Текст
                    АКАДЕМИЯ
II Ay К
СССР
и нети тут
КИТАЕВЕДЕНИЛ


Ответственные редакторы //. Ф. КУРДЮКОВ, В. Н. НИКИФОРОВ, А. С. ПЬРЕВЕРТАПЛО
СОВЕТСКО- КИТАЙСКИЕ ОТНОШЕНИЯ СБОРНИК ДОКУМЕНТОВ ИЗДАТЕЛЬСТВО ВОСТ ОЧНОТ1 ЛНТЕРАТуРЫ ЛУГ О С 1^ В А 1959
ПРЕДИСЛОВИЕ В настоящем сборнике публикуются важнейшие документы, характеризующие отношения между Советским Союзом и Китаем за 40 лет, истекших со времени Великой Октябрьской социалистической революции (1917—1957). Издание этого сборника вызвано прежде всего запросами советских читателей, проявляющих большой интерес к истории отношений между СССР и Китаем—интерес, особенно выросший после образования Китайской Народной Республики. Как известно, до настоящего времени не предпринималась сводная публикация документов по истории советско-китайских отношений. Составители сборника надеются, что настоящее издание окажется полезным для специалистов-историков, специалистов по международным отношениям, преподавателей, студентов, а также для более широкого круга читателей, желающих ознакомиться с основной документацией по советско-китайским отношениям. Большинство документов, включенных в сборник, было опубликовано в советской и китайской прессе и в различных сборниках («Внешняя политика Советского Союза в период Великой Отечественной войны», Документы и материалы, тт. I—III, M., Госполитиздат, 1946—1947; «Внешняя политика СССР», Сборник документов, тт. I—IV, VI, М., 1944—1947; «Внешняя политика Советского Союза», Документы и материалы, тт. I— VIII, М., Госполитиздат, 1949—1953 и др.). Некоторая часть документов, хранящихся в Архиве внешней политики СССР, публикуется впервые. Предлагаемый вниманию читателя сборник не может претендовать на исчерпывающую полноту. Разработка архивов и подготовка обширной публикации, более полно представляющей историю советско-китайских отношений,—задача, которую Институт китаеведения Академии наук СССР намерен осуществить в будущем. В сборнике представлены договоры и соглашения, заключенные между СССР и Китаем; важнейшие ноты, которыми обменивались правительства обоих" государств: некоторые официальные выступления, телеграммы и письма государственных деятелей обеих стран, а также информационные сообщения об отдельных фактах, имевших существенное значение в отношениях между СССР и Китаем. В документах отражены главным образом связи, существовавшие между Советским правительством и Центральным правительством Китая. В некоторых документах показаны наиболее важные связи между Советским государством и местными китайскими властями, относящиеся преимущественно к периоду установления нормальных дипломатических отношений между 5
Советской страной и Китаем (1917—1924 гг.). Среди этих документов имеются, письма и другие материалы, показывающие возникновение и развитие дружественных контактов между Советским правительством и выдающимся китайским государственным деятелем, первым президентом Китайской Республики—доктором Сунь Ят-сеном. Составители сборника стремились более полно представить документы, освещающие советско-китайские отношения со времени провозглашения Китайской Народной Республики, когда традиционная дружба советского и китайского народов, став на твердую и незыблемую почву, достигла необычайпого расцвета и приобрела исключительное международное значение в качестве важнейшего оплота мира и безопасности народов. Транскрипция китайских имен, географических и иных названий сохранена без изменений (кроме исправления явных описок и опечаток, имеющихся в оригиналах). Указатель имен, приложенный к сборнику, дает общепризнанную в настоящее время транскрипцию китайских имен, кроме тех случаев, когда установить правильную транскрипцию не удалось; в скобках указываются все варианты написания того или иного имени, встречающиеся в сборнике. В отдельных случаях, когда редакция не располагала официальным переводом документа на русский язык, перевод выполнен составителями сборника; в каждом случае это особо оговорено. Документы, как правило расположены в хронологическом порядке. В документах, а также в хронике советско-китайских отношений, приложенной к сборнику, даты событий до 1 февраля 1918 г. приводятся как по старом^, так и по новому стилю, а даты событий после 1 февраля 1918 г.—по новому стилю. Сборник подготовлен сектором истории Института китаеведения АН СССР по плану и под руководством редколлегии в составе И. Ф. Курдю- кова, В. Н. Никифорова и А. С. Перевертайло. В подборе документов принимали участие Т. Н. Акатова, В. С. Блюдов, Б. П. Гуревич, А. В. Меликсетов, Б. А. Митбрейт и С. С. Хусейнов. Основная техническая работа по подготовке рукописи к печати выполнена С. С. Хусеиновым.
ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ СОВЕТСКО-КИТАЙСКИХ ОТНОШЕНИЙ Советский Союз и Китай являются величайшими державами мира. По количеству населения, составляющего почти треть всего человечества, по размерам территории, запасам естественных ресурсов и возможностям экономического развития, по своему передовому общественному строю эти два государства занимают важнейшее место в мире. Отношения между Советским Союзом и Китаем всегда играли большую роль в международной жизни. Недруги советского и китайского народов, искони проводившие в политике принцип «разделяй и властвуй», всегда страшились перспективы объединения или даже сближения этих двух гигантов. На протяжении последних десятков лет отношения между СССР и Китаем были объектом грубой фальсификации в буржуазной реакционной печати п научной литературе. Не раз враги советского и китайского народов пытались посеять между ними вражду, вызвать конфликты и даже войну, чтобы ослабить и СССР, и Китай. Однако народы Советского Союза и Китая всегда стремились к взаимному сближению. В результате победы китайской народной революции были устранены все препятствия в отношениях между великими народами Советского Союза и Китая, создававшиеся империалистами и китайскими реакционерами. Прочная дружба и монолитное единство советского и китайского народов обеспечивают неограниченные возможности для их политического, экономического и культурного сотрудничества и играют огромную роль в укреплении мира во всем мире. При изучении разнообразных документов настоящего сборника нсоо- ходимо иметь в виду, что советско-китайские отношения за 40 лет претерпевали различные изменения в зависимости от того, какие силы брали верх в Китае, насколько эти силы поддавались влиянию империалистических держав или умели преодолеть это влияние и действовать в интересах своей страны. В соответствии с этими изменениями в истории развития советско-китайских отношений можно увидеть ряд довольно ясно определяемых этапов, краткую характеристику которых мы и предлагаем читателю. Великая Октябрьская социалистическая революция положила начало новой эре международных отношений. В лице Советского государства на международной арене возникла держава с совершенно новыми, социалистическими принципами внешней политики, как небо от земли отличающимися от принципов внешней политики капиталистических стран.
Советское государство исходило и исходит из принципа сохранения прочного мира между народами, из возможности мирного сосуществования государств с различным экономическим и общественным строем. Во внешней политике оно с первых дней своего существования отстаивало и отстаивает идеи суверенитета, независимости и равноправия народов. Победа народов России вдохновила все угнетенные народы мира, открыла новую страницу в борьбе колониальных и зависимых стран за свой государственный суверенитет и национальную независимость. Октябрьская революция покончила с империалистической политп- кой помещичье-буржуазной России. Буквально на второй день своего существования, 8 ноября 1917 г., первым же законодательным актом Советская власть предложила народам и правительствам воюющих стран немедленно приступить к заключению демократического мира без аннексий и контрибуций. Были объявлены утратившими силу тайные договоры царской России с другими державами, обеспечивавшие выгоды и привилегии русских помещиков и капиталистов. Основные принципы внешней политики Советского правительства в отношении народов Востока были изложены в «Обращении Совета Народных Комиссаров ко всем трудящимся мусульманам России и Востока» от 3 декабря 1917 г. В этом обращении было объявлено об отмене всех заключенных царской Россией со странами Востока неравноправных договоров, которыми ущемлялись суверенные права народов восточных стран. Уже первые внешнеполитические акты Советского правительства открыли широкие возможности для развития дружеских отношений между советским и китайским народами. Однако влияние победы Великой Октябрьской социалистической революции на другие народы, в частности на китайский, вызвало тревогу у врагов китайского и советского народов: у правящих кругов империалистических держав и у феодально-милитаристского правительства Китая. Они стремились создать между Советской Россией и Китаем непроходимый барьер лжи и клеветы. Поэтому первый этап советско- китайских отношений (1917—1924 гг.) был периодом борьбы Советского правительства и китайского народа за установление нормальных отношений между обоими государствами. Советское правительство в первые же месяцы после победы Великого Октября начало настойчиво стремиться к установлению отношений с Китаем. Оно начало переговоры с китайским посланником в России Лю Цзин-жэнем об аннулировании неравноправных договоров и установлении отношений, основанных на принципах равноправия и взаимного уважения суверенитета. Рабоче-крестьянское правительство, относясь к Китаю как к равноправному и суверенному государству, предложило Пекинскому правительству, формально считавшемуся «национальным» правительством Китая, вступить в переговоры об аннулировании договора 1896 г., «заключительного протокола» 1901 г. и всех касающихся Китая соглашений России с Японией с 1907 по 1916 г.Оно заявило о возвращении китайскому народу всего, что было отнято у него царским правительством самостоятельно либо совместно с Японией и другими державами. Однако эти переговоры не увенчались успехом. Страны Антанты, боявшиеся влияния Октябрьской революции на Китай, приняли все меры, вплоть до подкупа китайских властей и прямого давления на феодально- милитаристское правительство Дуань Ци-жуя, чтобы сорвать переговоры. Пекинское правительство, находившееся в зависимости от империалистических держав, поддалось давлению, прервало переговоры и в конце марта 1918 г. отозвало своего посланника. 8
Все же, несмотря на, казалось бы, непроницаемый кордон, установленный империалистическими державами вокруг нашей страны, весть о революции в России и образовании Рабоче-крестьянского правительства дошла до Китая и была встречена китайским народом и его передовыми представителями с огромной радостью. Восторженно воспринял весть о революции в России великий китайский революционер Сунь Ят-сен. Выражая настроения и мнения передовой части китайского народа, он стал искать пути для установления непосредственных связей с Советским правительством. В 1918 г. Сунь Ят-сен из Шанхая направил В. И. Ленину и Советскому правительству телеграмму, в которой указывал, что китайская и русская революции имеют общие цели и что эти цели приведут к освобождению народов. Он заявлял о своем сочувствии Октябрьской революции, желал правительству Советской России успехов и призывал его продолжать свою борьбу. В августе 1918 г. народный комиссар по иностранным делам РСФСР Г. В. Чичерин от имени Совета Народных Комиссаров направил Сунь Ят-сену письмо, в котором говорилось: «Наша участь горька и борьба неравная. В этот час испытания, когда империалистские правительства протягивают свои жадные руки с востока и с запада, с севера и с юга, чтобы сокрушить русскую революцию и отнять у русских крестьян и рабочих то, что они завоевали для себя такой революцией, какую мир никогда раньше не видел, когда к этим грабителям готово присоединиться правительство Пекина, созданное там иностранными банкирами,— в этот момент русские трудящиеся классы обращаются к их китайским братьям и призывают их к совместной борьбе». Передовые представители китайского народа с первых же дней стали на сторону Советской России и помогали своему народу понять сущность Октябрьской революции. Так, например, профессор Пекинского универ- . ситета, впоследствии один из организаторов Коммунистической партии Китая, Ли Да-чжао в 1918 г. писал: «Революция в России предвещает новые великие события. Хотя большевизм создан русскими, однако дух его есть дух всеобщего пробуждения в сердцах человечества XX века». Ли Да-чжао возглавил группу прогрессивных деятелей Китая и, несмотря на полицейский режим, выступал с докладами и статьями, разъяснявшими значение Октябрьской революции в России и важность этого события для Китая. В первой половине 1918 г. страны Антанты приступили к военпой интервенции против Советской России. Начался захват советского Дальнего Востока. Империалистические державы, стремясь использовать Северо-Восточный Китай (Маньчжурию) в качестве плацдарма для интервенции на Советском Дальнем Востоке, старались втянуть Китай в борьбу против Советской России. В мае 1918 г. реакционное правительство клики Дуань Ци-жуя подписало с Японией соглашение об участии китайских войск в интервенции. Разумеется, авантюристические планы империалистов и китайских милитаристов были чужды китайскому народу. Когда стало известно, что между Пекинским феодально-милитаристским правительством и Японией подписано соглашение, направленное против Советской России, по всему Китаю прошли стихийные митинги протеста. Студенты Пекина и других городов организовали собрания, демонстрации и выступления против участия китайских войск в антисоветской интервенции. Китайскому народу удалось фактически сорвать участие Китая в интервенции против Советской России. Напротив, молодую Советскую власть с оружием в руках защищали тысячи китайцев из числа тех рабочих, которые во время первой мировой войны были направлены в Россию для тыловых 9
работ. На фронтах гражданской войны они плечом к плечу с советскими рабочими и крестьянами сражались против Колчака, Юденича, Деникина и иностранных интервентов. Многие из них сложили свои головы за дело Октябрьской революции, за общее дело рабочих и крестьян. В 1919 г. в Китае поднялось мощное антиимпериалистическое и антифеодальное движение. 4 мая 1919 г. в Пекине состоялась огромная студенческая демонстрация против империалистического господства. Антиимпериалистическое выступление, вошедшее в историю китайской революции как «движение 4 мая», сливалось с борьбой народов Советской России против мирового империализма. Летом 1919 г. Красная Армия начала изгнание белогвардейцев и интервентов из Сибири. Части Красной Армии приближались к границам Китая. В этот период в Китае существовали два правительства: одно, реакционное—в Пекине, другое, созданное Сунь Ят-сеном и его сторонниками,—в Гуанчжоу (Кантоне). Власть Пекинского правительства, претендовавшего на функции центрального правительства Китая, распространялась только на северные провинции страны. 25 июля 1919 г. Совет Народных Комиссаров обратился к китайскому пароду и правительствам Южного и Северного Китая с декларацией, в которой разъяснялись цели Советского правительства и Красной Армии. «Советская Россия и Советская Красная Армия,—говорилось в этой декларации,—после двухлетней борьбы, после невероятных усилий идут на Восток через Урал не для насилий, не для порабощения, не для завоеваний... Мы несем освобождение народам от ига иностранного штыка, от ига иностранного золота, которые душат порабощенные народы Востока и в числе их в первую очередь китайский народ. Мы несем помощь не только нашим трудящимся классам, но и китайскому народу...». В декларации указывалось, что Советское правительство уничтожает все особые привилегии, все фактории русских купцов на китайской земле, что ни один русский чиновник, поп или миссионер не смеет вмешиваться в китайские дела и что в Китае не должно быть иной власти, иного суда, кроме власти и суда китайского народа. Советское правительство выражало готовность договориться с китайским народом в лице его полномочных представителей по всем вопросам и раз навсегда ликвидировать все акты насилия и несправедливости, совершенные в отношении Китая царским правительством совместно с Японией и другими странами. Оно обращалось к китайскому народу в лице его представителей с предложением немедленно вступить в официальные сношения. Обращение к китайскому народу и правительствам Северного и Южного Китая ярко отражало принципы внешней политики Советского правительства. Впервые за многие десятилетия иностранная держава обращалась к китайскому народу, как к равному, по собственной инициативе возвращала ему то, что было отнято у него, и протягивала ему руку дружбы. Обращение Советского правительства не сразу дошло до китайского народа. Империалистические державы и Северное правительство стремились утаить его от китайского народа. Только в конце марта 1920 г., т. е. почти через год, оно попало на страницы китайской прессы. Обращение встретило горячее сочувствие широких кругов китайского народа. Правительство Южного Китая переживало в тот момент тяжелый политический кризис. После ухода Сунь Ят-сена оно оказалось/ во власти милитаристов. Однако революционный подъем в стране и растущие симпатии китайской общественности к Советской России вынудили 10
южнокитайских генералов откликнуться на это обращение. Губернатор провинции Фуцзянь Чэнь Цзюн-мин, считавшийся тогда сторонником Сунь Ят-сена, направил на имя В. И. Ленина послание, в котором заявил, что весь китайский народ проникнут исключительной благодарностью Советскому правительству.. В послании указывалось, что новый Китай и новая Россия «пойдут рука об руку, как добрые любящие друзья». В 1920 г. из Пекина в Москву прибыла правительственная военно- дипломатическая миссия во главе с генералом Чжан Сы-линем. 27 сентября 1920 г.^ миссии была вручена нота с изложением основных принципов внешней политики Советской России. В ноте указывалось, что Советское правительство намерено строить свои отношения с Китаем на началах полного равноправия, уважения суверенитета и невмешательства во внутренние дела друг друга. Чжан Сы-линь был принят В. И. Лениным. Вождь советского народа, приветствуя приезд миссии как первый шаг к ознакомлению и сближению Китая с Россией, выразил надежду, что связь между двумя странами будет упрочена, и заявил, что, несмотря на различие путей, Россию и Китай объединяют общие цели борьбы с империализмом. Приезд китайской миссии в Москву вызвал резко отрицательную реакцию со стороны империалистических держав. Представители Франции, Англии и других стран в Китае выступили с демаршем, предостерегая милитаристское правительство от заключения соглашения с Советской Россией. Они понимали, что такое равноправное соглашение нанесло бы серьезный удар по всей системе неравноправных договоров и послужило бы началом крушения полуколониального режима в Китае. Под давлением империалистических держав Пекинское правительство в ноябре 1920 г. отозвало Чжан Сы-линя из Москвы. Позднее со стороны Советского правительства было сделано еще несколько попыток начать переговоры с северокитайским правительством. Кроме стремления к установлению непосредственных связей между Москвой и Пекином, в 1920—1921 гг. наблюдается также тенденция к сближению между местными властями граничащих друг с другом районов РСФСР, а также Дальневосточной республики (существовавшей с апреля 1920 по ноябрь 1922 г. в качестве «буфера» между РСФСР и Японией) и Китая. В мае 1920 г. был подписан Илийский протокол—первое официальное. соглашение между представителями Советской власти, с одной стороны, и провинциальными властями Синьцзяна—с другой.. С этого момента между РСФСР и китайской провинцией Синьцзян установились нормальные добрососедские отношения. В 1921 г. советские войска помогли китайским властям ликвидировать отступившие в Синьцзян банды русских белогвардейцев. Тогда же советские войска помогли монгольскому народу разгромить белые банды барона Унгерна; отступившие на территорию Внешней Монголии—нынешней Монгольской Народной Республики.- В 1920—1921 гг. Китай посетили дипломатические миссии Дальневосточной республики. В 1921—1922 гг. в Пекине находилась первая дипломатическая миссия РСФСР. Эти миссии не привели еще к установлению нормальных дипломатических отношений между РСФСР и Китаем, однако, несомненно, способствовали сближению между обеими странами. Широкие круги китайской общественности продолжали активно выступать за установление дипломатических отношений с Советской Россией. За это энергично боролся, в частности, Сунь Ят-сен. Он говорил, что северокитайское правительство является орудием иностранных держав и что благоприятная обстановка для переговоров об установлении официальных отношений между Советской Россией и Китаем будет создана после изгна- 11
ния реакционеров из столицы. Сунь Ят-сен внимательно следил за событиями в Советской России, изучал мероприятия Советского правительства. Он убедился, что Китай может ожидать помощи и поддержки только со стороны советского народа и его правительства. «Я чрезвычайно заинтересован дошим делом, в особенности организацией ваших Советов, вашей армии и образования,—писал Сунь Ят-сен 28 августа 1921 г. наркому по иностранным делам Г. В. Чичерину.—Я хотел бы знать все, что Вы и другие можете сообщить мне об этих вещах, в особенности об образовании. Подобно Москве, я хотел бы заложить основы Китайской Республики глубоко в умах молодого поколения—тружеников завтрашнего дня». Огромным историческим событием для Китая и развития отношений между советским и китайским народами явилось образование в июле 1921 г. Коммунистической партии Китая. С образованием КПК на политической арене Китая появилась сила, которая не только помогла китайскому народу правильно понять происходящие события, но и возглавила его борьбу за национальное освобождение. Коммунистическая партия Китая неизменно вела работу по воспитанию в китайском народе любви к советскому народу, постоянно выступала за развитие дружеских, добрососедских отношений между ними. После создания КПК народные массы Китая принимают все более широкое и более организованное участие в политической жизни страны. Пекинское правительство уже не решалось открыто игнорировать мнение китайской общественности. В 1922 г. с Советской земли были изгнаны последние вражеские войска. Белогвардейские армии, поддерживавшиеся империалистическими державами, были окончательно разгромлены. 25 октября 1922 г. японские войска под натиском Красной Армии оставили Владивосток. Освобождение Советского Дальнего Востока от интервентов и белогвардейцев (кроме Сахалина) было завершено. Все это способствовало развитию советско- китайских отношений. В декабре 1922 г. был образован Союз Советских Социалистических Республик. Стала налаживаться хозяйственная жизнь страны. Ее внутреннее и международное положение окрепло. Советский Союз к этому вре- . мени установил уже дипломатические отношения с рядом стран. В этих условиях реакционные правящие круги Китая вынуждены были считаться с ростом авторитета Советского государства. С другой стороны, менялось положение и в Китае. Революционное движение переживало полосу бурного подъема. В мае 1922 г. н Китае открылся 1-й Всекитайский съезд профсоюзов, представлявший более 200 тыс. рабочих. Тогда же состоялся 2-й съезд Коммунистической партии Китая, выработавший революционную программу КПК. Коммунистическая партия Китая играла огромную роль в организации китайского народа на борьбу против господства империалистов, за установление дружбы и союза с нашей страной. Орган КПК—журнал «Сяндао», начавший выходить в сентябре 1922 г., систематически помещал материалы, разъяснявшие сущность происходивших событий. Журнал разоблачал антинародный характер политики северокитайского правительства и империалистических держав, пытавшихся сорвать советско-китайские переговоры, и призывал массы требовать скорейшего установления дипломатических отношений между Китаем и СССР и заключения советско-китайского союза. Журнал указывал, что, поскольку правительство милитаристов не может выражать стремления нации, китайский народ должен своими собственными силами осуществить^ этот союз. Своей беззаветной преданностью интересам народа китайские 12
коммунисты оказывали огромное положительное влияние на Сунь Ят- сена, передовую часть партии гоминдан и китайскую интеллигенцию. Пекинское правительство, несмотря на сопротивление империалистических держав, вынуждено было принять решение о непризнании царского посланника и консулов. Под давлением китайской общественности оно вновь вступило в контакт с Советским правительством. Для ведения переговоров в мае 1922 г. в Москву прибыл специальный представитель китайского правительства Шэн Чжун-сюн. В августе в Пекин прибыла вторая миссия РСФСР во главе с А. А. Иоффе, которая была восторженно принята китайским народом. 2 сентября 1922 г. советская делегация передала северокитайскому правительству меморандум, в котором говорилось, что Советское правительство готово вести переговоры о заключении соглашения на основе принципов, изложенных в обращении от 25 июля 1919 г. и в ноте от 27 сентября 1920 г. Советская делегация подчеркивала, что рабоче- крестьянская Россия по-прежнему питает чувства исключительной симпатии и дружелюбия к борющемуся за свое освобождение китайскому народу. Пекинское правительство 7 сентября 1922 г. сообщило о согласии созвать русско-китайскую конференцию для обсуждения вопросов, связанных с установлением дипломатических отношений между обеими странами. Обстановка, благоприятствовавшая советско-китайскому сближению, сложилась в начале 1923 г. в Южном Китае. В январе этого года в Шанхае состоялась встреча А. А. Иоффе с Сунь Ят-сеном. 27 января было подписано совместное коммюнике, в котором Сунь Ят- сен полностью одобрял политику Советского Союза в отношении Китая. В коммюнике была изложена точка зрения Сунь Ят-сена по некоторым вопросам советско- китайских отношений. В 1923 г., после того как Сунь Ят-сен вернулся в Кантон и вновь встал во главе южнокитайского правительства, последнее решило установить непосредственные связи с Советским Союзом. Между тем представители империалистических стран в Китае развернули кампанию против советской делегации. Посланник США Шурман открыто выступал с докладами и речами против намечавшегося советско- китайского соглашения. В то же время империалистические державы открыто выступали против развивавшегося в Китае национально-освободительного движения и искали повода, чтобы усилить свое вмешательство во внутренние дела страны. В мае 1923 г. на Тяньцзинь-Пукоуской железной дороге, в Линчэне, бандиты напали на поезд, убили одного англичанина и увели 25 других иностранцев, рассчитывая получить за них выкуп. Этот инцидент был использован империалистическими державами для нового нажима на Китай. 10 августа 1923 г. глава дипломатического корпуса в Пекине вручил китайскому МИД коллективную ноту 16 государств, в которой содержались различные требования, затрагивавшие суверенитет Китая. Эти действия империалистических держав вызвали в стране широкую волну протеста. Китайский народ с негодованием встретил домогательства империалистов. Он воочию убеждался, что, в то время как империалистические державы вмешивались во внутренние дела страны, Советский Союз выступал с осуждением домогательств западных держав и отстаивал политику уважения суверенитета Китая. В сентябре 1923 г. в Пекин прибыла третья советская дипломатическая миссия во главе с Л. М. Караханом (вторая миссия фактически завершила переговоры еще в январе 1923 г.). Новая советская миссия, как и предыдущая, была восторженно принята китайским народом. В день ее приезда в Пекине состоялась внушительная демонстрация, коде
торая приветствовала советских представителей и требовала от правительства немедленного установления отношений с Союзом Советских Социалистических Республик. «Истинные интересы наших стран,—писал в своем приветственном письме советской делегации Сунь Ят-сен,—требуют создания общей политики, которая даст нам возможность жить на условиях равенства с другими державами и освободит нас от политического и экономического рабства, навязанного нам международной системой, опирающейся на силы и работающей методами экономического империализма... Россия установила в своих отношениях к Китаю принцип полного и абсолютного равенства»1. Вновь начались советско-китайские переговоры. Однако и на этот раз вмешались империалистические державы, которые предупредили северокитайское правительство, что если оно подпишет договор с Советским Союзом, то державы «изменят свое отношение» к Китаю. Эти угрозы не преминули сказаться на переговорах, которые Пекинское правительство стало всяческими способами затягивать. Вмешательство иностранных держав вызвало законное возмущение китайского народа. За соглашение с СССР выступали профсоюзы, студенты, различные ассоциации торговцев, многие политические и военные деятели. Лозунг установления дружественных отношений с Советским Союзом стал в то время самым популярным в Китае. Несмотря на различные проволочки, в начале марта 1924 г. был выработан текст советско- китайского соглашения. Тогда империалисты решили действовать еще более энергично. Французское правительство 12 марта направило Пекинскому правительству ноту, в которой угрожало выступлением держав в случае соглашения Китая с СССР относительно КВЖД. Демарш Франции был поддержан США и Японией. Угрозы иностранных держав испугали Пекинское правительство. 14 марта оно заявило, что Ван Чжэн-тин, представлявший Китай на переговорах, якобы не имел должных полномочий, и дезавуировало его действия. Срыв переговоров вызвал бурное негодование китайского народа. По всей стране начались демонстрации и митинги протеста. От различных организаций и государственных деятелей в Пекин в адрес правительства стали поступать телеграммы с требованием пересмотреть решение. 29 марта 1924 г. в столице состоялась крупная демонстрация студентов в знак протеста против срыва переговоров. Даже такие реакционеры-милитаристы, как Чжан Цзо-линь и У Пэй-фу, вынужденные считаться с настроениями в стране, высказались за подписание соглашения. Правительство вынуждено было возобновить переговоры. 31 мая 1924 г. соглашение об общих принципах урегулирования вопросов между Советским Союзом и Китайской Республикой было подписано. Соглашение предусматривало установление нормальных дипломатических и консульских отношений между Советским Союзом и Китаем. Стороны договорились о созыве в течение месяца после подписания соглашения конференции, которая должна была выработать детальные соглашения по всем спорным вопросам, упоминавшимся в соглашении об общих принципах. Было условлено, что на этой конференции все конвенции, договоры и т. п., заключенные между правительством Китая и царским правительством, должны быть аннулированы и заменены, новыми договорами и соглашениями на основе равенства, взаимности и справедливости в духе заявлений Советского правительства в 1919 и 1920 гг. 1 «Новый Восток», 1924, № 6, стр. XXX. 14
Правительство Союза ССР в соответствии со своей политикой и, в частности, с упомянутыми выше декларациями объявило уничтоженными и утратившими силу все затрагивающие суверенные права или интересы Китая договоры, соглашения и т. д., заключенные между бывшим царским правительством и какой-либо третьей стороной или сторонами. Оба правительства взаимно брали на себя обязательства не допускать в пределах своих территорий существования или деятельности каких- либо организаций или групп, задачей которых является борьба и подготовка насильственных действий против правительства какой-либо из Договаривающихся Сторон. Советское правительство отказалось от всех специальных прав и привилегий в какой бы то ни было части Китая, приобретенных царским правительством в силу различных конвенций, договоров, соглашений и т. д., от русской части «боксерской» контрибуции, от прав экстерриториальности и консульской юрисдикции. Правительства СССР и Китая соглашались урегулировать на конференции вопрос о Китайской Восточной железной дороге и подписали временное соглашение об управлении КВЖД. Для руководства дорогой создавалось Правление на основе полной паритетности2. В развитие соглашения о КВЖД, достигнутого между Советским и Китайским правительствами, в Пекине вскоре было заключено соответствующее соглашение между правительством СССР и властями Северо-Восточного Китая, в руках которых находилась реальная власть в районе КВЖД. Советско-китайское соглашение от 31 мая 1924 г. было крупным событием не только в истории советско-китайских отношений, но и в истории международных отношений вообще. Оно явилось первым за последнее столетие договором Китая с великой державой, построенным на основе равноправия, уважения суверенитета и невмешательства во внутренние дела. Оно положило начало применению новых принципов в отношениях держав с Китаем. Советско-китайское соглашение было первым ударом по всей системе неравноправных договоров, навязанных Китаю западными державами. Империалистические державы не признавали Китай равным себе государством и поэтому имели в Китае дипломатических представителей только в ранге посланников. Советское правительство предложило обменяться дипломатическими представителями в ранге послов. Китайское правительство, несмотря на давление империалистических держав, при- няло это предложение Советского правительства. Таким образом, между Советским Союзом и Китаем устанавливались нормальные добрососедские отношения, отвечавшие интересам как советского, так и китайского народов. Установление дипломатических отношений открыло возможность более .широкого общения двух великих народов и их взаимопомощи в борьбе с происками международного империализма. Заключение соглашения и установление дипломатических отношений между СССР и Китаем укрепляло международное положение как Советского Союза, так и Китая, поднимало их престиж в глазах народов всего мира. * В течение ряда лет Китайская Восточная железная дорога, построенная на китайской территории царским правительством на средства русского народа, была объектом острой борьбы империалистических держав. Доуога использовалась империалистическими державами в борьбе против Советской власти. С заключением соглашения я установлением дипломатических отношений был положен конец этим махинациям империалистов против советского и китайского народов. В соответствии с соглащением дорога превращалась в чисто коммерческое предприятие, управление которым было основано на принципах полного равноправия. 15
1924—1927 гг. были периодом бурного подъема национально-освободительного движения в Китае. Советский народ с чувством глубокой симпатии относился к китайскому народу, поднявшемуся на борьбу за национальное освобождение. Он решительно выступал против вмешательства империалистических держав в дела Китая. В сентябре 1924 г. в Советском Союзе громко раздался клич «Руки прочь от Китая!» «Мы, трудящиеся СССР, пострадавшие от интервенции мировой буржуазии,—говорилось в обращении ВЦСПС к рабочим всех стран,—мы знаем, что несет широким слоям китайского народа это разбойничье нападение. Мы призываем рабочих всех стран, особенно рабочих Франции и Англии, Соед. Штатов и Японии, выступить со всей решительностью против этого бесстыдного вмешательства в дела китайского народа. Нельзя допустить, чтобы буржуазия Англии, Америки, Франции, Японии затянула петлю на шее четырехсотмиллионного народа. Мы, профсоюзы СССР, создали общество «Руки прочь от Китая». Организуйте аналогичные общества. Поднимайте широчайшие массы против интервенции. Не дайте мировому империализму задушить китайский народ. Долой бандитский набег на Китай! Долой интервенцию! Долой мировую войну!»3 По всей Советской стране проходила широкая кампания в защиту китайского народа. Китайский народ чувствовал эту поддержку со стороны советского народа и глубоко ценил ее. «Не забывайте,—говорил Сунь Ят-сен в сентябре 1924 г.,—что там, в свободной России, раздался призыв: «руки прочь от Китая»... для лозунгов, раздающихся из Москвы, расстояния не существует. Молниеносно они облетают всю землю и находят отклик в сердце каждого труженика... Мы знаем, что Советы никогда не становятся на сторону неправого дела. Если они за нас, значит истина за нас, а истина не может не победить, право не может не восторжествовать над насилием»4. # Величие Сунь Ят-сена состоит не только в том, что он возглавил революцию 1911-1913 гг, но и в том, что он в соответствии с требованиями масс сумел дать своим трем народным принципам новое толкование и создать три народных принципа, включающих три основные политические установки: союз с Россией, союз с Коммунистической партией и поддержка борьбы крестьян и рабочих. Сунь Ят-сен был твердо убежден, что только в союзе с СССР Китай может добиться освобождения от империалистического гнета и обрести национальную независимость. Он до конца жизни оставался верным идее дружбы Китая с Советским Союзом. Перед смертью, И марта 1925 г., он написал в ЦИК СССР письмо, в котором говорилось: «Прощаясь с вами, дорогие товарищи, я хочу выразить надежду, что скоро настанет день, когда СССР будет приветствовать в могучем, свободном Китае друга и союзника и что в великой борьбе за освобождение угнетенных народов мира оба союзника пойдут к победе рука об руку». Советский народ с глубокой печалью воспринял весть о смерти Сунь Ят-сена. По всему Советскому Союзу состоялись многолюдные траурные собрания и митинги трудящихся. В своей телеграмме в связи со смертью Сунь Ят-сена ЦК ВКП(б), выражая глубочайшее соболезнование, заявлял о своей уверенности в том, что великое дело Сунь Ят-сена будет жить в сердцах китайских рабочих ш крестьян. 8 «Известия», 1924, 6 сентября. 4 «Международная жизнь», 1925, №2, стр. 114—115. 16
Главные бои первой гражданской войны в Китае развернулись уже после смерти Сунь Ят-сена. Мощные демонстрации и антиимпериалистические стачки, потрясшие весь Китай в 1925—1926 гг., победоносный Северный поход Кантонской национально-революционной армии в 1926— 1927 гг., захват рабочими иностранных концессий, широкий размах крестьянского движения,—все это свидетельствовало о том, что весь китайский народ поднимается на борьбу за свое освобождение. В этой борьбе симпатии советского народа неизменно были на стороне трудящихся Китая. Рост революционного движения пугал китайскую крупную буржуазию. Правое крыло гоминдана во главе с Чан Кай-ши склонялось на путь измены революционному движению. Империалистические державы—США, Англия и другие—со своей стороны предпринимали меры к подавлению китайской революции. Уже в конце 1926 г. началась высадка американских и английских войск в Шанхае, Ханькоу и других пунктах. Империалистические державы применили оружие, чтобы оказать давление на правых гоминдановцев во главе с Чан Кай-ши. 24 марта 1927 г. американские и английские корабли подвергли зверскому обстрелу Нанкин, убив и ранив большое количество мирных жителей. Вслед за этим в апреле 1927 г. правые гоминдановцы во главе с Чан Кай-ши произвели переворот в Шанхае Ъ Нанкине, порвали с компартией и народными массами и создали контрреволюционное правительство. Выступление Чан Кай-ши и его клики против революционного движения свидетельствовало о том, что Нанкинское правительство готово идти на сделку с империалистическими державами против китайской революции. Англия и США немедленно оказали поддержку Чан Кай-ши, правительство которого вскоре превратилось в прямую диктатуру феодалов- помещиков и крупной компрадорской буржуазии Китая, тесно связанной с иностранными, преимущественно английскими и американскими, монополиями. Реакция наступала. Начались провокационные выступления против Советского Союза и советских учреждений в Китае. В апреле 1927 г. полицией Чжан Цзо-линя был сделан налет на советское полпредство в Пекине; произведены были налеты и на другие советские учреждения. Провокационные действия Чан Кай-ши против советских учреждений и советских граждан в Китае перекликались с провокационными антисоветскими выступлениями" в Англии и других странах. 27 мая 1927 г. английское правительство разорвало дипломатические отношения с СССР и аннулировало советско-английское торговое соглашение. Вслед за Шанхаем и Нанкином изменили революции гоминдановские организации и в других городах Китая. По всей стране начались гонения на рабочие и крестьянские организации, были разогнаны профсоюзы и крестьянские комитеты. Кровавый террор свирепствовал во всем Китае. Но предателям революции не удалось истребить здоровые силы страны. Коммунистическая партия Китая высоко держала знамя революции. 1 августа 1927 г. в Нань- чане два корпуса национальной армии под руководством Чжу Дэ, Чжоу Энь-лая, Хэ Луна, К Тина восстали, положив начало Народно-освободительной армии Китая. Вскоре после восстания в Наньчане вспыхнуло крестьянское восстание в провинциях Хунань и Цаянси, организованное Мао Цзэ-дуном. Были созданы опорные базы революции в сельских районах Китая. 11 декабря 1927 г. вспыхнуло рабочее вооруженное восстание 2 Совстсно-китайскне отношения 17
в Кантоне, жестоко подавленное местными властями при помощи английских, американских и японских военных кораблей. Советское консульство в Кантоне было при этом разгромлено реакционерами, а некоторые его сотрудники зверски убиты. Гоминдановская клика, стремясь выслужиться перед империалистическими державами, охотно шла на антисоветские авантюры. В течение 1928 г. был совершен ряд нападений па советские учреждения, в том числе на консульства в Шанхае и Тяньцзине. Гоминдановская военщипа, выполняя заказ международного империализма, призывала к походу против Советского Союза. В провокациях против СССР гоминдановские власти широко использовали русских белогвардейцев. Гоминдановским правительством (которое с конца 1928 г. стало формально считаться центральным правительством Китая) и местными милитаристами был спровоцирован захват КВЖД. Империалистические державы, стоявшие за спиной правительства Чан Кай-ши, стремились вызвать военный конфликт между Советским Союзом и Китаем или между Советским Союзом и Японией. 10 июля 1929 г. власти Северо-Восточного Китая, действуя по указке Чан Кай-ши, произвели налеты на управление КВЖД в Харбине и по всей линии дороги. Налеты на советские консульства, аресты служащих советских учреждений и советских граждан, работавших на дороге, создали невыносимые условия для работы советских консульских учреждений и посольства. 17 июля 1929 г. между Советским Союзом и Китаем были прерваны дипломатические отношения. С конца сентября войска северо-восточных китайских милитаристов и русских белогвардейцев начали. налеты на советские пограничные пункты. Во второй половине ноября они перешли границу и пытались начать наступление на территорию Советского Забайкалья. В результате контрнаступления Красной Армии, предпринятого после ряда попыток правительства СССР ликвидировать конфликт мирным путем, власти Северо-Восточного Китая вопреки сопротивлению гоминдановского правительства запросили мира. В декабре 1929 г. в Хабаровске был подписан протокол, в соответствии с которым на КВЖД был восстановлен статус кво. Во время конфликта на КВЖД, спровоцированного чанкайшпетской кликой, вновь проявилось неизменное уважение Советского Союза к правам и интересам Китая. Несмотря на то что антисоветские провокации нанесли огромный ущерб Советскому Союзу, последний не воспользовался положением победителя, а ограничил свои требования восстановлением прав, оговоренных в соответствующих двусторонних соглашениях 1924 г. Китайские трудящиеся не только не имели никакого отношения к конфликту, спровоцированному гоминдановцами, но вели борьбу против провокаторов, отстаивая дружбу с советским народом. В то время как милитаристы готовили войну против Советского Союза, трудящиеся Китая под руководством Коммунистической партии развернули в стране широкое движение под лозунгом защиты Советского Союза. Защита СССР в тот период стала одним из главных лозунгов революционной борьбы китайских трудящихся. * В результате конфликта, спровоцированного чанкайшпетской кликой и ее заморскими хозяевами, между СССР и Китаем с июля ,1929 г. по декабрь 1932 г. не было дипломатических отношений. 18
Феодально-компрадорская клика гоминдана во главе с Чан Кай-ши и после ликвидации конфликта на КВЖД не хотела идти на нормализацию советско-китайских отношений. Это ясно выявилось в ходе советско- китайской конференции, созванной в октябре 1930 г. в соответствии с Хабаровским протоколом. Чанкайпшстская клика таким образом поставила Китай в положение полной изоляции от Советского Союза, что было на руку империалистам. В сентябре 1931 г. началось вторжение японских войск в Северо- Восточные провинции Китая. Советское правительство, несмотря на антисоветскую позицию чанкайпшстских властей, заявило о своем сочувствии жертве агрессии и о поддержке китайского народа. Оно заявило тогда, что политика СССР на Дальнем Востоке вытекает из уважения международных договоров, заключенных с Китаем, из безусловного отрицания политики военной оккупации и интервенции и что в борьбе китайского народа за освобождение от империалистического гнета, в его борьбе за государственную независимость и национальное объединение трудящиеся Советской страны всей душой на стороне китайского народа. После вторжения японских войск в Северо-Восточный Китай усилились требования о восстановлении отношений с СССР со стороны различных общественных организаций Китая. Под нажимом широких слоев китайской общественности, а также учитывая возросшую мощь и международное значение СССР, гоминдановское правительство вынуждено было 12 декабря 1932 г. восстановить отношения с СССР. В следующий период (1932—1949 гг.) отношения между Советским Союзом и Китаем развивались в условиях, когда китайскому народу пришлось вести упорную борьбу против внешней агрессии и внутренней реакции, за свою национальную независимость и свободу. Восстановление дипломатических отношений между СССР и Китаем в то время, когда империалисты пытались расчленить Китай, было актом серьезной поддержки Советским Союзом борьбы китайского народа за национальную независимость. Этот акт Советского Союза горячо приветствовался китайской общественностью. Идя на установление тесного советско-китайского сотрудничества, Советское правительство исходило из того, что это сотрудничество являлось важным фактором сохранения мира на Дальнем Востоке. Гоминдановскому правительству было предложено подписать договор о ненападении и торговый договор. Однако антинациональное правительство Чан Кай-шп не воспользовалось этими предложениями. После оккупации японской армией Северо-Восточного Китая КВЖД стала объектом постоянных провокационных действий против Советского Союза. Японские власти в Северо-Восточном Китае (превращенном ими в марионеточное государство «Маньчжоуго»), несмотря на заверения японского правительства, что интересы Советского Союза на КВЖД будут уважаться, создавали невыносимые условия для нормальной работы дороги. Аресты советских служащих, налеты на отдельные участки дороги, незаконные требования к советской части управления дороги, захват подвижного состава и т. д. парализовали работу КВЖД. Местные маньч- журо-японские власти не скрывали своих планов захвата дороги. Со своей стороны гоминдановское правительство, лишенное возможности участвовать в совместном управлении КВЖД и фактически проводившее политику непротивления внешней агрессии, стремилось обострить обстановку в Северо-Восточном Китае и вызвать конфликт между Японией 2* 19
и СССР. Все это создавало напряженное положение на Дальнем Востоке, чреватое всякими неожиданностями. 2 мая 1933 г. правительство Советского Союза предложило Японии выкупить дорогу. После длительных переговоров в марте 1935 г. состоялось соглашение о продаже КВЖД. Это соглашение, заключенное в условиях, когда фашистская Германия и милитаристская Япония готовили вторую мировую войну, являлось искусным ходом советской дипломатии, отстаивавшей мир и международную безопасность. Таким путем оказалось возможным избежать вооруженного конфликта с Японией и устранить один из предлогов, которые она стремилась использовать для обострения положения на Дальнем Востоке. В 1937 г. милитаристские круги Японии начали войну против Китая. Преследуя своекорыстные цели, империалистические соперники Японии (США, Англия) поощряли японскую агрессию в Китае. Снабжая Японию стратегическими материалами, они обеспечивали себе получение огромных прибылей. Поощряя японскую агрессию, они стремились столкнуть Японию с Советским Союзом, а также хотели, чтобы Япония глубже завязла в Китае и экономически ослабла, что дало бы им возможность вытеснить ее с мировых рынков и поставить в зависимое положение. В то время как империалистические державы проводили политику поощрения японской агрессии в Китае, Советский Союз оказывал китайскому народу всевозможную помощь. «После того как в 1937 году началась война против японских захватчиков, Советский Союз снова первым пришел на помощь Китаю в его борьбе против агрессора»6,—говорил Мао Цзэ-дун на VII съезде компартии Китая. Советский народ с пристальным вниманием и глубоким сочувствием следил за героической борьбой китайского народа против иностранной агрессии. Он не ограничивался простым наблюдением за тем, что происходило в Китае, или только осуждением агрессии и не скрывал своей готовности оказать Китаю всяческую помощь. Советские люди выражали твердую уверенность в том, что китайский народ в этой борьбе победит. Правительство Советского Союза развернуло активную борьбу за проведение коллективных мер для пресечения агрессии. Представитель Советского Союза М. М. Литвинов выступил в сентябре 1937 г. на пленуме Лиги Наций с заявлением, в котором призывал к организации отпора агрессии. Он разоблачил политику некоторых западных стран, которые попустительствуют японской агрессии в Китае. Видя бездействие Лиги Наций и явное поощрение японской агрессин со стороны некоторых западных стран и США, Советское правительство предложило практические меры для пресечения агрессии. На Брюссельской конференции 1937 г. делегация Советского Союза выступала в поддержку делегации Китая, Она требовала применения коллективных мер в отношении агрессора, защищала интересы китайского народа. В августе 1937 г. между Советским Союзом и Китаем был подписан договор о ненападении, в котором констатировалось, что Советский Союз не признает захватов в Китае. В существовавшей тогда международной обстановке этот договор имел для Китая особое значение и явился серьезной морально-политической поддержкой китайского народа. Советский Союз оказывал Китаю и материальную помощь, дважды предоставив ему в 1938 г. кредит на весьма льготных условиях на общую сумму в 100 млн. американских долларов. 6 Мао Цзэ-дун, О коалиционном правительстве (Избранные произведения, т. 3, М., 1953), стр. 552. 20
В июне 1939 г. между СССР и Китаем был подписан торговый договор, в соответствии с которым Китай обеспечил себе получение из Советского Союза необходимых товаров. Тогда же Советский Союз предоставил Китаю третий за время войны кредит на сумму 150 млн. американских долларов. В счет этих кредитов из Советского Союза поставлялись различные материалы, крайне необходимые Китаю в условиях войны. Помощь СССР китайскому народу в указанный период не исчерпывалась кредитами. В первые же дни войны в Китай стали прибывать из Советского Союза военные советники и летчики-добровольцы. Многократно советские летчики-добровольцы, рискуя жизнью, защищали китайские мирные города от налетов японских бомбардировщиков. Советский Союз оказывал помощь Китаю и в других формах. В то время когда Китай был изолирован от внешнего мира, Советский Союз подписал с Китаем соглашение об установлении регулярного воздушного сообщения на участке между Алма-Ата и Хами. Это соглашение открывало Китаю путь для связи с внешним миром, давало возможность производить транзитные перевозки пассажиров, почты, грузов через Советский Союз как из Китая, так и в Китай. Мао Цзэ-дун указывал, что, с тех пор как началась война Китая с Японией, «ни одно из правительств империалистических государств не оказало нам подлинной помощи—один только Советский Союз помог нам военной авиацией и материальными ресурсами»6. 22 июня 1941 г. фашистская Германия совершила разбойничье нападение на Советский Союз. Это нападение вызвало глубокое возмущение китайского народа. Симпатии китайских трудящихся были целиком на стороне СССР. Коммунистическая партия Китая выдвинула лозунг «Защита Советского Союза является помощью Китаю, защита Китая является помощью Советскому Союзу». Этот лозунг был поддержан всем китайским народом, несмотря на то что правящие круги гоминдановского Китая во главе с Чан Кай-ши, давно мечтавшие о войне между СССР и Японией или СССР и Германией, радовались нападению фашистской Германии на СССР и возлагали большие надежды на эту войну. Гоминдановское правительство, желая максимального ослабления Советского Союза в войне с Германией, выступало против открытия второго фронта в Европе и провоцировало нападение Японии на Советский Союз. Одним из средств, которым гоминдановская клика пыталась подорвать военные усилия Советского Союза, было свертывание товарооборота с СССР. До 1940 г. советско-китайские торговые отношения находились в более или менее удовлетворительном состоянии. Однако и тогда гоминдановское правительство не выполняло полностью поставки по отдельным видам товаров, особенно по тем, которые требовались СССР (некоторые минералы, чай). В 1941 г. оно сократило поставки в счет кредита нужных СССР для войны материалов, рассчитывая тем самым по возможности ослабить Советский Союз. Заключение протоколов о поставках в последующие годы проходило с большими трудностями. Гоминдановское правительство делало все, чтобы затягивать подписание протоколов, а затем настолько повысило цены на товары, предназначенные для СССР, что сделало почти невозможным заключение новых протоколов. После нападения фашистской Германии на Советский Союз чанкай- шистское правительство фактически прекратило борьбу против внешней агрессии. Более того, оно начало проводить блокаду Освобожденных • Мао Цаэ-дун, Сталин—друг китайского народа (Ивбрапные произведения, т. 3, М., 1953), стр. 190. 21
районов, где установилась демократическая власть, руководимая Коммунистической партией Китая. Оно пыталось уничтожить народные армии, которые вместе с народным ополчением и партизанскими отрядами несли на себе всю тяжесть борьбы с японской агрессией. Советско-китайские отношения в период 1941—1945 гг. развивались в условиях постоянных антисоветских выступлений со стороны гоминдановской клики. Нанкинское правительство к этому времени находилось уже в полной зависимости от Соединенных Штатов Америки, что и определяло его внутреннюю и внешнюю политику. Советское правительство стремилось нормализовать советско-китайские отношения и проводило политику невмешательства во внутренние дела Китая, гоминдановская же клика, формально сохраняя дипломатические отношения с Советским Союзом, на деле занимала враждебную СССР позицию. Разгром вооруженными силами Советского Союза фашистской Германии явился серьезной поддержкой национально-освободительным силам Китая. В стране активизировалась борьба за ликвидацию однопартийного реакционного режима Чан Кай-ши, за демократические преобразования, за создание коалиционного правительства; народ настойчиво требовал установления дружественных отношений между Китаем и СССР. VII съезд компартии Китая, состоявшийся в апреле 1945 г., указал на необходимость ликвидации диктатуры крупных помещиков и крупной буржуазии, феодального фашистского, антинародного государственного строя и поставил перед партией и всем китайским народом задачу борьбы за народную демократию, за установление дружественных отношений между Китаем п СССР. Советский Союз, верный союзническому долгу и интересам мира, 9 августа 1945 г. вступил в войну против японской агрессии и тем самым оказал решающую помощь китайскому народу7. Одновременно с вступлением в войну Советского Союза перешли во всеобщее контрнаступление против японских захватчиков народные войска Китая. Разгром империалистической Японии совместными усилиями Советской Армии, Народно-освободительной армии Китая и войск ряда других стран антифашистской коалиции положил конец проискам японских милитаристов и их друзей в США и Англии, направленным на заключение компромиссного мпра и сохранение вооруженных сил Японии для борьбы против СССР п демократического, национально-освободительного движения в Китае и Юго-Восточной Азии. Советский Союз и Китай сражались против Японии как союзники. В августе 1945 г. в Москве был подписан договор о дружбе и союзе между Советским Союзом и Китаем. Были заключены также соглашения о Китайской Чанчуньской железной дороге (общее название бывших КВЖД и ЮМЖД), о совместном использовании порта Люйшунь (Порт-Артура) в качестве военно-морской базы и о порте Далянь (Дальнем). Договор и соглашения явились мощным орудием укрепления мира и безопасности на Дальнем Востоке. С установлением мира на Дальнем Востоке и подписанием договора и соглашений открылась возможность установления между СССР и Китаем добрососедских отношений. Однако чанкайшистское правительство не изменило своего враждебного отношения к Советскому Союзу. Оно кле- 7 Участие Советского Союза в войне против милитаристской Япоиии было предусмотрено соглашепием, принятым па копферепции в Ялте 11 февраля 1945 г. В соответствии с этим соглашением Советский Союз принял на себя обязательство вступить в войну против Японии через. 2—3 месяца после капитуляции Германии и окончания войны в Европе. 22
ветало на СССР, стараясь разжечь ненависть к советскому народу. В то время как Советский Союз строго выполнял свои обязательства по договору и другим соглашениям, чанкайшистское правительство нарушало их. Оно предприняло также меры к срыву соглашения о Китайской Чанчунь- ской железной дороге. Гоминдановская военщина преследовала советских служащих, арестовывала их, допускала избиения и даже убийства советских людей. Стремясь сорвать нормальную работу дороги, гоминдановцы захватывали отдельные станции, отстраняли от управления советских людей, угоняли подвижной состав. Антисоветской кампанией п криками о «коммунистической опасности» гоминдановская клика пыталась прикрывать свою антинародную политику борьбы против КПК, Народно-освободительной армии и требований народа осуществить демократические преобразования в стране. Антисоветская кампания чанкайшистов обеспечивала им усиление военной помощи от США. Советский народ всегда стоял на стороне китайского народа. Советское правительство строго соблюдало договорные отношения, проводило политику невмешательства во внутренние дела Китая и решительно выступало против вмешательства США. Длительная борьба китайских прогрессивных сил против японской агрессии, их огромный вклад в победу миролюбивых народов над фашизмом снискали китайскому народу уважение всего человечества. Именно в результате борьбы китайского народа против агрессоров, а не вследствие «международного престижа» гоминдановского правительства, Китай стал рассматриваться как одна из великих держав. Китай стал одним из учредителей Организации Объединенных Наций, постоянным членом Совета Безопасности ООН. Однако реакционная политика гоминдановского правительства, его полная за висимость от США не позволяли Китаю на деле стать великой державой. Только после образования Китайской Народной Республики страна приобрела реальный суверенитет и действительную национальную независимость. Роль Китая как великой державы, формально признаваемая всем миром с периода второй мировой войны, фактически стала проявляться только с 1949 г. В целом за 1917—1949 гг. дружба и взаимопонимание между советским и китайским народами выросли и окрепли. Китайский народ устами лучших своих представителей не раз высказывал свои симпатии к советскому народу, ценил его помощь и поддержку в национально-освободительной борьбе. Дружбе и взаимопониманию народов в значительной мере содействовала неустанная работа Коммунистической партии Китая. Однако официальные советско-китайские отношения в 1917—1949 гг. не получили должного развития вследствие противодействия империалистических держав и реакционных правящих кругов Китая. С образованием 1 октября 1949 г. Китайской Народной Республики в советско-китайских отношениях открылась новая эра. * * * Если Великая Октябрьская социалистическая революция в 1917 г. устранила все созданные царизмом препятствия, которые мешали установлению дружественных отношений между Россией и Китаем, то великая китайская революция устранила все препятствия на пути этой дружбы, создававшиеся реакционными правительствами Китая. В результате победы революции в Китае и образования Китайской Народной Республики китайский народ обрел свободу, независимость и национальный суверенитет. Китайские трудящиеся впервые за многовековую историю 23
Китая взяли власть в свои руки, образовали подлинно народное правительство, отвечающее их интересам, стали хозяевами своей страны. Победа китайского народа оказала огромное влияние на борьбу угнетенных народов Азии за свою свободу и национальную независимость. После Великой Октябрьской социалистической революции китайская народная революция была самым выдающимся событием всемирной истории. Она явилась сильнейшим после Октябрьской революции ударом по всей капиталистической системе. От капиталистического мира отпала одна из крупнейших стран мира, с самым многочисленным населением; это серьезно подорвало колониальную систему империализма и заметно ослабило капитализм в целом. Коммунистическая партия Китая, стоящая во главе китайского народа, положила в основу внешней политики КНР ленинские интернационалистические принципы. Народы Советского Союза восторженно приветствовали победу китайского народа. Советское правительство на второй же день существования Китайской Народной Республики объявило о прекращении дипломатических отношений с гоминдановским правительством, переставшим быть правительством Китая, и установлении дипломатических отношений с правительством Китайской Народной Республики. Был произведен обмен нотами об установлении дипломатических отношений между СССР и Китаем. Победа революции в Китае в корне изменила положение на Дальнем Востоке. Ныне на огромном пространстве от Приморья до Памира наша страна граничит с дружественными Советскому Союзу Китайской Народной Республикой и Монгольской Народной Республикой. Агрессивные круги империалистических держав рассчитывали, что Китай будет их неисчерпаемым резервом и опорой в войне против Советского Союза. Однако народный Китай стал могучей силой социалистического лагеря, верным союзником Советского Союза в борьбе за мир. Советский Союз и Китайская Народная Республика — крупнейшие страны социалистического лагеря, этой большой семьи братских народов, борющихся за мир, за социализм и коммунизм. Безвозвратно прошло то время, когда Советская страна была единственным социалистическим государством, когда ей одной приходилось отражать нашествие капиталистических государств, пытавшихся задушить Советскую власть, когда она в одиночку строила социализм в условиях враждебного капиталистического окружения. С первых же дней существования Китайского народного государства между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой установилось тесное сотрудничество как в различных областях экономической и культурной жизни, так и в общей борьбе за мир и международную безопасность. Важным событием в истории советско-китайских отношений явился приезд в Советский Союз в декабре 1949 г. правительственной делегации КНР во главе с вождем китайского народа Председателем Центрального народного правительства Мао Цзэ-дуном. За время пребывания делегации в Москве были обсуждены различные вопросы советско-китайскиу отношений и заложены основы братского сотрудничества между двумя странами. В результате переговоров 14 февраля 1950 г. в Москве были подписаны «Договор о дружбе, союзе и взаимной помощи между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой», «Соглашение о Китайской Чан- чуньской железной дороге, Порт-Артуре и Дальнем», а также «Соглашение о предоставлении правительством Советского Союза правительству 24
Китайской Народной Республики долгосрочного экономического кредита». Договор о дружбе, союзе и взаимной помощи проникнут искренним стремлением советского и китайского народов оказывать друг другу взаимную помощь, содействовать экономическому и культурному прогрессу обеих стран, дальнейшему укреплению и расширению дружбы между ними. Он предусматривает развитие дружественных свяэей между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой в соответствии с принципами равноправия, взаимных интересов, взаимного уважения государственного суверенитета и территориальной целостности и невмешательства в дела другой стороны. Советский Союз и Китайская Народная Республика договорились совместно принимать все необходимые меры, чтобы не допустить нарушения мира и возникновения войны, советоваться между собой по всем важным международным вопросам, касающимся общих интересов СССР и Китая, чтобы таким образом способствовать укреплению мира и безопасности народов. В основу договора о дружбе, союзе и взаимной помощи положено искреннее стремление советского и китайского народов оказывать друг другу братскую помощь в развитии экономики и культуры, в укреплении независимости и обеспечении мира на Дальнем Востоке и во всем мире. Коренные изменения, происшедшие на Дальнем Востоке, дали возможность по-новому решить вопрос о Китайской Чанчуньской железной дороге. Соглашение по этому вопросу предусматривало безвозмездную передачу правительством СССР правительству КНР всех своих прав по совместному управлению дорогой со всем принадлежащим дороге имуществом. Передачу предусматривалось произвести непосредственно после заключения мирного договора с Японией, однако не позже как в конце 1952 г. В точном соответствии с соглашением КЧЖД в декабре 1952 г. была полностью передана в собственность правительству КНР. Свидетельством развивающихся братских отношений между народами Советского Союза и Китайской Народной Республики явился визит в октябре 1954 г. в Китай советской правительственной делегации в составе Н. С. Хрущева, А. И. Микояна и других государственных деятелей Советского Союза. В результате переговоров были выработаны и 12 октября 1954 г. опубликованы совместные декларации правительств Советского Союза и Китайской Народной Республики по вопросам советско-китайских отношений и международному положению, а также декларация по вопросу об отношениях с Японией. Кроме того, были опубликованы совместные коммюнике по вопросу о военно-морской базе Порт-Артур, по вопросу о смешанных советско-китайских акционерных обществах, о научно- техническом сотрудничестве и о строительстве железной дороги Ланьчжоу—Урумчи—Алма-Ата. Стороны договорились о том, что советские воинские части выводятся ив совместно используемой военно-морской базы Порт-Артур и что сооружения в этом районе безвозмездно передаются правительству Китайской Народной Республики. Это было полностью завершено к 31 мая 1955 г. Советское правительство предоставило Китайской Народной Республике долгосрочный кредит в сумме 520 млн. рублей. Был подписан также протокол об оказании правительством СССР помощи правительству КНР в строительстве дополнительно 15 промышленных предприятий и увеличении объема поставок оборудования для 141 предприятия, предусмотренных в ранее подписанном соглашении; общая стоимость дополнительных поставок оборудования ив Советского Союза составила свыше 400 млн. рублей. 25
В последующие годы между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой был подписал целый ряд соглашений и других документов об экономическом, политическом и культурном сотрудничестве двух стран и об оказании взаимной помощи. В апреле 1956 г. в Китае с дружеским визитом по приглашению правительства Китайской Народной Республики находились первый заместитель Председателя Совета Министров Союза ССР А. И. Микоян и Председатель Президиума Верховного Совета Узбекской ССР Ш. Р. Рашидов. Они имели беседы с Председателем Китайской Народной Республики Мао Цзэ-дуном, Чжу Дэ, Лю Шао-ци, Чжоу Энь-лаем и другими видными деятелями народного Китая. В результате переговоров, проходивших в обстановке искренней дружбы и полного взаимопонимания, было подписано соглашение об оказании Советским Союзом помощи Китайской Народной Республике в развитии некоторых отраслей промышленности. Соглашение предусматривает строительство 55 новых промышленных предприятий дополнительно к 156 объектам, сооружавшимся в соответствии с ранее заключенными советско-китайскими соглашениями. Среди этих 55 предприятий имеются металлургические, машиностроительные и химические заводы, заводы по производству искусственного волокна и пластмасс, предприятия электротехнической и радиотехнической промышленности, электростанции, а также научно-исследовательские институты авиационной промышленности. Общая стоимость поставок оборудования, проектных работ и других видов технической помощи со стороны Советского Союза для строительства указанных 55 предприятий составит около 2,5 млрд. рублей. В развитие договоренности между правительствами СССР и КНР, изложенной в Советско-Китайском коммюнике от 12 октября 1954 г., было подписано также соглашение о сооружении железной дороги от Ланьчжоу до станции Актогай на Туркестано-Сибирской железной дороге, строительство которой уже ведется. Кроме оказания КНР помощи в строительстве более чем 200 крупных промышленных предприятий, Советский Союз передает Китаю проектно- техническую документацию по сооружению металлургических и машиностроительных заводов и электростанций, рабочие чертежи на производство машин и оборудования, научно-техническую и учебную литературу, стандарты и справочные материалы. Советский Союз оказывает Китайской Народной Республике помощь в использовании атомной энергии в мирных целях и в строительстве специальных предприятий, которые будут давать атомную энергию. Китайская Народная Республика в свою очередь оказывает помощь Советскому Союзу и тем самым способствует дальнейшему росту его могущества. В соответствии с советско-китайским соглашением о научно-техническом сотрудничестве Китайская Народная Республика безвозмездно передает Советскому Союзу техническую документацию и свой опыт, в производстве изделий легкой, фармацевтической и местной промышленности, снабжает Советское государство образцами сельскохозяйственных культур, в том числе субтропических растений, цитрусовых, овощных, зерновых и других. В обмен на машины и оборудование, которые СССР поставляет Китаю, Китайская Народная Республика посылает Советскому Союзу пужные его народному хозяйству руды различных металлов, кожсырье, щетину, ткани, шерсть, фрукты, шелк, рис, чай, маслосемена и многое другое. Развитие экономики и рост мощи народного Китая способствуют упрочению его независимости, что отвечает интересам всех народов, борющихся за свою национальную независимость, и содействует укреплению могущества стран социалистического лагеря. ' 26
В целях дальнейшего укрепления экономических и культурных связей СССР, КНР и МНР построили железную дорогу, которая соединяет Советский Союз и Китайскую Народную Республику через Монголию. Эта дорога сокращает путь от Москвы до Пекина более чем на тысячу километров. Когда пойдут поезда по железной дороге Ланьчжоу—Актогай, экономические связи между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой, а также между всеми демократическими странами Европы и Азии, еще более укрепятся. По приглашению Китайского правительства в КНР работает большая группа советских специалистов. Советский Союз оказывает Китаю помощь в подготовке национальных кадров самых различных специальностей. Тысячи китайских юношей и девушек учатся в высших учебных заведениях Советского Союза. На предприятиях СССР проходят практику директора китайских предприятий, инженеры, рабочие. С другой стороны, в высших учебных заведениях Китая обучаются советские студенты и аспиранты. Советский Союз неизменно поддерживает справедливое требование китайского народа о восстановлении законных прав КНР в Организации Объединенных Наций. Общеизвестно, что Китай участвовал на конференции в Сан-Франциско, имевшей целью создание Организации Объединенных Наций, и 26 июня 1945 г. подписал Устав ООН. Таким образом, Китай является первоначальным членом Организации Объединенных Наций и, согласно ст. 23 Устава ООН,—постоянным членом Совета Безопасности. Однако место Китайской Народной Республики в ООН до сих пор незаконно занимает представитель обанкротившейся чанкай- шистской клики. В период работы IV сессии Генеральной Ассамблеи в ноябре 1949 г. Центральное народное правительство КНР потребовало от Генеральной Ассамблеи лишить гоминдановскую клику права представлять Китай в ООН. Советская делегация энергично поддержала это требование Китайского правительства. В декабре 1949 г. советская делегация в Совете Безопасности сделала заявление о том, что она не признает гоминдановскую делегацию правомочной представлять Китай, и предупредила, что не будет считаться с каким бы то ни было решением, которое может быть принято по требованию чанкайшистской клики. На последующих сессиях Генеральной Ассамблеи и на заседаниях Совета Безопасности советская делегация неизменно выступала в защиту законных прав Китайской Народной Республики в Организации Объединенных Наций. В 1955 г. на Женевском совещании глав правительств четырех держав Советское правительство внесло предложение обсудить назревшие проблемы Азии и Дальнего Востока, в том числе и вопрос о представительстве Китая в ООН. При этом глава советской делегации отнес вопрос о восстановлении прав КНР в ООН к числу проблем, не терпящих отлагательства. Однако из-за враждебной политики агрессивных кругов США в отношении китайского народа законные права Китая в ООН до сих пор не восстановлены. Излишне доказывать, что отсутствие в этой организации представителей такой великой державы, как народный Китай, отрицательно сказывается как на деятельности, так и на престиже самой ООН. Между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой осуществляется тесное сотрудничество в борьбе за сохранение мира и международную безопасность. Общеизвестно, что совместная борьба СССР и КНР за сохранение мира сыграла выдающуюся роль в деле прекращения кровопролития в Корее и Индокитае. Китайская Народная Республика вносит неоценимый вклад в дело укрепления международной безопасности; 27
се активная внешняя политика, основанная на известных пяти принципах мирного сосуществования, служит делу развития дружбы и сотрудничества между всеми народами. Еще совещание по вопросам прекращения войны в Индокитае со всей очевидностью показало, что попытки США отстранить Китайскую Народную Республику от участия в решении международных проблем находятся в полном противоречии с интересами укрепления мира и международной безопасности. Ярким свидетельством роста влияния и международного авторитета Китайской Народной Республики как великой державы явилось активное участие делегации КНР во главе с Премьером Государственного совета Чжоу Энь-лаем в Бандунгской конференции. Оно еще более подняло международный престиж Китая и укрепило его связи со странами Азии и Африки. Советский Союз решительно поддержал позицию КНР в вопросе о китайском острове Тайвань, фактически оккупированном вооруженными силами США. Это нашло свое отражение в официальных заявлениях государственных деятелей СССР—в заявлении А. А. Громыко от 4 июля 1950 г., в беседе И. В. Сталина с корреспондентом «Правды» 17 февраля 1951 г. и др., а также в неоднократных выступлениях членов советской делегации на сессиях Генеральной Ассамблеи ООН при обсуждении вопросов, касающихся Китая. 16 декабря 1954 г. МИД СССР выступил с заявлением, в котором резко осуждался американо-чанкайшистский договор о «взаимной обороне». В январе 1955 г. представитель СССР в ООН потребовал срочного созыва заседания Совета Безопасности для обсуждения вопроса об агрессивных действиях США в отношении КНР в районе Тайваня. В резолюции, внесенной советским представителем, предлагалось осудить агрессивные действия США против КНР, предложить правительству США принять немедленные меры к прекращению агрессивных действий, прекратить вмешательство во внутренние дела Китая, а также немедленно отозвать свои воздушные, морские и сухопутные силы с острова Тайвань и с других территорий, принадлежащих Китаю. Китайская Народная Республика со своей стороны поддерживает все акты Советского Союза, направленные на сохранение мира и международной безопасности. В 1955 г. Китайская Народная Республика поддержала решения Варшавского совещания европейских государств по обеспечению мира и безопасности в Европе, на которое она делегировала своего наблюдателя—заместителя Премьера Государственного совета и министра обороны маршала Пын Дэ-хуая. Наблюдатель КНР участвовал и в работе Консультативного совета стран—участниц Варшавского договора в Праге (конец 1955 г.). Правительство КНР выразило полную поддержку Декларации Советского правительства от 30 октября 1956 г. об основах развития и дальнейшего укрепления дружбы п сотрудничества между Советским Союзом и другими социалистическими государствами. Тесные, братские отношения существуют и между правящими партиями обеих великих держав—Коммунистической партией Советского Союза и Коммунистической партией Китая. Обе эти партии—самые многочисленные, опытные и закаленные в боях из всех коммунистических партий мира, являются руководящей силой своих народов. Между ними существует полное единство взглядов по всем важнейшим вопросам. Советских и китайских коммунистов неразрывно объединяет общность идей, непоколебимая верность победоносному знамени марксизма-ленинизма. Советский и китайский народы, в соответствии со своим интернациональным долгом, стойко защищают социалистические завоевания свооод- 28
ных народов и выступают против попыток международной реакции реставрировать в социалистических странах капиталистический строй. В 1950 г., когда американские войска в Корее пересекли 38-ю параллель и двинулись в направлении реки Ялуцзян, угрожая колониальным порабощением корейскому народу, китайский народ пришел ему на помощь. Приняв участие в отражении иностранной агрессии в Корее, он показал свою верность идеям пролетарского интернационализма. Китайский народ горячо поддержал советских людей, которые, движимые чувством братской солидарности, пришли на помощь венгерским трудящимся в их борьбе против имевшей место в октябре—ноябре 1956 г. попытки контрреволюции совершить фашистский переворот. Правительство КНР полностью поддержало действия Советского правительства, выступившего в защиту венгерского народа. Крупным историческим событием в отношениях между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой явился дружественный визит в СССР китайской правительственной делегации во главе с Чжоу Энь-лаем и подписание 18 января 1957 г. совместной Советско-Китайской декларации. Этот исторический документ показывает, что две крупнейшие державы мира имеют совершенно одинаковые взгляды по всем важнейшим вопросам международного положения, по вопросам дальнейшего укрепления и развития отношений между социалистическими странами и дальнейшего развития дружественного сотрудничества между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой. Правительства обеих стран подчеркнули, что они поддерживают борьбу народов различных стран против колониализма, их борьбу в защиту национальной независимости и свободы; они придерживаются той точки зрения, что социалистические и национально независимые страны могут сотрудничать на основе пяти принципов мирного сосуществования с тем, чтобы противостоять войне и колониализму и защитить мир во всем мире. В яркую демонстрацию дружбы китайского и советского народов вылилась поездка Председателя Президиума Верховного Совета СССР К. Е. Ворошилова в Китайскую Народную Республику в апреле—мае 1957 г. В дни празднования 40-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции в Советский Союз прибыла делегация Китайской Народной Республики во главе с Председателем КНР товарищем Мао Цзэ-дуном. В речи на аэродроме в Москве Мао Цзэ-дун заявил: «Благодаря Октябрьской революции китайский народ нашел путь к окончательному освобождению, процветанию и могуществу. Китайский народ во всех своих делах встречает огромную симпатию и получает великодушную помощь советского народа. Народы наших стран в совместной борьбе сплотились в братский союз. В мире нет таких сил, которые могли бы нас разъединить». Делегация Коммунистической партии Китая вместе с делегациями КПСС и других братских партий подписала Декларацию Совещания представителей коммунистических и рабочих партий социалистических стран, состоявшегося в Москве 14—16 ноября 1957 г., и Манифест мира, принятый на совещании представителей коммунистических и рабочих партий, состоявшемся в Москве 16—19 ноября 1957 г. В Манифесте мира, подписанном делегациями коммунистических и рабочих партий 64 стран, говорится: «В стремлений к миру и международному сотрудничеству, к мирному сосуществованию различных общественных систем, плечом к плечу с Советским Союзом идет другая великая социалистическая держава—Народный Китай. За эти же мир- 29
ные цели борются европейские и азиатские страны народной демо кратии». Непрерывно крепнущая дружба между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой имеет особое значение в нынешней международной обстановке, когда империалистические силы пытаются подорвать дело мира, толкнуть человечество на путь войны. Народы СССР и Китая глубоко понимают важность единства Советского Союза и Китайской Народной Республики. Они знают, что это единство не только содействует расцвету обеих держав, но и оказывает благотворное влияние на судьбы человечества, способствуя победе дела мира во всем мире. //. Курдюков * * * Документы, включенные в настоящий сборник, охватывают в своей основной части советско-китайские отношения с 1917 по 1957 г. Однако ввиду исключительного международного значения событий последнего времени, характеризующих дальнейшее развитие и укрепление советско- китайской дружбы и сотрудничества, сборник пополнен наиболее важными документами, относящимися к 1958 г. В январе 1958 г. в Москве заключено соглашение между правительствами СССР и КНР о совместном проведении исследований в области науки и техники и об оказании помощи Советским Союзом Китаю в этой работе. В апреле 1958 г. в Пекине были подписаны Договор о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик и Китайской Народной Республикой и Протокол о товарообороте на 1958 г. Выдающимся событием в советско-китайских отношениях и в международной жизни вообще является встреча руководящих деятелей Советского Союза и Китайской Народной Республики—Н. С. Хрущева и Мао Цзэ-дуна, состоявшаяся в Пекине 31 июля—3 августа 1958 г. Эта встреча вновь продемонстрировала перед всем миром полное единство взглядов СССР и КНР по важнейшим проблемам современности, несокрушимую силу советско-китайской дружбы, готовность советского и китайского народов защищать дело мира. Советский народ с возмущением встретил новые провокации американских империалистов у берегов Китая в районе Тайваня. Выражая чувства и мысли советских людей, Н. С. Хрущев в. своем послании президенту Эйзенхауэру от 7 сентября 1958 г. заявил: «Нападение на Китайскую Народную Республику, которая является великим другом, союзником и соседом нашей страны,—это нападение на Советский Союз». За 9 лет, прошедших со времени образования Китайской Народной Республики, великий союз двух социалистических держав—Советского Союза и Народного Китая—стал могучей силой, несокрушимым оплотом в борьбе за дело мира и прогресса. СССР и КНР, верные священным принципам интернационализма, будут и впредь укреплять свою великую дружбу.
РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ
№ 1 1917 г. октября 26 (ноября 8).—Первый декрет Советской власти—декрет о мире. ДЕКРЕТ О МИРЕ, ПРИНЯТЫЙ ЕДИНОГЛАСНО НА ЗАСЕДАНИИ ВСЕРОССИЙСКОГО СЪЕЗДА СОВЕТОВ РАБОЧИХ, СОЛДАТСКИХ И КРЕСТЬЯНСКИХ ДЕПУТАТОВ Рабочее и крестьянское правительство, созданное революцией 24— 25 октября и опирающееся на Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, предлагает всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом демократическом мире. Справедливым или демократическим миром, которого жаждет подавляющее большинство истощенных, измученных и истерзанных войной рабочих и трудящихся классов всех воюющих стран,—миром, которого самым определенным и настойчивым образом требовали русские рабочие и крестьяне после свержения царской монархии,—таким миром правительство считает немедленный мир без аннексий (т. е. без захвата чужих земель, без насильственного присоединения чужих народностей) и без контрибуций. Такой мир предлагает правительство России заключить всем воюющим народам немедленно, выражая готовность сделать без малейшей оттяжки тотчас же все решительные шаги впредь до окончательного утверждения всех условий такого мира полномочными собраниями народных представителей всех стран и всех наций. Под аннексией или захватом чужих земель правительство понимает сообразно правовому сознанию демократии вообще и трудящихся классов в особенности всякое присоединение к большому или сильному государству малой или слабой народности без точно, ясно и добровольно выраженного согласия и желания этой народности, независимо от того, когда это насильственное присоединение совершено, независимо также от того, насколько развитой или отсталой является насильственно присоединяемая или насильственно удерживаемая в границах данного государства нация. Независимо, наконец, от того, в Европе или в далеких заокеанских странах эта нация живет. Если какая бы то ни была нация удерживается в границах данного государства насилием, если ей, вопреки выраженному с ее стороны жела- 99 3 Советсно-китаиси и е отношения *•»
нию—все равно, выражено ли это желание в печати, в народных собраниях, в решениях партий или возмущениях и восстаниях против национального гнета,—не представляется права свободным голосованием, при полном выводе войска присоединяющей или вообще более сильной нации, решить без малейшего принуждения вопрос о формах государственного существования этой нации, то присоединение ее является аннексией, т. е. захватом и насилием. Продолжать эту войну из-за того, как разделить между сильными и богатыми нациями захваченные ими слабые народности, правительство считает величайшим преступлением против человечества и торжественно заявляет свою решимость немедленно подписать условия мира, прекращающего эту войну на указанных равно справедливых для всех без изъятия народностей условиях. Вместе с тем правительство заявляет, что оно отнюдь не считает вышеуказанных условий мира ультимативными, т. е. соглашается рассмотреть и всякие другие условия мира, настаивая лишь на возможно более быстром предложении их какой бы то ни было воюющей страной и на полнейшей ясности, на безусловном исключении всякой двусмысленности и всякой тайны при предложении условий мира. Тайную дипломатию правительство отменяет, со своей стороны выражая твердое намерение вести все переговоры совершенно открыто перед всем народом, приступая немедленно к полному опубликованию тайных договоров, подтвержденных или заключенных правительством помещиков и капиталистов с февраля по 25 октября 1917 года. Все содержание этих тайных договоров, поскольку оно направлено, как это в большинстве случаев бывало, к доставлению выгод и привилегий русским помещикам и капиталистам, к удержанию или увеличению аннексий великороссов, правительство объявляет безусловно и немедленно отмененным. Обращаясь с предложением к правительствам и народам всех стран начать немедленно открытые переговоры о заключении мира, правительство выражает со своей стороны готовность вести эти переговоры как посредством письменных сношений, по телеграфу, так и путем переговоров между представителями разных стран или на конференции таковых представителей. Для облегчения таких переговоров правительство назначает своего полномочного представителя в нейтральные страны. Правительство предлагает всем правительствам и народам всех воюющих стран немедленно заключить перемирие, причем со своей стороны считает желательным, чтобы это перемирие было заключено не меньше, кал на три месяца, т. е. на такой срок, в течение которого вполне возможно как завершение переговоров о мире с участием представителей всех без изъятия народностей или наций, втянутых в войну или вынужденных к участию в ней, так равно и созыв полномочных собраний народных представителей всех стран для окончательного утверждения условий мира. Обращаясь с этим предложением мира к правительствам и народам всех воюющих стран, временное рабочее и крестьянское правительство России обращается также в особенности к сознательным рабочим трех самых передовых наций человечества и самых крупных участвующих в па- стоящей войне государств, Англии, Франции и Германии. Рабочие этих стран оказали наибольшие услуги делу прогресса и социализма, и великие образцы чартистского движения в Англии, ряд революций, имевших всемирно-историческое значение, совершенных французским пролетариатом, наконец, в геройской борьбе против исключительного закона в Германии и образцовой для рабочих всего мира длительной, упорной, дисциплинированной работе создания массовых пролетарских организаций Герма- 34
пни—все эти образцы пролетарского героизма и исторического творчества служат нам порукой за то, что рабочие названных стран поймут лежащие на них теперь задачи освобождения человечества от ужасов войны и ее последствий,—ибо эти рабочие всесторонней решительной и беззаветно энергичной деятельностью своей помогут нам успешно довести до конца дело мира и вместе с тем дело освобождения трудящихся и эксплуатируемых масс населения от всякого рабства и всякой эксплуатации. «Известия», М 208, от 27 октября 1917 г. № 2 1917 г. ноября 20 (декабря 3).—Обращение Совета Народных Комиссаров ко всем трудящимся мусульманам России и Востока* Товарищи! Братья! Великие события происходят в России. Близится конец кровавой войне, начатой из-за дележа чужих стран. Падает господство хищников, поработивших народы мира. Под ударами русской революции трещит все здание кабалы и рабства. Мир произвола и угнетения доживает последние дни. Рождается новый мир, мир трудящихся и освобождающихся. Во главе этой революции стоит рабочее и крестьянское правительство России, Совет Народных Комиссаров. Вся Россия усеяна революционными Советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Власть в стране в руках народа. Трудовой народ России горит одним желанием: добиться честного мира и помочь угнетенным народам мира завоевать себе свободу. В этом святом деле Россия не одинока. Великий клич освобождения, данный русской революцией, подхватывается всеми трудящимися Запада и Востока- Истомленные войной народы Европы уже протягивают нам руку, творя мир. Рабочие и солдаты Запада уже собираются под знамя социализма, штурмуя твердыни империализма. А далекая Индия, та самая, которую веками угнетали «просвещенные» хищники Европы, подняла уже знамя восстания, организуя свои Советы депутатов, сбрасывая с плеч ненавистное рабство, призывая народы Востока к борьбе и освобождению. Рушится царство капиталистического грабежа и насилия. Горит почва под ногами хищников империализма. Перед лицом этих великих событий мы обращаемся к вам, трудящиеся и обездоленные мусульмане России и Востока. Мусульмане России, татары Поволжья и Крыма, киргизы и сарты Сибири и Туркестана, турки и татары Закавказья, чеченцы и горцы Кавказа, все те, мечети и молельни которых разрушались, верования и обычаи которых попирались царями и угнетателями России! Отныне ваши верования и обычаи, ваши национальные и культурные учреждения объявляются свободными и неприкосновенными. Устраивайте свою национальную жизнь свободно и беспрепятственно. Вы имеете право на это. Знайте, что ваши права, как и права всех народов России, охраняются всей мощью революции и ее органов, Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Поддерживайте же эту революцию и ее полномочное правительство. Мусульмане Востока, персы и турки, арабы и индусы, все те, головами и имуществом которых, свободой и родиной которых сотни лет тор- 3* 35
говали алчные хищники Европы, все те, страны которых хотят поделить начавшие войну грабители! Мы заявляем, что тайные договора свергнутого царя о захвате Константинополя, подтвержденные свергнутым Керенским, ныне порваны и уничтожены. Республика Российская и ее правительство, Совет Народных Комиссаров, против захвата чужих земель. Константинополь должен остаться в руках мусульман. Мы заявляем, что договор о разделе Персии порван и уничтожен. Как только прекратятся военные действия, войска будут выведены из Пер- сип и персам будет обеспечено право свободного определения своей судьбы. Мы заявляем, что договор о разделе Турции и «отнятии» у нее Армении порван и уничтожен. Как только прекратятся военные действия, армянам будет обеспечено право свободно определить свою политическую судьбу. Не от России и ее революционного правительства ждет вас порабощение, а от хищников европейского империализма, от тех, которые ведут нынешнюю войну из-за дележа ваших стран, от тех, которые превратили вашу родину в расхищаемую и обижаемую свою «колонию». Свергайте же этих хищников и поработителей ваших стран. Теперь, когда война и разруха расшатывают устои старого мира, когда весь мир пылает негодованием против империалистов-захватчиков, когда всякая искра возмущения превращается в мощное пламя революции, когда даже индийские мусульмане, загнанные и замученные чужеземным игом, подымают восстание против своих поработителей,—теперь молчать нельзя. Не теряйте же времени и сбрасывайте с плеч вековых* захватчиков ваших земель. Не отдавайте им больше на разграбление ваших родных пепелищ. Вы сами должны быть хозяевами вашей страны. Вы сами должны устроить свою жизнь по образу своему и подобию. Вы имеете на это право, ибо ваша судьба в ваших собственных руках. Товарищи! Братья! Твердо и решительно идем мы к честному демократическому миру. На наших знаменах несем мы Освобождение угнетенным народам мира. Мусульмане России! Мусульмане Востока! На этом пути обновления мира мы ждем от вас сочувствия и поддержки. Народный комиссар по национальным делам Джугашвили-Сталин Председатель Совета Народных Комиссаров В. Ульянов (Ленин) * Известия», № 232, от 22 ноября 1917 г. № 3 1918 г. февраля 22.—Из инструкции Народного комиссариата по иностранным делам РСФСР Международным отделам краевых Совдепов**. За последнее время во многих сибирских и приамурских городах при Совдепах учреждены Международные отделы для пограничных сношений. Некоторые Советы избрали особых комиссаров для пограничных сноше- * В тексте: виновных ** Печатается с некоторыми сокращениями. 36
ний, представляя их на утверждение Комиссариата по иностранным делам. Во Владивостоке комиссар назначен нами. Некоторые Совдепы обратились к нам за инструкциями. Мы^ от всей души приветствуем возникновение таких отделов. Они в тесной связи с нами и под руководством центральных органов могли бы не только исполнять функции международных сношений с пограничными властями, но и облегчить работу центра по осведомлению о нуждах российских граждан за границей и даже принять участие в формировании кадра опытных консульских агентов. Для этого прежде всего желательно немедленно же установить самые тесные сношения как между краевыми Совдепами, так и между Совдепами и центром. Все дипломатические, консульские чиновники, не признавшие власти правительства Народных Комиссаров, декретом от 22 ноября прошлого года устранены. Вместо них там, где есть крупные русские колонии и образовались Исполнительные комитеты, стоящие на платформе Советской власти, русская колония может наметить своего кандидата на должность консула, немедленно представляя своего кандидата с его квалификацией на утверждение в Петроград. Положение это главным образом имеет в виду Маньчжурию, Монголию и Восточный Туркестан. Там, где в пограничном пункте колония невелика, соответственный Совдеп в России может поручить консульские обязанности своему кандидату, точно так же представляя его на утверждение в Петроград. Утвержденные нами лица немедленно принимают от прежних консулов дома и имущество консульства, архивы и дела и приступают к исполнению текущих дел, получая от нас мандат. При этом территориально вопросами об избрании кандидатов и контролем за их деятельностью ведают: Владивостокский Совдеп—консульствами в Восточной Маньчжурии (провинции Гиринской и Мукденской), Хакодате, а также в Корее; Хабаровский Совдеп—консульствами в Хейлунцзянской провинции; Читинский Совдеп—консульствами в Халхе; Иркутский окружной Совдеп—в Урге; Омский Совдеп—в Кобдо; Ташкентский Совдеп—консульствами в Кульд- же и Восточном Туркестане. На обязанности Владивостока лежит завязать сношения с Тяньцзинем, Чифу и, особенно, Шанхаем, так как в последнем центре многочисленная русская колония совершенно устранена от дел самоуправления реакционно настроенной кучкой банкиров и чиновников. В отношении к соседним народам надлежит руководствоваться принципами, изложенными в Декрете о мире, каковой Декрет вы должны широко распространить на местных языках. В отношении китайцев надлежит помнить, что нынешнее Пекинское правительство не является выразителем воли китайского народа и ведет борьбу с поднявшим восстание против реакционного севера народом Южного Китая, образовавшим Федеративную Республику. В Северном Китае действуют, совершенно независимо от Пекина, генералы-монархисты!...] Относительно Японии надлежит помнить о совершенно определенных захватных стремлениях нынешнего наиболее реакционного в новейшей истории Японии правительства. Следует зорко наблюдать за всякимц попытками японцев, хотя бы путем провокаций, вмешиваться в наши внутренние дела, держа нас в курсе. Нежелательно, однако, создавать на местах каких-либо инцидентов на почве законных интересов японских подданных и торговцев[...] В отношении Восточно-Китайской дороги следует помнить, что договор 1896 года, нами признанный, а Китаем до сих пор не опротестованный, сохраняет силу, и, следовательно, Китай сохраняет свои верховные права 37
на территорию, по которой пролегает железная дорога, и обязан ее охранять, не вмешиваясь во внутренний распорядок дороги и в наши самоуправления [...] При всяком удобном случае в печати, на митингах, в листовках вам надлежит подчеркивать, что мы кладем первый камень в создании совершенно новых отношений с народами Востока и что спасение их от опасности захвата, насилий и беззакония японско-европейских капиталистов и угнетателей заключается в тесном единении с народами социалистической России. Народный комиссариат по иностранным делам Чичерин, Карахан Документы внешней политики СССР, МИД СССР, Госполитиадат, 1957 т I стр. 109—111. №4 1918 г. конец мая*.—Нота Народного комиссариата по иностранным делам РСФСР Китайской миссии. Срочно. Вне очереди** Народный комиссариат по иностранным делам обращает внимание Пекинского правительства на нижеследующее обстоятельство. С самого начала контрреволюционного движения небезызвестной разбойничьей шайки есаула Семенова, последняя пользовалась китайской территорией как операционной базой при своих вторжениях в пределы Российской Федеративной и Социалистической Республики Советов, получая в Маньчжурии продовольствие, вербуя там китайские отряды и укрываясь от преследования советских войск. Неоднократные попытки Советской власти войти в соглашение с китайскими властями на предмет принятия совместных мер против этой разбойничьей банды до сих пор оставались безуспешными. Даже в том случае, когда китайские власти давали официальные обещания не допускать вторжения этой шайки в российские пределы, эти заверения оставались неисполненными, результатом чего явилось полное прекращение движения по Маньчжурской дороге, прекращение ввоза и вывоза как русских, так и китайских товаров, и экономические сношения между двумя соседними народами замерли к вящему ущербу пародных интересов. В последнее время шайка Семенова сделала вновь попытку ворваться в русские пределы, имея в своих рядах целый отряд, состоящий из китайских граждан. В настоящее время советскими войсками преступная попытка Семенова ликвидирована, и Советское правительство намерено положить конец недопустимому с точки зрения взаимных русско-китайских интересов положению вещей на границе. Однако, если Пекинское правительство будет продолжать свою прежнюю политику попустительства по отношению к этой разбойничьей шайке, возникает опасность, что преступный элемент снова укроется на китайской территории и все начинания Советского правительства по восстановлению экономических сношений с Китаем останутся втуне, отчего пострадают в одинаковой степени и русское и китайское население. На основании вышеизложенного Народный комиссариат по иностранным делам обращается к Пекинскому правительству с настоятельной дружеской просьбой принять решительные меры к недопущению далъ- * Датируется на основании порядковой нумерации телеграмм НКИЦ. ** Нота была передана по телеграфу из Москвы в Петроград. 38
нсйшего укрывательства шайки Семенова на китайской, территории и использования китайской территории в качестве базы для враждебных действий против искони дружественного китайцам русского народа. В случае, если Пекинское правительство считает себя бессильным положить предел преступной деятельности разбойничьих шаек из Маньчжурии, Народный комиссариат просит согласия Пекинского правительства на ликвидирование этого элемента советскими войсками в пределах китайской территории совместно с регулярными китайскими войсками либо самостоятельно, без их содействия. Вместе с тем в интересах китайских граждан Народный комиссариат просит Пекинское правительство ускорить разрешение на въезд и облегчение по проезду к местам назначения советских консульских агентов, о назначении которых Китайская миссия была уже уведомлена нотой от 8 апреля 1918 года № 100. Народный комиссариат надеется, что те усилия, которые им прилагались к установлению действительно дружеских, откровенных, добрососедских отношений с китайским народом с первых дней перехода власти в руки народов Российской Социалистической Федеративной Республики, по достоинству будут оценены Пекинским правительством, и Пекинское правительство на деле пожелает доказать свою решимость укрепить нормальное отношение обоих соседних народов. Заместитель народного комиссара по иностранным делам Чичерин Документы внешней политики СССР, МИД СССР, Госполитиадат, 1957, т. I, стр. 339—341. № 5 1918 2. августа 1.—Письмо народного комиссара по иностранным делам РСФСР Г. В. Чичерина Сунь Ят-сену. Дорогой д-р Сун Ят-сен, Совет Народных Комиссаров дал нам почетное задание благодарить Вас, уважаемый Учитель, за приветствие, присланное несколько месяцев назад Рабоче-крестьянскому правительству от имени Южно-Китайского парламента, и приветствовать Вас, как вождя китайской революции и как человека, который с 1911 года в особенно трудных условиях продолжает идти во главе китайских трудящихся масс против поработителей—северокитайской и иностранной буржуазии и империалистических правительств. Вы, уважаемый Учитель, некоторое время назад в приветствии Рабоче-крестьянскому правительству России указали, что у русской и китайской революции одни и те же цели и что они клонятся к освобождению рабочих и к установлению прочного мира, основывающегося на признании общих интересов двух великих пролетариатов, русского и китайского. Эта великая задача, понимаемая нами как установление всеобщего мира в результате всеобщего братства трудящихся классов этих наций, была основой всей деятельности Рабоче-крестьянского правительства с момента, когда власть перешла из рук буржуазного правительства в руки народа. Эта наша программа выражена в Декрете о мире, который, уважаемый Учитель, известен Вам, и она повторена в нашей декларации 89
относительно народов Востока, зачитанной на Пятом Всероссийском Съезде Советов. Мы тоже, как и Вы сами, сталкиваемся с беспримерными трудностями на нашем пути. Окруженные стальным кольцом штыков империалистических правительств, наемников буржуазии,—чехословацких орд и русской буржуазии, стремящихся восстановить монархию в России, мы отрезаны от наших друзей, южнокитайского пролетариата. В течение двух месяцев связь с Вами была прервана. На Дальнем Востоке распространяются лживые слухи нашими общими врагами через прессу, развращенную банками и капиталистами, слухи, цель которых — скрыть от китайского народа правду, что Рабоче-крестьянское правительство живет и ведет мощную и неустанную борьбу, теперь как и прежде, неся знамя победы пролетариата над мировой буржуазией и европейскими ворами и грабителями. Наша участь горька и борьба неравная. В этот час испытания, когда империалистические правительства протягивают свои жадные руки с востока и с запада, с севера и с юга, чтобы сокрушить русскую революцию и отнять у русских крестьян и рабочих то, что они завоевали для себя такой революцией, какую мир никогда раньше не видел, когда к этим грабителям готово присоединиться правительство Пекина, созданное там иностранными банкирами,—в этот момент русские трудящиеся классы обращаются к их китайским братьям и призывают их к совместной борьбе. Ибо наш успех есть ваш успех, наше уничтожение есть ваше уничтожение. Сомкнем теснее наши ряды в великой борьбе за общие интересы пролетариата всего мира. Да здравствует трудящийся китайский крестьянин. Да здравствует китайский рабочий. Да здравствует союз между русским и китайским пролетариатами. С нашими самыми искренними пожеланиями счастья и процветания китайским трудящимся классам и их уважаемому Учителю д-ру Сун Ят-сену, Г. Чичерин Народный комиссар иностранных дел Российской Федеративной и Социалистической Республики Советов. Документы внешней политики СССР, МИД СССР, Госполитиадат, 1957, т. I, стр. 415—416. № 6 1918 г. декабря 2. — Выписка из протокола заседания Президиума ВЦ И К о прекращении взыскания с Китайского правительства сумм, причитающихся в виде военного вознаграждения по заключенному протоколу 1901 года*. Слушали Постановили § 2. Утверждение роспи- Заслушав одобренный Советом Народ- си общегосударственных ных Комиссаров проект бюджета на расходов и доходов РСФСР. июль—декабрь 1918 г., всероссийский • Печатается с некоторыми сокращениями. 40
Центральный Исполнительный Комитет постановил:^..] 2. Прекратить установленное договором 25 августа 1901 г. с Китайским правительством взыскание причитающихся в виде военного вознаграждения с Китая сумм как подлежащих уплате на будущее время, так и составляющих недоимки платежей за прежнее время, предоставив народному комиссару по иностранным делам об аннулировании указанных обязательств по уплате Китаем военного вознаграждения России уведомить Китайское правительство. АВП, ф. 100а, on. 2а, папка 133, д. 9, л. 6. № 7 1918 г. декабря 2.—Телеграмма местных властей Советского Туркестана Китайскому правительству по поводу незаконных действий бывшего русского консула в Кулъдже Люба. Имея в виду то обстоятельство, что Центральное правительство Китайской Республики не издало декрета о прекращении торговли с Советской Россией, мной были отправлены 5,5 миллионов рублей в Кульджинское губернаторство для покупки товаров, необходимых для Семиреченской области. На часть закупленных товаров и часть ввезенных денег в размере 1162 930 руб. 10 коп. консул Люба наложил арест, не имея законных оснований к данному аресту. Учитывая и подчеркивая силу международных трактатов и договоров, которые не пересматривались и вновь не комбинировались, то есть в юридическом отношении сохранили полную силу до их переработки, я нахожу, что единственным и правомочным юридическим и административным лицом по отношению к Туркестанской Республике и Семиреченской области является не консул Люба, а китайские власти и китайский народ Кульджинского губернаторства. Между сопредельным с нами Китаем и нами не было каких-либо сложных осложнений, по крайней мере мы со своей стороны напрягаем все усилия к тому, чтобы широко развить и укрепить добрососедские торгово-промышленные отношения с Китаем. Мы не были и надеемся не быть в положении войны с Китаем, мы доверчиво ввезли свои капиталы, надеясь путем свободной, честной, открытой торговли приобрести товары, мы и в настоящее время глубоко убеждены, что наши товары и деньги не составляют «военной добычи», так как первые приобретены, вторые ввезены на территорию Китайской Республики, а не в царство консула Люба, систематически проводящего провокацию, ведущую Кульджинское губернаторство к полной и неизбежной анархии в Китае. От имени Туркестанской Республики и Семиреченской области в силу вышеизложенного и в силу международных трактатов я торжественно заявляю, что консул Люба не имел никакого права налагать арестов и расхищать чужое имущество. То и другое он сделал, зло высмеивая высокие принципы государственного механизма Китайской Республики, издеваясь 41
над правами каждого юридического лица широко пользоваться свободой на Китайской территории независимо от его политической физиономии и быть под покровительством Китайского республиканского правительства. Я [имею честь! заявить китайским властям Кульджинского губернаторства, что ни одно законодательства не предусмотрело в своих законоположениях «третьего юридического лица». Консул Люба, являясь таким «третьим юридическим лицом» между нами и Китаем, совершенно напрасно и непроизводительно теряет время, вися в воздухе, учиняя ряд уголовных преступлений международного характера. Министерство внутренних дел Китайского республиканского правительства должно быть поставлено в известность о крайне провокационном поведении консула Люба, почему и в связи с вышеизложенным прошу правительство Китайской Республики отправить под конвоем консула Люба на русскую границу для суда над ним как над уголовным преступником, имеющего преступления провокационно-международного характера. Прошу освободить и вернуть нам все наши деньги и товары, находящиеся в Китае; прошу допустить к расследованию действий наших торговых агентов в Китае. Имею честь выразить глубокую уверенность, что правительство Китайской Республики, сознавая правоту наших торговых действий в Китае, оградит нас от провокационных действий как со стороны Люба, так и его незначительных сторонников, которые ни в коем случае не должны были являться хозяевами на не принадлежащей им Китайской территории. За хозяина в Китае мы признаем лишь только китайские власти и парод, а не консула Люба. Особоуполномоченный Туркестанской Республики и Семиреченской области Димитрий Хоперский Секретарь Е. Проп[и]лова «Вестник семиреченского трудового народа», № 135, от 28 июня 1919 е. № 8 1918 г. декабря 4.—Письмо Народного комиссариата по иностранным делам РСФСР Всероссийской чрезвычайной комиссии, всем Совдепам и местным ЧК. За последнее время участились жалобы китайских и других восточных граждан на различные притеснения, испытываемые ими со стороны местных властей, причем некоторые из таких жалоб оказываются основательными, а причиняемые им притеснения вызываются тем, что многие районные Совдепы и местные ЧК приравнивают, например, китайских граждан (к сожалению, даже рабочих) к подданным иностранных держав и даже держав, воюющих с нами, так как Китай де находится в союзе 1- империалистическими правительствами. Необходимо разъяснить зависящим от вас органам, что китайские и других восточных стран граждане в России отнюдь не могут быть причисляемы к буржуазным классам и считаться, хотя бы в малейшей степени, ответственными за политику своих продажных правительств. Советское правительство делает все возможное для привлечения азиатской демократии к общей борьбе с империализмом. Большинство граждан 42
восточных стран России образует из себя трудовые организации, стоящие на платформе Советского правительства. II нельзя искренне не пожалеть, что некоторые органы нашей власти недостаточно еще прониклись сознанием руководящих Советским правительством принципов по отношению к нашим естественным союзникам на Востоке. Ввиду вышеизложенного просим преподать строжайше инструкции всем подчиненным Вам органам о необходимости крайне осторожного отношения к многочисленным . гражданам восточных стран в России и с неукоснительном исполнении инструкции Народного комиссариата по иностранным делам. Заместитель народного комиссара по иностранным делам Карахан Заведующий Отделом Востока (подпись) Документы внешней политики СССР, МИД СССР, Госполитиздат, 1957, т. I, стр. 599. № 9 1919 г. июля 25.—Обращение Совета Народных Комиссаров РСФСР к китайскому народу и правительствам Южного и Северного Китая. В тот день, когда советские войска, разбив армию контрреволюционного деспота Колчака, опиравшегося на иностранные штыки и иностранное золото, победоносно вступили в Сибирь и идут на соединение с революционным народом Сибири, Совет Народных Комиссаров обращается ко всем народам Китая со следующими братскими словами: Советская Россия и Советская Красная Армия после двухлетней борьбы, после невероятных усилий идут на Восток через Урал не для насилия, не для порабощения, не для завоеваний. Об этом уже знает всякий сибирский крестьянин и всякий сибирский рабочий. Мы несем освобождение народам от ига иностранного штыка, от ига иностранного золота, которые душат порабощенные народы Востока и в числе их в первую очередь китайский народ. Мы несем помощь не только нашим трудящимся классам, но и китайскому народу, и мы еще раз напоминаем то, о чем говорили ему со времени Великой Октябрьской революции 1917 года, но что, может быть, было скрыто от него продажной американско-европейско- японской печатью. Как только Рабоче-крестьянское правительство взяло в октябре 1917 г. власть в свои руки, оно от имени русского народа обратилось ко всем народам мира с предложением установить прочный постоянный мир. Основой этого мира должен был служить отказ от всяких захватов чужих земель, отказ от всякого насильственного присоединения чужих народностей, от всяких контрибуций. Каждый народ, велик он или мал, где бы он ни находился, жил ли он до сих пор независимой жизнью или был включен против своей воли в состав другого государства, должен быть свободен в своей внутренней жизни, и никакая власть не должна удерживать его насильно в своих границах. Р а б о ч е-к рестьянское правительство вслед за этим объявило уничтоженными все тайные 43
договоры, заключенные с Японией/ Китаем и бывшими союзниками, договоры, которыми царское правительство вместе с его союзниками насилием и подкупом закабалило народы Востока и, главным образом, китайский народ, для доставления выгод русским капиталистам, русским помещикам, русским генералам. Советское правительство тогда же предложило Китайскому правительству вступить в переговоры об аннулировании договора 1896 г., Пекинского протокола 1901 года и всех соглашений с Японией с 1907 по 1916 годы, т. е. после возвращения китайскому народу всего того, что было отнято у него царским правительством самостоятельно, либо заодно с японцами и союзниками. Переговоры по этому вопросу продолжались до марта 1918 года. Неожиданно союзники схватили за горло Пекинское правительство, засыпали пекинских мандаринов и китайскую печать золотом и заставили Китайское правительство отказаться от всяких сношений с Российским рабоче-крестьянским правительством. Не дожидаясь возвращения китайскому народу Маньчжурской железной дороги, Япония и союзники захватили ее сами, вторглись в Сибирь и даже заставили китайские войска помогать им в этом преступном и неслыханном разбое. А китайский народ, китайские рабочие и китайские крестьяне не могли даже узнать правду, почему произошел набег европейских, американских и японских хищников на Маньчжурию и Сибирь. Теперь мы вновь обращаемся к китайскому народу с целью открыть ему глаза. Советское правительство отказалось от всех завоеваний, которые сделало царское правительство, отобрав от Китая Маньчжурию и другие области. Пусть народы, обитающие в этих областях, сами решат, в границах какого государства они желают быть у себя дома. Советское правительство отказывается от получения с Китая контрибуции за боксерское восстание 1900 года и это оно вынуждено повторить в третий раз, потому что, по дошедшим до нас сведениям, несмотря на наш отказ, эта контрибуция взыскивается союзниками для удовлетворения прихоти бывшего царского посланника в Пекине и бывших царских консулов в Китае. Все эти царские рабы давно уже лишены своих полномочий, но продолжают оставаться на своих местах и обманывать китайский народ при поддержке Японии и союзников. Китайский народ должен об этом знать и должен выгнать их со своей земли, как обманщиков и плутов. Советское правительство уничтожает все особые привилегии, все фактории русских купцов на китайской земле. Ни один русский чиновник, поп и миссионер не смеет вмешиваться в китайские дела, а если он совершит преступление, то должен судиться по справедливости местным судом. В Китае не должно быть пной власти, иного суда, как власть и суд китайского народа. Кроме этих главных пунктов Советское правительство готово договориться с китайским народом в лице его полномочных по всем другим вопросам и раз навсегда ликвидировать все акты насилия и несправедливости, совершен- &
ные в отношении Китая прежними российскими правительствами совместно с Японией и союзниками. Советское правительство хорошо знает, что союзники и Япония сделают все возможное, чтобы и на этот раз голос русских рабочих и крестьян не дошел до китайского народа, что для возвращения китайскому народу того, что было от него отнято, необходимо сначала будет покончить с сидящими в Маньчжурии и Сибири хищниками. Поэтому оно посылает теперь свою весть китайскому народу вместе с своей Красной Армией, которая идет через Урал на Восток на помощь сибирским крестьянам и рабочим для освобождения их от бандита Колчака и его союзника—Японии. Если китайский народ хочет стать, подобно русскому народу, свободным и избежать той участи, которую ему приготовили союзники в Версале с целью обратить его во вторую Корею или во вторую Индию,—пусть он поймет, что его единственный союзник и брат в борьбе за свободу есть русский рабочий и крестьянин и его Красная Армия. Советское правительство предлагает китайскому народу, в лице его правительства, ныне же вступить с нами в официальное сношение и выслать своих представителей навстречу нашей армии. [Л. Карахан.] «Известия*, М 188, от 26 августа 1919 г. №10 1919 г. ноября 25.—Радиограмма о состоявшемся 25 ноября 1919 г. в Москве митинге китайских красноармейцев. РАДИО Несколько времени тому назад китайская мирная делегация в Версале под давлением Антанты обратилась с протестом против формирования китайских красноармейских частей в России. Вслед за тем глава китайской делегации и министр иностранных дел господин Лу Цзен-сян в письме на имя председателя китайских рабочих организаций в России товарища Ляо Сиу-джао убеждал последнего повлиять на многие десятки тысяч китайских рабочих в России в смысле воспрепятствования китайцам вступать в ряды интернациональных отрядов, защищающих революцию от ее врагов, монархистов и капиталистов. Он даже рискнул, основываясь на выдуманных сообщениях антантистской прессы, утверждать, что китайские отряды формируются насильно русскими властями. 25 ноября в Москве состоялся большой митинг китайских красноармейцев, которые единогласно вынесли следующий достойный ответ клеветникам и прислужникам Антанты. Резолюция митинга гласит: «Митинг китайских красноармейцев, обсудив происки агентов Антанты, имеющие явною целью убедить общественное мнение, будто китайские красноармейские отряды в России насильственно формируются Советской властью и будто китайские граждане не допускаются к возвращению на родину, заявляет: 46
1) Все 11011ытки Антанты и ее агентов опорочить добровольное формирование китайских интернациональных частей в России и Сибири совершенно напрасны. 2) Советское правительство не только никогда не чинило препятствий к свободному выезду китайцев из России, но, наоборот, всеми мерами содействовало ему. До начала чехо-словацкого движения эвакуировано на родину до 40.000 человек. Со времени перерыва сообщения через Сибирь, все попытки Советского правительства и китайских рабочих организаций отправить китайцев через Одессу неизменно встречали противодействие Антанты, не выпускавшей из русских портов зафрахтованных для китайцев пароходов. 3) Формирование китайских интернациональных отрядов производится В России по почину самих китайцев, их собственными силами и их собственным командованием из китайских революционеров-добровольцев, и никакие наветы, никакие угрозы и жестокости, совершаемые над китайцами войсками Колчака, Юденича и Деникина, с молчаливого согласия Антанты, не запугают китайцев, проливающих свою кровь за освобождение угнетенных народов от ига капиталистов. 4) В ответ на все репрессии Антанты китайские красноармейцы заявляют всему миру, что они являются первым ядром китайской революционной армии, идущей рука об руку с русскими и другими интернациональными отрядами на помощь рабочим и крестьянам Китая и всего Востока. Китайские интернациональные части призывают всех своих товарищей в ответ на гнусные измышления Антанты еще с большей энергией формировать новые и новые отряды для торжества пролетариата над капиталом, для торжества всемирной революции. Да здравствует Российская Социалистическая Республика! Да здравствует китайская Красная армия! Да здравствует всемирная революция! Подписали: Председатель митинга Луивень, командир части Чжанхайчен, политический комиссар Чжанхайтин, помощник командира части АВП, ф. 100а, on. 5, папка 102, д. 8, л. 185.—Документ опубликован без подписей и с некоторыми разночтениями в Шзвестияхь от 30 ноября 1919 е. № 11 1920 г. апреля 29. —Сообщение о состоявшихся 24—27 апреля 1920 г. в Верхнеудинске переговорах. 24 апреля в Верхнеудинск прибыла для следования дальше официальная китайская и монгольская военно-дипломатическая миссия. В состав ее входят представители китайского командования в Маньчжурии, пекинского генерального штаба, а также высшие чины управления Урги и Маймачена (Монголия). Вместе с делегацией прибыло большое число китайских коммерсантов. Делегация была торжественно встречена русскими властями. На состоявшейся затем конференции выяснилось, что 1£итай признает преемственные права нового русского правительства в Сибири на Восточную Китайскую [железную] дорогу. Оккупация ее китайскими войсками 46
имеет лишь временный характер, до окончательного укрепления новой власти на Дальнем Востоке. Китайцы заявили, что Пекином отдан приказ о недопущении банд Семенова в Китай и Монголию. Китайско-русская граница открыта для вывоза и ввоза. Китайцы настаивают на определенных гарантиях в отношении допускаемых реквизиций и конфискаций товаров. Китайцы согласны пропустить на свою территорию консульских представителей России, гарантируя им все права и преимущества официального представительства. 27 апреля китайская военно-дипломатическая миссия выехала в Иркутск. Одновременно получено известие, что подобная же миссия направлена из Пекина в Ташкент. Между нашими и туркестанскими властями и китайскими коммерсантами заключено соглашение о товарообмене. Китайцы образуют складочный пункт для своих товаров в Джаркенде, с гарантией свободного провоза. Китайцы доставляют кожевенный товар, скот, мануфактуру, нитки и чай в обмен на ценности. Китайскими властями приглашен из Ташкента русский представитель в Кульджу для переговоров. По последним сведениям из Пекина, Китайское правительство не признает более старого русского посольства, поддерживаемого Антантой, и отказывается вступать в какие-либо сношения с бывшими русскими дипломатами. Тем не менее старое русское представительство совместно с французами заявило протест по поводу переговоров Китайского правительства с Советской Республикой. «Навестил*, № 91, от 29 апреля 1920 г. №12 1920 г. мая 27.—Протокол заседания представителей Советской Республики с представителями Синъцзянской провинции Китая в гор. Кульджа. Участники совещания: Со стороны Российской Социалистической Федеративной Советской Республики: уполномоченный Отдела внешних сношений Прокопий Ефи мович Лимарев, уполномоченный Отдела внешней торговли Абрам Рув!- мович Левитас, секретари тт. И. А. Ржевский и Л. Я. Магнетштейн. Со стороны Китайской Республики: илийский даоин* и дипломатический чиновник Сюй-Го-Джень, начальник Дипломатического бюро Сяо- Чан Борзигит, кульджинский уездный начальник Му-Вей-Тун, драгоман Дипломатического бюро Чин-Лянь Гуарриа, прикомандированные Ин-Дэ- Шань, Ба-Ту-Чин. Соединенная Русско-Китайская комиссия открыла свое заседание для решения вопросов: 1) о взаимоотношении между двумя смежными республиками—Русской и Китайской, 2) о возвращении беженцев и казаков, находящихся в пределах Китайской Республики, в Россию. По обсуждении их постановили: § 1. Для взаимоотношения между Илийским краем и Советской Республикой, в целях защиты интересов граждан и укрепления дружбы обеих республик учредить в Кульдже агентство Советской власти для решения дипломатических и торговых вопросов. * Даоин—правитель округа. 47
§ 2. Илийские власти учреждают агентство для решения дипломатических и торговых вопросов в гор. Верном. § 3. На все ввозимые и вывозимые товары из Китая и в Китай, как советскими торговыми органами так и частными лицами, будет, согласно правил о пошлинах, существующих в Синдзянской провинции, взиматься пошлина. § 4. Для торговых сношений между обеими Республиками трактовой дорогой со стороны Китайской Республики является дорога через пост Ний-кан-ча (Хоргос), со стороны Российской Республики—дорога через Хоргосскую таможню. Все товары, провозимые по другим дорогам, будут рассматриваться контрабандными. § 5. Всякие споры-тяжбы будут разбираться судебными установлениями того государства, где они возникли. § 6. Граждане обеих Республик для переезда границы должны иметь разрешение властей обеих республик. О БЕЖЕНЦАХ И КАЗАКАХ § 7. Ввиду того, что командование Туркестанского фронта издало приказ, которым амнистируются все русско-подданные, выступавшие против Советской власти, являющийся законом для всех учреждений и должностных лиц Туркестанской Республики, поэтому Советская власть принимает все меры к приему беженцев и амнистированных и предоставлению им возможности заняться мирным трудом; с своей стороны китайские власти обещают принять все меры к их возвращению в пределы России. § 8. Илийские власти принимают в свою комиссию о беженцах при Дипломатическом бюро одного представителя Советской власти с двумя или тремя техническими сотрудниками. По окончании работы они откомандировываются в распоряжение подлежащих органов Советской власти. § 9. Заключение: все вопросы, связанные с реквизицией [и] конфискацией товаров, имущества и других убытков у китайских граждан, имеют быть решены в Ташкенте в комиссии по возмещению убытков иностранно- подданных совместно с представителем Китайской Республики. С своей стороны представители Советской власти, находящиеся в Кульдже, сделают представление Центральной власти и будут просить от себя ускорить урегулирование этого вопроса. § 10. Все изложенное в этом соглашении подписавшие стороны обязываются соблюдать точно и нерушимо. Подлинное на русском и китайском языках подписывается в двух экземплярах всеми участниками совещания и остается по одному экземпляру у представителей Советской и Китайской Республик. Представители Российской Социалистической Федеративной Советской Республики: Уполномоченный Отдела внешних сношений П. Лимарев Уполномоченный Отдела внешней торговли А. Левитас Представители Китайской Республики: Илийский даоин и дипломатический чиновник Сюй-Го-Чжень Начальник Дипломатического бюро Сяо-Чан Кульджинский уездный начальник Му-Вей-тун Секретариат: Ржевский, Л. Я. Магнетштейн Драгоманы Цин-Лянь, Ин-Дэ-Шань, Ба-Ту-Цинь, Т. Алмазбеков, Гебит Хасан 48
ДОБАВЛЕНИЕ Изложенное в сем протоколе должно быть подтверждено в течение десяти (10) дней высшими властями: для представителей Советской Республики—из Ташкента, для представителей Китайской Республики—из Урумчи. Уполномоченный Отдела внешних евюшений П. Лимарев Уполномоченный Отдела внешней торговли А. Левитас Илийский даоин и дипломатический чиновник Сюй-Го-джень Начальник Дипломатического бюро Сяо-Чан Кульджинский уездный начальник Му-Вей-тун Секретариат: Ржевский, Л. Я. Магнетштейн Драгоманы: Цин Лянь, Ин Дэ-игань, Ба Ту-Цинь, Т. Алмазбеков, Гебит Хасан г. Кульджа 28/V-20 года, Китайской Республики 9-го года 28/V. АВП, ф. подлинных международных договорных актов, д. 1. № 13 1920 г. май*.—Обращение начальника Генерального штаба правительства Южного Китая Ли Ле-цзюня к советскому народу. Господа представители! С истинным удовольствием мы пользуемся случаем проезда генерала Потанова через Гонконг, чтобы к вам обратиться с нижеследующими строками, стремясь к тому, чтобы завязать связь и войти в сношения с русским народом и его представителями и установить прочные сношения. Эволюция русского народа, ценою неисчислимых жертв,—это путь к свободе, братству и равенству. Он интересует нас в высокой степени. Мы следим пристально за всеми вашими шагами, которые ведут неуклонно к поддержке правительства народного, к управлению самим народом. Ваша твердость—предмет всеобщего удивления и принуждает внешнюю оппозицию, настроенную против вашей программы, занять положение, менее непримиримое. Зто обстоятельство есть первый шаг к будущему признанию, которое предполагает возможное согласие между народами. Китайцы интересуются чрезвычайно эволюцией своих русских братьев. Китайская пресса указывает на усилия русского народа и выставляет их как пример. И мы выразим национальную мысль, сказав, что Китай вдохновляется вашей программой. Международная связь объединяет две нации. Эта связь, при ее поддержке и преобразованиях, согласно новой программы, приведет к сближению. Мы были бы польщены, получив изложение взглядов вашего правительства. Мы поспешим их изучить и затем подвергнуть вниманию наших братьев. * Док. № 13 и № 14 датируются маем 1920 г. на том основании, что они помещены в «Вестнике Народного комиссариата иностранных дел» под одной рубрикой с тремя другими, полученными из Китая оке, документами, два иа которых (Обращение Чен Цэюн-мина к китайским рабочим в России от 8 мая 1920 г. и Обращение рабочих организаций Китая к Советскому правительству от 22 мая 1920 г.) также относятся к маю 1920 г. 4 Сопетсно-нитайские отношения 49
Привет вам, братья, русский народ, от лица нашего и наших братьей. Просим вас принять выражения глубокой симпатии к русскому народу и его представителям. Генерал Ли Лие-цзюнь, начальник Генерального штаба Южного правительства «Вестник Народного комиссариата иностранных дел», № 1—2, от 15 марта 1921 е., стр. 14—16. № 14 1920 г. май,—Письмо генерала Чэнъ Цзюн-миня к В. И. Ленину. Учитель Ленин! Велики были мои радость и счастье услышать издалека об успехах революции в вашей стране. Все смуты и бедствия современного человечества исходят из принципов государственности и капитализма. Только разрушив государственные границы, мы прекратим мировые войны и, только разрушив капитализм, мы можем думать о равенстве человечества. Китайский народ имеет за собой 5-тысячелетнюю цивилизацию. Высокий принцип человечности давно стал характерной чертой нашего народа и сделал его центром цивилизации на Дальнем Востоке. К несчастью, он подвергся грабежу насильников-грабителей извне, а внутри угнетается деспотизмом, и потому не мог организовать осуществление принципов человечности в мире. В настоящее время русский народ и его вожди, ради всего человечества, доблестно и храбро, с твердой решимостью и энергией стараются устранить с пути человечества все препятствия. Создавшаяся в самое последнее время на принципах большевизма новая Россия открывает новую эру мировой истории. Это—действительно радостное зрелище. Обращение Рабоче-крестьянского правительства к китайскому народу уже достигло Китая, и весь китайский народ проникнут исключительной благодарностью. На днях генерал Потапов прибыл сюда и виделся со мной. Он ознакомился с нашим положением и рассказал мне о положении новой России и о путях распространения принципов самоопределения. Это доставило мне большое наслаждение. Я глубоко верю в исключительное сочувствие, проявленное новой Россией к китайскому народу, и [в] помощь нашему грядущему новому революционному движению в его различных видах. Благодаря ему китайский народ, путем борьбы и жертв, ранее достигнет самоопределения, вопреки деспотическому насилию, сбросит с себя ярмо капитализма и создаст новый Китай. Новый Китай и новая Россия пойдут рукя об руку, как добрые любящие друзья. Еще более я уверен в том, что большевизм песет благовестив человечеству. Я хочу приложить все силы к распространению этих принципов в мире. Наша миссия в том, чтобы перестроить не только Китай, но и всю Восточную Азию. Я искренне приветствую вас в качестве представителя администрации Фудзянской провинции и войск моей родины, а также как бывший администратор Гуандунской провинции, от лица моих единомышленников, рассеянных по всему Китаю и от лица моего революционного народа. во
Я поздравляю ваше Рабоче-крестьянское правительство и новую Россию с успехом и желаю такового же, желаю счастья и процветания в будущем. Привет Ленину и всем вашим единомышленникам. Подписал: Чёнь-Цзюн-минв Главная квартира войск провинций: Фу-дзянь, Гуан-дун и Гуан-си «Вестник Народного комиссариата иностранных дел», М 1—2, от 15 марта 1921 г., стр. 12—13. № 15 1920 г. сентября 27.—Нота Народного комиссариата по иностранным делам РСФСР Министерству иностранных дел Китая. Более чем год тому назад, 25 июля 1919 года, Народный комиссариат по иностранным делам Российской Социалистической Федеративной Советской Республики опубликовал обращение к китайскому народу и к правительствам Северного и Южного Китая, в котором правительство России, отказываясь от всех прежних царских договоров, заключенных с Китаем, возвращая китайскому народу все, что было у него насильно захвачено и присвоено царским правительством и русской буржуазией, предлагало правительству Китая вступить в официальные переговоры для установления дружественных отношений. В настоящее время нами получены сообщения о том, что наше обращение получено Китайским правительством и что самые разнообразные слои и организации китайского народа выражают свое искреннее желание, чтобы Китайское правительство вступило с нами в переговоры для установления дружественных отношений между Китаем и Россией. Правительство Китайской Республики делегировало в Москву военно-дипломатическую миссию во главе с генералом Чжан-Сы-Лином; мы приветствуем с великой радостью приезд китайской миссии в Москву и надеемся, что путем непосредственных переговоров с Вашими представителями мы установим взаимное понимание общих интересов, связывающих Китай и Россию. Мы уверены, что между русским и китайским народом нет вопросов, которые не могли бы быть разрешены к общему благу обоих народов. Мы знаем, что враги русского и китайского народов стараются помешать нашей дружбе и сближению, они понимают, что дружба двух великих народов и их помощь друг другу укрепят настолько Китай, что никакие иностранцы не смогут тогда закабалить и ограбить китайский народ так, как это происходит сейчас. К сожалению, что-то мешает скорому установлению дружественных отношений между Китаем и Россией. Ваша миссия, которая могла убедиться в нашем искреннем и дружественном отношении к Китаю, не получила- до сих пор надлежащих указаний, чтобы приступить к оформлению дружбы между обоими народами. Сожалея о том, что сближение замедляется и, таким образом, важные политические и торговые интересы обоих государств не получают осуществления, Народный комиссариат по иностранным делам, желая помочь делу и ускорить установление дружбы между обоими народами, заявляет, что он неуклонно будет придерживаться тех принципов, которые изложены 4* 51
в обращении Русского Советского правительства от 25 июля 1919 года, и положит их в основу дружественного соглашения между Китаем и Рос- сиен. В развитие принципов упомянутого обращения Народный комиссариат по иностранным делам считает необходимым для блага обеих республик предложить Министерству иностранных дел Китайской Республики следующие основные пункты соглашения: I Правительство Российской Социалистической Федеративной Советской Республики объявляет неимеющими силы все договоры, заключенные прежним правительством России с Китаем, отказывается от всех захватов китайской территории, от всех русских концессий в Китае и возвращает Китаю безвозмездно и на вечные времена все, что было хищнически у него захвачено царским правительством и русской буржуазией. II Правительства обеих Республик принимают все необходимые меры для немедленного установления регулярных торговых и экономических сношений. В дальнейшем об этом заключается особый договор, с соблюдением принципа наибольшего благоприятствования для обеих договаривающихся сторон. III Китайское правительство обязуется: 1. Не оказывать никакой поддержки отдельным лицам, группам или организациям русских контрреволюционеров и не допускать их деятельности па своей территории. 2. Разоружить, интернировать и выдать правительству РСФСР все находящиеся к моменту подписания настоящего договора на территории Китая отряды и организации, ведущие борьбу против РСФСР или союзных с нею государств, и передать правительству РСФСР все их вооружение, припасы и имущество. 3. Такие же обязательства берет па себя правительство РСФСР по отношению к лицам или организациям, ведущим мятежную борьбу против Китайской Республики. IV Все граждане России, проживающие в Китае, подчиняются всем законам и установлениям, действующим на территории Китайской Республики, и никакими правами экстерриториальности не пользуются. Китайские граждане, проживающие в России, подчиняются всем законам и установлениям, действующим на территории РСФСР. V Правительство Китайской Республики обязуется: Немедленно по подписании настоящего договора, прекратить сношения с лицами, присваивающими себе звания дипломатических п консульских представителей Российского государства и не имеющие полномочий от правительства РСФСР, и удалить таковых лиц за пределы Китая. А2
Возвратить Российскому государству, в лице правительства РСФСР, принадлежащие России иа территории Китая посольские и консульские дома и прочее посольское и консульское имущество и архивы. VI Правительство РСФСР отказывается от получения каких-либо вознаграждений, выплачиваемых Китаем за боксерское восстание, с условием, что правительство Китайской Республики ни в коем случае не будет выдавать эти вознаграждения бывшим русским консулам или каким-либо другим лицам или русским организациям, на это незаконно претендующим. VII Немедленно после подписания настоящего договора устанавливается взаимное дипломатическое и консульское представительство Китайской Республики и РСФСР. VIII Российское и Китайское правительства соглашаются заключить специальный договор о порядке пользования Кит[айской] Вост[очной] жел[езной] дор[огой] для нужд РСФСР, причем в заключении договора, кроме Китая и России, участвует также и Дальневосточная Республика. Народный комиссариат по иностранным делам сообщает изложенные пункты соглашения, как основные пункты, которые могут быть дружественно обсуждены с Вашими представителями для внесения в них тех изменений, которые Китайское правительство найдет необходимым для общего блага. Отношения между двумя великими народами не исчерпываются изложенным выше соглашением, и представители обоих государств должны будут урегулировать в дальнейшем в специальных соглашениях торговые, пограничные и железнодорожные, таможенные и другие вопросы. Нами будут приниматься все меры к установлению самой тесной, искренней дружбы между обеими сторонами, и мы надеемся, что со стороны Китайского правительства последуют столь же искренние и незамедлительные предложения и будет приступлено к возможно скорому заключению дружественного договора. Подлинник подписал: заместитель народного комиссара иностранных дел |Л. Карахаи] АВП, ф. 100а, on. 3, папка 1, д. 9, лл. 3—5. №16 1920 г. ноября 10.—Нота народного комиссара по иностранным делам Г. В. Чичерина китайскому Министерству иностранных дел в Пекине. После окончательного поражения, понесенного разбойничьими шайками Семенова, некоторые разбитые и рассеянные отряды белогвардейцев начали отступать на территорию Китайской Республики, направляясь $3
главным образом в Монголию, где ими занята Урга, и где они присоединились к местным элементам, враждебным Китайской Республике, равно как п Дальневосточной Республике и Советской России. Китайские войска, находящиеся в области Урги не могут своими собственными силами уничтожить белогвардейские банды, которые хозяйничают там, а поэтому обратились к нашему военному командованию, равно как и к командованию Дальневосточной Республики с просьбой оказать им помощь в борьбе с этими разбойничьими шайками. Советское правительство считает, что общие интересы требуют быстрой ликвидации этого вторжения в Монголию, и готово оказать содействие китайским войскам для уничтожения белых банд в У pre. Соответствующий приказ отдан нашему сибирскому командованию. Советское, правительство настоящим заверяет, что войска его, направленные в Монголию, вступают туда в качестве друзей Китая и сочтут свою задачу выполненной и немедленно же покинут китайскую территорию, как только находящиеся в Монголии белогвардейские банды будут уничтожены. Народный комиссар по иностранным делам Чичерин «Известия», Л» 256, от 14 ноября 1920 г. №17 1920 г. ноября 27. -Нота народного комиссара по иностранным делам РСФСР Г. В. Чичерина китайскому Министерству иностранных дел в Пекине. В пашем обращении от И ноября сего года, номер 415/2, мы сообщали правительству Китайской Республики, что, ввиду просьбы пограничных китайских властей и Монголии, правительство Российской Республики согласно ввести свои войска в пределы Монголии для ликвидации отступающих туда остатков разбойничьих банд Семенова, которые, несмотря на присутствие в Монголии китайских военных отрядов, свободно двигались по территории Монголии и даже захватили на несколько дней город Ургу. Хотя мы до сих пор, по неизвестным нам причинам, не получали от правительства Китанокой Республики ответа на это наше обращение, мы с большим удовлетворением можем констатировать, что китайские военные силы сумели выгнать семеновские бапды из Урги и прилегающей территории и, мы надеемся, будут их и в дальнейшем преследовать с таким же успехом. Ввиду этого считаем необходимым сообщить Китайскому правительству, что Российская Республика, ставящая выше всего неприкосновенность чужой территории, находит возможным задержать вступление своих военных сил на территорию Монголии, будучи уверена, .что Китайское правительство примет срочные, энергичные меры к полной и быстрой ликвидации указанных враждебных России разбойничьих отрядов. При этом заявляем, что, руководствуясь общими интересами России и Китая и связывающими обе страны дружескими чувствами, наше правительство окажет Китайской Республике незамедлительную вроруженную помощь для ликвидации враждебных России контрреволюционных банд, 64
если бы таковые снова появились в пограничной полосе и если бы наша помощь оказалась необходимой. Народный комиссар по иностранным делам Чичерин Мавестияъ, № 269, от 30 ноября 1920 в. №18 1921 г. июня 25.—Письмо командующего войсками Тарбога- тпайского округа Синьцзяна В. И. Ленину и командованию Красной Армии с благодарностью частям Красной Армии, освободившим Торбогатайский округ от белогвардейских банд. В Москву — Председателю Совнаркома тов. Ленину, командованию Красной Армии, Нар- коминделу; Ташкен т—К омиссии ВЦИК по делам Туркестана и Реввоенсовету Туркфронта. Начиная с 1919 года пределы Западной провинции Республики стали наполняться беженцами из Сов [етской] России, в 1920 году прибыли вооруженные отряды русских генералов Дутова, Анненкова, Бакича и многих других, которые по международным законам были интернированы, а большие отряды, как Бакича, водворены в лагерь. Все пришлые из Сов [етской] России распространяли страшные ужасы, выставляя Красную Армию неорганизованной бандой, способной лишь грабить и убивать невиновных людей. Интернированные отряды до зимы 1920 года вели себя более или менее прилично, но с января 1921 года в районе расположения Бакича начались убийства и грабежи китайских и русских подданных. Банды интернированных стали вновь вооружаться, чтобы пойти на Сов. Россию. Не желая нарушать нейтралитета, принятого Китайской Республикой, мы всячески противодействовали и, наконец, допустили войска Советской России для ликвидации банд белых в Тарбогатайском округе. С одной стороны, запуганное рассказами прибывших белых отрядов, с другой стороны, имея совершенно неверные сведения заграничной прессы о русской Красной Армии, запуганное мирное население Китая, жители аулов и торговцы при прохождении войск Советской России закрывали свои лавки, боясь грабежей Красной Армии. Теперь, когда ликвидация белых банд в Тарбогатайском округе закончена и войска Красной Армии выведены в свои пределы, мы от имени правительства Синдзянской провинции Китайской Республики говорим, что Красная Армия, руководимая членом Реввоенсовета Туркфронта Ворониным и командующим семиреченскими войсками Клементьевым, не только не сделала ни одного грабежа и насилия, но всегда была предупредительна не только к мирному населению Китайской Республики, но и к ее врагам—интернированным. Командование красными войсками выполняло свою задачу, шло навстречу нашему 'командованию, соблюдая интересы мирного населения, как китайских, так и русских подданных, находящихся на территории Тарбогатайского округа. Заграничная пресса совершенно неверно осведомлена о русской Красной Армии, и то, что она распространяет о Красной Армии, относится к отрядам белых, которые под высокими лозунгами защиты России от большевиков сами творят беспредельные безобразия. Интернированная армия отряда генерала Бакича при отступлении от преследовавших ее 55
русских красных и китайских войск совершенно разграбила мирное население Тарбогатайского и Карасумского округов. От имени Урумчинского правительства и военного генерал-губернатора Ду-Дзяна, а также и своего выражаем глубокую благодарность русской Красной Армии и ее руководителям Воронину и Клементьеву, освободившим Тарбогатайский округ от грабительских отрядов белых. Подписал: военный губернатор Тарбогатайского округа Дудун-Дзян-Сян «Навестил», М 171, от 5 августа 1921 ш. №19 1921 г. июня 20.—Нота правительства РСФСР правительству Китая. Русское Советское правительство с сожалением констатирует, что это не враги китайского и русского народа, но само Китайское правительство в своем ответе, переданном гр. Красиным и касающемся возобновления сношения с Китаем, создает препятствия к осуществлению этой задачи. Русское правительство напоминает, что уже в середине 1919 года оно предлагало Китаю возобновить дипломатические сношения обеих стран. Когда китайская миссия, имея во главе генерала Чанг Си-лин, прибыла в Москву, Русское правительство оказало ей самый сердечный прием, оно признало даже дипломатические права за г. генеральным консулом Чен Куанг-пинг, который находится в настоящее время в Москве. Несмотря на это, Китайское правительство только что поставило новые предварительные условия, раньше чем принять русского представителя в Пекине, с единственным результатом затянуть переговоры и отложить разрешение самых срочных политических и экономических дел между обеими странами. Русское правительство согласно послать своего представителя в Пекин для того, чтобы начать там переговоры по торговым и другим вопросам, интересующим Китай и Россию. Русское правительство не настаивает на звании посла для официального обозначения его представителя. Во всяком случае оно находит нужным, чтобы его представитель пользовался неприкосновенностью и другими дипломатическими правами, которые Китайское правительство должно будет ему гарантировать, в частности, право посылки курьеров, отправки телеграмм и других отправлений в шифре и свободное сообщение с Москвой всеми имеющимися средствами. Само собой разумеется, что русский представитель ни в чем не будет вмешиваться во внутренние дела Китая и будет воздерживаться от всякой агитации или пропаганды. Что касается 3-го и 4-го пунктов предложенных Китаем условий, Русское правительство позволяет себе указать на невозможность принять таковые в виде предварительного условия, т. е. [без] тщательного обсуждения и без точного указания подробностей. Вопросы эти требуют внимательного и длительного рассмотрения и никоим образом не могут быть разрешены по телеграфу. Нашему представителю в Пекине будет поручено изучить их совместно с Китайским правительством и по мере возможности удовлетворять пожелания этого последнего, вырабатывая справедливые и благоприятные для обеих сторон решения. Русское правительство, однако, должно уже сейчас указать на преувеличенный характер требований, касающихся китайце
ских рабочих, которые, однако, ни в какой стране не ставятся в положение абсолютного равноправия с гражданами страны и которые нигде не пользуются столь большими свободами и попечением, как в Советской России. Русское правительство того мнения, что быстрое прибытие его представителя в Пекин отвечает интересам обеих стран. Самые существенные вопросы Дальнего Востока могли бы быть тогда с легкостью разрешены, тогда как в настоящее время положение, которое там было создано врагами народов китайского и русского, становится с каждым днем все более серьезным. Принимая во внимание важность поставленных вопросов, в частности в Китае и Монголии, Русское правительство надеется, что Китайское правительство не откажется ускорить срок, к которому русский представитель сможет прибыть в Пекин, и не осложнит этот вопрос предварительными условиями, которые, как и многие другие вопросы, будут наилучшим образом разрешены путем дружественного обмена мнениями, который будет иметь место в Пекине между нашим представителем и Китайским правительством. АВП, ф. 100а, on. 8, папка 5, д. 10, лл. 65—67. {Перевод с французского). №20 1921 г. августа 28. —Письмо Сунь Ят-сена народному комиссару по иностранным делам РСФСР Г. В. Чичерину. Дорогой Чичерин. Я получил Ваше письмо из Москвы, датированное 31 октября 1920 [года]. Оно прибыло ко мне 14 июня 1921 [года]. Я задержал ответ потому, что хотел видеть посланца, получившего письмо от Вас, причем оп должен был препроводить мне его из Харбина. Так как последний не смог до настоящего времени прибыть в Кантон, чтобы посетить меня, я решил ответить на Ваши братские приветствия и предложение относительно возобновления торговых отношений между Россией и Китаем. Прежде всего я должен информировать Вас, что это первое и единственное письмо, полученное мною от Вас или от кого-либо из Советской России. В течение последних двух лет в капиталистической прессе было несколько сообщений, утверждавших о якобы сделанных мне формальных предложениях из Москвы. Никакие такие предложения не были сообщены мне письмом пли иным способом. В случае, если кто-либо из Ваших коллег посылал прежде пли посылает теперь письма ко мне, то соблаговолите узнать, что я не получил ни одного письма. Я должен вкратце изложить Вам, какова ситуация в Китае. Вернусь назад к 1911—[19]12 годам, когда мое политическое дело нашло свое решающее выражение в революции, начавшейся в октябре 1911 года и быстро распространившейся по стране. Революция привела к ниспровержению маньчжурской династии и к установлению Китайской Республики. Я был избран президентом. После исполнения обязанностей в течение короткого срока я отказался от поста в пользу Юан Ши-кая, так как мои друзья, которым я полностью доверял и которые тогда обладали более точным знанием китайских внутренних отношений, чем я, убеждали меня, что Юан Ши-кай способен объединить страну и обеспечить устойчивость Республики, располагая доверием со стороны иностранных держав. Мои друзья теперь признают, что моя отставка была большой политической ошиб- 57
кой, имевшей в точности такие же политические последствия, которые имели бы место в России, если бы на смену Ленину в Москве пришел Колчак, или Юденич, или Врангель. Юан немедленно или вскоре начал работу по реставрации монархии со своей персоной в качестве нового императора. Как Вам известно, мы нанесли ему. поражение. После его смерти, тем не менее, великие державы поддерживали, политически и в финансовом отношении, ряд псевдо-кромвелей и наполеонов. Один из них—экс-атаман шайки разбойников по имени ЧжанЦзо-лин. Официально он является командующим войсками или военным губернатором Маньчжурии, но на деле он хозяин, которому повинуется пекинское «правительство». И в свою очередь он повинуется Токио во всех существенных делах, имеющих отношение к Японии. Ввиду этого правильно будет утверждать, что Пекин на деле является орудием Токио во всех вопросах высокой политики, касающихся жизненных японских интересов. Москва должна хорошо учитывать это обстоятельство во всех своих официальных отношениях с Пекином. И не ранее, чем в столице будет произведена основательная чистка,—а это произойдет, когда я войду туда,—Советская Россия может надеяться на возобновление благоприят- ных^отношений с Китаем. Со времени написания Вашего письма я был избран президентом Национального правительства, созданного в Кантоне. Это правительство является правительством de jure, потому что: а) оно имеет источниками своих полномочий Временную Конституцию, принятую первым Учредительным собранием, состоявшимся в Нанкине в 1912 году, и единственно существующий Органический Закон Китайской Республики и в) оно было создано во исполнение решения правомочной власти, облеченной полномочиями согласно конституции в законном Китайском парламенте, сессия которого сейчас происходит в Кантоне. Мое правительство является также правительством de facto, полномочия которого признаются большой группой провинций на юго-западе Китая и в других провинциях, на которые распространяется'его юрисдикция. В настоящее время для меня по географическим условиям невозможно вступить в эффективные торговые отношения с Вами. Если Вы взглянете на карту Китая, Вы увидите, что территория, находящаяся под юрисдикцией моего правительства, лежит к югу от линии реки Янцзы и что между этой территорией и маньчжурскими и монгольскими «воротами», через которые только и возможны торговые отношения, стоят поперек дороги Чжан Цзо-лин и его союзники. Не существует и не может существовать никаких «ворот» via (через.—Ред.) китайский Туркестан, пока когда- нибудь не будет построена большая железнодорожная магистраль, включенная в проектируемую мною систему железнодорожных сообщений Китая. Москва должна подождать, пока я не покончу с реакционерами и контрреволюционерами, которые появляются во всякой стране на другой день после созидательной революции. Ваш собственный опыт в течение последних трех-четырех лет даст Вам возможность понять, какой труд предстоит мне. Я занят им в течение последних девяти-десяти лет. Я надеюсь закончить это дело в короткий срок, если не произойдет в какой-либо форме активная иностранная интервенция. Это мало вероятно, поскольку это касается западных великих держав. Они, по-видимому, сыты Пекином. Тем временем я хотел бы вступить в личный контакт с Вами и другими друзьями в Москве. Я чрезвычайно заинтересован вашим делом, в особенности организацией ваших Советов, вашей армии и. образования. Я хотел бы знать все, что Вы и другие можете сообщить мне об этих вещах, в особенности об образовании. Подобно Москве, я хотел бы заложить Ы
основы Китайской Республики глубоко в умах молодого поколения—тружеников завтрашнего дня. С лучшими пожеланиями Вам и моему другу Ленину и всем, кто так много совершил для дела человеческой свободы. Искренне Ваш Сун Ят-сен. P. S. Это письмо посылается via Лондон через посредство Советской торговой миссии, находящейся там. Если оно прибудет к Вам в целости и без излишней задержки, прошу известить меня, чтобы я мог впредь сообщаться с Вами через того же посредника. Я установил связи для получения сообщений из Москвы тем же путем, если они будут направлены Вашей миссии в Лондоне. •Большевик», 1950, Л 19, стр. 46—48. №21 1921 г. сентября 26.—«Соглашение о вводе красных войск РСФСР в пределы Китайской Республики для ликвидации отрядов белых, находящихся в Алтайском округе»*. Город Чугучак, 12 сентября 1921 года.** Ввиду того, что отряды под командой Бакича и других белых, перешедших китайскую границу в 1920 году и проживших год в пределах Чугучакского района, и ныне, вопреки международным законам, силой оружия захватившие Шарасуминский округ, являются опасными для спокойствия двух соседних дружественных Республик, уполномоченные Ду-Дзюня*** Сендзянской провинции в лице начальника штаба—уездного начальника Лю-си-цзына и уполномоченного драгомана Ба-эн-ту и особоуполномоченный Революционного Военного Совета войск Сибири РСФСР по переговорам о ликвидации белых отрядов в Китайской Республике товарищ Погодин И. М. заключили настоящее соглашение в городе Чугучаке о вводе в пределы Алтайского округа красных войск РСФСР для ликвидации отрядов белых в названном районе на следующих условиях: 1. В целях совместной ликвидации белых отрядов, находящихся в Алтайском округе, предпринимаются военные операции, в которых красные войска РСФСР ведут наступательные действия из района города Зайсана по своему усмотрению. Китайские войска принимают на себя охрану тыла в районах Булун-Тохой и на восток по реке Урунгу, не допуская белогвардейцев в глубь провинции, т. е. [в] район Урумчи. 2. Для успешного проведения операции и координации действий, полевые штабы, как китайский, так и русский, обоюдно обмениваются представителями. Примечание: Отсутствие представителя как китайского, так и русского командований полевых штабов не может остановить операции. 3. Считая операции против Бакича и других белогвардейских отрядов общим делом обеих дружественных Республик, китайские власти Сендзянской провинции снабжают продовольствием действующие части красных войск РСФСР в течение одного месяца, считая со дня ввода на * Заглавие документа. ** Фактически соглашение подписано 26 сентября 1921 г. *** Ду-Дзюнъ (правильно дудгюнъ)—губернатор провинции, 69
китайскую территорию, на четыре тысячи (4000) человек по 6000 джен* в день, т. е. около двухсот десяти (210) пудов, муком и рисом бесплатно. Указанное продовольствие китайские власти доставляют в гор. Булун- Тохой и там сдают командованию красными советскими войсками. 4. Советское командование и случае надобности в момент боевых действий против Бакича оказывает поддержку китайским войскам в снабжении их снарядами и патронами бесплатно. 5. Но время операции советские войска должны бережно относиться как к казенному, так и к частному имуществу в пределах Китайской Республики, отнюдь не считан его военной добычей. 6. Повреждения частному и казенному имуществу, могущие быть произведенными в борьбе с Бакичем в Алтайском округе артиллерийским и другим огнем, не могут считаться как убытки, нанесенные красными советскими войсками. 7. Оружие, захваченное Бакичем в Шарасуминском районе и принадлежавшее ранее китайским властям, в случае, если будет отбито советскими войсками, подлежит возвращению китайским властям. Примечание: Для приемки и сдачи указаннаго оружия создается смешанная комиссия из представителей русского и китайского командований. 8. По очищении от банд белых того или другого района территории Алтайского округа советскими войсками таковой передается в управление китайским властям. 9. На время операции по ликвидации белых банд граница Алтайского округа открывается. По окончании операции и по выводе красных войск граница считается закрытой. По окончании операции советские войска немедленно покидают пределы Китая. 10. По ликвидации банд Бакича в Алтайском округе немедленно создается комиссия из представителей Революционного Боеннаго Сонета войск Сибири и Ду-Дзюня Сендзянской провинции для рассмотрения вопросов, на основании заключенного договора представителями Советского правительства и Ду-Дзюня Сендзянской провинции в Вахтах в мае месяце 1921 года и в развитие его, о выдаче Российскому Советскому правительству русских белогвардейцев, находящихся в настоящее время в Сендзянской провинции. 11. Настоящее соглашение, подписанное на китайском и русском языках, вступает в силу с момента его подписания и по окончании ликвидации белых банд в Алтайском округе теряет силу и считается недействительным. Особоуполномоченный Реввоенсовета войск Сибири по заключению соглашения И. Погодин Уполномоченный Ду-Дзюня Сендзянской провинции по заключению соглашения Лю Си-Цзин Вр. уполномоченный драгомана Ду-Дзюня Сендзянской провинции Бао Энь-ту АВП, ф. подлинных международных договорных актов, д. 1а. * Джен (правильно цэинъ)—мера веса, около 550 г. во
№22 1921г. декабря 8.—Нота народного комиссара по иностранным делам РСФСР Г. В. Чичерина министрам иностранных дел Великобритании, Франции, Соединенных Штатов Америки, Японии, Бельгии и Италии*. После протеста, выраженного в его циркулярных нотах от 19 июля и 2 ноября против созыва без участия России конференции для обсуждения вопросов, непосредственно затрагивающих интересы русского народа, Российское правительство считает себя вынужденным также заявить особый протест против обсуждения на Вашингтонской конференции вопроса о Восточно-Китайской железной дороге, касающегося исключительно Китая и России. Хотя Российское правительство изъявило готовность передать означенную железную дорогу в руки китайских властей, при условии предоставления Китаем известных гарантий, необходимых для этой передачи, последняя еще не состоялась, и права России на эту железную дорогу остаются в полной силе. Только в момент, когда состоится соглашение но этому вопросу между русской делегацией, на которую возложено выполнение этой задачи, и Китайским правительством, вступит в силу то изменение в правах России на эту дорогу, которое будет обусловлено этим договором, но пока эти права остаются и останутся теми же, какими они были до сих пор. Поэтому Российское правительство считает себя вынужденным протестовать против всякого решения, которое было бы принято Вашингтонской конференцией в нарушение прав России. Оно заявляет, что оно не признает никакого нарушения прав русских трудящихся масс, если оно будет принято помимо правительства, выражающего их волю, и оставляет за собою полную свободу действий, чтобы заставить уважать эти права и чтобы отстаивать вытекающие из них требования в тот момент п теми средствами, которые оно сочтет удобными и подходящими. Народный комиссар но иностранным делам Чичерин «Известия», М 278, от 10 декабря 1921 г. №23 1922 г. сентября 2.—Меморандум чрезвычайного полномочного представителя РСФСР в Китае А. А. Иоффе правительству Китайской Республики. Чрезвычайный полномочный представитель Российской Социалистической Федеративной Советской Республики в связи с личными разговорами с г. министром иностранных дел, имевшими место 23, 30 и 31 августа 1922 г., имеет честь обратиться к правительству Китайской Республики с нижеследующим предложением: Рабоче-крестьянское правительство России с первого же момента своего возникновения стремилось доказать китайскому народу и правительству свою готовность не только не проводить в отношении Китая агрессивной империалистической политики царского правительства, но и наладить взаимоотношения на совершенно иных основах, прежде всего * Копия ноты была послана Китайскому правительству. 61
на основе политического и экономического равенства обеих сторон. В обращении Совета Народных Комиссаров к китайскому народу от 26 июля 1919 г. были изложены те принципы, на основе которых правительство РСФСР мыслит себе новые взаимоотношения с Китаем. В ноте заместителя Народного комиссара по иностранным делам Л. М. Карахана от 27 сентября 1920 г. эти принципы были изложены в форме конкретных предложений, которые предполагалось положить в основу дружественного русско- китайского соглашения. Несмотря на то что такое соглашение еще не состоялось, Рабоче- крестьянская Россия по-прежнему питает чувства исключительной симпатии и дружелюбия к борющемуся за свое освобождение китайскому народу, ввиду чего чрезвычайный полномочный представитель еще раз предлагает китайскому правительству переговоры по всем интересующим обе стороны вопросам в целях установления между обоими государствами добрососедских отношений, соответствующих тем чувствам, которые питают оба народа в отношении друг друга. Верное до конца своей политике, Рабоче- крестьянское правительство и теперь готово вести переговоры с Китаем в полном согласии с теми принципами, которые были провозглашены им в упомянутых двух обращениях. В случае согласия правительства Китайской Республики на изложенное чрезвычайным полномочным представителем РСФСР последний будет ожидать сообщения г. министра иностранных дел, какое время и место для русско-китайской конференции было бы желательным Китайскому правительству. йИввестил*, № 208, от 16 сентября 1922 е. JV» 24 1922 г. сентября 7.—Ответ Китайского правительства на советский меморандум от 2 сентября 1922 е. Из полученного Министерством иностранных дел 2 сентября вашего меморандума мы познакомились с изложенными вами в данном меморандуме взглядами Рабоче-крестьянского правительства в отношении Китая. Вы предлагаете русско-китайскую конференцию для обсуждения всех вопросов, имеющих значение для установления добрососедских отношений между Китаем и Россией. Китайское правительство, выражая свое полное единомыслие по этому поводу, готово приступить к переговорам с вами. Китайское правительство надеется на то, что при переговорах обе стороны, ввиду того, что вы всецело исходите из сущности неоднократной декларации Рабоче-крестьянского правительства Китаю, изложенной вами в упомянутом выше меморандуме, искренне обсудят и вполне удовлетворительно разрешат все вопросы. Местом для переговоров Министерство иностранных дел со своей стороны предлагает Пекин и полагало бы начать переговоры в самом непродолжительном времени. Однако ввиду вашего отъезда в Чань-Чунь, Министерство иностранных дел просит вас заблаговременно уведомить его о времени конференции, чтобы этот срок мы могли установить по взаимному соглашению. «Известия*, М 208, от 16 сентября 1922 г. 62
№25 1922 г. сентября 21.—Нота чрезвычайного полномочного представителя РСФСР в Китае А. А. Иоффе Китайскому правительству. Чрезвычайный полномочный представитель РСФСР в Китае настоящим имеет честь обратить внимание г. министра иностранных дел Китайской Республики на появившееся в пекинской газете сообщение от 14 сентября, что Китайское правительство намерено использовать русскую долю вознаграждения за боксерское восстание как гарантию для краткосрочного займа, сроком, истекающим через 4 года, в 1926 году. Правда, в своей ноте 1920 года, на которую во время переговоров с г. министром иностранных дел, а также в своем меморандуме на имя г. министра ссылался чрезвычайный полномочный представитель РСФСР в Китае, заявляя о том, в каком духе будут вестись предстоящие русско-китайские переговоры, Русское правительство отказалось от своей доли вознаграждения за боксерское восстание, но, во-первых, оно сделало это под условием, что правительство. Китайской Республики ни в коем случае не будет выдавать вознаграждение бывшим русским консулам или каким-либо другим лицам или русским организациям, на это незаконно претендующим, а, во-вторых, вышеуказанная нота была оставлена без ответа со стороны Китайского правительства, и едва ли возможно себе представить, что из такой ноты, посланной правительством, с которым не установлены юридические взаимоотношения, можно делать юридические выводы. Независимо, однако, от этих соображений ввиду того, что вопрос о контрибуции за боксерское восстание принадлежит к числу важнейших русско-китайских вопросов, которые в своем меморандуме от 7 сентября Китайское правительство обязалось обсудить и разрешить с чрезвычайным полномочным представителем РСФСР в Китае, последний протестует самым энергичным образом против допущения до начала русско-китайской конференции всяких действий, могущих нанести какой-либо ущерб русским интересам и требованиям. Иоффе чИавестияь, М 215, от 24 сентября 1922 е. № 26 1922 г. сентября 21.—Нота чрезвычайного полномочного представителя РСФСР в Китае А. А. Иоффе Китайскому правительству. Чрезвычайный полномочный представитель РСФСР в Китае настоящим имеет честь обратить внимание г. министра иностранных дел Китайской Республики на то, что, согласно полученным им сведениям, в Харбине около 25 сентября должно состояться так называемое собрание акционеров Китайско-Восточной дороги. Вопрос об этой дороге, несомненно, является одним из важнейших русско-китайских вопросов, относительно которых среди остальных вопросов китайское правительство в своем меморандуме от 7 сентября заявило, что оно будет их обсуждать с чрезвычайным полномочным представителем РСФСР в Китае, ввиду чего последний, принимая во внимание, что создавшееся положение является явно незаконным и не 63
санкционировано договорными отношениями, энергичным образом протестует против самого собрания. На основании вышеизложенного чрезвычайный полномочный представитель РСФСР в Китае надеется, что таковые факты не будут допущены, и просит о принятых мерах не отказать довести до его сведения. Иоффе •Иавестия», JVS 215, от 24 сентября 1922 е. № 27 1922 г. октября 25*.—Из беседы народного комиссара по иностранным делам РСФСР Г. В. Чичерина о положении на Дальнем Востоке. РОССИЯ И КИТАЙ Советская Россия и Китай—естественные союзники, и этой дружественной политике между ними принадлежит будущее. Китайская общественность прекрасно понимает, что Советская Россия чужда каких бы то ни было намерений, не согласуемых с полнейшей политической и экономической независимостью Китая и его самостоятельным развитием. Советская Россия—единственное крупное государство, готовое всячески поддерживать полную независимость Китая во всех отношениях и полный расцвет его самостоятельного развития. Она с величайшей симпатией следит за борьбой китайского парода против иностранного гнета, иностранного вмешательства и против деспотических генерал-губернаторов, пользовавшихся до сих пор фактически абсолютной властью в отдельных провинциях и раздиравших Китай междоусобиями. Китайская общественность знает, что Советская Россия питает величайшую симпатию к стремлениям китайского народа к созданию объединенного демократического Китая. Первые подготовительные работы по установлению соглашения с Центральным китайским правительством были совершены тов. Пайкесом. Со времени приезда в Пекин российского полномочного представителя тов. Иоффе установление самых тесных дружеских сношений с Китаем и разработка соглашений по всем текущим вопросам с Китайским правительством подвигаются быстрыми шагами вперед. «Известия», .Л? 241, от 25 октября 1922 е. № 28 1923 г. января 27.—Сообщение РОСТА о коммюнике полномочного представителя РСФСР в Китае А. А. Иоффе и Супь Ят- сена по поводу советско-китайских отношений. ШАНХАЙ, 27 января. Д-р Сун Ят-сен и российский полпред в Китае уполномочили опубликовать следующее сообщение: * Дата опубликования. 64
За время своего пребывания в Шанхае полпред РСФСР имел несколько бесед с д-ром Сун Ит-сеном, которые обнаружили полное совпадение их взглядов на китайско-русские отношения, особенно по следующим вопросам: }• Д-Р Сун Ят-сен считает, что в настоящее время коммунистический строй или даже советская система не могут быть введены в Китае, так как там не существуют те условия, которые необходимы для успешного утверждения коммунизма или советизма. Эта точка зрения целиком разделяется полпредом РСФСР, который, далее, считает, что самой насущной и важной задачей Китая является его национальное объединение и приобретение полной национальной независимости. В этом великом деле, заверил он д-ра Сун Ят-сена, Китай пользуется самой горячей симпатией русского народа и может рассчитывать на поддержку России. 2. Чтобы внести ясность в положение дела, д-р Сун Ят-сен попросил полпреда вновь подтвердить те принципы, которые были провозглашены в русской ноте к Китайскому правительству от 27 сентября 1920 г. Полпред подтвердил эти принципы и категорически заявил д-ру Сун Ят-сену, что Российское правительство охотно готово вступить в переговоры с Китаем на основании отказа России от всех договоров и обязательств, к которым царизм принудил Китай, включая договор или договоры и соглашения относительно Китайско-Восточной железной дороги. (Вопрос об управлении дорогой специально оговорен в ст. 7 упомянутой ноты.) 3. Признавая, что вопрос о Китайско-Восточной железной дороге может быть разрешен полностью лишь на компетентной русско-китайской конференции, д-р Сун Ят-сен находит, что действительное положение вещей вызывает потребность modus'a vivendi в вопросе о нынешнем управлении дороги, и он согласен с полпредом^ что существующее управление должно быть временно реорганизовано соглашением Китайского и Российского правительств без нарушения, однако, действительных прав и интересов какой-нибудь стороны. В то же время д-р Сун Ят-сен считает, что по этому вопросу должно быть выслушано мнение генерала Чжан Цзо- ;шна. Полпред категорически заявил д-ру Сун Ят-ссну, который выразил свое полное удовлетворение по этому поводу, что ни намерением, ни целью нынешнего российского правительства не является и не являлось стремление проводить империалистическую политику во Внешней Монголии или вызвать се отпадение от Китая. Д-р Сун Ят-сен поэтому не находит немедленную эвакуацию русских войск из Внешней Монголии ни настоятельно необходимой, ни соответствующей действительным интересам Китая, особенно ввиду неспособности теперешнего Пекинского правительства предотвратить возобновление, вследствие такой эвакуации, интриг и враждебных действий со стороны белогвардейцев против России и возможности создания более тяжелой обстановки, чем та, которая сейчас существует. Полпред расстался с д-ром Сун Ят-сеном в самом приветливом и дружеском расположении. По возвращении из Японии, куда полпред теперь отправляется, он опять посетит Южный Китай перед своим окончательным возвращением в Пекин. АВП, ф. 100а, on. 4а, папка 163, д. 1, лл. 94—95. 65
№ 29 1923 г. сентября 8.—Письмо чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана Сунь Ит-сену. \. •■ Прошу принять сердечные приветствия и уверения в моей глубокой признательности Вам за дружбу, проявленную Вами в тяжелые дни борьбы России за независимость и свободу. В Вашу страну меня прислал Союз Советских Социалистических Республик, искренне желая осуществления общих интересов двух наших стран и их оформления на твердой, незыблемой основе. Как бы ни мешали империалисты нашей дружбе, которой они враждебны, она станет фактом. Мы глубоко убеждены, что Союз Советских Социалистических Республик и Китай должны крепко взять друг друга за руки, чтобы заставить империалистов отказаться рассматривать нас как страны, годные лишь для порабощения и ростовщической эксплуатации. Я знаю, что на этом пути лежат препятствия, но то единодушное повсеместное проявление глубоких симпатий со стороны Ваших соотечественников и оказанный мне сердечный прием в Китае внушают мне чувство большой надежды. Дорогой доктор, Вы—старый друг новой России и на Вашу поддержку в моей ответственной работе по тесному сближению наших двух народов я рассчитываю. Дружба двух великих стран будет лучшим залогом их свободного и мирного развития. Л, Карахан АВП, ф. 100а, on. 7, папка 106, д. 11, л. 1. Перевод с английского. № 30 1923 г. ноября 14*.—Протест чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана против нарушения советской государственной границы китайскими пограничными властями. Согласно донесений местных российских властей, за последнее время участились случаи нарушения со стороны китайских властей российской границы, а также случаи недопустимо-варварского издевательства над русскими гражданами в пограничном районе. Некоторые факты представляются особенно возмутительными. Так, 2"июня с. г. в районе пограничного отделения № 2 (Нерчинский завод) были схвачены и подвергнуты зверскому избиению граждане села Лугов- ского Нерчинско-заводского уезда Василий, Иосиф и Иван Стародубцовы, причем первый из них был подвергнут истязанию посредством подвешивания к воротам за руки, в каковом состоянии продержан свыше двух часов и был освобожден лишь после настойчивых требований секретаря сельского совета села Луговского. 23 августа с. г. китайская милиция произвела вооруженный налет на пограничный пикет контрольно-пропускного пункта ст. Мациевская (село Бугутур), обстреляла русских солдат и лишь после ответного огня пикета скрылась в направлении ст. Маньчжурия. * Дата опубликования. 6Я
26 сентября с. г. китайский разъезд, силою в семь человек, произвел налет в глубь российской территории на 2 версты в районе контрольно- пропускного пункта ст. Мациевская: схватил двух русских солдат, косивших сено, и, отобрав у них лошадь и телегу, скрылся. Наконец, в районе села Полтавка китайские власти самовольно произвели изменение государственной границы в свою пользу путем перенесения условных знаков на полторы версты на восток. Изложенные факты представляются тем более вопиющими, что чрезвычайное полномочное представительство уже неоднократно обращалось в Министерство иностранных дел по поводу аналогичных незаконных действий и поступков, требуя прекращения их впредь. Однако упомянутые обращения, к сожалению, до сих пор не достигли цели, так как местные пограничные китайские власти и военное командование нисколько не. изменяют своей враждебной политики, могущей создать недружелюбное отношение между Россией и Китаем. Чрезвычайное полномочное представительство вынуждено поэтому обратить серьезное внимание Министерства иностранных дел на ненормальность создавшегося положения. Оно надеется, что Министерство иностранных дел предпримет на этот раз действительные шаги к расследованию упомянутых фактов, немедленному восстановлению нарушенной государственной границы п к наказанию виновных лиц. Желая, со своей стороны, избегнуть каких-либо осложнений; чрезвычайное полномочное представительство настаивает на принятии китайскими властями самых решительных мер к устранению в дальнейшем подобных инцидентов. О принятых мерах чрезвычайное полномочное представительство имеет честь просить Министерство иностранных дел срочно его уведомить. щИавестияъ, № 260, от 14 ноября 1923 г. № 31 1923 г. ноября 15.—Письмо чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана министру иностранных дел Китайской Республики. Милостивый государь, господин министр. Представители восьми национальных институтов высшей науки обратились в Чрезвычайное полномочное представительство со следующей просьбой. Они указывают в своем обращении на тяжелое финансовое положение в Китае национальных высших учебных заведений и на необходимость немедленного изыскания денежных средств. Указанные представители просят правительство Союза Советских Социалистических Республик согласиться с тем, чтобы, не дожидаясь русско-китайской конференции, русская часть боксерских платежей была бы употреблена на развитие просвещения в Китае, в частности, чтобы часть этих средств пошла бы на поддержку и в основной фонд представляемых ими учреждений. Из прилагаемого при сем в копии письма указанных представителей Вы усмотрите детали их просьбы. Я внимательно рассмотрел прилагаемое при сем заявление представителей высшей науки в Китае и нашел, что правительство СССР может и обязано со своей стороны сделать все, чтобы пойти навстречу им. 5* 67
Правительство СССР, считая, что боксерская контрибуция была наложена на китайский народ царским правительством путем преступного насилия, которое выразилось в известном заключительном протоколе, подписанном в 1901 году, никогда не признавало себя вправе требовать уплаты этой контрибуции. Более того, оно до 1919 года в устных переговорах с китайскими представителями, а в 1919 и 1920 гг. в нотах, обращенных к Китайскому правительству, определенно установило, что считает своим долгом перед китайским народом отказаться от боксерской контрибуции, как от одного из преступлений царского правительства перед Китаем. Заявляя о своей готовности отказаться от боксерской контрибуции, Советское правительство вместе с тем настаивало, чтобы Китайское правительство прекратило уплату боксерских платежей представителям белогвардейских организаций и банд. К сожалению, Китайское правительство поступило в этом дело как самое враждебное русскому народу правительство. Советское правительство образовалось в России 7 ноября 1917 года. Политика Советского правительства в отношении всех угнетенных народов была известна с первых дней и осталась неизменной до настоящего времени, и политика Советского правительства в отношении Китая не могла быть неизвестна Китайскому правительству. Однако в декабре 1917 года Китайское правительство сделало распоряжение о задержании уплаты боксерского взноса за декабрь. Мы могли бы приветствовать эту меру Китайского правительства, если бы она была продиктована желанием воздержаться от поддержки белых организаций против Советского правительства, но, как установлено документами, попытка отказа от уплаты боксерской контрибуции в 1917 году была вызвана не тем, что эти деньги могут попасть в руки белых, а боязнью, что они попадут в руки Советского правительства. После требования дипломатических представителей великих держав Китайское правительство согласилось продолжать уплату боксерской контрибуции, но потребовало со стороны находившихся в Пекине белогвардейских представителей подписки, «что русская часть боксерского вознаграждения не будет передана на нужды большевиков». Таким образом, пекинский кабинет, боясь, что боксерские суммы попадут в руки Советского правительства, очень охотно предоставил их в руки5 белогвардейцеп и, таким образом, поддерживал их против Советского правительства. В 1918 году Китайское правительство делает новые попытки прекратить платежи, но по требованию Японии и Франции продолжает аккуратно уплачивать боксерские суммы тем же белогвардейским представителям, и это продолжалось до 1 августа 1920 года. В продолжение трех лет русская часть боксерских платежей Китайским правительством отдавалась на поддержку белогвардейского движения, ставившего целью свержение Советского правительства. Я должен обратить внимание Китайского правительства, что оно поддерживало, таким образом, тех, кто стоял за восстановление старой пласти и старой политики насилия в Китае, и что оно, таким образом, наносило удар Советскому правительству, которое было властью освободившегося народа и которое, единственное из всех иностранных правительств, в основу своей политики в отношении Китая положило признание суверенных прав китайского народа, полное уважение его интересов и отказ от всякого насилия. Таково было положение с боксерскими платежами несколько лет тому назад. Его следует вспомнить при разрешении этого вопроса ныне. Если Советское правительство выразило готовнбеть отказаться * от боксерских платежей, из этого нельзя делать вывода, что Китайское правительство может свободно распоряжаться этими суммами без договора 68
пли какого-либо специального соглашения с ним. Китайское правительство до сих нор не делало никаких попыток достигнуть соглашения по этому вопросу с формальным законным владельцем боксерских сумм. Наоборот, оно без ведома и согласия Советского правительства распоряжалось этими чужими суммами по своему усмотрению. Между тем совершенно ясно, что никакое правительство, в том числе и китайское, не вправе распоряжаться имуществом другого государства, пользуясь случайным стечением выгодных обстоятельств, и тем, что фактически это имущество находится в распоряжении данного государства, а также исходя из собственного стесненного финансового положения. Чрезвычайное полномочное представительство еще 19 сентября 1922 года протестовало против того, что русская часть боксерских платежей используется Китайским правительством без ведома и согласия Советского правительства. Ответ, полученный тогда Чрезвычайным полномочным представительством от Министерства иностранных дел че был удовлетворительным и был в достаточной мерс уклончив. И хотя Китайское правительство прямо нс признало, что оно тратит русскую часть боксерских платежей и ничем нс обосновало своего права на это, тем не менее растрата этих сумм продолжалась. Протестуя против таких действий пекинского кабинета, Советское правительство меньше всего имело в виду сохранить эти суммы, с тем чтобы в будущем требовать их уплаты. Оно хотело лишь, чтобы без его согласия не распоряжались принадлежащим ему имуществом, а главное—оно хотело, чтобы эти суммы были бы сохранены в полной неприкосновенности до того, нока этот вопрос не будет разрешен особым соглашением, и чтобы при разрешении этого вопроса было бы предусмотрено, что эти суммы пойдут действительно на благо китайского народа. Просьба китайских национальных высших школ указывает как раз на ту высокую цель, на которую боксерские платежи должны были бы быть употреблены. Советское правительство имеет намерение на конференции, отказываясь от боксерской контрибуции, настоять, чтобы эти суммы шли целиком на дело просвещения китайского народа. Но, поскольку русско-китайская конференция еще не открылась, а финансовые затруднения высших школ в Пекине велики и им угрожает опасность развала, как об этом свидетельствуют их руководители, не может быть и не должно быть никаких препятствий, чтобы придти им на помощь. Поэтому я охотно принимаю предложение представителей восьми национальных институтов высшей науки и от имени правительства Союза Советских Социалистических Республик заявляю, что правительство Союза согласно, чтобы русская часть боксерских платежей до конференции расходовалась исключительно на нужды просвещения и в первую очередь для высших национальных школ Китая. Вместе с тем я согласен, чтобы часть этих сумм была использована немедленно же на выдачу высшим школам в Пекине. Я надеюсь, что правительство Китайской Республики не будет считаться с тем, что этот вопрос подлежит разрешению на конференции и согласится с моим предложением, тем более, что предлагаемое временное разрешение вопроса делается исключительно в интересах китайского народа, предоставляя громадные суммы на развитие просвещения в Китае. Вместе с тем Советское правительство должно привлечь вниманио Китайского правительства па нижеследующее. Ныне широко стало известно, и об этом печатают газеты, что пекинский кабинет принял решение использовать русскую часть боксерских платежей на нужды дипломатического ведомства. Чрезвычайное полномочное представительство должно заявить решительный протест, во-первых, против того, что без согласия и ведома правительства Союза такое решение было вынесено Китайским правитель- 69
ством, и еще более энергично протестовать против того, что боксерские платежи будут употреблены не на цели просвещения, которые являются важнейшими и жизненными для Китая, а на другие нужды. Если бы Китайское правительство даже обратилось с просьбой к правительству Союза, чтобы истратить боксерские платежи па дипломатические дела Китая, то оно, несомненно, не получило бы согласия на это. Относясь с полным уважением к дипломатическому ведомству Китая, правительство СССР, тем не менее, считает, что дело просвещения является наиболее жизненным и важным, и поскольку это зависит от него, оно готово содействовать этому делу. Китайское правительство идет далеко навстречу иностранным державам в их строгих требованиях по уплате боксерской контрибуции. Я надеюсь, что мои скромные требования, которые заключаются лишь в том, чтобы эти платежи сохранить для просвещения китайского народа, будут признаны заслуживающими уважения, хотя бы потому, чтобы не поставить в безвыходное положение дело просвещения китайского народа. Я надеюсь получить в самом ближайшем времени ответ Китайского правительства по этому важному и срочному вопросу. Пользуясь случаем, прошу принять, господин министр, уверения в моем совершенном уважении. Л. Карахан АВП, ф. 100а, on. 8, папка 5, д. 10, лл. 407—412. № 32 1923 г. ноября 23.—Письмо чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана главе китайской делегации по переговорам с СССР Ван Чжэн-тину. Милостивый государь, г. С. Т. Ван, Я получил Ваше письмо от 21 ноября, где Вы сообщаете о поездке в Японию и выражаете надежду, что я смогу установить срок открытия конференции с тем, чтобы после возвращения из Японии Вы смогли немедленно приступить к переговорам со мной. Я был бы рад, если бы конференция могла бы быть открыта не только немедленно после Вашего приезда из Японии, но еще больше я был бы рад, если бы она была открыта сейчас же по моем приезде в Пекин, еще два месяца тому назад. К сожалению, я все это время жду ответа от Министерства иностранных дел Китайской Республики и от Вас по вопросу о восстановлении нормальных отношений между Китаем и представляемым мною Союзом Республик. Нота Министерства иностранных дел от 13-го числа 9-го месяца текущего года извещала меня, что вопрос о вручении верительных грамот господину президенту Китайской Республики Министерством иностранных дел выясняется, и, когда момент будет признан подходящим, оно немедленно препроводит мне ответ. Прошло более двух месяцев. Ответ мною до сих пор не получен, из чего можно судить, что с китайской точки зрения время для вручения мною грамот президенту Китайской Республики не наступило пли, иначе говоря, не наступило время для возобновления нормальных дипломатических отношений между Китаем и Союзом. Если Вы помните, в беседе с Вами о сроке открытая конференции я указывал, что Правительство Союза настаивает на немедленном восста- 70
новлении нормальных отношений между Китаем и Союзом и что после этого оно готово немедленно открыть конференцию. К сожалению, Китайское правительство до сих пор не решилось на этот шаг, который явился бы естественным выражением искренних братских и дружественных чувств китайского народа к народам Союза. Я был бы счастлив понять Вашу глубокую надежду на открытие конференции в том смысле, что Китайское правительство решило ко времени Вашего возвращения восстановить нормальные отношения с Союзом и тем самым обеспечить немедленное открытие русско-китайской конференции. Пользуясь случаем, прошу принять уверения в моем совершенном почтении. Желаю Вам благополучного путешествия и успеха в Вашей миссии. Л. Карахан АВП, ф. 100а, on. 8, папка 5, д. 10, лл. 419—420. № 33 1923 г. декабря 13.—Меморандум чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае JI. М. Карахана Китайгкому правительству. Чрезвычайным полномочным представительством получен меморант дум Министерства иностранных дел за № 45 от 7-го числа 12-го месяца 12-го года*. Чрезвычайное полномочное представительство принимает к сведению благодарность Китайского правительства за доброе расположение и признание справедливости заявления Советского правительства по поводу боксерской контрибуции. Однако оно не может согласиться с теми выводами, которые изложены в меморандуме, по следующим соображениям: Ноты Советского правительства от 1919 и 1920 годов действительно говорят об отказе от боксерской контрибуции. Но одного того факта, что Китайское правительство ознакомилось с их содержанием, недостаточно для того, чтобы оно могло освободиться от формальных обязательств, налрженных на него заключительным протоколом 1901 года. Ноты Советского правительства заключают в себе изложение точки зрения на все русско-китайские отношения и предложение заключить на этих основах соглашение. Но, к сожалению, Китайское правительство не дало еще надлежащего ответа на эти ноты и, как известно, до сих пор никакого соглашения между Китаем и Союзом не заключено. То, что Китайскому правительству известно их содержание, еще не дает никакого права последнему основывать свои действия на их тексте. Китайское правительство приобретет права, вытекающие из принципов советских деклараций, лишь в том случае, когда эти принципы будут оформлены двухсторонним актом, имеющим международное значение. Правительство Союза должно самым решительным образом протестовать против незаконного присвоения Китайским правительством права однострронне распоряжаться русской долей боксерской контрибуции на основании деклараций Советского правительства. Неправильна также ссылка Китайского правительства на то, что Советские Республики отказались от русской доли боксерской контрибуции безоговорочно. Действи- • Т. е. 7 декабря 1923 г. 71
тельно, нота 1919 года выразила готовность отказаться от боксерской контрибуции и не ставила никаких условии. Однако Китайское правительство не только игнорировало эту ноту, но продолжало принимать участие в интервенции и поддерживало путем уплаты боксерской контрибуции белогвардейцев. Тогда в своей второй йоте от 1920 года Советское правительство в п. VI заявило, что. оно готово заключить соглашение на основе отказа от боксерской контрибуции, при условии, что Китайское правительство ни в коем случае не использует этих сумм для поддержки белых и не будет производить платежей их представителям. Между тем Китайское правительство даже в том же 1920 году продолжало выплачивать боксерские суммы белогвардейским представителям. Чрезвычайное полномочное представительство с сожалением может отметить то место меморандума Министерства иностранных дел, где Министерство отрицает помощь Китайского правительства белогвардейцам и считает это недоразумением. Чрезвычайное полномочное представительство полностью поддерживает свое утверждение, что Китайское правительство помогало белогвардейцам, и констатирует, что отрицание такой помощи, несомненно, расходится с фактами, закрепленными в документах. Оно вынуждено поэтому сослаться на документы, из которых факт поддержки белогвардейцев с несомненностью явствует. Первый документ—меморандум китайского Министерства иностранных дел от 22 января 1918 года Л» 3—свидетельствует, что Китайское правительство боялось лишь одного: чтобы боксерские суммы не попали в руки Советского правительства, и охотно выразило согласие выплачивать их белогвардейцам. Второй документ—также меморандум китайского Министерства иностранных дел от 2 июля 1920 года за Л'а 25—свидетельствует, что Китайское правительство еще в 1920 году аккуратно выплачивало боксерские суммы белым и перестало это делать лишь после того, когда Красная армия, уничтожив белогвардейские организации во главе с Колчаком и другими, освободила от них Сибирь и пограничные с Китаем области. Таким образом, Чрезвычайное полномочное представительство может считать поистине недоразумением, если Министерство иностранных дел не приняло во внимание указанных фактов, изложенных в документах, исходящих от самого же Министерства иностранных дел. Выдача белогвардейским представителям громадных денежных фондов боксерской контрибуции, несомненно, должна рассматриваться, как финансовая помощь белогвардейцам. Если же Китайское правительство держится другой точки зрения и не рассматривает это как помощь белогвардейцам, то это может вызвать серьезную тревогу за будущее, так как при повторении аналогичных действий Китайское правительство, очевидно, продолжало бы считать, что оно белых не поддерживает и ведет дружественную и искреннюю политику в отношении Союза. Прямое признание помощи белогвардейцам в прошлом имело бы больше преимуществ, чем отрицание ее, ибо оно скорее могло бы гарантировать от повторении подобных враждебных действий и явилось бы одним из доказательств того, что Китайское правительство решило стать на путь искренней дружественной политики в отношении Советского правительства. Что же касается того, что Китайское правительство само имеет назначение для русской доли боксерской контрибуции, то чрезвычайному полномочному представительству это известно и оно как раз и протестовало против того, что, не имея права распоряжаться боксерскими суммами, Китайское правительство уже предназначило их для дипломатических представительств за границей. Китайское правительство свое право распоряжаться этими суммами основывает на потах Советского правительства от 1919 и 1920 годов. Но, как было указано выик», эти ноты пока
еще не создали для Китайского правительства никаких прав. Чрезвычайное полномочное представительство вынуждено заявить решительный протест против того, что Китайское правительство использует боксерские суммы без ведома и согласия правительства Союза, не дожидаясь, пока в договорном или ином порядке, имеющем международно-правовой характер, будет окончательно и безоговорочно установлено право Китая на распоряжение этими суммами. Поддерживая полностью соображения и предложения, заключающиеся в меморандуме от 15-го ноября за № 7178/31, Чрезвычайное полномочное представительство настаивает, чтобы Китайское правительство прекратило немедленно незаконное распоряжение русской долей боксерской контрибуции. Выражая согласие на то, чтобы эта доля до конференции расходовалась бы на просвещение китайского народа, оно надеется, что Китайское правительство примет предложение Советского правительства, тем более, что это является выражением надежд и пожеланий высшей национальной науки Китая и многих тысяч китайских учащихся, перед которыми стоит угроза закрытия высших учебных заведений. АВП, ф. 100а, on. 8, папка 5, д. 10, лл. 441—444. № 34 1924 г. января 17.—Письмо чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана главе китайской делегации по переговорам с СССР Ван Чжэн-тину. Милостивый государь, д-р Ван. Мною получено Ваше письмо от 9 января 1924 года, из которого видно, что действительно имеются очень серьезные недоразумения и что многие мысли Вами совершенно не поняты. Впрочем, я уже отметил это в своем предыдущем письме от 30 ноября, где исчерпывающе выяснил Вам точку зрения Советского правительства на русско-китайские отношения, но. как видно, недостаточно. Я вынужден повторить, что наши разногласия заключаются не в том, как тот или другой вопрос разрешить, а в том, что я предлагаю разрешить все вопросы на конференции после того, как в результате восстановления нормальных отношений между Китаем и Россией конференция будет открыта. Вы же добиваетесь, чтобы я сейчас же определил или разрешил спорные русско-китайские вопросы в окончательном виде. По поводу Ваших соображений, касающихся декларации 1919 года, я не могу не выразить своего глубокого изумления, что представитель Пекинского правительства нашел возможным снова вернуться к вопросу, исчерпанному авторитетным разъяснением, данным в свое время Министерству иностранных дел, и, наконец, после того, как ему были вручены аутентичные тексты обеих деклараций 1919 и 1920 года при моем письме от 30 ноября. Мне неизвестны цели, по которым Пекинское правительство в официальной переписке продолжает настаивать на излюбленной, но неверной редакции декларации 1919 года. В самом деле, если бы декларация 1919 года могла бы дать какое-нибудь основание, я не говорю уже—право, Китайскому правительству обращаться к правительству Союза с претензиями но поводу обещаний, данных в декларации, то тогда такую настойчивость еще можно было бы объяснить. Но, как это было объяснено подробно в нотах Чрезвычайного полномочного представительства китайскому 73
Министерству иностранных дел от 15 ноября и 13 декабря 1923 года, декларация 1919 года не создала никакого права для Китайского правительства. Китайское правительство, как известно, не приняло декларации 1919 года и отвергло наше предложение в самой резкой форме, в форме интервенции с целью свершения Советского правительства и продолжительной поддержки белогвардейских армий и организаций. Но, отказавшись от нашего предложения в 1919 году, Пекинское правительство с чрезвычайным упорством и настойчивостью пытается теперь, спустя пять лет, обосновать на этой им отвергнутой декларации какие-то права и претензии. До сих пор Пекинское правительство не дало Советскому правительству никаких объяснений того, чем оно руководствовалось, когда вместо ответа на братский призыв истекавшего кровью в борьбе за свою независимость русского народа оно приняло участие в интервенции великих держав, которые хотели уничтожить Российскую Республику, как независимое государство, и поставить ее, может быть, в еще худшее положение, чем то, в котором сейчас находится Китай. Китайское правительство также не объяснило, почему оно поддерживало боксерскими суммами белые организации, вместо того, чтобы в согласии с Советским правительством обратить их на нужды просвещения китайского народа. До сих пор русские миссия и консульства находятся в руках представителей монархических и белых организаций, которые пользуются покровительством китайских властей. Китайско-Восточная железная дорога также находится в руках белых, расхищающих и разрушающих огромную материальную и культурную ценность, которая должна служить китайскому и русскому народам. До сих пор остатки белых отрядов пользуются покровительством в китайских портах, и Китайское правительство не считает необходимым прекратить разграбление русского казенного имущества на китайской территории; наоборот, известно, что оружие, принадлежащее русской республике, приобретается для нужд китайской армии и поддерживает, таким образом, внутреннюю войну, происходящую в Китае. В Маньчжурии и в полосе отчуждения советские граждане подвергаются преследованиям и ограничениям, которые китайские власти применяют как бы в признательность за то уважение к суверенным правам китайского народа, которое Советское правительство проявило отказом от экстерриториальных прав для своих граждан. Русские учебные заведения в Маньчжурии подвергаются преследованиям только за то, что они воспитывают будущих советских граждан в духе своей страны, в то время как многочисленные учебные заведения, руководимые монархистами и белогвардейцами и являющиеся проводниками ненависти к Советской России, пользуются полным покровительством и поощрением китайских властей. Перед лицом таких фактов в особенности можно спросить: где черпает Китайское правительство право и основание для своих претензий и критики политики Советского правительства и упреков в его неискренности? В действиях Советского правительства нельзя найти ни одного аналогичного факта, враждебного китайскому народу. Если бы Советское правительство считало во всех этих действиях ответственным в целом китайский народ, или если бы оно в своей политике не руководилось принципами, которые русской революции дороже поведения того или другого правительства, то в таком случае мое правительство должно было бы поступить иначе. Оно должно было бы заявить, что не считает себя связанным перед кем-либо декларациями 1919 и 1920 годов и ввиду недружелюбного отношения Китайского правительства будет поступать так "же, как и все другие державы, которые Китайское правительство, по-видимому, находит более дружественными и близкими, чем Союз Советских Республик. Но мы верны своему слову, которое мы дали 74
китайскому народу, и мы его сдержим так же, как мы сдержали его в отношении других угнетенных народов Азии—Персии, Афганистана, Турции и др. На протяжении последних лет мы видели, что политика правительства меняется, что правительства приходят и уходят, но что народы с их интересами, с их отношениями остаются. И перед лицом таких исторических фактов мы спокойно говорим, что какова бы ни была политика Китайского правительства,—мы надеемся, что будем в состоянии закрепить наши обещания в будущем русско-китайском договоре. Что же касается искренности Советского правительства, которую Вы подвергаете сомнениям в связи с вынужденным пребыванием наших войск в Монголии, то я должен объяснить Вам некоторые факты, которые, впрочем, в личных беседах с Вами и на ряде публичных собраний мною были уже разъяснены в достаточной мере. Искреннее и братское отношение к китайскому народу Советское правительство проявило еще в 1919 году, когда оно обратилось к народу и правительству Китая. На свое обращение оно получило удар, которого меньше всего можно было ожидать со стороны Китая, который, будучи сам угнетенным, поддерживал интервенцию, ставившую своей задачей такое же угнетение, какое он сам нес на своих плечах. События в Монголии произошли в 1921 году, т. с. спустя два года после нашей декларации. Хотя Советское правительство имело уже убедительные доказательства враждебности Китайского правительства к Российской Республике, тем не менее, прежде чем отправить Красную Армию в Монголию для подавления белых банд Семенова, Унгерна и других, оно обращалось с повторными просьбами к Китайскому правительству принять меры, чтобы не допустить их к нападению на российскую территорию. Как известно, Китайское правительство осталось безучастно к нашим просьбам и не предприняло никаких шагов к уничтожению этих армий. До сих пор неизвестно, между прочим, вызывалась ли эта политика Китайского правительства желанием поддержать, в согласии с его международными обязательствами, нападения этих банд на Советскую Россию, или же Китайское правительство не имело достаточных военных сил, чтобы уничтожить белые банды. При таком положении Советскому правительству не оставалось ничего другого, как собственными силами защищать свою независимость и свободу, что оно вполне успешно и сделало. Я могу заявить Вам и сейчас совершенно определенно, что если бы на любой части китайской территории появились вновь белые банды, и Китайское правительство покровительствовало бы им, или, несмотря на наши просьбы, не захотело бы или не смогло бы их уничтожить, Советское правительство, так же как и в 1921 году в Монголии, вынуждено было бы с помощью Красной Армии принять необходимые шаги для своей безопасности. Слишком тяжелой борьбой мы завоевали свою свободу и безопасность, чтобы подвергать их риску с какой бы то ни было стороны. Что касается мнения китайского народа, то я не мог бы сказать, чтобы весь китайский народ был согласен с Вашей точкой зрения, точно так же, как не могу утверждать, что он одобрял участие китайских властей в интервенции, ставящей своей целью свержение представляемого мною правительства. Наше отношение к вопросу о Монголии достаточно ясно и откровенно: мы считаем Монголию частью Китая и готовы вывести стоящий в Урге отряд Красной Армии, как только Китайское правительство даст нам необходимые гарантии безопасности наших границ. Если даже допустить наиболее благоприятное объяснение для Китая, что в 1921 году белые с китайской стороны не поощрялись и что меры к удалению их из Монго- 75
Jimi no были приняты лишь по недостатку поенных сил, то в настоящее- нремн, когда положение на севере Китая едва ли можно считать более благоприятным, чем в 1921 году, мы должны с тем большим вниманием изучить на конференции те гарантии, которые Пекинское правительство собирается нам дать. Мы не можем без всяких гарантии безопасности вывести свои войска из Монголии; это создаст новую угрозу нашим границам. На конференции Китайское правительство должно будет дать нам реальные доказательства, что его политика и возможности изменились с 1921 года. Эта моя точка зрения достаточно хороню известна, тем более, что я высказывался об этом не раз публично. Мне очень жаль, что Вы выдвинули для доказательства неискренности Советского правительства монгольский вопрос, по которому как раз у нас нет существенного разногласия. Мне это жаль в особенности потому, что монгольским аргументом пользуются враги русско-китайской дружбы, чтобы создать препятствия к восстановлению добрых отношений между Россией и Китаем. В моем письме от 30 ноября прошлого года я подробно развил соображения, которые заставляют мое правительство настаивать на предварительном восстановлении нормальных отношений. К сожалению, Вы в своем ответном письме не привели аргументов против этого бесспорного положения. Между тем одним из серьезнейших соображений, заставляющих Советское правительство настаивать на своей точке зрения, является опасение, что некоторые державы, с которыми Пекинское правительство тесно связано, возражают против восстановления сношений с Союзом Советских Социалистических Республик. Мы имеем новое доказательство того, что такое вмешательство в чужую внешнюю политику не является необычным. Только на днях, желая помешать восстановлению дипломатических сношений Италии с Союзом Советских Республик, Французское правительство обратилось с формальным предостережением через своего посла в Риме к итальянскому правительству. Тем менее мы были бы удивлены таким давлением в Пекине, в особенности если принять во внимание, что само Пекинское правительство шло навстречу своей прошлой политикой подобным попыткам других держав. Достаточно указать, что еще в 1920 году декретом президента, до сих пор, кажется, не отмененным, было установлено, что Китай в своей политике в отношении России будет «руководиться отношением к этому вопросу держав Согласия». Что же касается сделанного Вами резюме наших частных разговоров, я очень благодарен, что Вы это сделали, так как из него видно, насколько неясно Вы поняли наши беседы и мои мысли. Я не останавливаюсь на всех мелких неточностях Вашего резюме, так как я изложил в основном и существенном мою точку зрения в предыдущем и настоящем письмах. Кроме того, поскольку в основном вопросе о восстановлении* нормальных отношений мы не достигли соглашения, то было бы бесцельно исправлять отдельные детали содержания наших бесед. Чтобы не оставлять у Вас никаких сомнении, я подтверждаю, что на конференции, которая открылась быв результате восстановления нормальных отношений между Россией и Китаем, все вопросы могли бы быть разрешены в духе декларации 1919 и 1920 годов и тех соображений, которые мною изложены в моих письмах к Вам. Я готов открыть конференцию в ближайшие же дни по Вашему усмотрению, после того, как нормальные дипломатические отношения между Союзом Советских Социалистических Республик и Китаем будут восстановлены. Я не теряю надежды, что в конце концов моя точка зрения с течением времени будет принята Пекинским правительством. Я черпаю надежды в той эволюции, которая на наших глазах произошла в позиции Пекинского кабинета за последние годы. В 1918—1920 годах он принимал участие- 76
в попытках свержения Советского правительства, затем в 1921—1922 годах он отказался от ннтсрюнции, но пока еще был против обмена представителями и не соглашался восстановить нормальные отношения, предпочитая ограничиться только торговым договором, и, наконец, теперешний период, когда Китайское правительство как будто согласно восстановить нормальные отношения, но лишь при известных условиях, которые являются как бы цоной этого важного политического акта. Я надеюсь, что придет день, когда Китайское правительство изменит и теперешнюю свою позицию и тогда я буду вместе с Вами счастлив открыть конференцию, чтобы покончить со всеми, несомненно, легко разрешимыми русско-китайскими вопросами. Предпочитая вместе с Вами переговоры на конференции настоящей переписке, я нь хочу все-таки осудить ее совершенно, ибо она, как мне кажется, разъяснила многие недоразумения, которые, вероятно, по вине переводчиков, вкрались в наши частные беседы и послужили основанием к неточности Вашего резюме. Примите мою радость по случаю Вашего благополучного возвращения из поездки в Японию и позвольте выразить Вам мое искреннее уважение. Л. Карахан П.С. Я очень признателен Вам за то, что Вы столь любезно согласились на опубликование Ваших писем. АВП, ф. 100а, on. б, папка 3, д. 7, лл. 37—41. № 35 1924 г. января 24.— Телеграмма Сунь Ят-сена из Шамяня чрезвычайному полномочному представителю СССР в Китае Л. М. Карахану. Благодарю Вас за сердечную телеграмму с поздравлениями национальной конференции гоминдана. Цель конференции—продолжить и завершить начатую в 1911 году революцию и добиться таким образом возрождения Китая, освободив его от угнетения милитаризмом и капитализмом. Мы понимаем, что слабый и разделенный, но обладающий бесконечными ресурсами Китай является Балканами Азии, могущими вызвать мировой пожар в течение ближайшего десятилетия и что объединенный и освобожденный Китай является лучшей, если не единой, гарантией мира Азии и всего мира. Конференция твердо рассчитывает на сочувствие всех народов и благодарна русскому народу, который первый выразил эти чувства. Оба народа, китайский и русский, должны работать, совместно идя по пути свободы и справедливости. От имени национальной конференции гоминдана я шлю братское приветствие нашему великому соседу—Советской России. Сунь Ят-сен «Международная жизнь», 1955, № 10, стр. 155. 77
№ 36 1924 г. января 25.—Телеграмма Супь Ят-сепа по поводу смерти В. И.-Ленина*. Прошу Вас выразить Вашему правительству мои чувства глубокой скорби по поводу ухода из кипучей жизни Советской России великого. Ленина. Однако имя его и память о нем будут существовать вечно, и люди всегда будут ценить те его героические качества, которые сделали из него политического деятеля высшего типа и вождя-творца. Его произведения также останутся в веках, ибо они зиждятся на таких общественных взглядах, которые, без сомнения, будут властвовать над идеями и чаяниями будущего человечества. Сунь Ят-сен Сунь Ят-сен. Избранные произведения, Пекин, 1956, т. 2 (Перевод с китайского). № 37 1924 г. февраля 16.—Письмо Сунь Ят-сена народному комиссару по иностранным делам СССР Г. В. Чичерину. Дорогой товарищ Чичерин. Я должен поблагодарить Вас за Ваше очень интересное письмо от 4 декабря 1923 года. Вы совершенно правы в том, что основной целью- моей партии является создание мощного движения китайского народа, одновременно революционного и конструктивного, и что для достижения этого необходима организация и пропаганда. Мы в настоящее время интенсивно работаем в этом направлении; мы надеемся со временем проделать в Китае то, что ваша партия была в состоянии совершить в России, в смысле создания новой концепции государства и новой системы упраг вления. По этой причине мы нуждаемся в советах и помощи и ожидаем их от Вас и от других товарищей. Я горячо поздравляю Вас с замечательной победой, которую ваша дипломатия одержала в связи с признанием де-юре вашего правительства Даунинг-стритом**. Несомненно, еще многое должно быть сделано для того, чтоб пожать плоды этой победы. Но ваш триумф над керзонизмом, несомненно, поведет к другим дипломатическим триумфам. Кончина товарища Ленина вызвала у меня глубокую печаль. Однако работа вашей партии, к счастью, покоится на широкой основе, ввиду чего смерть нашего великого товарища не отразится на мощном сооружении, которое было создано вашими крепкими руками. Я приветствую Вашу мысль о дальнейшем поддержании контакта между нами. И это необходимо нам не только для обмена мнениями, но и для возможных совместпых усилий в мировой борьбе. * Телеграмма была передана полпредом СССР в Китае Л. М. Караханом Народному комиссару по иностранным делам СССР Г. В. Чичерину. ** Даунинг-стрит—улица в Лондоне, на которой помещается здание английского Министерства иностранных дел. '78
С наилучшими пожеланиями дальнейших успехов вашему праЕ тельству. г С братским приветом Сунь Ят-сен Международная жизнь», 1955, М 10, стр. 156. № 38 • 1924 г. февраля 24.—Заявление Сунь Ят-сена по поводу смерти В. И. Ленина*. На 13-м году Китайской Республики, в феврале месяце я пришел со своими друзьями почтить память умершего вождя России Ленина. За многие века мировой истории появлялись тысячи вождей и ученых с красивыми словами на устах, которые никогда не проводились в жизнь. Ты, Ленин,—исключение. Ты не только говорил и учил, но претворил свои слова в действительность. Ты создал новую страну. Ты указал нам путь для совместной борьбы. Ты встречал на своем пути тысячи препятствий, которые встречаются и намоем пути. Я хочу идти твоим путем, и хотя мои враги и против этого, но мой народ будет меня приветствовать за это. Ты умер, небо не продлило твоей жизни, но в памяти угнетенных народов ты будешь жить веками, великий человек. • Известия», JW 71, от 27 марта 1924 е. № 39 1924 г. марта 18. — Сообщение о ноте чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана от 14 марта 1924 г. об ответственности Китайского правительства за срыв советско-китайского соглашения. ПЕКИН, 16 марта. 14 марта делегат Китайского правительства доктор Ван подписал соглашение о восстановлении нормальных сношений между СССР и Китаем. В течение того же дня тов. Карахан и Ван должны были дополнительно подписать переписанные каллиграфами документы. Однако после подписания Ваном соглашения Китайское правительство постановило не утверждать его подписи. В связи с этим полпред СССР тов. Карахан вручил Вану ноту, в которой заявляет, что готов в течение 3 дней ждать подтверждения подписанных соглашений, по истечении же этого срока пе будет считать себя ими связанным. Далее тов. Карахан возлагает на Китайское правительство всю ответственность за разрыв переговоров и срыв соглашения, а также за все вытекающие отсюда последствия «•Известия», Л 64, от 18 марта 1924 г. * Оглашено на митинге членов партии гоминдан, посвященном памяти В. И. Ленина 24 февраля 1924 г. в г. Гуанчжоу (Кантоне). 79
№40 1924 г. марта 25.—Сообщение о телеграмме Ван Чжэн-тина парламенту и общественным организациям Китая по поводу срыва советско-китайского соглашения. ПЕКИН, 22 марта. Освобожденный недавно от своих обязанностей федседатель советско-китайской комиссии Ван-Чен-Тинг отправил циркулярную телеграмму по адресу обеих палат парламента, а также просветительным ассоциациям, провинциальным советам, торговым палатам и газетам, в которой сообщает о своих переговорах с полпредом СССР тов. Караханом. По словам Ван-Чен-Тинга, 3 марта он вручил президенту Цзао-Куну составленный им план соглашения с СССР, а также проект соглашения, написанный тов. Караханом. Оба эти документа были переданы в кабинет министров для обсуждения и одобрения. 6 марта Ван-Чен-Тинг присутствовал на заседании кабинета министров и сделал подробное сообщение о своих переговорах с тов. Караханом. Совет министров внес некоторые исправления в проект, который затем был передан снова тов. Карахану. 13 марта Ван-Чен-Тинг снова присутствовал на Совете министров и сообщил ход переговоров с полпредом СССР. На этом заседании кабинет министров одобрил внесение в соглашение пункта об аннулировании всех старых русско-китайских договоров, а также изменение слов: «Гарантии для подавления белогвардейских элементов» в «принятие совместных мер». «Затем,—продолжает Ван-Чен-Тинг,—в тот же самый вечер я отправился к тов. Карахану и совещался с ним в течение всей ночи, после чего нами было достигнуто соглашение». Далее Ван-Чен-Тинг говорит, что, согласно данным ему полномочиям, он имел право вести переговоры и заключить предварительное соглашение с полпредом СССР от имени Китайской Республики. Он и заключил такое предварительное соглашение, представив его на утверждение правительства. «По моему мнению,—говорит Ван-Чен-Тинг,—после того как Великобритания и Италия признали СССР, всякое затягивание переговоров может принести только неприятности и даже угрозу суверенитету нашей страны. Кроме того, общественное мнение требовало скорейшего разрешения вопроса». Эта телеграмма Ван-Чен-Тинга доказывает прежде всего, что все действия Ван-Чен-Тинга были не только известны кабинету министров, но имели за собой предварительное согласие кабинета, а во-вторых, что согласно своим полномочиям он имел полное право не только вести переговоры с СССР, но и заключить предварительное соглашение. «Известия*, JV? 69, от 25 марта 1924 г. № 41 1924 г. мая 13.—Заявление чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана представителю советской печати по поводу вмешательства держав в советско-китайские отношения. I Китайское правительство отрицает вмешательство иностранных держав в советско-китайские сношения и отрицает также, что соглашение не SO
состоялось главным образом под давлением иностранцев. Я дал достаточные доказательства вмешательства со стороны Франции, ныне же имею новые документальные данные, доказывающие, что Америка оказывает враждебное нам давление против восстановления советско-китайской дружбы, теперь же налицо нота, адресованная Вай-Ча-Пу*, о которой сообщает агентство Рейтер. Вопрос о Восточно-Китайской железной дороге исключительно касается только СССР и Китая, и если другие державы вмешиваются п это дело, то лишь с единственной целью помешать нашему сближению с Китаем. В самом деле, что означают собою протесты Франции и Америки? Они заявляют: вы, китайцы, заключаете соглашение с СССР без нас, мы этого не допустим, мы должны участвовать также в этом соглашении, без нас оно не будет иметь значения, и вы не посмеете заключить его. Державы ссылаются на резолюцию Вашингтонской конференции, как будто они приобрели новые права путем принятых в Вашингтоне решений, которые к тому же были вынесены без хозяина, т. е. без Советской России, относительно имущества Восточно-Китайской дороги, не принадлежащей им. Мы имеем дело еще с одним империалистическим выступлением Франции и Америки, а возможно и других держав, находящихся за кулисами и полагающих, что им принадлежит весь мир и что они имеют право располагать судьбою других наций. СССР уже доказал всем великим державам свое нежелание, чтобы они вмешивались в дела СССР, и теперь надеется дать им урок не вмешиваться в советско-китайские дела. Затруднение Китая в том, что он сейчас слаб и не может постоять за свое национальное достоинство и суверенитет. Китайское правительство поэтому с бблыпим вниманием относится к угрозам Франции и Америки, чем к дружбе СССР. Интересно отметить, что Франция и Америка весьма строго соблюдают резолюции Вашингтонской конференции, когда нужно выступить с каким-нибудь актом, противоречащим интересам Китая, но забывают эти самые резолюции, когда они направлены к пользе Китая. Так, в течение нескольких лет Франция и Америка даже не начали вводить в действие новый таможенный тариф, под предлогом, что он может унизить Китай, хотя Китайское правительство настаивает на введении этого тарифа.. И если они введут его в действие, то только лишь для того, чтобы одурачить китайцев. СССР охотно отказался от тех договоров, которые Китай заключил с прежней Россией под давлением силы. Другие же державы не хотят даже и говорить об этом, пока Китай не превратится в действительную силу, с которой необходимо считаться. Было бы гораздо честнее, если бы китайское правительство открыто заявило, кто помешал осуществить соглашение, подписанное 14 марта, потому что ссылка на три совершенно неважных пункта ни для кого не убедительна, за исключением нескольких пекинских газет и некоторых правительственных чиновников. «Известия», М 109, от 15 мая 1924 г. № 42 1924 г. мая 31.—Обмен нотами об установлении дипломатических отношений между Союзом ССР и Китайской Республикой НОТА МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ КИТАЯ Министр иностранных дел Китая Веллингтон Ку настоящим заявляет, что советско-китайское соглашение подписано сегодня полномочными * Вай-Ча-Пу (правильно Вайцзяобу)—Министерство иностранных дел. 6 Советско-китайскпе отношения 81
представителями обеих сторон. Начиная с сегодняшнего дня, возобновляются нормальные дипломатические сношения между Советским правительством и правительством Китайской Республики. Мы надеемся, что отныне будет упрочена дружба между пародами обеих стран. Прошу передать это сообщение правительству СССР. НОТА ЧРЕЗВЫЧАЙНОГО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЕ Л. М. КАРАХАНА Чрезвычайный полномочный представитель Карахан настоящим уведомляет министра иностранных дел Веллингтона Ку, что он получил и принял к сведению его ноту от 31 мая, сообщающую, что 31 мая подписано соглашение между Китаем и СССР и что с этого числа возобновляются нормальные дипломатические сношения между обеими странами. От имени правительства СССР чрезвычайный полномочный представитель выражает свою уверенность, что возобновленные нормальные сношения между обоими правительствами поведут к упрочению и развитию дружбы между народами Китая и Советского Союза. «Известия», М 124, от 1 июня 1924 е. № 43 1924 г. мая 31.—«Соглашение об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой»*. Союз Советских Социалистических Республик и Китайская Республика, желая восстановить между собою нормальные отношения, согласились заключить «Соглашение об общих принципах для урегулирования вопросов между обеими странами» и для этой цели назначили своих уполномоченных, а именно: Правительство Союза Советских Социалистических Республик: Льва Михайловича Карахана, Его превосходительство Президент Китайской Республики: Ви Куин Веллингтон Ку, которые по взаимном предъявлении своих полномочий, найденных в добром порядке и составленных в законной форме, согласились о нижеследующих статьях. Статья 1 Немедленно после подписания настоящего Соглашения восстанавливаются нормальные дипломатические и консульские сношения между обеими договаривающимися сторонами. Правительство Китайской Республики соглашается принять нужные меры для передачи правительству Союза ССР помещения миссии и консульских зданий, ранее принадлежавших царскому правительству. Статья 2 Правительства обеих Договаривающихся Сторон соглашаются приступить в течение одного месяца после подписания настоящего Соглашения к конференции, которая заключит и выработает! подробные соглаше- * Заглавие документа. 82
ния о вопросах, в соответствии с принципами, указанными в следующих статьях. 1 акие Детальные соглашения должны быть заключены в кратчайший срок и во всяком случае не позднее, чем через 6 месяцев со дня открытия конференции, указанной в предыдущем абзаце. Статья 3 Правительства обеих Договаривающихся Сторон соглашаются аннулировать на конференции, предусмотренной предыдущей статьей, все конвенции, договоры, соглашения, протоколы, контракты и т. д., заключенные между правительством Китая и царским правительством, и заменить их новыми договорами, соглашениями и т. д. на основе равенства, взаимности и справедливости и в духе деклараций Советского правительства 1919 и 1920 годов. Статья 4 Правительство Союза ССР, в соответствии с его политикой и с декларациями 1919 и 1920 годов, объявляет уничтоженными* и не имеющими силы все договоры, соглашения и т. д., затрагивающие суверенные права или интересы Китая, заключенные между бывшим царским правительством и какой-либо третьей стороной или сторонами. Правительства обеих Договаривающихся Сторон заявляют, что в будущем ни одно из них не заключит никаких договоров или соглашений, которые могли бы нанести ущерб суверенным правам или интересам одной из двух Договаривающихся Сторон. Статья 5 Правительство Союза ССР признает, что Внешняя Монголия является составной частью Китайской Республики и уважает там суверенитет Китая. Правительство Союза ССР заявляет, что как только вопросы об отозвании всех войск Союза ССР из Внешней Монголии, а именно о предельном сроке отозвания этих войск и о мерах, имеющих быть принятыми в интересах безопасности границ, будут согласованы на конференции, указанной в статье 2 настоящего Соглашения, оно осуществит полное отозвание всех войск Союза ССР из Внешней Монголии. Статья 6 Правительства обеих Договаривающихся Сторон взаимно ручаются не допускать в пределах своих территорий, по принадлежности, существования или деятельности каких-либо организаций или групп, задачей которых является борьба при посредстве насильственных действий против правительств какой-либо из Договаривающихся Сторон. Правительства обеих Договаривающихся Сторон далее обязуются не производить пропаганды, направленной против политической и социальной системы какой-либо из Договаривающихся Сторон. Статья 7 Правительства обеих Договаривающихся Сторон соглашаются вновь проверить на конференции, указанной в статье 2 указанного Соглашения, свои национальные границы и впредь до указанной проверки поддерживать существующие. * В английском тексте: null and void— «потерявшие ваконную силу». См. «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических республик», № 18, от 30 марта 1925 е., стр. 218. 6* 83
Статья 8 Правительства обеих Договаривающихся Сторон соглашаются урегулировать на вышеупомянутой конференции вопросы, касающиеся судоходства по рекам, озерам и иным водным пространствам, общим для их соответственной границы, на основе равенства и взаимности. Статья 9 Правительства обеих Договаривающихся Сторон соглашаются урегулировать на вышеупомянутой конференции вопрос о Китайской Восточной железной дороге в соответствии с принципами, указанными ниже. 1. Правительства обеих Договаривающихся Сторон заявляют, что Китайская Восточная железная дорога является чисто коммерческим предприятием. Правительства обеих Договаривающихся Сторон взаимно заявляют, что за исключением вопросов, касающихся деловых операций, которые находятся под непосредственным наблюдением Китайской Восточной железной дороги, все другие вопросы, затрагивающие права национального и местных правительств Китайской Республики, как-то: судебные вопросы, вопросы, касающиеся гражданского управления, военной администрации, полиции, муниципального управления, обложения и земельной собственности (за исключением земель, потребных для указанной дороги ),—будут находиться в ведении китайских властей. 2. Правительство Союза ССР соглашается на выкуп при посредстве правительства Китайской Республики китайского капитала Китайской Восточной железной дороги, а также всех принадлежащих к ней имуществ и на передачу Китаю всех акций и облигаций указанной дороги. 3. Правительства обеих Договаривающихся Сторон урегулируют на конференции, указанной в статье 2 указанного Соглашения*, размер и условия выкупа, а также порядок передачи Китайской Восточной железной дороги. 4. Правительство Союза ССР соглашается быть ответственным за все претензии держателей акций и облигаций и кредиторов Китайской Восточной железной дороги, возникшие до революции 9 марта 1917 года. 5. Правительства обеих Договаривающихся Сторон взаимно соглашаются, что будущее Китайской Восточной железной дороги будет определено Союзом ССР и Китайской Республикой без участия какой-либо третьей стороны или сторон. 6. Правительства обеих Договаривающихся Сторон соглашаются подписать Соглашение о временном управлении Китайской Восточной железной дорогой впредь до разрешения вопросов, указанных в разделе 2 настоящей статьи. 7. Впредь до того, пока различные вопросы, относящиеся до Китайской Восточной железной дороги, не будут урегулированы на конференции, указанной в статье 2 настоящего Соглашения, права обоих правительств, вытекающие из контракта от 27 августа (8 сентября) 1896 года на постройку и управление Китайской Восточной железной дороги, поскольку они не находятся в противоречии с настоящим Соглашением и Соглашением о временном управлении сказанной дорогой и поскольку они не наносят ущерба суверенным правам Китая,—сохраняются в силе. . / * В английском тексте: of the Present Agreement—«настоящего соглашения». См. «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических Республик», М 18, от 30 марта 1925 г., стр. 219. S4
Статья 10 Правительство Союза ССР соглашается отказаться от специальных прав и привилегий, касающихся всех концессий в какой бы то ни было части Китая, приобретенных царским правительством в силу различных конвенций, договоров, соглашений и т. д. Статья 11 Правительство Союза ССР соглашается отказаться от русской части боксерского возмещения. Статья 12 Правительство Союза ССР соглашается отказаться от прав экстерриториальности и • консульской юрисдикции. Статья 13 Правительства обеих Договаривающихся Сторон соглашаются выработать одновременно с заключением торгового договора на конференции, указанной в статье 2 настоящего Соглашения, таможенный тариф для обеих Договаривающихся Сторон, в соответствии с принципами справедливости и взаимности. Статья 14 Правительства обеих Договаривающихся Сторон соглашаются обсудить на вышеуказанной конференции вопросы, касающиеся претензий о возмещении убытков. Статья 15 Настоящее соглашение вступит в силу со дня его подписания. В удостоверение чего подлежащие уполномоченные подписали настоящее Соглашение в двух экземплярах на английском языке. Учинено в Пекине сего 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. М. Карахан В. К. Веллингтон Ку «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союва Советских Социалистических Республик», № 18, от 30 марта 1926 е., стр. 225—228. № 44 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Китайской Республики заявляют, что немедленно после подписания Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года они взаимно передадут друг другу все недвижимое и движимое имущество, принадлежавшее прежнему царскому правительству и Китаю, находящееся на их соответствующих территориях. С этой же целью каждое правительство передаст другому список имуществ, подлежащих таковому возвращению. В удостоверение сего соответствующие уполномоченные правительств обеих договаривающихся стран подписали настоящую Деклара 85
цию в двух экземплярах на английском языке и скрепили ее своими печатями. Составлено в гор. Пекине 31, мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон Ку «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических Республик», № 18, от 30 марта 1925 г., стр. 228—229. №45 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Правительство Китайской Республики настоящим заявляют, что в отношении сооружений и земельной собственности русских православных миссий подразумевается, что таковые принадлежат правительству Союза ССР. Вопрос же передачи или иного распоряжения ими должен быть совместно разрешен на конференции, предусмотренной статьей 2 Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года, и в соответствии с внутренними законами и постановлениями, существующими в Китае относительно недвижимостей, находящихся в стране. Что касается сооружений и имуществ русской православной миссии, принадлежащих правительству Союза ССР и находящихся в Пекине и Поташу, то Китайское правительство примет меры для возможно немедленной передачи их, в соответствии с законами и правилами, существующими в Китае в отношении имуществ, находящихся в нем, как только правительство Союза ССР укажет лицо китайской национальности или соответствующую организацию. До того же правительство Китайской Республики примет меры к охране указанных выше сооружений и имуществ и освобождению их от всех лиц, ныне в них проживающих. Далее, устанавливается, что настоящая Декларация будет иметь ту же самую силу и значение, как и Генеральная декларация, включенная в Соглашение об общих принципах. В удостоверение чего уполномоченные обоих правительств Договаривающихся Сторон подписали настоящую Декларацию в двух экземплярах на английском языке и скрепили ее своими печатями. Составлено в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон Ку «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союва Советских Социалистических Республик*, № 18, от 30 марта 1925 г., стр. 229. № 46 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. ' Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Китайской Республики совместно заявляют, что согласно ст. 4 86
Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года подразумевается, что правительство Китайской Республики не признает силы за договорами, соглашениями и т. д., заключенными с Россией со времен царистского режима, или с третьей стороной или сторонами, касающимися суверенных прав или интересов Китайской Республики. Далее устанавливается, что означенное заявление будет иметь ту же самую силу и значение, как и Генеральная декларация, включенная в Соглашение об общих принципах. В удостоверение чего уполномоченные обоих правительств договаривающихся стран подписали настоящую Декларацию в двух экземплярах на английском языке и скрепили ее своими печатями. Составлено в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон Ку ((Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических Республики, № 18, от 30 марта 1925 г., стр. 229—230. № 47 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Китайской Республики совместно заявляют, что подразумевается, что правительство Китайской Республики не передаст частично или полностью третьей державе или какой-либо иной организации специальных прав и привилегий, от которых, в силу ст. 10 Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года, правительство Союза ССР отказалось. Далее устанавливается, что настоящее заявление будет иметь ту же самую силу и значение, как и Генеральная декларация, включенная в Соглашение об общих принципах. В удостоверение чего уполномоченные обоих правительств договаривающихся стран подписали настоящую Декларацию в двух экземплярах на английском языке и скрепили ее своими печатями. Составлено в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует31-му дню Г)-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон Ку «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Совет' ских Социалистических Республик», № 18, от 30 марта 1926 г., стр. 230. № 48 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Китайской Республики совместно заявляют, что, в соответ- 87
ствии со статьей 11 Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года: 1. Русская доля боксерского возмещения, от которой правительство Союза ССР отказалось, будет, после удовлетворения всех прежних обязательств, направлена исключительно и полностью на создание фонда улучшения просвещения китайского народа. 2. Для управления и распределения этого фонда будет образована специальная комиссия. Комиссия будет состоять из трех лиц, из коих два будут назначены правительством Китайской Республики и один—правительством Союза ССР. Решения этой комиссии будут приниматься единогласно. 3. Настоящий фонд будет депонирован, равно как и периодические к нему приращения, в банке, указанном упомянутой комиссией. Далее устанавливается, что настоящее заявление будет иметь ту же самую силу и значение, как и Генеральная декларация, включенная в Соглашение об общих принципах. В удостоверение сего уполномоченные Правительств обеих договаривающихся стран подписали настоящую Декларацию в двух экземплярах на английском языке и скрепили ее своими печатями. Составлена в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон К у ^Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союаа Советских Социалистических Республик», М 18, от 30 марта 1925 г., стр. 230—231. JV» 49 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Китайской Республики соглашаются, что на конференции, предусмотренной статьей 2 Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 май 1924 года, будут установлены справедливые правила, касающиеся урегулирования положения граждан Союза ССР, в связи с отказом от экстерриториальности и консульской юрисдикции, оговоренным в статье 12 вышеупомянутого Договора, причем настоящим устанавливается, что граждане Союза ССР будут всецело подчиняться китайской юрисдикции. В удостоверение чего соответствующие уполномоченные правительств обеих договаривающихся стран подписали настоящую Декларацию на английском языке в двух экземплярах и скрепили ее своими печатями. Составлено в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. JT. Карахан Веллингтон Ку «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических Республик», М 18, от 30 марта 1925 г., стр. 231. 88
№ 50 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Китайской Республики, подписав Соглашение об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года, настоящим соглашаются, в развитие статьи 5 Соглашения для временного управления Китайской Восточной железной дороги от того же числа, каковая предусматривает равное представительство граждан Союза ССР и Китайской Республики на различных должностях, что применение этого принципа не должно быть понимаемо в том смысле, что настоящие служащие русской национальности должны быть уволены в отставку единственно для проведения указанного принципа. Далее устанавливается, что доступ ко всем должностям одинаково открыт гражданам обеих Договаривающихся Сторон, что не будет специального предпочтения для граждан той или иной национальности и что должности будут замещаться в соответствии с пригодностью и техническим образованием соответствующих лиц. В удостоверение чего уполномоченные обоих договаривающихся правительств подписали настоящую Декларацию в двух экземплярах на английском языке и скрепили ее своими печатями. Составлено в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон Ку «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических Республик», М 18, от 30 марта 1925 е., стр. 231—232. № 51 1924 г. мая 31.—Обмен нотами между чрезвычайным полномочным представителем СССР в Китае Л. М. Караханом и министром иностранных дел Китайской Республики Веллингтоном Ку о прекращении службы русских белогвардейцев в Китайской армии и полиции. Дорогой господин Карахан. По распоряжению моего правительства, имею честь заявить, что, подписав сегодня Соглашение об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой, правительство Китайской Республики решило, в видах интересов мирных отношений между Китайской Республикой и Союзом ССР, прекратить службу тех бывших подданных Российской империи, ныне состоящих в китайской армии и полиции, которые персонально и по своим действиям составляют угрозу безопасности Союза ССР. Когда Вы представите моему правительству список таких лиц, соответствующим властям будет предписано принять необходимые меры. Имею честь оставаться глубокопреданным и уважающим Вас В. К. Веллингтон Ку министр иностранных дел Китайской Республики 89
ствии со статьей 11 Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года: 1. Русская доля боксерского возмещения, от которой правительство Союза ССР отказалось, будет, после удовлетворения всех прежних обязательств, направлена исключительно и полностью на создание фонда улучшения просвещения китайского народа. 2. Для управления и распределения этого фонда будет образована специальная комиссия. Комиссия будет состоять из трех лиц, из коих два будут назначены правительством Китайской Республики и один—правительством Союза ССР. Решения этой комиссии будут приниматься единогласно. 3. Настоящий фонд будет депонирован, равно как и периодические к нему приращения, в банке, указанном упомянутой комиссией. Далее устанавливается, что настоящее заявление будет иметь ту же самую силу и значение, как и Генеральная декларация, включенная в Соглашение об общих принципах. В удостоверение сего уполномоченные Правительств обеих договаривающихся стран подписали настоящую Декларацию в двух экземплярах на английском языке и скрепили ее своими печатями. Составлена в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон К у ^Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических Республик», № 18, от 30 марта 1925 г., стр. 230—231. № 49 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и пра: вительство Китайской Республики соглашаются, что на конференции, предусмотренной статьей 2 Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года, будут установлены справедливые правила, касающиеся урегулирования положения граждан Союза ССР, в связи с отказом от экстерриториальности и консульской юрисдикции, оговоренным в статье 12 вышеупомянутого Договора, причем настоящим устанавливается, что граждане Союза ССР будут всецело подчиняться китайской юрисдикции. В удостоверение чего соответствующие уполномоченные правительств обеих договаривающихся стран подписали настоящую Декларацию на английском языке в двух экземплярах и скрепили ее своими печатями. Составлено в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон Ку «Собрание ваконов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических Республик*, М 18, от 30 марта 1926 г., cfnp. 231. 88
№ 50 1924 г. мая 31.—Декларация правительств СССР и Китайской Республики. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Китайской Республики, подписав Соглашение об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года, настоящим соглашаются, в развитие статьи 5 Соглашения для временного управлений Китайской Восточной железной дороги от того же числа, каковая предусматривает равное представительство граждан Союза ССР и Китайской Республики на различных должностях, что применение этого принципа не должно быть понимаемо в том смысле, что настоящие служащие русской национальности должны быть уволены в отставку единственно для проведения указанного принципа. Далее устанавливается, что доступ ко всем должностям одинаково открыт гражданам обеих Договаривающихся Сторон, что не будет специального предпочтения для граждан той или иной национальности и что должности будут замещаться в соответствии с пригодностью и техническим образованием соответствующих лиц. В удостоверение чего уполномоченные обоих договаривающихся правительств подписали настоящую Декларацию в двух экземплярах на английском языке и скрепили ее своими печатями. Составлено в гор. Пекине 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан Веллингтон Ку «Собрание ааконов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союаа Советских Социалистических Республик», М 18, от 30 марта 1925 г., стр. 231—232. № 51 1924 г. мая 31.—Обмен нотами между чрезвычайным полномочным представителем СССР в Китае Л. М. Караханом и министром иностранных дел Китайской Республики Веллингтоном Ку о прекращении службы русских белогвардейцев в Китайской армии и полиции. Дорогой господин Карахан. По распоряжению моего правительства, имею честь заявить, что, подписав сегодня Соглашение об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой, правительство Китайской Республики решило, в видах интересов мирных отношений между Китайской Республикой и Союзом ССР, прекратить службу тех бывших подданных Российской империи, ныне состоящих в китайской армии и полиции, которые персонально и по своим действиям составляют угрозу безопасности Союза ССР. Когда Вы представите моему правительству список таких лиц, соответствующим властям будет предписано принять необходимые меры. Имею честь оставаться глубокопреданным и уважающим Вас В. К. Веллингтон Ку министр иностранных дел Китайской Республики 89
Дорогой д-р Ку. Имею честь подтвердить получение от Вас следующей ноты от сего числа: «По распоряжению моего правительства, имею честь заявить, что, подписав сегодня Соглашение об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой, правительство Китайской Республики решило, в видах интересов мирных отношений между Китайской Республикой и Союзом ССР, прекратить службу тех бывших подданных Российской империи, ныне состоящих в китайской армии и полиции, которые персонально и по своим действиям составляют угрозу безопасности Союза ССР. Когда Вы представите моему правительству список таких лиц, соответствующим властям будет предписано принять необходимые меры». В ответ я прошу отметить, по поручению моего правительства, что я принял ноту к сведению и что я согласен с предложением, о котором в ней идет речь. Имею честь оставаться вполне Вас уважающим Л. М. Карахан чрезвычайный полномочный представитель Союза Советских Социалистических Республик в Китае «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союза Советских Социалистических Республик», № 18, от 30 марта 1925 г., стр. 232. N° 52 1924 г. мая 31.—Соглашение между Союзом ССР и Китайской Республикой о временном управлении Китайско-Восточной железной дорогой. Союз Советских Социалистических Республик и Китайская Республика, признавая взаимно, что, поскольку Китайская Восточная железная дорога была построена на капитал, данный Российским правительством, и сооружена полностью на территории Китая, сказанная дорога является чисто коммерческим предприятием, и что, за исключением вопросов, касающихся ее собственных деловых операций,* все другие вопросы, которые затрагивают права Китайского национального и местных правительств, будут регулироваться китайскими властями,—согласились заключить Соглашение о временном управлении дорогой с целью руководить совместно управлением сказанной дорогой впредь до окончательного разрешения вопроса об этом управлении на конференции, упомянутой в статье 2 Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китаем от 31 мая 1924 года, и назначили для этой цели своих уполномоченных, а именно: * Правительство Союза Советских Социалистических Республик: Льва Михайловича Карахана, Его превосходительство президент Китайской Республики: Ви Куин Веллингтон Ку, которые, сообщив взаимно свои полномочия, Найденные в порядке и составленными в законной форме, согласились на нижеследующих статьях. 90
Статья 1 Для обсуждения и разрешения всех вопросов, касающихся Китайско- Восточной железной дороги, создается Правление железной дороги из десяти человек, из которых пять будут назначаться правительством Союза ССР, а пять—правительством Китайской Республики. Правительство Китайской Республики назначает одного, из числа китайских членов Правления, председателем Правления, он же будет и директором-распорядителем. Правительство Союза ССР назначает одного, из русских членов Правления, вице-председателем Правления, он же будет и помощником директора-распорядителя. Кворум составляют семь членов Правления; все решения Правления вступают в силу, если они одобрены не менее чем шестью членами Правления. Директор-распорядитель и помощник директора-распорядителя совместно заведывают делами Правления и оба подписывают все документы Правления. В случае отсутствия либо директора-распорядителя, либо помощника директора-распорядителя, их правительства, по принадлежности, имеют право назначить другого члена Правления для выполнения обязанностей директора-распорядителя или помощника директора-распорядителя (поскольку речь идет о директоре-распорядителе,—одного из китайских членов Правления, а поскольку речь идет о помощнике директора-распорядителя,—одного из русских членов Правления). Статья 2 Ревизионная комиссия дороги состоит из пяти человек, а именно из трех русских членов ревизионной комиссии, которые будут назначаться правительством Союза ССР, и из двух китайских членов ревизионной комиссии, которые будут назначаться правительством Китайской Республики. Председатель ревизионной комиссии избирается из китайских членов ревизионной комиссии. Статья 3 Управление дорогою лежит на управляющем—гражданине Союза ССР, и двух помощниках управляющего, из которых один должен быть из граждан Союза ССР, а другой—из граждан Китайской Республики. Указанные должностные лица назначаются Правлением и утверждаются правительствами по принадлежности. Права и обязанности управляющего и помощника управляющего определяются Правлением. Статья 4 Начальники и помощники начальников различных управлений дороги назначаются Правлением. Если начальник управления является гражданином Союза 1ЛЛЛ то помощник начальника управления должен быть гражданином Китайской Республики, а если начальник управления—гражданин Китайской Республики, то помощник начальника управления должен быть гражданином Союза ССР. 91
Статья 5 Назначение служащих в различных управлениях дороги производится на основе принципа равного представительства граждан Союза ССР и граждан Китайской Республики. Статья 6 За исключением вопросов сметных и бюджетных, как указано в статье 7 настоящего Соглашения, все другие вопросы, по которым Правление не сможет прийти к соглашению, передаются на разрешение Правительств Договаривающихся Сторон. Статья 7 Правление представляет сметы и бюджеты дороги на совместные заседания Правления и ревизионной комиссии для рассмотрения и одобрения. Статья 8 Весь чистый доход дороги поступает в распоряжение Правления и не должен расходоваться впредь до окончательного разрешения вопроса об этой дороге. Статья 9 Правление в кратчайший срок, и во всяком случае не позднее 6 месяцев со дня образования Правления, пересмотрит устав Общества Китайско- Восточной железной дороги, одобренный 4 декабря 1896 года царским правительством,—в соответствии с настоящим Соглашением и Соглашением об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китаем от 31 мая 1924 года. Впредь до пересмотра указанный устав остается в силе, поскольку он не находится в противоречии с настоящим Соглашением и Соглашением об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китаем и не наносит ущерба суверенным правам Китайской Республики. if Статья 10 Настоящее соглашение прекращает действие, как только вопрос о Китайско-Восточной железной дороге будет окончательно урегулирован на конференции, упомянутой в статье 2 Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой от 31 мая 1924 года. Статья И Настоящее соглашение вступает в силу со дня его подписании, и удостоверение чего подлежащие уполномоченные подписали настоящее Соглашение в двух экземплярах на английском языке и приложили к нему спои печати. Учинено в гор. Пекине сего 31 мая 1924 года, что соответствует 31-му дню 5-го месяца 13-го года Китайской Республики. Л. Карахан В. К. Веллингтон Ку «Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства Союаа Советских Социалистических Республик», №18, от 30 марта 1926 t., стр. 236—239. 92
JVs 53 1924 г. июня 17.—Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР китайскому Министерству иностранных дел об учреждении посольств и обмене дипломатическими представителями. Г-н министр, Согласно инструкции моего правительства, имею честь сделать Вашему превосходительству нижеследующее сообщение: Заключенное 31 мая с. г. соглашение между СССР и Китайской Республикой является выражением политики Советского правительства, которую оно формулировало еще в 1919 году в известной декларации, обращенной к правительству и народу Китая. Политика Советского правительства в отношении Китая основана на началах равенства, взаимности и справедливости. Царское правительство вместе с некоторыми державами всегда рассматривало Китай как неполноправную сторону, которую путем принуждения заставляло подписывать унизительные и сковывающие развитие страны договоры. Одним из выражений такого отношения было то, что Китай царское правительство России рассматривало как державу неравную и поэтому имело всегда в Китае дипломатическое представительство второго ранга. Между тем, Китай—это страна более чем четырехсотмиллиопного народа, страна, имеющая громадное значение в международных отношениях теперь, и, наконец, страна, которой предстоит сыграть величайшую роль в ближайший период развития человечества. Теперешнее тяжелое положение не дает права рассматривать Китайскую Республику недостойной занять место державы первого ранга. Правительство СССР в своих отношениях с означенными государствами отказалось от разделения народов на ранги и строит свою политику на принципе полного равенства. Таким образом, все страны Азии сейчас имеют послов в Москве и в своих столицах сами принимают послов Союза. Исходя из этих соображений, а также принимая во внимание, что естественное желание Китая посылать и принимать послов ныне может рассчитывать на осуществление, правительство СССР считает своим долгом довести до сведения правительства Китайской Республики о своей готовности учредить в Пекине Посольство СССР, а также принять в Москве Посольство Китайской Республики. Доводя вышеизложенное заявление моего правительства до сведения Вашего Превосходительства, я буду очень благодарен получить ответ Китайского правительства по возможности незамедлительно, чтобы не затягивать вопроса о назначении дипломатических представителен с обеих сторон. Примите и проч. АВП, ф. 100а, on. 41а, папка 163, д. 2, лл. 54—55. № 54 1924 г. июль.—Ответная нота Китайского правительства на ноту Народного комиссариата иностранных дел СССР от 17 июня 1924 г. Настоящим подтверждаем получение нами вашей ноты от 17 июня, в которой было заявлено, что политика Советского правительства относи- 93
тельно Китая базируется на принципах равенства, взаимности и справедливости, а также было указано, что правительство намерено учредить в Пекине Посольство СССР и желает видеть в Москве Посольство Китайской Республики. Китайское правительство весьма польщено этим новым доказательством того, что Советское правительство остается верным принципам равенства, взаимности и справедливости в своих отношениях с Китаем. Со своей стороны Китайское правительство также всегда руководствовалось подобными принципами в отношении к СССР. Китайское правительство в связи с этим учредит Посольство Китайской Республики в Москве и с удовольствием примет Посольство СССР в Пекине. «Известия», JVS 160, от 16 июля 1924 г. № 55 1924 г. сентября 20.—Соглашение между правительством Союза ССР и правительством Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики о КВЖД, судоходстве, передемаркации границы, тарифном и торговом соглашениях. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики, желая способствовать дружественным отношениям и урегулировать вопросы, затрагивающие интересы обеих стран, решили заключить соглашение между указанными двумя сторонами, для чего назначили своими полномочными представителями нижеследующих лиц (следуют фамилии). Означенные уполномоченные, предъявив взаимно свои полномочия и няйдя их составленными в надлежащей форме, пришли к соглашению по нижеследующим статьям: Статья первая Китайская Восточная железная дорога Правительства обеих Договаривающихся Сторон согласны разрешить вопрос о Китайской Восточной железной дороге на нижеследующих основаниях:• 1. Правительства обеих Договаривающихся Сторон #заявляют, что Китайская Восточная железная дорога является чисто коммерческим предприятием. Правительства обеих Договаривающихся Сторон взаимно заявляют, что за исключением дел, относящихся к деловым операциям, которые находятся в непосредственном ведении Китайской Восточной железной дороги, все другие дела, касающиеся прав национального и местного правительства Китайской Республики, как-то: дела судебные, дела, относящиеся к гражданской администрации и военной администрации., полиции, муниципальное управление, налоги и земельная собственность (за исключением земель, необходимых самой Китайской Восточной железной дороге),—должны находиться в ведении китайских властей. 94
2. Срок, предусмотренный в ст. XII контракта на ностройку и экс- нлоатацию Китайской Восточной железной дороги от 27 августа (8 сентября) 1896 года, сокращается с восьмидесяти до шестидесяти лет, по истечении коих правительство Китая вступает бесплатно во владение указанной дорогой и принадлежащим ей имуществом. При наличии согласия обеих Договаривающихся Сторон может быть обсужден вонрос о дальнейшем сокращении вышеуказанного (т. е. шестидесятилетнего) срока. Правительство Союза Советских Социалистических Республик согласно, что со дня подписания настоящего Соглашения Китай имеет право выкупить Китайскую Восточную железную дорогу. При выкупе обе Договаривающиеся Стороны определят, что Китайская Восточная железная дорога действительно стоила, и дорога должна быть выкуплена Китаем на его национальные средства по справедливой цене. 3. Правительство Союза Советских Социалистических Республик согласно в имеющей быть организованной обеими сторонами комиссии разрешить вопрос об обязательствах Общества Китайской Восточной железной дороги, согласно пункта четвертого статьи девятой Соглашения об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом Советских Социалистических Республик и Китайской Республикой, подписанного 31 мая 1924 года в Пекине. 4. Правительства обеих Договаривающихся Сторон взаимно соглашаются , что будущее Китайской Восточной железной дороги должно определяться только Союзом Советских Социалистических Республик и Китаем, и любая третья сторона или стороны исключаются. 5. Контракт на постройку и эксплоатацию Китайской Восточной железной дороги от 27 августа (8 сентября) 1896 года должен быть полностью пересмотрен комиссией обеих Договаривающихся Сторон, в соответствии с настоящим соглашением, в течение четырех месяцев со дня подписания настоящего соглашения. До этого пересмотра права обоих правительств, вытекающие из этого контракта, поскольку они не противоречат настоящему соглашению и не нарушают суверенных прав Китая, остаются в силе. 6. Для обсуждения и решения всех вопросов, относящихся к Китайской Восточной железной дороге, дорога учреждает Правление, состоящее из десяти лиц, из коих пять назначаются Союзом Советских Социалистических Республик, пять—Китаем. Китай назначает одного из китайских членов Правления председателем Правления, который является экс-оффицио главным директором. Союз Советских Социалистических Республик назначает одного из русских членов Правления товарищем председателя Правления, который является экс-оффицио помощником главного директора. Кворум Правления состоит из семи лиц, причем для проведения в жизнь всех решений правления требуется, чтобы с ним было согласно не менее шести лиц. Главный директор и помощник главного директора ведут совместно дела правления и должны подписывать все документы Правления совместно. При отсутствии главного директора или помощника главного директора их соответственные правительства могут назначить другого члена Правления для исполнения обязанностей главного директора или помощника главного директора (из числа китайских членов Правления для замещения главного директора и из числа русских членов Правления для замещения помощника главного директора). 95
7. Дорога учреждает ревизионный комитет, состоящий из пяти лиц, а именно, из трех членов комитета, назначенных Союзом Советских Социалистических Республик, и двух членов комитета, назначенных Китаем. Председатель ревизионного комитета избирается из числа китайских членов комитета. 8. Дорога имеет управляющего, который должен быть гражданином Союза Советских Социалистических Республик, и двух помощников управляющего, из которых один—гражданин Союза Советских Социали^ стических Республик, а другой—гражданин Китая. Указанные должностные лица назначаются Правлением и утверждаются соответственными правительствами. Права и обязанности управляющего и помощников управляющего определяются Правлением. 9. Заведующие и помощники заведующих различными службами и отделами дороги назначаются Правлением. Если заведующий—гражданин Союза Советских Социалистических Республик, то помощник заведующего должен быть гражданином Китайской Республики, а если заведующий—гражданин Китайской Республики, то помощник заведующего должен быть гражданином Союза Советских Социалистических Республик. 10. Назначение служащих на должности в различных службах и отделах дороги должно производиться согласно принципу равномерности между гражданами Союза Советских Социалистических Республик и Китайской Республики. Примечание. При осуществлении принципа равномерности ни в коем случае не должен быть нанесен ущерб нормальному течению жизни и деятельности дороги, т. е. наем служащих обеих национальностей должен находиться в зависимости от опыта, личных качеств и пригодности кандидатов. 11. За исключением сметных и бюджетных вопросов, разрешаемых согласно пункта 12 статьи 1 настоящего соглашения, все прочие вопросы, по которым Правление не может придти к соглашению, должны быть переданы на рассмотрение правительств Договаривающихся Сторон для справедливого и дружественного разрешения. 12. Правление представляет сметы и бюджеты дороги на рассмотрение и утверждение объединенного заседания Правления и ревизионного комитета. 13. Вся чистая прибыль дороги должна храниться Правлением и не должна быть использованной впредь до окончательного разрешения соединенной комиссией вопроса о ее распределении между обеими Договаривающимися Сторонами. 14. В .возможно близком будущем Правление должно пересмотреть устав Общества Китайской Восточной железной дороги, утвержденный 4 декабря 1896 года царским правительством, в соответствии с настоящим соглашением, и во всяком случае не позднее, чем через четыре месяца со дня образования Правления. До пересмотра указанного устава последний продолжает соблюдаться, поскольку он не противоречит настоящему соглашению и не нарушает суверенных прав Китайской Республики. 15. Как только условия выкупа Китаем Китайской Восточной железной дороги будут установлены обеими договаривающимися сторонами или как только названная дорога за истечением срокр, предусмотренного в пункте втором статьи первой настоящего соглашения, перейдет к Китаю, настоящее соглашение, в частях, касающихся КВЖД, теряет свою силу. 96
Статья вторая Судоходство Правительства обеих Договаривающихся Сторон согласились разрешить на основах равенства, взаимности и уважения к суверенитету каждой из обеих сторон вопрос о плавании всякого рода их судов в пограничных частях рек, озер и других водных путей, находящихся на границе обеих сторон, причем детали этого вопроса имеют быть урегулированы в комиссии обеих Договаривающихся Сторон в течение двух месяцев со дня подписания настоящего соглашения. Ввиду больших грузовых и пассажирских интересов Союза Советских Социалистических Республик на р. Сунгари до Харбина включительно и больших грузовых и пассажирских интересов Китая в нижнем течении Амура с выходом в море обе Договаривающиеся Стороны согласны на основах равноправности и взаимности обсудить вопрос об обеспечении этих интересов в вышеуказанной комиссии. Статья третья Границы Правительства обеих Договаривающихся Сторон согласны произвести в имеющей быть организованной обеими сторонами комиссии передемаркацию своих границ, а до таковой передемаркации держаться настоящих границ. Статья} четвертая Тарифное и торговое соглашение Правительства обеих Договаривающихся Сторон согласны в имеющей быть организованной обеими сторонами комиссии, соответственно принципам равноправности и взаимности, выработать таможенный тариф и заключить торговый договор. Статья пятая Пропаганда Правительства обеих Договаривающихся Сторон взаимно обязуются не допускать, каждая на своей территории, существования или деятельности каких-либо организаций или групп, целью которых является насильственная борьба против правительства другой Договаривающейся Стороны. Далее, каждое из правительств Договаривающихся Сторон обязуется не вести пропаганды, направленной против политической и социальной системы другой Договаривающейся Стороны. Статья шестая Комиссии Предусмотренные в статьях настоящего соглашения комиссии должны начать свою деятельность в течение одного месяца со дня подписания 97 ' Советско-китайские отношения
настоящего соглашения и должны закончить спою работу в возможно краткий срок и во всяком случае не позднее, чем в шесть месяцев. Это не относится к тем комиссиям, срок коих предусмотрен соответствующими статьями настоящего соглашения. Статья седьмая Настоящее соглашение вступает в силу со дня его подписания. В удостоверение чего уполномоченные правительств обеих сторон подписали настоящее соглашение в двух экземплярах на русском, китайском и английском языках и приложили к нему свои печати. В случае разногласий при толковании английский текст считается основным. Учинено в гор. Мукдене сентября двадцатого дня тысяча девятьсот двадцать четвертого года, что соответствует двадцатому дню девятого месяца тринадцатого года Китайской Республики. АВП, ф. 100а, on. 41а, папка 163, д. 2, лл. 74—80. № 56 1924 г. сентября 20.—Декларация правительств СССР и Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики о передаче правительству СССР консульских зданий. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики настоящим заявляют, что немедленно по подписании соглашения 20 сентября 1924 года между правительствами обеих Договаривающихся Сторон правительство Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики передает правительству Союза Советских Социалистических Республик консульские здания, принадлежавшие бывшему царскому правительству. В удостоверение чего уполномоченные обеих сторон подписали настоящую декларацию в двух экземплярах на русском, китайском и английском языках и приложили к ней свои печати. В случае разногласий при толковании английский текст считается основным. Учинено в гор. Мукдене сентября двадцатого дня тысяча девятьсот двадцать четвертого года, что соответствует двадцатому дню девятого месяца тринадцатого года Китайской Республики. АВП, ф. 100а, on. 41а, папка 163, д. 2, л. 83. В. П. Саввин. Взаимоотношения царской России и СССР с Китаем, прилож. 6, стр. 139. I Ъ8
№ 57 1924 г. сентября 20.—Декларация правительств СССР и Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики о предоставлении советскими властями списка китайских граждан, состоящих на службе в советских правительственных органах, а китайскими властями—списка состоящих на китайской правительтвснной службе белогвардейцев, деятельность которых представляет угрозу соответствующим сторонам. Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики взаимно заявляют, что после подписания соглашения от 20 сентября 1924 года между правительствами обеих Договаривающихся Сторон, если на различных правительственных службах правительства Союза Советских Социалистических Республик в настоящее время находятся некоторые китайцы, так как они представляют своим присутствием или деятельностью угрозу интересам Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики, пли если на различных правительственных службах правительства Автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики в настоящее время находятся бывшие подданные России, так как они представляют своим присутствием или деятельностью угрозу интересам Союза Советских Социалистических Республик, соответствующие правительства предотавят друг другу списки таких лиц и инструктируют надлежащие власти для принятия необходимых мер к пресечению деятельности или к прекращению службы вышеуказанных лиц. В удостоверение чего уполномоченные обеих сторон подписали настоящую декларацию в двух экземплярах на русском, китайском и английском языках и приложили к ней свои печати. В случае возникновения разногласий при толковании английский текст считается основным. Учинено в гор. Мукдене сентября двадцатого дня тысяча девятьсот двадцать четвертого года, что соответствует двадцатому дню девятого месяца тринадцатого года Китайской Республики. АВП, ф. 100а, on. 41а, папка 163, д. 2, лл. 81—42. № 58 1924 г. октября 8.—Приветственная телеграмма Сунь Ят-сена экипажу советского корабля «Боровский)). 8 октября 13 года Китайской Республики является днем прибытия в Гуанчжоу военного корабля СССР. Связи между СССР и Китайской Республикой весьма тесны. Союз Советских Республик считает своей задачей свержение жестокого империализма и освобождение малых и слабых наций от гнета, я же давно придерживаюсь учения о Трех народных принципах и также веду борьбу за революцию в Китае и во всем мире. 7* 92
Сейчас вы, командиры, привели к нам корабль издалека, и это, безусловно, сделает отношения между нашими странами еще более дружественными. Мы взаимно будем еще крепче поддерживать друг друга, энергично устранять все преграды, чтобы совместно идти к великому единению. Разве это не явится благом для наших двух государств и для всего мира? Да здравствует Союз Советских Республик! С приветом —Генералиссимус Китайской Республики Сунь Вэнь. Сунь Ят-сен. Набранные произведения. Пекин, 1957, т, стр. 879 (Перевод с китайского) № 59 1925 г. февраля 25.—Сообгцение о ноте чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана Китайскому правительству ш ПЕКИН, 25 февраля. Сегодня полпред СССР тов. Карахан предъявил Министерству иностранных дел энергичную ноту протеста по поводу нахождения на китайской территории белогвардейского отряда, известного под именем «первой русской смешанной бригады», под командой бывшего царского офицера Нечаева, оперирующего между Шанхаем и Нан- кином. «Китайское правительство,—говорится в ноте,—обязалось отказаться от услуг подданных бывшей Российской империи, находившихся на службе ч армии и полиции. Военная белогвардейская организация вызывает серьезные опасения и заставляет правительство СССР протестовать против этого. После того, как между СССР и Китаем восстановлены дружеские отношения, в высшей степени странно, что Китайское правительство продолжает сохранять вооруженные и враждебно настроенные к СССР организации. Китайское население, подвергающееся грабежам и разгромам со стороны этого отряда, возлагает ответственность на правительство СССР. Кроме того, присутствие подобного отряда на китайской территории неблагоприятно отражается на дружеских отношениях обеих стран. Сам китайский народ почувствует облегчение после роспуска этого отряда, который только затягивает внутреннюю войну в Китае». В заключение нота требует немедленного разоружения и расформирования белогвардейцев. *Иавестия; М 48, от 27 февраля 1925 г. № 60 1925 г. марта 11.—Обращение Сунь Ят-сена к ЦИК СССР. I Дорогие товарищи! В то время как я лежу здесь в недуге, против которого бессильны люди, моя мысль обращена к вам и к судьбам моей партии и моей страны. 100
Вы возглавляете союз свободных республик—то наследие, которое оставил угнетенным народам мира бессмертный Ленин. С помощью этого наследия жертвы империализма неизбежно добьются освобождения от того международного строя, основы которого издревле коренятся в рабовладельчестве, войнах и несправедливостях. Я оставляю после себя партию, которая, как я всегда надеялся, будет связана с вами в исторической работе над окончательным освобождением Китая и других эксплуатируемых стран от этого империалистического строя. Волею судеб я должен оставить свое дело неоконченным и передать его тем, кто, оставаясь верными основам и учению партии, тем самым будут истинными моими последователями. Поэтому я завещал гоминдану продолжать дело национально-революционного движения с тем, чтобы Китай, низведенный империалистами на положение полуколониальной страны, мог стать свободным. С этой целью я поручил партии быть в постоянном контакте с вами. Я твердо верю в неизменность поддержки, которую вы до сих пор оказывали моей стране. Прощаясь с вами, дорогие товарищи, я хочу выразить надежду, что скоро настанет день, когда СССР будет приветствовать в могучем, свободном Китае друга и союзника и что в великой борьбе за освобождение угнетенных народов мира оба союзника пойдут к победе рука об руку. С братским приветом Сун Ят-сен «Иввестия», М 60, от 14 марта 1925 е. № 61 1925 г. марта 11 .— Обращение Монгольского правительства к правительству СССР в связи с эвакуацией частей Красной Армии из Внешней Монголии. УРГА, 1 марта. В ответ на ноту Советского правительства относительно вывода из Урги советских войск Монгольское правительство отправило на имя наркоминдела тов. Чичерина следующее обращение: «1. Подтверждая еще раз факт двукратного, в июле и октябре 1921 г., обращения Монгольского правительства с просьбой к правительству РСФСР об оставлении в Монголии частей Красной Армии для совместной ликвидации белогвардейских отрядов, разорявших Монголию, Монгольское правительство соглашается, что теперь настало время вывести красные части с территории Монголии. 2. От имени всего монгольского народа Монгольское правительство беспристрастно подчеркивает чрезвычайную дисциплину, культурность, выдержку и лояльность частей Красной Армии как по отношению к местному населению, так и в отношениях между Монгольским государством и великой Китайской республикой. 3. Помня и ценя помощь, оказанную Красной Армией в деле освобождения монгольского народа и установления в Монголии подлинного народовластия, а также в деле экономического возрождения, Монгольское правительство передает великое спасибо рабочим и крестьянам СССР, создавшим единственную в мире защитницу угнетенных масс—Красную Армию». В заключение указывается, что монгольский трудовой народ, считая отныне оба государства связанными общностью дальнейшей судьбы 101
н борьбой с империалистами за идеалы свободы и подлинного народовластия, твердо верит в.помощь и поддержку СССР. Нота подписана председателем Совета министров Монгольской республики Церендоржи. «Известия», «ЛЗ 59, от 12 марта 1925 г. № 62 1925 г. марта 12.—Сообщение о ноте чрезвычайного полномочного посла СССР в Китае Л. М. Карахана Китайскому правительству по поводу вывода советских войск из Внешней Монголии. ПЕКИН, 10 марта. Тов. Карахан передал китайскому Министерству иностранных дел ноту с сообщением о завершении эвакуации частей Красной Армии из внешней Монголии. Нота дает краткий исторический обзор тех обстоятельств, которые вынудили Советское правительство ввести свои военные силы на монгольскую территорию для охраны границ. Далее нота заявляет, что так как внутренние события в Китае помешали китайскому правительству открыть в назначенное время советско-китайскую конференцию, на которой вопрос об этих войсках должен был обсуждаться, то Советское правительство решило эвакуировать войска, не дожидаясь конференции, и приступило, с согласия монгольских властей, к этой эвакуации, которая уже закончена. Правительство СССР, говорится далее в ноте, надеется, что обстоятельства, вынудившие его ввести свои войска в Монголию, более не повторятся в будущем. Нота тов. Карахана заканчивается следующим образом: «Я убежден, что Китайское правительство не упустит случая разрешить путем мирного соглашения с монгольским народом вопрос о взаимоотношениях между двумя братскими народами. Правительство СССР, считая, что вопрос китайско-монгольских взаимоотношений является всецело делом этих двух народов, будет, однако, счастливо видеть, что братские узы совместной жизни установлены между ними на основах справедливости и в согласии с их национальными целями; это обеспечат дальнейшее экономическое процветание как Внешней Монголии, так и Северо-Западной области Китая, а также будет содействовать развитию их экономических и других отношений с СССР». чИавестияь, М 59, от 12 марта 1925 г. № 63 1925 г. марта 24* .—Телеграмма ЦИК СССР партии гоминдан с соболезнованием по поводу смерти Сунь Ят-сена. Президиум Центрального Исполнительного Комитета СССР, узнав о кончине доктора Сун-Ят-Сена, шлет свое глубокое соболезнование китайскому народу, потерявшему величайшего из своих вождей, сорок лет боровшегося за свободу и счастье своей страны и в революции 1911— 1912 года сыгравшего решающую и руководящую роль. ^Усопшему вождю не удалось закончить свое великое дело по объединению и укреплению * Дата опубликования. 102
Китайского государства и освобождению его от опеки и вмешательства иностранных держав. Преданный своему народу, живя его идеалами, он, однако, положил крепкий фундамент для дальнейшего развития начатого им дела, провозгласив принцип равенства китайского народа со всеми другими народами мира и утвердив как незыблемое начало внешней политики как своей партии, так и государства в целом, сотрудничество с теми народами,—народами, населяющими великий Союз Советских Республик, которые практически осуществляют великие заветы Ленина о полном и действительном самоопределении народов в братском союзе трудящихся масс всего мира против капиталистической эксплуатации и иноземного владычества. Президиум Центрального Исполнительного Комитета СССР уверен, что китайский народ поднимет высоко знамя, выпавшее из рук своего великого вождя, и увековечит его имя для всех будущих поколений проведением в жизнь его заветов при полной поддержке народов СССР. Да живет в сознании миллионов масс Китая память Сун-Ят-Сена! Да доведет китайский народ до победного конца его лозунги! Да здравствует союз трудящихся масс Советского Союза и Китайской Республики! Председатель ЦИК Калинин. Секретарь Киселев. •Иввестия; JW 67, от 24 марта 1925 г. М 64 1925 г. апреля 14.—Сообщение о ноте чрезвычайного полномочного посла СССР в Китае Л. М. Карахана Китайскому правительству. ПЕКИН. 13 апреля. В ответ на ноту тов. Карахана по поводу находящегося вблизи Шанхая белогвардейского отряда, входящего в состав армии Чжан Цзо-лина, Китайское правительство ответило, что лица, принадлежащие к этому отряду, приняли китайское гражданство. В ответ на эту ноту Китайского правительства тов. Карахан в своей второй ноте указывает, что принятие ими китайского гражданства является фиктивным и незаконным, так как противоречит кптайскому законодательству. В связи с этим тов. Карахан требует возбуждения преследования против китайских генералов, незаконно снабжающих русских белогвардейцев документами китайских граждан. Далее в ноте тов. Карахана говорится, что если бы даже переход этих лиц в китайское гражданство был законным, то и в этом случае принятие белогвардейцев, бывших граждан Российской империи, в китайскую армию является прямым нарушением советско-китайского соглашения. Тов. Карахан самым решительным образом протестует против попыток китайских контрреволюционных генералов оставить на службе в своих армиях русских белогвардейцев и настаивает на немедленной ликвидации входящего в армию Чжан-Цзо-лина белогвардейского отряда, указывая, что позиция, занятая китайскими властями в этом вопросе, ставит под сомнение успех переговоров на предстоящей советско- китайской конференции. Тов. Карахан в заключение требует, чтобы еще до открытия этой конференции Китайское правительство уведомило его, когда будет произведена ликвидация белогвардейского отряда. *Иввестши>, № 85, от 14 апреля 1925 е. 103
№ 65 1925 г. июля 2*.—Интервью народного комиссара по иностранным делам СССР Г. В. Чичерина. В беседе с представителем печати наркоминдел тов. Чичерин заявил следующее: — В некоторой части английской печати, так же, как и в печати других стран, в связи с китайскими событиями ведется ожесточенная кампания против нашего правительства. Эта кампания получила почти официальную санкцию через выступление министра по делам Индии лорда Биркенхеда по вопросу об отношениях между Англией и СССР. Лорд Биркенхед выразил сожаление о том, что британское правительство не имело случая обсуждать вместе с объединенной Европой вопрос о странном и угрожающем биче, известном под названием большевизма. Ов сослался при этом на слова Чемберлена, заявившего, что беспорядки в Китае раздуваются агентами другого государства. Он далее предупредил, что момент наступит, когда Английское правительство спросит себя, неужели оно беспомощно, находясь лицом к лицу с государством, имеющим дипломатическое представительство в Англии и тем не менее пытающимся, путем неустанной подпольной работы во всем мире, разрушать Британскую империю. Я, как наркоминдел, не могу обойти молчанием это необычайное выступление члена другого правительства, с которым мы находимся в нормальных отношениях. Лорд Биркенхед фактически добивается разрыва Англией с нами дипломатических отношений. Его выступление является, таким образом, максимально агрессивным, оно сводится к требованию максимально враждебного шага по отношению к нам, далее которого имеется только война. Совершенно ясно, что лорд Биркенхед и иже с ним ищут повода для начатия конфликта, результатов которого нельзя предусмотреть. Выступление лорда Биркенхеда настолько серьезно, что я со своей стороны, как наркоминдел Советской Федерации, должен обратить самое серьезное внимание всех на те тяжелые последствия, которые были бы вызваны осуществлением угрозы лорда Биркенхеда. Мировой кризис, политический и экономический, и без того достаточно тяжел. Всеобщее политическое положение и без того достаточно напряжено. Пусть каждый сам себе представит, что получится в случае осуществления угрозы дипломатического разрыва между СССР и Англией. Я при этом имею в виду и интересы самой Англии и, в частности, широких английских трудящихся масс. С одной стороны, всем известен рост в Англии безработицы. За две недели, с 25 мая по 8 июня, число безработных в Англии возросло на 104 тысячи. К 15 июня число безработных в Англии на 228 тыс. выше, чем год тому назад (1 280 000 чел. против 1 052 000 в июне 1924 г.). Развивающийся в Англии промышленный кризис выражается в том, что торговый баланс в Англии грозит побить все рекорды в отношении пассивности. Англия стоит уже перед перспективой дефицитности платежного баланса. С другой стороны, пусть все посмотрят на громадный и быстрый рост наших производительных сил и нашей внешней торговли. Наша страна будет помещать теперь в Англии гораздо больше заказов, чем раньше. Такова обстановка, при которой лорд Биркенхед требует прекращения отношений с нами. Всякому ясно, чтб это будет означать для широких масс английского народа. Поводом для выставления этого требования послужили для лорда Дата опубликования. 104
Биркенхсда китайские события. Жертва политического угнетения со стороны великих держав, жертва экономической эксплуатации со стороны капитала более развитых стран, жертва непосредственных проявлений жестокости со стороны находящихся в Китае представителей этих стран,— китайский народ в форме массовых стачек, связанных с разнообразного типа политическими демонстрациями, поднялся против этого ига. Не кто иной, как один из самых выдающихся политиков Америки, сенатор Бора, заявил в ответ на резолюцию американской торговой палаты в Ханькоу: «В Китае не будет беспорядков, если иностранцы будут относиться с уважением к правам китайского народа». Но некоторая, наиболее крайняя часть английских консерваторов, и в том числе лорд Биркенхед, желая сохранить иностранное иго над китайским народом, ищет козла отпущения, имея в виду общественное мнение своих стран. Те обвинения, однако, которыми они осыпают наше правительство, являются лживыми с начала до конца. Первое, в чем заинтересована Великобритания в своих отношениях с Китаем, есть развитие торговли между обеими странами. Я заявляю, что с нашей стороны не предпринято абсолютно ничего, что могло бы хотя сколько-нибудь вредить внешней торговле Китая, и, в частности, торговле между Китаем и Англией. Наоборот, то разрешение стоящих перед Китаем вопросов, которое, по моему мнению, является наилучшим, а именно создание обновленного централизованного демократического Китая, независимого и свободного от каких-либо нарушений его суверенных прав, в наибольшей степени будет способствовать развитию торговли с Китаем других стран, и, в частности, Англии. Я не скрываю, что наше правительство и наша общественность сочувствуют борьбе китайского народа за достижение этой цели, т. е. за полное свое освобождение и независимость и за создание у себя централизованного демократического строя, но сочувствие отнюдь не означает вмешательства во внутренние дела другого государства, и наша политика самым строгим и тщательным образом избегает всего, что могло бы быть истолковано как такое вмешательство. Точно также грубедшей ложью является утверждение, что будто бы наше правительство хочет создавать или поддерживать в Китае состояние хаоса. Как раз наоборот, наше правительство и наша общественность сочувствуют созданию в Китае демократического строя, который обеспечит китайскому народу возможность мирного развития, ничем не нарушаемого извне. Не кто иной, как империалистические державы, оказывают в Китае поддержку то одному, то другому генералу или генерал- губернатору, увековечивая таким образом в Китае междоусобицу и делая невозможным создание демократического строя. Как раз наше правительство считает, наоборот, торжество китайской демократии тем исходом, который будет наиболее полезным и целесообразным и с точки зрения отношения Китая к другим государствам. Но если наше правительство сочувствует такому исходу, то основным его принципом по отношению к Китаю во всяком случае является полное и последовательное уважение к суверенным правам китайского народа и к суверенной власти китайского государства. Я считаю совершенно исключенной для нашего правительства какую бы то ни было попытку разыгрывания роли покровителя по отношению к Китаю и вмешательства на стороне тех или других сил внутри Китая в их внутренней борьбе. Китайский народ является господином своей судьбы и должен таковым являться вот наш основной принцип, и по отношению к Китаю, точно так же, как и по отношению ко всякому другому народу, мы в полной мере применяем тот же принцип. Китайский народ никогда не давал лорду Биркенхеду мандата принимать эа него решения относительно 105
того, как он должен собой управлять. Разве Китай формально является колонией, а не самостоятельной страной? Разве у Китая нет своего правительства? На каком основании' лорд Биркенхед принимает решение за китайский народ и китайское правительство? В период признания отеческой власти отец распоряжался своими детьми и принимал за них решение. На каком основании лорд Биркенхед поступает таким же образом по отношению к китайскому народу? Что сказал бы лорд Биркенхед если бы член другого правительства стал таким же образом распоряжаться судьбами Англии? Китайский народ имеет право сам определять свою судьбу. Если он хочет так или иначе оформлять свои политические или экономические отношения,—это его дело и решает его воля. Китайским народом может распоряжаться только сам китайский народ. Не менее абсурдным, чем обвинение нас в стремлении создать в Китае хаос, является другое обвинение, что будто бы наше правительство или наши агенты стараются развивать в Китае движение против всех иностранцев вообще. Интернационалистская программа той партии, которая у нас стоит у власти, служит достаточной порукой тому, что наше правительство или его агенты никогда не будут ставить себе целью возбуждение в одном народе ненависти против всех других народов. Мы отно&имся, наоборот, самым сочувственным образом к развитию в Китае прогрессивных начал, производительных сил и к тесному единению китайского народа со всеми другими народами. Лорд Биркенхед идет дальше и обвиняет наше правительство в том, что оно будто бы стремится разрушить Британскую империю и что оно будто бы поддерживает повсеместное движение, являющееся бичом для всего человечества. Почему же г. министр забывает сказать, что с самого первого момента вступления нашего правительства в фактические отношения с Великобританией некто иной, как наше правительство, неустанно и повторно предлагало английскому правительству рассмотрение всех спорных вопросов, разделяющих нас, с целью выработки соглашения в интересах обеих сторон. В прошлом году было уже налажено соглашение между нашими правительствами по некоторым из наиболее серьезных спорных вопросов между нами, и лорд Биркенхед не может упрекать никого, кроме своего собственного правительства, в том, что эта попытка ничем не кончилась. В результате дезавуирования нынешним Английским правительством этого соглашения лорд Биркенхед и иже с ним пытаются приписать нашему правительству какие-то агрессивные намерения в мировых отношениях. Наше правительство якобы пытается разрушить Британскую империю. Но пусть вспомнит лорд Биркенхед, что не только наше правительство было инициатором всех попыток соглашения с Англией, но что попытки угрожать внешней безопасности нашего государства исходят как раз от великих держав. Дружественные отношения, создающиеся между СССР и государствами Востока и упрочивающиеся все более с каждым днем, являются результатом проведения в жизнь нашим правительством принципа национального самоопределения, который мы в еще большей степени проводим в нашем собственном государстве. Во всяком случае соглашение с Англии у нас уже налаживалось, и оно не нами было ликвидировано. Я неоднократно заявлял, что наше правительство с полной готовностью пойдет на соглашение со всяким государством в целях упрочения всеобщего мира и в целях улажения мировых отношений. Это является наилучшим опровержением /тех лживых и кле ветнических нападок на наше правительство, связанных с китайскими событиями, которые в настоящее время проникают в значительную часть иностранной печати. «Известия», № 148, от 2 июля 1925 в. 10S
№ 66 1925 г. июля 24.—Речь чрезвычайного полномочного представителя СССР в Китае Л. М. Карахана на банкете в Пекине, данном лидером японской партии Кенсейкай г. Моцизуки. Позвольте мне прежде всего поблагодарить г. Моцизуки за честь, которую он оказал мне своим любезным приглашением на банкет, где он собрал столь разнообразных и выдающихся представителей различных кругов Пекина. Я с глубоким интересом выслушал превосходную речь г. Моцизуки, тем более ценную и интересную, что она произнесена выдающимся представителем и влиятельнейшим членом руководящей правительственной партии Японии. Г-н Моцизуки затронул в своей речи чрезвычайно важные, волнующие нас проблемы, связанные с Китаем, поэтому я охотно откликаюсь на его приглашение сказать несколько слов и постараюсь по возможности кратко, не утомляя Вашего внимания, высказать также откровенно и прямо свое мнение о нынешнем положении Китая. Я делаю это в полной надежде, что в столь избранном обществе мои слова не будут поняты как вредная пропаганда. Я думаю, что г. Моцизуки совершенно прав, когда, анализируя нынешние события в Китае, он нашел уместным бросить взгляд на факты, которые имели место в течение последних десяти лет. Наш уважаемый хозяин совершенно кстати вспомнил мировую войну, Версальскую конференцию, 7 пунктов, удовлетворения которых китайская делегация требовала на этой конференции, 14 пунктов, провозглашенных Вильсоном, наконец, политику СССР в Китае и договор, который был подписан в 1924 г. между СССР и Китаем. Перечисленные им факты он рассматривает как причину того национально-освободительного движения, которое растет и ширится на наших глазах в Китае. Я вместе с г. Моцизуки считаю, что причины настоящих событий в Китае имеют свои глубокие корни в тех сдвигах в сознании и в отношениях между народами, которые были вызваны событиями последнего десятилетия. В самом деле, что мы видели? Мировая водна, которая пропагандировалась как имеющая своей целью обеспечить народам свободу, национальное самоопределение и равенство в международных отношениях; затем Версальская конференция, где эти принципы не были приняты во внимание и предложение Китайской делегации, имеющее в виду поставить Китай в равное с другими державами положение, было отвергнуто даже без рассмотрения; затем Вашингтонская конференция, которая не только не удовлетворила национальных пожеланий Китая, но даже ее совершенно незначительные решения не могли быть выполнены; 14 пунктов Вильсона, озаривших Китай лучом очень быстро погасшей надежды; наконец, образование Советского правительства, завоевавшего долгой борьбой свое право на достойное существование в мире, с его политикой равенства в отношении Китая, так же как и других стран, отказ Советских Республик от неравных договоров. Все эти факты, о которых знает каждый китаец, интересующийся судьбами своей страны, не могли не произвести глубокого впечатления на китайский народ и заставить его серьезно задуматься над своим безотрадным положением и подумать, не может ли и не должен ли он искать путей к установлению отношений со всем миром на началах полного равенства. Некоторые думали, что молчание сейчас же после окончания войны, после неосуществленных прекрасных вильсоновских принципов, означало, что китайский 107
народ примирился со своим положением. Но это была ошибка, он просто ждал и надеялся на осуществление данных ему обещаний. Однако время шло, и Китай почувствовал глубокое разочарование и увидел крушение всех своих надежд и желаний добиться принадлежащего ему права занять положение равного среди равных. Это разочарование играет немалую роль в остроте переживаемых сейчас китайским народом чувств. Представляет естественный интерес вопрос о нашем влиянии на национально-революционное движение в Китае. Его не приходится отрицать. Я думаю, что политика Советского правительства является и будет являться немаловажным фактором в истории Китая. Наше влияние заключается не в той пропаганде, о которой часто и неосновательно говорят, но в простом, хотя и более сильно действующем факте, который г. Моцизуки так правильно отметил. Он заключается в нашей политике равенства и справедливости в отношении Китая, как на словах, так и на деле, что мы осуществили как нашим договором, так и каждым шагом наших отношений с Китаем. Китаю удалось установить равные отношения с великой державой, и это несомненно поощряет, поднимает, толкает китайский народ к тому, что он хочет установить со всеми отношения на тех же началах, что и с СССР. Но это влияние СССР на национальную борьбу китайского народа находится в плоскости неизбежных исторических законов, а не является плодом искусственно подогреваемых чувств. Если наша вина заключается в хорошей политике, которую мы ведем, такую вину я с честью принимаю. Г-н Моцизуки в своей речи рекомендует Китаю не торопиться; он советует Китаю сперва привести в порядок свой дом. Я, к сожалению, не могу согласиться с этой распространенной теперь идеей: сперва приведите в порядок свой дом, потом Ваши национальные аспирации будут удовлетворены. Приведение своего дома в порядок—вещь, конечно, хорошая, вещь необходимая, но как привести свой дом в порядок, когда ты не являешься в нем хозяином или, точнее, полным и единственным хозяином. Если Китай предоставить самому себе, то я уверен, что китайский народ установит у себя надлежащий порядок; может, он не всем нам понравится, но, несомненно, это будет порядок, который будет нравиться самому китайскому народу. А это,—я думаю, все согласятся со мной,—самое главное. В чем заключается основной порок распространенной оценки положения? Сперва порядок, потом вопрос о неравных договорах, но порядка, которого хотят, не может быть, пока существуют неравные договоры. Пока из этого заколдованного круга не будет найден выход, никакое длительное и серьезное улучшение положения невозможно. Я позволю себе еще раз последовать за г. Моцизуки в некоторых его правильных и удачных исторических экскурсиях. Я рад был слышать, когда он упомянул о борьбе за Свободу и независимость великих народов, уважаемых представителей коих я имею честь видеть здесь, за гостеприимным столом. Вместе с г. Моцизуки я счастлив вспомнить славную героическую борьбу, которую вели народы Франции, Италии и Америки. На их победных знаменах на заре образования их наций и их государственности горели те же прекрасные слова, за которые борется ныне Китай: Братство, Равенство, Свобода. Борьба Италии или Америки не была легкой борьбой: она требовала величайших жертв и напряжения в течение десятилетий. Перед китайским народом также лежит трудный путь борьбы, если добровольно, по нашему образцу, ему не будут возвращены все 108
утраченные им права и привилегии. Я не имею сейчас намерения кого- либо поощрять, моя мысль основана на исторических примерах образования великих наций мира и на анализе движущих исторических сил, развертывающихся в Китае. Выйти из заколдованного круга, о котором я говорил, можно или длительной борьбой за утраченные права, или добровольным отказом от них. Г-н Моцизуки говорил сегодня, обращаясь к своим китайским друзьям: не допускайте насилий, не надо насилия. Конечно, не надо насилий, но мне кажется, что целесообразно обращаться с этим призывом к обеим сторонам, между которыми идет сейчас спор. Чтобы закончить речь, я воспользуюсь примером из медицины. Когда в живой организм попадает чуждое ему тело, инфекция, температура организма повышается. Это есть реакция всех здоровых сил организма, его самозащита против инфекции. Само по себе повышение температуры, являясь следствием инфекции, играет во многих случаях полезную роль. Никуда не годился бы тот врач, который сосредоточил бы свое внимание на высокой температуре, забыв о причинах, ее вызвавших. Он спутал бы следствие с причиной и мог бы довести больного до смерти. Бороться только против температуры, оставив инфекцию,—это значит иметь новый пароксизм инфекции с более высокой температурой. Нет сомнения, температура изнуряет организм и тревожит заинтересованных лиц. Но было бы неразумно для охлаждения обложить человека с температурой льдом. Инфекции мы не уничтожим, но организм будет убит. Лечить болезнь можно, лишь разобравшись в ее причинах. То, что происходит в Китае, отличается большой сложностью, но это не должно заставить нас путать причину со следствием и забывать, что, обливая воспаленный организм холодной водой, мы делу не поможем. Я не знаю, каков будет выход из создавшегося ныне в Китае положения, я даже уверен, что этого никто сейчас не знает. Но я надеюсь и уверен, что стремление китайского народа к национальному освобождению и равенству отношений со всем миром идет к своему неизбежному осуществлению. Тем или иным путем, следуя примеру Италии, Америки или СССР или путями новыми, которые китайский народ сам найдет, но я уверен, что недалек тот день, когда Китай установит на началах подлинного равенства и справедливости действительно добрые и дружественные отношения со всеми странами мира. Это есть мое горячее пожелание. Я предлагаю поднять бокалы за нашего уважаемого и любезного хозяина, который оказал нам честь своим приглашением и дал возможность коснуться громадной проблемы исключительной важности, которая волнует всех нас, весь Китай и весь мир. АВП, ф. 100а, on. 9, папка 115, д. 8, лл.5-11. № 67 1926 г. января 22.—Сообщение о протесте посла СССР в Китае Л. М. Карахана 19 января 1926 г. против произвола мукденских властей на КВЖД. ПЕКИН, 20 января. (ТАСС). Вчера посол СССР в Пекине тов. Кара- хан вручил китайскому Министерству иностранных дел энергичный 109
протест против произвола мукденских военных властей на Китайско- Восточной ж. д. Тов. Карахан требует, чтобы китайское Министерства иностранных дел немедленно обобщило, какие меры оно примет по этому поводу. В заключительной части ноты тов. Карахан заявляет: «13сецело уважая суверенитет Китая, правительство СССР отказалось от своего права на охрану Китайско-Восточной ж. д., предполагая и надеясь, что китайские власти сумеют оценить этот шаг и будут особенно тщательно соблюдать интересы дороги, поддержание порядка на которой вверено целиком им. Приходится сожалеть, что центральные власти Северной Манчжурии, по-видимому, не сознают своих обязанностей. Ввиду этого я прошу вас дать им соответствующие инструкции. Кроме того, я должен заявить, что в случае неспособности или нежелания центральных властей Северной Манчжурии и местной администрации обеспечить Китайско-Восточной ж. д. необходимые защиту и порядок, я готов обсудить с вами меры, которые в этом случае необходимо будет принять обоим нашим правительствам. Я обращаю внимание на. серьезность создавшегося положения и на необходимость принять чрезвычайные меры, а также на возможность серьезных последствий, если существующее положение будет продолжаться. Я должен добавить, что мое правительство будет считать правительство Китая ответственным за убытки, причиняемые действиями китайских властей, и за насилия, совершенные китайскими войсками». Одновременно тов. Карахан отправил телеграмму, адресованную непосредственно Чжан-Цзо-лину, в которой он перечисляет насилия китайских войск и заявляет: «Я надеюсь, что вы учтете всю серьезность положения и примете меры для прекращения насилий, творимых войсками. Прежде чем я буду доносить моему правительству о создавшемся положении, я желал бы знать, какие меры приняты вами в этом отношении. Я считаю, что отправкой этой телеграммы я предостерег вас своевременно и поэтому не могу нести ответственности за последующие события». *Иввестия1>, М 18, от 22 января 1926 г. ■=* № 68 1926 г. января 22*. — Телеграмма посла СССР в Китае Л. М. Карахана советскому генеральному консулу в Харбине Г ранд ту. Всякий уклончивый ответ со стороны китайских властей я буду рассматривать, как прямую поддержку беспорядка и дезорганизации, ответственность за которые ляжет целиком на китайские власти. Я решительно отклоняю все попытки консульского корпуса Харбина пригласить Иванова** для улажения конфликта. Мы не можем допустить чьего бы то ни было посредничества между Китайско-Восточной ж. д. и Китаем, так как дела этой дороги касаются лишь Китая и СССР. Стремление китайских властен довести дело до вмешательства консульского корпуса является недопустимым1 унижением Китая. Создавшееся положение может привести к неисправимым * Дата опубликования. ** Иванов—советский управляющий КВЖД. 110
последствиям. Я по-прежнему не теряю надежды, что вам удастся уладить конфликт дружественным путем и предлагаю вам приложить все усилия в этом направлении. *Иавестиль, М 18, от 22 января 1926 г. № 69 1926 г. января 22.—Сообщение о ноте генерального консула СССР в Харбине Грандта харбинскому дипломатическому комиссару в Гирине. ВЛАДИВОСТОК, 20 января. (ТАСС). Генеральный консул СССР в Харбине тов. Грандт отправил харбинскому дипломатическому комиссару в Гирине ноту по поводу конфликта на Китайско-Восточной ж. д. В ноте перечисляются имевшие место за последние три дня бесчинства китайских солдат, незаконные действия штаба охранных войск и издевательства и насилия над служащими дороги—гражданами СССР. Тов. Грандт указывает, что он, возвращаясь из Пекина, по прибытии на ст. Куанченцзы лично убедился в бесчинствах китайских солдат, но был уверен, что в данном случае действуют воинские части, возвращающиеся с фронта, и не сомневался, что китайское военное командование уже приняло меры к прекращению этих бесчинств. К сожалению, действительность превзошла его ожидания. Работа ст. Куанченцзы, а в последствии и всей Южной линии, оказалась парализованной бесчинствами солдат 26-й бригады. В таких условиях управляющий дорогой обязан был отдать распоряжение о прекращении движения на юг. Далее тов. Грандт подчеркивает, что прекращение грузового и пассажирского движения по Южной линии является делом рук китайского военного командования, взявшего на себя ответственность за перерыв нормальной работы. Тем самым командование взяло на себя и ответственность за убытки дороги, пассажиров и грузоотправителей. События показали, что Китайско-Восточная ж. д. не только не имеет своей охраны, оберегающей ее от грабежа и бесчинств, но что железнодорожная полиция, которая содержится на средства дороги, не считает себя даже обязанной охранять агентов дороги от возможных покушений со стороны темных, преступных элементов. В доказательство этого в ноте приводятся случаи избиения и издевательств над железнодорожными служащими, имевшие место 18 января, а также бесчинства толпы перед квартирой управляющего дорогой и попытки ворваться в квартиру, в которой находился генеральный консул СССР. Тов. Грандт указывает, что командование охранных войск заняло чрезвычайно странную позицию: вместо прекращения бесчинств солдат и безответственных элементов при помощи имеющихся в его распоряжении сил и мер военного положения командование предъявило дороге ряд совершенно невыполнимых требований, угрожая применением вооруженной силы. Такое положение, указывается в ноте, не может быть терпимым. Оно находится в вопиющем противоречии с пекинским и мукденским соглашениями. Генеральный консул СССР, заявляя решительный протест против неслыханных мер китайского военного командования, приведших к остановке движения на Южной линии и грозящих дальнейшими серьезными осложнениями, настаивает на немедленном прекращении бесчинств солдат. «Если китайские власти в данный момент не располагают силами для того, чтобы восстановить порядок и охрану дороги, то я,—говорится 111
в ноте,—готов немедленно обратиться к послу СССР в Китае с просьбой обсудить с китайским правительством возможность установления более действительной охраны дороги». Тов. Грандт настаивает далее на привлечении к ответственности виновников насилий, учиненных над советскими гражданами, а также виновных в преступном бездействии и поощрении бесчинств солдат. В заключение в ноте выражается уверенность, что при обоюдном и искреннем желании ликвидировать тяжелые недоразумения удастся в кратчайший срок и полностью восстановить движение и обеспечить нормальную работу дороги. «Иввестияъ, Л 18, от 22 января 1926 г. № 70 1926 г. января 24*—Телеграмма народного комиссара по иностранным делам СССР Г. В. Чичерина Китайскому правительству**. 21 января в Харбине был арестован китайскими военными властями управляющий Китайско-Восточной ж. д. Иванов, притом без всякой попытки со стороны местных властей уладить дело путем переговоров с Советским правительством. Этот неслыханный поступок харбинских властей произошел после того, как в течение пяти дней систематически нарушалось советско-китайское соглашение о КВЖД и управление фактически устранялось от исполнения своих функций военными властями, которые притом потворствовали нарушениям порядка на железной дороге и организовали захват поездов воинскими чинами. Мы ожидаем от китайского правительства принятия необходимых мер для мирного разрешения вопроса, не уклоняясь от расследования нарушений договора о КВЖД как с той, так и с другой стороны, и требуем, чтобы в трехдневный срок было достигнуто полное восстановление порядка на КВЖД, осуществление договора и освобождение Иванова. В случае, если по каким-нибудь причинам Китайское правительство окажется не в состоянии обеспечить в мирном порядке разрешение этих вопросов в указанный срок, Советское правительство просит Китайское правительство разрешить СССР собственными силами обеспечить осуществление договора и защитить обоюдные интересы Китая и СССР на КВЖД. Жду ответа. Чичерин йИввестияъ, № 19, от 24 января 1926 е. №71 1926 г. января 24.—Сообщение о ноте генерального консула СССР в Харбине Грандта комиссару Бинчжанского округа Гиринской провинции. ХАРБИН, 21 января. (ТАСС). Сегодня генеральный консул предъявил доиню, комиссару Бинчжанского округа Гиринской провинции, вто- / * Дата опубликования. ** Телеграмма была послана полпреду СССР в Китае Л. М. Карахану для сообщения временному правителю Китайской Республики Дуанъ Ци-жуго и китайскому mw нистру иностранных дел; копия—генеральному консулу СССР в Мукдене для сообщения Чмсан Цао-линю. 112
рую ноту по поводу непрекращающихся бесчинств, насилий и издевательств воинских чинов над агентами дороги. В ноте говорится: «Управление дороги, несмотря на дезорганизаторскую работу штаба и неслыханно тяжелые условия, созданные военными чинами на Южной линии, прилагало все усилия, чтобы поддержать движение, используя малейшую к тому возможность. Несмотря на издевательства и насилия воинских чинов над агентами дороги и на попытки заставить служащих не подчиняться распоряжениям законного начальства и дать подписку выполнять незаконные приказы совершенно чуждой дороге организации, несмотря на безобразные случаи самоуправства, как, например, арест солдатами помощника начальника станции Тюрина и его двухлетнего ребенка,—управление воспользовалось первым представившимся случаем и отправило 20 января пробный пассажирский поезд с почтовыми вагонами. Штаб охраны не чинил препятствий к отправке поезда, очевидно, желая уверить посторонних неосведомленных лиц, а, возможно, и Мукден, что ему угрозами и приказами удалось наладить движение на Южной линии». Далее нота гласит: «К сожалению, бесчинства продолжаются, и движение находится под угрозой прекращения. Штаб продолжает делать вид, что он командует дорогой через голову управления. Это является верхом легкомыслия и безответственности. Поскольку приказы штаба подкрепляются угрозами применить строжайшие кары, они могут привести только к дальнейшим насилиям и полнейшей дезорганизации дороги». В заключительной части ноты тов. Грандт сообщает об инструкции своего посла немедленно получить от харбинского комиссара ответ на вопросы: могут ли и способны ли местные китайские власти положить конец неслыханному произволу,и дана ли будет возможность дороге нормально работать. Всякое уклонение от прямого ответа на эти вопросы посол СССР будет рассматривать как санкционирование этих действий, и ответственность будет возложена исключительно на местные китайские власти. «Иаеестия*, М 10, от 24 января 1926 г. № 72 1926 г. января 25.—Телеграмма министра иностранных дел Китайской Республики Ван Чжэн-тина народному комиссару по иностранным делам СССР Г. В. Чичерину, переданная через поверенного в делах Китайской Республики в СССРщ Прошу вас передать в переводе на русский язык народному комиссару по иностранным делам Чичерину нижеследующую мою телеграмму: Получив от посла Карахана ноту с представлением Вашей, почтенный комиссар, телеграммы, адресованной на имя временного главы нашего государства, я тотчас же доложил об этом лично временному главе. На основании этого временный глава дважды телеграфировал мукден- ckomv дубаню Чжану исчерпать инцидент. И ныне управляющий Китайско-Восточной ж. д. освобожден. Лично я уверен, что все разрешится мирным путем в самом непродолжительном времени. из 8 Советско-китайские отношения
Находя, что Китайско-Восточная ж. д. служит совместно интересам как вашего государства, так и нашего, я, министр, надеюсь, что, если служащие КВЖД как вашей нации, так и нашей смогут проникнуться духом взаимной искренности и справедливости, чтобы разрешить дело единодушно и в наилучшую сторону, не стремясь к поддержке выгод одной лишь стороны и на короткое лишь время, то тогда обе стороны прекрасно и спокойно уживутся и не будет поводов к недоразумениям. Это я считаю не только полезным для нашего государства, но и для вашего, и думаю, что вы, почтенный комиссар, глубоко и вполне согласны с этим. Со всей искренностью отдаю настоящее мое мнение вашему широкому взгляду. Ван-Чжэн-Тин *Известшч>, № 23, от 29 января 1926 г. № 73 1926 г. января 27.—Сообщение об урегулировании конфликта на Китайско-Восточной ж. д. МУКДЕН, 25 января. (ТАСС). 24 января генеральным консулом СССР в Мукдене тов. Краковецким и нач. центрального] дипломатического] управления Трех Восточн[ых] Провинций Гао были подписаны краткие основы соглашения, которые в главнейшем сводятся к следующему. Тов. Иванов и все ж.-д. служащие и рабочие, арестованные маньчжурскими властями в связи с конфликтом на КВЖД, освобождаются; после их освобождения восстанавливается нормальное железнодорожное сообщение; воинские перевозки происходят на основании существовавших до сих пор правил, в порядке кредита за счет той части прибыли с дороги, которая следует Китайскому правительству; охранные войска перевозятся точно так же, согласно существовавших до сих пор правил. Впредь передвижения войск должны быть строго подчинены правилам, установленным на КВЖД. Вопрос о восстановлении деятельности профессиональных рабочих организаций, о возмещении убытков, причиненных действиями маньчжурских властей во время конфликта, и об ответственности виновников насилий и нарушений будет предметом дальнейшего обсуждения обеих сторон. Тов. Иванов освобожден. Освобождаются и частью уже освобождены арестованные. «Мввестия», JW 21, от 27 января 1926 г. № 74 1926 г. января 30*—Ответ народного комиссара по иностранным делам СССР Г. В. Чичерина министру иностранных дел Китайской Республики. Подтверждая получение вашей телеграммы, любезно переданной мне г. Чен-Иень-Ши, спешу заверить вас, г. министр, что союзное правительство неизменно стремится к укреплению дружеских взаимоотношений с великим китайским народом. В вопросе об эксплоатации КВЖД мое правительство добивается лишь правильного ее функционирования в интересах обеих стран в соответствии с принятыми соглашениями. Я выражаю * Дата опубликования. 114
поэтому надежду, что правительство Китайской Республики пргмет все меры, чтобы имевшие место прискорбные инциденты были окончательно изжиты и чтобы была устранена всякая возможность их повторения. «Известия*, М 24, от 30 января 1926 г. № 75 1926 г. августа 31.—Нота народного комиссара по иностранным делам СССР Г. В. Чичерина поверенному в делах Китайской Республики в Москве. Господин поверенный в делах. Подлежащие органы союзного правительства на КВЖД довели до нашего сведения, что маршалом Чжан Цзо-Лином предъявлены к Правлению КВЖД требования, которые в корне нарушают соответствующие постановления соглашения между СССР и Китаем от 31 мая 1924 г., дополненного впоследствии соглашением между СССР и автономным правительством Трех Восточных Провинций Китая от 20 сентября 1924 г. Первое требование сводится к требованию одностороннего захвата всех судов, принадлежащих КВЖД, а второе—к требованию ликвидации учебного отдела КВЖД и передачи всех школ КВЖД управлению народного просвещения при главноначальствующем особого района Трех Восточных Провинций Китая. Союзное правительство неоднократно пыталось урегулировать взаимоотношения на КВЖД как с китайским правительством, так и с автономным правительством Трех Восточных Провинций в духе дружелюбного рассмотрения всех взаимных спорных вопросов, но по независящим от союзного правительства причинам все эти попытки оканчивались ничем. Союзное правительство и в настоящее время согласно рассмотреть все спорные вопросы, вытекающие из упомянутых выше соглашений между СССР и Китаем, но союзное правительство категорически протестует против односторонних действий китайской стороны, нарушающих существенные договорные права СССР в Северной Манчжурии. Союзное правительство заявляет, что оно не может допустить действий автономного правительства Трех Восточных Провинций, нарушающих существующие договоры и лишающих СССР закрепленных соглашением прав на КВЖД. Союзное правительство ожидает немедленной отмены указанных выше требований к правлению КВЖД и требует передачи рассмотрения этих вопросов в ведение нормально действующих дипломатических органов обоих правительств. Вышеуказанное прошу вас, господин поверенный в делах, немедленно довести до сведения вашего правительства, а также маршала Чжан Цзо- Лина. Примите и проч. Георгий Чичерин «Иввестия*, JW 203, от 4 сентября 1926 в. 8* 115
№ 76 1926 г. сентября 7.—Нота народного комиссара по иностранным делам СССР Г. В. Чичерина поверенному в делах Китайской Республики в Москве. Господин поверенный в делах. Настоящим имею честь просить вас довести до сведения правительства Китайской Республики нижеследующее: Несмотря на решительное предупреждение Китайскому правительству, изложенное в ноте Союзного правительства от 31 августа с. г. по поводу незакономерных требований, предъявляемых властями Трех Восточных Провинций Китая к правлению Китайско-Восточной железной дороги о передаче означенным властям судов Китайско-Восточной железной дороги и о ликвидации учебного отдела Китайско-Восточной железной дороги, Союзное правительство не только не получило надлежащего ответа от Китайского правительства, но имеет сведения о дальнейших незакономерных действиях властей Трех Восточных Провинций Китая. По этим сведениям, 2-го сего сентября китайскими властями в Харбине был произведен насильственный захват всех судов и всего относящегося к судоходству имущества Китайско-Восточной железной дороги, причем этот захват сопровождался удалением из учреждений судоходства служащих Китайско-Восточной железной дороги и заменой их другими лицами, с судов же были сорваны флаги Китайско-Восточной железной дороги и взамен их подняты флаги китайского военно-морского ведомства. 4 сентября этими же властями был произведен новый незакономерный акт в виде насильственного удаления служащих Китайско-Восточной железной дороги из помещения учебного отдела и опечатания помещения этого отдела. С негодованием констатируя беспримерные действия местных китайских властей, не только грубо нарушающие договорные взаимоотношения СССР и Китайской Республики, но и безусловно недопустимые между государствами, находящимися в нормальных дипломатических отношениях, Союзное правительство указывает, что настоящее Китайское правительство не может не сознавать, что допущением подобных действий властей Трех Восточных Провинций оно создает серьезные затруднения для дальнейших нормальных дипломатических отношений с СССР, и тем самым вся ответственность за ухудшение отношений с СССР ляжет на Китайское правительство. Заявляя еще раз о своей полной готовности подвергнуть внимательному рассмотрению все спорные вопросы, вытекающие из существующих между обоими государствами соглашений, Союзное правительство вместе с тем ожидает от Китайского правительства принятия срочных мер к немедленной отмене вышеуказанных нарушений его прав и к прекращению положения, могущего отразиться самым неблагоприятным образом на дальнейших отношениях обеих стран. Союзное правительство выражает твердую уверенность, что Китайское правительство в интересах сохранения и дальнейшего развития нормальных взаимоотношений обоих государств не замедлит своим ответом и принятием необходимых мер в целях ликвидации конфликта с СССР. Примите и т. д. ' Чичерин «Известия», № 206, от 8 сентября 1926 г. 116-
№77 1927 г. апреля 9.—Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР поверенному в делах Пекинского правительства в СССР по поводу налета китайских солдат и полиции на помещение военного атташе Полпредства СССР в Пекине, ареста и издевательств над сотрудниками полпредства. Милостивый государь, г. поверенный в делах. В связи с нападением вооруженных солдат армии Чжан Цзо-лина и пекинской полиции на помещение военного атташе советского Посольства в Пекине и квартиры сотрудников посольства я имею честь просить вас передать пекинскому кабинету нижеследующее: 1. В дополнение к ноте поверенного в делах СССР г-на Черных от 6 апреля с. г., в которой он сообщил о факте возмутительного нападения на помещение военного атташе и квартиры сотрудников посольства, их избиерия и ареста, а также обыска и ограбления их квартир,—на основании имеющейся ныне информации можно констатировать, что квартиры и канцелярия военного атташе, несмотря на протесты, обысканы, ограблены и частью сожжены; равным образом разгромлены и разграблены квартиры сотрудников Посольства. Арестован ряд сотрудников, часть которых избита и подверглась насилиям и издевательствам. Фамилии всех арестованных не представляется возможным установить, ибо вооруженная полиция и солдаты не пропускают никого во двор, где находятся квартиры военного атташе и сотрудников, и до сих пор имена арестованных не сообщены. В настоящее время вооруженные солдаты и полиция продолжают занимать все помещения как военного атташе, так и квартиры сотрудников посольства. 2. Налет, совершенный пекинскими властями, является фактом неслыханного нарушения элементарных норм международного права. Первоначальное предположение, высказанное самим поверенным в делах Пекинского правительства в Москве г-ном Ченом, о том, что был совершен налет грабителей, а не обыск со стороны государственной полиции, в настоящее время, после ноты мининдела в Пекине—Вай-Цзяо-Бу,—полученной 8 апреля, оказалось не соответствующим действительности. Это предположение г-на Чена Наркоминдел склонен был считать наиболее правдоподобным, ибо он не мог предположить, чтобы законные исполнители воли пекинского кабинета могли совершить действия, подобные перечисленным в ноте поверенного в делах СССР г-на Черных и приведенным выше, а именно: аресты и избиения сотрудников, разгром помещения военного атташе, обыск и ограбление торгпредства и большей части квартир сотрудников посольства, помещающихся рядом с последним. В настоящее время может почитаться твердо установленным тот факт, что действия, которые г-н Чен охарактеризовал как грабительский налет, были совершены солдатами и полицией Пекина по приказу Пекинского правительства. Подобные насильнические действия являются совершенно беспрецедентными между двумя странами, находящимися в официальных отношениях. 3. Если Пекинское правительство считало, что оно совершает нападение на здание, которое, как оно пишет в своей ноте, находится «в непосредственном ведении советского посольства», то оно не в праве было предпринимать какие-либо действия в отношении этих помещений, не поставив в известность об этом советское посольство. Однако полиция и солдаты, совершившие налет, не допустили на территорию, где происходили обыски 117
и грабежи, не только представителей посольства, но даже поверенного в делах СССР г-на Черных. Подобный образ действий может быть объяснен лишь тем, что пекинский кабинет предпочитал, чтобы насилие и грабежи его агентов были совершены в отсутствие официальных лиц. Совершенно невероятное и неправдоподобное заявление Пекинского правительства о том, что при обыске якобы найдены оружие и документы, служащие доказательством подготовки восстания, может объяснить, почему налет на помещение военного атташе и квартиры сотрудников посольства был произведен в столь исключительной обстановке. Ибо при такой обстановке, исключающей возможность элементарного контроля, описи отбираемых вещей и т. д.', нет никакой гарантии, что в качестве якобы «найденного» в этих помещениях может фигурировать все, могущее быть использованным враждебными иностранными влияниями, инспирировавшими и санкционировавшими акт набега 6 апреля. 4. Если пекинский кабинет располагал сведениями, что на территории, находящейся в непосредственном ведении советского посольства, находились китайские граждане, которым он приписывал направленную против его интересов деятельность, то он имел полную возможность и был обязан в первую очередь довести об этом до сведения Посольства СССР. Однако, как это видно из Вашей ноты, господин поверенный в делах, пекинское правительство сочло более правильным обратиться по этому поводу к дипломатическому корпусу в Пекине и, по соглашению с действовавшим от имени дипломатического корпуса голландским посланником Удендейком, нарушить экстерриториальные права поенного атташе, совершить насилие над сотрудниками посольства, разграоить и разгромить их квартиры. Сотрудничество солдат и полиции Пекинского правительства с представителем дипломатического корпуса в Пекине проливает свет на истинные пружины возмутительных актов насилия и нарушения международных прав и служит лучшим доказательством того, в чьих интересах были совершены эти насилия. Советское правительство, решительно протестуя против вышеуказанных насилий и правонарушений, считает необходимым настаивать на выполнении следующих элементарных требований: а) Китайский военный отряд и полиция должны быть безотлагательно удалены из помещений военного атташе, сотрудников посольства и торгпредства. б) Все арестованные служащие советского посольства и советских хозяйственных учреждений должны быть немедленно освобождены. в) Все документы, взятые в помещении военного атташе, должны быть немедленно возвращены. г) Имущество в виде денег, вещей, домашней обстановки, книг и проч., разграбленное и взятое полицией и военным командованием ангоцзюна, должно быть немедленно возвращено их владельцам. Советское правительство считает, что впредь до удовлетворения этих требований оно вынуждено в знак протеста отозвать своего поверенного в делах Г. Черных со всем посольством из Пекина, оставив лишь персонал для выполнения консульских функций. Советское правительство ограничивается вышеозначенными элементарнейшими требованиями, отнюдь не ставящими Пекинское правительство в унизительное положение. Всякое правительство империалистов, по отношению к представителям которого были бы допущены аналогичные насилия, ответило бы актами жесточайших репрессий. Советское правительство, обладающее достаточными техническими ресурсами, чтобы прибегнуть к репрессивным мерам воздействия, тем не менее заявляет, 118
что оно решительно отказывается от таких мер. Советское правительство отдает себе ясный отчет в том, что безответственные круги иностранных империалистов провоцируют СССР на войну. Советское правительство отдает себе полный отчет и в том, что цекинский кабинет сделался орудием игры, разыгрываемой иностранными империалистическими кругами. Но Советское правительство исходило, исходит и будет исходить в своей политике из интересов трудящихся масс всего мира, в том числе и из интересов масс китайского народа и рабочего класса всех стран. В ответ на акт пекинской провокации, целью которой является ухудшение международного положения и превращение военных действий, фактически ведущихся некоторыми империалистическими державами против Китая, в новую мировую войну, Советское правительство заявляет, что оно не даст себя спровоцировать кому бы то ни было и будет всеми мерами отстаивать дело мира между народами. Советское правительство не сомневается при этом, что оно в этом своем стремлении к миру встретит дружную поддержку трудящихся масс всех стран, в том числе—и прежде весго—народов Китая и СССР. Примите уверение, г-н поверенный в делах, в моем совершенном почтении и уважении Замнаркомпндел М. Литвинов «Известия*, № 82, от 10 апреля 1927 г. № 78 1927 г. мая 6*.—Интервью заместителя народного комиссара по иностранным делам СССР М. М. Литвинова в связи с обыском в советском полпредстве в Пекине. На запросы представителей печати по поводу опубликованных в иностранной прессе, якобы захваченных во время налета на советское полпредство в Пекине, «документов» замнаркоминдел тов. Литвинов заявил следующее: — В последнее время в связи с обыском в советском полпредстве в Пекине штаб ангоцзюня **(Чжан Цзо-лина) начал публиковать списки «документов», якобы захваченных в канцелярии военного атташе и в квартирах сотрудников полпредства. Кроме того, штаб ангоцзюня в число этих документов включает также и те документы, которые якобы были найдены при обыске советских дипломатических курьеров, ехавших на пароходе «Память Ленина» и арестованных полицией Чжан Цзу-чана в Нанкине. Иностранная пресса публикует тексты этих «документов», переданных их корреспондентами по телеграфу из Пекина, делая вид, будто она верит в их подлинность, комментируя их вкривь и вкось, делая выводы, нужные и удобные тем правительствам, которые поощряли налет на советское посольство, если не являлись его инициаторами. Обстановка налета лишает нас всякой возможности высказаться по поводу всей массы якобы захваченных документов. Ни один из наших официальных представителей не был не только приглашен присутствовать * Дата опубликования. ** Ангоцзюнъ (правильно анъгоцзюнъ)—*армия умиротворения государства*— объединение вооруженных сил северо-китайских милитаристов, созданное для борьбы против революционных сил. 1 119
при обыске, но полиция прямо противодействовала этому. Например, когда поверенный в делах тов. Черных пытался пройти на территорию военного городка, он не был допущен туда полицией, точно так же не были допущены и другие официальные представители нашего полпредства. Полиция в течение нескольких дней хозяйничала как в квартирах сотрудников, так и в канцелярии военного атташе, после чего все забранные вещи, обстановка и бумаги были ею увезены в полицейские участки без всякой описи и учета. Что именно взято китайской полицией,—мы совершенно не можем установить при такой обстановке обыска, которая крайне благоприятствует подкидыванию любых подложных документов, в особенности, если принять во внимание тесное сотрудничество аньго- цзюня с русскими белогвардейцами, набившими себе руку на составлении подложных антисоветских документов. Как только были получены первые сведения о налете, НКИД в своей ноте прямо указал, что «при такой обстановке, исключающей возможность элементарного контроля, описи отбираемых вещей и т. д., нет никакой гарантии, что в качестве якобы «найденного» в этих помещениях может фигурировать все, могущее быть использованным враждебными иностранными влияниями, инспирировавшими и санкционировавшими акт набега 6 апреля». В этом же духе НКИД высказался и во второй своей ноте от 22 апреля с. г. Обстановка при аресте и обыске наших дипкурьеров в Нанкине была также крайне характерна. Два первые обыска без участия каких- либо наших официальных представителей и самих дипкурьеров ничего не дали. И только на третий день, при третьем обыске, опять-таки произведенном при помощи русских белогвардейцев и без всякого участия паших официальных представителей и самих дипкурьеров, были якобы найдены какие-то документы. Штаб ангоцзюня пока публикует только списки «документов», не приводя их подробного содержания. Единственный документ, фотография которого пока опубликована в газете «Норт Чайна Стандарт» в Пекине, носит все признаки подложности. Автор этого документа, не зная, очевидно, что в СССР уже десять лет введена новая орфография, пишет этот «документ» по старой орфографии, притом с массой грубейших ошибок. Очевидно, штаб ангоцзюня, торопясь подтвердить свои утверждения о захвате важных документов, вынужден был дать спешный заказ на изготовление документа не особенно искусному мастеру этого дела. Тот факт, что ангоцзюню понадобилось опубликование столь грубо сделанной фальшивки, является лишним доказательством отсутствия в числе взятых материалов каких-либо действительных документов компрометирующего характера. Характерно, что, охотно показывая документы совершенно посторонним лицам и даже любезно предоставляя их на изучение дипломатическому корпусу в Пекине и военным атташе всех иностранных миссий, анго- цзюнь не счел нужным предъявить их представителю советского посольства. Насколько «ценны» эти «документы», показывает сравнительно беспристрастное заключение пекинского корреспондента «Берлинер Таге- блатт», который также видел эти «документы»: «...опубликованные до сих пор из захваченных в советском посольстве документы дали чрезвычайно скудные данные. К тому же подлинность наиболее компрометирующих документов крайне сомнительна. Например, направленные советскому военному атташе докладные записки написаны в форме, лишь частично соответствующей новому русскому правописанию. Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что действительно компрометирующие доку- 120
менты опубликованы лишь через три недели после обыска, в то время как опубликованные первый раз документы вызывали просто смех и не имеют никакого значения». Утверждения некоторых иностранных корреспондентов, которые, по их словам, видели все документы, что невозможно приготовить такую массу документов в такой короткий срок, ничего не говорят в пользу подлинности этих документов. Списки, которые публикуются анго- цаюнем, показывают, что большинство материалов представляет собой обычные информационные сообщения и материалы, которые можно найти в канцелярии любого иностранного военного атташе и посольства в Пекине. В число этих информационных материалов могут входить как материалы военного, так и экономического и политического характера. Возможно, что среди документов, захваченных при налете, были такие материалы информационного характера, возможно, что их очень много, но это отнюдь не будет говорить за подлинность всякого рода инструкций, которые, несомненно, попытаются подкинуть в число захваченных при налете материалов. Интересно, что Рейтер, публикуя «материалы», подробно цитирует последние постановления VII расширенного пленума ИККИ, которые были у нас опубликованы во всех газетах, вышли отдельными книжками и т. д. Многочисленные фабрики по всему миру, специально работающие по части изготовления всевозможных фальшивых писем и инструкций, уже, конечно, приведены в действие, и штаб ангоцзюня получит возможность опубликовать фотографии еще ряда «документов», в которых «с несомненностью» будет устанавливаться участие Советского правительства в пропаганде в Китае, во вмешательстве во внутренние китайские дела, в подстрекательстве к погромам иностранцев и тому подобная ерунда, которой уже никто не верит. А, может быть, эти фабрики работали еще до налета, изготовляя по специальному заказу «документы», а сам налет был предпринят с целью придания этим подлогам подобия подлинности. Во всяком случае, мы можем уже заявить, что если обстановка налета и обыска была такова, что совершенно не гарантировала от возможности появления в числе захваченных материалов подложных писем и документов, то немногие сведения, проникшие уже в печать, о содержании некоторых из этих документов, позволяют уже установить с полной несомненностью, что в данном случае мы имеем дело с широко задуманным планом опорочения путем подлогов деятельности советских агентов в Китае и попыткой порчи отношений между СССР и другими державами, в частности с Японией. Я уверен, что по мере дальнейшего опубликования заглавий или самих документов это станет ясно всякому беспристрастному человеку. «Известию, J4 101, от 6 мая 1927 е. № 79 1927 г. декабря 23*.—Из заявления Народного комиссариата по иностранным делам СССР в связи с нападением на советское консульство в Гуанчжоу (Кантоне)**. Народному комиссариату по иностранным делам уже неоднократно приходилось отмечать, что когда на каком-нибудь пункте земного шара происходит революционное движение, противники СССР неизменно * Дата опубликования. ♦* Печатается с небольшим сокращением. 121
заявляют, что оно вызвано агентами Советского правительства. В отношении Китая не только реакционная пресса, но и члены правительств капиталистических стран уже давно стараются представить все национальное движение как продукт советской политики и работы советских агентов. По этому пути пошли контрреволюционные генералы, утопившие в потоках крови грандиозное восстание революционных рабочих Кантона. Нагромождая на улицах Кантона горы трупов замученных рабочих, они с особой ненавистью отнеслись к бывшим в Кантоне советским гражданам, которые оказались на первом плане среди их бесчисленных жертв. Мы еще не имеем точных сведений о последних кантонских событиях, но можем сказать с несомненностью, что ряд советских граждан в Кантоне погиб ужасной смертью после всевозможных надругательств. О трагической смерти советского вицо-консула тов. Хассиса имеются сообщения из различных источников, и вряд ли можно еще сомневаться в правильности этого потрясающего известия. Но если преступления кантонских генералов в отношении СССР неслыханно тяжки и велики, все же нельзя ответственность за них ограничить одними пределами Кантона. Политическая акция гоминдановских генералов против СССР и его представителей охватила весь Южный Китай, и кантонские зверства были лишь наиболее ярким ее проявлением. Политическая ответственность за эти зверства падает, таким образом, на всех руководящих лиц района так называемых «национальных» правительств... Но ответственность в данном случае падает и на другие враждебные СССР силы мировой реакции. Подстрекательства всех империалистических и белогвардейских группировок Шанхая, Гонгконга и других важнейших пунктов колониальной политики в Китае и обнаружившаяся с полной несомненностью инспирация из Лондона, подтвержденная затем хвалебными голосами английской прессы, сыграли чуть ли не решающую роль в развязывании этих событий. Английскую империалистическую реакцию следует признать главной движущей силой кантонского кровопускания и совершенных над советскими гражданами насилий, их убийств и высылок. Трудящиеся СССР глубоко скорбят о трагической кончине товарищей, замученных палачами и заплечных дел мастерами южнокитайской контрреволюции, но их мученическая кровь пролита не напрасно. Четырехсотмиллионный народ не может быть остановлен на своем пути к освобождению, и те милитаристские клики, которые из вождей национального движения превратились в его душителей, будут сметены без остатка. Освобожденный китайский народ не забудет погибших от руки его угнетателей советских друзей, память о которых свяжет еще крепче спаянные кровью народы двух великих государств. Советское правительство видит в .актах неслыханного варварства китайской контрреволюции и стоящих за ее спиной сил проявление наступления против СССР. Неизменно продолжая политику мира, новым выражением которой было предложение о разоружении на Женевской конференции, СССР в то же в,ремя готов к худшему и не будет застигнут врасплох. От имени Советского правительства Народный комиссариат по иностранным делам протестует перед всем миром против бесчинств китайской контрреволюции. Советское правительство оставляет за собой право предпринять все меры, которые оно сочтет необходимыми в связи с кровавыми преступлениями, совершенными в Южном Кита0 против СССР. Эти зверские акты не могут быть оставлены безнаказанными. Чичерин «Известия», № 294, от 23 декабря 1927 е. 122
№ 80 1928 г. мая 22*.—Интервью народного комиссара по иностранным делам СССР Г. В. Чичерина представителям советской печати по поводу вторжения японских войск в провинцию Шаньдун. 1. Каково отношение НКИД к событиям в Цзинани и вообще к меморандуму Японии на счет Северного Китая? — Безусловно отрицательное. Кто следит за политикой Советского правительства за десять лет его существования, тому нетрудно понять, что оно не может одобрить ни прямо, ни косвенно какой бы то ни было интервенции или военной оккупации вообще, и в отношении китайского народа в частности. Политика Советского правительства есть политика добрососедских отношений с Китаем и безусловного невмешательства во внутренние дела Китая. 2. Каково отношение других держав к меморандуму Японии? — У меня нет исчерпывающих данных обо всех державах, имеющих отношение к Китаю. По имеющимся данным, такие державы, как Англия, Северо-Американские Соединенные Штаты, Франция, относятся вполне одобрительно к шагам, предпринятым Японией в Китае. 3. Как совместить все это с «мирной» ролью Лиги Наций, с проектами разоружения и «вечного мира», с конвенцией о неввозе оружия в Китай? — Логически они, конечно, несовместимы. Но слова о мире в Лиге Наций—это одно, факты военной интервенции—это совершенно другое. Факты сильнее слов. Поэтому речи буржуазных деятелей о мире не будут встречать доверия. 4. Выходит, что Лига Наций умоет руки, молчаливо санкционируя события в Китае? — Да, выходит. 5. Верно ли, что японские войска расквартировались в «военном городке» СССР в Пекине? — Нет, не вполне верно. Сначала были сведения, что часть японских войск расквартировалась в «военном городке» СССР в Пекине, несмотря на протест нашего консула в Пекине. Но потом получились более полные сведения, из которых видно, что японские солдаты, пытавшиеся занять «военный городок», ушли потом оттуда, очистив «военный городок». «Военный городок» является собственностью СССР, и его не имеют права занимать чьи бы то ни было войска. чИввестия*, № 117, от 22 мая 1928 г. № 81 1929 г. мая 31.—Нота Народного комиссариата по иностранным делам СССР поверенному в делах Китайской Республики в Москве. Господин поверенный в делах. 27 мая, в 2 часа дня, в помещение Генерального консульства Союза Советских Социалистических Республик в Харбине внезапно ворвался наряд полиции. Был произведен обыск, который длился около шести часов. В течение всего этого времени генеральный консул Союза Совет- * Дата опубликования. 123
ских Социалистических Республик г. Мельников и его сотрудники были задержаны и лишены возможности сноситься с внешним миром. В отношении вице-консула г. Знаменского было применено физическое насилие. Полиция несмотря на решительный протест консула забрала часть консульской переписки и арестовала всех бывших в различных комнатах консульского помещения посетителей, числом 39. Все арестованные— проживающие в Манчжурии советские граждане. В числе арестованных оказались многие сотрудники советских государственных хозяйственных учреждений и управления Китайско-Восточной ж. д. в Харбине, пришедшие по делам своих учреждений, ряд советских граждан, явившихся по паспортным и визным делам, и, наконец, трое временных нештатных работников консульства. Китайские полицейские и служащие в китайской полиции русские белогвардейцы открыто собирали деньги и вещи, принадлежащие консульству и сотрудникам. На другой день после обыска полиция, со своей стороны, опубликовала исключительное по бесстыдству и глупости заявление относительно обнаруженного ими «заседания III Интернационала», якобы происходившего в «подвале консульства». Одновременно, с явной инспирации той же полиции, местная китайская и белогвардейская пресса печатает дальнейшие провокационные вымыслы, долженствующие оправдать беззакония полицейских властей. Полицейский налет и обыск в помещении Генерального консульства Союза Советских Социалистических Республик, находящегося под защитой международного права, является вопиющим нарушением самих основ международного права. Задержание консула и его сотрудников в течение 6 часов, арест посетителей, в том числе обнаруженных в кабинете самого генерального консула, захват неприкосновенной по международному праву консульской переписки—еще более усугубляют насильственный и неправомерный характер всего этого дела, подчеркивая полное пренебрежение полицейских властей к элементарным принципам международного права и международного общения. Сопровождавшие обыск прямые бесчинства полицейских—грабеж вещей и денег, физическое насилие по отношению к консульским сотрудникам—являются естественными спутниками подобного произвола и находятся в полном соответствии с характером всего поведения полицейских властей по отношению к Генеральному консульству Союза Советских Социалистических Республик. Действия харбипских полицейских властей отнюдь не приобретают правомерности от тех совершенно голословных и провокационных разъяснений и обвинений по адресу консульства, с которыми эти власти выступают в печати. Сообщения о происходящем в консульстве «заседании III Интернационала» представляют собой очевидный, нелепый вымысел, и притом явно безграмотный, и являются лишь беспомощной попыткой тех же местных властей избежать заслуженной ответственности за свои вопиющие действия, способные создать новые осложнения во взаимоотношениях между двумя соседними странами. Союзное правительство вынуждено обратить внимание правительства Китайской Республики, что беззаконный полицейский налет на Генеральное консульство СССР в Харбине произошел после длительной подготовки, в форме провокационной кампании, поднятой против Советского Союза и против его консульских представительств, и нашедшей себе выражение не только в безответственных выходках в прессе, но и в клеветнических выступлениях официальных и полуофициальных лиц и учреждений национального правительства. Союзное правительство констатирует, что очередной полицейский налет на помещение Генерального кон- 124
сульства Союза Советских Социалистических Республик в Харбине в совокупности с указанной выше кампанией создает обстановку, в которой нормальная работа консульских представительств Союза Советских Социалистических Республик на китайской территории становится крайне затруднительной, если не вовсе невозможной. Создавшееся положение тем более серьезно, что событиям последнего времени предшествовали налет на Посольство Союза Советских Социалистических Республик в Пекине 6 апреля 1927 года, белогвардейский налет на советское консульство в Шанхае 25 октября 1927 года, разгром советского консульства в Кантоне в декабре 1927 года, сопровождавшийся убийством 5 его сотрудников, и ряд насильственных действий на Китайско-Восточной железной дороге с китайской стороны. Все эти акты, лежащие на ответственности различных китайских властей, до сих пор, как известно, остаются невозмещен- ными и препятствуют восстановлению нормальных советско-китайских отношений. Советское правительство, несмотря на ряд исключительных по своей провокационности действий китайских властей в отношении посольства и консульств Союза Советских Социалистических Республик в Китае, с неистощимым терпением воздерживалось со своей стороны от каких бы то ни было ответных репрессивных мер, сколь бы последние ни были оправданы создавшимися обстоятельствами. Союзное правительство, в частности, продолжало предоставлять миссии и консульствам Китайской Республики на территории Союза Советских Социалистических Республик всю ту защиту, которая обеспечена им международным правом и которая необходима для их нормального функционирования. Союзное правительство руководствовалось при этом желанием обеспечить китайским гражданам, проживающим на территории Союза Советских Социалистических Республик, такую же степень покровительства и заботы со стороны их консульских учреждений, какой пользуются иностранные граждане других держав, поддерживающих с Советским Союзом дипломатические отношения. Союзное правительство вынуждено, однако, констатировать, что эта ого спокойная и дружественная позиция, очевидно, используется враждебными Союзу Советских Социалистических Республик влияниями для доказательства готовности его оставлять без ответа и все дальнейшие провокации по отношению к его консульским представительствам в Китае. Поставленное перед лицом нового провокационного и насильственного акта по отношению к его консульскому представительству, Союзное правительство вынуждено заявить самый решительный протест против описанных полицейских бесчинств и потребовать немедленного распоряжения об освобождении арестованных в помещении консульства советских граждан и о возвращении всей забранной переписки и всех расхищенных вещей и денег. Вместе с тем Союзное правительство вынуждено заявить, что так как китайские власти всеми своими действиями доказывают свое явное нежелание и неумение считаться с общепринятыми нормами международного права и общения, то оно со своей стороны отныне не считает себя связанным этими нормами в отношении китайского представительства в Москве и китайских консульств на советской территории, и что за этим представительством и консульствами не будет впредь признаваться экстерриториальности, которой наделяет их международное право. Союзное правительство заявляет, что Советский Союз при всех обстоятельствах неизменно стремится к сохранению и поддержанию дружественных отношений с китайским народом. Союзное правительство вынуждено, однако, самым решительным образом, предостеречь Нанкинское правительство и его органы от дальнейшего испытания долготерпения 126
правительства Союза Советских Социалистических Республик провокационными действиями и нарушением договоров и соглашений. Примите, г. поверенный в делах, уверения в моем совершенном уважении. Карахан «Иввестияъ, № 123, от 1 июня 1929 г. № 82 1929 г. июля 13.—Нота Народного комиссариата по иностранным делам СССР поверенному в делах Китайской Республики в Москве. Господин поверенный в делах. По поручению правительства Союза Советских Социалистических Республик прошу сообщить Мукденскому правительству и национальному правительству Китайской Республики в Нанкине нижеследующее: По сведениям, полученным правительством СССР, 10 июля утром китайские власти произвели налет на Китайско-Восточную железную дорогу и захватили телеграф КВЖД по всей линии, прервав телеграфное сообщение с СССР, закрыли и опечатали без объяснения причин торговое представительство СССР, а также отделения Госторга, Текстильсиндиката, Нефтесиндиката и Совторгфлота. Затем дубань дороги (председатель правления КВЖД) Люй Чжун-хуан предъявил управляющему КВЖД г. Емшанову требование передать управление дороги лицу, назначенному дубанем. Когда управляющий дорогой г. Емшанов отказался выполнить это незаконное требование, являющееся грубым нарушением соглашения о временном управлении КВЖД, заключенного в гор. Пекине 31 мая 1924 года, а равно соглашения между правительством СССР и правительством автономных Трех Восточных Провинций Китайской Республики, заключенного в Мукдене 20 сентября 1924 года, он был отстранен от исполнения своих обязанностей, так же как и помощник управляющего дорогой г. Эйсмонт. При этом оба они были заменены лицами, назначенными дубанем. Начальники служб тяги, движения и другие лица, по приказу того же дубаня, были отстранены и заменены главным образом русскими белогвардейцами. По всей линии КВЖД были закрыты и разгромлены профессиональные и кооперативные организации рабочих и служащих дороги, а равно были произведены обыски и аресты, причем было арестовано более 200 граждан СССР, рабочих и служащих железнодорожников. Около 60 советских граждан, в том числе гг. Емшанов и Эйсмонт, уже высланы из пределов Китая. Одновременно получены сведения о сосредоточении вдоль советских границ маньчжурских войск, которые приведены в боевую готовность и пододвинуты к самой границе. По сведениям, вместе с маньчжурскими войсками у границ СССР расположены русские белогвардейские отряды, которые маньчжурское командование намерено перебросить на советскую территорию. Вышеозначенные действия представляют собой самое очевидное и самое грубое нарушение прямых и недвусмысленных постановлений существующих договоров между СССР и Китаем, и эти нарушения не становятся менее вопиющими от того, что дубань дороги в своем объявлении сам ссылается на обязанность представителей сторон на КВЖД строго соблюдать договоры, пытаясь замаскировать этой ссылкой свои явно незаконные действия. 126
иъып* я°ствУет из статьи 1-й соглашения о временном управлении КВЖД от 31 мая 1924 года и из аналогичной статьи 1-й, п. 6 Мукденского соглашения, все вопросы, относящиеся к КВЖД, обсуждаются и разрешаются правлением из 10 лиц, а «решения правления вступают в силу, если они одобрены не менее чем 6 членами правления», причем председатель Правления—китайский гражданин—и помощник председателя— советский гражданин—«совместно заведуют делами правления и оба подписывают все документы правления». Таким образом, самый факт издания дубанем одностороннего приказа за своей единоличной подписью и без согласования как с правлением, так и с помощником дубаня—советским гражданином придает этому его акту явно незаконный характер, не говоря уже о том, что этот акт в корне нарушает установленный договорами принцип паритетности. Согласно ст. 3-й того же Пекинского соглашения и ст. 1-й п. 8 Мукденского соглашения, «Управление дорогой лежит на управляющем гражданине СССР и двух помощниках управляющего, из которых один должен быть из граждан СССР, а другой—из граждан Китайской Республики. Указанные должностные лица назначаются Правлением и утверждаются правительствами по принадлежности». Их права и обязанности определяются Правлением, которое назначает также начальников и помощников начальников различных управлений дороги. Таким образом, смещение управляющего дорогой распоряжением дубаня него замена, хотя бы временная, китайским гражданином, а также одностороннее смещение помощника и ряда должностных лиц дороги нарушают основные постановления соглашения 1924 г. и в корне изменяют тот режим управления дорогой, который был установлен по соглашению правительств СССР и Китая и зафиксирован в действующих между ними договорах. Это ничем не оправдываемое нарушение носит тем более вопиющий характер, что, как явствует из цитированных выше статей договоров, назначение, а, следовательно, и увольнение названных должностных лиц является прерогативой Правления в его целом и не может быть осуществлено иным порядком, а в особенности односторонними единоличными распоряженими дубаня. Дубань в своем объявлении ссылается на приказ, отданный им управляющему г. Емшанову относительно проведения в жизнь целого ряда требований китайской стороны, касающихся порядка управления дорогой. Однако управляющий дорогой является исполнительным органом всего Правления в целом и не может исполнять приказов дубаня или его заместителя, если они не исходят от самого Правления за подписями председателя и его товарища, как того требует статья 1-я п. 6 Мукденского соглашения 1924 г. Сама ссылка на невыполнение управляющим каких-то единоличных распоряжений дубаня лишь подтверждает незаконный характер действий этого последнего. По духу и букве Пекинского и Мукденского соглашений 1924 г. КВЖД является объектом совместного управления между СССР и Китаем, причем КВЖД может перейти в собственность Китая или по истечении срока, установленного договорами, или же до истечения этого срока в порядке выкупа дороги Китаем по соглашению сторон, между тем как изложенные выше незаконные действия дубаня КВЖД, санкционированные Китайским правительством, означают на деле захват КВЖД и попытку односторонней отмены существующих договоров. Соглашения 1924 г. устанавливают совершенно определенный порядок урегулирования всех спорных вопросов, касающихся дороги. Согласно ст. 6-й соглашения от 31 мая 1924 г. и ст. 1-й п. 11 Мукденского соглашения, «все вопросы, по которым Правление не может придти к согла- 127
шению, должны быть переданы на рассмотрение правительств договаривающихся сторон для справедливого и дружественного разрешения». Каждая из сторон имеет, таким образом, полнейшую возможность поставить перед другой стороной любой вопрос в совершенно законном и нормальном порядке и добиваться осуществления своих требований. Однако китайская сторона и в этом случае, как и в некоторых предшествующих ему случаях, как, например, при захвате телефонной станции, предпочла путь односторонних и незаконных действий, не только нарушающих, но и опрокидывающих действующие между СССР и Китаем договоры. Констатируя, что указанные выше действия дубаня КВЖД представляют грубое нарушение существующих между СССР и Китаем договоров, правительство СССР заявляет самый решительный протест по поводу этих действий и обращает внимание мукденского правительства и национального правительства Китайской Республики на чрезвычайную серьезность положения, которое создано этими действиями. Союзное правительство давало неоднократные доказательства своего миролюбия и дружественного отношения к Китаю и к той борьбе, которую китайский народ вел и ведет за уничтожение неравноправных договоров и восстановление суверенитета Китая. Правительство СССР было первым правительством, которое заключило с Китаем договор на началах равенства и уважения суверенитета Китая. Правительство СССР само, по своей инициативе, еще в 1919 г. обратилось к китайскому народу с декларацией, в которой заявило о своей готовности уничтожить все неравные договоры, заключенные между Китаем и царской Россией. В договоре 1924 г. эти свои заявления правит*ельство СССР реализовало. Правительство СССР добровольно отказалось в пользу Китая от концессий в Тянъцзине и Ханькоу. Оно добровольно отказалось от консульской юрисдикции и экстерриториальности для своих граждан в Китае. Оно, по собственной же инициативе, отказалось от боксерской контрибуции, передав ее на дело просвещения китайского народа. Наконец, оно также добровольно отказалось от всех тех привилегий, которые были предоставлены России на КВЖД, а именно от права иметь в Китае свои войска, полицию, суд и от других военно-административных функций, которые до того были прерогативой русских властей на КВЖД и во всей полосе отчуждения этой дороги. Этот отказ от всех привилегий, которыми пользуются до сих пор иностранные государства, с которыми Китай находится в нормальных отношениях, был проявлением социалистического характера внешней политики Советского государства. Заключение договора 1924 г. между СССР и Китаем было встречено с величайшим сочувствием во всех частях Китая, ибо этот договор впервые осуществляет принцип равенства сторон и полного суверенитета Китая. Из изложенного выше явствует, что если китайские власти имели какие-либо претензии в отношении установленного на дороге режима, действий отдельных представителей СССР на дороге или даже в отношении установленных договорами прав на КВЖД, вплоть до сокращения срока договора и досрочного выкупа КВЖД, то эти власти имели полную и предусмотренную договорами возможность в законном порядке предъявить правительству СССР любую свою претензию. Союзное правительство констатирует, что в вопросах, касающихся КВЖД, оно неизменно проявляло готовность к'дружественному урегулированию любого спорного момента. Не далее, как 2 февраля, в ноте, врученной Генеральным консульством СССР в Мукдене Центральному дипломатическому управлению Трех Восточных Провинций Китая, пра- 128
вительство СССР заявляло, что оно «считает крайне желательным чтобы все спорные вопросы, и, в частности, вопросы, касающиеся режима дороги, которые оставались неразрешенными в течение прошлых лет, вызывали недоразумение и осложняли нормальную работу дороги, были подвергнуты обсуждению и разрешению в целях устранения возможных недоразумений и конфликтов». Это предложение, свидетельствующее о том, насколько правительство СССР готово идти навстречу разумным пожеланиям китайской стороны, давало возможность Китайскому правительству поставить на обсуждение любой из интересующих его вопросов. Китайская сторона, однако, не пожелала воспользоваться возможностью, которую открывало предложение союзного правительства от 2 февраля с. г., и это предложение осталось без ответа. Равным образом не последовало ответа и на телеграмму, посланную 11-го с. м. за подписью народного комиссара путей сообщения СССР в адрес председателя Правления КВЖД, г заявлением о готовности немедленно обсудить все спорные вопросы и с сообщением, что переговоры по этим вопросам поручаются Народным комиссариатом путей сообщения СССР члену его коллегии г. Серебрякову. - Все эти факты исчерпывающим образом свидетельствуют о полной несостоятельности ссылок в упомянутом объявлении дубаня КВЖД на якобы имевшие место бесплодные попытки китайской стороны урегулировать спорные вопросы. Изложенную выше политику мирного и дружественного разрешения всех спорных вопросов и политику уважения к суверенным правам Китая, которая является коренным отрицанием основ империалистической политики буржуазных государств, нынешние китайские власти склонны, по-видимому, расценивать не как политику, вытекающую из самой природы Советской власти, а как проявление ее слабости. Очевидно, именно поэтому китайские власти позволяют себе ряд грубо-насильственных и провокационных действий в отношении СССР, злоупотребляя его миролюбием. Союзное правительство вынуждено поэтому напомнить китайским властям, что оно располагает достаточными средствами, необходимыми для того, чтобы оградить законные права народов СССР от каких бы то ни было насильственных посягательств. Оставаясь верным своей мирной политике, Союзное правительство, несмотря на насильственные и провокационные действия китайских властей, еще раз изъявляет готовность вступить с Китаем в переговоры по всему комплексу вопросов, связанных с КВЖД. Такие переговоры возможны, однако, только при условии немедленного освобождения арестованных граждан СССР и отмены всех незаконных действий китайских властей. В соответствии с этим Союзное правительство предлагает: 1. созвать немедленно конференцию для урегулирования всех вопросов, связанных с КВЖД; 2. китайские власти немедленно отменяют все самочинные действия в отношении КВЖД; 3. все арестованные советские граждане немедленно освобождаются, и китайские власти прекращают все преследования и притеснения в отношении как советских граждан, так и советских учреждений. Союзное правительство предлагает Мукденскому правительству и нациойальному правительству Китайской Республики взвесить те серьезные последствдя, которые будет иметь отклонение этого предложения СССР. Союзное правительство заявляет, что оно в течение трех дней будет ожидать ответа Китайского правительства на изложенное выше предложе- 9 Советско-китайские отношении 129
ние и предупреждает, что в случае неполучения удовлетворительного ответа оно будет вынуждено прибегнуть к другим средствам защиты законных прав СССР. Примите и проч. Л. Карахан чИввестия», № 159, от 14 июля 1929 в. N 83 1929 г. июля 16.—Телеграмма Министерства иностранных дел Нашинского правительства поверенному в делах Ки- • тайской Республики в Москве. Хотя еще не вся телеграмма, содержащая протест советского НКИД, требующего ответа к назначенному сроку, получена нами, но главная мысль уже понятна. Обыкновенно наше правительство придерживается дружелюбных отношений к СССР. На этот раз харбинские события вызвали необходимость принять нынешние меры в отношении КВЖД, но они не могут влиять на существующие ныне дипломатические отношения двух государств. Посланник Чжу Шао-ян скоро возвратится к месту службы. Если же Советское правительство имеет какое-либо мнение, то можно скорей же приступить к двухстороннему искреннему обсуждению его. По нашему мнению, все дела должны решаться на основе существующих положений двух государств и обсуждаться фактически совместно друг с другом. При таком условии вопросы легко разрешатся. Приказываем Вам заранее устно известить об этом советский НКИД и добавить, что нами будет немедленно дан ответ, как только получится все содержание протеста НКИД. иИзвестия», М 161, от 17 июля 1929 г. № 84 1929 г. июля 17.—Нота поверенного в делах Китайской Республики в СССР г. С я Вэй-суна на имя заместителя народного комиссара по иностранным делам СССР Л. М. Карахана. Господин народный комиссар! Имею честь довести до Вашего сведения нижеследующую телеграмму Министерства иностранных дел Китайской Республики, полученную мною сегодня, 17 июля: «Расшифровка Вашей телеграммы от. 14 июля закончена только сегодня. Приказываем Вам перевести на русский язык и передать Народному комиссариату по иностранным делам Союза Советских Социалистических Республик в письменной форме нижеследующий ответ на его ноту от 13-го сего июля: «С тех пор, как в 1924 г. заключено было китайско-советское соглашение, дипломатические отношения между двумя/ государствами действительно окрепли. На основе обыкновенного дружелюбия отношения Китайского правительства и его народа к Советскому правительству и его народу всегда 130
проникнуты были духом равенства и искренней взаимной помощи. Но за последнее время в пределах Китая неоднократно были обнаружены как организованная пропаганда, так и ее работы, направленные к тому чтобы подтолкнуть китайский народ к разрушению китайского общественного устройства и к тому, чтобы народ был против китайского правительства. Последнее, вынужденное этим, не могло не принять надлежащих мер к поддержанию общественного порядка Китайского государства. На этот раз обыск в помещении советского консульства в Харбине и меры в отношении КВЖД произведены были властями Трех Восточных Провинций со специальной целью—устранить могущие внезапно вспыхнуть нарушения покоя и порядка, причем власти вынуждены были принять необходимые меры экстренно и проявили наивысшую осторожность, чтобы сфера действий не захватила большего пространства. Правительство Китайской Республики неоднократно получало доклады местных властей Трех Восточных Провинций о том, что управляющий КВЖД и важные сотрудники этой дороги из советских граждан не соблюдали и не соблюдают точно временного соглашения 1924 г. о КВЖД с самого начала и до сих пор. В течение последних лет управляющий и другие совершили такую массу противозаконных поступков, выходящих за пределы их власти, что нет возможности перечислить таковые поступки. Таким образом, и китайские сотрудники КВЖД, желающие соблюдать соглашение и выполнять по нему свои обязанности, лишены возможности осуществлять соглашение, а тем более советские сотрудники, пользующиеся советскими учреждениями в данной местности, ведут тайным путем пропаганду, нарушающую китайско-советские соглашение. По этим причинам местные власти Трех Восточных Провинций не могли не принять в отношении КВЖД данных мер. Ясно и понятно, что ответственность за нарушение китайско-советского соглашения не лежит на нашей стороне. По имеющимся у Министерства иностранных дел сведениям, полученным от своего посольства и консульств в СССР, Государственное политическое управление Советского Союза без всяких причин арестовало и держит под арестом не менее тысячи наших эмигрантов и торговцев. Пребывающие в пределах СССР наши граждане задавлены действиями советской стороны, и лишенных возможности существования—еще большее количество. Одновременно советские эмигранты и торговцы, проживающие в Китае, и находящиеся здесь советские коммерческие учреждения пользуются со стороны правительства Китайской Республики гостеприимством, великодушием, и всем им предоставлены большие удобства. В отношении каких-либо советских граждан в Китае не чинилось никаких препятствий и никогда не применялось односторонней несправедливости. И если на этот раз власти Трех Восточных Провинций произвели аресты советских граждан и опечатали советские учреждения, то исключительно в целях устранить противодействующую пропаганду и поддержать необходимый общественный порядок и спокойствие. Правительство Китайской Республики, хотя и не считает нижеследующие пункты условием, но если Советское правительство, во-первых, освободит всех арестованных Государственным политическим управлением китайских граждан и предоставит им возможность возвратиться на родину, не включая сюда тех, кои освобождены по поручительству посольства и консульств с разрешением проживать в пределах СССР, и, во- вторых, если всем нашим гражданам, торговцам и обществам будет гарантирована должная и необходимая защита, то в подходящий момент дано 9* ш
будет соответствующее отношение ко всем опечатанным советским учреждениям. Одним словом, правительство Китайской Республики и его народ относятся к Советскому правительству и его народу с надеждой, что Советское правительство самосознательно исправит свои неправильные действия, совершенные в прошлом времени, а в отношении данного дела необходимо, чтобы Советское правительство с уважением относилось к суверенитету Китая и его законам и не делало предложений, отрицающих существующие факты. Правительство Китайской Республики намерено отдать приказ своему посланнику г. Чжу Шао-ян по пути его возвращения к месту своей службы остановиться в Харбине и все расследовать. Все дела, касающиеся взаимоотношений СССР и Китая и отношений к КВЖД, могли бы [быть] своевременно и совместно с Народным комиссариатом по иностранным делам Союза Советских Социалистических Республик разрешены по справедливости и закону. Министерство иностранных дел Китайской Республики, гор. Нанкин, 16 июля». Примите, господин народный комиссар, уверения в моем совершенном к вам уважении. Ся Вей-сун ^Известия», М 162, от 18 июля 1929 в. № 85 1929 г. июля 17.—Нота Народного комиссариата по иностранным делам СССР поверенному в делах Китайской Республики. Господин поверенный в делах. Подтверждая получение Вашей ноты от 17 июля с. г., содержащей ответ Китайского правительства в Нанкине на ноту Союзного правительства от 13 июля с. г., имею честь сообщить Вам от имени правительства СССР нижеследующее: Союзное правительство считает ответ Китайского правительства неудовлетворительным по содержанию и лицемерным по тону. Желая восстановить правовую базу во взаимоотношениях между СССР и Китаем, нарушенную китайскими властями, Союзное правительство выдвинуло в своей ноте от 13 июля три минимально необходимых и совершенно умеренных предложения: 1. Отмену односторонних и совершенно незаконных действий китайских властей на КВЖД, нарушающих существующее соглашение между СССР и Китаем; 2. Прекращение репрессий .против советских граждан и советских учреждений; 3. Созыв конференции сторон для урегулирования всех вопросов, связанных с КВЖД. Китайское правительство в ответ на предложение правительства СССР по сути дела отвергло эти предложения. Вместо восстановления Пекинского и Мукденского соглашений, односторонне отмененных китайскими властями, и сохранения, таким образом, базы для добрососедских отношений нота fКитайского правительства санкционирует одностороннюю отмену этого ерглашения и тем самым уничтожает возможность нормальных отношений между обоими государствами. \Ш
Вместо отмены незаконных действий дубаня КВЖД, насильственно отстранившего от должности официальных лиц, назначенных Правлением по представлению СССР, нота Китайского правительства санкционирует эти незаконные действия, оправдывая тем самым захват КВЖД. Вместо прекращения незаконных репрессий против советских граждан и советских учреждений нота Китайского правительства санкционирует эти репрессии и лицемерно пытается оправдать их фальшивой ссылкой на якобы массовые репрессии в отношении китайских граждан в СССР, хорошо зная, что репрессии применяются в СССР лишь в отношении ничтожной группы шпионов, опиоторговцев, содержателей притонов, контрабандистов и прочих уголовных элементов из китайских граждан. Вместо прямого согласия на немедленный созыв конференции сторон для урегулирования всех конфликтных вопросов нота Китайского правительства обходит этот вопрос, отвергая тем самым предложение правительства СССР о конференции и уничтожая, таким образом, возможность урегулирования конфликта путем соглашения сторон. Ссылка ноты Китайского правительства на пропаганду, как на причину незаконных действий китайских властей, лжива и лицемерна, ибо китайские власти располагают на своей территории достаточными средствами, чтобы не допускать и пресекать такую деятельность, если бы она на самом деле имела место, без того, чтобы захватывать КВЖД и разрывать существующие между Китаем и СССР договорные отношения. Действительная подоплека насильственных действий китайских властей на КВЖД и ноты Китайского правительства от 17 июля, санкционирующей эти насилия, становится особенно ясной из официальной декларации главы китайского государства г. Чан Кай-ши, опубликованной в печати. В этой декларации г. Чан Кай-ши, говоря о незаконных действиях китайских властей на КВЖД и оправдывая эти их действия, прямо заявляет: «Наши шаги, направленные к тому, чтобы взять КВЖД в свои руки, не содержат в себе ничего необычного... Мы хотим сначала взять в свои руки КВЖД, а потом приступить к обсуждению других вопросов». Эти заявления г. Чан Кай-ши не оставляют никакого сомнения насчет действительной подоплеки ноты Китайского правительства от 17-го сего июля. Союзное правительство констатирует ввиду этого, что уже исчерпаны все средства, необходимые для урегулирования путем соглашения спорных вопросов и конфликтов на КВЖД, вызванных китайскими властями и усугубленных нотой Китайского правительства от 17 июля. На основании вышеизложенного Союзное правительство вынуждено принять следующие меры, возлагая всю ответственность за последствия- на Китайское правительство: 1. Отозвать всех советских дипломатических, консульских и торговых представителей с территории Китая. 2. Отозвать всех лиц, назначенных Союзным правительством на КВЖД, с территории Китая. 3. Прекратить всякую железнодорожную связь между Китаем и СССР. 4. Предложить дипломатическим и консульским представителям Китайской Республики в СССР немедленно покинуть пределы Союза ССР, Вместе с тем Союзное правительство заявляет, что оно сохраняет за собою все права, вытекающие из Пекинского и Мукденского соглашений 1924 года. Примите и проч. г Л. Карахан *Иввестия», Лв 162, от 18 июля 1929 а. 133
№ 86 1929 г. августа 31*.—Сообщение Народного комиссариата по иностранным делам СССР, 28 августа с. г., в 4 часа дня, германский посол в Москве г. фон- Дирксен, по его просьбе, был принят вр. и. о. народного комиссара по иностранным делам тов. М. М. Литвиновым и вручил ему, по поручению германского правительства, нижеследующие два документа, которые Китайское правительство просило довести до сведения правительства СССР. 1. ВЕРБАЛЬНАЯ НОТА, ВРУЧЕННАЯ КИТАЙСКОЙ МИССИЕЙ В БЕРЛИНЕ ГЕРМАНСКОМУ МИНИСТЕРСТВУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ 27 АВГУСТА (Перевод с немецкого) «Китайская миссия имеет честь заявить, что национальное правительство, руководимое всегда желанием сохранения мира и укрепления дружественных отношений с государствами, готово назначить уполномоченных для подписания прилагаемой декларации. Китайская миссия будет весьма обязана имперскому правительству, если последнее любезно доведет до сведения Советского правительства текст декларации». 2. ТЕКСТ СОВМЕСТНОЙ ДЕКЛАРАЦИИ (Перевод с английского) «1. Обе стороны заявляют, что они разрешат все спорные между обеими сторонами вопросы в соответствии с соглашением 1924 г., а в особенности разрешат условия выкупа Китайско-Восточной ж. д. в соответствии со ст. 9 Пекинского соглашения. Обе стороны немедленно назначают надлежащим образом уполномоченных представителей на конференцию для разрешения всех спорных вопросов, упомянутых в предыдущем параграфе. 2. Обе стороны полагают, что положение на КВЖД, возникшее после конфликта, должно быть изменено в соответствии с* Пекинским и Мукденским соглашениями 1924 г., в понимании того, что все такие изменения будут решены конференцией, предусмотренной* предыдущей статьей. 3. Советское правительство рекомендует нового управляющего и нового помощника управляющего на КВЖД, которые будут назначены Правлением означенной дороги. Советское правительство проинструктирует железнодорожных служащих КВЖД советской национальности, чтобы они строго соблюдали условия, содержащиеся в ст. 6 соглашения 1924 г. 4. Обе стороны немедленно освободят всех арестованных в связи с настоящим инцидентом или после 1 мая 1929 г.». 29 августа с. г. в 6 часов вечера вр. и. о. народного комиссара по иностранным делам т. М. М. Литвинов принял германского посла в Москве г. фон-Дирксена и сообщил ему о готовности Союзного правительства принять предложение Китайского правительства о подписании совместной декларации в нижеследующей редакции: * Дата опубликования. 184
«1. Обе стороны заявляют, что они разрешат все спорные между обеими сторонами вопросы в соответствии с соглашением 1924 г., а в особенности разрешат условия выкупа Китайско-Восточной ж. д. в соответствии со ст. 9-й Пекинского соглашения. Обе стороны немедленно назначают надлежащим образом уполномоченных представителей на конференцию для разрешения всех вопросов, упомянутых в предыдущем параграфе. 2. Обе стороны полагают, что положение на КВЖД, возникшее после конфликта, должно быть изменено в соответствии с Пекинским и Мукден- ским соглашениями 1924 г., в понимании того, что все такие изменения будут решены конференцией, предусмотренной предыдущей статьей. 3. Советское правительство рекомендует управляющегоипо- мощника управляющего на КВЖД, которые будут немедленно назначены Правлением означенной дороги. Советское правительство проинструктирует железнодорожных служащих КВЖД, являющихся гражданами СССР, аКытайское правительств о—с вой местные властл и их органы, чтобы они строго соблюдали условия, содержащиеся в ст. 6-й соглашения 1924 г. 4. Обе стороны немедленно освободят всех арестованных в связи с настоящим инцидентом или после 1 мая 1929 г.». Одновременно с вручением советского проекта декларации тов. М. М. Литвинов заявил г. фон-Дирксену, что Союзное правительство не видит никаких оснований для назначения нового управляющего и его помощника вместо в свое время законно назначенных и выполнявших свои функции в строгом соответствии с договорами. Вместе с тем тов. Литвинов заявил, что в случае, если Китайское правительство назначит нового председателя Правления вместо нынешнего председателя, на котором лежит непосредственная ответственность за нарушение установленного договорами порядка на КВЖД, то НКИД, в соответствии с неизменной политикой мира СССР и идя навстречу желаниям Китайского правительства, поставит перед Советским правительством вопрос о назначении нового управляющего и его нового помощника. При этом тов. Литвинов заявил, что, само собою разумеется, назначение управляющего и его помощника должно иметь место одновременно с подписанием текста совместной декларации. «Навестил*, М 200, от 31 августа 1929 е. . № 87 1929 г. сентября 6,—Беседа и. о. народного комиссара по иностранным делам СССР М. М. Литвинова с сотрудником ТАСС. Ответ Советского правительства на предложение, сделанное нам Нан- кинским правительством через Германское правительство о подписании совместной декларации, является новым доказательством готовности Советского правительства использовать всякую возможность урегулирования советско-китайского конфликта путем соглашения, несмотря на новые, чудовищные по своей провокационности действия китайских властей, имевшие и имеющие место уже после незаконного захвата КВЖД. Миролюбие Советского правительства особенно ярко проявилось на примере конфликтов на КВЖД, которые давно имели бы своим последствием 135
военный пожар, если бы Китай имел своим контрагентом вместо советского любое другое государство. Принимая все необходимые меры для ограждения интересов рабоче- крестьянского государства, безопасности наших границ и мирной деятельности пограничного населения от непрекращающихся нападений белобандитских шаек, поддерживаемых китайскими властями, Советское правительство оставляло в то же время открытым путь для мирной ликвидации конфликта в надежде на то, что голос разума в последний момент подскажет даже самым авантюристским элементам китайской военщины всю безрассудность и гибельность для национальных интересов Китая проводимой ими политики насилий, беззаконий и издевательского попрания добровольно заключенных на основе полного равенства соглашений. Верное своей неизменной политике мира, Советское правительство изъявило свое согласие на подписание предложенной Нанкинским правительством совместной декларации, ограничившись лишь внесением некоторых поправок и уточнений, без которых дальнейшие переговоры оказались бы бесплодными. Советское правительство не могло не отметить всей неосновательности ничем не оправдываемых требований Нанкинского правительства о назначении нового управляющего КВЖД и его помощника, поскольку не был и не может быть приведен ни один действительный факт нарушения указанными лицами в их работе каких-либо обязательств, вытекающих из пекинского и мукденского соглашений, и поскольку выдвинутые после захвата КВЖД против них и других работников дороги обвинения в коммунистической пропаганде являются от начала до конца заведомо клеветническим вымыслом, базирующимся на безграмотных фальшивых документах, заказанных белогвардейским организациям для оправдания захвата КВЖД. НКИД все же считал возможным в случае согласия Нанкинского правительства на назначение нового председателя Правления вместо нынешнего председателя, на котором лежит непосредственная ответственность за нарушение договора ш за захватнические действия на КВЖД, пойти навстречу желаниям Нанкинского правительства и в этом пункте, изъявив готовность поставить перед Советским правительством вопрос о назначении нового управляющего и его помощника. Само собою разумеется, что назначение управляющего и его помощника должно иметь место не позже подписания совместной декларации, ибо без этого не могут быть созданы необходимые условия для переговоров. Что касается п. 6 Пекинского соглашения, то, поскольку мы настаиваем на точном соблюдении всего соглашения, не может быть разногласий относительно отдельных обязательств по соглашению, налагаемых на очбе стороны. К сожалению, мы до сих пор не имеем ответа Нанкинского правительства о его готовности приступить к немедленному подписанию проекта совместной декларации, что дает^основание полагать, что либо само Нан- кинское правительство не желает идти на разрешение конфликта путем соглашения, либо этому мешают враждебные СССР внешние силы. В связи с этим нельзя не отметить заявления, сделанного в Мукдене американским советником, имеющим руководящее влияние на железнодорожные дела Нанкинского правительства, г. Мантеллем, корреспонденту «Юнайтед Пресс», заявления, содержащего лживые и необоснованные обвинения против советской части администрации КВЖД, как известно, поднявшей на значительную высоту хозяйство дороги, вновь приведенной после ее захвата в состояние полного развала. Достаточно упомянуть, что за пять лет совместного управления КВЖД Китай получил на свою долю до 481/2 миллионов рублей золотом. В то же 136
время КВЖД являлась единственной дорогой в Китае, где введен и последовательно осуществлялся 8-часовой рабочий день, охрана труда, созданы жилища для рабочих, были развернуты школы, больницы и т. д. Вздорные инсинуации г. Мантелля являются проявлением очевидного желания заинтересованных империалистических кругов сорвать наметившуюся возможность мирного урегулирования советско-китайского конфликта и вызвать дальнейшее обострение наших отношений с Китаем. Ту же цель, видимо, преследует и клеветническое выступление председателя китайской делегации в Женеве, пытающегося оправдать неслыханное действие китайской военщины и бросающего вздорные, необоснованные обвинения по адресу Советского Союза, давшего пример исключительного долготерпения и миролюбия. Искренность сделанного Наннинским правительством предложения ставится под сомнение усилившимися зверствами и насилиями китайской военщины над советскими гражданами, проживающими в Маньчжурии, и даже над мирными пограничными жителями советской территории и неслыханным по своей бесчеловечной жестокости обращением с ними. В ответ на готовность Советского правительства идти навстречу китайским предложениям китайские власти ответили усилением возмутительных репрессий. Свыше 2000 советских граждан заключены в концентрационные лагери, где содержатся в невыносимых условиях. По имеющимся у нас сведениям, десятки людей обезглавливаются без суда и следствия озверелыми китайскими властями. Одновременно по-прежнему продолжаются обстрелы наших пограничных частей, а также попытки перехода на нашу территорию. Подобные факты целиком разоблачают лицемерный характер мнимого пацифизма главы китайской делегации в Женеве. Сохраняя величайшую выдержку и спокойствие перед лицом этих новых провокационных антисоветских выступлений, Советское правительство не даст ввести себя в заблуждение дипломатическими маневрами и ухищрениями нанкинских генералов или ложно-пацифистской декламацией их представителей в Женеве и по-прежнему будет принимать и усиливать все необходимые меры для защиты интересов рабоче-крестьянского государства и для восстановления его нарушенных прав. *Иавестия», М 205, от 6 сентября 1929 е. № 88 1929 г. ноября 23.—Сообгиение о попытках китайских войск проникнуть на территорию СССР и о контрнаступлении Особой Дальневосточной армии. ХАБАРОВСК. (РОСТА). С первых чисел ноября сего года китайские войска, расположенные в районе Маньчжурии и города Швей- сян (восточнее Нерчинского завода на р. Аргунь), начали систематически обстреливать артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем наши пограничные части и мирных жителей, проживающих вдоль китайской границы по р. Аргунь. В результате этих обстрелов жители станиц Олочинской и Абагайтуевской принуждены были прекратить молотьбу хлеба и эвакуироваться. Среди жителей этих 137
станиц есть убитые и раненые. Однако китайские войска этим не ограничились. Начиная с 13 ноября с. г., китайское командование усиленно переправляет на нашу территорию белогвардейские отряды, сформированные ими в районе Трехречья. Захваченные нами белогвардейцы показывают, что они получили задачу разрушать наши тылы. 15 ноября с. г. китайские войска в районе р а з ъ е З'Д а № 86 силою около батальона пытались перейти в наступление. Наступление было отбито огнем наших пограничников. В ночь с 16 на 17 ноября китайские войска значительными силами при поддержке артиллерии перешли в наступление на станицу Абагайтуевскую и разъезд № 86. Провокационные действия китайских войск за это время имели место не только в Забайкалье, но ив Приморье, где ежедневно обстрел наших пограничников и мирных жителей в районе Полтавской, Пограничной и Турьего Рога, начиная с 10 ноября, заставил мирных жителей в пограничной полосе бросить полевые работы и эвакуироваться. Одновременно с этим в Приморье участились случаи налета на нашу территорию белогвардейских банд из района Мишаньфу (25 км с[еверо]-з[ападнее] Турьего Рога), являющегося местом белогвардейских формирований для действий в нашем тылу. Начиная с 15 ноября китайское командование усиленно перебрасывает свои войска на ст. Пограничная и Мишаньфу. Этого же числа китайские войска силою около батальона безуспешно пытались перейти в наступление в районе ст. Пограничная. С утра 17 ноября китайская конница перешла нашу границу в районе Турий Рог и поселка Первомайский и начала теснить наши пограничные части. Учитывая создавшуюся на Дальнем Востоке обстановку, командование Особой Дальневосточной армии принуждено было принять со своей стороны контрмеры по защите наших границ и для обеспечения охраны пограничного населения и нашего тыла. В результате части Особой Дальневосточной армии как в Забайкалье, так и в Приморье, отбив 17 ноября наступление китайских войск, преследовали их и на китайской территории, оттеснив их подальше от наших границ. Разоружено более 8000 к и- тайских солдат и 300 офицеров; отобрано до 10 000 винтовок, значительное количество полевых пушек, огнеприпасов и прочего боевого снаряжения. «Известия; М 273, от 23 ноября 1929 е. № 89 1929 г. ноября 28.—Сообщение Народного комиссариата по иностранным делам СССР о принятии мукденскими властями условий Советского правительства. I 19 ноября агент НКИД в Хабаровске получил от харбинского дипломатического комиссара г. Цай Юп-женя нижеследующую телеграмму: «Срочно, агенту НКИД, Хабаровск. 138
20 ноября выехали через фронт Пограничная—Гродеково бывшие сотрудники Харбинского советского консульства Кокорин и Нечаев Просьба их встретить и поставить в известность ваше военное командование. Цай Юн-жень» 21 ноября через ст. Пограничная прибыл на советскую территорию бывший сотрудник советского консульства в Харбине тов. Кокорин, прикомандированный после-разрыва сношений с Китаем к германскому консульству в Харбине для работы по оказанию помощи советским гражданам, в сопровождении бывшего драгомана КВЖД тов. Нечаева и китайского полковника Вана. Тов. Кокорин передал официальное заявление г. Цая о том, что он имеет полномочия как от Мукденского, так и от Нанкинского правительств для немедленного открытия переговоров об урегулировании советско-китайского конфликта, и просьбу г. Цая Советскому правительству назначить своего представителя для встречи с ним. 22 ноября агент НКИД в Хабаровске т. Симановский передал г. Цай Юн-женю через тов. Кокорина, возвратившегося в сопровождении Нечаева и Вана в Харбин, нижеследующий письменный ответ: «Советское правительство стоит за мирное разрешение конфликта, но не считает возможным вступить в переговоры до выполнения китайской стороной предварительных условий, сообщенных Китаю через Германское правительство 29 августа. Эти условия сводятся в основном к следующему: 1. Официальное согласие китайской стороны на восстановление положения на КВЖД, существовавшего до конфликта, на основе Пекинского и Мукденского договоров 1924 года. 2. Немедленное восстановление в правах управляющего и помощника управляющего дорогой, рекомендованных советской стороной, согласно Пекинского и Мукденского договоров 1924 года. 3. Немедленное освобождение всех арестованных в связи с конфликтом советских граждан. Советская сторона заявляет, что как только будут выполнены китайской стороной эти условия и Советское правительство будет об этом извещено официально и в письменной форме, Советское правительство немедленно освободит всех арестованных в связи с конфликтом китайцев и примет участие в китайско-советской конференции для окончательного разрешения всех спорных вопросов». 27 ноября Народным комиссариатом по иностранным делам была получена нижеследующая телеграмма из Мукдена на китайском языке: «В Москву Народному комиссариату по иностранным делам правительства СССР. Мною только-что получена телеграмма, переданная Кокориным дипломатическому комиссару Цай, с содержанием коей я ознакомился. Ввиду того, что обе стороны желают в равной мере выполнять русско- китайское и Мукденское соглашения 1924 года, я выражаю свое принципиальное согласие с выдвинутыми вами 29 августа тремя пунктами предварительных условий и с дополнительным заявлением, к ним относящимся. Прошу уважаемое правительство, по 2-му пункту условия, немедленно назначить управляющего и помощника управляющего. Что касается пп. 1 и 3, то, принимая во внимание, что они в одинаковой степени относятся к обеим сторонам, необходимо назначить ответственных лиц от каждой стороны для обсуждения порядка их выполнения и проведения в жизнь. Прошу телеграфировать ответ. чжан ыоэ-лян 26 ноября». 139
В тот же день Народным комиссариатом по иностранным делам был отправлен нижеследующий телеграфный ответ: «Председателю Мукденского правительства маршалу Чжан Сюэ-ляну. Мукден. Народный комиссариат по иностранным делам получил вашу телеграмму от 26-го сего месяца, в которой вы заявляете о принятии вами полностью предварительных условий, сообщенных вам 22-го сего месяца в письменной форме через харбинского комиссара по иностранным делам г. Цай Юн-женя. Эти условия состояли в следующем: 1. Официальное согласие китайской стороны на восстановление положения на КВЖД, существовавшего до конфликта, на основе Пекинского п Мукденского договоров 1924 года. 2. Немедленное восстановление в правах управляющего и помощника управляющего дорогой, рекомендованных советской стороной, согласно Пекинского и Мукденского договоров 1924 года. 3. Немедленное освобождение всех арестованных в связи с конфликтом советских граждан. Согласно пункта 2 Союзное правительство рекомендует восстановить в правах управляющего КВЖД г. Емшанова, а в качестве помощника управляющего г. Эйсмонта и ожидает вашего немедленного официального извещения об этом. Что касается пунктов 1 и 3, которые вами также принимаются, то Советское правительство предлагает сейчас же по выполнении пункта 2 прислать в Хабаровск вашего уполномоченного с официальным письменным полномочием, а со своей стороны назначает агента Народного комиссариата по иностранным делам в Хабаровске г. Симановского для обсуждения техники проведения в жизнь этих пунктов и для согласования вопросов о сроке и месте созыва китайско-советской конференции. Временно исполняющий обязанности народного комиссара по иностранным делам Литвинов». ^Известия», М 278, от 28 ноября 1929 в. № 90 1929 г. декабря 3.—Сообщение Народного комиссариата по иностранным делам СССР. I 1 декабря с. г. в Никольск-Уссурийск прибыл представитель Мукденского правительства дипломатический комиссар г. Цай Юнь-шен в сопровождении члена Правления КВЖД г. Ли Шао-гена для выяснения с агентом Народного комиссариата по иностранным делам в Хабаровске тов. Симановским процедуры выполнения второго пункта предварительных условий Советского правительства, принятых маршалом Чжан Сюэ-лл- пом в его телеграмме на имя НКИД от 26 ноября 1929 года. В результате состоявшегося обмена мнениями г. Цай Юнь-шен от имени Мукденского правительства и т. Симановский от имени правительства СССР подписали 3 декабря с. г. нижеследующий^ протокол: «1. От имени Мукденского правительства дипломатический комиссар г. Цай заявляет, что председатель Правления Китайско-Восточной железной дороги Люй смещается с должности председателя Правления. 140
Ut имени правительства Союза Советских Социалистических Республик агент Народного комиссариата по иностранным делам в г. Хабаровске Симановский заявляет, что после того, как председатель Правления Люй будет смещен с должности председателя Правления, правительство Союза в согласии с заявлением заместителя народного комиссара по иностранным делам Литвинова германкому послу в Москве 29 августа готово будет выставить на должность управляющего КВЖД и его помощника вместо гг. Емшанова и Эйсмонта новых лиц. В этом последнем случае правительство Союза оставляет за собой право назначить гг. Емшанова и Эйсмонта на другие должности на КВЖД, относительно чего г. Цай в устной беседе с г. Симановским дал согласие. 2. Дипломатический комиссар г. Цай заявил от имени Мукденского правительства, что последнее, желая всемерно содействовать улажению конфликта между Китаем и СССР и устранить все поводы к дальнейшему осложнению, будет строго соблюдать Мукденское и Пекинское соглашения 1924 года как в целом, так и в его отдельных частях. Агент НКИД в Хабаровске Симановский от имени правительства с удовлетворением принял к сведению заявления комиссара Цая, что Мукденское правительство будет строго соблюдать соглащення 1924 года, и' со своей стороны заявил, что правительство СССР, стоявшее всегда на почве существующих между Китаем и СССР соглашений, само собой понятно, будет строго соблюдать их как в целом, так и в отдельных частях. Вышеозначенные заявления, заключающиеся в первом и втором пунктах настоящего протокола, считаются принятыми обеими сторонами. Никольск-Уссурийск, Дипломатический комиссар Цай 3 декабря 1929 г. Агент НКИД А. Симановский». II Вчера, 3 декабря, французский посол г. Эрбетт вручил вр. и. о. народного комиссара по иностранным делам М. М. Литвинову две декларации—одну от имени французского, а другую—от имени американского правительства. Декларация американского правительства гласит: «Правительство и народ Соединенных. Штатов с понятной тревогой следили за событиями в отношениях между Китаем и Россией в той фазе, которая развилась из положения, возникшего в Северной Маньчжурии после событий 10 июля. 18 июля с. г. правительство САСШ в порядке переговоров между государственным секретарем и дипломатическими представителями пяти держав в Вашингтоне приняло меры к тому, чтобы было обращено внимание китайского и русского правительств на предписания договора об отказе от войны, подписанного как Китаем, так и Россией. Русское и Китайское правительства сделали в свое время публичные формальные заявления, в которых заверяли, что не прибегнут к войне, если только сами не подвергнутся нападению. С тех по«р этот договор был ратифицирован 55 державами, включая Китай и Россию. Американское правительство желает снова обратить внимание на предписания договора об отказе от войны, в особенности же на второй пункт договора, который гласит: «Высокие договаривающиеся стороны соглашаются, что они не будут искать никаких средств, кроме мирных, для разрешения или ликвидации конфликтов любого характера и происхождения, которые могут возникнуть между ними». Американское пра- 141
вительство пользуется случаем, чтобы выразить свою серьезную надежду на то, что Китай и Россия воздержатся или откажутся от враждебных мер и сочтут возможным придти между собой в ближайшее время к соглашению о разрешении мирными средствами всех вопросов, которые являются в настоящее время предметом конфликта между ними. Американское правительство полагает, что отношение, которое установится в будущем к Китаю и России со стороны общественного мнения мира, будет неизбежно в значительной степени зависеть от того, каким путем они выполнят эти свои священные обещания». Французская декларация почти идентична с американской. В тот же день норвежский посланник г. Урби вручил тов. Литвинову от имени Британского правительства заявление, аналогичное американскому, отличающееся от последнего лишь тем, что в нем не говорится о самостоятельных действиях Британского правительства, а делаются ссылки на шаги, предпринятые американским правительством, к которым Британское правительство присоединяется. III Вчера же тов. Литвинов от имени Союзного правительства передал г. Эрбетту для Французского и Американского правительств, а г. Урби— для британского правительства ответные заявления. Заявление, обращенное к Американскому правительству, гласит: «1. Союз Советских Социалистических Республик с первого дня своего существования ведет политику мира и, не в пример другим державам, ни разу не прибегал к военным действиям, если не считать необходимых мер обороны, вызванных прямым нападением на Союз пли вооруженным вмешательством некоторых держав в его внутренние дела. Этой политике мира он неуклонно следовал и намерен следовать независимо от парижского договора об отказе от войны. 2. Нанкинское правительство в течение последних лет, уклоняясь от обычных методов разрешения дипломатическим путем возникших споров, вело по отношению к Союзу Советских Социалистических Республик провокационную политику нарушения обычных международных норм и договоров, несмотря на то, что эти договоры не были навязаны Китаю силой оружия или другими мерами воздействия, а были заключены на основе полного равенства и добровольности, и что Советский Союз, как известно, добровольно отказался в этих договорах от экстерриториальности, консульской юрисдикции и других привилегий, отмены которых Китайское правительство до настоящего времени тщетно добивается у других держав. 3. Кульминационным пунктом этой политики явился захват Китайско- Восточной железной дороги без всякого предупреждения и предварительного предъявления каких-либо претензий, в нарушение существовавших соглашений о совместном управлении дорогой. 4. Союзное правительство полагает, что подобное поведение Нанкин- ского правительства, если бы оно имело место в отношении Соединенных Штатов Америки, Великобритании или Франции, рассматривалось бы правительствами этих стран как достаточный повод для использования оговорок, сделанных ими при подписании парижского договора об отказе от войны. Союзное правительство в свое время заявляло, что оно этих оговорок не признает и само пользоваться ими не намерено. 5. Нанкинское правительство не ограничилась незаконным захватом Китайско-Восточной железной дороги, но и мобилизовало вдоль советско-маньчжурской границы армию, отдельные части которой совместно 142
с включенными в нее контрреволюционными русскими бандами совершали систематические нападения на Союз Советских Социалистических Республик, переходя на советскую территорию, обстреливая части Красной Армии и пограничные селения, грабя и насилуя мирное население, причинив этими действиями значительные потери людьми и имуществом. Несмотря на многократные предостережения, сделанные Нанкинскому правительству через посредство Германского правительства, эти нападения не прекращались, а скорее учащались и делались все более интенсивными. Эти нападения вынудили советскую Дальневосточную армию в интересах обороны и ограждения пограничного мирного населения принять контрмеры. Таким образом, действия Красной Армии были вызваны соображениями абсолютно необходимой самозащиты и ни в какой мере не являются нарушением каких бы то ни было обязательств, вытекающих из парижского договора, чего нельзя сказать про находящиеся на китайской территории и в китайских портах вооруженные силы держав, обратившихся сего числа к Союзному правительству с идентичными заявлениями. 6. Союзное правительство констатирует, что правительство Соединенных Штатов Америки обратилось к нему со своим заявлением в тот момент, когда Советским и Мукденским правительствами согласован уже ряд условий и ведутся непосредственные переговоры, открывшие возможность скорого разрешения советско-китайского конфликта. В силу этого обстоятельства упомянутое обращение не может не рассматриваться, как ничем не оправдываемое давление на переговоры, и, следовательно, отнюдь не может считаться актом дружелюбным. 7. Союзное правительство далее констатирует, что парижский договор об отказе от войны не предусматривает для отдельного государства или группы государств функций охранителя этого пакта. Союзное правительство во всяком случае никогда не изъявляло согласия на то, чтобы какие бы то ни было государства сами или по взаимному соглашению между собой присвоили себе подобное право. 8. Союзное правительство заявляет, что советско-маньчжурский конфликт может быть разрешен только путем непосредственных переговоров между Советским Союзом и Китаем на основе условий, Китаю известных и Мукденским правительством уже принятых, и что оно не может допустить ничьего вмешательства в эти переговоры или в конфликт. 9. В заключение Союзное правительство не может не выразить своего изумления, что правительство Соединенных Штатов Америки, которое по собственному желанию не находится ни в каких официальных отношениях с правительством Советского Союза, находит возможным обращаться к нему с советами и указаниями». Заявления для Французского и Британского правительств вполне идентичны с вышеизложенным заявлением, с той лишь разницей, что в них отсутствует п. 9. 3 декабря 1929 г. «Лавестия», М 284, от 4 декабря 1929 г. 143
М 91 1929 г. декабря 7.—Сообщение Народного комиссариата по иностранным делам СССР о согласии мукденских властей с результатами переговоров в Никольск-Уссурийске. 5 декабря сего года Народным комиссариатом по иностранным делам получена из Мукдена нижеследующая телеграмма на китайском языке: «Москва. Народному комиссариату по иностранным делам СССР. Телеграмму Народного комиссариата по иностранным делам от 27-го числа получил. Так как важнейшая часть, подлежавшая обсуждению по пункту 2-му согласована представителями обеих сторон, посланными в Никольск- Уссурийск,—я настоящим специально заявляю свое полное согласие с результатами совещания. Кроме того, я немедленно посылаю дипломатического комиссара Цай Юн-шена, имеющего при себе официальные письменные полномочия, для обсуждения всех вопросов с представителем СССР СимановсКим согласно нашей телеграфной переписке и результатам совещания. Специально телеграфно довожу об этом до Вашего сведения. Чжан Сюэ-лян# 5-го числа». 6 декабря с. г. Народным комиссариатом по иностранным делам был отправлен нижеследующий телеграфный ответ: «Председателю Мукденского правительства маршалу Чжан Сюэ-ляну. Народный комиссариат по иностранным делам подтверждает получение вашей телеграммы от 5 декабря и имеет честь сообщить вам, что агенту НКИД г. Симановскому даны указания встретиться с г. Цаем. Временно исполняющий обязанности народного комиссара по иностранным делам Литвинов» «Известия», № 287, от 7 декабря 1929 е. № 93 1929 г. декабря 15.—Сообщение Народного комиссариата по иностранным делам СССР о прибытии в Хабаровск представителя мукденских властей и Нанкинского правительства. 13 декабря в Хабаровск прибыл дипломатический комиссар г. Цай Юнь-шен, снабженный письменными полномочиями от Мукденского и Нанкинского правительств для ведения переговоров с агентом НКИД в Хабаровске тов. Симановским. 14 декабря г. Цай вручил т. Симановскому нижеследующее письменное заявление: «Милостивый государь, по поручению Мукденского правительства и согласно протоколу, заключенному в Никольск-Уссурийске, имею честь просить Вас передать Вашему правительству, что председатель Правления КВЖД Люй Жунь-хуань 7 декабря с. г. приказом смещен с занимаемой им должности, и на его место впредь до назначения нового председателя временно исполняющим обязанности назначен Го Фу-мянь. 144
С совершенным почтением Цай Юнь-шен, дипломатический пред- ставитель Китая. r M 14 декабря, 18-й год Китайской Республики». Ввиду исполнения таким образом Мукденским правительством условия, выставленного в п. 1 Никольск-Уссурийского протокола о смещении председателя Правления КВЖД Люя, Советское правительство согласилось рекомендовать новых лиц на должности управляющего и помощника управляющего КВЖД, а именно тов. Рудого управляющим и т. Денисова помощником, назначение которых Правлением дороги ожидается в 1ближайшие дни. «Известия'», JVS 295, от 15 декабря 1929 г. № 93 1929 г. декабря 22.—Советско-китайский протокол о восстановлении положения на КВЖД. 22 декабря, в 7 час. 30 мин. утра по московскому времени в Хабаровске агентом НКИД в Хабаровске то