ГангуТ
А. А. Чернышев
Добрый почин
Российского
флота
НАУЧНО-ПОПУЛЯРНЫЙ
СБОРНИК СТАТЕЙ
ПО ИСТОРИИ ФЛОПА.
И СУДОСТРОЕНИЯ :
К 300-летию ОТЕЧЕСТВЕННОГО ФЛОТА
Российский галерный
флот в кампанию
1714 года
Ю. Е. ТРУБКИН
27 июня 1709 года — переломный
момент в Северной войне 1700—1721 го-
дов. В этот день в сражении под Пол-
тавой Российская армия разбила войска
шведского короля Карла XII. Но не-
смотря на сокрушительное поражение,
Швеция продолжана упорно бороться
за свои прибалтийские владения.
Русское командование в кампанию
1712 года намеревалось комбинирован-
ным наступлением сухопутной армии,
галерного и корабельного флотов вы-
теснить шведские войска из Финляндии
и овладеть Гельсингфорсом (ныне —
г. Хельсинки). Наступлению армии
генерал-адмирала графа Ф. М. Апрак-
сина должен был содействовать галер-
ный флот, состоявший из 12 скампавей
и 12 бригантин под командованием
шаутбенахта графа И. Ф. Боциса.
В июле 1712 года он прорвался в фин-
ляндские шхеры, где полностью рас-
строил снабжение шведской армии гене-
рала Либекера. Однако появление в Фин-
ском заливе корабельного флота про-
тивника и наступающая осень не поз-
волили русскому командованию развить
успех.
В летнюю кампанию 1713 года
Петр I предполагал занять Финляндию,
включая города Гельсингфорс и Або
© Ю. Е. Трубкин, 1992
2—3
Ф. М. Апраксин. Художник П. В. Жуковский
(ныне — Турку). Галерный флот усилили
за счет ввода в строй новых гребных
судов, построенных в основном на верфях
Санкт-Петербурга. К весне 1713 года он
состоял из трех полугалер, 60 скам-
павей, 30 бригантин и 60 карбасов
и, включая транспорты, насчитывал 203
судна, которые могли перевезти 16 200
десантников.
Петр торопился с началом' боевых
действий. Ему удалось овладеть Гель-
сингфорсом, но приход к полуострову
Гангут шведской эскадры не позволил
отряду шаутбенахта И. Ф. Боциса
прорваться в Або — Аландский район.
В следующем, 1714 году Петр решил
окончательно овладеть Финляндией и
Аландским архипелагом для последую-
щего перенесения военных действий
на территорию Швеции. Зимой 1713—
1714 годов галерный флот усилился,
главным образом, путем замены мел-
ких гребных судов скампавеями и в
кампанию 1714 года состоял из трех
дивизий по три отделения (11 скам-
павей) каждая; всего 99 скампавей с
экипажами и десантом численностью
16 000 человек.
Шведское командование, обобщив
опыт прошлых кампаний, сосредоточило
главные усилия на подготовке корабель-
ного флота. Не имея в достаточном
количестве гребных судов, способных
действовать в шхерах, шведы обратили
внимание на отдельные участки фин-
ляндского побережья со свободными
от островов и каменных рифов выхо-
дами в открытое море, которые их ко-
рабли могли контролировать и пере-
крыть проход русским скампавеям.
25 апреля к Гангутскому полуострову
подошел шведский флот адмирала
Г. Ватранга. В следующем месяце у
южного берега острова Аланд занял
позицию шхерный отряд шаутбенахта
Таубе. В июне еще три шведских фре-
гата и 10 гребных судов перешли к
Гангуту. Таким образом под началом
адмирала Г. Ватранга оказались 17 ко-
раблей, четыре фрегата, два бомбар-
дирских корабля и более 10 вспомога-
тельных судов. Командующему флотом
подчинялись вице-адмирал Э. Лилье,
шаутбенахты Н. Эреншельд и К. Анкерн-
штерн.
9 мая 1714 года российский галер-
ный флот вышел из Санкт-Петербурга
в Кроншлот, откуда под командованием
генерал-адмирала Ф. М. Апраксина 20
мая направился в Гельсингфорс. Пе-
реход гребных судов до Березовых
островов прикрывал корабельный флот
в составе девяти кораблей, пяти фре-
гатов и трех шняв, после чего Петр I
увел эскадру в Ревель. Галерный же
флот 11 июня прибыл в Гельсингфорс.
Для обеспечения дальнейшего перехода
галер из Гельсингфорса в Або Ф. М. Ап-
раксин создал в городе Пойа времен-
ный провиантский магазин.
26 июня скампавей бросили якоря
у юго-восточного побережья полуострова
Гангут на рейде Тверминде. Дальней-
ший путь в Або преграждал швед-
ский флот адмирала Г. Ватранга.
Не теряя времени, Ф. М. Апраксин
высадил десант на полуостров, орга-
низовал наблюдение за шведским флотом
и перевел провиантский магазин из
Пойа в город Экенес. 20 июля в Твер-
минде из Ревеля прибыл Петр I. К тому
времени российский корабельный флот,
пополненный пришедшими из Архангель-
ска в Ревель и купленными за грани-
цей судами, по численности сравнялся
со шведским, но по качеству кораблей,
артиллерийскому вооружению и уровню
подготовки моряков значительно уступал
противнику. Так, на шведских кораблях
насчитывалось 980 орудий, а на рус-
ских — 832. Значительная часть кораб-
лей строилась в странах Западной Евро-
пы, и многие уже успели побывать в
составе иностранных флотов. Но самое
главное — вспыхнувшая в Ревеле эпиде-
К 300-ЛЕТИЮ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ФЛОТА
Гангутское сражение Художник П. Н. Вагнер
мия чумы свела боеспособность флота
почти к нулю. В результате в течение
летней кампании 1714 года он оставался
в Ревеле, и все надежды командования
возлагались на галерный флот, прорыв
которого в Або — Аландский район мог
существенно изменить положение на
театре военных действий. Но шведский
флот, заняв позицию у южного берега
полуострова Гангут, преграждал дорогу
на запад.
В полдень 25 июля русские моряки
услышали пушечную пальбу. Генерал-
адмиралу Ф. М. Апраксину доложили
с брандвахтенного судна: эскадра в сос-
таве 14 вымпелов под командованием
вице-адмирала Лилье отделилась от
шведского флота, взяв курс на юго-
восток. Вечером того же дня Апраксин
отправил к передовому отряду бригадира
Я. Ф. Лефорта (15 скампавей) 20 скам-
павей под командованием • капитан-ко-
мандора М. X. Змаевича. С этим отря-
дом для проведения рекогносцировки
отправился и шаутбенахт Петр Михайлов
(Петр I). Прибыв на передовые по-
зиции, он обнаружил на Гангутском
плесе шесть кораблей и три фрегата
шведов. Флаги вице-адмирала Лилье
и шаутбенахта Эреншельда на кораблях
почему-то не были подняты.
Вечером 25 июля слабый юго-восточ-
ный ветер стих, и ночью установился
полный штиль. В 3 часа утра Петр .1
собрал военный совет для обсуждения
вопроса о прорыве галерного флота
в Аландские шхеры. Совет постановил:
пользуясь безветрием, скампавеям пере-
дового отряда . пройти мористее швед-
ского флота. Основным силам галерного
флота, предписывалось выйти из фьорда
Тверминде и в зависимости от метеороло-
гических условий прорваться в западные
шхеры.
В 9 часов утра отряд, насчитывавший
19 скампавей, под командованием капи-
тан-командора М. X. Змаевича, брига-
дира Волкова и капитана П. П. Бредаля
начал прорыв. Операция была крайне
рискованной, так как в любой момент
мог подуть ветер и привести в движение
корабли противника. Как показали даль-
нейшие события, риск блестяще оправ-
дался.
Шведский флот, ослабленный отделе-
нием эскадры вице-адмирала Лилье
и отряда шаутбенахта Эреншельда
и скованный безветрием, не смог про-
тиводействовать прорыву. Адмирал Ват-
ранг попытался сблизиться с идущими
на веслах русскими скампавеями, букси-
руя свои корабли ботами и шлюпками.
Но скорость буксировки 50—60-пушеч-
ных кораблей была настолько мала,
что они смогли отойти от берега на
небольшое расстояние, а интенсивный
артиллерийский огонь, из-за большой
дистанции, никакого вреда русским су-
дам не причинил. Оценив успех пере-
дового отряда, Петр I приказал осу-
ществить прорыв еще 15 скампавеям
под командованием бригадира Я. Ф. Ле-
форта, капитанов И. А. Дежимона и
М. Гриса.
В 10 часов Лефорт вывел свои суда
на Гангутский плес. В это время подул
4—5
слабый ветер, и шведские корабли, ла-
вируя между многочисленными острова-
ми и отмелями, стали приближаться
к скампавеям. Опередив противника, рус-
ский отряд без потерь прорвался в
шхеры.
Накануне этих событий Петр I при-
казал построить переволоку через самый
узкий перешеек полуострова Гангут.
Перетащив несколько скампавей, Петр
хотел привести шведов в «конфуз».
Узнав об этом от местных жителей,
адмирал Ватранг приказал шаутбеиахту
Эреншельду отправиться во главе отря-
да, состоящего из гребного фрегата,
шести галер и двух шхерботов, к за-
падной части переволоки. Он должен
был артиллерийским огнем уничтожить
русские скампавей во время их спуска
иа воду. Эскадра под командованием
вице-адмирала Лилье, в составе де-
сяти_ кораблей, двух фрегатов и двух
бомбардирских кораблей, получила при-
каз идти во фьорд Тверминде для атаки
русских судов.
25 июля адмирал Г. Ватранг ожидал
прибытия шхерного отряда шаутбенахта
Таубе, но тот, увидев, как на подходе
К 300-ЛЕТИЮ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ФЛОТА
к Гангуту «русский галерный флот
огибает Гангутский полуостров», «чтобы
не быть взятым», увел свой отряд обратно
к Аландским островам*.
Между тем события стремительно раз-
вивались. При входе в шхеры скам-
павеи капитан-командора М. X. Змаевича
захватили шведский четырехпушечный
почтовый бот. К моменту завершения
прорыва двух отрядов русскому командо-
ванию стало известно о прибытии к
западному берегу полуострова Гангут
отряда шаутбенахта Н. Эреншельда,
и Петр приказал Змаевичу немедленно
атаковать его.
К этому времени главные силы рос-
сийского галерного флота вышли с рейда
Тверминде, но слабый ветер не позволял
осуществить прорыв. Между тем эскадра
вице-адмирала Лилье повернула на
запад на соединение с кораблями Ват-
ранга. Вечером вновь установился штиль.
Шведский командующий, опасаясь за
оставшиеся у берега гребные суда,
* Материалы для истории Гангутской
операции. Пг„ 1915. Выпуск II. С. 193.
Выход галер российского флота на Гангутский плес 27 июля 1714 года
6—7
приказал им присоединиться к главным
силам флота. Этим от полностью оголил
проходящий у берега фарватер.
Петр I решил воспользоваться оплош-
ностью противника. План царя-шаутбе-
нахта Петра Михайлова заключался в
том, чтобы провести основные силы
галерного флота между берегом и швед-
скими кораблями. Полный штиль спо-
собствовал выполнению этого плана,
а утренний туман скрыл от шведов
приготовления российского флота. В 4
часа утра 27 июля 65 скампавей пост-
роились в длинную кильватерную колон-
ну и направились на Гангутский плес.
Авангард шел под командованием гене-
рала А. Вейде, кордебаталию воз-
главил генерал-адмирал Ф. М. Апраксин,
а арьергард—генерал князь М. М. Го-
лицын.
Прорыв галерного флота явился пол-
ной неожиданностью для противника.
Отчаянные попытки шведов выйти на
дистанцию эффективного артиллерий-
ского огня опять-таки путем буксировки
кораблей ботами и шлюпками успеха
не имели. Лишь одна скампавея «Кон-
фай», наскочившая на камень, стала
их добычей. Четверо офицеров, трое
служащих и 179 нижних чинов попали
в плен. Остальные галеры без потерь
проскочили в шхеры. В итоге, к полуд-
Таблица 1
Шведские суда, взятые в плен 26—27 июля 1714 года
Тип судна	Название	Число орудии	Число Xкалибр орудии в фунтах
Фрегат	«Элефант»	18	14X12, 4X3
Галеры	«Эрн»	16	2X36, 14X3
	«Трона»	16	2X18, 14X3
	«Грипен»	16	2X18, 14X3
	«Лаксен»	12	2X6, 10X3
	«Гедан»	12	2X6, 10X3
	«Валфиш»	12	2X6, 10X3
Шхерботы	«Флюндра»	6	4X3, 2X1
	«Мортан»	4	2X3, 2X1
	«Симпан»	4	4X1
Всего орудий		116	2X36. 4X18, 14x12. 6x6. 82x3. 8x1
Таблица 2
Потери российского флота в личном составе в Гангутском сражении 27 июля 1714 года
	Убито	Ранено
Пехотный десант: бригадиров	—	1
ПОЛКОВНИКОВ	1	—
капитанов	2	7
поручиков	2	4
подпоручиков	2	3
прапорщиков	—	2
адъютантов	1	—
урядников и рядовых	103	309
Всего	111	326
Морские служители: подкомитов	5	3
пушкарей	2	5
матросов	6	8
Всего	13	. 16
Итого офицеров и младших чинов	124	342
К 300-ЛЕТИЮ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ФЛОТА
Таблица 3
Потери шведского флота в личном составе накануне и в ходе Гангутского сражения
26—27 июля 1714 года
	До боя	После боя	
		пленные (в том числе раненые)	убитые
Морских офицеров: шаутбенахт	1	1		
капитан-командор	1	1	—
капитанов	3	1	2
лейтенантов	7	5	2
Сухопутных офицеров: капитан	1	1	—
лейтенантов	6	3	3
фендрихов	3	I	2
других чинов	3	3	—
Всего офицеров	25	16	9
Служащих: священник	1	1	—
лекарь	1	1	—
писарь	1	1	—
Всего служащих	3	3	—
Младших чинов: унтер-офицеров, матросов и солдат	913	561	352
Итого	941	580	361
ню 27 июля 1714 года западнее полу-
острова Гангут сосредоточился россий-
ский галерный флот в составе 98 скам-
павей с шестнадцатитысячным десантом
на борту.
В то же самое время шведский отряд
шаутбенахта Н. Эреншельда в Рилакс-
фьорде подготовился к бою. Шведские
суда расположились в виде полумесяца,
обращенного выгнутой стороной к рос-
сийскому флоту. В центре находился
флагманский фрегат «Элефант»; фланги,
состоявшие из трех галер каждый,
упирались в острова. Этим шведы обес-
печивали себя от окружения. Два
шхербота стояли под носом и кормой
фрегата. Их пушки перекрывали прост-
ранство между флагманским судном
и галерами.
Заняв такую позицию, Эреншельд не
позволил Петру I использовать из-за
ограниченности акватории весь галерный
флот. Выделенный для боя авангард
включал всего 23 скампавей. Русское
командование приготовило суда к фрон-
тальной атаке. Против фланговых галер
противника выделялись 12 скампавей,
разделенных на два отряда и состоящих
из трех колонн по две скампавей в
каждой. Таким образом, на русских
флангах насчитывалось по шесть скам-
павей. Правым командовали генерал
А. Вейде и капитан-командор М. X. Змае-
вич. Левый подчинялся бригадиру Вол-
кову и капитану Л. М. Демиани. Центр,
состоявший из 11 скампавей, распо-
лагался в одну линию и возглавлялся
бригадиром Я. Ф. Лефортом и капи-
таном И. А. Дежимоном. За авангардом
одна за другой стояли флагманские
скампавей Петра I и Ф. М. Апраксина,
а за ними — основные силы флота из
73 скампавей.
Бой в Рилакс-фьорде начался в 15 ча-
сов, после того как шаутбенахт Н. Эрен-
шельд категорически отверг предложение
Петра сдаться. В первой атаке рус-
ский авангард, силы которого были
равномерно распределены по всему фрон-
ту, отступил, не выдержав артиллерий-
ского огня шведов. После второй, также
неудачной, атаки Петр I приказал ата-
ковать галеры противника, стоящие на
флангак. Эта — третья — атака принес-
ла успех. Скампавей, захватив в абор-
дажном бою одну за другой шведские
галеры, окружили флагманский фрегат
и шхерботы. Шведы сопротивлялись
мужественно и отчаянно, сражение носи-
ло исключительно ожесточенный харак-
тер. Бой завершился к 17 часам за-
хватом фрегата. Раненый шаутбенахт
8—9
Торжественный ввод в Неву взятых в плен в Гангутском сражении шведских кораблей.
С гравюры А. Ф. Зубова
Н. Эреншельд пытался бежать на
шлюпке, но был взят в плен. Над всеми
судами шведского отряда развевались
российские флаги.
В результате одержанной победы
российский флот захватил фрегат, шесть
галер и три шхербота. Шведы потеряли
361 человека убитыми, в плен попали
580 человек. Потери российского флота
составляли 124 убитых, 342 раненых
и 186 пленных, взятых на скампавее
«Конфай».
Теперь Петр I без труда мог реализо-
Аландского архипелага и западного по-
бережья Финляндии. После завершения
церемониала празднования победы га-
лерный флот в составе 92 скампавей
направился в Аландский шхерный район.
Потеряв несколько дней в архипелаге
в ожидании доставки продовольствия,
флот 22 августа продолжил поход в
Ботнический залив. Его путь проходил
вдоль финляндского побережья, где
укрываться во время штормовой погоды
было практически негде. В результате
в конце августа 1714 года, попав в
шторм, он потерял одну скампавею,
а три получили повреждения.
10 сентября галерный флот подошел
к городу Ваза. На следующий день
для разведки и «сыскания лоцманов»
генерал-адмирал Ф. М. Апраксин отпра-
вил к шведским берегам отряд из де-
вяти скампавей под командованием гене-
рал-майора Головина. В тот же день
основные силы флота поднялись на 10
миль к северу от города Ваза, достигнув
Никарлби, где в течение двух дней
укрывались от непогоды. 13 сентября,
воспользовавшись попутным северо-за-
падным ветром, галерный флот пошел на
юг, к городу Кристинштадт. На пере-
ходе русские моряки попали в «великий
шторм», от которого укрылись за остро-
вами Шхелм-шхер, в четырех милях
от Кристинштадта. 5 октября «с великим
трудом и опасностью» галеры достигли
островов Рефсю, расположенных напро-
тив города Беренбурха, где и простояли
К 300-ЛЕТИЮ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ФЛОТА
десять дней. 15 октября к основным,
силам флота присоединился отряд гене-
рал-майора Головина.
В донесениях Петру I о действиях
этого отряда говорилось: «...до берега
шведского он дошел и подошел до
шведского местечка Умо, где обретался
шведский генерал-майор Ромео. Головин
высадившись с 800 солдатами распугал
шведов, которые побросав кафтаны и
ранцы разбежались по лесу...»*. При
возвращении отряд попал в сильный
шторм, и пять скампавей разбились
о скалистый берег, при этом три офи-
цера и 50 нижних чинов погибли.
29 октября флот прибыл к Ништадту.
Еще летом российское командование ре-
шило оставить здесь галеры на зимовку.
В течение кампании 1714 года рос-
сийский галерный флот прошел 600 миль,
потеряв 16 скампавей. В боях и похо-
дах русские моряки приобрели ценный
боевой опыт, который использовали в
последующих боевых операциях. Слав-
ная Гангутская виктория была первой
морской победой молодого русского фло-
та над шведским. Она позволила России
утвердиться на Балтике, закрепив успехи
в сражениях на суше.
* Материалы для истории Гангутской
операции. Пг., 1915. Выпуск II. С. 451.
Добрый почин
Российского флота
А. А. ЧЕРНЫШЕВ
Над седой Балтикой дули теплые май-
ские ветры 1719 года. Северная война
приближалась к победоносному для России
завершению.
Начавшаяся в 1700 году борьба со Шве-
цией за выход к Балтийскому морю нас-
тоятельно потребовала от России создания
военного флота, без которого невозможно
было достичь этой цели. Еще Азовские
походы 1695—1696 годов показали, что одна
армия без флота взять приморскую крепость
не в состоянии.
В 1702 году Петр I приступил к строитель-
ству Балтийского флота, заложив на реке
Сясь верфь и начав на ней постройку первых
шести фрегатов. В следующем году была
основана Олонецкая верфь на Свири. В
1704 году начали строительство адмирал-
тейства в. Санкт-Петербурге, а для защиты
города с моря заложили Кроншлот—пер-
вый форт будущей морской крепости. Военное
судостроение набирало силы также и в Архан-
гельске.
Для совместных действий с армией у
побережья и в финских шхерах строился
гребной флот — галеры, скампавей, бриган-
тины, карбасы, иолы, боты. Корабельный
флот для действий в открытом море по-
полнялся шнявами, фрегатами, кораблями.
Уже в 1705 году молодой Российский
флот с честью выдержал первое серьезное
испытание. Встав у острова Котлин, корабли
при содействии пушек Кроншлота и построен-
ных на острове батарей блистательно отбили
нападение сильного шведского флота. По-
лучив хороший урок, противник стал осто-
рожнее и больше у Котлина не показывался.
В первый период войны (до 1710 года),
несмотря на то что шведский флот господ-
ствовал в Финском заливе, русский гребной
флот оказал значительное содействие сухо-
путным войскам. Деятельность же корабель-
ного флота пока ограничивалась охранением
Котлина и недальними практическими плава-
ниями для обучения экипажей.
Разгромив отборные войска Карла XII на
Украине, в Эстляндии, Лифляндии и на
Карельском перешейке, русские войска при
содействии флота в 1710 году овладели
Кексгольмом, Выборгом, Ревелем, Ригой
и островом Эзель. Получив выход к морю на
всем южном берегу Финского залива и этим
обезопасив новую столицу и центры корабле-
строения, Россия быстро наращивает мощь
своего флота. В том же году из Архан-
гельска на Балтику отправились три первых
фрегата, построенные на Соломбальской
верфи. В 1711 —1713 годах ряд кораблей
был куплен за границей — в Англии, Франции
и Голландии. Невооруженные, под коммер-
ческими флагами они приходили в Ревель —
передовую базу Балтийского флота. Здесь
на кораблях устанавливали орудия, наемную
команду сменял русский экипаж, поднимался
военный флаг, • и они вступали в состав
Балтийского флота.
В 1711—1715 годах русские моряки дей-
ствуют все активнее. Отряды корабельного
флота осуществляют крейсерские операции
в Балтийском море, высаживают небольшие
десанты для разведки и диверсий на острова
у побережья Швеции. Гребной флот в эти
же годы действует в шхерах Финского
и Ботнического заливов, содействуя сухо-
путным войскам в освобождении ,от шве-
дов территории Финляндии.
В 1714 году русский корабельный флот
по численности уже сравнялся со швед-
ским, а гребной значительно превосходил
противника. «Теперь, — писал Петр Менши-
кову, — дай Боже милость свою! Попытаться
© А. А. Чернышев, 1992
10—11
можно». Однако шведский флот все еще
превосходил русский в качественном отно-
шении. Построенные опытными мастерами
из хорошо просушенного леса шведские ко-
рабли были, в основном, более быстро-
ходными. А главное, шведы имели богатый
опыт морских сражений. Несмотря на это,
русский флот одержал ряд побед, захватив
при этом более 20 кораблей противника.
Но все они, в том числе и Гангутская, были
достигнуты в результате абордажных схваток.
В морском (чисто артиллерийском) бою
противники еще не сходились. Дважды за
эти годы русские моряки имели возмож-
ность сразиться со шведскими кораблями
в море. В 1713 году эскадра адмирала
Крюйса в составе семи кораблей обнару-
жила в море три шведских корабля и на-
чала преследование. Но из-за допущенных
ошибок, которые можно объяснить недоста-
точным опытом, погоня закончилась неуда-
чей. Уже сблизившись со шведами на дис-
танцию выстрела, два передних корабля
сели на мель, а остальные, неправильно
поняв сигнал флагмана, прекратили преследо-
вание противника. Во втором случае, 17 июня
1714 года, шведская эскадра подошла к
Ревелю. Русские корабли стояли на рейде
на якорях, большая часть экипажей нахо-
дилась на берегу. Пока люди были пере-
везены обратно и корабли буксировались
гребными судами, из-за противного ветра
в море, шведы успели уйти. Семь часов
русские корабли пытались догнать про-
тивника, но, пользуясь преимуществом в
скорости, шведы оторвались от преследова-
телей. После Гангутской победы соотношение
сил сторон изменилось. Теперь уже рус-
ский флот искал встречи с противником
для решающего сражения, а шведский укры-
вался в своих базах.
В июле 1716 года русская эскадра пришла
в Копенгаген. Предполагалось высадить
десант союзных войск на южное побе-
режье Швеции. На восточном берегу такую
же операцию должен был выполнить русский
гребной флот. Нерешительность союзников
России не позволила осуществить смелый
замысел, нанести Швеции решительный удар
и закончить войну в том же году. В августе
Типы некоторых военных судов, построенных в царствование Петра Великого.
Из книги Ф. Ф. Веселаго «Очерк русской морской истории» (СПб., 1875)
К ЗСО-ЛЕТИЮ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ФЛОТА
Бой у острова Эзель 24 мая 1719 года. Художник А. П. Боголюбов
Петр I, подняв флаг на своем любимце
«Ингерманланде», вступил в командование
четырьмя объединенными флотами (англий-
ским, голландским, русским и датским).
5 августа флоты вышли из Копенгагена
в Балтийское море для генерального сражения
со шведским флотом. Но противник, извещен-
ный о приготовлениях союзников, избегал
столкновений с явно превосходящими силами.
Шведские корабли стояли в базах под при-
крытием мощных фортов и на этот раз
избежали разгрома.
Наступил 1719 год. В конце апреля, как
только сошел лед на Ревельском рейде,
в море вышла крейсерская эскадра капи-
тан-командора Фангофта. Целью ее похода
была разведка расположения и числа вра-
жеских кораблей и войск. Предполагалось
высадить на западный берег острова Эланд
разведчиков для захвата «языков». Однако
удобного для высадки места, не охраняемого
шведами, не обнаружили, и эскадра ушла в
море, где корабли захватили несколько
«призов». От шхипера одного из них ко-
мандир фрегата «Лансдоу» капитан А. Апрак-
син узнал, что в районе Пиллау находится
несколько шведских кораблей, прибывших
для конвоирования в Стокгольм транспортов
с зерном. Эти сведения немедленно напра-
вили в Адмиралтейство. 10 мая генерал-
адмирал Ф. М. Апраксин приказал капитану
2 ранга Н. А. Синявину немедленно отправ-
ляться в Ревель и, приняв под свое ко-
мандование семь кораблей, идти в море.
В этом же указе Апраксин предписывал:
«1. Когда пройдете Наргин и Оденсгольм,
объявить капитанам, которые будут с вами
на кораблях для чего и куда- вы посланы,
дабы егда штормом или туманом разлу-
чатся, знали б где друг друга найти.
2. Идти к Пиллау и искать трех швед-
ских кораблей, которые там стоят для про-
вожания хлеба оттоль в Стокгольм, а буде там
нет идти к Данцигу и в обоих тех местах
об них осведомляться, и ежели найдете, то
чинить над ними промысел так как доброму
и верному офицеру надлежит.
3. В сем курсе далее не быть двух недель».
15 мая Синявин вышел в море. В состав
эскадры входили два корабля, купленные в
Амстердаме, — «Портсмут» (брейд-вымпел
Н. Синявина), «Девоншир» (командир капи-
тан 3 ранга К. Зотов), четыре корабля,
построенные в Архангельске, — «Ягудиил»
(капитан-поручик Д. Деляп), «Уриил» (капи-
тан 3 ранга В. Торнгоут), «Рафаил» (ка-
питан 3 ранга Я. Шапизо), «Варахаил»
(капитан 2 ранга Я. Стихман) и шнява
«Наталия» (лейтенант С. Лопухин). После
длительного и настойчивого поиска в ночь на
24 мая, находясь между островами Эзель
и Готско-Сандо, Синявин обнаружил на
горизонте три корабля, идущие без флагов.
Русские суда, построенные в одну кильва-
терную колонну, начали преследование, искус-
но маневрируя против ветра.
В начале пятого, когда «Портсмут» и «Де-
воншир» подошли на пушечный выстрел к
преследуемым, Синявин, державший до той
12—13
поры на своих судах шведские флаги, сделал
два выстрела ядрами, чтобы заставить нас-
тигнутые суда показать свои флаги. Когда
на них подняли шведские флаги, а на флаг-
манском корабле командорский брейд-
вымпел, на судах русской эскадры взвились
Андреевские флаги, а на «Портсмуте» кроме
того брейд-вымпел и красный флаг (сигнал
начать бой), и баталия началась. Шведы,
стремясь оторваться от русских кораблей,
вели огонь, в основном, по рангоуту и та-
келажу. Во время перестрелки на «Порт-
смуте», который приблизился к шведскому
флагману, были перебиты штаги и марса-
фалы, отчего оба марселя упали на эзель-
гофты. Корабль шведского капитан-коман-
дора начал уходить, а шедший сзади него'
фрегат, атакованный «Девонширом», стал
приближаться к «Портсмуту» с кормы.
Поворотясь к нему бортом, Синявин встретил
фрегат продольными картечными выстрелами
из всех орудий нижнего дека и заставил
спустить флаг, что сделала и шедшая вместе
с фрегатом бригантина.
«Портсмут», «Девоншир» и шнява «Ната-
лия» остались сторожить сдавшиеся суда,
а остальные русские корабли по сигналу
Синявина продолжали погоню за шведским
флагманом. В начале двенадцатого часа
«Рафаил» первым догнал неприятельский
корабль и атаковал его с правого борта.
В это же время к другому борту шведского
корабля подошел «Ягудиил» — на такое
близкое расстояние, что с его марсов можно
было бросать гранаты на неприятельскую
палубу. Деляп хотел было свалиться на
абордаж, но увидев, что на шведском ко-
рабле все люди выскочили наверх, немного
изменил курс и сделал всем бортом залп,
которым перебил много шведов и нанес
повреждения такелажу.
Между тем Синявин, исправив насколько
можно было повреждения на своем корабле,
также бросился в погоню за шведским
флагманом. С «Портсмутом» пошла и «Ната-.
лия», а капитана Зотова с «Девонширом»
оставили охранять пленные суда. Имея
сильные повреждения и вндя, что прибли-
жаются другие русские корабли, шведский
капитан-командор приказал спустить флаг,
но это не смогли быстро исполнить, потому
что фалы были перебиты. «Рафаил» при этом
успел сделать последний залп по неприятель-
скому линейному кораблю, которым ранило
и самого капитан-командора. Шедшие кон-
цевыми «Уриил» и «Варахаил» опоздали
и не участвовали в бою, о них в донесении
Синявина командованию вовсе не упоми-
нается.
Поскольку неприятель, стремившийся отор-
ваться от преследования, обстреливал глав-
ным образом рангоут, потеря русской эскадры
в людях была весьма незначительна: убитых
и раненых на всех кораблях насчитывалось
18 человек (из них семь убитых и девять
раненых на «Ягудииле»). Такелаж на этом
корабле до того пострадал, что после сдачи
шведского корабля с «Ягудиила» не смогли
спустить шлюпку. Потери шведов составляли
около 50 убитых и 13 раненых.
Это первое действительно морское сражение,
исход которого решили опыт командиров
и выучка всей команды и, в первую очередь,
комендоров, Петр 1 назвал добрым почином
Российского флота. Царь собственноручно
написал Синявину благодарственное письмо
и произвел его через чин из капитанов 2 ранга
в капитан-командоры. Все участвовавшие в
сражении командиры получили повышение в
чинах и золотые медали.
Эзельское сражение не только подтвердило,
что Россия имеет мощный корабельный
флот, но и показало, что у нее есть свои
моряки, способные успешно командовать ‘Ко-
раблями и эскадрами. Ведь всего за 20 лет
до этого дня, во время первого морского
похода русского регулярного флота от Азова
до Керчи в 1699 году, не только все командиры
и офицеры, но и большая часть матросов на
кораблях были иностранцами. Петр I, вынуж-
денный в то время набирать командиров
и матросов за рубежом, неустанно растил
своих, русских моряков, которые в недалеком
будущем прославили Россию морскими викто-
риями при Гангуте и Эзеле.
К 300-ЛЕТИЮ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ФЛОТА
В ДЫМУ МОРСКИХ СРАЖЕНИИ
Крейсеры „Жемчуг"
и „Изумруд"*
А.	А. АЛЛИЛУЕВ
Их было три — однотипных быстро-
ходных крейсера: «Новик», «Жемчуг»,
«Изумруд». Судьба привела всех в воды
Тихого океана, и там они завершили
свою недолгую жизнь. Всем трем кораб-
лям поставили памятники. О первом из
них мы уже рассказали**, историю двух
других предлагаем вашему вниманию.
Обострившаяся политическая обста-
новка на Дальнем Востоке вынудила Рос-
сийское Морское министерство в допол-
нение кораблестроительной программы
1895 года принять новую — 1898 года,
в которой предусматривалось, в частнос-
ти, строительство шести крейсеров 2-го
класса (иначе — бронепалубные I ранга)
и десяти крейсеров 3-го класса (броне-
палубные крейсеры II ранга). В то
время в составе Российского флота не
было крейсеров 11 ранга специальной
постройки. Числившиеся в этом классе
* По материалам ЦГАВМФ, ф. 421.
** См.: Гангут, выпуски 2 и 3.
© А. А. Аллилуев, 1992
14—15
кооабли являлись, по существу, довольно
устаревшими клиперами, построенными в
конце 70-х годов XIX века. Между тем на
рубеже веков оперативно-тактические
взгляды на использование флота возла-
гали на этот класс кораблей новые зада-
чи: ближнюю разведку при эскадре,
защиту ее от неприятельских мино-
носцев и поддержку атак своих минонос-
цев. Не исключалась и возможность ис-
пользования крейсеров II ранга на
коммуникациях противника (дальность
плавания задавалась, как и у крейсеров
I ранга, не менее 5000 миль при
скорости 10 уз).
Слившись с ранее принятой корабле-
строительной программой 1895 года, но-
вая программа не могла быть осу-
ществлена силами только отечественной
судостроительной промышленности, и
первые намеченные к постройке корабли
заказали иностранным фирмам. Крупные
частные верфи, составлявшие основу
зарубежного судостроения, в России
практически отсутствовали, а производи-
тельность казенных верфей и заводов к
началу XX века начала быстро отставать
от быстрорастущих потребностей морско-
го ведомства. -
В соответствии с тактико-техническими
заданиями на новые крейсеры, подготов-
ленными Морским техническим комите-
том (МТК) 1 апреля’ 1898 года («Про-
грамма для проектирования крейсера в
6000 тонн» и «Программа для проекти-
рования крейсеров в 3000 тонн»),
иностранные фирмы приступили к разра-
ботке предварительных проектов этих ти-
пов крейсеров. При этом скорость малых
крейсеров увеличивалась до 25 уз по
сравнению с 23-узловой у 6000-тонных
крейсеров, а вооружение составляли
120-мм и 47-мм орудия (вместо 152-мм
и 75-мм на крейсерах I ранга); толщина
бронирования строго не оговаривалась.
Уже в мае 1898 года свои проекты
представили итальянская фирма «Ан-
сальдо» и немецкие фирмы «Шихау»,
«Крупп» и «Говальдтсверке». Полной не-
ожиданностью для Морского минис-
терства явилось то, что 11 июня предста-
вил на конкурс свои проекты и петер-
бургский частный «Невский судострои-
тельный и механический завод». Этот на-
ходившийся на окраине Петербурга
вверх по течению Невы и в просторе-
чии называвшийся «семянниковским» (по
фамилии одного из прежних владельцев)
завод к концу века влачил довольно
жалкое существование, хотя именно на
нем в 1860-х годах в ряду других
В ДЫМУ МОРСКИХ СРАЖЕНИЙ
предприятий зарождалось отечественное
металлическое судостроение. В 1891 году
завод прибрело вновь организованное
«Московское товарищество Невского су-
достроительного и механического за-
вода». Самым видным акционером стал
С. И. Мамонтов, один из крупнейших про-
мышленников того времени, известный
еще и как миллионер-меценат всей ху-
дожественной интеллигенции тогдашней
России. «Добрейший» Савва Иванович,
щедро раздавая взятки, буквально с пер-
вых дней завалил завод заказами. А в
конце 1890-х годов «Московское това-
рищество» сделало ставку на судострое-
ние — благодаря энергии Мамонтова
был получен довольно крупный заказ на
постройку миноносцев. В новой, Квантун-
ской области России, в Порт-Артуре да-
же создали филиал Невского завода для
сборки и достройки этих кораблей. Актив-
но включилось «Товарищество» и в борь-
бу за получение заказов на строительство
для отечественного флота быстроходных
«крейсеров в 3000 т и-6000 т». Сопроводив
представленные проекты письмом на имя
управляющего Морским министерством
вице-адмирала П. П. Тыртова, правление
Невского завода извещало, что, «решив
переустроить Невский завод в специаль-
но-судостроительный ... оно приступило
к производству работ, необходимых для
возможных заказов на минные суда. Од-
нако, при предпринятом коренном пере-
оборудовании скоро выяснилось, что по
условиям, в которых находится Невский
завод и наше судостроение, невоз-
можно ограничиться постройкой лишь
мелких судов, а необходимо расширить
первоначальную программу завода и до-
стичь возможности строить и крупные
суда, такие как крейсеры в 3000 и
6000 тонн, а равно и судовые механизмы
для них и других судов мощностью до
20 000 л. с.». В заключение правление
просило «не отказать в выдаче заказа на
крейсера и Невскому заводу».
Поощряя инициативу завода, но не
испытывая иллюзий относительно воз-
можностей отечественного судостроения,
П. П. Тыртов посоветовал правлению
«сначала устроиться для постройки мино-
носцев», а уж потом решать вопрос о воз-
можности предоставления заводу по-
стройки «крейсеров в 3000 тонн», хо-
тя и направил представленные заводом
проекты на конкурс, где один из них —
крейсера II ранга — занял третье место.
Лучшим же из крейсеров II ранга при-
знали проект фирмы «Шихау», предста-
вившей два варианта — со скоростью
16—17
Крейсеры II ранга кораблестроительной программы 1898 года
Название корабля или проекта	Водоизме* щенне, т •	Главные размерения, м			Мощность, л. с.	Скорость, Уз	Запас угля, т	Дальность плавания при скорости 10 уз, мили	Вооружение: число ору* дни — калибр, мм; число торпедных аппаратов	Бронирование, мм
		длина ' наибольшая	ширина	осадка						
Проект завода «Шихйу» по заданию мтк	3000	—		—	17.000	25	500	5000 '	6—120 1—64 6—47 2—37 6 ТА	«Возможной толщины» по заданию МТК
«Новик»	3080	111,0	12,2	5,0	17 800	26	500	3500	6—120 1—64 6—47 2—37 5 ТА •	Боевая рубка — 30 Палуба — 30-5-51
Утвержденный МТК проект для Невского завода	3100	111,0	12,8	4,7	17 000	24	500	5000	То же, без ТА	То же
«Жемчуг», «Изумруд»	3350	111,0	12,8	5,0	18 000*	24*	500	4500**	8—120 1—64 6—47 2—37 3 ТА	То же
Примечания: * полноценные испытания не проводились, но не возникало сомнений в достижении этих величин;
** дальность больше реально достигнутой «Новиком» на 20—30 %.
«Жемчуг» на воде
25 и 28 уз. МТК выбрал первый из них,
так как невиданная для крейсеров того
времени 28-узловая- скорость достига-
лась за счет других элементов крейсера,
в первую очередь бронирования. В ав-
густе 1898 года Морское министерство за-
ключило контракт с фирмой «Шихау» на
строительство в Данциге «крейсера в
3000 тонн с ходом не менее 25 узлов»,
получившего имя «Новик».
В то же время, чтобы поддержать оте-
чественное судостроение, не исключалась
возможность заказа крейсеров и Нев-
скому заводу. «Пусть завод разработает
чертеж 3000-тонного крейсера не так гру-
бо, как он это сделал»,—заявил
П..П. Тыртов, но отклонил при этом за-
каз на крейсеры I ранга под предлогом,
что «вряд ли 6000-тонный крейсер прой-
дет через пролет Литейного моста по
своей ширине и углублению».
Однако в короткие сроки доработать
первоначальный проект, выполненный
английским инженером Э. Ридом и фир-
мой «Моудслей и К°», чтобы он пол-
ностью удовлетворял требованиям МТК,
Невскому заводу не удалось. Водоизме-
щение в процессе проектирования воз-
росло до 3290 т, а проект машинно-
котельной установки с котлами типа Яр-
роу, применявшимися до сих пор только
В ДЫМУ МОРСКИХ СРАЖЕНИЙ
на миноносцах, неоднократно возвра-
щался Механическим отделом МТК
на доработку.
Видя, что процесс проектирования
затягивается по не совсем ясным при-
чинам, управляющий Морским минис-
терством 17 декабря 1899 года пригласил
для объяснений директора Невского за-
вода М. О. Альберта и в ультиматив-
ной форме предложил «за невозмож-
ностью откладывать постройку крейсера
в 3000 т» строить корпус по чертежам
крейсера «Новик», а механизмы- и кот-
лы— либо по проекту фирмы «Шихау»,
либо по утвержденным, наконец, чер-
тежам Невского завода. Ввиду все более
выявлявшейся неразберихи в делопро-
изводстве и недостачи больших денеж-
ных сумм, заводу предложили самому
вступить в переговоры с фирмой «Ши-
хау». Последняя обещала предоставить
все рабочие чертежи при условии, что
ей будут заказаны и механизмы для двух
крейсеров. Это требование признали не-
приемлемым, начались длительные пере-
говоры. 11 июня 1900 года командир
строившегося «Новика» капитан 2 ранга
П. Ф. Гаврилов сообщил из Данцига, что
«кроме умышленной задержки чертежей,
завод имеет основания считать чертежи
незаконченными ввиду новизны кон-
струкции машины; на чертежах и в мас-
терской делаются более или менее круп-
ные изменения».
Вдобавок ко всему много шума наделал
состоявшийся летом 1900 года суд над
С. И. Мамонтовым и его ближайшими
компаньонами, обвинявшимися в финан-
совых злоупотреблениях. Защищал их
знаменитый «московский златоуст» адво-
кат Ф. Н. Плевако. Акционеров оправда-
ли, но казна из-за большого объема важ-
ных правительственных заказов была вы-
нуждена скупить большинство акций, и
завод стал принадлежать «Товариществу
Невского судостроительного и механи-
ческого завода» (за спиной которого сто-
ял Государственный банк), превратив-
шись как бы в частно-государственное
предприятие. Поэтому вполне объяснимо
сложившееся в этот период недоверие
Морского министерства к Невскому заво-
ду. Подготовленный контракт на по-
стройку двух крейсеров так и лежал
неподписанный, а работы велись на осно-
вании наряда от 7 апреля 1900 года
на постройку двух крейсеров. Оговарива-
лось, что «второй крейсер будет заказан
в зависимости от средств Морского ми-
нистерства» (стоимость каждого —
3 095 000 рублей). Кроме того,
75 000 рублей выплачивалось инженерам,
«коих Невский завод найдет нужным
пригласить для успеха постройки обоих
крейсеров». Скорость кораблей должна
быть «не менее той, которую разовьет
„Новик“, но свыше 25 узлов необязатель-
но». Фактическая постройка корпуса пер-
вого крейсера началась 19 января 1901
года.
Назначенный в апреле 1901 года
наблюдающим за постройкой судов на
Невском заводе (кроме крейсеров
строилось также пять миноносцев) капи-
тан 2 ранга П. П. Левицкий сразу об-
ратил внимание на отсутствие зна-
чительной части чертежей, которые обя-
залась поставить фирма «Шихау». Это
вызвало возмущение управляющего
Морским министерством: «Ведь, „Новик"
скоро будет плавать в Тихом океане ...
Где же чертежи механизмов?» 3 мая
«Новик» вышел на первую заводскую
пробу, и председатель МТК вице-
адмирал Ф. В. Дубасов резонно предло-
жил не торопиться с постройкой крейсе-
ров, «не выждав полного и всесторон-
него испытания крейсера „Новик"».
А тем временем в чертежах «Новика»,
которые наконец-то переслали в Россию,
специалисты Ml К обнаружили сущест-
Крейсер в достройке
18—19
венные конструктивные недостатки. Так,
например,котлы,холодильники и патрон-
ные погреба примыкали «вплотную к бор-
там», которые, таким образом, практи-
чески не защищали их. Требовалось уве-
личить ширину корпуса как минимум на
0;6 м и ограничиться скоростью около
24 уз. Пришлось отказаться от лино-
леума на верхней палубе, который на
«Новике» явился «громадным неудобст-
вом» — становился скользким, и при бо-
ковой качке на палубе было невоз-
можно передвигаться без помощи лееров.
Его заменили настилом из тиковых досок,
хотя это и вызвало 24-тонную перегрузку
и, соответственно, потерю скорости, оце-
ненную в 0,15 %. Но самое существен-
ное изменение проекта предложил наблю-
дающий за изготовлением механизмов
и котлов на Невском заводе старший
инженер-механик Н. И. Ильин. Правле-
ние завода, вынужденное совсем недавно,
чтобы избежать финансового краха, со-
гласиться с требованием Морского ми-
нистерства строить крейсеры по проекту
фирмы «Шихау», теперь, предвидя близ-
кое заключение контракта, решило ис-
пользовать имеющийся задел для строи-
тельства крейсеров по своему проекту.
Н. И. Ильин, получавший вознагражде-
ние не только от морского ведомства,
но и от Невского завода и побывав-
ший на испытаниях «Новика» в Данциге,
обратился непосредственно к главному
инспектору по механической части на
флоте генерал-майору Н. Г. Нозикову:
«Признавая некоторые преимущества за
котлами Шихау в смысле достижения бо-
лее полного сгорания топлива, нельзя не
обратить внимание, — писал он, — и на
некоторые отрицательные их качества»,
из которых выделил такие, как трудность
доступа к котлам для их чистки, слож-
ность замены водогрейных трубок, чрез-
мерную их кривизну, отрицательно ска-
зывавшуюся на их эксплуатационных
свойствах. Все эти недостатки, к слову, в
полной мере выявились на «Новике», но
уже в ходе русско-японской войны . . .
Далее Н. И. Ильин писал: «Опыт экс-
плуатации котлов Ярроу, как в англий-
ском, так и в отечественном флоте на
миноносцах, показал их несомненные
достоинства ...»
Столь аргументированное предложе-
ние приняли — вместо 12 котлов Шихау
решили установить 16 котлов Ярроу,
имевших несколько большую-массу, но
зато и большую паропроизво'дительность.
Разместили их в шести отдельных ко-
тельных отделениях: в двух носовых —
В ДЫМУ МОРСКИХ СРАЖЕНИЙ
по два котла, в остальных — по три кот-
ла. Менявшееся из-за этого расположе-
ние люков, горловин и шахт вызвало
необходимость подкрепления корпуса,
что привело к перегрузке в 55 т, но в то
же время увеличило продольную проч-
ность новых крейсеров на 7 % по сравне-
нию с «Новиком».
22 сентября 1901 года контракт с Нев-
ским заводом наконец был подписан.
Первая статья его по традиции гласила:
«Означенные два крейсера типа „Но-
вик“ Невский завод обязывается выстро-
ить самым тщательным образом из самых
лучших материалов». Готовность первого
корабля, получившего название «Жем-
чуг», определялась по прошествии 28 ме-
сяцев, а второго — «Изумруда» — 36 ме-
сяцев. По опыту затянувшихся почти на
целый год испытаний «Новика», в проект
строившихся крейсеров внесли ряд изме-
нений. Так, например, на них поставили
разобщительные муфты между коленча-
тыми и упорными валами, позволив-
шие снизить тормозящее действие греб-
ных винтов неработающих машин и,
соответственно, расход угля при эконо-
мическом ходе. Установленные на дейд-
вудных валах цинковые кольца значи-
тельно уменьшили скорость электро-
химической коррозии. На новых крейсе-
рах решили установить и боковые кили,
так как «Новик» оказался «крайне
чувствительным к боковой качке», а после
сообщения из Порта-Артура командира
«Новика» капитана 2 ранга Н. О. Эссена
«о недостаточно надежном флажносиг-
нальном производстве» на «Жемчуге» и
«Изумруде» в дополнение к «штатной»
появились еще две легкие мачты. Всеми
этими «улучшениями» заложенный в
проект однопроцентный запас водоизме-
щения быстро исчерпали, и очередное
предложение о бронировании дымовых
кожухов вызвало категорический протест
инспектора кораблестроения Н. Е. Тито-
ва: «Нельзя идти дальше в направлении
загрузки судов и сейчас уже потеряв-
ших главное качество „Новика“ —
скорость».
14 августа 1903 года в торжественной
обстановке «Жемчуг» благополучно со-
шел на воду, 9 октября со стапеля
спустили «Изумруд». Командиром перво-
го стал капитан 2 ранга Павел Павло-
вич Левицкий, второго — капитан 2 ран-
га барон Василий Николаевич Ферзен.
Достройку кораблей неожиданно прерва-
ло редкое для Петербурга зимнее на-
воднение, случившееся в ночь на 2 декаб-
ря. Напором взломанного льда «Жемчуг»
Схема общего расположения крейсера 1/ ранга «Жемчуг»: продольный разрез и план верхней палубы.
20—21
I — кормовой торпедный аппарат; 2 — 120-мм орудие; 3 — подкрепление под орудие; 4 —
кают-компания; 5 — каюта старшего офицера; 6 — прожектор; 7 — кормовой элеватор;
8 — салон командира; 9 — шестивесельный вельбот; 10 — 47-мм орудие; 11, 12 — ходовая
я боевая рубки; 13 — верхний ходовой мостик; 14 — носовой элеватор: 15 — кран-балка;
16 — умывальники команды; 17 — тараннап переборка; 18 — броневап палуба; 19 — таран;
20—цепные ящики; 21—торпедный аппарат: 22 — носовой погреб 120-мм снарядов;
23, 24 — котельное и машинное отделения; 25 — кормовой погреб 120-мм снарядов; 26 —
румпельное отделение; 27—кормовой шпиль; 28 — световой люк кают-компании: 29 —
десантное орудие Барановского: 30 — коечные сетки; 31 — мастерская; 32 — баня команды;
33— камбуз; 34 — шлюпочная лебедка
Серебряная закладная доска крейсера «Изумруд»
сорвало со швартовов, он застрял на
ледовой банке в пятистах метрах от до-
строечной стенки, и освободить его уда-
лось лишь через 42 дня. Наводнение на-
несло ущерб и предприятиям-поставщи-
кам. Но, форсируя работы, заводу уда-
лось к началу русско-японской войны до-
вести степень готовности механизмов
«Жемчуга» до 90 %. «Экстренные»
(сверхурочные) работы, введенные с на-
чалом войны, позволили ускорить работы
и на «Изумруде». В то же время, по
опыту первых боев под Порт-Артуром,
встал вопрос об усилении вооружения —
японские крейсеры того же водоизме-
щения имели более сильную артиллерию,
правда, при значительно меньшей ско-
рости. Не только в военно-морских кру-
гах, но и в широкой печати обсужда-
лись различные варианты увеличения ог-
невой мощи кораблей для восполнения
неожиданных потерь в первые дни войны.
Поэтому вполне естественно, что, вступив
1 февраля 1904 года в должность коман-
дующего флотом на Тихом океане, вице-
адмирал С. О. Макаров в тот же день
направил в Морское министерство проект
перевооружения крейсеров типа «Новик»,
предложив два варианта замены артил-
лерии: на одно 203-мм и пять 152-мм
орудий; на три 203-мм и четыре 152-мм
орудия. Водоизмещение крейсеров уве-
личивалось при этом на 112 и 176 т соот-
вественно. Но когда Степан Осипович
предложил, сняв одну машину (при этом
скорость упала бы до 22 уз), поставить
на «Жемчуг» артиллерию большей мощ-
ности, считая, что «мы получим судно с
грозной артиллерией для истребителей
и которое нельзя будет безнаказанно рас-
стреливать с дальнего расстояния, ибо
оно само может стрелять достаточно
далеко», то главный инспектор корабле-
строения Н. Е. Кутейников воскликнул;
«Разве мыслимо было бы теперь предпри-
нять что-либо подобное?! Ведь, это новое
возбуждение вопроса о безбронном бое-
вом судне!» Дело в том, что С. О. Ма-
каров еще в 1897 году выдвинул идею
«безбронного боевого судна» («Я бы
составил флот исключительно из безброн-
ных боевых судов с сильной артил-
лерией»), но она не встретила должной
поддержки в высших военно-морских
кругах. К числу противников принадле-
жал и Н. Е. Кутейников. И теперь, при-
знавая возможность технического испол-
нения предложения Макарова, под-
твержденного к тому же расчетами ко-
рабельного инженера А. П. Шершова, он
В ДЫМУ МОРСКИХ СРАЖЕНИЙ
«Изумруд» на стапеле
Крейсер И ранга «Жемчуг»
22—23
I
Крейсер II ранга «Изумруд»
заявил, что подобное изменение проекта
затянет достройку еще на девять месяцев,
заранее зная, что такой срок исключает
принятие предложения С. О. Макарова.
Прошло лишь предложение П. П. Ле-
вицкого дополнить вооружение крейсеров
двумя 120-мм орудиями, установив их
побортно в средней части корабля, и то
с условием — «без увеличения срока
готовности крейсеров». Корабли получи-
ли и по два надводных торпедных аппа-
рата в поворотных «яблочных» шарнирах
и по одному кормовому неподвижному.
Между тем Невский завод буквально
разрывался на части, стараясь ввести в
строй оба крейсера, три новых мино-
носца и одновременно провести модерни-
зацию на миноносцах прежней построй-
ки, готовившихся к переходу на Дальний
Восток.
Наконец 26 июля приемная комиссия
провела швартовные испытания «Жемчу-
га», а 28 августа аналогичную «пробу»
прошел «Изумруд». На последнем, как
пишет судовой врач крейсера В. С. Крав-
ченко, «в противный дождь, резкий ветер
и холод взвился Андреевский флаг, гюйс
и вымпел. Судно начало жить». 5 августа
«Жемчуг», .а 1 сентября «Изумруд» со-
вершили первый самостоятельный пере-
ход через разведенные днем Александ-
ровский*, Троицкий, Дворцовый и Нико-
лаевский мосты на Неве и дальше —
в Кронштадт**.
На испытаниях 13 сентября 1904 года
«Жемчуг» достиг скорости 23,04 уз, с
перегрузкой против проектного водоиз-
мещения (3100 т) на 250 т. При этом
суммарная мощность машин составила
около 15 000 л. с. После устранения ряда
неисправностей, обнаружившихся в пер-
вом испытательном пробеге, мощность
можно было довести до 18 000 л. с. На-
помним, что «Новик» 17 раз выходил на
мерную линию, и его скорость в первом
пробеге составляла лишь 22 уз. 24 сен-
тября совершил свой первый пробег на
мерной линии «Изумруд», достигнув ско-
рости 22,5 уз при перегрузке 230 т. Мощ-
ность механизмов оказалась равной око-
ло 13 500 л. с., но и на этот раз раз-
личных дефектов в машине было хоть от-
бавляй.
Снаряжение 2-й Тихоокеанской эскад-
ры производилось в Кронштадте, Ревеле
и Либаве. Во всех этих портах про-
должалась в неприспособленных услови-
ях достройка «Изумруда», а на «Жем-
чуге» до Порт-Саида шли пять механи-
ков Невского завода — продолжались
доводка и испытания различных меха-
низмов и устройств.
2 октября 1904 года 2-я Тихоокеанская
эскадра, в состав которой успел войти,
лишь «Жемчуг», вышла из Либавы.
Предстояло пройти через три океана
18 тысяч миль. «Изумруд» покинул Либа-
ву 3 ноября в составе так называемого
Догоняющего отряда, куда кроме него
*Мост Александра II, в просторечии
Александровский или Литейный.
,**Только через два года МТК нашел
время обсудить вопрос о вознаграждении
«Товарищества Невского судостроительного и
механического завода» за экстренное изготов-
ление крейсеров «Жемчуг» и «Изумруд».
Комиссия установила, что, несмотря на сомне-
ния адмирала 3. П. Рожественского, «все
экстренные работы были еще усилены и ка-
завшееся невозможным достигнуто: крейсера
ушли вместе с эскадрой по испытании
их на наибольший ход». (ЦГАВМФ, ф. 421,
оп. 4. д. 845, л. 11, 12).
£ ДЫМУ МОРСКИХ СРАЖЕНИЙ
вошли крейсеры «Олег», «Рион» и
«Днепр», пять миноносцев и сопровож-
давший отряд транспорт «Океан». Тем
временем 21 октября ядро 2-й Тихоокеан-
ской эскадры прибыло в Танжер, и
часть кораблей с меньшей осадкой, среди
них и «Жемчуг», пошли через Средизем-
ное море и Суэцкий канал.
Как Морское министерство ни торопи-
ло Догоняющий отряд, постоянные неис-
правности и «неимение под рукой над-
лежащего механического завода» срыва-
ли график перехода, и вскоре остроум-
ные французские журналисты в своих
корреспонденциях заменили его название
на «Отстающий». На подходе к Порт-Са-
иду начальник «догоняюще-остающего»
отряда, он же командир крейсера «Олег»
капитан 1 ранга Л. Ф. Добротворский
решил проверить, на что способны его
корабли, и приказал дать полный ход. Ре-
зультаты превзошли самые худшие опа-
сения: на «Олеге» вышла из строя часть
котлов, у «Изумруда», как пишет врач
В. С. Кравченко, «в машине появились
какие-то предостерегающие симптомы»;
переход могли продолжать только два
миноносца из пяти.
«На крейсере „Изумруд» много недос-
татков, — телеграфировал в Петербург
Л. Ф. Добротворский, — котлы текут,
гаснет электричество, нет ходу... Вообще,
плавать с ним хуже, чем с номерными
миноносцами». Положение усугублялось
еще и тем, что если старший
судовой механик Семенюк был опытным
специалистом, то его помощники —
младшие инженер-механик Браилко (по
образованию технолог) и Смирнов (окон-
чивший Московское техническое учили-
ще) — никогда на кораблях не плавали
и с корабельными механизмами знакомы
не были. Вдобавок последний оказался
почти слепым, а прапорщик по механи-
ческой части Щепоченко-Павловский
незадолго перед этим был списан за
пьянство. Лишь назначение на крейсер
более опытных специалистов вместо
Смирнова и Щепоченко-Павловского
позволило устранить ряд дефектов меха-
низмов корабля.
1 февраля 1905 года у берегов Ма-
дагаскара корабли отряда наконец встре-
тились со 2-й Тихоокеанской эскадрой.
При этом «Изумруд», дав полный ход,
описал циркуляцию, прошел под кор-
мой «Орла», обрезал нос «Жемчугу»,
на котором команда кричала «ура» свое-
му прибывшему близнецу, и стал на якорь
рядом с ним. Присоединившись к эскадре,
корабли активно включились в совмест-
ные учения. На них «Жемчуг» и мино-
fl походе
24—25
Крейсер II ранга «Жемчуг» в составе 2-й Тихоокеанской эскадры на Ревельском рейде
«Жемчуг» на Кронштадтском рейде

«Догоняющий отряд» в море. Погрузка угля
носцы маневрировали, как в боевой об-
становке. При стрельбе «противника» с
больших дистанций они укрывались за
линией броненосцев, как бы прячась
от огня неприятеля, а при отражении
воображаемой атаки миноносцев
устремлялись на линию огня. Переходя с
одного фланга на другой, «Жемчуг»
однажды смело обрезал нос «Князю
Суворову» и понесся прямо на щиты, не
обращая внимания на то, что впереди мо-
ре пенилось от падавших снарядов с
броненосцев «Бородино» и «Император
Александр III». При этом крейсер достиг
большой интенсивности огня. Наблюдав-
ший за этими маневрами с палубы бро-
неносца «Орел» корабельный инженер
В. П. Костенко не без основания заметил,
что «при недостаточной артиллерийской
тренировке нашего состава комендоров
такие смелые упражнения небезопас-
ны»*.
Наконец 3 марта эскадра двинулась
дальше. «Жемчуг» и «Изумруд» заняли
места соответственно справа и слева на
траверзе флагманского броненосца
«Князь Суворов». Остался позади Ин-
дийский океан с изнурительными погруз-
ками угля на океанской волне в тро-
пичесую жару. У берегов Индокитая
встретили корабли отряда контр-адмира-
ла Н. И. Небогатова.
По мере приближения к дальневосточ-
ным водам напряжение на эскадре на-
растало — ожидалось появление неприя-
теля и везде мерещились японские
разведчики. Так, 8 мая с флагмана
последовал сигнал: «„Жемчуг", идите на
NO48°, виден воздушный шар. „Олег",
идите поддержать „Жемчуг"». Корабли
скрылись за горизонтом, но вскоре вер-
нулись, так ничего и не обнаружив.
Через два дня на кораблях получили
приказ, начинавшийся словами: «Быть
ежечасно готовыми к бою...».
14 мая 1905 года корабли 2-й Тихо-
океанской эскадры взяли курс на Корей-
ский пролив. Под утро прошли остров
Квельпарт.. .
«Как мы ждали вторую эскадру!» —
эти слова-воспоминания, вырвавшиеся
спустя 75 лет у солдата-ветерана русско-
японской войны А. Н. Терешина, довелось
услышать автору этих строк. Других вос-
поминаний о войне у рядового маньчжур-
ской армии в памяти не осталось, кроме
ярко вспыхнувшего тогда у всех россий-
ских воинов луча надежды: «Как мы
ждали . . . ВТОРУЮ ЭСКАДРУ!»
Окончание следует
* Костенко В. П. На «Орле» в
Цусиме. Л.: Судпромгиз, 1955. С. 325.
В ДЫМУ МОРСКИХ СРАЖЕНИЙ
Порт-артурские
„авантюры"
М. А. РОЗОВ *	”
«вспышка выстрела, тяже-
лый всплеск мины, вылетев-
шей из аппарата, легкое ши-
пение и сильный толчок, на-
столько сильный, что я едва
удержался за аппарат. У не-
приятеля позади машины
поднялся громадный столб
воды, трубы и мачты точно
ветром погнуло назад, а палу-
ба около труб осела»*.
Этот отрывок из рассказа
мичмана Валериана Дмитри-
ева корреспонденту газеты
«Русское слово» описывает
кульминационный момент од-
ной из «авантюр» — так в
Порт-Артуре называли выхо-
ды в море русских катеров
для атаки японских кораблей.
После начала военных дей-
ствий у Порт-Артура коман-
дование Тихоокеанской эс-
кадры, стремясь компенсиро-
вать нехватку миноносцев,
широко использовало для не-
сения сторожевой службы
минные и паровые катера с
кораблей I и II рангов. Кро-
ме того, катера использова-
лись в качестве тральщиков.
Однако выполнения этих чис-
то оборонительных задач
было мало для молодых офи-
церов эскадры, стремивших-
ся к активным наступатель-
ным операциям. Их настой-
чивость возымела свое дей-
ствие, и в апреле 1904 года
лейтенант М. С. Рощаковский
получил в свое распоряжение
моторный катер с броненос-
ца «Ретвизан». На катере
были размещены две мины
Уайтхеда и, кроме того, аппа-
рат для стрельбы метатель-
ными минами. Рощаковский
рассчитывал ночью, поль-
зуясь малой видимостью,
атаковать японские крейсеры
в бухте Керр. Отдавая себе
отчет в том, что'урпех опера-
ции является весьма сомни-
тельным, лейтенант Рощаков-
ский назвал свой катер
«Авось»**.
Выйдя из Порт-Артура 25
апреля днем, катер направил-
ся к Талиенванскому заливу.
Спустя сутки, дождавшись
темноты в бухте Один,
«Авось» двинулся по направ-
лению бухты Керр. Казалось,
еще одно усилие — и успех
достигнут! Но удача, стЛ1ь
необходимая в подобных от-
чаянных предприятиях, в эту
ночь не улыбнулась Роща-
ковскому: при подходе к бухте
он наткнулся на японские
миноносцы. Пытаясь укрыть-
* Булгаков Ф. И.
Порт-Артур: Японская осада
и русская оборона его с моря
и суши. СПб., 1905. С. 248.
** Русско-японская
война. СПб., 1913. Кн. 2.
С. 22.
© М. А. Розов, 1992
28—29
ся от них около берега, ка-
тер наскочил на риф. Взор-
вав катер, моряки вплавь
добрались до берега, а затем,
вымокшие и голодные, —
до города Дальний.
Так же неудачно окончи-
лись и две следующие попыт-
ки. 31 мая минный катер под
командованием мичмана
К. В. Ломана был направлен
в бухту Тахэ вместе с мино-
носцами «Скорый» и «Разя-
щий». Командир катера полу-
чил особую секретную ин-
струкцию адмирала
В. К. Витгефта, содержав-
шую приказ произвести поиск
в сторону Дальнего. Около
22 ч катер вышел в море,
но его четырехчасовой поиск
оказался безуспешным. Через
два часа катер и миноносцы
вернулись в Порт-Артур.
Еще меньше повезло мин-
ному катеру броненосца
«Победа», которым командо-
вал мичман И. И. Ренгартен.
Производя 2 июня поиск в
бухте Меланхэ, катер на-
ткнулся на шампуньку (греб-
ную шлюпку сампан) с двумя
китайцами. Их допросили, но
отпустить Ренгартен не ре-
шился, так как они могли со-
общить о катере японцам. По-
этому решили взять их на ка-
тер, а шампуньку — на
буксир. Сделать это тихо не
удалось, китайцы закричали и
привлекли внимание японско-
го миноносца, который, как
оказалось, находился совсем
рядом. Дав самый полный ход
и обрубив буксир шампуньки,
катеру удалось скрыться.
О дальнейшем поиске не мог-
ло быть и речи, и Ренгартен
повернул назад, в бухту Тахэ.
Но на этом несчастья не кон-
чились. Уже в бухте Тахэ ка-
тер прочно сел на камни.
Был отлив, и, несмотря на по-
луторачасовые усилия, катер
не удалось сдвинуть с места.
Утром начался прилив, а с
ним — сильный прибой, и ка-
тер стало бить о камни. Вско-
ре левый борт в кочегарке
был продавлен. Начала при-
бывать вода, но прилив уже
достиг максимального уровня,
и при помощи вельбота с ми-
носца «Разящий» удалось
снять катер с камней. Заведя
пластырь, матросы бранд-
спойтом, взятым с «Разяще-
го», стали откачивать воду.
Тем временем миноносец
отбуксировал катер в га-
вань*. Так закончилась оче-
редная «авантюра».
Наиболее удачной стала
экспедиция минного катера
броненосца «Ретвизан» под
командованием мичмана
В. И. Дмитриева. В октябре
1904 года контр-адмирал
Р. Н. Вирен назначил Дмит-
риева начальником экспеди-
ции в бухту Тонкау, где, па
сведениям штаба, находилась
ночная стоянка японского
броненосца «Чин-Иен». В его
распоряжение был предостав-
лен минный катер № 2 бро-
неносца «Ретвизан», а коман-
ду Дмитриев должен был на-
брать сам из числа добро-
вольцев. Позже он рассказы-
вал корреспонденту газеты
«Русское слово», что вся ко-
манда катера (10 человек)
выразила желание отпра-
виться в экспедицию. Кроме
того, к ним присоединился
прапорщик крейсера «Палла-
да» В. М. Морозов.
Катер отвели в минный го-
родок, подняли краном на бе-
рег и подготовили к походу:
перебрали машину, очистили
подводную часть от ракушек.
Вооружение катера состоя-
ло из одного носового торпед-
ного аппарата. В штатное во-
оружение входил также пу-
лемет, но к этому времени все
пулеметы с кораблей были пе-
реданы на сухопутные пози-
ции Порт-Артура. Команда
имела только винтовки и
ручные гранаты — вооруже-
ние совершенно в данном слу-
чае бесполезное, но «так по-
лагалось»**.. .
Выход был назначен на
21 октября. Около 18 ч катер
отвалил от борта броненосца.
На выходе с внутреннего
рейда его остановил дежур-
ный миноносец. Узнав, что
катер отправляется в «аван-
тюру», офицеры миноносца
пригласили мичмана Дмитри-
ева и прапорщика Морозова
подняться на борт, где все
выпили по рюмке водки за ус-
пех дела.
План Дмитриева состоял в
том, чтобы пройти в бухту
Тонкау со стороны города
Дальний. По его мнению,
японцы должны были считать
нападение оттуда наименее
вероятным.
На расстоянии при-
мерно 13 миль от Порт-Арту-
ра были замечены три мино-
носца, двигавшиеся на пере-
сечение курса катера. Поль-
зуясь темнотой, Дмитриев су-
мел подойти к среднему мино-
носцу на расстояние около
35 'м и выпустил торпеду.
Взрыв произошел в районе
машинного отделения***. Ка-
залось, что после этого катер
будет неминуемо замечен и
уничтожен. Команда ра-
зобрала винтовки, приго-
товила гранаты и топоры для
абордажа, но произошло чу-
до: Дмитриеву удалось
провести катер между подор-
ванным миноносцем и следую-
щим за ним в колонне. Спустя
5 ч после начала операции
катер благополучно вернулся
в Порт-Артур.
Официальные японские ис-
точники, упоминая об атаке,
утверждают, что она успеха
не имела****, но несколь-
ко следующих дней японцы
усиленно тралили место взры-
ва (считая, очевидно, что ми-
ноносец подорвался на пла-
вающей мине). Кроме того,
22 октября с форта № 1 на
рассвете было замечено, как
два японских миноносца при-
вели в бухту Луваньтань тре-
тий, почти затонувший, и
оставили его там на мелком
месте. Так что есть все ос-
нования предполагать, что
атака была успешной, хотя
потопить миноносец Дмитрие-
ву, конечно, не удалось.
23 ноября Дмитриев на том
же катере с той же коман-
дой вновь попытался проник-
нуть в бухту Тонкау. До бух-
ты катер добрался благопо-
лучно, но у входа в нее на-
ткнулся на цепь сторожевых
судов. Катер подошел вплот-
ную к световой преграде про-
жекторов перед входом в бух-
ту и выпустил мину по
силуэту одного из кораблей,
однако в цель не попал.
Так закончилась последняя
порт-артурская «авантюра».
*Русско-японская вой-
на. СПб., 1913. Кн. 2. С. 140.
** Б у л г а к о в Ф. И.
Указ. соч. С. 246.
***Русско-японская вой-
на. Пг„ 1916. Кн. 4. С. 190.
**** Описание военных
действий на море в 37—
38 гг. Мейдзи. Т. 1/Пер. с
япон. СПб., 1909. С. 203, 292.
В ДЫМУ МОРСКИХ СРАЖЕНИЙ
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
Эскадренный броненосец «Гангут» в достройке
„Гангут"*
В.	Я. КРЕСТЬЯНИНОВ
День 12 июня 1897 года на Транзунд-
ском рейде начался как обычно. На ко-
раблях Практической эскадры Балтий-
ского флота в 5 часов утра сыграли
побудку; уборка коек, умывание, молит-
ва, завтрак, приборка шли своим разме-
ренным порядком. Когда медь заблестела
в лучах солнца, палубы были вымыты,
снасти обтянуты, и началась подготов-
ка к рабочему дню. Согласно расписа-
нию занятий и учений кто-то готовился
к постановке сетевых заграждений, кому-
то выпала очередь свозить десант на
берег. В 7 ч 15 мин эскадренный бро-
неносец «Гангут» под флагом начальника
эскадры вице-адмирала С. П. Тыртова
снялся с. якоря и направился в Выборг-
ский залив на артиллерийские стрельбы.
Каждый год корабли эскадры занима-
лись здесь боевой подготовкой. Район
изучили до мелочей: низкие покрытые
лесом берега, небольшие островки, спо-
койная в июне гладь залива, ни океанских
приливов, ни отливов. Словом, тихий,
райский уголок. К осени здесь уже не-
уютно, но к этому времени большинство
судов эскадры, закончив кампанию, ста-
новится на зимовку в гаванях Кронштад-
та. Неудобство для плавания в этом рай-
оне доставляли лишь подводные камни.
Последний раз промеры глубин выпол-
нялись здесь в 1834 году, и не проходи-
ло кампании без посадок на мель или уда-
ров о камни. К этому привыкли, впро-
чем после серьезной посадки на мель
броненосца «Император Александр II»
в 1895 году приняли решение произвести
* По материалам ЦГАВМФ: ф. 412,
417, 421, 427, 870, 930.
© В. Я. Крестьянинов, 1992.
30—31
в шхерах гидрографическое траление.
Его начали с выходных фарватеров из
портов, и к 1897 году до района остро-
ва Рондо, куда направлялся «Гангут»,
очередь еще не дошла.
Эскадренный броненосец «Гангут» на-
ходился в строю всего несколько лет
й среди моряков пользовался не очень
лестной репутацией. О нем говорили:
«Одна мачта, одна труба, одна пушка —
одно недоразумение».
Управляющий Морским министерством
вице-адмирал И. А. Шестаков считал
водоизмещение и стоимость предшест-
вующих броненосцев («Петр Великий»,
«Император Александр II» и «Император
Николай I») слишком большими как для
Балтийского морского театра, так и для
бюджета. 4 июля 1887 года Шестаков
приказал приступить к проектированию
четвертого балтийского броненосца (по
действовавшей тогда классификации —
броненосного корабля), который должен
быть подобен по общему расположению
двум предыдущим, иметь осадку не бо-
лее 20 футов (6,1 м) при скорости
15 уз, «наивозможно полно защищен не
очень толстою броней, как пояса по
грузовой ватерлинии, так и всей артил-
лерии».
Задание на проектирование, утверж-
денное 17 ноября 1887 года, определяло,
что новые корабли должны быть сильнее
германских броненосцев, способны дой-
ти от Кронштадта до Зунда и обрат-
но со скоростью 14-15 уз. Осадка в преде-
лах 6,7 м должна обеспечить проход Бал-
тийскими проливами, как Большим и Ма-
лым Бельтами, так и Зундом.
Значительно осложняло задачу про-
ектантов требование, чтобы новый малый
броненосец для закрытого морского теат-
ра был способен «й случае необходимос-
ти» совершить переход в Средиземное мо-
ре и даже на Дальний Восток. Преслову-
тый принцип «экономии» проявился и в
229-мм орудие «Гангута»
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
выборе главного калибра артиллерии.
Чтобы избежать применения дорогостоя-
щих и сложных гидравлических механиз-
мов, главный калибр ограничили 229-мм
орудиями с длиной ствола 35 калибров,
полагая их достаточными против 240-мм
орудий германских броненосцев типа
«Ольденбург» (30 калибров) и 260-мм у
типа «Заксен» (22 калибра). Снаряды
229-мм орудия Обуховского завода, как
ожидалось, могли пробить броню боль-
шинства кораблей вероятных противни-
ков. Артиллерию среднего калибра
предполагалось усилить скорострель-
ными 75- и 120-мм пушками. Ориенти-
ровка при проектировании на уже нахо-
дящиеся в строю корабли вероятного про-
тивника приводила к тому, что при вступ-
лении в строй новый броненосец оказы-
вался слабее своих зарубежных совре-
менников.
В начале 1888 года в Морской техни-
ческий комитет (МТК) поступили проек-
ты старшего судостроителя Э. Е. Гу-
ляева, главного корабельного инженера
Петербургского порта Н. А. Субботина и
инженера Франко-русских заводов
П. К- Дюбюи. В проекте Субботина
два 305-мм орудия располагались в носо-
вой и кормовой одноорудийных башнях
и четыре 229-мм в одноорудийных по-
бортно. Дюбюи предлагал носовую бар-
бетную установку для двух 305-мм и ка-
зематное расположение четырех 229- и
восьми 152-мм орудий. Исходя из указан-
ных выше соображений, за основу при-
няли проект Гуляева с вооружением из
шести 229- и четырех 152-мм орудий,
предпочтя увеличенный запас угля и
лучшее бронирование более сильной ар-
тиллерии других проектов.
6 июля 1888 года МТК утвердил спе-
цификацию по корпусу броненосца водо-
измещением 6592 т, длиной между пер-
пендикулярами 84,7, шириной 18,9, осад-
кой 6,4 м. Главный броневой пояс на
протяжении машинного и котельного от-
делений имел толщину сталежелезных
плит 406 мм, уменьшаясь к оконеч-
ностям до 356 и 305 мм. Над главным
поясом располагался второй, толщиной
127 мм. Орудийные казематы защища-
лись 203-, а башенная установка 229-мм
броней. Двухслойная броневая палуба
имела толщину 63 мм. Чертежи корабель-
ных систем, крепления брони, устройст-
ва рубки, мостика во многом соот-
ветствовали «Императору Николаю I».
29 октября 1888 года начались работы
по постройке броненосца на Новом
Адмиралтействе. 29 января следующего
Проект броненосного корабля для Балтийского моря
года корабль под названием «Гангут»
зачислили в списки судов флота, а
20 мая состоялась его официальная за-
кладка в присутствии императора Алек-
сандра III и императрицы со свитой,
генерал-адмирала и высших чинов Мор-
ского министерства.
По свидетельству строителя корабля
А. Е. Леонтьева в некоторые меся-
цы на стапеле устанавливалось до 200 т
металла. В целом работы продвигались
успешно, однако постройку замедляли
серьезные изменения проекта. Корпус уд-
линили на 0,9 м, снизили высоту носо-
вой части верхней палубы, изменили фор-
му казематов и уменьшили размеры ору-
дийных портов. Повторных расчетов по-
требовало решение вместо двух 229-мм
орудий в носовой установке разместить
одно 305-мм. Задуманный сходным по си-
луэту со своими предшественниками,
«Гангут» в ходе постройки лишился вто-
рой трубы и мачты.
6 октября 1890 года после торжествен-
ной церемонии спуска корпус «Гангута»
закачался на невской глади. Тем време-
нем Балтийский завод изготовил главные
машины, и 18 сентября 1892 года успеш-
но прошли их швартовные испытания.
Хотя 14 октября «Гангут» своим ходом
перешел в Кронштадт, до полной готов-
ности корабля было еще далеко*. Всю
зиму и весну продолжались работы, и
лишь 3 июля 1893 года броненосец
впервые вышел на ходовые испытания.
30 сентября во время шестичасового
пробега на полный ход «Гангут» при
мощности 5282,5 индикаторных л. с. раз-
вил среднюю скорость 13,78 уз. Так как
контрактных 14 уз достигнуть не уда-
лось, испытания признали неудовлетво-
рительными. Летом 1894 года новый эс-
кадренный броненосец (по классифика-
ции 1892 года) под флагом управляюще-
го Морским министерством совершил по-
ход по Балтике до Либавы. 12 сентября
состоялись повторные ходовые испыта-
ния. При осадке 6,99 м, соответствовав-
шей водоизмещению 7142 т, удалось раз-
вить максимальную скорость 13,89 уз.
Специалисты Балтийского завода для га-
рантированного достижения контракт-
ной скорости предложили усилить тягу,
увеличив высоту дымовой трубы на 3-4 м.
Очевидно, представить себе небольшой и
без того неуклюжий броненосец со столь
гигантской трубой флотское начальство
не могло и махнуло рукой на контрактную
скорость, тем более что с «Гангутом» хва-
тало и других забот.
Проведенные испытания мореходных
качеств показали, что при волнении си-
лой 8 баллов броненосец зарывается но-
сом и неустойчив на курсе. Общий вы-
вод главного инспектора кораблестрое-
ния Н. К- Глазырина оказался неуте-
шительным: «Нахожу, что в настоящей
степени готовности этого броненосца, его
небезопасно посылать в дальнее плава-
ние». Наиболее серьезными недостатками
являлись негерметичность водонепрони-
цаемых переборок и перегрузка. Послед-
няя была хронической болезнью многих
кораблей того времени. «Гангут» не мог
принять полный запас угля и штатный
трехмесячный запас продовольствия и
* В известном справочнике С. П. Мои-
сеева «Список кораблей русского парового
и броненосного флота» (М.: Воениздат, 1948.
С. 52) ввод корабля в строй ошибочно дати-
рован 1892 годом.
32—33
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
32	31
Броненосный корабль «Гангут»: продольный разрез, вид сверху, план трюма.
1 — торпедный аппарат; 2 — салон командира; 3 — кают-компания; 4 — помещение ди-
намо-машин; 5 — офицерские каюты; 6 — машинное отделение; 7 — вспомогательный
котел; 8, 9 — штурманская и боевая рубки; 10 —тараииое отделение; Н — шкиперское
помещение; 12 — помещение сухой провизии; 13 — цепной ящик; 14 — помещение сфероко-
нических мин; 15, 16 — бомбовый погреб и крюйт-камера 152-мм орудий; 17 — крюйт-
34—35
Мидель-шпангоут
камера 305-мм орудия: 18 — помещение мии Уайтхеда; 19, 21 — крюйт-камера н бомбовый
погреб 229-мм орудий; 20 — арсенал; 22 — котельное отделение; 23 —минная станция;
24 — рулевая машина; 25 — румпельное отделение; 26 — 152-мм орудие; 27 — 47-мм орудне;
28 —229-мм орудие; 29 —305-мм башня; 30 — световой люк машинного отделения; 31 —
угольные ямы; 32— гребные винты.
1
Совмещенный план расположения торпедных аппаратов (1) на жилой
палубе и 299-мм орудий (2) на батарейной палубе
снабжения — главный броневой пояс
уходил под воду. Для устранения это-
го недостатка планировалось 305-мм
орудие заменить 254-миллиметровым
с длиной ствола 40 калибров, сталежелез-
ные' плиты броневой защиты — более
тонкими из гарвеированной брони, но
равной первой по сопротивлению раз-
рушительному действию снарядов. Вмес-
то 406-мм плит главного пояса пре-
дусматривались 229-миллиметровые,
203-мм плиты утоньшались до 152 мм.
В дальнейшем и 229-мм орудия предпо-
лагалось заменить 152-миллиметровыми
с длиной ствола 45 калибров. Из-за за-
груженности заводов заказами на орудия
и броню для строящихся кораблей эти
работы на «Гангуте» так и остались не-
выполненными. В окончательном виде ар-
тиллерийское вооружение коробля сос-
тояло из 305-мм орудия в барбетной
гидравлической установке Путиловского
завода, четырех 229- такого же числа
152-мм орудий в казематах, шести 47-мм
одноствольных, четырех 37-мм пяти-
ствольных и десяти 37-мм одноствольных
пушек Гочкиса на верхней палубе, мости-
ках и боевом марсе.
Зимой 1894—1895 годов в Ревеле по-
пытались устранить еще один крупный
недостаток корабля и добиться необ-
ходимой герметичности переборок, лю-
ков, дверей. Из-за пресловутой экономии
эти работы выполнили только для двух
траверзных переборок.
В сентябре 1896 года в проливе
Бьерке-Зунд «Гангут» получил пробоину
в днище от удара о подводный камень.
Прибывший с «Петра Великого» на ава-
рийный броненосец С. О. Макаров взял
на себя руководство работами по спа-
сению корабля. С помощью других ко-
раблей удалось подвести под пробоину
пластырь. Поступление воды внутрь кор-
пуса уменьшилось, и «Гангут» своим хо-
дом пришел в Кронштадт. В доке в но-
совой части днища обнаружили борозду
глубиной до 20 см на протяжении от
17 до 32 шпангоута. Листы-наружной об-
шивки оказались вдавленными внутрь
между шпангоутами со сквозными тре-
щинами в килевом и двух смежных
поясьях. Между 32 и 36 шпангоутами
были смяты вертикальный киль, флоры
и деформировано второе дно, что, по мне-
нию Макарова, вызывалось излишней
жесткостью днищевого набора.
. 20 мая 1897 года «Гангут» в составе
Практической эскадры вышел из
Кронштадта на Транзундский рейд. 28
мая вице-адмирал С. П. Тыртов по ука-
занию Главного морского штаба издал
приказ о проведении в течение июня на
всех кораблях эскадры испытаний водо-
отливных средств. На «Гангуте» их вы-
полнили под руководством судовых меха-
ников с участием учеников техни-
ческого училища 10—11 июня. Все во-
доотливные средства, кроме носовой тур-
бины, оказались исправными, но их сум-
марная производительность из-за малого
диаметра труб составила лишь 24,5 т/мин
вместо 65,9 по проекту. Устранить этот
недостаток было решено силами порта по
возвращении в Кронштадт, а пока про-
должались учения по плану боевой подго-
товки.
На следующий день броненосец пошел
к острову Рондо для выполнения учеб-
ной артиллерийской стрельбы. Ничто не
нарушало спокойствия адмирала, штаба
эскадры и командира. Поставив щит
на якорь, легли в дрейф, пообедали.
В 13 ч 15 мин пробили боевую тре-
вогу. Броненосец маневрировал у щита,
стреляя с обоих бортов орудиями всех
калибров, включая 305-мм. По окончании
стрельбы в 15 ч 40 мин, когда погода
стала портиться и ветер развел волну си-
лой до 3 баллов, щит подняли на борт.
Под парами находились четыре котла в
носовых кочегарках. «Гангут» дал ход
2,5 уз и лег на курс на Транзунд.
Через несколько минут на корабле по-
чувствовали небольшой толчок, едва за-
метный на верхней палубе. В жилой па-
лубе ощущение было такое, как при
реверсе с переднего хода на задний.
Лишь кочегары, стоявшие на вахте, от-
четливо слышали скрежет под днищем.
На мостике рулевой доложил, что бро-
неносец внезапно отклонился от курса на
2° влево и в течение минуты не слу-
шался руля. В правую носовую кочегарку
хлынула вода. Несколько молодых коче-
гаров, испугавшись, выбежали на палубу,
но затем вернулись и стали помогать сво-
им более опытным товарищам, начавшим
борьбу с прибывавшей водой. О пробоине
сразу доложили старшему инженер-
механику Н. М. Русначенко, находив-
шемуся в своей каюте. Когда тот спустил-
ся в кочегарку, воды было уже по колено
и она быстро прибывала. Водоотливные
средства уже работали, а кочегары вы-
гребали жар из топок, чтобы предотвра-
тить взрыв котлов. Вода начала затапли-
вать и левую носовую кочегарку прямо
из-под котла, так что сначала предполо-
жили, что лопнул его шов. Одна из горло-
вин двойного дна со свистом «травила»
воздух, но когда попытались подтянуть
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
Эскадренный броненосец «Гангут»
болты крышки, оказалось, что они затя-
нуты до отказа. Вода появилась и в кори-
доре крюйт-камеры 229-мм орудий. Нахо-
дившийся на вахте помощник старшего
инженер-механика А. А. Гаврилов прика-
зал разводить пары в левой кормовой
кочегарке. Русначенко, запретив выгре-
бать жар из топок, поднялся на мостик
и доложил о пробоине командиру.
В 15 ч 50 мин пробили водяную тревогу.
Командир вслед за старшим механиком
спустился в носовую кочегарку. Команда
действовала спокойно, как на учениях.
Начали разводку паров во вспомога-
тельном котле Бельвиля и котле Шанд-
Мессона, привели в действие все водо-
отливные средства. Под предполагаемое
место пробоины начали подводить плас-
тырь, но оказалось, что штатные обнос-
ные цепочки были разорваны при ударе о
камень. Тогда под руководством старше-
го офицера под пробоину начали подво-
дить тент. Для заводки концов спусти-
ли вельбот, но сложное таранное образо-
вание носовой оконечности и усиливав-
шееся волнение мешали работе.
В 15 ч 55 мин остановили главные
машины. Двери водонепроницаемых пе-
реборок, горловины и люки тщательно
задраивались, причем те из них, которые
были задраены до тревоги, открыва-
лись для контроля и задраивались сно-
ва. Через 20 минут после удара вода
залила топки котлов правой носовой ко-
чегарки. Через низко расположенный
дымоход вода в течение нескольких ми-
нут залила топки котлов во всех коче-
гарках. Броненосец остался без хода, без
освещения, без водоотливных средств. В
погруженных во тьму помещениях кораб-
ля в наступившей после остановки ме-
ханизмов тишине раздавался шум воды.
Текли швы водонепроницаемых перебо-
рок, вода лилась струями через закле-
почные отверстия, пропущенные неради-
выми строителями, резину дверей и лю-
ков, отсутствующие сальники, в местах
прохода штоков, труб, тросиков машин-
ного телеграфа через переборки и палу-
бы. Дверь из правой кормовой коче-
гарки в машинное отделение сначала
оставили открытой, чтобы понизить уро-
вень воды в кочегарке и откачать ее
водоотливными средствами машинного
отделения. Задраить «водонепроницае-
мую» дверь трк и не удалось. Бронено-
сец продолжал погружаться. Ближайший
берег был в шести милях. На борту
36—37
находились 582 человека (кроме экипа-
жа — штаб эскадры, воспитанники тех-
нического училища, ученики Петербург-
ских мореходных классов, лоцманских
классов, лоцманские и штурманские
ученики, музыкантская команда эскад-
ры). «Гангут» тем временем сносило на
каменистую банку. Чтобы прекратить
дрейф, а также облегчить работы по
подводке пластырей, в 16 ч 35 мин отда-
ли правый якорь на глубине 29 м и вытра-
вили 57 м якорь-цепи. По приказанию
вице-адмирала С. П. Тыртова за по-
мощью на Транзундский рейд к млад-
шему флагману эскадры контр-адмиралу
П. Н. Назимову отправили вельбот под
командой флаг-офицера мичмана
П. И. Игнатьева.
Крен броненосца достиг 7° на правый
борт, и, чтобы его выровнять, в борто-
вые коридоры левого борта приняли
60—70 т воды. Крен уменьшился до 1° и
оставался таким в течение получаса,
после чего корабль стал крениться уже на
левый борт. Тогда прекратили затопление
коридоров и по инициативе старшего
механика заполнили водой помещение
правого погреба 305-мм зарядов. После
упорной работы под предполагаемую
пробоину подвели тент и штатный плас-
тырь, но вода продолжала прибывать.
При разводке паров в котле Шанд-
Мессона не обратили внимание на от-
сутствие в нем воды, в резуль-
тате котел вышел из строя. Борьба з-а
живучесть продолжалась при свете све-
чей. Отверстия в переборках в
местах отсутствующих заклепок затыка-
лись деревянными пробками и ветошью.
На крышки люков жилой палубы стави-
лись упоры, подкреплялись переборки.
Воду откачивали ручными помпами и да-
же ведрами. Чтобы успокоить людей, в
17 ч 50 м_ун командир приказал второй
вахте ужинать; команде выдали винную
порцию.
Положение броненосца продолжало
ухудшаться, остановить распространение
воды по кораблю не удавалось. Сыграла
свою коварную роль строительная пере-
грузка, «съевшая» часть.запаса плаву-
чести. После того как жилая палуба
оказалась ниже ватерлинии, вода хлыну-
ла из шпигатов, гальюнов, умывальников.
В 18 часов удалось запустить вспомо-
гательный котел, и водоотливные сред-
ства «Гангута» возобновили работу,
впрочем, ненадолго: его производитель-
ности не хватало, и пар во вспомо-
гательном котле сел. К тому же паро-
проводы к водоотливным турбинам про-
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
ходили через затопленные помещения,
в результате чего пар охлаждался и кон-
денсировался. К 18 ч 30 мин «Гангут»
погрузился на два метра и положение
стало критическим. Только через полчаса
подошел миноносец № 108, вслед за ним
десятью и пятнадцатью минутами позже
пароход «Улеаборг» и крейсер II ранга
«Африка». Затем прибыли пароход
«Днепр», миноносцы № 123, 126, минные
крейсеры «Лейтенант Ильин» и «Вое-
вода». В это время крен броненосца до-
стиг 10°. Командующий эскадрой пред-
полагал отбуксировать «Гангут» на мел-
кое место крейсером «Африка», и с него
на бак «Гангута» завели буксир. Миноно-
сец № 108 послали в Транзунд с те-
леграммами в Петербург о случившемся.
В это время (19 ч 25 мин) крен бро-
неносца еще более увеличился. В каюты
левого борта уже нельзя было попасть.
Возникала опасность опрокидывания
броненосца при буксировке, что привело
бы к гибели сотен людей.
В 20 ч 20 мин, когда стало ясно, что
спасти корабль не удастся, вице-адмирал
С. П. Тыртов приказал начать пере-
возку вещей команды. Между «Африкой»
и «Гангутом» устроили канатную дорогу,
со всех подошедших кораблей и судов
спустили шлюпки. Ветер и волнение уси-
лились, что затрудняло спасательные
работы. Тем не менее перевозка шла ор-
ганизованно. Сначала на «Африку» до-
ставили судовую кассу,-документы, затем
больных, секретные карты, хронометры в
строгом соответствии с очередностью,
предписанной Морским уставом. Пере-
возку вещей команды уже через десять
минут прекратили, так как погружение
корабля ускорилось, и в 20 ч 30 мин
начали эвакуировать людей. Команда,
построенная по отделениям во фронт, по
приказу старшего офицера и командира
по очереди садилась в катера и шлюпки
без какой-либо паники. В 21 час спустили
вице-адмиральский и кормовой флаги и
адмирал со штабом отбыл на пароход
«Днепр». Спустя пять минут вывели из
действия вспомогательный котел и водо-
отливные средства^ На борту остались
только командир корабля капитан 1 ран-
га К. М. Тихоцкий, старший офицер ка-
питан 2 ранга М. Переслени, мичман
П. Плен и боцман Г. Мишин. Командир
обошел помещения броненосца, еще не
залитые водой, и, убедившись, что на
борту никого не осталось, последним сел
в шлюпку. Спустя девять минут, когда
она отошла на безопасное расстояние,
«Гангут» стремительно повалился на ле-
вый борт и через несколько мгновений
скрылся под водой. Это случилось в
21 ч 40 мин. Когда разошлись волны от
гигантской воронки на месте гибели
броненосца, на поверхности остались
множество всплывших предметов и
большое масляное пятно. На глаза мно-
гих гангутцев навернулись слезы.
В статье А. Н. Крылова «Гибель бро-
неносца „Гангут"»* некоторые факты не
соответствуют записям вахтенного и
флагманского журналов, материалам
следствия. Драматическая обстановка
борьбы за живучесть у заслуженного ака-
демика изображена карикатурно: вместо
того чтобы бороться за живучесть ко-
рабля, адмирал приказал свозить шлюп-
ками сперва священника с церковной
утварью, затем вахтенный журнал, сиг-
нальные книги, судовую отчетность, де-
нежный сундук, командные койки и чемо-
даны, команду и офицеров. Крылов ука-
зывает, что корабль затонул, стоя -на
якоре рядом с 9-метровой банкой. Име-
лась ли возможность спасти корабль, по-
садив его на банку? Вероятно, имелась,
но при посадке на мель затопляемый
водой броненосец мог опрокинуться,
что привело бы к многочисленным жерт-
вам. Сознательно ли отказались от такой
попытки, сейчас сказать трудно, так же
как и то, насколько точно А. Н. Кры-
лов передал слова адмирала А. А. Би-
рилева: «Гнусный корабль, хорошо, что
его утопили, незачем его и поднимать».
Для следствия по делу о гибели
броненосца «Гангут» создали специаль-
ную комиссию под председательством
контр-адмирала Р. Р. Дикера. В" течение
июня 1897 года водолазы подробно об-
следовали корпус затонувшего броненос-
ца. Специальная гидрографическая пар-
тия выполнила промеры, в ходе которых
обнаружили необозначенную на карте
скалу. В ее верхней части имелись две
острые вершины, отстоящие от поверх-
ности воды на 6,6 и 7,1 м (осадка
«Гангута» утром 12 июня была форштев-
нем 6,4 м, ахтерштевнем 7,2). На обеих
вершинах остались следы сурика, а меж-
ду ними обнаружили заклепки, принад-
лежавшие «Гангуту». Броненосец лежал
на левом борту, погрузившись почти до
диаметральной плоскости в ил. Водолаз-
ный офицер с броненосного крейсера
«Россия» Н. К. Гербих зарисовал
пробоины в днище по правому борту
и в районе киля и снял их точные
размеры. Общая площадь пробоин соста-
вила 0,279 м2. Через такое сечение на
глубине 7 м в минуту должно посту-
пать более -180 т воды. Можно предпо-
ложить, что в левом борту также имелась
одна или даже множество пробоин, о чем
свидетельствует факт поступления воды
сразу после удара о камень не только в
правую, но и в левую носовую кочегарку.
В результате ударов об острые вершины
скалы листы обшивки разошлись на ши-
рину от 7 до 20 см. Повреждения затро-
нули район от 33 до 50 шпангоута. В ра-
ботах по обследованию «Гангута» участ-
вовали вольнонаемные водолазы со спа-
сательного судйа «Могучий», офицеры и
указатели Кронштадтской водолазной
школы и шведские водолазы. С зато-
нувшего корабля удалось поднять не-
сколько 47- и 37-мм орудий Гочкиса,
63,5-мм пушку Барановского и ряд мел-
ких предметов.
После окончания следствия с 26 по
28 марта 1898 года в Кронштадте перед
судьями предстали командир броненосца
капитан 1 ранга К. М. Тихоцкий, флаг-
манский штурман Практической эскадры
штабс-капитан Ф. А. Тимофеевский,
штурман корабля штабс-капитан
Г. С. Штольц, механики Н. М. Русначен-
ко и А. А. Гаврилов. Суд согласился с
заключением следственной комиссии о
том, что повреждения броненосца послу-
жили причиной его гибели благодаря
стечению ряда неблагоприятных обстоя-
тельств, каждое из которых в отдель-
ности не представляло особой опасности.
Суд обратил внимание на следующие кон-
структивные недостатки: 1) перегрузку;
2) недоведение водонепроницаемых пе-
реборок выше жилой палубы; 3) поме-
щение магистральной трубы в между-
донном пространстве, вследствие чего
повреждение днища вызывало поврежде-
ние как самой трубы, так и второго
дна; 4) недостаточный диаметр труб во-
доотливной системы; 5) негерметичность
переборок, дверей, люков, горловин. На
суде никто не опроверг заключение след-
ственной комиссии о том, что не обнару-
жено данных, которые «возбуждали бы
сомнение в общей прочности и благона-
дежности постройки корпуса броне-
носца».
На решение суда в отношении обви-
няемых в значительной степени повлия-
ло то, что уже через пять дней после
гибели броненосца, когда еще не были
известны результаты следствия, вышел
приказ по морскому ведомству. В нем го-
* Крылов А. Н. Гибель броненосца
«Гангут». Сб. ЭПРОН VIII—IX. Л., 1935.
38—39
ворилось, что император Николай II
«обратил внимание на выказанные в этом
несчастном случае со стороны флагмана,
командиров и офицеров броненосца энер-
гию и распорядительность, благодаря ко-
торым в минуты крайней опасности был
сохранен на судне образцовый порядок и
удалось спасти всех находившихся на
нем людей», за что всем чинам по-
гибшего броненосца «изъявлено царское
спасибо». Всех обвиняемых оправдали за
исключением старшего инженер-механи-
ка Н. М. Русначенко, обвиненного в
том, что он без разрешения команди-
ра броненосца приказал для выравни-
вания крена затопить 305-мм бомбовый
погреб по правому борту. Но так как
«означенное нарушение не имело и не
могло иметь вредных последствий», Рус-
наченко наказали в дисциплинарном’ по-
рядке — пятью сутками ареста. Ни след-
ственная комиссия, ни суд не ответили
на главный вопрос: можно ли было спас-
ти корабль при другой организации
борьбы за живучесть. К несчастью,
повреждения оказались самыми «неудоб-
ными», за короткое время вода зато-
пила носовые котельные отделения —
именно те, котлы в которых были под
парами. При всех других вариантах
повреждений днища имелась возмож-
ность откачивать поступающую через не-
герметичные переборки воду. Комиссия
выявила следующие ошибки в ходе
борьбы за живучесть: сначала непра-
вильно оценили аварийное состояние
броненосца; затопление для выравнива-
ния крена велось без расчетов, на глаз;
в связи с недостаточным знанием трюм-
ными специалистами корабельных систем
допустили ряд ошибок и не использо-
вали все возможности; преждевременно
начали выгребать жар из топок — опас-
ности взрыва котлов не было; все водо-
отливные средства запустили в действие
без учета паропроизводительности кот-
лов.
Трагедия «Гангута» послужила причи-
ной усиления внимания к вопросам
непотопляемости. С. О. Макаров ранее
неоднократно ставил вопрос об испыта
нии водонепроницаемых переборок нали-
вом воды в отсеки. После гибели «Ган-
гута» адмирал написал письмо управляю-
щему Морским министерством П. П. Тыр-
тову о необходимости «пробы переборок».
Инструкцию, разработанную на основе
предложений Макарова, рассмотрели на
заседании МТК 10 февраля 1898 года и
утвердили 22 апреля. Старший помощник
главного инспектора механической части
флота В. И. Афанасьев писал впослед-
ствии Макарову: «Злополучный „Гангут"
был тою дубиной, под ударами которой
признали, наконец, правильность Ваших
требований относительно пробы судовых
переборок». Что же касается доведения
водонепроницаемых переборок до верх-
ней палубы, то этот вопрос Макаров
поднимал еще в 1894 году, но не все
его рекомендации даже после наглядного
урока гибели «Гангута» были выполнены.
Тем не менее в результате мер, принятых
после изучения обстоятельств гибели
«Гангута», живучесть кораблей русского
флота в значительной степени повыси-
лась.
Во время русско-японской войны бро-
неносцы «Ретвизан», «Цесаревич», «По-
беда», «Севастополь», крейсеры «Баян»,
«Паллада» успешно противостояли
взрывам торпед и мин.
Вниманию читателей!
Научно-популярный сборник по истории флота и судостроения «Гангут» и
другую продукцию издательства «Гангут» вы можете заказать по адресу:
193024, С.-Петербург, а/я 71, издательство «Гангут».
Заказы выполняются ценной бандеролью с наложенным платежом.
Обращаем ваше внимание на значительное увеличение почтовых тарифов
с 1 июля 1992 года!
Кроме сборника вы можете заказать чертежное приложение для судо-
моделистов и коллекционеров: с Броненосный крейсер «Рюрик»^>, с Крей-
сер II ранга «Боярин»^>, а также карманные календари на 1993 год из серии
«Флаги Отечества» (комплект 12 шт.).
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
Минный заградитель
„Урал"*
А. В. БУЛАТОВ
В предвоенный период советское
судостроение было сориентировано на
постройку боевых кораблей основных
классов: линкоров, крейсеров, эсминцев,
подводных лодок, тральщиков, а также
боевых катеров. Дефицит кораблей
специального назначения и вспомо-
гательных судов предполагалось при
необходимости восполнить за счет
вооружения и переоборудования мобили-
зованных гражданских судов. Штабами
флотов были составлены списки судов
пароходств всех бассейнов с указанием
возможного характера их использова-
ния в военное время.
Руководство ВМФ СССР, исходя из
концепции обороиы Финского залива
путем использования минно-артиллерий-
ских позиций, предполагало в началь-
ный период войны выполнить крупно-
масштабные минные постановки. Однако
для решения этой задачи Балтийский
флот осенью 1939 года располагал лишь
одним минным заградителем — капи-
тально отремонтированным и переобору-
дованным из бывшей императорской
яхты «Штандарт» в 1932—1936 годах
«Марти». В условиях реальной военной
угрозы были предприняты срочные меры
для поиска судна, способного после
переоборудования выполнять функции
минного заградителя, исходя из сле-
дующих требований флота:
1)	скорость хода — не менее 10 уз
(желательно 12 уз);
2)	осадка, при водоизмещении свыше
2500 т — не более 7,3 м (для Балтийского
моря);
3)	высота борта в разгруженном
состоянии — не более 4,5 м;
4)	грузовые трюмы должны иметь
надежные грузовые средства с мощ-
ностью лебедок для груза весом в 1 т
и скоростью подъема не менее 0,5 м/с;
5)	при наличии средней надстройки
ширина продольных внутренних коридо-
ров— не менее 1,3 м;
6)	обязательно наличие междудонных
отделений для приема водяного балласта.
В результате выбор пал на рефри-
жераторный теплоход «Феликс Дзержин-
ский». Заложенный на Северной судо-
строителытй-верфи в Ленинграде 29 ав-
густа 1926 года и сданный Совторгфлоту
13 сентября 1929 года, он принадлежал
ко II серии так называемых «лондонских
рефрижераторов» и предназначался для
перевозки экспортного сливочного масла
в таре, генерального груза и классных
пассажиров из Ленинграда в Лондон.
Это был одновинтовой двухпалубный
теплоход с прямым кованым форштевнем
и кормой крейсерского образования,
полубаком, средней надстройкой и руб-
ками — кормовой и вблизи мачт. Уси-
ленная носовая часть корпуса, литой
ахтерштевень, полубалансирный руль
и гребной винт были рассчитаны на
плавание в ледовых условиях. Шесть
водонепроницаемых переборок, доведен-
ных до верхней палубы, делили судно
по длине на семь отсеков: форпик,
трюмы № 1 и № 2, машинное отделе-
ние, трюмы № 3 и № 4 и ахтерпик.
Через три дня после сдачи судна
заказчику капитан П. П. Гринфельд
вывел его в первый рейс, а уже 15 августа
1930 года экипажу вручили «Знамя
первенства по труду». О качестве
работы команды говорит и тот факт,
что в 1931 и 1932 годах по результатам
I и II Всесоюзных конкурсов на лучшее
судно «Феликсу Дзержинскому» при-
суждались первые места. В процессе
эксплуатации так называемые эмигрант-
ские помещения, расположенные в верх-
них твиндеках трюмов № 1 и № 2,
переоборудовали под каюты туристского
класса на 98 человек и модернизиро-
вали главный двигатель, переделав его
в бескомпрессорный. Кроме того в рубке
у фок-мачты разместили станцию угле-
кислотного тушения пожара, состоявшую
из 47 баллонов емкостью 40 л каждый.
Весной 1934 года теплоход стал пер-
вым советским судном, перевозящим
туристов по договорам между Всесоюз-
ным акционерным обществом «Интурист»
и зарубежными фирмами. В 1937—
1938 годах вместе с однотипной «Ко-
операцией» теплоход совершает рейсы
в республиканскую Испанию. 4 августа
1938 года судно доставило в Ленинград
экипаж парохода «Смидович», аресто-
ванный франкистами и проведший в зас-
тенках 19 месяцев. Тысячи ленинград-
цев устроили тогда «Феликсу Дзер-
жинскому» торжественную встречу. Та-
кова вкратце довоенная биография
будущего минного заградителя.
* По материалам ЦГАВМФ: ф. р-92,
р-44.
© А. В. Булатов, 1992.
40—41
«Феликс Дзержинский» до переоборудования в минный заградитель
25 октября 1939 года начальник
Главного морского штаба (ГМШ) утвер-
дил тактико-техническое задание (ТТЗ)
Управления кораблестроения (УК)
РКВМФ на проект переоборудования,
получивший номер 125, а 10 ноября
судно было получено от Наркомата
морского флота. Разработку проекта по-
ручили конструкторскому бюро (КБ)
завода имени Марти. В качестве ти-
пового проекта конструкторам предла-
гался проект переоборудования в мин-
ный заградитель парохода «Юшар»,
разработанный конструкторским бюро
кораблестроительной секции Научно-
технического комитета Управления Воен-
но-Морских Сил РККА (НТК УВМС)
в декабре 1928 года. 23 декабря 1939 года
разработчики проекта № 125 получили
отношение НТК РКВМФ, в котором
подчеркивалось, что использование теп-
лохода в качестве минного загради-
теля является временным с его после-
дующей демобилизацией и восстановле-
нием для использования по основному
назначению. Это обстоятельство, а также
срочность выполнения заказа заставили
КБ максимально сократить номенклатуру
и объем работ по переоборудованию,
сохранив основное оборудование судна
за счет некоторого снижения обычных
требований к кораблям класса «минный
заградитель». Составление проекта
осложнило еще и то, что модерни-
зация, проведенная в процессе эксплуа-
тации «Феликса Дзержинского», не полу-
чила надлежащего документального
оформления — работы тогда выполня-
лись в основном по указаниям про-
рабов. В результате, не располагая
отчетными чертежами, точно отражаю-
щими текущее состояние судна, кон-
структорам пришлось иметь дело с
комплектом рабочих чертежей, ис-
пользовавшихся еще при постройке
теплохода.
При уточнении вопроса о средствах
погрузки и выгрузки мин проектанты
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
Рефрижераторный теплоход
«Феликс Дзержинский»
в акватории Северной
судостроительной верфи
особое внимание обратили на то, что
время, затрачиваемое на подъем мин
из трюма на палубу, предопределяет
скорость заградителя во время мин-
ной постановки, а значит, время всей
этой операции в целом. Опираясь на
расчеты, они доказали невозможность
достижения нормальных скоростей ко-
рабля при непрерывном сбрасывании
мин без наличия специальных подъем-
ных устройств. Однако НТК РКВМФ
указал, что в связи с временностью
и срочностью переоборудования для
операций с минами должны быть ис-
пользованы существующие трехтонные
грузовые стрелы, а увеличение ско-
рости минной постановки может быть
достигнуто организационными ме-
рами: предварительной выгрузкой мин
на палубу из наиболее тесных мест
погребов, специальной тренировкой ко-
манды и рядом других мероприятий.
Для ускорения грузовых операций с
минами на всех стрелах установили
бугели с ограничительными поводками,
фиксирующими положения «над путем»
и «над люком».
Наиболее трудоемкими корпусными
работами при переоборудовании тепло-
хода оказались разборка квартердека
и монтаж платформы в минном пог-
ребе № 5 (бывший трюм № 4) для
прокладки минных путей. Над тунне-
лем гребного вала на высоте 4,2 м
от основной платформы установили
дополнительную водонепроницаемую
платформу весом 12,6 т из листовой
стали толщиной 8 мм. Между плат-
формой и туннелем в диаметральной
плоскости вместо карлингса поставили
вертикальный восьмимиллиметровый
лист.
В остальных погребах работы огра-
ничились установкой изоляции, частич-
ной зашивкой люков и прокладкой
минных путей. Борта и переборки всех
погребов изолировали тройной обсып-
кой мелкой крошенной пробкой за
исключением тех мест, где имелась
штатная рефрижераторная изоляция.
В зависимости от миновместимости, в
каждом погребе проложили от трех до
восьми минных путей, по бортам уста-
новили стеллажи для хранения удар-
ных и предохранительных приборов.
Минные пути со стандартным «зе-
товым» профилем рельса проложили
непосредственно по деревянному настилу
верхней палубы, а в коридорах сред-
ней надстройки — поверх линолеума.
Для передачи мин с борта . на борт
у торцевых стенок средней надстройки
смонтировали два переката. Чтобы
избежать резкого повышения уклона
путей при подаче мин к кормовым
скатам, демонтировали квартердек.
Металлический настил и бимсы верх-
ней палубы от 15 шпангоута в корму
обрезали, за исключением района уста-
новки швартовной лебедки, где палубу
удалили на расстоянии 2,75 м от диа-
метральной плоскости и до борта. На
уровне основного настила верхней па-
лубы в этом районе установили новый
водонепроницаемый настил с уклоном в
корму 1 : 100.
42—43
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
Таблица 1
Минное вооружение по проекту переоборудования теплохода «Феликс Дзержинский» в минный заградитель
	Минные погреба						Открытые места на	Итого*
	№ 1	№ 2	№ 3	№ 4	№ 5	№ 6	верхней палубе	
Название помещений до переоборудования (расположение, шпангоуты)	трюм № 1 (116-140)	НИЖНИЙ твиндек № 1 (116—137)	НИЖНИЙ твиндек № 2 (84—116)	твиндек № 3 (34-60)	трюм № 4 (15—34)	твиндек № 4 (15—34)		
Количество минных путей	3	6	8	8	7	8	—	—
Возможный одновременный подъем мин	1	2	2	2	1	2	—	—
Количество размещаемых мин: образца 1908 г.	29	48	128	112	51	58	107	533
—»—	1912 г.	29	48	136	112	49	62	107	543
—»—	1926 г.	17	30	80	64	32	38	65	326
КБ-3	14	24	66	56	24	26	54	264
М. 3.	26	42	120	96	44 ’	58	76	462
Отчетные чертежи минного заградителя «Урал» (октябрь 1940 года): боковой вид, вид сверху, продольный разрез.
44—45
1 — минные скаты; 2 — четырехвесельный ял; 3 — кранцы первых выстрелов 76,2-мм орудий;
4 — минные пути; 5 — грузовая лебедка: 6 — !2,7-мм пулемет ДШК: 7 — кранцы первых
выстрелов 12,7-мм пулеметов; 8 — спасательная шлюпка; 9 — прожектор; 10 — !,5-м даль-
номер; И—запасной якорь; 12 — шестивесельный вельбот: 13 —гнезда для морских
дымовых шашек (МДШ); 14 — 76,2-мм орудие системы *34-К»; 15 — мусинговая подача
снарядов; 16— носовой артиллерийский погреб: 17. 18, 20 — минные погреба Xs I. 2. 3:
19 —носовой грузовой трюм: 21 — столовая команды; 22 — машинное отделение; 23 —
кормовой грузовой трюм; 24. 25. 27 — минные погреба X? 4. 5 и 6; 26 — платформа
минного погреба Хе 5: 28 — кормовой артиллерийский погреб; 29 — погреб вторичных де*
тонаторов: 30— минный пост наблюдения
Таблица 2
Минный заградитель «Урал»
Основные характеристики	До пере- оборудо- вания	По проекту	После пере- оборудо- вания
Водоизмещение весовое, т	5560				
—»—	порожнем, т	—	3015	3178,4*
—»—	стандартное, т	—	4000,5	4170,1
—»—	полное, т	—	4210	4379,6
Длина наибольшая, м	104,0	104,0	104,0
между перпендикулярами, м	101,35	101,35	101,35
Ширина наибольшая, м	14,6	14,6	14,6
Осадка на ровный киль по летнюю грузовую марку, м	5,689	—	—
средняя порожнем, м	—	3,57	3,71
—»— средняя в полном грузу, м	—	4,66	4,81
Высота борта у миделя, м	8,45	8,45	8,45
—»— полубака, м	2,6	2,6	2,6
—»— средней надстройки, м	2,44	2,44	2,44
—»— кормовой надстройки, м	2,44	2,44	2,44
—»— твиндека, м	2,45	2,45	2,45
Метацентрическая высота, м	0,5	0,87	0,96*
Нормальная мощность (при НО об/мин) главного двигателя—дизеля, л. с.	2100	2100	2100
Запас топлива и смазки нормальный, т	—	137,5	137,0
—»—»—»—»—»—»— полный, т	172,3	199,5	199,5
Район плавания с нормальным запасом топлива, миль	2500	3770	3770
Скорость наибольшая, уз	12,5	12,5	12,5
Дедвейт (в том числе 1000 т рефрижераторных гру- зов), т	2570	—		
Классных пассажиров, чел.	158	—	—
Экипаж, чел.	60	120	120
* По данным опытного кренования, выполненного КБ завода нменн А. А. Жданова 26 августа 1940 года.
В наружной обшивке кормовой око-
нечности с обоих бортов сделали вы-
резы для минных скатов. Шпангоуты
в этих местах обрезали по высоте до
нового палубного настила. Остальные
шпангоуты остались без изменений
и играли теперь роль стоек фальш-
борта. Во избежание удара мин о руль
или винт и для обеспечения их свобод-
ного падения оба минных ската (угол
схода мины 35° и радиус закругле-
ния 2,9 м) вынесли за кормовой срез
на постоянные площадки, закреплен-
ные к наружной обшивке. Подъем
и заваливание скатов «по-походному»
выполнялись специальными талями.
Для управления и наблюдения за
минной постановкой оборудовали три
поста: главный минный пост—на хо-
довом мостике, пост сбрасывания мин —
на открытом кормовом мостике и пост
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
наблюдения за сбрасыванием мин — в
самой кормовой части нижней палубы.
Их снабдили полевыми телефонами
и переговорными трубами.
Запальные стаканы, патроны и мин-
ный сахар (для взрывателей) храни-
лись в погребе первичных детонаторов,
выгороженном на правом борте трюма
№ 3, и в погребе вторичных детона-
торов — в корме на платформе под
нижней палубой. Оба погреба изоли-
ровали пробкой с последующей дере-
вянной зашивкой и оборудовали ме-
таллическими стеллажами для хранения
ящиков, погрузка и выгрузка которых
осуществлялись вручную.
ТТЗ предусматривало установку на
теплоходе четырех 45-мм полуавто-
матов системы «21-К», однако спе-
циалисты КБ, изучив свежий боевой
опыт использования корабельной зенит-
ной артиллерии против самолетов, приш-
ли к выводу, что эти артустановки
не в состоянии обеспечить надежную
защиту корабля. В связи с этим руко-
водство КБ обратилось в УК РКВМФ
с просьбой о замене полуавтоматов на
76,2-мм орудия системы «34-К». Обра-
щение признали обоснованным и просьбу
проектантов удовлетворили.
В результате частичной переработки
проекта артиллерийское вооружение рас-
положили следующим образом: четыре
76,2-мм орудия — по два на полубаке
и кормовом мостике, четыре 12,7-мм
пулемета ДШК — по два на верхнем
мостике и на шлюпочной палубе. Для
обеспечения углов обстрела орудий
подрезали комингсы вентиляционных
головок: четырех на полубаке и двух
на крыше кормовой рубки. На полу-
баке, в районе радиуса обслуживания
носовых орудий, установили площадки
с наделками.
Для хранения артиллерийского бое-
запаса носовой и кормовой артиллерий-
ский погреба оборудовали сотовыми
стеллажами. Из носового погреба, рас-
положенного на носовой платформе
и рассчитанного на хранение 410-ти
76,2-мм снарядов, боезапас подавался
до верхней палубы мусинговой по-
дачей, а далее — к орудиям на полу-
бак — вручную. Погреб изолировали
оцинкованным железом, экспанзитом
и частично обсыпкой крошенной проб-
кой. Мусинговая подача кормового
погреба, расположенного на нижней
палубе и рассчитанного на 620 сна-
рядов, выходила прямо к орудиям —
на крышу кормового мостика. Погреб
изоляции не имел. В непосредствен-
ной близости от орудий как на полу-
баке, так и на кормовом мостике раз-
местили по два кранца первых выст-
релов с 56 снарядами в каждом. В пу-
леметном погребе, размещенном на
нижней палубе по левому борту, на
металлических стеллажах хранились
18 360 патронов, подаваемых к пуле-
метам вручную по трапам. Поверх
деревянной изоляции погреб обшили
кровельным железом. Остальные 4800
патронов находились в кранцах около
пулеметов.
Управление огнем осуществлялось
двумя артиллерийскими постами:
главным — на верхнем мостике и вспо-
могательным — на крыше радиорубки.
Каждый пост оборудовали полутора-
метровым дальномером, переговорными
трубами и полевыми телефонами.
Согласно ТТЗ судовые системы
должны были обеспечить «нормальные»
(как на боевых кораблях специальной
постройки) условия хранения мин и ар-
тиллерийского боезапаса. Однако для
выполнения в точности этого требо-
вания понадобилась бы дополнительная
установка 17 электровентиляторов
и нескольких пожарных насосов общей
производительностью до 400 т/ч, что,
в свою очередь, потребовало бы уве-
личения мощности судовой электро-
станции и прокладки новой пожарной
системы большего диаметра. Временный
характер и срочность переоборудования
при весьма значительном объеме работ
привели в отступление от обычной
практики и требований ТТЗ к волевому
решению снизить требования к систе-
мам. В результате обширной пере-
писки между НТК и КБ завода дого-
ворились искусственную вентиляцию
совсем не устанавливать, а систему
орошения погребов осуществить в такой
степени, в какой это позволяют имею-
щиеся на судне насосы и пожарная
система.
Системой орошения оборудовали все
минные, оба артиллерийских погреба
и выгородку первичных детонаторов.
В минных погребах орошающие дрен-
черы (распылители) расположили
равномерно над всей площадью пола,
кроме просветов под люками, а в ар-
тиллерийских погребах и выгородке
первичных детонаторов — над стел-
лажами. Питание сети водой осуще-
ствлялось имевшимися на теплоходе
двумя трюмно-пожарно-балластными
насосами производительностью 70 м3/ч
и напором 80 м каждый через орошаю-
щий трубопровод, подключенный к
штатной пожарной системе. Система
орошения могла быть запущена в дей-
ствие из двух мест: непосредственно
в погребе или с верхней палубы.
Для вентиляции носового и кормо-
вого артпогребов использовали имею-
щиеся электровентиляторы производи-
тельностью по 600 м3/ч (по два в каждом
погребе). Пулеметный погреб обслужи-
вал электровентилятор производитель-
ностью 250 м3/ч.
Расположение жилых и служебных
помещений и их оборудование после
переоборудования в основном остались
без изменений. Исключение составили
бывшая инвентарная эмигрантов, в ко-
торой разместился носовой артпогреб,
и помещения в кормовой части, ра-
зобранные в связи с переделкой квар-
46—47
тердека. В двух уцелевших крайних
кормовых каютах оборудовали наблю-
дательный пост за сбрасыванием мин,
для чего в разделяющей их переборке
сделали дверной вырез. Экипаж ко-
рабля разместили в бывших каютах
команды и пассажиров .
Весной 1940 года переоборудование
«Феликса Дзержинского» «в основном»
было закончено. Однако И. Г. Карпов,
сменивший в конце сентября преды-
дущего года последнего капитана реф-
рижератора И. Г. Гаврилова и наб-
людавший за ходом работ, выявил це-
лый ряд недоделок. С акватории завода
имени А. А. Жданова корабль ушел
на Красногорский рейд, где одновре-
менно с устранением недоделок завод-
скими специалистами проводилась под-
готовка пополнения из состава учеб-
ного отряда Балтфлота. Обучение эки-
пажа продолжалось и во второй поло-
вине лета — во время ходовых испы-
таний в районе между Кронштадтом
и Красногорскими створами.
В честь заградителя Российского
флота — участника первой мировой
войны — 25 сентября 1940 года «Фе-
ликсу Дзержинскому» присвоили новое
название «Урал». 22 октября того же
года корабль ввели в состав Красно-
знаменного Балтийского флота. «Уралу»
определили место на Неве у Горного
института, но стоял он там недолго.
Приказом штаба флота его командиру
предписывалось до ледостава снабдить
все новые базы флота, полученные
после присоединения Прибалтики и со-
ветско-финляндской войны, минным
боезапасом. 29 октября «Урал» вышел
с этим грузом в свой первый поход
в Таллинн. В дальнейшем снабжение
баз в Таллинне, Риге, Либаве и на
полуострове Ханко продолжалось вплоть
до первых чисел января 1941 года.
Во время одного из таких походов
пришлось отдать запасный якорь мин-
ному заградителю «Марти», также
занятому «минным извозом» и поте-
рявшему свой «символ надежды» в
аванпорту Либавы. 10 января 1941 года,
по возвращении с Ханко, «Урал»,
полностью выполнив назначенный ему
план снабжения баз минами, пришел
в Таллинн и встал на зимовку к до-
строечной стенке судостроительного за-
вода в Копли-Лахт.
В конце февраля 1941 года корабль
поставили в таллиннский плавдок для
очистки корпуса, предварительно сняв
с него сотни тонн «гражданских грузов»
(в том числе и холодильные агрегаты
системы рефрижерации трюмов). Тогда
же «Урал» снабдили гирокомпасом,
гидромеханическим лагом и эхолотом.
Окончательно укомплектовали экипаж
минного заградителя (120 человек)
только в мае — накануне тактических
ИСТОРИЯ СУДОСТРОЕНИЯ
учений флота. Во время маневров,
проходивших в районе Ханко — Крон-
штадт, корабль выполнил свои первые
учебные минные постановки.
Войну «Урал» встретил в Таллинне.
22 июня в 6 ч 30 мин балтийцы полу-
чили приказ Главного морского штаба:
«Немедленно начать постановку минных
заграждений по плану прикрытия».
Этот план предусматривал постановку
оборонительного минного заграждения
в устье Финского залива как части
Центральной минно-артиллерийской по-
зиции (Ханко — устье Финского за-
лива — острова Моонзундского архипе-
лага—Ирбенский пролив). Вскоре был
получен еще один приказ ГМШ: «Ста-
вить мины круглосуточно, использовать
всё что можно: эсминцы и другие ко-
рабли».
Утром первого дня войны «Урал»
начал прием мин с блокшива «Петр».
Сформированный приказом контр-
адмирала Д., Д. Вдовиченко отряд,
в группу зураждения которого вошли
«Урал», «Марти», два лидера и три
эсминца, в ночь на 23 июня вышел
в устье Финского залива. Первая мин-
ная постановка, начавшаяся на рас-
свете, не встретила противодействия
со стороны противника. За 1 ч 15 мин
были поставлены 746 мин и 180 мин-
ных защитников. Успешную операцию
омрачили потери в группе прикрытия
отряда — на вражеском минном за-
граждении «Апольда» подорвались крей-
сер «Максим Горький» и эсминец
«Гневный». Крейсер с оторванным носом
своим ходом дошел до рейда острова
Вормсн, а кормовую часть эсминца,
оставшуюся на плаву, пришлось пото-
пить, предварительно сняв команду.
Второй минной постановке в ночь на
25 июня, в которой участвовали «Урал»,
два лидера, эсминец н сторожевой
•корабль, пытались помешать подводная
лодка и одиночные самолеты против-
ника, но их атаки успешно отразили.
К 30 июня создание Центральной по-
зиции в основном было закончено,
однако изменение оперативной обста-
новки в районе Финского залива при-
вело командование флота к решению
о создании сначала Восточной, а затем
и Тыловой позиций.
Из 10 518 мин и минных защитников,
выставленных в 1941 году силами ко-
раблей Охраны водного района КБФ,
эсминцами и торпедными катерами, —
2989 поставил минный заградитель
«Урал». Командовавший в годы войны
Балтийским флотом адмирал В. Ф. Три-
буц так оценил работу минных за-
градителей: «Нельзя не отметить доб-
рым словом тех, кто выполнял основ-
ные минные постановки — прежде всего
экипажи минных заградителей „Марти"
и „Урал"... Труд военных моряков этих
кораблей был воистину самоотвержен-
ным и героическим». За минные поста-
новки 1941 года командира минного
заградителя «Урал» капитана 2 ранга
И. Г. Карпова наградили орденом
Красного Знамени. И хотя этими поста-
новками корабль полностью реализовал
свое предназначение, его активная дея-
тельность не закончилась, правда,теперь
пришлось выступать в прежней —
транспортной — ипостаси.
В период эвакуации гарнизона Ханко
«Урал» со значительно сокращенным
экипажем (часть команды в конце
октября направили в пехотные части
на Невскую Дубровку) участвовал в
одном из наиболее драматичных похо-
дов на полуостров — третьем. Во время
этого перехода, начавшегося 9 ноября
1941 года, на пути следования от остро-
ва Гогланд к Ханко на минных за-
граждениях противника подорвалась
большая часть кораблей охранения:
лидер, два эсминца, тральщик, катер
МО, а также погиб однотипный с «Ура-
лом» транспорт «Андрей Жданов». Тем
не менее 14 ноября в сопровождении
тральщика и трех катеров МО «Урал»,
со срезанными для маскировки стень-
гами, все-таки добрался до Ханко.
Через три дня на рассвете корабль,
стоявший под погрузкой на рейде
военно-морской базы, безуспешно атако-
вали торпедные катера противника.
24 ноября «Урал» в составе конвоя,
обойдя плотные минные заграждения
вдоль береговой черты, вернулся в
Ленинград. На 10-й причал Угольной
гавани сошли 4588 защитников Крас-
ного Гангута и было выгружено 300 т
продовольствия.
В декабре 1941 года «Урал» поста-
вили на аварийный ремонт, а с нового
года его стали использовать в качестве
плавбазы, обеспечивавшей базирование
и боевую деятельность легких сил
флота. После войны кораблю так и не
довелось вернуться к своей прежней
профессии. До конца 1950-х годов он
продолжал службу в составе Красно-
знаменного Балтийского флота. На борту
бывшего минного заградителя, ставшего
учебным кораблем, получили военно-
морские специальности сотни моряков.
48—49
ВООРУЖЕНИЕ И ТЕХНИКА
Противолодочные
ныряющие снаряды
в Российском флоте*
д. ю. КОЗЛОВ
В самом начале первой мировой
войны германские подводники одержали
крупные победы. 22 сентября 1914 года
подводная лодка (/-9 в Северном море
потопила английские броненосные крей-
серы «Хог», «Абукир» и «Кресси»,
11 октября того же года на Балтике
U-26 торпедировала русский крейсер
«Паллада», погибший со всем эки-
пажем. Таким образом, уже с первых
* По материалам ЦГАВМФ: ф. 418,
on. 1, д. 526, 1431. 1904.
© Д. Ю. Козлов, 1992
102-мм орудие на полубаке эскадренного
миноносца «Десна». Эти орудия использова-
лись для стрельбы ныряющими снарядами
дней войны эффективность противо-
лодочной обороны (ПЛО) стала одним
из важнейших факторов, определявших
исход борьбы на море.
На русских морских театрах одно-
временно действовали от четырех (август
1914 года) до сорока (1916—1917 годы)
германских подводных лодок, которые
создавали серьезную угрозу боевым
кораблям и транспортным коммуни-
кациям. Это вынудило Российский
флот спешно приступить к созданию
системы противолодочной обороны, в
том числе к разработке корабельного
противолодочного оружия и способов
его боевого использования.
Отсутствие на кораблях специальных
противолодочных средств привело
к тому, что, обнаружив подводную
лодку, корабль мог лишь пытаться ее
таранить и открывал артиллерийский
огонь по перископу. Стрельба же по
подводной цели обычными артиллерий-
скими снарядами была совершенно не-
эффективна, так как, во-первых, при
углах падения, меньших 15°, снаряды
рикошетировали, во-вторых, даже при
входе в воду снаряд не мог причинить
лодке никакого вреда.
Действительно, -наиболее уязвимая
часть лодки — рубка — находилась под
слоем воды 2-3 м, хорошо защищав-
шем ее. Дальность визуального обна-
ружения перископа не превышала 10 ка-
бельтовых, что при невысоких началь-
ных скоростях снарядов орудий мино-
носцев не позволяло им углубляться
в воду более чем на метр. Разрыв
небольшого фугасного заряда (не более
2-3 кг тола) на расстоянии 1-2 м над
рубкой не мог причинить лодке серьез-
ных повреждений.
В октябре-ноябре 1914 года флаг-
манский артиллерийский офицер штаба
начальника 2-й бригады крейсеров
флота Балтийского моря старший лей-
тенант Г. Н. Пелль провел в Ревеле
испытания снарядов особой конструкции,*
изготовленных под его руководством
в судовой мастерской крейсера «Россия».
Идея Пелля заключалась в следую-
щем. На головную часть снаряда на-
девалась труба-колпачок, которая в мо-
мент соприкосновения с водой препят-
ствовала рикошетированию. На разру-
шение насадки тратилась часть ско-
рости снаряда, который круто уходил
в воду. Результаты опытов с 75-мм
снарядами, имеющими на колпачке
вырезы различной формы, подтвердили
эти предположения. Три снаряда вошли
в воду без рикошета при углах паде-
ния от 1° до 5°, снаряд с небольшими
круглыми вырезами рикошетировал. Ис-
пытания показали, что, уменьшив ско-
рость снаряда и усовершенствовав фор-
му насадки, можно добиться безрико-
шетного входа в воду*. По аналогии
с гаубичными снарядами, ныряющий
снабдили дистанционной трубкой, под-
рывающей заряд на глубине.
Идея «ныряющего» снаряда и резуль-
таты испытаний содержались в док-
ладной записке «Борьба с подводными
лодками», представленной Г. Н. Пеллем
в артиллерийский отдел Главного управ-
ления кораблестроения (ГУК) 19 фев-
раля 1915 года. Один из главных вы-
водов гласил: «Снаряд можно заста-
вить влезть в воду и при малых углах
падения».
В июне 1915 года под руководством
помощника начальника артиллерийского
отдела ГУКа генерал-майора Е. А. Бер-
калова были проведены опытовые стрель-
бы ныряющими снарядами с эскадрен-
ного миноносца «Казанец». В его отчете
сообщалось, что «при углах падения,
больших 3°, снаряды... идут без рико-
шета... полученные при некоторых вы-
стрелах рикошеты объясняются недос-
таточной прочностью крепления нако-
нечника на чугунном корпусе».
Итоги двух последующих испытаний
(14 октября на линкоре «Император
Александр II» и 13 ноября на крейсере
«Громовой») Е. А. Беркалов также
оценил положительно. Разные глубины
взрыва снарядов он объяснял исклю-
чительно разбросом по времени срабаты-
вания трубок и предлагал считать вопрос
стрельбы ныряющими снарядами разре-
шенным «удовлетворительно».
Результаты испытаний действительно
впечатляли. При стрельбе 14 октября
из 152-мм и 120-мм орудий не было
ни одного рикошета из 59 выстрелов,
* В феврале 1915 года Г. Н. Пелль
предложил испытать снаряды с хвостовыми
оконечностями различной формы, которые
обеспечили бы «подводную траекторию,
близкую к горизонтальной прямой на не-
котором протяжении». Для увеличения
дальности подводного «полета» снаряда
Пелль собирался использовать ракетный
двигатель.
50—51
Крейсер «Паллада». Его гибель послужила толчком к развитию противолодочного оружия
в русском флоте
причем 60 % снарядов взрывались на
«наивыгоднейшей» глубине (6 — 9 м),
скорострельность составила 5-6 выстре-
лов в минуту. Тем не менее требова-
лось дальнейшее совершенствование
снаряда.
Флагманский артиллерийский офицер
штаба командующего флотом Балтий-
ского моря капитан 2 ранга Н. И. Игнать-
ев считал, что причиной непостоянства
глубины взрыва является «разно-
образие траектории» движения снаряда
в воде и необходимо изменить форму
наконечника. Кроме того, он предлагал
уменьшить вес заряда, так как при
угле входа снаряда в воду 3° даль-
ность стрельбы не превышала одного
кабельтова, в то время, как требо-
валось «безрикошетно» стрелять на дис-
танциях в двадцать раз больше.
Н. И. Игнатьев не считал резуль-
таты этих стрельб объективными и окон-
чательными, потому что, во-первых,
Е. А. Беркалов не проверил до конца
идею Г. Н. Пелля, не испытав наделки
с отверстиями различной формы; во-
вторых, условия, в которых произво-
дилась стрельба по торпедам, совер-
шенно не отражали реальной боевой
обстановки. Поэтому в декабре 1915 года
Е. А. Беркалов провел на Черном море
новую серию стрельб, испытывая сна-
ряды с различными вырезами и фор-
мой наконечников. Испытания имели
целью отработать оптимальную кон-
струкцию снаряда. Стрельбы, проведен-
ные из орудий миноносцев «Жуткий»
(14 декабря) и «Громкий» (17 декабря)
и авиатранспорта «Император Нико-
лай I» (14 декабря) показали, что
минимальной дальностью стрельбы сле-
дует считать три кабельтова, иначе
при меньших дистанциях как минимум
40 процентов снарядов рикошетировали.
Теория боевого применения ныряющих
снарядов содержалась в двух руко-
водящих документах по артиллерий-
скому делу, вступивших в силу в 1916 го-
ду: «Инструкции для использования
„ныряющих снарядов”» подготовлен-
ной флагманским артиллерийским офице-
ром штаба командующего Черноморским
флотом капитаном 2 ранга Колечицким,
и «Инструкции бригаде линейных кораб-
лей Балтийского моря о ведении артил-
лерийского огня по подводным лодкам
и аэропланам с примечаниями и допол-
нениями капитана 2 ранга В. А. Свинь-
ина». Ныряющие снаряды предполага-
* лось использовать или для стрельбы
по подводной лодке, либо для поста-
новки противоторпедной «завесы». В
зависимости от обстановки командирам
кораблей предоставлялось право выбора
способа действий. Огонь по подводной
лодке мог вестись обстрелом «всего
объема, считающегося опасным при
появлении признаков, указывающих на
ВООРУЖЕНИЕ И ТЕХНИКА
присутствие подводной лодки». Для по-
ражения цели этим способом требо-
валось обстрелять весь опасный сектор
(30—70° по курсовому углу) на дис-
танции 2—7 кабельтовых за 30 се-
кунд — за это время, как тогда счита-
ли, подводная лодка могла выполнить
торпедную атаку. Если принять диа-
метр зоны поражения от взрыва за
18 м, глубину подрыва заряда за 5 м
и ширину подводной лодки за 6 м, то
для выполнения такой задачи требо-
валось, без учета рассеивания, как
минимум 1200 выстрелов (что соот-
ветствовало огню 240 орудий с одного
борта корабля). В реальных условиях
этот способ оказался, естественно, не-
приемлем. Уменьшение сектора обстрела
привело к более «экономному» в смысле
расхода снарядов способу — «стрельбе
по усмотренной подводной лодке или
перископу».
Если направление на перископ опре-
делялось сигнальщиками с точностью
до 5°, то для надежного поражения
цели требовалось 40 выстрелов (огонь
восьми орудий с одного борта), что
было уже вполне выполнимо для боль-
шинства крупных боевых кораблей.
Но этот способ имел успех лишь при
наблюдении цели непосредственно
управляющим огнем.
Организация стрельбы по подводной
лодке определялась прежде всего стро-
Схема конструкции противолодочного ныряю-
щего снаряда:
I — снаряд; 2 — головная часть: 3 — насадка, препят-
ствующая рикошетнрованню: 4 — вырез
гим ограничением работного времени
артиллерийских расчетов. По расчетам
Г. Н. Пелля, из 30 секунд, отводимых
на стрельбу, половина требовалась для
принятия решения на открытие огня
и передачу приказания, две секунды —
на выстрел, полет и погружение сна-
ряда.
Следовательно, на наводку и вто-
рой выстрел оставалось 13 секунд.
Поэтому обязательным являлось дежур-
ство полного числа прислуги у половины
орудий, вахта в центральном посту
корабля и на телефонной станции,
постоянное нахождение на мостике де-
журного артиллерийского офицера, тща-
Крейсер <Громобой», на котором в 1915 году отрабатывалась методика применения противо-
лодочных ныряющих снарядов
52—53
тельное «оптическое» наблюдение за
поверхностью воды. В случае невоз-
можности последнего организовывалось
наблюдение в прицелы орудий. В этом
случае после первой команды «Залп»
стреляло только орудие, обнаружившее
перископ, затем — все остальные с на-
ведением по первому всплеску.
Стрельба велась залпами и беглым
огнем, причем в последнем случае
предпочтительными считались недолеты
(всплески от них мешали подводникам
наблюдать в перископ). Если во время
стрельбы лодка погружалась и перископ
скрывался, то орудия наводились в осно-
вание среднего всплеска последнего
залпа вплоть до назначения нового
курсового угла.
Для отражения торпедной атаки
требовался одновременный взрыв не
менее шести «ныряющих» снарядов, по-
скольку радиус поражения ими тор-
педы составлял до 15 м. На скорости
12 уз торпеда проходила зону взрыва
за 1,4 с. Очевидно, что давать залпы
с таким интервалом не мог ни один
корабль. Флагманский артиллерийский
офицер штаба командующего флотом
Балтийского моря капитан 2 ранга
В. А. Свиньин определил вероятность
отражения торпедного залпа в пре-
делах 15—20 %.
13 ноября 1915 года на балтийском
крейсере «Громобой» и 16 декабря
того же года на линкоре «Три Свя-
тителя» на Черном море проводились
опытовые стрельбы для выяснения эф-
фективности противоторпедной «завесы».
Во время второй стрельбы обе дошед-
шие до «завесы» торпеды были пора-
жены, но всем стало ясно, что в боевых
условиях противник может стрелять в
любой момент со всех направлений
и заранее поставить преграду из ны-
ряющих снарядов невозможно. Многие
участники стрельб сошлись во мнении,
что подобные эксперименты вообще
вредны, так как задерживают совер-
шенствование стрельбы по лодкам, ко-
торые следует считать основной целью
для ныряющих снарядов. Такая точка
зрения основывалась, видимо, на резуль-
татах стрельбы «Громобоя», после ко-
торой выяснилось, что на расстоянии
20—30 м торпеду не отбросило взрыв-
ной волной и рна осталась совершенно
невредимой.
Несмотря на очевидные недостатки
и чрезвычайную сложность, «завеса»
являлась в то время единственным
средством противоторпедной защиты ко-
рабля на стоянке, идущего малым
ходом или не успевшего выполнить
маневр уклонения.
При разработке организации пос-
тавки «завесы» исходили из следую-
щего:
— чрезвычайно трудно точно опре-
делить момент торпедного залпа, что
приводит к неточному определению
курсового угла, делая «завесу» бес-
полезной;
ВООРУЖЕНИЕ И ТЕХНИКА
Бомбардировка Зунгулдака.
Корабли уклоняются от ата-
ки подводной лодки
Схема атаки эскадренным
миноносцем «Строгий» гер-
манской подводной лодки
U-33 4 апреля 1916 года
1	2
3 Кб
ь
о
—	существует вероятность попадания
торпеды в корабль в пределах кур-
совых углов 30—120°, в то время как
«завеса» из 6 орудий на дистанции
3 кабельтова (минимальная дистан-
ция, обеспечивающая безопасность
стреляющего корабля от осколков)
защищает лишь сектор 4-5°;
—	корабль имеет необходимые для
стрельбы 30 секунд лишь при расстоя-
нии до лодки 8 кабельтовых и ско-
рости взаимного сближения корабля
и торпеды 30 узлов, при скорости сбли-
жения 40 узлов оставалось лишь 14 се-
кунд;
—	след торпеды может идти позади
нее на расстоянии до 0,5 кабельтова;
—	в случае уклонения маневрирова-
нием при изменении курсового угла на
20—30° стрельба становится бесполез-
ной и должна быть прекращена.
Стрельба по торпедам выполнялась
противоминной артиллерией беглым
огнем с минимально допустимым для
данных снарядов прицелом. Для опре-
деления продолжительности стрельбы
составили таблицу зависимости времени
хода торпеды от скорости взаимного
сближения корабля и торпеды и даль-
ности ее обнаружения. Огонь откры-
вался по команде «Завеса», при этом
продолжительность стрельбы не должна
была быть меньше времени хода тбрпеды
по таблице.
Для повышения готовности к открытию
огня по торпедам на переходе в опасном
районе орудия заряжались ныряющими
снарядами, устанавливались регламен-
тированные «Инструкцией» данные для
стрельбы. Непременным условием успеш-
ной стрельбы ныряющими снарядами
являлось создание искусственной точки
наводки, так как обычно перископ
показывался на короткое время и его не
могли увидеть наводчики всех орудий.
Дело осложнялось тем, что согласно
«Инструкции» корабль с обнаруже-
нием лодки выполнял маневр укло-
нения, что еще более осложняло наводку
орудий.
Поэтому в сентябре 1915 года артил-
лерийский отдел ГУКа отдал рас-
поряжение о срочной разработке 47-
и 75-мм снарядов для обозначения в
течение минуты на воде дымом места
появления перископа. Эта же задача
на дальностях до 8 кабельтовых могла
решаться огнем пулеметов.
Острая нужда в ныряющих снаря-
дах заставила начальника штаба коман-
дующего флотом Балтийского моря
вице-адмирала Л. Б. Кербера и флаг-
манского артиллерийского офицера
капитана 2 ранга В. А. Свиньина про-
сить артотдел ГУКа обеспечить ими
корабли к 30 июня 1915 года, то есть
задолго до окончания испытаний. 7 ок-
тября того же года эти лица запросили
«хотя бы тысячу» 75-мм снарядов для
эсминцев 7-го, 8-го и 9-го дивизионов,
обеспечивавших ПЛ О. Если в августе
1915 года предполагалось иметь на
орудие по 10 снарядов, то уже в октябре
их число довели до 30—40, а еще через
месяц морской министр утвердил бое-
комплект 50 снарядов на каждое 152-,
130-, 120- и 75-мм орудие и 100 — на
каждую 102-мм пушку.
Общая потребность флота в ныряю-
щих снарядах отражена в таблице 1.
54—55
Таблица 1
Общая потребность флота в ныряющих
снарядах на конец 1915 года
Калибр	Флот Балтийского моря	Черноморский флот
152 мм	4000	5000
130 мм	2250	2500
120 мм	6250	4300
102 мм	3000	3000
75 мм	5000	7000
Для скорейшего удовлетворения пот-
ребностей флота приняли решение пе-
ределать 4,5 тысячи 152-мм снарядов
из числа заготовленных для морских
гаубиц и две тысячи 75-мм японских
шрапнелей системы Арисака.
Кроме того, на 1916 год заказы
на изготовление ныряющих снарядов
получили: Севастопольский порт —
1000 152-мм (переделка из гаубичных),
Петроградские заводы — то же коли-
чество аналогичного калибра, Ижор-
ский завод — 2000 102-мм, Обуховский
завод — по 2000 120-мм и 130-мм ка-
либра.
Опыт боевых действий показал, что
ныряющие снаряды явились основным
средством борьбы с подводными лод-
ками, находящимися в подводном по-
ложении. Утвержденная 24 сентября
1916 года командующим флотом Бал-
тийского моря вице-адмиралом А. И. Не-
пениным «Инструкция по поиску и унич-
тожению подводных лодок» предписы-
вала открывать огонь ныряющими сна-
рядами сразу после обнаружения пе-
рископа и поворота на него атакую-
щего корабля. После исчезновения
перископа паре кораблей надлежало
последовательно ложиться на цирку-
ляцию, не прекращая обстрела. Этот
маневр завершался после того, как
лодка, по расчетам, выходила из по-
ражаемой зоны.
Практически каждая атака подвод-
ной лодки кораблем охранения или
патрульным кораблем (в том числе
атаки с применением глубинных бомб
или путем тарана) начиналась с по-
ворота на замеченный перископ и стрель-
бы ныряющими снарядами. Примером
тому может служить атака подводной
лодки U-33 эсминцем «Строгий» под
командованием капитана 2 ранга
Г. Г. Чухнина 4 апреля 1916 года на
Черном море.
Ныряющие снаряды зарекомендовали
себя как эффективное средство само-
обороны кораблей при решении раз-
личных задач. Например, при нане-
сении удара по Варне 7—9 октября
1915 года подводные лодки UB-7 и UB-8
обстрелял ныряющими снарядами кон-
цевой линейный корабль русского сое-
динения «Пантелеймон», в результате
чего последняя так и не смогла выйти
в атаку, а торпеда, выпущенная UB-7,
не достигла цели. 15 марта 1916 года
при перевозке войск из Новороссийска
в Ризе в 5-6 кабельтовых от авиатран-
спорта «Император Николай I» был
обнаружен и обстрелян перископ (в
этом районе мог находиться подвод-
ный заградитель UC-15, поставивший
18 марта мины у Севастополя, или
UB-7).
Если сначала выполнялся маневр
уклонения от подводной лодки, то
огонь ныряющими снарядами открывал-
ся после его окончания. Примером
тому могут служить действия линкора
«Императрица Екатерина Великая» по
уклонению от атаки U-38 11 июня
1916 года.
Что касается использования в период
первой мировой войны противоторпед-
ной «завесы», то недостаточная ее
эффективность и сложность «постанов-
Таблица 2
Производство ныряющих снарядов по
состоянию на 6 ноября 1915 года
Образец снаряда	Заказано	Для Кронштадтского порта	Для Севастопольского порта
152-мм/45 калибров	4500		
130-мм	1000	300(100)*	700(200)
120/50 и 120/45	1000	700(400)	300(300)
102-мм	1000	500(300)	500(200)
* Примечание: о скобках-, число отправленных в порты к 5 ноября 1915 года
ВООРУЖЕНИЕ И ТЕХНИКА
Схема уклонения линейного корабля «Императрица Екатерина Великая»
от атаки германской подводной лодки U-38 11 июня 1916 года
ки» привели к тому, что в ходе боевых
действий корабли при обнаружении
торпед выполняли маневр уклонения,
при этом, как правило, не перенося
огонь с подводной лодки на выпущен-
ную ею торпеду.
Ныряющие снаряды получили широкое
распространение в Российском флоте,
они являлись самым простым видом
противолодочного оружия, и оснащение
ими кораблей не требовало выполне-
ния специальных работ. Кроме того,
унификация ныряющих снарядов с обыч-
ными значительно упростила серийное
производство.
Эффективность этого оружия была
слишком мала, чтобы говорить о вероят-
ности уничтожения подводных лодок,
но возможность открывать огонь сразу
после обнаружения перископа позволяла
срывать атаки из-под воды. Немало-
важную роль при этом играло пси-
хологическое воздействие возможности
применения снарядов на экипажи под-
водных лодок.
56—57
Главный калибр
«Советского Союза»*
С. И. ТИТУШКИН
В 1936 году для проектирования линей-
ных кораблей, впоследствии получивших
обозначение «проект № 23», началась
разработка 406-мм артиллерии главного
калибра. По тактико-техническому зада-
нию, выданному Артиллерийским научно-
исследовательским морским институтом
(АНИМИ), конструкторские коллективы
заводов «Большевик» и Ленинградского
Металлического (ЛМЗ) проектировали
соответственно 406-мм орудие, получив-
шее индекс Б-37, и трехорудийную ба-
шенную артиллерийскую установку
МК-1- Работами по созданию орудия ру-
ководил Е. Г. Рудяк, а установки —
Д. Е. Бриль. Технический проект артил-
лерийской системы в целом был готов к
апрелю 1937 года. Изготовление орудий
с затворами и казенниками (длина ствола
50 калибров, вес 137,7 т) возложили
на завод «Баррикады» (г. Сталинград),
люлек со всеми механизмами качающей-
ся части — на Ново-Краматорский ма-
шиностроительный завод (НКМЗ), а ба-
шенных артиллерийских установок — на
ЛМЗ. Кроме того, последний спроектиро-
вал, а НКМЗ к началу 1940 года изго-
товил опытную одноорудийную установку
МП-10 лля испытания качающихся час-
тей орудия Б-37 на Научно-испытатель-
ном морском артиллерийском полигоне
(НИМАП). Государственные испытания
406-мм орудия и качающейся части его
артиллерийской установки на полигоне
проводились с 6 июля по 2 октября
1940 года представительной комиссией
под руководством начальника АНИМИ
контр-адмирала И. И. Грена. Всего сде-
лали 173 выстрела. Результаты испыта-
ний в основном оценивались положи-
тельно, за исключением повышенного
рассеивания снарядов по дальности, что
объяснялось некачественным порохом,
применявшимся для зарядов. Комиссия
дала положительное заключение по ито-
гам испытательных стрельб и рекомендо-
вала орудие Б-37 к серийному произ-
водству с учетом сделанных замечаний.
Артиллерийская установка МК-1
безусловно являлась этапной для оте-
чественной промышленности, не имевшей
опыта создания столь мощных артилле-
рийских систем. Весьма ограниченную
техническую помощь советской стороне
оказали итальянская фирма «Ансальдо»
и чехословацкий концерн «Шкода», с ко-
торыми поддерживались оживленные
контакты в предвоенные годы. Тем не
менее наши специалисты создали для
своего времени первоклассное по всем
характеристикам крупнокалиберное ко-
рабельное орудие, не уступавшее лучшим
зарубежным образцам. При 310-кг за-
ряде начальная скорость бронебойного
снаряда весом 1108 кг составляла
830 м/с, максимальная дальность стрель-
бы — 250 кабельтовых, скорострельность
1,7—2,6 выстрела в минуту.
Как известно, линкоры проекта 23 (ти-
па «Советский Союз») остались недо-
строенными. Не успели изготовить и ни
одной башенной артиллерийской уста-
новки МК-1. Двенадцать стволов ору-
дий Б-37, в отличие от скрепленного
опытного образца уже лейнерованных
(лейнерованное орудие имеет сменную
тонкую внутреннюю трубу — лейнер, ко-
торая по мере износа может заменяться в
корабельных условиях), изготовил к на-
чалу войны завод .«Баррикады».
Опытная артиллерийская установка
МП-10 со своей огневой позиции на тер-
ритории НИМАП с большой эффектив-
ностью использовалась для обстрела с
29 августа 1941-го по 10 июня 1944 года
на Невском, Колпинском, Красносель-
ском и Карельском направлениях немец-
ких и финских войск, осаждавших Ле-
нинград.
* По материалам ЦГАВМФ: ф. р-303, оп. 2,
д. 227, 265; ф. р-891, оп. 3, д. 6333, 7451;
ф. р-1565, оп. 2, д. 37, 38, 52.
© С. И. Титушкин, 1992
ВООРУЖЕНИЕ И ТЕХНИКА
СУДОХОДСТВО И МОРЕПЛАВАНИЕ
Ледокольный буксир Архангелогородского портового управления «Лебедин»
Первая зимняя
навигация
на Белом море
(1914—1915 годы)*
В. Г. АНДРИЕНКО
С началом первой мировой войны
Архангельск совершенно неожиданно
для высшего руководства России прев-
ратился в единственный морской порт
европейской части страны, через ко-
торый могли осуществляться экспортно-
импортные перевозки грузов между
Россией и ее союзницами — странами
Антанты. Ни сам порт, ни пути, ведущие
к нему (морские, речные и железно-
дорожные), к такому обороту событий
подготовлены не были. Положение
осложнялось сезонностью навигации на
Белом море и Северной Двине: льды
Белого моря преграждали путь к Архан-
гельску с ноября-декабря и до апреля-
мая. Для продления сроков навигации
требовались как морские, так и порто-
вые ледоколы, но все ледокольные
средства русского Севера в то время
исчерпывались ледокольным буксиром
портового управления «Лебедин» (мощ-
ность механизмов 200 л. с.) и частным
промысловым пароходом «Николай»
(330 л. с.). Военно-морской флот,
представлеенный на Севере гидрогра-
фическими и лоцмейстерскими служ-
бами, имел только два портовых судна.
* По материалам ЦГАВМФ: ф. 401,
418.
(6) В. Г. Андриенко, 1992
58—59
приспособленных для ледового пла-
вания: «Кузнечиху» (200 л. с.) и «Со-
ломбалу» (450 л. с.), построенную еще
в 1877 году.
Министерство торговли и промышлен-
ности (МТиП) России, опираясь на по-
мощь и поддержку Морского мини-
стерства, начало со второй половины
1914 года создавать на Белом море
ледокольную флотилию. Ее первые
суда приобретались .в союзных и ней-
тральных странах. Непосредственно воп-
росами покупки судов занимался отдел
торговых портов МТиП, ему оказы-
вали помощь военно-морские агенты
(атташе) русского Морского мини-
стерства. Несмотря на малое число
ледокольных судов, имевшихся за гра-
ницей, до конца года удалось приобрести
четыре разнокалиберных «ледокола»:
в Канаде «Эрл Грей», «Горн» и «Лин-
трос», в Норвегии — «Мильнер». Пред-
полагалась покупка ледокола «Джон
Уивер» в Филадельфии, но летом 1915 го-
да город от продажи судна отказался.
«Эрл Грей» принадлежал канадскому
правительству и использовался в ни-
зовьях реки Св. Лаврентия и в одно-
именном заливе: зимой для почтово-
пассажирского сообщения, летом для
охраны промыслов и кроме того как
яхта губернатора Канады. Пароход
имел каюты для 55 пассажиров пер-
вого класса и двадцати — второго,
а в кормовой части роскошные апарта-
менты для губернатора. Использован-
ный в дальнейшем как морской (боль-
шой) ледокол, он им по сути никогда
не являлся, значительно отличаясь от
классического ледокола как по архи-
тектуре (наличие бушприта, развитые
надстройки, выступающие за борта
крылья мостика), так и по форме кор-
пуса (яхтенные обводы, острые без
подрезов формы штевней, почти прямо-
стенные борта в средней части, зна-
чительное — 1 : 5,55 — отношение длины
к ширине). Однако благодаря своему
прочному корпусу (толщина листов
обшивки в носовой части достигала
31 мм) и мощным машинам, ле-
дорез (как его прозвали уже в совет-
ское время) успешно работал в под-
вижных льдах не только на Белом
море, но и в других замерзающих бас-
сейнах, а также на трассе Северного
морского пути. Обошелся этот первенец
беломорского ледокольного флота с дос-
тавкой в 991,2 тыс. рублей. 29 сентября
1914 года «Эрл Грей» вышел из Гали-
факса под британским флагом и с
СУДОХОДСТВО И МОРЕПЛАВАНИЕ
командой, набранной на этот переход
в Канаде. Никуда не заходя, 9 октября
он прибыл в Архангельск, где в течение
недели продолжалась приемка корабля
новым владельцем. 18 октября над
ледоколом, получившим название «Ка-
нада», взвился флаг МТиП. Капитаном
назначили Н. К- Мукалова, бессменно
водившего судно по ледовым трассам
до 1921 года.
Перегон купленного следом за ледо-
резом маленького «Горна» в 1914 году
не состоялся: вышедший в ноябре в
бурный Атлантический океан портовый
ледокол был вынужден возвратиться
для проведения работ по повышению
мореходности и несколько месяцев ждал
более благоприятных погодных условий.
В Архангельск «Горн» пришел 30 мая
1915 года. Общая его стоимость соста-
вила 297 тыс. рублей.
Старенький «Мильнер», принадле-
жавший портовому управлению Хрис-
тиании (ныне Осло), купили с помощью
Морского министерства (за 76 тыс. руб-
лей); осмотрел судно и вел переговоры
военно-морской агент капитан 2 ранга
В. И. Дмитриев. 23 декабря ледокол
со «сборной» командой вышел из Хрис-
тиании и 7 января прибыл на Мурман
в Александровск.
Последний из купленных судов —
«Линтрос» — принадлежал частной ка-
надской компании и перевозил пас-
сажиров паромной железнодорожной
переправы через пролив Кабота между
островом Ньюфаундленд и побережьем
Северной Америки. По конструкции
корпуса он соответствовал бытовавшему
тогда термину «ледокольный пароход»,
имея усиленный набор, ледовую об-
шивку и ледокольный форштевень. По
планировке помещений «Линтрос» яв-
лялся грузопассажирским судном с
многочисленными каютами на трех
палубах и двумя небольшими трюмами
и твиндеками в носовой и кормовой
частях для' перевозки срочного груза
и багажа. Под руководством англий-
ского капитана с наспех нанятой ко-
мандой он в середине января вышел
в океан и после захода в один из англий-
ских портов для пополнения запаса
угля 7 февраля прибыл в Кольский
залив. На следующий день судно прошло
освидетельствование в Александров-
ске, но «Линтрос» оставался под англий-
ским флагом (окончательная его приемка
и смена экипажа предполагалась в
Архангельске). Эта покупка обошлась в
810 тыс. рублей (по другим данным —
824 тыс. рублей).
«Горн» — одно из первых ледокольных судов,
действовавших на Севере в кампанию
1914—1915 годов
С осени 1914 года Архангельский
порт лихорадило: с 23 августа по 15 янва-
ря сюда только с углем, адресован-
ным различным ведомствам (более
450 тыс. т), пришло 123 парохода,
помимо 82 судов с другими, главным
образом военными, грузами. Зима в том
году выдалась мягкая, но лед появился
рано — уже со второй половины октября.
«Канада» работала в море, в подход-
ном канале между островом Мудыог
и рукавами Северной Двины и на самой
реке у причалов. До конца года ледо-
кол ввел в порт 77 судов и вывел на
чистую воду 69. Успехи эти достались
нелегко: при работе на малых глу-
бинах песком и илом были изношены
дейдвудные трубы и гребные валы,
вода поступала в корпус сплошной
струей в количестве до 1000 т в час,
правда мощные помпы ледокола пока
с ней справлялись. Корпус в носовой
части получил несколько вмятин, пос-
тоянно текла таранная переборка. Пос-
ледняя оказалась «ахиллесовой пятой»
судна: как впоследствии ни ремон-
тировали и ни совершенствовали но-
совую оконечность, первые же удары
«ледорезного» форштевня по льду вы-
зывали течь! Осмотр ледокола спе-
циальной комиссией во главе с инспек-
тором отдела портов Р. М. Ловягиным
только подтвердил рапорты Мукалова.
Ремонт корабля в порту при отсутствии
в нем большого дока исключался;
моряки переменили только набивку
сальников в дейдвудах, и «Канада»
вновь приступила к работе, но нена-
долго — 5 января ледокол, потеряв ло-
пасть винта, окончательно вышел из
строя. Мукалов предлагал выморозить
винты и даже приступил к этой ра-
боте, но руководство МТиП, не по-
лагаясь на самодеятельность экипажа,
приказало отправить судно на ремонт
в Англию. Выполнить это решение
оказалось не менее сложным, чем
воплотить в жизнь идею капитана.
Ледокол стоял в районе Экономии
(будущего аванпорта Архангельска).,
и для вывода его за бар реки в море
предстояло проложить 30-километровый
канал в сплошных ледяных полях. Для
этой цели Морское министерство спешно
выделило 100 тыс. рублей и команду
подрывников с Балтики. 20 января
«Канада» выступила в поход и только
через шесть дней продвинулась к стоя-
щему во льду у острова Мудыог паро-
ходу «Новороссия», оставленному там
для снабжения проходящих судов углем.
Выход из строя единственного ледо-
кола прервал навигацию. До 30 зафрах-
тованных судов ожидали развития со-
бытий в английских портах, 16 паро-
ходов (в том числе семь английских)
зазимовали в Архангельске. Несколько
ушедших из Англии в конце года «куп-
цов» застряли в Кольском заливе на
рейде Екатерининской гавани у кро-
шечного городка Александровск (буду-
щий Полярный), имевшего тогда всего
один причал и насчитывавшего лишь
600 жителей. Норвежский пароход «Кнут
Ярл» с военными грузами побывал
здесь дважды: в середине декабря,
следуя из Ливерпуля, он прошел до
горла Белого моря и, встретив первую
льдину, вернулся в Александровск, от-
куда капитан парохода начал торго-
ваться с Военным министерством из-за
размера фрахта*. 24 декабря, добив-
шись согласия на все условия, ка-
питан «Кнута» направил судно в порт
назначения, но вновь вернулся, встре-
тившись со льдами. Тринадцатью днями
раньше из Ливерпуля в Архангельск
вышел английский пароход «Тракия»
знаменитой судоходной компании Ку-
нарда, военный груз которого оце-
нивался в 1 млн. рублей. Встретившись
со льдами, он, как и норвежец, по-
вернул назад и 30 декабря прибыл
в Кольский залив. Решено было дож-
даться идущего из Глазго на Север
парохода «Двинск» («Русского Восточ-
но-Азиатского общества»), имевшего
прочный корпус, мощные машины, вре-
менные подкрепления в носовой части,
* 2 тыс. фунтов стерлингов фрахта,
гарантии на случай гибели судна; при
зимовке во льдах ставка фрахта 1,2 тыс.
фунтов в месяц.
60—61
Ледорез «Канада» (впоследствии «Ф. Литке»)
поставленные заблаговременно по
инициативе хозяев, присоединить пере-
гоняемого «Мильнера» и всем вместе
двигаться в Архангельск, надеясь на
помощь «Канады». Капитан «Тракии»
получил гарантии из Петербурга о
продлении срока фрахта (44 фунта
15 шиллингов в сутки), оплате всех
возможных повреждений и выдаче
премиальных (4,4 тыс. фунтов стер-
лингов)*. 11 января 1915 года четыре
судна вышли из Кольского залива
и на следующий день втянулись в горло
Белого моря. Продвигаясь в легко
проходимом плавучем льду, они еще
через день дошли до Сосновского
маяка. Здесь «купцы» решили вернуться,
«Мильнер» повернул за ними. Капи-
тану «Двинска» с трудом удалось
уговорить своих коллег следовать даль-
ше. К вечеру пароходы кильватерной
колонной вновь направились к Архан-
гельску, впереди шел «Двинск», за-
мыкающим — ледокол. По-видимому_,
согласие продолжалось недолго: ка-
раван быстро рассыпался — сказалось
отсутствие общего руководства и не-
желание иностранных капитанов рис-
ковать судами в непривычных усло-
виях. 14 января русский пароход бес-
препятственно прошел Зимнегорский
маяк и в тот же день достиг припая
СУДОХОДСТВО И МОРЕПЛАВАНИЕ
на баре Северной Двины. Хитроумный
норвежец удачно выбрался из льдов
обратно и 16 января в третий раз ока-
зался в Екатерининской гавани. «Тра-
кии» и «Мильнеру» не повезло: они
возвратились к Сосковцу, где пооди-
ночке застряли в плавучих льдах на
мелководье.
Последняя попытка самостоятельно
пересечь Белое море была предпри-
нята пароходом «Луга», спешившим
из Англии с грузом для строившихся
черноморских дредноутов, но, натолкнув-
шись на плавучие льды в Горле, ка-
питан рисковать не стал и зазимовал
в Александровске.
Сложившаяся на Белом море обста-
новка представлялась столь безотрадной,
что после оживленного обмена теле-
* Насколько поход в Архангельск в
зимнее время представлялся в Англии
невыполнимым — видно из такого случая:
один из пароходов, шедших в Россию, был
остановлен в Северном море дозорным бри-
танским крейсером, запросившим его, куда
тот идет. Когда с парохода ответили, ему
приказали застопорить машину и прислали
офицера спросить: «Сошел ли капитан с ума
или произошла ошибка в сигнале». Ка-
питан ответил, что полагает, 'в таком случае,
что он сошел с ума.
граммами между Лондоном и Петрогра-
дом британское Адмиралтейство рис-
кнуло послать на Север линейный
корабль (додредноутного типа) для
проводки судов во льдах. Попутно он
должен был сменить ушедший 15 января
из Кольского залива французский линкор
«Шампань», символизировавший защиту
союзниками северных коммуникаций.
Судя по имеющейся переписке, исполь-
зование линкора в таком неожидан-
ном качестве решалось на уровне не
ниже руководителей ведомств, без кон-
сультации специалистов, и с сегод-
няшних позиций представляется мерой
политической. Авантюризм применения
старого броненосца в качестве ледокола
уравновешивался крайней заинтересо-
ванностью обеих стран-союзниц в про-
должении прерванной навигации.
23 января к русским берегам напра-
вился линкор «Джупитер» — последний
из строившихся в самом конце XIX века
броненосцев типа «Маджестик». Опе-
рация проводилась в строжайшей тайне.
Во всех документах корабль именовался
«Буйволом», без каких-либо указаний
на класс и тип. Все его действия конт-
ролировались британским Адмиралтей-
ством, русскому военно-морскому ве-
домству предлагалось лишь оказывать
ему содействие. Никакого переоборудо-
вания на линкоре для передвижения
во льдах не проводилось, только не-
задолго перед входом в ледяные поля
в носовой части в районе скулы поста-
вили временные деревянные подкреп-
ления. Команда не имела даже теплой
одежды, так что доставленные из Архан-
гельска полушубки, валенки и прочую
экипировку моряки получили уже в
Белом море.
После шестисуточного перехода «Буй-
вол» повернул от мыса Святой Нос
в горло Белого моря и в тот же день
прошел Орловский маяк. 30 января
импровизированный ледокол находился
в 120 милях от Архангельска, неспешно
продвигаясь в плавучих льдах. Он си-
дел на ровный киль и в отличие от
«настоящего» ледокола не мог дать
дифферент иа корму больше 0,3 м. На
полную мощность паровые машины не
использовали, опасаясь чрезмерных на-
грузок на набор носовой оконечности,
не защищенной к тому же броней.
В этом и последующих плаваниях во
льдах шли экономическим ходом: мощ
ность механизмов не превышала
2800 л. с., что соответствовало 10-уз-
ловой скорости на чистой воде. Выход-
ные отверстия трубопроводов, не имев-
ших ледяных ящиков (как это при-
нято на ледоколах), постоянно заби-
вались льдом, холодильники приходилось
подогревать. Впрочем, ледовая обста-
новка благоприятствовала походу: 2 фев-
раля линкор встретил у Зимнегорского
маяка аварийный ледокол («Канада»
после погрузки угля с «Новороссии»
29 января самостоятельно дошла до
поджидавшего ее «Двинска», успев-
шего разгрузиться и принять новый
груз; на следующий день суда вышли
навстречу англичанам). Соединенно дви-
нулись к Горлу: впереди шла «Канада»,
«Двинск» замыкал караван. В первый
день медленно, но безостановочно прод-
вигались в чистом льду толщиной 0,6—
1,0 м; в течение двух последующих
дней происходили подвижки и сжатия
льдов и приходилось отстаиваться, эко-
номя топливо, — на «Буйволе» остава-
лось угля на 48 часов. 5 февраля лед
разошелся, и караван вышел на чистую
воду. Через два дня суда пришли в
Александровск, где встретились с при-
бывшим из Англии «Линтросом». После
недельной стоянки ледорез отправился
в Барроу на ремонт, на всякий слу-
чай под конвоем «Двинска». Линкор
остался в Екатерининской гавани; анг-
лийские моряки грузили уголь со спе-
циально присланного парохода и при-
водили корабль в порядок. Поврежде-
ний было немного, и командир «Джупи-
тера» Уэйк сообщал британскому мор-
скому агенту в Петрограде: «Я не могу
считать „Джупитер" пригодным как
ледокол, но, несомненно, он может
быть использован в качестве такового».
Начальник Главного морского штаба
адмирал Стеценко выразил удивление
по поводу возвращения линкора, отме-
тив, что при недостатке угля «Буйвол»
мог отправиться в Архангельск и за-
бункероваться с «Новороссии», до кото-
рой ему оставалось пройти 50 миль,
и далее, дождавшись ледокольного
парохода, заняться проводками судов.
«Тракия» с «Мильнером» продолжали
дрейфовать' во льдах у Терского бе-
рега. Пароход несколько раз садился
на мель, но сходил с нее в полную воду;
был поврежден винт, корпус дал течь.
У затертого льдом ледокола свернуло
руль, запасы угля быстро иссякли.
Течением «Мильнера» вынесло к «Тра-
кии», и некоторое время они зимовали
вместе. Пытаясь задержаться на месте,
суда бросали якоря, но они не дер-
жали. 28 января «Тракию» вынесло
62—63
на глубокое место под самым берегом,
и здесь английские моряки с помощью
местных жителей даже умудрились
пришвартоваться тросами к берегу.
Собрались было разгрузить судно, но лед
все время находился в движении...
В начале февраля ледокол начало от-
носить в море, и команда, не слив воду
из котла и не разобрав трубопроводы,
сбежала на берег, а потом перебралась
на пароход. К середине февраля он
находился у Самоедской банки в самом
бедственном положении: котлы пита-
лись забортной водой, помпы работали
непрерывно, запасы угля и провизии
кончались. Морозы во время «зимовки»
доходили до —30°. Положение усугубля-
лось тем, что взамен постоянной команды
«Тракии», которую с началом войны
британское Адмиралтейство мобилизо-
вало на боевые корабли, перед выхо-
дом в Россию набрали новую. Вот как
характеризует ее командир «Джупи-
тера»: «Из пьяных безработных мат-
росов, привезенных на пароход прямо
из кабаков, в полубессознательном сос-
тоянии, иначе никто идти в это пла-
вание не хотел». Остается воздать
должное капитану парохода Михаэлю
Дойлю, единственному моряку из состава
прежнего экипажа, оставленному компа-
нией на судне, который с помощью
только двух поддержавших его офи-
церов (старшего механика и III помощни-
ка капитана) сумел «все время зорко
следить за ней (командой. — Авт.)
день и ночь, чтобы она не сбежала на
берег, что повлекло бы гибель паро-
хода, едва справлявшегося с течью
постоянной работой помп».
Первым на помощь «зимовщикам»
вышел из Александровска «Линтрос»
(в качестве лоцмана на нем находился
известный на Севере помор — штурман
И. П. Ануфриев, капитаном оставался
англичанин Стекренсон). Пробирался
ледокол к бедствующим морякам долго,
много времени ушло на то, чтобы при-
близиться к «Тракии», к которой удалось
подойти лишь 23 февраля. Несколько
дней «Линтрос» простоял около сидя-
щего на мели парохода, снабдил его
команду провизией и в конце февраля
отправился восвояси в Архангельск.
Командир «Джупитера» считал, что
капитан ледокола просто струсил, тот
оправдывался, ссылаясь на свою ответ-
ственность за не сданное еще мини-
стерству судно, плохую команду, отсут-
ствие каких-либо буксирных приспо-
соблений и недостаток угля.
3 марта «Линтрос» подошел к бару
Северной Двины, еще двое суток с
помощью подрывников продвигался к
Ледокольный пароход «Линтрос» (впоследствии «Садко»)
СУДОХОДСТВО И МОРЕПЛАВАНИЕ
Английский линейный корабль «Джупитер», использовавшийся в качестве ледокола на Белом
море в зимнюю навигацию 1914—1915 годов (из архива «Морского исторического сборника»)
«Новороссии», где грузил уголь для
себя и линкора. Много времени ушло
на прием пресной воды, которую приш-
лось подвозить к месту стоянки в боч-
ках на санях за 16 верст (опреснитель
на пароходе отсутствовал), и смену
двух поврежденных лопастей винта —
для его оголения пришлось перегружать
уже принятый уголь. 12 марта на судно
пришла русская команда, и на следую-
щий день «Линтрос» под отечествен-
ным торговым флагом и командой
Ануфриева двинулся в обратный путь.
На борту находился ледовый лоцман
для линкора В. Н. Чичагов (капитан
«Соломбалы»), представитель Морского
министерства и переводчик лейтенант
Бутурлин, а также капитан зимовав-
шего в порту парохода Кунарда «Ликия»
Бриттен. Последний должен был перейти
на «Тракию» в помощь или для смены
его капитана.
Когда «Линтрос» шел к Архангель-
ску, «Джупитер» находился в горле
Белого моря, осторожно продвигаясь
во льдах. 3 марта до «Тракии» оста-
валось пять миль, а еще через два
дня удалось обколоть лед вокруг па-
рохода, к этому времени сошедшего
с мели. После первых неудачных по-
пыток вести пароход на длинном бук-
сире «Тракию» закрепили вплотную к
корме линкора, так что форштевень
парохода приходился против самого кор-
мового иллюминатора правого борта;
в качестве кранцев использовались про-
тивоминные сети и плетеные маты.
Однако и в таком положении корабли
продвигались очень медленно. Перлини
и тросы лопались, и приходилось часто
заводить новые (к концу буксировки
на линкоре не оставалось ни одного
целого троса). Пароход все время
рыскал и разломал «Джупитеру» весь
кормовой адмиральский балкон... 8 марта
началось сжатие льдов, и оба судна
окончательно застряли. Пользуясь слу-
чаем, командир линкора отправил на
«Тракию» часть своей команды для
ремонта пароходной машины, а заодно
в лучших английских морских тра-
дициях сделал «отеческое» внушение
отчаявшейся команде судна, обещая в
случае необходимости применить к ней
самые решительные меры! В этот день
корабли находились в 14 милях к се-
веру от Зимнегорского маяка, а бро-
шенный командой «Мильнер» виднелся
в четырех милях. В последующие дни
продвижение было незначительным, так
64—65
СУДОХОДСТВО И МОРЕПЛАВАНИЕ
Боковой вид и вид сверху ледокольного парохода «Линтрос»
Технические данные судов — участников зимней навигации 1914—1915 годов в Белом море
	Год постройки	Вместимость, б. р. т.	Размеры, м			Мощность силовой установки, индикатор- ных л. с.	Скорость, уз
		Грузоподъем- ность, т	длина	ширина	осадка		
					глубина ннтрюма		
«Канада» (впоследствич «Ф. Литке»)	1909	2216	80,8	14,5	5,5	7 000	18,0
«Ли» трое» (впоследствии «Садко»)	1912	1616 750	77,7	11,4	6,4	3 500	14,5
«Мильнер»	1878	—	26,7	8,2	4,4	700	9,5
		—			—		
«Горн» (впоследствии «Соломбала»)	1913	670	38,1	8,5	4,6	1 330	1310
«Двииск»	1897	8200 3500	143,2	16,6	7дГ	5 250	14,0
«Новороссия»	1905	3436 4900	98,5	14,6	6,1	1 690	9,5
«Тракия»	1898	2890	94,5	13,4	“V"	258*	—
«Киут Ярл»	1909	1070	69,7	10,7		106*	—
«Джупитер»	1895	14 900**	125,9	22,7	8,4	12 000	17,5
«« номинальные л. с.
«« водоизмещение, т
О
&
I
<3>
что вернувшийся «Линтрос» встретил
англичан 14.марта все еще за маяком.
Льды наконец разошлись: от бара к
северу на несколько миль тянулась
полоса совершенно свободной воды,
а затем шел лед малой плотности.
К вечеру льды опять сжались, буксиры
лопнули, и корабли застопорили ход.
«Линтрос» начал перегружать уголь на
линкор. Весь следующий день льды
оставались в прежнем положении,
и погрузку продолжали. Попытка ледо-
кольного парохода пробить канал не
удалась, и только 18 марта караван
двинулся снова. Управляться линкору
с «Тракией» на буксире в забитом
льдом канале удавалось с большим
трудом. «Джупитер» все время рыскал,
бился носом о края тяжелых льдин,
а на заднем ходу часто заклинивал
пароход во льду, чем искалечил его
окончательно: судно потеряло все ло-
пасти винта и повредило руль. Только
20 марта удалось вывести неподвижный
и неуправляемый пароход на чистую
воду вблизи бара Северной Двины.
Линкор здесь — возле плавмаяка —
и остался, не рискуя двигаться дальше.
Его носовая оконечность в районе
ватерлинии получила серьезные пов-
реждения: несколько шпангоутов было
погнуто, причем один лопнул, 16-мм
обшивка вогнулась внутрь, в ней име-
лись трещины, разошелся один из швов,
дальнейшее поступление воды сдержи-
вала только носовая броневая пере-
борка перед башней главного калибра.
«Если она сдаст, броненосец потонет», —
так прокомментировал состояние кораб-
ля Бутурлин в рапорте начальству.
Вдобавок ко всему «Джупитер» сильно
повредил днище, маневрируя около дрей-
фовавшего на мелководье парохода.
«Линтрос» попытался провести «Тра-
кию» дальще, к стоящему во льдах
угольщику, используя переданные с лин-
кора тросы, но безуспешно. Пришлось
оставить пароход, приткнув его к кромке
льда, и двигаться самостоятельно к
«Новороссии». Пока грузили уголь,
медленно заправлялись водой из бо-
чек, принимали на палубу доски и брев-
на для подкреплений на линкоре, на
злополучном пароходе вновь разгорелись
страсти. Доведенный за семь недель
нервотрепки до отчаяния капитан Дойль
направил 23 марта совершенно пани-
ческую радиограмму начальнику Охраны
водного района Архангельска, сообщив
ему, что команда едва справляется
с откачкой воды, помпы в любую ми-
СУДОХОДСТВО И МОРЕПЛАВАНИЕ
нуту могут сдать и моряки грозятся
покинуть судно, что равносильно его
потоплению. После обмена радиограм-
мами между судами и Архангельском
решили держать на угольщике спе-
циальную команду, готовую в любой
момент сменить английских моряков.
К пароходу направили группу рабочих
для помощи со льда при проводке
и вновь на судно прислали капитана
Бриттена. 25 марта «Линтрос» вернулся
к линкору. Утром следующего дня,
получив уголь и дерево для подкреп-
лений, «Джупитер» снялся на Алек-
сандровск, а ледокол направился к
аварийному судну, которое наконец до-
вели, как выразился Бутурлин, «до
места».
На этом ледовая эпопея, однако, не
кончилась. Поврежденный линкор, не-
смотря на разреженный лед, двигался
очень осторожно и к ночи остановился
в 10 милях к югу от Керецкого маяка
из-за плохой управляемости. Ночью,
во время сжатия- льда, его опять осно-
вательно помяло, а в довершение всего
развернуло льдом на 180°; лопнул еще
один шпангоут, треснул лист обшивки,
в некоторых местах деревянные под-
порки превратились в щепу. На этот
•раз пострадала не только носовая, но
и кормовая оконечность (все поврежде-
ния оказались вне броневого пояса).
28 марта «Джупитер» продвигался
ночью, при свете прожектора, и с началом
сжатия льдов стал у Зимнегорского
маяка в полутора милях от берега.
В корпусе линкора образовались новые
вмятины, перекосило часть восстанов-
ленных подкреплений, вдобавок ко всему
на 45 см укоротились обломанные ло-
пасти винтов. На следующий день
«Линтрос» догнал линкор и передал
английским морякам дополнительное
дерево для подкреплений. В тот же
день ледокол попытался прокладывать
канал, но застрял и сам с трудом вы-
брался из торосов. Дальше продвига-
лись медленно, отстаиваясь во время
сжатия льда. Командир «Джупитера»,
вначале настороженно относившийся к
русскому лоцману, впоследствии отмечал
его достоинства перед командованием.
Бутурлин в одном из рапортов сообщал:
«К концу похода доверие командира
и штурмана к капитану Чичагову на-
чало принимать несколько суеверный
отпечаток». Из льдов удалось выйти
вечером 2 апреля около Городецкого
маяка. На следующий день корабли
пришли в Александровск. Течь на лин-
коре, оценивавшаяся у Архангельска
в 160 т в сутки, достигла теперь 500 т.
Больше «Джупитеру» работать «Буй-
волом» не пришлось. После аварийной
заделки пробоин и подкрепления ослаб-
ленной обшивки собственными силами
линкор 18 апреля ушел в Англию, а на
его место вернулась «Шампань». Столь
скромные успехи, достигнутые англий-
ским кораблем, да еще при благоприят-
ных условиях мягкой для Белого моря
зимы, не помешали Ю. С. Корбетту в
своей монографии по истории англий-
ского флота заявить, что «старый
линейный корабль установил рекорд,
будучи первым кораблем, который когда-
либо достигал Архангельска в феврале.
„Юпитер" оставался там до первых
чисел мая, пока не прибыл ледокол»*.
Одновременно с шедшими из Архан-
гельска кораблями в горло Белого
моря вынесло и «Мильнера». Один из
двух купленных в Норвегии и зимо-
вавших в Александровске ледокольных
буксирчиков — «Петр» — вывел его из
горла и 9 апреля отконвоировал в
Кольский залив.
В преддверии грядущего ледохода
предстояло оказать помощь зимовавшим
на Северной Двине судам. Один ле-
докольный пароход с этим справиться
не мог, и МТиП торопило англичан
и канадцев, требуя возвращения «Ка-
нады» и «Горна». Ледокол, отремонти-
рованный в Барроу, 2 апреля 1915 года
покинул Англию и через неделю прибыл
в Александровск. «Линтрос», погрузив
оборудование для черноморского лин-
кора с парохода «Луга», 9 апреля
прошел бар Северной Двины, но еще
пять дней пробивался по ледяной
равнине реки до станции железной
дороги. Шедшая следом «Канада», также
с грузами для линкора, 12 апреля
вошла в Северную Двину и еще восемь
суток прорубала канал до пристани
дальнего плавания в центре Архангель-
ска. После разгрузки ледоколы занялись
на реке околкой льда и перестанов-
кой пароходов, так что к концу ледо-
хода большинство судов без каких-
либо повреждений находилось на баре.
Зато пострадали ледоколы, потерявшие
по лопасти винта каждый.
25 апреля приходом в Архангельск
из Англии парохода «Одесса» началась
навигация 1915 года. В тот же день
начали выходить в море и зимовавшие
суда. В начале июня в горло Белого
моря нанесло много льда, и проходящие
пароходы начали получать повреж-
дения. Пришлось отправить туда «Лин-
трос». Именно он на обратном пути
сопровождал вышедшего наконец-то из
Александровска «Кнута Ярла». 15 мая
норвежец пришел в Архангельск. После
разгрузки его осмотрели и даже поста-
вили в наливной док, после выхода
оттуда отремонтированной «Тракии».
Как норвежскому, так и английскому
судам выплатили все суммы по фрахту,
включая простой. Кроме того англичане
получили обещанную премию, а нор-
вежцы 3,4 тыс. фунтов «за повреж-
дения». «Тракия» в июне, а «Кнут» в
июле покинули Архангельск.
Опыт проведения первой зимней на-
вигации на Белом море подтвердил
необходимость использования для
плавания во льдах судов специальной
постройки — ледоколов и ледокольных
пароходов. Их число и конструктивные
типы, имеющиеся в наличии, признали
недостаточными. Для проводки судов в
море, особенно в горле Белого моря,
требовался мощный ледокол типа «Ер-
мак» и ряд других, несколько меньших
размеров. Для работы в устье реки и на
ней самой были необходимы рейдовые
(портовые) ледоколы, а также мелко-
сидящие речные. Для эффективной ра-
боты всех этих судов требовалась
единая система управления и снабжения,
а также регулярное обеспечение судов
оперативными данными метеорологиче-
ской и ледовой обстановки.
* Корбетт 10. Операции англий-
ского флота в мировую воину. М.-Л., 1941.
Т. III. С. 68.
68—69
ПРОШЛОЕ БЕЗ КУПЮР
Визит доброй воли
или секретная
миссия!
(Пребывание в Австралии
эскадры контр-адмирала
А. Б. Асланбегова в 1881 —
1882 годах)
А. Я. МАССОВ
Среди плаваний кораблей русского
флота к берегам Австралии своими
масштабами, продолжительностью и по-
литическим резонансом выделяется визит
на пятый континент эскадры контр-
адмирала А. Б. Асланбегова в декабре
1881 — марте 1882 года, после которого
в определенных кругах появились ут-
верждения о разведывательном характе-
ре захода русской эскадры. Отзвуки
подозрений такого рода дошли, к сожале-
нию, до наших дней. Как же проходил
этот визит и чем он был в действитель-
ности: визитом доброй воли или секрет-
ной миссией?
Существенным фактором в развитии
русско-австралийских отношений во вто-
рой половине XIX века являлись визиты в
австралийские порты кораблей русского
военно-морского флота, которые имели
место, как правило, при переходе кораб-
лей из Кронштадта на Дальний Восток
для пополнения отряда судов на Тихом
океане или в ходе учебно-тренировочных
плаваний в акватории Тихого океана.
Российское правительство стремилось ис-
пользовать такие заходы в Австралию
© А. Я. Массов, 1992
Крейсер «Африка» — флагманский корабль
эскадры А. Б. Асланбегова
для демонстрации дружеских чувств Рос-
сии к народу этой страны, не забывая
в то же время, что посещения пятого
континента дают важную в политическом
отношении возможность показать Ан-
дреевский флаг в южной части Тихого
океана.
Прежде чем достичь Австралии, эс-
кадра Асланбегова посетила тихоокеан-
ское побережье Канады и США, Гавай-
ские и Маркизские острова, Таити и Но-
вую Зеландию. Программа пребывания
на пятом континенте была весьма обшир-
ной. Три русских корабля — крейсер
«Африка», на котором держал свой флаг
контр-адмирал Асланбегов, клиперы
«Пластун» и «Вестник» — пробыли в
Австралии более двух месяцев, посетив
Сидней (где простояли до 14 января
1882 года*), затем с 17 по 26 января
Хобарт (на Тасмании), после чего от-
ряд перешел в Мельбурн, где пробыл
до 24 февраля, и, наконец, в течение
26 февраля — 3 марта состоялся визит
в Гленелг (близ Аделаиды). «Африка»,
кроме того, зашла еще и в порт Олбани,
окончательно покинув австралийские бе-
рега 10 марта 1882 года.
Повсюду русских ожидал радушный
прием, подчас выходящий далеко за рам-
ки официального протокола. Надо, впро-
чем, признать, что за соблюдением всех
формальностей тщательно следил сам
Асланбегов, особенно когда речь шла о
должном уважении к русскому флагу.
На многочисленных официальных
приемах присутствовали, как правило,
самые высокие должностные лица мест-
ной администрации. На этих раутах Ас-
ланбегов блистал великолепным оратор-
ским мастерством, а офицеры русских
кораблей столь же охотно демонстриро-
вали светский лоск и галантность. Банке-
ты в честь русских моряков устраива-
лись также многочисленными обществен-
ными организациями и клубами. Гостям
из России выдали бесплатные железно-
дорожные билеты для ознакомительных
поездок в глубь страны. В Олбани
для офицеров «Африки» организовали
даже такое экзотическое развлечение,
как охота на кенгуру (оказавшаяся,
впрочем, безрезультатной). «Что касает-
ся офицеров, — пишет о пребывании в
Австралии врач клипера „Пластун11
М. В. Смирнов, — те положительно за-
кружились в вихре пикников и балов...,
всякий из . . . город[ов] старался ока-
зать любезность русскому отряду и прев-
зойти друг друга в... гостеприимстве»**.
Отвечая взаимностью на дружеское
расположение австралийцев, русские ор-
ганизовали для гостеприимных хозяев
ряд приемов на флагмане отряда —
крейсере «Африка», приемы проходили
с чисто русским размахом. Так, например,
на бал, который организовали на борту
«Африки» в Хобарте 24 января 1882 го-
да, было приглашено около 300 человек.
Жителям автралийских городов разре-
шили посещать русские корабли, причем
бывали дни, когда их число достигало
двух тысяч. Активно выполнялась и свое-
образная «культурная программа»:
духовой оркестр «Африки» выступал с
концертами в городских парках, в Сиднее
и Мельбурне устроили гребные регаты,
в которых наряду с русскими приняли
участие моряки кораблей британского
флота, дислоцированных в Австралии.
Однако не только развлечениями для
команды были заполнены дни пребыва-
ния русской эскадры на пятом кон-
тиненте. Офицеры отряда с интересом
знакомились с жизнью страны, изучали
особенности ее политического устройства
и общественного развития, собирали ста-
тистический материал об экономической
и демографической ситуации в Австра-
лии. Эти сведения систематизированы в
официальном донесении Асланбегова о
ходе плавания***, Адмирал подробно
описывает свои впечатления от автралий-
ских городов, рассказывает о контак-
тах с австралийскими политическими
деятелями. В их числе оказались и та-
кие видные администраторы Австралии
того времени, как губернатор Нового
Южного Уэльса, бывший посол Велико-
британии в. Петербурге лорд Лофтус,
губернатор Тасмании, в прошлом личный
секретарь английского премьер-министра
У. Гладстона Дж. К. Стрэхен, губер-
наторы Виктории маркиз Нормэнби и
Южной Австралии У. Ф. Джервойс (по-
следний являлся не только заметной
фигурой на политическом небосклоне
* Все даты, кроме особо оговорен-
ных в тексте, даны по новому стилю.
** Смирнов М. В. Санитарный и
медико-топографический обзор плавания вин-
тового клипера «Пластун» в 1880—1883 го-
дах//Медицинские прибавления к «Морскому
сборнику». 1884. Вып. 10. С. 27.
*** ЦГАВМФ, ф. 410, оп. 2, д. 4063,
л. 588—606.
70—71
А. Б. Асланбегов
Австралии, но и крупным военным
инженером).
В свой рапорт Асланбегов включил об-
ширную справку о движении цен в Ав-
стралии, внешнеторговом обороте ав-
стралийских колоний Великобритании,
сведения о развитии золотодобычи и дру-
гих отраслей промышленности вплоть до
виноделия. Анализу, разумеется, подвер-
галось и состояние австралийского су-
достроения и судоремонта. С этой целью
в Сиднее любознательный русский ад-
мирал вместе с мэром города и группой
местных инженеров осмотрел ряд судо-
ремонтных предприятий.
Подробные и достаточно живо напи-
санные официальные рапорты Асланбе-
гова о пребывании его эскадры в Ав-
стралии дополняются еще более красоч-
ными рассказами об этом визите в ме-
муарах участников плавания. Среди них
выделяются воспоминания мичмана «Аф-
рики» В. Ф. Руднева (впоследствии
героя русско-японской войны, командира
крейсера «Варяг»)* и заметки младшего
штурмана этого же крейсера прапор-
щика Ф. А. Тимофеевского**. В них
наибольший интерес представляют зари-
совки повседневной жизни австралийцев,
которая поразила русских своей необы-
чайной демократичностью. Так, напри-
мер, Руднев и его товарищи были бук-
вально потрясены, когда выяснилось, что
один из министров правительства Южной
Австралии по профессии мясник и про-
должает содержать мясную лавку.
Визит эскадры Асланбегова оказался
как нельзя более кстати для находив-
шегося в то время в Австралии извест-
ного русского путешественника
Н. Н. Миклухо-Маклая. Ученый искал
способ возвратиться в Россию, и ему
удалось устроиться пассажиром на кли-
пер «Вестник».
Пребывание эскадры в Австралии ши-
роко освещалось как в местной, так и
в русской прессе. В Австралии информа-
ция о гостях из России носила, как пра-
вило, доброжелательный характер, при-
чем обсуждались не только боевые ка-
чества русских кораблей, но и то, что
называется «русской экзотикой». Так, на-
пример, в газетах появился подробный
отчет о церковной службе на одном из
кораблей, причем австралийцев удивило
обилие икон в каютах. Русские матросы
признавались умелыми мореходами, од-
нако в то же время отмечался и их глав-
ный недостаток — излишнее при-
страстие к спиртным напиткам. Русская
пресса, в свою очередь, подчеркивала
сердечность оказанного морякам при-
ема и не без патриотической.гордости
сообщала о победах русских гребцов во
время регаты в Сиднее***. В газетах вос-
торженно отмечалось, что русские оказа-
лись первыми, кто продемонстрировал
австралийцам преимущества электри-
ческого освещения. В Тасмании во время
приема на борту «Африки» крейсер был
залит светом «фонарей Яблочкова». «Та-
кого освещения жители Гобарта (Хобар-
та. — Авт.) еще не видели и были при-
ведены в изумление его поражающим
эффектом», — так писал об этом событии
«Кронштадтский вестник»****.
Одним словом, пребывание отряда рус-
ских кораблей в Австралии проходило
весьма успешно и в полной мере соот-
♦Руднев В. Ф. Кругосветное
плавание крейсера «Африка» в 1880—1883 го-
дах. СПб., 19909.
** Ти мофеевски й Ф. Мель-
бурн//Кронштадтский вестник. 1901. 22 апре-
ля. Давно забытая публикация воспоминаний
Ф. Тимофеевского была разыскана и введена
в научный оборот Е. В. Говор.
. *** См., например: Гонка судов в Ав-
стралии//Голос. 1882. 6 марта.
**** Вести о плавании отряда Тихого
океана//Кронштадтский вестник. 1882. 7 мар-
та.
ПРОШЛОЕ БЕЗ КУПЮР
ветствовало тому, что принято называть
«визитом доброй воли». Казалось, ничто
не должно было омрачить возникшую
атмосферу . взаимной доброжелатель-
ности.
Однако еще во время нахождения от-
ряда Асланбегова в Австралии в мель-
бурнской газете «Эйдж» за 15 и 16 фев-
раля 1882 года появились две заметки.
В одной из них утверждалось, что целью
плавания эскадры Асланбегова в Тихом
океане является охота за английскими
торговыми судами. В другой — что в рас-
поряжении газеты якобы оказалась
копия «перехваченного» донесения рус-
ского адмирала в Петербург, где речь
идет о слабой защищенности Мельбур-
на и других австралийских городов*.
Впрочем, эти статьи в «Эйдж» никто в
Австралии всерьез не принял. Их общая
направленность удивительным образом
совпадала с теми аргументами, кото-
рые газета «Эйдж» приводила задолго
до прихода русской эскадры, требуя
укрепления обороноспособности Мель-
бурна. Это обстоятельство подметили не-
которые австралийские газеты, и публи-
кации в «Эйдж» были единодушно оце-
нены как неумело состряпанные и оскор-
бительные для русских фальшивки.
Адмирал Асланбегов пришел в ярость.
Он немедленно посетил премьер-минист-
ра Витории Б. О'Логлена и потребовал
объяснений, а 19 февраля направил
чрезвычайно эмоциональное, полное
негодования письмо губернатору Викто-
рии маркизу Нормэнби. В своем посла-
нии** (адмирал сам перевел на англий-
ский язык собственноручно написанный
черновик) Асланбегов решительно отверг
все обвинения прессы и потребовал
привлечь авторов статей в «Эйдж» к су-
дебной ответственности. Одновременно
он разъяснил, что отправленное им
31 января с мельбурнского почтамта до-
несение в Петербург включает в себя
отчет о плавании эскадры из Саи-Фраи-
циско в Австралию и не содержит «ни
одного слова о портах Австралии и Тас-
мании». Надо сказать, что адмирал ни-
сколько не грешил против истины. Дей-
ствительно, ни в опубликованном сокра-
щенном варианте этого донесения***, ни
в полном его тексте, хранящемся в ар-
хиве****, ничего не говорится о состоянии
обороноспособности Австралии.
Губернатор Виктории в своей ответ-
ной телеграмме поспешил выразить глу-
бокое сожаление по поводу злополучных
публикаций и просил Асланбегова не об-
ращать на них внимания. Появление этих
статей Нормэнби объяснял внутриполи-
тическими причинами: стремлением под-
толкнуть правительство Виктории к более
активному строительству оборонитель-
ных сооружений. Что касается судебного
преследлования авторов публикаций, то
оно не исключалось, но для этого адмирал
должен будет задержаться в Мельбур-
не*****. Асланбегов, конечно же, судить-
ся не стал, объяснения Нормэнби принял
и счел инцидент исчерпанным.
К сожалению, публикациями от 15 и
16 февраля редакция «Эйдж» не ограни-
чилась. Через две недели после ухода эс-
кадры на страницах газеты вновь появи-
лась статья, начавшая новый виток ан-
тирусской кампании. 23 марта увидели
свет показания некоего «тайного рус-
ского агента» Генри Брайанта (ои же
Анри де Бомон). Тот утверждал, что
Асланбегов во время визита русской
эскадры в Австралию исследовал и выяс-
нил степень защищенности ее главных
портов. В скором будущем, уверял
«агент», в соответствии с инструкцией,
якобы полученной от российского Мор-
ского министерства, адмирал должен
вступить в командование отрядом из
17 (!) крейсеров. Этими силами и будет
совершено вооруженное нападение на
главные австралийские порты. В статье
приводились впечатляющие размеры
контрибуции, которую коварный русский
адмирал взыщет с Сиднея, Мельбурна
и Аделаиды. «Эйдж» опубликовала также
переданный редакции Брайантом напи-
санный по-французски черновик еще од-
ной «шифрованной депеши Асланбего-
ва» в Петербург, содержавший данные о
слабой защищенности Австралии, что
«подтверждало» возможность безнака-
занного захвата пятого континента.
Из текста депеши следовало также, что
якобы до Брайанта-Бомона обязанности
* Fitzhardinge V. Russian
Naval Visitors to Australia, 1862—1888//
Journal of the Royal Australian Historical
Society. 1966. Vol. 52. Pt. 2. P. 146—147.
** ЦГАВМФ. ф. 41. on. 1, д. 12,
л. 278—287.
*** Асланбегов А. Б. Отряд су-
дов Тихого океана. Извлечение из рапорта
командующего отрядом контр-адмирала Ас-
ланбегова ... Мельбурн. 19 января 1882 г.//
Морской сборник. 1882. № 5. Морская хрони-
ка. С. 1—26.
(	**** цгдвМФ, ф. 410, оп. 2, д. 4063,
л. 434—467.
***** ЦГАВМФ, ф. 41, on. 1, д. 23,
л. 115—116.
72—73
Клипер «Пластун»
Клипер «Вестник»
русского агента в Австралии выполнял
Н. Н. Миклухо-Маклай. Брайант заявил,
что он сам помогал Асланбегову состав-
лять текст депеши в Петербург, но, не
поладив с адмиралом и прервав все свя-
зи с русскими, решил сделать известные
ему сведения достоянием гласности*.
Статья в «Эйдж» от 23 марта вызва-
ла отклики в австралийских газетах,
взбудоражила общественное мнение и
даже побудила премьер-министра Вик-
тории Б. О’Логлена обратиться за соот-
ветствующими разъяснениями в Лондон.
Однако в ходе расследования, проведен-
ного репортерами австралийских газет,
выявились явные несуразицы. Трудно
было предположить, что разведыватель-
ную экспедицию русские совершали це-
лой эскадрой, а свои секретные доне-
сения адмирал Асланбегов писал в при-
сутствии рядового агента. Анализ текста
депеши выявил ряд языковых нелепостей.
Некоторые речевые обороты никак не
могли быть использованы в русском офи-
циальном документе, хотя бы и напи-
санном на французском языке: например,
царь именовался в представленном
Брайантом-Бомоном тексте «Его Вели-
чеством нашим Отцом» («. .. par sa
Majeste notre Рёге . . .»).
Отпала версия и о причастности к
«подрывной деятельности» Миклухо-
Маклая. В защиту русского ученого
выступил его друг и биограф профессор
Э. С. Томассен. Пришел ответ из Лондона
от министра колоний Великобритании
лорда Кимберли, в котором фактически
отрицалась достоверность информации
Брайанта-Бомона**.
Австралийские журналисты обрати-
лись за разъяснениями к русскому кон-
сулу в Мельбурне Дж. Деймиону и флаг-
офицеру Асланбегова лейтенанту
В. Н. Фридрихсу, который из-за болезни
вынужден был задержаться в Мельбурне
и находился на излечении в больнице.
Оба подтвердили, что Брайант-Бомон по-
сещал адмирала Асланбегова, но указа-
ли, что он, по их мнению, представля-
ет собой одного из многочисленных
аферистов, которые толпами осаждают
русские военные корабли в каждом за-
рубежном порту, предлагая командирам
всевозможные услуги и сомнительные
изобретения. По словам Деймиона и
Фридрихса, Брайант пытался продать
Асланбегову за 5 тыс. рублей чертежи
подводной мины. Адмирал от сделки
уклонился, и раздосадованный «изобре-
татель» решил ему отомстить.
Нелицеприятный отзыв о Брайанте
русских подтвердился новыми сведения-
ми о его личности. Выяснилось, что это
хорошо известный мельбурнской полиции
самозванец, выдававший себя за фран-
* Рыкачев Н. А. Напрасная тре-
вога в Мельбурне//Кронштадский вестник.
1882. 14 мая.
** См. Fitzhardinge V. Op. cit.
Р. 150—151.
ПРОШЛОЕ БЕЗ КУПЮР
цузского графа Анри де Бомона. После
ряда попыток получить по поддельным
денежным документам ювелирные из-
делия в магазинах Мельбурна его аресто-
вали и отправили в Пентриджскую
тюрьму, откуда он- вышел незадолго до
прибытия эскадры Асланбегова. В тюрь-
ме Брайант-Бомон неоднократно утверж-
дал, что им изобретена подводная мина,
способная совершить переворот в
морском деле. После всех этих разобла-
чений австралийцы успокоились и анти-
русская кампания в прессе прекратилась.
Шумиха, поднятая «Эйдж», в мае
1882 года докатилась до России. Здесь
ко всей этой истории отнеслись с нескры-
ваемой иронией. В газетах «Новое вре-
мя» и «Кронштадтский вестник» появи-
лись статьи с соответствующими за-
головками*. Автор публикации в «Крон-
штадтском вестнике» редактор-издатель
газеты Н. А. Рыкачев назвал сооб-
щения Брайанта «смешной и глупой
сказкой» и выразил удовлетворение, что
она была «вполне разоблачена»**.
Вместе с тем в распоряжении истори-
ков до недавнего времени отсутствовали
документы, которые бы пролили свет на
подлинный характер контактов Асланбе-
гова и Брайанта-Бомона. Не было опуб-
ликовано и донесение командующего
эскадрой в Петербург с его собствен-
ной оценкой антирусских публикаций в
«Эйдж». Все это породило определенные
сомнения по поводу истинных намерений
русского адмирала и его связей с австра-
лийским проходимцем. Изучение архив-
ных материалов рассеяло эти подозрения.
Прежде всего, в деле «О плавании от-
ряда судов в Тихом океане под коман-
дованием... А. Б. Асланбегова»*** от-
сутствуют документы, которые бы свиде-
тельствовали о наличии враждебных
намерений России по отношению к Ав-
стралии или о планах противоборства
с Англией путем использования русского
флота против ее колоний на пятом кон-
тиненте. Ни в донесении Асланбегова
от 11 июня (по старому стилю) 1882 года
из Иокогамы о пребывании его эскадры в
Австралии****, ни в других документах
нет ни малейших намеков на существо-
вание или попытки организации русской
агентурной сети в Австралии.
Что касается контактов адмирала с
Брайантом-Бомоном, то по их существу
можно сказать следующее. В нашем рас-
поряжении имеются материалы о пере-
писке Морского министерства с россий-
ским Министерством внутренних дел в
первой половине 1882 года. Из них
явствует, что во время пребывания
русской эскадры в Мельбурне Брайант
обратился к Асланбегову «с предложе-
нием услуг к обнаружению нигилисти-
ческих замыслов»*****, для чего даже
выразил готовность отправиться в Петер-
бург. Если учесть, что попытка поступить
на службу в охранку была предпринята
вскоре после убийства императора Алек-
сандра II, то нельзя не признать, что
Брайант-Бомон хорошо знал полити-
ческую конъюнктуру в Российской
империи. А. Б. Асланбегов немедленно
сообщил о сделанном предложении в
Морское министерство, а то, в свою
очередь, передало донесение адмирала в
Министерство внутренних дел. Руковод-
ство тайной полиции заняло, однако, ук-
лончивую позицию по отношению к тако-
му щекотливому вопросу. 14 февраля (по
старому стилю) 1882 года из Министер-
ства внутренних дел отправили письмо
управляющему Морским министерством
вице-адмиралу И. А. Шестакову с прось-
бой поручить Асланбегову отклонить
предложение Брайанта-Бомона о его
поездке в Петербург, но «войти в сноше-
ние с нашим консулом в Мельбурне с тем,
чтобы последний принял на себя труд
расспросить графа Бомона о характере и
содержании тех заявлений, которые он
желает сделать русскому правитель-
ству»******. Телеграмму соответствую-
щего содержания немедленно отправили
в Аделаиду Асланбегову*******, а тот
28 февраля 1882 года телеграфировал в
Мельбурн русскому консулу: «Предложе-
ние не принято, известие мсье Брайан-
та»********. Вскоре после этого и появи-
лись клеветнические заявления Брайанта
на страницах газеты «Эйдж». Видимо, уз-
нав о них, Министерство внутренних дел
России решило вообще отказаться от ка-
ких-либо контактов с авантюристом-про-
вокатором. В письме на имя Шестакова
от 27 апреля (по старому стилю) 1882 го-
да выражена просьба «поставить в из-
* Австралийская утка//Новое
время. 1882. 4 мая; Р ы к а ч е в Н. А. Напрас-
ная тревога в Мельбурне//Кронштадтский
вестник 1882. 14 мая.
** Р ы к а ч е в Н. А. Указ
соч. С. 2.
*** ЦГАВМФ, ф. 410, оп. 2,
д. 4063.
**** Там же, л. 588—656.
***** Там же, л. 498.
****** Там же, л. 416.
******* ЦГАВМФ, ф. 41. on. 1, д. 23,
л. 112.
******** там же, л [ । [
74—75
вестность контр-адмирала Асланбегова,
что сделанное через его посредство из-
вестным ему графом Бомон предложение
услуг к обнаружению нигилистических
замыслов русским правительством при-
нято быть не может и что вследствие сего
в дальнейших с ним сношениях надоб-
ности не представляется»*. Эту ин-
формацию адмирал получил уже в На-
гасаки, где в это время находилась
русская эскадра.
Такова подоплека контактов Брайанта-
Бомона с русскими военными моряками
в Австралии. Думается, что обращение
к архивным документам позволяет окон-
чательно опровергнуть подозрения о
возможной разведывательной деятель-
ности русских моряков на пятом конти-
ненте и поставить в этой истории точку.
Посещение Австралии русской эс-
кадрой в 1881 —1882 годах не являлось
секретной миссией. Это был визит доброй
воли. Шумиха, поднятая на пятом конти-
ненте вокруг эскадры Асланбегова, не
имела сколько-нибудь существенных по-
следствий для отношений между Австра-
лией и Россией. Несмотря на попытки ис-
казить цели и задачи российских моря-
ков, этот визит остается одной из. наибо-
лее ярких страниц в непростой и, как мы
увидели, не всегда гладкой истории раз-
вития русско-австралийских связей.
* ЦГАВМФ. ф. 410, оп. 2, д. 4063,
л. 498.
Стратегическая
ошибка князя
Горчакова
Б. Н. БОЛГУРЦЕВ
Начиная с середины 50-х годов девятнадца-
того столетия в русское Морское министерство
стали поступать тревожные сведения о по-
дозрительном интересе британского Адмирал-
тейства к островам Цусима*. В 1855 году
английское военное судно «Сарацин», а затем
«Актеон» и «Дов» выполнили вблизи островов
гидрографические работы. Спустя год япон-
ское правительство получило от своих агентов
предупреждение о том, что англичане намере-
ны занять Цусиму, подобно тому как они в
свое время захватили Гонконг. Такой оборот
дела не устраивал не только Японию, но
и Россию, так как для ее кораблей проход
через Корейский пролив оказался бы за-
крытым.
О всех этих событиях вскоре стало известно
и командиру первой русской эскадры на Ти-
хом океане капитану 1 ранта И. Ф. Лиха-
чеву. 4 апреля 1860 года Иван Федорович
записал в своем дневнике: «По слухам . . .
англичане имеют виды на этот остров ... мы
должны там их предупредить»**. Человек ре-
шительный и настойчивый, хорошо понимав-
ший стратегическое значение Корейского про-
лива, он в своих докладных записках, ад-
ресованных главе морского ведомства велико-
му князю генерал-адмиралу Константину Ни-
колаевичу и управляющему Морским ми-
нистерством адмиралу Н. К. Краббе,
предложил опередить англичан и создать на
Цусиме «военно-морскую станцию»***. Россия
в этом случае получила бы незамерзающий
порт на Тихом океане, который, «как часовой
на страже», стоит посредине Корейского про-
лива****
Русское правительство, не желая осложнять
отношения со своим восточным соседом, от-
клонило проект И. Ф. Лихачева. 26 июля
1860 года генерал-адмирал сообщил ему об
этом решении и одновременно предложил «под
его личную ответственность» попытаться за-
ключить частную сделку с главой княжества
Цусима относительно аренды участка для
морской станции, если это не вызовет протеста
центрального правительства Японии и вме-
шательства западных держав*****. Зная об
этих намерениях, Министерство иностранных
дел в лице управляющего князя А. М. Горча-
кова умыло руки, заранее возложив всю от-
ветственность за любые последствия на коман-
дира эскадры и его высокого покрови-
теля.
20 февраля 1861 года по приказанию
И. Ф. Лихачева на острова Цусима из
Хакодате отправился корвет «Посадник» под
командованием капитан-лейтенанта Н. А. Би-
рилева******. 1 марта он отдал якорь вблизи
деревни Осаки в западной части бухты Та-
тамура (ныне залив Асо).
Действуя в высшей степени осторожно и
терпеливо, не прибегая, в отличие от англи-
чан, к насилию и угрозам, Бирилев сумел
* Острова Цусима состоят из се-
верного (Камидзима) и южного (Симодзима)
островов, разделенных узким проливом.
** ЦГАВМФ, ф. 16, on. 1, л. 24,
л. 6.
*** Там же, ф. 410, оп. 2, д. 2385,
л. 5 об.
**** Там же, л. 2 об.
***** Там же, л. 7 об. — 8.
****** Блестяще зарекомендовавшего
себя в Синопском бою и при обороне Се-
вастополя капитан-лейтенанта Н. А. Бирилева
в июле 1859 года назначили командиром кор-
вета «Посадник». 25 августа корабль ушел на
Дальний Восток, где присоединился к эскадре
И. Ф. Лихачева.
© Б. Н. Болгурцев, 1992
ПРОШЛОЕ БЕЗ КУПЮР
получить разрешение цусимского князя на об-
следование бухты Имосаки, куда «Посадник»
перешел 2 апреля. На следующий день утром
на берегу поставили палатку и на флагшто-
ке подняли русский флаг. Бирилев с помощью
офицеров корабля выбрал неподалеку место,
удобное для ремонта корвета (требовалось
заменить фок-мачту, сделать понтон для ос-
мотра кормовой части корабля и дейдвудной
трубы и выполнить другие ремонтные рабо-
ты), постройки склада и помещения для
лазарета.
Японские чиновники обязались выделить
в помощь матросам 15 плотников и снабжать
экипаж корабля провизией. При входе с запа-
да в бухту Татамура на скалистом островке
Уси установили сигнальный пост.
И. Ф. Лихачев дважды (27 марта на кли-
пере «Опричник» и 16 апреля на фрегате
«Светлана») посетил острова и остался дово-
лен действиями командира «Посадника». В ра-
порте командиру эскадры Н. А. Бирилев отме-
чал, что население дружелюбно относилось
к русским*. При порубке леса японцы указы-
вали лучшие деревья и сами помогали спускать
бревна, восхищаясь русской песней «Дуби-
нушка»**. В начале апреля русские и япон-
ские плотники приступили к возведению зда-
ний морской станции: коттеджа для команди-
ра, больницы, бани, шлюпочного и угольного
сараев и других построек. Во время отлива
«заложили пристань в 20 футов ширины». В
дар местному князю Мунэ Есиёри моряки
передали часть пушек с корвета; для обучения
японских мальчиков русскому языку организо-
вали школу. По сообщению Бирилева, дело
шло на лад, «дружба царствовала во всей
силе»***.
Тем временем «Посадник» разоружился
(сняли часть рангоута) и приступили к ре-
монту корабля. Часть команды занялась под-
собным хозяйством и развела огород. Описная
партия под руководством старшего, штурмана
корвета подпоручика А. Чуркина занялась
промером глубин. Карты ост'ровов Цусима,
составленные офицерами «Посадника»,
впоследствии были изданы Гидрографи-
ческим департаментом Морского министер-
ства.
26—27 июня состоялись переговоры между
Бирилевым, главным советником князя Мурао-
ка Ооми и губернатором острова Нии Мо-
готииро. Японские чиновники отметили, что
князь усматривает в отношениях с русскими
только хорошее и находит большую пользу
для своих подданных. Участники совещания
подготовили проект соглашения, в котором,
в частности, говорилось следующее:
«...Князь Тсусимский вполне желает-
принять покровительство России во всех отно-
шениях, во исполнение чего если Русское
Правительство признает нужным держать
здесь суда, то мы согласны охотно на это,
и место от Хироуры до Имосаки вклю-
чительно и по указанную черту отдать в рас-
поряжение русских судов и под защиту их
всю бухту Тата-мура, то есть от Усисима
до Обунокоси. С другими нациями никакого
дела иметь не будем.
Мы просим Русское Правительство снабдить
нас сколько будет можно новейшими огне-
стрельными оружиями, а также и просим рус-
ских обучать наших молодых офицеров новей-
шему военному делу, . . . просим русских не
нарушать наших древних обычаев и не ста-
раться вкоренять их веру... Но все это мы мо-
жем выполнить только тогда, если не будет к
тому препятствий со стороны нашего Пра-
вительства в Эдо (Токио. — Авт.)****.
Мураока Ооми обещал доложить проект со-
глашения совету княжества.
Все, казалось бы, шло хорошо, но еще в
середине мая о присутствии русских на острове
случайно узнали англичане (хотя корвет стоял
в укромной бухте, а сами японцы тщатель-
но скрывали от британцев факт затянувшегося
пребывания русских, чтобы он не стал пре-
цедентом для аналогичных действий других
держав). 20 мая в бухту Имосаки зашли ан-
глийский фрегат «Актеон», которым командо-
* Эти отношения несколько ослож-
нил инцидент, происшедший при высадке рус-
ских матросов на берег, когда погиб местный
житель. Подробнее см.: Синтаро Нака-
мура. Японцы и русские: Из истории контак-
тов. М.: Прогресс, 1983. С. 199—200. — При-
меч. ред.
** ЦГАВМФ, ф. 410, оп. 2, д. 2385,
л. 32 об.
*** Там же, л. 39 об.
**** -рам же л Ю8—109. Сохранена
орфография и пунктуация документа.
76—77
129,14'
te'	го'
Место расположения русского
военного городка на полуостров1
Имосаки (на схеме обозначеь
цифрой 1)
вал капитан Уорд’, и две канонерские лодки.
Бирилев был чрезвычайно удивлен их появле-
нием, но сумел сохранить полнейшее хлад-
нокровие. Он попытался наладить дружествен-
ные отношения с англичанами и с чисто рус-
ским радушием принял их, щедро поделившись
с ними своими припасами, а также познакомил
Уорда с хозяйством станции. В донесении
И. Ф. Лихачеву Николай Алексеевич писал:
«Отношения наши с японцами по-прежнему
самые дружеские, во всех концах острова при-
нимают наши шлюпки приветливо и гостепри-
имно .. .». В то же время цусимцы отказались
дать какую-либо провизию и даже дрова
англичанам.
К сожалению, посещение английских ко-
раблей не прошло бесследно. Вскоре после их
ухода губернатор города Хакодате, видимо не
без участия английского посланника Р. Олко-
ка, начал убеждать русского консула
И. А. Гошкевича в необходимости отозвать
корвет с островов Цусима. Японский адми-
нистратор утверждал, что пребывание русско-
го военного судна на острове «будто бы воз-
буждает неудовольствие других держав,
вследствие чего японское правительство боит-
ся быть вынужденным сделать и для них
какие-либо соответствующие уступки»*.
И. А. Гошкевич уступил требованиям губер-
натора и направил письмо И. Ф. Лцхачеву с
предписанием отозвать корабль.
7 сентября после теплого прощания с жите-
лями острова Бирилев покинул Цусиму.
Вспоминая об этом, он впоследствии писал:
«Множество шлюпок с чиновниками выеха-
ло на середину залива ожидать прохода
ПРОШЛОЕ БЕЗ КУПЮР
корвета и когда корабль поравнялся с ними,
они махали и кричали русское ,,ура“»**. На
острове остались различные постройки, склады
леса и пр. Князь Цусимы через своих по-
веренных и позднее губернатор Хакодате от
лица японского правительства обязались со-
хранить все в целости впредь до востре-
бования русскими.
Пытаясь спасти начатое важное дело,
И. Ф. Лихачев спешно отправился в Петер-
бург, где состоялось заседание Особого коми-
тета под председательством императора
Александра П. Его участники остались глу-
хи к доводам командующего эскадрой, и в
результате под давлением князя А. М. Горча-
кова и консервативно настроенных предста-
вителей Морского министерства пришлось
отказаться от Цусимы. «Гениальные замыслы
Лихачева потерпели поражение, — отмечал
спустя полвека его биограф К. Г. Житков, —
молодой тихоокеанский флот не получил
своевременно „свободного не скованного мо-
ря", вся необходимость которого понята была
только значительно позднее.. .»***. Ми-
* Бел ом ор А. Тсу-Симский
эпизод//Русский вестник. 1897. Т. 248. № 5.
С. 84.
** ЦГАВМФ, ф. 410, оп. .2, д. 2385,
л. 114 об.
*** Житков К- Г. Вице-адмирал
Иван Федорович Лихачев (к пятилетию со
дня смерти)//Морской сборник. 1912. № 11.
С. 28.
нистерство иностранных дел России предпи-
сало консулу И. А. Гошкевичу проинформи-
ровать японские власти, что военно-морская
станция была основана Лихачевым без санк-
ции русского правительства. Японцы удовлет-
ворились этим разъяснением и отвергли советы
западных дипломатов заявить протест против
нарушения русско-японского договора, заклю-
ченного 7 августа 1858 года в Эдо и открыв-
шего для посещения русских судов пять спе-
циально оговоренных портов.
Оценивая действия Бирилева, в отчете
генерал-адмиралу, датированном декабрем
1861 года, И. Ф. Лихачев писал: «В про-
должении полугода, встречая более чем обык-
новенные препятствия, он умел не только
вселить к себе общее доверие и миролюбивым
образом достигнуть всего, что мы могли толь-
ко искать, но если бы его действия были
сколько-нибудь поддержаны в Эдо, то нет
сомнения, что мы утвердились бы на острове
Тсу-Сима прочным и невозратным об-
разом»*.
Впоследствии Лихачев свидетельствовал:
«Одного только мы, может быть, достигли:
Кортик
с «Магдебурга»*
Л. А. КУЗНЕЦОВ
В ночь с 13 на 14 августа 1914 го-
да германский крейсер «Маг-
дебург», посланный с отрядом кораблей
в Финский залив на поиск русских до-
зорных судов, потерял ориентировку и на
15-узловом ходу выскочил на камни у
о. Оденсхольм (ныне Осмуссаар). Попыт-
ки сойти на чистую воду самостоя-
тельно и с помощью подошедшего ми-
ноносца V-26 оказались тщетными, и ко-
мандир крейсера принял решение эвакуи-
ровать личный состав на миноносец, а
«Магдебург» уничтожить. Однако рус-
ские корабли, вызванные сторожевым
постом, расположенным на острове,
нарушили эти планы. К моменту взры-
ва, который разрушил всю носовую часть
до второй дымовой трубы, на «Магде-
бурге» еще оставались два офицера и
54 матроса во главе с командиром Р. Ха-
бенихтом. Он и сделал неожиданный да-
же для того времени жест в духе старых
рыцарских традиций, лично сдав свой
кортик лейтенанту российского флота
М. В. Гамильтону — первому, взошедше-
му на борт крейсера.
Этим романтическим эпизодом можно
было бы и закончить историю с «Маг-
дебургом», опустив подробности, связан-
не дали Англии захватить этот остров»**.
Намерения англичан подтвердили результаты
беседы Горчакова с британским послом лор-
дом Нэпиром, который’ в ответ на просьбу
русского министра иностранных дел дать обе-
щание, что Англия «никогда не завладеет
Цусимою», уклонился от ответа***.
Цусимский инцидент, в котором отразилось
столкновение английских и русских интересов,
еще раз подтвердил стремление России осу-
ществить свои цели дипломатическим путем,
сохраняя мирные отношения с Японией, в от-
личие от военного нажима и агрессивных
действий западных держав.
*	ЦГАВМФ, ф. 16, on. 1, д. 57, л. 12.
*	* Ф а й н б е р г Э. Я. Русско-
японские отношения в 1697—1875 гг. М.,
1960. С. 197.
*	** Нарочницкий А. Л. Коло-
ниальная политика капиталистических держав
на Дальнем Востоке. 1860—1895. М., 1956.
С. 147.
ные с его разоружением и попытками
снятия с камней, — это тема отдельной
статьи. Однако она имела не менее
интересное продолжение. В январе
1915 года возник вопрос о передаче Мор-
скому музею имени Императора Петра
Великого (ныне Центральный Военно-
Морской музей) вещей, снятых с «Маг-
дебурга», для показа в качестве трофе-
ев. Среди них, кроме командирского кор-
тика, находились два кормовых флага,
гюйс и картина с видом собора в го-
роде Магдебурге, находившаяся в кают-
компании крейсера. В ответ на запрос
начальника музея исполняющий долж-
ность флаг-офицера по распорядительной
части штаба командующего Флотом
Балтийского моря капитан 2 ранга
Д. П. Руденский, отражая мнение на-
чальника штаба, писал, что «вещи, сня-
тые с крейсера „Магдебург" не могут
считаться трофеями, так как это не есть
приз, взятый с боя, а лишь корабль,
потерпевший аварию и тем лишенный
возможности защищаться, а потому
уничтоживший себя». Далее говорилось,
что снятые предметы, конечно, будут
переданы музею на хранение, но только
как предметы исторические, а не как
«трофеи для выставки». Так рыцарский
поступок командира «Магдебурга» отоз-
вался не менее благородным жестом со
стороны российских моряков.
* По материалам ЦГАВМФ: ф. 479, оп. 2,
д. 552, 793.
© Л. А. Кузнецов, 1992
78—79
морской архив
От Севастополя
до Новороссийска*
Н. Р. ГУТАН
Настроение и судьба флота, ушедшего
в Новороссийск
Придя 1 мая утром в Новороссийск,
миноносцы застали там следующую об-
становку: Новороссийск входил в состав
Куб а но-Черио морс кой советской
республики1, в которой вовсю процвета-
ла Советская власть. Кроме того в самом
Новороссийске сосредоточились почти
все главные руководители большевизма
на юге, бежавшие своевременно из
Одессы и всех почти городов Крыма.
Здесь были: Гавен2, Пожаров3, капитан
2 ранга Богданов, Алексакис4, Шерстнев,
Роменец и, за месяц приехавшая в Но-
вороссийск, известная Островская. На
рейде стояло несколько транспортов с
бежавшими из всех портов Крыма
красноармейцами, присутствие которых
терроризировало не только мирное насе-
ление, но даже наводило панику на мест-
ный Революционный комитет. От прихода-
флота население тоже не ожидало ни-
чего хорошего, т. к. вполне справедли-
во у жителей сложилось самое ужасное
мнение о флоте, на основании всей его
предшествовавшей преступной деятель-
ности, и всем был памятен приход в ян-
варе месяце миноносца «Керчь», расстре-
лявшего в Новороссийске 42 офицера
* Начало см.: Гангут. Выпуск 4.
На палубе линейного корабля
«Свободная Россия»
Варнавинского пехотного полка. Не успе-
ли миноносцы ошвартоваться, как к фло-
ту обратились за помощью местные ре-
волюционные власти, просившие обезвре-
дить Красную армию. На срочном
заседании командиров судов и предста-
вителей судовых комитетов было ре-
шено разоружить все прибывшие красно-
армейские банды и затем отправить их
за пределы Новороссийска. Особенно
внушал опасение транспорт «Евфрат»,
на котором было около 1500—2000
красноармейцев, не пожелавших выдать
оружие и заявивших, что они скорее
взорвутся, чем выдадут оружие. На этом
транспорте было около 2000 пудов раз-
личных взрывчатых веществ, кроме того
на нем же имелось огромное количество
денег, золота и серебра, награбленного
на южном берегу Крыма. Разоружить
«Евфрат» было предложено миноносцу
«Поспешный», что он исполнил, подойдя
к «Евфрату» и предъявив ультиматум:
сдаться немедленно, или транспорт
будет утоплен. «Евфрат» сейчас же под-
нял белый флаг и выдал оружие, которое,
а также все ценности были взяты во флот
и ценности сданы в Государственный
банк — увы, в те же большевистские ру-
ки. В этот же момент командир «Поспеш-
ного» (старший из командиров минонос-
цев) получил по радио от адмирала
Саблина приказ выйти со всеми исправ-
ными миноносцами в море и вступить
в охрану кораблей, подходивших уже к
берегам Новороссийска. К сожалению,
миноносцев исправных не оказалось,
большинство было почти без нефти и во-
ды, а потому в море вышел один
«Поспешный», который, встретив флот,
совместно с ним и «Дерзким» в 7 часов
вечера вошел в Новороссийскую гавань.
Здесь уместно указать на то обсто-
ятельство, что неприятель на разу не пы-
тался в море помешать переходу наших
судов, т. к. еще при вступлении немцев
в Крым германское командование запре-
тило русским судам выходить из своих
портов и объявило, что германским под-
лодкам даны распоряжения все выходя-
щие из портов суда топить, и неприятель-
ские подлодки все время появлялись под
Севастополем, даже в надводном поло-
жении. Потопить миноносцы было очень
легко, т. к. шли они малым ходом и на
некоторых из них командирами пошли
мичманы последних выпусков. Вообще,
миноносцы не представляли из себя ни-
какой вооруженной силы. Видимо, либо
неприятель проглядел выход судов, т. к.
оба выхода были ночью, либо считал,
что суда уже в таком состоянии, что вый-
ти не могут. Есть указания, что немцы,
войдя в Севастополь, говорили, что они
считали невозможным уход судов, т. к.
ими были к этому заблаговременно при-
няты все меры. Если это так — то откро-
венность удивительная. Таким образом,
к вечеру 1 мая все боеспособные суда
собрались в Новороссийске. Кроме
миноносцев с ними вместе из Севасто-
поля перешло одно отделение (8 штук)
исправных катеров. Через день пришел
из Керчи один номерной миноносец
«Летчик».
В ночь на 2 мая ожидалось в Ново-
российске выступление большевиков и
каких-то южных анархистов. Для
предотвращения этого были приготовле-
ны 2 роты — одна с Минной бригады,
вторая с кораблей. Ночь прошла спокой-
но. С первого же момента сосредоточе-
ния всех боеспособных, верней — новей-
ших, судов в Новороссийске среди
команд является желание окончательно
установить определенную организацию
управления и командования флотом.
Дело в том, что, как было сказано выше,
адмирал Саблин принял единоличное
командование 29 апреля в критическую
минуту для флота, при этом просили
его об этом лишь дредноуты, Минная
же бригада об этом оповещена не была.
Поэтому среди команд миноносцев появи-
лось (они чувствовали как бы обиду)
желание тоже присоединиться к избра-
нию командующего. Было созвано общее
собрание командиров, комитетов, по 5 че-
ловек с каждой сотни команд. На этом
собрании было обрисовано общее поли-
тическое положение на юге; старшим
лейтенантом Левговдом и матросом, ез-
дившим совместно со Спиро в Москву
за деньгами для флота и вернувшими-
ся уже прямо в Новороссийск, было об-
рисовано положение в Москве, при этом
особенно клеймил Советскую власть, не
стесняясь в выражениях, матрос, фами-
лию которого, к сожалению, сейчас не
помню, ездивший совместно с Левговдом.
Общий тон всех речей — необходимо
единоличное командование, без всяких
там комитетов и комиссий и что единст-
венный человек должен быть на это место
назначен, это — адмирал Саблин. Здесь,
видимо, сказалась старая привязанность,
уважение и глубокая вера в адмирала
Саблина, которая существовала среди
80—81
Митинг на линейном корабле «Свободная Россия»
команд как задолго до войны, так, в
особенности, во время войны. Между про-
чим, характерно, что на этом собрании
выступало 2 матроса-анархиста — Ше-
лестун3 (бывший ранее в Центрофлоте)
и Кедров («Пылкий»). Оба начинали с
того, что, как анархисты, они не при-
знают никакой власти, но, переходя к
данному чрезвычайному моменту, власть
необходима, и оба заявили, что стоят
за вручение единоличной власти адми-
ралу Саблину. Таким образом, едино-
гласно всеми судами был избран коман-
дующим с единоличной властью адмирал
Саблин, о чем ему сейчас же было сооб-
щено подъехавшей к нему делегацией.
Однако ответ был получен следующий:
адмирал занят и приехать сам не может,
но что он должен передать собранию,
что на основании опыта он не верит та-
кому избранию и что единственная воз-
можность для него принять командова-
ние, это если будут исполнены следую-
щие требования:
1)	Он должен быть избран не делегат-
ским собранием, а всеобщим референду-
мом всех команд.
2)	Все, не желающие избрания адми-
рала с единоличной властью, должны
покинуть корабли, хотя бы для этого и
пришлось сократить число кораблей (из-
за недокомплекта) до минимума.
3)	Адмиралу должна быть предостав-
лена единоличная власть на основании
Морского устава и законоположений
военного времени.
4)	Право по личному усмотрению от-
давать всех без исключения лиц суду,
образуемому при штабе, за провинности
по службе и неисполнение приказаний
начальства.
5)	Отмена всякого выборного начала.
6)	При использовании всех упомяну-
тых условий адмирал принимает коман-
дование, только с подъемом на всех су-
дах Андреевского флага.
Произведенный референдум дал сле-
дующие результаты: из всего состава
команд численностью около 3000 человек
за вручение власти адмиралу на его ус-
ловиях подало голоса 2433 человека,
против — 237. Остальные или воздержа-
лись, или были «за», но с некоторыми
поправками. Когда результат референ-
дума был сообщен адмиралу, он прибыл
на «Траян», где находились все коман-
диры, комитеты и представители команд.
Поблагодарив за доверие, адмирал ска-
зал несколько слов, без всяких оратор-
ских приемов, но настолько сильных, что
произвел на всех очень большое впечат-
ление. Смысл был таков. Принимая
власть на таких условиях, он при под-
держке команд привести суда в боеспо-
МОРСКОЙ АРХИВ
Германские войска в Севастополе. 1918 год
собное состояние может и надеется это
сделать, но спасти флот он не берется и не
может, т. к. это зависит не от него, ибо
спасти флот можно, имея хоть неболь-
шие, но дисциплинированные сухопутные
войска, которые могли бы защитить Но-
вороссийск с суши, если немцы будут
наступать на этот порт. Войск же таких
нет, и получить неоткуда. Затем адмирал
сказал, что сейчас вы обратились ко мне и
к офицерам, тем офицерам, которых вы
расстреливали, унижали и оскорбляли.
Но офицеры эти, в количестве не мно-
гим более сотни, забыли все и, бросив
все и даже свои семьи, ушли с вами, дабы
спасти корабли, так как в них сильна
любовь к России и преданность родному
флоту. Так уважайте же и берегите своих
офицеров. Сейчас вы сами видите, куда
вас привели красные лозунги и фразы
ваших возлюбленных революционных
вождей, ваших кумиров. Но наступила
тяжелая минута, и ваших кумиров нет с
вами. Где они? И вот вы, покинутые
ими, вновь обращаетесь ко мне — боль-
ному изможденному старику и просите
спасти флот, и я, любя Россию и веря
в ее будущее, принимаю командование
вами. Должен вас еще предупредить, что
будет против офицеров и, в частности,
против меня вестись пропаганда; уже
сейчас есть среди вас подлые гады, кото-
рые начинают свое дело, но вы должны
сами вырвать их из своей среды. Закон-
чил адмирал свои слова (так): «Да
здравствует наша дорогая истерзанная
несчастная Россия, да здравствует слав-
ный Андреевский флаг».
Ответом было могучее «ура», а когда
было провозглашено: «Да здравствует
командующий флотом — адмирал Ми-
хаил Павлович Саблин», — «ура» пе-
решло в сплошные овации.
На другой день в страстную субботу
4 мая нового стиля в 8 часов утра был
поднят с церемонией Андреевский флаг
и адмирал вступил в командование
флотом. Между прочим, в эту ночь на
4 мая на берегу состоялось собрание
местных большевистских организаций,
совместно со всеми, уже упомянутыми
подобными же деятелями, приехавшими
из всех городов Крыма, с Островской
во главе. На этом заседании было решено
следующее: посеять среди команд флота
панику и тем заставить ее, хотя бы боль-
шую часть, покинуть корабли и тогда уже
«ликвидировать» командный состав. В 3
часа утра в каюту начальника Минной
бригады, капитана 1 ранга Лебедева,
прошел матрос-анархист Кедров и доло-
жил об этом заседании и решении с
просьбой принять против этого меры. Од-
нако мер принимать уже никаких не при-
82—83
Корабли Черноморского флота под германским флагом (на первом плане «Иоанн Златоуст»)
ходилось, т. к. команды, в своем огромном
большинстве, не реагировали на пропа-
ганду, и вся работа большевиков
в этом направлении окончилась лишь
бегством человек 40 со всего флота и
распродажей многими матросами лишне-
го обмундирования. Население города,
со страхом смотревшее на пришедший
флот и ожидавшее самых тяжелых для
себя испытаний, с нескрываемым удивле-
нием увидело следующее: флот, взяв в
свои руки охрану города, ежедневно
назначал 2 роты — одну с кораблей, а од-
ну с Минной бригады для поддержания
порядка, причем корабли взяли охрану
города, а Минная бригада — Стандарт.
Кроме этих боевых рот, флот взял несе-
ние всех караулов в городе, а по ночам
отправлялись патрули, которые не про-
пускали после полночи никого, включая
даже революционные власти, без пароля,
который сообщался лишь командирам де-
журных кораблей, караулам и патрулям.
Все самочинные обыски, разбои исчезли
из Новороссийска, перекочевав преиму-
щественно в Екатеринодар.
Команда «Воли», узнав от одного при-
сяжного поверенного, что в тюрьме содер-
жится с 4 января 49 пленных корнилов-
ских офицеров, определенно ожидавших
с приходом флота только смерти, посла-
ла своих представителей в местный сов-
деп узнать: правда ли, что такие офи-
церы содержатся в тюрьме и предъявле-
но ли им какое-нибудь обвинение. Совдеп,
МОРСКОЙ АРХИВ
тоже возлагавший большую надежду на
поддержку флота, радостно объявил, что
такие офицеры есть и что обвинений
никаких им пока не предъявлено. К удив-
лению совдепа, им было отвечено, что
«Воля» предлагает срочно выпустить всех
этих офицеров и что если это не будет
исполнено, «Воля» примет свои меры и
сама освободит всех арестованных офи-
церов. Совдеп в срочном порядке в ту же
ночь решил освободить офицеров, и они
были на следующий день выпущены. Тог-
да команда «Воли» предложила желаю-
щим офицерам поступить на вольнонаем-
ных началах в их команду. Шесть офи-
церов поступили на должности комендо-
ров и матросов, и отношение к ним было
со стороны команды самое доброжела-
тельное, и их даже не допускали до
грязных работ. Параллельно с этим в
командах все чаще и чаще громко начи-
нают говорить о необходимости взять на
пушку всех приехавших из Крыма гла-
варей большевизма. Особенно на эту тему
много говорится по адресу Островской.
Правда, разговоры эти в действитель-
ность приведены не были, но найдись
человек, который стал бы во главе этого
движения, и планы эти были бы при-
ведены в исполнение. К сожалению, офи-
церу стать во главе этого дела тогда
было еще преждевременно. Тем не менее
слухи эти дошли до главарей больше-
визма, и вся эта клика, и чуть ли не
местный большевистский комитет, при-
нуждены были покинуть Новороссийск и
переехать в Екатеринодар — центр
Кубано-Черноморской республики.
Флот начал приводить себя в порядок
и подтягиваться. Были запрещены уволь-
нения на берег до окончания работ и
занятий. Были выработаны расписания
дня и вновь составлены и проверены все
боевые расписания. Во время занятий и
работ были запрещены всякие митинги и
собрания. Под председательством адми-
рала была образована комиссия из стар-
ших начальников для выработки и неко-
торых изменений караульного и Морского
устава. Производились артиллерийские и
минные учения и все тревоги. Среди
миноносных команд началось соревнова-
ние в приведении миноносцев в порядок
и исправность. Чистились й выщела-
чивались котлы, перебирались механиз-
мы — все весьма запущенное за время
стоянки в Севастополе. Миноносцы чис-
тились и красились от киля и до клотика,
причем на некоторых из них команды не
признавали время отдыха и работы про-
изводились и в это время. Это был момент
действительного оздоровления команд и
заметного подъема среди них. И только
одна мысль мрачно сверлила мозг всех,
особенно офицерского состава с адмира-
лом во главе — оставят ли немцы флот в
Новороссийске в покое или же поведут
наступление по побережью и на этот порт,
т. к. на Пасху немцы заняли Ростов.
Боялись также десанта на Тамань из Кер-
чи. В этих видах адмирал, при котором
был образован штаб из наличных в Ново-
российске офицеров, с начальником шта-
ба капитаном 1 ранга Лебединским во
главе, был намечен план сухопутной обо-
роны. Были намечены, и приступлено
было к их рытью, батареи, на которые
было решено поставить часть судовых
орудий. Начальником сухопутной оборо-
ны был назначен артиллерийский генерал
Тарачков6. Кроме того адмирал телегра-
фировал в Москву Совнаркому о присыл-
ке с севера орудий и снарядов, а так-
же хоть 2 каких-либо полков. Конечно,
на это требование адмирал ответа не по-
лучил. С первых дней прихода к адмира-
лу явился командующий Советскими
войсками на Северном Кавказе некто
Автономов7 (казачий офицер). Автоно-
мов предложил адмиралу свои войска, ко-
торых он рассчитывал мобилизовать ты-
сяч 20 для обороны против немцев. Ад-
мирал мало верил в помощь таких войск,
но, тем не менее, сведениями автономов-
ской разведки против немцев адмирал
пользовался. Кроме того, по всему по-
бережью и особенно на берегу Керчен-
ского пролива была налажена морская
Служба связи. Были посланы агенты в
Крым и Севастополь. Против возможной
высадки неприятеля в Тамани и где-
нибудь под Новороссийском были тоже
приняты соответствующие меры, и один
дивизион миноносцев, преимущественно
второй, так как у него было больше
нефти, постоянно стоял на втором поло-
жении.
Приблизительно через неделю по при-
ходе флота в Новороссийск адмиралом
Саблиным была получена от фельдмар-
шала Эйхгорна телеграмма приблизи-
тельно следующего содержания: «Суда
бывшего Черноморского флота, находя-
щиеся в настоящее время в Новорос-
сийске, не раз нарушали Брест-Литов-
ский мирный договор и принимали актив-
ное участие в борьбе против германских
войск на Украине. Поэтому никакие
дальнейшие переговоры немыслимы до
тех пор, пока суда не вернутся об-
ратно в Севастополь. Если это условие
не будет исполнено, то германское вер-
ховное командование на востоке будет
считать себя вынужденным продолжать
наступление по побережью. Подписал
Эйхгорн». В ответ на это адмиралом
Саблиным была послана приблизитель-
но следующая телеграмма: «Киев, глав-
нокомандующему германскими войсками
на востоке. Сообщаю, что Черноморский
флот, стоящий в Новороссийске и нахо-
дящийся под моим единоличным коман-
дованием, плавает под русским военным
флагом. Суда мирный договор не нару-
шали и никогда не принимали участия в
борьбе против германских войск на
Украине. Прошу прислать более кон-
кретные данные по этому поводу, иначе
принужден считать Ваши обвинения го-
лословными. Вместе с тем, если Вы найде-
те полезным, прошу меня уведомить о
времени и порте, куда я мог бы послать
на миноносце своих представителей для
переговоров и восстановления истины с
Вашими представителями. Подписал ад-
мирал Саблин».
Надо заметить, что по имевшимся тог-
да сведениям в штабе флота немцы
считали суда в Новороссийске бандой, но
хорошо организованной. Конечно, адми-
рал не получил никакого ответа на свою
телеграмму. После этого обмена теле-
граммами за Новороссийском немцы ста-
ли заметно следить. Ежедневно иад горо-
дом и судами появлялся по утрам гер-
манский аэроплан, который с каждым
днем снижался все больше и больше и
84—85
Оставшиеся в Севастополе корабли Черноморского флота. 1918 год
наконец стал летать, почти задевая кло-
тики наших судов. Параллельно с этим на
высоте Суджукской косы ежедневно ста-
ла появляться большая германская под-
лодка, державшаяся с утра и до вече-
ра в надводном состоянии перед
Новороссийском в кабельтовых 50—55.
Характер этих наблюдений со стороны
германцев носил явно издевательский
характер, в особенности если принять во
внимание запрещение адмирала откры-
вать в таких случаях по неприятелю
огонь. Но иначе поступить адмирал и
не мог, т. к. эти действия немцев носили
явно провокационный характер и они
только вызывали нас первыми открыть
огонь. Под влиянием всего этого личный
состав нервничал и все больше и боль-
ше становился удрученным. Наконец ад-
мирал послал радио (грамму) фельдмар-
шалу Эйхгорну, в которой заявил, что
германские начальники отдельных час-
тей, видимо, не понимают Брестского ми-
ра, т. к. на днях германская подлодка об-
стреляла шедший в Анапу с почтой
наш быстроходный катер, а ежедневные
прилеты аэропланов и гидро (самолетов)
носят вызывающий характер и вносят
сильное озлобление даже среди мирного
населения и что при повторении подобных
случаев по ним может быть открыт огонь
частными, безответными лицами, за ко-
торых флот и адмирал отвечать не может.
Кроме того адмирал объявляет, что у Но-
вороссийского порта и Кавказского по-
бережья имеются минные заграждения, а
потому во избежание несчастных случаев
просит распоряжения всем германским и
союзным с ними судам не приближать-
ся к этим нашим берегам ближе 10 миль
или, в крайнем случае, просить лоцманов,
каковые имеются в штабе адмирала. Ко-
нечно, и на эти телеграммы ответа не бы-
ло, но подлодки стали держаться менее
вызывающе, а гидропланы если и приле-
тали, то держались на очень большой
высоте.
Приблизительно около середины мая
неожиданно получается из Москвы изве-
щение, что главным комиссаром флота
назначается некто Глебов-Авилов8, быв-
ший комиссар почт и телеграфов, про-
живавший уже довольно долго в Ново-
российске. Извещение это всех возмути-
ло, и даже среди команд раздавались
возгласы: «Довольно комиссаров». Тем
не менее открыто не признать, а выслать
этого господина было нельзя, т. к. флот
тогда открыто был бы признан вне
закона9, а ни топлива, ни денежных
МОРСКОЙ АРХИВ
средств, ни материалов в самом Новорос-
сийске ие было, а все это ожидалось
из России. Только посланному в Царицын
инженер-мехаиику мичману Полякову
удалось обманным путем перегнать в Но-
вороссийск 3 или 4 маршрутных поезда
с нефтью. Следующий поезд уже был за-
держан. Тем не менее, благодаря столь
энергичной деятельности мичмана Поля-,
кова, миноносцы получили по полному
запасу нефти, которой уже на некоторых
миноносцах оставалось тони 5-6. Гле-
бову-Авилову, явившемуся к адмиралу,
было заявлено, что адмирал в полити-
ческую жизнь флота не вмешивается и
что его, Глебова, просят тоже ие нару-
шать судовой жизни кораблей. С этого
момента Глебов-Авилов на судах никогда
почти не показывался, а лишь изредка
на берегу собирал председателей комите-
тов, которые тоже в большинстве скоро
перестали посещать комиссара, и Глебов
как бы всплыл опять на поверхность и
сыграл крупную роль лишь впоследствии,
при ликвидации флота. Что касается су-
довых комитетов, то оии, хотя не были
уничтожены, тем ие менее отошли на вто-
рой план и почти исключительно занима-
лись хозяйственной жизнью команд. Бы-
ли единичные случаи, когда команды или
часть их просили комитеты упразднить.
Приблизительно в двадцатых числах
мая была перехвачена чинами штаба те-
леграмма Глебова-Авилова в Москву
Троцкому, в которой он сообщает, что
Черноморский флот, благодаря вредной
деятельности Саблина и Тихмеиева,
крупными шагами идет к поправению.
Около этого времени был сменен, объяв-
лен врагом народа и Советской власти и
вызван в Москву для дачи объяснений
и командующий Советскими войсками на
северном Кавказе — Автономов. Харак-
теристикой настроения команд в это вре-
мя может служить такой незначительный
факт. В Новороссийск прибыл из Закав-
казья, где он стоял во главе отправив-
шейся из Севастополя армянской дружи-
ны защищать Армению от турок10, некто
Кереметчи. Этот Кереметчи — социал-
демократ, меньшевик, спасший в Севас-
тополе жизнь не одному офицеру во вре-
мя бывших там избиений, в Новорос-
сийске оказался уже большевиком. По.
его просьбе было .разрешено собрание
команд Минной бригады, на котором Ке-
реметчи доложил о положении в Закав-
казье. Весь его доклад носил характер
чистого большевизма. Он прямо указы-
вал,' что теперь и он сам стоит на том,
что за офицерами надо присматривать
и так далее. Закончил он свой доклад
тем, что раньше он заблуждался и взгля-
ды его расходились с матросами (он
как меньшевик подвергался тогда гоне-
нию), но что теперь он с ними и предла-
гает данному собранию резолюцию в са-
мом большевистском духе, при этом тре-
бовалась посылка миноносцев куда-то на
Кавказское побережье. Результат был
забавный. Никто его не поддержал, толь-
ко слышались отдельные возгласы: «Если
вы этого хотите, то обратитеся к коман-
дующему флотом, он прикажет, а иас это
не касается». Председатель, все тот же
анархист матрос Кедров, заявил, что он
даже не может эту резолюцию поставить
на голосование, т. к. посылка минонос-
цев в море зависит только от коман-
дующего флотом, а потому он просит
собрание просто разойтись. Явление ори-
гинальное, т. к. здесь неожиданно
матросская масса и докладчик Кереметчи
поменялись ролями. Отношение команд к
офицерам в это время стоянки флота бы-
ло самое благожелательное. Конечно,
внешней выправки и дисциплины не су-
ществовало, но отношение, приходится
повторяться, было вполне благожела-
тельным. Все приказания исполнялись
без оговорок, при этом нельзя обойти
молчанием того обстоятельства, что на
команды особенно сильное впечатление
произвел факт развода бонов 30 апреля
в Севастополе офицерами, и коман!ды
громко говорили, что офицеры спасли
флот. Казалось, что все данные налицо
для спасения наших новейших судов. Об-
становка с этой стороны складывалась
самым благоприятным образом, но одна
совершенно ясная мысль, одна истина
каждому офицеру и, наверное, многим из
матросов не позволяла ни на минуту счи-
тать положение надежным, предостере-
гала от иллюзий. Этой мыслью было твер-
дое убеждение, что немцы не позволят
довести дело спасения флота до конца,
что они в союзе, вольном или- невольном,
с Совнаркомом примут все меры к тому,
чтобы флот обезвредить для себя, если
его ие удастся погубить совсем. Все
эти мысли и переживания все больше и
больше сказывались на нервах людей и,
конечно, раньше всего и больше всего на
адмирале — командующем. Его нервная
система расшаталась вконец. Он стал
иногда, особенно по вечерам, человеком
невменяемым. Он доходил до галлюци-
наций.
Окончание следует
86—87
КОММЕНТАРИИ
1	Кубано-Черноморская советская респуб-
лика возникла в составе РСФСР (05.1918) н
включала в себя Кубанскую область и Чер-
номорскую губернию. В обстановке герман-
ской оккупации Тамани, активизации грузин-
ских меньшевиков на Черноморском побе-
режье (район Гагры — Туапсе) и Доброволь-
ческой армии вынуждена была войти в Севе-
ро-Кавказскую советскую республику
(7.07.1918).
2	Гавен Юрий Петрович (Ян Эрнестович
Дауман) (1884—1936)—партийный работ-
ник, член РСДРП (1902). Член бюро Таври-
ческого губкома РСДРП (б) (11.1917). Пред-
седатель Севастопольского, затем Таври-
ческого ВРК. Член президиума ЦИК Таври-
ческой советской республики, комиссар по
военно-морским делам, председатель Севасто-
польского комитета РСДРП(б) (03—04.1918).
Работник Революционного штаба Кубано-
Черноморской советской республики. Участник
гражданской войны. Затем работал в орга-
нах ВЧК, РКП (б) н государственных инсти-
тутах. Репрессирован.
3	Пожаров Николай Арсеньевич (1895—
1928) — матрос учебного судна «Азия». Член
РСДРП (б) (09.1910). В 1916 году пригово-
рен к пяти месяцам тюремного заключения.
Член Кронштадского Совета (8.03.1917). Сек-
ретарь Севастопольского комитета партии
(09.1917), председатель Севастопольского Со-
вета (12.1917). Активный участник граждан-
ской войны. Партийный работник в Ленин-
граде (1923). Умер от туберкулеза.
4	Алексакнс Орион Христофорович
(1899—? 10.1920)—организатор комсомола
на Украине". Член РСДРП(б) (05.1917). Уча-
стник создания Союзов молодежи в Севасто-
поле (06.1917), в Киеве (10.1917). Секретарь
ревкома, заместитель председателя Севасто-
польского Совета (01—03.1918). Участник
гражданской войны. Погиб на пути в Бол-
гарию.
5	Шелестун Ефим Нестерович — электрик
линкора «Воля», председатель судового коми-
тета, председатель ЦКЧФ (09.1917), делегат
1-го Общечерноморского флотского съезда и
2-го Всеукраинского съезда Советов (17—
19.03.1918).
6	Установить, о ком идет речь, не удалось.
В 1917 году в Русской армии служили два
брата, генерал-майоры артиллерии Тарачко-
вы — Михаил Николаевич и Алексей Нико-
лаевич.
7	Автономов Александр Исидорович (1890—
02.02.1919)—хорунжий Кубанского казачь-
его войска, участник первой мировой войны.
Выборный главнокомандующий Юго-восточ-
ной революционной армией, действовавшей в
районе станицы Тихорецкой (01.1918). Руко-
водил обороной Екатеринодара от Доброволь-
ческой армии (04.1918). Главнокомандующий
войсками Кубанской советской республики
(04—05.1918). За отказ подчиниться контролю
ЦИК Республики и Чрезвычайного штаба обо-
роны Республики 3-м съездом Советов Ку-
банской и Черноморской республик был от-
странен (28.05.1918) от командования и выз-
ван в Москву. По ходатайству Г. К. Орд-
жоникидзе был отправлен во Владикавказ,
где формировал части из горцев, участвовал
в боях на Тереке. Умер от тифа.
8	Глебов-Авилов (Авилов) Николай Павло-
вич (01.10.1887—03.07.1942) — партийный ра-_
ботник, член РСДРП (1904). Комиссар Чер-’
номорского флота (05.1917). С 1922 года на
партийной н государственной работе. Репрес-
сирован.
9	Речь идет о требовании немцев соблюдать
5-ю статью Брестского мирного договора
(03.03.1918), где были зафиксированы обяза-.
тельства Советской России демобилизовать
армию и флот.
10	Речь идет о наступлении турецких войск
в Закавказье (01.1918) в нарушение заклю-
ченного на Кавказском фронте перемирия
(12.1917). В марте 1918 года турецкие вой-
ска взяли Эрзурум, в апреле — Сарыкамыш.
Наступление сопровождалось резней армян-
ского населения. Конфликт закончился подпи-
санием армяно-турецкого мирного договора
(04.06.1918).
8 Подготовка публикации. Л. А. Кузнецов, 1992
Археографическая обработка и комментарии. А. Е. Иоффе, 1992
МОРСКОЙ АРХИВ
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
Бой на Кассарском плесе. Канонерская лодка «Храбрый» (слева) у борта поврежденного эскад-
ренного миноносца «Гром»
Моонзундская
операция
Балтийского флота
1917 года
А. М. КОСИНСКИЙ
Книга А. М. Косинского «Моонзунд-
ская операция Балтийского флота
1917 года» вышла в свет в 1928 году
под редакцией профессора Военно-
морской академии РККА Б. Б. Жерве.
Строгая документальность, непредвзя-
тый анализ Моонзундской операции —
этой, по словам Б. Б. Жерве, «един-
ственной смешанной операции мировой
войны, сопровождавшейся таким полным
успехом нападавшей стороны», привели
к тому, что долгие годы труд А. М. Ко-
синского был погребен под грудами
псевдонаучной конъюнктурной литера-
туры, ставившей политические амби-
ции выше исторической правды. К
тому же из-за мизерного тиража книга
88—89
давно стала библиографической ред-
костью и практически недоступна сов-
ременному читателю.
Предлагаемые вашему вниманию
открывки из этого исследования по-
вествуют о боях на Кассирском плесе
и Куйвастском рейде в октябре 1917 года.
•Бой миноносцев на Кассарском плесе.
Гибель «Грома»
На Кассарском плесе для наблюде-
ния за Соэлозундом с утра находился
начальник XI дивизиона с эскадрен-
ными миноносцами «Победитель»,
«Забияка» и «Гром». Несколько позже
к нему был прислан и эскадренный
миноносец «Константин». Погода была
ясная и видимость хорошая. Ветер
слабый.
В 9 ч 30 мин, подойдя к Соэлозунду,
по западную его сторону с дивизиона
увидели стоящий, по-видимому, на якоре
неприятельский трехтрубный крейсер
(вероятно, «Эмден») с несколькими
миноносцами. Продержавшись неко-
торое время на малом ходу, наблю-
дая за неприятелем с расстояния 85 ка-
бельтовых, дивизион затем стал на
якорь примерно на той же дистанции,
т. е. вне дальности орудий противни-
ка, в полной готовности к съемке.
В 12 часов подошла канонерская
лодка «Храбрый». Начальник дивизиона
капитан 2 ранга Пилсудский, имея
распоряжение произвести разведку у
входного мыса в Малый Зунд и узнать,
в чьих руках находится имеющаяся
там пристань, обсудив эту операцию
с командиром «Храброго», решил
послать его обстрелять мыс, а по воз-
вращении его предполагал, разделив-
шись на две группы, совместно об-
стрелять крейсер и миноносцы, дер-
жавшиеся у входа в Соэлозунд, с целью
попытаться заставить их отойти и тем
дать возможность незаметнее произ-
вести предполагавшееся к ночи за-
граждение канала минами с теплоходов1
и «Припяти».
В 13 ч 50 мин, только что «Храб-
рый» снялся и дал ход, из-за мыса
Памерорт показался линейный корабль
«Кайзер» и сразу же открыл огонь
по нашим миноносцам с расстояния
около 110 кабельтовых.
Дивизион тотчас снялся с якоря
и стал отходить. Во время поворота
в 13 ч 55 мин один из снарядов круп-
ного калибра третьего неприятельского
залпа попал в эскадренный миноносец
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
«Гром», в правую машину, и, не ра-
зорвавшись, прошел его насквозь.
«Гром» запарил, накренился и стал
уменьшать ход; лбе машины его были
выведены из строя. «Храбрый», быв-
ший еще совсем недалеко, сейчас же
повернул к «Грому» и так как благо-
даря его меньшей длине ему было
удобнее, нежели миноносцам, букси-
ровать «Гром», то начальник дивизиона
и приказал ему подойти к последнему
Алексей Михайлович Косинский
(14.01.1880—20.02.1930) — капитан 1 ранга,
барон. Окончил Мошкой корпус в 1898 го-
ду. Участник русско-японской войны 1904—
1905 годов. Накануне сдачи крепости Порт-
Артур, командуя миноносцем «Статный»,
прорвался в Мифу со знаменами частей
гарнизона, Георгиевскими серебряными рож-
ками кораблей, документами и депешами.
В годы первой мировой войны командовал
эскадренными миноносцами «Амурец»
и «Забияка», а с 10 апреля 1917 года— 1-м
дивизионом судов Ботнического залива.
С июня 1918 года начальник промерной
партии Гидрографической экспедиции
Западно-Сибирского района Северного
Ледовитого океана. С декабря — сотрудник
Военно-морской исторической комиссии
по описанию и исследованию опыта первой
мировой войны (Мориском). Член комис-
сий для инспектирования центральных уч-
реждений морского ведомств.а^июль. 1919 го-
да) и Днепровской военной флотилии (ав-
густ 1919 года). Начальник морского отде-
ла факультета военных снабжений Хо-
зяйственной академии РККА и Флота
(с 15 июля 1921 года) и по совместительству
ассистент на кафедре морской стратегии,
с декабря 1922 года — помощник декана
факультета.
В апреле 1923 года А. М. Косинского
уволили из академии в отставку. В 1925 го-
ду ему предложили место капитана парус-
ного судна «Товарищ», ио условия, на ко-
торых он соглашался им командовать (снять
одну мачту и запретить общественным
организациям на судне вмешиваться в дела
командира), были отклонены. В августе
1929 года Косинский арестовывается ОГПУ
и приговаривается к пяти годам тюремного
заключения. Умер он в Соловецком лагере
и был реабилитирован только 8 апреля
1959 года. Кроме вышедшей в 1928 году
книги «Моонзундская операция...» автор
подготовил к печати книгу о Панамском ка-
нале, но она так и не вышла в свет.
За время службы в Российском импе-
раторском флоте А. М. Косинский был наг-
ражден орденами Св. Владимира 4-й степени
с мечами и бантом (1905 год), Св. Анны
3-й степени с мечами и бантом (1905 год);
Св. Станислава 2-й степени с мечами
(1905 год), Св. Анны 2-й степени (1911 год) и
Георгиевским оружием (1916 год).
и, взяв его на буксир, вести на ост. То же
самое он в рупор передал на «Гром»,
откуда ответили, что они надеются,
что смогут идти самостоятельно. На-
чальник дивизиона тогда с остальными
миноносцами повернул снова к Соэло-
зунду для наблюдения за неприятелем.
Проходя под кормой у «Грома», «По-
бедитель» пустил дымовую завесу, кото-
рая, однако, была слаба из-за ветра.
Так как миноносцы уже вышли из
обстрела «Кайзера», то последний пре-
кратил стрельбу, но затем, уже зайдя
за мыс Памерорт, снова было открыл
огонь на короткое время на неболь-
ших недолетах. Тогда и «Константин»,
пройдя под кормой «Грома» и «Храб-
рого», закрыл их дымовой завесой,
после чего вступил в кильватер XI ди-
визиону, крейсировавшему малым "ходом
курсами N—S по плесу милях в двух
от бывшего якорного места в расстоя-
нии миль десяти от Соэлозунда. Вслед-
ствие малой глубины полный ход был
объявлен сигналом — пятнадцать
узлов.
В это время самый канал слегка
затянуло туманом или дымкой. В 15 ч
10 мин из этого тумана показались
девять больших неприятельских неф-
тяных миноносцев, похожих на наши
«новики», входящих на плес. Капитан
2 ранга Пилсудский, приказав приго-
товиться к бою, решил, пока -неприятель
не приблизится, держаться на преж-
ней линии N—S и прикрывать находя-
щегося в двух милях к осту поврежден-
ного «Грома», которого «Храбрый» в
это время на бортовом буксире вел
на ост ходом около трех узлов, так
как на «Громе» заклинило руль и «Храб-
рому» пришлось идти под одной маши-
ной. В то же время к неприятелю при-
соединилось еще пять больших, по-
видимому, угольных миноносцев. Не-
приятель разделился на две группы,
из которых одна пошла, придерживаясь
берега о. Эзель, курсом ближе к осту,
другая — на норд-ост, вдоль острова
Даго, как бы с намерением охватить
наши миноносцы и отрезать их от
Моонзунда.
Открыв огонь с расстояния 60—70 ка-
бельтовых, начальник дивизиона, опа-
саясь охвата, лег на курс SO, при-
ведя неприятеля на кормовой угол
обстрела, и прибавил ход до 15 узлов.
Обе группы неприятеля шли большим
ходом и, сближаясь с нашими судами,
открыли по ним сильный перекрестный
огонь, вначале на недолетах.
Германский линейный корабль «Кайзер»
Головной нашей колонны — «Победи-
тель» — стрелял по третьему миноносцу
южной группы и накрыл его третьим
залпом, после чего тот повернул обратно,
вышел из Строя и больше в бою не
участвовал. Было также замечено по-
падание и в головной миноносец, ко-
торый также вышел из строя.
Видя подавляющие силы противника,
капитан 2 ранга Пилсудский в рас-
стоянии 40—50 кабельтовых от него,
перестроив дивизион в строй фронта,
пошел на ост. С этого времени дивизион
находился под непрерывным накрытием
снарядов неприятеля. «Храбрый» и
«Гром» также стреляли из кормовых
орудий.
Действия канонерской лодки «Храбрый»
Проходя на левом траверзе «Храб-
рого», миноносцы своей волной рас-
качали его и «Гром», отчего буксиры
лопнули. Командир «Храброго» старший
лейтенант Ренненкампф подошел кормою
к носу «Грома», рассчитывая стра-
вить к себе на палубу его якорь и таким
образом продолжать буксирование. В это
время большая часть огня неприятеля
сосредоточена была по ним. На «Громе»
началось смятение и, не дождавшись
подхода «Храброго», человек 15 команды
бросились в воду; подбирать их, конечно,
не было времени, и с «Храброго» им
бросили спасательные круги и тузик.
Сняв всех людей с «Грома», «Храб-
рый» дал полный ход. Командир «Грома»
лейтенант Ваксмут не хотел оставлять
своего корабля, и его перетащили на
«Храбрый» силой. На «Громе» от по-
павших снарядов начался пожар.
Бросившаяся в панике на пал’убу
«Храброго» команда «Грома» не испол-
няла приказаний сойти вниз и внесла
расстройство в команду лодки. Тогда
90—91
Канонерская лодка «Храбрый»
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
старший лейтенант Ренненкампф при-
казал горнисту сыграть большой сбор,
собрал команду на палубу и объявил,
что для успеха дела он требует полного
спокойствия, порядка и немедленного
и точного исполнения приказаний с мос-
тика; команде «Грома» запрещено было
показываться наверху. Краткая, но
спокойная и твердая речь командира
возымела свое действие, и вскоре,
когда один из неприятельских мино-
носцев продвинулся вперед и был в
расстоянии от него около 40 кабель-
товых, «Храбрый», развернувшись,
открыл по нему огонь всем бортом.
Команда хладнокровно делала свое дело,
и неприятельский миноносец запарил,
накренился и, по показаниям очевид-
цев, потонул.
Увидав тяжелое положение «Грома»
и «Храброго», начальник XI дивизиона
приказал «Победителю» уменьшить ход
и повернуть обратно к «Грому», чтобы
принять на себя главный огонь против-
ника и этим облегчить его положе-
ние. Проходя мимо него, «Победитель»
выпустил дымовую завесу, но вслед-
ствие неудачного ветра она мало по-
могла. Перед тем было попадание в
«Забияку». На нем было выведено из
строя четвертое орудие, оказалось про-
седание палубы и повреждение третьего
орудия, 5 убитых и 4 раненых. Видя,
что положение «Грома» безнадежно,
начальник дивизиона снова повернул
на ост и вместе с другими минонос-
цами начал отходить. В это время
«Победитель» был особенно сильно
осыпан неприятельскими снарядами, так
как на нем был сосредоточен почти
весь огонь противника, южная колонна
которого находилась от него кабельто-
вых в 32-х, а северная с расстояния
в 40 кабельтовых повернула на зюйд-
и вела бой всем бортом, имея непра-
вильный строй. Попаданий в «Побе-
дитель», однако, не было. Эскадренный
миноносец «Константин», видя накры-
тие «Победителя» и «Забияки», пустил
дымовую завесу, которая закрыла их на
время от неприятеля, перенесшего тогда
свой огонь на него. В это время в него
попал снаряд под кормовым подзором,,
причинив незначительные повреждения
и небольшую течь в зарумпельном
отделении.
«Храбрый» также отходил вслед за
миноносцами, отстреливаясь из кормо-
вого орудия. Чтобы «Гром» не был
захвачен неприятелем, командир «Храб-
рого» приказал стрелять по нему и по
подходящим к нему миноносцам. На
«Громе» пожар и крен увеличивались.
Было замечено попадание в один из
подходящих к «Грому» миноносцев,
который отошел от него и ушел за
свой отряд, причем некоторые пола-
гали, что он, сильно поврежденный,
затонул.
На «Храбром» за время боя было
одно попадание в надстройки верхней
палубы; снаряд, пробив кожух кочегар-
ного отделения, разорвался в отде-
лении самоваров над люком в жилую
палубу. Из состава «Храброго» 6 чело-
век было ранено, из принятой на него
команды «Грома» — 4 убито, 7 ранено.
Канонерская лодка «Хивннец», кото-
рая могла принести существенную пользу
своей дальнобойной артиллерией, все
время боя простояла у Моонского буя,
о чем, по-видимому, не был извещен
начальник дивизиона. Молодой командир
лодки лейтенант Афанасьев, не проявив
инициативы и слыша стрельбу на вест
от себя, не снялся с якоря, а спокойно
ожидал распоряжений начальства. В то
же время находившийся в Рогекюле
для исправления повреждений, получен-
ных за день перед тем в бою, коман-
дир «Грозящего»2 капитан 2 ранга
Ордовский-Танаевский, узнав о бое на
Кассарском плесе, не дожидаясь ничьих
приказаний, снялся со швартовов
и пошел для оказания поддержки своим.
Получив от «Храброго» известие об
окончании дела, он пришел в Куйваст.
«Хивинец», получив по радиотеле-
графу приказание начальника Минной
дивизии, снялся с якоря и принял
участие в самом конце боя, причем,
встретив наши отходившие миноносцы,
развернулся и стал, отстреливаясь,
отходить впереди них, мешая и стесняя
маневрирование их в узкости.
Получив в 15 ч 40 мин радио<грамму>
начальника XI дивизиона: «Девять не-
приятельских миноносцев на плесе,
я ухожу с боем; необходима помощь», —
находившийся в Куйвасте начальник
Минной дивизии, приказав по радио
«Хивинцу» идти в распоряжение началь-
ника XI дивизиона, сам с бывшими на
рейде миноносцами тотчас же снялся
с якоря и пошел на Кассарский плес.
С ним были: «Новик» (флаг началь-
ника дивизии) и «Самсон», VI диви-
зиона — «Стерегущий» (брейд-вымпел
начальника дивизиона) и «Забайкалец»
и V дивизиона — «Всадник» (брейд-вым-
пел начальника дивизиона) и «Москви-
тянин». У о. Шильдау присоединился
92—93
Германский миноносец пытается взять на буксир поврежденный «Гром»
Эскадренные миноносцы 11-го дивизиона Мин-
ной дивизии Балтийского моря «Победитель».
«Забияка», «Константин»
«Амурец» (V дивизиона), конвоировав-
ший из Гапсаля транспорт е «Батальоном
смерти». Вместе с ними вышел на
Кассарский плес и командующий фло-
том 3 на «Финне».
Подходя к Сеанинскому бую, в
16 ч 20 мин они встретили подходив-
шие к нему в строе фронта миноносцы
XI дивизиона и «Храбрый». «Хивинец»
держался близ буя с застопоренными
машинами, бортом к неприятелю. Далее
к весту по всему горизонту были видны
неприятельские миноносцы, числом около
четырнадцати, державшиеся приблизи-
тельно на меридиане входа в Малый
Зунд и обстреливавшие наши отступаю-
щие суда. Неприятельские миноносцы
были двух типов: трехтрубные, не
дававшие дыма, по-видимому нефтяные,
и двухтрубные, вероятно, угольные.
Первые были чрезвычайно похожи на
наши миноносцы типа «Новик». Отдель-
но от остальных была видна группа
из трехтрубных миноносцев, из кото-
рых у одного над носовой частью по-
дымался высокий столб черного дыма
(вероятно, это и был «Гром»). Два
других держались настолько близко
впереди него, что можно было пред-
положить, что они ведут его на буксире.
Маневрирование остальных неприятель-
ских миноносцев производило такое
впечатление, как будто они прикрывали
отход этих трех, так как они крейсиро-
вали курсами, близкими к меридиану,
постепенно удаляясь на вест соответ-
ственно с отходом тех.
При подходе к Сеанинскому бую
флагманский штурман дивизии лейте-
нант Станкевич доложил адмиралу
Старку4 свое мнение о необходимости
по общему сигналу атаковать неприя-
теля всеми прибывшими миноносцами.
Адмирал не согласился с этим мне-
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
нием, учитывая то, что кроме вышед-
ших только что из боя в его распоря-
жении оставалось всего два «Новика».
На действительность же помощи мино-
носцев V и VI дивизионов5 он Не мог
рассчитывать в полной мере, так как
при вступлении в строй и укомплекто-
вании «Новиков» со старых миноносцев
были сняты многие опытные офицеры
и специалисты, что не могло не отра-
зиться на состоянии их материальной
части. Это опасение подтвердилось
впоследствии, при попытке взорвать
минами «Славу»6.
Отказываясь от решительной атаки,
адмирал Старк остановился на мери-
диане Сеанинского буя и, развернув-
шись бортом к неприятелю, приказал
открыть огонь. Начальник VI дивизиона
капитан 1 ранга Екимов со своими
двумя миноносцами вышел несколько
на вест, насколько позволяла распо-
ложенная к норду от Сеанинского буя
15-футовая банка, и также открыл
огонь. Два миноносца типа «Новик»,
державшиеся к зюйду от буя, совер-
шенно заполнили свободное простран-
ство и едва дали возможность пройти
на ост канонеркам и миноносцам XI ди-
визиона. Подошедший к «Новику» на-
чальник XI дивизиона доложил адми-
ралу о происшедшем и, оставив «За-
бияку» с «Константином» на Моонском
створе, сам на «Победителе» вступил
в кильватер и снова открыл огонь по
неприятелю. V дивизион вследствие
большой дистанции участия в бою не
принимал.
Пройдя некоторое время за уходя-
щим на вест неприятелем и несколько
раз возобновляя перестрелку с ним,
ввиду все увеличивавшегося расстояния
до него и плохой видимости, наши
суда вскоре прекратили огонь и повер-
нули на ост. С «Самсона» за это время
было сделано всего 24 выстрела. С мино-
носцев XI дивизиона за все время боя
было выпущено: с «Победителя» 400 сна-
рядов, с «Забияки» — 80 и с «Кон-
стантина» — 120...
Адмирал Шеер об операциях на
Кассарском плесе	х
Об операциях на Кассарском плесе
адмирал Шеер7 говорит: «Уже в день
высадки капитан 2 ранга Розенберг8
вошел в Соэлозунд и этим установил
его проходимость для миноносцев, после
чего миноносцы II флотилии, 12-й и 13-й
полуфлотилий под командой коммодора
Гейнриха вошли туда же и при под-
держке огня стоявших перед Соэлозун-
дом „Кайзера" и „Эмдена" оттеснили
русские морские силы к Моонзунду.
При этом 14 октября был взят эскад-
ренный миноносец „Гром" и уничтожена
канонерская лодка». (Последнее, как
мы знаем, неверно.)
«Сами мы в этом бою-потерь не имели,
но за время операции три миноносца
были повреждены минами, а один по-
тонул. Кроме того, миноносцы неод-
нократно выскакивали в плохо проме-
ренных водах на мель и повреждали
себе винты».
Шестой день операции (17 октября).
Бой у Куйваста.
Появление неприятельских судов
перед южным входом в Моонзунд
Около 8 часов утра 17 октября с
находившегося в дозоре у банки Ларина
миноносца «Деятельный» была получена
радио (грамма): «Вижу 28 дымов на
SU7» и вскоре за ней другая: «Неприя-
тельские силы идут на Куйваст».
Предложив «Деятельному» по радио-
телеграфу разобрать, какие корабли
входят в состав этих сил, адмирал
Бахирев 9 приказал стоявшим у о. Шиль-
дау линейным кораблям «Гражданин»
и «Слава» перейти на рейд Куйваст,
заградителям же, миноносцам и боль-
шим транспортам сняться с. якоря
и отойти к северу. Адмиралу Старку,
пришедшему перед тем на «Новике»
вместе с угольными миноносцами с
Моонского створа, было предложено
озаботиться охраною Кассарского плеса
и глубоководного Моонзундского канала,
приготовлением пароходов для затоп-
ления в нем, в случае нашего отступле-
ния в северную часть Моонзунда,
и принятием мин на мелкие суда и не-
которые миноносцы.
В 8 ч 25 мин «Деятельный» донес,
что видит четыре больших неприятель-
ских двухтрубных судна, по-видимому,
линейные крейсеры.
К 9 часам утра подошли «Граж-
данин» и «Слава». Адмирал Бахирев,
отдав на берег по телефону послед-
ние распоряжения, перешел на крейсер
«Баян», подняв на нем свой флаг,
и приказал сниматься с якоря. Суда
подняли стеньговые флаги.
Неприятель в это время шел двумя
колоннами: в одной — 4 больших судна,
из которых 2 — линейные корабли типа
«Кёниг» (по агентурным сведениям,
94—95
ГУ"
это были корабли III эскадры «Кёниг»
и «Кронпринц»), конвоируемые восемью
миноносцами новейшего типа; в дру-
гой— 2 больших транспорта, вероятно,
матки гидропланов, миноносцы и траль-
щики. Обе колонны шли курсом N,
держа прямо на Патерностер. Кроме
того, тут же находились легкие крей-
серы вице-адмирала Гопмана|и.
Несколько позже, находясь от нас
кабельтовых в полутораста, неприятель
перестроился: два линейных корабля
отделились от остальных и, развер-
нувшись, пошли небольшим ходом на
ост вдоль нашего заграждения. Возле
каждого линейного корабля держались
по 2 миноносца. Транспорты остано-
вились вдали, на меридиане Патернос-
тера, окруженные миноносцами и траль-
щиками; возле них все время ходили
легкие крейсеры. Две группы тральщиков
вышли вперед и пошли — одна к
западному проходу — курсом N, другая
к восточному. Каждая группа состояла
из 6 тральщиков и одного миноносца.
Дойдя до первой линии нашего за-
граждения, первая группа повернула
вдоль него и приступила к работе,
другая же группа держалась на месте
против восточного вхо'да.
Снявшись с якоря, «Баян» направился
вдоль западных отмелей к бону; за
ним кабельтовых в 4-5 шла «Слава»
и в двух кабельтовых за ней — «Гражда-
нин». При больших кораблях велено
было находиться миноносцам VI и IX ди-
визионов.
Решение адмирала Бахирева
принять бой
Корабли Морских сил Рижского залива,
участвовавшие в бою на Куйвастском рейде:
крейсер «Баян», линейные корабли «Грожде-
нии» и «Слава»
Несмотря на подавляющие неравен-
ство сил, адмирал Бахирев решил
принять бой, в расчете на минное за-
граждение к югу от рейда Куйваст,
чтобы поддержать дух Моонского гар-
низона и, насколько возможно, задер-
жать овладение неприятелем южной
частью Моонзунда. Адмирал считал, что
если бы ему это удалось и появление
противника у Моонзунда было без-
результатно, то положение неприятель-
ского флота в Рижском заливе, если
бы он вздумал остаться там на не-
которое время, без базы для больших
кораблей, при существовании в море
подводных лодок и поставленных
ночью минных банок, было бы риско-
ванным, тем более что делались воз-
можными и атаки наших миноносцев.
При уходе же германского флота из
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
Рижского залива и замедлении в овла-
дении южным Моонзундом возможен
еще был подвоз на Моон и через него
на Эзель свежих пехотных и кава-
лерийских частей и артиллерии и, сле-
довательно, была еще надежда на
улучшение положения. Кроме того,
адмирал полагал, что уход морских сил
без боя повлек бы за собой быстрое
отступление наших неустойчивых сухо-
путных частей не только с Вердера,
но и с пунктов к северу и востоку от
него и даже с острова Даго.
Налет неприятельских бомбовозов
Около 9 ч 30 мин неприятель, шедший
в западный проход, открыл огонь по
возвращавшимся из дозора миноносцам
«Деятельный» и «Дельный». В то же
время над рейдом и берегом Моона
появилось 6 больших неприятельских
гидропланов-бомбовозов, сбросивших
до 15 бомб, из которых 4 упали на
рейде, 8 — на пристань и наш пост
службы связи и 3 — близ батарей.
Разрывы бомб были очень велики, да-
вали много черного дыма и обладали,
видимо, большой разрушительной силой.
Ни в суда, ни в самый пост попаданий
не было.
Распоряжения контр-адмирала Старка
Контр-адмирал Старк на «Новике»
перешел к Шильдау, чтобы распоря-
диться об отходе на север лишних
транспортов и судов, об изготовлении
угольных транспортов «Глаголь» и
«Покой», с которых миноносцы спешно
принимали уголь, к затоплению в канале,
для охраны которого послал 2 сторо-
жевых судна; к Шильдау были вызваны
сильные буксиры, а лишние тральщики
отосланы к северному входу в Моонзунд.
Открытие нами огня по тральщикам
В 9 ч 50 мин по неприятельским
тральщикам и охраняющим их мино-
носцам открыла огонь Моонская бата-
рея, но вскоре замолчала.
Дойдя до параллели Патерностера,
«Баян» уменьшил ход, развернулся на
ост и, пройдя несколько кабельтовых,
застопорил машины. Чтобы дать боль-
шую свободу действий и не мешать
«Славе», ввиду ее более дальнобойной
артиллерии (116 кабельтовых), «Граж-
данин», имевший дальность огня всего
88 кабельтовых, когда «Слава» оста-
новилась и начала разворачиваться,
обогнал ее, увеличив для этого ход,
и прошел между нею и «Баяном». Так
как наши корабли очень растянулись
по линии N—S, адмирал Бахирев сигна-
лом приказал им держаться ближе к
адмиралу.
В 10 ч 5 мин «Гражданин» открыл
огонь по подходившим неприятельским
тральщикам. «Слава», бывшая севернее,
развернувшись, также открыла огонь
по ним левым бортом, на курсовом
угле 135° с дистанции 112,5 кабельто-
вых, что, при поправке на этот день
4- 3 кабельтовых, являлось для нее
пределом. Первый залп Дал недолет,
второй — перелет и третий накрыл траль-
щики, которые, прикрывшись дымовой
завесой, большим ходом отошли к югу.
Первая часть боя линейных судов
Одновременно с началом нашей
стрельбы два неприятельских линейных
корабля с дистанции 130 кабельтовых
открыли огонь по нашим судам. Пер-
вый залп головного корабля, состоявший
из трех всплесков, лег в расстоянии
нескольких сажен от кормы «Баяна»,
бывшего южнее всех. Концевой неприя-
тельский корабль стрелял по «Гражда-
нину»; его залп, как и последующие,
состоявшие из пяти всплесков, лег
небольшим недолетом.
Чтобы не мешать «Славе», «Баян»
по приказанию адмирала передвинулся
на несколько кабельтовых на ост, по-
ворачивая влево.
«Гражданин», следуя за ним, снова
открыл огонь из 12-дюймовых орудий
по западной группе тральщиков, шед-
шей впереди линейных кораблей.
Из-за малой дальности его огня, он,
получая недолеты, приостанавливал
стрельбу, поджидая, пока тральщики
приблизятся, чтобы повторить залп.
Шестидюймовым калибром он про-
бовал в то же время обстрелять группу
тральщиков, державшихся в проходе.
Маневрировать на тесном фарватере
было невозможно; для стрельбы баш-
нями, с их малым углом обстрела,
приходилось разворачиваться маши-
нами, поэтому адмирал в 10 ч 30 мин
приказал сделать семафор линейным
кораблям держаться на месте и под-
держивать огонь по ближайшему не-
приятелю.
Стрельба противника была в эту
часть боя недействительна, преиму-
96—97
Бой на Куйвастском рейде. Германские корабли открывают огонь
щественно на недолетах, хотя падения
были близки к нашим кораблям.
Около 11 часов, когда разошлась
дымовая завеса, выпущенная траль-
щиками, и было замечено, что они
вновь приблизились на дистанцию на
этот раз много меньше ста кабель-
товых (со «Славы» <от> 981/-* Д° 96 ка-
бельтовых), наши суда снова открыли
по ним энергичный огонь, в котором
вскоре приняла участие и Моонская
батарея. Тральщики работали упорно,
несмотря на то что все время нахо-
дились в большом количестве всплесков,
и только после замеченных нами по-
паданий, причем, по наблюдению с
марса «Славы», один тральщик затонул,
а другой был подбит, — они начали
отходить большим ходом, прикрываясь
дымовой завесой. Начальник герман-
ской III эскадры вице-адмирал Бенке
с особенной похвалой отзывался о дей-
ствиях отрядов траления, образцово
работавших под метким огнем.
По выходе тральщиков из сферы
нашего огня «Слава» перенесла огонь
на неприятельские линейные суда, но
вследствие ряда недолетов прекратила
стрельбу. В это время на меридиане
Патерностера были замечены несколько
больших миноносцев, в строе фронта
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
шедших на норд. Со «Славы» был
сделан по ним один выстрел из но-
совой башни, давший, по-видимому,
попадание, так как на одном из мино-
носцев произвел взрыв или пожар.
Миноносцы в беспорядке бросились в
стороны и полным ходом стали отхо-
дить к югу. Вместе с ними стали отхо-
дить и все другие суда вместе с крей-
серами, прикрывавшими собой транс-
порты и мелкие суда, которые, пройдя
немного к югу, снова остановились.
Происшедший на миноносце взрыв,
вероятно, побудил и линейные корабли
неприятеля повернуть к зюйду, и в
11 ч 10 мин с расстояния около 130 ка-
бельтовых они прекратили огонь по
нашим кораблям, обстреляв последними
залпами Моонские батареи.
В 11 ч 20 мин на «Баяне» был поднят
сигнал: «Полубригаде линейных кораб-
лей адмирал изъявляет свое удоволь-
ствие за отличную стрельбу».
Неисправность 12-дюймовой башни
на «Славе»
Перед самым концом стрельбы на
«Славе» вышла из строя носовая 12-дюй-
мовая башня. У обоих орудий, у пра-
вого — после четырех, у левого —
после семи выстрелов сдали двойные
бронзовые шестеренки и немного опус-
тились рамы замков, шестеренки же
зубчаток не двигали замков, так как
перекосились их валы; таким образом
закрыть замки нельзя было. Оба орудия
были поставлены на корабль в ноябре
1916 года и дали, считая и бой, прак-
тических 34 и боевых 45 выстрелов.
По мнению специалистов «Славы»,
вся вина в этом случае ложится на
завод, который небрежно и из плохого
материала выделал зубчатки. Несмотря
на усиленную работу башенной прислуги
и судовых мастеровых, исправить по-
вреждение не удалось.
Таким образом, для борьбы с двад-
цатью 12-дюймовыми орудиями двух
неприятельских линейных кораблей
у нас оставалось всего два 12-дюймо-
вых орудия «Славы», так как орудия
«Гражданина» были недальнобойны,
огонь же двух остававшихся к началу
боя исправными Моонских 10-дюймовых
орудий, из-за медленности стрельбы,
был мало продуктивен.
Перерыв боя
Так как неприятельские корабли
отошли на расстояние более 160 кабель-
товых, адмирал Бахирев сигналом раз-
решил судам стать на якорь и затем
объявил, что команда имеет время
обедать.
Для охраны кораблей от подводных
лодок к бону был выслан VI дивизион
миноносцев. Мористее всех, на парал-
лели Патерностера, стал на якорь
«Гражданин», кабельтовых в двух к
сецеру от него — «Баян». «Слава»,
отклепавшая перед боем оба каната,
просила разрешения держаться под
машинами, не отдавая якорей.
В это время неприятельские мино-
носцы открыли беглый огонь по воде
около себя, по-видимому, предположив
там подводную лодку. Неприятельские
линейные корабли с тральщиками
и прочими судами, обходя с юга наше
минное заграждение, начали переходить
на восточный входной фарватер. Этим
маневром, вероятно, и объясняется вре-
менный перерыв боя, хотя с одного из
бывших при нашем отряде миноносцев
был замечен возникший на неприятель-
ском дредноуте пожар.
Около полудня неприятель, обойдя
заграждение, направился большим
ходом прямо в восточный проход.
Находившиеся там тральщики перед тем
начали работу. Они шли по курсу норд,
4 тральщика строем фронта впереди
и 2 — сзади, имея на правом траверзе
один миноносец.
Морские силы Рижского залива в бою
98—99
«Слава» начала маневрировать зад-
ним ходом для сближения с против-
ником, удерживая его на кормовом
курсовом угле, так как располагала
только кормовой башней. Ее 6-дюймовые
башни участия в бою не принимали;
находившиеся в них по нескольку штук
ныряющие снаряды во время боя при-
казано было выбросить за борт, так как
атаки подводных лодок представлялись
маловероятными, а сами представляли
во время боя большую опасность из-за
их слабого взрывателя.
В И ч 50 мин «Гражданин», а затем
и «Баян», несколько задержавшийся
(со) съемкой, снялись с якоря; адмирал
передал по семафору: «Если тральщики
будут приближаться, открывать огонь».
«Гражданин», снявшись с якоря, ввиду
малой дальности своей артиллерии про-
шел сперва еще на зюйд и, развер-
нувшись левым бортом к неприятелю,
в 12 ч 4 мин стал обстреливать обоими
калибрами восточную группу тральщи-
ков. Вслед за ним и «Слава» открыла
огонь по тральщикам из кормовой
12-дюймовой башни, на курсовом угле
135° левым бортом, с дистанции 115 ка-
бельтовых; затем открыли огонь «Баян»
и бывшие у бона «Туркменец-Ставро-
польский» и «Донской казак»1-1, рас-
стояние (от) которых до тральщиков
было 65—70 кабельтовых. Замечено было
много накрытий, заставлявших тральщи-
ки менять курсы и в скором времени
под прикрытием дымовой завесы отойти
к югу. По наблюдению с марса «Славы»,
когда завеса рассеялась, не оказалось
миноносца и одного тральщика.
Вторая часть боя линейный судов
Неприятельские линейные корабли,
между тем, подойдя большим ходом,
уверенно развернулись между недавно
поставленным и прошлогодним нашими
заграждениями левым бортом к нам
и, уменьшив ход, в 12 ч 15 мин открыли
огонь пятиорудийными залпами по на-
шему отряду.
«Слава», развернувшись, начала отве-
чать из своей кормовой башни с дис-
танции 112 кабельтовых. «Гражданин»,
находившийся ближе всех к против-
нику, стал маневрировать с целью
затруднить ему пристрелку, отходя по-
степенно к северу.
Неприятель очень быстро пристре-
лялся; снаряды его ложились весьма
кучно. Первый залп лег перелетами
через «Гражданин» и недолетно до
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
«Славы»; следующий дал и по ней
перелеты; с третьего залпа получилось
накрытие и снаряды стали ложиться
очень близко от кораблей.
«‘Слава» прибавила ход, чтобы выйти
из-под накрытия, и уклонилась вправо,
но вскоре же в 12 ч 25 мин получила
сразу три попадания: два в нос и одно
в левый борт, против машинного от-
деления, — все подводные, ниже броне-
вого пояса. Корабль сильно вздрогнул
и раскачался, после чего появился
крен на левый борт, все увеличиваю-
щийся.
Один из снарядов попал ниже ватер-
линии на 10—12 футов*, в помещение
носовых боевых динамо-машин, разор-
вавшись или у самого борта, или в
бортовом коридоре и произведя во
внутренней стенке борта громадную
пробоину, около полутора саженей**
в диаметре. Электричество во всей
носовой части сразу погасло. Люди,
находившиеся' у динамо-машины, едва
успели выбежать, как вода затопила
все отделение и дошла до батарейной
палубы; экстренный выход в люке
был немедленно задраен, подпоры же на
люке были поставлены заранее. Вслед-
ствие образовавшейся темноты люди
не успели задраить двери из подба-
шенного отделения в носовую 12-дюй-
мовую башню, и вода затопила но-
совые 12-дюймовые погреба. Другим
снарядом сделана подводная пробоина
в отделении мокрой провизии и шки-
перской, которые тоже были затоплены.
Таким образом, носом всего было при-
нято около ИЗО тонн воды.
От этих двух попаданий сразу обра-
зовался крен в 4-5°, через несколько
минут дошедший до 8°. Затоплением
соответствующих бортовых коридоров
правого борта удалось привести крен
к величине около 4°. Корабль сел носом
на 5 футов, и среднее углубление уве-
личилось на 2 фута, так что углубление
форштевня стало 31-32 фута и. ахтер-
штевня 29-30 футов. Переборки держали
хорошо, была замечена только неболь-
шая фильтрация через сальники элек-
трических проводов.
Третий снаряд попал, вероятно, в под-
водную часть левого борта против
левой машины и брони не пробил,
а лишь повредил борт, так как в машин-
* Один фут равен 0,305 м. — Примеч.
ред.
** Одна сажень равна 2,13 м. — При-
меч. ред.
ном отделении была заметна только
фильтрация воды и а трюме прибыль
воды происходила настолько медленно,
что с ней могли справиться одни осу-
шительные средства.
Через несколько минут снова даа
снаряда попали почти в одно место,
один а церковную, другой в батарей-
ную палубы, протиа первой кочегарки.
Снаряды разворотили рундуки, пожар-
ные рожки, лагуны, трап, шахты а
погреба мелкой артиллерии и в ко-
чегарку и произвели в обеих палубах
пожар командных шкапиков и рун-
дуков. Несмотря на трудность ориен-
тировки и работы из-за массы дыма
и газоа, пожар был ликвидирован минут
через 10-15. Был уничтожен носовой
перевязочный пункт, прислуга которого
сразу же перешла на работу в кормовой.
Пламя, дым и газы попали через
трубу экстренного аыхода в централь-
ный пост, вся прислуга которого силой
взрыва была разбросана. Трансформа-
торы и приборы перестали действо-
вать, аккумуляторная станция оказалась
разбросанной, переговорные трубы пере-
бит^>1, почему пришлось перейти на
плутонговый огонь из кормовой 12-дюй-
моврй башни. Газы от разрывов снаря-
дов попали по шахте и в носовую ко-
чегарку, однако кочегары остались на
своих местах. В кормовой кочегарке
перелившаяся из-за крена на леаый
борт вода подступила к топкам, почему
в части котлоа пришлось прекратить
пары.
В штурвальном отделении левой но-
совой 6-дюймовой башни загорелись
сложенные там маты и бушлаты прислуги
подбашни. Потушившие пожар люди,
опасаясь, чтобы огонь не проник а
питатель, затопили погреба.
Крен очень затруднял управление
кораблем. Все же приаедя неприятеля
на курсовой угол 180°, «Слааа» про-
должала стрелять по нему. Одним из,
ее снарядов, по наблюдению с ее марса,
произведен был пожар в носовой части
стрелявшего по ней головного линей-
ного корабля.
Наконец а 12 ч 39 мин «Слава» по-
лучила еще два попадания, одно — в
церковную палубу около судовых обра-
зов, другое — в броню, против радио-
телеграфной рубки — оба подводные.
В церковном отделении асе разрушено
и убито 3 человека, у которых оторвало
головы. Снаряд, попааший в броню,
пробил ее и прогнул переборку уголь-
ной ямы.
Почти одновременно с первым по-
паданием а «Славу» два снаряда по-
пали и в «Гражданин». Один — с кормы,
пробив стоявшие на рострах паровые
катера и разаоротив верхнюю палубу,
разорвался под нею, уничтожив не-
сколько кают; осколки его, пробна
следующую палубу, попали в батарей-
ную палубу.' Произведенный им пожар
дал густой, темный, вредный для ды-
хания дым, но был в скором времени
потушен. Второй снаряд ударился а бор-
товую броню правой средней 6-дюй-
мовой башни под острым углом, вслед-
ствие чего только вдавил плиту и, сделаа
а броне выбоину, разорвался, дав
множество осколков, пробивших борт
и повредивших две динамо-машины
и несколько паровых труб.
Около 12 ч 30 мин, чтобы вывести
из-под огня неприятеля охранявшие
отряд миноносцы VI и IX дивизионов,
так как надобности в охране не было,
и чтобы заградители и другие суда,
стоявшие на якоре у острова Шильдау,
заблаговременно вышли из сферы об-
стрела и не мешали маневрированию
больших кораблей, адмирал сделал
общий сигнал: «Сняться с якоря и дать
ход», который потом подкрепил радио:
«Морские силы Рижского залиаа. Отой-
ти».
Расстояние до неприятельских линей-
ных кораблей было в это время около
130 кабельтоаых, до тральщиков же,
находившихся несколько в стороне,
кабельтовых 90. Неприятель усилил
огонь по «Баяну», за промежуток
аремени в 13 секунд сделав по нему
не менее аосьми залпов по три и по
четыре снаряда в залпе; сначала
было два перелета, после чего сна-
ряды стали ложиться у самого борта
и под кормой. Вначале крейсер шел
самым малым ходом, маневрируя, чтобы
не мешать уходящим на норд нашим
линейным кораблям, и только при
последних залпах уаеличил ход до 15 уз-
лов, вследствие чего стали получаться
недолеты.
При одном из последних неприятель-
ских залпов в «Баян» попал снаряд
с правой стороны под передним мос-
тиком. Пробив верхнюю и батарейную
палубы около носовой 8-дюймовой
башни, он разорвался в . тросовом
отделении, ударившись о бухты троса.
От разрыаа разрушены переборки и по-
мещения шкиперское и провизионное,
разорваны 8 шпангоутов и внутренняя
обшиака двойного борта между ними
100—101
Падение германского 305-мм снаряда у линейного корабля «Слава». Первая фаза боя у южного
входа в Моонзунд
и сдвинуты несколько две плиты верх-
него пояса брони, между которыми
образовалась щель. В тросовом и шки-
перском отделениях возник пожар, ко-
торый, несмотря на принятые немед-
ленно меры, потушить не удалось,
и он был прекращен окончательно
лишь через сутки. Ввиду близости по-
жара к погребам, были затоплены
носовые 8-, 6-дюймовые и противо-
аэропланные погреба, отчего крейсер
сел носом до 26 футов.
Отход наших судов на север
Наши корабли отходили к северу под
непрерывным накрытием неприятель-
ского огня. С одного только «Граж-
данина» во время боя насчитано не
менее 20 весьма близких накрытий
пятиорудийных залпов, причем снаряды
ложились одновременно по обеим сто-
ронам корабля и разрывы их произ-
водили очень сильные сотрясения всего
корпуса, которые, как потом выясни-
лось, несколько ослабили его крепость.
При подходе к Шильдау пришлось
уменьшить ход до самого малого, а
затем и застопорить машины, чтобы
стоявшие к северу от острова загра-
дители и транспорты успели сняться с
якоря и войти в канал. Отход их был
совершен в полном порядке, несмотря
на наше отступление под сильным
огнем и на налет шести неприятель-
ских гидропланов, сбросивших до 40
бомб большой, судя по разрывам, раз-
рушительной силы между кораблями,
главным же образом среди массы
скопившихся в узкости заградителей
и других судов. По счастью, ни одна
бомба в суда не попала. Гидропланы
были отогнаны огнем наших судов,
причем, по донесениям, один аппарат
был подбит огнем «Славы» и резко
упал вниз, другой был сбит эскадрен-
ным миноносцем «Финн».
Конец боя
В 12 ч 50 мин, когда наши суда уже
прошли Шильдау, неприятель с рас-
стояния 128 кабельтовых прекратил по
ним огонь и, перенеся его на некоторое
время на Вердер12, затем отошел.
Единственной причиной, побудившей
неприятеля отказаться от преследова-
ния нашего отряда, адмирал Бахирев
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
считал отличное знание им нашего
прошлогоднего заграждения («зета»)
и неуверенность в том, что оно хорошо
протралено.
Потери в людях во время боя на
наших судах были следующие: на
«Славе» вследствие гибели всех судо-
вых списков, а также ввиду того, что
часть команды была в отпусках и ко-
мандировках, раненые после боя попали
в разные порты, а убитые—были
оставлены на корабле, потери в бою
установить не удалось; на «Гражданине»
было 5 раненых, из них один скончался;
на «Баяне»—2 убитых, 3 скончались
от ран и 3 легко ранены.
О расходе снарядов сведения имеются
только с «Гражданина»: фугасных 12-
дюймовых — 58, таких же 6-дюймовых —
114.
Отходивший с большими кораблями
начальник VI дивизиона намеревался
снять вехи на рейде Куйваст, но этого
сделать не удалось, вероятно, вслед-
ствие сильного огня неприятеля.
Еще во время боя адмнрал Бахирев,
предвидя, что неприятель заставит нас
отойти на север, приказал по радио-
телеграфу начальнику V дивизиона при-
нять мины с заградителей, чтобы раз-
бросать их на рейде после ухода боль-
ших кораблей. Некоторые из мино-
носцев этого дивизиона уже подошли
к заградителям, но принять мины не
успели, так как по приказанию отхо-
дить все суда начали сниматься с якоря.
В самом начале боя адмирал, чтобы
не потерять связи с Моонскими бата-
реями и вообще берегом, по радио
приказал начальнику Минной дивизии
поставить миноносец на Куйвастскую
бочку, соединенную телефонами с бе-
регом, почему на нее был поставлен
«Пограничник». Получив телефонограм-
му на имя адмирала о том, что 10-дюй-
мовая Моонская батарея взорвана
и что наши войска на дамбе обстре-
ливаются неприятельскими миноносца-
ми и канонерками, он передал ее по
радио. С «Баяна» сообщение о неприяте-
ле командовавшему войсками на Мооне
генерал-майору Мартынову было пере-
дано по семафору. С отходом больших
кораблей «Пограничник» тоже снялся
с бочки и уходил под неприятельским
огнем. Во время воздушной атаки
одна бомба упала у него по носу в полу-
кабельтове, но не разорвалась, а ши-
пела в воде. При проходе’ мимо нее
ощущался неприятный запах, который
долго потом оставался в помещениях.
Затопление линейного корабля «Слава»
Ввиду того что «Слава» глубоко
села носом, почему Моонзундский канал
стал для нее непроходим, командир ее
просил у адмирала разрешения, сняв
людей, взорвать корабль.
Проходя мимо нее на «Баяне», мили
в '/г—3/< от входа в канал, адмирал
приказал командиру ее, капитану 1 ранга
Антонову, пропустив вперед «Баян»
и «Гражданин», затопить корабль в
самом канале, при входе в него, и взор-
вать погреба. При этом с верхней па-
лубы раздалось несколько истерических
голосов с просьбой о помощи.
В 13 ч 15 мин «Баян» и всед за ним
«Гражданин» вошли в канал и малым
ходом пошли по нему к северу.
Получив приказание адмирала, ко-
мандир «Славы» велел приготовить к
взрыву погреба, в которые еще на-
кануне были разнесены и разложены
по 8 восемнадцатифунтовых* тротиловых
патронов, что оказалось очень кстати,
так как 47-мм погреб, в котором они
хранились, был затоплен. В каждый
ящик было вставлено по три запала
с фитилями, в расчете на получасовое
горение.
По сигналу адмирала: «Миноносцам
оказать помощь терпящему бедствие
кораблю», к борту «Славы» начали
подходить: сначала эскадренный мино-
носец «Сильный», затем «Войсковой»,
«Донской казак», буксир «Москито»,
один из тральщиков и эскадренный
миноносец «Сторожевой». Приказав гор-
нисту сыграть «слушайте все», коман-
дир «Славы» отдал распоряжение ко-
манде, кроме прислуги противоаэроплан-
ных пушек и части машинной, садиться
на миноносцы, вынеся в первую голову
раненых. Началась посадка на мино-
носцы.
Следует отметить, что во время
самого боя, по отзывам всех офицеров
корабля, команда добросовестно, и тол-
ково исполняла свое дело и сохраняла
присутствие духа; лишь небольшая ее
часть, состоящая главным образом из
молодых матросов, проявила паническое
настроение.
Так, старший артиллерийский офицер
старший лейтенант Рыбалтовский 3-й
доносит в своем рапорте командиру
корабля:
* Один фунт равен 0,41 кг. — При-
меч. ред.
102—103
Затопленный у входа в Моонзунд линкор «Слава»
«В бою вся старая команда вела
себя идеально, но некоторая часть
молодой бегала с поясами и пани-
чески что-то кричала; таких было до
100 человек».
Мичман Шимкевич пишет в рапорте,
что после первых попаданий в «Славу»
на верхней палубе он заметил, что
несколько человек из машинной и строе-
вой команды надевали на себя пояса
и бегали взад и вперед по палубе.
Мичман Ковшов после первых же по-
паданий увидел на срезе много ко-
манды, надевавшей пояса.
Перед оставлением же корябля на-
чалась настоящая паника, возникно-
вению которой способствовало, по-види-
мому, слишком общее приказание ко-
мандира и, вероятно, та же неустой-
чивая часть команды, которая бегала
во время боя с поясами, особенно
принимая во внимание реакцию после
неудачного боя и ухода других ко-
раблей на север.
По рапорту инженер-механика Ми-
ланского, машины были оставлены
самовольно. Следующие слова его
рапорта до некоторой степени харак-
теризуют бывшие на корабле порядки:
«Верхним продольным мостиком пошел
я к боевой рубке. Увидав Вас (рапорт
написан на имя командира), я стал
Вам докладывать. Стоявший рядом с
Вами матрос, кажется, член судового
комитета (фамилии его я не знаю),
перебил меня, сказав что-то вроде:
«Стало быть, в машине никого, ведь
нужен ход».
Так как мне единственно это и
нужно было знать, то я, не продол-
жая доклада, сказал, что немедлен-
но иду и буду давать ход сам, и просил
только хоть сколько-нибудь людей».
Преждевременное оставление машин
подтверждает и трюмный механик лей-
тенант Мазуренко. То же самое говорит
о кочегарах инженер-механик мичман
Батльдз.
Самая посадка на миноносцы про-
исходила уже в панике невообразимой.
«Удержать бросавшихся в беспорядке
на миноносцы не было возможности,
и посадка произошла панически, причем
стоило больших усилий вынести из
операционного пункта раненых и вод-
ворить их на миноносцы; причем ра-
неных выносил сам старший врач
Стратилатов и помогали офицеры».
(Рапорт старшего офицера капитана
2 ранга Галлера.)
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
«Когда подошел эскадренный мино-
носец „Донской казак", многие матросы
хотели на него спрыгнуть, но вахтен-
ный начальник миноносца мичман
Гедле, угрожая револьвером, приказал
переносить первыми раненых». (Рапорт
мичмана Ковшова.)
Старший врач пишет: «Очень трудно
было переносить (раненых) на мино-
носец, так как и команда спешила
попасть на него, хотя и отдано было
приказание первым пропустить ра-
неных».
Кто-то крикнул в палубе, что фитили
в погребах зажжены и корабль сейчас
взорвется и что пусть спасаются все,
кто может. Это, конечно, еще усилило
панику.
Начальник VI дивизиона на эскад-
ренном миноносце «Туркменец-Ставро-
польский», подходя к «Славе», услышал
душу раздирающие вопли: «Товарищи,
спасите!» Команда, раздетая, со спа-
сательными поясами, принимала все
меры к бегству с корабля.
Чье поведение как во время боя,
так и среди всеобщей почти паники
заслуживает быть особенно отмечен-
ным, это — медицинского персонала.
Младший врач И. Лепик, находив-
шийся в разрушенном перевязочном
пункте, будучи тяжеЛо контужен, с пара-
лизованной всей правой стороной, еле
придя в сознание, одной левой (ру-
кой), поддерживаемый санитаром, пере-
вязал обожженного матроса, после
чего снова потерял сознание. Когда его
перенесли на миноносец, не видя вокруг
офицеров и думая, что они не хотели
оставить корабль, он стал требовать,
чтобы его перенесли обратно на ко-
рабль к офицерам. Раненых переносили
на миноносцы старший судовой врач
с фельдшерами и санитарами при
помощи офицеров.
В 13 ч 20 мин командир «Славы»
застопорил машины и приказал зажечь
фитили у подрывных патронов. Чтобы
уклониться от державшегося впереди
«Гражданина», было положено «право
на борт», но затем рулевые, также
как и остальная команда, были отпу-
щены, между тем корабль продолжал
катиться вправо. Старший штурман
при помощи старшего артиллерийского
офицера переложил руль «лево на борт»,
после чего «Слава» уперлась носом в
грунт на глубине 28 футов. Хотя ко-
мандир и старший штурман считали,
что они точно вошли в канал, по-ви-
димому «Слава» остановилась на
мелком месте, не доходя до входа,
как считает адмирал Бахирев, кабель-
товых двух-трех, где и затонула.
Командир, обойдя лично палубы
и убедившись, что никого из живых в
них не осталось, вместе с оставшимися
еще пятью офицерами и несколькими
матросами последним сел на эскадрен-
ный миноносец «Сторожевой», ко-
торый, как и другие миноносцы, сни-
мавшие людей со «Славы», доставил
их в Рогекюль.
Командир эскадренного миноносца
«Туркменец-Ставропольский» капитан
2 ранга Чаплин, перед тем долго пла-
вавший на «Славе» и потому хорошо
ее знавший, просил разрешения началь-
ника VI дивизиона отправиться на
нее для того, чтобы спустить продол-
жавшие на ней развеваться флаги,
посмотреть, не осталось ли там чего-
нибудь секретного, а также выяснить
ее повреждения и попытаться вывести
корабль, который ему казался еще
двигающимся. Не зная, что предпринято
на «Славе», начальник дивизиона в этом
ему сначала отказал, но когда с мино-
носца «Забайкалец» было по семафору
передано, что командир «Славы» просит
взорвать ее миной Уайтхеда, — решив,
что ничего не предпринято, на вто-
ричную просьбу капитана 2 ранга
Чаплина согласился. С просьбой о
взрыве обращался на миноносцы, бес-
покоясь за судьбу своего корабля,
старший артиллерист «Славы» лей-
тенант Рыбалтовский, по просьбе
которого командиром тральщика «Кап-
сюль» дана была радио(грамма) ад-
миралу Бахиреву: «Офицеры линей-
ного корабля „Слава" просят ускорить
взрыв». Командир «Славы» уже после
взрыва ее, опасаясь за недостаточность
его результатов, проходя на «Сторо-
жевом» мимо адмирала, также просил
его о взрыве корабля минами.
Приехав на «Славу» с несколькими
охотниками, капитан 2 ранга Чаплин
наружных повреждений на ней не
заметил; динамо-машины работали,
и электрическое освещение горело.
В 13 ч 58 мин последовал взрыв
«Славы». Взрыв был громадный, высота
столба превышала в несколько раз
высоту мачт. На корабле начался силь-
ный пожар.
Из людей «Туркменца» никто не
пострадал, и они благополучно верну-
лись на миноносец. Начальник VI ди-
визиона приказал подошедшим мино-
носцам «Москвитянину» и «Амурцу»
выпустить по «Славе» мины. С «Москви-
104—105
тянина» были выпущены 2 мины: одна
попала между труб, но не взорвалась,
другая пошла в сторону и циркули-
ровала. Мины «Амурца» обе ударились
в борт, но не взорвались, и только
одна из мин «Туркменца» взорвалась
с правого борта «Славы», у передней
трубы; другая попала в корпус, но
также не взорвалась. Итого, из 6 вы-
пущенных мин одна пошла неправильно,
а 4 попали в цель, ’но не взорвались.
«Слава» горела до следующего утра.
Проходивший мимо нее в 8 часов вечера
на миноносце «Ретивый» мичман Шес-
топал доносил: «Корма, совершенно
разрушенная, имела вид отделившейся
от корабля части; на грот-мачте не было
ни стеньги, ни гафеля; там, где на-
ходились верхние офицерские каюты,
был сильный пожар, причем из пла-
мени, достигавшего до марсов, все
время вырывались вспышки взрывов;
очевидно, рвались 6-дюймовые снаряды
средних башен».
ПРИМЕЧАНИЯ РЕДАКЦИИ
1	Имеются в виду малые моторные загра-
дители К» 2, 3, 8 и 9, входившие в III дивизион
сторожевых судов, находившийся в Моонзун-
де во время операции.
2	Канонерская лодка.
3	Контр-адмирал А. В. Развозов. '
4	Начальник Минной дивизии, контр-адми-
рал.
5	В V и VI дивизионы входили эскадренные
миноносцы типов «Украйна», «Финн» и
«Амурец».
6	О затоплении линейного корабля «Слава»
см. на с. 103—106.
7	Командующий германским Флотом откры-
того моря.
8	Начальник сводной флотилии (72 рыбо-
ловных и т. п. парохода) германских морских
сил, участвовавших в Моонзундской операции.
9	Контр-адмирал, начальник Морских сил
Рижского залива.
10	«Кольберг», «Страсбург» и «Аугсбург».
11	Эскадренные миноносцы VI дивизиона.
12	На мысе Вердер располагалась береговая
батарея № 33 из четырех 152-мм орудий.
Читайте в следующем выпуске:
С. И. Титушкин. СТяжелый крейсер адмирала Кузнецова;» (о проектировании крей-
сера проекта 66 после Великой Отечественной войны);
А.	В. Платонов. сЛинкор «Марат»: неизвестное об известному (о боевых поврежде-
ниях и судьбе корабля);
Е. Ю. Кобчиков. сБой и гибель сторожевого корабля «Туман»у (приводится ряд ранее
неизвестных фактов, почерпнутых в архивах);
В.	Ю. Усов. «Три Святителя» (о проектировании, постройке и боевой службе черно-
морского эскадренного броненосца);
А. Б. Морин. ^Сторожевые корабли типа «Ураган»у (о создании первых советских
легких кораблей);
И. Л. Бунич. ^Линкор «Слава» в кампанию 1915 годау (о боевых действиях с участием
корабля в Рижском заливе);
А. И. Угрюмов. «Железный адмирал» (о неординарной личности — главном командире
Черноморского флота и портов Черного моря вице-адмирале Г. П. Чухнине).
Новую рубрику «Корабли мира» открывает статья о линейном крейсере ВМС США
«Аляска».
Кроме того, в шестом выпуске «Гангута» публикуется ряд других материалов по истории
отечественного флота XVIII—XX веков.
ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ
КАЮТ-КОМПАНИЯ
Год на „Вирсайтисе"
А. А. ШЕВЧУК
«Вирсайтис» — название этого сторо-
жевого корабля неотделимо от трагичес-
ких событий первых месяцев Великой
Отечественной войны на Балтике. С пер-
вых ее часов корабль участвует в беспре-
рывных боях. Рижский залив, Моонзунд,
трагический поход на Ханко...
Все это пережил один из немногих
оставшихся в живых ветеранов «Вирсай-
тиса» — бывший рулевой-сигнальщик
Александр Андреевич Шевчук. Его до-
кументальная повесть «Вид с Касьяно-
вой горы» вскоре должна выйти в Лен-
издате отдельной книгой, а пока мы пред-
лагаем нашим читателям две главы из
нее под общим названием «Год на „Вир-
сайтисе"», рассказывающие о первых
боевых походах корабля и его трагичес-
кой гибели в декабре 1941 года.
«Умрем как люди!»
20 июня 1941 года, Ирбенский пролив.
Оба его берега видны — эстонский ост-
ров Эзель и латвийский мыс Колка.
Четыре пограничных «охотника» с нами
в дрейфе.
21 июня. Ничего существенного. Мо-
жет, только поменьше германских судов
прошло мимо нас из Риги. А погодка-то!..
«Двадцать пятого, — говорят, — сме-
на придет!» Интересно, пустят ли нас
в увольнение на этот раз? (Думается
о чем угодно, только не о том, тревож-
ном, о чем думалось, когда были в
дозоре у Паланги).
«Собачья вахта» — с полночи до че-
тырех утра, Стоим с молоденьким лей-
тенантом из подплава, взятым «напро-
кат» (к сожалению, забыл его фа-
милию) .
© А. А. Шевчук, 1992
106—107
...Что-то много рыбацких судов —
идут и идут в пролив, на выход.
— А ну-ка, освети их прожектором! —
приказывает лейтенант. Не похоже на
рыбаков — одеты чисто. — Ладно, —
заключает штурман, — они никакой
опасности не представляют. А там
их еще погранкатера прощупают.
22 июня. 4.00. Смена вахты. В той
стороне, где Виндава, что-то сверкает.
Молния? Но ни одной тучки на небе.
Снова всполохи.
— А может, это наши корабли...
Учение, готовность № 2? — рассуждает
Березкин. Будим командира. Тот ко-
мандует:
— Радиста ко мне!
Заспанный Коля Гребенников доло-
жил... что не может связаться с ба-
зой: вышел из строя наш допотопный
передатчик.
Полным ходом идем поближе к мысу
Колка, там должен быть пост наблю-
дения и связи. Семафорю на берег:
«Вышла из строя рация, жду указаний,
смены...» А с поста в ответ — крутит
и крутит сигнальщик только одно
слово: «Война», «война», «война»...
12.00. Гребенников починил радио.
Выступление Молотова... Как обухом
по голове!
Иван Федорович, замполит, обычно
улыбчивый, сейчас хмурый, осунув-
шийся:
— Отбросим, товарищи, благодушие...
Враг очень силен. Но мы — больше-
вики! И мы обязательно победим!
А если придется... Умрем как люди.
Орудия, пулеметы — в небо, в море.
Пока — ничего. Параллельно нашему
курсу носятся, вспенивая воду, погра-
ничники.
— Справа девяносто — силуэт эсмин-
ца! — докладываю.
— Запросить опознавательные!
Наш, «Грозящий». С него морзянка:
«Следуйте в Ригу, остаюсь на линии
дозора».
17.00. На траверзе — остров Рухну.
Сзади, в Ирбене — глухо бьют орудия.
Темнеет. Волны покрылись барашка-
ми. Прямо по курсу — силуэты кораб-
лей. Запрашиваем пароль — опознава-
тельный. Идут в сторону Ирбена крей-
сер «Максим Горький», эсминцы «Гор-
дый», «Гневный», «Стерегущий».
...Впереди не туча, это наши легкие
силы на рейде Усть-Двинска с «Ки-
ровым» во главе. Без огней. Пропускают
нас в Даугаву.
Всю ночь в Мильгрависе, задыхаясь
от черной пыли, грузим уголь — одна
труха! К рассвету кое-как сполоснули
корабль, приводим в порядок машины,
оружие. Солнце вынырнуло из-под со-
сен... Показались самолеты, со стороны
залива. Кто-то сказал: «Наши»...
Самолеты разворачиваются над эсмин-
цами, грузящими у стенки напротив...
мины. Рев, свист, грохот, — такой, что
кажется — земной шар раскалывается!
А с берега, от складских помеще-
ний — пулеметные очереди... Фонтанчики
угольной пыли у самого нашего борта.
Крастыньш, Румянцев, еще кто-то с вин-
товками побежали к пакгаузам — ловить
«айзсаргов», местных фашистов. Вер-
нулись ни с чем. Нигде никого.
В устье реки Бульупе. Грузим бое-
запас, таскаем в погреба снаряды из
крепости: только здесь мы можем
пополнить боезапас, только здесь еще
остались снаряды к нашим чехословац-
ким пушкам. Забираем даже учебные
болванки — пригодятся!
В темном пропитанном гарью небе
стоит сплошной гул, вспыхивают и гаснут
разрывы снарядов. Бьют из-за крепости
зенитки «Кирова». По небу мечутся
лучи прожекторов... Ага! Попался,
гад? Мелькают черные кресты на жел-
тых плоскостях. Пули, пули цокают
рядом со мной!
— Самолет пикирует на нас! — ору,
как недорезанный поросенок. Голос
Межрозе:
— Что за базар? Спокойно надо
докладывать.
Рядом — стук пулемета. Крастыньш...
Ура Крастыньшу! Фашист, не выходя
из пике, плюхнулся в Даугаву!
Какое сегодня число? Никто не знает.
Авиация противника атакует нас бес-
прерывно. На рейде, в устье Даугавы —
пароходы, мотоботы... «Неужели уже
эвакуируют Ригу?».
Все, что скопилось на рейде, нам
приказано сопровождать в Моонзунд.
Головным идет «Вирсайтис», замыкает
разнокалиберную «армаду» «Иманта».
У нее на буксире три торпедных ка-
тера — нет бензина, чтобы идти своим
ходом.
КАЮТ-КОМПАНИЯ
Со стороны залива прямо к нам
идет-стучит рыбацкий мотобот. В би-
нокль видно: на мотоботе, испачкан-
ные чем-то белым, контр-адмирал Трай-
нин и капитан 1 ранга Клевенский —
новый командир Либавской базы.
Оказывается, шли на топедном катере,
тот «скис», пришлось прибегнуть к
помощи рыбаков.
У нас была бочка бензина — отдали
начальству. Высокие гости ушли на
одном из наших катеров назад, к «Ки-
рову».
«Постой, постой... А почему здесь
Клевенский? Неужели уже оставили
Либаву? А корабли у завода „Тосма-
ре“? А батареи, что мы, салаги, помо-
гали строить? А наши ребята?...»
(Только после войны все прояснилось:
Либава геройски оборонялась больше
недели. А Ригу... — штаб Северо-Запад-
ного фронта оставил ее уже вечером
22 июня. Восьмая армия, отступающая
от Либавы и Виндавы, в эти самые
дни, когда мы уходили в район Эзеля —
Даго, вела ожесточенные бои с фашис-
тами восточнее латвийской столицы.)
Латвия... Уходят твои сыны. Без боя
почти...
17 июля. 23.30. Справа по носу темная
полоска острова Муху.
— Прицел 130, целик... Орудие...
Залп!— корабль содрогнулся.
— Орудие... Залп!
Ведем огонь по батарее протианика
на Виртсу. Мористее — бьют так, что
перепонки трещат!—три наших мино-
носца. И еще с Эзеля, стволы бере-
говых орудий Елисеева.
Высадились наши. Триста красно-
флотцев. Путь в Рижский залив сво-
боден!
...Не успеваю записывать в журнал.
Сегодня нас бомбили двадцать восемь
раз. Уже не страшно.
Пикирующий бомбардировщик Ю-87.
Неубирающиеся шасси — ноги грифа,
хищника. А когда он, стервятник,
вываливается из-за облаков... кажется,
будто с телеги камни сбрасывают —
как когда-то в детстве, в деревне.
Бухта Рохукюля. Снимаемся, идем в
дозор в Соэло-Вяйн (между Эзелем
и Даго). Не успели выйти за брек-
ватер, навстречу пограничный малый
охотник, на носу катера — наш пес
Джек. Его передали на «Иманту» три
дня назад, во время смены дозора.
— Вот только собаку и удалось
выловить... — сказали ребята. —Мина...
«Иманта», сестрица «Иманта»! До-
рогие, золотые хлопцы!
Третий поход на Хайко
— Боцман! — донеслось из репродук-
тора. — На якорь...
Тихо снимаемся, идем. В нашей
кильватерной струе — белый, камуфли-
рованный транспорт «Минна», канлодка
«Волга», тральщик «Ударник».
Час двадцать. Неужели нас про-
зевали финны? Как бы не так — батарея
Мякилуото засекла высокий айсберг —
«Минну» и лупит, лупит...
Пять двадцать.
— Справа сорок пять работает
маяк! — кричу.
— Это Юссаре. Сейчас опреде-
лимся, — обрадовался Жора-лейтенант,
новый штурман, пришедший к нам
в августе.
— Маяк действует, значит, корабли
противника где-то поблизости...
Не успел командир отряда Шевцов
это договорить — вижу: четыре точки
правее маячных вспышек.
— Справа шестьдесят — торпедные
катера!—докладываем в один голос —
Лобанов и я.
— Орудие... Осколочными...
Нет, это не катера — медленно при-
ближаются, это что-то покрупнее.
Снаряд, прямо по курсу. Второй — за
кормой, у носа транспорта.
— Командир, выходите навстречу про-
тивнику, атакуйте, пока он нас не...
Сигнальщик! Сигнал: «выхо’жу из строя,
не следовать за мной». На «Волгу»:
«открыть огонь по кораблям против-
ника!» — командует Шевцов.
— «Волга» на сигнал не ответила!
Продолжает идти прежним курсом, —
докладываю.
— Ладно. Сами управимся, пусть
охраняет транспорт, — отвечает Шевцов.
Четыре вражеских сторожевика при-
ближаются строем фронта, пристрели-
ваясь к нам трассирующими снарядами.
Трасса попала в наш верхний мос-
тик. Убит телефонист. Бегу на корму
с данными для стрельбы... Не успел
добежать как... Крастыньш! Арнольд!
(Опять он!) Попал!!! Горит фашистская
посудина! Горит! Теперь только один
вражеский корабль стреляет в нашу
сторону — беспорядочно, не целясь.
Остальные два сторожевика заняты
тушением пожара.
108—109
...Ложимся на прежний курс. А наши
тихоходы так наддали за то время,
пока мы воевали, что мы их настигли
перед последним поворотом, у острова
Руссаре.
Подходим к Ханко. Здравствуй еще
раз, геройская канонерка «Лайне»!
Здравствуй, Красный Гангут!
Дым ест глаза. Если бы не ветер,
было бы худо — только он и спасает.
По всему рейду — от Руссаре до
гавани — корабли: «Стойкий», «Слав-
ный», несколько базовых тральщиков
и... громадный плавучий дворец —
красавец-турбоэлектроход «И. Сталин».
Вслед за «Вирсайтисом» втягивается
в ворота гавани — всего натерпев-
шийся — наш отряд. Швартуемся на са-
мом краешке стенки, поближе к вы-
ходу — чтобы при сильном обстреле
быстро отойти на рейд.
По специально проложенным рельсам
слетают, кувыркаясь, в воду гавани
вагоны, платформы, паровозы. Вот
подъехал грузовик. Дверцы распахнуты,
и автомобиль задом — бултых! Успел
ли шофер выскочить? Конечно — вот
он стоит, встрепанный. На высокой
скале, как памятник, — лошадь. Живая.
Пехотный старшина левой рукой дает
ей сухарь, а правой... тычет писто-
летом... в ухо коняге...
Люди! Чем же лошади провинились?
Все объясняет одно слово — эва-
куация.
К нам гости. Артиллеристы железно-
дорожные. Спускаются на борт по трапу
как-то застенчиво. Что вы, ребята!
Будьте как дома. Двести сорок че-
ловек Пушек не везут. Взорвали...
2 декабря 1941 года. 17.55.
Снег пошел...
«Наверх, вы, товарищи!..»
Прощай, пылающий Гангут! Воистину
Красный. Прощай и ты, наша первая
потеря у маяка Юссаре. Ты — залог
того, что мы еще вернемся сюда. Пусть
гранит будет пухом тебе, Богданов
из Боровичей...
Командир отряда Шевцов перешел
от нас на быстроходный тральщик
«Гак»—тот идет впереди, с тралами,
вторым «Ударник», потом мы, за нами
«Минна», буксиры. Замыкает .конвой про-
славившаяся в дни обороны Гангута
«Лайне». Эсминцы и «Сталин» остались
забрать последние тысячи защитников.
Небо горит за кормой!
— По секторам смотреть! Что там
у Юссаре?
— Ничего не видно, товарищ коман-
дир.
Совсем некстати над нами зависла
красавица-луна. Мы — как на ладони.
Надо бы спуститься поужинать, да
кусок в горло не лезет — Богданова
убитого вижу.
Спускаюсь в кубрик, раскрываю «Цу-
симу». Ну-ка, Алексей Силыч свет
Новиков-Прибой, что происходит сейчас
у вас на «Орле»?..
Хриплый голос Вани Березкина:
— Саня! На вахту. Забыл?
— Иду, иду. Никак от книги не
оторваться.
Набрасываю на плечи тулуп. Я на
левом крыле мостика, Лобанов — на
правом. Как всегда, ботинки у него
не зашнурованы, шинель не застегнута:
Лобанов уже тонул, на танкере, в
Таллиннском переходе.
Гриша смирный, притихший стоит
возле рулевого. Луна спряталась.
Огромное зарево по корме. Потом
донесся протяжный гул. Потом — еще,
еще. Жора-лейтенант вышел из рубки:
— Это «Сталин»...
Молчим. Не до разговоров. Снова —
пламя и грохот. Мякилуото (фин-
ская батарея) бьет по горящему турбо-
электроходу.
Ни «Ударника», ни тральщика впереди
не видно: луна скрылась за тучу. Про-
вожу по своему сектору биноклем...
и вдруг:
— На левом траверзе силуэт подводной
лодки! В надводном положении.
Раздается команда:
— Носовая... Огонь!
Яша Румянцев, словно только этого
и ждал: гхак! Перезарядил и снова:
гхак! Попали, нет 'ли — не видать.
И вдруг оттуда, от лодки что-то про-
неслось и ударило — фуррр! Второй
снаряд разорвался у самого нашего
борта. Осколки высекли искры из
Яшиной полубашни!
— Огонь! — приказывает Гриша.
А подлодка... уже пошла на погру-
жение.
Время 03.30. Ветер— 17 метров в се-
кунду (семь баллов). Температура
воздуха минус 13°. Следить за по-
годой— моя обязанность. Анемометр в
руке...
— Смотреть, смотреть! — шумит
Гриша.
КАЮТ-КОМПАНИЯ
И без шума ясно, чем пахнет не-
досмотр. Лодка-то поблизости...
Снова светло. Проклятая луна! Хоть
и война, но красиво. Впереди замигал
зеленый огонек — это «Ударник» пока-
зывает правый поворот.
— Право руля.
— Руль вправо.
Спускаюсь в большой носовой куб-
рик — Кузе, рулевому, смену разбудить.
Храп, стон. И ...кубрик подпрыгнул от
мощного взрыва! Пулей — на мостик.
Пар валит из котельного отделения;
волны перехлестывают через кормовой
мостик; механик Киртс над пропастью
(там, где раньше была корма), в белых
кальсонах. Пушка вместе с кормой
исчезла. Все это фиксируется в голове
в какие-то доли секунды.
Мимо нас — как белое приведение —
проносится транспорт «Минна»...
— Сигнальщик! На «Ударник»: «имею
пробоину (ничего себе, пробоина —
кормы нет!), — диктует Гриша, — прошу
оказать помощь».
«Ударник» разворачивается на минном
поле, пытается подойти к нашему
погружающемуся левому борту. Прос-
нувшиеся пассажиры... как вода, прор-
вавшая плотину, — снесли леерные
стойки, сбивая друг друга с ног стали
бросаться кто на палубу подошедшего
тральщика, кго мимо. Борта кораблей
сплющивают упавших за бор г...
Командир «Ударника» пытается еще
раз подойти, но корабль отбрасывает
волной. Море разгулялось — семь бал-
лов.
— Саша, — говорит Жора-лейте-
иант, — посвети спичкой, посмотрим
место, где тонем. Так... Банка Кал-
бодагрунд, справа — мыс Юминда...
Глубина 65 метров.
•Штурман привязывает к рулону с кар-
той грузик — секретные документы по-
ложено уничтожать.
Спокойствие лейтенанта передается
и мне, я перестаю дрожать. Корабль
еще держится на плаву! Мы обни-
маемся...
На шкафуте — боцман, спускает
катер. Люди обсели его — катер бьет
о фальшборт!
Два армейских лейтенанта с писто-
летами в руках возле груды спасатель-
ных поясов, собираются палить друг
в друга; Климов (из мобилизованных)
кричит мне:
— Возьми фланельку, хочешь —
бушлат! (И этот, как лейтенанты,
собирается стреляться.)
А корабль держится на плаву!..
На носу — никого. Осталось до «ку-
пели» метра полтора...
— Мама, мамочка!..
И — за борт! В кипящую ледяную
купель бррр!
...Мешают валенки. Начинаю ста-
скивать их, захлебываясь, под водой.
Пробкой вылетаю вверх, на трехмет-
ровую волну! Руки — грабли, молочу
локтями подальше от корабля, а то
утянет с собой. Вокруг — головы,
ящики...
— Маруся, — кто-то кричит, —
прощай!
— Вставай, проклятьем... — голос
тонкий, обрывается.
— В господа... в адмиралов... Не
умеют воевать! Аааааа!
Теряю сознание. Очнулся от грохота:
«Вирсайтис» встал вертикально — все
с него посыпалось вниз... На фоне
великолепной луны... Постоял так с ми-
нуту и... пошел вниз, как решившийся
на все самоубийца. Стало тихо. Никто
не поет, не ругается. Кто-то рядом
отчаянно борется за жизнь... Двое в
гимнастерках. Глаза красные, навы-
кате, — хватают меня за ноги; за шею...
— А ну, отлупись на два лаптя в
сторону! — кричу и ухожу с этими
двумя под воду. И там, вопреки дей-
ствиям утопающих, они меня отпускают.
...Звездочка. Маленькая, но яркая.
Низко так, кажется, метров десять до
нее. Венера? Марс?
Я из седых глубин земного горя
Лицом тянулся к утренней звезде...
Все, хватит! Не на что больше на-
деяться, все наши корабли ушли. Руки
по швам — и пошел вниз...
Страшно быстрое кино крутит передо
мной мою жизнь: мама повязывает
платок (у меня болят уши), Галка
целует, привстав на цыпочки, технорук
Петровский смотрит мне в глаза...
Нет, нет! Если каждый вояка будет
'так легко сдаваться... Выталкиваю себя
на поверхность! Глубоко, однако, я
успел погрузиться. Хватаю, как рыба,
воздух... Шум винтов! Проворачиваются,
«живые». От винта! На корме... Не
по-нашему написано... Неужели немцы
подберут? Нет уж, фрицы, лучше я
сам... Гребу локтями. А что же там
написано? Да... это же «Лайне»! Родная
«Лайне» прд бело-голубым флагом, а
надпись — прежняя, еще эстонская...
110—111
— На «Лайне»! Спасите! — кричу.
(Слева,’ в лунном свете, черные головы
тонущих. Цепляются зубами за подан-
ные концы, срываются...) — Спасите!
— А ты кто такой? — почему-то спро-
сили с мостика.
— Сигнальщик с «Вирсайтиса»!
Бросили спасательный круг. Меня
стало ветром относить от корабля.
Упускаю круг. Вижу: шлюпка на талях
висит на правом борту. Я к ней. Два
человека в шлюпке качаются вверх-
вниз. Уловил момент — раз!’— локтями
за планширь.
— Забрасывай ноги! — кричат.
— Нет ног, отморозил, кажется.
— У нас все равно нет врача! —
раздается пьяный голос.
Набрасывают, однако, под мышки
петлю. Все, отключился. Снится: кто-то
подбрасывает меня вверх. Больно.
Возвращаюсь к жизни. «Подорвались,
подорвались!» — слышу. Открываю гла-
за: красноармейцы сбились у люка,
лезут друг на дружку... Паника.
Бежать не хочется. И не могу: все
тело — сплошная рана. Осматриваю
себя, как та английская бабка у Мар-
шака: ей-богу, это не я! Я на решетках
над котлом, в валенках, в белых брю-
ках, гимнастерка с ефрейторской шту-
кой в петлице, на голове полотенце...
Уши — потрогал — волдыри.
Возвращаются на прежние места
красноармейцы: это был не взрыв, —
шуровку уронили в кочегарке! Нервы...
А вот это уже настоящий взрыв! Но
Никто никуда не побежал. Узнали:
канлодка «Волга» подорвалась. Но
идет самостоятельно.
На отмороженных ногах спускаюсь
после просушки вниз.
— О, явление Христа народу! Жив,
крестничек? — радостно шумит чумазый,
пьяненький слегка, кочегар. — Я —
Ваня! А ты?
— А я — Саня!
— Я думал: хана тебе. Честно.
Пульс пропал, положили тебя на юте
к тем... которым все равно, где лежать.
Между прочим, там лежит ваш старшина
2-й статьи, комендор, Потатуев, кажется,
его фамилия? В жнвот ему чем-то...
Кричал, просил добить... Так вот,
лежишь ты там, а мне обидно: чуть не
накрылся из-за тебя. Вынул из кучи
и давай тебе искусственное делать.
Даже паром из шланга, подогревал!
Учти. Может, н меня когда из беды
выручишь, война-то, видать, длинная
будет. Тут еще ваши есть. Идем, покажу.
КАЮТ-КОМПАНИЯ
Открываю дверь... Яркий, прекрасный
свет над столом! Кузя, Лобанов бро-
саются целовать, предлагают выпить.
Что-то синее (денатурат?).
Я плачу... Заводят патефон.
Бей, винтовка,
Метко, ловко...
Какая прекрасная песня! Самая луч-
шая на свете...
— Эсминец, эсминец по курсу! А
наших здесь нет... — разнеслось по кан-
лодке.
«Лайне» все свои снаряды давно уже
раскидала. Еще на Ханко. Туман.
Впереди — силуэт большого корабля.
Что-то будет?.. Лобанов:
— Товарищи! Тише! Это же мой
танкер! Он здесь еще с августа, когда
из Таллинна шли, дрейфует. Не хочет
тонуть, как человек. Все облегченно
вздохнули (но... командиры-то, по-моему,
должны бы знать место, где оставили
танкер? Должны!).
Новая беда: открылся Гогланд, а
обогнуть его — нет паров, все сгорело
в топке. Снова бросают ребята в огонь
кто что: бушлаты, шинели, ломают
сохранившееся дерево надстройки.
Эсминец «Свирепый» встречает нас.
Раньше бы встретил, когда без хода
были. Ну, да ладно. Как говорится,
как бы бабка ни хворала, лишь бы к
сроку померла. Дошли!
А морозец-то тово... Хорошо, хоть
гора от ветра закрывает. Командование
острова поселило нас, утопленников,
в помещение... не то финский домик,
не то сарай. Внутри — солома!
•Зарываемся, как в детстве, согре-
ваемся помаленьку. Ожили ребята, роб-
кая радость в глазах. И печаль. Столько
товарищей потеряли...
Сколько-то нас, с «Вирсайтиса» оста-
лось?— думаю, — здесь, в сарае, пока
налицо трое — Кузя, Лобанов и я.
Вечер. Ветрено. Отряхивая с одежек
готландскую солому, поднимаемся по
трапу на тральщик «Гафель». Что-то
нам уготовано на пути от Готланда до
Кронштадта?
Но... так бодро, даже весело, смотрит
с мостика на нас славный хохол
Шкребтиенко, командир «Гафеля», что
поневоле настраиваешься на оптимисти-
ческое: «А ни хрена! Дойдем и вернемся,
и усэ переможемо!»
Приглашают в... трюм. Это. хуже:
я, как птица к ветке, к мостику привык.
Ладно, можно и в трюме ночь пере-
куковать.
Застучали дизели — тара-тара-тара.
Эсминцы, транспорт «Минна», мелочь
разная — выстроились в кильватерную
колонну.
Жизнь идет, корабли идут, кла-
няясь встречной волне. А мы, в душ-
ном трюме, спим. Впервые за несколько
суток.
Пушка ударила — звенящий звук стук-
нул по корпусу!
— Подъем, братва!
Идем в разведку, на палубу. Солнце!
Снег сверкает! Стоим во льдах. Синим
дымом окутан «Стойкий»: ведет огонь
по северному, занятому финнами, бе-
регу. А оттуда — вспышка — и уууу! —
снаряды рвут лед возле самого эсминца.
— Форт Ино, — слышно с мостика,
сигнальщики примерзли к биноклям.
Вспышка на юж^ом берегу... Это —
«Красная горка»! Черное шрапнельное
облако повисло над районом вражеской
батареи. Еще, еще одно облако! Фин-
ский форт замолчал. Спасибо, «Горка»,
родная!
Впереди, на горизонте, знакомый
всем силуэт ледокола «Ермак».
Вот он обходит вокруг нашей ка-
валькады (один торпедный катер успел
уже пойти ко дну—льдом раздавило).
Мы чувствуем себя полярниками,
возвращающимися на родину после
гибели корабля и страшной зимовки.
— Толбухин! Тюлбухин! — воскли-
цают гангутцы, увидев в конце белого
бесконечного поля палец кронштадт-
ского маяка.
— Команде «Вирсайтиса» построить-
ся!
...Боже! Да это же Бумберс! Даргайс
бедрис (дорогой товарищ)! Я люблю
вас (эс юс милу)!
Строимся. Кто в чем. Сколько-то нас
осталось?..
— Па парядку расшитайсь! — коман-
дует наш дорогой латыш.
Группа моряков-ветеранов СК.Р «Вирсайтис»:
слева направо Г. М. Дабахов, В. Г. Дани-
лушкин, А. А. Шевчук, П. А. Аксентьев
— Первый!
— Второй!..
Шестьдесят четыре в строю. С ко-
мандирами. Значит, погибли — 29 че-
ловек...
(Годы спустя — подсчитали: всего
из 240 шедших на «Вирсайтисе» ган-
гутцев и 93 членов команды спаслись
96. 217 — остались там навеки... За-
платили за нас.)
Бредем... Женщины, все повидавшие
кронштадтские бабоньки, смотрят на нас,
пригорюнившись.
Моряки с погибшего корабля —
сироты — идут...
Из книги «На дальних подступах»
генерал-лейтенанта С. И. Кабанова,
руководившего в сорок первом обороной
Ханко: «Можно считать чудом, что из
27 809 человек, погруженных на ко-
рабли, в Кронштадт и Ленинград
пришли 22 822 человека. Горько было
потерять столько людей... Но, преодолев
между Гангутом и Кронштадтом больше
двухсот миль заминированного водного
пространства, замкнутого батареями
врага, мы пришли и стали на защиту
Ленинграда. Без малого 23 тысячи
бойцов. Это — подвиг флота».
112—113
Сторожевой корабль «Вирсайтис»
(историческая справка и тактико-технические
элементы)
В начале 1917 года на заводе «Нептун»
в Ростоке (Германия) был заложен очеред-
ной серийный тральщик специальной пост-
ройки, получивший литерно-цифровое
обозначение М-68. Спущенный на воду
25 июля 1917 года, он через два месяца —
6 октября вошел в состав Военно-морских
сил Германии.
29 октября того же года М-68 подорвался
на мине в Рижском заливе и выбросился
на берег в устье реки Даугава.
В 1918 году тральщик сняли с мели и от-
буксировали в Ригу, где поставили на
капитальный ремонт, закончившийся к
началу следующего года. В январе 1919 го-
да, переименованный в «Саркана Латвия»
(«Красная Латвия») и переклассифициро-
ванный в посыльное судно, бывший траль-
щик вошел в состав флотилии Советской
Латвии как штабной корабль Примор-
ского отряда флотилии. В мае «Саркана
Латвия» была захвачена германскими вой-
сками в Риге, через два месяца под новым
названием «Вирсайтис» («Вождь») корабль
в качестве тральщика включили в состав
флота Латвийской республики.
19 августа 1940 года, с принятием Латвии
в состав СССР, «Вирсайтис» вошел в состав
Схема бокового вида сторожевого корабля «Вирсайтис»
Краснознаменного Балтийского флота
и 17 октября как тральщик получил ли-
терно-цифровое обозначение Т-297. 25 июля
1941 года кораблю вернули прежнее наз-
вание «Вирсайтис» и переклассифицировали
в сторожевой корабль.
При водоизмещении 525 т главные раз-
мерения «Вирсайтиса» составляли 60Х7.5Х
Х2,4 м. Мощность двух паровых машин
(1850 л. с.) обеспечивала скорость до 16 уз.
Запаса угля (120 т) хватало на 2000 миль
плавания экономическим ярдом. Вооружение
корабля неоднократно менялось. Так, в
Латвийском флоте оно состояло из двух
88-, двух 57-мм орудий и четырех пуле-
метов. В начале войны тральщик перевоору-
жили двумя 100-мм, двумя 45-мм орудиями,
одним 37-мм автоматом, и двумя пулеме-
тами ДШК.
Корабль погиб, подорвавшись на мине
3 декабря 1941 года в Финском заливе.
КАЮТ-КОМПАНИЯ
Бывший германский тральщик М-68 на ремонте в Риге. В 1919 году — «Саркана Латвия»
(«Красная Латвия»), затем «Вирсайтис» («Вождь»)
«Вирсайтис» на ходу. 1936 год
114—115
ИНФОРМАЦИЯ
Страница судомоделиста
Прошедший год озна-
меновался еще одним не-
ординарным событием в
истории отечественного
судомоделизма — шестым
Всесоюзным смотром-
конкурсом стендовых мо-
делей. Проведение подоб-
ных соревнований стало
уже доброй традицией.
Предыдущие конкурсы
прошли в Москве, Ле-
нинграде, Киеве, Нико-
лаеве, и вот съехавшихся
со всех концов страны
судомоделистов привет-
ствовала Одесса.
В одном из залов Музея
Морского флота СССР
свои работы выставили
крупнейшие мастера судо-
модельного спорта, при-
няла участие в соревно-
ваниях и команда Китай-
ской Народной. Республи-
ки. Шесть дней продол-
жался смотр-конкурс,
ставший настоящим
праздником не только для
судомоделистов, но и для
всех, кто любит историю
флота и судостроения.
От конкурса к конкурсу
растет мастерство спорт-
сменов. Наши мастера с
успехом дебютировали на
состоявшемся в 1989 году
международном конкурсе
в Берлине, завоевав в
общей сложности четыре
золотые, 19 серебряных
и бронзовых медалей. В
1991 году команда СССР
приняла участие в между-
народных соревнованиях
в болгарском городе
Варна.
Более десяти лет прош-
ло с первого московского
конкурса, и что сразу
бросается в глаза, так это
возросшее количество мо-
делей исторических кораб-
лей и судов отечествен-
ного флота. Отражение
его многогранной истории
в моделях — не лучший
ли это подарок прибли-
жающейся славной годов-
щине — 300-летию Рос-
сийского флота!
Кто, как не судомоде-
лист, знает, как порой
тяжело достать, а точнее
буквально по крупицам
собрать документацию по
тому или. иному полюбив-
шемуся кораблю. Не пос-
леднюю роль в этом игра-
ют два таких авторитет-
ных издания, как жур-
налы «Судостроение» и
«Моделист-конструктор».
Заслуга' первого — публи-
кация исторических серий
по развитию отдельных
классов кораблей Россий-
ского флота, объединен-
ных общим заголовком
«К третьей странице об-
ложки». • Иллюстрирован-
ные подлинными чертежа-
ми статьи дают возмож-
ность судомоделистам вы-
полнить необходимые для
постройки миниатюрной
копии корабля рабочие
чертежи. «Моделист-кон-
структор» публикует,
главным образом, автор-
ские разработки, и, надо
отдать им должное, они
все более и более совер-
шенствуются.
Учитывая постоянно
растущий интерес к судо-
модельному спорту,- ре-
дакция сборника «Ган-
гут» в этом выпуске вводит
новую рубрику «Страница
судомоделиста», которая,
как мы надеемся, станет
со временем одной из пос-
тоянных. В ней мы пос-
тараемся регулярно осве-
щать новости из области
судомодельного спорта,
публиковать материалы не
только исторического ха-
рактера, как, например,
уже заказанные авторам
статьи по окраске ко-
раблей Российского фло-
та, но и чисто прикладные,
касающиеся как техноло-
гии ‘изготовления самих
моделей, так и систем
радиоуправления для них.
В настоящее время ре-
дакцией подготавливают-
ся и отдельные чертеж-
ные приложения к сборни-
ку. Уже поступил в про-
дажу первый выпуск —
чертежи броненосного
крейсера «Рюрик». Кроме
собственно чертежей ко-
раблей в скором буду-
щем мы планируем выпуск
специальных приложений
по минно-торпедному и ар-
тиллерийскому вооруже-
нию, дельным вещам,
шлюпочному вооружению.
Активное участие в под-
готовке материалов новой
рубрики и чертежных при-
ложений принимает Пе-
тербургская федерация
судомодельного спорта и
Центральный государст-
венный архив Военно-
Морского Флота. К науч-
ному редактированию при-
влечены такие известные
среди судомоделистов спе-
циалисты. как заслужен-
ный деятель культуры
РСФСР, хранитель кора-
бельного фонда Централь-
ного Военно-Морского му-
зея А. Л. Ларионов, один
из крупнейших судомоде-
листов и реставраторов
Г. А. Атавин, председатель
Петербургской федерации
судомодельного спорта
Б. М. Сахновский. Готовы
поделиться своим опытом
на страницах сборника
такие известные мастера,
как неоднократный чем-
пион мира 10. П. Пере-
бийнос и победитель меж:
дународного конкурса по
стендовым моделям в
классе С4 С. А. Шлычков.
Интересны предложения
по изготовлению моде-
лей из картона, выска-
занные В. Ю. Поташевым
и И. Н. Базановым. Из-
вестный во всем мире,
этот вид судомоделизма,
пока, к сожалению, еще
не нашел широкого раз-
вития в нашей стране.
Приглашаем мы к сот-
рудничеству в новой руб-
рике и наших читателей,
так как надеемся, что
их советы и пожелания
сделают ее по-настоящему
интересной и принесут
большую пользу развитию
судомодельного спорта.
На цветной вкладке в
этом выпуске «Гангута»
мы поместили наиболее
интересные, на наш
взгляд, фотографии мо-
делей исторических кораб-
лей. Надеемся, что эта
«эскадра» вскоре попол-
нится новыми кораблями,
которые не только напом-
нят о славе отечествен-
ного флота, но и станут
гордостью отечественного
судомоделизма и высоко-
художественными образ-
цами прикладного искус-
ства.
В заключение редакция
благодарит своего кол-
легу — редактора отдела
«История судостроения»
журнала «Судостроение»
В. Е. Чернобривца за лю-
безно предоставленные
для публикации в нашем
сборнике цветные слайды
моделей кораблей.
Н. Н. Афонин, главный редактор сборника «Гангут».
Центральный государственный
архив Военно-Морского Флота
— сокровищница истории
отечественного флота
Настоящая статья является первой в серии ма-
териалов, подготовленных сотрудниками ЦГАВМФ
и рассказывающих о документах этого крупнейшего
в нашей стране архива Военно-Морского Флота.
Центральный государст-
венный архив Воен-
но Морского Флота
(ЦГАВМФ) — с 1992 го-
да Российский госу-
дарственный архив Воен-
но-Морского Флота
(РГАВМФ) — единствен-
ный архив Российской Фе-
дерации, который постоян-
но хранит документы рос-
сийского и советского
военных флотов с конца
XVII века по 1940 год. Он
создан по указу Петра I
от 17 января 1724 года
как архив Адмиралтейств-
коллегии, в 1827 году во-
шел в состав Морского
министерства, в 1918 году
включен в Единый госу-
дарственный архивный
фонд (ЕГАФ).
В нем сосредоточены
ценнейшие материалы о
создании, строительстве и
боевой деятельности фло-
та, развитии военно-мор-
ского искусства, истории
кораблестроения и воору-
жения, военно-морской
техники, науки, образова-
ния, строительства портов
и оборонительных соору-
жений, научных и геогра-
фических открытиях,рево-
люционном движении, соз-
дании Советского ВМФ,
участии его в гражданской
войне, восстановлении и
строительстве флота в
межвоенный период.
Четвертая часть матери-
алов архива — это уни-
кальные и особо ценные
документы, являющиеся
памятниками истории и
культуры, всего же в
РГАВМФ — более 1 млн.
дел.
Богатейшие фонды ар-
хива рассказывают о дея-
тельности выдающихся
флотоводцев Ф. Ф. Уша-
кова, А. Н. Сенявина,
М. П. Лазарева, П. С. На-
химова, С. О. Макарова,
крупных ученых и изобре-
тателей, Д. И. Менделе-
ева, М. В. Ломоносова,
А. Н. Крылова, А. С. По-
пова, А. Ф. Можайского,
всемирно известных мо-
реплавателей Витуса Бе-
ринга, И. Ф. Крузенштер-
на, Ф. Ф. Беллинсгаузена,
В. М. Головнина, Г. И. Не-
вельского, Г. Я. Седова и
многих других, чьими име-
нами по праву гордится
Россия; представителей
Советского ВМФ И. С.
Исакова, В. А. Белли,
Ю. А. Пантелеева, В. А.
Алафузова и других.
В то же время флот
нельзя рассматривать
только как военный комп-
лекс.
Это сложный, много-
плановый организм, дея-
тельность которого всегда
тесно переплеталась с
жизнью страны. Поэтому в
архиве, наряду с уже хо-
рошо известными мате-
риалами, ждут своего ис-
следователя уникальные,
но, к сожалению, мало-
используемые документы
по истории, экономике,
культуре России, сведения
116—117
о многих странах Европы,
Азии, Америки, Африки,
их культурных, экономи-
ческих и политических
связях с Россией и СССР.
Личный состав Россий-
ского военно-морского
флота в большинстве сво-
ем — это представители
передовой мысли, люди
высокой культуры и вы-
сокого гражданского дол-,
га, истинные патриоты
своего Отечества, и доку-
менты РГАВМФ — тому
свидетельство.
В морском ведомстве
служили известные лите-
раторы, художники, архи-
текторы, такие как А. П.
Боголюбов, А. Д. Заха-
ров, В. И. Даль, В. В. Виш-
невский, С. А. Колбасьев
и многие другие. Материа-
лы об их деятельности на’
флоте — часть архивных
богатств.
Огромной популярно-
стью пользуются храня-
щиеся в архиве коллекции
чертежей парусного и бро-
неносного флотов, строи-
тельных чертежей соору-
жений, вахтенных и шка-
нечных журналов кораб-
лей, атласов, карт и пла-
нов, различные материа-
лы о застройке Петербур-
га и его пригородов и дру-
гие документы.
. Основные направления
деятельности архива —
это обеспечение сохран-
ности документов, созда-
ние и совершенствование
научно-справочного аппа-
рата к ним, организация
всестороннего использова-
ния документов, научно-
исследовательская и ме-
тодическая работа. Целе-
направленную работу про-
водит архив в области пуб-
ликации документальных
источников. За -послевоен-
ный рериод издано 26
сборников документов по
истории Российского фло-
та, развитию науки и тех-
ники, участию военных мо-
ряков в борьбе за власть
Советов. В настоящее
время ведется работа над
серией «Исследования
русских на Тихом океане
в XVIII в. — первой по-
ловине XIX в.». Из шести
предполагаемых к изда-
нию книг вышли в свет
две, они посвящены пла-
ваниям и освоению север-
ной части Тихоокеанского
региона в XVIII веке.
С 1926 года архив рас-
полагается в Ленинграде,
на улице Халтурина, дом
36, в здании, построенном
по проекту архитектора
М. Е. Месмахера в 1883—
1887 годах для архива Го-
сударственного совета.
Т. С. .Федорова, заместитель директора РГАВМФ
Вам, авторы!
При подготовке статей, направляемых
в сборник «Гангут», следует учитывать
следующее:
1.	Темы статей должны отражать исто-
рию преимущественно отечественного
флота и судостроения. Они должны пред-
ставлять интерес для достаточно широко-
го круга читателей и не дублировать
статьи, помещенные ранее в иных из-
даниях.
2.	Рукописи направляются в редакцию
в двух экземплярах, отпечатанные на ма-
шинке через -два интервала на одной
стороне листа. Объем статей не должен
превышать 10—12 страниц машинописно-
го текста, включая перечень использо-
ванной литературы и подрисуночные
подписи. Количество фотоснимков, черте-
жей и рисунков до 8—10. Предпочте-
ние отдается чертежам боковых видов
кораблей и судов.
3.	Перечень литературы, прилагаемый
к статье, составляется в последователь-
ности, соответствующей упоминанию в
тексте при ссылке на первоисточник.
Он должен содержать фамилии и ини-
циалы авторов, названия книг или жур-
ИНФОРМАЦИЯ
налов (в последнем случае с указанием
номера), название издательства и год
издания. Отчетные и диссертационные
материалы, а также ведомственные изда-
ния в перечень литературы не включают-
ся. Допускается делать ссылки на ис-
пользованную литературу в подстрочном
примечании с помеченными звездочками
сносками. Перечень литературы необхо-
дим для более полного и качественного
рецензирования ваших статей.
4.	Фотоснимки и рисунки к статье
представляются отдельно в двух экзем-
плярах, чертежи — в одном. Фотоснимки
в дальнейшем подвергаются ретуши,
поэтому печатать их следует на глянце-
вой бумаге. Формат фотоснимков
10Х 15 см. Они не должны иметь изло-
мов, царапин и чернильных пометок. Ка-
чество фотоснимков — приемлемое для
полиграфического воспроизведения. Сле-
дует учесть, что иллюстрации в ряде
печатных изданий имеют растровую сет-
ку. В случае их пересъемки следует при-
нимать меры по ее устранению. Штри-
ховые рисунки и чертежи должны про-
сматриваться через наложенную на них
кальку. При их подготовке следует из-
бегать близкого расположения линий, так
как в последующем они будут под-
вергаться уменьшению. Максимально до-
пустимый размер рисунков 30X40 см,
чертежей — до 40 см. Все фотоснимки,
рисунки и чертежи должны быть про-
нумерованы и подписаны (надписи на
фотоснимках делаются мягким каранда-
шом), подписи сведены на отдельный
лист, прилагаемый к статье, Цифро-
вые обозначения на рисунках и черте-
жах (позиции) располагаются в число-
вой последовательности по часовой
стрелке (на чертежах общего располо-
жения кораблей и судов — от кормы к
носу). Текстовых надписей на рисунках
следует избегать, перенося их в подри-
суночные подписи и заменяя цифровыми
обозначениями. Все рисунки, фотоснимки
и чертежи должны иметь нумерацию
по тексту статьи.
5.	Следует избегать громоздких таб-
лиц в рукописи. В «головках» таблиц
сокращения не допускаются.
6.	Автор должен подписать рукопись
и указать фамилию, имя и отчество
(полностью), место работы, должность,
телефоны (служебный и домашний) и
домашний адрес с почтовым индексом.
7.	Материалы для нашего сборника
следует направлять по адресу: 193024,
С.-Петербург, аб. ящик 71, ЛЕНК.О,
издательство «Гангут».
Ждем ваши статьи, дорогие друзья!
Редакция
Уважаемые читатели}
Издательство «Гангут» выражает вам — приверженцам ис-
тории флота и судостроения — свою глубокую благодарность.
Именно ваша поддержка, оказанная организованной изда-
тельством «экспресс-подписке», позволила в значительной мере
ускорить выход в свет 3-го и 4-го выпусков сборника «Гангут» и
других наших изданий.
Издательство выражает надежду, что и в дальнейшем вы
останетесь нашими постоянными подписчиками и читателями.
Редакция сборника «Гангут» приложит все усилия, чтобы
содержание каждого выпуска наиболее полно отражало ваши
запросы, и пожелания.
Сборник вышел в свет благодаря участию, российского патриота Владислава
Яновича Нелавицкого, сына морского офицера — Яна Владиславовича Нелавицкого,
вынужденного в 1920 г. навсегда покинуть Родину.
Обложка: на 1-й стр. — эскадренный броненосец «Гангут» (рис. А. Ю. 3аикина)\ на
2-й стр. — крейсер II ранга «Жемчуг» в эллинге Невского судостроительного и механического
завода; на 3-й стр. — крейсер 11 ранга «Изумруд».
Научно-популярное издание
Гангут. Выпуск 5
Редактор С. Д. Климовский
Художественный редактор Б. А. Денисовский
Технический редактор В. И. Семенова
Корректор А. А. Тимофеев
Сдано в набор 04.12.91. Подписано в печать
16.12.92. Формат 70X100/16. Бумага офсетная.
Гарнитура литературная и журнально-рубленая.
Печать офсетная. Усл. печ. л. 10,05 (в т. ч. вклад-
ка). Усл. кр.-отт. 10,54. Уч.-изд. л. 13,47. Тираж
5000 экз. Заказ №143. Изд. №32. ЛЕНКО,
издательство «Гангут». 193024. С.-Петербург,
а/я 71.
Отпечатано в ГИПП «Искусство России»,
С.-Петербург, ул. Промышленная, 40.
118—119
ПАМЯТИ ТОВАРИЩА.
10 февраля 1993 года на 60-м году жизни ушел от нас
Виталий Ефимович Чернобривец, один из старейших
сотрудников журнала «Судостроение». Создатель и
бессменный редактор раздела истории на его
страницах.
Благодаря влюбленности в свое дело и неутоми-
мой деятельности на ниве освещения вопросов исто-
рии флота и судостроения, В. Е. Чернобривец сумел
сплотить вокруг себя талантливый авторский коллек-
тив, душой которого был на протяжении долгих лет.
Именно под его профессиональным оком в
журнале «Судостроение» состоялась первая проба
пера многих молодых историков флота, впослед-
ствии организовавших выпуск и нашего издания —
научно-популярного сборника статей по истории
судостроения и флота «Гангут». Сколько раз он гово-
рил о подобном специальном издании в своих обзо-
рах читательской почты. Пожелания эти наконец
сбылись. И не будет лучшей награды для Виталия
Ефимовича, чем продолжение его учениками на
страницах сборника «Гангут» того направления
в вопросах освещения истории отечественного судо-
строения и флота, которое он начинал более четвер-
ти века назад.
Светлая память о Виталии Ефимовиче навсегда
сохранится в наших сердцах.
Редакционная коллегия
и авторский коллектив сборника
«ГА НГУТ»
Т9Г
СТРАНИЦА СУДОМОДЕЛИСТА	Фото В. Е. Чернобривца
I—VI всесоюзные смотры-конкурсы стендовых моделей кораблей и судов
Модели исторических кораблей
58-пушечный корабль «Гото Предестинация»
(модель изготовлена Е. Мельниковым)

Шлюп «Восток»
(модель изготовлена А. Захаровым)
Фрегат «Паллада»
(модель изготовлена Г. Писаренко)
Канонерская лодка «Храбрый»
(модель изготовлена
Е. Луковниковым)
Подводная лодка «Пантера»
(модель изготовлена Г. Пшеничным)

Эскадренный миноносец «Новик»
(модель изготовлена С. Коваленко)
marketing
CORPORATION OF AMERICA IN RIGA. LTD.
Фирма предлагает сотрудничество организациям и частным лицам
в производстве и реализации высокохудожественных моделей
кораблей и судов.
Предложения с кратким описанием моделей (желательно с фото-
графиями) ждем по адресу: LV 1015 а/я 104 Рига, Латвия.
НАУЧНО-ПОПУЛЯРНЫЙ СБОРНИК СТАТЕЙ
ПО ИСТОРИИ ФЛОТА И СУДОСТРОЕНИЯ
СУДОХОДСТВО
И МОРЕПЛАВАНИЕ
а^вдяв । ни । иг ни чл iwih и и/дии i гиспил
Гангут
Выпуск 5
59 В. Г. АНДРИЕНКО
Первая зимняя навига-
ция на Белом море
(1914—1915 годы)
ПРОШЛОЕ
БЕЗ КУПЮР
Издается с января 1991 г.
Главный редактор
Н. Н. Афонин
РЕДАКЦИОННАЯ
КОЛЛЕГИЯ
А. А.	Аллилуев
В. Г.	Андриенко
В. Ф.	Бильдин
М. А.	Богданов
Ю. И.	Головнин
СОДЕРЖАНИЕ
К 300-летию
ОТЕЧЕСТВЕННОГО
ФЛОТА
В. Ю. Грибовский
Э.	П.	Игнатьев
А.	Е.	Иоффе
В.	М.	Йолтуховский
С.	д.	Климовский
В.	Г.	Крайнюков
В.	Я.	Крестьянинов
Л.	А.	Кузнецов (ответственный
		секретарь)
А.	Л.	Ларионов
А.	Б.	Морин
Л.	Л.	Поленов
В. Ю.		Усов
Т.	С.	Федорова
3 Ю. Е. ТРУБКИН
Российский галерный
флот в кампанию 1714
года
11 А. А. ЧЕРНЫШЕВ
Добрый почин Россий-
ского флота
В ДЫМУ МОРСКИХ
СРАЖЕНИЙ
70 А. Я. МАССОВ
Визит доброй воли или
секретная миссия?
(Пребывание в Австра-
лии эскадры контр-ад-
мирала А. Б. Асланбе-
гова в 18В1—1В82 го-
дах)
76 Б. Н. БОЛГУРЦЕВ
Стратегическая ошиб-
ка князя Горчакова
79 Л. А. КУЗНЕЦОВ
Кортик с «Магдебур-
га»
МОРСКОЙ АРХИВ
ВО Н. Р. ГУТАН
От Севастополя до Но-
вороссийска
ЗАБЫТЫЕ
СТРАНИЦЫ
С.-Петербург ЛЕНКО
Издательство «Гангут» 1993
15 А. А. АЛЛИЛУЕВ
Крейсеры «Жемчуг»
и «Изумруд»
29 М. А. РОЗОВ
Порт-артурские аван-
тюры
ИСТОРИЯ
СУДОСТРОЕНИЯ
31 В. Я. КРЕСТЬЯНИНОВ
«Г ангут»
А. В. БУЛАТОВ
41 Минный заградитель
«Урал»
'ВООРУЖЕНИЕ
И ТЕХНИКА
50 Д. Ю. КОЗЛОВ
Противолодочные ны-
ряющие снаряды в
Российском флоте
58 С. И. ТИТУШКИН
Главный калибр
«Советского Союза»
89 А. М,- КОСИНСКИЙ
Моонзундская опера-
ция Балтийского флота
1917 года
КАЮТ-КОМПАНИЯ
107 А. А. ШЕВЧУК
Год на «Вирсайтисе»
ИНФОРМАЦИЯ
ИбСтраница судомоде-
листа
117 Центральный государ-
ственный архив Воен-
но-Морского Флота —
сокровищница истории
отечественного флота
118 Вам, авторы
Чертежное приложение
к сборнику «Гангут» —
Это история отечест-
венного флота в моделях
О планах редакции читайте в
«Странице судомоделиста»
ВНИМАНИЮ
МОДЕЛИСТОВ
И КОЛЛЕКЦИОНЕРОВ ».
ВНИМАНИЮ
МОДЕЛИСТОВ
И КОЛЛЕКЦИОНЕРОВ !
ам, с^од|одедисть1
I