Российский государственный гуманитарный университет Институт всеобщей истории РАН
Russian State University for the Humanities
Institute of World History


History of Africa in Biographies
Edited by Apollon DAVIDSON
Moscow 2012


История Африки в биографиях
Под общей редакцией академика РАН Аполлона ДАВИДСОНА
Москва 2012


УДК 03(6)
ББК 63.3(6)-8я2
И90
Редколлегия'.
А.Б. Давидсон, акад. РАН А.В. Воеводский, канд. ист. наук С.В. Мазов, д-р ист. наук Н.Г. Щербаков, канд. ист. наук А.С. Балезин, д-р ист. наук Л.А. Карташова, канд. филол. наук Г.В. Цыпкин, д-р ист. наук
Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта РГНФ («История Африки в биографиях важнейших деятелей»), проект 09-01-00104а
ISBN 978-5-7281-1358-4
© Коллектив авторов, 2012
© Российский государственный
гуманитарный университет, 2012


СОДЕРЖАНИЕ
Введение 7
Южная Африка
Предисловие 15
Абрахамс Питер Генри 20
Бантинг Сидней Персиваль 24
Бота Луис 27
Бота Питер Виллем 35
Бринк Андре Филиппус 44
Виейра Жозе Луандино 50
Витбой Хендрик 52
Ганди Мохандас Карамчанд 59
Гордимер Надин 71
Грин Лоуренс Джордж 74
Гунгуньяна 75
Джабаву Джон Тенго 78
Зума Джейкоб Гедлейихлекиса 86
Ибрагим Абдулла 90
Йонкер Ингрид 96
Каунда Кеннет Дейвид 102
Кечвайо 107
Клерк Фредерик Виллем де 119
Котане Мозес Мауане 127
Коуто Миа 134
Кравейринья Жозе 137
Крюгер Стефанус Йоханнес Паулус... 139
Кутзее Джон Максвелл 147
Лобенгула 154
Лутули Альберт Джон 167
Магареро Самуэль 174
Макома 180
Малан Даниель Франсуа 185
Мандела Нельсон Ролихлахла 192
Маркс Джон Бивер 208
Машел Самора Мойзес 211
Мбеки Гован 217
Мбеки Табо 220
Мванаваса Леви Патрик 228
Мондлане Эдуардо Чивамбо 234
Моффет Роберт 242
Мошвешве I 248
Мугабе Роберт Габриэл 257
Нгкика 267
Нето Антонио Агостиньо 271
Нкселе 280
Нтсикана 283
Нуйома Сэмюэль Дэниэл Шафиишуна 286
Пепетела 291
Перейра Жозе де Фонтиш 294
Плааки Соломон Чекизо 296
Пост Лоуренс ван дер 304
Родс Сесил Джон 311
Савимби Жонас Малейру 321
Сантуш Жозе Эдуардо душ 332
Семе Пиксли каИсака 336
Сисулу Уолтер Макс Ульяте 339
Слово Джо 343
Смит Ян Дуглас 347
Смэтс Ян Христиан 355
Cora Тийо 364
Туту Десмонд Мпило 370
Фервурд Хендрик Френш 378
Чака 382
Чилуба Фредерик Джекоб Тайтус 391
Шрейнер Оливия 400
Западная и Центральная Африка
Предисловие 409
Азикиве Бенджамин Ннамди 411
Апити Марселей Жозеф Суру Миган 415
Ахиджо Ахмаду Бабатура 420
Ачебе Чинуа 425
Бенхазин 428
Блайден Эдвард Уильям 431
Боганда Бартелеми 436
Бокасса Жан-Бедель 441
Бусиа Кофи Абрефа 448
Гарви (Гарвей) Маркус 452
Гей Амаду Ламин 459
Гизенга Антуан Фунжи 463
Дако Давид 474
Данква Джозеф Кваме Киретви Боаки 479
Диоп Шейх Анта 484
Диори Алхаджи 490
iiiiiiiiiiiiiiniii
5
III1IIIIIIIIIIIIIII


Доу Сэмюэль Каньон 495
Дюбуа Уильям 506
Кабила Лоран-Дезире 512
Кабрал Амилкар 520
Касавубу Жозеф 526
Кейсли-Хейфорд Джозеф Эфраим 532
Кейта Модибо 536
Ки-Зербо Жозеф 541
Кимбангу Симон 546
Конте Лансана 552
Кунче Сейни 566
Ламизана Абубакар Сангуле 569
Лумумба Патрис Эмери 574
Мага Кутуку Юбер 581
Мба Леон 586
Мобуту Сесе Секо 592
Нгуаби Мариан 601
Нгуза Карл И Бонд 606
Нкрума Кваме 612
Оджукву Чуквуемека Одумегву 623
Олимпио Сильванус Эпифанно 629
Пэдмор Джордж 633
Ролингс Джерри Джон 646
Санкара Тома Исидор Ноэль 650
Санко Фоде Сейбана 656
Сенгор Леопольд Седар 663
Стивенс Сиака Пробин 670
Табмен Уильям Ваканарат Шадрак.... 680
Томбалбай Франсуа 685
Туре Самори ибн Лафия 690
Туре Секу Ахмед 695
Уфуэ-Буаньи Феликс 710
Фодио Осман дан 717
Хама Бубу 723
Чомбе Моиз Капенд 726
Шойинка Воле 733
Эйадема Этьен Гнассингбе 737
Ямеого Навалагмба Морис 742
Восточная Африка и Мадагаскар
Предисловие 749
Амин Иди 752
Андриамандзату Ришар Махицисон... 761
Андрианампуйнимерина 765
Афэуорк Гэбрэ-Иесус 769
Афэуорк Тэкле 772
Бабу Мохаммед Абдул Рахман 776
Барре Сиад 789
Галлиени Жозеф Симон 796
Грандидье Альфред 803
Гырмаме Ныуай 808
Гэбрэ-Хыйуот Байкэдань 815
Йоханнис IV 819
Кабарега 827
Каггва Аполо 837
Каруме Абейд Амани 846
Кениата Джомо 862
Лидж Иясу 871
Мванга 874
Менелик II 882
Мирамбо 892
Мои Даниель Тороитич арап 897
Мусевени Йовери Кагута 902
Мутеса I 909
М утеса II 916
Мэконнын Уольдэ-Микаэль 925
Мэнгысту Хайле Мариам 928
Ньерере Джулиус Камбараге 938
Окелло Джон Гидеон 947
Рабеаривелу Жан-Жозеф 957
Рабеманандзара Жак-Фелисьен 966
Равалуманана Марк 971
Равелудзон 978
Равуаханги Жозеф 981
Радама 1 985
Райнандриамампандри 991
Райнилайаривуни 998
Ракуту-Рацимаманга Альбер 1006
Ралаймунгу 1013
Раумбана 1017
Рацирака Дидье 1024
Саид Сейид 1030
Сальме (Эмили Рюте) 1033
Сейид Баргаш 1037
Теводрос II 1040
Тингатинга Эдуардо Саиди 1048
Типпу Тип 1050
Хайле Селассие I 1054
Циранана Филибер 1078
Шаабан Роберт 1084
Глоссарий 1091
Указатель имен 1097
Сведения об авторах 1111


ВВЕДЕНИЕ
Историю, как известно, можно изучать по-разному. Можно анализировать проблемы, можно излагать события в хронологическом или смысловом порядке, можно приводить данные опросов общественного мнения и колонки цифр - показателей уровня социально- экономического развития. Мы решили подойти к истории Тропической и Южной Африки через человеческие судьбы. В этой книге представлены судьбы тех, кто формировал историю континента с начала XIX в. до наших дней, кто остался в исторической памяти его народов и сам стал историей.
Мы уверены, что такой подход - один из самых плодотворных. Карлейль вообще считал, что «биография - это единственная история». Может быть, это и не вполне верно, но все же изучение биографий действительно позволяет не только логически понять, но увидеть, почувствовать те общества, о которых идет речь.
Для изучения Африки это особенно важно. Давно ли писали об этом континенте вот так: «Громадная и неуклюжая по своему виду, с негостеприимными берегами, выжженными большею частью лучами тропического солнца, Африка... угрюма и загадочна, как сфинкс в египетской пустыне. И какова земля, таков и народ. Едва известный подвижным расам Азии и Европы в течение тысячелетий, своим цветом кожи уже как бы отверженный от ряда благородных народов, прожил он, замкнувшись, неисчислимые годы, не выходя из естественных границ своей территории для дружеского сношения или неприятельского нападения... Если мы можем сравнить историю рас Европы с деятельностью в ясный солнечный день, то история Африки только тяжелый ночной сон; спящего он успокаивает или тревожит, так что он с беспокойством поворачивается на своем ложе; но другие его не знают, а проснувшийся скоро забывает о нем...»
И дальше - что историю Африки изучать вряд ли стоит: «Подвинемся ли мы далеко в знаниях, если нам станет известным, что такое-то негритянское племя со странным названием в таком-то году переселилось на место жительства в соседнюю область, что оно в каком-то другом году было рассеяно и уничтожено?»1
Это сказано не сейчас. Это слова известных немецких ученых из многотомной «Истории человечества», опубликованной и на русском языке. Значит, так могли немецкие ученые судить, а русские переводить всего 100 лет назад. Для истории не так уж давно! И в обыденном сознании, боюсь, такой подход можно встретить по сей день. Что Африка - это первозданная природа и звери и экзотические народы со странными названиями. И войны, перевороты и бедность.
Конечно, ученые сделали немало для изучения происходящего на этом континенте, но историю создают человеческие чувства, страсти - без них она бедна. А именно это-то мы об Африке знаем мало.
1 История человечества. Всемирная история: В 9 т. / Под общ. ред. проф. Г. Гельмольта. Пер. с нем. СПб., 1909. Т. 3. С. 377-378.
IIHI1IIIIIIIIIIIII
7
1111111111111111111


Наша книга, надеемся, в какой-то мере восполнит этот пробел. Мы исходили из того, что человеческие судьбы не просто сами по себе заслуживают внимания, но каждая из них является квинтэссенцией своей эпохи и своей среды, а значит, понять эпоху и среду без них невозможно.
Такой подход - изучение прошлого через воссоздание образов его современников - не нов: в Институте всеобщей истории вышло, например, интересное исследование «История через личность»2. Но к истории Тропической и Южной Африки он пока применялся мало. Ведь вплоть до 50-х годов прошлого века в Европе зачастую считалось, что народы «Черного материка» не способны к историческому развитию, что они не ведают прогресса, что их общества - застойны. А в таких обществах, конечно, нет места историческим личностям.
* * *
За последние десятилетия, особенно после 1960 г., который вошел во всемирную историю как «Год Африки», очень многое изменилось.
Во многих странах Африки издаются справочники Who’s Who, хотя сведения в них лишь о современных деятелях, и, как правило, очень краткие. В ряде стран выходят и «Исторические словари». В них есть и статьи об исторических личностях - хотя это лишь краткие справки. Наибольшее число книг-биографий и биографических справочников издано - и продолжает издаваться - в ЮАР. Они служили важным подспорьем в нашей работе.
Идею создания большого «Словаря африканских биографий» (Dictionary of African Biography) в составе многотомной энциклопедии «Африкана» (The Encyclopaedia Africana) выдвинул еще в конце 1950-х годов Уильям Дюбуа, крупнейший афроамериканский историк. Почти через два десятилетия ее начало осуществлять нью-йорское издательство «Референс пабликейшнс»3. Намечено было издать 20 томов. Осуществляется проект медленно. Первый том (Эфиопия-Гана) вышел в 1977 г. Второй (Сьерра-Леоне-Заир) - в 1979 г. Третий (Южная Африка-Ботсвана- Лесото-Свазиленд) - в 1995 г. Третий том открыт сообщением, что скончался «Кейс Ирвин (1924-1994), один из тех, кто стремился к осуществлению мечты У.Э.Б. Дюбуа». Может быть, из-за смерти Ирвина издание следующих томов надолго прекратилось. Статьи в вышедших томах - краткие, как правило, не больше одной-полутора страниц, написаны они так, как пишут статьи для справочных изданий.
12-томный словарь «Африканцы» издан в Париже4. Первые девять томов вышли в 1977 г., последние три - в 1978 г. В каждом томе по десять биографий, довольно подробных, с портретами и картами. Биографии расположены не по странам и не по алфавиту, а, очевидно, по мере накопления и подготовки статей. От Клеопатры до Патриса Лумумбы. Конечно, в это издание, подготовленное четыре десятилетия назад, не только не вошли биографии более близких к нам по времени исторических личностей, но и о многих из тех, кто там есть, мировая африканистика тогда не накопила еще достаточно материала. Как и британские тома, подготовленные в осуществление идеи Дюбуа, это издание, конечно, полезно, но, увы, во многом устарело.
Существует серия «Африканский исторический словарь» под редакцией 2 История через личность. Исторические биографии / Под ред. Л.П. Репиной. М., 2005.
3 The Encyclopaedia Africana. Dictionary of African Biography: In 20 vol. N.Y., 1977.
* Julien Ch.-A., et al. Les Africaines: 12 vols. P., 1977-1978.
IMI II ItlHIillHII
8
IIIIIIIIIIIIIIIIMI


И. Уороноффа5. Каждый выпуск посвящен отдельной стране. Но это именно словарь, и биографии являются только частью приводимых в нем сведений. Большинство других изданий - однотомные справочники, и статьи в них очень краткие6.
После многолетнего перерыва работы на этом направлении был провозглашен новый крупный проект. В 2012 г. Оксфордский университет издал шеститомный Словарь африканских биографий, результат работы большого авторского коллектива. В отличие от нас, издатели этой публикации не преследовали цели показать через биографии историю Тропической и Южной Африки. Словарь охватывает значительно более широкие временные и географические рамки - с древности до наших дней (в нем есть, например, биографии и Александра Македонского, и отца и деда Б. Обамы), и «от Кейптауна до Каира», то есть включая Северную Африку. Но его авторы писали именно словарь биографий, а не историю в биографиях. Для нас же именно исторический контекст биографий был особенно важен, поскольку в России нет еще крупного обобщающего труда по истории Тропической и Южной Африки в XIX, XX и начале XXI в.
К сожалению, мы не смогли использовать материалы Словаря в работе над нашим изданием: оно вышло уже после того, как мы сдали свою рукопись в издательство. Увы, научные труды большого объема издаются сейчас в Москве не быстро. Наш занял три года.
В нашей стране Институт Африки РАН выпустил тремя изданиями двухтомный энциклопедческий словарь «Африка» (в 1963 г., 1986-1987 и 2010 гг.). В нем есть и биографии, но, разумеется, краткие, поскольку в таком общем справочнике они и не могут занять значительного места. Институт Африки опубликовал и несколько биографий современных политических деятелей7. Э.С. Львова (Институт стран Азии и Африки МГУ) издала краткие биографии деятелей Тропической Африки доколониальных времен8.
Но всего этого явно недостаточно. Большинство этих изданий далеко не новые, они носят чисто справочный характер. Да и по количеству - очень и очень мало таких публикаций. Вот, к примеру, серия «Жизнь замечателных людей», начатая когда-то Флорентием Павленковым и возобновленная в 1933 г. Максимом Горьким, отметила в 2010 г. свое 120-летие. Изданы тысячи жизнеописаний. Но где они - книги об африканцах9?
5 African Historical Dictionary / Ed. by John Woronoff. Lanham (Maryland); L. Издания разных лет. Например: Historical Dictionary of Djibouti. 2000. - (African Historical Dictionaries: Vol. 82).
6 Lipschitz V.R., Pasmussen R.K. Dictionary of African Historical Biography. Berkley; Los Angeles; L., 1978. (Second Edition: 1986); Dictionary of African Biography / Ed. by E. Bly. L., 1971; Brockman N.C. An African Biographical Dictionary. Santa Barbara (California); Denver (Colorado); Oxford (England), 1994; Collins R.O. Historical Dictionary of Precolonial Africa. Lanham (Maryland); L., 2001; Rake A. 100 Great Africans. N.Y.; L., 1994.
7 См., например: Современные африканские лидеры. Политические портреты. М., 2001; Джулиус Ньерере. Гуманист, политик, мыслитель. М., 2002.
8 Львова Э.С. История Африки в лицах. Биографические очерки. Вып. L: Африка в доколониальную эпоху. М., 2002.
9 До сих пор в этой серии, если мне память не изменяет, опубликована только одна книга об африканце: Брухнов М. Чака. М., 1974. и три биографии афроамериканцев: Грэхем Ш. Фредерик Дуглас. М., 1959; Иванов Р. Дюбуа. М., 1968; Зимянин В. Поль Робсон. М., 1985.
IIIIIIII1IIIIIIIHI
9
llllillllllllllllll


Есть, конечно, Интернет. Сведений о деятелях прошлого и настоящего, в том числе и Африканского континента, там немало, но, увы, размещаемые там материалы нередко лишь усугубляют наше незнание предмета.
А ведь значение Тропической и Южной Африки в мире растет с каждым годом. Ее население быстро увеличивается. Сейчас оно по численности уже превзошло население Европы, а, например, население Нигерии больше численности россиян. И, если верить прогнозам демографов, эта тенденция будет нарастать. К тому же за последние десятилетия миллионы африканцев переселились в Европу - и эта тенденция тоже будет продолжаться, какие бы заслоны на ее пути ни ставили европейские государства. Мы не поймем этих людей и их истории без знания того, что думали и делали, чем жили герои их прошлого.
Книга, которую мы предлагаем читателю, как уже было сказано, не справочник. Ее уникальность в том, что это не сборник биографий, а история в биографиях. Мы поместили в нем биографии тех людей, которые стали воплощением определенных тенденций, явлений, идеологий, процессов в регионах и странах. Мы стремились не просто перечислить биографические данные того или иного деятеля, но проанализировать его жизнь, проследить ее в контексте его эпохи и его окружения, показать проблемы и задачи, которые перед ним стояли, решения, которые он предлагал, и результаты его деятельности. Нам кажется, что такой подход дает возможность подтвердить многогранность и сложность истории континента, представить ее не в одном, а в нескольких измерениях. Мы стремимся это делать и в других трудах нашего коллектива авторов, в том числе - в публикациях документов10. Насколько это удалось, судить читателю.
Объем статей различен в зависимости от исторической значимости личностей, которым они посвящены.
* * *
С какими трудностями мы столкнулись в своей работе? Они не могли не наложить отпечаток на итог, на всю эту книгу.
Самая большая - со сбором материала. Не случайно ведь и в нашей отечественной, да и во всей мировой науке пока что мало произведений о знаменитых африканцах, которые приближаются по своему уровню к научным публикациям о жизни выдающихся европейцев.
Мы хотели бы, чтобы эта книга содержала статьи, основанные на добротных новейших сведениях. Мы хотим также, чтобы, в отличие от большинства уже существующих отечественных и зарубежных изданий, наше издание включало не только биографии политиков и государственных деятелей, но и деятелей культуры.
Другая сложность - какие персоналии включать, а какие не включать?
Ни на каких весах не взвесить, не определить значимость того или иного человека в истории. Тут не может быть абсолютно точных критериев, никак не избежать субъективизма. Мы отбирали тех, чей жизненный путь, как нам казалось, лучше помогает понять судьбу их народа, их страны.
Разумеется, наша задача - дать представление об африканцах. Ну а как быть с европейцами, имевшими отношение к событиям в Африке? Насколько важна должна быть их роль в Африке, чтобы 10 Россия и Африка. Документы и материалы XVIII в. - 1960 г.: В 2-х т. М., 1999; Коминтерн и Африка: Документы. СПб., 2003; South Africa and the Communist International: A Documentary History: Vol. 1-2. L, 2003; История Африки в документах, 1870-2000: В 3-х т. М., 2005-2007.
iiiiiiiiiimiiiin
IIIIIIIIIIIIIIIIHI


быть включенными в подобный сборник? Какой меркой это измерить? Сколько ни думай - любое решение можно оспорить. Результат многих месяцев обсуждений - в этой книге.
То же и об афроамериканцах. Дюбуа, Пэдмор, Гарви... Как их не включить? Но ведь не только их имена связаны с Африкой. Так что и тут - какой меркой мерить? В математике, должно быть, точные мерки есть. А в истории, в человеческих судьбах, в политике?
Дальше. А как разбивать собранное нами по частям? Мы выбрали то, что, кажется, само собой разумеется: Тропическую Африку поделили между двумя разделами: в одном Западная и Центральная, в другом - Восточная. К Восточной присоединили Мадагаскар. И последний - Южная Африка.
Но не существует единой точки зрения, как делить Африку на географические зоны. Географы, да и не только они, продолжают спорить: где граница между Западной и Центральной Африкой, по каким именно странам проходит? А границы Восточной с Южной? Малагасийцы, как известно, вообще не любят относить свой «Великий остров» к Африке.
Мы взяли то деление, которое, пожалуй, наиболее общепринято.
А как располагать сами биографии? По странам? Или регионам? Судьба каждого из наших героев может быть связана не с какой-то одной страной. Как быть? Решили в пределах каждого раздела дать в алфавитном порядке.
А как быть с афроамериканцами? Они, как правило, не связывали себя с какой-то одной страной или одним регионом. Мы решили дать их биографии вместе, в томе о Западной Африке, поскольку с Западной Африкой у большинства из них связей было все-таки больше, чем с другими регионами.
Нескончаемые сложности возникают у африканистов с определением терминов, и не только специальных, особенных терминов, но и понятий, которые вошли в русский язык с незапамятных времен. Как быть со словами «черный», «белый»? Они привычны. И в самой Африке они еще отнюдь не вывелись. Но все же сейчас в них видится и расистский оттенок. Еще сложнее - с термином «цветной». В Южной Африке так принято называть людей смешанной крови - таких там несколько миллионов. У нас этот термин непривычен. Ну а как его заменить? В каждом отдельном случае объяснять, о ком идет речь?
А термины «племя», «племена». Насколько точно они определяют этнические общности доколониальной Африки, и тем более, колониальной? А современной?
А слово «вождь»? Профессор А.С. Балезин, один из авторов и редакторов нашей книги, скрупулезно изучал существующие трактовки этого понятия применительно к Африке - как доколониальной, так и позднейших времен - и пришел к такому заключению:
Для доколониальной Африки под словом «вождь» у разных авторов подразумеваются различные представители традиционных властей - т. е. людей, имевших статус власти по традиционным нормам того или иного общества. Это могли быть и деревенские старейшины, и главы кланов, и наместники верховных правителей, и сами эти правители. Строго говоря, вождями правильно называть только тех из них, которые являлись главами вождеств, особых социальных организмов универсальной стадии развития общества, предшествовавшей формированию государства.
В колониальной Африке вождями нередко называли выходцев из семей, относящихся к традиционным властям. Этот термин, строго говоря, также неправильный, ибо характер и сущность полномочий традиционных властей в условиях колониального общества преiiiiiiiiiiiiiiiiiii
11
IllillUIIIUlinil


терпели значительные изменения. Словосочетание же «колониальный вождь» корректно, если обозначает представителя африканской части колониальной администрации. Европейцы и называли официально таких людей вождями: «chiefs» по-английски, «chefs» по- французски, «Häuptlinge» по-немецки. Колониальные вожди далеко не всегда были выходцами из традиционной аристократии, но даже если это было и так, источник их власти и полномочия в колониальном обществе были принципиально иными.
В независимых африканских странах вплоть до сегодняшнего дня можно услышать, как того или иного человека называют вождем, иногда это слово становится частью его имени (например, «вождь Лутули»). Это значит, что данный человек - выходец либо из семьи, обладавшей властным статусом в доколониальные времена, либо из семьи колониальных вождей.
Были и более частные вопросы и трудности. Как же без них?
В конце книге дается перечень терминов, их объяснение, и указатель имен.
♦ ♦ ♦
Вряд ли мы можем надеяться, что опираясь на существующие сейчас сведения и даже на опубликованные книги- биографии, можем вполне достоверно раскрыть судьбу каждого из наших персонажей. «Хорошо написанная биография - такая же редкость, как и хорошо прожитая жизнь». С этим мнением Карлейля нелегко спорить. Как и с Евгением Евтушенко:
У каждого - свой тайный личный мир. Есть в мире этом самый лучший миг.
Есть в мире этом самый страшный час, Но это всё неведомо для нас.
Но все же нам кажется, что в ходе работы мы, авторы, лучше поняли африканцев и историю их стран. Очень надеемся, что такое же впечатление будет и у читателей. Мы стремились, повторяю, не просто дать биографии, но через биографии высветить историю Африки. Сделали это издание «Историей Африки в биографиях». Так же, как до этого готовили не сборники документов, а «Историю Африки в документах».
Конечно, мы не считаем, что этой книгой охватили и осветили жизнь Африки последних двухсот лет. Но надеемся, что она все же дает представление об этом прошлом через деятельность наиболее ярких личностей.
Да и не только о прошлом. Многие из тех, о ком здесь идет речь, - наши современники. Образы этих людей помогают яснее разглядеть и многогранную сегодняшнюю жизнь стран Черного континента.
Каждый раздел открывается предисловием, где сказано о его специфике.
Мы, африканисты Института всеобщей истории, приносим глубокую благодарность тем коллегам из других научных учреждений, которые участвовали в подготовке этого труда. И Российскому государственному гуманитарному университету, который согласился его издать.
Аполлон Давидсон


Южная Африка


ПРЕДИСЛОВИЕ
Среди других регионов Африканского континента Юг1 выделяется тесным переплетением европейской и африканской истории и культуры. Португальские каравеллы появились у мыса Доброй Надежды еще в 1488 г., а уже через десять лет Васко да Гама открыл путь в Индию, обогнув южную оконечность Черного континента. В XVII в. здесь появилась первая европейская переселенческая колония, основанная в 1652 г. Голландской Ост-Индской компанией. Наконец, Южная Африка стала местом рождения нового народа - африканеров (буров), создавших свою собственную самобытную культуру, европейскую по своему происхождению, но приобретшую на африканской почве неповторимое своеобразие.
Сами африканцы, столкнувшись с новой для них реальностью, совершенно по-разному реагировали на ее вызовы. Уже к началу XIX в. здесь встречается вся гамма противоречий, с которыми большинство стран Африканского континента оказалось лицом к лицу в конце столетия, а в ряде случаев лишь в XX в.
Однако нельзя связывать единство судеб стран южноафриканского региона исключительно с появлением европейцев. Здесь еще в доколониальный период сложилась своеобразная система социальных связей и меновой торговли, объединявшая различные этнические общности, часто располагавшиеся за сотни километров друг от друга. Ярким проявлением подобного единства стали события мфец’ане/дифаг’ане1 2 1820— 1830-х годов, когда масштабные переселения народов охватили большинство стран Юга Африки - территории современных ЮАР, Ботсваны, Свазиленда, Лесото, Зимбабве, Мозамбика и Малави. Само продвижение европейцев в глубинные районы континента проходило по путям, существовавшим еще с глубокой древности. Известная «дорога миссионеров», пролегавшая по восточной границе Калахари, еще в доколониальную эпоху служила для африканцев одним из важнейших путей миграций и меновой торговли. По этому же пути в 1890 г. отправился на покорение территорий современных Зимбабве и Замбии первый отряд «пионеров» С. Родса.
Роль европейского колониализма в истории Африки до сих пор вызывает горячие споры. Иногда они выплескиваются на политические и общественные трибуны. Авторы настоящего 1 Применительно к данному изданию авторы включают в понятие «Юг Африки» следующие страны: Анголу, Ботсвану, Замбию, Зимбабве, Лесото, Малави, Мозамбик, Намибию, Свазиленд, ЮАР.
2 В языках некоторых народов южных банту и койсан присутствуют щелкающие звуки, которые в латинской графике обозначаются буквами с, q и х. В русской транскрипции мы передаем их условно знаками ц’ (соответствует зубному щелкающему звуку с), г" (соответствует небному щелкающему звуку ç), и к* (соответствует боковому или латеральному щелкающему звуку х). Однако часть географических названий и имен мы воспроизводим, следуя уже установившейся в русской литературе традиции (например: коса, Кечвайо, Нгкика и др.): см.: Ольдерогге ДА., Потехин И.И. Предисловие // Брайант А.Т. Зулусский народ до прихода европейцев. М., 1953. С. 9-10.
IIIIIIIIIIIIIIIUII
iiitmiiiiiiiiiiii


тома не стремились расставить в этом вопросе все точки над «i». Вряд ли это удастся сделать в обозримом будущем и всему профессиональному сообществу, занимающемуся исследованием истории колониализма. Нашей задачей было лишь показать через личности и жизнь наших персонажей неоднозначность европейской колонизации и ее роли в судьбе африканских народов. А она была далеко не только отрицательной. Большое значение имеет уже то, что христианские миссионеры стали создателями письменности на многих африканских языках. К этому можно добавить строительство дорог, школ, больниц, развитие горнодобывающей промышленности. На европейской культуре росла и воспитывалась первая африканская интеллигенция. Хотя было и другое: жестокость и надменность в обращении с африканцами, захват их земель, введение порядков расовой сегрегации. Эти факты мы тоже постарались не обойти вниманием.
В XX в. Юг Африки приковывал к себе внимание всего мира. Здесь началась первая большая война прошлого столетия, в которой могущественной Британской империи противостояли две небольшие бурские республики - Трансвааль и Оранжевое свободное государство. Здесь дольше всего сохранялось наследие европейского колониализма: Ангола и Мозамбик обрели независимость от Португалии в 1975 г., белые поселенцы Зимбабве (тогда она называлась Родезией) вели войну за сохранение своего господства вплоть до 1979 г., Намибия обрела государственный суверенитет лишь в 1990 г., а первые нерасовые выборы, положившие конец политики апартхейда, прошли в ЮАР в 1994 г. Да и сейчас, в начале XXI в., прошлое продолжает о себе напоминать: страны Юга Африки испытывают значительные экономические трудности, еще не завершилось становление их политической системы, этнические конфликты подрывают их внутреннюю стабильность. Слишком свежи еще раны, нанесенные в годы былых противостояний, и чтобы их излечить понадобится еще не одно десятилетие.
Хронологические рамки раздела «Южная Африка» - XIX - начало XXI в. Охват периода продолжительностью в два столетия позволяет проследить основные этапы развития колониальной системы, показать эволюцию современных африканских обществ. Ключевыми событиями в истории региона в XIX в. стали возвышение зулусской державы при Чаке в 1818-1828 гг., так называемые «кафрские» войны, которые вела Капская колония с коса, «Великий трек»- переселение буров из пределов английских владений в глубинные районы Южной Африки, завершение раздела региона между европейскими державами в последней трети XIX в. и, конечно, история антиколониального сопротивления африканских народов. Особое внимание авторы тома попытались уделить процессам культурной трансформации, протекавшим в африканским социуме.
XX в. проходил по всей Африке под знаком борьбы африканских народов против европейской колонизации. Однако на юге континента этот процесс обладал своей спецификой. Судьбы африканеров, южноафриканцев и зимбабвийцев английского происхождения и собственно черного большинства в этот период оказались неразрывно связаны между собой, что мы и попытались отразить через биографии наших персонажей. На страницах этого тома читатель познакомится с политиками, религиозными лидерами и крупнейшими деятелями культуры стран Юга Африки. История формирования крупнейших народов региона и их антиколониальной борьбы прослеживается через биографии Чаки, Кечвайо, Лобенгулы и других африканских лидеров XIX в. Личности С. Родса и IIIIIHI1I illunii
iiiiiiiiiiniiiiiii


П. Крюгера олицетворяют собой два направления европейской колонизации - английское и африканерское. Формирование африканской интеллигенции показано в биографиях Дж. Т. Джабаву, П. Семе, С.Ч. Плааки и Ж. де Фонтиш Перейры. Подъем антиколониального движения странах Юга Африки в XX в. предопределил особое внимание авторов к личностям его лидеров (Н. Мандела, Р. Мугабе, А. Нето, Э. Мондлане и многих других), но мы также включили в том биографии Я.Х. Смэтса, Я. Смита, Д.Ф. Малана, П.В. Боты и других политических деятелей, представляющих африканеров и южноафриканцев английского происхождения. Юг Африки в XX в. подарил миру целую плеяду талантливых писателей, лауреатов Нобелевской премии по литературе (Дж. Кутзее, Н. Гордимер). С их жизнью и творчеством читатели также смогут познакомиться на страницах этой книги.
Конечно, мы не могли в полной мере охватить все страны и написать о всех людях, сыгравших свою роль в истории Юга Африки. Мы лишь в начале этого пути и надеемся, что у нас будут продолжатели и в будущем появится еще не одно исследование, где главным предметом описания будут человеческие судьбы и характеры с их надеждами и предубеждениями, взглядами и оценками, чувствами и желаниями. Только так можно понять, что двигало людьми, боровшимися за достижение порой совершенно разных целей.
А.В. Воеводский


Питер Генри АБРАХАМС
Peter Нету Abrahams, 19.III.1919
Южноафриканский писатель и журналист. Он был одним из немногих «цветных» южноафриканцев, кто писал по-английски и имел большой успех за пределами Южной Африки. Большинство его романов вышли в свет уже более полувека назад, но до сих пор пользуются популярностью. Почему? Наверное, потому, что главной их темой является расовая дискриминация - проблема, которая не теряет своей актуальности и сейчас. Потому что Абрахамс позволяет взглянуть на все глазами «небелого», «неевропейца». И делает он это «не из протеста и не для критики [европейцев], а из желания привлечь внимание к месту неевропейцев в завтрашнем мире»1.
Питер Абрахамс родился в пригороде Йоханнесбурга Фредедорпе. Его отец, Джеймс Генри Абрахамс Дерас, был выходцем из Эфиопии. Мать, Анжелина дю Плесси, из «смешанной» семьи (ее отец был французом, мать - африканкой). Отец Абрахамса умер, когда Питер был совсем ребенком. Абрахамсу пришлось подрабатывать мытьем посуды и уборкой, чтобы помочь семье и хоть немного заработать на учебу. Небелым в 1920-1930-е годы приходилось нелегко: нищета, унижения, невежество. «Жизнь там не допускала ни самоуважения, ни достоинства»1 2, - писал Абрахамс позже. В школу он пошел в девять лет, не умея ни писать, ни читать. В колледже Грейс Дьо (недалеко от Питерсбурга) он учился в классе, где первым языком являлся африкаанс, а большинство учителей и детей были белыми. Но Абрахамс очень тепло отзывался о них. Африкаанс казался ему настолько красивым и мелодичным языком, что он даже написал несколько стихотворений на нем.
По окончании Грейс Дьо Абрахамс попал в колледж св. Петра в Йоханнесбурге. Именно период учебы там, как он считал, сильнее всего повлиял на формирование его личности. Он познакомился с интеллигентной еврейской семьей, которая пригласила его в свой дом. Они проводили вместе вечера, обсуждая проблемы добра и зла, справедливости, любви и ненависти, равенства и гуманизма3. В то же время Абрахамс увлекся идеями коммунизма. Но то, что он видел в коммунистическом движении, - идеи равенства всех народов и рас - не всегда соответствовало действительным целям южноафриканского коммунистического движения тех лет. Абрахамс писал о коммунистах, возможно, распространяя свои более поздние лондонские впечатления на Южную
1 http://www. answers, com/topic/peter-abrahams
2 Филатова И.И. Главная тема творчества южноафриканского писателя: к 70-летию Питера Абрахамса // Вестник МГУ. Сер. 13. Востоковедение. 1991. № 1.
3 Там же.
IIIIIIIIIIIIIIIIIH
I llllllllllinillll


Африку: «Если бы только они оставляли место для жалости, сострадания, милосердия... Если бы делали скидку на человеческое сердце...»4
После колледжа Абрахамс пытался устроиться журналистом, но безуспешно. «Марксистские газеты считали его слишком консервативным, газеты черных - слишком радикальным, а газеты белых просто не могли взять на работу небелого»5. Кроме того, Абрахамс связался с индийскими коммунистами, и у него возникли проблемы с полицией. Вскоре после начала войны Абрахамс решил покинуть Южную Африку и переехать в Лондон. «Я должен был сделать выбор: бежать или поддаться разрушающему воздействию захлестнувшего меня чувства горечи и разочарования»6, - писал он.
Абрахамса переполняла ненависть ко всем белым, несмотря на то, что он встречал среди них и очень отзывчивых людей. Он признавался: «Я достиг той точки, когда даже дружественные жесты белых воспринимались с подозрением»7. Но Абрахамс не хотел ненавидеть белых. Он хотел достичь гармонии и равенства между людьми разных рас. Именно это и стало, пожалуй, главной темой его романов. «Смешанный брак между людьми разных национальностей — будь то между черными и белыми, или красными, или розовыми — предваряет ту наивысшую форму взаимоотношений между национальностями, при которой человек будет по-настоящему свободным»8, — так выразил Абрахамс свое тогдашнее кредо. Любовь - в центре всех первых романов Абрахамса («Горняк», «Тропою грома»).
В 1956 г. Абрахамс публикует свой самый знаменитый и, пожалуй, самый спорный роман «Венок Майклу Удомо» («А Wreath for Udomo»). За четыре года до так называемого «Года Африки» Абрахамс описал, по сути, весь путь национально-освободительных движений - от романтической и справедливой идеи о революции и передачи власти «черному большинству» до проблем, с которыми сталкиваются эти революционные правительства после прихода к власти. Главный герой, Удомо, участвует за границей в кружке, разрабатывающем план восстания против колониальных властей в выдуманной африканской стране Панафрике. Приехав туда, он понимает, насколько этот план расходится с реальностью. Но ему удается захватить власть и встать во главе государства.
Абрахамс сам к тому времени прожил немало лет вдали от родины, но блестяще передал настроения, царившие в Африке. «Вы завоевали нас, - говорит один из героев романа начальнику канцелярии английского правительства, - мы покорились силе. И вы могли править нами, пока мы питали уважение к этой силе. Теперь многое изменилось. Ваше могущество идет на убыль. Отличительная черта нашего времени - крушение колониального строя»9. В 1960 г. независимость получили 17 африканских стран. К власти пришли лидеры антиколониальных движений. Наверное, всем им казалось, что теперь их страны пойдут другим путем, что восторжествует справедливость. Но, как говорит главный герой Абрахамса, «управлять страной труднее, чем завоевать власть»10. Удомо - 4 http://ru. wikipedia.org/wiki/nHTep_A6paxaMC.
5 http://www.answers.com/topic/peter-abrahams.
6 Ibid.
7 Филатова И.И. Указ. соч.
8 Там же.
9 Абрахамс П. Венок Майклу Удомо: Роман / Пер. с англ. В. Ефановой. М.. 1965. С. 162.
10 Там же. С. 288.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii
IIHIIIIIIIIIIHIII


талантливый революционер, который прекрасно понимал, что нужно делать, чтобы свергнуть старое правительство, чья власть уже и так ослабевала. Он понял, что должен отсидеть в тюрьме, где он «станет той силой, которая сплотит народ»11. Он также видел три главные проблемы своей страны, которые не смогло решить колониальное правительство: «белые, бедность и прошлое»11 12. Но он не думал, насколько на самом деле сложно решать эти проблемы, какая ответственность лежит на лидере.
Придя к власти под лозунгом «Выгнать из страны всех белых до единого», Удомо только потом осознал, что это может обернуться катастрофой. «Они нужны нам, нам нужны их знания и опыт», - пытается он объяснить своим друзьям. Но лозунг «африканизации» оказался более притягательным для населения Панафрики и соратников Удомо. Известно, что очень многие африканские страны после получения независимости отстраняли белых не только с правительственных постов, но и с ведущих должностей на производстве, в науке и искусстве. Некоторые страны пошли и на более радикальные меры: президенту Ливии Муамару Каддафи уже в конце 1960-х удалось изгнать из страны более 20 тыс. белых (в основном итальянцев), а президент Зимбабве Роберт Мугабе выступает с открытыми призывами отнимать землю у белых, вынуждая их таким образом уезжать. Даже в ЮАР, которая проводит «африканизацию» более мягкими способами, при приеме на работу предпочтение отдается черным специалистам.
Еще большую проблему Майкл Удомо видел в племенном строе Панафрики, который невозможно изжить. «Этот строго продуманный ритуал, основанный на страхе и беспрекословном подчинении, это полное подавление человеческой личности. Какая благодатная почва для создания диктаторского государства! »13 - говорит он... Сейчас мы видим, что в XXI век африканские страны шагнули с тем же грузом клановых и этнических проблем. Президентам до сих пор приходится считаться с некоторыми отжившими традициями и племенными обычаями. Иногда главы государств ведут себя как вожди племен, пропагандируют свою этничность и возвращение к старым традициям (как, например, новый президент ЮАР Джейкоб Зума, не скрывающий свою приверженность многоженству и другим зулусским традициям). Возвышение одного клана или племени часто ведет к конфликтам с другими. Противоречия, трения, а часто и прямые столкновения на этнической почве стали реальностью для всей современной Африки.
Но трудности, с которыми приходится бороться африканским странам, подчеркивает Абрахамс, - это не нечто, свойственное только африканскому континенту и вызванное его «отсталостью». Тот же путь, только чуть раньше, приходилось проделать, пожалуй, всем странам мира. «Мы, европейцы, - замечает глава службы безопасности британских властей, - прошли тот же путь. Проделывали штуки и почище. Только все это было давно, а у людей короткая память»14.
Знаменитый американский писатель Питер Бенчли как-то сказал: «Тот, в чьих руках власть, всегда одинок». Абрахамс описывает путь Удомо и его мучительный выбор между друзьями и их идеями и его собственными планами модернизации страны. «Что делать, когда передо мной выбор, - предать тебя или предать 11 Там же. С. 142.
12 Там же. С. 276.
13 Там же. С. 219.
14 Там же. С. 271.


мечту всей моей жизни?» - говорит он своему старому другу. И в итоге жертвует именно друзьями, веря, что действует во благо страны. Он осознает, что его вряд ли поймут, «а те, кто придут нам на смену, будут судить нас, и судить строго»15. Впрочем, это, пожалуй, неизбежно для любого правительства: каждое следующее будет судить и критиковать предыдущее и клясться, что при нем все будет иначе...
Роман «Венок Майклу Удомо» вызвал невероятные споры. О нем писали, казалось, все крупнейшие европейские газеты, о нем говорили президенты и премьер-министры. Автора обвиняли то в излишней политичности, то, наоборот, в философствовании, то в натурализме, то в полном уходе от реальности. В Советском Союзе роман сначала назвали «политически вредным»16, боялись, что он посеет у советских читателей неверие в скорую победу социалистических тенденций в молодых государствах Африки17. Поэтому в отличие от романа «Тропою грома», который перевели моментально (на английском он вышел в 1948, на русском - в 1949 г.), вопрос об издании «Венка» рассматривался четыре года.
Что до самого Абрахамса, он еще до написания «Венка» переехал на Ямайку, где живет до сих пор. Много лет проработал на Радио Ямайки сначала в качестве редактора, а потом и в качестве его главы. В 1966 г. Абрахамс выпустил в свет еще один роман - «Остров сегодня» («This Island Now»). В центре внимания автора - проблема расизма, посредством которого, согласно Абрахамсу, диктатор видит новый способ внушить гордость своему народу, «поднять его с колен». Но только скоро такому лидеру приходится платить и соответствующую цену: «Недалек тот час, когда ему неизбежно придется применить против народа столь же жестокие меры, как те, что он применял против врагов народа, ибо он еще только приступил к осуществлению главной задачи - создать гордый и независимый народ, крепко стоящий на ногах. И великая битва за этот народ была еще впереди... А это будет трудная битва, и ему придется прибегнуть к помощи партии, и полиции, и армии, и службы безопасности...»18 Абрахамс предостерегает не только народы Карибских островов, а вообще весь мир: нельзя отвечать расизмом на расизм. Это тупиковый путь.
После «Острова» Абрахамс 19 лет не писал романов. Впрочем, он продолжал заниматься журналистикой и работать на радио. В 1985 г. вышел самый большой роман Абрахамса - «Вид из Коябы» («The View from Coyaba»). В нем писатель, по сути, переписывает историю черной расы от ее порабощения до проблемы самоопределения и поисков себя в современном мире. Роман во многом автобиографичен. Абрахамс пытается пройти вместе с читателем длинный путь к преодолению расовой разобщенности через любовь и добро. Продолжением этих размышлений писателя об истории, политике и о себе стал еще один том автобиографии, вышедший в 2000 г. Абрахамс назвал его «История черной расы в двадцатом веке: автобиография и размышления» («The Black Experience in the Twentieth Century: An Autobiography and Meditation»). Абрахамс на примере собственного опыта показывает, как трудно «цветным» найти себя и интегрироваться в общество - как в Старом свете, так и в странах «Третьего мира».
15 Там же. С. 256.
16 Давидсон А.Б. Я вас люблю. Страницы жизни. М., 2008. С. 229.
17 Давидсон А., Филатова, И, Россия и Южная Африка: три века связей. М., 2010. С. 282.
18 Филатова И.И. Указ.соч.
IIIIIII1IIIIIIIIHI 21
llllllltllirillllll


Главным же вопросом для него при этом остается все тот же: как преодолеть этот многовековый негативный опыт неприятия других рас и национальностей. Для себя лично Абрахамс, кажется, нашел решение: и первая, и вторая его жены - белые. В межрасовом браке он видит символ слияния, примирения, «одной крови».
В одной из рецензий на автобиографию Абрахамса говорилось: «Это, прежде всего, автобиография человека, который многое пережил и ему есть, что сказать миру. Его путь к правде и свободе не был простым, но он всегда имел смелость надеяться, писать и говорить»19. Конечно, Абрахамс так и не дал в своих книгах ясного ответа, как человечеству избавиться от страшной болезни - расизма. Но уже то, что он обратил особое внимание на эту проблему, сумел предложить пути решения заставляет уважать этого человека. Он преодолел путь от агрессии к белым до любви к ним как к равным. В своей первой автобиографии « Пароль - свобода» («Tell the Freedom»), написанной им в 35 лет, Абрахамс со злостью признавался, что вся его жизнь «была подчинена надписи на табличке, часто невидимой, но от этого не менее реальной. Надпись гласила: “Только для белых”». И грозил: «Мир сегодня принадлежит европейцам... Два миллиона белых не могут вечно господствовать над десятью миллионами небелых. Когда-нибудь им, возможно, придется подчиниться той же аргументации силы, которую они навязали нам своим отношением»20.
Действительно, «мир белых» рушится на глазах. Все большей силой становятся страны Латинской Америки, Азии и Африки. Миграции способствуют «перемешиванию» людей разных рас и национальностей. Проблемы сосуществования людей, которые так волновали Абрахамса, тревожат сейчас, пожалуй, каждого человека, в какой бы стране он ни жил. И, возможно, тот путь, который выбрал для себя Абрахамс, - путь индивидуального примирения, любви и добра - мог бы помочь смягчить возникающие конфликты. Ведь если отвечать фанатизмом на фанатизм и предрассудком на предрассудок, считает Абрахамс, это «приведет к потере связи с историей, с насчитывающим вот уже две тысячи лет восхождением человека от темноты к звездам. А если эта связь будет утрачена, сражение будет проиграно, несмотря на победу»21.
М. С. Курбак
Сочинения
Dark Testament. L.: Allen & Unwin, 1942.
Song of the City. L.: Dorothy Crisp, 1945. Mine Boy. L.: Dorothy Crisp, 1946.
The Path of Thunder. N. Y.: Harper, 1948. (pyc.: Тропою грома. M., 1949)
Wild Conquest. N.Y.: Harper, 1950. (рус.: Случай в Малайском квартале. М. Нева. 1963. № 4).
Return to Goli. L.: Faber & Faber, 1953.
Tell Freedom. N. Y.: Knopf, 1954.
A Wreath for Udomo. N. Y: Knopf, 1956. (pyc.: Венок Майклу Удомо / Пер.с английского В. Ефановой. М., 1965).
A Night of Their Own. N. Y.: Knopf, 1965.
This Island Now. L.: Faber, 1966; revised edition, Faber & Faber, 1985 (рус.: Остров сегодня. M., 1966).
The View from Coyaba. L: Faber & Faber, 1985.
The Black Experience in the Twentieth Century: An Autobiography and Meditation. Bloomington: Indiana University Press, 2000.
19 http://www.answers.com/topic/peter-abrahams.
20 Филатова И.И. Указ. соч.
21 Там же.


Литература
Филатова И.И. Главная тема творчества южноафриканского писателя: к 70-летию Питера Абрахамса // Вестник МГУ. Сер. 13. Востоковедение. 1991. № 1.
Jackson S.-А. Peter Abrahams’s Mine Boy: a study of colonial diseases in South Africa // Research in African Literatures. 2007. 22nd December.
Larson Ch. R. Self-Exile From Wretchedness: South African novelist Peter Abrahams left his homeland amid the horrors of apartheid and resettled in Jamaica // The World and 1.2002. March. P. 260.
Mason Ph. Review // International Affairs. 1955. January. Vol. 31. № 1. P. 93-94.
Thomas C. The pen is mightier // Daily Dispatch. 1999. October 29lh.
Peter Abrahams at 70. Southern African Review of Books // URL: http://www.uni-ulm.de/ rturrell/antho4html/Wade.html (March 23, 2003)


Сидней Персивал БАНТИНГ
Sidney Persival Bunting;
29.VI.1873-25.V.1936
Один из основателей Коммунистической партии Южной Африки (КПЮА, Communist Party of South Africa) и ее лидеров в 1920-х годах.
Родился в Лондоне в либеральной семье богатых и успешных уэслеянцев - методистов, последователей Джона Уэсли (1703-1791). Его отец, Перси Бантинг, был юристом, журналистом и политиком. Он был почитателем У. Гладстона, ставшего в последние годы своей жизни близким другом семьи Бантингов. Дом Бантингов был центром дискуссий и кипучей деятельности лондонской либеральной интеллигенции, и Сидней с раннего детства слушал споры о последних политических событиях. В школе он изучал историю, классическую литературу и латынь и занимался музыкой. Он был примерным учеником и легко поступил в Оксфордский университет, продолжил там изучение классической литературы. Бантинг занимался изучением Гомера, Виргилия, Демосфена и Цицерона; он по-прежнему увлекался музыкой и основал Музыкальный союз Оксфордского университета. Был блестящим студентом, неоднократно побеждал на конкурсах и получал престижные награды, но преподавать в Оксфорде - высшая награда, которой он добивался, - его не оставили. Бантинг решил пойти по стопам отца и стал юрисконсультом одной из фирм в Сити. Кроме того, он стал членом Фабианского общества, выступавшего за эволюционное преобразование капитализма в социализм.
До 1900 г. жизнь Бантинга была успешной и интеллектуально насыщенной, но вполне предсказуемой. В 1900 г. началсь Англо-бурская война, и Сидней отправился волонтером в Южную Африку защищать империю против буров: он считал, что власть Британии будет на пользу любому «менее развитому» обществу. Впрочем, возможно, что на его решение оказали влияние и чувства: Бантинг ринулся на войну только после того, как стало ясно, что ему не разрешат жениться на двоюродной сестре, которую он любил, и после того, как ее - одну из первых женщин-медиков Англии - отправили на работу в Египет. Женился он лишь через 16 лет.
После окончания войны Бантинг остался в Южной Африке и зажил так же, как жил в Лондоне: работа юристом, престижный Ранд-клуб, Йоханнесбургское музыкальное общество. Но теперь он вращался в кругах Южноафриканской лейбористской партии (South African Labour Party) и к 1910 г. втянулся в политику. Первая же забастовка, свидетелем которой он стал, - стачка белых горняков в 1913 г. - потрясла его, с одной стороны, откровенным расизмом забастовщиков, с другой - жестокостью, с которой она была подавлена. В 1915 г. вместе с горсткой коллег, отколовшихся от Лейбористской партии, он основал Интернациональную социа- IIIIIIIIIIIIIIHIII IUIII11IIIIIIIIHI


диетическую лигу, близкую своей программой к российским большевикам, которая с восторгом приняла Октябрьскую революцию 1917 г. в России. В 1921 г. Бантинг стал одним из основателей Коммунистической партии Южной Африки (Communist Party of South Africa, КПЮА) и ее первым казначеем. В том же году партия вступила в Коминтерн и стала его южноафриканским отделением. Бантинг был одним из самых активных и последовательных сторонников этого шага.
Для Бантинга такой поворот в жизни был поистине удивительным: к тому времени ему было уже 48 лет, он был женат, у него было двое детей и прекрасные перспективы карьеры как в бизнесе, так и в юриспруденции. Переселение в колонию обычно приводило к политическому сдвигу вправо, а не влево. Причин к тому, что Бантинг пошел в противоположном направлении, было несколько. Он издавна интересовался Россией, и события 1917 г. должны были сильно повлиять на него. Важнейшим фактором, вероятно, было влияние его жены Ребекки, русской еврейки из Литвы, привезшей в Южную Африку дух революционной России.
Бантинг занимал несколько руководящих постов в Интернациональной социалистической лиге и КПЮА и многие годы был бессменным редактором партийной газеты. Он работал на износ, не щадя своего здоровья и денег, в том числе и тех, что нужны были его семье. Он оставил юридическую практику, а позже отказался и от должности управляющего процветающей фермой своего двоюродного брата в провинции Натал. Семья жила очень бедно.
В отличие от большинства своих товарищей по партии - в то время почти исключительно белой - Бантинг считал, что необходимо привлекать в ее ряды представителей черного населения страны. Задолго до коминтерновской резолюции 1927 г., обязавшей КПЮА признать построение «независимой туземной республики» в Южной Африке своей главной целью, Бантинг работал над привлечением в партию африкенцев и уделял большое внимание отношениям между белыми и черными коммунистами. Нельзя сказать, что он единолично распространил влияние партии на африканцев, но он начал этот процесс и вложил в него весь свой талант и всю свою политическую страсть.
В 1922 г. Сидней и Ребекка были представителями ЮАКП на IV Конгрессе Коминтерна в Москве, но к концу 1920-х годов он навлек на себя гнев и своей партии, и Коминтерна. Он не понял лозунга «независимая туземная республика» (а не «пролетарская»), и пытался отстоять свою точку зрения. Когда это не удалось, он, верный партийной дисциплине, начал проповедывать «туземную республику». Но колебаний ему не простили.
Главным достижением политической карьеры Бантинга была его избирательная кампания 1929 г. в Тембуленде, тогда - части Капской провинции, населенной народом тембу. Для большинства его современников это были совсем дикие, неизведанные места, но часть черного населения там имела право голоса и могла выбирать своего (белого) представителя в парламент провинции. Сидней (ему было уже 56 лет), Ребекка и черный коммунист Гана Макабени отправились в повозке пропагандировать коммунизм и «независимую туземную республику» среди местного неграмотного сельского населения. Бантинг говорил, Макабени переводил на доступном для слушателей уровне. Путешествие было очень тяжелым: зимой в Тембуленде очень холодно, и к тому же местные власти - и белые, и черные - чинили кандидату всевозможные препятствия.
Конечно, Бантинг проиграл выборы, но он набрал больше 12% голосов, что для коммуниста в тех условиях могло iiiiiiiiiiitiiiini л iiiiiiHiiiiimiti


считаться победой. Пропаганда Бантинга оказалась столь успешной, что после возвращения он смог начать создание Лиги прав африканцев - некоммунистической организации, которая должна была объединить представителей самых разных африканских организаций в борьбе против готовившегося тогда дискриминационного законодательства. В декабре 1929 г. Лига провела даже конференцию, призвавшую всех африканцев к единству действий. Но Коминтерн эту инициативу не одобрил: его руководство считало, что бороться нужно не петициями, а радикальными революционными действиями и только под коммунистическими лозунгами.
На гребне кампании по «большевизации» коммунистических партий, проводившейся Москвой, Бантинга обвинили в «белом шовинизме» и правом уклонизме. Его поддержала большая группа африканцев, но в 1931 г. его исключили из партии за «использование реформистских социал-демократических методов», а затем и из всех руководимых коммунистами организаций, как, например, общество «Друзья Советского Союза». Бывшие ближайшие товарищи по партии развернули против него настоящую травлю. Исключение и развернутая против него кампания подорвали силы Бантинга и оставили его без средств к существованию: возвращаться к юридической практике было поздно, отношения с английской родней были давно испорчены его левыми взглядами.
Чтобы поддержать семью, он стал играть в оркестре на виоле, а Ребекка начала шить.
Бантинг дожил до VII конгресса Коминтерна, изменившего генеральную линию и по сути призвавшего именно к той тактике, которую Бантинг пытался проводить. Его реабилитировали, но он до этого не дожил. Он скончался 25 мая 1936 г.
А.Б. Давидсон
Литература
Давидсон А. Б. Южная Африка: становление сил протеста. М., 1972.
Davidson A.t Filatova /., Gorodnov V., Johns S.
(eds.). South Africa and the Communist International: a documentary history: In Two Vols. L., 2003.
Drew A. Between Empire and Revolution: A Life of Sidney Bunting, 1873-1936. L., 2007.
Johns S. Raising the Red Flag: the International Socialist League and the Communist Party of South Africa, 1914-32. Bellville, 1995.
Roux E.S. P. Bunting: A Political Biography. N.p., n.d. [1944].
Roux E. Time Longer than Rope: The Black Man’s Struggle for Freedom in South Africa. L., 1948.
Roux E., Roux W. Rebel Pity: The Life of Eddie Roux. L„ 1970.
Simons J., Simons R. Class and Colour in South
Africa, 1850-1950. L., 1968.


Луис БОТА
Louis Botha;
27.IX.1862-28.VIII.1919
Бурский генерал, политический и государственный деятель независимой Южно-Африканской Республики (Трансвааль), премьер-министр Южно- Африканского Союза (1910-1919).
Родился в Натале, в семье бурского фермера, но вскоре семья переехала в Оранжевое Свободное государство. Образование получил в немецкой миссионерской школе.
К началу 1880-х годов Луис Бота стал преуспевающем фермером-овцеводом в округе Фрайхейд. Для пастбищ требовалось много земли, и группа фермеров, в которую входил Бота, стала предпринимать попытки захвата земель в соседнем Зулуленде. Этому благоприятствовало то, что в это время зулусы находились в состоянии разрушительных междоусобных войн. Буры, воспользовавшись ситуацией, предложили военную помощь Динузулу, сыну Кечвайо, в обмен на земли на северо-западе Зулуленда. В августе 1884 г. между бурами и Динузулу было подписано соглашение о территориальных уступках со стороны зулусов. Бота был активным участником сражений в междоусобной войне в Зулуленде и стал одним из создателей на захваченных землях независимой бурской Новой республики. Однако просу шествовала она только до 1887 г., когда над землями зулусов был объявлен британский протекторат. Бота вынужден был вернуться в Трансвааль.
С этого времени он включился в политическую жизнь республики. В 1895 г. Бота был назначен представителем Южно-Африканской Республики в Свазиленд, а в 1897 г. избран в фолькс- раад (парламент) Трансвааля.
Наибольшую известность как политик и военный деятель Бота приобрел в годы Англо-бурской войны 1899-1902 гг. Он принимал активное участие в сражениях у городов Ледисмит, Коленсо, Симон-Копе. Именно отряд буров, руководимый Луисом Ботой, в середине ноября 1899 г. взял в плен Уинстона Черчилля, приехавшего на фронт в качестве корреспондента английской газеты.
После смерти генерала П. Жубера в марте 1900 г. Бота был назначен главнокомандующим вооруженными силами Трансвааля. Он вместе с другими бурскими генералами принимал решение о начале партизанской войны против англичан, которая продолжалась почти два года. Однако громадное превосходство британской армии и большие потери среди гражданского населения заставили бурское командование отказаться от сопротивления. Для переговоров с английскими военачальниками о заключении мира в Преторию прибыли генералы Луис Бота, Кристиан де Вет, Ян Смэтс, Якобус де ла Рей и судья Джеймс Герцог.
31 мая 1902 г. был подписан мирный договор, но которому бурские республиIIIIIHIIIIIIIIIIII
27
lllllllllllilllllll


ки становились английскими колониями (Трансвааль и Колония Оранжевой реки). После окончания войны бурские политические лидеры начали кампанию за скорейшее получение самоуправления.
Активизация политической жизни в новых колониях (митинги, письма протеста, прошедшие в 1903-1904 гг. бурские конвенты) была настолько велика, что британские власти предпочли пойти на уступки. Губернатор объявил о создании представительного правительства путем замены назначаемых членов Законодательного совета избираемыми.
Известие о предстоящих изменениях в конституционном устройстве Трансвааля и Колонии Оранжевой реки (КОР) ускорили оформление политических партий европейского населения. Одной из самых значимых стала бурская партия Хет Фолк (Het Volk, «Народ»), образованная в конце 1904 г. Луис Бота был одним из ее основателей и руководителем.
По конституции 1906 г. Трансвааль и КОР получили ответственные правительства. Выборы в парламенты колоний прошли в 1907 г. Партия Хет Фолк завоевала 37 мест, и Луис Бота возглавил правительство Трансвааля. В первый же день работы парламента, 20 марта 1907 г., правительство Боты провело так называемый «черный закон» о принудительной регистрации всех индийцев, а следом парламент одобрил Акт об ограничении иммиграции индийцев и высылки их из Трансвааля. Эти законодательные инициативы должны были продемонстрировать стремление правительства к примирению африканеров с англоязычным населением и намерение новых руководителей действовать в интересах всей белой общины. Такие законодательные меры вызвали небывалый подъем общественного движения среди индийского населения, во главе которого встал М.К. Ганди. Под его руководством началась кампания по бойкоту «черного закона» и гражданского неповиновения, получившая название «сатьяграха».
Предоставление самоуправления Трансваалю и КОР устраняло конституционные различия в статусе колоний и позволяло перейти непосредственно к объединению Южной Африки Для решения вопроса об объединении четырех английских колоний и создания единого государства был созван Национальный конвент. Его заседания проходили в 1908-1909 гг. Делегаты Конвента представляли лишь «белую» Южную Африку. Несмотря на долгие споры о форме государственного устройства, избирательных правах, столице страны, договоренность между лидерами англоязычных южноафриканцев и африканеров была достигнута. В августе 1909 г. британский парламент утвердил «Акт о Южной Африке».
31 мая 1910 г. было официально провозглашено создание нового доминиона Британской империи - Южно- Африканского Союза (ЮАС). Луис Бота стал премьер-министром первого правительства. Парламентские выборы, проведенные в сентябре 1910 г., принесли победу сторонникам Боты, получившим в парламенте 66 мест из 119. Направленность политики правительства Боты осталась прежней. При формировании правительства Бота продолжил курс на примирение африканерского и англоязычного населения, который он проводил в Трансваале начиная с 1907 г. В 1913 г. был принят Закон о землях туземцев, закрепивший земельное ограбление африканцев с целью увеличения притока дешевой рабочей силы на фермы, шахты и заводы «белой» Южной Африки.
С началом Первой мировой войны кабинет Боты принял решение об участии ЮАС в войне на стороне Англии. Была объявлена мобилизация войск для вторжения в Германскую Юго-Западную Африку (ЮЗА), которое началось 15 сентября 1914 г.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii Zö iiiiiiiiniiiiiiiii


Однако бурские националисты (генералы де Вет, де ла Рей, Христиан Бейере и Джеймс Герцог) резко протестовали против вторжения на территорию германских владений и требовали использовать ситуацию для провозглашения независимой бурской республики. Генерал Мани Мариц объявил о создании временного правительства, что послужило сигналом к вооруженному выступлению. 14 октября страна была объявлена на военном положении, и правительственные войска в декабре 1914 - январе 1915 г. разгромили мятежников.
После подавления восстания Бота стал главнокомандующим вооруженными силами ЮАС и возглавил дальнейшие военные операции на территории ЮЗА. Военная кампания в ЮЗА окончилась в июле 1915 г. Луис Бота и немецкий губернатор ЮЗА подписали условия капитуляции. В дальнейшем южноафриканские войска принимали участие в войне против Германии на фронтах в Восточной Африке, в Египте и Европе.
28 июня 1919 г. был заключен Версальский мирный договор. От имени ЮАС его подписали премьер-министр Луис Бота и министр национальной обороны Ян Смэтс. Для Луиса Боты это было последним событием в его бурной военной и политической жизни. Он умер 28 августа 1919 г.
Р.Р. Вяткина
Литература
Цетлин М. Война буров за независимость. М., 1940.
Никитина ИА. Захват бурских республик Англией. М., 1970.
Вяткина Р.Р. Создание Южно-Африканского Союза (1901-1910). М., 1976.
Buxton Е. General Botha. L, 1924.
Giliomee H. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004.
Williams B. Botha, Smuts and South Africa.
N. Y., 1948.
Приложение
В этом приложении помещена статья Соломона Плааки, посвященная памяти недавно скончавшегося первого премьер-министра Южно-Африканского Союза Л. Боты. Она представляет значительный интерес как свидетельство африканца, к тому же входившего в число основателей Южноафриканского туземного национального конгресса (будущего АНК). Статья не лишена некоторой идеализации образа Луиса Боты, но в тоже время хорошо отражает всю сложность и многогранность отношений, существовавших между белыми и чернокожими общинами Южной Африке в начале XX века. Статья была опубликована в журнале «Эфрикен Уорлд» («African World»), издававшемся в Лондоне, 6 сентября 1919 г. В настоящем издании перевод публикуется по: Sol Plaatje Selected Writings / Edited by Brian Willan. Johannesburg, 2001. P. 241-247.
Покойный генерал Луис Бота
Всего два месяца минуло, как ушел из жизни достопочтенный У.Ф. Шрейнер, верховный комиссар Южной Африки и бывший премьер колонии мыса Доброй Надежды. Сегодня ввергнутая в печаль Империя оплакивает потерю генерала Боты. Сообщение о его смерти стало трагическим ударом: практически никто не слышал, чтобы ему когда-нибудь нездоровилось. Для его друзей-туземцев, а у него их было много, ужасная своей внезапностью смерть «Ла Висы»1, стала 1 Прозвище Боты на языке исикоса, означает «приятный человек».
IIIIIIIIIIIIIIIHII HIIIIIHIIilllilll


громом среди ясного неба. Ее неожиданность затмевает даже поразительное возвышение покойного генерала, который происходил из обычной семьи бурского фермера и смог подняться до положения самого значительного белого человека в Африке - единственного голландца2, который сидел за одним столом и обедал с сыном королевы Виктории.
Туземцы Южной Африки пребывают в худшем положении по сравнению с тем, в котором находятся чернокожие люди в других частях того же континента, можно сказать, что генерал Бота был посредником между туземцами и господствующим среди колонистов мнением в пользу дальнейшего снижения их статуса. Занимая должность премьер-министра Трансвааля, он одновременно был председателем правящей тогда партии - «Хет Фолк», и в ходе ее съездов он часто подвергался нападкам за то, что не принимал законов, налагающих дальнейшие ограничения на туземное население Трансвааля. Он оправдывался всегда тем, что было бесполезно принимать подобный закон, так как Его Величество король его никогда не утвердит. Имперское правительство, приняв конституцию Союза3, которая целиком вверяла управление туземным населением колониальному правительству, лишило премьера его старого оправдания и заложило основу проблем в межрасовых отношениях для генерала Боты и беспокойства для туземцев. Я видел в голландских газетах, поддерживавших правительство одно время, но в последующем объединившихся с генералом Герцогом4 против премьера, несколько вызывающих тревогу предложений. Некоторые из этих предложений пользовались достаточной популярностью: «Теперь, когда мы обладаем полной властью над туземным населением, чего ждет Бота? Мы выступаем за принятие более строгого закона о пропусках, который остановил бы все передвижения туземцев, и мы хотим введения полного запрета на занятия туземцами фермерским хозяйством». Следует напомнить, что, по признанию генерала де Вета, он поднял восстание, потому что мировой судья оштрафовал его на 5 шилл. за то, что он выпорол туземца.
Закон о землях туземцев5
Некоторые английские6 газеты были ничуть не лучше. И это сделало его положение почти невыносимым: когда он избегал Сциллу ([образ] бурского тирана), он попадал к Харибде ([изображался как] английский колониальный негрофоб). Некоторые из подобных статей достаточно часто встречались в английском «Фар- мерз Уикли» («Farmer’s Weekly»), выходившем в Свободном государстве: «Это верно, что мы ограничили передвижение туземцев так, что его (туземца. - А. В.) нельзя увидеть вне своего дома без про2 Здесь и далее под голландцами подразумеваются африканеры, большая часть которых была потомками голландских колонистов.
3 Имеется в виду принятие в 1909 г. Акта о Южной Африке, согласно которому был образован Южно-Африканский Союз.
4 Герцог Джеймс Барри (1866-1942) - бурский генерал и политический деятель; был одним из основателей партии «Оранжия Юни», занимал пост министра по туземным делам ЮАС (1910-1912) в правительстве Боты. После ухода из правительства основал Национальную партию. В 1924-1939 гг. - премьер-министр ЮАС.
5 Согласно этому закону, принятому парламентом ЮАС в 1913 г., за пределами специально отведенных для коренного населения резерватов, составлявших лишь 8% территории страны, африканцы лишались права владеть землей.
6 То есть англоязычные.
IIIIIIIIIIIIMIIIII >1/ IIHIIIIIIIIIIIIIII


пуска. Но когда в его кармане есть пропуск, его все еще допускают к общественным дорогам. Когда правительство исправит это? Туземца нужно заставить почувствовать, что если он не слуга на службе у хозяина, он никуда не может поставить даже ногу».
«Закон о землях туземцев», принятый при ожесточенном сопротивлении туземцев и ликовании белых фермеров, был уступкой подобному давлению. Когда туземцы нашли обстановку настолько невыносимой, что стали оставлять Трансвааль и Свободное государство тысячами, белые фермеры изменили свою позицию и обвинили правительство Боты в том, что оно не обеспечило их туземной рабочей силой.
В это время скончался достопочтенный Я.В. Зауэр, министр по туземным делам и преданный соратник премьера, он завещал генералу Боте плохое наследство из кипящих недовольством нескольких миллионов туземцев, которые, разуверившись найти справедливость в колонии, отправились в поисках сострадания за море7. Как раз в это время разразилась война, и она в течение пяти лет держала туземцев между двух огней8: но положение генерала Боты было серьезно осложнено войной и восстанием буров, во главе которого встал генерал де Вет вместе с другими лидерами буров из вооруженных сил обороны Союза, находившихся в то время на содержании у правительства. Капские голландцы, как и все противники премьера из числа англичан и цветных, объединились вокруг него и соперничали между собой, стремясь доказать ему, что пока война продолжается, он не получит в их лице врагов, какими бы тяжелыми ни были испытания. Жаль, что голландские националисты не могут смотреть на вещи с такой же точки зрения.
Критика провинциальной прессы
В 1917 г. генерал Смэтс, его верный помощник, оставил военное руководство в Африке и прибыл в Европу. Его продолжительное отсутствие предоставило в руки националистов «яблоко раздора»: неоднократно они обвиняли правительство в трате денег налогоплательщиков на человека, находившегося на службе иностранных государств-союзников. Тот, кто не читал голландских газет, никогда не поймет, какого рода противникам приходилось противостоять премьеру. В провинциальной прессе, если случалась засуха, Боту обвиняли в пренебрежении к бедственному положению буров, если происходили разрушительные наводнения, Боту обвиняли в отсутствии предвидения и говорили, что он должен был быть готов к превратностям погоды, если начиналась эпидемия, то ее причиной объявлялась порочная военная политика Боты, если в качестве самозащиты туземец отвечал буру ударом на удар, то вина за это возлагалась на Боту, так как он обрядил их в «мерзкое хаки», посредством которого они впитывали всевозможные идеи.
В 1917 г. я выступал на митинге в Блумфонтейне, на котором присутствовали мэр и члены городского совета с некоторыми из своих друзей, и подверг критике бесчеловечные законы Оранжевого Свободного Государства, столицей которого является Блумфонтейн.
7 В данном случае речь идет о миссии Южноафриканского туземного национального конгресса (АНК с 1923 г.), отправленной в 1914 г. в Великобританию с целью добиться отмены принятого парламентом ЮАС «Закона о землях туземцев», который оставлял в распоряжении представителей коренного населения не более 8% территории страны.
8 Здесь, вероятно, Плааки имеет в виду необходимость со стороны африканцев сохранять лояльность метрополии и одновременно бороться за свои права.
1ПШ1Ш1П111111 / Jlllltlllllllllllll


На следующей неделе в парламенте покойный лидер подвергся яростной атаке со стороны бурского лидера, сказавшего, что политика Боты была оскорблением для белых с тех пор, как кафрам позволили критиковать их политику.
В 1918 г. черное население стало почти неуправляемым. На общественных собраниях они донимали генерала Боту требованиями приказать нанимателям повысить им заработную плату, так как их прежние 2 шилл. в день были совершенно неспособны, на фоне растущих цен, удовлетворить их насущные потребности. Белые, с другой стороны, бомбардировали премьера резолюциями, требовавшими принятия решительных шагов, чтобы поставить туземцев «на надлежащее место».
Генерал Бота вызвал мистера Мак- гато, президента Туземного конгресса, и сказал ему: «Вы присматривайте за туземцами, а я присмотрю за белыми, но всегда помните, что если кто-то из нас пренебрежет своим долгом, мы будем отвечать перед высшими силами».
Изменившиеся взгляды
Всегда, когда генерал Бота беседовал со мной, языком общения был тааль9, при встрече с другими туземцами разговор велся на зулу и сесото Трансвааля, и в обоих случаях (включая их диалекты) покойный генерал чувствовал себя как дома. Неоднократно, услышав сообщение о несправедливостях и жестокостях, которым подвергались туземцы, он сокрушался, глубоко вздыхая, по поводу того факта, что он не обладал той же властью, что и покойный президент Крюгер.
В мае 1917 г. генерал Бота подбросил дров в огонь, раздуваемый националистами, признавшись со своего места в парламенте, что в молодости он придерживался определенных взглядов относительно обращения с туземцами, но что теперь он со всей определенностью чувствовал, что эти взгляды были ошибочными и что политика репрессий не предвещала ничего хорошего Союзу.
Вступив во главе своих победоносных войск в Германскую Юго-Западную Африку, генерал Бота, обращаясь к своим бюргерам10 11, призвал их не обращаться плохо с туземцами германского юго- запада. Он напомнил им, что их задача по завоеванию страны была выполнена с такой легкостью благодаря дружелюбному отношению со стороны туземцев-гереро прежней германской колонии. После своего возвращения в Союз он всегда чрезвычайно высоко оценивал действия тех 23 000 [туземцев], которые сопровождали его в походе на германский запад, и поразительную преданность тех, кто остался позади.
Когда у острова Уайт затонул транспорт «Менди» с шестьюстами южноафриканскими туземцами, направлявшимися во Францию, он сделал, возможно, самое значительное заявление, которого когда-либо удостаивались туземцы, даже от него самого: он еще раз напомнил белым об их долге перед туземцами за их преданность.
Суровые меры законов о пропусках
Пятнадцать лет назад я прочел речь, произнесенную им в Мидделбурге, в Голландии. В ней он упомянул о молодом туземце - друге детства сына генерала, который проявил чрезвычайную преданность несмотря на все лишения в течение двухлетней партизанской войны11. Женщины также не были, как обычно, им забыты, что может подтвердить миссис
9 То есть африкаанс.
10 Так во времена Плааки предпочитали называть себя сами африканеры.
11 Здесь речь идет о времени Англо-бурской войны 1899-1902 гг.
iiiiiiiiHMiimii iitimiiiiiiiiiiii


Манье-Мак’еке, президент Лиги туземных женщин.
В 1915 г. в парламенте предметом рассмотрения стала суровость исполнения законов о пропусках в Свободном государстве, особенно в отношении женщин. Буры Свободного государства всегда рассматривали подобные рекомендации как атаку Боты и англичан на стены их священного Иерихона. Однако премьер сказал, что чудовищно защищать закон, который требовал от дочерей туземцев шестнадцати и семнадцати лет оставлять крышу родного дома для улучшения положения с наймом домашней прислуги, в то время как именно в этом возрасте дочери больше всего нуждаются в заботе со стороны родителей. Обещание ввести законодательство, облегчающее их участь, к несчастью, требовало кроме желания, еще и некоторого количества голосов в парламенте, и оно все еще остается одним из неисполненных обещаний покойного государственного деятеля.
В прошлом году компания «Де Бирс» предоставила мне трамвайное депо, которое должно было быть превращено в место собраний Туземного общества братьев12. Когда я обратился к генерал- губернатору с приглашением приехать и заложить камень в основание первого места собраний Туземного общества братьев в Южной Африке, это предложение, конечно, встретило сопротивление. Однако телеграмма генералу Боте разрешила все дело, и лорд Бакстон, при столь высоком содействии, приехал и выполнил церемонию.
Эхо южноафриканской войны
Я удивился бы, если широкой общественности было бы известно, что колониальные предрассудки относительно цвета кожи в значительной степени способствовали столь невероятному возвышению генерала Боты во время Англо-бурской войны. Это произошло следующим образом:
Войска генерала Буллера готовились к переправе через Тугелу, чтобы ворваться в окопы буров и ускорить снятие осады с Ледисмита. После переправы они должны были пересечь открытое пространство, простирающееся вплоть до отрогов скал, где, как предполагалось, вне приделов видимости укрепились буры. Командующий последних заболел, и Луис Бота встал во главе поджидавших англичан буров. Еще накануне большого похода мосуто, слуга генерала Буллера, предупреждал своего господина, что этот план был самым безумным предприятием, о котором он когда-либо слышал, что он приведет королевских «Джонни» прямо в пасть льва. Действительно, он правильно предугадал все несчастья, которые последовали за этим, и предложил лучший план. На генерала Буллера он произвел столь благоприятное впечатление, что он изложил план Молифе на военном совете. Но, подобно многим другим реднекам13, генерал Буллер совершил фатальную ошибку, раскрыв источник своего вдохновения. Предложение британского генерала, накануне важной атаки тратящего драгоценное время своего совета на мнение кафра, находилось за гранью понимания. Тот факт, что Молифе всю жизнь участвовал в войнах в горах против матабеле, бечуа- нов, буров и британских войск и против выступавших вместе колонистов и буров, не мог поколебать их предубеждение перед цветом кожи; не могло их убедить и то, что на страницах южноафриканских 12 Общественно-религиозная организация, основанная Плааки в Кимберли по образцу квакерских общин в Великобритании.
13 Прозвище англичан, которое они получили от буров из-за того, что их светлая кожа быстро обгорала под южноафриканским солнцем.
IIIIIIUHIIIilllll JJ iiuiitiiiiiiiiiiii


исторических книг Тила14 и других авторов содержались свидетельства о непобедимости чернокожих воинов со стороны Молифе15 во всех столкновениях с белыми и чернокожими.
Но их победы ничего не стоили в Южной Африке до тех пор, пока его (Молифе. - А. В.) кожа оставалась черной. Благодаря не поддающимся рациональному объяснению предубеждениям его колониальных руководителей, совет Молифе был отвергнут, и в действие вступил первоначальный план. Буллер потерпел поражение, и ружья многочисленных невидимых буров Боты оборвали много бесценных жизней16. Он (Буллер. -А. В.) также лишился значительной части своей репутации, а Бота получил в этот день славу мужественного человека.
Последний раз я видел генерала живым на похоронах мистера Шрейне- ра в Голдерс-Грин в окружении многих его англо-африканских друзей. Едва ли мы могли подумать, что он уходит в свой последний путь, и что сегодня возникнет подобная пустота там, где мы привыкли видеть «Ла Вису». Даже его противники-националисты должны испытывать затруднение, чтобы найти замену его широким плечам, выступавшим в роли кузнечной заготовки для молота их республиканской пропаганды. И я лишь озвучиваю чувства значительной части нашей обширной общины, которая горько сожалеет о нем перед лицом неумолимой угрозы ужесточения цветного барьера, когда, вместе с ними и от их лица, я говорю: «Мир твоему праху».
Сол Т. Плааки
Пер. с англ. А. В. Воеводского
14 Тил Джордж Маккоул (1837-1919) - южноафриканский историк, получил широкую известность как автор «Истории Южной Африки» в 11 томах и благодаря своим многотомным публикациям документов. Был удостоен почетного звания официального историографа Капской провинции.
15 То есть басуто, к которым относился и сам Молифе.
16 Здесь речь идет о сражении на р. Коленсо, в ходе которого английские войска под командованием генерала Редверса Буллера предприняли фронтальную атаку на хорошо укрепленные и замаскированные позиции буров и понесли тяжелые потери: более тысячи человек убитыми, ранеными и пленными.


Питер Виллем БОТА
Botha Pieter Willem;
12.1.1916-31.Х.2006
Лидер Национальной партии (1978— 1989). с 1978 г. - премьер-министр, а с 1984 по 1989 - президент ЮАР.
Родился на ферме в провинции Оранжевое Свободное государство, в семье африканеров. Окончив школу, изучал право в Блумфонтейнском университете. В 1936 г. вступил в Национальную партию (Die Nasionale Party, НП) Капской провинции, где и начал свой путь в партийной иерархии и политической жизни. Выборы 1948 г. принесли убедительную победу НП. Официальной политикой государства был провозглашен апартхейд. В этом же году 32-летний Бота был избран в парламент и назначен секретарем НП Капской провинции. В то время он безоговорочно поддерживал политику правящей партии, был последовательным сторонником X. Фервурда, которого называли «архитектором апартхейда».
В 1958 г. Бота был назначен заместителем министра внутренних дел, в 1961 г. стал министром по делам цветного населения, коммунального развития и жилищного строительства. При преемнике X. Фервурда, премьер-министре Б.Й. Форстере. Бота продолжил восхождение по карьерной лестнице и в 1966 г. занял один из ключевых постов - министра обороны, сохраняя лидирующие позиции в НП Капской провинции. Этот пост Бота занимал долгие 14 лет, совмещая его в 1978-1980 гг. с должностью главы государства. Благодаря его усилиям южноафриканские вооруженные* силы значительно повысили свою мощь, став эффективными и боеспособными1.
Выдвижение Боты на ведущие посты в государстве пришлось на очень непростое время. После 1960 г. произошло обострение политической обстановки в стране, вызванное жесткими мерами подавления выступлений небелого населения. 21 марта 1960 г. в г. Шарпевиле полиция открыла огонь по мирным демонстрантам, протестовавшим против закона о пропусках. Погибло 68 человек. было ранено более 200. Начались репрессии в отношении участников акций протеста, массовые аресты. 8 апреля правительство запретило деятельность Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК) и Панафриканистского конгресса Азанни (Pan Africanist Congress of Azania, ПАК), эти организации продолжили свою работу в подполье.
В марте 1961 г. в Питермаритцбурге прошла конференция, в которой приняли участие более 1,5 тыс. представителей свыше 150 организаций. На ней было принято решение о проведении всеобщей забастовки. После создания в том же году «Умконте ве сизве» («Umkhonto we Sizwe», «Копье на1 Riley Е. Major political events in South Africa. 1948-1990. Oxford, 1991. P. 218.
IIIIIIIIHIIIIIIIII
35
IIIIIIIIHIIIIIIIII


ции») - боевого крыла АНК завершился период ненасильственных действий. Первая вооруженная операция «Ум- конто» - нападение на правительственные здания в Йоханнесбурге, Порт- Элизабете и Дурбане - была проведена 16 декабря 1961 г. За 1962-1963 гг. боевым крылом АНК было совершено более 200 актов саботажа и диверсий2.
Правительство не осталось в долгу: было расширено применение смертной казни, в августе 1962 г. арестован один из лидеров АНК - Н. Мандела, а затем почти все руководители Конгресса и Южноафриканской коммунистической партии (South African Communist Party, ЮАКП). Они были осуждены на пожизненное заключение. На некоторое время оппозиционное движение было подавлено.
Следующий период обострения обстановки был связан с драматическими событиями 1976 г. в Соуэто - пригороде Йоханнесбурга, представлявшем собой конгломерат поселков для африканцев, работавших в городе, но не имевших права проживать в нем в соответствии с действовавшим законодательством. Непосредственной причиной выступлений молодежи в Соуэто стало насильственное внедрение в школах для африканцев обучения на африкаанс, воспринимавшемся ими как язык угнетателей. 16 июня 1976 г. состоялась демонстрация учащихся под лозунгом «Долой африкаанс». Полиция открыла огонь, появились первые жертвы, молодежь стала вооружаться и строить баррикады3.
Поджоги автомобилей и зданий администрации, бойкот школ и забастовки, митинги и вооруженные нападения, столкновения с полицией и диверсии - после 1976 г. все это стало для ЮАР почти повседневной реальностью. В 1978 г. впервые больше из страны уехало белых жителей, чем приехало4.
В такой обстановке П. Бота выполнял обязанности не только министра обороны (армию нередко использовали для усиления полиции в ходе вооруженных операций), но и принял на себя роль главы государства.
20 сентября 1978 г. жители ЮАР были ошеломлены известием об отставке премьер-министра Дж. Форстера с формулировкой «в связи с ухудшением здоровья». Преемником главы государства и лидером НП стал П.В. Бота. Ссылка на ухудшение здоровья Форстера была лишь предлогом для его отставки, связанной с коррупционным скандалом в министерстве информации и реакцией на него в обществе. Сам Форстер занял скорее почетный, чем наделяющий хоть какими-то полномочиями, пост президента, ставший вакантным после смерти 21 августа Н. Дидерикса. Это и позволило наблюдателям говорить об уходе Форстера как о сложной комбинации, предпринятой с целью нейтрализации последствий правительственного кризиса5.
Одной из первых задач, которые П. Бота должен был решить сразу после избрания, стала ликвидация последствий «информационного скандала»6. Для рас2 Вооруженная борьба народов Африки за свободу и независимость. М., 1974. С. 302.
3 Об этом восстании см. подробнее: Городков В.П. Черные жители «белого» города. Жизнь и борьба африканского гетто. М., 1983.
4 Макаров АЛ. Борьба африканского населения ЮАР (70-е годы XX в.). М., 1991. С. 26.
5Kfe/E.Op.cit. Р. 160-161.
6 Чиновники министерства информации, которое было расформировано Дж. Форстером 15 июня, после разгоревшегося скандала, обвинялись в присвоении государственных средств и проведении секретных операций на государственные деньги, например, использование 14 млн долл, в 1976 г. для создания проправительственного издания «Ситизен» («Citizen»).
aniiiiiiKiiiiiiii JO IIIIIIIHIIIIIIIItl


следования всех обстоятельств дела была сформирована специальная комиссия. Ее доклад подтверждал нецелевое расходование и хищение денежных средств, обвиняя в этом главу ликвидированного министерства информации и его подчиненных. Бывший премьер Б.Й. Форстер и П. Бота, возглавлявший министерство обороны, со счетов которого также, как отмечалось, уходили деньги, формально оказались не замешаны.
П. Бота был известен одновременно и как верный приверженец основ апарт- хейда, и как представитель сравнительно умеренного крыла НП. Сразу после избрания новый премьер-министр объявил, что он будет работать в направлении улучшения отношений между расами, но исключил даже возможность отказа от апартхейда. Бота, в отличие от своих предшественников, осознавал неэффективность сложившейся системы и жизненную необходимость внесения в нее коррективов. Кредо его новой политики стали слова, произнесенные в речи перед депутатами парламента после избрания премьер-министром: «Белые должны приспособиться или умереть». Позже он убеждал своих соратников дать ему возможность изменить в лучшую сторону положение черного большинства, в противном случае, угрожал он, партии придется подыскать себе другого лидера. И ему удалось ценой больших усилий добиться перевеса над консерваторами7.
В условиях проведения реформ, даже весьма ограниченных, взаимодействие с правым, консервативным, крылом НП требовало чрезвычайно больших усилий. А. Треурнихт, известный как бескомпромиссный сторонник политики «чистого» апартхейда, уже в ноябре был избран лидером НП в Трансваале. Лидер правой оппозиции стал одним из влиятельнейших политиков в стране. В 1982 г. под его руководством правые, покинувшие НП из-за нежелания одобрить новый политический курс Боты, создали оппозиционную Консервативную партию (Konserwatiewe Party, КП)8.
Первоочередной задачей нового премьера стало урегулирование ситуации внутри страны. Безусловно, важнейшей причиной, подтолкнувшей правительство на путь реформ, было движение протеста африканского населения. Но были и другие причины, обусловившие необходимость политических реформ: экономические, социальные, внешнеполитические. На развитии промышленности негативно отражалась нехватка квалифицированной рабочей силы из-за низкого качества образования африканцев, сохранение «цветного барьера», крайняя безработица в бантустанах. Это вызывало недовольство деловых кругов. В условиях нестабильности крупные корпорации опасались за судьбу своих инвестиций. До середины 1970-х годов потребность в инженерно-технических кадрах могла быть удовлетворена за счет квалифицированных белых рабочих и привлечения специалистов из-за рубежа. Но в 1977 г. Южной Африке уже недоставало 30-40% рабочих высокой квалификации9.
Несмотря на очевидный экономический рост в 1960-е годы. (ЮАР вышла на одно из ведущих мест в мире по темпам роста промышленного производства), экономика страны оставалась зависимой от цен на золото, поставок нефти, объемов иностранных инвестиций. Уже в начале 1970-х годов наметились признаки спада в экономике. Процесс был временно стабилизирован, но с 1974 г. 7 Riley Е. Op. cit. Р. 161.
8 Ibid. Р. 219.
9 State of South Africa. Economic, Financial and Statistical Yearbook of the RS A. Johannesburg, 1977. P. 173.
iiiiiiiiiiuiaiiiii iiiiiiiiiiiiiiiitii


наступил новый кризисный период, что проявилось в сокращении ВВП, девальвации ранда, росте инфляции. Международные санкции и Исламская революция в Иране в 1979 г. вызвали обострение энергетической проблемы - сократились поставки нефти. Больших расходов требовало осуществление законов о безопасности, мер по контролю за африканским населением, постоянно рос военный бюджет.
Политическая изоляция, проводимая ООН в отношении Южной Африки, осложняла положение страны. Мировым сообществом были приняты решения об эмбарго на поставки оружия (1977), о бойкоте ЮАР в культурных, спортивных, политических мероприятиях. С марта 1978 по март 1979 г. по призыву ООН был проведен Международный год борьбы с апартхейдом.
Необходимые с точки зрения Боты и его сторонников меры были приняты в различных областях. Первым шагом стали изменения в жизни бантустанов. Была снята официальная установка на достижение ими экономической независимости. Хоумленды стали рассматриваться как экономическая периферия ЮАР: здесь начинается разработка месторождений полезных ископаемых, развитие товарного сельского хозяйства, создание предприятий по изготовлению потребительских товаров, переработке сырья, производству деталей для машиностроения.
В социальной сфере также произошли перемены: несколько повысилась заработная плата африканских рабочих, принято новое трудовое законодательство, внесены изменения в закон о пропусках, что повысило мобильность черного населения. Африканцам, жившим в городах, было предоставлено право на 99-летнюю аренду земельных участков под строительство жилья и коммерческих предприятий. В тауншипах был отменен ряд ограничений для лиц, занимавшихся предпринимательством. Официально были признаны африканские профсоюзы, отменены ограничения на получение африканцами ряда профессий.
Осуществлялись реформы и в области так называемого «малого» апарт- хейда. Африканцам разрешили пользоваться парками, кинотеатрами, ресторанами, гостиницами, ранее предназначавшимися только для белых. Был отменен закон о запрете смешанных браков, проведены значительные реформы в образовании. С целью повысить уровень обучения африканцев и «обеспечить некоторое равенство для всех групп населения» в 1980 г. была назначена правительственная комиссия во главе с Дж.П. де Ланге.
В своих рекомендациях комиссия достаточно далеко зашла по пути снижения расового барьера в образовании, поэтому реакция правительства была однозначной: подчеркивая свою солидарность с некоторыми идеями, изложенными в докладе, оно заявило о неизменности принципов обучения на родном языке и сохранении сегрегации в образовании10.
Тем не менее были приняты меры по повышению уровня как общеобразовательной, так и профессионально-технической подготовки африканцев. В Соуэто к началу 1980-х годов существовало 56 школ с техническим уклоном. К концу 1970-х технические специальности освоили более 100 тыс. африканцев. В 1978 г. вышло постановление о налоговых льготах для компаний, занимавшихся обучением африканских рабочих. Основным путем повышения квалификации были трех- и шестимесячные курсы профподготовки в специализированных центрах без отрыва от производства.
10 Подробнее о работе комиссии см.: Грибанова В.В. Образование в Южной Африке. От апартеида к демократическим преобразованиям. М., 2003. С. 68-70.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


К 1984 г. на курсах обучилось более полумиллиона черных рабочих.
Улучшалось среднее и высшее образование. В начале 1980-х годов на 100 тыс. африканцев приходилось уже не 50 (как в 1960-е годы), а 250 выпускников средних школ. В университеты для белых были допущены студенты-африканцы. Появился инженерный факультет в «этническом» университете Зулуленда, два колледжа высшего технического обучения, два новых университета для черных - медицинский в Претории и «Виста» в Витватерсранде. Новый закон об образовании был принят в 1983 г. и идейно во многом опирался на принципы, изложенные в докладе комиссии де Ланге, но не следовал его практическим рекомендациям. Самым существенным было введение обязательного начального (пятилетнего) обучения африканцев11.
Существенной частью нововведений правительства Боты стала конституционная реформа. Для ее разработки в 1979 г. была создана комиссия под руководством министра юстиции и внутренних дел А. Шлебуша. Она рекомендовала в качестве первого шага по пути реформирования основного закона упразднить верхнюю палату южноафриканского парламента - Сенат, и создать вместо него Президентский совет из 60 человек, которому предлагалось придать консультативные функции. В него должны были войти представители трех расовых групп - белых, цветных и индийцев. П. Бота принял предложения комиссии в мае 1980 г. и к октябрю представил имена 54 будущих членов Совета. С 1 января 1981 г. в ЮАР начал работу первый с 1948 г. многорасовый орган государственной власти.
Оппозиционная правительству белая Прогрессивно-федеральная партия (Progressive Federal Party, ПФП) отказалась посылать своих представителей в Совет, это же сделали известнейшие деятели от цветных и индийцев. Главной причиной бойкота было отсутствие в Президентском совете представителей черного населения ЮАР.
Летом 1981 г. Бота объявил о планах по изменению конституции. Проект нового основного закона был представлен на рассмотрение парламента в мае 1983 г. Он предусматривал учреждение законодательного собрания, состоявшего из трех палат - отдельно для каждой расовой группы (кроме африканцев): белые (178 человек), цветные (85), индийцы (45). Каждая палата парламента должна была разрабатывать законы в отношении здравоохранения, образования, местного самоуправления и т. д., касающиеся только «своих» избирателей. Решения по вопросам общенационального значения, таким как внешняя политика или оборона, должны были одобряться большинством голосов в каждой палате. Но в случае, когда соглашение не могло быть достигнуто, вопрос передавался на обсуждение Президентского совета и утверждался главой государства.
Главой исполнительной власти вместо премьер-министра становился президент, избираемый на 7 лет коллегией выборщиков (выдвигались палатами пар ламента) в составе 50 белых, 25 цветных и 13 индийцев. Таким образом, в вопросах выборов главы государства или управления страной перевес всегда должен был оставаться на стороне белых.
Президент получал чрезвычайно широкие полномочия. Он возглавлял кабинет министров, назначал самих министров, регулировал сложную систему парламентских комиссий. Министры бы11 Подробнее о работе комиссии см.: Грибанова В.В. Образование в Южной Африке. От апартеида к демократическим преобразованиям. М., 2003.С. 70-73.
iiiiiiiiiiiiiiniii эу iiiiiiiiiiiiiiniii


ли ответственны только перед главой государства. Президент мог наложить вето на любой законопроект парламента. Он был верховным главнокомандующим, имел право вводить чрезвычайное положение, объявлять войну, распустить парламент. Наконец, глава государства контролировал Президентский совет12.
Чернокожие жители, составлявшие 70% населения ЮАР, полностью исключались из управления страной. Для выражения их воли, по мнению правительства, было достаточно законодательной системы хоумлендов13.
Еще до того как проект новой конституции был внесен в парламент, П. Бота провел перестановку в правительстве, целью которой было снижение противодействия реформе со стороны оппозиционных консервативных сил. Лояльным Боте М. Малану и Дж. Вильджоену достались посты министров обороны и национального образования (для белых), консерватор М. Стейн был уволен с поста министра по делам «цветных». Кроме того, глава государства заручился поддержкой СМИ, сменив управляющего южноафриканской радиовещательной корпорацией.
Предосторожности оказались нелишними. Как только новая конституция 9 сентября 1983 г. была «одобрена» парламентом после многомесячных дебатов, и ее окончательное утверждение было вынесено на референдум, в котором могли принять участие только белые граждане, и справа, и слева началась активная агитация против. Консерваторы в НП и члены ультраправой КП утверждали, что реформирование апарт- хейда неизбежно приведет к краху доминирования белых в Южной Африке. Либеральная ПФП осудила реформу за то, что она ничего не дала африканскому большинству страны. Оппозиционные силы среди «цветных» и индийцев обвиняли правительство в том, что небелые депутаты будут играть в новых органах власти подчиненную роль и ничего не смогут изменить без одобрения белых.
В январе 1983 г. на ежегодном съезде крупнейшей партии «цветного» населения - Лейбористской - в Эшове (провинция Натал) после ожесточенных дебатов подавляющим большинством было принято решение об участии партии в новом многорасовом парламенте, мотивированное необходимостью сотрудничества с правительством для отстаивания интересов цветных. Несколько влиятельных членов партии вышли из нее в знак протеста. В том же 1983 г. противостоящие правительству силы слились в Объединенный демократический фронт (United Democratic Front, ОДФ), в дальнейшем сыгравший большую роль в политической жизни Южной Африки.
2 ноября 1983 г. прошел референдум, принесший победу П. Боте. За реформу проголосовало более 75% участников плебисцита, что показало твердую поддержку его позиций среди белых граждан ЮАР. Мировое сообщество оценило новую конституцию ЮАР негативно. 15 ноября 1983 г. Генеральная Ассамблея ООН объявила референдум в ЮАР не имеющим силы14.
22 августа 1984 г. состоялись выборы в палату «цветных» нового парламента и 28 августа - в палату индийцев. Голо12 Riley Е. Op. cit. Р. 184; Также см.: Constitution of the Countries of the World. N.Y., 1986.
13 «Независимые» бантустаны имели свои конституции и законодательные органы власти, состоявшие из племенных вождей и назначенных правительством Южной Африки депутатов.
14 См., напр.: Вялима Л. Новая конституция: реформа по-расистски // Азия и Африка сегодня. 1984. № 3. С. 14—16; Советов В. Хартия свободы против «конституции» П. Боты // Азия и Африка сегодня. 1985. № 6. С. 23—25; Долгов А. Изворачиваются // Новое время. 1983. №49. С. 26-27.
Ш111Ш1Ш1Ш11 ^1/ 1111(111111111


сование сопровождалось крупномасштабными акциями протеста, участие избирателей оценивалось в 18-30%. Лейбористская партия (Labour Party) цветного населения набрала 76 мест из 80, Национальная народная партия (National People's Party) получила 18 из 40 мест в палате индийцев, 17 мест в ней досталось Партии солидарности (Solidarity) и 5 - независимым кандидатам. 5 сентября коллегией выборщиков из 86 представителей от всех трех палат Бота был избран президентом и сложил с себя полномочия премьера15.
В области внешней политики в период правления Боты можно найти существенно больше консерватизма, чем реформ. Во многом, возможно, потому, что с конца 1970-х годов новый глава южноафриканского государства столкнулся с явлениями, не знакомыми его предшественникам. Уже в первые дни своего премьерства П. Бота был вынужден включиться в решение намибийской проблемы16.
29 сентября 1978 г. Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 435, предусматривавшую вывод южноафриканских войск из Намибии и ввод в страну военного и гражданского персонала ООН для подготовки и проведения всеобщих выборов под контролем мирового сообщества. Десять лет (до 1988 г.) правительство Боты под любыми предлогами уклонялось от реализации этого плана, стремясь выиграть время и создать противовес СВАПО (Организация народов Юго-Западной Африки, South-West Africa’s Peoples Organization) в лице так называемых «внутренних» партий Намибии. Но сделать это так и не удалось.
Приход к власти в Мозамбике и Анголе антиколониальных движений - Народного движения за освобождение Анголы (Movimento Popular de Liberta- çâo de Angola, МПЛА) и Фронта освобождения Мозамбика (Frente de Liber- taçào de Moçambique, ФРЕЛИМО) - после достижения этими странами независимости (1975), образование вместо Южной Родезии в 1980 г. Зимбабве во главе с Р. Мугабе, укрепление международного авторитета АНК привели к поялению во внешней политике ЮАР «двойных стандартов».
С одной стороны, правительство Боты призывало к мирным, дружественным отношениям в регионе, с другой - делало ставку на дестабилизацию режимов в соседних африканских государствах и на прямое военное вмешательство. Военная доктрина Южной Африки, разработанная под руководством Боты, заключалась в том, чтобы, одновременно используя экономические, дипломатические, политические и военные акции, укрепить доминирование ЮАР в регионе, выиграть время, необходимое для адаптации системы апартхейда в меняющемся мире.
Крупнейшей внешнеполитической акцией стало заключение в марте 1984 г. Договора Нкомати. Правительства С. Машела и Боты договорились о запрете использования территорий обоих государств для создания, базирования или перемещения по ним вооруженных групп, враждебных другому государству, и об отказе от поддержки антиправительственных мятежей. Фактически власти Мозамбика обязались депортировать из страны активистов АНК, 15 Riley Е. Op. cit. Р. 187-188.
16 27 октября 1966 г. постановлением Генеральной Ассамблеи ООН прекратилось действие мандата ЮАР над Юго-Западной Африкой (с 1968 г. - Намибия). С этого времени Народная организация Юго-Западной Африки (South-West Africa’s Peoples Organization, СВАПО) вела вооруженную борьбу за независимость Намибии. В 1973 г. ООН признала СВАПО единственным представителем народа этой страны.
IIIIIIJIIIIIIIIIIU Ч I IIII1IIIIIIIIIIIIII


а ЮАР - отказаться от поддержки антиправительственного Мозамбикского национального сопротивления (Resis- tênciaNacional Moçambicana, РЕНАМО). В отличие от руководства Мозамбика правительство Боты не выполнило своего обещания.
В 1984 г. наметился перелом в отношениях с Анголой. В декабре 1983 - январе 1984 г. войска ЮАР осуществили военное вторжение в Анголу, преследуя отряды СВАПО, укрывавшиеся на ее территории. Целью этой акции было как нанесение удара по базам намибийского сопротивления, так и стремление подтолкнуть Анголу к переговорам. Встреча представителей Анголы, Южной Африки и США состоялась весной 1984 г. в Лусаке при участии президента Замбии К. Каунды. В ходе дебатов было принято решение о создании совместной ангольско-южноафриканской комиссии по контролю за выводом войск ЮАР и соблюдению режима демилитаризованной зоны на южных границах Анголы. Но ЮАР не удалось заставить своих оппонентов отказаться от поддержки СВАПО.
В мае 1984 г. Бота совершил заграничное турне по ряду европейских стран. Эта поездка, безусловно, стала важным внешнеполитическим событием и следствием проводимой политики реформ. Главе южноафриканского государства был оказан достаточно теплый прием, но он вынужден был выслушать и замечания в адрес расовой политики в ЮАР.
За периодом дипломатической активности наступил этап нового обострения конфликта. В 1986-1987 гг. агрессивные акции против Анголы, Мозамбика, Зимбабве, Ботсваны, Замбии продолжались. Тем не менее в конце своей карьеры П. Бота был вынужден уступить давлению мирового сообщества в намибийском вопросе. В мае 1988 г. в результате переговоров о политическом урегулировании на Юге Африки, в которых участвовали США, ЮАР, Ангола и Куба, было подписано соглашение, открывшее путь к реализации резолюции ООН № 435. В ноябре 1989 г. прошли выборы в Учредительную ассамблею Намибии, 58 % голосов было отдано за СВАПО.
И все же, несмотря на все ожидания и поддержку белых граждан, политика постепенных реформ себя не оправдала. Ответом на нее стали выступления небелого населения в 1985-1987 гг. Демонстрации протеста переросли в столкновения с полицией и войсками, охватили большую часть территории страны. Бота, используя свое конституционное право президента, ввел чрезвычайное положение. Были запрещены КОСАТУ (Congress of South African Trade Unions, Конгресс южноафриканских профсоюзов), ОДФ и другие оппозиционные организации, ужесточена цензура, арестовано более 30 тыс. африканцев. Существенно расширились полномочия Совета национальной безопасности под председательством президента. В него вошли наиболее влиятельные министры, шеф полиции, командующий вооруженными силами, директор национальной разведывательной службы.
Но волнения оказались даже более организованными и массовыми, чем в конце 1970-х годов. В большинстве районов проживания африканцев нападениям подвергались административные учреждения: были захвачены муниципалитеты, разгромлены полицейские участки и правительственные здания. Властям удалось подавить наиболее серьезные очаги сопротивления к 1986 г., но вспышки насилия продолжались. В 1986-1987 гг. страна была охвачена забастовочным движением.
Эти события, вызванные недовольством африканцев реформами, раскололи южноафриканское общество. Симпатии белых избирателей качнулись вправо. На выборах в парламент в мае iiiiiiiiinimiiii titmiimiiiimi


1987 г. НП собрала 52,45% голосов, Консервативная партия - 26,37% (вместе почти 80% голосов). Уменьшилось представительство либеральных партий, в частности ПФП. В целом наблюдатели объясняли сдвиг южноафриканского общества в сторону консерватизма стремлением к «законности и порядку»17.
В феврале 1989 г. П. Бота перенес инсульт, после чего вынужден был уйти с поста лидера НП, а 14 августа, уступая давлению, он оставил и пост президента. После его отставки поднимался вопрос о нарушении бывшим главой государства прав человека, но суд вынес оправдательный приговор. П. Бота отошел от большой политики, но умер через много лет, на 90-м году жизни, 31 октября 2006 г. в своем особняке в г. Вилдернесс (провинция Восточный Кейп).
*♦*
Когда в конце 1970-х годов, став лидером страны, Бота объявил о необходимости реформирования апартхейда, главной его задачей было достижение стабильности в стране. Но эти надежды оказались тщетными. Общество не успокоилось, примирения не произошло, насилия не стало меньше. Реформы, несмотря на положительные изменения в жизни большой части небелого населения, привели скорее к отрицательным результатам.
Это произошло потому, что Бота с самого начала не хотел отказаться от лидирующего положения белой части населения ЮАР, заявлял о стремлении «разделить власть без потери контроля». Говоря о желании «распределить богатства Южной Африки между всеми ее жителями», он не мог предложить небелому населению политического равенства.
Реформы ничего не принесли беднейшим слоям Южной Африки (т. е. половине африканцев, трети «цветных» и четверти индийцев), а средний класс небелого населения (на который хотел опереться президент), будучи лишен реальных политических прав, счел нововведения оскорбительной демагогией. Африканцы увидели в уступках правительства только слабость режима, и движение сопротивления усилилось, вызвав ответные репрессии.
Эпоха «реформирования апартхейда» уходила в прошлое, новый глава государства Ф.В. де Клерк являл собой совершенно иной тип руководителя и воплощал ожидавшие Южную Африку революционные перемены. П. Бота стал последним оплотом господства белых в стране и, несмотря на все реформы апартхейда, олицетворял этот строй, оправдывая свое прозвище «Великий белый крокодил».
В.В. Грибанова
Литература
Грибанова В.В. Образование в Южной Африке. От апартеида к демократическим преобразованиям. М., 2003.
Кто есть кто в мировой политике. М., 1990. South Africa: in Transition to What? N. Y., 1988.
(Куда идет Южная Африка? Вашингтонские тетради. Специализированная информация. М.: ИНИОН, 1990).
Can South Africa Survive? L, 1989.
Riley E. Major Political Events in South Africa.
1948-1990. Oxford, 1991.
Roherty J.M. State Security in South Africa: Civil-Military Relations under P.W. Botha. L., 1992.
South Africa: No Turning Back. Ed. by Johnson Sh. L., 1988; Who's who in Southern Africa. Johannesburg, 1984.
17 South Africa: in Transition to What? N. Y, 1988 (Куда идет Южная Африка? Вашингтонские тетради. Специализированная информация. М.: ИНИОН, 1990. С. 7).
1IIIIIIIIH1IIIIIII 43
пи и и IIIIIIHIII


Андре Филиппус БРИНК
André Philippus Brink; род. 29.V. 1935
Южноафриканский писатель, эссеист, переводчик, профессор Кейптаунского университета; автор 17 романов, переведенных на 26 языков. Человек, чье творчество «открывает читателю глаза на Южную Африку, стоящую на распутье исторических эпох, помогает приблизиться к пониманию психологии южноафриканцев, какой бы ни была их расовая принадлежность или язык»1.
Андре Бринк родился в консервативной семье африканеров. Детство провел в маленьких деревеньках, где «английский был практически неведом, где единственными черными были слуги и сельскохозяйственные рабочие, где Бог - ежедневная реальность, где мысли об апокалипсисе не оставляли в покое ни одного человека»1 2. Бринк вспоминал, как играл вместе с темнокожими детьми и не задумывался о различии в цвете кожи вплоть до 12-13 лет, когда он вместе с другими белыми детьми пошел в школу, а дети африканцев стали слугами. Тем не менее приход в 1948 г. к власти Национальной партии, провозгласившей апарт- хейд, вызвал неоднозначную реакцию в семье Бринка. Отец всегда поддерживал националистические идеи, а мать была на стороне Либеральной партии. Бринк вспоминал, что его мать так разволновалась, узнав о поражении на выборах про- британского премьер-министра генерала Яна Христиана Смэтса, что пробила в доме пол и провалилась вниз3. Эту «избирательную» дыру они потом с удовольствием демонстрировали всем гостям.
Одно из воспоминаний детства - речь премьер-министра Д.Ф. Малана, произнесенная в 1949 г. на церемонии вступления в должность у монумента фуртрекерам (первым поселенцам): «Верьте в Бога, верьте в свой народ, верьте в себя»4. И Бринк верил в африканеров, в систему апартхейда, потому что он не думал, что бывает как-то иначе. «Система апартхейда никогда не вызывала у меня вопросов, так как мне не с чем было ее сравнить»5, - признавался он позже газете «ЮНЕСКО Курьер». Он даже вступил в молодежное отделение «Союза братьев» («Брудербонда»), организации африканеров, поддерживавших националистические идеи.
1 Корочанцев А.В. Андре Бринк: о литературе и человеке // Азия и Африка сегодня. 1992. № 10.
2 Бринк А. Африканеры // URL: http://www.yuar.ru/inodules.php?name==Content&pa= showpage&pid= 131
3 Там же.
4 Там же.
5 UNESCO Courier. 1993. Sept. P. 4.
iiiiiiiiiiiiiiniii
44 lllllllltllltllllll


Первый случай, заставивший Бринка усомниться в правильности политики государства, произошел в его доме. Однажды вечером к ним приехали несколько темнокожих африканцев. Один из них был избит сначала своим хозяином, а потом и полицией за то, что приехал подавать жалобу на побои. Отец Бринка был известным судьей и мог помочь. Но он отказался, посоветовав африканцу вернуться в участок: «Только они могут тебе помочь. Я должен идти»6. Это происшествие потрясло Бринка: «Мир никогда больше не будет прежним...Что-то изменилось. Центр этого мира навсегда сместился»7, - писал он позже в своих мемуарах.
Закончив университет Почефструма в 1959 г., Бринк продолжил образование во Франции, в Сорбоннском университете. Там он столкнулся с совершенно другим миром - миром, в котором темнокожие африканцы были не только слугами, но и студентами, профессорами, писателями и поэтами. «Для меня это был шок, приятный шок, более того - это было открытие совершенно новых горизонтов»8, - писал он. Общение с «черной интеллигенцией» за рубежом позволило Бринку совсем иначе взглянуть на ситуацию в Южной Африке. После расстрела демонстрации африканцев в 1960 г. в Шарпевиле (пригород Йоханнесбурга), события, которое стало для него «моментом прозрения», Бринк решает вернуться на родину и бороться против апартхейда. Но бороться не с оружием в руках, а с помощью литературы. Он присоединился к так называемым «шестидесятникам» - группе писателей 1960-х годов, писавших на языке африкаанс и выступавших в своих произведениях против официальной политики правительства ЮАР. Среди «шестидесятников» были такие известные писатели, как Этьен Леру, Брейтен Брейтенбах, Ингрид Йонкер, Адам Смол и др. Андре Бринк возглавил главный журнал этой группы «Sestiger» («шестидесятник»), выходивший с ноября 1963 г. (первым редактором журнала был драматург Барто Смит).
Одной из основных задач «шестидесятников» была борьба против правительственной цензуры в сфере литературы. После принятия в 1963 г. Акта о публикациях и деятельности, относящейся к сфере развлечений, и поправок к нему в 1974 г. многие произведения «шестидесятников» оказались под запретом. В том числе и один из первых романов Бринка «Познание ночи» («Kennis van dieaand»), первая запрещенная книга на африкаанс. Но Бринк и другие писатели продолжали бороться: в 1975 г. Бринк организовал Гильдию писателей на африкаанс, чуть позже с ее помощью было создано независимое издательство «Таурус», которое публиковало книги, запрещенные цензурой. Бринк же с тех пор стал писать все свои книги сразу на двух языках - на африкаанс и английском (причем он не просто переводил свои книги на английский - он писал их заново). Таким образом, даже если его романы были запрещены в ЮАР, люди могли читать их за пределами страны на английском языке.
Но далеко не все романы Бринка запрещались цензурой. Так, в 1975 г. в свет вышла вторая его книга - «Мгновение на ветру», которая была включена в список номинантов на Букеровскую премию. Роман стал первой попыткой Бринка «переписать» историю своей страны, показать, какими были межрасовые отношения до апартхейда. Бринк пытался «соскрести верхний слой» с исторических фактов, проникнуть вглубь событий, «пройти по этой дикой, неиз6 Mars-Jones A. Confessions of a cautious heretic. Review // The Observer. 2009.8 March.
7 Ibid.
8 UNESCO Courier. 1993. Sept. P. 4.
imiiiiiiiiiinm 45 titiiiiiiriniiiiii


веданной стране - кто ты, скажи? И кто я? - не зная, что тебе уготовано, когда ветер разбил все приборы и инструменты и листает страницы брошенных дневников»9. Конечно, роман о любви чернокожего африканца и белой путешественницы был вызовом властям, еще в 1950 г. признавшим сексуальные контакты между людьми разных рас уголовным преступлением (поправка к Закону о безнравственности). «Переписывая историю первых европейских переселенцев в Южной Африке, писатели-африканеры делают огромный вклад в разрушение мифов, на которых основана идеология апартхейда»10 11, - писал один из критиков.
Но по-настоящему мировую известность Бринку принесли два его следующих романа - «Слухи о дожде» (1978) и «Сухой белый сезон» (1979). Оба романа повествуют о ЮАР 1960-1970-х годов, о сопротивлении черных африканцев, репрессиях, но прежде всего об африканерах - тех, кто поддерживал режим, и тех немногих, кто поддерживал черных. Бринк говорил, что тогда, после восстания в Соуэто, после смерти Стива Бико (главы движения «Черное самосознание»), когда тысячи сидели в тюрьмах и погибали от рук полиции, не было никакой надежды на то, что что-то действительно может измениться. Он хотел стать «голосом надежды» в этот «сухой белый сезон»11.
«Для того, чтобы выжить в Южной Африке, сейчас, как никогда ранее, необходимо открыть глаза и прислушаться к совести»12, - говорит один из героев Бринка. Действительно, нужно было обладать мужеством, чтобы выступить против национализма собственного народа, против собственной семьи. «История научила вас никому не доверять, вот и все ... Когда дела становятся плохи, вы грузите вещи и уезжаете или, заслонившись Библией, прицеливаетесь и стреляете. На свободных пространствах вы разбиваете лагеря, окружаете их заборами. А когда вам становится мало своей земли, забираете чужую. С оговоркой об аренде или без оной»13, - говорится в романе «Слухи о дожде».
Но романы Бринка не просто о непонимании между разными поколениями африканеров, между ними и черными африканцами. Они о непонимании других вообще - тех, кто делит с вами одну страну, и даже тех, кого вы, кажется, знаете всю жизнь. Главный герой «Сухого белого сезона» жил спокойной жизнью, пока не получил известие о гибели при загадочных обстоятельствах его бывшего однокурсника Бена Дютуа, который оставил ему свои бумаги. В этих бумагах - дело об убийстве африканца, друга покойного, дело, на которое Бен положил жизнь, которое открыло ему глаза на то, что происходит в стране. И теперь главный герой должен написать историю одной жизни, одного человека, который пожертвовал всем ради того, чтобы хотя бы попытаться восстановить справедливость. Человека, рядом с которым он жил, но которого, как оказалось, совсем не знал. Как не знает и других людей вокруг него: «Возьмите всех этих людей, что толпами стекаются ко мне за помощью. Что я о них знаю? Нам даны речь, слух, осязание и все это, чтобы оста9 Бринк А. Мгновенье на ветру / Пер. с англ. Ю. Жуковой. М., 1991. С. 22.
10 Renders L. Voices from the Past: The depiction of the Khoisan in Contemporary Afrikaans Historical Novels // Mots Pluriels. 2000. No. 13. April. P. 10.
11 BBC World Book Club. Interview with Andre Brink. August 2005 // URL: http://www.bbc. co.uk/worldservice/specials/133_wbc_archive_new/page2.shtml
12 Бринк А. Слухи о дожде. M., 1982. С. 124.
13 Там же. 1982. С. 53.
iiiiiitiniiiiiiiii 4о in itifitiiiiiiiiii


ваться этакими пришельцами из разных миров?»14
Бринк пишет о том, как трудно увидеть в другом человеке такого же человека, как сам. Особенно если вы с ним разной расы. «’’Мой народ”. А еще есть и “другие”. Лавочник-еврей, англичанин- аптекарь - все, кто обрели в городе естественную среду обитания, иначе Родину. И черные.... Они подавали нам за столом, нянчили наших детей, выносили за нами ночные горшки, величали нас “baas” и “miesies”. Мы не спускали с них глаз, и платили за услуги, и проповедовали им святое Евангелие, и помогали им, понимая, как им-то достается в жизни. Но все это оставалось в рамках незыблемого: ”мы” и ”они”. Такая простая и удобная межа»15, - рассуждает главный герой «Сухого белого сезона». Африканеры, по мнению Бринка, не задумываются, что они ответственны перед всем своим народом, в том числе и перед теми, кого они считают чужими. Получив власть в стране, они распоряжаются судьбами других и не желают ничего знать об этих людях. Один из лидеров белой оппозиции в парламенте Фредерик ван Зил Слабберт как-то заметил: «Нескончаемая трагедия африканера заключается в том, что он - белый африканец, отказавшийся прийти в согласие со своим континентом и людьми, которые живут на нем. Большинство африканеров по-прежнему хотят оставаться здесь, но жить обособленно. Спустя более трех веков африканер по- прежнему грустит, что все еще не дошел до дома»16.
Оба романа Бринка - «Слухи о дожде» и «Сухой белый сезон» - были запрещены в ЮАР на протяжении нескольких лет. Южноафриканский писатель, лауреат Нобелевской премии Дж.М. Кутзее вспоминал: «Это было время, когда он (А. Бринк. - М. К.) почти каждый день боролся с аппаратом цензуры. Он был объектом травли, иногда глупой, иногда пугающей. Несмотря на то что я не был с ним знаком тогда лично, меня поразило, с каким мужеством и честностью он все это выдерживал. Он подавал пример того, как интеллигентный человек должен себя вести по отношению к власти»17. Действительно, Бринк, несмотря на запреты, обыски и угрозы, продолжал рассказывать всему миру о том, что такое апарт- хейд. Он показывает жизнь обычных людей с их страданиями, каждодневными радостями и проблемами на фоне бесчеловечной политики государства. Бринк говорил, что перед ним всегда стоял выбор: написать просто историю любви или историю любви на фоне политической ситуации. Он выбирал последнее: «Конечно, сейчас вы можете писать все, что хотите, но за это мы заплатили высокую цену. Во времена апартхейда люди бежали в магазин, чтобы быстрее купить книгу, ведь завтра она могла быть уже под запретом. Это замечательно, что сейчас тебя оценивают за качество того, что ты пишешь, а не за то, за кого или против кого ты выступаешь в книгах»18.
Переломным моментом для Андре Бринка стал 1994 г., когда режим апартхейда, наконец, пал и к власти в стране пришло «черное большинство» во главе с Нельсоном Манделой. Бринк признавался, что был действительно счастлив. Он уже несколько лет работал над романом «Акт террора» («Ап Act of Terror»), ключевым эпизодом которого было освобождение Манделы из заключения.
14 Там же. М., 1982. С. 643.
15 Бринк А. Сухой белый сезон. М., 1982. С. 585.
16 URL: http://www.yuar.ru/modules.php?name=Content&pa=showpage&pid=131
17 Wroe N. Out of the Laager // The Guardian. 2005.4 August.
,e Ibid.
iiiiiiiiiiiiiiniii / и II iiiiiiiiiiuiii


Он, как и многие, верил в лучшее будущее своей страны, в нерасовое общество, в единую нацию южноафриканцев. Мандела, пригласив его на прием в свою резиденцию, положил свою руку на руку Бринка и сказал: «Когда я был в тюрьме, Вы изменили мое видение мира»19. В своих мемуарах Бринк написал, что, конечно, эти слова относились не только к нему лично, а ко всем писателям, чьи книги Мандела читал в тюрьме: «Он выразил уважение ко всей литературе. К слову. К чтению»20.
Но эта «эйфория» длилась для Бринка недолго. Следующее правительство во главе с Табо Мбеки Бринк назвал «сомнительным, демонстрирующим слишком часто свое высокомерие, глупость, лицемерие и бессердечие»21. Избрание же президентом страны Джейкоба Зуму он считает и вовсе «позором для всей истории партии (АНК. - М. К.)», а новое правительство «врагом всех людей»22. Бринк признает, что в Южной Африке творится неразбериха, старое деление на черных и белых до сих пор является основой ее существования23, как и растущий уровень преступности, безработицы, пьянства, больных СПИДом. Впервые за долгие годы Бринк признается, что хотел бы уехать из ЮАР, но в то же время понимает, как и раньше: «Я здесь, потому что я хочу быть здесь, потому что в глубине души я знаю, что должен быть здесь; потому что я люблю эту страну; потому что переезд отсюда значил бы духовную смерть»24.
Он по-прежнему живет в Кейптауне с пятой женой и тремя котами, преподает в Кейптаунском университете, продолжает писать и переводить книги. Он по- прежнему полон новых идей: «У меня до сих пор столько историй, которые я хотел бы рассказать. И, конечно, с падением апартхейда политика не закончилась. Хотя мой оптимизм теперь гораздо более осторожен, все же, похоже, эта страна не станет как Зимбабве»25, - сказал Бринк в одном из интервью.
Книги Бринка всегда вызывали споры. Несмотря на то что он был на стороне сопротивления режиму, находятся и те, кто считает, что он не мог адекватно отражать ситуацию в стране. Некоторые африканцы сейчас иначе оценивают работы Бринка: «Мы, африканцы, можем рассказать миру гораздо больше о нас самих, чем Андре Бринк. Почему историю восстания 1976 г. пишет белый, который так мало знает о Соуэто, в то время как профессора-африканцы, которые работают Университете Виста в Соуэто и были свидетелями восстания 1976 г., не пишут об этом? Это трагедия!», — восклицает автор книги «Не топчите приобретенную нами свободу»26.
Конечно, жаль, что не все могут оценить, что значит перед всем миром обнажать язвы собственного народа. Возможно, Бринк не мог безошибочно передать, что чувствовали чернокожие африканцы, но его романы учат гораздо более важному. «Главное, - говорит герой романа «Сухой белый сезон», - не облениться 19 Brink A. A Fork in the Road. A mémoire. L., 2009. P. 418.
20 Ibid.
21 Ibid. P. 419.
22 Shakespeare N. A Fork in the Road: a Mémoire by Andre Brink. Review // Telegraph. 2009. 3 Febr.
23 Blink A. A Fork in the Road... P. 427-430.
24 Blink A. Mapmakers: Writing in a State of Siege: Essays on Politics and Literature. Berkshire (UK), 1983. P. 35.
25 Wroe N. Op. cit.
26 ButheleziJ.C. Don’t Squander Our Dearly-Bought Freedom. Victoria (Canada), 2003. P. 266.
iiiiiiiiiiiiiitiin 40 iiiiiiiHiiiiiiiiii


душой и все-таки спрашивать с себя... И задаваться вопросами до тех пор, пока не проясним собственную меру ответственности за все, что происходит. А мы закрываем глаза просто потому, что это “наш народ” совершал преступления»27.
Наверное, нам, жителям всех стран мира, было бы полезно, подобно Бринку, широко открыть глаза и честно взглянуть на свою историю. Ведь, возможно, мерой зрелости народа служит его способность к самокритике и признанию ответственности за свои поступки, как в прошлом, так и в настоящем.
М.С. Курбак
Сочинения
The Ambassador. L., 1985.
Looking on Darkness. L., 1974.
An Instant in the Wind. L., 1976 (рус. «Мгновение на ветру». M., 1991).
Rumours of Rain. N. Y, 1978 (рус. «Слухи о дожде». M., 1982).
A Dry White Season. N. Y., 1979 (рус. «Сухой белый сезон». M., 1982).
A Chain of Voices. N. Y, 1983.
The Wall of the Plague. L.; В., 1984.
States of Emergency. L., 1988.
An Act of Terror. L., 1991.
Cape of storms: the first life of Adamastor: a story. N. Y, 1993.
On the Contrary. L., 1993.
Imaginings of Sand. N. Y, 1996.
Devil's Valley. L., 1998.
The Rights of Desire. Orlando, 2001.
The Other Side of Silence. N. Y, 2003.
Praying Mantis. L., 2005.
The Blue Door. L., 2006.
Before I Forget. Naperville (Ill.). 2007.
Other Lives. Naperville (Ill ). 2008.
The Fork in the Road. A mémoire. L., 2009.
Литература
Корочанцев A.B. Андре Бринк: о литературе и человеке» // Азия и Африка сегодня. 1992. № 10.
CoetzeeJ.M. Giving Offense: Essays on Censorship. Chicago, 1996.
Kossew S. Pen and Power: a Post-colonial reading of J.M. Coetzee and Andre Brink. Amsterdam; Atlanta, 1996.
Mars-Jones A. Confessions of a cautious heretic. Review // The Observer. 2009.8 March.
Shakespeare N. A Fork in the Road: a Mémoire by Andre Brink. Review // Telegraph. 2009. 3 February.
Switching Languages. Translingual Writers Reflect on Their Craft. Nebrasks (USA), 2003.
Wroe N, Out of the Laager // The Guardian. 2005. 4 August.
BBC World Book Club. Interview with Andre Brink. August 2005 // URL: http://www. bbc.co.uk/worldservice/specials/133_ w’bc_archive_new/page2.shtml
27 Бринк А. Сухой белый сезон... С. 716.


Жозе Луандино ВИЕЙРА
Jose Luandino Vieira;
род. 4.V.1935
Настоящее имя Жозе Матеус Виейра да Граса (José Mateus Vieira da Graça). Ангольский писатель.
Родился в Португалии, с двух лет жил в Анголе, среднее образование Виейра получил в Луанде. Являлся активным участником антиколониальной борьбы, провел в заключении более И лет, из которых 9 прожил в концлагере Таррафал на Кабо-Верде. Там и были созданы основные художественные произведения Луандино Виейры. Потом жил в окрестностях Лиссабона, в Ланда-а-Велья, под надзором полиции, работал в издательстве. В 1975 г. вернулся в Луанду, где занимал ряд общественных должностей: президент Народного радио и телевидения Анголы, генеральный секретарь Союза ангольских писателей (два срока). С 1992 г. живет в Португалии.
Луандино Виейра интенсивно сотрудничает в отечественной и зарубежной прессе: «О Эстуганде», «Культура II», «Менсажен» (издание Дома сту дентов Империи), «Культурный бюллетень Уамбо», «Жорнал де Луанда», «Жорнал де Ангола», «Жорнал де Конго», «Вертисе» (Каимба), «Африка» (Лиссабон).
Луандино Виейре были присуждены: литературная премия имени Мота Вейги (1964), главная премия в области новеллистики Португальского общества писателей (1965) за книгу «Луанда», премия имени Жана Диаза (Дом студентов Империи) за произведение «Молодые жизни».
Основные произведения Ж. Луандино Виейры: «Город и детство. Рассказы (A Cidade e a Unfancia. Conto) (1957, Луанда); «Две истории о мелких буржуа» (Duas Historias de Peque- nos Burgueses) (1961, Са-да-Бандейра); «Луанда (Luanda) (1968, Париж); «Истинная жизнь Домингоса Шавье- ра» (Vida Verdadeira de Domingos Xavier) (1974, Лиссабон); «Две истории» (Duas Historias) (1974, Лобито); «Старые истории» (Velhas Estorias) (1974, Лиссабон); «Давным-давно в жизни» (No antigamente па Vida) (1974, Лиссабон); «Мы из Макулузу» (Nos, Os de Makulusu) (1974, Лиссабон); «Любовные приключения Жоана Венсио» (Joao Vencio: os Seus Amores) (1979, Лиссабон); «Лоурентиньо, дона Антония де Соуза Нето и я» (Lourentinho, Dona Antonia de Sousa Neto e eu) (1981, Лиссабон); «История Басиазиньи де Китаба» (Estorias da Baciazinha de Quitaba) (1986, Луанда).
Поставив перед собой цель показать характерные черты ангольской действительности на примере жизни окраины большого города, «цивилизованных» и «нецивилизованных» обитателей муссе- ков Луанды, людей разного социального происхождения и разного цвета кожи, а также отразить движение сопротивления колониальному режиму, Луандино Виейра создал новую художественную 1Ш1И11Ш1ПШ1 JV 1ШШ1Ш11ШН1


манеру, новый литературный стиль, точно отражающий реальность Анголы 1960-х годов.
Увлечение новейшими приемами письма, пристальный интерес к киноискусству - Луандино Виейра был вице- председателем киноклуба в Луанде - оказали воздействие на формирование его художественного метода, важнейшие черты которого немногословность, способность взять лишь действительно необходимое для характеристики героя или для развития действия. Писатель обращается к несобственно прямой речи, потоку сознания. В первом сборнике рассказов, «Город и детство», еще ощутимо подражание «телеграфному» стилю, фиксация одних и тех же мыслей, создание системы ключевых образов, но уже к середине 1960-х годов (время создания «Луанды») в творчестве Луандино Виейры происходят существенные перемены, вызванные все растущей его близостью к соотечественникам.
Что бы ни писал Луандино Виейра, он всегда оставался самим собой и его стиль повсюду легко узнаваем. Обостренная восприимчивость, способность отзываться на всевозможные литературные новшества, умение подражать, иногда намеренно пародийно, чужому стилю, что наиболее типично для раннего периода его творчества, постоянное внимание к формальной стороне искусства никогда не затеняли самобытности этой щедро одаренной натуры.
Показательна творческая эволюция Ж. Луандино Виейры. Если в «Истинной жизни Домингоса Шавьера» выражение чувства национального достоинства, показ самоотверженной борьбы ангольцев за независимость, равно как стремление создать на основе разговорной речи - народно-ангольского варианта португальского языка - новый язык, были действенной попыткой утвердить самобытность ангольской жизни, то в «Старых историях», «Давным-давно в жизни» и особенно в повести «Мы из Макулузу» писательская индивидуальность Луандино Виейры выявляется в совершенно ином качестве, его проза неожиданно обретает новые черты.
Теперь перед автором иная задача: чтобы представить своих героев как можно полнее и многограннее, со всеми особенностями их психологии, поведения, внутреннего мира, он стремится воссоздать волшебный мир детства, населенный мифическими существами, и достигает особой эмоциональной настроенности, таинственной поэтичности колорита с помощью необычной для него усложненной композиции, а также все возрастающей «анголизации» языка. Архитектоника повестей 1970-х годов не так проста и прямолинейна, как в ранних книгах Виейры, многоплановость и композиционную изощренность этих повестей трудно даже предположить у создателя «Луанды».
ЕЛ. Ряузова
Сочинения
Виейра ЖЛ. Избранные произведения / Пре- дисл. Е.А. Ряузовой. М., 1984.
Литература
Ряузова ЕЛ. Запад и Восток в творчестве португалоязычных писателей. Синтез культур. М., 2010.
Она же. Португалоязычные литературы Африки. М., 1972.
Она же. Роман в современных португалоязычных литературах: Проблемы типологии и взаимодействия. М., 1980.
Riausova Н. Dez anos de literature an- golana // Ensaio sobre a moderna literature angolana. 1975-1985. Lisboa, 1986 (2 ed. 2003).
iiitimiiiiiiiiiii 51


Хендрик ВИТБОИ
Hendrik Wirhooi; ок. 1830- 19.XI.1905
Вождь антиколониальных восстаний народа нама в Германской Юго- Западной Африке (Намибии). Его настоящее имя - Нансеб Гамеаб. Но и его отец, и его дед были крещены: отца звали Мозес, деда - Кидо. Все они носили фамилию Витбой, так как витбоями европейцы называли всю группу нама. к которой они принадлежали, а сами они звали себя кхобесин. Нансеб Гамеаб получил при крещении имя Хендрик. Его жена Катарина (Нансес) родила ему 12 детей. Крещен он был в 1868 г., т. е. когда ему было уже под сорок лет. С тех пор он и его жена занимались церковными делами, Хендрик был старостой в своей общине.Одиако в 1883 г. он оставил пост церковного старосты, чтобы стать во главе своего народа: как старший сын он унаследовал пост своего отца-правителя.
Приобретя большое число сторонников, он постепенно объединил вокруг себя большую часть населения «Страны нама». Он вел затяжную войну с другими группами нама и с соседним крупным народом - гереро. Годы его правления были переломными. Дело шло к установлению над Юго-Западной Африкой германского протектората.В 1884 г. бременский купец А. Людериц купил у местных старейшин полосу побережья, на которой и вырос в последующие годы протекторат. В 1885 г. управлять протекторатом был назначен комиссар Г. Геринг, отец нацистского главаря Германа Геринга.
X. Витбой не воспринимал немцев как хозяев в ЮЗА. Так. он написал немецкому колониальному чиновнику Нельсу 27 сентября 1886 г. в ответ на просьбу последнего прибыть к нему для переговоров о мире с гереро: «...я узнал, что Вы хотите говорить со мной о мире, Вы, который называет себя заместителем (германского комиссара Геринга.- А. Б.). Но почему я должен доверять Вам, ведь Вы - заместитель другого человека, а я - самостоятельный человек, который никому, кроме Бога, не подчиняется»1.
Далее Витбой изложил свое мнение о возможности мира между гереро и нама: «...я говорю: открой доступ оружию ко мне и к Камагереро. И пусть мы будем биться, и пусть мир наступит в результате сражения. ... Только оружием Вы можете этого добиться, если Вы мне его дадите, как я Вас прошу, если же нет - Вам придется подняться самому и разбить одного из нас, потому что мы не хотим заключать мир - я не буду, не буду заключать мир»1 2.
Война между гереро и нама шла с переменным успехом. В конце 1889 г. гереро напали на резиденцию Витбоя, убили и захватили в плен его людей. В ответ 5 января 1890 г. Витбой обра1 Федеральный архив ФРГ (далее - В A). RKA 2126. В1. 31.
2 Там же. В1. 31-32.
iiiiiitiiiiiiiiiiii 52
И ПИНИИ I пин


тился к верховному вождю гереро Кама- гереро с письмом, в котором потребовал возвращения пленных и информировал о том, что вскоре намерен вновь напасть на него3. Камагереро настойчиво просили Геринга о помощи в войне против X. Витбоя, и Геринг пообещал такую помощь.
21 мая Геринг послал X. Витбою ультиматум, в котором призвал его немедленно прекратить войну и отступить из страны гереро. Витбой ответил письмом, в котором проявились его дипломатические способности. В самых вежливых оборотах речи он выразил Герингу неудовольствие тем, что тот не просил его, «как положено миротворцу», а жестко приказывал. В развязывании же войны Витбой обвинил гереро: «Гереро не уважают и не боятся никого - ни Бога, ни людей». В заключение он решительно отказался отступить4.
30 мая 1890 г. Витбой писал Камагереро: «Я понял из письма д-ра Геринга, что Вы приняли германскую защиту и что таким образом д-р Геринг получил власть и свободу действий и может теперь распоряжаться и приказывать насчет наших поземельных отношений, а также насчет нашей войны, которая издавна идет между нами... Но Вы ... приняли ныне чужое правление и отдались в руки чужеземного правительства, чтобы оно защитило Вас от опасностей, и прежде всего от меня в войне, которая издавна идет между нами. Но удастся Вам это или нет - еще не известно: мне кажется, что Вы недостаточно подумали о своих интересах, о своей стране и народе, а также о своих потомках и своей капитанской власти. И Вы думаете, что Вы сохраните все свои суверенные права после того, как Вам удастся, как Вы предполагаете, разбить меня! Но, дорогой капитан, Вы в конце концов горько раскаетесь и будете вечно каяться в том, что Вы отдали свою страну и власть в руки белых, ведь война, которую мы с Вами ведем, не настолько серьезна и тяжела, как Вам кажется, чтобы заставить Вас совершить такое тяжкое дело. Наша война имеет вполне определенные причины, и эта война должна закончиться подлинным миром по воле и решению правителей...»5
Не удивительно, что Г.Э. Герингу не удалось заставить X. Витбоя принять германскую «защиту» и прекратить войну с гереро в ходе личных переговоров в июне того же 1890 г. Витбой продолжал военные действия против гереро. Уже в июле он совершил набег и захватил много скота, а в середине сентября его воины нанесли серьезное поражение гереро и опять захватили большое количество скота.
В 1889 г. в Виндхук, столицу страны, прибыл новый губернатор Курт фон Франсуа с солдатами. Они построили укрепленный форт и начали распространять свою власть по всей стране. Одним из первых актов нового начальства был указ о запрете на импорт огнестрельного оружия в страну. Люди Витбоя, однако, промышляли в значительной мере именно торговлей ружьями и, естественно, не пожелали выполнять этот указ. За несколько последующих лет произошло множество военных стычек между ними и немецкими солдатами.
Такой поворот событий не мог не насторожить коренных жителей, в частности он заставил X. Витбоя всерьез задуматься об опасности, которую таили в себе такие действия немцев. В уже цитировавшемся его письме к Камагереро ясно прослеживалось намерение заключить мир с гереро. Активность немцев в области колонизации 3 The Hendrik Witbooi Papers. Windhoek, 1989. P. 39.
4 Ibid. P. 41-43.
5 BA. RKA2130. Bl. 23-28.
iiiiiiiuiiiimiii JJ iiiiiiiiiiiiiiniii


заставила Витбоя предпринять дальнейшие усилия в этом направлении. 20 мая 1891 г. он послал письмо гереро, в котором спрашивал, хотят ли они продолжать войну «теперь, когда мой брат и противник Камагереро мертв», и «не хотят ли они посмотреть в глаза фактам и заключить мир»6. Однако сын Камагереро Самуэль Магареро в ответном письме от 20 июля возложил вину за войну на нама, оставив, впрочем, дверь для переговоров открытой. Последовал новый обмен письмами. Витбой не хотел брать вину за развязывание войны на себя и призывал Самуэля, считаясь с фактами, просить о мире7. Но его призыв не нашел понимания.
Тогда в сентябре 1891 г. Витбой совершил новое нападение на гереро. Военные действия продолжались с переменным успехом. Канун 1892 г. был отмечен успешной атакой Витбоя на Очимбингве. 7 апреля 1892 г. гереро объединенными силами нанесли удар по укреплениям Витбоя у Хорнкранца - его ставки. Эта атака была успешно отбита, и тогда гереро поняли, что им военными методами с нама не справиться. Не могли они надеяться и на помощь немцев в борьбе против нама: их отношения с немцами осложнялись из-за недовольства новыми налогами.
К. фон Франсуа попытался успокоить Витбоя, понимая, что на данном этапе справиться с нама военными методами он не сможет. 8-9 июня 1892 г. он провел с Витбоем переговоры в Хорн- кранце с тем, чтобы склонить его к заключению договора о «защите» с Германией и к миру с гереро. Витбой ответил отказом. Он говорил: «Я спрашиваю: что такое “защита”? От чего нас надо защищать? От какой опасности или беды один верховный правитель защищает другого?.. Если капитан подчинился кому-то другому, то он уже не независим более, он не распоряжается ни самим собой, ни своим народом, ни своей страной». Он подчеркнул, что «эта часть Африки — страна краснокожих капитанов», которые в случае опасности обращаются за помощью друг к другу, а не к посторонним8.
Тогда фон Франсуа попытался справиться с Витбоем с помощью гереро, договорившись с ними о совместном штурме Хорнкранца. В этот момент Витбой послал Магареро письмо с предложением заключить мир, и на этот раз Магареро пошел навстречу Витбою. Мирные переговоры между гереро и нама начались 16 октября 1892 г. Поначалу обе стороны выдвигали взаимно неприемлемые требования, но в конце концов был найден компромисс. 22 октября X. Витбой вручил представителю Магареро декларацию: «Я даю вам мир от имени всего моего народа»9.
Мирный договор 1892 г. между гереро и нама был важной вехой в истории Намибии: впервые представители двух ее основных этнических групп объединились против колонизаторов. После заключения договора X. Витбой начал секретные переговоры с другими народами страны о совместных военных действиях против немцев. Более того, он неоднократно обращался за помощью к британским властям Капской колонии. Осуществлению планов Витбоя помешали раздоры среди коренных жителей. К тому же немцы упредили его намерения.
План военного покорения витбоев давно вызревал у нового главы немец6 The Hendrik Witbooi Papers... P. 56.
7 Ibid. P. 58-65.
8 Witbooi H. Afrika den Afrikanern: Aufzeichnungen eines Nama, Häuptlings aus den Zeiten der Eroberung Südwestafrikas. 1884 bis 1894. Berlin-Bonn, 1982. S. 127, 128.
9 Ibid. S. 104.
Illlltlllllllllllll
IIIIIIIIHIIIIIIIII


кой администрации К. фон Франсуа, но «добро» Берлина на его осуществление было получено после заключения мира между гереро и нама. Для этого в середине марта 1893 г. в Юго-Западную Африку прибыли 214 немецких солдат и два офицера. Уже в апреле 1893 г. немцы внезапно с двух сторон напали на резиденцию Витбоя Хорнкранц. В результате было убито более 85 человек Витбоя и только один немец. Большинство погибших были женщины и дети. Самому Витбою и его солдатам удалось бежать в горы. На следующий день Хорнкранц был сожжен дотла и разграблен. Среди пленных оказались жена и дочь X. Витбоя. Как вспоминает командир одной из немецких рот К. Швабе, дочь Витбоя заявила немцам: «Скорее отправляйтесь назад, на большие корабли, на которых вы переплыли море, потому что скоро, как лев, нападет мой отец и выгонит из страны всех белых людей»10 11.
И действительно, вскоре Витбой захватил два стада немецких лошадей, лишив таким образом противника мобильности. Затем он направил послов к англичанам с письмом, в котором молил дать ему оружие и боеприпасы, и эвакуировал свой народ в труднодоступные горы. Долгое время его местопребывание было неизвестно немцам, тогда как он совершал все новые вылазки.
В свою очередь немцы тоже готовились к решительному бою. Они построили форт в Хорнкранце. К. фон Франсуа отправил в Германию телеграмму с просьбой о новых подкреплениях.
Тем временем Витбой развернул против немцев партизанские действия. В июне 1893 г. его воины появились в районе Виндхука и, нанеся удар, скрылись. В начале июля была совершена новая вылазка в район Хорнкранца. В августе он несколько раз нападал на немецкие караваны с грузами.
Получив подкрепление живой силой и вооружением, фон Франсуа попытался захватить Витбоя, для чего в начале октября напал на его лагерь. В бой с ним вступили арьергардные силы Витбоя, тогда как основные отошли дальше в горы. Немцы уже не могли их преследовать. Витбой пополнял свои запасы оружия и боеприпасов через южные районы страны нама, где немцы не появлялись. 6 ноября 1893 г. он захватил образцовую немецкую ферму Кубуб.
В ответ фон Франсуа в начале ноября подготовил новое нападение на Витбоя. Был разработан хитроумный план по окружению его лагеря, но когда кольцо сомкнулось, Витбоя там не оказалось. Весь декабрь 1893 и январь 1894 г. фон Франсуа преследовал Витбоя, но безрезультатно. Решающее сражение состоялось 1-2 февраля 1894 г. Витбой был оттеснен со своих позиций в горы, но и фон Франсуа не имел больше сил для его преследования.
Т. Лейтвейн, новый глава германской администрации, активно подписывал договоры о германском протекторате с разными народами Юго-Западной Африки. В конце концов, не подписавшим такой договор остался X. Витбой, о котором сам Лейтвейн позже писал: «Своим полуторагодичным сопротивлением Витбой оспаривал у нас пальму победителей и проявил себя совершенным мастером ведения войны по-африкански»11.Уже вскоре после прибытия в ЮЗА, 9 марта 1894 г., Лейтвейн отправил Витбою письмо, в котором предлагал ему окончить войну и на выгодных условиях подчиниться германским властям. Витбой от10 Schwabe К. Im deutschen Diamantenlande. Berlin, 1910. S. 39.
11 Leutwein Th. Elf Jahre Gouverneur in Deutsch-Südwestafrika. Berlin, 1906. S. 299.
iiiiiiitifiiiimii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


ветил, что не на нем, а на фон Франсуа лежит ответственность за развязывание войны. Тогда Лейтвейн предложил Вит- бою два выхода: или подчинение, или война с ним персонально как с верховным вождем страны нама. Это письмо было написано после того, как Лейтвейном была создана цепь фортов, окруживших Витбоя.
В начале мая он лично прибыл в горы, где скрывался Витбой. Последовал новый обмен письменными посланиями. Витбой ответил, что готов вести с Лейтвейном переговоры о мире, что же касается договора о протекторате, то он писал: «Я дружески прошу Вас быть столь добрым и дать мне возможность и время обдумать это дело... поэтому сначала примите перемирие, которое я предлагаю, идите с миром домой и ждите там моего ответа на второй вопрос»12. Лейтвейн в ответ послал ультиматум, дав ему два дня на размышление. Витбой вступил с ним в переговоры - устные и письменные. Лейтвейн пытался убедить его, так как понял, что у него не хватит сил и средств, чтобы победить Витбоя. Получив 22 мая известие о том, что ему будет послано подкрепление в 250 человек, Лейтвейн под благовидным предлогом заключил с Витбоем перемирие до 1 августа.
X. Витбой понимал, что это перемирие окончится жестокой схваткой. Поэтому он использовал его для консолидации сил. Он обратился за поддержкой к другим группам нама. Их капитаны побоялись открыто выступить на его стороне, но разрешили добровольцам присоединиться к нему. Кроме того, Витбой попытался приобрести новую партию оружия и боеприпасов в соседнем Бечуаналенде.
Вернувшись в горы в начале июля, Витбой писал Лейтвейну: «Я не могу дать ход вопросу о протекторате, вопрос этот слишком сложен и невозможен для меня, потому что я не могу и не хочу подчиниться Вам». Получив это письмо, Лейтвейн ответил: «Дни независимых капитанов в Стране нама ушли навсегда»13.
Решающее и кровопролитное сражение между силами Лейтвейна и Витбоя началось 27 августа 1894 г. Лейтвейн окружил горы, в которых скрывался Витбой, со всех сторон. Люди Витбоя были оттеснены со своих позиций и, отбиваясь, отступали. Бои продолжались до начала сентября, когда Витбой послал Лейтвейну письмо, в котором просил его прекратить преследование: «Разве Вы не видите, что я спасаюсь бегством»14.
Тем не менее военные действия продолжались. Обе стороны были измотаны, но перевес был на стороне немецких сил, преследовавших людей Витбоя. И сентября Лейтвейн получил от Витбоя письмо о том, что он готов принять германский протекторат. И тогда, в нарушение своего же решения о войне на уничтожение, принимая во внимание жестокое сопротивление и потенциальную опасность Витбоя, Лейтвейн предпочел мирные переговоры, для чего направился вего лагерь.
15 сентября 1894 г. был подписан договор между Витбоем и Лейтвейном. В ст. 1 говорилось о том, что Витбой и его народ переходят под протекторат германского кайзера. По договору они получали земли их традиционного обитания (около 20 тыс. кв. км). Витбой лично нес ответственность за поддержание порядка на своей территории, за что ему полагалось жалованье в 2 тыс. марок в год (ст. 5). Кроме того, Витбой добился, что его людям было разрешено сохранить их оружие (ст. 7). Однако за эту победу на 12 Witbooi Н. Op. cit. S. 126.
13 The Hendrik Witbooi Papers... P. 138.
14 Ibid. P. 144.
IIIIIIIIIIHIIIIIII JO lllllllllllllliHII


переговорах Витбой должен был, скрепя сердце, подписать статью о размещении немецкого гарнизона на своих землях. Более того, каждый раз, когда немецким властям протектората приходилось подавлять очередное вооруженное выступление того или иного народа, Витбой должен был предоставлять немцам сотню своих солдат в качестве подкрепления. Однако в целом договор был для Витбоя почетным: он признавал за его народом большую территорию, а самое главное - разрешал кхобесин сохранить свое оружие и торговать оружием и боеприпасами15.
На следующий день, 16 сентября, Лейтвейн издал прокламацию, в которой отменялась изданная им в апреле того же года прокламация об объявлении X. Витбоя вне закона. Таким образом, договор о протекторате над людьми Витбоя достался немцам очень дорогой ценой, и некоторые его положения отражали признание их большой военной силы. Сам Лейтвейн впоследствии писал, что это было не «уничтожающее поражение» Витбоя, а его «согласие на германский протекторат на малообременительных для него условиях»16.
Такие условия договора вызвали большое возмущение в Берлине. Кайзер Вильгельм II не утверждал договор целый год, пока Лейтвейн не убедил его, подчеркивая, что на иных условиях с Витбоем было не договориться, а окончательно разбить его практически невозможно, что немецким властям в протекторате куда важнее иметь Витбоя в союзниках, чем в вечных противниках. Десять последующих лет Витбой неукоснительно соблюдал условия договора. В частности, он поставлял немецким властям протектората своих солдат для подавления локальных мятежей.
В конце 1904 г. Хендрик Витбой поднял и возглавил Великое восстание нама против германских колонизаторов. Это была часть крупной антиколониальной войны, которая началась 12 января 1904 г. Великим восстанием народа гереро, почти полностью истребленного немцами, а закончилась лишь к 1909 г. История распорядилась таким образом, что гереро и нама не сумели объединиться в ходе этой войны и были разбиты поодиночке.
Хендрик Витбой долго выжидал, прежде чем решиться восстать. Более того, в подавлении восстания гереро участвовала сотня воинов Витбоя - он поначалу соблюдал обязательства своего договора с немцами. И именно рассказы девятнадцати воинов из этой сотни, дезертировавших с поля боя, переубедили Витбоя. Они много говорили о жестокостях немецких солдат: о том, что те не щадят ни женщин, ни стариков, ни детей, и им в сущности все равно, гереро ты или нама - они ненавидят всех африканцев.
Прежде чем подняться против немцев, Витбой разослал письма к капитанам других групп нама с призывам присоединиться к восстанию, и многие - правда, не все - откликнулись на этот призыв. В результате под началом Хендрика Витбоя собралось около 1,5 тыс. солдат.
14 ноября 1904 г. Хендрик Витбой написал губернатору Т. Лейтвейну письмо, в котором, в частности, говорилось: «Души всех африканцев, погибших в последние десять лет, простых людей и вождей, сгинувших безо всякой вины, без войны, когда действовали договоры о мире, обвиняют меня. Мне придется отвечать перед Господом нашим Небесным Отцом. Он услышал наши мольбыи слезы. Он послал нам свое благословение.
15 Witbooi Н. Op. cit. S. 205-208.
16 Leutwein Th. Op. cit. S. 299.


Слушая Его, я разрываю наш мирный договор»17.
Этим письмом Витбой объявлял о начале восстания против германских властей. Его воины поначалу вели успешные военные действия против немцев. При этом немецких женщин и детей, как правило, отпускали.
Всего между немцами и нама было более 200 столкновений. Причем во многих из них, в частности в январе 1905 г., участвовало несколько сот гереро. Нама, против которых сражалось до 15 тыс. немецких солдат, понимали, что их козырь - партизанские действия. В результате тактики, избранной восставшими, немцам не удалось одержать ни одной окончательной победы.
23 апреля 1905 г. Трота вынужден был издать прокламацию, свидетельствовавшую, несмотря на резкий тон, о его слабости: «Восставшим готтентотам. Великий и могущественный Кайзер, желая оказать готтентотскому народу милость, приказал: тем, кто сдастся добровольно, будет дарована жизнь; лишь те, кто с начала восстания убивал белых или приказывал убивать белых, поплатятся жизнью по закону. Сообщив вам это, говорю далее, что с теми, кто не подчинится, случится то же, что и с народом гереро, в своем ослеплении решившим, что он может вести успешную войну с могущественным Кайзером и великим германским народом... За выдачу живыми или мертвыми виновных в убийствах назначаю следующие премии: за Хендрика Витбоя - 5000 марок...»18
Повстанцы, конечно, и не думали сдаваться. Их основные силы неожиданно исчезли из поля зрения немцев на целых полгода - с января по июль 1905 г. В июле до Троты дошли сведения, что витбои вернулись в места своего традиционного расселения. Как потом оказалось, «исчезли» они из района Калахари.
Для уточнения этих сведений Витбою было послано письмо, в котором ему вновь предлагалось сдаться. Вот что ответил Витбой: «...мир означает смерть мою собственную и смерть моего народа. Ведь я знаю, что среди вас мне не найдется пристанища... Вы прекрасно знаете, что в годы вашего мира я был с вами множество раз и убедился в том, что он не означает ничего иного, кроме гибели наших людей. Ведь вы узнали меня, а я горьким опытом своей жизни узнал вас. Засим кончаю. Капитан Хендрик Витбой»19.
Нама провели около 200 сражений с немецкими войсками. В одном из сражений, 29 октября 1905 г., Хендрик Витбой был тяжело ранен и вскоре умер. Но имя Витбоя оставалось знаменем восставших, пока они не были окончательно разбиты.
А.С. Балезин
Сочинения
The Hendrik Witbooi Papers. Windhoek, 1989. Witbooi H. Afrika den Afrikanern: Aufzeichnungen eines Naina-Häuptlings aus den Zeiten der Eroberung Südwestafrikas.l 884 bis 1894. (W) Berlin; Bonn, 1982.
Литература
Дрекслер X. Юго-Западная Африка под германским колониальным господством. М., 1987.
Балезин А.С., Притворов А.В., Слипченко С А. История Намибии в Новое и Новейшее время. М., 1993.
17 The Hendrik Witbooi Papers... P. 159.
18 Namibia National Archives. 355. Schutztruppe. 1.3. Hottentotenkrieg.
19 The Hendrik Witbooi Papers... P. 160.


Мохандас Карамчанд ГАНДИ
Mohandas Karamchand Gandhi;
2.Х. 1869-30.1.1948
Политический и религиозный деятель Индии и Южной Африки: почитается в Республике Индия как Отец нации, широкую известность в мире получил под именем Махатма (Великая душа).
Ганди родился в городе Порбан- дар в области Гуджарат (Индия). Его семья принадлежала к торгово-ростовщической касте бания. Отец, Карамчанд Ганди, был диваном, т. е. главным министром, в небольших княжествах - сначала в Порбандаре, некоторое время в Раджкоте, а затем в Ванканере. В семье Ганди строго соблюдались все религиозные обряды. Особенно набожной была мать Путлибай. Богослужение в храмах, принятие обетов, соблюдение постов, строжайшее вегетарианство, самоотречение, чтение священных книг, беседы на религиозные темы - все это составляло духовную жизнь семьи юного Ганди1.
В 16 лет Ганди закончил среднюю школу в Индии и в 1888 г. отправился для изучения юриспруденции в Англию. Он намеревался стать адвокатом, именно о такой карьере для сына мечтал его отец. Ганди поступил в Лондонский университет, изучал английский, французский и латинский языки, юридические и естественные науки. По завершении обучения в 1891 г., получив диплом адвоката, он вернулся в Индию. Однако природная робость, отсутствие практического опыта ведения дел и незнание индийского и мусульманского права лишали Ганди надежды на успешную карьеру у себя на родине. Поэтому, когда он получил предложение индийской торговой фирмы Лады Абдуллы* 2 вести ее дела в Южной Африке, то с готовностью согласился.
К моменту прибытия Ганди в Южную Африку в мае 1893 г. здесь уже существовала достаточно значительная индийская община. Первые выходцы из Южной Азии появились в Натале еще 1860 г., их завозили в качестве законтрактованной рабочей силы для работы на плантациях сахарного тростника и в угольных шахтах. После завершения срока контракта индийские работники могли или отправиться на родину, или же остаться в Южной Африке и приобрести небольшой участок земли. Вслед за первыми трудовыми мигрантами в Натал потянулись индийские торговцы из Северной Индии, в основном мусульмане и парсы. К середине 1890-х годов в Натале было уже около 51 тыс. выходцев из Южной Азии, к этому числу следует также добавить несколько тысяч индийцев, живших в других частях Южной Африки. Одна из крупнейших обшив ’ Горев А.В. Махатма Ганди. М., 1989. С. 28.
2 Карим Ходжи Адам Абдул.
niiiiiiiiiiiiiiiii
59
IIIIBIIIIIIIIIIIII


была в Трансваале, где проживало примерно 5 тыс. индийцев, большинство из которых были заняты в торговле и сфере обслуживания3.
Индийская община Южной Африки была неоднородной по своему составу. Самый многочисленный слой внутри нее составляли законтрактованные и свободные рабочие. Они же являлись наиболее бесправной и угнетаемой частью индийского населения. К состоятельной группе индийцев принадлежали так называемые «арабы», к которым причисляли купцов- мусульман, происходивших главным образом из районов Северной Индии, а также парсы и клерки-индусы. Представители этих трех групп практически не контактировали с законтрактованными и свободными рабочими, вступая с ними лишь в деловые отношения4.
Прибыв в Южную Африку, Ганди столкнулся с новыми для него порядками. С пренебрежительным отношением к индийцам Ганди уже встречался и у себя на родине, но то, что он увидел в Южной Африке, вызвало у него первоначально настоящий шок. Отправившись по делам фирмы в соседний Трансвааль, Ганди подвергся на своем пути ряду унижений: его выкинули из поезда за то, что он отказался оставить купе первого класса по требованию белого пассажира, путь от конечной железнодорожной станции в Чарльстауне до Йоханнесбурга ему пришлось проделать сидя на козлах, а не внутри дилижанса, куда его не пустили из-за цвета кожи, и т. д. Да и в самом Натале порядки были ненамного мягче, чем в соседнем Трансваале. Для большинства европейцев он был лишь адвокат- кули. Вернувшись в январе 1897 г. в Натал после поездки в Индию, Ганди чуть не стал жертвой разъяренной толпы, требовавшей его линчевать за то, что он во время пребывания на родине якобы позволил себе неодобрительно высказываться о белых и пытался наводнить Натал индийцами5. Эти события оказали на Ганди чрезвычайно сильное влияние, именно с этого момента начинают происходить изменения в его политических взглядах - главным смыслом своей жизни он теперь видел борьбу за права своих соплеменников.
Вскоре после приезда в Южную Африку, в 1893 г., Ганди выступил в Претории на собрании индийцев, главным образом, купцов и служащих. Это было, по признанию Ганди, его первое публичное выступление. Он предложил «организовать ассоциацию, от имени которой можно было бы делать представления властям относительно притеснений, испытываемых индийскими поселенцами». Он подчеркнул, что для этого необходимо сплотиться и «забыть всякие различия между индусами, христианами, гуджаратцами, мадрасцами, пенджабцами, синдхами, каччхами, суратцами и т. д.»6. Таким образом Ганди выступил против традиционного кастового, конфессионального и этнического деления индийского общества. Он призывал забыть прежние предрассудки и объединить усилия ради достижения общей цели - защиты прав индийцев в Натале.
По настоящему Ганди заявил о себе уже в 1893-1894 гг. во время кампании 3 Collected Works of Mahatma Ghandi. Vol. 1. P. 359,401-402 //URL: http://www.gandhiserve. org/cwmg/VOLOOl.PDF. (Здесь и далее отсылки даются на электронную версию издания Собрания сочинений М. К. Ганди: The Collected Works of Mahatma Gandhi: In 98 Vols. (Electronic Book). New Delhi: Publications Division Government of India, 1999.)
4 Ганди M.K. Моя жизнь. M., 1969. С. 118.
5 Там же. С. 183.
6 Там же. С. 134; Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста, 1870-1924. М., 1972. С. 189,190.
IIIIIIIIIIHI1IIIII
I1III1I Ulf II111ГН


по борьбе против законопроекта, лишавшего индийское население Натала избирательных прав. Он составил петицию на имя лорда Рипона, занимавшего тогда пост министра колоний Великобритании, под его руководством осуществлялся сбор подписей в ее поддержку. Кампания увенчалась неожиданном успехом: в течение двух недель петицию подписали 10 тыс. человек, и лорд Рипон отклонил законопроект на том основании, что в Британской империи не должно существовать законодательство, основанное на принципах расовой и национальной дискриминации7.
Массовость кампании и энтузиазм, который она вызвала среди индийцев Натала, превзошли все ожидания ее инициаторов. Но Ганди прекрасно понимал, что без создания постоянной общественной организации невозможно рассчитывать на длительный успех и эффективную защиту прав индийского населения. По его инициативе в Дурбане произошло собрание, на котором было провозглашено образование Индийского конгресса Натала8 (Natal Indian Congress) (это название Ганди выбрал не случайно: оно должно было напоминать о уже пользовавшемся широкой известностью и авторитетом Индийском национальном конгрессе). Его президентом был избран Ходжи Адам Абдул, а Ганди стал секретарем организации. Среди главных направлений деятельности Конгресса провозглашалось установление согласия и гармонии между индийцами и европейцами, проживавшими в колонии, и улучшение моральных, социальных и политических условий, в которых жили индийцы9.
С момента образования Индийского конгресса Натала общественная деятельность стала смыслом всей жизни Ганди. На него легли обязанности по сбору членских взносов, составлению и подаче петиций, организации собраний и контактам с прессой. Одной из сторон деятельности Конгресса была работа с индийцами, родившимися и получившими образование в колонии. Под покровительством организации была создана Ассоциация по вопросам образования индийцев. В нее входили главным образом молодые люди. Ассоциация была призвана выявлять их нужды и жалобы, содействовать их духовному развитию, способствовать сближению с индийскими купцами, а также привлекать их к общественной деятельности. Члены Ассоциации регулярно собирались, читали и обсуждали статьи по различным вопросам. Чтобы сделать книги доступнее, при ней была создана небольшая библиотека10.
В 1896 г. Ганди совершил поездку в Индию, где организовал несколько митингов в крупнейших городах страны. Для ознакомления с положением индийского населения в Южной Африке он написал брошюру «Жалобы британских 7 Ганди М.К. Указ. соч. С. 147; Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa // URL: http://www. gandhiserve.org/cwmg/VOL034.PDE
8 Даты основания Конгресса, указанные в его учредительных документах и в воспоминаниях Ганди, не совпадают. В первом случае стоит 22 августа 1894 г., во втором - 22 мая. В своей книге «Сатьяграха в Южной Африке» Ганди также колебался в определении точной даты собрания. Первоначально в рукописи был указан июнь 1894 г., но затем он его переправил на май. (См.: Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 190; Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa... // URL: http://www.gandhiserve.org/cwmg/VOL034.PDE)
9 Первый программный документ Наталского индийского конгресса, 1894 г. // История Африки в документах, 1870-2000: В 3-х т. / Под об. ред. А.Б. Давидсона. М., 2005. T. 1 ( 1870-1918).С. 443-444.
10 Ганди М.К. Указ. соч. С. 154.
I1IKIIHIIIIIIIIII 67
1111111111111111111


индийцев Южной Африки: обращение к индийской общественности», из-за цвета обложки получившую известность как « Зеленая брошюра»11. В ней он перечислил многочисленные факты дискриминации, которым подвергались индийцы в Южной Африки. Даже несмотря на то что, по признанию самого Ганди, он придерживался в брошюре более умеренного тона, чем в своих прежних публикациях, она произвела на читателей огромное впечатление. Брошюра разошлась двумя тиражами по 10 тыс. экземпляров каждый. Выдержки из нее публиковались в прессе, приводились мировыми телеграфными агентствами и в уже несколько искаженном виде дошли до Натала, где вызвали ярость со стороны белых. Поэтому, когда Ганди, вернувшись в Южную Африку, сошел с корабля в порту Дурбана в январе 1897 г., его уже поджидала разъяренная толпа. От смерти его спасло лишь счастливое стечение обстоятельств11 12.
Однако в 1890-е годы политические взгляды Ганди ни в коем случае нельзя назвать антибританскими. Скорее наоборот, он испытывал глубокое уважение к английским традициям и культуре и в целом видел в британской политике больше благотворных факторов, нежели негативных. Сам Ганди писал позднее об этом периоде своей жизни: «Я полагал, что расовые предрассудки, с которыми я столкнулся в Южной Африке, явно противоречат британским традициям и что это явление временное и носит местный характер. Поэтому в лояльности по отношению к трону я соперничал с англичанами. Я тщательно заучил мотив национального гимна и всегда принимал участие в его исполнении. Всюду, где представлялся случай выказать лояльность без шума и хвастовства, я охотно делал это»13.
В 1899 г. Ганди представился случай доказать искреннюю лояльность индийцев Натала британской короне на практике. В октябре разразилась Англо-бурская война и он сформировал санитарный отряд из 1100 человек, большая часть из которых были законтрактованными индийскими рабочими. Ганди и его единомышленники верили, что их усилия будут способствовать изменению европейского общественного мнения об индийцах. Эту надежду в них подкрепляли публиковавшиеся в южноафриканских газетах стихи в честь индийских добровольцев, заканчивавшиеся строчками: «В конце концов, все мы сыны Империи»14. В 1906 г., во время восстания зулусов, Ганди снова сформировал санитарный отряд, но это был последний его опыт сотрудничества с колониальными властями. Завершение Англо-бурской войны не внесло облегчения в положение индийцев Южной Африки. Скорее даже наоборот, в ряде случаев их положение ухудшилось. Несмотря на видимую строгость расового законодательства, действовавшего до войны в Трансваале, его применение не отличалось строгой организацией и последовательностью. Появление же английских чиновников, как указывал Ганди, прибывших главным образом из британских владений в Азии, привело к ужесточению практики правоприменения. Старые законы не были отменены, их исполнение было поставлено на регулярную и отлаженную основу английской колониальной бюрократической машины15.
11 Gandhi М.К. The Grievances of the British Indians in South Africa: an Appeal to the Indian Public // URL: http://www.gandhiserve.org/cwmg/VOL001.PDE
12 Ганди M.K. Указ. соч. С. 184-188.
13 Там же. С. 171.
14 Там же. С. 204.
15 Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa... P. 74.
inn innui 62 iiiiiiiinmiiiiii


В самом Натале первоначальные успехи в борьбе за избирательные права индийцев были фактически сведены на нет введением косвенных законодательный ограничений - не менее эффективных, чем если бы в них напрямую говорилось о выходцах из Азии. Согласно новому избирательному закону права участвовать в выборах лишались лица, прибывшие из стран, где не действовал институт представительства, основанный «на избирательном праве по выборам в парламент»16.
Становилось все более очевидным, что старые методы борьбы в виде митингов, собраний и подачи петиций не могли принести действительного облегчения индийскому населению. С 1903 г. Ганди стал издавать газету «Индиан опи- ньон» (Indian Opinion), на страницах которой он выступал с протестами против расовой дискриминации, публиковал резолюции Индийского конгресса Натала. Газета стала важнейшим инструментом консолидации индийской общины, формирования у ее представителей политического сознания. Первоначально она выходила на четырех языках: гуджарати, хинди, тамили и английском, но со временем издания на хинди и тамили прекратили свое существование, так как, по выражению Ганди, они не выполняли своего предназначения. По всей видимости, они не пользовались достаточным спросом, а их выпуск был затратным делом. Для Ганди издание газеты имело огромное значение. Через нее он знакомился с настроениями, царившими среди индийцев, узнавал их реакцию на его 16 Ibid. Р. 75.
17 Ганди М.К. Указ. соч. С. 257-258.
18 Там же. С. 143.
19 Горев А.В. Указ. соч. С. 43-44.
20 Из книги Дж. Рескина Ганди вынес три основных положения: благо отдельного человека содержится в благе всех; работа каждого человека имеет одинаковую ценность вне зависимости от ее характера, поскольку у всех одинаковое право зарабатывать трудом себе на пропитание; жить стоит лишь трудовой жизнью, т. е. жизнью земледельца или ремесленника (Ганди М.К. Указ. соч. С. 269).
идеи и поступки. «Посредством переписки община как бы разговаривала со мною вслух. Это помогало мне лучше осознать свою ответственность как журналиста, а завоеванный таким образом авторитет способствовал тому, что в будущем наше движение стало эффективным, благородным и непреодолимым», - писал он позднее17.
В первые годы XX в. Ганди переживал период сложных духовных исканий. Он все больше задумывался о коренном переустройстве всей своей жизни, подчинении ее высшей цели - служению обществу. Большое влияние на мировоззрение Ганди оказал Л.Н. Толстой. Впервые он познакомился с взглядами русского мыслителя еще в самом начале своего пребывания в Южной Африке. Книга Толстого «Царство божие внутри нас» оставила, по словам Ганди, неизгладимый след в его душе18. Его не могло не привлекать учение великого русского писателя и мыслителя. Как указывает А.В. Горев, автор биографии Ганди на русском языке, взгляды Толстого были близки ему идеализмом и изобличительной силой, гуманизмом и христианским непротивлением злу насилием, ностальгией об утраченном «вечном начале» нравственности, отрицанием индустриального прогресса, культом простого уклада жизни, убеждением, что материальное богатство - ничто, пустое, суета19.
В 1904 г. Ганди познакомился со взглядами Джона Рескина, английского художника и социального философа. Прочтя его книгу «Последнему, что и первому», Ганди решил незамедлительно осуществить заключенные в ней идеи на практике20. Он основал в Наiiiiiiiiiiiiiitiiii iiiiiiiniiiiiiiiii


тале трудовую колонию Феникс, куда перенес типографию и издание газеты «Индиан опиньон». В 1908 г. Ганди перевел книгу Рескина на гуджарати под названием «Сарводайя» («Всеобщее благо»), и это понятие стало одним из ключевых в его учении. На тех же принципах, что и в Фениксе, в 1910 г. в 20 км от Йоханнесбурга Ганди основал «Толстовскую ферму». Эти поселения стали прообразом ашрама (обители) Ганди, созданного им в 1915 г. после возвращения на родину, в Гуджарат.
В середине 1906 г., в возрасте 37 лет, он принял обет брахмачария, поставив тем самым всю свою жизнь в рамки жесточайших ограничений. Обет предусматривал, наряду с выполнением целого свода религиозных предписаний индуизма, отказ от владения собственностью, исключение из рациона питания продуктов животного происхождения, половое воздержание и другие запреты. Аскетический образ жизни, основанный на сознательном подавлении страстей и желаний, по убеждению Ганди, закалял волю, просветлял ум и душу, давал возможность целиком посвятить себя служению своему народу21. О коренных сдвигах в мировоззрении Ганди свидетельствовала брошюра «Хинд сварадж, или Индийское самоуправление», написанная им в 1908 г. во время путешествия морем из Лондона в Южную Африку. В ней он выступил с жесткой критикой европейской цивилизации. Ее подлинным критерием он считал стремление к физическому благополучию, ненасытное стремление к удовлетворению материальных потребностей. Основы подлинной цивилизации, по его мнению, были заложены в Индии. Под цивилизацией он понимал образ поведения человека, который указывает ему путь долга. «Исполнение долга и соблюдение морали - взаимозаменяемые понятия. Соблюдать правила морали - значит господствовать над своими мыслями и страстями. Поступая так, мы познаем самих себя. По-гуджаратски слово “цивилизация” означает хорошее поведение» - так выражал Ганди свое понимание подлинной цивилизации в 1908 г.22
Таким образом, в следующие после Англо-бурской войны годы в основном завершается складывание морально-этических и философских воззрений Ганди. Именно в Южной Африке он попытался впервые воплотить их на практике и от того, насколько его действия оказались бы успешными, зависело будущее того учения, которое вошло в историю как гандизм.
В 1907 г. в Трансваале был введен закон о принудительной регистрации всех индийцев, получивший название «черный закон». За ним последовал «Акт об ограничении иммиграции индийцев и высылки их из Трансвааля». Эти меры вызвали протест всего индийского населения. Во главе движения протеста встал Ганди. Он призвал индийцев Трансвааля к отказу подчиниться дискриминационным мерам правительства, пренебрегая возможными репрессиями. Свой метод неподчинения законам без применения насилия он назвал «сатьяграха»23.
Сатьяграха ознаменовала собой новый этап в движении индийцев Южной
21 Горев А.В. Указ. соч. С. 67.
22 Там же. С. 446.
23 Сам Ганди объяснял значение этого слова следующим образом: «Сатья - “истина, воплощенная в любви”, аграха - “твердость духа”». В отечественной литературе термин «сатьяграха» переводится как «упорство в истине». Сам Ганди переводил его как «сила, рождающаяся из истины и любви». (См.: Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa... P. 93; Комаров Э.Н., Литман АД. Мировоззрение Мохандаса Карамчанда Ганди. М., 1969. С. 63.)
iiiiiiiiiiiiiiniii 64
iiiiiiiiiiiiiiniii


Африки. Это была не просто петиционная кампания, а массовый бойкот закона, с чем южноафриканские власти никогда дотоле не сталкивались. Сопротивление «черному закону» было хорошо организовано. У дверей регистрационных пунктов дежурили пикеты участников сатьяграхи. Они не должны были ни в коем случае применять насилия к тем индийцам, кто добровольно хотел пройти регистрацию. Они могли лишь рассказывать о целях кампании и раздавать листовки. Повсюду проходили митинги. Участники сатьяграхи ходили по домам и разъясняли смысл и характер сатьяграхи. В случае ареста полицией они должны были «с радостью» подчиниться. Среди участников кампании было много молодежи, в пикеты привлекали юношей с 12 лет24. В результате в объявленный законом срок - до 31 июля 1907 г. - прошли регистрацию лишь 4% тех лиц, на кого она распространялась. Срок регистрации был продлен на четыре месяца, а организаторы бойкота, в том числе и Ганди, арестованы. Но это не принесло правительству желаемых результатов25.
Впервые столкнувшись со столь массовым и хорошо организованным движением, власти Трансвааля вынуждены были пойти на переговоры. 30 января 1908 г. Ганди доставили из йоханнесбургской тюрьмы в Преторию в резиденцию Я.Х. Смэтса, являвшегося тогда министром внутренних дел Трансвааля. Он пообещал Ганди добиться отмены «черного закона», если индийцы пройдут регистрацию добровольно. В тот же день Ганди был освобожден из тюрьмы и на массовом митинге индийцев в Йоханнесбурге призвал к добровольной регистрации26. Это заявление было встречено многими с недовольством, Ганди открыто обвиняли в предательстве интересов индийцев. Особенно яростные нападки на достигнутые соглашения и самого Ганди совершались со стороны представителей общины пуштунов. Распространялись слухи, что его подкупили за 15 тыс. фунтов. Ганди даже подвергся физическому нападению, и руководство Индийского конгресса Натала приставило к нему охрану, опасаясь за его жизнь27 28.
Вскоре выяснилось, что правительство Трансвааля отнюдь не собиралось сдерживать обещание по отмене «черного закона». Наоборот, были приняты новые ограничения на доступ индийцев в Трансвааль. Ответом на это стала новая стадия сатьяграхи, начавшаяся в августе 1908 г. массовым сожжением регистрационных удостоверений (около 2 тыс.) в Йоханнесбурге26. Участники сатьяграхи демонстративно нарушали официальные запреты: отказывались обращаться к властям за какими-либо разрешениями, торговали без лицензии, появлялись на улице в «неположенное» время, после 9 часов вечера, ходили по тротуарам, а не по проезжей части, как предписывалось властями, и т. д. Правительство ответило арестами многих участников сатьяграхи.
В этот непростой для него период Ганди обратился за духовной поддержкой к Толстому. В 1909 г. в «Индиан опиньон» было опубликовано «Письмо к индусу», написанное Толстым в ответ на обращение к нему издателя журнала «Свободный Хиндустан», выходившего в Индии. В предисловии к его южноафриканской публикации Ганди писал: «Для меня, скромного последо24 Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa... P. 113-114.
25 Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 192.
26 Там же.
27 Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa... P. 140, 154-155.
28 Ibid. P. 169.
iiitiiiiitiiiiiiiit oj iiiiiitniiiiiiiiii


вателя великого учителя, которого я уже давно считаю своим руководителем, является делом чести быть сопричастным к опубликованию этого письма, которое немедленно станет всемирно известным»29. Вскоре Ганди написал и самому автору письма, подробно обрисовав борьбу индийцев в Южной Африке30. Толстой с большим вниманием и интересом отнесся к посланию неизвестного ему дотоле индийца, писавшего, как ему казалось, с края света. Прочтя брошюру «Хинд сварадж», Толстой отметил в своем дневнике 20 апреля 1910 г.: «Вечером читал Ганди о цивилизации. Очень хорошо»31. В последнем письме Толстого, полученном в Южной Африке в ноябре 1910 г., еще в большей степени прослеживается духовное родство двух великих мыслителей: «...Теперь, когда живо чувствую близость смерти, мне хочется сказать другим то, что я так особенно живо чувствую и то, что, по моему мнению, имеет огромную важность, а именно о том, что называется непротивлением, но что, в сущности, есть не что иное, как учение любви, не извращенное ложными толкованиями»32. Учение о высшей ценности любви и непротивлении злу насилием лежали в основе мировоззрения как Ганди, так и самого Толстого. Эти два великих человека, рожденные и жившие в разных культурах и исторических условиях, принадлежавшие к разным социальным слоям, мыслили удивительным образом в унисон. Для Толстого идеал любви содержится в проповеди Христа. Ганди же развивал свое морально-этическое учение на основе достижений древнеиндийской религиозной и философской мысли. Его представления о любви напрямую проистекали из приверженности принципу ахимсы - воздержания от нанесения живым существам какого-либо вреда. Ганди утверждал, что любовь несовместима с причинением кому-либо страданий, она исключает любые проявления ненависти, которая должна исчезнуть из жизни. Он рассматривал любовь как глубокий нравственный мотив, которым должен руководствоваться приверженец ахимсы. Именно в этом он видел коренное различие между сатьяграхой и пассивным сопротивлением, которое было лишено чувства любви к своим врагам, в то время как Ганди учил о великой преобразующей силе любви, направленной на всех людей, включая даже его самых яростных противников33. Таким образом, несмотря на столь разные исходные точки формирования мировоззрения Толстого и Ганди, мыслили и говорили они на общем для них языке.
Последнее письмо Толстого Ганди произвело в Южной Африке большое впечатление. Не удовлетворившись по29 Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 198.
30 Gandhi М.К. Collected Works of М.К. Ghandi. Vol. 10. P. 359, 401-402 // URL: http:// www.gandhiserve.org/cwmg/VOL010.PDF (См. на русском языке: Ганди М.К. Письмо Толстому Л.Н., 1 октября 1909 г. // Л.Н. Толстой. М., 1939. Кн. II. С. 340-343. (Лит. наследство; Т. 37/38)) URL: http://feb-web.ru/feb/tolstoy/critics/t37/t372340-.htin).
31 Ганди М.К. Письмо Толстому Л.Н., 4 апреля 1910 г. // Л. Н. Толстой. М., 1939. Кн. II. С. 344—346. (Лит. наследство; Т. 37/38) URL: http://feb-web.ru/feb/tolstoy/critics/t37/ t372344-.htm
32 Толстой Л.Н. Письмо Ганди М.К., 7 сентября 1910 г. // Л.Н. Толстой М., 1939. Кн. II. С. 350-352. (Лит. наследство; Т. 37/38) URL: http://feb-web.ru/feb/tolstoy/critics/t37/ t372350-.htm
33 Комаров Э.Н., Литман АД. Указ. соч. С. 166-173; Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa... P. 95-97.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii OO


лученным английским переводом, Ганди попросил одну из русских эмигранток сделать перевод заново и опубликовал его 26 ноября 1910 г. в «Индиан опиньон». В 1914 г. письмо напечатали вновь, в так называемом «золотом номере» газеты, выпущенном в ознаменование успехов борьбы южноафриканских индийцев34.
После непродолжительного спада движение сопротивления южноафриканских индийцев поднялось с новой силой в 1913-1914 гг. Поводом для этого послужили новые дискриминационные меры - решение Верховного суда ЮАС признать законными лишь те браки, которые были заключены согласно христианским обрядам35. Это решение, наряду с уже существовавшими дискриминационными актами, вызвало взрыв возмущения. Ганди созвал собрание Ассоциации сатьяграхи — организации, призванной координировать проведение акций массового протеста, - на котором было принято решение о начале новых выступлений. Только теперь одними из их главных участников должны были стать женщины. В знак неповиновения антииндийским законам они должны были нарушить запрет на пересечение границ между провинциями и двинуться двумя группами навстречу друг другу из Трансвааля и Натала. Среди участниц этого марша была и жена Ганди - верная Кастурбай36.
Реакция властей была достаточно предсказуемой, женщины при пересечении границы подвергались аресту и заключались в тюрьму, но это вызвало взрыв массового возмущения как в самой Южной Африке, так и за ее пределами. 17 октября 1913 г. началась забастовка индийских горняков в Ньюкасле - крупнейшем центре угледобычи в Южной Африке. К ним присоединились индийские рабочие со всего Натала. Общее число прекративших работу достигало 60 тыс. человек. В результате действий полиции среди забастовщиков появились убитые и раненые37.
6 ноября 1913 г. Ганди начал знаменитый мирный поход протеста из Натала в Трансвааль. Эта акция была новым серьезным вызовом правительству. Ганди возглавил колонну из более чем 2000 рабочих, женщин и детей. Число участников марша росло с каждым днем. Посланные на границу Трансвааля войска и полиция применить оружие не решились. Правительство оказалось в замешательстве, не зная, что предпринять. В течение четырех дней похода Ганди арестовывался три раза, и каждый раз власти, опасаясь еще больших волнений, отпускали его. В поддержку Ганди выступили известные деятели науки и культуры - Бернард Шоу, Альберт Эйнштейн, Бертран Рассел, Ромен Роллан. Мировое общественное мнение было на стороне Ганди и его движения38. Сами южноафриканские власти находились в некоторой растерянности. «Мы же не можем содержать в тюрьме десять тысяч индийцев», - восклицал Смэтс39. На правительство ЮАС стало оказываться серьезное давление извне. В Индии ИНК начал кампанию в поддержку действий своих собратьев в Южной Африке. В декабре 1913 г. в Мадрасе с открытой поддержкой сатьяграхи выступил вице-король Британской Индии лорд Хардинг. Стал оказывать давление 34 Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 201.
35 Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa... P. 227.
36 Ibid. 229-231.
31 Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 194.
38 Горев А.Б. Указ. соч. С. 59.
39 Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 195.
IHIIIIIIIIIIIIIUI Of iiiiiiiiiiiiiHtiii


на правительство Л. Боты и Я.Х. Смэтса и Лондон, где были встревожены обострением обстановки на Юге Африки в условиях роста напряженности в мире в преддверии Первой мировой войны.
Переговоры с Ганди снова возглавил Смэтс. После своего освобождения из тюрьмы Ганди собрал в Дурбане массовый митинг индийцев. Он спросил собравшихся, готовы ли они пойти под пули, но отстоять правое дело, готовы ли они разделить участь соотечественников, уже отдавших свои жизни. И в ответ он услышал многократно повторенное тысячеголосое: «Да, да, да!»40 41 Опираясь на эту решимость людей, Ганди приступил к переговорам, которые продолжались четыре недели.
30 июня 1914 г. между Ганди и Сматсом было подписано соглашение, которое по своей сути было компромиссным. В 1914 г. парламент ЮАС принял «Закон об облегчении положения индийцев». Он не отменял принудительную регистрацию индийцев и унизительную операцию со снятием отпечатков пальцев. Но упразднялся подушный трехфунтовый налог с индийцев, признавалась законность индусских и мусульманских браков. Живущие в Южной Африке индийцы получили право привезти в страну свои семьи из Индии11.
В знак завершения переговоров Ганди передал Сматсу подарок со смыслом - сандалии, сделанные им самим на ферме Толстого: образец обуви, в которую были обуты большинство участников похода Натал-Трансвааль. Впоследствии Смэтс вспоминал, что проходил в этих сандалиях не одно лето, но, по его собственному признанию, не чувствовал себя в полном праве носить обувь «столь великого человека»42.
Достигнув соглашения с южноафриканскими властями, Ганди посчитал свои обязательства перед местными индийцами выполненными. 18 июля 1914 г. он отплыл в Англию, чтобы уже оттуда отправиться в Индию, но вынужден был задержаться в Лондоне из-за начавшейся Первой мировой войны.
Ганди ждала еще долгая жизнь, ему предстояло стать во главе Индийского национального конгресса и привести свою родину к желанной независимости в 1947 г. Он погиб 30 января 1948 г. от руки фанатика-индуса, став жертвой ненависти и нетерпимости.
♦ ♦ ♦
Хотя с 1915 г. жизнь Ганди была целиком связана с Индией, традиции сатьяграхи и идеи гандизма оказали большое влияние на развитие сил протеста в Южной Африке. Н. Мандела в статье «Священный воин», напечатанной в журнале «Тайм» («The Time») в декабре 1999 г., указывал, что вплоть до 1960-х годов, большинство антиколониальных движений на Африканском континенте находились под непосредственным влиянием гандизма43. По мнению Манделы, достижение урегулирования в Южной Африке и переход к правлению большинства «относительно мирным путем» было и заслугой Ганди. В 2003 г. в Йоханнесбурге ему был возведен бронзовый памятник в 2,5 м высотой. На его открытии присутствовал Н. Мандела.
Однако далеко не все в ЮАР разделяют подобный взгляд на вклад Ган40 Горев А.В. Указ. соч. С. 60.
41 Gandhi М.К. Satyagraha in South Africa... P. 274-275.
42 Mahatma Gandhi; essays and reflections on his life and work, presented to him on his seventieth birthday, October 2nd, 1939 / Compiled by S. Radhakrishnan. Allahabad, 1944. P. 298.
43 The Time. 1999. 31 December // URL: http://www.time.com/time/magazine/ article/0,9171.993025.00.html
IIIIHIIHHHHIII OO rilllllllllllllllll


ди в борьбу с расовой дискриминацией. Раздаются и другие голоса, которые напоминают о не совсем лестных отзывах Ганди об африканцах, которых он считал стоящими в своем развитии значительно ниже индийцев. Обвиняют его, отчасти справедливо, что он ничего не сделал для облегчения положения африканцев и подчеркнуто дистанцировался от них14. В этом проявлялась определенная «узость» его позиции. В декабре 1903 г. Ганди писал в «Индиан опиньон», что нет ничего, о чем бы индийцы больше заботились, чем о «чистоте их рода»44 45. В своей прощальной речи, произнесенной перед отплытием в Англию, Ганди фактически поддержал сохранение порядков расовой сегрегации: «Индийцы в полной мере осознают, кто является (в Южной Африке. - А. В.) доминирующей и правящей расой. Они не стремятся к установлению расового равенства с европейцами. Они убеждены, что должны идти своим собственным путем развития»46. Однако не стоит впадать в крайности и причислять Ганди к расистам, как это сейчас иногда делается в печати и на некоторых сайтах сети Интернет. Необходимо помнить, что Ганди также был человеком своего времени и не мог избежать многих предубеждений и предрассудков, существовавших в современном ему обществе. Нельзя забывать, что подобные взгляды в тот период разделяли и многие представители африканской интеллигенции, стоявшие у истоков АНК и движения протеста в Южной Африке47. Обвинения, что Ганди якобы относился к африканцам, как к неприкасаемым, во многом противоречат истине. Во время зулусского восстания 1906 г., когда он организовал санитарный отряд из индийцев, его пациентами, главным образом, были как раз зулусы, что вызывало у Ганди гораздо большую радость, чем если бы ему приходилось заботиться об английских солдатах. Нападки на Ганди в современной ЮАР можно объяснить противоречиями между индийцами и африканцами, уходящими своими корнями еще в XIX столетие. Поможет ли наследие Ганди забыть прошлые обиды и достичь примирения, покажет будущее.
А.В. Воеводский
Сочинения48
The Grievances of the British Indians in South Africa: an Appeal to the Indian Public. Madras, 1896.
Hind svaraj or the Indian Home Rule. Ahmedabad, 1968. (См. сокр. пер. на рус.: Ганди М.К. Моя жизнь. M-, 1969. С. 433- 455.)
Satyagraha in South Africa / Tr. from the Gujarati by Valji Govindji Desai. Madras, 1928.
The Story of My Experiments with Truth: In Two Vols. / Tr. from the original in Gujarati by Mahadev Desai. Ahmedabad, 1927—
44 The Guardian. 2003. 17 October // URL: http://www.guardian.co.uk/world/2003/oct/17/ southafrica.india
45 Collected Work’s of M. K. Ghandi. Vol. 3. P. 379 // URL: http://www.gandhiserve.org/cwmg/ VOL003.PDF.
46 Collected Works of M.K. Ghandi. Vol. 14. P. 188 // URL: http://www.gandhiserve.org/ cwmg/VOL0014.PDE
47 См., например, биографии Дж.Т. Джабаву и С.Ч. Плааки.
48 Здесь указаны важнейшие сочинения Ганди, связанные с его деятельностью в Южной Африке.
IIIIIIIIHIIIIIIIII ОУ IIIIIIIIHIIIIIIIII


1929. (См. пер. на рус.: Ганди М.К. Моя жизнь. С. 33-431.)
Литература
Горев А.В. Махатма Ганди. М., 1989.
Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста, 1870-1924. М., 1972.
Комаров Э.Н., Литман АД. Мировоззрение Мохандаса Карамчанда Ганди. М., 1969.
Bhana S., Vahed G. The Making of a Political Reformer: Gandhi in South Africa, 1893- 1914. New Delhi, 2005.
Palmer M. The History of the Indians in Natal. L., 1957.


Надин ГОРДИМЕР
Nadine Gordimer; род. 20.XL 1923
Юж н оафр и кан с кая 11 и сател ь н ица. Автор 14 романов и повестей, 11 сборников рассказов, 4 сборников публицистических произведений. Награждена 11 литературными премиями, получила степени почетного доктора литературы - в 14 университетах ЮАР, США, Израиля, Бельгии. Почетный член нескольких международных британских, американских и южноафриканских литературных обществ, вице-президент Международного ПЕН клуба. Ее произведения переводились на многие иностранные языки. Лауреат Нобелевской премии политературе (1991). Награждена французским орденом Почетного легиона (2007). Отец - еврей, эмигрант из Латвии, мать - южноафриканская англичанка.
Свой первый рассказ «Завтра приходи снова» опубликовала когда ей было 16 лет в йоханнесбургском журнале «Форум». В 1951 г., когда ей было 18 лет, ее рассказ напечатали в американском журнале «Нью-Йоркер». Во всем ее творчестве - протест против расизма, дискриминации, всего режима апартхейда, который господствовал в Южно- Африканском Союзе (с 1960 г. - Южно- Африканская Республика).
Она внимательно рассматривает воздействие расизма, расовой дискриминации и расистских предрассудков на психику людей, убедительно показывает, какое пагубное влияние оказывает расизм на моральный климат народов и государств. Особенно ярко опа вскрывала
IIIIIIIIIIIIIIIU1I 7 7 предрассудки своих белых соотечественников, их неумение и даже нежелание понять людей с другим цветом кожи. Вспоминала, что в детстве и сама принимала свою белую кожу как преимущество.
Творчество Гордимер настолько обширно и богато, что трудно выделить лишь несколько произведений.
Большой резонанс и в ЮАР, и за ее пределами получили с конца 1940-х годов сборники рассказов Гордимер «Лицом к лицу» (1949), «Вкрадчивый голос змия» (1952), «Шесть футов земли» (1956), «Следы Пятницы» (1960). «Не для печати» ( 1965), «Спутники Ливингстона» (1971).
Первый роман (автобиографический) - «Лживые дни» - вышел в 1953 г. Затем романы «Земля чужестранцев» (1958), «Любовная история» ( 1963) «Потерянный буржуазный мирок» (1966), «Хранитель» (1974, получил Букеровскую премию), «Дочь Бургера» (1979). «Солдатские объятия» (1980), «Люди июля» (1981). «Забавы природы» (1987) и «История моего сына» (1990). Роман «Бетховен был на одну шестнадцатую черным» вышел в 2007 г.
Произведения Гордимер не раз подвергались запрету цензурой ЮАР.
После 1960-го, когда появилось несколько десятков африканских государств, их судьба привлекала внимание Гордимер. Уже вскоре, в романе «Почетный гость» (1970), она писала о тех внутренних противоречиях, которые стали


разрывать африканские государства после провозглашения их независимости, о борьбе кланов за власть, о терроре и насилии появившихся диктаторов.
А с ослаблением и затем падением режима апартхейда Гордимер обратилась уже к трудностям и насилиям в по- слеапартхейдовской ЮАР: роман «Домашнее ружье» (1998) и многие другие художественные и публицистические произведения.
Творчество Гордимер имеет не только художественное значение. В сегод- няшнехМ мире, где растет ксенофобия, ее произведения демонстрируют пагубность расовых и национальных предубеждений.
К сожалению, на русский язык переведена лишь малая толика ее произведений. Ни одного романа, лишь отдельные рассказы.
А.Б. Давидсон
Сочинения
Где-то совсем близко. Повесть / Пер. с англ. С. Белова // Африка. Литературный альманах. Вып. 8. М., 1987. С. 30-120.
Дом Инкаламу. Рассказы / Пер. с англ.; сост.
С. Митиной. Предисл. А. Давидсона. М., 1982.
Открытый дом. Рассказ / Пер. с англ. С. Митиной // Избранные произведения писателей Южной Африки. М., 1976. С. 524-536.
Подарок для хорошей дочери. Рассказы / Пер. с англ. В. Коткина. М., 1979.
Поражение / Пер. с англ. В. Пророковой // Лехаим. М., 2006. Сент. № 9 (173).
Рассказы / Пер. с англ. К. Жуковской, Ф. Мендельсона / Сост. и предисл. А. Петриковской. М., 1971.
Совсем другие истории: Сборник рассказов / Пер. с англ. А. Блейза. М., 2006.
Шесть футов родной земли. Кн. 6. / Пер.
с англ. В. Жак. М., 1961. С. 116-123.
A Guest of Honour. N. Y., 1970.
A Soldier’s Embrace. L., 1980.
A Sport of Nature. L.; N. Y, 1987.
A World of Strangers. L., 1958.
Beethoven was one-sixteenth black: and other stories. N. Y, 2007.
Burger’s Daughter.L.; N. Y, 1979.
Crimes of Conscience. L, 1991
Faceto Face.Johannesburg, 1949.
Friday’s Footprint. L., 1960.
Get a Life. N. Y, 2005.
July’s People. N. Y, 1981; N. Y, 1982.
Jump and Other Stories. N. Y, 1991.
Lifetimes: Under Apartheid (with Nadine Gordimer). N. Y, 1986.
Livingstone’s Companions. N. Y, 1971.
Loot And Other Stories. N. Y, 2003.
My Son’s Story. L.; N. Y, 1990.
No Place Like. L., 1978.
None to Accompany Me. L., 1994.
Not for Publication: Fifteen Stories. L., 1965.
Occasion for L.; N. Y, 1963.
Six Feet of the Country. L.; N. Y, 1956.
Some Monday for Sure. L., 1976.
Something Out There. L., 1984.
South African Writing Today. L., 1967.
The Black Interpreters. Johannesburg, 1973.
The Conservationist. L., 1974.
The Essential Gesture. L., 1988.
The House Gun. L., 1998.
The Late Bourgeois World. L, 1966.
The Lying Days. L.; N. Y, 1953.
The Pickup. L., 2001.
The Soft Voice of the Serpent. N. Y, 1952.
Town and Country Lovers. Los Angeles, 1980.
Why haven’t you written; selected stories 1950- 1972. L., 1992.
Writing and Being. Cambridge (Mass.), 1995.
Литература
Литературы Африки. M., 1979. С. 300-301.
Петриковская А. [Рец. на кн.:] Gordimer Nadine. Not for Publication and Other Stories. N. Y, 1965. 248 p. // Современная художественная литература за рубежом. М., 1966. № 4. С. 65-68.
iiiiiiiiiiiiiiniii / Z iiiiiiiiiiiiiiniii


Тугушева М. [Рец. на кн.:] Gordimer Nadine. Occasion for Loving. N. Y, 1963. 308 p. // Современ. худож. лит-ра за рубежом. М., 1964. № 2. С. 86-87.
Bazin N. T,t Marilyn D. S. (eds.). Conversations with Nadine Gordimer. Jackson, 1990.
Bhabha H. K. The Location of Culture. L., 1994.
Chopin K. The Awakening and Selected Stories. N. Y, 1976.
Clingman S.R. The Novels of Nadine Gordimer: history from the inside. L., 1986. 2d ed.: L, 1993.
Clingman S. The Subject of Revolution: Burger’s Daughter and July’s People // The Novels of Nadine Gordimer: History from the Inside. L, 1986. P. 170-204.
Cooke J. The Novels of Nadine Gordimer: Private Lives/Public Landscapes. Baton Rouge, 1985.
ErritouniA. Apartheid Inequality and Postapartheid Utopia in Nadine Gordimer’s July’s People // Research in African Literatures. 2006. Vol. 37. No 4. P 68-84.
Ettin A. V. Betrayals of the Body Politic: The Literary Commitments of Nadine Gordimer. Charlottesville, 1993.
Head D. Nadine Gordimer. Cambridge, 1994.
Smith R. (ed.) Critical Essays on Nadine Gordimer. Boston, 1990.
Wagner K.M. Rereading Nadine Gordimer. Bloomington, 1994.
Wagner K. Rereading Nadine Gordimer. Bloomington, 1994.


Лоуренс Джордж ГРИН
Lawrence George Green;
5.I.1900-14.V.1972
Южноафриканский журналист и писатель.
Произошел из английской семьи писателей и журналистов: дед и отец были журналистами, два дяди - известными писателями. Родился в Кимберли во время его осады в ходе Англо-бурской войны 1899-1902 гг. Отец переехал в Капскую колонию еще в 1894 г., став журналистом кейптаунской газеты «Кейп тайме», затем - «Даймонд филдс эдвертайзер», издававшейся в Кимберли, ас 1910 г. стал редактором кейптаунской газеты «Кейп аргус». Лоуренс Грин учился в Англии и в Южной Африке, служил в английской армии в конце Первой мировой войны, а с 1919 г. в течение 35 лет работал в «Кейп аргус». Во время Второй мировой войны (до ноября 1942 г.) служил в южноафриканских вооруженных силах.
Делом жизни Лоуренса Грина был сбор и публикация материалов о важных, но малоизвестных событиях истории Африки. Материалы он собирал как в путешествиях, так и в библиотеках и архивах Южной Африки и Англии. В 1954 г. он ушел из «Кейп аргус» и целиком посвятил себя этой деятельности. Ему удавалось найти уникальные и нередко крайне интересные сведения и рассказать о них в яркой форме (даже о плавании адмирала Рождественского у берегов Африки во время Русско-японской войны). Он опубликовал в Южной Африке, Великобритании и США 41 книгу. В одной лишь Южной Африке было продано более полумиллиона его книг. Скончался в Кейптауне. Его книги издавались и после его смерти.
А.Б. Давидсон
Сочинения
Последние тайны старой Африки. М, 1966. Остров, нетронутый временем. М., 1972. Tavern of the Seas. Wynberg; Cape Town, 1947. An Editor Looks Back. South Africa and Other
Memories, 1882-1946. Cape Town; Johannesburg, 1947.
In the Land of Afternoon. Cape Town, 1949. Grow Lovely, Grow Old. Cape Town, 1951. These Wonders to Behold. Cape Town, 1960. Something Rich and Strange. Cape Town, 1962. A Decent Fellow Doesn’t Work. Cape Town, 1963.
Almost Forgotten, Never Told. Cape Town, 1965.
Thunder on the Blaauwberg. Cape Town, 1981. A Giant in Hiding. Cape Town, 1982.


ГУНГУНЬЯНА
Gungunhana;
18517-23.XIL1906
Правитель раннегосударственного образования Ватуа (Газа), находившегося па территории современного Мозамбика.
Точная дата и место рождения Гунгу- ньяны неизвестны. Он стал правителем Ватуа после смерти его отца Мзилы в августе 1884 г. Есть свидетельства о том, что Гунгуньяна брал уроки у человека, получившего европейское образование: в королевском краале жил учитель начальной школы, вероятно, португалец, гоанец или индиец. Есть основания полагать, что он жил при дворе Гунгуньяны до 1894 г., выполняя одновременно учительские и чиновничьи функции. Один из сыновей Гунгуньяны, Мангуа, умел читать, писать и говорить по-португальски и помогал отцу в его переписке.
Однако Гунгуньяна полностью отвергал европейские ценности.
В то же время современники описывали Гунгуньяну как мудрого, проницательного и могу шественного правителя, пользовавшегося непререкаемой властью в Ватуа. Португалец Маркеш Ге- ралдиш писал о нем в 1888 г.: «При общении с этим правителем испытываешь необъяснимую симпатию... В нем сочетаются привлекательные черты, которые быстро расположили нас к нему. Однако за этими приятными манерами скрывается железная воля, которую ничем нельзя сломить». Другой португалец, Айриш де Орнеллаш, подолу беседовавший с Гунгуньяпой, писал: «Я восхищался этим человеком, который подолгу вел дискуссии, приводя ясные и логические аргументы».
Придя к власти, Гунгуньяна довольно быстро сумел объединить под своим руководством враждующие фракции и кланы, что позволило избежать ситуации гражданской войны наподобие той, которая возникла за 25 лет до этого.
Однако Гунгуньяне пришлось столкнуться с очень сложной международной обстановкой. Европейские державы были вовлечены в борьбу за раздел Африки.
Берлинский конгресс 1884-1885 гг. вынудил Португалию согласиться на сокращение сферы ее интересов в бассейне Конго в пользу Независимого Государства Конго (будущее Бельгийское Конго). Это показало португальцам необходимость демонстрации своего присутствия в глубинных районах Африки. К этому времени Англия проявляла активный интерес к внутренним районам Южной Африки, в 1877 г. на четыре года она овладела Трансваалем, но поскольку он не имел выхода к морю, англичане попытались захватить бухту Лоренсу- Маркиш и превратить государство Газа в свою колонию. Англо-португальское колониальное соперничество в Юго-Восточной Африке приняло весьма острые формы. В 1881 г. было подписано соглашение, по которому Англия признала Мозамбик в его нынешних границах колонией Португалии, а та обязалась IIIIIIIIHIIIIIIIII
75
IIIIIIIllltirillIII


взамен предоставить оптимальный режим для деятельности в стране английской «Компаниа ди Мосамбик».
В этой обстановке проявились блестящие способности Гунгуньяны как дипломата. Он умело использовал англопортугальские противоречия для укрепления своих позиций. Прежде всего Гунгуньяна попытался установить контакты с высшими руководителями португальской колониальной администрации, чтобы сдержать или ограничить португальскую экспансию сопредельными с Ватуа районами.
Он согласился на предложение генерал-губернатора А. Коэлью учредить постоянный институт португальского резидента при его дворе.
Усыпив таким образом бдительность португальцев, Гунгуньяна начал активную подготовку к войне против колонизаторов. Он стремился сформировать антипортугальскую коалицию вождей и создать широкое межэтническое объединение в Мозамбике и за его пределами.
И июня 1891 г. был подписан секретный англо-португальский договор, по которому государство Ватуа было разделено между Англией и Португалией: северная часть страны (между р. Саби и границей) стала британской, а основная, большая, часть Ватуа - португальской территорией. Этот договор предопределил судьбу Гунгуньяны, независимость которого отказались признать две колониальные державы. «Независимость Гунгуньяны не признается правительством Ее Величества», - без обиняков заявил в апреле 1891 г. лорд Солсбери1.
В 1894 г. португальские власти пытались вмешаться в спор о престолонаследии вождей Махазула и Матибежаны в районе Лоренсу-Маркиша.
Когда португальский комендант в Ангоане вызвал к себе вождя Махазула, тот явился в сопровождении 2 тыс. вооруженных воинов. Попытка арестовать десять его индун (вождей) привела к вооруженной стычке в августе 1894 г.1 2 После этого распространились слухи, что «туземцы» готовятся атаковать Лоренсу-Маркиш. В городе возводились баррикады, а жителям было роздано оружие. Слухи оказались обоснованными. В отместку за вмешательство в спор о престолонаследии и за увеличение налога на хижины 14 октября 1894 г. 1500 воинов- нгони во главе с Махазулом и Матибежа- ной осадили Лоренсу-Маркиш. Нападение вызвало неописуемую панику среди жителей, город не был взят только потому, что подоспели матросы с португальских судов. Португальское господство в Мозамбике оказалось под угрозой.
Обнаруженные автором этой статьи в Историческом архиве Мозамбика в Мапуту документы свидетельствуют о том, что главным организатором штурма Лоренсу-Маркиша 14 октября 1894 г. был Гунгуньяна. Штурм столицы Мозамбика был предпринят по совету англичан и «Бритиш Саут Африка компа- ни» (БСАК), возглавлявшейся Сесилем Родсом. Тесные контакты Гунгуньяны с БСАК вызвали беспокойство и раздражение португальских колонизаторов3.
Португальцы в категорической форме потребовали от Гунгуньяны выдачи им двух «мятежных вождей» - Махазула и Матибежаны. Однако Гунгуньяна наотрез отказался выполнить это требование.
Этот отказ явился непосредственным поводом для португальской военной интервенции в государство Ватуа, явившейся последним актом трагической эпопеи Гунгуньяны. После упорного со1 WarhwstPh. Anglo-Portuguese Relations in South Central Africa. 1890-1900. L., 1962.
2 Caetano M. (ed.) As campanhas de 1895 segundo os contempozaneos. Lisboa, 1945. P. 41-46
3 Подробнее см.: Хазанов A.M. Герои борьбы за независимость Восточной Африки - Гунгуньяна и Мухаммед бин Абдалла. М., 2008. С. 16-18.
< О iiiiiiiiiiiiiiiiiii


противления в ноябре 1895 г. армия Гун- гуньяны, насчитывавшая 10 тыс. воинов, была разбита. Гунгуньяне с остатками его войск удалось бежать и укрыться в деревне Шаймити. В декабре португальский отряд под командованием Моуси- нью де Албукерки ворвался в селение. Гунгуньяна был пленен и отправлен на корабле «Африка» в Лиссабон. 13 марта 1896 г. закованный в цепи бывший правитель Ватуа был проведен по улицам Лиссабона так, как в древнем Риме проводили поверженных властителей.
В июне 1896 г. Гунгуньяна был сослан на остров Терсейра (Азорские острова), где он и умер 23 декабря 1906 г.
Литература
Хазанов А.М. История Мозамбика в новое и новейшее время. М., 2006.
Он же. Герои борьбы за независимость Восточной Африки - Гунгуньяна и Мухаммед бин Абдалла. М., 2008.
Он же. Гунгуньяна и португальский колониализм (конец XIX в.) // Европа, США и колониальный мир. М., 1988.
Wheeler D.L. Gungunhana // Leadership in Eastern Africa: Six Political Biographies. Boston, 1968.
А.М. Хазанов


Джон Тенго ДЖАБАВУ
John Tengo Jabavu;
11J.1859-10.IX.1921
Журналист и общественный деятель Южной Африки.
Родился в деревне Тйотйора в окрестностях Форта-Бофорт (современная провинция Восточный Кейп), принадлежал к этнической общности мфенгу (финго) - потомкам переселенцев из Натала, оставивших свои родные места из-за войн и миграций периода мфец’ане. Начиная с пограничной («кафрской») войны 1834 — 1835 гт. предки Джабаву были тесно связаны с Капской колонией Великобритании: служили в «туземном» ополчении во время войн с коса, работали на фермах европейцев, селились на миссионерских станциях. Его отец был регентом церковного хора в миссии Хилдтаун, и здесь же юный Джабаву поступил в начальную школу. Проявив хорошие способности в математике и литературе, он продолжил свое обучение в учительской семинарии, по завершении которой в 1875 г. занял пост учителя начальной школы в округе Сомерсет-Ист. После нескольких лет упорных занятий он в 1883 г. выдержал вступительные экзамены в Кейптаунский университет, что до него смог сделать лишь один представитель коренного населения Южной Африки.
Параллельно с учебой и преподавательской деятельностью Джабаву пробовал себя в журналистике. Он стал регулярно посылать статьи и заметки в газету «Кейп Аргус», издателем которой был Сол Соломон - известный политический деятель Капской колонии либерального направления. В своих публикациях Джабаву в первую очередь касался вопросов положения африканского населения, но проявлял живейший интерес и к политической жизни страны, внимательно изучал отчеты о дебатах в законодательном собрании Капской колонии’.
Решающую роль в дальнейшей карьере Джабаву сыграло его назначение в 1881 г. на пост редактора первой африканской газеты «Исигидими сама- коса» («Вестник коса»), издававшейся в Лавдейле с 1870 г. Ее задачей было, как говорилось в первом номере издания, «выступать за общее дело миссионеров, в интересах туземного народа»1 2. Но влияние и значение «Исигидими» далеко выходили за рамки пропаганды христианства и европейской культуры. Еще до прихода в редакцию Джабаву газета стала выразителем чаяний и интересов народа коса, в первую очередь его образованной части.
В период своего пребывания на посту редактора «Исигидими» с 1881 по 1883 г. Джабаву оказался в центре интеллекту1 Ngcongco L.D. John Tengo Jabavu, 1859-1921 // Black Leaders in Southern African History.
L, 1979. P. 142-145.
2 Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста (1870-1924). М., 1972. С. 135.
IIIIIKItllltllllll
IIIIIIIIHIIIIIIIII


альной жизни Лавдейла - одного из лучших образовательных учреждений Южной Африки второй половины XIX в. Атмосфера этого учебного заведения, из стен которого вышли многие представители африканской интеллигенции, не могла не сказаться на взглядах и мировоззрении Джабаву. Здесь к началу 1880-х годов сложился кружок первых африканских интеллектуалов и просветителей. В него входили: Элия Маки- ване, священник и литератор, ставший впоследствии президентом Ассоциации туземного образования, журналист и переводчик, автор церковных гимнов и песен на языке исикоса Джон Нокс Бок- ве, Мпамбани Иеремия Мзимба, основавший в 1898 г. независимую Африканскую пресвитерианскую церковь, и другие выпускники Лавдейла3.
О настроениях, царивших среди африканской образованной элиты, говорят публикации, появлявшиеся на страницах «Исигидими» в конце 1870-х годов. Один автор, писавший под псевдонимом Хлати Ломтонтси, видя несчастья, постигшие коса в результате войн и европейской колонизации, задавался вопросом, как избавиться от постигших африканцев страданий: «Взять в руки копье? Нет, мы пытались сделать это и потерпели неудачу. Единственное решение - учиться и приобретать знания»4. Другой автор, выражая разочарование в английской политике, указывал, что Британия «посылает нам проповедника и одновременно бутылку спиртного, посылает Библию, а вместе с ней порох»5. Однако в целом «Исигидими», издававшаяся под патронажем миссионеров, оставалась лояльной властям. Войны, которые вели английские войска и колонисты против африканских народов, воспринимались как борьба христианства с язычеством, цивилизации с варварством6. Некоторые критические высказывания выражали скорее мнение отдельных людей, а не самого издания.
Став редактором «Исигидими», Джабаву попытался вдохнуть в газету новую жизнь. Значительную часть публикаций он отводил отчетам о дебатах в капском парламенте, высказывался в поддержку политиков либерального направления, выступавших против наиболее одиозных законодательных мер, направленных против африканцев. Эта деятельность шла вразрез с задачами и идеологической направленностью миссионерского издания, и после истечения трехлетнего контракта Джабаву оставил пост редактора. Но приобретенные им опыт и связи оказали ему неоценимую помощь в будущем, при реализации амбициозного проекта - создания первой африканской политической газеты.
1880-1890-е годы стали временем роста политической сознательности и активности чернокожего населения. В Капской колонии создавались объединения избирателей-африканцев и так называемые «туземные ассоциации бдительности», в которых обсуждались вопросы текущей политики, зачитывались статьи из газет, выносились решения по кандидатам в депутаты парламента. Подобная политическая деятельность была возможна благодаря капскому избирательному праву, не признававшему различий людей по цвету кожи. Чтобы участвовать в выборах депутатов нижней палаты законодательного собрания, необходимо было быть собственником недвижимого имущества стоимостью 3 Ngcongco LD. Ор. cit. P. 145.
4 Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 137.
5 Jordan А.С. Towards an African Literature: The Emergence of Literary Form in Xhosa. Berkeley, 1973. P. 87
6 Ibid. P. 92.


в 25 ф. ст. или иметь доход в 50 ф. ст. в год7. С 1880-х годов на востоке Капской колонии голоса африканцев стали играть определяющую роль в выборах депутатов нижней палаты парламента. В пяти восточных избирательных округах число африканских избирателей увеличилось с 14% в 1882 г. до 47% в 1886 г.8 Причем их голосование отличалось слаженностью и организованностью. Как правило, они отдавали предпочтение тем кандидатам, которые получали одобрение на предварительных собраниях африканских избирателей.
Другая важнейшая тенденция 1880-х годов - политическая консолидация африканеров, составлявших большинство белого населения Капской колонии. В 1882-1883 гг. был образован Африканер Бонд (Союз африканеров), ставший первой политической партией Южной Африки9. Он имел националистическую окраску, и его лидеры выступали с ярко выраженных расистских позиций. Рост влияния Бонда представлял опасность как для африканского населения, так и англичан, видевших в нем прямую угрозу своим интересам. Только поддержка чернокожих избирателей могла сохранить хрупкий политический баланс в колонии. В этих политических условиях происходит настоящий взлет популярности и влияния Джабаву - политика и журналиста.
На выборах 1884 г. Джабаву выступил в поддержку одного из представителей либеральной фракции «независимых» в капском парламенте ~ Джеймса Роуз-Иннса, что обеспечило ему голоса африканских избирателей и победу в округе Виктория-Ист. Для сохранения этой поддержки группа либералов, среди которых был брат депутата Р.У. Роуз- Иннс, решили финансировать африканскую политическую газету, с проектом организации которой выступил Джабаву. Целью издания было выражение мнения африканского населения и консолидация чернокожих избирателей10 11. 3 ноября 1884 г. вышел первый номер газеты «Имво забанцунду» («Голос черного народа»), редактором которой стал Дж.Т. Джабаву.
В обмен на финансовую помощь Дж. Роуз-Иннс требовал от редактора «Имво» снабжать его информацией о происходящем в восточных дистриктах Капской колонии и настроениях среди африканцев, а также предоставлять поддержку его сторонникам на выборах в парламент. В свою очередь Джабаву выдвигал встречные просьбы о поддержке интересов африканского населения. Как видно из корреспонденции, которой обменивались Роуз-Иннс и Джабаву, последний не был марионеткой в руках белых политиков. Завися от них материально, по многим проблемам он старался отстаивать свою точку зрения. Он предлагал активнее использовать голоса африканцев в борьбе с Бондом, пойти на мобилизацию «черного» электората. Правда, его увещевания не оказывали должного действия11.
На страницах «Имво» Джабаву затрагивал наиболее животрепещущие воп7 Select Constitutional Documents Illustrating South Africa History, 1795-1910. N.Y., 1969. P. 45-55.
8 RouxE. Time Longer Than Rope. A History of the Black Man’s Struggle for Freedom in South Africa. Madison, 1964. P. 585.
9 Davenport T.R.H. The Afrikaner Bond. The History of a South African Political Party, 1880- 1911. Cape Town, 1966. P. 54-70.
10 Roux E. Op. cit. P. 56.
11 Rose Innes J. Selected Correspondence (1884-1902). Cape Town, 1972. P. 30, 38-41, 44-46, 49-50,61-63,86,105,107-108.
iiitiiiiiiiiiiiini OU iiiiiiiiiiiiiiiiiii


росы: налогообложение африканского населения, избирательная реформа, система пропусков, изменение системы землевладения. Выступая от лица всего африканского населения, он указывал на недостатки колониальной системы, обличал дискриминационные меры по отношению к африканцам. Но его ни в коем случае нельзя считать противником английской колониальной системы. Наоборот, именно в ней он видел залог будущего прогресса своего народа12.
Став признанным выразителем мнения африканского населения Капской колонии, Джабаву сохранил в своих действиях и взглядах умеренность. Он был против самостоятельного участия африканцев в политической жизни. Максимум, что он допускал - это организация петиционных кампаний.
Вначале сотрудничество Джабаву и политиков-либералов приносило свои плоды. Благодаря их совместным действиям и агитации удалось избежать принятия правительством таких репрессивных законопроектов, как ужесточение системы пропусков для африканцев и узаконивание права белых хозяев подвергать своих чернокожих слуг телесным наказаниям13. Однако постепенно, с ростом политической активности африканцев, ситуация стала меняться. В 1887 г. через парламент была проведена поправка к избирательному закону, лишавшая права голоса граждан колонии, владевших недвижимым имуществом на правах общинной собственности. Это мера была в первую очередь направлена на ограничение численности африканских избирателей. В результате число зарегистрированных граждан, имевших право голоса, сократилось на 18 тыс. человек14. Естественно, что подавляющее большинство из них составляли африканцы.
Следующим шагом на пути ограничения избирательных прав африканского населения стало принятие в 1892 г. нового избирательного закона, повышавшего ценз до 75 ф. ст. недвижимого имущества или 50 ф. ст. совокупного дохода за год. Новым условием также было наличие у избирателей элементарной грамотности. Эти положения не встретили серьезного сопротивления со стороны депутатов парламента. Даже члены либеральной фракции «независимых» голосовали «за»15. Джабаву теперь все труднее приходилось убеждать своих читателей, что либеральные политики еще оставались «друзьями» африканцев и им необходимо продолжать оказывать поддержку.
В подобных условиях Джабаву было трудно сохранять за собой положение главного защитника и выразителя интересов коренного населения. Со стороны как белых, так и африканских избирателей высказывались обвинения, что Джабаву являлся лишь марионеткой в руках узкой группы английских политиков. Свою роль в росте недоверия сыграло и его происхождение, так как коса, составлявшие подавляющее большинство африканского населения Капской колонии, относились к мфенгу с подозрением и многие считали их предателями, перешедшими на сторону колонизаторов еще в 1835 г. Сам Джабаву также с большой ревностью и подозрением относился к 12 From Protest to Challenge. A Documentary History of African Politics in South Africa, 1882- 1990: In 5 Vols. Stanford, 1972-1997. Vol. 1. P. 12-15,16-17; South African Native Affairs Commission, 1903-1905: In 5 Vols. Cape Town, 1903-1905. Vol. 2. P. 723-745.
13 Roux E. Op. cit. P. 60,63.
14 Source Material on South African Economy: 1860-1970: In 3 Vols. Cape Town 1972-1973. Vol. 1. P 290.
15 Rotberg R. I. Cecil Rhodes and the Pursuit of Power. N. Y.; Oxford, 1988. P. 366-367.
IHIIIIIIIIIIIIUII
lllllllllllllllllll


представителям нового поколения африканских политических деятелей16.
Долго назревавший кризис разразился во время очередных выборов в 1898 г. Джабаву, разочаровавшись в возможностях Дж. Роуз-Иннса, поддержал бывших членов либеральной фракции «независимых» Дж. Мерримана и Якоба Зауэра (Jacobus Sauer), перешедших на сторону Бонда и его лидера Яна Хоф- мейра.
В 1897 г. появилась новая африканская газета - «Изви лабанту» («Голос банту»), издателем которой был священник Уолтер Рубусана, один из самых популярных африканских лидеров восточной части Капской колонии, принадлежавший к народности коса. Отличительной чертой редакторской политики «Изви» стало стремление выступать с независимых позиций, без оглядки на авторитеты «белой» Южной Африки. Если Джабаву был противником самостоятельного участия африканцев в политической жизни Капской колонии, то Рубусана и его единомышленники, наоборот, стремились, чтобы голос черного народа приобрел действительно самостоятельное звучание. Поэтому происходило углубление конфликта между Джабаву и представителями нового направления африканского общественного движения. Этот кризис усилился в ходе Англо-бурской войны 1899-1902 гг., когда Джабаву начал выступать с про- африканерских позиций и открыто возлагал вину за развязывание конфликта на английских политических деятелей. Это привело к временному запрету «Имво» в 1901 г., что также отрицательно сказалось на популярности и влиянии Джабаву17.
После Англо-бурской войны Джабаву продолжал сохранять верность своим принципам и отказывался от участия в деятельности африканских политических организаций. Поэтому мы не встречаем его ни среди участников Южноафриканского туземного конгресса Капской колонии, образованного в 1902 г., ни среди основателей Южноафриканского туземного национального конгресса (с 1925 г. - Африканский национальный конгресс), представлявшего интересы всего коренного населения Южной Африки. Последний раз Джабаву выступил единым фронтом с другими африканскими политическими деятелями в 1909 г., отправившись в Лондон в составе специальной делегации для участия в агитации против утверждения британским парламентом «Акта о Южной Африке», лишавшего представителей коренного населения права участвовать в выборах депутатов законодательного собрания будущего Южно-Африканского Союза18. Правда, и здесь Джабаву стремился дистанцироваться от остальных членов депутации. Он был делегирован не Южноафриканским туземным конвентом, собравшим в Блумфонтейне в марте 1909 г. около 60 представителей со всех уголков Южной Африки, а Капским туземным конвентом, созданном по инициативе самого Джабаву и представлявшим интересы африканцев Восточного Капа19.
После образования в 1910 г. Южно- Африканского Союза (ЮАС) Джабаву уже не находил точек соприкосновения с представителями африканских политических организаций. Он выступил против избрания в парламент Капской провинции У. Рубусаны, утверждая, что это 1ПШШИИШШ
16 Roux Е. Op. cit. Р. 65-66; Trapido S. African Divisional Politics in the Cape Colony, 1884 to 1910 //Journal of African History. 1968. Vol. 9. № 1. P. 80-81.
17 Ngcongco L.D. Op. cit. P. 151-152; Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 230-231.
18 Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 178-180.
19 Trapido S. Op. cit. Р. 600, 604-606.
82 штшптит


лишь спровоцирует дальнейшее ограничение политических прав африканцев. Не принял Джабаву и образование в 1912 г. Южноафриканского туземного национального конгресса, возражая против расового принципа его организации. В пику ему он основал Конгресс южноафриканских рас, но эта организация так и не получила значительного влияния среди населения ЮАС.
Но, пожалуй, больше всего в вину Джабаву современники ставили поддержку, оказанную «Закону о землях туземцев», согласно которому за пределами резерватов, составлявших лишь 8% территории страны, африканцы лишались права владеть землей, что фактически означало переход к территориальной сегрегации20. Джабаву напрямую обвиняли в предательстве интересов африканцев и в том, что он поддержал законопроект в обмен на финансовую поддержку своей газете, находившейся в тяжелом финансовом состоянии21. В довершение всего на выборах в нижнюю палату капского парламента в 1914 г. он выставил свою кандидатуру в том же самом избирательном округе, что и У. Рубу сана. Участие Джабаву в выборах привело к расколу африканских избирателей и избранию кандидата- европейца. Так закончилась, едва начавшись, история африканского парламентского представительства в Южной Африке в начале XX в.
Сам Джабаву отвергал все обвинения в злом умысле и намерении лишить коренное население Капской колонии своего единственного представителя во властных органах. Свое участие он обосновывал приглашением части избирателей, чье желание он не мог проигнорировать, но несмотря на все эти увещевания его авторитет как представителя интересов африканского населения был окончательно подорван22. Позднее, в 1917 г., Джабаву отказал в поддержке «Закону о землях туземцев» и поддержал У. Ру- бусану на выборах в парламент Капской провинции, но это не помогло ему восстановить свою репутацию23.
Джабаву мог бы остаться в истории Южной Африки в качестве человека, предавшего интересы своих соплеменников, если бы не увенчались успехом его многолетние усилия по основанию первого высшего учебного заведения для африканцев - Колледжа Форт Хейр. Впервые публично Джабаву выступил с этой идеей еще в 1903 г. на слушаниях Южноафриканской комиссии по туземным делам, но реально сбор средств на основание будущего колледжа начался лишь в 1908 г. Основной организационной силой кампании являлась Туземная образовательная ассоциация, активным членом которой являлся Джабаву, а так же газета «Имво», ставшая ее рупором. Необходимые средства поступали как от африканцев, так и белых. В июле 1911 г. Джабаву обратился за помощью в сборе недостающей суммы с трибуны проходившего в Лондоне Всеобщего конгресса рас. Благодаря его неутомимой энергии и поддержке со стороны властей ЮАС в 1916 г. первый африканский колледж открыл свои двери. До смерти в 1921 г. Джабаву оставался членом управляющего совета колледжа, а его старший сын. Дон Дэвидсон, стал одним из первых 20 Демкина ЛА. Социальная структура южноафриканского общества и основные направления ее трансформации. М., 1986. С. 24.
21 Plaatje S. Т. Native Life in South Africa, Before and Since the European War and Boer Rebellion. L., 1916. P. 194-196.
22 RouxE. Op. cit. P. 76.
23 Higgs C. The Ghost of Equality: The Public Lives of D.D. T Jabavu of South Africa, 1885- 1959. Athens (Ohio), 1997. P. 93.
niiiiiiniiiiimi iiiiiiiimiiiiiiii


штатных преподавателей. По настоянию Джона Тен го Джабаву колледж был открыт как для мужчин, так и для женщин, а условия поступления должны были обеспечить доступность высшего образования для африканцев.
Основание колледжа стало последней крупной общественной акцией, в которой принимал участие Джабаву. Издание «Имво» он передал своему второму сыну Александру, а из общественных занятий сохранил за собой лишь положение члена управляющего совета колледжа и участника Южноафриканской методистской конференции, с которой он сохранял тесную связь на протяжении всей своей жизни. Религия играла большую роль в его жизни. В «Имво» регулярно публиковались тексты проповедей и отрывки из Библии24.
Джабаву, бесспорно, до сих пор остается одной из самых противоречивых фигур в южноафриканском антиколониальном движении. Его деятельность на первоначальном этапе, несомненно, имела прогрессивный характер. В качестве редактора «Исигидими самакоса» и издателя «Имво забанцунду» Джабаву добился сплочения разрозненных групп африканских избирателей и сумел донести до широкой общественности проблемы и чаяния коренного населения Южной Африки. Его авторитет признавали не только на родине, но и за ее пределами. Джабаву поддерживал тесные контакты с лондонским «Обществом защиты аборигенов» и был одним из участников Всеобщего конгресса рас, проходившего в Лондоне с 26 по 29 июля 1911 г. В выступлении, озаглавленном «Туземные расы Южной Африки», Джабаву изложил свои основные идеи относительно положения коренного населения и тех способов, которые могли бы помочь исправлению ситуации и прогрессу бан- туязычных народов ЮАС25.
В целом выступление Джабаву на Конгрессе было выдержано в умеренных тонах. Он призывал к некоторой корректировке политического курса в отношении африканского населения и изменению взглядов белых на традиционную социальную организацию и обычаи банту. По словам Джабаву, африканцы «имели свою политическую организацию и системы поддержания законности и правосудия, выглядевшие подчас более развитыми, чем созданные древними европейскими цивилизациями». Джабаву выступал за постепенное, эволюционное, развитие африканского общества и в подтверждение своей точки зрения приводил слова священника У. Стида, сожалевшего о том, что африканцы не имели возможности самостоятельно выбрать из европейской цивилизации те достижения, которые в наибольшей степени соответствовали их состоянию. Современное, индустриальное развитие Южной Африки виделось Джабаву одной из главных причин упадка морали и нравственности. Йоханнесбург он называл, цитируя слова известного белого политика Капской провинции ЮАС Дж. Мерримена, «криминальным университетом туземцев». В связи с этим патриархальные порядки прошлого виделись ему в более выигрышном свете.
Какой же выход предлагал Джабаву из сложившейся ситуации? Он не видел другой альтернативы, как распространение просвещения среди африканцев.
24 Dictionary of South African Biography: In 3 Vols. Cape Town, 1972-1977. Vol. 2. P. 404; Ndle- tyana M. John Tengo Jabavu // African Intellectuals in 19th and Early 20th century South Africa. Cape Town, 2008. P. 41-43; Ngcongco L.D. Op. cit. P. 150.
25 Papers on Inter-Racial Problems Communicated to the First Universal Races Congress Held at the University of London, July 26-29, 1911. L., 1911. P. 336-341 (на рус. языке см.: История Африки в документах, 1870-2000: В 3 т. М., 2005. T. 1: (1870-1918). С. 453-456.
Illllllllllltlliril
rilllllllllllllllll


Только образование, по мнению Джабаву, могло помочь им «выбрать правильный путь и не совершать ошибок». Для достижения этой цели необходимо было создать «туземный» колледж, который смог бы поставить подготовку африканских учителей на постоянную основу и обеспечить необходимый уровень знаний африканцев. Образованные африканцы должны были, по мысли Джабаву, остановить деградацию своего народа и обеспечить восприятие им новых условий жизни.
Таким образом, политическая стратегия Джабаву во многом объяснялась не его зависимостью от белых политиков, как полагали многие, а комплексом мировоззренческих установок, сформировавшихся под воздействием миссионерского окружения и исторических условий существования его народа. Джабаву целиком разделял убеждение большинства белых политиков, что африканцы еще не были готовы к самостоятельному участию в политической жизни. Исполнение избирательных прав, полагал Джабаву, влечет за собой серьезную ответственность, распорядиться которой могли лишь образованные и обладавшие соответствующим социальным положением африканцы. Сыграла свою роль и принадлежность Джабаву к мфен- гу, в наибольшей степени воспринявших новые экономические отношения и европейскую культуру. Рост политической активности коса также вызывал у него чувство настороженности, так как грозил нарушить традиционное привилегированное положение, которым пользовались мфенгу в роли союзников Капской колонии.
А.В. Воеводский
Литература
Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста (1870-1924). М., 1972.
African Intellectuals in 19th and Early 20th century South Africa. Cape Town, 2008.
Jabavu D.D.T. The Life of John Tengo Jabavu. Lovedale, 1923.
NgcongcoLD. John Tengo Jabavu, 1859-1921 // Black Leaders in Southern African History. L., 1979.
Roux E. Time Longer Than Rope. A History of the Black Man’s Struggle for Freedom in South Africa. Madison, 1964.
Trapido S. African Divisional Politics in the Cape Colony, 1884 to 1910 //Journal of African History. 1968. Vol. 9. № 1.


Джейкоб Гедлейихлекиса ЗУМА
Jacob Gedleyihlekisa Zuma; род. 12.IV.1942
Президент Африканского 1lamio- пального Конгресса (АНК) (с 2007); президент ЮАР (с 2009).
Джейкоб Зума - сторонники и последователи любовно называют его клановым именем Мшолози - родился в бедной зулусской деревушке Нкандла на севере провинции Натал в семье полицейского. Отец умер, когда ребенку было три года, и его мать, чтобы прокормить себя и сына, отправилась на заработки в Дурбан и стала домработницей. Зума провел детство, путешествуя между бантустаном Зулуленд (территорией, отведенной южноафриканским правительством для народа зулу в рамках политики апартхейда) и Дурбаном. В 15 лет он начал работать и сам: мыл окна, полировал полы, выполнял другую фи- зи чес ку ю работу. Школьного образования он не получил, хотя и расспрашивал более удачливых друзей о том, что они узнавали в школе. Но зато он был активным слушателем курсов, организованных АНК и коммунистами в Дурбане, и в 16 лет стал членом АНК.
В 1960 г. АНК был запретен. Уйдя в подполье, многие его члены вместе с коммун и ста м и, н ачал i f вооружен и у ю Гм >рьГу, и Зума стал одним из первых рекрутов. В июне 1963 г. он попытался покинуть Южную Африку вместе с большой группой других волонтеров, чтобы получить военное образование за рубежом. Его арестовали в Зирасте, поблизости от границы, и приговорили к десяти годам заключения - за участие в заговоре с целью свержения правительства. Тюрьма на небольшом острове Роббен в нескольких километрах от Кейптауна, стала его университетом. Здесь он выучился читать и писать, изучил английский и, конечно, прошел политическую школу. Он не был исключением: заключенные создали систему взаимного обучения. Среди них было немало образованных людей, и им разрешалось читать неполи- ти ч ес ку ю л итс ратуру.
Выйдя па свободу в 1973 г., Зума начал создавать подпольные структуры АНК в Натале и налаживать подпольные каналы связи с руководством АНК в эмиграции и переправку кадров АНК за рубеж через Свазиленд. В 1975 г. ему самому пришлось спешно покинуть Южную Африку, чтобы избежать нового ареста. Встретившись с руководителем АНК Оливером Тамбо, Зума проинформировал его о политических дискуссиях на острове Роббен и о политической ситуации в Натале. Руководство АНК направило его в Свазиленд, а затем в Мозамбик. В обеих странах Зума руководил операциями по переправке в зарубежные центры подготовки кадров АНК молодежи, бежавшей из страны после подавления восстания в Соуэто в июне 1976 г. Он также был одним из организаторов операций Умкопто весизве, военного крыла АНК, внутри страны и сам участвовал в некоторых из этих операций. В том же 1976 г. он стал членом Национального iiiiiiiiiiiiiiniii
86
■ il IIIII till!ItIIII


исполкома АНК. С середины 1980-х годов, после создания Политического и военного совета АНК, Зума вошел в состав и этого органа, игравшего важнейшую роль в координации всей деятельности АНК в решающий период борьбы, а затем и в переговорах с южноафриканским правительством.
Одновременно Зума был сначала заместителем официального представителя АНК в Мозамбике, а с 1984 г. - официальным представителем. Он остался в Мозамбике и после того, как руководство этой страны подписало в 1984 г. договор с правительством ЮАР, в соответствии с которым на территории Мозамбика могли находиться всего несколько членов АНК. В январе 1987 г. ему пришлось покинуть Мозамбик, и его перевели в штаб-квартиру АНК в Лусаке (Замбия). Там он был назначен руководителем подпольных структур АНК, а затем главой департамента разведки и безопасности. В этом качестве Зума отвечал за выявление и ликвидацию предателей и шпионов в рядах АНК. Он руководил одной из самых успешных контрразведывательных операций АНК - операцией «Библия», в ходе которой братья Mo и Юнус Шейк рекрутировали сотрудника южноафриканской службы безопасности, передававшего им бесценные для АНК сведения. Отвечал Зума и за лагеря АНК, в которых содержались подозреваемые в шпионаже, преступники, нарушители порядка и дисциплины. Работавшая в конце 1990-х годов Комиссия правды и примирения рассматривала, среди прочего, и нарушения прав человека в этих лагерях. В нескольких случаях она не нашла доказательств вины содержавшихся в них людей и осудила применявшиеся в лагерях методы.
Зума неоднократно бывал в Советском Союзе, учился в Институте общественных наук («Ленинская школа») и проходил военную подготовку. В конце 1980-х годов Зума вместе с Табо Мбеки участвовал в тайных переговорах с представителями южноафриканских спецслужб, а через них - с правительством, о снятии запрета на АНК и ЮАКП. Он был членом ЮАКП, но покинул партию в начале 1990-х годов, после ее легализации. В это время многие руководители АНК вышли из партии с согласия ее руководства, возможно, чтобы не испугать партнеров по переговорам слишком большим числом коммунистов в будущих правительственных структурах.
Вернувшись из эмиграции после снятия запрета на АНК и ЮАКП в 1990 г., Зума был избран председателем организации АНК Южного Натала. В Натале в это время шла кровавая, хотя и «вялая», война за влияние и власть между активистами АНК и бойцами партии Инката. Зума играл ведущую роль в организации переговоров Нельсона Манделы с лидером Инкаты Мангосуту Бутелези о прекращении конфликта и поддержании мира в провинции. В этот же период он играл важнейшую роль и в интеграции разведывательных служб АНК и ЮАР. В 1991 г. Зуму избрали заместителем генерального секретаря АНК.
В 1994 г., после прихода к власти правительства национального единства во главе с АНК, Зума стал министром в коалиционном правительстве провинции КваЗулу-Натал (КЗН), ответственным за экономику и туризм. В том же году он был избран национальным председателем АНК и председателем АНК КЗН. В 1997 г. он стал заместителем президента АНК, а в 1999 г. был назначен вице- президентом ЮАР.
Для его сторонников и последователей это означало, что Зума станет следующим президентом страны. Однако в 2000 г. прокуратура начала расследование дела о коррупции против Шаби- ра Шейка, брата Mo и Юнуса Шейков. Единственным объектом коррупции в деле фигурировал Зума. Прокуратуре удалось доказать, что Шейк оплачивал
iiiiiiiitiiiiniiii О/ IIIIIIIIHIIIIIIIII


многочисленные расходы Зумы и его семьи (Зума, как оказалось, был не в состоянии вести свои финансовые дела) и рассчитывал, что близость к Зуме поможет ему получить выгодные правительственные контракты, в частности при закупках вооружения для южноафриканской армии. В 2005 г. Шейка приговорили за «в целом коррумпированные отношения» с Зумой, хотя доказать, что Шейк действительно получил материальные выгоды от финансирования Зумы, суд не смог. Однако Зума был скомпрометирован, и президент Мбеки освободил его от поста вице-президента страны. Зуме были предъявлены обвинения в коррупции, но разбирательство затянулось: защитникам Зумы удалось доказать, что в некоторых случаях, собирая материалы к обвинению Зумы, прокуратура действовала незаконно.
В 2006 г. Зуме были предъявлены новые обвинения, на этот раз в изнасиловании. Зума не отличался строгими нравами в личной жизни. У него много как законных, так и внебрачных детей. Первая его жена покончила с собой, другая, Нкосазана Дламини-Зума (министр здравоохранения, затем иностранных дел в кабинетах Мбеки, с 2009 г - министр внутренних дел ) развелась с ним. К 2009 г. у Зумы было три официальные жены, в начале 2010 г. он женился на четвертой. Когда ему было предъявлено обвинение в изнасиловании, он добровольно ушел с поста вице-президента АНК. Но суд его оправдал, и Мбеки вынужден был вернуть его на этот пост.
Зума и его сторонники видели за этими обвинениями попытки Мбеки избавиться от своего заместителя: президент явно не собирался делать Зуму своим преемником. Его действия, однако, не принесли желаемого результата. Обвинения скомпрометировали Зуму среди интеллигенции, но на популярности его среди рядовых членов АНК они не отразились. Наоборот, в нем стали видеть жертву закулисных махинаций окружения Мбеки, и в его лагерь начали стекаться справедливо и несправедливо обиженные правительством соратники, а беднота, мало выигравшая в годы правления Мбеки, увидела в нем своего защитника. С 2006 г. Зуму начал поддерживать Конгресс южноафриканских профсоюзов и большинство Южно- Африканской коммунистической партии. Обе организации заявили о своей позиции официально. К ним присоединились Молодежная лига АНК, а в конце 2007 г. и Женская лига АНК.
На национальной конференции АНК в декабре 2007 г. разношерстная коалиция Зумы победила. Зума был избран президентом АНК, а значит, и главным кандидатом в президенты страны на национальных выборах в 2009 г. Помешать ему занять этот пост могло только все еще висевшее над ним обвинение в коррупции. В 2009 г., незадолго до выборов, прокуратура это обвинение сняла за недостатком улик. Это решение оспаривалось не только оппозиционными партиями, но и многими членами АНК. Большая группа противников Зумы откололась от АНК и основала новую партию - Конгресс народа. Но в апреле 2009 г. АНК победил на выборах, и в мае Зума стал президентом ЮАР.
После прихода к власти Зума назначил на все руководящие посты своих сторонников. Изменился и этнический состав руководства: основные «силовые» и многие другие министерства оказались в руках соплеменников Зумы, а большинство представителей меньшинств, занявших важные экономические посты, происходит из провинции Натал - родины Зумы. Mo Шейк был назначен руководителем внешней разведки, а его брат Шабир Шейк освобожден из заключения. Критики называют Зуму слабым руководителем. Назначив в свой кабинет как коммунистов, так и представителей деловых кругов, Зума предоставляет им  i ÖO ни и


самим разрешать разногласия и споры о внутриполитическом курсе страны, не вмешиваясь и не давая оценок их зачастую противоположным точкам зрения. Однако он пользуется огромной популярностью среди зулусов - самой большой этнической группы страны. Популярен он и среди более широких кругов африканского населения по всей стране: его популизм, подчеркнутая традиционность его образа жизни, простота и доступность в обращении резко контрастируют со стилем Мбеки и импонируют электорату.
К концу 2009 г. правительство Зумы кардинально изменило два аспекта политики своих предшественников. Во- первых, его представители стали открыто говорить о проблемах, связанных с распространением СПИДа, и начали массовую кампанию по профилактике и лечению этой болезни. Зума предложил всему руководству АНК пройти тестирование на СПИД и пообещал, что в 2010 г. сделает это сам. Во-вторых, ЮАР начала оказывать значительно более серьезное давление на президента Зимбабве Роберта Мугабе с целью нормализовать политическую и экономическую ситуацию в этой стране и во всем регионе.
К началу 2010 г. других значительных изменений в политике правительство Зумы не произвело, хотя представители Южно-Африканской компартии и левого крыла АНК в руководстве страны требуют радикального пересмотра экономического курса страны. На переменах настаивает и крупнейшая профсоюзная организация страны, Конгресс южноафриканских профсоюзов. Вес левых в правительстве весьма велик, однако они расходятся в трактовке предполагаемых перемен. Зума обычно поддерживает точку зрения большинства, никак не проявляя своего собственного отношения как к конкретным, так и к общетеоретическим вопросам.
И.И. Филатова
Литература
Bopela T., Luthuli D. Umkhonto weSizwe: Fighting for a Divided People. Alberton (South Africa), 2005.
Gastrow S. Who Is Who in South African Politics. No. 5. Johannesburg. 1995.
Gordin J. Zuma. A Biography. Johannesburg, 2008.
Jacob Gedleyihlekisa Zuma URL: www.anc.org. za/people/zumaj.html.
Kasrils R. Armed and Dangerous. Johannesburg; Cape Town. 2004 (3rd ed.).
Shubin V. ANC: A View from Moscow. Cape Town, 1999.
Trewhela P. К Profile of Jacob Zuma URL: ever- fasternews.com, 11/30/2007.


Абдулла ИБРАГИМ
Abdullah Ibrahim
Настоящее имя Ацольф Иоханнес Бранд (Adolph Johannes Brand). Псевдоним Доллар Бранд (Dollar Brand). Поэт, композитор, пианист. Он объединил африканские мелодии с американским джазом XX в., создав интернациональный мир музыки без границ. Он сумел завоевать поклонников во всем мире, оставаясь при этом «иконой джаза» и у себя на родине.
Его слушали миллионы в стране, где господствовала расовая сегрегация, где небелые не могли нс только свободно мыслить, но даже свободно передвигаться. Его музыка была повсюду... Почему? Наверное потому, что она давала надежду, потому что она была глотком свободы.
Люди слушали музыку, Любовь даря музыканту, Ведь он уводил их отсюда, - От грязи, забот, тревоги. И пела гармоника людям О чем-то им недоступном...’
Так писал Бранд в своем стихотворении «Гармоника». «Музыка - единственное, что спасло меня, - признавался сам Ибрагим. - Среди всего этого ужаса она одна оставалась чем-то чистым»1 2.
Адольф Йоханнес Бранд родился в Кенсингтоне, одном из худших гетто в Южной Африке. Его отец был из народа басуто, его убили, когда Адольфу было четыре года. Мать Адольфа, Рейчал, была «цветной». Ибрагим рассказывал: «В наших общинах был распространен сильный расизм - антиафриканские настроения. Мои дедушка и бабушка дали мне их фамилию, чтобы я был классифицирован как “цветной”. Я думал, что они мои родители. Я вырос, веря, что моя мама - моя сестра. Этот кодекс молчания был создан самой системой»3. Только перед смертью его бабушка сообщила Бранду правду о его отце.
Мама и бабушка Бранда были пианистками в Африканской методистской епископальной церкви. Адольф с семи лет добивался уроков игры на фортепьяно. «Это было очень трудное время для меня, - рассказывает он, - так как на пианино играли только маленькие девочки. Но в этом инструменте что-то было... с помощью музыки я многое открыл для себя и продолжаю открывать до сих пор»4. Семья Бранда жила в Шестом квартале Кейптауна (District Six), расположенном вблизи порта, - кварта1 Голоса Доброй Надежды. Стихи современных поэтов Южно-Африканской Республики / Сост. и пер. Ф. Бурташов. М., 1975. С. 29.
2Jaggi М. The Guardian Profile: Abdullah Ibrahim // The Guardian. Johannesburg. 8 December 2001.
3Jaggi M. Op. cit
4 Ibid.
iiiiiiiiiiiiiiniii yu Unni Hinn


ле грузчиков и торговцев, иммигрантов, «цветных» (в том числе «цветных» мусульман, которых называли «малайя»), а также индийцев и африканцев. Бранд называл его «фантастическим городом внутри другого города»5. Шестой квартал прославляли в своих произведениях Алекс Ла Гума («Прогулка в ночи», 1962), Ричард Рив («Букингемский Дворец, Шестой квартал»), Розена Маарт («Нет Розы, нет Шестого квартала»), Татамкулу Африка («Ничего не изменилось») и многие другие. «Когда в конце 50-х и 60-х годов режим стал еще жестче, он (Шестой квартал. - М. К.) все еще оставался местом, где люди могли свободно “смешиваться”. Он привлекал музыкантов, писателей, политиков на передовую линию борьбы»6.
С детства у Бранда было две страсти - медицина и музыка. Но из-за цвета кожи ему было отказано в поступлении и в медицинскую школу, и в консерваторию. Он решил учиться сам. «И до сих пор учусь, - добавляет он. - Жажда знаний в гетто была просто ненасытной»7. Он утверждал, что перечитал всю литературу из публичной библиотеки трижды: «Мы осознавали, что хотя мы были скованы, наши мысли были свободны»8. Некоторую свободу предоставлял и Шестой квартал, находившийся вблизи порта. Бранд купил 78 дисков американских музыкантов практически за доллар у морских торговцев, после этого он и взял себе имя Доллар Бранд9. «Мы никогда не воспринимали эту музыку как иностранную; это была просто музыка наших братьев и сестер из другой части мира»10 11, - говорил он.
Он начал выступать в 15 лет как вокалист. Потом играл в клубах квикстеп и фокстрот. И вообще все, за что платили. А в середине 1950-х в Южной Африке появился бибоп11 Чарли Паркера и Телоуниса Монка. Это была буквально революция в музыке. И Бранд был первым из южноафриканцев, кто стал играть его. Но он не просто подражал, он сумел внести в джаз все многообразие кейптаунской музыки: церковные гимны, малайскую карнавальную музыку, койсанские песни (объединенное название двух этнических групп Южной Африки - кой и сан) и традиции хорового пения. Конечно, столь необычная музыка нравилась далеко не всем. Бранд признавался: «Люди звали полицию, чтобы остановить мое выступление; они приходили с оружием». Ларс Рассмуссен, один из продюсеров Бранда, говорил: «Люди думали, что он сумасшедший! Абдулла был одиночкой. Люди хотели танцевать и пить под музыку, а он не был эстрадным артистом; он играл духовную музыку, даже в то время»12.
Но в 1960-х все изменилось. После расстрела демонстрации в Шарпевиле все «смешанные» музыкальные группы (те, в которых играли люди разных рас) 5 URL: http://en.wikipedia.org/wiki/District_Six, CapeTown.
6Jaggi М. Op. cit.
7 Ibid.
8 Ibid.
9 URL: http://users.stargate.net/-hoon/6dAI_Bio.html.
™Jaggi M. Op. cit.
11 Бибоп (англ, bebop) — джазовый стиль, сложившийся в начале — середине 40-х годов XX века и характеризующийся быстрым темпом и сложными импровизациями, основанными на обыгрывании гармонии, а не мелодии. Основоположниками бибопа стали саксофонист Чарли Паркер, трубач Диззи Гиллеспи, пианисты Бад Пауэлл и Телониус Монк, барабанщик Макс Роуч.
12 Ibid.
■iitiiiiiiniiiiiii 91
IIIIIIIIHIIIIIIIII


были запрещены, черные и «цветные» не могли теперь выступать в клубах, предназначенных только для белых. Бранда постоянно арестовывали, «нужно было разрешение на то, чтобы пойти куда-нибудь, нужно было докладывать, кто был твоей аудиторией, кто с тобой играл»13. Первая группа Бранда - «Jazz Epistites» - распалась; двое ее участников, Масекела и Гвангва, уехали в Лондон, чтобы играть в джазовой опере «Кинг Конг». А Бранг остался. «Все, кроме меня, уехали, - говорил он. - А я остался дома и репетировал 12,15 часов вдень»14.
Но остался он ненадолго. Уже через два года он вместе в женой (его женой была известная южноафриканская певица Сатима Бея Бенжамин) уехал в Европу. В Цюрихе его заметил Дюк Эллингтон и пригласил в свою студию в Париже. И вот уже через четыре дня Эллингтон представил общественности новый коллектив - «Доллар Бранд Трио» (Джони Гетце (Johni Getze) - бас, Макая Нтшо- ко (Makaya Ntshoko) - ударные). За год Трио объездило всю Америку, выступая на телевидении и радио. В 1965 г. Бранд возглавлял уже оркестр Эллингтона. И, казалось бы, можно было остаться с такой славой в Европе и Америке. Но во время перерывов, сидя на кухне, он твердил: «К черту все это! Я возвращаюсь в Южную Африку!»15 Здесь, вдали от ЮАР, он, как ни странно, стал ощущать большую ответственность, лежащую на нем. Он знал, что происходит на родине и понимал, что его долг - хоть как-то помочь: «Мы поняли основные ценности, будучи в эмиграции. Дети умирали от голода. Как ты можешь помочь? Ты становишься голосом человека, которого заставили молчать»16. Удивительно, но несмотря на то что он был «цветным», что люди, стоявшие у власти в его стране вынудили его эмигрировать, он умел видеть ситуацию с двух сторон и не винить в происходящем только белых (и всех белых вообще). Он писал в своем стихотворении «Взаимность»:
Утром приехали белые Одетые в белое люди В огромной белой машине Они увезли его.
В полдень приехали черные Одетые в черное люди
В огромной черной машине Они увезли его17.
В конце 60-х, после непродолжительного запоя, Бранд решил вернуться в церковь. Но в своей религии (он принадлежал к Африканской методистской епископальной церкви) он не нашел, по-видимому, ответы на свои вопросы. Тогда он стал выбирать из всех религий более близкую ему. И нашел: «Вдруг я осознал, что большинство друзей, с которыми я вырос, были мусульманами»18. Так Бранд принял мусульманство, взяв новое имя - Абдулла Ибрагим. Он воз- вратилсяся в Кейптаун. В 1974 г., после длительной поездки в Свазиленд, он записал альбом, благодаря которому о нем узнала вся Южная Африка, - «Маннен- берг - место, где это происходит» («Mannenberg - Is Where It’s Happening»). На написание его вдохновило посещение трущоб, куда были насильно выселены жители Шестого квартала после 1966 г. (согласно Акту о регионах группового проживания). А через два года после 13 Ibid.
14 Honigmann D. What goes around // Financial Times. 2008. May 24.
15 Jaggi M. Op. cit.
16 Ibid.
17 Голоса Доброй Надежды... С. 31.
18Jaggi М. Op. cit.
Illllllllllllllilll llllllllirillllllll


выхода альбома, в 1976 г., произошло восстание студентов в Соуэто, таунши- пе недалеко от Йоханнесбурга (против преподавания в школах на языке африкаанс). После жестокого подавления восстания (было убито 566 человек, в основном студенты и школьники) альбом Ибрагима получил новую аудиторию: «Эти мелодии стали символом для всех тауншипов, где назревали такие же проблемы»19. Альбом стал в ЮАР дважды золотым.
Но события в стране настолько потрясли Ибрагима, что он все же решил забрать семью и вновь уехать в Америку, сказав, что вернется только после того, как состоятся свободные выборы. В Нью-Йорке он открыто присоединился к отделению АНК (Африканского Национального Конгресса). Там же, в Нью-Йорке, он помог своей жене организовать собственную студию, которую они назвали «Екара» («Кейптаун» на языке коса). Он успешно продюсировал новые африканские и афроамериканские группы (самый успешный его проект - «African Space Programme»), создал оперы («Свобода Калахари» («Kalahari Liberation Opera»), «Кейптаунский путешественник» («Саре Town Traveller»)), писал саундтреки к известным фильмам («Шоколад», 1988 г., «Нет страха, нет смерти» («No Fear, No Die»), 1990 г.).
В 1990 г. в Германии он встретился с Нельсоном Манделой. Мандела звал его назад в Африку. Ибрагим ответил, что ему «потребуется много времени, чтобы снова акклиматизироваться»20 (подразумевая, конечно, не столько африканский климат, сколько новую обстановку в стране). После первых свободных выборов в ЮАР в 1994 г. Ибрагим все же возвратился, как и обещал. И первое, что он хотел сделать в «новой» стране - это проехать по канатной дороге на вершину Столовой горы (во времена апартхейда это позволялось только белым). Он восторженно писал: «Я встретил там много людей из тауншипов. Это был миг всеобщего примирения и второго открытия страны»21.
В новой Южной Африке Ибрагим с огромным энтузиазмом принялся осуществлять все, о чем мечтал. Он основал новую продюссерскую компанию «Mas- ingita» («Miracle»). Ее капитал обеспечивала единственная алмазодобывающая компания, принадлежавшая только черным. Ибрагим продолжает записывать альбомы как в ЮАР, так и в США, и полон оптимизма: «Теперь мы имеем доступ к радио, к бизнесу; ты можешь сам издавать свои пластинки. Мы не должны ждать, что кто-то будет делать что-то за нас»22. Второй проект Ибрагима, действующий до сих пор, - это так называемая академия М7 в Кейптауне, в которой музыканты, как в средневековых университетах, изучают «семь свободных искусств».
К сожалению, как и со многими талантливыми людьми, с Ибрагимом было не просто работать вместе. Робби Джейн- сен, южноафриканский музыкант, который ездил вместе с ним в туры по Америке в начале 1990-х, признавался: «Он великий композитор, но с ним непросто работать вместе. Многие музыканты не очень-то любили его, потому что он вел себя как босс - и относился к другим с этой позиции»23. На концертах он был очень требователен к своей аудитории: «Он хотел абсолютной тишины, и что19 Ibid.
20 Ibid.
21 Ibid.
22 Ibid.
23 Ibid.
IIIIIUIIIIIIIIHII IIIIIIIIHIIIIIIIII


бы фортепьяно звучало чисто на 102%. Стоило кому-то хотя бы шевельнуться на стуле, он тут же заканчивал концерт и уходил домой»24.
«Бах? Бетховен? Нет, у нас есть кое- кто получше!»25 - воскликнул как-то Мандела, имея в виду Абдуллу Ибрагима. Конечно, это преувеличение, но все же Ибрагиму действительно удалось своей музыкой сделать многое не только для Южной Африки, но и для мира вообще. И прежде всего он показал ее интернациональность. Как-то его спросили, как он понимает термин «этническая музыка», он с насмешкой ответил: «Если то, с чем я вырос в Южной Африке, это этническая музыка, то я не знаю, что это значит. Возможно, это понятие введено, чтобы отличать ее от фольклора. Но что разделяет эти два жанра? Сатчмо (Луи Армстронг) сказал: “Вся музыка - это народная музыка: я никогда не слышал песен лошадей”. Единственным критерием может быть только то, трогает вас эта музыка или нет»26. В одном из своих первых стихотворений - «География» - Доллар Бранд писал:
Так много вокруг теорий О Западе и Востоке, В их многоголосом хоре Претензии и упреки.
Одно лишь, во всяком случае, Известно давно и без карт - На фоне всего, что накручено: Земля наша -
Круглый шар27.
Действительно, наверное, самое главное, чему учат музыка и стихи Абдуллы Ибрагима - это во все времена помнить: что бы ни происходило, все мы люди. Что нет нации или расы, которые были бы выше других. Что все мы живем на одной земле, что все мы одинаково чувствуем, независимо от происхождения и цвета кожи. Абдулла Ибрагим в одном из своих интервью сказал, что он воспринимает свое пианино как самурайский меч. И с этим «мечом» он борется, пожалуй, за самое важное: «Это борьба за гуманность против негуманное™, где угодно и когда угодно. Вот то, о чем всегда должна говорить музыка»28.
М.С. Курбак
Дискография
Jazz Epistle, Verse 1 (1960)
The Dream (1965)
Anatomy of a South African Village (1965)
This is Dollar Brand (1965)
African Sketchbook (1969)
African Piano (1969)
Good News from Africa (1973)
African Space Program (1973)
Underground In Africa; Mannenberg - Is Where
It’s Happening (1974)
Confluence (with Gato Barbieri) (1975)
Banyana - Children Of Africa (1976)
The Journey (1977)
Streams of Consciousness (1977)
Anthem for the New Nations ( 1978)
Autobiography (live) (1978)
Soweto (1978)
Echoes from Africa (1979)
African Marketplace (1979)
Africa Tears and Laughter ( 1979)
Dollar Brand at Montreux (1980)
24 Ibid.
25 Ibid.
26 Ibid.
27 Голоса Доброй Надежды... С. 28.
28 Meilers W.H. Singing in the wilderness: music and ecology in the twenties century. Urbana, 2001. P. 205.
iiiiiiiiiiiiiiniii 94 iiiiiiiiiiiiiiniii


African Dawn (1982)
Ekaya (1983)
Zimbabwe (1983)
Water From an Ancient Well (1985)
South Africa (1986)
Mindif (1988)
Blues for a Hip King (1989)
African River (1989)
The Mountain (1989)
No Fear, No Die (1990)
Mantra Mode (1991)
Knysna Blue (1993)
African Sun (1994)
Yarona (1995)
Cape Town Flowers (1997)
African Suite (1999)
Cape Town Revisited (2000)
Ekapa Lodumo (2001)
African Magic (2002)
Senzo (2008)
Bombella (2009)
Стихи
Голоса Доброй Надежды. Стихи современных поэтов Южно-Африканской Республики / Составитель и переводчик Ф. Бурташов. М., 1975. С. 28-31
Литература
Honigmann D. What goes around // Financial Times. 2008. May 24.
BenettK. An Audience with Abdullah Ibrahim // Musician. March. 1990.
Maya J. The Guardian Profile: Abdullah Ibrahim // The Guardian. Johannesburg, 2001. 8 Decern.
Mayne J. Musical missionary hits town // Cape Times. 2005. Ed. 1. February 15.
Meilers W. Singing in the wilderness: music and ecology in the twenties century. Urbana, 2001.
URL: http://www.abdullahibrahim.com - официальный веб-сайт Абдуллы Ибрагима


Ингрид ЙОНКЕР
(IngridJonker,
19.IX.1933-19.VII.1965)
Южноафриканская поэтесса. Ее талант и трагическую судьбу сравнивали с судьбами Сильвии Плат. Энн Сакстон’ и Вирджинии Вульф. Писатель Эйс Криге1 2 называл ее богиней, поэт Лжек Коуп - своей музой. Нельсон Мандела на открытии первого демократического парламента ЮАР в 1994 г. прочитал ее стих «Ребенок» на африкаанс и добавил: «Ингрид Пойкер была и поэтом и гражданином Южной Африки. Она принадлежала и к африканерам и к африканцам. Она была прекрасным поэтом и прекрасным человеком. Во времена отчаяния она восславляла надежду. Перед лицом смерти она защищала красоту жизни. За нее и таких, как она, мы в долгу перед самой жизнью»3 4.
О жизни Ингрид Йонкер долгое время было известно очень мало. После ее трагической смерти несколько ее родственников собирались писать биографию Йонкер, но ни одна из них так и не была завершена. Известный южноафриканский писатель Андре Бринк до 2009 г. отказывался как-то комментировать свои роман с Йонкер и вообще говорить о ней. В 2009 г. в связи с выходом документального фильма «Ингрид Йонкер. Ее жизнь и время» и публикацией своей автобиографии он наконец раскрыл некоторые детали жизни поэтессы: «Вплоть до последнего времени я предпочитал не участвовать в дискуссиях или других попытках воскрешения памяти о ее жизни, особенно в документальных фильмах, часть из которых были сделаны непростительно плохо. Но именно из-за них я начал думать, что, возможно, мой последний долг перед ней состоит в том, чтоб раскрыть без драмы или мелодрамы те детали ее жизни, которые сохранились в моей памяти. Рассказать о ней не как об иконе, а как о человеке. О женщине, которую я любил. О женщине, которая едва не свела меня с ума...»1
Ингрид Йонкер родилась на ферме недалеко от Кейптауна. Ее родители - писатель и политик Абрахам Йонкер и Беатрис Силлиерс - вскоре развелись, и Беатрис вернулась в дом своих родителей вместе с двумя маленькими дочерь-
1 Энн Сэкстон (Anne Sexton, 1928-1974) - американская поэтесса и писательница, лауреат Пулитцеровской премии 1967 года. Известна благодаря своей проникновенной лирике. Покончила с собой в 1974 г.
2 Эйс Криге (Uys Krige) - южноафриканский поэт, драматург, переводчик. Противник апартхейда.
3 U RL: http://www.sahistory.org.za/pages/people/bios/jonker,i.htm
4 URL: http://peonyinoon.wordpress.eom/2009/04/14/a-fork-in-the-road-andre-brink-on- ingrid-jonker/
IIIIIIIIHIIIIIIIII
%
IIIIIIIIHIIIIIIIII


ми. В 1943 г., когда Ингрид было всего одиннадцать, умерла ее мать (предположительно, от рака желудка5). По некоторым сведениям, Беатрис предпринимала до этого несколько попыток самоубийства и поэтому последние дни провела в психиатрической больнице. Отец Йонкер вскоре женился во второй раз.
Первые стихи Ингрид Йонкер написала, когда ей было шесть лет. Вскоре ее стали печатать в журнале «Die Jongspan» и в школьной прессе. Училась Йонкер в Кейптауне, в Винбергской высшей школе для девочек (Wynberg Girls* High School). В 1949 г., когда ей было тринадцать, она отдала в редакцию свой первый сборник стихов - «Na die sommer» («После лета»). Хотя сборник не был напечатан, он дал Йонкер возможность устроиться на работу в то же издательство с одобрения одного из самых известных южноафриканских писателей и поэтов Д.Дж. Оппермана.
В 1956 г. Ингрид Йонкер вышла замуж за поэта Питера Бентера и переехала в Йоханнесбург. В том же году выходит сборник ее стихов «Ontvlugting» («Побег»), а через год на свет появилась единственная дочь Йонкер - Симон. Но брак с Бентером оказался неудачным. Вскоре они развелись, и Ингрид с дочкой вернулась в Кейптаун. Там она сблизилась с кружком поэтов и писателей (так называемыми «шестидесятниками»), в частности с Яном Раби и Эйсом Криге. В 1963 г. после нескольких отказов издателей, в свет все же вышел второй сборник стихов Йонкер «Rook en Oker» («Дым и охра»). Он вызвал всплеск критики: писатели и поэты хвалили его за смелость и необыкновенные сюрреалистичные образы, правительственные лица осуждали. Но, пожалуй, самым болезненным ударом для Йонкер стало официальное отречение от нее ее отца.
Абрахам Йонкер был одним из главных функционеров аппарата цензуры ЮАР. В ответ на критику его работы, он отвечал так: «Если политики руководят страной, то почему они не могут руководить также искусством?» Свой первый сборник стихов - «Побег» - Ингрид посвятила своему отцу. Его реакция была более чем холодной. Он сказал Ингрид: «Я просмотрю его [сборник] вечером, чтобы увидеть, как ты меня опозорила»6 7... В 1963 г. группа писателей направила Национальной партии петицию против цензуры. В числе авторов была и Ингрид Йонкер. Трудно сказать точно, выступала ли она против политики репрессий государства. В интервью журналу «Драм» («Drum») она объясняла: «Там были подписи писателей, выступавших против политиков. И были те, кто просто защищал свободу (очевидно, себя она относила к последним - М. К.)»1. В письме к писателю и политическому деятелю Лоуренсу ван дер Посту она писала: «Мы боролись и боремся за свободу высказывать свои мысли в нашей стране, и мы как писатели никогда не должны идти на сделку с нашим врагом»8.
В 1960 г. по Южной Африке прокатилась волна протестов против законов о регистрации населения. На улицы вышли жители маленького городка Ньянга (Nyanga), после них полицией были расстреляны демонстрации в Шарпевиле и Ланге. Эти трагические события шокиро5 Ingrid Jonker: Poet of pain and freedom // The Sunday Times. 2009. June 6.
6 The child who was shot dead by soldiers and the tragic life of Ingrid Jonker // URL: http:// hubpages.com/hub/What-can-be-gained-by-death-the-tragic--beautiful-life-of-Ingrid-Jonker
7 Valentines. Troubled, and inspired by troubles // URL: http://heritage.thetimes.co.za/memo- rials/wc/lngridjonker/article.aspx?id=588214
8 Ibid.
itiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiintitiinii


вали Йонкер. В статье в журнале «Драм» она писала: «Вспомните те дни в марте 1960 г., когда кровь пролилась на этой земле. Для меня это было время страшного шока и тревоги. Тогда я получила ужасные новости об убийстве матери и ее ребенка в Ньянге. Был убит ребенок. Мать, африканка, несла его к доктору... Я понимала и чувствовала ее боль, как чувствует любая мать в мире... Я не могла спать... Я думала, как же можно чего- то добиться, убивая людей?»9 Под впечатлением этих событий Ингрид Йонкер написала свое самое знаменитое стихотворение - «Ребенок» («Die Kind»). В нем сочетается боль за свою страну с болью человеческой, болью матери. И все же надежда на то, что в будущем все изменится.
Ребенок не мертв Нив Ланге, ни в Ньянге, Нив Орландо, ни в Шарпевиле, Ни на полицейском посту в Филиппи, Где он лежит с пулей в черепе
Ребенок - это тень солдат, Стоящих на страже с винтовками и дубинками
Ребенок присутствует на всех митингах и законодательных собраниях Ребенок смотрит в окна домов и сердца матерей
Ребенок, который играл на солнечной площади в Ньянге, теперь повсюду Ребенок стал взрослым, шагает через всю Африку
Ребенок стал исполином, идет через весь мир
Без визы10 11.
(Пер. с африкаанс Е.В. Витпковского)
Ингрид Йонкер признавалась, что и сама не очень понимает, как ей удалось написать такой стих: «Я сама не знаю точно, как пришла к написанию этого стиха. Он вырос независимо от моей поэтической техники, которую я медленно вырабатывала, как любой мастер, совершенствующий свои навыки путем тяжелой работы»11. Ей было обидно, когда стих называли политическим: «Он построен на философии, на вере в вечную жизнь, на надежде на то, что еще ничего не потеряно безвозвратно. И меня удивляет, когда люди называют его политическим. Меня гораздо больше радует, когда другие читают его и просто благодарят меня за него»12.
Сборник «Дым и охра», включавший и стихотворение «Ребенок», был удостоен литературной премии для журналистов и авторов книг на африкаанс (Afrikaanse Pers-Boekhandel), а также премии Англо-американской корпорации (Anglo-American PLC)13. Полученные деньги Ингрид Йонкер решила потратить на путешествие по Европе. Она проехала Нидерланды, Францию, Испанию и Португалию. Она просила присоединиться к ней двух писателей, с которыми у нее был в то время роман, - Андре Бринка и Джека Коупа. Коуп отказал ей, а с Бринком они вместе посетили Барселону и Париж, но в итоге он отказался бросить свою жену ради Ингрид, что стало для нее тяжелым ударом. На одном из кораблей Ингрид встретила Лоуренса ван дер Поста. Он писал о ней в своих мемуарах: «Абсолютно чистая и совершенно беспомощная перед этим сложным материальным миром»; «Она 9 The child who was shot dead...
10 Искры пламени. Восточный альманах. Вып. 3. М., 1975. С. 352-353.
11 Ibid.
12 Ibid.
13 Anglo-American PLC — группа компаний, основанная в Южной Африке, поначалу включала горнодобывающие компании, сейчас включает компании из различных отраслей.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


была так восхитительна и так физически привлекательна! »14
Еще одним ударом для Ингрид стал аборт, который являлся в то время преступлением в ЮАР. Предположительно, отцом ребенка считается Коуп (впрочем, некоторые называют отцом и Бринка). Коуп был намного старше Ингрид и к тому же был погружен в написание новой поэмы, у него не было ни желания, ни времени на этого ребенка. Для Ингрид этот аборт обернулся нервным срывом - ее поместили в психиатрическую клинику Вэлкенберга (где когда-то последние дни провела ее мать). Но Ингрид и там продолжала писать: она до последнего дня сочиняла стихи для своего третьего сборника - «Склонившееся солнце» («Tilted Sun»). Одно из последних ее стихотворений:
Мягко пружинит стрела Любовь незаметно ушла Плотник строгает доску Я погружаюсь в тоску.
Слово мое - колосок со жнивья Малое зернышко - гибель моя15.
(Пер. с африкаанс Е.В. Витковского)
Последние несколько лет Йонкер почти постоянно пребывала в состоянии глубокой депрессии. В своем последнем письме к Коупу в июне 1965 г. она признавалась: «Правда в том, что я просто не могу так больше жить». 19 июля того же года Ингрид Йонкер покончила с собой, утопившись в заливе. Ее отец, когда узнал о случившемся, сказал: «Вы можете выбросить ее тело обратно в море»16... На похороны, состоявшиеся 22 июля, он не позвал никого из ее друзей. На церемонию однако же пришли 59 человек, включая «цветных». Джек Коуп всю церемонию отчаянно рыдал и даже пытался броситься в открытую могилу...17 Священник, проводивший церемонию, проигнорировал творчество Ингрид, назвав ее просто «молодой домохозяйкой».
Три дня спустя ее друзья собрались, чтобы почтить ее память. Эйс Криге сказал: «Мы еще долго будем слышать ее слова, летящие над ее могилой». Лоуренс ван дер Пост был шокирован смертью Йонкер. Он писал из Англии южноафриканскому поэту и романисту Уильяму Плумеру: «Ее суицид для меня как суицид всей нации африканеров»18. Через два года после смерти Ингрид Йонкер журнал «Контраст» («Contrast») опубликовал эссе критика Дэвида Лайттона, в котором были такие слова: «После появления на свет настоящего поэта ничто не может уже остаться прежним... Без сомнения, Ингрид была настоящим поэтом. Африканеры, наконец, получили то, без чего уже не смогут обойтись. И потомки, конечно, захотят узнать как можно больше о человеке, сделавшем такой великий вклад в их наследие»19.
После смерти Ингрид ее стихи много раз переиздавались, в них включались произведения, не известные ранее читателям. Ее переводили на английский, немецкий, французский, голландский, польский, русский, хинди и зулусский. Но особый интерес к ее творчеству и жизни возник после знаменитого выступления Манделы. «Придет время, - го14 Jones J.D.F. The Many Lives of Laurens vàn der Post. L., 2001. P. 277.
15 Иностранная литература. 1976. № l.C. 75-79.
16 U RL: http://southafrica.poetryinternationalweb.org/piw_cms/cms/cms_module/index. php?obj_id= 11226&x= 1
17 Herbst T. Express man spoke to poet hours before suicide // Sunday Express. 1965. July 25.
18Jones J.D.F. Op. cit. P. 277.
19 Valentine S. Op. cit.
IIIIHIIIIIIIIIKII » iiiiiiiiiiiiiiniii


ворил он, - когда наша нация будет гордиться памятью о тех, кто дал нам право с гордостью заявлять, что мы - южноафриканцы, что мы - граждане мира. Интуиция, которая выработалась у меня с годами, говорит мне, что среди этих людей будет женщина-африканер... Ее имя - Ингрид Йонкер»20. Эти слова Н. Манделы и невероятно красивая и трагичная жизнь сделали из Йонкер «икону» новой Южной Африки. О ней снимаются фильмы (как документальные, так и художественные), в 2007 г. А. Бринк и А. Крог издали новое собрание сочинений Йонкер под названием «Черные бабочки» («Black Butterflies»). Но из за этой «иконы» стали все больше исчезать следы живого человека. В ее творчестве все больше обращали внимание на оппозиционные апартхейду мотивы, даже ее смерть рассматривали как политический жест. Оливер Реджинальд Тамбо, член АНК и активный борец против апартхейда, в своей речи в Хараре в 1987 г. сказал о Йонкер: «Покончив с собой, она присоединилась к тем детям своей страны, о которых она писала. Этот трагический случай стал таким же ярким обличением системы апартхейда, как и ее стихи»21.
Одна из коллег Ингрид сказала в интервью: «Она была очень несчастной женщиной. В последние годы она не раз говорила о самоубийстве»22. Необыкновенный талант, ранняя слава и несчастливая личная жизнь. В ее стихах звучит прежде всего человеческая боль, горечь разочарования в любви. «С помощью своих стихов она ведет меня по жизни, - говорила единственная дочь Ингрид Йонкер, Симон Вернер. Мы гордимся Ингрид Йонкер потому, что она писала о том, что по-настоящему важно - о любви»23. Возможно, именно поэтому ее стихи остались актуальны и сейчас: ведь люди испытывают те же чувства, даже если живут в другую эпоху, в другой стране, на другом континенте.
М.С. Курбак
Сочинения
Голоса доброй надежды. Стихи современных поэтов Южно-Африканской Республики / Сост. и пер. Ф. Бурташов. М., 1975. С. 46-48.
Горькоплодное солнце / Пер. с африкаанс Е.В. Внуковского // Искры пламени. Восточный альманах. Вып. 3. М., 1975. С. 352-353.
Стихи Ингрид Йонкер / Пер. с африкаанс Е.В. Витковского, Д. Сильвестрова // Иностранная литература. 1976. № 1. С. 75-79.
Ontvlugting. Cape Town, 1956.
Rook en Oker. Johannesburg, 1963.
Kan telson. Johannesburg, 1966.
'n Seun na my hart; 'n dram in een bedryf, Johannesburg, 1968,
Versameide Werke. Johannesburg, 1975.
Collected Works / Translated by Jack Cope, William Plomer. Cape Town, 2001.
Black Butterflies / Translated by Antjie Krog, André Brink. Cape Town, 2007.
Литература
Из современной поэзии ЮАР. М.,1976.
Herbst Т. Express man spoke to poet hours before suicide // Sunday Express. 1965. July 25.
In memoriam Ingrid Jonker. Kaapstad, 1966.
Ingrid Jonker: Poet of pain and freedom // The Sunday Times. 2009. June 6.
Metelerkamp P. Ingrid Jonker: beeid van 'n dig- terslewe. Hermanus, 2003.
20 The child who was shot dead...
21 Ibid.
22 Herbst T. Op. cit.
23 Poet Ingrid Jonker remembered // SABC News. 2010. July 19.
iiiiiiiuiiiiiimi 100 llllllllllllinitll


Poet Ingrid Jonker remembered // SABC News. 2010. July 19.
The child who was shot dead by soldiers and the tragic life of Ingrid Jonker // URL: http:// hubpages.com/hub/What-can-be-gained- by-death-—the-tragic—beautiful-life-of- Ingr id-Jonker
URL: http://www.ingridjonker.com - официальный сайт о жизни и творчестве Ингрид Йонкер.
ValentineS. Troubled, and inspired by troubles// URL: http://heritage.thetimes.co.za memorials/wc/lngridjonker/article aspx?id= =588214.


Кеннет Дейвид К АУ Н ДА
Kennet David Kaunda, род. 28.IV.1924
Первый президент независимой Республики Замбия.
Родился 28 апреля 1924 г. в небольшом городе Чинсали, Северная провинция Северной Родезии (ныне Замбия). Его отец, Дейвид Каунда, родившийся в соседней стране Малави, был священником [з церкви шотландской миссии Луб- ва, около Чинсали. Был он и учителем в миссионерской школе, где учились его дети, в том числе Кеннет Каунда. Мать Кеннета, Бетти Каунда, тоже учительница.
В 1941-1943 гг. Каунда учился в средней школе Мунали в городе Лусака (административном центре Северной Родезии). Получив диплом учителя, он преподавал в начальной миссионерской школе, затем работал чиновником в колониальной администрации в Северной и Южной Родезиях и в соседней Танзании.
В апреле 1949 г. Каунда возвратился в родную Северную Родезию и вступил в партию Африканский национальный конгресс (Northern Rhodesian African National Congress, АНК). Одновременно он работал и учителем, но в 1951 г. перестал работать в школе. Каунда стал секретарем-организатором АНК в Северной провинции, в которую в то время вошла и соседняя провинция Луапула. В ноябре 1953 г. Каунда отправился в Лусаку, чтобы занять там пост генерального секретаря АНК всей страны.
В 1958 г. Каунда порвал отношения с лидером АНК Гарри Нкумбуле, который вел политику «правого направления», и создал новую политическую партию - Замбийский африканский национальный конгресс (Zambian African National Congress, ЗАН К). Организация эта просуществовала недолго: в марте 1959 г. ЗАН К был запрещен колониальной властью, а сам Каунда в июне того же года был арестован и отправлен в тюрьму, где провел девять месяцев. Причем сначала в Лусаке, а потом его переправили в город Солсбери в Южной Родезии (ныне Хараре).
После освобождения в январе 1960 г. Каунда был сразу же избран президентом новой Объединенной национальной независимой партии (United National Independence Party, ЮНИП), которую сформировали его соратники и которая стала преемницей запрещенной ЗАН К.
В июле 1961 г. Каунда организовал в Северной провинции кампанию гражданского неповиновения, так называемую «кампанию ча-ча-ча», устроив пожары в школах и блокирование дорог. На выборах в состав правительства в 1962 г. Каунда выступил кандидатом от ЮНИП. Результатом выборов было создание коалиционного правительства, куда вошли представители ЮНИП и АНК, покинутого ранее Каундой. В новом правительстве Северной провинции Каунда получил пост министра местного управления.
В 1964 г. в соответствии с конституцией проходили всеобщие выборы в I Illi II IIIIIIIIIIII IUZ i и IIIIIIIIIIIIIIH


парламент Замбии, и победителем стала ЮНИП во главе с Каундой. Его соперник, лидер АНК Г. Нкумбула, предпочитавший компромиссную политику в отношениях с еще остававшейся колониальной властью, потерпел поражение. Каунда был назначен премьер-министром, а 4 октября 1964 г. он стал президентом независимой Замбии.
Придя к власти, Каунда разработал концепцию «замбийского гуманизма», объявив ее целью построение общества, свободного от угнетения и эксплуатации человека человеком на базе смешанной экономики. Основой «замбийского гуманизма» Каунда считал главные африканские ценности: взаимную помощь, доверие и верность общине. Философия «замбийского гуманизма» позднее была закреплена конституционно в качестве официальной государственной идеологической платформы. В программе ЮНИП, принятой, как и конституция страны, в 1973 г, говорилось:
«Выражая решимость создать новую Замбию, в которой будет царить равенство, справедливость, свобода, сплоченность, мир, политический, экономический и социальный прогресс, всеобщее благополучие, свободную от нищеты, болезней, невежества и эксплуатации;
Признавая, что общинный образ жизни является традиционным образом жизни замбийского народа, как это выражено в Философии гуманизма, и что Партия будет поддерживать и утверждать этот благородный и достойный образ жизни;
Торжественно обещая, что земля в Замбии, все ее природные ресурсы принадлежат народу и охраняются государством и что Партия и впредь будет авангардом замбийского народа, будет вести народ в решении задач национального строительства;
Провозглашая, что Партия признает неотъемлемое право всех людей на самоопределение и национальную независимость, право для достижения этой цели вести освободительную борьбу, что Партия торжественно обещает свою поддержку всем людям, ведущим справедливую борьбу за национальное освобождение от колониализма, неоколониализма, империализма и расизма, и что Партия будет работать во имя усиления движения Панафриканизма, Африканского единства и неприсоединения;
Исходя из этого мы провозглашаем и принимаем этот Устав <...>.
Партия ставит перед собой цели:
а) содействовать распространению и претворению в жизнь замбийского гуманизма;
б) неустанно работать во имя повышения уровня жизни всего замбийского народа;
в) ликвидировать все формы коррупции, эксплуатации человека человеком и унижения;
г) обеспечить уважение принципов равных возможностей, равного отношения ко всем людям в обществе;
д) сотрудничать с любым движением и организацией в целях улучшения условий жизни людей и достижения более эффективного производства и справедливого распределения национального богатства в наилучших интересах народа;
е) создать условия для устранения предрассудков, порожденных прежней политической системой, неравенством в социальном положении и образовании;
ж) устранять все формы дискриминации и сегрегации, основанные на различиях племенной и клановой принадлежности, пола, цвета кожи и вероисповедания;
з) поддерживать и развивать замбийские культурные ценности;
и) всеми средствами защищать и поощрять развитие торговли, ремесла, промышленности и сельского хозяйства, поощрять замбийцев к участию 1Ш111111Н1ШШ IVJ IIIIIIIIHIIIIIIIII


во всех секторах экономической жизни;
к) организовать и обеспечить в стране и в выборных органах поддержку Партии;
л) проводить в жизнь принципы, одобряемые соответствующими органами Партии;
м) обеспечить соблюдение основных свобод и прав человека;
н) прививать и воспитывать прочное чувство патриотизма и национального единства, основанное на коллективной и индивидуальной верности и преданности Замбии, ее национальным интересам;
о) сотрудничать внутри страны и вне ее со всеми прогрессивными африканскими и другими национальными движениями и политическими партиями, выступающими за полную ликвидацию всех форм колониализма, расизма, неоколониализма, империализма и дискриминации; стремиться к достижению африканского единства»1.
В годы правления Каунды правительство Замбии проводило антиимпериалистическую и антиколониальную политику, выступало за укрепление дружественных отношений с СССР. К. Каунда выступал против режима апартхейда в ЮАР и способствовал приходу к власти антиколониальных движений в Анголе, Зимбабве, Мозамбике и Намибии. Будучи выходцем из народности тонга, он сумел в течение почти трех десятилетий сохранять этнополитическую стабильность в стране, где более 40% населения принадлежит к народности бемба. Каунда сохранил этнический баланс и в самой ЮНИП, партийную элиту которой в основном также составляют бемба. В тот период в народе его часто любовно называли «доктор Кей-Кей».
В течение первого десятилетия независимого развития сохранение высоких цен на медь на мировом рынке и значительная иностранная помощь дали возможность правительству К. Каунды эффективно управлять экономикой страны.
Становясь все более нетерпимым к оппозиции, Каунда после всеобщих выборов в парламент 1968 г., завершившихся жестокими столкновениями, запретил существование всех партий, кроме правящей ЮНИП.
В 1973 г. появилась конституция, провозгласившая Замбию республикой и узаконившая однопартийную государственную систему. В этом документе, в частности, говорилось:
«В Замбии есть одна и только одна политическая партия или организация, а именно Объединенная партия национальной независимости (в настоящей Конституции именуется «Партия»), <...> Ни одно положение в настоящей Конституции не может быть истолковано таким образом, чтобы позволить любому лицу на законном основании учредить или пытаться учредить какую-либо иную политическую партию или организацию, кроме Партии, а также быть ее членом, участвовать в собраниях, поддерживать с ней связь или высказываться в пользу такой политической партии или организации»1 2.
Постепенно в национальной экономике Замбии появились новые проблемы. Понизились экспортные цены на медь, постоянно не хватало квалифицированных специалистов в шахтах, уменьшалась добыча медной руды. Политика Каунды привела страну ко все большей зависимости от экспорта меди. Неумелое осуществление правительством программы структурной перестройки, разработанной Международным ва1 История Африки в документах. 1870-2000.: В 3 т. М., 2005. Т. 3. С. 175.
2Там же. С. 172.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IU4 IIIIIIIIIIIIIIIHII


лютным фондом (МВФ), привело к экономическому кризису. Рост безработицы, забастовочное движение, резкое подавление правительством любых оппозиционных взглядов в 1980-х годах вызвали нарастание недовольства правительством ЮНИП. В 1986 г. прошли массовые общественные волнения. В 1990 г. они повторились. Правительство Каунды потеряло часть общественной поддержки из-за широко распространившейся коррупции и заметного спада в экономике. Требования покончить с авторитарным правлением раздавались как внутри страны, так и за рубежом. Таким образом, на Каунду оказывалось давление сразу с двух сторон.
Сознавая неизбежность проведения политических реформ, 24 сентября 1990 г. Каунда объявил о своем решении возвратить Замбию к многопартийной политической системе и подписал закон, легализующий оппозиционные политические партии. 31 октября 1991 г. состоялись первые за много лет президентские выборы на многопартийной основе. На них внушительную победу одержал лидер партии Движение за многопартийную демократию (Movement for Multiparty Democracy) Фредерик Чилу- ба, получив 81% голосов, а Кеннет Каунда - всего 15%. К. Каунда пригласил на эти выборы иностранных наблюдателей, создав тем самым прецедент в Африке. Бессменно занимая в течение 27 лет пост президента республики (многие из первых африканских президентов были свергнуты военными уже после нескольких лет правления), К. Каунда мирно передал власть.
В 1993 г. после обвинений в злоупотреблении властью во время пребывания на посту главы государства К. Каунда прекратил политическую деятельность. Однако он вернулся в большую политику в 1995 г., после очередного избрания его лидером ЮНИП. В президентской кампании 1996 г. был главным политическим соперником Ф. Чилубы. Однако принятие в мае 1996 г. новой конституции, одна из статей которой запрещала баллотироваться на пост президента страны замбийцам менее чем в третьем поколении, отстранило его от участия в выборах, поскольку его отец был выходцем из Малави. Тогда он возглавил кампанию ЮНИП гражданского неповиновения властям. В августе 1997 г. в ходе антиправительственной демонстрации Каунда был ранен. В начале 1998 г. его арестовали по обвинению в финансировании группы офицеров, пытавшихся свергнуть правительство в октябре 1996 г., а также недонесении властям о намечавшемся заговоре. Каунда провел около шести месяцев в тюрьме и под домашним арестом. После освобождения в июле 1998 г. Каунда вновь заявил об уходе из большой политики, однако предпринимал попытки объединить вокруг ЮНИП оппозиционные партии.
В мае 2000 г., сложив с себя полномочия лидера ЮНИП, которым бессменно оставался в течение 40 лет, Кеннет Каунда окончательно покинул большую политику. Он остался рядовым членом ЮНИП, оказывая поддержку ее новому лидеру Френсису Нкоме. Однако он продолжает активную общественную работу, возглавляя Институт за мир и демократию и Африканский детский фонд. В январе 2003 г. в качестве наблюдателя принял участие в инспекциях ООН в Ираке. После кончины младшего сына Масузо, умершего от СПИДа в 2003 г., Каунда пытался привлечь внимание общественности к проблеме борьбы с этой болезнью.
В 2002 г. за вклад в освобождение страны и государств Юга Африки Каунда награжден высшей наградой Замбии - Орденом орла первой степени. Награжден также орденами Египта, Италии и Эфиопии. Является Почетным доктором университетов США, Великобритании, Канады и Чили. Он стал первым iiiiiitiiiiiiiiiiii 105 IIIIIIIIHIIIIIIIII


президентом, получившим специальную стипендию «Бэлфур африкен президент ин резиденс», учрежденную в 2002 г. Бостонским университетом для африканских президентов, которые добровольно уступили власть в результате демократических выборов. С супругой Бетти, в браке с которой состоит с 1946 г., они воспитали 10 детей. В его честь назван район Кеннет Каунда в северо-западной провинции ЮАР.
А. С. Балезин, В.П. Городнов
Сочинения
Zambia shall be free. L., 1962.
Letter to my children. L., 1973; Kaunda on violence. L., 1980.
Литература
История Замбии в новое и новейшее время.
М., 1990.
Meebelo H.S. Main currents of Zambian Humanist Thought. Lusaka, 1973.
Timothy K. Kaundeke. Fundamentals of Zambian humanis. Lusaka, 1977.


КЕЧВАЙО
Cetshwayo kaMpande, 1826-8.H.1884
Верховный правитель (никоей) зулусов, сын Мпанде и племянник Чаки. В период его правления зулусы пережили один из самых драматичных моментов в своей истории - английское завоевание в 1879 г. и разрушение их «королевства».
Родился в окрестностях местечка Эшове, находящегося в современной провинции ЮАР КваЗулу-Натал. Детство Кечвайо пришлось на время наибольшего могущества зулусов, он должен был еще с ранней юности слышать рассказы о походах Чаки и его победах. Однако несмотря высокий статус, которым от рождения обладал Кечвайо, его ранние годы ничем не отличались от жизни сверстников.
У зулусов мальчики, достигнув возраста 7-8 лет, обычно начинали участвовать в хозяйственной жизни крааля. Их первая обязанность — пасти коз и овец. Те, кто были постарше, заботились о быках и коровах — главном достоянии зулусов.
В семьях царили патриархальные устои, строгая дисциплина и почитание старших. Причем это относилось как к отцу, так и старшим сверстникам. В эти годы заклады вались и моральные нормы: снисходительное отношение к младшим, взаимопомощь, любовь к дому, долг перед своим родом и общиной.
Во второй половине 1830-х годов зулусы вступили в период жестоких испытаний, потрясших основы их жизни. С 1835 по 1837 г. происходило масштабное переселение африканеров (буров) из восточных районов Капской колонии на земли сопредельных африканских народов, вошедшее в историю иод названием «Великий трек». Территории зулусов привлекали переселенцев своим мягким климатом, удобным выходом к морю, обширными пастбищами и плодородием. С конца 1837 г. началась кровавая и упорная борьба африканеров и зулусов за право жить на этой земле. Решающее сражение произошло 16 декабря 1838 г. на реке Инкоме. Африканцы потерпели сокрушительное поражение. Зулусы оставили на поле боя свыше 3 тыс. убитыми. 23 марта 1839 г. Дингане вынужден был пойти на подписание соглашения о мире. Зулусы отказывались от всех территорий к югу от реки Тугслы. На захваченных землях переселенцы-африканеры основали республику Натал.
С этого момента начинается возвышение М панде, младшего брата Дингане и Чаки. Воспользовавшись поражением на реке Инкоме и массовым распространением недовольства среди зулусов, Мпанде заключил договор с бурами, по которому они обязались помочь ему свергнуть Дингане. За эту помощь Мпанде обещал отдать бурам скот, который якобы был захвачен у них во время войны, и предоставить им полную свободу действий в Натале. Во время подписания этого соглашения на фольксрааде в
i » iiiiiiiiiii и и i IUS IIIIIIIIIIIIIIIHII


Питермаритцбурге Кечвайо впервые был представлен бурам в качестве наследника Дингане. В ознаменование этого события на одном из его ушей была сделана специальная отметина, наподобие тех, которыми клеймили скот1.
При помощи буров Мпанде удалось разбить Дингане, и 18 февраля 1840 г. он был провозглашен «королем» зулусов. Совершив значительные территориальные уступки европейцам, Мпанде сохранил независимость зулусской державы. Он смог установить дружественные отношения с англичанами, аннексировавшими в 1843 г. республику Натал. Граница между новой британской колонией и владениями зулусов проходила по реке Тугела и ее левому притоку Баффало.
Несомненно уже тогда, будучи юным мальчиком и оказавшись вовлеченным в междоусобную борьбу, Кечвайо мог оценить силу и военное превосходство европейцев. Возможно, еще в то время у него зародилось устойчивое неприятие буров, что особенно ярко проявилось в последующие годы, когда он стал правителем. В 1873 г. в беседе с Т. Шепстоуном, министром по туземным делам английской колонии Натал, Кечвайо утверждал, что «он и каждый зулус скорее умрут, чем подчинятся бурам»1 2.
В 40-е годы XIX в. Кечвайо был «призван» вместе со своим страшим братом Мбуязи в «полк» Тулвана3. Свой первый боевой опыт Кечвайо приобрел, приняв участие в последнем из больших набегов зулусов против свази в 1852 г.
В 1850-е годы популярность Кечвайо значительно возросла, что вызывало серьезное беспокойство Мпанде, который больше благоволил к своему старшему сыну Мбуязи. В результате вокруг претендентов на трон сложилось два враждебных лагеря. Сторонники Кечвайо были известны под именем узуту, содержащем намек на их невоздержанность в питье. В 1856 г. этот конфликт вылился в открытое вооруженное противостояние. Люди Мбуязи разорили земли сторонников Кечвайо, что привело к мобилизации узуту. Две враждебные армии встретились в декабре 1856 г. на берегу реки Тугела на границе с Наталом. На стороне Мбуязи в сражении принял участие «полк» ветеранов, присланный Мпанде на помощь своему любимцу, а также отряд пограничной полиции Натала численностью в 35 человек во главе с английским охотником и торговцем Джоном Данном. Но благодаря подавляющему численному преимуществу узуту удалось одержать победу. Мбуязи и пятеро других сыновей Мпанде были убиты в ходе битвы, само место побоища, по свидетельству очевидцев, было буквально усеяно телами павших воинов4.
С этого момента фактическое управление страной перешло в руки Кечвайо, а за Мпанде остались лишь формальные представительские функции. Несмотря на то что изначально администрация и жители Натала поддерживали Мбуязи, Кечвайо постарался наладить отношения с английскими властями колонии. Дж. Данн не был подвергнут репрессиям, наоборот, стал одним из близких советников Кечвайо, снабжал зулусов огнестрельным оружием и организовал 1 Binns С.Т. The Last Zulu King. The Life and the Death of Cetshwayo. L., 1963. P. 20.
2 Colenso F.E. History of Zulu War and Its Origin. L., 1880. P. 16.
3 У зулусов в XIX в. действовала система амабутпо (ед. ч. ибутпб) - объединений, состоявших из молодых людей одной возрастной группы, проходивших вместе обряд инициации - посвящения мальчиков во взрослых мужчин. В период правления Чаки (1818-1828) амабуто составили основу военной организации зулусов, получив название импи, что на европейские языки обычно переводится как «полк».
4 Хаггард Г.Р. Дни моей жизни // Хаггард Г.Р. Миссия в Трансвааль. М., 1979. С. 31.
IIIIIIIIHIIIIIIIII /I/O IIIIIIIIHIIIIIIIII


значительную торговлю с колонией. В награду за оказанные услуги Кечвайо предоставил ему земли вдоль океанского побережья к северо-востоку от реки Тугелы.
Конфликт между Кечвайо и Мпанде, однако, так и не был разрешен до конца. У обеих сторон не хватало сил решительно изменить ситуацию в свою пользу. Это противостояние вызывало серьезные опасения и у английских властей Натала, которые боялись, что эскалация конфликта может привести к дестабилизации ситуации и в самой английской колонии, где африканское население составляло подавляющее большинство. Поэтому при посредничестве англичан Кечвайо и Мпанде пришли к компромиссу. В 1861 г. в страну зулусов со специальной миссией отправился Т. Шепстоун. Он официально признал Кечвайо наследником Мпанде, а он в свою очередь публично выразил свою преданность отцу5.
В 1873 г., через год после смерти Мпанде, Т. Шепстоун снова посетил Зулуленд. На этот раз целью его визита была «коронация» нового правителя зулусов. Инициатива на этот раз изначально исходила от самого Кечвайо.
В ходе церемонии произошло событие, которому Кечвайо не придал такого большого значения, которое оно приобрело через несколько лет. Речь идет о так называемых «коронационных обещаниях». «Кечвайо публично согласился, что беспорядочное пролитие крови должно прекратиться в Зулуленде, что приговор не должен выноситься без открытого суда и публичного допроса свидетелей, и казнь не должна происходить без санкции короля», - утверждал в 1878 г. Ч. Браунли, министр по туземным делам Капской колонии6.
Сам Т. Шепстоун называл эти обещания «гибким соглашением» и писал в своем докладе о «коронации», что желаемые улучшения не могут наступить немедленно. Как отмечала Ф. Коленсо, дочь англиканского епископа Натала Джона Коленсо, Кечвайо остался при мнении, что он лишь «получил некоторый совет, относительно управления своими людьми от его уважаемых друзей англичан»7.
Несмотря на официальное признание и заверения в дружбе английских властей, начиная с 1873 г. противоречия между Наталом и правителем зулусов постепенно нарастали. Переговоры между Т. Шепстоуном и Кечвайо не привели к удовлетворению главного требования колонистов - наладить регулярное снабжение Натала работниками- африканцами. Помимо этого у Кечвайо возник конфликт с христианскими миссионерами.
Кечвайо, став единоличным правителем зулусов, направил все свои усилия на поддержание стабильности существовавшей с доколониальных времен социальной системы, воссоздание военной мощи своего народа. Миссионеры же представляли непосредственную угрозу существовавшим порядкам, нарушали внутреннее единство африканского общества. Уже в ходе переговоров с Т. Шепстоуном в 1873 г. Кечвайо высказался за удаление их из своей страны. По его мнению, распространяемое миссионерами учение приносило вред8.
5 Maylam Р. A History of the African People of South Africa: from the Early Iron Age to the 1970s. L., 1986. P. 75.
6 British Parliamentary Papers. Colonies. Africa. Vol. 12. Correspondence Regarding the Anglo-Zulu War and Boer Unrest, 1878-1879. Shannon, 1970. (Далее - BPP. Colonies. Africa.) P. 150.
7 Colenso F.E. Op. cit. P. 14,15, 17.
8 BPP. Colonies. Africa. Vol. 30. Shannon, 1971. P. 85.
iiiiiiiiiiiiiiniii 109 I1IIHIIIII1IIMIII


Противодействуя их влиянию, Кечвайо запретил им проповедовать и объявил новообращенных христиан-зулусов вне закона, так как, приняв крещение и поселившись в миссии, они переставали быть его подданными. Эти действия привели к кризису всей миссионерской работы среди зулусов и исходу христианских проповедников, которые превратились в последовательных противников Кечвайо.
Росту напряженности способствовало во многом уникальное положение зулусской державы, сохранившей к 1870-м годам свою независимость, военную организацию и традиционный уклад жизни. При Кечвайо войско зулусов насчитывало 25-30 тыс. человек, при помощи Дж. Данна был создан отряд воинов, вооруженных огнестрельным оружием, делались попытки организовать кавалерию. Войско зулусов являлось самой мощной, крупной и дисциплинированной силой африканцев в Южной Африке.
Наличие столь грозного соседа, какими виделись зулусы, являлось постоянным раздражающим фактором для колонистов и властей Натала, которые испытывали постоянный страх перед огромной, в десятки раз превосходившей их по численности массой африканского населения. В последней трети XIX в. подобная ситуация не могла долго оставаться без изменений.
Неизбежность военного столкновения между зулусами и Великобританией стала очевидной после британской аннексии Трансвааля9 в апреле 1877 г. Эти действия являлись частью более широкого плана по объединению всей Южной Африки под властью Великобритании в составе Южно-Африканской Конфедерации. Сохранение независимости зулусов этот проект не предусматривал.
В 1877-1878 гг. возросло политическое давление на Кечвайо, которого колонисты изображали в качестве жестокого тирана, пытавшегося возродить самые кровавые обычаи, существовавшие во времена Чаки. В этих условиях Кечвайо проявлял максимум выдержки. Его главным стремлением было сохранить мир, так как он хорошо понимал безнадежность открытого военного столкновения с европейцами. Но политическая ситуация в Южной Африке после аннексии Трансвааля претерпела качественные изменения. Для воплощения в жизнь проекта Южно-Африканской Конфедерации англичанам важно было заручиться поддержкой африканеров и сгладить недовольство, вызванное потерей ими независимости. Поэтому для разрешения пограничного спора между Трансваалем и зулусами английские власти перешли на сторону белых фермеров, фактически предав интересы Кечвайо.
И декабря 1878 г. лейтенант- губернатор Натала Г. Балвер предъявил Кечвайо ультиматум, в котором содержались требования распустить вооруженные отряды и принять английского резидента, который бы осуществлял надзор за управлением страной10 11. Кечвайо соглашался удовлетворить большинство пунктов ультиматума, но он не мог пойти на выполнение главного условия - роспуска армии, что было равносильно потере независимости.
Судьба зулусов была предрешена, и И января 1879 г., когда истек срок ультиматума, английские части несколькими колоннами вступили на территорию Зулуленда. Но даже тогда Кечвайо не оставлял надежды закончить дело миром. Он запретил нападать на английские войска и объявил, что они пришли «с дружественной миссией»11. Однако 9 Независимая республика африканеров, образованная в 1850-х годах в результате « Великого трека».
10 ВРР. Colonies. Africa. Vol 12. P. 217-223.
11 Ibid. P. 311, 312.
Illlllllllllllliru / lu IIIIIIIIHIIIIIIIII


большинством зулусов эти заявления были встречены с недоверием.
22 января 1879 г. у холма Изандлва- на англичане потерпели жестокое поражение, ставшее следствием пренебрежительного отношения англичан к своему противнику. Повсеместно было распространено убеждение, что зулусы не будут сопротивляться, так как устали от «тирании» Кечвайо. Известный английский писатель Г. Р. Хаггард, бывший очевидцем событий, писал по поводу этой кампании: «Наши генералы и солдаты проявляли сначала поразительное легкомыслие. Несмотря на трудности похода и недостаток транспорта, они ухитрились захватить с собой в страну зулусов все принадлежности для крикета»12.
Известия о поражении английских войск вызвало шок в Великобритании. Немедленно было созвано внеочередное заседание кабинета министров, на котором было принято решение послать в Натал дополнительно шесть пехотных и два кавалерийских полка и две артиллерийские батареи13. В Натале среди колонистов царил переполох. Они со дня на день ожидали вторжения зулусов, и все населенные пункты готовились к обороне. Но, хорошо осознавая неизбежность поражения в открытом противостоянии с Великобританией, Кечвайо попытался еще раз прибегнуть к помощи дипломатии. Он запретил своим войскам переходить границы Натала и предложил закончить войну и начать переговоры о мире. Он утверждал, что не отдавал приказа о нападении на англичан, а сражение при Изандлване произошло вопреки его воле. «Англичане напали на мою страну, и я буду обороняться в своей стране. Я не буду посылать свои импи убивать их в Натале, ибо я сам и предки, что ушли до меня, всегда были друзьями англичан», - такие слова, как писал Г.Р. Хаггард, были произнесены Кечвайо после победы при Изандлване14.
В последующие месяцы войны Кечвайо придерживался оборонительной тактики. Он приказал избегать открытых столкновений с англичанами и запретил нападать на хорошо укрепленные лагеря и позиции противника. Отряды зулусов должны были нападать на небольшие подразделения и обозы англичан и блокировать части противника в укрепленных лагерях. Эта тактика какое-то время приносила успех. Вплоть до конца мая 1879 г., пока в Натал не прибыли подкрепления из метрополии, британское командование не отваживалось на новые наступательные действия. Но и зулусы были доведены до крайнего истощения. Воины часто нарушали приказы Кечвайо, голод заставлял их совершать отчаянные нападения на английские позиции, что приводило к тяжелым потерям.
Развязка наступила 4 июля 1879 г., когда произошло решающие сражение у Улунди, резиденции Кечвайо. В этом бою была разгромлена 20-тысячная армия зулусов, причем колониальные войска потеряли всего 9 человек убитыми15. После этого исход войны был предрешен. Сам Кечвайо был захвачен в плен в конце августа.
В сентябре 1879 г. был установлен новый порядок управления Зулулендом. Его территория была разделена между 13-ю «вождями», среди которых был и Дж. Данн, перебежавший во время войны к британцам. Уничтожение централизованной власти, олицетворением которой являлся Кечвайо, ввергло страну в анар12 Хаггард Г.Р. Указ. соч. С. 34.
13 Вяткина Р.Р. Африка в переписке российских дипломатов в конце XIX - начале XX в. // Вестник МГУ. Сер. 13. Востоковедение. 1996. № 3. С. 7.
14 Хаггард Г.Р. Указ. соч. С. 33; BPP. Colonies. Africa. Vol. 13. P. 54,111.
15 Вестник Европы. 1879. № 11. С. 356.
iiiiiiiiiiiiiiniii 111
IIIIIIIIIIIIIIUIII


хию. В 1880 1881 гг. зулусов поразил страшный голод, к тому же народ оказался втянут в изнурительную междоусобную войну. Ее причинами являлись как внешние факторы - вмешательство англичан, так и внутренние - соперничество внутри правящего «королевского» дома, обострившееся после свержения Кечвайо.
Главным претендентом на лидерство среди зулусов стал Зибебу, правнук Джамы - деда Чаки. Произведенный английскими властями раздел зулусских территорий в еще большей мере усугубил противоречия, существовавшие и в довоенный период. Получив власть, Зибебу постарался упрочить свое положение, притесняя узуту, отбирая у них скот и огнестрельное оружие. Это в свою очередь вызывало ответную реакцию16.
Англия не могла долго оставаться в стороне от дел, происходивших в опасной близости от Натала. У правительства было два выхода: или аннексировать Зулуленд, или управлять им через верховного правителя. Лондон выбрал второй вариант. Министерство колоний организовало в 1882 г. поездку Кечвайо в Англию, где он удостоился аудиенции королевы Виктории. Здесь ему были предложены условия, на которых британское правительство соглашалось восстановить его в правах на престол. Кечвайо обещал отказаться от военной системы зулусов и поощрять мужчин отправляться на заработки в Натал. Он обязался запретить практику казни колдунов, отказаться от ввоза огнестрельного оружия и разрешать все споры с другими инкоси (главами родовых объединений зулусов) при посредничестве британского резидента. Под его властью оставалась лишь треть его прежних владений. Остальные территории должны были войти в резервацию, призванную служить буфером между Наталом и зулусами, и составить владения Зибебу - главного противника Кечвайо и узуту17.
Кечвайо вернулся в Зулуленд в январе 1883 г., но это не принесло мира. Зибебу не хотел признавать его верховенство. Начавшаяся война не была успешной для Кечвайо. После двух поражений от Зибебу он вынужден был бежать в резервацию, где и умер 8 февраля 1884 г. До сих пор зулусы убеждены что их «король» был отравлен, в чем они винили Зибебу и англичан.
Кечвайо был выдающимся человеком для своего времени. Даже его противники признавали его замечательное чувство собственного достоинства, проницательность и силу характера. Он отнюдь не был противником всего нового, как его часто пытались представить. Будучи наследником престола, он обучался грамоте у норвежских миссионеров и демонстрировал хорошие успехи, но неприятие христианского учения большинством его сторонников вынудило Кечвайо оставить эти занятия.
Когда в 1863 г. над страной нависла угроза эпидемии оспы, Кечвайо способствовал массовой вакцинации населения миссионерами, что являлось для африканцев беспрецедентным шагом.
В наиболее тяжелый для него период, когда он находился у англичан в качестве пленника, Кечвайо смог продемонстрировать замечательные дипломатические способности, действуя через своего друга и покровителя епископа Англиканской церкви в Натале Джона Коленсо. Визит правителя зулусов в Лондон летом 1882 г. вызвал всеобщей интерес, и Кечвайо удалось добиться расположения как самой королевы Виктории, так и простых людей, окружавших его на улице. Оде16 Gwz/J. The Destruction of the Zulu Kingdom: The Civil Warin Zululand, 1879-1884. L., 1979.
P. 37,72-76,83-85.
17 BPP. Colonies. Africa. Vol. 31. P. 257-266; Binns C.T. Op. cit. P. 188-193.
Illlllllllllilllill / /Z IIIIIIIIIIIIIIIHII


тый в строгий костюм и наделенный чувством природного такта, он совсем не походил на того кровожадного варвара, образ которого рисовали английские чиновники и газетчики. Но, несмотря на все достоинства, Кечвайо оставался рабом обстоятельств, которые мало от него зависели. Находясь в плену, он выражал свое недоумение по поводу произошедших событий: «Англичане только что короновали меня. Как это случилось, что, короновав меня утром, они свергли меня вечером?»18 Ответом на вопрос Кечвайо могут служить слова Т. Шепстоуна, считавшего, что захват в плен Кечвайо и разгром зулусской державы «продемонстрировали южноафриканскому черному миру, что мы (белые. - А. В.) являемся господствующей расой»19.
А.В. Воеводский
Литература
Голант ВЛ. Английский империализм в Южной Африке (Зулусская война 1879- 1880 гг.) // Исторический журнал. 1940. №6.
Давидсон А.Б. Южная Африка // История национально-освободительной борьбы народов Африки в новое время. М.,1976.
Binns С.Т. The Last Zulu King. The Life and the Death of Cetshwayo. L., 1963.
Colenso F.E. History of Zulu War and Its Origin. L, 1880.
Guy J. The Destruction of the Zulu Kingdom: The Civil War in Zululand, 1879-1884. L., 1979.
Gybson J.Y. The Story of the Zulus. L., 1911;
A Zulu King Speaks: Statements Made By Cetchwayo KaMpande on the History and Customs of His People. Pietermaritzburg, 1978.
Приложение
Свидетельские показания Кечвайо правительственной Комиссии Капской колонии по изучению законов и обычаев туземцев
Показания Кечвайо перед Комиссией по изучению законов и обычаев туземцев были записаны в июле 1881 г., в то время, когда он находился на положении пленника англичан. Главным предметом внимания Комиссии были африканские законы и обычаи, поэтому мы не найдем в свидетельствах Кечвайо анализа причин и хода англо-зулусской войны 1879 г. Члены Комиссии и сам Кечвайо лишь вскользь касаются вопросов взаимоотношений зулусов с бурами и англичанами, но данные свидетельские показания до сих пор остаются ценнейшим источником по обычаям и нравам зулусов XIX столетия. Показания правителя зулусов достаточно обширны и занимают несколько десятков страниц печатного текста. Членов Комиссии интересовали вопросы семейных отношений, место и роль женщины в зулусском обществе, религиозные традиции зулусов и т. д.
В приложении приводятся отрывки из свидетельских показаний Кечвайо, в которых раскрывается структура и характер организации власти в стране зулусов, описываются роль и полномочия верховного правителя, природа отношений собственности. То, что главным источником информации в данном случае выступает сам Кечвайо, делает этот источник поистине уникальным и неповторимым в своем роде. Однако, рассматривая показания Кечвайо, следует учитывать, что давал он их будучи английским пленником, что не могло не 18 A Zulu King Speaks; Statements Made By Cetchwayo KaMpande on the History and Customs of His People. Pietermaritzburg, 1978. P. 55.
19 GuyJ. Op. cit. P. 80.
IIIIIIIIHIIIIIIIII I IJ IIIIIIIIHIIIIIIIII


сказаться на их характере. Несомненно, он старался произвести впечатление лояльного союзника англичан и создать как можно более благоприятный образ своей страны и своего правления (например, когда он описывает историю отношений зулусов и англичан). Но это по большей части не относится к описанию традиций, обычаев и общественных установлений зулусов, о чем Кечвайо мог говорить как наиболее квалифицированный эксперт своего времени. Публикуется по изданию: A Zulu King Speaks: Statements Made By Cetchwayo KaMpande on the History and Customs of His People. Pietermaritzburg: University of Natal Press, 1978. P. 65-101.
О наследовании земли
Вопрос. Что происходит с землей, если умер ее владелец?
Ответ. Она принадлежит наследнику.
В. Это значит, что вся земля переходит к сыну главной жены?
О. Да.
В. Но король1 обладает над ней какой- либо властью?
О. Вся земля в действительности принадлежит королю, но люди получают позволение жить и заботиться о ней в пользу короля.
В. Производится ли межевание этих участков земли так, чтобы каждый человек в Зулуленде знал, какой участок ему принадлежит?
О. Они не производят межевание специально, границы земли определяются реками и холмами. За границами присматривают хедмен1 2 и люди, находящиеся под его властью. Но если кто-либо из одного района хочет возделывать землю в другом, он должен получить позволение короля.
В. Кто изначально распределяет землю?
О. Король.
В. Король делает это через вождя?
О. Да, посредством вождя. Король говорит3, он не создавал этот порядок, он был обычаем в его время.
О взаимоотношениях зулусов с бурами и англичанами
В. Мпанда4 когда-нибудь признавал, что он находился в зависимости от буров?
О. Нет, никогда. Когда Дингаан5 был убит его подданными, Мпанда перешел под защиту к бурам, так как заговорщики намеревались убить и его тоже. Вскоре он вернулся в Зулуленд и стал там королем, и, конечно, зулусы думали, что все вопросы между ними и бурами были разрешены. Но через некоторое время буры пришли и объявили, что они собираются воевать с Мпандой. Произошел разрыв между бурами и зулусами, и в этот момент в Натал пришли англичане.
В. Мпанда когда-нибудь показывал, что он признавал над собой власть буров?
1 До появления европейцев зулусы не имели представления о королевской власти. Термин «король» использовали европейцы для обозначения верховной власти среди африканцев. Сами зулусы использовали по отношению к своим правителям термин «инкоси», а также хвалебные эпитеты, подчеркивавшие их сверхъестественную доблесть и силу.
2 Хедмен - глава сельской общины.
3 Так как общение между представителями комиссии и Кечвайо велось через переводчика, то в ряде случаев повествование в тексте идет от третьего лица
4 Здесь и далее при написании имен зулусов сохраняется орфография, принятая в тексте.
5 В тексте встречаются две формы написания имени: Дингаан и Дингане. В настоящее время в научной литературе обычно используется второй вариант.
1111111111111111111 1iiiiiiiiiitiiiiiiii


О. Нет.
В. Мпанда когда-нибудь признавал над собой власть англичан?
О. Нет, зулусы никогда не признавали власть англичан, но они относились к англичанам как к родственникам. Они всегда отправлялись к англичанам и рассказывали им о том, что происходило в Зулуленде, и обращались к ним за помощью. <...> В то время, когда буры намеревались вторгнуться в Зулуленд, англичане пришли в Натал и напали на буров, и буры впоследствии ничего не могли предпринять против зулусов, но в мое правление и в последние дни жизни Мпанды они пытались повторить это6.
В. После смерти Мпанды, когда вы наследовали ему, вы признали над собой власть Шепстоуна каким-либо образом?
О. Король отвечает, что когда его отец умер, он отправил к Шепстоуну посыльных с большим быком. Они должны были сообщить ему о случившемся и передать, что он (Кечвайо. - А. В.) хочет, чтобы Шепстоун прибыл для наблюдения за тем, как он устанавливает свою власть над страной зулусов, так как зулусский народ был в родстве с англичанами.
В. Шепстоун не оказывал влияния на вашего отца, чтобы он составил свое завещание в вашу пользу?
О. Нет, Шепстоун не оказывал влияния никоим образом. Зулусский народ и Мпанда сами объявили Шепстоуну, что Кечвайо является наследником и будет королем после смерти Мпанды.
В. До того как вас короновал Шепстоун, вы показывали каким-либо образом, что он имел над вами власть, или может быть вы считали, что он имел над вами какую-то власть в то время?
О. Нет. Король говорит, что он ничего не делал, что могло быть истолковано как признание власти Шепстоуна, но он часто говорил с ним по-дружески, и он признавал королеву.
В. Вы признавали королеву до того, как были коронованы в качестве ее слуги?
О. Король говорит, что он признавал власть королевы следующим образом: что он не должен иметь никаких дел с бурами и другими народами, и он признавал Шепстоуна как ее представителя.
Об организации системы управления
В. Будучи королем зулусов, были ли вы наделены всей полнотой власти над своими подданными?
О. Вместе с вождями страны.
В. Каким образом вожди получали власть от вас как короля?
О. Король созывает вождей страны, когда он хочет избрать нового вождя, и спрашивает у них совета, подходит ли данный человек на должность большого вождя7, и если они говорят «да», то тот становится вождем.
В. Если вы посоветовались с вождями и обнаружили, что они не согласны с вами, можете ли вы назначить вождя своей королевской волей?
О. В некоторых случаях, когда вожди не соглашаются, король спрашивает их о причинах этого, и когда он получает разъяснения, король часто отказывается от своего предложения. В других случаях он испытывает человека, может ли он выполнять требуемые обязанности или нет.
6 Здесь Кечвайо ссылается на неоднократные попытки буров Трансвааля захватить северные районы страны зулусов, примыкавшие к границам республики.
7 В зулусском обществе существовала иерархия традиционных властей, подчиненных верховному правителю. Ниже Кечвайо подробно описывает их прерогативы и отношения с подданными. В данном случае переводчик имеет в виду глав крупных территориально-родовых объединений, входивших в состав державы зулусов.
IIIIIIIIIIIIIIIHII I М IIIIIIIIIIIIIIIHII


В. Хотя вы всегда советуетесь с вождями, в действительности вы обладаете властью назначения независимо от них?
О. Нет, король не обладает властью избирать какое-либо должностное лицо вождем без одобрения других вождей. Они - наиболее важные люди [в стране]. Но меньших [по значению] вождей он может выбирать по своему усмотрению.
В. Вы или индуны назначают низших вождей?
О. Иногда большие вождя призывают некоторое число людей и предлагают королю к назначению нескольких малых вождей. Они совещаются по их поводу и он (король. - А. В.) совершает назначения.
В. Сколько у вас индун?
О. Король не знает.
В. Индуны назначаются по наследству?
О. Назначение малых вождей не связано с наследованием, но иначе обстоит дело с важными людьми страны. Сын главной жены является наследником имущества такого важного человека.
В. Имеет ли право наследник имущества вождя стать вождем?
О. Нет. Только если известно, что человек обладает необходимыми качествами, он получит назначение.
В. В чем заключаются обязанности индун?
О. Они заботятся о стране и разрешают различные дела.
В. Случаи убийства?
О. Любые преступления.
В. Вы отводите для каждого индуны отдельные области?
О. Король отводит различные части страны различным вождям.
В. И каждый индуна в своей собственной области разбирает все дела, возникающие на этой территории?
О. Он (вождь. - А. В.) называется индуной, когда он находится в военном краале, но когда он отправляется к месту своего жительства, его называют хедме- ном, и он разбирает все дела, возникающие в той части страны.
В. Кто ему помогает во время судебных разбирательств?
О. Он созывает всех главных людей района, и они обсуждают дело.
В. После того как они его обсудили, удаляется ли он и формирует свое собственное мнение обо всех свидетельствах и обсуждениях и приходит к заключению в одиночестве, или он выносит свое решение, сидя вместе с другими людьми?
О. Нет, хедмен не удаляется домой и не рассматривает свидетельства, после того как выслушает свидетелей. Он сидит и выслушивает то, что говорит собрание по данному делу. Затем они спрашивают его мнение, и он говорит: «Я думаю так-то и так». Если они не соглашаются с ним, они высказывают свои доводы.
В. И он выносит окончательный вердикт?
О. Да, хедмен.
В. Допустим, что их мнения расходятся, кому принадлежит окончательное решение?
О. Тогда дело рассматривается в краале короля.
В. Обладает ли король неограниченной властью в вынесении приговора?
О. Вначале дело обсуждают важнейшие люди страны и затем доводят его до сведения короля.
В. И ему принадлежит окончательное решение?
О. Иногда они решают до прихода к королю, и после они говорят ему, к какому решению они пришли, и он одобряет или не одобряет в зависимости от обстоятельств дела и объясняет, почему он считает это справедливым или нет.
В. Предположим, что между ними возникли разногласия, кому тогда принадлежит окончательное решение?
О. Король обладает правом окончательного решения, так как когда он решает, важнейшие люди страны ничего не iiiiiiiiiiiiiiiiiii IIO iiiiiiiiiiiiiiniii


могут сказать против, потому что они никогда не заявят, что король решил против их воли.
В. Все законы и право владения предположительно исходят от короля в совете с его вождями?
О. Право владения исходит от короля, но он не пользуется этим правом [в жизни]. Страна остается такой же, как и сейчас, с тех пор, как правили его отец и дед.
В. Если вы хотите выпустить новый закон, который распространялся бы на весь Зулуленд, как вы поступаете в этом случае?
О. Король обсуждает его с вождями, и они провозглашают закон, но он (король. - А. В.) не может объявить новый закон без их согласия. Он совещается с вождями и высказывает свои доводы, и если они соглашаются с ними, появляется закон, но он не может его принять вопреки желанию своих вождей.
В. Наши законы в Англии зафиксированы в письменной форме, и благодаря этому нет опасности их неверных трактовок. Но, предположим, в Зулу- ленде возник спор о сути закона, на ком тогда лежит ответственность трактовать закон, принятый вождями?
О. Король не может ответить, потому что никогда такого не было, чтобы кто-то сомневался в законах страны.
В. Должны ли они (зулусы. - А. В.) приходить к вам за разъяснениями законов в случае, если возникнет такая необходимость?
О. В Зулуленде нет такого человека, который бы не знал закон.
В. В чем заключаются обязанности низших вождей?
О. Они главным образом присматривают за работой для вышестоящих вождей и короля. Вышестоящие вожди отправляют их присматривать за людьми, выполняющими работы для короля.
В. Обладают ли низшие вожди властью выпускать распоряжения относительно управления территории, где они живут?
О. Их власть заключается в следующем: если что-либо происходит в той части страны, где они находятся, они должны лично во всем разобраться, а если это превосходит их полномочия, направить дело вышестоящему вождю.
В. Что составляет главный источник доходов короля?
О. Его имущество составляет скот, находящейся по всей стране. И когда воин, не получивший еще разрешение уйти со службы, хочет жениться, он приводит королю быка или корову и получает от него разрешение. То же самое происходит и со всем полком. Когда весь полк женится по приказу, тогда они ничего не платят.
В. Получает ли король какую-то часть штрафов?
О. Король получает скотину или еще что-нибудь, если он был снисходителен к совершившему проступок, но штраф скотом уплачивается человеку, по отношению к которому был совершен проступок.
В. Как вы платите своим воинам, если у вас нет денег?
О. Король спрашивает, зачем он должен им платить?
В. Как вы содержите их?
О. Король дает им определенное количество скота, чтобы его убивать и есть.
В. Разве таким образом не будет съеден весь ваш скот, если вы снабжаете им армию?
О. Когда король образовывает новый полк, он придает ему определенное количество скота, и они забирают его в различные части страны, чтобы там его разводить.
В. Какое вознаграждение получают индуны?
О. За что?
В. За службу королю, или в качестве хедмена территории, или как предводители войск?
iiiiiiitiiiiiiiiiii 117
lilllllllllllllllll


О. Вожди не получают плату, но они получают от короля скот в подарок время от времени.
Дополнения к свидетельским показаниям Кечвайо, сделанные им после того, как ему повторно были прочитаны все вопросы и ответы
Будет ошибкой утверждать, что разрыв между бурами и зулусами во времена Мпанды произошел из-за того, что Мпанда захватил скот буров. Он произошел по следующей причине. В рассматриваемое время произошла ссора между Дингане и Мпандой, и началась гражданская война8. Когда Мпанда увидел, что ему не по силам тягаться с Дингане, он обратился к бурам Натала за помощью. Буры взяли Мпанду под свою защиту и вторглись в Зулуленд, намереваясь возвести его на трон. В то время, пока буры охраняли Мпанду, его сторонники встретились с приверженцами Дингане и победили их, разбив наголову. Люди Дингане попытались сплотиться, но были снова разгромлены, на этот раз зулусами Мпанды и несколькими бурами. Буры сопровождали Мпанду до его главного крааля и покинули его уже как короля. Буры не оставляли страну, пока не захватили в качестве вознаграждения за защиту Мпанды большое количество скота. Они угнали тысячи голов скота и забрали с собой многих зулусских детей, но зулусский народ не мог тогда противостоять бурам. Вскоре после этого буры сообщили Мпанде, что они намереваются вторгнуться в Зулуленд. Мпанда отправил [гонца] к бурам спросить, почему они собирались напасть на Зулуленд и в чем была причина этого? Затем пришли англичане и выбили буров из Натала. И зулусы с тех пор жили в относительном покое, хотя буры время от времени доставляли зулусам беспокойство.
Перевод с англ. А.В. Воеводского
8 Речь идет о событиях 1838 г., когда буры вторглись в Натал. В результате поражения на реке Инкоме 16 декабря зулусы потеряли все земли к югу от реки Тугелы. Неудачи Дингане в войне с бурами привели к резкому падению его авторитета и переходу части зулусов на сторону его сводного брата Мпанде.


Фредерик Виллем де КЛЕРК
Frederik Willem de Klerk, род. 18.111.1936
Южноафриканский политический деятель, лидер Национальной партии и президент ЮАР (1989-1994), вице- президент (1994-1996); в 1993 г. вместе с Н. Манделой получил Нобелевскую премию мира.
Родился в Трансваале в семье африканеров, профессиональных политиков. Его прадед был сенатором, дед баллотировался в парламент. Но главные уроки в области политической деятельности де Клерк получил от отца, сделавшего впечатляющую политическую карьеру. Ян де Клерк был секретарем Национальной партии (Die Nasionale Party, НП) в Трансваале в 1948-1954 гг., в 1949 г. стал членом провинциального совета и отвечал за образование в исполнительном комитете провинции. В январе 1955 г. был избран сенатором и получил портфель министра труда и общественных работ. Впоследствии он занимал и другие министерские посты, закончив карьеру в должности главы сената, которую занимал с 1968 по 1976 г.1.
Де Клерк писал: «От родителей я получил многое. Они научили меня ценить и понимать людей, прислушиваться к мнению окружающих, много работать и не допускать любых проявлений зла»* 2. Его друзья вспоминали, что будущий президент всегда действовал с большой осторожностью, узнавал о предмете во всех подробностях, по уже потом, все взвесив, бесстрашно претворял свои решения в жизнь.
Еще в детстве де Клерк помогал отцу, был членом молодежного крыла НП. Завершив обучение в школе в Крю- герсдорпе, он поступил в Почефструм- ский университет христианского высшего образования (бывший тогда одним из оплотов африканерского национализма), который закончил в 1958 г. Тогда же он выиграл специальный грант на поездку в Великобританию. В университете де Клерк играл ведущую роль в студенческой жизни: был вице-президентом Совета студенческих представителей и редактором университетской газеты. Во время учебы он встретил и свою будущую жену, Марику Виллемс, дочь профессора. Они поженились в 1969 г. в Претории.
В 1961 г. Фредерик де Клерк начал свою карьеру в качестве юриста и сменил несколько юридических фирм в Клерксдорпе, Претории, Ференихпн- ге. Все это время он продолжал активно участвовать в жизни НП Трансвааля, был членом различных общественных организаций. В 1972 г. он решил стать преподавателем права в Почефструм- ском университете. Но все же ушел в ’ Frederik Willem De Klerk // Who's who in South African Politics. L„ 1993. P. 50.
2 Игнатенко В., Решетняк И. Компромиссы президента // Новое время. 1990. № 27. С. 16.
IIIIIIIItlIIIIIIMI / /у IIIIIIIIIIIHII и и


политику: в 36 лет (1972) де Клерк стал депутатом южноафриканского парламента от Ференихинга по списку НП. В 1978 г. премьер-министр Б.Й. Форстер пригласил молодого депутата в свой кабинет.
Де Клерк сменил много постов за свою долгую карьеру: министр связи и телекоммуникаций, министр социального обеспечения и пенсий, министр шахт, охраны окружающей среды и энергетики, министр внутренних дел, министр по делам государственной администрации и статистики, министр национального образования (для белых). В 1985 г. он стал председателем министерского совета нового, трехпалатного, парламента3. В 1982 г., продолжая работать в правительстве, он возглавил НП в Трансваале. Это случилось после раскола в НП по вопросам реформы апартхейда, начатой главой государства премьер-министром П.В. Ботой, и отставки прежнего лидера НП в Трансваале А. Треурнихта, создавшего оппозиционную Консервативную партию (Konserwatiewe Party, КП). Уже тогда газеты писали о де Клерке как о претенденте «на трон» П. Боты4.
В должности министра образования в 1986 г. Ф. де Клерку пришлось столкнуться со студенческими волнениями. Министром было принято решение до окончания насильственных акций сократить субсидии университетам, что было признано судом впоследствии незаконным, и де Клерк был вынужден отменить эти ограничения.
Де Клерк сторонился политической борьбы внутри НП. Всегда находился «на вторых ролях», стремился быть «членом команды». И сам писал о себе: «Я не хочу быть руководителем, работающим под фанфары, которому улюлюкают или рукоплещут. Я хочу быть лидером команды, которая всегда бы говорила от имени большинства»5.
Де Клерк не был ни ярым сторонником апартхейда, ни убежденным расистом. Он не испытывал неприязни к соотечественникам с темным цветом кожи. Современники отмечали его демократизм: уже будучи президентом, де Клерк ходил с расстегнутым воротом рубахи, а для гостей в холодильнике всегда находилось пиво, которое он сам пил прямо из банки. Личность будущего президента можно было бы определить одним словосочетанием: «человек компромисса». Сам он говорил, что «компромисс в политике - это главное, что позволяет приблизиться к счастью тех, кто сегодня бедствует. Компромисс для нас - это технология достижения цели»6.
В начале 1989 г. лидер страны и НП П. Бота перенес инсульт, 2 февраля он ушел в отставку с посла главы НП, но сохранил пост президента. На съезде НП новым лидером партии стал Ф. де Клерк, обойдя своего конкурента Б. дю Плесси с преимуществом всего в 8 голосов. Между П. Ботой и де Клерком вплоть до августа этого года сохранялись напряженные отношения, поскольку президент всеми силами пытался удержать власть в своих руках и тем самым способствовал созданию в стране кризисной ситуации. Оба крыла НП, и либеральное, и консервативное, объединились в поддержке более мягкого и демократичного стиля руководства, предложенного де Клерком.
3 В 1983 г. в результате изменения конституции был учрежден новый орган государственной власти - законодательное собрание, состоящее из трех палат, отдельно для каждой из расовых групп (белых, цветных, индийцев), за исключением африканцев.
4 Frederik Willem De Klerk // Who's who in South African.... P. 51.
5 Прокопенко ЛЯ. Ф. де Клерк - человек и политик // Африка. Суждения и факты. 1993. Вып. 2. М., 1993 С. 16.
6 Игнатенко В., Решетняк Н. Указ. соч. С. 17.
itaiiiiiaiiKiiiiii IZU IIIIIIIIHIIIIIIIII


После ожесточенной борьбы с оппозицией в партии и в собственном кабинете, П. Бота ушел в отставку 14 августа 1989 г., и уже на следующий день Ф. де Клерк стал исполнять обязанности президента. 6 сентября НП победила на выборах и сформировала большинство в парламенте, Ф. де Клерк официально был избран президентом страны7.
Уже в октябре 1989 г. новый президент подписал серию указов, беспрецедентных для ЮАР второй половины XX в., сразу показав разрыв с прежним режимом. Среди них: отмена смертных приговоров и пересмотр дел политзаключенных; разрешение возвращения на родину для политических эмигрантов; освобождение из тюрем 8 известных деятелей оппозиции, противников режима (Н. Мандела был переведен под домашний арест и освобожден в феврале 1990 г.). В ноябре были урезаны полномочия Совета национальной безопасности - органа, который часто присваивал себе полномочия кабинета министров. Новый президент объявил, что правительство готово начать переговорный процесс со всеми оппозиционными силами Южной Африки.
2 февраля 1990 г. на открытии сессии парламента де Клерк объявил об отмене запрета на деятельность Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК), Панафриканистского конгресса Азании ( Pan Africanist Congress of Azania, ПАК), Южноафриканской коммунистической партии (South African Communist Party, ЮАКП) и ряда других организаций. Президент заявил, что белые школы примут учеников других расовых групп. В конце года был утвержден закон о перестройке государственных школ для белых. Частные учебные заведения лишались государственной поддержки, но самостоятельно могли определять правила приема. Школы, остававшиеся бюджетными, должны были принимать детей любой расовой группы. Но законом предусматривалось, что большинство учеников (не менее 51%) в школе, зарегистрированной как учебное заведение для белых, должны были быть белыми. Реорганизация школы зависела от родителей, которые должны были выбрать одну из предложенных моделей8.
Сняв запрет на деятельность оппозиционных организаций и освободив их лидеров, а затем и отменив в мае чрезвычайное положение (кроме провинции Натал, где обострились распри между сторонниками АНК, большинство которых были коса, и «Инкатой», организацией, представлявшей интересы зулусов), президент открыл дорогу к началу официальных переговоров. Позиция белого правительства на будущих переговорах предусматривала достижение равного веса в будущем законодательном органе власти для каждой расовой группы и достижение консенсуса по любому важному вопросу, что обеспечивало бы белым действительный контроль за жизнью общества. Оппоненты в лице АНК требовали отмены всех законов апартхейда, обеспечение власти черного большинства, проведение свободных выборов по принципу «один человек - один голос».
11 февраля 1990 г. лидер африканского сопротивления Н. Мандела, выйдя из тюрьмы, срезу же заявил, что факторы, породившие вооруженную борьбу, еще присутствуют в Южной Африке, поэтому она будет продолжена, несмотря на возможные переговоры9. Тем не 7 Riley Е. Major political events in South Africa. 1948-1990. Oxford, 1991. P. 211.
8 Mkvanazi Z. Parental Involvement in Educational Policy Discourse in South Africa. 1954— 1992 // New Education. 1993. Vol. 15. № 2. P. 58.
9 Речь H. Манделы см.: Шубин Г.В. ЮАР: создание нерасового государства. М., 1998. С. 186-190.
iiiiiiiiiiiiiiiiiit /Z 7 iniiiiiiiiiiiiiiij


менее Н. Мандела начинал консультации с правительством, а в апреле из-за границы прибыли другие лидеры АНК и ЮАКП А. Нзо и Дж. Слово.
Переговоры начались 2 мая в правительственной резиденции в Кейптауне. Главным результатом стало принятие декларации, призывавшей покончить с насилием.
В июне 1990 г. был отменен «Закон о раздельных местах общественного пользования». Тогда же Ф. де Клерк совершил турне по Западной Европе с целью отмены санкций и ликвидации международной изоляции ЮАР. В Европе нового президента Южной Африки, уже воплощавшего в жизнь политику перемен, принимали с восторгом и давали ему самые широкие обещания. Лондонские газеты писали, что в отличие от своего предшественника, который на любое давление извне реагировал усилением изоляции ЮАР, новый президент без стеснения искал одобрения10 11.
На родине, тем не менее, сохранялись проблемы, которые Ф. де Клерк не мог столь же быстро и самостоятельно разрешить. К трудным вопросам относились: ликвидация сегрегации в образовании, упразднение законов о раздельном проживании, о земле, о регистрации населения. Затягивались и переговоры с лидерами АНК о новой конституции и выборах, которые должны были определить будущее ЮАР.
В июне 1990 г. ситуация обострилась. Было объявлено о раскрытии коммунистического заговора, полиция произвела аресты, в том числе арестовала и главу исполкома АНК С. Махараджа. Это поставило под вопрос проведение очередной встречи правительства и руководства АНК, назначенной на 6 августа.
Тем не менее очередной раунд переговоров состоялся. Был принят «Прето- рийский протокол», по которому АНК взял обязательство приостановить все вооруженные акции. Правительство, в свою очередь, обещало предоставить статус неподсудности членам АНК и «Умконто»11 Но когда в августе произошел новый взрыв насилия: столкновения между сторонниками АНК и «Инкаты», не только в Натале, но и в Трансваале,- обе стороны переговорного процесса начали искать возможности не выполнять условия «Преторийского протокола». Кроме того, недовольство африканцев вызывало сохранение фактической сегрегации во многих сферах жизни, несмотря на отмену одного за другим законов апартхейда.
Ф. де Клерк, выступая на открытии парламентской сессии в начале 1991 г., подтвердил отмену в текущем году нескольких дискриминационных законов, но категорически отверг предложения АНК о создании переходного правительства и созыва учредительного собрания. Несмотря на это, в феврале состоялась очередная встреча сторон, на которой был принят третий по счету протокол, в котором АНК брал на себя обязательство прекратить подготовку бойцов «Умконто» в стране и за ее пределами.
Правительство выполняло свои обещания. В течение 1991 г. были отменены Акт о регистрации населения, Акт о расселении, места общественного пользования были полностью десегрегированы, черным гражданам разрешили покупать землю по всей стране, отменены самые репрессивные статьи из закона о внутренней безопасности.
Весной разразился очередной кризис, который расценивали, как самый 10 Халлик С. Президент Южно-Африканской республики. Штрихи к политическому портрету // Политика. 1990. № 9. С. 89.
11 Текст протокола см.: Шубин Г.В. Указ. соч. С. 193-195.
НШ11Ш1НШ111 /ZZ IIIIIIIIHIIIIIIIII


серьезный с 1990 г. Стало известно, что беспрецедентный рост насилия в центральных районах страны против сторонников АНК со стороны членов «Инкаты» тайно направлялся и финансировался полицией. По требованию АНК были уволены министр обороны М. Малан и министр законности и порядка (полиции) А. Флок, создана комиссия по расследованию жалоб на поведение полицейских.
Силы черного большинства тем временем укреплялись и консолидировались. В июле прошел съезд АНК, на котором официально президентом конгресса стал Н. Мандела. А в сентябре к «Национальному соглашению о мире», подписанному АНК и правительством, присоединилась и Инката (Inkatha Freedom Party). Требования АНК о создании временного правительства национального единства поддержали и профсоюзы, объявив в их поддержку двухдневную забастовку12.
Таким образом, сочетая уступки с давлением на правительство, АНК к концу 1991 г. перехватил инициативу. Правительство де Клерка увидело иллюзорность ставки на союз с умеренными силами африканцев, который можно было бы противопоставить влиянию АНК. Этап официальных, но предварительных переговоров закончился, наступал период конкретных действий.
16 декабря 1991 г. в Йоханнесбурге открылся многопартийный форум - Конвент за демократическую Южную Африку (Convention for a Democratic South Africa, КОДЕСА). В нем приняли участие 19 делегаций, представлявших большинство политических партий и организаций. Был создан руководящий комитет (по два представителя от каждой делегации) и принята «Декларация о намерениях». В ней излагались демократические принципы, согласно которым должны были идти переговоры.
В марте 1992 г. по инициативе де Клерка был проведен референдум среди белых жителей Южной Африки по вопросу о «поддержке реформ, начатых 2 февраля 1990 г.». Это было вызвано снижением популярности НП в стране. 68% принявших участие в голосовании поддержали президента’3.
В середине апреля состоялся второй раунд заседаний КОДЕСА. В ходе них был определен план перехода к новому, нерасовому, государству. Его планировалось осуществить в два этапа. На первом должен был быть образован Переходный исполнительный совет, осуществляющий свою деятельность параллельно с уже существующим правительством. На втором этапе предлагалось созвать Учредительное собрание, которое подготовит и примет новую конституцию. Но переговоры по этому проекту затягивались и практически зашли в тупик. АНК опять призывал к возобновлению массовых протестов, по стране прошла волна забастовок.
В ночь на 17 июня 1992 г. произошло трагическое событие, вызвавшее новый кризис власти. 46 человек, в основном женщины и дети, были убиты в черном поселке Бойпатонг в результате нападения боевиков «Инкаты» при полном невмешательстве полиции. АНК объявил о прекращении переговоров, 3-4 августа несколько миллионов человек оставили работу, в крупных городах состоялись митинги протеста. Ф. де Клерк обещал провести независимое расследование и по его итогам наказать виновных вне зависимости от положения, занимаемого ими в полиции14. Кризис был разрешен. 26 сентября стороны подписали «Про12 Там же. С. 72-75.
13 Frederik Willem De Klerk // Who's who in South African... P. 53.
14 Ibid. P. 54.
itimiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiniii


токол о взаимопонимании», а 22 ноября АНК дал согласие на возобновление многопартийных переговоров.
После длительных споров и обсуждений КОДЕСА в первоначальном виде был ликвидирован. 5 марта 1993 г. в новом формате (26 партий и организаций) открылась Конференция по планированию. 10 апреля переговоры осложнились вследствие новой провокации - был убит второй по популярности среди черного населения после Н. Манделы политик К. Хани, лидер ЮАКП. Это событие вызвало взрыв возмущения среди африканцев, но на этот раз переговоры не были сорваны.
23 апреля де Клерк объявил о ликвидации четырех бантустанов и объединении территории Южной Африки. 3 июня представители 26 организаций на многопартийных переговорах назвали дату проведения первых в истории ЮАР нерасовых выборов - 27 апреля 1994 г.
У консервативных сил, противников происходивших в стране перемен, оставалось очень мало времени, чтобы постараться переломить ситуацию. Были сформированы два политических объединения буров - Африканерский народный фронт (Afrikaner Volksfront, АНФ) под руководством бывшего командующего южноафриканскими силами обороны (САДФ) К. Фильюна и Африканерское движение сопротивления (Afrikaner Weerstandsbeweging, АДС) во главе с Ю. Тербланшем. Эти организации ставили вопрос о самоопределении буров и даже отделении части территории Южной Африки с целью создания независимого бурского государства.
В конце июня - июле обстановка в стране накалилась до предела. 25 июня белые сторонники ультраправых устроили погром в здании, где шли многопартийные переговоры. Участников удалось вовремя эвакуировать, инцидент обошелся без жертв. А 25 июля боевики ПАК ворвались в здание «белой» церкви св. Джеймса в Кейптауне. Были убиты 12 человек и ранено 47, в том числе российские и украинские моряки, приглашенные на богослужение. Столкновения сторонников АНК и Инкаты с большим числом пострадавших стали повседневной реальностью. Осенью из переговорного процесса вышли делегации Бопу- татсваны и Сискея. Вместе с Инкатой и Африканерским народным фронтом они создали новый блок под названием «Альянс свободы»15.
Но переговоры продолжались. Усилия де Клерка и Н. Манделы были оценены мировым сообществом. В октябре 1993 г. им была присуждена общая премия мира. 18 ноября многопартийный форум одобрил текст Конституции Южно-Африканской Республики 1993 г. Она была переходной, срок ее действия ограничивался двумя годами. За этот период новый парламент, избранный всенародно, должен был утвердить постоянный основной закон государства. Согласно конституции новый парламент, совмещавший также функции учредительного собрания, состоял из двух палат: Национальной ассамблеи (400 депутатов) и Сената (90 человек). Половина депутатов ассамблеи избиралась по общенациональному списку, вторая половина - по спискам провинций. Количество мест от провинций определялось пропорционально числу избирателей. Принципы строительства новой Южной Африки должны были в неизменном виде войти и в постоянную конституцию.
Согласно основному закону, отныне ЮАР являлась суверенным и демокра15 Шубин Г.В. Многопартийные переговоры в ЮАР (1991-1994). Деп. рук. М.: ИНИОН, 1996. С. 7,8.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIII11IIII1I1II


тическим государством, в котором соблюдается равенство между людьми всех рас. Любая партия, завоевавшая 5% голосов на выборах, что равнялось 20 местам в парламенте, имела право участвовать в Правительстве национального единства (Government of National Unity, ПНЕ). 3 марта 1994 г. были приняты поправки к конституции, расширявшие полномочия провинций16.
С конца марта начался один из самых напряженных и кровопролитных периодов с начала переговоров. В Йоханнесбурге в ходе демонстрации было убито 53 человека, в Натал из-за пепре- кращающегося насилия правительство ввело войска, произошла серия терактов, в том числе на избирательных участках и в международном аэропорту Йоханнесбурга. Но выборы не были сорваны, и явка избирателей была высокой.
По итогам выборов АНК получил 62,65% голосов, НП - 20,34, Инката - 10,54, Фронтсвободы (Vryheidsfront, сменивший АНФ) - 2,18, Демократическая партия (Democratic Party) - 1,73, ПАК - 1,25, Африканерская христианско-демократическая партия (African Christian Democratic Party) - менее 1%. Таким образом, АНК получил 252 места в парламенте, НП - 82, Инката - 43, Фронт свободы - 9, ДП - 7, ПАК - 5, АХДП - 2. АНК победил в семи из девяти созданных согласно новой конституции провинций, НП одержала победу в Западном Кейпе, Инката - в КваЗулу-Натале17.
9 мая состоялось первое заседание Национальной ассамблеи, на котором президентом был избран Н. Мандела. Вице-президентами стали Т. Мбеки и Ф. де Клерк. В ПНЕ вошли представители АНК, НП и Инкаты, пропорционально полученным голосам. Так закончился длившийся более четырех лет период сложной, болезненной, но неизбежной перестройки южноафриканского общества.
Союз бывших противников оказался непрочен. Уже в июне 1996 г. Ф. де Клерк оставил должность вице-президента, а в августе 1997 г. он заявил, что уходит с поста лидера НП и покидает большую политику.
Фредерик де Клерк и по настоящее время далек от этой сферы, живет частной жизнью. В 2002 г. он был награжден орденом Мапунгубве 2-й степени18, что стало символом признания заслуг бывшего президента в создании новой Южной Африки. В редких интервью он, не ставя под сомнение необходимость произошедших перемен, мягко критикует недостатки сегодняшней ЮАР и продолжает призывать к компромиссам и сохранению национального единства. В интервью английской « Financial Times» в 2004 г. (в год десятилетия первых нерасовых выборов и третьих выборов в демократической Южной Африке) де Клерк отметил: «Меньшинства, например, белое, цветное или индийское, зачастую воспринимают политику реформ как новую форму расовой дискриминации, в то время как чернокожее население считает эти реформы запоздалой компенсацией огромных несправедливостей прошлого. Открытых дискуссий ведется очень мало. Нам необходимо вести переговоры, искать компромиссы и приходить к соглашениям в сфере экономических и социальных преобразований так же, как мы это делали десять лет назад в сфере конституционных преобразований»19.
16 Constitution of the Republic of South Africa // URL: http://www.politygov.za/govdocs
17 Демкина ЛА. Первые нерасовые выборы в ЮАР // Африка: суждения и факты. Вып. 5. М., 1994. С. 4-6.
18 Первую награду Ф. де Клерк получил в 1981 г. - орден «За заслуги».
19 URL: http://www.inosmi.ru/world/20040414
IIIIII1IIIIIHIII1I iiiiiiiiiiiiniiiit


♦ * ♦
Некоторые итоги деятельности Ф. де Клерка мы можем подвести сегодня, по прошествии уже более чем 15 лет. Хотел этого президент или нет, но его правление стало завершающим этапом апартхейда и изменило всю политическую, социально-экономическую, культурную жизнь Южной Африки.
Результаты деятельности де Клерка невозможно оценить однозначно. С одной стороны, была ликвидирована бесчеловечная расистская система апартхейда. В настоящий момент можно констатировать устойчивость политической сферы, в том числе в результате нескольких успешно проведенных общенациональных выборов; достаточно высокий уровень развития экономики (ВВП на душу населения составил 3,6 тыс. долл. США в 2005 г., что является показателем для среднеразвитых стран); отсутствие серьезных конфликтов на расово-этнической почве.
С другой стороны, и эта африканская страна испытывает многие трудности, свойственные всему континенту. В первую очередь, это социальное неравенство, порождающее практически все остальные важнейшие проблемы. Разный уровень доходов способствует усилению социального напряжения в стране и криминализации общества. Еще одной важнейшей проблемой для ЮАР остается эпидемия СПИДа. По последним данным процент ВИЧ- инфицированных и больных СПИДом среди молодежи в стране - один из самых высоких в мире.
И все же прав или нет был президент, начиная в 1989 г. преобразования, покажет время. Можно лишь повторить вслед за одним из исследователей деятельности Ф. де Клерка: «Крупный политик оставляет на всем личностный след, меняя сложившиеся в прошлом отношения и представления»20.
В.В. Грибанова
Литература
Klerk F.W. de The last trek - a new beginning: the autobiography. L., 1998.
Игнатенко B„ Решетняк H. Компромиссы президента // Новое время. 1990. № 27.
Прокопенко Л Л. Ф. де Клерк - человек и политик // Африка. Суждения и факты. 1993. Выл. 2. М., 1993.
Халлик С. Президент Южно-Африканской республики. Штрихи к политическому портрету // Политика. 1990. № 9.
Шубин ГВ. ЮАР: создание нерасового государства. М., 1998.
Beinart W. Twentieth-Century South Africa. Oxford, 1994.
Riley E. Major Political Events in South Africa. 1948-1990. Oxford, 1991.
Van Rooyen J. Hard Right: The New White Power in South Africa. L., 1994.
Wardrop J. The New South Africa. Perth., 1992. Who’s Who in South African Politics. L., 1993.
20 Халлик С. Указ. соч. С. 90.


Мозес Мауане КОТАНЕ
Moses Маиапе Kotane, 9.VIII.1905-21.V1978
Генеральный секретарь Южно-африканской коммунистической партии (South African Communist Party, ЮАКП)1 (1933-1934 и 1938-1978), член Исполкома АНК (1946-1978).
Родился 9 мая 1905 г. в местечке Там- посстад в районе Рюстенбург (провинция Трансвааль). Был вторым сыном из одиннадцати детей Сэмьюэла Сегогвана и Сипоры Мадиры Котане. Его родители происходили из этнической группы бак- вена, принадлежащей к народности тсвана. Они приняли христианство, были образованными и уважаемыми людьми в своей общине. Детство Котане проходило в сельской глубинке, где еще сохранялись традиции общинной жизни, патриархальные обычаи и старые обряды. Много позже, уже являясь одним из признанных лидеров освободительного движения, он так описывал свои детские годы: «Нам повезло. У нас были добрые и заботливые родители. В нашем доме всегда царил мир и дружелюбие; никогда не было никаких ссор. Но наши родители были столь набожны, что мы должны были молиться перед сном и по утрам, а также до и после еды»1 2.
В возрасте 13 лет Котане нанялся в услужение в семью буров, державших ферму в округе Рюстенбурга в восточ-ной части Трансвааля. Здесь он должен был ухаживать за крупным рогатым скотом и овцами, а также выполнять мелкую работу по дому. Через два года Котане покинул ферму и пошел в школу. Но его обучение было непродолжительным. Сдав экзамены за второй класс. В 1922 г. Котане отправился в Витватерсранд. В поисках работы ему пришлось сменить ряд профессий: помощника фотографа, домашнего слуги, работника хлебопекарни. Но скромные заработки и подчиненное положение не удовлетворяли молодого Котане. «Повзрослев, я хотел добиться чего-либо в жизни, - говорил он впоследствии. - Я был честолюбив, хотел стать заметной личностью и скоро понял, что для этого мне необходимо получить образование»3. Живя с 1924 г. в Йоханнесбурге, Котане одновременно работал и учился в двух вечерних школах, но качество преподавания его не удовлетворяло. Недовольный своим положением, не видя для себя перспективы в обществе, где доминирование целиком принадлежало белым, а черным отводилось место лишь обслуживающего персонала, Котане в 1928 г. решил включиться в политическую борьбу против расовой дискриминации. Посе1 С 1921 до 1950 г. - Коммунистическая партия Южной Африки (Communist Party of South Africa, КПЮА), c 1953 г. - Южно-Африканская коммунистическая партия (ЮАКП).
2 Бантинг Б. Мозес Котане - южноафриканский революционер / Пер. с англ. М„ 1979. С. 28.
3 Там же. С. 32.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii IIIIIIIIIIIIIIIHII


тив заседание Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК), он решил вступить в его ряды.
В то время лидерство в АНК принадлежало в основном умеренным деятелям африканской интеллигенции, воспитанным в миссионерских школах и семинариях, слабо связанным с основной массой населения. Их взгляды и тактика не могли удовлетворить деятельную натуру Котане.
По-настоящему он окунулся в политику после того, как стал в феврале 1928 г. членом профсоюза пекарей, созданного при участии Коммунистической партии Южной Африки (КПЮА), и начал посещать вечернюю школу, где преподавателями были ее деятели.
Котане быстро проявил себя на профсоюзном поприще, показав качества хорошего и инициативного организатора, и уже в 1929 г. был избран вице-президентом Южноафриканской федерации туземных профсоюзов.
В 1929 г. он вступил в КПЮА и стал работать в ее Центральном комитете. Его старшие товарищи по партии говорили, что Котане работал не торопясь, но очень основательно и хорошо разбирался во всем, что делал, к его мнению прислушивались. В начале 1931 г. ему предложили оставить работу в пекарне, с чем Котане согласился, и назначили наборщиком в типографии партийного журнала «Умсебензи» («Umsebenzi»). С этого времени политическая деятельность стала для него смыслом и потребностью жизни.
Считая Котане весьма обещающим молодым коммунистом, руководство компартии решило послать его на учебу в Москву, в коминтерновскую Ленинскую школу (1931-1932). Снабженный нелегальным паспортом на выезд за границу, Котане отправился на пароходе из Кейптауна через Лондон и Ленинград в Москву. Среди его преподавателей были и марксист венгр Эндре Шик4, и первые отечественные африканисты И.И. Потехин и А.З. Зусманович, работавшие в то время в органах Коминтерна. «За время учебы в Москве я научился мыслить политически, - писал Котане позже. - Там меня учили искусству логического ведения спора и политического анализа. С того времени я никогда в дальнейшем не терялся, когда нужно было резюмировать ситуацию»5.
Вернувшись в начале 1933 г. в Йоханнесбург, Котане застал коммунистическую партию в состоянии глубокого кризиса, само ее существование находилось под угрозой. Причины внутреннего конфликта крылись в событиях 1928 г., когда на VI конгрессе Коминтерна была принята резолюция по негритянскому вопросу, в которой главной целью деятельности КПЮА провозглашалось создание Независимой южноафриканской туземной республики6. Представители южноафриканской компартии С.П. Бантинг и Э. Ру выступили против навязывания партии этого лозунга. В основе их аргументации лежало убеждение: его принятие оттолкнет от компартии белых рабочих, что объективно послу-
4 Эндре Шик был человеком незаурядной судьбы. В Россию он попал в годы Первой мировой войны в качестве пленного. После прихода к власти большевиков решил остаться, чтобы «отдать свои способности на службу делу революции». В Советской России он прожил 30 лет, большую часть из них занимался преподавательской и научной работой. Шик был одним из организаторов изучения истории Африки у нас в стране, здесь же он написал свою «Историю Черной Африки», опубликованную уже после войны на английском, венгерском и французском языках. (Подробнее см.: Становление отечественной африканистики, 1920-е - начало 1960-х годов М., 2003. С. 74-93.)
5 Бантинг Б. Указ. соч. С. 95.
6 Коминтерн и Африка: Документы. СПб., 2003. С. 136, 137.
i(iriiiiitiiiiiiiii /ZO IIIIIIIIHIIIIIIIII


жило бы лишь усилению позиций колониального режима и ослабило бы возможности освободительного движения7. Но даже после одобрения этой резолюции Исполкомом Коминтерна руководство КПЮА не спешило реализовывать ее в своей практической деятельности, что вызвало резкие нарекания из Москвы. От компартии потребовали перестройки всей ее организационной и пропагандистской деятельности. Выполнение этих распоряжений было возложено на Дугласа Уолтона, британского коммуниста, еще в 1920-е годы прибывшего в Южную Африку по поручению Исполкома Коминтерна8.
Внутренние противоречия, чистка рядов, идейная путаница, вызванная различным толкованием нового политического курса партии, - все это привело к тому, что компартия фактически развалилась. В ходе борьбы с «правым уклоном» из партии были исключены ее старейшие члены, стоявшие у ее истоков: У. Эндрюс, С.П. Бантинг, Э. Ру, Т. Тибеди и другие. К руководству партией пришли люди слабо знакомые с южноафриканскими реалиями, опиравшиеся на поддержку Коминтерна, но не имевшие связей и опоры среди африканцев. В1933 г. Д. Уолтон и его жена Молли навсегда покинули Южную Африку, а руководство партией перешло в руки Лазаря Баха, эмигранта из Латвии, вступившего в КПЮА лишь в 1931 г., который, согласно характеристике биографа М. Котане Б. Бантинга, «мог цитировать наизусть классиков марксизма и манифесты Коминтерна в связи с любым обсуждавшимся вопросом независимо от того, имела ли данная цитата отношение к делу или нет»9.
Деятельность нового руководства и попытка механического переноса опыта большевистской партии на южноафриканскую почву привели к оттоку людей из компартии, в большинстве своем африканцев, не понимавших сути возникших противоречий. Котане, выросший в сельский глубинке, хорошо знавший и понимавший проблемы африканского населения, выступил с резкой критикой позиций нового руководства партии. Он осуждал линию на разрыв компартии с другими организациями чернокожего населения, в частности с АНК, членство в котором он никогда не прекращал вплоть до своей смерти в 1978 г. В 1934 г. Котане напрямую обратился в Коминтерн с критикой «левацких» установок руководства КПЮА. Он в целом поддерживал лозунг «независимой туземной республики», но выступал против его «узкоклассового понимания». Он поддерживал самый широкий фронт всех антиколониальных сил в борьбе за равные права для всех африканцев. Он категорически заявил, что «в Южной Африке нет туземной буржуазии», а имеющаяся «мелкая буржуазия» сама подвергается угнетению и эксплуатации и потому является естественным союзником трудящихся масс10. За свои взгляды Котане был лишен должности генерального секретаря, был даже временно исключен из партии в результате закулисных маневров тогдашнего руководства КПЮА.
В 1935 г. Котане с поддельным заграничным паспортом на имя Никина Собиа снова отправился в Москву, где проходил VII конгресс Коминтерна. Он намеревался изложить Исполкому свою позицию относительно «нового» ошибочного партийного курса КПЮА. На этом конгрессе было принято решение об объединении усилий демократических и коммунистических сил в борь7 Бантинг Б. Указ. соч. С. 62-69; Коминтерн и Африка... С. 128-135.
8 Бантинг Б. Указ. соч. С. 87; Коминтерн и Африка... С. 201-206.
9 Бантинг Б. Указ. соч. С. 96.
10 Коминтерн и Африка... С. 247.
iitiiiitiiiiimiti /zy iiiiiiiititiiiiiiii


бе с фашизмом. К тому же информация о жесточайшем кризисе в КПЮА уже дошла до Москвы. Исполком Коминтерна в итоге поддержал Котане11. Вернувшись на родину, он увидел, что партийное руководство в Йоханнесбурге по-прежнему пропитано духом нетерпимости и настроено против него.
Котане решил покинуть Йоханнесбург и переехал в Кейптаун. Там он включился в партийную работу Кейптаунского окружного комитета КПЮА, а также занялся организационным укреплением ослабевшего АНК в Капской провинции.
В конце декабря 1938 г. в Йоханнесбурге проходила конференция КПЮА, на которой присутствовала и кейптаунская делегация во главе с Котане. От имени окружного комитета компартии он предложил перевести штаб-квартиру КПЮА в Кейптаун. Это предлагалось как временная мера, поскольку йоханнесбургское руководство находилось в кризисном положении. «Йоханнесбург- политический центр страны, но йоханнесбургская партийная организация не в состоянии осуществлять свою руководящую функцию, - заявил Котане. - Кейптаунская организация обладает опытными партийными кадрами и довольно сплоченным ядром активистов, которые выполняют порученные им задания и работу»11 12. Предложение было принято. Избрали новое политбюро, членом которого стал и Котане. Вошел он и в секретариат вместе с Уильямом Эндрюсом, который был восстановлен в партии и избран председателем КПЮА. Новое политбюро избрало Котане Генеральным секретарем партии. Котане занимал этот пост бессменно до последнего дня своей жизни.
Являясь фактическим руководителем КПЮА, Котане приложил массу усилий для преодоления кризиса и восстановления авторитета партии. Для него одним из главных направлений деятельности стало объединение всех главных национальных и социальных групп населения Южной Африки в борьбе за равные права. В специальной резолюции проходившей в январе 1944 г. в Йоханнесбурге конференции компартии говорилось, что важнейшим условием победы в борьбе против расовых ограничений и за равные права для всех групп населения Южной Африки является объединение усилий африканцев, «цветных» и индийцев13. Об изменениях в подходах к методам борьбы в эти годы также свидетельствует программа КПЮА, принятая на той же конференции. В ней отмечалось, что партия стремится «организовать и объединить все части рабочего класса, интеллигенции, бедных фермеров и прогрессивные элементы среднего класса в общей борьбе против капитализма»14. Таким образом, в программных документах КПЮА в этот период нашли отражение все те идеи, которые высказывались Котане еще в первой половине 1930-х годов.
Избрание Котане генеральным секретарем компартии не помешало его работе в АНК, в котором он был членом исполкома. Котане считал, что требования и цели АНК и ближайшие цели КПЮА политически имеют много общего и что две сферы политической деятельности дополняют друг друга. Стиль работы и подход Котане к делу также импонировал многим деятелям АНК. По выражению О. Тамбо, фактического лидера АНК с 1967 г., в своих выступлениях он «не теоретизировал, а просто приводил 11 Коминтерн и Африка... С. 275,276.
12 Бантинг Б. Указ. соч. С. 135.
13 South African Communists Speak. Documents from the History of the South African Communist Party 1915-1980. L., 1981. P. 185.
14 Ibid. P. 188.
Ilirilllllllllillll I JU Itltlllllllllllllll


факты»15. Он не видел никаких противоречий между позицией компартии и АНК. В одном из своих выступлений в 1938 г. Котане заявил: «Сначала я туземец, а потом коммунист»16. В 1946 г. он был избран в Исполком АНК и с этого момента принимал непосредственное участие в организации всех наиболее важных и массовых акций протеста против режима расовой сегрегации.
В годы Второй мировой войны в освободительном движении Южной Африки произошли значительные сдвиги. В 1944 г. была создана Молодежная лига АНК, во главе которой встали молодые и более радикальные лидеры нового поколения: Н. Мандела, О. Тамбо, У. Сису- лу. Вхождение в состав исполкома АНК в 1946 г. ряда деятелей компартии также отражало общую тенденцию к радика- лизиции и активизации движения протеста. В августе 1946 г. при участии активистов АНК и КПЮА была проведена массовая стачка африканских рабочих на рудниках Трансвааля, которая сопровождалась ожесточенными столкновениями с полицией. Активное участие в акциях протеста представителей компартии дало повод Национальной партии (Die Nasionale Party, НП) использовать в своих целях агитацию против коммунистической угрозы, запугивая массы европейских обывателей. Общий подъем освободительного движения в колониальных странах также не мог не внушать страх многим белым южноафриканцам, опасавшимся прихода к власти черного большинства.
В результате первых послевоенных выборов 1948 г. к власти в ЮАС пришла НП во главе с Д. Ф. Маланом, провозглашавшим апартхейд основой своей идеологии и политики. Котане сразу отреагировал на это событие в прессе: «Я полагаю, что единственное решение проблемы заключается в том, чтобы считать людей всех национальностей гражданами, имеющими равные права, и не разделять их на черных и белых. Я отвергаю любое предложение о расколе страны по расовым признакам»17. Но теперь компартии и АНК приходилось действовать в совершенно иных условиях нарождающегося тоталитарного общества.
В 1950 г. парламентом ЮАС был принят «Закон о подавлении коммунизма», который предусматривал в виде наказания за участие в распространении коммунистических идей до 10 лет тюремного заключения. Накануне этой акции властей руководство КПЮА провели тактическую операцию самороспуска партии, которая перешла на нелегальное положение. Котане возвратился в Йоханнесбург, поселился в одном из его пригородов и занялся торговлей мебелью. Но при этом он не отошел от политической борьбы и оставался активным деятелем АНК.
В 1952 г. АНК была организована кампания неповиновения шести расистским законам режима апартхейда: о пропусках, об ограничении поголовья скота, о раздельном представительстве избирателей, о властях банту, о разделении по расовым группам и о подавлении коммунизма. Котане первым стал в ряды массовой демонстрации протеста. Его сразу же арестовали. Проведя месяц в тюрьме, Котане заявил на судебном процессе: «Я предстал перед вами не как обычный нарушитель закона, а как представитель народа и его борьбы. Африканский народ лишен права голоса и не имеет земли; для африканцев нет места в отечестве... Мы выступаем за полные и равные права для всего населения»18.
Сначала Котане приговорили к шести месяцам тюремного заключения, потом 15 Бантинг Б. Указ. соч. С. 194.
16 Там же. С. 131.
17 Guardian. 1948. June 24.
18 Бантинг Б. Указ. соч. С. 205, 206.
iiiiiiiiiiiiiiitiii и / IIIIIIIIHIIIIIIIII


судья добавил статью закона о подавлении коммунизма и продолжительность заключения увеличилась до девяти месяцев с отсрочкой приведения приговора в исполнение. То же самое произошло и с другими организаторами и активиста* ми кампании неповиновения.
Находясь все время под полицейской слежкой, Котане и его товарищам удалось принять меры к возобновлению деятельности компартии. В 1953 г. состоялся подпольный съезд, на которОхМ компартия была воссоздана и Котане был утвержден на посту ее генерального секретаря.
Он также был одним из основных создателей Союза конгрессов19 (Африканский национальный конгресс, Южноафриканский индийский конгресс, Конгресс цветного населения, Конгресс демократов и Южноафриканский конгресс профсоюзов), объединившего усилия в борьбе против режима апартхейда представителей всех основных групп населения Южной Африки. Он принимал непосредственное участие в разработке Хартии свободы, которая была принята 26 июня 1955 г. Конгрессом народа (Congress of the People)20.
В самой работе Конгресса Котане не смог принять участия, так как нелегально покинул страну, чтобы участвовать в качестве представителя южноафриканского освободительного движения на Бандунгской конференции стран Азии и Африки (в Индонезии). По окончании конференции он посетил Египет, Индию, Англию. Чехословакию, Польшу, Китай. На родину возвратился лишь в декабре 1955 г.
Как и большинство организаторов и активистов Конгресса народа, Котане в декабре 1956 г. обвинили в государственной измене. Он оставался подсудимым, пока обвинения против него не были сняты в ноябре 1958 г. Но даже в условиях постоянной слежки и угрозы репрессий Котане продолжал осуществлять руководство и координацию деятельности сил протеста.
В 1960 г., к празднованию 50-летнего юбилея с момента образования ЮАС, АНК планировал организовать массовую кампанию против режима апартхейда. Но 21 марта 1960 г. произошла трагедия в Шарпевиле (пригороде Йоханнесбурга), когда от пуль полиции погибло только по официальным данным 69 человек, протестовавших против системы пропусков, ограничивавших свободу передвижения африканцев. Расстрел в Шарпевиле вызвал волну массового протеста по всей стране, правительство ЮАР ввело режим чрезвычайного положения, а 7 апреля был введен в действие закон о запрете АНК.
Во время чрезвычайного положения 1960 г. Котане четыре месяца находился под стражей. В 1961 г. ему удалось нелегально выехать в СССР, куда он прибыл в октябре 1961 г. Авторитет Котане сыграл огромную роль в восстановлении связей ЮАКП с Советским Союзом, оборванных в годы Большого террора 1937- 1938 гг. и с началом войны с Германией. Интересным фактом, ярко характеризующим личность Котане, стал случай, произошедший с ним в Москве во время его пребывания в СССР в 1961 г. Он попросил отвезти его в ГУМ и там исчез. Вернулся на нелегальную квартиру он уже сам, совершив поездку по Москве на метро и на троллейбусе: Котане хотел самостоятельно посмотреть Москву вновь после 25-летнего перерыва21.
19 Congress Alliance.
20 Конгресс народов стал самым представительным собранием в истории Южной Африки. Он собрал 3 тыс. делегатов со всех концов страны, представителей всех основных расовых и этнических групп страны. Хартия свободы стала главным программным документом АНК. В ней заключались требования равных прав для всех граждан ЮАС вне зависимости от цвета кожи.
21 Шубин В.Г. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999. С. 47.
Itlllllllllllllilll


После возвращения в ЮАР, Котане оказался под неусыпным надзором полиции, с конца 1962 г. он находился под домашним арестом. В связи с невозможностью для него работать в полную силу, руководство компартии после консультации с АНК приняло решение отправить его за границу, и в январе 1963 г. Котане прибыл в Танзанию. Приняв участие в совещании представителей афро-азиатских стран, он направился в Дар-эс-Салам, где занял должность генерального казначея АНК. Помимо политического руководства, ему приходилось заниматься проблемами снабжения и резервов, а также общими вопросами боевой подготовки новобранцев военного крыла АНК «Умконте ве сизве».
В мае 1969 г. в танзанийском городе Морогоро проходила Консультативная конференция АНК и также пленум ЦК ЮАКП. Котане не смог принять участие ни в одном из этих совещаний, поскольку был тяжело болен. В конце 1968 г. у него произошло кровоизлияние в мозг и он был парализован. Лечение в танзанийских больницах не дало положительных результатов. Состояние здоровья ухудшалось, и его отправили самолетом на лечение в Советский Союз.
Даже в больнице в Москве Котане требовал сообщать ему все, что происходило в АНК и ЮАКП, знакомился с документами, и ему удавалось выполнять некоторые обязанности генерального секретаря компартии и члена Исполкома АНК. Однако окончательно восстановить свое здоровье ему не удалось. Сохраняя глубокую память и здравый ум, он лишился способности самостоятельно передвигаться, проводя все свое время в помещении ЦКБ на окраине Москвы.
Мозес Котане умер 21 мая 1978 г. и был похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище, недалеко от могилы Джона Маркса, своего друга и соратника.
В своем прощальном слове О. Тамбо, президент АНК, произнес: «Мы никогда не забудем, что в течение трех лет, до декабря 1968 г., два политических гиганта южноафриканской борьбы - Джей Би22 Маркс и Мозес Котане, являвшиеся более 40 лет товарищами по оружию, действовали из маленькой комнаты в Морогоро, работая вместе в небольшом офисе и проживая в двух маленьких соседних комнатах, которые заслуживают сохранения как национальный памятник»23.
А.В. Воеводский, В.П. Городнов
Литература
Бантинг Б. Мозес Котане - южноафриканский революционер / Пер. с англ. М., 1979.
Лерумо А. 50 лет борьбы. История Южно- Африканской коммунистической партии 1921-1971 гг. М., 1973.
Шубин ВТ. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999.
Mandela, Tambo and African National Congress. The Struggle Against Apartheid. A Documentary Survey. N. Y., 1991.
New Dictionary of South African Biography. Ed. by E. Verwey. Vol. 1. Pretoria, 1995. P. 119-127.
Pike H.R. A History of Communism in South Africa. Germiston, 1988.
South African Communist Speak (1915-1980).
L., 1981.
22 Так обычно называли Джона Маркса его соратники.
23 Шубин ВТ. Указ. соч. С. 23, 87; Oration by Oliver Tambo, President of ANC, at the funeral of Moses Kotane, Moscow, May 26,1978 // URL: http://www.sacp.org.za/main.php?include=docs/ biography/2006/mkotane.html
iiiiiiiiuiiiiiiiii 122 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Миа КОУТО
Mia Couto, род. 5.VII.1955
Мозамбикский поэт, журналист, романист, автор рассказов и повестей: один из ведущих португалоязычных писателей. Настоящее имя Антонио Эмилио Лейте Коуто (Antonio Emilio Leit Couto).
Родился в г. Бейра (Мозамбик). Миа Коуто - сын мозамбикского поэта и журналиста португальского происхождения Фернандо Коуто. Будучи двуязычным с детства, он говорил на португальском и на шиссене, языке гриотов. Антонио Коуто рос под влиянием двух культур: «Дома была Португалия и Европа, на улице Африка». Поучив в Мапуту степень лиценциата биологических наук, по директиве Фронта освобождения Мозамбика (Frente de Libertaçào de Mozambique, ФРЕЛИМО) Коуто занялся журналистикой и в 1974 г. поступил репортером в газету «А Трибуна». В двадцать лет он стал руководителем Мозамбикского информационного агентства', а впоследствии директором крупнейшего мозамбикского журнала «Темно» и газеты «Нотисиас де Мапуту».
Устав от «бесконечной спешки и вечной нехватки времени», Миа Коуто разочаровался в журналистике и обратился к литературному творчеству. В 1983 г. появился первый и пока единственный сборник его стихов « Истоки росы» («Raiz de Orvalho»), в 1986 г. первая книга рассказов «Голоса в ночи» («Vozes a noiteci- das»). 1990-е годы ознаменовались выходом в свет трех его сборников новелл: «У каждого своя раса» («Cada Ilomem é l/ma Raça») (1990), «Благословенные мечты-истории» («Estorias Abensonha- das») (1994), «Рассказы о рождении земли» («Contos do Nascer da Terra») ( 1997), и трех романов: «Земля сомнамбула» («Terra Sonâmbula») (1992), «Веранда под деревом франжипани» («A Varanda do Frangipani») (1996), «Последний полет фламинго» («О Ultima Voo do Flamingo») (2000). В 2000 г. вышел в свет его роман «Море меня зовет» («Mar те Guet»), а в 2006 г. появился новый роман Миа Коуто «Вторая нога русалки» («О outro pc do Screia»). Все они опубликованы в лиссабонском издательстве «Каминьо». Однако несмотря на очевидный успех своих книг, переведенных уже на семь европейских языков, Миа Коуто называет себя не писателем, а «сочинителем текстов» ( Fazedor dos textos). Он удостоился ряда литературных наград: ежегодной Премии в области журналистики имени Ареозы Пены Национальной организации журналистов (1987), Национальной премии в области 1 Квалифицированных кадров в .Африке всегда не хватало, а в результате массового исхода португальских колонистов после провозглашения независимости Мозамбика в 1975 г. эта проблема встала особенно остро.
IIIIIIIIIIHIIIIIII I rill IIII1IIIIIIIII


беллетристики писателей Мозамбика (1995) и др.
На родине творческие устремления Миа Коуто не всегда воспринимали должным образом. Так, виднейший поэт Мозамбика Жозе Кравейринья, с самого начала признавший и оценивший его дарование, потребовал переселить Миа Коуто в деревню, чтобы он «ознакомился с сельской жизнью». В Ассоциации писателей Мозамбика его обвинили в том, что он строит свою эстетику, используя невежество народа. Подобно ангольскому романисту Пепетеле, Миа Коуто испытал сильнейшее разочарование, видя, как развиваются события в Мозамбике после обретения независимости: «Подводя итоги тех лет, я думаю, что вождями революции называли себя именно те, кто боялись ее как огня. Революцию предали, и она погибла, а те, кто руководили ею, вздохнули с облегчением».
Книги Миа Коуто и в идейно-тематическом плане, и по художественному качеству существенно отличаются от литературных моделей португалоязычного мира, создававшихся в колониальный период. Прославление негроидной расы и космические мотивы уступают место проникнутым критическими настроениями раздумьям об историческом прошлом и настоящем, прежние ценности ставятся под сомнение.
Не пренебрегавший и раньше достижениями магического реализма романист превращает его в «Земле сомнамбуле» в основной творческий метод, созвучный убежденности автора в абсурдности происходящего у него на родине 15 лет спустя после провозглашения независимости. Истерзанный гражданской войной Мозамбик, не завоевавший еще права на спокойную жизнь для своих обитателей, превратился в «землю сомнамбулу», находящуюся в вечном движении неведомо куда, в землю, где происходят самые кошмарные, невероятнейшие вещи.
Одной из важнейших проблем в романе «Веранда под деревом франжипа- ни» является проблема национальной культурной идентичности. В самом начале автор предупреждает, к каким необратимым последствиям приводит утрата корней: «Люди без истории похожи на марионеток. Надо хранить свое прошлое, иначе страна окажется без почвы».
Во второй половине книги это грозное пророчество неожиданно сбывается в буквальном смысле слова. Ящики с контрабандным оружием канули в глубь земли, и на их месте зазияла бездонная пропасть.
Тема утраты почвы, национальных корней повторяется, только гораздо более впечатляюще, и в третьем романе Миа Коуто «Последний полет фламинго». В нем кара за нарушение законов жизни постигает всю страну.
Для развития сюжета Миа Коуто выбирает в своих романах три наиболее распространенные литературные модели: полицейский детективный роман, повествование в духе магического реализма и социально окрашенный в традициях португальского неореализма роман, тесно связанный с проблемами войны, независимости, колониального прошлого Мозамбика. Социальные мотивы, обличение власть имущих проявились в «Последнем полете фламинго» с особой силой. «Предки определили нашу эпоху как время доброты, - утверждает герой- рассказчик, - но сегодняшние власти столь же несправедливы, как и существовавшие в колониальные времена. У них нет ни любви к живым, ни почтения к мертвым». Целая страна бесследно исчезла, оставив после себя зияющую пустоту, и все же герои Миа Коуто не теряют надежды, ожидая новых времен, когда «фламинго в своем полете заставят солнце засиять на небосклоне».
ЕЛ. Ряузова
tnilllllllllllllll Ш iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Литература
Ряузова ЕЛ. Запад и Восток в творчестве португалоязычных писателей. Синтез культур. М., 2010.
Она же. Категории пространства и времени в романистике Миа Коуто (Мозамбик) // Слово и мудрость Востока. Литература, фольклор, культура. М., 2006.
Она же. Португалоязычные литературы Африки. М., 1972.
Она же. Роман в современных португалоязычных литературах: Проблемы типологии и взаимодействия. М., 1980.
Она же. Традиционные верования африканцев в творчестве мозамбикского писателя Миа Коуто // Религии в развитии литератур Азии и Африки XX века. М., 2006.


Жозе КРАВЕЙРИНЬЯ
JoséJoao Craveirinha,
28.V.1922-6.II.2003
Один из выдающихся поэтов не только Мозамбика, но и всего португалоязычного мира, выделяющийся как бесспорной одаренностью, так и умением подметить и отразить едва обозначившиеся в жизни перемены.
Родился в Лоренсу-Маркише (современный Мапуту). Получил среднее образование, работал государственным чиновником, был легкоатлетом и спортивным хроникером. Много лет проработал в прессе как журналист («О Браво Африкано», «Нотисиас», «А Трибуна»). За активную политическую борьбу был арестован ПИДЕ (политической полицией Португалии). После завоевания Мозамбиком независимости работал на руководящих должностях, представляя Мозамбик как вице-администратор национальной прессы; был избран постоянным членом жюри, выдвигающим кандидатуры на премию «Лотос». Первый президент Ассоциации писателей Мозамбика, вице-президент Библиографического фонда португальского языка.
Кравейринья - автор поэтических сборников: «Шигубо» («Chigubo») ( 1964, Лиссабон); «Гимн богу Гудрона» («Cantico a Un Dio di Catrame») (двуязычное издание, на португальском и итальянском языках, 1966); «Жил да был» («Karingana Ua Karingana») (1974, Лоренсу-Маркиш); «Камера №1»( «Cela 1») (1980, Лиссабон/Мапуту); «Мария» («Maria») (1988, Линда-а-Велья, Португалия); «Глупость гиен» («Bobalaz das Hienas») (1997, Мапуту). Единственный сборник рассказов Ж. Кравейриньи - «Амина и другие рассказы» («Hamina е Outros Contos») (1997, Лиссабон), составлен на основе его публикаций в газетах, когда вместо запрещенных цензурой статей он должен был срочно сочинять новые тексты. Поэзия Жозе Кравейриньи переведена на несколько иностранных языков - французский, английский, итальянский, русский, немецкий.
Первая премия за поэзию (имени Алешандре Д аскалоса, Португалия) была присуждена Кравейринье в 1960 г., последняя, имени Камоэнса1, в 1990 г., а между ними ему присудили десятки других: премию города Лоренсу-Маркиша, премию имени поэта Рейналдо Феррейры, Национальную премию в области поэзии (Италия), премию «Лотос» Ассоциации писателей стран Азии и Африки ит. д.
Несмотря на как будто благоприятные внешние обстоятельства жизни, стихи Кравейриньи с самого начала его творчества выделялись своим бунтарством, «рассерженным», полемическим тоном. Поэт предстает убежденным сторонником негритюда. Он создает обобщенный образ африканца. Это уже не просто со1 Крупнейшая литературная премия португалоязычных стран. Учреждена в 1989 г. Фондом Национальной библиотеки Португалии и Отделом национальной книги Бразилии.
tiiiiiiiiiiiiniiii 137 Iiiiiiiiiiiiiiniii


вершенный человек, воплощение физических и нравственных достоинств негроидной расы, а символ, вместивший в себя исторические и этнографические особенности местной жизни: красоту природы, африканской музыки и танца.
Вне поля зрения Жозе Кравейриньи, человека наблюдательного, к тому же еще и журналиста, не могло остаться уничтожение древней культуры и цивилизации Африки, ломка коренных устоев, разрушение традиционно-патриархального строя. На смену «непобедимому богу “Шикуэмбо”» приходят новые божества. Поэт написал насыщенный язвительной иронией «Гимн богу Гудрона», единственно возможному, на его взгляд, кумиру в наш технизированный, лишенный человечности век.
В зрелой поэзии Кравейриньи начинает определяться новая тенденция: от беглых зарисовок, своего рода «моментальных фотографий», сделанных, надо отдать справедливость, не наугад, а всегда подтверждающих какое-либо социальное явление, интересующее поэта, он переходит к широким, обобщающим картинам, основанным на богатом жизненном опыте и наблюдениях.
Е.А. Ряузова
Сочинения
Кравейринья Ж. Избранное / Пер. с португ.; сост. и авт. предисл. Е.А. Ряузова. М., 1984.
Литература
Ряузова Е.А. Запад и Восток в творчестве португалоязычных писателей. Синтез культур. М., 2010.
Она же. Португалоязычные литературы Африки. М., 1972.
Она же. Роман в современных португалоязычных литературах: Проблемы типологии и взаимодействия. М., 1980.


Стефанус Йоханнес Паулус КРЮГЕР
Stephanus Johannes Paulus Kruger, ‘10.X.1825-14.VII.1904
Государственный и религиозный деятель, президент (1883-1900) Южно- Африканской Республики (Трансвааль).
Родился в британской Капской колонии в семье бурского фермера - потомка немецкого колониста Я. Крюгера, переселившегося в Южную Африку в 1713 г. Детство Крюгера протекало в обстановке сельской глубинки. Первым значительным событием в его жизни стал «Великий трек», в котором принял участие его отец. Семья Крюгера ушла из-под власти англичан в мае 1835 г. в составе одной из первых групп переселенцев. Его родители сначала мигрировали в Натал, но после* уничтожения зулусами отряда II. Ретифа в феврале 1837 г. родители Крюгера вернулись на территорию будущего Оранжевого Свободного Государства, а в 1848 г. они обосновались на землях за рекой Вааль. Переселение носило характер военных экспедиций, когда буры завоевывали земли африканских народов - зулусов, суто, тсвана и др. Сам молодой Крюгер первый раз принял участие в военном походе против предводителя ндебеле Мзилнкази в 1840 г.
Таким образом, с ранней юности Крюгер был втянут в круговорот бурных событий южноафриканской истории, смог приобрести богатейший жизненный опыт. Но он так и не получил сколько- in i буд ь си сте м ати ч ес ко го образо ва н 11 я. Он, вероятно, не прочел ни одной книги, кроме Библии1. Но ее он знал досконально, часто цитировал и ссылался на нее во время своих выступлений. Намного позже, когда он стал президентом Южно-Африканской Республики, о нем рассказы вал и много историй, в которых подчеркивался простой нрав «дядюшки Поля», как обычно называли Крюгера его сограждане. В действительности его отличали практическая сметка и понимание реалий международных отношений конца XIX в.
Вернемся к более ранним годам, когда происходило формирования будущего политического лидера африканеров. В 17 лет Крюгер женился и поселился на своей ферме около Рустенбурга в Трансваале. В рядах бурского ополчения он участвовал в многочисленных завоевательных и карательных походах против африканцев. За годы странствий и сражений умный и энергичный Паулус Крюгер приобрел большую популярность и стал одним из руководителей военных операций буров.
В 1852 г. Крюгер как член официальной делегации и уже в чине полного фельд-корнета сопровождал Андриеса Преториуса - одного из руководителей и организаторов «Великого трека», побе1 Давидсон А.Б. Сесил Родс - строитель империи. Смоленск, 1998. С. 292; Giliomee И. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004. P. 177.
IIIIIIIIIIIIIIIHII iiiiiiiiiiiiiiiiii i


дителя зулусов при реке Инкоме 16 декабря 1838 г. - на переговоры с английским губернатором Капской колонии и верховным комиссаром Южной Африки Гарри Смитом2. Итогом переговоров стало подписание Сандриверской конвенции, согласно которой Великобритания признавала независимость буров, поселившихся за рекой Вааль. В 1856 г. на этих землях была провозглашена Южно-Африканская Республика, получившая более широкую известность как Трансвааль. В тот момент она состояла из четырех самостоятельных округов - Линдербург, Утрехт, Почефструм и Зут- пансберг. Многие районы центральными властями не контролировались, молодое государство раздирали внутренние противоречия.
Первым президентом Трансвааля был избран Мартинус Весселс Преториус (1857). Он был одержим идеей добиться объединения Южно-Африканской республики и Оранжевого Свободного государства3 4, ради чего даже отказался от поста президента Трансвааля и занял аналогичную должность в Блумфонтейне. Это вызвало в республике серьезный политических кризис. Сторонники Стефануса Схумана, генерал-ко- манданта и президента Трансвааля (1860-1862), составившие так называемую Народную армию, и М. В. Преториуса, образовавшие Армию государства, перешли к вооруженной конфронтации.
Крюгер в этом противостоянии возглавил силы, лояльные Преториусу, и в 1864 г., после возвращения последнего в качестве президента Трансвааля, получил должность генерал-команданта - главнокомандующего военными силами Трансвааля1.
Одновременно со столь бурными событиями в политической жизни молодой республики происходили важные изменения в религиозной жизни буров Трансвааля. Вследствие усиления евангелических и либеральных тенденций в Голландской реформаторской церкви в Африке (Nederduitsch Hervormde Kerk van Afrika, HXK), получившей согласно конституции 1858 г. статус государственной, из нее вышли наиболее консервативные деятели во главе с П. Крюгером и образовали свою собственную церковь - Реформатскую церковь в Южной Африке (Gereformmerde Kerk in Suid- Afrika, ГКСА). Ее сторонники были также известны как «допперы»5. В основу ее идеологии была положена доктрина «чистого» кальвинизма, как она была изложена в постановлениях Дордрехтского синода 1618-1619 гг.6 Это, прежде всего, означало абсолютизацию идеи предопределения, особый упор в религиозном образовании и воспитании делался на изучении Ветхого Завета. Однако особая роль в идеологических построениях Крюгера отводилась бурскому народу (фольк). Все решения в государстве, 2 Kruger Р. The Memoirs. Toronto, 1902. P. 37.
3 Независимость Оранжевого Свободного государства, основанного переселенцами из Капской колонии, была признана Великобританией в 1854 г. в результате подписания соответствующего соглашения в Блумфонтейне.
4 Five Hundred Years. A History of South Africa / Ed. by C.F. J. Muller. Pretoria, 1981. P. 259; Kruger P. Op. cit. P. 69-92.
5 Предполагается, что слово «доппер» (dopper) может происходить от голландских слов: либо «дупер» (dooper), означающего «баптист», либо «дорпер» (dorper) - «житель небольшого поселка», либо «доп» (dop) - по форме стрижки («в кружок»). (Тихомиров В.И. Церковь и политическая борьба в Южной Африке. М., 1990. С. 16).
6 Дордрехтский синод собрал представителей разных реформатских конфессий, утвердил учение о двойном предопределении.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 140 lllllllllllltllllll


утверждал он, должны исходить от «народа» и быть согласованы с «волей народа». Высшей инстанцией любой власти, с этой точки зрения, выступал фольксраад (народный совет). Верховенство народа находило свое обоснование в политической доктрине «допперов», считавших, что божественная воля напрямую проявляется в деяниях избранного народа, которым, так же как «сыны Израиля» Ветхого Завета, согласно их взглядом, являлись буры (африканеры). Крюгер полагал, что важнейшие события в их истории - основание Капской колонии, «Великий трек» и последующие войны с Великобританией - являлись испытаниями, посылаемыми Богом. И главным условием процветания и сохранения независимости он видел строгое следование божественным заповедям в том виде, как они изложены в Библии7 8. Поэтому «демократизм» Крюгера имел достаточно ограниченные рамки - он не выходил за пределы «избранного народа».
Борьба за власть между правителями округов и постоянные стычки с африканцами ухудшали тяжелое экономическое и политическое положение Трансвааля. Во второй половине 1860-х годов Крюгер даже вынужден был пойти на эвакуацию части бурских поселений с северной границы республики, так как не мог обеспечить необходимую защиту от набегов со стороны африканцев®. Другим серьезным ударом по престижу Трансвааля стала неудача в борьбе с Великобританией за спорные территории в районе слияния рек Оранжевая и Вааль, где в конце 1860-х годов были обнаружены крупнейшие месторождения алмазов. Преториус пытался отстоять приоритет Трансвааля на обладание Алмазным полями, как стали называть эту область, но действовал так неудачно, что именно на него возложили всю вину за их потерю9.
В этих условиях Крюгер делал все возможное, чтобы избежать нового конфликта внутри самой республики. В 1872 г., во время очередных президентских выборов, он воздержался от выдвижения своей кандидатуры, а когда было объявлено о победе Т.Ф. Бюргерса, которого поддержала оппозиция, то выказал полную поддержку решению народа10 11. Однако Крюгер так и не смог сработаться с президентом, религиозные взгляды которого он считал еретическими. В марте 1873 г. он ушел с поста генерал- команданта, а в 1875 г. всерьез рассматривал возможность переселения вместе с группой бурских фермеров за пределы республики11.
Новый президент отличался либеральными взглядами и стремился осуществить в Трансваале программу широкой модернизации: в дополнение к ополчению бюргеров (как называли себя полноправные граждане республики), он создал небольшую регулярную армию, учредил департамент образования, основал первый музей. При нем началось преподавание истории в школах. Но главным мероприятием Бюргерса стал проект строительства железной дороги до залива Делагоа в португальском Мозамбике12. Осуществление этого и других проектов требовало больших средств, которых в республике не было. Основным их источником становились займы в Капской колонии и в Европе, очень скоро Трансвааль оказался на грани банкротства. Но решающим ударом 7 Тихомиров В.И. Указ. соч. С. 15,16,20,21; Giliomee Н. Op. cit. Р. 177, 178, 229,234.
8 Kruger Р. Op. cit. Р. 99,100.
9 Five Hundred Years.... P. 261,262.
10 Kruger P. Op. cit. P. 108.
11 Fisher J. Paul Kruger: His Life and Times. L., 1974. P. 34.
12 Giliomee H. Op. cit. P. 188.
IIIIIIIIUIIIIIIIII 141 IHHIliniHIIIIII


по престижу государства, по мнению П. Крюгера, стало поражение Трансвааля от Секукуни, правителя народа педи, что окончательно подорвало веру бюргеров в своего президента13. Однако политические события представляли для него лишь внешнее выражение «божественной воли». Главную причину неудач Крюгер видел в том, что у власти находился человек, не соблюдавший «святость воскресенья» и «ничего не знавшего о церкви и религии»14.
Используя ситуацию глубокого кризиса, в котором оказался Трансвааль, английские власти попытались реализовать свой план объединения всей «белой» Южной Африки. В 1870-е годы в Лондоне возник проект Южно-Африканской Конфедерации, в которую должны были войти, помимо английских колоний, еще и бурские республики. Для его осуществления в начале 1877 г. британским правительством в Трансвааль была направлена специальная миссия во главе с Т. Шепстоуном. 12 апреля 1877 г. он объявил об аннексии Южно-Африканской Республики15.
Первоначально действия британских властей не вызвали открытого сопротивления со стороны буров. Как позднее писал Т. Шепстоун, из трех тысяч человек, опрошенных им в первые месяцы 1877 г., лишь П. Крюгер «решительно отказался вступать в любые дискуссии, затрагивавшие независимость государства и его республиканский статус»16. И впоследствии Крюгер продолжал прилагать все усилия, чтобы восстановить независимость Трансвааля. Он дважды (летом и осенью 1878 г.) возглавлял делегации буров в Лондон, но переговоры успеха не имели. То, что бурам не стоило надеяться на мирное восстановление независимости, стало ясно со всей очевидностью после заявления Г. Уолсли, назначенного в 1879 г. губернатором Трансвааля, что «скорее река Вааль потечет вспять», чем Британия откажется от своих новых владений17.
После возвращения из Европы Крюгер стал одним из ведущих представителей оппозиции. Он участвовал в многочисленных митингах, главным требованием которых было восстановление независимости. Собравшись в местечке Паардекраале, буры 13 декабря 1880 г. провозгласили независимость Южно-Африканской Республики. Руководство в ней осуществлял триумвират, который составили П. Крюгер, М. Преториус и П. Жубер18. Выступая перед фольксраадом Оранжевого Свободного государства, Крюгер следующим образом определил общий пафос восстания: «Мы представляем наше дело на рассмотрение всего мира. Независимо от того, одержим ли мы победу или погибнем, - свобода все равно воссияет в Африке подобно Солнцу, поднимающемуся из-за утренних облаков»19. Эти события положили начало первой Англо-бурской войне 1880-1881 гг.
Подняв восстание, буры не стали придерживаться оборонительной тактики и вторглись в пределы английской колонии Натал. Не ожидая столь энергичных действий с их стороны, англичане не смогли организовать должного отпора 13 Kruger P Ор. cit. P. 110.
14 Giliomee Н. Op. cit. Р. 229.
15 Select Constitutional Documents Illustrating South Africa History 1795-1910 / Selected and ed. with introd, by G.W. Eybers. N.Y., 1969. P. 448-453.
16 Giliomee H. Op. cit. P. 228.
17 Kruger R Op. cit P. 140.
18 Five Hundred Years... P. 273.
19 Giliomee H. Op. cit. P. 534.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 1111111111111111111


и потерпели ряд поражений. Решающее сражение произошло 27 февраля 1881 г. у холма Маюба, в котором британские войска, попытавшиеся вторгнуться в Трансвааль, были наголову разбиты бурами. В августе 1881 г. в Претории была подписана конвенция, по которой Великобритания признавала независимость Трансвааля во внутренних делах, но с сохранением британского верховенства во внешней политике20. Воззвание правительства Трансвааля в связи с восстановлением независимости было опубликовано 8 августа 1881 г. за подписями П. Крюгера, М. Преториуса и П. Жубера.
В 1883 г. президентом Трансвааля был избран П. Крюгер. В предвыборном выступлении он обещал руководствоваться в своей политике «словом божьим», но при этом также предлагал целый ряд практических мер для экономического процветания и утверждения независимости Трансвааля21. В период его первого президентского срока важнейшим достижением стало подписание Лондонской конвенции 1884 г., в которой уже не было прямого указания на британский сюзеренитет, хотя Трансвааль обязался не заключать без утверждения английского правительства никаких соглашений с иностранными государствами22.
На пост президента Южно-Африканской Республики Крюгер переизбирался еще трижды - в 1888,1893 и 1898 гг. В этот период ему пришлось столкнуться с новыми проблемами и внешними вызовами, являвшимися следствием открытия в Витватерсранде богатейших месторождений золота. Это стало поворотным событием в истории Трансвааля. Уже к 1890 г. он обеспечивал более четверти всей мировой золотодобычи23. Сюда хлынул поток «искателей удачи и приключений» из Европы; значительно увеличился приток иностранных инвестиций, что обеспечило высокие темпы развития горнодобывающей и других отраслей промышленности, транспорта и энергетики, происходил бурный рост городов. К 1899 г. годовые доходы Трансвааля увеличились по сравнению с 1876 г. в 65 раз24. Сам Крюгер именно золото считал главной причиной последующей войны и потери бурами независимости. В своих воспоминаниях он приводил слова генерала П. Жубера, которые тот произнес после того, как ему сообщили об открытии золотых месторождений: «Вместо того чтобы радоваться, лучше плачьте, так как из-за этого золота наша страна потонет в крови»25. Но вначале развитие горной промышленности стало избавлением Трансвааля от практически неизбежного банкротства. «Золотые поля» были объявлены правительством Крюгера общественным достоянием: государство получило преимущественные права при выдаче лицензий и сдачи в долгосрочную аренду земельных участков для добычи золота26.
20 Select Constitutional Documents... P. 454-463.
21 Kruger P. Op. cit. P. 168.
22 Ерусалимский A.C. Колониальная экспансия капиталистических держав и освободительное движение народов Южной Африки и Китая в XVIII-XIX веках. М., 1974. С. 68.
23 Cain P.G., Hopkins A.G. British Imperialism: Innovation and Expansion, 1688-1914. L.;N. Y., 1994. P. 373.
24 Вяткина P.P. Колониальная политика Великобритании в Южной Африке во второй половине XIX - начале XX века (планы создания Южно-Африканской федерации и их реализация) // Проблемы Британской истории. М„ 1984. С. 151.
25 Kruger Р Op. cit. Р. 180.
26 Ibid. Р. 181.


Превращение Южной Африки в один из самых быстрорастущих и важнейших экономических регионов мира привлекло к ней внимание правящих кругов Великобритании. Следует также добавить, что в 1890 г. премьер-министром Капской колонии стал С. Родс, монополизировавший добычу алмазов в Южной Африке и выдвинувший идею объединения всех английских колоний - от Кейптауна до Каира - в одну непрерывную цепь британских владений. Одной из главных преград на пути осуществления этих планов были независимые республики буров. П. Крюгер, несмотря на ограничения, налагаемые Лондонской конвенцией, старался проводить независимую от Великобритании политику. Он отказался продолжать в Трансвааль железную дорогу из Капской колонии до тех пор, пока не была построена линия от португальского Лоренсу-Маркиша (современный Мапуту). Он также отверг идею таможенного союза с английскими колониями и обложил британские товары повышенными пошлинами27. К середине 1890-х годов стало со всей очевидностью ясно, что Крюгер никогда не пойдет на добровольное объединение Южной Африки под британским флагом.
Первоначально С. Родс рассчитывал, что присоединение Трансвааля можно осуществить мирным путем. Для этого он и его единомышленники предполагали использовать европейских эмигрантов - «ойтландеров», численность которых в 1890-е годы практически сравнялась с бурским населением Трансвааля. Первая попытка аннексии была предпринята в конце 1895 г. и вошла в историю под названием «набег Джеймсона». Войска Британской Южно-Африканской компании (British South Africa Company), учредителем которой был не кто иной, как С. Родс, во главе с Л. Джеймсоном вторглись в Трансвааль с целью достичь Йоханнесбурга, где к этому моменту приурочивалось выступление ойтландеров28. Акция закончилась полным про-валом: отряд был практически сразу обнаружен бурами и взят ими в плотное кольцо окружения. После непродолжительного сопротивления Джеймсон и его люди сдались в плен.
«Набег Джеймсона» значительно упрочил авторитет П. Крюгера. Но к середине 1890-х годов его популярность среди буров стала падать. В республике возникла влиятельная «прогрессивной партия», неформальным лидером которой стал II. Жубер. Его сторонники обвиняли правительство Крюгера в коррумпированности, непотизме, монополизации основных отраслей экономики, большое недовольство вызвало выдвижение на государственные должности недавних эмигрантов из Нидерландов. Вызвал нарекания и характер самого президента, который мог впадать в состояния крайнего неистовства. Очевидцы сравнивали его в такие моменты с буйволом29. На выборах 1893 г. Крюгер смог победить Жубера с перевесом лишь в несколько сотен голосов, что вызвало обвинения в фальсификации результатов и требования проведения повторного голосования. Однако в 1898 г. Крюгер получил подавляющее преимущество над своими соперниками30.
Провал «набега Джеймсона» лишь на время отсрочил потерю Трансваалем независимости. Великобритания продолжала усиливать давление на его правительство с требованиями установить в ре27 Giliomee Н. Op. cit. Р. 241.
28Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 277-286.
29 FisherJ. Op. cit. Р. 154.
30 Ibid. Р. 164; Gordon С.Т. The Growth of Boer Opposition to Kruger, 1890-1895. Cape Town, 1970. P. IX; Kruger P Op. cit. P. 263.
IIIIIIIIIIIIIIIHII 144 IIIIIIIIIIIIIIIHII


спублике «политическое равноправие» и наделить ойтландеров равными гражданскими правами с бурами. Крюгер же заявлял по этому поводу: «...Если мы завтра дадим им избирательные права, то можем проститься с республикой»31. С 1895 г. Оранжевое государство и Трансвааль начали масштабную программу перевооружения своих армий. Во Франции и Германии были закуплены современные орудия, пулеметы «максим», винтовки и другое военное снаряжение. В 1897 г. во время визита Крюгера в Блумфонтейн, столицу Оранжевого Свободного государства, было подписано соглашение, которое предусматривало координацию совместных действий по поддержанию мира и защите собственной независимости, вплоть до оказания друг другу военной помощи32.
С 1897 г. политическое наступление на буров возглавил Альфред Милнер, назначенный на пост губернатора Капской колонии и верховного комиссара Южной Африки. В апреле 1899 г. английской королеве через него была представлена петиция 21 тыс. ойтландеров, просивших заступничества от «произвола» правительства Трансвааля по отношению к подданным Британской империи33. Для обсуждения этого вопроса весной-летом 1899 г. в Блумфонтейне, а затем в Претории состоялись переговоры, в ходе которых Крюгер выразил согласие на некоторые изменения в положении ойтландеров и либерализацию избирательной системы Трансвааля. Но министр колоний Великобритании Дж. Чемберлен продолжал в ультимативной форме требовать предоставления англоязычному населению Южно-Африканской Республики избирательных прав на своих условиях.
Дальнейшему обострению обстановки способствовали известия о прибытии в Южную Африку новых британских частей. В ответ Крюгер потребовал отвести английские войска от границ Трансвааля и вернуть дополнительные подразделения назад в места их постоянной дислокации за пределами Южной Африки34. Английское правительство ответило отказом, и И октября 1899 г. бурские войска перешли границы английских колоний - Капской и Натала.
В войне с могущественной Британской империей П. Крюгер, как и всегда, полагался на волю провидения. Для него война представлялась сражением сил зла во главе с антихристом и богоизбранного народа, итогом которой должно было стать очищение Церкви и торжество сил добра. «Всевышний лишь использует людей для исполнения своей воли», - заявил Крюгер в своем последнем выступлении перед фольксраадом Трансвааля 7 мая 1900 г.35 Когда британские войска находились на подступах к Претории, Крюгер сначала перебрался в Ватервальбовен, затем в Магадодорп на востоке Трансвааля. Отсюда он пытался поддерживать боевой дух буров, которые испытали настоящий шок от понесенных поражений. Он апеллировал к их религиозным чувствам, неоднократно говорил о судьбоносности войны не только для них самих, но и всего христианского мира36. Однако неумолимое приближение британских войск заставило Крюгера сделать тяжелый выбор. Он оставил пределы Трансвааля, а в октябре 1900 г. навсегда покинул Южную Африку, отплыв 31 Вяткина Р.Р. Указ. соч. С. 153.
32 Five Hundred Years... P. 251,254.
33 Ibid. P. 295.
34 Никитина И.А. Захват бурских республик Англией (1899-1902 гг.). М., 1970. С. 46-49.
35 Kn/ger Р Op. cit. Р. 397.
36 Ibid. Р. 399-409.
ni /45 тин im


на борту голландского судна «Гельдер- ланд» из Лоренсу-Маркиша в Европу. Сначала он отправился во Францию, Германию, затем в Голландию, везде он пытался заручиться поддержкой в борьбе против Великобритании. Но помощь бурам была оказана только на словах. Некогда считавшийся их союзником германский кайзер Вильгельм II даже отказался встретиться с престарелым президентом. Тем более показательна оценка Крюгером вклада русских добровольцев, участвовавших в Англо-бурской войне. Незадолго до своей смерти он послал пятьдесят фунтов стерлингов (что равнялось пятистам рублям) для русских, раненных в войне с Японией. Свое пожертвование он сопроводил следующими словами: «Я лично могу принести вам маленькую, очень маленькую лепту на ваше дело, сравнительно с тем, что было совершено русским народом»37.
Умер Крюгер 14 июля 1904 г в Швейцарии. В декабре его прах был перевезен и захоронен в Претории.
П. Крюгера можно по праву считать неординарным политиком. С одной стороны, он с детства впитал в себя традиции буров, был одним из основателей консервативной церкви «допперов», но он не был ярым противником нового. Скорее он старался примирить традиционный уклад жизни своего народа с требованиями времени. При нем началась индустриализация Трансвааля, были произведены политические реформы, предоставившие части ойтландеров возможности, хотя и ограниченные, влиять на принятие политических решений. За внешней простотой скрывался недюжинный ум, а многочисленные анекдотические истории, которые о нем рассказывали как недруги, так и доброжелатели, лишь добавляли внешнего обаяния его фигуре.
В отношении африканского населения Крюгер не проявлял крайней жестокости. Он даже пытался смягчить законодательство по отношению к образованным и состоятельным африканцам, но встретил в фольксрааде ожесточенное сопротивление со стороны представителей «прогрессивной партии»38. И в последующем, уже после завершения Англо-бурской войны 1899-1902 гг., африканцы Трансвааля имели немало поводов с сожалением вспоминать прошлые времена, когда в стране поддерживались патриархальные порядки «дядюшки Поля»39.
А.В. Воеводский
Литература
Kruger Р. The Memoirs. Toronto, 1902. (На русс, языке см.: Крюгер П. Мемуары / Пер. с нем. СПб., 1903 — Приложение к журналу «Всемирный вестник». 1903. № 1,2,4-9,12.)
Fisher J. Paul Kruger. His Life and Times. L., 1974.
Giliomee H. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004.
Gordon C.T. The Growth of Boer Opposition to Kruger, 1890-1895. Cape Town, 1970.
Juta M. The Pace of Ox. A Life of Paul Kruger. Cape Town, 1975(1937).
Marais J.S. The Fall of the Kruger’s Republic. Oxford, 1961.
37 Давидсон А., Филатова И. Россия и Южная Африка: три века связей. М., 2010. С. 146.
30 Gordon C.T. Op. cit. Р. 3,4.
39 Sol Plaatje Selected Writings / Ed. by Brian Willan. Cape Town, 2001. P. 143, 151, 198, 199.


Джон Максвелл КУТЗЕЕ
John Maxwell Coetzee, род. 9JL 1940
Писатель, критик, лингвист. Обладатель двух Букеровских премий (в 1983 г. за роман «Жизнь и время Михаэля К.» и в 1999 г. за роман «Бесчестье»), Нобелевский лауреат 2003 г. по литературе.
Пожалуй, один из самых спорных и скандальных авторов современности. Многие его бывшие коллеги- южноафриканцы обвиняют его в том, что его романы политически некорректны и создают слишком мрачную картину ЮАР1. Другие называют Кутзее, несмотря на все его достижения, литературным аутсайдером, затворником, оригиналом, говорят, что он игнорирует многие принятые в литературном мире условности1 2. О нем говорят как о чудаке, который пишет каждое утро все семь дней в неделю, не пьет, не курит, не ест мяса, никогда не смеется. Ему два раза присуждали Букеровскую премию, и оба раза он не являлся на церемонию награждения. Своей нобелевской речью он поразил всех, неожиданно посвятив ее Робинзону Крузо и его слуге Пятнице, разделенным расстоянием и страшно одиноким.
«В его творчестве нет двух книг, созданных по одному рецепту», - обосновывает свое решение Нобелевский комитет, назвавшая Кутзее автором, который в своем романе «Бесчестье» «в бесчисленных вариациях показывает неожиданную сопричастность постороннего». Эта сопричастность, конечно, нравится не всем: многие утверждают, что читать его романы - мучение, тяжело находить у себя иногда самые низкие поступки и чувства. «Он описывает душераздирающие вещи, опускается в такие мрачные бездны, куда мало кто может заглянуть, - говорит профессор Чикагского университета Джонатон Лиер. - Кутзее изучает человеческую жестокость, невосприимчивость к страданиям других. Лично у меня не хватает на это мужества»3. Сам же Кутзее говорит о себе так: «Я не провозвестник каких-либо идей - я лишь тот, кто рвется к свободе, как рвется к ней всякий закованный узник, тот, кто воображает людей, вырвавшихся из оков и обративших свои лица к солнцу»4.
Кутзее родился в Кейптауне в семье африканеров, выходцев из Голландии. Отец его был юристом, мать - школьной учительницей. В автобиографическом романе «Отрочество» («Boyhood») он описал себя как болезненного, любящего книги мальчика. Учился Кутзее в Колледже св. Иозефа, потом в католической школе в Рондебоше (пригород Кейптауна), а затем изучал математику и искусство в Университете Кейптау1 URL: http://\vww.litportal.ru/?a=3620&lit=l
2 Дейниченко П. Бур для Нобеля // Книжное обозрение. 2003. Октябрь.
3 Залесова-Докторова Л. Мир Джозефа Максвелла Кутзее // Звезда. 2004. № 3.
4 Дейниченко П. Указ. соч.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


на. В начале 1960-х годов он переехал в Лондон, где работал программистом в IBM. Во втором томе своей автобиографии («Молодость»; англ. «Youth») Кутзее описывает, как все вечера проводил в Британском музее, а в оставшееся время бродил по холодным улицам Лондона. Однако обычная трудоемкая каждодневная работа программиста ему через год надоела, друзей он так и не нашел, чем и объяснил свой уход из IBM. Другой работы в Лондоне тоже не было, еще одно лето он провел в пригороде, присматривая за домом одной семьи, пока у него не возникли проблемы с миграционной службой5. Тогда у Кутзее появилась идея переселиться в США и продолжить свое обучение и работу уже там.
Кутзее получил степень доктора философских наук в университете Техаса, где он защитил диссертацию, посвященную компьютерному стилистическому анализу работ Сэмуэля Бекетта. Затем он преподавал английский язык и литературу в Нью-Йоркском университете до 1971 г. Но в Америке остаться ему не удалось, поскольку ему было отказано в получении вида на жительства в связи с его активным участием в протестах против войны во Вьетнаме. Кутзее пришлось вернуться в ЮАР. С этого времени и вплоть до 2002 г. он преподавал английскую литературу в Университете Кейптауна. В 2002 г. он переехал в Аделаиду (Австралия), где получил грант на исследования от кафедры английского языка Университета Аделаиды. 6 марта 2006 г. Кутзее получил австралийское гражданство. На торжественной церемонии, посвященной этому событию, он сказал: «Меня покорила свобода и благородный дух людей, красота самой страны и - когда я впервые увидел Аделаиду - изящество этого города, который я сегодня имею честь называть своим домом»6. В другом же интервью Кутзее признался: «Расставание с какой-либо страной в некотором отношении подобно расторжению брака. Это очень интимный вопрос»7.
Переезд Кутзее в Австралию много обсуждают и, как правило, осуждают. «Почему новеллист, который так сильно писал о стране своего рождения, собирает вещи и уезжает? Были ли его отъезд в 2002 г. и принятие австралийского гражданства в прошлом году предательством своей родины или ответом стране, чье новое правительство объявило одну из его наиболее важных новелл расистской? Было ли это просто еще одним примером “бегства белых”, охватившего сотни тысяч южноафриканцев, перебравшихся в другие англоязычные страны с момента падения режима апартеида? Или это было молчаливое подтверждение того, что Кутзее полностью исчерпал южноафриканский материал..?»8 - пишет Рейчал Донадьо. Кутзее в Африке не очень любили, особенно правительство. На публичных чтениях по вопросу расизма, АНК публично обвинил Кутзее в том, что он в своем романе «Бесчестье» продемонстрировал, «настолько грубо, насколько он только мог, восприятие белым человеком черного после падения режима апартхейда», и намекал на то, что при новом режиме «белые потеряют свои карты: оружие, собственность, права, достоинство», поскольку «теперь белые женщины будут обязаны спать с черными мужчинами-варварами»9. Его 5КутзееДж.М. Молодость// URL: http://www.bookz.ru/authors/djozef-kutzee.html
6 URL: http://www.mg.co.za/article/2006-08-02-jm-coetzee-punts-australia-in-advertising- campaign
7 URL: http://www.kiijasto.sci.fi/coetzee.htm
8 Donadio R. Out of Africa // New York Times. 2007. December 16.
9 Цит. no: Donadio R. Op. cit.
iiitiiiiniiiiiiiii l^o


соотечественница Надин Гордимер тоже отмечала: «В романе “Бесчестье” нет ни одного черного, который был бы действительно человечным». И добавила: «Если это (то, что описано в романе. - М. К.) единственная правда, которую он нашел в постапартхейдной Южной Африке, то мне действительно очень жаль его»10 *. То же говорили и другие. Возможно, у Кутзее осталась какая-то обида, что его не понимают на его же родине. В своем эссе «Что такое классика?», посвященном творчеству Т.С. Элиота, он, упоминая о решении своего героя покинуть Америку и принять британское гражданство, пишет так: «Это то, что позволяет мне как писателю создать новую индивидуальность, заявляя, что новая индивидуальность не является причиной иммиграции, переселения, местонахождения, слияния с другой культурой... но через определение национальности и затем использование всей накопившейся культурной силы составить действительно обоснованное мнение»11.
1974 г. В Южной Африке - разгар движений против апартеида. Самым масштабным из них было движение военного сопротивления рабочих и «черное самосознание», сыгравшие решающую роль в восстании в Соуэто 1976 г. В этот же период начинается серьезное осмысление колониальной истории Африки: с одной стороны, в свет выходят скандально известная книга Франца Фанона «Проклятьем заклейменные» и двухтомная «Оксфордская история Южной Африки» («Oxford History of South Africa»). С другой стороны, 1970-е годы в США - подъем движения против войны во Вьетнаме, за участие в котором Кутзее отправлен из Америки в Южную Африку.
Все эти веяния нашли отражение в первой книге Дж.М. Кутзее «Сумеречная земля» («Dusklands»). Книга состоит из двух частей, казалось бы, никак между собой не связанных. Герой первой Юджин Дон пишет доклад о методах пропаганды и обосновании с их помощью американского присутствия во Вьетнаме - так называемый «Вьетнамский проект». Во второй части Кутзее обращается к колониальной истории. Своего героя, путешественника и охотника на слонов Якобуса Кутзее, он помещает в племена готтентотов, показывая как бы изнутри все сложности взаимовос- приятия. Связывает истории голландского путешественника-колониалиста XVIII в. и американского исследователя- пропагандиста XX в., пожалуй, ситуация, когда самоутверждение происходит за счет доминирования над другими. Критика автора направлена, с одной стороны, на Америку, уверенную в полном отсутствии демократия в других странах, с другой - на мнение Запада вообще о необходимости «цивилизационных ценностей» для «варваров». Другая проблема, которую поднимает автор, - проблема сопричастности человека к тем или иным историческим событиям. Понять и осознать прошлое и настоящее - вот, по-видимому, цель Кутзее. «Философия истории - вот что важно» - эти слова Гюстава Флобера берет Кутзее в качестве эпиграфа.
Тема места человека в истории является, пожалуй, центральной и в следующем романе Дж.М. Кутзее - «В сердце страны» («In the Heart of the Country», 1977). Магда, прожившая всю жизнь на ферме с отцом и слугами-черными, как и многие герои Кутзее, - человек, не сумевший «встроиться» в общество, в систему, но страстно желающий осознать свое место в этом мире и в истории человечества в целом. Она борется против того, чтобы «быть забытой историей». В романе удивительно мало действия, 10 Цит. по: Donadio R. Op. cit.
" Ibid.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 149 lllltllllllllllllll


сюжет развивается очень медленно, концентрируя внимание читателя на психологии, «истории души» героя (так же как и в романе «Элизабет Костелло»), Магда, как Михаэл в романе «Жизнь и время Михаэла К.», похожа на ребенка, не понимающего последствий своих поступков, руководствующегося инстинктом. Она убивает отца, застав его со служанкой, и думает, что таким образом покончит со злом в своем доме. Но вскоре Магда понимает, что не способна выжить одна: она не может управлять слугами, смотреть за хозяйством, ферма приходит в запустение. По сути трагедия Магды - это трагедия одиночества, в той или иной степени знакомая каждому человеку. Магда хочет внимания, которого ей недоставало с детства, хочет, чтоб ее любили и ценили. Вместо этого ее жизнь превращается в картину в стиле сюрреализма: ее черный слуга ее насилует, становится ее любовником, но скоро и он сбегает вместе со своей женой, и Магда остается одна с трупом отца, которого она убила.
Но это лишь одна сторона романа Кутзее, вторая - более глубокая. Через судьбу человека автор стремится передать судьбу всего человечества. Магда очень похожа на персонажа другого романа Кутзее «Бесчестье» («Disgrâce», 1999), принесшего писателю мировую славу. Люси, дочка профессора Кейптаунского университета, «запятнавшего» себя романом со студенткой, тоже живет на ферме, правда, в отличие от Магды, она чувствует себя там вполне гармонично. В обоих романах героини подвергаются изнасилованию: Магду насилует ее слуга, Люси - группа черных, живущих недалеко от нее. Обе героини, каким бы потрясением и унижением для них это ни было, смиряются с этим, каждая по-своему: слуга Магды становится ненадолго ее любовником, Люси готова родить ребенка от насильников и стать женой человека, просто готового дать ей и ребенку защиту. Отец Люси не может понять ее действий, тогда она ему объясняет все произошедшее так: «Что если... что если такова цена, которую необходимо заплатить, чтобы остаться здесь? ... Почему мне должны позволить жить здесь, ничего не заплатив?»12 Она поражается той ненависти, которую к ней испытывали те трое: «Почему они меня так ненавидели? Я и не встречала их никогда», а затем сама себе отвечает: «Это история говорила через них. История зла... Наследие предков...». Те же вопросы мучают и Магду: «Почему ты так меня ненавидишь?» - спрашивает она своего слугу, а затем сама приходит к выводу: «Страсть, которую он выказал по отношению ко мне, - это страсть злости»13. Получается, обе героини расплачиваются за зло, которое совершили не они, а их далекие предки (белые). Магда осознает это и внутренне протестует: «Я не просто одна из белых, я - это я! Я - это я, а не другие. Почему я должна платить за грехи других?»14 В одном из своих интервью Кутзее сказал: «В последние 40 лет Южная Африка оказалась страной с огромным моральным долгом. И жителям пришлось открыть глаза и это увидеть». Этот «моральный долг», по-видимому, долг белых перед черными, именно его и вынуждены отдавать Магда и Люси.
В своей автобиографии «Молодость» Кутзее пишет: «Генри Джеймс - вот пример писателя, вознесшегося над всем национальным. По сути дела, далеко не всегда ясно, где происходит то, что он описывает, - в Лондоне, в Париже, в Нью-Йорке, - так высоко воспаряет Джеймс над механикой обыденной 12 Кутзее Дж.М. Бесчестье. М., 2001. С. 212.
13 Кутзее Дж.М. В сердце страны. СПб., 2005. С. 240.
14 Там же. С. 242.
|||||«|||||||||||и ии iiiiiiitiiiiiiiiiii


жизни»15. Такого мастерства «абстракции», прежде всего географической и исторической, Кутзее достигает в своем, пожалуй, самом известном романе «В ожидании варваров» («Waiting for the Barbarians», 1980). Действие происходит в маленьком городке на границе некой Империи. Определить, где находится эта Империя, невозможно: сначала мы видим пустыню, потом там же идет снег, дождь. Основной сюжет книги сводится к следующему: в Империи проходит слух, что варвары готовят поход на нее, в городок прибывает с инспекцией глава Третьего отдела полковник Джолл, который организует карательные экспедиции против варваров, захватывает каких-то случайных людей, дающих нужные показания под страшными пытками. Фигуре полковника Джолла противопоставляется судья, который не верит изначально во все слухи: «Мои собственные наблюдения подсказывали, что каждые тридцать-сорок лет слухи о варварах непременно вызывают всплеск истерии»16. Кутзее вновь поднимает вопрос причастности человека к истории своих предков и политике государства, в котором он живет. Так, вначале судья говорит себе: «Я должен доказать, что между мною и полковником Джоллом лежит пропасть! Я не желаю страдать за содеянные им преступления!»17 Но в конце романа герой осознает, насколько он ошибался раньше: «Хотя мне нравилось думать иначе, я вовсе не был этаким добродушным любителем удовольствий, прямой противоположностью холодному и жестокому полковнику Джоллу. Я был олицетворением лжи, которой Империя тешит себя ... Я и он - две ипостаси имперского правления, не более того». Итак, судья, как и герои предыдущих романов Кутзее, приходит к выводу о том, что за все «грехи» прошлых поколений отвечать будет и он: «Я старался жить вне истории. Вне той истории, которую Империя навязывает своим подданным, даже заблудшим. Я ведь вполне искренне не хотел, чтобы бремя истории легло на плечи варваров»18. Некоторые исследователи видят в описанных Кутзее событиях прежде всего южноафриканский контекст. В частности, ему приписывают своеобразное предсказание скорого перехода власти в ЮАР от белых к черным. «Чем, по-вашему, эти варвары недовольны?» - спрашивает один из воинов имперской армии судью. «Они хотят, чтобы мы прекратили заселять их земли. Хотят, чтобы, в конечном счете, их земли вернулись к ним ... Мы считаем эти места своими, частью нашей Империи - наша застава, говорим мы, наш город, наш торговый центр. Но они, эти варвары, считают иначе. Мы живем здесь уже более ста лет, мы потеснили пустыню и построили оросительные сооружения, мы разбили здесь поля, возвели крепкие дома, окружили город стенами, но они все равно считают, что мы здесь в гостях, временно...» - «Но мы отсюда не уйдем никогда», - спокойно говорит молодой человек. - «Вы уверены?»
И действительно, уже через 10 лет белые вынуждены были покинуть Южную Африку. Но, пожалуй, не только об Африке речь. Миру, построенному на господстве белого человека, приходит конец. На смену евроцентризму приходит афро- и арабоцентризм, белому расизму - черный, колониальной истории - выплата за нее «компенсаций». И вот 15 Кутзее Дж.М. Молодость // http://www.bookz.ru/authors/djozef-kutzee.html
16 Кутзее Дж.М. В ожидании варваров // Кутзее Дж.М. Жизнь и время Михаэла К. М., 1989. С. 27.
17 Там же. С. 67.
18 Там же. С. 191.


уже Америку возглавляет темнокожий президент... Весь мир как бы застыл «в ожидании варваров». Кутзее в интервью в 1996 г. говорил: «Люди живут на вулкане и не осознают этого. Они видят, что мир меняется, и считают, что он должен меняться еще быстрее. Но они не понимают, что изменения могут унести прочь их и их детей»19.
«Кутзее лаконично и с блеском обозначил одну из главных проблем нашего времени: как понять менталитет, допускающий жестокость и несправедливость», - отмечал Э. Берджей. Кутзее показывает тупики «диалога культур», корни «естественных реакций» при столкновении с чужим20. Это непонимание друг друга переходит из века в век, и ничего не меняется. Для Кутзее это замкнутый круг, из которого нет выхода. Поэтому некоторые утверждают, что «его романы ничему не учат»21. Конечно, едва ли Кутзее действительно ставил перед собой цель воспитания человечества посредством своих романов, но все-таки какие-то уроки из его книг, безусловно, можно извлечь. И прежде всего он учит пониманию другого, необходимости «культурного диалога», иначе все может быть так, как он описывает в романе «В ожидании варваров»: «Разделавшись с нами, варвары подотрутся городскими архивами. Мы умрем, так и не сумев извлечь для себя никакого урока»22.
Впечатление от книг Кутзее можно выразить словами героини его романа Элизабет Костелло: «...такое впечатление, как будто я коснулась раскаленного железа. Некоторые страницы полыхают адским пламенем... Не думаю, чтобы человек, вызвав в своем воображении подобные сцены, мог выйти из всего этого невредимым как писатель»23. История в романах Кутзее беспощадна ко всем: бедным, старым, больным, женщинам и детям. Герои его романов стремятся к обычным человеческим ценностям - к гармонии, миру, любви, свободе, они хотят «жить вне истории». Но вместо этого они переживают все ее ужасы, испытывая невероятные страдания, которые автор описывает с точностью психоаналитика. Кутзее стремится доказать: в жизни нет непричастных, и потому все несут на себе «бремя истории».
Мастерство Кутзее в свое время оценил Иосиф Бродский, который, выступая перед Шведской Академией, сказал: «Подумайте - ибо это великие дни южноафриканской литературы - о Дж.М. Кутзее, одном из немногих, если не единственном прозаике, пишущем по-английски, который целиком воспринял Беккета»24. Сам же Кутзее в одном из своих интервью сказал: «Я стараюсь оставаться свидетелем времени»25. И он остается, пожалуй, свидетелем не только настоящего времени, но и прошлого, а может быть, и будущего.
М.С, Курбак
19 Залесова-Докторова Л. Указ. соч.
20 Степанова А. Дж.М. Кутзее: «идеальный нобелист»? // Русский журнал. 2003. Нояб. 14.
21 Залесова-Докторова Л. Указ. соч.
22 Кутзее Дж.М. В ожидании варваров // Кутзее Дж.М. Жизнь и время Михаэла К. М., 1989. С. 179.
23 Кутзее Дж.М. Элизабет Костелло. СПб., 2005. С. 241.
24 Степанова А. Указ. соч.
25 Залесова-Докторова Л. Указ. соч.
IIIIIIIIIIIIIII1HI uz Hlllllllllllllllll


Сочинения
Литература
Dusklands. Johannesburg, 1974 (рус.: «Сумеречная земля». СПб., 2005).
In the Heart of the Country. N. Y., 1977 (pyc.: ♦ В сердце страны». СПб., 2005).
Waiting for the Barbarians. N. Y, 1982 (pyc.: «В ожидании варваров». M., 1989).
Life & Times of Michael K. L., 1983 (pyc.: «Жизнь и время Михаэла К.». М., 1989).
Foe. N. Y, 1987 (рус.: «Мистер Фо». М., 1989).
White Writing: On the Culture of Letters in South Africa. New Haven, 1988.
Age of Iron. L., 1990 (рус.: «Железный век».
СПб., 2005).
The Lives of Animals. Princeton, N.J., 1994.
The Master of Petersburg. N. Y, 1994 (pyc.: ♦Осень в Петербурге». СПб., 1999).
Giving Offense: Essays on Cencorship. Chicago, 1996.
Boyhood. Scenes from a Provincial Life. N. Y., 1997.
Disgrace. L, 1999 (рус.: «Бесчестье». M., 2001).
Elizabeth Costello. N. Y, 2003 (рус.: «Элизабет Костелло». СПб., 2004).
Slow Man. N. Y, 2005 (рус.: «Медленный человек». СПб., 2006).
Stranger Shores: Essays 1986-1999. N. Y, 2001.
Youth. Scenes from a Provincial Life IL N. Y., 2002.
Inner Workings. N. Y., 2007.
Diary of a Bad Year. Melbourne (Vic.), 2007.
Давидсон А.Б. Что это? Предостережение миру? // Иностранная литература. 2001. № 12.
Дейниченко П. Бур для Нобеля // Книжное обозрение. 2003. Окт. 3.
Залесова-Докторова Л. Мир Джозефа Максвелла Кутзее // Звезда. 2004. №3.
Курбак М.С. Дж.М. Кутзее. Южноафриканский писатель и его время // Восток (Oriens). 2010. № 4.
Она же. ЮАР 1960-1990-х годов в романах нобелевского лауреата Дж. М. Кутзее // Новая и новейшая история. 2010. №2.
Степанова А. Дж.М. Кутзее: «идеальный но- белист»? // Русский журнал. 2003. Нояб. 14.
Эдельштейн М. Жизнь и время Джона К. // Новый мир. 2004. № 5.
Atwell DJ.M. Coetzee: South Africa and Politics of Writing. Berkeley, 1993.
Atwell D. Doubling the Point: J.M. Coetzee, Essays and Interviews. Cambridge (Mass.), 1999.
Gallagher S.V. A Story of South Africa: J.M. Coetzee’s Fiction in Context. Cambridge (Mass.), 1991.
Moses M.V. The Writing of J.M. Coetzee. Duke, 1994.
Payner J. J.M. Coetzee and the Idea of the Public Intellectual. Athens, 2006.


ЛОБЕНГУЛА
Lobengula, ок. 1830 - январь 1894
Инкоси (верховный правитель) народа ндебеле (другое наименование - матабеле). правил в 1870-1894 гг.
Сведения о Лобенгуле скудны, ограничиваются в основном записками встречавшихся с ним миссионеров, путешественников, торговцев и охотников. Большинство этих встреч относится к 1880-м и началу 1890-х годов, но некоторые из них происходили и раньше.
Считается, что народ ндебеле, родственный зулусам, обосновался в междуречье Замбези-Лимпопо, придя с юго- востока Южной Африки. Судя по устной традиции, Мзиликази, отец Лобен- гулы, был одним из военачальников Чаки, знаменитого зулусского инкоси, и в 1824 г., после разрыва с Чакой, увел свой клан па северо-запад, в область, которая в дальнейшем стала Трансваалем. Там у ндебеле в середине 1830-х годов были схватки с другими местными племенами и кланами. В 1837 г., после поражения от бурских переселенцев, ндебеле переправились через р. Лимпопо и обосновались к северу от нее, рядом с народом шона (машона). В материалах тогдашних путешественников говорится о недружественных отношениях между ндебеле и шона и о том, что «воинственные ндебелы» подавляли «миролюбивых шона», хотя по численности народ шона был больше. Сейчас трудно составить сколько-нибудь полную картину вза i i moot ношений между афр и ка 11 с к и м и пародами в доколониальные времена, но военная организация у ндебеле, как и у родственных им зулусов, была, конечно, по тогдашним африканским представлениям, на высоте.
Мзиликази умер в 1868 г., но Лобен- гулу не сразу признали его преемником: началась борьба его сторонников со сторонниками Нкулумане, сына Мзиликази от другой жены. Борьба эта не вполне прекратилась и после того, как (в марте 1870 г.) Л обей гула был провозглашен инкоси. Междоусобица нанесла урон всему пароду ндебеле.
Власть Лобепгулы была очень велика. Он был не только военачальником, но и главным жрецом. Однако для решения всех важнейших вопросов он собирал совет индун (военачальников). Постоянной дружины у Лобепгулы не было. Войско - это вооруженный народ. Оно насчитывало 15—20 тыс. воинов и делилось на импи (полки). Импи состоял пли целиком из женатых воинов, или целиком из холостых. Вооружение - копья и дротики.
Структура военной организации была и структурой управления страной. Ее территория делилась на военные округа, и все мужчины одного округа входили в определенный импи. Индуна стоял и во главе округа.
Придя к власти. Лобенгула не сразу стал особенно подозрительным к европейцам, несмотря на то что в 1830-е годы буры вели войну против его народа. С) бурах он знал много, да и англичане, IIIIIIIIHIIIIIIIII lllililllllllllllll


немцы, португальцы - все ему были ведомы. Настороженности, конечно, не могло не быть. Но все-таки поначалу здесь, в междуречье, в глубине Африки, далеко от основных европейских владений, его народ, может быть, поначалу не ощущал прямой угрозы европейского завоевания.
Лобенгула стремился лишь упорядочить отношения с европейцами, поставить их под свой контроль. Известно «Объявление Лобенгулы охотникам и торговцам». В нем говорилось: «Все путешественники, охотники или торговцы, желающие попасть в страну матабеле, должны идти по главной дороге, идущей из Бамангвато к сторожевому охранению Маньями, где они обязаны сообщить о себе обычным порядком и получить позволение идти к месту пребывания короля и просить об отдельном разрешении для каждого. За право охоты в районах к югу и западу от реки Шашани будет взиматься одно ружье стоимостью в пятнадцать британских фунтов стерлингов, мешок пороха и ящик капсулей. Занятие какой-либо местности или постройка домов допускается лишь по специальному королевскому разрешению...»1
Подобные документы распространялись от имени Лобенгулы. На них была его печать с изображением слона. Сам он грамоте обучен не был. С его слов или под его диктовку документы эти составлялись европейцами, жившими в Булавайо, его главном поселке; другие европейцы называли их даже «секретарями» Лобенгулы.
Переводя его слова и пытаясь выразить их в европейских понятиях, они могли невольно искажать их смысл. Были и сознательные искажения. Правда, Лобенгула с этим боролся. Поручив одному европейцу перевести и записать свои слова, он потом мог вызвать другого и, показав ему бумагу, спросить, что же там написано. С помощью такой проверки он пытался контролировать белых людей.
Первыми европейцами, обосновавшимися на землях ндебеле, были миссионеры, однако христианство не получило распространения. «Что вы думаете о миссионерах и их вере?» - спросил как- то Лобенгулу англичанин Уолтер Керр. «Я полагаю, что она истинна», - ответил тот. Однако тут же добавил: «Но ведь им и платят, чтобы они так говорили». Керр сделал вывод: «Я понял, что Лобенгула мало симпатизировал усилиям миссионеров». И констатировал, что за четверть века миссионерской деятельности ни одного обращенного в христианство в стране Лобенгулы не оказалось1 2.
Одной из первых книг, из которой европейцы узнали о Лобенгуле и его народе, был двухтомник немецкого путешественника Эдуарда Мора. Там говорилось, что «иностранец, путешествующий по землям племен зулов и матебелов в мирное время, когда цари спокойно управляют страной... и уважающий обычаи народа, находится в совершенной безопасности как в отношении своей жизни, так и имущества». «Я уверен даже, - писал путешественник, - что здесь гораздо больше шансов на безопасность, чем в цивилизованных государствах Европы, потому что разврат и грубость нравов, господствующие на грязных плебейских улицах наших больших городов, здешним варварам еще не известны». И действительно, известный охотник Фредерик Силус многие годы путешествовал по междуречью, и ни один из местных жителей не тронул волоса на его голове. То же самое можно 1 The Northern Goldfilds Diaries of Thomas Baines / Ed. by I.P.R. Wallis. Vol. 3. L., 1946. P. 805.
2 Kerr W.M. The Far Interior: A Narrative of Travel and Adventure from the Cape of Good Hope to the Lake Regions of Central Africa. L., 1886. P. 65-67.
IlillllllllllllUII OJ IIIIIIHKIIIIIIIII


сказать о многих других охотниках, торговцах, миссионерах.
Так было, пишет Мор, «в мирное время». Ну а в неспокойное? Эдуард Мор как раз и побывал у ндебеле в такую пору, в 1869 г., когда Мзиликази уже умер, но еще не определилось, кто же будет его преемником. Обстановка в стране накалилась, ожидали крупных сражений между воинами, выступавшими за двух соперничавших претендентов.
Высший совет народа ндебеле вызвал тогда находившихся в стране европейцев и повелел им собраться вместе в поселке Мангве. «Сначала я принял эти распоряжения как величайшую несправедливость и крайний деспотизм, - пишет Мор, - но впоследствии я убедился, что они клонились к безопасности белых. Дело в том, что туземцы действительно... хотели предохранить иностранцев от какого-либо несчастья. Смерть хотя бы одного из них могла вызвать неприятные столкновения с английским колониальным правительством, и этого старались всеми силами избежать».
Эдуард Мор повидался с Лобенгу- лой 6 октября 1869 г. и рассказал, какое впечатление произвел на него «будущий царь матабелов». Лобенгула «хотел показать себя в высшей степени любезным. Он выразил мне соболезнование, что в настоящее время ничего не может сделать для исполнения моих желаний, но просил меня не беспокоиться... во всяком случае, мне не придется ждать долго». По словам Мора, если Лобенгула и не был знаком с выражением «noblesse oblige», то действовал именно так. Во время обеда Лобенгула обратил внимание на медальон, висевший на шее у Мора, - это был портрет его матери. Лобенгула попросил показать ему портрет. Заметив фамильное сходство и узнав, что мать Мора умерла, сказал: «Да, да, белые счастливы; ваше искусство так велико, что вы видите даже тех, которые давно уже не существуют; сердца ваши не имеют надобности страдать». Приводя эти слова. Мор заметил: «Дитя нашей цивилизации, конечно, не могло бы выразиться с большим тактом».
Многое изумляло Мора. И то, например, что «матебеле никогда не дает застигнуть себя врасплох», и то, «как хорошо туземцы знают все, что происходит у них в стране».
С впечатлениями Мора совсем вскоре познакомились и российские читатели. Издатель русского перевода И.В. Алферьев был уверен, что книга вызовет интерес. В предисловии он написал: «На издание русского перевода с тем же изяществом и роскошью, как это сделано за границей, я не жалел никаких расходов. Могу даже засвидетельствовать, что рисунки, находящиеся в сочинении Мора, напечатаны у нас лучше, чем за границей»3. И перевели эту книгу на русский язык молниеносно: предисловие к немецкому изданию подписано автором в Бремене в марте 1875 г., а на русском переводе отметка «дозволено цензурою» датирована 3 ноября того же года. Всего шесть-семь месяцев!
В 1867 г. среди европейцев в Южной Африке возник слух, что на землях шона, в районе поселка Тати, обнаружено месторождение золота. Эти слухи (как потом выяснилось, неоправданные) распространялись и в 1870-х, и в 1880-х: ведь провести изыскания было невозможно, уж больно далеко были эти места от Капской колонии и сколько-нибудь развитых транспортных путей. С открытием трансваальского золота сразу же пошли слухи, что междуречье еще богаче. Из уст в уста передавались, казалось бы, давно уже забытые рассказы средневековых португальских путешественни3 Мор Э. Путешествие в Африку к водопадам Виктория на Замбезии. Т. 1-2. СПб., 1876. Т. 1. С. 206,224, 229,230, 259; Т. 2. С. 34.
Ш1Ш1Ш1Ш1Ш 153 Ш1Ш1ШШ1НП


ков. Перепечатывались их старинные карты с манящими надписями: «Здесь есть золото».
Старатели бросились к Лобенгуле за «концессиями» на поиски золота. Его столица Булавайо стала местом паломничества и центром английских, немецких, португальских и бурских интриг.
«Белые люди приходят как волки, без разрешения, и прокладывают новые пути в мою страну», - писал Лобенгула 1 марта 1887 г. британским чиновникам. Он пытался принять меры, ограничить въезд в страну, но приток европейцев все возрастал. «Сегодня еще сохраняется мир, но я не знаю, что принесет завтрашний день»4.
Лобенгула оказался в сложном положении. В его народе росло недовольство европейцами, молодые воины требовали войны. Лобенгула отвечал им: «Вы хотите толкнуть меня в пасть льва!»
Он, умудренный годами и опытом вождь, понимал, что с европейцами ему не справиться. От него требовалось искусство настоящего дипломата, чтобы противостоять европейцам, не доводя дело до войны, и сдерживать своих воинов, но так, чтобы они в конечном счете не поднялись против него самого. Может быть, он сознавал, что война неизбежна, только хотел оттянуть ее как можно дольше, если уж на победу все равно не приходилось рассчитывать...
Приехав в середине сентября 1888 г. в Булавайо, послы алмазно-золотой монополии Сесила Родса предложили в обмен за концессию на минеральные богатства Машоналенда тысячу карабинов устаревшей системы Мартини-Генри и патроны к ним, канонерку на Замбези, а также уплату Лобенгуле и его наследникам 100 ф. ст. ежемесячно. Ндебеле не могли, конечно, знать, чем угрожало им это предложение. Однако недоверие к европейцам уже сильно возросло; Лобенгула и индуны не только не обрадовались предложениям посланцев, но, наоборот, думали лишь о том, как бы отделаться от непрошенных гостей.
В течение шести недель Лобенгула под различными предлогами прерывал и затягивал переговоры. Индуна позволяли себе выражать свое отношение более откровенно, чем инкоси. Об этом ярко свидетельствует дневник Чарльза Радда, посланного Родсом для переговоров. Побеседовав 28 октября с виднейшими советниками Лобенгулы, Радд записал: «Это был один из самых несчастных дней в моей жизни, так как все разговоры, конечно, не привели ни к чему хорошему, и требовалось постоянное напряжение, чтобы оставаться в рамках вежливости»5. Матабеле все время пытались узнать у Радда истинную цель его прибытия в страну. На собрании совета индуна приглашались все европейцы, которые жили в это время в Булавайо (около 30 человек), и им устраивали нечто вроде перекрестного допроса.
Как было Лобенгуле и его советникам понять действия Великобритании, клубок тех европейских намерений и противоречий, которые отражались в замыслах пришельцев на их земли? Лобенгула все же очень стремился понять и даже отправил двух опытных и очень уважаемых индун - Умшете и Бабийана - в Лондон. Лобенгула поручил им быть 4 Это, как и многие другие сведения о Лобенгуле, публиковались в «Синих» и «Белых» книгах британского парламента, которые выходили под названием и номером. Данное письмо Лобенгулы опубликовано в: Further correspondence respecting the affairs of Bechunaland and adjacent territories (C-5237). L., 1887. № 5. P. 18, 19.
5 Gold and the gospel in Mashonaland, 1888 being the journals of: 1. The Mashonaland mission of Bishop Knight-Bruce; 2. The concession journey of Charles Dunell Rudd / Ed. by C.E. Fripp and V.W. Hiller (Central African Archives, Oppenheimer serie № 4. Appendix II). L, 1949. P. 157.
Hiiiiiiitiiiiiiiii и/ IIIIIIIIIIIIIIIHII


его «глазами, ушами и ртом»6 и вручил им письмо к королеве Виктории, которое гласило: «Лобенгула хочет знать, существует ли королева. Некоторые из людей, приходящих в его страну, говорят, что она существует, другие отрицают это. Узнать правду Лобенгула может, только послав свои глаза искать, существует ли королева. Его глазами являются индуны. Если королева существует, Лобенгула хотел бы просить ее совета и помощи, так как его очень тревожат белые люди, которые приходят в его страну и просят разрешения искать золото. При нем нет никого [из белых людей], кому можно было бы доверять, и он просит, чтобы королева послала от себя какого-нибудь представителя»7.
Можно представить, насколько трудно было для ндебеле организовать поездку подобной делегации в Лондон. Но им помогла конкурентная борьба, разгоревшаяся между британскими компаниями. Компания «Бечуаналенд эксплоринг и К2» усмотрела в желании инкоси удобную возможность укрепить свои позиции. Один из ее директоров, Э.А. Моунд, также находившийся в Булавайо, но не сумевший получить концессию, предложил Лобенгуле свои услуги в качестве спутника и провожатого для посольства в Лондон.
Послы провели в Лондоне весь март 1889 г., встретились с королевой Викторией и министром колоний. (Узнать бы их впечатления!) Но никаких сведений об их рассказах не сохранилось. Да и результаты оказались плачевны. Министерство колоний воспользовалось просьбой Лобенгулы к королеве и рекомендовало ему Джона Моффета, который выступал в интересах Сесила Родса.
Не дожидаясь возвращения Умше- те и Бабийана, Лобенгула 23 апреля написал королеве второе послание. Если в предыдущем письме вождь жаловался на поведение «белых» людей в целом, то на этот раз он разоблачал обманные действия, приведшие к заключению договора с Раддом. «Недавно, - писал он, - несколько человек явились в мою страну; главным среди них, по-видимому, был человек по имени Радд. Они попросили у меня разрешения искать золото и пообещали, что дадут за это некоторые вещи. Я сказал им, чтобы они принесли показать то, что хотят мне дать, а я покажу им то, что могу дать. Был написан документ и представлен мне на подпись. Я спросил, что он содержит, и мне сказали, что в нем записаны мои слова и слова этих людей. Я приложил к нему свою руку. Три месяца спустя я узнал из других источников, что, согласно этому документу, я дал им право на все ископаемые моей страны. Я собрал индун, и они не захотели признать документ, так как он не содержит ни моих слов, ни слов тех людей, кто его получил. После собрания я потребовал, чтобы оригинал документа был мне возвращен. Однако его нет, хотя с тех пор прошло два месяца, а они обещали вернуть его быстро. Я пишу вам, чтобы вы знали правду об этом деле и не были обмануты»8.
Возвращение Умшете и Бабийана из Англии принесло большое разочарование ндебеле. Они поняли, что на помощь королевы надеяться не приходится. Об отношении, которое сложилось с этого времени у ндебеле к «Белой королеве», ярко свидетельствует то, как они поступили с ее подарками. Виктория послала Лобенгуле золотую цепь с моне6 Maund ЕЛ. Matabele and Mashona lands // Proceeding of the Royal geographical Society. 1891. Vol. 13. P. 7.
7 Thomson H.C. Rhodesia and its government. L., 1898. P. 118.
8 Цит. no: RaphaelL.F.C. The Cape-to-Cairo Dream. A Study in British Imperialism. N. Y., 1936. P. 165,166.
iiiiiiiiiiHiiiini uo 1111111111111111111


той в пять соверенов, а послам подарила браслеты. Инкоси отдал цепь своей жене, «не желая, - как писали в «Таймс», - хранить подарки от белых людей». Ум- шете и Бабийан подарили свои браслеты европейцам, жившим в Булавайо9.
Постепенно ндебеле все яснее понимали истинное отношение Англии к их стране, и в одной из бесед с миссионером Хелмом Лобенгула образно охарактеризовал это отношение: «Видели вы когда- нибудь, как хамелеон охотится за мухой? Хамелеон становится позади мухи и некоторое время остается неподвижным, затем начинает осторожно и медленно продвигаться вперед, бесшумно переставляя ноги. Наконец, приблизившись достаточно, он выбрасывает свой язык - и муха исчезает. Англия - хамелеон, а я муха»10 11.
В целом правильно представляя британские намерения, Лобенгула из дипломатических соображений все же старался не обнаруживать этого в официальных переговорах и заявлениях. Он продолжал использовать малейшие возможности, чтобы разоблачать навязанный ему договор. Так, 10 августа 1889 г. он снова писал королеве Виктории: «Белые люди очень надоедают мне относительно золота. Если королева услышит, что я отдал всю страну, так это неправда. Я не понимал, о чем идет речь, потому что я неграмотен»11.
В 1889 г. Британская южноафриканская компания Сесила Родса решила отправить в междуречье Замбези-Лимпо- по свои войска и отряд «пионеров» - старателей, которым обещали дать участки для добычи золота. Они должны были обосноваться на землях народа шона: считалось, что именно там находятся месторождения золота, к тому же шона, в отличие от ндебеле, не были столь организованы как военная сила. Но для прохода на их земли необходимо было получить согласие Лобенгулы, чтобы он не оказал сопротивления. Один из помощников Родса, Л. Джеймсон, явившись к Лобенгуле 17 октября 1889 г., попытался заручиться его согласием, обещая, что придут всего десять человек и будут заниматься исключительно поисками золота. Но у Лобенгулы уже был опыт переговоров с Джеймсоном, поэтому он сразу заявил: «Что будет хорошего, если ты будешь лгать мне еще больше?»12
В течение почти четырех месяцев Джеймсон просьбами и угрозами пытался получить желаемое разрешение, но все было безуспешно. Помогло лишь вмешательство английских правительственных властей.
Но инкоси, зная, что силы неравны, в то же время понимал, что политика уступок лишь усугубляет нависшую над его народом опасность. Весной 1890 г. он снова наотрез отказал Британской южноафриканской компании «дать дорогу» на север13. В конце апреля Джеймсон еще раз явился в Булавайо и начал прямо с угрозы: «Если вы не подтвердите своего обещания и не дадите мне дорогу, я приведу белые войска и, если понадобится, мы будем драться»14. Лобенгула был вынужден уступить, но поставил условие: чтобы золотоискатели прошли через Булавайо и он смог их увидеть15.
Поход состояся. На землях шона были воздвигнуты военные форты. И затем события шли по нарастающей.
9 The Times. 1890. 5 Aug.
10 Williams В. Cecil Rhodes. L., 1938. P. 173.
11 Morel ED. The Black Man's Burden. L., 1920. P. 35.
12 Colvin J. The life of Jameson. Vol. 1. L., 1922. P. 116.
13 Michell L. The Life of... Cecil Rhodes. P. 297, 298.
14 Colvin J. Op. cit. P. 132.
15 Newman Ch.L.N. Matabeleland and how We got it. L., 1895. P. 61.
lllllllHIIIIIIIItl W Illillllllliriliril


К концу 1890 г. Сесил Родс объявил, что он приглашает желающих селиться в междуречье, обещает уже не только старательские участки, но и угодья для 10 тыс. фермерских хозяйств.
Лобенгула пытался использовать противоречия англичан с немцами и в 1891 г. согласился заключить договор с германским финансистом Э.А. Липпертом. Договор гласил, что при условии выплаты 1000 ф. ст. единовременно и 500 ф. ст. ежегодно Липперт получает право создавать на незанятых землях ндебеле и шона фермерские хозяйства, поселения, использовать пастбища. Конечно, как и во всех других случаях, Лобенгула, ставя свой крестик на договоре, не мог представить себе его смысла. Лобенгула стремился хоть как-то препятствовать распространению британского влияния. Но Липперт вскоре продал этот договор Британской южноафриканской компании.
А на землях шона начались столкновения солдат компании и европейских поселенцев с местным населением. Компания уже считала эти земли своими. Ндебеле увидели ее солдат совсем близко. Л. Джеймсон объявил, что между землями ндебеле и территорией шона, на которой уже обосновалась компания, теперь есть «пограничная черта». Переход отряда ндебеле через эту «границу» и его появление у построенного англичанами форта Виктория в июле 1893 г. послужили первым поводом к военным действиям, к которым стремилась компания.
Лобенгула, понимая гибельность войны, с трудом удерживал свой народ от вооруженных выступлений. По сообщениям европейцев, живших в Булавайо, Лобенгула «разъярен, но его позиция не кажется воинственной»16. Сразу же после инцидента у форта Виктория он отказался брать у компании деньги за концессии Радда и Липперта, назвав их «кровавыми деньгами»17. Он приказал выставить сторожевые отряды на дорогах, ведущих в его страну с юга. Английская пресса объявила это неоспоримым доказательством его агрессивных намерений. Однако европейцы, жившие в Булавайо, единодушно сообщали, что «передвижения матабеле проводятся в целях защиты, а не нападения». Англичанин Даусон писал: «Я твердо уверен, что Лобенгула не хочет сражаться и что он не сделает этого, если его не вынудят в целях обороны»18.
19 августа 1893 г. Лобенгула послал письмо королеве Виктории, ссылаясь на то, что она предлагала ему советоваться с ней в случае раздоров с компанией. «При встрече в форте Виктория они [представители компании] сказали моим людям, что белые купили эту страну и людей, которые там живут. Ваше Величество, я хочу узнать у вас: разве можно купить народ за какую бы то ни было цену? Моим отрядам было сказано, чтобы они оставили оружие, входя в лагерь. Их разоружение было умной уловкой, чтобы атаковать их беззащитными. Далее, они утверждали, что я не допускаю им входить в мой крааль с оружием. Это так. Но Ваше Величество, разрешите мне спросить, кого я, разоружив, ввел в заблуждение, а затем убил? Они заявили, что я провел между нами линию по рекам Шаши и Мньяти, о которой я ничего не знаю. С кем я договорился о такой линии, которая запретит матебеле входить в Машоналенд? Почему ваши люди убивают мой народ?»19
16 The Times. 1893. 16 Aug.
17 South Africa. The British South Africa Comapay in Mashonaland and Matabeleland (C-7196). L., 1893. № 7 (далее - C-7196).
18 C-7196. № 5. P. 16; № 7; № 8. P. 32; № 47. P. 69, 70.
19 C-7196. №58. P. 76, 77.
IIIIIIIIHIIIIIIIII I OU iiiiiiiimiiiiiiii


В начале сентября 1893 г. британский верховный комиссар Южной Африки фактически дал санкцию Южноафриканской компании «отогнать» силы ндебеле. И войска компании двумя колоннами двинулись к Булавайо. Лобенгула и его совет индун, судя по их действиям, понимали полное превосходство техники европейцев и не надеялись на победу. Правда, ндебеле имели около 2000 ружей различных старых систем20, но в подавляющем большинстве их воины не умели целиться, и поэтому эффект от их стрельбы был ничтожен.
Первая крупная битва произошла 24 октября на реке Шангани. На отряды компании напали пять импи ндебеле, около 5000 человек. Но пулеметы «максим», примененные англичанами, превратили сражение в побоище. Огонь пулеметов косил воинов сотнями, не подпуская их к английским позициям на близкое расстояние. Это невиданное для ндебеле оружие произвело впечатление сверхъестественной силы. Впоследствии они объясняли исход битвы именно применением пулеметов. Один индуна так описывал действие пулеметного огня: «Я вел своих воинов и вдруг увидел, что они падают, как скошенный маис. Мы остановились, опустились на колени и стали стрелять, но воины продолжали гибнуть. Тогда мы легли, закрывшись нашими щитами, но все равно большинство из нас было убито. Мне пришлось отползти в сторону и спастись бегством»21.
Несмотря на смертоносный пулеметный огонь, ндебеле, по единодушному признанию очевидцев, сражались храбро. Первую их атаку удалось отбить лишь через 20 минут. В результате сражения, по подсчетам англичан, было убито и ранено около 500 воинов.
Четвертого ноября 1893 г. войска компании заняли Булавайо, или, вернее, то место, на котором находилась столица, так как, уходя, население сожгло все постройки22. Жители ушли, и победителей встретили лишь два английских торговца, которых «кровожадные» ндебеле не тронули.
После разгрома основных сил ндебеле и взятия Булавайо войну можно было считать в основном завершенной, но войска компании еще продолжали преследование Лобенгулы.
Лобенгула и остатки его войск, покинув Булавайо, двинулись на север. Дорога была тяжелой. Труднопроходимая и безлюдная местность изматывала воинов. Они почти потеряли надежду уйти на северный берег Замбези, так как путь был очень далек и труден.
7 декабря 1893 г. Джеймсон послал Лобенгуле письмо с требованием в четырехдневный срок сдаться англичанам. Через четыре дня пришел ответ, в котором вождь напоминал, что ни одного из своих многочисленных гонцов к англичанам он больше никогда не видел - все они бесследно исчезали. Лобенгула писал, что он согласен идти к англичанам, если ему покажут этих посланцев живыми23. Вскоре он все же отправил к Джеймсону двух гонцов (в том числе своего сына Ньяманду) с признанием своего поражения и просьбой дать его народу возможность уйти на север. Лобенгула вручил послам все свое золото, заявив, что это единственное, чем можно откупиться от «белых» людей. Но по дороге два полицейских напали на посланцев и украли золото. Предста20 Selous F.C. Sunshine and Storm in Rhodesia. L., 1898. P. 48.
21 The Times. 1893.1 Jan.
22 Ibid. 2 Dec.
23 Harding C. Frontier patrols. A History of the British South Africa Police and Other Rhodesian Forces. L., 1938. P. 34,35.
iiiiiiiiniiiiiiiii Ю I tiiitiiiiiiHiiiin


вители же компании под предлогом, что гонцы не привезли от Лобенгулы письма, отказались вести переговоры. Так была сорвана последняя попытка Лобенгулы прекратить войну24.
Войска англичан так и не догнали Лобенгулу. В январе 1894 г. он умер. Руководство компании по прошествии нескольких недель сообщило, ссылаясь на свидетельства нескольких индун, сопровождавших вождя, что Лобенгула умер от оспы. Однако это утверждение вызывает сомнения, так как имеются сведения, что он не болел этой болезнью25. В целом подробности последних дней Лобенгулы до сих пор покрыты тайной. Ни причина, ни дата, ни место его смерти точно не известны. Среди ндебеле на протяжении ряда лет распространялся слух, что инкоси жив.
Гибель Лобенгулы была чрезвычайно выгодна англичанам. Они немедленно сделали все возможное, чтобы власть инкоси, объединявшая силы ндебеле, больше не возродилась. Сесил Родс увез в Капскую колонию трех (из шести) сыновей Лобенгулы, в том числе Ньюбе, считавшегося преемником отца26.
Для ндебеле гибель Лобенгулы явилась большим ударом. Утратив централизованное руководство, а вместе с ним и связь друг с другом, многие индуны стали сдаваться. В апреле последняя группа индун признала власть англичан.
А.Б. Давидсон
Литература
Давидсон А.Б. Матабеле и машона в борьбе против английской колонизации, 1888- 1897. М., 1958.
Давидсон АБ. Сесиль Родс. Строитель империи. М.; Смоленск, 1998 (на англ, языке: Davidson A. Cecil Rhodes and His Time. Pretoria, 2003).
Cooper-Chadwick J. Three Years With Loben- gula and Experiences in South Africa. Bulawayo, 1975.
Knight-Bruce G.W.H. Memories of Mashonal- and. Bulawayo, 1970. ,
O'Reilly J. Pursuit of the King. Bulawayo, 1970. Ranger T.O. Revolt in Southern Rhodesia
1896-1897. A Study in African Resistance. L., 1967.
Wills WA., Collingridge L.T. The Downfall of Lobengula. Bulawayo, 1971.
Приложения
Эти приложения - «договоры» Лобенгулы с Джоном Моффетом, компаньоном Сесиля Родса, с Чарльзом Раддом и немецким финансистом Эдуардом Липпертом - дают представление о том, какие «договоры» предлагались европейцами африканским вождям в период колониального раздела Африки. Легко понять, что сколько-нибудь адекватного представления о смысле этих «документов» у африканских правителей не было, да и не могло быть, даже если они и ставили свою подпись (крестик).
24 Parliamentary debates, 4th series. Vol. 23. P. 655; Vol. 25. P. 422.
25 HarrisJ.H. The Chartered Millions: Rhodesia and the Challenge to the British Commonwealth. L, 1920. P. 118.
26 Hole H.M. The making of Rhodesia. L., 1926. P. 332,333.
un и


ДОГОВОР МЕЖДУ ЛОБЕНГУЛОЙ И ПОМОЩНИКОМ
КОМИССАРА ПРОТЕКТОРАТА БЕЧУАНАЛЕНД
ДЖ. МОФФЕТОМ1
Вождь Лобенгула, правитель племени амандебеле1 2, а также его данников племен машона и макакалака3, настоящим соглашается с нижеследующими статьями и условиями.
Что мир и дружба будут вечны между ее британским величеством, ее подданными и народом амандебеле и что вождь Лобенгула обязывается приложить все усилия, чтобы предотвратить какое бы то ни было нарушение таковых и следить за строжайшим соблюдением настоящего договора, таким образом осуществляя дух договора о дружбе, который был заключен между покойным отцом Лобенгулы вождем Умсилигаас4 и тогдашним губернатором Мыса Доброй Надежды в 1836 г. настоящего летосчисления.
Настоящим Лобенгула, вождь страны амандебеле и ее подданных, как это указано выше, соглашается от своего и от имени своего народа не вступать в какие- либо переговоры, а также не заключать договора с любым иностранным государством о продаже, отчуждении, уступке или о разрешении на такие действия по отношению ко всей или к части названной страны амандебеле или другой подчиненной ему территории без предварительного ознакомления и санкции на это от верховного комиссара ее величества в Южной Африке.
В подтверждение этого я, Лобенгула, приложил руку в Губулавайо5. Аманде- белеленд, одиннадцатого февраля и в пятьдесят первый год правления ее величества.
(Подпись) Лобенгула
(его знак +)
Свидетели
(подписи): У. Грэхем
ГБ. ван Вик
в присутствии вышеподписавшихся
Дж. С. Моффет, помощник комиссара
И февраля 1888 г.
Я удостоверяю истинность настоящего документа
(подпись): Дж.С. Моффет,
помощник комиссара
И февраля 1888 г.
ДОГОВОР О КОНЦЕССИИ РАДДА-РОДСА6
Да знают все из этих документов, что, поскольку Чарлз Даннэл Радд из Кимберли, Рочфор Маджир из Лондона и Фрэнсис Роберт Томпсон из Кимберли, называемые в дальнейшем получателями концессии, согласились и настоящим документом договариваются платить мне, моим наследникам и преемникам сумму в сто английских фунтов стерлингов в первый день каждого лунного ме1 Опубликован в: Hole Н.М. The making of Rhodesia. L., 1926. P. 54.
2 Матабеле.
3 Чаще встречается название макалака.
4 Мзиликази.
5 Булавайо.
6 Опубликован в: Gold and the Gospel in Mashonaland ... P. 219,220.
IIIIIIHIIHIIIIIil /CU IIIIIIHIIHIIIIIil


сяца, и, далее, доставить в мои королевский крааль одну тысячу ружей системы Мартини-Генри вместе с сотней тысяч патронов к ним, причем пятьсот вышеупомянутых ружей и пятьдесят тысяч патронов должны быть заказаны в Англии тотчас же и доставлены без промедления, а остальные ружья и патроны могут быть доставлены тогда, когда вышеуказанные получатели концессии приступят к горным разработкам на моей территории, и, далее, доставить на реку Замбези судно, вооруженное пушками, пригодными для оборонных целей на указанной реке, или, по моему выбору, вместо указанного судна выплатить мне сумму в пятьсот английских фунтов стерлингов.
Оформляя эти документы, я, Лобенгула, король Матабелеленда, Машо- наленда и других прилегающих территорий, во исполнение моих суверенных прав, в присутствии и с согласия моего совета индун, настоящим обязуюсь даровать указанным получателям концессии, их наследникам, представителям и правопреемникам, вместе и порознь, в полное и исключительное пользование все руды и полезные ископаемые, расположенные на поверхности и находящиеся в недрах моего королевства, в княжествах и владениях, вместе с полным правом делать все, что им может показаться необходимым для добычи таковых, а также пользоваться возможными доходами и выгодами от указанных руд и полезных ископаемых при условии произведения вышеуказанных платежей. Принимая во внимание, что последнее время ко мне обращаются разные лица, пытающиеся и желающие добиться разрешения и концессий на землю и прав на горную разработку, я настоящим разрешаю указанным получателям концессии, их наследникам, представителям и правопреемникам принять необходимые и законные шаги, чтобы устранить из моего королевства, княжеств и владений всех лиц, добивающихся в нем прав на землю, металлы, минералы или горную разработку; я также обязуюсь оказывать им ту помощь, которая потребуется время от времени для удаления таких лиц, а также не предоставлять таковым концессий на землю или прав на горную разработку, начиная с сегодняшней даты, без согласия и содействия настоящих получателей концессии. Если когда-либо выплата указанной месячной суммы в сто фунтов стерлингов будет задержана и не произведена в дальнейшем в течение 3-х месяцев, то это соглашение прекращается и считается потерявшим силу со времени последнего взноса; далее предусматривается, что никакие условия, заключающиеся в настоящем соглашении, не должны распространяться или затрагивать дарованную мною концессию на некоторые горные разработки в южной части моей территории к югу от реки Рамаквабане, которая известна как концессия Тати.
Все это изложено мною тридцатого октября 1888 г. настоящего летосчисления в моем королевском краале.
(Подписи)
Свидетели (подписи):
Лобенгула (его знак +) ЧД. Радд Рочфор Маджир Ф.Р. Томпсон
Чарлз Л Хелм Дж Д. Дрейер
Подтверждение подлинности концессии
Я удостоверяю, что прилагаемый документ был мною предварительно полностью переведен и объяснен вождю Лобенгуле и его совету индун и что все установленные обычаи народа матабеле были при этом выполнены.
Река Умгуза, 30 октября 1888 г.
ЧД Хелм
IIIIIIIIIIIIIIIHII / 04 IIIIIIIIIIIIIIIHII


ДОГОВОР О КОНЦЕССИИ ЛИППЕРТА7
Всем, кому эти документы попадут в руки, я, Лобенгула, король народа амандебеле, а также макалака, машона и народов окружающих территорий, шлю приветствия.
Принимая во внимание, что я даровал концессию на разработку полезных ископаемых и права, касающиеся только горных разработок, а также учитывая, что мое абсолютное право как верховного короля разрешать населять землю моего королевства, взимать и собирать на ней налоги установлено по наследству; а также принимая во внимание, что все большее число белых людей приходит на мои территории, желательно, чтобы я сам отводил им землю, а также чтобы я раз и навсегда назначил лицо, действующее в этом отношении от моего имени.
Поэтому, а также учитывая уплату мне сегодня суммы в тысячу фунтов стерлингов (1000), я настоящим дарую исключительно Эдварду Амандусу Липперту, а также его наследникам, душеприказчикам, правопреемникам и заместителям, только при условии уплаты мне или моим преемникам ежегодно 500 фунтов стерлингов квартальными взносами вместо процентов, рент и налогов, следующие права и привилегии, а именно:
Полное и исключительное право, власть и привилегию на протяжении ста лет (100) давать, дарить или сдавать в аренду на весь этот период или на то время, которое покажется ему нужным, фермы, усадьбы, участки для застройки и пастбища, накладывать и взимать ренту и налоги и давать разрешения на таковые, а также предоставлять свидетельства от моего имени на временное владение фермами, усадьбами, участками земли и пастбищами, начинать и вести, а также защищать в любом полноправном суде, в Африке или где-либо еще как от моего, так и от его собственного имени подобные дела и иски, а также другие процессы, какие могут показаться ему необходимыми для установления, сохранения или защиты перечисленных прав, полномочий и привилегий, настоящим дарованных; причем указанные права и привилегии всегда должны распространяться и применяться на всех территориях, которые сейчас находятся или могут находиться позднее в сфере действия Британской южноафриканской компании, ее наследников или любого лица или лиц, действующих от ее имени; предусмотрено также, что из прав, дарованных настоящим документом, исключаются права пасти те стада, огораживать те земли и сооружать те здания и устанавливать машины, которые требуются для осуществления прав на разработку полезных ископаемых, принадлежащих Британской южноафриканской компании согласно упомянутой концессии.
Полномочия, дарованные Е. Ренни- Тейлиуру 22 апреля 1891 г., аннулируются и отменяются в случае, если они противоречат настоящему документу.
Скреплено моей печатью в Умвуче, 17 ноября 1891 г.
Печать
Слона
Лобенгулы
Свидетели Е.Р.Ренни-Тейлиур
(подписи): Джеймс Рейли
Джеймс Файрбейрн + (крест Джеймса Умкизы) Эд. А. Липперт
1 Опубликован в: Copies and extracts of correspondence relating to the British South Africa Company in Mashonaland and Matabeleland Protectorate (C-7171). L., 1893. P. 8,9.
imiiiiiimiinii /09 iiitiiiiiiiiiiinii


Настоящим удостоверяем, что вышеизложенный документ был переведен и объяснен королю Лобенгуле и его подчиненным в соответствии с установившимися обычаями этого народа.
Переводчики У Док. Тейнтон,
(подписи): Дж.М. Экутт
При обсуждении вышеизложенного дарственного акта присутствовали, кроме короля Лобенгулы: Умлаха8 (регент), Умлугула, Гамбо, Умьзне, Лутули, все индуна; из европейцев присутствовали: г-н Моффет, Тейнтон (переводчик), Эд. Липперт, Е.Р. Ренни-Тейлиур, Джеймс Рейли, Дж. М. Экутт (переводчик) и Джеймс Умкиза (слуга).
(Подпись): Эд. Липперт
Я удостоверяю, что этот документ является полным и точным выражением желаний вождя Лобенгулы и его главных индун и что я подписываю его во исполнение желания вождя.
(Подпись)'. Дж. С. Моффет,
помощник комиссара
Пер. с англ. Л.Б. Давидсона
8 Умхлаба.


Альберт Джои ЛУТУЛИ
Alben John Lutuli ILuthuli /, 1898(?)-21.VII.1967
Генеральный президент Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК) ( 1952 -1967).
Родился в семье христиан-зулу, связанной с одной из старейших миссий Натала - Гроутвилль, основанной американским миссионером Олдином Гроу- том еще в 1845 г. Дед Лутули был среди первых новообращенных христиан миссии и на протяжении нескольких лет был вождем африканской общины Гроутвил- ля. Отец Альберта Джон Лутули был проповедником и выполнял обязанности переводчика при миссии. Его мать Мто- нья часть своего детства провела в «королевском» краале Кечвайо - последнего правителя независимого Зулуленда. Таким образом, по своему происхождению А. Лутули был связан, с одной стороны, с новым нарождающимся европеизированным слоем зулусских христиан, а с другой - его окружали люди, которые помнили великое прошлое своего народа, и он должен был с детства слышать рассказы о походах основателя зулусской державы Чаки, о войнах с бурами и англичанами, напрямую связанных с историей его семьи.
Но родиться ему суждено было далеко от родины предков - в Южной Родезии (современная Зимбабве). Сюда отправился его отец с группой европейцев в качестве переводчика и здесь же он остался жить в миссии адвентистов седьмого дня в окрестностях Булавайо. Но, к несчастью, Джон Лутули умер, когда Альберту было всего шесть месяцев. Вся забота о его воспитании легла на мать. Вернулись они в Натал, когда Альберту было около десяти лет. Мтонья решила дать сыну образование и отправила его в Гроутвилль. Здесь Альберт жил в доме своего дяди Мартина, бывшего вождем африканской общины при миссии.
В 1914 г. Альберт Лутули успешно сдал экзамены на 4-й образовательный стандарт (беглое чтение и письмо на английском языке, умение производить основные арифметические вычисления и начальные знания географии) в Гроут- вилле и продолжал учебу в миссионерских школах и колледжах в провинции Натал. Он учился в лучших учебных заведениях, доступных тогда чернокожему южноафриканцу в Натале - методистском институте в Идендейле и Маме- колледже, где его готовили к профессии «туземного учителя». Как один из лучших учеников Лутули получил рекомендацию для продолжения обучения в единственном высшем учебном заведении для черных в Южной Африке - Университете Форт-Хэйр, но вынужден был отказаться, так как ему нужно было помогать матери, и он остался преподавать в Адамс-колледже.
С Адамс-колледжем были связаны около 15 лет жизни Лутули. В перерывах между работой он активно занимался самообразованием, читал книги по религии, философии, политологии. В 1928 г. iiiiiiiiiiiHitiiii /о/ IIIIIIIIIIIIIIIHII


он получил пост секретаря Ассоциации африканских учителей, а в 1933 г. стал ее президентом. Другим направлением его деятельности была организация Общества зулусского языка и культуры, целью которого сам Лутули считал предотвращение размывания традиционного единства и культурных ценностей зулусов в условиях наступления индустриального общества1. Здесь же, в Адамс-колледже, Лутули встретил свою жену - Нокука- нью. В этом браке он стал отцом семерых детей.
В 1935 г. А. Лутули был избран вождем Гроутвилля (официально его должность звучала как вождь миссионерского резервата Умвоти), и с этого момента он навсегда прекратил педагогическую работу. Он не сразу согласился встать во главе общины, старейшины уговаривали его в течение двух лет, но, согласившись, он целиком отдал себя новым заботам, главными из которых была защита интересов его людей. С этого момента начинается постепенное включение Лутули в активную общественную и политическую деятельность.
В Умвоти занимались в основном выращиванием сахарного тростника, и мелкие африканские хозяйства оказались в бедственном положении из-за экономической депрессии начала 1930-х годов. Приняв на себя обязанности вождя, Лутули проявил незаурядные способности организатора и руководителя. Для защиты своих соплеменников - мелких фермеров - он организовал Ассоциацию африканцев - производителей сахарного тростника, которая охватила большинство районов Натала. Лутули удалось добиться облегчения условий сбыта продукции для фермеров-африканцев и облегчения для них доступа к кредитам. Этот успех, несомненно, способствовал росту популярности Лутули на территории всего Натала. Он оставался во главе Ассоциации вплоть до 1949 г., когда по политическим соображениям был вынужден оставить этот пост. Когда правительство в 1952 г. сместило Лутули с должности вождя за его политическую деятельность, нежелательную для властей, то старейшины решили не избирать нового вождя, выразив тем самым свою верность Лутули.
Однако в первое десятилетие нахождения во главе африканцев Гроутвилля Лутули еще не занимался активной политической деятельностью, его усилия были направлены на облегчение положения его людей в экономической сфере, на расширение доступа африканцев к образованию, их культурное развитие. В период пребывания на посту вождя резервата Умвоти он совершил две продолжительные поездки за рубеж - на международную миссионерскую конференцию в Мадрасе в Индии и в США для выступления с лекциями о христианских миссиях по приглашению Североамериканской миссионерской конференции. Эти поездки, по признанию самого Лутули, позволили ему более ясно, с новой широтой и перспективой увидеть стоявшие перед Южной Африкой проблемы1 2. Главной из них становилось все более растущее давление на чернокожих южноафриканцев и постепенное лишение их и так небольших политических и экономических прав.
С 1924 по 1939 г. правительство Южно-Африканского Союза (ЮАС) возглавлял Д. Герцог, глава Национальной партии (Die Nasionale Party, НП), поставившей во главу угла дух африканерского национализма. В годы премьерства Герцога происходит дальнейшее ужесточение расового законодательства. Еще в 1924 г. правительством был введен «цветной барьер» в промышленности: го1 Luthuli A. Let my people go. An Autobiography. L., 1962. P. 33-35.
2 Ibid. P. 77.
/О0 in


сударственным учреждениям и частным предпринимателям рекомендовалось заменять африканцев белыми на сколько- нибудь квалифицированных работах. В 1936 г. был принят «Акт о туземном представительстве», который лишил африканцев избирательного права, а их интересы в парламенте должны были представлять исключительно белые депутаты. Взамен создавался Совет туземного представительства, часть членов которого назначалась, а часть выбиралась самими африканцами. Но он был лишен какой-либо реальной законодательной силы. Таким образом уже в межвоенный период в Южной Африке постепенно начинает формироваться основа законодательства апартхейда, ставшего официальной политикой правительства после прихода к власти Национальной партии (Die Nasionale Party) Д.Ф. Малана в 1948 г.
На 1940-е годы приходится выход Лутули на широкую арену общественно- политической деятельности. В 1945 г. он официально вступил в ряды АНК, в 1946 г. был избран в Совет туземных представителей (Native Representative Council). Его избрание в эту организацию открывало ему путь примирения с существующим режимом, тем более что создание этой организации было представлено как проявление заботы об интересах африканского населения. Но Лутули сразу же занял позицию твердого противника расистского правительства, пытавшегося использовать Совет туземных представителей для манипулирования африканцами. Вместе с другими членами Совета он бойкотировал сессии этой «консультативной» организации.
К началу 1950-х годов он превратился в лидера национального масштаба: в 1951 г. был избран председателем АНК провинции Натал, а в 1952 г. - генеральным президентом АНК. В ответ власти лишили его титула «вождя», но Лутули не только оставался истинным вождем для соплеменников, фактически он стал лидером всех африканцев Южной Африки. Простые члены конгресса его так и называли - «вождь Лутули», а близкие соратники звали просто «вождь».
Встав во главе АНК, Лутули попытался воплотить в его деятельности свое видение борьбы против режима апартхейда. Будучи искренним последователем христианства и воспитанный в стенах миссионерских заведений, он выбрал тактику ненасильственного сопротивления, уже апробированную М.К. Ганди в Южной Африке в начале XX в. В 1950-е годы непосредственно под руководством и влиянием Лутули были проведены несколько акций массового общественного неповиновения африканцев расистским законам. Главным принципом действий являлось воздержание от насилия и избегание провокаций со стороны полиции и южноафриканских спецслужб. Как и в случае с подобными акциями, проводимыми Индийским национальным конгрессОхМ (Indian National Congress) в 1920-1930-е годы, при первых всплесках насилия со стороны африканцев, кампания немедленно прекращалась в масштабах всей страны.
Причины перехода к активной борьбе Лутули описывал следующим образом: «В чем заключаются плоды моей многолетней умеренности? Привело ли это к взаимной терпимости и смягчению позиции правительства, националистического или Объединенной партии? Нет! Наоборот, в последние тридцать лет появилось огромное число законов, ограничивающих наши права и прогресс до тех пор, пока на сегодняшний день мы практически не лишились прав вовсе: нехватка земли для проживания, сокращение нашего единственного имущества - скота, отсутствие безопасности, отсутствие постоянной и высокооплачиваемой работы, еще большее ограничение свободы передвижения посредством IIIIIIIIHIIIIIIIII /ОУ IIIIIIIIHIIIIIIIII


пропусков, ужесточение комендантского часа»3.
Являясь лидером АНК и ревностным борцом против режима апартхейда, Лутули выступал с резкой критикой проявлений крайнего национализма по отношению к белым со стороны африканцев. Его идеалом было объединение представителей всех расовых групп Южной Африки для борьбы с расовым угнетением. Не случайно именно во время его президентства в АНК был созван Конгресс народов Южной Африки, который принял в 1955 г. Хартию свободы, ставшую программным документом АНК и других сил протеста Южной Африки. В ней, в частности, были следующие слова: «...мы, народ Южной Африки, черные и белые жители - равны между собой, соотечественники и братья, принимаем эту Хартию свободы и даем друг другу клятву, не щадя своих сил, мужественно бороться вместе до тех пор, пока не добьемся осуществления демократических преобразований, изложенных в хартии»4. Другим следствием работы Конгресса народов стало создание единого фронта борьбы крупнейших антирасистских организаций Южной Африки - Союза конгрессов (Congress Alliance). Помимо АНК в него вошли Южноафриканский индийский конгресс (South African Indian Congress), Конгресс цветного населения (Coloured People’s Congress), Конгресс демократов (Congress of Democrats), а также многорасовый Южноафриканский конгресс профсоюзов (South African Congress of Trade Unions). В деятельности единого фронта принимала участие и запрещенная Южноафриканская коммунистическая партия (South African Communist
Party, ЮАКП): ее члены участвовали в работе АНК и других антирасистских организаций. Подобное объединение отражало взгляды самого Лутули на цели борьбы с режимом апратхейда. Он следующим образом определял суть политики АНК: «Африканский национальный конгресс, приняв как факт многорасовый характер этой страны, провозглашает всеобъемлющий африканский национализм, который основываясь на принципах “свобода для всех” и “единство для всех”, охватывает всех людей, независимо от их расового или географического происхождения»5. Лутули также неоднократно заявлял о своей приверженности демократическому решению вопроса о будущем Южной Африки, которое он видел прежде всего в создании общества, свободного от расового угнетения: «Я ни на мгновение не испытывал удовлетворения от мысли о превращении африканцев в расистских угнетателей. Концепция расы господ чужда нам»6.
Подобная позиция Лутули по расовому вопросу привела к расколу в самом АНК. В 1958 г. с открытой критикой линии руководства выступила часть расистски настроенных членов Конгресса, именовавших себя «африканистами». Они потребовали отказа от сотрудничества с политическими организациями других расовых групп: Южноафриканским индийским конгрессом, белыми демократами и коммунистами. Встретив отпор со стороны руководства во главе с Лутули, представители этой группы покинули АНК и образовали в 1959 г. собственную организацию - Панафриканистский конгресс (Pan Africanist Congress, ПАК).
3 Luthuli A. The Road to Freedom is Via the Cross // Luthuli A. Let my people go... P. 208, 209.
4 История Африки в документах: В 3 т. / Под общ. ред. А. Давидсона. М., 2007. Т. 2. С. 465.
5 Lutuli A. Message to the Annual Conference of the African National Congress in Bloemfontein, 16-19 December 1955 // URL: http://uww.anc.org.za/ancdocs/history/lutuli/lutulil.html
6 Luthuli A. Let my people go... P. 153.
itituiitmiittitt 170 llllllllllllllltlfl


Полицейские преследования со стороны расистского режима лишали Лутули возможности выступать в печати и на митингах. За время пребывания на посту генерального президента АНК он дважды подвергался тюремному заключению и трижды, в общей сложности на девять лет, объявлялся «запрещенным», т. е. лишался свободы передвижения и права заниматься общественно-политической деятельностью. Только в короткие промежутки между этими запретами ему удавалось выступать на митингах и собраниях и публиковать свои статьи.
Такой «промежуток» в 1958 г. дал возможность Лутули выступить перед аудиторией белых южноафриканцев в Йоханнесбурге. В конце доклада Лутули сказал: «Я убежден, что наше представление о демократии в Южной Африке будет реализовано, потому что растет число людей, которые признают тот факт, что в Южной Африке, нравится нам этот или нет, мы представляем собой многорасовое общество... В нашем положении важно то, что все мы находимся здесь. И важно то, что этого изменить мы не можем. Мы все здесь, и никто не хочет и не должен желать изменить это. А поскольку мы все здесь, нам нужно искать путь к достижению демократии, чтобы мы могли жить в мире и гармонии на этой нашей земле. Все больше и больше людей приходят к пониманию этого и действуют в этом направлении»7.
В 1960 г. Лутули была присуждена Нобелевская премия мира, что стало символом признания его заслуг и международным признанием справедливости борьбы африканцев против режима апартхейда. Выступая с лекцией лауреата в 1961 г., Лутули сказал, что это высокая оценка его скромного вклада в усилия демократов по обе стороны цветного барьера найти мирное решение расовой проблемы. И далее о методах борьбы против угнетения: «В нашей ситуации мы по собственной воле выбрали путь ненасилия. Следуя этому пути, мы провели немало героических кампаний. Чтобы предотвратить катастрофу в Южной Африке, все усилия ее прогрессивных лидеров, моя жизнь и все мои силы были отданы продвижению этого метода в интересах страны, и мы бесстрашно несли за это наказания»8.
В 1959 г. Лутули снова отправили в ссылку в район Умвоти, где была его родная деревня, на пять лет, а когда срок ссылки вышел, его продлили. Здесь, несмотря на полицейский надзор и запрет покидать этот район, он продолжал политическую деятельность. Его борьба против апартхейда и присуждение Нобелевской премии в 1960 г. привлекли к нему внимание всего мира. В 1962 г. студенты избрали его почетным ректором Университета Глазго, а для помощи чернокожим южноафриканским студентам был основан Образовательный фонд Лутули.
В 1966 г. Роберт Кеннеди, бывший в то время сенатором США, посетил Лутули во время своего южноафриканского турне. Их разговор продолжался 70 минут. Кеннеди был покорен обаянием находившегося фактически под домашним арестом лидера АНК. Позднее сенатор отмечал: «Он (Лутули. - А. В.) один из самых ярких людей, которых я встречал в своих путешествиях по миру. Он наделен состраданием, пониманием и терпимостью. Он произвел на меня необычайно глубокое впечатление»9.
Жизнь Лутули прервалась из-за случайности. Сложилось так, что у Лутули 7 История Африки в документах... Т. 2. С. 474.
8 Lutuli A. Nobel Lecture: Africa and Freedom // URL: http://nobelprize.org/nobel_prizes/ peace/1 au reates/1960/1u t u 1 i - lectu re. ht m 1
9 Cape Argus. 1966. June 8 // URL: http://rfksafilm.org/html/media/africa/meeting.php
hi Himi >• ' mi Нинин


в последние годы сильно ослабло зрение, не все в порядке было и со слухом. Его обращения к властям о необходимости срочного лечения игнорировались в течение четырех месяцев. Это в конечном счете и повлияло на судьбу Лутули. 21 июля 1967 г. он переходил по железнодорожному мосту на другой берег реки и был сбит мчавшимся товарным поездом. Доставленный в ближайшую больницу в г. Стангер, через несколько часов Альберт Лутули умер.
Будучи в ссылке, Лутули не мог принимать непосредственное участие в создании в начале 1960-х годов боевой организации АНК под названием «Умконто ве сизве» («Копье нации»). У ее истоков стояли деятели ЮАКП и выходцы из Молодежной лиги АНК, среди которых ведущая роль принадлежала Н. Манделе. Сам Лутули принял образование «Ум- конто» как свершившийся факт, примирившись с неизбежностью перехода к вооруженной борьбе. Всей свой предшествующей деятельностью и жизнью А. Лутули доказывал свою приверженность принципам христианства и ненасилия. О его отношении к планируемым вооруженным акциям могло говорить и то, что, по словам Б. Бантинга, деятеля компартии и биографа Мозеса Котане, некоторые руководители АНК не хотели участвовать в открытых дискуссиях, опасаясь вето со стороны президента. В последующем А. Лутули упрекал Н. Манделу, что он не проконсультировался с ним и с первичными организациями АНК по вопросу перехода к вооруженной борьбе10 11. Но, возможно, не одобряя в душе насильственных действий своих соратников, А. Лутули никогда открыто не осуждал их, понимая неизбежность подобных действий в сложившихся условиях. В любом случае главная ответственность за развязывание вооруженной борьбы лежала на правительстве, которое практически лишило силы протеста возможности сколько-нибудь эффективно использовать легальные способы борьбы.
В июне 1964 г., когда на Ривонийском судебном процессе группа лидеров южноафриканского освободительного движения была приговорена к пожизненным срокам заключения, на заседании Совета Безопасности ООН было зачитано заявление Лутули в поддержку осужденных. В нем, в частности, говорилось: «В действительности, в течение предшествующей половины столетия притеснения и расовая дискриминация возросли до такой степени, что никто в сложившейся ситуации не может быть подвергнут моральному осуждению за обращение к насильственным методам, чтобы достигнуть расового равенства и свободы для угнетенных»11.
Лутули и после трагической гибели оставался символом африканского сопротивления расистскому режиму ЮАР. Когда в 1967 г. АНК предпринял первую крупную военную операцию совместно с отрядами Союза африканского народа Зимбабве (Zimbabwe African People’s Union, ЗАПУ) против сил ЮАР и Родезии, была отобрана специальная группа бойцов, которая стала известна как «отряд имени Лутули»12.
А.В. Воеводский, В.П. Городков
10 Бантинг Б. Мозес Котане - южноафриканский революционер. М., 1979. С. 371; Шубин ВТ. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999. С. 23.
11 Luthuli A. Letter to the Secretary-General of the United Nations U. Thant. March 9,1964 // URL: http://www.anc.org.za/ancdocs/history/lutuli/let640309.html
12 Шубин ВТ. Указ. соч. С. 91.
Ill f < £ IIIIIIIIIIIIIIIHII


Литература
Бантинг Б. Мозес Котане - южноафриканский революционер. М., 1979. (Перев. с англ.: Bunting В. Moses Kotane: South African Revolutionary. A Political Biography by Brian Bunting. L., 1975).
Городнов В.П. Мировоззрение и общественно-политическая позиция А. Лутули и Н. Манделы // Антиколониальная борьба и общественная мысль в Африке. М.» 1983.
Шубин В.Г Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999.
Callan Е. Albert Luthuli and South African Race Conflict. Kalamazoo, 1962.
Luthuli A. Let my people go. An Autobiography.
L., 1962.
Luthuli A J. Speeches of Chief Albert John Luthuli / Compiled by E. S. Reddy. Durban; Bellville, 1991.


Самуэль МАГАРЕРО
Samuel Maharero, 1854/1856—14Л 11.1923
Верховный вождь народа гереро в Юго-Западной Африке (Намибии), руководитель антиколониального восстания гереро в 1904 г.
При рождении получил имя Уэреа- ни. Его родителями были сын верховного вождя гереро Камагереро и его четвертая жена Катаре. В детстве он пас скот и учился стрелять из лука. Между десятью и двенадцатью годами подвергся обряду обрезания, как это было принято у гереро.
В 1863 г. его отец. Камагереро, стал верховным вождем гереро. В это время он закрепился в новой столице, Очимбинг- ве, где действовала станция немецкого Рейнского миссионерского общества. В конце 1863 г. рейнский миссионер Бринкер стал обучать детей Камагереро и других знатных гереро, в том числе и Уэреани, который быстро научился читать и писать. В 1866 г. он стал одним из первых шести учеников Августиниума - духовного училища, открытого рейнскими миссионерами в Очимбингве. Однако в 1868 г. его учеба была прервана военными действиями нама - группы народов, соперничавших с гереро с 1830-х годов в борьбе за гегемонию в регионе. Уэреани переселился в Окахандью и принял участие в жестоком сражении с нама.
В 1869 г. Уэреани принял крещение и получил христианское имя Самуэль. В 1871-1872 г. он продолжал обучение в Августиниуме, но в апреле 1872 г. покинул его по собственному желанию.
11 декабря 1872 г. в Окахандье он заключил брак с Йоханной Чизезетой. В этом браке у него было семеро детей, пять мальчиков и две девочки, рожденных между 1874 и 1888 годами.
В 1888 г. Магареро вместе с братьями посетил Кейптаун. Он провел там около четырех месяцев. Для молодого человека открылся целый мир: путешествие на корабле по морю, богатые растительностью ландшафты, так отличавшейся от сухих саванн и полупустынь его родины, прием у британского губернатора...
В 1880 г. в ходе возобновившихся между гереро и нама боевых действий погиб Вильгельм, старший брат Самуэля, которого все прочили в наследники Камагереро. Самуэлю все чаще давались важные поручения, в частности общение с рейнскими миссионерами, которые стремились добиться мира между гереро и нама. В 1884 г. он руководил атакой на солдат Яна Йонкера, предводителя нама.
21 октября 1885 г. Магареро вместе со своим отцом и еще тремя влиятельными гереро подписал договор о германском протекторате над Страной гереро. А после смерти Камагереро. последовавшей 27 октября 1890 г., стал верховным вождем гереро.
Еще при жизни Камагереро, 30 мая 1890 г., верховный вождь нама Хендрик Витбой обратился к нему с письмом, в котором писал: «Вам, верховному правителю Страны Дамара (так нама называли iiiiiiiiiiiiiiiiiii i/ч IIIIIIIIHIIIIIIIII


гереро. - А. Б.), пишу я сегодня это письмо. ... Я слышал и понял из письма д-ра Геринга, что Вы приняли германскую защиту, и что таким образом д-р Геринг получил власть и свободу действий и может теперь распоряжаться и приказывать насчет наших земельных отношений, а также насчет нашей войны, которая издавна идет между нами; поэтому я очень удивлен Вами и обижен на Вас ... мне же кажется, что Вы недостаточно подумали о своих интересах, о своей стране и народе, а также о своих потомках и о своей ... власти.... И тем не менее я надеюсь, что мы можем закончить эту войну миром»1.
Но ни Камагереро, ни его преемник Самуэль Магареро не вняли соображениям Витбоя. Витбой вновь призвал гереро к миру в письме от 20 мая 1891 г., и опять получил отказ. Тогда в сентябре 1891 г. Хендрик Витбой совершил нападение на Окахандью. Магареро лично руководил военными действиями против нама, в которых гереро под его руководством одержали победу. Это значительно прибавило Самуэлю авторитета среди подданных.
Военные действия между гереро и нама продолжались с переменным успехом. В июне 1892 г. глава германской колониальной администрации в Юго- Западной Африке Курт фон Франсуа предложил предводителю нама Хендрику Витбою заключить договор о протекторате. Витбой решительно отказался. Тогда фон Франсуа решил справиться с Витбоем с помощью гереро, предложив вместе атаковать его. Перед лицом этой угрозы Витбой обратился с письмом к Самуэлю Магареро, в котором предлагал заключить с ним мир. Магареро пошел на мирные переговоры, сделав своим парламентером капитана бастеров (одной из метисных этнических групп) Ван Вийка. Магареро писал Ван Вийку 23 августа 1892 г.: «Все зависит от Хендрика - мир или война. И если правда, что он опускает перед Вами свои руки и дал Вам полномочия на заключение мира между нами - я за мир»1 2. Мирный договор между гереро и нама, заключенный в конце октября 1892 г., был важной вехой в истории Намибии.
В 1893-1894 гг. ряд старейшин гереро, в частности Никодемус и Риаруа, попытались оспорить верховную власть Самуэля. В подтверждение своего статуса с мая 1893 г. он стал подписывать все свои письма как «верховный вождь Страны гереро». Кроме того, Магареро стал искать поддержки у немецких властей. Он посетил первого главу германской администрации протектората Курта фон Франсуа 18-19 декабря 1893 г., а затем установил добрые отношения с новым губернатором Германской Юго-Западной Африки Теодором Лейтвейном.
Лейтвейн открыто поддержал Самуэля в борьбе против династических соперников за верховную власть. 23 июня 1894 г. он с тридцатью солдатами и пушкой выдвинулся в сторону лагеря Самуэля. На следующий день Лейтвейн встретился с Самуэлем, а затем участвовал в мирных переговорах между старейшинами гереро. В результате его поддержки династические соперники Самуэля признали его верховную власть.
3 декабря 1894 г. Лейтвейн с солдатами прибыли в Окахандью. На переговорах, открывшихся 6 декабря, Лейтвейн предложил Самуэлю 2000 немецких марок ежегодно за поддержание мира и порядка на его территории. В обмен Лейтвейн добился разрешения построить немецкий форт на территории гереро - в Очимбингве. Одновременно была произведена демаркация границ Страны гере1 История Африки в документах. 1870-2000: В 3 т. М., 2005. Т. 1. С. 380, 381.
2 Witbooi Н. Afrika den Afrikanern: Aufzeichnungen eines Nama-Häuptlings aus den Zeiten der deutschen Eroberung Südwestafrikas von 1884 bis 1894. Berlin; Bonn, 1982. S. 155.
iiiiiiiiiiiiiiniii //j iiiiiiiiiiiiiiniii


ро, где главной проблемой была южная граница. Лейтвейну удалось отодвинуть естественную границу Страны гереро на север, в результате в распоряжение немецких властей попало большое количество плодородных земель, объявленных собственностью германской короны.
Магареро подчеркивал свои добрые отношения с Лейтвейном в письме германскому императору Вильгельму II от 15 марта 1896 г.:
«Очимбингве, 15 марта 1896 года.
Очень благородному, высокому Величеству кайзеру.
Я делаю Вашему Величеству эти несколько предложений. Я еще молод и здоров, наш союз все еще добрый, и мы понимаем друг друга пока во всем, что мы делаем. Однако такое взаимопонимание, о котором я здесь веду речь, исходит не от всех. Оно исходит прежде всего от ландесгауптманна майора Лейтвейна. Я думаю, что он действует по отношению к нам исключительно по Вашему приказу. Поэтому я и все мои люди выражают такую просьбу: пусть майор Лейтвейн останется здесь, пусть он останется у нас в Юго-Западной Африке. Об этом я прошу Ваше Величество Кайзера от всего сердца.
Однако я слышу о многих вещах, в частности о том, что многие люди пишут в Германию письма, в которых жалуются на ландесгауптмана майора Лейтвейна. Но все письма, которые они о нем пишут - это неправда. Я напишу Вашему Величеству все мои мысли. Это маленькое письмо я посылаю через своего человека, которому доверяю, и прошу Ваше Величество, будьте великодушны и позвольте ему лично передать Вам это маленькое письмо. Позвольте ему также устно высказать Вашему Величеству несколько слов, которые я передал для Вас. Об этом я прошу от всего сердца Ваше Величество и прошу Вас высочайше позволить ему прийти к Вам со всеми его людьми.
На этом я заканчиваю сердечными приветами от всех моих людей Вашему Благородному Высокому Величеству Кайзеру. Я, верховный вождь всей Страны гереро. Самуэль Магареро»3.
Лейтвейн, со своей стороны, писал о Самуэле Магареро: «Магареро - крупный, приятный тип, с гордой осанкой, отсюда он имеет царственную внешность, к тому же он не лишен духа и разума, однако зато имеет некоторые недостатки характера. Он уделяет большое внимание собственным правам.... За наличие у него подлинно властных черт говорит то, как ему удалось из положения с трудом признаваемого, безвластного верховного вождя сделаться сильным вождем»4.
В результате Магареро стал важным элементом «системы Лейтвейна» - косвенного управления Германской Юго- Западной Африкой. Более того, он и его солдаты участвовали в подавлении вооруженного сопротивления германским колонизаторам других народов Юго-Западной Африки. Так, в марте- мае 1896 г. он поддержал колониальные власти в борьбе против мбандьеру - восточных гереро.
Однако в начале 1904 г. Самуэль Магареро возглавил Великое восстание гереро против немецких колонизаторов. Вот что писал о причинах этого восстания немецкий колониальный чиновник в ЮЗА П. Рорбах:
«...Исходя из существующего положения вещей, восстание гереро разразилось бы и в том случае, если бы во всей Стране гереро не было ни одного белого торговца. Торговцы своими самоуверенными далеко идущими жестокими действиями, конечно, сделали много (вернее, больше всех) для ожесточения 3 История Африки в документах. 1870-2000... Т. 1. С. 382.
4 Leutwein Th. Elf Jahre Gouverneur in Deutsch-Südwestafrika. Berlin, 1906. S. 306.
iiiiiiiminiiiiii I/O iiiiiiiiiiiiiiiiiii


гереро и, увеличив число малоимущих, особенно пострадавших от них, значительно облегчили вождям и крупным кланам, поднявшим восстание, задачу повести за собой массы. Однако суть восстания заключается в другом обстоятельстве, имеющем две стороны. Гереро, будучи издревле свободолюбивым всепобеждающим и безгранично гордым народом, с одной стороны, с годами все более тяжело переживали расширение немецкого господства, свое собственное унижение и лишение собственности, с другой же стороны, - и это явилось решающим - немецкое господство в том виде, как оно осуществлялось на практике, создавало у гереро впечатление, что они в конечном итоге сильнее немцев.
...Переход земель гереро в руки белых, разорение средних и мелких владельцев скота торговцами и многое другое, что делалось, безусловно, укрепило их решимость восстать, война с бондельсвартами и оставление колониальными частями Страны гереро сделали именно настоящий момент привлекательным для начала восстания, однако все эти факторы не были первопричиной восстания»5.
А вот что писал сам Магареро Хендрику Витбою: «Вся наша покорность и терпение по отношению к немцам не помогают, ведь каждый день они кого- нибудь убивают ни за что ни про что. Брат мой, не держите своего прежнего слова, чтобы остаться в стороне от восстания, нет, пусть вся Африка сражается с немцами: лучше умереть, сражаясь, чем от жестокого обращения, тюрем или каких-либо иных причин»6. Это письмо, правда, не попало в руки адресата, и Витбой поначалу остался в стороне от восстания, что и предопределило в значительной мере его трагический исход.
Перед началом восстания Магареро обратился к своему народу с такими словами: «Я, верховный вождь гереро Самуэль Магареро, повелеваю своим людям соблюдать закон и справедливость и впредь не трогать англичан, бастардов, горных даммара, нама и буров. С ними мы воевать не будем. Я поклялся, что наши планы останутся в тайне ото всех, даже от миссионеров»7.
Начав восстание 12 января 1904 г., гереро быстро захватили практически всю Страну гереро и большое количество скота немецких поселенцев. Они блокировали главные форты немцев в Виндхуке, Окахандье и Омаруру. Немцы же не решались дать гереро открытое сражение, ограничившись снятием блокады со своих фортов.
На первом этапе войны с гереро (январь-июнь 1904 г.) немецкими войсками командовал Т. Лейтвейн. Он использовал свой старый метод, сочетая чисто военные действия с дипломатическими. Прибыв в Свакопмунд в феврале, он первым делом направил Самуэлю Магареро письмо. Тем самым он рассчитывал узнать, где именно сосредоточены основные силы гереро. Затем Лейтвейн разделил своих солдат на три группы - восточную, западную и центральную (главную). Восточная группа в марте-апреле 1904 г. вела бои с гереро, в результате которых понесла значительные потери. Это, а также вспышка тифа заставили Лейтвейна расформировать восточную группу, в которой сохранилось менее Уз личного состава.
Западная группа была объединена с центральной. 9 апреля гереро атаковали ее при Онганьире, а 13 - при Овиумбо.
5 История Африки в документах. 1870-2000... Т. 1. С. 384.
6 Цит. по: Балезин А.С., Притворов А.В., Слипченко СЛ. История Намибии в новое и новейшее время. М., 1993. С. 79.
7 Там же.
iiiiiitiiiiiiiiiiii //V iiiiiiiiiiiiiiniii


В этом бою часть немцев была окружена, и Лейтвейн срочно отступил. Крупное поражение немцев при Овиумбо заставило Берлин сменить командующего немецкими войсками и назначить на эту должность генерал-лейтенанта Л. фон Троту, прибывшего в Юго-Западную Африку И июня 1904 г. С этого момента начался второй этап войны с гереро.
Гереро применяли полупартизанские методы. Их вооружение и боеприпасы никак не шли в сравнение с тем, что имели немцы, но они умело использовали численное преимущество, знание местности, неожиданность. Они старались не трогать женщин и детей колонистов в отличие от немцев, которые поступали наоборот. Жестокость немцев вызвала даже депутатский запрос социал-демократов в рейхстаге, сделанный Августом Бебелем в марте 1904 г. Надо сказать, что женщины- гереро всячески поддерживали своих мужчин. В частности, во время сражений они находились в арьергарде, создали своеобразную группу поддержки, хором исполняя ставший знаменитым речитатив: «Кому принадлежит Страна гереро? Нам принадлежит Страна гереро!»
За январь-апрель 1904 г. немцы потерпели не только несколько крупных поражений, но и потеряли около 200 человек, а гереро, значительно превосходившие их по численности, - около 250 человек.
На втором этапе войны с гереро Лотар фон Трота прежде всего попытался укрепить коммуникации в Стране гереро и с этой целью потребовал от германского правительства дополнительных ассигнований на строительство Отавийской железной дороги. Ассигнования были выделены, однако из-за забастовки итальянских рабочих дорога эта не была доведена до Омаруру к концу 1904 г., как того требовал фон Трота, а достигла этого пункта лишь к концу августа 1905 г. Затем Трота затребовал подкрепление, и в мае - начале июня из Гамбурга прибыло пять транспортных судов с 2000 солдат, 200 офицерами, артиллерией и лошадьми.
Получив подкрепление, фон Трота стал готовиться к решительному сражению с гереро. Оно произошло 11-12 августа 1904 г. у Хамакари, близ Ватерберха. Значительные силы немцев, разделенные на четыре подразделения и подкрепленные 30 пушками, 12 пулеметами, в битве при Хамакари (более известной как битва при Ватерберхе) сделали свое дело: гереро дрогнули и отступили. «Дойч- Зюдвестафриканише цайтунг» сообщала тогда: «Намерение гереро было ясным - отступить со своим скотом в сторону вельда Каоко. Однако этому плану воспрепятствовали передвижения подразделения фон Фидлера и маршевый маневр подразделения Димлинга»8.
Гереро пришлось отступать на северо-восток - в сторону пустыни Омахеке. Немецкие солдаты преследовали их и следили за тем, чтобы они не отклонялись от маршрута. Примерно к 20 августа гереро были загнаны на край пустыни. Затем Трота приказал отогнать их от последних источников воды. 2октября 1904 г. Трота обратился к гереро со следующей печально известной прокламацией:
«Я, великий генерал немецких солдат, обращаюсь с этим письмом к народу гереро. Гереро не считаются более немецкими подданными. Они убивали, грабили, отрезали у раненых солдат уши, нос и другие части тела, а теперь из трусости не хотят больше воевать. Я говорю народу: каждый, кто приведет одного из капитанов или пленного в один из моих фортов, получит 1 тыс. марок; кто приведет Самуэля Магареро, получит 5 тыс. марок. Все гереро должны поки8 Цит. по: Балезин А.С., Притворов А.В., Слипченко С А. История Намибии в новое и новейшее время. М., 1993 С. 81.
iiiiiiiiritiimin 178 IIIIIIIIHIIIIIIIII


нуть страну. Если народ этого не сделает, я заставлю его сделать это с помощью больших труб (пушек. - А. Б.). В пределах немецких границ каждый гереро, с оружием или без него, со скотом или без него, будет застрелен. Я не принимаю больше женщин и детей, прогоняю их назад к своему народу или велю стрелять в них. Таковы мои слова к народу гереро. Великий генерал могущественного Кайзера фон Трота»9.
Таким образом, Трота сознательно вел дело к уничтожению гереро как этнической общности. Все попытки со стороны гереро начать переговоры были тщетными. Известность получил эпизод, происшедший в Омбакахе, куда были приглашены капитаны гереро для переговоров. 2 ноября 11 старейшин и около 60 воинов явились в Омбакахе, но были разоружены и в конце концов расстреляны. Такие действия Троты вызвали недовольство со стороны Т. Лейтвейна, но Берлин поддержал фон Троту и отозвал Лейтвейна из Юго-Западной Африки. Впоследствии, в декабре 1904 г., кайзер послал Троте телеграмму, разрешающую гереро сдаваться. Было решено, что сдавшихся гереро с помощью миссионеров будут поселять в резерватах.
У тех гереро, которых загнали в безводную пустыню, было два выхода — либо оставаться там и умереть без пищи и воды, либо попробовать выбраться из нее. Одним из возможных направлений выхода было восточное, в английскую колонию Бечуаналенд (ныне Ботсвана). Из 50-60 тыс. гереро, по некоторым данным, согнанных в пустыню, в Бечуаналенд сумело пробраться около тысячи. Среди них был и сам Магареро, которому разрешили поселиться с его людьми неподалеку от озера Нгами. Британские власти запретили гереро иметь капитанов, и Магареро жил среди своих подданных как простолюдин.
В 1907 г. Самуэль Магареро переселился в Трансвааль, где для него сроком на 25 лет была арендована ферма. По контракту он признавался главой всех гереро, которые будут проживать с ним, но каждый из гереро-мужчин, достигший 18-летнего возраста, должен был отработать 6 месяцев ежегодно на горнодобывающую компанию, которая оплатила аренду фермы. За каждого Магареро получал от 1 до 2 фунтов.
Магареро отправился в Трансвааль в сопровождении 110 мужчин и 140 женщин и детей, а также 116 голов крупного и 30 голов мелкого рогатого скота. Условия для ведения хозяйства в отдаленной части Трансвааля на берегу реки Палала были не самыми лучшими, и часть гереро покинула ферму. К 1917 г. на ферме Самуэля жило 20 мужчин, 24 женщины и 11 детей. У них было 260 голов крупного и 70 голов мелкого скота10.
В конце 1922 г. Самуэль Магареро вернулся в Бечуаналенд, где и умер 14 марта 1923 г. Перед смертью он выразил желание, чтобы его похоронили в Окахандье, на его родине. 26 августа 1923 г. его желание было выполнено. Гереро задумали поставить памятный знак на его могиле и объявили сбор денег. 18 мая 1924 г. памятный крест был установлен и стоит там до сих пор.
А.С. Балезин Литература
Балезин А.С., Притворов А.В., Слипченко СА. История Намибии в новое и новейшее время. М., 1993.
Дрекслер X. Юго-Западная Африка под германским колониальным господством. 1884-1915. М., 1987.
Pool G. Samuel Maharero. Windhoek, 1991.
9 Дрекслер X. Юго-Западная Африка под германским колониальным господством. 1884- 1915. М., 1987. С. 148,149.
10 Pool G. Samuel Maharero. Windhoek, 1991. P. 289.
iiiiiiiiiiumiiii Ity iiiiiiiii(iiiii«iii


MAKOMA
Maqoma kaNgqika, 1798(?)-12.VIIL1873
Лидер антиколониального сопротивления коса в Южной Африке; старший сын правителя (инкоси) амахахабе коса Нгкики, в 1829-1840 гг., после смерти отца, являлся регентом малолетнего наследника Сандиле.
Известность среди своих соплеменников Макома получил благодаря личной отваге, проявленной во время битвы между отрядами Нгкики и Ндламбе при Амалинде (территория Сискея в современной провинции ЮАР Восточный Кейп) в октябре 1818 г. Сражение должно было разрешить давний спор о верховенстве между главами двух соперничавших между собой ветвей правящего рода коса - амахахабе. Нгкика потерпел сокрушительное поражение, и лишь открытое вмешательство колониальных властей позволило ему сохранить положение главы амахахабе.
В начале 1820-х годов Макома вместе со своими людьми обосновался на границе с Капской колонией в долине реки Кат и начал проводить не зависимую от своего отца политику. Он выступал противником сотрудничества с колониальными властями. Вокруг него сплотилось много молодых воинов, которые в наибольшей степени страдали от нападений отрядов бурских фермеров и англичан, сокращения пастбищных угодий и запрета на организацию набегов на соседние общины. Противостояние между колонистами и Макомой закончилось изгнанием последнего в 1829 г. из долины реки Кат, которая входила в состав так называемой «нейтральной территории», созданной колониальными властями на землях коса после пограничной («кафрской») войны 1818-1819 гг.1
Наступление на земельные права африканцев, изгнание их с исконных территорий, где находились могилы предков, а также постоянные реквизиции скота привели к росту массового недовольства среди коса. Став фактически во главе амахахабе в 1829 г., Макома был одним из организаторов и вдохновителей сопротивления коса. Очередная пограничная («кафрская») война, начавшаяся в декабре 1834 г. и продолжавшаяся до конца 1835 г., вошла в историю как «Война Макомы». По своим масштабам она превосходила все предшествующие войны. В колонию вторглись от 12 до 15 тыс. коса, было уничтожено 455 ферм, десятки тысяч голов скота были захвачены у европейских фермеров - буров и англичан. В ходе ответных военных операций колониальные войска вторглись далеко в глубь территорий коса. Был захвачен в плен и убит при попытке к бегству Хинца, почитавшийся 1 Stapleton TJ. Maqoma: Xhosa Resistence to Colonial Advance 1798-1873. Johannesburg, 1994. P. 30-61.
■iiiiniiiiiiiiiiii 180 i


как старейшина всего правящего рода коса2. В итоге африканцы потерпели очередное поражение, а значительная часть их территорий - междуречье рек Грейт- Фиш и Кейскамма была аннексирована и составила новое английское владение- Провинция королевы Аделаиды.
Поражение в войне оказало большое воздействие на Макому. Он даже планировал переселиться вместе со всеми своими людьми подальше от границ колонии, но отказ английского правительства от вновь приобретенных владений в Южной Африке заставил Макому пересмотреть свою политику. В последующие годы он, с одной стороны, пытался упрочить свою власть, при этом активно прибегал к услугам колдунов и прорицателей - игг'иха, с чьей помощью он расправлялся со своими противниками и присваивал себе их скот. Тем самым восстанавливался его авторитет как инкоси. Одновременно Макома старался установить мирные отношения с Капской колонией, для чего он пытался использовать миссионеров, которым позволил поселиться на своей территории.
Сам Макома достаточно скептически относился как к традиционным знахарям и колдунам, так и к христианским миссионерам, стараясь использовать и тех и других в своих целях. «Я не верю в колдовство, но я не могу воздействовать на сердца всех моих людей. Наши предки и весь народ придерживались этого обычая (наказания смертью за колдовство. - А. В.) - это часть наших законов. Люди верят и боятся магии колдуна... Я не могу изменить воззрения всего народа. Только Бог может сделать это», - указывал Макома в одном из посланий к колониальным властям3. Но сторонником христианства он также не стал, сохранив преданность обычаям и традициям своего народа. Согласно сведениям, собранным одним из первых писателей-коса С. Мг’айи, больше всего Макому раздражало в деятельности миссионеров то, что принявшие христианство коса были потеряны для своей общины и инкоси4.
Во время очередной пограничной войны коса с Капской колонией в 1846- 1847 гг. Макома отказался вступать в вооруженный конфликт с колонистами, но английские власти все же выслали его в Порт-Элизабет, подальше от места ведения боевых действий. Здесь Макома был подвергнут одному из самых серьезных унижений в своей жизни. Назначенный в 1847 г. губернатором Капской колонии Г. Смит потребовал от инкоси выразить свою покорность, склонившись перед ним, и в присутствии множества свидетелей поставил на его голову свою ногу5.
После войны 1847 г. все земли коса в междуречье рек Кейскамма и Кей составили новое владение Англии - Британская Кафрария. В этих условиях Макома возглавил антиколониальное сопротивление коса. Он убедил Сандиле, ставшего по достижении совершеннолетия главой рода Нгкики, использовать для объединения всех коса в борьбе с колонистами прорицателя (игг’иха) Мланджени, объявившего, что ему было видение, в котором предки коса восстали из мертвых и прогнали белых обратно в море. Его последователи считали, что он обладал секретом вечной жизни и мог победить саму смерть, защитив воинов свои2 Giliomee Н. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004. P. 142,143.
3 British Parliamentary Papers. Colonies. Africa. Vol. 23. Correspondence Regarding the Kaffir Tribes and Ordinance of the Cape Assembly, 1851-1852. Shannon, 1970. P. 478.
4 Mqhayi S.E.K. Abantu Besizwe. Historical and biographical writings, 1902-1944 / Ed. and trans, by J. Opland. Johannesburg, 2009. P. 126.
5 British Parliamentary Papers. Colonies. Africa. Vol. 4. Report from the Select Committee on the Kafir Tribes with Proceedings, Minutes of Evidence, Appendix, and Index. Shannon, 1968. P. 387.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IÖI IIIIIIIIHIIIIIIIII


ми чарами от пуль противника6. Новая война, начавшаяся в 1850 г., отличалась особым ожесточением и продолжалась три года. И хотя коса снова потерпели поражение и часть их земель была конфискована в пользу европейских колонистов, им удалось отстоять право жить согласно своим обычаям и сохранить власть своих наследственных правителей и старейшин.
Макома являлся в этот период одним из самых авторитетных лидеров коса. Пытаясь достичь единства своего народа, он вел переговоры с представителями рода Ндламбе, чтобы действовать согласованно в отношениях с Капской колонией. Однако потеря исконных территорий обитания, сокращение поголовья скота в результате войн и эпизоотии 1855- 1856 гг. поставили общество коса на грань жесточайшего кризиса, который не мог быть разрешен доступными способами. Последующие события, в которых большую роль сыграл Макома, фактически подвели итог почти столетней борьбе коса за собственные земли и независимость.
В начале 1856 г. по всей восточной границе Капской колонии распространилось новое пророчество. Его провозвестницей стала юная девушка Нонгг’авусе, которой якобы явились посланники давно умерших предков. Согласно откровению, они велели передать всем живущим, что мертвые готовятся восстать из своих могил, но для этого люди должны убить весь свой скот, ставший «нечистым» из-за того, что они ухаживали за ним руками, пораженными колдовством. Также для выполнения пророчества необходимо было перестать возделывать землю и уничтожить все свои запасы продовольствия7. Коса верили, что с возвращением предков к ним вернется изобилие, а белые пришельцы будут изгнаны с их земли. Повсюду циркулировали слухи, что их предки уже воюют с англичанами за морем8. В такой причудливой форме до африканцев дошли слухи о Крымской войне, в которой Великобритания действительно понесла серьезные потери.
Подавляющее большинство вождей и простых общинников коса безоговорочно поверили этим предсказаниям. Около 85% всех взрослых мужчин коса уничтожили свой скот и посевы. Современными исследователями подсчитано, что было убито около 400 тыс. голов скота, а от последовавшего за этим голода умерло около 40 тыс. человек. Еще примерно столько же покинуло свои дома в поисках пропитания9. Население только одной Британской Кафрарии, насчитывавшее в начале 1857 г. 104 тыс. человек, к его концу составляло только 37 тыс.10
Роль Макомы в этих событиях до сих пор еще не до конца ясна. Его биограф Т. Стейплтон утверждает, что он стал одним из лидеров нового «пророческого» движения вынужденно, пытаясь сохранить свои позиции инкоси, в значительной степени подорванные европейской колонизацией. Он стремился использовать ситуацию для упрочения своего ав6 Christianity in South Africa: A Political, Social, and Cultural History. Berkeley; Los Angeles, 1997. P. 81,82.
1 Jordan A.C. Towards an African Literature: The Emergence of Literary Form in Xhosa. Berkeley, 1973. P. 70, 71.
8 British Parliamentary Papers. Colonies. Africa. 25. Papers Regarding Kafir Tribes and the Affairs of Cape Colony, 1852-1858. Shannon, 1970. P. 491,492, 500.
9 PeiresJ.B. The Central Beliefs of the Xhosa Cattle-killing //Journal of African History. 1987. Vol. 28. № 1. P. 43.
10 A Compendium of Kafir Laws & Customs. Grahamstown, 1906. P. 151.
Ill IIIIIIIIHIIIIIIIII


торитета и влияния. Саму причину распространения пророчества Т. Стейплтон видит в противостоянии простых общинников и традиционных правителей. Уничтожение скота, принадлежавшего большей частью представителям родовой аристократии, должно было окончательно подорвать влияние инкоси11. По мнению Т. Стейплтона, движение в поддержку пророчества Нонгг’авусе носило такой же характер, что и средневековые крестьянские восстания в Европе. Их участники стремились уничтожить все, что было связано с феодальными порядками.
Южноафриканский исследователь Джеффри Пейрис, один из крупнейших специалистов по истории коса в колониальный период, видит в событиях 1856- 1857 гг. реакцию африканцев на жесточайший социально-экономический и мировоззренческий кризис, в котором они оказались в результате европейской колонизации. По его мнению, общество коса было разделено в этот период главным образом на тех, кто получил выгоды от сотрудничества с Капской колонией - их было меньшинство, и всех остальных, потерявших вследствие колонизации и эпизоотии 1855-1856 гг., вызвавшей массовый падеж скота, практически все источники своего существования11 12.
В 1857 г. Макома был арестован колониальными властями по обвинению в убийстве одного из лидеров коса, выступавших против уничтожения скота и посевов. Макома был приговорен к 21 году заключения на острове Роббен, где помимо него также находились семь других представителей наиболее влиятельных родов коса, принявших активное участие в исполнении «пророчества» Нонгг’авусе. В 1869 г. Макома был отпущен на свободу, но находился на воле недолго. Вернувшись домой, он попытался снова обосноваться на своих родовых землях, арендовав ферму в окрестностях Форт-Бофорт на востоке Капской колонии. К нему стразу же стали стекаться сотни бывших последователей, под его началом оказалось несколько тысяч человек. Это вызвало беспокойство колониальных властей и за «подстрекательство к мятежу» он был снова взят под стражу в 1871 г. и отправлен на о. Роббен. Лишенный связи с домом и родными, проведя последние годы жизни в нищете, он умер в сентябре 1873 г.
Макома вошел в историю своего народа как великий воин и лидер сопротивления европейским колонизаторам. В полной мере его военный талант раскрылся во время войны 1850-1853 гг., когда он блокировал в канун Рождества 1850 г. губернатора Капской колонии Г. Смита в Форт-Коксе и стал организатором партизанской борьбы против колониальных войск. Главными составляющими его успеха на первоначальном этапе войны стали отличное знание местности, грам отное ис пол ьзова н ие особенностей ее рельефа и внезапность нападений, что не позволяло англичанам воспользоваться превосходством, которое давало им огнестрельное оружие. Лишь прибытие подкреплений из Англии и тактика выжженной земли, к которой прибегали колониальные войска, позволили сломить сопротивление коса к началу 1853 г. Последние же годы жизни Макомы стали отражением всей трагедии его народа, который, по выражению самих африканцев, «был сокрушен и повержен».
А.В. Воеводский
11 Stapleton TJ. Ор. cit. P. 179-183.
12 Peires J.В. ‘Soft’ Believers and ‘Hard’ Unbelievers in the Xhosa Cattle-Killing //Journal of African Historv. 1986. № 3. P. 443-461.
IIIIIIIIIIIIIIIHII / Oy IIIIIIIIIIIIIIIHII


Литература
Давидсон А.Б. Южная Африка // История национально-освободительной борьбы народов Африки в новое время. М., 1976.
Peires J. The House of Phalo: A History of the Xhosa People in the Days of Their Independence. Berkeley, 1982.
Peires J. The Dead Will Arise: Nongqawuse and the Great Xhosa Cattle-Killing Movement of 1856-7. Johannesburg, 1989.
Stapleton T.J. Maqoma: Xhosa Resistence to Colonial Advance. 1798-1873. Johannesburg, 1994.


Даниель Франсуа МАЛАН
Daniël François Malan,
22.V.1874-7.II.1959
Политический и церковный деятель Южной Африки, премьер-министр ЮАС (1948-1954).
Родился в семье потомков переселенцев-гугенотов, прибывших в Южную Африку после отмены во Франции Людовиком XIV Нантского эдикта1 в 1688 г. Семейство Маланов жило по соседству с фермой родителей Яна X. Смэтса, будущего премьер-министра ЮАС и одного из авторов устава Лиги Наций. Отец Малана был сторонником Африканер Бонда (Союз африканеров, Afrikaner Bond) - умеренно националистической партии, выступавшей за сохранение национально-культурного своеобразия африканеров и повышение их роли в управлении британской Капской колонией. Таким образом, его будущая политическая ориентация уже была предрешена в юности. Последующие трагические события в истории африканеров - Англо-бурская война 1899-1902 гг. и потеря независимости Трансвааля и Оранжевого Свободного государства - еще в большей степени обострили национальные чувства Даниеля, как и многих других его современников.
Не отличаясь крепким здоровьем, Малан избрал для себя карьеру теолога. В 1899 г. он получил степень магистра философии в колледже Виктория в Стелленбосе. Свое образование он продолжил в Европе в Утрехтском университете, где был удостоен степени доктора теологии в 1905 г. В годы пребывания в Европе Малан познакомился со многими лидерами африканерского сопротивления в годы Англо-бурской войны: Луисом Ботой, Кристианом де Ветом, Паулусом Крюгером и другими1 2.
Вернувшись в Южную Африку, стал священником Голландской реформатской церкви Южной Африки (Neder- duits Gereformeerde Kerk, НГК). Главными направлениями своей деятельности он избрал восстановление единства реформатской церкви в Южной /\фрике, борьбу за признание языка африкаанс в качестве равноправного языка наряду с английским и голландским и помощь «белым беднякам», большинство из которых составляли африканеры. Языковому вопросу он придавал особое значение. Начало его широкой общественной деятельности как раз связывают с призывом, с которым он выступил в 1908 г.: «Возвысьте африкаанс до положения письменного языка, дайте ему стать движущим механизмом нашей культуры, нашей истории, наших национальных 1 Нантский эдикт, изданный королем Франции Генрихом IV в 1598 г., даровал гугенотам (сторонникам учения Ж. Кальвина) религиозные свободы и права.
2 Dictionary of South African Biography: In 5 Vols. / Ed. by W.J. de Kock. Cape Town, 1968— 1987. Vol. 3. P. 563,564.
HNJIIIItltlllllll 18j lllllllllllllllllll


идеалов и вы также возвысите народ, который на нем говорит»3. В 1909 г. он принимал активное участие в основании Южноафриканской академии языка, литературы и искусства (De Zuid-Afrikaanse Akademie voor Letteren en Kunst).
До начала Первой мировой войны Малан воздерживался от прямого участия в политике, но восстание африканеров осенью 1914 г. против власти Великобритании выдвинуло его на политическую авансцену. Он возглавил движение в защиту приговоренного к смерти майора-африканера Иопи Фурье, попытался добиться аудиенции у Я.Х. Смэтса, занимавшего пост министра обороны в правительстве Л. Боты, но, несмотря на все усилия, приговор был приведен в исполнение. Сам Малан рассматривал этот эпизод как поворотный пункт в своей жизни. Уже в 1915 г. он покинул службу в церкви и стал редактором газеты «Де Бюргер» - официального органа основанной в 1914 г. Джеймсом Б.М. Герцогом Национальной партии (Die Nasionale Party, НП), выступавшей с открытых проафрика- нерских позиций и осуждавшей участие ЮАС в Первой мировой войне на стороне Великобритании. На учредительном съезде в Миддлберге в сентябре 1915 г. он был избран председателем Национальной партии Капской провинции4. С 1919 г. Малан являлся членом нижней палаты южноафриканского парламента.
После окончания Первой мировой войны в Южной Африке произошли важные изменения в расстановке политических сил. Значительная часть фермеров-африканеров разорялись и они пополняли слой белых бедняков. Усиливалась и их миграция из сельской местности в города и прежде всего на горно-промышленные предприятия Витватерсранда, где они составили значительную часть рабочих-горняков. Но владельцы горнорудных компаний, стремясь сэкономить и снизить издержки в условиях послевоенного кризиса, начали все активнее привлекать на шахты африканских рабочих, что сильно ударило по интересам белых горняков. 10 января 1922 г. была объявлена всеобщая забастовка, которая переросла в вооруженные столкновения с полицией. Восставшие объявили о провозглашении республики и обратились с просьбой к НП поддержать их действия. Восстание в итоге было жестоко подавлено, против бастовавших горняков были брошены войска, применялась авиация. Хотя правительству Я.Х. Смэтса удалось восстановить свой контроль над районами Витватерсранда, популярность правящей Южноафриканской партии резко упала. В 1923 г. было принято решение Верховного суда ЮАС, объявлявшее «цветной барьер» противоречащим гражданскому праву, в результате чего у предпринимателей были развязаны руки для найма рабочих-неевропейцев5. На внеочередных всеобщих выборах (1924 г.) НП в союзе с Лейбористской партией (Labour Party, ЛП) получила контроль над парламентом и было образовано коалиционное правительство во главе с Д. Герцогом. Д. Малан занял в нем пост министра внутренних дел, образования и здравоохранения (Public Health). Одним из первых законопроектов, выдвинутых Маланом на этом посту, стало придание африкаансу статуса государственного языка наравне с англий3 Giliomee Н. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004. P. 366.
4 Бантинг Б. Становление южноафриканского рейха. М., 1964. С. 39-43.
5 Тихомиров В.И. Партия апартеида. Социально-политическая эволюция Националистической партии ЮАР. М., 1987. С. 41-44.
iiniiiiiiiiiitK и / ОО IIIIIIIIHIIIIIIIII


ским и голландским6. Он приветствовал принятие декларации Бальфура в 1926 г., расширявшей права британских доминионов. В мае того же года, выступая в южноафриканском парламенте, он заявил: «Ничего похожего на империю теперь не существует, потому что империя подразумевает одно государство. ... То, что существует сегодня, не более как ... сообщество британских наций, которые свободны как поддерживать это единство, так и разделиться и идти каждая своим собственным путем»7.
Вплоть до своей отставки в 1933 г. Д. Малан принимал деятельное участие в разработке и продвижении в парламенте законопроектов, направленных на дальнейшее ограничение политических прав африканцев и установление «цветного барьера». Однако Малан не принял идею Д. Герцога об объединения НП с Южноафриканской партией (South African Party) Я. Смэтса в 1934 г. Фундаментальным пунктом расхождения стало отношение к Британской империи. Для Малана и его единомышленников конечной целью всегда было обретение полной независимости от Великобритании, они не верили в возможность интеграции двух белых общин Южной Африки. Маланисты отвергали веру Д. Герцога в то, что южноафриканцы- англичане будут считать ЮАС своей Родиной в такой же степени, как и африканеры. Также они опасались, что слияние приведет к доминированию внутри партии крупного капитала горнопромышленников в противовес интересам рабочих-африканеров8. О стремлении опереться на наиболее консервативные националистически настроенные круги среди африканеров говорило его вступление в 1934 г. в ряды тайной организации - Африканер Брудербонд9.
В ноябре 1934 г. было официально объявлено о образовании Очищенной национальной партии (Gesuiwerde Nasionale Party, ГНП), основу которой составили старая капская НП и сторонники Малана из северных провинций. Среди последних выделялись лидер НП Оранжевой провинции Н. ван дер Мерве и будущий премьер-министр ЮАС Й.Г. Стрейдом. В принятой в 1935 г. «Программе принципов» говорилось, что целью деятельности партии является достижение республиканской формы правления, но при этом большинство членов ГНП выступали за конституционные принципы борьбы и сохранение равенства двух языков белого населения10. Малан стал лидером оппозиции в парламенте правительству Д. Герцога- Я. Смэтса.
Последующие годы стали одним из самых трудных периодов в истории Национальной партии. Главной своей задачей Д. Малан видел консолидацию вокруг нее подавляющего числа африканеров, пробуждения в них национально6 Бантинг Б. Указ. соч. С. 52,53; Giliomee Н. Op. cit. Р. 376.
7 South African Parties and Policies 1910-1960: A Selected Source Book. L., 1960. P. 129.
8 Giliomee H. The National Party and the Afrikaner Broederbond // The Apartheid Regime: Political Power and Racial Domination. Berkeley, 1980. P. 15; Stultz M. Newell. Afrikaner Politics in South Africa, 1934-1948. Berkeley, 1974. P. 38.
9 Африканер Брудербонд (Afrikaner Broederbond, Африканерский союз братьев) был создан в 1918 г. и объединял представителей африканерской интеллигенции и реформатских пасторов. Ее главной целью провозглашалось развитие национального самосознания африканеров, предотвращение их культурной ассимиляции. С 1921 г. являлся тайной организацией. В 1930-1940-е годы фактически являлся главным «мозговым центром» националистических сил африканеров. С 1948 по 1994 г. каждый премьер-министр и президент ЮАС/ЮАР являлся членом Брудербонда.
10 Тихомиров В.И. Указ. соч. С. 56, 58.
IIIIIIIIIIIIIIIHII км IIIIIIIIIIIIIIIHII


го духа. Одним из инструментов в достижении этой цели стало особое внимание к расовому вопросу. Накануне выборов 1938 г. партией была разработана программа, предусматривавшая тотальную сегрегацию в политической, экономической и общественной жизни Южной Африки. Малан провозгласил на съезде ГНП в 1937 г. лозунг, ставший главным лозунгом националистов: «Мы хотим обеспечить, чтобы Южная Африка осталась страной белого человека»11.
Важнейший толчок всему националистическому движению дало празднование 100-летия «Великого трека», состоявшееся осенью 1938 г. План этого мероприятия был составлен представителями Общества африканерского языка и культуры (Afrikaans Taal- en Kultuurve- reniging), находившегося под контролем Брудербонда. Кульминацией торжеств стал массовый митинг 16 декабря 1938 г., на котором присутствовало 100 тыс. человек (или каждый десятый житель ЮАС африканерского происхождения). Выступая на митинге, Д. Малан сказал: «Существует сила, которая является достаточно мощной, чтобы повести нас по дороге судьбы Южной Африки, - это сила Всевышнего, которая создает нации и определяет их судьбу... Целенаправленно соедините эту силу в могучем акте спасения, и тогда будет спасена белая цивилизация»11 12. Симптоматичным было то, что Д. Герцог фактически устранился от участия в торжественных мероприятиях. В глазах националистически настроенных африканеров он дискредитировал себя, пойдя на союз со Смэтсом. Но с началом Второй мировой войны Малану снова пришлось решать сложные вопросы выбора пути развития ГНП и оспаривать лидерство в националистическом движении с новыми силами.
В Южной Африке с приходом к власти Гитлера в Германии получили распространение идеи немецкого национал-социализма. Во второй половине 1930-х годов из трансваальской ГНП вышла группа крайних националистов и республиканцев-африканеров, образовавших Национальный республиканский фронт единства и профашистскую организацию «Серые рубашки». В конце 1938 г. произошло формирование полувоенизированной организации «Осеева Брандваг» («Охрана фургонов, запряженных волами»; Ossewabrandwag, ОБ). Эти тенденции еще больше усилились с началом Второй мировой войны. Даже в самой ГНП была организована группа «Новый порядок», в которой исповедовались доктрины национал- социализма13. Однако Малану удалось не только сохранить свое лидерство в ГНП, но и стать с 1940 г. главным выразителем национальных чаяний африканеров. Во многом этому способствовал раскол в правительстве Объединенной партии (United Party), вызванный нежеланием Герцога и его сторонников вступать в войну с Германией. Бывшие противники - Малан и Герцог - снова на короткое время стали союзниками. В январе 1940 г. они подписали соглашение об объединении своих парламентских фракций и было объявлено об образовании Восстановленной национальной, или Народной партии (Herenigde Nasionale or Volksparty, ХНП/ФП). Скорый выход из партии Герцога уже не мог сильно повлиять на позиции Малана, за которым стоял сильный партийный аппарат и практически вся пресса на африкаанс. Бывшие сторонники Герцога в своей основной массе перешли в ХНП/ ФП. Остальные составили Африканерскую партию (Afrikaner Party), под кон11 Бантинг Б. Указ. соч. С. 89.
12 Тихомиров В.И. Указ. соч. С. 62.
13 Там же. С. 73, 76.
iiiiiiiiiiiiiiniii 188 lllllllllllllllllll


тролем которой осталось лишь 8 депутатских мандатов14.
Малан и его сторонники продолжали оставаться в рамках парламентской борьбы, исключая любые попытки насильственного сопротивления. Но при каждом удобном случае заявляли, что Южная Африка должна выйти из войны. На волне антивоенных настроений среди африканеров ХНП/ФП завоевывала все больше симпатий потенциальных избирателей. Это показали выборы 1943 г., в результате которых партия Малана получила 43 места в парламенте, что сделало ее главной оппозиционной силой страны. Стремясь привлечь на свою сторону как можно большее число избирателей, Малан стал обращаться не только к африканерам, но к англоязычным гражданам ЮАС, особо подчеркивая, что в будущей Южной Африке обе группы белого населения будут иметь равные языковые и культурные права15.
С победой антигитлеровской коалиции идеология национал-социализма потеряла былую привлекательность, что нашло воплощение в признании Брудер- бондом ХНП/ФП единственной силой, способной осуществить политические стремления африканеров16. Готовясь к новым выборам, идеологи ХНП/ФП отказались от противопоставления друг другу африканеров и англоязычных избирателей. Главным пунктом предвыборной агитации стала расовая проблема. Впервые слово «апартхейд» в значении полной расовой сегрегации Малан употребил в официальной речи в парламенте в 1943 г. Уже в преддверии очередных выборов в конце 1947 г. ХНП/ФП выпустила памфлет «Политика Национальной партии в расовых отношениях», в котором были изложены основные принципы будущей политики апартхейда. В нем говорилось, что перед белыми южноафриканцами стоит выбор - или «интеграция, что в конечном итоге приведет к национальному самоубийству белых, или же апартхейд, призванный сохранить идентичность и защитить будущее каждой расы»17. Выступая в парламенте по вопросу представительства индийцев и африканцев, Малан выразился с еще большим пафосом: «... проблема цветных затрагивает не только ту или иную партию, она затрагивает не только часть европейского населения, но будущее цивилизации белых и положение белой расы в Южной Африке»18.
Эта стратегия, основанная на росте опасения среди белых перед «черной угрозой», усиленного успехами антиколониального движения в странах Азии, а также уязвленные в годы Второй мировой войны национальные чувства африканеров принесли победу коалиции ХНП/ФП и Африканерской партии на парламентских выборах в 1948 г.
Приход к власти Малана и его сторонников воспринимался большинством африканеров как воплощение божественной воли и исполнение их самой заветной мечты. Страна, дарованная им Богом и которую они «потеряли» в результате Англо-бурской войны 1899-1902 гг., снова принадлежала им. Малана во время его поездок по стране принимали как мессию, как воплощение всех сокровенных надежд своего народа. Андре Бринк, описывая одно из таких появлений Малана на железнодорожной станции в Почефстроме, отмечал, что люди, встречавшие его, пришли одетые в свои лучшие воскресные одежды и с Библией
14 Бантинг Б. Указ. соч. С. 98, 99.
15 Giliomee Н. The Afrikaners... P. 444, 445.
16 Ibid. P. 445.
17 South African Parties and Policies... P. 402.
18 Ibid. P. 299.
IIIIIIIIHIIIIIIIII ЮУ IIIIIIIIHIIIIIIIII


у груди. Все действо вызывало у Бринка ощущение, как будто собравшиеся ожидали Второго пришествия Христа19.
Малан, став премьер-министром ЮАС, объявил апартхейд официальной политикой нового правительства. Свое обоснование и понимание его принципов он изложил в письме к американскому священнику Дж.Е. Пиерсма в 1954 г.: «Апартхейд основан на вере африканера в свое божественное призвание и свою привилегию обратить язычника в христианство, не уничтожая в то же время его национальной идентичности». Но если африканер действительно намерен реализовать свое призвание нести христианство язычникам, отмечал Малан, «он должен сохранять чистоту своей расовой идентичности»20.
Реальное воплощение идей апартхейда обернулось политикой тотальной расовой сегрегаци и. Законодательство нового правительства включало: Закон о запрещении смешанных браков (1949), Закон о регистрации населения21 (1950), Закон о расселении по расовым группам22 (1950), Закон о властях банту23 (1951) и др. Кроме того, одним из важнейших мероприятий правительства Малана стало принятие Закона о подавлении коммунизма, запретившего деятельность Коммунистической партии и установившего наказание за ведение коммунистической пропаганды в виде 10 лет тюремного заключения.
В период пребывания на посту премьер-министра Малану удалось значительно укрепить позиции своей партии. В июне 1951 г. произошел объединительный съезд ХНП/ФП и АП, на котором было объявлено о создании новой партии под старым названием - Национальная партия ЮАС. На выборах 1953 г. она получила 61% парламентских мест. Но этот успех стал последним для Малана. Центр руководства НП постепенно смещался из Капской провинции на север - в Трансвааль и Оранжевое Свободное государство. Малан, которому в 1954 г. исполнилось 80 лет, начал терять поддержку внутри партии и вынужден был уступить свое место Й.Г. Стрейдому, которого поддерживал Х.Ф. Фервурд, лидер НП Трансвааля24.
За время пребывания у власти Малану удалось в значительной степени изменить политический ландшафт в Южной Африке. Ему удалось сплотить вокруг НП практически всех избирателей- африканеров и достичь определенного примирения между интересами двух крупнейших общин европейского населения. Понимая, что лишь заручившись поддержкой и англоязычной части населения Южной Африки можно рассчитывать на длительное господство белых, он отказался от таких радикальных идей, как немедленное провозглашение республиканского строя и выход из Содру19 Brink A. A Fork in the Road. A Memoir. L, 2009. P. 126.
20 История Африки в документах: В 3 т. М., 2007. С. 461,462.
21 Вводил новую систему регистрации населения и его деление на три главные «расовые» группы: европейцы, цветные и африканцы. Расовая принадлежность каждого человека вносилась в удостоверение личности и навсегда утверждалась несмываемой печатью.
22 Предусматривал создание территорий, на которых право землевладения и поселения закреплялось за какой-либо одной расовой группой.
23 Предусматривал создание «племенных», региональных и территориальных управлений банту, а созданный по закону «О туземном представительстве» (1936) Совет туземных представителей упразднялся.
24 Giliomee Н. The Afrikaners... P. 501.


жества. Подобные вопросы могли решаться, как отмечалось в программе НП 1952 г., лишь в ходе волеизъявления всего европейского населения Южной Африки25.
После ухода из политики Малан жил в Стелленбосе, где работал над своей автобиографией, но так и не смог ее полностью завершить. В 1958 г. он перенес два инсульта и умер в своем доме 7 февраля 1959 г.
А.В. Воеводский
Литература
Malan D.F. Afrikaner-volkseenheid en my erva- rings op die pad daarheen. Kaapstad, 1959.
Бантинг Б. Становление южноафриканского рейха. M., 1964
Giliomee H. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004.
South African Parties and Policies 1910-1960: A Selected Source Book / Ed. With an introduction by D.W. Kruger. L., 1960.
Stultz M.N. Afrikaner Politics in South Africa, 1934-1948. Berkeley, 1974.
25 South African Parties and Policies... P. 96.


Нельсон Ролихлахла МАНДЕЛА
Nelson Rolihlahla Mandela, род. 18.V1I.1918
Первый чернокожий президент Южно-Африканской Республики ( ЮАР) (1994-1999), занявший эту должность в результате демократических выборов с участием всего населения; долгое время - президент Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК).
Нельсон Мандела, один из самых уважаемых политических деятелей XX в., родился в небольшой деревушке Мвезо в районе Умтаты. В годы апартхейда этот город стал столицей «независимого» хо- умлендаТранскей. Его прадедушка, Нгу- бенгкука (ум. в 1832 г.), был верховным вождем тембу, одного из племен группы коса, но по материнской линии предки Манделы принадлежали к «младшей» ветви тембу, и потому он не мог рассчитывать на то, чтобы унаследовать должность. Его отец был членом Тайного совета верховного вождя и в этом качестве сыграл важную роль в избрании регента малолетнего верховного вождя тембу. Им стал Джонгиндаба Далиндьебо - человек, которому суждено было сыграть важную роль в жизни Манделы.
Детство Манделы прошло в деревне Куну. В семь лет ребенка - первым в семье - отдали учиться в школу при методистской миссии. Там Мандела стал «Нельсоном»: белому учителю трудно было произносить имя «Ролихлахла». Его отец вскоре умер, и Джонгиндаба Далиндьебо стал опекуном Манделы и воспитывал его вместе со своим сыном.
Мандела окончил начальную школу за два года вместо трех. Он многому научился и при дворе верховного вождя: слушал рассказы об истории коса, впитывал в себя традиции своего народа и манеры знати. В 16 лет Мандела прошел традиционную церемонию обрезания, в 19 отправился учиться в веслеянский колледж Хилдтаун в городке Форт-Бофорт, в котором училась молодежь верховного клана тембу. Там он увлекся географией и историей, стремился как можно больше узнать о западной, прежде всего английской, культуре. Занимался спортом - боксом и бегом.
Когда Мандела окончил Хилдтаун, Далиндьебо отправил его учиться в Форт Хейр, единственный тогда университетский колледж для черных на Юге Африки. Мандела выбрал степень бакалавра гуманитарных наук и изучал английский язык и литературу, этнографию, политологию, предмет, называвшийся «туземная администрация», римско- голландское право. Его учителями были З.К. Мэтьюз и Д.Д.Т. Джабаву - самые известные африканские интеллектуалы того времени. В колледже Мандела познакомился с Оливером Тамбо, который стал его соратником и другом па всю жизнь. Но еще больше сблизился он тогда с Кайзером Матанзимой. Позже их пути разошлись: Матанзима стал активным сторонником политики апартхейда, премьер-министром, а затем и первым президентом «независимого хоумленда»
IIIIIIIIHIIIIIIIII /yz IIIIIIIIHIIIIIIIII


Транс кей, созданного для коса южноафриканскими властями.
На втором году обучения Манделу исключили из колледжа: он был членом студенческого представительного совета и, заняв твердую позицию в переговорах с администрацией по поводу качества питания студентов, не изменил ее, несмотря на уговоры и угрозы. Тогда он впервые почувствовал, что значит быть лидером не по праву рождения, а в силу личного авторитета и предпочел этот путь спокойной карьере госслужащего, которую должно было обеспечить ему окончание Форт Хейра.
В 1941 г. Далиндьебо решил, что Манделе пора жениться. Он подобрал ему невесту и даже заплатил за нее выкуп - лоболу. Но Мандела этой женитьбы не хотел и бежал в Йоганнесбург. Почти случайное знакомство с Уолтером Сисулу - человеком, который стал для него наставником, старшим другом и соратником, - привело его в юридическую контору Лазаря Сидельского, в которой Мандела занял должность клерка.
Сидельский был либералом и поборником просвещения «туземцев» и помогал Манделе, как мог. Работая в его конторе, Мандела окончил заочный Университет Южной Африки и, получив в 1943 г. степень бакалавра гуманитарных наук, поступил на юридический факультет Витватерсрандского университета - одного из лучших вузов страны, до введения Национальной партией (Die Nasionale Party) политики апартхейда принимавшего небольшое число черных студентов.
Мандела провел в «Витсе» шесть лет, но так и не получил желанной степени: обучение было очным и платным, и при всей своей энергии Мандела не мог справиться со всем тем, что он хотел вместить в свою жизнь. Он работал, занимался боксом, не брезговал кино и танцами, посещал «Интернациональный клуб», в котором официально разрешалось встречаться представителям разных расовых групп. В 1944 г. он женился на племяннице Сисулу медсестре Эвелин Масе. Пошли дети, стало не хватать денег, хотя жили они чрезвычайно скромно. Тогда же Мандела начал интересоваться политикой, а это увлечение требовало времени и сил.
В 1944 г. Мандела вступил в АНК и вместе с Тамбо, Сисулу, А. Лембеде и Э. П. Мда основал его Молодежную лигу (Youth League), куда более радикальную, чем сам Конгресс. В ее манифесте содержалось требование полного равноправия всех расовых групп и перераспределения земли. В 1948 г. Мандела стал национальным секретарем Лиги, а в 1949 г. ее лидеры пришли к руководству АНК: на очередной национальной конференции кандидат Лиги Дж.С. Морока был избран президентом Конгресса, а Сисулу - секретарем. Тамбо и несколько других представителей молодежного крыла АНК были избраны в Исполнительный комитет АНК (Манделу кооптировали в Исполком позже). Под влиянием Лиги национальная конференция приняла радикальную «Программу действий», призывавшую к бойкотам, забастовкам, кампаниям гражданского неповиновения. Это было ответом АНК на провозглашение Национальной партией, пришедшей к власти в 1948 г., доктрины апартхейда официальной политикой правительства.
С 1950 г. АН К начал теснее сотрудничать с коммунистами. 1 мая они провели совместную забастовку в знак протеста против ограничения в правах некоторых коммунистов, в том числе членов руководства АНК Мозеса Котане и Джона Бивера Маркса. Многие в АНК, и Мандела в их числе, прежде не доверяли коммунистам и были против сотрудничества с ними, но полицейские репрессии и запрет Компартии изменили его мнение: в 1951 г. Мандела уже настаивал на необходимости для АНК сотрудничества с коммунистами.
«uiiiiiiiitimiii illlllllltlllHI 111


В середине 1952 г. АНК и другие организации начали кампанию неповиновения дискриминационным законам, главным организатором которой стал Мандела. Он объехал всю страну, разъясняя цели кампании и методы ее проведения. Он был арестован в день начала массовых акций, но кампания шла успешно и продолжалась до конца 1952 г. В некоторых местах, однако, она вышла далеко за рамки ненасилия, и власти ответили репрессиями. Манделу арестовывали еще несколько раз, но на свободу он вышел героем. Этот год ознаменовал взлет его карьеры во всех направлениях. Он наконец сдал экзамен на адвоката и открыл свою собственную юридическую контору, вскоре объединив ее с практикой Тамбо. В декабре его избрали президентом Молодежной лиги и президентом Трансваальского отделения АНК.
С 1953 г. в течение 10 лет Мандела постоянно находился в полуподполье. Одни запреты на выступления, участие в митингах, передвижение и выборные политические должности сменялись другими. Репрессии отнюдь не были его «привилегией», они распространялись на многих лидеров АНК и практически на всех коммунистов. Но Мандела игнорировал запреты и продолжал активно действовать. Соратникам приходилось даже иногда сдерживать его воинственный пыл, чтобы уберечь от запрета все еще легальный АНК. Впрочем, написанный Манделой план на случай перехода организации в подполье («М-план») был ими принят: мало кто из них сомневался, что рано или поздно АНК будет запрещен.
В 1955 г. Мандела стал одним из организаторов Конгресса народов (Congress of the People), в котором участвовали представители АНК, Южноафриканского индийского конгресса (South African Indian Congress), Конгресса демократов (Congress of Democrats) (членами которого были в основном коммунисты), Конгресса цветного населения (Coloured People’s Congress), Южноафриканского конгресса профсоюзов (South African Congress of Trade Unions) и многих других организаций. В конце июня 3000 делегатов приняли документ, названный Хартией свободы и ставший официальной программой АНК и его союзников. Этого статуса Хартия не утратила до сих пор. Мандела принимал участие в ее редактировании, но выступать на Конгрессе не мог из-за очередных полицейских запретов.
Чуть ли не в день начала Конгресса Эвелин предъявила Манделе ультиматум: или политика, или семья; другие женщины или я (до нее доходили слухи о его неверности). Что он ответил ей по поводу женщин неизвестно, но от политики он не отказался. Он писал статьи для левой прессы, ездил по стране, встречался с активистами и лидерами АНК и с коммунистами, открывал новые отделения АНК. В декабре 1955 г., когда Мандела в очередной раз попал в тюрьму, Эвелин оставила его: он вернулся в пустой дом. У них было трое детей - два сына и дочь. Еще одна дочь умерла в младенчестве.
Через год, в декабре 1956 г., Мандела был снова арестован, на этот раз в числе 156 лидеров организаций, принимавших участие в Конгрессе народов. Всем было предъявлено обвинение в государственной измене. Но обвинение плохо подготовилось к процессу, а суды в расистском Южно-Африканском Союзе были относительно независимыми. Одна группа обвиняемых за другой оказывалась на свободе. Процесс длился до конца марта 1961 г., все обвиняемые были оправданы.
Конец 1950-х годов оказался для Манделы нелегким не только из-за репрессий и судов. Именно в его отделении АНК, Трансваальском, произошел раскол. Страсти кипели со времени подготовки Конгресса народов. Некоторые IHIIIIIIIIIIIIIIIt lllllllllllllllllll


лидеры АНК, прежде всего из отделения партии в Орландо - одном из районов тауншипа Соуэто, были недовольны сотрудничеством АНК с коммунистами и представителями других расовых групп. Не соглашались они и с нерасовыми формулировками Хартии свободы, как, например, «Южная Африка принадлежит всем, кто в ней проживает, черным и белым...», и упрекали руководство АНК в том, что оно отступило от радикальной «Программы действий». В 1958 г. эта группа выделилась из АНК и основала Панафриканистский конгресс (Pan Africanist Congress, ПАК). Его лидером стал Роберт Собукве - прекрасный оратор и оригинальный мыслитель. Доступная логика расовой войны и новый радикализм привлекали народ, и руководство АНК впервые почувствовало опасность «обхода слева». Мандела же увидел в Собукве соперника на роль национального лидера.
Жизнь Манделы была насыщена до предела. Процесс о государственной измене, аресты, ограничения в правах. В перерывах он занимался адвокатской практикой и все время - политикой. Но он нашел все же время жениться на эффектной молоденькой Номзамо Вин- нифред Мадикизеле (она была на 18 лет моложе него), отбив ее у Кайзера Матан- зимы. Свадьбу сыграли в июне 1958 г. Номзамо Виннифред вошла в историю под именем Винни Манделы. Она родила Манделе двух дочерей и принесла ему и удачу, и много горя.
Одним из нововведений апартхейда стало ужесточение системы пропусков. АНК и ПАК начали готовить кампании против них - каждая организация свою. АНК наметил начало своей кампании, в организации которой Мандела принимал активное участие, на 31 марта 1960 г. Но ПАК начал свою на десять дней раньше. Полиция в Шарпевиле, тауншипе Фериннихинга, города в Трансваале, открыла огонь по мирной демонстрации. Расстреляна была и другая демонстрация - в кейптаунском тауншипе Ланга. В ответ молодежь установила свой контроль в двух тауншипах, Ланге и Ньянге. В демонстрации протеста участвовало около 30 тыс. человек. Это, в глазах лидеров АНК, была революция, но началась она не под их руководством. Всю ночь Мандела, Сисулу, Дума Нокве и Джо Слово - один из руководителей воссозданной в подполье Компартии - обсуждали дальнейший курс действий. Решено было, что руководство АНК начнет публично жечь свои пропуска и призывать других следовать их примеру. Эта акция принесла АНК мгновенный успех. В течение десяти дней после начала кампании страна казалась неуправляемой. Но 30 марта правительство ввело чрезвычайное положение, АНК и ПАК были запрещены, более 2000 человек арестовано. Было решено, что некоторые члены руководства АНК уйдут в подполье, а Мандела и еще несколько человек подчинятся аресту.
В этой обстановке возобновились слушания по делу о государственной измене - без защитников, бойкотировавших суд в знак протеста против чрезвычайного положения. Мандела пользовался большим авторитетом среди обвиняемых благодаря своим юридическим познаниям, опыту и оптимизму. Но главным его достижением стало выступление на суде, разъяснявшее его взгляды. Они оказались несколько иными, чем можно было ожидать от лидера националистической организации. Мандела говорил, что его идеалом является многорасовое бесклассовое общество и что в этом его взгляды отличаются от целей АНК. Он полагал, что АНК мог добиться демократии путем расширения избирательных прав и что Хартия свободы не предусматривала ликвидацию капитализма, только ликвидацию монополии горнорудных компаний. 29 марта 1961 г. судья вынес оправдательный |(|||||||Н1Ш1111 iiiiiiiiiiiiiiniii


приговор. Он признал, что суд не смог доказать ни намерения АНК свергнуть власть насильственным путем, ни того, что Хартия свободы была коммунистическим документом. В доказательство он процитировал статью Манделы, написанную в 1956 г. и предсказывавшую рост африканской буржуазии в случае, если Хартия будет проводиться в жизнь.
В конце 1960 г. руководство АНК начало планировать всеафриканскую конференцию, которая должна была объединить усилия разных организаций. Мандела был секретарем оргкомитета. От участия в конференции, состоявшейся 22 марта в Питермарицбурге, отказались представители Либеральной партии и ПАК, но и без этих организаций конференция прошла успешно. В ней участвовали 1400 делегатов от 145 организаций, хотя АНК явно играл ведущую роль.
По случайному совпадению очередное ограничение Манделы в правах закончилось за несколько дней до конференции, и он выступил на ней с большой речью, призывавшей к единству. Его речь, впервые включавшая часто повторявшийся призыв «Амандла! Нга- вету!» («Власть нам!») все время прерывалась аплодисментами и криками. На конференции Мандела был избран председателем Национального совета действия.
Последней попыткой Манделы организовать легальную акцию протеста был призыв ко всеобщей забастовке в день провозглашения Южной Африки республикой 31 мая 1961 г. Забастовка состоялась, но большого успеха не имела: сказывались усиливавшиеся репрессии властей.
Несмотря на благоприятный исход процесса о государственной измене, Манделе и его коллегам было ясно, что долго на свободе они не останутся. Многие лидеры АНК уже были к тому времени за границей, но руководство АНК считало, что организации нужен лидер- символ в подполье или в тюрьме и что этим лидером должен стать Мандела. Сисулу писал позже: «Когда мы решили, что он должен уйти в подполье, я знал, что он идет на положение лидера... У нас было руководство в эмиграции, но нам нужен был лидер в тюрьме»1.
До недавнего времени у исследователей не было ясности, кто и когда принимал решение о начале вооруженной борьбы против апартхейда: свидетельства участников на этот счет сильно разнились. Но по утверждению авторов авторитетного труда «Путь к демократии в Южной Африке», написанного на базе множества устных свидетельств, решение о начале вооруженной борьбы было официально принято подпольной Южноафриканской компартией (South African Communist Party, ЮАКП) в декабре 1960 г.1 2 Неофициальные разговоры на этот счет начались гораздо раньше, более конкретные - в тюрьме во время процесса о государственной измене. Заключенные не были изолированы друг от друга, и у них было много времени для политических дискуссий. По словам Сисулу, первоначально переход к вооруженной борьбе обсуждали всего четверо: он 1 Sampson A. Mandela. The Authorised Biography. Johannesburg: Cape Town, 1999. P. 143.
2 Magubane B., Bonner P., SitholeJet als. The Turn to Armed Struggle // The Road to Democracy in South Africa. Vol. 1 (1960-1970). South African Democracy Trust. Cape Town, 2004. P. 80- 82; См. также: Шубин ВТ. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999. Магубане и другие, как и Шубин, утверждают, что решение было принято «конференцией» Компартии. Однако Брайан Бантинг в интервью И.И. Филатовой 2.02.2006 г. сказал, что оно было принято «Центральным комитетом партии, и никем больше».
iiMiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiniiiiiHiii


сам, Мандела, Дума Нокве и Джо Слово. На свободе дискуссии продолжались, в том числе и в руководстве АНК, но до поры неофициально.
Официальное решение АНК о начале вооруженной борьбы последовало в июле 1961 г. при многочисленных сомнениях и возражениях, в том числе со стороны Тамбо, создававшего к тому времени центр АНК в эмиграции, и президента оранизации Альберта Лутули. Оно было принято на встрече руководства АНК и его союзников из Южноафриканского индийского конгресса и Конгресса цветного населения в небольшом городе Стангер в Натале. Умконто ве сизве (МК) - «Копье нации», как была названа организация, поставившая своей целью вооруженное свержение режима апартхейда, - была создана как самостоятельная организация, не зависимая от АНК. Решение о присоединении Ум- конто к АНК в качестве его «военного крыла» было принято в октябре 1962 г. на Консультативной конференции Конгресса в Ботсване.
Мандела возглавил верховное командование Умконто и в этом качестве отправился в поездку по стране. У полиции был ордер на его арест, но его ни разу не опознали. В Йоганнесбурге он перебирался с одной нелегальной квартиры на другую. В одной из них была большая библитека, и Мандела на два месяца погрузился в изучение военной, исторической и политической литературы. С октября 1961 г. он жил на ферме Лиллиеслиф в Ривонии - тогда пригороде Йоганнесбурга, сейчас одном из городских районов. Ферму купило руководство Компартии специально для штаба Умконто.
Первые самодельные бомбы Ум- конто были взорваны в Йоганнесбурге, Порт-Элизабете и Дурбане 16 декабря 1961 г. Но было очевидно, что для ведения операций, которые могли бы претендовать на серьезность, Умконто нужны были профессиональные кадры, средства и оружие.
В январе 1962 г. Мандела нелегально выехал за рубеж, чтобы установить связи и договориться о финансовой помощи и подготовке кадров. Он побывал более чем в десятке стран Африки, вел переговоры с их лидерами, выступил на Панафриканской конференции независимости, прошел краткий курс военной подготовки. Он остро почувствовал, что руководители молодых независимых государств не понимали и не одобряли сотрудничества АНК с коммунистами. В Лондоне Мандела встретился со своими уехавшими из Южной Африки коллегами и говорил им, что АНК должен, по крайней мере внешне, дистанцироваться от ЮАКП. 24 июля, нелегально перебравшись через границу, он был уже на ферме Лиллиеслиф. Буквально на следующий день, коротко повидавшись с Винни и успев изложить свое новое, африканистское, видение тактики АНК Сисулу, Котане, Джону Марксу, Нокве, Говану Мбеки и Дэну Тлооме, он отправился в Дурбан, говорить с Лутули. На обратном пути в Йоганнесбург, под городом Хауиком, его арестовали. 7 ноября 1962 г. Мандела был приговорен к пяти годам тюрьмы за подстрекательство к забастовке и выезд за границу без паспорта. Полиция еще не разобралась, чем Мандела занимался в действительности. Как и во время процесса о государственной измене, Мандела произнес часовую речь, использовав суд для пропаганды своих взглядов.
Неведение полиции относительно истинной роли Манделы продолжалось недолго. И февраля 1963 г. полиция провела рейд на ферму Лиллиеслиф и захватила костяк руководства Умконто и массу инкриминирующих документов, в том числе план «Операции Майи- буйе». Он предусматривал не только создание партизанских формирований по всей ЮАР, но и вооруженное вторiiiiitiiiiiiiiiiiii 197 iiiiiiiiiiiimiiii


жение извне при поддержке иностранных войск.
Обвинение сразу сосредоточилось на доказательстве связи АНК с коммунистами, которые, по мнению обвинения, только и могли обеспечить поддержку иностранных держав с целью свержения южноафриканского правительства. Был ли Мандела коммунистом? Этот вопрос занимал не только обвинение на Риво- нийском процессе, но и поколения историков, изучавших АНК, ЮАКП, Умконто и жизнь Манделы. На суде Мандела не отрицал своего интереса к марксизму - среди ривонийских документов был даже написанный им конспект брошюры «Как быть хорошим коммунистом». Но членство в партии он решительно отверг, и в этом отношении суд его поддержал: коммунистом Манделу не признали, и посылка о том, что коммунисты контролировали АНК, была отвергнута.
Но можно ли считать приговор суда доказательством того, что Мандела действительно не был членом ЮАКП? Не признался тогда в членстве в партии и Сисулу - но он рассказал о нем позже своему биографу3. Было бы странно, если бы Мандела, Сисулу и другие ривонийцы стали рассказывать на суде о своей принадлежности к компартии: такое признание наверняка стоило бы им жизни, но главное, подтвердило бы утверждение обвинения, что коммунисты контролируют АНК, а именно этого они стремились избежать.
В конце 1950 - начале 1960-х годов Мандела говорил как коммунист, вращался среди коммунистов, участвовал в коллективных решениях, собраниях и встречах, в которых все остальные участники были коммунистами. Все руководители АНК, первоначально обсуждавшие переход к вооруженной борьбе, были коммунистами. Все первоначальное руководство Умконто составляли коммунисты. Все обвиняемые на Риво- нийском процессе были коммунистами. Возможно, конечно, что Мандела был единственным исключением, но маловероятно. Появляется все больше свидетельств того, что коммунистом Мандела был, и что, более того, в конце 1950 - начале 1960-х годов он был членом ЦК ЮАКП4.
Десятилетиями признание коммунистического прошлого Манделы приравнивалось к признанию его закоренелым злодеем и к утверждению, что он не мог быть достойным гражданином и лидером своего народа. Даже в 1980-е годы активисты кампании «Свободу Манделе!» строили его защиту на том, что он никогда не был коммунистом. Такое отношение было навязано и АНК, и исследователям южноафриканским режимом с его доктриной «красной угрозы» и его убежденностью в том, что коммунисты - предатели национальных интересов страны.
Но сейчас, по прошествии почти полувека, можно наверняка отойти от стереотипов идеологии южноафриканского расизма и задать вопрос по-другому. Если Мандела действительно был коммунистом и даже членом ЦК ЮАКП в начале 1960-х годов - что весьма и весь3 Sisulu Е. Walter and Albertina Sisulu. In Our Lifetime. Cape Town, 2003.
4 Ветераны ЮАКП Хилда Бернстейн и Брайан Бантинг подтвердили членство Манделы в партии в интервью с Падрегом О'Малли, автором биографии видного члена АНК и ЮАКП Мака Махарджа. - См.: O'Malley Р. Shades of Difference. Mac Maharaj and the Struggle for South Africa. L.. 2007. Вуйисва Нокве, вдова Думы Нокве, одного из лидеров АНК и ЮАКП, сказала в интервью И.И. Филатовой 25.04.2004 г., что Мандела был в ее партийной ячейке. Джо Мэтьюз, член ЦК ЮАКП в те годы, утверждал в интервью с И.И. Филатовой 26.02.2006 г., что Мандела был кооптирован в ЦК одновременно с ним.
iiiiiiiiiHiiiiiiii 1УО iHiiiiiiimiiiiii


ма вероятно, - меняло ли это что-нибудь в истории страны и истории АНК? Очень немногое. Несмотря на сближение АНК и подпольной ЮАКП, на членство в Компартии многих лидеров АНК, особенно в его Трансваальском отделении, и на вес коммунистов в руководстве АНК, идея правительства о том, что коммунисты контролировали АНК, была отнюдь не верна. Коммунисты были первыми защитниками разделения ролей двух организаций. Так, Манделе пришлось долго убеждать Мозеса Котане, например, в необходимости для АНК перейти к вооруженной борьбе, хотя Котане не только знал об этом решении для ЮАКП, но, скорее всего, и сам был в числе тех, кто его принимал. Можно сколько угодно сомневаться в том, что один и тот же человек может в разных ситуациях говорить от лица разных организаций, придерживающихся, по идее, разных идеологий и принципов, но сами члены АНК - коммунисты дилеммы в этом не видели, особенно в ситуации борьбы против апартхейда, когда цели двух организаций совпадали.
Мандела был главным обвиняемым Рнвонийского процесса, и уже с первых дней суда стало ясно, что ему, как и всем остальным подсудимым, грозит смертная казнь. Он полностью осознавал значимость процесса и был готов к той роли, которую ему предстояло сыграть. Над своей речью на суде он работал вечерами, после заседаний, вместе с коллегами- обвиняемыми и адвокатами. Завершалась его речь словами: «Всю свою жизнь я посвятил борьбе африканского народа. Я боролся против белого господства, я боролся против черного господства. Я лелеял идеал демократического и свободного общества, в котором все люди гармонично живут вместе при равных возможностях.
Это тот идеал, для которого я надеюсь жить и которого надеюсь добиться. Но, если понадобится, за этот идеал я готов умереть»5. Вопреки настоянию защиты, Мандела, Сисулу и Мбеки решили, что не будут подавать на апелляцию.
Обвиняемые Ривонийского процесса были признаны виновными в саботаже, но не в государственной измене и приговорены к пожизненному заключению6. И осужденные, и зрители восприняли этот приговор едва ли не как освобождение. Мандела улыбался. Когда осужденных увозили в тюрьму, из зарешеченного окна машины показалась вскинутая рука Манделы со сжатым кулаком. Есть немало свидетельств того, что решение не применять смертную казнь было принято под давлением английского правительства: английская пресса была настроена резко против обвинения, и правительству приходилось с этим считаться. Но очевидцы говорили и о том, что на судей произвели впечатление и личности подсудимых, прежде всего Манделы и Сисулу.
Следующие 27 лет своей жизни Мандела провел в тюрьмах, дольше всего - на небольшом острове Роббен в нескольких километрах от Кейптауна. Это негостеприимное каменистое место, летом раскаленное от жары, зимой промозглое, сырое и холодное. В камерах были железные койки без матрацев. Манделу и его соратников поместили в изолированную секциютюрьмы. Свидания позднее разрешили, но только членам семьи и лишь несколько раз в год. Поначалу заключенные работали во дворе тюрьмы, дробя камни, потом - в известковом карьере. Работа в карьере была особенно тяжела летом: камни разогреваются, как сковородка, а солнце, отражаясь от них, слепит глаза. Первые три года заключенным не раз5 Sampson А. Op. cit. Р. 193.
6 Один из девяти обвиняемых, Расти Бернстеин, был выпущен на свободу из-за недостатка улик.
lllllllllllllllllll /» iiiiiiiiiiiiiiniii


решали носить солнечные очки, и Мандела на всю жизнь испортил глаза.
Тюремщики были грубы и жестоки: унижение заключенных считалось частью наказания. Но унизить Манделу было непросто. Он, единственный из заключенных, абсолютно отказывался называть тюремщиков «баас» - «господин» - и не подчинялся их окрикам, но был обычно предельно вежлив с ними. Стоит сразу оговориться, впрочем, что Манделу ни разу не били, как это случалось с другими заключенными. Трудно сказать, было ли это везением, уважением к его статусу вождя или результатом чьего-то негласного распоряжения. Но факт фактом: при всей тяжести физического существования в тюрьме телесным наказаниям Мандела не подвергался.
Постепенно условия начали улучшаться. К середине 1970-х годов заключенные пользовались горячей водой, им разрешили построить во дворе импровизированный теннисный корт, играть в регби и крокет, улучшилось их питание. В это время Манделе разрешали уже три (проходивших через суровую цензуру) письма и два свидания в месяц. Мандела увлекся садоводством и вместе с несколькими другими заключенными начал выращивать свой сад.
Настоящим благословением для «ри- вонийцев» стало то, что правительство решило содержать политических заключенных вместе. Они могли обмениваться информацией и обсуждать проблемы страны. В тюрьме бок о бок оказались представители разных политических партий и взглядов. Здесь были африканцы, индийцы и цветные (белые содержались отдельно). База для политических дебатов была создана великолепная. В течение года, например, Мандела и Невил Александер - лидер троцкистского Движения единства - обсуждали национальный вопрос.
«Ривонийцы» создали в тюрьме организационную структуру, напоминавшую структуру Компартии. Во главе нее находился Высший орган, членами которого были Мандела, Сисулу, Мбеки и Рэймонд Мхлаба. Высший орган вырабатывал тактику отношений с тюремными властями, поддерживал дисциплину внутри секции, распространял информацию (обычно поступавшую от новых заключенных). «Коммуникационный комитет», возглавлявшийся другим «ри- вонийцем», Ахмадом Катрадой, изыскивал пути общения с политическими заключенными в других секциях тюрьмы и передавал им сообщения. У других партий такой организации не было, и они обычно принимали руководство Манделы и его коллег.
Огромной привилегией заключенных было то, что им разрешали читать и заочно учиться и для этих целей снабжали их литературой. Еще во время суда 1962 г. Мандела начал заочное обучение в Лондонском университете на бакалавра юриспруденции и продолжил его на острове Роббен. Занимался он также английским языком, литературой и историей, особенно увлекаясь биографическим жанром. Заключенные создали и свой «университет», в котором они обучали друг друга: читали друг другу лекции по тем дисциплинам, в которых были сильны, вели семинары и обучали тех, у кого не было никакого образования. В этом «университете» Мандела читал курс политэкономии, по свидетельству очевидцев, с марксистских позиций. Под влиянием старшего поколения молодежь, попавшая на остров Роббен в 1970-1980-е годы, тоже начала заочно учиться.
Привычный распорядок тюремной жизни нарушался и другими событиями. Окончились неудачей два плана побега Манделы из тюрьмы (о первом он, скорее всего, не знал). В 1974 г. тюрьму посетил министр юстиции - специально, чтобы уговорить Манделу отказаться от вооруженной борьбы и предложить ему освобождение на том условии, что он поIIUUIIIIIIIUMII 200 IIIIIIHIIililillll


селится в бантустане Транскей. Мандела отказался. В 1975 г. он начал писать мемуары, которые должны были быть опубликованы АНК к его 60-летию. Когда текст был обнаружен, Манделу на несколько лет лишили права учиться, но в 1976 г. с огромным трудом и риском его воспоминания были переданы на волю. По словам биографа Манделы, руководители компартии в эмиграции, Слово и Даду, отказались публиковать эти мемуары, поскольку, по их мнению, он недостаточно отражал роль коммунистов в борьбе7.
Заключенные не были бездеятельны, но они были лишены того главного, что составляло жизнь политика: возможности быть в центре событий и влиять на них. Для Манделы это было тяжелейшим наказанием. И все же, если можно вообще говорить о везении в ситуации пожизненного тюремного заключения, приходится признать, что Манделе как политику во многих отношениях повезло. Чтобы понять это, достаточно сравнить его положение с положением Собукве. Лидер ПАК, по представлениям южноафриканских властей, был более опасным преступником, чем Мандела. Собукве тоже был в заключении на острове Роббен, но его содержали отдельно от остальных. Он не общался ни со своими товарищами, ни с вновь прибывавшей молодежью. У него не было никаких новостей с воли, и у его организации также не было о нем никаких известий.
Ситуация Манделы была совершенно иной. Свидания, письма, авторитет среди заключенных, возможность спорить с оппонентами, влиять на молодежь, которая по выходе из тюрьмы расцвечивала легенду о нем новыми красками, решимость его коллег по партии поддерживать эту легенду и возможности, которые у них для этого были - все это не позволяло новым поколениям забыть Манделу, хотя и превратило его из реального политика в символ.
Еще одним везением Манделы- политика была Винни. После того как Мандела попал в заключение, руководство АНК предложило ей уехать за границу. Она отказалась. Вскоре начались репрессии. Винни стала ярким политиком-одиночкой, хотя и действовала от имени АНК. К ней засылали доносчиков, ее пытались убить, ее ограничивали в правах, арестовывали, сажали в тюрьму. Имени Нельсона Манделы в газетах не было, но Винни Мандела всегда была на виду. Для самого Манделы ее письма и редкие посещения были единственной отдушиной, а ее эзопов язык - главным источником новостей.
Винни без колебаний поддержала молодежное движение «Черного самосознания», когда оно выплеснулось на поверхность в начале 1970-х годов, и она первой принесла Манделе известие о нем. После восстания в Соуэто в 1976 г. на остров стали прибывать десятки молодых активистов. Мандела передал на волю обращение в поддержку молодежи, в тюрьме же старался ближе познакомиться с новым поколением «радикалов», мало знавших об АНК и его лидерах.
Отношения между заключенными никогда не были простыми. Даже внутри Высшего органа были разногласия, прежде всего между Манделой и Мбеки. Но главным противником Манделы стал Гарри Гвала, коммунист из Натала, которого Сисулу позже назвал сталинистом. В центре политических разногласий была интерпретация классового содержания южноафриканской революции. Радикальная молодежь, поддерживавшая Гвалу, была убеждена, что с крушением апартхейда в стране рухнет и капитализм. Сторонники Манделы считали, что страна к социализму не готова, что грядущая революция будет 7 Sampson А. Op. cit. Р. 243.
timiiiiiiiitiiiai 201
iiiiiiiiimiiiiiii


национально-демократической. Катраду попросили суммировать суть дискуссии, и созданный им документ, отражавший взгляды Манделы, был принят Высшим органом, а затем и большинством других заключенных, среди которых он был тайно распространен. С конца 1970-х годов противоречия и разногласия пошли на убыль, и лидерство Манделы больше не оспоривалось. Большинство молодежи вышло из тюрьмы членами АНК.
В апреле 1982 г. Манделу, Сисулу, Мхлабу и Эндрю Млангени неожиданно перевели с острова Роббен в кейптаунскую тюрьму Поллсмур. Им предоставили большую комнату с отдельной душевой и большой террасой на крыше, приносили газеты, разрешили слушать радио и пользоваться никогда прежде не виданной ими роскошью: телевизором и видео. Манделе разрешались практически любые книги и больше свиданий. Теперь он мог отправлять 52 письма в год. Известия с воли вдохновляли.
В 1984 г. был создан Объединенный демократический фронт (United Democratic Front, ОДФ), собравший под свои знамена представителей разных общественных организаций и проводивший массовые кампании протеста. В 1985 г. возникло новое мощное профсоюзное объединение - Конгресс южноафриканских профсоюзов (Congress of South African Trade Unions, КОСАТУ), ставший союзником АНК. В том же году АНК выступил с призывом «сделать страну неуправляемой», и ОДФ его принял. Тауншипы практически превратились в освобожденные зоны, управлявшиеся комитетами ОДФ. Репрессии властей ужесточались, но люди больше не были беспомощными жертвами. ОДФ официально отвергал насилие, но в тауншипах распространилась практика «ожерелий»: тем, кого считали пособниками режима, надевали на шею шины и поджигали. От жертв оставалась кучка пепла.
31 января 1985 г. президент ЮАР П. Бота сказал в парламенте, что предлагает Манделе освобождение при условии, что тот недвусмысленно осудит насилие. Мандела решил ответить так же публично. 10 февраля его дочь зачитала его ответ на митинге, созванном ОДФ на стадионе в Соуэто. Мандела отказался вступать в какие бы то ни было переговоры с правительством. Огромная толпа была вне себя от восторга.
20 июля 1985 г. правительство объявило чрезвычайное положение, но всехМ было ясно, что репрессиями ситуацию не изменить и что без Манделы урегулирование невозможно. Когда вскоре у Манделы обнаружился простатит, правительство всерьез взволновалось: многие были уверены, что его смерть в тюрьме приведет к полномасштабной гражданской войне. Манделу срочно отправили в больницу. Там его посетил министр юстиции К. Куцие. Решение об этом визите он принял после случайной встречи в самолете с Винни: она, не дрогнув, вошла к нему в салон первого класса, села рядом и проговорила с ним два часа.
После больницы Манделу переселили в отдельную трехкомнатную камеру. Политическое чутье подсказывало ему, что настало его время действовать. Мандела сумел предупредить Тамбо - к тому времени президента АНК - о своей встрече с Куцие, но решил не спрашивать одобрения каждого шага у своей организации и запросил встречу с Ботой без согласия АНК. Вместо Боты с Манделой снова встретился Куцие. Об этой встрече Мандела тоже не сказал никому. Он шел на большой политический риск.
Ответа на просьбу Манделы о встрече с Ботой не было несколько месяцев. Но тупиковая ситуация в стране, безрезультатность репрессий и давление со стороны западных союзников подталкивали обе стороны к переговорам. Инициативы шли с нескольких сторон, и встречи оппонентов продолжались, несмотря HiiiiKiiiiiiiHii Z17Z Hiiiiiiiiiiiiiiiii


на нараставший террор. Мандела снова встретился с Куцие, затем с министром безопасности Нилом Барнардом. Слухи об этих беседах дошли до коллег Манделы в тюрьме и до Тамбо. Они были обеспокоены, но Мандела продолжал свою линию.
Семидесятилетие Манделы в 1988 г. отмечалось по всему миру. В Лондоне на стадионе Уэмбли состоялся огромный рок-концерт. По телевидению его смотрели 200 миллионов человек в 60 странах мира. Даже консервативные южноафриканские газеты призывали теперь освободить Манделу. Когда у него обнаружились проблемы с легкими, его лечили в лучших кейптаунских больницах, а затем перевели в тюрьму «Виктор Ферстер» в небольшом городе Паарль под Кейптауном. Разместили его не в камере, а в бунгало с садом и бассейном, последними техническими новинками и надсмотрщиком-поваром. Его новое жилье прослушивалось, но в апреле 1989 г. АНК удалось устновить прямой контакт между Манделой и Тамбо. Сделано это было с помощью компьютера в Лусаке, принимавшего кодированные послания с телефона.
В июле 1989 г. Бота принял Манделу в своей резиденции. Ник каким последствиям это не привело: через шесть недель он ушел в отставку, и президентом стал новый лидер Национальной партии Фредерик де Клерк. В декабре де Клерк встретился с Манделой, и эта встреча была куда более значимой: обсуждались реальные проблемы страны.
2 февраля 1990 г. в речи на открытии парламента де Клерк объявил о легализации АНК и ЮАКП и об освобождении политических заключенных, в том числе и Манделы. Через девять дней Мандела вышел из ворот тюрьмы в сопровождении Винни. Его ждала огромная толпа народа, руководство ОДФ, товарищи по заключению, вышедшие на свободу раньше него. Мандела произнес речь, в которой полностью ассоциировал себя со всеми аспектами политики АНК, в том числе с вооруженной борьбой. Де Клерк и его окружение были обескуражены. Они не понимали, что ничего другого Мандела сказать не мог, если он хотел остаться лидером своей партии.
Главным делом Манделы в этот период были переговоры с правительством. Ему нужно было привести к столу переговоров разные группировки в АНК, сплотить их вокруг идеи компромисса и убедить выполнять взятые на себя обязательства. Консультативная конференция в декабре 1990 г. и Национальная конференция АНК в июле 1991 г., которые Мандела вел как заместитель президента организации, показали, насколько трудной была эта задача: многие в Умконто и среди радикальной молодежи считали контакты с правительством предательством революции. И все же на Национальной конференции переговоры были признаны продолжением борьбы, а Манделу избрали президентом АНК.
Официальные переговоры о мирном урегулировании начались в декабре 1991 г. при участии 229 делегатов от 19 политических организаций. Мандела видел свою роль, с одной стороны, в утверждении статуса АНК как равноправного политического партнера правительства, с другой - в том, чтобы обеспечить продолжение переговорного процесса, невзирая на препятствия и срывы. В первый же день, когда де Клерк потребовал роспуска Умконто и сдачи оружия его кадрами, Мандела выступил с резкой отповедью. Умконто сдаст оружие, завил он, когда АНК войдет в правительство. Неоднократно переговоры были на грани срыва.
В июне 1992 г., после убийства 45 активистов АНК в Бойпатонге, переговоры были прерваны. В июле ситуацию рассматривал Совет Безопасности ООН. В своем выступлении там Мандела обвинил правительство в государственном iiiiiiiiiitmini« 203 IIIIIIIIHIIIIIIIII


терроризме. По возвращении домой он возглавил кампанию непрерывных массовых действий, целью которой было давление на правительство. Мандела предупреждал, что кампания должна быть мирной, но в сентябре горячие головы в АНК повели 75-тысячную толпу демонстрантов через границу хоумленда Сискей, несмотря на запрет властей. Де- мострация была расстреляна сискейской армией. Это ослабило позиции сторонников насилия в руководстве АНК и укрепило позиции Манделы.
В конце сентября Мандела и де Клерк встретились, чтобы обсудить условия дальнейших переговоров. Мандела сумел настоять на выполнении правительством всех условий АНК, но согласился на две важнейшие уступки (предложенные Джо Слово и согласованные на специальном заседании руководства АНК): так называемые «закатные пункты», предусматривавшие сохранение должностей за белыми госслужащими на определенный период, а также переходное коалиционное правительство Национальной партии и АНК. Мандела поначалу был против, но, приняв эту идею, отстаивал ее перед радикалами в своей партии. Переговоры продолжались в более благоприятной обстановке.
10 апреля 1993 г. последовал новый срыв. Был убит лидер ЮАКП и бывший главнокомандующий Умконто Крис Хани. Начались демонстрации, в Капской провинции и Натале вспыхнули беспорядки. Де Клерк знал, что только Мандела может остановить волнения. Мандела потребовал, чтобы его речь транслировалась по телевидению, а когда ее передали в урезанном виде, настоял, чтобы ее повторили полностью. Он нашел нужные слова и успокоил эмоции. К белым он обратился с призывом не покидать страну. Порядок был восстановлен, переговоры продолжались. Престиж Манделы и в стране, и за рубежом никогда не был так высок.
Еще одной заботой Манделы было прекращение конфликта между АНК и партией свободы «Инката», которую возглавлял Мангосуту Бутелези. Борьба шла за контроль над сельскими районами провинций Натал и Оранжевое Свободное государство. Обе стороны отказывались от переговоров, но Мандела, несмотря на протесты многих коллег в руководстве АНК, несколько раз встречался с Бутелези в 1991 и 1993 гг. Ради этих встреч он готов был поставить на карту даже свое лидерство в партии - согласился уйти в отставку, если АНК не пойдет на переговоры с «Инкатой». Эти встречи не принесли ощутимых результатов, но они несомненно способствовали тому, что долго колебавшийся Бутелези допустил участие своей партии в первых демократических выборах, а затем и принял пост министра внутренних дел в правительстве Манделы.
Переговоры АНК и его союзников с правительством между тем шли своим чередом. Была согласована переходная конституция. В последнюю ночь, 17- 18 ноября 1993 г., Мандела и де Клерк проспорили до утра о принципе принятия решений будущим парламентом. Де Клерк настаивал, чтобы важнейшие резолюции принимались большинством в две трети голосов, Мандела же требовал принятия принципа простого большинства. Де Клерк сдался. Были согласованы и основные принципы экономической политики. Мандела, по выходе из тюрьмы говоривший о национализации горнорудной промышленности и перераспределении земли, не настаивал больше на этих мерах. В конституции был закреплен принцип частной собственности.
Путь к демократическим выбо- ра^м был открыт. В декабре Манделу и де Клерка наградили Нобелевской премией мира.
Роль Манделы в мирном переходе к демократической системе в Южной Африке была поистине уникальной. Только  i miiiiiiiiiiiiiiii


его авторитет и его дар убеждения помогли удержать даже самых воинственных его коллег в рамках переговорного процесса. Но он сумел добиться и того, что результатом этого процесса стала государственная структура, максимально благоприятная для его партии.
27 апреля 1994 г. страна вышла на выборы. Они прошли при огромном энтузиазме населения. АНК одержал сокрушительную победу, набрав почти две трети голосов и победив во всех провинциях, кроме Западного Кейпа и Натала. Перед Манделой встала непростая задача формирования правительства национального единства с учетом интересов разных политических партий и разных этнических групп. Одним из самых важных было его решение о вице-президентах. Одним стал де Клерк, вторым Мандела хотел назначить Сирила Рамафозу, одного из лидеров ОДФ и КОСАТУ. Но руководство АНК предложило своего кандидата - Табо Мбеки, сына Гована Мбеки и помощника Тамбо. Не в первый и не в последний раз Мандела уступил давлению своей партии: Мбеки стал вице-президентом, затем - преемником Манделы на посту президента АНК, а потом и страны.
Миф закончился. Наступили будни власти. Мандела понимал, что АНК получил в наследство страну с развитой экономикой, управлять которой без квалифицированных технических кадров - а таковыми были в основном белые - было невозможно. Его главной задачей и заботой на протяжении всего его президентского срока стало национальное примирение. Эта цель была и осознанной тактикой, и проявлением его характера, и стилем. Заняв официальные президентские резиденции, Мандела не уволил никого из прежнего штата и не изменил декор. Он здоровался со своей белой обслугой за руку, помнил все имена. Он посещал африканерские культурные мероприятия, встречался с П. Ботой и другими африканерами, которых имел полное право ненавидеть. Приехал даже на чай к вдове Хендрика Фервурда - одного из авторов апартхейда и премьер- министра, руководившего страной в то время, когда Мандела был приговорен к пожизненному заключению.
Одним из важнейших элементов политики национального примирения стала Комиссия правды и примирения, созданная указом Манделы. Ее задачей было выявление и обнародование преступлений против человечности, совершенных всеми политическими партиями в 1960-1980-х годах. Покаявшиеся преступники могли получить амнистию, если считалось доказанным, что они совершили свои преступления по политическим мотивам. Приглашались на Комиссию и жертвы преступлений, рассказывавшие, что с ними произошло. Заседания Комиссии транслировались по телевидению, и вся страна, затаив дыхание, следила за ее работой.
Многие комментаторы считают, что Комиссия действовала предвзято (в пользу АНК) и некомпетентно. Но при всем несовершенстве процесса Комиссия была попыткой примирить тех, кто воевал друг против друга. Результатами остались недовольны все. Многие в руководстве АНК были возмущены тем, что их вообще заставили каяться, поставив тем самым на одну доску с режимом. Представители «Инкаты» отказались давать показания, не надеясь на справедливое расследование. Де Клерк через суд остановил публикацию некоторых частей отчета, относившихся к нему лично. И все же Мандела настоял на публикации отчета и принял его. Комиссия стала одним из главных результатов его президентства. Другим была новая конституция страны, заменившая переходную, принятую в 1993 г.
Мандела принимал мало участия в ведении повседневных дел правительства. Заседания кабинета он часто IIIIIIIIIIIIIIIHII Zl/J IIIIIIIIIIIIIIIHII


поручал вести Мбеки, а после выхода Национальной партии из правительства национального единства в 1996 г. и вовсе отошел от дел. Когда же - нечасто - выступал с собственной позицией, ее далеко не всегда поддерживали его партия и даже его правительство. Мандела резко осудил, например, репрессии Сани Абачи в Нигерии, но министерство иностранных дел дезавуировало его заявление. Мандела несколько раз пытался говорить о быстро распространявшемся в стране СПИДе, но под давлением Мбеки, не верившего в существование эпидемии, ни правительство, ни руководство АНК эти инициативы не поддержали. Каждый раз в таких случаях Мандела замолкал. Он был человеком партии и соблюдал ее дисциплину. Даже если он шел против нее, то делал это в ее интересах. Но противостоять ей всерьез он не мог.
На Национальной конференции АНК в декабре 1997 г. Табо Мбеки был избран президентом организации. Его избрание ознаменовало конец политики национального примирния, хотя Мандела оставался президентом страны до выборов 1999 г. Отношения Манделы с Мбеки не сложились. Из-за несогласия по вопросу о СПИДе Мбеки в течение долгого времени даже отказывался разговаривать с Манделой.
Мандела - один из самых популярных лидеров XX в. - прожил одинокую жизнь. Образ любимой и любящей жены Винни, который поддерживал его в тюрьме, был далек от реальности. Дело не в том, что те 27 лет, что Мандела провел в заключении, ее личная жизнь была весьма насыщенной. Она не захотела создать ему какое-то подобие семейного очага и тогда, когда он вернулся домой. Выйдя на свободу, Мандела узнал о том, что Винни поддерживала «ожерелья», о ее нечистоплотности в финансовых делах и, наконец, о том, что она была соучастницей по крайней мере одного убийства (юноши, которого ее приверженцы обвинили в предательстве). Уже в 1992 г. Мандела и Винни разошлись. Но она была популярным лидером, и Мандела назначил ее заместителем министра искусств, культуры, науки и техники в своем кабинете. Финансовые нарушения начались сразу же, а вскоре Винни начала выступать против политической линии АНК и правительства, членом которого она была. Этого Мандела перенести не мог. В 1995 г. он уволил ее, а в 1996 г. получил развод.
Младшй сын Манделы погиб в автокатастрофе, когда тот был в тюрьме, старший умер от СПИДа в 2005 г. В 1998 г., за день до своего 80-летия, Мандела женился на вдове президента Мозамбика Саморы Машела. Граса Машел на 27 лет моложе Манделы, и новое замужество не отвлекло ее ни от ее собственной семьи, ни от активной общественной жизни. Она сопровождает Манделу на официальных церемониях, но в повседневной жизни он по-прежнему одинок.
В последние годы Мандела принимал мало участия в общественной жизни. В 2005 г. он призвал страны восьмерки простить африканским странам все их долги. Участвовал в кампании, организованной правительством ЮАР с целью получения права проведения чемпионата мира по футболу 2010 г. Участвует он и в церемониях награждения стипендиатов фонда Манделы-Родса (бывший фонд Родса). Мандела - глава Детского фонда, также названного его именем, и до недавнего времени участвовал в организованных Фондом празднествах для детей. В 2007 г. Мандела присутствовал на церемонии открытия своего памятника в Лондоне. Он принимает участие в празднествах, организованных в честь его юбилеев; изредка принимает звезд эстрады и других знаменитостей, которые любят фотографироваться с ним. Но в последние годы на публике он почти не появляется и проводит большую часть времени в своих домах в Куну и
iimiiiiiiiiiiiiii Zl/D tiiiiiiiiHiHiiiii


Хаутоне, иногда выбираясь в Мозамбик, чтобы провести время с семьей жены.
И.И. Филатова
Сочинения Н. Манделы
Conversations with Myself. L., 2010.
Nelson Mandela Speaks: Forging a Democratic, Nonracial South Africa. N. Y., 1993
Long Walk to Freedom. The Autobiography of Nelson Mandela. Boston; N. Y., 1994.
The Struggle Is My Life. N. Y, 1986 (Originally published as a tribute on his 60th birthday in 1978. Speeches, writings, historical accounts, contributions by fellow prisoners).
Литература
Asmal K.t Chidester D.t James W. (eds.) Nelson Mandela: From Freedom to the Future. Tributes and Speeches. Johannesburg; Cape Town, 2003.
Barber J. Mandela's World. Cape Town, 2004.
Benson M. Nelson Mandela: the Man and the Movement. Harmondsworth, 1994 (1st ed. 1986).
Callinicos L. The World that Made Mandela. Pretoria, 2001.
Callinicos L. Oliver Tambo: His Life and Legacy. Pretoria, 1999.
Gilbey E. The Lady. The Life and Times of Winnie Mandela. L., 1993.
Harrison N. Winnie Mandela: Mother of a Nation. L., 1985.
Joffe J. The State vs. Nelson Mandela: the trial that changed South Africa. Oxford, 2007.
Johns S., Davis R.H.JR. (eds.) Mandela, Tambo and the African National Congress. The Struggle against Apartherid, 1948-1990. A Documentary Survey. N. Y., 1991.
Karis T., Gerhart G. From Protest to Challenge. A Documentary History of Politics in South Africa, 1882-1990. Vol. 5: Nadir and Resurgence, 1964-1979. Bloomington; Indianapolis, 1997.
Lodge T. Mandela. A Critical Life. N. Y„ 2006.
Mandela W. Part of My Soul / Ed. by A. Benjamin, M. Benson. N.Y.; L., 1984.
Meer F. Higher Than Hope: The Authorized Biography of Nelson Mandela. N.Y., 1990.
O'Malley P, Shades of Difference. Mac Maharaj and the Struggle for South Africa. L., 2007.
Sampson A. Mandela. The Authorised Biography. Johannesburg; Cape Town, 1999.
Sisulu E.W., Sisulu A. In Our Lifetime. Cape Town, 2003.
The Road to Democracy in South Africa: Vol. 1 (1960-1970). Cape Town, 2004.
The Road to Democracy in South Africa: Vol. 2 (1970-1980). Pretoria, 2006.


Джон Бивер МАРКС
John Beaver Marks,
21.III.1903-1.VIIL1972
Председатель Южноафриканской коммунистической партии (South African Communist Party, ЮАКП) (1962-1972).
Родился в городе Фентерсдорп (провинция Трансвааль) в семье рабочего- железнодорожника Джона Тхелевла Маркса и акушерки Бетти Исо, европейского происхождения. Согласно принятой в Южной Африке расовой стратификации, Маркс мог с полным правом претендовать на статус «цветного», но он всю жизнь идентифицировал себя как африканец. В семье родители говорили на языке африкаанс, но дети, их было семеро, предпочитали использовать в общении язык сетсвана. Когда Дж. Маркс перебрался в город Йоханнесбург, он выучил и другие африканские языки: иси- коса и исизулу. Его политические взгляды стали формироваться еще в семье, так как его отец был последовательным сторонником Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК).
Родители хотели дать сыну хорошее образование и устроили Маркса в 1919 г. в учительский колледж в Претории. Они мечтали, что когда-нибудь их сын станет священником. В 1921 г. Маркс получил диплом учителя и в последующие десять лет преподавал в школах Почефструма (Трансвааль) и Фридерфорта (провинция Оранжевое Свободное государство).
Работая учителем, Маркс близко познакомился с деятельностью Коммунистической партии Южной Африки (Communist Party of South Africa, КПЮА)1, которая в 1920-х годах вела активную пропаганду среди рабочих. Маркс часто принимал участие в ее митингах и переводил выступления ораторов на африканские языки. В 1928 г. Маркс одновременно вступил в КПЮА и АНК, связав себя с ними на всю оставшуюся жизнь. В 1932 г. Маркс был уже членом Центрального комитета компартии. Чтобы не отвлекаться от политической деятельности, он прекратил преподавательскую работу. В эти годы Маркс активно публиковался в коммунистической прессе: в газете «Южноафриканский рабочий» («The South African Worker») и журнале «Рабочий» («Umsebenzi») на языках исизулу и исикоса, в 1940-х годах в журнале «Свобода» («Inkululeko»). В 1933-1934 гг. Маркс под именем Макса Реймонда проходил обучение в Москве в Коммунистическом университете трудящихся Востока (КУТВ). По возвращении в Южную Африку в 1934 г. он был избран членом Политбюро и секретарем ЦК КПЮА. Однако вскоре он оказался втянут во фракционный борьбу внутри партии.
В 1930-х годах КПЮА переживала один из самых сложных моментов в своей 1 С 1953 г. была воссоздана под названием Южноафриканская коммунистическая партия.
iiiiiiiiiiiitiiiiii Z17O IIIIIIIIIHIIIIIIH


истории. В ней шли острые споры из-за лозунга о «южноафриканской независимой туземной республике», одобренного на VI конгрессе Коминтерна. Внутренние противоречия, закулисные интриги и чистка рядов поставили под угрозу само существование КПЮА. Одной из жертв этой борьбы мог стать и Маркс, которого в 1936 г. вызвали в Москву для разбирательства, и есть все основания полагать, что этот визит мог закончиться для него арестом. Но Маркс добрался лишь до Франции. Получив исчерпывающую информацию о начавшихся в Москве процессах против многих видных деятелей Коминтерна, он принял решение вернуться в Южную Африку. По возвращении он был исключен из партии, но уже через два года был восстановлен и снова вошел в ее руководство2.
В 1940-х годах Маркс занимался в основном профсоюзной деятельностью. В 1943 годах был избран президентом Союза африканских горняков (African Mineworkers’ Union), в котором состояло свыше 25 тыс. шахтеров. В 1945 г. стал председателем Совета неевропейских профсоюзов Трансвааля (Transvaal Council of Non-European Trade Unions).
В 1946 г. конференция профсоюза горняков во главе с Марксом потребовала повысить заработную плату и улучшить условия работы. Горная палата и правительство игнорировали эти требования. 12 августа началась забастовка, продолжавшаяся неделю. В ней участвовало не менее 100 тыс. человек - треть всех горняков-африканцев, что вызвало прекращение работ на многих шахтах. Правительство ответило отправкой на подавление забастовки 2000 вооруженных полицейских. Результатом их действий стали сотни убитых и раненых рабочих. В первые дни были арестованы хМаркс и другие руководители профсоюза шахтеров.
Организация забастовки горняков способствовала росту авторитета Маркса. В 1946 г. он был избран членом Национального исполкома АНК. В 1952 г. участвовал в кампании неповиновения законам апартхейда, введенным правительством Национальной партии (Die Nasionale Party), пришедшей к власти в 1948 г. Маркса, как и многих других участников протеста, приговорили к девяти месяцам тюремного заключения.
В 1950-х годах, когда компартия была вынуждена уйти в подполье, Маркс продолжал свою политическую деятельность. В 1962 г. он был избран председателем ЮАКП и занимал этот пост до конца своей жизни.
По поручению руководства компартии Маркс покинул страну в 1963 г., чтобы продолжить работу в эмиграции, и выполнял свою миссию в Танзании. Там, в штаб-квартире АНК в городе Мо- рогоро, Маркс вместе с генеральным секретарем ЮАКП М. Котане координировал деятельность АНК и его боевого крыла «Умконто ве сизве» («Umkhonto we Sizwe», «Копье нации»).
В 1969 г. Маркс председательствовал на Консультативной конференции АНК в Морогоро, где было принято важное решение открыть членство в АНК всем «южноафриканским патриотам, вне зависимости от их расы»3. «Вспоминая прошлое, можно сказать, что на той Морогорской конференции были моменты, когда казалось, все движение было под угрозой. Но именно умение Джей Би4 как председателя и великодушие товарища 2 Городнов В.П. Капкан для Маркса // Коминтерн и Африка: документы. СПб., 2003. С. 321-327.
3 Шубин ВТ. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999. С. 104.
4 Так обычно называли Джона Маркса его соратники.
ши niiiiiiniiiiiiiii


президента Оливера Тамбо... позволило устранить ее и заложить основу того, чем мы являемся сегодня», - вспоминал Джо Слово, генеральный секретарь ЮАКП в 1985-1991 гг. и соратник Маркса5.
В составе делегаций ЮАКП и АНК Маркс участвовал во многих международных конференциях, в том числе в Москве в 1969 г. на Международном совещании коммунистических и рабочих партий. Там он выступил с большим докладом о положении не только в ЮАР, но и в других африканских странах6.
В 1971 г. Дж. Б. Маркс перенес тяжелый сердечный приступ. Его доставили для лечения в Москву в Центральную клиническую больницу (ЦКБ). Последний год своей жизни он провел вместе со своим соратником по партии М. Котане, также находившимся на лечении в Москве после перенесенного инсульта. Во время пребывания в больнице Маркс получил известие о кончине своей престарелой матери в Южной Африке. Это окончательно подорвало его здоровье7. Он умер 1 августа 1972 г.
В.П. Городнов
Литература
Городнов В.П, Южно-Африканский рабочий класс в борьбе против реакции и расизма. М., 1969.
Лебади [Дж.Б. Маркс]. Великий Октябрь и освободительное движение в Южной Африке. М., 1967.
Лерумо А. [М. Хармел]. 50 лет борьбы. История Южно-Африканской коммунистической партии, 1921-1971. М., 1973 (перев. с англ.: Lerumo A. Fifty Fightings Years. The South African Communist Party, 1921— 1971. L., 1971).
Шубин В.Г. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999.
Pike H.R. A History of Communism in South Africa. Germiston, 1988.
South African Communists Speak (1915-1980). L, 1981.
5 The African Communist. 1983. № 95. C. 89.
6 Лерумо A. 50 лет борьбы: История Южно-Африканской коммунистической партии, 1921-1971. М., 1973. С. 264-274.
7 Шубин В.Г. Указ. соч. С. 139.


Самора Мойзес МАШЕЛ
Samora Moises Machel,
29.IX.1933-19.X.1986
Первый президент Мозамбика (1975-1986).
Родился на юге Мозамбика в округе Газа в бедной крестьянской семье. Будучи еще маленьким мальчиком, Самора однажды убил ядовитую змею. Односельчане, зная народную примету, единодушно решили, что он станет вождем1. Чтобы лучше понять истоки формирования его как личности и как революционера, необходимо учесть не только его крестьянское происхождение, но и долгую семейную традицию антиколониального сопротивления. Его дед и прадед были проводниками в армии знаменитого вождя Мангуигане, который в конце XIX века тщетно пытался преградить путь португальским завоевателям. По слрвам самого С. Машела, он «прошел школу колониальной эксплуатации, школу капитализма на личном опыте». В одном из интервью (июль 1973 г.), отвечая на вопрос корреспондента «Каков Ваш путь в революцию?», С. Машел рассказывал: «В районе, где я родился, хорошо росли зерновые культуры. У отца был участок земли, на котором он выращивал белую фасоль. Когда урожай снимали, он продавал его португальцам по 2 эскудо за килограмм. Рядом с нашим полем ту же фасоль выращивали португальские колонисты. Они тоже не использовали никаких удобрений. Но за килограмм фасоли скупщики давали им 6 эскудо. За кукурузу африканцам платили один эскудо, а португальцам - три. За одну голову скота африканцу давали около 20 долларов, а европейцу - 80. Если же назавтра крестьянин-африканец хотел вернуть себе проданную накануне за 20 долларов корову, он должен был заплатить скупщику 80 долларов только потому, что ее продавал белый. Так было во всем»1 2.
Церковь, должно быть, потеряла популярного и способного священника, когда, проучившись шесть лет в католической начальной школе, юный Машел отказался продолжить учебу в семинарии, хотя это давало ему право стать католическим священником. Благодаря своему статусу «ассимиладу» (т. е. образованного африканца, пользовавшегося правами португальского гражданства), упорству и незаурядным способностям, он сумел окончить среднюю школу и медицинские курсы, получив относительно привилегированную профессию брата милосердия. Эта профессия сравнительно хорошо оплачивалась, а главное, давала возможность свободно и много ездить по стране. По воспоминаниям современника, «в каждой административной зоне, провинции и дистрикте местный порту1 Ferreira М. S. Machel. О poder «tambem e solidao» // Africa hoje. 1986. Novembo. P. 6.
2 Новое время. 1973. № 28. С. 21.
iiHiiiiiiiiiiiiiii Z I I iiiiiiiiiiiiiiiiin


гальский администратор имел право на брата милосердия, который следил за здоровьем его семьи ... Эти медбратья пользовались свободой и даже приоритетом в поездках по стране». Разъезжая по стране, многие медбратья распространяли информацию о положении в Мозамбике, о событиях в Африке и в мире. Поскольку португальцы не удосуживались учить местный язык, брат милосердия, делая массаж или инъекции белому человеку, мог без всякого риска для себя сообщать всю эту информацию служившим у него людям. Работа брата милосердия дала возможность Машелу лучше узнать свою страну, чем это удавалось большинству его соотечественников.
Одно из первых открытий, которое он сделал для себя, заключалось в том, что африканец, как бы он ни был умен и образован, не может достичь того же статуса, что и белый. Африканцам в колониальном обществе отведена роль слуг белых «хозяев жизни». Даже за одну и ту же работу белые получали в несколько раз больше, чем черные. Расовая дискриминация на всех уровнях, во всех областях вызывала в легко ранимой душе молодого человека не только горькое ощущение несправедливости, но и чувство активного протеста3.
Позже С. Машел вспоминал: «Постепенно я осознал, что ничто не может помочь, кроме коллективных действий. Человек, опирающийся лишь на свои силы, ничего не сможет добиться. На той стадии [это было после 1956 г.] я начал понимать ключевые экономические и политические проблемы и причины того, что африканцы находятся в столь невыгодном положении. Затем 1960 год - независимость Конго ... Я начал всерьез задумываться о возможности добиться независимости Мозамбика... В это время португальские власти усилили репрессии против всех грамотных африканцев. Было еще нечто, что разжигало наше любопытство: мы старались понять, почему власти не хотят, чтобы мы читали газеты и слушали иностранное радио. Ну а затем пришел 1961 год в Анголе»4.
Вскоре после основания Фронта освобождения Мозамбика (Frente de Liber- taçâodeMoçambique,OPEJIHMO)C. Машел вступил в него. В составе группы членов ФРЕД И МО отправился в Алжир для прохождения военной подготовки.
Пленум ЦК ФРЕЛИМО в июне 1964 г. принял решение о переходе к вооруженной борьбе и 25 сентября призвал население Мозамбика начать всеобщее вооруженное восстание. В тот же день группа из И бойцов совершила первую атаку на португальский военный пост в Чаи (провинции Кабу-Делгаду), положив тем самым начало 10-летней войне за независимость. С. Машел стал командиром первой военной базы на мозамбикской территории. Вскоре возглавляемая им группа из 250 партизан развернула боевые действия, переросшие позже во всенародную войну. Проявив незаурядные военные способности, Машел стал заместителем главнокомандующего вооруженными силами ФРЕЛИМО Фели- пи Магайя, а после его гибели в 1966 г. - главнокомандующим.
В 1966 г. Машела избрали членом ЦК ФРЕЛИМО и секретарем отдела обороны ЦК. К этому времени стало предельно ясно, что во ФРЕЛИМО существуют два течения: одно, основанное на марксистской идеологии, во главе которого стояли Э. Мондлане, С. Машел, М. душ Сантуш, другое представляли сторонники Нка- вандаме, члена ЦК и секретаря провинции Кабу-Делгаду, выступавшие против радикальных социально-экономических 3 Burchett IV. Southern Africa stands up: the revolutions in Angola, Mozambique, Rhodesia, Namibia, and South Africa. N. Y., 1978. P. 166.
4 Хазанов A.M. История Мозамбика в новое и новейшее время. М., 2006. С. 162.
IIIIIIIIIIIIIIIHII Z /Z iiiiiiiuiiiiHiiii


преобразований. Нкавандаме обвиняли в том, что он, организовав крестьянские кооперативы и контролируя всю торговлю между Мозамбикохм и Танзанией, начал наживаться на эксплуатации крестьян. С. Машел страстно выступил в поддержку линии Э. Мондлане и против действий Нкавандаме. Он утверждал, что крестьяне Кабу-Делгаду жаловались его бойцам на цены, которые требует Нкавандаме за импортированные товары, на то, что он недоплачивает жалованье работающим на его кооперативных фермах и использует свое положение функционера ФРЕЛИМО в целях личной наживы5. Нкавандаме одобрял нападения крестьян на португальских поселенцев, выступал за тактику террора в городах, за расстрел португальских военнопленных, обвинял военных ФРЕЛИМО в трусости и некомпетентности, и рассматривал конфликт с колонизаторами в расовых категориях. В отличие от него, С. Машел рассматривал конфликт в колонии в классовых, а не в расовых категориях и выступал против тактики террора и против расстрела военнопленных. Машел возражал против сохранения традиционных структур, утверждая, что они представляют собой систему эксплуатации, столь же достойную осуждения, как и эксплуатация колонизаторов. Открытый конфликт между руководством ФРЕЛИМО и группой Нкавандаме произошел на II съезде ФРЕЛИМО в июле 1968 г. Победила линия руководства ФРЕЛИМО. Позже Нкавандаме был исключен из организации.
После убийства Э. Мондлане в феврале 1969 г. ЦК ФРЕЛИМО создал Президентский совет из трех человек - С. Машела, М. душ Сантуша и У. Си- манго. По словам английского историка Б. Манслоу, «по одну сторону были сторонники традиционной африканской националистической “независимости”, по другую - те, кто верили, что она будет бессмысленной, если не будет сопровождаться социальной революцией ... Те, кто хотели только независимости как средства утвердиться самим в качестве нового правящего класса в рамках неоколониалистского контекста, противостояли тем, кто хотел создать политические структуры, основанные на “народной власти” и экономически базирующиеся больше на кооперации между собственниками, чем на системе частного предпринимательства»6.
У. Симанго вступил на путь борьбы за лидерство в ФРЕЛИМО. Он требовал отставки Машела и М. душ Сантуша. Выступление Симанго против руководства организации было проявлением его непомерных личных амбиций. Попытка Симанго захватить руководство организацией в свои руки потерпела фиаско. Большинство членов ФРЕЛИМО пошло за главнокомандующим армией С. Машелом. Пленум ЦК в апреле 1969 г. внес изменения в структуру ФРЕЛИМО, преобразовав отделы администрации, оргработы, социального обеспечения, здравоохранения и политических вопросов в секции отдела обороны, возглавлявшегося С. Машелом. Пленум принял также решение о перенесении штаб-квартиры ФРЕЛИМО из Дар-эс-Салама в Начингви, т. е. ближе к фронту, где руководил С. Машел. За свою раскольническую деятельность и попытки захватить единоличную власть Симанго был выведен из Президентского совета и исключен из организации, а в мае 1970 г. на чрезвычайном заседании Исполкома ЦК ФРЕЛИМО председателем ФРЕЛИМО был избран С. Машел.
5 Машел С. Развитие народно-демократической революции в Мозамбике // Борьба за освобождение португальских колоний в Африке. М., 1975. С. 58, 59.
6 Munslou' В. Mozambique: the Revolution and its origins. L., 1983.
iiiiiiiiiiiiiiniii z / J iiiiiiiiiiiiiiniii


В 1971 г., будучи гостем XXIV съезда КПСС, С. Машел отмечал, что завоевание политической независимости - это первый этап мозамбикской революции. Содержанием второго ее этапа, который займет длительный исторический период, должна стать серия социально-экономических преобразований «с целью ликвидировать систему эксплуатации человека человеком, уничтожить остатки колониализма, создать новое общество, основанное на новом типе социально-экономических отношений».
С. Машел не только руководил военными операциями партизан ФРЕЛИМО, но и уделял исключительно большое внимание созидательной деятельности в освобожденных районах. ФРЕЛИМО проводил работу по формированию у населения нового мировоззрения и новой системы ценностей. Говоря об этом, Машел много позже подчеркивал: «Опыт освобожденных зон представляет для нас ценное наследие. Это нечто такое, что мы должны защищать и использовать, чтобы на национальном уровне порвать со старыми мифами, ценностями и привычками, организацией социальной жизни ... Освобожденные зоны были политической, научной лабораторией, лабораторией идей. Там мы смогли испытать то, что должны были сделать в будущем»7.
К тому времени, когда в Португалии произошла революция (апрель 1974 г.), ФРЕЛИМО контролировал четверть территории страны, на которой проживало более 1 млн человек. 7 сентября 1974 г. с новыми португальскими властями было подписано соглашение, по которому было создано переходное правительство во главе с членом исполкома ФРЕЛИМО Ж. Чиссано. 25 июня 1975 г. была провозглашена независимость Мозамбика. С. Машел стал первым президентом независимого Мозамбика, председателем высшего законодательного органа - Народной ассамблеи, главнокомандующим вооруженными силами. ФРЕЛИМО взял в свои руки контроль над всеми сферами административной и социально-экономической жизни страны. 24 июля 1975 г. (этот день вошел в историю как День национализации) президент Машел объявил о решении правительства отдать землю крестьянам, национализировать частные школы, клиники, больницы, юридические конторы. Государственной собственностью стали банки и кредитные учреждения, системы здравоохранения и образования. Землей, объявленной государственной собственностью, бесплатно наделялись крестьянские кооперативы они должны были стать основой сельского хозяйства на базе «коммунальных» (коллективных) деревень.
Событием в жизни мозамбикского народа стал III съезд ФРЕЛИМО, состоявшийся в феврале 1977 г. Он принял решение о преобразовании ФРЕЛИМО в авангардную партию, основывающуюся на союзе рабочих и крестьян и поддерживаемую прогрессивными элементами других классов и групп. Согласно уставу, Партия ФРЕЛИМО - ведущая сила государства и общества. Основой ее идеологической деятельности были объявлены опыт мозамбикского народа и марксизм-ленинизм. Отчетный доклад, сделанный С. Машелом, принятые съездом документы были положены в основу разработки идеологических и теоретических проблем, стоявших перед мозамбикскими революционерами. С. Машел считал, что их решение может быть найдено в опыте революционной борьбы и «научного социализма» и что стратегия ФРЕЛИМО должна быть синтезом специфики конкретной революции и общих принципов марксизма-ленинизма. Председателем партии ФРЕЛИМО был 7 Хазанов А.М. Указ. соч. С. 165.
iiiiiiiiiiiiiiniii z iiiiiiiiiiiiiiniii


избран С. Машел. В 1980 г. ему было присвоено воинское звание маршала, а в 1982 г. - почетное звание «Герой республики».
В начале 1980-х годов экономическая и политическая ситуация в Мозамбике осложнилась. В течение ряда лет в стране свирепствовала засуха, снизился уровень сельскохозяйственного производства. Неблагоприятные погодные условия, сокращение производства и экспорта сельскохозяйственной продукции, а также падение цен на сельскохозяйственное сырье на мировом рынке поставили страну в тяжелое положение. Наряду с этим возросла активность ЮАР, против Мозамбика предпринимались вооруженные провокации. Все это потребовало выработки повой тактики партии с учетом сложившихся условий. В апреле 1983 г. в Мапуту состоялся IV съезд партии, на котором с отчетным докладом выступил С. Машел. В качестве первоочередных задач он назвал повышение обороноспособности и экономическое развитие страны. В своем докладе Машел дал анализ ситуации в стране. Он не скрывал серьезных трудностей, с которыми столкнулась республика, и намечал пути их преодоления8.
После провозглашения независимости Мозамбик покинули большинство европейцев (в основном португальцев), поэтому в сфере экономики, образования и медицины власти столкнулась с серьезными кадровыми проблемами. Следствием этого явилось закрытие многих промышленных предприятий, запустение сельскохозяйственных плантаций, сокращение объема гражданского строительства.
Большие трудности испытывало сельское хозяйство, где было занято 80% населения страны. В 1977-1978 и 1981 — 1983 гг. в Мозамбике произошла череда наводнений и засух, причинивших громадный экономический ущерб. Серьезные экономические потери также были вызваны утратой значительной части транзитных грузов, которые шли из ЮАР и Зимбабве. После того как ЮАР сократила занятость на своих рудниках мозамбикских горняков, в стране остро встала проблема безработицы.
Машел неоднократно посещал Советский Союз. В марте 1977 г. в результате советско-мозамбикских переговоров в Мапуту был подписан Договор о дружбе и сотрудничестве между СССР и Народной Республикой Мозамбик (Republica Popular de Moçambique, HPM).
С. Машел много сделал для укрепления единства и координации действий группы «прифронтовых государств», для упрочения созданной в 1980 г. региональной организации - Конференции по координации развития стран Южной Африки (Southern African Development Coordination Conference, САДКК). Особенно тесные узы связывают народы Мозамбика и Анголы.
Машел не был «черным расистом» и не питал ненависти к португальскому народу. Более того, он даже признавал некоторые позитивные аспекты культурного влияния португальцев на Африку. Португальская журналистка цитирует его слова, сказанные публично: «Вы, португальцы, своим колониализмом причинили нам много зла, но вы также научили нас и хорошим вещам. До вас мы ходили в набедренных повязках, а сейчас я красуюсь в одежде и в галстуке. Это вы научили нас носить одежду и галстук.» И, обращаясь к своим товарищам, он сказал: «Вы все время ругаете колонистов. А кто построил дома, в которых вы живете? Сколько домов вы построили в Мапуту с тех пор, как оттуда ушли португальцы?»9
8 Partido FRELIMO. Relatorio do Comite Central ao IV Congresso. Maputo, 1983. P. 74.
9 Ferreira M. Op. cit. P. 6.
IIIIIIIIHI irilllll Z IIIHIIIIMIIIIIIII


Итоги «машеловского» десятилетия в истории Мозамбика были, к сожалению, неутешительными. Из страны выехали 80% квалифицированных португальских специалистов, что катастрофически сказалось на экономике. С национализацией во многих отраслях явно поторопились, плантации были превращены в госфермы. Централизованное планирование основывалось больше на принятии желаемого за действительное, чем на реалистическом анализе. Доход на душу населения к концу 1986 г. составил лишь 60% от уровня 1981 г. и продолжал падать. Метикал (национальная валюта Мозамбика) так обесценился, что зарплаты рабочего хватало лишь на 4-5 пачек сигарет. По данным ООН, из 14 млн жителей страны 3,8 млн существовали на грани голодной смерти. Диспропорции в развитии отраслей экономики привели к нехватке продовольствия и других товаров первой необходимости. Одновременно процветал «черный рынок», увеличивались спекуляции и коррупция. Война и засуха превратили в беженцев 3,5 млн человек, из которых 1,5 млн ушли в соседние страны10.
С. Машел внес большой личный вклад в укрепление международного авторитета НРМ. Благодаря его усилиям и энергии страна играла активную роль в ООН, движении неприсоединения, Организации африканского единства (Organisation of African Unity, OAE).
В 1977 г. С. Машелу была присуждена международная Ленинская премия «За укрепление мира между народами», а в 1980 г. он был награжден орденом Дружбы народов. Во время последнего визита С. Машела в СССР в марте- апреле 1986 г. и его встреч с Генеральным секретарем ЦК КПСС М.С. Горбачевым был согласован ряд мер по дальнейшему развитию и углублению дружественных связей между двумя странами.
Председатель партии ФРЕЛИМО, президент НРМ Самора Машел погиб 19 октября 1986 г. в авиационной катастрофе. Его преемником стал Ж. Чиссано.
АМ. Хазанов
Сочинения
Развитие народно-демократической революции в Мозамбике // Борьба за освобождение португальских колоний в Африке. М., 1975.
A nossa força esta na unidade. Maputo, 1983.
Samora Machel, an African revolutionary: selected speeches and writings / Ed. by B. Munslow; translated by M. Wolfers. Harare, 1987.
The tasks ahead: selected speeches of Samora Moises Machel / Ed. by Afro American Information Service. N. Y., 1975.
Литература
Хазанов AM. История Мозамбика в новое и новейшее время. М., 2006.
Munslow В. Mozambique: the Revolution and its Origins. L., 1983.
10 Hanlon J. Mozambique: the Revolution under Fire. L., 1984. P. 190-201.


Гован МБЕКИ
Govan Archibald Mvuyelwa Mbeki,
9.VII.1910-2001
Политический деятель Южной Африки, публицист, организатор и один из лидеров сопротивления африканцев законам апартхейда.
Родился в Транскее 9 июля 1910 г., где и провел большую часть своей жизни. Он видел своими глазами тяготы и проблемы африканских коса, жизнь которых не отличалась от условий существования других африканских народов страны.
Транскей являлся одним из крупнейших поставщиков зерна и шерсти для экспортных нужд на рубеже XIX и XX веков. После открытия золота и алмазов он превратился в аграрную периферию развивающейся экономики ЮАС, основой которой стала горнодобывающая промышленность. Знания, приобретенные в Транскее, позволили Говану Мбеки полно и четко отразить в своих работах связь между миграциями рабочих и развитием капиталистического производства.
Среднее образование Мбеки получил в миссионерской школе. Сдав выпускные экзамены, поступил в Университет Форт Хейра. В 1936 г. получил диплом преподавателя и специалиста в области политологии и психологии. Он был одним из самых образованных африканцев того времени. Однако по специальности работал недолго. Он участвовал в политической жизни студентов и местного населения, а также в объединениях рабочих и создании профсоюзов. Если впечатления, полученные в Транскее, оказали на него огромное влияние, то увиденное в Поханнесбурге, куда он переехал в начале 1929 г., завершило формирование картины удручающего существования рабочего населения всей страны. «Еще раз я увидел бедность черных африканцев. Там где мне довелось жить, в городе и окрестностях, полицейские рейды проходили на регулярной основе. Они либо хотели проверить наши пропуска. либо искали незаконную выпивку. Ни одно другое событие до тех пор не вызывало во мне столько злости и негодования, как эти рейды, именно тогда я принял решение о присоединении к борьбе, дабы положить конец этой системе»1.
В 1925 г. Мбеки заинтересовался деятельностью Союза рабочих промышленности и торговли (Industrial and Commercial Worker’s Union, ICU) - первого массового движения черных рабочих в Южной Африке. К 1938 г. Гован Мбеки полностью отказался от карьеры преподавателя и посвятил себя политической деятельности и журналистике. Он стал издавать журнал «Territorial 1 Govan Mbeki - Isithwalandwe // Sechaba. 1980. Dec. URL: http://www.anc.org.za/show. php?id=4582
III lilUllUIBIII I Z// iiiiiiniiiiiiiiiii


Magazine» («Тэрриториал Мэгэзин») позднее переименованный в «Inkundla Ya Bantu» («Инкундлая банту»). В 1939 г. он выпустил книгу своих первых эссе «The Transkei in the Making» («Транскей в процессе формирования»).
К 1941 г. Мбеки был активным членом нескольких местных и региональных организаций, например Transkei Voters Association, Transkei Organised Bodies и The Transkei Territorial Authorities General Council (Ассоциация избирателей Транскея, Организация органов государственной власти Транскея, Генеральный совет местной власти), последний был широко известен как Вунга (The Bunga). Он сравнивал участие в таких организациях с игрушечным телефонным аппаратом: «Можно говорить что угодно, но твои слова не имеют никакого эффекта, так как телефон не подключен»2.
Работая в этих организациях, Гован Мбеки познакомился со многими людьми. Практический революционер, Гован Мбеки, занимаясь политической агитацией, пытался помочь крестьянам, призывая их к созданию простых кооперативов для объединения их ресурсов и повышения производительности труда. Он опубликовал буклет, содержащий простое руководство по созданию кооперативного хозяйства.
Гован Мбеки хорошо осознавал силу слова в борьбе с несправедливостью. В 1943 г. он участвовал в написании African Claims (Африканские претензии) которые легли в основу Хартии свободы 1955 г. Обладая острым умом и искренне переживая за судьбу народа, в своих работах он смог показать реальное воздействие системы апартхейда и дискриминации в социальной, политической, экономической и других областях. В 1954 г. его пригласили в редакцию газеты «Нью Эйдж» («New Age») - единственной южноафриканской газеты, представлявшей интересы движения протеста в течение последующих восьми лет. Совместно с Рут Ферст, Брайеном и Соней Бантинг и другими членами редколлегии Мбеки пытался отразить реальное положение, потребности и надежды черного населения. Являясь редактором «Нью Эйдж» в Восточном Кейпе, отвечал за освещение борьбы между режимом и крестьянами в период 1956-1960 гг. В ноябре 1962 г. тогдашний министр юстиции Б. Фостер запретил деятельность газеты «Нью Эйдж». Таким образом, газету постигла та же судьба, что и ее предшественницу «Гардиан» («The Guardian») почти десять лет назад. Когда же редколлегия выпустила эту газету под новым именем «Spark» («Спарк»), Фостер запретил не само издание, а деятельность ее авторов и редакторов, что не давало им возможности заниматься подготовкой, редактированием и распространением газеты. Предпочитая действие бездействию, Гован Мбеки ушел в подполье.
Период 1956-1960 гг. описан в книге Гована Мбеки: «Южная Африка: Восстание крестьян». Он начал писать эту книгу на туалетной бумаге в тюрьме в ожидания суда. Книга вышла в светв Англии в 1964 г. и была запрещена в Южной Африке. Она принесла Мбеки мировое признание и степень почетного доктора социальных наук Амстердамского университета. Большая часть книги посвящена анализу революционного потенциала крестьян. Их восстания периодически происходили в стране, в особенности в Зеерасте, Секукуниленде, Зулуленде, Пондолен- де (Zeerust, Sekhukhuniland, Zululand, Pondoland), где противостояние принимало характер устойчивого вооруженного сопротивления. Причин для этого было несколько: навязывание лояльных правительству «вождей», депортация и 2 Ibid.


арест активистов, увеличение налогов и др. Подъем борьбы вызвал ввод бронетехники и вертолетов, в результате чего в Секукуниленде были убиты 16 крестьян. В Пондоленде, где восстание отличалось организованностью, были задержаны более 5000 человек. Везде происходили массовые аресты и депортации. В своей книге Гован Мбеки пришел к выводу, что крестьяне являлись революционной силой.
Будучи редактором «Нью Эйдж» в Восточном Кейпе, Гован Мбеки создавал отделения АНК. В 1948 г. он занимался организацией молодежного движения АНК, был председателем АНК в Восточном Кейпе и одновременно активным членом подпольной коммунистической партии (согласно некоторым данным он стал членом коммунистической партии в 1935 г., согласно другим в 1950-х годах). Когда было принято решение о переходе от политической борьбы к вооруженной, Гован Мбеки стал одной из ведущих фигур сопротивления. В результате он был арестован в 1963 г., когда полиция проводила рейды на одной из ферм в районе Ривония, под Йоханнесбургом. Его приговорили к пожизненному тюремному заключению, так же как и Нельсона Манделу, Уолтера Сисулу, Элиаса Мотсоаледи, Ахмеда Катраду, Дениса Голдберга, Рэймонда Мхлаба, Эндрю Млангени.
В 1950-х годах именно Мбеки отвечал за политическое обучение молодых активистов в Восточном Кейпе. Во время своего тюремного заключения он проводил с ним занятия по политической подготовке. Находясь в тюрьме, написал книгу-эссе «Уроки острова Роббен» («Learning from Robben Island»).
26 июня 1980 г генеральный секретарь АНК Альфред Нзо объявил о присвоении Говану Мбеки медали Иситва- ландве - высшей награды АНК.
5 ноября 1987 г., после 24 лет заключения, Гован Мбеки был освобожден из тюрьмы и сразу же продолжил работу в Африканском национальном конгрессе. Он был назначен канцлером Университета Форт Хейр. Однако вплоть до ноября 1989 г. он оставался под домашним арестом в Порт-Элизабете.
После проведения всеобщих демократических выборов с 1994 по 1997 г. он был заместителем председателя Сената. Затем провел два года в Национальном совете провинций. В 1999 г. он прекратил политическую карьеру. Когда Мбеки спросили о том, как он расценивает тот факт, что его сын стал президентом страны, он ответил: «Мне кажется это хороню не потому, что он мой сын, а потому что это человек, который может справиться с грузом ответственности за будущее АНК и всего народа».
Гован Мбеки умер 30 августа 2001 г. в Порт-Элизабете.
А Л. Архангельская
Сочинения
Мбеки Г. Рассказ о сегрегации // Говорят африканские историки. М., 1977.
Reflections in Prison. L., 2001.
South Africa. The Peasants’ Revolt. L., 1984.
Sunset at Midday. Braamfontein, 1996.
The Struggle for Liberation in South Africa, 1992.


Табо МБЕКИ
Thabo Mvuyelwa Mbeki, род. 18.VL1942
Президент ЮАР (1999-2008).
Родился в деревне Мбевулени в Транскее (бывший бантустан), в ЮАР. Его мать Эпнетт Мбеки и отец, известный политический деятель Гован Мбеки. были активистами и членами Коммунистической партии (Гован Мбеки имел два университетских диплома и был одним из наиболее образованных африканцев в стране). «Я был рожден чтобы вступить в борьбу», - так отзывается сам Т. Мбеки о своих корнях. Он с раннего детства много читал: книг в доме было достаточно. Понимая, что рано пли поздно их арестуют, родители приняли решение о том. что в воспитательном процессе детей должны принимать активное участие все члены семьи и друзья. Таким образом, Табо Мбеки проводил много времени вне дома, в гостях.
В 14 лет Табо Мбеки вступил в Молодежную лигу (Youth League) АНК (Африканский национальный конгресс, African National Congress). В это время он обучался в колледже Лавдейла. который наряду со знаменитым университетом в Форт Хейре, расположенном неподалеку, был одним из центров интеллектуальной жизни африканцев. В этих учебных заведениях африканцы могли получить полноценное образование, они также являлись местом сосредоточения политической активности, где собиралась талантливая африканская молодежь, осознававшая, что при равных способностях со своими белыми сверстниками возможности для их карьеры в Южной Африке были ограничены. Это вызывало чувство негодования и подталкивало к поиску выхода из сложившейся ситуации. Школьная администрация не поощряла сопротивление и борьбу с неравенством, активизировавшиеся с началом процесса деколонизации Африки. В 1957 г., например, одному из лучших учеников колледжа в Лавдейле, Сипо Макана1, было отказано в рекомендации для поступления в университет Форт Хейр из-за его слишком «активной вовлеченности в политику»1 2.
В марте 1958 г. Табо Мбеки как один из лидеров студенческой забастовки (бойкота занятий) был исключен из школы. После этого он переехал в Йоханнесбург. Режиму апартхейда не были нужны высокообразованные африканцы, миссионерская система образования (частью которой был колледж в Лавдейле) была обречена. Национальная партия (Nasionale Party, НП), пришедшая к власти в 1948 г., вводила систему «образования банту», дававшего минимальные знания, необходимые для выполнения 1 Впоследствии, в 1996-2000 гг., был послом ЮАР в Москве.
2 GevisserM. Thabo Mbeki. The Dream Deferred. Johannesburg, 2007. P. 99. 100.
iiiiiiiiiiiiiiniii zzu iiiiiiiiiiiiiihiii


лишь неквалифицированных или малоквалифицированных работ.
В 1950-1960-х годах АНК и другие организации, выступавшие против системы апартхейда в Южной Африке, подверглись репрессиям. В результате деятельность АНК и ряда других политических организаций была запрещена. Среднюю школу Табо Мбеки закончил заочно в 1961 г. и начал учиться тоже заочно, по переписке, в Лондонском университете. Уже в 1962 г. в «Нью Эйдж», газете левой ориентации, появилась его первая полемическая статья, посвященная созданию Ассоциации африканских студентов (African Students Association), которую он возглавил в городе Дурбане, а также роли африканского студенчества в политической жизни страны.
В 1962 г. под влиянием одного из лидеров АНК и ЮАКП (Южноафриканская коммунистическая партия, South African Communist Party) Думы Нокве, у которого он жил в Йоханнесбурге, Табо Мбеки вступил в компартию и начал знакомиться с марксистской теорией в кружке известнейшего адвоката и одного из лидеров освободительного движения Брама Фишера. Табо Мбеки приобщился к теоретическому способу мышления, которое оказало огромное влияние на его мировоззрение в будущем. Коммунистическая партия открыла новые, более широкие горизонты для 20-летнего Табо Мбеки, что позволило ему войти в авангард движения протеста.
По решению АНК в ноябре 1962 г., после ареста отца в Ривонии и роспуска Ассоциации африканских студентов, Т. Мбеки вместе с группой активистов АНК нелегально перешел границу Южной Африки с английским протекторатом Бечуаналенд (ныне Ботсвана). Они направлялись в Танганьику (ныне Танзания), ставшую к тому времени одним из центров антиколониальной борьбы. Но в Южной Родезии (современная Зимбабве) Мбеки и его спутники были арестованы. В течение шести недель в тюрьме города Булавайо они ожидали решения своей судьбы: депортация назад в Южную Африку грозила им пятью годами тюремного заключения за незаконный переход границы. Однако удача улыбнулась им, и их выслали обратно в Бечуаналенд, откуда они добрались до Дар-эс-Салама.
Из Танганьики Табо Мбеки вместе с Кеннетом Каундой, в дальнейшем первым президентом независимой Замбии, прилетел в Англию, где АНК способствовал его поступлению в Сассекский университет в Брайтоне. Мбеки изучал экономику, а также принимал активное участие в студенческом движении Великобритании, в его основных кампаниях того времени - антивоенной и против политики апартхейда. На рубеже 1960-1970-х годов Табо Мбеки учился в СССР, в Институте общественных наук, а также прошел военную подготовку в одном из учебных центров Советского Союза. Таким образом, он был хорошо подготовлен и для вооруженной борьбы. Однако руководство АНК с учетом способностей Табо Мбеки предпочло направить его деятельность в русло политической борьбы.
Середина 1970-х годов имела переломное значение для освободительного движения Южной Африки. На заседании Национального исполкома в марте 1975 г. Табо Мбеки был введен в состав этого высшего руководящего органа АНК. Знаменитое восстание учащихся старших классов в Соуэто в 1976 г. выплеснуло наружу скрытое до тех пор напряжение в обществе. Это ознаменовало начало конца режима апартхейда.
После восстания в Соуэто АНК начал постепенно восстанавливать позиции внутри страны, утерянные после пятнадцати лет репрессий. Особую роль в возобновлении связей с организациями внутри Южной Африки играла работа АНК в африканских странах, имевших lilllllllllllKItl» / IIIIIIIIIIIIIIIHII


общую границу с ЮАР, прежде всего в Ботсване и Свазиленде. В 1973-1974 гг. Табо Мбеки посещал Ботсвану и вел переговоры с ее правительством об открытии представительства АНК в стране; в 1975 г. был назначен главой представительства АНК в Свазиленде. Он провел там два года, осуществляя руководство деятельностью структур АНК под постоянным прессингом военной разведки ЮАР.
Король Свазиленда Собуза II с симпатией относился к АНК, поэтому южноафриканское правительство не решалось предпринять никаких действий против официальных представителей Конгресса. Однако двое активистов АНК были похищены южноафриканской разведкой, и свазилендские чиновники среднего уровня, сотрудничавшие с ЮАР и не поддерживавшие политику Собузы II, арестовали и удерживали в течение месяца Табо Мбеки и одного из его ближайших сотрудников Джейкоба Зуму (ныне президент АНК и Южной Африки) под предлогом защиты от южноафриканской полиции. В итоге их депортировали в Мозамбик.
В декабре 1976 г. Табо Мбеки был назначен представителем АНК в Нигерии. Эта страна с самым большим населением в Африке, один из политических и экономических лидеров континента, была непростым местом для работы. У нигерийских лидеров было свое видение перспектив освободительной борьбы в Южной Африке. Обещанную материальную помощь было не так просто получить. Именно здесь начал развиваться дипломатический талант Табо Мбеки, приобретший впоследствии широкую известность3.
На заседании Исполкома АНК в Лусаке в январе 1978 г. Табо Мбеки был назначен политическим секретарем в аппарате президента АНК и главой Политической комиссии АНК. Он вернулся в штаб-квартиру АНК в Лусаке и фактически стал личным помощникохм президента АНК Оливера Тамбо. В этом качестве он отвечал за подготовку проектов заявлений президента АНК, а также других программных документов Конгресса. Таким образом, он принимал самое активное участие в выработке позиции АНК по важнейшим вопросам.
В это время вокруг него сформировалась группа людей, которые впоследствии составили основу «переговорной команды» АНК в конце 1980 - начале 1990-х годов, азатем и костяк правительства ЮАР: Иссоп и Азиз Пахады, Джейкоб Зума, Пенуэл Мадуна, Джо Нтлант- ла, Джоэл Нетшитенже.
С начала 1980-х годов было предпринято несколько инициатив со стороны представителей гражданского общества, выступавших посредниками в установлении контактов между АНК и правительством ЮАР. В результате были проведены предварительные «переговоры о переговорах», т. е. неформальные консультации до начала официальных контактов, которые имели целью не только выяснить позиции АНК, но и изучить партнеров, чтобы определить их слабые стороны и возможности «кооптации».
В 1980-х годах у Табо Мбеки был сложный период в личной жизни. Его брат Джама Мбеки, сторонник Панафриканисте кого конгресса (Pan Africanist Congress) был убит агентами правительства Лесото в 1982 г. за помощь так называемой Освободительной армии Лесото. Его внебрачный сын Куанда по одним сведениям был убит при попытке покинуть Южную Африку и присоединиться к своему отцу, по другим пропал без вести.
3 Gumede IF. М. Thabo Mbeki and the Battle for the Soul of the ANC. L.; N. Y., 2007. P.105. 106.
iiiiiiiiiiiiiniiii ZZZ iiiiiiiiiiiiihiiii


С конца 1980-х до 1996 г. (когда вступила в силу действующая Конституция ЮАР) представители всех слоев общества в ЮАР были участниками и свидетелями уникального переговорного процесса. Его результатом стал переход от репрессивного и дискредитировавшего себя режима апартхейда, основанного на расовой сегрегации, к демократическому государству, где права граждан защищает суд и где правит всенародно избранное правительство.
В 1985 г. Табо Мбеки встречался с белыми бизнесменами в составе представительной делегации АНК, которую возглавлял Оливер Тамбо. В ее состав входили также Джо Слово и Крис Хани. Правительство Южной Африки и поддерживавшие его западные страны имели тайную цель: способствовать укреплению в рядах АНК «умеренного» крыла, сделать его основным партнером на переговорах и затем через «направленное воздействие», а проще говоря подкуп, перетянуть этих лидеров АНК на свою сторону. В южноафриканской терминологии это называлось «кооптация». Табо Мбеки уже в силу своего положения играл центральную роль в дипломатических усилиях АНК и, несомненно, становился одним из основных объектов попыток «кооптации». Однако АНК добился сохранения своих позиций в переговорном процессе.
Табо Мбеки также участвовал и в других важных политических переговорах, способствовавших демократизации страны. С 1989 г. Мбеки встал во главе департамента по международным делам АНК и был ключевой фигурой в переговорах АНК с правительством ЮАР. Он возглавил секретные переговоры 1989 г., в результате которых был отменен запрет на деятельность АНК и были освобождены некоторые политические заключенные.
После начала урегулирования в 1990 г. в Южной Африке в межэтнических и политических столкновениях погибло больше людей, чем чуть ли не за все предыдущие десятилетия освободительной борьбы4. В апреле 1994 г. сама возможность проведения честных и свободных выборов неоднократно оказывалась под серьезной угрозой.
Следует отдельно сказать об участии Табо Мбеки в Южно-Африканской коммунистической партии. С 1970 г. он был членом ЦК, затем вошел в Политбюро партии. Компартия занимала особое место в системе демократических сил Южной Африки. Члены партии, как правило, находились на самых опасных участках борьбы против системы апартхейда: в вооруженных формированиях АНК «Умконто ве сизве» («Umkhonto we Sizwe») и в структурах подполья. Вместе с тем члены ЮАКП оказывали очень серьезное влияние на теоретическую работу АНК, выдвигали важные идеи о будущем устройстве Южной Африки. Об этой стороне деятельности Табо Мбеки известно мало. С учетом особого внимания южноафриканских спецслужб к компартии ее деятельность проходила в условиях особой секретности. После снятия запрета АНК, ЮАКП и другие организации вышли из подполья. Было принято решение о том, что члены компартии должны будут «самоопределяться» с учетом новых условий внутри страны и в мире. Табо Мбеки был среди тех, кто в феврале 1990 г. не подтвердил свое членство в партии.
После всеобщих демократических выборов, состоявшихся в апреле 1994 г., Табо Мбеки стал заместителем президента ЮАР. После того как НП вышла из состава правительства национально4 Тете кин В.Н. Табо Мбеки: трудный путь к победе // Современные африканские лидеры. Политические портреты. М.» 2001. С. 163.
iiimiiiiiiiiiiiii IIIIIIIIHIIIIIIIII


го единства в июне 1996 г., Табо Мбеки стал единственным заместителем Н. Манделы. В декабре 1997 г. на 50-й национальной конференции АНК в Ма- фекинге Табо Мбеки был избран новым президентом организации, до этого он занимал должность заместителя президента АНК.
Вопрос о будущем лидере ЮАР и АНК занимал умы южноафриканских и зарубежных политиков еще до того, как Нельсон Мандела, первый президент демократической ЮАР, заявил о своем уходе из политики. Уже в день освобождения из тюрьмы в 1990 г. ему было 72 года. В третье тысячелетие Южная Африка должна была войти с новым лидером. Претендентов на роль руководителя страны было достаточно. Табо Мбеки не был единственным кандидатом на руководство в АНК и в стране. Его возвышение объясняется не только личными качествами, но и определенным соотношением объективных факторов. В результате всеобщих выборов 1999 г. Табо Мбеки был избран, а в 2004 г. переизбран президентом Южно- Африканской Республики.
Т. Мбеки и его сторонники определяли роль и место новой, демократической, ЮАР на Африканском континенте, используя концепцию «африканского ренессанса». В 1996 г., во время выступления Табо Мбеки в Национальной ассамблее, впервые было выдвинуто понятие «африканский ренессанс», которое в дальнейшем трансформировалось в одноименную концепцию. Официально она прозвучала в выступлении Т. Мбеки в 1997 г. в США, в г. Вирджиния, на конференции по привлечению капитала в Африку. Концепция стала ключевым элементом внешней и внутренней политики ЮАР на рубеже XX-XXI вв. Ее автор Т. Мбеки неоднократно в своих выступлениях отмечал, что право называться африканцем не должно определяться расой, цветом кожи, полом или историческим происхождением5 6. Таким образом, он подтвердил важнейшее положение Хартии свободы, принятой в 1955 г.: «Южная Африка принадлежит всем, кто здесь живет, черным и белым»®. Однако несмотря на значительные информационно-пропагандистские усилия, «африканский ренессанс» не стал в ЮАР всеохватывающей национальной идеей. Распространение концепции за пределами страны оказалось весьма ограниченно.
Под руководством Табо Мбеки экономический рост ЮАР составил около 4,5% в год. Дефицит квалифицированных кадров, вызванный оттоком специалистов из страны, в то же время сопровождался увеличением безработицы среди неквалифицированных рабочих. Правительство АНК проводило политику экономических преференций для пострадавших от апартхейда (Black Economic Empowement).
Табо Мбеки сумел привлечь необходимые прямые иностранные инвестиции и создать в ЮАР координационный центр развития Африканского континента. Среди других достижений
5 Mbeki Т. The African Renaissance, South Africa and the World, address at the United Nations University. Tokyo, Japan, 9 April 1998; Address to the 2nd Southern Africa International Dialogue on Smart Partnership for the Generation of Wealth. Swakopmund, Namibia, 27 July 1998; The African Renaissance: Statement of Deputy President, Gallagher Estate. Johannesburg, 13 August 1998: Address by Executive Deputy President to the summit of the Corporate Council of Africa entitled Attracting capital to Africa. Chantilly, Virginia, US, 19-22 April 1997.
6 The Freedom Charter. Adopted at the Congress of the People, Kliptown, on 26 June 1955 // URL: http://www.anc.org.za/ancdocs/history/charter.html (на русс. яз. см.: История Африки в документах, 1870-2000: В 3 т. М., 2007. Т 2. С. 465-469).
inilUIUtlHIIIIt IIIIIKIIIlllllllll


его политики можно отметить успешное создание в июне 2003 г. Форума диалога Индии, Бразилии и ЮАР (ИБСА), трансконтинентального объединения трех стран, которое соответствует новой экономической модели развития. В ней все больший вес приобретают Бразилия, Индия, Россия, Китай.
Табо Мбеки является важной фигурой африканской политики. Он сумел привлечь внимание к ЮАР в качестве регионального лидера, выступал с идей разрешения африканских проблем самими африканцами. Он был одним из основных инициаторов создания программы НЕПАЛ (New Partnership for Africa's Development; Новое партнерство для развития Африки), в основу которой легли принципы «африканского ренессанса». Целью НЕПАЛ является социально-экономическая программа развития и интеграции континента.
Табо Мбеки принимал активное и решающее участие в трансформации ОАЕ в Африканский союз (African Union, AC). В 2002-2003 гг. был первым председателем этой организации. Он считал зависимость африканских государств от иностранных инвестиций и помощи основной помехой интеграции Африки в мировую экономику и политику, а также развития континента в целом. Именно НЕПАЛ и АС, по его мнению, должны были стать частью процесса трансформации африканского общества к самостоятельному решению проблем самими африканцами.
Мировое признание Табо Мбеки получил за свои заслуги в посреднических усилиях для разрешения кризисов в Руанде, Бурунди, Кот-д’Ивуаре, Конго (ДРК). В качестве председателя в международных организациях, в частности в Движении неприсоединения, Содружестве и др., он выступал за привлечение внимания мирового сообщества к проблемам Африки, за реформу Совета Безопасности ООН, за укрепление «оси»
Юг-Юг, за мирное урегулирование конфликтов.
Действия Табо Мбеки по ряду вопросов внутренней и внешней политики подвергались критике, в частности его отношение к проблеме СПИДа, урегулированию кризиса в Зимбабве, высокому уровню преступности в ЮАР, кризису в энергетическом комплексе и др.
С 2000 г. Табо Мбеки находился под постоянным давлением со стороны западных стран, призывавших ЮАР занять более твердую позицию в отношении президента Зимбабве Роберта Мугабе. Однако ЮАР не предпринимала жестких мер в отношении Зимбабве, а ограничилась посредническими усилиями, за что политика Табо Мбеки получила название «тихой дипломатии» и подверглась резкой критике как внутри страны так и за рубежом.
Кризис в Зимбабве сказался и на внутриполитической жизни ЮАР. Правительство Табо Мбеки недооценило размах проблемы миграции зимбабвийцев в ЮАР и ее влияние на ситуацию в стране. В мае 2008 г. в ЮАР в провинции Хаутенг прошли беспорядки, в результате которых погибли 42 человека, сотни пострадали. Беспорядки были вызваны недовольством и агрессией рабочих в отношении мигрантов из соседних стран, в основном из Зимбабве.
Несмотря на это, именно благодаря активной посреднической роли президента ЮАР Т. Мбеки, действующего в соответствии с мандатом Сообщества развития Юга Африки (Southern African Development Community, САДК) и AC, достижение договоренностей во многом стало возможным.
21 июля 2008 г. президент Зимбабве Р. Мугабе и лидеры двух фракций оппозиционного Движения за демократические перемены М. Тсвангираи и А. Мутамбара подписали Меморандум о взаимопонимании, заложивший основу для дальнейших переговоров по выработlllllllllllllllllll IIIIIIIIIIIIIIIHII


ке всеобъемлющего политического соглашения и формированию правительства национального единства. Усилия Табо Мбеки по поиску возможных компромиссов были продолжены, и 15 сентября 2008 г. после длительных и напряженных переговоров стороны подписали политическое соглашение, за которым последовало формирование коалиционного правительства в Зимбабве в феврале 2009 г.
Табо Мбеки известен своим неоднозначным отношением к проблеме распространения ВИЧ/СПИДа. В 1999 г. он заявил, что ВИЧ сам по себе не может привести к СПИДу, и публично поставил под сомнение эффективность антиретровирусной терапии. В 2000 г. он выступил с заявлением, что транснациональные фармацевтические компании дезинформируют мировое сообщество о причинах СПИДа и в действительности эта болезнь вызывается не вирусом иммунодефицита, а нищетой и недоеданием. Однако правительство ЮАР уже к 2002 г. все же значительно увеличило масштаб мероприятий по профилактике и лечению заболевания. К 2005 г. Табо Мбеки изменил политику запрета на антиретровирусные препараты и заявил, что южноафриканская программа по борьбе с ВИЧ/СПИДом является «одной из лучших в мире».
Другим важным аспектом внутренних проблем, с которыми пришлось столкнуться Табо Мбеки, является энергетический кризис в ЮАР.
Во время своего президентского срока он прикладывал значительные усилия для развития экономики ЮАР. Левые партии критиковали президента за отход от государственного вмешательства и социал-демократической модели экономики: национализации, земельной реформы, предписанной в Хартии свободы - основополагающем документе АНК. С целью привлечения иностранных инвестиций правительство заключило сделки с энергоемкими металлообрабатывающими предприятиями. Кроме того, многие южноафриканские таунши- пы были электрифицированы, так как в годы апартхейда были лишены этого блага цивилизации. Повышенный спрос на электроэнергию привел к ее нехватке и отключениям. К 25 января 2008 г. кризис энергопотребления в стране дошел до предела, правительство Табо Мбеки объявило о рационализации потребления электричества. Самые крупные золото- и платинодобывающие компании были вынуждены приостановить работу. Компания «Эском» (южноафриканский монополист в поставке электроэнергии) и правительство принесли за это свои извинения. Значительную часть своей речи перед парламентом ЮАР в 2008 г. Табо Мбеки посвятил кризису в энергетическом комплексе. Среди основных его причин он назвал экономический рост и электрификацию тауншипов. В то же время президент признал ошибку правительства в том, что оно не придало должного внимания предупреждениям «Эскома», в течение 10 лет информировавшего правительство о том, что без строительства новых электростанций уже в 2007 г. не сможет удовлетворить растущий спрос на электроэнергию.
Еще одной проблемой внутриполитического развития ЮАР в период президентства Табо Мбеки стал рост преступности. Согласно отчету African Peer Review Mechanism (APRM) ЮАР находилась на втором месте в мире по количеству убийств (около 50 человек в день). Табо Мбеки в одном из своих интервью заявил, что эти данные слишком преувеличены7. Но хотя эти показатели 7 Boyle В. South Africa rejects African Peer Review Mechanism report // The Sunday Times. 2007. 13 May; McGreal Ch. Report attacks S African crime and corruption // The Guardian. 2007. 29 Jan.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 226 IIIIIIIIHIIIIIIIII


со временем улучшились, в стране фиксируется все еще много случаев насилия и краж.
В 2005 г. в связи с коррупционным скандалом Табо Мбеки отстранил своего заместителя Джейкоба Зуму от занимаемой должности. В это время начался раскол между сторонниками Зумы и Мбеки в рядах АНК.
В феврале 2006 г. Табо Мбеки объявил, что не намеревается вносить поправки в конституцию страны для переизбрания его на третий срок. Однако в 2007 г. он вступил в предвыборную борьбу за Тюст президента АНК8.18 декабря 2008 г. на конференции АНК в Полокване он проиграл выборы, и президентом АНК стал его соперник Джейкоб Зума.
Девять месяцев спустя национальный исполнительный комитет АНК отозвал Табо Мбеки с поста президента ЮАР вследствие решения, вынесенного судьей К. Николсоном о ненадлежащем вмешательстве властей в дело о коррупции, возбужденном в отношении Дж. Зумы. 21 сентября 2008 г. Табо Мбеки объявил о своей отставке. 25 сентября 2008 г. парламент ЮАР избрал заместителя президента АНК Кгалему Мот- ланте новЫхМ главой южноафриканского государства. И хотя 12 января 2009 г. решение судьи Николсона было отменено Верховным апелляционным судом, Табо Мбеки не отозвал свое решение об отставке. В апреле 2009 г. победу на всеобщих выборах одержал АНК, и новым президентом ЮАР стал Джейкоб Зума.
Дипломатический талант Табо Мбеки оказался востребованным и в 2009- 2010 гг. Он в качестве уполномоченного САДК и АС принимал активное участие в урегулировании кризиса в Зимбабве и в Судане.
АЛ. Архангельская
Сочинения Т. Мбеки
Africa, The Time Has Come: selected speeches. South Africa, 1998.
Africa Define Yourself. Cape Town, 2002.
Democracy and Renaissance in Africa: In Search of an Enduring Pax Africana NI IA Lecture Series № 81. Pretoria, 2000.
Mahube: The Dawning of the Dawn: speeches, lectures and tributes. Braamfontein, 2001.
Литература
Тетекин В.H. Табо Мбеки: трудный путь к победе // Современные африканские лидеры. Политические портреты. М., 2001.
Шубин В.Г. Новый президент ЮАР в зеркале недавних публикаций // Евроцентризм и афроцентризм накануне XXI века: африканистика в мировом контексте. М., 2000.
Шубин В.Г. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999.
GevisserM. Thabo Mbeki. The Dream Deferred. Johannesburg, 2007.
Gumede WM. Thabo Mbeki and the Battle for the Soul of the ANC. L.; N. Y., 2007.
Jacobs S.t Calland R. (eds.) Thabo Mbeki’s World. The Politics and Ideology of the South African President. L., 2002.
Mukanda MM. Thabo Mbeki and the African Renaissance. Pretoria, 2000.
Pahad E. Thabo Mbeki. Interview with «The Thinker» // URL: http://www.thethinker. co.za/images/inteeview%20with%20 mbeki.pdf
Pottinger B. The Mbeki Legacy. Cape Town, 2008.
Roberts R.S. Fit to Govern: the Native Intelligence of Thabo Mbeki. Johannesburg, 2007.
Russell A. After Mandela: The Battle for the Soul of South Africa. L., 2009.
8 Нормативно-правовые акты, регулирующие деятельность АНК, не запрещают переизбираться на третий срок.
iiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Леви Патрик МВАНАВАСА
Mwanatcasa, Levy Patrick,
3.IX.1948-19.\ 111.2008
11 резидент Республики Замбия
(2001-2008).
Родился в городе Муфулира в провинции Коппсрбелтбританской колонии Северная Родезия (ныне Замбия); принадлежит к этнической общности леи- дже. Среднюю школу окончил в Ч и вала, в 1973 г. Завершил обучение на юридическом факультете государственного университета Замбии. В 1974 -1978 гг. занимался частной юридической практикой, в том числе в созданной им компании «Мвапаваса & К°» (Mwanawasa & Company). В 1985 г. был назначен заместителем генерального прокурора, но в том же году снова вернулся к частной юридической практике. В 1989 г. в качестве адвоката защищал в суде бывшего вице-президента страны Кристоиа Тем- бо. обвинявшегося в подготовке военного переворота’.
В 1990 г. Мванаваса вступил в созданную в том же году партию Движение за многопартийную демократию (Movement for Multiparty Democracy, ДМД) и был избран ее вице-президентом. В 1991 г. он попал в крупную автокатастрофу, чудом избежал гибели, по получил серьезные травмы головы (позже это служило основой для нападок со стороны оппозиции, обвинявшей его в недееспособности как главы государства). После победы ДМД на выборах 1991 г. и избрания Ф. Чилубы президентом страны Мванаваса в соответствии со своим положением в партийной иерархии занял пост вице-президента. Однако Чилуба отстранил его от принятия решений, из- за чего между ними практически сразу возникли трения1 2. Мвапаваса открыто заявлял о своем несогласии с проводимой президентом политикой, говорил о засилье коррупции в рядах правящей партии. Он был недоволен публичной критикой в свой адрес со стороны некоторых членов правительства, в том числе министра без портфеля Майкла Саты. В июле 1994 г., сославшись на давние разногласия с Чилубой, хМванаваса подал в отставку с поста вице-президента, что на тот период было почти беспрецедентным шагом в странах Африки3 4 5. Мванаваса при- над.чежал к баптистской церкви, но после ухода из большой политики он вместе с супругой Морин Мванавасой (вторая жена, брак с которой был заключен в 1988 г.)’ присоединился к «Обществу сторожевой башни» (Свидетели Пеговы)’.
1 The Times. 2008. 20 Aug.
2 The Post. 2004. 21 Oct.
3 Africa South of the Sahara. 2007. L.; N. V, 2006. P. 1272.
4 The International Who’s Who 2003. L.; N. ¥., 2002. P. 1141.
51’RL: http://www.krugosvet.ru/enc/istoriya/ MXANAX'ASALEX’I PATRIK.html
IIIIIIIIIIIIIIIHII zzo 11111111111111)1111


В 1996 г. Мванаваса баллотировался на пост президента ДМД. Проиграв на партийных выборах Ф. Чилубе, продолжил работать юридическим консультантом в частных компаниях. В июле 2000 г., после долгих согласований с президентом, Мванаваса на съезде ДМД был единогласно избран официальным кандидатом от партии на очередных выборах главы государства, назначенных на 2001 г. Как официальный преемник Ф. Чилубы, он проводил свою предвыборную кампанию под девизом «Преемственность с изменениями» и победил, получив 29,15% голосов избирателей6. В своей инаугурационной речи 2 января 2002 г. Мванаваса обещал бороться с коррупцией и консультироваться с бывшими замбийскими президентами К. Каундой и Ф. Чилубой.
Лозунг «Преемственность с изменениями» довольно точно отражал общую платформу нового руководства страны: с одной стороны, продолжать проводившийся в течение 10 лет курс ДМД в области экономики и социальной сферы7, а с другой - исправить допущенные ею ошибки. Но осуществить преемственность в полной мере не удалось. Ф. Чи- луба не выполнил своего предвыборного обещания уйти с поста президента правящей партии, он выступал с критикой в адрес Мванавасы. В 2001 г. президент объявил о начале конституционной реформы, что спровоцировало острую политическую борьбу. В 2003 г. была созвана Конституционная конференция по пересмотру основного закона страны. В ее состав вошли юристы, журналисты, эксперты по правам человека, а также вожди. Текст новой конституции Замбии планировалось перевести на семь наиболее распространенных языков страны.
Призывая оппозицию к диалогу с правительством, Мванаваса делал для этого конкретные практические шаги. В марте 2003 г. впервые за 10 лет политических реформ в состав правительства были включены представители оппозиции. Видные члены Национальной партии (Party National, НП) Людвиг Сондаши (ее генеральный секретарь) и Эммануэль Касонде получили в правительстве посты министра работ и снабжения и министра финансов и экономического развития соответственно8. Сделано это было, по заявлению Мванавасы, с целью содействовать национальному единству и примирению.
Придя к власти, Мванаваса объявил о твердом намерении бороться с коррупцией и обвинил Ф. Чилубу и его окружение в финансовых злоупотреблениях, допущенных в годы нахождения у власти. В 2002 г. началась разработка антикоррупционного кодексаибылаобъявле- на так называемая «кампания нулевой терпимости» против государственных чиновников, замеченных в злоупотреблениях. Активные действия Мванавасы вызвали крайнее недовольство оппозиции, вылившееся в требования признать недействительными результаты выборов 2001 г. и объявить президенту импичмент. В 2002 г. Верховный суд во главе с Мэтью М.С. Нгулубе признал правомочность протестов проигравших кандидатов оппозиции, утверждавших, 6 С небольшим отставанием, всего в 2% голосов, за ним следовал А. Мазока, лидер Объединенной партии национального развития (United Party for National Development, ОПНР). (Africa South of the Sahara... P. 1274.)
7 Правительство Ф. Чилубы проводило в 1991-2001 гг. курс на приватизацию, поддержку частного предпринимательства и привлечение иностранных капиталов. Жесткое осуществление программы структурной перестройки повлекло за собой рост безработицы, новый виток инфляции и снижение уровня жизни населения.
8 Africa South of the Sahara... 2003. P. 1146.
iiiiiiiiiiiiiiniii lllllllllllllllllll


что парламентские выборы проходили с нарушениями конституции9. Было принято решение провести повторное голосование в шести избирательных округах.
В условиях обострения политической ситуации Мванаваса предпринимал активные усилия по поиску компромисса с оппозицией. Наряду с проведением повторных выборов в ряде избирательных округов, положение усугубило решение парламента, принятое в июле 2002 г., лишить бывшего президента Ф. Чилубу иммунитета10 11 и его арест в феврале следующего года11. Это создавало крайне неблагоприятный фон для обсуждения новой конституции. Пытаясь наладить сотрудничество с оппозицией, Мванаваса заявил на открытии сессии парламента в январе 2003 г.: «Я протягиваю оливковую ветвь всем серьезным политическим партиям в стране, чтобы начать процесс совместной работы»12.
Мванаваса предпринял ряд шагов по демократизации общественной жизни Замбии. Он выступил с инициативой более широкого участия женщин в политической жизни страны. В мае 2003 г. в официальном обращении к согражданам, посвященном очередной годовщине независимости, он заявил, что следующим президентом Замбии должна стать женщина13. Свои слова он постарался подкрепить делом. В сформированное после выборов 2006 г. правительство он включил четырех женщин-министров.
Особого внимания заслуживает отношение Мванавасы к проблеме смертной казни. Он был одним из немногих африканских лидеров, выступавшим за ее отмену. В период его правления в Замбии смертные приговоры не приводились в исполнение, хотя юридически смертная казнь сохранялась, а в камерах в ожидании исполнения приговора находились 200 человек14. В 2003 г. президент настоял на замене тюремным заключением высшей меры наказания 59 солдатам, участвовавшим в неудачной попытке государственного переворота 28 октября 1997 г.15
Постепенно Мванавасе удалось добиться некоторой нормализации внутриполитической ситуации. В январе 2003 г. он стал президентом правящего ДМД. В августе Верховный суд Замбии закончил разбирательство по искам оппозиции и отклонил их как необоснованные, а в феврале 2005 г. постановил, что избрание Мванавасы президентом в 2001 г. было законным16. Мванаваса вышел из «Общества сторожевой башни», членам которой запрещено заниматься политической деятельностью, и вновь вернулся в лоно баптизма. Церемония его крещения в 2005 г. в церкви Твин- Палм (г. Лусака) стала официальным мероприятием, на котором присутствовали государственные деятели страны и зарубежные послы17.
Упрочив свое положение внутри страны, Мванаваса продолжил политику 9 Компас. ИТАР-ТАСС. 2003. № 5. С. 79.
10 URL: http://w\\4V'.news.bbc.co.uk/2/hi/afnca/country
11 Africa South of the Sahara... 2007. P. 1275.
12 Компас. ИТАР-ТАСС... С. 79.
13 URL: http://www.news.bbc.co.Uk/2/hi/africa/2991931.stm
14 URL: http://www.amnesty.org.ru/node/671
15 В этот день группа низших армейских чинов во главе с капитаном Соло захватила здание радиостанции и удерживала его в течение несколько часов. (URL: http://www.news.bbc. co.uk/2/hi/africa/country)
16 Africa South of the Sahara... 2007. P. 1275.
17 Новости христианского мира. 2005. 29 апр.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


либерализации экономики. Проведение последовательной и взвешенной макроэкономической политики и структурных реформ снискало благосклонность стран-доноров и поддержку МВФ, который в 2004-2007 гг. выделил Замбии 320 млн долл. США18. Замбия стала демонстрировать один из самых высоких в Африке темпов роста экономики: в 2005- 2008 гт. ежегодный прирост ВВП составлял 6%19. Для борьбы с бедностью был разработан и реализовывался ряд правительственных программ. Кроме мер по усилению контроля за поставками дотационной муки на хлебозаводы и ее последующей реализацией, были дополнительно увеличены государственные квоты на муку в особо бедных районах, открывались дополнительные пекарни и торговые точки по продаже хлеба20.
Оппозиция во главе с лидером Патриотического фронта (Patriotic Front, ПФ) Майклом Сатой продолжала выступать с критикой правительства Мванавасы, обвиняя его в создании более выгодных условий для иностранных инвесторов, чем для отечественных компаний, в росте бедности населения и пр. В июне 2005 г. по обвинению в коррупции был арестован высокопоставленный чиновник министерства здравоохранения Кашива Булайя, считавшийся близким к Мванавасе. Оппозиция пыталась использовать это для обвинения в коррупции самого президента. В июле 2005 г. Сата был задержан по обвинению в подстрекательстве к мятежу. За отказ арестовать лидера оппозиции президент даже уволил главу департамента полиции Зунга Сьякалиму.
В апреле 2006 г. Мванаваса перенес инсульт и несколько месяцев находился на лечении в ЮАР. В августе того же года оппозиция обратилась к нему с призывом уйти в отставку до выборов, назначенных на октябрь 2006 г. Однако президент продолжил предвыборную кампанию, перенес проведение выборов на 28 сентября и был снова переизбран, получив 42,98% голосов избирателей21. В октябре 2006 г. он назначил вице- президентом страны бывшего дипломата Рупия Банду.
После победы на выборах 2006 г. Мванаваса заявил о намерении завершить расследование в отношении бывшего президента Ф. Чилубы22. В феврале 2007 г. Замбия ратифицировала Конвенцию ООН против коррупции23. Он понимал необходимость объединения всех общественных сил страны для искоренения этого социального зла. 8 декабря 2007 г., накануне объявленного ООН дня борьбы с коррупцией, он заявил: «Я обещаю, что мое правительство будет неуклонно вести борьбу с коррупцией». Для достижения этой цели он призвал к объединению всех общественных сил24.
Несмотря на предпринимаемые правительством Замбии антикоррупционные меры, в 2007 г. страна, согласно данным международной организации Трансперенси Интернэшнл (Transparency International), вошла в список 17-ти самых коррумпированных стран мира. В 2008 г. антикоррупционная комиссия страны получила 2 тыс. жалоб на проявления коррупции, причем около 70% касались правительственных чинов18 Africa South of the Sahara... 2007. P. 1277.
19 URL: http://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/geos/za.html
20 Африка: проблемы становления гражданского общества. М., 2009. С. 95.
21 URL: http://www.president.dreab.com/p-Zambian_presidential_election_2006
22 U RL: http://www.archive.amnesty.org/report2007/eng/Regions/AfTica/Zambia/default.htm
23 URL: http://www.transparency.org.ru/proj_conv_uno.asp
24 URL: http://www.russian.people.com.cn/31520/6317689.html
iiiiiiiiiiiiiiniii zэ / iiiiiitiiimiinii


ников25. В 2009 г. в рейтинге Трансперен- си Интернэшнл в списке Замбия находилась на 99-м месте из 18026.
Во время второго срока Л. Мванаваса несколько изменил свое отношение к организациям гражданского общества. В 2003 г., выступая перед депутатами парламента, он заявлял, что «намерен тесно сотрудничать с оппозиционными партиями, общественными организациями, церковью, всеми гражданами, кто заинтересован в прогрессе Замбии»27. Но в процессе дебатов по пересмотру конституции некоторые неправительственные организации (НПО) страны стали активно вмешиваться в политику и конкурировать с политическими партиями. Поэтому Мванаваса выступил с резкой критикой некоторых НПО: «...мы приветствуем новые организации в качестве политических партий, но те, которые были созданы, чтобы защищать права детей и уязвимых слоев населения, должны заниматься именно этим»28. М. Сата настойчиво продолжал критиковать действия президента Мванавасы и его правительства (примирение между ними произошло только за несколько месяцев до кончины Мванавасы, летом 2008 г.). Из-за возникших разногласий между правительством, силами оппозиции и НПО пересмотр конституции был отложен до 2007 г. В том же году стороны пришли к соглашению возложить принятие конституции на Конституционную конференцию.
В годы президентства Мванавасы во внешней политике Замбии появилась тенденция к большей независимости. В 2003 г. он отмечал (хотя и в очень осторожных выражениях), что «акция США против Ирака может вызвать дестабилизацию обстановки на Ближнем и Сред- нем Востоке»29. Одним из важнейших направлений его политики стало сближение с государствами Юга Африки. В 2007 г. Мванаваса был избран председателем Сообщества развития Юга Африки (Southern African Development Community, САДК). В этом качестве он участвовал в подготовке и проведении 8-9 декабря 2007 г. в Лиссабоне второго саммита EC-Африка. После заявления премьер-министра Великобритании Гордона Брауна, что он будет бойкотировать саммит, если в нем примет участие президент Зимбабве Роберт Мугабе, Мванаваса провел переговоры по этому поводу с премьер-министром Португалии Луишем Амаду. Твердая позиция Мванавасы, образно выраженная им в виде слогана «Нет Мугабе, нет саммита!», нашла понимание и поддержку у португальской стороны, заявившей, что «она не допустит на саммите проявления дискриминации»30. В итоге Р. Мугабе принял участие в форуме. В ходе обсуждений Мванаваса поддержал позицию большинства африканских лидеров, отказавшихся заключить экономические соглашения, предложенные Евросоюзом, которые, по их мнению, не содержали достаточных гарантий для защиты слабых экономик стран континента. В 2008 г. он неоднократно заявлял, что для урегулирования возникшего кризиса в Зимбабве необходимы скоординированные усилия всех стран - членов САДК. Мванавасе удалось значительно укрепить замбийско-китайские отношения, прежде всего в сфере экономического сотрудничества.
25 Пульс планеты. ИТАР-ТАСС. 2009. 5 марта.
26 U RL: http://www.transparency.org/policy_research/surveys_indices/cpi/2009/cpi_2009_table
27 Компас. ИТАР-ТАСС... С. 79.
28 Пульс планеты. ИТАР-ТАСС. 2007. 17 июля.
29 The Times of Zambia. Ndola. 2003.16 Apr.
30 Ibid. 2007. 27 Sept.
iiiiiiiiiiiiiiniii ZJZ iiiiiiiiiiiiiiniii


Активная вовлеченность в политику не помешала Мванавасе обзавестись большой семьей. Он вырастил шестерых детей, в его семье также воспитывался племянник Джеки. Четверо детей (один сын и три дочери) родились от брака с Морин Мванавасой. Она является членом ДМД, до избрания мужа президентом страны была его партнером в юридической фирме «Мванаваса & К°»31. Находясь на посту президента Организации африканских первых леди против ВИЧ/СПИДа (OAFLA) и будучи основательницей национальной «Общинной инициативы», названной ее именем, М. Мванаваса активно работала над повышением информированности населения о СПИДе и инициировала ряд программ по противодействию распространению этого страшного заболевания на континенте32.
В конце июня 2008 г. Леви Мванаваса прибыл в Шарм-эль-Шейх (Египет) для участия в работе И саммита Африканского союза. 29 июня он перенес повторный инсульт и после непродолжительного лечения в Египте был перевезен во Францию. Скончался в Париже 19 августа 2008 г.33
Мванаваса был похоронен 3 сентября 2008 г. в Лусаке. На траурной церемонии присутствовали представители 50 государств и президенты 14 африканских стран, в том числе Т. Мбеки (ЮАР), Дж. Киквете (Танзания), Р. Мугабе (Зимбабве), X. Похамба (Намибия), М. Кибаки (Кения)34.
Л.Я. Прокопенко
Литература
Africa South of the Sahara. 2003. L.; N. Y., 2002. The International Who’s Who 2003. L; N. Y., 2002.
Africa South of the Sahara. 2007. L.; N. Y., 2006. Legacies of Power / Ed. by R. Southall and
H. Melber. Upsala, 2006.
Malupenga A. Levy Patric Mwanawasa. An Incentive For Posterity. Grahamstown (South Africa), 2009.
URL: http://www.krugosvet.ru/enc/istoriya/ MVANAVASA_LEVI_PATRIK.html
31 URL: http://www.mmcizambia.org/index.php?option=com_content&view=article&id=58& Itemid=4
32 URL: http://www.poz.ru/news/index.php?id=2796&print
33 URL: http://www.news.bbc.co.Uk/2/hi/africa/7595149stm.
34 URL: http://www.iol.co.za/index.php?click_id=688


Эдуардо Чивамбо МОНДЛАНЕ,
Eduardo Chivambo Mondlane,
20.VL1920-3.il. 1969
Выдающийся деятель мозамбикского освободительного движения, основатель партии ФРЕЛИМО (Фронт освобождения Мозамбика, Frente de Libertaçâo de Moçambique). Его короткая, но насыщенная бурными и драматическими событиями жизнь еще ждет своего исследователя. Автору настоящей статьи во время командировки в Мозамбик в 1990 г. посчастливилось отыскать ряд неопубликованных писем, написанных Мондлане в 1965-1968 гг., а также другие документы, касающиеся его жизни и деятельности.
Эдуардо Мондлане был младшим сыном третьей жены вождя в провинции Газа. Он рано обнаружил редкие способности и огромную тягу к знаниям.
После завершения того примитивного образования (обычно в пределах начальной школы), которое было доступно для африканцев в Мозамбике, он самостоятельно выучил английский язык и получил стипендию для продолжения учебы в Южной Африке. Взяв рекомендательные письма своих учителей, Монд- лане нелегально перешел границу Южно- Африканского Союза, выдал там себя за местного жителя и поступил в один из колледжей Северного Трансвааля.
Окончив колледж, Мондлане завершил свое среднее образование в возрасте 27 лет1. После этого он успешно выдержал вступительные экзамены и поступил в университет Витватерсранда в Йоханнесбурге. Там в 1949 г. он создал организацию мозамбикских студентов, за что был исключен со второго курса и выслан южноафриканскими властями в Мозамбик. С этого времени он привлек к себе внимание ПИДЕ1 2 и находился под ее неусыпным наблюдением.
В 1951 г. Мондлане получил стипендию для продолжения учебы в США. но колониальные власти отказали ему в разрешении выехать в Америку и предложили использовать предоставленную ему стипендию для учебы в Португалии. Мондлане поступил в Лиссабонский университет, где познакомился с африканскими студентами - своими будущими сподвижниками в борьбе за свободу. Новые преследования ПИДЕ, вызовы в полицию и допросы заставили его добиваться возможности выезда в США. Так Мондлане оказался в США, где он окончил в 1953 г. Северо-Западный университет, получив степень магистра искусств и доктора философии.
Мондлане преподавал в американских университетах - Гарварде и Сиракьюсе. В 1957 г. он начал работать в Совете по опеке ООН. Работая в ООН, подружился с Дж. Ньерере (будущим 1 Hanlon J. Mozambique. The Revolution under fire. L., 1984. P. 25.
2 ПИДЕ - тайная политическая полиция Португалии периода правления А. Салазара (PIDE, Policia Internacional da Defesa do Estado).
IIIIIIIIHIIIIIIIII iiiiiiiiiiiiiiiiiii


президентом Танзании), который оказал огромное влияние на его идейнополитическое формирование. Там же он имел тесные контакты со многими мозамбикцами, которые также повлияли на его взгляды и выбор им своего будущего жизненного пути.
В сферу его деятельности в ООН входили вопросы политического, экономического и социального прогресса жителей подопечных территорий и постепенного развития их для подготовки к самоуправлению. Для Мондлане эта работа в ООН предоставила широкое поле деятельности. В годы работы в ООН - с 1957 по 1961 г. он собрал богатый материал и накопил опыт, который оказался для него весьма полезным в его последующей политической и научной деятельности3. Работая в этой международной организации, Мондлане не только наблюдал за процессом деколонизации и возникновения новых государств, но и содействовал ему. В одном из выступлений в Гарвардском университете в апреле 1961 г. Мондлане сказал: «В период моей работы в ООН только некоторые государства были самостоятельными. Я считал, что, находясь так далеко, ничего не смогу сделать для своей родины... Когда Танганьика в декабре 1961г. стала независимым государством, я тотчас же начал готовиться к возвращению в Восточную Африку»4.
Осенью 1960 г. он в качестве члена комиссии ООН по наблюдению за выборами в британском Камеруне посетил эту страну. В 1961 г. под защитой паспорта сотрудника ООН он смог в течение трех месяцев побывать на своей родине, в Мозамбике, и на месте ознакомиться с положением в стране. Он посетил лицей им. Салазара в Лоренсу-Маркише (ныне Мапуту) и беседовал с ректором, который сообщил ему, что «преподаватели имеют тенденцию занижать отметки учащимся-африканцам5. В результате этой поездки Мондлане пришел к выводу, что португальские колонизаторы ужесточили свой репрессивный режим в колонии и даже и не помышляют об облегчении положения ее населения.
В Мозамбике он узнал о событии, о котором до этого не было известно общественности, - о кровавой резне в Муэда, где 16 июня 1960 г. по приказу губернатора провинции было расстреляно более 500 безоружных людей, пришедших с жалобами к местному администратору. Во время трехмесячного пребывания на родине Мондлане установил связи с нелегальными группами, ведшими антиколониальную борьбу внутри страны. Он ездил в Солсбери (ныне Хараре), чтобы побеседовать с руководителями УДЕНАМО6 - одного из трех движений, добивавшихся независимости Мозамбика. Однако Мондлане сам не присоединился ни к одному из трех движений из- за своего поста в ООН. Работу в ООН он оставил в конце 1961 г., чтобы принять более активное участие в борьбе за независимость Мозамбика.
В июне 1962 г. Мондлане прибыл в Дар-эс-Салам. Позже он вспоминал, что приехал туда «с единственной целью - убедить тех, кто еще в этом сомневался, в необходимости единства». Он приехал в Дар-эс-Салам не один, а со своей молодой женой Жанет Рае Джонсон. Она была хорошо образованной американкой, полностью разделявшей политические и мировоззренческие взгляды мужа. Во многом благодаря ее усилиям в 3 Ordnung С. Eduardo Mondlane. Berlin, 1971. S. 14
4 Хазанов А.М. История Мозамбика в новое и новейшее время. М., 2006. С. 130.
5 Motta Н. Mocambique рог Eduardo Mondlane. Maputo, 1983. P. 2
6 УДЕНАМО (National Democratic Union of Mozambique) - Национальный демократический союз Мозамбика, основан в октябре 1960 г. в Булавайо.
iiiiiiiiiiiiiiniii iiiiiiiiiiiiiiniii


1963 г. в Дар-эс-Саламе был создан Мозамбикский институт. Еще в 1962 г. она обратилась с просьбой к Фонду Форда в Нью-Йорке о выделении средств на строительство в Дар-эс-Саламе большого здания, где могли бы жить и получать среднее образование молодые мозамбикские беженцы. Фонд Форда выделил такие средства (правда, уже через год перестал их выделять). Было построено хорошее здание, в котором вначале жили и учились всего 50 студентов. В Мозамбикском институте изучали португальский язык, математику, историю и географию Португалии.
25 июня 1962 г. руководители трех мозамбикских антиколониальных организаций, встретившись в Дар-эс-Саламе, приняли решение об объединении их во Фронт освобождения Мозамбика (Fren- te de Libertaçâo de Moçambique, ФРЕЛИМО). Президентом ФРЕЛИМО был избран Э. Мондлане. Это сразу внесло новый революционный дух в концепцию и политическую практику организации. В основе революционной философии Мондлане лежало стремление радикально перестроить мозамбикское общество, избавив его не только от колониального гнета, но и от традиционных феодальных и патриархальных институтов. Приход Мондлане к руководству Фронтом имел своим результатом резкую радикализацию его платформы, что в свою очередь обострило конфликт между революционно-демократическими и правонационалистическими силами в руководстве движением.
Этот конфликт принял открытую форму и привел к серии расколов уже через несколько месяцев после создания организации. В конце 1962 г. генеральный секретарь ФРЕЛИМО Д. Мабунда и его заместитель П. Тумане заявили о своем несогласии с линией Мондлане и обвинили его в том, что он незаконно стал президентом ФРЕЛИМО. Попытки руководства Фронта избежать раскола оказались безрезультатными. Мабунда и Тумане продолжали свою раскольническую деятельность. ЦК ФРЕЛИМО вынужден был исключить их из организации.
В числе изгнанных были и Гвамбе, претендовавший на руководство в организации, и некоторые другие ее бывшие лидеры. Встретившись в Кампале в мае 1963 г., они приняли решение о создании Объединенного антиимпериалистического народного африканского фронта Мозамбика (ФУНИПАМО).
Они выступили с обвинениями в адрес Мондлане, главное из которых состояло в следующем: «Мы утверждаем, что ФРЕЛИМО - это фронт, который контролируют и которым манипулируют США». Для доказательства этого обвинения были выдвинуты аргументы: «Мондлане утверждал, что никогда не согласится с теми, кто нападает на американцев или их правительство, поскольку они помогают Фронту. Почти все белые, принимаемые в штабе ФРЕЛИМО, кроме журналистов, - американцы. Представитель американского посольства приглашался присутствовать на большинство публичных собраний»7.
Выход из ФРЕЛИМО ряда видных деятелей и образование ими раскольнических организаций нанесли определенный ущерб национально-освободительному движению Мозамбика. Существование нескольких оппозиционных организаций поставило в трудное положение те страны, которые готовы были оказать помощь, но не знали, какая организация действительно пользуется поддержкой в самом Мозамбике.
7 Неопубликованные материалы португальской тайной полиции в Мозамбике. Архив Музея революции в Мапуту. PSYM. Superinterp. № 9. Р. 106-119.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


Несмотря на все эти сложности, в 1962-1964 гг. ФРЕЛИМО под руководством Э. Мондлане сумел окрепнуть в организационном и политическом отношении.
ФРЕЛИМО поставил своей задачей создание по всей стране разветвленной сети партийных ячеек и групп. С этой целью в различные районы страны были посланы члены ФРЕЛИМО, они вели среди населения широкую агитационную и пропагандистскую работу. В результате их активной деятельности Фронту удалось создать свои нелегальные ячейки во многих городах и деревнях страны.
Быстро росли численность членов ФРЕЛИМО и их политическое сознание. Были сорваны неоднократные попытки ПИДЕ внедрить своих агентов в организацию8.
Революционно-демократическое крыло ФРЕЛИМО, сплотившееся вокруг Э. Мондлане, довольно скоро поняло тщетность надежд на мирное решение вопроса о независимости Мозамбика и стало готовиться к неизбежному вооруженному столкновению с португальским колониализмом. Учитывая такую перспективу, было принято решение создать нелегальную военную организацию, начать подготовку военных кадров.
В январе 1963 г. по решению ЦК ФРЕЛИМО в Алжир выехала группа членов фронта для военного обучения9.
Э. Мондлане и другие руководители ФРЕЛИМО сделали все от них зависящее, чтобы добиться независимости мирным путем, через переговоры и соглашение с Португалией. Однако Лиссабон на все предложения ФРЕЛИМО о переговорах отвечал категорическим отказом и усилением репрессий в колонии. Позже Э. Мондлане вспоминал: «...мы были поставлены перед такой альтернативой: продолжать бесконечно жить под репрессивным имперским правлением или искать средства использовать силу против Португалии, которая была бы достаточно эффективна, чтобы нанести ущерб метрополии и в то же время не позволить ей расправиться с нами. Вот почему лидеры ФРЕЛИМО сочли, что единственным правильным методом может быть вооруженное действие»10 11.
На пленуме ЦК ФРЕЛИМО в июне 1964 г. было принято решение о переходе к вооруженной борьбе. 25 сентября 1964 г.ФРЕЛИМО в обращении к населению Мозамбика призвал ко всеобщему вооруженному восстанию. В тот же день группа из 11 бойцов фронта совершила первую атаку на португальский военный пост в Шаи (провинция Кабу-Делгаду), положив тем самым начало 10-летней войны за независимость. Командовавший этой группой Алберту Шипанде (впоследствии министр обороны Мозамбика) позже вспоминал: «После того, как силы ФРЕЛИМО получили известия о резне в Муэде, меня послали в Алжир для прохождения военной подготовки. В июне 1964 г. я получил приказ непосредственно от президента Мондлане провести военную операцию. Инструкции Э. Мондлане были очень точны: “Вы были посланы народом. Вы сын народа. Теперь Вы должны вернуться к народу, чтобы начать вооруженную борьбу”»11
Ряд военных успехов на севере поощрил руководство ФРЕЛИМО на проведение крупномасштабных операций и в провинциях Ньяса, Замбези, Тете.
8 Documents of the 2 nd Congress. FRELIMO. Niassa. Mosambique. July 1968. P. 6.
9 Alpers E. The Struggle for Socialism in Mozambique. 1960-1972 // Socialism in Sub-Saharan Africa. A New Assessment. Berkeley, 1979. P. 278.
10 Mondlane E. The Struggle for Mozambique. Harmonds worth. 1969. P. 125.
11 Burchett IT. Southern Africa Stands up: the revolutions in Angola? Mozambique. Zimbabwe, Namibia and South Africa. N. Y., 1978. P. 133.
IIIIIIIIIIIIIIIHII lllllllilllllllllII


Португальские войска были вынуждены перейти к обороне. Хотя действия ФРЕЛИ МО вплоть до 1968 г. имели характер лишь партизанских рейдов, они нанесли чувствительный удар по португальскому колониализму.
Партизанская война способствовала оттягиванию значительных контингентов португальских войск из Анголы и Гвинеи-Бисау в Мозамбик и концентрации их в крупных городах. Этим сумели воспользоваться Э. Мондлане и его сподвижники, по существу изолировав португальские войска от сельского населения, составлявшего главную социальную базу освободительного движения. Э. Мондлане считал первоочередной целью партизанской войны освобождение сельских районов. Разработанная им тактика позволила, распространив борьбу на ряд южных и центральных провинций страны, освободить значительную часть Мозамбика.
В этот период, несмотря на то что руководству ФРЕЛИМО приходилось сосредоточить главное внимание на ведении военных действий в Мозамбике, оно не переставало утверждать себя на международной и африканской арене как законный представитель интересов мозамбикского народа. Огромный вклад в укрепление международных контактов ФРЕЛИМО и в его деятельность в различных международных организациях внес Э. Мондлане. На этой стороне его деятельности следует остановиться подробнее по двум причинам. Во-первых, этот аспект его жизни и деятельности мало изучен и наименее известен, а во- вторых, автору настоящей статьи во время командировки в Мозамбик удалось обнаружить в архиве Музея революции ряд неопубликованных и неизвестных до сих пор писем Э. Мондлане, проливающих свет на некоторые связанные с этим вопросы. Из неопубликованной переписки Э. Мондлане видно, что во время своих многочисленных поездок по странам Америки и Европы, а также в ходе контактов за границей Мондлане неустанно разъяснял цели и характер деятельности ФРЕЛИМО.
Он стремился оказать влияние на общественное мнение и правительственные круги Запада с тем, чтобы они заняли позицию осуждения португальского колониализма и поддержки освободительного движения в Мозамбике. Из писем видно, что для оказания такого воздействия на правительство США он умело и в целом успешно использовал контакты с афроамериканскими лидерами. Сразу же после окончания I съезда ФРЕЛИМО Мондлане немедленно вылетел в Нью-Йорк в качестве президента ФРЕЛИМО, чтобы объяснить проблемы и интересы своего народа в комитете ООН по вопросам деколонизации. После этого он посетил первую Американскую конференцию лидеров негритянского движения и выступил там с докладом.
В письме от 6 марта 1967 г. Мондлане писал: «...мои контакты с негритянскими лидерами были весьма полезными, я заставил некоторых из них (таких как Уитни Янг и Рой Уилкинс) отнестись всерьез к моим жалобам на то, что их правительство все больше отходит от позиции, принятой в период администрации Кеннеди (разумеется, в отношении португальских колоний) и что если они не займут твердой позиции и не дадут об этом знать своему правительству, не произойдет изменения в политике в нашу пользу»12. Беседы Э. Мондлане с У. Янгом и Р. Уилкинсом принесли желаемый результат. «Как только я поговорил с этими двумя джентльменами, они вошли в контакт с Вашингтоном (я предполагаю!), и через несколько дней 12 Archivo do Museu do Revoluçào. Maputo. Caixa do E. Mondlane. Letter of Mondlane to Mr. and Mrs. Arthur A. Houghton. 06.03.1967.
IIIIIIIIHIIUIIHI IIIIIIIIHIIIIIIIII


я был приглашен служащими Белого дома и имел продолжительную дискуссию с очень ярким и интересным человеком по имени Эдвард Гамильтон, помощником президента по африканским делам (в числе прочих).
У нас произошел искренний обмен мнениями по обсуждавшимся вопросам. Он рассказал мне все, что он счел уместным из того, что португальцы говорят о нас и о ситуации в Мозамбике, а я откровенно изложил ему нашу точку зрения на ситуацию и на португальцев... Для меня было очевидно, что Гамильтон получил несколько большее представление об этих вопросах, чем у него было до того, как я вошел в здание. Я уверен, что будучи советником президента по африканским делам, он доведет некоторые из фактов, которые я ему изложил, до сведения президента». Гамильтон обратился к Мондлане с просьбой поддерживать с ним связь посредством переписки. «Я спросил его, не боится ли он получать письма от человека, которого союзник его правительства [Португалия] считает “мятежником”, на что он ответил отрицательно». В связи с этим Мондлане приводит в этом письме многочисленные примеры того, как чиновники госдепартамента избегали встреч с ним, опасаясь как бы об этом не узнали португальцы, и соглашались встречаться с ним только у себя дома или в малопосещаемых кофейнях13.
Как видно из писем, Мондлане прилагал в США большие усилия для того, чтобы добиться от Фонда Форда обещанных субсидий для Мозамбикского института, которые были «заморожены» из-за «чересчур радикальной» (по мнению руководителей Фонда) ориентации ФРЕЛИМО. В письме от 6 марта 1967 г. Мондлане писал: «Теперь о ситуации с Фондом Форда... Он просто-напросто проигнорировал проект Жанет, даже не считая нужным произнести хоть одно любезное слово, чтобы объяснить это, когда под давлением португальского правительства “Форд Мотор Компании” подняла вой против предоставления Мозамбикскому институту в 1963 г. в дар почти $ 100 000. С тех пор в течение трех лет мы пытались установить контакт хотя бы с некоторыми из наших бывших личных друзей, работающих у Форда, но тщетно: они чурались нас как прокаженных».
Из писем видно, что Э. Мондлане внимательно изучал и хорошо знал внутриполитическую ситуацию в США. Особенно интересовался он состоянием и перспективами афроамериканского движения. В одном из писем он писал: «Я действительно разочарован, замечая, как глубоко разделены негры в своей внутренней борьбе. Я даже опасаюсь, что когда наступит “вооруженная стадия” расового конфликта в США (которая, как всем ясно, будет следующей), больше негров, чем белых, погибнет от террора собственного народа. Надеюсь, что я ошибаюсь»14.
Несколько неопубликованных писем Э. Мондлане, обнаруженных мною в Мозамбике, касаются связей ФРЕЛИМО со Швецией. Как известно, эта страна оказывала значительную поддержку освободительному движению в португальских колониях. Не случайно поэтому Э. Мондлане придавал большое значение разъяснительной работе ФРЕЛИМО среди общественности этой страны. С этой целью в Стокгольме был учрежден Шведский комитет ФРЕЛИМО. В письме Мондлане от 28 сентября 1968 г. читаем: «На следующей неделе мы создадим Шведский комитет ФРЕЛИМО, целью которого будет информировать общественное мнение о нашей работе и 13 Ibid. Letter of E. Mondlane to prof. Fernandez. 11.04.1967.
14 Ibid.
iiiiiiiiiiiiitiiiii uni nit inn и in


стимулировать и координировать шведскую поддержку ФРЕЛИМО. Идея моя заключается в том, что этот комитет должен состоять из индивидуальных членов, которые пользуются влиянием в организациях, но в то же время достаточно независимы, чтобы оказывать полную поддержку ФРЕЛИМО, вместо того чтобы думать об интересах своих собственных организаций»15.
Усилия Э. Мондлане и его сторонников дали в Швеции впечатляющие результаты. В связи с этим Мондлане писал: «Теперь ФРЕЛИМО здесь, в Швеции, очень хорошо известен, и я надеюсь, что я сумел внести в это некоторый вклад... Специальный фонд в Гетеборге решил предоставить 45 000 шведских крон (около 9000 ам. долл.) на образовательную программу ФРЕЛИМО, филиал Фонда развития студентов (ФРС) в Упсале даст 10 000 крон и филиалы ФРС в Стокгольме и Гетеборге обсуждают вопрос о таких же субсидиях»16.
Как видно из переписки Мондлане, ФРЕЛИМО прилагал усилия для того, чтобы организовать бойкот западными компаниями строительства на территории Мозамбика крупнейшей в Африке ГЭС Кабора-Басса, 80% электроэнергии которой должна была закупать ЮАР. В письме шведскому корреспонденту Мондлане пишет: «Вы приводите подробности о различных фирмах, участвующих в этом проекте, в том числе и о шведской АСЕА... Я считаю, что мы могли бы произвести более сильное впечатление, если бы объявили, что президенту ФРЕЛИМО стало известно о намерении одной из крупнейших компаний Швеции участвовать в большом колониальном проекте в Мозамбике...
Шведское правительство обещало прекратить участие АСЕА в Кабора- Басса, если будут предъявлены доказательства, что Родезия будет получать вырабатываемую на ней энергию. Основанием для этого является бойкот режима Смита со стороны ООН. Насколько я понимаю, уже вполне очевидно, что электроэнергия с ГЭС будет поступать в Родезию... но до сих пор правительство [Швеции] ничего не сделало. М-р Гуннар Ланге, министр торговли, судя по всему, не желает ничего предпринимать, кроме осуждения диктатуры Салазара- Каэтану на словах... Мы должны усилить давление на правительство и нуждаемся в большей информации и документации о Каборе-Басса»17.
Важным событием в жизни Э. Мондлане и в истории ФРЕЛИМО был второй съезд этой организации в июле-августе 1968 г. К этому времени уже две северные провинции - Кабу-Делгаду и Ньяса за исключением нескольких португальских опорных пунктов, находились в руках ФРЕЛИМО. Это было крупным успехом. Подтверждением этого явился тот факт, что II съезд ФРЕЛИМО проходил не за границей, а на освобожденной территории, в провинции Ньяса. Участвовали делегаты из всех провинций Мозамбика, а также иностранные гости. Доклад на съезде сделал Э. Мондлане. В нем был дан обзор подготовки и развертывания вооруженной борьбы и намечены задачи организации. Съезд высказался за то, что военные задачи ФРЕЛИМО должны быть подчинены политическим целям, главная из которых - создание нового Мозамбика.
В это время против руководства ФРЕЛИМО выступила трибалистская группа во главе с крупным землевладель- 15 Ibid. Letter of E. Mondlane. 28.09.1968.
16 Ibid.
17 Ibid.
Illllllllliuiltlll IIIIIIIIIIIIIIIHII


нем Нкавандаме, который был одним из вождей маконде18. Эта группа выступала за сохранение родоплеменных институтов, против эмансипации женщин, была сторонницей «черного расизма», призывая убивать всех белых. Открытый конфликт между сторонниками Нкавандаме и Мондлане произошел на съезде. Попытка Нкавандаме обеспечить себе большинство голосов на съезде окончилась провалом. Победила линия руководства ФРЕЛИМО. Вскоре Нкавандаме был исключен из партии.
3 февраля 1969 г. в Дар-эс-Саламе пластиковой бомбой, заложенной в книгу, присланную бандеролью, был злодейски убит Э. Мондлане.
По словам преемника Мондлане на посту президента ФРЕЛИМО С. Машела, «убийство Мондлане вызвало шок, через который революция обратила свою скорбь в новую силу...»19. «Эта ситуация была преодолена усилиями со стороны наших политических комиссаров, объяснявших народу и бойцам необходимость продолжать борьбу и отомстить за смерть нашего президента с тем, чтобы его гибель не стала бесполезной жертвой.
Ответ нашего народа и бойцов был однозначным: превратив скорбь в жгучую ненависть и еще большую решимость, они продолжали войну и устремились в наступление, спутав тем самым планы врага остановить борьбу физическим уничтожением ее лидеров»20.
Через три года после убийства Мондлане танзанийская полиция опубликовала результаты своего расследования, проведенного совместно с Интерполом. Она сообщила, что бомба была изготовлена в Мапуту вероятно с помощью португальцев и перевезена в Дар-эс-Салам двумя диссидентами ФРЕЛИМО - Нкавандаме, который бежал вскоре после убийства, и С. Нунгу, позже казненного ФРЕЛИМО. На устроенных ФРЕЛИМО незадолго до независимости «показательных судах» У. Симанго21 признал, что он и Нунгу сознательно послали бомбу Мондлане22.
А.М. Хазанов
Сочинения
Mondlane Е. The struggle for Mozambique. Baltimore, 1969. (Рус. пер.: Монблане Э.
Борьба за Мозамбик. М., 1972.)
Литература
Хазанов А.М. Крушение последней колониальной империи. М., 1986.
Хазанов А.М. История Мозамбика в новое и новейшее время. М., 2006.
Ordnung С. Eduardo Mondlane. Berlin, 1971.
18 Маконде - народ, проживающий на северо-востоке Мозамбика.
19 Machel S. Mozambique. Revolution or reaction? Richmond, 1975. P. 25.
20 Mozambique Revolution. 1969. № 40. 25 Sept. P. 20.
21 У. Симанго - пресвитерианский священник и один из основателей ФРЕЛИМО, вице- президент в 1962-1969 гг. После смерти Э. Мондлане он был одним из главных претендентов в борьбе за лидерство в организации, но потерпел поражение и вынужден был бежать в Египет. В 1974 г. вернулся в Мозамбик, но был арестован новыми властями незадолго до провозглашения независимости. Симанго так и не суждено было выйти из тюрьмы, его казнили внесудебным порядком. Точная дата смерти неизвестна.
22 Observer. 1972.6 Feb.; The Times of Zambia. 1975.18 Mart.
iiiiiiiiiiiiiHiiii 241 i


Роберт МОФФЕТ
Robert Moffat,
21.XII.1795-9.VIII.1883
Английский миссионер и создатель письменности на языке сетсвана.
Родился в деревне Ормистон (графство Ист-Лотиан, Шотландия). Юность Р. Моффета не предвещала ему успешной миссионерской и богословской карьеры. Он был сыном мелкого таможенного служащего, и его образование ограничивалось лишь начальной школой и несколькими годами ученичества в качестве помощника садовника. Пожалуй, главное, что вынес Р. Моффет из своей юности и детства, - искренняя набожность и строгое следование библейским принципам, чему он сохранил верность до конца своих дней.
Поворотным пунктом в его карьере стало знакомство с известным методистским проповедником У. Роуби, чьи лекции он посещал в 1816 г. Благодаря его протекции Р. Моффет был посвящен в сан священника и 18 октября 1816 г. отплыл из Англии в Кейптаун в качестве миссионера Лондонского миссионерского общества (ЛMC)1.
Первоначально местом работы Р. Моффета была избрана Большая страна нама - область, занимавшая территорию современной Южной Намибии. Здесь молодой миссионер добился первого значительного успеха - наставил на путь мирной христианской жизни предводителя воинственной группы орлам Егера Африкаанера1 2.
После возвращения в Капскую колонию в 1819 г. Р. Моффет получил новое назначение в недавно основанную миссию ЛМС Куруман, располагавшуюся в центральных районах Южной Африки на территории вождества батлапинг.
С самого начала работы в 1821 г. Р. Моффет столкнулся с рядом трудностей. Ему необходимо было преодолеть враждебность местного населения. Батлапинг сильно привязались к предшественнику Моффета Джону Риду - основателю миссии, и на первых порах вообще отказывались принимать другого миссионера3. Так как миссия находилась за сотни километров от границ Капской колонии и миссионерам приходилось работать среди людей иной культуры, не зная их языка и обычаев, Р. Моффет и его жена Мэри подвергались значительным духовным и физическим испытаниям. Миссионер отмечал в 1 Northcott С. Robert Moffat: Pioneer in Africa. 1817-1870. N. Y., 1970. P. 16-25.
2 Подробнее см.: Moffat R. Missionary Labours and Scenes in Southern Africa. L., 1842. P. 106-179.
3 British Parliamentary Papers. Colonies. Africa. Vol. 20. Reports and Papers on the Affairs of Cape Colony, the Condition of Native Tribes and the Sixth Kaffir War, 1826-36. Shannon, 1970. P 426, 427.
iiiiiiiniiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiinii


своем дневнике в феврале 1822 г.: «Здесь ничто не ободряет, наоборот, все ведет к противному»4. Вспоминая об этих днях, Р. Моффет писал через два десятилетия: «Мрачная тоска часто затмевает самые яркие надежды, и если он (миссионер. - А. В.) в полном одиночестве, как было со мной, безуспешно ищет совета, когда его уши не слышат, увы, даже сказанного шепотом призыва “Будь сильным”, его руки становятся слабыми, а сила духа ослабевает»5.
На первых порах африканцы относились к христианским проповедникам без особого пиетета. Батлапинг полагали, что миссионеры были беглецами и искали среди них защиты и укрытия, африканцы хотели в первую очередь получить от проповедников материальную выгоду6.
Общение с батлапинг вообще доставляло Моффету много трудностей. Европейцы являлись для коренного населения чужаками, на них не распространялись многие нормы, которые регулировали отношения внутри общины. Дневники и письма Моффета пестрят такими эпитетами по отношению к африканцам, как «воришки», «обманщики», «лентяи», «язычники», «варвары» и т. д. Причиной подобного отношения были как собственно черты характера и взгляды Моффета, для которого единственным правильным и достойным образом жизни были патриархальные устои, описанные в Библии и освященные христианской церковью, а также бытовые неудобства и недопонимание между миссионером и окружавшими его людьми.
Одним из главных препятствий на пути обращения африканцев в христианство являлся языковой барьер. Общение с батлапинг происходило через переводчиков, которые сами не обладали достаточными знаниями в области религии. Естественно, это могло привести к искажению первоначального смысла, который христианские проповедники вкладывали в свои слова. Р. Моффет отмечал, что миссионер, даже не овладев еще в достаточной мере языком местного населения, начиная обращаться к африканцам без посредников, находился в лучшем положении, чем если бы использовал переводчика7.
Система ценностей, привносимая миссионерами, была чужда представлениям африканцев. Моффет отмечал, что батлапинг с трудом понимали, когда он пытался объяснить, что такое нравственность и грех с точки зрения белого человека8. Это также часто вело к раздражению и появлению у Моффета чувства отчаяния, миссионер начинал сомневаться в возможностях африканцев воспринять христианские идеи.
Изучение языка сетсвана с самого начала являлось для Р. Моффета приоритетной задачей. Сложности при его освоении проистекали не только по причине трудностей произношения и восприятия на слух незнакомых слов, но и из-за отсутствия у тсвана понятий, аналогичных по содержанию христианским теологическим идеям, как, например, Бога Отца, Святого Духа, непорочного зачатия и т. д. Так как африканцам были совершенно незнакомы такие термины, как королевство, трон, корона, возникали препятствия при передаче многих библейских преданий и притч9. Не случайно, что Моффет очень много внимания уделял поискам в мировоззрении тсвана 4 Moffat R., Moffat М. Apprenticeship at Kuruman, 1820-1828. L., 1951. P. 44.
5 Moffat R. Op. cit. P. 68.
6 Moffat R., Moffat M. Op. cit. P. 57, 63,116.
7 Moffat R. Op. cit. P. 293, 294.
8 Ibid. P. 383,384.
9 Moffat R., Moffat M. Op. cit. P. 44.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


религиозных идей, аналогичных христианским, и прежде всего представлениям о едином Боге-Творце. Отсутствие подобных прямых аналогий порождало у него сомнения в существовании религиозных воззрений у африканцев10 11.
Лингвистическим занятиям Р. Моф- фет уделял все свое свободное время. И эти усилия начинали постепенно приносить свои плоды. Уже в 1822 г. он перевел на сетсвана катахизис У. Брауна, изначально предназначенный для детей. По мнению миссионера, он лучше всего подходил для просвещения африканцев. Начиная с 1831 г. богослужебные книги и учебные пособия для школы стали издаваться уже в самой миссии, для чего специально был доставлен печатный пресс11. С 1857 г. здесь стали ре1улярно выходить первые периодические издания на языке сетсвана12. С этого момента у тсвана берет начало национальная письменность и литература.
Важнейшей задачей, ставшей фактически делом всей его жизни, Моффет считал перевод Библии. Уже в 1828 г. он выполнил перевод Евангелия от Луки вместе с некоторыми другими отрывками из Нового и Ветхого Заветов. Столь быстрый прогресс стал неожиданностью даже для самого Моффета, удивленного той «простотой и легкостью», с которой евангельские рассказы ложились на язык сетсвана13. Поистине это была титаническая работа, которая не прекращалась даже после того, как Моффет навсегда оставил берега Южной Африки в 1870 г. Последнее, исправленное, издание Нового Завета на языке сетсвана вышло в Англии в 1872 г.
Длительная работа среди батлапинг не сделала Моффета более снисходительным к обычаям и образу жизни африканцев. Наоборот, он был уверен, что лишь сохранение жесткой опеки со стороны европейцев может способствовать их прогрессу. Он писал в 1851 г.: «Мы не должны ожидать, что это поколение и, возможно, даже третье или четвертое, поднимутся до уровня религиозного рвения, которое мы находим среди просвещенных народов»14.
Причина подобных настроений - отсутствие значительных успехов на пути христианизации местного населения. Р. Моффет смог постепенно склонить в сторону христианства кхоси (вождя) батлапинг Мотиби и членов его семьи. В 1840-х годах христианская община Ку- румана составляла около 300 человек, но, как указывал Д. Ливингстон, зять Моффета, не более дюжины из них были подлинными христианами, «предавшими себя Богу»15.
Неотъемлемой частью деятельности Моффета по просвещению и распространению христианства среди африканцев стало учреждение школы. В 1825 г. занятия регулярно посещали 21 человек. Их обучали английскому и голландскому языкам, а также основам христианской веры. В течение 10 лет количество учеников значительно возросло и составило уже 115 человек16. Начало школьного обучения и первые робкие шаги по распространению европейского образования 10 Moffat R. Op. cit. Р. 257-265.
11 Lovett R. The History ofthe London Missionary Society, 1795-1895: In 2 Vols. L., 1899. Vol. 1. P. 589; Moffat R. Op. cit. P 563, 564; Moffat R., Moffat M. Op. cit. P. 53, 272.
12 Lovett R. Op. cit. Vol. 1. P. 601.
i3 Lovett R. Op. cit. Vol. 1. P. 599; Moffat R. Op. cit. P. 478; Moffat R., Moffat M. Op. cit. P. 290; Northcott C. Op. cit. P. 122.
14 Lovett R. Op. cit. Vol. 1. P. 594.
15 Livingstone D. Some Letters from Livingstone, 1840-1872. L., 1940. P. 41.
16 Moffat R., Moffat M. Op. cit. P. 191; Lovett R. Op. cit. Vol. 1. P. 590.
lllllllllllllllllll lllllllllllllllllll


подготовили новый этап в развитии миссии. Большую роль в распространении христианства среди тсвана, начиная с 1840-х годов, стали играть сами африканцы, так называемые «туземные учителя». К 1851 г. из стен миссии вышло семь подобных наставников. Однако качество их подготовки оставалась низким. Главный упор в обучении делался на религиозных вопросах и воспитании должного христианского поведения и рвения17.
Важнейшей стороной христианизации африканцев являлась не только прямая проповедь Евангелия, но и перестройка всего их жизненного уклада в соответствии с европейскими нормами. Повседневные заботы миссионеров включали приобщение африканцев к сельскохозяйственному труду и обучение их ремеслам и навыкам ведения домашнего хозяйства. Моффет добился от Мотиби разрешения перенести в 1825 г. миссию на новое место, в долину р. Ку- руман, где были более благоприятные условия для земледелия.
Миссия Куруман была обустроена основательно и с большим размахом. Был прорыт оросительный канал длиной в 2 мили и глубиной около 60 см., для возведения церкви и других каменных зданий из Капской колонии был приглашен каменщик18.
Повседневная жизнь в миссии регулировалась согласно библейским принципам, что включало строгий контроль за нравственностью и моральным обликом членов общины, систематическое посещение церковных служб, чтение Священного Писания в кругу семьи, занятия сельскохозяйственным трудом и ремеслами. Роберт Моффет стремился установить в Курумане порядки идеальной христианской общины. За малейшее нарушение дисциплины полагалось наказание в виде отлучения от церкви и причастия. Тяжелые проступки карались изгнанием из общины. Столь суровые порядки приводили к тому, что церковная община в Курумане никогда не была очень большой. Ее ядро в 1860-е годы составляло не более 70 человек. Однако общая численность африканцев, живших при миссии, была в 10 раз больше19.
Еще одной проблемой, с которой столкнулись миссионеры, являлись отношения между колонистами и африканцами. Моффет выступал против любой вовлеченности священнослужителей в отношения английских властей и африканеров с коренным населением Южной Африки. Он указывал на несовместимость проповеднической деятельности и политики20. Однако эти же взгляды служили и оправданием позиции невмешательства, которую Моффет занял по отношению к колонистам, угнетавшим своих чернокожих слуг, и насилия, чинимого африканерами по отношению к независимым африканским общинам.
Тем не менее Моффету не удалось полностью избежать вовлеченности в политические дела. В 1823 г. он фактически стал одним из организаторов похода отряда гриква для защиты батлапинг и Курумана от нашествия враждебных племен, кочевавших по пространствам Южной Африки в период мфец’ане/ дифаг'ане21. Благодаря одержанной по17 Lovett R. Op. cit. Vol. 1. P. 594; Northcott C. Op. cit. P. 186.
18 Moffat R., Moffat M. Op. cit. P. 189,190; Philip J. Researches in South Africa: In 2 Vols. L., 1828. Vol. 2. P. 113.
19 Lovett R. Op. cit. Vol. 1. P. 590; Moffat R., Moffat M. Op. cit. P. 20, 31; Nothcott C. Op. cit. P. 315, 316.
20 Moffat R. Op. cit. P. 198, 207.
21 Moffat R., Moffat M. Op. cit. P. 77-96; Thompson G. Travels and Adventures in Southern Africa: In 2 Vols. L., 1827. Vol. 1. P. 157-161.
iiiitiiiiuiiiiiiii IIIIIIIIHIIIIIIIII


беде при Дитаконге 25-26 июня 1823 г. авторитет миссионеров значительно вырос. С этого момента кхоси Мотиби попадает под все большее влияние христианства, что завершилось его крещением в 30-е годы XIX в.
Следует несколько слов сказать и еще об одном важном аспекте деятельности Р. Моффета - его знаменитых путешествиях во внутренние районы Южной Африки и установлении дружеских отношений с могущественным правителем ндебеле Мзиликази. Последний к 1830 г. смог подчинить своей власти значительную часть территорий, вошедших позднее в состав Трансвааля. С 1829 по 1860 г. Моффет совершил пять путешествий к Мзиликази: два, еще когда правитель ндебеле занимал земли к северу от р. Вааль, и последние три, с 1854 по 1860 г., на территорию современного Зимбабве, куда ндебеле вынуждены были переселиться под давлением африканеров в конце 1830-х годов. В результате этих путешествий между Мзиликази и Моф- фетом установились близкие дружеские отношения. Грозный африканский правитель, получивший свой первый боевой опыт еще под командованием основателя зулусской державы Чаки, при встрече с Моффетом в 1854 г., после долгой разлуки, не мог сдержать слез. И для самого миссионера встреча с Мзиликази означала нечто большее, чем простой визит с целью расширения влияния христианства и основания очередной миссии. В своих дневниках Моффет писал о престарелом правителе с большой теплотой, сокрушаясь как ревностный христианин, о неизбежной гибели души «язычника»22.
Для африканских народов путешествия Моффета имели далеко идущие последствия. Благодаря авторитету и близким отношениям с Мзиликази ему удалось добиться разрешения на основание первой христианской миссии Иньятп на территории современного Зимбабве. Моффет также способствовал открытию внутренних районов Южной Африки для европейской торговли, добившись покровительства Мзиликази для белых коммерсантов.
Дневники Моффета, в которых содержится детальное описание этих путешествий, до сих пор остаются важнейшим источником по истории и этнографии народов Южной Африки.
Однако, несмотря на все достижения в политической сфере, освоении языка и успехи по внедрению новых методов земледелия и ремесел, при жизни Моффету не удалось увидеть победу креста над язычеством. Вплоть до 1870 г., когда он навсегда оставил Южную Африку, большинство тсвана продолжали сохранять верность своим традиционным культам, да и вера многих обитателей самой миссии оставалась еще в значительной мере поверхностной.
Проблемы, с которыми столкнулся Моффет в ходе своей деятельности среди африканцев, носили общий характер для всех миссионеров: сопротивление традиционных властей и старейшин, стойкая приверженность традициям среди самих африканцев, а также трудности взаимопонимания и восприятия африканцами незнакомых терминов и понятий.
Деятельность миссионера превращалась не только в ежедневную борьбу по насаждению новых норм морали и нравственности, но и в не менее изнурительную и сложную работу по переосмыслению и искоренению собственных предубеждений по отношению к окружавшим его людям. От многих стереотипов и предвзятости по отношению к африканцам Моффету так и не удалось избавиться. Нельзя забывать, что он был представителем своего времени, его 22 Moffat R. The Matabele Journals of Robert Moffat, 1829-1860: In 2 Vols. L., 1945. Vol. 1.
P. 229.
Hiiiiiiiiiiimni IIIIIIIIIIIIIIIHII


взгляды, образ мышления и действия во многом определялись стереотипами, существовавшими в Европе по отношению к нехристианским народам. Однако его вклад в создание письменности на языке сетсвана навсегда вписал Р. Моффета в историю этого африканского народа.
Л.В. Воеводский
Сочинения
Moffat R. The Matabele Journals of Robert Moffat, 1829-1860: In 2 Vols. L., 1945.
Moffat R. Missionary Labours and Scenes in Southern Africa. L., 1842.
Moffat R., Moffat M. Apprenticeship at Kuru- man, 1820-1828. L., 1951.
Литература
Christianity in South Africa: A Political, Social, and Cultural History. Berkeley; Los Angeles. 1997.
Lovett R. The History of the London Missionary Society, 1795-1895: In 2 Vols. L.» 1899.
Northcott C. Robert Moffat: Pioneer in Africa.
1817-1870. N.Y., 1970.


МОШВЕШВЕ I
Мошеш; Moshoeshoe, Moshweshewe, 1786(?)-11.Ш.1870
Основатель государства Лесото, один из выдающихся военных и политических деятелей Юга Африки в Новое время.
Родился в деревне Менкваненг на севере современного Лесото. Его отец Мокачане был хедменом этой деревни. От рождения Мошвешве получил имя Лепог’о, что в переводе с сесото значит Ссора, так как в момент его рождения в деревне разгорелся спор из-за обвинения в колдовстве. Имя Мошвешве, которое можно перевести как Стригаль, он получил после того, как возглавил свой первый набег на соседнюю деревню1.
Согласно обычаям басуто первые годы мальчик воспитывался матерью и другими женщинами деревни. С шести лет он начал принимать участие в хозяйственной жизни общины: пас овец, коз и другой скот. Его детство проходило в относительно благоприятной обстановке - в окружении семьи и близких родственников.
Около 1824 г. Мошвешве основал свою собственную деревню, располагавшуюся у подножия горы Бута-Буте в верховьях реки Каледон. Решение начать самостоятельную жизнь и отделиться от отца совпало по времени с началом периода мфец’ане/дифаг’ане. Это было время масштабных войн и переселений, которые привели к изменениям этнической карты Южной Африки, к исчезновению старых и появлению новых вождеств. Сохранилось много свидетельств о бедственном положении, в котором оказалось африканское население внутренних районов Южной Африки, где жители многих поселений лишились всех средств к существованию и были обречены на голодную смерть, современники отмечали случаи каннибализма1 2.
Тогда и началось возвышение Мошвешве. Первоначально он потерпел поражение от Мативане, предводителя нгва- не, которые переселились с территории современной провинции ЮАР КваЗулу- Натал. Мошвешве был вынужден покинуть Бута-Буте и вернуться в деревню к своему отцу. Он еще дважды пытался восстановить свою деревню, но каждый раз был вынужден оставлять окрестности горы из-за набегов соседей. Окончательно он покинул основанное им поселение в 1824 г. после осады, предпринятой Секоньйелой - вождем батлоква, получивших широкую известность среди европейцев как мантати, по имени матери их правителя, правившей в качестве регента на рубеже 1810-1820-х годов.
Мошвешве вместе с несколькими сотнями своих сторонников ушел на юг, 1 Thompson L. Survival in Two Worlds: Moshoeshoe of Lesoto, 1786-1870. Oxford, 1975. P. 1. 6,7.
2 Hodgson T.L. The Journals of the Rev. T. L. Hodgson: Missionary to Seleka-Rolong and the Griquas. 1821 -1831. Johannesburg, 1977: Thompson L. Op. cit. P. 35.
iiiiiiiiiiiiiiniii iiiiiiiiiiiiiiitiii


в центральные районы современного Лесото, и обосновался на горе Таба Босиу (Гора ночи), которая стала не только его прибежищем, но и центром его вожде- ства, заложившего основу современного государства Лесото. Здесь ему предстояло прожить 46 лет своей жизни.
Возвышение Мошвешве и превращение его вождества в одно из сильнейших на Юге Африки было обусловлено целым рядом причин. Таба Босиу оказалась идеальным местом для обороны, где могли укрыться вместе со своим скотом несколько тысяч человек, а горные тропы и проходы, укрепленные каменными стенами, было практически невозможно взять штурмом. Сам Мошвешве проявил недюжинный талант военного и политического деятеля, удачно сочетая силу и дипломатию. Первоначально он действовал в союзе с Мативане, считался его вассалом и платил ему дань. Наличие могущественного союзника, которого смогли сокрушить лишь военные силы Капской колонии в 1828 г., обезопасило Мошвешве от набегов со стороны других более сильных соседей. Во время обороны Бута-Буте и в первые годы пребывания на Таба Босиу Мошвешве удалось значительно увеличить число своих сторонников за счет разрозненных групп беженцев, которыми тогда изобиловали внутренние районы Южной Африки. Они принадлежали к разным этническим общностям, среди них были басуто, нгуни, а также койсан3.
Однако со временем Мошвешве стала тяготить зависимость от Мативане, и он вступил в переговоры с правителем зулусов Чакой. Он отправил ему многочисленные подарки, побуждая напасть на Мативане. Поход против нгване стал одним из последних крупных военных предприятий Чаки. Победа зулусов освободила Мошвешве от диктата более сильного соседа. После ухода Мативане на юг и его последующего разгрома войсками Капской колонии в 1828 г. Мошвешве стал самым могущественным из вождей Лесото.
В течение следующих шести лет Мошвешве добился значительных успехов. Он расширил свои владения, увеличил число подвластных людей, поощрял развитие земледелия и скотоводства, строительство новых деревень. Под его покровительство приходили многие разрозненные группы переселенцев времен дифаг’ане. Мошвешве предлагал им надежное укрытие и защиту в случае нападения. Тем, кто был лишен скота и каких-либо средств к существованию, он выделял скот и распределял свободные земли, превращая их тем самым в своих преданных сторонников. Мошвешве также проявлял достаточную терпимость к представителям других этнических групп, позволяя им сохранять свои обычаи и власть родовых старейшин на уровне деревенских общин. Взамен они обязаны были выступать вместе с ним против внешних врагов, выносить на его суд тяжбы с соседями и оказывать должные знаки почтения. Теперь уже Мошвешве выступал не просто как морена (вождь), но как Морена е мохоло (Великий вождь4).
Сама гора Таба Босиу была превращена в настоящую цитадель. Мошвешве следил, чтобы каменные стены, защищавшие горные перевалы, поддерживались в хорошем состоянии. Запасы камней, которые сбрасывали на головы противников в случае штурма, всегда были наготове в стратегически важных местах, ночью периметр горы патрулировали дозорные5.
3 Thompson L. Op. cit. Р. 45-47.
4 В современном Лесото титул верховного правителя на европейские языки принято переводить как король.
5 Thompson L. Op. cit. Р. 62.
imimiiiniiuii 249 llllltllltlllllllll


Однако быстрое усиление вождества Мошвешве было обусловлено, конечно, не только мирными средствами. Для привлечения как можно большего числа сторонников правителю требовалось обладать значительными стадами скота, которые он мог бы передать своим клиентам. Посредством этого достигались две цели: сохранение и воспроизводство главного достояния басуто - скота и обеспечение лояльности со стороны вновь приобретенных подданных. Сила вождества таким образом напрямую оказывалась связана с благосостоянием правителя. Обилие свободного скота обеспечивало приток новых воинов, а увеличение военной силы сулило успех в набегах на соседей. Главным источником пополнения стад Мошвешве как раз и были нападения на приграничные области. В наибольшей степени страдали от них тембу, жившие на границах земель коса, гриква и басуто.
В 1831 г. на Таба Босиу совершили набег ндебеле, доминировавшие в то время в междуречье рек Оранжевая и Вааль. Мошвешве смог отразить их нападение, но, полагая более разумным сохранять мирные отношения с могущественным правителем ндебеле Мзиликази, он отправил вслед отступавшему неприятелю несколько жирных быков, что было важным дипломатическим шагом: Мошвешве символически признавал себя вассалом Мзиликази и отвращал опасность новых набегов со стороны ндебеле.
В 1833 г. начался новый период в истории Лесото. Сюда по приглашению самого Мошвешве прибыла миссия Парижского миссионерского общества, в которую входили Эжен Казалис, Томас Арбуссе и Констан Госселен. Их миссия - Мория - была основана в нескольких десятках километров от Таба Босиу, она стала крупнейшим центром распространения христианства и просвещения в Лесото.
Призвание миссионеров стало важным политическим шагом Мошвешве. Влияние Капской колонии не могло обойти стороной страну басуто. До Мошвешве доходили известия о войнах, которые вели колонисты с коса, он, несомненно, знал о разгроме Мативане, который учинили англичане в 1828 г. Велико было влияние колониальной периферии. Проводниками ее влияния были общины гриква (бастеров), европейские торговцы и охотники, миссионеры. Мошвешве был заинтересован в установлении взаимоотношений с Капской колонией, а также в приобретении огнестрельного оружия и лошадей6.
Однако помимо политических соображений Мошвешве проникся живейшим интересом ко всему, что было связано с европейской культурой. Под влиянием миссионеров он обзавелся европейской одеждой и домашней утварью, стал регулярно получать товары из колонии. В 1840 г. для него был построен каменный дом, хотя сам он и продолжал спать в хижине. Мошвешве купил фургон, в его резиденции посадили фруктовые деревья, выращивали овощи и пшеницу7.
Более того, Мошвешве оказался восприимчив к христианству: он раскаивался в своих проступках и беспокоился о спасении своей души. Он публично признавал силу и истину Евангелия, регулярно посещал церковь и слушал проповеди. Христианство приняли ближайшие родственники Мошвешве, в том числе его сыновья. Под влиянием увещеваний Казалиса, с которым правитель басуто особенно сблизился, Мошвешве пошел 6 К моменту появления миссионеров у басуто уже находилось в наличии несколько ружей: в 1833 г. Э. Казалиса и его спутников приветствовали ружейным салютом (Casatis Е. Му Life in Basuto Land. [L.], 1889. P. 176).
7 Thompson L. Op. cit. P. 78.
IllltllilllllltUII £JV lllllllllirilllllll


на введение в общественную жизнь чрезвычайно важных новшеств. Во-первых, в 1840 г. по христианскому обряду была похоронена его первая и старшая из жен - ’Манцане. Во-вторых, в том же году Мошвешве ввел запрет на проведение церемоний, связанных с обрядом инициации юношей. И в-третьих, в 1841 г. Мошвешве пошел на беспрецедентный шаг: он предоставил развод двум женам, принявшим христианство. Это решение встретило всеобщее неодобрение. Для его обсуждения было собрано пит- со8, но закончилось оно выражением негодования и чуть не привело к смерти единственного присутствовавшего на нем христианина-басуто9.
Тем не менее, несмотря на недовольство многих басуто, казалось, что в недалеком времени сбудется мечта миссионеров и сам Мошвешве примет веру Христову. Однако все изменилось в 1840-е годы с приближением к границам владений басуто фуртреккеров - участников «Великого трека».
Первоначально Мошвешве, используя посредничество миссионеров, попытался заручиться поддержкой Капской колонии, которая представлялась ему, не без стараний со стороны христианских проповедников, могущественным союзником против бурских переселенцев. 19 декабря 1843 г. Мошвешве подписал договор с правительством Капской колонии. Для него главное значение имело признание британским правительством его территориальных притязаний. Владениями Мошвешве признавались земли в междуречье рек Каледон и Оранжевая, а также полоса в 25-30 миль шириной к северо-востоку от реки Каледон10 11.
Однако заключение соглашения не остановило продвижение фуртреккеров, в том числе и на территории, которые признавались владениями Мошвешве. Договор не разрешил и проблему взаимоотношений басуто с соседями - правителем баролонгов Морока (центром его вождества была гора Таба Нчу) и бат- локва Секоньйелы. Они не признавали те границы, которые были установлены в соглашении Мошвешве с колониальными властями.
Перед лицом нового врага - бурских переселенцев - правитель басуто стремился усилить обороноспособность и поощрял своих подданных приобретать для себя больше лошадей и огнестрельного оружия, на Таба Босиу был устроен пороховой погреб. Но главные надежды Мошвешве возлагал на покровительство Великобритании. Он уже неоднократно поступал подобным образом в прошлом - заручался поддержкой более могущественного союзника. Он наделся, что это поможет и теперь. Эта уверенность еще более крепла благодаря заверениям французских миссионеров, поддерживавших тесные связи с Капской колонией. Казалис выполнял в то время при Мошвешве функции сродни европейскому министру иностранных дел: через его руки проходила практически вся корреспонденция, направлявшаяся колониальным властям11.
Однако бурские переселенцы продолжали проникать на территории басуто. Они «покупали» землю у отдельных глав территориально-родовых общин. В мае 1845 г. Мошвешве информировал британские власти, что на его территории было уже не менее 300 белых ферме8 Общее собрание всех взрослых мужчин вождества, в ряде случаев на нем могли присутствовать и женщины, но они не обладали правом решающего голоса.
9 Thompson L. Op. cit. Р. 91-94.
10 British Parliamentary Papers. Colonies. Africa. Vol. 23: Correspondence Regarding the Kaffire Tribes and Ordonances of the Cape Assembly, 1851-1852. Shannon, 1970. P. 483.
11 Thompson L. Op. cit. P. 126-128.
iitiiiiiiiiiiiiiiii ZJ! lililiiiiifiiiiiin


ров12. Приобретая сомнительное право на владение землей, фуртреккеры начинали перепродавать ее друг другу, превращая ее в объект купли-продажи. Подобная практика была совершенно чужда представлениям басуто, для которых земля не могла выступать объектом частной собственности. Позднее, в 1856 г., Мошвешве писал по этому поводу президенту Оранжевого Свободного государства Я. Бошоффу: «Когда белые пересекли реку Оранжевую, мы смотрели на них как на нечто удивительное: они переходили ее большими группами и обращались к черным с просьбой предоставить им пастбища хоть где-нибудь. И так они приходили один за другим, добропорядочно и кротко. Мы не могли подумать, что они присвоят землю себе, и когда я узнал, что они покупают фермы друг у друга, то поспешил выпустить прокламацию (29 октября 1844 г.), требуя от белых: “Не торгуйте землей, так как не в обычаях басуто поступать подобным образом”». И далее: «Согласно нашему обычаю, земля принадлежит всем людям: она завещана последующим поколениям, ею нельзя распоряжаться посредством торговой сделки, и проводить на ней границы также не является нашей традицией»13.
Таким образом, изначально конфликт между бурскими фермерами и басуто проходил сразу через несколько измерений: соперничество за пастбища и скот, политическое противостояние двух зарождавшихся государств и различия в системе мировоззрения. Все это делало практически невозможным достижение мирного урегулирования.
Мошвешве надеялся, что покровительство британских колониальных властей защитит его от дальнейших притязаний со стороны бурских переселенцев, и он открыто заявил, что англичане могли целиком полагаться на его помощь в подчинении фуртреккеров14. Однако постепенно отношения между британской администрацией и Мошвешве стали портиться. Это было вызвано рядом причин. Во-первых, британские власти опасались чрезмерного усиления басуто. Тем более что в 1846-1847 гг. Капская колония вела очередную пограничную («кафрскую») войну против коса, и к британским властям поступали донесения о контактах восставших правителей коса с Мошвешве. Подозрительность колониальных властей усиливал тот факт, что несколько групп восставших, захвативших с собой часть угнанного у колонистов скота, нашли прибежище среди басуто15. Настоящим ударом по вере Мошвешве в союзнические отношения с Великобританией стала аннексия колониальными властями территорий в междуречье рек Оранжевая и Вааль, что фактически перечеркивало предыдущее соглашение 1843 г. о территориальном размежевании.
В этих условиях Мошвешве пытался отстоять свои территориальные права и расширить владения в долине реки Каледон, где главными его противниками выступали Секоньйела, правитель бат- локва, и Морока, глава вождества баролонгов. Однако Мошвешве, претендуя на значительные территории в долине реки Каледон, не мог установить здесь свой эффективный контроль. Местные африканские общины часто лишь формально признавали власть Мошвешве, действовали совершенно самостоятельно и создавали огромные проблемы в отно12 Ibid. Р. 132,133.
13 British Parliamentary Papers. Colonies. Africa. Vol. 25: Papers Regarding the Kafire Tribes and Affairs of Cape Colony, 1852-58 (Далее - BPP. Colonies. Africa. 25). Shannon, 1970. P. 495.
14 Basutoland Records: In 3 Vols. / Compiled by G.M. Theal. Cape Town, 1964. Vol.l. P. 124.
15 Ibid. P. 137-139; BPP. Colonies. Africa. 25. P. 621.
IllllilllllUllllll ZJZ iimniHiHiiitii


шениях с бурами. Главы территориальнородовых объединений не считали себя связанными какими-либо соглашениями и вступали в самые разнообразные отношения с бурскими переселенцами: торговали, совершали на них набеги, захватывали у фермеров скот, передавали в пользование белым свои пастбища и т. д. Мошвешве не мог контролировать их действия, но за любой конфликт ответственность возлагалась на правителя басуто. В результате отношение к нему британской администрации резко изменилось. Глава английских властей во Владении Оранжевой реки (Orange River Sovereignty) Г. Уорден писал в 1849 г.: «Несомненно, что решительные шаги должны быть предприняты, чтобы смирить это племя (басуто. - А. В.), иначе у нас не будет покоя на этой земле. Местные вожди становятся слишком состоятельными и могущественными, чтобы оставаться безопасными соседями, и они все хотят объединиться против него (Мошвешве. - А. В.)»16.
Конфликт между басуто и европейцами проник и в сферы, связанные с деятельностью миссионеров: в них стали видеть союзников колониальных властей и буров. Эти подозрения усилились после того, как они запретили жителям миссий участвовать в набеге на батлоква в 1848 г., что в значительной степени лишило миссионеров доверия как самого Мошвешве, так и простых басуто. В декабре 1848 г. от христианства отрекся второй по старшинству сын правителя басуто Молапо. Сам Мошвешве, хотя и продолжал посещать службы и использовать миссионеров как переводчиков и писцов, выказывал разочарование в их деятельности. Он как-то сказал Арбуссе, одному из первых французских миссионеров, что он раньше надеялся, что белые люди отличаются от чернокожих, но теперь он знает, что они также стремятся отстаивать лишь свои интересы и попирают ногами права других17.
С началом очередного восстания коса и койкой в Капской колонии в 1850- 1851 гг. колониальные власти решили навсегда сокрушить силы независимых африканских вождеств. В басуто белые видели скрытую угрозу своему господству на Юге Африки, ходили слухи о заговоре, якобы существовавшем между африканскими правителями. В декабре 1852 г. генерал-губернатор Капской колонии Дж. Каткарт предъявил басуто ультиматум: в течение трех дней выдать 10 тыс. голов скота и 1 тыс. лошадей в качестве компенсации за кражи у их соседей и бурских фермеров18. Это были заведомо невыполнимые условия, и по истечении трех дней британские войска перешли в наступление. Все боевые действия фактически свелись к одному сражению при Береа 20 декабря 1852 г. В нем басуто проявили себя как храбрые и умелые воины, они использовали при обороне горный рельеф местности и смогли нанести колониальным войскам ощутимый урон: 38 человек убитыми и 15 ранеными. Но после этого, понимая бесперспективность войны с Великобританией, Мошвешве поспешил обратиться к губернатору с просьбой о мире, отдавая весь скот, захваченный британцами в ходе войны. Каткарт не преминул воспользоваться представившейся возможностью с достоинством выйти из возникшей ситуации: восстание коса еще не было подавлено и новая война, сулившая большие потери и осложнения, не входила в его планы19. Конфликт закончился так же быстро, как начался, 16 Basutoland Records. Vol. 1. P. 261.
17 Thompson L. Op. cit. P. 149,150.
18 BPP. Colonies. Africa. 25. P. 236.
19 Ibid. P. 241, 243.
iiiimiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiniii


а басуто отстояли свою независимость и доказали неприступность их твердыни - Таба Босиу.
Победа, одержанная при Береа, знаменовала собой пик могущества Мошвешве. На следующий год он совершил поход против своего старого врага - Секоньйелы. Экспедиция завершилась полной победой, сам правитель батлок- ва спасся бегствохМ с небольшой группой своих людей.
В середине 1850-х годов казалось, что случилось невозможное: африканский народ смог заставить буров и англичан уважать себя и обращаться с собой как равным. Первым президентом Свободного Оранжевого государства, получившего независимость от Великобритании в 1854 г., стал Й. Хоффман, бывший когда- то каменщикохМ у Мошвешве. А генерал- губернатор Дж. Каткарт, отправляясь в отставку, в своем прощальном письме называл правителя басуто «великим и просвещенным вождем» и подписался как «ваш преданный друг»20.
Однако эта видимость могущества была во многом обманчива. Мошвешве действительно был мудрым правителем и прирожденным дипломатом. Он хорошо понимал истинную расстановку сил на Юге Африки, но несмотря на все предпринимаемые усилия по укреплению войска, его воины не могли на равных соперничать с европейцами. В критических ситуациях на помощь басуто приходило хорошее знание горного рельефа своей страны, но для длительного противостояния со столь сильными противниками этого было мало. Сама держава басуто также не была достаточно прочным образованием. Мошвешве разделил свою страну на округа, во главе которых поставил своих ближайших родственников - сыновей и братьев. Но при этом он также сохранял и династии местных мелких правителей, которые признавали себя его вассалами. В управлении страной Мошвешве в большей степени опирался на обычай и традиции, чем на бюрократическую систему. Писаное право и чиновничество при Мошвешве так и не появились. Войско басуто также собиралось на нерегулярной основе и по своей сути являло собой обыкновенное ополчение. Со временем Мошвешве даже усилил традиционалистский момент в социальной организации басуто, восстановив в 1850-е годы практику совершения обряда инициации и обрезания юношей, от чего он отказался под влиянием миссионеров в 1840-е годы. Продолжал он также советоваться и с колдунами, хотя сам в душе и склонялся к христианству21. В подобной ситуации все зависело от силы и харизмы самого правителя, который своей личностью цементировал этот неустойчивый социальный организм. Но в 1854 г. Мошвешве уже было около 68 лет - возраст для того времени весьма почтенный.
В относительном мире и благополучии басуто прожили около четырех лет. В 1858 г. началась первая из войн с Оранжевым Свободным государством. Ее причиной были неурегулированные пограничные вопросы в долине реки Каледон, извечные жалобы бурских фермеров на грабительские набеги басуто и желание буров расширить свои владения за счет Лесото. Исход войны снова продемонстрировал превосходство тактики басуто, умело использовавших естественные преграды своей страны: в то время как буры безуспешно пытались осаждать укрепления Таба Босиу, отряды басуто вторглись в Оранжевое Свободное государство и подвергли разорению бурские фермы. Посредником в переговорах выступил генерал-губернатор Капской колонии и верховный комиссар 20 Thompson L. Op. cit. Р. 171.
21 Подробнее см.: Ibid. Р. 171-218.
iiiiiiiiiiiiiiniii lllllllllllllllllll


Южной Африки Дж. Грей. Своей задачей он видел, прежде всего, установление общепризнанной границы между Оранжевым Свободным государством и страной басуто. Но создание новой границы не могло поправить дело: простые басуто не понимали суть этих нововведений, для них земля была общим достоянием. Мошвешве не мог запретить своим подданным пересекать границу во время охоты, он просто не имел для этого достаточных сил и средств, как, впрочем, и буры. Граница по-прежнему оставалась по большей части лишь линией на карте.
Старея, Мошвешве постепенно терял контроль над положением в своей стране. Это проявилось в его ссорах с сыновьями, которые стали проявлять излишнюю самостоятельность. Чувствуя свою слабость и предвидя неизбежность новых конфликтов с бурами, Мошвешве единственный выход видел в объявлении британского протектората над страной басуто. В 1860 г. он обратился с подобной просьбой к сыну королевы Виктории принцу Альфреду, посетившему в 1860 г. Южную Африку. Однако максимум, что взяло на себя британское правительство, это посредничество на переговорах между Оранжевым Свободным государством и Мошвешве. Главным вопросом на них было установление новых границ, которые признавали бы за бурами часть долины реки Каледон, занятую басуто. Мошвешве отказался признавать новые границы, и в 1865 г. началась новая война между Оранжевым Свободным государством и басуто. На этот раз боевые действия не были столь удачными для Мошвешве. Буры действовали намного более организованно. Они обладали лучшим и современным оружием и получали боеприпасы из Капской колонии, в то время как басуто находились в фактической изоляции. Однако, несмотря на разорение всей страны, взять Табо Босиу бурам так и не удалось. Мошвешве снова обратился с просьбой о покровительстве к британскому правительству, но из-за нежелания Лондона брать на себя дополнительные обязательства он вынужден был пойти на подписание унизительного мира с Оранжевым Свободным государством. Его условия были изначально невыполнимы для басуто: буры претендовали на большую часть территории страны басуто. Отказ выполнять положения договора 1866 г. спровоцировал третью по счету войну 1867-1868 гг., которая поставила Лесото на грань существования. И здесь наконец, опасаясь усиления Оранжевого Свободного государства, Великобритания пошла на так долго ожидавшийся от нее шаг: 12 марта 1868 г. Лесото было аннексировано как новая британская колония Басутоленд.
Но к тому моменту Мошвешве уже слабо контролировал ситуацию в стране. Он был болен и, по свидетельству современников, уже не был способен управлять государством22. Вместе со своим правителем страдала и вся страна. От ее прежнего процветания практически не сохранилось и следа. От прежних 125 тыс. человек населения осталась едва половина, другие или умерли от голода, или бежали за пределы страны. Единоначалия уже не существовало: реальная власть перешла в руки трех сыновей Мошвешве - Лециэ, Молапо и Масупа23. Однако, несмотря на все эти бедствия, Мошвешве уже на пороге смерти удалось сохранить главное - страну, которую он создал. Его выбор между Сциллой и Харибдой оказался исторически правильным: потеряв независимость, басуто сохранили свою территориальную целостность. Бурское же завоевание грозило полным уничтожением и расчленением страны между белыми фермерами.
22 Thompson L. Op. cit. Р. 253.
23 Dictionary of South African Biography: In 5 Vols. Cape Town, 1968-1982. Vol. 1. P. 564.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


Умер Мошвешве И марта 1870 г. Он так и не принял крещения, хотя миссионеры и утверждали, что перед смертью он окончательно уверовал в Бога. Но так ли это на самом деле, мы уже никогда не узнаем.
А.В. Воеводский
Литература
Arbousset Т. Narrative of an exploratory tour to the north-east of the colony of the Cape of Good Hope. L., 1852.
Basutoland Records: In 3 Vols. / Compiled by G.M. Theal. Cape Town, 1964.
Casalis E. My Life in Basutoland. [L], 1889 (на фр. яз.: Casalis E. Les Bassoutos; ou, Vingt- trois années de séjour et d’observations au sud de l’Afrique, par E. Casalis. Paris, 1859).
Sanders P. Moshoeshoe: Chief of the Sotho. L., 1975.
Thompson L. Survival in Two Worlds: Moshoeshoe of Lesoto, 1786-1870. Oxford, 1975.


Роберт Габриэл МУГАБЕ
Roben Gabriel Mugabe, род. 21.11.1924
П ре м ьер - м и и 11 стр прав» ттсл ьства (1980-1987), п роз и де i it Рес 11 у Гл 11 к и Зимбабве (с 1987).
Родился в деревне Кута.ма (окрестности Солсбери, Южная Родезия)1 в крестьянской семье, принадлежавшей к одной из этнических общностей шона - зе.зуру. Когда Мугабе было всего десять лет, отец оставил семью и ушел на заработки в Булавайо, где женился во второй раз. Мать Роберта, Бона Мугабе, однако приложила все усилия, чтобы дать сыну хорошее образование. Мугабе первоначально посещал школу при местной католической миссии, затем продолжил обучение в колледже Св. Франциска Ксавьера. Как впоследствии вспоминал его младший брат Донато, уже в юности .Мугабе отличал и упорство и целеустремленность. Он был достаточно замкнут, и его главными друзьями были книги1 2. В 1942 г. Мугабе завершил курс среднего образования и получил диплом учителя. В течение последующих лет он преподавал в нескольких школах для африканцев Южной Родезии.
В 1950 г. Мугабе получил стипендию для продолжения образования и поступил в университетский колледж Форт Хейр в Южно-Африканском Союзе (ЮАС, ныне ЮАР). Там учились такие будущие политические деятели Африки, как Джулиус Ньерере, Роберт Собук- ве, Кеннет Каунда и Нельсон Мандела. В ЮАС Мугабе получил первый опыт политической деятельности. Он вступил в Молодежную лигу Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК) и посещал ее собрания в Форт Хейре. Как впоследствии вспоминал сам Мугабе, в то время он находился пол впечатлением опыта М.К. Ганди и его кампании ненасильственного сопротивления. Его мечтой было получить юридическое образование в Лондоне, что должно было предоставить ему финансовую независимость и позволило бы вести борьбу за независимость своей страны3.
В 1951 г. Мугабе получил степень бакалавра гуманитарных наук и продолжал учебу уже в Лондонском университете. В 1952 г. вернулся в Африку и па протяжении нескольких лет преподавал в государственных и миссионерских школах Южной и Северной Родезии. Одновременно он заочно учился в Лондонском университете, изучая экономику. Мугабе обладал настоящей страстью к учебе. Даже находясь в тюрьме, он не прерывал своего образования. К середине 1970-х 1 Южная Родезия (современная Зимбабве) в то время была колонией Великобритании; Солсбери, ее административный цент]), сейчас носит название Хараре.
2 Holland Н. Dinner with Mugabe: The Untold Story' of a Freedom Fighter Who Became a Tyrant. L., 2009. P. 2-5.
3 Ibid. P. 226.
IIIIIIIIHIIIIIIIII
257
IIIIIIIIHIIIIIIIII


годов он стал обладателем еще четырех дипломов: по педагогике, праву, экономике и администрированию4.
В 1958 г. Мугабе переехал в Гану, за год до этого одной из первых в Африке обретшую независимость. Короткий период пребывания в этой стране оказал определяющее воздействие на формирование взглядов Мугабе. Лидер независимой Ганы К. Нкрума главными направлениями своей политики сделал антиколониализм и панафриканизм. В 1958 г. в Аккре прошла первая конференция независимых государств Африки и первая конференция народов Африки, где были приняты резко антиколониальные резолюции и решения5. Здесь, по всей видимости, у Мугабе окончательно сформировалось решение включиться в борьбу за права черного населения своей страны. В 1960 г., во время визита к себе на родину, он стал участником семитысячного марша в Солсбери против ареста двух лидеров Национальной демократической партии (National Democratic Party, НДП), незадолго до этого образованной профсоюзным лидером Джошуа Нкомо. На митинге Мугабе выступил со своей первой политической речью, в которой он представил Гану как образец, которому африканцы Южной Родезии должны следовать6. Это выступление сразу же выдвинуло Мугабе на авансцену политической жизни. В антиколониальном движении явственно ощущался дефицит образованных людей, а у Мугабе к тому моменту уже было два университетских диплома. Ему предложили войти в ряды НДП, и он возглавил молодежное крыло партии.
Во время пребывания в Гане в жизни Мугабе произошло еще одно знаменательное событие. Одной из его слушательниц оказалась молодая учительница Салли Хейфрон, на которую преподаватель из Южной Родезии произвел впечатление. Очень скоро они сблизились и поженились в апреле 1961 г. в Солсбери. В будущем она стала не только верной спутницей, но и соратницей Мугабе. Во многом благодаря ее помощи Мугабе смог впоследствии, находясь в заключении, продолжить обучение в университете. В библиотеках Лондона Салли конспектировала книги, доступа к которым ее муж был лишен в тюрьме7.
В начале 1960-х годах казалось, что достижение желанной независимости Южной Родезией и переход власти в руки африканцев не за горами. В одном только 1960 г. в Африке появилось 17 новых государств. В 1963 г. окончательно распалась Федерация Родезии и Нья- саленда8, а бывшие британские колонии, Северная Родезия и Ньясаленд, обрели независимость. В самой Южной Родезии власти делали все, чтобы сохранить контроль над страной в руках белого меньшинства. В 1961 г. под запрет попала НДП, но вскоре партия была воссоздана под названием Союз африканского народа Зимбабве (Zimbabwe African People’s Union, ЗАПУ) во главе с Дж. Нкомо. Правда, и ей вскоре пришлось перейти на нелегальное положение. В 1963 г. Мугабе покинул ЗАПУ и перешел в новую партию - Африканский национальный союз Зимбабве (Zimbabwe African National Union, ЗАНУ). Ее сформировал епископ Ндабанинги Ситоле, занявший 4 Encyclopedia of African history / Ed. Kevin Shillington. N. Y., 2005. Vol. 1. P. 1048.
5 Мазов C.B. Политика СССР в Западной Африке, 1956-1964: неизвестные страницы истории холодной войны. М., 2008. С. 55.
6 Holland Н. Op. cit. Р. 13.
7 Ibid. Р. 16.
8 Была образована 27 июня 1953 г. В ее состав входили британские колонии Северная и Южная Родезии и Ньясаленд.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


пост президента партии, а генеральным секретарем был назначен Мугабе. ЗАНУ отличался большей радикальностью, уже в 1964 г. он сформировал первый партизанский отряд9.
В 1964 г. правительство Южной Родезии возглавил Я. Смит, ставший лидером Родезийского фронта - партии, отстаивавшей интересы белых поселенцев Южной Родезии. Против представителей оппозиции были развернуты репрессии, Мугабе в числе других 800 африканских активистов антиколониального движения оказался за решеткой. Свободу он обрел лишь в ноябре 1974 г.
Годы пребывания в тюрьме не прошли для него даром. Мугабе проявил в это время качества настоящего лидера. Он продолжил в заключении свое образование и стал обладателем еще трех университетских дипломов и даже организовал обучение своих соратников.
В 1966 г. Мугабе постигло личное горе: в Гане умер его трехлетний сын Нха- мо. Несмотря на все просьбы Мугабе, власти так и не отпустили его на похороны10 11.
1974 г. стал переломным в истории как всего Юга Африки, так и Южной Родезии. В апреле произошла революция в Португалии, и новое правительство начало переговоры с освободительными силами Анголы и Мозамбика о прекращении войны при условии признания независимости. Премьер-министр ЮАР Б. Форстер, пытаясь упрочить положение режима апартхейда в новых условиях, стремился достичь примирения с «прифронтовыми» государствами ценой достижения мирного урегулирования политического кризиса в Родезии. Под его давлением Я. Смит выпустил из тюрьмы африканских лидеров. Среди них на свободе оказались Дж. Нкомо и Р. Мугабе. Незадолго до этого Мугабе, еще находясь в тюрьме, был избран новым лидером ЗАНУ вместо Н. Ситоле.
Мугабе удалось бежать из Родезии и перебраться в соседнюю Замбию, где тогда располагалось руководство африканского вооруженного сопротивления Зимбабве и находились его военные лагеря. Однако в марте 1975 г. в Лусаке был убит Г. Читепо, один из лидеров ЗАНУ, занимавшийся координацией деятельности боевого крыла партии - Африканской национально-освободительной армии Зимбабве (Zimbabwe African National Liberation Army, ЗАНЛА). Подозрения пали в том числе и на Мугабе, и он вынужден был оставить Замбию и переправиться в Мозамбик, где занялся реорганизацией ЗАНУ.
Деятельность Мугабе способствовала активизации партизанской войны в Родезии. Однако в самом движении африканского сопротивления единство отсутствовало, и это затрудняло общую борьбу. Раскол в нем произошел под влиянием двух факторов. Первый - этнический. Большинство населения Зимбабве представляют два народа: ндебеле, к которому принадлежал Дж. Нкомо, и шона, представителем которого был Мугабе. Так, Сержио Виейра, один из руководителей ФРЕЛИМО в годы антиколониальной войны в Мозамбике, вспоминал, что по донесениям разведки в Зимбабве за приделами областей проживания ндебеле мало кто поддерживал ЗАП У, большинство шона отдавали свои предпочтения ЗАНУ11. Второй фактор - политический. ЗАПУ был союзником АНК Южной Африки и придерживался просоветской линии, в то время как ЗАНУ опирался на помощь Китая и испытал значительное влияние маоизма. Немалую роль сыграл и властный характер Мугабе, его личная неприязнь 9 Краснопевцева Т.Н. Зимбабве: прошлое и настоящее. М., 1988. С. 155-157.
10 Holland Н. Op. cit. Р. 27.
11 Shubin V. The Hot «Cold War». The USSR in Southern Africa. L., 2008. P. 161.
1111(11111111111111 IIIIIIIIIIIIIII1HI


к Дж. Нкомо. Серьезные противоречия существовали и внутри самих ЗАПУ и ЗАНУ. Эти противоречия еще в большей степени усилило убийство Г. Читспо. На территории Замбии между вооруженными отрядами различных группировок и фракций движения сопротивления часто происходили вооруженные стычки, что заставило президента страны К. Ка- унду пойти на беспрецедентный шаг: депортировать в Родезию 129 человек12.
Лидеры «прифронтовых» государств первоначально без энтузиазма относились к возвышению Мугабе. Под их давлениехМ было отменено решение о избрании его новым президентом ЗАНУ. Однако в период пребывания Мугабе в Мозамбике его авторитет среди бойцов ЗАНЛА значительно вырос, только его они согласны были видеть во главе освободительного движения. «Он доказал это, пройдя через суровые будни мозамбикских джунглей», - отмечалось в меморандуме офицеров из лагеря Мгагао в Танзании13. Именно в этот период популярным становится лозунг, что «новый лидер должен выйти из буша, он должен быть одним из тех, кто носит оружие»14.
В возвышении Мугабе сыграла свою роль и поддержка со стороны С. Машела, занявшего в 1975 г. пост президента независимого Мозамбика. Обоих лидеров сближали определенная близость взглядов (они объявляли себя сторонниками социалистических преобразований и испытывали глубокие симпатии к идеям маоизма), а также общая борьба в годы антиколониальной войны. В 1978 г. правительство Мозамбика даже санкционировало отправку в Зимбабве одну тысячу солдат регулярной армии для поддержки отрядов ЗАНЛА15.
В 1976 г., при участии президентов «прифронтовых» государств Дж. Ньере- ре, С. Машела и К. Каунды, удалось договориться о создании единого Патриотического фронта (ПФ), в который вошли обе организации - ЗАПУ и ЗАНУ. Однако в полной мере разногласия преодолеть не удалось. И для Дж. Нкомо, и для Р. Мугабе это объединение носило скорее вынужденный характер, они отказывались говорить о перспективах их союза и сохраняли полную самостоятельность своих политических и военных структур16.
В 1978 г. сопротивление режиму Я. Смита усилилось. Численность отрядов ЗАНЛА, действовавших на территории Родезии, возросла до 13 тыс. человек. Белые родезийцы могли передвигаться по дорогам страны лишь в сопровождении вооруженных конвоев, европейские фермы больше напоминали укрепленные крепости, белое мужское население подлежало тотальной мобилизации. Чтобы изолировать африканцев от партизан, силами безопасности Родезии создавались так называемые «защищенные деревни», которые внешне больше походили на лагеря для заключенных. Подписание Я. Смитом и представителями африканских умеренных группировок (А. Музорева, Н. Ситоле и Д. Чирау) соглашения о внутреннем урегулировании также не способствовало нормализации ситуации. Страна оказалась на грани полномасштабной гражданской войны. Единственным выходом из ситуации являлось достижение международного урегулирования.
В 1979 г. на саммите Содружества в Лусаке премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер высказалась за проведение конференции по родезийскому 12 Краснопевцева Т.Н. Указ. соч. С. 160.
13 Там же. С. 170.
14 Shubin V. Op. cit. Р. 165.
15 Ibid. Р. 161.
16 Ibid. Р. 170.


урегулированию. Выступали за мирное разрешение конфликта и лидеры «прифронтовых» государств, испытывавших значительные экономические и политические трудности из-за эскалации насилия в регионе17.
Результатом проходивших в Лондоне переговоров стало подписание 21 декабря 1979 г. Ланкастерского соглашения, которое гарантировало сохранение за белыми имущественных прав на землю и закрепляло за ними 20 мест из 100 в парламенте. На время проведения всеобщих выборов власть передавалась английскому губернатору.
В январе 1980 г. Дж. Нкомо и Р. Мугабе объявили, что будут бороться на выборах раздельно. Мугабе с триумфом возвратился на родину, его встречала восторженная толпа в 250 тыс. человек18. Итоги выборов принесли ему убедительную победу. Его партия Африканский национальный союз Зимбабве - Патриотический фронт (Zimbabwe African National Union - Patriotic Front, ЗАНУ- ПФ) получила 57 мест. 4 марта 1980 г. Мугабе был избран премьер-министром многорасового правительства Республики Зимбабве.
Столь безоговорочная победа Мугабе была обусловлена рядом причин. Прежде всего, Мугабе представлял наиболее многочисленный народ Зимбабве шона, что заведомо ставило его в более выгодное положение по сравнению с соперниками. Во-вторых, он пользовался славой бескомпромиссного борца с режимом Я. Смита. Отряды подчинявшейся ему ЗАНЛА вели действенную борьбу с родейзийской армией. В то же время главные его соперники на выборах выступали с более умеренных позиций, неоднократно вступали в переговоры с Я. Смитом. Подконтрольные ЗАПУ партизанские отряды не выходили за пределы зоны расселения ндебеле и действовали далеко не столь активно. Свою роль сыграло и то, что Мугабе одним из ключевых пунктов своей избирательной программы сделал решение земельного вопроса19. Голосуя за Мугабе, многие зимбабвийцы надеялись вернуть себе свои исконные территории, отнятые у их предков в ходе колониального завоевания Зимбабве в конце XIX в.
Победа Мугабе вызвала шок у многих белых фермеров, тысячи людей распродавали свое имущество и уезжали из страны. Численность европейского населения Зимбабве за первые семь лет независимости сократилась с 210 до 100 тыс. человек. Однако на первых порах, несмотря на свою славу марксиста и радикала20, Мугабе проводил прагматическую политику. Официально правительством был объявлен курс на примирение.
17 Chan S. Robert Mugabe: A Life of Power and Violence. L., 2003. P. 9-14.
18 Ibid. P. 15.
19 К 1980 г. большая часть плодородной пригодной для сельского хозяйства земли находилась в руках примерно 6 тыс. крупных белых фермеров, в то же время большая часть африканского населения была сосредоточена в резерватах. Численность их населения постоянно росла, и к 1979 г. в них насчитывалось до 2 млн «лишних» людей, тех, кто не мог обеспечить себе пропитание за счет труда на земле. (См.: HerbstJ. State Politics in Zimbabwe. Berceley, 1990. P. 40-41.)
20 Сам Мугабе заявлял в 1978 г., что официальной идеологией ЗАНУ с 1973 г. являлось учение Маркса-Ленина и Мао Цзэдуна. На освобожденных от родезийских войск территориях должен был вводиться новый социальный порядок, основанный на принципах коллективизма, при этом руководящая роль отводилась местным отделениям ЗАНУ и подразделениям ее военного крыла ЗАНЛА. (Подробнее см.: Mugabe R.G. Our War of Liberation. Speeches, Articles, Interviews, 1976-1979. Gweru, 1983. P. 45,46.)
iiiiiiiiiiiiiiniii ZO / iiiiiiiiiiiiiiniii


В тот же день, когда стало известно о победе ЗАНУ-ПФ на выборах, Мугабе пригласил к себе в резиденцию Я. Смита. На встрече с бывшим лидером правительства белого меньшинства Мугабе заявил, что вполне отдает себе отчет, что он получил в наследство государство, обладавшее одной из самых развитых экономик в Африке. Смит вспоминал в 2000 г. в ходе интервью, которое он дал корреспонденту российской газеты «Время новостей»: «Он (Мугабе. - А. В.) говорил не как террорист, которым мы его считали, а как грамотный западный человек»21.
В соответствии с Ланкастерским соглашением белые первоначально сохранили контроль над ключевыми постами в экономике, вооруженных силах и полиции Зимбабве, главный противник Мугабе на выборах Дж. Нкомо получил пост министра внутренних дел. Проявляя гибкость в хозяйственных вопросах, Р. Мугабе заявил в июне 1982 г.: «Невозможно заменить капитализм в один день, необходима определенная форма сосуществования между социализмом и капитализмом... Нам в наследство досталось капиталистическое общество, внутри этой социально-экономической системы мы пытаемся - где возможно - заложить основы социализма»22. Однако, как отмечают исследователи, приверженность марксистской идеологии скорее являлась данью настроениям, господствовавшим среди населения, реальная же политика Мугабе в первые годы независимости основывалась на чистом прагматизме23.
Сдерживаемый на первых порах условиями Ланкастерского соглашения, Мугабе подспудно готовил почву для усиления своей личной власти и введения в стране однопартийной системы. Этот вопрос неоднократно поднимался в вступлениях руководства ЗАНУ-ПФ и на страницах печати. Необходимость подобного шага обосновывалась тем, что африканская историческая традиция зиждилась на принципе «один вождь в пределах определенной географической области»24.
В августе 1981 г. в Хараре прибыло около 100 военных советников из Северной Кореи. Они занялись подготовкой элитной 5-й бригады вооруженных сил Зимбабве25. В нее набирались ветераны войны за независимость, лично преданные Мугабе. Как показали дальнейшие события, она была необходима для борьбы в первую очередь с внутренней оппозицией.
В 1982 г. в Матабелеленде26 были найдены тайники с оружием. Мугабе обвинил в заговоре Дж. Нкомо и исключил его из состава правительства. Силами 5-й бригады была развернута военная операция против ндебеле, получившая название Гукурахунди (Gukurahundi). Боевые действия сопровождались большой жестокостью, в ряде случаев уничтожению подлежали целые деревни. Ндебеле отвечали вооруженным сопротивлением, часто также убивая мирных шона. Общее число жертв до сих пор точно не установлено, различные источники называют цифры от 18 до 30 тыс. чел., большинство из которых были ндебеле. Гражданская война завершилась лишь в 1987 г. подписанием соглашения между Р. Мугабе и Дж. Нкомо. ЗАП У 21 Время новостей. 2000.18 авг.
22 Республика Зимбабве: справочник. М., 1985. С. 95.
23 Herbst J. Op. cit. Р. 227-231; Jenkins С.М., Knight J. The economic decline of Zimbabwe: Neither growth nor equity. Basingstoke, 2002. P. 33.
24 Республика Зимбабве... С. 106.
25 Chan S. Op. cit. P. 28.
26 Так традиционно в Зимбабве называют территории проживания ндебеле.
iiiiiiiiiiiiiitiiii ZOZ IIIIIIIIIIIIIIIIIK


был распущен, его члены вошли в состав ЗАНУ-ПФ, а сам Нкомо стал одним из двух вице-президентов. Правительство объявило амнистию тем ндебеле, кто, будучи участником боевых действий, добровольно сложил оружие.
Следует отметить, что вина за кровопролитие лежала не только на одном Мугабе. С начала 1980-х годов спецслужбы ЮАР проводили направленную политику по разжиганию внутреннего конфликта в Зимбабве. Сюда через границу были переброшены несколько сот боевиков так называемого Супер-ЗАПУ (Super-ZAPU). В 1982 г. при участии белых родезийских военных вооруженные силы ЮАР уничтожили всю авиацию Зимбабве, что Мугабе расценил как прямое предательство. Все это способствовало росту напряженности внутри страны и разжиганию межэтнических противоречий.
Фактически шедшая в стране гражданская война позволила Мугабе провести ряд мер по усилению своей личной власти. В 1984 г. на съезде правящей ЗАНУ-ПФ была принята резолюция, закреплявшая курс на строительство социалистического государства и утверждавшая руководящую роль партии в государственных делах. В 1987 г. парламент Зимбабве принял поправку к конституции: должность премьер-министра упразднялась, вся исполнительная власть передавалась в руки президента, который совмещал функции главы государства, правительства и главнокомандующего вооруженными силами. Было упразднено раздельное расовое представительство в парламенте.
На президентских выборах 1990 г. Мугабе получил свыше 2 млн голосов избирателей, а его соперник Э. Текере лишь немного более 400 тыс.27 Это было время наивысшего триумфа Мугабе. Страны Запада закрывали глаза на нарушения прав человека и отсутствие подлинной демократии, опасаясь, что в случае резкой критики с их стороны Мугабе совершит поворот в сторону стран социалистического лагеря. В 1991 г. в столице Зимбабве состоялся саммит Содружества, на котором была принята Харарская декларация, утверждавшая принципы демократии, свободной торговли, осуждала любые формы угнетения, попрание личной свободы, призывала к борьбе с бедностью, болезнями, и т. д. Сам Мугабе заявил по поводу принятия декларации: «Пусть Содружество живет и продолжает жить вечно и утверждает демократические ценности Харарской декларации»28.
Однако 1990-е годы принесли Мугабе, несмотря на их триумфальное для него начало, личное горе и кризис в стране. В январе 1992 г. умерла Салли, его жена и верная спутница. И хотя Мугабе к этому времени уже встречался с другой женщиной, Грейс Маруфу, родившей ему двух детей, смерть Салли стала для него настоящим потрясением.
Для Зимбабве 1990-е годы стали временем нарастания кризиса в экономике. В 1992 г. Матабелеленд поразила засуха, обернувшаяся настоящей катастрофой. Впервые страна вынуждена была импортировать продовольствие. Ухудшилась и международная финансовая конъюнктура: с окончанием «холодной войны» основные денежные потоки переориентировались на страны Восточной Европы, Африка перестала представлять интерес для ведущих держав. Великобритания так и не выполнила своих обещаний о вложении миллиардов долларов в экономику Зимбабве. Бюджетный дефицит, коррупция и часто необдуманные государственные траты привели к росту инфляции до 30% в год. Действия прави27 Chan 5. Op. cit. Р. 48.
28 Ibid.


тельства, принявшего в 1992 г. «Акт о приобретении земли», предусматривавший принудительный выкуп у белых фермеров 5,5 млн га, также не способствовали стабилизации экономической ситуации. Хотя на парламентских и президентских выборах 1995-1996 гг. партия и сам Мугабе одержали уверенную победу, впервые на них о себе в полный голос заявила оппозиция. Раздавались голоса против Мугабе и внутри самого ЗАН У-ПФ. Избирательная кампания сопровождалась массовыми нарушениями и случаями насилия. В ходе своих выступлений Мугабе обрушился с обвинениями против белой общины и бывшего лидера Родезии Я. Смита. «Во многих странах, - заявлял Мугабе, - его бы пытали или убили за политические преступления. А мы все еще терпим его среди нас. В других странах от Смита остались бы лишь одни кости»29. Однако, когда во время голосования выяснилось, что по ошибке местной избирательной комиссии имени Я. Смита не оказалось в списках, Мугабе лично распорядился исправить это недоразумение.
После очередной победы на выборах Мугабе вступил в свой второй брак, женившись на Грейс Маруфу. Свадьба проходила на родине Мугабе в Кутама, на торжество было приглашено 12 тыс. гостей, включая глав соседних государств, Ж. Чиссано, президента Мозамбика, и Н. Манделу30. Проведение столь пышных торжеств в то время, когда страна испытывала острый финансовый дефицит, вызвало жесткую критику со стороны оппозиции.
С 1999 г. ситуация в экономике стала принимать катастрофический характер: начался спад в сельском хозяйстве и промышленности (12 и 10%, соответственно), сократились доходы от туризма, прекратились иностранные инвестиции. В 2000 г. был проведен референдум по проекту новой конституции, в котором предусматривалось отчуждение земли без выкупа. Большинство населения страны не поддержало проект президента. Определяющую роль здесь сыграла широкая агитация, проводившаяся оппозицией против предложений Мугабе. Белые фермеры также смогли мобилизовать в свою поддержку сотни тысяч арендаторов и наемных работников, живших на их землях, чье благополучие напрямую зависло от сохранения земли у их патронов. На проходивших в том же году выборах в парламент ЗАН У-ПФ получил 67 мест, а противостоявшее ему Движение за демократические перемены (Movement for Democratic Change, ДДП) - 57. Оппозиция обвинила власти в фальсификации, но результаты выборов не были отменены.
Эти события, по всей видимости, сыграли ключевую роль в изменении внутренней политики Мугабе. Власти в 2000 г. санкционировали насильственный захват ветеранами войны за независимость ферм европейцев31. Официально эти действия получили название «третьей чимуренги»32, что символизировало «возврат» народу Зимбабве земель, захваченных в конце XIX в. колонистами. Однако массовая экспроприация и исход 29 Ibid. Р. 142.
30 Holland Я. Op. cit. R 106.
31 Одной из причин этих действия являлось то, что именно белые фермеры представляли финансовые средства оппозиционному ДДП и его лидеру М. Цвангираи. Это было расценено Мугабе как факт предательства и жестокой неблагодарности за ту терпимость, которую он проявлял к ним в предшествующие годы.
32 Чимуренга - дословно переводится с языка чишона как борьба. Первой чимуренгой обычно в Зимбабве называют антиколониальное сопротивление конца XIX в.; второй чимуренгой - войну за независимость.
ii £иЧ iiiiiiiiiiiiiiniii


белых фермеров спровоцировали жесточайший экономический и социальный кризис. Без работы остались сотни тысяч африканских арендаторов и работников, живших на фермах белых, в стране стала набирать силу гиперинфляция, достигшая в 2007 г. 7634%, начался массовый отток населения в соседние страны, прежде всего в ЮАР, только теперь, спасаясь от голода, бежали уже сами африканцы. Среди зимбабвийцев росло недовольство президентом. У Мугабе падал его прежний авторитет борца за свободу.
В 2000-е годы усилился террор против оппозиционных организаций, особенно политиков демократического направления. Арестам и даже пыткам подверглись члены парламента, журналисты, адвокаты, отстаивавшие гражданские права своих клиентов.
Мугабе удавалось удерживаться у власти, опираясь на верхние слои правящей партии и силы безопасности во главе с Эммерсоном Мнангагва, ветераном войны за независимость и бывшим командующим печально известной 5-й бригады.
В 2006 г. Мугабе предложил внести в конституцию поправки и отложить на два года президентские выборы, совместив их с парламентскими. Он также получал право выбрать себе преемника, в случае если ему пришлось бы досрочно уйти с поста президента. 1 ноября 2007 г. Мугабе подписал соответствующий закон об изменении конституции.
На всеобщих выборах 29 марта 2008 г. впервые Мугабе не получил большинства. Согласно официальным данным ДДП получила 105 мест в 210-местном парламенте, а правящая партия 93 места. На президентских выборах лидер ДДП М. Цвангираи набрал 47,9% голосов, Мугабе - 43,2%. Согласно конституции страны, в таких случаях требовалось проведение второго тура выборов33.
Политическое руководство оппозиции подверглось преследованиям, власти объявили их «пятой колонной» и агентами Великобритании. Цвангираи отказался от участия во втором туре, объясняя свой поступок давлением со стороны властей, но он подчеркнул, что не отказывается от борьбы, а переносит ее центр на международную арену. Таким образом, Мугабе остался единственным кандидатом во втором туре президентских выборов. Однако его избрание не получило международного признания.
После многочисленных переговоров с участием международных организаций и лидеров некоторых африканских стран, прежде всего Табо Мбеки, президента ЮАР, было достигнуто соглашение: Мугабе остается президентом Зимбабве, а Цвангираи стал премьер-министром правительства34.
Однако с официальным вхождением Цвангираи в должность в феврале 2009 г. политический кризис в Зимбабве не закончился. Подконтрольные Мугабе силовые структуры продолжали совершать аресты представителей оппозиции, не прекратились нападения на представителей ДДП. Очередной кризис разразился в октябре 2009 г., когда против одного из членов правительства от ДДП Роя Беннета, бывшего владельца кофейной плантации, было выдвинуто обвинение в терроризме35.
Сам Мугабе в этих условиях продолжает во всех бедах винить Запад, а оппозицию называет иностранными марионетками. В то же время его высказывания и экстравагантные поступки разжигают огонь критики со стороны 33 URL: http://www.krugosvet.ru/enc/strany_mira/ZIMBABVE.html
34 Независимая газета. 2008.14 сент.
35 URL: http://www.edition.cnn.com/2009/WORLD/africa/10/16/zimbabwe.mdc/index.html
IIIIIIIIHIIIIIIIII 265 IIIIIIIIHIIIIIIIII


мирового сообщества и внутри самой Зимбабве. В стране, где в 2008 г. инфляция достигла немыслимых 231 млн процентов (!), празднование 85-летия Мугабе проходило с королевским размахом. Для угощения гостей были заказаны 2 тыс. бутылок французского шампанского, 8 тыс. омаров и 4 тыс. порций черной икры. Мероприятие обошлось примерно в 350 тыс. фунтов стерлингов36.
Однако, несмотря на свои противоречивые поступки, Мугабе сохраняет влияние на окружающих его людей и пользуется поддержкой со стороны значительной части населения Зимбабве, хотя теперь он уже выступает на страницах международной прессы не как лидер освободительной войны и успешного государства, а в роли жестокого диктатора. Сейчас уже трудно представить, что он когда-то, в далеком 1991 г., встречал в аэропорту Хараре английскую королеву и обменивался с ней улыбками перед фотокамерами журналистов. Феномен Мугабе до сих пор остается загадкой, несмотря на обилие публикаций в прессе и книг, вышедших в последние годы. Больше всего исследователей поражают те метаморфозы, которые он претерпевал на протяжении своей жизни: от бескомпромиссного лидера освободительной войны, исповедовавшего марксизм, к респектабельному, всегда безупречно одетому лидеру Республики Зимбабве, служившей примером для других стран Африки, и к образу диктатора, приведшего некогда относительно благополучную по африканским меркам страну к экономической катастрофе. И, наверное, мы еще не скоро узнаем ответ на вопрос: что же на самом деле двигало этим человеком?
А.В. Воеводский
Сочинения
Our War of Liberation: speeches, articles, interviews, 1976-1979. Gweru, 1983.
The Third Chimurenga. Harare, 2001.
Литература
Chan S. Robert Mugabe: A Life of Power and Violence. L., 2003.
Herbst J. State Politics in Zimbabwe. Berceley, 1990.
Holland H. Dinner with Mugabe; The Untold Story of a Freedom Fighter Who Became a Tyrant. L., 2009.
Краснопевцева Т.Н. Зимбабве: прошлое и настоящее. М., 1988.
36 Независимая газета. 2009.2 марта.


НГКИКА
Ngqika kaMlawu, 1775/1779(?)—14.XI. 1829
Правитель коса (инкоси), возглавлял объединение коса амахахабе, занимавшее территории в междуречье рек Грейт- Фиш и Кей в Южной Африке.
Нгкика унаследовал власть от своего отца Млаву в 1782 г., но до того как он достиг физической зрелости фактическое управление находилось в руках его дяди Ндламбе, выполнявшего обязанности регента при малолетнем племяннике.
В 1795 г. Нгкика, прибегнув к хитрости, усыпил внимание Ндламбе, совершил на него внезапное нападение, и бывший регент был вынужден бежать к амаГц’алека, составлявших второе крупнейшее объединение коса. Разбив по очереди сторонников Ндламбе и амаГц’алека п захватив своего дядю в плен, Нгкика стал сильнейшим из правителей коса и даже стал претендовать на верховную власть над всеми коса, хотя по рождению принадлежал к младшей ветви правящего рода Пало.
Установив свое верховенство средн коса, Нгкика стал налаживать контакты с Капской колонией, захваченной англичанами в 1795 г. у Нидерландов. Британские власти были заинтересованы в утверждении мира и стабильности в своих южноафриканских владениях, в то время как междоусобные войны среди коса привели к тому, что в пределы Капской колонии переселились враждебные Нгкике главы родовых объединений. В общей сложности на территории британских владений оказалось несколько тысяч представителей народности коса.
В этих условиях Нгкика попытался использовать европейцев для борьбы со своими противниками. В 1797 г. во время встречи с Дж. Барроу, личным секретарем английского губернатора лорда Макартни, Нгкика принял практически все требования новых властей, согласно которым ни один коса не мог находиться в пределах британских владений, восточной границей которых признавалась река Грейт-Фиш1. В 1799 г. Нгкика принял миссионера Й. ван дер Кемпа и разрешил ему поселиться на своих землях. Этот шаг также был призван упрочить связи с колонией.
Во время очередной пограничной («кафрской») войны 1799-1802 гг. Нгкика фактически являлся союзником Капской колонии. Главной причиной его сближения с европейцами стала борьба против общего противника. В 1800 г. Ндламбе, его главный соперник в борьбе за лидерство среди коса, бежал со своими сторонниками в пределы английских владений. Нгкика даже планировал перейти границу и напасть на своего дядю, 1 Barrow J. An Account of Travels into the Interior of Southern Africa, in the Years 1797 and 1798: In 2 Vols. L., 1801. Vol.l. P. 195.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii zoz lllllllllllllllllll


но отказался от этой идеи под давлением колониальных властей2.
После возвращения в 1803 г. Капской колонии под власть созданной Наполеоном на месте Нидерландов Батавской республики Нгкика пытался наладить контакты уже с новыми властями. Во время встречи с губернатором Я. Янсенсом в июне 1805 г. Нгкика выразил готовность заключить союз против Ндламбе и еще раз подтвердил, что признает реку Грейт- Фиш границей Капской колонии3. Лишь английская оккупация Капа в 1806 г. помешали осуществлению этих планов.
Нгкика слабо осознавал угрозы, проистекавшие из союзнических отношений с европейцами. В его представлении белые были слабее коса, так как часто выступали в роли просителей, обязательно при этом преподносили дары, которые воспринимались как знак признания верховенства инкоси. Сами англичане, захватившие мыс Доброй Надежды в 1795г., воспринимались в качестве «морских бушменов», у которых нет своей земли, чему в немалой степени способствовала пропаганда буров, нашедших убежище у коса после неудачной попытки восстания против новых властей. Один из предводителей антибританской партии, Конрад де Байс, даже некоторое время сожительствовал с матерью Нгкики и обещал выдать за инкоси свою дочь. Однако этому так и не суждено было сбыться. Связь белой женщины с чернокожим мужчиной была в глазах европейцев тяжелейшим преступлением. Даже оказавшись в столь затруднительном положении и живя среди африканцев, буры сохраняли свои предубеждения против представителей иной расы4.
Период с 1800 по 1807 г. стал временем наивысшего влияния и могущества Нгкики. Он предпринял ряд мер по упрочнению своей власти и ограничению влияния родовых старейшин: стремился единолично принимать решения по важнейшим вопросам, в том числе и при вынесении смертных приговоров, установил правило присвоения инкоси имущества тех общинников, которые не оставили после себя прямых наследников. В то же время он заручился лояльностью советников своего отца, поручив им заботиться об одном из своих малолетних сыновей.
Закат могущества Нгкики начался в 1807 г., когда он совершил беспрецедентный шаг, являвшийся в глазах коса тягчайшим преступлением, похитив жену Ндламбе и вынудив ее к прелюбодеянию. Согласно взглядам африканцев этот поступок рассматривался как инцест, что было тяжелейшим преступлением и святотатством. После этого Нгкика потерял многих сторонников, недовольных ограничением своих традиционных привилегий и осуждавших поступок своего инкоси. В последовавшей за этим войне Ндламбе нанес Нгкике поражение, и хотя последний сохранил за собой верховенство, но вынужден был признать фактически полную независимость своего дяди, обосновавшегося в пределах Капской колонии к западу от реки Грейт-Фиш5.
С этого момента началась постепенная деградация личности Нгкики и 2 Switzer L Power and Resistance in an African Society: The Ciskei Xhosa and the Making of South Africa. Madison, 1993. P. 51.
3 Lichtenstein H. Travels in Southern Africa, In the Years 1803, 1804, 1805, and 1806: In 2 Vols. L, 1812. Vol. l.P. 324,325.
4 Kay S. Travels and Researches in Caffraria. L, 1833. P. 283,284; PeiresJ. Ngqika // Black Leaders in Southern African History. L., 1979. P. 22.
5 PeiresJ. Op. cit. P. 23; Report and Proceedings with Appendices of the Government Commission on Native Law’s and Customs. Cape Town, 1883. Minutes of Evidence. P. 90,91.
IIIIIIIIIIIIIIIHII zoo IIIIIIIIIIIIIIIHII


произошло падение его престижа как правителя. Большую роль в этом сыграло пристрастие к спиртному. Он стал частым гостем в питейных заведениях, расположенных в приграничных поселениях Капской колонии. Поражение Ндламбе от колониальных войск и изгнание коса из приделов Капской колонии в 1811-1812 гг. не изменили положения Нгкики. Теряя влияние среди своих соплеменников, он попадал во все большую зависимость от колониальных властей. В 1814 г. он отказался участвовать в заговоре буров против англичан, так как, по его выражению, не хотел оказаться между «львом и волком»6.
Во время встречи с губернатором Капской колонии Ч. Сомерсетом в 1817 г. Нгкика уже не излучал той уверенности и величия, которые восхищали в свое время Й. ван дер Кемпа и Дж. Барроу, скорее он был охвачен страхом и был готов согласиться на любые уступки. Губернатор потребовал от Нгкики прекратить воровство скота и возложил на него ответственность за порядок на границе. Согласно свидетельству африканца, бывшего очевидцем встречи, Нгкика ответил Сомерсету: «Наши порядки отличаются от ваших, у вас один вождь, но у нас не так. Хотя я большой человек и правитель коса, однако каждый вождь сам правит и руководит своими собственными людьми». Но губернатор продолжал настаивать, и тогда другие предводители коса обратились к Нгки- ке: «Скажи “да”, мы видим - он начинает сердиться»7. Под угрозой наведенных на коса артиллерийских орудий и ружей Нгкика был вынужден согласиться на все условия. В результате на него была возложена ответственность за поведение коса по всей границе с Капской колонией и возврат фермерам украденного скота8. Правда, он попытался использовать эти соглашения с максимальной для себя выгодой, обвиняя в воровстве Ндламбе, в то время как часто виновны были его люди. Но его положение среди коса теперь в значительной мере зависело от благосклонности колониальных властей, сами же простые общинники склонялись к поддержке сына Нгкики Макомы, который выступал последовательным противником колонистов.
В октябре 1818 г. в сражении у Амали нде Нгкика потерпел сокрушительное поражение от Ндламбе, но вмешательство колониальных войск и начавшаяся очередная пограничная война 1818— 1819 гг. предотвратили полный разгром Нгкики. В то время как его воины помогали английским отрядам в войне с Ндламбе, он сам и его старший сын Макома посещали казармы, пили спиртное и плясали на потеху толпе9.
Итоги войны для Нгкики были неутешительны. Несмотря на союз с колонией он лишился исконных родовых владений в верховьях реки Кейскамма. Последние годы своей жизни он провел в интригах против врагов и даже ближайших союзников. Используя репутацию друга белых, он угрожал другим инкоси организацией нападения колониальных отрядов и даже подстрекал британского коменданта совершить рейд против своего старшего сына Макомы, не дожидаясь когда тот добровольно вернет украденный у соседей скот. Вокруг себя Нгкика собрал отряд молодых воинов, известных как амасолдати, т. е. солдаты. С их помощью он совершал набеги на собственных советников и соседей.
6 Dracopoli J.L. Sir Andries Stockenstrom, 1792-1864. The Origins of the Racial Conflict in South Africa. Cape Town, 1969. P. 33.
7 Giliomee H. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004. P. 131.
8 Philip J. Researches in South Africa: In 2 Vols. L., 1828. Vol. 2. P. 172-174.
9 PeiresJ. Op. cit. P. 26.
iiiiiifiiniiiiiiii iiiitiiiiiiiiiiiiii


Главной его страстью в последние годы являлся алкоголь. Он тратил на него захваченный скот, отдавал собственных жен, а во время крайней нужды даже танцевал ради того, чтобы получить очередную порцию спиртного.
Умер Нгкика в 1829 г. в окружении ближайших советников, но потеряв уважение своих подданных.
А.В. Воеводский
Литература
Давидсон А.Б. Южная Африка // История национально-освободительной борьбы народов Африки в новое время. М., 1976.
Peires J. Ngqika // Black Leaders in Southern African history. L., 1979.
Peires J. The House of Phalo: A History of the Xhosa People in the Days of Their Independence. Berkeley etc., 1982.
Switzer L. Power and Resistance in an African Society: The Ciskei Xhosa and the Making of South Africa. Madison, 1993.


Антонио Агостиньо НЕТО
Antonio Agostinho Neto, 17.IX.1922-10.IX.1979
Знаменитый поэт, многолетний руководитель партии Народное движение за освобождение Анголы (Movimento Popular de Libertaçâo de Angola. МПЛА), первый президент Народной Республики Ангола (Republica Popular de Angola, HPA).
Родился 17 сентября 1922 г. в небольшой ангольской деревушке Кашика- не в Иколо-и-Бенго недалеко от Луанды в семье протестантского (методистского) пастора. Его отец Агостиньо Педру Нето происходил из народа амбунду. Он сохранял традиции, обычаи и культуру своего народа, но одновременно разделял характерное для амбунду стремление к образованию. Оно соответствовало убеждению протестантского пастора, что школа и церковь - одинаково важные институты в христианской общине1. А.П. Нето считался весьма образованным человеком и пользовался большим уважением прихожан. Мать будущего национального лидера Анголы Мария да Сильва Нето была учительницей и руководила работой детского сада в одном из муссеков (рабочих пригородов) Луанды.
Антонио Агостиньо, второй ребенок в многодетной семье, по рождению принадлежал к тому немногочисленному слою ангольской интеллигенции, которую колониальные правители стремились сделать проводниками своей идеологии и политики в среде африканцев. Учиться мальчик начал в сельской школе Иколо-и-Бенго, но вскоре семья переехала в Луанду в связи с тем. что отец был переведен церковными властями в столицу - стал пастором большой методистской церкви в центре города. О детстве сохранилось много свидетельств. Одно из них - воспоминания методистского епископа Анголы Ральфа Е. Доджа. Там, в частности, говорится: «Помнится, был краткий период нашего тесного личного общения, когда Антонио, будучи мальчиком, помогал мне в моей резиденции в Луанде в качестве секретаря со знанием португальского языка. Тогда еще подросток, Нето уже был спокойным, уравновешенным, немного застенчивым. Но всегда вежливым и трудолюбивым. Я никогда не замечал у него проявлений какого-либо расового антагонизма. Он всегда получал хорошие отметки в школе и регулярно переходил из класса в класс»1 2. А. Нето стал одним из немногих ангольцев, сумевших закончить среднюю школу. Получая в годы учебы небольшую плату за работу в качестве секретаря Ральфа Е. Доджа, он тратил все свои деньги на покупку книг3.
После средней школы Агостиньо Нето окончил луандский лицей в 1944 г., 1 Henderson LAV. Angola. Five Centuries of Conflict. Ithaca; L„ 1979. P. 165.
2 Marcum JA. The Angolan Revolution. Vol. 1. Cambridge; L, 1978. Appendix. P. 330,331.
3 Ibid. P. 166.
»и Hinn 2/1 iniiiiiiiiiiiiiiii


а затем работал в течение трех лет в правительственной службе здравоохранения. В эту пору он стал принимать участие в создании культурных ассоциаций Луанды. Поскольку политические организации африканцев были запрещены португальскими властями, культурные организации являлись единственным местом, где можно было обсуждать социальные и политические проблемы. К этому же времени относятся и первые поэтические оныты Нето - стихи гражданского содержания, в которых он с самого начала видел средство пробудить национальное самосознание своих соотечественников.
В 1947 г. методистские миссии Нью- Йорка предоставили А. Нето стипендию для продолжения учебы в Португалии. Тогда же им было написано замечательное, глубоко аитиколониалистское стихотворение «Прощание в час отъезда». Это произведение позднее приобрело в Анголе широкую популярность, и им неизменно открываются все издания поэтических сборников Агостиньо Нето4.
В Португалии Нето изучал медицину - три года в Коимбрском и около двух лет в Лиссабонском университетах. В этот период он продолжал писать стихи, в которых правдиво раскрывал трагизм жизни ангольского народа в условиях португальского колониального господства. С каждым новым стихотворением А. Нето политическая тема звучала все явственней и определенней, и в поэзию молодого ангольца прочно вошли социальная проблематика, ноты гнева и протеста.
В годы учебы в Португалии А. Нето активно включился в деятельность литературно-общественных кружков, которые создавались обучавшимися там молодыми африканскими интеллигентами. Он был одним из основателей и активных участников журналов «Мен- сажень» и «Культура», провозгласивших лозунг «Давайте откроем Анголу!». В этих журналах А. Нето и другие молодые ангольские поэты публиковали стихи, в которых призывали восстановить и очистить от наслоений колониальной эпохи истинные духовные ценности африканского общества. Вместе с Амилкаром Кабралом, Марио де Андраде, Мар- селино душ Сантушем и другими будущими руководителями освободительного движения португальских колоний, тогда еще студентами, Агостиньо Нето в 1949 г. принял участие в основании «Дома Африки» в Лиссабоне и был избран в состав его руководства.
В 1951 г. А. Нето собирал подписи под Стокгольмским воззванием в защиту мира, но когда он постучался в один из особняков в пригороде Лиссабона, он слишком поздно заметил в прихожей полицейские сапоги. Так А. Нето впервые попал в салазаровскую тюрьму Кашиас около Лиссабона, из которой ему удалось выйти только спустя три месяца. Вскоре после освобождения из тюрьмы А. Нето был избран представителем молодежи колоний при организации Движение демократической молодежи. Члены Движения вели политико-пропагандистскую работу, распространяли листовки с текстами речей Алваро Куньяла и других руководителей антифашистского движения в Португалии. Работа в секциях Движения стала для Агостиньо Нето хорошей школой политической и организационной работы, которая пригодилась ему впоследствии.
В феврале 1955 г., во время заседания одной из студенческих комиссий Движения, А. Нето был вторично арестован тайной политической полицией салазаровского режима - ПИДЕ (Poiïcia Internacional da Defesa do Estado). Его 4 Neto A. Sagrada Esperança. Poemas. Lisboa, 1974. P. 35-36 (рус. пер. в кн.: Hemo А. Священная надежда. Стихи. M., 1981. C. 20-22).
IIIIIIIIHIIIIIIIII Z /Z iiiiiiiiiiiiiiiiiii


бросили в тюрьму города Порту. Там он находился десять месяцев, прежде чем суд приговорил его к 18 месяцам тюремного заключения. Но к этому времени имя Агостиньо Нето стало уже широко известным. Началась международная кампания в защиту жизни и свободы поэта-революционера. Многие видные писатели, деятели культуры требовали его освобождения. Так, например, в 1957 г. было опубликовано коллективное письмо крупнейших представителей французской интеллигенции, подписанное Ж.П. Сартром, А. Мориаком, Луи Арагоном, Симоной де Бовуар и другими, в котором они потребовали освобождения А. Нето. В защиту А. Нето выступили также кубинский поэт Николас Гильен, мексиканский художник Диего Ривера и многие другие деятели культуры. В результате этой международной кампании удалось добиться освобождения узника - беспрецедентный случай в фашистской Португалии.
В годы заключения Нето ни на один день не прерывал литературно-общественной деятельности. Из глубин сала- заровского застенка проникли на волю и увидели свет новые зовущие к борьбе стихи, каждая строка которых была пронизана любовью к родному народу, верой в его будущее5.
Это были годы, когда антиколониальное движение в португальских колониях быстро набирало силу. 10 декабря 1956 г. при активном участии нелегальных рабочих кружков Луанды на основе объединения нескольких подпольных организаций было создано Народное движение за освобождение Анголы (МПЛА), выдвинувшее программу борьбы за независимую демократическую Анголу. МПЛА возникло как разнородное по социальному составу национально-демократическое движение, представлявшее широкий спектр социальных сил. Подавляющее большинство его участников первоначально составили представители преимущественно городского населения - интеллигенции, рабочих, ремесленников, мелкой буржуазии. Руководящую роль в МПЛА играла революционно настроенная интеллигенция.
В 1958 г. А. Нето окончил Лиссабонский университет, получив диплом доктора медицины, и женился на португалке Марии Эужении, ставшей его верным другом и помощником, активным общественным деятелем, талантливой писательницей и публицистом. В том же году Нето стал одним из основателей подпольного Антиколониального движения (МАК), объединившего в своих рядах патриотов из всех португальских колоний. Чтобы получить право на частную практику в Анголе, А. Нето должен был пройти курс изучения тропической медицины, что он и сделал в 1959 г. В конце того же года он с женой и сыном вернулся на родину и вступил в МПЛА. В то же время он занялся медицинской практикой, оказывая помощь своим соотечественникам. Как врач он был очень внимателен и чуток к людям. Мария Эужения Нето вспоминала: «Я никогда не слышала, например, чтобы товарищ Президент обратился к какому-либо пациенту на “ты”, независимо от того, был ли это ребенок или старик»6.
8 июня 1960 г. во врачебный кабинет А. Нето в Луанде явился директор ангольской службы ПИДЕ. Он арестовал Агостиньо и заключил его в тюрьму. После ареста А. Нето жители его родной деревни Кашикане и соседних деревень направились к местным властям в Катете, требуя освобождения своего земляка. Однако эта мирная демонстрация была встречена полицейскими пулями, в результате чего 30 человек было убито и 5 См.: Нето А. Священная надежда. С. 112-157.
6 Neto М.Е. Ninguém Impedia a Chuva // Novembro. Luanda. Setembro. 1981. № 48. P. 12.
lllllllllllllllllll iiiiiiiiiiiiiiniii


около 200 ранено7. На следующий день солдаты ворвались в Иколо-и-Бенго и устроили там кровавую бойню. Затем каратели подожгли деревню и полностью уничтожили ее.
Боясь последствий, которые могло иметь присутствие А. Нето (хотя бы и заключенного) в Анголе, ПИДЕ сначала перевела его в лиссабонскую тюрьму, а затем отправила на поселение на острова Зеленого Мыса. Там, на острове Сантьягу, ему было разрешено заниматься врачебной практикой под строгим надзором полиции. Туда же в сентябре 1961 г. прибыла его семья.
13 июня 1960 г. МПЛА предприняло последнюю попытку добиться независимости мирными средствами путем переговоров, направив соответствующее обращение португальскому правительству. Его копии были отправлены всем государствам - членам ООН. Правительство Салазара категорически отвергло предложение МПЛА.
13 сентября 1960 г. МПЛА направило обращение в ООН, прося включить вопрос о португальских колониях в повестку дня X сессии Генеральной Ассамблеи. В декабре того же года МПЛА объявило о своем решении перейти к «прямому действию». 4 февраля 1961 г. в Луанде вспыхнуло восстание, положившее начало 13-летней антиколониальной войне с колонизаторами, в огне которой впоследствии родилась независимая Ангола.
Осенью 1961 г. А. Нето, живший под надзором полиции на острове Сантьягу, снова подвергся аресту за то, что показывал нескольким друзьям журнальную фотографию, на которой улыбающиеся перед фотокамерой португальские каратели держали в руках кол с насаженной на него головой ангольца.
Мария Эужения Нето рассказывает: «В этой группе друзей, возможно, был один “друг”, который донес полиции о фотографии, которую он видел в руках д-ра Нето. И несколько дней спустя это послужило поводом для нового ареста. К тому же микромагнитофоны, установленные под нашим столом, записывали все разговоры. Фотография была одной из тех, что уже широко распространялись по всему миру. На них изображались зверства, совершавшиеся обезумевшими солдатами колониальных войск»8. Донос осведомителя привел к новому аресту Агостиньо Нето. 17 октября 1961г. узник был переведен в лиссабонскую тюрьму Алжубе9. Там его подвергли истязаниям. Возникла серьезная опасность для его здоровья и жизни. Несмотря на то что у Нето в тюрьме появились признаки быстро прогрессирующего туберкулеза, ему отказали в медицинской помощи.
К этому времени Агостиньо Нето уже приобрел всемирную славу как крупнейший ангольский поэт. Его стихи были переведены на многие языки мира, вошли в антологии африканской поэзии, многие прогрессивные журналы почитали за честь печатать его произведения. В конце 1960-х годов ему была присуждена Ассоциацией писателей стран Азии и Африки международная литературная премия «Лотос».
МПЛА продолжало широкую кампанию борьбы за его освобождение. В нее включились многие видные деятели мировой общественности. И вновь волна протеста заставила португальские власти выпустить А. Нето в 1962 г. из тюрьмы. Его обязали жить безвыездно в Португалии под строгим надзором полиции. Однако вскоре А. Нето с женой и двумя детьми осуществил остроумно задуманный план побега. Ему помогла в 7 Neto A. Sagrada Esperança. Introduçâo. P. 21.
8 Neto M.E. Op. cit. P. И.
9 Ibid. P. 11-13.


этом так называемая «подпольная железная дорога», налаженная португальскими антифашистами, через которую были вывезены из Португалии в Марокко десятки африканских студентов и лиц, подвергавшихся репрессиям со стороны властей10 11. Агостиньо Нето с семьей перебрался на яхте в Марокко, а оттуда в Киншасу, где находилась штаб-квартира МПЛА.
В это время МПЛА переживало серьезные трудности, боролось с раскольниками, сепаратистами, замаскированными агентами ПИДЕ. Агостиньо Нето решительно возглавил эту борьбу. В декабре 1962 г. была созвана первая Национальная конференция МПЛА, вскоре он был избран председателем МПЛА11.
Летом 1963 г. заирское правительство, возглавляемое Сирилом Адулой, начало кампанию репрессий против МПЛА, арестовало многих его активистов. Руководство МПЛА приняло решение передислоцировать свой штаб в Браззавиль. В этот период возросла и дипломатическая активность МПЛА, связанная с деятельностью А. Нето.
Через месяц после первой Национальной конференции МПЛА А. Нето отправился в Лондон и провел пресс- конференцию в палате общин британского парламента. Эта акция резко повысила международный престиж движения: в то время, когда многие считали, что МПЛА ликвидировано, его председатель рассказал европейской общественности о задачах, целях, перспективах антиколониальной борьбы.
МПЛА в эти годы утвердилось на африканской и международной сценах как самое представительное политическое движение ангольского народа. В 1964 г. на Каирской конференции было решено создать Тройственную комиссию (в составе Ганы, Конго и ОАР) для изучения действительного положения дел в ангольском освободительном движении. В декабре 1964 г. Комитет освобождения ОАЕ объявил, что МПЛА — эффективное движение, которое должно получать поддержку, а в феврале 1965 г. Совет министров ОАЕ, собравшись в Найроби, признал МПЛА единственным представителем ангольского народа.
4 февраля 1965 г. Агостиньо Нето выступил с речью, в которой призвал к единству всех освободительных движений в Анголе. Этот призыв был направлен против созданной Холденом Роберто сепаратистской организации - Национальный фронт освобождения Анголы (Frente National de Libertaçâo de Angola, ФНЛА)12.
B 1964 г. МПЛА открыло свое представительство в Дар-эс-Саламе (Танзания), где оно могло действовать в контакте с антиколониальной организацией Мозамбика ФРЕЛИМО (Frente de Libertaçâo de Moçambique, Фронт освобождения Мозамбика). Когда в октябре 1964 г. Замбия стала независимой, представительство МПЛА было открыто 10 Marcum JA. The Angolan Revolution... Vol. 1. P. 263.
11 См.: Зотов Я.М. Формирование идейно-политической программы МПЛА - Партии труда. Автореферат канд. дисс. М., 1980.
12 ФНЛА был создан в марте 1962 г. Лидером организации был Холден Роберто, пользовавшийся симпатией и поддержкой США. В ФНЛА входили главным образом христиане- баконго. Хотя его официальной целью было завоевание независимости Анголы, X. Роберто развернул борьбу против МПЛА за власть в будущем независимом государстве. Руководству ФНЛА было свойственно расистское отношение к мулатам и европейцам, к которым они относились как к непримиримым врагам. Стиль руководства X. Роберто характеризовался авторитаризмом, жестокостью в отношении к подчиненным и непотизмом (все высшие посты в ФНЛА занимали его родственники).
IUIHMIIIIIIIIII1 275 niimiiiiiiiiiiii


в Лусаке. Это способствовало активизации военных действий на востоке страны, в мае 1966 г. был открыт «восточный фронт»13.
В этот период Агостиньо Нето стойко делил с бойцами МПЛА все трудности и превратности партизанской жизни, укрепляя личным примером их мужество и стойкость. Один из ветеранов МПЛА вспоминал: «В первый раз я увидел Нето в 1963 г. в Заире. На меня произвела большое впечатление его скромность. Он обращался с людьми очень деликатно. Если кто-нибудь хотел его о чем-то спросить, он это тотчас замечал. Иногда достаточно было взгляда... Он делил с партизанами все невзгоды. Некоторые бойцы, видя, что ему приходится тяжело, хотели помочь ему и предлагали, например, нести его оружие. Он отказывался, говоря: “Здесь мы все бойцы. Хотя я и руководитель, я должен сам нести свой груз. Разве можно согласиться, чтобы вы мне помогали. А кто поможет вам?”»14.
В 1967 г. МПЛА контролировало уже обширные освобожденные территории на севере и юге Анголы. Агостиньо Нето выдвинул лозунг «распространения вооруженной борьбы на всю территорию страны». «Развернуть длительную народную революционную войну, распространить ее на всю национальную территорию и вовлечь в нее города, в которых уже ведется интенсивная подпольная работа и которые должны быть освобождены на последней фазе войны» - так в 1968 г. определил А. Нето стратегию вооруженной борьбы МПЛА15.
В январе 1968 г. А. Нето сообщил на пресс-конференции в Браззавиле о переносе штаба МПЛА в освобожденные районы Анголы. Туда должны были перебраться все ответственные работники МПЛА. В Браззавиле осталось лишь его представительство. Сам факт появления руководящего центра на освобожденной территории позволил поднять на качественно новую ступень подготовку и проведение военных операций, способствовал росту международного престижа МПЛА.
6 июня 1968 г. Нето обратился с посланием к ангольскому народу, в котором призвал к единству освободительных движений, борющихся против португальского колониализма (МПЛА, ФРЕЛИМО, ПАИГК (Африканская партия независимости Гвинеи и Кабо- Верде, Partido Africano da Independência da Guiné e Cabo Verde)). «Это единство законно и необходимо, а наше сотрудничество в борьбе следует укреплять, ибо наши враги тоже координируют свою деятельность», - сказал он16. В этой речи были подведены итоги деятельности МПЛА по осуществлению лозунга «Все во внутренние районы!», выдвинутого на пресс-конференции в январе 1968 г. Агостиньо Нето особо подчеркнул, что освободительная война ангольского народа не имеет расового характера и направлена не против португальского народа, а против колонизаторов. «Наша цель - не борьба против белых только потому, что они белые. Мы боремся против тех, кто поддерживает колониальный режим»17.
13 Оружие для МПЛА шло через Дар-эс-Салам (Танзания) и через Замбию. Из-за враждебного отношения правительства Заира к МПЛА путь доставки оружия увеличивался до 6 тыс. км. Этот длинный путь через Замбию, по которому доставлялось оружие в восточную Анголу, португальцы прозвали «тропой Агостиньо Нето».
14 Хазанов А.М. Агостиньо Нето. М., 1985. С. 104.
15 MPLA. 18 Anos de Luta. 1956-1974. [S. ], [s. a.]. P. 4.
16 Pensamento Politico do Camarada Présidente Agostinho Neto. Colecçâo Vitoria Certa. № 4. [S. 1.], [s. a.|. P. 25.
17 Ibid. P. 22.
IIIIIIIIHIIIIIIIII Z/O IIIIIIIIHIIIIIIIII


Успехи, достигнутые силами МПЛА под руководством А. Нето, распространение вооруженной борьбы на многие районы, освобождение значительной территории дали возможность руководству МПЛА в марте 1969 г. заменить лозунг «Победа или смерть!» на новый - «Победа неизбежна!». Смена лозунга означала, что у МПЛА не оставалось сомнений в том, что португальский колониализм будет побежден и Ангола добьется независимости. По приглашению МПЛА военная комиссия ОАЕ (Алжир, Конго, Египет, Замбия) посетила районы военных действий и освобожденные районы. Комиссию сопровождал А. Нето, он прошел с нею длинный путь в течение десяти дней (22 мая - 3 июня 1969 г.).
24 августа 1969 г. А. Нето выступил с важной речью по радиостанции «Сражающаяся Ангола». В ней он говорил о необходимости международного признания МПЛА как единственного эффективно борющегося освободительного движения в Анголе. Он ясно дал понять, что МПЛА оставляет двери открытыми для возвращения тех его бывших членов, которые дезертировали во время кризисов. Нето также возражал тем, кто критиковал лозунг «Все во внутренние районы!». Он опровергал их аргументацию, сводящуюся к тому, что нельзя рисковать кадрами специалистов, которые не должны идти на фронт, а должны учиться за границей. Нето критиковал этот тезис и убедительно показывал, что квалифицированные кадры должны помогать вооруженной борьбе и должны получить в ней закалку. Он выдвинул лозунг «Создать школу и пашню в каждом лагере, в каждом пункте, где есть ячейка МПЛА!» Этот лозунг сыграл мобилизующую роль и был вскоре претворен в жизнь. В 1970 г. всюду в освобожденных районах, где были комитеты МПЛА, можно было видеть и школы, и огромные плантации, засеянные продовольственными культурами, необходимыми для бойцов МПЛА и местного населения.
В 1970 г. был создан новый руководящий орган МПЛА - Комитет военнополитической координации. Его возглавил Агостиньо Нето. Каждый из членов комитета должен был в течение шести месяцев находиться на одном из фронтов и поддерживать постоянную связь с председателем МПЛА. В одном из интервью в середине 1971 г. Нето сообщил, что треть территории Анголы уже находилась под контролем МПЛА, что создаются массовые организации женщин, молодежи, пионеров, профсоюзы. Касаясь международных позиций МПЛА, А. Нето заявил: «Во внешнеполитическом плане за последние годы произошла позитивная эволюция международного общественного мнения, которая, очевидно, является следствием нашей борьбы. Это общественное мнение все более благоприятно относится к независимости колоний. Сегодня мы уже признаны многими странами как подлинные представители нашего народа»18.
МПЛА продолжало добиваться объединения всех ангольских освободительных движений. При посредничестве ОАЕ в июне 1972 г. в Браззавиле состоялась встреча А. Нето и X. Роберто19. 13 декабря 1972 г. в Киншасе ими было подписано соглашение об объединении МПЛА и ФНЛА. Но по вине руководства ФНЛА это соглашение так и не было осуществлено.
Оценивая итоги 1 Плетней вооруженной борьбы, А. Нето заявил в июне 1972 г.: «Существует факт, который нельзя игнорировать. Он состоит в том, что МПЛА - это непобедимая сила, составляющая политическую и военную основу для получения нашей независи18 Pensamento Politico... P. 50.
19 Vitoria ou Morte. Maio-Junho 1972. P. 6,9.
Hill llllll irilllll Z// IIIIIIIIIIIIIIIHII


мости. В сознании мужчин и женщин существует уверенность, что мы добьемся независимости и завершим эту героическую фазу нашей истории. Долгая борьба, которую мы ведем, несмотря на все трудности, не может кончиться ничем иным, кроме полной победы нашего народа»20. Эти слова оказались пророческими. Рухнул фашистский режим в Португалии. Африканские владения Лиссабона обрели суверенитет. После провозглашения Народной Республики Ангола 11 ноября 1975 г. Агостиньо Нето был избран ее первым президентом.
Выдающиеся качества А. Нето как талантливого государственного деятеля и дипломата особенно ярко проявились в суровые месяцы иностранной вооруженной интервенции против молодой независимой республики. В самые критические моменты, когда решался вопрос, быть или не быть Народной Республике Ангола, когда даже некоторые его стойкие соратники заколебались, А. Нето сохранял спокойствие, присутствие духа, твердость и непоколебимую уверенность в победе. Руководимые А. Нето Народные вооруженные силы, опираясь на помощь Советского Союза и Кубы, отстояли независимость Анголы, и страна встала на путь политических, социально-экономических и культурных преобразований.
Разъясняя сущность этапа, в который вступала ангольская революция, А. Нето в своей речи 7 ноября 1976 г. отметил: «Мы должны сейчас... готовить необходимую базу для перехода к режиму народной демократии. На этой фазе мы должны будем выполнить различные задачи... Одна из них - это трансформация нашей экономики. Совершенно необходимо преобразовать ее таким образом, чтобы создать производственные кооперативы в деревне. Мы не можем больше сохранять частную собственность, так как она не благоприятна для общества. Она не в состоянии использовать те технические средства, которыми мы располагаем»21. Далее А. Нето объяснил, что для того, чтобы купить трактор одному крестьянину (даже если он не будет ничего есть и покупать), понадобится около десятилетия, а если 100 крестьян объединятся в один кооператив, они купят трактор быстро.
В декабре 1977 г. в Луанде состоялся I съезд МПЛА, на котором с докладом выступил А. Нето. Съезд принял решение о преобразовании МПЛА в партию, которая получила название МПЛА - Партия труда. В решениях съезда было записано: «Социалистический путь - единственный путь, который может привести нас к полной независимости».
Агостиньо Нето в докладе на съезде отметил: «Рабочий класс осуществляет свое политическое господство с помощью партии. Партия - ориентирующая, направляющая и организующая сила, ядро власти. Без руководства со стороны марксистско-ленинской партии нет ни политической власти рабочего класса, ни власти социалистического государства. Поэтому партия - это руководящая сила в революции, а государственный аппарат - это основной инструмент в руках рабочего класса для проведения в жизнь под руководством партии своего политического господства и осуществления народной власти»22. Председателем партии был вновь избран А. Нето.
Агостиньо Нето стал лауреатом международной Ленинской премии «За укрепление мира между народами». Во время визита в Советский Союз в ок20 Vitoria ou morte. Maio-Junho 1972. P. 9.
21 Там же.
221 съезд Народного движения за освобождение Анголы (МПЛА), Луанда, 4-10 декабря 1977 г. М., 1978.
||||«|||||||Н11111 z/o lllllllllllllllllll


тябре 1976 г. партийно-государственной делегации НРА во главе с А. Нето был подписан Договор о дружбе и сотрудничестве между СССР и НРА.
Первый президент Анголы скончался от неизлечимого недуга 10 сентября 1979 г.
А.М. Хазанов
АГОСТИНЬО НЕТО - ПОЭТ
Агостиньо Нето сотрудничал в газетах и журналах многих стран Европы и Африки. Он опубликовал следующие поэтические сборники: «Четыре стихотворения Агостиньо Нето» (Quatro Poe- mas de Agostinho Neto) (1957, Повоа до Варзин, Португалия); «Стихи» (Poemas) (1961, Лиссабон); «Дом студентов Империи»; «С сухими глазами» (Com os О1- hos Secos) (1968, Алжир); «Священная надежда» (Srgrada Resperança) (1974, Лиссабон); «Стихи» (Poemas) (1975, Добито, Ангола); «Невозможное отречение. Неизданные стихи» (A Renuncia Impos- sivel. Poemas Inéditos) (1982, посмертное издание).
Изданы также речи Антонио Агостиньо Нето, посвященные вопросам отечественной культуры и литературы: «О литературе» (Sobre a Literature) (1977, Луанда); «Это еще моя мечта... Речи о национальной культуре (Ainda о Меи Sonho... Discursos sobre a Culture Nacional) (1980, Лиссабон); «Об ангольской поэзии» (Sobre a Poesia Angolana) (1988, Луанда).
Стихи Агостиньо Нето включены практически во все антологии португалоязычной поэзии Африки, они переведены на многие иностранные языки, в том числе и на русский. На IV Конференции африканских писателей А. Нето была присуждена международная премия «Лотос».
Поэтическое творчество Антонио Агостиньо Нето отличается богатством и разнообразием проблематики, широтой интересов, универсализмом, философской углубленностью. Призыв к национальному возрождению, к солидарности с братьями и сестрами других стран, мысль об ответственности интеллигента перед народом, о необходимости воспитания и образования красной нитью проходят через всю поэзию А. Нето.
Открыто публицистичные, насыщенные революционной патетикой, стихи Нето привлекают искренностью, взволнованным тоном, импульсивностью. Поэт вовсе не идеализирует своего лирического героя, порой и у него звучат нотки сомнения, но из нескончаемого векового плача Африки рождается надежда, вера в «человечность Вселенной».
ЕЛ. Ряузова
Сочинения
Ainda о meu sonho...: discursos sobre a cultura nacional. Lisboa, 1980.
Con Occhi Açiutti. Roma, 1963.
Discursos de Cabinda. Luanda, 1975.
O Que é о Fraccionismo. Luanda, 1977.
Poemas de Angola / Antonio Agostinho Neto.
Rio de Janeiro, 1976.
Sagrada Esperança. Poemas. Lisboa, 1974 (pyc. пер.: Нето A. Священная надежда. Стихи. M., 1981).
C сухими глазами. M., 1970.
Литература
Агостиньо Нето - поэт и президент. М., 2005. Агуштинью Нето. Биографический очерк /
Пер. с португ. А.А. Токарева. М., 2001. Хазанов А.М. Агостиньо Нето. М., 1985. Он же. Крушение последней колониальной
империи. М., 1986.


НКСЕЛЕ
NypJp
1790(?)—9.VIL1820
Лидер антиколониального сопротивления коса в начале XIX в. и проповедник синкретического учения, соединившего элементы христианства и традиционных африканских верований.
Нкселе в переводе с исикоса значит «левша», его настоящее имя Маканда ка- Балала, но из-за суеверного страха коса избегали произносить его вслух, поэтому в народной памяти он остался под своим прозванием, полученным уже во взрослые годы.
Нкселе вырос на ферме бурского колониста и уже с первых лет своей жизни близко сошелся с европейцами. Большое влияние на формирование его мировоззрения оказало христианство, знакомство с которым произошло еще в ранней юности.
Конец XVI11 - начало XIX в. было временем активной миссионерской деятельности, когда в Южную Африку устремились десятки христианских проповедников, представлявших различные конфессии. Среди африканцев Капской колонии особой активностью отличалось Лондонское миссионерское общество (ЛМС), объединявшее в основном конгрегационалистские общины Англии - одно из радикальных направлений в кальвинизме. Особую роль в становлении христианства на южноафриканской почве сыграл один из родоначальников миссионерского движения в Капской колонии и представитель ЛМС Й. ван дер Кемп, который представлял антиколониальные восстания африканцев орудием Божьей воли, призванным наказать несправедливость. По его мнению, уничтожение «нечестивых христиан», как он называл буров, лишь способствовало бы реализации Божьего промысла и формированию счастливого общества. Есть основания полагать, что Нкселе не раз встречался с ван дер Кемпом, что не могло не сказаться на его мировоззрении1.
Другим источником религиозной доктрины Нкселе стали традиционные представления коса о роли и влиянии потусторонних сил в жизни людей и вера в сверхъестественные способности «прорицателей» - игг’иха (igqirha), которые, согласно представлениям африканцев, могли напрямую общаться с духами предков.
Формирование религиозных воззрений Нкселе происходило в период больших потрясений и перемен в жизни коренного населения Южной Африки. В 1811-1812 гг. произошло беспрецедентное событие в истории коса. Англичане, окончательно овладевшие Капом 1 Шкляж И.М. Йоханнес ван дер Кемп: у истоков борьбы против расизма в Южной Африке. М., 1991. С. 61; Bannister S. Human Policy; or Justice to the Aborigines of New Settlements. L., 1968. P. CLXIX.
iiiiiiiiiiiiiiifiii 280 lllllllllllllllllll


в 1806 г., изгнали все общины коса, находившиеся западнее реки Грейт-Фиш (около 20 тыс. человек), за пределы Капской колонии, установленные колониальными властями в одностороннем порядке. Войска уничтожали все, что могло быть использовано коса для поддержания жизни. Стадами быков вытаптывались посевы, уничтожались жилища. Все эти действия сопровождались крайней жестокостью.
Сразу же после этих событий Нксе- ле выступил со своими первыми откровениями. В их центре находился призыв отказаться от колдовства и кровопролития, что, по мнению Нкселе, являлось одной из главных причин всех несчастий, обрушившихся на коса. Получив известность благодаря своим необычным пророчествам, примерно в 1812 г. Нкселе был приглашен к Ндламбе, родному дяде и главному сопернику в борьбе за власть правителя амахахабе коса Нгкики. Здесь Нкселе проповедовал о Боге (Мдалиди- пу - творце океана), его сыне Тайи, сотворении мира, первородном грехе, Великом потопе, распятии и воскресении2.
В период с 1812 по 1816 г. деятельность Нкселе еще не носила антиколониальный характер. Он был частым гостем в Капской колонии и живо интересовался всем, что было связано с жизнью белых людей. По свидетельству современника, Нкселе беседовал «с офицерами о войне, с миссионерами - о христианских догматах, с чиновниками обсуждал положение в колонии»3.
Отношение Нкселе к Капской колонии и христианским миссионерам резко изменилось в 1816 г. Он объявил себя младшим братом Христа и стал исполнять обычные для игг’иха обряды. Теперь он видел мир как поле боя между Тик’о (Thixo) - богом белых и Мдалидипу - богом черных. Белые убили сына своего бога, за что тот наказал их, прогнав из собственной страны в море, откуда они теперь пришли в поисках земли.
Нкселе с этого времени стал пользоваться среди коса большим влиянием. Одновременно с этим происходило обострение отношений между двумя давними соперниками - Ндламбе и Нгкикой. Последний в 1817 г. пошел на заключение соглашения с колониальными властями, которые признавали его верховным правителем коса, но в обмен потребовали положить конец набегам африканцев на фермы колонистов и оказывать помощь в розыске угнанного скота.
Союз с Капской колонией и женитьба на бывшей жене своего дяди окончательно подорвали авторитет Нгкики. Против него сформировалась коалиция во главе с Ндламбе, а Нкселе стал ее движущей силой. В битве при Амалинде в октябре 1818 г. Нгкика потерпел сокрушительное поражение. В ответ колониальный войска перешли реку Грейт-Фиш, считавшуюся восточной границей Капской колонии, напали на Ндламбе и его союзников и захватили при этом 23 тыс. голов скота. Эта экспедиция послужила поводом к началу новой пограничной («кафрской») войны, вошедшей в историю под названием «война Нкселе».
Вокруг Нкселе и Ндламбе сплотилась «армия» в 10 тыс. воинов. 23 апреля 1819 г. Нкселе возглавил атаку объединенных сил коса на Грейамстаун, административный центр приграничного дистрикта Олбани. Нкселе уверял своих последователей, что он был послан Утлангой - Великим духом отомстить за все их обиды и обладал властью призвать на помощь в войне с англичанами умерших предков. Вместе они прогонят захватчиков обратно в море, а затем 2 Peires J.B. Nxele, Ntsikana and the Origins of the Xhosa Religious Reaction //Journal of African History. 1979. Vol. 20. № 1. P. 56,57.
3 Pringle T. Narrative of a Residence in South Africa. L., 1840. P. 96.
■iiiiHiuitiiriHi ZÖ / iiriiiiiiiiiiiiiiu


«сядут на землю и будут вкушать мед». Он призывал не страшиться ружей, так как его магия защитит коса от пуль и обратит их в простую воду. Естественно, этим надеждам не суждено было сбыться. Несмотря на проявленный героизм, граничивший с крайним фанатизмом, когда воины буквально шли с открытой грудью под пули, коса потерпели очередное сокрушительное поражение.
Итоги войны для коса были неутешительны. Только в сражении у Грейам- стауна армия Нкселе потеряла до 1,5 тыс. человек убитыми, владения коса были разорены, колонисты захватили и угнали тысячи голов скота, значительная часть земель коса в междуречье рек Грейт-Фиш и Кейскамма была отторгнута английскими властями. Здесь была образована так называемая Нейтральная территория, призванная служить буфером между Капской колонией и независимыми африканскими общинами.
Нкселе, не дожидаясь окончания войны, сам явился в английский лагерь и сдался, чтобы прекратить карательные операции. Колониальный суд приговорил его к пожизненному заключению на острове Роббен. 9 июля 1820 г. заключенные во главе с Нкселе попытались бежать с острова, но захваченная ими шлюпка не выдержала и перевернулась. До берега добрались все, кроме Нкселе.
В народной памяти Нкселе остался прежде всего как великий предводитель своего народа. Вера в его сверхъестественные способности была так велика, что даже враги не могли поверить, что он умер. Так, Нгкика во время встречи с английским миссионером С. Кеем в 1825 г. выразил уверенность, что Нкселе обязательно вернется в свою страну. Коса верили, что ни одна могила не в силах долго его удерживать4.
Деятельность Нкселе стала важным рубежом в истории коса. Он попытался дать ответы на следующие вопросы, стоявшие перед его народом: кто такие белые люди? чего они хотят? что нужно с ними делать? Ответ для Нкселе лежал в области синтеза христианских идей и традиционного мировоззрения африканцев. Используя свой авторитет и славу могущественного «пророка» и колдуна, он смог объединить вокруг себя беспрецедентное для того периода число сторонников. Его действия определили тактику сопротивления коса внешнему вторжению на протяжении последующих сорока лет. Но, как показала практика, прежние институты родового общества уже не могли способствовать эффективному сопротивлению европейским колонизаторам.
А.В. Воеводский
Литература
Давидсон Л.Б. Южная Африка // История национально-освободительной борьбы народов Африки в новое время. М„ 1976.
Peires J. The House of Phalo: A History of the Xhosa People in the Days of Their Independence. Berkeley, 1982.
Peires J.B. Nxele, Ntsikana and the Origins of the Xhosa Religious Reaction //Journal of African History. 1979. Vol. 20. №1.
Pringle T. Narrative of a Residence in South Africa. L., 1840.
Kay S. Travels and Researches in Caffraria. L., 1833. P. 44, 265.


НТСИКАНА
Ntsikana kaGabha,
1780(?)—1821
Основатель первой христианской общины среди африканцев Южной Африки, автор религиозных гимнов на языке исикоса.
Нтсикана был сыном советника правителя амахахабе коса Нгкики, получил известность благодаря своим ораторским способностям, видёниям, посещавшим его с юности, и прославился как сочинитель традиционных гимнов, восхвалявших инкоси или описывавших важнейшие события в истории коса.
Знакомство Нтсиканы с христианским учением произошло на рубеже XVIII-XIX вв. С 1799 по 1801 г. среди коса жил и проповедовал один из пионеров миссионерского движения в Южной Африке Й. ван дер Кемп. По всей видимости, Нтсикана слушал его проповеди, но внешне их влияние на его мировоззрение долгое время никак себя не проявляло.
Согласно устной традиции, отход Нтсикана от «язычества» произошел после одного необычного видёния. Однажды утром, смотря на своего любимого быка, он увидел странный свет, расходившийся от животного во все стороны, который никто кроме него не видел. В этот момент он понял, что целью его жизни было распространение Божьего слова.
В легенде следует обратить внимание на одну интересную деталь - центральное место в ней занимает бык. Скот являлся для коса одной из главных ценностей, в нем было сосредоточено все богатство человека и залог благополучия всего рода. Коров и быков приносили в жертву лишь по особо важным и торжественным случаям, брачный выкуп также измерялся определенным количеством голов скота. Наконец, согласно традиционным представлениям банту, к аматонго - духам предков люди могли обращаться посредством священных животных, которых нельзя было продавать или передавать другим людям, не являвшимся членами рода1. Таким образом, в упомянутой легенде переплетаются традиционные представления о значении скота в жизни коса и элементы культа предков с новыми идеями Божественного откровения.
Первоначально Нтсикана обратился за поддержкой к Ндламбе, но тот отказался от его услуг, так как его советником уже являлся Нкселе. Тогда Нтсикана пришел к Нгкике и был принят им в качестве советника. В 1816—1818 гг. произошло дальнейшее знакомство Нтсикана с основами христианства. В этот период на подконтрольных Нгкике землях осно1 A Compendium of Kafir Laws & Customs. Grahamstown, 1906. P. 95, 96; Hunter M. Reaction to Conquest. Effects of Contact with Europeans on the Pondo of South Africa. L., 1936. P. 234, 266.
Illlttlllllllllllll ZOJ lllllllllllllllllll


вал первую постоянную миссию среди коса Джозеф Уильямс, представитель Лондонского миссионерского общества. Общение с миссионером должно было значительно обогатить представления Нтсикана об основах христианского вероучения.
Согласно свидетельствам, которые оставили его последователи, Нтсикана рассказывал библейские истории об Адаме, Ное, Давиде, проповедовал об искупительной жертве Христа и грядущем пришествии Мессии. В противоположность Нкселе, Нтсикана выступал за мир, а не за войну. Согласно устной традиции коса Нтсикана восклицал: «Нкселе перевернул все вверх дном! Зачем он вводит людей в заблуждение?»2 Он учил, что весь порядок на земле установлен Богом и не людям его менять. Человек должен уповать лишь на Божью милость и защиту. Нкселе же, согласно Нтсика- не, присвоил неподобающие себе почести и заслуги инкоси, не являясь им по рождению.
Ответом Нтсиканы на потрясения, постигшие общество коса вследствие европейской колонизации, было подчинение Божественной воле, где единственно могли быть найдены мир и защита. Накануне битвы при Амалинде в октябре 1818 г., в которой сошлись сторонники двух наиболее влиятельных лидеров коса Ндламбе и Нгкики, Нтсикана предостерегал приверженцев последнего, что видел, как их головы «пожирали муравьи»3. Тем самым он давал понять, что это сражение не угодно Богу. Предсказание Нтсиканы сбылось, Нгкика потерпел сокрушительное поражение.
Сама жизнь Нтсиканы служила образцом христианского подвижничества. После разорения земель коса во время «войны Нкселе» 1818-1819 гг. и смерти Дж. Уильямса в 1818 г., Нтсикана продолжал проповедовать вплоть до самой смерти, собирая людей на утренние и вечерние службы. Во время проповеди он обычно сидел около двери, в то время как остальное пространство хижины было заполнено его последователями. Богослужение обычно начиналось с пения гимна.
Когда Нтсикана почувствовал приближение своего конца, то, согласно традиции, он попросил своих родственников похоронить его по-христиански. Когда они воспротивились этому, он сам стал рыть себе могилу4.
Нтсикана собрал вокруг себя немного сторонников, но именно от него ведет отсчет национальное христианское движение, воплотившееся в создании независимых африканских церквей. С одной стороны, Нтсикана стал символом постепенного эволюционного изменения в существующих исторических условиях. В то же время он отнюдь не выступал за отречение африканцев от своих традиций и независимости, он был против простого уподобления европейцам. Нтсикана отговаривал Нгкику как от войны с Ндламбе, так и от сотрудничества с белыми, он призывал принять Библию, но одновременно предостерегал брать у европейцев деньги.
Авторству Нтсиканы принадлежит «Великий гимн», наполненный христианским содержанием, но по форме являющийся классическим воплощением 2 Peires J.B. Nxele, Ntsikana and the Origins of the Xhosa Religious Reaction // Journal of African History. 1979. Vol. 20. № 1. P. 59,60.
3 Stapleton TJ. Maqoma: Xhosa Resistence to Colonial Advance 1798-1873. Johannesburg, 1994. P. 179-183.
* Jordan A.C. Towards an African Literature: The Emergence of Literary Form in Xhosa. Berkeley, 1973. P. 46,47.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


традиционной хвалебной поэзии, а его музыкальный ритм основан на свадебной песне коса5. Это произведение до сих пор остается одним из самых популярных, исполняемых во время службы в южноафриканских церквях. До сегодняшних дней коса верят, что Нтсикана получил божественное откровение самостоятельно, без помощи миссионеров.
Среди последователей Нтсиканы был Старый Cora, советник Нгкики и отец Тийо Соги - первого чернокожего южноафриканца, получившего университетский диплом и ставшего проповедником. Ученики Нтсиканы составили ядро христианской общины среди коса. Они также стояли у истоков зарождения литературы на исикоса. Среди них выделялся сын Нтсиканы Кобе Нтсикана - автор небольших рассказов о прошлом своего народа и в том числе о соперничестве своего отца и Нкселе.
А.В. Воеводский
Литература
Christianity in South Africa: A Political, Social, and Cultural History. Berkeley; Los Angeles, 1997.
Gerard A.S. Four African Literatures: Xhosa, Sotho, Zulu, Amharic. Berkeley, 1971.
Jordan A.C. Towards an African Literature: The Emergence of Literary Form in Xhosa. Berkeley, 1973.
Peires J.B. Nxele, Ntsikana and the Origins of the Xhosa Religious Reaction //Journal of African History. 1979. Vol. 20. № 1.
5 Christianity in South Africa: A Political, Social, and Cultural History. Berkeley; Los Angeles, 1997. P. 72,73. Текст гимна см.: Gerard A.S. Four African Literatures: Xhosa, Sotho, Zulu, Amharic. Berkeley, 1971. P. 26.


Сэмюэль Дэниэл Шафиишуна НУЙОМА
Samuel Daniel Shafiishuna Nujoma, род. 12.V.1929
Первый президент Намибии (21.03.1990-21.03.2005 ), председател ь партии СВАПО (Организации народов Юго-Западной Африки, South-West Africa’s Peoples Organization) (1960— 2007).
Родился 12 мая 1929 г. на севере Намибии, населенном народом овамбо, к которому он принадлежит. Нуйома появился на свет в деревне Этунда, в крестьянской семье. Он был первым ребенком из одиннадцати Даниэла Утони Нуйома и Хелви Мпигангана Кондомболо. Нуйома учился в финской миссионерской школе Окахао с 1937 до 1945 г. Затем он переехал в Виндхук, где посещал вечернюю школу. В 1949-1959 гг. Нуйома работал служащим, сначала в намибийском отделении южноафриканских железных дорог, затем в системе торговли и различных учреждениях столицы. Об этом этапе своей жизни он позже вспоминал так:
«Служил мальчишкой на побегушках - посыльным. Разносил папки, бумаги по кабинетам. Квалифицированную работу африканцам не поручали. Железная дорога находилась в ведении Южной Африки1, и расовая дискриминация ощущалась особенно сильно. Мне приходилось убирать помещения, подметать, мыть полы, выносить мусор из корзин. И все-таки это были счастливые годы для меня. Я учил английский язык и закончил “стандарт 7”, что позволило мне поступить в заочный трансафриканский колледж в Южной Африке»1 2.
6 мая 1956 г. С. Нуйома женился на женщине из народа гереро по имени Ко- вамбо Теополина Качимуне, у них родилось четверо детей - три сына и дочь.
В 1950-х годах Сэм Нуйома стал одним из лидеров политической и вооруженной борьбы намибийцев за независимость. В 1958 г. он был одним из инициаторов создания Народной организации Овамболенда (Ovamboland People's Organisation, ОПО) и был избран ее лидером. В 1960 г. он стал одним из основателей и председателем партии СВАПО (Народная организация Юго- Западной Африки, South West Africa People's Organization), выступавшей за независимость Намибии от ЮАР и переход власти в руки чернокожего большинства.
Вот как сам Нуйома вспоминал о том периоде освободительной борьбы в статье, приуроченной к 25-летию СВАПО: «В 1957 г. намибийские рабочие как наиболее эксплуатируемая часть населения создали свою организацию - Конгресс 1 Речь идет о ЮАР. тогда - ЮАС.
2 Нуйома С. Беседа с авторами книги «Намибия» А. Бабингом и Х.Д. Броером // Проблема Намибии. Сб. статей, документов, материалов / Сост. Ю.И. Горбунов. М., 1991. С. 66.
iiiiiiiiiiiiiiniii ZÖD iiiiiiiiiiiiiiniii


народа овамбо (Ovamboland People’s Congress, ОПК). В 1959 г. он был переименован в Организацию народа овамбо (ОПО). Ее цели и задачи заключались в том, чтобы вести борьбу с ненавистной системой наемного труда по контрактам, созданной в 1923 г., с расовой дискриминацией, за улучшение условий труда, повышение заработной платы и пр. В декабре 1959 г. полиция расстреляла мирную демонстрацию против насильственного переселения африканцев в новое гетто под Виндхуком - Катутуру ... было убито 11 и ранено 54 человека. На митинге, состоявшемся в Виндхуке 19 апреля 1960 г., антиколониальные патриотические силы страны (рабочие, крестьянство, интеллигенция, молодежь, учащиеся и др.), рабочее движение, ОПО были переоформлены и реорганизованы в национально-освободительное движение СВАПО. Политическая программа-минимум, провозглашенная тогда, призывала крепить единство и солидарность угнетенных масс, всех слоев населения независимо от расы, вероисповедания, пола и этнического происхождения. Новое движение стремилось вести упорную борьбу за немедленное и полное освобождение Намибии от колониального господства, империалистической зависимости, за установление народно-демократического строя»3.
Политическое движение СВАПО родилось на базе ОПО - организации, состоявшей из овамбо - самого крупного народа Намибии. Лидеры овамбо в конечном счете сумели преодолеть свою этническую ограниченность и сплотить вокруг себя широкие массы намибийцев в антиколониальной борьбе.
В начале 1960 г. С. Нуйома посетил сессию Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Во время его визита в Нью-Йорк некоторые члены ООН задали ему вопрос о том, сколько образованных людей в Намибии и способен ли он вместе с ними управлять страной. Нуйома ответил им так: «Человек родился свободным, поэтому он не должен сначала стать образованным для того, чтобы требовать себе свободу и самоопределение». В Нью-Йорке он подал прошение Генеральной Ассамблее ООН и потребовал конца южноафриканского колониального правления в Намибии. С 1960 г. Нуйома находился в эмиграции. В Гане он участвовал в международной африканской конференции против испытаний атомной бомбы французами в Сахаре. Нуйома был представителем Намибии при основании Движения не- присоединившихся государств в Белграде в Югославии в сентябре в 1961 г. и при основании Организации африканского единства в Аддис-Абебе в Эфиопии 25 мая 1963 г.
Сэм Нуйома жил 10 лет в Анголе, 10 лет в Танзании и 9 лет в Замбии, где ему оказывали покровительство как беженцу, там он искал поддержку для освобождения Намибии. В 1966 г. он возглавил партизанское сопротивление правящему режиму Намибии, приняв имя Шафиишуна, т. е. молния. С 1971 г. он верховный главнокомандующий Народно-освободительной армией Намибии. О переходе к вооруженной борьбе тремя годами позже, на конференции СВАПО 1969 г. в танзанийском городе Танга, он сказал: «Намибийский народ воспринял вооруженную борьбу как единственный наиболее эффективный способ, позволяющий покончить с южноафриканским расистским режимом в Намибии. Более 40 лет намибийцы обращались к международному сообществу, прежде всего в ООН, за избавлением. Позднее их позиция изменилась. 26 августа 1966 г., когда мы разверну3 Нуйома С. 25 лет героической борьбы СВАПО // Проблема Намибии. С. 28, 29.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii ZO/ IIIIIIIIIIIIIIIHII


ли вооруженную борьбу под знаменем СВАПО, мы решили взять свою судьбу в собственные руки»4.
С 1966 и вплоть до 1988 г. СВАПО во главе с Нуйомой периодически предпринимала нападения на укрепленные пункты ЮАР в Намибии, действуя из лагерей для беженцев на территории Замбии, а после 1975 г. - с территории независимой Анголы. Одновременно, чтобы заручиться поддержкой в борьбе за независимость Намибии, Нуйома вел работу в своих штаб-квартирах в Лусаке (Замбия) и других столицах мира, включая Москву и Гавану. В 1973 г. Генеральная Ассамблея ООН признала СВАПО единственным законным представителем народа Намибии, а в 1978 г. приняла резолюцию № 435, которая предусматривала прекращение боевых действий, поэтапный вывод войск ЮАР из Намибии, проведение свободных выборов под наблюдением ООН и была в конечном счете принята ЮАР в 1988 г.
В конце 1988 г. в результате сложных многосторонних переговоров, в частности между СССР и США, СВАПО и ЮАР согласились прекратить огонь и выработали план предоставления независимости Намибии, основанный на резолюции ООН № 435. План предусматривал прекращение боевых действий, поэтапный вывод войск ЮАР из Намибии, а кубинских - из Анголы, а также проведение в Намибии выборов под наблюдением ООН. В 1989 г. были освобождены намибийские политические заключенные, на родину возвратились беженцы и находившиеся в изгнании политические лидеры. Сэм Нуйома подписал соглашение о прекращении огня 19 марта 1989 г. и создал условия для выполнения резолюции Совета Безопасности ООН № 435.
В интервью московскому журналу «Эхо планеты», данном в этот период, Нуйома отмечал: «Мы хорошо понимаем, что независимость не преподнесена нам Преторией в дар. Она добыта ценой огромных жертв, принесенных народом за 23 года вооруженного сопротивления. Это результат мощного забастовочного движения, акций учащейся молодежи»5.
Тогда же он говорил о своем видении будущей свободной Намибии: «Будущее намибийское государство, если к власти придет СВАПО, будет проводить политику неприсоединения, сотрудничества и мирного сосуществования с государствами различных социальных систем.... В области экономики будущее правительство СВАПО намерено создавать смешанные предприятия, добиваться увеличения сельскохозяйственного производства, чтобы удовлетворить потребности населения в продовольствии. Мы выступаем за то, чтобы белые жители остались в Намибии и на равных правах вносили вклад в ее экономическое становление. СВАПО считает, что страна не может быть политически независимой, если она не обладает экономической самостоятельностью и не способна накормить свой народ»6.
Утром 14 сентября 1989 г. Сэм Нуйома вернулся на родину с женой из Луанды, столицы Анголы. Он вышел из самолета, встал на колени и поцеловал землю своей любимой родины. На первых всеобщих демократических выборах в законодательное собрание, проведенных 6 ноября 1989 г. при поддержке ЮНТАГ - контингента миротворцев ООН, СВАПО получила 57% голосов и
4 Нуйома С. Выступление на консультативной конференции СВАПО в г. Танга (Танзания), 1969 г. // Проблема Намибии. С. 46.
5 Нуйома С. Интервью журналу «Эхо планеты»: Намибия: близок час свободы // Проблема Намибии. С. 87.
6 Там же. С. 88.
(iitiiiiiiiiiiitiii ZOÖ iimiiiiiiiiiiiiii


41 место в парламенте из 72. Нуйома был единодушно избран первым президентом страны и 21 марта 1990 г., в первый день независимости Намибии, приведен к присяге Пересом де Куэльяром, тогдашним Генеральным секретарем ООН.
На торжественной церемонии по поводу своего вступления в должность и провозглашения независимости Намибии Нуйома, в частности, отметил: «Независимость была завоевана в нелегких условиях национального консенсуса и единодушной международной поддержки. ... Говоря о значении национального консенсуса, мне приятно сообщить, что вслед за выборами, проведенными в ноябре 1989 г., различные политические партии Намибии смогли организовать совместную работу в Учредительной ассамблее, на заседаниях которой была разработана и принята конституция страны, одобренная большинством населения.... Взятие судьбы в свои руки, кроме всего прочего, означает направление больших усилий на объединение и укрепление нации. Коллективная безопасность и процветание нации зависят от единства действий. Единство нации является предварительным условием сохранения мира и прогрессивного развития. ... Обретение независимости возлагает на нас огромную ответственность не только за сохранение и защиту свободы, завоеванной с таким трудом, но и за выдвижение нами высоких идеалов равенства, справедливости и одинаковых возможностей для всех независимо от расы, веры или цвета кожи»7.
В 1994 г. Нуйома был избран президентом в результате прямого волеизъявления народа Намибии на пятилетний срок. В декабре 1999 г. он был снова переизбран как Президент Республики Намибии на национальных президентских выборах. Несмотря на то что по конституции Намибии он мог быть избран только на два срока, туда была внесена поправка, которая позволила ему быть избранным на третий срок.
В должности президента Намибии Нуйома проводил политику примирения. Он неоднократно заявлял, что все ужасы войны за независимость должны быть забыты, и всячески препятствовал попыткам привлечения кого-либо к суду за события тех лет.
Успеху Нуйомы на выборах 1994 г. способствовало, в частности, заявление Нельсона Манделы о готовности простить Намибии ее долг ЮАР в 800 млн долл. В то время ЮАР занимала господствующее положение в экономике Намибии - на нее приходилось до 80% импорта и до 35% экспорта. Однако Нуйома активно занимался поисками инвестиций и торговых партнеров по всему миру. Ему удалось наладить или укрепить экономические связи с такими странами, как США, Швеция, Германия, Норвегия, Финляндия и Франция. В то же время он поддерживал связи с такими непопулярными в мире режимами, как Куба, Ливия, Иран и Северная Корея.
В 2005 г. он сложил с себя президентские полномочия, а в 2007 г. - и полномочия председателя СВАПО. Однако он продолжает играть заметную роль в политической жизни Намибии и на международной арене.
Сэм Нуйома получил несколько наград и почетных степеней за свою выдающуюся деятельность и многогранные усилия по созданию нерасового общества в Намибии.
Нуйома неоднократно посещал нашу страну как во времена СССР, так и позднее. Так, выступая на XXVII съезде КПСС в 1986 г., он говорил: «Мы высоко ценим постоянную всестороннюю помощь, оказываемую намибийскому 7 Нуйома С. Речь, произнесенная при вступлении в должность Президента Республики Намибия в г. Виндхуке 21 марта 1990 г. // Проблема Намибии. С. 181, 182.
itiimmiiniHii zoy iimiiiiiiiiiiiiii


народу и его авангарду - СВАПО - со стороны КПСС, правительства СССР, мужественного советского народа. Позвольте выразить уверенность, что высший форум советских коммунистов определит важные долгосрочные задачи, решение которых будет способствовать ослаблению позиций империализма, срыву его амбициозных планов и тем самым послужит делу мира и социального прогресса на земле»8.
В феврале 2010 г. Нуйома приезжал в Москву на торжества по случаю 50-летнего юбилея Российского университета дружбы народов. Его принял в Кремле президент Медведев, который встречался с ним во время своего визита в Намибию в июле 2009 г. Во время беседы в Кремле Нуйома отметил: « Намибия заинтересована в развитии сотрудничества с Россией и выражает благодарность за ту роль, которую в истории страны сыграл Российский университет дружбы народов.... Наше освободительное движение выиграло от того, что был такой университет, мы очень благодарны за оказанную поддержку, страны, которые были заняты колониалистами, такой поддержки не имели»9.
Нуйома передал российскому лидеру послание нынешнего президента Намибии X. Похамбы и отметил: «Нынешний президент дал мне мандат на беседу с Вами о развитии двусторонних отношений, торговли». Первый президент Намибии поблагодарил российского лидера по-русски, обращаясь к нему «товарищ президент». Затем перешел на английский, заверив, что Намибия «хочет обновить дружбу с Россией, сделать ее лучше, продолжить партнерство в будущем»10.
А.С. Балезин
Сочинения
Where others Wavered. The Autobiography of Sam Nujoma. L., 2001.
Литература
Проблема Намибии. Сборник статей, документов, материалов / Сост. Ю.И. Горбунов. М., 1991.
Горбунов Ю.И., Притворов А.В. Намибия: проблема достижения независимости. М., 1983.
Балезин А.С., Притворов А.В., Слипченко С А. История Намибии в новое и новейшее время. М., 1993.
8 Нуйома С. Выступление на XXVII съезде КПСС // Проблема Намибии. С. 79.
9 РИА Новости. 2010.5 февр.
10 Там же.


ПЕПЕТЕЛА
Pepetela, род. 29.Х. 1941
Один из наиболее известных писателей португалоязычного мира. Настоящее имя Артур Карлос Маурисио Песта- на душ Сантуш (Artur Carlos Mauricio Pestana dos Santos).
Пепетела родился в 1941 г. в Бенге- ле (Ангола). Окончил Высший технический институт в Португалии, лиценциат социологии (Алжир). Активный участник антиколониального движения. Политический эмигрант в Париже и Алжире. Командовал отрядом во время партизанской войны в Кабинде, состоял в Региональном совете, был преподавателем. Занимал после провозглашения независимости НРА ряд ответственных должностей, был вице-министром образования, преподавал в университете социологию. Беллетрист-романист и новеллист, драматург. Сотрудничал в периодических изданиях. Произведения его переведены на многие европейские языки, в том числе и на русский1.
Литературное творчество Пепете- лы было отмечено рядом премий, среди которых Национальная премия Анголы в области литературы в 1980 г. за произведение «Майомбе» и в 1985 г. за роман «Йака»;в 1992 г.награжден специальной премией Ассоциации литературных критиков Сан-Пауло (Бразилия), а в 1997 г. получил премию имени Камоэнса1 2 за литературное творчество.
Основные произведения: «Приключения Нгунги» («As Aventuras de Ngun- ga») (1972, Луанда); пьеса «Канат» («A Corda»), (1978, Луанда); «Маска Мвана Пуо» («Muana Рио») (1978, Лиссабон); «Майомбе» («Mayombe») (1980, Лиссабон); «Йака» («Yaka») (1984, Сан- Пауло); «Собака и жители Луанды» («О Сао e os Caluandas») (1985, Луанда; Лиссабон); «Восстание в доме идолов» («A révolta da Casa dos Idolos») (пьеса в трех актах, 1980, Луанда; Лиссабон); «Луэжи. Рождение Империи» («Lueji. О Nascimento de um Imperio») (1990, Луанда); «Поколение утопистов» («A Geraçao da Utopia») (1992, Лиссабон); «Славное семейство. Время фламандцев» («Gloriosa Familia. О Tempo dos Flamengos») (1997, Лиссабон).
В первом опубликованном произведении Пепетелы «Приключения Нгун- ги» раскрываются проблемы, связанные с построением нового общества и, прежде всего, становлением нового человека в революционной Анголе. Выбрав в качестве главного персонажа подростка Нгунгу, писатель показал, как происходит его первое столкновение с действительностью, как раскрываются при этом 1 Пепетела. Канат: Пьеса в 1-м действии / Пер. с португ. Е. Ряузовой. М., 1983.
2 Крупнейшая литературная премия португалоязычных стран. Учреждена в 1989 г. Фондом Национальной библиотеки Португалии и Отделом национальной книги Бразилии.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 291 iiiimimiiiiiiii


узнавании жизни новые грани характера героя. Пепетела несколько раздвинул рамки романа воспитания, ведь основной «наставник», формирующий личность Нгунги, - сама ангольская реальность, борьба народа за обретение независимости со всеми неотъемлемыми от нее драматическими событиями.
Роман «Майомбе» - первая в ангольской литературе попытка отразить события антиколониальной войны 1970-х годов как бы изнутри, увидеть их глазами очевидца, ведь в 1971-1972 гг. Артур Пестана- Пепетела - командовал партизанским отрядом, сражавшимся против португальцев. Эта книга характерна для периода национальной реконструкции, поскольку в ней явственно обозначены важнейшие перемены постколониаль- пой ангольской литературы: проблема формирования нового человека, новый взгляд на вещи, переоценка ценностей и стремление обновить изобразительные средства, пополнив их арсенал новыми принципами композиции, изображением одного и того же события с разных точек зрения, обращением к магическому реализму.
Абсолютно в иной манере создан роман «Иака», обстоятельное эпическое произведение, повествующее о жизни семьи португальских колонистов XIX в., напоминающее по художественной манере ранние португалоязычные романы Африки.
В романе «Поколение утопистов» Пепетела попытался проанализировать тридцатилетний отрезок отечественной истории, с 1961 по 1991 г., деятельным участником которой был, с дальнего расстояния, насколько возможно отстраненно, поскольку целый год он провел в Берлине, получив стипендию для написания романа.
В отличие от «Майомбе» писатель почти не изображает в этом романе военных действий, хотя одна из частей его и посвящена преимущественно партизанской борьбе, успевшей за И лет истощить терпение и силы как ангольского народа, так и самих партизан. Начавшаяся борьба за власть, раздоры между этническими группами севера, запада и юга Анголы уничтожили веру в ценности и идеалы периода антиколониальной войны. Многие перестали понимать, за что они борются. Недовольство одного из главных героев, Анибала - рупора авторских идей, установившимся в стране порядком вещей имеет глубокие корни. Ему претит сама система, установившаяся в постколониальный период в лузоафриканских государствах социалистической ориентации, при которой живой человек превращается в частицу бездушного, безжалостного механизма. Растеряв все свои иллюзии, Анибал из утописта окончательно превращается в пророка, предсказав еще в 1982 г., всего семь лет спустя после завоевания независимости, будущее Анголы: «Самый варварский капитализм, какой только существовал когда-либо на земле».
Интерес к истории, свойственный ангольским романистам 90-х годов XX в., не обошел и Пепетелу. Если в «Луэжи. Рождение Империи» речь идет о создании в XV7! в. первого государства на территории нынешней Анголы, объединившего народы балунда и чокве, то роман «Славное семейство» посвящен семилетнему периоду в жизни Анголы XVII столетия, когда сильное влияние в стране приобрели фламандцы (голландцы), эпоху господства которых писатель и назвал в заголовке романа «Временем фламандцев».
Е.А. Ряузова
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


Литература
Ряузова ЕЛ. Запад и Восток в творчестве португалоязычных писателей. Синтез культур. М., 2010.
Ряузова ЕЛ. Португалоязычные литературы Африки. М., 1972.
Ряузова ЕЛ. Роман в современных португалоязычных литературах: Проблемы типологии и взаимодействия. М., 1980.
Riausova Н. Dez anos de literature angolana // Ensaio sobre a moderna literature angolana. 1975-1985. Lisboa, 1986 (2nd edicao, 2003).


Жозе де Фонтиш ПЕРЕЙРА
José de Fontes Pereira, 1823-1891
Выдающийся ангольский журналист, писатель и адвокат.
Родился от брака португальца и африканки в Луанде. Ему удалось получить хорошее образование и стать адвокатом. Будучи ревностным католиком, вначале он был лояльным к португальским властям. Начав заниматься журналистикой, он выступил с рядом статей, оправдывавших португальские методы управления колонией.
Однако ежедневно наблюдая произвол, насилие и дискриминацию, чинимые в отношении коренного населения, Перейра все чаще задумывался о характере и последствиях европейской колонизации Африки, стал пересматривать свои взгляды. В его душе зрел все более сознательный и оформленный протест против существующего строя. Он начал публиковать статьи, атакуя колониальные власти, и вскоре приобрел у них репутацию «анфан террибль» - опасного и умного противника. Перейра выступал как оппозиционный журналист, сторонник реформ административной системы в колониях. Он критиковал различные аспекты португальского правления, в том числе использование принудительного труда, отправку африканских рабочих на остров Сан-Томе, нехватку школ, условия содержания заключенных в тюрьмах, расовую дискриминацию. Но он ограничивался лишь критикой отдельных сторон колониализма и требовал общественных реформ, которые улучшили бы положение в колониях.
В 1883-1890-х годах произошла эволюция его взглядов. Он стал утверждать, что отсутствие системы образования в Анголе было сознательной и предумышленной целью колонизаторов, а не результатом отсталости и бедности метрополии. Он выступил с концепцией «фальшивой цивилизации». Перейра писал в 1886 г.: «Португальцы не поощряют образование, поскольку понимают, что сын Анголы, узнавший ее жестокие обычаи, может провозгласить независимость своей страны»1.
Перейра утверждал, что ангольцы потеряли свою «национальность» под гнетом португальского господства. В статье, опубликованной в «У арауту африкану» 6 января 1890 г., он задавал вопрос: почему ангольцы должны праздновать освобождение Португалии от испанского господства, если сами они лишились независимости на 100 лет раньше?1 2 Оценивая результаты «цивилизаторской» деятельности Португалии, Перейра писал в газете «Фарол ду пову»: «Какие блага 1 О Future de Angola. 1886.10 de Dezembro.
2 Wheeler D.L Origins of African Nationalism in Angola // Protest and Resistance in Angola and Brazil. Comparative Studies. L., 1972. P. 77.
iiiiiiiiiiiiiiniii £74 iiiiiiiiiiiiiiniii


приобрела Ангола под португальским правлением? Самое горестное рабство, издевательство и полнейшее невежество. Худшее из всего - колонисты, ленивые, высокомерные, с ничтожными интересами и еще меньшими знаниями... Сыновьям колоний разрешено играть незначительную роль, лишь только когда они нужны португальцам, чтобы выбрать депутатами шайку негодяев... Сыновей колонии, обладающих необходимыми качествами, вынуждают уступать должности крысам, которых нам присылают из Португалии. Последние не стремятся цивилизовать народ, к которому не питают никакого уважения, что видно из распространенной поговорки: “с черным и мулатом нельзя договориться”»3.
В своих статьях, полных ярких метафор, намеков, остроумия и сарказма, Перейра бичевал цинизм, жестокость и коррупцию колониальных администраторов. За это его лишили работы и обвинили в государственной измене, его пытались запугать и подвергнуть остракизму. В ответ на гонения Перейра усилил антипортугальскую кампанию.
В статьях, написанных в начале 1890 г., он даже поддержал Англию в колониальном споре с Португалией из-за африканских территорий и призывал британское правительство взять Анголу под свой суверенитет. Он полагал, что английское колониальное правление гуманнее, чем португальское. Перейра писал в одной из газет 20 января 1890 г.: «Никто не удивится, если иностранцы, понимающие это (слабость Португалии. - А. X), попытаются взять португальские земли, остающиеся в девственном состоянии, чтобы использовать их и цивилизовать туземцев, сделав их полезными гражданами для себя и человечества. Со своей стороны, мы советуем этим иностранцам не терять в Европе времени на обсуждение дел, сулящих им выгоду в Африке, им нужно лишь обратиться к самим жителям Африки, естественным хозяевам собственных земель, и заключить с ними все необходимые договоры о торговле и взаимопомощи. Если они сделают это, их примут с распростертыми объятиями, ибо мы ничего не ждем от Португалии, кроме обмана и рабских оков, посредством которых она старается подчинить туземцев и довести их до звероподобного состояния! Поэтому мы заявляем, что не верим ни в добрые намерения, ни в искренность португальской колониальной партии, члены которой - крокодилы, вопиющие, чтобы подманить свои жертвы. Мы слишком хорошо их знаем. Пусть они убираются вон!»4
Оставшись без средств к существованию, гонимый властями и травимый официальной прессой, Ф. Перейра умер в 1891 г.
А.М. Хазанов
Литература
Хазанов А.М. История Анголы в новое и новейшее время. М., 1999.
Ervedoja С. Roteiro da Literature angolana. Lisboa, 1979
3 Guerra H. Prefacio. Antonio de Assis de Juior. Relato dos acontimentos de Dala Tando e Lucala. Lisboa, 1980. P. 15.
4 Wheeler D.L Op. cit. P. 77.
1IIIUIHIIIIIIIIII IIIIIIIIIIIIIIIHII


Соломон Чекизо ПЛААКИ
Solomon Tshekisho Plaatje, 9.X. 1876-19.VI.1932
Южноафриканский общественный деятель, журналист, писатель, первый генеральный секретарь Африканского национального конгресса (African National Congress. АНК).
Родился в семье африканских христиан-лютеран. Ферма Доорнфонтейн, на которой он появился на свет, была одной из самых удаленных станций миссии Берлинского миссионерского общества в Пниле. Его родители, Йоханнес и Марта, по происхождению были баролонгами1.
Семья Плааки была достаточно зажиточной по африканским меркам. Позднее он вспоминал, что его семья владела сотнями голов крупного рогатого скота и овец, лошадьми. Сам он, будучи мальчишкой, зарабатывал деньги на карманные расходы, снабжая свежим молоком экипажи фургонов, останавливавшихся у переправы через реку Вааль1 2.
Плааки получил образование в Пиплс. где он не только ходил в школу, по и брал дополнительные уроки у жены миссионера Эрнеста Вестфаля Элизабет. Она познакомила его с английской литературой, а также давала уроки игры на пианино и скрипке. Плааки также посещал занятия в англиканской миссии в окрестностях Кимберли, где учился правильному английскому произношению3.
В 1891 или 1892 г. он стал учителем начальных классов школы в Пниле, в миссии обсуждался вопрос отправки его для дальнейшей учебы в семинарию Лавдейла - одно из лучших в Южной Афри ко образовател ы i ы х учрежден 11 й. Но семья Плааки в это время переживала трудные времена, и молодой Соломон вынужден был вместо продолжения учебы устроиться в 1894 г. на работу в почтовую службу Кимберли. На этом его школьное образование завершилось.
Своим возникновением и расцветом Кимберли был обязан открытию в конце 1860-х годов богате й ш их месторожден 11 й алмазов. В 1870-е годы город переживал настоящую «алмазную лихорадку», но к моменту прибытия Плааки жизнь здесь приняла намного более спокойный и размеренный характер. Однако в качестве наследия бурного прошлого Кимберли сохранил космополитический характер. Здесь бок о бок жили представители различных европейских и африканских пародов, царили относительно либеральные нравы и существовали перспективы для продвижения по службе представителей населения с черной кожей.
1 Этническая группа народа тсвана.
2 Plaatje ST. Native Life in South Africa. L., 1916 // lTRL: http://www.anc.org.za/books/ nlifeO4.htm
3 Willan B. Sol Plaatje: South African Nationalist, 1876 1932. Berkeley; Los Angeles, 1984. P. 20, 21.
inilllllllllllllll 296 IIIII1IIII1111UIII


Плааки с головой окунулся в жизнь местной африканской общины. Ее ядро составляли воспитанники христианских миссий, занимавшие должности переводчиков, посыльных, мелких служащих и учителей. Он принял активное участие в деятельности Общества по самообразованию южноафриканцев, организованного в 1895 г. Изначально главными направлениями его деятельности провозглашались распространение среди африканцев английского языка и культуры, содействие развитию навыков разговорной речи и чтения. Однако в действительности он представлял собой нечто наподобие общественного клуба. Во время заседаний Общества, кроме упражнений в чтении классических произведений английской литературы, затрагивались вопросы: «Является ли страхование адекватным обеспечением жизни?», «Оправдана ли практика лобо- ла4 в существующей форме?», «Цивилизация и ее преимущества для африканских рас» и т. д.5
Одним из первых эссе, представленных Плааки на суд публики, была «История бечуанов»6. Написанное на английском языке, оно отражало характерную особенность всего его последующего творчества: стремление сохранить историю и традиции своего народа, сочетавшееся с сердечной привязанностью к английской культуре.
Когда в 1898 г. Плааки покинул Кимберли, он свободно говорил на английском, голландском, немецком, исикоса и сесото. Следующей ступенью в его карьерной лестнице стала должность клерка и переводчика в окружном суде Мафе- кинга. Его непосредственный начальник, гражданский комиссар и магистрат округа Чарльз Белл, вскоре оценил способности своего молодого служащего, отмечая его надежность и старательность7. Сам Плааки начал готовиться к экзаменам, открывающим доступ к государственной службе в Капской колонии. Однако 11 октября 1899 г. началась Англобурская война, в ходе которой ему пришлось пройти через одно из самых значительных испытаний в своей жизни.
Мафекинг был блокирован отрядами буров в первые дни войны, осада продолжалась до 17 мая 1900 г. Оборона города стала символом британского героизма, а командующий гарнизоном полковник Роберт Баден-Пауэлл стал национальным героем Великобритании. Однако для Плааки эта война во время осады открылась во многом с другой стороны. Он стал свидетелем многих подвигов, совершенных африканцами на службе британской короны, но о них практически ничего не было известно широкой публике в метрополии. Плааки был свидетелем плачевного состояния, в котором оказались тысячи чернокожих беженцев из Трансвааля, надеявшихся переждать войну под защитой британского оружия, но оказавшихся в настоящей ловушке. Командование гарнизона до минимума ограничило снабжение их продовольствием, что привело к голодной смерти сотен людей. Эти и многие другие факты и события нашли отражение на страницах дневника, который он вел с конца октября 1899 г. по март 1900 г.8
4 Брачный выкуп у коренных народов Южной Африки.
5 Willen В. Op. cit. Р. 38.
6 ComaroffJ. Preface // The Mafeking Diary of Sol T Plaatje / Ed. by J. Comaroff. Cape Town, 1999. P 10, 11.
7 Ibid. P. 12.
8 The Mafeking Diary of Sol T. Plaatje / Ed. by J. Comaroff. Cape Town, 1999. (Первое издание вышло в 1973 г.)
IIIIIII1IIIJIIIIIII х'7/ lllllllllllllllllll


Осада Мафекинга оказала на Плааки большое влияние. Из его дневника видно зарождение критического отношения к существовавшей в Южной Африке действительности. Его должны были разочаровать условия мирного договора в Феринихинге, восьмой пункт которого гласил, что вопрос предоставления избирательных прав африканцам в Трансваале и Колонии Оранжевой реки откладывался до введения самоуправления, что фактически отдавало неевропейское население этих территорий под власть буров9. До глубины души Плааки задела неблагодарность Р. Баден-Пауэлла, который крайне пренебрежительно отзывался о вкладе баролонгов в оборону Мафекинга. Эти заявления он назвал «холоднокровной и преднамеренной ложью»10 11.
Завершение в 1902 г. Англо-бурской войны совпало по времени с началом широкой общественной деятельности Плааки. В августе вышел первый номер газеты «Коранта я бекоана» («Газета бе- чуана»), редактором которой был Плааки. Так, в 26 лет он вошел в узкий круг передовой африканской интеллигенции, а его газета выражала интересы не только баролонгов, но и говорила от лица всего африканского населения Капской колонии и других британских владений Южной Африки. В период наивысшего подъема тираж «Коранта» достигал 1-2 тыс. экземпляров11. «Коранта» являлась инструментом влияния и формирования общественного мнения среди тсвана. Среди ее подписчиков были как представители правительства, так и традиционные правители и родовые старейшины тсвана. Само издание газеты осуществлялось на деньги кгоси12 баролонгов Мафекинга Сайлеса Модемы.
В целом тон газеты был весьма умеренным. Плааки видел своей главной задачей не ниспровержение устоев колониального общества, эта идея была совершенно противна его взглядам и воспитанию, а признание за африканцами таких же прав, как и у других британских подданных. Его девизом являлось высказывание С. Родса: «Равные права всем цивилизованным людям к югу от Замбези»13. «Мы требуем только то, что нам причитается по заслугам: мы просим признания нас верными подданными Британии» - писал Плааки в сентябре 1902 г.14 Для него эта формула означала прежде всего признание равенства политических прав африканцев и европейцев. Но при этом он осуждал любое расовое смешение между черными и белыми. В апреле 1911 г. в письме от имени С. Модемы Плааки указывал, что лишь «полная социальная сегрегация ... защитит и сохранит чистоту нашей расы и цвета 9 История Африки в документах, 1870-2000: в 3 т. / Под общ. ред. А.Б. Давидсона. М., 2005. T 1.С. 440,441.
10 Willan В. The Siege of Mafeking // The South African War: The Anglo-Boer War, 1899-1902 / General Editor P. Warwick. L., 1980. P. 160.
11 Willan B. Soi Plaatje... P. 109.
12 Распространенное среди тсвана название традиционных правителей.
13 Bechuana Gazette. 4 April 1903 // Sol Plaatje Selected Writings... P. 71. Первоначально в речи, произнесенной 23 февраля 1900 г., Родс вместо «цивилизованных» упомянул «белых», что прежде всего было рассчитано на привлечение симпатий буров, но подобная формулировка вызвало бурное возмущение среди «цветных» Капской колонии. Тогда он и внес соответствующие коррективы в свое высказывание. (См.: Давидсон А.Б. Сесил Родс - строитель империи. М., 1998. С. 387,388.)
,4 Equal rights: Editorial // Bechuana Gazette. 1902. 13 Sept. // Sol Plaatje Selected Writings / Ed. by Brian Willan. Athens (Ohio), 1997. P. 62.
IIIIIIIIIIIIIIIHII zvo IIIIIIIIIIIIIIIHII


кожи, которыми мы гордимся так же, как наши европейские учителя - своими»15.
Издание собственной газеты неизбежно поставило Плааки в центр общественной жизни африканцев. Во время посещения Южной Африки министром колоний Великобритании Дж. Чемберленом в январе 1903 г. Плааки выступил на страницах своей газеты против кампании за присоединение Мафекинга с округой к Трансваалю. Плааки снабжал власти Капской колонии копией каждого выпуска своей газеты и ее, по всей видимости, внимательно читали. Время от времени Плааки получал ответы через гражданского комиссара Мафекинга, что по фактам, указанным в его газете, предпринято расследование и приняты меры для предотвращения плохого обращения с африканцами16.
В январе 1904 г. Плааки стал одним из инициаторов создания Южноафриканской ассоциации туземной печати17. Ее девизом стали слова «Защита, но не вызов», что отражало ее ориентацию на охрану прав африканского населения. Членами Ассоциации могли стать не только чернокожие журналисты, но и учителя, священники «и другие лица, занимающиеся распространением просвещения». Таким образом, она была призвана стать широкой организацией африканской интеллигенции18.
Однако издание газеты требовало напряжения всех умственных и физических сил Плааки. Иногда ему приходилось работать по 18 часов день, включая воскресенья. Несмотря на все усилия, из-за финансовых трудностей «Коран- та» стала выходить с перерывами, а в конце 1907 г. ее издание прекратилось. Для Плааки это был серьезный удар. Газета была делом его жизни, которому он отдавал не только все свои силы, но и все свои сбережения. Чтобы хоть как-то поправить свои дела и кормить семью, он решил стать агентом по рекрутированию рабочих для шахт Трансвааля. Из-за финасовых сложностей Плааки не оказался среди делегатов Южноафриканского туземного конвента, собравшегося в Блумфонтейне 24-26 марта 1909 г. для обсуждения проекта объединение южноафриканских колоний Великобритании и выражения протеста против лишения избирательных прав африканцев Трансвааля и Колонии Оранжевой реки19.
Плааки удалось снова вернуться к активной общественной жизни и издательской деятельности в 1910 г. благодаря предложению группы состоятельных землевладельцев из поселения Таба-Нчу в провинции Оранжевой реки. Новая газета, издававшаяся в Кимберли на их средства, называлась «Цала я Бекоана» («Друг бечуанов»). Однако финансовое положение новой газеты, как в прошлом и «Коранта», оставалось шатким. В 1912 г., после короткого перерыва, Плааки стал издавать газету под новым названием - «Цала я бато» («Друг народа»). Подобная смена была средством спасти издание от кредиторов.
В течение первых двух лет существования ЮАС Плааки пользовался наибольшим влиянием и доступом во властные круги. В первом кабинете Л. Боты были либеральные политики 15 Letter from Silas Molema to Sir H. J. Goold-Adams, Lieutenant-Governor of the Orange River Colony, 11 April 1903 // Sol Plaatje Selected Writings... P. 74.
16 Willan B. Sol Plaatje... P. 121, 122.
17 Программный документ Южноафриканской ассоциации туземной печати см.: Sol Plaatje Selected Writings... P. 82, 83. (На рус. языке: Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста, 1870-1924. М., 1972. С. 489,490.)
18 Давидсон А.Б. Южная Африка... С. 144.
19 Willan В. Sol Plaatje... P. 137-140.
iiiiiiiiHiiiiiiiii 299 lllllllllllllllllll


Капа, пользовавшиеся известностью «друзей туземцев». Министром по делам туземцев был хороший знакомый Плааки Г. Бертон, которого он знал еще со времен работы в Кимберли.
Однако для многих африканцев было ясно, что без собственной политической организации, которая объединяла бы все чернокожее население Южной Африки, невозможно защитить свои права. Опыт координации усилий различных африканских организаций был получен еще в годы агитации против принятия «Акта о Южной Африке». Для завершающего объединения требовалась лишь инициатива, последний толчок. С идеей создать организацию в масштабе всего ЮАС в октябре 1911 г. на страницах газеты «Имво забанцунду» выступил молодой зулус, выпускник Колумбийского университета США Пиксли каИсака Семе20. 8 января 1912 г. в Блумфонтейне состоялся учредительный съезд новой организации - Южноафриканского туземного национального конгресса (South African Native National Congress, АНК с 1923 г.). Его первым секретарем был избран Плааки, пользовавшийся к тому моменту заслуженным авторитетом среди передовой черной интеллигенции Южной Африки. Сразу же после образования Конгресс включился в политическую борьбу, вызванную новыми планами правительства ЮАС.
В 1912 г. в кабинете Л. Боты произошли серьезные перестановки. Новым министром по туземным делам был назначен Дж. Герцог - генерал времен Англо-бурской войны, выступавший с крайних проафриканерских позиций; позднее, в 1914 г. он стал основателем африканерской Национальной партии (Die Nasionale Party, НП). Именно при его непосредственном участии в 1912 г. в парламент был внесен законопроект о землях туземцев, согласно которому за пределами резерватов, составлявших лишь 8% территории страны, африканцы лишались права владеть землей, что фактически означало переход к территориальной сегрегации.
Конгресс развернул широкую кампанию против принятия законопроекта: была организована подача петиций, его делегаты несколько раз встречались с министром по туземным делам, апеллировали к британскому верховному комиссару Южной Африки. Но все усилия оказались тщетными. В июне 1913 г. парламент ЮАС принял «Закон о землях туземцев», который, по словам Плааки, сделал африканцев париями на своей собственной земле21. На внеочередном съезде Конгресса было принято решение оправить делегацию в Лондон, чтобы апеллировать к имперскому правительству. Одним из членов делегации был Плааки.
В Великобритании делегаты провели несколько недель. Они встречались с парламентариями, выступали на публичных митингах. Один лишь Плааки выступил на 53 публичных собраниях22. Однако повлиять на позицию британского правительства им не удалось. ЮАС обладал статусом доминиона и имперское правительство не имело ни законных оснований, ни желания на пороге войны с Германией вмешиваться в его внутренние дела. С началом Первой мировой войны агитация стала бессмысленной и делегация вернулась в Южную Африку. В Лондоне остался лишь Плааки, который хотел закончить свою книгу «Жизнь туземцев в Южной Африке», замысел которой родился у него по пути в Великобританию. В ней Плааки попытался отразить всю не20 Давидсон А.Б. Южная Африка... С. 236.
21 Plaatje S.T. Native Life in South Africa...
22 Давидсон А.Б. Южная Африка... С. 254.
iiiiitiiiiiiiiniii >1717 iiiiiiiiiiiiiitini


справедливость законодательства ЮАС по отношению к африканцам. Он подчеркивал их лояльность и преданность британской короне, что, по его мнению, контрастировало с враждебностью африканеров к англичанам23.
За годы пребывания в Великобритании (Плааки вернулся в Южную Африку в феврале 1917 г.), он смог опубликовать еще две большие работы - «Пословицы сечуана с их литературными переводами и европейскими эквивалентами» и «Книга для чтения на сечуана в международной фонетической орфографии (с английскими переводами)» (обе вышли в 1916 г.). Эти книги открыли второе важнейшее направление деятельности Плааки - сохранение языка и традиций своего народа. Одновременно он старался показать богатство и обаяние своего языка, который «полностью приспособлен для выражения всей полноты мысли и содержит пословицы, имеющие близкие параллели даже в английском фольклоре»24.
В Великобритании Плааки познакомился с деятельностью межконфессионального общества «Братья», которое ставило перед собой цель привнести христианские ценности в повседневную жизнь людей. Вернувшись в 1917 г. в Южную Африку, он учредил в Кимберли по его образцу «Христианское братство», которое продолжало действовать вплоть до смерти Плааки.
После возвращения в Южную Африку он нашел свою семью в крайне плачевном финансовом состоянии, фактически его жена и дети находились на иждивении у его шурина Исайи Буд- М’белле. Из-за финасовых трудностей Плааки даже отказался от предложения занять должность президента Южноафриканского туземного национального конгресса. Большую часть своего времени он тратил на литературное творчество (в 1919 г. он закончил свой исторический роман «Мхуди»; опубликован в 1930 г.), публикации в южноафриканских газетах и занимался делами своего «Братства».
В 1919 г. Плааки снова отправился в Великобританию уже в качестве руководителя делегации Конгресса. Емуудалось добиться встречи с британским премьер- министром Д. Ллойд Джорджем. Плааки, обращаясь к главе кабинета, перечислил различные формы дискриминации и притеснения африканцев, подчеркивал, что они являлись законопослушными гражданами и платили все налоги, но были лишены законного права представительства в парламенте. В заключение он сказал: «Наша единственное преступление не в том, что мы хотим быть равными голландцам (т. е. африканерам), а в том, что мы сохраняем лояльность иностранному флагу - Юнион Джеку. Если он не даст нам защиты, тогда наше дело действительно безнадежно»25. Однако единственное, что пообещал им премьер- министр, написать письмо Я. Смэтсу, главе правительства ЮАС. Тем дело и ограничилось.
Не найдя поддержки в Великобритании, большинство делегатов Конгресса вернулись в Южную Африку, но Плааки продолжил свою агитацию и в 1920 г. отправился в Канаду и США, где также намеривался привлечь внимание к положению африканского населения в ЮАС и найти финасовые средства для помощи Конгрессу в его деятельности и издания своего исторического романа «Мхуди». В ходе посещения США Плааки встречался с Маркусом Гарви и Уильямом Дюбуа, посетил знаменитый Педагогиче23 Подробнее см.: Plaatje S.T. Op. cit.
24 Sechuana Proverbs with Literal Translations and their European Equivalents. Introduction // Sol Plaatje Selected Writings... P. 217.
25 Selected Writings... P. 262.
Illlllllllllllillll 301 IIIIIIIIIIIIIIIHII


ский и промышленный институт, созданный Букером Вашингтоном в Таскиги (Алабама), поклонником идей которого он был. Однако ощутимой помощи, за исключением обещания У. Дюбуа издать его книгу «Жизнь туземцев в Южной Африке», Плааки не получил, и в 1923 г., отправившись через Англию, вернулся к себе на родину.
Плааки вернулся в несколько иную Южную Африку, чем та, которую он оставил летом 1919 г. В 1922 г. на рудниках Витватерсранда произошла крупнейшая за всю историю страны стачка белых рабочих, переросшая в открытое восстание и вооруженные столкновения с полицией и военными подразделениями. Одним из главных требований забастовщиков было введение «цветного» барьера на предприятиях, направленное против конкуренции со стороны африканских рабочих, за которыми признавалось право лишь на низкооплачиваемую неквалифицированную работу. На волне недовольства африканеров жестокими действиями по подавлению забастовки правительства Я. Смэтса на выборах 1924 г. победила Национальная партия и новым премьер-министром стал Дж. Герцог, что неизбежно сулило новые ограничения африканцев в правах.
Плааки не принимал активного участия в жизни АНК, который находился в этот период в состоянии глубокого кризиса. Распространение социалистических идей среди африканских рабочих и интеллигенции он также воспринимал с крайним опасением и открыто осуждал. Воспитанный в традициях «старого» капского либерализма, он был ярым противником любых насильственных действий и массовых акций протеста африканцев против белых. Средства на жизнь он добывал главным образом журналистикой. В своих статьях он продолжал защищать права африканцев, выступал против намерений правительства покончить с последним наследием либерального прошлого - нерасовым избирательным правом, действовавшим в Капской провинции ЮАС.
Плааки участвовал в избирательных кампаниях 1924 и 1929 гг., агитируя африканских избирателей Кимберли за кандидатов от Южноафриканской партии (South African Party) Я. Смэтса. Теперь бывший бурский генерал виделся ему единственной возможной защитой против набиравшего силу африканерского национализма. Много времени отнимали деятельность «Христианского братства», а также поиски денег для издания его переводов пьес У. Шекспира и исторического романа.
Большой популярностью пользовались фильмы, которые Плааки показывал с помощью приобретенного в США биоскопа (одна из ранних моделей кинопроектора). На каждом сеансе демонстрировались фильмы из жизни афроамериканцев, что, по мысли Плааки, должно было вдохновить молодежь на преодоление трудностей и ограничений, окружавших их.
Самой большой удачей для Плааки стало долгожданное издание в 1929 г. на языке сетсвана «Комедии ошибок»26 У. Шекспира и выход в следующем году его исторического романа «Мхуди. Эпос из жизни туземцев Южной Африки сто лет назад» - одного из первых крупных прозаических произведений, написанных чернокожим южноафриканцем.
Исторической основой для романа Плааки послужили события мфец’ане - периода многочисленных войн и миграций африканских народов Южной Африки в конце 1810-1820-е годы. Глав26 Всего С. Плааки перевел на сетсвана четыре пьесы У. Шекспира: «Комедия ошибок», «Юлий Цезарь», «Много шума из ничего» и «Венецианский купец». Однако последние две так и не были никогда опубликованы, а тексты их переводов безвозвратно утеряны.
nillUIIIHHHHI tlllllllinillHIII


ной героиней романа является девушка Мхуди, которая оказалась в центре конфликта баролонгов с воинственными ндебеле и их предводителем Мзиликази. Сам Плааки так описывал предназначение своего романа: «Автор писал эту книгу, видя перед собой две цели: (а) показать читающей публике одну из “скрытых сторон сознания туземцев”; и (б) на деньги полученные от читателей собрать и опубликовать (для школ банту) предания сечуана, которые, с распространением европейских представлений, быстро забываются»27.
Однако последнюю свою идею Плааки осуществить так и не удалось. После возвращения из поездки в Бельгийское Конго в 1931 г., где его интересовали, прежде всего, отношения между представителями различных рас на медных рудниках, Плааки заболел гриппом и умер в 1932 г. в Йоханнесбурге из-за вызванных болезнью осложнений. В 1998 г. место захоронения Плааки в Кимберли было объявлено национальным памятником, а в его доме, где он жил в последние годы, располагается музей и библиотека его имени.
А.В. Воеводский
Сочинения
The Mafeking Diary of Sol T Plaatje / Ed. by J. Comaroff. Cape Town, 1999.
Mhudi. An Epic of South African Native Life a Hundred Years Ago. Lovedale, 1930.
Native Life in South Africa. L., 1916.
Sol Plaatje Selected Writings / Ed. by B. Wil- lan. L., 1997.
Sechuana Proverbs with Literal Translation and their European Equivalents. L., 1916.
A Sechuana Reader in International Phonetic Orthography. L., 1916.
Литература
Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста, 1870-1924. М., 1972.
Walshe А.Р. The Rise of African Nationalism in South Africa: The African National Congress, 1912-1952. Berkeley, 1971.
Willan B. Sol Plaatje: South African Nationalist, 1876-1932. Berkeley; Los Angeles, 1984.
27 Plaatle S.T. Mhudi. An Epic of South African Native Life a Hundred Years Ago. Cape Town, 2009. P. 11.


Лоуренс ван дер ПОСТ
Laurens van der Post, 13.XII.1906-16.XI1.1996
Автор многих книг об Африке, герой Второй мировой войны, политик, путешественник и исследователь. Человек, выросший в малоизвестной африканерской семье и сумевший стать фигурой мирового масштаба, одним из наиболее читаемых писателей, советником 11 рем ьер- мини стра Вел 11 кт )британ и и, близким другом принца Чарльза и крестным отцом принца Вильяма, авторитетом для великого шведского психиатра К.Г. Юнга. Человеком, вдохновлявшим тысячи людей по всему миру. Гениальным рассказчиком и гениальным фальсификатором.
Он был как волшебник. Его лекции собирали полные залы. Он, уже пожилой человек, с сияющими голубыми глазами, прихрамывающей походкой подходил к своему стулу, улыбался аудитории и всегда спрашивал, все ли его слышат: «Кто меня не слышит, издайте звук слона!»1 Минутная пауза - и он начинал говорить, без записей, без заиканий и поправок. Блестящий оратор, он мог читать лекции два часа подряд, ни на минуту нс теряя внимание зрителей, потому что каждому в зале казалось, что он рассказывает только ему одному. Он говорил о бушменах в пустыне Калахари. о своей бушменской няне Кларе, которая открыла ему этот таинственный мир, о зулусах, их легендах, мифах и сказках, рассказанных самому Лоуренсу у костра... Но было ли все это на самом деле? Ван дер Пост умело переплетал реальные факты с фантазией, сочиняя красивые рассказы о себе самом и об Африке, которая едва ли существовала где-то, кроме его собственного воображения.
Лоуренс ван дер Пост родился в маленьком городке Филипполис в Оранжевом Свободном государстве. Он был одиннадцатым ребенком в семье. Его отец умер, едва Лоуренсу исполнилось семь лет. О происхождении своих родителей он практически ничего не знал, но всегда считал Африку землей своей матери, а Европу - землей отца. Он писал, что отец его вел свой род из мелкого дворянства Голландии, а мать - от белых переселенцев в Южной Африке. Большую часть детства Лоуренс провел в Стелленбоше, на семейной ферме. В 1918 г. он пошел в колледж Грея (Grey College) в Блумфонтейне. В этой школе, как он писал позже, «учили так, что разрушили представление о человеческом равенстве между белыми и черными»* 2.
После колледжа Лоуренс выбрал для себя профессию журналиста. Ему удалось устроиться в дурбанскую газету «Natal Advertiser». В 1925 г. он случайно знакомится с двумя извест- ' Jones J.D.F. Storyteller. The Many Lives of Laurens van der Post. L., 2001. P. 1.
2 URL: http://en.wikipedia.org/wiki/ Laurens_van_der_Post
iiniiiiiiiiiii)in lllilll IIIIHIIIIII


ними писателями - Роем Кемпбеллом и Уильямом Пломером. В результате Лоуренс стал «редактором на африкаанс» журнала «Voorslag» («Удар бича»), который издавали Кемпбелл и Пломер. Писатели хотели создать журнал, который бы полностью отражал обстановку в Южной Африке и выходил на трех языках - английском, африкаанс и зулусском. Зулусский знал сам Кемпбелл, а вот редактора, пишущего на африкаанс, было не так-то просто найти. Тут им и помогло случайное знакомство с Лоуренсом. Первые статьи Лоуренса были непрофессиональными, в них было то слишком много жаргона, то слишком много академизмов. Но уже тогда Кемпбелл увидел черты, свойственные всему, что писал ван дер Пост на протяжении жизни: «Во всех своих историях он всегда отдавал себе роль героя, так хвастаясь, что даже самый доверчивый читатель не мог поверить, что все описанное происходило на самом деле»3. Но Лоуренс в то же время очень трезво смотрел на расовую проблему в Южной Африке. В своей статье «Южная Африка в замешательстве» он писал: «Белые южноафриканцы на самом деле никогда не думали, что черные будут когда-нибудь равными им», но «процесс выравнивания и смешивания совсем скоро усилится... будущее южноафриканской цивилизации, я думаю, принадлежит не белым, не черным, а “цветным”»4.
В 1931 г., приехав в Англию, он вступил в Группу Блумсбери (The Bloomsbury Group) - группу английских интеллектуалов, писателей, художников, где состояли Вирджиния Вульф, Э.М. Форстер, Д. Гарнетт, художник Д. Грант, экономист Дж.М. Кейнс, востоковед Артур Уэйли и многие другие. С помощью этой группы Лоуренс и познакомился с семьей Вульф, которая помогла ему с публикацией его первой книги - «В провинции», вышедшей с предисловием В. Вульф в 1933 г. Но, несмотря на положительные отзывы критиков, книга не пользовалась большой популярностью среди читателей.
Лоуренс очень любил рассказывать, как он в первый же день Второй мировой войны - 1 сентября 1939 г. - пришел записываться добровольцем в одно известное подразделение английской армии. По рассказам Лоуренса, его спросили, почему он хочет служить именно в этом подразделении. Он ответил: «Ну, это довольно просто, сэр. В 1848 г. мы воевали против британцев в Южной Африке и этот полк взял в плен моего деда...Потом в Англо-бурской войне в 1902 г. тот же полк взял в плен моего отца... Что ж, я думаю, что этот полк должен быть просто замечательным!»5 История действительно хороша, но к реальности она не имеет отношения. Помимо того что никакие англичане не брали в плен его отца, сам Лоуренс на самом деле вступил в войну только 22 мая 1940 г. Первой крупной операцией, в которой участвовал ван дер Пост, была Абиссинская, или Восточно- Африканская кампания 1940-1941 гг., целью которой были освобождение Эфиопии от итальянских захватчиков и восстановление на троне императора Хайле Селассие. Лоуренс был послан туда, поскольку кто-то в командовании предположил, что, раз Лоуренс южноафриканец, он должен быть знаком с Эфиопией (хотя от Южной Африки до Эфиопии примерно 3000 миль). Лоуренс бывал до этого только в Найроби в 1926 г. Кроме того, из Каира ему было поручено вести 11 000 верблюдов, а он этих животных раньше и не видел! В Каире, откуда шел караван, он познакомился с Бил3JonesJ.D.F. Storyteller... P. 121.
4 Ibid. P. 124.
5 Ibid. P. 9.


лом Алленом, кавалеристом-наемником из Ольстера (Ирландия). Вместе с ним Лоуренс и вел своих верблюдов через незнакомые леса, реки и горы. Шли они ночью, по пути обсуждая книги Достоевского6. Аллен был очарован Лоуренсом: * Розовощекий парень с мягким голосом и глубокими голубыми глазами; бур, который любит Англию и имеет домик в Лондоне»7. Но всю кампанию Лоуренс, к сожалению, не прошел, поскольку заболел малярией и в марте был отправлен на лечение в Палестину.
В начале 1942 г., после вторжения японских войск в Юго-Восточную Азию, ван дер Пост был направлен в распоряжение ABDA (Командование американскими, британскими, голландскими и австралийскими вооруженными войсками) в Индонезию. Ему было поручено руководство так называемой «Миссией 43», цель которой состояла в тайной эвакуации сил ABDA после сдачи о. Явы японцам. Но сам Лоуренс со своими сослуживцами оказался в окружении и был захвачен в плен 20 апреля 1942 г. Сначала его поместили в лагерь для военнопленных в Сукабуми, а затем в Бандунге. В лагерях Лоуренс тоже не терял времени. Он организовал что-то вроде университета. Среди военнопленных были люди с хорошим образованием, которые читали другим заключенным лекции по географии, истории, искусству и другим наукам. Сам Лоуренс вел занятия по африкаанс и японскому, который он немного знал. Кроме того, обладая кое- какими знаниями в медицине, он помогал бороться с малярией в лагерях. «Он был для нас как Иисус Христос, он помогал и поддерживал нас»8, - вспоминал сапер Дик Бейли. Но не у всех было такое однозначное мнение о ван дер Посте. Грэим Аллен, лейтенант военно-морских сил Великобритании писал, что Лоуренс «был загадочным человеком... Он старался создать впечатление, что его жизнь в армии была такой скрытной и опасной, такой тайной, что, к сожалению, он не мог нам ничего рассказать о ней»9.
В Бандунге японцы поручили Лоуренсу контроль за «фермой» лагеря. Они подумали, что он, имея собственные фермы в Англии и Южной Африке, что- то понимает в хозяйстве. Заключенные были крайне недовольны постоянным недоеданием, каждодневным рационом, состоявшим только из риса, нехваткой фруктов, яиц, хлеба, сыра, молока и мяса, которые можно было купить в соседнем городе. Сначала Лоуренс хотел выращивать свиней, японцы с радостью согласились и доставили полдюжины этих животных. Это было началом кошмара. Японцы не хотели кормить свиней, свиньи умирали, а винили в этом Лоуренса. Доставкой тысячи куриц и гусей японцы тоже были расстроены, так как они бегали по рисовым полям. Следующей партией были рыба и кролики. Они пользовались огромным успехом среди заключенных. И когда лагерь переехал, японцы обещали пересылать этих кроликов на новое место: «Мы писали наши имена, номера и ранги несмываемым карандашом на ушах кроликов. Я всегда буду помнить последний взгляд, который я бросил на четыреста кроликов, сидевших прямо под экваториальным солнцем: их уши стали так просвечивать, что можно было четко прочитать на них пурпурные надписи вроде “1238547 Артиллерист Мартин”. Но мы никогда больше не увидели этих кроликов, и 6 JonesJ.D.F. Storyteller... P. 13.
7 Ibid.
8 Ibid. P. 37.
9 Ibid. P. 39.


это разбило сердце многим солдатам и матросам»10 11.
Лоуренс написал несколько книг о его пребывании в японских лагерях - «Бар тени», «Семя и сеятель», «Ночь новой луны». По двум первым книгам японский режиссер Нагиса Ошима снял известный фильм под названием «Счастливого Рождества, мистер Лоуренс!». После войны м-р Лоуренс не последовал за всеми репатриированными военнопленными, а захотел остаться на о. Ява. Заручившись доверием индонезийских лидеров (в частности, Мохаммада Хатта и Ахмеда Сукарно), он успешно выступал в роли посредника между индонезийскими националистами и голландскими колониальными властями до 1947 г.
Но за своей блестящей карьерой политика, писателя и журналиста Лоуренс, к сожалению, забывал о своих самых близких людях. Он изменял сначала одной жене, потом второй, он часто не думал о последствиях своих романов (так, его мимолетный роман с четырнадцатилетней девочкой из ЮАР обернулся трагедией для нее: она родила ребенка, который оказался не нужен Лоуренсу). Даже мать Лоуренса не видела от него заботы и любви. Он приехал к ней, когда она уже умирала. Она даже не узнала его... Увидев его в дверях палаты, она сказала няне: «Кто этот человек? Скажи ему, чтоб он ушел!»11
Практически все книги ван дер Поста - книги о его путешествиях. Действительно, только в 1950-1960-х годах он совершил три экспедиции в Бечуа- наленд (протекторат Великобритании в Южной Африке; существовал с 1885 no 1966 г., сейчас на этой территории расположена Республика Ботсвана), написал об этом свою самую известную книгу «Затерянный мир Калахари», несколько раз бывал в Индии. В 1962 г. ван дер Пост отправился в трехмесячное путешествие по Советскому Союзу. Он побывал не только в Москве и Петербурге, но и в Ташкенте, Баку, Одессе, Киеве, Омске, Новосибирске, Иркутске, Хабаровске и Риге. Что увидел ван дер Пост в России? На что обратил внимание? «На первый взгляд жизнь в России безобразна и кажется даже невыносимой, но это полностью компенсируется прекрасными характерами людей, которых я там встречал»12, - делился он впечатлениями в своей книге «Путешествие в Россию» («Journey into Russia», 1964). Сравнивая СССР и Африку, он пришел к выводу, что они до сих пор «относительно примитивны»13. Большинство западных критиков были в восхищении от книги Лоуренса. «Лучшая книга о коммунистической России из написанных как русскими, так и иностранцами»14, - писали в журнале «Глазго Херальд»; «Одна из лучших и провокационных книг о путешествиях за последнее время»15, - вторили ему в «Нью-Йорк Таймс».
Но если о чужих странах Лоуренс еще мог писать более или менее объективно, смотря на них со стороны, то его книги об Африке уходили все дальше и дальше от реальности. В 1977 г. ван дер Пост выпустил свою самую неудачную книгу - «Сначала поймай свою антилопу» («First Catch Your Eland»). «Патерналистская любовь Лоуренса к африканскому обществу ослепила его, он, к несчастью, не видит ничего, кроме этой “теперь потерян10 JonesJ.D.F. Storyteller... P. 44.
11 Ibid. P. 246.
12 Ibid. P 272.
13 Ibid.
14 Ibid. P. 273.
15 Ibid.
iitiiiiiiniiiiiiii JUf iiiiiiiiiiiiiiniii


ной (возможно, всегда бывшей только мифом) Африки”», - писали в журнале «The Observer». В еще более авторитетном журнале «Гардиэн» книгу Лоуренса называли «очаровательной, но политически абсолютно неадекватной»16.
Но эта необъективность в книгах не мешала ван дер Посту быть очень талантливым политиком. В 1979 г. премьер- министром Великобритании стала Маргарет Тэтчер, которой пришлось сразу столкнуться с южноафриканской проблемой. Еще в 1965 г. Родезия во главе с правительством Я. Смита провозгласила в одностороннем порядке независимость своей страны от Британии, чьей колонией она являлась. Лоуренс, который с конца 50-х часто бывал в Родезии, настаивал на мирном решении конфликта, предлагая свои услуги в качестве советника. В конце концов ему удалось добиться понимания от Дэвида Оуэна, нового министра иностранных дел Великобритании. Именно он и инициировал отправление в Родезию Тэтчер и назначил ван дер Поста ее советником (Тэтчер к моменту прихода к власти мало что знала об Африке). Лоуренс во многом содействовал тому, что в 1979 г. все борющиеся силы Родезии и Великобритания сели за стол переговоров в Лондоне, в Ланкастер-хаузе. Согласно решению этой конференции, власть в Родезии была временно передана британскому губернатору лорду Артуру Кристоферу Джону Соумсу. Лоуренс был щедро вознагражден за свою тайную «игру за сценой»: 1 января 1981 г. королева посвятила его в рыцари.
Роль ван дер Поста в событиях в Родезии была очевидна далеко не для всех. Лорд Каррингтон, ставший чуть позже министром иностранных дел Великобритании, говорил, что не припомнит никакого особого вклада Лоуренса17. Робин Ренвик, советник Каррингтона в Родезии и позже посол Британии в Южной Африке, тоже не мог вспомнить ничего выдающегося, что сделал ван дер Пост в Родезии, хотя и подтверждал, что вел с ним телефонные переговоры раз в несколько месяцев18. Такая же спорная ситуация возникает и с деятельностью Лоуренса в самой ЮАР. Известно, что он долго материально поддерживал, например, Алана Пейтона19. Секретная полиция ЮАР знала об этом факте, но не могла доказать, что это было незаконным20. В июне 1977 г., после восстания в Соуэто, он признавался в письмах, что «как никогда чувствует депрессию, смотря на то, что происходит в стране, и на ее невежественных, интровертных и фанатичных лидеров»21. Лоуренс отважился написать письмо человеку, наводившему ужас на всю Южную Африку, - генералу Гендри- ку ван ден Берху, главе Бюро государственной безопасности (BOSS), который был близок к премьер-министру Форстеру. Лоуренс не побоялся прямо сказать ему, что премьер-министр ведет страну к беде. Он вспомнил при этом одну венгерскую поговорку: «Если один человек назовет тебя мулом, посмейся над ним. Если два человека называют тебя мулом, подумай над этим. Если три человека называют тебя мулом, иди и купи себе сед16 JonesJ.D.F. Storyteller... P. 280.
17 Ibid. P. 337,338.
18 Ibid. P. 338.
19 Алан Пейтон (1903-1988) - южноафриканский писатель, автор романов «Плачь, любимая страна», «Слишком поздно, кулик», сборника рассказов «Дебби, уходи домой» и многих других.
20JonesJ.D.F. Storyteller... P. 265.
21 Ibid. P. 336.
iiiiiiiiiiuiiiiiii >(/o iiiiiiiiiiiiiiiiiii


ло». Процитировав эту поговорку, Лоуренс добавил: «Так не должны ли Ваши политики пойти и купить себе седла?»22 По воспоминаниям ван дер Поста, он призвал Верха обратить внимание на преступные действия секретной полиции, особенно в отношении арестованного Стива Бико, главы движения «Черное самосознание». Но вот сам Берх никогда не упоминал об этом письме от ван дер Поста. В октябре правительство только усилило борьбу против «Черного самосознания».
Необычную позицию занял ван дер Пост в конце 1980 - начале 1990-х, когда в ЮАР начался демонтаж апартхейда. Он не поддерживал Нельсона Манделу и не хотел, чтобы Мандела стал первым чернокожим президентом ЮАР. Дело было не в том, что он не хотел передачи власти черным южноафриканцам, - он понимал, что это неизбежно. Он был просто на стороне другого человека - лидера партии зулусов Бутелези. Лоуренс открыто называл политические речи Манделы скучными, в то время как Бутелези он считал «более подготовленным, чтобы возглавить Южную Африку»23. Он пытался склонить британское правительство на сторону вождя, познакомить Бутелези с принцем Чарльзом, но безуспешно. Лидер зулусов был единственным реальным соперником Манделы на первых демократических выборах в 1994 г. Его партия - Партия свободы «Инката» - хотела бойкотировать выборы, и только в последний момент сам Мандела приехал в Натал и уговорил Бутелези принять в них участие. Хотя партия набрала всего 10% по стране (но 51% в провинции КваЗулу-Натал), Бутелези стал министром иностранных дел в переходном правительстве Манделы.
Эта новость поразила Лоуренса. Он продолжал уговаривать Бутелези строить отдельный идеальный мир зулусов, но Бутелези на его утопии не отвечал.
После смерти ван дер Поста в Лондоне в 1996 г. почти сразу возник спор между его биографами. Как понять, как соединить все противоречия, которые были в Лоуренсе? Как, например, он, обожавший бушменов и зулусов, в конце жизни позволял ухаживать за своей болевшей женой исключительно белым няням? Но главной проблемой оставался вопрос, реальны ли события, описанные Лоуренсом в его книгах, рассказах и дневниках? Или он был лжецом? Безусловно, есть факты, с которыми трудно спорить: он действительно храбро сражался в Первой мировой, он участвовал в Абиссинской операции, был в японском плену, объездил полмира, стал приближенным к королевской семье, внес вклад в урегулирование кризиса в Родезии, помогал движению против апартхейда в Южной Африке. Но самые интересные, самые яркие его истории часто проверить никак нельзя.
Сам Лоуренс всегда осознавал, что правда в буквальном смысле его мало интересует. В своем дневнике от 1928 г. он писал (говоря о своем визите к Рою Кемпбеллу): «Я не имею ничего против лжи, но она должна быть качественно сделанной и давать волю воображению читателя или слушателя. Ложь же Роя была глупой»24. Женщина, которая ухаживала за ним в последние четыре года его жизни, говорила о нем: «Он был таким изумительным лгуном! Эта ложь получалась у него как-то автоматически и так естественно, как дыхание... Поэтому я не могла видеть в нем ничего, кроме того, что он сам придумывал о 22 JonesJ.D.F. Storyteller... P. 336.
23 Ibid. P. 419.
24 Ibid. P 359.
IIIIIIIIIIIIIIIHII juy iiiiiiiiimiiiiiii


себе»25. Но, конечно, ни одна даже самая искусная ложь не может сделать человека таким популярным и, главное, любимым читателями и слушателями во всем мире. В одном из своих писем он признавался: «Я чувствую, что становлюсь чем-то вроде моста через огромную пропасть, лежащую между Европой и Африкой»26. Возможно, именно эта роль «моста», связующего звена двух далеких континентов и есть ключ к разгадке его популярности. Он не просто «объяснял» Африку для политиков и простых людей, он открывал интересный, загадочный и захватывающий континент, с мифами и легендами, гармоничной жизнью с природой, охотой и сказками у ночного костра... Таинственный и во многом нераскрытый мир, таящий множество тайн, как жизнь самого Лоуренса, как жизнь, пожалуй, каждого человека.
М.С. Курбак
Сочинения
In a Province (1934)
Venture to the Interior ( 1952) The Face Beside the Fire (1953) A Bar of Shadow (1954)
Flamingo Feather ( 1955)
The Dark Eye in Africa ( 1955)
The Lost World of the Kalahari (1958) (BBC,
TV сериал в 6 ч., 1956)
The Heart of the Hunter ( 1961 )
The Seed and the Sower (1963)
A Journey into Russia (в США: A View of All the Russias) (1964)
A Portrait of Japan (1968)
The Night of the New Moon (в США: The Prisoner and the Bomb) (1970)
A Story Like the Wind (1972)
A Far-Off Place (1974)
Jung and the Story of Our Tim (1975)
Yet Being Someone Other (1982)
A Walk with A White Bushman (1986)
The Admiral's Baby (1996)
Литература
Booker C. Small lies and the greater truth // Spectator. 2001. 20 Oct.
JonesJ.D.F. Spectator letters // Spectator. 2001.
27 Oct.
JonesJ.D.F. Storyteller. The Many Lives of Laurens van der Post. L., 2001.
A Prophet Out of Africa // The Times. 1996.
17 Dec.
25 Ibid. P. 363.
26 A Prophet Out of Africa // The Times. 1996. 17 Dec.


Сесил Джон РОДС
CecilJohn Rhodes, 5.VII. 1853—26.III. 1902
Английский политический деятель, идеолог британского империализма, финансист и промышленник, известный как «король алмазов и золота Южной Африки»; основатель алмазной компании «Де Бирс майпинг комнани» («De Beers Mining Company»), золотопромышленной «Голд филдс оф Саут Африка» («Gold Fields of South Africa») и «Британской южноафриканской привилегированной компании» («British South Africa Chertered Company»), завоевавшей громадные территории Южной Африки, значительная часть которых стали называться по имени Родса Южной Родезией (ныне Зимбабве) и Северной Родезией (ныне Замбия).
Родился в Англии, в городке Бишопе Стортфорд, в графстве Хартфордшир. Пятый сын Френсиса Уильяма Родса, пастора англиканской церкви, и его жены Луизы Пикок. После окончания школы хотел поступить в университет и стать адвокатом. Но врачи, опасаясь за его легкие, посоветовали поменять климат, и в 1870 г. он уехал в Южную Африку, в британскую колонию Натал, где уже обосновался старший брат Герберт, завел ферму и занимался выращиванием хлопка.
В Натале Родс пробыл только год. В октябре 1871 г. он отправился в дальний путь, проехал сотни миль в фургоне, запряженном волами, и добрался до недавно открытых алмазных месторождений. Туда же ринулись тысячи старателей.
Сесила Родса и тут уже ждал Герберт. Он приехал раньше, освоился, завел свой старательский участок. Это месторождение алмазов уже приобретало славу крупнейшего в мире. На месте лагеря старателей рос город, известный сейчас как Кимберли.
С алмазных копей началось возвышение Родса. У него проявились недюжинные деловые качества. Он не только вел добычу, но и умело следил за изменениями котировок на рынке, скупал участки разорившихся старателей и быстро увеличивал свой капитал.
В 1873 г., оставив алмазное дело на своего надежного компаньона Чарльза Радда, Родс отправился в Англию, чтобы начать учебу в Оксфордском университете, в колледже Ориел. Затем он приезжал в Оксфорд в 1876 г., а для завершающих экзаменов - в 1881 г.
Во время учебы в сознании Родса укреплялись имперские помыслы, распространившиеся в тогдашней Англии. Свои идеи он формул провал в завещаниях и в «Символе веры». Завещаний написал, одно за другим, шесть. Первое - после сердечного приступа, когда врачи предрекли ему скорую смерть.
Ос но в но й с м ы л всех этих заве тан и й - политический. Во втором завещании (17 сентября 1877 г.), говорилось, что необходимо «...распространение британского владычества во всем мире... колонизация британцами всех тех стран, где условия существования благопрнятству- IIIIIIIIIIIIIIIIIII _> / / IIIIIIIIHIIIIIIIII


ют их энергии, труду и предприимчивости, и особенно заселение колонистами всей Африки, Святой Земли, долины Евфрата, островов Кипр и Кандия, всей Южной Америки, островов Тихого океана, пока еще не занятых Великобританией, всего Малайского архипелага, береговой полосы Китая и Японии, и возвращение Соединенных Штатов Америки в Британскую империю...»
Так что речь шла о всемирной империи.
Зачем? Для всеобщего мира, как полагал он. Под эгидой Англии. Для этого надо организовать имперский парламент, в котором были бы представлены «белые» поселенческие колонии. Цель парламента - «создание, наконец, настолько могущественной державы, что она сделает войны невозможными и поможет осуществлению лучших чаяний человечества»1.
«Символ веры» (составлен еще раньше - 2 июня 1877 г.) открывается рассуждением, что у каждого человека есть главная цель, которой он и посвящает свою жизнь. Для одного это счастливая семья, для другого - богатство. Для него же, Родса, это «дело служения родине».
Как же понимал он свою цель, так патетически сформулированную? Основа основ «служения родине» для него - это убеждение, что англичане - лучшие люди на земле. «Я утверждаю, что мы - лучшая нация в мире, и чем большую часть мира мы заселим, тем лучше будет для человечества».
Человечество страдает, считал он, оттого, что английский народ дает только половину прироста населения, на который способен. И все это из-за недостатка жизненного пространства для англичан, нехватки земель для поселения. Может быть, англичане могут эмигрировать за пределы Британской империи, в другие страны? Нет, отвечал Родс: «...Было бы бесчестно даже предположить это, поскольку, как я убежден, все мы считаем, что лучше бедность под своим флагом, чем богатство под чужим».
Выход один - расширять Британскую империю. «Только представьте себе, - призывал Родс, - какие перемены наступили бы, если бы те территории, которые населены сейчас самыми презренными образчиками человеческой породы, попали под англосаксонское влияние... Наш долг - пользоваться каждой возможностью, чтобы захватить новые территории, и мы должны постоянно помнить, что чем больше у нас земель, тем многочисленнее англосаксонская раса, тем больше представителей этой лучшей, самой достойной человеческой расы на Земле»
Ну а кто же призван выполнять этот долг? Во всяком случае, по мнению молодого Родса, не те, кто правил тогда Британией. Родс еще только мечтал получить признание в политических сферах, а добиться этого ему, человеку без имени и связей, было нелегко. Кем же могли быть в его глазах заседавшие в Вестминстере парламентарии, как не обюрократившимися своекорыстными политиканами? Палату общин Родс в сердцах назвал «собранием людей, которые посвятили свою жизнь накоплению денег».
Так что надо прежде всего создать организацию, готовую взвалить на себя это бремя. «Почему бы нам не основать тайное общество с одной только целью - расширить пределы Британской империи, поставив весь нецивилизованный мир под британское управление, возвратить в нее Соединенные Штаты и объединить англосаксов в единой империи... Давайте создадим своеобразное общество, церковь для расширения Британской империи».
1 Сору of the Will of the Rt. Cecil John Rhodes // Michell L. The Life of the Rt. Hon. Cecil John Rhodes, 1853-1902. Vol. 2. L., 1910. P. 313-333.
IIIIIIIIIIIIIIIHII J IIIIIIIIIIIIIIIHII


В эту организацию, по мысли Родса, должны были войти те, кто не нашел себе иного применения в общественной жизни, пусть даже это будут люди во всем уже разуверившиеся. Надо только заразить их идеей расширения пределов империи, добиться, чтобы они поняли «ее величие».
Организация, по замыслу Родса, должна быть тайной и иметь своих резидентов в каждой части Британской империи. Представители организации должны работать в университетах и школах и отбирать, «может быть, одного из каждой тысячи, чьи помыслы и чувства соответствуют этой цели». Такого избранника следует тренировать, учить ради главной цели пренебрегать в жизни всем остальным, подвергать трудным испытаниям. И только если он прошел через все, удостоить его чести быть принятым в общество и связать клятвой на всю жизнь. Ну а затем снабдить средствами и «послать в ту часть Империи, где в нем есть нужда».
Подходящий человеческий материал Родс видел в младших сыновьях английских аристократических, да и не только аристократических, семейств - в тех, кто не наследует ни титулов, ни сколько- нибудь крупной собственности. Он сам испытал участь младшего сына. У них, писал Родс, нет ни средств, ни возможности проявить себя. Тайное общество даст им и то и другое.
Как и завещания, «Символ веры» не предназначался для опубликования. Его полный текст стал известен лишь в 1974 г., когда его издал канадский историк Джон Флинт2.
Так Сесил Родс, когда ему было 24 года, перечислил те основные идеи, которым он посвятил всю дальнейшую жизнь. Тайного общества он, правда, не создал, но завоевания провел обширные. И идеи свои распространил весьма широко.
Скорее всего, обогащение было для Родса не самоцелью, а средством для осуществления этих идей. Обогащение же шло фантастически быстро. Родс проявил себя поразительно умелым финансистом. Он прекрасно чувствовал, даже умел предвидеть колебания на рынке акций, когда выгодней продавать, а когда покупать. К тому же нашел опытных и очень ему полезных советников и сотрудников.
Скупив большое число участков, особенно во время экономической депрессии 1874-1875 гг., и договорившись с рядом владельцев других участков, С. Родс создал в 1880 г. «Де Бирс майнинг компани» с капиталом в 200 000 ф. ст. После ее расширения, в марте 1888 г., она преобразовалась в «Де Бирс консо- лидейтед майнз компани» с капиталом в 23,5 млн ф. ст.
В 1886 г. в Трансваале, в районе Вит- ватерсранд, было обнаружено месторождение золота - оно, как и алмазное в Кимберли, стало крупнейшим в мире. В 1887 г. Родс и Радд основали компанию «Голд филдс оф Саут Африка». В 1895 г. она стала давать Родсу большую часть его доходов и в 1897 г., значительно укрепившись, была преобразована в «Консо- лидейтед голд филдс оф Саут Африка».
Одновременно Родс предпринимал все от него зависящее для осуществления идей «Символа веры» и завещаний. В практической деятельности он стремился провести в жизнь свой замысел создания сплошной полосы британских владений от Кейптауна до Каира. В первой половине 1880-х годов он активно содействовал превращению Бечуанален- да (ныне Ботсвана) в британское владение, а затем поставил целью овладение громадными территориями бассейнов рек Лимпопо и Замбези. Его посланцы появились в тех землях и вели переговоры с местными правителями о «концес2 Rhode's «Confession of Faith» of 1877 // Flint J. Cecil Rhodes. L.f 1976. P. 248-252.
П11ГПП1П111Ш1 ) о ifiHitniiimmi


сиях». В 1889 г. он создал Британскую южноафриканскую компанию, она получила королевскую хартию и стала называться Британской южноафриканской привилегированной компанией3.
В.И. Ленин в работе «Опыт сводки главных данных всемирной истории после 1870 года» отмечал: «1889: Сесиль Родс основал “Привилегированную компанию Южной Африки”»4.
Привилегированные компании... Премьер-министр Солсбери назвал их «своеобразным методом» участия Англии в распространении цивилизации и христианства на африканские народы. А журналист А.С. Уайт писал тогда: «Публике необходимо понять, что привилегированные компании, по крайней мере в Африке, абсолютно необходимы для укрепления того, что, выражаясь сдержанно, называют британскими интересами. Если уничтожить эти компании, то, как очевидно со всех точек зрения, соперничающие европейские державы займут их место, так как уж они-то, во всяком случае, не поколеблются водрузить свой национальный флаг на любой территории, которую можно выклянчить, захватить или украсть»5.
Английские политики любили подчеркивать самостоятельность, независимость этих компаний, их преимущество перед Британской Ост-Индской компанией, завоевавшей Индию. Солсбери говорил, что они «развивают отданные на их попечение страны своими собственными методами и своими собственными средствами, по своим собственным предначертаниям и в значительной мере на свой собственный риск»6.
А уж какой ореол романтики создавался вокруг этих компаний!.. «Сколь многим обязана Британская империя - я предпочитаю этот старый термин - инициативе и усилиям отважных купцов, включая привилегированные компании лондонского Сити!.. Дух романтики, приключений... дополнялся бесценным стимулом частной инициативы и стремлением к прибыли - побуждениями, принадлежащими к числу самых уважаемых в мире»7. Так уже в середине XX в., в 1949 г., по случаю шестидесятой годовщины Британской южноафриканской привилегированной компании заявил ее тогдашний президент Дугал Малколм.
Почему же именно привилегированные? Что это за привилегии? Зачем они были нужны?
Схватка европейских держав за Африку, начавшись в 1870-х годах, с каждым годом становилась все жарче. К концу 1880-х она достигла исключительного накала. Соперники зорко следили друг за другом, подстерегали каждый недостаточно осторожный шаг.
Захват новых земель грозил осложнениями в европейской политике. Как же сделать так, чтобы и империю расширить и рисковать уж не очень сильно? Вот и нашли новый способ осуществления захватов - привилегированные компании.
Эти компании, заручившись «договорами» с «туземными» вождями, получали от правительства своей страны особую хартию, или привилегию. В хартии говорилось, что правительство одобряет эти «договоры», а с ними - и действия соответствующей компании.
3 Полный текст хартии см.: British South Africa Company. Charter of Incorporation // Copy of correspondence between the British South Africa Company and the Colonial Office about the administration of Matabeleland and Mashonaland (C. 7383). L., 1894. № 1.
4 Ленин В.И. Тетради по империализму. M., 1939. С. 628.
5 White A.S. Chartered Government in Africa // Nineteenth Century. 1894. Vol. 35. P. 131.
6 The Times. 1891.21 May.
7 East Africa and Rhodesia. 1949. 3 Nov. P. 268.
iiiiiiiiiiiiiuiiii J 14 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Практически это значило, что правительство разрешало компании захватить ту или иную пока еще «неподеленную» территорию и управлять ею. «Договоры» нужны были потому, что существовало все-таки международное право. А с точки зрения этого права ни одно правительство не могло распоряжаться землями, которые не находились под его юрисдикцией. Требовалась какая-то зацепка.
Подлинному содержанию «договоров» никакого значения не придавалось. Правительство просто присоединялось к той их трактовке, которую давала компания, и тут же объявляло «договор» основой для любых ее действий. Знали только, что правительство отдало такой- то компании такую-то страну.
Вот так привилегированные компании получали мандаты на захват громадных областей Африканского материка. Это означало психологическую, политическую, да и материальную поддержку со стороны правительства.
А само правительство, стоя за спиной компании, прямой ответственности за ее действия не несло. Компания, на худой конец, могла и отступить в случае столкновения с державами-соперницами. Это не было бы прямым ударом по престижу государства.
Ну а если компания люто расправлялась с африканцами, так люто, что это даже доходило до Европы, общественность начинала возмущаться и дело принимало скандальный оборот, - что ж, тут правительство могло занять позицию стороннего наблюдателя или даже выступить третейским судьей. Компания ведь - сама себе голова...
К тому же захваты обычно не сулили немедленных прибылей. Наоборот, само завоевание, разведка недр, подготовка к эксплуатации захваченной страны, не говоря уже о подавлении восстаний и сложном деле «умиротворения» покоренных народов, - все это требовало денег и денег.
Официально просить денег у парламента из казны - будет недоволен налогоплательщик. К тому же обсуждение в парламенте планов аннексии вызовет лишние раздоры между партиями да еще и даст державам-соперницам возможность и время принять контрмеры.
А тут - компания, у нее свои средства, и к карману налогоплательщика они вроде бы никакого отношения не имеют, и правительство ни при чем.
На деле правительству приходилось, конечно, отдавать компаниям и деньги, да и жизни английских «томми». Но с течением времени это оказывалось уже проще. Публика постепенно привыкала к мысли, что африканские страны - те, где утвердились компании, - чем-то нужны и важны для Англии. С ними уже были связаны «героические» эпизоды, далекая земля «освящена» британской кровью... Одним словом, почва была подготовлена. После этого правительство могло спокойно взять бразды правления в свои руки.
Такой тактикой колониальных захватов - в два приема - пользовалось чаще всего английское правительство. Русский посол в Англии Е.Е. Стааль доносил в Петербург: «Там, где оно не могло или не желало действовать собственными средствами, оно давало особенные грамоты и привилегии частным торговым компаниям, которые вели на свой счет войны в уверенности, что правительство метрополии, в случае опасности и нужды, не откажет им в помощи»8.
По эти компании, созданные финансистами Сити и королями горной промышленности, умели подчас и сами диктовать правительству свою волю. В совет 8 Архив внешней политики России (далее - АВПР). Ф. Канцелярии. 1894. Д. 56. Л. 27.
Е.Е. Стааль - Н.К. Гирсу 26 января / 7 февраля 1894 г.
|(|||||||||||||11п j IIIIIUIIIIIIIIIIII


директоров входили обычно и представители аристократии вплоть до членов королевской семьи.
Идея создания этих компаний в Африке овладела правительствами Альбиона в разгар схватки за раздел мира. В 1886 г. хартия была дарована Нигерской компании (Royal Niger Company), в 1888-м - Британской восточноафриканской (British East Africa Company).
В те годы многие газеты и журналы наперебой восторгались компаниями, восхваляли их активность, противопоставляли их «нерешительности» правительства. В начале 1886 г. и Бисмарк провозгласил идею «германской коммерческой империи» в Африке путем создания компаний, поддерживаемых правительством, и через два года германское правительство дало хартию Германской восточноафриканской компании (Deutsch-Ostafrikanische Gesellschaft).
Главным полем деятельности этих компаний тогда была Африка. В конце XIX в. они, да еще несколько сходных с ними ассоциаций Великобритании, Германии, Франции и Бельгии, управляли 2 млн квадратных миль территории и, по крайней мере, 500 млн жителей Африканского континента9. «Африка прямо сдана в аренду компаниям... Машоналенд и Наталь захвачены для биржи Родсом», - писал тогда Ф. Энгельс10 11.
Говоря о привилегированных компаниях, Ф. Энгельс назвал только одно имя: Родс. Действительно, Британская южноафриканская компания, созданная Родсом, была самой крупной. «Ни одна из привилегированных компаний не вызывала таких чувств алчности у биржевиков. Ни одна не вызывала такого восхищения и таких проклятий. И никакая другая из этих компаний не имела своего Родса»11. Родс сумел связать эту компанию со своим именем, хотя и не он один и даже не он первым добивался ее создания. О мандате на завоевание мечтали и многие другие - те, кто думал о захвате стран, лежавших в глубине Африки.
Нашлись и противники, не желавшие, чтобы громадные территории были даны на откуп узкой группе магнатов. Возражала часть торгово-промышленной буржуазии, и от ее лица - Лондонская торговая палата и уже влиятельный тогда Джозеф Чемберлен, будущий министр колоний. Они не желали, чтобы доступ к африканским богатствам был монополизирован одной компанией. Рупор этой буржуазии, журнал «Экономист», осуждал Родса и его компаньонов и требовал, чтобы правительство само занялось захватами, не передоверяя столь важное дело новоиспеченной компании.
«Если Машоналенд стоит серьезных раздоров с иностранным государством, то он стоит и тех небольших расходов, в которые министерство колоний может быть ввергнуто прямым управлением...»12
Против выдачи хартии выступили миссионерские организации и Общество защиты аборигенов.
Новая компания Родса брала на себя обязательства: 1) построить железнодорожную и телеграфную линии до Замбези; 2) поощрять иммиграцию и колонизацию; 3) развивать торговлю; 4) эксплуатировать минеральные и другие концессии в системе единой могущественной организации, исключающей конфликты и осложнения между соперничающими интересами.
Привелигпрованная компания располагала и собственными вооруженными отрядами, и там, где не удавалось достичь целей договорами с местными 9 См.: ВульфЛ.С. Экономический империализм в Азии и Африке. Пг., 1923. С. 57.
10 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 25. Ч. 2. С. 486.
11 Galbraith J.S. Crown and Charter. Berkeley, 1974. P. X.
12 The Economist. 1889. № 2414. P. 1530, 1531.
Illlllillllllllllll J IV llllirilllllllIIIII


правителями о «концессиях», компания могла использовать военную силу.
В бассейне рек Лимпопо и Замбези замыслам Родса противостояла военная сила народа ндебеле (другое наименование - матабеле) и его правитель Лобенгула. Переговоры с ним заняли несколько лет, и после их неудачи - война в 1893 г. против ндебеле, одна из первых войн, где использовались пулеметы.
Территории в междуречье Замбези- Лимпопо и к северу от Замбези, вплоть достраны, которая ныне называется Малави, к середине 1890-х годов оказались во власти Родса. Большая часть из них получила на картах мира названия по его имени - Южная и Северная Родезии.
Это были годы, когда его имя было чрезвычайно популярно в Великобритании. Лорд Солсбери, английский премьер-министр, говорил: «Мы живем еще в веке, когда возможны герои. Один из наиболее славных героев живет среди нас. Наши внуки с завистью будут говорить про нас: “Как они счастливы! Они были современниками великого Сесила Родса!”»13. Джозеф Чемберлен, наиболее известный из тогдашних английских министров: «Именно таким людям, как Сесил Родс, Англия обязана величием своей империи»14. Королева Виктория считала Родса человеком «совершенно замечательным» и горевала, что ее министры не похожи на него15.
Да и за пределами Англии у него нашлось немало почитателей. Даже кайзер Вильгельм II, такой вроде бы ненавистник всего британского, сказал Родсу: «Если бы у меня был такой премьер- министр, как вы, я стал бы величайшим государем на свете»16.
И только ли короли, императоры, министры? Родс был и кумиром толпы у себя на родине, в Англии. Так считал и В.И. Ленин: «В конце XIX века главными героями дня в Англии были Сесиль Родс и Джозеф Чемберлен, открыто проповедовавшие империализм и применявшие “империалистскую политику с наибольшим цинизмом”»17.
Марк Твен тоже восторгался Родсом, но по-своему. «Откровенно признаюсь, я восхищаюсь им; и, когда пробьет его час, я непременно куплю на память о нем кусок веревки, на которой его повесят». Но признавал, что у Родса «каждое движение служит предметом наблюдения и обсуждения во всем мире» и «каждое слово передается по телеграфу во все части земного шара».
И вместе с тем он, подобно многим, считал Родса загадкой. «На его месте десятка полтора великих мира сего рухнуло бы со своих пьедесталов, а он и по сей день стоит на головокружительной высоте, под самым куполом неба, оставаясь чудом своего времени, загадкой нынешнего века, архангелом с крыльями - для одной половины мира и дьяволом с рогами - для другой... Родс сохраняет свою популярность и огромное число приверженцев, несмотря на все свои преступления ~ это несомненно... В чем же тайна его могущества?»18
А Джером Джером, идя наперекор мнению властей Британии и многих своих соотечественников, осмеливался сказать: «Если перед такими бездарностями наши фешенебельные сборища благоговеют как перед героями, это означает, что страна потеряла представление об искусстве управления государством и о 13 Цит. по: Дионео. Из Англии // Русское богатство. 1899. № 7/10. Отдел 2. С. 74.
14 Labour Leader. 1896. 23 May.
15 Letters of Gueen Victoria. Series 3 (1885-1901). Vol. 2. L., 1930. P. 13.
16 Eyck E. Das persönliche Regiment Wilhelms II. Erlenbach; Zürich, 1948. S. 236.
17 Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 27. М., 1969. С. 375.
18 Твен М. Собр. соч. Т. 9. М., 1961. С. 562-564.
IIIIIIIIIIIIIIIHII J // IIIIIIIIIIIIIIIHII


мужественности... Если Британская империя должна быть просто прибавлением к бирже, я, со своей стороны, буду рад увидеть, как мы расстанемся с ней»19.
Один успех Родса следовал за другим - и в экономике, и в политике. Он стал даже премьер-министром британской Капской колонии и членом Тайного королевского совета. Но неудача следующего замысла нанесла серьезный удар его престижу.
В конце XIX в. главным препятствием для включения всей Южной Африки в состав Британской империи была бурская республика Трансвааль. Богатейшие месторождения золота вызывали интерес к Трансваалю со стороны нескольких западноевропейских государств, и трансваальское правительство использовало их противоречия с Великобританией.
Для давления на правительство Трансвааля, а может быть, и захвата там власти, в этой стране был составлен тайный комитет золотопромышленников- англичан. В конце декабря 1895 г. Л. Джеймсон, одни из ближайших сподвижников Родса, вторгся в Трансвааль во главе вооруженного отряда Британской южноафриканской компании. В случае успеха Джеймсона золотопромышленники должны были возглавить мятеж англичан, недовольных бурским правительством (в Трансваале на тот момент жили тысячи англичан). Но буры окружили отряд Джеймсона и захватили в плен. В Европе действия Джеймсона сочли безнравственной авантюрой. Престиж Родса ослабел, ему пришлось покинуть пост премьер-министра Капской колонии.
Однако его влияние в Южной Африке, во властных структурах Великобритании да и среди широких слоев националистически настроенного британского населения все же сохранялось. В начавшейся в октябре 1899 г. Англо-бурской войне видели результат его политики - кто с осуждением, а кто с одобрением. Сам Родс в начале этой войны находился в осажденном бурами городе Кимберли, столице его алмазной империи, пока (15 февраля 1900 г.) британские войска не сняли осаду.
Умер Родс в своем доме в Мюзенбер- ге, неподалеку от Кейптауна, от болезни сердца, мучившей его всю жизнь. Ему не исполнилось и 49 лет.
Редьярд Киплинг написал эпитафию на смерть своего кумира.
Когда хоронят короля
Тоскуя и скорбя, - Печалью полнится земля,
Приемля прах в себя.
Он вдаль смотрел, поверх голов, Сквозь время, сквозь года,
Там в муках из его же слов Рождались города.
Империя слуги верней Найти бы не смогла.
О кончине Родса говорили и писали по всей Европе.
Русское посольство в Лондоне немедленно сообщило в Санкт-Петербург: «Последовавшая 13 (26) марта смерть Сесиля Родса свела в могилу одного из наиболее выдающихся деятелей современной Великобритании. Событие это... произвело в Англии и ее колониях огромное впечатление, и столбцы всех газет, без различия политического направления, были наполнены сведениями о последних минутах жизни великого авантюриста, воплощавшего в себе идеалы и стремления английского империализма...»
«В страшных мучениях, от тяжелого недуга скончался “южноафриканский Наполеон” Сесиль Родс», - сообщил петербургский журнал «Нива».
19 Labour leader. 1896.23 May.
iitiHiiiiiiiiiiiii j iö iiiiiifiiiiiiiimi


В России статьи о нем появились не только в центральных газетах, но и в провинции. «Одесские новости»: «Англия лишилась одного из самых выдающихся политических деятелей своих, человека большого ума и необыкновенной энергии, всю свою богатую приключениями жизнь посвятившего делу возвеличения своей родины, хотя и весьма своеобразно понимавшего это величие и добивавшегося его еще более своеобразными методами».
Последнее, шестое, завещание Сесила Родса, вскрытое после его смерти, содержало не только последнюю волю о том, где и как его похоронить. Родс долго думал над этим завещанием. Поставил свою подпись 1 июля 1899 г., в день, когда в последний раз отплывал из Лондона в Южную Африку, накануне бурской войны. Но дополнение сделал 12 марта 1902 г., всего за две недели до смерти. Это завещание, как и предыдущие, было политическим. Цель оставалась прежней: расширение Британской империи и ее влияния в мире. Но отношение к методам изменилось - не прошел зря урок, полученный в результате набега Джеймсона. Собственно, еще и до набега близкие Родсу люди старались отговорить его от идеи создания тайного ордена. Они считали, что огласка такого прожекта неизбежно скомпрометировала бы Родса в глазах всего мира. А избежать огласки, разумеется, не удалось бы.
Такие доводы постепенно действовали на Родса. К тому же опыт учебы в Оксфорде наглядно показал ему, что есть и другие, менее явные, но отнюдь не менее действенные методы.
В последнехМ завещании нет даже упоминания о секретном обществе. Его место заняли стипендии в Оксфорде, о которых Родс много думал в последние годы жизни. Мысль о воспитании через Оксфорд будущих распространителей его идей вытеснила собою проект организации тайного ордена.
При этом Родс недвусмысленно объявил в последнем волеизъявлении, что дело не просто в распространении образованности и научных знаний, а в воспитании людей, преданных «всемирному союзу англоговорящих народов». Он поручал душеприказчикам отбирать кандидатов не только по приверженности к академическим знаниям. Стипендиаты «не должны быть книжными червями». Надо быть спортсменами, хорошо играть в футбол, крикет и подобные игры, обладать мужеством, твердостью характера. Он не забыл и идею сближения «англо-тевтонской расы». Германскому императору предоставил право ежегодно распределять пять стипендий среди выпускников немецких школ.
Подавляющее большинство мест он выделил Британской империи и Соединенным Штатам. Для английских владений - шестьдесят шесть, для США - по две стипендии на каждый штат. Английские владения - Родс перечислил их - это Южная Африка, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Бермудские острова и Ямайка. Иными словами, почти исключительно «белые» доминионы и колонии. И когда Родс писал, что никого из кандидатов нельзя отвергнуть по расовому или религиозному признаку, под словом «расовые» он подразумевал, конечно, «национальные»: Родс имел в виду белых - буров и франкоговорящих канадцев.
Но - ирония судьбы! - в дальнейшем душеприказчики Родса, вернее преемники его душеприказчиков, в связи с переменами в мире стали трактовать завещание в буквальном смысле слова. И по стипендиям Родса в Оксфорд стали попадать люди всех цветов кожи.
К нашему времени завещание Родса дало университетское образование уже многим тысячам студентов. Среди них - известные ученые, нобелевские лауреаты, государственные деятели, премьер- министры ряда англоязычных стран, IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


крупные бизнесмены, писатели. Роберт Пенн Уоррен, автор романа «Вся королевская рать». Два участника заговора против Гитлера - их казнили в 1944-м и 1945-м гг. Американские сенаторы, члены Верховного суда США. Дин Раск, государственный секретарь в правительстве Кеннеди. Родсовским стипендиатом был и президент Билл Клинтон. В конце 1997 г. он поручил Сьюзен Райс, тоже бывшей родсовской стипендиатке, отвечать за политику США в Африке - назначил ее помощником государственного секретаря по Африке.
Стипендиатом Родса в Оксфорде был и Абраам Фишер, бурский аристократ, внук премьер-министра бурской Оранжевой республики. Он стал лидером революционного подполья. В 1960-х годах был осужден властями ЮАР на пожизненное заключение.
А в ЮАР один из лучших университетов в Грейамстауне по сей день именуется Университетом Родса.
Родс по-своему заботился о будущем Южной Африки. По его приказам туда привозили семена редких, прежде всего плодовых, деревьев со всего мира. Они привились и стали украшением ЮАР.
Литература о Родсе и его деятельности огромна - есть даже романы и повести. Его называли «южноафриканским Наполеоном», «отцом Британской империи», хотя создание этой империи, как известно, началось задолго до появления Родса на исторической арене. Главная память о нем: он - символ эпохи колониального раздела мира.
А.Б. Давидсон
Литература
Давидсон А.Б. Матабеле и машона в борьбе против английской колонизации. 1888- 1897. М., 1958.
Давидсон А.Б. Сесил Родс. Строитель империи. М.; Смоленск, 1998 (на англ, яз.: Davidson A. Cecil Rhodes and His Time. Pretoria, 2003).
Cecil Rhodes: His Political Life and Speeches. 1881-1900 / Ed. by Vindex (E Verschoyle) L., 1900.
FlintJ. Cecil Rhodes. L., 1976.
Keppel-Jones A. Rhodes and Rhodesia. The White Conquest of Zimbabwe 1884-1902. Montreal, 1983.
Maurois A. Cecil Rhodes. L., 1953.
Maylam P. The Cult of Rhodes: remembering an Imperialist in Africa. Cape Town, 2005.
Michell L. The Life of the Rt. Hon. Cecil John Rhodes, 1853-1902: In 2 vols. L., 1910.
Millin S.G. Rhodes. L., 1933.
Roberts B. Cecil Rhodes: Flawed Colossus. L, 1987.
Rotberg R.I. The Founder: Cecil Rhodes and the Pursuit of Power. N. Y, 1988 (2 nd edition. Johannesburg, 2002).
Williams В. Cecil Rhodes. L., 1921.


Жонас Мадейру САВИМБИ
Jonas Malheiro Sarimbi, 3.VIII.1934-22.11.2002
Политический деятель Анголы, основатель и лидер партии Национальный союз за полную независимость Анголы (Uniâo Nacional para a Independência Total de Angola, У1П1ТА).
Родился в Муанго, провинция Бис, в семье служащего Бепгсльской железной дороги. Его дед, Сакайта Савимби, принадлежал к самой многочисленной этнической группе в Анголе - овпмбунду, пользовался большим влиянием и обладал значительным по африканским меркам состоянием. За участие в восстании в 1902 г.1 португальцы лишили его власти и земель, а через несколько десятилетий его внук возглавил одну из антиколониальных организаций Анголы УНИТА, опирающуюся на овпмбунду. Это не случайность: в Африке национально- ос вс >бод 11 тел ы i ы е движения н сред ко возглавляли сами вожди племен или их бл изкие родствен ники.
От своего отца Лота Жонас Савимби унаследовал целеустремленность, настойчивость и самодисциплину. Возможно, именно это помогло ему оказаться в составе группы, которую ангольская церковь «Igreja Cnida de Cristo» («Объединенная церковь Христа» в 1958 г. направила в Португалию для получения медицинского образования.
Его приезд в метрополию совпал с непродолжительным периодом политической «оттепели». В Португалии проходили вторые послевоенные альтернативные президентские выборы. Среди студенческой молодежи были выходцы не только из Анголы, но также из других португальских заморских владений. Свою деятельность начали разворачивать (в основном за пределами Анголы) Союз народов Анголы (Uniâo dos Povos de Angola, У ПА)* 2 и Народное движение за освобождение Анголы (Movimento Popular de Libert açào de Angola, MILIA)3, выступавшие под лозунгами национального самоопределения.
Ж. Савимби познакомился со многими выходцами из португалоязычных стран, среди которых были Агушти- ныо Нето. Граса Тавареш, Амилкар Кабрал и другие будущие лидеры антиколониальных движений в своих странах. Это способствовало приобщению Ж. Савимби к антиколониальной деятельности, за которую португальская ’ Bridgland F. Jonas Saviinbi: A Key to Africa. N. Y., 1986. P. 26.
2 Союз народов Анголы (УПА) был создан 9 ноября 1958 г.; его предшественником был Союз народов Севера Анголы (Uniäo das Populaçôes do Norte de Angola, VIII1A), основанный в июле 1954 г. УПНА/УПА опирался на этническую группу баконго.
3 Народное движение за освобождение Анголы (M I LIA) было основано 10 декабря 1956 г. как общенациональная освободительная организация.
IIIIIIIIIIIIIIIIKI ! I 111lllllltlllillll


полиция (ПИДЕ)4 трижды арестовывала его. В 1960 г. по совету друзей он нелегально покинул метрополию и перебрался в Швейцарию. Там, увлеченный идеями антиколониальной борьбы, Ж. Савимби приступил к изучению политических наук в Лозаннском университете. Тема его научной работы - «Последствия Ялты5 для “третьего мира”»6.
В Швейцарии Ж. Савимби сотрудничал с близкой к МПЛА ангольской студенческой организацией - Всеобщим студенческим союзом чернокожих африканцев (Uniâo Gérai dos Estudantes Africanos Negros, UGEAN). Но мечтая о более активном участии в национально- освободительном движении, он написал в Бюро МПЛА7 письмо, в котором, изложив свою биографию и указав на профессиональную подготовку, заявил, что «не часто можно найти человека подобного масштаба» и предложил себя на одну из ответственных должностей в организации8.
Однако руководство МПЛА отказало Ж. Савимби, сославшись на то, что он еще недостаточно проявил себя в национально-освободительной борьбе. Вместе с тем, амбициозному юноше пообещали удовлетворить просьбу, когда его вклад в борьбу станет более ощутимым. Тем не менее членскую карточку движения он получил9 и сохранял ее в течение нескольких месяцев.
Впрочем, марксистом, а принадлежность к МПЛА многими его противниками именно так и расценивалось10 11, Ж. Савимби быть не хотел. «Я никогда не был убежденным марксистом», - признавался он. Не относил себя Ж. Савимби и к правым. Он был, по его выражению, «ангольским националистом».
Размолвка с руководством МПЛА подтолкнула Ж. Савимби к сближению с УПА и его лидером X. Роберто. Но их цели казались ему весьма туманными, настораживало и отсутствие у Союза народов Анголы собственной политической программы. К тому же до Ж. Савимби не могли не дойти обвинения лидера УПА в сотрудничестве с ЦРУ, которое стремилось нейтрализовать антиколониальное движение. Включиться в борьбу против «прокоммунистического МПЛА», по словам Ж. Савимби, его уговаривал и сам X. Роберто11. При этом, по мнению одного из биографов Ж. Савимби, Ф. Бридгланда, сыграл роль и «расовый» подход самого Ж. Савимби при оценке людей и организаций, которым восполь4 ПИДЕ - тайная политическая полиция Португалии периода правления А. Салазара (PIDE - PoKcia Internacional da Defesa do Estado).
5 Имелась в виду Ялтинская конференция (1945) глав государств антигитлеровской коалиции.
6 Россия. 1994. № 40. С. 5.
7 В этот период штаб-квартира МПЛА располагалась в Конакри - столице независимой Гвинеи.
8 UNITA - instrumento do imperialismo em Africa. Ediçâo da secçâo poilitica da MMCA «Odio ao inimigo». 1983. № 2. Julho. P. 3.
9 Значительно позже, в 1974 г., Ж. Савимби заметил по этому поводу, что в качестве условия вступления в МПЛА он попросил прибыть из Конакри в Швейцарию (где тогда находился) представителя этой организации для переговоров. Однако вместо этого получил билет только до Конакри и, не будучи уверен в благоприятном для себя исходе встречи с лидерами МПЛА, отказался от поездки и встречи (Notîcias. 1974. № 768. Р. 90).
10 Из-за контактов руководства Португальской компартии (Partido Comunista Português, ПКП) с МПЛА противостоящие ему силы считали организацию промарксистской.
11 Bridgland F. Ор. cit. P 45.
iiiiimiiiiiiimi JZZ lllllllllllllllllil


зовался X. Роберто, «обративший внимание» на то, что во главе МПЛА находились в основном «метисы»12. На решение Ж. Савимби, вероятно, оказали влияние и его друзья - Дж. Кениата, Т. Мбойя и другие известные политические деятели Африки, связывавшие его вступление в организацию X. Роберто с надеждой обретения У ПА статуса общенационального ангольского движения13.
Сильное влияние на формирование мировоззрения Ж. Савимби оказал Л. Сенгор, один из авторов влиятельной в те годы концепции «негритюд». Впоследствии она нашла отражение в идеологии и программных документах будущего детища Ж. Савимби - УНИТА, девизом которого длительное время были слова: « Социализм-Негритюд- Демократия-Неприсоединение».
Накануне вооруженного антиколониального выступления в Луанде 4 февраля 1961 г. Ж. Савимби, после длительных раздумий и колебаний, все же примкнул к УПА.
Вооруженные выступления против португальских властей 4 февраля в Луанде, организованные МПЛА, и нападения на белых и «ассимилированных» 15 марта 1961 г. на севере Анголы, организованные УПА, стали началом нового этапа антиколониальной борьбы - организованного вооруженного сопротивления.
Ж. Савимби стал генеральным секретарем УПА, обеспечив себе помимо этого церемониального поста лидерство в «южном крыле» организации14. Он наладил собственные дипломатические контакты, попытался реорганизовать секретариат УПА, расширить его этнический состав. Возглавляемое Ж. Савимби «южное крыло» опиралось на народность овимбунду. Вместе с тем «южное руководство» имело также связи среди амбунду (второй по численности этнической группы Анголы, выходцами из которой были многие члены МПЛА), а также с частью населения богатого нефтью ангольского анклава Кабинда. Вероятно, таким образом Ж. Савимби пытался расширить этническую базу Союза народов Анголы, с самого начала опиравшегося преимущественно на баконго, третью по численности этническую группу в Анголе, к которой принадлежал и X. Роберто. Не исключено, что уже тогда он впервые задумался о выходе из УПА и создании на базе «южного руководства» самостоятельной организации.
В начале апреля 1962 г. Союз народов Анголы был реорганизован в Национальный фронт освобождения Анголы (Frente National de Libertaçào de Angola, ФНЛА), a несколько дней спустя в Леопольдвиле было создано так называемое Революционное правительство Анголы в изгнании (Governo de Resistência de Angola no Exilio, ГРАЕ)15 во главе с X. Роберто. Ж. Савимби получил портфель министра иностранных дел. Однако, несмотря на антиколониальные лозунги, вооруженную борьбу ФНЛА вел довольно вяло, объектом нападений его боевых групп нередко становились не гарнизоны португальских войск, а отряды МПЛА, действовавшие на севере Анголы.
Гораздо успешнее осуществлялась внешнеполитическая деятельность «пра12 Ibid.
13 Notîcias. 1974. № 768. P. 90.
14 Хазанов А.М. Крушение последней колониальной империи. М., 1986. С. ИЗ.
15 В советских источниках некоторое время название ГРАЕ переводилось как Временное правительство Анголы в эмиграции (см.: Всемирная история. М., 1983. Т. 13. С. 496) и даже «революционное правительство Анголы» (см.: Ежегодник БСЭ. 1964. С. 202).
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


вительства в изгнании». В ноябре 1962 г. в качестве «министра иностранных дел» Ж. Савимби обратился в ООН с петицией, в которой отстаивал право Анголы на самоопределение. Не без его стараний летом 1963 г. Организация африканского единства (ОАЕ) признала ГРАЕ единственным законным представителем боровшихся за свою независимость народов Анголы. «Правительство в изгнании» получило возможность почти монопольно распоряжаться материальной помощью от ОАЕ и других международных организаций. К участию в ГРАЕ движение МПЛА, возглавляемое А. Нето, не было приглашено.
В 1964 г. Ж. Савимби и его сторонники вышли из ФНЛА и покинули «правительство в изгнании». В письме, распространенном на 2-й конференции глав государств и правительств стран ОАЕ в Каире (1964), он объяснил, что «ГРАЕ далек от наращивания военных действий и мобилизации населения и ограничивается просто ничего не значащими заявлениями...»16
После выхода из ФНЛА и ГРАЕ17 Ж. Савимби и его сторонники прибыли в Браззавиль, где в то время размещалась штаб-квартира МПЛА, видимо пытаясь сблизить свои позиции с этой организацией. Однако никакого соглашения с А. Нето достигнуто не было18.
В 1950-1960-е гг. идеи социализма получили широкое распространение на Африканском континенте. Важную роль в этом сыграли расчеты лидеров, в частности руководителей Алжира, Гвинеи, Объединенной Арабской Республики, что сотрудничество с Советским Союзом и Китаем поможет противостоять давлению со стороны бывших метрополий и США.
По совету президента О АР Г. А. Насера Ж. Савимби в поисках материальной и моральной поддержки национально- ос вободител ьного дв ижен ия Ан гол ы совершил серию поездок в страны Восточной Европы и Китай. Из Восточной Европы, по его словам, он вернулся «с пустыми руками». Советские представители рекомендовали ему присоединиться к МПЛА, однако, по утверждению самого Ж. Савимби, они не разделяли его точку зрения о необходимости незамедлительного переноса штаб-квартиры МПЛА на территорию Анголы.
В середине 1960-х годов, в условиях нараставшего соперничества СССР и Китая за влияние в «третьем мире», Ж. Савимби представилась возможность сыграть на их противоречиях. Во время визита в Пекин в 1965 г. стремление Ж. Савимби развернуть в Анголе «народную войну» нашло понимание и получило поддержку Мао Цзэдуна, Чжоу Эньлая и других руководителей партии и страны. Ж. Савимби заручился материальной и финансовой поддержкой Китая, а также помощью в подготовке бойцов. Прибывшие ангольцы вместе со своим руководителем прошли в китайских учебных центрах курс ведения партизанской войны.
Впоследствии свой «китайский выбор» Ж. Савимби объяснял стремлением «получить военную подготовку, с тем чтобы иметь возможность участво16 UNITA - instrumento do iinpcrialismo em Africa... P. 4.
17 В 1972 годы после достижения соглашения (как впоследствии оказалось, недолговечного) между руководством МПЛА и ФНЛА о совместных боевых действиях против португальских войск, ГРАЕ было распущено.
18 Santos F. Angola na hora dramâtica da descolonizaçào. Lisboa, 1975. P. 66. По другой версии, Ж. Савимби все же примкнул на непродолжительное время к МПЛА. Среди причин называют якобы полученное им задание ЦРУ и ПИДЕ подорвать МПЛА изнутри. Так или иначе, но в истории МПЛА Ж. Савимби своего следа не оставил.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


вать в борьбе за освобождение» Анголы, при этом он отмечал, что речь не шла об «усвоении какой-либо идеологии». Тем не менее Ж. Савимби не скрывал, что воспринял доктрину Мао Цзэдуна о партизанской войне и о необходимости сочетания вооруженной борьбы с четкими политическими целями19. Ее краеугольным камнем была опора на крестьянство - основу «народной армии».
Побывав в Китае, Ж. Савимби заговорил о необходимости руководствоваться «исключительно революционным “классовым анализом” происходящего», бороться «против любого империализма и всех его прислужников», включая и «современный ревизионизм», т. е. Советский Союз и поддерживавшие его компартии20.
По возвращении в Анголу Ж. Савимби занялся подготовкой создания собственной национально-освободительной организации. 15 марта 1966 г. в деревне Муангай (провинция Мошику) на собрании 67 вождей и других делегатов было официально провозглашено создание Национального союза за полную независимость Анголы (УНИТА), во главе которого встал Ж. Савимби21. Впоследствии необходимость создания новой организации ее руководство мотивировало, в частности, «отсутствием взаимопонимания между МПЛА и ФНЛА по координации совместной борьбы против общего врага (португальских колонизаторов]», их «братоубийственной войной», «вялостью ведения национально-освободительной борьбы» и т. д.22 УНИТА ставил своей целью завоевание независимости страны вооруженным путем, а также посредством создания «единого фронта всех ангольских националистических сил»23.
Национальный союз опирался в первую очередь на представителей зажиточной общинно-родовой верхушки овимбунду24. Длительное время влияние организации и боевые действия ее партизанских отрядов, возглавляемых прошедшими в Китае подготовку командирами, распространялись в основном на территории проживания овимбунду.
С созданием УНИТА национально- освободительное движение Анголы оказалось еще более разобщенным. Политические заявления лидеров ФНЛА, УНИТА, а порой и МПЛА о необходимости объединения усилий в антиколониальной войне носили декларативный характер. В то же время происходившие все чаще вооруженные стычки их боевых отрядов друг с другом (в основном отрядов ФНЛА с МПЛА) создавали угрозу превращения национально- освободительной борьбы в гражданскую войну. Стороны обвиняли друг друга в несговорчивости, пособничестве колонизаторам и предательстве интересов национально-освободительной войны. В этом противостоянии были заинтересованы португальские власти.
В 1974 г. ряд зарубежных изданий опубликовал документы, из которых следовало, что Ж. Савимби был завербован 19 Bridgland Е Op. cit. Р. 77.
20 Santos F. Ор. cit. P. 67.
21 Bridgland F. Op. cit. P. 68.
22 Cartilha do guerrilheiro das Forças Armadas da Libertaçào de Angola. Terra Livre (Angola), 1977. P. 7.
23 Bridgland E Op. cit. P. 69.
24 См.: Хазанов A.M., Притворов A.B. Ангола. M., 1979. С. 41. Социальная база организации также определялась советскими африканистами как ♦ мелкобуржуазная», включавшая в себя ♦городскую торговую мелкую буржуазию и зажиточное крестьянство овимбунду» (см.: Фиту- ниЛЛ. Ангола. Справочник. М., 1985. С. 43).
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


португальским командованием, которое, загнав отряды УНИТА в «мешок», поставило под угрозу само существование этой организации25. В обмен на обещание португальцев не направлять свои войска в районы нахождения УНИТА руководство Национального союза обязалось не распространять свои действия за пределы установленной зоны, вести в ней борьбу против партизан МПЛА и ФНЛА, а также информировать португальское командование о базах и передвижениях их отрядов26.
Хотя сам Ж. Савимби объявил документы фальшивкой, скандал нанес большой ущерб репутации УНИТА.
Руководство УНИТА оказалось перед тяжелым выбором: с одной стороны, конфиденциальная договоренность с португальским военным командованием принуждала УНИТА выполнять ее условия, в противном случае ему грозило физическое уничтожение. Но с другой стороны, цели движения, провозглашенные при его создании, требовали вести активную антиколониальную борьбу, включая и вооруженную. Ж. Савимби вел сложную игру, и ему удалось избежать участи марионетки в руках португальских властей. К 1974 г. численность бойцов его отрядов составила, по некоторым оценкам, около 4 тыс. человек. На контролируемой движением территории Анголы создавались местные органы власти, налаживался быт населения, открывались бесплатные школы, больницы. Штаб- квартира УНИТА находилась на территории Анголы, а Ж. Савимби обычно появлялся в камуфляжной форме и при оружии.
После падения диктаторского режима в Португалии в 1974 г. Ж. Савимби первым из лидеров освободительных движений Анголы откликнулся на призыв нового португальского руководства приостановить боевые действия и подписал соглашение о прекращении огня. Это вызвало бурю негодования МПЛА и ФНЛА, обвинивших его в предательстве интересов освободительных сил не только Анголы, но и других боровшихся за свободу народов «заморских владений» Португалии. Однако вскоре руководители этих организаций последовали примеру лидера УНИТА. Ж. Савимби стал добиваться создания единого фронта соперничающих движений и проведения выборов в стране. Во главе независимой Анголы он, скорее всего, видел себя. Это можно было бы воспринять как политическую утопию, но ведь именно он, Жо- нас Савимби, представлял национально- освободительные движения Анголы на переговорах с Португалией по процессу деколонизации: его кандидатура больше других устраивала португальскую сторону.
Однако судьба Анголы продолжала оставаться неопределенной, пока три антиколониальных движения пребывали в состоянии взаимной вражды.
В начале января 1975 г. в Момбасе (Кения) лидеры МПЛА, ФНЛА и УНИТА договорились о создании коалиционного переходного правительства, будущих институтов власти и вооруженных сил Анголы27. 10-11 января в Алворе (Португалия) главы движений и представители руководства Португалии подписали документ, содержавший совместно разработанный участниками план поэтапного создания ангольского государства. Тогда же была определена и дата провозглашения независимости Анголы - И ноября 1975 г. Незадолго до этого лидеры МПЛА, ФНЛА и УНИ-
25 Correia P. Descolonizaçào de Angola. Luanda. 1991. P. 37.
26 Ibid. P. 38.
27 Angola Rumo a Independência. O Governo de Transiçâo, documentos e personalidades. Luanda, 1975. P. 25.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


ТА, уверенные в скором разрешении «ангольской проблемы», перевели свои штаб-квартиры в Луанду. Это была пора триумфа Ж. Савимби.
9 января ОАЕ признала УНИТА в качестве полноправного участника национально-освободительного движения Анголы. А спустя несколько дней лидер УНИТА стал членом Президентского совета, органа, созданного для координации деятельности формируемого переходного правительства.
Однако в Алворе вряд ли кто-либо мог предвидеть, что на торжествах провозглашения независимости Анголы И ноября 1975 г. в Луанде среди участников не окажется ни одного руководителя УНИТА и ФНЛА или других официальных представителей этих организаций и что страна на десятилетия окажется ввергнутой в гражданскую войну, а Ж. Савимби со временем превратится в символ ангольской оппозиции и возглавит против правительства Народной Республики Ангола вооруженную борьбу, которая растянется на десятилетия.
С 1975 г. на протяжении 27 лет на территории Анголы шла гражданская война между центральными властями и боевиками группировки УНИТА, которая унесла жизни более полумиллиона человек и превратила в беженцев треть 12-миллионного населения страны.
Прошло совсем немного времени после подписания Алворского соглашения, а между движениями вновь разгорелись распри, подогреваемые и изнутри, и извне. 25 июля 1975 г. X. Роберто, а спустя почти две недели, 5 августа, Ж. Савимби, открыто объявили войну МПЛА, фактически образовав против него коалицию. В возникшем противостоянии руководство МПЛА опиралось на политическую, а позднее и на военно-техническую помощь Кубы, СССР и некоторых других стран; ФНЛА - на поддержку Заира, Китая, иностранных корпораций и Запада. Лидер УНИТА, не располагая необходимыми собственными силами и не имея достаточной поддержки со стороны какой-либо из главных держав, пошел на беспрецедентный в национально-освободительном движении Африки шаг - обратился за помощью к ЮАР. Претория в то время находилась в политической, экономической, дипломатической изоляции со стороны большинства стран мира, и Ж. Савимби рисковал поплатиться не только своей репутацией, но и сам стать объектом бойкота. Почему этого не произошло, а напротив, он со временем стал символом и лидером многолетней борьбы антиправительственных сил Анголы? Очевидно, в интересах «большой политики» на Западе ему «простили» (или сделали вид, что простили) его «грехи».
Несмотря на военную помощь ЮАР, Заира и других государств, оказанную Ж. Савимби и X. Роберто, 11 ноября 1975 г. власть в Луанде контролировало движение МПЛА. Независимость страны от имени ангольского народа провозгласил его лидер А. Нето.
Лидеры УНИТА и ФНЛА провозгласили в тот же день в ангольском городе Нова Лижбоа (ныне - Уамбо) «Народную демократическую республику Ангола»28. Однако, не сумев захватить власть в Луанде, Ж. Савимби в январе 1976 г. заявил о переходе к партизанской войне, которая затянулась почти на два с половиной десятилетия. Таким образом, война антиколониальная, длившаяся 14 лет, почти без перерыва переросла в затяжную гражданскую.
С тех пор и до начала 1990-х годов ситуация в мире претерпела значительные изменения. Закончилась «холодная война», влиявшая и на ситуацию в Анголе. Распад СССР - бывшего главного 28 Просуществовала непродолжительное время и не была признана международным сообществом.
miimiiiHiaiiii iiiiiiiitiiimiiii


союзника МПЛА - заставил внести серьезные коррективы во внутри- и внешнеполитический курс Луанды. Радикальные изменения произошли и в регионе. В ЮАР был демонтирован режим апартхейда, ее новые руководители отказались от поддержки мятежного ангольского лидера. Провозгласила независимость Намибия, территорию которой нередко использовало руководство УНИТА для своих целей. Ушел из жизни президент Заира29 Мобуту, благосклонностью которого в последние годы пользовался Ж. Савимби.
Кардинальные изменения произошли и в самой Анголе. ФНЛА превратился в легальную оппозицию. Руководство МПЛА отказалось от марксизма как своей идеологической основы, ввело в стране многопартийность и признало законность УНИТА. Были выведены из Анголы кубинские войска, по мнению Ж. Савимби - один из главных камней преткновения на пути урегулирования конфликта в стране. Наконец, после многочисленных раундов переговоров в 1991 г. при посредничестве Португалии, СССР и США в Бисессе (Португалия) было подписано соглашение между правительством Анголы и руководством УНИТА о прекращении огня. Его статьи включали решение о создании единой армии и проведении первых в истории страны президентских и парламентских выборов на основе многопартийности и под наблюдением ООН. Казалось, до установления мира в Анголе остался один шаг.
Однако надежды на мирное завершение затянувшегося конфликта рухнули. В сентябре 1992 г. УНИТА и его лидер проиграли парламентские и президентские выборы, что никак не совпадало с заявлениями Ж. Савимби о безоговорочном преимуществе его организации над МПЛА.
Вероятно, причины победы МПЛА на выборах объяснялись популярностью проводимых его руководством в конце 1980 - начале 1990-х годов преобразований в стране, стремлением его лидеров к миру. Немаловажной оказалась на этом этапе и поддержка Луанды католической церковью (в этот период по приглашению ангольского правительства в стране побывал Иоанн Павел II), а также со стороны провинциальной элиты. К тому же президент Ж.Э. душ Сантуш давно зарекомендовал себя умелым, прогнозируемым политиком, готовым идти на разумные компромиссы.
Ж. Савимби также проявил себя умелым политическим деятелем, прекрасным оратором. Он владел португальским, французским, английским языками; хорошо знал культуру, обычаи, язык не только овимбунду, но и других ангольских пародов. Ж. Савимби пользовался поддержкой многих соотечественников, в особенности среди овимбунду. Он умел расположить к себе собеседника. Министр иностранных дел СССР Э. Шеварднадзе после встречи с Ж. Савимби на переговорах по урегулированию ситуации в Анголе отозвался о нем как об «образованном, оригинально мыслящем человеке, интересном собеседнике»30. Многие всерьез считали, что, войдя в коалиционное правительство, он имел неплохие шансы оттеснить представителей МПЛА.
Однако гражданская война наложила густую тень на и без того небезукоризненную репутацию УНИТА и его лидера. В самой организации складывалась оппозиция, несогласная с деспотическим стилем руководства своего бессменного лидера, уставшая от многолетней войны, искавшая примирения с МПЛА. Не только противники, но и многие сторонники и союзники видели в Ж. Савимби 29 С 1997 г. - Демократическая Республика Конго.
30 Известия. 1990.14 дек.
НШ11Ш1111Ш11 iiitiiiiiiiiiiiiiii


преграду на пути к урегулированию положения в Анголе.
О Ж. Савимби писали, что он создал и умеет поддерживать собственный культ личности. Лидер УНИТА представал в образе национального героя, «отца всех ангольцев», разделяющего со своим народом все тяготы партизанской жизни в условиях «освободительной войны».
Однако постепенно Ж. Савимби превращался в диктатора. Еще в 1978 г. по его приказу была создана сеть осведомителей для контроля за настроениями в УНИТА. Он не терпел несогласных с его мнением, решительно расправлялся с неугодными, даже если это были его друзья и соратники. Исчезли один из лидеров УНИТА Ж. Сангумба и начальник военной разведки Чиндонда, был подвергнут пыткам бригадный генерал X. Чивале. Незавидная участь постигла Вакулукуте, игравшего заметную роль в УНИТА: при попытке порвать с организацией он был похищен (при участии спецслужб ЮАР), доставлен в штаб- квартиру УНИТА, подвергнут пыткам и расстрелян. Расправы над своими политическими противниками Ж. Савимби учинял и позднее.
Французская «Монд» писала: «Окружая себя только своими родственниками, которых он считает единственно надежными людьми, опасаясь руководителей, не принадлежащих к его народности овимбунду, лидер УНИТА просто одержим собственной безопасностью и властью. Он практически не терпит критики, воспринимая ее как угрозу, не терпит тех, кто не согласен с ним, в частности представителей “молодой гвардии”, уставших от войн и подчинения Южной Африке»31.
Красноречиво признание Ф. Брид- гланда, автора уже упоминавшейся и в целом позитивной книги о Ж. Савимби, сделанное им через несколько лет после ее выхода в свет: «Если мой “герой” действительно причастен к смерти Т. Чин- гунджи и У. душ Сантуша (членов руководства УНИТА. - А. Т.), - негодовал журналист, - то он - подлинное чудовище... Многие давно нарекли Савимби именно так, но это всегда вызывало мои возражения. Теперь же я готов поставить Савимби в один ряд с Иди Амином. Глава УНИТА даже хуже бывшего угандийского диктатора, поскольку тот был всего лишь психически больным неграмотным сержантом, а Савимби - образованный человек, претендующий на роль лидера Анголы. Настало время, чтобы США и Запад отказали в почестях председателю УНИТА»32.
После выборов 1992 г. стало ясно, какое место занимает УНИТА и ее лидер в общественно-политической жизни страны. «Народ сделает выбор», - сказал он еще в 1988 г. А в 1992 г., узнав, какой выбор был сделан ангольским народом, уязвленный доктор Ж. Савимби заявил о фальсификации выборов и потребовал аннулировать итоги, пригрозив в противном случае сорвать процесс мирного урегулирования33. Однако международные наблюдатели отклонили обвинения, назвав выборы «в целом свободными и справедливыми».
Возможно, историки будут рассматривать 1992 г. началом заката Ж. Савимби. После неудачи на выборах лидер УНИТА вернулся в штаб-квартиру в Уамбо и оттуда продолжал угрожать новой гражданской войной. Он, возможно, надеялся - по традиции - и на поддержку Вашингтона. Однако приход к власти в начале 1993 г. президента-демократа Б. Клинтона означал переориентацию внешней политики США. В мае 1993 г. 31 Известия. 1990. 14 дек.
32 Там же. 1992. 2 апр.
33 Там же. 20 нояб.


новая администрация США установила с правительством Анголы дипломатические отношения, сделав выбор в пользу Ж.Э. душ Сантуша.
Решение Совета Безопасности ООН о введении эмбарго на экономическую и военную помощь УНИТА вынудило Ж. Савимби вернуться к переговорам и пойти на существенные уступки в деле урегулирования ангольской проблемы. 20 ноября 1994 г. в Лусаке представителями ангольского правительства и руководства УНИТА в присутствии специального представителя Генерального секретаря ООН Б. Бея и представителей «тройки» международных наблюдателей был подписан протокол, предусматривавший ряд мер по нормализации жизни в Анголе. На этой церемонии присутствовали Ж.Э. душ Сантуш, несколько глав государств, министров иностранных дел и других почетных гостей. Сославшись на проблемы личной безопасности, Ж. Савимби в Лусаку не приехал.
Однако и на этот раз мир в стране долго не продержался, Ж. Савимби вновь пошел на срыв мирного урегулирования. Теперь он перенес центр тяжести возобновившихся боевых действий в северные и северо-восточные районы Анголы с целью завладеть алмазными приисками и нефтяными богатствами - главными источниками валютных поступлений страны. Это позволило Ж. Савимби не только решить проблему приобретения оружия и продовольствия, но и давало возможность навязывать свои правила игры Луанде.
Готовясь к решающему «походу на Луанду», Ж. Савимби закупал за рубежом на «алмазодоллары» современную боевую технику, причем речь шла уже не только о стрелковом оружии; к 1998 г. на вооружении боевых подразделений УНИТА оказались легкая и тяжелая артиллерия, бронетехника, системы залпового огня и даже несколько самолетов и вертолетов.
В Анголе вновь развернулись крупномасштабные боевые действия^, которые продолжились вплоть до начала 2002 г. И если в первой половине 1999 г. перевес сил был на стороне УНИТА, то начиная с сентября правительственные войска постепенно захватывали инициативу в свои руки, пока к началу 2002 г. основные силы УНИТА не были разгромлены. Сам Ж. Савимби оказался вынужденным вместе с несколькими приближенными отступить к границе с Замбией.
Согласно официальному изложению событий, 22 февраля 2002 г. отряд Ж. Савимби в районе Лукуссе (провинция Мошику) попал в устроенную правительственными войсками засаду. При попытке вырваться из нее погибли Ж. Савимби и еще около двадцати его сторонников, в том числе несколько крупных военных чинов УНИТА.
Гибель харизматического лидера УНИТА вызвала шок у членов этой организации. Однако уже на следующий день ее представительства за рубежом заявили, что идеалы движения не «умерли вместе с его лидером», они выступили с призывом ко всем ангольцам - его сторонникам «твердо держаться в своем окопе».
В официальном сообщении правительства Республики Ангола, опубликованном 22 февраля, на Ж. Савимби была возложена ответственность за «уничтожение инфраструктур и гибель безвинных гражданских лиц на территории всей страны». Правительство вновь призвало граждан к примирению и участию в «укреплении процесса демократизации» в стране.
34 Подробнее см.: Васильев А.М. Большая африканская война // Азия и Африка сегодня. 2001. № 1,2.
iiiiiiiiiiiiiiniii lllllllllllllllllll


С гибелью Ж. Савимби события действительно стали стремительно развиваться в направлении урегулирования внутриполитической обстановки. Уже 15 марта 2002 г. возобновились переговоры между представителями военных командований обеих сторон. 4 апреля было подписано историческое соглашение о прекращении огня на территории Анголы, которое было воспринято как фактическое примирение правительства Анголы и УНИТА и окончание войны.
По политическим и просто человеческим меркам Ж. Савимби для Африки был долгожителем: близился восьмой десяток. Тем не менее трудно было поверить, что этот пожилой африканец, доктор Жонас Малейру Савимби, большая часть жизни которого прошла в партизанах, в джунглях, захотел бы по собственной воле сойти с «тропы войны». С его гибелью эта тропа начала зарастать. И, вероятно, наступает пора для скрупулезного и максимально объективного исследования этой незаурядной фигуры, оставившей далеко не однозначный след в истории не только Анголы, но и всей Африки.
АА. Токарев
Сочинения
Angola: a resistência em busca de uma nova na- çâo / Рог Jonas Malheiro Savimbi. Lisboa, 1979.
Рог um futuro melhor / Jonas Savimbi. Lisboa, 1986.
Quando a terra voltar a sorrir urn dia / Jonas Malheiro Savimbi. Lisboa, 1985.
Литература
Токарев А А. «Черный петух» Анголы // Азия и Африка сегодня. 2002. № 5.
Bridgland F. Jonas Savimbi: A Key to Africa. N. Y, 1986.
JonasSavimbi //URL: http://www.pt.wikipedia. org/wiki/Jonas Savimbi


Жозе Эдуардо душ САНТУШ
Jose Eduardo dos Santos, род.
28.VIII.1942
Второй президент Анголы (с 1979 г.).
Родился в г. Луанде в семье рабочего- строителя из Сан-Томе и Принсипи. В 1954 г. во время учебы в школе вступил в Народное движение за освобождение Анголы (Movimento Popular de Libertaçào de Angola, МПЛА). B 1961 r. в связи c репрессиями колониального правительства Сантуш эмигрировал во Францию, позже переехал в Конго (Браззавиль) и с этого момента активно участвовал в деятельности МПЛА. Вскоре Сантуш стал вице-президентом МПЛА. По решению ЦК МПЛА был направлен на учебу в СССР, где окончил Институт нефти и газа в Баку, получив диплом инженера-нефтяника.
В сентябре 1975 г. на межрегиональной конференции МПЛА был избран членом ЦК и членом Политбюро МПЛА. После провозглашения 11 ноября 1975 г. независимости Народной Республики Ангола (НРА) Сантуш занял должность министра иностранных дел. Благодаря его энергичным дипломатическим усилиям в феврале 1976 г. Ангола добилась признания в качестве полноправного члена Организации африканского единства (Organization of African Unity, ОАЕ), a 1 декабря 1976 г. стала полноправным членом ООН.
После смерти в 1979 г. Агостиньо Нето, первого президента Народной республики Ангола (НРА), Сантуш был избран президентом НРА и в соответствии с конституцией стал главнокомандующим вооруженными силами и председателем парламента.
Сантушу досталось от своего предшественника тяжелое наследство. В стране с 1975 г. шла гражданская война, в которой против МПЛА сражались отряды Национального фронта освобождения Анголы (Frente Nacional de Libertaçào de Angola, ФНЛА) во главе c X. Роберто и Национального союза за полную независимость Анголы (Uniào Nacional para а Independência Total de Angola, УНИТА) Ж. Савимби.
Гражданская война привела к тяжелым экономическим последствиям, правительства МПЛА потеряло контроль над значительной частью минеральных богатств страны, оказавшихся на территории, подконтрольной вооруженной оппозиции. Сокращение сельскохозяйственного производства и плохое функционирование транспортной системы привели к перебоям в снабжении населения продовольствием, правительство вынуждено было импортировать товары первой необходимости из-за рубежа. Массовый отъезд португальских специалистов из Анголы привел к еще большему ухудшению экономической ситуации. Страну покинули 300-400 тыс. граждан европейского происхождения, в их числе были 50 тыс. квалифицированных рабочих и инженеров. В целом Анголу покинула 14 всех занятых в промышлен11111111111111И»11 IIIIIIIIHIIIIIIIII


ности1. Это привело к дезорганизации всего хозяйства страны.
Замена европейских кадров африканскими привела к резкому снижению эффективности управления и росту взяточничества и коррупции. При занятии государственных постов главную роль играли клановые связи, а взимание «га- зозы» (взятки) превратилось в общераспространенную практику. Через полтора десятилетия после обретения независимости, в 1990 г., президент Сантуш публично назвал проблему коррупции второй по значению после гражданской войны1 2.
В декабре 1980 г. состоялся чрезвычайный съезд МПЛА-Партии труда (Movimento Popular de Libertaçâo de Angola - Partido do Trabalho)3. Съезд проанализировал сложившуюся ситуацию в экономике, рассмотрел итоги развития страны за 1978-1980 гт., были утверждены основные направления хозяйственного и социального развития HP А на 1981- 1985 гг. Среди главных задач назывались улучшение организации производства, повышение производительности труда, улучшение системы распределения продовольствия и других товаров первой необходимости4.
После съезда началась реализация программы по подъему сельского хозяйства, улучшения условий жизни крестьян. Основным условием прогресса в аграрной сфере было объявлено создание сельскохозяйственных кооперативов. По всей стране создавались крестьянские ассоциации.
В декабре 1979 г. в Москве состоялись переговоры между руководителями СССР и партийно-правительственной делегацией НРА во главе с Ж.Э. душ Сантушем. Выступая на обеде в Кремле, Сантуш сказал: «Народы Анголы и Советского Союза объединяет прочная дружба. Она проверена жизнью в самые трудные периоды нашей борьбы за национальное освобождение, когда приходилось вести навязанные нам колониализмом и империализмом войны, завершившиеся блестящей победой ангольского народа. В эту победу решительный материальный и моральный вклад внес Советский Союз и героические интернационалисты Кубы»5. В мае 1983 г. ангольская правительственная делегация во главе с Ж.Э. душ Сантушем вновь посетила Москву.
В это время Ангола остро нуждалась в советской помощи. В стране полыхал пожар гражданской войны, отряды УНИТА вели активные военные действия против правительственных войск в провинциях Квандо-Кубанго, Кванза- Сулл, Бенгела, Мошико и Уамбо. УНИТА пытался распространить свою активность и на другие районы Анголы.
В связи с этим президент Э. душ Сантуш дал указание министерству обороны изучить вопрос о реорганизации вооруженных сил. Для этого была создана специальная комиссия, которой было поручено выработать рекомендации по максимальному укреплению вооруженных сил и их лучшей готовности к существующим условиям ведения войны6. Сантуш объявил о ряде мер по укреплению ФАПЛА (Народные вооруженные силы освобождения Анголы, Forças Armadas Populares de Libertaçâo 1 Фитуни ЛЛ. Народная республика Ангола: Справочник. М., 1985. С. 90.
2 Comerford M.G. О Rosto Pacifico de Angola. Luanda, 2005. P. 134.
3 Это название партия приняла после I съезда МПЛА в декабре 1977 г.
4 Santos J.E. dos. Relatorio do Comite Central ao I Congresso Extraordinario do M PLA-PT. Luanda, 1981.
5 Правда. 1979. 22 дек.
6Junior M. Forças Armadas Populares de Libertaçâo de Angola. Lisboa, 2007. P. 92.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


de Angola), в ряде провинций было введено военное положение.
В 1984 г. в Лусаке (Замбия) было подписано соглашение между Анголой и ЮАР, предусматривавшее вывод южноафриканских войск с ангольской территории (провинция Кунене). Однако осенью 1985 г. войска ЮАР снова попытались вторгнуться на территорию Анголы, но были выбиты оттуда. В 1987 г. вооруженные силы ЮАР совместно с отрядами УНИТА развернули совместное наступление в ангольской провинции Квандо-Кубанго. Решающее сражение в этой кампании произошло в 1988 г. в районе населенного пункта Куито-Куанавале, где части ангольской армии при поддержке кубинцев и советских военных советников смогли остановить продвижение южноафриканских сил и в результате переломить весь ход боевых действий.
В 1988 г. в Нью-Йорке ЮАР, Ангола и Куба при участии представителей США и СССР, подписали соглашение о внешних аспектах урегулирования в Анголе. Это соглашение принесло мир всей Юго- Западной Африке. ЮАР согласилась вывести войска из Намибии к июлю 1991 г.» Куба - отозвать своих военнослужащих из Анголы к маю того же года.
В самой Анголе были произведены важные изменения в политической системе, что стало отражением изменившихся к тому времени мировых реалий. На очередном съезде правящей партии ей было возвращено историческое название МПЛА, а из программы было исключено упоминание о марксизме-ленинизме как руководящей идеологии партии. В мае 1991 г. Национальная ассамблея приняла закон, который объявил Анголу демократическим государством с многопартийной политической системой. Во многом эти преобразования в политической системе были вызваны потребностью внутреннего примирения в стране, чего невозможно было добиться без признания права на существование и политическую деятельность оппозиционных сил. Постепенно происходила переориентация внешней политики Анголы. В 1993 г. были установлены дипломатические отношения между HP А и США.
Возглавляемое Сантушем руководство Анголы на протяжении многих лет прилагало огромные усилия для того, чтобы положить конец братоубийственной гражданской войне в Анголе. В начале 1990-х годов, казалось, они увенчались успехом. В 1991 г. были подписаны соглашения о мире между правительством Анголы и руководством УНИТА, они должны были положить конец внутри- ангольскому конфликту. Однако Ж. Савимби, лидер УНИТА, не признал своего поражения на выборах 1992 г. и начал готовиться к возобновлению боевых действий против правительственных войск. 1 марта 1996 г. Сантуш и Ж. Савимби встретились в Либревиле (Габон). Президент Анголы предложил Савимби пост вице-президента страны. В мае Национальная ассамблея Анголы приняла закон об амнистии для всех членов УНИТА. В апреле 1997 г. в состав парламента вошли представители УНИТА и было сформировано правительство национального единства и примирения, включавшее 17 представителей УНИТА. Однако сам Савимби отказался в него войти.
Оценивая эти события, Сантуш сказал: «Усилия, предпринятые предыдущими правительствами, не всегда заканчивались успехом. В коротко-, среднесрочной перспективе должны быть исправлены все ошибки и просчеты, допущенные ранее. Это начало новой эры. Остались многие тысячи убитых и искалеченных людей, обездоленное население и несколько поколений сограждан, не имеющих никаких перспектив в жизни»7.
7 Flash Noticioso. Moscovo. 1997. И Abril.
iiiiitiiiiiiiiiiiii uv llllllflf Ulf II1III


Однако Савимби и не думал распускать свою армию численностью в 40 тыс. бойцов. Он не хотел мириться с второстепенной ролью в парламенте и правительстве, и вскоре боевые действия между УНИТА и правительственными войскам возобновились. Путь к примирению открыла лишь смерть Ж. Савимби 22 февраля 2002 г. 2 апреля того же года было подписано историческое соглашение между правительством и УНИТА о прекращении огня. В том же году началось разоружение отрядов УНИТА и превращение его в легальную политическую партию. Многолетняя гражданская война на этот раз действительно закончилась. Большая заслуга в ее прекращении принадлежит президенту Сантушу, он был настоящим архитектором мира в Анголе.
На первых за 16 лет выборах в нижнюю палату парламента, проведенных в 2008 г., МПЛА во главе с президентом Ж.Э. душ Сантушем получила 82% голосов. УНИТА, получив чуть более 10%, признал свое поражение.
27 сентября 2008 г. на XII пленуме ЦК МПЛА вице-президент МПЛА Питра Нето вручил Сантушу поздравительный адрес, в котором говорилось: «ЦК МПЛА от имени своих членов, симпатизирующих, друзей и всех граждан, отдавших свой голос за МПЛА, благодарят товарища президента Жозе Эдуардо душ Сантуша за стратегическое руководство избирательной кампанией и за четкое, блестящее и прозорливое руководство процессом, приведшим МПЛА к столь значительной победе на выборах в законодательный орган в сентябре 2008 г.»8.
А. М. Хазанов
Сочинения
Мир на Юге Африки будет установлен // Проблемы мира и социализма. Прага. 1989. № 10.
Luta do Povo pela Unidade e pelo Socialismo. Lisboa, 1985.
Pela Pàz e Segurança na Africa Austral. Luanda, 1984.
Soberania, desenvolvimento, identidade nacional: discursos do Présidente José Eduardo dos Santos. Luanda, 2008.
Литература
Хазанов A.M. Крушение последней колониальной империи. М., 1986.
Дореш Даш Себаштьян БЛ. Ангола: современное состояние, перспективы развития, отношения с Россией. М., 1999.
8 Neto P MPLA e as eleiçôes legislativas de 2008. Luanda, 2008. P. 24,25.


Пиксли каИсака СЕМЕ
Pixley kalsaka Seme, 7.Х.1882-7.VI.1951
Один из основателей /Хфриканского национального конгресса Южной Африки.
Родился в миссии IIпанда в Натале, учился в миссионерской школе, затем был отправлен продолжать школьное обучение в Массачусетс, США. По окончании был принят в Колумбийский университет в Нью-Йорке. Там получил степень бакалавра права и медаль за ораторское искусство.
Семе, как и другие африканцы, обучавшиеся в США, испытал на себе влияние афроамериканских идеологов, прежде всего Букера Вашингтона и Уильяма Дюбуа. Это проявилось и в той речи, которую Семе произнес на торжественной церемонии вручения медали 5 апреля 1906 г.: «Африканские народы, хотя и не представляют собой монолитной расы, обладают единым, присушим им всем духом, который проявляется во всех их деяниях и кристаллизуется в единой направляющей идее. Споры и раздоры быстро исчезают перед лицом объединяющей силы глубокого понимания межплеменных отношений - отношений, которые должны существовать между народами, связанными общей судьбой»’. Эту речь можно считать одним из ранних манифестов панафриканизма.
При финансовой поддержке миссионеров Семе переехал в Англию, учился правоведению в Оксфорде. Создал в Оксфорде клуб африканских студентов.
Вернувшись в Южную Африку в 1910 г. и став юристом в Йоханнесбурге, он призывал африканцев осознать общность своих интересов. В одной из своих статей он писал: «Мы - единый народ. Эта разобщенность, это взаимное недоверие являются причиной всех наших сегодняшних несчастий, всей нашей отсталости и невежества»2.
При поддержке Алфреда Мангены, Ричарда Мспманга и Джорджа Монт- сиоа, также получивших образование за границей, Семе добивался создания Южноафриканского туземного национального конгресса - первой крупной политической организации африканцев в истории Южной и Тропической Африки.
Предложение о созыве учредительного съезда для создания организации африканцев Южно-Африканского Союза - уже с указанием места и даты - было разослано в декабре 1911 г. Подписал его Семе.
1 Ceis I. Panafrikanismus. Zur Geschichte der Dekolonisation. Frankfurt a/M., 1968. S. 98, 108,228.
? Статья «Туземный союз» в газете « Имво забанцу иду» 24 октября 1911 г. Цит. но: RouxЕ. Time Longer Than Rope. A History of the Struggle of the Black Man for Freedom in South Africa. L., 1949. P. 118.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


Съезд состоялся 8 января 1912 г. в Блумфонтейне. Этот город был избран, во всяком случае отчасти, потому что он находится как бы в центре Южной Африки и для многих был наиболее удобным. В съезде приняло участие около 100 человек - представители самых разных социальных слоев: учителя, юристы, мелкие служащие, вожди и их советники, священники ортодоксальных и независимых африканских церквей. Из самых разных областей южной части континента, из городов и локаций, резерватов и миссионерских станций прибыли в Блумфонтейн почти все наиболее известные политические деятели Южной Африки и многие правители и вожди народов Южно-Африканского Союза, Родезии, Басутоленда, Бечуаналенда, Свазиленда. В работе съезда приняли участие девять правителей, верховных вождей или их представителей, в том числе Малунга - регент Свазиленда, вождь Маама Сеисо, представитель короля басутов Лециэ II, Джошуа Модема, представитель Монт- сивы, правителя баролонгов.
Основную задачу съезда Семе объяснил в своей речи так: «Вожди королевской крови и джентльмены нашей расы! Мы собрались здесь, чтобы рассмотреть и обсудить проект, который мои коллеги вместе со мной решили вам предложить. Мы видим, что с африканцами на их собственной земле обращаются как с дровосеками и водоносами. Белые люди этой страны создали то, что известно как Южно-Африканский Союз - союз, в котором мы лишены права голоса при составлении законов и не участвуем в управлении. Поэтому мы и созвали вас на этот съезд в надежде, что все мы, собравшись вместе, найдем пути и способы, как организовать наш национальный союз, чтобы достичь национального единства и защищать наши права и привилегии»3.
Семе был избран генеральным казначеем созданного конгресса (в 1925 г. переименован в Африканский национальный конгресс). Семе основал и печатный орган конгресса - газету «Абанту Бато» (слово «абанту» означает «народ» на языках зулу и коса, а «бато» - то же самое на суто и тсвана). В газете печатались статьи на этих языках и английском. В 1913 г. Семе основал и Южноафриканскую ассоциацию туземцев-фермеров, но ее деятельности помешал принятый южноафриканским правительством в том же году закон, резко ограничивший права африканцев на владение землей. В борьбе против этого закона Семе сблизился с традиционными властями, был тесно связан с зулусской династией, официально считался «советником народа Свазиленда», вел в судах Южной Африки и в апелляционных инстанциях Великобритании дела верховного правителя свази Собузы и других традиционных вождей и правителей южноафриканских народов. В 1926 г. посетил Англию вместе с Собузой, чтобы просить британское правительство вмешаться в спор о праве на владение землей в Южной Африке.
Вот одно из признаний авторитета, который заслужил Семе: в 1928 г. Колумбийский университет присвоил ему степень почетного доктора юридических наук.
В конце 1920-х Семе выступил против политики сближения с коммунистами, которую проводил Джосайя Гуме- де, тогдашний генеральный президент Африканского национального конгресса. В 1930 г. Семе сменил Гумеде на посту генерального президента. Однако стремление Семе возродить в конгрессе верхнюю палату (традиционных вождей), а также его линия на превращение конгресса в организацию экономической взаимопомощи привели к тому, что он в 3 Benson М. South Africa: The Struggle for a Birthright. Harmondsworth, 1966. P. 25.
iiiiiiiiiiiiiiniii iiiiiiiiiiiiiiniii


1937 г. не был переизбран на пост генерального президента, а его газета «Абан- ту Бато» утратила влияние и прекратила существование. Семе не вполне сошел с политической арены, но ему на смену пришли более молодые и более радикально настроенные лидеры.
Умер в Йоханнесбурге.
А.Б. Давидсон
Литература
Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста. 1870-1924. М., 1972.
Karis T.t Carter G.M. (eds.). From Protest to Challenge: a Documentary History of African Politics in South Africa, 1882-1964. Vol. 4: Political profiles. Stanford, 1977.
Walshe P. The Rise of African Nationalism in South Africa. L., 1982.
New Dictionary of South African Biography. Vol. 2 / Ed. by N.E. Sonderling. Pretoria, 1999.


Уолтер Макс Ульяте СИСУЛУ
Walter Max Uliate Sisulu.
18.V.1912-5.V.2003
Генеральный секретарь Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК) в 1949-1955 гг.
Родился в деревне Квотубени (Тран- скей, Южная Африка). Его отец, европеец Виктор Диккенсон, был бригадиром группы африканских рабочих- дорожников, мать - Алиса Маисе Сисулу принадлежала к этносу коса, была домохозяйкой и прачкой. Его родители не регистрировали свой брак официально, однако в соответствии с традицией коса Диккенсон заплатил компенсацию семье Алисы Сисулу и признал ребенка своим сыном. Но в дальнейшем он не принимал участия в его жизни. Воспитывали Сисулу мать и родной дядя, старейшина деревни.
Образование Сисулу получил в школе при миссии Англиканской церкви. После 4-го класса, в возрасте 15 лет, он оставил учебу, так как его семья нуждалась, и он должен был помогать матери. Сисулу отправился в Йоханнесбург, где сначала развозил на телеге молочные товары, потом (с 1930 г.) работал поочередно на фабрике, золотодобывающей шахте, пекарне и, наконец, открыл свою контору по операциям с недвижимостью. Его клиентами были африканцы, которым он помогал устроиться в пригородных поселках.
На заработанные деньги Сисулу построил себе небольшой кирпичный дом в поселке Орландо-Вест и привез из Транскея мать и младшую сестру Роза- белу. Впоследствии этот район вошел в состав «черного» пригорода Йоханнесбурга Соуэто, получившего в 1976 г. всемирную известность в ходе восстания против режима апартхейда
Принадлежа, по существующей в Южной Африке расовой терминологии, к «цветным», Сисулу обладал большими возможностями для социальной активности, чем представители африканского населения. Работая в пекарне, он организовал забастовку, требуя от хозяина повысить заработную плату, и смог добиться успеха.
В 1940 г. Сисулу вступил в АНК. С самого начала он проявил ораторский талант, умение руководить людьми. Его назначили на ответственную должность исполнительного секретаря Трансваальского отделения АНК. В это время он встретил Альбертину Нонцики- лело Тотиве, они поженились в 1944 г. За годы их семейной жизни они вырастили 8 детей.
В 1944 г. Сисулу наряду с другими молодыми активистами О. Тамбо и Н. Манделой вступил в Молодежную лигу АНК (African National Congress Youth League). Она выступала с более радикальных позиций, чем руководство АНК. и требовала активизации политической деятельности.
Сисулу участвовал в разработке Программы действий, которая была не только декларацией принципов, но и включала рекомендации по их осуществлению.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


В ней провозглашалось отрицание принципов расовой сегрегации, политики апартхейда и господства белых южноафриканцев над черными. АНК на своей конференции в городе Блумфонтейн 17 декабря 1949 г. принял Программу действий. На конференции генеральным секретарем АНК был избран Уолтер Сисулу. Ему предстояло воплотить решения конференции в жизнь.
Первой акцией АНК, осуществленной в соответствии с Программой действий, был национальный День протеста 26 июня 1951 г. Он принял форму всеобщей политической забастовки, организованной в основном Сисулу. В отчете о проведении Дня протеста говорилось: «Учитывая тот факт, что у Координационного комитета было только две недели на подготовку, которая проходила в условиях чрезмерного запугивания полицией, после изучения сообщений, поступивших из различных районов страны, я пришел к заключению, что политическая забастовка 26 июня стала крупным успехом»1.
В начале 1952 г. Сисулу приступил к подготовке следующей акции протеста против режима апартхейда. 21 января он обратился с письмом к премьер- министру Д.Ф. Малану с требованием отменить 20 февраля 1952 г. все несправедливые законы: «Мы твердо убеждены в том, что свобода африканского народа, ликвидация эксплуатации человека человеком и восстановление демократии, свободы, согласия в Южной Африке являются важными, принципиальными целями... Борьба, которую намерен начать народ, не направлена против какой- либо расы или национальной группы, а нацелена против несправедливых законов, назначение которых - увековечить порабощение и страдание большинства населения страны». В следующем письме Малану, датированном 11 февраля, Сисулу писал: «В ответ на наше требование отменить дискриминационные законы, вы пишете, что существуют “вечные, не созданные человеком” различия между африканцами и европейцами, оправдывающие сохранение этих законов. Дело, однако, не в биологических различиях, а в гражданских правах»1 2.
Совместно с АНК к кампании неповиновения готовились также Южно- Африканский индийский конгресс (South African Indian Congress, ЮАИК) и деятели самораспустившейся в 1950 г. Коммунистической партии Южной Африки (Communist Party of South Africa, КПЮА). Было объявлено о наборе добровольцев, готовых, нарушив дискриминационные законы, подвергнуться штрафу или аресту. Для этого планировалось привлечь до 10 тыс. человек. Определили дату начала кампании - 26 июня, который объявили Днем свободы.
Демонстрацию возглавили руководители оппозиционных организаций, среди них был и Сисулу. Его арестовали одним из первых. В совокупности с прежними судебными приговорами ему присудили девять месяцев каторжных работ, хотя и с отсрочкой исполнения. Это означало постоянный полицейский надзор. Во время суда Сисулу заявил: «Иокая пользуюсь доверием моего народа и пока во мне есть искра жизни и энергии, я буду смело и решительно бороться за аннулирование дискриминационных законов и за свободу всех южноафриканцев»3. Оценку деятельности Сисулу дал АНК на конференции в декабре 1952 г., снова избрав его генеральным секретарем.
За эти годы у Сисулу смягчилась прежняя нетерпимость, присущая на1 Bunting В. Moses Kotane. A South African Revolutionary. L., 1975. P. 174.
2 Ibid. P. 183.
3 Benson M. Nelson Mandela. L., 1980. P. 53.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 340 lllllllllllllllllll


ционалистически настроенным африканским лидерам. Произошло это под влиянием совместной работы и общения с людьми из ЮАКП и Конгресса демократов (Congress of Democrats, КД), включавших белых южноафриканцев, в составе Союза конгрессов (Congress Alliance), координировавшего совместную деятельность различных организаций в борьбе против режима апартхейда.
В 1953 г. Сисулу принял приглашение посетить, вместе с другими африканскими лидерами, Советский Союз, страны Восточной Европы, Китай. За границу Сисулу выехал нелегально, путешествовал пять месяцев и с интересом знакомился с идеями и проблемами социализма. Еще раз Сисулу побывал в Москве в декабре 1990 г.
Возможно, что поездка за границу, посещение стран социалистического лагеря окончательно склонили Сисулу к мысли о вступлении в ЮАКП. Еще в середине 1940-х годов, будучи одним из основателей Молодежной лиги АНК, он разделял широко распространенные тогда антикоммунистические взгляды. Однако, к середине 1950-х годов, после нескольких лет близкого сотрудничества с такими видными деятелями компартии, как М. Котане, Ю. Даду, Дж.Б. Маркс и М. Хармел, его взгляды изменились. В 1955 г. Сисулу вступил в Южноафриканскую коммунистическую партию (South African Communist Party, ЮАКП), находившуюся в подполье, а некоторое время спустя был избран в состав ее ЦК4. Естественно, официально этот факт нигде не афишировался: за доказанную связь с компартией в Южной Африке грозил немалый срок тюремного заключения.
По возвращении в Южную Африку
Сисулу выступил на конференции АНК в городе Куинстаун, где еще раз подтвердил курс на координацию усилий в борьбе с апартхейдом представителей всех расовых групп. На вопрос корреспондента, оказала ли зарубежная поездка влияние на его взгляды относительно будущего Южной Африки, Сисулу ответил: «Ближайшей задачей народов Южной Африки является завоевание права определять, каким будет общество, в котором они будут жить. Завоевав демократические права, мы сможем рассуждать о том, какую социальную систему нам следует избрать. До этого демократы любых взглядов должны объединяться для достижения политического равенства»5. На вопрос, не оказала ли, по его мнению, поездка в Восточную Европу, СССР и Китай отрицательного влияния на сторонников АНК, Сисулу ответил: «Что касается небелых, безусловно, нет. Они рассматривают эти страны как своих лучших друзей, которые безоговорочно поддерживают их в ООН. Я совершил визит доброй воли от имени демократической Южной Африки как белой, так и черной. Южной Африке нужны друзья на Востоке и на Западе»6.
Возраставшая деятельность Сисулу в борьбе против режима апартхейда привела к повторявшимся запретам на участие в политической деятельности. Лишенный властями возможности открыто посещать общественные собрания, находившийся постоянно под надзором полиции и вынужденный работать только в подполье, Сисулу ушел в 1954 г. в отставку с официальной должности генерального секретаря. Однако фактически он продолжал еще год работать в прежнем качестве.
Действуя конспиративно, Сисулу 4 Sisulu W.M. I will go singing: Walter Sisulu speaks of his life and the struggle for freedom in South Africa / In conversation with G.M. Houser & H. Shore. Cape Town, 2001. P. 181,182.
5 Advance. 1953. July 23: November 5, 12.
6 Ibid.
imniiiiiifiiiiii W / llllllllintltlllll


проделал большую работу для объединения всех антирасистских сил Южной Африки в ходе работы Конгресса народа (Congress of the People) в 1955 г., который обсудил и принял «Хартию свободы», определившую стратегические цели освободительного движения. На это южноафриканское правительство ответило арестом 156 руководителей и активистов Конгресса народов, в том числе и Сисулу. Их обвинили в государственной измене. Процесс продолжался до конца марта 1961 г., но доказать их вину властям так и не удалось.
Выйдя на свободу, Сисулу возобновил «незаконную» политическую деятельность. Вопреки домашнему аресту, Сисулу вместе с Манделой и другими соратниками занялся в подполье подготовкой боевой организации АНК под названием «Умконто ве сизве» («Umkhonto we Sizwe», «Копье нации») для вооруженного сопротивления режиму аапарт- хейда.
В 1963 г. АНК и «Умконто» был нанесен сильный удар. И июля полиция совершила налет на их секретный штаб в Ривонии, недалеко от Йоханнесбурга. Среди арестованных был и Сисулу. Его поместили в одиночную тюремную камеру, где он просидел 88 дней, пока шло следствие. 12 июня 1964 г. Сисулу был приговорен к пожизненному тюремному заключению по обвинению в подготовке диверсионных актов и антиправительственной деятельности. Сисулу, Мандела и семеро других лидеров протестного движения были отправлены в политическую тюрьму на острове Роббен. Сисулу и Мандела были переведены на континент в тюрьму Палсмоор только в 1982 г.
Сисулу был освобожден 15 октября 1989 г., когда в ЮАР появился новый президент - Ф. де Клерк. Мандела получил свободу четырьмя месяцами позднее.
В 1991 г. Сисулу был избран заместителем президента АНК и вел переговоры с правительством Ф. де Клерка о переходе страны к демократическому правлению. В январе следующего года Сисулу со своими соратниками Оливером Тамбо и Нельсоном Манделой был награжден медалью «Иситваладве» в связи с 80-летием АНК. Сисулу оставил политику в 1994 г., накануне первых многорасовых, демократических выборов в Южной Африке. Проживал он по- прежнему в том доме в Орландо-Вест, в Соуэто, куда перевез семью еще в 1940-х годах.
После долгого периода тяжелой болезни У. Сисулу умер 5 мая 2003 г.
В.П. Городнов
Литература
Шубин В.Г. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999.
Mandela, Tambo and the African National Congress. The Struggle Against Apartheid, 1948-1990. A Documentary Survey ; Ed. by Sh. Johns and R. Hunt Davis, jr. N.Y., 1991.
Sisulu E. Walter & Albertina Sisulu: In Our Lifetime. Claremont (South Africa), 2002.
Sisulu W.M. I will go singing: Walter Sisulu speaks of his life and the struggle for freedom in South Africa / In conversation with G.M. Houser & H. Shore. Cape Town, 2001.


Джо СЛОВО
Joe Slovo, 23.V.1926- 6.1.1995
Генеральный секретарь Южноафриканской коммунистической партии (South African Communist Party, ЮАКП) (1985-1991).
Родился 26 мая 1926 г. в семье литовских евреев в деревне Обеляй в Российской империи. Когда Слово было девять лет, семья переселилась в Южную Африку из-за антисемитских настроений, охвативших в то время страны Прибалтики. В Йоханнесбурге, где они поселились, отец устроился на работу шофером грузовика.
В 1941 г. Слово закончил учебу и пошел работать. Сначала он нанялся клерком к торговцу фармацевтическими товарами, вошел в профсоюз рабочих, развозивших грузы. В это время он получил первый опыт организации массовых акций протеста, приняв участие в забастовке.
В 1942 г. Слово вступил в Коммунистическую партию Южной Африки (Communist Party of South Africa, КПЮА). Шла Вторая мировая война, и он пристально следил за фронтовыми сводками, его особое внимание привлекали сообщения о действиях Красной армии. Его воодушевлял героизм советских солдат, и он добровольно вступил в армию, чтобы сражаться на стороне союзников по антигитлеровской коалиции1. Слово участвовал в боях в составе Спрингбокского легиона (Springbok Legion) в Египте и Италии. Приобретенный им боевой опыт впоследствии пригодился ему при организации вооруженного сопротивления режиму апартхейда в ЮАР.
В 1946 г. Слово поступил в Витва- терсрандский университет. Там изучал юриспруденцию и в 1950 г. получил степень бакалавра права. ( Позднее, в 1966 г., он поступил в Лондонскую школу экономики и окончил ее со степенью магистра.) Будучи студентом. Слово вел активную политическую деятельность, участвовал во всех массовых кампаниях, организованных КПЮА. В университете он встретил свою будущую жену Рут Ферст, дочь одного из руководителей компартии. Они поженились в 1949 г.
В 1950 г. компартия самораспустилась и фактически перешла на нелегальное положение вследствие принятия Закона о подавлении коммунизма. В 1953 г., оставаясь на нелегальном положении, она была воссоздана, но уже под другим названием - Южноафриканская коммунистическая партия (ЮАКП). Слово стал работать в ЦК, но выполнять свои обязанности ему было достаточно сложно, так он и его жена находились под полицейским надзором и нм запрещалось присутствовать на общественных митингах и политических собраниях. 1 URL: http://vvww.sacp.org.za/main.php?inclucie=docs/biography/ 2006/slovo.html
IIIIIIHIIHIIIIIil iiiiiiiiiiiiiiniii


публиковаться в прессе. Тем не менее они продолжали свою деятельность как в партии, так и в различных группах, выступавших против режима апартхейда.
Как одни из основателей Конгресса демократов (Congress of Democrats, КД), образованного в 1953 г., Слово принимал активное участие в подготовке проекта документа «Хартия свободы». Ее принятие в конце июня 1955 г. Конгрессом народа (Congress of the People) вызвало массовые репрессии со стороны властей. Слово вместе со другими 155 активистами был арестован и обвинен в «государственной измене». В тюрьме его продержали два месяца. Слово был снова арестован и содержался под стражей шесть месяцев во время чрезвычайного положения в стране, объявленного после Шарпевильской бойни2 в марте 1960 г.
В 1961 г. руководители Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК) и ЮАКП приняли решение начать вооруженную борьбу и создать для этого «боевое крыло» АНК - организацию «Умконто ве сизве» («Umkhonto we Sizwe»; «Копье нации»). Главную роль в реализации этого важного решения сыграли Нельсон Мандела и член ЦК ЮАКП Джо Слово. Сам Слово позднее вспоминал о формировании руководства «Умконто»: «Чтобы создать Высшее командование, АНК назначил Манделу, а партия назначила меня. Мы получили указания рекомендовать остальных членов Высшего командования, мы это сделали, и наши предложения одобрили. Региональные командования были созданы в главных городских центрах»3.
АНК и ЮАКП совместно работали над планом партизанской борьбы под названием «Операция Майибуйе». Одним из условий его осуществления была широкая поддержка со стороны независимых африканских государств. Для организации международной помощи Слово и председатель ЮАКП Джон Маркс по решению Рабочего комитета АНК и ЦК ЮАКП в конце мая 1963 г. выехали из Южной Африки. Но в июле на южноафриканских коммунистов и руководителей АНК обрушился тяжелый удар. В местечке Ривония недалеко от Йоханнесбурга были арестованы 17 человек из высшего руководства АНК и «Умконто» и захвачены около 250 различных документов. Среди арестованных были Н. Мандела и У. Сисулу. Вследствие разгрома штаба «Умконто» проведение «Операции Майибуйе» оказалось невозможным. Слово, который должен был вернуться в Южную Африку для действий в подполье, получил приказ остаться за границей. В общей сложности Слово провел 27 лет в вынужденной эмиграции, занимаясь политической и военной деятельностью в Лондоне, Ма- путо (Мозамбик), Лусаке (Замбия) и в лагерях АНК в Анголе.
В годы эмиграции Слово входил в руководство «Умконто» и был членом военного комитета АНК. В конце 1970-х годов, находясь в Мозамбике, он руководил боевыми операциями в Восточном и Центральном Трасваале, а также в Северном Натале.
17 августа 1982 г. взрывом бомбы, закамуфлированной под посылку, в Мапуту в своем кабинете была убита член ЦК ЮАКП Рут Ферст.
В 1984 г. Слово был вынужден покинуть Мозамбик вместе со всем представительством АНК и бойцами «Умконто» из-за подписания правительством Мозамбика в местечке Нкомати Договора 2 21 марта 1961 г. в Шарпевиле, пригороде Йоханнесбурга, полиция расстреляла демонстрацию африканцев, требовавших отмены системы пропусков, ограничивавших их свободу передвижения по стране.
3 Dawn. 1986. Souvenir Issue. P. 24.
iiiiiiiiiiiinimi uiiiiiiiiiiiiimi


о мире и добрососедстве с ЮАР, одним из условий которого было прекращение оказания помощи АНК со стороны правительства Мозамбика.
Слово пришлось переехать в Лусаку, где располагался штаб «Умконто» во главе с Дж. Модисе. Там он продолжал свою деятельность в качестве члена Рабочего комитета Национального исполкома АНК. Он стал первым белым в его составе.
В 1985 г. Слово был избран генеральным секретарем ЮАКП. Объявлено об этом, вероятно, в конспиративных целях, было годом позже. В 1987 г. Слово занял пост начальника штаба «Умконто».
Помимо организационной работы и планирования боевых операций Слово также занимался теоретической работой, он автор многочисленных статей, публиковавшихся в печатных органах ЮАКП и АНК. Одна из самых известных его работ была написана в 1989 г. и называлась «Потерпел ли социализм поражение»? В ней под влиянием событий, происходивших в Восточной Европе и СССР, Слово попытался дать анализ ситуации, сложившейся в мировом коммунистическом движении и оценить его перспективы. Он признал ошибки социалистической системы и преступления сталинизма, но сохранял веру в коммунистическую идею. Выход он видел в демократизации партийной и общественной жизни. Компартия должна получить власть лишь путем прямых выборов, соперничая с другими политическими силами, считал Слово4. Он продолжал верить, что лишь в социалистическом обществе человек может в полной мере раскрыть свои способности.
После неожиданного для многих сообщения президента Ф.В. де Клерка в феврале 1990 г. о снятии запрета на деятельность АНК и ЮАКП Слово вернулся в Южную Африку. Он был одной из ключевых фигур в переговорах между оппозиционными силами и правящей Национальной партией (Die Nasionale Party, НП).
В 1991 г. Слово заявил, что по причине тяжелой болезни, он не в состоянии исполнять должность генерального секретаря. В декабре того же года на съезде компартии Слово был переведен на должность председателя ЮАКП. Но, несмотря на пошатнувшееся здоровье, он продолжал участвовать в переговорном процессе между правительством ЮАР и АНК. В октябре 1992 г. Слово опубликовал статью в журнале «Африкен Комью- нист» («The African Communist») под заголовком: «Переговоры: каковы возможности для компромисса?» В ней он исходил из реалистических оценок положения ЮАР и указывал, что АНК не мог диктовать условия правительству. Слово выдвинул так называемые «закатные предложения» («sun-set clauses»), которые обеспечили бы постепенный и мирный переход власти от НП к АНК. Наряду с гарантиями сохранения постов госслужащих и амнистии сотрудникам сил безопасности он предусматривал возможность включения представителей НП в будущее правительство на определенный промежуток времени5. Эти предложения вызвали бурную дискуссию и яростную критику со стороны многих представителей ЮАКП и АНК, но их поддержал Н. Мандела, и они легли в основу рекомендаций, подготовленных особой комиссией АНК по переговорам6.
В результате первых многорасовых всеобщих выборов в Южной Африке в апреле 1994 г. Слово получил место в пар4 5/or’o J. Has Socialism Failed? // URL: http://www.sacp.org.za/docs/history/failed. html#FIVE
5 Шубин Г.В. ЮАР: создание нерасового государства. М., 1998. С. 99.
6 Там же. С. 100, 101.
ItlllllllillHIIIIt 345 IIIIIIIIIHIIIIIIII


ламенте как представитель АНК и был назначен министром жилищного строительства в правительстве национального единства. Работал он в этой должности до последнего дня своей жизни.
Умер Джо Слово от лейкемии 6 января 1995 г. В день его похорон, 15 января, в стране был объявлен траур. Н. Мандела обратился к людям, пришедшим проститься с Слово, со следующими словами: «Мы собрались здесь на похороны ушедшего от нас вождя, патриота, отца, воина, переговорщика, интернационалиста и организатора. Неповторимое сочетание всех этих качеств в одном человеке, сделало товарища Джо Слово великим африканским революционером, каким он и был на самом деле»7.
В.П. Городнов
Сочинения
The Unfinished Autobiography. Randburg, 1995.
The Working Class and the National Democratic Revolution in South Africa. L., 1990.
Литература
Касрилс P. Вооружен и опасен: от подпольной борьбы к свободе. М. 2005.
Шубин В.Г. Африканский национальный конгресс в годы подполья и вооруженной борьбы. М., 1999.
Mandela, Tambo and the African National Congress. The Struggle Against Apartheid, 1948-1990. A Documentary Survey / Ed. by Sh. Johns and R. Hunt Davis, jr. N. Y, 1991.
7 Address by President Nelson Mandela at the funeral of Joe Slovo. lohannesburg. 15 January 1995 // URL: http://www.anc.org.za/show.php?doc=ancdocs/history/mandela/1995/sp950115. html


Ян Дуглас СМИТ
Ian Douglas Smith,
8.IV.1919-20.XI.2007
Премьер-министр британской колонии Южная Родезия с апреля 1964 по ноябрь 196,5 г., премьер-министр Родезии (с 1965 по 1979 г.).
Родился в семье эмигранта из Шотландии, приехавшего в Южную Родезию eme в 1898 г. Его мать, Агнесс Ходсон, происходила из семьи родезийских фермеров.
Детство Смита протекало в сельском окружении, и он воспитывался в истинно британском духе. В годы обучения в средней школе увлекался спортом и был капитаном школьных сборных по регби, крикету и теннису. В 1938 г. поступил в Университет Родса в Грейамстаунс, где начал подготовку по программе бакалавра в области коммерции. Однако с началом Второй мировой войны он решил прервать свое обучение. Как впоследствии писал сам Смит, его мечтой тогда было летать па «Спитфайере» - легендарном самолете ВВС Великобритании1. Узнав, что в Южной Родезии открывается центр Королевских ВВС по подготовке летчиков, Смит немедленно подал прошение о зачислении его в летную школу. После завершения обучения он был зачислен в состав родезийской эскадрильи Королевских ВВС и продолжил свою службу в Великобритании.
В годы войны его жизнь неоднократно подвергалась опасности. В 1943 г. он получил серьезные ранения в результате непроизвольного взрыва боезапаса в его самолете, но после полугодового лечения вернулся в строй. В июле 1944 г. его самолет был сбит зенитным огнем, но ему удалось выпрыгнуть с парашютом, и он оказался за линией фронта, в Северной Италии. Смит попал к местным партизанам и некоторое время находился в их отряде. Впоследствии его переправили во Францию и затем в Лондон. Войну он закончил в Норвегии.
После войны вернулся в университет, чтобы завершить обучение. Вернувшись в Южную Родезию, Смит приобрел в 1948 г. ранчо в местечке Селукве и в том же году был избран в Законодательную ассамблею от Либеральной партии (Liberal Party). Первоначально он не намеревался заниматься политикой. У него было достаточно дел на только что приобретенной ферме. К тому же в 1948 г. он женился на Джанет Уотт, уже имевшей сына и дочь от первого брака. Однако после длительных уговоров со стороны политических единомышленников и размышлений согласился заняться политикой. Свою миссию он видел в сохранении среди белых поселенцев Южной Родезии британских ценностей. Рост влияния в мире социалистических идей, подъем антиколониальной борьбы в странах Азии и Африки и, наконец. 1 Smith LD. Bitter Harvest: The Great Betrayal and the Dreadful Aftermath. L., 2007. P. 9.
iiiiiiiiiiiiiiniii 34/ iiiiiiiiiiiiiiniii


поражение У. Черчилля на первых послевоенных выборах в Великобритании ставили, по его мнению, под угрозу основы западной цивилизации и будущее его страны. На выборах в своем округе он одержал победу и стал самым молодым депутатом родезийского парламента2. В избирательной кампании ему помогала жена.
Однако в целом Либеральная партия выступила на выборах крайне неудачно и сократила свое присутствие в парламенте с 11 до 5 мест. Таким образом, политическую карьеру Смит начал в составе небольшой парламентской группы, оппозиционной правительству Объединенной партии (United Party)3, находившейся у власти с момента предоставления Южной Родезии статуса самоуправляющейся колонии в 1922 г.
Одним из животрепещущих вопросов, волновавших в то время белое население Южной Родезии, являлось будущее колонии. С окончанием Второй мировой войны в Африке и Азии происходила активизация антиколониального движения, было понятно, что Британская империя не может больше существовать в ее прежнем виде. В начале 1950-х годов возник план объединения британских колоний Южной и Северной Родезии и Ньясаленда в федерацию со статусом доминиона. Ее образование стало отражением интересов как белых поселенцев, желавших сохранить свое доминирующее положение в экономике и политике, удержать за собой рынки сбыта в Центральной Африке, так и британского правительства, стремившегося затормозить распад своей колониальной империи. Смит в числе других депутатов поддержал идею федерации и в 1953 г. вступил в Объединенную федеральную партию премьер-министра Г. Хаггинза. На выборах 1953 г. он был избран депутатом нового федерального парламента, а с 1958 г. выполнял обязанности парламентского организатора партии.
Первоначально создание федерации оправдывало ожидания белых родезийцев и приносило ощутимые экономические выгоды, например строительство гидроэлектростанции Кариба на реке Замбези, обеспечившей промышленность Южной Родезии дешевой электроэнергией. Однако в конце 1950-х годов явственно обозначился кризис федерации. Он усилился с началом 1960-х, с подъемом антиколониального движения по всему континенту. По мнению самого Смита, причина кризиса находилась в росте влияния «черных революционеров», в неспособности Великобритании играть прежнюю роль в международных делах и позиции США, объявивших колониализм злом, с котором следует покончить. Все это, с точки зрения Смита, играло на руку СССР в его деле «распространения марксизма-ленинизма»4. Эти взгляды были присущи отнюдь не только одному Смиту, как показало недалекое будущее, их придерживалось большинство белых поселенцев.
В начале 1960-х годов европейское население Южной Родезии насчитывало около 220 тыс. человек5 Белым принадлежали наиболее плодородные земли. Для коренного населения были созданы специальные резерваты, территории которых располагались в малопригодных 2 Ibid. Р. 30,31.
3 Либеральная партия придерживалась более радикальных позиций в вопросе предоставления независимости Южной Родезии, в то время как Объединенная партия выступала за сохранение status quo в отношениях с Великобританией.
4 Smith LD. Ор. cit. P. 34.
5 Краснопевцева Т.И. Зимбабве: прошлое и настоящее. М., 1988. С. 121.
iiiiiiiiiiiiiiiiin Н11111П11Ш1Ш1


для ведения сельского хозяйства районах. Черным запрещалось жить в городах и в местах европейского поселения, их не допускали к квалифицированной работе, заработная плата у них была значительно ниже, чем у белых. Хотя в политической сфере формально расовые ограничения не были установлены, но фактически избирательный ценз могли преодолеть лишь немногие африканцы. Белые поселенцы, составлявшие не более 6% населения страны, естественно, постоянно чувствовали угрозу со стороны черного большинства. Не добавлял им оптимизма и опыт других стран Африки, уже обретших к тому времени независимость. Было ясно, что в случае прихода к власти африканцев белые сразу же потеряют свои привилегии и, что еще более важно, свою землю ■ главную ценность и основу их жизненного уклада.
В этих условиях среди белых родезийцев стала все большей популярностью пользоваться идея независимости Южной Родезии от Великобритании с сохранением правления европейского меньшинства. Общее недовольство у них вызывала политика премьер-министра Южной Родезии Г. Тодда, уделявшего, с их точки зрения, неоправданно большое внимание развитию образования среди африканцев; он также сделал обязательным обращение к мужчине-африканцу «мистер». Тодд даже инициировал обсуждение в парламенте законопроекта о предоставлении избирательного права каждому африканцу, имевшему десятилетнее образование.
В 1956 г. была образована правая Партия доминиона, выступавшая за расширение суверенитета Южной Родезии, а сам Г. Тодд через два года потерпел поражение на партийных выборах. На этом закончилась непродолжительная эра родезийского либерализма.
В 1961 г. Северную Родезию охватили массовые волнения, организованные Объединенной партией национальной независимости (United National Independence Party, ЮНИП), лидером которой был К. Каунда. Уже в следующем году в Северной Родезии прошли выборы, на которых одержали победу антиколониальные силы во главе с ЮНИП. Стало ясно, что дни федерации сочтены, и Я. Смит начал искать союзников внутри Южной Родезии для создания новой партии, которая целиком бы стояла на защите интересов белых родезийцев. В начале 1962 г. на базе Партии доминиона (Dominion Party) при непосредственном участии Смита был образован Родезийский фронт (Rhodesian Front, РФ). На выборах в декабре 1962 г. РФ получил большинство голосов белых избирателей и сформировал свое правительство во главе с У. Филдом. Смит получил портфель министра финансов.
В 1963 г., после прихода к власти лидеров антиколониальных движений в Ньясаленде и Северной Родезии, федерация официально прекратила свое существование, и Южная Родезия немедленно потребовала предоставить ей независимость. Правительство Великобритании, провозгласившее в 1960 г. смену приоритетов в своей внешней политике6, не могло пойти на открытую поддержку требований РФ. Отказ Лондона признать независимость Родезии без установления правления большинства многими виделся в стране как результат нерешительности У. Филда, склонявшегося к продолжению переговоров с британским правительством и выступавшего против одностороннего провозглашения Южной Родезией не63 февраля 1960 г. премьер-министр Великобритании Г. Макмиллан произнес в Кейптауне речь, в который были слова: «Ветер перемен подул над Африкой. Нравится нам или нет, рост национального самосознания - политический факт».
IIIIIIIIHIIIIIIIII W IIIIIIIIHIIIIIIIII


зависимости7. В апреле 1964 г. на партийной конференции он был смещен с поста лидера партии и новым премьер- министром стал Смит.
Став премьер-министром, Смит ввел в стране чрезвычайное положение, все африканские организации были запрещены, в тюрьму было заключено около 800 их представителей, в том числе Дж. Нкомо и Р. Мугабе. Правительство Я. Смита увеличило штат полиции, возрос срок военной службы, были разработаны планы тотальной мобилизации белого мужского населения. Наряду с этим родезийские власти пошли на усиление трибализма, в резерватах создавались местные органы администрации во главе с представителями традиционной африканской властной элиты8. При этом продолжала действовать конституция 1961 г., предоставлявшая части африканцев избирательные права, сохранялось их присутствие в парламенте. Следует отметить, что Смит всегда противопоставлял созданный им режим власти политике апартхейда в ЮАР. Официальной идеологией РФ стал антикоммунизм, а борьба с африканскими силами протеста провозглашалась войной за демократию и ценности западной цивилизации.
Естественным развитием политики Я. Смита стало одностороннее провозглашение независимости Родезии 11 ноября 1965 г. Его кредо выражали слова: «Правительства черного большинства не будет в Родезии в течение моей жизни, не будет его и через тысячу лет»9. Смиту Родезия до прихода белых поселенцев представлялась страной варварства, и лишь европейцы привнесли в нее цивилизацию. Он видел себя продолжателем дела С. Родса и старался подчеркивать, что именно белые родезийцы являлись истинными носителями несгибаемого британского духа, привнесенного сюда «пионерами» (так называли себя колонисты, отправлявшиеся в конце XIX в. покорять земли современных Зимбабве и Замбии)10 11. Однако он не мог целиком игнорировать мнение подавляющего большинства населения. В октябре 1964 г. в Солсбери состоялась индаба - совет традиционных лидеров шона и ндебеле, на которой обсуждался вопрос обретения Родезией независимости. Большинство высказалось в поддержку предложения правительства. В ноябре состоялся уже референдум, на котором 85% имевших право голоса граждан высказались за независимость11. Таким образом, получив необходимую ему поддержку внутри страны, Смит потребовал от британского правительства незамедлительного признания Родезии суверенным государством. Получив очередной отказ, он пошел на провозглашение независимости в одностороннем порядке.
Этот акт не получил международного признания. ООН ввела режим санкций, Родезия была исключена из Содружества. В 1966 г. началась вооруженная борьба (чимуренга12) африканцев против власти белого меньшинства, ее возглавили основанный Дж. Нкомо Союз африканского народа Зимбабве (Zimbabwe African Peoples Union, ЗАПУ) и Африканский национальный союз Зимбабве (Zimbabwe African National Union, ЗАНУ), лидерами которого были Н. Ситоле и Р. Мугабе. В этой войне на 7 Smith LD. Op. cit. Р. 61,62.
8 Республика Зимбабве (Справочник). М., 1985. С. 63.
9 Mungazi DA. The Last Defenders of the Laager: Ian D. Smith and F.W. de Klerk. Westport (Connecticut), 1998. P. 108.
10 Smith I.D. Op. cit. 3,30,57,151.
11 Ibid. P. 81,82.
12 Чимуренга дословно переводится с языка чишона как «борьба».
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


сторону режима Смита встала ЮАР, направившая в Родезию военное снаряжение, армейские подразделения и полицейские силы. Без помощи правительства Южной Африки Смиту не удалось бы придержаться у власти почти 15 лет.
В 1969 г. Я. Смит предложил новую конституцию Родезии, согласно которой распределение голосов между африканцами и белыми поселенцами должно было зависеть от степени их вклада в экономику страны. Также согласно новому основному закону Родезия объявляла себя республикой, тем самым окончательно разрывались связи с британской короной. Однако в ходе переговоров с правительством консерваторов, которое пришло к власти в Великобритании в 1970 г., было достигнуто соглашение об изменении избирательного закона - устанавливался образовательный и имущественный ценз, но сохранялось пропорциональное распределение мест в парламенте в соответствии с количеством зарегистрированных избирателей среди белых родезийцев и африканцев. Эти договоренности получили известность как Соглашение Хьюма-Смита13. В случае их официального одобрения введение правления большинства откладывалось на неопределенный срок.
Однако условием признания независимости Родезии со стороны Великобритании была поддержка нового конституционного проекта большинством африканского населения страны. Для проведения опроса среди африканцев из Британии прибыла специальная комиссия под руководством лорда Пирса. Однако в стране легальной оппозицией, которую представлял Африканский национальный совет (African National Council) во главе с епископом А. Музоре- вой, была развернута широкая пропаганда против предложений Хьюма-Смита, в результате большинство африканцев высказались против, и властям опять не удалось добиться желаемого признания независимости14.
В 1974 г. ситуация на Юге Африки резко изменилась. В апреле в Португалии произошла революция. Новое правительство вступило в переговоры с антиколониальными силами Анголы и Мозамбика. Родезия оказалась теперь практически со всех сторон окружена африканскими государствами. На территории Мозамбика были созданы военные базы ЗАНУ, и оттуда стали совершаться регулярные вторжения на территорию Родезии. Подъему вооруженной борьбы способствовало и освобождение в 1974 г. из тюрьмы Дж. Нкомо и Р. Мугабе, что было сделано Смитом под давлением правительства ЮАР, стремившегося достичь примирения с «прифронтовыми» государствами ценой мирного урегулирования родезийского кризиса.
Изменение политики ЮАР стало для Смита полной неожиданностью и расценивалось как удар в спину. День, когда пришло известие, что южноафриканское правительство перестает поддерживать Родезию, Смит впоследствии назвал самым мрачным в своей жизни15. Страна полностью зависела от поставок из Южной Африки, и Б. Форстер, премьер- министр ЮАР, активно этим пользовался. По его распоряжению из Родезии были выведены армейские подразделения и полицейские отряды ЮАР. Чтобы сделать правительство Смита сговорчи13 Соглашение было подписано Я. Смитом и министром иностранных дел Великобритании Александром Дугласом-Хьюмом.
14 Краснопевцева Т.И. Указ. соч. С. 160-163.
15 Время новостей. 2000.18 авг.
iiiiiiiiiiiiiiniii зл iiiiiiiiiiiiiiniii


вее, южноафриканские власти намеренно задерживали поставки боеприпасов в Родезию16.
Однако ситуация, когда обе стороны на переговорах не испытывали осознанного стремления к диалогу, была бесперспективна. Встреча Смита с лидерами сопротивления в железнодорожном вагоне на мосту через Замбези в 1975 г. и последовавшие затем, в 1976 г., при посредничестве государственного секретаря США Г. Киссинджера переговоры в Женеве закончились ничем.
В самой Родезии ситуация постепенно приобретала неблагоприятный для правительства Смита характер. Вооруженные отряды, подчинявшиеся ЗАНУ, проникали из Мозамбика все дальше в глубь территории Родезии, создавали там свои базы. О тяжести боев говорит тот факт, что 80% всех потерь во время Родезийской войны, берущей свой отсчет с 1966 г., правительственные войска понесли в последние три года17. Фермы белых поселенцев больше напоминали укрепленные крепости, по дорогам можно было передвигаться только в сопровождении военных конвоев, была произведена мобилизация всех белых взрослых мужчин. Сказывался и режим международных санкций - возникли серьезные экономические трудности. В Родезии стало созревать понимание того, что без переговоров достичь мира уже невозможно. Но Смит попытался провести урегулирование по своим собственным правилам. В начале 1978 г. Смит и представители африканских умеренных группировок (А. Музорева, Н. Ситоле и Д. Чирау) подписали соглашение о внутреннем урегулировании. Оно предусматривало создание, до проведения всеобщих выборов, временного исполнительного совета, в котором во главе каждого министерства стояли бы африканец и белый, и принятие новой конституции. В августе 1978 г. было объявлено о ликвидации дискриминации африканцев в общественных местах. В апреле 1979 г. были проведены выборы, в результате которых премьер- министром стал А. Музорева.
Однако это не привело к установлению мира. Само правительство Музоре- вы оказалось лишено массовой поддержки. Против него выступил Н. Ситоле, не признавший итогов выборов. Свою собственную партию сформировал Дж. Чи- керема, первоначально поддержавший проект внутреннего урегулирования. Африканские лидеры, участвовавшие в подписании соглашения с правительством Смита, создавали свои собственные вооруженные отряды, и возникла явная опасность сползания страны в широкомасштабную гражданскую войну. Единственным выходом из ситуации являлось достижение международного урегулирования с участием лидеров наиболее влиятельных организаций сопротивления ЗАПУ и ЗАНУ, образовавших в 1976 г. единый Патриотический фронт Зимбабве (Zimbabwe Patriotic Front, ПФЗ).
10 сентября 1979 г. в Лондоне открылась конституционная конференция. В ней приняли участие лидеры ПФЗ, Р. Мугабе и Дж. Нкомо, министр иностранных дел лорд Каррингтон со стороны Великобритании и правительственная делегация Солсбери, в которую вошли А. Музорева и Я. Смит. Результатом переговоров стало подписание Ланкастерского соглашения, которое гарантировало сохранение за белыми их имущественных прав на землю, закрепляло за ними 20 мест из 100 в парламенте. На время проведения всеобщих выборов власть передавалась английскому губернатору.
16 Smith LD. Ор. cit. P. 168.
17 URL: http://www.mazoe.com/rohchr.html
IHtlllllllllllllll lllllllirilllllllll


Итоги выборов, прошедших в феврале 1980 г., принесли убедительную победу Р. Мугабе, чья партия Африканский национальный союз Зимбабве - Патриотический фронт (Zimbabwe African National Union - Patriotic Front, ЗАНУ-ПФ) завоевала 57 мест, партия А. Музоревы получила лишь 3 места, ЗАПУ Дж. Нкомо - 20 мест, РФ (с 1981 г. - Республиканский фронт) Я. Смита получил все 20 мест, зарезервированных за белой общиной18.
После того как Р. Мугабе занял пост премьер-министра, состоялась его встреча со Смитом. Мугабе, как вспоминал Смит позднее, в 2005 г., попытался взять его за руки, но примирение не получилось - Смит отодвинулся от своего оппонента на другой край дивана19. Этот жест, если так действительно все и было, носил во многом символический характер. Белое население оставалось верным своему прежнему лидеру Я. Смиту. Это ярко продемонстрировали выборы 1985 г., последние, проводившиеся по раздельным спискам избирателей - белых и африканцев. На них партия Смита, Консервативный альянс Зимбабве (Conservative Alliance of Zimbabwe), получила 15 мест из 20 зарезервированных за белой общиной. Это было воспринято Мугабе как открытый вызов, так как он считал, что белые должны уже быть благодарны ему за то, что он оставил им их землю и позволил жить в независимой Зимбабве20. Реакция Мугабе не заставила себя долго ждать. В 1987 г. парламент принял поправку к конституции, лишавшую белых права раздельного представительства в парламенте. После этого Смит ушел из политики, но остался в Зимбабве и жил на своей ферме. Вскоре к нему вернулся его сын, Алек, который в годы Родезийской войны уехал из страны и выступал с критикой политики отца21.
Хотя Смит уже больше не занимался активной политикой, но он оставался одним из самых ярых критиков Мугабе. Особенно жесткий характер она приняла, когда Мугабе санкционировал захват ферм белых зимбабвийцев в 2000 г. Смит снова вернулся в политику. Он стал одним из лидеров вновь образованной партии Объединенный демократический фронт, выступившей с поддержкой оппозиционного Движения за демократические перемены. Высказывания Смита о политике правительства Зимбабве носили достаточно острый характер. Находясь в Лондоне, в одном из интервью Смит назвал Мугабе «сумасшедшим», за что президент Зимбабве обещал привлечь его к суду22. Однако Смит беспрепятственно вернулся в страну. Более того, когда в 2001 г. группа африканцев - «военных ветеранов» - попытались захватить его ферму, отряд полиции, присланный местным губернатором, очистил ее от захватчиков23.
Смит оставался в Зимбабве до 2005 г., когда он был вынужден переехать в Кейптаун для лечения. В 2006 г. он потерял своего сына и уже не смог оправиться от утраты ни физически, ни духовно. Он умер 20 ноября 2007 г. в Кейптауне в доме своей приемной дочери. С уходом из жизни Я. Смита закончилась эпоха, берущая начало в 1890 г., когда первая 18 Краснопевцева Т.И. Указ. соч. С. 183.
19 Holland Н. Dinner with Mugabe: The Untold Story of a Freedom Fighter who Became a Tyrant. L, 2009. P. 86,87.
20 Ibid. P. 114.
21 URL: http://www.timesonline.co.uk/tol/comment/obituaries/article704429.ece
22 URL: http://www.news24.com/Content/xArchive/Archive/968/05120f97fd594269b4e92ea bdc349c5c/26-10-2000-04-33/Arrest_me,_Smith_tells_Mugabe
23 URL: http://www.guardian.co.uk/world/2001/sep/06/zimbabwe.ewenmacaskill
iiiimiiiiiiiiiiii 353 lllllltllllllllllll


колонна «пионеров» С. Родса отправилась из Южной Африки на север в страну, ставшую вскоре известной как Южная Родезия.
Смит до последних дней своей жизни продолжал следить за развитием ситуации в Зимбабве. Политика Р. Мугабе привела страну на грань экономической катастрофы: в 2007 г. инфляция составила 7634%. Начались гонения против представителей оппозиции. Арестам и даже пыткам подверглись члены парламента, журналисты, адвокаты, отстаивавшие гражданские права своих клиентов.
В одном из своих последних интервью, которое он дал в 2005 г., находясь в Южной Африке, Смит сказал: «Единственное чего я хочу - вернуться. Это была величайшая страна в мире - Родезия. Мы обладали лучшей в мире цивилизацией. Мы имели свободу, и, больше всего, я хочу понять: могу ли я помочь восстановить хоть немного свободы для народа Зимбабве?»24
А.В. Воеводский
Литература
Краснопевцева Т.И. Зимбабве: прошлое и настоящее. М., 1988.
Республика Зимбабве (Справочник). М., 1985.
Mungazi DA. The Last Defenders of the Laager. Ian D. Smith and F.W. de Klerk. Westport (Connecticut), 1998.
Smith I.D. Bitter Harvest: The Great Betrayal and the Dreadful Aftermath. L., 2007.
Smith I.D. The Great Betrayal: the Memoirs of Africa’s Most Controversial Leader. L, 1997.
24 Holland H. Op. cit. P. 92.


Ян Христиан СМЭТС
Jan Christian Smuts, 24.V.1870-11.IX.1950
Южноафриканский государственный и военный деятель, натуралист, философ, премьер-министр Южно-Африканского Союза (1919-1924, 1939-1948).
Родился в семье Якобуса Абрахама Смэтса, потомка первых голландских переселенцев в Южную Африку. По традиции в семье буров только старший сын мог получить полное образование. Смэтс начал посещать школу лишь с 12 лет, после смерти старшего брата в 1882 г. Он показал выдающиеся способности в науках, и уже после пяти лет учебы в средней школе был принят как особо отличившийся в колледж Виктории университета Стелленбос. В 1891 г. сдал выпускные экзамены с отличием в области литературы и естественных наук. Этот диплом позволил ему получить стипендию для учебы в Англии. Смэтс выбрал курс права в Кембридже и также получил в прославленном университете академические награды. В 1894 г. он окончил университет с лучшими достижениями по всем дисциплинам на курсе. Несмотря на большие возможности, открывавшиеся перед ним в Англии, он решил вернуться в Южную
Африку, по которой очень скучал во время учебы1.
В 1895 г. Смэтс поселился в Кейптауне и был принят в коллегию адвокатов. Он женился (1897) на бурской девушке Изабелле Криг. Из восьмерых детей, рожденных в этом долгом и счастливом браке, двое умерли во время Англобурской войны, старший сын скончался в 1948 г. от менингита. Смэтсы вырастили четырех дочерей и одного сына1 2.
Смэтс сочетал адвокатскую практику с активной политической деятельностью, стал признанным публицистом. Сначала он увлекся идеями С. Родса и поддерживал план образования на Юге Африки крупной колонии Великобритании. Однако мирный путь объединения Южной Африки был нарушен в конце 1895 г. организованным при прямом участии С. Родса «набегом Джеймсона» в Трансвааль с целью поднять мятеж англичан против власти буров. Эта акция завершилась полным провалом3, но вызвала серьезное ухудшение международной обстановки.
Эти события произвели на Смэтса сильное впечатление. Он перестал под1 Ingham К. Jan Christian Smuts: the Conscience of a South African. N. Y.: St. Martin's Press. 1986. P. 2; Ходнев A.C. Ян Христиан Смэтс - южноафриканский философ и политик // Вопросы истории. 1995. № 4. С. 151, 152; Jan Christian Smuts // l’RL: http://www.sahistory.org.za/ pages/people/bios/smuts-j.htm
2 ЛоЭнев A.C. Указ. соч. С. 152.
3 См.: Давидсон А.Б. Сесиль Родс и его время. М., 1984. С. 242-249.
iiiiiiiiiiiiiiniii Здд iiiiiiiiiiiiiiniii


держивать С. Родса, переехал в Трансвааль и поступил на службу к лидеру буров П. Крюгеру. Ситуация вокруг бурских республик все больше накалялась, и 11 октября 1899 г. началась англобурская война, длившаяся более двух с половиной лет. Смэтс участвовал в войне на стороне буров и очень скоро проявил незаурядные способности в новом для себя деле - военном командовании. Англичанам, казалось, удалось к осени 1900 г. подавить основные силы буров- африканеров. Однако началась хорошо организованная партизанская война буров, во время которой ими опустошались базы англичан и нарушались их коммуникации. Выдающимися командирами этих партизанских операций были Кристиан Девет, Куус Деларей и Ян Смэтс. В историографии войны и биографиях самого Я. Смэтса многие страницы посвящены его рейдам по тылам английских войск4. В ответ на эти действия буров английская армия по приказу генерала Г.Г. Китченера в массовом порядке разрушала африканерские фермы, а их обитателей, в основном женщин и детей, направляли в концентрационные лагеря, в которых от болезней скончалось более 20 тыс. человек5.
Смэтс одним из первых среди буров- африканеров понял необходимость заключения мира с англичанами. Попытки сесть за стол переговоров предпринимались в 1901 г. Однако лишь в апреле 1902 г. начались переговоры о мире. В делегацию буров, состоявшую из 60 человек, вошли все видные генералы: Л. Бота, К. Деларей, К. Девет, а также государственный прокурор Трансвааля, генерал Я. Смэтс6, сыгравший в них одну из ключевых ролей. Смэтс отстаивал на переговорах интересы буров-африканеров. Например, именно через него генерал Китченер передал информацию лидерам сопротивления буров, что в Лондоне скоро сменится правительство и новый кабинет может пойти на уступки, признав права африканеров7. Мирный договор в Феринихинге был заключен 31 мая 1902 г. Он предусматривал подчинение бурских республик Великобритании. Одновременно африканерам были обещаны самоуправление, амнистия, 3 млн ф. ст. на восстановление разрушенных бурских ферм8, а также выгодные займы9.
После подписания мира Смэтс поселился в Претории и продолжил адвокатскую практику. Однако послевоенная политическая ситуация потребовала действий по защите интересов побежденных африканеров. В январе 1905 г. вместе с другими бывшими бурскими генералами Смэтс основал партию Хет Фолк (Het Volk, Народ). Лидером был избран Луис Бота, а его заместителем стал Смэтс10. В 1906 г. он работал над текстом конституции Трансвааля, 4 Armstrong H.G. Grey Steel. J.Н. Smuts. L., 1940. P. 70-89; Burbridge W.F. Field Marshal Smuts, Soldier and World Satesman. L., 1943; P. 19-25; Ingham K. Jan Christian Smuts. P. 30-52.
5 Cavendish R. The Peace of Vereeniging, May 31st 1902 // History Today. 2002. May. P. 65.
6 Boykin C.C. A Master of Mobile Warfare, Boer General Christian De Vet // Military Historv. 2001. Vol. 18. № 5. P. 74.
7 Cavendish R. Op. cit. P. 65.
8 Всего было выплачено, по данным английского историка Ф. Стивенса, 15 млн. фунтов в качестве компенсации на обустройство буров после войны. 100 000 человек были возвращены на свои фермы. См.: Stevens ET. The Complete History of the South African War in 1899-1902. L., 1903. P. 339.
9 Cavendish R. Op. cit. P. 65.
10 Вяткина P.P. Создание Южно-Африканского Союза. M., 1976. С. 69-74.
IIIIIIIIIIIIIIIHII JJO IIIIIIIIIIIIIIIHII


защищавшей самоуправление страны11. Выборы 1907 г. в парламент Трансвааля закончились убедительной победой «Хет Фолк», и Смэтс получил место депутата11 12. Как подчеркивала Р.Р. Вяткина, в Южной Африке «всего через пять лет после окончания войны политическая власть вновь перешла к бурам»13. Смэтс стал колониальным секретарем (министром внутренних дел) в правительстве Л. Боты. Несмотря на то что он был самым молодым в правительстве, ему поручали исполнять обязанности премьер-министра во время отсутствия главы кабинета14. Смэтсу приходилось заниматься самыми разными делами - от переговоров с Голландской реформатской церковью по вопросам образования до решения конфликта с представителями индийского населения, боровшегося за свои права под руководством М.К. Ганди15. Но главным для него было участие в 1906-1909 гг. в дебатах о создании Южно-Африканского Союза (ЮАС).
В мае 1908 г. в Претории открылась Межколониальная конференция для заключения таможенного союза британских колоний на Юге Африки. Она стала важным событием на пути к образованию ЮАС. Смэтс считал, что промедление привело бы к изоляции и упадку колоний, поэтому он делал все, чтобы быстрее двигаться к объединению16. Межколониальная конференция приняла ряд резолюций в поддержку «тесного союза» колоний.
12 октября 1908 г. в Дурбане открылся Национальный конвент, созванный для подготовки проекта конституции ЮАС. Делегаты конвента представляли «белую» Южную Африку. Стремление к сохранению доминирования буров и англоязычных южноафриканцев17 18 просматривалось во всех резолюциях конвента. Смэтс был одним из самых активных его делегатов. Он отстаивал идею унитарного государства и утверждал, что федерализм был бы слишком дорогой и малоэффективной формой правления для Южной Африки. В итоге длительных дискуссий удалось добиться компромисса между политическими группировками «белой» Южной Африки16. В мае 1909 г. на второй сессии Национального конвента в Блумфонтейне была принята конституция ЮАС. 20 сентября 1909 г. Эдуард VII подписал Акт о Южной Африке (конституцию ЮАС) после его одобрения накануне палатой общин19.
Новое правительство ЮАС возглавил Л. Бота, однако Смэтс получил в нем три ключевых портфеля: министра внутренних дел, обороны и шахт.
В 1910 г. в Блумфонтейне под руководством Л. Боты и Смэтса была образована единая партия белого населения всей страны - Южноафриканская партия (South African Party). Она представляла в основном интересы африканерского населения и объединила такие организации, как Хет Фолк (Трансвааль), Африканер Бонд (Afrikaner Bond, Капская колония), 11 Там же. С. 77.
12 Там же. С. 101.
13 Там же. С. 116.
14 Levy N. Jan Smuts. L., 1917. P. 96, 99.
15 Давидсон A. Б. Южная Африка. Становление сил протеста (1870-1924). М., 1972. С.192.
16 Selections from the Smuts Papers. Vol. 2. June 1902 - May 1910. / Ed. by W.K. Hancock and Jean van der Poel. Cambridge, 1966. P. 407.
17 Так называли жителей Южной Африки британского происхождения.
18 Вяткина Р.Р. Указ. соч. С. 163.
19 Там же. С. 177.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


Оранжевая Юни (Orangia Unie, Колония Оранжевой Реки)20. Сторонники Л. Боты и Смэтса победили в сентябре 1910 г. на первых всеобщих выборах в ЮАС, получив 67 мест в парламенте из 11921.
Серьезным испытанием для нового государства в составе Британской империи стала Первая мировая война, вызвавшая серьезный политический кризис. Значительная часть южноафриканского белого населения - африканеры - не желали воевать за Великобританию, как этого требовал Акт о Южной Африке. Более того, война вызвала у них надежду на скорое освобождение от власти Британии. Эти настроения выражала Национальная партия (Die Nasionale Party), созданная в Блумфонтейне накануне войны в январе 1914 г. во главе с бурским генералом Д. Герцогом22. Герцог стал в 1920-х годах главным политическим оппонентом Смэтса. А тем временем правительство Боты-Смэтса объявило 4 августа 1914 г. о поддержке Великобритании в начавшейся войне. Однако как только весть о направлении армии для завоевания Германской Юго-Западной Африки (ТЮЗА) дошла до сельских районов, где находились фермы африканеров. началось вооруженное восстание против власти Великобритании. Правительство объявило с 14 октября 1914 г. военное положение. 30 ноября отряд конных мятежников (7000 человек) под командованием генерала К. Девета был разгромлен Л. Ботой под Уотербэри в Калахари23. А к началу 1915 г. мятеж был полностью подавлен правительственными силами24.
Война благоприятствовала росту политической карьеры и международной популярности Смэтса по нескольким причинам. Во-первых, Смэтс заявил в самом начале войны о поддержке Британской империи. Выступая в Лондоне в 1917 г., он так оценил вступление ЮАС в Первую мировую войну: «Мы начали войну с внутренних потрясений. В отличие от других частей империи, мы должны были навести порядок у себя дома... Южная Африка встала на правильный путь, поскольку Британская империя основана не на могуществе и силе, а на моральных принципах свободы, равенства и справедливости»25. Поддержка Британской империи и противопоставление ее Германской империи - стала центральной темой речей Смэтса в годы войны.
Во-вторых, росла слава Смэтса как военного руководителя, одержавшего ряд важных побед во главе южноафриканской армии. В 1914-1915 гг. прошла успешная кампания в ТЮЗА под командованием Л. Боты и Смэтса. В 1916 г. Смэтсу поручили возглавить военную операцию в Германской Восточной Африке (ГВА). Газета «Дэйли ньюс» сообщала 12 февраля 1916 г., что Смэтс является «самой значительной фигурой в Великобритании. Нет никого другого, кто мог бы приблизиться к нему по потенциалу... Он был архитектором нации. Есть надежда, что он может стать архитектором империи»26.
Правительство Великобритании нуждалось в поддержке своего авторитета со стороны доминионов, и по этой 20 Там же. С. 186.
21 Там же.
22 Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста. С. 293.
23 Boykin С.С. Op. cit. Р. 74.
24 Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста. С. 300,301.
25 SmutsJ.C. Wartime Speeches. L., 1917. P. 5,6.
26 Цит. no: Levy N. Op. cit. P. 293, 294.
iiiiiiiiiniiiiiiii Jia IlilllllllllHIIIII


причине Д. Ллойд Джордж пригласил Смэтса в начале 1917 г. в состав имперского военного кабинета. В Лондоне в то время царило настроение уныния. Сообщения о победах с фронтов не поступали, а Германия объявила в 1917 г. о начале тотальной подводной войны против союзников и тех, кто их снабжал. Появление в Лондоне Смэтса, победителя немецких войск в Африке, должно было вселить уверенность в наступлении скорого перелома в ходе войны27.
Феномен Смэтса-политика заключался в том, что во время Первой мировой войны он одинаково хорошо чувствовал ритм политической жизни как в ЮАС, так и в метрополии, находил нужные слова и решения. Он успешно справлялся с самыми разными проблемами в правительстве. Например, ему было поручено составить план создания королевских воздушных сил для защиты от налетов немецкой авиации, и этот военный институт появился в апреле 1918 г. как первая в мире независимая от других родов войск служба28. По просьбе Д. Ллойд Джорджа он уладил несколько конфликтов, связанных с забастовками горняков в Уэльсе29.
После подписания И ноября 1918 г. перемирия в Компьенском лесу Смэтс полностью переключился на решение проблемы послевоенного мироустройства. В центре его внимания были прежде всего проблемы Британской империи. Смэтс первым предложил еще в 1917 г. новое название для империи - «Британское Содружество наций»30. По мнению Смэтса, необходимо было решить после войны не только судьбу Европы, но будущее Содружества, «рассеянного по всему миру». Смэтс подчеркивал опасности, исходившие от Германии: «В миновавшие годы мира мы видели, что случилось. Везде на ваших коммуникациях обустраивалась Германия; везде на ваших коммуникациях вы можете обнаружить немецкую колонию или сеттльмент, большой или маленький; и может наступить такой день, когда вы окажетесь в опасности из-за того, что ваши линии коммуникаций могут быть перерезаны. Одним из положительных результатов этой войны стало то, что весь мир, кроме Европы, был очищен от врага. Германия была выдворена со всех морей и всех континентов, кроме Центральной Европы»31. Следовательно, Смэтс прямо призывал к аннексии германских колоний, угрожавших будущему Британской империи после Первой мировой войны.
В декабре 1918 г. Смэтс написал памфлет «Лига Наций: практическое предложение»32. К началу работы Парижской мирной конференции в 1919 г. в разных странах появилось более 30 подобных публикаций с планами создания Лиги Наций33. Однако лишь проекты Смэтса и президента В. Вильсона привлекли внимание широкой общественности и реально рассматривались на переговорах в Париже. В проекте Смэтса содержался 21 пункт предложений к уставу будущей организации, причем 9 пунктов касались судьбы арабских провинций Османской империи. Смэтс вообще исключил из обсуждения вопрос о бывших африканских колониях Гер27 Ingham К. Op. cit. Р. 89.
28 Parton N. The Development of Early RAF doctrine // Journal of Military History. 2008. Vol. 72. №4. P. 1155.
29 Ходнев A.C. Указ. соч. С. 152.
30 Smuts J.C. Op. cit. P. 29.
31 SmutsJ.C. Op. cit. P. 29, 30; Selections from the Smuts Papers. Vol. 4. P. 14,15.
32 SmutsJ.C. The League of Nations: A Practical Suggestion. L., 1918.
33 Documents on the League of Nations / Compiled by C.A. Kluyver. Leiden, 1920. P. 339-342.
iiiiiniiiitiiiiiii HI ПН II llllllllll


мании, считая, что они должны принадлежать тем странам, которые захватили их в ходе войны. Например, по мнению Смэтса ЮАС был заинтересован в аннексии Юго-Западной Африки (ЮЗА). Обратив внимание на различный уровень развития территорий на Ближнем Востоке, он предложил дифференцировать условия управления будущими подмандатными территориями в зависимости от этого. Критерием, который помог бы определить судьбу народов, мог стать, по мнению Я. Смэтса, принцип самоопределения, предложенный В. Вильсоном34. Однако известно, что В. Вильсон выступал за ограниченное применение этого принципа только для некоторых стран Европы.
Смэтс считал народы Африки и островов Тихого океана не способными к восприятию идей самоуправления. В колониальном наследстве проигравших в Первой мировой войне государств, требовавшем вмешательства Лиги Наций, Смэтс выделял три группы стран: одни были недостаточно подготовлены к самостоятельному управлению, другие были способны лишь к внутренней автономии, третьи нуждались в общем руководстве внутренней и внешней политикой35.
Идея мандатной системы Лиги Наций, предложенная Я. Смэтсом, была компромиссом между двумя обсуждавшимися после Первой мировой войны сценариями будущего захваченных заморских территорий - прямой аннексией или «интернационализацией» через Лигу Наций. Левыми предложение Смэтса рассматривалось как ограниченная победа «интернационализации», а для правых оно было не чем иным, кроме наименования, как аннексией. Выдвинутая Смэтсом идея мандатов на управление территориями на Ближнем Востоке, в Африке и Океании вошла в Устав Лиги Наций.
Во время Парижской мирной конференции Смэтса, члена делегации Великобритании, попросили совершить поездку в Венгрию, где в марте 1919 г. была провозглашена советская республика36. Вернувшись в Париж, он предложил провести экономическую конференцию с целью обсуждения вопроса о возрождении Центральной Европы. Смэтс считал условия Версальского мира слишком тяжелыми для Германии. Он побуждал Дж.М. Кейнса написать «Экономические последствия мира», для того чтобы объяснить британской общественности опасности Версальского договора37. Однако создатели мирового порядка все реже прислушивались к мнению Смэтса38. Тем не менее он все-таки подписал Версальский договор, поскольку не хотел давать прессе повода говорить о разногласиях среди союзников39.
В июле 1918 г. Смэтс вернулся в Южную Африку. В 1919-1924 гг. он был премьер-министром ЮАС. Главное испытание для карьеры Смэтса в период первого премьерства - восстание в 1922 г. белых горняков в Трансваале. Его причиной было решение в 1921 г. Горной палаты ЮАС резко сократить заработную плату горнякам в связи с экономическим кризисом, начавшимся в конце 1920 г.40 Кроме того, шахтовладельцы стремились заменить белых на черных горняков, ко34 Smuts J.C. The League of Nations: A Practical Suggestion. P. 14-17.
35 Ibid.
36 Selections from the Smuts Papers. Vol. 4. P. 99, 100.
37 Ingham K. Op. cit. P. 113.
38 Ходнев A.C. Указ. соч. С. 154.
39 Selections from the Smuts Papers. Vol. 4. P 166; Igham K. Op. cit. P. 109.
40 Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста. С. 459.
iiimiiiiiimiiii >017 iiiimiiimiiiiii


торым платили меньше. Правительство Смэтса вынуждено было использовать войска против восставших, волнения были жестоко подавлены. Этим воспользовалась Национальная партия во главе с Д. Герцогом, который клеймил на следующих выборах Смэтса за пролитую кровь белых41. В результате Южноафриканская партия потерпела поражение на выборах 1924 г., и Смэтс оставил пост пример-министра.
Уход из активной политики позволил Смэтсу уделить больше внимания его хобби: изучению мира растений и занятию философией. Оба вида деятельности Смэтс, благодаря незаурядным академическим способностям, сумел связать друг с другом. Изучение растений южноафриканского вельда позволило Смэтсу выдвинуть философскую теорию холизма. Эти идеи вошли в книгу «Холизм и эволюция» ( 1926)42. Его концепцию, первая версия которой появилась еще в 1912 г., многие исследователи предлагают рассматривать скорее как вероучение и подчеркивают трудности ее краткого изложения43. Согласно взглядам Смэтса, миром управлял процесс творческой эволюции - создание новых целостностей. Высшей формой органической целостности Смэтс считал человека. Высшая форма организации общества - холистический мир. Теория холизма, по мнению Смэтса, придавала смысл как региональной, так и глобальной политике. Первая холистическая целостность - Южно-Африканский Союз, объединивший всех белых. Южная Африка в свою очередь была частью другой целостности - Британского Содружества наций. Наконец, самая крупная холистическая целостность - Лига Наций, мировое объединение государств-целостностей для поддержания ценностей западной цивилизации и создания прочной системы Версальского мира44. Международный интерес к книге Смэтса был значительным. Например, британский историк А. Тойнби испытал серьезное влияние философии холизма во время подготовки известного труда «Постижение истории»45. Были и критики, обвинявшие Смэтса в дилетантизме46. Тем не менее академическое признание заслуг Смэтса в области философии все же состоялось. Об этом свидетельствует переиздание его работы в 2006 г.47
В 1933 г. на волне трудностей, вызванных мировым экономическим кризисом 1929-1933 гг., в ЮАС произошли значительные перемены в политике. Был создан коалиционный кабинет во главе с Д. Герцогом и Смэтсом. В 1934 г. Южноафриканская и часть Национальной партии слились в Объединенную партию (United Party). С 1933 по 1939 г. Смэтс занимал пост министра юстиции ЮАС.
Однако в начале Второй мировой войны африканеры вновь разошлись во мнениях о поддержке Британской империи. Значительная часть Объединенной партии во главе с Д. Герцогом, а также Очищенная национальная партия (Gesuiwerde Nasionale Party) Д. Малана выступили против участия ЮАС в войне с Германией. В ЮАС и подмандатной территории ЮЗА росли фашистские организации. Ведущие африканерские по41 Там же. С. 463-465.
42 SmutsJ.C. Holism and Evolution. L., 1926.
43 Dubow S. Smuts, the United Nations and Rhetoric of Race and Rights //Journal of Contemporary History. 2008. Vol. 34. №. 1. P. 59.
44 SmutsJ.C, Holism and Evolution. P. 345.
45 Dubow S. Op. cit. P. 59.
46 Ibid. P. 60.
47 SmutsJ.C. Holism and evolution. N.Y., 2006.
uiiiiiiiiiiiiiiiu joi IIIIIIIIHIIIIIIIII


литики настойчиво уговаривали Смэтса заявить 2 сентября 1939 г. о нейтралитете ЮАС в войне. Однако Смэтс отказался поддержать этот курс48. Это привело к расколу Объединенной партии - из нее вышли националисты. Голосование в парламенте ЮАС прошло 4 сентября с перевесом 80 против 67 в пользу политического курса Смэтса и поддержки Британии в войне49. Смэтс стал премьер- министром (1939-1948), а также министром иностранных дел и обороны. 18 мая 1941 г. Смэтсу было присвоено высшее в Великобритании воинское звание фельдмаршала50. Смэтс сыграл важную роль в военных действиях в Северной Африке, а также давал советы У. Черчиллю по проблемам Средиземноморья и Европы51.
В мае 1945 г. Смэтс был приглашен на конференцию по созданию ООН в Сан-Франциско. Он предложил включить в преамбулу Устава ООН слова «права человека»52. В этом заключалось самое серьезное противоречие и ирония в деятельности Смэтса-политика. Он настаивал на усилении гуманитарной тенденции в главном документе ООН, в то время как в Южной Африке явно усиливался расизм.
В 1940-х годах многое изменилось в ЮАС. В стране развивалась промышленность, проходил процесс быстрой урбанизации. Увеличился спрос на африканскую рабочую силу. Эти тренды развития по-новому поставили проблемы расовых отношений. Смэтс в решении этих вопросов оставался на позициях XIX в. Например, лидер Африканского национального конгресса (African National Congress, АНК) A. Keyмаприслал в 1943 г. Смэтсу документ «Требования африканцев», в которых был изложен призыв дать им полные гражданские права. А. Ксума попросил также о возможной встрече с премьер-министром. Однако все его предложения были отвергнуты, и в ответе, который он получил, документ АНК был назван пропагандистским53.
После Второй мировой войны бурное обсуждение деколонизации, прав наций на самоопределение, наконец, интернационализации всей международной политики демонстрировало, что приближался конец претензиям Европы на представительство мировой цивилизации. Но Смэтс по-прежнему отстаивал нерушимость Британской империи и целостность западной цивилизации как ведущей в мире. Все это было далеко от той real politik, благодаря которой Смэтс прославился в 1900-1930-е годы. Это не могло не привести Смэтса к поражению в 1948 г., которое открыло дорогу новой эпохе в истории Южной Африки - апарт- хейду. А ЮАС стал одним из главных объектов критики ООН по вопросам о правах человека.
После ухода из политики Смэтс пытался вести активную жизнь в академическом мире: в 1948-1950 годы его избрали почетным ректором Кембриджского университета. Однако неожиданная смерть старшего сына в октябре 1948 г. подорвала его дух. В последние два года жизни Смэтс следил за мировыми событиями, при этом в центре его внимания была Европа и Британское содружество. Например, он выражал сожаление о выходе Ирландии из Содружества, но не приветствовал вступление в него Индии после провозглашения 48 Kraus R. Old Master. The life of Jan Christian Smuts. N. Y., 1944. P. 344,345.
49 Ibid. P. 346.
50 Ibid. P. 404.
51 Dubow S. Op. cit. P. 53.
52 Ibid. P. 55.
53 Ibid. P. 64.
iiiiiiiiiiiiiiniii JDZ iiiiiiiiiiiiiiniii


республики. 11 сентября 1950 года через три месяца после 80-летия Смэтс умер от сердечного приступа на своей семейной ферме Дурнклоф в Айрин, неподалеку от Претории. Похоронен 16 сентября 1950 г. в Претории.
А.С. Ходнев
Избранные труды
Wartime Speeches. L., 1917.
The League of Nations: A Practical Suggestion.
L, 1918.
Holism and Evolution. L., 1926.
Africa and Some World Problems: Including the Rhodes Memorial Lectures Delivered in Michaelmas Term, 1929. Oxford, 1930.
Holism and evolution. N. Y., 2006.
Toward A Better World. Whitefish, 2005 (reprint ed.).
Литература
Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста (1870 - 1924). М., 1972.
Давидсон А.Б. Сесиль Родс и его время. М., 1984.
Вяткина Р.Р. Создание Южно-Африканского Союза. М., 1976.
Ходнев А.С. Ян Христиан Смэтс - южноафриканский философ и политик // Вопросы истории. 1995. №4. С. 151,152.
Armstrong H.G. Grey Steel. J.Н. Smuts. L., 1940.
Dubow S. Smuts, the United Nations and the Rhetoric of Race and Rights // Journal of Contemporary History. 2008. Vol. 43. № 1. P. 45-74.
Hancock W.K. Smuts. Vol. 1, 2. Cambridge, 1968.
Ingham K. Jan Christian Smuts: the Conscience of a South African. N. Y., 1986.


Тийо СОГА
Tiyo Soga, 1829-12.VIII.1871
Первый представитель коренного населения Южной Африки, получивший университетское образование и принявший сан священника; один из родоначальников литературы на языке исикоса.
Родился в 1829 г. в междуречье рек Грейт-Фиш и Кейскамма. Он был сыном Старого Соги - главного советника правителя амахахабе коса Нгкики. Во многом жизненный путь Тийо был предопределен его отцом, выделявшемся из общей массы своих соплеменников. Старый Cora испытал значительное влияние со стороны Нтсиканы - первого христианского проповедника-коса, и придерживался для своего времени передовых взглядов. Он, например, первым среди коса стал в своем хозяйстве применять плуг и построил оросительный канал, а также внедрял систему трудового найма. Cora был заинтересован не только в простом заимствовании технических приспособлений белого человека, но и в постепенном усвоении его знаний. Для этого он направил на учебу к миссионерам двух своих сыновей1. Одним из них и был Тийо.
Тийо Cora воспитывался и проходил начальное обучение под руководством преподобного Уильяма Чалмерза и своего старшего брата на миссионерской станции Тьюми Вэли, недалеко от места своего рождения. В возрасте 14 лет Тийо поступил в семинарию Миссионерского общества Глазго в Лавдейле. Эта семинария была предназначена для подготовки чернокожих южноафриканцев в качестве учителей и катехизаторов - наставников новообращенных христиан. Особенностью этого учебного заведения был его межрасовый характер - наряду с африканцами здесь обучались и белые. Образование Тийо было прервано в 1846 г. из-за начавшейся очередной пограничной («кафрской») войны. Ввиду военных действий в Лавдейле занятия прервались, глава училища подал в отставку и взял с собой в Шотландию 17-летнего Тийо Согу1 2.
В Шотландии юный Тийо провел два года. Столь близкое знакомство с европейской цивилизацией оказало на него огромное воздействие. Во время посещения кафедрального собора св. Павла в лондонском Сити Тийо был просто сражен величием этого здания и первыми словами, которые он смог произнести, стали: «Это сделал человек?»3
Во время пребывания в Глазго Тийо Cora посещал церковную школу и семинарию Объединенной свободной пресви - 1 Backhouse J. A Narrative of the Visit to the Mauritius and South Africa. L.. 1844. P. 211.
2 Давидсон А.Б. Южная Африка: становление сил протеста, 1870-1894. М., 1972. С. 125.
3 ChalmersJ.A. Tiyo Soga: a Page of South African xMission Work. Edinburgh, 1878. P. 43.
IIHKIUtlilllilll 364 IIIIIIIIHIIIIIIIII


терианской церкви Шотландии. После своего крещения и завершения обучения в конце 1848 г. Тийо вернулся в Южную Африку. Здесь он работал на миссионерских станциях в качестве учителя и переводчика, но в 1851 г. снова вынужден был оставить родные места и вернуться в Глазго для завершения образования. Причиной столь поспешного отъезда стала очередная война между колонистами и коса. Из-за того что Тийо являлся воспитанником миссионеров и не прошел через обряд инициации (в глазах своих соплеменников он так и не приобрел статуса взрослого мужчины), коса относились к нему с пренебрежением и враждебностью. С началом пограничной («кафрской») войны 1850- 1853 гг. его жизнь находилась под угрозой. Среди африканцев было распространено убеждение, что миссионеры являлись агентами колонистов, христианские миссии подверглись массовому разорению и уничтожению, и Тийо Cora было опасно оставаться на границе. Его жизнь стала подвергаться еще большей опасности, когда он отказал Макоме, одному из лидеров восстания коса, потребовавшему переводить захваченную африканцами военную корреспонденцию англичан4.
Однако поездка в Британию для Тийо была вызвана не столько бегством от невзгод и опасностей, сколько желанием посвятить себя более возвышенному делу - просвещению и христианизации своих соплеменников. Перед отплытием из гавани Порт-Элизабет ему предложили хорошо оплачиваемую должность государственного переводчика, но он отказался. Он предпочитал, согласно его собственным словам, как их передавал биограф Т. Соги Джон Чалмерз, скорее выпрашивать милостыню, чтобы оплатить дальнейшее свое обучение и «научиться тому, как лучше проповедовать учение Христа» для еще остававшихся «язычниками» коса5.
Снова оказавшись в Глазго, Тийо Cora встретил чрезвычайно теплый прием. Церковная община взяла на себя расходы по его обучению в университете, и он в течение пяти лет изучал теологию. Обучение ему давалось нелегко, так как ни опыта, ни соответствующей образовательной базы он не имел. Но упорство и труд во многом помогали компенсировать эти недостатки. Параллельно с обучением в университете Тийо много читал и изучал историю и культуру Британии, получил азы медицинских знаний. Он познакомился с сочинениями В. Ирвинга, У. Прескотта, Т. Маколея и других популярных и известных авторов, увлекся поэзией.
Окружающими Тийо первоначально воспринимался лишь в качестве экзотической фигуры, его часто приглашали на званые обеды лишь для того, чтобы он развлекал публику пением гимнов на своем языке. Со временем ему удалось преодолеть эти предубеждения. По выражению одного из профессоров университета, его товарищи вскоре забыли, что он был «кафром, но всегда помнили, что он был джентльменом». Все же Тийо предпочитал не участвовать в публичных собраниях6.
Тийо стремился принимать активное участие в жизни церковной общины. Он преподавал в воскресной школе в бедняцком квартале Глазго, посещал с проповедями дома рабочих. Однако здесь его подстерегала опасность подвергнуться унижениям и оскорблениям из-за своего цвета кожи. В одном случае, едва переступив порог дома одного ирландца, ему пришлось быстро ретиро4 ChalmersJA. Ibid. P. 58.
5 Ibid. P. 68.
6 Ibid. P. 85, 86,91.
iiiiiiiiitiiiiiiiii JO J IIIIIIIIIIIIIIIHII


ваться по шаткой лестнице, в то время как ему вслед неслись проклятья, «в которых отождествлялись цвет его кожи и преисподняя»7.
Однако несмотря на все трудности, по прошествии пяти лет Тийо первым среди южноафриканцев окончил полный университетский курс и был посвящен в сан священника 10 декабря 1856 г. Здесь же, в Шотландии, Тийо встретил свою спутницу жизни. 27 февраля 1857 г. он женился на Джанет Бернсайд, белой девушке из бедной семьи. В этом же году он навсегда оставил Шотландию, ставшую для него втором домом.
Возвращение Тийо Соги в Южную Африку стало настоящим событием как для белых, так и для африканцев. Сам факт появления чернокожего мужчины под руку с белой женщиной был вызовом основам колониального общества. На улицах Кейптауна все прохожие оборачивались и глазели на него с женой, а в Порт-Элизабет их появление просто остановили движение и слышались крики: «Позор Шотландии!»8 Африканцы же были просто поражены, видя Тийо проповедовавшим с церковной кафедры. Одновременно они были полны «радости и веселья» по этому поводу, так как его пример показал им, что и черный может добиться тех же вершин, что и белый. В письме к своим друзьям в Шотландию Тийо Cora отмечал, что только благодаря образованию, полученному в университете Глазго, перед ним открывались двери, закрытые для его соплеменников, было позволено проповедовать с церковных кафедр и наслаждаться тем положением, которое простому европейцу даровал единственно цвет его лица9.
Последующие годы, проведенные в Южной Африке, были заполнены активной деятельностью. Тийо Cora работал на миссионерских станциях Мгвали (до 1868 г.) и Тутура (до своей смерти в 1871 г.). В качестве представителя Объединенной свободной пресвитерианской церкви Шотландии Тийо Cora принимал участие в подготовке к изданию Библии на языке исикоса, войдя в 1868 г. в совет по переводу Библии. В 1866 г. он перевел поэму английского писателя и священника Джона Баньяна «Странствия пилигрима», бывшую настольной книгой Тийо Соги во время пребывания в Шотландии, а в 1873 г. была издана уже посмертно его «Книга гимнов для исполнения в христианских школах» на исикоса. С 1862 по 1871 г. он написал восемь статей для журнала «Индаба» («Новости»), печатавшегося на английском языке и исикоса в Лавдейле. Также он публиковался в англоязычной газете Капской колонии «Кингуильямстаун гэзетт энд Каффрариан баннер».
В проповеднической деятельности среди своих соплеменников Тийо Cora сталкивался с теми же проблемами, что белые миссионеры. В 1860 г., обращаясь к собранию коса, он сетовал, что африканцы относились к его словам, как люди, которым нет до них никакого дела. Сын Нгкики и инкоси (вождь) коса Сандиле задавался вопросом на встрече с Тийо в 1863 г., почему христианское учение пришло к ним посредством миссионеров, а не от их предков. То, что предшествующие поколения были лишены этой благой вести, вызывало у Сандиле сомнения и внутреннее неприятие10.
7 Ibid. Р. 75.
8 Ibid. Р. 131, 132; Williams D. Tiyo Soga, 1829-71 // Black Leaders in Southern African History. L., 1979. P. 131.
9 ChalmersJA. Op. cit. P. 135,136.
10 Soga T. The Journal and Selected Writings of the Reverend Tiyo Soga. Cape Town, 1983.
P. 27,36.
iiiiiiiiiiiiiiniii 366 lllllllllllllllllll


Тийо Cora делал все, что было в его силах, чтобы изменить негативное отношение африканцев к миссионерам. На его миссионерской станции в Мгвали находили приют голодные и обездоленные, он объезжал окрестные деревни, созывая людей на воскресные проповеди, организовывал сбор пожертвований для нужд миссии среди колонистов, неоднократно встречался с правителями коса и их советниками, стараясь в доверительных беседах склонить их на путь христианства.
За свою короткую жизнь Тийо Cora прославился не только как первый чернокожий миссионер Южной Африки, но и одни из первых ее общественных деятелей из числа коренного населения. Его публикации в периодической печати и миссионерских изданиях сыграли большую роль в формировании самосознания коса. Он был первым, кто заговорил об особом пути африканцев, предназначенном им свыше. В своих статьях Тийо Cora поднимал социальные, экономические и политические вопросы, фактически он размышлял о настоящем и будущем своего народа. В его сочинениях явственно отразились противоречия, присущие всем первым африканским интеллигентам и просветителям - убежденность в превосходстве и благотворном влиянии европейской цивилизации и глубокое переживание за судьбу своего народа, который оказался в глубочайшем кризисе в результате колониальных войн и захватов.
Приветствуя выход в свет первого номера газеты «Индаба», Тийо писал, что она должна стать «сосудом» для сохранения рассказов, легенд, сказок, обычаев и истории коса. В его словах прослеживается гордость за прошлое своего народа. «Давайте воскресим наших предков-прародителей, которые завещали нам богатое наследие», - восклицал на страницах «Индаба» Тийо Cora11. Говоря о традиционных правителях коса, он указывал, что они составляли «корень своего народа» и заботились в прошлом о его сохранении и благополучии11 12.
Сам Тийо Cora приложил немало усилий к сохранению истории и традиций коса, записывая старые сказания и обычаи. К сожалению, его этнографические заметки были утеряны и сохранились лишь отрывки, опубликованные при жизни Тийо в «Индаба» и его биографом Джоном Чалмерзом.
Важнейшая проблема, решению которой посвятил свое творчество Тийо Cora, было будущее развитие африканцев, их место среди других народов. Для него не было иной альтернативы, как принятие христианства и достижений западной цивилизации. Даже в страшных бедствиях, которым подвергся его народ после пророчества девушки Нонгг’авусе13, когда в 1856-1857 гг. коса вырезали практически весь свой скот, уничтожили запасы продовольствия и посевы зерна, Тийо видел божий промысел. Африканцы, ища спасения в миссии, открывались для проповедей миссионе11 Ibid. Р. 153.
12 Ibid. Р. 160.
13 В 1856 г. среди коса распространилось предсказание, провозвестницей которого была девушка Нонгг’авусе. Ее дядя, новообращенный христианин Млаказа, утверждал, что предки передавали через нее свою волю, согласно которой коса должны были уничтожить весь свой скот, запасы продовольствия и посевы зерна. После выполнения этих требований, согласно «пророчеству», мертвые должны были восстать из своих могил и изгнать белых пришельцев за море, и тогда снова к коса вернулись бы процветание и изобилие.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


ров и вынуждены были переходить к занятию земледелием, так как весь их скот был уничтожен14.
В своей статье в «Индаба» в июне 1863 г. Тийо отмечал, что европейцы принесли коса знания, мудрость и различные производственный навыки. «И если мы хотим, - продолжал Тийо, - чтобы наши дети воспользовались этими богатствами знаний, мудрости и навыков, мы должны отойти от того состояния, в котором мы ныне пребываем, так как и сами белые люди не были рождены с этими благами»15.
Для Тийо Соги принятие христианства, европейские знания, культура и умения не означали отказ от своих исконных корней. В цивилизации белого человека он видел прежде всего средство возвышения своего народа, избавление его от всех бедствий и несправедливостей. Он восхищался Евангелием, потому что оно «облагораживает и просвещает, устраняет все преграды, стоящие между людьми, связывая их воедино узами общего братства»16.
Тийо был глубоко убежден, что в бу- дущехМ африканцы встанут в одни ряд с европейскими народами. Он учил, что придет время и «презираемой Африки», ибо в писании сказано: «Эфиопия (под ней подразумевалась вся Африка. - А. В.) вскоре прострет свои руки к Богу». В конце XIX в. эти слова из Библии стали символом движения африканских независимых церквей. Таким образом, христианство представлялось Тийо не в качестве привнесенной европейцами религии, а как предназначенный самим Богом удел африканцев.
Получив образование и сформировавшись как личность на миссионерских станциях и в Шотландии, Тийо Cora никогда не испытывал слепого преклонения перед европейской культурой. Наряду с благом он хорошо видел и те пороки, которые принесли с собой белые. К ним он прежде всего относил пристрастие к спиртным напиткам. Алкоголь способствовал распространению непристойности, безнравственности и безответственности, что, как считал Тийо Cora, раньше не было известно или редко встречалось среди африканцев. В распространении этих пороков он напрямую винил европейцев, которые пользовались неопытностью африканцев и сознательно искушали их, распространяя спиртное среди общин коса, еще не затронутых этим пороком17.
Осуждал Тийо Cora и раскол среди африканцев на «христианизированных» и «язычников». Для него все коса были представителями одного народа. Тийо сетовал, что принявшие христианство африканцы утрачивают великодушие и способность уважать человека независимо от положения в обществе18.
Полнее всего взгляды Тийо Cora изложены в его завещании - 62 заповедях, которые он оставил своим детям. Первым и, по всей видимости, главным пунктом он ставил ясное осознание ими своих корней и сохранение достоинства своего народа. «Ради вашего блага - никогда не стыдитесь, что ваш отец был кафром и что вы унаследовали африканскую кровь... Вы должны всегда помнить о вашей матери как о честной, душевной, бережливой шотландской женщине, подлинной христианке. Вы всегда должны быть благодарны этим узам, которые связывают вас с белой расой. Но если вы хотите заслужить уважительное к себе 14 Chalmers JA. Ор. cit. P. 140,141.
15 Soga T. Op. cit. P. 168.
16 Ibid. P. 73.
17 Ibid. P. 168,169.
18 Ibid. P. 175.
iiiiiiiiiiiiiiiiiu > DO IIIIIHIIIIIIHIIII


отношение, если вы не хотите слышать насмешки от людей, - займите свое место в мире как цветные, а не как белые: как кафры, а не как англичане», - завещал Тийо Cora. Он просил своих детей жить и трудиться на благо своего народа, ради его возвышения и объединения, ибо «союз в каждом хорошем деле есть сила»19.
Таким образом, судьба и мировоззрение Тийо Cora стали отражением того противоречивого и сложного мира, в котором он жил. Ему довелось быть современником величайших потрясений в жизни своего народа, его мировоззрение было в значительной мере расколото тем обстоятельством, что среди белых, несмотря на все свои заслуги, образование и воспитание, он оставался чужаком. Его собственный народ, просвещению и возвышению которого Тийо Cora посвятил свою жизнь, также не принимал его. Его поведение и то, что он не прошел как все мужчины коса через обряд инициации, отталкивали от него значительную часть соплеменников. Однажды он даже признался, что иногда сожалеет о том, что «вообще отправился в Шотландию и вступил на путь проповедника»20.
Ему приходилось вести борьбу с окружающим миром, самим собой и тяжелым недугом. Смертельная для тех времен болезнь - туберкулез - передавалась по наследству в его семье. Работая на миссионерских станциях в невероятно тяжелых условиях, он постоянно подвергал свою жизнь смертельной опасности. Тем еще значительнее представляется настоящий жизненный подвиг этого человека.
Тийо Cora умер 12 августа 1871 г. Последние дни он провел, смотря в сторону своих родных мест - исконных территорий рода Нгкики, где он провел свою юность.
А.В. Воеводский
Литература
Баранов А.В. Тийо Cora: У истоков межрасового консенсуса в Южной Африке // Новая и новейшая история. Межвуз. сб. научных трудов. Саратов, 2004.
Давидсон А.Б. Южная Африка: становление сил протеста, 1870-1894. М., 1972.
ChalmersJA. Tiyo Soga: a Page of South African Mission Work. Edinburg, 1878.
Ndletyana M. Tiyo Soga // African Intellectuals in 19th and Early 20th Century South Africa. Cape Town, 2008.
Soga T. The Journal and Selected Writings of the Reverend Tiyo Soga. Cape Town, 1983.
Williams D. Tiyo Soga, 1829-71 // Black Leaders in Southern African History. L., 1979.
19 Давидсон А.Б. Указ. соч. С. 127; Отрывки из завещания Тийо Cora «Заповеди моим детям» // История Африки в документах, 1870-2000: в 3 т. М., 2005. Т. 1. С. 451,452.
20 Williams D. Op. cit. Р. 138.


Десмонд Мнило ТУТУ
Desmond Mpilo Tutu, род. 7.Х.1931
Южноафриканский религиозный деятель, архиепископ Кейптаунский (1986-1996), получил мировую известность как последовательный борец против политики апартхейда, лауреат Нобелевской премии мира за 1984 г.
Родился в городе Клерксдорп (провинция Трансвааль) в районе золотых приисков. Его отец был учителем, мать работала уборщицей и кухаркой в школе для слепых. Несмотря на то что детство Туту пришлось на период, когда в ЮАС происходило ужесточение расовой сегрегации и рост африканерского национализма. его воспитывали в семье в духе христианских ценностей и терпимости.
Когда Туту исполнилось 12 лет, его семья переехала в пригород Йоханнесбурга, и он стал посещать среднюю школу для банту. Во время учебы он стал свидетелем события, которое глубоко отпечаталось в его памяти. Как-то, когда он стоял на улице с матерью, мимо них проходил белый священник (это был Тревор Хаддлстон). Как Туту признавался позднее, он был поражен до глубины души, когда увидел, как белый священник снял шляпу, чтобы поприветствовать обычную черную женщину! Этот эпизод запечатлелся у него в памяти на всю жизнь. Впоследствии, когда его спрашивали, почему он не испытывает ненависти к европейцам, он отвечал, что ему везло с белыми, которых он встречал в юности1.
Окончив школу, Туту продолжал учебу в колледже для черных, где готовился к карьере учителя. В 1954 г. он получил степень бакалавра гуманитарных наук и затем несколько лет преподавал в средней школе в городе Крюгерсдорп. Здесь он женился на Номализо Лне Шенк’ане, с которой за годы совместной жизни воспитал трех дочерей и одного сына. Однако вскоре Туту оставил работу учителя в знак протеста против реализации правительством положений Закона об образовании банту, который передавал все школы в ведение министерства по делам туземцев и устанавливал расовую сегрегацию в образовательных учреждениях всех уровней.
В 1958 г. Туту занялся изучением теологии в колледже Св. Петра и через два года был посвящен в священники Англиканской церкви. В 1962 г. он продолжил обучение в Англии, поступив в Королевский колледж в Лондоне, где получил степени бакалавра и магистра теологии. По возвращении из Англии в 1966 г. преподавал в теологической семинарии в Восточном Капе, однако в 1970 г. вынужден был перебраться в Лесото, где преподавал теологию в местном университете1 2. В 1972 г. вернулся в Англию ассистентом директора 1 U RL: http://www.nobelprize.org/nobel_prizes/peace/laureates/T984/presentation-speech.html
2 Who’s Who in South Africa Politics. Johannesburg, 1995. P. 290.
ItllllHIlllllltlll инн nun hiiiii


теологического фонда Всемирного совета англиканских церквей, расположенного в городе Кент.
В 1975 г. Туту получил назначение настоятелем собора Св. Марии в Йоханнесбурге. Он стал первым африканцем, занявшим подобный пост. Значение этого факта в судьбе Туту трудно переоценить. Заняв высокий пост в церковной иерархии и обладая большим авторитетом и связями во Всемирном совете англиканских церквей, Туту взял на себя смелость обратиться с открытым письмом к премьер-министру Б. Форстеру, в котором призывал его созвать национальную конференцию (конвент), «чтобы предпринять попытку разработать план переустройства ЮАР в межрасовое, открытое и справедливое общество». В этом письме, написанном за месяц до событий в Соуэто3, Туту предупреждал, что если в ближайшее время не будут произведены значительные перемены в политике по отношению к африканцам, то кровопролитие и насилие станут неизбежными4.
Спустя год, выступая в Соуэто перед учащимися в день первой годовщины восстания, Туту заявил, что «белые в Южной Африке никогда не станут поистине свободными, пока свободными не будем мы все»5.
В 1976 г. Туту оставил свой пост декана собора Святой Марии и стал епископом Лесото. К этому времени он получил звание доктора теологии в нескольких университетах США, Великобритании и Германии.
В 1978 г. он стал генеральным секретарем Южноафриканского совета церквей (South African Council of Churches, CAKK), что предоставило ему новые возможности для выступления против апартхейда и придало его словам дополнительный вес и значение. В конце 1970 - начале 1980-х годов САКК заметно активизировал не только координационную церковную деятельность, но и включился в борьбу против апартхейда. В августе 1979 г. на национальной конференции САКК была принята резолюция с призывом к правительству отменить апартхейд, освободить политических заключенных и разрешить легальную деятельность всем африканским политическим организациям, в том числе и Африканскому национальному конгрессу (African National Congress, АНК)6.
Сам Туту выразил свое мнение о расизме и апартхейде в Южной Африке в следующих словах: «Мы живем под расистскими законами, которые являются воплощением зла, аморальны и полностью противоречат христианским ценностям. Нынешняя обстановка в стране - это обстановка абсолютного насилия. Насилие заключать в тюрьму без суда. Насилие принудительных выселений. Насилие, которое затормаживает развитие детей намеренно неполноценной системой образования. Насилие миграционной системы труда, которая целенаправленно разрушает семейную жизнь африканцев»7.
Целью борьбы с апартхейдом Туту назвал построение «демократического 3 В июне 1976 г. в крупнейшем «черном» пригороде Йоханнесбурга Соуэто произошли массовые волнения учащихся, вызванные попытками правительства ввести обязательное обучение на языке африкаанс. После жестокой расправы полиции с демонстрантами волнения охватили всю страну. В ходе столкновений с полицией и военными погибло, по разным оценкам, от 200 до 600 человек.
4 Тихомиров В.И. Церковь и политическая борьба в Южной Африке. М., 1990. С. 90.
5 Там же.
6 Там же. С. 130.
7 Асоян Б. Сквозь 300 лет - от Кейптауна до Трансвааля. М., 1991. С. 203, 204.
IIIIIIIIIIIIIIIHII SH ! IIIIIIIIIIIIIIIHII


и справедливого общества без расового разделения», что включало в себя ряд требований: 1 ) равные гражданские права для всех; 2) аннулирование удостоверений личности, без которых ни одни африканец не мог передвигаться за приделами бантустанов; 3) общая для всех система образования; 4) прекращение насильственных депортаций в так называемые «хоумленды» (бантустаны)8.
Туту в должности генерального секретаря С АКК в 1980 г. поддержал широкую кампанию под лозунгом «свободу Манделе». В ее ходе он заявил: «По моему тщательно обдуманному мнению, в ближайшие 5-10 лет у нас в Южной Африке будет черный премьер-министр... Нам нужен Нельсон Мандела, потому что почти наверняка первым черным премьер-министром будет именно он»9.
В наказание за это высказывание и за публикацию руководством САКК, т. е. тем же Туту, в газете «Санди пост» ходатайства освободить из тюрьмы Нельсона Манделу, в марте 1980 г. ему отказали в выдаче заграничного паспорта. В мае Туту оказался в тюрьме за участие в марше против ареста священника- конгрегационалиста Дж. Торна. Правительство побоялось применять жестокие санкции против деятелей церкви, и Туту, как и другие участники демонстрации, был приговорен к штрафу в 50 рандов10 11.
Призыв к освобождению Н. Манделы не означал, что Туту стал сторонником АНК. Этого не могло быть уже потому, что он выступал с позиции ненасилия и христианской морали. Он вообще старался избегать отождествления с какой-либо партией или идеологией. Как и большинство церковных лидеров, он выступал против политики создания «независимых» бантустанов. Осуждал он и коммунизм, ставя его на одну доску с нацизмом и апартхейдом11. Достаточно характерной была его позиция в отношении образованного в 1983 г. Объединенного демократического фронта (United Democratic Front, ОДФ) - широкой коалиции различных общественных организаций и групп, созданного для координации деятельности оппозиции против введения в действие предложенной П.В. Ботой новый конституции ЮАР. Поддерживая идею сплочения всех демократических сил в борьбе с апартхейдом, Туту устранился от прямого участия в его организационной деятельности12.
К началу 1980-х годов Туту уже пользовался в мире достаточно большой популярностью. Общественным и политическим деятелям Запада импонировала его приверженность демократическим ценностям, мирным средствам борьбы и принципам христианской веры. В марте 1981 г. эти симпатии обрели реальную форму: два квакерских общества США и Великобритании выдвинули Туту на Нобелевскую премию мира 1981 г. В том же месяце Туту, которому незадолго до этого вернули загранпаспорт, отправился в поездку по США, Великобритании и Италии, в ходе которой встречался с Генеральным секретарем ООН К. Вальдхаймом и папой Иоанном Павлом II. Туту вновь остро критиковал расистскую систему ЮАР, высказывался за введение режима экономических санкций и за вывод из Южной Африки иностранных капиталов. По возвращении из турне его 8 URL: http://www.nobelprize.org/nobel-prizes/laureates/1984/tutu-Bio.html
9 Sunday Post. 1980. 4 May.
10 Who’s Who in South Africa Politics. P. 291.
11 Тихомирова В.И. Указ. соч. С. 103.
12 Allen J. Desmond Tutu: Rabble-Rouser for Peace. The Authorized Biography. Chicago, 2006.
P. 206,207.
iiiiiiiiiiiiiiniii iiiiiiiiiiiiiiniii


снова лишили права на заграничные поездки13.
Выступая с критикой политики апартхейда, Туту не ограничивался только устными заявлениями и встречами с мировыми лидерами. В 1981 г. вышла его первая книга «Плач в пустыне: борьба за справедливость в Южной Африке»14, а в 1983 г. был опубликован сборник его речей и проповедей «Надежда и страдания»15. В них Туту выражал свое видение будущего устройства Южной Африки: отмена дискриминационного законодательства, установление правления большинства (но не «черного большинства», а всех расовых групп), введение единой системы образования и т. д.
Однако по-настоящему всемирное признание пришло к Туту в 1984 г., когда ему была присуждена Нобелевская премия мира. Он стал вторым после А. Лутули южноафриканцем, удостоившимся этой награды. В представлении Норвежского нобелевского комитета говорилось, что Туту был удостоен этой престижной награды за вклад в борьбу с режимом апартхейда, которую он вел с помощью доводов «морали и разума». Далее отмечалось, что деятельность Десмонда Туту представляла единственную возможную форму разрешения конфликтов, «достойную цивилизованных наций»16.
На церемонии вручения премии в традиционной нобелевской лекции Туту еще раз, обращаясь ко всему миру, перечислил те несправедливости и дискриминационные законы, которым подвергались африканцы в Южной Африке с начала XX в., когда был принят Закон о землях туземцев 1912 г. Возможность достижения мира в своей стране Туту видел в установлении библейских принципов: праведность, справедливость, единство, полнота жизни, смех, радость, сострадание, соучастие и примирение17. По его мнению, дегуманизация угнетенных еще в большей степени лишала человечности самих угнетателей. «Мы нужны друг другу чтобы стать действительно свободными, чтобы стать людьми», - заявлял Туту, обращаясь не только к южноафриканцам, но и ко всему человечеству18.
После церемонии вручения премии мира Туту совершил очередное мировое турне и везде призывал к введению санкций против ЮАР как средства ненасильственного давления с целью изменения политики правительства. Одновременно он выступал с осуждением актов террора и против насилия в черных таунши- пах южноафриканских городов, он даже пригрозил покинуть ЮАР, если не прекратится практика жестоких расправ над заподозренными в сотрудничестве с полицией и спецслужбами ЮАР19. Он неоднократно призывал конфликтующие стороны сесть за стол переговоров, предлагая себя в качестве посредника между властями и лидерами сопротивления.
13 Тихомиров В.И. Указ. соч. С. 100,101.
14 Tutu D. Crying in the Wilderness: The Struggle for Justice in South Africa. Grand Rapids (Mich.), 1982.
15 Tutu D. Hope and Suffering: Sermons and Speeches. Johannesburg, 1983.
16 URL: http://www.nobelprize.org/nobel_prizes/peace/laureates/1984/presentation-speech.html
17 URL: http://www.nobelprize.org/nobel_prizes/peace/laureates/1984/tutu-lecture.html (на русск. яз.: История Африки в документах, 1870-2000: В 3 т. М., 2007. Т. 3. С. 366,367).
18 Ibid.
19 Одним из наиболее жестоких способов казни был поджог автомобильной покрышки, надетой на шею подозреваемого в сотрудничестве с полицией. (Who’s Who in South Africa Politics. P. 291.)
IIIIIIIIHIIIIIIIII ДО IIIIIIIIHIIIIIIIII


В 1986 г. Туту занял еще более высокий пост в церковной иерархии: он стал главой Англиканской церкви в Южной Африке (Церкви провинции) - архиепископом Кейптаунским. В своей инаугурационной речи он осудил насилие в любой форме, добавив, что относится к президенту П.В. Боте как «брату»20.
Призывы Туту к переговорам постепенно находили отклик как в правительстве ЮАР, так и в руководстве АНК и Панафриканистского конгресса (Pan Africanist Congress, ПАК). В 1986 г. он несколько раз встречался с П.В. Ботой. Тогда же объявил о своих контактах за рубежом с лидерами сопротивления.
В 1987 г. Туту посетил Австрию, Великобританию, США и Мозамбик. В марте у него состоялась встреча с членами Исполкома АНК в Лусаке. По ее окончании он заявил, что согласен с целями организации по достижению нерасовой демократии в Южной Африке, но не разделяет идею вооруженной борьбы21. В 1988 г. в составе делегации, прибывшей на празднование тысячелетия крещения Руси, Туту посетил СССР.
На фоне продолжения репрессий против оппозиции режиму апартхейда высказывания Туту становились более радикальными. Во время поездки в Мозамбик Туту предупредил, что может прийти время, когда он «объявит, что все [мирные] средства исчерпаны. Я скажу вам, когда мы будем вынуждены прибегнуть к насилию для того, чтобы покончить с несправедливой системой»22. Он отвергал любые попытки правительства П.В. Боты начать переговоры с «избранными лидерами» африканцев, в обход находившегося в тюрьме Н. Манделы и фактического руководителя АНК О. Тамбо.
В 1988-1989 гг. Туту все чаще стал принимать участие в массовых акциях протеста, организованных ОДФ. Во время одной из демонстраций он был задержан полицией и доставлен в полицейский участок, во время другого марша против ареста группы студентов и их преподавателей вместе с другими участниками подвергся действию слезоточивого газа23.
После снятия запрета с АНК и освобождения Н. Манделы в 1990 г. Туту продолжал выполнять посреднические миссии в переговорах, теперь уже не только между правительством и лидерами АНК и ПАК, но и между различными политическими организациями африканцев. Так, в 1993 г., пытаясь прекратить насилие между сторонниками АНК и Ин- каты, он способствовал встрече между Н. Манделой и главным министром бан- тустана КваЗулу М.Г. Бутелези.
Туту делал все, чтобы избежать начала межрасовой войны. Одним из таких «моментов истины» для него стали похороны генерального секретаря ЮАКП и члена национального исполкома АНК Криса Хани, убитого 10 апреля 1993 г. По мнению Туту, он являлся единственным руководителем в АНК, способным убедить разгневанных «младотурок» (так он называл молодежь черных предместий) уважать мир24. И он, наряду с Н. Манделой, попытался сделать все возможное, чтобы удержать ситуацию под контролем. Во время похорон К. Хани он сумел воодушевить толпу в 120 тыс. человек выкрикивать вслед за ним: «Мы будем свободны! Все мы! Черные и белые вместе!» Свою речь Туту завер20 Тихомиров В.И. Указ. соч. С. 106.
21 Who’s Who in South Africa Politics. P. 292.
22 Шубин В.Г. ЮАР: создание нерасового государства. М., 1998. С. 33.
23 Who’s Who in South Africa Politics. P. 292.
24 Шубин В.Г. Указ. соч. С. 118.
IIIIIItlIIIMIIIIII IIIIIIIIIIIIIIIHII


шил словами: «Мы богоизбранная нация радуги! Нас не остановить! Никто не сможет нас остановить на пути к нашей победе! Ни человек, ни оружие, ничто! Потому что Бог на нашей стороне!»25 Эти слова выражали тот оптимизм, который в то время разделяли многие из представителей черной и белой общины, что в будущем возможно достичь примирения и построить новое общество - «радужную нацию».
Идеи, высказанные и разработанные Туту в 1980-1990-е годы, легли в основу так называемой «теологии убунту»26. В ней противопоставляется западное понимание человеческой сущности, прежде всего декартовское: «Я мыслю, следовательно, я существую» - традиционным африканским представлениям: «Я существую, потому что существуешь ты»27. «Человек, обладающий убунту, - считает Туту, - открыт и доступен для других людей, поддерживает других, не чувствует для себя угрозы от более достойных и способных, так как он или она обладает чувством собственного достоинства, которое происходит из знания, что он или она принадлежат к большому единому целому, которое убывает, когда унижают, пытают и притесняют других»28. Эти идеи получили распространение не только в Южной Африке, но и остальном мире. В июне 2009 г. специальный представитель государственного секретаря США по вопросам глобального партнерства Э. Багли выступила с заявлением о проведении дипломатии убунту, направленной на объединение и взаимодействие всех сил - правительственных, общественных, частных, межгосударственных - в решении ключевых проблем современности29.
Название «Убунту» получила также одна из самых популярных после Windows компьютерных операционных систем, разработанная на основе свободного программного обеспечения. Главным спонсором этого проекта является южноафриканский бизнесмен Марк Шаттлворт, получивший известность в России благодаря тому, что стал вторым в истории космическим туристом, отправившимся в 2002 г. на Международную космическую станцию.
Философию убунту Туту попытался привнести и во внутреннюю политику Южной Африки. После ликвидации режима апартхейда и первых всеобщих нерасовых выборов в 1994 г. новый парламент ЮАР принял решение, что прошлые преступления не могут быть так просто забыты и прощены. Актом парламента в 1995 г. была создана Комиссия истины и примирения. Председателем Комиссии был назначен архиепископ Десмонд Туту: он возглавил группу юридических экспертов и следователей. Суть работы Комиссии заключалась в том, что на открытых слушаниях жертвы режима апартхейда приглашались дать показания о жестокостях, которым они подвергались, а виновники - о своих преступлениях. Сам Туту следующим образом характеризовал цели Комиссии: «Здесь главной целью является не возмездие или наказание, но исцеление моральных травм в духе убунту, восстановление равновесия, воссоздание разрушенных 25 Allen J. Op. cit. Р. 334,335.
26 Понятие «убунту» в традиционной африканской культуре отражало особую систему отношений между людьми. На европейские языки чаще всего переводится как «гуманизм», «чувство солидарности».
27 Allen J. Op. cit. Р. 347.
28 URL: http://www.en.wikipedia.Org/wiki/Ubuntu_%28philosophy%29#cite_ref-2
29 URL: http://www.state.gOv/s/partnerships/ubuntu/index.htm
lllllllllllllllllll lllllllllllllllllll


отношений [между людьми]»30. Комиссия получила право предоставления амнистии совершившим преступления по политическим мотивам в период апартхейда. Условием прощения было раскаяние и искренность. Ожидалось, что все политические партии, в том числе и АНК, дадут показания Комиссии Туту об их деятельности во время апартхейда. В частности, перед Комиссией выступил последний президент ЮАР времени апартхейда Ф. де Клерк и попросил прощения за страдания, причиненные им в годы апартхейда.
В 1998 г. Комиссия представила доклад, в котором содержалось осуждение насильственных действий с обеих сторон, как правительства, так и сил, боровшихся с апартхейдом31. Главные ее выводы все же были предрешены заранее, так как еще задолго до начала работы Комиссии политика апартхейда на официальном уровне была признана преступлением против человечности. Но больше всего критику вызвало стремление Комиссии возложить коллективную вину за прошлые преступления на все белое население ЮАР. 18 февраля 1998 г. Туту призвал всех белых, «особенно африканеров», признать те «низкие дела», которые были совершены в прошлом. «Белые люди, если вы отвергнете ТРК32, вы унесете груз вины с собой в могилу», - взывал Туту к гражданам европейского происхождения33. Естественно, подобный взгляд вызвал со стороны представителей белой общины протесты и обвинения в предвзятости. «Ди Бюргер» («Die Burger»), крупнейшая газета ЮАР на африкаанс, указывала, что Туту возлагал коллективную вину на целый народ, что «в истории являлось одной из опаснейших доктрин»34. Хотя деятельность Комиссии в большинстве случаев признается как важный шаг на пути к примирению и исцелению ран прошлого, она не получила однозначной оценки со стороны населения ЮАР. Согласно опросам общественного мнения в 2000 г., лишь 29% белых считали, что Комиссия способствовала созданию единой нации, среди африканцев и цветных подобной точки зрения придерживались 77% и 56%, соответственно35.
После завершения деятельности Комиссии в 1998 г. и ухода в 1996 г. с поста архиепископа Кейптаунского Туту главные свои усилия сосредоточил на защите прав человека. Он участвует в различных программах ООН, является активным деятелем кампании по борьбе со СПИДом, выступает попечителем и организатором нескольких благотворительных фондов, пропагандирует идеи экуменизма. В 2006 г. Туту был назначен руководителем комиссии ООН по расследованию бомбардировок Израилем палестинского города Бейт-Ханун. В 2008 г. он назвал блокаду сектора Газа «омерзительной» и сравнил правительство Израиля с военной хунтой, правящей в Бирме36.
Туту также выступает жестким критиком правительства ЮАР. Он обвиняет АНК в неспособности покончить с бедностью, коррумпированности, недостаточных усилиях по борьбе с эпидемией СПИДа и т. д. Выступая в 2006 г. в Кейптаунском университете с лекцией, посвященной памяти Стивена Бико, 30 Allen J. Op. cit. Р. 347.
31 URL: http://www.doj.gov.za/trc/report/index.htm
32 Аббревиатура названия Комиссии - Truth and Reconciliation Commission.
33 Giliomee H. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004. P. 651.
34 Цит. no: ibid.
35 Ibid. P. 655.
36 URL: http://www.news.bbc.co.Uk/2/hi/middle_east/7425082.stm
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


известного борца с апартхейдом, Туту задавался вопросом: «Что случилось с нами?» Он указывал, что современные южноафриканские чиновники часто обращаются с людьми не лучше, чем их предшественники времен апартхейда, а люди в Южной Африке все еще не испытывают взаимного уважения друг к другу. Однако главную причину этого он видел в наследии прошлого: «Возможно, что мы не осознаем, до какой степени апартхейд изуродовал нас, что мы даже не понимаем разницы между плохим и хорошим»37. В 2007 г. Туту обратился с призывом к АНК не избирать Дж. Зуму своим лидером взамен Т. Мбеки. Однако его голос не был услышан.
Десмонд Туту по сей день остается одним из самых известных в мире, после Н. Манделы, южноафриканцев. Он почетный доктор многих университетов, является лауреатом многочисленных премий за свою миротворческую и просветительскую деятельность. В 2009 г.
Б. Обама вручил Туту высшую награду США - медаль Свободы.
А.В. Воеводский, ВЛ. Городнов
Избранные произведения Д. Туту
Crying in the Wilderness. The Struggle for Justice in South Africa / Ed. by John Webster. Grand Rapids (Michigan), 1982.
Hope and Suffering: Sermons and Speeches / Ed. by John Webster. Johannesburg, 1983.
The Rainbow People of God: The Making of a Peaceful Revolution / Ed. by John Allen. N. Y., 1994.
God Has a Dream: A Vision of Hope for Our Time. Doubleday, 2004
Литература
Тихомиров В.И. Церковь и политическая борьба в Южной Африке. М., 1990.
Шубин В.Г. ЮАР: создание нерасового государства. М., 1998.
AllenJ. Desmond Tutu: Rabble-Rouser for Peace. The Authorized Biography. Chicago, 2006.
37 URL: http://www.news.bbc.co.Uk/2/hi/africa/5384310.stm


Хендрик Френш ФЕРВУРД
Hendrik Frensch Verwoerd,
8.IX.1901-16.IX.1966
Премьер-министр ЮАР (до 1961 г. Южно-Африканский союз) в 1958 - 1966 гг.
Родился 8 сентября 1901 г. недалеко от Амстердама. Через несколько месяцев его семья эмигрировала в Южную Африку.
Фервурд получил образование в Южной Африке, Германии, побывал в молодости в США. Сначала он учился в Стелленбосе, где получил степень бакалавра, затем в университете в Германии, защитил диссертацию на звание доктора психологии и социологии. Фервурд познакомился с расовой теорией Гитлера, из поездки в США он извлек опыт взаимоотношений белых американцев с небелыми (афроамериканцами). Вернувшись в 1927 г. в Южную Африку, д-р Фервурд в должности профессора преподавал прикладную психологию ( 1927-1932 гг.) и социологию (1933-1937 гг.) в университете Стелленбоса.
В 1936 г. профессор Фервурд был приглашен на должность главного редактора издававшейся 1 [ациопалыюп партией (Die Nasionale Party, НП) в Йоханнесбурге новой газеты «Ди Трансвалер» («Die Transvaler»). В ней была заинтересована и еще одна тайная организация - Африканер Брудербонд (Afrikaner Broederbond, Африканерский союз братьев), ставившая своей целью развитие национального самосознания африканеров, предотвращение их культурной ассимиляции и постепенный приход к власти в ЮАС. Фервурд и лидер НП Д.Ф. Малан к этому времени уже давно были его активными членами. В своей газете Фервурд писал: «Африканер Брудербонд должен установить контроль над всем, чем сможет, в жизни Южной Африки. Его члены должны помогать друг другу, чтобы продвигаться по службе в государственном аппарате или в любом другом учреждении». Начиная с 1948 г., когда к власти в ЮАС пришла НП, все премьер-министры и почти все члены кабинета, ректоры университетов, руководители церковных общин, председатели крупнейших корпораций были ч л е н а м и Б рудерГо 11 да.
Во время Второй мировой войны Фервурд, как и большинство африканерских националистов, поддерживал Германию. Его газета выступала против участия Южной Африки на стороне антигитлеровской коалиции. Это вызывало большое недовольство южноафриканской прессы, которая поддерживала союзников и обвиняла Фервурда в том. что он превратил «Ди Трансваалер» в инструмент нацистской пропаганды. Дело дошло в июле 1943 г. до суда. В приговоре говорилось, что Фервурд «поддерживал нацистскую пропаганду, превратил свою газету в оружие нацистов в Южной Африке и делал это сознательно»1.
1 URL: http://\v\vw/bookrags.com/biography/hendrik-frensch-verwoerdH Е/\erwoerd Encyclopedia of World Biography
innitiiiiiiiHiii 3/8 iiiiiiiiiiiiiiniii


В 1948 г. к власти пришла НП, и ее лидер Д. Малан, ставший премьер-министром нового правительства, провозгласил политику апартхейда. Д-р Фервурд занял должность министра по делам туземцев и место в сенате - верхней плате парламента. В 1950 г. его освободили от редакторской работы в газете.
Фервурд приступил к реализации политики «тотального апартхейда». Было решено сосредоточить большую часть африканцев в резерватах. Там, в рамках своих «национальных отечеств» (бан- тустанов), им предстояло избежать пагубного воздействия западной культуры и сохранить самобытность. По схеме, составленной Фервурдом, бантустаны должны были якобы стать самоуправляющимися государствами, азатем образовать конфедерацию с «белой» Южной Африкой.
Для осуществления этого замысла требовалось законодательное обоснование, чего Фервурд, министр и сенатор, быстро добился. Вместе с законами о регистрации населения и раздельных местах проживания африканцев особую роль должны были сыграть меры по контролю за миграцией рабочих-африканцев.
Год за годом Фервурд представлял парламенту законопроекты, имеющие целью поставить под контроль каждый аспект жизни африканцев и принудить к сегрегации одного африканского народа от другого.
Лидерам этнических групп Фервурд ♦разъяснял», что поскольку «раздельное развитие», т. е. апартхейд, отвечает прежде всего интересам самих африканцев, то следует без всяких сомнений обрывать нити, которые связывают черную общину с белой. Фервурд обещал им, что в будущем правительство увеличит территории резерватов и вложит в их развитие необходимые для этого капиталы.
В 1952 г. министерство Фервурда ввело постоянные удостоверения личности, так называемые «туземные пропуiitiHiiiiiiiiiim 3/9
ска» (африканцы называли их «клеймо раба»). Отсутствие этого документа приводило к аресту и даже высылке в банту- стан. Ежегодно полиция арестовывала до 380 тыс. нарушителей этого закона.
В 1954 г. Д. Малан ушел в отставку, в 1958 г. умер сменивший его Й. Стрейдом. Лидером НП и премьер-министром правительства ЮАС стал Хендрик Фервурд.
Новый премьер-министр начал с того, что лишил черных южноафриканцев названия «африканец», а заодно исключил из официального употребления и термин «туземец». Упорный расист Фервурд заявил, что он и не слышал о такой расе, как африканцы.
Что же касается прежнего названия «туземец», то, по мнению Фервурда, не черные, а белые могут претендовать на этот термин, потому что они прибыли в Южную Африку раньше. Премьер- министр ввел термин «банту», невзирая на то что это слово в переводе означает «люди» и распространено по всей Центральной и Южной Африке.
Став премьер-министром, с 1958 г. Фервурд постарался осуществить все свои планы и идеи: никакого смешения рас ни в одной сфере человеческой жизни и деятельности. У чернокожих не должно быть политических прав за пределами бантустанов, а их «национальные отечества» должны находиться под полным контролем правительства.
3 февраля 1960 г. премьер-министр Великобритании Г. Макмиллан, выступая с речью в Кейптауне, произнес многозначительные слова: «Ветер перемен подул над Африкой». Тем самым он выразил отрицательное отношение своего правительства к расовой политике ЮАС и заявил, что курс Великобритании в Африке направлен на создание таких государств, где все жители могли бы пользоваться равными политическими правами и возможностями. Слова эти вызвали замешательство у южноафриканских националистов. Выступая в НИИ 1111111111111


парламенте 9 марта 1960 г. Фервурд высказал свое недовольство: «Мне кажется, что европейские нации готовы оставить белых в Африке на произвол судьбы. Мы не принимаем точку зрения, что права белого меньшинства в ЮАС будут удовлетворены в многорасовом обществе, где белые будут соревноваться с черными на основе равенства, что, в конечном счете, может только означать создание черного правительства»2. В свою очередь Фервурд произвел на Макмиллана, по собственному признанию премьер- министра Великобритании, впечатление «недалекого голландского сапожника».
Известный в Южной Африке писатель и просветитель Езекиле Мпахлеле, выступая с докладом на Конгрессе народов Африки в Аккре (Гана) в декабре 1958 г., как бы предсказывая будущее, так обрисовал положение в своей стране: «В условиях принятия все новых и новых репрессивных законов мы сталкиваемся с жестокой системой белого расизма в Южной Африке. Пока у власти находится Фервурд, положение неизбежно будет ухудшаться»3. Так оно и произошло в 1960-е годы.
Протесты африканцев против режима апартхейда переросли в массовое сопротивление. Особенно гневное действие вызвала так называемая Шарпевильская бойня в марте 1960 г., когда жертвами полицейских стали сотни человек. На эти события откликнулась почти вся страна, началась многодневная всеобщая забастовка. Правительство Фервурда объявило чрезвычайное положение, что означало усиление репрессий. «Правительство не видит причин для отхода от политики раздельного развития, - заявил Фервурд в парламенте. - Напротив, происшедшие события больше, чем когда-либо, подчеркнули тот факт, что мир, правопорядок и добрые отношения между расам» лучше всего могут быть достигнуты с помощью этой политики»4.
В июле 1961 г. Фервурд поручил наведение порядка в стране Б. Форстеру, назначив его министром юстиции, полиции и тюрем. Волнения в африканских поселках были жестоко подавлены.
Для преодоления последствий чрезвычайного положения Фервурд принял решение провести референдум среди белого населения по вопросу о независимости. Получив поддержку избирателей, правительство 31 мая 1961 г. провозгласило страну Южно-Африканской Республикой, порвав официальную связь с бывшей метрополией - Великобританией.
Стремясь подавить все возможные очаги сопротивления, в 1960-егоды Хендрик Фервурд сам стал жертвой политического насилия. Сначала в него стрелял белый фермер Д. Пратт - два выстрела с близкого расстояния, но Фервурд выжил. Прошло несколько лет, и совершено новое покушение на его жизнь. 16 сентября 1966 г., когда премьер-министр правительства ЮАР и лидер НП готовился к выступлению в парламенте, к нему подошел парламентский посыльный Диметро Теафендас и нанес ему несколько ударов ножом. Фервурд скончался на месте.
Фервурд ушел из жизни, когда, казалось, белое господство в Южной Африке стояло на прочной основе. Однако уже через десять лет после его смерти страну потрясли массовые волнения, сделавшие окончательный демонтаж апартхейда лишь вопросом времени.
В.П. Городнов
2 Troup F. South Africa: An Historical Introduction. Harmondsworth, 1975. P. 352.
3 New-Age. 1958. December.
4 Цит. по: Асоян Б. Сквозь 300 лет - от Кейпа до Трансвааля. М., 1991. С. 230.
iiiiiiiiiiiiiiiiin yOU iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Литература
Бантинг Б. Становление южноафриканского рейха. М., 1964.
Тихомиров В.И. Партия апартеида. Социально-политическая эволюция Националистической партии ЮАР. М., 1987.
Dr. Н.Е Verwoerd die republikein: hoofar- tikels uit Die Transvaler, 1937-1948 /
Saamgestel deur O. Geyser. Kaapstad, 1972.
Verwoerd speaks; speeches 1948-1966 / Ed. by A.N. Pelzer. Johannesburg, 1966.
Giliomee H. The Afrikaners: Biography of People. Charlottesville, 2004.
Moodie D. The Rise of Afrikanerdom. Berkeley, 1975.


ЧАКА (Шака)
Shaka kaSenzangakhona, 1787(?)-7.IX.1828
Основатель и первый правитель (инкоси) зулусской державы - КваЗулу.
Рождение Чаки совпало с масштабными изменениями в жизни африканского населения Южной Африки. В XVIII в. постепенно усиливалось давление на африканцев со стороны Капской колонии Голландской Ост-Индской компании. В 1795 г. мыс Доброй Надежды перешел под контроль англичан, а к северо-востоку от Натала, в заливе Делагоа, в то же время обосновались португальцы. Под влиянием внешней угрозы и роста конкуренции между африканцами за контроль над пастбищами и путями торгового обмена с европейцами на территории южноафриканского побережья, между реками Тугела и Понгола, в конце XVIII - начале XIX в. сформировались нескольких крупных вождеств, соперничавших между собой за доминирование в регионе. Сильнейшими из них были мтетва во главе с Дингисвайо и ндвандве, предводителем которого был Звиде.
История возвышения зулусов и жизнь Чаки до начала 1820-х годов нам известна лишь из устных преданий и рассказов, записанных европейскими путешественниками, чиновниками и миссионерами в XIX - начале XX в. Эти сведения не всегда достоверны и отражают представления зулусов о своем прошлом, сложившиеся уже после образования зулусской державы. К этим сообщениям следует относиться с большой осторожностью. В исторической памяти зулусов Чака затмил своих предшественников, что вполне объяснимо. Можно с уверенностью сказать, что почва для произведенных им перемен уже созрела к началу XIX в., а некоторые из них были осуществлены еще его предшественниками. Однако собранные за последние полтора столетия материалы позволяют с определенной степенью достоверности реконструировать основные этапы жизни и возвышения основателя зулусской державы.
Чака был незаконнорожденным сыном Сензангаконы - инкоси небольшого родового объединения зулусов, занимавшего территорию среднего течения реки Уайт Умфолози в современной провинции ЮАР КваЗулу-Натал. Чака с ранних лет испытал много унижений и лишений, наложивших отпечаток на всю его последующую жизнь и характер. Еще когда он был ребенком, отец прогнал его вместе с матерью из дома. Им несколько раз приходилось менять место жительства, пока они не нашли пристанище на землях мтетва.
В начале XIX в. правителем мтетва был Дингисвайо (ум. в 1817 г.). При нем значительное развитие получила традиционная система амабуто (ед.ч. ибуто) - объединений, состоявших из молодых людей одной возрастной группы, проходивших вместе обряд инициации - посвящения мальчиков во взрослых мужчин. Ранее амабуто собирались не »iiitiiiiiiniiiiii дог IIIIIIIIHIIIIIIIII


на постоянной основе, а по мере необходимости: в мирное время в их обязанности входило возведение новых краалей, участие в охотничьих предприятиях, расчистка полей под посевы и выполнение других хозяйственных работ. В случае войны из амабуто формировались вооруженные силы вождества. Судя по сохранившимся преданиям, уже во времена Дингисвайо амабуто превратились в преимущественно военные подразделения - импи, объединенные железной дисциплиной.
Дингисвайо удалось распространить свою власть на территории в междуречье Ту гелы и Умфолози. Его стремление установить контроль над торговлей с португальцами, обосновавшимися в заливе Делагоа, наталкивалось на сопротивление со стороны ндвандве во главе со Звиде. Противостояние этих двух могущественных правителей определяло расстановку сил на всем побережье Юго-Восточной Африки от португальских владений на севере до р. Умзимву- бу на юге1.
Достигнув совершеннолетия, Чака вместе с другими своими сверстниками вошел в состав ибуто Изи-ц’ве («Люди из кустарника»). Благодаря своему мужеству, смекалке и сноровке, Чака достаточно быстро выдвинулся и стал предводителем Изи-ц’ве, а впоследствии возглавил и все вооруженные силы мтет- ва. Согласно устным преданиям, во время службы в Изи-ц’ве Чака ввел в военную практику зулусов новшества, кардинально изменившие их представления о ведении войны: использование более тяжелого укороченного ассегая (особая форма копья у зулусов), запрещение воинам носить сандалии, что резко ускорило их передвижение, строжайшую дисциплину и новую тактику охвата и окружения противника (строй «головы» и «груди» с вытянутыми «рогами»).
Нововведения Чаки привели к выработке тактики тотальной войны, когда боевые действия велись до полного подчинения или уничтожения противника. Устная традиция зулусов приписывает Чаке слова, которые ярко характеризуют его отношение к боевым действиям: «Врагу надо наносить такие удары, от которых он уже не сможет оправиться, либо он перестанет существовать как самостоятельное племя, либо снова попытается схватить нас за горло»1 2.
В 1816 г. Чака, опираясь на поддержку Дингисвайо, сменил своего отца Сен- зангакону в качестве инкоси зулусов. Подвластные ему территории не превышали 200 кв. км, но с этого момента начинается восхождение Чаки к вершине власти.
Став инкоси, Чака произвел ряд преобразований, главным источником для которых служил опыт, приобретенный им на службе у Дингисвайо. Чака призвал на службу всех взрослых мужчин в возрасте от 20 до 40 лет. Из них он сформировал несколько амабуто, которые составили ядро будущего войска зулусов. В основу военной организации была положена строжайшая дисциплина. Любое невыполнение приказа влекло за собой смерть.
Чака также установил жесткие ограничения на общение между противоположными полами. Незамужние молодые девушки также объединялись в специальные амабуто. Внебрачные связи между представителями мужских и женских «полков», если на то не было особого распоряжения Чаки, карались смертью. Разрешение же на вступление в брак по1 Maylam Р. A History of the African People of South Africa: from the Early Iron Age to the 1970s. L., 1986. P. 26-31; Smith A. The Trade of Delagoa Bay as a Factor in Nguni politics, 1750- 1835 // African Societies in Southern Africa. L. etc., 1969. P. 180-185.
2 Риттер ЭЛ. Зулус Чака. M., 1989. С. 69.
J O J lllllllllllllllllll


лучали лишь особо отличившиеся в боях воины и ветераны3.
Вооружение зулусов состояло из щитов высотой чуть меньше роста человека, изготовленных из выдубленной и высушенной бычьей кожи, натянутой на деревянный каркас, а также тяжелого укороченного ассегая для ближнего боя. При амабуто были образованы отряды носильщиков, состоявшие из юношей, в чьи обязанности входило носить продовольственные припасы и минимально необходимый набор бытовых принадлежностей. В мирное время военные отряды зулусов постоянно занимались военными тренировками и упражнениями, что вскоре превратило их в самую мощную среди африканцев силу Южной Африки.
После смерти Дингисвайо4 в 1817 (по другим данным в 1818) г. Чака вынужден был в одиночку вести борьбу со Звиде. Война с ндвандве отличалась чрезвычайным кровопролитием и напряжением сил. Зулусам удалось отразить нападение превосходящих по численности сил противника только благодаря своей блестящей военной выучке и выдающемуся полководческому таланту Чаки. В ходе войны с ндвандве он силой или убеждением склонил соседние вождества к союзу против Звиде. Так, благодаря военным успехам и политическим усилиям Чаке удалось подчинить своей власти могущественное вождество Г’вабе5.
Поражение Звиде от зулусов обострило внутренние противоречия среди ндвандве. От Звиде откололись несколько групп, во главе одной из них стоял Сошангане, обосновавшийся в районе залива Делагоа (Мапуту). Сам Звиде вынужден был отступить дальше на север на территорию современного Свазиленда. Окончательно ндвандеве были разгромлены в 1826 г.6
На рубеже 1810-1820-х годов под властью Чаки оказались обширные территории в междуречье рек Тугела и Пон- гола площадью около 20 тыс. кв. км. Родовые объединения и вождества, до того сохранявшие свою самостоятельность и имевшие собственных правителей, были им разгромлены и рассеяны по пространствам Южной Африки или же вынуждены признать власть Чаки и войти в состав его державы в качестве вассальных владений. Некоторые инкоси, потерпев поражение от зулусов, оставили пределы Натала и вместе со своими сторонниками переселились на новые земли. Переняв военные традиции зулусов, они наводили ужас на народы, населявшие внутренние районы Южной Африки.
Благодаря этому масштабному переселению был образован целый ряд неза-
3 The Oxford History of South Africa: In 2 Vols. Oxford, 1969. Vol. 1. P. 344.
4 В устной традиции зулусов Дингисвайо отводится значительное и почетное место. Благодаря его покровительству началось возвышение Чаки, а после смерти правителя мтетва именно Чака явился его прямым наследником и продолжателем, завершившим объединение вождеств и родовых общин в междуречье Тугелы и Умфолози. Насколько точно эти представления соответствуют действительности, сейчас сказать практически невозможно. Но то, что Чака и Дингисвайо неразрывно связаны между собой в исторической памяти зулусов, свидетельствует, что предпосылки возвышения зулусской державы закладывались как раз в период правления Дингисвайо.
5 WrightJ.B. The Political Transformation in the Thukela-Mzimvubu Region in the Late Eighteenth and Early Nineteenth Centuries // The Mfecane Aftermath: Reconstructive Debates on South African History. Johannesburg, 1995. P. 169.
6 WrightJ.B. Turbulent Times: Political Transformations in the North and East, 1760s-1830s // The Cambridge History of South Africa: In 2 Vols. Cambridge, 2010. Vol. 1. P 226, 227.
iiiiiiiiiiiiiniiii 204 Iiiiiiniiiliiiiiu


висимых вождеств: ндебеле на территории Трансвааля, позднее под давлением бурских фермеров они переселились на территорию современного Зимбабве; держава Сошангане в южных районах современного Мозамбика; свази, а также «королевства» ангони, основанные за тысячу километров переселенцами из страны зулусов - в районе озер Ньяса и Танганьика.
Период непрерывных войн и переселений африканских народов, происходивших в Южной Африке в 1820- 1830-х годах, вошел в историю под названием «мфец’ане» или «дифаг’ане». На русский язык это можно перевести как «перемалывание», так как в ходе этих масштабных миграций в движение пришли огромные массы населения, и этническая карта Юга Африки претерпела значительные изменения7. Долгое время в научной литературе главным источником всех этих войн и переселений рассматривались завоевательные войны Чаки. Ему часто приписывали страшные деяния, вплоть до обвинения в геноциде. Однако в последние десятилетия акценты в рассмотрении этих событий несколько изменились. Причина событий периода мфец’ане/дифаг’ане видится в изменениях в социальнодемографической, политической и экологической сферах, которые имели в большинстве случаев объективный характер и охватывали значительные пространства прибрежных и внутренних районов Южной Африки. Возвышение зулусов с этой точки зрения - часть этих процессов, начавшихся задолго до появления Чаки. Зулусы отнюдь не были единственными виновниками всех этих переселений, хотя и сыграли в них немаловажную роль8.
В течение последующих нескольких лет после разгрома ндвандве Чака подчинил своей власти территории, составляющие современную провинцию ЮАР - КваЗулу-Натал, а его слава и влияние распространялись далеко за эти пределы. Правители, добровольно признававшие власть Чаки, сохраняли свои владения, но при этом должны были отправлять к нему на службу всех взрослых молодых мужчин. Это снижало возможность восстаний, так как «новобранцы» приносили присягу верности непосредственно самому Чаке.
Главным инструментом поддержания контроля над завоеванными территориями стало строительство военных краалей (иканда), в которых квартировались «полки» зулусов. Иканда находились под управлением ближайших родственниц Чаки - его сестер и теток. Непосредственный контроль и командование над военными подразделениями осуществляли индуны - ближайшие советники и сподвижники Чаки, лидеры союзных родов и вождеств. На них были возложены также функции апелляционного суда, они осуществляли на вверенной им территории сбор штрафов и подношений в пользу верховного правителя зулусов. Из них также формировался совет, на обсуждение которого выносились важнейшие вопросы внутренней и внешней политики: объявление войны и мира, разрешение особо запутанных судебных споров и т. д.9
7 Подробнее см.: Omer-CooperJ.D. The Zulu Aftermath: A Nineteenth Century Revolution in Bantu Africa. L.; Harlow, 1969; Maylam P. Op. cit. P. 54-63.
8 Подробнее см.: WrightJ.B. Turbulent Times. P. 211 -252; The Mfecane Aftermath: Reconstructive Debates on South African History. Johannesburg, 1995.
9 Gluckman M. The Kingdom of the Zulu of South Africa // African Political Systems. L.. 1963. P. 31-33; Omer-CooperJ.D. Op. cit. P. 34.
iitiiifNitiintm llllllltnillllllll


Чака ввел свою монополию не только на политическую власть и командование вооруженными силами, но и на религиозные обряды и культы, жестко ограничив влияние колдунов - из- ангома.
Опираясь прежде всего на лично преданные ему войска, Чака лишил из- ангома права самим решать, кто является носителем или орудием злых сил. Все смертные приговоры после изобличения колдунов10 11, носителей черной магии, впредь должны были утверждаться самим Чакой или назначенным им лицом. С этого момента изангома стали в руках Чаки послушным орудием против его скрытых противников. Сами же зулусы верили, что их правитель являлся носителем сверхъестественных сил, от которых зависит благополучие всех его подданных. Чака старательно поддерживал в них эту веру, хотя сам достаточно скептически относился к суевериям простого народа. В отличие от других инкоси он уклонялся от выполнения такой обязанности, как вызывание дождя. Для этого он предпочитал пользоваться услугами второстепенного знахаря, которым не жалко будет пожертвовать в случае неудачи.
Так постепенно власть Чаки приняла беспрецедентный характер, его слово являлось решающим в политических, военных, судебных и религиозных делах. Весь его внешний облик и церемониал должны были подчеркивать величие правителя зулусов.
Как правителя Чаку характеризовали, прежде всего, такие качества, как пристальное внимание к мелочам и трудолюбие. При малейшей возможности он во все вникал лично, перед каждым решающим сражением сам занимался рекогносцировкой местности и расположения сил противника. Все поступавшие донесения он проверял, сопоставляя с другими сведениями. В управлении своими владениями он исходил из принципа «От хозяйского глаза и бык добреет»11.
В отношениях с европейцами Чака старался проводить взвешенную и миролюбивую политику. Он покровительствовал белым торговцам, основавшим факторию в Порт-Натале в 1824 г. Он предпринял попытку установить регулярные контакты с Капской колонией. Для этого в 1827 г. на мыс Доброй Надежды была послана специальная миссия. Но она закончилась полной неудачей, так как послов Чаки не допустили к встрече с губернатором или другими сколько-нибудь значительными чиновниками колониальной администрации.
Последние годы жизни Чаки стали для него временем жестоких утрат. Уходили из жизни самые близкие ему люди. В 1826 г. погиб его верный соратник и близкий друг Мгобози. Через год Чаку постигла еще большая утрата - умерла его мать Нанди. Эту потерю он переживал особенно тяжело. Зулусы не верили в естественную смерть человека. Ее причиной могло стать только колдовство, действия вредоносных сил. Поэтому месть и поиск виновных стали смыслом жизни Чаки. Каждый человек, кто был заподозрен в неискренности своих чувств во время оплакивания 10 Обряд изобличения колдунов - так называемое «вынюхивание» - состоял в поиске среди жителей одной деревни или, в чрезвычайных случаях, среди всего вождества носителей вредоносной черной магии. Для этого приглашали одного или несколько известных и заслуживающих доверия изангома. Считалось, что они обладали особым чутьем и могли напрямую общаться с духами предков, что позволяло им определять причины и источник несчастий, болезней и стихийных бедствий.
11 Риттер ЭЛ. Указ. соч. С. 84.
IIIIIIIIHIIIIIIIII >ОО lilini iiitiiiiiiii


Нанди, подлежал немедленной смерти. После похорон, как сообщают европейцы, бывшие очевидцами событий, Чака установил по всей стране траур, который должен был продолжаться целый год. Его подозрительность усилилась, смертная казнь вводилась даже за самые незначительные проступки12.
Деспотический способ правления Чаки служил причиной скрытого недовольства. Заговор против Чаки созревал долго. Исполинская фигура правителя внушала окружающим большой страх. Главными участниками заговора стали сводный брат Чаки Дингане (Дингаан) и Мбопа - индуна «королевского» крааля. Осуществить их замысел было не так уж сложно - Чака с пренебрежением относился к своей безопасности. Фактически у него даже не было личной охраны. 7 сентября 1828 г. Чака был убит в своем собственном краале всего тремя заговорщиками, которые застали его врасплох. Правителем зулусов был провозглашен Дингане. Он частично ослабил контроль над жизнью зулусских общинников. Амабуто стали собираться лишь на полгода, и молодые воины могли получить разрешение обзавестись семьей и основать свое собственное домохозяйство13.
Исследователи до сих пор расходятся в оценках правления и деятельности Чаки. Согласно традиционной точке зрения, сформулированной еще в XIX в., Чака был кровавым тираном, уничтожившим десятки тысяч людей, который мог приказать размозжить человеку череп только из-за одного не понравившегося ему взгляда. Исследователь прошлого зулусов А.Т. Брайант называл Чаку «проклятием своего времени»14. Особенно кровавыми изображались последние годы его правления, когда жестокость Чаки, согласно свидетельствам европейцев, приняла просто маниакальный характер. Однако в конце прошлого века ряд исследователей подвергли эту точку зрения серьезной критике.
В 1988 г. в авторитетном научном журнале «Джорнал оф Эфрикен Хи- стори» («Journal of African History») была опубликована статья южноафриканского историка Джулиана Коббин- га «Мфец’ане как алиби: размышления о Дитаконге и Мболомпо». В ней автор в противоположность устоявшейся точке зрения утверждал, что главной причиной переселений и войн периода мфец’ане/дифаг’ане стали грабительские рейды европейцев и отрядов метисов (бастардов и гриква) из Капской колонии и португальского Мозамбика с целью захвата рабов. По мнению Дж. Коббинга, главным стимулом к образованию зулусской державы и других крупных вождеств на территории Южной Африки в 1820-1830-е годы стало стремление африканцев защитить себя от нападений европейцев, а не внутренняя динамика политического и социально-экономического развития африканских обществ15.
Статья наделала настоящий переполох в научном сообществе. Вслед за Дж. Коббингом еще несколько исследователей со страниц научных журналов выступили с критикой традицион12 Fynn H.F. The Diary of Henry Francis Fynn. Pietermaritzburg, 1950. P. 132-136; Isaaks N. Travels and Adventures in Eastern Africa, Descriptive of the Zoolus, Their Manners, Customs, etc.: In 2 vols. L., 1836. Vol. 1. P. 196-199.
13 The Annals of Natal. 1495-1845: In 2 vols. Pietermaritzburg, 1888. Vol. 1. P. 299,300.
14 Брайант A.P. Зулусский народ до прихода европейцев. М.. 1953. С. 121.
15 CobbingJ. The Mfecane as Alibi: Thoughts on Dithakong and Mbolompo //Journal of African History. 1988. Vol. 29. № 4. P. 487-519.
шиш nun ^0/ IIIIIIIIIIIIIIIHII


ной концепции мфецане/дифаг ане16. В 1991 г. в Витватерсрандском университете состоялся большой научный симпозиум, посвященный проблеме исследования причин и характера событий периода мфецане/дифагане. В своих выступлениях ряд ведущих специалистов по истории Южной Африки в колониальный период подвергли резкой критике концепцию Дж. Коббинга. Большинство исследователей указало на недостаточную аргументацию его выводов, замалчивание ряда важных документов, игнорирование свидетельств самих африканцев и их участия в формировании исторических представлений о прошлом своих народов. Не нашли фактического подтверждения и утверждения Дж. Коббинга, что работорговля оказала определяющее влияние на формирование зулусской державы17.
Однако несмотря на явную несостоятельность многих положений, содержащихся в статье Дж. Коббинга, прошедшая дискуссия выявила слабые места и в прежних взглядах на причины возвышения зулусской державы и характер событий периода мфецане/дифагане. К недостаткам традиционных подходов можно отнести игнорирование влияния на африканские общества колониальной периферии, а также недостаточность и противоречивость свидетельств, которыми располагают историки, что во многом ставит под вопрос саму возможность достоверной реконструкции истории возвышения зулусской державы.
В 1990-е годы также были подвергнуты критике традиционные взгляды на характер правления и личность самого основателя зулусской державы. Вновь открытые данные показали, что описанием крайней жестокости Чаки мы обязаны, главным образом, свидетельствам белых, которые часто сознательно преувеличивали количество жертв. Делалось это с целью оправдать колониальные захваты англичан и буров, представить их как благо для коренного населения субконтинента. Устная традиция африканцев также содержит в себе достаточно много заведомых преувеличений и искажений, которые могли отражать как «политический заказ» со стороны самого Чаки, стремившегося внушить своим подданным страх и преклонение, так и отношение со стороны его противников. Ряд исследователей ставят под сомнение возможность достоверной реконструкции личности Чаки и характера его правления18.
Но несмотря на существующий разброс мнений, можно дать достаточно точную оценку той роли, которую сыграл Чака в истории своего народа и всей Южной Африки.
16 Wright J.B. Political mythology and the making of Natal’s mfecane // Canadian Journal of African Studies. 1989. Vol. 23. № 2. P. 272-291; Stapleton T.J. The Expansion of a Pseudo-Ethnicity in the Eastern Cape: Reconsidering Fingo «Exodus» of 1865 // The International Journal of African Historical Studies. 1996. Vol. 29. № 2. P. 233-250; Webster A. Unmasking the Fingo. The War of 1835 Revisited // The Mfecane Aftermath: Reconstructive Debates on South African History. Johannesburg, 1995. P. 241-275.
17 Hamilton CA. The «Character and Objects of Chaka»: A Reconsideration of the Making of the Shaka as «Mfecane» Motor//The Mfecane Aftermath: Reconstructive Debates on South African History. Johannesburg, 1995. P. 183-211; PeiresJ. Matiwane’s Road to Mbholompo. A Reprieve for Mfecane? //The Mfecane Aftermath... P. 213-239; Omer-Cooper J. The Mfecane Survives its Critics// The Mfecane Aftermath... P. 277-298 etc.
18 The Guardian. 2006. 22 May; Hamilton CA. «The Character and Objects of Chaka»: A Reconsideration of the Making of Shaka as «Mfecane» Motor //Journal of African History. 1992. № 1. P. 37-63.
iiiiiuiHiitiiiiii JOO iiiiimiiiiiniiii


Во-первых, его правление дало мощный импульс формированию единой этнической общности зулусов.
Во-вторых, завоевания Чаки в итоге способствовали стабилизации демографической ситуации и нормализации хозяйственной жизни страны. Под покровительство зулусов «уходили» многие общины африканцев, которые в иных условиях могли стать легкой добычей воинственных соседей и банд грабителей, которыми изобиловала в тот период Южная Африка. Чака заслужил поддержку со стороны простых зулусов благодаря ограничению влияния зажиточной верхушки общины. «Скупость богатых и зажиточных - серьезный порок. Войску нужны скот и зерно. Кому же снабжать его, как не людям, которые жиреют под защитой того же войска?» - так, согласно Э.А. Риттеру, автору одной из самых известных биографий Чаки, основатель зулусской державы выражал кредо своей внутренней политики19.
В-третьих, Чаке удалось создать сильное войско и эффективную систему управления, которые позволили зулусам достаточно долго противостоять натиску со стороны европейцев и сохранять свою независимость вплоть до 80-х годов XIX в.
До сегодняшнего дня Чака остается одним из самых известных исторических деятелей Африканского континента. Его образ прочно занял свое место в литературе, кинематографе и массовой культуре. История возникновения зулусской державы и личность ее основателя привлекали внимание еще первых чернокожих южноафриканских писателей, поэтов и просветителей первой половины XX в. - Т. Мофоло Г. Дломо, Б. Вилакази.
С обретением странами Африканского континента независимости во второй половине XX в. интерес к прошлому зулусского народа еще больше возрос. К образу Чаки обращался и выдающийся сенегальский поэт, мыслитель и политический деятель Леопольд Седар Сенгор, посвятивший ему одну из своих поэм. В разных странах Черного континента стали выходить произведения и театральные постановки о Чаке20. В тот период наблюдались романтизация и героизация образа Чаки, а негативные стороны его деятельности, прежде всего жестокость и кровопролитие, сопровождавшие создание зулусской державы, не упоминались или отодвигались на второй план. Наиболее ярким произведением этого направления, ставшим классикой африканской литературы, является книга зулусского поэта Мазиси Ку йене «Великий император Чака. Зулусская эпическая поэма»21.
Популяризации образа Чаки способствовал телевизионный сериал «Зулус Чака», снятый по заказу Южноафриканской радиовещательной корпорации в 1987 г. К 1992 г. во всем мире его увидело более 350 млн человек. Фактически он стал одним из главных источников представлений массовой аудитории Европы и Америки о доколониальном прошлом Африки. В 1987 г. вокальная группа «Ледисмит блэк мамбазо» была награждена американской музыкальной премией «Гремми» в номинации «Лучший традиционный международный музыкальный альбом» за выпущенный в США альбом «Чака Зулу».
В современной ЮАР интерес и внимание к прошлому зулусского народа и деятельности Чаки получают поддержку на государственном уровне. 24 сентября ежегодно отмечается в провинции КваЗулу-Натал как День Чаки. Ему придается большое значение в возрождении 19 Риттпер Э.А. Указ. соч. С. 118.
20 Давидсон А.Б. Сказания далекого края // Риттер Э.А. Зулус Чака. М., 1989. С. 11, 12.
21 Кипепе М. Emperor Shaka the Great. A Zulu Epic. L., 1979.
lilllllltlllilftllll IIHIIIllilMllllll


национального самосознания. Правящий дом зулусов играет значительную роль в общественной, культурной и политической жизни современной Южной Африки. Его глава Гудвилл Звелитини КаБекузулу, восьмой представитель династии, основанной Чакой, пользуется наибольшим авторитетом и влиянием среди традиционных лидеров африканских народов ЮАР.
А.В. Воеводский
Литература
Ритптпер ЭЛ. Зулус Чака. М., 1989.
Bryant А.Т. Olden Times in Zululend and Natal Containing Earlier Political History of the Eastern-Nguni Clans. Cape Town, 1965; Gluckman M. The Individual in a Social Framework: the Rise of King Shaka of Zu- luland //Journal of African Studies. 1974. Vol. l.№2. P. 113-144.
Gybson J.Y. The Story of the Zulus. L., 1911.
Krige E.J. The Social System of the Zulus. L, 1936.
The Mfecane Aftermath: Reconstructive Debates on South African History. Johannesburg, 1995.
Morris D. R. The Washing of the Spears: A History of the Rise of the Zulu Nation Under Shaka and its Fall in the Zulu War of 1879. L., 1966.


Фредерик Джекоб Тайтус ЧИЛУБА
Frederick Jacob Titus Chiluba,
30.IV.1942-18.VI.2011
Президент Республики Замбия (1991-2001).
Чилуба - африканский лидер так называемой новой (третьей) волны. Родился в городе Вусакили в провинции Коппербелт британской колонии Северная Родезия (Замбия). Он принадлежит к этнической общности бемба. Согласно официальной биографии, после смерти отца, работавшего на одном из рудников, Чилуба переехал в Лусаку, где и окончил среднюю школу. Продолжил образование в США и Великобритании, изучал экономику и теологию. Вернувшись в 1967 г. на родину, работал посыльным в магазине, а с 1968 г. помощником бухгалтера в меднорудной компании в провинции Коппербелт. В том же году вступил в национальный профсоюз строителей, машиностроителей и неквалифицированных рабочих. В 1971 г. возглавил эту организацию, а в 1974 г. был избран председателем Конгресса профсоюзов Замбии (Zambia Congress of Trade Unions, КПЗ)1, оставался на этом посту до 1990 г.
В начале своей политической карьеры Ф. Чилуба был приверженцем идей социализма в форме «замбийского гуманизма» - конституционно закрепленной государственной идеологической платформы, разработанной первым президентом страны Кеннетом Каундой. Чилуба даже назвал в честь видных социалистических деятелей четверых из девяти своих детей: Микояном, Тито. Кастро и Гортензией. Под его руководством КПЗ постепенно превратился в неофициальную оппозицию однопартийному правлению Объединенной партии национальной независимости (United National Independence Party, ЮНИП), бессменным лидером которой с 1960 г. был К. Каунда. В 1978 г. он отказался войти в состав ее ЦК. К концу 1980-х годов Чилуба, работавший менеджером меднорудной компании, стал одним из лидеров оппозиции. Накануне избирательной кампании 1987 г. его пытались обвинить в финансовых махинациях, однако профсоюзы организовали массовые выступления рабочих в его поддержку, и в 1989 г. Чилуба снова вернулся к активной политической деятельности. В том же году Международное объединение свободных профсоюзов направило его в Зимбабве с целью добиться освобождения арестованного профсоюзного лидера М. Тсвангиран. Чилубе выполнить эту миссию не удалось, так как власти Зимбабве его арестовали и выслали из страны1 2.
Чилуба стал одним из создателей партии «Движение за многопартийную 1 The International Who's Who. 2003. L., 2002. P. 299.
2 Hudleston 5. Face of Courage. A Biography of Morgan Tsvangirai. Cape Town. 2005. P. 44.
iiiiiiiiiiiiiiitin llllllllllllllllin


демократию» (Movement for Multiparty Democracy, ДМД), основанной в декабре 1990 г., и был избран ее президентом. Во время предвыборной кампании 1991 г. он возложил на президента Кеннета Каунду ответственность за тяжелое экономическое положение страны, обвинял его в узурпировании законодательной и исполнительной власти, попрании прав человека и т. д. Главными пунктами программы Чилубы были прекращение государственного вмешательства в экономику и осуществление перехода к подлинной демократии и соблюдению прав человека3. На всеобщих выборах 1991 г. ДМД одержала убедительную победу, за кандидатуру Чилубы проголосовали 75,8% избирателей4. 1 ноября он был приведен к присяге в качестве главы государства. Вступая на пост президента, Чилуба подчеркнул, что «демократия в Замбии возродилась через 27 лет не вследствие применения оружия и патронов, а в результате действий народа страны»5.
Придя к власти, он положительно оценивал позицию К. Каунды, передавшего бразды правления страной мирным путем. Однако в 1993 г. Чилуба выдвинул против него серьезные обвинения в злоупотреблениях и хищении государственных средств за время пребывания у власти. Испытывая столь серьезное давление, К. Каунда был вынужден заявить о прекращении политической деятельности. Следующим шагом Чилубы и руководства ДМД стал отказ от принципа поддержания во власти этнического баланса6, существовавшего в период правления К. Каунды, доказывая его недемократичность. В манифесте ДМД отмечалось: «Высшие правительственные посты должны быть распределены с учетом необходимости достижения баланса между опытом и политической поддержкой, но при этом нет необходимости обеспечивать равновесие между главными этническими группами»7. В результате ключевые посты в новом правительстве заняли представители народности бемба.
Во внутренней политике Чилуба главное внимание уделял осуществлению экономических реформ, направленных на либерализацию экономики. Его правительство взяло курс на приватизацию, поддержку частного предпринимательства и привлечение иностранных капиталов. Закон об инвестициях, принятый в 1993 г., создал благоприятные условия для вложений в частный сектор, что в свою очередь способствовало расширению и укреплению внешних связей Замбии как с африканскими государствами, прежде всего с ЮАР, так и с западными, например с США, Великобританией, Японией, Голландией и др. Реализация программы развития Международного валютного фонда (МВФ), принятой в 1992 г., привела к временной стабилизации экономики и притоку в страну иностранных капиталов. Эксперты МВФ причисляли Замбию к группе африканских стран, придерживавшихся рыночных реформ, привлекательных для инвестиций.
3 Чуваева М.А., Ксенофонтова НА. Республика Замбия. Справочник. М., 1996. С. 101.
4 Africa South of the Sahara, 1998. L., 1997. P. 1105.
5 RaknerL., Skalnes T. Political Institutions and Economics Reform: Zambia and South Africain Comparative Context. Bergen, 1996. P 11.
6 Распределение высших государственных постов в равных пропорциях между провинциями, а также представительство в высших эшелонах власти всех основных этнических групп страны - бемба, тонга и лози.
7 Democracy in Zambia: Challenges for the Third Republic / Ed. O. Sichone, B. Chikulo. Harare. 1996. P 33.
mmiiimirfmi Miiiiiiiminmi


Деятельность правительства Чилубы свидетельствовала о понимании принципа взаимообусловленности экономического и политического факторов. Он был активным приверженцем экономических реформ, осознавал увязку дальнейших притоков финансовых ресурсов западных доноров с курсом демократических преобразований (за что снискал у своих политических оппонентов прозвище «прозападный выскочка»). Постепенно усилились позиции финансовой элиты, которая стала играть заметную роль в социально-политической жизни страны. Большинство лидеров ДМД были выходцами из деловых кругов и активно поддерживали политику президента Чилубы.
Жесткое осуществление правительством Чилубы программы структурной перестройки повлекло за собой рост безработицы в стране, новый виток инфляции, достигшей к середине 1997 г. 180-процентного уровня и ухудшение положения населения, 85% которого находилось ниже черты бедности“. На фоне общей нищеты в соответствии с дополнением к закону о правительственных постах в середине 1990-х годах значительно выросли зарплаты министров, представителям бюрократической элиты были также предоставлены солидные скидки при уплате налогов. Заметно активизировала свою деятельность оппозиция. Град критических высказываний обрушился на Чилубу за введение в марте 1993 г. чрезвычайного положения на три месяца и аресты среди оппозиции. Причиной этих действий правительства послужила публикация руководством оппозиционной ЮНИП двух документов, озаглавленных «Нулевой вариант» и «Радикальная программа действий», которые призывали к акциям гражданского неповиновения8 9. Правительство Чилубы подвергали критике, обвиняли в коррупции и непотизме не только представители оппозиции, но и некоторые члены самого кабинета министров. В 1994 г. подал в отставку вице-президент страны и заместитель Чилубы в ДМД Леви Мванаваса, недовольный тем, что президент с самого начала пребывания у власти отстранил его от принятия решений. А в следующем году ушел из правительства один из основателей ДМД А. Мбикусита-Леваника, обвинив власти в неспособности бороться с «угрожающей раковой опухолью финансовых злоупотреблений, распространенных среди министров»10. Долгие годы руководства профсоюзами, а также успехи первых лет президентства очевидно несколько притупили у Чилубы чувство самокритики. Почти демонстративно игнорируя общественное мнение, президент реагировал на обвинения в использовании служебного положения в личных целях довольно странным образом: за несколько месяцев до очередных президентских выборов в 1996 г. он организовал для 62-х членов правительства и их семей пикник в Сингапуре, наняв для этого самолет у английской авиакомпании Бритиш Эруэйз (British Airways).
Обострение социальной напряженности, связанное с ухудшением положения подавляющего большинства населения, разногласия в высших эшелонах власти и активизация деятельности оппозиции создали в стране ситуацию политической напряженности. Главенствующее положение в противостоянии власти после возвращения К. Каунды в большую политику в 1995 г. снова заняла ЮНИП. В январе 1996 г. восемь оппозиционных партий создали во главе с ней коалицию для участия в очередных все8 Africa Confidential. L., 1995. Vol. 36. № 10. P. 6.
9 Политические партии современной Африки. М., 1998. С. 68.
10 Times of Zambia. Ndola. 1995. 7 July.
iiiiiiiiiiiiimiii m iiiiiiiiiiiiiiniii


общих выборах 1996 г. Чтобы устранить сильного противника в лице К. Каунды, Чилуба прибегнул к недемократичному, но, как оказалось, весьма эффективному способу. В мае 1996 г. была принята новая конституция Замбии. Одна из ее статей запрещала баллотироваться на пост президента страны замбийцам менее чем в третьем поколении11. Дискриминационная статья отстранила от участия в президентских выборах осенью 1996 г. К. Каунду, отец которого был выходцем из соседнего Малави. Конституция была одобрена только парламентом, а не национальным референдумом, как того требовали оппозиция и неправительственные организации. Ее принятие правительство Чилубы оправдывало тем, что предыдущая конституция 1991 г. представляла собой наскоро составленный документ, главной целью которого было ускорить проведение многопартийных выборов, и уже не отвечала требованиям текущего момента. Основные силы оппозиции, в том числе ЮНИП, бойкотировали выборы. На президентских выборах, состоявшихся 18 ноября 1996 г., Чилуба вновь был избран президентом, получив 72,5% голосов избирателей11 12.
В полной мере свое непримиримое отношение к политическим противникам, прежде всего к К. Каунде, Чилуба продемонстрировал после неудачной попытки государственного переворота 28 октября 1997 г., когда группа младших офицеров во главе с капитаном Соло захватила здание радиостанции и удерживала его несколько часов. По подозрению в причастности к организации путча были арестованы 90 человек, в том числе К. Каунда, которого обвинили в финансировании этой акции. Благодаря поддержке ЮНИП и мировой общественности через полгода он все же был освобожден, суд над остальными арестованными длился почти два года.
В ответ на отказ Чилубы отменить дискриминационные поправки к конституции и на арест К. Каунды западные страны заморозили донорскую помощь, было также приостановлено финансирование большинства программ помощи МВФ и Всемирного банка (ВБ)13 Правительство Чилубы оказалось под угрозой политической изоляции и на межафриканском уровне: давняя неприязнь патриархов освободительного движения в Африке (Нельсона Манделы, Роберта Мугабе и Сэма Нуйомы) к прозападно настроенному Чилубе усилилась после невыполнения им обещаний отменить дискриминационную статью, дававшихся при личных встречах. Проблемой для Чилубы были также напряженные отношения с Анголой. В январе 1999 г. ее правительство обвинило ряд лиц из замбийского руководства и некоторых представителей бизнеса (в том числе Тито Чилубу, сына президента) в поставках вооружения и развединформации для Национального союза за полную независимость Анголы (Uniào Nacional para а Independência Total de Angola, УНИТА). Возникла открытая угроза применения военной силы со стороны Анголы, что в тот момент реально могло бы привести к созданию нового очага конфликта на Юге Африки14.
Чилуба стремился восстановить имидж реформатора в глазах Запада. Например, он пытался отстаивать на международном уровне экономические 11 The Constitution of Zambia (Amendment) Act, 1996. Lusaka, 1996. Part 4. Article 34.3 (b). P.641.
12 Africa South of the Sahara. P. 1118.
13 Op. cit. P. 1107.
14 Даш Дореш Себаштъян БД. Ангола. Современное состояние, перспективы развития отношений с Россией. М., 1999. С. 40-42.
IIIIIIIIHIIIIIIIII lllllirilllllllltll


интересы африканских стран, начавших проведение рыночных преобразований. Выступая на экономическом саммите Юга Африки (Найроби, 17-19 мая 1998 г.), он призвал мировое сообщество признать достижения Африки в проведении экономической и политической либерализации и списать полностью или частично их внешнюю задолженность. Одновременно Чилуба предпринял некоторые шаги для налаживания прерванных контактов с лидерами государств Юга Африки и повышению имиджа своей страны на африканском уровне. Замбия стала первым иностранным государством, которое по приглашению Чилубы посетил с официальным визитом осенью 1999 г. новый президент ЮАР Табо Мбеки.
Чилуба в период второго срока на посту президента всячески поощрял представительство своих соплеменников на разных уровнях власти. Сформированное им правительство, так же как парламент, состояло из членов правящей ДМД и в большинстве своем бемба. Народности тонга, лози и нгони были представлены в парламенте лишь небольшими группами депутатов. В правительстве к бемба принадлежали более половины министров15. Оппозиция выступала против официальной политики по вопросу об этническом представительстве и распределении политических постов, обвиняя Чилубу в том, что он просто не понимает их значение в Замбии16. Подвергался он критике и за то, что в парламенте, и особенно в кабинете министров, было много представителей деловых кругов17.
В 1997 г. статья конституции, которая помогла ему победить на президентских выборах 1996 г., бумерангом ударила по нему самому. ЮНИП и еще пять оппозиционных партий попытались доказать неправомерность участия самого Чилубы в прошедших президентских выборах на том основании, что он тоже не является «истинным замбийцем». Свои доводы они построили на том, что отец Чилубы родился на территории бывшего Заира (ныне Демократической Республики Конго, ДРК). Однако с самого начала дело больше походило на политический фарс, чем на серьезное судебное разбирательство. Оппозиция настолько увлеклась, что даже «нашла» и представила суду восемь кандидатов в отцы президента. Иски оппозиции Верховным судом Замбии были признаны несостоятельными, а дело закрыто, что вызвало бурные протесты со стороны партии ЮНИП. Подобного скандала могло не произойти, если бы официальная биография президента не содержала противоречивых данных. В его анкетах указывалось, например, что он является сиротой, иногда датой рождения отмечался 1943 г., а местом рождения назывались Чамболи (провинция Коппербелт) или Мусанга (провинция Луапула). Сам Чилуба был не слишком обеспокоен судебным разбирательством. Он не появился в зале суда даже после требований оппозиции провести сравнительный анализ его ДНК, а накануне принятия Верховным судом решения улетел отдыхать на Маврикий.
В условиях политического плюрализма и выдвижения на первый план этнического фактора с новой силой обострилась давняя проблема провинции Баротселенд. Чилуба, придя к власти, обещал урегулировать вопрос об автономии лози (народа, населяющего эту про15 Компас. ИТАР-ТАСС. 1997. № 35. С. 59.
16 Chanda A. Zambia’s Fledgling Democracy: Prospects for the Future. Lusaka, 1994. P. 9.
17 Около 40% членов Национальной ассамблеи (парламента страны) созывов 1991 и 1996 гг. были бизнесменами. (Democracy in Zambia: Challenges for the Third Republic/ Ed. O. Sichone, B. Chikulo. Harare, 1996. P. 46.)
iiiiiiiiiiiiiiiiiii JJJ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


винцию). Многие видные функционеры (например, А. Мбикусита-Леваника) и рядовые члены ДМД принадлежали к лози, и именно их активное участие обеспечило партии Чилубы победу на выборах в 1991 г. В 1998 г. А. Мбикусита- Леваника, к тому времени ушедший из ДМД и возглавлявший одну из самых влиятельных оппозиционных партий под названием «Повестка дня Замбии», объявил о начале «крестового похода за независимость Баротселенда» из-за того, что правительство систематически нарушало условия договора 1964 г. об особом статусе провинции18. Требования Баротселенда о региональной автономии расходились с официальной политикой существования унитарного государства и были довольно опасными в сложившейся политической ситуации. Правительству Чилубы потребовалось немало усилий для урегулирования конфликта с традиционной элитой лози.
В 2001 г. Ф. Чилуба был избран председателем Организации африканского единства (ОАЕ). В этом качестве он руководил работой 37-й сессии Ассамблеи ОАЕ (Лусака, июль 2001 г.), на которой был утвержден пакет документов, определивших структуру и правовую базу Африканского союза (АС)19. В октябре того же года Чилуба выступил с осуждением терроризма на 56-й Генеральной сессии ООН20. В 2000-2001 гг. он предпринимал активные попытки повысить авторитет Замбии на Юге Африки, в частности выступил координатором по урегулированию конфликта в ДРК. Однако во внутренней политике, прежде всего в руководстве правящей партией, он допустил ряд серьезных ошибок. Чилуба продолжал демонстративно игнорировать неоднократные обвинения его правительства в коррупции не только со стороны оппозиции, но и коллег по партии. Его неуверенность в ближайшем окружении и стремление удержать власть проявлялись в постоянных «перетасовках» кабинета министров и чистке рядов ДМД. При этом из состава правительства и руководства правящей партии под благовидными предлогами выводились наиболее авторитетные и перспективные политики (например, министр обороны Бенджамин Мвила, министр финансов Рональд Пенза, министр торговли Инок Кавинделе). Затянувшееся решение вопроса о преемнике на посту президента также негативно повлияло на внутрипартийную ситуацию в ДМД и привело в феврале 1999 г. к ее расколу.
Нежелание расставаться с властью присуще многим политическим лидерам. Не избежал этого искушения и Чилуба. Еще в 1991 г. в одном из интервью он сказал: «Я никогда не думал, что власть может быть такой упоительной»21. В 2000 г. он твердо заявлял, что в соответствии с действующей конституцией, ограничивающей пребывание президента на посту двумя пятилетними сроками, уйдет в отставку. Однако в мае 2001 г. он вновь был избран лидером правящей ДМД, что многие расценили как готовность снова бороться за пост президента на выборах 2001 г. Сторонники Чилубы развернули в СМИ широкомасштабную агитационную кампанию за проведение национального референдума в поддержку его переизбрания. Муссирование в местных СМИ скандала относительно измены супруги Веры и последующий за этим в 2001 г. развод дали обильную пищу для нападок оппозиции и нанесли вред репу18 Прокопенко ЛЯ. Замбия: особенности становления многопартийной системы (90-е годы). М., 2000. С. 59.
19 URL: http://www.unepcom.ru/details/file_out.php7fid=65&act=putfile&ptype=4
20 URL: http://www.un.org/russian/documen/gadocs/56sess/terstat/zambia.pdf
21 Africa Confidential. L., 1999. Vol. 40. № 23. P. 5.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


тации и карьере президента-католика, на протяжении многих лет ревностно проповедовавшего семейные ценности. В июле 2001 г. после долгих согласований в ДМД Чилуба все же назвал в качестве официального преемника Леви Мвана- васу22. Его и избрали главой государства на очередных выборах, состоявшихся в декабре 2001 г.
Фредерик Чилуба находился у власти десять лет. Как представитель новой формации африканских лидеров эпохи перехода стран континента от авторитаризма к политическому плюрализму он представляет собой неоднозначную фигуру. В его политике отражен широкий спектр как положительных, так и отрицательных моментов, связанных с трудностями и проблемами этого сложного исторического процесса. В рамках современной политической культуры Замбии Чилуба не был застрахован от неизбежных ошибок и промахов, в некоторых случаях он сознательно использовал в новых условиях старые испытанные методы борьбы за власть. Напряженность внутриполитической ситуации иногда проистекала из стиля его руководства и личного поведения. Накануне президентских выборов 2001 г. Чилуба заявлял, что в считанные недели покинет пост президента правящей ДМД и «предоставит Мванавасе полную свободу действий»23. Однако он не выполнил своего обещания: остался президентом правящей партии и скептически отзывался о составе кабинета министров Л. Мнанавасы, а также о его способах борьбы с коррупцией. Свое решение, согласно публикации в частной замбийской газете «Пост» («The Post»), Чилуба комментировал следующим образом: «Никто не заставит меня перестать возглавлять партию, я уйду, когда посчитаю нужным... Я уйду, когда настанет время, и не завтра»24. Так и случилось: он ушел только в январе 2003 г. Покинув пост президента страны, но находясь по- прежнему во главе правящей партии, Чилуба всеми доступными способами старался показать, что все еще остается главным в замбийской политике. Например, в феврале 2002 г. он поздно явился на партийное мероприятие в Лусаке, и, следуя партийному протоколу, все находившиеся в зале, включая президента Л. Мванавасу, были вынуждены встать при его появлении.
Новый президент Л. Мванаваса объявил «крестовый поход» против коррупции. В июле 2002 г. парламент лишил Чилубу судебного иммунитета25, а в феврале следующего года он был арестован и обвинен по более чем 200 эпизодам коррупции и неправильном использовании государственных средств за период нахождения на посту президента в 1991-2001 гг.26 ТакихМ образом, Чилуба оказался в такой же ситуации, как и К. Каунда в 1993 г. Через месяц его освободили под залоговое поручительство. Он рассматривал обвинения президента Л. Мванавасы как попытку своей политической дискредитации. В феврале 2002 г. Чилуба, еще находясь во главе правящей ДМД, в своем выступлении на одном из партийных мероприятий предупредил правительство Л. Мванавасы, что для сохранения стабильности в государстве министры не должны высказываться о коррупции в период правления Чилубы: «Осуждая ДМД, они осуждают самих себя. Не будет партии - не будет и правительства. Члены правительства должны помнить, что их сделала партия, 22 Africa South of the Sahara. 2007. L.; N. Y., 2006. P. 1274.
23 Zambia Daily Mail. Lusaka. 2002. 3 Jan.
24 The Post. Lusaka. 2002. 25 Febr.
25 URL: http://www.news.bbc.co.Uk/2/hi/africa/country
26 Africa South of the Sahara. 2007. P. 1275.
iiiiiitiiiiiiiitiii lllinilllllltlllll


а то и другое неразделимо»27. В сентябре 2004 г. генеральный прокурор К. Сокони сняла с него многие обвинения, но уже через несколько часов он был взят под стражу по шести новым эпизодам.
Судебные разбирательства над Чи- лубой затянулись из-за его болезней (у него были проблемы с сердцем и почками) и проволочек со сбором необходимых доказательств. Но Чилуба упорно отрицал свою вину28. В 2006 г. обвинения в растрате 120 тыс. долл. США были представлены его новой супруге, Регине Чилубе, работавшей в администрации президента.
После долгих и настойчивых требований Чилубы в мае 2006 г. власти разрешили ему выехать для лечения в ЮАР. Когда осенью того же года в местных СМИ активно обсуждался вопрос о лечении перенесшего инсульт президента Л. Мванавасы в Великобрании и его способности управлять страной, Чилуба в духе христианских традиций подчеркивал отсутствие своей обиды на Мва- навасу за его преследования. Он заявил, что тема болезни президента не должна так широко и открыто обсуждаться, а национальные лидеры вправе получать квалифицированную медицинскую помощь там, где это необходимо29.
Отношения Чилубы и Мванавасы значительно ухудшились после того, как Чилуба на президентских выборах 2006 г. поддержал кандидатуру лидера оппозиционной партии Патриотический фронт (Patriotic front, ПФ) Майкла Сату30. Чилуба сам стал членом этой партии в 2006 г. В 2007 г. Высокий суд юстиции Англии и Уэльса по гражданскому иску, поданному замбийской группой по борьбе с коррупцией, рассмотрел дело экс-президента Замбии и признал его виновным в растрате 46 млн долл. США. Чилуба заявил, что не признает юрисдикцию лондонского суда, и не участвовал в его заседаниях31. 3 марта 2009 г. Регина Чилуба была признана виновной по четырем пунктам обвинения и приговорена к 3,5 годам тюремного заключения32, но через три дня, 6 марта, была освобождена из тюрьмы под залог 10 млн квач (замбийская валюта)33. Во время судебного процесса Чилуба посещал и поддерживал супругу. А в августе 2009 г. суд Замбии снял с него все обвинения в коррупции, заявив, что на основании «представленных сведений следствие пришло к выводу, что вина экс-президента не может быть доказана»34.
Чилуба продолжал участвовать в общественной жизни страны. В августе 2009 г. он принял участие в конференции местных религиозных лидеров, проходившей в г. Китве (провинция Коппербелт)35. Посетив этот город с супругой в январе 2010 г., Чилуба заявил, что состояние замбийской экономики стабилизируется и общество может уверенно смотреть в будущее36. Умер 27 Legacies of Power. 2006. Uppsala, 2006. P. 83.
28 URL: http://www.news.bbc.co.Uk/2/hi/africa/country
29 The Post. 2006. 24 Apr.
30 URL: http://www.president.dreab.com/p-Zambian_presidential_election_2006
31 Not guilty; Zambia’s corruption trial. (Frederick Chiluba’s corruption trial) // The Economist. 2009. Aug. 20.
32 Lusaka Times. 2009.3 March.
33 Ibid. 6 March.
34 Guardian. 2009.17 Aug.
35 Zambia Post. 2009.19 Aug.
36 URL: http://www.zamnet.zm/newsys/news/viewnews.cgi?category=3&id= 1264150815
iiiniiiiiiiiitiiii хм iiiiiiiiiiiiuiim


18 июня 2011 г. в своем доме в Лусаке от сердечного приступа.
Чилуба считал себя настоящим христианином и постоянно публично заявлял об этом. Выступая на различных мероприятиях, он часто держал в руках Библию. Он практически не употреблял спиртных напитков и не курил. Вот те штрихи, которыми, пожалуй, можно дополнить портрет этого африканского политического лидера.
Л.Я. Прокопенко
Сочинения
Beyond political rhetoric: balancing political and economic reforms. Lusaka, 1998.
Building a political culture: underpinning democracy. Lusaka, 2001.
Democracy: the challenge of change. Lusaka, 1995.
Politics of poverty and underdevelopment: speeches by President Frederick J.T Chilu- ba on development politics, poverty reduction, and economic recovery. Lusaka, 2001.
Литература
Прокопенко ЛЯ. Замбия: особенности становления многопартийной системы (90-е годы). М., 2000.
Он же. Ф. Чилуба - замбийский прагматик // Современные африканские лидеры. Политические портреты. М., 2001.
Kamwambe Ngubola G.T. Frederick Chiluba: is he riding a tide of fortune? Lusaka, 1991.
Sichone O., Chikulo B. Democracy in Zambia: Challenges for the Third Republic/ Ed. O. Sichone, B. Chikulo. Harare, 1996.
Africa South of the Sahara. 1998. L., 1997.
Africa South of the Sahara. 2007. L.; N.Y., 2006.
The International Who’s Who. 2003. L., 2002.
Legacies of Power. / Ed. R. Southall, H. Melber. Uppsala, 2006.


Оливия ШРЕЙНЕР
Olive Emilie Albertina Schreiner, 24.III.1855-11.XII.1920
Крупнейшая англоязычная писательница Южной Африки.
Родилась в семье миссионера в Вит- тебергене («Белые горы») - в глубине Капской колонии, на южном берегу реки Оранжевая. Теперь возле этих мест проходит граница между Южно- Африканской Республикой и королевством Лесото.
Отец - миссионер, выходец из Германии. Мать - англичанка. На Юге Африки они поселились в 1838 г., отцу было 24, а матери - 20. Жили среди басутов и кой-коинов (готтентотов). Оба привязались к Южной Африке и оставались там до конца дней. Оливия была их девятым ребенком. Она с детства проявляла самостоятельный характер, и отец не навязывал ей своих религиозных взглядов. Дать ей систематическое образование семья не смогла. На семейный бюджет легли непосильные расходы: трех братьев отправили учиться в Кембридж. Оливии, когда ей исполнилось 17, пришлось идти гувернанткой на бурскую ферму.
Но и семейное воспитание оказалось благотворным. Семья была, по тогдашним южноафриканским стандартам, культурной и либеральной. Один из братьев, Уильям, десятый ребенок в семье, ста.! впоследствии, правда на недолгий срок, премьер-министром Капской колонии. В истории страны он остался не только как либеральный премьер, но и как один из редких государственных деятелей, выступавших в защиту африканцев.
Взгляды Оливии Шрейнер формировались и под влиянием прочитанного, а читала она, зачастую вместо школьных учебников книги по философии, экономике, теологии, истории, политике. Ее университет - бурская ферма, где она несколько лет служила гувернанткой. Там она начала писать один за другим три романа. В 1881 г., когда ей было 25 лет, кончила один из них - «История африканской фермы» и отправилась с рукописью в Лондон. С выходом «Африканской фермы», с 1883 г., ее судьба круто изменилась. Роман имел бурный успех, продавался десятками тысяч экземпляров. О нем говорили повсюду, писали в газетах и журналах. Его переводили на другие языки. Роман вышел под псевдонимом Ральф Айрин1. Оливия Шрейнер, подобно многим другим известным писательницам XIX в., выбрала себе мужской псевдоним. Но подлинное имя автора все знали, и Оливия 1.11 реи- нер стала, как писали лондонские газеты, «львицей сезона».
1 Iron R. The Story of an African Fann. A Novel in Two Volumes. L., 1883. Переиздавался в том же 1883 г., в 1887 (дважды), впоследствии многократно. В переводе на голландский - в 1892 г., на русский - в 1893 г., на французский - в 1901 г., на чешский - в 1903 г., эсперанто- в 1934 г.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii чии lllllllllllllllllll


Она прожила в Европе, главным образом в Лондоне, до 1889 г. и находилась в центре общественной и культурной жизни. Круг ее интересов был очень широк. Говорила о поэзии с Оскаром Уайльдом, о философии с Гербертом Спенсером, беседовала с Райдером Хаггардом, с Гладстоном. Сблизилась с социалистическим движением. Встречалась с лидером немецких социалистов Вильгельмом Либкнехтом и с лидером английских - Кейром Харди. Хорошо знала семью Карла Маркса, стала подругой младшей дочери Элеоноры, часто виделась с ее мужем Эдуардом Эвелингом. Во Франции гостила у Лафаргов.
Она не только стала в Лондоне популярным оратором на митингах борьбы за равноправие женщин, но и одной из первых, кто серьезно изучал проблемы, которые теперь называют гендерными. Много лет исследовала положение женщин как в Европе, так и в Африке. Ее книга «Женщина и труд» вышла на английском языке в 1911 г. (дважды)2, в том же году - на голландском и в 1914 г. - на немецком.
Оливия Шрейнер стояла и у истоков науки, которая сейчас именуется сексологией. В 1883 г. она познакомилась в Англии с Хейвлоком Эллисом, одним из пионеров сексологии, стала его другом и активно помогала ему в изучении психологии секса. Викторианские нравы, как известно, отнюдь не способствовали проявлению интереса к проблемам пола и сбору сведений об интимных сторонах жизни. Особенно - сексуальной жизни женщин. Поэтому для Хейвлока Эллиса было важно, что Оливия Шрейнер рассказывала ему о своих чувствах и даже просила Элеонору Маркс тоже делиться опытом.
В 1889 г. Оливия Шрейнер вернулась в Южную Африку. Следующее десятилетие было для нее плодотворным. Написала много рассказов. Объединила их в две книги - «Грезы»3 и «Грезы и действительность»4. Вышли и ее публицистические очерки о разных сторонах южноафриканской жизни. Впоследствии, когда ее уже не было в живых, их собрали и издали книгой - «Мысли о Южной Африке»5. Названия очерков: «Бур», «Проблема рабства», «Странствия бура», «Бурская женщина и современный женский вопрос», «Бур и его республики», «Психология бура», «Англичанин»... Они настолько продуманны и так ярко написаны, что их можно и сейчас рекомендовать каждому, кто хочет знать Южную Африку и ее историю.
В 1890-1891 гг. Оливия Шрейнер, как и многие в Англии и в Южной Африке, поддалась влиянию личности Сесиля Родса. Но это было недолго. Ее возмутили его действия в странах, которые он в свою честь назвал Родезия- ми, и его попытка захватить в 1895 г. бурскую республику Трансвааль. Оливия Шрейнер выступила против Родса, всесильного тогда на Юге Африки. Её резко антиколониальная повесть «Рядовой Питер Холкит в Машоналенде»6 открывалась уникальным обличительным документом - фотографией виселицы с трупами африканцев, казненных волонтерами отрядов Родса.
Накануне Англо-бурской войны она издала книгу своих размышлений о 2 Schreiner О. Woman and Labour. L., Leipzig, 1911; Leipzig, 1911.
3 Schreiner О. Dreams. L., 1890, 1891 (twice), 1892, 1893, 1894, 1895, 1897, 1903, 1905,1907, 1908,1912 (twice), 1913,1914,1915,1917,1919,1923 (twice), 1930.
4 Iron R. Dream Life and areal Life. L., 1893,1897,1912.
5 Schreiner O. Thoughts on South Africa. L., 1923, 1927.
6 Schreiner O. Trooper Peter Halket of Mashonaland. L., 1897, 1899, 1905, 1926 (twice), 1950, 1974.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii W I IIIIIIIIHIIIIIIIII


предгрозовой обстановке на юге Африки7. А в годы войны (1899-1902) мужественно выступила против английской политики. Британская сторона ожидала от нее обратного: все-таки она была близка к английской культуре, писала на английском языке, мать ее - англичанка. Но Оливия Шрейнер, хотя раньше не раз критиковала многое в образе жизни и психическом складе буров, в этот трудный для них час встала на их защиту. Ее протесты против британского вторжения в Трансвааль и Оранжевую Республику были гневными и получили отклик в Европе.
Но кончилась война, и через несколько лет вожди бурских землевладельцев нашли общий язык с английским правительством. В 1906 г. Оливия Шрейнер писала, что «бурский вопрос» интересует ее уже куда меньше, чем раньше. «Они более чем в состоянии сами позаботиться о себе. Зато судьба туземцев заботит меня непрестанно»8.
Чем дальше, тем сильнее ее волновала судьба африканцев и других небелых жителей Южной Африки. В своей общественной деятельности она стояла ближе к африканцам, чем это считалось в ее стране естественным и принятым. В ее доме бывал наиболее известный тогда африканский политический деятель Джон Тенго Джабаву. В 1910 г. она вышла из кейптаунской Лиги за гражданские права для женщин, когда Лига отказалась принимать в свои ряды небелых женщин.
Взгляд на будущее страны, свое политическое кредо Оливия Шрейнер наиболее полно выразила в 1908 г. Тогда создавался Южно-Африканский Союз, предшественник нынешней Южно- Африканской Республики, и обсуждался вопрос о его статуте, о будущих порядках. Журнал «Трансваал лидер» попросил Оливию Шрейнер высказать мнение. Ее ответы были опубликованы не только в журнале, они вышли небольшой книгой. Через полвека, в канун провозглашения Южно-Африканской Республики, они были переизданы. И звучали по-прежнему злободневно.
Оливия Шрейнер высказалась совершенно определенно: «Я уверена, что попытка строить жизнь нашей страны на различиях по расе или цвету кожи как таковых окажется для нас гибельной». При решении расовой проблемы она настойчиво предлагала смотреть в будущее, а не только исходить из прошлого. «Проблема XX столетия не будет повторением проблемы XIX века или еще более ранних времен. Рушатся стены, отделявшие континенты друг от друга; повсюду европейцы, азиаты и африканцы будут жить вместе. XXI столетие увидит мир не таким, каким он предстает на заре XX в. И проблема, которую предстоит решать нынешнему столетию, заключается в том, как достичь взаимодействия различных человеческих общностей на более широких и благотворных основах, которые обеспечили бы развитие всего человечества в соответствии с современными идеалами и с современными социальными требованиями».
Предлагая белым соотечественникам смотреть на будущее открытыми глазами, Оливия Шрейнер писала: «Не всегда европейцы будут составлять верхний слой».
Каждая нация, считала она, должна вносить посильный вклад в общее дело всего человечества. И задача Южной Африки с ее многорасовым населением - показать пример построения отношений между различными расовыми группами, «создать свободную, духовно развитую, гармоничную нацию, каждая часть которой действовала бы вместе с остальными 7 An English South African’s View of the Situation. Words in Season. L., 1899.
8 The Letters of Olive Schreiner, 1876-1920 / Ed. by S.C. Cronwright-Schreiner. L., 1924. P. 254.
llllllllltlllllllll AFl/Z iiiiiiiiiiiiiiniii


и для блага остальных». В этом Оливия Шрейнер видела историческую роль своей страны.
Страна будет сильна и богата, доказывала Оливия Шрейнер, если «население Южной Африки будет единым».
« Но если оно не будет единым?» - задавала она вопрос. И предвидя, что правящие круги не захотят создавать «южноафриканскую нацию», она показывала пагубность такого решения для самих же белых. «Если, ослепленные временными выгодами, мы по-прежнему видим в нашем черном населении только гигантские рабочие руки, которые трудятся на нас; если они для нас не люди, а только инструмент; если они лишены земли, хотя и выказали способности к крестьянскому делу ... если их не допускают к высшим формам труда, не дают прав гражданства, не предоставляют возможности участвовать в нашей социальной организации, хотя их собственную разрушили; если эти массы, не связанные с нами чувством благодарности и симпатии и далекие от нас по крови и цвету кожи, мы все же будем держать лишь в положении бурлящего невежественного пролетариата, - тогда я лучше не стану заглядывать в будущее своей страны...
Пока девять десятых нашего населения не станут полноправными гражданами и не получат возможности участвовать в управлении государством, разве сможем мы чувствовать себя в безопасности? Разве у нас будет мир? Один разочарованный человек, считающий, что с ним поступили несправедливо, - это уязвимая точка общества, но когда в таком положении находится подавляющее большинство обитателей страны, - это уже трещина во всей социальной структуре... В конечном счете покоренный народ всегда накладывает печать на лицо завоевателя... Если мы возвышаем черного человека, мы возвысимся вместе с ним; если мы попираем его ногами, он потянет нас назад, сковывая наши движения»9.
Можно без преувеличения сказать, что до Оливии Шрейнер никто не проявлял такого подхода к расовой проблеме Южной Африки. А может быть, и к всемирной расовой проблеме. Не заслуживают ли внимания ее взгляды и в наши дни? И не только в Южной Африке?
Последние два десятилетия ее жизнь была особенно омрачена астмой, которая мучила ее с детства. Но она продолжала по возможности вести активную жизнь. Встречалась с самыми разными людьми. С Мохандасом Ганди (его тогда еще не называли Махатмой - учителем), с известной суфражисткой Сильвией Панкхерст...
Знакомство России с Оливией Шрейнер началось с «Истории африканской фермы». Перевод печатался в «Вестнике иностранной литературы» в четырех номерах, с сентября по декабрь 1893 г. Чуть раньше в том же журнале появился один из ее маленьких рассказов10 11.
Еще больше внимания привлекла в России повесть «Рядовой Питер Холкит в Машоналенде». Ее перевели и опубликовали молниеносно - в том же 1897 г., когда она вышла в Лондоне. Этот первый перевод появился в октябрьском номере журнала «Вестник иностранной литературы» 1897 г. А затем повесть издавалась и отдельной книгой (в Москве в 1900 г., в Петербурге - в 1908-м) и в журналах11.
9 Schreiner О. Closer Union. Wynberg, Cape, [n.d.]. P. 7,8, 24-31.
10 Шрейнер О. Сон, навеянный дикими пчелами // Вестник иностранной литературы. М., 1893. Июнь.
11 Домашняя библиотека. 1898. № 10; Приложение к «Живописному обозрению». 1898. № 10; Литературные вечера. 1901. № 1-9.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 4UJ IIIHIIIIIIII


Хорошо были известны в России и рассказы Оливии Шрейнер. Они публиковались не только в столичной, но и в провинциальной печати. В газете «Нижегородский листок» рассказ «Охотник» появился в 1898 г.12 А 26 февраля следующего года Максим Горький напечатал ее рассказы-аллегории «Дары жизни», «Тайна художника», «Три сновидения в пустыне». Максим Горький дал им чрезвычайно высокую оценку. «Оливии Шрейнер превосходно удается объединить в ее аллегориях крупное идейное содержание с художественным изложением. Простота и ясность - вот первое, внешнее достоинство ее маленьких рассказов; бодрость настроения и глубокая вера в силу человеческого духа - вот внутреннее значение ее аллегорий»13.
Сборник Оливии Шрейнер «Грезы и сновидения» выходил в Москве дважды14. В 1912 г. книга «Женщина и труд» была издана в Москве. Роман «От одного к другому» - в Ленинграде в 1929 г., «Избранное» («Африканская ферма», рассказы и аллегории) - в Москве в 1974 г.
Интересовала ли Оливию Шрейнер жизнь далекой России?
Она прекрасно знала «Крейцерову сонату», хотя не во всем была согласна с Львом Толстым15. Называла Софью Ковалевскую одной из величайших женщин в истории. Читала дневники Марии Башкирцевой. Восхищалась образом Базарова в «Отцах и детях» И. Тургенева.
Третьего февраля 1905 г., вскоре после «Кровавого воскресенья» в Петербурге, кейптаунская Социал-демократическая федерация организовала митинг протеста против репрессий в России. Оливия Шрейнер болела и не смогла прийти, но прислала письмо. Оно было опубликовано. «Я глубоко сожалею, что не могу быть с вами на митинге в воскресенье, чтобы выразить мою солидарность с русским стачечным движением. Отсутствуя физически, я буду с вами душой; и еще больше - с теми, кто сейчас в далекой России взял на себя бремя извечной войны человечества за высшую справедливость, войны, которая ведется столетиями то одним народом, то другим... Сегодня знамя перешло в руки великого русского народа».
Она вряд ли могла знать, что Максим Горький когда-то напечатал ее рассказы в «Нижегородском листке» и оценил ее очень высоко. Но она сама высоко ценила его. В этом письме есть и такие слова: «Я прочитала в утренней газете, что Максима Горького повесят. Еще несколько лет назад я считала, что в начале Двадцатого столетия такое невозможно. Сейчас я уже так не считаю». Дальше - выражение скорби, если газетное сообщение - правда.
В этом письме - сочувствие к российским евреям. Сожаление, что, не придя на митинг, она лишила себя возможности увидеть «очень многих российских евреев, представителей великого народа, который дал Европе ее религию и всему миру - своих сыновей. Как южноафриканка я горда и рада, что мы смогли дать прибежище и принять в наше гражданство многих, кого преследования вытолкнули из родных мест»16.
В центре Кейптауна 1 июля 1906 г. был митинг солидарности с российскими евреями. В письме к митингу Оливия Шрейнер протестовала против антисемитизма - и в России и в Южной Африке. «Бедный еврей, изгнанник из России, 12 Нижегородский листок. 1898. № 237.
13 Там же. 1899. №56.
14 Шрейнер О. Грезы и сновидения. 2-е. изд. М., 1904.
15 First R.; Scott A. Olive Schreiner. L, 1980. P. 21.
16 South African News. Cape Town, 1905. 6 Febr.
IIIIIIIIIIIIIIIHII чич llllilllilllllllllt


прибыл к нашим берегам лишь с узелком одежды и с двумя пенсами в кармане или вообще без единого пенса; и это его здесь причисляют к нежелательным элементам, от которых мы хотим избавиться»17.
В 1918 г. она писала, что «прочла все книги о России», которые «смогла достать в течение последнего года»18. Хотя она была тяжело больна и прикована к постели, ее волновали российские события. Ненавидя царский режим, она надеялась, что для нашей страны наступают лучшие времена. Но увидеть, как сложится будущее России, уже не смогла.
Годы Первой мировой войны она провела в Англии. Вернувшись в Южную Африку, умерла в небольшом городке Уинберг.
Об Оливии Шрейнер существует очень большая литература.
А.Б. Давидсон
Сочинения
Шрейнер О. Избранное. М., 1974.
The Letters of Olive Schreiner, 1876-1920 / Ed. by S.C. C ron wright-Shreiner. L., 1924.
Schreiner O. Letters 1871-99 / Ed. by R. Rive.
Cape-Town; Johannesburg, 1987.
Литература
Давидсон А. Южноафриканская писательница в России // Восток. 2007. № 1.
Давидсон А.Б. Южная Африка. Становление сил протеста. 1870-1924. М., 1972.
Berkman JA. The Healing Imagination of Olive Schreiner. Beyond South African Colonialism. Oxford, 1989.
Davidson A., Filatova I. Olive Schreiner: A Century in Russia // English in Africa. Graha- mstown, 1993. Vol. 20. № 1.
First R.; Scott A. Olive Schreiner. L., 1980.
Olive Schreiner / Ed. by C. Clayton. Johannesburg, 1983.
Olive Schreiner and after. Essays of South African Literature. Cape Town, 1983.
17 The Letters of Olive Schreiner... P. 395.
18 Cope K.R. Comrade Bill: The Life and Times of W.H. Andrews, Workers’ Leader. Cape Town, [1943]. P. 191.


Западная
и Центральная Африка


ПРЕДИСЛОВИЕ
Перед вами том, призванный показать богатую и непростую историю Западной и Центральной Африки. Биографический жанр и затрудняет, и упрощает такую задачу. С одной стороны, как возможно рассказать что-либо о почти двух десятках стран через описание судьбы всего полусотни человек? Пусть даже людей ярких, сохранившихся в исторической памяти соотечественников спустя многие годы после своего «звездного часа»? Две-три фигуры - и история целой страны, да еще в период, на который пришлись мировые войны, деколонизация, становление и защита новой государственности... И все-таки авторы посчитали возможным предложить не биографический справочник, а галерею портретов, по которым можно составить представление об истории и основных проблемах западноафриканского региона.
Эта часть континента первой пришла в соприкосновение с европейской цивилизацией еще в эпоху Великих географических открытий. Обращенные к Атлантике колонии и внутренняя зона сахеля (преддверие Сахары) на всем протяжении колониального периода были районами своеобразного эксперимента основных европейских метрополий. Здесь вели масштабную работорговлю и создавали анклавы расселения освобожденных рабов, опробовались модели колониального управления и формировались условия для становления новой африканской элиты, появилось первое государство континента, добившееся независимости, и произошли первые военные перевороты в уже освободившихся странах. К началу XX в. народы западноафриканских колониальных владений накопили огромный опыт противостояния и сотрудничества с европейцами. Они стремились к тому, чтобы их историю рассматривали не как историю Европы в Африке, а как историю африканцев, которых можно пригласить к королеве Виктории на содержательную беседу (Уильям Блайден), избрать в Национальное собрание Франции (Блез Диань), сделать консультантом американского президента по расовым вопросам (Уильям Дюбуа).
История региона удивительно многослойна. Еще до того как из колониальных империй начали выделяться независимые государства, она трансформировалась во множество национальных историй. Желанная независимость подразумевала политизацию прошлого. Почти каждый из африканских политиков и общественных деятелей «первой волны», середины прошедшего века, выбирал не только название для нового государства, но искал и находил в истории региона и континента свои доводы для отстаивания тезиса величия африканской расы в целом (негритюд Л. Сен- гора или панафриканизм К. Нкрумы) и своего народа в частности. В Западной Африке, как нигде, пожалуй, на Африканском континенте, история не только создавалась усилиями харизматичных политиков, но и постоянно ими истолковывалась, препарировалась, а подчас и основательно перекраивалась в угоду политической конъюнктуре. Подобное стремление, впрочем, легко обнаруживается и в деятельности немногочисленных профессиональных африканских историков (Дж. Ки-Зербо, Ш.-А. Диоп), известных писателей (Ч. Ачебе, В. Шойинка). Для них давняя история африН11НИИПНПП1 409 HiHiiiinmiim


канских народов вообще или их народа в частности - источник силы, опора в испытаниях, тыл в той войне, которую приходится вести за отстаивание идентичности. Именно поэтому задача авторов этого тома была значительно осложнена: необходимо было из очень разных, объяснимо субъективных суждений многих творцов истории Западной и Центральной Африки сложить не мозаичную, а цельную картину истории этого региона и стран, его образующих.
Пытаясь решить эту задачу, авторы получили очень важную помощь - их союзником стал изучаемый материал. Скудные или изобильные биографические данные героев, обстоятельства их человеческого возмужания и профессионального становления, личные и общественные связи и предпочтения, творческое наследие, противоречивость поведения — весь этот материал создал редкую для историка возможность проверять фактами, документами, поступками устоявшиеся или только начинающие складываться у исследователей суждения. Авторы постарались показать реальных африканцев (подчас и с «отрицательной» харизмой), которые и есть единственно точный эталон для измерения значимости сложных процессов, определивших историю Западной и Центральной Африки с конца XIX в. до недавнего прошлого.
В данном томе собраны портреты представителей Бенина, Буркина-Фасо, Габона, Ганы, Гвинеи, Гвинеи-Бисау, Камеруна, Демократической Республики Конго и Народной Республики Конго, Республики Кот-д’Ивуар, Либерии, Нигера, Нигерии, Мали, Сенегала, Сьерра-Леоне, Того, Чада, Центрально- Африканской Республики. К ним добавлены несколько персонажей, представляющих, строго говоря, не регион, а обширную африканскую диаспору. Их жизни и деятельность не только оказались тесно переплетены с африканскими реалиями, преимущественно западноафриканскими, но стали неотъемлемой частью истории региона и Африканского континента в целом.
Авторы хотели бы дать больше материала о деятелях культуры, представителях гражданского общества, бизнеса, образования, технической интеллигенции африканских стран. В сегодняшних условиях они играют все большую роль в африканской действительности. Формат тома и недостаточная кадровая обеспеченность таких исследований не дали возможности выполнить такую задачу, ведь даже для написания того, что представлено в томе, пришлось пригласить исследователей из российских академических и университетских центров. Будем рассматривать эту цель - создание более выпуклой, противоречивой, а значит, более интересной картины африканской истории через судьбы различных людей - в качестве следующей задачи авторского коллектива.
С.В. Мозов
Н.Г. Щербаков


Бенджамин Ннамди АЗИКИВЕ
Benjamin Nnamdi Azikiwe, 16.XL1904- 1 LV. 1996
Нигерийский общественный деятель, журналист, политик, первый президент Нигерии с момента провозглашения независимости страны 1 октября 1963 г. до военного переворота 15 января 1966 г. Родился 16 ноября 1904 г. в семье гражданского служащего колониальной армии в г. Зунгеру на севере страны, по национальности ибо. Из-за службы отца семья часто переезжала, классическое обучение в методистской миссионерской школе и колледжах Лзикиве прошел в городах разных частей страны, в конечном счете уровень образования позволил ему получить место клерка казначейства в крупнейшем административном центре колонии - Лагосе. Семья поддержала его решение продолжить учебу в Америке, что для ибо из британской западноафриканской колонии в середине 1920-х годов было нестандартным решением. В 1925 г. он «зайцем» сумел добраться до США и поступить сначала в колледж в Западной Виргинии. Затем, зарабатывая па учебу на шахте, мойщиком посуды и даже спарринг-партнером в боксерском клубе, Лзикиве сменил несколько университетов и в конце концов получил докторскую степень в Университете Линкольна в 11 е нс 11 л ь ва н 11 и ( и озже эт( >т у и и вере i пет закончит Кваме Нкрума), что дало ему возможность на протяжении всей политической карьеры использовать перед своим именем престижную приставку «доктор». Областью его интересов были политические науки и история, но годы «американских университетов» показали, что профессиональная журналистика открывает для черного человека гораздо большие возможности, чем наука. Путь домой пролег через столицу метрополии. В Лондоне в 1934 г. Лзикиве нашел возможность издать книгу-памфлет «Либерия в мировой политике», которую он написал еще в США. В ней он попытался изложить свое видение перспектив государственности народов африканского происхождения, в том числе защищая либерийское руководство от обвинений в неумении обеспечить нормальную работу государственных институтов. Следующие три года Азикиве провел в британской колонии Золотой Берег, редактируя популярную газету «African Morning Post» вместе с другим известным западноафриканским журналистом Исааком Уоллесом-Джонсоном. По времени это совпало с попытками фашистской Италии расширить свои колониальные владения в Африке, начав 1935 г. войну против Абиссинии. Как и многие другие представители африканской интеллектуальной элиты, Азикиве выразил негодование в отношении лицемерных попыток Италии и Ватикана обосновать колониальный захват высокими соображениями о необходимости распространения подлинно христианских ценностей на отсталую феодальную монархию. После публикации статьи «Есть ли у африканца Бог?» , в которой Лзикиве перевел критику с итальянских IIIIIIIIHIIIIIIIII 4 11 IIIIIIIIHIIIIIIIII


агрессоров на европейские принципы колониального управления в целом, британские колониальные власти возбудили против автора судебное дело по обвинению в подстрекательстве к мятежу. Азикиве был приговорен к заключению, но вскоре оправдан.
Это стало его первым настоящим столкновением с колониальными властями. В 1937 г. он поспешил перебраться в Нигерию. Здесь он последовательно создает несколько газет, включая наиболее известную «West African Pilot». Материал для своих статей, по-прежнему остро критикующих колониальные порядки, Азикиве берет не только из нигерийской действительности, но постепенно все в большей степени использует информацию из разных британских африканских владений. Параллельно со своей журналистской деятельностью Азикиве принимает участие в работе Нигерийского движения молодежи (НДМ), практически единственной массовой политической организации в Нигерии в годы Второй мировой войны. Он публикует резкие статьи, подвергая критике британские колониальные власти и агитируя за предоставление колониям самоуправления. Несмотря на то что общественно- политические деятели в стране в это время - традиционно и исключительно йоруба, Азикиве получает безусловную поддержку многих нигерийцев. В 1943 г. ему удается организовать поездку миссии НДМ в Лондон для передачи властном метрополии петиции, в которой Азикиве высказывает своп соображения о применении принципов Атлантической хартии к развитию ситуации в колониях по завершении войны. По его мнению, независимость Нигерии могла быть предоставлена спустя 15 лет, т. е. в 1958 г. В промежутке следовало провести «африканизацию кадров» и сформировать ответственное правительство из самих нигерийцев. Все эти требования были положены в основу программы новой партии - Нигерийского национального совета, созданной Азикиве с единомышленниками в 1944 г. и позже трансформированной в Национальный совет Нигерии и Камеруна (НСНК). Эта организация, в свою очередь, объединилась с Нигерийской национальной демократической партией, основанной хорошо известным в стране политиком Гербертом Маколеем (внуком первого епископа-африканца в британских западноафриканских владениях Аджайи Кроутера). НСНК стал первой подлинно общенациональной политической организацией, объединившей представителей всех народов страны.
После смерти Г. Маколея в 1946 г. Азикиве становится президентом партии. НСНК отстаивает принцип федерации восьми штатов как лучший вариант, подготавливающий независимость страны. После обнародования так называемой Конституции Ричардса (по имени генерал-губернатора колонии) в марте 1945 г., предусматривавшей помимо прочего разделение страны на три региона, Азикиве организует общенациональную забастовку протеста против этого плана, успешное проведение которой еще больше укрепляет его политическую репутацию. Запрет нескольких газет, поддержавших Азикиве, и упорные слухи о готовившемся покушении на него заставляют его скрываться некоторое время, а его сторонники формируют для защиты своего кумира Движение зики- стов («Зик» становится на долгие годы именем-символом Ннамди Азикиве). С появлением Конституции Макферсона необыкновенно популярный и известный во всех регионах колонии Зик| баллотируется и выигрывает с болышш| отрывом на выборах 1951 г. в Законода-1 тельную ассамблею Западной области| от Лагоса, по-прежнему агитируя за скорейшее предоставление независимости и против предложенной конституции. В это же время начинается рост попуiiiiiiuiiiiiiiiiti ч iiiiiiiiiiiitiiiiii


лярности новой политической партии Западной области - Группы действия (ГД), возглавляемой вождем О. Аволово. Соперничество с новой партией йоруба не оставляет Азикиве перспектив в Западной области, и он переключает внимание на выборы в Восточной области, где НСНК выигрывает большинство мест в законодательном собрании, а Азикиве становится главным министром, а позже - премьер-министром региона. Популярность Азикиве как политика была столь высока, что он не побоялся распустить палату и назначить новые выборы (и, конечно же, выиграть их с огромным преимуществом) после того, как колониальная администрация попыталась в 1956 г. обвинить его в использовании бюджетных средств для поддержки частного банка, одним из совладельцев которого он был.
Ожесточенная внутрипартийная борьба не помешала Азикиве подготовиться к самым важным выборам в истории будущей независимой Нигерии - федеральным общенациональным выборам в декабре 1959 г., на которых решалась судьба не столько отдельных политиков, сколько определялась структура власти в новых условиях. Азикиве сделал ставку на союз с партией северян - Конгрессом народов Севера. Эта коалиция и получила право формировать структуры власти нового государства, Азикиве стал председателем сената и позже - генерал-губернатором Нигерии. Если бы Азикиве заключил союз с ГД, то он мог бы стать первым премьер- министром независимого государства. В своей речи при вступлении в должность (формально Азикиве на своем посту был представителем королевы Великобритании) он обрушился с яростной критикой на колониализм и подчеркнул, что его новый официальный статус не помешает ему выступать с тех же позиций, что и прежде. Столь необычный генерал- губернатор продолжал внимательно следить за расстановкой сил в молодой республике. Союз партии Азикиве с северянами перестал удовлетворять Зика (с момента предоставления независимости - Президента Федеративной Республики Нигерия), и на выборах 1964 г. он переориентировал своих сторонников на создание коалиции с ГД, что привело к победе нового союза южан, но дало основание обвинить их в подтасовке результатов. Азикиве вновь, демонстрируя свое умение достигать компромиссов в самых сложных условиях, пошел на союз с северянами и сформировал правительство во главе с лидером КНС Т. Балевой.
После отъезда на лечение в Англию в октябре 1965 г. Азикиве пришлось возвращаться уже в другую Нигерию: в январе 1966 г. он и многие представители старой политической гвардии были отстранены от управления государством в результате военного переворота. Он пытался вернуться к занятиям журналистикой, писал новую книгу ~ продолжение своей знаменитой «Возрождающейся Африки» (вышедшей в Лондоне в 1937 г.), поселившись в небольшом городе Нсукке на востоке страны. Частная жизнь в провинции продолжалась для Зика не очень долго. Уже в июле 1966 г. он вошел в Консультативную ассамблею нового лидера Восточной области полковника Оджукву, пришедшего к власти в результате очередного военного переворота, расколовшего Нигерию. Его выступления в парламенте Республики Биафра освистывали оппоненты: он считался «уходящей натурой» в изменившейся африканской политике. Но именно его стихи «Будь моей душой» стали в 1968 г. национальным гимном непризнанной страны. Важным поручением стала для Азикиве зарубежная миссия, когда он по просьбе Оджукву пытался добиться дипломатического признания и поддержки Биафры на переговорах с африканскими лидерами в Уганде и Эфиопии в 1968 г. По мерс того как кровопролитIIIIIIUUHIIIIIII ч Il lUlllillUIIIIH


ная гражданская война в Нигерии не оставляла надежд на примирение, Зик, в нарушение инструкций руководителей ибо, попытался добиться компромисса с федеральным правительством на переговорах в Париже. Оджукву потребовал прекратить переговоры, но Зик ослушался, улетел в Англию и там, в Оксфорде, в феврале 1969 г., предложил свой план достижения перемирия. Это помогло ему установить контакт с Я. Говоном, главой федерального правительства. Уже в августе 1969 г. Азикиве сформулировал принципы мира «под крышей единой Нигерии». Но после окончательной победы федерального правительства и ликвидации Биафры для Зика не нашлось официального поста, и по возвращении на родину в 1972 г. ему пришлось довольствоваться должностью канцлера Лагосского университета. Он пытался вернуться в активную политику, предлагая разные формы совместных действий гражданских политиков и пришедших к власти военных. После возобновления деятельности политических партий во время выборов 1979 и 1983 гг. Азикиве упорно баллотировался на пост президента страны, получал поддержку своих прежних восторженных сторонников, но этого уже было недостаточно, и он раз за разом проигрывал выборные кампании. Последние годы жизни Ннамди Азикиве прошли в работе над мемуарами, изданием нескольких сборников статей прошлых лет. Умер знаменитый Зик И мая 1996 г.
Н.Г. Щербаков
Сочинения
Azikiwe N Му Odissey. An Autobiography. L, 1970.
Zik (Azikiwe Nnamdi). A selection from the speeches of Dr. Nnamdi Azikiwe. Cambridge, 1961.
Литература
История Нигерии в новое и новейшее время/ Под ред. Ю.Н. Зотовой и И.В. Следзев- ского. М., 1981.
The New Africans. A guide to the contemporary history of Emergent Africa and its Leaders. Written by Fifty Correspondents of Reuters News Agency / Ed. by S. Tailor. L., 1967.


Марселей Жозеф Суру Миган АПИТИ
Marcellin Joseph Sourou Migan Apithy, 8.IV.1913-3.XII.1989
Дагомейский государственный деятель; президент Дагомеи в 1964-1965 гг.
Апити родился 8 апреля 1913 г. в Порто-Ново. О его родителях известно мало, только то, что они принадлежали к народности гунн. Если исходить из имени «Миган» - «тот, кто во главе нас» («премьер-министр» и главный судья в королевствах Дагомея и Порто-Ново), можно предположить, что семья его была знатного рода.
Начальный курс обучения Апити прошел в миссионерской католической школе в Порто-Ново, которая на всю жизнь привила ему глубокую симпатию к католицизму1. Одним из его наставников был священник Франсис Опье, прославившийся своими выступлениями в защиту прав коренного населения. Способный юноша отправился в 1933 г. для продолжения обучения во Францию. Среднее образование Апити получил в Бордо, высшее коммерческое и юридическое - в Париже (Свободная школа политических наук, Национальная школа экономической и социальной организации, Центр повышения квалификации при Управлении делами Торговой палаты Парижа). Получив диплом, он остался во Франции, где служил в разных бухгалтерских фирмах.
С началом Второй мировой войны Апити был призван во французскую армию (офицер артиллерии), но в июне 1940 г. в связи с поражением Франции демобилизовался. Как видный представитель африканской интеллигенции вместе с Леопольдом Сенгором он принял участие в Браззавильской конференции в январе 1944 г.* 2 В сентябре 1945 г. Апити вернулся в Дагомею и сразу оказался вовлеченным в политическую жизнь. По рекомендации Опье «избирательные комитеты» (протополитические организации дагомейской европеизированной элиты - les évolués) выдвинули его кандидатом в первое Учредительное собрание Четвертой республики от курии неграждан3 Дагомеи и Того. На октябрьских выборах 1945 г. Апити, заявивший о своих социалистических убеждениях, одержал победу, а после смерти Опье в декабре того же года оказался ведущей фигурой на местной политической сцене. В июне 1946 г. его (вновь как социалиста) избрали во второе Учредительное собрание, в ноябре - в Национальное собрание Франции, в декабре - в Гене: См.: AlladayeJ. Catholicisme au pays du vodun. Cotonou, 2003. P. 243.
2 В январе-феврале 1944 г. в Браззавиле состоялась конференция губернаторов французских владений в Африке, на которой были разработаны меры по модернизации Французской колониальной империи.
3 Жители французских колоний, не обладающие статусом граждан Франции.
IIIIIIIIII1IIHIIII 4 /> 1НП111111Ш1НII


ральный совет Дагомеи (законосовещательный орган колонии), председателем которого он стал, в ноябре 1947 г. - в Большой совет Французской Западной Африки. Апити фактически возглавил самую влиятельную политическую партию Дагомеи - созданный в 1946 г. на базе «избирательных комитетов» Дагомейский прогрессивный союз (ДПС) - и в течение последующих шести лет выступал в роли лидера общедагомейского национального движения. В октябре 1946 г. он занял пост одного из вице- председателей только что возникшей межтерриториальной партии Французской Западной Африки - Африканского демократического объединения (АДО).
Благодаря своему красноречию и энергии Апити приобрел широкую популярность среди своих соотечественников. Однако уже в эти годы он продемонстрировал отсутствие твердых убеждений и явный оппортунизм. Во французском парламенте он начал карье1 ру членом группы «независимых депутатов от заморских территорий», поддерживая правительства социалистов Леона Блюма (1946) и Поля Рамадье (1947) и голосуя против плана Маршалла (1948), а закончил членом правой фракции «независимых республиканцев и крестьян», воздерживаясь по вопросу о вступлении ФРГ в НАТО (1955) и выступая за приход к власти Ш. де Голля ( 1958). Вступив в АДО, аффилированное с Французской компартией, Апити уже в 1948 г. порывает с ним под давлением католической церкви и дагомейского общественного мнения, враждебного к планам создания федерации африканских владений Франции.
Такая непоследовательность вызвала критику со стороны части руководства ДПС и привела к тому, что к началу 1950-х годов Апити утратил позицию признанного лидера партии. Перед июньскими выборами 1951 г. во французский парламент верхушка ДПС
отказалась поставить его первым номером в партийном списке. Тогда он выдвинул собственный список и победил, сумев привлечь на свою сторону как массового избирателя, так и традиционную элиту (вождей кантонов) своего родного региона - Юго-Восточной Дагомеи (округа Котону, Атьеме, Видах), а сразу после выборов основал Дагомейскую республиканскую партию (ДРП). Однако с этого момента Апити перестал быть главой общенационального движения и превратился в лидера региональной группировки, опиравшейся на поддержку юго-восточных этносов, наравне с Юбером Мага, возглавлявшим Этническое объединение Северной Дагомеи (ЭОСД), которое выражало интересы северян, и Жюстеном Ахомадегбе, возглавлявшим Африканский народный блок (АНБ), который пользовался поддержкой этносов Центральной и Юго- Западной Дагомеи. Вся последующая история страны станет историей борьбы . и временных союзов между этими тремя j региональными группировками, ни одна из которых не будет способной в одиночку добиться безусловного политического 1 доминирования. [
В марте 1952 г. на выборах в Территориальную ассамблею (новое название Генерального совета) ДРП получила относительное большинство мандатов и 'вступила в коалицию с занявшим второе место ЭОСД, благодаря чему Апити смог сохранить пост председателя Ассамблеи. На выборах в Ассамблею Французского | союза в ноябре 1953 г. эти две партии выдвинули единый список и одержали победу.
В январе 1956 г. Апити в третий раз избирается во французский парламент. | К тому времени его союз с группировкой Ю. Мага распался, и в апреле 1956 г. он теряет должность председателя Территориальной ассамблеи. Однако когда на очередных выборах в Ассамблею; (31 марта 1957 г.) ДРП получила абсо-i 1ШИНШ1Ш1Ш 4 10 llinllllllirilllll


лютное большинство (35 мест из 60)4, Апити с триумфом вернулся на этот пост. После создания, согласно «закону- рамке» Гастона Деффера 1956 г.5, Правительственного совета - нового высшего органа исполнительной власти колонии - он 25 мая 1957 г. назначается его вице- председателем (фактически главой).
На сентябрьском референдуме 1958 г. о новой конституции Французского сообщества Апити выступил против идеи независимости Дагомеи и поддержал идею сохранения тесных связей с Францией при максимальном расширении политической автономии. 4 декабря 1958 г. Дагомея обрела статус республики в составе Французского сообщества, и Апити стал ее первым премьер-министром. В начале 1959 г. он принял участие в создании общенационального блока основных политических сил Дагомеи под названием «Дагомейская прогрессивная партия», но вскоре покинул его из-за разногласий по вопросу о вступлении страны в Федерацию Мали. Непоследовательность политики Апити предопределила падение популярности его партии, и на выборах в Территориальную ассамблею в апреле 1959 г. ему пришлось прибегнуть к подтасовкам и нажиму на избирателей, чтобы обеспечить победу ДРП. Однако массовые демонстрации протеста вынудили его вернуть группировке Ахо- мадегбе (ДДС-АДО) девять «украденных» у нее мест, в результате чего ДРП лишилась абсолютного большинства в Ассамблее. На короткое время ему удалось сохранить пост премьер-министра, образовав правительственную коалицию в составе ДРП, ДДС-АДО и Дагомейского демократического объединения (ДДО) Ю. Мага, но уже через месяц, 21 мая 1959 г., «правительство национального единства» пало. В новом кабинете, который возглавил Мага, Апити был вынужден довольствоваться лишь символической должностью государственного министра без портфеля. Возмущенный таким назначением, он развил активную деятельность по формированию нового политического блока, оппозиционного премьер-министру, в ответ Мага вывел его из состава правительства. В марте 1960 г. ДРП и Дагомейская прогрессивная партия Эмиля Дерлена Зинсу объединились в Партию националистов Дагомеи (ПНД).
После провозглашения независимости Дагомеи 1 августа 1960 г. Апити принял предложение Мага, нового главы государства, сформировать общенациональную коалицию трех ведущих политических сил. 1 сентября 1960 г. ПНД создала вместе с ДДО и ДДС-АДО Фронт патриотического действия, который, однако, распался два месяца спустя из-за выхода из него группировки Ахо- мадегбе. Мага, тем не менее, сохранил союз с Апити: он не только вернул его в правительство, но и предоставил ему пост вице-премьера. На декабрьских выборах 1960 г. союзники выступили единым списком, что обеспечило им полную победу: Мага был избран президентом, а Апити - вице-президентом Республики Дагомея; их сторонники заняли все места в парламенте.
Возникший таким образом режим Второй республики основывался на разделе власти между северной (Мага) и юго-восточной (Апити) региональными политическими группировками. Оба лидера договорились о создании правящей партии - Дагомейской партии единства, членство в которой стало обязательным для функционеров высокого уровня. 4 La Nef. 1958. Vol. 15. P. 28.
5 Закон от 23 июня 1956 г. предоставил французским колониям внутреннее самоуправление: местные выборные консультативные органы получили право ограниченного законотворчества, были созданы ответственные перед ними исполнительные органы власти.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 4 I / llllllllllllltltlll


В феврале 1962 г. Апити, оставаясь вице- президентом, получил важный пост министра развития и планирования. Но вскоре его отношения с президентом резко ухудшились. В августе 1962 г. он был отправлен в почетную ссылку - послом во Францию, где находился до октября 1963 г., когда Мага был отстранен от власти в результате военного переворота.
28 октября 1963 г. полковник Кристоф Согло ввел Апити в состав своего Временного правительства в качестве министра финансов, экономических дел и планирования. В декабре Апити совместно с Ахомадегбе создал Дагомейскую демократическую партию (ДДП). На выборах 19 января 1964 г. он был избран президентом страны, Ахомадегбе - вице-президентом, а ДДП завоевала все места в парламенте.
Возникший режим Третьей республики, как и режим Второй, основывался на разделе власти - на этот раз между юго-восточной (Апити) и центральной (Ахомадегбе) региональными группировками. Но этот «дуумвират» оказался еще менее устойчивым и эффективным, чем предыдущий. Очень скоро между двумя лидерами наметился глубокий раскол. Чтобы подорвать позиции соперника, Апити начал выступать за проведение «прогрессивного» курса, стремясь стать основным центром притяжения для дагомейских левых. Прежде ярый сторонник тесного сотрудничества с Францией, теперь он заигрывал с коммунистическими режимами; неудивительно, что советская печать писала о нем в самых теплых тонах6. В ноябре 1964 г. он пошел на признание КНР и на разрыв дипломатических отношений с Тайванем, что вызвало недовольство вице-президента и военных. В таком контексте Ахомадегбе стал естественным центром притяжения для умеренных сил. Положение «двухголового» режима осложнилось финансовыми проблемами (дефицит бюджета) и волнениями северных этнических групп (особенно барба), лишенных доступа к рычагам управления. Власти ответили снижением зарплаты госслужащих на 25% («налог национальной солидарности» в июне 1965 г.) и репрессиями против сторонников Мага (арест его сестры Бак Мага и ближайшего сотрудника Мама Шаби), что еще более накалило ситуацию. В городах профсоюзы и студенты организовали массовые протесты. Ахомадегбе удалось представить президента главным виновником кризиса и подготовить его смещение. 24 ноября 1965 г. Исполнительный комитет правящей партии исключил Апити из своих рядов и потребовал его отставки. 27 ноября специально созванная «Народная ассамблея» в составе членов парламента, лидеров ДДП и активистов общественных организаций лишила Апити президентских полномочий и передало их Ахомадегбе. 29 ноября в события вмешалась армия: генерал Согло заставил обоих соперников отказаться от власти и положил конец «двухголовому» режиму.
Апити эмигрировал во Францию, но не прекратил политической деятельности. Вместе со своим бывшим противником Мага он развернул кампанию за бойкот президентских выборов 5 мая 1968 г. После очередного военного переворота в декабре 1969 г. Апити возвратился в Дагомею и выставил свою кандидатуру на президентских выборах в марте 1970 г. Но военное правительство подполковника Поля-Эмиля де Суза 4 апреля прервало проведение выборов и вступило в переговоры с лидерами ведущих политических партий, в том числе и с Апити. Переговоры завершились «трехглавым компромиссом»: 7 мая 1970 г. Апити, Мага и Ахомадегбе образовали
6 Международная жизнь. 1966. Вып. 7-12. С. 152,153; Этингер Я Я. Политические проблемы африканского единства. М., 1967. С. 159.
IIIIIIIIIIIIIIIHII 4 10 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Президентский совет, облеченный высшими исполнительными и законодательными функциями; члены Совета имели равные права и совместно принимали все решения (законы, указы, назначения), попеременно занимая пост его председателя (президента) через каждые два года. Апити, однако, не успел дождаться своей очереди, которая должна была наступить в мае 1974 г. 26 октября 1972 г., когда он находился с официальным визитом во Франции, майор Матье Кереку сверг Президентский совет. Апити вернулся в Дагомею, был арестован военными властями и провел в заключении восемь с половиной лет. Освобожденный в апреле 1981 г. вместе с двумя другими членами триумвирата, он вновь эмигрировал во Францию, где провел последние годы жизни, занимаясь составлением мемуаров.
Суру Миган Апити скончался в Париже 3 декабря 1989 г. после продолжительной болезни. В память о нем в Дагомее, где в то время развернулось массовое демократическое движение, был объявлен четырехдневный траур.
И.В. KpueyuiUH
Литература
Apithy S.M. Au service de mon pays. Porto-Novo, 2000.
Carter G.M. Five African States: Responses to Diversity. Ithaca; N. Y, 1963.
Comevin R. La République populaire du Bénin, des origines dahoméennes à nos jours. P., 1981.
Glele MA. Naissance d'un Etat noir. L'évolution politique et constitutionnelle du Dahomey, de la colonisation à nos jours. P., 1969.
Morgenthau R.S. Political Parties in French- speaking West Africa. Oxford, 1964.
Ronen D. Dahomey: Between Tradition and Modernity. Ithaca; N. Y., 1975.


Амаду Бабатура АХИДЖО
Ahmadou Babatoura Ahidjo, 24.VIII.1924 - 30.XI.1989
Государственный деятель Республики Камерун, ее первый президент в 1960-1982 гг.
Родился 24 августа 1924 г. в портовом городе Гарва на р. Бенуэ на севере французской подопечной территории Камерун в мусульманской семье, принадлежавшей к народу фульбе. Его отец был вождем племени, мать - рабыней.
В детстве Амаду посещал местную кораническую школу; тогда же пристрастился к чтению. В 1932 г. он был принят в региональную начальную школу в г. Гарва, где зарекомендовал себя способным. но не очень дисциплинированным учеником. В январе 1938 г. провалился на выпускном экзамене и несколько месяцев работал в ветеринарной службе в селении Марва (к северу от Гарва). но затем вернулся домой и в 1939 г., успешно пересдав экзамен, поступил в среднюю школу в Яунде, административном центре Камеруна.
Получив в конце 1941 г. аттестат о среднем образовании и пройдя стажировку в Дуала (январь-июнь 1942 г.), Амаду работал радистом в Нгаундере (на юге Северной провинции) и в Яунде; его направляли в разные районы Камеруна - в Бертва (восток). Моколо (север) и др. - для установки радиостанций. Учеба в столице и поездки но стране помогли ему избавиться от узкого этнорегионального мировоззрения.
Начало политической биографии Ахиджо относится к 1945 г., когда он побывал на своей родине в Гарва: в атмосфере ожидания перемен после Браззавиль- ской конференции 1944 г. он активно обсуждал со своими земляками актуальные вопросы общественной жизни региона и страны в целом. В конце 1946 г. выставил свою кандидатуру в Представительную ассамблею Камеруна (консультативный орган при французском верховном комиссаре) и был избран во втором туре. В то же время его попытка в 1947 г. попасть в Ассамблею Французского союза (псевдопарламент Французской колониальной империи) окончилась неудачей. На политической арене Камеруна Ахиджо проявил себя ревностным защитником интересов Севера. Так. он горячо агитировал родителей посылать детей в светские школы; благодаря его усилиям с 1950 г. наиболее талантливых юношей-северян стали направлять на учебу во Францию. В 1948 г. он создал первую политическую организацию Севера - Общество дружбы Бенуэ, открыв тем самым эпоху партийного строительства в этом прежде слабо политизированном регионе Камеруна. Деятельность Ахиджо и его яркие выступления способствовали популярности молодого политика среди северных этносов и росту его авторитета в политических кругах. В октябре 1953 г. он был делегирован в состав Ассамблеи Французского союза, где примкнул к фракции «независимых от заморских территорий», в 1954 г. занял должность одного из секретарей
iiiiiHiiiiiiiiiiii imi


Ассамблеи, а в 1956-1957 гг. вел ее заседания. В Париже он познакомился со многими видными африканскими политиками, именно там завязалась его дружба с Леопольдом Сенгором.
В 1952 г. Ахиджо был переизбран в Территориальную ассамблею (бывшую Представительную). Тогда же он сблизился с политиком-южан ином интеллектуалом Луи-Полем Ожулой, основателем центристского Камерунского демократического блока (КДБ), и некоторое время спустя вступил в эту партию. В 1955 г. Ажиджостал вице-председателем Территориальной ассамблеи. В январе 1956 г. он потерпел поражение на выборах в Национальное собрание Франции от 1-го округа (Северный Камерун), но в декабре одержал победу на выборах в первый автономный парламент Камеруна, а в январе 1957 г. был избран его председателем. В мае 1957 г. Ахиджо вошел в коалиционное правительство Андре Мари Мбида, лидера партии Камерунские демократы, в качестве вице-премьера и министра внутренних дел. После отставки Мбида он 18 февраля 1958 г. возглавил кабинет, сохранив портфель министра внутренних дел. Главной силой новой правительственной коалиции стал Камерунский союз (КС) - созданное им объединение вождей Севера и группы политиков из центральных и южных регионов страны.
В 1958 г. Ахиджо провел переговоры с Францией о предоставлении независимости Камеруну. В конце декабря им была подписана серия секретных соглашений с Парижем о тесном сотрудничестве в административной, военной, финансовой, культурной и транспортной сферах. Франция помогла его правительству устранить опасную угрозу со стороны промаоистского освободительного движения Союз народов Камеруна (СНК), опиравшегося на поддерж - ку баса и бамилеке, которое в декабре 1956 г. развязало партизанскую войну в прибрежных районах страны. К концу 1959 г. французские войска разгромили основные силы повстанцев. 1 января 1960 г. Камерун обрел независимость, и Ажиджо стал его первым премьер-министром и министром иностранных дел (25 января). На референдуме 21 февраля 1960 г. была одобрена (чуть более 60% «за») первая конституция страны, установившая режим президентской республики с однопалатным парламентом. После победы КС на парламентских выборах 10 апреля 1960 г. (51 мандат из 100) Ахиджо 5 мая был избран первым президентом Камеруна1.
Объявив амнистию партизанам СНК и укрепив тем самым свое положение, Ахиджо приступил к решению задачи объединения Французского (Восточного) Камеруна с Британским (Западным). Ему удалось сорвать планы англичан по включению Британского Камеруна в состав Нигерии: на референдуме 1 октября 1961 г. большая часть его жителей высказалась за вхождение в Федеративную Республику Камерун.
Достигнув этой цели, Ахиджо сосредоточил свои усилия на консолидации страны путем жесткой централизации власти. Главное препятствие на пути к национальной интеграции и процветанию страны он видел в многопартийности, которая, по его убеждению, способствует сепаратизму. В апреле 1962 г. он приступил к строительству однопартийной системы, ликвидируя или инкорпорируя в КС оппозиционные партии Восточного Камеруна, а с другой стороны ведя переговоры о паритетном слиянии КС с ведущей политической силой Западного Камеруна - Камерунской национально-демократической партией (КНДП). К парламентским выборам 1964 г. все конкуренты КС были вытес- 1 См.: Imbert J. Le Cameroun. P., 1982. P. 49.
IUIIIIIIIIIUIIIII I IIIIIHI1IIII1I1111


йены с восточно-камерунской политической арены: в итоге правящая партия получила 98% голосов. 1 сентября 1966 г. она объединилась с КНДП и двумя другими западно-камерунскими партиями в единый Камерунский национальный союз (КНС), что завершило процесс создания однопартийного государства. К началу 1970-х годов Ахиджо удалось справиться и с последним серьезным противником режима - нелегальным СНК, вновь развернувшим во второй половине 1960-х годов вооруженную борьбу; смертельным ударом для СНК оказался арест в августе 1970 г. его лидера Эрнеста Вандье (расстрелян 15 января 1971 г.).
В 1965 г. Ахиджо был избран президентом на всеобщих, хотя и безальтернативных, выборах. С тех пор он неизменно выдвигался «по многочисленным просьбам камерунцев» в качестве единственного кандидата на всех последующих президентских выборах в 1970,1975 и 1980 гг. и неизменно одерживал победу. После съезда КНС в г. Гарва в марте 1969 г. Ахиджо занял пост председателя правящей партии. Его власть еще более усилилась в результате «всенародного одобрения» (99,99% голосов «за») в мае 1972 г. новой конституции, которая заменила федеративное государственное устройство унитарным (ликвидация автономии Западного Камеруна) и значительно расширила президентские полномочия.
Под демократической оболочкой (регулярные выборы президента и парламента) Ахиджо создал политическую систему, основанную на тотальном контроле главы государства над всеми властными структурами и над распределением ресурсов. Все назначения в государственном аппарате, особенно на руководящие посты, производились решениями президента по рекомендации Политбюро КНС. Режим опирался на поддержку местных этнорегиональных элит, членам которых предоставлялись высокие зарплаты и доходные должности в провинциальной и центральной администрации. Такая видимость этнической и региональной репрезентативности в органах власти маскировала концентрацию реальных рычагов управления в руках президентского окружения («клики северных мусульман»2). Практика «покупки лояльности» вела к чрезмерному разбуханию госаппарата и вытеснению умелых и профессиональных руководителей людьми малокомпетентными, но лично преданными. К 1982 г. камерунская бюрократия приобрела печальную славу одной из самых многочисленных, неэффективных и паразитических в Африке.
Клиентелизм пронизал все сферы администрации и породил глобальную коррупцию. С подачи самого президента, повторившего в 1966 г. знаменитый лозунг Франсуа Гизо3 «Обогащайтесь!», правящий класс превратился в государственную буржуазию, активно занимавшуюся «первоначальным накоплением капитала». Каждый чиновник использовал свой пост для личной наживы. «Комиссионные вознаграждения» при принятии любых экономических решений были настолько обычны, что предприниматели заранее учитывали их, планируя свои расходы.
Неопатримониальный клиентелист- ский режим не мог выжить без хотя бы частичного контроля над экономикой. В программе правящей партии была зафиксирована идея «планового либерализма»: государство должно управлять стратегически важными секторами про2 См.: Africa review. 1986. Vol. 10. P. 73.
3 Франсуа Гизо (1787-1874) - французский историк и государственный деятель эпохи Июльской монархии.
IIIIIIIIIIIIIIIHII ^ZZ IIIIIIIIIIIIIIIHII


изводства и в то же время поощрять частную инициативу4. Этот «плановый либерализм» вел к возникновению, с одной зтороны, различных правительственных кредитно-инвестиционных агентств и организаций по контролю за коммерческой деятельностью, а с другой - многочисленных государственных или смешанных компаний. Естественным результатом такой политики явились огромные хищения и неэффективный менеджмент, которые в сочетании с массовой коррупцией и непомерными расходами на чиновничество постоянно создавали угрозу экономической катастрофы. Однако режим Ахиджо спасали богатые природные ресурсы страны (нефть, кофе, какао, хлопок, являвшиеся главными предметами ее экспорта) и благоприятная внешняя ценовая конъюнктура. В 1960— 1979 гг., в период высоких мировых цен на сельскохозяйственное сырье, ВВП на душу населения увеличивался ежегодно на 2,8%. В 1979 г. цены на какао и кофе обрушились, но это никак не сказалось на экономике Камеруна. Наоборот, открытие в стране в конце 1970-х годов крупных месторождений нефти и резкий скачок нефтяных цен вызвали экономический бум, продолжавшийся до 1986 г. Доходы от продажи «черного золота» росли ежегодно более чем на 30% (Камерун стал третьим экспортером нефти на континенте), а ВВП надушу населения - на 8,6% (самый высокий показатель в верной Африке)5. При всем неравенстве распределения доходов относительное экономическое процветание обеспечивало политическую стабильность режима и препятствовало возникновению сильного оппозиционного движения.
Внешняя политика Ахиджо отличалась противоречивостью. После обретения независимости президент сохранил тесные отношения с Францией; за время своего правления он совершил около 100 визитов в Париж. Серия соглашений (ноябрь 1960 г., август 1961 г., июль 1965 г., февраль 1974 г.) закрепила за бывшей метрополией роль привилегированного партнера Камеруна в политической, военной, финансово-экономической и культурной сферах. Франция сохранила лидирующие позиции в камерунском экспорте и импорте. Через правительственные агентства (Центральная касса экономического сотрудничества, Фонд помощи и сотрудничества) она предоставляла Камеруну значительную финансовую и техническую помощь. С другой стороны, Ахиджо стремился ослабить французское влияние на камерунскую внешнюю политику. В 1973 г. он вывел свою страну из Общей афро-малагасийской и маврикийской организации6, являвшейся одним из проводников французского влияния в Африке, и порой критиковал Париж за «колониалистское» намерение продолжать делить Черную Африку на сферы влияния. Президент прилагал большие усилия для установления дружеских 4 См.: Aseh N. Political philosophies and nation-building in Cameroon: grounds for the Second ational Liberation Struggle. Bamenda, 2006. P. 99; Eyinga A. From African Socialism to Planned Liberalism // Gaullist Africa: Cameroon Under Ahmadu Ahidjo / Ed. R. A. Joseph. Enugu, 1978. P. 129-137.
5 World Bank. World Tables 1993. Baltimore, 1993. P 160, 161; Statistisches Bundesamt / Eurostat. Länderbericht Kamerun 1992. Wiesbaden, 1993. S. 143.
6 Объединение франкофонных государств Африки (Дагомея, Верхняя Вольта, ЦАР, Кот- д’Ивуар, Нигер, Руанда, Сенегал, Того, Мадагаскар) и Маврикия, созданное в 1970 г. на основе Общей афро-малагасийской организации (1965-1970 гг.) для координации экономической политики стран-участниц. В 1975 г. после выхода из нее Мадагаскара приняла прежнее название.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


отношений с другими странами Запада, прежде всего с англосаксонскими державами (Великобритания, США, Канада), постоянно подчеркивая принадлежность Камеруна не только к франкофонному, но и к англофонному миру. Проводя в целом прозападный курс, он в то же время следовал политике неприсоединения к двум противоборствующим блокам. В1962-1963 гг. было подписано несколько советско-камерунских договоров о торговом, экономическом и техническом сотрудничестве, а в 1963 г. Камерун открыл свой рынок для африканских, ка- рибских и тихоокеанских государств. Президент активно выступал за межафриканскую кооперацию и играл важную роль в деятельности ОАЕ.
В начале 1980-х годов положение режима было достаточно прочным, и ничто не предвещало скорого ухода Ахиджо. Но 4 ноября 1982 г., несмотря на возражения ЦК КНС, он подал в отставку с поста президента «по состоянию здоровья» и передал бразды правления премьер-министру Полю Бийя, христианину и выходцу с Юга. Существует версия, что его лечащий врач поставил ему (по ошибке или намеренно) неправильный диагноз. Ахиджо, правда, сохранил за собой должность председателя правящей партии. В первой половине 1983 г. между ним и его преемником вспыхнул конфликт. 19 июля Ахиджо покинул страну, уехал во Францию и больше никогда не возвращался на родину.
22 августа 1983 г. камерунские власти объявили о раскрытии антиправительственного заговора и обвинили в соучастии бывшего президента. 27 августа Ахиджо отказался от поста главы КНС и вышел из партии. В Камеруне началась «деахиджоизация»: преследовали ближайших соратников Ахиджо, в СМИ множились критические выступления в его адрес, повсюду снимали его портреты. В феврале 1984 г. за «антигосударственную деятельность» Ахиджо заочно был приговорен к смертной казни, замененной затем пожизненным тюремным заключением. «Руку Ахиджо» многие увидели и за неудачной попыткой государственного переворота 6 апреля 1984 г.
Последние годы бывший президент жил то во Франции, то в Испании, то в Сенегале. В конце концов, он обосновался в Сенегале. Умер Амаду Ахиджо от сердечного приступа 30 ноября 1989 г. в Дакаре, где и был похоронен.
И.В. Кривушин
Литература
Bouopda Р.К. Cameroun, du protectorat vers Ia démocratie: 1884-1992. P., 2008.
Eteki-Otabela M.-L. Le totalitarisme des Etats africains: le cas du Cameroun. P., 2001.
Johnson W.R. The Cameroon Federation: Political Integration in a Fragmentary Society. Princeton, 1970.
Krieger M.H., Takougang J. African State and Society in the 1990s: Cameroon’s Political Crossroads. Boulder, 2000.
Le Vine V.T. The Cameroons: From Mandate to Independence. Berkeley; Los Angeles, 1964.
Ndam Njoya A. Le Cameroun dans les relations internationales. P., 1976.
The Leadership Challenge in Africa: Cameroon Under Paul Biya / Eds. J.M. Mbaku and J. Takougang. Trenton, 2004.


Чинуа АЧЕБЕ
Albeit Chinualumogu Achebe, род. 16.XI.1930
Крупнейший нигерийский писатель, поэт, издатель, пишущий на английском языке.
Родился в г. Оджиди в семье учителя провинциальной миссионерской школы, игбо по этнической принадлежности. Родители, протестанты-евангелисты, дали возможность сыну получить среднее образование в одном из колледжей Юга Нигерии в г. Умуахия, после чего он поступил в созданный незадолго до этого первый нигерийский университет - Ибаданский университетский колледж. Подобно многим своим сверстникам и соученикам Ачебе изучал в этом своеобразном филиале Лондонского университета английский язык, историю и теологию. Такое образование прежде всего было подчинено задаче воспитания у молодых нигерийцев чувства уважения к британским традициям, подготовки из них более просвещенных колониальных чиновников. Успешно завершив учебу и получив степень бакалавра гуманитарных наук в 1953 г., Ачебе продолжил семейную традицию и начал работать школьным учителем. Вместе с тем данное ему при крещении имя Атьберт (в честь супруга королевы Виктории принца Альберта) Ачебе перестал употреблять, подчеркивая важность сохранения африканских традиций даже при наличии европейского образования и получения должностей в структуре колониального управления. Накануне провозглашения Нигерией независимости, в октябре 1960 г., он работал в системе нигерийского радио, позже - телевидения, много путешествовал по стране и выезжал за рубеж, возглавив в конечном счете международную службу национального радио. Его творческий поиск нашел воплощение в первом романе, написанном на английском языке и опубликованном в 1958 г., - «И пришло разрушение». Позже это произведение было переведено на более чем 50 языков мира тиражом более 10 млн экземпляров.
В первом романе, как и во многих других своих прозаических и поэтических произведениях и публицистике, Ачебе обратился к проблемам сосуществования африканских и европейских представлений, традиций и стандартов. Избранная им литературная форма позволила подробно и убедительно показать переплетения проблем становления и развития африканской идентичности в условиях встречи африканской и европейской культур. Материал для своих размышлений Ачебе находил как в недавней истории своей родины - Нигерии второй половины XIX столетия и рубежа веков, так и в окружавшей его действительности. Такой ранний творческий старт Ачебе, тем не менее, считал запоздалым, сравнивая общее положение дел в англоязычной западноафриканской литературе со значительно опережавшей ее литературой франкоязычной Африки.
К началу разрушительной гражданской войны 1967-1970 гг. между так Mllllltlllllllllll IIIIIIIIIIIIIIIHII


называемой Республикой Биафра (юго- восточная часть Нигерии, преимущественно населенная игбо) и федеральным правительством Ачебе - известный за пределами континента писатель. Хотя пишет он на английском, обрели признание его усилия по пропаганде традиций, языка, культуры его родного народа игбо и вообще африканских народов, только начавших строить свою государственность и столкнувшихся с большими трудностями. Благодаря своим романам «Покоя больше нет» (1960), «Стрела Господа» (1964), «Человек из народа» (1966) он стал одним из наиболее известных не только нигерийских, но и африканских писателей. В годы гражданской войны он постарался использовать свою популярность, выполняя ответственные дипломатические поручения руководства Биафры, стремившегося добиться отделения и признания республики в качестве нового африканского государства. Военное и идеологическое поражение своих соплеменников Ачебе попытался осмыслить в очередных работах - романе «Девушки на войне» (1972) и сборниках публицистики. Не скрываемое автором скептическое отношение к возможности служить коррумпированному и не учитывавшему человеческие стремления государству подразумевало уход Ачебе из политической и общественной деятельности.
В 1970-1980-е годы появились его новые прозаические работы, поэзия, критические статьи, писатель стал преподавать в американских и нигерийских университетах. Его педагогические заслуги отмечались неоднократно, он является заслуженным профессором Университета Нигерии (с 1985 г), профессором Амхерстского университета (Массачусетс, США). Основной областью его преподавательских интересов почти все время оставалась английская литература и язык, но его также живо интересовали вопросы кросскультурного восприятия, как стало принято называть поиск собственной идентичности в инокультурном окружении. Особой темой в творчестве Ачебе в 1980-е годы стала работа над произведениями для детей, основой которых был африканский фольклор.
Недолгий период демократического эксперимента в Нигерии, когда в 1983 г. очередной военный режим должен был быть сменен коалицией новообразованных политических партий, вновь привел Ч. Ачебе в общественную жизнь, он стал вице-президентом Партии народного возрождения, уже не имевшей явного этнического характера. В то же время наряду с собственным литературным творчеством Ачебе уделял все большее внимание творчеству молодых африканских авторов. Еще в 1967 г. он создал издательство для публикации их работ, в 1971 г. основал журнал «Окике». В середине 1980-х, окончательно разуверившись в возможностях общественно- политической деятельности, Ачебе возглавил представительство издательства «Heineman», занявшись конкретной помощью нигерийским писателям, пишущим на различных национальных языках. В 1984 г. он основал новый журнал. «Uwa ndi Igbo», выходивший на английском и игбо. Он продолжал издавать свои поэтические сборники, отмеченные рядом наград в рамках стран Британского содружества, регулярно выступал в печати с яркими публицистическими работами: сборники эссе «Образ Африки» (1975), «Непорядок с Нигерией» (1983), «Дома и в изгнании» (2000). В конце 1980-х появился его последний из опубликованных на сегодня романов «Термитники в саванне» (1987). В нем Ачебе вновь попытался разобраться с давно занимавшими его вопросами о власти, ответственности перед соплеменниками, ответа перед собственной совестью в условиях современного (на этот раз придуманного, условного) африканского государства.



В 1990 г., продолжая свою преподавательскую деятельность в американских университетах, Ачебе ненадолго вернулся в Нигерию и попал в тяжелую автокатастрофу, навсегда приковавшую его к инвалидной коляске. Тем не менее его публицистическая и общественная активность не снижалась. В 1999 г. он был назначен послом Фонда ООН по народонаселению (ЮНФПА), получил за свою многообразную и активную миротворческую деятельность специальную премию ООН в 2002 г.
Коллеги по цеху высоко ценят талант и усилия Ч. Ачебе в деле осознания и продвижения новых подходов к проблемам африканских народов. Причем это касается как его творческих поисков, так и непримиримости по отношению к представителям африканской и европейской элиты, препятствующим прогрессу постколониальной Африки. Его соотечественник Воле Шойинка (нобелевский лауреат по литературе 1986 г.) прокомментировал к очередному юбилею Ачебе право писателя присоединиться к сообществу награжденных: «Ачебе всегда готов возложить ответственность за нестроения на Африканском континенте именно на тех, кто повинен в них...». Еще более активным сторонником признания заслуг Ачебе выступила южноафриканская писательница Надин Горди- мер, получившая Нобелевскую премию в 2005 г. Именно она была инициатором выдвижения Ачебе на награждение международной Букеровской премией, присваиваемой по совокупности заслуг. Авторитетное жюри международного Букера, прислушавшись к определению Гордимер, назвавшей Ч. Ачебе родоначальником современной африканской литературы, сделало его в 2007 г. вторым лауреатом в истории этой премии. Незадолго до этого национальная почтовая служба Нигерии выпустила специальную марку, посвященную Ч. Ачебе, на которой его портрет был снабжен не очень понятной для рядового нигерийца, но весьма почетной подписью «Литературная икона». А в 2009 г. журнал «Ньюсуик», составивший список 100 лучших литературных произведений всех времен и народов, поместил роман Ачебе «И пришло разрушение» на 14-е место.
НТ. Щербаков
Сочинения
Ачебе Ч. Стрела Бога. М., 2007.
Литература
Вольпе МЛ. Два портрета на фоне Африки. Чинуа Ачебе. Нгуги Ва Тхионго. М., 2003.
Литература Азии и Африки. Опыт XX века / Под ред. И.Д. Никифоровой. М., 2002.
Основные произведения иностранной художественной литературы. Азия, Африка. Литературно-библиографический справочник. 3-е изд. СПб.; М., 1997.


БЕХАНЗИН
Behanzin, 1844-10.XII.1906
Последний (двенадцатый) король независимого Дагомейского царства (1890-1898 гг.), прямой потомок его основателя Гангнихессу (1600-1620 гг.).
До вступления на трон носил имя Кондо. Унаследовав престол 6 января 1890 г. после смерти своего отца короля Глеле (1858-1889 гг.), принял имена Беханзин («Мир держит яйцо, желаемое Землей») и Хосу Бовеле («Король- Акула»).
В последние годы царствования Глеле Беханзин фактически управлял Дагомеей и уже тогда занимал резко антифранцузскуio позицию. После введения в сентябре 1885 г. французских гарнизонов в порт Котону, уступленный Дагомеей Франции по договорам 1864 и 1878 гг., он активно поддержал отца, потребовавшего от французов очистить порт и отказаться от протектората над соседним царством Порто-11ово. Бехан- зпн сыграл решающую роль в провале французской посреднической миссии в Абомей в ноябре-декабре 1889 г. Издеваясь над послами, он предложил им упразднить в их стране республиканский строй и восстановить монархию.
Главной целью своего недолгого правления Беханзин сделал борьбу с Францией, подозревая ее в намерениях захватить Дагомею. Он проводил политику изоляции страны от европейцев: те немногие из них, кто получал право въехать в Дагомею, находились под строгим надзором и были обязаны всегда иметь при себе своеобразные «паспорта» (миндаль, обернутый в особый лист).
Беханзин располагал большой (по некоторым оценкам до 25 тыс.) и хорошо обученной армией, ядро которой составлял пятитысячный отряд «амазонок» - специально отобранных девственниц, обладавших особым воинственным духом и превосходными физическими данными. Уверенный в непобедимости своих солдат, сразу после воцарения он решил выбить французов из опорных пунктов на Невольничьем Береге. Однако нападения дагомейцев в марте 1890 г. на Котону и Порто-Ново окончились неудачей, и 3 октября королю пришлось заключить с Францией договор о признании ее прав на эти территории в обмен на ежегодную компенсацию в 20 тыс. золотых франков (Первая франко-дагомейская война).
Тем не менее Беханзин не считал борьбу завершенной. На французские деньги, которые он рассматривал как дань, и на доходы от работорговли, самого выгодного промысла дагомейской короны, он закупил у немецких фирм современное вооружение (шесть пушек, несколько пулеметов и около 5000 скорострельных ружей); пять немецких офицеров заняли командные посты в дагомейской армии. В январе и в марте 1892 г. дагомейцы совершили несколько набегов на контролируемые французами территории и даже атаковали французский отряд. Беханзин отказался соблюдать договор 1890 г. и отверг все предлоiiiiiiiiiiiiitiuii Itlllilllllllllllli


жения о мирном разрешении конфликта. Король заявил французским представителям, что никогда не уступит Котону французам, а если те не уйдут, то «выкинет их оттуда»1. В ответ Франция снарядила военную экспедицию (более 2000 солдат) под командованием полковника Альфреда Доддса, сенегальского мулата. В середине июня французский флот блокировал дагомейское побережье, а в начале июля обстрелял селения в низовьях Уэме, что стало началом Второй франкодагомейской войны (1892-1894 гг.).
В середине августа отряд Доддса двинулся на столицу Дагомеи - город Абомей. Дагомейцы попытались остановить его, дав сражение у Догбы (19 сентября) и у Погессы (4 октября), но и там, и там потерпели поражение. Тогда Беханзин перешел к тактике партизанской войны, что чрезвычайно замедлило продвижение Доддса. Однако новая попытка дагомейцев разбить противника у Адегона 6 октября опять не принесла им успеха: героизм воинов и особенно «амазонок» оказался напрасным перед метким огнем и штыковыми атаками французов и туземных стрелков (хаусанцев, сенегальцев, габонцев). Миновав Акпу и Котопу, отряд Доддса подошел к Кане, священному городу Дагомейского царства, под стенами которого 2-4 ноября разыгралась решающая битва. Хотя атакой на французский лагерь руководил сам король, а «амазонки» проявили чудеса храбрости, они не смогли сломить противника и были вынуждены отступить.
Только теперь Беханзин осознал тщетность своих усилий. Он предложил Доддсу заключить мир, пообещав выплатить компенсацию в 5 млн франков и признать за французами право свободной торговли в Котону. Но Доддс потребовал капитуляции столицы, на что Беханзин ответил решительным отказом. 17 ноября французы вступили в объятый пожаром Абомей, подожженный по приказу короля, и объявили об установлении протектората над Дагомеей.
Беханзин, бежавший с остатками армии на север (в Ачерибе), попытался в 1893 г. восстановить ее боеспособность и возобновить военные действия. Однако часть подвластных ему народов и многие представители дагомейской элиты (аристократии и купечества) перешли на сторону завоевателей и признали новым королем французского ставленника Аголи- Агбо, брата Беханзина. Покинутый многими своими сторонниками, король в конце января 1894 г. сдался противнику. 30 марта вместе с семьей и слугами он был депортирован в форт Тартансон на о. Мартиника, где провел 12 лет. Беханзин не раз ходатайствовал перед французскими властями о возвращении на родину, однако лишь в марте 1906 г., когда он серьезно заболел, ему позволили переехать в Алжир, в город Блида. Там бывший король и скончался Юдекабря 1906г. В 1928 г. сын Беханзина Канило перевез его останки в родной Абомей.
Беханзин имел 12 жен и более 50 детей. Он отличался высоким ростом, физической силой и прекрасным телосложением. Король носил скромную одежду типа туники (кусок шелка, обернутый вокруг тела). Главной его страстью являлось курение - он практически не вынимал любимую длинную трубку изо рта. Вспыльчивость характера сочеталась в нем с порывами великодушия и щедростью. Враги же называли его коварным, мстительным и заносчивым. Беханзин обладал поэтическим даром - сочинял стихи и военные песни, которые порой оцениваются как лучшие произведения дагомейской поэзии1 2.
1 Цит. по: Rogers J.A. World's great men of color 3000 B.C. to 1946 A.D. N. Y., 1996. Vol. 1.
P. 333.
2 Idid. P. 332.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


Беханзин остался в дагомейской истории и в истории всего Черного континента символом сопротивления европейским колонизаторам. Даже потерпев поражение, он не терял надежды на конечную победу. «Акула сдается, - повторял он, - но сыновья Акулы не станут предателями»3.
И.В. Кривушин
Литература
Alpern S.B. Amazons of Black Sparta: The Women Warriors of Dahomey. N. Y., 1998.
Amegboh J. Behanzin: roi <TAbomey. P., 1975.
Hargreaves J.D. West Africa Partitioned. The Elephants and the Grass. Vol. 2. Madison; L., 1985.
HaskinsJ. African Heroes. Hoboken, 2005.
3 Discours d’adieu du roi Behanzin // http://www.phpshopxml.com/cdjime.shop/CID/549 4fe35459d40409c4433db4f99c8b3/function/customPageDisplay/shopDataType/file/shopData/ fra_discours_du_roi.tpl


Эдвард Уилмот БЛАИДЕН
Edward Wilmot Bl у den, 03.1.1832-07.11.1912
Западноафриканский просветитель, дипломат.
Мальчика, родившегося в Британской Вест-Индии (о-в Сент-Томас) в бедной семье портного, ожидала заурядная судьба, но необыкновенные способности выделяли его средн сверстников. Начальное и среднее образование в британских колониальных владениях, как правило, находилось под опекой миссионеров. Протестантские пасторы в Британской Вест-Индии к середине XIX в. уже были не столько миссионерами, сколько мощной силой, формировавшей общественное сознание и культурнообразовательные стандарты местной черной общины. Ее образовывали потомки африканских рабов, которые не могли точно определить регион происхождения своих предков. Блайден, до конца жизни утверждая, что его предками были ибо, никогда не приводил конкретных доказательств. Его таланты в учебе побудили местного пастора помочь юноше поступить в американский колледж, изучение теологии дало бы возможность получить достойную профессию. Но черному выходцу с Карибских островов было отказано в приеме на учебу. В конце 1850 г. Блайден уехал в Либерию - недавно созданное государство, предназначенное как раз для таких, как он, представителей черной диаспоры, стремящихся воссоединиться с исторической родиной и добиться чего-то большего.
Средняя школа им. Александера в Монровии, куда Блайден поступил уже 20-летннм юношей, могла предложить стандартную для середины XIX в. программу обучения - древняя история, теология, классические и основные современные языки, английская литература, основы естественных наук и математики. Те представители колониального общества, которым посчастливилось овладеть подобной программой, могли рассчитывать на успешное продвижение по карьерной лестнице в колониальной администрации или в системе церковной иерархии. Блайден сумел в очень короткие сроки превзойти своих учителей и в 1858 г. уже стал директором этого учебного заведения. Конечно, его знания - он выучил греческий, латынь, иврит, немецкий, французский, испанский и голландский языки и, что было необычно, язык западноафриканского народа фу- льбе (но не язык своих предков ибо!) - и публицистические навыки сыграли свою роль. Но необходимо учитывать, что еще в процессе учебы он стал одним из издателей «Лайбириа Геральд» - одного из старейших западноафриканских изданий и основной газеты Либерии (основана в 1826 г.), что сделало его видной общественно-политической фигурой в молодой республике. В 1856 г. появилось первое из его литературно- публицистических произведений iiiiiiiiiiiiiiiiiii I iiiiiiiJiiiiiiiiiii


памфлет «Голос истекающей кровью Африки, обращенный к ее изгнанным сыновьям»’.
Просветительская и издательская деятельность Блайдена и его равноудаленность от соперничавших политических группировок в руководстве страны сделали его кандидатуру наиболее приемлемой для назначения в 1864 г. на престижный, но не очень влиятельный пост министра иностранных дел. К этому времени он уже вполне мог считать себя либерийцем. Во всяком случае в поездке по США в 1862 г. он не уставал повторять, что «сама природа приведет негра в Африку» и подчеркивал, что для репатриантов - сторонников лозунга «Назад, в Африку!» Либерия предоставляет наилучшие возможности. Процесс усмирения автохтонных народов, у которых американо-либерийцы успешно отвоевывали новые земли для расселения репатриантов, Блайден также вполне верноподданически прославлял в своих статьях и памфлетах.
Блайден был не единственным и не самым красноречивым пропагандистом идеи репатриации. Но став членом правительства, он как никто другой мог служить подтверждением правильности курса Либерии: потомок рабов смог добиться максимального успеха на образовательном и общественно-политическом поприще в новом государстве, ставшем его подлинным отечеством. В отличие от многих своих современников и тем более предшественников Блайден сумел избежать иллюзий относительно цивилизаторской миссии репатриантов. Он призывал учиться у коренного населения, уважать и изучать обычаи и особенности политической и культурной жизни африканцев. В ходе своих пропагандистских выступлений перед негритянскими общинами в США в 1865 г., уже официально представляя Либерию, он подчеркивал, что тотальная эмиграция американских негров в Африку несвоевременна и в принципе невозможна - этому препятствовала неготовность Африки принять эмигрантов и их неспособность осуществлять переезд осознанно. Его также смущало то, что Либерия во многом стала преемницей далеко не лучших традиций южных штатов США. По его мнению, не менее 300 лет отделяло Африку и государства, которые могли создать репатрианты, от времени подлинного торжества прогресса и демократии1 2.
Во второй половине XIX столетия основным источником доказательств значимости вклада в мировую историю народов африканского происхождения продолжала оставаться Библия и те отрывочные сведения, которые могли быть получены из свидетельств путешественников и завоевателей, осваивавших континент в недавнем прошлом. Именно по этому пути шел Блайден, тем более что ему, на протяжении некоторого времени выполнявшему роль протестантского пастора, были особенно близки оценки древней Эфиопии, «простиравшей руки к Господу». Историю континента на протяжении почти четырех предшествующих веков, отмеченных ужасами работорговли, Блайден приводил как пример необыкновенной силы африканских народов, выстоявших и сохранивших присущие им высокие моральные качества. Эти же свойства, по его мнению, характеризовали и африканскую диаспору, сформированную работорговлей3. В конце 1860-х годов он сформулировал понятие «африканская личность» и начал уделять все больше внимания вопросам возрождения африканской культуры - «духовной деколонизации». Перебрав1 Blyden E.W. Voice from Bleeding Africa, on behalf of Her Exiled Children. Monrovia, 1856.
2 Blyden E.UCThe Three Needs of Liberia. L., 1908.
3 Blyden E.W. African Life and Customs. L.t 1908. P. 283-285.
IIIIIIIIIIIIIIIIIM 432 IIIIIIIIIIIIIIIHII


шись в 1871 г. в Сьерра-Леоне для работы в церковно-миссионерском обществе, Блайден столкнулся с неприятием со стороны миссионеров-европейцев его идей о необходимости поощрения и изучения культурного и духовного наследия африканцев и, как естественное продолжение этого процесса, - африканизации церкви. В апреле 1872 г. он начал выпускать газету «Нигроу», которая по мнению современников не столько выражала устремления африканцев, сколько формировала у них чувство неудовлетворенности существовавшим положением дел. Считается, что именно Блайден на страницах «Нигроу» впервые предложил писать слово «негр» с прописной буквы по аналогии с названием других народов в английском языке. Важно отметить, что свою деятельность по «культурному возрождению» африканцев Блайден неспроста начал именно в Сьерра-Леоне. Еще в 1827 г. в Сьерра-Леоне был создан колледж Фура-Бэй, ставший в Западной Африке ведущим центром просвещения, зародышем системы высшего образования, с 1867 г. он стал действовать под эгидой Дюркгеймского университета в Англии. Из 60 печатных органов, выходивших в британской Западной Африке в течение XIX в., 33 издавалось во Фритауне. Опыт Блайдена доказывает, что представители образованной элиты вполне свободно перемещались внутри британских владений в Западной Африке, еще более свободным был процесс распространения печатной периодики, что помогало африканцам сформировать общие подходы к вопросам дальнейшего развития. Необходимо также помнить, что в этот период численность представителей европейски образованной элиты, к которой принадлежал Блайден, не превышала нескольких сотен человек во всем западноафриканском регионе.
Выполняя различные официальные поручения колониальных властей, Блайден в 1870-е годы стал участником нескольких исследовательских экспедиций вглубь континента - в Сьерра-Леоне и на территорию будущей Нигерии. Необходимо учитывать, что территории колоний к этому времени еще не были сформированы окончательно, экспансия европейских метрополий продолжалась, как продолжалось и сопротивление колониальному проникновению со стороны африканских народов. Помимо Нигерии и Сьерра-Леоне Блайден бывал в колониях Золотой Берег, Берег Слоновой Кости, Сенегал. Свои выводы о необходимости более интенсивного освоения Африки, привнесении на осваиваемые территории элементов европейской цивилизации он выстраивал, сравнивая основные черты британского и французского империализма. В том, что европейские метрополии «подтягивали» колониальные владения до современного уровня развития, он видел «божий промысел», не закрывая при этом глаза на все трагические издержки колониального освоения континента. Важно отметить, что Блайден состоял в личной переписке со многими известными британскими «колониалистами» второй половины XIX - начала XX в. и считал У. Гладстона, Б. Дизраэли, Д. Чемберлена великими государственными деятелями4.
В конце 1870-х годов правительство Либерии снова использовало Блайдена на дипломатическом поприще: в 1877- 1878 гг. он был послом в Лондоне (потом еще дважды Блайден выполнял эту миссию - в 1892 и в 1905 гг.). Ко времени его первого назначения относится апокрифическая история о встрече с королевой Викторией, в ходе которой она заметила: «Это тот самый негр, доктор Блайден?», на что первый в Великобритании посол- 4 Blyden E.W. West Africa Before Europe and Other Adresses Delievered in England in 1901 and 1903. L., 1903. P. 142.
IIIIIHIIIIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


африканец сказал: «Это та самая великая белая леди, королева Виктория?»
И на своих государственных постах, и как частное лицо Блайден выступал с идеей объединения Либерии со Сьерра- Леоне, а в перспективе - с другими британскими владениями в регионе. Главным выигрышем от такого объединения, по его мысли, должно было стать укрепление позиций африканцев в системе управления. Усилившиеся позиции африканцев на континенте в свою очередь будут способствовать «процветанию негритянской расы и великому делу всего человечества»5. Он пристально следил за успехами американских негров и переменами в США после Гражданской войны, считая, что окончательного освобождения негритянское население сможет добиться, только если будет уделять должное внимание ситуации на своей исторической родине. Хотя до появления понятия «панафриканизм» было еще далеко, позицию Блайдена в отношении единства судеб народов африканского происхождения вполне можно считать панафриканской. Позже обстоятельства помешали ему принять участие в Панафриканской конференции, организованной в 1900 г. Генри Сильвестр- Уильямсом. В 1911 г. болезнь воспрепятствовала его поездке в Лондон для участия во Всемирном расовом конгрессе. Но он внимательно следил за предложениями и действиями сторонников панафриканизма в период становления этого нового направления в развитии общественного сознания народов африканского происхождения. Правда, в отличие от Сильвестр-Уильямса, Дюбуа и многих других инициаторов панафриканского движения, Блайден всегда выражал недоверие африканцам смешанного происхождения, считая мулатов людьми двух культур, неспособными понять ценности «африканской личности». В этом Блайден опередил М. Гарви, добавив свой голос в хор «расистов наоборот».
Что по-настоящему выделяло У.Э. Блайдена среди немногочисленных, но влиятельных сторонников так называемого «культурного национализма» (термин, предложенный исследователем его жизни и деятельности М.Ю. Френкелем6) - это стремление разобраться с проблемами христианизации и исламизации африканцев. Его наиболее известный труд «Христианство, ислам и негритянская раса» был впервые опубликован в Лондоне в 1888 г., после чего до конца жизни Блайден оставался одним из наиболее авторитетных специалистов по вопросам религиозного воспитания народов Африки. Объективность его суждений относительно ислама, глубокое и всестороннее знание истории этого вероучения и особенностей его распространения среди африканских народов, многие действия как официального представителя колониальной администрации в Сьерра-Леоне и Нигерии (где на рубеже веков Блайден отвечал за организацию и развитие исламского образования) заставляли многих современников считать, что он перешел в ислам. На самом деле Блайден оставался до конца жизни убежденным христианином, искренне стремясь к сотрудничеству с мусульманами в интересах столь важного для него возрождения Африки. Трезво оценивая усилия христианских миссионеров по воспитанию «черных европейцев». Блайден искал этому противовес, видя в исламе в какой-то степени средство для сохранения самобытности африканской культуры. При этом он считал невоз5 Bly den E.W. Christianity, Islam and the Negro Race. Edinburgh: Edinb. Univ. Press, 1967. P.231.
6 Френкель М.Ю. Общественная мысль в Британской Западной Африке во второй половине XIX века. М.,1977.
tllltllltllllltllil iiiiiiiiiiiiiiiiiii


можным сохранение традиционных языческих верований африканских народов, которые, по его мнению, удерживали африканцев в отсталости и лишали возможности реализовать свое предназначение в мировой истории. Будучи блестяще образованным человеком по меркам не только своего времени, Блайден, в отличие от современных сторонников афроцентризма, никогда не считал ислам исконной религией африканцев.
На склоне лет Блайден пользовался огромной популярностью как в Африке, так и далеко за ее пределами. Он не участвовал в общественно-политической деятельности, становившейся все более значимым занятием для образованных африканцев в начале XX столетия. Скорее он служил примером для многих из них, искренне стремившихся к приумножению и укреплению авторитета своей расы. В 1910 г. законодательные советы Нигерии, Сьерра-Леоне и Золотого Берега установили пенсии для Блайде- на. Его кончина во Фритауне в начале 1912 г. была отмечена трауром в нескольких крупных городах Западной Африки и отданием официальных почестей в Монровии.
Н.Г. Щербаков
Сочинения
Blyden E.W. Black Spokesman. Selected Published Writings of Edward Wilmot Blyden. L., 1971.
Blyden E.W. Christianity, Islam and the Negro Race. Edinburgh, 1967.
Литература
Френкель М.Ю. Общественная мысль в Британской Западной Африке во второй половине XIX века. М., 1977.
Holden Е. Blyden of Liberia. An Account of the Life and Labours of Edward Wilmot Blyden. N. Y., 1966.
Lynch H. E.W. Blyden: Pan-Negro Patriot. 1832-1912. L., Ibadan; N. Y., 1967.


Бартелеми БОГАНДА
Barthélemy Boganda, 4.IV.1910 - 29.III.1959
Политический деятель Центральноафриканской Республики (ЦАР), ее «отец-основатель».
Бартелеми Боганда родился 4 апреля 1910 г. в небольшой деревушке Бобанги, расположенной в военном округе (ныне префектура) Лобае на севере французской колонии Среднее Конго (на юго- западе современной ЦАР). Его семья принадлежала к народу нгбака и придерживалась традиционных верований. Мальчика назвали Боганда («Я не здесь и я нигде»). Отец, бедный крестьянин и деревенский колдун («каннибал и многоженец», по словам самого Боганды1), погиб, когда его сын был еще младенцем. Несколько лет спустя он потерял и мать, которая была забита до смерти надсмотрщиками французской Лесной компании Санга-Убанги во время сбора каучука. В декабре 1921 г. мальчика взяли на воспитание в католическую миссию св. Павла в Банги. Почти весь 1922 г. Бон обучался грамоте под присмотром священника Жана-Рене Каллока; именно тогда у него родилась мечта сделать духовную карьеру. 24 декабря 1922 г. Боганда принял крещение, получив христианское имя Бартелеми в честь апостола Варфоломея. «Стать христианином, - вспоминал он позже, - означало для меня освободиться от обычаев предков и войти в семью всего человечества»1 2.
Пройдя начальный курс обучения в католической школе в Бету и в школе миссии св. Павла в Банги, Боганда. проявивший большие способности и благочестие, был направлен для получения среднего образования в семинарию в Браззавиле (административный центр Среднего Конго), а затем в иезуитский колледж в Кисанту (Бельгийское Конго). Окончив колледж в 1930 г., он возвратился в Банги, но уже в следующем году его послали в духовную семинарию Св. Лаврентия в Яунде (административный центр Камеруна), где он в течение шести лет изучал теологию и философию. Завершив обучение в 1937 г., Боганда вновь вернулся в Банги и там 17 мая 1938 г. был рукоположен священником, став первым убангийцем, удостоенным этого сана. В 1938-1946 гг. он служил в разных приходах колонии Убанги-Шари (совр. ЦАР) - в Банги, Бамбари, Гри- мари, Бамбасу, занимаясь, помимо непосредственных обязанностей священнослужителя, активной миссионерской, просветительской и благотворительной деятельностью. ,
В 1946 г., во время предвыборной кампании во французский парламент, епископ Банги Марсель Гранден убедш Боганду выставить свою кандидатуру от коллегии неграждан. 10 ноября 1946 г. он был избран депутатом Национально1 См.: Kalck Р. Central African Republic: a failure in decolonization. L., 1971. P. 75.
2 Gerard CL Les Pionniers de l'indépendance. P., 1975. P. 121.
in i mu -*JO Hiiititiiiiiiiiiii


го собрания, где примкнул к фракции ка- Ншического Народно-республиканского 1 движения. В стенах Бурбонского дворца
Боганда зарекомендовал себя жестким ’ критиком злоупотреблений колониальной администрации Убанги-Шари и Асоциальной несправедливости по отно- [ шению к африканцам. Вскоре, однако, i он понял ограниченность своих возмож- ; ностей парламентария и пришел к убеждению о необходимости создания на ро- 1 дине общественной или политической организации, способной встать на за- • щиту интересов его соотечественников.
В1948 г. по его инициативе было образовано Кооперативное общество Убанги- I Лобае-Лесе для обеспечения местного населения продовольствием, одеждой, жильем и медицинской помощью. Неудовлетворенный результатами деятельности Кооперативного общества, Боганда в ноябре 1949 г. организовал в Банги религиозно-политическое Движение за социальное развитие Черной Африки 1 (МЕСАН), главной задачей которого он провозгласил всестороннее развитие африканской расы и ее эмансипацию путем прогресса и мирной эволюции. Боганда искал политическую поддержку прежде всего среди убангийского крестьянства; он постоянно подчеркивал свое I деревенское происхождение и гордился i им. Его деятельность вызвала враждебность со стороны колониальных властей, местных французских бизнесменов (объединенных в Торговую палату Банги) и «продвинутых» убангийцев (т. е. получивших европейское образование), последних он презрительно именовал «черно-белыми ».
В июне 1950 г. Боганда женился на своей парламентской секретарше француженке Мишель Журден (она родит ему сына и двух дочерей), за что был лишен священнического сана. Став мирянином, он также вышел из фракции НРД и объявил себя «независимым» депутатом. Этот шаг никак не сказался на его популярности в Убанги-Шари, тем более что Боганда продолжал позиционировать себя как лидера «африканского христианства». Его авторитет еще больше возрос после того, как в марте 1951 г. колониальный суд приговорил его «за нарушение общественного спокойствия» к полуторамесячному тюремному заключению. Блестящий оратор, умевший находить нужные слова в любой аудитории, он привлекал к себе сердца, неустанно проповедуя идею человеческого достоинства африканцев (каждый из них может стать творцом истории своей страны) и выступая за равенства гражданских прав черных и белых. Поэтому ему удалось объединить вокруг себя не только крестьян, имевших семью и свое хозяйство, но и все неполноправные группы традиционного общества - женщин, бессемейных крестьян, городскую бедноту.
Боганда постепенно превращался в доминирующую фигуру убангийской политической жизни. Несмотря на противодействие колониальной администрации и католической церкви, он добился в июне 1951 г. переизбрания во французский парламент, хотя фактически перестал участвовать в его работе. В марте 1952 г. МЕС АН выиграло выборы в Территориальную ассамблею У бан ги- Шари ( консультативный орган при губернаторе). В апреле 1952 г. Боганда стал членом Большого совета Французской Экваториальной Африки (ФЭА). Колониальные власти и Торговая палата Банги, считавшие его демагогом, склонным к радикализму и даже к коммунизму, попытались создать несколько конкурирующих с МЕ- САН группировок (например, местное отделение голлистского Союза французского народа и др.), но те не смогли преодолеть своей политической маргинальности. Со своей стороны Боганда прилагал усилия для налаживания контактов с белой общиной и с тради1(111111111)1111111 iitKiiiiiiiiimii


ционной элитой. В руководящие структуры МЕСАН он привлек представителей знати основных народов страны. В 1953 г. Боганда организовал Убан- гийскую либеральную межэтническую группу, поставившую задачей обеспечение равного представительства европейцев и африканцев в местных органах управления, а в 1956 г. включил определенное число экспатриатов в избирательный список своей партии.
К середине 1950-х годов Боганда пользовался в Убанги-Шари неоспоримым авторитетом и даже воспринимался многимисоотечественникамикаксверхъ- естественная личность, черный Мессия, африканский Христос. В январе 1956 г. на перевыборах во французский парламент он одержал оглушительную победу, получив 89% голосов. В ноябре МЕСАН завоевало 33 из 37 мест на муниципальных выборах в Банги, и Боганда занял пост мэра столицы. Только теперь французы осознали, что игнорирование такой влиятельной фигуры — грубая политическая ошибка, тем более что лидер МЕСАН все чаще выступал с умеренных прагматических позиций. Во-первых, он не требовал предоставления Убанги-Шари немедленной независимости, которая, по его мнению, неизбежно приведет к экономическому коллапсу. Свобода, утверждал Боганда, невозможна без экономического процветания, а процветание невозможно без тесного сотрудничества с Францией и без объединения африканцев, называя распри, трайбализм и этнический эгоизм «главными несчастьями нашего народа»3. Во-вторых, он считал необходимыми борьбу с «депролетаризацией» населения и создание африканской буржуазии, поскольку «общество, базирующееся на пролетариате, становится легкой добычей коммунизма»4.
На мартовских выборах 1957 г. МЕСАН получило все места в Территориальной ассамблее, что позволило Боганде в мае 1957 г. стать вице- председателем (фактическим главой) Правительственного совета Убанги- Шари (новый орган исполнительной власти автономии). В июне 1957 г. его единодушно избрали председателем Большого совета ФЭА. В конце 1957 г., пытаясь поправить тяжелое финансовое положение Убанги- Шари с помощью местного «белого» бизнеса, он выступил с планом создания Комитета экономического спасения, однако не сумел реализовать его. Большего успеха Боганда добился в политической сфере. В июле-августе 1958 г. в Париже и Браззавиле он провел переговоры с премьер-министром Франции Шарлем де Голлем о политическом будущем своей страны, согласившись с его предложением о государственном самоопределении в рамках Французского сообщества. В результате активной агитационной кампании, организованной лидером МЕСАН, на конституционном референдуме в сентябре 1958 г. эту формулу поддержали 98% убангийцев. Последовательный панафриканист и в то же время поклонник христианской и латинской культуры, Боганда в августе 1958 г. выдвинул проект Соединенных Штатов Латинской Африки, тесно связанных с Западом, в который должны войти бывшие французские, бельгийские и португальские колонии центральной части Черного континента; он призывал «построить свободную франкоязыч3 Gamier Ch. La grande déception du Mali et les États-Unis d’Afrique // La revue des deux mondes. 1961. Décembre. P. 557.
4 http://www.assemblee-nationale.fr/histoire/biographies/IVRepublique/boganda-barthele- my-04041910.asp
llllllllllirillllll llllllllllllirillll


ную Центральную Африку, которая заставит слушать себя в международных организациях»5. Однако на конференции стран Французской Экваториальной Африки в Браззавиле (конец ноября 1958 г.) этот проект был отвергнут, прежде всего из-за противодействия Габона. Боганде пришлось отказаться от своих амбициозных планов и сосредоточить усилия на строительстве независимого убангийского государства.
1 декабря 1958 г. Боганда объявил о создании Центральноафриканской Республики. Он стал автором ее девиза («Единство. Достоинство. Труд») и государственного флага, чья символика отразила его мечту об африканской интеграции: четыре горизонтальные полосы (синяя, белая, зеленая, желтая) означали четыре страны ФЭА (ЦАР, Габон, Конго-Браззавиль, Чад), пересекающая их по центру вертикальная красная полоса - связывающую всех людей кровь, а желтая пятиконечная звезда в левом верхнем углу - африканское единство. Но главным его творением явилась первая конституция ЦАР, разработанная на базе французских конституционных принципов и установившая режим парламентской республики; она была одобрена Учредительным собранием 9 февраля 1959 г. и введена в действие 16 февраля.
8 декабря 1958 г. Боганда занял пост первого премьер-министра ЦАР. Неоспоримый лидер страны, он неизбежно должен был стать и первым ее президентом после достижения полной независимости. Однако судьба распорядилась иначе. 29 марта 1959 г. Боганда погиб в авиакатастрофе: его самолет, летевший из Бербсрати в Банги, потерпел крушение у селения Букпайянга в 160 км от столицы. Причины его до сих пор остаются невыясненными. По некоторым свидетельствам, правда, не подтвержденным официально, на обломках самолета были обнаружены следы взрывчатки. Выдвигались версии о причастности к гибели Боганды французских спецслужб, местных французских предпринимателей и даже его жены (супруги были накануне разрыва; после смерти мужа Мишель Журден получила солидные страховые выплаты).
Государственные похороны первого премьер-министра ЦАР состоялись 2 апреля 1959 г. в кафедральном соборе Банги; в стране был объявлен общенациональный траур. Гибель Боганды лишила молодую республику харизматичного и популярнейшего государственного деятеля, который мог благополучно провести ее через все подводные камни периода независимости. Его преемники, не обладавшие авторитетом «отца- основателя», оказались неспособными обеспечить стабильное гражданское правление и уберечь страну от одной из самых одиозных в африканской истории военных диктатур.
После смерти образ Боганды еще более мифологизировался. Он превратился в объект народного культа, которому власти не преминули придать официальный характер. К его памяти апеллировали все последующие президенты страны, прежде всего его двоюродные братья Давид Дако и Жан-Бедель Бокасса. Имя Бартелеми Боганды носят главный проспект Банги, крупнейший вуз столицы, центральный стадион страны. 29 марта, годовщина его гибели, является днем национальной памяти в ЦАР.
И.В. Кривушин
5 Decraene Ph. Barthélemy Boganda, ou du projet d’État unitaire à celui d’États unis de Г Afrique latine // Relations internationales. 1983. № 34. P. 218.
iiiiiiiitiniiiiiii W IIIIIIIIIIIIIIIHII


Литература
Adamby A.N.Z. Barthélemy Boganda ou l’abbé Grégoire de l’Afrique coloniale // Revue juridique et politique: Indépendance et coopération. 1990. Vol. 44. Janvier-Mars. № 1.
Barthélemy Boganda: écrits et discours (1946- 1951: la lutte décisive) / Ed. J.-D. Penel. P., 1995.
Decraene Ph. Barthélemy Boganda, ou du projet d’Etat unitaire à celui d’Etats unis de Г
Afrique latine // Relations internationales. 1983. № 34.
Gérard Cl. Les Pionniers de l'indépendance. P., 1975.
Kalck P. Barthélemy Boganda, élu de Dieu et des Centrafricains. Saint-Maur, 1997.
Kalck P. Central African Republic: A Failure in De-Colonisation. L., 1971.
Kinata C. Barthélémy Boganda et Г Eglise catholique en Oubangui-Chari // Cahiers d'Études africaines. 2008. № 191.


Жан-Бедель БОКАССА
Jean-Bedel Bokassa, 22.11.1921 -3.XI.1996
Политический деятель Центральноафриканской Республики (ЦАР), президент ЦАР (1966-1976). император Центральноафриканской империи (1976— 1979 гг.).
Бокасса родился 22 февраля 1921 г. в деревне Бобанги в провинции Лобае колонии Убанги-Шари (Французская Экваториальная Африка). Принадлежал к народности нгбака. Один из двенадцати детей Миндогона Мгбундулу, старосты деревни, и Мари I Iokobo. Остался сиротой после трагической гибели отца- 13 ноября 1927 г. того забил и до смерти за неповиновение служащие французской Лесной компании - и самоубийства спустя неделю его матери. По решению семейного совета мальчика отдали на обучение в миссионерскую католическую школу св. Жаниы д’Арк в городке Мбаики. В школе Бокасса часто становился объектом насмешек со стороны своих сверстников (по причине несчастья, произошедшего с его родителями), однако будучи, несмотря на свой небольшой рост, достаточно крепким, он скоро научился стоять за себя. По одной версии, именно здесь Бокасса получил прозвище Бедель от имени автора его любимого учебника по французской грамматике, которое так прикрепилось к нему, что вскоре превратилось в часть его собственного имени.
В 1928 г. Бокассу отправили в миссионерское училище св. Людовика в Банги. Получив за высокие показатели в учебе стипендию, он в 1929 г. перешел в католическое училище в Браззавиле. По совету Шарля Грюнера, директора училища св. Людовика, и Мбаланги. своего деда по отцу, Бокасса. однако, решил отказаться от духовной карьеры и связать свою судьбу с армией. Закончив учебу, юноша 19 мая 1939 г. завербовался волонтером в колониальные войска.
Во время Второй мировой войны служил в пехоте. В июле 1940 г. получил звание капрала, в ноябре 1941 г. - сержанта. Воевал в составе сил «Свободной Франции» во 2-м пехотном батальоне бригады полковника Раймона Деланжа. Участвовал в высадке союзных войск в Провансе в августе 1944 г. Войну закончил в Германии в чине старшего сержанта.
С наступлением мирного времени Бокасса решил остаться в армии. Изучал радиосвязь в армейском лагере во Фрежюсе на Французской Ривьере. Прослужив некоторое время в Браззавиле, он в феврале 1947 г. был направлен в офицерское училище в Сен-Луи (Сенегал), которое закончил в марте 1948 г. 7 сентября 1950 г. Бокасса был командирован как специалист по радиоделу в Индокитай, где служил в батальоне Сайгон-Чолон. Участвовал в боевых действиях против вьетнамских повстанцев; получил легкое ранение, награжден за храбрость несколькиIIIII » IIIIIIIIHI1 441 niiiiiiiiiiiiiiiii


ми медалями1. В марте 1953 г. Бокас- са был отозван в Браззавиль. 1 января 1954 г. ему присвоили чин аджюдан- шефа1 2 и в том же году отправили во Фрежюс обучать радиоделу африканских рекрутов. 1 декабря 1956 г. Бокасса получил звание младшего лейтенанта, в 1958 г. - лейтенанта, став в истории французской армии первым офицером центральноафриканского происхождения.
В декабре 1958 г. свежеиспеченный лейтенант был командирован в Браззавиль в качестве военно-технического советника, а в декабре 1959 г. - в Банги, на родину, которая стояла на пороге независимости. 1 июля 1961 г. ему был присвоен чин капитана.
1 января 1962 г. Бокасса наконец покинул ряды французской армии и перешел на службу в еще формировавшиеся вооруженные силы ЦАР; сразу же получил звание майора и был назначен командиром батальона. Уже через месяц, 1 февраля, президент Давид Дако, родственник Бокассы, сделал его командующим центральноафриканской армией, состоявшей из 500 плохо обученных и плохо экипированных рекрутов.
Однако тщеславие Бокассы, которое он проявлял все чаще и чаще (везде демонстрировал свои воинские награды, на официальных приемах постоянно пытался занять место справа от президента), вскоре начали раздражать главу государства. По настоянию своих ближайших советников Дако 1 декабря 1964 г. ликвидировал пост командующего и сделал Бокассу начальником штаба армии, присвоив ему в виде утешения чин полковника.
В течение первой половины 1965 г. отношения президента и Бокассы ухудшались все больше и больше3. Провалы внутренней политики Дако значительно сузили степень его поддержки в центральноафриканском обществе, а его внешнеполитические метания (сближение с КНР начиная с лета 1964 г.) породили в правящих кругах Франции желание иметь более надежного партнера. Чувствуя неустойчивость своего положения, президент, не рассчитывавший на лояльность армии, создал президентскую гвардию численностью 120 человек под командованием Проспера Монумбе, а затем решил полностью избавиться от своего потенциального конкурента: отправив Бокассу в качестве представителя ЦАР в Париж на празднование национального праздника Франции (14 июля 1965 г.), он запретил ему возвращаться на родину. Но в октябре 1965 г. друзья Бокассы в Банги 1 4Индокитай, - вспоминал спустя много лет Бокасса, - мне очень понравился. Здесь было истинное товарищество. Я всегда любил армию, французская армия была моей жизнью. Но именно здесь, на Дальнем Востоке, я нашел в ней такое удивительное братство, какое не встречал никогда. Потому что это была война, жестокая война, и друзья были дороже всего золота в этом мире. Но я также любил индокитайцев, людей трудолюбивых и умных; их женщины, порой вспыльчивые, но тем не менее верные и рассудительные, рожали предприимчивых детей, способных на глубокую привязанность к их “перелетным” отцам, какими мы были» (цит. по: Titley В. Dark Age: The Political Odyssey of Emperor Bokassa. Quebec, 1997. P. 10). Во Вьетнаме Бокасса вступил в брак с Жаклин Нгуен Тин Тан, которая в январе 1953 г. родила( ему дочь Мартину. Однако он не взял их с собой во Францию. Развод был оформлен в 1961 г.
2 Самый высокий унтер-офицерский ранг во французской пехоте и кавалерии.
3 В начале 1965 г. на официальном обеде в присутствии иностранных дипломатов Дакотах, отозвался о Бокассе: «Полковник Бокасса одержим единственно желанием собирать медали, । он слишком глуп, чтобы устроить государственный переворот» (цит. по: Pean Р. Bokassa 1ст.| Paris, 1977. P. 15). !
Ulli ШИПП lllllllllllllllllll


и Париже сумели добиться отмены этого запрета4.
Вернувшись в ЦАР, Бокасса, особенно после бурной встречи с президентом в ноябре 1965 г., начал склоняться к идее свержения Дако. Тот в противовес ему стал активно выдвигать на политическую авансцену Жана-Анри Изамо, командующего жандармерией, который пользовался поддержкой Парижа. В декабре президент демонстративно отказался удовлетворить предложения Бокассы об увеличении расходов на армию, но одновременно увеличил бюджет полиции и жандармерии. Это решение привело к открытому конфликту. «Я в полном бешенстве, - говорил Бокасса, - они отказали мне в кредитах, которые я просил. Я собираюсь совершить государственный переворот»5.
Бокассу, однако, тревожила перспектива провала путча: он опасался сопротивления со стороны силовых структур, верных президенту, и в еще большей степени — возможной французской интервенции. Тем не менее под давлением своего более решительного соратника капитана Александра Банза, известного своими левацкими взглядами, Бокасса наконец решился. В новогоднюю ночь 1966 г. путчисты, предварительно нейтрализовав Изамо (его заманили в военный лагерь Кассаи и там схватили), заняли все стратегически важные учреждения в столице и арестовали Дако и членов его ближайшего окружения («переворот Св. Сильвестра»6). 1 января 1966 г. Бокасса провозгласил себя президентом ЦАР. Расправившись со своими соперниками (убийство Изамо и Монумбе) и периодически производя «чистки» армейского командования7, он установил в ЦАР своеобразный политический режим.
В первый период своего правления (1966-1972 гг.) Бокасса стремился проводить курс на национальную и политическую унификацию ЦАР. В идеологическом плане он постоянно апеллировал к образу «отца независимости» Бартелеми Боганды как символу центральноафриканского единства. Он идентифицировал себя с ним на основе кровного (как его двоюродный племянник) и духовного (как исполнитель его заветов) родства. В политическом плане Бокасса ставил целью восстановить разрушенный Дако «порядок», иначе говоря, утвердить систему жесткого подчинения властям, наподобие той, с которой познакомился во французских колониальных войсках. В экономическом плане он пытался осуществлять проекты «общенационального» развития: регионы оснащались новой сельскохозяйственной техникой (Операция «Бокасса»); в 1970 г. была предпринята попытка перейти к плановому управлению сельским хозяйством и проведена «аграрная реформа» (организация Национальной службы торговли сельскохозяйственными продуктами с монопольными правами на их покупку и продажу).
Однако «аграрная реформа» привела к разрушению старых экономических связей в провинциях и к росту недовольства деревенского мира. Ее провал к 1972 г. побудил Бокассу радикально и окончательно отказаться от какой бы то 4 Бокасса в своих воспоминаниях утверждал, что Дако пришлось уступить под давлением самого Шарля де Голля, который будто бы заявил: «Я не потерплю, чтобы так обращались с моим товарищем по оружию» (цит. по: Titley В. Op. cit. Р. 26).
5 Цит. по: Pean Р. Op. cit. Р. 15.
6 Память св. Сильвестра отмечается католической церковью 31 декабря.
7 В 1969 г. Бокасса ликвидировал Банза, второго по влиянию человека в армии, в 1973 г. бросил в тюрьму генерала Огюста Мбонго и ряд других высших офицеров, в 1976 г. уничтожил командующего центральноафриканской военной авиацией Фиделя Обру и т. д.
IUIIIIIIIIIIIIIIII 44} linillllllllllllH


ни было общенациональной стратегии и приступить к конструированию «системы Бокассы» - особой формы политической власти, удовлетворяющей переходному состоянию центральноафриканского общества. Суть ее состояла в отказе от политико-территориальной интеграции страны и строительства государства европейского типа как системы связанных между собой властных институтов.
Бокасса фактически разделил центральноафриканское политическое пространство на две ассиметричные части - «центр» (столица с ближайшими окрестностями и префектура Мбаики, родина диктатора) и «провинция» (вся остальная страна). Правительство практически отказалось от контроля над огромным деревенским миром, перестав оказывать регионам какую-либо помощь; уже в 1972 г. вся переданная им сельскохозяйственная техника была экспроприирована и отправлена в «центр» (точнее, в Беренго, личное имение Бокассы). Отношения режима с провинцией ограничивались сбором налогов и подавлением отдельных локальных этнических мятежей, т. е. поддержанием сугубо формального суверенитета над территориями. Местная администрация (префекты, супрефекты и др.), подчинявшаяся центру, была вынуждена договариваться с деревенскими вождями, превратившимися в большинстве своем из агентов центральной власти в представителей и защитников интересов своих общин. Нередко натолкнувшись на глухое неприятие распоряжений из центра, местные чиновники предпочитали не осложнять ситуацию и сквозь пальцы смотрели на их неисполнение. Таким образом, была найдена адекватная форма сосуществования режима, воплощавшего центростремительную тенденцию, и старого деревенского мира, носителя центробежных тенденций, - формальное подчинение при фактической самостоятельности8.
В «центре» Бокасса установил режим личной власти, носивший неопатримо- ниальный характер. Создавая видимость наличия институционализированных государственных форм, диктатор в действительности приватизировал «центральное пространство» с его политической («институты») и экономической (производство, ресурсы) оснасткой, превратив в свое личное владение (патримоний). Он не проводил различия между общественным и личным ни в политической, ни в финансовой, ни в экономической сферах, без стеснения черпая средства из государственной казны или используя разветвленную систему спецфондов. Бокасса выступал как единственный реальный предприниматель в ЦАР. Действуя через сеть псевдогосударственных предприятий и свои собственные частные компании, монополизировавшие отдельные сферы экономики и обладавшие исключительными привилегиями, он прямо или косвенно контролировал все производство в «центре».
Бокасса сконцентрировал в своих руках потестарные полномочия, аккумулировав почти все высшие политические функции. Сразу после переворота он присвоил себе посты президента, главы правительства, министра обороны, министра юстиции и председателя правящей партии; в разные годы он также занимал посты министров внутренних дел, информации, сельского хозяйства 8 Вожди гбайя после расправы Бокассы над их соплеменником Банза приняли решение запретить главе государства (!) вступать на их территорию, и, несмотря на последовавшие репрессии, диктатор до конца свого правления так и не осмелился нарушить этот запрет; он также избегал посещать области, населенные банда и нзакара; таким образом, Бокасса был персоной нон грата на большей части территории ЦАР.
IIIIIIIIIIIIIIIIHI 444 IIIIHIHHIIIIiNI


и животноводства, здравоохранения, гражданской и военной авиации, социального обеспечения, торговли, промышленности и транспорта, почты и телекоммуникаций, по делам ветеранов. Помимо ординарных, он облек себя и экстраординарными полномочиями. В 1966 г. Бокасса провозгласил себя единственным носителем исполнительной и распорядительной власти и присвоил право издавать чрезвычайные ордонансы, что в отсутствие парламента означало узурпацию и всей законодательной власти. Диктатор стремился лично принимать все решения - от важнейших до самых ничтожных (например, о ценах на столичном рынке), оказываясь, таким образом, единственным реальным администратором в стране. Концентрация властных функций шла по нарастающей и достигла кульминации в декабре 1976 г., когда Бокасса упразднил республиканский строй, провозгласив ЦАР империей, а себя императором. Конституция 1976 г. отождествляла центральноафриканский народ с императором: «Верховная власть принадлежит нации, воплощенной в императоре» (ст. 2).
Не доверяя находившимся еще в зародышевой форме политическим институтам и постоянно разрушая их, Бокасса создавал в качестве своей опоры неформальные органы контроля и управления. Они не были официально конституированы, что ставило их в полную зависимость от диктатора. Часть из них получила правовое оформление при монархическом режиме (1976-1979 гг.), когда они были включены в состав императорского двора. Существовали теневой кабинет министров, теневой главный штаб, теневые силовые структуры - частная милиция диктатора («пчелы»), рекрутировавшаяся из членов его родного этноса и исполнявшая роль президентской охраны и главной репрессивной структуры. Бокасса активно использовал специальных эмиссаров (советники при президенте, позже при императоре), осуществлявших избирательный контроль за администрацией. Кроме того, он опирался на широкую сеть тайных осведомителей, основу которой составляли общества рыночных торговок, а также проститутки и другие социальные маргиналы (безработные, бродяги).
Внешнеполитический курс Бокассы представлял собой серию попыток шантажа по отношению к бывшей метрополии: сближение в начале 1970-х годов с Югославией, Северной Кореей, Румынией и СССР, организация демонстрации у французского посольства в Банги (сентябрь 1970 г.), угроза выхода из зоны франка (август 1971 г.), закрытие французского генконсульства в столице и запретительные меры против французских журналистов (май 1974 г.), восстановление дипломатических отношений с КНР (август 1976 г.), разорванных в 1966 г., принятие мусульманской веры и дружба с Муамаром Каддафи (октябрь 1976 г.) преследовали главным образом цель добиться от Франции новых субсидий.
Париж, опасаясь утратить свое влияние в Центральной Африке, шел на уступки Бокассе и с 1970 г. постоянно увеличивал размеры официальной финансовой помощи. Французское правительство избегало открытого конфликта с режимом9, поскольку по сравнению со многими другими более радикальными 9 Это не означает, что Франция полностью поддерживала режим: известно, что даже в период наиболее теплых личных отношений между диктатором и президентом Валери Жискар д’Эстеном в 1974-1976 гг. за некоторыми попытками физической ликвидации Бокассы стояли французские спецслужбы. Поддержка Парижем проекта установления империи в 1976— 1977 гг. объясняется стремлением оттеснить неуправляемого Бокассу от реальных рычагов власти, оставив за ним лишь представительские функции.
luiiiiiiiiiiiiiiii IIIIIIIUIIIHIIIII


и идеологизированными африканскими лидерами (Секу Туре, Нгуаби и др.) Бокасса был для французов меньшим злом, политиком, с которым всегда можно договориться. Сохранение диктатуры гарантировал Парижу некий статус-кво. Угроза политического хаоса в случае падения Бокассы и особенно прихода к власти в стране левых заставляла бывшую метрополию проявлять осторожность. Такая благоприятная внешнеполитическая ситуация давала Бокассе, не обремененному никакими идеологическими предпочтениями, значительную свободу политического маневра, несмотря на отсталость и экономическую зависимость своей страны.
Во второй половине 1970-х годов позиции режима начали стремительно слабеть. Попытка создания в «центре» системы неограниченного правления в виде имперского режима, совершенно чуждого для африканской политической традиции, привела к полному отчуждению населения от диктатора. Резкое ухудшение финансового положения страны в 1977-1979 гг., вызванное в значительной мере огромными расходами на коронационные торжества и содержание пышного императорского двора, породило всеобщее недовольство в «центре» и спровоцировало массовые выступления лицеистов в Банги в январе и апреле 1979 г. Их насильственное подавление окончательно дискредитировало режим и внутри страны, и за рубежом. От диктатора отвернулись даже его ближайшие соратники - премьер- министр Анри Майду и бывший премьер Анж-Феликс Патассе. Опасаясь непредсказуемого развития событий, Франция решилась на прямое вмешательство. Воспользовавшись визитом Бокассы в Ливию, отряд французских коммандос 20-21 сентября 1979 г. высадился в Банги и захватил президентский дворец и радиостанцию (Операция «Барракуда»). Прибывший с ними бывший президент Дако объявил о свержении Бокассы и восстановлении республиканского строя и провозгласил себя новым главой государства. Статуи свергнутого императора были уничтожены, а его имущество конфисковано. В декабре 1980 г. суд заочно приговорил Бокассу к смертной казни.
Свергнутый монарх попытался получить политическое убежище во Франции (как бывший французский офицер), однако получил отказ. 23 сентября 1979 г. его согласился принять Кот- д’Ивуар, но при условии полного отказа от политической деятельности. 24 сентября 1979 г. Бокасса прибыл в Абиджан, где оставался до декабря 1984 г., когда ему был разрешен въезд во Францию. Почти два года он прожил в принадлежавшем ему замке Ардрикур под Парижем. Однако оказавшись на грани разорения и надеясь на любовь подданных, Бокасса 24 октября 1986 г. вернулся на родину. Он был арестован и предан суду, который 12 июня 1987 г. признал его виновным по всем пунктам обвинения (государственная измена, убийства, казнокрадство), за исключением каннибализма. Бывшего императора приговорили к смертной казни, но новый президент ЦАР Андре Колингба в феврале 1988 г. заменил ее пожизненным тюремным заключением, в сентябре 1991 г. сократил срок до 20 лет, а в сентябре 1993 г. амнистировал Бокассу.
После освобождения Бокасса поселился в Банги. Его физическое и психическое состояние быстро ухудшалось. Он объявил себя 13-м апостолом и утверждал, что имел несколько тайных встреч с римским папой. Бокасса умер от сердечного приступа в Банги 3 ноября 1996 г. и был похоронен в Беренго.
Бокасса имел 17 жен и около 50 деч тей, из которых признал своими 36.
И.В. Кривугиин
i i пип ЧЧО IIIIIIIIIIIIIIIHII


i Литература
Кривушин И.В. Император Бокасса I и власть в постколониальной Африке // Новая и новейшая история. 2006. № 1.
Baccard A. Les martyrs de Bokassa. P., 1987.
Bigo D. Pouvoir et obéissance en Centrafrique. P.» 1988.
Bokassa J.B. Philosophie de l’opération Bokassa. P.,1973.
Français J. Le putsch de Bokassa: Histoire secrète. P., 2004.
Germain E. La Centrafrique et Bokassa 1965- 1979. Force et déclin d’un pouvoir personnel. P., 2001.
Loubat B. L’ogre de Berengo. P., 1980.
Pean P. Bokassa 1er. P., 1979.


Кофи Абрефа БУСИА (БУСИЯ)
Kofi Abrefa Busia, 11.VII.1913 - 28.VIIL1978
Ганский политик и ученый. Премьер- министр Ганы (1969-1972 гг.). Доктор философии, профессор, автор исследований по истории, социологии и политическим проблемам Африки.
Родился в знатной ашантийской семье. Учился в миссионерских школах Золотого Берега, в 1936 г. стал преподавателем Ачимота колледжа. В 1939 г. экстерном получил диплом Лондонского университета. В 1941 г. - стипендиат фонда Карнеги в Оксфордском университете, где получил степень бакалавра. В 1942 г. был назначен заместителем начальника округа колониальной администрации Золотого Берега. В 1946 г. в Оксфордском университете работал над докторской диссертацией и защитил ее в 1947 г. Вернувшись в Золотой Берег, работал начальником социологической службы колониальной администрации. В 1949-1956 гг. преподавал и был заведующим кафедрой социологии Университетского колледжа в Легоне (Золотой Берег), где стал профессором (1954 г.).
Бусиа был убежденным и последовательным сторонником либеральных ценностей, которые считал универсальными. Он полагал, что никакого особого «африканского пути» не существует и в Африке необходимо внедрять западную демократию, развивать частное предпринимательство. После самороспуска Объединенного конвента Золотого Берега во главе с Джозефом Данквой Бусиа стал лидером сил, выступавших против политики Кваме Нкрумы. Бусиа возглавил созданную в мае 1952 г. Партию конгресса Ганы (ПКГ). Он считал ее главной задачей «борьбу против тенденций и действий, направленных на установление диктаторского или тоталитарного правления»’. Партия Бусин не сумела вы раб( пат ь при вл с кате, i ь и о й и рограм - мы, а сам он не показал себя хорошим организатором. На выборах в Законодательное собрание 1954 г. ПКГ завоевала одно место из 104, в своем избирательном округе победу одержал Бусиа.
Одним из первых актов Законодательного собрания нового созыва стало принятие закона о замораживании закупочных цен на какао-бобы, главный экспортный продукт Золотого Берега. Разница между фиксированной и рыночной ценой должна была направляться в фонд развития. Так правительство Нкрумы рассчитывало «связать» не обеспеченные товарами деньги, скопившиеся у крестьян в результате беспрецедентного роста мировых цен на какао в конце 1940 - начале 1950-х. Это означало принудительное изъятие части доходов производителей какао и вызвало их резкое 1 Rooney D. Kwame Nkrumah. The Political Kingdom in the Third World. L, 1988. P. 72, 73.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii wo iiiiiiiiiiiiiiniii


недовольство. Прошли сходы, на которых крестьяне и скупщики какао-бобов требовали повышения закупочных цен. Наиболее массовыми они были в Ашанти, где выращивалось более половины какао. Вожди поддержали крестьян и потребовали автономии Ашанти в рамках федеративного устройства Золотого Берега, чтобы избавить ашантийцев от «эксплуатации». Альянс между вождями, скупщиками и крестьянами был политически оформлен созданием в ноябре 1954 г. Движения за национальное освобождение (ДНО). Бусиа стал одним из его лидеров, вскоре ПКГ и несколько других оппозиционных партий самораспустились и влились в ДНО.
Использовав опыт нкрумовской Народной партии конвента (НПК), ДНО создало сеть массовых организаций - Союз фермеров Ашанти, Ассоциацию молодых ашантийцев, Конгресс свободных профсоюзов, Женскую секцию, полувоенные «группы действия». Вожди от имени «ашантийской нации» объявляли войну Кваме Нкруме, проводили соответствующие обряды и требовали от подданных принять клятву верности ДНО. Конфронтация между ДНО и НПК нередко перерастала в столкновения, погромы, поджоги, убийства. Повседневным явлением стали взрывы бомб, перестрелки. Золотой Берег оказался на грани гражданской войны, и в Лондоне заговорили о необходимости новых всеобщих выборов до предоставления ему независимости. Того же требовало ДНО, Бусиа ездил в Лондон, где просил министра колоний повременить с независимостью. Оппозиция разработала свой проект конституции «Федеративного союза Золотого Берега», лишавший центральное правительство реальных рычагов власти на местах2. НПК приняла вызов, признала необходимость новых выборов. Они были назначены на июль 1956 г. В скоротечной и острой предвыборной кампании Нкрума вновь переиграл Бусию. Короткий, простой и доходчивый манифест НПК, обещавший «независимость и свободу в этом году», оказался более привлекательным, чем программа ДНО в 30 пунктов под названием «Почему ты должен голосовать за какао». НПК завоевала 71 место из 104 в Законодательном собрании. В марте 1957 г. Золотой Берег стал независимой Ганой, Нкрума занял пост премьер- министра.
В ноябре 1957 г. все оппозиционные партии слились в Объединенную партию (ОП). Стать влиятельной политической силой она не смогла. Нкрума установил режим личной власти, используя против оппозиции репрессивные методы. В декабре был принят закон, запретивший партии, созданные на региональной, трибалистской или религиозной основе, в 1958 г. - «Закон о превентивном заключении». Многие руководители ОП были арестованы или высланы из Ганы. В апреле 1959 г. Законодательное собрание лишило Бусию депутатского мандата. Он решил не возвращаться в Гану из Голландии, где читал лекции. В эмиграции занимался научной работой, в 1960— 1962 гг. был профессором социологии и культуры Африки в Лейденском университете. Много писал в западной прессе о положении в Гане, обличал беззакония режима Нкрумы.
В феврале 1966 г. Нкрума был отстранен от власти в результате военного переворота, власть перешла к Национальному совету освобождения (НСО), в состав которого вошли высшие военные и полицейские чины. Бусиа вернулся в Гану и стал председателем Политического комитета НСО, т. е. главным разработчиком политики хунты. Своей первооче2 Proposals for a Federal Constitution for an Independent Gold Coast and Togoland, by Movements and Parties other than the Convention People’s Party. Abura, 1955.
iinniiiiiiiiiiiii iiiiiiiitiiiiimii


редной задачей она считала «исцеление страны от нкрумаизма». НПК была распущена, многие ее руководители арестованы. Экономическая политика определялась условиями, на которых МВФ предоставлял Гане крупные займы. Стимулировалось развитие национального частного сектора, льготные условия получили зарубежные вкладчики, прекратилось строительство крупных государственных предприятий, кооперативы были распущены, экономические связи с социалистическими странами свернуты. НСО существенно (на 30%) сократил государственные расходы, девальвировал национальную денежную единицу седи. Было отменено бесплатное среднее образование и частично - медицинское обслуживание.
В августе 1969 г. созданная Бусией Партия прогресса (ПП) одержала уверенную победу на парламентских выборах. Он стал премьер-министром и сформировал правительство, многие члены которого раньше сотрудничали с военными. ПП в основном продолжила курс НСО. Экономическая программа правительства Бусии предусматривала более энергичное поощрение национального предпринимательства и строилась в расчете на рост доходов от продажи какао-бобов. Крупные средства выделялись на поддержание высоких закупочных цен, субсидирование зажиточного крестьянства, жилищное и дорожное строительство в сельской местности. Правительство предприняло дальнейшую либерализацию внешней торговли, разрешив закупку многих товаров по открытой «генеральной лицензии». В условиях валютного контроля со стороны государства эта мера создала тепличные условия для коррупции в государственном аппарате. Во внешней политике Бу- сиа выступил с единственной крупной, но показательной инициативой. Он вместе со своим другом, президентом Кот- д’Ивуара Феликсом Уфуэ-Буаньи, предложил начать диалог с ЮАР, что, как он считал, могло бы способствовать «либерализации» режима апартхейда. Идея не нашла поддержки у большинства африканских стран.
Как практический политик Бусиа зарекомендовал себя отнюдь не либералом. В 1969 г. он выслал из Ганы 500 тыс. мигрантов-нигерийцев. В 1970 г. в ходе чистки государственного аппарата были уволены около 1000 государственных чиновников только потому, что они работали при Нкруме. Когда один из них обратился в суд и выиграл дело, Бусиа отказался восстановить его в должности, заявив, что суд превысил свои полномочия и что правительство оставляет за собой право брать на работу тех, кого сочтет нужным3. Опасаясь военного переворота, правительство произвело многочисленные перемещения и отставки высших офицеров в вооруженных силах. Властям не- удалось установить контроль над профсоюзным движением и сбить волну забастовок. В 1971 г. по инициативе Бусии в противовес Конгрессу профсоюзов Ганы (КПГ) было создано параллельное профсоюзное объединение, руководство которого заняло откровенно соглашательские позиции. Несмотря на давление, ни один отраслевой профсоюз не вышел из КПГ. Тогда был принят закон о роспуске КПГ, объявивший его незаконной организацией и наделивший правительство правом запрещать любую забастовку на 90 дней4. Конфронтация с профсоюзами нанесла большой урон популярности кабинета и лично премьер-
3 African Affairs. 1970. Vol. 72. No 286. P. 16.
4 Republic of Ghana. Parliament. Acts of Parliament. Industrial Relations Act. Accra, 1971.
iiiiriiiiiiiHiiiii 4JU IIIIIIIIHIIIIIIIII


Министра. Его обвиняли в произволе, еззаконии, подрыве основ демократа т. е. в том, за что он сам клеймил Нкруму.
Правительство Бусии полностью полагалось на доходы от продажи какао, но не разработало плана на случай падения мировых цен. Когда в конце 1971 г. это произошло, Гана стала банкротом. Чрезвычайные меры экономии оказались неэффективными и привели к снижению уровня жизни всех слоев населения. Девальвация седи сразу на 44% привела к резкому росту цен на основные потребительские товары.
13 января 1972 г., когда Бусиа находился в Великобритании на лечении, армия совершила государственный переворот, власть перешла к Совету национального спасения, состоявшему из военных.
Бусиа на родину не вернулся, занимался научной работой. Умер в Оксфорде.
С.В. Мазов
Литература
История Ганы в новое и новейшее время. М., 1985.
Мазов С.В. Парадоксы «образцовой» колонии. Становление колониального общества Ганы 1900-1957 гг. М., 1993.
Boahen АЛ. Ghana: Evolution and Change in the Nineteenth and Twentieth Centuries. L., 1975.
Busia KA. The Position of the Chief in the Modern Political System of Ashanti. A Study of the Influence of Contemporary Social Changes on Ashanti Political Institutions. L.; N. Y; Toronto, 1958.
Idem. Africa in Search of Democracy. L., 1967.


Маркус ГАРВИ (ГАРВЕИ)
Markus Mosiah, Garvey 17.VII1.1887- 10.VI.1940
Основатель и руководитель движения за репатриацию афро-американцев США и Вест-Индии на историческую родину - «Назад в Африку».
Место рождения М. Гарви - остров Ямайка, одно из многочисленных колониальных владений Великобритании в Вест-Индии, имел давнюю историю развития местной чернокожей общины. Став в XVIII в. важным перевалочным пунктом для расширявшейся работорговли, Ямайка задерживала у себя часть транзита рабов. К концу XIX в. там сформировалась значительная черная община, составившая большинство населения. Основы хозяйственной жизни колонии определяли фермерство и мелкое 11 ре д и р и и и м ате л ьс т во, а об щест ве н н ( >е сознание островитян формировалось прежде всего под воздействием различных методистских церквей, организовывавших в том числе и начальное школьное образование.
Маркус Гарви и его сестра - единственные выжившие из 11 детей Маркуса Гарви-старшего, каменщика, и Сары Ричардс. Небольшая библиотека отца воспитала в Гарви не только любовь п уважение к книге, но определила род занятий. В 14 лет он стал наборщиком в типографии в столице Ямайки - Кингстоне. Унаследованный от родителей активный характер, приобретенный среди сослуживцев авторитет сделали его одним из профсоюзных вожаков. Несмотря на то что после забастовки в 1907 г. он был уволен и занесен в «черные списки». он сумел устроиться в типографию местного колониального правительства, а в 1909 г. даже успел выпустить три номера собственной газеты с вполне узнаваемым для англоязычной колониальной традиции названием «Страж» («The Watchman»). Имевшиеся на Я май* ке возможности для самореализации явно не удовлетворяли его. В период 1910- 1912 гг. он переезжает из страны в страну: Коста-Рика. Панама, снова Ямайка. Пробовал разные виды деятельности, в том числе работал помощником управляющего плантацией, редактировал небольшие газеты. В 1912 г. на два гол осел в столице Британской империи, гл посещал колледж (систематического образования он так и не получил). В этом время он начал сотрудничество с газетсм «African Times and Orient Review», кото рую выпускал в Лондоне Дузе Мохамез Ain1. Этот первый период пребывали в Лондоне и общение с такими же, к<ц он сам, выходцами из многочисленны] британских колоний дали Гарви очей много. Ямайка и Центральная Америц не могли сформировать у нет представ ления о единстве судеб потомков африканских рабов. В начале XX столетн 1 См. подробнее: Geiss The Pan-African Movement. L., 19/4. P. 221 228.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


по глубоко укоренившейся традиции времен расцвета викторианской эпохи в |юсмополитический Лондон продолжали прибывать официальные и неофициальные посланцы из африканских владений империи. Общение с этими представи- (мями интеллектуальной элиты и пле-
енной аристократии колоний дало Гарви уникальную возможность осознать ^ебя частью огромного мира народов африканского происхождения. Но пока Гарви представлял только самого себя» его укреплявшиеся представления о величии «африканской расы» были достаточны лишь для того, чтобы его стали отличать среди многочисленных ораторов в Гайд-парке. Можно предположить, что именно тогда, в ходе общения с представителями различных ассоциаций и союзов из британских африканских владений, Гарви стал задумываться над идеей создания собственной организации, выступающей с общеафриканских, панафриканских позиций. Понятие «панафриканский» к этому времени уже прочно вошло в общественно-политический и журналистский обиход. В 1900 г. выходец нз другой вест-индской британской колонии (о. Тринидад) чернокожий адвокат Генри Сильвестр-Уильямс организовал в Лондоне Панафриканскую конференцию, где впервые были обсуждены вопросы взаимодействия народов различных колоний. Гарви не стал пытаться конкурировать с предшественниками в самой метрополии. В 1914 г. он возвратился на Ямайку и в августе, всего через месяц после прибытия на родину, им было объявлено о создании новой эрганизации под пышным названием «Всемирная ассоциация по улучшению положения негров и Лига африканских [имперских) сообществ» (Universal Ne- *го Improvement Association and African Communities (Imperial) League) (BA- УПН). Себя Гарви определил в генерал- президенты, а целью декларировал «объединение всех народов африканского происхождения в мире в единое целое для создания страны и управления собственной судьбой»2.
По его собственному признанию, Гарви тщательно выискивал любые подтверждения величия черной расы, достижений народов африканского происхождения. В этой связи для него было бесценным подспорьем идейное наследие одного из пионеров африканского национализма, известного общественного деятеля из Британской Западной Африки Уильяма Эдварда Блайдена (1832— 1912). Напрямую Гарви ни разу не ссылался на неразрывную связь своих идейных воззрений с такими введенными Блайденом в общественно-политический оборот понятиями, как «культурный национализм», «африканская личность», «духовная деколонизация» африканцев. Но в своих многочисленных статьях, позже изданных в виде сборника, М. Гарви постоянно косвенно цитировал многие положения Блайдена. Во многом это может быть объяснено желанием Гарви монополизировать тему сплочения людей черной расы и захватить в этом процессе безусловное лидерство. Важно отметить, что к началу Первой мировой войны сформировался уже достаточно широкий круг африканских мыслителей и представителей интеллектуальных кругов африканской диаспоры, включая афроамериканцев. Но Гарви взял на вооружение именно идеи Блайдена, далеко не самые радикальные, но в наибольшей степени созвучные его собственному убеждению в исключительности миссии людей с черной кожей.
Несмотря на трудности военного времени, М. Гарви активно занимался пропагандой задач своей новой организации. 2 Afro-American History: Primary Sources / Ed. by Th. Frazer, Harcourt Brace Jovanovich. M.Y., 1971. P. 146.
Illllllllllllllllli lllllllllilllllllll


Он порвал с «имперской» традицией развивать связи преимущественно в кругу британских колоний. Основной упор был сделан на установление контактов с похожими организациями в Соединенных Штатах. Гарви пока еще не знал о многообразии подходов к вопросам дальнейшего развития афроамериканского общества. В США на рубеже Х1Х-ХХ вв. главным авторитетом в деле развития любых инициатив афроамериканцев был Букер Вашингтон, основатель и руководитель наиболее известного учебного центра для американских негров - Промышленной школы в г. Таскиги, или просто Таскиги, как называли колледж и стоящую за ним программу действий сторонники и противники Б. Вашингтона. Он был официальным советником по негритянскому вопросу нескольких президентских администраций, выступал в поддержку развития негритянского среднего класса как залога и главной составляющей успешного развития всего негритянского сообщества, считался наиболее умеренным представителем среди руководителей множества афроамериканских организаций. В числе его оппонентов, занимавших более радикальные позиции, прежде всего следует упомянуть Уильяма Дюбуа, с которым М. Гарви позже также вступит в острые противоречия. Но в этот период, до появления в США, для М. Гарви главной задачей стало найти надежных и влиятельных союзников, поэтому он сделал ставку на Таскиги, известный «политический бренд». Ведь для своих братьев по расе в США Гарви оставался прежде всего иностранцем, его выделяли не только манеры и британский акцент, но, главное, непонимание законов и традиций, определявших жизнь черного общества Америки. Именно поэтому Гарви обратился к опыту и авторитету Б. Вашингтона с вполне явной целью - заручиться поддержкой влиятельной Таскиги при создании отделений своей Ассоциации в США. Получив осторожное одобрение от Вашингтона, Гарви направился в Алабаму для личной встречи, но опоздал всего на несколько дней - Б. Вашингтон скончался в марте 1916 г. Тем не менее Гарви предпринял важные шаги, установив отношения с теми лидерами афроамериканского сообщества, кто продолжал политику Таскиги. Уже в мае 1916 г. он выступил с первой речью в одной из церквей Нью-Йорка, а летом осуществил поездку по 38 американским штатам с лекциями о целях Ассоциации. Она все еще оставалась никому не известной ямайской организацией, и лишь к лету 1917г. Гарви и его новые сторонники сумели создать «отделение» Ассоциации в Нью-Йорке, в Гарлеме. Оценивая идейное содержание и организационные усилия движения Гарви, необходимо иметь в виду два обстоятельства.
Во-первых, важно помнить, что предложения и действия Гарви и его единомышленников стали своеобразным прологом того явления, которое несколько позже получило название «Гарлемский ренессанс». В 1928 г. вышел роман Клода Маккея «Домой в Гарлем», прославивший негритянского писателя и сделавший название одного из самых бедных и невыразительных районов Нью-Йорка своеобразным символом новой черной Америки. Гарвеизм как общественное движение создавал фон для развития на завершающем этапе войны и после нее новых литературных, изобразительных, музыкальных течений в среде афроамериканцев. Гарлемские участники этих процессов своим творчеством доказывали, что черная культура действительно вступила в фазу мощного и всестороннего развития. Наряду с этим происходило и осознание «белой» Америкой того значения, которое имела «черная» культура. «Через музыку, поэзию, искусство Америка пришла к осознанию того, что без афроамериканцев она не является Америкой», - утверждал известный афро-
IIIIIIIIIIIIIIIIIH IIIIIIIIIIIIIIIHII


I американский автор Ральф Эллисон в |( своем очерке «Какой была бы Америка без черных». Но в начале 1920-х годов Гарви ^отказывался от сотрудничества с белым .обществом, постепенно на первый план Iвыдвигалась идея воссоединения с исторической родиной - матерью-Африкой.
I Именно это стремление - переориентировать усилия афроамериканцев на возврат в Африку и стало вторым обстоятельством, значительно повлиявшим на развитие гарвеизма и судьбу самого М. Гарви.
Черные радикалы не просто пытались утвердиться в качестве главных I представителей негритянского народа. ’ Они предложили попробовать порвать с «белой» Америкой, организовать репатриацию потомков рабов в Африку. При этом сторонники Гарви и он сам по сути ничего не знали об Африке, не имели реальных связей с африканскими народами. Либерия, созданная в середине XIX в. усилиями европейских и американских аболиционистов, была единственным государством, способным предоставить возможности для массовой репатриации. Но все попытки предшественников Гарви организовать этот процесс во второй половине XIX в. практически ничего не дали. Это происходило не в последнюю очередь потому, что афроамериканцы не представляли себе реального положения дел на Африканском континенте, идеализировали доколониальные общества, игнорировали значительный разрыв в уровнях развития негритянской диаспоры и колониального общества на зависимых территориях. В первой четверти XX в. невозможно было предположить, что противоборствующие в годы Первой мировой войны державы или державы- победительницы уже при подведении итогов войны согласились бы допустить какую-либо общественную организацию к участию в обсуждении проблем передела мира. Один из наиболее известных в это время сторонников объединения народов африканского происхождения по разные стороны Атлантики У. Дюбуа был и одним из наиболее последовательных антагонистов М. Гарви. Причина их взаимной неприязни заключалась не только в «расизме наоборот», поскольку Гарви ненавидел «полукровок» (У. Дюбуа был очень светлокожим мулатом) и отказывал лицам смешанного происхождения не только во вступлении в Ассоциацию, но вообще в праве ассоциировать себя с какой-либо расой. Главное противоречие заключалось в том, что У. Дюбуа значительно опережал Гарви в деле завоевания симпатий официальных кругов как в самих США, так и среди политиков метрополий. Он сумел организовать в 1919 г. Первый панафриканский конгресс в рамках лоббистских усилий различных «туземных» организаций в кулуарах Парижской мирной конференции. Тем самым он закрепил за собой идею объединения усилий африканцев колоний и африканской диаспоры в Америке, Вест-Индии и Европе по совершенствованию колониальных порядков, осуждению расизма и несправедливостей по отношению к народам черной расы. Именно У. Дюбуа принадлежало определение опасности раскола, которая возникнет из-за ситуации, когда «цветной барьер разделит современный мир». Маркус Гарви не мог противопоставить ничего ни научному анализу, который применял Дюбуа при изучении положения африканской диаспоры, ни его связям, позволившим стать единственным афроамериканцем среди руководства Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения (НАСПЦН). Эта организация возникла позже Ассоциации Гарви, но сумела не только успешно соревноваться с ней, но в конечном счете «переиграть» ВАУ ПН на длинной дистанции, став наиболее массовой и влиятельной организацией афроамериканского населения, существующей до сегодняшнего дня.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


После учреждения гарлемского «филиала» Ассоциации (основной продолжала считаться ВАУ ПН на Ямайке) Гарви потребовался еще год для того, чтобы начать издание газеты «Негритянский мир» («Negro World»; по мере появления различных претензий к материалам газеты ее закрывали и продолжали выпускать под другими названиями - «The Blackman», «Black Man»). He меньшее внимание, чем пропаганде идеологии единства народов африканского происхождения и создания «правительства» будущего всемирного африканского государства, Гарви уделял вопросам создания экономической базы этого государства. В июне 1919 г. было объявлено о создании пароходной компании «Черная звезда», состоявшей тогда только из одного судна. Его переименование в корабль «Фредерик Дуглас» стало еще одной важной пропагандистской акцией Гарви. «Черная» пароходная компания в составе В АУ ПН должна была обеспечить в ближайшем будущем переселение американских негров на родину предков, причем масштабы переселения должны были быть сопоставимы с масштабами работорговли, обескровившей в свое время Африканский континент. Гарви постоянно подчеркивал, что членами Ассоциации стали уже почти 4 млн человек. Именно эта цифра была им обнародована на «международном съезде» Ассоциации, который прошел в августе 1920 г. в Мэдисон-сквер-гарден в Нью-Йорке. В выступлениях руководителей Ассоциации перед 25 тыс. участников был сделан акцент в основном на будущих планах, поскольку реальных результатов деятельности Ассоциации все еще не существовало. В Нью-Йорке были организованы беспрецедентные манифестации членов Ассоциации - Гарви не только жаловал «африканские титулы» своим последователям (появились «маркизы Нила», «графы Замбези» и другие не менее экзотические аристократы), но и умело организовывал общественное мнение городского черного населения, которое должно было стать акционером его коммерческих проектов. Для грядущей вооруженной схватки за Африку формировались «корпус Черного орла» (отряд черных авиаторов), «братство черных сестер милосердия» и т. д. Дальше участия в красочных парадах в Гарлеме дело не шло, но популярность Ассоциации росла, стало гораздо легче вовлекать в экономические программы Гарви новых участников, обладавших уже реальными деньгами. Период 1918-1921 гг. стал временем наибольшей популярности как ВАУПН, так и самого Маркуса Гарви, «временного президента» Африки. В декабре 1921 г. один из руководителей НАСПЦН X. Зелигман попытался подвести итоги деятельности ВАУПН: «Маркус Гарви среднего роста, голова плотно сидит на широких плечах, длинные тонкие руки оканчиваются узкими кистями, он представляет спокойный, почти “ученый” тип за тем исключением, что каждый видит, совсем неглубоко спрятанным под этой внешностью, оратора, если не актера. Манеры его просты, голос приятен, с легкой английской интонацией, которая странно воспринимается ушами американцев, не привыкших к туземцам Вест-Индии. У него нет никаких иллюзий относительно основных вопросов, определяющих нашу цивилизацию. В действительности он спокойно ждет, когда современная белая цивилизация развалится на куски, а коренное население Африки могло бы захватить свой континент, поскольку белые правительства - Англии, Франции, Италии, которые сейчас владеют территорией Африки, будут свергнуты»3.
3 Цит. по: http://www.internationaL ucla. edu/africa/mgpp/lifeiatr.asp
iiiiiiiiiimimii 456 lllllllllllinillll


Радикальные призывы Гарви рассматривались американским правительством в контексте набиравшей силу (Концепции о праве малых народов (или Снаций) на самоопределение. Деятельность ВАУПН формально не нарушала ‘никаких норм или внутренних законов. Более того, Гарви считал допустимым сотрудничество с весьма авторитетной расистской организацией Ку-клукс-клан, обсуждал с ее руководством программу репатриации негров в Африку, поскольку это вполне соответствовало линии Клана на сохранение «расовой чистоты» белого американского общества и изоляцию цветного населения США. После неоднократных неудачных попыток властей штатов ограничить деятельность ВАУПН преследование Ассоциации и лично М. Гарви было организовано уже на федеральном уровне по надуманному обвинению в использовании почты США с неблаговидными целями - рассылки недостоверной информации об имущественном положении ВАУПН. Из всех руководителей ВАУПН осужден в 1925 г. был только М. Гарви. Из пятилетнего срока в тюрьме он пробыл половину и был помилован президентом К. Кулиджем, но сразу же выслан из США как нежелательный иностранец в 1927 г.
ВАУПН уже не могла играть прежней роли, поскольку ее американская часть после ареста Гарви и обнародования фактов финансовых злоупотреблений стремительно сократилась. Сам он объяснял это происками своих политических оппонентов из афроамериканских организаций, выступавших против репатриации и за формирование сильного среднего класса в негритянском обществе. На Ямайке он был встречен почти как национальный герой, сразу же включился в политическую жизнь колонии. Доказательством того, что и на родине мечты о воссоединении с Африкой уже не обеспечивали нужной популярности стало то, что Гарви потребовалось создать Народную политическую партию, а не опираться на ВАУПН. Следует отметить, что бунтарский послужной список Гарви не смущал колониальную администрацию, не препятствовавшую его избранию на различные муниципальные должности. В 1928 г. он сумел организовать лекционное турне в Великобритании, Франции, Бельгии, Швейцарии (там он выступал перед представителями Лиги Наций) и Канаде. Но его «звездные часы» явно оставались позади. В 1931 г. он уже занят не общественно- политическими делами, а организовал агентство помощи творческим личностям. В 1935 г. вообще переехал в Лондон, но там оказался в изоляции. Дело в том, что с началом итальянской агрессии против Эфиопии (тогда Абиссинии) выходцы из британских колоний в столице империи создали несколько организаций поддержки Эфиопии. Гарви еще в США подвергал критике регента Тэфари Мак- конена, ставшего в 1930 г. императором Хайле Селассие I. Он считал, что император недостаточно последовательно отстаивал интересы черных народов Африки и вообще стремился к тому, чтобы Эфиопию и ее народы не ассоциировали с черными африканцами. Движение в поддержку Эфиопии стало основой долговременных совместных выступлений выходцев из различных колоний. В конечном счете такие солидарные позиции участников проэфиопского движения оказались обращены против идеологии и практики колониального управления, что позволило им созвать Пятый панафриканский конгресс в 1945 г. Но Гарви в Лондоне не нашел общего языка с новым поколением, придерживавшимся антиколониальных взглядов, и оказался в изоляции, в лучшем случае он мог рассчитывать на внимание зевак в Гайд-парке. Постепенно он сошел с политической сцены, а в конце жизни, перенеся два инсульта, пережил последнее трагическое испытание. В середине 1940 г., больной и iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


забытый всеми, он прочел свой некролог в одной из чикагских газет, весьма невысоко оценившей его былые заслуги. Это стало последним ударом.
Маркус Гарви не оставил после себя сколько-нибудь значительного теоретического наследия. Большинство его статей, тексты выступлений, интервью газетам разных стран были собраны и изданы в виде двухтомника его второй женой Эми Жак-Гарви, разделившей с ним все тяготы последних лет жизни. Но по мере реализации мечты Гарви - создания независимых государств черных народов, пусть и не соединенных в единую мощную империю, ради которой он действовал, - правительства в новых государствах постарались увековечить память этого человека. На его родине Ямайке, во многих городах США и Великобритании и в большом числе столиц и крупных центров независимой Африки существуют сегодня многочисленные памятники, мемориальные, образовательные и другие общественные центры, посвященные человеку, который одним из первых попытался на практике утвердить величие и права черной расы. В 1964 г. его прах был перенесен с лондонского кладбища и торжественно захоронен в Парке Национальных героев Ямайки, первым из которых стал Маркус Гарви.
НТ. Щербаков
Сочинения
Garvey М. The Philosophy and Opinions of Marcus Garvey / Ed. by Amy Jacques Garvey. L., 1986.
Литература
Garvey A J. Garvey and Garveyism. L., 1968.
Hill RA. The Marcus Garvey and Universal Negro Improvement Association Papers: Africa for the Africans 1921-1922. LA.. 1996.
Cronon E.D. Black Moses: The Story of Marcus Garvey and the Universal Negro Improve ment Association. Madison: University of Wisconsin Press, 1955.
Martin T. Race First: The Ideological and Organizational Struggle of Marcus Garvey and the Universal Negro Improvement Association. Westport, Conn., 1976.
Solomon M. The Cry Was Unity: Communists and African-Americans, 1917-1936. N.Y. 1998.


Амаду Ламин ГЕЙ
Amadou Lamine Guèye, 20.IX.1891 - 10.VI.1968
Государственный и политический деятель Сенегала.
Амаду Ламин Гей родился 20 сентября 1891 г. в Медине во французской колонии Верхний Сенегал (совр. Мали) в старинной мусульманской семье коммерсантов родом из Сен-Луи. Отец, Бирахим Гей, занимался торговлей в юго- западных районах Мали, населенных народом бамбара.
Гей получил образование, в котором тесно переплелись религиозные (исламские и католические) и светские элементы. Но кораническая школа имама Амаду Сар Н’Диае в Сен-Луи, католическая начальная школа братьев Плоермель в Сен-Пьере, коммерческое училище (лицей Федерба) в Сен-Луи оказались для способного, любознательного и честолюбивого мальчика только первым этапом блистательной по африканским меркам интеллектуальной карьеры. Он прошел курс неполной средней школы и, сдав в июле 1907 г. экзамен, начал работать стажером-учителем начальных классов в школе Дюваля в Сен-Луи, а затем преподавал в разных начальных учебных заведениях Французской Западной Африки. Но этот статус не мог удовлетворить Гея. Используя время своих отпусков, он с 1916 г. периодически посещает Францию, где «коллекционирует» университетские дипломы: бакалавра математики, лиценциата права, лиценциата математики, доктора права, специалиста по частному праву, специалиста но римскому праву, специалиста по истории права. Этой карьере не помешала даже служба во французской армии на завершающем этапе Первой мировой войны (хотя Гей не участвовал в военных действиях). Таким образом, он стал первым черным юристом в истории французских африканских колоний.
После окончания войны Гей получил должность преподавателя математики в престижной Высшей педагогической школе Вильяма Понти в Горе (Сенегал), в которой работал около 10 лет. Однако добившись интеллектуального признания как на родине, так и в метрополии, он решил испытать свои силы на общественном и политическом поле. Гей участвовал в громких политических процессах, успешно защищая таких видных деятелей сенегальской политики, как Галанду Диуф и Амаду Дюгей Кледор. Одновременно он попытался сделать самостоятельную политическую карьеру. Первоначально Гей сотрудничал с Блезом Дианем, самой крупной фигурой сенегальской политической сцены 1920-х годов но постепенно разошелся с ним, недовольный его умеренными взглядами. В 1923 г. он вступил в ряды Французской социалистической партии (ФСП), а в 1924 г. приобрел газету «Французская Западная Африка», превратив ее в трибуну для резких выступлений против колониального режима. В 1925 г. Гея избрали мэром Сен-Луи, однако уже в следующем году ему приIIIIIIIIHIIIIIIIII Hill HUI II lllllll


шлось оставить этот пост: будучи кумиром европейски образованной сенегальской элиты («продвинутых»), особенно ее младшего поколения, он вызывал сильную неприязнь у «белых» коммерсантов из «Четырех коммун»1, которые считали его слишком большим радикалом («коммунистом»)1 2. Во время выборов во французский парламент в апреле 1928 г. Гей активно сотрудничал с Комитетом Галанду Диуфа в безуспешной попытке сорвать переизбрание Дианя, видя в нем препятствие для политического обновления в Сенегале.
После провала на муниципальных выборах в мае 1929 г. и на выборах в Колониальный совет в мае 1930 г. Гей разочаровался в политике и решил переменить сферу деятельности, намереваясь на этот раз сделать карьеру на судебном поприще. В декабре 1931 г. он получил должность советника Апелляционного суда на о. Реюньон и вскоре стал председателем его Исправительной палаты. В феврале 1937 г. его назначили советником Апелляционного суда на о. Мартиника. Тем не менее после смерти Дианя в 1934 г. Гей вновь попытался вернуться в политику: по призыву Движения сенегальской студенческой молодежи он выставил свою кандидатуру во французский парламент, но проиграл своему прежнему союзнику Диуфу. Вскоре он создал, преимущественно из своих молодых сторонников, Сенегальскую социалистическую партию (ССП) - первую политическую партию современного типа во Французской Африке (ее учредительный съезд состоялся в Дакаре в июне 1935 г.); в 1938 г. ССП инкорпорировалась во Французскую социалистическую партию (ФСП).
В октябре 1940 г. Гей, уставший от монотонной судейской рутины, ушел в отставку с должности советника Апелляционного суда Мартиники и уехал на родину, где занялся адвокатской практикой. После Браззавильской конференции 1944 г., открывшей эру реформ Французской колониальной империи, он снова заявил о себе как о политическом деятеле, стороннике культурной и политической ассимиляции африканцев3 4. Список ССП во главе с Геем одержал триумфальную победу на муниципальных выборах в Дакаре в апреле-мае 1945 г., а сам он стал его мэром; большую роль в этой победе сыграл женский электорат, мобилизованный Ассоциацией Сукейны Конаре, его кузины. При его поддержке он несколько раз переизбирался мэром Дакара, сохранив этот пост до 1961 г.
Вторая половина 1940-х годов оказалась пиком политической карьеры Гея, когда он превратился в главную фигуру сенегальской политики и главного представителя Африки в государственных институтах метрополии. В ноябре 1945 г. он был избран в первое У чредительноесо- брание Четвертой французской республики, в июне 1946 г. - во второе от курии граждан округа Сенегал-Мавритания. Как депутат Гей принял на себя роль главного защитника интересов африканцев. 7 мая 1946 г. по его инициативе Учредительное собрание приняло закон, распространивший французское гражданство на туземное население колоний1.
1 «Четыре коммуны» - Горе, Дакар, Сен-Луи и Рюфиск, жители которых (и белые, и черные), в отличие от остального населения Сенегала, имели право избирать местный консультативный орган (Генеральный совет) и одного депутата в парламент Франции.
2 См.: Hommage à M. Lamine Guèye( 1891-1968): Une des grandes figures politiques africaines// http://www.sudonline.sn/spip.php/article 14098 (29 septembre 2008).
3 Cm.: Boone C. Merchant Capital and the Roots of State Power in Senegal: 1930-1985. Cambridge, 1992. P. 82.
4 http://www.contreculture.org/AL%20Citoyennet%E9%20pour%20tous.html
4DU шипи un


В ноябре 1946 г. он стал депутатом французского парламента, а в декабре ССП выиграла выборы в Генеральный совет ^консультативный орган при губернаторе Сенегала). В том же году Гей во- |ше.1 в состав Руководящего совета ФСП. В декабре 1945 г. он получил пост во французском правительстве (заместитель государственного секретаря при премьер-министре в кабинете Леона Блюма), однако занимал его чуть больше месяца.
Но в конце 1940-х годов влияние Гея стало падать. Верный традиционной ориентации довоенных сенегальских политиков на население крупных городов, он оказался проигравшим в политическом поединке со своим бывшим протеже Леопольдом Сенгором, который быстрее, чем он, осознал важность сельского электората, получившего право голоса при Четвертой республике. Даже такой политический успех, как одобренный 30 июня 1950 г. французским Национальным собранием «закон Ламина Гея», зафиксировавший равенство в оплате колониальных служащих независимо от их расы и вероисповедания, не предотвратил победного шествия сенгоров- ского Сенегальского демократического блока (СДБ), выигравшего и выборы во французский парламент в июле 1951 г., и выборы в Территориальную ассамблею Сенегала (бывший Генеральный совет) в марте 1952 г.
Гей, сохранивший лишь место в Территориальной ассамблее, на время отошел от политической деятельности. Он уехал на лечение во Францию и прожил там несколько лет. Некоторым утешением для него послужило назначение в 1956 г. делегатом от Франции в ООН. В 1957 г. Гей вернулся на родину, где возглавил Сенегальскую партию социалистического действия (СПСД) - местное отделение Африканского социалистического движения. К тому времени он уже отказался от идеи ассимиляции и стал сторонником африканской интеграции, что послужило основой для его сближения с Сенгором. В 1958 г. произошло объединение СПСД с СПБ в Сенегальский народный блок (СНБ), вскоре принявший название «Сенегальский прогрессивный союз» (СПС); Гей стал его политическим руководителем, Сен- гор - генеральным секретарем.
С этого момента два самых ярких персонажа сенегальской политики превратились из конкурентов в соратников. В июне 1958 г. как кандидат СНБ Гей был избран членом верхней палаты французского парламента - Совета Республики (до июля 1959 г.). На сентябрьском референдуме 1958 г. он вслед за Сенгором поддержал предложение Шарля де Голля о политическом самоопределении французских колоний в рамках Французского союза. Гей сыграл важную роль в создании Федерации Мали: он был членом сенегальской делегации на декабрьской конференции 1958 г. в Бамако, а в январе 1959 г. руководил работой Учредительного собрания Федерации. В марте 1959 г. СПС одержал убедительную победу на выборах в парламент Сенегала в марте 1959 г., и Гей занял пост его председателя, который сохранил до своей смерти (переизбирался в 1960, 1962, 1963 и 1968 гт.). После выхода Сенегала из Федерации Мали в августе 1960 г. и обретения им национальной независимости Гей вместе с президентом Сенгором и премьер-министром Мамаду Диа составил тройку главных политических руководителей страны. Во время конфликта между президентом и главой правительства в декабре 1962 г. Гей оказал решительную поддержку Сенгору, мобилизовав парламентское большинство против Диа. В последние годы жизни он активно занимался партийной работой и пользовался огромным уважением как один из старейшин африканской политики.
Умер Ламин Гей 10 июня 1968 г. в Дакаре и был похоронен рядом со своим 111ШИИ1ШШ11 40/ IIIIIIIIIIIIIIIHII


единственным сыном Иба, ушедшим из жизни в 1963 г. Его имя носят стадион в Каолаке, лицей в Дакаре (бывший лицей Ван Волленховена) и один из главных столичных проспектов.
И.В. KpueyuiUH
Литература
Guèye L. De la situation politique des Sénégalais originaires des communes de plein exercice telle qu'elle résulte des lois des 19 octobre 1915, 29 septembre 1916 et de la jurisprudence antérieure. Conséquences au point de vue du conflit des lois françaises et musulmanes en matière civile. R, 1921.
Guèye L. Etapes et perspectives de l’Union Française. R, 1955.
Guèye L. Itinéraire africain. R, 1966.
Duquenet N.B. Lamine Guèye: De l'ancienne Afrique au Sénégal nouveau // Les Africains / Ed. C.A. Julien et al. Vol. 3. R, 1977.
Markovitz LL. The Political Thought of Blaise Diagne and Lamine Guèye: Some Aspects of Social Structure and Ideology in Senegal // Black Leaders of the Centuries / Ed. R. Desai and S.O. Mezu. Buffalo, 1970.


Антуан Фунжи ГИЗЕНГА
Antoine Funji Gizenga, род. 5.Х. 1925
Государственный и политический деятель Демократической Республики Конго, заместитель премьер-министра ДРК (1960-1964 гг.). премьер-министр (2006-2008 гг.).
А. Гизенга по этнической принадлежности - пенде, родился в небольшом городе Мушоко (по другим сведениям - Мбанда) провинции Бандунду, расположенной в западной части страны.
За всю многолетнюю политическую деятельность Гизенга не проявил себя трибуном, пламенным революционером, предводителем масс. Флегматичный от природы, он был и. похоже, остается личностью закрытой, немногословной, антиподом пылкому Патрису Лумумбе, велеречивому Мобуту, упрямому Лорану-Дезире Кабиле. Однако это не помешало ему утвердиться в представлении соотечественников человеком устойчивых демократических принципов, последовательным в своих взглядах и поступках.
С назначением Гизенги в 2006 г. премьер-министром журналисты стали больше писать о нем. Только тогда появились кое-какие сведения о его молодых годах. Решив стать священником, он какое-то время был семинаристом католической миссии в Кинзамби, затем учеником средней школы одной из монашеских общин - миссии «отцов- шойтистов» в Киквите. По окончании этой школы Гизенга служил клерком в отделении Банка Бельгийского Конго в том же городе, присвоил себе небольшую сумму денег, за что был заключен под стражу. Выйдя на свободу, он перебрался в административный центр колонии г. Леопольдвиль (ныне Киншаса), смог получить место чиновника в охранной службе города, однако был уволен, когда стало известно, что он подвергался аресту.
«Заимствование» африканцами незначительных сумм из кассы того или иного предприятия не считалось в их среде чем-то очень предосудительным и практиковалось едва ли не повсеместно. Устроившись кассиром в один из столичных универмагов, Гизенга взял в его кассе 2 тыс. конголезских франков, был за это задержан, но вскоре освобожден, так как деньги вернул. В городке Болобо он служил начальником почтового отделения, возвратился в Леопольдвиль, где сменил род деятельности: стал преподавать в миссионерской школе «отцов-шойтистов», руководил капеллой в греко-римской приходской церкви1. В местных газетах сообщалось еще, что через всю жизнь Гизенга пронес два пристрастия - к музыке и женщи1 Kimona Mambu. La vérité sur le mythe Gizenga Antoine de Prague // La Conscience. 29.04.2007. P. 3. // http://www.laconscience.com/article.php?id_article=6033
U Ut 1111) Illllll


нам. Женился он только в 1953 г. Тогда же познакомился с Мобуту, раньше, чем с Лумумбой.
Общественной деятельностью Ги- зенга занялся в 1958 г. В 1959 г. он возглавил Партию африканской солидарности (ПАС), которую создал вместе с близкими ему по взглядам политиками Пьером Мулеле и Клеофасом Камита- ту. В начале своей политической карьеры Гизенга оказался в рядах оппонентов Лумумбы, выступавших против унитарного государства, за федеральное Конго. Но все же он разошелся с ними: многие «федералисты» стали врагами Лумумбы, причастными к его убийству, а он - его сподвижником и последователем2.
В июне 1960 г. недавние соратники по ПАС не поддержали Гизенгу, претендовавшего на пост главы правительства провинции Леопольдвиль, поскольку он «разделял коммунистические идеи». За факт «прокоммунистической настроенности» они сочли то обстоятельство, что Гизенга в марте-апреле того года посетил Конакри, столицу «мятежной» Гвинеи (эта страна получила независимость, проголосовав за нее в ходе дегол- левского референдума 1958 г.). Гизенга был принят тогда президентом Секу Туре, посещал занятия по социологии в «марксистско-ленинском семинаре», организованном в Конакри чехами3 4.
Не ускользнуло от внимания соратников и то обстоятельство, что в гвинейском турне Гизенгу сопровождала молодая женщина из Центрально- Африканской Республики Андреа Блуэн. Ее матерью была африканка, отцом - француз. А. Блуэн пользовалась у африканцев репутацией коммунистки, революционерки, приверженки идеи панафриканизма. Считалось также, что она была главным политическим советником Гизенги, Лумумбы и Мулеле, шефом протокола правительства Лумумбы1.
Как бы то ни было, судьбы этих конголезских политиков тесно переплелись. Они стали активными участниками антиколониального движения, заняли высокие посты в органах власти независимого Конго. Лумумба и Мулеле заплатили за свои демократические убеждения жизнями. Лумумбу после нескольких месяцев истязаний убили его политические враги, оказавшиеся у власти при непосредственной помощи западных государств. Чтобы скрыть это преступление, убийцы растворили труп Лумумбы в ванне с серной кислотой.
Мулеле был министром образования в правительстве Лумумбы, депутатом национального парламента, идеологом и лидером крестьянского восстания в провинции Квилу в 1963-1964 гг., после подавления которого жил в эмиграции. В сентябре 1968 г. Мобуту, обещав ему полную неприкосновенность, заманил Мулеле в Конго и месяц спустя зверски казнил.
Лумумба и Гизенга сблизились как люди схожие по духу. Они симпатизировали друг другу. Именно поэтому, а не из-за растиражированного тогдашними средствами массовой информации представления об их антизападничестве Лумумба назначил Гизенгу своим заместителем по правительству ставшего независимым 30 июня 1960 г. Конго.
Отношения между ними отнюдь не всегда были гладкими. Одна из конголезских газет сообщила недавно, что 2 VerhaegenB. Parti Solidaire Africain (P.S.A). Documents 1959-1960. Bruxelles, 1960; ArtigueP. Qui sont les leaders congolais? Bruxelles, 1961. P. 84.
3 Artigue P. Op. cit. P. 85.
4 Révolution Congolaise. Lumumba - Mulele - Kabila. Kinshasa. 2003. № 1-3. Octobre. P. 5. // http://www.deboutcongolais.info/revcongo-01 -complet.pdf
llllllllllllllllll) IIIIIIIIIIIIIHHII


Гизенга вызвал недовольство Лумумбы тем, что не представил ему программу деятельности возглавляемого ими правительства5.
I Расхождения во взглядах выявились у Гизенги с Лумумбой по одному Из самых важных внешнеполитических вопросов: относительно обращения кон- |^олезского правительства за моральной поддержкой и материальной помощью к СССР в отражении внешней агрессии, (жертвой которой Конго стало в июле- 'сентябре 1960 г.6 Именно тогда войска ООН, направленные в Конго по решению Совета Безопасности ООН для оказания правительству Лумумбы помощи в умиротворении страны, фактически содействовали подчинявшимся Мобуту подразделениям конголезской армии и переброшенным в Конго подразделениям бельгийской армии в свержении Лумумбы. Конголезский премьер, не поддержавший предложения Гизенги, в середине августа 1960 г. сам направил письмо Д. Хаммаршельду с осуждением действий ООН в Конго и просьбой активизировать помощь этой международной организации его правительству в прекращении откола Катанги как непременного условия стабилизации политического положения в стране7 8.
В отличие от Ж. Касавубу, тогдашнего президента Конго, в своекорыстных и провокационных целях предложившего Лумумбе просить помощи у СССР, Гизенга был искренен и обосновывал возможность такого обращения тем, что им в помощи отказали США, превратившие ООН в орудие агрессии против их страны. Поскольку Лумумба с ним не согласился, Гизенга счел возможным поддержать обращение о помощи к западным державам, подготовленное министром иностранных дел Жюстэном Бомбоко и министром общественных работ Альбером Ньембо. Однако им было отказано, после чего эти министры окончательно перешли в лагерь противников Лумумбы. Гизенга же остался его союзником**.
В ноябре 1960 г. Гизенга и несколько министров, остававшихся приверженцами Лумумбы, перебрались в г. Стэнливиль (ныне Кисангани), на восток страны, где Лумумба всегда пользовался наибольшим авторитетом. Номинально сохранив статус законного правительства, они получили поддержку не только собственного населения, но и официальное признание 21 государства Азии, Африки, Восточной Европы. В середине декабря 1960 г. Гизенга все же направил телеграмму Н.С. Хрущеву с просьбой о 5 La Conscience. 2007. 29.04.
6 De Vitte Ludo. L’assassinat de Lumumba. P., 2000. C. 73-78. Интересные сведения по этому сюжету содержатся в свидетельствах американской журналистки Линн Уолдрон, очевидице событий 1960 г. в Конго, близко знавшей Лумумбу и Гизенгу. Она вспоминает, что в мае того года, менее чем за два месяца до провозглашения независимости Бельгийского Конго, она посетила Лумумбу в его доме в Стэнливиле. Когда они беседовали, хозяину принесли телеграмму. В ней сообщалось, что Гизенга вместо полета в Аккру направился прямым авиарейсом в Москву. Лумумба был этим очень рассержен. «Русские будут использовать Гизенту как моего Иуду», - сказал он собеседнице. Однако последующая жизнь Гизенги, пишет Уолдрон, показала, что русские обнаружили у него преданность Конго и сопротивляемость диктату, такие же как у Лумумбы (Waldron D'Lynn. Patrice Lumumba. Stanleyville, Belgian Congo // http://www. dwaldron.com/Lumumba.html ).
7 Патрис Лумумба: Правда о чудовищном преступлении колонизаторов. М., 1961. С. 75-77.
8 Artigue Р. Op. cit. Р. 85.
tiiiiiiiiiiiiiiiiii 4OJ Hiiiiiiiiimiiiii


срочной помощи сторонникам Лумумбы военной техникой и продовольствием9.
Складывается впечатление, что Гизенга, порой недооценивая сложности обстановки, в которой ему приходилось действовать, придерживался изоляционистской тактики и потому не мог в полной мере опереться на симпатии, с которыми лидеры и общественность многих государств относились к последователям Лумумбы.
В своей стране он пользовался значительным авторитетом. На самом представительном из конголезских политических «саммитов» (август 1961 г.) он даже в свое отсутствие был избран вице- премьером национального правительства. Действуй Гизенга тогда более гибко, он, возможно, смог бы закрепиться в высшем звене управленческого аппарата Конго. Однако этого не случилось. Правительство возглавил Сирил Адула, профсоюзный деятель, человек весьма умеренных политических взглядов, в конце 1950-х годов сблизившийся с Лумумбой, даже участвовавший вместе с ним в создании партии Народное движение Конго. Гизенга всегда относился к Адуле с недоверием.
В сентябре 1961 г. они представляли Конго на состоявшейся в Белграде первой конференции Движения неприсоединения. Оба выступили на ней 5 сентября с речами, были встречены делегатами с большим энтузиазмом. Адула говорил, в частности, о том, что его предшественник на посту премьер-министра Конго покойный П. Лумумба организовал в августе 1960 г. в Леопольдвиле панафриканскую конференцию, ставшую, по его, Адулы, мнению, проявлением идеи неприсоединения10 11.
В своей речи Гизенга также говорил о Лумумбе, подчеркнув, что имеет честь оставаться не только его духовным наследником, но и одним из наиболее верных, последовательных и бдительных хранителей его идеалов. Приглашение премьера Адулы и меня на эту конференцию, сказал он, свидетельствует о доверии, которое неприсоединившие- ся страны испытывают к нам как продолжателям политики независимости и нейтралитета, намеченной нашим незабвенным Патрисом Лумумбой11. В тот же день, 5 сентября, Гизенга покинул Белград, заявив, что должен пройти курс лечения в Египте.
В середине августа Гизенга и Адула посетили Стэнливиль, где первый представил второго населению как премьер- министра Конго и на 30-тысячном митинге произнес одну из своих самых проникновенных речей, в которой вновь говорил о Лумумбе: «Вы все знаете, что покойный премьер-министр Патрис Эмери Лумумба сам направил меня сюда, в Стэнливиль, чтобы спасти Конго от опасности, которая ему угрожает Я отдал свое тело и свою душу, подчиняясь приказам моего вождя». И продолжал: «Вы следуете за мной не потому. 9 См.: История Африки в документах. 1970-2000. Т. 2.1919-1960. М., 2007. С. 570,571.
10 Verhaegen Р. Congo 1961. Bruxelles, [s.a.]. P. 435.
11 Ibid. P. 438. Вполне можно представить, каким образом подобные высказывания Гизен-1 ги соотносятся в представлениях африканцев с его приверженностью к идейно-политическим | воззрениям Лумумбы. Конголезский политолог Фунгула Фу му Нгонджи свидетельствует, что| Гизенга «владеет ключом к будущему нашей страны, поскольку регулярно общается с Лумумбой, подобно тому, как старейшины конголезских деревень общаются с нашими предками» Доказательство тому, продолжает Нгонджи, они (конголезцы. - Ю. В.) видят в том, что Ги-| зенга продолжает жить, несмотря на все попытки убить его, предпринимавшиеся врагами Луч мумбы (Ngondji ЕЕ Le choix entre Kabila et Bemba ou entre Gizenga et Tshisekedi // http://www| friendsofthecongo.org/commentaire/lechoix.php).
itiiiiiiitniiiiiii 400 IIIIIIIIIIIIIIIHII


что меня зовут Гизенга. Вы следуете за мной потому, что я и моя команда ведут вас по доброму пути, чтобы Конго оставалось в руках конголезцев. Пусть каждый конголезец перемещается в мирной обстановке из Нижнего Конго в Катангу, не встречая на этом пути никаких преград. Мы африканцы, и мы должны вести наши дела в соответствии с доктриной банту, поскольку наши предки оставили нам обычаи, которым мы теперь следуем. Передадим нашу страну нашим детям, как того желал Лумумба»12.
В ноябре 1961 г. Гизенга стал резко критиковать Адулу за то, что правительство, вместо того чтобы наладить дружественные отношения со странами доброй воли, особенно с теми, которые поддерживают и защищают конголезских националистов, предпочитает договариваться с западными державами, даже с Бельгией, содействовавшей отделению Катанги и посылающей туда оружие и наемников13. Когда же Адула под давлением западных держав начал переговоры о примирении с «президентом» Катанги Моизом Чомбе, главным палачом Лумумбы, Гизенга обвинил правительство в открытой измене. Выступая в Национальной ассамблее, он призвал армию к войне с катангскими сепаратистами, за что его обвинили в создании угрозы безопасности страны. 15 января 1962 г. президент Касавубу по предложению премьер-министра отправил вице- премьер-министра А. Гизенгу в отставку, а оставшийся на посту министра внутренних дел лумумбист Кристоф Гбение распорядился содержать его под домашним арестом. Затем Гизенга был предан в руки Мобуту14.
Бельгийский журналист М. Люк писал тогда, что Мобуту, ставший в 1961 г. командующим конголезской армией, принял в гонениях на Гизенгу самое деятельное участие. Именно он без суда сослал его на остров Бул а-Бембу (в устье р. Конго) и продержал его там в невыносимых условиях гнилого климата в одиночной камере под строжайшей охраной, на голодном пайке, без всякой медицинской помощи - сначала с января 1962 по июль 1964 г., затем с октября 1964 по ноябрь 1965 г. Совершив тогда государственный переворот и захватив власть в стране, Мобуту сделал показной жест - выпустил Гизенгу из заключения15. Естественно, Гизенга, сохранивший свою приверженность Лумумбе, не мог чувствовать себя в безопасности в стране, руководимой Мобуту, который был ключевой фигурой заговора по свержению и убийству Лумумбы. Он эмигрировал из Заира, жил то в Африке, то в Европе (в том числе в СССР).
Именно в тот период, в 1968 г., автору этих строк довелось в третий раз (первые два случились в 1959 и 1960 гг. в стенах Института востоковедения Академии наук СССР) встретиться с Антуаном Гизенгой в Москве. Здесь он поправлял здоровье, ухудшившееся от пребывания на о. Бул а-Бемба. Речь зашла тогда об обнадеживающих, как казалось, социально- экономических мероприятиях Мобуту. Выслушав меня, Гизенга сказал: «Не верьте тому, что говорит этот человек. Я хорошо его знаю. Он не из тех, кто думает о стране и людях. И если продержится у власти несколько лет, доведет страну до катастрофы». Эти горькие слова оказались вещими.
Он везде выступал противником Мобуту, иногда совместно с какой-либо другой оппозиционной организацией, но чаще один, как лидер Объединенной 12 Verhaegen Р. Congo 1961. Р. 496.
13 Ibid. Р. 567,568.
14 Verhaegen Р. Congo 1962. Bruxelles, [s.a.]. P. 5, 6.
15 Luc M. La pénétration américaine au Congo. Bruxelles, 1963. P. 50.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 40/ iiiiiiiiiitiiiiiiii


лумумбистской партии (ОЛП). Так, он отказался сотрудничать с Союзом освобождения Конго, возникшим в Брюсселе в 1981 г. и претендовавшим на роль координатора деятельности всех эмигрантских антимобутовских организаций. Гизенга был хорошо знаком с руководителем этого Союза Бернардэном Мунгул- Диака, в прошлом близкого Лумумбе деятеля, остававшегося с конголезским премьером в самые тяжелые периоды его жизни, пытавшегося организовать его побег из мобутовского плена. Сам Гизенга в 1961 г. направил Мунгул-Диаку послом своего правительства в КНР, а в 1962 г. уступил ему руководство ПАС, пока находился под мобутовским арестом. Но последовавшего за этим перехода Мунгул-Диаки в лагерь Мобуту Гизенга простить ему не мог, даже тогда, когда тот впал в немилость Мобуту и вынужден был эмигрировать в Бельгию, чтобы спастись от 10-летнего тюремного заключения16.
Дочь Гизенги Дороти вспоминала о трудностях, которые ее отцу и всей их семье пришлось пережить за 27 лет эмиграции. В одном из писем конца 1990-х годов она писала, что ее отец всегда оставался привержен Конго, панафриканизму и лумумбовскому наследию. Они были рядом с отцом, когда в 1997 г. не удалась попытка убить его. Их изгнали из Франции, и несколько недель они вообще не знали, что с ними будет, пока их не пригласили в Алжир, а затем Агостиньо Нето в Анголу. Когда позднее Гизенга стал препятствием режиму душ Сантуша, пытавшегося вести переговоры с Мобуту, семью выслали из Анголы.
Тогда их приняли в Браззавиле. Они опасались возвращения на родину, куда Гизенга направился в 1992 г., чтобы участвовать в Национальной суверенной конференции. В июле 1995 г. их дом подвергся нападению мобутовских солдат. В августе 1997 г. тоже самое совершили солдаты Лорана-Дезире Кабилы17.
На родину Гизенга вернулся в начале 1990-х годов и вплоть до свержения Мобуту оставался к нему в оппозиции. Однако в Национальной суверенной конференции (август 1991 г. - декабрь 1992 г.), сыгравшей значительную роль в подрыве основ мобутовского режима, активного участия он не принял18.
Весь период правления Л.-Д. Кабилы (1997-2001 гг.) Гизенга оставался в оппозиции к своему политическому единомышленнику. Они оба так и не вняли призыву Мулеле, который еще в августе 1966 г. предложил им стать выше личных амбиций в интересах конголезской нации. Их случай вполне соответствует неписаной политологической сентенции, согласно которой самыми непримиримыми политическими противниками оказываются приверженцы одного идеологического течения.
Противостояние двух известных лу- мумбистов, возникшее на почве личной неприязни и соперничества в начале 1960-х годов, продолжалось почти 40 лет, до гибели Кабилы в 2001 г. В ходе повстанческого движения 1963-1965 гг. они оказались в разных группировках Кабила вошел в ту, руководимую К. Гбе- ние и Гастоном Сумиало, что возглавила повстанческую Народную Республику Конго (со столицей г. Стэнливиль), а Ги- 16 Mulumba M., Makombo М. Cadres et dirigeants au Zaïre, qui sont-ils? Kinshasa, 1986. P.' 356; Heinz G., Donnay H. Lumumba Patrice. Les cinquante derniers jours de sa vie. Bruxelles, 1966. P. 14.
17 Dorothee Gizenga writes about her father Antoine Gizenga of the Congo // http://www.dlyn- nwaldron.com/Dorothee Gizenga.html
18 См. об этом подробнее: Винокуров Ю.Н. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2002. С. 135-148.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii ЧОО iiiiiiiiiiiiiiiiiii


зенга, не приглашенный в правительство этой республики, - в более умеренную группировку Эмиля Бошеле-Дэвидсона, проявлявшую склонность к переговорам с леопольдвильскими властями19.
Лишь однажды, в 1973 г., Гизенга примкнул к созданной Л.-Д. Кабилой за шесть лет до того Партии народной революции. Кабила объявил марксизм- ленинизм идеологической платформой этой партии, свержение Мобуту - ее главной целью, а вооруженную борьбу - основным методом достижения этой цели. Однако вскоре Гизенга порвал с ПНР, вероятно потому, что любое насилие, как он полагал, не соответствовало лумумбистским представлениям о методах создания африканского демократического государства20. Оказавшийся в числе 248 конголезских политиков, которым было запрещено выдвигать себя кандидатом в президенты страны, он заявил тогда о Кабиле и его плане вывода Конго из кризиса: «Мне вообще не о чем с ним говорить»21.
С приходом к власти Жозефа Кабилы (в январе 2001 г.) позиция Гизенги подверглась некоторой корректировке: от жесткой оппозиции к режиму он перешел в оппозицию «лояльную». В так называемый переходный период, продолжавшийся в сложных условиях Конго до 2006 г., ему надлежало сделать выбор между поддержкой нового президента юи присоединением к оппозиции. Став депутатом «переходного парламента», он не вошел в состав «переходного правительства», поскольку не желал сотрудничать с министрами, которых ООН сочла причастными к расхищению природных ресурсов Конго22.
Насколько этот аргумент был (и остается) значимым, можно судить по тому, что писал об ограблении Конго известный конголезский политический деятель Оноре Нгбанда Нзамбо в своей поразительной книге «Организованные преступления в Центральной Африке»: «С исчезновения Мобуту прошло семь лет. Руандийско-угандийская коалиция и их западные союзники разграбили наши богатства так, как Мобуту не сделал этого за 30 лет»23.
Авторитет Лумумбы, светлая память о нем, продолжающие жить в конголезском общественном сознании, также, возможно, стали причиной того, что Гизенга всегда воспринимался соотечественниками как видный политик и убежденный демократ. «Он пользуется репутацией стойкого и неподкупного человека», - писал о нем журнал «Жён Африк»24.
Зондаж общественного мнения, проведенный институтом «Туэн» в 2005 г., показал, что конголезцы считают Гизен- гу человеком последовательных убеждений. Вместе с тем респонденты отмечали его «недостатки» - преклонный возраст; длительное, хотя и вынужденное нахождение вне политики из-за многолетней 19 Этот факт показателен тем, что Гизенга и Гбение вместе работали в правительстве Лумумбы. Гизенга, объявив себя преемником Лумумбы на посту премьер-министра Стэнливильского правительства, вызвал недовольство не только Гбение, но и некоторых других министров (см.: Le Potenciel. 2005. 29.08.).
20 Lumuna-Sando С.К. Zaire: quel changement pour quelles structures? Bruxelles, 1980. P. 142.
21 Marchés tropicaux et méditerranéens. 1999. 17.07. P. 1534; RDC: La commission constitutionnelle propose d’exclure M.Tshisekedi de la politique // Afrique Expresse. 1998. № 168. 08.04.; ИТАР-ТАСС. Сообщение корреспондента. 1999. 28.04.
22 Perdrix Ph. La méthode Gizenga //Jeune Afrique. № 2400. Du 7 au 13. 01.2007. P. 62.
23 Nzambo H.N. Crimes organises en Afrique Centrale. Révélations sur les réseaux rwandais et Kcidentaux. P., 2004. P. 177.
24 Jeune Afrique. 2007. № 2400. Du 7 au 13.01. P. 61.
IIIIIIIIIIIIIIIHII II1III1III1IIIIIIII


эмиграции и нелегального проживания в своей стране; возможную причастность к репрессиям против недругов Лумумбы в ходе повстанческого движения 1963-1965 гг.; и, что особенно интересно, «выдвижение лозунгов, опережающих время»25. В тот год Гизенга был пятым по популярности конголезским политиком, расположившись в списке между Жозефом Кабилой и Жан-Пьером Бембой, а в 2006 г., после первого тура президентских выборов, - третьим (с 13,6% голосов) вслед за Кабилой (44,8% голосов) и Бембой (20,03%)26.
Можно предположить, что Ж. Кабила всерьез задумался о сотрудничестве с Гизенгой в июле 2006 г., когда по итогам первого тура не смог из категории назначенного, «переходного», президента перейти в категорию демократически избранного президента. Сделанное Гизенге предложение состояло в следующем: его ОЛП входит в Alliance des Militants du President (блок сторонников президента), иначе говоря, передает голоса своих сторонников Ж. Кабиле, за что кто-то из лидеров ОЛП станет премьер-министром ДРК. Было ясно, что таковым мог стать только Гизенга, однако сразу назван он не был. Объявили об этом позднее27.
Гизенга поразмыслив, а возможно и поколебавшись, дал положительный ответ два месяца спустя28. Соглашение между Альянсом и ОЛП было подписано в торжественной обстановке 30 сентября 2006 г. В нем указывалось, что фундаментальными ценностями президента Кабилы и его сторонников считаются национальный суверенитет Конго; его территориальная целостность; благое управление; правосудие, дающее каждому свою долю (la justice distributive); борьба против коррупции и любых других недостойных действий29.
Назначение Гизенги премьер-министром состоялось в ноябре 2006 г. Состав правительства (6 государственных министров, 34 министра, в том числе 8 женщин, 20 заместителей министров) был объявлен два месяца спустя. Все рычаги власти остались в руках президента, министры именовались его партнерами. Ключевые посты заняли его ближайшие сподвижники, которых журналисты назвали «молодыми волками, более озабоченными своим политическим будущим, чем судьбами страны»30.
В феврале 2007 г. была подготовлена программа деятельности правительства. Представляя ее национальной ассамблее, 25 Africa News. RDC: la liberté en marche. P. 7 // http://www.congoelections.com
26 Africa Elections. Database. Elections in Congo-Kinshasa. P. 5, 6 // http://www.africanelec- tions.tzepod.com.cd.html
27 Antoine Gizenga // http://www.wikipedia.org/wiki; Antoine Gizenga Funji virtuel premier ministre de la coalition AMP-PALU; Antoine Gizenga confirme comme future Premier Ministre au Congo // http://www.7sur7be/art/pag/hln_art_printversie.jsp?p Page=afr.
28 Профессор Киншасского университета T. Нланду-Майамба в августе 2006 г., всего за два месяца до второго тура, характеризовал позицию Гизенги как неясную. Лидер ОЛП колебался, присоединятся ли его избиратели к блоку сторонников президента или выступят совместно с группировкой TSK («Любой, но не Кабила»). Нланду был уверен в том, что без Гизенш его партия не сможет играть заметную роль в политической жизни страны (Africa Election. Database. Elections in the Congo-Kinshasa // http://africanelections.tripod.com/cd.html P. 5,6). К этому можно добавить, что и без голосов своих сторонников Гизенга вряд ли был бы интересен для Ж. Кабилы.
29 Antoine Gizenga Funji virtuel premier ministre de la coalition AMP-PALU // http://www. congo-actualites.net/spip.php?article934. P. 1.
30 Observatoire de l'Afrique Centrale (s. 1.). 2007. Vol. 10. Février, P. 7,8.
uiiiiiiiuiiiniii 41U iiiiuiiiiiimiiii


Гизенга отметил, что итог 46-летнего периода независимости оказался трагичным: налицо распад государственного аппарата, неэффективная финансово- экономическая политика, постоянно снижается жизненный уровень населения, преступно расхищаются природные ресурсы страны31.
Правительственная программа, рассчитанная на пять лет (2007-2011 гг.), основывалась на пяти предвыборных лозунгах Ж. Кабилы, обещавшего соотечественникам развитие инфраструктуры, занятости, образования, водо- и электроснабжения, здравоохранения, Гизенга добавил к ним свои: мир в стране, ее единство, воссоздание армии и полиции. Говорил он и о «культурной революции»32.
Киншасские газеты широко освещали взгляды Гизенги на управление страной и вывод ее из кризисного состояния. Особенно подчеркивалось, что новый премьер выступает за соблюдение принципов благого управления, участия общественных организаций в выработке политических и социальных решений, усиление роли государства в развитии экономики и достижения макроэкономической стабильности33.
Возрождение Конго, по мнению Гизенги, должно совершиться посредством возрождения самого общества, семьи, моральных устоев на основе сочетания либерализма и социализма (libéralisme associé au socialisme). Этот сплав породит социальный прогресс. Государству надлежит взять под контроль некоторые стратегические отрасли производства, особенно те, что представляют интерес для частных инвесторов. Гизенга назвал эту программу самой стремительной (plus bd élan) в воссоздании Конго как страны мира, достоинства и порядка34.
Французский исследователь Филипп Пердрикс отметил социальную направленность этой программы. Гизенга, по его мнению, стремится возродить «ценности 60-х годов», когда страна завоевала и пыталась упрочить свою независимость. И обновить «политический класс» посредством очищения его от «pamevo». Это новая для конголезцев аббревиатура (их конголезцы вообще любят) составлена из двух первых букв трех французских слов: paresseux (лентяи), menteurs (лжецы) и voleurs (воры), чтобы доходчиво объяснить массам, от носителей каких пороков политическая элита Конго должна избавиться в первую очередь35.
По мнению французского публициста Мирея Девеи из журнала «Африка магазин», Гизенга имел моральное право объявить борьбу с коррупцией и неправедным обогащением целью своего правительства и всех конголезцев, поскольку сам никогда не был замешан ни в коррупционных и прочих махинациях, ни в стремлении ради денег к высокооплачиваемым должностям.
Интересны приводимые этим журналистом свидетельства лиц, близко знавших Гизенгу, о его личных качествах. Пребывая в немолодом, особенно по африканским меркам, возрасте, Гизенга поддерживал себя во вполне работоспособном состоянии. Он пунктуален во всем. Бодрствует с пяти утра, два первых часа отводит физической зарядке, 31 La Prospérité. 2007. 24.02.
32 Le Phare. 2007. 01.03. La Prospérité. 2007. 23.02. См. об этом подробнее: Винокуров Ю.Н. «Лумумбизм» на рубеже XX-XXI вв. - эпигонство или программа возрождения Конго? // Африка: континент и диаспора в поисках себя в XX веке. М., 2008. С. 104,105.
33 Le Phare. Kinshasa. 2007.28.02; Le Potentiel. 2008. 28.02.
34 La Prospérité. 2007. 23.02; 2007. 24.02.
35 Perdrix Ph. Op. cit. P. 62.
lllllllllllllllllll 4(1 iiiiiiiiiiiiiiiiiii


упражнениям со скакалкой, боксу, ходьбе. Завтракает ровно в семь часов, разумно питается, предпочитая привычную пищу из рациона пенде (съедобных гусениц, пондю, фуфу из кукурузы), не пьет спиртное и не курит. Он всегда безукоризненно одет, в официальной обстановке носит европейский костюм-тройку, белую рубашку и галстук, никогда не признавал «абакос», введенный Мобуту «самобытный» заирский костюм (пиджак с короткими рукавами и шарф вместо рубашки).
Рабочий день премьер-министра продолжался до позднего часа. Он редко дает интервью, говорит сдержанно. Опасаясь искажения журналистом его высказываний, предпочитает заменить беседу представлением собственноручного текста. Он много читает, особенно политическую литературу и жизнеописания известных деятелей. Пользуется Интернетом, по телевидению отслеживает развитие событий в мире, сопоставляя их освещение на разных каналах, любит научные и исторические передачи. Свой досуг Гизенга заполняет просмотром футбольных матчей, играет на гитаре, сочиняет музыку и тексты песен, порой непрочь и потанцевать36.
Призывы Гизенги к демократизации страны, разработке и выполнению программы восстановления народного хозяйства как непременных условий вывода Конго из глубокого системного кризиса сразу же натолкнулись на противодействие элитарных групп общества. Проявилось это, в частности, при обсуждении проекта бюджета ДРК на 2008 г., состоявшемся в Национальной ассамблее в конце ноября 2007 г. По сообщениям киншасских газет, предметная критика проекта была подменена выпадами в адрес правительства, и особенно премьер-министра. «Стоит ли удивляться, если правительство окажется не в состоянии даже минимально совершить что-то героическое: ведь оно в таком возрасте, когда уже ничего не можешь...» - вопрошал один из оппозиционеров.
В течение двух дней Гизенга с внешним спокойствием выслушивал ораторов, которые, по выражению одного из журналистов, в годы «республики мошенников и дружков-приятелей» (pendant la République des coquins et des copains) сами породили нынешние проблемы страны. Подводя итоги «дискуссии» он заявил: «Я хочу сказать здесь, что тоже был молод и уже тогда внес вклад в освобождение нашего народа и нашей страны. История и народ-суверен будут последними судьями, кто оценит этот вклад. В историю войдут дела, а не слова. Знайте, что у каждого рано или поздно нация спросит: что ты делаешь для меня, пока ты молод, когда же станешь старым, что еще сможешь сделать для меня? Теперь я стар. Но я обрел силы, поскольку его превосходительство президент Жозеф Кабила Кабонго и ваша высокая ассамблея оказали мне честь, предоставив возможность отдать последние силы возрождению нашей дорогой и прекрасной страны и нашего великого народа. Есть ли в этом какое-то прегрешение?»37
В начале октября 2008 г. Антуан Гизенга подал президенту ДРК прошение об отставке, мотивируя свою просьбу преклонным возрастом и общим состоянием здоровья. Ж. Кабила не только удовлетворил эту просьбу, но и согласился с предложением Гизенги назначить главой правительства одного из руководителей его партии ОЛП Адольфа Музито.
36 Devey M. Antoine Gizenga ou le retour du «vieux lion» // Afrique Magazine. 2007. № 257. Février// http://www.afriquechos.ch/spip.php?page=article-print&id
37 Vidibio Cl. Une leçon de patriotisme et de nationalisme. Kinshasa. 2007.04.12. // http://www. digitalcongo.cd/article/48519
■iiiiiiiiiiiiiinu 4 / Z tiMimiiiiiiiiin


Обычно в таких ситуациях принято пворить, что с уходом «имярек» закон- шлась целая эпоха. В случае с Гизенгой гочнее сказать, что сподвижник Лумумбы намного пережил свою эпоху и сумел ^нести заметный вклад в политическую жизнь ДРК на совершенно новом этапе развития не только его страны, но и всей Африки.
Ю.Н. Винокуров
Литература
Винокуров Ю.Н. Демократическая Республика Конго. Спецвыпуск Бюллетеня научного совета РАН по проблемам востоковедения. М., 1998.
Он же. Конго. Трудный путь к независимости. М., 1967.
Он же. Проблемы политических партий Конго (Киншаса) после военного переворота 24 ноября 1965 г. // Политические партии Африки. М., 1968.
Он же. Парламентско-президентские выборы 2006 г. в ДРК // Африканский сборник. № 1.СП6., 2007.
Он же. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2003.
Bainga Munongo. Congo-Kinshasa: le chemin de la démocratie. P., 2006.
CeulemansJ. Antoine Gizenga: hier, aujourd hui, demaine. Bruxelles, 1964.
Gizenga et la fondation du PALU (Parti Lu- mumbiste Unifié) // Courrier Africain du CRISP. 1964. №37.
Les Dossier concernant A. Gizenga. Courrier Africain du CRISP. 1962. № 8.
Mamba J.B. Les relations entre le Congo et les pays de l’Est // Etudes Congolaises. 1968. №3.
Martelli G. Experiment in World Government: An Account of the UN Operation in the Congo, 1960-1964. L., 1966.
PSA - Parti Solidaire Africaine / Eds. H. Weise and B. Verhaegen. Bruxelles, 1963.
Reed D. 111 Days in Stanleyville. N. Y., 1965.
Résolution du 3-ème Congrès Provincial du Parti Solidaire Africain // Etudes Congolaises. 1967. № 7.
Scott I. The Congo at Independence. L., 1969.
Tully A. CIA: The Inside Story. N. Y., 1962.
Une interview exclusive d’Antoine Gizenga.
Le carnet de C. Braeckman // Monde Diplomatique. 2006. 24.10.
Ufoss H.F. Political Protest in the Congo: The Parti Solidaire African during the Independence Struggle. Princeton, 1967.
Ziegler- J. La contre-révolution en Afrique. P, 1963.


Давид ДАКО
David Dacko, 24.III.1930-20.XI.2003
Государственный деятель Центральноафриканской Республики (ЦАР), президент в 1960-1966 и в 1979 1981 гг.
Давид Дако родился 24 марта 1930 г. в небольшой деревне Бушья недалеко от Мбаики, административного центра региона Лобае на севере французской колонии Среднее Конго (юго-запад совр. ЦАР) в бедной крестьянской семье, принадлежавшей к этнической группе ишака. Его отец служил ночным сторожем на плантации. Начальное образование Давид получил в местной школе Мбаики и в школе Бамбари, городка на юге колонии Убанги-Шари. Решив стать учителем, он в 1948 г. поступил в педагогическое училище в Муйондзи (юг Среднего Конго), после окончания которого в 1951 г. преподавал в начальной школе в Банги, административном центре Убанги-Шари. В 1955 г. его назначили директором коллежа в Куан га.
Встреча с Бартелеми Богапдой, его родственником п лидером убангийского национально-освободительного движения, побудила Дако попробовать свои силы на политическом поприще. Он вступил в Движение за социальное развитие Черной гЧфрикп (МЕСАН) и как его кандидат одержал в марте 1957 г. победу на выборах в Территориальную ассамблею Убанги-Шари (законодательный орган власти) в округе Омбелла-Мпоко. 14 мая 1957 г. Боганда, возглавивший Правительственный совет (исполнительный орган власти), назначил его министром земледелия, животноводства, лесного и водного хозяйства. 23 августа 1958 г. Дако получил пост министра внутренних дел, а 8 декабря, после провозглашения суверенной Центральноафриканской республики в составе Французского сообщества, - министра внутренних дел, экономики и торговли.
Гибель 29 марта 1959 г. премьер- министра Боганды, «отца-основателя* ЦАР, вызвала ожесточенную борьбу за власть среди его ближайших соратников. Опираясь на поддержку Парижа и местных европейских предпринимателей, группировавшихся вокруг Торговой палаты Банги, Дако сумел одержать верх над Абелем Гумбой и Этьеном Нгу- пио, занимавших после смерти Боганды соответственно должности премьер- министра и председателя МЕСАН. 1 мая 1959 г. он возглавил правительство, а некоторое время спустя - и правящую партию. В октябре Дако вывел из правительства Гумбу. В ноябре он подавил «бунт* большой группы депутатов, попытавшихся вынести ему вотум недоверия, а в мае 1960 г. добился избрания председателем Национального собрания своего сторонника Мишеля Адама-Тамбу.
Укрепив свои позиции, Дако ipo- вел переговоры с Францией о предоставлении ЦАР полной независимости, которая была провозглашена 13 августа 1960 г. 14 марта 1960 г. он стал ее первым! президентом, сохранив полномочия главы правительства, а спустя три дня взял IIIDIIHIIItlllill 474 lllltIBItllllllllll


себе также портфели министра обороны и хранителя печати.
Правление Дако ознаменовалось усилением авторитарных тенденций. Когда на частичных парламентских выборах в сентябре 1960 г. оппозиционное Движение за демократическое развитие Центральной Африки, созданное Тумбой, добилось относительного успеха, президент месяц спустя заставил Национальное собрание приостановить действие некоторых статей Конституции о гражданских правах и свободах и на этом основании подверг аресту Тумбу вместе с активистами его партии (декабрь 1960 г.). В начале 1961 г. он осуществил «африканизацию» провинциальной администрации, заменив «белых» префектов и супрефектов лояльными ему людьми из числа африканцев1. Стремясь обеспечить поддержку режима среди местных элит, Дако на съезде МЕС АН в Бамбари 28 июля - 1 августа 1962 г. инициировал создание Руководящего комитета, в который включил представителей знати основных народов страны. В ноябре 1962 г. были запрещены все партии, кроме правящей, а в ноябре 1963 г. парламент санкционировал установление президентской формы правления с семилетним сроком полномочий главы государства. 5 января 1964 г. состоялись первые в истории ЦАР всеобщие президентские выборы: Дако, не имевший соперников, получил 99,97% голосов. В марте того же года прошли и безальтернативные парламентские выборы, на которых за список МЕС АН «проголосовало» 98,96% избирателей. 20 ноября 1964 г. Национальное собрание одобрило новую конституцию, окончательно легитимизировавшую президентский режим и однопартийную систему власти (Вторая республика).
В экономической сфере Дако пытался проводить политику модернизации. Президент прилагал большие усилия для реформирования сельского хозяйства и создания новых отраслей промышленности. Была ликвидирована монополия французских компаний на добычу алмазов; в Банги был построен государственный завод по их переработке; каждый центральноафриканец получил право заниматься алмазным промыслом. Значительный рост доходов от алмазного экспорта, однако, не мог коренным образом переломить ухудшавшуюся с каждым годом финансовую ситуацию. Клиенте- листская природа режима Дако (раздача выгодных должностей «своим людям», особенно нгбака) порождала всеохватывающую коррупцию (взяточничество, практика сдачи в аренду общественных зданий частным лицам и пр.) и разбухание государственного аппарата, расходы на который ложились тяжелым бременем на бюджет страны.
Во внешней политике Дако следовал принципам своего предшественника Боганды. Во-первых, он стремился сохранить тесные связи с Западом и особенно с Францией. При получении независимости он заключил с бывшей метрополией соглашение о сотрудничестве и в первые годы своего правления оставался верным союзником Парижа на международной арене. Тот в свою очередь предоставлял ЦАР немалую финансовую помощь; французские советники во главе с полковником Морисом Бижаром активно участвовали в строительстве центральноафриканской армии и жандармерии. Во-вторых, Дако поддерживал региональную интеграцию государств Экваториальной Африки. В декабре 1964 г. вместе с лидерами Камеруна, Габона и Чада он подписал Браз- 1 См.: Kalck Р. Historical Dictionary of the Central African Republic. 3rd. ed. Lanham, 2005. P. 75.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


завильский договор о создании общего таможенного союза.
Бюджетные трудности, принявшие в 1964 г. катастрофические размеры, заставили президента резко изменить свой внешне- и внутриполитический курс. С одной стороны, с целью оздоровления финансов Дако начал проводить политику «жесткой экономии» и объявил войну коррупции (май 1965 г.). С другой - ради получения крупной беспроцентной ссуды он установил дружеские связи с КНР. Но результатом «поворота к Пекину» стало охлаждение отношений с Парижем, а следствием «жесткой экономии» - замораживание зарплаты госслужащих и многократные задержки ее выдачи, породившие возмущение среди чиновничества и в силовых структурах, которое наложилось на глубокое недовольство широких слоев населения, и так уставших от не всегда продуманных реформ президента.
Стремительное сокращение социальной базы режима и утрата поддержки Франции сделали положение Дако чрезвычайно шатким. Достаточно было малейшего толчка, чтобы опрокинуть его. На роль преемника Париж прочил Жана Изамо, командующего жандармерией. Но его опередило руководство армии. В новогоднюю ночь 1966 г. начальник Генштаба полковник Жан-Бедель Бокасса, родственник президента, с помощью лейтенанта Александра Банза организовал военный переворот («путч св. Сильвестра»); Изамо был убит, а Дако смещен со своего поста.
Сразу после своего смещения бывший глава государства был брошен в печально знаменитую тюрьму Нгарагба в Банги, где ему пришлось спать на голой земле. 1 февраля его перевели в столичный военный лагерь Ру. Плохие условия (скудное питание, запрет на получение книг) вынудили его объявить в августе 1967 г. голодовку протеста, после которой ему разрешили читать. В июне 1969 г. он обратился к послу КНР в Браззавиле с просьбой оказать денежную помощь его семье. Письмо было перехвачено властями ЦАР. Разъяренный Бокасса приказал снова поместить Дако в Нгарагбу и собирался предать его суду за «покушение на государственную безопасность». Однако, опасаясь негативной международной реакции, диктатор 14 июля 1969 г. снял с него все обвинения и отправил на жительство в Мокинду (префектура Лобае) под надзор полиции.
Стремясь придать максимальную респектабельность своему режиму в преддверии провозглашения Центральноафриканской империи, Бокасса 17 сентября 1976 г. назначил Дако своим личным советником. Но после провозглашения империи (1977 г.) бывший президент эмигрировал во Францию. В сентябре 1979 г. он ответил согласием на предложение администрации Валери Жискар д’Эстена, решившей покончить с одиозным режимом Бокассы, принять участие в готовящемся государственном перевороте. В ходе операции «Барракуда» (20-21 сентября 1977 г.) французские парашютисты доставили его в Банги, где он был объявлен новым главой государства.
Второе президентство Дако (1979- 1981 гг.) оказалось еще менее удачным и менее продолжительным, чем первое Придя к власти, он восстановил республиканский строй и освободил полит заключенных: самые ненавистные при- спешники диктатора были арестован* и преданы суду2. Однако Дако сразу ла столкнулся с сильной оппозицией: дя влиятельных политика - его старый со2 Процессы над ними состоялись в феврале и сентябре 1980 г. Часть из них, в том числ надсмотрщики Нгарагбы, были расстреляны. В декабре 1980 г. суд заочно приговорил Бокаст к смертной казни.
HIHIIIIIIIIIIIIII / О IIIIIIIIIIIIIIIHII


перник Гумба и бывший премьер-министр при Бокассе Анж-Феликс Патассе - осудили «колониалистский» характер операции «Барракуда». Неустойчивость позиций нового режима заставила президента балансировать между либерализацией и репрессиями. В октябре 1979 г. он созвал круглый стол основных политических сил страны и ввел многопартийность; в то же время был посажен в тюрьму Патассе, а каждую новую партию обязали предварительно предоставлять свой устав на утверждение правительства. Но этот курс оказался неэффективным перед лицом тяжелого экономического наследия диктатуры Бокассы. Уже в конце 1979 г. страну охватила волна забастовочного движения. 4 января 1980 г. Дако отменил на один год право трудящихся на забастовку, но под угрозой всеобщей стачки уже 8 января был вынужден снять этот запрет. В феврале 1980 г. он создал новую партию - Центральноафриканский демократический союз, рассчитывая сделать ее главной политической опорой режима; в марте-апреле провел аресты активистов оппозиционного Убангийского патриотического фронта / Партии труда (УПФ / ПТ), возглавляемого Гумбой, в мае эта участь постигла участников забастовок в столице. Но это не остановило протестных выступлений. В июне в Банги состоялись массовые демонстрации лицеистов и студентов; беспорядки вспыхнули в Батангафо; в октябре бастовали госслужащие. Нестабильность на улицах дополнялась правительственной нестабильностью, которая с июля 1980 г. приняла хронический характер; в августе были смещены со своих постов и арестованы вице-президент Анри Манду и премьер-министр Бернар Кретьен Ай- яндхо. В сентябре Дако дал публичное обещание в скором времени представить проект новой конституции и провести президентские выборы, в ноябре выпустил из тюрьмы Патассе, а в декабре согласился признать главные оппозиционные партии - УПФ / ПТ и Фронт освобождения центральноафриканского народа (ФОЦН).
Новая конституция, одобренная на февральском референдуме 1981 г. (98,52% «за»), установила режим президентской республики с однопалатным парламентом и легитимизировала многопартийность. Но демократичность Тре- тьей республики оказалась лишь внешней. Президентские выборы 15 марта 1981 г., победителем которых объявили Дако (50,23%), прошли с многочисленными нарушениями. Они сопровождались массовыми волнениями в Банги и Босангоа и вызвали единодушное осуждение оппозиционных партий, которые для координации своих действий образовали 2 апреля Временный политический совет.
До лета 1981 г. Дако пользовался твердой поддержкой Парижа (многие в ЦАР считали его французской марионеткой). В условиях расширения ливийской экспансии в Чаде Франция с его согласия отправила в январе 1981 г. в Банги свой военный контингент. Однако избрание в мае 1981 г. президентом Франции Франсуа Миттерана негативно сказалось на отношениях между двумя странами.
14 июля в столичном кинотеатре «Клуб» был совершен террористический акт, ответственность за который взяло проливийское Центральноафриканское движение национального освобождения (ЦДНО). И в этот момент Дако сделал роковой для себя шаг. Воспользовавшись этим событием как предлогом, он 18 июля запретил не только ЦДНО, но также УПФ / ПТ и приостановил деятельность ФОЦН, а 21 июля ввел военное положение. Политическая ситуация накалилась до предела. 10 августа президенту пришлось снять обвинения против УПФ / ПТ и ФОЦН. 31 августа огромные толпы бангийцев устроили восторженную встречу вернувшемуся IIIIIIIIHIIIIIIIII 44 4 IIIIIIIIHIIIIIIIII


из Браззавиля его главному противнику Патассе. Оказавшись в полной политической изоляции, Дако был вынужден 1 сентября передать власть Военному комитету национального возрождения во главе с начальником Генштаба Андре Колингбой.
Новый режим не репрессировал бывшего президента. После отставки он уехал в Мокинду, а некоторое время спустя возвратился в Банги. В начале 1990-х годов, когда Колингба начал процесс демократизации, Дако, несмотря на ухудшившееся здоровье, вернулся в политику и сформировал Движение за демократию и развитие. Он выдвинул свою кандидатуру на президентских выборах 25 октября 1992 г., однако их результаты были аннулированы властями. 3 февраля 1993 г. Дако возглавил Временный национальный политический совет республики, заменивший распущенный парламент. Он вновь выставил свою кандидатуру на президентских выборах в августе 1993 г., но занял лишь третье место (20%), проиграв Патассе и Гумбе. В первый период правления Патассе Дако оставался одним из ведущих лидеров оппозиции. Однако очередное поражение на президентских выборах в сентябре 1999 г., на которых он получил всего 11% голосов, побудило его окончательно отойти от политической деятельности. Последние годы Дако скромно жил в Банги со своей женой Брижит, матерью его семерых сыновей и четырех дочерей. Лишь в сентябре 2003 г. Дако, уже тяжело больной, принял участие в Общенациональном диалоге (9 сентября - 15 октября), организованном новым главой государства Франсуа Бозизе. В ходе его работы он публично попросил прощения у своего старого соперника Гумбы и его друзей за преследования, которым он подверг их во время своего первого президентства.
27 сентября 2003 г. у Дако случился тяжелый приступ астмы. По рекомендации врачей он 7 ноября отправился на лечение во Францию. Во время промежуточной посадки самолета в столице Камеруна Яунде его состояние резко ухудшилось, и он был помещен в местный госпиталь. Там Давид Дако и скончался 20 ноября от легочной и сердечной недостаточности. Похороны бывшего президента состоялись 13 декабря в Мо- кинде. В стране был объявлен месячный национальный траур.
И.В. Кривушин '
Литература
Kalck Р. Central African Republic: A Failure m Decolonization. L., 1971.
Saulnier P. Le Centrafrique: Entre mythe et réalité. P., 1998.
Serre J. Biographie de David Dacko: Premier président de la République Centrafricaine I 1930-2003. R, 2007. f
Titley B. Dark Age: The Political Odyssey ol
Emperor Bokassa. L.; Montreal, 1997.


Джозеф Кваме Киретви Боаки ДАНКВА
)seph Kwame Kyeretwi Boakye Danquah, 21.XI1.1895-4.II.1965
Ганский политик, публицист, юрист, доктор философии.
Выходец из знатной семьи. Окончил миссионерскую школу в Золотом Береге. Изучал философию и право в Лондонском университете. В 1926 г. получил степень бакалавра права, в 1927 г. - доктора философии.
В 1931 г. основал газету «Times of West Africa», которая стала самым популярным ежедневным изданием Аккры.
Автор историко-этнографических исследований об аканских народах. Его оценки традиционных политических институтов определялись политической ситуацией в Золотом Береге в 1920-1930-е годы, когда после создания Кейсли Хейфордом Национального конгресса Британской Западной Африки там началось соперничество между верхушкой образованной прослойки и вождями за право быть посредниками между колониальной администрацией и местным населением. Данква выражал интересы вождей. Как и другие идеологи «культурного национализма», он подчеркивал «совершенство и демократичность» африканских традиционных политических институтов, но трактовал это в пользу вождей, как «демократию ограниченной монархии». Носителями модернизации, считал он, должны быть влиятельные вожди, чья прогрессивная политика приводит древние законы и обычаи в соответствие с требованиями времени и сохраняет «лучшее в конституции и институтах»* 1. Данква выдвинул теорию о том, что аканы являются потомками жителей государства Ганы, существовавшего в Западном Судане в III-XIII вв. Хотя его аргументы нельзя признать научно корректными, после обретения независимости в 1957 г. Золотой Берег получил название Гана.
Данква стал лидером молодежного движения Золотого Берега. Его создание отразило политический компромисс между образованной прослойкой и вождями. В 1930 г. их представители собрались для обсуждения «волнующих всю страну проблем» и учредили Конференцию молодежи Золотого Берега. Второй съезд, состоявшийся в 1938 г., подготовил Данква. Съезд принял программу конференции, ключевым пунктом которой было создание фонда для помощи национальным предпринимателям. Он должен был способствовать «ликвидации неравноправных условий торговли», когда «основные выгоды от природных богатств Золотого Берега 1 Danquah J.B. Gold Coast: Akan Laws and Customs and the Akim Abuakwa Constitution.
L, 1928. P. 5.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


получают иностранцы, а не коренные жители»2.
В 1946 г. вступила в силу новая конституция Золотого Берега, в соответствии с которой впервые в британских колониях большинство Законодательного совета составили африканцы. Вожди сохранили доминирующие позиции, они избирали 13 из 18 выборных членов совета. Образованную элиту альянс с вождями на вторых ролях не устраивал. В 1947 г. был создан Объединенный конвент Золотого Берега (ОКЗБ), в его руководстве преобладали юристы и предприниматели, Данква был избран вице-президентом. Ближайшей целью ОКЗБ было изменение соотношения сил в Законодательном совете в пользу представителей налогоплательщиков, он поставил задачу «законными и конституционными средствами в возможно более короткий срок обеспечить передачу управления народу и его вождям»3. Вскоре на пост генерального секретаря ОКЗБ для ведения организационной работы из Лондона был приглашен Кваме Нкрума.
Вместе с Нкрумой Данква много ездил по Золотому Берегу, создавая отделения ОКЗБ. Их агитация имела успех среди населения, недовольного ростом цен и дефицитом импортных товаров. В январе 1948 г. такие настроения вылились в бойкот иностранных оптовых фирм. Более месяца люди отказывались покупать у них товары, проходили массовые демонстрации протеста. ОКЗБ опубликовал заявление в поддержку бойкота, руководители выступали на митингах. 28 февраля фирмы объявили о существенном снижении цен, и бойкот прекратился. В тот же день состоялась демонстрация демобилизованных военнослужащих, которые намеревались передать петицию британскому губернатору. На подступах к его резиденции их встретила полиция и открыла огонь. Два человека были убиты, пятеро ранены. Весть о расстреле всколыхнула всю колонию. Были разгромлены магазины и склады иностранных компаний, появились баррикады.
29 февраля руководство ОКЗБ собралось на экстренное заседание. По его итогам Данква направил британскому правительству телеграмму. Он писал о готовности ОКЗБ взять на себя «внутреннее самоуправление» и от имени «угнетенных, безгласных людей, которыми плохо управляют», потребовал немедленной отправки в Золотой Берег комиссии для передачи власти «временному правительству вождей и народа» и созыва конституционной Ассамблеи4.
По-другому реагировали вожди. 12 верховных вождей направили английскому королю верноподданническое послание и приветствовали меры по наведению порядка. ОКЗБ ответил 2 марта обращением Данквы «Час освобождения пробил», где он повторил изложенные в телеграмме требования5.
Колониальные власти арестовали шестерых лидеров ОКЗБ, в том числе Данкву и Нкруму, и сослали их в отдаленный район Золотого Берега. «Большая шестерка» вернулась из короткой ссылки национальными героями, попу- 2 Gold Coast Youth Conference. First Steps towards a National Fund. Better Education and Health; Trade and Commerce; Marriage and Inheritance; Funeral Customs and the «Syrian». Achimota, 1938. P. 10.
3 United Gold Coast Convention. Declaration of Principles and Policy. Saltpond, 1959. P. 6.
4 Great Britain. Colonial Office. No 231. Report of the Commission of Inquiry into Disturbances in the Gold Coast 1948. L., 1948. P. 95.
5 [Danquah J.B.] The Doyen Speaks. Some of the Historic Speeches by Dr. J.B. Danquah. Collected by H.K. Akyeampong. Accra, 1956. P. 1-5.
iiiiiiniiiimiiii tiiiiiiiiiuiiiiiii


■лярность организации резко возросла, но среди ее руководителей не было единства. Испытания обнажили принципиальные разногласия о сроках и методах достижения независимости. Народный бунт с насилием и кровопролитием показал, сколь рискованна и опасна ставка на популизм. Большинство руководства ОКЗБ принадлежало к состоятельной [элитарной группе, которой были не нуж- [ны потрясения и революции. «Старая гвардия» окончательно сделала выбор в пользу конституционных методов, постепенности, компромиссов.
В сентябре 1948 г. Данква вошел в состав делегации Золотого Берега, участвовавшей в конференции представителей Законодательных советов африканских колоний, проходившей в Лондоне. После конференции он пришел к выводу, что Великобритания отказалась от «эксплуатации и опеки» колоний в пользу политики партнерства и начала строить новую империю, «содружество, основанное на дружбе». В ответ, считал Данква, Золотой Берег должен отказаться от «расового национализма», развивать «политический национализм» и «усвоить, что то, что хорошо для Британии, хорошо и для Золотого Берега»6.
Возможность начать «партнерство» руководству ОКЗБ предоставили быстро. В декабре 1948 г. был создан комитет для выработки новой конституции, названный «комитетом Кусси» по фамилии председателя, адвоката Хенли Кусси. Данква вошел в этот комитет, состоявший только из африканцев. Нкруме места в комитете не нашлось, что окончательно убедило в неизбежности разрыва с ОКЗБ. Нкрума создал Комитет молодежных организаций (КМО), который формально считался молодежной секцией ОКЗБ, но фактически был автономной, подчиненной только ему организацией. В декабре 1948 г. он организовал съезд КМО, потребовавший «конституции, которая даст стране самоуправление немедленно». 11 июня 1949 г. высший орган ОКЗБ Рабочий комитет сместил Нкруму с поста генерального секретаря, обвинив его в «нарушении коллективных обязательств и нарушении партийной дисциплины». Был принят план организационного укрепления ОКЗБ7. Приступить к реализации плана не успели. На следующий день Нкрума объявил о создании собственной партии, Народной партии конвента (НПК), куда вскоре перешло подавляющее большинство членов ОКЗБ.
Данква стал оппонентом и соперником Нкрумы, критиковавшим его действия с консервативных позиций. Нкрума превратил НПК в массовую политическую партию современного типа, в арсенале которой были не только конституционные методы борьбы за независимость. 15 декабря 1948 г. он опубликовал ультиматум, где требовал от британского правительства предоставить Золотому Берегу статус доминиона до 30 декабря. В противном случае он обещал начать кампанию «позитивного действия», т. е. прибегнуть к забастовкам, бойкоту европейских товаров и другим акциям протеста. 24 декабря Данква обратился к Нкруме с открытым письмом «Кваме, не делай этого», где призывал отказаться от «партизанской тактики» ради сохранения национального единства8. В январе сторонникам НПК удалось организовать крупные забастовки и парализовать деловую жизнь. Руководство партии во главе с Нкрумой было арестовано, его приговорили к трехлетнему тюремному 6 Danquah J.B. Friendship and Empire. A Fabian Colonial Bureau Pamphlet. L., 1949. P. 3, 4, 7,8,17.
7 Austin D. Politics in Ghana. 1946-1960. L., 1964. P. 82,84.
8 [Danquah J.B.\ The Doyen Speaks. P. 11-17.
tiiiintmiifiiiii 40 / imitnniiitiiiii


заключению. Это добавило Нкруме авторитета среди народа и способствовало росту влияния НПК.
НПК и ОКЗБ были основными соперниками на первых в истории Ганы всеобщих парламентских выборах, проведенных в феврале 1951 г. в соответствии с конституцией, вступившей в силу в январе. Данква был избран депутатом Законодательного собрания, но его сторонники были в явном меньшинстве: из 38 выборных мест НПК завоевала 34. Был избран и находившийся в тюрьме Нкрума, губернатор был вынужден освободить его и назначить премьер- министром.
ОКЗБ безуспешно пыталось перехватить у НПК политическую инициативу, представив собственный план достижения независимости «при наличии доброй воли британского правительства и народа»9. Он не был поддержан большинством политической элиты. В мае 1952 г. ОКЗБ самораспустился. Данква, как и все руководство ОКЗБ, вошел в состав Партии конгресса Ганы (ПКГ), объединившей представителей большинства оппозиционных НПК сил. ПКГ возглавил Кофи Бусиа.
На выборах 1954 г. НПК завоевала большинство мест в Законодательном собрании, Данква в парламент избран не был. В 1955 г. он примкнул к Движению национального освобождения (ДНО) во главе с Бусией, которое выступало за федеративное устройство страны после независимости и вело жесткую борьбу с НПК, прибегая к тактике террора. Победу на выборах 1956 г. одержала НПК, Данква вновь не был избран в парламент.
В марте 1957 г. Золотой Берег стал независимой Ганой, Нкрума возглавил правительство. Данква оставался в непримиримой оппозиции к политическому курсу Нкрумы, его мерам по установлению режима личной власти и подавлению гражданских свобод. В декабре 1957 г. все оппозиционные партии слились в Объединенную партию (ОП), Данква стал одним из ее руководителей. Многие его соратники были арестованы, высланы из страны или, как Бусиа, эмигрировали. Данква оставался одним из немногих политиков, кто открыто критиковал режим Нкрумы. На президентских выборах 1960 г. он был единственным соперником Нкрумы как кандидат от ОП и проиграл, получив 10% голосов.
Данква был арестован в октябре 1961 г. по подозрению в подготовке государственного переворота, обвинений ему предъявлено не было, и в июне 1962 г. он был освобожден. Вскоре после выхода на свободу Данква пришел в посольство США и в приватной беседе с послом Ричардом Махони спросил, почему денежное содержание, которое выплачивалось его семье, когда он находился в заключении, теперь перестало поступать? Посол ничего не знал о выплатах. Оказалось, что этим занималось ЦРУ без его ведома. Махони поставил в известность об инциденте президента Джона Кеннеди. После звонка президента директору ЦРУ Махони получил заверения, что ЦРУ впредь не будет ничего предпринимать в Гане без согласования с послом10.
Второй раз Данква был арестован 8 января 1964 г. после очередного покушения на Нкруму, который считал, что это дело рук ЦРУ. Данкву поместили в одиночную тюремную камеру. Там не было даже кровати, спать приходилось на цементном полу. 69-летний Данква страдал от бронхиальной астмы и гипертонии, его просьбы о переводе в тюремный госпиталь остались без ответа.
9 Final Battle for S.G. U.G.C.C.’s Seven Point Scheme for Gold Coast Liberation. With a Foreword by George Alfred Grant, President of the Convention. Saltpond, 1952.
10 Mahoney R. JFK Ordeal in Africa. N. Y; Oxford, 1983. P. 184, 185.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


4 февраля 1965 г. он скончался от сердечного приступа. Смерть Данквы вызвала во всем мире протесты против политических репрессий в Гане.
С.В. Мазов
Литература
История Ганы в новое и новейшее время. М., 1985.
Мазов С.В. Парадоксы «образцовой» колонии. Становление колониального общества Ганы 1900-1957 гг. М., 1993.
Потехин И.И. Становление новой Ганы. М., 1965.
Apter D. Ghana in Transition. Princeton, 1972.
Danquah J.B. Akan Laws and Customs. L., 1928.
Idem. The Akan Doctrine of God. L., 1944.
Ofosu-Appiah LH. The Life and Times of Dr. J.B. Danquah. Accra, 1974.


Шейх Анта ДИОП
Cheikh Anta Diop, 23.XI1.1923 - 07.11.1986
Сенегальский ученый, социолог, историк.
Родился в деревне в районе Диур- бель в Сенегале, там же и похоронен. По этнической принадлежности волоф. Учился в миссионерской школе, затем в Париже. После окончания Парижского университета по специальности «египтология» долгое время работал в Дакаре, во Французском институте Черной Африки (ПФАН) - ныне Фундаментальный институт Черной Африки. Этот институт был создан крупнейшим французским африканистом Теодором Мойо в 1938 г. для изучения истории и этнографии народов Французской Западной Африки. Он и поныне (вкупе с музеем ПФАН) является главным центром африканистики в этом регионе. Диоп стал его сотрудником, а в 1968 г. основал лабораторию рад и о к а рбо и и о й дат 11 ро в к и и многие годы был ее руководителем. Лаборатория существует и поныне, в ней соб ра и ы а р хео л о г и ч ес к и е м ате p i1 ал ы, начиная с палеолита, из многих стран Западной ^Африки.
Его воззрения на историю Африки, и a 11 ра влепи ы е и рот 11 в гос 1i одет ву юн ie п ) тогда европоцентризма, оказали громадное влияние па формирование мысли африканских историков второй половины XX в. Начинал он свою научную работу в годы подъема национально-освободительного движения. Безусловно, это было одним из важнейших стимулов для разработки его теории. Другой стимул - археологические открытия в Африке, заставившие энтузиастов говорить о континенте как о прародине человечества. Наконец, несомненно, что большое влияние оказала па пего литературнополитическая концепция пегрнтюда. разработанная сенегальским поэтом и политиком Леопольдом Сенсором и поэтом с Мартиники Эме Сезером.
С 1955 г. в течение нескольких лет он выпустил четыре крупных труда. Важнейший и программный - «Негрские нации и культуры», оказавший громадное влияние па развитие исторической науки во всех странах Африканского континента. Уже с первых лет знакомства европейцев с культурой африканских (прежде всего западноафриканских) народов южнее Сахары был замечен ряд черт, перекликающихся с некоторыми особенностями культуры Древнего Египта. Культуру, язык и религию Меро?) (на территории современной Республики Судан) вообще долгое время рассматривали лишь как вариант древнеегипетской, тем более что и географически они были соседями. Но и в более отдаленных областях обнаруживалось значительное сходство: женские прически, культы животных, ритуальная символика (например, образ змеи, кусающей свой хвост как символ вечности, круговорота жизни и смерти), мумификация и бальзамирование трупов умерших правителей у некоторых народов, характер «царской» власти и т. и.
IIIIIIIIIIIHIIIIII ЧОЧ иiiiiitiiiiiiiiiи


i Шейх Анта Диоп в своей книге предложил разгадку этого сходства, обосновывая ее «глубоким сродством с негро- африканской психологией»: древнеегипетская цивилизация, по его мнению, была «негрской без всякого внешнего вклада»1. А затем, полагал он, расселение древних египтян по всему континенту привело к появлению новых культур и государств сначала в Западной Африке, а потом и в других ее регионах. «Египетская античность принадлежит Африке, как греко-римская, - Европе» - утверждал он1 2. Именно эту мысль он развивал и во всей своей дальнейшей научной деятельности, считая негро-африканскую цивилизацию самой древней и породившей все остальные. Он полагал ее и самой гуманистичной и гармоничной, противопоставляя материнский род с его коллективной ответственностью и собственностью как чисто африканский феномен отцовскому «европейскому» роду, в котором якобы изначально была заложена идея частной собственности с его индивидуализмом и борьбой.
Эти идеи были в то время с восторгом подхвачены молодыми африканскими историками, осознававшими как свой долг необходимость борьбы с господствующим тогда европоцентристским подходом к истории Африки, объяснявшим все культурные достижения африканцев европейским или иным внешним влиянием. Распространению и живучести этих идей способствовала и политическая обстановка - это были годы активной борьбы за независимость колониальных государств. Уже были известны находки археологами предков «хомо сапиенс» в Восточной Африке. Со времени выхода работ Диопа формулировка «Африка - колыбель человечества» воспринималось не только как доказательство места антропогенеза, но и утверждение о том, что вся современная цивилизация как наследница античности и древнеегипетской культуры имеет африканские корни.
Еще одна его работа, также ставшая программной, - «Культурное единство африканцев». В истории культуры он выделял два противостоящих друг другу круга. Южный культурный круг, который объединял районы Ближнего Востока и земли, лежавшие южнее Средиземного моря, и в котором, как он полагал, главенствующую роль играла Африка, характеризовался матриархальными отношениями, что обусловило гармонию и единство. Отсутствие противоречий, гармоничное развитие привело к господству в этом круге социального мира и сохранению важнейших особенностей обществ в течение всей длительной истории человечества. Таким образом, многие черты, сохранившиеся в африканских обществах с глубокой древности, по его мнению, - не свидетельства «отсталости», как часто утверждали европейские ученые, а следствие особой гармоничности развития. Южному культурному кругу как бы противостоял другой, северный, объединявший европейские народы. Северный круг основывался на патриархате, и его основной чертой было насилие. По мнению Диопа, именно южный культурный круг господствовал в древности, и именно ему суждено было стать основой всей будущей мировой цивилизации. Что же касается развития культуры и цивилизации в других районах мира, то, полагал он, оно определялось борьбой этих двух основных культурных кругов.
Уже по этим ранним, но зрелым работам видно, что главным для автора был вопрос исторического исследова1 Cheikh Anta Diop. Les nations nègres et culture. P., 1955. P. 24.
2 Idem. Origin of the ancient Egyptians // General History of Africa. Vol. 2. P., 1981. P. 49.
iniiiimiiiiiiiii 485 miiiiiiiiiiiiiiii


ния культурных явлений, прежде всего духовной жизни. Процессы общественного развития, комплекс социально- экономических проблем оказывались на втором плане. Это соотношение сохранялось в его творчестве практически всегда. Лишь в самые последние годы жизни он обратился к современным проблемам Африки, коренящимся в прошлом - в частности, несопоставимость социально-экономического развития стран Африки с развитыми государствами, о необходимости «подтягивания» их до уровня требований сегодняшнего дня. По его мнению, в основе специфического «африканского» пути развития лежит бесклассового общества, социальная гармония и мир, патриархальность отношений «отцов» (глав политических образований) и «детей» (их подданных); материнский род в Африке и господский в Европе и исходящий из этого тезис о коллективизме африканцев и индивидуализме (включая частную собственность) европейцев. В этом он, несомненно, оставался под воздействием негри- тюда Леопольда Сенгора и Эме Сезэра. Правда, ему пришлось признать существование неравноправного населения, в частности рабов и членов ремесленных «каст», но он не считал их наличие существеннейшей чертой африканских доколониальных обществ. Несмотря на огромный конкретный материал, изученный Диопом, в его подходе к истории Африки превалируют эмоциональность и идеализация ее обществ. Это сказалось и в исследовании средневековой культуры «средней дельты Нигера»: он считает учебные заведения при мечетях Томбукту и Дженне аналогом европейских и называет их университетами.
Шейх Анта Диоп сыграл колоссальную роль в развитии африканской науки. Его работы стали толчком к изучению истории своих народов во многих странах Африки. Ни одна конференция африканистов, будь то в Африке или в Европе, не проходила без его участия. Возникли группы молодых историков во многих (главным образом франкоязычных) африканских странах, оказавшихся под глубоким влиянием его идей.
Например, они безусловно оказали влияние на работу Джибрила Тамсир Нианя «Динамизм очагов африканской культуры»3. Последний также утверждал, что Африка представляет собой колыбель человечества, что негроиды некогда заселяли и Европу, в частности считает, что кроманьонский человек имел ярко выраженные негроидные черты. Основным же центром зарождения африканской культуры, из которой выросла вся современная мировая цивилизация, он считал Сахару. Отсюда, по его мнению, распространение культуры шло несколькими путями. Первый шел по Нилу и породил египетскую цивилизацию, второй - на Аравийский полуостров и создал арабскую культуру, третий - через Сахару на Иберийский полуостров, заселенный в древности негроидами, четвертый - к югу, где возникла руандийская культура, пятый вел из Сахары к Атлантике и создал государства народов йоруба и бакон- го. Позднее африканцы создали и новые очаги культуры в Новом Свете - негролатинский (Антилы и Южная Америка) и негро-англосаксонский (Северная Америка). «Африка, мать человечества,- патетически восклицал он, - всегда остается плодовитой, всегда подвижной, она дает миру ту человеческую теплоту, ту улыбку, без которой жизнь - лишь долгий путь на Голгофу»4.
Один из самых последовательных сторонников идей Шейх Анта Диопа - 3 Niane Djibril Tamsir. Dinamisme des foyers de culture africaine // Présence africaine. 1974. №89. P. 126,128.
4 Ibid. P. 138.
iiiiiiiiiiiiiitiiu Ч-Ou iiiiiiiiiiiiiiiHii


конголезский историк Теофиль Обен- га. Уже в одной из своих первых статей « Африка в античности» он проводит мысль о том, что в каменном веке негроиды были расселены далеко за пределами материка. Более того, по его мнению, негрская раса занимала преобладающее место в населении древнего мира и играла важнейшую и определяющую роль в развитии культуры и цивилизации не только Африки, но и Европы, и Азии. «Негры были единственными хозяевами мира в отдаленные эпохи, занимая не только Африку, их родину, но весь юг Европы до Данубы (Дуная) и большую часть Азии», - утверждал он5. Одним из важнейших доказательств этого он считал наскальную живопись в странах юга Европы, стилистически близкую сахарской. Эти же идеи он развивал и в более поздних работах, видя доказательства тому в структуре власти, таких обычаях, как сакрализация правителя, мумификация умерших королей и т. п. В Макоко, например (на территории современной Республики Конго), он усматривал доказательства тесной связи местной культуры с древнеегипетской. Эта связь, по его мнению, проявляется и в других аспектах - пластике, религиозных воззрениях (культ предков), космогонии, политической и административной организации, матрилинейной системе родства и т. п. Он полагал, что политический и социальный строй Древнего царства (4-5 династии) послужил прообразом для политического и социального развития всей Африки в 14 веке и позднее. Явное сходство, вытекающее из единства происхождения, он видел и в языках Древнего Египта и остальной Африки. Как и Шейх Анта Диоп, он считает главной особенностью африканского мира, отличающей его от европейского, исключение «всякого дуализма между человеком и природой, равно как и между людьми». Одна из последних его работ даже носит название «Фараоны были по происхождению африканцами»6.
В начале 1980-х годов появилась работа камерунского ученого Бетоте Дика- Аква нья Бонамбела. Он исходит из утверждения о единстве всего древнего мира и его негро-африканской природе, включая Восточное Средиземноморье вплоть до Индии. История Африки и ее государственных образований, по его мнению, - просто процесс расселения людей из северо-восточной зоны этого мира и перенесение все тех же древних политических и культурных ценностей. При этом цивилизации Черной Африки сумели сохранить и развить то, что египтяне потеряли. Он полагал, что только со времени завоевания Камбизом в середине I тысячелетия до н. э. можно рассматривать Египет как часть Древнего Востока, а не Африки. «Упадок Египта фараонов, - считает Бетоте Дика-Аква нья Бонамбела, - начался с потери негрской гегемонии в тогдашнем мире и изоляции его от Африки»7.
Вновь к обсуждению этой проблемы обратились авторы вышедшего в Оксфорде в 1986 г. сборника «Великие африканские мыслители»8, значительная часть которого посвящена Шейху Анта Диопу. Позднее идеи первичности африканской цивилизации получили неожиданное развитие. Толчком послужили открытия в Эфиопии, в частности знаменитой «Люси» (условная датировка - 1,5- 2 млн лет). А в 1991 г. на Международной конференции по эфиопским исследова5 Obenga Th. L’Afrique dans l’antiquité // Présence africaine. 1969. № 72.
6 Idem. Les origines des pharaons sont africaines // Afrique histoire. 1983. № 2.
7 Betote Dika-Akwa nya Bonambel. Problème d’anthropologie de l’histoire africaine. Yaoundé, 1982.
8 Great African Thinkers. Cheikh Anta Diop. New Brunswick; Oxford, 1986.
iiiiiiiiiiitiiiiiii 4G/ liimiiimiitmi


ниям в Аддис-Абебе Тсегаи Гебре Мед- хин выступил с несколько модифицированной идеей негро-африканской сущности древнеегипетской цивилизации, считая последнюю вышедшей из Эфиопии. Он утверждал, что Африка является родиной как человечества, так и языка и основных философских и религиозных концепций, которые из Эфиопии через Египет были восприняты остальным миром9. В более мягкой форме эти идеи были изложены французскими учеными еще в 1972 г.10 11
Однако большинство историков (в том числе и африканские) скептически относятся к подобным крайним точкам зрения. С их критикой выступали и французские (Ж. Сюре-Каналь), и русские (Л.Е. Куббель, М.А. Коростов- цев, Б.Б. Пиотровский), и африканские (Жозеф Ки-Зербо, Хама Бубу) исследователи. Общее же мнение серьезных историков выразил М.А Коростовцев: «Это продолжительное совместное существование черных и белых африканцев имело своим результатом возникновение общего для тех и других культурного субстрата, из которого впоследствии развились уже самостоятельными путями в зависимости от исторических судеб культуры древнего Египта и народов южнее Сахары. Этот культурный субстрат является, конечно, чисто африканским, и выросшие из него культуры являются точно такими же. Иначе говоря, у африканцев черных и белых одни и те же истоки культуры»11.
Новая волна африканских ученых даже утверждала, что поддержка идей Ш.А. Диопа не что иное, как «защита вчерашнего дня». И сам основатель идей родства и преемственности культур Древнего Египта и Черной Африки в последние годы жизни относился к ним более осторожно. Не отказываясь от прежних убеждений полностью, он соглашался с необходимостью более глубокого и серьезного изучения проблемы. Этой цели была посвящена его работа в ИФАН в последние годы жизни, когда он сосредоточился на изучении древнейших периодов истории Африки, основываясь на материалах раскопок. Эту же точку зрения и надежду на новые методы исследования выразили и авторы «Всеобщей истории Африки», издающейся под эгидой ЮНЕСКО.
Помимо основополагающих трудов Диоп написал немало статей, сделал ряд докладов на научных форумах по проблемам истории и философии Африки. Круг его интересов со временем значительно расширился. Его занимали и вопросы биологии (в связи с изучением меланина, окраски кожи и проблемами расизма), философии, науковедения, изучения рационального использования природных ресурсов и многое другое.
Эти выступления, как и ряд статей, разбросанных в разных изданиях периодики, были собраны и изданы в 2007 г. в Дакаре12. Они демонстрируют и широту, и некоторое развитие научного подхода автора. Оставаясь прежде всего историком, он философски осмысливал прошлое, настоящее и будущее Африки, показав при этом глубокое знание новейших достижений физики, подвергших сомнению достижения «старой» философии; интересовался и конкретными разработками, которые могли способствовать ликвидации экономической отсталости континента.
Влияние личности Шейха Анты Диопа остается и ныне весьма значимым. Уже после его смерти, в 1993 г., в Пари9 XI International Conference of Ethiopian Studies. Abstracts. Addis-Ababa, 1991.
10Déribéré P.t Déribéré M. L’Ethiopia, berceau de l’humanité. P., 1972.
11 Коростовцев MA. Введение // Искусство народов Африки. M., 1975. С. 8.
,2Scinces et Philoslphie. Textes 1960-1986. Dakar, 2007.
lllllllllllllllllll 400 lllllllllllllllllll


же была переиздана его работа «Древность негрских цивилизаций. Миф или реальность?». Его издатели подчеркивали, что несмотря на уязвимость для критики, идеи Диопа сохраняют свою ценность и имеют целью, во-первых, облегчить африканцам переход от «племенного» сознания к национальному; во- вторых, помочь им войти в атомный век без «фатальной культурной агрессии»; в-третьих, показать пути и средства для воплощения в жизнь культурного единства Африки.
Диоп остается гордостью не только Сенегала, но и всей Африки. Его имя носит авеню в Дакаре и крупнейший в Западной Африке Дакарский университет. А в США целый ряд ученых- афроамериканцев считает себя «дио- пийцами», прямыми последователями его афроцентризма (наиболее известный из них - Молефе Кете Асанте). Работы Шейха Анты Диопа входят в список обязательной литературы для студентов- афроамериканцев, занимающихся гуманитарными науками.
Э.С. Львова
Сочинения Шейха Анты Диопа
Nations nègres et culture. P., 1955.
Apports et perspectives culturels de l’Afrique // Présence africaine. 1956. N 8-10.
L’Unité culturelle de l’Afrique Noire, domains du patriarchal et du matriarchat dans l’antiquité classique. P., 1959.
L’Afrique Noire précoloniale. Etude comparé des systèmes politiques et sociaux de l’Europe et de l’Afrique Noire, de l’antiquité à la formation des Etats modernes. P., 1960.
Histoire primitive de l’humanité: évolution du monde noir // BIFAN. 1962. T. 24. Ser. B. №3-4.
Antériorité des civilizations nègres: mythe ou vérité historique? P., 1967.
Le Laboratoire de Radiocarbone de l’IFAN. Dakar, 1968.
Centre de datations de l’IFAN. Datations par la méthode de radiocarbone. Sér. 1 // BI FAN. 1971. T. 33. Sér. B. N 3; T. 34. Sér. 3. N 4.
L’Apparition de Homo sapiens // BIFAN. 1970. T. 32. Sér. B. N 3.
Physique nucléaire et chronologie absolue. Dakar, s.a.
Sciences et Philosophie. Textes 1960-1986. Dakar, 2007.
Origin of the ancient Egyptians // UNESCO General History of Africa. Vol. 2. P., 1981.
Литература
Куббель Л.Е. Доколониальная Африка в трудах Ш.А. Диопа // Советская этнография. 1969. № 4.
Он же. Историческая наука в Верхней Вольте, Гвинее, Камеруне, Конго, Мали, Нигере, Сенегале // Историческая наука в странах Африки. М., 1979.
Львова Э.С. Этнография в странах Западной и Центральной Африки // Этнографическая наука в странах Африки. М., 1988.


Алхаджи Амани ДИОРИ
Alhaji Harnani Dion, 6.ХН.1916 - 23.1 V.1989
H и герс к и ii государстве п н ы й лея - тель, первый президент Республики Нигер в 1960—1971 гг.
Амани Диори родился 16 июня 1916 г. в Суду ре-Карма, деревне в 12 км от Ниамея, административного центра французской колонии Нигер. Его семья принадлежала к народу джерма и исповедовала ислам. Отец Амани был чиновником медицинской службы при колониальной администрации.
Жизненный путь Диори весьма типичен для первого поколения лидеров независимой Африки, вышедших из категории «продвинутых» (évolues) - европейски образованных африканцев: сделав перед Второй мировой войной карьеру в медицине, преподавании или журналистике, в послевоенные годы они активно занялись политикой. Получив начальное образование в региональной школе Ниамея, Диори в 1923 г. поступил в Педагогический коллеж Виктора Балло (Порто-Ново), а по его окончании в 1930 г. за успехи в учебе был направлен в Высшую педагогическую школу Вильяма Понти в Горе (Сенегал). Проработав два года (1936— 1938 гг.) учителем начальных классов в Нигере, он в 1938 г. был приглашен в парижский Институт заморских исследований в качестве преподавателя языков джерма и хауса. По возвращении на родину работал сначала учителем, а затем директором региональной школы в Ниамее.
Предоставление избирательных (хотя и ограниченных) прав африканскому населению французских колоний после Второй мировой войны открыло перед Диори дорогу в политику. В 1916 г. он поддержал проект Феликса Уфуэ- Буаньи по созданию Африканского демократического объединения (АДО) и стал одним из основателей его отделения в Нигере — Нигерской прогрессивной партии (НПП), первой политической партии в истории страны. В том же году (10 ноября) Диори, будучи заместителем председателя НПП, был избран депутатом Национального собрания Франции, где вместе с Уфуэ организовал парламентскую группу под лозунгом эмансипации африканских народов. В 1948 г. он выступил против «плана Маршалла» и Североатлантического пакта.
Уже в те годы Диори продемонстрировал черты, свойственные многим политикам из числа «продвинутых», - прагматизм и идеологическую гибкость. В 1950 г. он поддержал разрыв АДО с компартией Франции. Проиграв кандидатам просоциалистического Нигерского демократического союза (НДС) на июньских выборах 1951 г. во французский парламент и вернувшись к преподаванию, Диори, однако, не оставил политической деятельности. Под его руководством НПП к 1954 г. превратилась из левой партии в правоцентристскую, дистанцировавшись от АДО и наладив контакты с колониальной админпстра- iiiiiitiiiiiiiiiiii чуи IIIIIIIIIIIIIIIHII


цией. 2 января 1956 г. он был вновь избран во французский парламент и в июне 1957 г. стал его вице-председателем. Ди- ори активно поддержал создание Европейского экономического союза и в марте 1958 г. был делегирован представителем от Франции в Ассамблею ЕЭС. Однако в Нигере его умеренная позиция вызвала разочарование у значительной части электората: на выборах в Территориальную ассамблею в 1957 г. НПП потерпела поражение от НДС, лидер которого Джибо Бакари возглавил новый высший орган исполнительной власти колонии - Правительственный совет, созданный в результате административной реформы Гастона Деффера («закон-рамка» от 23 июня 1956 г. ). Д иори пришлось довод ь- ствоваться постом вице-председателя Ассамблеи.
Перед сентябрьским референдумом 1958 г. о судьбе французской колониальной империи конфронтация НПП и НДС достигла пика. Для мобилизации сторонников немедленной независимости Бакари создал Африканское социалистическое движение (АСД), популярное преимущественно среди хауса, которые составляли более 40% населения Нигера. Диори, выступивший за предложение Шарля де Голля о широкой автономии в составе Французского Сообщества, сформировал Союз за франко-африканское сообщество (СЗФАС), опиравшийся в основном на джерма и сонгаев - народы, обитавшие на западе Нигера и занимавшие привилегированное положение в колониальную эпоху. Содействие французских властей и вождей способствовало победе на референдуме автономистов. Этот успех был закреплен на выборах в первый автономный парламент Нигера 4 декабря 1958 г., на которых СЗФАС завоевал 54 мандата из 60 (АСД - только 4). 14 декабря его лидер стал первым премьер-министром автономной Республики Нигер (до 10 ноября 1960 г.).
Уже в первые полтора года своего правления Диори при поддержке Франции установил в Нигере фактически однопартийный авторитарный режим. В начале 1959 г. любые политические митинги были поставлены вне закона; демонстрации сторонников АСД разгонялись силой. Депутатов от АДС лишили права голоса, а в мае 1959 г., после аннулирования итогов выборов по округам Зиндер и Тесава, изгнали из парламента. Были закрыты оппозиционные профсоюзы и установлен контроль над прессой: правительственная пропаганда осуществлялась прежде всего через государственное радио и новосозданный официальный печатный орган «Время Нигера». Оппозиционные партии одна за другой были запрещены, многие их лидеры, в том числе Бакари, эмигрировали.
Закрепившись у власти, Диори в 1959 г. радикально изменил свою прежнюю позицию, приняв на вооружение идею полного государственного самоопределения Нигера. Образовав широкую политическую коалицию элит хауса, фульбе, джерма и сонгаев, он провел референдум за независимость и после провозглашения суверенной Республики Нигер (3 августа 1960 г.) был избран Национальным собранием ее президентом (И ноября 1960 г.).
Конституция Первой республики (8 ноября 1960 г.), частично воспроизводившая американскую модель, наделила президента всей полнотой исполнительной и значительной долей законодательной власти. Диори как президент являлся главой вооруженных сил, позже он занял также посты министров иностранных дел и обороны. Одновременно он был главой правящей и единственной партии, действовавшей по принципу жесткого централизма (с 1959 г. не проводилось ни одного партийного съезда, вся власть находилась в руках Политбюро). В сентябре 1965 г. и в октябре 1970 г. Диори переизбирался президентом на IIIIIIIIHIIIIIIIII / IIIIIIIIHIIIIIIIII


безальтернативной основе, получив в обоих случаях 100% голосов. Парламент превратился в чисто декоративный орган, церемониальное представительство традиционных вождей основных этнических групп, из числа которых составлялись списки кандидатов НПП.
Руководящие государственные и партийные органы формировались по этническому и кланово-семейному принципу. Политбюро НПП и правительство состояли почти исключительно из джерма и сонгаев; в Политбюро не входил ни один представитель хауса или фульбе. Реальные рычаги управления находились в руках небольшой группы, окружавшей президента; самые сильные позиции в ней занимали его советники Бубу Ама и Диамбалла Майга, а также его супруга красавица Аисса.
При Диори пышно расцвели кли- ентелизм и коррупция, разлагавшие государственные институты. Окружение президента активно занималось бизнесом, широко инвестируя в скотоводство и недвижимость. Так, Аисса Диори владела виллами в Плато, самом престижном квартале Ниамея, и сдавала их по высоким ценам иностранным дипломатам и французским специалистам (коо- перантам).
Диори сохранял жесткий контроль над центром страны (район Ниамея), но в то же время не имел возможностей распространить его на сельскую периферию. Он не пытался разрушить политические и социальные структуры нигерской деревни и свести на нет власть традиционной этнической элиты на местах. Аграрная реформа (программа «сельского оживления») - создание кооперативов в целях увеличения производства экспортных культур1 - хотя и не была радикальной (осуществлялась на базе деревенских общин), не имела успеха из- за консерватизма крестьян, особенно в восточных и северных районах.
Режим ориентировался на тесный союз с Францией. Основой военно-политического сотрудничества стал договор об обороне, предоставивший бывшей метрополии право военного вмешательства в случае политического кризиса. В Ниамее был размещен французский гарнизон. Многочисленные французские советники участвовали в строительстве государственных институтов Нигера, в том числе силовых. Особым влиянием на президента пользовался его личный советник по вопросам безопасности француз Жан Коломбани, курировавший президентскую гвардию и спецслужбы. Главными формами экономического сотрудничества были «помощь развитию», поступавшая из французской казны, а также французские частные и государственные инвестиции, игравшие важную роль в нигерской экономике. В Национальной горнорудной компании Нигера, организованной в 1968 г. для добычи урана, французское государство в лице Комиссии по атомной энергии (с 1976 г. - Генеральная компания ядерных материалов) владело почти 30% акций, а частная Французская горнорудная компания - 19,4%1 2.
Военно-политическая поддержка со стороны Парижа и других франкофонных государств Западной Африки позволяла режиму в 1960-х годах успешно справляться с внутриполитическими проблемами. Первое восстание туарегов (1961-1964 гг.), ставшее реакцией на аграрную реформу, было жестоко подавлено с помощью армии соседнего Мали, волнения в армии в конце 1963 г. - с помощью французских войск. После неудачной попытки переворота в 1964 г. 1 См.: Idrissa К. Armée et politique au Niger. Dakar, 2008. P. 165,166.
2 Africa research bulletin: Economie, financial and technical series. T. 30. Oxford, 1993. P. 11364.
iiiiiiiiiiiiiiinn 4?/ iiiiiiiiiiiiiiniii


и покушения на президента в мечети Таиски в Ниамее 13 апреля 1965 г„ за которыми стояло АСД, полицейский кон- 'троль над центром страны был еще более ужесточен. Были сформированы президентская гвардия и тайная полиция.
Внешняя политика всегда оставалась сферой особого интереса Диори. Стремясь стать фигурой международного масштаба, он несколько раз выступал в роли арбитра в крупных межгосударственных и внутриполитических конфликтах. Еще в ноябре 1960 г. Диори попытался наладить диалог между Парижем и Временным правительством Алжира; в конце 1960-х годов он выполнял посредническую миссию между Нигерией и мятежной Биафрой. Президент Нигера был одним из поборников сотрудничества франкоязычных государств и активно участвовал в создании Совета согласия (1959 г.), Общей афро-малагасийской организации (1965 г.), Агентства по культурному и техническому сотрудничеству (1970 г.).
Увлекшись международными делами, Диори гораздо меньше внимания уделял социально-экономическим проблемам. Усилия по модернизации сельского хозяйства посредством умеренного государственного интервенционизма (аграрная реформа, создание специального агентства по развитию экспортного земледелия) не смогли покончить с хозяйственной отсталостью страны и обеспечить повышение жизненного уровня (в среднем ВВП на душу населения возрастал на 0,8% в год).
До конца 1960-х годов экономическая ситуация, тем не менее, оставалась относительно благоприятной, а социально- политические позиции режима - достаточно стабильными. В феврале 1968 г. Диори даже пошел на амнистию политических заключенных. Однако в том же году началось «семилетие засухи» ( 1968-1974 гг.), нанесшее тяжелый удар по нигерской экономике, чей преимущественно аграрный характер делал ее особо уязвимой перед стихийными бедствиями. Бюджетные поступления резко уменьшились, и режим прибег к политике жесткой экономии (сокращение государственных расходов, повышение налогов), сумев удержать инфляцию на уровне 8%. Но эти меры имели негативный социальный эффект, усилив недовольство населения, особенно крестьян (из-за налогового бремени, «съедавшего» около 40% их доходов) и государственных служащих (из-за увольнений и «замораживания» зарплаты). Начало коммерческой добычи урана в районе Арлит в 1970 г. способствовало некоторому улучшению экономического положения страны в 1971-1972 гг. Однако в 1973 г. засуха, достигшая своего апогея, вызвала массовый голод, который унес несколько сотен тысяч жизней (общее число пострадавших дошло до 2 млн)3.
Рост социальной напряженности внутри Нигера совпал с периодом охлаждения отношений с Францией, которая была недовольна политикой исламизации, все активнее проводившейся режимом, военным соглашением с Ливией (1974 г.) и особенно ликвидацией по настоянию Диори французской военной базы в Ниамее (1972 г.); тем самым президент лишился своей главной внешнеполитической опоры. Ему удалось жестокими мерами подавить массовые акции протеста студентов (суд приговорил их лидеров к 10-летнему тюремному заключению), но это не спасло режим. Слухи о расхищении некоторыми министрами международной продовольственной помощи поставили страну на грань социального взрыва. 15 апреля 1974 г. нигерская армия во главе с подполковником Сейни Кунче осуществила государственный переворот, арестовав 3 Time Almanac 2003: With Information Please / Ed. B. Brunner. Boston, 2002. P. 830.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 493 lllllllllllllllllll


Диори и высших функционеров режима; его жена Аисса погибла от шальной пули. Франция, которая после смерти президента Жоржа Помпиду переживала период «междуцарствия», осталась пассивной. Десять лет спустя Диори обвинит Жака Фоккара, главного архитектора африканской политики Парижа, в «попустительстве перевороту»4.
Годы военной диктатуры Диори провел в тюрьме в Зиндере (1974-1980) и под домашним арестом в Ниамее (1980- 1987). После смерти Кунче новый глава государства Али Сейбу освободил его (ноябрь 1987 г.) и позволил ему эмигрировать в Марокко. Умер бывший президент от сердечного приступа в Рабате 23 апреля 1989 г. и был похоронен в Ниамее.
Имя Амани Диори носит международный аэропорт столицы Нигера.
И.В. Кривушин
Литература
Charlick R.B. Niger: Personal Rule and Survival in the Sahel. Boulder; Aidershot, 1991.
Fugelstad F. A History of Niger, 1850-1960. L., 1984.
Lund Ch. Law, Power and Politics in Niger: land struggles and the Rural Code. Hamburg, 1998.
Stoller P. Embodying Colonial Memories: Spirit Possession, Power, and the Hauka in West Africa. N.Y., 1995.
4 Cm.: Pierre P. L’Homme de l’ombre. Eléments d’enquête autour de Jacques Foccart, l’homme le plus mystérieux et le plus puissant de la Ve République. P., 1990. P. 452.


Сэмюэль Каньон ДОУ
Samuel Kanyon Doe, 06.V.1952 - 09.IX.1990
Либерийский военный и политик, президент страны (1980-1990).
Выходец из бедной семьи народа кран. В 1967 г. был вынужден бросить школу по «экономическим причинам». В 1969 г. стал солдатом либерийской армии. Во время военной службы окончил среднюю школу. В 1973 г. получил чин сержанта, в 1979 - старшего сержанта. Прошел в Монровии четырехмесячный курс обучения по программе войск специального назначения армии США. Американские инструкторы характеризовали Доу как «меткого стрелка и умелого бойца в рукопашном бою»1.
Политический дебют Доу был эффектным и кровавым. На рассвете 12 апреля 1980 г. 17 солдат и сержантов из президентской охраны ворвались в резиденцию президента Уильяма Толберта, убили его, 26 охранников и обслуживающих лиц. Командовал заговорщиками Доу. 14 апреля в свое>м первом радиообращении к народу он объяснил переворот неспособностью администрации Толберта эффективно бороться с тотальной коррупцией, нищетой народа и обеспечить соблюдение прав человека. Он заявил о намерении построить «новое общество, где будут царить справедливость, уважение человеческого достоинства, равные возможности, равенство перед законом»1 2. Путь к «светлому будущему» Доу начал с репрессий. 22 апреля 13 ближайших соратников Толберта после короткого суда без адвокатов были расстреляны на пляже в Монровии. Казнь была не только публичной, но и транслировалась по телевидению.
Большинство либерийцев встретили переворот с ликованием, как революцию, которая покончит с господством американо-либерийцев. Так называли потомков освобожденных рабов, вернувшихся в Африку из США. В 1847 г. они основали государство Либерия, где стали наследственной господствующей кастой и проводили в отношении «племен» колониальную политику в худших традициях европейских метрополий. «Политика объединения» президента Уильяма Табмена не сделала всех граждан Либерии равными. Для исконных либерийцев многие каналы вертикальной социальной мобильности оставались закрытыми, американо-либерийцы занимали большинство важнейших государственных постов. Некоторые успехи Табмена в модернизации Либерии и достижении политической стабильности не выдержали проверку временем.
1 Dunn E.D., Tan B.S. Liberia: A National Polity in Transition. Metuchen (NJ.); L., 1988. P. 94.
2 Wonkeryor E.L. Liberia Military Dictatorship: A Fiasco «Revolution». Chicago, 1985. P. 18-23.
iiitiiiiiiiiiiiiiH iiiiiiiiiiiiiiiiiH


При его преемнике Толберте коррупция и непотизм в государственном аппарате достигли скандальных масштабов, падение мировых цен на товары либерийского экспорта привело к снижению валютных поступлений в казну и нарастанию социальных противоречий.
По инициативе Доу для «защиты революции» был создан Совет национального спасения (СНС), наделенный всей полнотой исполнительной и законодательной власти. Большинство его членов составили солдаты и сержанты, исконные либерийцы. Председателем СНС и главой государства как старший по званию был избран 28-летний Доу. Минимально необходимых для политического лидера качеств у старшего сержанта не было, он говорил на плохом английском, был функционально неграмотным. На государственном поприще он и его соратники были дилетантами, действовали интуитивно, не имея целостной программы. Она подменялась лозунгами общего характера вроде «В интересах народа борьба продолжается».
Боролись военные главным образом за собственные привилегии. Военнослужащим было существенно повышено жалованье. Военная верхушка быстро почувствовала вкус власти, не устояла перед соблазном обогащения. Конфискованная у американо-либерийской олигархии собственность перешла не государству, а членам СНС и их приближенным. Они въехали в роскошные особняки, пересели с «Хонд» на «Мерседесы», сменили военный камуфляж на дорогие гражданские костюмы, обзавелись телохранителями и прислугой. Сержанты, вошедшие в СНС, стали генералами, солдаты - полковниками. В августе 1981 г. старшему сержанту Доу было присвоено звание «пятизвездного генерала».
Коррупция в государственном аппарате расцвела пышным цветом. За разрешение вести бизнес чиновники и военные брали взятки деньгами и натурой (особенно популярны были «навороченные» иномарки), получали долю в деле, «откаты». По распоряжению Доу вся имевшаяся в стране лучшая специальная импортная техника была направлена на освоение месторождения алмазов, принадлежавшее его брату. Вскоре оно ежегодно стало приносить многомиллионные прибыли. Доу ездил в бронированном лимузине, летал на личном самолете, владел счетами в иностранных банках, земельными участками в США. Его жена Нэнси оформила на себя четыре дома в Монровии из числа реквизированных у высших функционеров режима Толберта. Народ стал называть СНС (английская аббревиатура PRC) Советом коррупционеров (People Repeating Corruption). «Революция» 1980 г. свелась к замене одной олигархии другой при сохранении старого механизма власти. В Либерии стало популярным выражение: «То же такси, только водитель новый»3.
Военные бесцеремонно вмешивались в работу государственных служб, проталкивали свои решения, которые часто не шли на пользу делу. Вчерашние рядовые упивались властью, творили произвол в отношении гражданских лиц. Член СНС полковник Харрисон Пеннуи пытал должников Банка Либерии, заставляя их платить. У него было хобби - гонять по Монровии на дорогих иномарках, не соблюдая правил. Однажды в августе 1981 менеджер государственной радиостанции ЭЛБС Эдвард Уонкирай- ор имел неосторожность обогнать машину Пеннуи. Полковник приказал своим телохранителям, вооруженным автоматами, вытащить «наглеца» из автомоби-
3 Dunn E.D., Tarr В.S. Ор. cit. P. 96.
III I Il rillllllllll


Ья ii держать его, а сам прилюдно выпо- 1рол ремнем известного журналиста4.
Во внешней политике СНС поначалу отошел от традиционно прозападной ориентации Либерии. Первыми признали режим Доу Ливия и Эфиопия. Первую зарубежную поездку Доу совершил в Эфиопию, весной 1980 г. он рассматривал возможность визита в СССР. В условиях холодной войны руководство США встревожил наметившийся дрейф Либерии в сторону Востока. На либерийской территории были размещены мощный передатчик «Голоса Америки», ретрансляционная станция, обеспечивающая связь Вашингтона почти со всеми американскими посольствами в Африке к югу от Сахары, одна из станций глобальной навигационной системы «Омега» для определения местонахождения кораблей и самолетов. США вложили в экономику Либерии 350 млн долл., предоставили ей крупные займы, там проживало 3,5 тыс. американских граждан5. После получения существенной помощи от США Доу сменил внешнеполитический курс, вернув Либерию в орбиту западного влияния. В середине 1981 г. он закрыл посольство Ливии в Монровии, выслал 9 сотрудников советского посольства, обвинив их в «шпионаже». В сентябре 1982 г. председатель СНС нанес визит в США, который вошел в историю благодаря очередной оговорке президента Рональда Рейгана, назвавшего Доу «председателем Моу»6.
В первую годовщину переворота, 12 апреля 1981 г., Доу пообещал, что до 12 апреля 1985 г. страна вернется к гражданскому демократическому правлению. Для подготовки новой конституции была создана Национальная конституционная комиссия (НСС) во главе с профессором Университета Либерии Амосом Савие- ром, а для ее принятия - Совещательная конституционная ассамблея (САА). В марте 1983 г. проект конституции был опубликован. Он предусматривал создание президентской республики с разделением власти на три независимые ветви - законодательную, исполнительную и судебную. Реакция Доу показала, что отдавать власть он не намерен. Доу требовал увеличения президентских полномочий, выступал за уменьшение 35-летнего возрастного ценза для президента. В апреле 1985 г. ему было бы 33 года, и баллотироваться на выборах он не имел права. Вокруг проекта развернулась острая полемика. Доу оказал неприкрытое давление на НСС, пригрозив арестовать любого ее члена, если он будет вмешиваться в работу САА. В октябре 1983 г. Ассамблея приняла проект основного закона с поправками Доу. Единственное, чего ему не удалось добиться, - снижения возрастного ценза для президента. С этой проблемой Доу справился просто: прибавил себе пару лет. В 1980 г. после переворота было объявлено, что ему 28 лет, но через три года ему стало не 31, а 33 года.
Главной опорой Доу была армия, от нее же исходила и основная опасность, поскольку среди военных нарастало недовольство его политикой. Доу последовательно и безжалостно устранял потенциальных и реальных противников. Не прошло и месяца со дня переворота, как был раскрыт заговор офицеров с целью свержения правительства и убийства членов СНС. В июне 1981 г. в армии обнаружился новый заговор, на этот раз сержантов. Большинство его участников были расстреляны. В августе того же года в попытке переворота был об4 Wonkeryor E.L. Op. cit. Р. 48.
5 Dunn E.D., TarrB.S. Ор. cit. P. 176.
6 President Samuel К. Doe (1980-1990). The Master Sergeant-President // http://www.libe-
riapastandpresent.org/SamuelKDoe.htm
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 47 < iiiiiiiiiiiiiiiiiii


винен второй человек во властной вертикали Либерии - вице-председатель СНС генерал-майор Томас Ве-Сьен. Формальным поводом для его ареста послужило публично высказанное несогласие с единоличным решением Доу закрыть ливийское посольство и выслать 9 советских дипломатов. Ве-Сьен считал, что это противоречит официально провозглашенному курсу «подлинного неприсоединения». Позицию генерала поддержали студенты и четыре офицера, члена СНС. Суд военного трибунала над Ве-Сьеном и четырьмя его «сообщниками» был скорым и закрытым. 13 августа 1981 г. они были приговорены к смертной казни «за измену» и на следующий день забиты дубинками в тюремных камерах7.
Из государственного аппарата удалялись и гражданские лица левых взглядов. В сентябре 1981 г. был отстранен от должности и арестован министр юстиции Чи Чипу. Вскоре был уволен министр иностранных дел Генри Фанбулле. В декабре 1982 г. Доу предоставил полиции право арестовывать тех, кто допускал «политические речи, высказывания или действия», которые могли подорвать стабильность в стране8.
В 1983 г. Доу решил, что пришло время расправиться с генералом Томасом Квивонкпой. Он, в то время сержант, был главным организатором переворота 1980 г., и именно он предложил, чтобы Доу стал главой государства до выборов, «которые надо провести как можно скорее»9. В отличие от Доу и большинства членов СНС он не был замечен в коррупции, жил в маленькой квартире в казармах, продолжал носить военную форму, ездил на казенном джипе и стал символом провозглашенных, но преданных забвению идеалов революции, направленной против американо- либерийцев. Квивонкпа хорошо проявил себя как командующий армией, восстановил в ней дисциплину. Он последовательно добивался возвращения страны к гражданскому правлению до 12 апреля 1985 г., как обещал Доу, и проведения демократических выборов. Случись такие выборы, и у Доу было мало шансов получить больше голосов, чем авторитетный в армии и популярный в разных слоях общества Квивонкпа.
16 октября 1983 г. Доу снял Квивонк- пу с поста командующего армией, назначив его на специально созданную должность генерального секретаря СНС. Ему предложили фешенебельный особняк и роскошную машину. Генерал отказался, и Доу вывел его из состава СНС. Реакция общества на снятие Квивонкпы показала, что его поддерживает большинство либерийцев. Вожди и старейшины в специальном обращении к Доу потребовали восстановить генерала на всех постах. За несколько дней Квивонкпу посетили сотни человек, среди них военные, высокопоставленные государственные служащие. Его доверенные лица провели переговоры с советским послом А. Улановым. Послу был задан прямой вопрос, поддержит ли правительство СССР Квивонкпу в случае, если он «сочтет необходимым провести полномасштабную военную акцию по свержению Доу». Уланов ответил, что его страна охотно сотрудничала бы с Квивонкпой как с руководителем Либерии, но не будет вмешиваться в ее внутренние дела10. 4 ноября Доу заявил, что любой государственный служащий, встретившийся с 7 Wonkeryor E.L. Op. cit. Р. 65, 66.
8 Ibid. Р. 58.
9 Johnson Е. Liberia: Gen. Quiponkwa’s Death Hunted Doe’s Administration // http://www. allafrica.com
10 Wonkeryor E.L. Op. cit. P. 88.
Illllllllllllllllli linitlllllllllllll


опальным генералом, получит три года тюрьмы. Квивонкпа попросил убежища в посольстве Ганы, но ему отказали. Опасаясь за свою жизнь, он тайно перебрался в Кот-д’Ивуар, откуда выехал в США.
После исчезновения Квивонкпы Доу обрушил репрессии против его сторонников. 21 ноября были арестованы 12 военных и 7 гражданских лиц. Их обвинили в заговоре, который «поддержало иностранное посольство, предоставившее заговорщикам деньги, оружие и наркотики». Послу СССР и поверенному в делах Ганы было предложено в течение 48 часов покинуть Либерию за «действия, несовместимые с их статусом». После высылки советского посла СССР и Либерия закрыли свои посольства соответственно в Монровии и Москве и заморозили двусторонние отношения.
Настоящая карательная операция была проведена в графстве Нимба, откуда был родом Квивонкпа. Головорезы Доу насиловали женщин, грабили дома, публично пороли невинных людей. Заподозренных в сочувствии к Квипонкпе военных, вождей, политиков, интеллектуалов пытали и расстреливали без суда и следствия. «Рейд в Нимбу» посеял семена вражды между народностями гио (к ней принадлежал Квивонкпа) и кран. Вскоре они дали кровавые всходы.
Первоначально в СНС были более или менее пропорционально представлены все крупные народности Либерии за исключением американо-либерийцев. По мере того как Доу укреплял единоличную власть, его режим становился этнократическим. На важные и «хлебные» должности назначались кран, им отдавались наиболее прибыльные сферы бизнеса.
Доу планировал сохранить власть СНС после 1985 г. В начале 1984 г. он заявил, что на проведение выборов и другие процедуры, необходимые для перехода к гражданскому правлению, нет денег. Либерийцы начали сбор пожертвований для выполнения переходной программы. США выделили на эти цели 350 тыс. долл., ФРГ - 30 тыс. долл. Доу утверждал, что средств все равно не хватает. И только когда США пригрозили приостановкой всех видов помощи, он пошел на попятную11. Он выбрал проторенный в Африке путь «гражданизации» военных лидеров, превращения их в гражданских руководителей путем создания политической партии, которая во что бы то ни стало должна победить на выборах.
Что выборы вряд ли будут честными, стало ясно по итогам референдума о новой конституции, состоявшегося 3 июля 1984 г. Когда после подсчета голосов выяснилось, что до необходимых двух третей «за» не хватило более 145 тыс. голосов, власти пошли на грубую фальсификацию. Ссылаясь на ошибку избирательной комиссии, они сообщили, что избирательным правом обладало на 300 тыс. либерийцев меньше, чем было объявлено ранее, и, следовательно, конституция считается принятой11 12.
26 июля 1984 г. была разрешена деятельность политических партий. Возникло И политических объединений, 7 из них трансформировались в партии. Созданная Доу Национально-демократическая партия (НДП) была в привилегированном положении, на ее кампанию работали СМИ, государственный аппарат. Доу использовал административный ресурс не только открыто, а даже демонстративно. Его выдвижение кандидатом в президенты было одобрено вождями. Их собрали в отремонтированном Доме приемов и разместили в комфортабельных номерах, где стояли набитые спиртным холодильники, редкие тогда видеомагнитофоны. Все расходы на это 11 Ibid. Р. 186,187.
12 Френкель М.Ю. История Либерии в новое и новейшее время. М., 1999. С. 242.
iiiiiiiiiitiiiiiiii чуу IIIIIIIIHIIIIIIIII


мероприятие финансировались из государственного бюджета13. Доу узурпировал пост президента еще до выборов. Он распустил СНС, назначил себя председателем Национальной переходной ассамблеи и сформировал правительство.
Наибольшую опасность для Доу представляли две влиятельные партии левого толка - Народная партия Либерии (НПЛ) и Объединенная народная партия (ОНП). Против них власть повела открытую войну. Доу потребовал, чтобы все государственные служащие, которые намерены баллотироваться на выборные должности, ушли в отставку. Стоило лидеру НПЛ А. Савиеру заявить, что Доу «самому следует это сделать в первую очередь», как он был арестован и обвинен в «измене» 19 августа 1984 г. 22 августа студенты Университета Либерии вышли на мирную демонстрацию с требованием освободить профессора. По приказу Доу войска штурмом взяли университетский кампус, убив 50 и ранив более 400 человек14. Под международным давлением власти выпустили Савиера, но его партия была отстранена от выборов. Та же участь постигла ОПЛ.
Из четырех оставшихся партий реальной оппозиционной силой была только Либерийская партия действия (ЛПД). Ее лидер Джексон Доу родственных связей с Сэмюэлем Доу не имел, был гио по этнической принадлежности. Две другие партии - Партия единства (ПЕ) и Партия объединения Либерии (ПОЛ) - получали финансовую поддержку от правительства.
Прошедшие 15 октября президентские и парламентские выборы могут служить образцом фальсификаций итогов голосования даже для Африки. Несмотря на многочисленные подтасовки в пользу НДП, предварительные результаты выборов показали, что президентом избран Д. Доу, а его партия выиграла парламентские выборы. Тогда С. Доу распорядился доставить все бюллетени в столицу, где назначенный им комитет по подсчету голосов, неконституционный орган, произвел пересчет и выдал искомые для властей результаты: С. Доу получил 51,5% голосов, Д. Доу - 26,45%. У НДП оказалось 21 из 26 мест в сенате и 51 из 64 мест в палате представителей15. Международные наблюдатели и правозащитные организации оценили выборы как «мошеннические», их результаты отказалась признать оппозиция, объявившая бойкот работе Законодательного собрания. Власти США итоги выборов признали, Госдепартамент заявил, что «по африканским стандартам выборы были не такими уж плохими»16.
Вскоре после выборов генерал Кви- вонкпа предпринял попытку переворота. С небольшим отрядом он проник из Сьерра-Леоне в Либерию, где в графстве Нимба к нему присоединились многочисленные сторонники. 12 ноября 1985 г. они вошли в Монровию, захватили радиостанцию и объявили о свержении Доу. Народ встретил эту новость с ликованием, толпы вышли на улицы, распевая песни. Мятежники промедлили со штурмом президентского дворца, Доу успел связаться с верными частями, которые подавили выступление. «Власть снова у меня», - заявил Доу по радио. По не успевшей рассеяться толпе у пре13 Wonkeryor E.L. Op. cit. Р. 202, 203.
14 Ibid. Р. 206.
15 http:// www.proekt-wms.narod.ru/states/liberia.htm
16 U.S. House of Representatives, Subcommittee on Africa of the Committee on Foreign Affairs, 101st Congress, 2nd Session, Hearing on U.S. Policy and the Crisis in Liberia, 19 June 1990 // Cambridge International Documents Series. Vol. 6. Regional Peace-keeping and International Enforcement: the Liberian Crisis. Cambridge, 1994. P. 45.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii JVV iiiiiiiiiiiiiiiiiii


зидентского дворца был открыт пулеметный огонь, сотни человек были убиты. Квивонкпа был захвачен, его жестоко пытали, обезглавили и выставили обезображенный труп на всеобщее обозрение.
Доу не преминул воспользоваться возможностью разделаться с оппозицией. Ее лидеры были арестованы. Армия и государственный аппарат были очищены от гио и мано. Укомплектованные кран военные части были направлены в Нимбу, где вели себя как жестокие оккупанты: убивали заподозренных в симпатиях к Квивонкпе, кастрировали мужчин, насиловали женщин, грабили и жгли деревни гио и мано.
6 января 1986 г. Доу вступил в должность президента. В инаугурационной речи он изложил свое видение Второй республики: «Я вижу ее как государство, где нет места конфликтам между племенами. Я вижу ее как государство, где все честно зарабатывают себе на жизнь, где честность и добросовестность являются высшими стандартами. Но прежде всего я вижу Новую республику как государство, где нет лжи, сплетен и злонамеренных домыслов, которые часто были причиной раздоров»17.
Реальность оказалась совсем иной, чем эта идиллия. Во Второй республике продолжилась «политика одного племени». От этнической принадлежности либерийца зависел его статус, благосостояние, возможности получить образование и работу, доступ к каналам вертикальной социальной мобильности. Кран были явно в привилегированном положении. Составляя менее 5% либерийцев, они занимали треть постов в правительстве, ключевые посты в армии, полиции, службе безопасности18. Малочисленность кран вынудила Доу создать еще одну клиен- телу на этнической основе. Он стал покровительствовать мандинго. Торговцы и ростовщики, они жили в Либерии довольно замкнутой диаспорой и считались среди исконных либерийцев чужаками19. Вражда между кран и другими этническими группами, прежде всего гио, мано и американо-либерийцами, нарастала.
Вторая республика осталась режимом единоличной власти Доу, где оппозиция жестоко подавлялась, где царили произвол и беззаконие.
В годы правления Доу экономика страны пришла в упадок. Из-за падения мировых цен на основные продукты либерийского экспорта поступления в бюджет от внешней торговли снизились. Традиционный сектор экономики - выращивание кассавы и риса для внутреннего потребления - деградировал. Либерия была вынуждена закупать все больше продовольствия. В 1985 г. по сравнению с 1980 г. ВВП упал на 25%20. Спад был следствием не только ухудшения мировой конъюнктуры, но и непомерных трат режима Доу. Резко возросли расходы на содержание разбухшего государственного аппарата, треть бюджета расходовалась на армию и полицию. Огромные средства съедали государственные предприятия, нерентабельные из-за того, что назначения на руководящие должности делались исходя не из профессионализма, а из этнической принадлежности или личной преданности Доу21.
Остановить падение экономики не помогли четыре стабилизационные программы, разработанные МВФ, и массированная внешняя помощь. При Доу 17 Цит. по: Dunn Е., Tarr В. Op. cit. Р. 122.
18 Ibid. Р. 199, 200.
19 Ellis S. Liberia 1989-1994. A Study of Ethnic and Spiritual Violence // African Affairs. 1995. Vol. 94. № 375. P. 179.
20 Френкель М.Ю. Указ. соч. С. 237.
21 Dunn E., Tarr В. Ор. cit. P. 125-131.
lUllltllltlilillli Pl// ■riiiiiiitiiiiiim


Либерия стала банкротом. Выплачивать проценты по долгам страна оказалась не в состоянии. В 1985 г. Парижский клуб предложил компромисс: на обслуживание внешнего долга должна тратиться треть доходов от экспорта. Доу отверг это предложение, и международные финансовые институты прекратили оказывать помощь Либерии22.
Спасательный круг режиму Доу бросили США. В 1980-1990 гг. Либерия получила 500 млн долл, американской помощи, из расчета на душу населения больше, чем другие страны Африки23. На жизненном уровне народа это позитивно не отразилось. Доход среднего либерийца составлял менее 1 долл, в день, медицинская помощь для большинства была недоступна, система образования развалилась. Все это происходило на фоне тотальной коррупции, показной роскоши и произвола правящей верхушки. Доу оказывался все в большей изоляции. Его отставки требовали профсоюзы, студенческие и женские организации, протестантская церковь. Под давлением США он в 1990 г. согласился провести досрочные выборы и не выдвигать свою кандидатуру на пост президента.
Мирно уйти Доу не удалось. В декабре 1989 г. Национально-патриотический фронт Либерии (НПФЛ) потребовал немедленной отставки Доу и начал военные действия против правительственных войск.
Лидер НПФЛ Чарльз Тейлор поддержал переворот 1980 г. Благодаря родству жены с генералом Квивонкпой он получил чин майора и руководящую должность в агентстве, которое занималось закупками оборудования и материалов для всех правительственных учреждений Либерии, распоряжалось значительными средствами из государственного бюджета. Тейлор неплохо зарабатывал на комиссионных и часто путал свой карман с государственным, считался одним из самых коррумпированных высокопоставленных чиновников24. От суда его спасало личное покровительство Доу. Когда в мае 1983 г. у Доу обострились отношения с Квивонкпой, Тейлор счел за благо тайно выехать из Либерии. Он обосновался в США, где был арестован по запросу властей Либерии, обвинивших его в хищении около 1 млн долл. Доу потребовал его выдачи. В 1985 г. Тейлор совершил дерзкий побег из тюрьмы строгого режима под Бостоном и вскоре объявился в Африке.
Для борьбы против режима Доу Тейлору удалось заручиться поддержкой стран разной ориентации, «невероятного трио», - Буркина Фасо, Кот-д’Ивуара и Ливии. Сначала он поселился в Аккре, где через посла Буркина Фасо установил контакты с Томасом Санкарой. Тот разрешил Тейлору готовить бойцов на территории своей страны. Они и помогли свергнуть Санкару в 1987 г., так что новый правитель Буркина Фасо Блэз Ком- паоре был Тейлору обязан. У Компаоре, как и у Санкары, были тесные отношения с Ливией, которая после неудач в Чаде искала способы усиления своего влияния в Западной Африке. В 1987-1988 гг. сторонники Тейлора прошли военную подготовку в Ливии. Силы для свержения Доу сосредоточились в Кот-д’Ивуаре25.
24 декабря 1989 г. отряд Тейлора численностью около 500 человек вторгся в либерийское графство Нимба из Кот- 22 Ibid. Р. 139.
23 U.S. House of Representatives... // Regional Peace-keeping... P. 43.
24 Wonkeryor E.L Op. cit. P. 166,167.
25 У президента Феликса Уфуэ-Буаньи с либерийским диктатором были личные счеты: среди расстрелянных после переворота 1980 г. был сын президента Толберта, который был женат на приемной дочери ивуарийского лидера. Кот-д’Ивуар стал пристанищем для либерий-
IIIIIIIIIIIIIIIIHI lllllllllllllllllll


д’Ивуара и атаковал пограничные посты* 26. Тейлор заявил, что цель НПФЛ - свергнуть существующий режим, а «хороший Доу - мертвый Доу»27. Вскоре под ударами армии Доу малочисленные сторонники Тейлора оказались на грани разгрома. Положение изменилось после того, как в мае 1990 г. правительственные войска провели очередную кровавую карательную операцию против гио и мано. Силы Тейлора пополнились тысячами желающих поквитаться за убитых родных и близких. Тейлор применил страшное и подлое «новшество» — сформировал отряды из 10-15-летних детей, преимущественно сирот, превратив их с помощью идеологической обработки и наркотиков в бездумных исполнителей своей воли, «универсальных солдат». Тейлор использовал любые методы для укрепления своей власти в НПФЛ, по его приказу был убит Джексон Доу, реальный победитель на президентских выборах 1985 г. В ответ на бесчинства головорезов С. Доу отряды Тейлора так же жестоко расправлялись с кран и мандин- го. Силы НПФЛ перешли в наступление и в июле 1990 г. вошли в Монровию.
Кровопролитная гражданская война в Либерии привлекла внимание мирового сообщества. США стремились не допустить перехода своего давнего стратегического союзника Либерии в орбиту влияния Франции. В случае победы Тейлора такой вариант был более чем вероятен: его поддерживали франкофонные государства Западной Африки.
США вывели на сцену, где разыгрывалась либерийская трагедия, нового игрока. Когда победа над Доу была близка, в НПФЛ произошел раскол, от него отделился Независимый национальнопатриотический фронт (ННПФ) во главе с Принсом Джонсоном. Он был гио, прошел военную подготовку в США, ранее занимал должность адъютанта генерала Квивонкпы, имел репутацию психически неуравновешенного человека, склонного к злоупотреблению алкоголем. Бои за столицу вели три силы: остатки армии Доу, отряды НПФЛ под командованием Тейлора и формирования Джонсона. Город и жителей они не жалели, не считались с законами и моральными нормами. Были выведены из строя водопровод, электроснабжение, связь, опустошены и разгромлены магазины и больницы, основная часть населения покинула город. Солдаты Тейлора разграбили посольства Нигерии и Гвинеи, люди Доу напали на миссию ООН и лютеранскую церковь, сотни скрывавшихся там мирных граждан были убиты28. На прямое вмешательство в Либерии США не пошли. 3 августа 1990 г. 200 морских пехотинцев высадились в Монровии, но только для того, чтобы эвакуировать американских граждан29.
7 августа 1990 г. Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС) призвало все стороны либерийского конфликта немедленно прекратить огонь и образовало Вооруженные цев, бежавших от террора Доу, главным образом американо-либерийцев, гио и мано. Тейлор, сын американо-либерийца и женщины из народности гола, сумел сплотить их на платформе борьбы против диктатора (Ellis S. Op. cit. Р. 180-182).
26 Report: Liberian President Says «Dissidents» Infiltrated From Cote d’Ivoire, 30 December 1989 // Regional Peace-keeping... P. 32.
27 Liberia’s Uneasy Peace. A Profile of Charles Taylor // http://www.pbs.org/newshour/bb/ africa/taylor-bio.html
28 IRC Report, Liberia: Terrible Human Tragedy, 1990 // Regional Peace-keeping... P. 122.
29 Report: Taylor Opposes Foreign Intervention; U.S. Marines to Rescue U.S. Nationals, 3 August 1990 // Ibid. P. 64.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


силы для прекращения войны в Либерии (ЭКОМОГ). Их наделили полномочиями «вести боевые действия для обеспечения прекращения огня, восстановления закона и порядка и проведения в Либерии свободных и честных выборов»30. До выборов предусматривалось создание «представительного временного правительства». Его не могли возглавить «лидеры враждующих сторон», т. е. Доу, Тейлор и Джонсон. Руководитель временного правительства не имел права выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах, которые были намечены на октябрь 1991 г.31
Вооруженного вмешательства в либерийский конфликт наиболее решительно добивалась Нигерия, которая с помощью США стремилась утвердиться в качестве доминирующей в Западной Африке державы. Франкофонные государства, в частности Бенин, Буркина- Фасо, Кот-д’Ивуар, Сенегал, Того занимали более сдержанную позицию. Франция держалась пассивно. США предоставили ЭКОМОГ транспорт, средства связи, продовольствие32.
23 августа 1990 г. войска ЭКОМОГ численностью 3 тыс. человек, в основном нигерийцев, были введены в Монровию. Доу и Джонсон приветствовали этот шаг, Тейлор призвал международное сообщество «уважать суверенитет Либерии» и объявил «всеобщую мобилизацию для борьбы против любой иностранной интервенции»33.
9 сентября 1990 г. по инициативе Джонсона и при посредничестве ЭКОМОГ была организована его встреча с Доу. Около штаб-квартиры ЭКОМОГ кортеж президента попал в устроенную Джонсоном засаду. Было убито 64 человека из охраны Доу. Сам он, раненный в ноги, был захвачен в плен и доставлен на базу НН ПФ в поселке Колдуэлл близ Монровии34. Там Доу долго подвергали издевательствам и пытали. Подручные Джонсона помочились на него, сорвали с шеи амулеты, избили ногами, раздробили гениталии, отрезали уши. Сам «босо сидел в кресле, пил пиво и задавал вопросы. Истекая кровью, Доу называл номера банковских счетов, где хранились его деньги, адреса по которым скрывались родственники. Потом его пристрелили. Вся эта жуткая сцена была запечатлена на видеокассетах, которые Джонсон не без гордости демонстрировал посетителям своей штаб-квартиры. Видеозапись пыток и убийства Доу была выложена в Интернете, пиратские копии видеокассет и сейчас можно купить на рынках Монровии. Останки Доу в течение нескольких дней были выставлены на всеобщее обозрение, а затем захоронены недалеко от рынка Колдуэлла35.
Гибель Доу не разрядила обстановку в Либерии. Джонсон и Тейлор объ30 ECOWAS Standing Mediation Committee, Decision A/DEC. 1/8/90, on the Cease-fire and Establishment of an ECOWAS Cease-fire Monitoring Group for Liberia. Banjul, Republic of Gambia, 7 August 1990 // Ibid. P. 67-69.
31 ECOWAS Standing Mediation Committee, Decision A/Dec.2/8/90, on the Constitution of an Interim Government in the Republic of Liberia. Banjul, 7 August 1990 // Ibid. P. 69,70. ,
32 Майоров M.B. С миссией мира в Либерии // Африка в воспоминаниях ветеранов дипломатической службы. М., 2001.2 (5). С. 168.
33 Report: Taylor Opposes Foreign Intervention. P. 63.
34 Report: President Samuel Doe Wounded and Captured by Prince Johnson’s Forces, 9 September 1990 // Regional Peace-keeping... P 97.
35 Энциклопедия смерти. Сэмьюэль Каньон Доу // http://www.xx.lipetsk.ru/xx_21_05_09. shtml; Liberia: How Samuel Doe Was Killed // http://allafrica.com/stories/200804090610.html; Ellis S. Op. cit. P. 192.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


явили - каждый себя - президентом. Силы ЭКОМОГ были втянуты в боевые действия и стали третьей стороной конфликта. Он принял затяжной, тупиковый характер. На долгие семь лет в стране воцарились насилие, хаос, анархия. Государственная власть перестала существовать, социальная инфраструктура была уничтожена. Гражданская война унесла 150 тыс. жизней, 700 тыс. либерийцев стали беженцами36.
Сэмюэль Доу, как и другие диктаторы, руководствовался двумя главными мотивами: удержать власть и наслаждаться властью. Его диктаторский «бренд» - репрессии, коррупция, трайбализм, непотизм, циничная демагогия и пренебрежение к правам человека - не был для Африки оригинальным.
С.В. Мазов
Литература
Френкель М.Ю. История Либерии в новое и новейшее время. М., 1999.
Dunn E.D., Tarr B.S. Liberia: A National Polity in Transition. Metuchen, (N.J.); L., 1988.
Wonkeryor E.L. Liberia Military Dictatorship: A Fiasco «Revolution». Chicago, 1985.
36 Френкель М.Ю. Указ. соч. С. 267, 268.


Уильям ДЮБУА
William Edward Burghardt Du Bois, 23.11.1868-27.VIII.1963
Крупнейший афроамериканский историк, писатель, общественный деятель.
Многие могли бы позавидовать Уильяму Дюбуа: вплоть до своей кончины в 1963 г. он сохранял ясный ум, работоспособность, неослабный интерес к происходившему в мире. И это в 95 лет! Но еще больше могут завидовать этому исследователю профессиональные историки, каким бы разделом истории, какими бы явлениями или периодами они ни занимались. Этот крупнейший афроамериканский ученый, публицист и общественный деятель соединил своей жизнью бурные годы последней четверти XIX в. в истории своего отечества - США и еще более динамичные 60-е годы XX в. в истории своей исторической родины - Африки. На этом пути у него были многочисленные удачи и периоды забвения, он был гоним властями и становился влиятельным собеседником и советчиком руководителей многих государств. Но при любых переменах, на всем протяжении своей долгой и необыкновенно активной жизни он оставался неизменно верен своей главной цели - освобождению родины своих предков и своих братьев по крови - африканцев. Под освобождением он понимал не только и не столько формальную независимость, как бы важна она ни была. Для У. Дюбуа было важно освободить знание об Африке от догм и заблуждений, накапливавшихся столетиями. Он стремился не только к формальному равноправию народов африканского происхождения, где бы они ни находились, с другими народами, с представителями других рас. Для него было необходимо создать равные условия для всех рас в изучении прошлого, анализе настоящего, планировании будущего.
Уильям Эдвард Бургхардт Дюбуа родился в штате Массачусетс 23 февраля 1868 г. в семье мелких фермеров- арендаторов. Рос в неполной семье, и только помощь родственников со стороны матери дала ему возможность окончить среднюю школу - первому в роду Бургхардтов. В составленной из биографических очерков разных лет книге «Воспоминания»’ У. Дюбуа подробно проследил свою родословную. Каждая ссылка на связь с Западной Африкой, народам 11 ба нту, гу re 11 отам и -11 ересе.чепцам и из Фландрии (отсюда французская фамилия предков по линии отца) снабжена оговорками «но-видимому», что не позволяет исчерпывающе характеризовать этническую принадлежность У. Дюбуа. Сам он всегда считал себя потомком пленников, захваченных на далеком африканском континенте, но подчеркивал, что его предки никогда не были рабами 1 Дюбуа У.Э.Б. Воспоминания. М,. 1962. С. 520.
IIIIIIIIIDIillllli JUI) HHiiiiiiiiiimii


в США. «Никакой дискриминации по цвету кожи нет - все зависит от способностей и трудолюбия»2, - утверждал У. Дюбуа, характеризуя обстановку в Новой Англии и время, когда ему пришлось приобретать жизненный опыт и зарабатывать на продолжение учебы. Единственный чернокожий выпускник школы в 1884 г., У. Дюбуа получил неожиданную финансовую поддержку - должность табельщика на строительстве. Как подающий большие надежды юноша, лишенный семьи (его мать умерла в год выпуска), Дюбуа получил также стипендию нескольких местных церквей для продолжения учебы в Университете Фиска - одном из немногих университетов, открытых специально для черных студентов в 1866 г. в штате Теннеси сразу же после завершения Гражданской войны. По сути это было первое соприкосновение Дюбуа с реалиями американского Юга: до своего переезда в Нашвилл Дюбуа никогда не общался по-настоящему с миром американских негров, к тому же сам он был достаточно светлокожим афроамериканцем и его не всегда принимали за негра.
Поступив сразу на второй курс, Дюбуа быстро выдвинулся в число признанных лидеров студенческого сообщества, обрел уверенность в себе после прохождения педагогической практики в сельских школах и в 1888 г. сумел убедить своих благотворителей поддержать его еще раз для поступления в Гарвардский университет. Среди студентов в то время было очень немного негров. Дюбуа имел прекрасные характеристики попечителей - он был принят и уже через два года получил степень бакалавра философии. Амбиции его возрастали, тематика научных интересов расширялась, его по- настоящему волновали теперь проблемы расового превосходства, история трансатлантической африканской работорговли. Настойчивость и репутация блестящего оратора позволили ему не только получить стипендию для аспирантских занятий (по теме об отмене работорговли в Америке), но и убедить новых благотворителей отправить его в Германию для завершения образования. В период с 1892 по 1894 г. Дюбуа учился в Берлинском университете и много путешествовал по Европе. Именно тогда он познакомился с проблемами национальных движений в Австро-Венгрии, обратил внимание на призывы сторонников пангерманизма, осознал значительный провинциализм университетского образования в США по сравнению с европейским. Поиски работы по возвращении на родину привели Дюбуа в Уилберфорский университет, принадлежавший Американской методистской церкви, представлявшей в то время крупнейшую общественную организацию американских негров. Недолгая работа преподавателем классических языков завершилась переходом в Пенсильванский университет в Филадельфии, где Дюбуа впервые занялся системным изучением положения негритянского общества. Именно это социологическое исследование - «Негры Филадельфии» (1899) принесло известность У. Дюбуа, позволило ему продвинуться по научной лестнице: получить профессуру в Атлантском университете и стать в глазах соплеменников экспертом в вопросах борьбы с расовой дискриминацией. Большое значение имело и то, что первую свою докторскую степень по истории Дюбуа получил в Гарварде, став первым защитившимся там негром.
В последующий период вплоть до 1910 г. Дюбуа активно публиковался в негритянской прессе, приобретающей значительное влияние, начал проявлять все больший интерес к развитию ситуации в африканских колониях. На Всемирной выставке в Париже в 1900 г.
2 Там же. С. 88.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii >(// iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Дюбуа организовал большую экспозицию, посвященную жизни афроамериканского общества. Он был вынужден вступить в полемику с основателем и руководителем Промышленного колледжа для негров в г. Таскиги Букером Вашингтоном. Этот наиболее авторитетный в то время негритянский общественный деятель, консультант нескольких президентов США по «негритянскому вопросу», был убежденным противником любой активности, направленной на преодоление расовой дискриминации. Залогом достижения негритянским населением равных с белыми возможностей он считал постепенное увеличение численности и упрочение положения зажиточного черного среднего класса, но никак не политическую борьбу или выдвижение каких-либо радикальных требований. В противовес Б. Вашингтону и его влиятельным последователям Дюбуа и его сторонники в основанном в 1905 г. движении черных радикалов «Ниагара» стремились своей деятельностью способствовать появлению так называемых «верхних десяти тысяч» - прослойки образованных негров, способных сплотить негритянское сообщество для отстаивания гражданских свобод3.
Массовое переселение негров из штатов Юга в промышленные центры Севера США, продолжавшееся всю последнюю четверть XIX столетия, привело к серьезным переменам в их положении в американском обществе. Усилилась расовая конфронтация, социальная напряженность, негры все в большей степени стали осознавать как свою незащищенность, так и преимущества совместных действий. В этих условиях У. Дюбуа полностью переключается на общественную и публицистическую деятельность, становится единственным черным членом руководства новой организации, созданной для поиска расового компромисса, - Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения. С 1910 по 1935 г. он возглавляет печатный орган НАСПЦН журнал «Крайсис», постепенно доведя его тираж с 1000 до 100 тыс. в 1920 г. Положение главного редактора заставляет Дюбуа внимательнее отнестись к тем проблемам, которые все активнее обсуждаются в научных и благотворительных кругах за пределами США. В 1911 г. он участвует во Всемирном расовом конгрессе в Лондоне. На этом важном международном форуме он ближе знакомится с проблемами Африки, устанавливает контакты с европейскими общественными организациями. К этому же времени относится и стремление Дюбуа наладить связь с Социалистической партией США, членом которой он был в 1911-1912 гг.
Попытка отойти от политики изоляционизма, предпринятая американским правительством президента В. Вильсона накануне завершения Первой мировой войны, увлекает У. Дюбуа. Он устремляется в Париж, для того чтобы по поручению НАСПЦН собрать в кулуарах мирной конференции группу единомышленников, выступающих за предоставление возможности народам бывших африканских колоний побежденной Германии самим распоряжаться своей судьбой. Несмотря на то что в армию У. Дюбуа не был призван по состоянию здоровья, он получает от правительства США и американского армейского командования в Европе самую широкую поддержку и непосредственную помощь в созыве представительного совещания сторонников идеи совместных действий африканцев и американских негров. Эта встреча получает название Панафрн- 3 Впервые У. Дюбуа сформулировал этот принцип в статье 1903 г. «Души черного народа», включенной в вышедшую в том же году одну из наиболее известных книг Дюбуа, названную по заголовку статьи.
IIIIIIIIIIIIIIIHII JUO IIIIIIIIIIIIIIIHII


канского конгресса, поскольку идея панафриканской солидарности уже давно, с 1900 г., присутствует в общественном сознании народов африканского происхождения.
Автором призыва к солидарности африканцев и представителей африканской диаспоры но разные стороны Атлантики, включая выходцев из Африки и Вест- Индии в Великобритании, был тринидад- ский адвокат Генри Сильвестр-Уильямс, сумевший провести Панафриканскую конференцию в Лондоне на рубеже веков. Дюбуа использует вполне привычное понятие-лозунг «панафриканизм», заручается очень важной поддержкой единственного черного французского парламентария из Сенегала Блеза Дианя, и немногочисленные представители африканских колоний получают возможность в 1919 г. обсудить перспективы своего развития в условиях новых принципов послевоенного переустройства мира4. Последовавшие за этим три конгресса (1921,1923 и 1927) укрепили позиции У. Дюбуа среди сторонников панафриканизма, но он так и не сумел создать полнокровной организации и разработать стратегию действий представителей народов африканского происхождения. Панафриканизм остался лозунгом, призывом к совместным действиям. Сам Дюбуа, отстаивая авторство и приоритет в создании панафриканского движения, был совершено не знаком с реальным положением дел в Африке, в которой он побывал первый раз только в 1926 г. (в Либерии). После 1927 г. панафриканизм перестает по-настоящему занимать его.
В межвоенное двадцатилетие Дюбуа, теперь уже заслуженный и авторитетный эксперт по расовым вопросам, занят в основном публицистической и исследовательской деятельностью.
В огромном исследовательском и литературном наследии Дюбуа - сотни статей, десятки книг, повестей и пьес, сборники стихов5. Вне зависимости от интересов современных исследователей, все они отдают должное Дюбуа, сумевшему уже в начале XX в. сформулировать проблему так называемого цветного барьера, который, по мысли автора этого понятия, разделяет цивилизованный мир, прежде всего мир европейско- американской культуры и мир развивающихся народов: «Главной проблемой двадцатого столетия является проблема цветного барьера, вопрос - насколько расовые различия, проявляющиеся прежде всего в цвете кожи и структуре волос, будут основанием для того, чтобы отказывать половине мира в праве в полной мере пользоваться возможностями и преимуществами современной цивилизации»6. Все дальнейшие усилия Дюбуа так или иначе были направлены на утверждение принципов расового равенства. Африка стала приоритетом для изучения именно в этом контексте. Постепенно, по мере накопления самых разных материалов о прошлом и настоящем Африканского континента, в своих статьях и памфлетах Дюбуа систематизировал огромный объем информации, подготовил и издал в 1947 г. самый полный на тот момент обзор истории африканских народов и их потомков в различных частях света7.
4 Филатова И.И. Документы панафриканского движения. Расы и народы. М.,1977. С. 229-244.
5 Black Titan W.E.B. Du Bois. An Anthology by the Editors of Freedomways. Toronto, 1970. P. 333.
6 W.E.B. Du Bois Speaks. Speeches and Adresses 1890—1919. N. Y„ 1970. P. 125.
7 Du Bois W.E.B. The World and Africa: An Inquiry into the Part which Africa has Played in World History. N.Y., 1947; Дюбуа У. Африка. Очерк по истории Африканского континента и его обитателей. М., 1961.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Методы доказательства несостоятельности различных теорий расового превосходства, которые использовал Дюбуа в середине XX в. в этой и других своих работах, в чем-то предвосхитили позиции современных афроцентристов. Но его общественно-политическая деятельность доказала, что ему был абсолютно чужд «расизм наоборот», лежащий в основе афроцентризма.
В 1945 г. группа выходцев из африканских и вест-индских британских колоний, действовавшая с середины 1930-х годов в Лондоне под руководством Джорджа Пэдмора, вновь обратилась к лозунгу панафриканской солидарности. Подчеркивая преемственность с панафриканскими конгрессами 1920-х годов, организованных У. Дюбуа, молодые африканские националисты назвали новую встречу сторонников освобождения британских колоний Пятым панафриканским конгрессом (сентябрь, Манчестер) и пригласили У. Дюбуа стать его почетным председателем. Послевоенный панафриканизм имел мало общего с предшествовавшими лозунгами хотя бы потому, что большинство участников конгресса на этот раз действительно представляли Африку. У. Дюбуа не был среди идеологов нового прочтения панафриканизма, но внес свой вклад в развитие старой идеи, подготовив от имени делегатов манчестерской встречи «Обращение к народам мира». Этот документ был использован им на учредительной конференции ООН в Сан-Франциско, где Дюбуа неофициально представлял интересы пока еще зависимой Африки. По мере развития процесса деколонизации У. Дюбуа проявлял все больший интерес к процессам, проходившим в Гане - первой стране африканского континента, получившей независимость. С главой этого молодого государства он был хорошо знаком именно по общей «панафриканской» деятельности:
Кваме Нкрума был одним из организаторов и идеологов Манчестерского конгресса.
Общественная деятельность У. Дюбуа в 1950-х годах привела его к положению изгоя в США. Он являлся активным участником Движения сторонников мира, не скрывал своих симпатий к государствам и идеологии социализма, неоднократно бывал в СССР, Китае, странах Восточной Европы. Расследование его «антиамериканской деятельности» в период проведения политики маккартизма лишило его возможности выезжать из США в течение ряда лет. Несмотря на это, он демонстративно вступил в члены Компартии США в 1961 г., разъяснив свои позиции в печати. Предложение Нкрумы в 1961 г. переехать в Гану пришлось очень кстати. Дюбуа переселился в Аккру и провел там некоторое время, пытаясь наладить издание «Африканской энциклопедии», идею которой он вынашивал еще с начала 30-х годов. В конце жизни он смог ощутить себя настоящим представителем африканских народов - он стал лауреатом нескольких международных престижных премий, награждение которыми сопровождалось перечислением его масштабных заслуг в деле освобождения народов африканского происхождения от последствий рабства и колониализма. Одним из первых иностранцев он был удостоен гражданства Ганы, что также было конкретным воплощением его мечты о соединении с родиной далеких предков.
У. Дюбуа скончался 27 августа 1963 г. в предоставленной ему правительством Ганы резиденции. Спустя день несколько сотен тысяч человек почтили его память в ходе массового «Марша на Вашингтон», организованного Мартином Лютером Кингом и другими участниками борьбы против расовой дискриминации и за ликвидацию цветного барьера.
Книги У. Дюбуа и сборники его статей разных лет постоянно переиздаются, lllllllllllllltllll J IU llllliriHIIIIIIIII


равно как продолжают пользоваться популярностью его романы, пьесы, стихи.
НТ. Щербаков
Сочинения
Африка. Очерк по истории Африканского континента и его обитателей. Пер. с англ. Л.Н. Прибытковского, М.Ю. Френкеля / Ред., вступ. ст. И.И. Потехина. М., 1961.
Воспоминания. М., 1962.
The Souls of Black Folk: Essays and Sketches. N. Y., 1964.
Dusk of Dawn: an Essay toward an Autobiography of a Race Concept. N. Y., 1940.
Encyclopedia of the Negro: Preparatory Volume with Reference Lists and Reports. N. Y., 1945.
The World and Africa: an Inquiry into the Part which Africa has Played in World History.
Enlarged ed. with new writings by the author 1955-1961. N.Y, 1965.
Africa Awakened / An Address prepared for the All-African Peoples Conference at Accra in Ghana, Dec. 5-12,1958// Labour Monthly. 1959. Feb. Vol. 41. P. 81-84.
The Autobiography of W.E.B.Du Bois: A Selilo- qui on Viewing My Life from the Last Decade of its Century. N.Y., 1968.
Литература
Иванов P. Дюбуа (Серия «Жизнь замечательных людей»). М.: Молодая гвардия, 1968.
Eric J.S. (ed). The Oxford W.E.B. Du Bois Reader. Oxford University Press, 1966.
Black and Red: W.E.B. Du Bois and the Afro- American Response to the Cold War, 1944- 1963. N. Y, 1986.


Лоран-Дезире КАБИЛА
Laurent-Désiré Kabila, 27.XI.1939 - 17.1.2001
Политический и государственный деятель Демократической Республики Конго, президент ДРК с мая 1997 г. по январь 2001 г.
Май 1997 г. стал звездным месяцем этого, в прошлом не очень удачливого, политика и предпринимателя. Трудно было предположить, что на исходе пятого десятка лет он станет президентом одного из самых больших и трудноуправляемых государств Африки. Но волна стихийного протеста масс и скрещение разнонаправленных интересов африканских и неафриканских элитных групп вознесли его на вершину власти, не дав возможности подумать, как ею распорядиться и чего она может ему стоить.
Кабила родился в Жадовиле (ныне Ликаси), крупном промышленном центре провинции Катанга1. Он происходил из народа луба, одного из самых многочисленных в этой части Африки. В XVI в. луба основали свое государство, просуществовавшее 300 лет и оказавшее упорное сопротивление европейским колонизаторам в конце XIX в. В жилах Кабилы и впрямь текла кровь его воинственных предков: за 40 лет государственно- политической деятельности он трижды - в годы повстанческого движения в Конго (1963-1965), свержения Мобуту (1996- 1997), войны против Руанды и Уганды (1998-2001) - оказывался в эпицентре серьезных вооруженных конфликтов, ареной которых была Центральная Африка.
С юных лет Кабила стал свидетелем забастовок конголезских рабочих, знал об антиколониальных религиознополитических сектах, действовавших в сельской местности, которых в Бельгийском Конго к началу 1950-х годов насчитывалось более полутораста. В конце 1950-х он сам стал участником освободительного движения, приведшего страну к независимости.
Сильное идейное влияние оказал на Кабилу его дядя, Ясон Сендве, один из соратников Патриса Лумумбы, известный политический и государственный деятель. Кабила испытал па себе влияние и другого своего соплеменника Жозефа Пгалулы, профсоюзного деятеля, журналиста, главного редактора леопольдвильского еженедельника «Вреза нс конголез», одно время сотрудничавшего с Лумумбой. Похоже, именно под воздействием этих деятелей Кабила приобщился к идеям Лумумбы и всегда считал себя его сторонником и последователем. Некоторые авторы утверждают, что уже тогда Кабила активно выступал на стороне Лумумбы, дру1 В интернет-энциклопедни «Википедия» этот факт, вошедший в научную литературу более 50 лет назад, «исправлен»: сообщается, что Кабила родился в г. Бодуэн виде (ныне Моба). Источник не указан // http://www.wikipeclia.Org/u i ki/Lau rent-ДсЧ1ге%СЗ‘ ■o/A9sirüoC3%A9 Kabila.
iiiiiiiiiiitiiiiiii J /z I lllllllllilillHIl


гие - что он находился в окружении Моиза Чомбе2. Однако с Лумумбой он знаком не был, поскольку жил вдали от Леопольдвиля и в тогдашний круг видных политических деятелей не входил. В период свержения и убийства Лумумбы Кабила находился в Северной Катанге, активно участвовал в организации отпора чомбовской армии, пытавшейся вынудить Северную Катангу, вслед за Южной, к отпадению от Конго.
С середины 1961 по середину 1962 г. Кабила обучался в Белградском университете, затем в Нанкине (КНР) прослушал лекции по марксистской диалектике и теории руководства антиимпериалистическим движением и даже, по свидетельству его сподвижника и близкого друга Абдулая И. Ндомбаси, получил в Ташкентском университете диплом по философии3. По возвращении в Северную Катангу он - диктор местного радио, руководитель пресс-службы провинциального правительства, с сентября 1963 г. - советник Сендве, возглавлявшего это правительство.
Повстанческое движение 1963- 1965 гг. открыло новый этап в политической деятельности Кабилы4. Это движение представляло собой африканскую разновидность гражданской войны, его руководители намеревались свергнуть неоколониалистский режим и передать власть в Конго последователям Лумумбы. В повстанческой администрации Кабила последовательно занимал посты коменданта оперативной зоны Киву- Катанга, секретаря Национального совета освобождения (НСО) - руководящего органа движения - по делам молодежи, спорту и социальным вопросам, затем по международным связям и, наконец, полномочного представителя повстанческой Народной Республики Конго (со столицей в г. Стэнливиле) в Кении, Уганде и Танзании. В ту пору его деятельностью руководил и оказал влияние на его мировоззрение «президент» этой самопровозглашенной республики лумумбист Кристоф Гбение. Их пути разошлись только в 1968 г., когда Гбение, воспользовавшись мобутовской амнистией, вернулся из эмиграции и занялся предпринимательской деятельностью.
Вплоть до подавления основных очагов повстанческого движения объединенными усилиями Бельгии, Англии и США в ноябре 1964 г. Кабила занимался вопросами военного строительства в зоне повстанцев. В одном из тогдашних интервью он говорил: «Тройственная агрессия нас не ослабит. Массы видят, где правда. Мы им всегда говорили, что империалисты контролируют Конго, а мы хотим освободить нашу страну. Это наша цель, и массы будут с нами. Мы принимаем вызов империалистов»5.
Обвинение западной прессы и многих очевидцев в том, что повстанцы жестоко обращаются с неподдержавшими их крестьянами, убивают чиновников и политических деятелей правящего режима, сжигают целые деревни непокорных селян, Кабила категорически отвергал. «Вижу, вы подпали под влияние империалистической кампании против нас, ~ резко ответил он одному из журналистов. - Мы восстановим историческую справедливость. Несмотря на жертвы, мы продолжим борьбу. Мы уверены в 2 News А.Р. Headlines. 1998. 24.08; Jeune Afrique. 1997. 25.06 01.07. P. 33.
3 Kabila L. Republica Democrâtica del Congo // http://www.cidob.org/bios/castelano/lideres/ k-002.htm; Jeune Afrique. 1997. 25.06-01.07. P. 30; 1999. 26.01-01.02. P. 32.
4 См. подробнее: Винокуров Ю.Н. Повстанческое движение 1963-1965 гт. в Конго // Народы Азии и Африки. 1981. № 5; Винокуров Ю.Н., Орлова А.С., Субботин В А. История Заира в новое и новейшее время. М., 1982. С. 230-245.
5 Congo 1964. Bruxelles-Léopold ville. 1965. P. 538, 539.
J lllllllllllllllllll


победе»6. Однако Кабила лукавил. Вполне авторитетные исследователи относились к этим свидетельствам с доверием, даже сравнивали террор повстанцев с холокостом и деяниями красных кхмеров в Камбодже7.
В течение 1965 г. почти все руководители повстанческого движения, включая самых высокопоставленных, прекратили борьбу против леопольдвильского режима. Не отказался от нее только Л.-Д. Кабила. В прессе различных стран вплоть до конца 1960-х годов появлялись сообщения о том, что в контролируемом Кабилой районе Физи-У вира-Барака (на востоке Конго, площадью в 10 тыс. кв. км) действуют повстанцы, чередуя вооруженные методы борьбы с пассивным сопротивлением Мобуту. Кабила организовал здесь собственную администрацию, наладил добычу золота, алмазов, слоновой кости, выращивание кофе и других сельскохозяйственных культур, и всё это сбывал через восточноафриканские страны на мировых рынках8.
Уникальным эпизодом в партизанский период деятельности Кабилы было его непродолжительное по времени - с февраля по ноябрь 1965 г. - знакомство с Эрнесто Че Геварой. Латиноамериканский революционер встречался со многими выдающимися африканскими лидерами, но именно Л.-Д. Кабила возродил в нем надежду на успешное продолжение дела всей его жизни - сокрушение мирового империализма.
Первые впечатления Че Гевары о Кабиле были восторженными. Он писал Фиделю Кастро: «этот молодой африканец - философ-марксист, политический романтик, вечный повстанец, обладает ораторскими и организационными способностями, создал революционный очаг в Центральной Африке». В своих планах развернуть в Африке широкомасштабную антиимпериалистическую борьбу Че Гевара отвел партизанам Кабилы авангардную роль. Он полагал, что Куба снабдит их современным оружием и направит в помощь своих политкомиссаров9.
Однако некоторыми своими поступками Кабила сначала огорчил Че Гевару, а затем и вовсе разочаровал. Конголезский революционер находился больше в Каире и Найроби, чем в зоне руководимого им повстанческого движения, за что был однажды назван Че Геварой туристом, привыкшим к комфортной жизни за границей. В людях из окружения Кабилы он вскоре обнаружил не полевых руководителей, а любителей пожить в свое удовольствие на кубинские деньги. Неоднократно он убеждался и в том, что у повстанческой армии Кабилы нет надлежащей выучки и дисциплины и что она всегда готова поживиться за счет мирного населения. Лишь однажды, в феврале 1997 г., Кабила заявил по этому поводу: «Может быть Че и был разочарован, но мне он об этом ничего не говорил. Все страны разные, и у революционеров цели разные»10.
Собственное понимание вооруженного свержения антинародного режима Кабила попытался изложить в виде
6 Ibid.
7 Mulenda Katako. Origine de la rébellion de Kivu au Zaïre. P. [1979/80]. P. 5 (рукопись дипломной работы); Congo-Zaïre. La colonisation - l’indépendance - le régime Mobutu - et demain? Bruxelles, 1990. P. 95; Mulamba-Mvuluya F. La participation des paysans congolais au fonctionnement de l’Etat // Congo Afrique. 1971. Mai. № 55. P. 274.
8 Remarques arabo-africaines. 1981. № 529. P. 72; Die Weltwoche. Bonn. 1997. 10.04. № 15. S. 4.
9 The East African. 1997.08-14.09.
10 Сообщение корреспондента Франс Пресс от 07.02.1997.
tiiiiiiiiiiiiiinii J IIIIIIIIHIIIIIIIII


критики деятельности НСО. Он сформулировал «семь ошибок», приведших к поражению повстанцев в 1965 г.: политическая незрелость руководящих кадров; отсутствие намерения опираться только на собственные силы; ведение войны без цели и мотивировки; сектантство и три- балистская раздробленность повстанцев; корыстолюбие лидеров; недостаточное единство народа и лидеров; отсутствие революционной партии11.
Возглавить вооруженное свержение Мобуту предстояло Партии народной революции (ПНР), которую Кабила создал в 1967 г., объявив марксизм-ленинизм ее идеологической платформой, а тезис об опоре на собственные силы - единственной гарантией успеха. В среде лидеров заирской оппозиции бытовало тогда мнение, что Кабила стал глашатаем «не только националистического, но и пролетарского авангарда», представителем «африканских революционеров- интеллектуалов», ищущих свой путь преодоления общественных противоречий11 12.
За десять лет Кабила превратился из провинциального политика в авторитетного (и авторитарного) «марксистского» лидера. Издававшийся на китайские средства орган ПНР журнал «Этан- селль» называл его «наш президент», «высший гарант нашей свободы», «краеугольный камень наших вооруженных сил». На Западе он приобрел репутацию «неприемлемого марксиста»13. В свою очередь швейцарский политолог, специалист по современной истории ДРК Жан Циглер, близко знавший Кабилу, не считал его теоретиком, поскольку его рассуждения не выходили за пределы «нескольких простых и добрых идей», внушенных ему Я. Сендве: независимость страны, демократия, экономический прогресс, социальная справедливость14.
В марте 1979 г. Кабила провел в Брюсселе конференцию ПНР, выступая на которой осудил «происки империализма в Заире» и призвал своих сторонников развернуть по всей стране вооруженную борьбу против прогнившего режима Мобуту. Однако сам не поддержал антимобутовские восстания, вспыхивавшие в 1977 г. и 1978 г. в Шабе (Катанге) в относительной близости от его укрепрайона15.
Самоизолировавшись от антимобу- товской оппозиции в своей стране, Кабила продолжал посещать столицы восточноафриканских государств, встречался с их президентами. По свидетельству хорошо информированного активиста антимобутовской оппозиции Лумуны- Сандо, он не избегал связей с лицами из окружения Мобуту, обращался к бельгийским политикам с призывами «услышать голос заирского народа, жаждущего перемен». В 1988 г. встретился даже с самим Мобуту в Гамбеле (Эфиопия), но ни тогда, ни в 1991 г. его предложения о сотрудничестве не принял16.
В середине 90-х годов несколько проживавших в США заирских эмигрантов установили прямые контакты с Кабилой и предложили ему на случай прихода к власти подготовить программу развития Конго. Через них Кабила незадолго до начала вооруженного движения за свер11 Lumuna-Sando С.К. Zaïre: quel changement pour quelles structures? Bruxelles, 1980; Zaïre. Le dossier de la récolonisation. P., 1978. P. 254.
12 Zaïre. Le dossier... P. 254-256.
13 Lumuna-Sando C.K. Op. cit. P. 142.
14 Die Weltwoche. 1997.10.04. № 15. S. 4; Jeune Afrique. 1998. 24.02-02.03. № 1937. P. 6.
15 Nzongola Ntalaja Cr. Revolution and Contre-Revolution in Africa. Essays in Contemporary Politics. L., 1987. P. 116.
16 Lumuna-Sando C.K. Op. cit. P. 143,144.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii j /J iiiiiiiiiiiiiiiiiii


жение Мобуту пытался вести с представителями делового мира США переговоры о сотрудничестве на взаимовыгодных условиях.
В октябре 1996 г. Кабила вышел из многолетнего политического подполья, создал Альянс демократических сил за освобождение Конго/Заира (АДСОКЗ) в составе ПНР и четырех ее «партий- попутчиков», объявивший себя военнополитическим центром антимобутовско- го движения. Тогда же возглавил поход на Киншасу. Его поддержали восставшие против Мобуту баньямуленге (проживающие в Конго выходцы из Руанды). Президент этой страны Поль Кагаме не только выделил для него свои армейские подразделения, но и сам участвовал в разработке операций по захвату повстанцами городов на пути к Киншасе. Значительную помощь предоставлением своих армейских подразделений, военных советников и боевого оружия оказали ему также Уганда, Зимбабве, Замбия, Ангола. В отрядах Кабилы воевали наемники- европейцы. На его стороне оказались власти и деловые круги западных стран, с середины 1990-х годов активно искавшие в Заире замену своей прежней креатуре - президенту Мобуту17.
«Редкое восстание побеждает без поддержки зарубежных друзей», - сказал Кабила по поводу использования иностранных военных подразделений, пытаясь хоть как-то оправдать отход от своей теории «опоры на собственные силы»18. Похоже, он и не предполагал, что, приняв столь масштабную помощь, а по сути допустив вмешательство внешних сил во внутренние дела своей страны, окажется в сложном положении, тем более что и став президентом, испытывал потребность в этой помощи. Он недооценил и того, сколь далеко могут зайти интересы элит соседних государств в ослабевшем Конго.
Никогда не шедший на компромиссы с Мобуту Кабила еще до прихода к власти стал кумиром масс. Даже в Киншасе, где он редко появлялся и где было предостаточно своих лидеров, его ждали как спасителя. Повсюду говорили «Мобуту должен уйти, Кабила должен прийти»19.
Когда подразделения «союзных» с Кабилой африканских армий, за восемь месяцев пройдя по территории огромной страны от 500 до 2 тыс. км, добились 17 мая 1997 г. падения Киншасы, президентом Конго в присутствии руководителей Уганды, Руанды, Бурунди, Замбии, Анголы был объявлен Лоран-Дезире Кабила. Своим участием в инаугурации Кабилы и приемом ДРК в Южноафриканское сообщество развития (САДК) президенты этих государств легализовали его приход к власти. «Кабила освободил не только Конго, но и всю Африку»,- заявил Йовери Мусевени. «Я не знаю, что намерен делать президент Кабила. Не думаю, что он сам это знает. Но Запад должен дать ему возможность действовать», - говорил тогда же Джулиус Нье- рере. Провозгласив себя президентом, Кабила взял всю власть в свои руки, отказался сотрудничать даже с лидерами легальной антимобутовской оппозиции, сочтя их «пособниками кровавого режима», росчерком пера утвердил временную конституцию. Запретил все политические партии, включая те, что поддерживали его в свержении Мобуту, стал насаждать собственный культ личности. Один из лидеров оппозиции утверждал, что президент ДРК опирается на «кузе17 Sunday Independent. 1997. 13.07; Financial Times. 1997. 08.04; Washington Post. 1997. 09.07.
18 New York Times. 1997. 20.06.
19 The Economist. 1997. 22.03. P. 23; Le Monde. 1997. 01.08.
IIIIIIIIHIIIIIIIII J »O IIIIIIIIHIIIIIIIII


нов и приятелей», но держит себя с ними как сюзерен со своими вассалами20.
Кабила унаследовал от своего предшественника совершенно неэффективный госаппарат, насчитывавший более полумиллиона чиновников. Предприняв с помощью международных организаций несколько попыток реформировать его и убедившись в их бесперспективности, он вознамерился полностью изменить принцип построения органов государственной власти.
Собственную концепцию новой власти (возможно, подсказанную ему бельгийскими политологами Л. Мартенсом и Бюсселеном) Кабила изложил в двух выступлениях перед столичными сторонниками своего режима в январе и апреле 1999 г. Обратиться к более широкой аудитории он не мог, поскольку страна была охвачена войной, значительная ее часть оккупирована иностранными войсками. Речь шла о замене всего мо- бутовского госаппарата сверху донизу комитетами народной власти21. По замыслу Кабилы, цель комитетов должна была состоять в том, чтобы способствовать преобразованию Конго из государства эксплуататорского, в такое, которое обеспечит достойную жизнь своему 50-миллионному тогда населению. Он полагал, что, не советуясь с народом, опираясь только на чиновничью буржуазию, преобразовать страну не удастся. Комитеты народной власти должны были быть созданы на всех уровнях управленческой вертикали. Для выдвижения в руководители достойных людей Кабила предложил замещать вакантные должности в комитетах на конкурсной основе, а губернаторов назначать из числа молодых, но авторитетных в народе общественных деятелей.
Реализовать эти прожекты он не смог. Организованная на европейский манер центральная администрация хотя и плохо сочеталась с механизмом местного управления, базировавшегося на традиционной системе власти, но представляла собой корпоративную структуру, попытки разрушить или реформировать которую были, конечно же, обречены на провал.
Кабила действительно пытался опереться на массы. «Мы хотим облегчить страдания малоимущих. Здесь повсюду царит мошенничество. Никого не волнует, как живут маленькие люди», - заявил он в одном из интервью в октябре 1999 г.22 И припугнул конголезских нуворишей: «После нашей победы я мог бы всех вас расстрелять. Но моя революция - это революция прощения»23. Копируя «моральные беседы» своего предшественника (Мобуту любил проводить их с министрами и депутатами с глазу на глаз), Кабила, также в ходе личных аудиенций, объяснял членам правительства, что они не должны брать взятки и претендовать на чужую собственность. Он настаивал на том, чтобы фирмы и отдельные предприниматели разработали собственные программы социальной защиты своих работников. На короткое время ему удалось несколько снизить темпы инфляции национальной валюты, сдержать рост цен на товары первой необходимости, начать кампанию по искоренению коррупции. Сам не упустивший возможности разбогатеть на контрабандной торговле, он говорил, что «экономический капитализм» выгоден только неоколонизаторам и компрадорам, вывозившим из страны сырьевые продукты, произведенные подневольным трудом конголезских рабочих и крестьян.
20 Jeune Afrique Economie. 1998. 29.04-19.07. P. 82.
21 Kabila LD. Congo: concept of the «Comités de pouvoir populaire» [S.L.]. 2001.07.03.
22 Le Figaro. 1999, 27.10.
23 Jeune Afrique. 1998. 22.12-1999. 04.01. P. 41.
Hiiiiiiiiiiiiitiii 517 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Кабила постоянно говорил о единстве всех конголезцев, пытаясь пробудить в них самосознание и патриотические чувства. Это было особенно важно, когда в августе 1998 г. началась война с Руандой и Угандой, власти которых поддержали антикиншасское восстание на востоке Конго и заявляли, что хотят избавить конголезцев от диктатора Кабилы24. Апогей патриотической агитации Кабилы пришелся на середину 1999 г., когда он собственноручно написал текст и музыку «Гимнаугнетенных», исполняемого наряду с национальным гимном на официальных мероприятиях.
Он призывал соотечественников к борьбе с внешним врагом, агрессорами, пытающимися их поработить, а Конго разорвать на части, подобно «гиенам, напавшим на слона». «Эти агрессоры пришли к нам, чтобы обогатиться, а не для того, чтобы защитить преследуемое этническое меньшинство (баньямуленге. - Ю. В,). Это очередное вранье, которому никто не верит», - заявил он корреспонденту газеты «Фигаро»25.
В начале 1998 г. обострение этнополитических отношений в огромной и слабоуправляемой стране вывело из-под контроля центра районы и даже провинции. В народе говорили: «Правительство где-то далеко, если вообще существует»26.
Обстоятельства вынудили Кабилу отказаться от авторитарных методов управления. В январе 1999 г. он отменил запрет на политическую деятельность в стране, введенный им два года назад, легализовав тем самым прежние партии и разрешив организовывать новые. Через два месяца он объявил амнистию участников всех вооруженных антиправительственных выступлений. Кабила неоднократно предлагал лидерам оппозиции включиться в управление страной: принимать участие в дискуссиях по нормализации обстановки в Конго, войти в создаваемый им временный парламент, предложить от своих партий кандидатов на министерские посты.
В поисках опоры в обществе Кабила попытался заменить неэффективно действующие органы власти общеконголезской конференцией, 500 делегатов которой представляли бы все социальные слои и основные этнические группы, чтобы сплотить народ вокруг президента и мобилизовать массы на возрождение страны. В качестве международных посредников при подготовке этой конференции выступили бывший президент Бенина Дерлэн Зинсу и итальянский священник Маттео Зуппи. Однако в ходе их контактов с антикабиловской оппозицией выяснилось, что ее лидеры лишь вынашивали планы отстранения Кабилы от власти.
К концу 1990-х годов обострились отношения Кабилы с западными странами. Ссылаясь на роль, которую США и ООН сыграли в 1960-1961 гг. в судьбе П. Лумумбы, он противился размещению отрядов «голубых касок» в Киншасе, считая, что они должны заняться реальным пресечением агрессии Руанды и Уганды. Тогда же министр иностранных дел Конго Абдулай Иероним Ндомбаси направил генеральному секретарю Кофи Аннану открытое письмо, в котором обвинил группу военных наблюдателей ООН в Конго в подготовке убийства президента Кабилы27. События, ареной которых ДРК стала на рубеже XX и XXI вв., дают основания полагать, что 24 Мыльников П.В. Незатухающий конфликт в ДРК // Компас ИТАР-ТАСС. 2000. 10.01. №1. С. 61,62.
25 Le Figaro. 1999. 27.10.
26 The East African. 1998. 20.03.
27 Сообщение корреспондента ИТАР-ТАСС от 27.10.1999.
iiiiiiiiiiiiiiniii J io miimiiiiimin


намерение любым способом отстранить Кабилу от власти созрело одновременно во влиятельных кругах в самом Конго и столицах ряда западных государств, где всегда решался вопрос, кому руководить этой страной.
Он был убит в своей резиденции при весьма загадочных обстоятельствах. В течение нескольких дней из Киншасы поступали противоречивые версии случившегося, пока не возобладала самая сомнительная: президента застрелил малолетний солдат из его охраны. Взрослые охранники помешать ему не успели, но самого преступника пристрелить сумели, вместо того чтобы арестовать и предать суду. Через год Кабиле, первому из всех лидеров Конго, возвели в Киншасе мавзолей и памятник с надписью на монументе «Национальному герою Мзее Лорану-Дезире Кабиле». Покой усопшего охраняет статуя могучего льва, приподнявшего как для удара правую переднюю лапу.
Ю.Н. Винокуров
Литература
Винокуров Ю.Н. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2003.
Он же. ДРК: Лоран-Дезире Кабила: из партизан в президенты // Ин-т востоковедения РАН. Бюллетень № 19. М., 1999.
Он же. ДРК: антикабиловская оппозиция // Ин-т востоковедения РАН. Бюллетень №21.М., 1999.
Он же. Л.-Д. Кабила - третий президент ДРК // Новое и старое в Африканском мире. Противоречия социально-политической модернизации. М., 2000.
Он же. Л.-Д. Кабила: портрет в траурной рамке // Современные африканские лидеры. М., 2001.
Congo 1964. Bruxelles; Léopold ville, 1965.
Kamba P. Violence politique au Congo-Kinshasa. P., 2008.
Kongolo M. Laurent-Désiré Kabila. Ma part de vérité. Témoignage pour l’Histoire. P, 2007.
Mova H., Ramasani Y.t Nsongo O. De L.-D. Kabila àj. Kabila. P., 2008.
Omalanga L.M. Dans l’oeil du cyclone, Congo- Kinshasa: les années rebelles 1997-2003. P., 2007.
Reed W.C. Guerrillas in the Midst: The Former Government of Rwanda and the Alliance of Democratic Forces for the Liberation of Congo-Zaire in Eastern Zaire // Abrican Guerrillas / Ed. Ch. Clapham. Bloomington, 1996.
Tambwe E.t KazadiJ. M.D. Laurent-Désiré Kabila: l’actualité d’un combat. Sept ans auprès. P., 2007.
Verhaegen В. Rebellions au Congo. Bruxelles; Léopold ville (Kinshasa), 1966.


Амилкар КАБРАЛ
Amilcar Lopes Cabral.
12.IX.1924-20.1.1973
Лидер освободительного движения в Гвинее-Бисау и на островах Кабо Верде, основатель партии ПАИ ГК (Партия независимости Гвинеи-Бисау и Островов Зеленого Мыса).
Амилкар Кабрал родился в 1924 г. в Бафата ( Гвинея-Бисау). На его мировоззрение большое влияние оказал отец - Жувенал Кабрал - уроженец островов Кабо Верде, получивший образование в Португалии и в 1911 г. переехавший в Гвинею-Бисау в поисках работы. Там он встретил Иву Пиньел Эвора - будущую мать Амилкара, родившуюся в г. Прая (о-в Сантьягу). Жувенал служил сначала чиновником, а с 1913 г. учителем. Это был образованный человек, автор книги «Воспоминания и размышления» (Прая, 1947). Он назвал своего сына в честь знаменитого карфагенца Амиль- кара Барка.
А. Кабрал учился в лицее на о-ве Сан-Висенти, в 1950 г. окончил Высший институт агрономии в Лиссабоне. Будучи студентом, Кабрал в 1946 г. на- писалт поэму, в которой смело бросил «клич мятежа»: «Мой мятежный клич облетел дальние страны, пересек моря и океаны и заставил трепетать мое сердце»1. Живя в Лиссабоне, Кабрал женился на португалке Анне-Марии, которая сама была убежденной революционеркой.
Знаток своего дела, Кабрал осуществил в 1953 г. первую сельскохозяйственную перепись в Гвинее-Бисау, получившую высокую оценку на международных конференциях специалистов. Проводя эту перепись, Кабрал имел возможность видеть невыносимые условия, в которых жил его народ. О том, как он пришел к осознанию необходимости антиколониальной борьбы, А. Кабрал говорил следующее: «Возьмите, к примеру, мою жизнь. Я являюсь выходцем из среды той самой мелкой буржуазии, которая начала борьбу. Я был агрономом и работал под началом европейца, о котором каждому было известно, что он один из самых глупых людей в Гвинее. Я мог бы с закрытыми глазами научить его тому, как надо работать, но он был господином. Это незначительный факт, но он многому учит. Данный пример имеет первостепенное значение при определении того, как зародилась первоначальная идея борьбы»1 2. Другим обстоятельством, в огромной степени способствовавшим формированию революционных взглядов А. Кабрала, было его знакомство и дружба в период учебы в Португалии с будущим и руководителям и освободительных движений в Анголе и Мозамбике - Агостиньо Нето, Вириату да Круш, Марио де Андраде, Марселину душ Сантушем и другими. Вместе с ними А. Ка1 Andrade М. de. Amilcar Cabral. Essai de biographie politique. P., 1980. P. 11 -20.
2 Кабрал A. Революция в Гвинее (Избранные статьи и речи). М., 1973. С. 36,37.
iiiniiiimiiiiiii JZtz itiiiimmifiim


брал принял участие в основании «Дома студентов португальской империи», а потом «Дома Африки» в Лиссабоне. По инициативе А. Кабрала, А. Нето, М. де Андраде, а также поэта с о-ва Сан- Томе Ф.Ж. Тенрейру в Лиссабоне в 1951 г. был создан Центр африканских исследований, где молодые, патриотически настроенные интеллигенты африканских колоний Португалии устраивали дискуссии по проблемам истории, культуры, будущего своих стран. Еще учась в институте, во время летних каникул 1949 г. А. Кабрал и группа его товарищей начали вести революционную пропаганду среди жителей островов Кабо Верде. Они организовали в городе Прая вечерние занятия для взрослых в центральной начальной школе, где под видом уроков истории разъясняли причины тяжелой жизни островитян и призывали их готовиться к борьбе против колонизаторов. Кабрал и его друзья добились от губернатора колонии разрешения провести несколько бесед об истории архипелага по местному радиовещанию. Однако после первых же радиопередач, имевших явно антиколониальный характер, они были запрещены. Население Прая провело в связи с этим несколько уличных манифестаций с требованием продолжить программу радиопередач, подготовленную африканскими студентами3. Вернувшись в Бисау, Кабрал и его друзья сразу же развернули активную революционную работу. «Мало-помалу, - вспоминал Кабрал, - мы собирали людей в подполье и организовывали их, проводили собрания, обсуждали проблемы и готовились совершить в будущем величайшее дело... Мобилизованные нами группы людей, исполнявшие роль политических комиссаров, вели работу в самых густонаселенных кварталах столицы Бисау... То ли в 1954 г., то ли в конце 1953 г.- не помню точно дату - мы предполагали физически уничтожить губернатора Горгулью, убившего тысячу жителей острова Сан-Томе... Наши товарищи начали работать в колониалистских профсоюзах, торговых учреждениях, в промышленности, где нам удалось расширить сферу нашего влияния, а также среди матросов, занятых перевозкой сельскохозяйственной продукции, и мы уже тогда делали попытки организовать массовое движение»4.
Попытка распространить революционные идеи в народных массах была предпринята летом 1954 г., когда Кабрал создал в Бисау Африканскую ассоциацию спорта и культуры, в которую впервые в истории колонии получили доступ не только «ассимилированные» студенты и молодые служащие, но и «туземцы», рабочие промышленных предприятий и докеры5. Параллельно с этой легальной организацией действовала нелегальная организация МИН Г.
Однако тайная полиция (ПИДЕ) вскоре получила информацию о том, что беседы Кабрала с членами Ассоциации носят политический, антиколониалист- ский характер. Он был вызван для беседы к губернатору Диогу де Мелу. Перед губернатором предстал небольшого роста молодой человек с интеллигентным лицом, широким выпуклым лбом, улыбающийся и приветливый. Между ними состоялся такой диалог.
Губернатор. Итак, Вы и есть вождь местного Мау-Мау? (подпольное движение против британских колонизаторов в Кении в 1953-1955 гг. - А. X.).
3 Cabral A. Evolucao е perspectives da Luta. PAIGC. Seminario de quadros 1924.1969. XI. P. 8.
4 Ibid.
5 См.: Капский Э.В. Борьба Африканской партии независимости Гвинеи и Островов Зеленого Мыса (ПАИГК) за консолидацию патриотических сил // Борьба за освобождение португальских колоний в Африке (1961-1973). М., 1975. С. 98,99.
IIIIIIIIIHIIIHIII ! IIHIIHIIHIIIIIII


А. К a 6 p а л. Насколько мне известно, здесь нет Мау-Мау. Это имеет место в Кении.
Губернатор. Послушайте, сеньор инженер. Идите в ногу с эпохой, будьте человеком своей эпохи, но не губите мою карьеру6.
Деятельность Ассоциации была запрещена, а Кабрал выслан из Гвинеи- Бисау с правом возвращаться туда лишь на один месяц в году. Он отправился в Лиссабон. Там ему предложили должность эксперта в сельскохозяйственной компании КАДА в Анголе, и он поехал работать на сахарный комплекс, принадлежавший этой компании. В Анголе Кабрал через своих старых друзей А. Нето и М. де Андраде установил тесные связи с патриотами и в декабре 1956 г. стал одним из основателей Партии борьбы африканцев Анголы (ПЛУА). Он поддерживал тесные связи с родиной. Воспользовавшись разрешением португальских властей один месяц в году проводить там, Кабрал в начале сентября 1956 г. приехал из Лиссабона в Бисау.
19 сентября на стадионе Сарменту Родригеш должен был состояться футбольный матч с командой из Лиссабона, а затем - демонстрация фильма. Толпы людей хлынули на стадион. Среди них были и Кабрал с друзьями: Луисом Кабралом, Фернанду Фортишем, Аристи- десем Перейрой, Инасиу Семеду, Элизе Тюрпан. Но их путь лежал не на стадион: они заранее подготовили совещание, на котором была создана Африканская партия независимости и союз народов Гвинеи и островов Кабо Верде, сокращенное название ПАИ. Фортиш, который был тогда начальником почтамта Бисау, помог за спиной осведомителей ПИДЕ осуществлять бесцензурную переписку между Кабралом и Перейрой. Последний, будучи начальником телеграфа, всегда находился в курсе того, что замышляли и предпринимали колониальная администрация и ПИДЕ.
Позже (сентябрь 1960 г.) партию стали называть ПАИГК (Африканская партия независимости Гвинеи и островов Кабо Верде). На совещании 19 сентября 1956 г. был принят устав партии, определивший ее главную задачу: «Немедленное завоевание независимости Гвинеи и островов Кабо Верде; демократизация и освобождение населения этих стран от колониальной эксплуатации; достижение быстрого экономического прогресса и подлинного социального и культурного развития народов Гвинеи и островов Кабо Верде».
На первом этапе ПИАГК была организацией, включавшей в себя по преимуществу представителей городских слоев населения-мелкойбуржуазии,интеллигенции, рабочих, полупролетариев и т. п. Из Бисау движение распространилось на другие города. Мало-помалу идея независимости становилась все более популярной среди городских масс. Как отмечал А. Кабрал, роль руководителя национально-освободительной борьбы в специфических условиях Гвинеи взяла на себя мелкая буржуазия, ибо она является «социальным слоем, который быстрее других слоев осознает необходимость освободиться от иностранного господства. Эту историческую ответственность берет на себя тот слой мелкой буржуазии, который в условиях колониального господства можно назвать революционным, в то время как другие слои сохраняют характерные для них колебания или становятся союзниками колониализма, чтобы защитить, хотя это и иллюзия, свое социальное положение»7.
6 Andrade М. de. Op. cit. Р. 49.
7 Кабрал А. Указ. соч. С. 146.


В начале августа 1959 г. в порту Пи- жигити в Бисау вспыхнула стачка докеров, требовавших повышения зарплаты. Полиция применила против бастующих оружие и расстреляла толпу рабочих. Был убит 51 человек и многие ранены. После подавления стачки по приказу губернатора были расстреляны еще 24 участника забастовки0. Эти события заставили руководство ПАИ пересмотреть вопрос о тактике революционной борьбы. На подпольном совещании в Бисау 19 сентября 1959 г. было принято решение о подготовке к вооруженной борьбе. Выступая на совещании, Кабрал сказал: «Теперь мы решили покончить со всеми манифестациями в городах и готовиться к вооруженной борьбе против португальцев. Ибо мы видим, что, когда имеешь дело с португальскими колонизаторами и империализмом вообще, не может стоять вопрос, вести вооруженную борьбу или нет. Они всегда ведут вооруженную борьбу. Одно из двух: или только враг владеет оружием, а мы - нет, или, если мы не безумцы, мы возьмемся за оружие, чтобы самим атаковать его»8 9.
Была подготовлена задача расширения фронта и состава его участников. На совещании было принято решение, сохраняя подпольные организации партии в городе, перенести основное внимание на работу среди крестьянства, сделав деревню базой длительной партизанской борьбы и обратив особое внимание на преодоление межплеменной розни. Тогда же был сформулирован основной девиз организации: «Единство и борьба»10. Уже в конце 1959 г. первые группы подпольщиков отправились на работу в деревню. Организации партии были созданы среди гвинейских эмигрантов в Гвинейской Республике, Сенегале и Гамбии.
В 1960 г. А. Кабрал выехал в Тунис, где участвовал в создании Африканского революционного фронта за национальную независимость португальских колоний (ФР А ИН), который в 1961 г. был заменен Конференцией националистических организаций португальских колоний (КОНКП). В 1961 г. было принято решение о необходимости выезда руководителей партии в целях их безопасности за пределы Гвинеи-Бисау. В том же году Кабрал приехал в Конакри (Гвинейская Республика), где стал проводить большую организационную работу по подготовке кадров для предстоящего вооруженного восстания. Эта работа включала в себя общеобразовательную и политическую подготовку и военное обучение будущих бойцов ПАИГК. В Конакри была открыта школа для подготовки активистов и политкомиссаров партии. В связи с острой нехваткой преподавательских кадров Кабрал сам вел в этой школе занятия сразу по нескольким предметам: истории, географии страны, политэкономии, философии и др. Через школу А. Кабрала прошло большинство тех, кто позже занял руководящее положение в ПАИГК. Всего за несколько лет, предшествовавших началу вооруженной борьбы, около 1000 активистов ПАИГК прошли в Конакри политическое и военное обучение. Добиваясь международной поддержки, ПАИГК установила контакты с социалистическими странами, левыми организациями.
3 августа 1961 г. ПАИГК приняла решение перейти к «прямому действию». Тщательно подготовленная ПАИГК вооруженная борьба была начата в ночь на 1 июля 1962 г. в районе, населенном народом баланте. Незадолго до этого Кабрал писал: «Мы развертываем вооруженную борьбу в центре нашей страны и 8 Europe - France outremer. 1959. September-October. P. 42.
9 Andrade M. de. A Guerra do Povo na Guine-Bissau. Lisboa. 1974. P. 20.
10 Капский Э.В. Указ. соч. С. 99.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


принимаем стратегию, которую можно назвать центрифугой, то есть действующей от центра к периферии»11. Уже через полгода португальские власти вынуждены были признать, что повстанцы освободили 15% территории Гвинеи.
13-14 февраля 1964 г. на юге страны, в Касака, был нелегально проведен I съезд ПАИГК. Генеральным секретарем партии единогласно был избран А. Кабрал.
Военные и политические успехи ПАИГК не на шутку встревожили правительство Салазара. Оно бросило в Гвинею 10-тысячную армию. Решающее сражение произошло у острова Комо. Штурм острова продолжался 75 дней. Патриоты отбросили врага. Португальцы потеряли убитыми 650 человек. После этого поражения Салазар увеличил контингент своих войск в Гвинее с 10 до 25 тыс. В мае 1968 г. на пост главнокомандующего португальскими войсками в Гвинее был назначен генерал Спи- нола. Демагогическими заявлениями и всевозможными посулами Спинола рассчитывал завоевать умы и сердца гвинейцев11 12. Разбитый параличом диктатор Салазар уступил в 1968 г. место М. Каэ- тану. В середине 1972 г. состоялась встреча Спинолы с президентом Сенегала Л. Сенгором. Спинола вылетел затем в Лиссабон, чтобы проинформировать об этом Каэтану. Он сообщил, что Сен гор предложил организовать встречу Спинолы и Кабрала для переговоров об условиях прекращения огня. «Я заметил генералу, - вспоминает Каэтану, - что сесть за стол переговоров с А. Кабралом, который был не обычным партизанским вождем, а человеком, представлявшим все анти- португальское движение и пользовавшимся поддержкой ООН, ОАЕ, всей мировой прессы, означало бы официально признать возглавляемую им партию как воюющую сторону и признать, что она владеет значительной территорией»13. В конце 1960 - начале 1970-х годов в Гвинею-Бисау прибывали все новые контингенты португальских войск, так что их общая численность достигла в начале 1971 г. 35 тыс. человек. Напуганные угрозой военного поражения в Гвинее, колонизаторы не останавливались перед самыми жестокими репрессиями. Только в январе 1971 г. в результате варварских налетов португальской авиации бомбами и напалмом было уничтожено 28 деревень. Имелись убитые и раненые, большинство из них - старики, женщины и дети14 15.
К 1973 г. бойцы ПАИГК освободили более двух третей территории Гвинеи- Бисау. Там были созданы органы народной власти, работали школы, больницы, магазины. В 1972г. году на освобожденной территории Гвинеи-Бисау состоялись выборы в Национальное народное собрание. Сессия Генеральной Ассамблеи ООН в 1972 г. признала ПАИГК единственной законной властью в стране.
На протяжении многих лет Лиссабон, ПИДЕ и колониальные власти в Бисау прилагали максимум усилий, пытаясь если не уничтожить, то по крайней мере расколоть ряды ПАИГК и физически ликвидировать ее лидеров, в первую очередь Амилкара Кабрала. Финалом всей этой подрывной работы явились выстрелы в ночь на 21 января 1973 г. в районе Миньер (г. Конакри), когда аген11 Oramas О. Apuntes sobre la vida y el pensamento politico de Amilcar Cabral. La Havana, 1977. P. 8.
12 Spinola A. de. A batakha da paz na Guine. Lisboa, 1970. P. 10.
13 Caetano M. Depoimento. Rio de Janeiro; Sao Paulo, 1974. P. 190, 191.
14 Акимов В. Гвинея (Бисау). Полевая почта. M., 1973.
15 Подробнее см.: Игнатьев О. Три выстрела в районе Миньер. М., 1976.
iiiiiiinmiiiiiii IIIIIIIIIIIIIIIHII


ты ПИДЕ убили генерального секретаря ПАИ ГК Амилкара Кабрала15.
Специальная комиссия, в которую входили и представители руководства ПАИ ГК, провела детальное расследование убийства Кабрала и получила неопровержимые доказательства того, что преступление готовилось ПИДЕ согласно плану, утвержденному в Лиссабоне и разработанному в Бисау под непосредственным наблюдением генерала Спинолы.
Патриоты Гвинеи-Бисау ответили на убийство своего лидера новыми мощными ударами по врагу. Вооруженные силы ПАИ ГК провели в мае 1973 г. наступательные операции под кодовым названием «Амилкар Кабрал». В результате была разгромлена крупная группировка португальских войск на юге страны. В сентябре 1973 г. в освобожденном районе Боэ открылась первая сессия Национального народного собрания. 24 сентября 1973 г. собрание провозгласило образование независимого государства - Республики Гвинея-Бисау и приняло конституцию республики.
Провозглашение Республики Гвинея-Бисау явилось крупным успехом национально-освободительного движения в Африке. Оно означало начало конца 500-летней португальской колониальной империи.
А.М. Хазанов
Сочинения
Джасси А. (А. Кабрал). Правда о португальских колониях в Африке / Пер. с англ, и фр. М., 1961.
Кабрал А. Революция в Гвинее (Избранные статьи и речи). Пер. с англ., порт., фр. М., 1973.
Литература
Игнатьев О.К. Амилкар Кабрал - сын Африки. М., 1975.
Капский Э.В. Борьба Африканской партии независимости Гвинеи и Островов Зеленого Мыса (ПАИГК) за консолидацию патриотических сил // Борьба за освобождение португальских колоний в Африке (1961-1973). М., 1975.


Жозеф КАСАВУБУ
Joseph Kasavubu, 19131 - 24.111.1969
Государственный и политический деятель Демократической Республики Конго, президент страны (1960— 1965 гг.).
Касавубу, выходец из народа ба- конго, одного из самых крупных в стране, родился в городке Чела (пров. Леопольдвиль, ныне Нижнее Конго). По некоторым сведениям, его отцом был китаец, работавший на строительстве железной дороги Леопольдвиль-Матади (он скончался в 1936 г.). Свою мать Жозеф помнил плохо - она умерла, когда ему исполнилось только четыре года. Жозеф был ее восьмым ребенком и последним сыном.
Двенадцатилетним мальчиком он сразу стал учеником третьего класса школы «отцов шойтистов», одного из объединений монашеских общин в Нижнем Конго, в 1929-1936 гг. посещал организованные миссионерами курсы, где усвоил азы философии и католического вероисповедания, затем - пятилетние курсы по подготовке священников-африканцев. В 1939 г. ему пришлось оставить эти курсы, поскольку он наотрез отказался ехать по их окончании на службу куда бы то ни было, кроме областей расселения бакон- го. А в 1939-1940 гг. он подрабатывал писарем и помощником учителя в одной из миссий в Майюмбе, здесь же получил диплом преподавателя.
В 1942 г. Касавубу обосновался в Леопольдвиле, служил чиновником в финансовом управлении города. Увлекшись общественной деятельностью, быстро приобрел известность человека передовых взглядов. В 1946 г. он вступил в Союз социальных интересов конголезцев (ЮНИСКО), созданный годом ранее африканцами - выпускниками школ «шойтистов». Члены кружка обсуждали проблемы развития страны, возможности уничтожения расовой дискриминации, улучшения условий жизни африканцев. На одном из собраний Касавубу потребовал, чтобы в соответствии с правом «первого поселения», являющегося нормой обычного права, колонизаторы признали конголезцев хозяевами страны и всех ее природных богатств1 2 *. Продвигался он и по службе: посчитав недостаточным жалованье пре1 Установлено биографом Касавубу бельгийским историком Ш.-А. Жили (см.: Gills Ch.-Л. Kasavubu au coeur du drame congolais. Bruxelles, 1964. P. 339-340). Автор-составитель биографического справочника «Кто такие конголезские лидеры?» П. Артигю указывает другую дат}7 - 1917 (см.: Artigue P. Qui sont les leaders congolais? Bruxelles, 1961. P. 132). Появилась и третья версия даты и места рождения Касавубу: не ранее 1910, в деревне Дизи, близ Челы (см.: http:// www.fr.myafrica,allafrica.com/view/main/id/07YP5EQxMVle2e9GP.html).
2 Notes pour servir à l’étude des groupements politiques à Léopold ville. Bruxelles, 1959. Pt. 1
P. 18.
I1I1I1MIIIIIIIIIII 526 Kllltltlllllllllll


подавателя, перешел в фирму « Агрифф», затем в финансовый департамент колониальной администрации.
Касавубу всегда был приверженцем идеи исключительности баконго, их традиционных обычаев и институтов: выступал за прекращение миграции сельского населения в города, поскольку она дезорганизует многовековой деревенский уклад жизни конголезцев, против ослабления власти традиционных вождей, даже призывал сохранить порядки матриархата, «обеспечивавшего конголезцам процветание в доколониальный период»3.
Эти черты политических взглядов Касавубу наиболее полно проявились в период его деятельности в Абако, президентом которой он был избран в 1954 г. Касавубу немало способствовал превращению этой культурнопросветительской ассоциации баконго, созданной в 1950 г. группой образованных и состоятельных представителей этого народа, но официально признанной колониальными властями только через три года, в политическую партию, внесшую значительный вклад в борьбу за независимость Конго.
Первый политический акт Абако относится именно к 1954 г., когда ассоциация, значительно упрочив свои позиции в Нижнем Конго, выдвинула кандидатов в администрацию африканских кварталов Леопольдвиля. Касавубу был избран бургомистром коммуны Денда- ле. Пребывание в этой весьма скромной должности побудило его к выдвижению более решительных требований. Он стал говорить о необходимости предоставить местной прессе и общественным организациям свободу слова и действий, африканцам - право создавать политические партии и участвовать в избирательных кампаниях. Когда же в 1958 г. он обмолвился о предоставлении стране автономии в рамках бельгийско-конголезского сообщества как первого шага к ее полной независимости, власти подвергли его аресту, продолжавшемуся, однако, недолго4.
Касавубу всегда выступал за федерализм, полагая, что он более других форм государственного устройства соответствует условиям Конго - большой и этнически пестрой страны - и «позволяет сохранить ее целостность, поскольку максимально учитывает региональные особенности»5. Однако его «федерализм» нередко наполнялся политическим содержанием, напрямую смыкаясь с сепаратистскими устремлениями ряда лидеров конголезского антиколониального движения. «Истинной свободой могут располагать только этнические группы в границах их расселения, - говорил Касавубу. - Мы представляем баконго и признаем за руководителями других народов страны право называться их лидерами»6. В июне 1959 г., когда Абако выступила с предложением объявить провинцию Леопольдвиль Демократической республикой Центрального Конго, Касавубу предложил соотнести ее границы с пределами средневекового государства баконго7.
Годом фактического превращения Абако в политическую партию стал 1956 г. Тогда был опубликован ее манифест о судьбах бельгийской колонии. Лидеры Абако во главе с Касавубу заявили в нем, что отвергают «План тридцатилетней деколонизации Конго», 3 Gills Ch.-А. Op. cit. Р. 65.
4 Notes. Pt. 1. P. 28; Attigue P. Op. cit. P. 133.
5 Ganshof van derMeersch WJ. Congo: mai-juin 1960. Bruxelles, 1960. P. 35.
6 Le Courrier d’Afrique. 1959. 12.05.
7 Political Parties in the Congo // Africa Special Report. Washington, 1960. Vol. 5. № 6. P. 574; Artigue P. Op. cit. P. 133.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii JZV iiiiiiiiiiiiiiiiiii


предложенный незадолго до того бельгийским политологом А.Ж. ван Бил- сеном и группой «Консьянс африкэн», возглавляемой аббатом Жозефом Ма- лулой и чиновником колониальной администрации Жозефом Илео. Авторы «Манифеста Абако» заявляли: «История никогда не знала запоздалых освобождений, ибо когда настает час, народы не ждут... Демократия установится в стране в той мере, в какой мы добьемся независимости... и всеобщих выборов»8. Лидеры Абако высказались даже за национализацию частных компаний, «поскольку это даст государству дополнительные доходы для решения стоящих перед страной проблем»9.
Представление о себе как теоретике и практике борьбы против колониализма настолько овладело сознанием Касавубу, желание играть ведущую роль в независимом Конго захватило его столь сильно, что он не желал делиться властью и славой ни с кем. В октябре 1958 г. он отклонил предложение Патриса Лумумбы о сотрудничестве, поскольку-де его Абако уже требует предоставить Конго независимость немедленно, а НДК (партия Лумумбы. - Ю. В.) предлагает бельгийцам лишь определить дату ее провозглашения10 11.
Весьма странно Касавубу повел себя на бельгийско-конголезских переговорах, состоявшихся в Брюсселе в январе- феврале 1960 г. и решавших вопрос о независимости Конго. Якобы обидевшись на вице-президента Абако Даниэля Канзу, обвинившего его в диктаторском поведении в партии и преднамеренном нагнетании напряженности в Нижнем Конго, Касавубу заявил, что бесконечные переговоры - пустая трата времени, и 25 января демонстративно покинул зал заседаний. На конференцию он вернулся 10 февраля, когда вопрос о предоставлении Конго независимости был решен, в перерыве совершив на деньги всей делегации Абако турне по ряду западноевропейских стран11.
Острая борьба, усугубленная скрытой неприязнью Касавубу к Лумумбе, разгорелась между ними в июне 1960 г., когда в преддверии провозглашения независимости Конго, намеченного на 30 июня, формировалось первое национальное правительство. Список членов кабинета, предложенный Лумумбой как лидером парламентского большинства (выборы состоялись в мае 1960 г.), колониальная администрация тут же отклонила, перепоручив формировать правительство Касавубу, утверждавшему, что у него не возникнет при этом никаких проблем. Однако лидер Абако не смог договориться с Моизом Чомбе, Альбером Калонжи и Жан-Пьером Де- рикойяром, возглавлявшими три самые значительные антилумумбовские партии. Более того, Касавубу не смог найти кандидатов на несколько ответственных постов в правительстве даже среди членов руководства Абако12.
Взяв верх над Касавубу в борьбе за пост премьер-министра, Лумумба в целях сохранения единства антиколониалистов ввел в состав правительства нескольких членов Абако, а самого Касавубу предложил избрать президентом Конго. Не поддержи он Касавубу, тот не смог бы получить большинство голосов при избрании парламентом главы государства.
8 Notes. Pt. 21,24.
9 Abako. 1950-1960. Documents. Bruxelles, 1962. P. 41,42.
10 Artigue P. Op. cit. P. 133.
11 La Libre Belgique. 1960. 01.02.
12 См. об этом подробнее: Винокуров Ю.Н. Конго. Трудный путь к независимости. М., 1967. С. 160-163.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


Оказавшись таким образом в кресле президента Конго, Касавубу предпринял еще одну попытку ослабить влияние Лумумбы и его сторонников. Он предложил бельгийцам назначить Лумумбу премьер-министром, но поручить при этом назначение всех членов кабинета ему, Касавубу. Естественно, это «компромиссное» решение было отвергнуто лидерами НДК. 24 июня 1960 г. Касавубу принял присягу Лумумбы и его министров, в тексте которой были слова: «Я клянусь в верности главе государства и подчинении законам Конго»13.
На торжественном заседании конголезского парламента 30 июня 1960 г. по случаю провозглашения независимости Конго президент Касавубу возблагодарил Бога за покровительство конголезскому народу и его руководителям. Он воздал должное рабочим мастерских и заводов, крестьянам и лицам интеллектуального труда, всем известным и неизвестным борцам, всем конголезкам, которые придали силу мужьям и сыновьям в их борьбе за независимость Конго, их общего отечества. Он отметил, что Конго вступает в эру независимости, имея замечательную, сбалансированную и крепкую экономику, но с неразвитым национальным самосознанием, многочисленными конфликтами между населяющими страну народами. Заканчивая свою речь, Касавубу поблагодарил Бельгию, которая в прошлом мирно колонизовала Конго, а ныне проявила мудрость, не воспрепятствовала ходу истории, предоставила колонии независимость. Обращаясь к королю Бельгии и всем бельгийцам, он благодарил их за любовь и покровительство конголезцам14.
Месяц спустя в Конго развернулась травля Лумумбы, и Касавубу присоединил к ней свой голос. Он возложил на главу правительства ответственность за воцарившиеся в стране «нищету, безработицу, терроризм и бандитизм». В качестве главнокомандующего он потребовал от армии «прекратить братоубийственную войну», - так он квалифицировал попытки Лумумбы пресекать действия сепаратистов по выводу своих регионов из подчинения центральной власти15.
Конфликт между Касавубу и Лумумбой перешел в открытую фазу, когда 5 сентября 1960 г. президент подписал декрет об отстранении премьер- министра с его поста, а Лумумба, в свою очередь, отказался признавать Касавубу главой государства. 6 сентября Касавубу распорядился «немедленно арестовать Лумумбу за подстрекательство населения к свержению установленной власти»16. Поскольку в этом хорошо отрежиссированном конфликте «президент против премьера» возникло одно непредвиденное обстоятельство - парламент поддержал Лумумбу17, в ход был пущен командующий армией генерал Жозеф Дезире Мобуту. 14 сентября 1960 г. он отстранил от власти обоих лидеров «до конца года», но Касавубу уже через несколько дней вновь приступил к исполнению своих функций.
Однако теперь с ним считались все меньше, его действия приобретали все более спорадический характер. В середине октября он признал сформированную Мобуту коллегию генеральных комисса13 Ganshof van derMeersch WJ. Op. cit. P. 222.
14 Congo 1960. T. 1. Bruxelles, 1961. P. 321,322.
15 Congo 1960. T. 2. P. 818,914,915.
16 Heinz G., Donnay H. Lumumba Patrice: Les cinquante derniers jours de sa vie. Bruxelles; P., 1966. P. 33.
17 Tshimanga wa Tshibangu. Histoire du Zaïre. Kinshasa, 1976. P 113; Moniteur congolais. 1960.
30.10.
iiiimiiiiiiiiiiif jzy iiiiiiiiiiiiiiiiiii


ров «исполнительно-законодательным органом страны» и заявил, что сам будет назначать и смещать ее членов. Однако Мобуту, концентрируя власть в своих руках, не допустил этого18.17 января 1961 г., в день убийства Лумумбы, Касавубу поставил свою подпись под декретом о назначении Мобуту главнокомандующим конголезской армией, сам перестав быть таковым. В феврале он отличился тем, что обвинил ООН «в потворстве коммунистическим отрядам Гизенги» и призвал Чомбе сотрудничать с леопольдвильскими властями19. 17 апреля 1961 г. подписал с Д. Хаммаршельдом соглашение, по которому получил право самостоятельно подбирать иностранных специалистов для работы в Конго по линии ООН20. В октябре 1963 г. в целях борьбы с повстанцами ввел в стране чрезвычайное положение сроком на шесть месяцев и назначил управлять ею триумвират в составе министров обороны, внутренних дел и юстиции. В апреле 1965 г. пытался распустить правительство, руководимое тогда М. Чомбе, поскольку тот заявил, что «Касавубу должен уйти в отставку», а 13 октября все же сместил Чомбе с его поста21.
С конца 1965 г. «злым гением» Касавубу стал Мобуту. Сразу после переворота 25 ноября 1965 г. он посетил свергнутого им президента в его леопольдвильской резиденции, выразил ему почтение и даже признательность за пятилетнюю деятельность в качестве главы государства. И тут же посадил его под домашний арест, приставив к нему охрану, которую, впрочем, назвал почетным караулом.
Мобуту опасался популярности Касавубу среди баконго. Ему казалось, что именно из-за открыто выраженного Касавубу несогласия с проектом новой конституции Конго на референдуме в июне 1967 г. против нее в Нижнем Конго высказались 12% участников, в Киншасе - 19%, а в ряде других городов - до 50% (хотя, по официальным данным, за конституцию проголосовали 97,8%)22.
Мобуту снял изображение Касавубу с конголезских денежных знаков и сослал его в г. Бома, запретив без специального разрешения наведываться в столицу. Поскольку Касавубу, прослывший в Конго по выражению одного из его биографов «страдающим праведником Иовом», не воспользовался служебным положением для личного обогащения, сочувствовавший ему управляющий Национальным банком Конго Альбер Нделе решил выделить Касавубу из казны 200 млн конг. фр. Но Мобуту воспрепятствовал этому и сам назначил экс-президенту и его семье скромное ежемесячное пособие.
По свидетельствам очевидцев, последние годы жизни Касавубу бедствовал, не мог оплачивать услуги врачей и приобретать лекарства. Он скончался в марте 1969 г. в городской больнице Бомы, по официальной версии, от кровоизлияния в мозг. Но по версии одного из конголезских историков, отравление было более вероятной причиной его смерти23. Мобуту не пожелал вернуться из частной поездки в Германию на похороны и не распорядился отдать Касавубу государственные почести.
Так ушел из жизни добропорядочный семьянин, отец семерых детей, но 18 La Libre Belgique. 1960. 27.10.
19 Congo 1961. P. 138,139.
20 Yearbook of the United Nations. 1960-1961, N.Y., 1961. S. 4807, suppl. 1.
21 Le Populaire. 1965.18.10.
22 Congo 1967. Bruxelles, 1969. P. 29,30.
23 The Encyclopedia Africana. African Biography. Vol. 2. Algonac (M.I.), 1979. P. 219; Monguya Mbenge D. Histoire secrète du Zaïre. Bruxelles, 1977. P. 146.
IIIIIIIIIIIHHIIII JJU IIIIIIIIHIIIIIIIII


слабый политик, отягчивший свою совесть предательством П. Лумумбы, содействовавший многому дурному, что случилось в годы его президентства в Конго, оказавшийся неспособным совершить ничего, что осталось бы светлым воспоминанием о нем у потомков.
Ю.Н. Винокуров
Литература
Kasa-VubuJ. Recueil des discours, allocutions et messages de juin 1960 à juin 1965. Léopol- dville, 1965.
Винокуров Ю.Н. Конго. Трудный путь к независимости. М., 1967.
Он же. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2003.
Он же. Политические партии и их роль в борьбе за провозглашение Республики Конго (Леопольдвиль) // Проблемы истории Африки. М., 1966.
Винокуров Ю.Н., Орлова А.С., Субботин ВЛ. История Заира в новое и новейшее время. М., 1982.
Dema J.P La crise du bloc nationaliste. Le cas du P.S.A. // Remarques Congolaises. 1962. № 15,16.
Gilis Ch.-A. Kasa-Vubu au coeur du drame congolais. Bruxelles, 1963.
Guéry A. La place de Kasa-Vubu dans l’histoire du Congo // Remarques Africaines. 1969. № 335. P. 203-206.
Idem. J. Kasavubu, président de l’Abako // Ibid. №334.
Houart P. Quatre années qui menèrent à l’indépendance du Congo. 1956-1960. Bruxelles, 1960.
Lemarchand R. The Bases of Nationalism among the Bakongo // Africa. 1961. Vol. 31. № 4.
Wfeiss H. Political Protest in the Congo: The P.S.A. during the Independence Struggle. Princeton, (N. J.), 1967.
Young C. Politics in the Congo: Decolonization and Independence. N. Y., 1965.


Джозеф Эфраим КЕИСЛИ ХЕЙФОРД
Joseph Ephraim Casely Hay ford, 29.IX.1866- ll.VIli.1930
Ганский политик, публицист, юрист.
Родился в Кейп-Косте, Золотой Берег (ныне Гайа), в семье методистского священника. Получил редкое по тем временам для африканца образование: окончил лучшую миссионерскую школу Золотого Берега, университет Фура-Бей в Сьерра-Леоне, изучал право в Великобритании, где в 1896 г. получил диплом адвоката.
Кейсли Хейфорд по праву считается одним из создателей национальной прессы Ганы. В 1885-1896 гг. сотрудничал в газетах Золотого Берега «Western Echo», «Gold Coast Echo», «Gold Coast Chronicle». В 1902 г. основал с друзьями «Gold Coast Leader», бессменным редактором которой оставался до конца жизни. Авторы газеты критиковали произвол колониальных чиновников Золотого Берега, рассказывали о деятельности политических организаций колонии, воспитывали любовь к национальной культуре, освещали положение в других частях Африки, жизнь афроамериканцев в США и Вест-Индии. Номера «Gold Coast Leader» попадали в Лондон, где привлекли внимание корреспондента журнала «Русское богатство» Н. Шкловского1.
Кейсли Хейфорд - автор семи книг. Он высказался по всем насущным вопросам, волновавшим африканцев с европейским образованием в конце XIX - начале XX в. Своим учителем он считал автора концепции «культурного национализма» Уильяма Блайдена. Кейсли Хейфорд отстаивал необходимость сохранения африканской самобытности, призывал к «духовной деколонизации». Будущая цивилизация, считал он, будет синтезом «материальных достижений Запада» и «африканского гуманизма». Обращение к западному опыту не должно переходить в слепое подражание. «Нельзя думать, - предостерегал он, - что Африка достигнет величия, позаимствовав спешку, суету и образ жизни европейцев. Это противоестественно. Поступать так - значит идти наперекор природе»1 2. На примере народа фанти, к которому он принадлежал. Кейсли Хейфорд доказывал, что у африканцев есть успехи, опираясь на которые они смогут пойти по пути прогресса, оставаясь самими собой. Стремясь доказать, что фанти, как и другие африканцы, не «дикари без прошлого», он приукрашивал их историю, идеализировал их общественный строй.
С позиций «культурного национализма» Кейсли Хейфорд оценивал и колониализм. Он разоблачал миф о филантропических мотивах завоевания 1 Русское богатство. 1905. № 6. С. 118.
2 Casely Hayford J.Е. The Truth about the West African Land Question. L., 1971 (1913). P. 101.
iiiiiiiiiiiuiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Африки, гневно осуждал кровавые расправы над африканцами, разоблачал деструктивную роль колониального господства. Оценивая деятельность европейцев в Африке, Кейсли Хейфорд писал: «Держа бутылку джина в одной руке и библию в другой, европеец провозглашает свое моральное превосходство над африканцем. В глубине души европеец сознает, что при существующих условиях африканец не может достигнуть его уровня, но использует это как предлог для того, чтобы разделять африканские племена, устанавливая границы между колониями, отчуждать у африканцев землю, присваивать их товары, разрушать устои их государственного устройства и традиционных институтов»3. Кейсли Хейфорд был глубоко убежден, что только с помощью Европы Африке удастся быстро преодолеть отсталость, рассматривал европейскую опеку как единственный шанс для африканских народов «занять достойное место среди мировых наций». Отсюда его многочисленные заверения в лояльности английской короне, рассуждения о преимуществах, которые дает западноафриканцам британское управление. Он призывал власти метрополии предоставить африканцам право участия в управлении колониями, уважать их культуру и политические институты, покончить с расовой дискриминацией. Он приветствовал колониализм, но такой, которого не могло быть в реальности, - являющийся абсолютным благом для африканцев и безболезненно приобщающий их к прогрессу.
Кейсли Хейфорд стал одним из первых в Африке пропагандистов идей панафриканизма. В создании на территории Британской Западной Африки единого государства он видел залог быстрого преодоления отсталости ее народов. Пробудить чувство общности он пытался апелляциями к цвету кожи, к общим проблемам и трудностям, порожденным колониализмом. «Одним своим прикосновением, - писал он, обращаясь к западноафриканской молодежи, - природа породнила нас: вместе - в беде, вместе - в радости. Если мы объединимся, то выстоим, разобщенные - погибнем»4. Кейсли Хейфорд верил, что единая Западная Африка станет ядром, вокруг которого смогут объединиться в мощное государство все народы негроидной расы. Он изучал опыт негритянских движений в США и Вест-Индии, поддерживал контакты с лидерами афроамериканцев Букером Вашингтоном и Уильямом Дюбуа.
Кейсли Хейфорд был одним из основателей Общества защиты прав аборигенов Золотого Берега (ОЗПАЗБ), первой ганской политической организации, объединившей представителей разных народов. Оно было создано в 1898 г. для борьбы против разработанного колониальными властями билля о земле, который лишал вождей Золотого Берега права ею распоряжаться. Общество поручило Кейсли Хейфорду, молодому адвокату, недавно вернувшемуся из Лондона, доказать юридическую несостоятельность законопроекта. Он подготовил петицию, которую делегация Общества вручила в Лондоне министру колоний Джозефу Чемберлену. «Колониальный Джо» был вынужден согласиться с аргументами Кейсли Хей- форда, земельный билль не был внесен на рассмотрение британского парламента. Это был не единственный раз, когда Кейсли Хейфорд успешно использовал свои профессиональные знания для достижения политических целей. В 1910 г. появился билль о лесах. Его принятие позволило бы британским компа3 Casely HayfordJ.E. Ethiopia Unbound. Study in Race Emancipation. L, 1969 (1911). P. 69.
4 Æ/em.The Truth about... P. 99.
HfltlHtiiltllilil lliillilllliliitlll


ниям захватить большую часть лесных массивов Золотого Берега под предлогом их «сохранения». Кейсли Хейфорд составил петицию протеста в Министерство колоний и возглавил делегацию Общества в Лондон летом 1912 г. Британское правительство создало специальный комитет по изучению земельного вопроса в Западной Африке, билль о лесах не был принят.
Успехи, достигнутые Обществом, стали результатом политического союза двух сегментов местной элиты - вождей и европейски образованных африканцев. Обе группы объединяли родственные узы и деловые интересы. В XIX в. британцы рассматривали образованных африканцев как союзников, отводили им наряду с вождями роль посредников между колониальной администрацией и местным населением. Колониальные власти Золотого Берега оказывали покровительство воспитанникам миссионеров и выпускникам европейских университетов, охотно принимали их на службу, случалось, что назначали на высокие посты. На рубеже XIX и XX вв. ситуация изменилась. В соответствии с доктриной косвенного управления главным опорным слоем иноземной власти стали считаться вожди, «единственные и законные представители народа», а африканцы с европейским образованием оказались «инородным элементом туземных обществ». Теоретик косвенного управления Фредерик Лугард подчеркивал обособленность «европеизированных африканцев» от «неграмотного населения, находящегося на племенной стадии развития». Лугард пытался доказать, что первые отличаются от вторых даже физически. Он приписывал «образованным неграм» «снижение плодовитости», «подверженность простуде», «неправильное расположение зубов» и находил у них только одно «достоинство» - «умение бездумно подражать европейцам»5. Африканцы были смещены со всех более или менее значительных административных постов в западноафриканских колониях Великобритании. Кейсли Хейфорд с горечью констатировал: «Раньше между правительственными чиновниками и африканцами не было барьера. <...> Юристы заседали в судах вместе с вождями. Многие крупные посты в администрации занимали африканцы. Теперь, кажется, эти времена ушли навсегда. Сейчас мы переживаем период изоляции, недоверия, подозрительности, подвергаемся сегрегации»6.
Кейсли Хейфорд стал инициатором создания первой политической организации, выражавшей интересы западноафриканской образованной элиты, и первым из африканцев попытался воплотить в политическую практику идеи панафриканизма. В результате большой подготовительной работы Кейсли Хей- форда и его единомышленников в марте 1920 г. в Аккре собрались представители Золотого Берега, Нигерии, Сьерра-Леоне и Гамбии. Они объявили о создании Национального конгресса Британской Западной Африки (НКБЗА), «постоянно действующего органа для выражения конституционными методами политических и других нужд Британской Западной Африки». Принятая на учредительной конференции программа Конгресса предусматривала конституционные реформы, которые обеспечивали участие в управлении колониями представителей африканцев, избираемых налогоплательщиками. Конференция разработала ряд мер для защиты и развития национального предпринимательства в британских колониях в Западной Африке, выступила за объединение их ресурсов 5 Lugard FJ.D. The Dual Mandate in British Tropical Africa. L., 1965. P. 79-82.
6 Casely Hay fordJ.E. The Truth about... P. 155.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


и сотрудничество с американскими бизнесменами черной расы7.
Кейсли Хейфорд был в составе делегации, которая осенью 1920 г. прибыла в Великобританию и вручила министру колоний петицию, где излагались требования Конгресса. Выполнить их власти отказались, заявив, что Конгресс не имеет права представлять африканцев, а предложенные им реформы «явно преждевременны». Конгрессу все же удалось добиться осуществления некоторых положений своей программы. Было введено выборное представительство африканцев в законодательных советах британских колоний в Западной Африке, совещательных органах при губернаторах, ослаблены ограничения при приеме африканцев на государственную службу. Организационная структура Конгресса была слабой и аморфной, отделения в колониях были плохо связаны между собой, координационный орган создан не был. Как межтерриториальная организация Конгресс функционировал лишь во время объединенных конференций. После учредительной их состоялось три: в 1923 г. во Фритауне, где президентом был избран Кейсли Хейфорд, в 1925 г. в Батерсте и в 1929 г. в Лагосе. Конгресс не пережил своего создателя и лидера, распался в 1930 г. сразу после смерти Кейсли Хейфорда. Программа Конгресса и его организационные принципы были типичны для многих африканских политических организаций, действовавших в межвоенный период.
С.В. Мазов
Сочинения Дж. Кейсли Хейфорда
The Truth about the West African Land Question. L, 1971 (1898,1913).
Gold Coast Native Institutions with Thoughts upon a Healthy Imperial Policy for the Gold Coast and Ashanti. L., 1970 (1903).
Ethiopia Unbound. Studies in Race Emancipation. L., 1969(1911).
West African Leadership. Public Speeches. L., 1969.
Литература
Мазов С.В. Парадоксы «образцовой» колонии. Становление колониального общества Ганы 1900-1957 гг. М., 1993.
Kimble D. A Political History of Ghana. The Rise of the Gold Coast Nationalism, 1850-1928. Oxford, 1963.
7 Подробно о программе НКБЗА см.: Мазов С.В. Национальный конгресс Британской Западной Африки (1920-1930): идейные и организационные основы // Народы Азии и Африки. 1978. № 6.


Модибо КЕЙТА
Modibo Ke it а, 4.VI.1915- 16.V.1977
M ал 11 й с к и й государствен h ы й лея - тель; первый президент Республики Мали в 1960-1968 гг.
Модибо Кейта родился в Бамако, тогдашнем административном центре Французского Судана (современное Мали). Его родители — Даба Кейта, чиновник местной колониальной администрации, и Хатума (Фатумата) Камара — исповедовали ислам и принадлежали к этносу малинке. Начальное и среднее образование он получил в Бамако, в начальной школе (1925-1931) и в лицее Террасой де Фужер, ныне лицей Аския Мухаммеда (1931 — 1934 ). В 1934 г. Модибо поступил в Высшую педагогическую школу Вильяма Понти в Горе (Сенегал), которую окончил лучшим студентом своего курса в 1936 г. Уже тогда он проявил себя как самостоятельный юноша и убежденный антиколониалист.
С дипломом учителя начальной школы Кейта вернулся в Судан и стал преподавать сначала в глубинке, а затем в самых крупных городах колонии (Бамако, Сикасо, Томбукту). Вскоре он занялся общественно-политической деятельностью. В 1937 г. Кейта вместе с вольтий- цем Уеззином Кулибали основал профсоюз преподавателей Французской Западной Африки (ФЗА), выдвинувший требование равных прав африканцев и белых; тогда же он организовал группу «Искусство и труд» и Ассоциацию образованных людей Судана (позже - «Очаг Судана»), которые стали площадками для критики вождей, крупных местных торговцев и колониальных властей. В 1943 г. Кейта со своим другом Жаном Мари Коне создал журнал «Глаз Кенеду- гу», быстро привлекший к себе внимание острыми публицистическими статьями.
В послевоенные годы его политическая карьера обрела новое дыхание. В 1946 г. он принял активное участие в создании Африканского демократического объединения (РДА) и стал генеральным секретарем Бюро его суданского отделения - Суданского союза РДА (СС). В феврале 1947 г. за свою политическую и профсоюзную деятельность Кейта был приговорен к шестимесячному заключению в парижской тюрьме Санте. Хотя он не провел в ней и месяца (освобожден в марте того же года), это событие превратило его в глазах малийцев в мученика за дело национального освобождения. В 1948 г. его избрали в Генеральный совет Судана (консультативный орган при губернаторе колонии) от округа Бамако-Кита, и он стал его вице-председателем. В начале 1950-х годов Кейта вслед за лидером РДА Феликсом Уфуэ-Буаньи отказался от сотрудничества с Французской коммунистической партией и поддержал курс на сближение с левыми несоциалистами (группировкой Франсуа Миттерана и Рене Плевена). В октябре 1953 г. он был избран в Ассамблею Французского союза («парламент» Французской колониальной империи). В январе 1956 г. КейiiiiiiiiiiiiiiiiiH 53b iiiiiiuiiiiiiiiiii


та победил на выборах во французский парламент, а в июне того же года занял пост одного из его вице-председателей (до июня 1957 г.)- В ноябре 1956 г. его избрали мэром Бамако. На проведенных в 1957 г. после расширения автономии французских колоний (по «рамочному закону» Деффера 1956 г.) выборах в Территориальную ассамблею Французского Судана он стал одним из избранных по списку СС; партия получила на этих выборах абсолютное большинство голосов, а один из ее лидеров, Коне, возглавил Правительственный совет (новый исполнительный орган власти). В том же году Кейта занял пост председателя Большого совета - «парламента» ФЗА и впервые вошел в состав французского правительства сначала в качестве государственного секретаря по заморским территориям (июнь-ноябрь 1957 г.), а затем государственного секретаря при премьер-министре (ноябрь 1957 - май 1958 г.).
На сентябрьском референдуме 1958 г. Кейта, как и Уфуэ-Буаньи, поддержал предложение Шарля де Голля о самоопределении заморских территорий Франции в рамках Французского Союза. Однако вскоре он разошелся с Уфуэ- Буаньи, не желая способствовать «балканизации» Африки, и присоединился к сторонникам панафриканизма. Наряду с Леопольдом Сенгором Кейта оказался главным архитектором Федерации Мали (Мали - имя средневековой западноафриканской империи), в которую вошли четыре французские колонии в Западной Африке - Судан, Сенегал, Дагомея (ныне Бенин) и Верхняя Вольта (ныне Буркина-Фасо). Сначала он возглавил Учредительное собрание Федерации, а после ее создания (январь 1959 г.) и победы СС на выборах (март) стал главой федерального правительства (5 апреля 1959 г.); к тому времени в Федерации остались только Судан и Сенегал.
Но даже в таком урезанном составе Федерация Мали оказалась эфемерным образованием. Как только она обрела 20 июля 1960 г. независимость от Франции, между лидерами Мали и Сенегала вспыхнуло соперничество за пост федерального президента. 22 августа Сенегал вышел из Федерации; Кейта возглавил Правительственный совет Судана, а через месяц, 22 сентября, объявил о создании независимой Республики Мали и о принятии им президентских полномочий. В январе 1961 г. республиканский парламент единогласно избрал его президентом. 13 мая 1964 г. он был переизбран на этот пост всеобщим голосованием.
За время своего президентства (1960-1968) Кейта обрел репутацию одного из ведущих деятелей общеафриканской политической сцены. Несмотря на неудачу проекта Федерации Мали, он остался убежденным панафриканистом. В мае 1961 г. вместе с Ахмедом Секу Туре и Кваме Нкрумой Кейта основал ассоциацию западноафриканских левых режимов под названием «Союз государств Западной Африки». В мае 1963 г. он стал одним из основателей Организации африканского единства (ОАЕ). Правда, к тому времени Кейта уже отошел от крайнего панафриканизма и начал выступать за принцип нерушимости африканских границ; по его мнению, панафриканскому объединению должен предшествовать период становления и консолидации национальных государств.
Непримиримый антиколониалист, Кейта позиционировал себя как сторонник политики неприсоединения К двум основным противоборствующим блокам - Западному и Восточному1; ему даже приписывают изобретение термина 1 Diarrah Ch.O. Le Mali de Modibo Keïta. P., 1986. P. 52.
iiHimitfltmnf iiHfimiiimim


«неприсоединение»2. Глава левого режима, он в то же время активно заигрывал со странами коммунистического лагеря. В мае 1962 г. и в октябре 1965 г. Кейта нанес официальные визиты в СССР, а в 1963 г. удостоился Ленинской премии мира3. В ноябре 1962 г. он заключил соглашение о сотрудничестве с КНР. Кейта энергично поддерживал антифран- цузское восстание в Алжире (признав правительство ФНО в феврале 1961 г.), левое «стэнливильское» правительство Антуана Гизенги в Заире, решительно осуждал систему апартхейда в ЮАР и «белый» режим Яна Смита в Южной Родезии (Зимбабве); он даже разорвал дипломатические отношения с Великобританией в знак протеста против ее родезийской политики (декабрь 1965 г.).
Тем не менее нельзя считать внешнеполитический курс Малийской республики при Кейте как мотивированный исключительно идеологией и начисто лишенный прагматизма. Малийский лидер сотрудничал и с США, и с Израилем. Что касается бывшей метрополии, то, опасаясь ее «неоколониалистских» устремлений, он добился к сентябрю 1961 г. эвакуации всех французских войск из Мали и в июле 1962 г. вывел свою страну из зоны франка. Однако нужда в финансовой помощи со стороны Парижа вынуждала его к определенной умеренности: периодически критикуя внешнюю политику Франции (в алжирском вопросе, за ядерные испытания в Сахаре, за поддержку восстания туарегов в Мали), Кейта в то же время подписал с Францией договор об экономическом, финансовом и культурном сотрудничестве (февраль 1962 г.), а когда экономическое положение Мали резко ухудшилось, вернул страну в зону франка и пошел на серьезные финансовые уступки Парижу и МВФ (февраль и декабрь 1967 г.). В 1963-1966 гг. он также нормализовал отношения с соседними странами — Сенегалом, Верхней Вольтой и Кот-д’Ивуаром, где у власти находились умеренные режимы. В феврале 1963 г., после серии инцидентов, Кейта сумел урегулировать пограничный конфликт с Мавританией, а в октябре того же года успешно выступил в качестве посредника в «войне песков» между Алжиром и Марокко.
Гораздо менее удачной была внутренняя политика президента. С самого начала своего правления он взял курс на внедрение социалистических начал в экономику, прежде всего в сельское хозяйство и торговлю. Уже в 1960 г. было создано Малийское общество импорта и экспорта, получившее монопольные права на вывоз из страны местных товаров, на импорт промышленной продукции и продовольствия и на их распределение среди населения. В октябре 1961 г. началось осуществление первого пятилетнего плана, поставившего главной задачей достижение ежегодного 8% экономического роста.
Модернизацию страны Кейта намеревался осуществить с помощью разветвленной государственной и партийной машины, которая позволила бы мобилизовать ресурсы и подавить потенциальное сопротивление в обществе. Уже в первые годы его правления в стране установился однопартийный режим. Одновременно была фактически ликвидирована возможность возникновения оппозиции внутри самой правящей партии, тем более что съезды СС перестали созываться с сентября 1962 г. К началу 1963 г. власти провели унификацию 2 Breant Н. Modibo Keita, figure ambiguë de la décolonisation africaine // http://www.gnoo. com/ar,modibokeita_figure_ambigue_deladecolonisation_africaine_19193.html
3 Об отношениях Кейты с СССР см.: Мазов С.В. Политика СССР в Западной Африке, 1956-1964: неизвестные страницы истории холодной войны. М., 2008. С. 123-131,203-224.
Ш11Н1Ш1111Н11 IIIIIIHlilllllllll


профсоюзов в рамках Национального союза трудящихся Мали, превратив их в придатки государственного аппарата. В правящую партию было интегрировано Движение суданской молодежи. Кейта учредил институт «политических комиссаров», призванных контролировать деятельность партийных и государственных служащих. Жители Мали стали объектами грандиозной системы надзора и слежки, важными элементами которой были «народная милиция» и «бригады бдительности».
Негибкость государственной ценовой политики, непродуманное введение собственной валюты (малийский франк; 1962 г.) и продовольственные трудности спровоцировали в 1962 г. скачок инфляции и массовое недовольство, особенно в среде крестьян и торговцев. Чтобы прекратить манифестации, власти арестовали двух оппозиционных лидеров Фили Дабо Сиссоко и Амадуна Дико по обвинению в попытке государственного переворота; суд приговорил их к смертной казни, замененной тюремным заключением (оба умерли в тюрьме в 1964 г. при невыясненных обстоятельствах). В то же время в северо-восточных районах с лета 1961 г. бушевал мятеж кочевников- туарегов, вызванный политикой насильственной коллективизации; его удалось подавить только в 1964 г. с помощью марокканской и алжирской армий.
Несмотря на широко разрекламированные успехи «строительства социализма» (например, торжественное открытие плотины Сотуба на Нигере в декабре 1966 г.), экономическое положение страны продолжало ухудшаться. Задачи пятилетнего плана оказались невыполненными, образовался огромный внешний долг, ежегодно увеличивались расходы на управленческий аппарат, правящую элиту раздирала борьба кланов, население было возмущено снижением жизненного уровня и произволом «народной милиции». В 1967 г. режиму пришлось ради получения бюджетной помощи от Франции и кредита от МВФ, а также ради реструктуризации долговых обязательств согласиться на девальвацию национальной валюты на 50%, восстановление ее конвертируемости и значительное сокращение чиновничества.
Испуганный падением авторитарных режимов Мориса Ямеого в Верхней Вольте (январь 1966 г.) и Кваме Нкрумы в Гане (март 1966 г.), Кейта еще более ужесточил внутриполитический курс. В августе 1967 г. он заявил о начале «Малийской революции» - сплошной чистке государственных и партийных органов по примеру «культурной революции» в Китае. По всей стране прошли «народные митинги», на которых рабочие и молодежь критиковали партийных деятелей и чиновников за «отсутствие твердости». В январе 1968 г. Кейта распустил парламент (за год до истечения срока полномочий), приостановил действие Конституции и стал править страной с помощью президентских декретов. В марте развернулась кампания против «попугаев марксизма», «революционного шарлатанства, догматизма и сектантства»4. В июне 1968 г. в Волосе- бугу (к югу от Бамако) режим жестоко подавил выступления крестьян, отказавшихся платить «добровольные взносы», участвовать в бесплатных общественных работах и сдавать зерно государственным коммерческим организациям. В августе Кейта распустил высший орган правящей партии - Национальное политбюро - и передал его полномочия Национальному комитету защиты революции (НКЗР), составленному из лично преданных ему партийных активистов. В сентябре НКЗР призвал всех членов партии к «самокритике»; в среде бли4 Diarrah Ch.O. Ор. cit. P. 162.
IIIIIIIIIIIHIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


жайшего окружения президента вынашивались планы замены армии «народной милицией».
В ситуации тяжелейшего экономического кризиса и всеобщего недовольства населения авантюристическими политическими и экономическими экспериментами Кейты группа офицеров осуществила 19 ноября 1968 г. государственный переворот, арестовав высших функционеров режима. Кейта отверг требование заговорщиков прекратить «социализацию» Мали, был смещен со своего поста и арестован. Без какой-либо судебной процедуры его отправили в тюрьму в отдаленный сахарский городок Кидаль на северо-востоке страны, где он провел около девяти лет практически в полной изоляции. Захвативший власть Военный комитет национального освобождения во главе с Мусой Траоре несколько раз предлагал бывшему президенту свободу при условии прекращения им политической деятельности, но тот неизменно отвечал отказом.
Умер Модибо Кейта 16 мая 1977 г. в тюремном госпитале в Бамако при невыясненных обстоятельствах; ходили слухи о его отравлении. Чтобы прекратить их, Мусе Траоре пришлось выступить по национальному радио с сообщением, что Кейта скончался от «отека легких», которому, однако, никто не поверил. Похороны бывшего президента на кладбище Абдалей в Бамако вылились в массовую антиправительственную манифестацию, жестоко разогнанную силами безопасности.
После падения режима Траоре новый президент Мали Альфа Умар Конаре в 1992 г. осуществил политическую реабилитацию Кейты. В 1999 г. в его честь был открыт мемориал в Бамако.
И.В. Кривушин
Литература
Кейта М. Речи и выступления. М., 1964.
Diagouraga М. Modibo Keïta, un destin P., 2005.
Diarrah Ch.O. Le Mali de Modibo Keïta. P., 1986.
Joly V. Le Soudan français de 1939 à 1945: une colonie dans la guerre. P., 2006.
Snyder EG. One-party Government in Mali: Transition Toward Control. New Haven: L. 1965.


Жозеф КИ-ЗЕРБО
Josef Ki-Zerbo
21.VI.1922-06.1.2006
Олин из крупнейших историков Западной Африки, общественно-политический деятель.
Родился в Буркина-Фасо (в те времена эта страна называлась Верхняя Вольта и входила в состав Французской Западной Африки - ФЗА). в селении Тома провинции Найала. Его отец Альфред Дибан, чье родовое имя было Кн, стал первым христианином в этом регионе, много помогал в местной католической школе. Уже в зрелом возрасте к имени добавился патроним Зербо (по преданию гриотов - хранителей и исполнителей произведений устной традиции, именно люди рода Зербо были предками мальчика).
После окончания миссионерской школы в 1940 г. молодой человек сумел продолжить обучение и получил степень бакалавра в Бамако, потом жил в Дакаре. Там он подрабатывал на строительстве железной дороги, некоторое время был сотрудником газеты «Африк нувель». Затем отправился в Париж для изучения истории и политики и в 1949 г. защитил докторскую диссертацию в Институте политических наук в Университете Парижа. Несколько лет работал в университетах Парижа и Орлеана, а с 1957 г. обосновался в Дакаре. В 1981 г. также был профессором истории в Центре высшего образования в Уагадагу, в *
1981-1993 гг. - профессором Дакарского университета. В 1975-1995 гг. президент Ассоциации африканских историков. долго работал в ЮНЕСКО. Много внимания уделял проблемам высшего образования, занимал пост генерального секретаря Афро-мальгашского совета но высшему образован!iю.
Ки-Зербо называют одним из самых блестящих борцов за эмансипацию, за реабилитацию прошлого континента, его политическую и историческую независимость. Его имя заслуженно стоит в одном ряду с такими выдающимися деятелями Африки XX в. как Леопольд Сен- гор, Патрис Лумумба и Кваме Нкрума.
Работа историка и антрополога (в западном понимании этого термина) по мнению Ки-Зербо неотрывна от политических задач. Он считал, что общественные науки, в первую очередь история и антропология, играют воспитательную роль. Только через постижение истории могут реализоваться духовная деколонизация общественного сознания и воспитание «нового африканца», синтезирующего как достижения новой западной общественной мысли, так и традиционные ценности африканского общества1. /\ для написания подлинной истории, но его мнению, необходимо обращение прежде всего к местным источникам, главнейшим из которых он, как и ’ Ki-ZerboJ. Histoire: levier fundamental // Présence Africaine. 1961. N 3.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii i iiiiiiiiiiiiiiiiiii


многие другие африканские историки, считал устную традицию. Он предложил собственную типологию такого рода источников, методику их обработки и т. п.
Наиболее животрепещущие вопросы, волновавшие всех африканских историков середины XX в. - этногенез и этническая история, культурное единство и взаимодействие культур народов континента. Общая черта такого рода исследований - утверждение, что еще в древности возник единый и неделимый этнос, развитие которого сводится лишь к миграциям - отсюда усиленное внимание именно к этому явлению. В странах Западной Африки значительная часть исследователей, выступая против широко распространенной «хамитской» теории и преувеличения культуртрегерской роли европеоидных народов, заявляла о генетических связях африканских народов с Древним Египтом или их исходе из долины Нила. Наиболее яркими и оказавшими наибольшее влияние на развитие этих идей в африканистике были работы Шейх Анта Диопа.
В работах Ки-Зербо поиск прародины африканцев, объяснение их культурного единства, выяснение места Африки в общем фонде мировой истории занимают немалое место. Предметом особой гордости африканцев, по его мнению, должно являться то, что Африка, образуя зону антропогенеза, являлась прародиной человека современного типа и, следовательно, «колыбелью цивилизации». Кроме того, по мнению Ки-Зербо, Африка была также и центром первых технических изобретений, которые дали человечеству « возможность подняться над природой»2. В отличие от многих африканских исследователей первобытной истории и культуры он не считал негрскую культуру производной от древнеегипетской, хотя и признавал наличие многих сходных черт. По его мнению, существовала единая и «только одна негроафриканская цивилизация». Он не отрицал, что в культуре Древнего Египта и Черной Африки можно отметить немало сходства. Однако, писал он, «не следует сразу делать вывод, что все эти культурные черты были заимствованы в Египте; это скорее означает, что существовала общая палеоафриканская основа с центром в Сахаре и что в течение столетий между Черной Африкой и долиной Нила появились серьезные отличия»3. Египет Ки-Зербо считал неотъемлемой частью африканской цивилизации и, как многие африканские исследователи, разделял мысль о главенствующей роли континента в мировой истории: «Египетская цивилизация далека от того, чтобы быть неким чудом; это закономерный итог ведущей роли Африки в течение 300 тысячелетий начальной истории человечества»4.
Для африканских историков характерен интерес почти исключительно к прошлому собственного народа, в редких случаях - к истории соседних народов. Ки-Зербо был, пожалуй, первым, кто обратился к истории Африки в целом. Его «История Черной Африки» долгие годы оставалась единственным обзорным трудом, где были собраны сведения обо всех регионах континента. Однако, обращаясь к доколониальной истории, он не избежал вполне обычной идеализации этого периода, свойственной для авторов, представляющих африканский континент. Он не склонен был замечать социального и имущественного неравенства, сложной иерархии властей, многих внутренних антагонизмов в обществах африканских народов. По его мнению, «главной или даже единственной силой 2 Ki-Zerbo J. Histoire critique de F Afrique. Dakar. 2008. P. 9.
3 Ibid. P. 13.
4 Ki-ZerboJ. Histoire de l’Afrique Noire. P., 1972. P. 13.
iiiiiiuniiitiiiii 542 llllllirilttliuill


социально-экономического развития была большая патриархальная семья». Ки-Зербо полагал, что общественные структуры Африки не менялись по крайней мере на протяжении 500 лет 'до начала европейской колонизации, но несмотря на это африканцы «достигли чрезвычайно высокого расцвета искусства и совершенствования человеческих отношений», причем главным в этих обществах были социальная гармония и приоритет межличностных и межгрупповых (семейно-родственных) связей5.
Тем не менее Ки-Зербо не ограничился лишь проблемами доколониальной истории, что было характерно для Шейх Анта Диопа и его последователей. Он немалое внимание уделял и истории сопротивления африканцев колониальным захватам, и современным проблемам. Главное для него - развенчать укоренившиеся мифы о «неисторично- сти» Африки и об «исторической пассивности» африканцев, способных лишь принимать, но не создавать. Эти представления, как известно, породили множество теорий о культурных волнах, последней и завершающей из которых было европейское завоевание. Ки-Зербо указывал, что эти теории базируются на незнании, недостаточном знакомстве с подлинной африканской историей. При этом он подчеркивал: «Мною не движет никакой комплекс - ни превосходства, ни неполноценности, но “комплекс” равенства»6.
Рассуждая о сущности истории, он утверждал, что «история - не только наука»; что важнейшее значение имеют взгляды и того, кто ее пишет, и того, для кого работает историк. Быть историком, по его мнению, - значит выбирать «свои сюжеты, центры документации, источники, свои аргументы, их изложение, свой стиль и... свою аудиторию»7. Задача эта сложна, ведь историк должен принадлежать и своему времени, и своему народу, и видеть их в контексте мировой истории, сохранять некую дистанцию. Своей же аудиторией Ки-зербо считал прежде всего соотечественников и в первую очередь молодое поколение. Он писал, что «знание африканской истории должно рассматриваться как составная часть развития - даже экономического развития... Чтобы испытывать заботу о будущем, нужно, чтобы крестьянин себя чувствовал наследником какого-то прошлого»8. Надежды относительно воссоздания истории и формирования основ будущего он возлагал на освободившийся народ и молодую африканскую интеллигенцию. Он, как и многие африканские историки, не доверял европейским исследователям, но его отношение было не столь резким. С одной стороны, он писал: «Мы не даем вам советов относительно того, как истолковывать историю Кромвеля, Наполеона, Вашингтона или кого угодно. И мы не хотим, чтобы вы нам советовали, как истолковывать историю Сундиаты». Но, с другой стороны, он приветствовал усилия тех европейских ученых, которые «сбросят имперскую ливрею цивилизаторов ради более скромной, но куда более прекрасной одежды гуманистов»9. Отчасти желания Ки-Зербо были реализованы в проекте ЮНЕСКО по составлению и изданию «Всеобщей истории Африки», где среди авторов восьми томов есть как африканцы, так и исследователи, представляющие научные школы различных регионов (в том числе и российские).
5Ki-ZerboJ. Histoire de l’Afrique Noire. P., 1972. P. 13.
6 Ibid. P. 28.
7 Ibid. P. 29.
8 Ibid. P. 31.
9 Ibid.


Сам Ки-Зербо принимал активное участие в подготовке этого важного труда. Он был постоянным членом ученого совета издания, ответственным редактором первого тома, посвященного источниковедению и методологии исследования африканской истории. Помимо этого, он стал автором нескольких важных глав. Даже неполный перечень их говорит о разнообразии интересов и глубине подхода к изучению основных проблем африканистики. Так, в первом томе, помимо общей редактуры, введения и заключения, Ки-Зербо принадлежат главы ♦Междисциплинарные методы» и ♦Африканское первобытное искусство», а в восьмом томе, посвященном периоду XX в., помещена большая интересная глава ♦Национальное строительство и меняющиеся политические ценности».
С самого начала работы в качестве профессионального историка Ки-Зербо рассматривал изучение истории как средство политической борьбы. В 1992 г. в своей родной стране Буркина Фасо он создал Партию за демократию и прогресс, вошедшую в международный Социалистический интернационал, а с 1994 г. был ее президентом. Партия находилась в оппозиции к правящему Конгрессу за демократию и прогресс. В 1997 г. он получил во Франции премию ♦Борцу за права человека», считавшуюся альтернативой Нобелевской премии мира, а в 2000 г. - Премию Каддафи в знак признания его заслуг в этой области. В 1998 г. Ки-Зербо принял активное участие в создании в своей стране широкого общественного движения «Объединение (Коллектив) демократических массовых организаций и политических партий». Однако это движение постигла неудача на выборах 2000 г., когда его участники получили лишь 10 мест из 137. С этого времени Ки-Зербо отошел от активной политической деятельности, а 6 января 2006 г. его настигла смерть. Последняя его работа увидела свет уже в 2008 г., свою «Критическую историю Африки» он посвятил африканской молодежи.
Э.С. Львова
Сочинения Ж. Ки-Зербо
Состояние и перспективы новой африканской культуры // Иностранная литература. 1970. № 10.
Histoire et conscience nègre // Présence africaine. 1957. N 16.
Histoire: levier fundamental // Présence africaine. 1961. N 37.
Enseignement et culture africaine // Présence africaine. 1961. N 38.
La personalité négro-africaine // Présence africaine. 1962. N 41.
Le monde africaine Noir. P., 1964.
La crise actuelle de la civilization africaine // Tradition et modernisme en Afrique Noire. P., 1965.
La civilisation africaine d’hier à demain // Etudiants chrétiennes du tiers-monde. P., 1968.
Histoire de l’Afrique Noire. D’hier à demain. P, 1972.
La tradition orale en tant que source pour l’histoire africaine // La tradition orale. Problématique et méthodologie des sources de l’histoire africaine. Niamey, 1972.
The place of history in African societies // UNESCO. General History of Africa. Vol. 1. P., 1980. P. 43-52.
Ki-Zerbo J., Boubu H. Editorial notes: theories on the «races» and history of Africa / UNESCO. General History of Africa. Vol. 1. P., 1980. P. 261-270.
General Introduction // UNESCO. General History of Africa. Vol. 1. P., 1980. P. 1-24.
African Prehistoric Art // UNESCO. General History of Africa. Vol. 1. P., 1980. P. 656 - 686.
Conclusion: from nature in the raw to liberated humanity // UNESCO. General History of Africa. Vol. 1. P., 1980. P. 730-746.
IIUIHIHIIIIinil ItlllllllillllHIH


Ki-Zerbo J„ Izard M. From the Niger to the Volta // UNESCO. General History of Africa. Vol. 5. P., 1992. P. 300-326.
Ki-Zerbo J., Mazrui AA.f Wondji Chr.t Boahen AA. Nation-building and changing political values // UNESCO. General History of Africa. Vol. 8. P., 1993. P. 468-500.
Antologie des grandes texts de l’humanité sur les rapports entre l’homme et la nature (avec M.-J. Beaud-Gambier). S.I., 1992.
A quand l’Afrique, 2003.
Afrique Noire. P., 2005.
Histoire critique de l’Afrique. Dakar, 2008.
Литература
Куббель Л.Е. Историческая наука в Верхней Вольте, Гвинее, Камеруне, Конго, Мали, Нигере, Сенегале // Историческая наука в странах Африки. М., 1979.
Львова Э.С. Этнография в странах Западной и Центральной Африки // Этнографическая наука в странах Африки. М., 1988.


Сихмон КИМБАНГУ
Simon Kimbangu, 12.IX.1887- 12.Х.1951
Религиозный деятель Бельгийского Конго, основатель и первый духовный лидер крупнейшей в Африке независимой церкви.
«Чтобы стать богатым - придумайте собственную религию», - эти слова приписывают лидеру церкви сайентологии Л.Р. Хаббарду. Симон Кимбангу создал новую религию, но поплатился за это своей свободой. Прожив мученическую, овеянную легендами жизнь, он остался для конголезцев «отцом независимости Конго», а для миллионов верующих по всему миру «посланником Бога на земле, папой Симоном Кимбангу».
Симон Кимбангу родился 12 сентября 1887 г. в деревне Нкамба (провинция Нижнее Конго) в семье крестьянина из племени баконго. С самого детства жизнь Кимбангу окутана легендами. По одной из них, вскоре после рождения будущего «пророка», его мать Луизи Кимбангу укрыла в своем доме баптистского миссионера Ж.Р. Кэмерона, который в знак благодарности благословил женщину и маленького Симона1.
Родители Кимбангу рано умерли, и он жил у тетки по материнской линии Кинзембо. Она была первой темнокожей женщиной во всем Конго, принявшей христианство. Тетка с детства воспитывала Кимбангу в атмосфере почитания Бога. Вере в Иисуса Христа Кимбангу не изменил на протяжении всей своей жизни. Набожная Кинзембо отдала Симона учиться в миссионерскую школу английских баптистов Нгомби-Лютетэ. В ней он провел четыре года, но так и не научился хорошо читать и писать.
Скудность информации о детстве и юности Кимбангу дает биографам благодатную почву для мифотворчества. Как и многим другим духовным лидерам, ему с рождения приписывают «экстраординарность и мудрость»1 2.
По преданиям ки.мбангистов, чудеса будущий «пророк» начал творить с самого детства. Кимбангу мог, например, превратить гнилой кокос в свежий и сочный, а из птичьего пера сотворить птицу. По другой легенде, он уже в десять лет заявил своим родителям: «Когда мой отец еще не родился, я уже существовал! Вы мне не верите. Но знайте, мое имя скоро станет знаменитым на весь мир»3.
В 1915 г. Кимбангу и его жена Ми- виду Мари Киаванга были крещены баптистским миссионерским обществом.
1 Simon Kimbangu // http://www.bethel.edu/-letnie/AfricanChristianity/SSAKimbangu. html
2 Lumbu L. Simon Kimbangu // http://www.katinkahesselink.net/his/Kimbangu.html
3 Akiele B. Simon Kimbangu // http://www.kimbanguisme-ejcsk.org/founderpages/les_at- tributs.htm
IlilillHlilIlillll 546 1111)1*111111111111


После окончания школы Кимбангу работал помощником миссионера по подготовке африканцев к крещению и даже сам преподавал катехизис. В 1918 г. Кимбангу начали посещать религиозные видения, в которых Бог призывал его стать целителем и проповедником слова Христова. Кимбангу также должен был подготовить человечество к наступлению Царства Божия на земле, в котором все будут счастливы. Однако, по словам Кимбангу, он боялся взять на себя ответственность за судьбу мира. По его мнению, для этого нужен был более образованный и мудрый человек4. Он решает изменить свою жизнь и переселиться в Леопольдвиль (совр. Киншаса). Но «откровения» не прекратили навещать его и там. Его жена позже утверждала, что постоянно слышала, как он с кем-то говорил, находясь один в комнате. На ее вопрос: «С кем ты разговариваешь?», отвечал: «Говорю с Иисусом Христом. Он мне дает наставления о тех задачах, которые я должен выполнить здесь, на земле»5.
В столице Бельгийского Конго Кимбангу несколько месяцев работал на маслобойне, но спокойный, размеренный и, безусловно, плохо оплачиваемый труд не мог успокоить его мятущуюся душу. Кимбангу возвратился в родную Нкамбу, где безуспешно пытался устроиться работать священником. Разочаровавшись в европейском христианстве, Кимбангу решает взять судьбу в свои руки.
6 апреля 1921 г. в деревеньке Гомбе- Кинсука, недалеко от родной Нкамбы, Кимбангу молитвой исцелил женщину. Молва о том, что в Нканбе появился Ngunza («пророк» на языке лингала - К. С.) мгновенно разошлась по окрестным деревням и городам. Услыхав про «мессию», крестьяне оставляли свои поля, а больные покидали больничные палаты. Бельгийские отчеты сообщали о том, что в день к «пророку» приходило до 10 тыс. человек6. Сам Кимбангу нарек себя Ngunza a Nzambi (пророк Бога). Он избрал в помощь себе 12 апостолов (Mvuluzi) и призвал их бороться с насилием, колдовством, алкоголем, табаком, многоженством и даже с эротическими танцами. К удивлению миссионеров, которые десятилетиями не могли искоренить эти пороки у местного населения, конголезцы безропотно соглашались с требованиями нового «пророка» и его «апостолов». Ведь они были чернокожими, а не приехали к ним из далекой Европы! Многие крестьяне верили, что европейские миссионеры знают сакральные тайны власти и богатства, которые после общения с Богом откроет им и их африканский «посланник Иисуса». С апреля по июль 1921 г. Кимбангу неустанно путешествовал по западной части Конго. Приходилось бывать ему и в северной Анголе, и во Французском Конго, где его также встречали толпы верующих и жаждущих излечения от всех недугов.
Но не все были рады появлению нового «пророка». Против Кимбангу быстро объединились миссионеры всех ветвей христианства и бельгийская администрация. Власти боялись мятежей, а бельгийское духовенство заклеймило Кимбангу еретиком, подрывавшим устои церкви.
Колониальные власти впервые попытались его арестовать во время молитвенного собрания летом 1921 г., однако Кимбангу к попытке своего ареста готовился и сбежал из Нкамбы вместе с несколькими последователями. Бельгийцы начали на него настоящую охоту. Ким- 4 Lumbu L Op. cit.
5 Ibid.
6 Nduku-Fessau Badze. Religioscope. 29.08.04. // http://wunA:religion.info/french/entretiens/ article 91.shtml
IIIIIHIIIIHIIIIII 547 IIIIIIIIIIIIIIIHII


бангу пришлось скрываться. К этому периоду его жизни, как, впрочем, и к любому другому, относится большое количество мифов. Вот один из них. В деревне Люнтенделе, находящейся в 200 км от Киншасы, «мессию Кимбангу» поймали бельгийские колонисты. По преданию, они связали его и бросили в реку Конго. Но пророк не утонул. Он, как и Иисус в библейском сюжете, совершил «прогулку по воде» и вышел на противоположном берегу Конго...7
Для его поимки мобилизовали армию. Однако все было впустую: два месяца Кимбангу был неуловим. Он сам сдался властям 12 сентября 1921 г., в день своего рождения. Сдался в тот момент, когда посчитал, что сделал все, что мог, и ни минутой раньше. Таким образом, с того момента, как Кимбангу объявил себя посланником Иисуса Христа, прошло всего пять месяцев. По преданию, перед своим арестом Кимбанга сказал своим последователям: «Я вам не оставляю ничего, кроме Библии. Читайте ее всегда и везде»8.
На суде под председательством итальянца на бельгийской службе Де Росси Кимбангу обвиняли в целом ряде преступлений, тяжелейшим из которых было «организация мятежа». Суд над ним начался 29 сентября, а уже 3 октября 1921 г., Кимбангу зачитали приговор: 120 ударов плетью и смертная казнь. Зачастую после такого истязания плетью человек погибал... Кимбангу выдержал это испытание! И узнал, что король Бельгии Альберт I заменил ему смертный приговор на пожизненное заключение. Такая «мягкость» монарха была связана с многочисленными обращениями протестантских священников и миссионеров, которые справедливо подчеркивали, что Кимбангу никогда не призывал к свержению власти.
Заточение Кимбангу в тюрьму, по мнению кимбангистов, было равносильно казни Христа на Голгофе. Это факт еще больше усиливал святость «пророка» в глазах его последователей9.
Бельгийцы опасались, что последователи «мессии» попытаются освободить Кимбангу из заточения и отправили его далеко на восток страны. В Элизабетвиль (совр. Лумумбаши) его везли на специальном поезде под охраной нескольких десятков солдат. Там, в 2000 км от дома, Кимбангу провел последние 30 лет своей жизни. Местная колониальная администрация была недовольна решением короля об отмене казни. В первые дни заключения было предпринято несколько попыток убить Кимбангу, однако они все закончились провалом. По легендам кимбангистов, его просто нельзя было убить: в воде он не тонул, а пули не причиняли ему никакого вреда10 11.
По преданиям кимбангистов, в тюрьме Кимбангу стал заниматься предсказаниями. Считается, что он точно предсказал год получения Конго независимости (1960), предрек приход к власти африканских диктаторов, а также массовое переселение африканцев в Европу. Среди его предсказаний есть и такое: страны Африки во главе с сильным человеком получат «вторую независимость* (dipanda dianzole)11.
Во время длительного тюремного заключения «пророка» многие высказыва7 Mokoko Gampiot A. Les Kimbanguistes en France. Expression messianique d’une Église afro chrétienne en context migratoire. P., 2010. P. 303.
8 Chenu B. La Croix. 28.01.03.
9 Mawawa Mâwa-Kiese. Kongo-Kultur. Vol. 1. Brazzaville; P, 2008. P. 6
10 Lumbu L. Simon Kimbangu. Cape Town, 2009 // http://www.prominentpeople.co.za/kimban- gu-simon.aspx
11 Ibid.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 548 IIIIIIIIHIIIIIIIII


лись за его освобождение. Но даже заступничество губернатора провинции Шаба не помогло Кимбангу вновь обрести свободу. В 1941 г. Кимбангу снова смог вести проповеди и давать наставления: его последователи разработали тайный язык для общения со своим духовным лидером. Эта ниточка продолжала действовать до самой смерти «пророка». Так и не дождавшись свободы, Симон Кимбангу умер в тюрьме 12 октября 1951 г.
После смерти началась «вторая жизнь» Кимбангу. В отличие от его земного пути, она была яркой и красочной, полной почестей и преклонения. 3 апреля 1960 г. сын Кимбангу Дьянгьенда произвел эксгумацию останков отца и перевез его прах из Лумумбаши в родную деревню Кимбангу Нкамба. Чтобы украсить легенду, потомки «мессии» объявили, что останки пророка оказались нетленными. Доказательств предъявлено не было. В Нкамбе для него был построен мавзолей «Киконго», ставший местом паломничества кимбангистов12. Впоследствии все места, где бывал и жил Кимбангу объявили святыми13. 12 сентября 1991 г. С. Кимбангу был не только официально реабилитирован властями Заира (совр. Демократическая Республика Конго), но и награжден высшей наградой страны - орденом Леопарда.
Так что же именно создал Кимбангу, и почему это так всколыхнуло тогдашнее общество? Несмотря на некоторое сходство с христианством, кимбангизм в первую очередь религия африканская. Чтобы это понять, достаточно взглянуть на ее яркие и красочные обряды, напоминающие театральное представление. Воскресная молитва в церкви - приятное и веселое времяпрепровождение для десятков родственников и друзей. Часто она продолжается несколько часов и сопровождается песнями и плясками. Священник во время этого действа больше напоминает конферансье, чем священнослужителя. Его роль сводится не к управлению молитвой, а к объявлению различных ее ритуалов, а также к ответам на возникающие прямо во время богослужения вопросы прихожан. Строгих правил у такой мессы нет, все зависит во многом от энтузиазма пастора и религиозного рвения присутствующих.
Кимбангу не был конголезским националистом: он лишь свято верил в свое предназначение и хотел помочь простым африканцам. Создав свою религию, он выпустил джинна из бутылки. Последователям «мессии» в период бельгийского колониализма была важна не только сама религия «кимбангизм», но и то, что она была своей, родной, африканской, а также, что немаловажно, ненавистной белым колонистам и проповедникам. Можно сказать, что сам Кимбангу и его последователи в 1920-1950-е годы были невольными афроцентристами. Через 40 лет после смерти Кимбангу идеолог афроцентризма М.К. Асанте так сформулирует эту проблему: «Если они (европейцы - К. С.) говорят, что классический танец - это балет, знайте, что не существует ничего более классического, чем африканские танцы»14. Таким «африканским танцем» и была для чернокожего конголезского населения новая религия. Ее приверженцы хотели чувствовать себя хоть в чем-то независимыми от ненавистных им белых. Именно этим, а не «чудесными исцелениями» культ обязан своему быстрому распространению. Конечно, еще более независимым было бы придерживаться традиционных африканских верований, однако в 20-е годы XX в. христианство уже прочно вошло в сознание коренного населения Конго.
12 Mokoko Gampiot А. Op. cit. Р. 275.
13 Ibid. Р. 303.
14 Asante М.К. Afrocentricity. Trenton (N.J.), 1988. P. 40.
imiiiiiiiitiiim 549 IIIIIIKIIIIIIIIIII


Такая религия была нужна и зарождающемуся панафриканизму. Церковь, созданная Кимбангу, была интернациональна и обещала спасение для всех ее чернокожих приверженцев, а не только для конголезцев. Всеафриканской Церковь Иисуса Христа на земле не стала, однако она и по сей день объединяет чернокожих верующих из нескольких стран.
Бельгийцы обвинили Кимбангу в том, что религия является лишь прикрытием для террористической организации. Еженедельник «Авенир колониаль бельж» сообщал 30 октября 1921 г., что в рамках движения действует организация «Черный национальный клан» с более радикальной программой. Члены этой организации выступали за отказ от уплаты налогов, за возвращение населению церковных земель15. Но на самом деле, Кимбангу никогда не призывал к гражданскому непослушанию и радикальным переменам. Уже само появление «другой» христианской церкви было вызовом власти. Историк Дьдье Гондола так описывает поведение Кимбангу: «Кимбангу никогда не противился властям колонии, напротив всячески призывал к повиновению бельгийцам, что в условиях Конго означало принудительные работы и огромные налоги»16.
По мнению авторов книги о кимбан- гизме К. Клардона и Ж. Депраза, «Кимбангу не делал ничего другого, кроме как передавал африканцам послание Иисуса»17.
Его пророчество о том, что в будущем «черный человек станет белым, а белый будет черным», поставило, по мнению кон го л езс кого исс л едо вател я М. Мава-Кьезэ, «белых и черных на один пьедестал», чем, безусловно, еще больше разозлило колонизаторов18. Спустя десятилетия Мобуту в одной из своих речей так высказался о Кимбангу: «Обычное дело, когда Господа встречает европеец ... но черный человек не может видеть Бога»19.
Пока Кимбангу находился в тюрьме, страсти вокруг кимбангизма накалялись. История этой религии в колониальную эпоху - это история противостояния простых конголезцев властям. Перед тем как сдаться бельгийцам, Кимбангу приказал своим сторонникам также повиноваться правосудию и надеяться на справедливый суд. Однако выполнили этот приказ немногие. После ареста Кимбангу по Конго прокатилась волна репрессий против его последователей. Их подвергали телесным наказаниям, переселяли из священных для кимбангистов мест, сажали в тюрьмы, где многие из них находились до конца 1950-х годов. Наиболее радикальные последователи «пророка» впервые в конголезской истории выдвинули лозунг «Конго - конголезцам!» Кимбангистами в 1920-1930-е годы были организованы ряд забастовок и восстаний, приведших к новым арестам. «Вылавливайте белых. Мы соберем в лесу дрова, сожжем белых и станем хозяевами в своей стране»20, - восклицали некоторые из них. «Кимбангисты призывали соотечественников не работать на европейцев, не занимать административные посты, не платить налоги»21, - пишут 15 Винокуров Ю.Н., Орлова А.С., Субботпин ВЛ. История Заира в новое и новейшее время. М., 1982. С. 170,171.
16 Gondola D. The History of Congo. Westport, 2002. P. 94.
17 Clardon Ch., DeprasJ. Simon Kimbangu. Un prophète et son Eglise. Lausanne, 1981. P. 99.
18 Mâwa-Kiese M. Op. cit. P. 6.
19 Mokoko Gampiot Л. Op. cit. P. 50.
20 DemunterP. Masses rurales et lutte politique au Zaire. P., 1975.
21 Винокуров Ю.Н. и др. Указ. соч. С. 170.
iiiiiiiiiiuiiitiii irillllKKIIIIIIil


авторы монографии «История Заира в новое и новейшее время».
Далеко не все последователи «мессии» Симона Кимбангу были столь радикальны. Многие просто хотели «верить в Христа по-африкански». Но и они подвергались репрессиям. Отчаяние верующих дошло до того, что в 1957 г. 600 видных кимбангистских священнослужителей подписали открытое письмо к властям колонии. В нем они, в частности, писали: «Когда мы собираемся для молитвы, нас арестовывают ваши солдаты. Чтобы не обременять полицию дополнительной работой, мы все безоружные соберемся на стадионе. Там вы можете нас всех сразу арестовать или уничтожить»22.
После ареста Кимбангу в 1921 г. «Церковью Христа на земле и его посланника Симона Кимбангу» стала управлять его жена. В 1959 г. она умерла, передав духовное лидерство младшему сыну Кимбангу Ж. Дьянгьенде. Кимбангистская церковь стала «семейным предприятием» семьи Кимбангу. В 1959 г. бельгийские власти наконец признали кимбангист- скую церковь, а в 1969 г. она была принята во Всемирный совет Церквей. В 1977 г. появился первый публичный документ в истории церкви, названный «Теология кимбангизма» и знакомивший мир с религией «пророка Кимбангу».
Во время правления Мобуту (1965- 1997 гг.) кимбангистская церковь, как и другие религиозные организации, была полностью подчинена властям. Взамен правительство диктатора покровительствовало этой религии. «Церковь пророка» перестала играть свою политическую функцию «знамени борьбы с властью».
Современные лидеры кимбангистов поддерживают тесные контакты с конголезским правительством и являются уважаемыми в ДРК людьми. Поняв, что падение режима Мобуту не за горами, кимбангистские священнослужители предсказали в начале 1997 г. приход к власти президента Л.-Д. Кабилы, чем заслужили благодарность нового правителя Демократической Республики Конго. Впоследствии так же было предсказано президентство «молодого мудрого человека» - нынешнего главы ДРК Ж. Кабилы23.
Такие «прогнозы» помогают конголезским кимбангистам с оптимизмом смотреть в будущее: несмотря на тяжелое экономическое положение ДРК, церковь получает щедрые пожертвования, а количество верующих в «мессию Кимбангу» растет и насчитывает около 7 миллионов человек внутри Конго24, а также 10 млн верующих в других странах25.
К.В. Столяров
Литература
Винокуров Ю.Н., Орлова А.С., Субботин В А. История Заира в новое и новейшее время. М., 1982.
Clardon Ch., Depras J. Simon Kimbangu: Un prophète et son Eglise. Lausanne, 1981.
Demunter P. Masses rurales et lutte politique au Zaire. P., 1975.
Gondola D. The History of Congo. Westport, 2002.
Mâwa-KieseM. Kongo- Kultur. Vol. 1. Brazzaville, 2008.
Mokoko Gampiot A. Les Kimbanguistes en France. Expression messianique d’une Eglise afro chrétienne en context migratoire. P., 2010.
22 Simon Kimbangu // http://www.bethel.edu/~letnie/AfricanChristianity/SSAKimbangu.html
23 Kimbangu // http://www.jeuneafrique.com/jeune_afrique/articlejeune_afrique.asp?art_cle= LIN260261ejeuegasen0
24 CIA. The World Factbook. 2010 // https://www.cia.gov/librarv/publications/the-world- factbook/geos/cg/html
25 Lumbu L. // http://www.katinkahesselink.net/his/Kimgangu.html
IIIIIIIIHIIIIIIIII JJ I IIIIIIIIHIIIIIIIII


Лансана КОНТЕ
Lansana Conté, 1934 - 22.XII.2008
Гвинейский политик и военный. Президент Гвинеи (1984-2008).
Известный французский публицист Сеннен Андриамираду, опубликовавший в 1992 г. в журнале «Жен Африк плюс» прогностическую статью «Африканские лидеры на 2000 год», предсказал, что гвинеец Лансана Конте должен, судя по всему, уйти с политической авансцены еще до конца века. При этом он пояснил, что в пользу данного предположения его склоняют нечаянно оброненные в интервью прессе признания лидера Гвинеи в том, что он «не особенно-то любит власть», никогда «не принимал всерьез своей роли главы государства», «не цеплялся за свой пост и только ждет случая, чтобы с ним расстаться»1.
Летописец африканской новейшей истории на сей раз ошибся, как в оценке амбиций кадрового офицера, так и в преждевременном исключении гвинейского представителя из списка политической элиты континента. Как раз наоборот, за отмеренные до наступления миллениума годы состоялось превращение малоавторитетного председателя путчистского комитета во влиятельного легитимного президента, признанного мировым сообществом реформатора и миротворца, трижды получившего вотум доверия населения страны на альтернативных демократических выборах.
Скупой на слова, обычно избегавший репортеров Лансана Конте не любил распространяться о подробностях своей биографии. Известно только (из гвинейских источников), что родился он в 1934 г. в отдаленной деревне Лумбейя с населением около 200 жителей, приписанной к округу Бурамайя провинции Дюбрека (Нижняя Гвинея) в крестьянской семье народа сус, (по французским источникам, в селе Муссайя, недалеко от г. Конакри).
По его собственным воспоминаниям, приобщаться к сельскому тяжелому труду начал с сем и летнего возраста, со временем возделывание земли стало необходимым побочным занятием и оздоровительным времяпрепровождением. Все свое свободное время он проводил на личных плантациях, выращивая кукурузу, и всячески поддерживал в общественном мнении представление о себе, как о «президенте-крестьянине», человеке от земли или «от сохи», предпочитающем медленные, но весомые дела ничего не значащим демагогическим словам.
Военная профессия также наложила свой отпечаток на его характер, мировоззрение и стиль поведения. Казарменный образ жизни и армейскую дисциплину пришлось усваивать с ранних лет. В 1948 г. в возрасте 14 лет Лансана по1 Цит. по: Компас. 1992. ЛЬ 70. 10.04. С. 47.
Illlllllltlllllllll 11111)1111111111111


ступил в военную школу для подростков в Бенжервиле (Кот-д’Ивуар), после ее окончания был принят в военное училище Сен-Луи в Сенегале.
В 1955 г. стал военнослужащим французской армии и после двухгодичного обучения в военно-морском училище во Фрежусе (Франция), где готовятся командные кадры из уроженцев заморских территорий, с удостоверением младшего общевойскового офицера был направлен для дальнейшего прохождения службы в Алжир. В декабре 1958 г., после провозглашения независимости Гвинейской республики, в числе других патриотов, откликнувшихся на приглашение Секу Туре, возвратился на родину, где с марта 1959 г. принял участие в формировании национальной армии.
В 1970 г., после прохождения ускоренных командирских курсов, организованных советскими военными специалистами в военном лагере «Альфа-Яйя» в столице Гвинеи и в г. Киндиа, был введен в состав Генерального штаба вооруженных сил для разработки планов противостояния возможным актам внешней агрессии. Затем в качестве военного советника Управления лагерями эмигрантов из Гвинеи-Бисау занимался боевой подготовкой активистов Африканской партии независимости Гвинеи и Островов Зеленого Мыса. Во время нападения на Конакри португальских наемников 22 ноября 1970 г. являлся одним из умелых и хладнокровных организаторов обороны гвинейской столицы.
Отдавая должное участию советских наставников в его судьбе, Л. Конте во время официального посещения РФ 26 июля 2001 г. заявил: «Я знаю русских людей, несмотря на то что это мой первый визит в Россию. Именно благодаря вашей стране я сумел занять высокое положение в гвинеискои армии и затем уже стать президентом»2.
С середины 1970-х годов начался быстрый подъем Конте по служебной лестнице. В 1975 г. он получил чин капитана, в 1977 г. стал майором и был назначен начальником штаба сухопутных войск, в 1982 г. дослужился до звания полковника. Накануне военного переворота 3 апреля 1984 г. занимал должность командующего военным округом Боке (на западе страны, в зоне, граничившей с Гвинеей-Бисау и Сенегалом).
По мнению некоторых африканских и французских обозревателей, Л. Конте, всегда предпочитавший солдатскую прямоту тайной политической игре, не был главным вдохновителем и мозговым центром заговора военных, который готовился в течение трех лет в обстановке абсолютной секретности в среде молодых офицеров. Они объясняли выдвижение Л. Конте на пост председателя Военного комитета национального возрождения (ВКНВ) 3 апреля 1984 г. и его назначение президентом Второй гвинейской республики 5 апреля 1984 г. случайностью. Боровшимся за власть группировкам заговорщиков нужна была компромиссная фигура.
Превалировала трактовка событий, согласно которой нейтральная кандидатура самого старшего по возрасту и чину (раньше других был удостоен звания полковника, большинство же более высокопоставленных военных были либо репрессированы в чистках 1969-1971 и 1982 гг., либо не участвовали в заговоре) устроила на данном этапе всех путчистов, тем более что другой полковник ВКНВ, Диара Траоре, получил вторую по значимости должность премьер-министра3.
По словам того же С. Андриамираду, «Конте пришел к власти, по-настоящему 2 http://www.africana.ru/lands/Guinea/Russia_Konte.htm.
3 См., например: Odou R. Fin de l’état de grâce? //Afrique nouvelle. 1987. № 1973. 13.05.
P. 6-7.
iiiiiniiiiiiiiiiit 553 lllilflllllllllllll


того не желая, и остался на своем посту под нажимом офицеров, которые его сделали королем, дабы самим быть принцами». Возможно, упомянутые доводы и предопределили выбор армии, окончательный характер которого пришлось доказывать во время повторных мятежей 1985 и 1996 гг. Тем не менее, не стоит сбрасывать со счетов и другие обстоятельства, также объективно способствовавшие лидерству Лансаны Конте.
Дело в том, что поводом, ускорившим вмешательство военных в политическую жизнь страны в момент, когда после смерти Секу Туре внутри правившего клана его сводный брат Исмаэль Туре оспаривал президентство у премьер-министра Лансаны Беавоги и назревала этническая гражданская война, послужило сообщение о планируемой Революционным советом новой репрессивной акции внутри вооруженных сил, первыми жертвами которой должны были стать полковник Лансана Конте и капитан Фасине Туре (занявший после переворота пост министра иностранных дел). Значит, их влияние в армейской среде серьезно беспокоило прежних правителей.
Полковник Диара Траоре (бывший военный атташе Гвинейского посольства в Советском Союзе и депутат Национального собрания Первой Гвинейской республики) не мог составить настоящую конкуренцию Л. Конте, так как, по утверждению Ф. Туре, не принимал участия в апрельском государственном перевороте и стал премьер-министром только из-за этнического происхождения, как самый титулованный офицер народности малинке4.
Именно по этой причине большинство членов ВКНВ и армейских подразделений не поддержали 4 июля 1985 г. его попытку отправить в отставку президента и сформировать новое правительство - Высший государственный совет. Более того, как заявил на митинге Л. Конте, после подавления путча Д. Траоре обнаружилась причастность к его организации бывших членов правительства Секу Туре и в первую очередь члена Политбюро Демократической партии Гвинеи (ДПГ), министра жилищного строительства и окружающей среды Муссы Диаките5.
Как бы там ни было, придя к власти, Л. Конте своими методами управления отнюдь не произвел впечатление безвольного временщика, не заинтересованного в результатах деятельности и готового уступить кому угодно ответственность перед народом и государством. Наоборот, международная общественность заговорила об уникальности гвинейского государственного переворота, совершенного, как выяснилось, без кровопролития и ради благих намерений: ликвидации тоталитарного режима, предотвращения появления в Африке второго Чада.
Всех удивляли не столько сформулированные ВКНВ стратегические цели: добиться защиты прав человека, восстановить разрушенную экономику, «заложить основы настоящей демократии, способной противостоять в будущем любой личной диктатуре»6, сколько оперативная разработка программы их реализации, которая была представлена народу буквально через несколько дней после прихода военных к власти.
О дееспособности, прагматичности и политической зрелости нового главы Гвинейского государства можно было судить по первым шагам его правительства. Когда весь мир стал гадать относительно идеологической ориентации военного режима, Л. Конте подтвердил привер4 El Moudjahid. 1985.10.07. P. 5.
5 Al-Bayane international. 1985. 10.07. P. 4.
6 Le Monde. 1984. 05.04. P. 3.
UHU HIHI HIIHIIIHIIIIIIII


женность ВКНВ нормам и принципам, на которых строится деятельность ООН, ОАЕ и Движения неприсоединения, и дал понять, что в отношениях с другими странами будет продолжена политика нейтралитета. В речи о намерениях военных властей, прозвучавшей через два дня после переворота, он заявил, что Гвинея протягивает руку всем народам, желающим на равноправной основе сотрудничать с ней, и, находясь в тяжелой ситуации, она не откажется ни от какой помощи, «откуда бы та ни исходила, с Запада или с Востока»7. Отказ от политики изоляционизма и закрытости гвинейского общества очень скоро положительно сказался и на темпах преодоления кризиса в стране.
Обращения правительства ВКНВ за помощью и содействием к заграничной гвинейской диаспоре, к ПРООН, ФАО, ЮНЕСКО и другим структурным подразделениям ООН, к МВФ, ВБРР и ЕЭС, создание Национального центра привлечения частных инвестиций, активизация внешнеполитических и экономических связей со многими странами мира оказались на редкость результативными. Вторая Гвинейская республика получила не только квалифицированную экспертную, но и беспрецедентную финансовую помощь.
При содействии эмигрантских и зарубежных советников в Гвинее были проведены национальные конференции, определившие состояние и проблемы приоритетных направлений внутренней политики, и 22 декабря 1985 г. президент обнародовал развернутую программу социально-экономического возрождения страны из 117 пунктов.
Генеральная Ассамблея ООН в конце 1984 г. и в середине 1985 г. призывала мировое сообщество к оказанию щедрой помощи реконструкции, подъему и развитию Гвинейской республики. В июле 1999 г. во время рабочего визита в Конакри Генерального секретаря ООН Кофи Аннана на его встрече с президентом Л. Конте даже обсуждалась перспектива проведения в Брюсселе международной конференции по Гвинее под эгидой ООН. Эти инициативы не остались без ответа.
С апреля 1986 г. кредиторы списали 40% внешнего долга страны, наметив на 1997 г. аннулирование задолженности до 80%. Одновременно ее экономика ощутила приток крупных инвестиций. Один только Всемирный Банк на период с 1984 по 2001 гг. выделил свыше 1 млрд долл., а образованная в 1987 г. Консультативная группа фондодателей Гвинеи ассигновала на 1987-1989 гг. 1,2 млрд долл., увеличив сумму помощи на 1998-2000 гг. до 1,972 млрд долл.8 И это кроме различных единовременных кредитов по договорам сотрудничества и финансирования, предоставленных республике МВФ, США, Францией, ФРГ, Канадой, Японией и другими инвесторами.
Естественно, что такие крупные, по меркам Тропической Африки, финансовые льготы были обусловлены рядом обязательств гвинейского правительства по проведению политических и экономических реформ. И как бы ни пытался Л. Конте хотя бы внешне поддерживать былой авторитет Гвинеи как символа африканской независимости, утверждения, что ему «никто не диктует, как поступать в том или ином случае», или что его родина, «являясь небольшим государством, все же не желает ни от кого зависеть ни в политическом, ни в экономическом плане», выглядели в современных условиях лишь обычным националистическим 7 Ibid. 1984. 10.04. Р.З.
8 Bernard Ch. Guinée. La 2-me Republicgue // Encyclopaedia universalis France. P., 1990. T. 11. P. 64.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


штампом, фигурой речи. В то же время, как писал корреспондент журнала «Жен Африк» Сирадиу Диалло, «никто даже не пытался подвергнуть сомнению искренность и чувство патриотизма гвинейского президента»9.
Короля делает свита, поэтому можно сказать, что приобщение солдата к искусству политика, освоение знаний по основам рыночной экономики и западному правоведению происходили под руководством опытных наставников, кандидатуры которых согласовывались с зарубежными спонсорами или напрямую отбирались ими. В первом составе правительства это был гражданский представитель старого поколения образованных, обучавшихся во Франции гвинейцев Рене Алсени Гомез, 8 лет проведший в тюремном заключении при Секу Туре и занявший при ВКНВ сначала пост генерального секретаря канцелярии президента, а затем министра внутренних дел и безопасности.
Его называли «дымовой завесой между главой государства и народом», «организатором всех перестановок в правительственном кабинете», «виновником репрессий против оппозиции и студентов», «теневым премьер-министром», «серым кардиналом» и «злым гением» президента10 11. В 1985 г. на пост министра- делегата по вопросам планирования и международного сотрудничества при президенте был назначен бывший высокопоставленный служащий Всемирного банка гвинейский эмигрант Эдуард Бен- жамэн. В 1989 г. ему уже было поручено Министерство экономики и финансов.
Непосредственные функции советников президента выполняли по очереди четыре человека. Первым из них был подданный Монако Бернар Ватрикан, посланный в Конакри группой «Клод Марти Коммюникасьон» в качестве наставника гвинейского лидера и эксперта по реформам. По свидетельству французской газеты «Монд», он с успехом выполнил свою миссию и стал доверенным лицом, ближайшим советником президента, его «белым марабу», вызывавшим недовольство некоторых членов ВКНВ вмешательством во все дела, даже военные11.
Его сменил на этом посту выдвиженец гвинейской зарубежной диаспоры Жан-Клод Диалло, вынужденный вскоре уйти в отставку из-за конкуренции национальных и французских торговых кооперативов, а также по причине негативного отношения к эмиграции местных бюрократических кадров, саботировавших его инициативы.
Третьим по счету доверенным лицом и экспертом президента стал Пьер Дебризе - владелец служб «Гражданского действия», особа, некогда приближенная к знаменитому Жаку Фоккару - советнику по африканским делам президентов Шарля де Голля, Жоржа Помпиду и Жака Ширака, организатору профран- цузских заговоров в бывших колониях. В конце XX - начале XXI в. обязанности личного советника Л. Конте исполнял Николя Юла, награжденный в июле 1998 г. президентом Франции Шираком французским национальным орденом «За заслуги».
Список на первый взгляд достаточно красноречиво отражает победу французского направления в политической ориентации Гвинеи. Действительно, республика является постоянным членом Совета Франкофонии, имеет военнотехническое соглашение с бывшей метрополией, от которой регулярно полу9 Diallo S. En vérité. Guinée: vers la démocratie // Jeune Afrique. 1989. № 1503. 23.10. P. 42,43.
10 Компас. 1992. № 125.02.07. C. 37.
11 Le Monde. 1985.03.04. P. 3.
JJO IIIIIIIIIIIIIIIHII


чает субсидии, объявила французский язык государственным на своей территории, но Лансана Конте крайне редко бывал в Париже и предпочитал отдыхать и лечиться в Пекине.
В интервью корреспонденту журнала «Жен Африк» Франсуа Судану гвинейский президент уточнил, что, несмотря на прекрасное функционирование гвинейско-французских отношений, «Франция - не единственный “свет в окошке”». Франция - страна, которую я уважаю, но это не значит, что я должен являться туда каждое утро за инструкциями или за вдохновением»12.
Такое подчеркнутое внешнее дистанцирование от бывшего колонизатора можно было рассматривать и как доказательство преемственности прежнего внешнеполитического курса, и как достаточно здравомыслящий и взвешенный шаг, позволявший лавировать в многополярном мире. Высокопоставленный представитель гвинейского народа в то же время должен был считаться как с антифранцузскими настроениями, оставившими свой след в массовом сознании, так и с достижениями предшественников по установлению разносторонних связей, в том числе и со странами бывшего социалистического содружества.
В подтверждение справедливости такого рода размышлений уместно привести факт уважительного отношения захвативших власть военных к изображениям кумиров мирового национально- освободительного движения. Выцветшие от времени портреты Патриса Лумумбы, Мао Цзедуна, Фиделя Кастро продолжают украшать стены домов Конакри, а дружественные отношения с КНР, КНДР, Кубой, Ливией, Украиной и Белоруссией получили новый импульс для своего развития.
Лансана Конте на посту главы государства показал себя стойким приверженцем идеи национального единства. Объединительных принципов он старался придерживаться как на поле идеологической борьбы, так и при решении этнорелигиозных проблем. Выступая 2 октября 1988 г. на митинге, посвященном дню основания национального государства, он призвал народ совместными усилиями сделать все возможное, чтобы «Гвинея тридцатилетнего юбилея примирилась с Гвинеей времен обретения независимости»13.
При активном участии французских советников, а также сотрудников ООН и международных финансовых организаций в посттоталитарной Гвинее с первых шагов новой власти началось формирование правовых институтов, апробирование мер, способных преодолеть этническую рознь в условиях выборной демократии. В своих частых выступлениях перед народом Л. Конте не уставал повторять: «История независимости в достаточной степени продемонстрировала справедливость того факта, что когда мы едины, мы преодолеваем все препятствия»14.
В своем обращении к нации 19 декабря 1984 г. глава государства уведомил ее о решении ВКНВ создать выборные органы местного самоуправления. Жителям городских кварталов, поселков и деревень разрешалось путем всеобщего голосования избирать участковые советы из 3-4-х членов. Они наделялись реальной властью и должны были не только следить за повсеместным соблюдением равенства прав и свобод своих избирателей, но и способствовать их объединению в рамках «естественной солидарности», т. е. играть роль низовых ячеек будущего гражданского общества.
12 Jeune Afrique. 1996. Septembre-Octobre. Цит. по: Пульс планеты. 1996.30.10.
13 La nouvelle marche. 1988.03.10.
14 Horoya. 1999. № 5244. 26.11. P. 1.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii JM iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Образованные после переворота четыре государственных министерства по делам наиболее крупных народов страны 22 декабря 1984 г. были заменены министерствами регионального развития, заведовавшими природно-географическими зонами Гвинеи: Верхней, Средней, Нижней (Приморской) и Лесной. Таким образом, принцип национального обособления районов, ущемлявших интересы нетитульных народов, уступил место территориальному принципу административного управления, равного отношения власти к этническому большинству и меньшинству местного населения. В столице были организованы координационные комитеты и коллегии старейшин четырех вышеуказанных регионов.
В новом составе правительства Второй Гвинейской республики появилась должность государственного секретаря по делам гвинейцев, проживающих за рубежом. Занявший этот пост выдвиженец французской части гвинейской диаспоры Жан-Клод Диалло разработал программу под названием «Передача знаний Гвинее», которая стала отправной точкой процесса реэмиграции соотечественников. Она предусматривала возвращение на родину остро необходимых специалистов, привлечение высококвалифицированных эмигрантов к преподаванию в национальных университетах в течение 2-3-х месяцев и была реализована при финансовой поддержке ООН, выделившей на эти цели 2 млн. долларов.
Руководители путча 1984 г. при отборе 25 кандидатур в Комитет национального возрождения старались произвести впечатление этнической сбалансированности его состава, однако попытки выходцев из народности малинке осуществить государственный переворот и восстановить свое преобладание во властных структурах дали африканской прессе повод говорить о неожиданном пробуждении «старых демонов этнических ссор»15. Выступление заговорщиков в ночь с 4 на 5 июля 1985 г. во главе с полковником Диарой Траоре и бунт в войсках, организованный 2-3 февраля 1996 г. майором Гбагбо Зуманиги заставили Л. Конте реагировать на обострение внутриполитической ситуации не только использованием верных ему воинских подразделений, но и применением ряда мер из либерального арсенала.
26 марта 1996 г. гвинейские СМИ по указанию сверху впервые посвятили свои репортажи 12-й годовщине со дня смерти Секу Туре, позитивно оценив его роль в борьбе за национальную независимость, освобождение угнетенных народов и всеобщий мир. Эта акция стала продолжением политики поиска консенсуса со сторонниками прежнего курса развития, обозначившейся еще в 1987 г., когда был обнародован указ о помиловании двух сестер основателя Гвинейского государства и шести его бывших министров.
В 1988 г. из-под стражи были освобождены уже 46 политических заключенных, в том числе жена и сын Секу Туре - Андреа и Мохаммед Туре. К инспекции состояния гвинейских тюрем и лагерей была допущена международная комиссия. В 1990 г. последовала всеобщая амнистия всем лицам, осужденным за политические преступления (в том числе приговоренным заочно) с восстановлением имущественных прав. В 1992 г. по ходатайству главы римско- католической церкви папы Иоанна Павла И, посещавшего Конакри, Л. Конте досрочно освободил 475 заключенных. Наконец, в 1996 г. было прекращено судебное разбирательство по поводу участия 63 военнослужащих в вооруженном конфликте с законной властью.
Консолидации гвинейского общества способствовали также такие решения его нового лидера, как содействие 15 Afrique-Asie. 1987. № 398. 20.04.-03.05. P. 14-16.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


погребению на родине тещи Секу Туре, разрешение на воссоздание Демократической партии Гвинеи, снова занявшей свою нишу в спектре политического плюрализма, наконец, официальное закрепление за площадью перед президентским дворцом 1 октября 1999 г. названия Секутурейя, в целях увековечивания памяти «отца нации», «вечного символа освобождения Африки».
В 1998 г., после своего избрания на второй президентский срок, ради восстановления этнического равновесия в верхних эшелонах власти Л. Конте пожертвовал высококвалифицированным специалистом, успевшим много сделать для подъема экономики страны. Бывший премьер-министр, ориентировавшийся на пропрезидентскую партию и представлявший одну из малочисленных народностей Гвинеи кпелле (герзе), Сидиа Туре был заменен Ламином Сидиме, не принадлежавшим ни к какой партии, но являвшимся по этническому происхождению малинке. Таким образом, все крупные народы и основные регионы Гвинеи получили достойные посты в госаппарате.
В свете вышеупомянутой объединительной политики рациональным использованием административного ресурса выглядело присвоение проправительственной партии, почетным председателем которой был избран Л. Конте 4 апреля 1997г., названия Партии единства и прогресса (ПЕП). Именно эта политическая организация, выполняя программные установки, в январе 1996 г. подписала в парламенте совместную с умеренным крылом оппозиции, представленным Союзом партий Консенсуса и Национального единства, декларацию о намерении расширить базу национального согласия.
В критический для страны момент, когда 2 февраля 1996 г. военные мятежники захватили и разрушили президентский дворец, толпа горожан г. Конакри по призыву ПЕП вышла на улицы, чтобы выразить свою поддержку главе государства. Один клич доминировал над остальными: «По крайней мере, это тебе мы обязаны установлением мира и спокойствия в стране!»16
Армия, в обмен на обещания удовлетворить ее экономические требования, в конце концов отвергла претензии других офицеров на президентский пост, но все же после ее очередного бунта для главнокомандующего стала более очевидной справедливость замечания обозревателей о том, что гвинейский политический режим представляет собой «бомбу со взрывателем замедленного действия». Эти события ускорили его положительный отклик на предложение МВФ и ВБ об ограничении влияния вооруженных сил на политическую жизнь страны.
Обязанный военной службе многим, воспринимавший в виде необходимой дани субординации присвоение ему генеральских званий (бригадного генерала 7 июля 1985 г., дивизионного генерала 3 апреля 1990 г., корпусного генерала 3 апреля 1994 г., генерала армии 1 апреля 2002 г.) как знаков отличия высшего должностного лица ВКНВ, Л. Конте после избрания президентом республики 19 декабря 1993 г. отказался от увольнения из армии, нарушив этим положения конституции и личное обещание стать гражданским лицом. Но все же личные привязанности и высокая оценка услуг, оказанных военными нации, не помешали ему принять энергичные меры по выведению вооруженных сил из политики, возвращению их в казармы, как только обнаружилось их дестабилизирующее воздействие на внутреннюю обстановку в стране.
Если правительство, сформированное 22 декабря 1985 г., включило в свой 16 Jeune Afrique. 1996. № 1832.14-20.02. P. 38.
IIIIIIIIIIIIIIIHII JJ2 IIIIIIIIIIIIIIIHII


состав 25 военных и только 8 гражданских лиц, то его реорганизация от 17 января 1988 г. уже обеспечила перевес штатских представителей: 14 военных и 17 гражданских лиц. По указу президента от 14 января 1991 г. ВКНВ вообще прекратил свое существование и на основании 93-й статьи новой конституции, принятой в декабре 1990 г., уступил власть временному Переходному совету национального возрождения (ПСНВ) с полным преобладанием в нем гражданских специалистов.
Конституция отвела этому органу только пятилетний срок для руководства процессом заложения основ правового демократического государства и формирования гражданского общества, и к его заслугам можно по праву отнести подготовку и проведение президентских, парламентских и коммунальных выборов в 1993 и 1995 гг.
Постепенная передача министерских портфелей из рук офицеров представителям научно-технической и гуманитарной интеллигенции сопровождалась отправкой самых честолюбивых и несговорчивых сподвижников в удаленные от центра регионы. 9 июля 1996 г. был восстановлен (после его упразднения в декабре 1984 г.) пост премьер-министра с назначением на эту должность гражданского юриста и экономиста.
Гвинея периода правления Лансаны Конте представляла собой президентскую республику с сильной авторитарной властью. После кончины главы Третьей республики один из представителей оппозиции, активист Гвинейской национальной организации (ГНО), базировавшейся в Дакаре (Сенегал), Алиун Тине в интервью газете «Монд» заметил, что «режим Лансаны Конте не слишком уж отличался от правления его предшественника Секу Туре»17. Для появления суждений такого рода глава гвинейского государства давал многочисленные поводы.
Так, например, временное упразднение поста премьер-министра было расценено на Западе как желание главы ВКНВ ликвидировать двоевластие и сосредоточить в одних руках функции главы государства, правительства и национальной обороны. В конце 1987 г. в одном из публичных выступлений перед визитом во Францию Л. Конте не исключил возможности возврата Гвинеи к однопартийному общественно-политическому устройству.
В первом варианте проекта Конституции 1990 г. допускалась только двухпартийная система парламентаризма. В общении с подчиненными президент страны мог доходить до рукоприкладства, как это было, например, в июле 1984 г., когда, по свидетельству очевидцев, вернувшийся с совещания в Ломе Л. Конте избил майора Алусени Фофана - инициатора несанкционированной казни шести родственников Секу Туре - бывших членов его правительства, находившихся под арестом.
Перемещался генерал по стране на вездеходе в сопровождении двух джипов, набитых личной вооруженной охраной - «красными беретами», предпочитал ночевать в целях безопасности в своей квартире в военном лагере Альмами Самори Туре в Конакри. С 1991 г. в стране началось возрождение «бригад бдительности» - общественных формирований «синих беретов», призванных бороться с преступностью и социальными пережитками.
Вопреки обещанию ВКНВ не прибегать к политическим казням, режим через Высший суд безопасности и военный трибунал приговорил к высшей мере наказания 58 политических противников (правда, по некоторым данным, приговор был приведен в исполнение только в 17 Le Monde. 2008. 25.12.
yOU iiiiiiHiiiiiiiiiii


25 случаях). Почти ни одно из выступлений оппозиционных сил, проводивших общественные манифестации, забастовки и митинги протеста, не обходилось без жертв после вмешательства силовых структур.
Тем не менее справедливости ради следовало бы возразить, что приведенные доводы характеризовали лишь только одну сторону деятельности Л. Конте, что свою харизму демократичного президента ему пришлось накапливать по крупицам в процессе медленных, постепенных отступлений от авторитарности с помощью цивилизованных, разработанных имиджмейкерами технологий. Критики почему-то забыли, что в 1990-е годы в Гвинее началось оживление социально- политической активности общественных организаций, причем этот процесс не развивался стихийно, а был инициирован официальными властями.
20 декабря 1991 г. был утвержден президентом, а 9 января 1992 г. обнародован закон (хартия) о партиях, разрешивший образование в рамках конституции любых политических объединений за исключением националистических, религиозных, этнических союзов и военизированных группировок, проповедующих сепаратизм, трайбализм и национальную вражду. Одновременно вступил в действие специальный указ, снимавший количественные ограничения партийного спектра, содержавшиеся в 95-й статье конституции 1990 г. В 1993 г. в стране было уже зарегистрировано 43 политические партии, в том числе и обновленная ДПГ, в 1994 г. их число достигло 45.
Такой бурный переход от однопартийности к политическому плюрализму был намеренно стимулирован отказом руководства страны от первоначальных планов декретного введения двухпартийной системы. Не обладавшее достаточными навыками демократической политической культуры население должно было само пройти школу социализации, защиты своих интересов, размежеваний и коалиций. Расчет оправдался, и на выборах в Национальное собрание Гвинеи, состоявшихся И июня 1995 г., приняли участие кандидаты только от 21 партии, а завоевали депутатские места представители лишь 9 партий, причем оппозиция получила 1/3 депутатских мандатов.
Этому знаменательному событию предшествовали первые демократические альтернативные президентские выборы, состоявшиеся в декабре 1993 г. Тогда генерал Л. Конте сохранил доверенный ему в 1984 г. пост главы государства, победив своих соперников в первом туре с небольшим перевесом. За него проголосовали лишь 51,7% избирателей. Результаты более поздних избирательных кампаний засвидетельствовали повышение кредита доверия к нему со стороны большинства населения страны. В 1998 г. рейтинг переизбравшегося президента вырос уже до 56,12% голосов избирателей, а в 2003 г. проведенный плебисцит позволил ему заручиться поддержкой 95,25% выборщиков.
Несмотря на все протесты оппозиции и негативную оценку западноевропейскими средствами массовой информации попытки узурпации власти в Гвинее, продвижение Л. Конте к пожизненному президентству с юридической точки зрения прошло вполне законно, в рамках разрешенной демократической процедуры. В 2001 г. был организован всенародный референдум, который внес изменения в конституцию, повысив кратность возможности переизбрания и увеличив предельный возраст лиц, допускавшихся к осуществлению президентских полномочий. Кроме того, 69-летнему генералу за заслуги перед отечеством было позволено баллотироваться на президентский пост в роли единственного кандидата.
Противники излишней авторитарности, признаки которой они сплошь IIIIIIIIHIIIIIIIII / IIIIIIIIHIIIIIIIII


и рядом обнаруживали в деятельности гвинейского руководства времен Л. Кон- те, почему-то не любили вспоминать, что в 1992 г. в политической системе Второй Гвинейской республики впервые появилась не подчиненная первому лицу инстанция - Верховный суд справедливости. В его компетенцию входило осуществление правосудия над главой государства и членами правительства в случае их измены или преступлений перед законом.
Правительственные органы информации объясняли медленные темпы проводившихся в стране радикальных реформ стабилизации и структурной адаптации стремлением президента избежать так называемой «шоковой терапии», т. е. обвального ухудшения материального положения трудящихся. Речь шла о постепенном сокращении численности работников общественного сектора с переподготовкой кадров, о приватизации нерентабельных госпредприятий с предоставлением кредитов малому и среднему бизнесу, о девальвации национальной денежной единицы с оказанием государственной помощи самым пострадавшим семьям.
Повышению популярности в народе главы государства способствовали и периодически проводившиеся им совещания с торговцами и предпринимателями, на которых ставился вопрос о неприемлемости установления ими спекулятивных цен на товары первой необходимости и обсуждался достигнутый к концу XX в. определенный перелом в социально- экономическом развитии страны. По отчету одного из премьер-министров этого периода, Сидиа Туре, прозвучавшему в 1997 г., в Гвинее в течение предшествовавших пяти лет наблюдался устойчивый прирост валового внутреннего продукта на 4-4,9% в год со снижением уровня инфляции с 5,6 до 2,5%.
Приведенные высокопоставленным чиновником данные статистической отчетности и значительные политические реформы не позволяют обвинить режим Л. Конте в профессиональной непригодности и некомпетентности. Трезвый и осторожный политик, Л. Конте был далек от идеализации результатов проведенных реформ и не уставал в своих выступлениях указывать на их недостатки, которые он связывал с низкой квалификацией и коррупцией кадров, расистскими пережитками на бытовом уровне, отсутствием необходимой предприимчивости и трудовой ответственности у большинства населения, неразвитостью правового сознания. Свою задачу как президента он видел в подъеме общего уровня развития страны, переходе от макроэкономической стабилизации к реальному росту социально-экономических показателей и в изменении пассивного, иждивенческого менталитета нации.
Для ее решения в 1995 г. была учреждена администрация «Больших проектов», которая по согласованию с ВБ разработала 16 национальных программ по различным отраслям сотрудничества. В число наиболее приоритетных из них попали сельское хозяйство, транспорт, промышленность, электроэнергетика, телекоммуникации, образование, здравоохранение, борьба с бедностью. В строительстве новой республики глава государства стремился объединить усилия правительства с деятельностью Национального собрания и профсоюзов (Национальной конфедерации трудящихся Гвинеи - НКТГ).
Генеральный секретарь исполкома НКТГ Мохаммед Самба Кебе в интервью корреспонденту ТАСС 2 мая 1988 г. отдал должное терпеливой политике разъяснения и обучения, проводившейся среди населения командой Л. Конте. По его словам, через 4 года после 26-лет- него правления тоталитарного режима, когда гвинейцы «жили как бы в закрытом сосуде», явно наметилась тенденция к изменению их мышления, пониманию iiiiiiiiiiiiiiiiiii 562 lllllllllllllllllll


смысла развития, приобретению умения пользоваться свободами18. Плодами такой науки профсоюзы воспользовались в июне 2006 г. и в январе 2007 г.
Тогда всеобщие забастовки парализовали страну и привлекли внимание мировой общественности из-за пролития крови во время столкновений стачечников с войсками. Пресс-бюро Экономического сообщества стран Западной Африки разместило в Интернете материал, в котором события в республике трактовались как следствие «переполненности чаши терпения» гвинейцев, возмущенных неспособностью коррумпированного правительства «удовлетворить их социальные и экономические требования»19.
Настоящими же причинами возникших правительственно-профсоюзных разногласий стали безработица, резкое повышение цен на рис и продукты питания и кадровая проблема, связанная с выбором кандидатуры нового премьер- министра. Поборников демократии мало волновало нашествие в Гвинею беженцев из Сьерра-Леоне, Либерии и Гвинеи- Бисау. Почти миллионное пополнение населения и застало врасплох слабую еще экономику страны. Л. Конте пошел на компромисс и под давлением улицы согласился на утверждение главой правительства кандидатуры оппозиции Лансаны Куйате. Правда, уже 20 марта 2008 г., через 15 месяцев после назначения, ставленник профсоюзов был уволен в связи с обвинением в присвоении государственных средств.
Когда позволяло здоровье, гвинейский президент старался не пропускать ни одного важного для республики мероприятия. Он председательствовал почти на всех важных заседаниях Совета министров, открывал все общественно значимые церемонии, будь то проведение дня молитвы за мир и национальное согласие, празднование Международного дня труда 1 мая или Дня гвинейской женщины 27 августа.
Его видели при запуске гидроэлектростанции в Гарафири, при закладывании первого камня на строительстве Международного исламского центра в Нонго и студенческого городка в Канкане, в момент ввода в эксплуатацию мукомольного завода, открытия проекта по бурению водяных скважин в Дюбреке и национальных дней вакцинации детей против полиомиелита.
Либеральные веяния просматривались в решении реформаторским правительством религиозных вопросов. Хотя, как и прежде, исламу уделялось главное внимание в реализации политики национального единства, в осуществлении права на свободу совести наблюдались разительные перемены. Христиане, например, получили возможность более чем в 10 раз увеличить свое присутствие в гвинейском обществе. По разным оценкам, их доля в составе населения страны к началу 1990-х годов возросла до 12-13%20. Следует напомнить, что, признавая необходимость религиозного и общего образования молодежи, глава государства постоянно предупреждал соотечественников об опасности проникновения в республику экстремистских исламских течений, способных разрушить их традиционную веротерпимость и помешать существованию светского общества.
Мусульманин президент Л. Конте и его супруга католичка Генриетта Конте приняли за правило совместно лично присутствовать на церемониях исламских и христианских праздников и торжественных религиозных мероприятиях.
18 Пульс планеты. 1988. 04.05.
19 Société-Afrique de l’Ouest - Guinée. 2008.23.12.
20 Калинина Л.П. Гвинея: Справочник. М.» 1994. С. 42.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


В Гвинее в равной мере широко отмечались и Аид-эль Фитр («Ночь судьбы») и Рождество Христово, регулярные конкурсы чтецов Корана перемежались с ежегодными паломничествами христиан по маршруту Кисидугу-Канкан, пожертвования собирались как на строительство мечетей, так и на сооружение христианских храмов. Парадоксальной редкостью для мусульманской страны явилось учреждение национального ордена Гвинеи «За заслуги» в виде большого креста, которым, например, были награждены в 1999 г. президент Франции Жак Ширак и генеральный секретарь ЮНЕСКО Федерико Майор.
Длительное пребывание во французских колониальных войсках, полученное в молодости европейское воспитание наложили отпечаток на привычки и мировоззренческие убеждения Л. Конте, не одобряемые в обиходе исламом. Президент курил сигареты, пил виски, оказывал поддержку развитию в стране женского движения, часто выдвигал его представительниц на высокие посты в государственном аппарате. Первой леди Гвинеи была предоставлена полная свобода для активной общественной деятельности.
Она имела свой благотворительный фонд, курировала вопросы культуры, здравоохранения, эмансипации женщин, охраны материнства и детства, конфессиональных связей, возглавляла штаб поддержки своего супруга на президентских выборах. В марте 1998 г. была приглашена в Лондон для участия в работе Международного форума женщин- лидеров.
Гвинея при президентстве Лансаны Конте, благодаря проводимой им взвешенной миротворческой внешней политике, долгое время выглядела островком стабильности и прогресса в океане страстей, захлестывавших ее соседей по континенту. Личные заслуги гвинейского лидера в формировании демократического общества с национальной спецификой и его большой вклад в сохранение мира и стабильности на Африканском континенте были высоко оценены во Франции и США. 2 февраля 1995 г. ему была вручена Золотая медаль сената Франции, а 29 января 1996 г. Университетом штата Огайо присвоено звание почетного доктора права.
Однако 22 декабря 2008 г. истории Третьей Гвинейской республики пришлось перевернуть страницу 24-х лет его единоличного правления. После длительной агонии генерал Лансана Конте скончался в Конакри вечером этого дня в 18 час. 45 мин. по Гринвичу. Он давно страдал от язвы желудка и диабета, в последние годы к этим болезням добавилась и лейкемия. Его походка не всегда была твердой и уверенной, но он всегда надеялся, что состояние здоровья не помешает ему в полной мере исполнять государственные обязанности.
За длительный срок президентства Л. Конте успел, как говорится, пройти через огонь, воду и медные трубы. Он с честью выдержал испытание на стойкость и мужество, когда отказался покинуть свой бункер под разрушенным мятежниками президентским дворцом (хотя имел в распоряжении вертолет и оснащенное морское судно) и добился восстановления законного порядка в республике. Ему пришлось несколько раз обуздывать военную вольницу, удерживать армию в демократических рамках. Но вопрос преемственности в передаче власти не был до конца отработан, и офицеры не согласились с назначением на пост президента председателя парламента.
Через несколько часов после сообщения о смерти главы государства радио столицы известило население страны об очередном путче и захвате власти группой военных, образовавших Национальный совет за развитие и демократию во главе с капитаном Муссой Дади Камара. Самопровозглашенный президент объяIIIIIIIIIIIIIIIIUI IIIIIIIIHIIIIIIIII


вил о роспуске прежнего правительства и прекращении действия конституции Третьей республики.
Хунта пообещала организовать свободные выборы и передачу властных полномочий гражданским лицам в 2010 г., но уже 30 декабря 2008 г. перед встречей с представителями международного сообщества назначила гражданского специалиста премьер-министром нового правительства. Воспитание демократическими реформами не прошло даром. В речи, произнесенной в генеральном штабе путчистов в лагере Альфа Яйя 27 декабря 2008 г., Дади Камара, отдавая должное вкладу Л. Конте в национальное возрождение, заметил, что, с его точки зрения, «тот был хорош на начальном этапе своей деятельности, но когда он заболел, его окружение воспользовалось этим, чтобы набить свои карманы»21.
В.И. Евсеенко
Литература
Андреев А.В. Президент Гвинеи Лансана Конте // Азия и Африка сегодня. 1996. № 6. С. 32-36.
Он же. Трудный выбор генерала Конте// Независимая газета. 1999. № 21.24.12. С. 15.
Евсеенко В.И. Л. Конте - демократический президент Гвинеи // Современные африканские лидеры. М., 2001. С. 71-85.
Интервью президента Гвинейской республики Лансаны Конте журналу «Жен Африк» // Пульс планеты. 1996. 29-30.10.
История Африки в документах. 1870-2000: В 3 т. Под общ. ред. А. Давидсона. Т. 3. 1961-2000. М., 2007. Док. № 87. С. 220- 223.
Кто есть кто в мировой политике? М„ 1990. С. 215,216.
Le Discours-programme du Président de la République de Guinée - général de Brigade Lansana Conté. Le 23 décembre 1985. Conakry: Le bureau de la presse de la présidence de la République, 1985.
Mbougueng V. Guinée. Conté envers et contre tous // Jeune Afrique. 1999. № 1982. 05-11.01. janvier. P. 30.
Maligui S. Guinée de Sekou Touré à Lansana Conté. P. 2004.
Sadio Lamine Soue. Cinq défis pour Lansana Conté // Afrique-Asie. 1987. № 398. 20.04-03.05. P. 14-16.
Sennene A. Lansana Conté, faute de mieux // Jeune Afrique. 1996. № 1832. 14-20.02. P. 37,38.
21 Le Monde. 2008. 27 décembre.


Сейни КУНЧЕ
Seyni Kountché, 1.VIII.1931 - 10.XI.1987
Нигерский военный и политический деятель, диктатор Нигера в 1974- 1987 гг.
Сейни Кунче родился 1 июля 1931 г. в селении Фанду на юго-западе Нигера. Его семья принадлежала к народу джерма и занимала высокое социальное и имущественное положение; свое происхождение она возводила к зармакоям - правителям области Досо на Среднем Нигере.
Среднее образование Кунче получил в Сенегале. В 1949-1961 гг. он служил во французской колониальной армии; участвовал в колониальных войнах Франции в Индокитае и Алжире. После демобилизации в 1961 г. в чине сержанта Кунче вернулся на родину и вступил в ряды молодой нигерской армии. Пройдя офицерскую подготовку во Франции в 1965- 1966 гг., он быстро сделал военную карьеру, в 1973 г. заняв пост начальника генерального штаба в звании подполковника.
15 апреля 1974 г. Кунче возглавил военный переворот, свергнувший «отца нигерской независимости» президента Амани Диори и покончивший с Первой республикой. Он приостановил действие Конституции 1960 г., распустил парламент, запретил деятельность правящей Нигерской прогрессивной партии и 17 апреля 1974 г. сформировал новый орган власти - Высший военный совет (ВВС) из 12 членов, став его председателем.
Своей первоочередной задачей Кунче сделал борьбу с тяжелыми последствиями «семилетия засухи» (1968- 1974 гг.). В условиях резкого снижения жизненного уровня большинства нигерцев личный аскетизм нового главы государства, отказавшегося переехать в роскошный президентский дворец своего предшественника, его трудолюбие (работал по 18 часов в день) и популистские акции (освободил политзаключенных прежнего режима, отправил министров в сельскую глубинку для разбора жалоб крестьян и разъяснения им своей политики) способствовали «народной легитимации» военной диктатуры, которая, в отличие от многих других африканских военных диктатур, не испытывала потребности хоть в каком-нибудь конституционном прикрытии. Установление жесткого контроля над распределением продовольственной помощи голодающим и суровые наказания ее расхитителей явились первыми шагами в широко разрекламированной программе искоренения коррупции, подлинной язвы прежнего режима, и «возрождения морали в политике»1.
Б л а год аря реши тел ь н ы м м ерам Кунче удалось справиться с социально- экономическими трудностями, чему способствовало также и временное отступление засухи. Постепенное увеличение добычи урана и расширение в 1978 г. ее 1 Africa South of the Sahara. L., 2004. Vol. 33. P. 782.
IIIIIIIIHIIIIIIIII JOO IIIIIIIIHIIIIIIIII


географии (район Акута) обеспечили крупные бюджетные поступления, особенно в период «уранового бума» на мировом рынке в 1979-1982 гг. В конце 1970 - начале 1980-х годов общий рост ВВП составлял 5,1% в год (причем горнорудный сектор почти удвоил свою долю в нем - с 7% до 13%); если в 1963-1978 гг. рост ВВП на душу населения достигал всего 0,8%, то в 1979— 1982 гг. - 2,5%2. Благоприятная финансовая ситуация позволила режиму приступить к осуществлению амбициозной программы развития, прежде всего крупных инфраструктурных проектов в сельском хозяйстве. Ее реализация, требовавшая больших ассигнований, привела, однако, к увеличению бюджетного дефицита (с 3,2% в 1978 г. до 10,8% в 1981 г.) и скачку инфляции (около 20%)3. Активная поддержка властями аграрного сектора сочеталась с их общим невниманием к скотоводству в северных районах, населенных туарегами, наиболее пострадавших от «семилетия засухи».
Во внешнеполитической сфере Кун- че взял курс на тесное сотрудничество с Францией, прежде всего финансовое и экономическое (особенно в горнорудном секторе). В1977 г. он заключил с ней новое межгосударственное экономическое соглашение. Права на разработку акутеких урановых месторождений были предоставлены Горнорудной компании Акуты, 34% акций которой принадлежало французской государственной Генеральной компании ядерных материалов. Отношения же режима с соседними африканскими и арабскими странами были далеки от идиллических, особенно в 1981-1986 гг., в период острой дипломатической конфронтации с Ливией4 и Нигерией5. В то же время к середине 1980-х годов значительно укрепились связи Нигера с США, с тревогой смотревших на ливийскую экспансию в Сахарском регионе.
Внутренняя политика Кунче определялась в первую очередь задачей формирования единой нигерской нации. Национальное строительство диктатор 11 ытал ся осуществить путем создания нео- корпоративного государства, управляемого военно-технократической элитой - армейскими офицерами и гражданскими специалистами (число последних в ВВС постепенно увеличивалось, особенно с начала 1980-х годов), однако при этом он активно использовал старые социальные и политические структуры. Кунче возродил возникшую еще в колониальную эпоху Ассоциацию традиционных вождей, образовал на базе «самарий»6 общенациональное молодежное движение, создал Исламскую ассоциацию Нигера.
Политическая практика режима носила ярко выраженный репрессивный характер - лидеры ведущих политических группировок (Диори, Джибо Бакари) были брошены в тюрьмы, проводились тайные аресты и убийства политических противников, в СМИ царила жесточайшая цензура. Попытки военного переворота в 1975, 1976, 1983 гг. не увенчались успехом, и позиции диктатуры в течение 2 Nachega F.-Cl., Fontaine Th. Economic Growth and Total Factor Productivity in Niger // International Monetary Fund Working Paper. 2006. September. P. 4.
3 Ibid.
4 В январе 1981 г. правительство Нигера, обеспокоенное ливийским вторжением в соседний Чад, разорвало дипломатические отношения с режимом Каддафи. Хотя они и были восстановлены в следующем году, напряженность между двумя странами продолжала сохраняться в течение всех последних лет правления Кунче.
5 Пограничный конфликт между Нигером и Нигерией из-за спорных территорий продолжался с апреля 1984 г. по март 1986 г.
6 Традиционных объединений юношей и девушек.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


первого десятилетия ее существования казались достаточно прочными. Однако резкое падение мировых цен на уран в 1983 г. вызвало длительный период спада нигерской экономики: темпы роста ВВП снизились до 0,2% в год. Особенно деградировали коммерческий сектор, что было связано с утратой конкурентоспособности нигерских товаров и обесценением валюты, а также легкая промышленность, почти все предприятия которой обанкротились. Социально-экономическая ситуация усугубилась из-за решения Нигерии в 1984 г. закрыть границу с Нигером и выслать из страны всех нигерцев. Новая засуха привела в 1984- 1985 гг. к сильному голоду, в первую очередь в северных районах, что спровоцировало восстание туарегов-скотоводов, которым поспешила предоставить оружие Ливия. Отказавшись проводить политику «структурного оздоровления» экономики, режим лишился возможности получить финансовую помощь от МВФ и Мирового банка. Властям пришлось бороться с бюджетным дефицитом путем отказа от импорта средств производства, необходимых для обеспечения экономического роста.
Чтобы спасти режим, Кунче выдвинул проект политической демократизации, который предполагал некоторое ограничение личной власти главы государства. 24 января 1983 г. был восстановлен упраздненный еще в 1960 г. пост главы правительства. Для соблюдения «этнического равновесия» в новой политической конфигурации премьер-министром был назначен бывший министр молодежи, культуры и спорта Маман Умару, канури, представитель юго-восточного региона Нигера, политически противостоявшего юго- западному региону, родине президента; 14 ноября 1983 г. его сменил выходец с Севера - туарег Хамид Алгабид. Проект предусматривал также установление «корпоративной» (не представительной) демократии, переход к которой начался в августе 1983 г. Все общественные организации были объединены в «общества развития», действовавшие на пяти уровнях - деревенском, коммунальном, субрегиональном, региональном и общенациональном. Увенчивал эту систему Национальный совет развития (НСР), который планировалось постепенно превратить в «беспартийную» общенародную правящую партию, выражающую интересы всех жителей страны. Главой НСР стал Умару (ноябрь 1983 г.).
Чтобы оформить корпоративное государство конституционно, Кунче образовал в январе 1984 г. комиссию по выработке основного закона страны - «Национальной хартии». Главный акцент в этом документе был сделан на роль НСР как инструмента интеграции традиционных социальных структур и общественных ассоциаций в органы корпоративной демократии и экономического прогресса7. В мае 1986 г. правительство приняло проект хартии, а в июне 1987 г. она была одобрена на общенациональном референдуме (99,58% голосов «за»).
Но к этому времени Кунче был уже фактически недееспособен. После инсульта, случившегося в декабре 1986 г., его состояние все более и более ухудшалось. 10 ноября 1987 г. он скончался в парижском госпитале от рака мозга и был похоронен в Ниамее.
И.В, Кривушин
Литература
Charlick R.В. Niger: Personal Rule and Survival in the Sahel. Boulder; Aidershot, 1991.
Robinson P.T. Niger: Anatomy of a Neotradition- al Corporatist State // Comparative Politics. 1991. Vol. 24. October. № 1.
7 Conseil militaire supreme. Charte Nationale //Journal officiel de la République du Niger. Niamey, 1987.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii JOO iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Абубакар Сангуле ЛАМИЗАНА
Aboubakar Sangoule Lainizana.
31.ХП.1916 - 26.V.2005
Вольтийский государственный деятель, президент Верхней Вольты (совр. Буркина-Фасо) в 1966-1980 гг.
Сангуле Ламизана родился 31 декабря 1916 г. в деревне Дианра в округе Туган (современная провинция Суру) на северо-западе французской колонии Верхняя Вольта в крестьянской семье, исповедовавшей ислам. По этнической принадлежности сану. После смерти в 1924 г. отца его воспитывал дядя. В 1926- 1927 гг. Сангуле учился в подготовительном классе в Тугане, а в 1928 г. поступил в начальную школу в Дедугу, однако не окончил ее. В 1933 г. он был вынужден вернуться домой и в течение двух лет служил подмастерьем у местного плотника. Затем Ламизана уехал в Сенегал, где его приняли в среднюю школу Бланшо (в Сен-Луи), а в январе 1936 г. он завербовался в колониальную армию в качестве сенегальского стрелка 2-го класса. Ламизана воевал в Индокитае (в 1950-1952 и 1954-1955 гг.) и в Алжире (в 1955-1956 и 1959-1961 гг.); в 1956-1959 гг. он занимал должность помощника военного кабинета губернатора Кот-д’Ивуара. Ламизана дослужился до чина майора (1961 г.), был награжден французским Военным крестом, Крестом за воинскую доблесть, орденом Почетного легиона.
В мае 1947 г. Ламизана женился на вольтийке Бинту (настоящее имя - Муило Кекеле), которая была вдвое моложе его. От этого брака у него было восемь детей.
После демобилизации в 1961 г. Ламизана вернулся в Верхнюю Вольту. Учитывая его военный опыт и особенно тот факт, что он был одним из редких африканцев, который «командовал белыми», президент Морис Ямеого поручил ему формирование национальных вооруженных сил сначала в качестве начальника своего военного кабинета, а затем ( 1 ноября 1961 г.) - главы Генерального штаба. В 1961 г. Ламизана участвовал в переговорах с Францией о выводе французских войск с территории республики. В 1964 г. он получил звание подполковника.
Во время «Новогодней революции» 1963 г. Ламизана поддержал требование профсоюзов и манифестантов об отставке президента. 3 января 1966 г. Ямеого передал ему полномочия главы государства. 5 января Ламизана приостановил действие конституции 1960 г. и распустил парламент, покончив с режимом Первой республики. 9 декабря 1966 г. он временно запретил деятельность всех политических партий и учредил под своим началом Высший совет вооруженных сил (временное правительство), в котором одновременно занимал посты министра национальной обороны и по делам ветеранов, иностранных дел, информации, молодежи и спорта. В 1967 г. он присвоил себе звание бригадного генерала.
Основой свой внешней политики Ламизана сделал, во-первых, улучшение отношений с бывшей метрополией, доIIIIHHIIIIinilll joy iiiiiiiiiiiiiiiiiii


статочно прохладных при Ямеого, и во- вторых, поддержку региональной интеграции. Однако «Новогодняя революция» была негативно встречена в соседних Кот-д’Ивуаре и Нигере, игравших ведущую роль в Совете согласия (региональная группировка западноафриканских стран). Отказ Ламизаны признать независимость Биафры, высылка группы вольтийских рабочих из Абиджана (август 1967 г.), суд над Ямеого (1969 г.), личным другом ивуарийского президента Феликса Уфуэ-Буаньи, вызвали настоящую «холодную войну» между двумя странами, которую удалось прекратить только в конце 1970-х годов.
Главной задачей нового режима стало преодоление двух кризисов, повлекших за собой крах Первой республики, - финансового (огромный дефицит бюджета - 2 млрд франков КФ А, около 20% ВВП) и политический (конфликт государства с основными общественными группами). В отличие от большинства других африканских стран того времени, выход из финансового кризиса Ламиза- на и его министр финансов генерал Марк Тьемоко Гаранго в 1966-1974 гг. искали в сфере монетаризма - жесткая фиксация валютных курсов, ограничение государственных расходов (сокращение зарплат чиновникам, ликвидация ряда посольств и др.), строгий контроль над расходами и доходами (через налоговую и тарифную политику) - и в получении внешней финансовой помощи, прежде всего от Франции. Эти меры дали возможность сбалансировать бюджет, однако уменьшение централизованных инвестиций тормозило темпы экономического роста (в среднем - 1,2% в год). Положение осложнилось из-за серии засушливых лет 1968-1974 гг. (особенно засуха 1972/1973 г.), нанесших тяжелый удар по сельскому хозяйству - основному сектору экономики, обеспечивавшему 43% ВВП. В 1970-1974 гг. прирост ВВП на душу населения составлял всего 0,6% в год - один из самых низких показателей в постколониальной вольтийской истории1.
Экономические трудности заставили режим прибегнуть к другому лекарству, весьма популярному в ту эпоху, - государственному интервенционизму. Стремясь ликвидировать зависимость от внешнего импорта и стимулировать развитие «стратегически важныхотраслей»1 2, правительство встало на путь внедрения планового начала в экономику, хотя разработанные им «Рамочный план» на 1967-1970 гг., «Временный план» на 1971-1975 гг., «Пятилетний план» на 1972-1976 гг. представляли собой скорее набор плохо связанных между собой инвестиционных проектов. Созданные в конце 1960 - начале 1970-х годов. Региональные органы сельскохозяйственного развития и Национальное управление злаковых культур полностью монополизировали в 1974 г. закупку и продажу сельхозпродукции, частная торговля которой оказалась вне закона (эта монополия была смягчена в 1978 г.). В середине 1970-х годов правительство приступило к систематической борьбе с двумя главными бедами вольтийско- го земледелия - с саранчой и пересыханием рек, а также начало осуществлять программу переселения крестьянских семей с перенаселенного Центрального плато в плодородные речные долины на юго-западе и юго-востоке страны.
В промышленности, которая в целом развивалась более успешно, чем сельское хозяйство (в 1968-1972 гг. ежегодный прирост на 12%), государство пыталось установить свой контроль в первую оче1 См.: Savadogo К.„ Coulibaly 5., McCracken СА. Analysing growth in Burkina Faso over the last four decades // Growth Working Paper. 2004. January. № 4. P. 2.
2 Cm.: Ibid. P. 19.
iiiiiniiiitiiiiiii IIIIIIIIIIIIIIIHII


редь в сфере коммунальных услуг и транспорта, вводя госмонополии на производство и распространение электроэнергии, воды, на телефонную связь и т. д., но также активно внедрялось в агропромышленную отрасль, металлургию, химическую и текстильную промышленность. В 1976 г. оно контролировало 45,6% капитала всех промышленных предприятий страны. В то же время политика режима мало способствовала развитию частного предпринимательства. Программа «вольтаизации» (начало 1970-х годов), провозгласившая своей целью обеспечение льготных условий для национального бизнеса (в специальных «индустриальных зонах» Уагадугу и Бобо-Диулассо)3, обернулась к выгоде не местных предпринимателей, а бюрократического класса. Постоянная нехватка внутренних инвестиций (как государственных, так и частных) побуждала правительство прилагать меры для привлечения зарубежных инвесторов, прежде всего французских. Если доля вольтийского частного капитала в промышленности в 1976 г. составляла всего 11,6%, то доля иностранного — 42,7%4.
Для решения политического кризиса Ламизана отказался от конфронтационной модели отношений государства и общества, принятой на вооружение его предшественником. Он отошел от политики тотального огосударствления, предпочитая систему гибкого непрямого контроля над разными социальными институтами. Ламизана стремился обеспечить широкую поддержку своему режиму, создав тесный союз военной верхушки с гражданской политической элитой, традиционными вождями, религиозными лидерами и руководством профсоюзов. Он восстановил права вождей и попытался привязать их к административному аппарату, урегулировал в 1969 г. «школьный конфликт» государства с католической церковью, привлекал в государственный аппарат представителей небольших этнических групп, использовал в качестве посредников глав мусульманских братств и профсоюзных лидеров, защищал интересы крупных торговцев зерном. Результатом такого курса, однако, стало не столько уменьшение напряженности между государством и обществом, сколько пышный расцвет клиентелизма, которому особенно способствовала политика «вольтаизации»: получив контроль над распределением экономических ресурсов и льгот, политическая элита использовала его к своей выгоде и стала превращаться в элиту экономическую. Но борьба за этот контроль, прежде всего за руководящие посты в органах экономического управления, вела к углублению противоречий и усилению конкуренции внутри политического класса, что добавило еще один элемент нестабильности в бурную историю Верхней Вольты 1970-х годов.
«Эпоха Ламизаны» оказалась временем политических расколов, правительственной чехарды, институциональной неустойчивости, что отражало неспособность разных политических и социальных сил объединиться вокруг какого- нибудь одного общенационального проекта. Осознавая это и учитывая печальный авторитарный опыт Ямеого, Ламизана предпочитал проводить политику «добродушного авторитаризма»5. Суть ее в том, что армия (во главе с президентом) принимает на себя функцию политического арбитра, оставляя сферу реальной 3 См.: Ibid. Р. 20; Ediafric. L’économie voltaïque. Numéro spécial du Bulletin de l’Afrique Noire. P., 1971. P. 124.
4 Cm.: Savadogo K., Coulibaly S., McCracken CA. Op. cit. P. 19.
5 Cm.: Muase Ch.K. Syndicalisme et démocratie en Afrique noire: l’expérience du Burkina Faso, 1936-1988. P., 1989. P. 156.
iiitiiiimiiiniii 5/7 iitiiiiitiHimni


исполнительной власти гражданским политическим силам. Именно этот проект лег в основу Конституции 14 июня 1970 г., породившей Вторую республику: она закрепила роль армии как гаранта конституционного порядка и сохранила за Ламизаной президентскую власть на 4 года; президент был облечен правом в случае необходимости управлять посредством президентских декретов и распускать парламент. В октябре 1970 г. он присвоил себе звание дивизионного генерала, а в 1973 г. - корпусного.
На парламентских выборах в декабре 1970 г. абсолютное большинство получил Вольтийский демократический союз (ВДС) - правившая при Ямеого политическая группировка, которая не была распущена после «Новогодней революции». 19 февраля 1971 г. ее лидер Жерар Канго Уэдраого был назначен премьер- министром. Однако проект Второй республики, основанный на разделе власти между военной верхушкой и ВДС, оказался несостоятельным. Ожесточенное соперничество между президентом, премьером и Национальным собранием, крайне обострившееся к концу 1973 г., привело к полному параличу государственной власти. Воспользовавшись отказом Уэдраого, утратившего поддержку парламентского большинства, уйти в отставку, Ламинзана произвел 8 февраля 1974 г. военный переворот: он приостановил действие конституции, распустил кабинет и парламент и образовал под своим началом правительство «национального обновления» преимущественно из военных, взяв себе также пост министра юстиции. В 1975 г. президент попытался осуществить другой проект - возродить однопартийное государство в лице Национального движения за обновление, однако организованная профсоюзами всеобщая забастовка заставила его в январе 1976 г. сформировать министерство в основном из гражданских лиц и вернуться к прежнему политическому проекту. На референдуме 27 ноября 1977 г. была одобрена новая конституция, установившая президентскую республику (глава государства избирался народом) и ограничивавшая число партий тремя самыми популярными. На выборах 30 апреля 1978 г. ни одна из политических сил не получила абсолютного большинства: в тройку лидеров вошли ВДС, Национальный союз защиты демократии (НСЗД) и Вольтийский прогрессивный союз. На президентских выборах в мае того же года Ламизана не сумел одержать победу в первом туре, но во втором, при поддержке мусульманской общины и (по некоторым данным) денег Муамара Каддафи, он с небольшим перевесом (56,28%) одолел оппозиционного кандидата от НСЗД Уэдраого. 7 июля Ламизана назначил премьер-министром одного из лидеров ВДС Жозефа Коном- бо, бывшего министра иностранных дел в кабинете Уэдраого.
Последние два года правления Ла- мизаны (Третья республика) характеризовались слабостью правительства, не имевшего прочной парламентской опоры, и бурной политической активностью политической оппозиции и связанных с нею профсоюзов. В результате серии забастовок, начавшихся в 1979 г. и достигших кульминации во второй половине 1980 г., оппозиционным силам удалось парализовать многие секторы экономики и создать в обществе неверие в эффективность государственных структур. 25 ноября радикально настроенные лидеры второго поколения вольтийского офицерского корпуса («полковники») во главе с Сейм Зербо свергли режим Третьей республики и арестовали его руководителей. После «санкаристской революции» 4 августа 1983 г.6 Ламизана был предан суду 6 Свержение режима Жана-Батиста Уэдраого (ноябрь 1982 г. - август 1983 г.) и переход власти к Национальному совету революции во главе с капитаном Тома Санкарой.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Народного трибунала революции по обвинению в хищении государственных средств (400 млн франков КФ А), но в ходе процесса 3-6 января 1984 г. его полностью оправдали. После освобождения Ламизана отошел от политической жизни, занимаясь общественной деятельностью (как председатель Национального союза ветеранов) и работая над мемуарами, которые увидели свет в 2000 г. В последние годы он выполнял несколько дипломатических поручений президента Блэза Компаоре, в частности, в начале 2005 г. сыграл роль посредника в конфликте между Буркина-Фасо и Того. Умер Сангуле Ламизана в Уагадугу 26 мая 2005 г.
И.В. KpueyiuuH
Литература
Engberg-Pedersen L. Endangering Development: Politics, Projects, and Environment in Burkina Faso. Westport; L., 2003.
Englebert P. Burkina Faso: Unsteady Statehood in West Africa. Boulder, 1996.
Lamizana S. Mémoires. T. 1: Sous les drapeaux;
T. 2: Sur la brèche trente années durant. P., 1999.
Le Vine V.T. Politics in Francophone Africa: The States of West and Equatorial Africa. Boulder, 2004.
Muase Ch.K. Syndicalisme et démocratie en Afrique noire: l’expérience du Burkina Faso, 1936-1988. R, 1989.
Otayek R. Burkina Faso: Between Feeble State and Total State, The Swing Continues // Contemporary West African States. Cambridge, 1989.


Патрис Эмери ЛУМУМБА
Patrice Emeri Lumumba, 2.VII.1925- 17.1.1961
Первый премьер-министр Демократической Республики Конго (30.VI. 1960-05.IX.1960).
Патрис Лумумба родился в деревушке Оналуа (провинция Касаи) в семье крестьянина-бедняка из народности ба- тетела. С шести лет он работал в поле, рано познав тяготы крестьянской жизни. В 10 лет он стал учеником миссионерской школы. Однако карьера священнослужителя, как и другой путь к относительно обеспеченной жизни - служба в колониальных войсках, была ему не по душе. Шестнадцатилетним юношей, решив посвятить себя какому-нибудь интересному и общественно значимому делу, он поступил на курсы санитаров, но вскоре предпочел медицине социологию и политику. Имена «Патрис» (от греч. patrikios и латин, patricius - патриций) и «Эмери» (со старогерм. - трудолюбивый, деятельный правитель), данные ему монахом-миссионером, оказались пророческими.
Нужно было обладать врожденной тягой к знаниям, чтобы, живя в африканской глубинке, стать масштабно мыслящим человеком. Высших учебных заведений в колониальном Конго еще не было, и Патрису пришлось заняться самообразованием. В 1943 г. он переселился в город Кинду, затем в Калима (провинция Киву), где работал клерком в правлении о л оводобы вающей компани и « С и мете! ! ». Здесь Лумумба впервые познакомился с жизнью конголезских рабочих. С трудом добывая книги, он проводил за ним» свободное время, зачитывался Гюго и Мольером, конспектировал Аристотеля, социалистов-утопистов, франг рузских просветителей, а из современных авторов особенно интересовался теми, кто исследовал проблемы социально- политического развития мира.
В 18 лет Лумумба опубликовав в местной периодике свои первые стихи и прозаические эссе, воздавая в них хвалу бельгийцам, «спасшим Конго от темноты и рабства». Он не сразу освободится от подобных взглядов, навязывавшихся африканцам официальной пропагандой, хотя уже тогда начат сознавать, что они нередко противоречат действительности. Лумумба помнил рассказы стариков о жестоко подавленных бельгийцами антиколониальных выступлениях, особенно о восстаниях его народа батетела в конце XIX - начале XX в. и бапенде в 1931 г. В Кинду Лумумба узнал о развернувшемся в лесах Киву полити :о- религиозном движении, лидеры которого призывали народ «взять бра ды правления в свои руки», о бунте военного гарнизона Лулуабурга (ныне Кананг 1941 г., в Стэнливиле (ныне Кисанга! и), куда он переехал в середине 1944 г о вооруженном восстании докеров лМата- ди в 1945 г. и других антиколониальных выступлениях конголезцев.
В Стэнливиле Лумумба прожил три года, работал на почте и в налоговом ведомстве. В июле 1947 г. он был заlllllllillllllllfll IIIIIIIIHIIIIIIIII


числен в школу почтовых служащих в административном центре колонии Леопольдвиле (ныне Киншаса) и год спустя успешно закончил ее. К тому времени Патрис, кроме нескольких местных языков, вполне овладел французским. Он приобрел репутацию эрудированного политика и - несмотря на неблагозвучный голос и некие дефекты дикции - превосходного оратора; вошел в круг постоянных авторов нескольких конголезских газет, поддерживал деловые контакты с парижским журналом «Презанс афри- кэн» и брюссельским еженедельником «Л’Африк э лё Монд».
В конце 40-х годов Лумумба занялся общественно-политической деятельностью. В Стэнливиле он возглавил шесть общественных организаций, создал местную секцию Либеральной партии Бельгии. Ни одна из руководимых им организаций не имела трибалист- ской направленности, и людей Лумумба никогда не делил по их этнической принадлежности. Именно в тот период начали складываться демократические представления Лумумбы о принципах функционирования африканской общественной организации. В отчете о работе секции профсоюза служащих в 1952 г. он говорил, что такая организация сильна коллективным творчеством своих членов. Чтобы не зачахнуть, она должна действовать, постоянно ставить и решать новые задачи. Многое зависит от руководителей, и на эти посты следует избирать людей сведущих, деловитых, преданных делу, а не «сонь, которые сложа руки ждут, что порученное им дело исполнится само собой»1.
Лумумба часто ездил по стране, что помогало ему ближе узнать жизнь и чаяния народа. Сам он был интересным собеседником и страстным оратором, его выступления на митингах привлекали тысячи слушателей. Он имел все основания утверждать, что написал свою книгу «Конго, земля будущего, под угрозой?» (1956) после «обстоятельного исследования, проведенного в различных слоях местного населения»1 2. Он не раз выезжал и за границу - в африканские страны, Бельгию, США.
В июле 1955 г. Лумумба был представлен посетившему Стэнливиль королю Бельгии Бодуэну. Они долго беседовали. Лумумбе показалось, что он нашел в 25-летнем монархе человека, склонного с пониманием отнестись к его взглядам. Ему очень хотелось верить, что конголезцы и европейцы, «развеют сгущающиеся над страной тучи». Он написал в 1957 г.: «Наше самое сокровенное, хотя, быть может, и несколько утопичное желание - создать в Конго государство, в котором совершенно стерлись бы расовые и религиозные различия, сложилось бы однородное общество, состоящее из бельгийцев и конголезцев, спаянных общей заботой о судьбах страны»3. Тогда Лумумба еще не был готов присоединиться к группе соотечественников, требовавших предоставить Конго независимость. Он оставался приверженцем «бельгийско-конголезского сообщества», писал о таких важных, по его мнению, проблемах, как повышение жизненного уровня народа, развитие системы образования, раскрепощение африканских женщин. Нежелание колониальных властей решать эти вопросы Лумумба критиковал с позиций сторонника постепенных и последовательных действий.
Во второй половине 1950-х годов воззрения Лумумбы стали меняться. Он выдвинулся в первые ряды демократически мыслящих африканских поли1 La Voix du Congolais. 1953. № 89. P. 578.
2 Lumumba P. Le Congo, terre d’avenir, est-il menacé? Bruxelles, 1961. P. 4.
3 Brausch G. Belgian Administration in the Congo. L., 1961. P. 78.
liiiiiiiiiiiiiiim ju iiiiiiiiiiiiiiiiiii


тиков, борцов за полное освобождение Африки от колониализма и неоколониализма. В октябре 1958 г. он создал партию Национальное движение Конго (НДК) - самую массовую и авторитетную в стране. Тогда же он представлял Конго на Первой конференции народов Африки в Аккре (Гана) и был избран членом ее постоянного секретариата. В следующем году он участвовал в работе международного семинара деятелей культуры в Ибадане (Нигерия) и выступил на нем с речью «Африканское единство и национальная независимость». Он говорил: «Чаяния народов колониальных стран одинаковы, судьбы их схожи, цели одни и те же... Африка никогда не будет свободной, если какая-либо ее часть останется под иностранным господством»4. На конференции независимых государств Африки (Леопольдвиль, август 1960 г.) Лумумба говорил, что без единства африканцы не смогут устоять перед чудовищными аппетитами империализма; необходим единый фронт, чтобы каждое государство было вправе рассчитывать на помощь всех стран континента.
Он раньше и глубже многих других руководителей освободительного движения Конго осознал необходимость единства антиколониальных сил всей страны. «Чем более едины мы будем, тем успешнее сможем выступить против угнетения, коррупции, против попыток разъединить нас по принципу разделяй и властвуй5, - говорил он еще в 1956 г. Считая трибализм опаснейшим «внутренним врагом», Лумумба неустанно призывал соотечественников ставить общенациональные интересы выше узкоэтнических, критиковал колониальные власти за противопоставление одних районов Конго другим, возражал против проектов дробления Конго на мелкие нежизнеспособные, как он говорил, «респуб- лички». «Величие Конго основывается на поддержании его политического и экономического единства»6. Он полагал также, что формирование единой конголезской нации потребует уничтожения унаследованных от колониализма политических, социальных и экономических структур.
В то же время Лумумба проповедовал сотрудничество между различными классами и социальными группами конголезского общества - крестьянами, сельскохозяйственными и промышленными рабочими, формировавшейся буржуазией, вождями. «Все вместе, дорогие братья и сестры, - призывал он, - рабочие и служащие, работники умственного и физического труда, богатые и бедные, африканцы и европейцы, католики и протестанты, кимбангисты и китавалисты (приверженцы религиознополитических антиколониальных движений) объединимся и создадим великую конголезскую нацию»7.
Лумумба всегда оставался частицей народа. « Мы знаем, - писал он в 1956 г., - что некоторые конголезцы живут неплохо, но их меньшинство, нас же интересует большая часть населения»8. В действенный канал связи с массами Лумумба пытался превратить НДК. Для деятельности этой партии были характерны регулярные собрания центральных органов и местных секций, созданных во многих районах страны. Функционеры НДК организовывали митинги, в которых участвовали главным образом крестьяне, лесорубы, сельскохозяйственные рабочие. В отличие от других 4 Remarques congolaises et africaines. 1967. № 3. P. 47.
5 Ibid. P. 46.
6 La pensée politique de Patrice Lumumba. P., 1963. P. 201.
7 Ibid. P. 246.
8 Lumumba P. Op. cit. P. 28.
Iltiflllflllictltll llllllllllltlllllll


конголезских партий НДК наладила контакты с профсоюзами городских трудящихся.
Лумумба вполне разбирался в политике западных держав в Конго, реалистично, даже с пониманием оценивал их интересы в Африке, но не считал, что им в угоду должен ущемляться суверенитет страны. Демократизм Лумумбы сопровождался радикализацией его взглядов и политики. «Европейские державы хотят заручиться симпатией тех африканских руководителей, которые идут у них на поводу и обманывают свой народ. Некоторые из этих держав видят смысл своего присутствия в Конго и в Африке лишь в том, чтобы максимально эксплуатировать их богатства, пользуясь при этом услугами коррумпированных руководителей»9.
В его выступлениях стали явственнее прослеживаться элементы социального подхода. «Я знаю, что подавляющее большинство бельгийского народа против угнетения африканцев, - говорил он в октябре 1959 г. - Оно не одобряет колониальный статус Конго, согласно которому 14 миллионов конголезцев подчинены диктату маленькой экономической олигархии. И если бы это зависело от бельгийского народа, Конго не знало бы несчастий, от которых оно и теперь страдает»10 11 12. А несколько раньше, 6 сентября того же года, он заявил в Лулуабурге (ныне Кананга) на шеститысячном митинге: «Напряженность между Конго и Бельгией нагнетают лишь группы, заинтересованные в эксплуатации богатств Конго и толкающие власти на продление колониального режима, а также отдельные чиновники, преследующие личные интересы»11.
Лумумба считал народ движущей силой борьбы за независимость. «История свидетельствует, что независимость никогда не подносят на серебряном блюде. Ее надо завоевать. Но для этого мы должны организоваться, мобилизовав все животворные силы страны. Конголезцы ответили на наш призыв, и благодаря этой объединенной силе мы нанесли смертельный удар загнивающему колониализму»|2.
В конце мая 1960 г. Лумумба заявил о своей готовности сформировать многопартийное правительство Республики Конго, на что он имел право как лидер парламентского большинства, и две недели спустя представил его состав. Однако генерал-губернатор Конго, остававшегося еще бельгийским, отклонил его предложение, передав эту «миссию» Касавубу. Выполнить ее Касавубу не смог, поскольку поддержавшие его партии не располагали большинством в парламенте. Не удалась и другая попытка лишить Лумумбу реальных рычагов власти: Касавубу предложил бельгийской администрации сделать Лумумбу премьером, но назначение всех членов кабинета объявить прерогативой президента. Эта «идея» была отвергнута лидерами НДК. Только тогда Лумумбе было поручено сформировать и возглавить правительство независимого Конго.
Разоблачая возводимую на него клевету, он говорил тогда: «Обвинения в том, что я продался коммунистам, вступил с ними в сговор, стали распространяться империалистической пропагандой после того, как я отклонил исходившие от ряда западных держав предложения заключить с ними сделку, которая была бы, по сути, актом коррупции»13.
9 Afrique-Asie. 1978. № 154. P. 10.
10 La pensée politique... P. 87.
11 Ibid. P. 66.
12 Afrique-Asie. P.ll.
13 Congo 1960. Bruxelles, 1961. T. 2. P. 588.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIII1IIIIIUIIIIIII


Речь шла о том, чтобы объединить формально независимое Конго в государственное сообщество с Бельгией, возглавляемое бельгийским королем, либо передать Конго под опеку ООН. Лумумба решительно отклонил эти прожекты. «Кое-кто хотел бы использовать ООН, - говорил он на одном из митингов в июле 1960 г., - чтобы на 15 лет навязать нам некий международный статус... От имени народа и правительства я заявляю, что Конго - суверенное государство и никогда не будет под опекой ООН»14.
Совершенно справедливо полагая, что «политическая независимость останется пустым звуком, если немедленно не подкрепить ее экономическим развитием», Лумумба уже в качестве премьер- министра стал обдумывать план поэтапного установления контроля над ресурсами и экономикой страны. Предполагалось запретить вывоз иностранного капитала, восстановить народное хозяйство на базе государственного сектора в промышленности и кооперации в аграрной сфере, повышать заработную плату рабочим, развивать национальное предпринимательство. Лумумба намеревался также добиться вывода из Конго иностранных войск и передачи базы НАТО Камина под контроль правительства. Эти намерения Лумумбы вызвали неприятие их западными державами, равно как и курс Лумумбы на установление Конго равноправных отношений с социалистическими странами.
В июне 1960 г., когда правительство Конго было вынуждено расторгнуть договор о сотрудничестве с Бельгией, Лумумба возложил ответственность за нагнетание напряженности не на бельгийский народ, а на находящихся у власти в этой стране лиц, «не желающих видеть в Конго ничего, кроме объекта эксплуатации, господства и эгоистических интересов»15.
Тогда-то и стал осуществляться заговор против конголезского руководителя. Однажды его пытались подкупить. В августе 1960 г. он находился в США с официальным визитом. Там ему и предложили крупную взятку. Лумумба не счел нужным это скрывать. «Мы стали объектом нападок, поскольку больше не хотим подчиняться и отвергаем коррупцию. Нас пытались подкупить, меня соблазняли миллионами, - заявил он. вернувшись в Конго, - но во имя моего народа я отказался, не взял ни сантима»16. Зеленый свет расправе над Лумумбой дал президент США Д. Эйзенхауэр, распорядившийся предпринять против конголезского премьера «прямые действия». Директор ЦРУ А. Даллес заявил, что «Лумумба - это Кастро и даже хуже, поскольку он представляет опасную для США силу в центре Африки». В середине августа 1960 г. бельгийские власти санкционировали проведение тайных операций по устранению Лумумбы.
Как-то Лумумба сказал: «Когда вознамеришься защищать свою страну и дело свободы, тебе приклеивают ярлыки - революционер, подстрекатель, проходимец...» Так и случилось. Его объявили коммунистическим агентом, намеревающимся обратиться к Москве за военной помощью. Заговорил о таком демарше президент Касавубу (возможно, не сам до этого додумавшийся), но Лумумба с ним не согласился.
В начале сентября 1960 г. Жозеф Дезире Мобуту, начальник генштаба конголезской армии, назначенный на эту должность самим Лумумбой, даже при
14 Ibid.
15 La pensée politique... P. 66.
16 Heinz G., Donnay H. Lumumba Patrice. Les cinquante derniers jours de sa vie. Bruxelles; P., 1966. P. 193.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


немаскируемой помощи спецслужб США и Бельгии сместил главу правительства с поста и держал более месяца под арестом. Руководство ООН вместо помощи законному премьер-министру отправило в Конго свой военный контингент, который лишь содействовал окончательному свержению Лумумбы. Протестуя против преступных действий Запада в Конго, правительство СССР направило в эту страну несколько самолетов с гуманитарной помощью, но вскоре же отозвало их, поскольку не могло реально помочь Лумумбе и его сторонникам.
Несмотря на требования мировой общественности освободить Лумумбу, его несколько месяцев держали сначала под домашним арестом, потом в тис- вильской (близ Леопольдвиля) тюрьме, где морили голодом и избивали. После того как не удались попытки его отравить или подстроить несчастный случай, в ход был пущен план физического уничтожения под кодовым названием «Барракуда», разработанный бельгийскими спецслужбами по указанию властей.
В начале октября 1960 г. министр по африканским делам граф д’Аспремон Линден секретно телеграфировал в консульство Бельгии в Элизабетвиле (Катанга): «Самое важное - добиться устранения Лумумбы». И позднее добавил: «Главная цель, которая должна быть достигнута в интересах Конго, Катанги и Бельгии, это, конечно же, ликвидация Лумумбы»17.
По плану «Барракуда» Лумумба и два его сподвижника - сенатор Жозеф Окито и министр Морис Мполо - были отправлены на заклание к Чомбе в Катангу. Преступление свершилось 17 января 1961 г. Избитых до полусмерти пленников вытащили из самолета, отвезли на ферму близ Элизабетвильского аэропорта Луано и в присутствии Чомбе и его министров застрелили, после чего растворили в ваннах с серной кислотой. В течение месяца власти Конго и Бельгии скрывали злодеяние от мировой общественности. Граф д’Аспремон неделю спустя не постеснялся отправить Чомбе теперь уже открытую телеграмму, в которой «самым решительным образом настаивал на гуманном обращении с Лумумбой, чья жизнь не может быть ни под каким предлогом поставлена под угрозу»18.
Национальный герой Конго пал жертвой заговора политических и экономических кругов, действовавших заодно с закоренелыми врагами Лумумбы в этой стране. Отъявленные демагоги обвиняли его в неискренности, узурпаторы - в нарушении демократических принципов управления государством, невежды - в неспособности осознать нужды страны, марионетки иностранных монополий - в забвении национальных интересов.
Лумумба как бы предчувствовал такой исход своей жизни, но остался предан своему народу и своим убеждениям. В переданном из тюрьмы в январе 1961 г. послании он написал: «Мои дорогие соотечественники! В счастье и печали я всегда буду рядом с вами. Именно с вами я боролся за освобождение страны от иностранного господства. С вами я борюсь за укрепление нашей национальной независимости. С вами я буду бороться за то, чтобы сохранить неделимость и национальное единство Республики Конго»19 20.
«Ни жестокости, ни насилия, ни пытки никогда не побудят меня просить милости, ибо я предпочитаю умереть 17 De Witte L. L’assassinat de Lumumba. P., 2000. P. 404.
18 Cougo Cover Story: History will one day its say // africasia.com/archive/na/100_02/ nacs.021.htm
19 La pensée politique... P. 394.
20 Afrique-Asie. 1978. № 154. P. 10
iiiiiiiiiiiiiiiiiii J/У iiiiiiiiiiiiiiiiiii


с высоко поднятой головой, с непоколебимой верой и глубокой убежденностью в предназначении моей страны, чем жить в покорности, презрев священные принципы»20.
Эти слова Лумумбы звучат своеобразным эпилогом к его короткой, но прекрасной жизни. Они свидетельствуют также о том, что, уничтожив Лумумбу, его палачи лишили Конго политического деятеля, который - помоги ему сильные мира сего - смог бы реально содействовать предотвращению драматических событий, охвативших Конго и регион Великих озер в 60-е годы и последующие десятилетия XX в.
Ю.Н. Винокуров
Литература
Lumumba P. Congo, terre d’avenir, est-il menacé? Bruxelles, 1961.
Вольский В. Патрис Лумумба - герой Африки. M., 1961.
Винокуров Ю.Н. Конго. Трудный путь к независимости. М., 1967.
Он же. Формирование политических взглядов Патриса Лумумбы // Народы Азии и Африки. 1965. № 5.
Он же. Патрис Лумумба - человек, борец // Азия и Африка сегодня. 1980. № 2.
Он же. Patrice Lumumba // The African Communist. 1981. № 87.
Он же. Патрис Эмери Лумумба: взгляд сквозь годы // Азия и Африка сегодня. 2001. № 1.
Он же. ДРК. Патрис Лумумба - первый премьер-министр и национальный герой Конго // Ин-т востоковедения РАН. Бюллетень № 27. М., 2000.
Хохлов Н.П. Патрис Лумумба. М., 1971.
Патрис Лумумба. Правда о чудовищном преступлении колонизаторов. М., 1961.
Пономаренко Л.В. Патрис Лумумба. Жизнь во имя свободы Африки. М., 1989.
Benot Y. La mort de Lumumba, ou la tragédie congolaise. P., 1989.
Brassinne J., Kestergat J. Qui a tué Patrice Lumumba? P., 1991.
Chômé J. Lumumba et le communisme. Bruxelles, 1961.
Dayal R. Mission for Hammarskjold. L., 1978.
Heinz G., Donnay H. Lumumba Patrice. Les cinquante derniers jours de sa vie. Bruxelles; P., 1966.
Kingali K. Lumumba vivant. Bruxelles, 1970.
Lopez Alvares L. Lumumba ou l’Afrique frustrée. P, 1964.
Manya K'Omalowete a Djonga. Patrice Lumumba, le Sankuru et l’Afrique. Lausanne, 1985.
Mc Kown R. Lumumba. A Biography. N.Y., 1969.
Michel S. Uhuru Lumumba. P, 1962.
Monheim F. Mobutu, l’homme seul. Bruxelles, 1962.
Okutu Ж Lumumba’s Congo: Roots of Conflict. N. Y., 1963.
Omasombo J., Verhaegen B. Patrice Lumumba. Jeunesse et apprentissage politique 1925- 1956. P., 1998.
Patrice Lumumba entre Dieu et Diable. Un héros africain dans ses images. P., 1997.
Witte L. de. L’assassinat de Lumumba. P., 2000.


Куту ку Юбер МАГА
Coutoucou Hubert Maga, 10.VIII.1916 - 8.V.2000
Президент Дагомеи (современный Бенин) в 1960-1963 и 1970-1972 гг.
Юбер Мага родился в городке Па- раку (в северной части Французской Дагомеи) в семье среднего достатка, исповедовавшей ислам. Мать его принадлежала к народу барба, отец же был буркинабе1. Мальчиком Мага посещал кораническую школу в Параку. Начальное и среднее образование он получил в Боиконе и в Абомее (Южная Дагомея), а в 1932 г. поступил в педагогический Коллеж Виктора Балло (Порто-Ново). За успехи в учебе Мага был направлен в 1933 г. в Высшую педагогическую школу Вильяма Понти в Горе (Сенегал); там он принял католичество. Окончив школу в 1936 г. первым учеником дагомейского выпуска, Мага вернулся в Дагомею, где работал в начальной школе в Бимбереке, а затем в Натитингу (с 1945 г. ее директор). Позже он занял должность инспектора начального образования.
С 1939 г., вступив в профсоюз учителей начальных классов, Мага начал заниматься общественной деятельностью. Однако он не принимал активного участия в местной политической жизни до 1946 г., когда только что созданный местной европеизированной элитой (les évolués) Дагомейский прогрессивный союз (ДПС), столкнувшись с дефицитом образованных политических кадров на Севере, выдвинул его кандидатом на первых выборах в Генеральный совет (законосовещательный орган колонии) по второй избирательной курии (неграждане) в округах Натитингу и Канди. Избранный генеральным советником, Мага начал делать стремительную политическую карьеру в рядах победившего на выборах ДПС. В феврале 1947 г. он стал секретарем бюджетной комиссии бюро Генерального совета, в ноябре - членом Большого совета Французской Западной Африки (единственный представитель Северной Дагомеи). Во всех этих инстанциях он неизменно выступал защитником северного региона, требуя выделения кредитов на его экономическое развитие.
Однако в ДПС Мага оставался на вторых ролях - он был нужен лидерам партии только для привлечения голосов северян. В контексте общего оживления политической жизни Дагомеи во второй половине 1940-х годов Мага стал вынашивать идею о создании региональной партии, призванной защищать интересы Севера. После отказа руководства ДПС выдвинуть кандидата-северянина на выборах во французский парламент 1951 г. он вместе с другими представителями Севера вышел из партии и основал Этническое объединение Северной Дагомеи (ЭОСД). По списку ЭОСД Мага был избран 17 июня 1951 г. депутатом Национального собрания Франции, где 1 Выходец из Верхней Вольты (Буркина-Фасо).
IHIIHIIIIIIllllll IIIIIIIIHIIIIIIIII


примкнул к группе «независимых от заморских территорий»; он являлся членом нескольких парламентских комиссий (по финансам, образованию, депутатскому иммунитету, юстиции и законодательству).
С этого времени Мага - одна из главных фигур дагомейской политической сцены, неоспоримый лидер северной группировки, конкурировавшей с Африканским народным блоком (АНБ) Жюстена Ахомадегбе, опиравшимся на этносы Центральной и Юго-Западной Дагомеи, и с Дагомейской республиканской партией (ДРП) Суру Мигана Апити, этническая база которой находилась на юго-востоке. Вся последующая история Дагомеи оказалась историей борьбы и временных союзов между этими тремя региональными группировками, ни одна из которых не имела возможности в одиночку добиться безусловного политического доминирования.
После успеха ЭОСД на выборах в Территориальную ассамблею в марте 1952 г. (9 мандатов, второе место после ДРП) Мага вступил в союз с Апити и при его поддержке был избран вице- председателем Ассамблеи. Стремясь расширить свою региональную базу, партия по его инициативе сменила в январе 1953 г. название на Дагомейское демократическое движение (ДДД), но этот маневр не дал ожидаемого результата - ей так никогда и не удалось превратиться в общенациональную силу. На выборах в Ассамблею Французского союза в ноябре 1953 г. ДДД и ДРП выступили единым списком и одержали победу. Во второй половине 1955 г. отношения между Мага и Апити ухудшились, и в январе 1956 г. Мага был переизбран во французский парламент уже при поддержке Дагомейского демократического союза (ДДС), созданного в октябре 1953 г. в результате объединения АН Б с еще одной южной группировкой во главе с Эмилем Дерленом Зинсу. Благодаря соглашению с ДДС Мага занял в апреле 1956 г. пост председателя Территориальной ассамблеи. Но эта коалиция тоже развалилась после крупной победы ДРП на выборах в Территориальную ассамблею в марте 1957 г.; правда, Мага был избран ее вице-председателем. В ноябре он стал первым и единственным в истории дагомейцем, получившим пост во французском правительстве: он вошел в кабинет Феликса Гайяра в качестве заместителя государственного секретаря при министре труда и социального обеспечения.
После обретения Дагомеей статуса автономной республики в составе Французского сообщества (4 декабря 1958 г.) Мага создал широкий блок основных политических группировок страны (Дагомейская прогрессивная партия), но вскоре со своими сторонниками вышел из него, недовольный планами некоторых лидеров блока вовлечь Дагомею в Федерацию Мали. На апрельских выборах 1959 г. в первое Национальное собрание автономии ни одна партия не завоевала абсолютного большинства - места поделили ДПР, Дагомейское демократическое объединение (новое название ДДД с августа 1957 г.) и отколовшаяся от ДДС фракция Ахомадегбе(ДДС-АДО). Вэтих условиях Мага получил возможность сыграть роль политического арбитра. Поддержав сначала идею «правительства национального единства» во главе с Апити, уже месяц спустя он вступил в правительственную коалицию с ДДС-АДО и 22 мая стал премьер-министром. После выхода ДДС-АДО из правительства в декабре 1959 г. Мага возглавил кабинет меньшинства, который продержался у власти вплоть до провозглашения независимости Дагомеи 1 августа 1960 г. За пять дней до этого Мага, вновь заключивший союз с ДДС-АДО, был избран главой нового государства.
Осознавая, что независимая Дагомея не сможет выжить без единства основIIIIIIIIIIIIIIIIHI lllllllllllllllllll


ных политических сил, Мага предложил Апити и Ахомадегбе создать общий блок или даже общенациональную партию. 1 сентября 1960 г. ДДО, ДДС-АДО и Партия националистов Дагомеи (ПНД), возникшая в результате слияния ДРП и Дагомейской прогрессивной партии Зин- су, образовали парламентскую коалицию Фронт патриотического действия, однако уже через два месяца она распалась из-за перехода ДДС-АДО в оппозицию. Крах общенационального политического проекта заставил Мага ограничиться более скромной формулой «блок большинства» на базе ДДО и ПНД.
Новый блок обеспечил принятие ноябрьской конституции 1960 г., которая установила «двуглавый» президентский режим в лице президента и вице-президента, избираемых всеобщим голосованием без ограничения числа сроков пребывания у власти (Вторая республика). И декабря Мага и Апити, получив 68,7% голосов, стали соответственно президентом и вице- президентом, а блок завоевал все места в парламенте. Но этот раздел власти между Севером и ведущей политической группировкой Юга оказался лишь временным компромиссом. Вскоре Мага начинает создавать режим, основанный на личной власти и однопартийности. 19 мая 1961 г. арестован Ахомадегбе, обвиненный в антиправительственном заговоре. Затем Мага с согласия Апити осуществляет объединение ДДО и ПНД в Дагомейскую партию единства (ДПЕ), членство в которой становится обязательным для функционеров высокого ранга. В августе 1962 г. настает очередь Апити, которого президент отправляет в почетную ссылку - послом во Францию. Это обеспечивает полное доминирование Мага и северян на дагомейском политическом поле. Ограничиваются права профсоюзов и свобода печати, расширяются права полиции.
Во внешней политике Мага ориентировался на Запад, прежде всего на Францию. 24 апреля 1961 г. он заключил с Парижем «договор об обороне», предоставивший бывшей метрополии право военной интервенции в случае возникновения угрозы существующему режиму.
За время своего первого президентства (1960-1963 гг.) Мага попытался дать импульс экономическому развитию Дагомеи, главным препятствием для которого оставалась бедность ее природных ресурсов. Недостаток финансовых средств он надеялся компенсировать за счет увеличения производства арахиса и пальмового масла (основных предметов экспорта) и оптимизации системы закупок/продаж. Была организована государственная компания по закупкам сельскохозяйственной продукции СО- НАДЕР (1962 г.), национализировано производство пальмового масла, развернулась пропаганда по расширению посевов арахиса, поощрялось создание сельскохозяйственных кооперативов.
Полагая, что прогресс Дагомеи невозможен без кардинальной реформы сельского уклада, Мага инициировал план по укрупнению деревень: новым поселениям предназначалось стать организующими центрами сельскохозяйственной модернизации2; их было легче контролировать в политическОхМ и экономическом смысле. В своем стремлении осовременить сельский мир он даже предписал крестьянам носить европейскую одежду.
Для оптимизации структуры управления Мага провел также территориально-административную реформу, введя систему «супрефектура - округ - кантон».
2 См.: Les effets socio-politiques de la démocratisation en milieu rural au Bénin. Vol. 1: Résultats de recherches. Stuttgart, 1994. P. 57.
Illinillllltllllll 583 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Был предпринят ряд крупных проектов, прежде всего в области инфраструктуры. Самым масштабным стало строительство глубоководного порта Котону, начавшееся еще в ноябре 1959 г. и завершившееся в июне 1965 г., уже после отставки президента.
Политика государственного вмешательства, однако, обернулась серьезными экономическими трудностями. Укрупнение сельских поселений поставило дагомейскую деревню на грань катастрофы (голод 1963 г.). Значительно возросла безработица, особенно среди государственных служащих; она усугублялась реэмиграцией (порой принудительной) чиновников, врачей, учителей, юристов, бизнесменов дагомейского происхождения, которых в колониальную эпоху охотно приглашали на службу соседние франкоязычные страны (Нигер, Кот- д’Ивуар, Конго-Браззавиль).
К социально-экономическому недовольству добавлялось политическое недовольство южан, вызванное отстранением от власти ведущих политических партий Юга и заполнением государственного аппарата выходцами с Севера. Объединившись, сторонники Апити и Ахомадегбе развернули атаку против режима, обвиняя его в «мании расточительства»3 (Мага потратил на роскошный президентский дворец около 3 млн долл.) и в покровительстве преступникам (близкий к нему депутат Боики, убивший любовника своей подружки, избежал судебного преследования). Решение правительства ради сокращения огромного бюджетного дефицита уменьшить на 10% зарплату государственных служащих предельно сузило политическую базу режима. Профсоюзы при поддержке оппозиции организовали всеобщую забастовку и массовые манифестации в Котону и Порто-Ново, которые переросли в уличные беспорядки. Вечером 28 октября 1963 г. президенту пришлось передать власть начальнику штаба армии Кристофу Согло.
Согло включил Мага в созданное им 29 октября временное правительство в качестве министра иностранных дел, однако уже в декабре он заставил его подать в отставку, обвинив в антигосударственной деятельности. Проведя некоторое время под домашним арестом, Мага был вынужден уехать из страны. Будучи в эмиграции (во Франции и Кот- д’Ивуаре), он продолжил политическую деятельность. Вместе со своим бывшим противником Апити он организовал кампанию за бойкот президентских выборов 5 мая 1968 г. Возвратившись в Дагомею в конце 1960-х годов, Мага выставил свою кандидатуру на президентских выборах в марте 1970 г., на которых получил относительное большинство голосов, но 4 апреля итоги выборов были аннулированы главой военной хунты подполковником Полем-Эмилем де Суза. Мага пригрозил отделением Севера. В результате переговоров между верхушкой армии и ведущими политиками Дагомеи военные передали высшую исполнительную и законодательную власть Президентскому совету в составе неизменного трио (Мага, Апити, Ахомадегбе). Все решения (законы, назначения) члены Совета принимали единогласно или большинством голосов; пост его главы (президента) замещался по принципу ротации сроком на два года. 7 мая 1970 г. Мага стал первым главой Совета.
Этот политический компромисс сгладил региональное противостояние, однако только на время. Неспособность членов триумвирата решить финансовые проблемы и их личное соперничество, рост социальной и межэтнической напряженности сделали новую политическую конфигурацию весьма уязвимой.
3 См.: KohrL. Development Without Aid: The Translucent Society. N. Y., 1979. P. 33.
iiiiiimiiiumii J(W iitiiiiiiriiniiiii


Хотя 7 мая 1972 г. Мага вручил президентские полномочия Ахомадегбе - первый случай мирной конституционной передачи власти в истории независимой Дагомеи, - уже 26 октября майор Матье Кереку совершил государственный переворот и арестовал членов Совета. Мага и его коллеги провели в заключении восемь с половиной лет. Освобожденные в апреле 1981 г., они получили разрешение эмигрировать. В связи с началом политической либерализации в Бенине (новое название Дагомеи с 1975 г.) в 1990 г. Мага вернулся на родину и вошел в состав Высшего Совета Республики, созданного для контроля за процессом демократизации страны (9 марта 1990 г. - 4 апреля 1991 г.). В последние годы жизни Мага, сохранивший со времен Второй республики репутацию умелого политического арбитра, продолжал пользовался большим уважением среди сограждан.
В 1993 г. он был назначен членом Верховного суда, а в 1995 г. выполнял посредническую миссию во время внутриполитического кризиса в соседнем Нигере.
Умер Юбер Мага от сердечного приступа в Котону 8 мая 2000 г. и был похоронен на родине, в Параку.
И.В. Кривушин
Литература
Carter G.M. Five African States: Responses to Diversity. Ithaca; N. Y., 1963.
Comevin R. La République populaire du Bénin, des origines dahoméennes à nos jours. P., 1981.
Glele MA. Naissance d'un Etat noir. L'évolution politique et constitutionnelle du Dahomey, de la colonisation à nos jours. P., 1969.
Ronen D. Dahomey: Between Tradition and Modernity. Ithaca; N. Y., 1975.


Леон МБА
Léon Mba, 9.II. 1902 -27.XI. 1967
Государственный деятель Габона, его первый президент в 1960-1967 гг.
Леон Моа родился 9 февраля 1902 г. в Либревиле (административном центре французской колонии Габон) в относи- тельно привилегироваиной семье, npiiнад- лежавшей к народу фанг. Его отец, деревенский староста и мелкий коммерсант, и мать, портниха, обучались в школе и были среди первых (и редких) «продвинутых»1 семейных нар Либревиля.
Начальное образование Леон получил в школе римско-католической миссии в Либревиле. Трудовая деятельность будущего президента началась в 1920 г.: он работал продавцом в магазине, лесозаготовителем, торговцем, затем мелким ч и н о в н и ком фpa 1i цу зс ко й кол они ал ь ной администрации (служащим таможни). Начальство ценило Мба за компетентность и трудолюбие, но его «высокомерие» - он требовал достойного отношения к «черному человеку» - вызывало сильное раздражение. В декабре 1922 г., пойманный на том, что выдал своему коллеге фальшивые документы, он был приговорен мэром-администратором Либревиля к тюремному заключению, хотя обычно такой проступок карался штрафом.
В 1924 г. Мба был реабилитирован и назначен вождем фанг, проживавших на территории Либревильского кантона. Пребывание в этой должности создало ему репутацию, с одной стороны, последовательного защитника интересов фанг (особенно в земельных спорах с иноплеменниками), а с другой - жесткого руководителя, который не позволял нарушать указы администрации и поэтому порой вступал в конфронтацию со старейшинами своего племени. Вот почему французы смотрели сквозь пальцы на использование им служебного положения в личных целях (расхищение налоговых поступлений, злоупотребления при организации принудительного труда местных жителей). Даже когда в конце 1920-х годов его начали считать скрытым коммунистом (он был связан с радикальными организациями - Лигой прав человека и Габонской молодежью), власти не препятствовал его назначению на пост верховного вождя фанг столичной области Эстуарий. Но мало-помалу «продвинутый черный» становился неудобным. Он, хотя и не окончательно, отошел от католицизма и стал общаться с представителями афрохристианской секты Бвити («Церковь посвященных»), популярной среди северных фанг. В 1931 г., когда секту обвинили в ритуальном убийстве и каннибализме, Мба оказался (без всякого на то основания) среди подозреваемых. Он был спят со своего поста и приговорен к трем годам тюрьмы и десяти годам высылки из страны.
1 «Продвинутые» (les évolués) - африканцы, получившие европейское образование.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii JÖD iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Мба провел три года заключения в Убанги-Шари, сначала в Бамбари, а затем в Бриа, однако не терял связи со своей родиной, ведя активную переписку с друзьями по Либревилю и продолжая пользоваться большим авторитетом среди фанг. Выйдя в 1934 г. из тюрьмы, он остался в Убанги-Шари под строгим надзором полиции. Положение ссыльного не помешало местной администрации принять его на работу, правда мелким служащим, и Мба снова показал себя компетентным и усердным исполнителем, на которого можно было положиться. В 1938 г. он написал и опубликовал «Очерк об обычном праве у пангве», вскоре ставшим настольной книгой для судов обычного права у фанг.
Во время Второй мировой войны Мба активно поддержал голлистское движение «Свободная Франция». В 1942 г. срок его наказания был сокращен, а в июле 1946 г. ему разрешили вернуться в Габон.
На родине Мба оказался в эпоху роста политического сознания африканцев, которому дала толчок Браззавиль- ская конференция 1944 г. В стране уже действовала Габонская демократическая партия (ГДП) Поля Гонджу, образованная еще в 1945 г. Опираясь на южные этнические группы (в первую очередь фанг), Мба создал 12 августа 1946 г. Габонский смешанный комитет (ГСК), ставший местным отделением Африканского демократического объединения (АДО) Феликса Уфуэ-Буаньи. В ноябре того же года появился Габонский демократический и социальный союз (ГДСС) Жана-И лера Обама.
Главная цель Мба - не только самому занять высокое положение в местных («туземных») органах управления, но и добиться широкого представительства африканцев в административных и судебных структурах. Однако колониальные власти отказали ему в прежней должности вождя кантона (правда, его взяла на работу английская коммерческая компания «Джон Холт»). В 1947 г. собравшиеся на съезд в Мицике вожди фанг потребовали назначить Мба высшим вождем фанг Эстуария, и снова он получил отказ. За ним сохранялась репутация коммуниста и врага французской администрации, которую еще раз подтвердило его участие в съезде АДО в Абиджане ( 1949 г.). Даже когда в начале 1950-х годов Мба, вслед за лидером АДО Уфуэ-Буаньи, прекратил сотрудничество с коммунистами, колониальные власти во время выборов депутата французского парламента в июне 1951 г. сделали ставку на лидера ГДСС Обама, которому Мба с треском проиграл (11% голосов против 59%). На выборах в Территориальную ассамблею (консультативный орган при губернаторе) в марте 1952 г. ГДСС завоевал 14 мест из 24, а ГСК только два, хотя и получил большинство (57%) в Либревиле. Для увеличения своей электоральной базы Мба стремился, во-первых, установить контакты с местной «белой» общиной: он переименовал ГСК в Франко-габонский смешанный комитет и выдвинул лозунг союза всех африканцев и экспатриатов. Во-вторых, он активно налаживал связи с другими народами страны, намереваясь создать общегабонскую межэтническую политическую коалицию: этот проект осуществился в августе 1953 г., когда его сторонники объединились с ГДП в Габонский демократический блок (ГДБ); генеральным секретарем новой партии стал Гонджу, а Мба - его заместителем. Популярность Мба постепенно росла. Если на январских выборах 1956 г. во французский парламент он снова уступил Обаму (правда теперь уже с 36% против 47%), то на муниципальных выборах того же года ему удалось одержать внушительную победу в Либревиле (65,5% голосов) и 23 ноября стать его первым мэром.
На выборах в Территориальную ассамблею в марте 1957 г. ни ГДБ, ни ГДСС не получили абсолютного большинства, поэтому их лидеры были вынуждены iiiiiiiiiiiiiiiitii llllllllillllllllll


пойти на временное соглашение о разделе власти: Правительственный совет (новый высший исполнительный орган, созданный по «закону-рамке» 23 июня 1956 г.), сформированный 21 мая 1957 г., включил представителей обеих партий, а Мба занял должность его вице- председателя. Но раскол был неминуем. Разногласия с Мба вынудили Обама подать в отставку вместе со своими единомышленниками и поставить на голосование вопрос о вотуме недоверия Правительственному совету, который, однако, был отклонен 21 голосом против 19. Чтобы укрепить свое положение, его фактический глава прибег к тактике «перекупки» оппозиционных депутатов, в результате чего правительственное большинство увеличилось до 29 мандатов (из 40).
Будучи вице-председателем Правительственного совета, Мба вступил в тесное сотрудничество с французской администрацией. Уверенный, что немедленное обретение политической независимости чревато экономическим коллапсом, он отказался следовать по пути Ахмеда Секу Туре и Модибо Кейта и приложил усилия для сохранения тесных связей с метрополией. Он установил дружеские отношения с Шарлем де Голлем, вернувшимся к власти во Франции в июне 1958 г., и горячо приветствовал его предложение о предоставлении Габону полной автономии в рамках Французского сообщества. Это предложение получило почти единодушную поддержку населения страны на референдуме 28 сентября 1958 г. 19 февраля 1959 г. автономный парламент принял разработанную под руководством Мба первую Конституция Республики Габон, а 27 февраля избрал его первым премьер- министром страны.
Завершая, вслед за Уфуэ-Буаньи, свою эволюцию из «опасного радикала» в одного из «лучших африканских друзей» Елисейского дворца, Мба в ноябре 1959 г. выдвинул проект превращения Габона в «заморский департамент» Франции. Но столкнувшись с холодной реакцией официального Парижа (главный советник де Голля по африканским делам Жак Фоккар назвал эту идею «немыслимой»2) и с усиливавшейся оппозицией профранцузскому курсу внутри страны, прежде всего со стороны ГДСС и Партии габонского национального единства (П ГН Е) Рене-Поля Сузата и Жан-Жака Бакавеля, он резко изменил свою позицию и решил сыграть на опережение. Проведя переговоры с Францией о предоставлении Габону независимости, Мба в марте 1960 г. распустил ПГНЕ (на том основании, что она достигла своей цели и ее деятельность исчерпана), бросил в тюрьму Сузата и подверг репрессиям ряд активистов ГДСС.
На парламентских выборах 19 июня 1960 г. ГД Б одержал победу. 17 августа Леон Мба провозгласил независимость Габона и в тот же день стал первым президентом республики, сохранив за собой и полномочия главы правительства. Однако неопределенность статей конституции, определяющих баланс власти между исполнительными и законодательными органами, уже осенью 1960 г. привела к серьезному политическому кризису. Вспыхнул конфликт между Мба и Гонджу, генеральным секретарем ГДБ и председателем парламента, по поводу границ президентских полномочий. Сначала глава государства пошел на уступки. 4 ноября 1960 г. он санкционировал установление режима парламентской республики. Но не прошло и пяти дней, как он без ведома Национального собрания произвел перестановки в кабинете министров. В ответ новое парламентское большинство в составе сторонников Гонджу и депутатов от ГДСС и ПГНЕ стало 2 Pesnot P. Les dessous de la Françafrique. P., 2008. P. 76.
lllllllllllllllllll JÖÖ lllllllllllllllllll


угрожать правительству вотумом недоверия. Тогда Мба 16 ноября под предлогом раскрытия заговора объявил в столице чрезвычайное положение и арестовал Гонджу и восемь самых близких к нему парламентариев, а 17 ноября распустил Национальное собрание, назначив на февраль 1961 г. новые президентские и парламентские выборы.
Хотя президенту удалось подавить бунт в руководстве ГДБ и 4 декабря 1960 г. занять вместо Гонджу пост его генерального секретаря, электорат правящей партии оказался расколотым. В этой ситуации Мба совершил крутой политический вираж, предложив своему старому сопернику Обаму выступить на выборах единым списком. Согласие Обама привело к возникновению Национального союза (НС) - первой в истории Габона электоральной коалиции ведущих политических сил страны. Однако эта коалиция оказалось далеко не равноправным объединением. Большую часть списка НС составили сторонники Мба, а он сам был выдвинут единым кандидатом в президенты.
Выборы 12 февраля 1961 г., на которые НС вышел с лозунгом «Франция выбирает де Голля, а Габон выбирает Мба», принесли ему полную победу (95% голосов): Мба стал главой государства, а Обам был вознагражден постом министра иностранных дел; в правительство вошли еще несколько членов ГДСС. 21 февраля новое полностью лояльное Национальное собрание одобрило новую конституцию, которая установила в Габоне президентский режим (президент назначает и смещает министров и всех чиновников, распускает Национальное собрание или продлевает срок его полномочий, правительство не несет ответственности перед парламентом).
В период 1961-1963 гг. стал происходит постепенное усиление личной власти Мба, несмотря на видимость политического сотрудничества ГДБ и ГДСС.
В январе 1963 г. Мба выступил с проектом установления однопартийной системы путем инкорпорирования ГДСС и ПГНЕ в ГДБ. Отвергнув контрпроект Обама и Сузата (образовать на базе этих трех группировок новую партию), президент осуществил новый крутой политический поворот: 9 февраля 1963 г. он освободил Гонджу, сделав его главой Экономического совета, и других «ноябрьских заговорщиков» 1960 г., а 19 февраля изгнал из правительства министров от ГДСС, покончив тем самым с Национальным союзом.
В течение 1963 г. Мба предпринимал различные маневры для упрочения своих позиций. Он попытался вывести из политической игры Обама, предоставив ему 25 февраля 1963 г. должность председателя Верховного суда, но потерпел неудачу (10 января 1964 г. Обам отказался от этого поста). Решив полностью вытеснить оппозицию из Национального собрания, президент 21 января 1964 г. распустил его, назначив на 23 февраля новые парламентские выборы. Чтобы обеспечить победу ГДБ, он внес изменения в избирательное законодательство, значительно ограничившие возможности оппозиционных партий. В ответ оппозиция отказалась участвовать в выборах.
До 1964 г. Мба сохранял значительную популярность среди населения. Этим он был обязан прежде всего экономическим успехам страны. При нем Габон стал одной из самых процветающих стран Африки. Природные богатства (страна находилась в числе главных мировых производителей урана и марганца) обеспечивали в первой половине 1960-х годов стабильный экономический рост и профицитный бюджет (экспорт на 30% превышал импорт). ВВП на душу населения в 1965 г. составил 368 долл, в год - самый высокий на континенте после ЮАР (в других «витринах» бывшей Французской Африки - Сенегале и Кот-д’Ивуаре - он достигал iiiiiimmiiimi ЭОУ IHHIIIIIIIIIIItll


соответственно 192 и 213 долл.)3. Авторитет Мба не смогла серьезно подорвать даже его профранцузская политика: «У габонцев, - говорил он, - две родины: Габон и Франция»4. В Либревиле был размещен французский гарнизон (600 парашютистов и авиасоединение). Французские военные советники руководили созданием габонской армии и жандармерии. Президент создавал благоприятные условия для французских инвесторов. Французские фирмы доминировали в самых рентабельных секторах габонской экономики: еще в 1957 г. они получили лицензию на разведку нефтяных месторождений, а в 1962 г. приступили к их эксплуатации; в том же году французская Горнорудная компания Огове начала добычу габонского марганца.
Однако авторитарные тенденции режима постепенно начали вызывать все большее раздражение. Бесцеремонное нарушение принятых правил предвыборной игры (сокращение числа мандатов, увеличение вдвое избирательного залога, запрет выдвигаться всем бывшим должностным лицам) привело к дискредитации президента, особенно в силовых структурах. В ночь с 17 на 18 февраля 1964 г. часть габонской армии (150 военнослужащих) во главе с лейтенантами Жаком Момбо и Валером Эссоном совершила бескровный государственный переворот. Мба, председатель Национального собрания Луи Бигман и почти все министры были арестованы. 18 февраля созданный путчистами Революционный совет (PC) заставил свергнутого президента в радиообращении к народу одобрить переворот и признать свои ошибки, а затем отправил его в ссылку в Нджоле (правда, тот доехал только до Ламбарене).
В тот же день PC передал власть гражданскому Временному правительству под председательством Обама, составленному из членов ГДСС и сторонников Гонджу, которое сразу заявило о своем желании продолжать тесное сотрудничество с Францией. Но официальный Париж, опасаясь окончательно утратить свое влияние в Экваториальной Африке, особенно после падения профранцузского режима Фюльбера Юлу в соседнем Конго, решился на военное вмешательство, к которому его также подталкивали французские компании, контролировавшие добычу минеральных ресурсов Габона. В ночь с 18 на 19 февраля бывшая метрополия, ссылаясь на секретное франко-габонское соглашение об обороне (1960 г.), десантировала свои войска в Либревиль, которые быстро сломили сопротивление отрядов путчистов и восстановили Мба на пост}' президента. Действия Франции поддержали Центральноафриканская Республика, Чад, Кот-д’Ивуар, Нигер, Верхняя Вольта и Мадагаскар; остальные же африканские государства в той или иной форме высказали свое осуждение.
Вернувшись 21 февраля 1964 г. в Либревиль, Мба пообещал сурово наказать участников путча. Были произведены массовые аресты среди оппозиции; за решеткой оказались Обам и Гонджу. Президент распустил армию и занялся ее переформированием. Для своей охраны он создал специальную президентскую гвардию под командованием офицера французских спецслужб Боба Малубье.
Открытое вооруженное вмешательство бывшей метрополии для восстановления режима превратило Мба в глазах многих его соотечественников в простую марионетку Парижа. Уже 1 марта 1964 г. в столице начались антиправительственные демонстрации, которые вскоре распространились на Порт-Жантиль и Нденде. Манифестанты, число которых порой достигало 3-4 тыс. человек, несли 3 См.: Fields G.S. Poverty, inequality, and development. Cambridge, 1981. P. 65.
4 Biteghe M.N. Echec aux militaires au Gabon en 1964. P., 1990. P. 23. 24.
IIIIIIIIHIIIIIIIII J7V IIIIIIIIHIIIIIIIII


лозунги «Мба — президент французов» и «Французы, убирайтесь домой!», вступали в столкновения со сторонниками режима, устраивали уличные беспорядки. По рекомендации своих французских советников Мба был вынужден отказаться от намерения казнить организаторов февральского государственного переворота: на судебном процессе в Ламбарене в августе-сентябре 1964 г. военные лидеры мятежа были приговорены к 20 годам каторги, Обам - к 10 годам каторги и 10 годам ссылки (наказание вскоре смягчили), а Гонджу полностью оправдан. Президент также пошел на проведение 12 апреля 1964 г. парламентских выборов и даже разрешил участвовать в них оппозиции. Хотя ведущие оппозиционные политики находились в тюрьме, а ГДСС не была допущена к выборам, правящая партия столкнулась с сильной конкуренцией со стороны небольших региональных политических группировок, которые только по официальным данным завоевали 46% голосов и 16 мандатов из 47. Оппозиция оспорила результаты выборов и организовала по всей стране политические стачки.
Мба так и не оправился от пережитого им в феврале 1964 г. шока. Последние годы правления он провел в своем сверхохраняемом президентском дворце, никогда не покидая его. Главной заботой стремительно дряхлевшего главы государства стал поиск преемника. Выбор его (с одобрения официального Парижа) пал на тридцатилетнего Альбера Бернара Бонго, руководителя президентской администрации, которого он в сентябре 1965 г. назначил министром- делегатом при президенте' (фактически главой правительства). В августе 1966 г., когда здоровье Мба резко ухудшилось, он был перевезен в Париж и помещен в госпиталь Клода Бернара. В ноябре Мба сделал Бонго вице-президентом, а в феврале 1967 г. санкционировал проведение конституционной реформы, согласно которой в случае смерти президента его полномочия автоматически переходили к вице-президенту. 19 марта 1967 г. он заочно принял участие в безальтернативных президентских выборах, на которых вместе с А.Б. Бонго, кандидатом в вице-президенты, набрал 99,9% голосов. По итогам одновременно прошедших парламентских выборов ГДБ получил все места в Национальном собрании.
28 ноября 1967 г. Леон Мба скончался от рака в Париже. Его прах был перевезен на родину и торжественно похоронен в столице Габона. Именем Мба названы Международный аэропорт Габона, столичный стадион (позже переименован в стадион Омара Бонго), самый престижный лицей Либревиля и один из его бульваров. В 2007 г. в Либревиле был открыт Мемориал Леона Мба, ставший мавзолеем и одновременно хранилищем архива бывшего президента.
И.В. KpueyuiuH
Литература
Bemault F. Démocraties ambiguës en Afrique Centrale. Congo-Brazzaville, Gabon: 1940-1965. P., 1996.
Biteghe M.N. Echec aux militaires au Gabon en 1964. P., 1990.
Etoughe D. Justice indigène et essor du droit coutumier au Gabon: La contribution de Léon M’ba, 1924-1938. P., 2007.
Keese A. L’évolution du leader indigène aux yeux des administrateurs français: Léon M’Ba et le changement des modalités de participation au pouvoir local au Gabon, 1922-1967 // Afrique et histoire. 2004. № 2.
M’Ba L. Essai de droit coutumier pahouin // Bulletin de la Société des recherches congolaises. 1938. Vol. 25.1938.
Reed M.C. Gabon: a neo-colonial enclave of enduring French interest // Journal of Modem African Studies. 1987. Vol. 25. № 2.
Weinstein B. Léon M’Ba: The ideology of dependence // Genève-Afrique. 1967. Vol. 6. № 1.
Yates DA. The Rentier State in Africa: Oil Rent Dependency and Neocolonialism in the Republic of Gabon. Trenton, 1996.
IIIIIIIIIIIIIIIHII 591 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Сесе Секо Куку Нгбенду Ва За Банга МОБУТУ
Mobutu Sese Seko Kuku Nqbendu Va Za Banga, 14.x.1930 - 7.IX.1997
Государственный и политический деятель Демократической Республики Конго/Республики Заир, президент страны (1965-1997 гг.).
Мобуту родился в г. Лисала (Экваториальная провинция) в обеспеченной, по меркам колониального захолустья, семье. Его отец, Альберик Гбемани Мобуту, служил в ту пору в местной адвокатской конторе, а до того, приняв христианство, был поваром у миссионеров-капуцинов. Они-то и обучили крестьянского парня из деревни Гбадолит приготовлению нескольких нехитрых блюд европейской кухни1. Мать, Мари Мадлен Йемо Мобуту, работала горничной в третьеразрядной лисальской гостинице. Отец, достигший к тому времени солидного возраста, очень гордился рождением сына-первенца. Миссионеры посоветовали ему назвать мальчика Жозефом Дезире (Иосифом Желанным). Через 42 года, став президентом Заира, он сменит это «чуждое» африканцу имя на другое, соответствующее его доктрине «заирской самобытности». Мама Йемо родила еще трех сыновей. Овдовев в 1938 г., она вернулась из Леопольдвиля, в котором вся семья жила с 1934 г., в родную деревню, где в окружении соплеменников ей было легче растить детей.
В средней школе в Кокийавиле (ныне Мбандака), принадлежавшей миссионерам ордена Непорочного сердца Марии (конгрегация «шойтов»), 19 летний Мобуту учился всего год. По словам Д. Монгуйя-Мбенге, одного из крупных заирских чиновников, Мобуту уже тогда проявлял склонность к авантюризму, правонарушениям, присвоению чужого имущества1 2. Отчислили его из школы за недисциплинированность и как «плохого христианина».
Став рядовым бельгийской колониальной армии «Форс пюблнк», он в свои 20 лет не столько испытал тяготы солдатской службы, сколько осознал проистекающие из нее выгоды: здесь он не умрет с голоду, выделится военной формой из среды сверстников, возвысится над массой бедных соотечественников. В кокийавильском гарнизоне он пристрастился к чтению книг из тамошней библиотеки, в лулуабургском - закончил курсы бухгалтеров, самостоятельно совершенствовался во французском языке. Согласно официальной биографии, он увлекался Вольтером, чтил де Голля, любил европейскую классическую музыку, зачитывался исторической и мемуарной литературой.
1 Mabi Mulumba, Muramba Makombo. Cadres et dirigeants au Zaïre, qui sont-ils? Kinshasa, 1986. P. 13: Daily Nation. 1997. 09.09.
2 Monguya Mbenge D. Histoire Secrete du Zaïre. Bruxelles, 1977. P. 160.
Illlllllllllllltin IIIIIIIIHIIIIIIIII


Этот миловидный, всегда опрятно одетый, средних способностей, но безмерно честолюбивый сержант умел расположить к себе тех, от кого зависел. В 1955 г. в местных газетах появились его первые журналистские опусы. Постепенно он вошел в доверие к колониальным властям, получил редкую для конголезцев возможность выезжать за пределы колонии. Стал продвигаться по стезе журналиста - автор заметок и статей (в которых умело обходил острые проблемы общественной жизни), редактор, главный редактор влиятельной столичной газеты «Актюалитэ африкэн». В середине 1959 г. чудесные превращения Мобуту вышли за пределы Конго. Авиакомпания «Сабена» пригласила его в Бельгию, Институт социальных наук выделил стипендию, агентство «Инфор- конго» приняло на годичную стажировку. Здесь он переждал бурные события, предшествовавшие провозглашению независимой Республики Конго (со столицей в г. Леопольдвиль), здесь же в январе 1960 г. познакомился с Патрисом Лумумбой.
Ровно через год, в январе 1961 г., Лумумба был зверски убит. Роль основного из конголезских организаторов и исполнителей этого преступления добровольно взял на себя будущий маршал и президент Заира, а тогда свежеиспеченный генерал Мобуту. Ступенями к расправе с Лумумбой были пособничество Мобуту бельгийским властям в ослаблении позиций Лумумбы на конголезско- бельгийских переговорах о статусе независимого Конго; саботаж основных решений первого национального правительства, в которое он сам входил в ранге министра как личный секретарь премьера Лумумбы; лишение правительства поддержки национальной армии, в которой Лумумба доверил ему пост начальника генерального штаба; поощрение региональных руководителей (прежде всего Моиза Чомбе и Альбера Калонжи) к отделению своих провинций от Конго; интриги, усугубившие противоречия между Лумумбой и президентом Жозефом Касавубу; первый «мобутовский» переворот: «временная нейтрализация» президента и премьер-министра в сентябре 1960 г., завершившаяся для Касавубу скорым возвращением на его пост, а для Лумумбы арестом и передачей его - при активном содействии США и Бельгии - на растерзание катангским сепаратистам. Характеризует Мобуту и тот факт, что позднее он объявил Лумумбу национальным героем, жертвой колониалистских махинаций и пообещал поставить ему памятник.
Устранив Лумумбу, Мобуту сделал важный, но лишь первый шаг к президентству. Сменявшиеся на протяжении 1961-1965 гг. правительства Жюсте- на Бомбоко («коллегия генеральных комиссаров»), Жозефа Илео, Сирила Адулы, М. Чомбе реальной властью не располагали. Ее сосредоточил в своих руках Мобуту, ставший в сентябре 1960 г. генералом и январе 1961 г. главнокомандующим конголезской армией. При нем действовал совещательный орган - «группа Бинза» (по наименованию элитного предместья Леопольдвиля, где жил Мобуту и базировался его специальный парашютно-десантный полк), состоявшая из нескольких убежденных антилумумбистов. Конор О’Брайен, специальный представитель ООН в отделившейся от Конго Катанге, свидетельствовал тогда, что США, Великобритания и Франция «осуществляли фактическое, хотя и не всегда дружное, руководство деятельностью президента Касавубу и генерала Мобуту»3.
Воссоединение Катанги с Конго (в январе 1963 г.) на непродолжительное время сблизило Мобуту и Чомбе.
3 О'Брайен К. В Катан1у и обратно. М., 1963. С. 108.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


У них оставались общие враги - местные «прислужники заграничных коммунистов», общие друзья - иностранные финансово-промышленные монополии, приятельские отношения, которые порой устанавливаются между «родственными душами» - людьми однотипных взглядов, устремлений, жизненных ценностей. Чомбе по-своему ценил Мобуту. «Все леопольдвильские политики, кроме лишь Мобуту, ни на что не годятся», - как-то признался он О’Брайену4. Ослабление центральной власти всегда было на руку Чомбе, и для этого он использовал свои связи с Мобуту. Тот, со своей стороны, постоянно интриговал против своих многочисленных недоброжелателей в леопольдвильских министерских кабинетах, а заодно получал от Чомбе деньги, которые не нужно было возвращать.
Именно Мобуту привел в исполнение созревшее в 1964 г. в Брюсселе и Вашингтоне намерение посадить Чомбе в кресло премьер-министра Конго. Этому всячески противились Касавубу, Адула, большинство влиятельных столичных сановников. Но вопреки всему Мобуту послал проживавшему тогда в Испании Чомбе заверение в том, что армия обеспечит ему полную личную безопасность, если он возвратится на родину и возглавит правительство. Поступил Мобуту так потому, что, мечтая о верховной власти, чувствовал, что его время еще не пришло.
Став премьером страны, которую прежде хотел развалить, Чомбе заявил, что покончит с вооруженной оппозицией - повстанцами - в короткий срок и без иностранной помощи5. Однако события развивались не по его сценарию. Повстанцы уже контролировали большую часть страны, даже создали свою Народную республику Конго (со столицей в Стэнливиле). Режим Чомбе оказался на грани катастрофы. Тогда-то НАТО провело 24 ноября 1964 г. военную операцию «Красный дракон» по захвату Стэнливиля и ликвидации НРК.
Реальная власть в стране постепенно переходила к Мобуту. До его второго государственного переворота оставался один год. Ни для кого в Леопольдвиле уже не было секретом, что армия готовится к вмешательству в политическую жизнь. Мобуту переоснащал ее элитные подразделения, армейский аппарат готовили к тому, чтобы в определенной мере он мог подменить гражданские органы. В одном из английских исследований 1988 г. констатировалось: «ЦРУ вдохновило Мобуту на второй государственный переворот. Его объявили хорошим другом США, мудрым руководителем, которому американские ответственные лица выражают горячую поддержку от всего сердца»6.
С начала ноября 1965 г. сведения о готовящемся перевороте стали проникать в политические круги Конго. Военное командование активизировало контакты с дипмиссиями и спецслужбами западных держав. Газета «Либр Бельжик» с несвойственной ей прежде прозорливостью писала за две недели до переворота: «Конголезский кризис может привести к государственному перевороту. Если его не совершит Касавубу, - остается неясным, как бы он смог это сделать, - то, возможно, генерал Мобуту повторит сентябрьскую операцию 1960 г.»7
Захватив власть в стране, Мобуту заявил, что в первые пять лет останется военным, будет жить только на свое жалованье главнокомандующего, но не 4 О’Брайен К. Указ. соч. С. 176.
5 L’Etoile du Congo. 1964. 05-06.09.
6 Politics and Society in Contemporary Africa. L., 1988. P. 377.
7 La Libre Belgique. 1963.08.11.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


намерен устанавливать военный режим и управлять страной будет с использованием демократических органов. Пытаясь увлечь соотечественников радужными планами, он не стеснялся прибегать к идеям и ораторским приемам Лумумбы, обращался к народу через голову «презренных богачей и чиновников», для которых Конго не было «прекрасной и любимой родиной».
На одном из многолюдных митингов он говорил тогда: «Власти погрязли в бездеятельности и коррупции. Лица, допущенные к управлению страной, позволяют подкупать себя. Они руководствуются не интересами государства, а только своими личными. Они готовы продать страну и народ, если им помогут удержаться у власти или захватить ее. Ради честолюбивых замыслов они готовы даже пожертвовать нашей независимостью. Верховное командование страны решило вымести таких политиков, взять судьбу страны в свои руки... Я всегда буду говорить вам сущую правду. На нашей дорогой родине действительно все идет очень плохо. Через пять лет вы сможете констатировать, что Конго вышло из нищеты, голода и бедствий, стало богатой и процветающей страной, в которой радостно будет жить и которой будет завидовать весь мир»8.
В историю африканской общественно-политической мысли Мобуту вошел как автор идеологической концепции «заирская подлинность» (authenticité zaïroise), заняв место в ряду других африканских творцов «национальных путей» развития стран, освободившихся в середине XX в. от колониальной зависимости9.
Выступая 4 октября 1973 г. на сессии Генеральной Ассамблеи ООН, Мобуту заявил, что аутентичность является не только краеугольным камнем идеологии его страны, но и «платформой для сотрудничества между государствами» и потому - «всемирной революцией»10 11.
«Мобутизм» (так эта концепция именовалась с 1972 г.) эклектически соединил в себе некоторые идеи африканской революционной демократии, философии банту, мелкобуржуазного антиимпериализма. Власти объявили его «государственной идеологией», даже своего рода гражданской религией, «нашим боевым и гуманным компасом»11. На деле же он был призван исполнить социальный за8 Le président Mobutu vous parle. P. [s.a.]. P. 18, 29.
9 См. об этом подробнее: Винокуров Ю.Н. Политическая элита и лидеры Тропической Африки: традиционализм и новаторство. М., 2007. С. 367-372.
10 Mobutu Sese Seko. L’authenticité est une plateforme pour la coopération entre Etats // Afrique diplomatique. 1975.02.-1976.02. Numero spécial. P. 19. Тезис Мобуту об «аутентичности как платформе для сотрудничества между государствами» можно проиллюстрировать отношениями Заира с КНР и СССР, которых он воспринимал как страны, ценившие свою самобытность. В ноябре 1972 г. не без влияния Нгузы Карла и Бонда Мобуту включил во внешнеполитическую концепцию Заира принцип «одного Китая». Он несколько раз посещал КНР, сдружился с Мао Цзэдуном и более никогда не вспоминал о враждебности, которую питал к руководителям КНР в середине 60-х годов за идеологическую и материальную помощь лидерам повстанческого движения. Что до отношений между Заиром и СССР, то они так и не вышли за рамки обмена посольствами и приглашения делегации советской общественности (по линии Комитета солидарности стран Азии и Африки) на один из съездов мобутовской партии НДР. Советское руководство негативно оценивало прозападную ориентацию Заира и роль Мобуту в убийстве Лумумбы.
11 Premier congrès ordinaire du MPR. Doc.01/Sem/72. Madrandele Tanzi. Le nationalisme zaïrois authentique. N’Sele, 1972. P. 2.
iiiiniimimiiii J7J lllliritlllllllllt»


каз верхушки заирского общества: обосновать правомерность и жизнеспособность авторитарно-бюрократического режима. Французский исследователь И. Бено назвал его «теорией личной диктатуры», заирский политолог Т. Лумумба-Касонго - «инструментом идеологического подавления заирского народа, обреченного на обслуживание интересов своей буржуазии», французский журналист-африканист Ф. Судан - «бредовой идеологией»12.
Власти развернули кампанию по созданию культа Мобуту, едва не перешедшую в кампанию по его сакрализации. «Мы не нуждаемся в христианских святых, - говорил один из высокопоставленных руководителей страны. - Христос, пророк иудеев, уже мертв. Мобуту - пророк африканцев. Он пробудил нас от оцепенения, научил любить друг друга, раскрепостил наши умы. Портреты нашего пророка должны быть развешены повсюду, как в Китае висят портреты Мао»13.
Мобуту сосредоточил в своих руках всю власть, объявил себя пожизненным руководителем созданной им в 1967 г. партии Народное движение революции (НДР), которая спустя два года осталась единственной в стране и была возведена в ранг «партии-государства». Любая попытка усомниться в разумности таких действий президента расценивалась как «контрреволюционная акция».
Упрочив свои административнополитические позиции, Мобуту занялся экономикой. Он поставил перед НДР задачу «создать национальную буржуазию» и избавить страну от роли «экономической колонии международной финансовой олигархии»14. С этой целью на I съезде НДР (1972 г.) было решено ограничить влияние иностранного капитала и вести хозяйственную деятельность на плановой основе.
Однако уже первый шаг в этом направлении — передача собственности мелких и средних иностранных предпринимателей местным (так называемая «заиризация», 1973-1974 гг.) привел к упадку фермерского хозяйства, розничной торговли, сферы услуг. Еще более пагубной оказалась вторая фаза - «радикализация революции» (1975— 1976 гг.), в ходе которой весь этот сектор экономики был передан в ведение государственного аппарата. Крах мобу- товской экономической политики оказался настолько сокрушительным, что попытка вернуть экспроприированную собственность прежним иностранным владельцам (этап «либерализации», 1976-1977 гг.) не дала никаких положительных результатов. Даже несколько крупных промышленных объектов, сооруженных в те годы иностранными фирмами (нефтеперегонный завод в Кинлао. первая очередь ГЭС Инга, первая очередь металлургического комбината в Малу ку, ЛЭП Инга-Шаба, горнорудный комплекс Тенке-Фунгурума) не смогли исправить плачевное состояние экономики мобутовского Заира.
Один из бывших заирских дипломатов так охарактеризовал режим Второй республики (1965-1990 гг.): «В Киншасе, как и в других африканских столицах, правитель нуждается в деньгах, чтобы покупать преданность своих поданных - традиционных вождей и сановников, верность которых служит гарантией ста12 Цит. по: Gould DJ. Bureaucratie Corruption and Underdevelopment in the Third World. The Case of Zaire. N. Y., 1980. P. 103; Lumumba-Kasongo J. Authencity, a Claim for Africanisation of Politics and its Policy Implication; The Case of Mobutu’s Regime in Zaire. Budapest, 1989. P. 42; Jeune Afrique. 1999. 28.12. - 2000. 10.01. P. 164.
13 Le Débat. 1981.01. P. 41.
14 Premier congrès ordinaire du MPR... Madrandele Tanzi... P. 11.
iiiiiiiiiniiiiini jyo IIIIIIIIIIIIIIIHII


бильности государства. У них тоже есть своя клиентура, сложившаяся за многие годы по римскому образцу. В Заире считают, что эта гигантская пирамида, на вершине которой стоит Мобуту, охватывает 5 млн человек. Для пополнения своей кассы президент использует три канала: прямое изъятие поступлений от продажи полезных ископаемых страны, крупные контракты с западными компаниями за немалые комиссионные, расхищение иностранной помощи»15.
В годы «заиризации» Мобуту стал основным акционером Банка Киншасы, сельскохозяйственной компании «Сель- за», приобрел акции многих иностранных компаний, только в Заире имел 11 дворцов и большую собственность за границей, его подозревали в присвоении крупных сумм из госбюджета и отчислений из кассы компаний «Жекамин» (400 млн долл, в конце 1980-х годов), «Миба» и др.16 Клеофас Камитату, ученый и государственный деятель Конго, свидетельствовал, что Мобуту сам наставлял своих приближенных на путь хищений: «Если вы воруете, не тащите все сразу. Берите частями. Своровали, вкладывайте украденное в своей стране. А если вывезете за границу, окажетесь врагами республики. Будете ими, выкручиваться сами!»17.
В итоге мобутовский режим оставил после себя промышленность, производившую едва ли 10% продукции, выпускавшейся в 1950-х годах, практически бездействующий транспорт, сельское хозяйство, не способное обеспечить населению даже полуголодное существование, казну, разграбленную самим президентом и его «жирными баронами», внешний долг в 14 млрд долл., коррумпированный неработоспособный государственный аппарат, небоеспособную армию, чиновников, врачей, учителей, годами не получавших жалованье и лишенных медицинской помощи.
Вплоть до начала 90-х годов Мобуту надеялся, что Заир минуют перемены и ему удастся сохранить свою авторитарную власть. Даже в декабре 1989 г., потрясенный расстрелом президента Румынии Н. Чаушеску, с которым много лет находился в дружеских отношениях, он запретил показывать по телевидению пленку событий в Румынии и заявил, что «перестройка Заиру не нужна»18.
По мере того как несостоятельность политической и экономической деятельности Мобуту становилась все более очевидной, в обществе усиливалась оппозиция его режиму. Она зрела в массах, в правящей элите и армии, в студенческой среде, даже среди католического и (в меньшей мере) мусульманского духовенства, не говоря уже о заирской диаспоре в Европе и США. Повсюду возникали антимобутовские организации, появлялась разоблачительная документация, систематизации и доведению которой до мировой общественности содействовал Интернет. Мобуту постоянно использовал армию и полицию для подавления многочисленных актов протеста против его власти: вооруженных восстаний в Шабе (Катанга), Киву, Касаи, Восточной провинции, Квилу, бунтов заключенных тюрем, пересыльных лагерей, трудовых колоний, студентов университетов в Киншасе, Лубумбаши, Кисангани.
В 1976 г. Мобуту писал одному из своих сыновей: «Есть обстоятельства, особенно политические, управляющие 15 Le Point. 1991.08-14.04.
16 Le Monde. 1990. 30.05; Paris-Match. 1992. 16.01; US News and World Report. 1992. 10.08.
17 Цит. no: Pourtier R. Zaïre: l’unité compromise d’un «sous-continent» à la dévier // Hérodote. 1992. № 65, 66. P. 278.
18 Le Monde. 1990. 20.12; Jeune Afrique. 1990.16.04.P. 22.
iiiiiitiiiaiiiiim IIIIIIIIIIIII1HI1I


нами, побуждающие идти на чрезмерные жертвы, чтобы выжить и продолжать действовать. Выскажу тебе соображения о полезных интригах, и ты сможешь распознать людей, упрямо добивающихся уничтожения нашего клана, моей деятельности, которая войдет в историю, и моего имени, которое ты унаследуешь. Знай, что в положении, которого мы достигли, мы обрели гораздо больше врагов, чем друзей. Даже те, кому я доверяю, кто близок к нам, всегда могут тайно или явно предать нас самым неблаговидным образом. Они во многом порождают гнев, который испытывают к нам тысячи людей. Поэтому постоянно будь осторожен даже с самыми близкими людьми. Помни, что их лица отнюдь не всегда выражают то, что происходит в их сердцах. Предки еще не решили нашу судьбу, и мы можем с надеждой смотреть в будущее, не забывая, однако, что опасности подстерегают нас. Я рассчитываю на тебя, чтобы спокойно преодолевать их. Мужайся!»19 Это письмо красноречиво свидетельствовало об острейшей борьбе за власть между различными фракциями элиты, наиболее видными политическими лидерами, об одиночестве «председателя-основателя», «отца нации», чувствовавшего назревание общественного кризиса в стране и приближение личных невзгод.
Мировая пресса продолжала писать о Заире как о некоем «сюрреалистическом пространстве, в пределах которого царит запрограммированное насилие и продолжаются попытки искоренить всякие проявления оппозиционности, невзирая наобещанные Мобуту реформы». «Не Мобуту, потому что хаос, а хаос, потому что Мобуту», - афористично охарактеризовал тогдашний Заир один из французских журналистов20.
В борьбе с оппозицией Мобуту не стеснялся в выборе средств: тюремные заключения, ссылки, изгнание из страны стали неотъемлемой составляющей его стиля управления государством. В июне 1966 г., всего через пол года после прихода к власти, был «раскрыт» «заговор на Троицын день». Пятеро государственных деятелей из президентского окружения, арестованные 31 мая, на следующий же день в ходе полуторачасового судебного заседания были обвинены в попытке покушения на жизнь главы государства, и 2 июня четверо из них публично, перед 50-тысячной толпой, повешены21.
Совершив в марте 1990 г. одну из своих последних поездок по стране, Мобуту убедился в том, что недовольство его политикой и общим положением в стране охватило все слои общества. Требования распустить НДР (эту аббревиатуру стали расшифровывать так: «Партия проворовавшихся бездельников»), президенту уйти в отставку, передать власть созванной оппозиционерами Национальной суверенной конференции, повысить уровень жизни стали «лозунгами улицы».
Демонстрации сторонников оппозиции прошли в начале 1990-х годов во многих городах страны. В знак протеста против мобутовского режима их участники несли флаги Первой, лумумбовской, республики и именовали страну «Конго». «В Заир пришла “пражская весна”: улицы городов заполнили тысячи манифестантов, поддерживающих требование об отставке главы государства», - сообщал из Киншасы американский журналист22.
19 Цит. по: Mongitya Mbenge D. Op. cit. P. 158.
20 Jeune Afrique. 1991. 06.-12.11. P. 181; ЮПИ. Сообщение корреспондента из Киншасы, 1990.15.08: Libération. 1992. 11.05.
21 См. об этом подробнее: Винокуров Ю.Н. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2003. С. 64-66.
22 US News and World Report. 1992.10.09. P. 48.
Iiiiiiiiiiiiiiiiiii jyo iiiiiiiiiiiiiiniii


Тогда-то Мобуту и решил объявить о ♦перестройке» режима, стать «отцом» не только нации, но и демократизации. «Вы хотите перемен? Они будут! Вы надеетесь на резкие перемены? Мы их обеспечим!» - заявил он на одном из митингов23. Он отменил статус НДР как партии государства, даже отказался быть ее лидером, легализовал деятельность оппозиционных партий, обещал в скором времени провести президентские выборы. Но его время уже прошло. Опрос, проведенный еженедельником «Пальмаре», показал, что за Мобуту проголосовали бы на выборах не более 15% избирателей24.
В начале 1993 г. Мобуту, впав в отчаяние, выпустил из казарм солдат своей армии, которым длительное время не выплачивал жалованье. В городах начались погромы, грабежи в магазинах и домах. Только в Киншасе были убиты сотни мирных жителей, трупы которых сбрасывали в реку Конго. В собственной резиденции был застрелен посол Франции. Иностранцы начали покидать страну25. Стали сбываться предсказания журналистов, считавших, что в стремлении удержать власть Мобуту может окончательно дестабилизировать положение в Заире и даже во всем регионе Великих озер26.
1996 год стал последним годом пребывания Мобуту у власти. Зловещая болезнь (рак простаты) подтачивала силы ♦отца нации», отвлекала от государственных дел. Он очень постарел, обрюзг, взгляд стал отрешенным. Президент- пилигрим превратился в отшельника. Он редко появлялся в столице, перестал ездить по стране и за границу. Жил в родной деревне отца Гбадолите, где среди тропического леса построил дворец с аэродромом для современных самолетов. Разбил плантации и цветники со светомузыкальными фонтанами. Под свой офис он оборудовал яхту «Каманьола», курсировавшую по реке Конго с вертолетом на борту. Чувствуя закат власти Мобуту, его стали покидать люди из ближайшего окружения, что все более усугубляло его одиночество и ранило тщеславную душу. Никто уже всерьез не относился к проведению намеченных Мобуту на май 1997 г. выборов главы государства. Однако смена власти произошла именно тогда, только по другому сценарию: Мобуту был свергнут повстанцами Лорана-Дезире Кабилы. Спасая свою жизнь, Мобуту сбежал в Марокко.
Земной путь Мобуту дает повод лишний раз задуматься о нравственности в политике и о дорогой цене, которую люди, народы платят за плохую совместимость этих понятий в реальной жизни. В 1960 г., первом году независимости, ДРК погрязла в многолетней смуте и гражданской войне, случившихся не в последнюю очередь по вине Мобуту. Однако спустя пять лет этот человек, чьи моральные качества должны были насторожить демократических лидеров Запада, был посажен ими в кресло президента. За 32 года он и его подельщики при непосредственном участии внешних кругов разорили и едва не развалили одну из самых богатых и перспективных стран Африки.
Всего за неделю до бегства из страны и за четыре месяца до смерти Мобуту написал своему другу, экс-президенту Франции Жаку Шираку. Рассчитывая на сочувствие, Мобуту сетовал, что США и Великобритания использовали Л.-Д. Кабилу, чтобы нанести ему удар в спину. «А когда-то США были моим союзником», - упрекал он американцев и обещал опубликовать свои воспомина23 Jeune Afrique. 1990. 16.04. P. 22, 23.
24 Palmares. 1992. 04-10.05.
25 New African Yearbook. 1997/1998. P., 1998. P. 509.
26 US News and World Report. 1992. 10.08; New York Times. 1993. 19.02.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


ния, из которых «мир узнает правду»27. Однако смерть наступила раньше: Мобуту умер 7 сентября 1997 г., оставив в наследство соотечественникам страну, по словам журналиста Ф. Судана, в одних лохмотьях.
Ю.Н. Винокуров
Литература
Mobutu J. D. De la légalité à la légimité. Kinshasa, 1968.
Mobutu Sese Seko. L’authenticité est une plateforme pour la coopération entre Etats // Afrique diplomatique. Geneve, 1975. IX. - 1976. II. Numero special.
Le président Mobutu vous parle. P.f [s.a.].
Recuil des discours et harangues du Président de la République Démocratique du Congo le Lientenant-Général Joseph-Désiré Mobutu. Août 1960 - Janvier 1967. Kinshasa, [s.a.].
Винокуров Ю.Н., Орлова A.C., Субботин B.A. История Заира в новое и новейшее время. М., 1982.
Винокуров Ю.Н. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2003.
Он же. Военный переворот в Конго (Леопольдвиль) 25 ноября 1965 г. // Военные перевороты в Африке. М., 1967.
Он же. Проблемы политических партий в Конго (Киншаса) после военного переворота 25 ноября 1965 г. // Политические партии Африки. М., 1968.
Он же. Республика Заир: экономическая политика и экономическая мысль // Энциклопедия «Политическая экономия». М.. 1972. T. 1.
Он же. Заир: анатомия «самобытной» власти // Азия и Африка сегодня. 1988. № 4.
Он же. Заир: судороги диктаторского режима // Азия и Африка сегодня. М., 1993. № И.
Он же. Социально-политические предпосылки краха автократического деспотизма (опыт Заира). - Современная Африка. Метаморфозы политической власти. М.. 2009.
Он же. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2003.
Заир - ДРК. Мобуту - Кабила - Африка. Суждения и факты. М., 1998.
ChomeJ. Mobutu et la contre-révolution en Afrique. Bruxelles, 1967.
Chômé J. Mobutu, guide suprême. Bruxelles, 1975.
Ekpebu L.B. Zaire and the African Revolution. Ibadan, 1989.
Gould DJ. Bureaucratic Corruption and Underdevelopment in the Third World. The Case of Zaire. N.Y., 1980.
Lobbio Lwa Djugudjugu. Troisième République au Zaïre. Kinshasa, 1991.
Manwane Mungongo. Le général Mobutu Sese Seko parle du nationalisme zaïrois authentique. Kinshasa, [s.a.].
Monheim F. Mobutu et la collège des commissaires généraux. Bruxelles, 1961.
Naipaul V.S. Un nouveau roi pour le Congo. P., 1981.
Nguza K.I.B. Mobutu ou l’incarnation du Mal Zaïrois. L., 1982.
Schatzberg M. G. The Dialectics of Oppression îd Zaire. Bloomington, 1988.
Tshimanga wa Tshibangu. Histoire du Zaïre. Kinshasa, 1976. i
Young C., Turner T. The Rise and Decline of the Zairian State. Madison, 1985.
27 Jeune Afrique. 1999. 28.12. - 2000.10.01. P. 169.


Мариан НГУАБИ
Marien Ngouabi, 31.XI1.1938- 18.III.1977
Государственный деятель Народной Республики Конго (НРК), ее президент в 1968-1977 гг.
Мариан Нгуаби родился 31 декабря 1938 г. в деревне Омбеле в 10 км от Форт-Руссе (ныне Овандо) на севере Французского Конго (современный департамент Кювет, Республика Конго). Его родители - отец, Оссере Мопома (Оссере Доминик), и мать, Антуанетта Мбуале-Абемба, - принадлежали к народу кую.
Получив начальное образование в Форт-Руссе (1947-1953 гг.), Мариан в сентябре 1953 г. поступил в Военную школу генерала Леклерка в Браззавиле. По ее окончании в 1957 г. он стал рядовым французской армии: в 1957-1958 гг. проходил службу в Бваре в «заморской территории» Убанги-Шари (современная Центральноафриканская Республика, ЦАР), в 1958-1960 гг. - в Камеруне. После провозглашения независимости Республики Конго (15 августа 1960 г.) Нгуаби в сентябре 1960 г. отправился во Францию учиться на офицера. Пройдя курс обучения в Школе военной подготовки в Страсбурге (1960-1961 гг.) и в Общевойсковой школе Сен-Сир в Бретани (1961-1962 гг.), он вернулся на родину в чине младшего лейтенанта и был назначен заместителем командира пехотного батальона в Пуэнт-Нуаре. Став в 1963 г. лейтенантом, а в 1964 г. капитаном, Нгуаби в том же году был переведен в Браззавиль, где в 1965 г. сформировал первый батальон конголезских парашютистов.
Именно тогда чернокожий выпускник Сен-Сира приобщился к марксизму, прежде всего под влиянием гвинейца Секу Траоре, преподавателя Браззавильского университета, и стал активно участвовать в политической жизни страны. Когда летом 1964 г. президент Конго Альфонс Массамба-Деба создал Национальное революционное движение (НРД) в качестве правящей и единственной легальной партии, Нгуаби вошел в состав ее ЦК как представитель от армии. Однако независимый характер Мариана вызвал раздражение у президента. который в апреле 1966 г. решил «сослать» его в Пуэнт-Нуар комендантом местного гарнизона. Открытая критика Нгуаби закона 22 июня 1966 г. о политизации вооруженных сил (превращение их в Национальную народную армию и расширение полномочий пропрезидентских милицейских формирований - Молодежного движения НРД и Гражданской обороны), как и отказ служить в Пуэнт-Нуаре имели своим результатом его разжалование в солдаты 2-го класса (25 июня 1966 г.).
29 июля 1968 г. Нгуаби был арестован по обвинению в заговоре против Массамба-Деба. Группа офицеров потребовала освободить Мариана, вернуть ему звание капитана, а также произвести перестановки в высшем руководстве армии. Президент отверг эти требования. IIIIIIIIIIIIIIIHII DU I IIIIIIIIIIIIIIIHII


31 июля отряд коммандос освободил из тюрьмы Нгуаби, который в тот же день организовал выступление против правящего режима. Под давлением военных Массамба-Деба пришлось согласиться на создание 5 августа 1968 г. нового органа власти - Национального совета революции (НСР) во главе с Нгуаби, а 3 сентября уйти в отставку. Однако внутри НСР возникли разногласия о кандидатуре его преемника. Мариан решил на этом этапе не ввязываться в борьбу за пост главы государства, поскольку опасался сильного соперника в лице своего заместителя и руководителя Гражданской обороны капитана Анжа Диавара. Он поддержал сначала кандидатуру бывшего премьер- министра и умеренного марксиста Паскаля Лиссубы, а после его отказа - компромиссную фигуру капитана Альфреда Рауля; сам же занялся реорганизацией армии и добился интеграции в ее состав Гражданской обороны. В октябре ему был присвоен чин майора.
Укрепив свои позиции, Нгуаби 31 декабря 1968 г. добился отставки Рауля с поста президента и занял его место (Рауль сохранил должность премьер-министра). Он заявил о продолжении курса на строительство социализма в Конго, провозглашенного Массамба-Деба после «Трех Славных Дней» августа 1963 г.1 Нгуаби распустил НДР и создал в конце декабря 1969 г. новую правящую и единственную легальную Конголезскую партию труда (КПТ) с марксистской программой. Тогда же была принята новая конституция, оформившая режим Третьей республики («Народная республика Конго»): она законодательно закрепила социалистическую ориентацию страны, ввела революционную государственную символику (гимн «Три Славных Дня»; красный флаг, в левом верхнем углу которого находились пятиконечная звезда, две пальмовые ветви и перекрещенные мотыга и молот), усилила власть президента, упразднив пост премьер-министра и ликвидировав Национальное собрание. Установив жесткий контроль над СМИ. режим Нгуаби превратил их в рупор пропаганды, ядром которой явилась идея борьбы «революционных сил» Конго (рабочие, крестьяне, левая интеллигенция) против «иностранного империализма» (прежде всего французского) и его местных «прислужников», к числу которых относили «компрадорскую и бюрократическую буржуазию», феодальные элементы и «буржуазную» интеллигенцию1 2. Мобилизация широких слоев населения осуществлялась в рамках массовых общественных организаций, находящихся под контролем партии, - Союза социалистической молодежи, Революционного союза женщин, Национального союза писателей и художников и др.
В реальности же социалистический фасад прикрывал диктатуру военных и бюрократии. Ликвидировав самостоятельность милицейских формирований бывшего НРД, Нгуаби сделал армию главным игроком на политической арене Конго. Офицеры с левыми убеждениями не только заполняли высшие эшелоны партийной и государственной власти, но и занимали командные посты в государственном секторе экономики, на которые президент назначал офицеров верного ему батальона парашютистов, чтобы те покончили с хронической коррупцией, но добился лишь того, что коррупция захлестнула и армию. Этот военно1 Так, по аналогии с Июльской революцией 1830 г. во Франции, стали называть свержение 13-15 августа 1963 г. первого президента Конго Фюльбера Юлу.
2 Ngpuabi M. Vers la construction d’une société socialiste en Afrique: Ecrits et discours du Président du Comité central du Parti congolais du travail, Président de la République Populaire de Congo. P., 1975. P. 40.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii ouz lllllllllllllllllll


бюрократический режим носил также особый этнорегионалистский характер: в офицерском корпусе и гражданской администрации доминировали в первую очередь представители Севера. Диавара называл установившуюся в Конго систему власти «военно-племенной чиновничьей олигархией»3.
Ахиллесовой пятой режима Нгуаби, как и всех других «прогрессивных» режимов Черной Африки, оказалась экономика. При нем сохранилось введенное еще в 1964 г. централизованное экономическое планирование. В целом государственное вмешательство в экономику значительно расширилось и сначала, казалось, приносило неплохие плоды. Увеличение добычи нефти в сочетании с резким скачком нефтяных цен в 1973 г. позволило значительно повысить доходы государственного бюджета (за годы правления Нгуаби доля нефти в экспорте увеличилась с 45 до 60%), которые были использованы для осуществления крупномасштабных индустриальных и инфраструктурных пректов: если в 1970- 1974 гг. рост государственных инвестиций составлял 2,8% ВВП, то в 1975— 1979 гг. уже 4,8%. Режим национализировал ряд секторов экономики (сахарное производство, железные дороги и пр.). Однако внедрение «социалистической» модели хозяйствования со свойственными ей неэффективной системой управления, коррупцией, неумелой ценовой политикой поставило Конго на грань экономического коллапса; земледелие пришло в упадок, значительную часть бюджета съедали расходы на госаппарат, инфляция к середине 1970-х годов достигла 12% в год. Ежегодные темпы роста ВВП снизились с 7,8% в 1970-1974 гг. до 3,2% в 1975-1979 гг. Дефицит бюджета увеличился с 2,5% ВВП в начале 1970-х годов до 6,7% ВВП во второй их половине4. Чтобы переломить негативные тенденции, Нгуаби пришлось обратиться за финансовой помощью к Западу и обеспечить благоприятные условия для частных инвестиций, прежде всего французских. Политика привлечения зарубежных кре- дитовпривелакстремительномуувеличе- иию внешнего долга (с 41% ВВП в 1970— 1974 гг. до 70% в 1975-1979 гг.), а боязнь «бегства капиталов» вынудила отказаться от проектов национализации наиболее доходных секторов производства - добычи нефти и углекислого калия; президент не решился также вывести страну из зоны франка. В итоге Конго не смогло обрести подлинной экономической независимости.
Активно сотрудничая с Западом и Францией в экономической и финансовой сферах, Нгуаби одновременно провозглашал себя панафриканистом и союзником мирового коммунистического движения. Он имел тесные связи с Кубой, КНР и СССР, с которым в марте 1975 г. заключил соглашение об экономической и технической помощи. Правда, интересы Конго всегда были для Нгуаби, называвшего себя «пролетарским националистом»5, приоритетными по сравнению с глобальными интересами мирового коммунизма. Так, находясь в напряженных отношениях с ангольской МПЛА и ее лидером Агостинью Нето, он поддерживал его противников, особенно сепаратистское движение в Кабинде, и отказывался предоставить территорию Конго для транзита советских военных грузов в Анголу.
Непоследовательная политика Нгуаби не способствовала внутренней консолидации режима. С одной сторо3 См.: Sassou Nguesso: L’irrésistible ascension d’un pion de la Françafrique. P., 2009. P. 8.
4 International Monetary Fund. Republic of Congo: Selected Issues and Statistical Appendix. Country Report № 04/231. 2004. July. P. 15.
5 См.: Venter AJ. Black Leaders of Southern Africa. Pretoria, 1976. P. 153.
iiitititiiiiiiiiiii O(/> iiii(iii(iiiiiiiiu


ны, ему приходилось бороться с антисоциалистическими силами, знаменем которых был первый президент страны Фюльбер Юлу (1960-1963 гг.). Юлисты попытались совершить военный переворот в феврале 1969 г. (министр внутренних дел Феликс Музабакани) и в марте 1970 г. (Пьер Кинганга). С другой стороны, шла постоянная борьба за власть внутри самого режима. Умеренным марксистам во главе с Нгуаби противостояли левые радикалы (маоисты и другие гошисты) во главе с Анжем Диаварой и «северная» фракция начальника Генерального штаба Жоашена Йомби- Опанго. В декабре 1971 г. группировка Диавары сделала попытку прийти к власти легальным путем (на чрезвычайной сессии ЦК КПТ), а потерпев неудачу, организовала в феврале 1972 г. военный путч («Движение 22 февраля»); после провала уцелевшие путчисты начали партизанскую войну, закончившуюся в апреле 1973 г., когда Диавара и главные его соратники были схвачены и убиты (24 апреля их тела выставили на стадионе во время многотысячного митинга, а затем проволокли по улицам столицы). На чрезвычайной сессии ЦК КПТ в декабре 1975 г., которая провозгласила курс на «радикализацию» Конголезской революции, от власти была отлучена фракция Йомби-Опанго.
В первой половине 1970-х годов на все попытки протеста и борьбу фракций режим отвечал усилением репрессий: массовыми расстрелами, постоянными чистками государственного, армейского и партийного аппарата, ужесточением цензуры. Главными орудиями террора являлись чрезвычайные трибуналы и вездесущая служба безопасности, возглавлявшаяся Дени Сассу. После подавления февральского путча 1972 г. было расстреляно более 100 человек, а ряд видных левых политиков (Лиссуба и др.), не причастных к нему, подверглись превентивному заключению. Существует версия и о причастности властей к смерти Юлу, скончавшегося в Мадриде в мае 1972 г.6
Однако в условиях экономического кризиса середины 1970-х годов репрессии имели своим следствием лишь увеличение раскола между правящей элитой и обществом. Правда, Нгуаби оставался популярным среди беднейших слоев населения: этому способствовали его демонстративная простота и скромность (он почти не пользовался охраной, совершал по утрам пробежки по улицам столицы, ходил в поношенном мундире, ездил на велосипеде), доступность и умение находить общий язык с простыми людьми. Тем не менее социальная база режима стремительно сужалась. Чтобы переломить ситуацию, Нгуаби начал в июле 1975 г. переговоры с бывшим президентом Массамба-Деба о разделе власти, чем вызвал резкое недовольство северян и сторонников жесткой линии во главе с Сассу. 19 марта 1976 г. он едва избежал гибели во время катастрофы президентского вертолета, случившейся при подозрительных обстоятельствах.
18 марта 1977 г. Нгуаби погиб в результате покушения группы коммандос в своей резиденции в здании Генштаба в Браззавиле; торжественные похороны состоялись 2 апреля. Официальная версия объявила организатором убийства Бартелеми Кикадиди, главу разведки при Массамба-Деба. Четырех непосредственных его участников расстреляли на месте. Несколько дней спустя по решению срочно созданной специальной комиссии были казнены Массамба-Деба и многие члены президентской гвардии. Тайно, без суда, расправились с архиепископом Браззавиля кардиналом Эми6 См., напр.: http://www.federation.xtreeinhost.coin/Sassou-Nguesso.htm
IIIIIIIIIIIIIIIHII 604 IIIIIIIIIIIIIIIHII


лем Биайенда. В январе-феврале 1978 г. Чрезвычайный революционный суд провел процесс над 42 «виновниками» убийства Нгуаби, большинство которых принадлежало к окружению Массамба-Деба; десять из них были приговорены к расстрелу, остальные - к различным срокам тюремного заключения. Однако существуют серьезные подозрения, что этими расправами власти пытались скрыть причастность к преступлению высокопоставленных функционеров режима, в том числе будущего президента Сассу.
Историческая память конголезцев мифологизировала образ Нгуаби. Она превратила его в бескорыстного и бескомпромиссного защитника обездоленных, великого реформатора, гуманиста и патриота.
Имя Мариана Нгуаби носит главный центр высшего образования Конго - университет в Браззавиле. Бывшее здание Генштаба, место его гибели, стало музеем.
И.В. Кривушин
Литература
Bazanguissa-Ganga R. Les voies de la politique au Congo: essai de sociologie historique. P., 1997.
Decalo S. The People’s Republic of the Congo // Marxist Governments. A World Survey. Vol. 1 / Ed. B. Szajkowski. L., 1981.
Le Vine V.T. Politics in Francophone Africa: The States of West and Equatorial Africa. Boulder, 2004.
Obenga T. Vie de Marien Ngouabi. P., 1977.
Ngouabi M. Vers la construction d’une société socialiste en Afrique: Ecrits et discours du Président du Comité central du Parti congolais du travail, Président de la République Populaire de Congo. P., 1975.


Карл И Бонд Жан де Дьё НГУЗА
Karl I BondJean de Dieu Kguza, 1938 - 27.VII.2003
Государственный и политический деятель Демократической Республики Конго.
Нгуза Карл И Бонд родился в небольшом городке Мусу.мба (провинция Катанга), в семье прямых потомков хМвато-Ямво, одного из верховных правителей средневековой империи Лунда. Он был соплеменником и родственником Моиза Чомбе. У дядюшки и племянника наблюдалось не только портретное сходство, но и что-то общее в характерах и судьбах. Высшее образование Нгуза получил в Лувэнском университете (Брюссель), который окончил в 1965 г. Летом того года он познакомился с Мобуту, находившимся с визитом в Бельгии. Тогда Нгуза и подумать не мог, что это знакомство станет началом его бурной жизни, похожей на сюжет увлекательного политического детектива.
В конце 1968 г. Мобуту назначил его заместителем постоянного представителя Конго в ООН, через два года - представителем при специализированных организациях ООН в Женеве. В ООН Нгуза, по его признанию, прошел великолепную школу дипломатии: принимал участие в подготовке заседаний Совета Безопасности и Генеральной Ассамблеи ООН, Экономического и социального советов, работал в контакте с ведущими государственными и политическими деятелями мира, включая генеральных секретарей ООН У Тана («с которым мы были друзьями») и Курта Вальдхайма («почтения и дружбы которого я был удостоен»)1. В феврале 1972 г. Нгузабыл назначен министром иностранных дел Заира и оставался на этом посту два года. Важнейшей вехой его бурной деятельности в тот период стал разрыв отношений Заира с Тайванем и налаживание сотрудничества с КНР.
В феврале 1974 г. Мобуту переместил Нгузу на партийную работу - политическим директором правящей и единственной в стране партии Народное движение революции (НДР). Позднее Нгуза писал, что, став вторым лицом в НДР, он в полной мере познал систему управления страной, при которой господствовал принцип «разделяй и властвуй», а интрига признавалась способом решения государственных проблем1 2. Он даже позволил себе, как ему казалось, для пользы отечества делать критические замечания по поводу несовершенства механизма управления страной, партийные органы которого вторгались в прерогативы правительства, а сами превратились в «регистрационную палату», придающую единоличным решениям Мобуту видимость коллегиальных.
1 Nguza K.I.B. Mobutu ou l'incarnation du Mal Zaïrois. L., 1982. P. 10, 11.
2 Ibid. P. 16.
IIIIIIIIHIIIIIIIII ouu IIIIIIIIHIIIIIIIII


В августе 1975 г. по указанию Мобуту Нгуза выступил в Национальной ассамблее с докладом о проекте новой конституции, уже одобренном политбюро НДР. Согласно ст. 20 проекта, каждый заирец получал право обзавестись четырьмя женами, поскольку «полигамия способствует возвращению к традиционному укладу жизни».
Намерение законодателей легализовать многоженство встретило яростное сопротивление жен «баронов режима», постоянно проявлявших неуемную активность в закулисной жизни правящей верхушки. Свой гнев «влиятельные дамы» выместили на Нгузе: настроили против него супругу, да так, что довели их до развода. Но и этим не ограничилось. Нгузу пытались отравить. В своих воспоминаниях он писал, что по указанию тех же дам колдуны приготовили ядовитые снадобья и подмешали их в его пищу. Если бы не прислуга, предупредившая своего хозяина и даже скормившая при нем кусок мяса собаке, которая тут же испустила дух, Нгуза не остался бы в живых. «Могущественный профсоюз жен», пишет он, и после этого предпринимал попытки «сломать мне хребет». Он уведомил об этих кознях президента, на что тот заметил: «Да, наши женщины переборщили». Нгузе тогда показалось, что и президент не властен над ними. Статья 20 так и не была принята.
В начале 1976 г. Нгуза в качестве министра иностранных дел и полномочного представителя главы государства провел переговоры с президентами США Д. Фордом и Франции Валери Жискар д’Эстеном, королем Бельгии Бодуэном, премьер-министрами Великобритании Гарольдом Вильсоном, Голландии Йон ден Ойлом, канцлером ФРГ Гельмутом Шмидтом, президентом МБРР Робертом Макнамарой и добился позитивных сдвигов в их отношении к Заиру. Тогда же Мобуту поручил ему заняться урегулированием отношений Заира с Анголой, рассчитывая на давние дружеские связи Нгузы с Агостиньо Нето3. Он также участвовал в создании Экономического сообщества стран региона Великих африканских озер, сопровождал Мобуту в поездках по Западной Европе, представлял Заир на афро-арабском саммите в Каире (7-9.03.1977). В феврале 1977 г. он получил очередное повышение - пост вице-премьер-министра.
Казалось, в своей головокружительной карьере он не встретит никаких препятствий. Но именно тогда в судьбе Нгузы начали назревать перемены иного рода. В разгар первого антимобутовского восстания в провинции Шаба (Катанга) в апреле-мае 1977 г. «профсоюз жен» потребовал от Нгузы примирения с супругой. Он отказался, чем воспользовались недоброжелатели, чтобы оговорить его перед президентом: на свет появилась версия, согласно которой Нгуза пособничает своим соплеменникам в их попытках подорвать власть Мобуту.
Похоже, однако, что Мобуту обеспокоился тогда не столько возможным сговорОхМ Нгузы с инсургентами в провинции Шаба, сколько тем, что популярность Нгузы стала выходить за рамки роли, которую сам Мобуту отвел своему протеже на заирской политической сцене. Он не мог оставить без внимания опубликованную в парижской газете «Монд» редакционную статью, где Нгуза был назван возможным преемником Мобуту на посту главы государства4. И когда по неофициальным каналам Мобуту получил сведения о том, что США присматриваются к Нгузе как к возможному президенту Заира, причем не в какой-то дальней, а ближайшей перспективе, он 13 августа 1977 г. арестовал Нгузу, обви3 Ibid. Р. 18,19.
4 Le Monde. 1977.31.03.
iiiiitiiiiiiniiiii VV/ lllllllllllllllllll


нив его в государственной измене (связь с лидерами шабских повстанцев) и моральной нечистоплотности (адюльтер, похищение денег, развал семьи одного из руководителей заирского парламента).
Как только Нгуза ни оправдывался, сколько ни клялся, что о готовящейся публикации в «Монд» ничего не знал, дам не совращал и денег не крал, сколько ни приводил аргументов, что всегда действовал лишь во благо страны, ее единства и стабильности, Мобуту был непреклонен и однажды оборвал его криком: «Замолчи, Нгуз, не раздражай меня, иначе я здесь же пристрелю тебя». Даже в присутствии руководителей заирского парламента Мобуту, не стесняясь в выражениях, произнес своего рода обвинительную речь: ты, Нгуза, пытался обольстить мою жену, доносил ей о моих свиданиях с итальянской маркизой, с нашими студентками, с которыми мы - ты и я - коротали вечера, когда были в Германии. Срываясь на крик, он обвинил Нгузу в том, что тот портит ему жизнь, порочит его, за что «...президент никогда не простит тебя. Я не обязан тебе ничем, но именно я сделал тебя тем, кем ты стал»5.
Нгуза все еще пытался оправдываться, взывал к разуму шефа, но это его не спасло. 15 августа 1977 г. заирское агентство печати сообщило, что «за государственную измену, выразившуюся в связи с повстанцами, гражданин Нгуза Карл И Бонд снят со всех государственных и партийных постов». Как особо опасного преступника его держали в маленькой, метр на полтора, подземной «камере», лишенной всякого освещения, служившей ему одновременно туалетом. Охранники обращались с ним грубо, постоянно оскорбляли, держали впроголодь. Накануне суда Мобуту, выступая на многотысячном митинге на центральном киншасском стадионе, в частности, заявил, что шабские повстанцы, с которыми был связан Нгуза, подготовлены советскими и кубинскими военными специалистами и намеревались создать на юго-востоке Заира социалистическое государство. Суд состоялся 10 сентября 1977 г. и продолжался семь часов. Нгуза сам защищал себя, хотя имел адвоката, которому не дали ознакомиться с делом подсудимого. Защищался блестяще, но был тем не менее приговорен к смертной казни и дополнительно... к четырем годам заключения за оскорбление президента.
Трудно сказать, что больше потрясло Нгузу: смертный приговор или неблагодарность Мобуту, «нелепые, нелогичные и мелочные» обвинения. Призрак смерти витал над ним девять месяцев. В первую ночь он чуть не умер от страха, когда несколько офицеров из службы безопасности втолкнули его в грузовик и повезли в аэропорт, а один из охранников объявил ему: «Ты, пентюх, через час будешь в аду, но до этого мы отрежем тебе ржавой бритвой твои половые органы».
Как мешок с рисом, вспоминал униженный Нгуза, его бросили в военный самолет. Пилоты, с которыми он не раз летал прежде, прятали от него глаза. Несколько месяцев его продержали на базе подготовки спецназовцев Котаколи, расположенной на берегу реки Убанги, едва не уморили голодом, довели до носового, ушного и уретритного кровотечения. «Я умираю, не имея возможности увидеть тебя и детей, - писал он в письме супруге, которое, опасаясь навредить им, так и не решился отправить. - Воспитай их в чести и достоинстве. Я же умру гордый и невиновный. Мужайся, Бог тебе в помощь»6. Лихо, однако, не миновало семью Нгузы. Его жена за чрезмерно настойчивые попытки облегчить положение мужа сама оказалась за решеткой.
5 Nguza K.I.B. Mobutu... P. 48,49.
6 Ibid. P. 114.
iiiiiiiiiiiiiiiKit 0(70 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Все их имущество, даже оконные рамы и двери, было растащено солдатами, приставленными охранять дом.
Освобождение Нгузы, как и его арест, началось с публичного выступления Мобуту. 24 июня 1978 г. президент объявил амнистию политзаключенным, 25 июня парламент амнистировал их, 10 июля политбюро НДР утвердило соответствующий указ президента. В списке помилованных Нгуза значился первым. Через четыре дня он вернулся в Киншасу. Так закончился первый, но не последний этап его опальной жизни. В начале 1979 г. Нгуза в третий раз вошел в состав правительства. Сначала в качестве министра иностранных дел, затем (до апреля 1981 г.) - премьер-министра, пока вновь не оказался теперь уже в добровольной опале7.
В марте 1981 г. Вивин Нланду Давили, его супруга, поэтесса и общественная деятельница, выехала с детьми в Бельгию, якобы для лечения. Вскоре туда с частным визитом прибыл и премьер- министр Нгуза. В середине апреля он направил в Киншасу (через посредство посольства Заира в Париже) прошение об отставке, своеобразное по форме и содержанию. Оно адресовалось «председателю-основателю НДР, президенту республики». Ни имя президента, ни название страны указаны не были, но сообщалось, что автор прошения и его семья решили перейти в категорию рядовых граждан и остаться на какое-то время в Европе8.
Нгуза уловил недовольство западных держав политикой заирских властей и решил, что больший политический капитал наживет, оппонируя Мобуту, чем сотрудничая с ним. Тем более что их представления о путях развития страны и методах управления ею действительно не совпадали. О том, каковы они были у Нгузы, можно судить по его книге «Будущее для Заира», выпущенной в Брюсселе в 1985 г. В издательской аннотации взгляды Нгузы названы «ясной и точной альтернативой мобутовскому пути развития Заира».
Нгуза полагал, что наиболее неприемлемыми чертами общественного строя и государственной политики Заира 1970-1980-х годов стали монолитизм и чрезмерная персонализация власти, отсутствие общественных свобод, систематические нарушения прав человека, всеохватывающая коррупция, губительная экономическая политика, несостоятельная внешняя политика, основанная на «дипломатии зависимости»9. Он считал необходимым либерализовать политический режим в стране, наладить взаимопонимание между «политическим классом и нацией; центром и регионами, воспрепятствовать углублению социального неравенства и расхищению общественного достояния - природных ресурсов страны», а над ее экономикой «установить международный контроль».
В 1982 г. Нгуза возглавил одну из самых влиятельных оппозиционных Мобуту партий - Конголезское движение за восстановление демократии, преобразовавшуюся в мае 1990 г. в партийный блок «Союз федералистов и независимых республиканцев» (СФНР). Год спустя, в июле 1991 г., Нгуза стал одним из основателей антимобутовского Священного союза радикальной оппозиции. Именно в тот период, выступая на митингах, он называл Мобуту то «Джонни Уолкер», то «Маршал фью-фью»10. Первой реакцией Мобуту на «критику дезертира» было желание очернить Нгузу. Заирская 7 Nguza K.I.B. Biographie // http://www.fr.wikipedia.org/wiki/Jean - Nguza-Karl-I-Bond.
8 Idem. Un avenir pour le Zaïre. Bruxelles, 1986. P. 48,153,154.
9 Ibid. P. 7.
10 Le Phare. 2003.28.07.
IIIIIIIIIIIIIUIIII ОС/У iiitiiiiiiiiiiiiiu


пресса обвинила его в попытке спрятаться за спину жены, в трусливом отказе от исполнения государственной службы, которую председатель-основатель возложил на него, несмотря на неудачную работу в прошлом11. Затем Мобуту стал требовать от Бельгии выдать ему Нгузу, даже грозил осложнением межгосударственных отношений, но ничего не добился.
В конце концов Мобуту счел целесообразным и в этот раз приблизить к себе Нгузу, не только имевшего многочисленных сторонников в Заире, но и пользовавшегося покровительством западных политических кругов. Вчерашний смертник вернулся в Заир в июне 1985 г., не опасаясь более за свою жизнь. Он вновь влился в правящую элиту, был послом в Вашингтоне, министром иностранных дел и международного сотрудничества, немало способствовал восстановлению доверия западных банков к Заиру11 12, но даже не пытался что-то реформировать в стране согласно своей антикризисной программе.
Отзвук его побега в Бельгию докатился до начала 90-х годов. Нгуза надеялся вновь занять тогда пост премьер- министра, но не получил поддержки Национальной суверенной конференции, соперничавшей в те годы с мобутов- ской национальной ассамблеей за титул полномочного главы заирского парламента. Один из депутатов НСК заявил, что политические деятели, покидавшие страну при диктаторском режиме, виноваты перед народом и потому не могут занимать руководящие посты13.
В январе 1992 г. Мобуту, пытаясь расколоть и тем самым ослабить оппозицию, назначил Нгузу главой правительства, но через семь месяцев уволил, поскольку все более опасался его возвышения как государственного и политического деятеля, а также активизации катангских сепаратистов, которые пытались заручиться поддержкой Нгузы и его СФНР в проводимой ими этнической чистке Катанги14. В середине 1990-х годов Нгуза вновь перешел в оппозицию Мобуту, вынужден был покинуть Заир, жил в эмиграции, неоднократно выступал с заявлениями о необходимости силового свержения диктатора Мобуту.
Наделенный от природы личным обаянием, редким даром успешного политика и дипломата, неуемной энергией, много послуживший и много настрадавшийся от президента Мобуту, Нгуза только в абсолютистском Заире смог достичь высоких постов и известности, вышедшей далеко за пределы этой страны. С падением мобутовского режима он, еще вполне деятельный, не лишенный умения мимикрировать, так и не смог найти себе достойного места в Демократической Республике Конго, возглавлявшейся сначала Л.-Д. Кабилой, затем его сыном Жозефом Кабилой.
Он скончался на 66-м году жизни после тяжелой и продолжительной болезни в Киншасе, куда переехал, пожелав умереть на родине, из ЮАР, где врачи
11 Цит. по: New African Yearbook. 1997/1998. P., 1998. P. 507.
12 Afrique: histoire, économie, politique. Zaïre de 1980 a 1997 // http://www.afrique. pluriel, ruwenzori.net/rdc.c.htm
13 ИТАР-ТАСС. Сообщения из Киншасы от 16.06.1992,28.08.1992.
14 Jeune Afrique Economie. 1998. 29.06-19.07. P. 4. По некоторым сведениям, в начале 1992 г. Нгуза даже пытался совершить государственный переворот, чтобы разогнать НСК, а в августе, когда на посту премьер-министра его сменил выходец из Касаи Э. Чисекеди, он и губернатор Катанги Кунгу ва Кимванза организовали в этой провинции преследование кассай- цев с использованием вооруженных отрядов (Retour sur l’histoire de Congo-Kinshasa // http:// www.etiame.com/etiame 191.htm).
iiiuitiiiiiiiiiiii O lu IIIIIIIIHIIIIIIIII


так и не смогли вылечить его. Одна из киншасских газет в некрологе назвала его блистательным дипломатом мобутов- ской эпохи, успевшим за год до смерти покаяться перед конголезским народом, и особенно перед своими соплеменниками лунда, за все их беды, к порождению которых и он, Нгуза Карл И Бонд, был так или иначе причастен*5.
Ю.Н. Винокуров
Литература
Nguza KI.В. Mobutu ou l’incarnation du Mal Zaïrois. L., 1982.
Idem. Un avenir pour le Zaïre. Bruxelles, 1985.
Винокуров Ю.Н. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2003.
Он же. Заир: судороги диктаторского режима // Азия и Африка сегодня. М., 1993. №11.
Jewsiewicki В. Naitre et mourir au Zaïre: un demi-siècle d’histoire au quotidien. P., 1993.
Mani Junior Kisui. Désertion du noyau du mo- butisme et la liste de tous ses gouvernements de 60 à 90 //http://www.deboutcon- golais.info
Nzongola Ntalaja G. The Congo - from Leopold to Kabila - a people’s history. Bruxelles, 1998.
SakombiJ. Lettre Ouverte à Nguza Karl I Bond. P., 1982.
15 Le Phare. 2003.28.07.


Кваме Френсис Нвиа Кофи НКРУМА
Kwame Francis Nwia Kofie Nkrumah,
21.IX.1909-27.IV.1972
Основатель современной Ганы, приведший ее к независимости. Первый премьер-министр (1957-1960 гг.) и президент страны (1960-1966 гг.). Идеолог панафриканизма и национально- освободительного движения.
На долю Нкрумы выпали блестящие победы и упоение абсолютной властью, неожиданный крах и предательство соратников, вынужденная эмиграция и мучительная переоценка ценностей. При жизни ему воздвигали памятники и разрушали их, а его самого обожествляли и предавали анафеме. «Отец нации» умер в эмиграции, но его похоронили на родине как национального героя. Интерес к личности Нкрумы не иссякает. Оценки его дел и идей противоречивы, порой полярны. «Коммунист», «националист», «романтик», «идеалист», «прагматик», «мессия», «диктатор», «тиран» - вот далеко не полный перечень его расхожих характеристик.
Кваме Нкрума родился в сентябре 1909 г., точная дата осталась спорной. Сам он считал, что появился на свет 18 сентября, в субботу. Всех мальчиков, рождавшихся в этот день недели у нзима, небольшой этнической группы народа фанти, называли, согласно традиции, Кваме. Местный католический священник записал в метрике: 21 сентября, вторник, что и стало официальной датой рождения. Споры возникли и вокруг имени ребенка. Священник записал: «Френсис», отец, чеканщик по золоту, настоял, чтобы тот добавил: «Нвиа Кофи».
Детство Нкрумы прошло в деревне Нкрофул, тихом захолустье на крайнем юго-западе британской колонии Золотой Берег. Задумчивый мальчик наблюдал традиционные обряды, подолгу просиживал в священной роще, где согласно мифологии, обитали духи предков, слушал по вечерам ритмы тамтамов и сказки, которые ему рассказывала мать. Духовно вскормленный традиционной культурой, он сохранил к ней любовь на всю жизнь.
Мать отдала Нкруму в миссионерскую школу, где он проучился 8 лет. Крестился по обряду римско-католической церкви. В детстве Нкрума относился к религии очень серьезно, с удовольствием прислуживал во время месс патеру Георгу Фишеру, который фактически стал его опекуном и наставником. Кваме учился хорошо. Его и еще нескольких способных ребят Фишер часто оставлял после занятий для бесед на религиозные темы. Он же предложил 17-летнему выпускнику преподавать в этой же школе. Нкрума с радостью согласился. Учитель был ростом ниже многих учеников, и ему приходилось вставать на ящик, чтобы писать на доске.
Нкрума мог годами тянуть учительскую лямку в глухой провинции, но судьба ему улыбнулась. В 1926 г. школу посетил известный британский педагог iiiiiiiiiiiiiiiiiit О IIIIHIII1IIIIIIIII


Александр Фрейзер. Он приметил молодого преподавателя и рекомендовал принять его в открывающийся недалеко от Аккры Ачимота-колледж. Он быстро стал самым престижным учебным заведением Британской Западной Африки. Фрейзер, назначенный первым директором колледжа, считал, что «образование должно быть по-европейски фундаментальным, но африканским по содержанию»1. Преподаватели, приглашавшиеся из разных стран мира, прежде чем приступить к работе должны были год провести в поездках по африканской глубинке, изучая обычаи, музыку, фольклор. Помимо традиционных академических дисциплин, в колледже читался курс истории Африки. Единственный преподаватель-африканец доктор Кве- гир Аггри пробудил у Нкрумы «чувство национализма»1 2. В колледже Нкрума стал критически относиться к католическим догматам. Со второго курса он ежедневно уединялся в дортуаре для общения со «своим богом», часто пропуская католическую мессу. Занятия историей и ораторским искусством начали занимать большую часть его времени.
В 1930 г. Нкрума окончил Ачимота- колледж и стал преподавателем католической школы второй ступени в Элмине. У него появился новый кумир - Ннамди Азикиве. Нкруме еще не приходилось встречать человека, который в своих речах и публикациях так ярко и точно выражал близкие ему мысли и настроения. Они стали друзьями. Еще до встречи с Азикиве у Нкрумы появилось острое желание «вести деятельную жизнь, продолжать образование и поехать для этого в Америку»3. Общение с Азикиве, который призывал молодых африканцев ехать на учебу в США и возвращаться с «золотым руном»4, укрепило Нкруму в этом намерении. Заняв деньги у родственников, в январе 1935 Нкрума уехал в Америку.
Пробыл он там 10 лет и успел много. Закончил Университет Линкольна, став бакалавром экономики, социологии (1939) и богословия (1942). В Пенсильванском университете получил степень магистра педагогики (1942) и философии ( 1943). Нкрума постоянно нуждался в деньгах, трудился учетчиком на верфи, чернорабочим на мыловаренной фабрике, официантом на рейсовом пароходе, чтобы заработать средства для оплаты учебы. Трудности закалили его характер, научили ценить время и работать по 18 часов в сутки.
Редкие свободные часы Нкрума посвящал чтению. Изучил труды известных философов (Кант, Гегель, Декарт, Шопенгауэр, Ницше, Фрейд), этические учения Ибсена и Толстого. Горячий отклик у него нашли мысли Уильяма Дюбуа и Маркуса Гарви о единстве судеб африканцев и афроамериканцев, о необходимости уничтожения колониальных границ и создания единой независимой Африки.
Философскую базу для решения «колониального вопроса в целом, а также проблемы империализма» Нкрума нашел в марксизме. В США он написал свою первую работу «Вперед, за свободу от колониализма». Он считал, что наиболее полный анализ колониальной политики сделан в работе В.И. Ленина «Империализм как высшая стадия капитализма» и доказывал, что завоевать независимость можно только путем борьбы: «Колониальные державы не могут экспроприи1 Davidson В. Black Star. A View of Life and Times of Kwame Nkrumah. L., 1973. P. 23.
2 Нкрума Кваме. Автобиография. M., 1961. C. 21.
3 Там же. C. 28.
4 Davidson B. Op. cit. P. 29. (Прошедший через американские университеты Азикиве имел в виду прежде всего высшее образование.)
IIIIIIIIHIIIIIIIII ОМ iiiiiiiiiiiiiiiiiti


ровать самих себя. Сама мысль, что они добровольно поднесут своим колониям свободу и независимость на серебряном блюде, является верхом абсурда»5.
В Америке Нкрума попробовал себя в политике. Для освоения «техники организации» он изучил опыт различных партий США, в том числе организаций «республиканцев, демократов, коммунистов и троцкистов»6. Участвовал в работе студентов-африканцев в США, выступал с докладами о положении в колониях, особо останавливаясь на ситуации в Африке.
В июне 1945 г. Нкрума переехал из США в Великобританию для изучения права и окончания докторской диссертации по философии. Однако научным занятиям он предпочел политику. Такой поворот в его судьбе произошел во многом под влиянием Джорджа Пэдмо- ра. Пэдмор встретил Нкруму на вокзале в Лондоне, где тот вручил ему рекомендательное письмо от журналиста левых взглядов Сирила Джеймса, с которым был дружен в Америке. «Он полон решимости вышвырнуть европейцев из Африки», - писал о Нкруме Джеймс7. Именно такие люди нужны были Пэд- мору для организации V Панафриканского конгресса. Вскоре он предложил Нкруме стать вместе с ним секретарем подготовительного комитета конгресса, который состоялся в Манчестере в сентябре 1945 г. Делегаты представляли всю черную диаспору, среди них были и те, кто впоследствии возглавил африканские государства. Если предыдущие панафриканские конгрессы просили колониальные власти гуманно относиться к африканцам и помогать им преодолевать отсталость, то теперь был выдвинут призыв к народам колоний бороться за освобождение «всеми возможными способами». Нкрума был автором итогового и самого радикального документа, принятого конгрессом. Он не стал подбирать обтекаемых формулировок: «Эксплуатация - вот цель империалистических держав. Предоставление колониальным народам права на самоуправление делает достижение этой цели невозможным. Поэтому борьба колониальных и зависимых народов за политическую власть - необходимое условие и первый шаг к полному социальному, экономическому и политическому освобождению. Вот почему Пятый панафриканский конгресс призывает рабочих и крестьян колоний создавать действенные организации. Рабочие колоний должны быть в первых рядах борцов против империализма. Ваше оружие - забастовка и бойкот - непобедимо. <...> Колониальные и зависимые народы мира - объединяйтесь»8. Нкрума приобрел известность и авторитет среди афро-американской интеллигенции, его политическое мышление приобрело ярко выраженную «континентальную окраску».
Чтобы «привести в действие новый панафриканский национализм», в Лондоне был создан Западноафриканский национальный секретариат, Нкрума стал его секретарем. Программа секретариата призывала «бороться за полное освобождение всей Западной Африки». Западная Африка как наиболее развитый в экономическом и политическом отношении регион должна была стать, по мысли Нкрумы, плацдармом для освобождения от колониализма осталь5 Nkrumah Kwame. Towards Colonial Freedom. L., 1962. P. 16.
6 Нкрума Кваме. Автобиография. С. 48.
7 Davidson В. Ор. cit. P. 38.
8 Обращение к рабочим, крестьянам и интеллигенции колоний V Панафриканского конгресса // История Африки в документах, 1870-2000. Под общ. ред. А. Давидсона. Т. 2. 1919- 1960. М., 2007. С. 24.
iiiiiiiiiiiiiiitiii 0 14 IIIIIIIIIIIIIIIHII


ной Африки9. Организованный Пэдмо- ром и Нкрумой «Кружок» задумывался как тайное общество для подготовки «революционного авангарда» в борьбе за создание «Союза Африканских Социалистических Республик»10 11.
Схватка с колониализмом началась для Нкрумы на родине. В ноябре 1947 г. он получил приглашение от одного из руководителей Объединенного конвента Золотого Берега (ОКЗБ) Джозефа Данквы занять пост генерального секретаря организации. Нкрума колебался, ему предстояло сменить сотрудничество с единомышленниками на работу в ОКЗБ, который, как он считал, поддерживается «почти исключительно реакционерами»11. Создавшие ОКЗБ крупные вожди, состоятельные врачи, юристы и торговцы с дипломами британских университетов были не против независимости, сулившей им политическую власть и большую экономическую свободу. Они были принципиальными противниками радикальных методов, хотели не революционных потрясений, а «при помощи всех законных и конституционных средств в кратчайший срок обеспечить передачу контроля и управления в руки народа и его вождей»12. Многим из них было некогда заниматься политикой. Для ведения организационной работы было решено учредить пост генерального секретаря. Молодой адвокат Ако Аджей предложил пригласить на эту должность Нкруму, которого знал по совместной учебе в Америке. Нкрума принял предложение с ощущением, что «это могло быть нашим началом, но и могло быть нашим концом»13.
Возвращение Нкрумы стало началом его блестящей, головокружительной политической карьеры. Он быстро превратил ОКЗБ в массовую партию современного типа. На старом, часто ломающемся грузовике он объездил всю страну, выступая на бесчисленных митингах. Неприхотливостью и простотой в общении он выгодно отличался от сложившегося у народа образа «политика» - надменного и недоступного богатея. Нкрума не брезговал поесть в самой бедной хижине, переночевать на циновке, весь его багаж - два костюма, две пары ботинок и смена белья - умещался в небольшом чемодане. Он не кичился ученостью, говорил о насущных проблемах понятным для всех, но по-африкански образным языком. Присутствовавшие на его выступлениях тут же подписывали членские карточки ОКЗБ и платили взносы. За полгода он создал 500 реально работающих отделений партии.
В январе 1948 г. недовольство населения ростом цен и нехваткой импортных товаров вылилось в бойкот иностранных торговых фирм. 28 января на подступах к резиденции британского генерал-губернатора была расстреляна демонстрация демобилизованных участников II мировой войны. Города Золотого Берега охватили беспорядки и погромы. Нкрума и пять других руководителей ОКЗБ были арестованы и сосланы в отдаленные районы Золотого Берега, хотя непосредственного отношения к волнениям не имели. Они вернулись в Аккру национальными героями, но не единомышленниками. Арест усилил трения между Нкрумой и «старой гвардией», которая была недовольна его 9 Geiss I. The Pan-African Movement: A History of Pan-Africanism in America, Europe and Africa. N. Y„ 1973. P. 413.
10 Rooney D. Kwame Nkrumah. The Political Kingdom in the Third World. L., 1988. P. 24, 25.
11 Нкрума Кваме. Автобиография. С. 64
12 Там же. С. 70.
13 Там же. С. 64.


радикализмом и популизмом. Народный бунт стал «моментом истины», обнажил принципиальные разногласия относительно методов и сроков достижения независимости. Данква и его сторонники бесповоротно встали на путь конституционных методов, постепенности и компромиссов с колониальными властями.
Нкрума выбрал более трудный и опасный путь, и это принесло ему успех. В августе 1948 г. он создал Комитет молодежных организаций, который формально считался молодежной секцией ОКЗБ, но фактически был автономной, подчиненной Нкруме структурой. 12 июня 1949 г. он создал собственную партию - Народную партию конвента (НПК) и выдвинул лозунг «Независимость немедленно!». Добиться поставленной цели предполагалось, реализовав программу «позитивного действия», которая предусматривала «законное применение забастовок, бойкота и несотрудничества на основе принципа полного ненасилия, каким пользовался Ганди в Индии»14. В январе 1950 г. НПК организовала крупные забастовки, но парализовать, как планировалось, всю хозяйственную жизнь страны не удалось. Нкруму и его ближайших соратников арестовали, его приговорили к трехлетнему тюремному заключению.
Вступившая в силу 1 января 1951 г. конституция Золотого Берега предусматривала создание Законодательного собрания, почти половина членов которой должна была избираться на основе всеобщего избирательного права. Началась избирательная кампания, где главными соперниками были НПК и ОКЗБ. Созданная Нкрумой партийная машина сработала блестяще, хотя сам он находился в принудительной изоляции. Пропаганда НПК умело создавала образ «партии простого человека», которая, придя к власти, быстро улучшит его жизнь. Главный лозунг перефразировал библейскую заповедь: «Ищите прежде всего царствия политического, а остальное приложится вам». Под «царствием политическим» подразумевалась независимость. В социальном разделе предвыборной программы давались обещания, что «приложится» многое: будет ликвидирована безработица, введены бесплатное образование, медицинское обслуживание, система социального страхования, население будет обеспечено «приличными домами и квартирами», долги крестьян ростовщикам погашены15.
НПК внедрила в политическую жизнь Золотого Берега современные методы агитации. Ее лозунги и гимн неслись из репродукторов, установленных на специальных фургонах, раскрашенных в цвета партийного флага. Шла бойкая торговля сувенирами с одеждой и партийной символикой и портретами Нкрумы. Быстро рос тираж газеты партии «Accra Evening News». Многолюдные политические митинги заканчивались увеселительными мероприятиями. Специальные агитационные группы проникали в любое захолустье и в доступной форме растолковывали суть партийной программы. С полной нагрузкой работали высшие партийные функционеры. Они разъезжали по избирательным округам, выступали подчас более десятка раз в день, собирая аудиторию даже в вагонах поездов.
Выборы принесли внушительную победу НПК. Она завоевала 34 места из 38. Был избран и Нкрума, вчистую переигравший своего соперника в центральном избирательном округе столицы. 9 февраля 1951 г., на следующий день после выборов, Нкрума был выпущен 14 Там же. С. 107.
15 Towards the Goal. The Manifesto of the Convention People’s Party. For the Forthcoming General Election (February 1951). Accra, (n. d.).
iiiiiiiiiiiiiiiiiii O/O iiiiiiiiiiiiiiiiiii


из тюрьмы. Его встречали как вождя. Толпа донесла его до машины на руках. Машина, «подобно кораблю, влекомому мощным течением, двигалась в людском море» на стадион «Арена», где в 1949 г. Нкрума объявил о создании НПК. Он ощутил себя победителем и лидером: «Это был величайший день в моей жизни, день моей победы, и эти люди были моими воинами». На стадионе он семь раз окунул обнаженные ноги в кровь принесенной в жертву овцы, что должно было очистить его от «тюремного осквернения»16.
В тот же день Нкрума заявил, что «не испытывает ни малейшей неприязни к Британии»17. Колониальные власти были приятно удивлены миролюбивым тоном того, кто еще недавно произносил речи, где каждое слово «было гвоздем в гроб английского империализма». На следующее утро Нкрума был приглашен в резиденцию губернатора, откуда вышел главой теневого кабинета министров.
Вопрос о сроках независимости стал предметом острой внутриполитической борьбы. Лозунг НПК «Независимость немедленно!» не пользовался поддержкой у значительной части региональных элит в Ашанти и Северных территориях. Нкруме не было равных в умении вести предвыборные кампании, находить союзников, агитировать, решать организационные вопросы. Еще дважды, в 1954 и 1956 гг., его партия выигрывала всеобщие выборы в условиях жесткой конкуренции, а подчас и террора со стороны противников, главным из которых был Кофи Бусиа.
В ночь с 6 на 7 марта 1957 г. Золотой Берег стал независимой Ганой, первым суверенным государством в Тропической Африке. Кваме Нкрума стал его первым премьер-министром.
Нкруме первому пришлось решать проблемы, с которыми впоследствии столкнулись все молодые африканские государства. Он получил от метрополии неплохое по меркам Тропической Африки наследство: развитый товарный сектор (крупнейший в мире экспорт какао-бобов, горнодобывающая промышленность), самый высокий в регионе доход на душу населения (на уровне Мексики), наиболее развитую систему образования и здравоохранения, солидный валютный запас (200 млн ф. ст.). Однако при относительном внешнем благополучии экономика Ганы страдала всеми недугами «периферийности»: уязвимостью к колебаниям мирового рынка, отсутствием обрабатывающей промышленности, слабой взаимосвязанностью секторов экономики, ограниченными возможностями государственного регулирования. В конце 1950-х годов страна достигла предельных параметров развития в рамках периферийной экономики и столкнулась с проблемой индустриализации.
Нкрума был одержим идеей ускоренного развития Ганы, а затем и всей Африки, верил, что Гана войдет в число индустриально развитых стран при жизни одного поколения, хотел лихо перемахнуть этот и поныне не взятый Африкой барьер. Поначалу он рассчитывал, что экономический либерализм и западные инвестиции станут локомотивом форсированной индустриализации. Этого не произошло. Западные инвестиции шли, но не в промышленность, внутренних накоплений для выполнения «громадья планов» явно не хватало, мировые цены на какао падали, валютные запасы истощались. Стало очевидно, что нужны меры по ограничению потребления, новые источники иностранных инвестиций, новые рынки для сбыта экспортных ^Нкрума Кваме. Автобиография. С. 128.
17 WoronoffJ. West African Wager: Houphouet versus Nkrumah. N. Y., 1972. P. 27.
iiiiiiiiiiitiiinii O / / iifiiiiiiiiiiiiiiii


товаров. Требовалась новая идеология и новый механизм развития. Нкрума нашел их в социализме: «Если мы хотим выполнить свой долг перед народом и провести в жизнь намеченную программу, то социализм для нас - единственный путь»18.
Нкрума относился к социализму утилитарно. В социализме он видел инструмент для воплощения мечты «о гармонично развитой, свободной и независимой Африке со своим неповторимым лицом, где живут люди, которых остальной мир принимает как равных, такими, какие они есть, и относится к ним с почтением и уважением»19. Разработанная Нкрумой теория нкрумаизма состояла из трех основных компонентов: концепции африканской личности, панафриканизма и социализма. Если два первых элемента были сакральной константой, символизировали африканскую самость, то социализм использовался конъюнктурно, становился «африканским» или «научным» в зависимости от обстановки. В июле 1962 г. съезд НПК принял новую партийную программу, в которой строительство социалистического общества объявлялось конечной целью, а идеологической основой партии назывался нкрумаизм, основанный на «научном социализме», т. е. социализме советского толка20.
Государственная плановая комиссия разработала семилетний план (1963- 1969). Его главную цель Нкрума видел в том, чтобы «превратить Гану в индустриальную страну, способную предоставить максимальные возможности полноценной жизни всему народу и создать основы социалистической экономики»21. Приоритетной задачей стало создание мощного государственного сектора в экономике. В государственную собственность перешли торговый флот, связь, гражданская авиация, большинство западных горнорудных компаний, часть крупных торговых фирм. Была введена монополия внешней торговли, созданы крупные государственные банки. Форсированными темпами создавались сельскохозяйственные кооперативы и госхозы.
Многие проекты не были экономически обоснованными и являли собой примеры вопиющей бесхозяйственности. В Венчи был построен и оснащен дорогостоящим импортным оборудованием завод по производству консервированных помидоров и плодов манго. После торжественной сдачи завода в эксплуатацию выяснилось, что поблизости находятся лишь небольшие рощи диких манговых деревьев22.
Одним из немногих успешных проектов был гидроэнергетический комплекс на Вольте, который вступил в строй в 1965 г. Однако Нкруме не удалось добиться от западных инвесторов, чтобы алюминиевый завод работал на ганских бокситах, хотя их огромные залежи и находились недалеко от плотины. Бокситы приходилось ввозить из-за границы и платить за них твердой валютой.
Нкрума планировал за 20 лет построить развитое индустриальное общество в стране, не обладавшей необходимыми возможностями и ресурсами. Результаты оказались предсказуемыми: убыточ18 Нкрума Кваме. Африка должна объединиться. М., 1963. С. 175.
19 National Archives. Record Group 59. General Records of Department of State. Bureau of African Affairs. Kwame Nkrumah. A Psychological Study. Assessment Supplement. Communism and Communism. June 1962. P. 1.
20 Convention People’s Party (CPP). Programme of the Convention People’s Party «For Work and Happiness». Accra, (n. d.).
21 Правда. 1964.06.01.
22 Rooney D. Op. cit. P. 190.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii DIO iiiiiiniiHiiiiiii


ность государственных предприятий, провал насаждаемой сверху кооперации крестьянства, огромные затраты на сооружение престижных дорогостоящих объектов, развал торговли, дефицит товаров, повышение цен и налогов, рост инфляции, обесценивание национальной валюты.
Внешнеполитические цели Нкрумы были тоже грандиозными и глобальными. Выступая на торжествах, посвященных провозглашению независимости Ганы, он сказал, что «наша независимость не имеет смысла, если не связывать ее с полным освобождением Африки»23. На территории Ганы проходили боевую и политическую подготовку борцы за свободу многих африканских колоний. Правительство Нкрумы организовало в Аккре в 1958 г. Конференцию независимых стран Африки и I Конференцию народов Африки. Эти форумы способствовали росту политического сознания африканцев, приблизили наступление «года Африки» в 1960 г. С началом распада на континенте колониальной системы Нкрума выдвинул идею создания «Соединенных Штатов Африки», которые должны были стать лучшим и радикальным средством деколонизации и избежать «условной независимости и балканизации»24. Для Нкрумы это была не отдаленная перспектива, а ближайшая цель, задача, стоящая на повестке дня. По инициативе Нкрумы в мае 1959 был создан союз Гана-Гвинея как «ядро Союза африканских государств». В 1960 г. к Гане и Гвинее присоединилось Мали. Идея континентального объединения была очевидной утопией. Африка пошла по пути строительства национальных государств, которые разделились на два соперничавших блока - Касабланкскую и Монровийскую группировки. Призывы Нкрумы к единству помогли африканским лидерам осознать, что какая-то форма объединения необходима. В мае 1963 г. была создана Организация африканского единства (ОАЕ). На ее учредительной конференции Нкрума изложил свое видение африканского единства: «Только объединенная Африка с единым правительством может быстро мобилизовать материальные и духовные ресурсы наших государств и эффективно использовать их для быстрого изменения условий жизни наших народов. Нам необходимо объединиться. У нас есть возможность без ущерба национальному суверенитету создать политический союз, основанный на согласованной военной и внешней политике, общем гражданстве, единой африканской валюте, валютной зоне и центральном банке Африки. Мы должны объединиться для достижения полного освобождения нашего континента. Нам необходимо иметь общую систему обороны с Единым африканским высшим командованием для обеспечения безопасности и стабильности в Африке»25. Предложения Нкрумы не были приняты, но похожие идеи все настойчивее высказываются на нынешних африканских форумах.
«Позитивный нейтралитет», провозглашенный Нкрумой краеугольным камнем ганской внешней политики, на практике стал лавированием между восточным и западным блоками для отстаивания национальных интересов Ганы. Нкрума стремился извлечь выгоды из конфронтации сверхдержав, стать третьей силой, выигравшей стороной в «игре с нулевой суммой», которую вели противники по холодной войне. На переговорах с советскими партнерами 23 Нкрума Кваме. Я говорю о свободе. М., 1964. С. 120.
24 Он же. Африка должна объединиться. С. 308.
25 Ghana and Nkrumah / Ed. by Th. Howell and J. Rajasooria. N. Y., 1972. P. 51, 52.
iiiiiiiiiniiiiiiii 619 IIIIIIIIHIIIIIIIII


он умело и порой удачно разыгрывал карту «империалистической угрозы» и проявлял большую изобретательность, доказывая «авангардную роль» Ганы в продвижении социализма на Африканский континент и даже публично заявлял о намерении «ленинизировать» Африку26. Гана заключила с СССР выгодные соглашения о торговле и экономическом сотрудничестве, получила солидные кредиты. У Нкрумы сложились хорошие отношения с Н.С. Хрущевым. В 1962 Нкрума стал лауреатом международной Ленинской премии «За укрепление дружбы между народами». Ганский лидер сумел добиться от США финансирования строительства гидроэнергетического комплекса на р. Вольта, который Нкрума считал становым хребтом индустриализации Ганы и частью «беспрецедентной в истории мира экономической революции»27. Виртуозно сыграв на страхах администрации Джона Кеннеди перед «вторым Асуаном», т. е. возможности передачи проекта СССР, он не взял на себя никаких обязательств в обмен на кредиты и инвестиции. Подписав 12 декабря 1961 г. распоряжение о предоставлении правительством США кредита Гане в сумме 37 млн долл, и гарантий на 96 млн участвовавшим в проекте американским компаниям, Кеннеди сказал: «Мы сделали приличную ставку на очень темную лошадку, но я полагаю, что игра этого стоит»28. Нкрума сделал ставку на СССР и Китай и в конечном счете стал неприемлемой для Запада фигурой.
Нкрума прошел типичный для многих африканских лидеров путь от «отца независимости» до «отца нации», харизматического вождя, правившего авторитарными методами. Борьба с реально существовавшим сепаратизмом вылилась в сворачивание демократии и в репрессии против политических противников. В 1960 г. Гана стала президентской республикой. На выборах президента Нкрума уверенно победил Данкву. В 1964 г. была законодательно введена однопартийная система, Нкрума был провозглашен пожизненным президентом. «Наша партия, - писал он, - подобна огромному могучему дереву, повсюду протянувшему свои ветви»29. Роль ствола отводилась партийным функционерам, а ветвей - массовым организациям. Дерево росло, ветвей прибавлялось. В партию были интегрированы Конгресс профсоюзов, Объединенный совет фермеров, женские организации, организация юных пионеров. Партийные ячейки создавались даже среди верующих в церквах. НПК была аморфным образованием, куда входили 2 млн человек из семимиллионного населения Ганы. Сбалансировать интересы партийных фракций, мобилизовать народ на выполнение грандиозных задач, полагал Нкрума, мог только он сам, обладавший непререкаемым авторитетом и неограниченной властью вождь. Он принял титул «Осаджиефо» («Герой и Воин»), в Гане в изобилии появились его статуи, он смотрел с монет, марок, многочисленных портретов. Его именем называли площади и фабрики, корабли и институты. В его честь слагались поэмы и песни.
Своим образом жизни президент являл образец трудолюбия и аскетизма.
26 Мазов С.В. Политика СССР в Западной Африке, 1956-1964. Неизвестные страницы истории холодной войны. М., 2008. С. 179.
27 Речь президента и главы правительства Ганы Кваме Нкрумы в Кремле на митинге дружбы между народами СССР и Ганы // СССР и страны Африки 1946-1962 гг.: Документы и материалы: В 2 т. М., 1963. Т 2: Сентябрь 1960 - 1962 г. С. 359.
28 Mahoney R, JFK Ordeal in Africa. N. Y; Oxford, 1983. P. 179.
29 Omari P. Kwame Nkrumah: the Anatomy of an African Dictatorship. L., 1970. P. 55.
1111111111111111111 OZV IIIIIIIIIIIIIIIHII


Нкрума вставал в четыре утра, делал зарядку, играл в теннис. До завтрака диктовал письма. После девяти шел прием многочисленных посетителей. В три следовал небольшой перерыв. После пяти он вновь был за рабочим столом, писал. Не употреблял спиртного, не курил, каждую пятницу голодал. Редкие свободные часы посвящал занятиям йогой, садоводству, плаванию, верховой езде, шахматам, классической музыке.
Личный пример лидера не стал привлекательным для ганской элиты. В коридорах власти царил гедонизм. Бюрократия, в большинстве аполитичная или прозападно настроенная, стала наиболее влиятельным сословием с выраженными корпоративными интересами, которые были далеки от официально декларируемых целей. Чиновничество было нацелено не на реализацию мобилизационной модели развития, а на личное обогащение, конвертацию власти в собственность. Превращение Ганы в однопартийное государство наделе вылилось в создание авторитарного режима, где полностью отсутствовала обратная связь между правящей верхушкой и массами. В сознании многих ганцев социализм стал ассоциироваться с лишениями, невыполненными обещаниями власти, произволом, отсутствием гражданских свобод, энтузиазм народа сменялся апатией, пассивным или активным сопротивлением.
После нескольких попыток покушений, за которыми, как был уверен Нкрума, стояло ЦРУ, он стал вести замкнутый образ жизни. Редко покидал свою резиденцию Флагстафф Хаус, охраняемую президентским полком, личный состав которого готовили советские инструкторы. Президент не получал объективной информации о положении в стране, жил в придуманном мире собственных идей и идеалов.
Утром 24 февраля 1966 г., когда президент находился в очередном зарубежном турне, подразделения армии и полиции совершили государственный переворот. Известие об этом застало Нкруму в Пекине. Он передал приказ армии вернуться в казармы, попросил держать самолет наготове для вылета на родину. Скоро стало ясно, что лететь придется в другое место. В адрес нового режима со всех концов Ганы поступали многочисленные телеграммы с выражением поддержки. Демонстранты сбрасывали с пьедесталов статуи Нкрумы, срывали его портреты. Бывшая местом массового паломничества хижина в Нкрофуле, где он родился, была снесена бульдозером. Многие соратники и друзья отрекались от него, называя тираном и бездарным политиком.
Нкрума поселился в уединенной вилле на окраине Конакри, куда он приехал по приглашению президента Гвинеи Секу Туре. В эмиграции Нкрума остался максималистом, вынашивал грандиозные, но нереальные планы. Потерю власти он воспринял как событие общеафриканского масштаба. Отметив наличие в Африке «жестокой классовой борьбы», он назвал переворот в Гане «эпитафией африканскому социализму»30. Единственным эффективным средством «подлинного освобождения» Африканского континента Нкрума считал вооруженную партизанскую борьбу. Она должна была вестись не только против расистских режимов, но и против тех африканских «государств-клиентов», где «власть находится у консервативных сил и экономика остается под контролем международного финансового капитала». Поскольку к числу последних Нкрума относил большинство африканских государств, партизанская война должна была принять общеафриканский характер и координироваться в масштабах 30 Nkrumah Kwame. Class Struggle in Africa. L., 1970. P. 10.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii oz / mi i


континента. Для этого следовало создать «общеафриканское правительство и все- африканскую народно-революционную партию»31.
Кваме Нкрума скончался от рака 27 апреля 1972 г. в Бухаресте в возрасте 62 лет. В июле по просьбе ганского правительства его останки были доставлены на родину и захоронены с высшими государственными почестями, согласно воле покойного, в Нкрофуле.
Нкрума был одним из наиболее ярких представителей первого поколения африканских лидеров, которые возглавили свои страны после провозглашения независимости. Его взгляды, достижения и неудачи были характерны для тех из них, кто мечтал в короткие исторические сроки ликвидировать отсталость и «родимые пятна» колониализма.
С.В. Мазов
Сочинения Кваме Нкрумы Автобиография. М., 1961.
Африка должна объединиться. М., 1963.
Я говорю о свободе. М., 1964.
Consciencism. L., 1964.
Neo-Colonialism. The Last Stage of Imperialism. N. Y, 1965.
Challenge of the Congo. N. Y., 1967.
Handbook of Revolutionary Warfare. N. Y.,
1968.
Class Struggle in Africa. L, 1970.
Dark Days in Ghana. L., 1970.
Revolutionary Path. N. Y., 1973.
Литература
Bankole T, Kwame Nkrumah: from Cradle to Grave. Dorchester, 1981.
Bretton H. The Rise and Fall of Kwame Nkrumah, L, 1966.
Davidson B. Black Star. A View of Life and Times of Kwame Nkrumah. L., 1973.
HadjorK. Nkrumah and Ghana. Trenton (NJ.). 2003.
Rooney D. Kwame Nkrumah. The Political Kingdom in the Third World. L, 1988.
Smertin Y. Kwame Nkrumah. N. Y.f 1987.
31 Nkrumah Kwame. Revolutionary Path. N. Y, 1973. P. 452,453.


Чуквуемека Одумегву ОДЖУКВУ
Chukwuemeka Odurnegwu Ojukwu, род. 04.XI.1933
Нигерийский политик, профессиональный военный, президент самопровозглашенной Республики Биафра (30.05.67 - 15.01.70).
Родился в зажиточной семье в г. Зун- геру, Северная Нигерия. Родители, занимавшиеся торговлей и переехавшие на Север из традиционного региона расселения народа ибо (игбо) в Восточной Нигерии, по общему признанию были одним из наиболее зажиточных семейств страны. Отец, Луис Одумегву, стал первым миллионером среди нигерийцев. Семья дала возможность сыну пройти обучение в лучших школах Лагоса, где он приобрел славу скандалиста, о выходках которого даже писали в газетах. Тем не менее ему удалось поступить в Англии в колледж Эпсом, а в период 1952-1955 гг. получить бакалаврский диплом по современной истории в Линкольн-колледже Оксфорда. Свежеиспеченный историк, несмотря на замечательные перспективы, которые открывались перед ним с учетом помощи и авторитета семьи, предпочел военную карьеру. После продолжения образования в нескольких британских военных учебных заведениях, включая знаменитый Сандхэрст, Оджукву начал сам преподавать тактику и военное право в учебном центре королевских западноафриканских пограничных сил в г. Теши (Золотой Берег).
Возможность получить образование в Великобритании и продолжить карьеру в армии гарантировалась не только достатком и влиянием семьи. Этому способствовало существование системы общих административных и силовых ведомств в британских западноафриканских владениях. В межвоенный период известные общественно-политические деятели (Н. Азикиве, II. Уоллес-Джонсон и др.) активно использовали эти возможности для создания общих для всей Британской Западной Африки периодических изданий, политических и профсоюзных движений. Необходимо учитывать особые перспективы, которые открывались в начале 1960-х годов перед нигерийцем, избравшим военную карьеру. Накануне получения независимости вооруженные силы страны состояли из пяти батальонов и нескольких вспомогательных частей, насчитывая в армии, авиации и флоте около 10 тыс. человек, что было значительно меньше численности чиновников на гражданской службе. При этом только каждый седьмой офицер был нигерийцем, высшее звание - майор - имели всего три человека.
Необходимость «африканизации» армии стала особенно очевидной после отправки нигерийского контингента в составе миротворческих сил в Конго в 1960 г. в период кризиса. События в Конго и роль в них вооруженных сил, пока еще очень слабых и неопытных, заставили нигерийских политиков и военных внимательно отнестись к проблеме политизации армии. После досрочного аннулирования военного соглашения с IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


Великобританией в 1962 г. число британских офицеров в вооруженных силах молодого государства неуклонно сокращалось, к 1966 г. все 518 офицеров были уже нигерийцами. У тех, кто сразу же после предоставления независимости в 20 лет получил первый офицерский чин, к 31 году существовала почти гарантированная перспектива стать подполковником. Особенностью армии в тот период было также и то, что более половины офицеров, получивших чин до 1960 г., были ибо. Унаследованная от британских традиций система продвижения офицеров по служебной лестнице отдавала предпочтение людям с дипломом гражданского вуза. Таким образом, у Оджукву существовала гарантия получения не просто высшего офицерского звания в короткие сроки, но и возможность получения одной из высших руководящих должностей в стране.
Именно это произошло после военного переворота в январе 1966 г., когда подполковник Оджукву был назначен военным губернатором Восточной области. Первый в истории англоязычной Африки военный переворот (и пятый в Африке с начала деколонизации) не разрешил ни одной из проблем, которые были унаследованы Нигерией из колониального прошлого и усугублены до масштаба национального кризиса за первые пять лет независимого развития. Военное правительство не имело конкретной программы преобразований, но и гражданские политики, и ставшие у руля государства офицеры были единодушны в том, что первоочередной проблемой, которую было необходимо разрешить, была проблема регионализма1. Взаимные претензии северян (преимущественно мусульман хауса) и южан (анимисты или христиане ибо и йоруба) грозили расколом страны. Пришедшие к власти военные (среди руководителей переворота преобладали ибо) временно запретили политическую деятельность, всего под запрет попало более 80 партий и организаций. То, что Нигерия была объявлена унитарным государством, еще больше усилило взаимные подозрения наиболее крупных народов. Этническая рознь приобрела крайние формы: на севере страны начались погромы ибо, по более поздним оценкам всего за 1966 г. погибло от 30 до 80 тыс. человек. С севера страны бежало до 2 млн южан, встречно переместились не меньше 500 тыс. северян. Бунт солдат-северян привел к гибели временного главы государства генерала Иронси (ибо) и еще более 40 офицеров, преимущественно ибо1 2. Оджукву и его окружение, включая вождей ибо в восточной части страны, впервые поставили вопрос о выходе из федерации в июле 1966 г., когда пост главы государства был доверен нейтральной фигуре - подполковнику Якубу Говону.
В Восточной области сконцентрированы основные месторождения нефти - главного нигерийского экспортного продукта. Это позволяло рассчитывать на жизнеспособность экономики отделившейся области, поскольку ведущие нефтедобывающие компании, уже представленные в Нигерии, были готовы вести дела с любыми властями при условии, что будут гарантированы их интересы. Важно отметить, что на протяжении долгого времени Оджукву не предпринимал шагов, которые можно было бы расценить как ультиматум федерации. Он поддерживал попытки федерального военного правительства путем переговоров с региональными властями создать новую систему сотрудничества всех частей страны. В январе 1967 г. выс1 История Нигерии в новое и новейшее время / Ред. Ю. Зотова, И. Следзевский. М., 1981. С. 272-274.
2 Cewenka Z. A History of the Nigerian War 1967-1970. Ibadan, 1973. P. 25-27.
in VZ4 ihidiiiii i


шие офицеры и политики использовали для подобных обсуждений нейтральную площадку в г. Абури (Гана), предоставленную их давним коллегой еще по службе в британских колониальных войсках генералом Анкра, возглавившим успешный переворот в соседней Гане. Но трагический фон - преследование и гибель десятков тысяч соотечественников - и неразрешенные социально- экономические проблемы заставили и федеральное правительство, и представителей Восточной области отказаться от промежуточных договоренностей, достигнутых в Гане. После этого Говон и Оджукву почти полгода вели своеобразную заочную полемику, «захватывая» друг у друга права и полномочия своими указами. Ни у центральных властей, ни у намечавшихся сепаратистов не было настоящего политического опыта и не хватало решимости четко определить свои стратегические планы. 28 мая 1967 г. Говон даже назначил Оджукву губернатором новообразованного Восточного штата - многие увидели в этом стремление режима задобрить стремящихся к самоопределению ибо. Но порог доверия федеральным властям был перейден, 30 мая Оджукву официально провозгласил выход восточных районов из состава Нигерии и образование Республики Биафра (по названию залива, переименованного в 1972 г. в «залив Бонни», чтобы ничто не напоминало о трагическом периоде истории).
Дальнейшая биография Оджукву трудно отделима от истории гражданской войны в Нигерии. В отличие от федерального правительства, особенно на первом этапе войны, правительство Оджукву стремилось действовать максимально открыто, рассчитывая на признание законного права народов, образовавших население Биафры, на отделение и создание нового государства. Важно отметить, что африканские государства, официально признавшие Биафру (Танзания, Замбия, Кот-д’Ивуар, Габон), остались в меньшинстве, поскольку проблема регионального сепаратизма страшила большинство африканских режимов, опасавшихся повторения у себя трагического нигерийского опыта. Биафра, несмотря на многочисленные попытки Оджукву и его представителей за рубежом, так и не получила официального признания в ОАЕ, ООН, со стороны великих держав и большинства европейских стран. По выражению известного общественного деятеля Великобритании лорда Ф. Брокуэя, события в Нигерии накануне и в начале кровавого столкновения для остального мира были «забытой африканской войной»3. Возможности федерального правительства быстро росли за счет привлечения внешней помощи - основные поставки вооружений шли по-прежнему из Великобритании, но постепенно пальма первенства перешла к СССР. Нигерия нуждалась в современных вооружениях, была готова оплатить их или предложить гарантии преимуществ в развитии торгово-экономических отношений с теми странами, которые бы поддержали центральное правительство. Союзники федерального правительства оставались в выигрыше при любом сценарии военных действий. Произошел беспрецедентный рост численности армии - к концу войны федеральные силы насчитывали почти четверть миллиона человек. По мнению федерального министра финансов О. Аволово, к середине 1968 г. его правительство расходовало на войну не менее 980 тыс. долл, ежедневно, что даже по меркам не самого бедного государства континента представляло чудовищную сумму.
Правительство Оджукву также пользовалось поддержкой извне, но внутрен3 Ibid. Р. 48.


ние возможности населения и экономики небольшой территории быстро истощались, максимальная численность армии не превышала на пике активности 70 тыс. человек. На разных этапах войны противоборствующие силы применяли и тактику фронтового противостояния, и глубокие диверсионные рейды в тыл. Сам Оджукву не раз участвовал в операциях и заслужил репутацию храброго командира. Но его основной задачей оставалась политическая деятельность, направленная на то, чтобы переломить настроение международного общественного мнения в пользу поддержки «сепаратистов», как чаще всего называли Биафру даже в симпатизирующих ей странах. При этом Оджукву практически не покидал Биафру. Используя внимание международной прессы к событиям, он публиковал многочисленные обращения к ООН, ОАЕ, давал интервью и рассылал личные обращения зарубежным лидерам. Состоялось три саммита ОАЕ, на которых присутствовал также Генеральный секретарь ООН У Тан. В переговорах для достижения компромисса, позже - для заключения перемирия и облегчения участи гражданского населения, принимали участие многие африканские лидеры, но практически все попытки примирить стороны окончились безрезультатно. Надежды Оджукву на то, что африканские страны поддержат «прогрессивный» режим Биафры, противостоящий «феодальному» центральному правительству, оказались несостоятельными. Довольно быстро Оджукву из просто сепаратиста превратился на страницах многих африканских изданий в «мятежника», по мере обострения характера боевых действий его стали все чаще сравнивать с Гитлером, марионеткой коварных неоколониалистов, стремящихся вернуть себе влияние на континенте, ставленником расистской ЮАР или ненавистного Израиля. Из сторонников Оджукву среди африканских лидеров только президент Танзании Дж. Ньерере по-настоящему поддержал его принципиальную позицию защищать право на самоопределение, право национальных меньшинств на участие в решении собственной судьбы даже в ущерб принципу территориальной целостности4.
По мере просачивания информации о растущих жертвах среди мирного населения, гражданская война в Нигерии привлекала все большее внимание и все большее число организаций и частных лиц стремилось принять участие в событиях, преследуя свои финансовые, гуманитарные или авантюристические интересы. По оценкам международного Красного Креста на рубеже 1968- 1969 гг. ежедневные потери среди мирного населения в Биафре достигли почти 15 тыс. человек, а общие потери по результатам военных действий с обеих сторон составили не менее 2 млн человек, преимущественно гражданского населения. Оджукву неоднократно подчеркивал в своих интервью, что причина гуманитарной катастрофы не в фанатичном упорстве руководства Биафры, а в нежелании федерального правительства соблюдать законы войны и правила обращения с гражданским населением. Он настойчиво проводил мысль о недопустимости проведения политики геноцида в отношении ибо, которая, по его мнению, была начата задолго до самой войны. Он заявлял вплоть до завершающего этапа военных действий, что Биафра не имеет права проиграть войну, потому что это отразится на решимости и судьбе многих других народов Африки, стремящихся к самоопределению. Во многом его надежды на изменение отношения к Биафре были связаны с мировыми изменениями в торговле нефтью в связи с последствиями очередного этапа кризиса 4 NyerereJ. К. The Nigeria-Biafra Crisis. Dar-es-Salam, 1969. P. 10.
iiiiiiuiiiiiiiiui OZO iiiiiiiiiiiiiiiuii


на Ближнем Востоке в 1967 г. Оджукву и его соратники сумели наладить нефтедобычу на контролируемой ими территории для оплаты закупки вооружений и продовольствия. Но падение Биафры было предопределено уже в мае 1968 г., когда после потери портов на побережье республика оказалась блокирована. Ни официальная или тайная помощь таких стран, как Франция, ЮАР, Китай, Израиль, Португалия, ряда соседних африканских государств, ни использование военных специалистов-наемников, ни применение «вьетнамской» тактики ведения партизанской войны на территории противника - ничто не могло изменить ситуацию. С осени 1969 г. в результате очередного наступления под командованием генерала Олусегуна Обасанджо, будущего руководителя очередного военного правительства, а позже - президента страны, территория Биафры уменьшилась до 2000 кв. км, на которых оказалось сконцентрировано не менее пяти миллионов человек. В этот период Оджукву не раз заявлял о готовности уйти с поста главы непризнанной республики, если это может помочь достигнуть какого-то компромисса с федеральным правительством. В конечном счете в начале января 1970 г., теперь уже генерал, Оджукву передал свои полномочия полковнику Ф. Эфионгу и в ночь с 10 на 11 января вылетел с членами семьи и несколькими ближайшими соратниками в Абиджан. 70-тысячная армия Биафры подписала капитуляцию 15 января, война на этом завершилась.
Проведя в эмиграциия 13 лет (преимущественно в Кот-д’Ивуаре), Оджукву сумел использовать благоприятный момент в развитии политического процесса в Нигерии и в 1983 г. получил амнистию от правительства Шеху Шагари. Оно было заинтересовано привлечь голоса избирателей в штатах на востоке страны. Оджукву вступил в Нигерийскую национальную партию Шагари и баллотировался в сенат на выборах 1983 г., но ничего не достиг. И его бывшие противники, и единомышленники среди коллег-военных (федеральное правительство амнистировало значительное число «сепаратистов» и интегрировало их в вооруженные силы) не оставляли надежд трансформировать страну в соответствии со своими представлениями, места для гражданских политиков в этих планах еще долго не находилось. По-настоящему Оджукву сумел вернуться в Нигерию и продолжить свою политическую карьеру только к 1998- 1999 гг. Он попытался принять участие в президентских выборах 1999 г., представляя общественно-политические силы нескольких штатов на востоке и в центре страны, но проиграл. На выборах победил О. Обасанджо, теперь, как и Оджукву, отставной генерал, победитель Биафры в 1970 г., уже занимавший ранее высший пост в стране в составе военного правительства в 1976-1979 гг. В дальнейшем Оджукву не стал возвращаться в политику и живет в Нигерии частной жизнью.
События Гражданской войны, как и личность Оджукву, вызывают споры до сих пор, о них много написано профессиональными историками и исследователями конфликтов на Африканском континенте. Известный английский писатель, автор многочисленных политических детективов Фредерик Форсайт был в 1967 г. командирован в Биафру в качестве корреспондента Би-би-си. Вернувшись в Лондон и разругавшись со своими работодателями, обвинившими его в предвзятом отношении к федеральным властям Нигерии, Форсайт вновь вернулся в Биафру и почти год выполнял роль неофициального советника Оджукву. Он не наблюдал лично за концом непризнанной республики, но на основании своих записей и корреспонденций в 1970 г., по «горячим следам», выпустил неоднократно переиздававшийся том iiiiiiiiiiiiiiiiiii DZ t iiiiiiiiiiiiiiHiii


«История Биафры», где воздал должное Оджукву, борьбе Биафры за независимость, новым принципам отношений, которые «проигравшие сепаратисты» попытались предложить африканскому сообществу5. Позже, в 1974 г., Форсайт написал роман «Псы войны», в котором предложил свое видение института наемничества, в том числе связав события романа с неназванным генералом, вынужденным покинуть родину после проигрыша войны с центральным правительством. В 1984 г. он опубликовал еще один роман - «Эмека», посвященный Оджукву и тем событиям, которые угрожали расколоть Нигерию и в целом - Африканский континент и последствия которых ощущаются по сей день.
Н.Г. Щербаков
Сочинения
Ojukwu С.О. Biafra. Selected Speeches with Journals of Events. N. Y., 1969.
Литература
Cervenka Z A History of the Nigerian War 1967-1970. Ibadan, 1973.
First R. The Barrel of a Gun. L., 1970.
Forsyth F. The Making of an African Legend: The Biafra Story. L., 1969.
Nyerere J. K. The Nigeria-Biafra Crisis. The Government Printer. Dar-es-Salam, 1970.
The Other side of Nigeria’s Civil War. Publ. by the Africa Research Group. Cambridge (Mass.), 1970.
История Нигерии в новое и новейшее время / Ред Ю. Зотова, И. Следзевский. М„ 1981.
Форсайт Ф. Собр. соч.: В 5 т. М., 2003.
5 Forsyth F. The Making of an African Legend: The Biafra Story. L., 1970.


Сильванус Эпифанио ОЛИМПИО
Sylvanus Epiphanio Olympio,
6.IX.1902- 13.1.1963
Первый президент Того.
Сильванус Олимпио родился б сентября 1902 г., по одной версии - в Ломе (административном центре Германского Того), по другой - в городке Кпанду (область Вольта в современной Гане), в состоятельной католической семье. Со стороны отца, Эпифанио Эльпидио Олимпио, крупного нигерийского торговца, он имел бразильские корни: его дед, Франсиско Олимпио, эмигрировал из Бразилии в середине XIX в.; мать же, Нанага Аффе, была тоголезкой родом из Кеты, приморского селения на юге Того. Сильванус был старшим из 30 детей своего отца (от шести жен).
Мальчик получил исключительное для африканцев колониальной эпохи образование и говорил на шести языках. Окончив немецкую католическую начальную и английскую среднюю школы в Ломе, он в 1920 г. уехал в Европу, где изучал экономику (Лондон) и международное право (Дижон, Вена). Посетил многие европейские страны (Голландию, Швецию и др.).
По возвращении из Европы в 1927 г. Олимпио, имевший степень бакалавра престижной Лондонской школы коммерции, был приглашен на работу в англоголландскую компанию «Юнилевер». В 1928-1930 гг. он являлся заместителем генерального агента компании в Лагосе (Нигерия), в 1930-1932 гг. главой ее филиала в Хо (Британское Того), с 1932 г. - генеральным агентом «Юнайтед Эфрика Компании», дочерней компании «Юнилевер», во французском Того. Ни один африканец до него не делал такой карьеры в бизнесе, и поэтому «господин Сильванус» стал предметом гордости своих соотечественников.
В конце 1930-х годов Олимп ио увлекся политикой. Уже тогда он начал задумываться о возможности национального освобождения Того и о воссоединении народаэве, разделенного колониальными границами’. В 1941 г. Олимпио вступил в культурно-общественную ассоциацию Комитет тоголезского единства (КТЕ). Он был интернирован вишистскими властями, но освобожден после захвата Того голлистами. В тот период Олимпио открыто заявлял о своей приверженности националистическим ценностям: в 1944 г. он выступил против идеи культурной и политической ассимиляции тоголезцев и планов отмены преподавания в школах африканских языков («Мы хотим остаться тоголезцами и не желаем быть 1 После поражения Германии в Первой мировой войне ее колония Того была разделена между Францией и Великобританией (решение Верховного совета Антанты от 7 мая 1919 г.): первая получила мандат на управление восточной частью Того, вторая - западной.
iiiiiiiiiiitiiiHii IIIIIIIIHIIIIIIIII


европейцами»2). «Господин Сильванус» демонстративно ходил в традиционной одежде эве (кенте) и говорил на их языке. После войны Олимпио сумел превратить КТЕ в политическую организацию националистической направленности; в 1946 г. он добился включения в его программу пунктов о воссоединении эве и независимости Того.
В декабре 1946 г. КТЕ одержал победу на выборах в Территориальную ассамблею - законосовещательный орган, созданный при губернаторе. Став ее председателем, Олимпио развернул борьбу за расширение прав тоголезцев. В начале 1950-х годов колониальные власти спровоцировали раскол в КТЕ, из которого вышли представители северных этносов, создавшие Союз вождей и народов Севера (СВИС), что предопределило поражение Комитета на мартовских выборах 1952 г. от профранцузской коалиции СВНС и Тоголезской партии прогресса (ТПП) Николя Грюницкого, шурина и политического конкурента Олимпио. Пользуясь тем, что Того формально являлся подопечной территорией ООН, Олимпио перенес борьбу в ооновский Совет по опеке. В 1952 г. он отказался от высокооплачиваемой должности в «Юнилевер», чтобы полностью посвятить себя политике, что еще больше увеличило его популярность. Французские власти, пытаясь дискредитировать Олимпио, обвинили его в сокрытии зарубежных доходов; суд приговорил его к огромному штрафу и запретил заниматься политикой в течение пяти лет. В ответ КТЕ бойкотировал июньские выборы 1955 г.
30 августа 1956 г. Того получило статус автономной республики в составе Французского сообщества. Первое правительство автономии, составленное из членов ТПП и СВНС, возглавил Грю- ницкий. Но Олимпио смог убедить Совет по опеке не признавать нового статуса Того, и Парижу пришлось пойти на соглашение с КТЕ о проведении новых выборов под наблюдением ООН. Они состоялись 27 апреля 1958 г.; КТЕ и его союзники (левое молодежное движение ЖЮВЕНТО и Тоголезское народное движение) получили почти 70% голосов. 6 мая Олимпио занял посты премьер- министра. министров финансов и юстиции.
До 1956 г. лидер КТЕ считал, что независимости Того должно предшествовать воссоединение эве. Однако на референдуме 1956 г. жители Британского Того высказались за объединение с Золотым Берегом (современная Гана). С этого времени приоритетом для Олимпио стало политическое самоопределение Французского Того. 16 мая 1958 г. автономный парламент принял решение о провозглашении независимости, правда, с двухлетней отсрочкой, необходимой, по мнению председателя правительства, для подготовки конституции, реформы местного управления и финансового оздоровления3.
27 апреля 1960 г. Того обрело независимость. Олимпио, оставшись премьер- министром, фактически оказался и главой государства. 9 апреля 1961 г. он был официально избран президентом. В тот же день была одобрена первая конституция, оформившая создание президентской республики: президент избирался сроком на 7 лет всеобщим голосованием, назначал и смещал министров и всех должностных лиц, имел право законодательной инициативы, мог распустить Национальное собрание.
Своей главной задачей Олимпио поставил достижение реальной независи2 Цит. по: Agbobli А.К. Sylvanus Olympio. Le père de l’indépendance togolaise. Lomé, 2007. P. 92.
3 Tètè Tété G. Démocratisation à la togolaise. P., 1998. P. 17.
iiiiiniiiiiiiiiiii iiiiiiiHiiiiiiitit


мости, прежде всего от бывшей метрополии: «Я сделаю все возможное, чтобы Того обошлось без Франции»4, - заявлял он еще в 1958 г. По его убеждению, условием независимости является в первую очередь финансовая самостоятельность5. Уже в 1960 г. ему удалось сбалансировать бюджет, ликвидировав огромный дефицит колониального периода за счет политики жесткой экономии государственных средств, что избавило Того, в отличие от других африканских стран, от необходимости прибегать к внешним займам. Он даже подготовил выход страны из зоны франка и планировал ввести национальную валюту, которую намеревался привязать к немецкой марке.
За время своего правления Олимпио пытался осуществить серию амбициозных проектов экономической модернизации; их финансирование осуществлялось через специально образованный для этого Тоголезский банк развития. Было начато строительство глубоководного порта в Ломе, возведена гидроэлектростанция в Климе (открыта в 1963 г.), создана разветвленная сеть дорог. Президент поощрял организацию сельскохозяйственных кооперативов, широко используя израильскую модель киббуца. Он внедрял в экономическое управление элементы научного прогнозирования и планирования (Служба сельскохозяйственного развития и др.). Ряд усилий был предпринят для установления контроля над природными богатствами страны: по его инициативе были проведены геолого-разведовательные работы на юге страны; французской Тоголезской компании бенинских шахт, монополизировавшей добычу и продажу фосфатов (главного продукта экспорта Того), было предложено передать государству 20% акций для последующего их распределения среди тоголезцев. Олимпио создал государственную компанию «Тогофар- ма», чтобы решить проблему дорогих импортных медикаментов. Большое внимание он уделял подготовке национальных кадров, чтобы не зависеть от услуг зарубежных, особенно французских, специалистов (Служба африканизации государственного аппарата).
Это стремление обеспечить реальную независимость вызывало недовольство Парижа, не желавшего терять контроль над бывшими колониями. Хотя французские специалисты и были представлены в разных сферах жизни Того (например, майор Жорж Метрие являлся советником президента по безопасности и курировал военное строительство), франко-тоголезские отношения оставались натянутыми.
Олимпио проводил политику неприсоединения к военно-политическим блокам, что не мешало ему активно сотрудничать с рядом стран Запада (США, ФРГ, Великобритания), на которые он предполагал опереться, чтобы избавиться от французской опеки. Олимпио выступал сторонником координации усилий стран Черного континента по строительству новой Африки и старался сохранять дружественные отношения со своими соседями. Однако ему не удалось избежать конфликта с президентом Ганы Кваме Нкрумой, выдвинувшим проект создания федерации двух стран, который был воспринят Олимпио как попытка аннексии Того. В ответ на его отказ поддержать этот проект Нкрума закрыл гано-тоголезскую границу.
Во внутренней политике Олимпио демонстрировал определенную склонность к авторитаризму. Оппозиционные партии - Демократический союз тоголезских народов (ТПП + СВНС) и ЖЮ- ВЕНТО - были отстранены от участия в президентских и парламентских выборах 4 Цит. по: Ibid. Р. 21.
5 Ibid. Р. 18.


1961 г., и все места в парламенте получила Партия тоголезского единства (бывш. КТЕ). В январе 1962 г. были запрещены оппозиционные партии, обвиненные в организации антиправительственных заговоров; часть их лидеров оказалась в тюрьме, часть эмигрировала. К концу правления «отца тоголезской независимости» число политзаключенных достигло 2,5 тыс. Созданная при правящей партии милиция «аблоде соджа» терроризировала противников режима. Начал создаваться культ личности Олимпио: день его рождения был объявлен праздничным (нерабочим) днем. В Того фактически установилась система личной власти в форме однопартийного режима.
Политика жесткой экономии, сопровождавшаяся снижением уровня жизни многих тоголезцев, вела к падению популярности Олимпио. Президент отказался ввести 40-дневную рабочую неделю и индексировать (несмотря на 20-процентную инфляцию в 1961— 1962 гг.) зарплату госслужащих; он также объявил о ее сокращении на 5%, пообещав вернуть «долг», когда экономическое положение улучшится. Олимпио категорически возражал против увеличения численности вооруженных сил, насчитывавших при нем всего 250 военнослужащих (Того тогда было наименее милитаризованной страной в Африке) - он вообще планировал заменить профессиональную армию всенародной милицией по швейцарскому образцу.
Военная политика Олимпио и стала главной причиной его падения. В 1962 г. в Того вернулось более 600 демобилизованных солдат французских колониальных войск. Президент, опасаясь засорения армии «контрреволюционными элементами» и не желая увеличивать ее бюджет, отказался зачислить их на военную службу, предложив им ссуду для обустройства в гражданской жизни. Возмущенные ветераны во главе с сержантом Эмманюэлем Боджолле организовали заговор, за которым, по мнению некоторых исследователей (Ф.-К. Вершав и др.6), стояла Франция. В ночь с 12 на 13 января 1963 г. они захватили президентскую резиденцию, охранявшуюся всего двумя полицейскими. Олимпио пытался спрятаться на территории примыкавшего к ней посольства США, но был обнаружен мятежниками и застрелен старшим сержантом Эйадема Гнассинбе, будущим диктатором Того. Попытка его сына Бо- нито Олимпио призвать народ к оружию не вызвала никакого отклика у жителей Ломе.
Президент США Джон Кеннеди очень точно оценил убийство Олимпио как «удар по движению Африки к политической стабильности»7. И действительно, оно стало началом настоящей эпидемии военных переворотов, охватившей Черную Африку в постколониальную эпоху, а в самом Того открыло путь к установлению (четыре года спустя) военной диктатуры, которая сделала 13 января национальным праздником страны.
И.В. Кривушин
Литература
Agbobli А.К. Sylvanus Olympio, Un destin tragique. Dakar; Lome, 1992.
Welch C.E. Dream of Unity: Pan-Africanism and Political Unification in West Africa. Ithaca, 1966.
6 Verschave F.-X., Beccaria L. Noir procès: offense à chefs d’État. P, 2001. P. 32. См. также: Cumming G. Aid to Africa: French and British Aid from the Cold War to the New World Order. Aidershot, 2001. P. 330; Tété-Adjalogo T.G. Histoire du Togo: le régime et l'assassinat de Sylvan^ Olympio, 1960-1963. R, 2002. P. 116.
7 Time. 1963. Vol. 81. P. 27.
IIIIIIIIIIIIIIIHII 632 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Джордж ПЭДМОР
George Padmore, урожденный Малькольм Айвон Нэрс (Malcolm Ivan Nurse), 13.VI.1903-23.IX.1959
Журналист. общественно-политический деятель.
Родился на о. Тринидад, британском владении в Вест-Индии, в семье потомков рабов, вывезенных из Африки. Семья, глава которой был учителем средней школы, очень много дала Малькольму. Именно такие учительские семьи выполняли роль неформальных интеллектуальных и общественных центров колониального общества Вест- Индии. Родители смогли обеспечить сыну приличное по меркам столицы, Порт-оф-Спэйна, образование в католическом колледже св. Марии, что позволило ему уже в 19 лет стать репортером центральной ежедневной газеты колонии «Trinidad Guardian». Несогласие с верноподданнической позицией издателей и юношеские амбиции подтолкнули его в 1924 г. к отъезду в США. При этом Малькольм оставил на острове молодую жену и новорожденную дочь. Ребенку еще до рождения было выбрано имя «Блайден» в честь Уильяма Блайдена, известного западноафриканского общественного деятеля, автора концепции «африканской личности». Интерес к историческим корням в семье Нэрсов имел достаточно оригинальный характер. Отец Малькольма, Джеймс Нэрс, много позже после отъезда сына в США, принял ислам - неординарный шаг для добропорядочного католика, совершенный скорее из чувства протеста против политической роли религии, ассоциируемой с колониальной подчиненностью, чем с осознанным стремлением приобщиться к новой истинной вере. Благодаря материальной помощи родителей Пэдмор мог позволить себе выбирать между двумя специальностями - медициной и юриспруденцией, пользовавшимися в то время вполне понятной популярностью у негритянской молодежи в американском Университете Фиска, а затем Университете Нью-Йорка. В Университете Фиска он познакомился с приехавшим из Южной Нигерии студентом Ннамди Азикиве, общение с которым очень помогло Малькольму в процессе осознания своей принадлежности к африканской диаспоре. В конечном счете он оказался исключенным из Говардского университета, где изучал право, за публичный протест против политики Великобритании в карибских колониях, выраженный им во время посещения британским послом этого известного «черного» университета.
Перемены в социальном составе и численный рост городского черного населения, в первую очередь в таких мегаполисах как Нью-Йорк и промышленные центры Северо-Запада, создали к середине 1930-х годов возможности для появления в США массовых печатных изданий, ориентированных на сплочение и политическое воспитание этого нового слоя американского общества. Молодой журналист Нэрс активно публиковался в различных газетах Гарлема, а с 1927 г., iiiiiiiiiiiiiiiiiii олл lllllllllllllllllll


вступив в компартию США, стал автором ее печатного органа «Дейли Уоркер» и начал участвовать в работе черных профсоюзов, контролируемых компартией. В нью-йоркский период своей журналистской карьеры Малькольм Нэрс становится Джорджем Пэдмором. Со временем этот газетный псевдоним превратился в хорошо узнаваемое в самых разных частях света громкое политическое имя.
Его привлекли для участия в избирательной кампании Уильяма Зебюлона Фостера, руководителя компартии, который в это время баллотировался на пост президента США. К концу 1920-х годов КП США уже преодолела внутренний раскол и активно сотрудничала с Коминтерном. Фактически основные направления ее деятельности определялись руководством Коминтерна. К середине 1920-х годов сложилась практика кадрового пополнения центрального аппарата Коминтерна за счет наиболее активных и образованных представителей национальных коммунистических организаций Именно поэтому в конце 1928 - начале 1929-го года Пэдмор перебирается в СССР.
С самого начала деятельности Коминтерна существовала тенденция объединять африканские проблемы с афроамериканскими (или, как они назывались тогда, негритянскими). С начала 20-х годов существовало Негритянское бюро в составе Восточного лендерсекретариата. Но до VI конгресса Коминтерна (17.06 - 1.09 1928 г.) систематической работы с организациями африканских колоний по существу не было. Появлению на этом конгрессе тезисов «О революционном движении в колониях и полуколониальных странах» предшествовало проведение в феврале 1927 г. в Брюсселе по инициативе Коминтерна учредительного конгресса Лиги борьбы против империализма, колониального угнетения и за национальную независимость (более известной как Антиимпериалистическая лига)1. Активизации работы Коминтерна с Африкой должно было способствовать и создание в рамках Профинтернав 1928 г. Международного профсоюзного комитета негритянских рабочих (МПКНР)1 2. Именно в этом коминтерновском подразделении начал свою деятельность американский коммунист Джордж Пэдмор по прибытии в Москву. С учетом его опыта журналистской работы и участия в профсоюзном движении ему выделили очень важный и сложный участок работы: он стал сотрудником, ас осени 1931 г. - главным редактором журнала МПКНР «Нигро Уоркер», предназначенного для негритянского населения США, африканских колоний и населения Вест-Индии. Этот журнал (выходил с 1928 по 1937 г.) стал уникальным из-« данием, освещавшим проблемы международного коммунистического и рабоче-i го движения для народов африканского] происхождения и тщательно собиравшим и анализировавшим информацию] из колоний африканского континента,। Вест-Индии и из США.
Журнал «Нигро Уоркер» был рассчитан на постепенное политическое! воспитание, «подтягивание» до понимания политических задач той массы чер-1 ного населения в метрополиях и колониях, которое в межвоенное двадцатилетие,] по мнению идеологов Коминтерна, стало] представлять важный резерв сил миро-1 вой революции. Создание Профинтерна| и МПКНР и неразрывная связь их деятельности с деятельностью Коминтерна] 1 Соркин Г.З. Антиимпериалистическая лига. 1927-1935. М.: Наука, 1965.
2 Голден Л.О. Международный профсоюзный комитет негритянских рабочих (К сорокале-| тию первой международной конференции негритянских рабочих) // Народы Азии и Африки] 1970. № 5.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


компенсировали недостаток возможностей национальных коммунистических организаций в тех случаях, когда низкий уровень политической зрелости населения не позволял вести пропагандистскую и организационную работу в соответствии с принятыми в центре установками. Перед Пэдмором, сменившим на посту главного редактора другого афроамериканца - члена руководства КП США Джеймса Форда, стояла сложная задача повысить сознательность читателей до возможности понимания коминтерновской пропаганды. Но во многих случаях, особенно когда это касалось населения собственно колоний, важно было не столько разъяснять стратегию и тактику деятельности коммунистов, сколько заниматься, по сути, ликвидацией безграмотности («ликбезом»), как политической, так сплошь и рядом прозаической. Самому Пэдмору тоже пришлось заниматься повышением своего образовательного уровня в одном из учебных центров Коминтерна - Коммунистическом университете трудящихся Востока ( КУ ТВ ), где он начал обучение с сентября 1932 г. под партийным псевдонимом Хамильтон. Спустя год руководство КУТВ отмечало его блестящие способности, но вместе с тем скрытность и определенную разочарованность в системе обучения в КУТВ и в целом в коммунистической идеологии3. К этому времени политический кругозор и организаторский опыт Дж. Пэдмора значительно обогатились. Ему пришлось налаживать работу редакции журнала в Германии, где МП КНР имел достаточно сильные позиции и откуда легче было продолжить распространение журнала с помощью входивших в организацию моряков. Там же он выпустил свою первую книгу «Жизнь и борьба негритянских трудящихся» (1931 г.), в которой остро критиковал не только колониальную политику традиционных метрополий и США, но, в продолжение своих прежних статей, «громил» буржуазных соглашателей-панафриканистов (Уильям Дюбуа) и «черных расистов» (Маркус Гарви). Необходимо помнить, что общая обстановка - «Великая депрессия» в США и разрастание мирового экономического кризиса - способствовала усилению критики капиталистической системы изнутри, в том числе со стороны общественно-политических организаций колоний. Пэдмор и его коллеги активно использовали эти обстоятельства, журнал увеличил тираж и стал проникать в удаленные районы колониального мира.
Изменение политической ситуации после прихода к власти в Германии национал-социалистической немецкой рабочей партии во главе с Гитлером заставило МП КНР временно приостановить издание «Нигро Уоркер» и переместить редакцию из Гамбурга. Дж. Пэдмор подвергся короткому тюремному заключению, как британский подданный был в конце 1933 г. выслан в Великобританию. Накануне и в процессе вступления СССР в Лигу Наций в 1934 г. Коминтерн стал пересматривать принципы критики колониальной политики. Традиционные метрополии оказались пусть временными, но очень важными для СССР союзниками, с которыми можно было в той или иной форме противодействовать агрессивной стратегии Антикоминтер- новского пакта - союза Германии, Италии и Японии. Для Пэдмора это означало временный запрет на критику его неизменного противника - британского империализма. Таких перемен в политике Коминтерна Пэдмор не принял. Его отношение к происходившим переменам было сформулировано позже, когда он уже прочно осел в Лондоне и возоб3 Давидсон А.Б. Коминтерн и Африка. Документы. Введение / Сост. В. Городнов. СПб., 2003. С. 34, 35.
iitiiiiiiimiiiiii 635 llliltlllllllllllll


новил публицистическую деятельность, теперь направленную на критику отношения Коминтерна и СССР к антиколониальным движениям. Поэтому трудно сказать с уверенностью, что в большей степени определило стремительный разрыв Пэдмора с недавними соратниками - провоцирующие обстоятельства или долго копившееся разочарование в идейных постулатах коммунистического движения, которое отмечали его коллеги еще в период учебы в КУТВе.
В середине 1934 г. появилась официальная информация о его разрыве с Коминтерном. Летом того года издание «Нигро Уоркер» было возобновлено в Антверпене (позже - в Копенгагене, Париже и Нью-Йорке). Про «предателя» была опубликована статья «Взлет и падение революционного бойца Джорджа Пэдмора»4. Главное обвинение, предъявленное недавнему единомышленнику, состояло в том, что он долго маскировался, но на самом деле всегда считал, что «Африка должна принадлежать неграм, а Европа - белому человеку». Для доказательства этого тезиса привлекались многочисленные статьи Пэдмора, опубликованные в предыдущие годы, в которых он отстаивал идею справедливости претензий к белым угнетателям как со стороны американских негров, так и со стороны африканцев в различных колониях. Необходимо отметить, что до отказа Пэдмора работать на Коминтерн ни один из искушенных редакторов или руководителей различных организаций, входивших в Коминтерн, не находили ничего мелкобуржуазного или расистского в материалах или выступлениях Пэдмора. Сам он предпочел не вступать в полемику, переключившись в Британии на организационную деятельность в кругу землячеств и союзов выходцев из британских колоний. Не стал он и категорически отрекаться от своего недавнего коминтерновского прошлого, выступать с какой-либо критикой соратников по работе в коминтерновских организациях. Кстати, некоторые из них, не порывая официально, как Пэдмор, с Коминтерном, в это время тоже жили в Лондоне или наведывались туда, продолжая в той или иной форме общественно- политическую деятельность в интересах своих колониальных отечеств. Из наиболее известных фигур следует выделить однокашника Пэдмора по КУТВ кенийца Джомо Кениату (московский псевдоним Джокен). В Лондоне Пэдмор встретил своего земляка и друга юности Сирила Джеймса, спортивного журналиста, активиста вест-индского землячества в Великобритании. С началом агрессии фашистской Италии против Эфиопии в 1935 г. (в те годы - Абиссинии, единственного независимого государства черной Африки) С. Джеймс явился инициатором создания общества «Международные африканские друзья Абиссинии» (И АФ А), где Пэдмор стал члено!и Исполнительного комитета, а вскоре фактическим руководителем этой расширявшей сферу своих интересов организации.
Джордж Гриффит (еще один выходец из Вест-Индии, ради политической конъюнктуры ставший «эфиопом» Расом Макконеном) связал Пэдмора с представителями эфиопского посольства в Великобритании. Их объединенными усилиями была проведена церемония торжественной встречи императора Эфиопии Хайле Селассие, когда он в 1936 г. прибыл в Лондон в изгнание.
Конкретность целей лишала ИАФА перспективы деятельности: с окончанием военных действий в Эфиопии ИАФА передала часть своих функций так называемой Абиссинской ассоциации, ко4 The rise and fall of George Padmore as a revolutionary fighter // Negro Worker. 1934. August. Vol. 4. No. 4. P. 15-17,21.
OJO IIIIIIIIHIIIIIIIII


торая была создана представителями университетских и научных кругов. Пропагандистские функции взяла на себя газета «New Times and Ethiopian News», издававшаяся известной английской общественной деятельницей Сильвией Панкхерст.
Недолгое время существования II АФ А не было отмечено сколько- нибудь значительными мероприятиями. Достоверной информацией о положении в Эфиопии ее участники не обладали, и Пэдмор теперь мог по достоинству оценить те возможности, которыми располагали его недавние коллеги по журналу «Нигро Уоркер», где абиссинские материалы появлялись регулярно. Ограниченные возможности Дж. Пэдмора объяснялись отчасти тем, что официальные представители Эфиопии за рубежом в тот период не были по-настоящему заинтересованы в развертывании действенной кампании солидарности с антиколониальной борьбой, которую вел эфиопский народ5. Заняв постепенно положение главного идеолога объединений выходцев из британских колоний, обосновавшихся в Лондоне, Пэдмор следующим образом определил их настроения этого периода: «Осознав свою полную беззащитность перед лицом новой агрессии европейцев в Африке, черные почувствовали необходимость разобраться в самих себе»6.
В конце 1936 - начале 1937 года те же люди, что создавали ИАФА, учредили Международное африканское бюро обслуживания (ИАСБ). Работа этой организации была подчинена решению в основном тактических задач - юридическая помощь выходцам из колоний и цветным студентам в Великобритании, лоббирование интересов делегаций, прибывавших из Африки или Вест-Индии, организация различных мероприятий землячеств и группировок цветного населения в Лондоне. Интересно, что по сути взяв на вооружение идеи панафриканского единства, активисты ИАСБ во главе с Пэдмором вплоть до 1945 г. не пытались никоим образом заниматься анализом или пересмотром идейного багажа этого движения. Что еще более важно: не существовало ни одной серьезной попытки установить отношения с афроамериканскими организациями и изданиями или привлечь к деятельности ИАСБ У. Дюбуа, «мелкобуржуазного соглашателя-панафриканиста», находившегося у себя на родине в своеобразном политическом забвении7. Интересно также отметить, что обвиненный ранее коминтерновцами в пропаганде «черного расизма» Дж. Пэдмор не пытался приобщить к деятельности возглавляемых им организаций высланного из США «на Родину» - в столицу Британской империи - Маркуса Гарви, по сути основоположника современного «черного расизма».
«Звездный час» для ИАСБ и его главного идеолога Джорджа Пэдмора наступил незадолго до окончания Второй мировой войны. Силами этой организации был подготовлен и проведен в Манчестере осенью 1945 г. важнейший форум народов африканского происхождения в колониальную эпоху - Пятый панафриканский конгресс. Пэдмор сумел восстановить и обновить свои старые профсоюзные связи и своеобразно объединил проведение панафриканского конгресса с первым послевоенным конгрессом Всемирной федерации профсоюзов в Пари5 Makonnen R. Pan-Africanism from within /Ed.by К. King / Nairobi: Oxford University press, 1973.
6 Padmore G. Pan-Africanism or Communism? The coming struggle for Africa. L.: Dobson, 1956. P.146
7James CL.R. A History of Pan-African Revolt. Washington: Drum and Spear Press, 1969.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii OJf iiiiiiiiiiiiiiiiiii


же. Из почти 100 участников встречи в Манчестере более трети были профессиональными профсоюзными деятелями, а из 60 представленных организаций по крайней мере одну треть составляли профсоюзы африканских территорий, 11 стран Карибского бассейна и профсоюзные объединения выходцев из колоний в самой Великобритании8.
Важным «приобретением» Пэдмора на этапе подготовки и проведения Пятого конгресса было включение в состав Панафриканской ассоциации, формально заменившей ИАСБ, недавнего выпускника американских университетов, выходца из британской колонии Золотой Берег Кваме Нкрумы, которого в то время чаще называли Фрэнсисом Нкрумой. Его рекомендовал Пэдмору как не очень способного, но целеустремленного националиста, намеренного «выгнать европейцев из Африки», С. Джеймс, помогавший Нкруме в США9. В результате авторами основных документов Манчестерского конгресса стали африканец Нкрума, афроамериканец Дюбуа и вест-индиец Пэдмор - представители основных групп народов африканского происхождения10 11.
Пятый панафриканский конгресс был проведен в переломный момент истории народов африканского происхождения. Военная пора породила новые ожидания у колониальных народов, большинство которых осознавало себя гражданами государств - участников антифашистской коалиции. Планы послевоенного переустройства мира, намеченные в Атлантической хартии и на основных международных конференциях в годы войны, появление ООН, обозначившиеся линии раздела между восточным и западным блоками - все это активизировало процесс самоосознания и самоутверждения в среде народов африканского происхождения. Наряду с этим активно продолжалось социальное расслоение как в африканском колониальном обществе, так и среди его представителей в метрополии, в первую очередь в цветной общине в Великобритании. Увеличился диссонанс в идейных позициях представителей французских и британских колоний. В силу объективных условий гораздо дальше, чем это было на начальном этапе движения панафриканских конгрессов, разошлись интересы африканских народов и афроамериканцев. Все эти тенденции нашли свое отражение и по форме и по существу на Манчестерском конгрессе.
По признанию участников конгресса, Пэдмор явился главным его идеологом задолго до начала заседаний. Он тщательно формировал состав делегатов, отдавая предпочтение представителям с мест. Ими было легче управлять, их выступления было проще отредактировать и получить для итоговых документов нужные выводы. «Обращение к ООН» У. Дюбуа по сути никто не оспаривал: время проведения конгресса почти совпало с работой учредительной конференции ООН в Сан-Франциско, и известить эту новую международную организацию о панафриканских воззваниях было вполне уместно. А вот «Вызов колониальным державам», сформулированный К. Нкрумой, уже почти стал камнем преткновения, поскольку сам Нкрума считал свои предложения на конгрессе чуть ли не марксистской программой обновления Африки11. На этом фоне
8 History of Pan-African Congress. Colonial and... colored unity. A programme of action / Ed. by G. Padmore. London: Hammersmith, 1947. P. 30
9Jonson K. George Padmore honored in London. Sunday Express. 1998. Nov. 1. P.15.
10 Документы панафриканского движения // Расы и народы. Вып. 7. М., 1977.
11 Нкрума К. Я говорю о свободе. Изложение африканской идеологии. М.: Изд-во иностранной литературы, 1962. С. 57.
i О>о iiitiiiiiiiiiiiiiii


Пэдмор большинству панафриканистов послевоенного призыва казался умудренным политиком, который как никто другой был способен не допустить в обновляемый панафриканизм коммунистический дух, давно и яростно им критикуемый. Но и с афро-американским патернализмом ему, выходцу из Вест- Индии, тоже было не по пути. Таким образом, только от Пэдмора, придумавшего и организовавшего Пятый панафриканский конгресс, зависело то, каким должно было стать содержание панафриканского движения во второй половине XX в. В действительности после успешного завершения форума Пэдмор, тем не менее, не стал использовать сформированную специально «под конгресс» Панафриканскую ассоциацию, понимая, что в новых условиях панафриканские идеи не смогут быть универсальным объединяющим началом столь разных народов. Он все больше убеждался в том, что национально-освободительные движения в Африке и Азии руководствуются разными целями, работают в слишком разных условиях. Его убеждали в этом контакты с Дж. Неру, Дж. Кениатой, Н. Азикиве и многими другими выходцами из колоний, поставлявшими ему информацию о стремительно меняющейся обстановке в колониальном мире. Главное внимание он уделил теперь опеке молодых африканских националистов, в первую очередь Нкрумы. В декабре 1947 г. именно его доводы о необходимости «революционизировать» партию Объединенный Конвент Золотого Берега склонили Нкруму принять приглашение этой партии стать ее генеральным секретарем12. В дальнейшем, по мере восхождения Нкрумы к власти в колонии Золотой Берег, Пэдмор выступал его неофициальным советником, а после 1957 г., с появлением независимой Ганы, он занял специально учрежденный 12 Brockway F. The Colonial Revolution. L: MacGibbon, 1973. P. 334,335.
для него пост советника Нкрумы по связям со странами Африки. Незадолго до этого знаменательного события в 1956 г. Пэдмор успел выпустить свою наиболее известную книгу «Панафриканизм или коммунизм? Грядущая схватка за Африку», представлявшую собой компиляцию его работ разных лет, преимущественно статей для англоязычных периодических изданий. Основной тезис, заявленный в названии книги, по-настоящему в ней так и не был расшифрован. Но именно в этой книге Пэдмор наконец свел счеты со своими давними гонителями из Коминтерна, прославляя таких «независимых коммунистов», как Тито, Мао Цзэдун, Энвер Ходжа, отвергнувших диктат Сталина, но сохранивших, по мнению Пэдмора, верность идеалам международного рабочего движения.
В отличие от Уильяма Дюбуа, своего сначала антагониста, затем соратника и единомышленника, Джордж Пэдмор сумел в конце жизни пусть ненадолго, но все же стать действительным архитектором независимой Африки. Под его началом в ганском Бюро по связям с Африкой работали или консультировались представители многих освободительных движений континента. По просьбе Нкрумы Пэдмор использовал свои связи и авторитет, в том числе среди молодых африканских националистов, для организации в Гане в 1958 г. Конференции независимых стран Африки. По злой иронии судьбы Пэдмор не дожил совсем немного до предсказанного им еще в межвоенный период Года Африки. Он скончался в Лондоне в сентябре 1959 г. достаточно неожиданно, что породило слухи об отравлении его противниками Нкрумы, недовольными вмешательством в дела независимой Ганы иностранного радикала с коммунистическим прошлым. По указанию Нкрумы прах Джорджа Пэдмора был торжественно захоронен в Аккре.
Н.Г. Щербаков
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 639 lllllllllllllllllll


Учитывая то, что на русском языке практически не опубликовано ни одной работы Дж.Пэдмора, завоевавшего свой авторитет и известность прежде всего в качестве публициста, представляется важным дополнить его портрет публикацией статьи, характеризующей именно эту сторону его личности. Этот материал посвящен критике сталинской внешней политики и «предательства» пролетарского интернационализма и появился незадолго до официального подведения итогов советско-финской войны - подписания мирного договора 12 марта 1940 г. В данной статье Пэдмор почти не упоминает какие-либо африканские реалии, за исключением итальянской агрессии в Эфиопии. Но принципы анализа политической ситуации в мире, критика империализма и его непоследовательного антагониста - сталинского СССР, лексика и даже построение фраз - все это явилось прямым продолжением того опыта публициста, который Пэдмор нарабатывал в период своего участия в деятельности Коминтерна в конце 1920 - начале 1930-х годов. Такой документальный материал точно и непредвзято показывает Джорджа Пэдмора как политика, публициста, идеолога, никогда не ограничивавшегося пределами столь важной для него Африки.
Джордж Пэдмор.
Руки прочь от Советского Союза! (Статья из еженедельника «Лефт».
Лондон. 1940 г. Февраль. № 41)
Русско-финский конфликт делает необходимым для международного рабочего движения капиталистических стран дать новую оценку своего отношения к Советскому Союзу.
Сегодня потенциальная опасность империалистической интервенции против Советского Союза больше, чем когда бы то ни было с 1921 года. Это логический итог фундаментальной ошибки Сталина, стремящегося построить «социализм в отдельно взятой стране» за счет мировой революции. Мы сожалеем о советском нападении на Финляндию и должны определить ответственность Сталина за этот удар по престижу международного социализма. Тем не менее британский рабочий класс должен сохранять бдительность в связи со стремлением капиталистов втянуть его в войну против русских рабочих и крестьян под лицемерным предлогом защиты «бедной маленькой Финляндии».
Мы не должны недооценивать эту опасность, поскольку многие защитники западного империализма по обе стороны Атлантики заявляют, что пришло время ликвидировать социалистическую экономику Советского Союза и, как достойное завершение этого, восстановить частную собственность на средства производства.
Наиболее значимое заявление было сделано Даладье во французском Национальном собрании относительно того, что «с самого начала - когда Лига Наций выказала свое осуждение, мы в рамках Устава (именно так!) выполняли свой долг. Мы выполняли свой долг в отношении этой страны с чистым сердцем и будем делать это и впредь». Такая позиция, занятая одним из тех, кто помог удушить испанскую демократию и сговорился с Чемберленом для того, чтобы ликвидировать чешскую независимость, должна быть достаточным доказательством для международного рабочего класса реальной опасности развязывания настоящей войны против России.
«Медные каски»13 еще более откровенно воинственны. Генерал сэр Хьюберт Гу открыто защищает морское нападение на Советский Союз. Генерал пишет 13 Высшее военное руководство англо-саксонских стран.
iiiiiiiHiiiiiiiiii O4U iiiiiiiiiiiiiiiiiir


«Никто не предлагает направлять экспедиционные силы в Финляндию - для этого нет необходимости, но мы можем и должны использовать наш флот. Нам нужно отправить военно-морской отряд в Петсамо для того, чтобы уничтожить русские военные базы в Северном море, защитить левый фланг финнов и блокировать Мурманск».
Эта идея нашла свое развитие у военного корреспондента «Ле тамп», органа Комитета производителей стали, крупнейших промышленников Франции.
Это не бред безответственных людей, но политические заявления военных руководителей объединения союзников- капиталистов. Опасность интервенции всегда нависала над Советским Союзом и будет сохраняться до тех пор, пока Россия окружена враждебными капиталистическими государствами. Но эта потенциальная угроза сейчас стала реальностью, благодаря внешней политике Сталина, которую он вынужден вести из-за того изолированного положения, в котором оказался Советский Союз по отношению к международному рабочему движению. Отказавшись от идеи Мировой революции и зависимости от поддержки международного рабочего класса в противостоянии с происками империалистических политиков, Сталин был вынужден волей-неволей добиваться союзничества с правящими кругами империалистических держав, чьи внешнеполитические интересы на данном этапе совпадали с мирными планами Кремля.
Учет этого факта является обязательным условием для понимания зигзагов советской внешней политики в последние годы. Чем больше Советский Союз увязает в собственных внутриэкономи- ческих проблемах, тем больше его лидеры попадают в зависимость от политики упомянутых держав и должны учитывать разногласия между империалистами, лишаясь тем самым поддержки мирового пролетариата и народов колоний. В своей ориентации на западные демократии (Великобританию и Францию) Кремль обязан надеть намордник на революционную политику Коминтерна для того, чтобы выглядеть респектабельно перед своими потенциальными союзниками. Такая ориентация проявляется в политике Народного форонта в империалистических странах и в полном разрыве с национально-освободительными движениями в колониях.
Печальные последствия этой политики Сталин ощущает сегодня, именно тогда, когда Совесткий Союз в наибольшей степени нуждается в симпатиях и активной поддержке международного рабочего движения и колониальных народов. Будучи вытесненными со сцены, Народные фронты, это пестрое собрание политических лицемеров, представителей среднего класса, сегодня в наибольшей степени клевещут, поносят и осуждают советскую агрессию против «бедной маленькой Финляндии». В считанные дни эти мелкобуржуазные интеллектуалы перешли в антисоветский лагерь вместе с Муссолини, Франко, папой римским и этим почтенным органом британского «социализма» - «Дейли геральд». Вот она - горечь преданной любви! Рабочие, с другой стороны, несмотря на свой здоровый классовый инстинкт, оказались в замешательстве и были преданы политическими извратителями Коминтерна и его британскими попутчиками.
В такой туманной ситуации большинству людей трудно видеть перспективу. Поэтому на социалистов- революционеров выпадает особая миссия разобраться в проблеме, поскольку только таким путем массы смогут увидеть ситуацию в правильной классовой перспективе.
Отвергая претензии сталинистов на то, что «в Советском Союзе одержана окончательная победа социализма», мы, тем не менее, утверждаем, что Россия - действительно государство рабо04 f IIIIIIIIIIIIIIIHII


чих. Размер статьи не позволяет провести полный анализ этого вопроса, но мы беремся утверждать неоспоримость того факта, что частная собственность на средства производства - землю, железные дороги, шахты, банки, фабрики и т. д. - была упразднена. Один этот факт создает принципиальное отличие Советского Союза от капиталистическо- империалистических государств. Такая общественная собственность на средства производства является самым важным условием для перехода от капитализма к социализму, от социализма к коммунизму, полностью бесклассовому обществу. Именно это экономическое отличие и его социальная значимость заслуживают нашей поддержки. Но это не может заставить нас закрывать глаза на многие недостатки в экономической области и проявления социального неравенства, а также на отсутствие подлинной пролетарской демократии в России. При всех этих недостатках, тем не менее, Советский Союз исторически опережает другие великие державы.
Всевышний - свидетель тому, что Сталин и его приспешники не только морально унизили нас, поскольку как социалисты мы оправданно считаем, что этические принципы и идеалы, за которые мы боремся, оказались преданы. Нас приравняли к буржуазии - угнетателю прав народов, истребителю слабых наций и подстрекателю войны. Но мы и здесь не должны позволить нашим субъективным чувствам ослепить нас и заставить не заметить опасности, грозящей не только Советскому Союзу, но и нам самим. Раболепная, предательская буржуазия всегда стремится поставить себе на службу наше классовое негодование и сделать нас, рабочий класс и колониальные народы, иструментом своей политики эксплуатации.
До тех пор, пока Сталин не вернет русским и иностранным капиталистам их собственность и не позволит им создать в Москве биржу и остальные прелести финансового капитала, западные капиталисты никогда не оставят своих планов утопить рабочий класс России в крови, стремясь вернуть то, что они потеряли в 1917 г. Эти денежные мешки интересуются финскими рабочими и крестьянами не больше, чем рабочими и крестьянами в Чехословакии, Австрии, Абиссинии, или в Китае, народы которых многие годы ведут борьбу за то, чтобы сбросить иго не только японского, но французского, британского или американского империализма. Британских и французских империалистов, подчинивших в прошлом многие народы, не заботят принципы самоопределения, они используют их лишь для маскировки своих имперских и классовых интересов.
Важно, что Муссолини, захвативший Абиссинию с помощью отравляющих газов и пославший свои легионы в Албанию в священный день по календарю католической церкви - светлую пятницу, - находится сегодня среди тех, кто в наибольшей степени клеймит агрессию Сталина. А Ватикан, благословивший абиссинскую авантюру, не останавливается в своей критике красных.
Американские капиталисты столь же лицемерны, как и их европейские партнеры. Когда они посчитали строительство Панамского канала необходимым для обеспечения национальной безопасности Соединенных Штатов, они решительно проигнорировали суверенитет Колумбии и прибегли к тем же мерам, которые Сталин пытается сейчас применить к Финляндии.
В 1903 г. дядя Франклина Рузвельта. Теодор, в то время президент Соединенных Штатов, решился на постройку канала в Центральной Америке для обеспечения быстрой переброски американского военно-морского флота из Атлантики в Тихий океан. Своему государственному секретарю, Хэю, аналогу Молотова, он передал инструкции начать переговоры
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


с послом Колумбии в Вашингтоне относительно концессии на строительство канала, которую парламент Колумбии отказался предоставить на предлагавшихся условиях. Тогда Рузвельт вступил в сговор с группой колумбийских политических изгнанников в Америке, а Уолл стрит профинансировал и вооружил их для совершения революции. Рузвельт немедленно признал мятежное правительство, провозгласившее себя Республикой Панама, а американская армия была высажена в Истхмусе для защиты этого марионеточного правительства от законопослушных властей Колумбии. Марионеточное правительство тогда же и там же признало предложенные условия, отвергнутые ранее законным правительством - аренду зоны канала шириной в десять миль и права оккупации американской армией или флотом. В обмен Америка гарантировала Панамской Республике помощь и защиту!
Мы упоминаем эти факты для иллюстрации лицемерия и вероломства капиталистов. Мы заявляем, что Сталин неправ, но только социалисты и подлинные интернационалисты имеют право говорить, что Сталин неправ, поскольку мы последовательны в своих оценках. Буржуазия закрывает глаза на агрессию, когда она удовлетворяет ее империалистическим интересам, и разоблачает ее, когда эти интересы не учитываются. Может быть, нас хотят убедить, что Гибралтар находится на британском побережье, что Кипр - в Ла-Манше, а Кения - не говоря уже об Индии! - на Шотландском нагорье? Буржуазная мораль совершенно аморальна.
Именно поэтому рабочий класс не должен позволить сбить себя. Поскольку на карту поставлена не только безопасность Советского Союза, но существует угроза всему социалистическому и рабочему движению.
Неужели кто-то всерьез верит в то, что добившиеся своего Чемберлен и Да- ладье - не говоря уже о Муссолини и папе - и их прихвостень Маннергейм удовлетворятся только лишь военным поражением России и ликвидацией сталинизма? Этот нечестивый союз капитализма и иезуитов полностью уничтожит российское рабочее движение - профсоюзное и кооперативное. Что еще хуже - они полностью ликвидируют коллективную собственность на средства производства и вернут финансистам-манипуляторам Сити, Уолл стрита и Французского банка, для которых цивилизация существует лишь в виде фунтов стерлингов, долларов и франков, «добычу», конфискованную у них Октябрьской революцией.
Но на этом «спасители христианства и цивилизации» не остановятся. Во всех странах - да, даже в «демократической» Британии, - рабочий класс будет ввергнут в немыслимые условия рабства. Коротко говоря, по Европе прокатится такая волна реакции и белого террора, что ситуация в гитлеровской Германии покажется совершенно незначительной.
На этот счет не следует заблуждаться. Уничтожение России создаст условия для репрессий повсеместно, понадобятся десятилетия для того, чтобы рабочий класс мог восстановить свои силы. Социализм превратится в мечту об Утопии. Более того, подобно тому как германские капиталисты использовали социал-демократов Веймарской республики для удушения подлинной рабочей революции в этой стране, международная буржуазия вполне готова к тому, чтобы максимально использовать поддержку британской, французской и любой другой социал-демократии в своей антисоветской кампании.
Далее, практический опыт, от Муссолини до Даладье, показывает, что с укреплением реакции буржуазия не различает социал-демократов, сталинистов, троцкистов, анархистов и даже «чистых» тред-юнионистов а 1а Бевин - она униIIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


чтожает их всех. «Социалисты» из Утопии, считающие, что разделавшаяся со Сталиным буржуазия переменится и пригласит их для того, чтобы они показали бедным русским, как надо строить социализм, обнаружат массу свободного времени для рассуждений о недостатках правосудия, когда будут чахнуть в концлагерях.
Более того, реставрация капитализма в России вдохнет новую жизнь в умирающий мировой капитализм, чье упразднение является необходимым условием для реорганизации общества на коллективных началах. Иронией судьбы для рабочих может стать ситуация, когда система, которая низвела их до нищеты и безработицы, ввергла в кровавую бойню и теперь находится на смертном одре, использует их для получения нового жизненного импульса. А капиталистическая Россия обеспечит англо-франкоамериканский империализм новыми рынками, дополнительными источниками сырья и новыми возможностями для инвестирования капитала. Советский Союз, занимающий шестую часть поверхности земли, будет восстановлен в прежнем царском статусе - полуколонии западного капитализма-империализма, а русские массы будут использованы в качестве «штурмовиков» для удержания пролетариата в развитых индустриальных странах в подчинении и покорности. Коротко говоря, Россия будет восстановлена в своем прежнем позорном качестве «жандарма Европы».
Если международный рабочий класс, несмотря на свои разногласия со сталинской бюрократией, разрешит себе быть близоруким и позволит превратить себя в ударную силу международного финансового капитала в какой бы то ни было антисоветской авантюре, он заслуживает всего того, что для него приготовила история.
Возвращаясь к нынешнему конфликту между союзниками и Германией, будет справедливым напомнить тем рабочим, которые позволили вовлечь себя в антисоветский лагерь из-за недовольства беспринципностью Коммунистической партии, воспользовавшейся их доверчивостью, что они предают сами себя, если думают, что империалистическая интервенция в России поможет справиться со сталинской бюрократией. Подобная война позволит бюрократам представить российским массам всю ситуацию как случай самообороны против попыток объединенного мира капитала реставрировать царизм и капиталистические отношения собственности. Оппозиция, вместе с различными народами Советского Союза, будет вынуждена сплотиться на защиту того, что сохранилось от Октябрьской революции. Поскольку, как мы указывали ранее, до тех пор, пока земля и средства производства обобществлены, советская экономика исторически опережает капитализм- империализм.
Интервенционистская война усилит возможности Сталина для нападения на Финляндию и возвысит его в глазах российских масс до положения пророка, поскольку реализуется его предвидение. Более того, такая империалистическая авантюра расколет рабочее движение во всех странах.
Но до того, как может произойти реальная военная интервенция, Сталин может быть вынужден, в качестве предохранительной меры против самой угрозы, включиться в более активное военное сотрудничество с Гитлером. Такой откровенный военный союз России и Германии усложнит и без того необыкновенно сложную ситуацию, чреватую трагическими последствиями для международного рабочего класса. Теперь мы платим цену за осуществление разрушительной сталинской политики построения социализма в отсталой аграрной стране без поддержки пролетарской революции в странах индустриального Запада.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii Очч iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Он поставил не только советский народ, но и международный рабочий класс перед трагической дилеммой. Ленин был провидцем, написав о Сталине, что «этот повар приготовит очень острое блюдо».
Существует лишь один способ, позволяющий нам избежать этой дилеммы. Противодействуя сталинской финской авантюре, мы должны избавиться от каких бы то ни было связей с империалистическими поджигателями войны, пытающимися развязать антисоветскую кампанию. Но самое важное - усиливать классовую борьбу у себя дома и укреплять отношения солидарности и взаимопонимания с рабочим классом других стран, который единственно способен разобраться с собственной буржуазией. Такая международная борьба способна предложить самый лучший образец для советских масс, поскольку она устранит опасность интервенции. И тогда российские рабочие и крестьяне сбросят свою бюрократию. Таким образом, сегодня как никогда ранее освобождение рабочего класса является задачей исключительно самих рабочих.
Перевод с английского Н.Г. Щербакова
Сочинения
History of Pan-African Congress. Colonial and... colored unity. A programme of action / Ed. by G. Padmore. L., 1947.
Padmore G. Pan-Africanism or Communism? The coming struggle for Africa. L., 1956.
Литература
Голден Л.О. Международный профсоюзный комитет негритянских рабочих (К сорокалетию первой международной конференции негритянских рабочих) // Народы Азии и Африки. 1970. № 5.
James C.L.R. A History of Pan-African Revolt. Washington, 1969.
Makonnen R. Pan-Africanism from within / Ed. by K. King. Nairobi, 1973.
The rise and fall of George Padmore as a revolutionary fighter // Negro Worker. 1934. August. Vol. 4. No. 4. P. 15-21.


Джерри Джон РОЛИНГС
JerryJohn Rau lings, род. 22.VI. 1947
Политический и государственный деятель Ганы, глава государства в 1982- 2001 гг.
Сын шотландского фармацевта, работавшего в Гане (тогда Золотом Береге) и ганской женщины. Образование получил в престижной средней школе и военной академии Ганы, учился на летных курсах в Великобритании и Италии. Летчик-истребитель, мастер пилотажа. В годы службы в армии увлекался верховой ездой и боксом.
Политикой Ролингс стал заниматься в середине 1970-х годов, когда в обществе зрело недовольство военным режимом И. Ачампонга (1972-1978 гг.). Ролингс посещал кружки по изучению марксизма, был одним из организаторов и руководителей молодежной организации левого толка «Новое демократическое движение».
15 мая 1979 г. возглавил группу военнослужащих, которая совершила неудачную попытку захватить власть. Ролингс и его соратники были арестованы, их ждала смертная казнь. Выступление в суде он использовал для обличения коррупции и социальной несправедливости, чем снискал авторитет в различных слоях общества, особенно в армии. 4 июня 1979 г. группа младших офицеров совершила военный переворот, отстранила от власти генерала Ф. Акуффо и освободила Ролингса и его товарищей. Ролингс возглавил Революционный совет вооруженных сил (РСВС), который стал управлять страной. В заявлении РСВС говорилось, что он взял власть на короткий срок с единственной целью провести чистку вооруженных сил и управленческого аппарата от коррупционеров, виновных в создания экономического хаоса. «За преступления против государства» были расстреляны восемь высших военных чинов, в их числе Ачампоиг и Акуффо. Сотни высокопоставленных чиновников получили длительные сроки каторжных работ. Был национализирован ряд компаний, в основном принадлежавших индийцам и ливанцам, взысканы значительные средства с лиц. уклонявшихся от уплаты налогов, конфискованы товары с подпольных складов спекулянтов.
Парламентские выборы 18 июня 1979 г., проведенные по решению РСВС, выиграла Народная национальная партия (НИИ), вскоре ее кандидат Хилла Лиманн одержал победу на президентских выборах. ННП провозгласила себя преемницей Народной партии конвента Кваме Нкрумы, но ее политика не имела ничего общего с курсом первого президента Ганы и лишь усугубила экономический кризис, социальные проблемы, коррупцию. В начале 1980-х годов Гана оказалась в катастрофическо.м положении. Резкая и публичная критика власти делала Ролингса все более популярным. Лиманн отправил его в отставку и привлек к суду. В ночь на 1 января 1982 г. армейские подразделения под командоIIIIIIIIIIIIIIHIII tiriiiiiiiiiiiiiin


ванием Ролингса совершили государственный переворот.
Власть перешла к Временному совету национальной обороны (ВСНО), его председателем стал Ролингс. Он заявил, что военные намерены осуществить «национально-демократическую революцию», которая коренным образом изменит жизнь ганцев к лучшему. ВСНО приостановил действие конституции, распустил парламент, запретил политические партии. После прихода к власти Ролингс провозгласил и начал проводить в жизнь левую программу, используя опыт Кубы, Эфиопии, Ливии. Для «вовлечения народа в управление страной и создание демократии нового типа» были созданы Комитеты защиты революции (КЗР). Они участвовали в борьбе с преступностью, контролировали деятельность администрации предприятий и учреждений, распределяли продовольствие. Была объявлена «священная война против социальной несправедливости». Бескомпромиссной и порой жестокой борьбой с коррупцией, финансовыми злоупотреблениями, черным рынком Ролингс снискал репутацию решительного и неподкупного лидера.
Левый популизм в Африке не гарантирует политического долголетия. Ролингс сумел вовремя оценить вызовы и перестроиться, проявив политическую гибкость и прагматизм мышления. К весне 1983 г. стало очевидно, что без существенных внешних заимствований Гане не обойтись. Карательно- административные меры прибавили Ролингсу популярности, но не улучшили жизнь народа. Череда небывалых засух поставила страну на грань голода, массу проблем создало вынужденное возвращение на родину почти миллиона ганцев, которых изгнали из Нигерии как нежелательных экономических мигрантов. В возможность СССР оказать действенную помощь в необходимых объемах Ролингс не верил. Кредиты и займы он получил от МВФ и МБРР под классическую программу структурной перестройки экономики по рецептам этих международных валютно-финансовых учреждений.
Для ее реализации потребовалось ввести новые налоги, сократить государственные расходы, снять контроль над ценами, заморозить заработную плату. Непопулярные меры вызвали критику справа и слева. В 1983-1986 гт. было предпринято 17 попыток осуществить государственный переворот. Ролингс проявил твердость, последовательность, и программа дала положительные результаты. Начался стабильный экономический рост, устойчиво развивались экспортные отрасли, увеличилась загрузка производственных мощностей, выросла производительность труда, снизились темпы инфляции, за несколько лет была восстановлена транспортная инфраструктура. После приватизации ключевых государственных предприятий увеличился приток иностранных инвестиций.
Экономические успехи помогли стабилизировать внутриполитическую обстановку. Ролингс нейтрализовал оппозицию и создал режим личной власти. Со второй половины 1980-х были урезаны права и свободы граждан, ужесточен контроль над местными органами власти и Комитетами защиты революции, неугодные правительству лица и общественные организации подвергались репрессиям. Ролингс стал харизматическим лидером, одним из самых колоритных в Африке. Прекрасный оратор, он мог часами выступать перед толпой без бумажки, азартно жестикулируя и даже пританцовывая. Лично приезжал в места стихийных бедствий, эпидемий, социальных и межнациональных конфликтов, находил нужные слова и верные решения, чтобы нормализировать обстановку. Ганцам импонировало его равнодушие к роскоши, высокая рабо1111 IIIIII1III 04 / Н11П11ИIHIIHII


тоспособность, внешний демократизм, личное обаяние.
Популист и прагматик, Ролингс не заявлял о приверженности к какой-либо идеологии. В начале 1980-х годов он исключил из своего политического лексикона такие понятия, как «марксизм» и «социализм». На вопросы о его идеологических предпочтениях отвечал сентенциями вроде: «Я не знаю ни одного закона и не разбираюсь в экономике, но я знаю, что мой желудок пуст»1.
В конце 1980-х годов стали очевидными издержки экономического оздоровления Ганы по западным рецептам. Около половины населения жило за чертой бедности, сохранялась высокая безработица, несмотря на списание значительной части внешнего долга он оставался значительным, развитие экспортных отраслей не сопровождалось диверсификацией экономики, массовый характер приобрел отъезд за границу квалифицированных кадров. Оппозиция внутри Ганы и западные страны- доноры все настойчивее требовали возвращения к гражданскому правлению и политическому плюрализму. Ролингс не поддался искушению «закрутить гайки», стать пожизненным диктатором с титулом «отца нации». Популярный лидер, не раз публично говоривший о чуждости демократии западного образца ганским традициям, принял трудное решение.
В апреле 1992 г. на всенародном референдуме была одобрена новая конституция, предусматривавшая создание в стране многопартийной системы. Ролингс ушел в отставку и принял участие в президентских выборах в ноябре 1992 г. как глава партии Национальный демократический конгресс (НДК). Ее союзником стала Партия национального конвента, созданная последователями первого президента Ганы Кваме Нкрумы, а соперниками - Новая патриотическая партия (НПП), наследница Партии прогресса Кофи Бусии и Народный национальный конгресс Хиллы Лимана. По итогам выборов президентом на четырехлетний срок был избран Ролингс. В декабре 1996 г. он был переизбран на второй срок.
На посту президента Ролингс проявил себя опытным дипломатом, успешно занимался урегулированием внешних и внутренних конфликтов. Его переговоры с вождями и лидерами мусульманских общин помогли прекратить столкновения на этнической и конфессиональной почве в северной Гане в 1996 г. Как председатель Экономического сообщества стран Западной Африки (ЭКОВАС, 1994-1996 гг.) внес весомый вклад в урегулирование ситуации в Либерии и Сьерра-Леоне, охваченных гражданской войной. Внешняя политика Ролингса была многовекторной. Ганский президент поддерживал дружеские отношения с ливийским лидером Муамаром Каддафи и нигерийским диктатором Сани Абачей, принимал президента США Билла Клинтона и английскую королеву. Выступая на конференции афро-кубинской солидарности (Гана, Кейп-Кост, сентябрь 1997 г.), осудил блокаду Кубы Соединенными Штатами.
Во исполнение действующей конституции, ограничивающей пребывание на посту президента двумя четырехлетними сроками, Ролингс отказался от участия в выборах 2000 г. и 31 декабря сложил с себя полномочия главы государства. На выборах победил Джон Куфуор, кандидат оппозиционной ННП.
Наследие Ролингса в Гане оценивают по-разному. Его сторонники считают, что он спас страну от разрухи, противни1 Rawlings: The legacy // http://www.news.bbc.co.uk/2hi/africa/1050310.stm
iiiiiiiiiitiiiiitii очо lllllllllililiiliH


ки - что «превратил ее в колонию»2. Бесспорно, что под руководством Ролингса, правившего 20 лет, Гана стала одной из самых стабильных и демократических стран Африки.
Почетный доктор трех университетов, в 1993 г. награжден Всемирной премией за борьбу с голодом.
Уходя в отставку, Ролингс заявил, что главным делом его жизни станет борьба с малярией. Периодически выступает с лекциями в университетах разных стран.
С.В. Мазов
Литература
Гана. Справочник. М., 2001.
Rake A. Who’s Who in Africa: Leaders for the 1990s. Metuchen (N.J.), 1992.
2 Ibid.


Тома Исидор Ноэль САНКАРА
Thomas Isidore Noël Sankara, 21.XII.1949 - 15.X.1987
Политический деятель Верхней Вольты ( Буркина-Фасо), президент страны в 1983 -1987 гг.
Тома Санкара родился 21 декабря 1949 г. в селении Яко в 100 км к северо- западу от Уагадугу, столицы Верхней Вольты, в католической семье, принадлежавшей к народу силми-моси, занимавшему низкое место в традиционной вольтийской этнической иерархии. Его отец Самбо Жозеф Санкара (1919 — 2006 гг.), служил в колониальной армии в качестве вольтийского стрелка и участвовал во Второй мировой войне.
Санкара окончил начальную школу в местечке Гава (юго-запад Верхней Вольты), а затем лицей Уезин Кулибали в Бобо-Диуласо (втором но величине городе страны). В 1966 г. он был принят в военное училище в Кадиого (Центральная область), где познакомился с марксизмом и увлекся политикой. Офицерское образование Санкара получил в Военной академии в Анцнрабе на Мадагаскаре ( 1969-1972 гг.), где в мае 1972 г. оказался свидетелем свержения режима Филибера Цирананы; как раз тогда у него родилась идея «народной и демократической революции» в Верхней Вольте. В 1972-1973 гг. он прошел курс обучения в Центре парашютистов во Франции. Вернувшись на родину в октябре 1973 г.. Санкара был зачислен в вольтийскую армию в чине лейтенанта. Он отличился во время Первой Малийской войны (1974 г.)1. В 1976 г. его назначили командиром Центра обучения коммандос в По (юг Верхней Вольты). Проходя стажировку в Центре подготовки парашютистов в Рабате (Марокко) в январе- мае 1978 г., познакомился с Блэзом Компао- ре, который стал его близким другом. Вместе с ним он создал подпольную организацию «Объединение офицеров- коммунистов» (ООК).
В феврале 1981 г. Санкару перевели в Оперативное управление Генерального штаба с присвоением чина капитана. 8 сентября того же года глава правящей военной хунты Сей Зербо назначил его государственным секретарем информации. 21 апреля 1982 г. Санкара демонстративно ушел в отставку в знак протеста против введения антипрофсоюзного законодательства и запрета стачек, заявив при этом: «Горе тем, кто затыкает рот народу»* 2. В мае 1982 г. он был арестован, но после государственного переворота 7 ноября 1982 г. вышел на свободу. Глава нового военного режима ’ Пограничный конфликт .между Верхней Вольтой и Мали (конец ноября - середина декабря 1974 г.), спровоцированный притязаниями Мали на богатую природными ресурсами Лга- шерскую полосу, расположенную на северо-востоке Верхней Вольты.
2 Цит. по: Jaffré В. Biographie de Thomas Sankara: La patrie ou la mort. P., 1997. P. 128.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 6)0 IIIIIIIIHIIIIIIIII


Жан-Батист Уэдраого сделал его в январе 1983 г. премьер-министром. Постоянно выступая с яркими речами против неоколониализма и империализма, Санкара приобрел большую популярность в левых кругах вольтийского общества. В марте на саммите Движения неприсоединения в Нью-Дели он установил контакты с Фиделем Кастро и Саморой Машелом. Под давлением умеренных (и, возможно, Франции) Уэдраого 17 мая 1983 г. сместил Санкару с поста премьера и посадил под домашний арест, но уже 29 мая был вынужден освободить его по требованию левых партий и профсоюзов, организовавших массовые демонстрации протеста. В июне вместе с другими членами ООК и при поддержке Ливии, стремившейся вывести Верхнюю Вольту из орбиты французского влияния, Санкара приступил к подготовке военного переворота.
4 августа 1983 г. Блэз Компаоре во главе отряда коммандос из По захватил столицу, сверг Уэдраого и объявил о передаче власти Национальному совету революции (НСР) во главе с Санкарой. 24 августа Санкара сформировал правительство из представителей вольтийских коммунистических группировок - Патриотической лиги развития (ПЛР), Союза коммунистических боев и др.
Главной своей задачей Санкара считал строительство нового социалистического общества. Намереваясь радикально порвать с «неоколониальным» прошлым, он в августе 1984 г. переименовал Верхнюю Вольту в Буркина-Фасо - «страну честных людей», заменил ее герб и девиз. Санкара стремился гомогенизировать вольтийцев в единый «народ» посредством жесткой системы социального контроля и стандартизации моделей поведения. Для формирования «нового человека» было создано «пионерское движение», призванное приобщать молодежь к коммунальным принципам жизни, к «патриотизму, дисциплине, трудолюбию, духу самопожертвования». Особое внимание Санкара уделял эмансипации женщин, ибо, по его словам, «не может быть подлинной социальной революции, если женщина не свободна»3. НСР провозгласил равенство прав мужчин и женщин, запретил архаический обычай женского обрезания, боролся с проституцией и многоженством и даже ввел «День женщины» (29 сентября), в который традиционно женскую работу надлежало выполнять мужчине.
С другой стороны, «народ» было необходимо отделить от «врагов», к числу которых Санкара относил в первую очередь бывшую политическую элиту, над лидерами которой он в январе 1984 г. организовал судебный процесс, вождей, чьи привилегии (получение дани, крестьянская барщина) он упразднил, предпринимателей-«эксплуататоров», которых он зажал в тиски госконтроля. «Главная цель нашей революции, - заявлял Санкара, - взять власть из рук нашей национальной буржуазии и ее империалистических союзников и передать в руки народа». Режим установил жесткий контроль над СМИ, проводил многочисленные аресты и расстрелы оппозиционных политиков и военных.
Испытывая недоверие к традиционным структурам власти (госаппарат, традиционные вожди, армия), Санкара пытался или ликвидировать их, заменяя новыми «революционными» органами, или трансформировать, придавая им «истинно народный характер». Жалованье госслужащих было заморожено на уровне 1982 г., и был введен принцип уравнительной оплаты их труда, включая министров и самого главу государства. Стремясь устранить с политической сцены вождей (особенно у моей) и ограничить роль местной администрации, НСР 3 «Oser inventer l’avenir»; la parole de Sankara / Ed. D. Gazunki. P., 1991. P. 245.
IIIIIIIIIIIIIIIHII €51 iiiiHiiiiimiiiи


инициировал создание по всей стране (в каждом городском квартале и каждом селении) новых исполнительных (Комитеты защиты революции; КЗР) и судебных (Народные трибуналы; октябрь 1985 г.) структур с широкими полномочиями (в том числе репрессивными), активно вовлекая в них радикально настроенную молодежь, - именно через эти органы планировалось реализовать «прямое правление народа»4. РежИлМ попытался заменить регулярную армию народным ополчением (Национальная и народная служба); военных обязали участвовать в строительстве школ и больниц, ремонтировать дороги, доставлять почту и пр. Санкара сумел маргинализировать профсоюзы, имевшие прежде большое влияние: в марте 1984 г. он не побоялся вступить в открытую конфронтацию с могущественной Вольтийской профсоюзной конфедерацией, уволив всех участников забастовки учителей и введя государственное лицензирование преподавательской деятельности - принцип идеологической лояльности стал отныне главным при подборе кадров для системы образования.
Экономическим идеалом Санкары являлось строительство независимой от импорта автаркической экономики (лозунг «Будем все делать в Буркина и потреблять только то, что произведено в Буркина»5) и одновременно ее модернизация. Но осуществление этого проекта, требовавшее крупных инвестиций, наталкивалось на скудость бюджетных поступлений, сокращение внешней финансовой помощи и «бегство» частного капитала. Выход из этой ситуации, обострившейся из-за засухи 1983-1984 гг., режим нашел в резком увеличении налогов на производство и внутреннюю торговлю (их доля в ВВП выросла в 1983- 1987 гг. с 13,5 до 16,3%) и в политике государственного интервенционизма6.
Экономический интервенционизм принимал самые разные формы: это и государственные капиталовложения, и контроль над ценами и торговлей, и создание госпредприятий, и централизованное планирование, и масштабные структурные реформы. Выполняя «пятилетний народный план развития», власти сосредоточили усилия на развитии земледелия и улучшении сельскохозяйственной инфраструктуры (плотины, водохранилища). Режим приступил к аграрной реформе (перераспределение наделов, снижение арендной платы за землю, создание государственных ферм и сельских кооперативов). Для поддержки крестьян активно использовались ценовая и налоговая политика (повышение закупочных цен на продукцию, снижение налогов). В индустриальном секторе НСР стремился увеличить долю государственного капитала и ввел громоздкую и негибкую систему ценообразования. В коммерческом секторе была создана общенациональную сеть государственных супермаркетов и серьезно ограничена частная торговля, прежде всего продовольственными товарами: она не была полностью запрещена, но поставлена под надзор КЗР (обязательная регистрация торговцев, право КЗР определять уровень цен).
В социальном плане НСР избрал приоритетом решение жилищной проблемы: были снесены трущобные кварталы в городских центрах, развернуто строительство «социального жилья» («города 4 августа»), распределено око4 «Oser inventer l’avenir»: la parole de Sankara / Ed. D. Gazunki. P, 1991. P. 8.
5 Cm.: Jaffré B. Burkina Faso, les années Sankara: de la Révolution à la rectification. P, 1989. P. 105.
6 Cm.: Savadogo K.t Coulibaly S., McCracken CA. Analysing growth in Burkina Faso over the last four decades // Growth Working Paper. 2004. January. № 4. P. 9,22-25.
iUHIHIIIIIIIIIII iiiiiiiiiiiiiiiiiii


ло 62 тыс. земельных участков среди горожан, значительно снижена квартплата. Режим прилагал также значительные усилия для ликвидации безграмотности и развития образования, прежде всего начального (в 1983-1986 гг. число детей, посещавших школы, увеличилось с 16,5 до 24%), для распространения системы государственного здравоохранения на сельские районы (создание в каждой деревне поста первой медицинской помощи) и на нуждающиеся слои населения (право на бесплатное лечение лиц, имевших «сертификат бедности»; фиксированные цены на медикаменты); благодаря массовой вакцинации (в ноябре 1984 г. было привито более 2,5 млн детей) удалось справиться с детской смертностью, самой высокой в Африке, а также с полиомиелитом, оспой, менингитом.
Для осуществления своих амбициозных планов Санкара широко прибегал к централизованной мобилизации финансовых и трудовых ресурсов. «Наш главный долг, главная задача, - говорил он, - организовать крестьян, организовать женщин, организовать молодежь, организовать буркинабе7 в целом». Усилия каждой социальной группы аккумулировались через особые структуры - Национальный союз крестьян Буркина, Национальный союз старшего поколения, Управление по мобилизации и организации женщин и т. д. Стратегия модернизации реализовывалась по большей части в форме добровольно-принудительных кампаний. В январе 1985 г. была объявлена массовая кампания по лесонасаждению («Зеленая атака»): каждая семья должна была сажать ежегодно в течение пяти лет по 100 деревьев; невыполнение грозило, в частности, отказом в регистрации брака. В феврале 1986 г. НСР провозгласил «битву за грамотность»: учителей обязали на общественных началах обучить письму, чтению и счету около 40 тыс. взрослых вольтийцев. Периодически население мобилизовывали на уборку мусора, на рытье сточных канав, ремонт дорог, строительство плотин и т. д. От каждой общины требовалось за свой счет содержать одного врача и одну медсестру. Проводились разовые кампании для поддержки национальной промышленности, например, «Школьные сумки» и «Кобуры для пистолетов», во время которых вольтийцев заставляли приобретать продукцию местных кожевенных фабрик. В декабре 1984 г. госслужащих и офицеров обязали отчислять ежегодно одну месячную зарплату в Кассу революционной солидарности для финансирования стратегически важных проектов.
Своей особой задачей НСР считал борьбу с коррупцией, хронической болезнью африканских стран в постколониальный период. Власти обязали каждого чиновника предоставлять декларацию о доходах. Была проведена серия публичных процессов над взяточниками и расхитителями государственных средств, ход которых транслировался по национальному радио. «Истинный марксист, - гласил официальный лозунг, - не может не быть борцом против коррупции»8. В этой борьбе Санкара использовал систему «обратной связи» с населением: через еженедельную радиопередачу «В среду вечером» каждый житель страны мог сообщить руководителям государства о фактах коррупции и злоупотреблений.
Во внешней политике Санкара демонстрировал тот же радикализм, что и во внутренней. Провозгласив курс на неприсоединение, он в действительности ориентировался на коммунистический лагерь, резко критикуя «неоколониализм» западных государств и сотруд7 Буркинабе — жители Буркина-Фасо.
8 См.: Jaffré В. Op. cit. Р. 260.
IIIIIIIIIIIII пни IIIIIIIIIIIIIIIHII


ничая с «прогрессивными» режимами (Куба, Ангола, Никарагуа, Ливия, Гана). Санкара осуждал «помощь развитию», призывал отказаться от займов Мирового банка и МВФ и не исполнять обязательства по внешнему долгу, выступал за африканскую интеграцию. В сентябре 1987 г. он поставил условием своего участия в саммите ОАЕ создание «единого фронта против долга»9. В конце 1986 г. Санкара открыто поддержал в ООН советскую оккупацию Афганистана. В то же время у него сложились напряженные отношения с Францией и большинством соседних франкоязычних стран, особенно с Кот-д’Ивуаром и Мали. В декабре 1985 г. дело дошло до малий- ско-вольтийского пограничного конфликта из-за района Агаше, закончившегося при международном посредничестве разделом спорной территории («Рождественская война»), Санкара демонстративно бойкотировал франко-африканский саммит в Бужумбуре в декабре 1985 г., публично критиковал действия президента Франции Франсуа Миттерана и даже вступил с ним в перепалку во время его официального визита в Уагадугу в ноябре 1985 г. После того как вольтийский представитель в ООН проголосовал в ноябре 1986 г. за предоставление независимости Новой Каледонии, французский парламент потребовал прекращения финансовой помощи Буркина-Фасо.
Курс, избранный Санкарой, принес стране ряд ощутимых успехов. Были достигнуты самые высокие темпы роста ВВП на душу населения за всю ее историю (2,18% ежегодно). Общий рост ВВП составил 5,8% в год, а в сельском хозяйстве - 14%10. Однако в целом режиму не удалось справиться с социально-экономическими трудностями. Широко разрекламированная «война с бедностью» провалилась - при Санкаре Буркина-Фасо осталась третьей беднейшей страной Африки. Не имела большого успеха аграрная реформа, а госконтроль в промышленности привел к ограничению конкуренции и обусловил неэффективность менеджмента.
Стремление Санкары к переделке всего и вся дестабилизировало общественную ситуацию. Ломка традиционных властных отношений в провинции разрушала освященные временем модели социального регулирования и открывала дорогу многочисленным конфликтам. Режим не смог осуществить «революцию в сознании», прежде всего крестьян, которых ему так и не удалось сделать партнерами в процессе революционных преобразований. Политика строительства социального жилья в предместьях привела к маргинализации городской бедноты в городском пространстве. Во многих районах КЗР, которые нередко действовали как вооруженные банды, терроризировали население. Враждебность к режиму ряда социальных групп и институтов (вожди, бизнесмены, католическая церковь, профсоюзы, офицерство) все более сочеталась с усталостью простых вольтийцев от экономического и политического давления сверху, бесконечных реформ и кампаний. Несмотря на большую личную популярность Санкары, которую он приобрел благодаря своему красноречию, умелым рекламным ходам, демонстративному аскетизму (питался в офицерской столовой, отказался от президентской зарплаты, ездил на дешевом Рено-5, носил одежду из местного хлопка), постепенно усиливалось неприятие его политики, порождавшее поиск неофициальных форм социализации, особенно религиозных (массовое увлечение магией, «исламское возрождение», распространение ваххабизма и пр.).
9 «Oser inventer l'avenir»... P. 249.
10 См.: Savadogo К., Coulibaly 5., McCracken С А. Op. cit. Р. 23.
niiiiiiiiiiiiHfii ОуЧ iiiiiiiiiiiiiiitifi


Сужение социальной базы режима делало его уязвимым и способствовало расколам внутри правящей элиты. Главным их катализатором оказалась антипрофсоюзная политика режима, спровоцировавшая разрыв Санкары в августе 1984 г. с ПЛР - единственной коммунистической группировкой, имевшей хоть какое-то влияние в вольтийском обществе; после отставки министров от ПЛР ее лидеры были брошены в тюрьму. К началу 1987 г. раскол наметился на самом высшем уровне власти - между Санкарой и Компаоре, «вторым лицом» режима, настаивавшем на возобновлении диалога с профобъединениями. В то же время крайне левые партии критиковали Санкару за половинчатость преобразований. Пытаясь найти политическую опору, он предложил НСР в июне 1987 г. ввести однопартийную систему, но не получил поддержки большинства его членов. Опасаясь Компаоре, контролировавшего самое боеспособное подразделение вольтийской армии - полк коммандос в По, Санкара создал в сентябре 1987 г. собственную военную силу - отряд реагирования при Министерстве территориальной администрации и безопасности. Он также прилагал усилия, чтобы переместить центр принятия решений из НСР в специальный совет при президенте, состоявший из самых верных его сторонников. Явная тенденция Санкары к усилению личной власти привела к его изоляции в правящих кругах. 15 октября Компаоре совершил военный переворот. Санкара вместе с группой соратников был расстрелян отрядом коммандос в столичной резиденции НСР; той же ночью их тайно похоронили на кладбище Даньоэн в восточной части Уагадугу. Некоторые активисты КЗР попытались оказать вооруженное сопротивление новому режиму, однако через несколько дней оно было подавлено.
Объявленный официальными властями «предателем народной революции», обвиненный в мегаломании и культе личности, Тома Санкара, тем не менее, остался популярной фигурой в вольтийском обществе, особенно среди беднейших слоев, как символ надежд на перемены, как человек, пожертвовавший собой ради счастья народа, как вождь- романтик, «африканский Че Гевара». Могила его стала местом поклонения, ряд вольтийских политических партий ныне носят его имя. В 2005 г. в честь Санкары был назван один из проспектов Уагадугу. В 2006 г. на Общественном африканском форуме в Бамако его провозгласили «образцом для африканской молодежи»11. Двадцатилетие его смерти в 2007 г. широко отмечалось как в Буркина-Фасо, так и повсюду, где существует вольтийская диаспора.
И.В. Кривушин
Литература
Engberg-Pedersen L. Endangering Development: Politics, Projects, and Environment in Burkina Faso. Westport; L., 2003
Kafandi T. Burkina Faso: August 1983 - The beginning of delinking? // Adjustment or delinking: The African experience / Ed. A. Mahjoub. L., 1990.
Otayek R. Burkina Faso: Between Feeble State and Total State, The Swing Continues // Contemporary West African States. Cambridge, 1989.
Savonnet-Guyot C. Etat et sociétés au Burkina: essai sur le politique africain. P., 1986.
11 Un mythe pour la jeunesse d’Afrique // http://www.goudiabykunda.over-blog.com/article- 23749035.html (15 octobre 2008).
Ilinillllllllllill lllllllllllllllllll


Фоде Сейбана САНКО
Fodey Saybana Sankoh, 17.Х.1937 - 29.VII.2003
Полевой командир во время гражданской войны в Сьерра-Леоне (1991 — 2002 гг.), вице-президент Сьерра-Леоне (1999-2000 гг.).
Окончил среднюю школу, служил в армии, откуда уволился в чине капрала. Работал фотографом, оператором на телевидении. Был активистом студенческого движения. В 1971 г. был арестован за причастность к неудавшемуся государственному перевороту против правительства Спаки Стивенса. Отсидел в тюрьме шесть лет. Вышел на свободу ожесточившимся человеком, непримиримым противником правящего режима. Примкнул к интеллектуалам из радикальной оппозиции. В 1987- 1990 гг. обучался «искусству революции» и методам партизанской войны в Ливии. Среди готовившихся там к поприщу инсургентов сьерралеонцев Сапко пользовался непререкаемым авторитетом, они называли его «папой». В Ливии он сошелся с людьми будущего либерийского президента Чарльза Тейлора. В 1990 г. Санко направился в Либерию, встретился с Тейлором и заручился поддержкой Национальнопатриотического фронта Либерии (НПФЛ), который вел боевые действия против правительственных войск Самюэля Доу.
В 1991 г. отряды НПФЛ вторглись в Сьерра-Леоне и захватили несколько городов на востоке страны. Тейлор был крайне заинтересован в дестабилизации положения в Сьерра-Леоне. Она была тыловой базой ЭКОМОГ, вооруженных сил Экономического содружества стран Западной Африки (ЭКОВАС), чье вмешательство помешало Тейлору овладеть Монровией.
Санко и его сторонники вошли в Сьерра-Леоне вместе с НПФЛ и создали Революционный объединенный фронт (РОФ), который в марте 1991 г. начал вооруженное восстание. Санко стал руководителем военного крыла РОФ. В программном документе Фронта под претенциозным названием «Второе освобождение Африки» его основные цели определялись как «борьба с прогнившим, реакционным и репрессивным режимом, пока он не будет выброшен на свалку истории» и осуществление «национально-демократической революции, что потребует мобилизации всех прогрессивных сил»1. Многие сьеррале- онцы хотели коренных перемен и могли подписаться под словами из программы РОФ: «Мы больше не можем вверять судьбу страны поколению лживых политиков и военных авантюристов, которые со времени независимости не1 Basic Document of the Revolutionary United Front of Sierra Leone (RUF/SL): The Second Liberation of Africa // http.y/www.org./irp/worid/para/docs/footpaths.htm
IIIIIIIIIIIIIIIHII 656 IIIIIIIIIIIIIIIHII


изменно демонстрировали свою неэффективность, безответственность и коррумпированность»2. Коррупция и некомпетентность правящей верхушки превратили Сьерра-Леоне с ее огромными залежами россыпных алмазов в беднейшую, по оценкам ООН, страну в мире. Большинство населения жило за чертой бедности, социальная инфраструктура развалилась. На покупку топлива не было денег, и страна месяцами жила без электроэнергии.
Главные лозунги РОФ были популистскими и радикальными: «Больше нет рабов, больше нет хозяев», «Оружие народу, власть народу и богатства народу». Главным, конечно, были богатства, т. е. алмазы. «Где наши алмазы, господин президент?» вопрошал гимн РОФ3. За несколько месяцев он установил контроль над районами добычи алмазов на юго-востоке, вблизи границы с Либерией. Рассчитывая получить свою долю «алмазного пирога», к Санко потянулись люмпены и люди, лишившиеся средств к существованию. Росту популярности РОФ способствовал и глубокий раскол между исламизированным севером (большинство населения страны - мусульмане) и христианским югом и юго-востоком, где многие испытывали неприязнь к единственной и правящей партии Всенародный конгресс, которая опиралась на северян. Президент Джозеф Момо, преемник Спаки Стивенса, затягивал введение новой конституции и переход к многопартийной системе.
Действия РОФ в захваченных им районах не оставляли сомнений, что восстанавливать социальную справедливость Санко будет весьма специфическими методами. За первые два месяца войны его бойцы убили (по большей части обезглавили) более ста «богатых и пришлых» торговцев мандинго, фуль- бе и левантийцев. Это вызвало панику среди мирного населения и поток беженцев. Президент Момо спешно увеличил армию за счет «безработных из деревень, городской шпаны, наркоманов и воров»4.
Боеспособность деморализованной армии, которой несколько месяцев не платили жалования, не повысилась, в ее рядах росло недовольство. В апреле 1992 г. в Сьерра-Леоне произошел переворот, анекдотичный даже для богатой на казусы политической истории африканских стран. Армейские части, которые вели бои с РОФ, делегировали во Фритаун группу из 6 солдат во главе с капитаном Валентайном Страссером, поручив им потребовать от президента выплатить долги по зарплате. 29 апреля они прибыли в столицу. Момо, увидев направлявшихся к дворцу военных, подумал, что это переворот и бежал из страны. Тогда военные решили взять власть и создали Национальный временный правящий совет (НВПС) во главе с 27-летним Страссером5.
Санко предложил НВПС прекратить боевые действия и провести переговоры «о национальном перемирии, восстановлении и развитии страны»6. Военные это предложение отвергли и развернули с помощью камаджоров, профессиональных охотников из джунглей, против 2 Basic Document of the Revolutionary United Front of Sierra Leone (RUF/SL): The Second Liberation of Africa // http://www.org./irp/world/para/docs/footpaths.htm
3 Sankoh F.S. Footpaths to Democracy. Toward a New Sierra Leone // http://www.org./irp/ world /para/docs/footpaths.htm
4 Revolutionary United Front (RUF) // http://www.globalsecurity.org/military/world/para/ ruf.htm
5 Зотова Ю.Н., Смирнов Е.Г., Френкель М.Ю. История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. М., 1994. С. 292.
6 Sankoh F.S. Op. cit.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii о iiiiiiiiiiiiiiiiiii


РОФ контрпартизанскую войну. Войскам был отдан приказ: бойцов Фронта в плен не брать и расстреливать их на месте.
Ответ Санко был «ассиметричным» и ужасным. Он поставил под ружье тысячи подростков, готовых выполнить любой приказ командира. Многих из них насильно уводили в джунгли, где превращали в бездумных, жестоких убийц и садистов. Оторванных от дома подростков, подвергали изощренной психологической обработке. Им внушали, что теперь их семья - отряд, а командир - отец, заставляли есть порох, чтобы они почувствовали себя «настоящими воинами». Непременным атрибутом «воспитания» были наркотики: марихуана, амфетамины, «браун-браун» (смесь кокаина с порохом) и тяжелые наркотики, которые за неимением шприцов вводились в кровь через надрезы на коже. Попавшим в лагеря не было пути назад. На груди им вырезали буквы, составляющие аббревиатуру Фронта «RUF» (Revolutionary United Front). Попасть с такой меткой в руки правительственных войск или камаджоров означало верную смерть7. Не ждали юных бойцов РОФ и дома. Для многих из них «боевым крещением» становились расправы над населением родных деревень. Командиры приказывали детям убивать родителей: «Твои родители предали тебя, они предали нашу страну, они твои враги, ты должен пойти и убить их»8.
Отряды юнцов, среди которых были даже восьмилетние, не щадили никого. Мужчин убивали или пытали. Патроны экономили, существовали специальные команды палачей, которые специализировались на «бескровных казнях» - забивали жертв до смерти9. Женщин и девушек насиловали, детей уводили с собой. Из годившихся к военной службе мальчиков готовили солдат, остальных использовали для работы на алмазных приисках или для переноски грузов. Девочек ждала участь прислуги и сексуальных рабынь.
Массовые казни, пытки, изнасилования, использование детей-солдат стали жуткой повседневностью многих африканских и не только африканских гражданских войн, к ним прибегали и противники РОФ. Санко «обогатил» этот «арсенал» чудовищным «новшеством»: ввел практику планомерной и массовой ампутации конечностей и других частей тела. Сначала руки отрубали пленным солдатам правительственных войск. Это было «послание-предупреждение»: «Ты не должен идти с оружием в руках против своего брата»10. Со временем нанесение увечий стало обязательным атрибутом карательных операций против мирного населения. Зверства облекались в форму «игр». Наиболее распространенной была «лотерея». Жители деревни, заподозренной РОФ в лояльном отношении к правительству, вытаскивали из шапки свернутые бумажки с надписью «рука», «нога», «нос», «ухо», «губы», «гениталии». Выпавший по жребию «приговор» тут же приводили в исполнение - отрубали мачете означенный орган. Санко называл это «превентивной мерой»: ампутанты не могли 7 Beah I. A Long Way Gone: Memoirs of a Boy Soldier. N. Y., 2007; Farah D. Children Forced to Kill // Washington Post. 2000.08.04.
8 Blood Diamonds. The African Conflict // http://www.mymultiplesderosis.co.uk/intresting- documentary/blood-diamonds.html
*SoriousS. Return to Freetown //http://wwiv.transcripts.cnn.com/TRANSCRIPTS/0112/23/ cp.00.html; Белехов Л. Слишком голубые каски // Итоги. № 20/206 (11.05.2000). http://www. itogi.ru/archive/2000/20/111552.html
10 Sorious S. Op. cit.
IIIIIIIIHIIIIIIIII OJO IIIIIIIIHIIIIIIIII


добывать алмазы, деньги от продажи которых могли пойти на закупку вооружений для правительственных войск11. В его армии появились свои «пятнадцатилетние капитаны», майоры и даже генералы, которым присваивали звания за определенное число отрубленных конечностей. Играли и в «лечение» - срубали макушки высоким парням. Самой крутой считалась «игра» «мальчик-девочка». «Затейники» из РОФ спорили на деньги, кого носит во чреве беременная женщина, и вспарывали ей живот, чтобы выяснить, кто выиграл11 12.
У Санко было два ответа на обвинения в злодеяниях - для внешнего и для внутреннего пользования. В редких интервью Би-би-си по спутниковому телефону он вежливо все отрицал. К соратникам, которые осмеливались с ним не соглашаться, «папа» был беспощаден. Он быстро расправился с «интеллектуалами» в РОФ, которые осудили массовые убийства и принудительные ампутации. Их лидеры Абу Кану и Рашид Мансарай, которых Санко хорошо знал еще по Ливии, были казнены без суда13.
Война Санко с правительством не имела ни идеологической, ни сепаратистской, ни даже этнической подоплеки. Его главной и единственной целью было сохранение контроля над алмазными копями, основой ресурсной базы РОФ. Санко «забыл» свои обещания по справедливости разделить доходы от продажи природных богатств. На паях с Тейлором он организовал масштабный контрабандный вывоз алмазов в обмен на оружие. Вооружение для армий Санко и Тейлора было в основном советского производства и поступало сложными путями из Восточной Европы14.
К началу 1995 г. правительственные войска оказались на грани неминуемого поражения. РОФ контролировал большую часть территории страны и все минеральные ресурсы - месторождения алмазов, бокситов, рутила (титановое сырье), его отряды находились в нескольких милях от Фритауна.
Правительство обратилось за помощью к внешним силам, воспользовалось услугами южноафриканской охранной фирмы «Екзекьютив Ауткамз» (Executive Outcomes, ЕО), имевшей опыт защиты алмазных приисков Анголы. В мае 1995 г. формирования ЕО, укомплектованные отставными военнослужащими армии ЮАР, прибыли в Сьерра-Леоне. У наемников из ЕО был стимул воевать: Страссер обещал заплатить им алмазами. Не прошло и месяца, как отряды РОФ были отброшены от столицы и выбиты с алмазных приисков. Однако Фронт сохранил свои основные силы и продолжал контролировать обширные районы.
Смена «хозяина алмазов» не изменила положение в Сьерра-Леоне к лучшему: там царили хаос, тотальная разруха, массовый голод, процветал бандитизм. Страссер решил передать власть гражданским политикам, назначил выборы, снял запрет на деятельность политических партий. Санко отреагировал на начало предвыборной кампании первым и единственным программным документом РОФ «Пути к демократии. 11 Diamond trade fuels bloody wars // http://www.cnnstudentnews.cnn.com/2001/WORLD/ africa/0118/diamonds.overview/index.html
12 Evidence of Torture and Human Rights Abuses in Sierra Leone // http://www.torturecare. org.uk/publications/reports/279 Medical Foundation for the Care of Victims of Torture, 19 августа 2008; Скачко В. Кровь вместо «Баунти» // http://www.versii/com/news/144739
13 Brown D. Who is Foday Sankoh? // Guardian. 2000. 17.05.
14 Абаринов В. Убойное дело // Совершенно секретно. 2002. № 10/161. http://www. sovsekretno.ru/magazines/article/894
Hllilllllllltlllll 659 iiiiiiiitiiititiiii


К новой Сьерра-Леоне», который никакой целостной программы не содержал, являл собой эклектичную смесь из идей Мао-Цзэдуна, Франца Фанона и Амилкара Кабрала. Санко призвал к бойкоту выборов, организованных «антинациональным правительством», которое удержалось у власти лишь благодаря наемникам из ЕО, «апартхейдовским псам войны»15.
Для срыва выборов РОФ использовал опробованные методы террора и устрашения. В ответ на правительственный лозунг «Судьба государства в ваших руках» Фронт осуществил серию карательных рейдов. Чтобы люди не ходили на выборы, им отрубали ноги, чтобы не голосовали - руки, чтобы не думали о судьбе страны - головы16.
17 января 1996 г. в Сьерра-Леоне произошел очередной военный переворот. Группа офицеров во главе с заместителем Страссера бригадным генералом Джулиусом Био захватила власть. Санко объявил о прекращении огня и намерении начать мирные переговоры с правительством Био. Они начались в Абиджане в конце февраля, за несколько дней до выборов, на которых победил лидер Народной партии Ахмад Кабба.
РОФ неоднократно нарушал перемирие и пытался восстановить контроль над районами добычи алмазов, но всякий раз терпел поражения от ЕО и ка- маджоров. В ноябре 1996 г. Кабба и Санко подписали мирное соглашение, РОФ получил легальный статус. Несмотря на объявленную амнистию Санко не чувствовал себя в безопасности и скрылся в Нигерии. Там в начале 1997 г. он был арестован по обвинению в нелегальной торговле оружием. РОФ заявил, что мирное соглашение утратило силу и возобновил боевые действия. Воспользовавшись тем, что Кабба отказался от услуг ЕО, Фронт перехватил военную инициативу.
В мае 1997 г. последовал новый военный переворот. К власти пришел Революционный совет вооруженных сил (РСВС) во главе с майором Полем Ко- ромой, Кабба бежал из страны. Корома опирался на этнические группы востока, где РОФ пользовался большим влиянием. РСВС и РОФ заключили соглашение о разделе власти, отряды Фронта получили возможность свободно перемещаться по стране и беспрепятственно вошли в столицу.
Фритаун превратился в «город страха», где грабежи, изнасилования и убийства стали обыденным явлением. РОФ возвел грабеж мирного населения в ранг официальной политики. В ходе операции «Заплати себе» («Рау Yourself») боевики Фронта установили блокпосты на дорогах, где всех проходивших заставляли складывать свои пожитки в две кучи. Одну (обычно все более или менее ценное) боевики забирали, вторая, которую они «великодушно» оставляли, считалась «платой себе»17.
В феврале 1998 г. во Фритауне высадился военный контингент ЭКОМОГ. РОФ назвал это иностранной агрессией и совместно с верными РСВС частями оказал упорное сопротивление силам ЭКОМОГ, состоявшим в большинстве из нигерийцев. Войскам ЭКОМОГ удалось овладеть столицей только после применения тяжелой артиллерии. Вернувшийся в президентское кресло Кабба приказал начать расследование преступлений режима РСВС/РОФ. Перед судом предстал и Санко, которого доставили из нигерийской тюрьмы. Его в числе 47 обвиняемых приговорили к смертной 15 Sankoh F.S. Op. cit.
16 Хлыстун В. В «раю» под пальмами // Русский предриниматель. 2004. № 1-2 (19). http://www.ruspred.ru/arch/18/10.php
17 Sierra Leone: a War of Terror // http://www.hnv.org
niiitiiiiiiiiiiiii DO(/ iiiiiiiiiniiiiiin


казни за измену и преступления против мирного населения18.
Санко подал апелляцию, рассчитывая выиграть время. Расчет оказался верным. Под лозунгом освобождения Санко РОФ устроил очередную кровавую баню, провел операцию «Не оставлять ничего живого» («No Living Thing»). Боевики грабили, разрушали, жгли все и убивали всех, кто оказывался на их пути.
В январе 1999 г. отряды Фронта подошли к Фритауну. Используя женщин и детей как живой щит, они вошли в город и соединились с проникшими туда ранее сообщниками. Командир мятежников Сэм Бокари заявил: «Наша цель - освобождение лидера РОФ Фоде Санко, арестованного в прошлом году в Нигерии, выданного правительству Сьерра-Леоне и приговоренного к смертной казни»19. Несколько дней в городе шли ожесточенные бои, в ходе которых погибли 5 тыс. мирных жителей. РОФ целенаправленно истреблял министров, журналистов и особенно юристов как членов корпорации, непосредственно причастной к вынесению смертного приговора Санко. Прежде чем формирования Фронта были выбиты из города, его значительная часть была сожжена, боевики увели с собой 3 тыс. детей. РОФ удалось освободить многих осужденных сторонников, но не Санко20.
Штурм Фритауна доказал, что РОФ рано списали со счетов как влиятельную военную и политическую силу. США и Великобритания призвали к достижению национального перемирия в Сьерра-Леоне. Такую же позицию заняла ООН. Президент Нигерии Аттику Абубакар заявил о намерении вывести свои войска из Сьерра-Леоне к маю 1998, когда истекут его президентские полномочия. Президент Кабба был вынужден пойти на компромисс с РОФ из-за угрозы потери внешней поддержки и власти. Он выпустил Санко из тюрьмы и начал с ним переговоры, которые завершились подписанием соглашения в Ломе 7 июля 1999. РОФ получил легальный статус, а Санко - пост вице-президента и министра минеральных ресурсов.
Для контроля за соблюдением соглашения в ноябре 1999 г. по решению Совета Безопасности в Сьерра-Леоне был введен контингент войск ООН. Когда миротворцы начали продвигаться в восточные районы страны, они стали легкой добычей боевиков РОФ, попадая в мастерски устроенные ими засады. Фронт захватил в плен 500 «голубых касок» и существенно пополнил свой арсенал трофейным оружием21. Кабба объявил ломейское соглашение утратившим силу. Весной 2000 г. силы Санко контролировали половину территории страны. Ситуацию коренным образом изменило прямое военное вмешательство Великобритании. Несколько сотен британских коммандос при поддержке авиации разгромили костяк армии РОФ.
Санко был помещен под домашний арест во Фритауне. 8 мая 2000 г. перед его домом состоялась демонстрация протеста против бесчинств РОФ. Охрана, состоявшая из подростков, не раздумывая открыла огонь, убив 20 человек. Санко скрылся, был лишен всех постов 18 Revolutionary United Front // http://www.globalsecurity.org/military/world/para/ruf. htm
19 Сьерра-Леоне // Школа Целостного Анализа. Вып. 5. 1999 // http://www.kurginyan.ru/ publ.shtml?cmd=sch&cat==444&vip= 13
20 Revolutionary United Front.
21 Johnson D. Foday Sankoh. Sierra Leone’s Rebel with a Cause // http://www.infoplease.com/ spot/sankoh 1 .html


и арестован 17 мая. Весть о его поимке жители Фритауна, натерпевшиеся от головорезов РОФ, встретили весельем и песнями22.
Военные действия продолжались еще полтора года. Разоружение отрядов РОФ завершилось к концу 2001 г. 18 января 2002 г. президент Кабба объявил об окончании гражданской войны. Она унесла, по разным подсчетам, от 50 до 200 тыс. жизней, более половины из примерно 6 млн сьерралеонцев стали беженцами. РОФ был преобразован в Партию объединенного революционного фронта (ПОРФ). На выборах 14 мая 2002 г. она получила всего 2,2% голосов, а ее кандидат в президенты - 1,7%23. В июле 2007 г. ПОРФ вошла в партию Всенародный конгресс.
Санко содержался в тюрьме Фритауна, где дожидался Международного трибунала ООН по военным преступлениям. Ему были предъявлены обвинения по 17 пунктам, включая преступления против человечности и геноцид. В июне 2002 г. на предварительных слушаниях по своему делу Санко производил впечатление психически ненормального человека. Он не мог связно ответить на вопросы, смеялся без причины и твердил: «Я бог. Я тайный бог. Я лидер Сьерра-Леоне». В октябре 2002 г. было объявлено, что он перенес инсульт. 29 июля 2003 г. Санко умер от последствий инсульта. Главный обвинитель на процессе американец Дэвид Крейн заявил, что смерть подарила Санко «мирный конец, то, чего он лишил стольких людей»24.
С.В. Мазов
Литература
Sankoh F.S. Footpaths to Democracy. Toward a New Sierra Leone // http://www.org./irp/ world/para/docs/footpaths.htm
Зотова Ю.Н., Смирнов ET., Френкель М.Ю. История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. М., 1994.
Beah I. A Long Way Gone: Memoirs of a Boy Soldier. N. Y, 2007.
Richards P. Fighting the Rain Forest. War, Youth & Resources in Sierra Leone. Oxford, 1996.
22 Sierra Leone. U.S. Department of State Background Note // http://www.infoplease.com/ country/profiles/sierra-leone.html
23 http://www.proekt.ru/states/s-leone.htm
24 Foday Sankoh, Sierra Leone Rebel Leader, Dies // Associated Press. 2003. July 30. http:// www.globalpolicy.org/intljustice/wanted/2003/0730sankoh.htm


Леопольд Седар СЕНГОР
Leopold Sedar Senghor, ок. 1905-20.XI1.2001
Политический деятель, поэт, философ; первый президент Сенегала (I960 - 1980 гг.).
Леопольд Сенгор родился, по одним данным, 9 октября 1906 г, а по другим, в 1905 г. в Сенегале, в небольшом приморском городке Жоаль к югу от Дакара. Семья его принадлежала к элите серер. Отец Леопольда Базиль Диогуа Сенгор был «хозяином земли» (землевладельцем). занимался скотоводством и торговлей (имел связи с коммерсантами из Бордо), исповедовал католицизм. У него было 5 жен и не менее 25 детей. Леопольд был сыном его третьей жены Гнилая Ндиеме Бакум.
Начальное образование мальчик получил в двух католических миссионерских школах - в Жоале (1913-1915 гг.) и в близлежащем селении Сен-Жозеф-де- Нгазобиль (1916-1922 гг.). В 1923 г. его отправили в семинарию Либермана в Дакаре, но из-за конфликта с ее руководителем Леопольд отказался от намерения стать священником и перешел в светскую государственную среднюю школу (будущий лицей Ван-Волленховена). Блестяще сдав экзамены на звание бакалавра, он был рекомендован руководством лицея для продолжения обучения во Франции с предоставлением ему половинной стипендии.
В сентябре 1928 г. Сенгор прибыл в Париж. Сначала он записался на курсы в Сорбонну, но вскоре перешел в элитарный лицей Людовика Великого, где познакомился с будущим президентом Франции Жоржем Помпиду, ставшим его другом на всю жизнь, и молодым поэтом с Мартиники Эме Сезэром. Закончив лицей в 1931 г., он попытался поступить в Высшую педагогическую школу, но потерпел неудачу. Чтобы подготовиться к сдаче экзамена на звание «агреже», дающего право преподавания в средних и высших учебных заведениях, Сенгор вернулся в Сорбонну. В 1932 г. он получил статус французского гражданина и в 1934 г. был призван в армию метрополии: служил сначала в 150-м пехотном полку в Вердене, а затем по его просьбе был переведен в Париж. В 1935 г. Сенгор стал первым в истории африканцем, получившим диплом «агреже». В октябре того же гола его направили преподавать французский язык и литературу в лицей Рене Декарта в Туре, с октября 1938 г. он работал в лицее Марселей-Вертело в Сен-Мор-де-Фоссе (современный департамент Валь-де-Марн). Одновременно он пополнял свое образование на курсах по негро-африканскому языкознанию в Высшей практической школе и в Институте этнологии в Париже.
Парижский период жизни Сен гора оказался временем формирования его политических взглядов. Под влиянием Помпиду он в июле 1930 г. вступил в Союз студентов-социалистов, однако не был его активным членом. В период обучения в Сорбонне Сенгор возглавлял Ассоциацию западноафриканских студен«III llllllltl инн 009 ПИН IIIIIIHIIIII


тов. Затем он вступил в профсоюз преподавателей средней школы, а в 1936 г., в эпоху Народного фронта, в Социалистическую партию Франции (СПФ); имел также контакты с левокатолическими кругами, группировавшимися вокруг журнала «Эспри».
С началом Второй мировой войны Сенгор был мобилизован в 31-й колониальный пехотный полк в качестве пехотинца 2-го класса. 20 июня 1940 г. во время боев у Ла-Шарите на Луаре он попал в плен и прошел через немецкие лагеря в Ромийи, Труа, Амьене и Пуатье; в конце 1941 г. за помощь в побеге двум французским военнопленным его перевели в дисциплинарный лагерь в Ландах. В феврале 1942 г. Сенгор был освобожден по болезни и вернулся к преподавательской деятельности в Сен-Мор-де-Фоссе; участвовал в движении Сопротивления в рядах Национального университетского фронта. После войны он получил кафедру негро-африканских языков и цивилизаций в парижском Институте заморских исследований и занимал ее вплоть до 1960 г.
В 1945 г. по инициативе лидера сенегальского отделения СПФ Ламина Гея Сенгор выдвинул свою кандидатуру на выборах в первое Учредительное собрание Четвертой Французской республики от первой избирательной курии (граждан) по округу Сенегал-Мавритания и был избран 21 октября 1945 г. В июне 1946 г. как кандидат СПФ он был переизбран во второе Учредительное собрание, а в ноябре 1946 г. стал депутатом Национального собрания Франции. В декабре 1946 г. его избрали в Генеральный совет (консультативный орган при губернаторе Сенегала). В 1947 г. Сенгор вошел в состав Руководящего совета СПФ. Однако он все более убеждался в необходимости создания автономного африканского социалистического движения. Его попытка сформировать самостоятельную политическую организацию ( Революционное демократическое объединение) встретила осуждение на июльском (1948 г.) съезде СПФ, а сам он был исключен из Руководящего совета. 27 сентября 1948 г. Сенгор покинул СПФ и ее парламентскую фракцию и присоединился к «независимым от заморских территорий» во главе с Суру Апити.
Будучи депутатом французского парламента до 1958 г., Сенгор активно выступал за конфедеративное устройство Французского союза и расширение автономии заморских территорий, за билингвизм в колониях (равноправие французского и местных языков), за социально-экономические реформы (введение для африканских рабочих французской системы социального страхования, уравнение пенсий «белых» и «черных» ветеранов, установление справедливых цен для производителей основной экспортной сельскохозяйственной культуры - арахиса). В феврале 1952 г. он добился принятия закона о пропорциональном представительстве населения Заморской Франции (ликвидация избирательных курий), а в июне 1956 г. подверг критике «закон-рамку» Гастона Деффера (создание правительственных советов в колониях, расширение полномочий территориальных ассамблей) как «способствующий балканизации Черной Африки»1. Наиболее заметную роль в политической жизни метрополии Сенгор играл в последние годы Четвертой и первые годы Пятой республик. Он дважды входил во французское правительство, занимая посты госсекретаря при премьер-министре в кабинете) Эдгара Фора (1 марта 1955 г. - 1 февраля, 1956 г.) и министра-советника в кабинете| Мишеля Дебре (23 июля 1959 г. - 19 мая|
1 См.: Segal R., Hoskyns Ch,, Ainslie R. Political Africa: A Who’s Who of Personalities and Parties) Book. L., 1961. P. 295.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 004 lllllllllllllllllll


1961 г.). Он был также членом Консультативной ассамблеи Совета Европы.
В самом Сенегале Сенгор быстро стал самостоятельной политической фигурой. Неизменно выступая за предоставление африканцам равных прав с французами, он еще в 1946-1947 гг. разошелся с Геем и его приверженцами, ратовавшими за культурную ассимиляцию африканцев2. Поддержка Сенгором забастовки сенегальских железнодорожников в 1947-1948 гг. обеспечила ему широкую популярность среди местного населения. В октябре 1948 г. ему удалось объединить своих сторонников-социалистов, «продвинутых»3 (Мамаду Диа) и профсоюзных деятелей (Аббаса Гея, Ибрахима Сарра) в Сенегальский демократический блок (СДБ), первую массовую политическую организацию страны, которая апеллировала прежде всего к сельскому избирателю как из доминирующей этнической группы (волоф), так и из этнических меньшинств (серер и др.). Такая стратегия гарантировала ему переизбрание во французский парламент в июле 1951 и январе 1956 гг. и победу СДБ на выборах в Территориальную ассамблею в марте 1952 г. (41 место из 50). В ноябре 1956 г. его избрали мэром крупного сенегальского города Тиес.
Успех общесенегальской политической мобилизации позволил СДБ «оседлать» процесс перехода Сенегала к независимости, начавшийся с предоставления стране частичной автономии в 1956 г. СДБ вновь получил большинство в Территориальной ассамблее, а один из его лидеров, М. Диа, возглавил Правительственный совет. В этот период Сенгор направил свои усилия на формирование единого фронта сенегальских политических сил и в 1958 г. добился объединения СДБ с группировкой Л. Гея в Сенегальский народный блок, вскоре преобразованный в Сенегальский прогрессивный союз (СПС). Сенгор стал его генеральным секретарем, а Гей - председателем. На референдуме 1958 г. Сенгор поддержал предложение Шарля де Голля о государственном самоопределении Сенегала в составе Французского сообщества и выступил против идеи немедленной независимости. Будучи сторонником объединения африканских государств, Сенгор вместе с Модибо Кейтой стал инициатором создания в январе 1959 г. Федерации Мали (Сенегал, Французский Судан, Дагомея и Верхняя Вольта; две последние, правда, вышли из нее в марте 1959 г.) и занял пост председателя федерального парламента. 20 июня 1960 г. Федерация получила полную независимость от Франции. Но уже 20 августа 1960 г. она распалась, и сенегальский парламент провозгласил государственный суверенитет своей страны. 5 сентября 1960 г. Сенгор был избран первым президентом Республики Сенегал. Властные полномочия он поделил с премьер-министром М. Диа: в ведении президента находились международные дела, в ведении премьера - осуществление долгосрочного плана развития Сенегала.
Новая политическая элита взяла курс на строительство «африканского социализма», что предполагало расширенное участие государства в экономике, ее планирование, национализацию производства арахиса, контроль центра над провинцией, внедрение кооперативных форм хозяйствования и пр. Проведение ускоренной социально-экономической модернизации требовало жестко централизованной системы управления, но «двуглавость» политического режима очень скоро превратилась в препятствие 2 SenghorL.S. Vues sur l’Afrique noire ou assimiler, non être assimilés // Liberté 1: Négritude et humanisme. P., 1964. P. 68.
3 «Продвинутые» (les évolués) — африканцы, получившие европейское образование.
IHtillllllllltllll HltlllllllllllllH


для ее создания. Напряженность в отношениях между президентом и премьер- министром постоянно нарастала. В декабре 1962 г. по обвинению в попытке государственного переворота Диа был смещен со своего поста и арестован. Сенгор, взявший на себя также полномочия главы правительства, сосредоточил в своих руках основные рычаги власти.
Новая конституция, одобренная на референдуме 7 марта 1963 г., оформила превращение Сенегала в президентскую республику. В результате декабрьских выборов 1963 г. Сенгор стал первым всенародно избранным президентом. В стране установилась однопартийная система: единственная оппозиционная партия (Партия африканского объединения) в июне 1966 г. влилась в правительственную, остальные были запрещены; большинство общественных и профсоюзных организаций перешло под контроль СПС.
Наиболее успешным проектом Сен- гора оказалась реформа образования. По его глубокому убеждению, экономический прогресс невозможен без прорыва в сфере культуры. Разработанная под его руководством общенациональная программа предполагала к 2000 г. 100-процентный охват начальным и средним образованием как мальчиков, так и девочек, приоритетное развитие профессионально-технических училищ, призванных удовлетворить потребность в среднем образовании до 50% учащихся, государственная поддержка изучения национальных языков, самообеспечение страны образованными кадрами. Президент мечтал сделать Дакар интеллектуальной столицей Западной Африки, построил там драматический театр, организовывал выставки и конференции. Крупным событием в культурной жизни Сенегала стал Международный фестиваль негритянского искусства в 1966 г.
Основой внешней политики Сенгора было тесное сотрудничество с бывшей метрополией, как военно-политическое (присутствие французского гарнизона на территории Сенегала), так и экономическое (привлечение инвестиций). Будучи активным поборником всестороннего сотрудничества франкоязычных государств, он стал одним из инициаторов создания в 1970 г. Агентства по культурному и техническому сотрудничеству, из которого позже родилась Международная организация франкофонии.
Путь к созданию единой нации и сильного национального государства был нелегким. Если в 1960-е годы благодаря высоким ценам на арахис отмечался быстрый рост экономики, то к концу 1960-х годов появились признаки, свидетельствовавшие о несостоятельности социалистической модели хозяйствования. К этому добавились катастрофические! последствия засух, а их было 13 за время < правления Сенгора. Не всегда недоволь-1 ство населения удавалось сдерживать с помощью финансовой поддержки Запада, в первую очередь Франции. Президентские выборы декабря 1963 г. сопровождались массовыми демонстрациями и уличными беспорядками (11 убитых и 80 раненых). 22 марта 1967 г. на Сенгора было совершено неудачное покушение в главной мечети Дакара. После фев ральских президентских выборов 1968 г. сенегальские города оказались охваченными студенческими и рабочими волнениями, продолжавшимися с перерывами до введения чрезвычайного положениям июне 1969 г.
Обладавший огромной властыг Сенгор, однако, избежал искушении стать диктатором и править, опирая^ исключительно на насилие. В 1966 г. (и ввел в состав правительства трех вид ных деятелей левой оппозиции (Абду лая Ли, Ассана Сека, Амаду Махтар М’Боу). В феврале 1970 г. он ограничь президентский режим, восстановив nsc премьер-министра, на который назна чил молодого технократа Абду Диу-^ tiiiiiimiiiiutii ООО iiiniiitiiiiiiiiii


Возобновившиеся в 1972-1973 гг. студенческие волнения заставили Сенгора пойти на дальнейшую либерализацию режима. В 1974-1976 гг. он провел политическую амнистию и учредил систему управляемой «трехпартийной демократии»: наряду с «социалистическим» СПС были легализованы «либеральная» Сенегальская демократическая партия (СДП) и «марксистская» Африканская партия независимости Маджмута Диопа; в 1979 г. к ним добавилось «консервативное» Сенегальское республиканское движение. В 1978 г. были проведены первые с 1965 г. многопартийные выборы: Сенгор был переизбран президентом, получив 82% голосов; в парламенте правящая партия завоевала 83 места из 100*. В декабре того же года в Сенегале был законодательно установлен лингвистический плюрализм: наряду с французским, статус государственного обрели шесть местных языков (диола, малинке, пёль, серер, сонинке, волоф).
Католический президент в почти искл ючител ьно мусул ьманской стране (90% населения) и выходец из этнического меньшинства (13%), Сенгор сумел сохранять власть в течение 20 лет и периодически выигрывать выборы (1963, 1968, 1973, 1978 гг.); государственные перевороты, столь частые в странах постколониалыюй Африки, обошли стороной Сенегал. Это удалось президенту благодаря не только собственной политической гибкости и помощи Франции, но и неизменной поддержке силовых структур - армии и полиции, возглавлявшихся его личными друзьями: главнокомандующим генералом Жаном Альфредом Диалло и министром внутренних дел Жаном Колленом.
Сенгор остался в африканской истории как глава государства, по собственной воле ушедший в отставку и осуществивший таким образом ненасильственную передачу власти. 31 декабря 1980 г. он передал свой пост А. Диуфу.
После отставки Сенгор уехал во Францию и поселился в Берсоне, нормандском имении своей второй жены Колетты. В последние два десятилетия своей жизни он лишь пять раз побывал на родине, и то с кратковременными визитами. В то же время Сенгор не отошел от общественной деятельности, продолжив свои усилия по развитию франкофонного движения. В 1982 г. он принял активное участие в создании Ассоциации «Франция и развивающиеся страны», в 1983 г. стал вице-президентом Высшего совета организации франкофонных государств.
Сенгор был не только крупным политиком. Другая важная составляющая его жизни - поэтическое творчество. «Прежде всего, я - поэт», - часто повторял он. Сенгор начал писать стихи, находясь в немецком лагере для военнопленных. Его первая поэма («Гелавару») была своеобразным ответом на призыв Ш. де Голля к сопротивлению. Первый сборник «Песни в сумраке» (1945) обозначил главную тему его поэзии - взаимоотношения двух миров, «черного» и «белого». Следующий сборник «Черные просфоры» был посвящен сенегальским стрелкам, павшим за Францию. За ним последовали «Эфиопские мотивы» (1956), «Ноктюрны» (1961), «Осенние письма» (1973), «Песнь для Джеки Томсона» (1973) и, наконец, «Главные элегии» (1979) - прощальный поэтический привет, обращенный к его детству и родине.
Хотя и скромное по объему (полное собрание сочинений Сенгора, изданное в 1990 г., уместилось на 350 страницах), его поэтическое наследие вошло в сокровищницу мировой литературы как круп4 The Annual register: World events in 1978 / Ed. H.V. Hodson. Vol. 220. N. Y.; L., 1979. P. 223.
tiiiiiiiiiiiiiniii DO/ iiiiiiniiiiiiiiiii


ное и оригинальное явление, в котором удивительным образом слились воедино две культуры - африканская и европейская. Сенгор писал исключительно на французском языке - языке, предназначенном, по его убеждению, для универсального общения5. Он был воспитан на лучших образцах французской словесности (Виктор Гюго, Шарль Бодлер, Артюр Рембо, Стефан Малларме, Поль Валери, Сен-Жон-Перс). Но содержание его поэм, их богатейшая образность, их неповторимый ритм глубокими корнями уходят в почву родной Африки.
Поэзия Сенгора оказалась адекватным отражением теории, созданной им вместе с мартиниканцем Эме Сезэром и гвинейцем Леоном Гонтраном Дама и получившей название «негритюд» ( 1930), - верность культурным ценностям всего африканского мира и признание за африканской культурой достойного места среди других6. Сенгор видел разрешение гуманитарных проблем не только в равноправном существовании «черной» и «белой» цивилизаций, но и в их дальнейшем слиянии и даже метисации. Он сам являл образ этого союза: ничего не утратив из своей африканской природы, он сумел открыться всем основополагающим идеям западного мира. Пожалуй, во всей современной литературе нет такого яркого примера сплава африканского гения и европейского интеллекта.
Литературное творчество Сенгора не ограничивается поэзией. Автор национального гимна Сенегала был также ярким публицистом. Между 1964 и 1992 гг. он издал пять сборников статей и докладов под общим названием «Свобода»; подзаголовки каждого из них резюмировали главные направления его философской и общественно-политической мысли: «Негритюд и гуманизм» (1964), «Нация и африканский путь к социализму» (1971), «Негритюд и всемирная цивилизация» (1977), «Социализм и планирование» (1983), «Диалог культур» (1992). За свою литературную и общественную деятельность президент-поэт в июне 1983 г. был избран во Французскую Академию, став первым в истории африканцем, удостоившимся такой чести.
Умер Леопольд Сенгор 20 декабря 2001 г. в Берсоне и 29 декабря был похоронен в Дакаре.
Сенгор был женат дважды. В 1947 г. он вступил в брак с Жинеттой Эбуэ, дочерью Феликса Эбуэ7, от которой имел двух сыновей. После развода в 1956 г. он женился на Колетте Юбер родом из Нормандии, которая родила ему еще одного сына, прожившего недолгую жизнь (1958-1981).
Сенгор получил мировое признание. Он был членом не только Французской, но и многих других академий (Баварской, Марокканской и т. д.), почетным доктором 37 университетов, удостоился многочисленных наград и премий. Его имя носит Международный университет французского языка в Александрии и несколько лицеев во Франции.
И.В. Кривушин, Е.С. Кривушина
Литература
Сенгор Л.С. Избранная лирика. М., 1969.
Он же. Негритюд: психология африканского негра // Ступени. 1992. № 3/6.
Senghor L.S. Le français, langue de culture // Esprit. 1962. Décembre.
SenghorL.S. Liberté 1: Négritude et humanisme.
P., 1964.
5 SenghorL.S. Le français, langue de culture // Esprit. 1962. Décembre.
6 Сенгор Л. Негритюд: психология африканского негра // Ступени. 1992. № 3/6.
7 Адриен Сильвестр Феликс Эбуэ (1884-1944), афроамериканец с острова Мартиника, был губернатором Французской Экваториальной Африки в 1940-1944 гг.
IIIItllIIIIKIIIIII ООО IIIIIIIKIII1I1IIII


Senghor L.S. Liberté 2: Nation et voie africaine du socialisme. P., 1971.
Senghor L.S. Liberté 3: Négritude et civilisation de (’Universel. Paris, 1977.
Senghor L.S. Liberté 4: Socialisme et planification. Paris, 1983.
Senghor L.S. Oeuvre poétique. Paris, 1990.
Senghor L.S. Liberté 5: Le Dialogue des cultures. Paris, 1992.
Демьянович O.C. Концепция негритюда - мировоззренческая доктрина Л. С. Сен гора 30-40-х гг. XX. в. // Политические проблемы стран Азии, Африки и Латинской Америки в новейшее время. М., 1978.
Ерасов Б.С. Леопольд Сенгор и его концепция культуры // Народы Азии и Африки. 1967. № 2.
Ляховская НД. Леопольд Седар Сенгор. М., 1995.
Сидорова Г. Сенегал: Поэт-президент // Азия и Африка сегодня. М., 2002. № 5.
Delas D. Léopold Sédar Senghor: le maître de langue. Croissy-Beaubourg, 2007.
Roche Ch. Léopold Sédar Senghor: le président humaniste. Toulouse, 2006.
Vaillant J.G. Vie de Léopold Sédar Senghor: noir, français, africain. P., 2006.


Сиака Пробин СТИВЕНС
Siaka Probin Stevens, 24.VIII.1905-29.V.1988
Сьерра-леонский политический и государственный деятель. Премьер- министр (1968-1971 гг.), президент страны (1971-1985 гг.).
Отец Стивенса в поисках лучшей доли отправился из родной деревни во Фритаун. Там он завербовался в Королевские западноафриканские пограничные силы. Местом его службы стал городок Моямба в 75 милях к юго-востоку от столицы, где и родился Сиака. Отец едва умел читать и считать и мечтал дать детям хорошее образование, чтобы они «выбились в люди». Он скопил денег и после выхода в отставку открыл лавку. Появились средства для оплаты учебы Сиаки сначала в протестантской миссионерской школе, а затем в одной из лучших средних школ Сьерра-Леоне Альберт-Академии во Фритауне. Привыкший к военной дисциплине отец воспитывал детей в строгости и сызмальства приучал их к труду.
В 1923 г., выполняя волю отца, Стивенс стал полицейским. В 1930 г. он уволился из полиции в чине старшего сержанта и инструктора стрелковой подготовки. Семилетняя служба научила Стивенса многим вещам, которые очень пригодились ему как политику. «Я, - вспоминал он, ~ научился преодолевать застенчивость и свободно общаться с людьми из всех слоев общества, прислушиваться к их мнению и признавать, что оно может быть правильным, даже если не совпадает с моим. Я понял, что толерантность и юмор в общении с людьми помогают найти с ними общий язык и наладить сотрудничество. Я понял, как важно регулярно поддерживать хорошую физическую форму. Я научился сохранять спокойствие во время происшествий и чрезвычайных ситуаций, не поддаваться эмоциям и не верить людям на слово»1.
Стивенс устроился в «Сьерра-Леоне Девелопмент Компании » ( «Делько»), занимавшуюся разработкой месторождения железной руды в Манапе. Работал телефонным оператором, секретарем генерального менеджера, стал первым африканцем, которому доверили пост начальника станции на железной joj роге, связывавшей Манапу с портом Пепел.
Несмотря на успешную карьер) Стивенс часто испытывал душевный дискомфорт, наблюдая, в каких условиях трудились и жили шахтеры: «Они напряженно работали шесть дней в неделю, получая 9 пенсов в день плюс две чашки риса и щепотку соли. Их положение было немногим лучше рабства. Их быстро одолевали апатия и чувство 1 Stevens S. What Life Has Taught Me. The Autobiography of His Excellency Dr. Siaka Steven^ President of Sierra Leone. L., 1984. P. 66, 67.
niiiiiiiiiiiiiifii U/U iiiiiiiiiiiiiiiini


безысходности. Отчаяние порождало у них невротическое стремление уйти в себя, их дух был надломлен, животы пусты»2. В 1943 г. он принял предложение стать профсоюзным функционером, оставив относительно спокойную и хорошо оплачиваемую должность старшего клерка в центральном офисе «Делько». В 1944 г. Стивенс стал генеральным секретарем профсоюза шахтеров Манапы. На профсоюзном поприще он зарекомендовал себя противником забастовок и сторонником переговоров с администрацией, которые считал единственным способом добиться «игры по правилам и справедливой оплаты труда»3.
Стивенса заметили колониальные власти. Как представитель рабочих он был назначен в Ассамблею протектората - совещательный орган при губернаторе, созданный в 1946 г. В 1947 г. он получил стипендию Британского совета для изучения вопросов организации профсоюзного движения в Раскин-кол- ледже в Оксфорде. Стивенс приехал в Великобританию в январе 1948 г. и пробыл там 18 месяцев, которые он считал «одним из лучших периодов в жизни». Среди изучавших в колледже профсоюзную работу британцев и американцев было много людей левых взглядов. Их идеи не показались Стивенсу привлекательными: «Коммунисты и их попутчики использовали любую возможность обсуждать великое тысячелетие, когда рабочие будут править миром. Социалисты доказывали, что следует поспешать медленно и тому подобное. Они учили меня как ложиться спать до часа ночи, как успеть получить добавку в столовой, как жить на скромную стипендию и как привыкнуть к вкусу копченой рыбы, которую я обсыпал стручками кайенского перца и жарил на газовой горелке»4. Не вдохновило его на революционные свершения и впечатления от рабочего движения Великобритании: «Мне было особенно интересно узнать, что средний рабочий Соединенного Королевства так же равнодушен к делам своего профсоюза, как и рабочие моей страны»5.
В 1949 г., когда Стивенс вернулся на родину, там обсуждался проект новой конституции, предусматривавший, в частности, введение в состав Законодательного совета (совещательного органа при губернаторе) 14 выборных членов, 4 - от колонии и 10 - от протектората6. Деление Сьерра-Леоне на колонию (прибрежная часть) и протекторат (внутренние районы) не было формальноадминистративным, оно отражало особенности становления сьерра-леонского колониального общества. Колония Сьерра-Леоне (основана в 1808 г.) создавалась Великобританией как поселение освобожденных африканских рабов. К концу XIX в. их потомки, креолы, стали самой многочисленной этнической группой колонии, заняли ведущие позиции в ее экономике. Они выработали собственный язык (крио) и субкультуру7. В протекторат (образован в 1896 г.) вошли земли между французскими колониями, Либерией и колонией Сьерра-Леоне, над которыми Великобритания установила контроль в результате колониальной экспансии.
2 Stevens S. What Life Has Taught Me. The Autobiography of His Excellency Dr. Siaka Stevens. President of Sierra Leone. L., 1984. P. 95,96.
3 Ibid. P. 77.
4 Ibid. P. 122,123.
5 Ibid. P. 134.
6 Alie J. A New History of Sierra Leone. L., 1990. P. 208.
7 См.: Зотова Ю.Н., Смирнов Е.Г., Френкель М.Ю. История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. М., 1994. С. 27-122.
iiiiiiiiiiiiiiiuii О/l iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Жители колонии считались британскими подданными в отличие от населения протектората, находившегося «под британской опекой». В колонии существовали выборные органы местного самоуправления - муниципалитеты. У колонии было выборное представительство в Законодательном совете. В протекторате была введена система косвенного управления через «туземную администрацию». Три верховных вождя протектората представляли его в Законодательном совете. Это была явная диспропорция, поскольку в протекторате проживало 90% населения. Колония была районом развитого товарного производства, где сложились многочисленная по африканским меркам образованная прослойка и влиятельная группа торговых посредников (креолы и выходцы из Азии). Грамотность, профессиональные знания и политическая деятельность были привилегией преимущественно креолов. В протекторате трансформация традиционных социальных структур шла гораздо медленнее, политических организаций не было.
Намерение сбалансировать представительство в Законодательном совете колонии и протектората креолы расценили как угрозу своему политическому доминированию. В сентябре 1948 г. они направили петицию британскому министру колоний, где резко возражали против предоставления большинства мест в совете «необразованнььм иностранцам»8. В 1950 г. креолы создали Национальный совет колонии Сьерра-Леоне (НСК), который выдвинул лозунг отделения колонии от протектората9.
Политики протектората в долгу не остались. В сентябре 1950 г., выступая на собрании Ассамблеи, Милтон Мар- гаи назвал креолов «горсткой иностранцев», которые «не хотят сотрудничать с нами и воображают, что они лучше нас, только потому что по-обезьяньи подражают западному образу жизни и никогда не дышали воздухом независимости»10 11. Маргаи пользовался в протекторате большим авторитетом как первый из его уроженцев врач-хирург с британским дипломом. Член Ассамблеи Стивенс, как и большинство ее членов, голосовал за принятие конституционных предложений губернатора, выступал против креольского сепаратизма. «Креолы, - считал он, - настолько одержимы идеей своего расового и интеллектуального превосходства, что не замечают политических реалий и социальных изменений»11. Стивенс не делил сьерралеонцев на «пришлых» и «местных» и подчеркивал, что он - истинный представитель своей страны: «Мой отец12 - выходец из глубинки на севере, моя мать13 выросла на юго-востоке. Я родился в центральной части страны, в Моямбе, и провел там большую часть детства среди менде. Я учился во Фритауне и работал там среди креолов. <...> Я женился на девушке с северо-запада, чьими родителями были темне и сусу. Я горжусь своим смешанным происхождением»14.
Стивенсу импонировал лозунг «Единая страна - единая нация», ставший девизом Народной партии Сьерра-Леоне, 6 Stevens S. Op. cit. Р. 140.
9 Foray С. Historical Dictionary of Sierra-Leone. African Historical Dictionaries. № 12. Metuchen (N.J.), L., 1977. P. 162,163.
10 Stevens S. Op. cit. P. 142.
11 Ibid. P. 138.
12 Джеймс Тибин, лимба по этнической принадлежности.
13 Миата Массакуои, ваи по этнической принадлежности.
14 Stevens S. Op. cit. Р. 18.
liiHitiiiiiiuiiii О / Z iiiiiiHiHKiiiiii


которая была создана Маргаи в 1951 г.15 Он стал одним из руководителей партии. НПСЛ была партией крупных вождей и состоятельных предпринимателей протектората, которые не собирались использовать «неконституционные методы» для достижения независимости. Среди партийной верхушки Стивенс был «белой вороной», единственным, кто не мог похвастаться знатным происхождением или связями с крупным бизнесом. Руководители НПСЛ считали своей первоочередной задачей ликвидировать политическую гегемонию креолов и распространить влияние на колонию. На выборах в Законодательный совет в ноябре 1951 ей удалось получить 17 мест из2116.
Стивенс был не только избран в Законодательный совет, но и стал в 1952 г. одним из пяти первых министров- африканцев Сьерра-Леоне - министром земель, шахт, труда и геологических изысканий. Его функции были «чисто административными, все важные решения принимались британцами»17. НПСЛ не ставила остро вопрос о независимости, избрала путь неспешных переговоров и компромиссов. Как человек из народа Стивенс мог попытаться сделать НПСЛ более радикальной или создать свою партию и выдвинуть лозунг «Независимость немедленно!» Африка знает немало подобных примеров, наиболее яркий из них - Кваме Нкрума. Стивенс на это не решился. Начав заниматься политикой, он не намеревался стать «африканским националистом». По образованию и жизненному опыту он отличался от тех африканских политиков, которые оказались способны бросить открытый вызов колониальным властям: «Я пришел в политику другим путем, нежели многие мои современники. По уровню образования я не был интеллектуалом. Я никогда не был типичным идеологохм рассерженных молодых людей. Я не был страстно одержим новыми идеями, принесенными из Европы или Америки путешествовавшими по всему миру студентами, которые начали возвращаться в Сьерра-Леоне после учебы за границей. Не довелось мне пройти тяжкие испытания и приобщиться к идеям национализма на фронтах войны»18.
Так бы и занимался «мини-министр» Стивенс рутинной текучкой, не случись массовых выступлений рабочих. В 1954 г. резко выросли цены на пальмовое масло и рис, составлявшие основу рациона сьерралеонцев. Профсоюзы потребовали повышения заработной платы. Длившиеся несколько месяцев переговоры между предпринимателями и профсоюзами, на которых посредником был Стивенс, закончились безрезультатно. 10 февраля 1955 г. началась всеобщая забастовка. Работу прекратили железнодорожники, докеры, строители, работники коммунальных предприятий, почты, телеграфа. Ситуацией воспользовались безработные, люмпены, криминалитет. Из-за актов саботажа во Фритаун прекратилась подача воды и электроэнергии, была прервана телефонная связь. Объектом народного гнева стали и дома министров-африканцев. Дом Стивенса был разграблен, его семье пришлось скрываться у соседей19. Ситуация нормализовалась после ввода в столицу армейских частей, которые применили оружие.
Под влиянием забастовки и мощного крестьянского восстания в протекторате в 15 Foray С. Op. cit. Р. 198,199.
16 Зотова Ю.Н. и др. Указ. соч. С. 243.
17 Stevens S. Op. cit. Р. 155.
18 Ibid. Р. 93.
19 Ibid. Р. 168.


1955-1956 гг. Стивенс занял более радикальную позицию в отношении сроков и методов достижения независимости. Он разочаровался в Маргаи, который вместо того чтобы энергично добиваться независимости выжидал, колебался «осторожничал и заискивал перед англичанами». Недоволен был Стивенс и НПСЛ, которая «была лишь средством выражения узких групповых интересов партийной верхушки, высокомерно считавшей себя элитой»20. В 1957 он договорился с Альбертом Маргаи, братом М. Маргаи, что они добьются отставки последнего и партию возглавит А. Маргаи, который сумеет привести Сьерра-Леоне к независимости «в обозримом будущем». В последний момент под давлением семьи Альберт отказался от этих планов21.
В июле 1957 г. Стивенс вышел из НПСЛ и вместе с А. Маргаи создал Народную национальную партию, которая выдвинула лозунг «Независимость немедленно!» Стивенса вдохновили бесстрашие и уверенность лидера Гвинеи Секу Туре. Харизматическим лидером, вроде Туре или Нкрумы, ему стать не удалось, да и для создания мощной партии не хватило интеллектуального потенциала и организационного опыта. На выборах в районные советы 1959 г. ННП завоевала 29 из 309 мест, вчистую проиграв НПСЛ22.
В апреле-мае 1960 г. в Лондоне состоялась конституционная конференция, на которой была определена дата независимости Сьерра-Леоне - 27 апреля 1961 г. Для ведения переговоров с британским правительством все сьерра- леонские политические партии создали Объединенный национальный фронт, признав его лидером М. Маргаи. Консолидированной позиции им выработать не удалось. Разногласия возникли по двум позициям. Стивенс настаивал на проведении всеобщих выборов до предоставления независимости и был против подписания договора о совместной обороне с Великобританией. Его предложения не были поддержаны большинством, в том числе и братьями Маргаи.
Вернувшись во Фритаун, он создал Движение за проведение выборов до независимости, объединившее политические силы, не согласные с итогами конференции. В октябре 1960 г. движение было преобразовано в политическую партию Всенародный конгресс (ВК). Ее руководство состояло из северян незнатного происхождения, которые позиционировали себя как оппозицию НПСЛ и вождям. Партия провозгласила своей целью создание в Сьерра-Леоне «государства всеобщего благоденствия, основанного на социалистических началах, где у всех граждан независимо от классовой или этнической принадлежности, цвета кожи и вероисповедания будут равные возможности, где не будет эксплуатации человека человеком, одной этнической группы другой, одного класса другим»23. Главной тактической задачей ВК было скорейшее проведение всеобщих выборов.
У партии были хорошие электоральные перспективы, на состоявшихся в ноябре 1960 г. выборах в муниципалитет Фритауна ее кандидаты завоевали два места из трех. Проводить всеобщие выборы колониальные власти не рискнули. Они передали бразды правления «надежной» НПСЛ во главе с назначенным премьер-министром М. Маргаи, которого возвели в рыцарское достоинство. С оппозицией поступили жестко. Незадолго до независимости в Сьерра-Леоне
20 Stevens S. Op. cit. Р. 173,174.
21 Ibid. Р. 179.
22 Ibid. Р. 190.
23 Ibid. Р. 203,204.


было введено чрезвычайное положение. Всю верхушку ВК, всего 44 человека, Стивенса в их числе, арестовали и поместили в тюрьму по обвинению в заговоре и подрывной деятельности. Стивенс был привилегированным заключенным. Под камеру ему отвели служебное помещение тюремного госпиталя, довольно светлое и просторное. Кормили по диете высшего разряда. 26 апреля 1961 г., накануне независимости, премьер-министр М. Маргаи прислал заключенному Стивенсу бутылку бренди, «то ли для того чтобы отпраздновать освобождение страны, то ли для того чтобы скрасить печаль от потери собственной свободы»24. В мае 1961 Стивенс вышел на свободу, в июле Верховный суд снял все обвинения против него и его соратников.
В К оставалась наиболее влиятельной оппозиционной партией. Ее первая попытка прийти к власти оказалась неудачной. На выборах в мае 1962 г. НПСЛ использовала административный ресурс, влияние вождей, деньги от экспорта алмазов и сумела получить большинство мест в парламенте25. Она проводила прозападный внешнеполитический курс, политику «открытых дверей» в отношении иностранного капитала, продвигала на ключевые государственные посты представителей народа менде.
В апреле 1964 г., после внезапной смерти М. Маргаи, премьер-министром стал А. Маргаи. Он не внес корректив в политику НПСЛ. У нового лидера было много амбиций, но его часто подводила излишняя самоуверенность. В сентябре 1964 г. он распустил столичный муниципалитет и назначил новые выборы, рассчитывая на победу НПСЛ. Большинство мест завоевал В К, и мэром Фритауна стал Стивенс.
Поняв, что в честной борьбе одолеть В К вряд ли удастся, Маргаи взял курс на подавление оппозиции и создание авторитарного режима. Активистов В К арестовывали под надуманными предлогами, вожди запрещали проводить митинги и собрания его сторонников, власти штрафовали печатный орган партии газету «Ви Юн». В декабре 1965 г. Маргаи предложил ввести в Сьерра- Леоне однопартийную систему. Это вызвало резкие протесты не только В К, но и профсоюзов, женских, молодежных организаций. Стивенс не уставал повторять, что однопартийная система антиконституционна, что она привела к ликвидации демократических свобод в других африканских странах и может быть введена только при согласии народа. «Как лидер ВК и как рядовой гражданин, - писал он в «Ви Юн», - я испытываю отвращение к однопартийной системе, я ее ненавижу»26. В феврале 1967 Маргаи заявил об отказе правительства от введения «демократической однопартийной системы»27.
Состоявшиеся вскоре выборы выиграла ВК. 21 марта 1967 г. британский губернатор назначил Стивенса премьер- министром. В три часа дня Стивенс принял присягу и был приглашен в кабинет губернатора для беседы. Они едва успели обменяться несколькими фразами, как в кабинет ворвались вооруженные военные и объявили, что никого не выпустят из здания до важного правительственного заявления. Ошарашенный губернатор поспешно удалился в свои апартаменты, а Стивенс остался в кабинете под арестом. Вскоре по радио выступил бригадный генерал Дэвид Лансана, который заявил, что назначение Стивенса премьер-министром «неконституцион24 Stevens S. Op. cit. Р. 206.
25 Зотова Ю.Н, и др. Указ. соч. С. 257.
26 Цит. по: Reno IV. Corruption and State Politics in Sierra Leone. Cambridge, 1995. P. 79.
27 Stevens S. Op. cit. P. 244.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


но», и армия берет власть в свои руки28. Лансана, менде по этнической принадлежности, был другом и родственником (муж племянницы) А. Маргаи. Было очевидно, что именно он стоял за переворотом.
Сторонники Стивенса построили баррикады и препятствовали передвижению воинских частей по Фритауну. Войска применили слезоточивый газ и оружие, несколько человек были убиты, десятки ранены. Находившийся в изоляции Стивенс не имел возможности связаться с соратниками. 23 марта вооруженный конвой доставил его в тюрьму. Через полчаса, выглянув в окно камеры, Стивенс не поверил своим глазам. Вооруженные солдаты ввели в тюремные ворота сначала Маргаи, а потом и Лансану. Маргаи крупно просчитался, посчитав, что опираясь на армию, он сохранит власть вопреки результатам выборов. Армия не была едина, среди офицеров сложилась влиятельная группа его противников, росло недовольство тем, что Лансана продвигал на высшие посты менде. Группа старших офицеров арестовала Маргаи и Лансану и создала Совет национального преобразования (СНП) во главе с подполковником Эндрю Джаксон-Смитом. Он заявил, что Совет будет бороться за искоренение коррупции, непотизма, трайбализма, за оздоровление экономики29.
Стивенса вскоре выпустили из тюрьмы, он уехал поправлять здоровье в Великобританию, потом перебрался в Гвинею, где ему оказал «гостеприимный прием» Секу Туре. Стивенс пристально следил за событиями на родине, требовал возвращения к гражданскому правлению. Положение СНП становилось все более шатким, его антикоррупционные меры не дали позитивных результатов, а экономическая политика привела к падению жизненного уровня широких слоев населения в том числе и армейских низов. 17 апреля 1968 г. группа унтер- офицеров совершила новый переворот, были арестованы 76 высших армейских и 48 полицейских чинов30. Это стало концом правления военных. Стивенс вернулся во Фритаун 24 апреля и через два дня был назначен премьер-министром, возглавив коалиционное правительство, куда вошли представители ВК, НПСЛ и независимые.
Оценив масштаб и глубину кризиса, в котором оказалась страна, Стивенс пришел к выводу, что для его преодоления необходимо коренным образом реформировать политическую систему. Он выступил с инициативой введения республиканской формы правления (Сьерра-Леоне оставалась монархией во главе с английской королевой) и принятия новой конституции. Она предусматривала учреждение поста президента с широкими полномочиями. Оппозиция не без оснований усмотрела в этом нехитрый расчет укрепить личную власть. Осенью 1970 была создана Объединенная демократическая партия (ОДН). Ее возглавил первый министр иностранных дел Сьерра-Леоне Джон Карефа- Смит, его заместителями стали два министра от В К, демонстративно ушедшие в отставку. ОДН обвинила Стивенса в «диктаторских амбициях» и организовала крупные беспорядки. Власти ввели чрезвычайное положение, ОДН была запрещена, ее руководство арестовано. Репрессии вынудили противников Стивенса обратиться к конспиративным методам. Они договорились с командующим армией генералом Джоном Бангу- рой о свержении правительства путем военного переворота. Стивенс узнал о 28 Foray С. Op. cit. Р. 118.
29 Stevens S. Op. cit. Р. 266.
30 Зотова Ю.Н. и др. Указ. соч. С. 265.
IIIIIIIIIIIIIIIHII O/D llllllllllinilllll


планах заговорщиков. 22 марта 1971 г. он предупредил Бангуру, чтобы тот «не предпринимал необратимых мер, о которых впоследствии придется пожалеть». Командующий заверил премьер- министра в своей «непоколебимой лояльности»31. Ночью дом Стивенса начали штурмовать солдаты, которым командовал лично Бангура. Охрана оказалась на высоте, и нападавшие отступили после того, как у них кончились патроны. 23 марта, захватив радиостанцию, Бангура объявил, что «армия вынуждена взять контроль над ситуацией». Стивенс сумел связаться с верными ему офицерами, и они арестовали командующего. Переворот научил Стивенса быть беспощадным к противникам, «давить заговоры в зародыше»32. Бангура и три старших офицера были приговорены к смертной казни и повешены.
Стивенс извлек максимальную выгоду из неудавшегося переворота. Армия оставалась ненадежной, и он решил обезопасить себя от новых переворотов с помощью внешних сил. 24 марта на машине он тайно направился в Конакри, где 25 марта подписал с Секу Туре договор о совместной обороне между Сьерра-Леоне и Гвинеей, который обязывал одну из сторон оказывать военную помощь другой в случае возникновения «серьезной угрозы национальной безопасности». 28 марта, в день ратификации договора сьерра-леонским парламентом, 200 гвинейских военнослужащих вошли во Фритаун, и четыре истребителя МИГ пролетели над городом33. Воспользовавшись ослаблением оппозиции, Стивенс форсированно провел конституционные изменения. 19 апреля парламент провозгласил Сьерра-Леоне республикой и на следующий день назначил Стивенса исполнительным президентом.
По новой конституции Сьерра-Леоне стала президентской республикой. Президент являлся главой государства и правительства, был верховным главнокомандующим, имел право назначать министров и верховного судью. Одним из первых указов Стивенс назначил министром обороны Джозефа Момо, профессионального военного, который воспитывался в его семье и сыграл ключевую роль в подавлении попытки переворота Бангуры.
Став полновластным правителем Сьерра-Леоне, Стивенс не предъявил целостной концепции развития. Таковой у него и не было. Его политическим кредо был чистый, идеологически не ориентированный прагматизм: «Если у сьерралеонцев и африканцев в целом есть какой-то особый дар, так это талант прагматизма, умение найти лучшие способы добиться цели, опираясь на имеющиеся ресурсы. Мы принимаем решения исходя из опыта. Мы готовы менять их по мере необходимости. По своей природе мы люди неидеологические, популярные за рубежом учения приносят скудные плоды на африканской почве. Я признаю, что в самой общей форме разделяю общие принципы основных политических, социальных и экономических доктрин - демократии, социализма, прагматизма и утилитаризма, но я никогда не был рабом какой-либо догмы и являюсь сторонником этих идейных течений постольку, поскольку они представляются мне соответствующими здравому смыслу»34. «Неидеологической» объявил Стивенс и В К. «Моя партия, - писал он, - не тяготеет к какой-то идеологии, это партия практических целей»35.
31 Stevens S. Op. cit. Р. 338.
32 Ibid. Р. 342.
33 Ibid. Р. 347,348.
34 Ibid. Р. 370.
35 Ibid.


Руководствуясь «здравым смыслом», Стивенс считал своей главной целью укрепление личной власти и добивался этого всеми возможными способами. Во время предвыборной кампании 1973 г. он ввел чрезвычайное положение и создал невыносимые для оппозиции условия. НПСЛ сняла своих кандидатов, и В К получила 84 мест из 85. Жестоко подавил попытку государственного переворота в июле 1974 г., казнив 8 человек36. С середины 1970-х правительство и ВК стали настойчиво доказывать необходимость введения однопартийного правления. Прагматик Стивенс, резко выступавший против намерения А. Мар- гаи перейти к однопартийной системе, теперь не уставал доказывать ее благотворность для народа Сьерра-Леоне. Однопартийная система, утверждал он, «не приведет к подавлению демократии и инакомыслия, а только сплотит нас всех для совместного труда ради развития нашего государства»37 38. Он называл глубоко ошибочным мнение, что «наличие нескольких политических партий является необходимым условием для эффективного управления государством»36.
Многие сьерралеонцы думали иначе. Волнения среди студентов и школьников вынудили власти согласиться на досрочные выборы. На прошедших в мае 1977 г. выборах ВК получила 74 места, НПСЛ - 15, из которых после «проверки фактов нарушения законов о выборах» у нее осталось 11. Стивенс заявил, что в стране де-факто сложилась однопартийная система. 24 мая 1978 г. парламент одобрил новую конституцию, которая провозглашала Сьерра-Леоне однопартийной республикой и увеличивала полномочия президента. На референдуме 96,7% принявших участие в голосовании высказались в поддержку новой конституции39. Стивенс был избран президентом сроком на 7 лет. Став «общедемократическим национальным фронтом», ВК осталась партией «практических целей» без идеологических ориентиров. У партии не было внятной программы, внутри нее шла борьба между различными группировками.
Экономическая политика Стивенса отличалась непоследовательностью и не- продуманностью. В конце 1960-х- 1970-е годы основным приоритетом было расширение госсектора, поддержка национального предпринимательства. В ответ на требование правительства предоставить ему контрольный пакет акций западных компаний, занимавшихся добычей железной руды и рутила, компании свернули работы. Организовать рентабельную добычу правительству не удалось из-за некомпетентности нового руководства, коррупции, нехватки квалифицированных кадров. Из всех отраслей горнорудной промышленности продолжала функционировать лишь добыча алмазов, где была создана смешанная компания и государственная фирма по их экспорту. В середине 1980-х началась приватизация. Наиболее прибыльный сектор экономики - добыча алмазов - был передан дельцам, сделавшим состояние на их контрабанде. Единственным успешным экономическим предприятием Стивенса была организация системы «откатов», которые он и высшие государственные чиновники получали от «алмазных королей» с сомнительной репутацией. Сельскохозяйственная политика оказалась провальной. Из житницы Западной Африки Сьерра-Леоне превратилась в импортера продовольствия. Повышение цен на нефть поставило страну на грань 36 AlieJ. Op. cit. Р. 242.
37 Stevens S. Op. cit. Р. 370.
38 Цит. по: Reno W. Op. cit. Р. 79.
39 Зотова Ю.Н. и др. Указ. соч. С. 270,271.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 0/0 iiiiiiiiiiiiiiiiiii


банкротства. Рост цен, массовая безработица, падение уровня жизни стали для сьерралеонцев мрачной повседневностью. Вспышки протеста беспощадно подавлялись. В сентябре 1981 г., во время всеобщей забастовки, полиция применила против забастовщиков оружие, 8 человек были убиты40. Во внешней политике при формальном нейтралитете Стивенс ориентировался на Запад, никакими яркими внешнеполитическими инициативами его правление отмечено не было.
В 1985 г. президентские полномочия Стивенса истекли. Вопреки многим прогнозам 80-летний лидер решил удалиться на покой. Он сделал все, чтобы сохранить власть в руках своего клана. Добился продления своих полномочий на полгода, включения в конституцию статьи, дававшей возможность занять пост президента военнослужащему. Своим преемником он видел верного генерал-лейтенанта Джозефу Момо.
В октябре 1985 г. Момо был избран президентом Сьерра-Леоне. Ему досталось тяжелое наследство: расстроенные финансы, экономика на грани коллапса, острые социальные и этнические противоречия. Идеологически не мотивированный прагматизм Стивенса оказался «обесточенным», тупиковым. Правление его преемника стало прелюдией к опустошительной и кровавой гражданской войне (1991-2001). Стивенсу посчастливилось ее не увидеть, он умер в 1988 г. во Фритауне.
С.В. Мазов Литература
Stevens S. What Life Has Taught Me. The Autobiography of His Excellency Dr. Siaka Stevens, President of Sierra Leone. L., 1984.
Зотова Ю.Н., Смирнов Е.Г., Френкель М.Ю. История Сьерра-Леоне в новое и новейшее время. М., 1994.
Cartwright J. Political Leadership in Sierra-Leone. L., 1978.
Foray C. Historical Dictionary of Sierra-Leone. African Historical Dictionaries. № 12. Metuchen (N.J.), L., 1977.
Reno W. Corruption and State Politics in Sierra Leone. Cambridge, 1995.
40 Зотова Ю.Н. и др. Указ. соч. С. 279.


Уильям Ваканарат Шадрак ТАБМЕН
William Vacanarat Shadrach Tubman, 29.XI.1895 - 23.V1I.1971
Государственный и политический деятель Либерии, президент страны (1944-1971).
Табмен был американо-либерийцем, потомком освобожденных рабов, вернувшихся в Африку из США. В 1847 г. они основали государство Либерия, написав на его гербе: «Нас привела сюда любовь к свободе». Свобода не распространялась на коренное население, американо- либерийцы стали потомственной господствующей кастой и проводили в отношении племен колониальную политику в худших традициях европейских метрополий. Ведя постоянные войны с «туземцами» и испытывая хронические финансовые трудности, американо- либерийцы имели единственную гарантию сохранения своего господства и физического выживания в массированной всесторонней помощи США, их второй, или «истинной», родины. Коренное население называли американо-либерийцев «кви», т. е. «белые», а Монровию - Америкой1. Враждебность племен дорого обошлась роду Табменов. Дед Уильяма был забит до смерти за то, что ударом ноги опрокинул чан, где варилось снадобье для выявления ведьм. Им насильно поили подозреваемых в колдовстве. Те, кто умирал, считался виновным, те, кто оставался живым, - невиновным. Дядя будущего президента погиб в вооруженной стычке с воинами гребо. Его отец был методистским священником и успешным политиком. Занимал пост спикера палаты представителей либерийского парламента, избирался сенатором от графства Мэриленд.
Табмен получил образование в Либерии. Окончил начальную школу в родном городе Харнер, методистскую семинарию в Кейп-Пальмасе. В возрасте 15 лет был призван в армию, в 1910— 1917 гг. участвовал в карательных экспедициях против племен, получил офицерское звание. Изучал право у частных преподавателей. В 1917 г. стал адвокатом, снискал репутацию «юриста для бедных», затем перешел на государственную службу. В 1923 г. был избран сенатором, став самым молодым членом верхней палаты либерийского парламента.
В 1931 г. сенатор Табмен подал в отставку в знак протеста против отстранения от власти президента Чарльза Книга и вице-президента Алена Янси в результате острого политического кризиса, разразившегося в Либерии после того, как Лига Наций обвинила власти страны в использовании принудительного труда. Кинг покровительствовал Янгу, а Янси был его двоюродным братом. Вскоре Табмен решил вернуться в политику, но руководство Партии истинных вигов (ПИВ) не простило ему демарша и не 1 LiebenowJ.G. Liberia: The Quest for Democracy. Bloomington, 1987. P. 23, 110 -112.
i i OÖU IK


утвердило его кандидатом на выборах в сенат. Табмен проявил себя влиятельным политиком, умеющим добиваться поставленных целей. Его сторонники сорвали выборы в графстве Мэриленд, они громили избирательные участки, разбивали урны для голосования и проводили демонстрации под лозунгом «Без Табме- на нет выборов». Три года графство оставалось без представительства в сенате. Когда страсти улеглись, президент Эдвин Барклей назначил в 1934 г. повторные выборы, которые триумфально выиграл Табмен. В 1937 президент назначил его членом Верховного суда Либерии.
На президентских выборах 1943 г. Табмен одержал уверенную победу. 3 января 1944 г. он стал 18-м президентом Либерии и бессменно занимал этот пост на протяжении 27,5 лет. Перед ним стояла нелегкая задача модернизировать архаичную и отсталую страну. Он провозгласил курс реформ, содержание которого определялось «политикой объединения» и «политикой открытых дверей».
Объединить Табмен хотел американо-либерийцев и коренное население, уравняв их в правах и гармонизировав отношения между ними. Суть «политики объединения» он выразил следующим образом: «Если мы намерены в конечном итоге построить действительно великое и мощное государство, если мы хотим жить в мире и спокойствии так, чтобы у каждого были равные возможности обеспечить себе счастливую жизнь в достатке, мы должны учиться идти вперед сообща, как один народ, независимо от того, откуда мы родом. Мы обязаны работать сообща, отдыхать сообща, жить сообща»2. Коренным либерийцам было предоставлено избирательное право (ограниченное имущественным цензом), они получили возможность занимать посты на государственной службе. Внутренние провинции были преобразованы в четыре графства, которые избирали своих представителей в парламент. Объединению либерийцев способствовало строительство дорог, связывавших внутренние районы с побережьем, создание национальной системы радиосвязи и т. п. Создать крепкую и единую либерийскую нацию Табмену не удалось. Несмотря на многочисленные протесты он отказался изъять из конституции фразу «Мы, граждане Республики Либерии, сначала жили в Соединенных Штатах Северной Америки»3. При формальном равенстве дискриминация коренного населения сохранялась, многие каналы вертикальной социальной мобильности оставались для него закрытыми. Большинство важнейших государственных постов занимали американо-либерийцы. Судьбу страны определяли 20 семей американолиберийской олигархии, где «чужаки» были большой редкостью. Из этих семей выходили министры, члены парламента и руководящие деятели правящей ПИВ.
На вершине властной пирамиды находился президент Табмен, главный политический босс, правивший твердой рукой. Политическая система Либерии была скопирована с американской, но демократии там не было и в помине. Многопартийность, выборы, парламентаризм, свобода слова и собраний - все это было не более чем декорации для режима абсолютной личной власти Табмена. В 1949 г. по его инициативе в конституцию была внесена поправка, позволявшая президенту переизбираться на четырехлетний срок неограниченное 2 Tubman’s Speech «We Must Learn to Work Together». Monrovia, July 26,1955 // President Tubman of Liberia Speaks. First Collection of major speeches reflecting the progress of Africa’s first Republic / Ed. by E. Reginald Townsend. L., 1959. P. 177.
3 Wreh T. The Love of Liberty: The Rule of President William V.S. Taubman in Liberia. L., 1976. P.44.
IIIIIIIIIIIIIIHIII OÖ / IIIIIIIIIIIIIIIHII


число раз. Фактически была создана система пожизненного президентства. Сам Табмен избирался шесть раз - в 1944, 1952,1956,1960,1964,1968 гг.
Парламент состоял из друзей, родственников президента или людей, ему лично обязанных и подчиненных. На поприще законотворческой деятельности испытали себя камердинер Табмена, его шофер, охранник, деловой агент, пресс- секретарь. Вождей, представлявших коренное население, президент подбирал лично. Подчинив себе аппарат ПИВ, Табмен контролировал назначения на любой значимый пост в исполнительной и судебной власти. Самым надежным «пропуском» в правящую номенклатуру была принадлежность к американолиберийским семьям и, конечно, личная преданность президенту.
Культ Табмена как «непогрешимого отца нации» набирал обороты и к середине 1960-х годов достиг апогея: портрет в каждом общественном месте, статуя в каждом городке, безудержное восхваление в СМИ и... отождествление собственного бюджета с государственным. Президент был склонен к расточительной гигантомании, не жалел денег из казны на покупку для себя яхт и самолетов, содержание личного зоопарка, постройку дворцов и помпезных правительственных зданий, вроде «Экзекьютив Мэншн», на сооружение которого было потрачено 15 млн при годовом бюджете страны 27 млн долл.4 Штаб-квартира ПВА была скромнее, но тоже обошлась недешево - 8 млн долл.5 Средств же на развитие страны отчаянно не хватало. Графства боролись за почетное право проводить у себя торжества в честь очередного дня рождения Табмена. Зачастую это был единственный путь получить деньги на строительство дорог, школ, больниц и других социальных объектов.
Несогласных с курсом Табмена выявляла и преследовала мощная служба безопасности. Она состояла из четырех подчинявшихся лично ему автономных спецслужб, которые создали в стране систему тотальной слежки и сыска. Оппозиционные политики и журналисты получали длительные сроки тюремного заключения по обвинению в «по- рывной деятельности». Когда на одной из дверей Университета Монровии появилась надпись, что Табмен тиран, дверь была снята агентами безопасности и отвезена в лабораторию для анализа почерка6. Спецслужбы раскрывали, а точнее фабриковали, «заговоры» с целью убийства Табмена или осуществления государственного переворота. Случалось это очень вовремя - перед началом очередной предвыборной кампании и давало повод для «зачистки» реальной оппозиции. Все выборы Табмен выигрывал с подавляющим преимуществом. Не брезговал президент и методами устрашения, которые нельзя назвать цивилизованными. Он распорядился, чтобы окровавленные тела застреленных полицией руководителей «заговора» 1963 г. - командующего Национальной гвардией полковника Дэвида Симпсона и его сына - были брошены в Монровии на людном месте, где их видели тысячи горожан7.
Суть экономического курса Табмена отражала политика «открытых дверей». Она создала очень благоприятные условия для иностранных инвестиций в экономику Либерии: низкие налоги на прибыли, долгосрочные концессии на выгодных условиях, отмена государственного контроля над обменом ино4 LiebenowJ.G. Op. cit. Р. 120.
5 Wreh Т. Op. cit. Р. 41.
6 Ibid. Р. 4.
7 Ibid. Р. 82.


странной валюты. Это стимулировало значительный приток иностранного капитала (в основном американского) в главные экспортные отрасли - добычу железной руды и производство натурального каучука. При Табмене Либерия по темпам экономического развития опередила многие африканские страны. Отчисления иностранных компаний в казну позволили частично выплатить внешние долги, создать основы современной инфраструктуры. Миллионы долларов ежегодно приносила практика «флага удобства» - приписка иностранных судов к портам Либерии благодаря низкой регистрационной плате.
Негативными последствиями политики «открытых дверей» стали вывоз за границу огромных средств, полученных от эксплуатации природных ресурсов, вытеснение либерийцев из среднего и даже отчасти мелкого бизнеса, их почти полное отсутствие на высокооплачиваемых должностях в иностранных компаниях. Либерийцы грустно шутили, что при политике «открытых дверей» иностранцы увезли не только сами двери, но и дверные коробки вместе с петлями8.
В 1960-е годы были приняты законы, направленные на защиту национальных интересов. Были увеличены налоги на прибыли иностранных компаний, возросла доля либерийского государства в их акциях, введены протекционистские меры в сфере розничной торговли и транспорта. Ощутимых результатов это не принесло. Падение мировых цен на натуральный каучук и железную руду пагубно отразилось на сырьевой экономике Либерии. При росте производства поступления от экспорта снизились.
Табмен объявил национальную кампанию жесткой экономии, многие либерийцы оказались на грани нищеты, но правящая верхушка продолжала жить на широкую ногу.
Основной вектор внешней политики Либерии при Табмене остался прежним - прозападным и проамериканским. Убежденный противник «атеистического коммунизма», Табмен после начала холодной войны объявил о намерении Либерии «поддерживать свободный мир в борьбе против коммунизма, даже если это потребует непопулярных мер или жертв»9. В начале 1956 г. Монровию посетила советская правительственная делегация. Было подписано советско- либерийское коммюнике об установлении дипломатических отношений10 11. Для Табмена это был только вопрос престижа. Он пообещал американскому послу, что обмениваться посольствами, а тем более развивать полноценные отношения с Советами он не собирается11. Обещание президент сдержал, обмен посольствами между СССР и Либерией состоялся в 1972, уже после его смерти. При Табмене по всем важным международным вопросам Либерия безоговорочно поддерживала США, твердо шла в фарватере американской внешней политики.
Табмен коренным образом изменил африканскую политику Либерии. До него ее практически не было, правящие круги страны стремились развивать отношения с США и западноевропейскими странами. В середине 1950-х годов Табмен чутко уловил грядущие в Африке перемены. Он поддержал борьбу Золотого Берега за независимость, установил контакты с Кваме Нкрумой.
8 Wreh T. Ор. cit. P. 118.
9 Fahnbulleh B.H.Jr. The Diplomacy of Prejudice: Liberia in International Affairs, 1945-1970. N. Y, 1985. P. 68.
10 Мазов C.B. Политика СССР в Западной Африке, 1956-1964. Неизвестные страницы истории холодной войны. М., 2008. С. 31-42.
11 Foreign Relations of the United States, 1958-1960. Vol. 14: Africa. Wash., 1992. P. 391.
Illlllllllllirillll UO> IIIIIIIIUIUIIIllI


Либерийская дипломатия стала проявлять повышенную активность в Африке. Страна оказывала помощь освободительным движениям, заключала межгосударственные соглашения, участвовала в межафриканских форумах.
Табмен стал одним из лидеров правого африканского национализма, сторонники которого считали наиболее эффективным капиталистический путь развития при сохранении тесных связей с бывшими метрополиями и США. Радикальному панафриканизму Нкрумы он противопоставил более реалистичную программу постепенного сближения африканских стран как предпосылку создания не «Соединенных Штатов Африки», а региональных союзов.
Табмен умер 23 июля 1971 г. в Лондоне, где проходил курс лечения. Его успехи в модернизации Либерии и достижении политической стабильности не выдержали проверку временем. Сменивший Табмена на посту президента Уильям Толберт был убит в 1980 г. заговорщиками-военными, захватившими власть. Эпоха господства американо- либерийцев закончилась. 1980-е годы стали периодом нестабильности и регресса, за которым последовал хаос и кровопролитная гражданская война12.
С.В. Мазов
Литература
President Tubman of Liberia Speaks. First Collection of major speeches reflecting the progress of Africa’s first Republic / Ed. by E. Reginald Townsend. L, 1959.
The Official Papers of William V.S. Tubman. President of the Republic of Liberia. Covering Addresses, Messages, Speeches and Statements 1960-1967 / Ed. by E. Reginald Townsend. L., 1968.
Френкель М.Ю. История Либерии в новое и новейшее время. М., 1999.
Fahnbulleh The Diplomacy of Prejudice: Liberia in International Affairs, 1945-1970. N. Y, 1985.
LiebenowJ.G. Liberia: The Quest for Democracy. Bloomington, 1987.
Wreh T. The Love of Liberty: The Rule of President William V.S. Taubman in Liberia. L., 1976.
12 Френкель М.Ю. История Либерии в новое и новейшее время. М., 1999. С. 227-271.


Франсуа ТОМБАЛБАЙ
François Tombalbaye, 15.VI.1918- 13.IV.1975
Государственный деятель Республики Чад, ее первый президент в 1960- 1975 гг.
Франсуа Томбалбай родился 15 июня 1918 г. в маленькой деревушке Бесада недалеко от городка Кумра в округе Средняя Шари на крайнем юге французской колонии Чад. Его семья принадлежала к народу сара, одному из крупнейших на юге страны, и исповедовала протестантизм (пресвитерианство). Отец занимался торговлей.
Начальное образование Томбалбай получил у местного деревенского учителя, а затем продолжил учиться (с 1930 г.) в департаментской школе в Форт- Аршамбо. Решив сделать учительскую карьеру, он в 1937 г. поступил в престижную Высшую педагогическую школу Эдуарда Ренана в Браззавиле и после ее окончания в 1939 г. преподавал в начальных школах Чада.
Уже в эти годы Томбалбай проявил интерес к общественной деятельности. В первой половине 1940-х годов он вел активную работу в местном профсоюзе учителей, а в 1947 г. вступил в только что основанную Габриэлем Лнзеттом первую политическую партию страны - Чадскую прогрессивную партию (ЧПП), создав и возглавив ее отделение в Форт-Аршамбо. Благодаря его усилиям ЧПП расширила свою политическую базу в южных районах Чада, населенных сара. Недовольная активностью Том бал бая, его открыто антиколониальными воззрениями и склонностью к радикализму (во второй половине 1940-х годов он симпатизировал коммунистам), французская колониальная администрация запретила ему преподавать в государственных школах, и ему пришлось несколько лет зарабатывать на жизнь тяжелым физическим трудом - изготовлением сырцовых кирпичей.
На мартовских выборах 1952 г. в Территориальный совет Чада (консультативный орган при губернаторе) Томбалбаю удалось, несмотря на поражение своей партии, завоевать депутатский мандат от региона1 Средний Шари. Переизбранный в марте 1957 г., на этот раз на волне общей победы ЧПП (47 из 65 мест), он в том же году стал депутатом, а затем вице-председателем Большого совета («парламента») Французской Экваториальной Африки. Тогда же Томбалбай вступил в борьбу за партийное лидерство с Лнзеттом, возглавлявшим с мая 1957 г. Правительственный совет, новый орган исполнительной власти колонии, а с декабря 1958 г. - автономное правительство Чада. Опираясь на поддержку сара и вождей Юга, а также воспользовавшись конфронтацией Лизетта с мусульманскими группировками Севера, вынудившими того 11 февраля 1959 г. 1 Территориально-административное деление Чада на 9 регионов было введено в 1947 г. и просуществовало до 1960 г.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii OÖJ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


оставить пост премьер-министра, Том- балбай 26 марта занял его место. Под руководством Томбалбая ЧПП в мае 1959 г. добилась крупного успеха на выборах в автономный парламент, получив 58 мандатов из 85.
Укрепив свои позиции и вступив в союз с Африканской национальной партией, основной политической силой мусульманского Севера, Томбалбай провел переговоры с Францией о государственном самоопределении Чада. Одновременно он очистил для себя политическое поле, избавившись от своего главного соперника Лизетта, занимавшего в то время должность заместителя премьер- министра: когда тот в начале августа 1960 г. находился в зарубежной поездке, Томбалбай запретил ему телеграммой возвращаться в страну («телеграммный переворот»). 10 августа 1960 г. была провозглашена независимость Республики Чад, all августа парламент единодушно избрал Томбалбая первым президентом страны, оставив за ним и пост главы правительства.
Своей приоритетной задачей Томбалбай считал сплочение этнически и конфессионально различных и экономически слабо связанных между собой регионов Чада в единое национальное государство. Такое государство он пытался построить на базе жестко централизованной системы власти, основанной на однопартийности и этнической иерархичности. В январе 1962 г. он запретил все политические партии страны, за исключением ЧПП; в апреле установил режим президентской республики и гарантировал себе избрание на безальтернативных всеобщих выборах. После волнений мусульман в Форт-Лами (современная Нджамена, столица Чада) в сентябре 1963 г. Томбалбай ввел чрезвычайное положение, распустил парламент, учредил особый уголовный суд и заполнил тюрьмы оппозиционными политиками. Выборы в декабре 1963 г., проведенные под строгим контролем властей, обеспечили ему полностью лояльный парламент, который в июне 1964 г. узаконил однопартийную систему, одновременно предоставив президенту исключительное право формировать Политбюро правящей партии. Параллельно Томбалбай провел «африканизацию» гражданской администрации, к 1963 г. убрав всех французов из местных властных структур и более чем втрое сократив их численность в центральных правительственных органах. Он также добился к январю 1965 г. полного вывода французских войск из страны. Эта «африканизация», однако, оказалась не чем иным, как каналом этнизации государственного и партийного аппарата: функционерами становились в подавляющем большинстве выходцы с христианского и анимистского Юга, представители же мусульманского Центра и Севера были лишены этой возможности.
В середине 1960-х годов Томбалбай столкнулся с первым серьезным внутриполитическим кризисом. Введение новых налогов, особенно «добровольного национального займа» в 1964 г., злоупотребления налоговых инспекторов, как правило, южан, их пренебрежение местными обычаями, нежелание учитывать интересы региональных элит (вождей, духовных лидеров), использование армии для жестокого подавления вспышек протеста обусловили резкий рост социального недовольства в центральных и северных областях Чада. Начавшееся в ноябре 1965 г. антиналоговое восстание в префектуре Гера перекинулось в 1 Эбб- 1967 гг. на соседние районы Центра (префектуры Батха, Ваддай, Саламат, Шари-Багирми); в августе 1968 г. мятеж охватил обширную северную префектуру Борку-Эннеди-Тибести. К 1969 г. север страны фактически вышел из-под власти центрального правительства. Возглавившие антиправительственное движение в мусульманских регионах поIIIIIIIIIIIIIIIIHI ООО IIIIIIIIHIIIIIIIII


литические группировки, прежде всего Фронт национального освобождения Чада (ФНОЧ), получили поддержку соседних исламских государств, в первую очередь Судана и Ливии.
Не в силах справиться с непрекра- щающимися восстаниями Томбалбай обратился за помощью к бывшей метрополии, ссылаясь на заключенный в 1960 г. франко-чадский договор об обороне, предусматривавший военное вмешательство Франции в случае возникновения в Чаде внутриполитического кризиса. В качестве условия Париж потребовал от президента проведения серии финансовых и политических реформ. По рекомендации французской Миссии по административной реформе Томбалбай был вынужден в 1969-1971 гг. ликвидировать некоторые особо ненавистные налоги, передать традиционным вождям часть судебных и налоговых полномочий, отменить ряд непопулярных законов, увеличить долю мусульман в армии и в госаппарате и провести ограниченную политическую либерализацию (освобождение значительного числа политзаключенных). Кампания по «национальному примирению» принесла свои плоды. Другим немаловажным фактором внутриполитической стабилизации стали успехи чадской армии и французского экспедиционного корпуса в борьбе с мятежными вооруженными формированиями. К лету 1971 г. под контролем антиправительственных сил оставались лишь отдельные участки нагорья Тибести на крайнем северо-западе страны.
Но во второй половине 1971 г. ситуация изменилась. После раскрытия в августе 1971 г. проливийского заговора Чад разорвал дипломатических отношений с Ливией. В ответ режим Муамара Каддафи официально признал ФНОЧ и предоставил ему масштабную военную и финансовую помощь Это привело к возобновлению активных военных действий на Севере. Экономические трудности, вызванные в первую очередь «великой засухой» 1971-1974 гг., студенческие волнения в столице (ноябрь 1971 г.), разногласия внутри правящей элиты побудили Томбалбая летом 1972 г. отказаться от курса на национальное примирение и вновь обратиться к репрессивным мерам. Были произведены массовые аресты оппозиционеров, в том числе и среди политиков Юга. Президент осуществил также резкий внешнеполитический поворот: в сентябре 1972 г. он отозвал чадского посла из Израиля и восстановил отношения с Суданом и Ливией, заключив с Каддафи секретное соглашение: за уступку пограничной полосы Аузу ливийский лидер предоставил Чаду крупный кредит (23 млрд фр. КФА) и прекратил поддержку ФНОЧ. Ушла в прошлое и дружба с Парижем. К 1974 г. Франция фактически вывела свои войска из страны, ограничив свое присутствие небольшим танковым отрядом и одним авиасоединением; Чад аннулировал свое членство в франкофонной Общей афро-малагасийской и мавританской организации.
Дипломатическая сделка с Каддафи помогла режиму существенно ослабить мятежные военные формирования и блокировать их в труднодоступных районах Севера. Почувствовав себя победителем, Томбалбай еще более ужесточил внутреннюю политику. Периодический характер приобрели чистки партийного и государственного аппарата, а также офицерского корпуса. Президент перестал доверять своему окружению и с 1973 г. начал «охоту на ведьм» среди своих ближайших соратников и южной элиты в целом. В июне 1973 г. был раскрыт пресловутый «заговор черной овцы» (по названию жертвенного животного): глава Генштаба Феликс Маллум, председатель Союза женщин ЧПП Кальтурна Гамбан и ряд высокопоставленных партийных функционеров были арестованы по об1111111111111111111 OOf IIIIIIIIIIIIIIIHII


винению в использовании колдовских обрядов с целью извести «отца нации». Томбалбай распустил ЧПП, заменив ее в августе 1973 г. Национальным движением за культурную и социальную революцию, которое стало главной опорой режима личной власти.
В 1973 г. Томбалбай, по примеру Заира, приступил к осуществлению «культурной революции». Ее сутью явилось искоренение всего европейского и восстановление исконно чадских традиций («подлинности»)2. По приказу Томбал- бая из страны были высланы христианские миссионеры; он сделал правилом нападать в своих речах на Запад и особенно на бывшую метрополию. Президент предпринял широкую кампанию по переименованию населенных пунктов (столица, Форт-Лами, превратилась в Нджамену, Форт-Аршамбо - в Сарх) и потребовал от всех должностных лиц отказаться от европейских и принять африканские имена; он сам в конце августа 1973 г. сменил имя «Франсуа» на «Нгар- та» («настоящий вождь»). Томбалбай попытался также распространить на всю страну обычаи сара: каждый совершеннолетний мужчина-немусульманин, занимающий государственную должность или претендовавший на нее, был обязан пройти ритуал инициации (йондо), предполагавший, помимо прочего, обрезание.
Абсурдистская политика президента способствовала резкому сокращению его социальной базы на Юге: южные этносы были возмущены навязыванием им обычаев сара, политическую элиту раздражали постоянные кадровые перетасовки и необоснованные репрессии. К этому добавились грубые экономические просчеты и злоупотребления. В то время как функционеры режима беззастенчиво разворовывали международную продовольственную помощь пострадавшим от засухи, Томбалбай ставил перед страной совершенно нереальные задачи. Ради увеличения валютных поступлений была объявлена Операция «Земледелие», предполагавшая ежегодный прирост производства хлопка, шедшего на экспорт, на 600% (!)3. Чтобы мобилизовать население для этой кампании, власти проводили массовые облавы в городах и селах (особенно, на Юге), этапируя «добровольцев» возделывать хлопок на целинных землях. Глава государства требовал от армии активного участия в развитии сельского хозяйства и отправки военнослужащих на полевые работы.
Действия Томбалбая все больше приобретали характер политического самоубийства. Центральные и северные районы Чада вновь охватило массовое восстание; почти вся префектура Борку- Эннеди-Тибести оказалась в руках мятежников. В то же время президент лишился поддержки армии и населения Юга. Чашу терпения военных переполнил арест в марте 1975 г. группы высших офицеров по подозрению в антиправительственном заговоре. 13 апреля 1975 г. части столичной жандармерии совершили государственный переворот. По одной версии, Томбалбай погиб в перестрелке от случайной пули, по другой - был убит мятежниками без суда и следствия. Его тело тайно похоронили в северной пустыне.
И.В. Кривушин
2 См.: Le Vine V.T. Politics in Francophone Africa. Boulder, 2004. P. 141.
3 Cm.: Uwechue R. Makers of Modern Africa: Profiles in History. L., 1981. P. 556.
IIIIIIIIIIIIIIIIIII OÖÖ lllllllllllllllllll


Литература
Azevedo MJ. Roots of Violence: A History of War in Chad. Amsterdam, 1998.
Buijtenhuijs R. Le Frolinat et les révoltes populaires du Tchad, 1965-1976. La Haye; P., 1978.
Hommes et destins: dictionnaire biographique d’outre-mer. T. 1. P., 1975.
Lanne B. Histoire politique du Tchad (1900- 1975) // Trajectoires de libération en Afrique contemporaine: hommage à Robert Buijtenhuijs. P., 2000.
Le ComecJ. Histoire politique du Tchad, de 1900 à 1962. P., 1963.
Yacoub A. Les relations franco-tchadiennes dans les années soixante. P, 2003.


Самори ибн Лафия ТУРЕ
Samori ibn Lafiya Tourét ок. 1830-2.VL1900
Основатель и правитель государства Васулу в Западной Африке (1878- 1898 гг./
Самори Туре родился около 1830 г. в деревне Маниамбаладугу в долине р. Мило в области Нижний Кониан (совр. префектура Керуане на юго-востоке Республики Гвинея). Он происходил из этноса дьюла (манде), традиционно специализировавшемся на торговле на дальние расстояния. Его предки, исповедовавшие ислам, в первой половине XVIII в. переселились сюда из деревни Сидикила (префектура Канкан на востоке Республики Гвинея) и постепенно под влиянием местного окружения приняли анимизм и стали заниматься сельским хозяйством1. Отец Самори, Лафия Туре, был ткачом и скотоводом. Его мать происходила из местного этноса камара.
Самори был старшим сыном Ла- фии. Согласно обычаю, его воспитанием занимался не отец, а дяди по матери. В 15-летнем возрасте Самори, будучи неграмотным, но очень самостоятельным и любознательным юношей, отказался посвятить свою жизнь крестьянскому труду и убедил отца позволить ему вернуться к традиционной профессии диула - торговле. На этом поприще Самори достиг значительных успехов: включившись в корпоративную сеть диула, он активно объезжал соседние области, добираясь до Фритауна и государства тукулеров. Во время своих коммерческих туров он познакомился с исламом и около 1850 г. принял мусульманскую веру.
В 1853 г. в долину Мило вторглись войска сисе, клана из Фута-Джаллоне, основавшего в 1835 г. исламское государство со столицей в Мадине. Узнав, что в числе пленных оказалась его мать, Самори отправился в Мадину и добился ее освобождения за обязательство служить в армии сисе в течение 7 лет, 7 месяцев и 7 дней. Участвуя в воен ных походах, он приобрел репутацию храброго и рассудительного воина В 1859 г. Самори порвал с сисе и отпра вился на родину. Он не вернулся к преж ней профессии торговца и поступил на военную службу к клану берете, враждо вавшему с сисе, однако в начале 1861 г. навлек на себя немилость его вождя и был вынужден скрываться в отрогах Си мандугу на западном берегу Мило.
Именно тогда Самори принял реше ние начать карьеру самостоятельного во еначальника. Воспользовавшись тем. чт< анимисты-камара Кониана опасались нападений воинственных исламских кланов (берете и сисе), мусульман™ Самори предложил их вождям, своим родичам по материнской линии, стать и: защитником от мусульманской агрессии. Провозглашенный в конце 1861 г. на со 1 См.: Person У. Les Ancêtres de Samori // Cahiers d’Etudes africaines. Vol. 4. 1963; Rotberg R.l. Al'Amin Mazrui A. Protest and power in black Africa. Oxford, 1970. P. 84.
iiiiiiniiiiitiiiii OyU


вете в Диала «келетиги» («вождем войны»), Самори сформировал войско из юношей-камара и поставил на командные посты своих родственников и людей, лично ему преданных. Одновременно он включил в его состав значительное число воинов-мусульман, что обеспечило ему относительную независимость от анимистских правителей Кониана.
Сначала Самори вступил в союз с сисе и в 1865 г. помог им разгромить берете. После этого сисе напали на Кониан, и он был вынужден отступить на юг, в земли этноса тома на границу с Либерией (совр. область Масента). Однако на следующий год, когда сисе бросили все силы на завоевание региона Васулу, он вернул под свой контроль долину Мило и захватил торговый город Сананкоро (к югу от Бамако), превратив его в центр своих владений. Тогда же он объявил себя военным вождем - «фама» («тот, кто носит меч»). В 1867-1871 гг. Самори не вел активных военных действия, посвятив себя созданию боеспособной и сильной армии; он постарался оснастить ее современным европейским оружием.
В 1870 г. Самори почувствовал себя достаточно сильным, чтобы начать наступление на север. Примирившись с ослабленными сисе, он захватил Канкан, ключевой торговый центр диула, подчинил Нижний Торон и распространил свою власть на всю долину Мило. После этого Самори приступил к строительству новой столицы - Бисандугу, которое завершилось в 1873 г. Переезд в нее стал знаковым событием, ознаменовавшим возникновение самостоятельной системы власти, не зависимой от его родичей по материнской линии.
В 1875 г. при поддержке мусульман Канкана Самори овладел долиной Сан- карани и в 1875-1876 гг. утвердился в верховьях Нигера. В 1878-1879 гг. он расширил свою власть до границ Фута- Джаллона на западе и до золотоносного района Буре на севере. В апреле 1881 г.
Самори окончательно разгромил сисе; жители Мадины были переселены в Бисандугу. Став господином почти всего Васулу, он пересек Нигер к югу от Тинкисо, взял Канагабу, древнюю столицу Мали, и овладел Китой. В том же году Самори объявил себя «альмами» («защитником правоверных»). В ноябре 1883 г. он, наконец, сумел подчинить Верхний Кониан. К 1884 г. «империя Самори» («империя Васулу») достигла максимального своего распространения: на западе она доходила до Далабы и северо-восточной границы Сьерра-Леоне, на востоке - до р. Багоэ и до западных пределов царства Кенедугу. Приблизительная площадь ее составляла ок. 400 тыс. кв. км.
Васулу часто называют теократическим государством. Действительно, Самори проводил политику исламизации: строил мечети, назначил в каждую деревню имама, обязал сыновей знатных родителей посещать кораническую школу. В то же время он не навязывал ислам аристократии и чиновникам и не следил за строгим исполнением мусульманских религиозных правил. Для Самори ислам был скорее политическим средством, чем целью. В гораздо большей степени его держава носила военно-коммерческий характер. Главной опорой его власти являлась армия, насчитывавшая до 30- 35 тыс. пехотинцев и 3 тыс. кавалеристов. Она была разделена на отдельные корпуса (4-5 тыс. чел.), которые делились на боло (100-200 чел.), а те, в свою очередь, - на кулу (10-20 чел.). В мирное время в армии состояло 10% мужского населения, в военное - 50%. Полгода воины тренировались, полгода занимались сельским хозяйством; «уклонистов» обращали в рабство. Особую роль играла личная гвардия Самори, в которую зачислялись специально отобранные женщины. Важную роль в создании и сохранении государства играли торговые сети диула, и целью многих войн была защита их коммерческих интересов. Наряду с iiiiiiiiiiiiiiiiiii О? I iiiiiiiiiiiiiiiiiii


золотой данью из Буре доходы от торговли земледельческими продуктами, скотом и рабами являлись основными источниками поступлений в казну.
В памяти народов Черной Африки Самори остался одним из самых ярких лидеров западноафриканского сопротивления европейским колонизаторам. Впервые он столкнулся с французами в феврале 1882 г., когда его отряды осадили Кениеру, единственный не подчинившийся ему центр на северо-западе Васулу. Французы не смогли предотвратить взятие Кениеры, что значительно повысило престиж Самори в регионе. Его власть распространилась на область Кангаба и на часть Бел еду гу. Затем он одержал еще несколько побед в стычках с французскими отрядами, в том числе 2 апреля 1882 г. при Войовоянко на р. Джолиба, когда французам удалось спастись только под прикрытием артиллерии. Однако в феврале 1883 г. они вышли к Нигеру и заняли Бамако, отрезав Самори от Сахарского пути. Альмами попытался отбить Бамако, но в апреле 1883 г. потерпел поражения при Уэйако и Банкумане.
В 1885 г. французы предприняли новое наступление на левом берегу Нигера в зоне влияния Самори. В феврале-марте 1885 г. они попытались закрепиться в междуречье Нигера и Бакоя (притока Сенегала), где построили форты Ниага- соле и Нафадие. Но затем им пришлось отступить. Восстановив контроль над этой областью, Самори начал продвижение в долину Бакоя. Чтобы остановить него, французы стали перехватывать караваны, идущие в его владения; в начале 1886 г. они разбили его отряды на р. Ситакоко. Однако антифранцузское восстание в Верхнем Сенегале вынудило колонизаторов спешно заключить 4 февраля 1886 г. соглашение с альмами, признав его власть над областями Буре и Кангаба.
Сначала Самори не воспринимал французов как серьезных противников. Он считал их немногочисленным племенем, обитающим на маленьких островках посреди океана и интересующимся исключительно торговлей2. Поэтому он видел в них меньшую угрозу, чем в правителях соседних африканских государств. В начале 1887 г., приняв решение о походе против Тиеба, правителя Кенедугу, Самори пошел на соглашение с французами, уступив им в феврале 1887 г. все свои владения на левом берегу Нигера (договор в Бисандугу). Но французы не сдержали своих обещаний и не помогли ему в войне против Кенедугу, которую он начал в мае 1887 г.; они продавали оружие и той и другой стороне, а в июне 1888 г. заключили с Тиебой договор о протекторате. В августе 1888 г. альмами пришлось снять осаду Сикасо и вернуться в Бисандугу с сильно поредевшей армией.
Попытки французов проникнуть в область Сигери спровоцировали новые столкновения с отрядами Самори. 21 февраля 1889 г. он заключил очередное соглашение с Францией, подтвердившее, что границей между французской зоной влияния и Васулу является Нигер. Но обе стороны не доверяли друг другу и периодически нарушали договор, совершая рейды то на тот, то на другой берег. В этой ситуации Самори интенсифицировал свои переговоры с британской администрацией Сьерра-Леоне, которые велись с начала 1880-х годов; чтобы добиться ее расположения, он покровительствовал английским коммерсантам. Отвергнув требование французов прервать торговые отношения со Сьерра- Леоне, альмами в мае 1889 г. аннулировал февральский договор, а в апреле
2 См.: Le Centenaire de l’Arrestation de Г Almamy sAmori ture // http://www.maliwatch.org/ SOCIO-ECO/samory.html
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


1890 г. обратился к Великобритании с просьбой об установлении протектората. Однако британские власти не решились оказать ему открытую поддержку.
После уничтожения французами государства ту кулеров (1890 г.) Самори остался их главным противником в Судане. Во второй половине марта 1891 г. французы начали военную кампанию против империи Васулу. Переправившись через Нигер, они 7 апреля 1891 г. заняли Канкан, а 9 апреля сожгли Би- сандугу. Самори, отступив к р. Мило, ответил партизанской войной и тактикой «выжженной земли», что значительно замедлило продвижение противника. Хотя французы смогли занять Сананко- ро, Керуане и Тукуро (февраль 1892 г.), из-за трудностей со снабжением им пришлось вскоре прекратить наступление и отвести основные силы в Бисандугу. В конце 1892 - начале 1893 г. они совершили поход на восток, во время которого овладели Гелебой, новой резиденцией альмами, захватив там его арсенал, казну и гарем, и дошли до р. Бауле. В феврале 1893 г. они совершили бросок на юг, заняв Фарану и Херемаконо и прервав тем самым пути сообщения Самори с британцами, а к концу весны установили контроль над Верхним Нигером. В ноябре 1893 г. альмами прорвался из Судана в Васулу, взяв штурмом союзные французам городки Тененту и Бугу ни. Тогда французы двинулись на юг, захватили Одиенне, дошли до Коро в 40 км к северу от Тубы, а затем овладели областью Бейлы. В начале декабря, пытаясь пробиться из Васулу к границе Либерии, откуда он получал орудие и боеприпасы, Самори потерпел поражение у Колони и сам едва не попал в плен.
Потеряв центральные регионы своей империи (Васулу и Южный Судан) и фактически лишившись армии, альмами оказался на грани полного краха. Однако после «катастрофы при Гундаме» (разгром туарегами французского отряда в феврале 1894 г.) правительство Третьей республики приостановило кампанию против Самори, что позволило тому восстановить свой военный потенциал. В начале 1894 г. он вторгся в царство Конг, находившееся под французским протекторатом, и установил свой контроль над внутренними районами Кот- д’Ивуара. Тогда же Самори подготовил и осуществил грандиозную операцию по перемещению своего государства с севера на юг, в зону тропического леса. С этой целью он разделил свою армию на три части: одна была отправлена в лесную зону для разведки и подготовки мест размещения, другая сдерживала французские отряды, третья сопровождала колонны «мигрантов».
«Исход» истощил ресурсы Васулу. Недовольство подданных, которых Самори заставил оплачивать его, повысив налоги, а также враждебность местного населения сделали положение альмами весьма шатким. В поисках поддержки Самори вступил в переговоры с британской администрацией Золотого Берега, однако они не принесли желаемого эффекта. После подавления антифранцуз- ского восстания правителя Кенедугу Бабембы (февраль-май 1898 г.) французы бросили все силы против альмами. 14 июня 1898 г. было заключено франкобританское соглашение о разделе Западной Африки, окончательно лишившее Самори надежды на британскую помощь. Летом 1898 г. три французские колонны предприняли скоординированное наступление на «империю» с запада (из Бейлы), северо-запада (Одиенне) и севера (Сикасо). Армия альмами была отброшена на правый берег Бафинга (приток Сасандры) и разгромлена при Дуэ, после чего распалась на несколько небольших отрядов. Самори бежал в долину Верхнего Кавалли. 29 сентября 1898 г. он попал в плен во время внезапного нападения французов на Гелему (совр. Геуле). Вместе с несколькими членами семьи
iiiiiiiiiiiiiiiiiii ОУЛ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


«суданского Бонапарта» сослали сначала в Сенегал (в Каес), а в декабре 1898 г. в Габон, в городок Нджоле на одноименном острове р. Огове.
Там он и умер от бронхиальной пневмонии 2 июня 1900 г. Останки его были преданы огню. После обретения Гвинеей независимости прах Самори был перевезен на родину.
И.В. Кривушин
Литература
История Африки в документах 1870-2000: В 3-х т. / Под ред. А. Давидсона. T. 1: 1870-1918. М., 2005. С. 191-199.
Centenaire du souvenir «Almami Samori Touré 1898-1998»: symposium international de Conakry du 29 septembre au 1er octobre 1998: les actes du symposium. Conakry, 2000.
Gallieni J. Deux Campagnes au Soudan Français. P., 1891.
Griffeth R.R. Varieties of African Resistance to the French Conquest of the Western Sudan, 1850-1900. Evanston, 1968.
Kanya-Forstner AS. The Conquest of the Western Sudan: A Study in French Military Imperialism. N. Y., 1969.
Person Y. Samori. Une révolution dyula. Dakar, 1968. T. 1-3.
Willis J.R. Studies in West African Islamic History. Vol. 1: The Cultivators of Islam. L; Totowa, 1979.


Секу Ахмед ТУРЕ
Ahmed Sekou Toure, 9.1.1922 — 26.1 IL 1984
Лидер Гвинейской антиколониальной революции 1958 г., основатель современной Гвинеи, ее первый президент (1958-1984 гг.).
Секу Туре называли «большим слоном Африки» («Le Grand Syli de l’Afrique»), «вечным символом африканской свободы» («L'Arbre eternel de l’Afrique»), «лучшим адвокатом континента» («Le meilleur avocat du continent»). Всемирный совет мира (BCM) и Организация африканского единства (ОАЕ) удостаивали его чести быть кавалером Золотой медали Мира нм. Жолио- Кюрн и медали Симба за африканское освобождение, он был также награжден Международной Ленинской премией за укрепление мира между пародами. Президент Франции Франсуа Миттеран считал его «одним из наиболее выдающихся государственных деятелей, к мнению которого многие прислушивались»1.
Секу Туре вошел в историю не только как «отец гвинейской нации», «великий кормчий гвинейской революции», создатель Всеобщего объединения трудящихся Черной Африки (ВОТЧА), один из учредителей ОАЕ, генеральный секретарь мусульманской организации «Исламская конференция» и влиятельный представитель Движения неприсоединения. Он оставил после себя большое творческое наследие, состоящее из 30 томов философско-публицистических работ и 26-летний опыт мобилизационной модернизации, эклектично объединившей некоторые рекомендации марксизма-ленинизма, основные положения исламского социализма и культурнонравственные традиции африканской солидарности.
Ахмед Секу Туре родился 9 января 1922 г. в областном центре Фарана Верхней Гвинеи в мусульманской крестьянской семье, этнически принадлежавшей к народности малинке. Общеобразовательный курс прошел сначала в коранической мусульманской школе, затем во французской начальной школе. Среднюю школу закончил заочно. После обучения во французском техническом лицее Жоржа Пуаре в г. Конакри в 1936-1937 гг. получил диплом бухгалтера казначейства высшей категории. В конце 1930 - начале 1940-х годов, работал клерком в частных компаниях, в том числе служащим во французском Нигере. В 1941 г. выиграл вступительный конкурс и был зачислен в штат почтового ведомства гвинейской колониальной администрации в столице Гвинеи. В 1945 г. перевелся на должность старшего финансового работника в казначейство.
С юношеских лет начал принимать активное участие в профсоюзной и поли1 Le Monde. 1984. № 12184. 29.03.
iiiiitiiiiiiiiiiiii IIIIIIIIIIIIIIIHII


тической деятельности, чему в немалой степени способствовали посещения занятий марксистского кружка, организованного в столице Гвинеи Французской коммунистической партией (ФКП), и прохождение профсоюзных курсов Всеобщей конфедерации труда (ВКТ) метрополии в школе Жив-сюр-Иветт. Специализация на защите прав трудящихся определила первоначальную сферу общественной деятельности молодого представителя национальной интеллигенции и быстрый рост его популярности в народной среде.
Путь восхождения по карьерной лестнице в хронологической последовательности был отмечен следующими вехами. 18 марта 1945 г. он стал инициатором создания в Гвинее первых профессиональных организаций африканских трудящихся, возглавив сначала профсоюз персонала почты, телеграфа и телефона, а затем и профсоюзное объединение служащих казначейства и сделав стачку боевым оружием гвинейского рабочего движения. Уже через несколько месяцев после образования профсоюз получил боевое крещение, проведя с 20 декабря 1945 по 4 января 1946 г. успешную забастовку и добившись повышения заработной платы своих членов.
По мнению первого председателя Национальной конфедерации трудящихся Гвинеи (НКТГ) Кандаса Конде, это событие явилось отправной точкой национально-освободительного движения в стране, «решающим этапом перехода от сравнительно мирного сосуществования с колониальной системой к наступательной тактике в борьбе за экономические и политические права коренного населения»2. Организатор забастовки добился своего включения в состав Общефедеральной консультативной комиссии по труду Французской республики и территориальной комиссии по паритетным переговорам с местной администрацией.
В апреле 1946 г. уже в ранге признанного профсоюзного лидера Гвинеи Секу Туре был приглашен на конгресс ВКТ в Париже, присутствовал на заседании Национального совета труда и на Национальной конференции почтовых работников Французской республики. В октябре 1946г. он в составе 11 делегатов от Гвинеи был командирован на подготовительную конференцию в Бамако (Мали), на которой было принято решение об образовании Демократического объединения Африки (ДОА).
14 мая 1947 г. на учредительном съезде этой региональной политической организации Секу Туре как ее член- основатель получил подсвое руководство Комиссию общественных дел. 30 июня 1947 г. при обособлении Гвинейской секции ДОА, переименованной в 1948 г. в Демократическую партию Гвинеи (ДПГ), он вошел в число членов ее руководящего комитета на правах ответственного за отдел социально-экономической работы. Гвинейцы относились к левому крылу ДОА, депутаты которого до 1951 г. считались «примыкающими к коммунистической группе Национального собрания Франции»3.
Карьерный рост начинающего политика наблюдался в эти годы и на профсоюзном поприще. 23 марта 1947 г. кандидатура Секу Туре выдвигается на пост председателя учрежденного им Интерсиндиката - межведомственного объединения гвинейских местных профсоюзов разной партийной и идеологической ориентации. В 1948 г. ему поручается руководство гвинейским филиалом профсоюзов ВКТ. В октябре 1951 г. на 3 Конференции ВКТ в Бамако он избирается генеральным секретарем Коорди2 Conde К. Esquisse de l’histoire de la CNTG // Walike. 1978. № 22. P. 14.
3 Сюрэ-Каналъ Ж. Гвинейская республика. M., 1973. С. 136.
iiiiiiiiiiiiiitiiii 696 IIIIIIIIHIIIIIIIII


национного комитета ее профсоюзов в странах Западной Африки и на территории Французского Того.
В 1952 г. после высылки в Судан бывшего лидера ДПГ Мамаду Мадейры Кейты Секу Туре становится генеральным секретарем этой испытывавшей тогда организационные и программные трудности партии и в короткие сроки делает ее ведущей, самой массовой и авторитетной силой национально-освободительного движения. В ДОА за ним сохраняется место в Координационном комитете.
В августе 1953 г., победив на частичных выборах в территориальные органы власти, он замещает скончавшегося Поля Тето в должности генерального советника округа Бейла и получает депутатский мандат в Территориальную Ассамблею - Гвинейский парламент. 18 ноября 1955 г. назначается на пост мэра Конакри. В январе 1956 г. состоялось избрание Секу Туре депутатом Французского парламента от Гвинеи, причем свою лепту в этот успех внесли докеры Конакри, собравшие во время предвыборной кампании 5 тыс. франков - обязательный взнос для национального кандидата.
В июне 1956 г. Секу Туре организует отделение большей части профсоюзов ФЗА, принадлежавших к В КТ и «Форс увриер», от французских профцентров и оформляет их объединение во Всеобщую конфедерацию африканских трудящихся (ВКАТ). В ноябре 1956 г. на его плечи возлагается председательство в нижней палате Территориальной Ассамблеи. В январе 1957 г. участвует в работе региональной профсоюзной конференции в Котону (Бенин), на которой было принято решение об образовании единого африканского профсоюза стран Французской Западной и Центральной Африки, получившего название ВОТЧА (Всеобщего объединения трудящихся Черной Африки), и по праву считающегося «детищем Секу Туре».
В мае 1957 г. Секу Туре получает пост вице-председателя Правительственного совета, сформированного из африканцев (функции председателя совета выполнял сам французский губернатор Ж. Рамадье). В том же 1957 г. в ранге главного советника по делам стран ФЗА делегируется от Гвинеи в Территориальную ассамблею Большого совета Западной Африки в Дакаре и избирается вице-президентом ДОА. В 1958 г. становится председателем ВОТЧА. Исторический референдум 28 сентября 1958 г., когда 95,4% голосовавших гвинейцев опустили в урны фиолетовые бюллетени, означавшие неприятие конституции полуколониального Французского сообщества, открыл для него дорогу к вершинам власти.
2 октября 1958 г. Гвинейская Территориальная ассамблея, преобразованная в учредительную Национальную ассамблею, торжественно провозгласила независимость Гвинеи, присвоила новому суверенному государству наименование «Гвинейская республика» и доверила А. Секу Туре право быть ее президентом. ДПГ утверждается в роли правящей партии, а ее лидер наделяется также полномочиями председателя Правительственного совета и правом формирования первого состава исполнительной власти в стране.
Принятая 10 ноября 1958 г. Конституция независимой Гвинеи законодательно закрепила решения Национальной ассамблеи. На последующих всенародных президентских выборах в 1961, 1968, 1974 и 1981 гг. глава Гвинейской республики еще четыре раза получал вотум доверия избирателей, причем до 1972 г. он совмещал президентский пост с должностью премьер-министра (председателя Правительственного совета). Кроме того, все годы нахождения у власти являлся главнокомандующим вооруженными силами Гвинеи, а с 1967 г. - председателем Высшего совета народно1111111111111111111 IIIHIIIIIIIIII1HI


го образования страны. По общественно- политической линии носил почетный титул Высшего ответственного лица Гвинейской революции и бессменно исполнял обязанности генерального секретаря единственной в стране правящей партии. Последнее его утверждение в этих полномочиях состоялось 21 ноября 1978 г. в связи с переименованием ДПГ в П арти ю-государство.
Биографы Секу Туре отдают должное его новаторству и экспериментаторской активности, проявленным при поиске мобилизационных средств для ускоренного преодоления цивилизационной отсталости страны и строительства гвинейской национальной государственности. В 1959 г. он добился интеграции всех территориальных профсоюзных центров в Профсоюзное объединение трудящихся Гвинеи (ПОТГ), превратившееся в 1960 г. в Национальную конфедерацию трудящихся Гвинеи (НКТГ). Основал массовые общественные организации Революционный Союз гвинейских женщин (РСГЖ) и Молодежь африканской демократической революции (МАДР).
2 августа 1968 г. пленум ЦК ДПГ по его настоянию провозгласил начало развертывания в стране «социалистической культурной революции»; в октябре 1975 г. Национальный совет революции объявил о проведении «аграрной революции». Приверженность к идеологии панафриканизма проявилась в ряде его внешнеполитических инициатив. В 1963 г. он приложил немало усилий для создания Организации африканского единства (ОАЕ), а через десять лет, в 1973 г., - Организации африканского профсоюзного единства (ОАПЕ).
По воспоминаниям Александра Горелика, директора Информационного центра ООН в Москве, который работал несколько лет переводчиком при посольстве СССР в Конакри, Секу Туре был действительно «незаурядным лидером, одним из главных идейных вождей молодой Африки, прекрасным оратором, трибуном, философом, но при этом человеком чрезвычайно высокого о себе мнения»4. Подмеченная характерная особенность данного представителя африканской правящей элиты бросалась в глаза и другим исследователям новейшей истории Гвинеи.
Его стремление к власти и известности не умещалось в границах одного неболыного (национального) государства. Главной целью философско-публицистических трудов, по откровенному признанию самого автора, являлось желание «вынести теоретические концепции и практику Гвинейской революции далеко за пределы страны, с тем чтобы утвердить роль республики на всех фронтах идеологической борьбы в Африке и во всем мире»5. Слова не расходились с делами. В преамбулу первой конституции республики был включен тезис о возможности полного или частичного отказа гвинейского народа от национального суверенитета в случае образования государственного объединения с другими африканскими странами.
В начале 1960-х годов Секу Туре заключил тройственный союз с Ганой и Мали; в 1979 г. предлагал основать так называемую Африканскую силу мира из трех стран-членов - Гвинеи, Конго и Бенина; в 1982 г. выступил с предложением о слиянии в единое государство трех соседних республик - Гвинеи, Гвинеи- Бисау и Мали. В предновогодней речи накануне 1983 г. гвинейский лидер обратился к руководителям всех стран континента с призывом создать, наконец, Соединенные Штаты Африки, чтобы сообща противостоять проискам неоко4 Le portail des blogs africains // http://www.afrik.com/guinea
5 Touré SA. Qualifier le pouvoir populaire // Touré S.A. Oeuvres. T. 22. Conakry, 1978. P. 101.
iiiiiiiiiiimiiiii vjzo iiiiiiiiitiiiiiiiii


лониализма и преодолевать экономическую отсталость.
Советский Союз и государства социалистического содружества, протянувшие руку помощи Гвинее в трудный для нее период блокады и международной капиталистической изоляции, интересовали Секу Туре прежде всего с точки зрения заимствования опыта достижения высоких темпов догоняющего развития. Его официальные визиты в СССР пришлись на 1959, 1960 и 1965 г., т. е. на сложные политические времена, связанные с «хрущевской оттепелью», разоблачением культа личности И.В. Сталина и началом правления Л. И. Брежнева.
В своем известном обзоре истории тоталитаризма «Прошлое одной иллюзии» французский политолог Франсуа Фюре писал, что «... в час, когда Советский Союз перестал быть предметом поклонения, у коммунистической идеи оказался целый ряд запасных территорий», охваченных борьбой колониальных народов против империализма. Рассуждая далее о сути происшедших изменений, он пояснял, что хотя «ненависть к капиталу и питает различные режимы, более или менее направляемые советской дипломатией и пользующиеся материальной помощью СССР, но они уже не обременены обязанностью копировать образ правления и язык московского образца... Внутри старой идеократической сталинской империи появились очаги автономии»6.
Данное замечание в полной мере относится к гвинейскому эксперименту, затеянному Секу Туре. Глава Гвинейского государства в вопросах некапиталистического развития называл себя «духовным наследником» своевольного и прагматичного югослава Тито. Вместе с тем при следовании Гвинеи по пути строительства африканского «туреан- ского социализма» (по терминологии Клода Ривьера) многие родимые пятна тоталитарной мобилизационной системы всплыли на поверхность, свидетельствуя о существовании определенных инокультурных заимствований из сталинизма и маоизма.
Так, например, из арсенала большевизма была задействована диктатура одной правящей партии, построенной по принципу так называемого демократического централизма с жесткой внутрипартийной дисциплиной, иерархической подчиненностью нижестоящих органов вышестоящим и игнорированием мнения меньшинства. Гвинейскими революционерами были повторены многие первые декреты Советской власти, в частности о национализации земли и ее недр, об образовании общественного сектора экономики с плановым ведением хозяйствования, об установлении государственной монополии на торговлю и информацию.
Гвинея не обошлась без насильственной коллективизации сельского хозяйства и превращения сельских тружеников в государственных крепостных. Применение репрессий как метода устрашения инакомыслящих тоже стало обыденным явлением внутриполитической жизни. Французские исследователи зарегистрировали 15 заявлений официальных правительственных органов о раскрытии заговоров «агентов пятой колонны империализма», все они завершились скандальными политическими процессами и кровавыми расправами с оппозицией7.
Роль зловещих «черных воронков» выполняли три окрашенные в военный камуфляжный цвет грузовика, регулярно под покровом ночи вывозившие из городских кварталов очередных арестованных. В Гвинейской республике имелся и свой ГУЛАГ, цитаделью кото6 Furet F. Le passé d’une illusion. P., 1995. P. 541, 542.
7 Bernard Ch. Guinée // Encyclopaedia universalis France. T. 11. P., 1990. P. 59.
iiiifiimiiiiiini IIIIIIIIIIIIIIIHII


рого считался военный лагерь «Буаро» в Конакри. Гвинейская мрачная действительность той поры знала и тысячи пропавших без вести сограждан, и массовые захоронения погибших заключенных, обнаруженные в 1992 г. в Нонго, Кипе, Кисосо, Капаро, Матото, на холмах Ка- кулимы, в Дубреке на склоне горы Ган- ган и Киндии.
Советы трудящихся масс, служившие в СССР бутафорским прикрытием единоличной власти вождя, также нашли свое отражение в гвинейской управленческой структуре в виде учрежденной с 1967 г. широкой сети органов местной революционной власти. Влияние рекомендаций с Востока явно прослеживалось и в принятии на вооружение режимом Секу Туре ленинского тезиса о возможности достижения скачка в развитии через обеспечение приоритета субъективного фактора над объективным, передовой надстройки - над отсталым материально-техническим базисом. Соглашаясь с необходимостью целенаправленного воспитания сознательности народа и организуя на предприятиях и в учреждениях интенсивную политическую просветительскую работу, главное ответственное лицо Гвинейской революции поясняло, что стратегическая политика ДПГ заключалась в создании условий для того, чтобы «коллективистская идеологическая подготовка предшествовала экономическому развитию нации». Таким способом партия намеревалась «с одной стороны, неизмеримо увеличить творческий потенциал трудящихся и, с другой стороны, существенно расширить базу революционного воздействия государства»8.
Однако при констатации фактов видимого ученичества нельзя не отметить и попыток руководства страны привнести свои концептуальные изменения в освященную научным коммунизмом теорию строительства социалистического общества. Роль личности в истории, как правило, оценивается ее вкладом в ускорение прогресса человечества. Секу Туре оставил свой след в истории не только самоотверженной борьбой с колониализмом, но и апробированием не известной еще в политологии смешанной модели тоталитаризма левой ориентации, претендовавшей на максимально возможное использование мобилизационных ресурсов субъективного фактора.
Оригинальность и специфичность гвинейского эксперимента состояла в том, что секутуризм как персонализированная доктрина, определявшая его теорию и практику, пошел гораздо дальше в разработке и применении предлагавшихся ранее при строительстве реального социализма механизмов преодоления отсталости. Охват партийным членством в КПСС 20% взрослого населения был перекрыт в Гвинее в 5 раз. Все граждане с 15 лет после обретения независимости считались инкорпорированными членами правящей партии ДПГ, которая рассматривалась в качестве единого антиимпериалистического фронта национально-патриотических сил.
Контроль над деятельностью национальных профсоюзов, общественных организаций женщин, молодежи и военных активистов вылился в их превращение в интегрированные специализированные секции единственной партии. Гипотетически предсказанные Л.Д. Троцким и В.И. Лениным процессы военизации и огосударствления производственных профессиональных союзов получили своеобразную путевку в жизнь в гвинейских преобразованиях.
В 1969 г. резолюция V съезда НКТГ потребовала от всех профкомов формирования «бригад бдительности» для защиты государственной собственности и борьбы с классовыми врагами. Прези8 Horova-Hebdo. 1969. № 1665. 19. 24-30.04. Р. 12.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii < UU iiiiiiiiiiiiiiiiiii


дентский декрет № 32 1971 г. возложил на профсоюзы ответственность за производственные показатели предприятий. Хартия производства и производительности труда 1972 г. обязала профсоюзных работников вплотную заняться подготовкой отрядов рабочей милиции. В 1975 г. национальные отраслевые профсоюзы были упразднены с целью переориентации участников школы социального прогресса с ведомственных на территориальные и общегосударственные интересы.
Символическая в основном идея коммунистических субботников, призванная прославлять добровольный бесплатный труд на благо общества, вылилась в Гвинее в массовое принудительно организованное движение «трудовых инвестиций». Такое использование трудового энтузиазма под эгидой «народной стройки» позволило сэкономить государству на выполнении общественно значимых работ в первые три года существования Гвинейской республики 3 млрд гв. фр.9
Для большей концентрации усилий по идеологическому воздействию на массы и диверсификации средств, направленных на воспитание послушных режиму личностей, Секу Туре отказался от материалистических антирелигиозных догматов большевиков. Наоборот, за все время его правления в результате целенаправленной религиозной политики масштабы мусульманского прозелетиз- ма выросли на 20%, и численность приверженцев Корана в стране была доведена до 4 млн человек (80%) населения10 11. В его философском мировоззрении ислам как наиболее распространенное в Гвинее вероисповедание признавался союзником революции и одним из наиболее действенных инструментов национальной интеграции, достижения высших социальных целей. Воздействие на умы верующих через предписания Святого Корана привлекало к реализации планов некапиталистического развития новых адептов из числа сторонников так называемого исламского социализма.
Апогеем реформы управления в гвинейском тоталитарном государстве стало переименование в 1978 г. правившей ДПГ в Партию-государство. Еще в 1961 г. в работе «Гвинейский опыт и африканское единство» Секу Туре уведомил народ о передаче ДПГ «всей полноты политической, юридической, административной, экономической и технической власти»11. Проявление вождизма в Гвинее выходило за пределы всех рамок дипломатического приличия. Занимая все высшие должности в республике, ее первое лицо неизменно председательствовало на всех заседаниях в Политбюро, Центральном комитете партии, в парламенте, Национальном совете, в правительстве.
В стране не выпускали цитатников «Великого кормчего», как это было в Китае, но немногочисленные средства массовой информации, такие, например, как газета «Хоройя» и журнал «Валике», пестрели выдержками из произведений Секу Туре. Провозглашение в 1968 г. начала культурной революции сопровождалось введением не только школьного обучения на национальных языках, но и включением в образовательные программы дополнительного предмета, посвященного изучению содержания трудов «великого классика гвинейской революции».
По канонам научного коммунизма Секу Туре и его сподвижники классифицировались как революционные демократы, поскольку заявляли о намерении строить социализм в крестьянской стра9 Сюрэ-Каналь Ж. Указ. соч. С. 164.
10 Калинина Л.П. Гвинея: Справочник. М., 1994. С. 63.
11 Touré S.A. Experience guinéene et unité africaine. P., 1961. P. 484,485,488.
iiiimiitiiiiiiiu fui i niiiiiiiiiii uni


не с преимущественно аграрной экономикой. Однако миф о демократичности взглядов и поведения национального героя Гвинеи не может питаться только его высказываниями по поводу строительства справедливого социального строя, заверениями о вступлении гвинейского общества в фазу «развитой революционной демократии» и обещаниями, что в отдаленном будущем стадия Партии- государства уступит место более совершенной форме правления - Народу- государству. Политика популизма и демагогии, как известно, не подкрепленная реальными свершениями в пользу большинства населения, не может долго скрывать настоящую сущность режима и оправдывать его преступления. Исход из страны почти трети населения в поисках лучшей доли и спасения жизни, а также крайне низкое представительство рабочих и крестьян в руководящих органах Партии-государства на разных уровнях (соответственно 5% и 7%)12 никак не подтверждали народный революционный характер проводившихся репрессий.
В той же степени противоречили заявлению Секу Туре о достигнутом политическом единстве гвинейского народа предпринятые режимом в 1976 г. преследования по политическим мотивам самой многочисленной народности фульбе (пель) и «малинкизация» кадров (назначение на ответственные и доходные должности главным образом выдвижен- цов из президентского клана). Передачу И из 15 министерских портфелей близким родственникам главы государства и его супруги также нельзя отнести к актам, направленным на защиту народных интересов.
Российские революционные демократы в лице интеллигентов-разночинцев ходили в народ в XIX в. и жертвовали своей жизнью ради осуществления на практике идеи построения крестьянского общинного социализма. Их гвинейские последователи в XX в. после провала сельскохозяйственной политики ввели в деревне телесные наказания для сельских тружеников, не выполнивших нормативы по сдаче государству натуральных налогов. О падении доверия к власти крестьян, составлявших свыше 80% населения, свидетельствовали вспыхнувшие за два месяца до смерти Секу Туре в 1984 г. волнения сельских жителей в Бенти и Форекарии в Нижней Гвинее.
Если оценивать индивидуальные черты характера первого гвинейского президента, то можно сказать, что он выглядел противоречивой личностью, умело скрывавшей за звонкой революционной фразой, за театральной позой демократа и либерала, за европейской образованностью глубинную манеру поведения самолюбивого и лицемерного восточного деспота.
Ему, например, ничего не стоило пригласить в свою импровизированную резиденцию под водопадом «Вуаль де фиансе» («Фата невесты») коллектив иностранных специалистов, пожать каждому руку в благодарность за ощутимую помощь гвинейскому народу, а затем объявить его руководителя «персоной нон грата» и дать 48 часов на выезд из страны. Такая судьба постигла управляющего европейским концерном по переработке алюминиевого сырья во Фриа в 1960 г., посла СССР в Гвинее в 1961 г., директора советской научно- исследовательской микробиологической и вирусологической лаборатории в Кин- диа в 1978 г.
Все высылаемые из Гвинеи лица обвинялись в попытке нанести ущерб национальным интересам, и глава государства выглядел при вынесении санкций неподкупным и принципиальным их защитником. Он называл форму 12 Калинина Л.П. Указ. соч. 1994. С. 63.
Iiiiiiiiiiiiiiiiiii /UZ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


своего правления «режимом национальной демократии», а основной целью его деятельности - «реабилитацию униженного и обобранного человека Африки, требующего восстановления всей полноты своих прав и равного участия в международной жизни»13. В интервью лондонскому журналу «Нью африкен» в 1978 г. Секу Туре не преминул упомянуть, что всегда главной своей задачей как идейного руководителя считал «развитие у гвинейцев чувства собственного достоинства»14.
На создание образа настоящего патриота и непримиримого националиста работали и внешняя имиджевая атрибутика, и принимавшиеся постановления правительства. «Отец нации» любил появляться на официальных мероприятиях одетым в африканскую тунику (бубу), приветствовать народ взмахами зажатого в руке белого платочка, окружать себя кортежем из 200 восторженно кричащих женщин.
В национальной политике нашли себе место и африканизация кадров, и введение обучения в начальных школах на 6 из 20 самых распространенных в Гвинее национальных языках, и регулярное проведение фестивалей народного искусства, и призывы к возрождению ценностей африканской цивилизации. Бывший редактор журнала «Африк ну- вель» Сильвэн Сориба Камара в книге «Гвинея без Франции» подчеркивал наличие во внешней и внутренней политике правившего режима перевеса националистических предпочтений над социалистическими принципами15.
Однако более глубокое проникновение в суть происходивших событий развенчивает и этот миф. С определенного момента, а именно с начала 1960-х годов, лейтмотивом гвинейской «перманентной» (по выражению Секу Туре) революции являлась все-таки борьба за власть. Обозреватель журнала «Нувель Африк-Ази» Си Саване Мамаду Салиу, описывая в статье «Сорок лет уже минуло» последовательность процесса перерастания подозрительности в «пароксизм чисток», его точкой отсчета назвал падение и исчезновение политических друзей Секу Туре: Патриса Лумумбы (Конго-Киншасса), Кваме Нкрумы (Гана) и Модибо Кейты (Мали), свергнутых в своих странах в результате переворотов. По его мнению, потрясенный и обескураженный глава гвинейского государства «пришел к убеждению, что заговор плетется и против него и что в ближайшее время он сам станет его очередной жертвой». Жизнь в постоянном напряжении под угрозой очевидной опасности привела в конце концов к «опустошительным последствиям для собственного народа».
Прослеживая вехи на пути ужесточения репрессий, вышеупомянутый автор высказал предположение, что подавление в 1961 г. выступления преподавателей и молодежи, требовавших углубления марксистской ориентации в социалистическом строительстве, «устранило прогрессивную тенденцию» превращения массовой партии в авангардную. Ликвидацию же попытки торговцев в 1965 г. создать свою оппозиционную партию обозначил как начало массовых арестов, сопровождавшихся смертными казнями.
По словам Си Саване Мамаду Салиу, приход к власти военных в Мали в 1968 г. напугал Секу Туре в такой степени, что «в следующем году заговор был обнаружен уже в рядах гвинейской армии». Апогей же «охоты на ведьм» наступил 13 Touré S. A. L’action politique du Parti démocratique de Guinée pour l’émancipation africaine // Touré S.A. Oeuvres. T. 3. Conakry, 1959. P. 262.
14 New African. 1978. December.
15 Camara S.S. La Guinée sans la France. P., 1976. P. 118.
iiiiiiiiiiiiitiitit suj цини un Hinn


после нападения на Конакри 22 ноября 1970 г. вооруженной группы португаль- ских наемников и представителей оппозиционной гвинейской диаспоры. Агрессоры имели целью нанесение удара по лагерю Африканской партии независимости Гвинеи-Бисау и островов Зеленого Мыса, получившей политическое убежище в гвинейской столице, устранение ее лидера Амилкара Кабрала, а заодно и смену правящего в Гвинее режима.
Пассивность деморализованных чистками гвинейских вооруженных сил и выжидательная тактика многих партийных и правительственных чиновников в обстановке всеобщей паники и неразберихи, когда главный руководитель обороны вместе со своим сводным братом Исмаэлем Туре трусливо укрылись в потаенном убежище, едва не привели режим к катастрофе. Поэтому и реакция пережившего унижение и позор Секу Туре после отражения атаки силами верных армейских подразделений и рабочей милиции вылилась в вакханалию актов злопамятного мщения.
Серия арестов с публичными казнями и конфискациями имущества прокатились по стране. Репрессиям подверглись 16 министров из 24 и 96 офицеров из 12016. Уничтожение лучших представителей национальной интеллигенции и политической элиты можно считать еще одним доводом, опровергающим правомерность присвоения Секу Туре титула настоящего, преданного своей стране националиста.
Так, например, среди репрессированных членов правительства оказались наиболее известные на континенте и влиятельные в международных кругах возможные соперники гвинейского вождя в политической борьбе. Речь идет об основателях и лидерах партий Гвинейский африканский блок и Гвинейская социалистическая демократия Диаваду Барри (министре национального просвещения) и Ибрахиме Барри (государственном секретаре президентского совета), а также о бывшем генеральном секретаре ОАЕ, министре юстиции, после Гвинеи в Вашингтоне и председателе комитета ООН по апартеиду Телли Бубакаре Диалло.
Мировая общественность была шокирована изуверствами, творившимися в застенках тоталитарного режима. По свидетельствам выживших узников, в лагерях для заключенных широко практиковались избиения и пытки, переводы на «черную диету» (постоянное содержание без еды и питья). Камеры лагеря Буаро располагались непосредственно на берегу Атлантического океана и во время приливов заполнялись на три четверти морской водой, в которой арестанты должны были барахтаться до очередного отлива.
Виды казней варьировались: расстрелы и повешения чередовались с утоплениями и доведением организма до полного истощения. 25 января 1971 г. на главном эстакадном мосту Конакри состоялась устрашительная акция - публичная казнь через повешение восьмерых бывших руководителей национально-освободительной революции. Альфа Абдулайе Диалло вспоминал, что у Секу Туре была садистская привычка вызывать на личный допрос своих жертв накануне их ареста, чтобы поиграть с ними, как кошка с мышью. Туре потом говорил, что был готов простить своих собеседников, но признания ими своих преступлений не позволяли это сделать17.
По подсчетам Махмуда Ба, за период с 1959 по 1984 г. режим Секу Туре ре- 16 Sy-Savane M.S. Quarante ans déjà // Le nouvel Afrique-Asie. 1998. № 109. Octobre.
P. 13,14.
17 Diallo AA. La vérité du ministre. Dix ans dans les geôles de Sekou Touré. P., 1985. P. 30.
lllllllllllllllllll * iiiiiiiiiiiiiiiiiii


премировал 50 500 гвинейцев и отправил в изгнание 2 млн 26 тыс. соотечественников, т. е. 35% населения страны. Через один только лагерь Буаро прошло около 5 тыс. заключенных18. Семьи арестованных должны были платить в государственную казну денежные штрафы по 125 тыс. гв. фр., и никто не знал, куда исчезали эти финансовые поступления19.
Массовый террор и провал всех четырех планов социально-экономического развития постепенно образовали полосу отчуждения между надстройкой и базисом, верхами и низами гвинейского общества. С конца 1970-х годов в столицу все чаще стали поступать сигналы о недовольстве населения властью на местах. В августе и сентябре 1977 г. в Конакри прошли два массовых марша женщин, выразивших протест против бесчинств городской и экономической полиции и потребовавших свободы частной торговли и перемещения по стране. В 1980 и 1981 гг. дело дошло до организации покушения на самого президента.
14 мая 1980 г. одна старая граната разорвалась в зрительном зале Народного дворца, а другая подкатилась к ногам Секу Туре, но ее детонатор не сработал. 21 февраля 1981 г. перед самой посадкой президентского самолета международный аэропорт Гбессия под Конакри содрогнулся от взрыва мин, заложенных в бордюр взлетной полосы. Ответственность за проведение этих акций взяла на себя некая таинственная организация, назвавшая себя Патриотическим фронтом.
Недоверие основателя Гвинейской республики к своим согражданам выразилось в приглашении кубинских военных для охраны мест его работы и отдыха. Он уже чувствовал себя чужаком в собственной стране и, по свидетельствам лиц из ближайшего окружения, понимая, что ветер истории скоро переменится, завещал своим друзьям в Марокко и Саудовской Аравии похоронить его в Святой земле ислама.
Секу Туре умер 26 марта 1984 г. в 21 ч. 23 мин. по Гринвичу в кардиологической клинике г. Кливленда штата Огайо, США, куда был доставлен по протекции короля Марокко Хасана II на самолете-госпитале, принадлежавшем королю Саудовской Аравии Фахду. Причиной смерти, по заключению американских врачей, стало обильное внутреннее кровотечение, возникшее вследствие разрыва аневризмы аорты. Перед тем как лечь на операционный стол, высокопоставленный африканский пациент повторил известный афоризм «Человек предполагает, а Бог располагает», завершив им всесвои письмениыетруды и публичные выступления.
Бывший министр иностранных дел в правительстве Шарля де Голля Морис Кув де Мюрвиль заметил, что «время все расставило по своим местам». Секу Туре ушел из жизни не в Москве, а в США, успев восстановить некогда разорванные связи с Францией, он сыграл свою роль в международных африканских организациях, но его главная нерешенная проблема заключалась в плачевном состоянии его собственной страны. «Преемникам у власти предстоит тяжелая задача»20.
Возглавивший Вторую Гвинейскую республику председатель Военного комитета национального возрождения (ВКНВ) Лансана Конте дал красноречивую характеристику доставшемуся ему наследию, подчеркнув, что последствия стратегического курса режима Секу Туре, когда «политика заменяла производство», 18 Bah M. Construire la Guinée après Sekou Touré. P., 1990. P. 162,163.
19 Diallo A.-A.Op. cit. P. 30.
20 Baba Kake Ibrahima. Sekou Touré: Le héros et le tyran. P., 1987. P 226.
IIIIIIIIHIIIIIIIII SVJ IIIIIIIIHIIIIIIIII


оказались драматичными как для экономики, так и для людей и государства.
Его программная речь изобиловала сокрушительными разоблачениями: «Все виды деятельности дезорганизованы. Казна пуста. Производство заброшено. Дух инициативы подавлен. Внутри страны государственная власть исчезла: налоги не поступают, правосудие не осуществляется. Государственный аппарат или скорее то, что выдает себя за него, стал первым грабителем Гвинеи. На его месте для маскировки системы находится партия. Природные, человеческие и материальные ресурсы проматываются и разбазариваются. Воровство и коррупция процветают. Моральные ценности деградируют. У гвинейского дома поддерживается в нормальном виде только один фасад - внешняя политика»21.
Окончательно подорвала веру в служение гвинейских экспериментаторов высоким идеалам публикация результатов расследования их деятельности специальной комиссией. Она доказала, что правившая верхушка Первой республики присваивала львиную долю доходов от экспорта сырья. В архивах были найдены копии чеков, подтверждавших перевод сотен миллионов долларов государственных средств в банки США, Канады, Франции и Марокко на счета членов семьи президента и правившей в стране клики.
Состояние шока у почитателей гвинейского феномена вызвало известие об обнаружении отдельного чека на 4 млн долл., переведенных в зарубежный банк на имя супруги Секу Туре мадам Андреа Туре. Он был подписан самим «непогрешимым» блюстителем конституции, главным и «беспощадным» борцом с злоупотреблениями властью «новой партийно-чиновничьей буржуазии, выросшей на успехах революции».
К чести гвинейского «кормчего» следует все же признать, что он нашел в себе мужество повторить советский опыт поисков новой экономической политики (1921 г.) С 1978 г. в стране явственно обозначился переход к либерализму. Под давлением организации Международная амнистия были освобождены из включения и реабилитированы около 1000 узников совести. Прекратились оскорбительные выпады официальной пропаганды в адрес эмигрантов. 38-я сессия Национального совета революции приняла решение о привлечении бизнесменов-эмигрантов и иностранцев к участию в развитии национальной промышленности и сельского хозяйства на льготных условиях.
Партия-государство присвоила себе названия Народной партии и Партии труда и переориентировала внимание народа с политических и идеологических задач на экономические и социальные проблемы. Верноподданнический лозунг «Готов к революции!» был заменен на более мирное клятвенное обещание «Готов к производству!». Девизом страны стала сохранившаяся до настоящего времени в символике Третьей Гвинейской республики триада «Труд-Справедливость- Солидарность! »
В Гвинее была разрешена индивидуальная розничная торговля. Государственные власти по инициативе президента развернули агитацию за создание мелких и средних, в основном семейных, частных предприятий. В надстройке появились такие институты рыночного регулирования, как Министерство мелких и средних предприятий и Торговая палата. Правительством был учрежден Кодекс инвестиций, рассчитанный на привлечение частных капиталов.
Большую организационную и функциональную самостоятельность получи-
21 Le discours-programme du président de la République de Guinée. Le 23 décembre 1985. Conakry, 1985. P. 2.
(iiiiiiiiiiiiiiiih 706 iiiiiiimiiiifiiii


ли профсоюзы, в их руки была передана автономная система снабжения населения продуктами питания и кооперативная деятельность трудящихся. Во внешней политике руководство республики решило отказаться от самоизоляции (автаркии - политики самообеспечения) и занялось налаживанием испорченных когда-то отношений с соседями, государствами европейского Общего рынка и США. Но этого оказалось мало для смягчения кризисной ситуации в стране.
Кроме завоевания государственной независимости и воспитания у гвинейского народа обостренного чувства национального достоинства тоталитарный режим Секу Туре не смог предъявить других весомых аргументов в доказательство своей исторической необходимости. По данным статистических служб ООН за 1985 г. Гвинея со средним доходом в 349 долл, на одного жителя в год (по другим сведениям - в 280 долл.) входила в группу из 40 наименее экономически развитых стран на планете.
Внешний государственный долг республики к концу жизни Секу Туре достиг 1 млрд 432 млн долл., на его обслуживание ежегодно приходилось тратить от 30 до 35% доходов от экспорта сырья. По калорийности питания населения, составлявшей 84% от установленной международной нормы, страна была отнесена к 9 самым голодным субъектам мирового сообщества. Средний возраст жизни гвинейцев не превышал 37 лет. Только 12% сельских жителей имели доступ к питьевой воде, и это происходило в регионе, называемом «водонапорной башней» западной субсахарской Африки.
Несмотря на проведенную реформу образования, из-за неразвитости материальной базы и дефицита преподавателей 67% детей оказались отлученными от школы. 28% охвата грамотностью взрослых не позволили Гвинее догнать даже самые отсталые государства с их 32% зрелого населения, умеющего читать и писать. Ко всем этим глобальным показателям добавлялись свертывание производства в госсекторе экономики, 33 предприятия которого работали в последние годы Первой республики только на 10% своей мощности, нерентабельность сельскохозяйственных кооперативов, задолжавших государству 2 млрд долл., и нищенская зарплата простых горожан, позволявшая удовлетворять только 15% скромных потребностей в еде и одежде22.
Мировая известность разворачивавшегося гвинейского эксперимента и весь пафос предполагавшихся достижений обернулись фарсом с кончиной их главного конструктора. Буквально через несколько дней после помещения его гроба в мавзолей национальных героев, 3 апреля 1984 г. военные совершили бескровный государственный переворот, вынесли из Национального музея бюст бывшего главного ответственного лица революции и при полном попустительстве толпы горожан утопили его в Гвинейском заливе. Новое правительство объявило курс на «десекутуризацию» всех сфер жизни страны, на освобождение общественного сознания от «идеологизированных шаблонов и мистификаторских концепций».
Так еще в одном отдаленном уголке земного шара получило подтверждение действие закона о кратковременности эффективного применения тоталитарного правления и о неизбежности его издержек, выражающихся в истощении сил, деградации общества и в системном кризисе государства. Оценки роли и деятельности Секу Туре противоречивы. Некоторые из бывших влиятельных участников борьбы за освобождение Африки и членов правительства в начале 1960-х годов, такие, например, как Мамаду Диа или Мадейра Кейта, продолжают 22 Bernard Ch. Ор. cit. P. 62.
iiiniimiiiiiiiii (U/ 1111)11111111111111


считать гвинейского лидера и «великим африканцем», и не менее «выдающимся демократом».
Бывший же «узник совести» инженер-химик и общественный деятель Махмуд Ба, отсидевший в политической тюрьме 5 лет, называет его тираном, «стратегом сатанинской политики», «гвинейским гитлеренком»23. Заместитель директора Центра марксистских исследований Франции, член ЦК Французской коммунистической партии Жан Сюрэ-Каналь охарактеризовал преобразования под руководством Демократической партии Гвинеи как «демократическую и национальную революцию»24. В то же время французский Геополитический словарь под редакцией Ива Лакосте различил в бывшей колонии «тоталитарный режим», замаскированный под республиканской терминологией, и причислил его к самым жестоким диктатурам на континенте25.
В 1998 г. в Конакри умер лидер движения «черных пантер», глава студенческого Координационного комитета ненасильственных действий в США Стокли Кармайкл. Убежденный сторонник панафриканизма и африканского социализма, основатель Всеафриканской народной революционной партии считал за честь до конца своих дней носить псевдоним Кваме Туре, тогда как коренной гвинеец Со- риба Камара Сильвэн негативно отнесся к происшедшим в стране изменениям после провозглашения независимости. Он, в частности, отметил, что «персонализация власти Секу Туре, усугубленная его неуступчивым характером, обусловила принятие режимом многих насильственных и иррациональных решений»26.
Директор передачи новостей африканских изданий на французском радио, выходец из Гвинеи Баба Каке Ибраима в своей книге «Секу Туре, герой и тиран» выразил сомнение в существовании у Секу Туре настоящего желания построить социалистическое общество, поскольку на деле страна была загнана в кабалу к иностранным монополиям.
Рассуждая о мифическом ореоле, созданном в мировой печати вокруг имени главного персонажа гвинейской революции, автор затруднился однозначно ответить на вопрос, о ком все-таки идет речь: о националисте, последовательном демократе новой формации или о безжалостном палаче и призвал читателей подождать суда истории для выяснения истины27.
Глава Военного комитета национального возрождения (ВКНВ), разогнавшего правительство Секу Туре и запретившего в 1984 г. деятельность ДПГ, Лансана Конте, выступая 2 октября 1988 г. на митинге, посвященном Дню основания национального государства, выразил пожелание, чтобы «Гвинея тридцатилетия помирилась с Гвинеей времен обретения независимости»28.
Сохранивший свое прежнее название «Хоройя» («Достоинство») официальный печатный орган Третьей Гвинейской республики, развивая эту тему, подчеркнул, что в число мероприятий нового руководства по консолидации нации вошли такие его решения, как объявление амнистии политзаключенным, освобождение из тюрьмы супруги Секу Туре и его сына, оказание содействия погребению в род23 Bah М. Op. cit. Р. 239.
24 Сюрэ-Каналь Ж. Указ. соч. С. 10-12; Suret-Canal J. La République de Guinée. P., 1970. P. 12, 26.
25 Lacoste Y. Dictionnaire de géopolitique. P., 1995. P. 700.
26 Camara S. La Guinée sans la France. P., 1976. P. 118, 119, 140.
27 Baba Kake Ibrahima. Op. cit. P. 230.
28 La nouvelle marche. 1988.03.10.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii f UÖ iiiiiiiiiiiiiiiini


ной земле его тещи и, наконец, увековечивание памяти самого основателя независимого государства в акте присвоения его имени площади перед президентским дворцом с 1 октября 1999 г.
Досужие журналистские языки, комментируя этот сюрприз появления «Секутурейи», объясняли его желанием действующего президента преподать урок будущему преемнику, как нужно обходиться со своим предшественником. Однако предпочитавший в течение долгого времени воздерживаться даже от упоминания имени Секу Туре Лансана Конте признался делегатам Верхней Гвинеи, прибывшим поблагодарить его за этот жест доброй воли по отношению к их земляку, что «он был солдатом самого достойного из руководителей Гвинеи и лишь воздал должное его заслугам перед родиной»29.
В.И. Евсеенко
Сочинения Секу Туре
Независимая Гвинея. Статьи и речи. Пер. с фр. М.: Иностр, лит., 1960.
Cours du président Ahmed Sekou Touré. Conakry, 1973.
L’action politique du Parti démocratique de Guinée pour l’émancipation africaine // Oeuvres: T. 1-2. Conakry, 1958-1959.
Expérience guinéenne et unité africaine. P., 1959.
La révolution culturelle // Oeuvres: T. 3. Conakry, 1959.
La révolution guinéenne et le progrès social // Oeuvres: T. 6. Conakry, 1960.
L’action politique du Parti démocratique de Guinée en faveur de l’émancipation de la jeunesse guinéenne // Oeuvres: T. 8. Conakry, 1962.
La révolution et l’unité populaire // Oeuvres: T. 9. Conakry, 1964.
L’Afrique en marche // Oeuvres: T 10. Conakry, 1967.
L’Afrique et la révolution // Oeuvres: T. 13. Conakry, 1969.
Plan septennal. 1964-1971 // Oeuvres: T 14.
Conakry, 1970.
Défendre la révolution // Oeuvres: T. 15. Conakry, 1971.
Le pouvoir populaire // Oeuvres: T. 16. Conakry, 1971.
Promotion Kwame N’Krumah // Oeuvres: T. 19. Conakry, 1972.
Stratégie et tactique de la révolution // Oeuvres: T. 21. Conakry, 1977.
Qualifier le pouvoir populaire // Oeuvres: T 22.
Conakry, 1978.
Informer et former pour transformer // Oeuvres: T. 23. Conakry, 1978.
Литература
Пономаренко Л.В. Ахмед Секу Туре // Деятели национально-освободительного движения. М. 1993.
Adamolekun Ladipo. The political and social ideas of Sekou Toure // Themes in African social and political thought. Ibadan, 1978. P. 157-179.
African Political Thought: P. Lumumba, K. N’Krumah, A. Sekou Touré. Denver, 1968.
Baba Kake Ibrahima. Sekou Touré: Le héros et le tyran. R, 1987.
Bah M. Construire la Guinée: Après Sekou Touré. R, 1990.
Diallo A.-A. La vérité du ministre: dix ans dans les geôles de Sekou Touré. R, 1985.
Johnson R.W. Sekou Touré: the man and his ideas // African Social Studies. N. Y., 1977. P. 329-343.
Lacouture J. Sekou Touré tel qu en lui-même // Jeune Afrique. 1978. № 927. 11.11. P. 68- 72.
Sennene Adriamirado. Le nouveau Sekou Touré //Jeune Afrique. 1978. № 928.18.11. P. 30-35.
29 Horoya. 1999. № 5246. 28.11. P. 4.


Феликс УФУЭ-БУАНЬИ
Félix Ilouphouët-Boi^ny, 18.Х.1905 - 7.XII.1993
Государственный деятель Кот- д’Ивуара; основатель ивуарийского государства. его президент в 1960-1993 гг.
Уфуэ родился в деревне И гокро(совр. Ямусукро) на юго-востоке французской колонии Кот-д’Ивуар. Его отец Нлолн Уфуэ (умер до 1910 г.) по официальной версии происходил из народности нзи- при, а по популярной неофициальной - он был суданцем и исповедовал ислам1. Мать Киму Пдри (умерла в 1936 г.) принадлежала к знатной и состоятельной семье из анимистского племени акуэ (этническая группа бауле); ее двоюродный дед Кваси Иго являлся местным вождем.
При рождении мальчику дали имя Диа («пророк», «маг»). При крещении в десятилетнем возрасте ему дали христианское имя Феликс. В 1945 г., чтобы подчеркнуть свои качества политического лидера, он добавил к фамилии Уфуэ прозвище «Буаньи» («вожак бараньего стада»).
Получив началыюе образование в Бонзи (близ Нгокро). а среднее в Бен- жервиле, тогдашней столице колонии (к востоку от Абиджана). Уфуэ в 1919 г. поступил в Высшую педагогическую школу Вильяма Понти в Горе (Сенегал). Став по ее окончании в 1921 г. обладателем диплома учителя начальных классов, он продолжил учебу в Медицинском училище Французской Западной Африки, которое закончил в 1925 г., получив диплом фельдшера. В 1925-1939 гг. работал в больницах различных городов Кот-д’Ивуара (Абиджан. Гигло, Абенгу- ру. Димбокро, Тумоди).
Еще в юные годы Уфу?) занялся общественной деятельностью. В 1926- 1927 гг. он попытался организовать профсоюз медицинских работников-африканцев Абиджана, в 1932 г. возглавил протестное движение крестьян округа Абенгуру против белых плантаторов. В 1939 г. Уфуэ унаследовал пост вождя своего племени и стал администратором кантона Акуэ. В его руки перешла семейная плантация, одна из самых больших в колонии, он занялся разведением экспортных культур (кофе, какао, каучук) и вскоре составил себе значительное состояние.
К середине 1940-х годов Уфуэ заявил о себе как о лидере крупных и средних плантаторов-бауле, переориентировавших свои хозяйства, как и он сам, на экспортное производство. В сентябре 1944 г. с согласия французского губернатора Андре Латрийя Уфуэ основал и возглавил Афри канский земледельческий профсоюз (A3II), выступавший за ликвидацию системы принудительного труда и повышение оплаты наемных рабочих, что привлекло в его ряды многих трудовых мигрантов с севера Кот-д’Пву- 1 См.; Miran M. Islam, histoire et modernité en Côte d’Ivoire. P., 2006. P. 155.
Illllllllllllllllli /10 IIIIIIIIHIIIIIIIII


ара (диула и сенуфо). Быстро превратившись в массовую организацию, АЗП начал играть политическую роль, и при его поддержке Уфуэ-Буаньи в октябре-ноябре 1945 г. одержал победу на выборах «туземного депутата» в Учредительное собрание Франции. В ноябре 1946 г. он стал депутатом французского Национального собрания и сохранял это место до 1961 г. (переизбран в 1951, 1956 и 1958 гг.). Защитник интересов африканских плантаторов-экспортеров, он инициировал принятие закона о запрете принудительного труда («закон Уфуэ-Буаньи» 1947 г.) и единого трудового кодекса для Французской Африки (1952 г.), выступал за расширение местного самоуправления в колониях и создание полномочных законодательных ассамблей.
В апреле 1946 г. Уфуэ-Буаньи преобразовал АЗП в Демократическую партию Кот-д’Ивуара (ДП), которая позиционировала себя как антиколониальную силу, защищавшую интересы местных крупных производителей экспортной сельхозпродукции. Нежелание официального Парижа учитывать эти интересы неизбежно усиливало в ДП радикальные настроения. В октябре 1946 г. Уфуэ-Буаньи стал одним из инициаторов слияния разных левонационалистических группировок Французской Африки в Африканское демократическое объединение (АДО), которое вступило в политический союз с ФКП; ДП превратилась в его ивуарийское отделение.
Хотя ядро ДП составляли бауле, она стремилась максимально расширить свою этническую базу, заявляя о себе как о партии всех ивуарийцев. Благодаря этому ей удалось одержать верх в конкуренции с двумя другими моноэтническими политическими группировками тогдашнего Кот-д’Ивуара - Союзом выходцев из шести округов Ивуарийского Запада (этническая база - бете)2, выступавшим против развития ориентированной на экспорт экономики, и Прогрессивной партией (этническая база - аньи)3, занимавшей консервативные и антикоммунистические позиции. Уже в конце 1946 г. численность ДП/АДО составила 80 тыс. членов. В ноябре 1946 г. ее список победил на выборах в первый парламент Четвертой республики, в декабре она завоевала все 15 мест в Генеральном совете (консультативном органе при губернаторе колоний) от коллегии неграждан и подтвердила свой успех на частичных выборах в Совет в июле 1948 г.
Прокоммунистическая ориентация ДП/АДО привела ее к конфронтации с французскими властями, достигшей пика в январе 1949 - феврале 1950 г. В апреле-декабре 1949 г. колониальной администрации удалось добиться раскола ДП/АДО по этническому принципу: возникли Эбурнийский демократический блок (кру), Согласие независимых Кот-д’Ивуара (северяне), Союз независимых Кот-д’Ивуара (бауле), Африканское социалистическое движение (бете). Тогда же ДП/АДО потеряла большинство в Генеральном совете. Чтобы покончить с антиколониальными выступлениями в разных районах страны, власти развернули репрессии против партии; почти все ее руководство, включая Уфуэ-Буаньи, оказалось за решеткой.
Французское правительство, однако, сумело предотвратить политический взрыв в колонии. Уфуэ-Буаньи был освобожден, а в Кот-д’Ивуар был командирован министр по делам заморских территорий Франсуа Миттеран (март 1950 г.) В результате его переговоров с Уфуэ-Буаньи последний инициировал в октябре 1950 г. разрыв АДО с комму2 Основан в 1944 г.
3 Основана в 1946 г.


нистами4. Относительная неудача ДП/ АДО на парламентских выборах в июне 1951 г., когда она уступила одно из двух депутатских мест консервативному блоку «Французский союз», ускорила переход лидера партии на умеренные центристские позиции. 6 октября 1951 г. он выступил в Абиджане с программной речью, выдвинув лозунг интеграции всех политических сил Кот-д’Ивуара и сотрудничества с Францией.
Смена стратегии принесла быстрые плоды. Обеспечив нейтралитет колониальной администрации, Уфуэ-Буаньи привел партию к внушительной победе на выборах в Территориальную ассамблею (заменившую Генеральный совет) 30 марта 1952 г. — 72% голосов и 28 из 32 мандатов5. 24 марта 1953 г. он стал председателем Ассамблеи6. На парламентских выборах 2 января 1956 г. ДП/ АДО набрала уже 87% и завоевала все места в Национальном собрании от Кот- д’Ивуара7. В мае того же года к партии присоединился ряд оппозиционных политиков, а на муниципальных выборах в ноябре она получила большинство во всех коммунах колонии. Уфуэ-Буаньи был избран мэром Абиджана (1956- 1960 гг.). На выборах в Территориальную ассамблею 3 марта 1957 г., проведенных после предоставления французским колониям внутреннего самоуправления («закон-рамка» 1956 г.), ДП/АДО завоевала 89% голосов и 58 мест из 608. Однако Уфуэ-Буаньи отказался занять пост вице-председателя9 Правительственного совета, нового органа исполнительной власти, уступив его своему соратнику Огюсту Денизу, который в конце 1958 г. стал первым премьер-министром автономного Кот-д’Ивуара. В этот период он делал министерскую карьеру в Париже.
Уфуэ-Буаньи являлся непременным членом всех кабинетов при последней легислатуре10 11 Четвертой республики (1956-1958 гг.) и в первые годы Пятой (1958-1961 гг.): министр-делегат при премьер-министре (1 февраля 1956 г. - 13 июня 1957 г.), государственный министр (13 июня - 6 ноября 1957 г.), ми- нистрздравоохранения (бноября 1957 г. - 14 мая 1958 г.), снова государственный министр ( 14 мая 1958 г. - 20 мая 1959 г.), министр-советник правительства (23 июля 1959 г. - 19 мая 1961 г.). Занимаясь в правительстве в основном вопросами образования и культуры11, он также активно поддерживал общий курс политики де Голля на создание Французского сообщества12. Он приложил много усилий, чтобы ивуарийцы на сентябрьском референдуме 1958 г. о новой конституции Франции сказали «да» проекту де Голля. В то же Уфуэ-Буаньи выступил главным противником идеи федерации франкофонных стран Западной Африки, предложенной Леопольдом Сенгором, Секу 4 В 1952 г. Уфуэ-Буаньи добился официального вступления АДО в парламентскую коалицию с Демократическим и социалистическим союзом Сопротивления (ЮДСР) Рене Плевена и Миттерана.
5 См: Bourgi R. Le Général de Gaulle et l'Afrique noire. 1940-1969. P., 1980. P. 294.
6 Занимал этот пост до 13 ноября 1959 г.
7 См.: Vignaud M. Les élections du 2 janvier 1956 en Côte d’ivoire // Revue française de science politique. 1956. Vol. 6. № 3. P. 570-582.
8 Cm.: Touzard Ph. Mémorial de la Côte-d’Ivoire: Du nationalisme à la nation. Abidjan, 1987. P. 43.
9 Фактически главы Совета (председателем являлся французский губернатор).
10 Срок полномочий парламента.
11 Он, в частности, инициировал создание университета в Дакаре.
12 Этот проект предполагал, что бывшие колонии обретут государственность как автономные единицы в составе Французского сообщества.
IIIIIIIIIIIIIIIHII / IIIIIIIIIIIIIIIHII


Туре и Модибо Кейтой, и идеи Кваме Нкрумы о создании «Соединенных Штатов Африки». В 1959 г. он не только наотрез отказался включить Кот-д’Ивуар в состав Федерации Мали, но и убедил последовать его примеру Нигер, Дагомею и Верхнюю Вольту.
Видя, как рушатся одна за одной попытки сохранить африканские колонии в лоне Французского Сообщества, Уфуэ- Буаньи перенес центр своей политической активности из Парижа на родину. 1 мая 1959 г. он сменил Дениза на посту премьер-министра, а 8 сентября занял также пост министра внутренних дел. Хотя Уфуэ-Буаньи считал получение африканскими странами политической независимости преждевременным13, он был вынужден в условиях «парада суверенитетов» во Французской Африке провозгласить 7 августа 1960 г. независимую Республику Кот-д’Ивуар.
Став первым президентом нового государства, Уфуэ-Буаньи продолжил курс на сотрудничество с Францией. На протяжении всего своего правления (1960-1993 гг.) он оставался ее главным союзником в Африке. Юридической основой франко-ивуарийского альянса был договор 1961 г., который предоставлял Парижу право военного вмешательства в случае возникновении угрозы для правящего режима. Опираясь на поддержку Франции, Кот-д’Ивуар соперничал с Сенегалом, Ганой и Нигерией за политическое лидерство в этом регионе и несколько раз пытался создать под своим главенством блок франкофонных государств Африки - Совет согласия14 (1959 г.), Афро-малагасийский союз15 16
(1961 г.), Общая афро-малагасийская организация (1965 г.), Экономическое сообщество Западной Африки (1974 г.). Вместе с Парижем Уфуэ-Буаньи боролся против разнообразных левонационалистических режимов Черной Африки - Секу Туре в Гвинее, Нкрумы в Гане, Патриса Лумумбы в Конго, Матье Кереку в Бенине, Агостиньо Нето в Анголе, Тома Санкары в Буркина-Фасо, предоставляя территорию своей страны для деятельности французских спецслужб и политических противников этих режимов. Он поддерживал сепаратистские движения в Катанге и Биафре, а в 1970 г. даже завязал контакты с ЮАР. В то же время ивуарийский лидер довольно холодно отреагировал на создание в 1963 г. ОАЕ. Установив дипломатические отношения с СССР в 1967 г., он уже в 1969 г. разорвал их и восстановил только в 1986 г. Признание же КНР произошло лишь в 1983 г.
В экономической сфере Уфуэ- Буаньи делал ставку прежде всего на развитие экспортно ориентированных отраслей сельского хозяйства. С этой целью он создал максимально льготные условия для привлечения в Кот- д’Ивуар иностранных инвесторов (закон об инвестициях 1959 г.) и поощрял трудовую миграцию с бедного Севера на более богатый Юг и из соседних стран, особенно из Верхней Вольты (в 1980-х 13 По его мнению, без подлинного экономического суверенитета она будет только фиктивной.
14 Чисто экономическая организация, в которую вошли, помимо Кот-д’Ивуара, Дагомея, Верхняя Вольта и Нигер; в 1966 г. к ней присоединился Того.
15 Организация, созданная с целью способствовать экономическому, социальному, техническому и культурному сотрудничеству стран-участниц, первоначально включала, помимо Кот-д’Ивуара, Верхнюю Вольту, Нигер, Дагомею, Чад, Республику Конго (Браззавиль), ЦАР, Сенегал, Камерун, Габон и Мадагаскар. Затем в нее вступили также Заир, Руанда и Того.
16 В 1966 г. он даже попытался, правда, неудачно, провести через парламент закон о двойном гражданстве для мигрантов иностранного происхождения.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 713 lllllllllllllllllll


годах иностранцы составили ок. % все* го населения)16. Проводя политику рыночного либерализма, президент в то же время отводил роль важного экономического агента и государству, которое при нем осуществляло масштабные проекты по модернизации инфраструктуры, а также монополизировало через Кассу по стабилизации и поддержке цен на сельскохозяйственную продукцию закупку у производителей главных экспортных культур (кофе, какао, хлопок) и их продажу за рубеж.
Результатом такой политики в условиях высоких мировых цен на эти культуры (до конца 1970-х годов) стало «ивуарийское экономическое чудо». В 1960-1978 гг. ВВП вырос в 12 раз, экспорт неизменно превышал импорт. Быстрыми темпами развивались пищевая, текстильная, деревообрабатывающая отрасли промышленности. В 1970-х годах еще одним важным источником дохода стала добыча нефти на шельфе Гвинейского залива. Бурный экономический рост сопровождался резким повышением жизненного уровня основной массы населения (в 1980 г. среднегодовой семейный доход составил 500 тыс. фр. КФА). Государство, установив фиксированный минимум закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию, гарантировало крестьянам стабильный доход. Значительно изменилось качество жизни: большие средства вкладывались в здравоохранение и образование (к концу 1980-х годов доля грамотных среди ивуарийцев в возрасте от 15 до 24 лет достигла почти 50%)17.
Создание многочисленных государственных предприятий и вмешательство государства в экономическую жизнь создавали благоприятную почву для коррупции. Однако уровень ее в Кот-д’Ивуаре уступал многим другим африканским странам, отчасти потому, что при подборе кадров экономической администрации Уфуэ-Буаньи учитывал преимущественно не степень политической или личной лояльности кандидата, а его профессионализм и образование, ориентируясь прежде всего на зарубежных, прежде всего французских, специалистов (кооперантов) и на ивуарийцев, получивших высшую экономическую подготовку за рубежом18, что позволило сохранять достаточно высокий уровень менеджмента государственных и смешанных предприятий. Президент считал, что право бесконтрольно пользоваться государственными финансами принадлежит лишь ему одному (и отчасти членам его семьи)19, поэтому он решительно боролся с коррупцией среди чиновничества: так, после скандала с хищениями средств на трех государственных сахарных заводах в 1977 г. было арестовано девять замешанных в нем министров и принят жесткий антикоррупционный закон.
Политический режим, установленный Уфуэ-Буаньи, носил авторитарный характер20. Принятая 31 октября 1960 г. первая конституция Кот-д’Ивуара легитимизировала сильную президентскую власть по модели французской Пятой республики; права парламента по контролю за исполнительной властью были практически сведены к нулю. Оппози17 48.51% (http://www.perspective.usherbrooke.ca/bilan/servlet/BMTendanceStatPays? langue=fr&codePays=CIV&codeStatÄSE. A DT.1524. LT.ZS&codeStat 2=х).
18 Хотя в 1977 г. он начал «ивуаризацию» руководящего экономического персонала, она шла чрезвычайно медленно; в середине 1980-х годов в стране работало около 3 тыс. кооперантов.
19 К моменту смерти личное состояние Уфуэ-Буаньи оценивалось в 7-11 млрд долл. (Djité P.G. The sociolinguistics of development. Clevedon, 2008. P. 199).
20 Подробно см.: Baulin J. La Politique intérieure d'Houphouet-Boigny. P., 1982.
IIIIIIIIIIIIIIUIII / IIIIIIIIIIIIIIIHII


ционные партии, маргинализованные уже после выборов 1957 г., были лишены возможности участвовать в парламентских и президентских выборах 27 ноября I960 г., как и во всех последующих вплоть до конца 1980-х годов. Президент сконцентрировал в своих руках огромную власть: он был главой исполнительной власти и фактически главой правительства (после ухода с должности премьер-министра 3 ноября 1960 г. он оставил ее вакантной), «коллекционировал» министерские посты (министр внутренних дел в 1959-1961 и 1963-1966 гг., иностранных дел в 1961-1963 гг., обороны в 1963-1968 гг., сельского хозяйства в 1963-1968 гг., экономики и финансов в 1966-1968 гг., национального образования в 1971 г.), являлся председателем правящей партии, назначал руководителей местной администрации на всех уровнях (главы департаментов, префекты, супрефекты) и членов Экономического и социального совета, который вместе с Политбюро ДП/АДО отбирал официальных кандидатов в члены Национального собрания. Опасаясь военного переворота, он сохранял численность армии на минимальном уровне.
Режим Уфуэ-Буаньи опирался на многочисленные клиентельные сети, опутавшие все ивуарийское общество; его сохранность обеспечивали также партийная милиция, созданная в августе 1963 г. (6 тыс. членов), и размещенный в Порт-Буэ французский военный контингент. Для борьбы с оппозицией, представленной в первую очередь профсоюзами, молодежными организациями и этническими сепаратистскими движениями, президент использовал широкий арсенал средств — от подкупа и кооптации противников режима во властные структуры до фальсификации «антигосударственных заговоров» (сентябрь 1959 г., январь и август 1963 г.21 22) и открытых репрессий (военные операции против сепаратистов Санви в 1959 и 1969 гг., массовые аресты оппозиционеров в 1963 г., подавление мятежа в Ганьоа в 1970 г.). В то же время авторитаризм Уфуэ-Буаньи часто называли «добродушным» - позиционируя себя как «отца всех ивуарийцев», он избегал особо жестоких мер: суды осуждали политических диссидентов, как правило, на небольшие сроки заключения, которые те обычно не отбывали полностью (либо их амнистировали, либо позволяли им выехать за пределы страны).. Во многом такое «добродушие» объяснялось тем, что в условиях экономического процветания в 1960-х и 1970-х годах режим пользовался поддержкой основной массы населения и оппозиционные движения не представляли для него серьезной опасности.
С конца 1970-х годов экономическое положение Кот-д’Ивуара начало ухудшаться. В 1978 г. произошло резкое падение мировых цен на кофе и какао, в 1986 г. - на нефть; в 1983 и 1984 гг. ивуарийское земледелие пострадало от засухи. В этой ситуации Уфуэ-Буаньи долгое время пытался защитить интересы основного сегмента своего электората - крестьянства: несмотря на сокращение экспортных доходов, государство на протяжении 1980-х годов сохраняло высокие закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию, покрывая дефицит бюджета за счет зарубежных займов. К 1987 г. внешний долг достиг 10 млрд долл., и государство фактически обанкротилось. Особо незащищенными оказались городские слои, чей жизненный уровень значительно снизился во второй половине
21 См.: Diarra S. Les Faux Complots d'Houphouët-Boigny. P., 1997.
22 République de Côte d’ivoire: Stratégie de Relance du Développement et de Réduction de la Pauvreté. Janvier 2009. P. 5 (http://www.siteresources.worldbank.org/INTPRSl/Resour- ces/383606-1092340662634/cr09156.pdf).
Illllllilllllltllll 715 IIIIIIIIHIIIIIIIII


1980-х - начале 1990-х годов. Крах многих предприятий привел к стремительному росту безработицы. Число ивуарийцев, живших ниже черты бедности, увеличилось в 1985-1993 гг. более чем в три раза22.
К концу 1980-х годов социальное недовольство стало перерастать в политическое. Популярность Уфуэ-Буаньи начала падать. Амбициозные проекты, призванные поддержать авторитет президента, прежде всего дорогостоящее строительство в 1983-1989 гг. новой столицы Ямусукро на месте его родной деревни, вызвали в ивуарийском обществе сильное раздражение; по всей стране циркулировали слухи о коррупции и расточительстве «отца нации». Под давлением массовых студенческих манифестаций в марте 1990 г. ему пришлось пойти на ряд политических уступок. 31 мая была восстановлена многопартийная система. Оппозиция (впервые с 1957 г.) была допущена к президентским и парламентским выборам 28 октября 1990 г., на которых она завоевала 12 из 175 мест в парламенте, а ее кандидат в президенты Лоран Гбагбо получил 18,32% голосов. 7 ноября Уфуэ-Буаньи отказался от прежней конфигурации исполнительной власти, назначив на пустовавший 30 лет пост премьер-министра мусульманина Алассана Уаттару.
Эти уступки оказались малоэффективными, поскольку социально-экономическая ситуация продолжала ухудшаться. 1991-1992 гг. ознаменовались мощными протестными выступлениями, главной силой которых были студенты и члены Ивуарийского народного фронта Л. Гбагбо. Режим вновь прибег к репрессиям. Рычаги управления ускользали из рук стареющего и больного президента, и в его ближайшем окружении развернулась ожесточенная борьба за власть между Уаттарой и председателем Национального собрания Анри Конаном Бедье. В конце 1993 г. Уфуэ-Буаньи, умиравшего от рака, привезли в Ямусукро из Франции, где он проходил курс лечения, и убедили его сделать устное «завещание» в пользу Бедье. 7 декабря с согласия семьи президента отключили от аппаратов жизнеобеспечения. На грандиозных похоронах Феликса Уфуэ-Буаньи в Ямусукро 7 февраля 1994 г. присутствовали главы 22 африканских стран и вся политическая верхушка Франции (президент Миттеран, премьер-министр Эдуард Балладюр, председатели обеих палат парламента, экс-президент Валери Жискар д’Эстен, семь бывших премьер- министров)23.
Последовавшие за смертью «отца нации» смутные времена и особенно начавшаяся в 2002 г. гражданская война способствовали значительному улучшению его имиджа среди ивуарийцев, большинство которых ныне с ностальгией вспоминает о стабильности и процветании в эпоху Уфуэ-Буаньи.
И.В. Кривушин
Литература
Amondji M. Félix Houphouët et la Côte-d'Ivoire l’envers d'une légende. P., 1984.
Diégou B. La Réinstauration du multipartisme en Côte d’ivoire, ou la double mort d’Houphouët-Boigny. P., 2000.
Gbagbo L. Côte-d'Ivoire: Pour une alternative démocrtique. P., 1983.
Nandjui P. Houphouët-Boigny, L'homme de la France en Afrique. P, 1995.
23 Les obsèques de Félix Houphouët-Boigny // L’Humanité. 1994. 8 février.


Осман дан ФОДИО
Usman, Usuman dan Fodio, 15.XII.1754 -20.IV.1817
Духовно-религиозный лидер <|)улноского джихада Центрального и Западного Судана начала XIX в., реформатор основ общественно-политической и культурной жизни Северной Нигерии, создатель халифата Сокото, определивший направления развития и содержание исламской цивилизации в Западной Африке в целом.
Будущий создатель крупнейшего в доколониальной Африке южнее Сахары государства («империи», как часто именуют халифат Сокото африканские и западные африканисты) происходил из привилегированного фульбского рода торообе (тородбе). Отец, вспоминал позднее брат будущего реформатора Северной Нигерии, носил имя Мухаммад, «а его прозвище было Фоли... На нашем языке это означает “начитанный в вопросах права”»1. Мать, Хав- ва бин Мухаммад, также была родом из образованной фульбской семьи. Их старший сын. Осман, получил прекрасное образование сначала под руководством отца, затем у других фульбских маламов(учителей) и. наконец, в Агаде- се, который в то время считался одним из центров мусульманской учености. Одновременно он совершил хадж в Мекку и Медину, познакомился с взглядами многих проповедников-марабутов, принадлежавших к различным тарика- там: Кадирийа, Шадилийа и Хал ватина. В результате он блестяще овладел арабским языком, глубоко освоил исламское богословие и основы арабской культуры. Его отличало религиозное рвение и решительное неприятие язычества. В то же время Осман дан Фолио, eine в молодости получивший за свою ученость и благочестие неофициальный титул шеху (шейх), проявил себя и как духовный реформатор, знаток истории и права. Ему в равной степени удавались роли религиозного просветителя и поэта, пламенного публициста - обличителя корыстолюбивых правителей страны хауса - и предводителя победоносной мусульманской армии. Ему (вместе с сыном Мухаммаду Белло и братом Абдуллахи) приписывают примерно 700 сочинений на религиозные. политические и любовные темы в прозе и поэтической форме, изложенные на фулъфулъде (фула), арабском, хауса и других местных языках1 2.
Свершения и судьба этого духовно- религиозного лидера в целом были обусловлены резким несоответствием между его религиозными и социальными 1 Hoghen SJ., Kirk-Greene А.Н.М. The Emirates of Northern Nigeria. A Preliminary Survey of their 1 listorical Traditions. L.: Oxf. Univ. Press, 1966. P. 120.
2 Quick A.H. The Concept of al-muwalat in Sokoto Caliphate and the Resulting Dilemma at the Time of British Conquest // Islam et sociétés au Sud du Sahara. 1993. № 7. P. 20.
Illlllllllltlllllll
717
lllllltirllllllllll


убеждениями и «языческой» реальностью Гобира и других государств хауса, в корне противоречивших образу истинно исламского султаната. Несовместимость идеала и наблюдаемой шейхом картины мира не оставляла ему иного выбора, кроме борьбы с сложившимися порядками, которые официальная власть выдавала за исламские.
Осман дан Фодио родился и провел большую часть своей жизни в одном из государств хаусанского севера Нигерии, Гобире. Это был типичный эмират, где правили хаусанские мусульманские цари - сарки. Оно возвысилось после победоносных войн с соседними государствами, цари которых, как и сарки Гобира, считали себя мусульманами, а свои государства - эмиратами. Общество Гобира, как и других эмиратов, было резко стратифицировано в социальном и этническом отношениях. Высший слой представляло военно-аристократическое сословие, состоявшее в основном из местных хауса-гобмрава, которые сделали карьеру в ходе войн Гобира с соседями. Наряду с ними заметную роль в жизни страны играло духовное сословие, прежде всего мусульманские духовные лица - маламы (от хаусанского малам - учитель, ученый, знаток в области исламских наук), происходившие из хауса. Будучи включенными в сложившийся образ жизни, они пользовались определенными материальными преимуществами, подчиняя благочестивые устремления мирским целям. Социальные низы составляли прежде всего крестьяне-замфарава - основное население покоренного эмирата Замфара. Фульбе, расселившиеся к тому времени по всей Западной Африке, включая государства хауса, были вторыми по численности. Они не обладали властными полномочиями, однако маламы из их среды имели более высокий духовный авторитет в сравнении с маламами-хауса. Фульбе делились на кочевых, принадлежавших к бедной и зависимой части населения, и оседлых - филанин гида, среди которых выделялись торонкава - выходцы из района Фута- Торо в Сенегале, считавшиеся наиболее аристократическим кланом из всех родов фульбе.
Маламы-фульбе выглядели аскетами в сравнении с их хаусанскими коллегами: будучи в большинстве своем связаны с деревней, они разделяли подвижный, исполненный повседневных тягот образ жизни народа. Среди них было немало таких, кому, как и их будущему лидеру, довелось обучаться в североафриканском городе Агадесе, где они познакомились с идеями ваххабизма - возрождения ислама времен пророка Мухаммада, требовавшего воплощения его заветов в полном объеме во всех сферах жизни общества, в том числе политической.
Между тем государственное устройство - шла ли речь о судопроизводстве, или о системе налогообложения, не говоря уже о назначении должностных лиц, - никак не вписывалось в нормы шариата, поскольку включало массу доисламских норм. Образ жизни правящей элиты, коррупция и лихоимство которой стали нарицательными, вызывал негодование мусульман-фульбе. Но особое возмущение вызывал аморализм власти, именовавшей себя исламской и глумившейся над нормами шариата и элементарными понятиями справедливости, чести. Подобные порядки сложились и в других эмиратах.
По этой причине маламы-фульбе вслед за Османом дан Фодио считали правителей этих государств язычниками (хабе), отказывая им в праве именовать себя мусульманами, а потому, утверждали они, и султанаты их не мусульманские, а языческие. Требования фульбских маламов неукоснительно соблюдать исламские нормы общежития во многом совпадали с социальными требованиями рядового люда, подвергавшегося изощренной эксплуатации, и  HIIIIIHIIIII 718 lllllllllllllllllll


потому встречали поддержку широких народных масс Гобира и других хаусанс- ких эмиратов.
Нараставшее недовольство фульбс- ких алимов и угнетенного населения Осман дан Фодио выразил в целом ряде своих трактатов, обосновывавших право и обязанность мусульман покидать царства таких правителей. Более того, он, опираясь на Коран, доказывал правомерность открытого выступления мусульман против эмиров, искажавших принципы ислама. Преданность будущего шейха излагаемому учению, блестящее знание Корана, сочинений арабских и африканских теологов, эрудиция в вопросах географии, арабского языка, истории, личное благочестие, справедливость и честность снискали ему непререкаемый авторитет, хотя и вызвали ревность у части улемов. Вскоре вокруг проповедника сформировалась большая группа учеников и приверженцев, он стал известен во всем Гобире. Утвердившись в роли просветителя, духовного реформатора, он обрел и реальное влияние в местном обществе. Например, добился от правителя эмирата ряда важных уступок, включая освобождение из тюрем всех заключенных-мусульман, а для себя и других маламов - права вести проповедническую деятельность. Расширившиеся возможности обращения местного населения в ислам, большая часть которого исповедовала традиционные африканские культы, позволили Осману дан Фодио еще более упрочить свое положение. В 1790-х годах он стал лидером мусульманской общины, спаянной принадлежностью к тарикату Кадирийа и верой в сверхъестественные способности своего предводителя.
Новый сарки Гобира Нафата и особенно сменивший его на престоле Юнфа мечтали освободиться от влиятельного соперника в борьбе за души подданных. Открытое противостояние становилось неизбежным. И оно переросло в кровавое столкновение: это произошло 21 февраля 1804 г., когда Осман дан Фодио и его приверженцы отбили атаку конницы, посланной Юнфой пленить шейха и его людей, освободивших своих арестованных ранее единоверцев - членов религиозной общины. Этот день считается началом военного джихада.
Однако в тот момент силы были не равны, и шейх вынужден был бежать из селения Дегель, где прошла его предыдущая жизнь, в местечко Гуду. Сюда начали стекаться сторонники Османа дан Фодио со всего Гобира и из других эмиратов, нередко бросив имущество. Осман был избран главой мусульманской общины и удостоен титула амир ал-муминин (повелитель правоверных), контрастировавшего со сложившейся хаусанской ти- тулатурой саркин мусульми. Возникшая община была спаяна неформальными узами, в первую очередь религиозными; здесь значительную роль играли и родственные, семейные, наконец, дружеские связи. Хотя среди восставших на первых порах абсолютно преобладали фульбе, этнические различия между членами религиозной общины не оказывали особого влияния на положение повстанца, основную роль играли степень образованности и личной близости к лидеру.
Первое серьезное сражение произошло у озера (табкин) Кватто, где плохо вооруженные, но одержимые идеей справедливости и борьбы с отступниками веры повстанцы обратили в бегство отряды Юнфы. Известие о победе шейха воодушевило его явных и тайных сторонников, и восстание начало приобретать массовый характер. На сторону Османа дан Фодио перешел целый ряд этноконфессиональных групп, как правило во главе со своими вождями: суллебава (выходцы из Кацины), замфа- рава и другие. И это происходило даже несмотря на то, что большинство тех же замфарава и суллебава не были мусульманами: настолько велик был авторитет IIIIIIIIHIIIIIIIII / IIIIIIIIHIIIIIIIII


шейха, свою роль сыграли и его личные контакты с вождями.
Несмотря на отдельные поражения, движение во главе с Османом дан Фодио набирало силу. В начале 1805 г. джихад вступил в новый этап, когда его поддержали мусульманские лидеры восточных эмиратов страны хауса, которых привлек на свою сторону шейх. Все тринадцать лидеров были маламами фульбского происхождения (за исключением одного). Они поклялись в верности Осману дан Фодио, который присвоил им арабский титул амир ал-джаиш (командующий), и разъехались с освященными знаменами - символами власти, которые вручил им их духовно-религиозный лидер. С этого времени восстание охватило все земли хауса, в то же время распадаясь на плохо контролируемые локальные движения. Успех джихаду во многом обеспечивало участие народа. Выступления рядового населения помогали приблизить победу над правящей хаусанской аристократией.
Осенью 1808 г. повстанцы во главе с сыном шейха Мухаммаду Белло и полководцем Али Джедо овладели столицей Гобира Алькалавой. Разрушения в городе, хотя и последовали, но были частичными, поскольку Осман дан Фодио не настаивал на отмщении, тем более что большая часть горожан сразу приняла ислам, а другие бежали вместе с правящей верхушкой. На этом военные действия в Гобире завершились. Но война продолжалась на территории других эмиратов, где вожди фульбе, почувствовав вкус побед, стремились захватить власть - и даже таких, где ислам был действительно религией большинства населения, как, например, Борну на северо-западе Нигерии. Вдохновителем этих походов, руководимых фульбскими лидерами, был шейх Осман дан Фодио, который признавал в их лице своих хоругвеносцев. И в случае успеха они становились эмирами покоренных территорий3. Обязанные своей властью лично шейху, они рассматривались как религиозно-политические наместники халифа. При этом в выборе новых религиозных лидеров из претендентов, число которых все возрастало по мере победного развития джихада, по-прежнему соблюдался принцип маламчи (примата духовно-религиозных качеств кандидата над светскими).
В результате восстания и последовавшего фульбского джихада в Центральном Судане возникло огромное государство-халифат, которое африканисты нередко именуют империей. Его верховным главой был провозглашен Осман дан Фодио, удостоенный титулов халиф и амир ал-муминин. Однако почти сразу после завершения восстания шейх добровольно оставил политическое руководство созданным халифатом, передав управление подвластной территорией своим сыновьям и ближайшим соратникам. Остаток жизни он посвятил анализу опыта фульбского восстания и изучению религиозно-философских трактатов средневековых мусульманских теологов, а также переписке с исламскими духовными лицами, включая как признанных ученых Каира, так и марабутов из неприметных селений4. А в 1809 г. столица нового государства была перенесена в дотоле рядовое селение Сокото, которое избрал для себя в качестве ставки старший сын шейха Мухаммаду Белло. Здесь в возрасте 62 лет в 1817 г. и умер Осман дан Фодио, переселившийся в Сокото за два года до своей кончины.
Осман дан Фодио стал одним из наиболее ярких примеров воплощения норм шариата в политической деятельности и личном поведении - не только 3 HiskettM. The Development of Islam in West Africa. L.; N. Y.: Longman, 1984. P. 165.
4 Kane O. Othman dan Fodio. Fondateur de I’empir de Sokoto. P: ABC, 1976. P. 66,67.
1Ш1Ш1И1111Ш1 / ZU lllllllllllllllllll


для Африки, но и для всего исламского мира. Он оставил своего рода политическое завещание, включающее учение о политическом устройстве страны и общества. В нем одно из главных мест занимает обоснование ответственности правителя мусульманского государства перед Аллахом и своими подданными. Обязанности повелителя правоверных, вытекающие из необходимости строгого следования божеским законам, базируются на соблюдении пяти принципов: власть не должна быть сосредоточена в руках одного лица, отсюда - принцип коллегиальности в принятии решений, которая достигается в ходе совещаний ответственных лиц; правосудие осуществляется верховным судьей, который назначается халифом и имеет больше юридических полномочий, чем иной султан; перед верховным (главным) судьей несут ответственность за состояние судебной практики на вверенной им территории судьи эмиратов, ставших частью империи, и судьи провинциальные, которых и назначает верховный судья, что свидетельствует о стремлении к созданию независимой судебной системы; правление (т. е. действия исполнительной власти) должно быть добропорядочным, что означает строгое соблюдение исламских норм и отвержение любых неисламских обычаев.
Даже правитель-мусульманин ограничивается во власти, особенно если он нарушает установления шариата: в этом случае закон обязывает правоверных изгонять таких властителей, не говоря об изменивших исламу, у которых, требовал шейх, следует вырвать власть в соответствии с иджмой5 6. Но если нет возможности свергнуть правителя-немусульманина, мусульманская община обязана совершить xudwptf из такого государства.
Следует упомянуть, что Осман дан Фодио постоянно проводил аналогии своей борьбы за распространение веры с деяниями пророка Мухаммада. Бегство из городка Дегель в Гуду истолковывалось как хиджра на землю ислама {Дар ал-Ислам)'ч описание битвы с противником, имеющим превосходство в силах, и дальнейших побед тоже призвано было уподобить фигуру шейха образу Пророка.
В религиозно-политических трактатах Османа дан Фодио неизменно встречаются высказывания о верховенстве духовной власти, власти морального авторитета над официальной, политической властью. В рамках этой логики одним из источников социокультурной нормы в созданном им государстве- общине стал принцип сменяемости правителей, которые на первых порах выбирались из числа наиболее благочестивых в соответствии с принципом маламчи. Отвергнутый принцип престолонаследия был восстановлен постепенно уже после смерти вождя фульбского джихада.
Добровольный отказ от политического руководства в созданном шейхом султанате характеризует его как личность, глубоко приверженную провозглашенным им самим принципам сменяемости правителей, честности, справедливости и духовности, стоящей выше соображений статута и выгоды. Своим личным примером он утвердил высшие принципы человеческого существования, вытекающие из божественного провиденциализма.
Итоги деятельности шейха Османа дан Фодио, охватывавшей последние годы XVIII столетия и первые два десятилетия XIX в., сводятся к тому, что под его влиянием народы Северной Нигерии 5 Ватикат Ал-Судан: Манифест фульбского джихада // Саватеев А.Д. Исламская цивилизация в Тропической Африке. М.: Ин-т Африки, 2006. С. 268, 269.
6 Хиджра (бегство, уход) - переселение пророка.
IIIIIIIIHIIIIIIIII / Z/ IIIIIIIIHIIIIIIIII


в целом совершили окончательный поворот от доисламских норм культуры и верований к дальнейшему укоренению исламской цивилизации. Этот сдвиг проявился в укреплении возвышающих индивида мусульманских ценностей, в возникновении новой социокультурной общности - религиозной общины, сплоченной универсальными принципами ислама и авторитетом своего создателя. «С этого времени эволюция общества Северной Нигерии определялась внутренними закономерностями, присущими возникшей социокультурной системе»7. Ее судьба в большей степени зависит от характера, закономерностей и особенностей противоречий, присущих исламской цивилизационной системе, чем от особенностей цивилизации африканской. Она выдержала испытание колониализмом, а ныне претендует на универсальное выражение в системе права, политических отношений, духовнорелигиозных и социокультурных систем не только северных штатов, но и всей Нигерии, и даже соседних стран.
АД. Саватеев
Литература
Саватеев АД. Исламская цивилизация в Тропической Африке. М., 2006.
Саватеев АД. Религиозно-политические сочинения Османа дан Фодио - источник для понимания истории Западной Африки // Восток. 2006. № 1. С. 64.
Капе О. Othman dan Fodio. Fondateur de l’empir de Sokoto. P., 1976.
7 Саватеев АД. Религиозно-политические сочинения Османа дан Фодио - источник для понимания истории Западной Африки // Восток. 2006. № 1. С. 64.


Бубу ХАМА
Boubou Hama, 1906-1982
Западноафриканский историк, политик.
Родился в Нигере (Французская Западная Африка - ФЗА) в небольшой деревушке Фонеко, населенной сонгаи. Его отец был вождем деревни. Учился сначала в школах городов Гера и Уагадугу, а затем (1926-1929 гг.) в школе Вильяма Понти в Дакаре, считавшейся кузницей европейски образованной африканской интеллигенции ФЗА.
Профессиональная жизнь Бубу Хама началасьс педагогической деятельности. Он был учителем истории, географии и литературы, проработав 17 лет в Нигере и Верхней Вольте (ныне Буркина Фасо). Уже в те годы он начал писать - сначала сказки и фантастические повести, затем исследования по истории Западной Африки и этнографии ее народов. Библиография его трудов насчитывает более 30 книг. Среди них работы, посвященные проблемам истории, космогонии, образованию, изучению традиционной духовной культуры. Интерес автора не ограничивался рамками изучения своего народа - помимо сонгаи, героями его монографий и многочисленных статей были зарма, хауса, фульбе, туареги. В 1950-1957 гг. он работал во Французском (ныне Фундаментальном) Институте Черной Африки (ИФАН), крупнейшем научном центре Западной Африки.
Литературные работы Хама неоднократно удостаивались высоких наград. Монография по проблемам образования получила премию Леопольда Сенгора, а обработанные им записи фольклора «Кофиа-нима» - в 1970 г. Высшую премию Западной Африки по литературе. Он долгие годы был президентом Ассоциации африканских писателей.
Бубу Хама, подобно большинству африканских исследователей того времени, видел в истории «воспитательницу» новых поколений, считал ее орудием политической борьбы в годы роста национально-освободительных движений. Неудивительно, что он стал первым автором, написавшим в 1960-е годы учебник истории для африканских школ. Проблемы образования серьезно занимали Бубу Хама. Так как все школьное образование ориентировано на европейские ценности, способствующие «вестернизации», многие африканские деятели полагают орудием борьбы с этим явлением отказ от нее и возврат к старым методам обучения. Книгу Бубу Хама «Аналитический очерк африканского образования» можно считать апологетикой такой точки зрения. По его мнению, необходимо сохранить тип «африканской личности», который является продуктом «истинно африканского обучения и образования, постоянно развивающегося в течение всей


тысячелетней истории континента»1. Анализируя процессы социализации детей у семи народов Нигера, он призывал к сохранению традиционной системы (не отказываясь от привычного школьного образования). Иначе, считал он, неизбежна деградация истинно «африканской личности».
Основные его интересы были связаны с изучением древней истории, прежде всего - историко-культурных и этно- исторических проблем. При этом его не устраивали ни «хамитская теория», ни евро- или афроцентристские концепции, подчас грозившие размежеванием общества. Он резко выступал против «идеологий... порождающих ненависть между разными социальными слоями внутри одного и того же народа». Задача африканского историка, по его мнению, найти средний путь, показать, что необходимо, сохраняя самобытность, брать новое и нужное у всех теорий. Существование разных точек зрения, как он полагал, показывает, что каждая из этих позиций - лишь часть истины, что необходимо учитывать множественность подходов1 2.
Бубу Хама стремился доказать, что в формировании народов Западного Судана на равных правах участвовали разные этносы, представители разных языковых и расовых групп. Во всех его работах утверждается историческое единство населения Западной Африки, общность его культурного наследия. Он не признает избранности, исключительности того или иного народа, при этом он отмечает наличие взаимовлияния, взаимопроникновения, смешения культур «черных» и «белых» африканцев. Примером может служить проблема происхождения фульбе. Автор пытался найти средний путь, способный примирить, казалось бы, противоположные точки зрения об этногенезе народов Западного Судана. Он считал их автохтонами, но не отрицал и древних и недавних миграций с востока и северо-востока. Этот «средний путь» Бубу Хама обосновывал тезисом об «обрамлении» земледельческого населения кочевническим «белым», и о складывании на этой основе особых типов культур Западного Судана. Появление кочевых народов, по его мнению, произошло уже после возникновения в этом регионе государств. Таким образом, он выступал против когда-то широко распространенной теории образования государств через завоевания3.
Прийти к таким обобщающим выводам позволила многолетняя работа по изучению народов региона. Некоторые работы Б. Хама, в частности посвященные фульбе, сонгаи, туарегам, представляют собой классические этнографические описания. В этих работах, как и в некоторых записях устных традиций, оказались запечатлены различные эпические произведения. В дальнейшем фиксирование традиций и их комментированная публикация становятся для автора не самоцелью, а лишь предварительным этапом работы, а сама устная традиция - материалом для основных теоретических выводов, главный из которых - обоснование исторического единства всего населения Западной Африки и общности его культурного наследия.
С этим же убеждением была связана и организационная деятельность, направленная на развитие исторической науки в Африке. Хама был инициатором и одним из создателей регионального Центра устной традиции в Ниамее, работающего и поныне и имеющего в своем собрании уже несколько десятков тысяч документов (в том числе аудио- и видеоматериалы), а также Национального музея Ни1 Boubou Наша. Essai d’analyse de l’éducation africaine. P., 1968. P. 11,161.
2 Idem. Enquête sur les fondements et la genèse del’unité africaine. P., 1966. P. 12.
3 Idem. Contribution à la connaissance de l’histoire des Peul. P., 1968.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


гера и Франко-нигерского культурного центра. Позже при активном участии Хама в Нигерском центре исследований гуманитарных наук был создан Департамент арабских рукописей и документов на местных языках, написанных на «ад- жами» (письменность на основе арабского алфавита, приспособленная для передачи звуков африканских языков). И этот центр до наших дней успешно работает, занимается поиском и сбором таких материалов, зачастую хранящихся в семьях и в частных коллекциях, реставрацией и - в последнее время - переводом на цифровые носители. На основе изучения этих материалов сотрудниками Центра написано немало работ, среди которых, пожалуй, самые важные и интересные - аналитические биографии выдающихся деятелей Средневековья и Нового времени Ахмада Баба и Османа дан Фодио.
Однако только академическая и преподавательская деятельность казалось Бубу Хама недостаточной, и он стал активно заниматься политикой. Принимал участие в создании в 1946 г. Прогрессивной партии Нигера, а с 1955 г. стал ее президентом. В 1947 г. Бубу Хама был избран членом Высшего совета ФЗА и советником Французского союза. В 1958 г. его партия пришла к власти в стране, и с этого времени до 1974 г. он являлся президентом Национального собрания. После военного переворота в апреле 1974 г. Бубу Хама был заключен в тюрьму в Агадесе и оставался в заключении до 1977 г. После освобождения он отошел от политической деятельности.
Память о нем и его заслугах как в области науки, так и в политике, жива не только в нигерском обществе, но и во всей франкофонной Африке до сегодняшнего дня. О нем пишутся книги, переиздаются его труды. В 1989 г. в Ниамее прошел коллоквиум, посвященный Бубу Хама, все материалы этого международного форума опубликованы.
Э.С. Львова
Сочинения Бубу Хама
L’empire du Gao. Histoire, coutumes et magie des Sonrai (avec J. Boulnois). R, 1954.
Débats // Présence africaine. 1955. N 1, 2.
Enquête sur les fondements et la genèse de l’Unité Africaine. R, 1966.
Recherche sur l’histoire des Touaregs sahariens et soudanaises. R; Niamey, 1967.
Histoire du Gobir et du Sokoto (documents). P; Niamey, 1967.
Histoire traditionnelle d’un peuple: les Zarma- Songhay. R; Niamey, 1967.
Contribution à la connaisance de l’histoire des Peuls. P; Niamey, 1968.
Le retard de l’Afrique. P, 1972.
Essai d’analyse de l’éducation africaine. P; Niamey, 1968.
Histoire traditionelle d’un village songhai: Fonéko. P; Niamey, 1970.
Merveilleuse Afrique. T. 1: Le peuple Zarma- Songhai; T. 2: L’aventure courue sous de l’esprit; T. 3: Mogo, l’homme. Nouveau dialogue avec l’occident. P; Niamey, 1971.
Askia Mouhammed Aboubacar. L’élhaji et le khalife, à travers la tradition et le “Fettash”. Niamey, 1980.
Ecrits sur le Soudan. Niamey, 1983.
Ize-Gam-1; Ize-Gam-2. R, 1985.
L’essence du verbe. Niamey, 1988.


Моиз Капенд ЧОМБЕ
Moïse Kapend Tshombe, 10.XI.1919 - 30.VI.1969
Государственный и политический деятель Демократической Республики Конго, бизнесмен. Президент самопровозглашенного «государства Катанга» (1960-1963 гг.), премьер-министр ДРК (1964-1965 гг.).
Выходец из немногочисленного народа лунда, он вырос в одной из самых состоятельных семей бельгийской колонии и был прямым потомком Мвата- Ямво, правителя и верховного жреца государства лунда, существовавшего с XVI по XIX в. Семейный бизнес основал его отец Капенд Иозеф, торговавший тканями и продовольствием. Моиз, старший из четырех его сыновей и шести дочерей, закончив бухгалтерское училище, стал компаньоном отца. Женившись на дочери его шурина Мбаку Дитенде, будущего верховного вождя лунда, Моиз стал хорошим семьянином, отцом восьмерых детей1. После смерти отца в 1950 г. он стал главой семейной фирмы. С сознанием собственной значимости он рассказывал, что владеет 300 га пальмовых плантаций, фермой на 130 голов крупного рогатого скота, 72 магазинами, гостиницей, рестораном. 8 грузовиками, нанимает 200 рабочих1 2.
В середине 1950-х годов Чомбе развил бурную общественную деятельность: стал членом провинциального совета Катанги, возглавил африканскую торговую палату Элизабетвиля, основал культурно-просветительскую ассоциацию лунда. Когда же в 1953 г. возглавляемое Чомбе Объединение африканских предпринимателей заключило с Союзом белых поселенцев соглашение о совместной защите интересов катангских предпринимателей, европейцы стали воспринимать этого родовитого и благополучного бизнесмена как своего надежного сторонника.
В 1958 г. возникла Конфедерация трибалистских организаций Катанги (Конакат). которую Чомбе возглавлял с 1959 по 1965 г. Эта партия активно поддержала сепаратистские идеи, зародившиеся в среде европейских поселенцев богатой полезными ископаемыми Катанги на рубеже 1930-1940-х годов, а через полтора десятилетия подхваченные состоятельной верхушкой лунда и пеке. Патрис Лумумба считал Конакат «инструментом могущественных финансовых интересов», поскольку она отказалась от совместной с другими антиколониальными организациями борьбы за независимость, образовав блок проколо- ниалпстских сил. Тогда же явно обозначилась прозападная ориентация Конакат, 1 L'Essor du Congo. 1954. 03.02; Young C.t Turner Th. The Rise and Decline of the Zairian State. Madison, 1985. P. 309; Artigue P. Que sont les leaders congolais? Bruxelles, 1961. P. 362.
2 L’Essor du Congo. 1954. 23.02; La Voix du Congolais. 1952. No. 179. P. 588, 589.
i«iiiiiiiiiiiiiiiii /zo IIIIIIIIHIIIIIIIII


противопоставленная зарождавшейся идее нейтралитета независимого Конго. «Повседневный опыт, - писал Чомбе в своих воспоминаниях, - определенно подсказывал нам, что процветанием мы обязаны капитализму»3.
На последнем этапе подготовки к провозглашению независимости Бельгийского Конго (с января по май 1960 г.) Чомбе пытался играть роль общеконголезского лидера, даже предложил объединить все партии в Общий фронт. Однако исподволь он готовился вывести Катангу, «бедную падчерицу единого Конго», из-под контроля центрального правительства, которое, по его же словам, хочет превратить ее «в кормушку для остального Конго»4. Особенно усердствовал он в налаживании контактов с деловым миром Запада: посетил США, европейские страны, пытаясь заручиться поддержкой их властей и бизнесменов в осуществлении своих сепаратистских планов.
Первая попытка отделения Катанги была предпринята в середине июня 1960 г., еще до провозглашения независимости Конго (30 июня). Чомбе уже тогда значился президентом и главой правительства «государства Катанга». В одной из местных типографий заблаговременно отпечатали его инаугурационную речь и обращение к главам ведущих стран мира с предложением признать «новое государство». Однако на выборах в провинциальную ассамблею Конакат получила лишь 25 из 69 мандатов и тем самым лишилась возможности конституционным путем сформировать однопартийное правительство и провозгласить независимость Катанги5. Сепаратисты были вынуждены отложить реализацию своих планов, а Чомбе даже заявил о своей полной непричастности к попыткам раскола Конго.
Обстановка изменилась с провозглашением независимости бельгийской колонии. Чомбе расценил нестабильность первых дней Республики Конго как максимально благоприятные условия для отделения Катанги. Он лукавил, говоря о ней как об оазисе спокойствия и порядка в разбушевавшемся Конго. Захватив власть неконституционным путем, он еле удержал ее: пришлось ввести чрезвычайное положение, распустить провинциальную ассамблею, призвать на помощь бельгийские подразделения.
Об отделении Катанги Чомбе объявил 11 июля 1960 г., мотивировав этот, по определению правительства Конго, акт предательства «правом каждого народа на самоопределение». Новорожденное «государство», просуществовавшее 30 месяцев и 3 дня, не было признано ни одной страной мира, как ни пытались его руководители внушать, что только суверенная Катанга сможет противостоять диктатуре и подготовить создание антикоммунистической конфедерации африканских государств.
«Я горд тем, что катангцы избрали меня главой образцового государства, в котором воцарились справедливость и мир», — заявил Чомбе после утверждения его на посту президента «парламентом», состоящим из членов Конакат6. Его власть базировалась, однако, не на 3 Tshombe M. Mémoires. Bruxelles, 1975. P. 55; Tshombe M. Après proclamation la sécession du Katanga la 11 juillet 1960 // http://www.universalis.fr/encyclopedie/T303879/TSHOMBE_M. htm; Conakat, 1960. No. 2. P. 4; No. 3. P. 2; No. 4. P. 1-3; Conakat. A tous les travailleur congolais. (Архив автора.)
4 Dumont G.-H. Le table ronde belgo-congolaise. P., 1961. P. 73, 74, 92; Gerard-LiboisJ., Verhae- gen B. Congo 1960. Vol. 1. Bruxelles, 1961. P. 38.
5 La Phare du Congo. 1959. 03.07.
6 Gerard-Libois J. Sécession au Katanga. Bruxelles; Léopold ville, 1963. P. 315.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


поддержке народа, а на находившихся в Катанге бельгийских войсках, которые вытеснили за ее пределы подразделения армии центрального правительства, подавили античомбовское восстание на севере Катанги и социальные бунты населения на юге.
Раздражало сепаратистов затягивавшееся дипломатическое признание Катанги западными странами. «Мое правительство, - писал Чомбе премьер- министру Бельгии Гастону Эйскенсу в начале октября 1960 г., - рассматривает это как недружественный акт, последствия которого могут быть весьма опасными»7. Неиспугавшисьэтого предупреждения, официальные круги Запада начали склонять катангцев и умеренных леопольдвильских деятелей к созданию антилумумбовского блока и в июле 1960 г. выдвинули идею назначения президента Чомбе главой конголезского правительства8.
Как только в сентябре 1960 г. Лумумбу отстранили от власти, Чомбе предложил «своему другу» президенту Жозефу Касавубу преобразовать Конго в федерацию «суверенных конголезской и катангской территорий». Леопольдвиль на это не согласился, Чомбе был обвинен в намерении ликвидировать единое Конго вместо того, чтобы «вернуть Катангу под крышу родного дома».
В конце октября Чомбе уведомил Генерального секретаря ООН о том, что он отклоняет предложение о переговорах по восстановлению единства Конго. «Моя честь и достоинство моего народа, - писал Чомбе, - побуждают меня решительно воспротивиться вашим попыткам лишить Катангу прерогатив суверенного государства»9. И разъяснил в одном из интервью: «Мы не хотим войны. Но если ООН начнет ее, это будет концом самой ООН»10 11.
Чтобы Чомбе ни говорил, пытаясь предстать в облике миротворца и патриота, он останется в истории Конго как человек, участвовавший в двух тяжких преступлениях - убийствах Лумумбы и Хаммаршельда. Его вина отнюдь не смягчается тем, что он совершил их не в одиночку. Лидеры Конакат заявили, что расправятся с Лумумбой как со своим врагом еще при колонизаторах, а то, что «Хаммаршельда убрал именно он», Чомбе поведал одному из своих французских знакомцев в 1969 г.11
Расправа над Лумумбой на первых порах создала Чомбе репутацию «сильного человека». Представитель ООН в Элизабетвиле Конор О’Брайен вспоминал, что вести переговоры с Чомбе в тот период было очень трудно. Обсуждавшиеся вопросы он пытался утопить в посторонних разговорах, пускался в воспоминания, сетовал на слабое здоровье, ругал никчемных леопольдвильских деятелей, после чего выдвигал вроде бы конструктивные, но заведомо неприемлемые предложения, от которых тут же отказывался, если появлялся хотя бы слабый намек на то, что противная сторона готова их обсудить. Когда он бывал недоволен, становился непроницаем, лицо синело, на переносице залегала глубокая складка, голос становился сиплым. Уличенный во лжи или противоречиях, он не смущался, легко менял позицию, мог шутовски упасть на колени и, воздев руки, ерзать по полу, призывая гром небесный на несговорчивых собеседников.
7 Gerard-LiboisJ., Verhaegen В. Op. cit. Vol. 2. P. 968,969.
8 Daily Telegraph. 1960. 25.07.
9 Gerard-LiboisJ., Verhaegen B. Op. cit. P. 788-791.
10 Biographie de Moïse Tshombe // http://www.astrotheme.fr/portraists/9mnR5Azv7RGU.htm
11 Le Drapeau Rouge. 1960. 16.03; La Lettre du Zaire. 1982.03.02. P. 1; 1982. 17.02. P. 1,2.
iiiimiiiiiiiii in » Zo iiiiiiiiiiiiiiiiiii


«Забавный тут у вас президент», - сказал О’Брайену посетивший Элизабетвиль руководитель гражданских операций ООН в Конго Махмуд Хиари12.
Одну из попыток сохранить «независимую» Катангу Чомбе предпринял в марте 1961 г., когда собравшиеся в Тананариве (Мадагаскар) губернаторы И провинций Конго в присутствии Касавубу объявили свои регионы суверенными государствами, а себя их президентами13. Однако приехавший в Конго через два месяца Чомбе был арестован по обвинению в государственной измене и отпущен лишь три недели спустя, после того как подписал с центральным правительством соглашение о поэтапном прекращении отделения Катанги14. Он даже согласился встретиться с Генеральным секретарем ООН, однако Хаммаршельд погиб 17 сентября в авиакатастрофе под Элизабетвилем15.
США, Англия и Бельгия пригрозили Катанге торговым и финансовым эмбарго, «если ее власти будут по-прежнему упрямиться». За восстановление единства Конго высказалось руководство НАТО. В декабре 1962 г. центральное правительств отклонило предложение Чомбе реорганизовать управление страной, поскольку «население вряд ли сочтет новые институты демократическими»16. Тогда-то он и заявил, что Катанга не сдастся, будет защищаться с использованием тактики выжженной земли. Радио «Свободная Катанга» сообщило 29 декабря, что президент находится неподалеку от Элизабетвиля, откуда руководит операциями против отрядов ООН, успевших овладеть к тому времени основными стратегическими пунктами Катанги. Сам Чомбе, прятавшийся несколько дней, 30 декабря объявился в соседней Северной Родезии (ныне Замбия), откуда его привез в Элизабетвиль бельгийский консул Фредерик Вандевеле. 14 января 1963 г. Чомбе выступил с заявлением: «Мы готовы объявить всему миру, что с отделением Катанги покончено»17.
В июне 1963 г., обвинив леопольдвильские власти в подготовке покушения на его жизнь, Чомбе уехал в Испанию. Его первая эмиграция продолжалась один год. Заявив, что более не занимается политикой, он все усилия направил на создание образа общеконголезского лидера, расширил связи с политическими и деловыми кругами Европы, установил контакты с конголезской оппозицией, плел интриги против центрального правительства Конго.
В середине апреля 1964 г. он встретился в Лондоне с командующим конголезской армией генералом Мобуту, чтобы обсудить план подавления в Конго вооруженного восстания последователей Лумумбы, начавшегося в 1963 г. Кроме Мобуту за возвращение Чомбе в Конго высказались несколько влиятельных министров, а о тех, кто был против него, Чомбе сказал: «Они опасаются 12 О'Брайен К. В Катангу и обратно. М., 1963. С. 260.
13 Verhaegen В. Congo 1961. Bruxelles, 1962. P. 34,35.
14 Kimba E, Conférence de presse. Elisabeth ville. 28.03.1962 // http://www.albertville.stools. net /text_kimba.htm
15 ONU. Document 9/4940/Add.5. 19 septembre 1961. Rapport special sur le vol où le Secrétaire général a trouvé la mort; Pages d’histoire. La mort du Secrétaire general de l’ONU au rendez- vous avec Tshombe // http://www.congolite.com/doc22.htm. P. 102; Лесиовский M. Тайна гибели Хаммаршельда. M., 1985. С. 144-149.
16 Groupe de Juristconsultes Constitutionneles. Avant-Propos de Constitution fédérale. Vol. 1. Mémoire explicatif. [S.I., s.a.]. P. 2 (Архив автора.)
17 Gerard-LiboisJ. Op. cit. P. 294.
iiiiiiiimiiiiiiu /zy IIIIIIIIIIIIIIIHII


моей растущей популярности, но я вернусь в Конго, ибо мой народ нуждается во мне»18.
Кампания по возвращению Чомбе была хорошо продумана и направлялась явно из какого-то центра. Вопреки протестам премьер-министра Конго Сирила Адулы, с никого не представлявшим Чомбе вели переговоры официальные деятели Запада, ему помогли наладить контакты с прежде не признававшими его африканскими лидерами.
Получив официальное приглашение правительства он вернулся в Конго, чтобы, по едкому замечанию историка, «восстанавливать то, что разрушил»19. Добиваясь поста премьер-министра, он начал плести интриги, сталкивал столичную и провинциальные власти. Проявив поразительное лицемерие, стал заигрывать с последователями Лумумбы, выпустил из тюрьмы Антуана Гизенгу. Его не смущало, что люди кричали ему вслед «убийца».
Сформированное Чомбе правительство из его прежних сторонников ни по деловым, ни по личным качествам было не способно вывести страну из кризиса. В сентябре 1964 г. повстанцы, начавшие за год до того под руководством соратников П. Лумумбы вооруженную борьбу «за свержение неоколониалистского режима», объявили о создании в контролируемых ими районах Народной Республики Конго со столицей в г. Стенливиле. Чтобы спасти свой режим, Чомбе дал согласие на проведение в октябре 1964 г. операции «Красный дракон» - поддержанной США и Англией вооруженной агрессии Бельгии для подавления НРК.
Безжалостная расправа с повстанцами превратила Чомбе в изгоя мировой политики. Его не допустили к участию в конференциях Организации африканского единства и Движения неприсоединения, от него отвернулись вчерашние покровители. Сетуя на то, что даже в Бельгии его обвиняли в бедах Конго, он заявил: «Можно понять позицию идеологически противостоящих мне стран, но я удивляюсь такому отношению ко мне в стране, выходцы из которой первыми воспользовались этой операцией»20.
Упрямый и самоуверенный от природы, Чомбе не пал духом и начал было борьбу с Касавубу за пост главы государства, скоро закончившуюся, поскольку в результате военного переворота 25 ноября 1965 г. власть перешла к Мобуту. Полагая, что с Мобуту и в этот раз он вполне сговорится, Чомбе одобрил переворот и заявил, что продолжит совместно с Мобуту поиски решения стоящих перед страной проблем. Но он уже и Мобуту не был нужен.
В начале декабря 1965 г. Чомбе покинул Конго, в апреле 1966 г. он был заочно приговорен Мобуту к смертной казни. В то время он жил в Мадриде, политикой не занимался. «Я достаточно зарабатываю перепродажей недвижимости, - говорил он, - теперь я озабоченный своими делами торговец».
Роль лидера в современной Африке очень трудна, писал Чомбе. Массы не понимают проблем, с которыми повседневно сталкиваются, они лишь питают иллюзорные надежды на перемены к лучшему, а ощущающему неэффективность своих усилий руководителю, чтобы удержаться у власти, только и остается, что уповать на демагогию21.
О последнем периоде жизни Чомбе известно немного. По сведениям конголезской оппозиции, план его захвата и 18 Congo 1964. Bruxelles; Léopoldville, 1965. P. 127.
19 Tshimanga wa Tshibangu. Histoire au Zaïre. Kinshasa, 1976. P. 136.
20 Congo 1964. P. 218,219.
21 Tshombe M. Mémoires. P. 145.
iiiiiiiiiiuiiiiiii OU IIIIIIIIHIIIIIIIII


доставки в Конго разрабатывала группа в составе 19 иностранцев. Почти все они хорошо знали опального деятеля, пользовались его расположением, но были подкуплены. Само похищение было поручено французскому предпринимателю Франсису Боденану, человеку с сомнительным прошлым, осужденному в свое время за убийство. В середине 1970-х годов Боденан рассказал, что заирский посол в Брюсселе дал ему понять, что если он будет наблюдать за Чомбе, предателем интересов Африки, он окажет большую и подлежащую хорошей оплате услугу Заиру. Чтобы обмануть «прекрасно разбирающегося в обстановке хитреца», Боденан решил сыграть на его алчности. Получив от посла деньги, он подкупил нескольких лиц из окружения Чомбе, охрану и лиц из персонала гостиницы. Перед Чомбе он предстал бизнесменом. Через четыре месяца, вспоминал Боденан, мы сдружились.
В июне 1968 г. Чомбе принял наконец предложение Боденана полететь на остров Мальорку в специально зафрахтованном самолете, чтобы подписать соглашение с группой швейцарских банкиров и затем для отдыха - на Ибицу. Боденан сообщил заирскому послу, что Чомбе намеревается посетить затем Катангу. «Чомбе - чума, - воскликнул не на шутку встревоженный посол, - вы наш спаситель, сделайте все для его нейтрализации». Боденан обеспечил посадку самолета с Чомбе на военном аэродроме в Алжире, за что, по его словам, «власти хорошо меня вознаградили». Оказавшийся в начале 1980-х годов в опале мо- бутовский премьер-министр Нгуза Карл И Бонд назвал полученную Боденаном сумму - 1 млн долл.22
В Алжире Чомбе оставался под стражей в течение двух лет. Его не передали заирским властям. В 1968 г. стали распространяться слухи о возможном возвращении Чомбе в Испанию. Но в ночь с 29 на 30 июня 1969 г. он скоропостижно скончался. Официально было объявлено, что смерть наступила от инфаркта, но упорно говорили, что он был отравлен. Конголезский историк Ж. Каньярвунга писал, что к убийству Чомбе были причастны западные спецслужбы, а отравивший его французский адвокат Ж. Серже получил от Мобуту 7,5 млн б. фр.23 Вдова перевезла его тело в Брюссель, где Чомбе и был похоронен 4 июля.
Чомбе прожил сравнительно недолгую жизнь. Судьба вознесла его к высотам власти, но не подготовила к честному исполнению миссии руководителя обездоленного народа. Что бы он ни возглавлял - партию, провинцию, государство, - он оставался прежде всего корыстолюбцем, не способным вырваться из шор личных интересов и субъективных пристрастий. Считая себя гуманистом, он остался в памяти людей душителем демократических течений в африканской политической мысли, пособником внутренней и внешней реакции. Склонный к произнесению разного рода сентенций, он сказал как-то: «Говорят, что отечество - это место, где жили предки и где ты сам родился. Это так и не совсем так. Отечество - это еще и место, где ты решил умереть»24. Страна, в которой он родился, по сию пору не торопится называться его родиной. Не обрел он и «отечество смерти». Поучительный итог жизни государственного деятеля, пренебрегшего своим долгом перед соотечественниками, и дельца, скопившего состояние, которое, кажется, никого не сделало счастливым.
22 La Lettre du Zaïre. 1982. 03.02. P. 1; 1982. 17.02. P. 1, 2; За рубежом. 1975. № 52. C. 17,18.
23 KanyarwungaJ.LN. L’Envers du parchemin. P., 2006. P. 217.
24 Tshombe M. Op. cit. P. 149.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii i iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Следует, однако, отметить, что идея федерализации Конго, сторонником которой всегда выступал Чомбе, может оказаться вполне созвучной нашему времени. При нем она завершилась отделением Катанги - по сути была для этого задумана. Тогда за Катангой последовало богатое алмазами Южное Касаи, объявленное «независимым горнорудным государством» во главе с мулопве (царем) Альбером Калонжи, этническим лидером народа луба. Сепаратистские тенденции явственно проявились в других районах Конго. Ныне государственный строй ДРК сочетает центральное управление с расширенными полномочиями местных властей. Вместо прежних 6 провинций образованы 26, что представляется насущным для одного из самых больших по территории и численности населения государств Африки.
Ю.Н. Винокуров
Сочинения М. Чомбе
Mémoires. Bruxelles, 1975.
Quinze mois de gouvernment du Congo. P., 1966.
Moïse Tshombe parle. Les véritables dessous de l’affaire katangaise. L’avenir du Congo. Bruxelles, 1963.
Discours prononcé par le Président du Katanga à l’occasion de la fête du 11 juillet 1962. Elisabethville, 1962.
Литература
Винокуров Ю.Н. Моиз Капенд Чомбе. Восток. 1994. №1.
Он же. Демократическая Республика Конго. Власть и оппозиция. М., 2003.
Он же. Конго. Трудный путь к независимости. М., 1967.
Он же. ДРК: опасность балканизации страны. Ин-т востоковедения РАН. Бюллетень № 26. М., 2000.
Он же. Народы Экваториальной Африки в борьбе против бельгийского колониализма // История национально- освободительной борьбы народов Африки в новейшее время. М., 1978.
Он же. Повстанческие движения 1963— 1968 гг. в Конго // Народы Азии и Африки. 1981. № 5.
О’Брайен Конор. В Катангу и обратно. М., 1963.
Cabanés В. Du Congo Belge au Katanga. P., 1963.
Chômé J. Moïse Tshombe et escroquerie katangaise. Bruxelles, 1966.
Colvin I. The Rise and Fall of Moïse Tshombe.
L., 1968.
Gerard-Libois J. Katanga Secession. Madison, 1966.
Kalongi A. La vérité sur la mort de Patrice Lumumba. Documents secrets sur la secession katangaise et sur Moïse Tshombe. Bruxelles, 1964.
Kayetb Uriel Nawej. Moïse Tshombe. L’homme qui n’a pas tué Lumumba. Bruxelles, 2000.
L’Enlèvement de M. Tshombe le 30 juin 1967. Bruxelles, 1968.
Les entretiens Adoula-Tshombe (Second Livre Blanc du Gouvernement Central sur la sécession katangaise). Léopold ville, 1962.
Le Katanga devra-t-il prendre sa proper in- dépendence? Elisabethville, 1959.
Munongo G. Comment est né le nationalisme ka- tangais. Elisabethville, 1962.
Okumu IV. Lumumba’s Congo: Roots of Conflict. N. Y., 1963.
Schuyler Ph.D. Who Killed the Congo? N. Y., 1962.
Tully A. CIA: The Inside Story. N. Y, 1962.
Valahu M. The Katanga Circus. N. Y, 1964.
Van der Haag E. The War in Katanga. N. Y., 1962.
Zilgler J. La contre-révolution en Afrique. P., 1963.


Воле ШОИИНКА
Akinwande Oluwole Babatunde Soyinka, род. 13.VII.1934
Крупнейший нигерийский драматург. писатель и режиссер, поэт, эссеист, общественный деятель, первый лауреат Нобелевской премии по литературе в Африке ( 1986 г.).
Родился в пригороде неофициальной столицы народа йоруба Абеокуте в Западной Нигерии в многодетной семье: отец - директор средней школы, которую Шойинка впоследствии окончил, мать - торговка, активистка местного женского союза. С детских лет находился под влиянием традиционных верований йоруба, но воспитывался в строгих христианских традициях. Тяга к литературному творчеству обнаружилась у него еще в школе, где он не раз получал отличия за сочинения. В начале 1950-х годов, благодаря родительской поддержке, получил возможность уйти со службы клерком и продолжить учебу в «кузнице кадров» нигерийской интеллектуальной элиты - в Университетском колледже Ибадана. Здесь состоялась «проба пера» - Шойинка стал редактировать сатирический журнал, написал свою первую пьесу, поставленную на радио. Благодаря системе связей западноафриканских и британских вузов продолжил обучение в университете г. Лидса, где намеревался получить магистерскую степень по гуманитарным наукам. Жизнь в Англии дала возможность Шойинке продолжить его ранние опыты с драматургией - он пишет короткие сатирические скетчи, а в 1958 г. - свою первую пьесу «Жители болот», принятую к постановке в Лондонском королевском театре и чуть позже - в Университетском театре Ибадана. Такой успех привлек внимание к молодому автору, его приглашают заведовать литературной частью в одном из известных лондонских театров, а в 1960 г. он получил стипендию Рокфеллеровского фонда, позволившую ему вернуться на родину для воплощения своих творческих планов.
Создав в Ибадане театральную труппу «Девяносто шесть масок», он много путешествовал по стране, ставил свои новые произведения, экспериментировал. соединяя европейскую театральнодраматургическую традицию и африканский фольклор. Его пьеса «Танец Леса» даже выигрывает на конкурсе, посвященном провозглашению независимости Нигерии осенью 1961 г., и с успехом идет на сцене. В ней автор делал акцент на совсем не героических сторонах недавней истории, призывая зрителей в канун получения независимости помнить о необходимости очищения не только от колониального прошлого, но и от любых преступлений против человечности и нравственности.
Шойинка занял пост главы отделения драмы и английского языка Университета Ифе в Ибадане и продолжил работать со своим прежним коллективом, позже создал новые, основал клуб литераторов и художников «Мбари», инсценировал и поставил произведения IIIIIIIIHIIIIIIIII /дд IIIIIIIIHIIIIIIIII


коллег из Ганы, Сьерра-Леоне. Он активно включился в дискуссию о подлинно африканском искусстве, спровоцированную выступлениями сторонников все более модного негритюда, пропагандируемого в начале 1960-х годов Леопольдом Сенгором. Отношение Шойинки к отстаиванию особой роли «африканское™» в искусстве была выражена в его знаменитой фразе того времени «Тигр не рычит о своем “тигритюде”, он действует».
Творчество и сценография Шойинки и его единомышленников к середине 1960-х годов значительно политизировались. Его даже ненадолго заключили в тюрьму за публично выраженное несогласие с результатами очередных выборов - по слухам он подменил на радио пленку с объявлением результатов голосования. Но в наиболее яркой форме гражданские воззрения ставшего необычайно популярным автора оказались выражены в его первом романе «Интерпретаторы», вышедшем в 1964 году1.
Произведения Шойинки, работавшего на английском языке, переводили и печатали в разных странах. Его язвительное обличение коррумпированных хозяев жизни, пришедших к власти на волне независимости и забывших о своих корнях и предназначении, было понятно читателям и зрителям во многих молодых африканских государствах. На Международном фестивале негритянского искусства в Дакаре в 1965 г. новая пьеса Шойинки «Дорога» получила Гран-при, в Лондоне его пьесы шли постоянно. Сам он в это период возглавил отделение английского языка и литературы созданного незадолго до того столичного Лагосского университета.
Шойинка очень остро воспринял трагический пролог и события гражданской войны 1967-1970-х годов на родине, эти годы оказали на него двоякое воздействие. С одной стороны, он провел почти два с половиной года в тюрьме по обвинению в государственной измене, поскольку попытался уговорить лидеров самопровозглашенной Биафры, и в первую очередь Эмека Оджукву, отказаться от идеи отделения. Режим генерала Я. Говона не мог позволить такой «самодеятельности» известному интеллектуалу и создал для Шойинки жесткие условия тюремного содержания в назидание другим оппозиционерам. Даже писать широко признанному литератору удавалось только на полях или между строк собственных произведений - в тех единственных книгах, которые ему разрешалось получать в тюрьме. После освобождения в конце 1969 г. по амнистии, предоставленной многим, выступавшим, по мнению режима, на стороне теперь уже побежденной Биафры, Шойинке пришлось провести несколько месяцев у друзей на юге Франции, где он приходил в себя после перенесенных унижений и испытаний. Но тюрьма стала для него и временем очень плодотворной работы: уже в 1970 г. в Англии вышел сборник его поэзии «Стихи из тюрьмы», появилась новая пьеса «Жатва Конги», вскоре экранизированная, спустя год - новый стихотворный сборник «Челнок в темнице», книга документальной прозы «Человек умер», еще одна пьеса «Сумасшедшие и специалисты». Во всех этих произведениях Шойинка не только осмысливал свой опыт и события войны, но и ее воздействие на образ мыслей и поведение других людей, оказавшихся заложниками главных инициаторов страшной бойни, унесшей жизни нескольких миллионов его соотечественников.
Следующие несколько лет Шойинка провел в добровольном изгнании, 1 См.: Иорданский В. Искания нигерийского интеллигента. Предисловие к кн. «В. Шойинка. Интерпретаторы». М„ 1972. С. 5-17.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


не снижая интенсивности своих театрально-драматургических поисков, - в Лондоне, в очень полюбившем его Нью-Йорке, во Франции, где он даже исполнил роль Патриса Лумумбы в фильме «Смертоносные ангелы» (1973). Он получил почетное звание в своей «aima mater» - университете Лидса, преподавал в Оксфорде, создал новый журнал «Переходы» в Гане, где вновь включился в борьбу против «негрофи- лов», читал лекции в Легонском университете и публиковал статьи против преступлений диктаторского режима Иди Амина в Уганде.
Десятилетний период 1975-1985 гг.- время не только необыкновенной творческой активности В. Шойинки, но и десятилетие его становления как общественно-политической фигуры, причем не только нигерийского масштаба. После появления двух изданий его пьес в издательстве «Oxford University Press» драматург переработал пьесу Б. Брехта «Трехгрошовая опера» в «Оперу Воньоси», где все происходит на злободневном африканском фоне, сам сыграл главную роль в не менее острой пьесе о Стивене Бико - южноафриканском студенческом вожаке антиапарт- хейдного движения, погибшем от рук полиции.
В 1981 г. Шойинка создал новый театральный коллектив «Партизанский отряд», который по его замыслу должен был откликаться на политическую конъюнктуру тех мест, где приходилось действовать. В 1983 г. появилась долгоиграющая пластинка под названием «Я люблю свою страну», где поэтические тексты Шойинки исполнили на свою музыку самые популярные нигерийские музыканты и композиторы. Среди не самых образованных соотечественников Шойинка именно в это время стал известен как последовательный борец за поддержание порядка на дорогах страны - по мере разрастания инфраструктуры и увеличения автопарка самая населенная страна континента стала демонстрировать чудовищные показатели смертности от аварий. Его заочная или непосредственная полемика с правительствами Ш. Шагари и М. Бухари привела к ожидаемому результату: в 1984 г. была запрещена новая публикация его книги «Человек умер», написанная после выхода из тюрьмы в 1969 г. Новая пьеса «Реквием по футурологу» (1985), равно как и сборники эссе и стихов, публикуемые в Великобритании, показывали, что В. Шойинка действительно находился в этот период на взлете творческой активности. Тем громче прозвучало в 1986 г. известие о присуждении Шойинке Нобелевской премии по литературе - первому африканцу за всю историю существования этого мирового отличия в литературном труде. Отвечая на формулировку Шведской академии, назвавшей Шойинку писателем, «который в широком культурном контексте и с поэтическими обертонами описывает драму человеческого бытия», лауреат посвятил свою речь не каким-то творческим аспектам, а исключительно вопросам борьбы против апартхейда и прославлению позиций Нельсона Манделы.
Этой же линии придерживался Шойинка и в дальнейшем, когда в 1986 г. получил литературную премию кампании «Agip» и звание коммодора Федеративной республики Нигерия: он каждый раз подчеркивал необходимость не снижать борьбу с проявлениями расизма и противостоять любым проявлениям авторитаризма. Значительная часть новых произведений Шойинки, вышедших в конце 1980 - начале 1990-х годов также отличалась злободневностью, представляя подчас яркие политические пародии на события, происходившие на родине автора в этот период. Его талант делал их понятными и востребованными далеко за пределами Нигерии - новые сборники, включая новую часть автобиографии
iiiiiitifiiiiiiiiii (JJ IIHHIIIinillllll


«Изара» (1989), выходили в Англии, США, Италии, в зарубежных театрах ставили его новые пьесы.
С приходом к власти в Нигерии в 1993 г. очередного военного режима во главе с диктатором Сани Абача Шойинка смириться не мог, в 1994 г. он, тайно перейдя границу с Бенином, бежал из страны. Незадолго до этого он присоединил к своей коллекции наград и титулов почетное докторское звание Гарвардского университета, что теперь помогло ему обрести убежище в США. Иронией судьбы было то, что незадолго до вынужденной эмиграции Шойинка был назначен ЮНЕСКО Послом доброй воли для пропаганды достижений Африки в лите- ратруном творчестве и улучшения взаимопонимания между народами. Все статьи появившегося вскоре сборника эссе «Открытая рана континента: личное свидетельство о кризисе в Нигерии» (1996) не просто рассказывали о нескончаемых испытаниях выпавших на долю нигерийцев, но и давали основание считать происходившее признаком вырождения нации. Неудивительно, что диктатор Абача обвинил Шойинку в государственной измене, вернуться в страну тот не мог вплоть до смены режима в 1998 г. В том же году он опубликовал книгу «Груз памяти: муза прощения», где рассказал о преступлениях, совершаемых в Африке и диктаторскими режимами, и различными компаниями, и просто гражданами, и постарался нащупать путь к пониманию и примирению, но не прощению действительных преступлений.
С началом нового столетия Шойинка не убавил напора ни в творчестве, ни в общественно-политической деятельности. В 2001 г. в новой пьесе «Король Баабу» он продолжил тему развенчания африканских диктаторских режимов. В 2004 г. известное лондонское издательство «Methuen» выпускает большой сборник новых поэтических произведений автора с «говорящим» названием «Самарканд и другие базары, которые я знал», а в 2006 г. авторитетное издательство «Random House» издает наиболее полную в сравнении с ранее выходившими отдельными частями автобиографию Шойинки «Выступайте на рассвете». Делясь опытом своего более чем полувекового пути в драматургии, поэзии, в творчестве в целом, Шойинка говорит: «Единственный урок, который получен, - необходимо сидеть и работать».
Н.Г. Щербаков
Сочинения
Шойинка В. Интерпретаторы. Аке, годы детства. Смерть и конюший короля: Пер. с англ. / [Предисл. В. Бейлиса]. М., 1987.
Шойинка В. Пьесы. М., 1998.
Литература
Бейлис В А. Воле Шойинка. М., 1977. Никифорова ИД. Африканский роман. Генезис и проблемы типологии. М., 1977.
Потехина Г.И. Очерки современной литературы Западной Африки. М., 1968.


Этьен Гнассингбе ЭЙ АД ЕМ А
Etienne Gnassin gbé Eyadéma,
26.XIL1935-5.II.2005
Диктатор Того, во многом типичная фигура для постколониального африканского политического ландшафта и в то же время рекордсмен по продолжительности пребывания у власти (38 лет), «дуайен» среди африканских правителей начала XXI в., сумевший умереть на своем посту.
Эйадема родился 26 декабря 1935 г. в селен и и Пиа на севере французской подмандатной территории Того в небогатой крестьянской семье, принадлежавшей к этносу кабре и исповедовавшей протестантскую веру. В детстве лишился отца, который погиб при невыясненных обстоятельствах в драке с туземными солдатами колониальной армии. Некоторое время учился в местной начальной католической школе, но так и не окончил ее, оставшись на всю жизнь безграм отн ы м. По взрос л ев, Э йадема покинул родные места и перебрался в Кабу-Сара (область Басар), где арендовал земельный участок у одного фермера, а затем уехал в соседнюю Дагомею, где в 1953 г. вступил во французскую колониальную армию. В ее рядах Эйадема сражался сначала против вьетнамских (1953-1955 гг.), а позже против алжирских (1956-1961 гг.) борцов за независимость. Именно тогда произошло формирование его мировоззрения, которое выстроилось вокруг трех базовых прин¬ *
ципов: милитаризм (армия как наиболее совершенный институт человеческого общества), «контрреволюционность» (любые антиправительственные действия порождают политический и социальный хаос и разрушают государство) и франкофильство (вера в могущество метрополии, особенно военное).
В сентябре 1962 г. старший сержант Этьен Эйадема вернулся в Того после общей демобилизации солдат-африканцев из колониальных войск: бывшая метрополия предполагала, что они составят костяк формирующихся национальных армий и будут проводниками французского влияния. Но, в отличие от других франкофонных государств, президент Того Сильванус Олимпио отказался включить вернувшихся ветеранов в национальную жандармерию - он не хотел «засорять» ее реакционными элементами: вместо этого он предложил им ссуду для обустройства в гражданской жизни.
Однако бывшие солдаты не пожелали отказываться от того, что они единственно умели делать. Недовольные ветераны организовали 12-13 января 1963 г. государственный переворот и свергли президента. Эйадема оказался одним из самых активных его участников, даже ходили слухи, что он лично убил Олимпио1. К власти пришло под’ Ф.-К. Вершав считает это неоспоримым фактом (Xerschave F.-Х., Beccaria L. Noir procès: offense à chefs d'État. P, 2001. P. 32).
UllillllHlilItlII /3/ IIIIIIIIHIIIIIIIII


держанное Францией правительство Николя Грюницкого, которое согласилось инкорпорировать ветеранов в национальные вооруженные силы.
Правление Грюницкого (1963- 1967 гг.) ознаменовалось борьбой политических фракций и растущим влиянием армии. 1 ноября 1965 г. Эйадема был назначен главой Генерального штаба с присвоением звания подполковника и с этого времени стал самой влиятельной фигурой режима. В условиях падения авторитета президента он организовал 21 ноября 1966 г. военный путч, однако в последний момент дал задний ход, испугавшись массовых демонстраций в Ломе, грозивших смести не только Грюницкого, но и всю правящую элиту («убийц Олимпио»). Тем не менее вмешательство армии в политику шло по нарастающей, и установление военного режима было только вопросом времени.
13 января 1967 г. Эйадема осуществил бескровный государственный переворот (Грюницкий эмигрировал во Францию) и спустя три месяца возглавил высший орган исполнительной и законодательной власти - Комитет национального примирения. Начинается «эпоха Эйадемы», продлившаяся до 2005 г.
Эйадема построил в Того авторитарный режим, во многом типичный для постколониальной Черной Африки. Его ядром стала армия, которую из института, призванного защищать национальную территорию, диктатор превратил в масштабную службу безопасности, включив в ее состав также жандармерию и полицию. Узаконив участие армии в политической жизни страны и обеспечив ее лояльность ежегодным увеличением военных расходов, он широко использовал ее командный состав для заполнения руководящих постов в гражданской администрации и в созданной в 1969 г. правящей партии Объединение тоголезского народа (ОТН). Другой опорой режима был родной этнос диктатора - кабре (всего 10-12% населения). Кабре доминировали в сухопутной армии и в остальных политических институтах. Когда же Эйадема назначал на ответственный пост выходца из другого этноса, заместителем его он обязательно делал кабре, который и осуществлял реальное руководство. Этнизация и трибализация являлись фундаментом многочисленных клиентельных сетей, пронизавших всю систему власти: патронат стал главным способом «покупки» политической преданности.
Эйадеме удавалось сохранять устойчивость такой системы вплоть до конца 1980-х годов, чему способствовали следующие факторы:
• концентрация власти в его руках: Эйадема являлся одновременно главой государства и правительства, главнокомандующим вооруженными силами, министром обороны и национальным председателем правящей партии;
• государственный контроль над общественными институтами - профсоюзами, студенческими ассоциациями, женскими организациями, католической церковью;
• создание культа личности. Официальная пропаганда навязывала населению образ лидера, сконструированный по традиционным африканским моделям. Он представал как обладатель магических способностей, делавших его неуязвимым (особенно после «чудесного» спасения при крушении президентского самолета в январе 1974 г.); как исключительно отважный (легенда о победе юного Эйадемы в бою при инициации) и плодовитый (имел более 100 детей от разных женщин); как заботливый «отец нации» (пропагандистские кампании по борьбе с коррупцией и злоупотреблениями чиновников); как беспощадный к своим врагам - «врагам нации» (слухи, что он лично участвовал
iiiiiiiiiiiiiiiiiii lllllllllllllllllll


в пытках и бросал виновных на съедение крокодилам2);
• игра на идеях тоголезского национализма (кампания по «возвращению к африканским ценностям» в 1974- 1976 гг.);
• «покупка лояльности» (оплата клиентельных сетей, военные расходы, программы экономического развития в отсталых северных районах) за счет высоких экспортных доходов, резко выросших после скачка в 1974 г. мировых цен на фосфаты, главный продукт тоголезского экспорта;
• делегализация оппозиции и террор против несогласных. В 1969 г. все партии, кроме ОТН, были официально запрещены. Широко использовалась практика тайных арестов и убийств, в том числе вождей оппозиции (шесть покушений на самого известного оппозиционного лидера - Жилькриста Олимпио, сына первого президента Того) и «подозрительных» представителей офицерского корпуса (расправа с майором Комланом в 1975 г., с лейтенантом Г. Гнеу в 1979 г.);
• политическая, военная и финансовая поддержка со стороны Парижа. Используя стремление Франции к созданию союза государств-клиентов из числа ее бывших африканских колоний, Эйадема позиционировал себя как одного из самых верных друзей бывшей метрополии. Он предоставил территорию Того для совместных военных маневров, неизменно поддерживал внешнеполитические акции Парижа (голосование в ООН и пр.), открыл тоголезский рынок для французских компаний («Эр-Франс», «Тоталь», «Боллоре» и др.). За это Франция предоставляла режиму Эйадемы крупные кредиты, обеспечивала подготовку кадров для тоголезской армии, поставляла военную технику и, на основании соглашения об обороне 1963 г., гарантировала политическое выживание режима (право военной интервенции в случае внутриполитических осложнений);
• финансовая и политическая поддержка со стороны США и ЕЭС как плата за прозападный внешнеполитический курс и относительный экономический либерализм (поощрение частной инициативы, привлечение зарубежных инвестиций).
Значительные экспортные поступления в 1970-х годах позволили Эйадеме приступить к осуществлению амбициозных программ модернизации, особенно на Севере. Столица государства Ломе стала крупным региональным финансовым и коммерческим центром, излюбленным местом проведения международных конференций (саммиты Африка-ЕЭС и пр.). Диктатор приобрел репутацию создателя «африканской Швейцарии».
С первыми серьезными проблемами режим столкнулся на рубеже 1970-х и 1980-х годов. Резкий рост экспортных доходов в середине 1970-х годов породил у него желание их монополизировать. В 1974 г. была национализирована Тоголезская компания бенинских рудников и установлен контроль над добычей и продажей фосфатов. Затем началось создание госпредприятий в самых прибыльных отраслях промышленности (текстиль, напитки и пр.). Но практика назначения на руководящие посты в госсекторе по этноклиентельному принципу стала причиной неэффективного менеджмента и, как следствие, убыточности этих предприятий. Падение же мировых цен на фосфаты в конце 1970-х годов и дорогостоящие программы развития вызвали галопирующий рост внешнего долга и вынудили режим обратиться за помощью к МВФ и Всемирному банку. Ради этой помощи Того пришлось согласиться на «структурное оздоровление» 2 См.: Siljander M.D., Mann J.D., Ki-moon В. A Deadly Misunderstanding: A Congressman’s Quest to Bridge the Muslim-Christian Divide. N. Y., 2008. P. 91.
IIIIIIIIIIIIIIIHII 07 IIIIIIIIIIIIIIIHII


(приватизация большинства госпредприятий, упрощение налоговой и тарифной системы, сокращение бюрократического аппарата). К концу 1980-х годов режиму удалось отчасти реализовать эту программу, заплатив, правда, высокую социальную цену. В марте 1985 г. были уволены все государственные служащие со стажем работы более 30 лет. Сокращение расходов затронуло даже «священную корову» режима - военный бюджет. Результатом стал резкий рост безработицы и общее падение уровня жизни (в 1989 г. 32% тоголезцев жили за чертой бедности). Это привело к сужению социальной базы диктатуры и обострению этнических противоречий, в первую очередь между привилегированным Севером и дискриминируемым Югом.
В конце 1980-х годов режим столкнулся с новыми международными и внутриполитическими вызовами. После прекращения Холодной войны Черная Африка утратила геостратегическую ценность для Запада и отчасти Франции, которым уже не было нужды поддерживать «дружественные диктатуры», закрывая глаза на их коррумпированность и жестокие методы подавления оппозиции. Условием предоставления западной финансовой помощи отныне стала политическая либерализация. В то же время падение коммунистических режимов в Восточной Европе спровоцировало подъем демократической волны в африканских странах, особенно широкой в контексте переживаемых этими странами экономических трудностей.
Именно в этой непростой ситуации проявились качества Эйадемы как искусного политика. Несмотря на сильное внешнее и внутреннее давление и экономический коллапс, ему удалось сохранить власть на протяжении самого бурного 15-летия истории Того (1990- 2005 гг.). Секрет его политического выживания заключался прежде всего в ясном понимании или, точнее, ощущении пределов, за которые опасно переступать. В 1991 г. по настоянию Франсуа Миттерана и под нажимом массовых манифестаций в Ломе диктатор провозгласил многопартийность и всеобщую политическую амнистию, вступил в переговоры с оппозицией и созвал Национальную конференцию по переходу Того к демократии. Он даже согласился на введение поста премьер-министра и создание правительства с участием оппозиционных партий. Но как только оппозиция попыталась реально ограничить его власть, Эйадема начал осуществлять «перманентный государственный переворот»3. Его стратегия заключалась в том, чтобы любой ценой остаться на посту главы государства - ради этого он шел на тактические уступки оппозиции, давал и нарушал свои обещания. Так, в 1999 г. Эйадема заявил о намерении уйти в отставку по истечении второго президентского срока в 2003 г., но затем «по просьбе народа» согласился «пожертвовать собой еще раз»4. Он периодически возобновлял при международном посредничестве переговоры со своими политическими противниками (Национальная конференция 1991 г., круглый стол в Кольмаре в 1993 г., соглашение в Ломе в 1999 г.), согласовывал график и условия проведения многопартийных выборов и прово3 Нам кажется весьма уместным здесь это определение, которое Ж. Олимпио использовал по отношению к более поздним событиям — попыткам сына Эйадемы сохранить за собой власть своего отца в 2003 г. См.: Le Togo du père au fils: Gnassingbé Eyadema en quelques lignes // http://sylviocombey.wordpress.com/2009/02/26/le-togo-du-pere-au-fils-gnassingbe-eyadema-en- quelques-lignes (26 février 2009).
4 Présidentielles du 1er juin 2003: le président Eyadéma et ses promesses d’ivrogne // http:// www.togoinfo.tripod.com/libretribune/id 179.html
IIIIIIIIHIIIIIIIII / 4U hihi Ullin


дил их. Но если парламентские выборы в феврале 1994 г. были относительно честными, то президентские в августе 1993 г., в июне 1998 г. и в июне 2003 г., как и парламентские в марте 1999 г. и в октябре 2002 г., оказались сфальсифицированными. «Многопартийные» выборы президента проходили по одному и тому же сценарию: «неконтролируемые элементы армии» терроризировали оппозицию (нападения на оппозиционные СМИ, убийства кандидатов и активистов оппозиционных партий), Верховный суд или Центральная избирательная комиссия отказывали в регистрации ведущим оппозиционным кандидатам, в ответ основные оппозиционные партии объявляли о бойкоте выборов, Эйадема оставался единственным реальным кандидатом (с несколькими фиктивными соперниками) и одерживал победу при массовых подтасовках и крайне низкой фактической явке избирателей (на уровне 20%).
Эйадема не смог бы удержать власть без поддержки армии и связанных с нею полувоенных милицейских формирований (действовавших обычно под видом студенческих ассоциаций) и охранноразведывательных агентств, которые в преддверии выборов выполняли «черную работу» по устрашению оппозиции. Вот почему он упорно отвергал все требования оппозиционеров и стран Запада об установлении независимого контроля над вооруженными силами. Диктатор не согласился на деполитизацию армии даже перед лицом многомесячной всеобщей забастовки 1992-1993 гг., поставившей Того на грань экономической катастрофы.
Выживанию Эйадемы способствовали также разногласия в среде оппозиции и непоследовательность политики западных держав. Хотя ЕС заморозил после президентских выборов 1993 г. финансовую помощь Того, Франция (особенно при Жаке Шираке) продолжала оказывать ему политическую поддержку, ставила под сомнение факты нарушения режимом прав человека5, а в ноябре 2004 г. добилась частичной отмены санкций.
Изощренное политическое лавирование и умение использовать ситуацию позволило Эйадеме продержаться на посту главы государства до своей кончины. 5 февраля 2005 г. он умер от сердечного приступа на борту президентского Боинга-707, который должен был доставить его на лечение в Европу. На похороны диктатора прибыли президенты Бенина, Ганы, Нигера, Нигерии и Котд’Ивуара, министр иностранных дел Франции и комиссар ЕС по развитию. «Все Того, - гласило правительственное заявление, - потрясено огромным несчастьем. Эта настоящая национальная катастрофа»6. «В его лице, - заявил Ширак, - ушел друг Франции, который был и моим личным другом»7. Но многие тоголезцы испытали тогда совсем иные чувства - облегчения и надежды на перемены.
И.В. Кривушин
Литература
Политический кризис в Того в начале 90-х годов. М., 1997.
Comevin R. Le Togo: Des origines à nos jours. P., 2000.
Degli J. Y. Togo: La tragédie africaine. P., 1996.
Labarthe G. Le Togo, de l’esclavage au libéralisme mafieux. Marseille, 2005.
Toulabor C.M. Le Togo sous Eyadéma. P., 1986.
5 См., напр., доклад Эмнести Интернэшнл от 5 мая 1999 г.: Togo: Etat de terreur //http://www. amnesty.org/fr/library/asset/AFR57/001/1999/fr/fd7e29fb-e28e-l ldd-abce-695d390cceae/ afr570011999en.html
6 Цит. no: Samson D. Gnassingbé Eyadéma est mort // http://www.rfi.fr/actufr/articles/062/ article_33794.asp (05.02.2005)
7 Цит. по: Кот A. Mongo Beti parle: testament d'un esprit rebelle. P., 2006. P. 309.
«mimititiiiini • Ч- I IIIIIHHIIHI1III1


Навалагмба Морис ЯМЕОГО
Nawtdagmha Maurice Yameogo
31.XII.1921 - 12.IX.1993
Вольтийский государственный деятель. первый президент Верхней Вольты (современная Буркина-Фасо) в 1959- 1966 гг.
Морис Ямеого родился в последний день 1921 г. в селении Кудугу в центральной части французской колонии Верхняя Вольта. Его родители были крестьянами; они принадлежали к самой многочисленной вольтинекой этнической группе моей и, подобно другим своим соплеменникам, исповедовали анимизм. Мальчика назвали «Навалагмба» («тот. кто приходит, чтобы собрать вместе») — имя. весьма символичное для человека, которому было суждено сыграть роль «отца Вольтийского государства». В июле 1929 г. он был крещен и получил христианское имя Морис (в годы, когда он стал известен каждому вольтийцу, его называли «Господин Морис»).
Я м ео го окончил госуда рстве 11 и у ю начальную школу в родном Кудугу. Затем, возымев желание стать священником, он поступил в семинарию Пабре, в то время главный центр подготовки католических кадров в Верхней Вольте. Однако стремление к духовной карьере быстро угасло, Морис оставил семинарию и вскоре женился на местной красавице Фелисите Загре, принадлежавшей к категории «продвинутых» (évolués), т. е. европейски образованных африканцев. Он устроился на работу мелким служащим колониальной администрации сначала в Абиджане, а потом в Дедугу (на р. Черная Вольта) и Кудугу.
Общественно-политическую карьеру Ямеого начал в рядах профсоюзного объединения вольтийских госслужащих, входившего во Французскую конфедерацию христианских профсоюзов (ФКХП). Через некоторое время он возглавил это объединение, а затем занял пост вице-председателя вольтийского отделения ФКХП. Ямеого активно выступал против «работорговли» — практики незаконного найма вольтийцев для работы на ивуарских плантациях. Его красноречие и профсоюзные связи позволили ему в ноябре 1946 г. добиться избрания в Генеральный совет Кот д'Ивуара от округа Кудугу (в 1932- 1947 гг. Верхняя Вольта была частью колонии Кот д’Пвуар); с 1947 г. он — депутат вольтийской Территориальной ассамблеи (переизбран в 1952 г.). После расширения политической автономии Верхней Вольты (благодаря «рамочному закону» Гастона Деффера 1956 г.) Ямеого вступил в Вольтпйское демократическое движение (ВДД) — политическую партию, основанную в июле 1956 г. Жераром Канго Уэдраого и имевшую поддержку среди северных моей. На мартовский выборах 1957 г. его избрали в Территориальную ассамблею как представителя ВДД, занявшей второе место (24 мандата) после Объединенной демократической партии (ОДП) Уеззии Кулибали, отражавшей интересы населения iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


западной части страны. В результате коалиционного соглашения между ОДП и ВДД (29 апреля 1957 г.) он получил пост министра сельского хозяйства в первом составе Правительственного совета, возглавленном Кулибали (18 мая).
Поворотным моментом в политической судьбе Ямеого стали события декабря 1957 г., когда ВДД влилось в оппозиционное Объединение вольтийской солидарности и поддержало вотум недоверия кабинету Кулибали. Ямеого, однако, спас правительство, перейдя 12 января 1957 г. вместе с 5 другими депутатами от ВДД во фракцию ОДП и обеспечив последней абсолютное большинство в Территориальной ассамблее. 22 января Кулибали получил вотум доверия, а 6 февраля при реорганизации правительства наградил его портфелем министра внутренних дел — вторым по значимости.
Болезнь и смерть Кулибали 7 сентября 1958 г. открыли Ямеого путь к высшей власти. 28 июля 1958 г. он принял на себя временное исполнение обязанностей председателя Правительственного совета, а 21 октября возглавил его уже официально. И декабря 1958 г. Верхняя Вольта получила статус автономной республики в составе Французского сообщества, и Ямеого стал ее первым премьер-министром, взяв также портфель министра информации. Победа Вольтийского демократического союза (ВДС) — новое название правящей партии с сентября 1958 г. — на парламентских выборах в марте 1959 г. (64 места из 75) позволила ему сохранить должность премьера; кроме нее, он занял посты министров юстиции и по делам ветеранов. И декабря 1959 г. Ямеого был избран первым президентом Республики Верхняя Вольта, а 30 декабря — председателем ВДС. 5 августа 1960 г. он провозгласил независимость страны.
Конституция 1960 г. предоставила президенту очень широкие полномочия — он обладал всей полнотой исполнительной власти (возглавлял правительство и вооруженные силы, производил все назначения) и значительной долей законодательной (право законодательной инициативы, роспуска парламента). Помимо того, Ямеого занимал ключевые должности в правительстве (министр иностранных дел в 1960— 1961 гг., национальной обороны в 1961— 1962 гг., внутренних дел и безопасности в 1963-1965 гг.) и являлся главой правящей партии.
Своей главной целью «отец-основатель» Вольтийского государства считал формирование из разных этносов, обитающих на территории Республики, единой вольтийской нации, а наилучшим способом достижения этой цели — тотальное огосударствление общественной жизни. К 1962 г. он добился ликвидации всех оппозиционных партий, которые были либо запрещены, либо инкорпорированы в ВДС. В результате возникло «однопартийное государство». На безальтернативных президентских и парламентских выборах осенью 1965 г. Ямеого получил 99,9 % голосов, а ВДС — все 75 мест в парламенте. Набор всех административных кадров осуществлялся по принципу лояльности к правящей партии.
Ямеого прилагал активные усилия, чтобы унифицировать многополярный политический ландшафт страны и подчинить однопартийному государству те центры власти, которые оно не контролировало — традиционных вождей, фактически самостоятельную «империю моей» в Центральной Вольте, могущественные профсоюзы, влиятельную католическую церковь, органы столичного самоуправления. Президент упразднил существовавшие с колониальной эпохи выплаты вождям из казны и практику наследования должностей, ввел выборы руководителей местной администрации, прилагал большие усилия для превраIIIIIIIII1IIHIIIII и иII1IIIIIII1IIII


щения профсоюзов в придатки государственного аппарата, покушался на права столичного муниципалитета, пытался ограничить деятельность католической церкви сугубо религиозными вопросами.
Национализм Ямеого проявлялся и в его внешней политике. Желая обеспечить реальную независимость своей страны, он стремился дистанцироваться от бывшей метрополии. Отказавшись заключить с Францией секретный договор об обороне, Ямеого добился вывода к 31 декабря 1961 г. всех французских войск с территории Республики. При нем Верхняя Вольта вступила в Движение неприсоединения. Он активно выступал за региональную интеграцию Западной Африки и особенно за экономическое и политическое сближение (а в перспективе и объединение) своей страны, одной из самых бедных на континенте, с соседним богатым Кот д’Ивуаром. Будучи другом ивуарского президента Феликса Уфуэ- Буаньи еще с конца 1940-х годов, Ямеого верно следовал в фарватере его политики. Первоначально поддержав проект Федерации Мали, он затем помог Уфуэ его торпедировать, а затем активно участвовал в реализации двух проектов ивуарского лидера — создании Совета согласия (группировки западноафриканских государств во главе с Кот д’Ивуаром) и введении двойного ивуаро-вольтийского гражданства, важного шага к интеграции двух стран.
К концу 1965 г. популярность Ямеого резко упала. Внешне монолитное однопартийное государство оказалось пронизанным клиентельными сетями и стремительно слабело из-за ожесточенной борьбы за доступ к власти и распределение ресурсов между группировками, формировавшимися, как правило, по родственному или клановому принципу. Политика ломки традиционных властных отношений объединила против президента самые разные политические и социальные элиты — от вождей до оппозиционных политиков из числа «продвинутых» (évolués). Незаконное присвоение правительством средств, выделенных Францией по линии продовольственной помощи, и репрессии против неугодных чиновников столичного муниципалитета породили глубокое недовольство у жителей Уагадугу. Левых интеллектуалов раздражал слишком проивуарский курс внешней политики Ямеого, а католическую церковь — его стремление установить полный государственный контроль над школами. Постоянные перетасовки в правительстве создавали неуверенность среди высшего политического персонала. Значительный ущерб авторитету президента нанес и его второй брак: осенью 1965 г. он отослал свою первую супругу-вольтийку в ее родное селение и женился на «королеве красоты» из Кот д’Ивуара Сюзанне де Монако, что вызвало осуждение в католических кругах и у многих простых вольтийцев. Но последней каплей оказалась финансовая политика президента — пытаясь справиться с огромным дефицитом бюджета, он в декабре 1965 г. объявил о сокращении жалованья госслужащих на 20% и дополнительном налогообложении зарплат и доходов от бизнеса. Вольтийские профсоюзы, которые режим так и не смог подчинить, организовали всеобщую забастовку и массовые демонстрации в столице, переросшие в ожесточенные столкновения с полицией. 30 декабря 1965 г. Ямеого объявил в стране чрезвычайное положение, однако 3 января 1963 г. под нажимом манифестантов (студентов и членов профсоюзов), требовавших его отставки, был вынужден передать власть армии. Режиму Первой республики, а вместе с ним и проектам объединения страны с Кот д’Ивуаром, пришел конец.
Спустя три дня Ямеого был арестован. В декабре 1966 г., по некоторым сообщениям, он пытался покончить жизнь HiiiHiiiiiiiiiin / iiiniiiiimiiiiii


самоубийством. В апреле 1967 г. военный режим Сангуле Ламизаны организовал специальный трибунал для суда над бывшим президентом. Попытка его сына Эрмана Ямеого в августе 1967 г. освободить отца и вернуть ему власть окончилась неудачей. 8 мая 1969 г. Ямеого был признан виновным в расхищении государственной казны и приговорен к 5 годам каторжных работ, пожизненной ссылке и крупному денежному штрафу. Менее чем через год, 5 августа 1970 г., он вместе с сыном, благодаря дипломатическому давлению Франции, вышел на свободу. После прихода к власти Томаса Санкары Ямеого вновь подвергся аресту (9 ноября 1983 г.), но благодаря заступничеству Блеза Компаоре, ближайшего соратника Санкары, избежал суда Народного трибунала революции и был интернирован в военном лагере в По, а 5 августа 1984 г. освобожден в честь первой годовщины «санкаристской революции». Прожив несколько лет в Кудугу, он в марте 1987 г. эмигрировал в Кот д’Ивуар, но в 1990 г. вновь вернулся на родину и в мае 1991 г. был официально реабилитирован режимом Компаоре. В последние годы жизни власти несколько раз прибегали к услугам «отца-основателя» Вольтийского государства, используя его в качестве посредника на переговорах с Кот д’Ивуаром. Умер Морис Ямеого в Уагадугу 9 сентября 1993 г. Он удостоился национальных похорон (17 сентября), которые почтили своим присутствием президент Компаоре и ивуарский премьер-министр Алассан Уаттара.
И.В. Кривушин
Литература
Engberg-Pedersen L. Endangering Development: Politics, Projects, and Environment in Burkina Faso. Westport; L., 2003.
Englebert P. Burkina Faso: Unsteady Statehood in West Africa. Boulder, 1996.
Le Vine V.T. Politics in Francophone Africa: The States of West and Equatorial Africa. Boulder, 2004.
Mahiou A. L’Avènement du parti unique en Afrique noire: l'expérience des Etats d'expression française. P., 1969.
Muase Ch. K. Syndicalisme et démocratie en Afrique noire: l'expérience du Burkina Faso, 1936-1988. P., 1989.
Otayek R. Burkina Faso: Between Feeble State and Total State, The Swing Continues // Contemporary West African States. Cambridge, 1989.


Восточная Африка и Мадагаскар


ПРЕДИСЛОВИЕ
Этот том посвящен Восточной Африке в широком смысле этого понятия. Помимо собственно восточноафриканских стран Кении, Уганды и Танзании, а также Руанды и Бурунди, в него вошли материалы по Эфиопии и Сомали, обычно относимых к Северо-Восточной Африке. Кроме того, в том включены материалы по Мадагаскару, представляющему особый и ни на что не похожий регион континента.
В этих районах Африки издавна существовало несколько очагов государственности, давней и значительной по африканским масштабам.
Самым давним из них является Эфиопия. Здесь еще в древности существовало Аксумское царство, принявшее христианство монофиситского толка уже в IV в. К этому государству восходила и средневековая эфиопская феодальная монархия, и сформировавшаяся в XIX в. империя, сумевшая противостоять агрессии европейских держав и отстоять свою независимость.
Межозерье - еще один очаг государственности, первое раннее государство Китара сложилось там еще к XIV в. Особенностью этого очага государственности является его формирование и развитие на стыке земледельческой и скотоводческой культур.
Особую страницу представляет Мадагаскар. Этот гигантский остров населен в основном представителями не негроидной, а монголоидной расы, говорящими на языках австронезийской семьи. В XVI-XVII вв. на территории Мадагаскара возникли несколько ранних государств, самым крупным была Имерина в центральной части острова.
Существование развитой государственности во многих районах Восточной Африки предопределило тот факт, что в данном томе большую долю составляют биографии политических и государственных деятелей доколониальной эпохи. Это и монархи, и администраторы, и военачальники.
С другой стороны, существование относительно стабильной государственности в регионе создавало условия для развития самобытной культуры, в том числе и литературы. Поэтому авторы старались не ограничиваться представлением биографий лишь политических деятелей. Жизнеописание ряда деятелей культуры позволяет, на наш взгляд, представить культурный фон, характеризовавший историю той или иной страны.
В регионе издавна развивались три крупных письменных языка - амхар- ский, суахили и малагасийский, на которых существует большое количество исторических источников. Эти источники активно привлекались при написании биографий, входящих в том. Более того, авторы, владеющие этими языками, - Л.А. Карташова, Г.В. Цыпкин, А.С. Балезин, О.И. Тетерин, А.Л. Емельянов - имели возможность работать в архивах соответственно Мадагаскара, Эфиопии и Танзании и привлекать к написанию биографий не известные ранее архивные материалы.
В биографиях, включенных в этот том, отражен ряд узловых проблем истории региона, а иногда и Африки в целом.
Биографии Теводроса II, Йоханны- са IV, Менелика II, Лиджа Иясу и Хайле Селассие I позволяют представить особенности развития этой страны и становления там государственности на протя(iiiiiniiii unlit • iiiiiiiiiiiiiiiiiii


жении полутора веков. Хронологически примыкающая к ним биография лидера эфиопской революции Мэнгисту Хайле Мариама дает картину развития Эфиопии в постмонархический период почти до конца XX в.
Жизнь кабаки Буганды Мутесы Первого - яркая иллюстрация усилий правителей Восточноафриканского межозерья, направленных на укрепление своих государств и их военной мощи. Его непростые отношения с миссионерами отражают целую гамму аспектов миссионерской деятельности в африканской глубинке. Тут и борьба между самими миссиями за влияние на правителя и его окружение, и подоплека интереса к миссиям африканцев. Жизнь сына Мутесы кабаки Мванги продолжает тему соперничества христианских миссий в Африке. Более того, она прекрасно иллюстрирует драматичные попытки африканских правителей отстоять независимость своих государств в условиях колониального раздела Африки, используя при этом самые различные методы - от военных до дипломатических. Подчас драматические попытки использования африканцев в схватке европейских держав за Африку иллюстрирует жизнь занзибарской принцессы Сальме.
Биография катикиро Аполо Каггвы иллюстрирует и деятельность африканских просветителей в условиях колониального общества, и методы колониального управления, и собственно пути установления колониального господства в Африке. К последней проблеме яркие штрихи добавляет жизнь Типпу Типа, являвшегося к тому же одним из олицетворений работорговли на Черном континенте.
Биографии Джулиуса Ньерере, Джомо Кениаты, Аполо Милтона Обо- те, Абеида Каруме и Иди Амина показывают, какие разные люди становились президентами новых независимых африканских государств, насколько устойчивой или неустойчивой была их власть, как проходили военные перевороты в Африке.
Жизнеописание Шаабана Роберта отражает нелегкий путь большого поэта, ставшего классиком литературы на языке суахили, в колониальном обществе. Короткая жизнь другого танзанийца - Эдуардо Тингатинга - пример становления самобытного африканского художника.
Биографии правителей Имерины Андрианампунимерины и Радамы I показывают процесс создания на Мадагаскаре к началу XIX в. единого Малагасийского государства.
Европейские державы заявляли свои «исторические права» на остров. Крупнейшим государственным деятелям эпохи Райнандриамампандри (1836-1896) и Райнилайаривуни (1828-1896) удалось сохранять в течение длительного времени независимость страны.
Во второй половине XIX в. малагасийское королевство встало на путь ускоренного развития. Начались распространение грамотности, организация издательского дела, появилась периодическая печать на малагасийском языке. Образование высоко ценилось и входило в основную группу приоритетов. Историки Раумбана и Райнандриамампанри - яркие представители малагасийской интеллигенции, воспитанной в духе западной культуры.
Европейские державы признавали суверенитет Малагасийского королевства. Франции удалось присоединить Мадагаскар лишь на исходе XIX в.
Как политические деятели (Ралай- мунгу, Равуаханги, Андриамандзату), так и деятели культуры (Равелудзон, Рабеманандзара, Рабеаривелу) принимали участие в антиколониальном сопротивлении, в создании политических партий, которые требовали для страны права на самоопределение.
В деятельности президентов Цирана- ны, Рацираки, Равелумананы прослежиHIIIIIIIIIIIIIIIII ou iiiiiiiiiiiniiitii


вается политика страны после обретения независимости (1960).
Не стоит рассматривать данную работу всего лишь как биографический справочник наиболее выдающихся деятелей Восточной Африки. Авторами была предпринята попытка представить развитие региона через личности людей, которые и создавали его историю.
Авторы понимают, что им не удалось рассказать в работе такого рода обо всех африканцах, заслуживающих внимания. Порой только отсутствие достаточного материала побуждало нас с сожалением оставлять за рамками книги биографии некоторых людей.
А.С. Балезин, ЛА. Карташова, Г.В. Цыпкин
Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно- исследовательского проекта РГНФ (« История Африки в биографиях важнейших деятелей»), проект 09-01-00104а.


Иди АМИН
ldi Amin
17Л 1925 (?) - 16.VIII.2003
Президент Уганды в 1971-1979 гг., творец одного из самых жестоких тоталитарных режимов в Африке. Родился между 1925 и 1928 гг. (называют также 1930 г., но большинство исследователей сходятся все же на 1925 г.) на севере Уганды. Его отец принадлежал к народу каква, мать, которую считали колдуньей, - к народу лугбара. Ребенок родился необычайно большим - почти 5 кг. Взрослым он отличался внушительными размерами - весил под 110 кг при росте больше 1 м 90 см.
Его мать оставила отца и отправилась странствовать по свету, прихватив с собой сына. Сначала она работала на плантациях сахарного тростника, затем связь его матери с неким капралом Королевских африканских стрелков привела мальчика в казармы Джинджи. Уже тогда, по свидетельствам очевидцев, Амин отличался стремлением властвовать, применяя для этого физическую силу, поскольку был крупнее своих сверстников. К 16 годам он принял ислам.
Амин жил при казармах и не получил образования, в возрасте 17 лет он продавал печенье в районе казарм. С 1946 г. он служил в армии в качестве помощника повара, в 1948 г. стал капралом 4-го батальона Королевских африканских стрелков. Амин был первым в спортивных состязаниях и в карательных экспедициях. Он служил в Кении во время восстания Мау-Мау, сохранилось много свидетельств его жестокости по отношению к повстанцам. В 1951-1952 гг. он стал чемпионом по боксу среди Королевских африканских стрелков в тяжелом весе. Вот как характеризовал капрала Амина один из его командиров: «Он поступил на армейскую службу, практически не имея никакого образования; справедливо будет сказать, что до 1958 года (когда ему было около тридцати) его можно было считать абсолютно неграмотным. Во время начального периода восстания Мау-Мау в Кении он был одним из нескольких капралов, которые проявили выдающиеся качества - умение командовать, храбрость и находчивость. Поэтому немудрено, что капрала Иди повысили в звании»1.
В 1954 г., после прохождения курса в военной школе в Накуру, где Амину преподавали и основы английского языка, он получил чин сержанта. Чин эффенди (уорент-офицера) он получил лишь в 1959 г., пройдя специальные курсы в Кении, причем после нескольких попыток - камнем преткновения для него был английский язык. Накануне независимости Уганды, в 1962 г., Амин стал майором. В том году он прославился жестокостями по отношению к народу карамоджонг в Уганде и Кении, участвуя в «ликвидации конфликта» между ними и соседним 1 Grahame I. Amin and Uganda. A personal memoir. L., 1980. P. 34.
Hiiiiiiiiiiiiiiiii / JZ HIIIIIIIIIIIIIIIII


народом покот (сук) из-за скота. Затем «урегулировал конфликт» с другим скотоводческим народом Кении - туркана. Так до самой независимости Уганды Амин прослужил в колониальных войсках, и было уже известно, что после получения независимости он займет место командира своей роты.
Когда 9 октября 1962 г. была провозглашена независимость Уганды, Амин оказался одним из немногих тогда офицеров-угандийцев. Его карьере в независимой Уганде немало способствовал и тот факт, что его дядя Ф. Онама стал министром внутренних дел в правительстве Оботе. Когда в 1964 г. произошли армейские волнения в казармах Джинджи, Оботе назначил новым главнокомандующим Ш. Ополота как более образованного, а Амина, принимавшего непосредственное участие в подавлении бунта в казармах Джинджи, его заместителем. В том же году Амин получил чин полковника. К 1966 г. бригадир Амин имел дом в Кампале с охраной, «кадиллак», двух жен и собирался жениться на третьей.
В мае 1966 г. именно Амин возглавлял правительственные войска, штурмовавшие дворец кабаки Мутесы II. Ему же принадлежала идея использовать в этой борьбе артиллерию. Со времени штурма дворца Амин стал любимцем Оботе и вскоре был назначен командующим армией.
К 1968 г. Амин сумел таким образом организовать набор в армию, что создал себе опору в лице своих соплеменников по отцу - каква. За все эти годы отца своего он видел мельком, в том же 1968 г. Опираясь в армии на северян, Амин старался не ссориться с баганда и увеличил число своих сторонников в армии. Одновременно ухудшились его отношения с Оботе. Оботе понимал, что Амин захватил слишком большую власть в армии и стал для него опасен. Поэтому в сентябре 1970 г. Оботе попытался арестовать Амина, но у Амина была своя разведка, и он сумел избежать ареста. Тогда в октябре Оботе вывел людей Амина со всех командных должностей в армии и назначил вместо них своих ставленников из народа ланги.
Повод к военному перевороту Амина подал сам Оботе своим отъездом в Сингапур. Перед самым отбытием Оботе потребовал от Амина отчета в израсходовании 40 млн. угандийских шиллингов (в то время - около 2,5 млн фунтов стерлингов). Амин должен был представить отчет к его возвращению из Сингапура.
Переворот 25 января 1971 г. произошел очень быстро и почти бескровно. Для его оправдания были подготовлены знаменитые «18 пунктов» - документ, объяснявший причины необходимости отстранения от власти Оботе. Иди Амин захватил всю полноту власти. По декрету № 1, опубликованному 2 февраля, Амин стал военным главой государства, верховным главнокомандующим вооруженными силами страны, а также начальником штаба обороны. Он возглавил Совет обороны, созданный еще при Оботе, и формирование этого важного органа перешло в его руки.
Свой Кабинет министров Амин также переделал на военный лад. Г. Кьемба, занимавший пять лет министерский пост при Амине, вспоминал, что на первом же заседании Кабинета Амин присвоил всем министрам офицерские звания. Отныне каждый из них должен был носить военную форму и подчиняться военной дисциплине. Каждому министру был предоставлен черный «мерседес» с надписями на дверцах: «Военное правительство». На заседании Амин произвел впечатление демократа, давая возможность каждому высказаться2.
2 Kyemba Н. The state of blood. The inside story of ldi Amin. N. Y., 1977. P. 41.
1IIIIIIIIIHIIIIIII / IIIIIIIIHIIIIIIIII


В стране в первые дни после переворота царила эйфория - все были довольны свержением непопулярного правительства Оботе. Но Амину нужно было привлечь на свою сторону как можно более широкие слои населения, в первую очередь баганда. Ведь изгнание кабаки в Буганде связывали не только с Оботе, но и с Амином, командовавшим штурмом дворца. Для своей реабилитации в глазах баганда Амин, едва проведя переворот, распорядился перезахоронить прах Мутесы II в Буганде. Похороны были обставлены самым торжественным образом. Над гробом Амин произнес трогательную речь.
Угандийская пресса запестрела самыми разнообразными фотографиями Амина и его высказываниями - хлесткими, часто грубыми до непристойности. А в ежедневной программе теленовостей, длившейся два часа на семи языках, показывали также почти исключительно Амина. В первой половине 1971 г. Амин выпустил из тюрем всех знатных пленников Оботе, много ездил по стране и выступал перед народом.
Но террор уже развертывался. Его первыми жертвами стали офицеры, оказавшие сопротивление Амину во время переворота. В течение трех недель после переворота было убито до 70 армейских офицеров и около 2000 штатских. В течение трех месяцев число жертв превысило 10 тыс. Амин проводил жестокий террор на основе своих собственных декретов № 5 и 8. Первый из них был издан в марте 1971 г. Он предоставлял военным право задерживать любого человека, обвиненного в «нарушении порядка». Когда же жертвы или их родственники попытались обжаловать действия солдат, был издан декрет № 8. Он запрещал привлекать к суду «любое лицо, действующее именем правительства (т. е. именем Амина) в интересах сохранения общественного порядка или общественной безопасности», «укрепления дисциплины, законности и порядка»
Террор осуществлялся армейскими подразделениями, где Амин опирался на унтер-офицеров - людей, примерно равного с ним образования и кругозора, видевших в нем «своего парня», большого папочку. Он быстро продвигал своих любимцев - унтеров - на офицерские должности, стремительно освобождавшиеся за счет уничтожения неугодных. Он никогда не фиксировал таких назначений письменно, а просто говорил: «Ты капитан» или: «Ты теперь майор». В результате бывшие сержанты стали командовать батальонами. Так же быстро продвигались по службе и водители танков и машин, которых Амин особенно любил. Этот порядок давал пищу для злоупотреблений: ни один интендант не рискнул бы проверить у Амина правильность заявления того или иного новоиспеченного командира о присвоении ему устно нового воинского звания.
Так же быстро продвигались любимцы Амина и в специальных карательных органах. Это были: тайная полиция (официально называвшаяся Государственным исследовательским бюро), Часть общественной безопасности (такое название получил другой карательный орган, застенки которого располагались неподалеку от центра Кампалы), а также военная полиция.
Первыми жертвами массового террора стали ачоли и ланги - военные и гражданские. По спискам вылавливали людей, имена которых начинались на «О»: это означало принадлежность к народу Оботе и к соседнему народу, составлявшим основу оботовской армии. Целая серия убийств солдат и офицеров, ланги и ачоли произошла в казармах в разных частях страны. Людей арестовывали днем и ночью, жестоко избивали или зверски убивали на месте. Ко времени переворота Амина в угандийской армии насчитывалось примерно iiiiiiiiiiiiiiiiiii оч iiiiiiiiiiiiiiiiiii


5000 ачоли и ланги. Через год около 4000 из них было убито.
Тех, кто попытался предать эти события гласности, тоже убивали. Первыми убили американцев Н. Строу и Р. Сидла. Один из них был «свободным журналистом» в Африке, другой - преподавателем социологии в Макере- ре. Прослышав в начале июля 1971 г. о массовом уничтожении ланги, они тут же отправились на место и были убиты заместителем командира части. Трупы закопали в близлежащей воронке от снаряда. Когда же американское посольство поинтересовалось их судьбой, трупы срочно выкопали и сожгли. Позже, почти через год, по настоянию американцев было назначено судебное расследование. Судья, нашедший следы убийства и признавший виновными аминовских офицеров, был уволен, а результаты расследования объявлены Амином недействительными.
В 1972 г., на второй год своего правления, Амин разорвал отношения с Израилем и переориентировался на союз с арабскими странами. В 1971 г. Амин совершил в Израиль один из своих первых зарубежных визитов в качестве правителя Уганды. Его встречали министр иностранных дел и почетный караул, принимало все высшее руководство Израиля. А в начале 1972 г. последовали яростные нападки Амина на израильскую политику в арабском мире, и к концу марта израильтян в стране не осталось. Акция эта, покончившая с участием израильских военспецов в обучении угандийской армии и превратившая Амина в глазах мировой общественности в «борца против сионизма», ввела в заблуждение правительства многих стран. Тогда в мире еще не знали, какой жестокий режим террора представляет собой его правление в Уганде. Вместо Израиля ближайшим другом стал ливийский лидер Муамар Каддафи, которого Амин посетил в феврале 1972 г. Каддафи, заинтересованный в уменьшении влияния Израиля в Африке, пообещал Амину солидную помощь - материальную и военную.
Тогда же началась насильственная исламизация Уганды. Эту страну, где мусульмане составляли не более 10% населения, Амин объявил частью исламского мира. Мусульманам отдавалось предпочтение при назначении на государственные должности. Например, в Кабинете министров в 1971 г. было два мусульманина ( включая самого Амина), а в 1977 г. - уже 14 из 21. То же самое было и в армии и полиции - из 17 частей 15 командовали мусульмане.
Второй крупной акцией Амина было изгнание из Уганды «азиатов». 4 августа 1972 г. при посещении одной из казарм на западе Уганды Амин заявил солдатам, что накануне ночью во сне бог внушил ему мысль изгнать из страны всех лиц азиатского происхождения, которые «доят экономику Уганды».
Азиатская община Уганды ведет свою историю от первых кули, которых британские власти ввозили туда еще в начале века. Постепенно община разрасталась, «азиатам» принадлежало много мелких лавочек и крупных магазинов, промышленных предприятий. К 1972 г. в Уганде насчитывалось около 50 тыс. «азиатов», причем только 20 тыс. из них имели угандийские паспорта, остальные имели двойное гражданство или считались подданными других стран, в основном Великобритании. Амин не собирался делать различий между «азиатами» с разным гражданством. Было объявлено, что в течение 90 дней все они должны покинуть Уганду. Был установлен окончательный срок - 8 ноября. Банковские счета лиц азиатского происхождения арестовывались, а с собой им было разрешено взять только по 100 долларов на человека.
«Азиатов» охватила паника. Солдаты врывались к ним в дома и под предлогом «помощи в сборе вещей» учиняли грабеiiiiiiiiiiiiiiiiiii t jj iiiiiiiiiiiiiiinii


жи. Амин заявил, что те из «азиатов», что не уберутся к 8 ноября из Уганды, должны будут отправиться жить из городов в деревни, чтобы «смешаться с угандийцами и жить их жизнью». Не удивительно, что к 8 ноября 1972 г. лишь очень немногие из них остались в Уганде. Беглецов принимали у себя несколько стран, и все же судьба многих из них, лишенных всяких средств к существованию, была трагичной.
Откровенно расистская кампания, развернутая Амином, имела целью добыть средства, чтобы как-то расплатиться с армией за поддержку, главным образом с теми самыми унтер-офицерами, на которых он опирался. Ведь экономика страны была в плачевном состоянии, а расходы на армию росли.
В результате Великобритания тут же приостановила выплату У ганде двухмиллионного займа, а США - десятимиллионного. Это сразу же повлекло за собой новый этап «экономической войны» Амина - именно так было представлено изгнание «азиатов». Были «национализированы» и предприятия, принадлежавшие англичанам.
Для распоряжения изъятой у иностранцев собственностью были созданы министерские комитеты, затем Амин заявил, что распределением захваченной собственности будут заниматься военные. Так львиная доля добычи досталась аминовским любимцам - унтерам и офицерам. Не было никаких списков, никакого учета. Собственность «азиатов» распределялась явочным порядком.
Не удивительно, что все отнятое у «азиатов» практически пришло в запустение - фабрики, аптеки, школы, магазины и др. Исчезли товары первой необходимости. Одно время в Кампале не было соли, спичек, сахара. Это было серьезным ударом по экономике Уганды. И тем не менее изгнание «азиатов» широко приветствовалось в Уганде. Их засилье в экономике страны еще с колониальных времен вызывало недовольство. В независимой Уганде всякие разговоры о «паразитах с Востока» и об африканизации находили широкую поддержку в массах. Экономические последствия такой «африканизации» стали видны далеко не сразу.
Международный резонанс изгнания «азиатов» был достаточно велик. В частности, осложнились взаимоотношения с Великобританией. Амину было официально заявлено об ущербе британским предприятиям в Уганде в результате «экономической войны». Ущерб оценивался в сумму около 20 млн фунтов стерлингов. Тогда Амин сказал, что готов обсудить этот вопрос, если британская королева и британский премьер-министр Хит лично прибудут к нему в Кампалу. К тому же он заявил, что готов принять от королевы ее полномочия главы Британского содружества наций.
На международной арене Амин вел себя неадекватно: он не явился на очередную конференцию стран Содружества, поскольку не были выполнены поставленные им условия: королева не прислала за ним самолет, экипированный караулом из шотландской гвардии, а генеральный секретарь стран Содружества не предоставил ему пару обуви 46 размера! А в ноябре 1974 г. Амин предложил перевести штаб-квартиру ООН в Уганду, потому что это - «географическое сердце Африки и всего мира».
В сентябре 1974 г. остатки верных Оботе солдат, концентрировавшиеся в Танзании, вторглись в Уганду и попытались свергнуть Амина. Нападавших была всего 1000, и Амин легко отразил нападение. Для него это был повод для новой волны террора. По его приказу через пять месяцев в разных частях Уганды одновременно совершились публичные казни 12 человек. Осужденных раздевали догола, кому-то выкололи глаза перед расстрелом; смотреть на это зрелище сгонялись толпы народа. Всех осужденIIIIIIIIIIIIII1IIH IlIIIIII1IIIIIIIIII


ных обвиняли в том» что они «партизаны Оботе».
В 1973 г. последовала целая серия добровольных отставок министров Амина, понявших губительную сущность его режима. Еще раньше наиболее строптивые из них, как, например, верховный судья Б. Киванука, лидер Демократической партии, запрещенной, как, впрочем, и все другие при Амине, были попросту убиты. Новые отставки министров происходили в основном во время их поездок за рубеж, что давало им возможность сохранить себе жизнь и эмигрировать одновременно. Так было, например, с министром просвещения Э. Ругумайо.
Ругумайо обратился к главам африканских государств и правительств. Он писал об Амине так: «Он расист и фашист, убийца и богохульник, трибалист и диктатор. У генерала Амина нет принципов, для него не существует моральных норм, и он не щепетилен в выборе средств. <...> Поэтому предсказать его действия очень трудно. Единственное, что можно предсказать, - это то, что он крайне непредсказуем. <...>. Он не читает. Он не умеет писать. Все эти неумения, вместе взятые, не позволяют ему участвовать в регулярных заседаниях Кабинета, или следить за дебатами в Кабинете, или понимать письма, которые пишут ему министры. Короче, он живет вне связи с каждодневной жизнью страны не потому, что ему так нравится, а из-за своей неграмотности. Он редко присутствует на заседаниях Кабинета - только тогда, когда он дает указания о делах, касающихся обороны или безопасности страны, или когда он увольняет кого-либо из чиновников. Таким образом, единственным каналом информации о стране, которой он правит, остаются для него его собственные уши»3.
Угандийская интеллигенция в этих условиях старалась убежать из страны.
К 1977 г. из Уганды сбежали 15 министров, 6 послов и 8 заместителей министров. Практически опустел университет Макерере: в эмиграции оказались про- фессоры, деканы факультетов и лекторы по основным дисциплинам. Остались лишь конформисты, перекраивавшие историю, географические карты и прочее по указке Амина.
Внутри страны важнейшими политическими акциями в этот период были декрет, разрешающий мужчинам брать себе любое количество жен (при этом брак в течение шести месяцев должен был быть зарегистрирован), и запрет на мини-юбки, которые Амин объявил неприличными. Заодно женщинам запрещалось носить парики - «волосы либо убитых империалистов, либо африканцев, убитых империалистами», а также брюки.
В 1975 г. настала очередь Уганды принимать у себя сессию глав государств и правительств Организации африканского единства (ОАЕ). По существовавшей тогда в ОАЕ традиции глава принимающего государства становился на очередной год председателем ОАЕ. Сессия была организована в Кампале с большой помпой. В магазинах впервые за долгое время появились мука, яйца, соль, мыло, куры, масло, молоко, но только в отелях и на виллах, предназначенных для гостей. Жителям Кампалы на время сессии было вменено в обязанность носить особые одежды с изображением Амина, эмблемы ОАЕ и карты Африки. Сам Амин по этому случаю сделал себя фельдмаршалом.
Независимые государства Африки проявили сдержанность в отношении сессии ОАЕ в Кампале. Некоторые вообще отказались в ней участвовать, другие вместо глав государств и правительств прислали заместителей. Во время сессии ОАЕ было устроено несколько зрелищ - 3 Катай J, Kamerun A. Lust to kill. The rise and fall of ldi Amin. L., 1979. P. 121-122.
iiiiiiiiiiimiiiti W iiiiiitiriiiiiiiiu


например, воздушные маневры, которые должны были изображать воздушный налет на Кейптаун, цитадель расистов ЮАР.
В начале 1975 г. произошел ряд покушений на Амина, не удавшихся, но закончившихся очередными массовыми расстрелами. После одного из покушений жена Амина, Медина, была доставлена в больницу со следами жестоких побоев, в том числе со сломанной челюстью: говорили, что Амин подозревал ее в сговоре с покушавшимися. С тех пор он стал принимать самые невероятные меры предосторожности - менял автомобили, менял свои планы в последнюю минуту, сажал в президентские кортежи подставных лиц из людей, хоть как-то близких ему по комплекции.
В 1976 г. произошел скандал в университете Макерере. Весной людьми из «общественной безопасности» был убит один из студентов. Затем - главная свидетельница убийства, беременная женщина. Дело об убийстве студента было спущено на тормозах, что возмутило университетскую молодежь. К тому же в Макерере учился один из сыновей Амина, который имел машину, личную охрану и занимал преподавательские апартаменты, что раздражало других студентов. 3 августа 1976 г. университетская молодежь устроила демонстрацию под лозунгом «Спасите нас от Амина». Демонстранты были жестоко избиты солдатами и полицейскими. Затем было проведено расследование, в результате которого несколько студентов исчезли из университета навсегда. А спустя несколько дней в Макерере на церемонии выпуска Амин получил степень почетного доктора права «за восстановление в Уганде законности и порядка» и за то, что «дал угандийцам возможность жить без страха».
Самым нашумевшим событием 1976 г. в Уганде был знаменитый «рейд Энтеббе». Восемь палестинцев похитили аэробус, следовавший из Тель-Авива в Париж через Афины и принадлежавший авиакомпании «Эр Франс». Они потребовали освобождения 53 палестинцев, задержанных в Израиле и нескольких европейских странах. Пилотов заставили приземлиться в Энтеббе.
Амин оказал террористам гостеприимство. Они выходили из самолета для принятия ванны и отдыха, а заложников (на борту было 258 пассажиров) охраняли аминовские солдаты. Террористы получили от людей Амина автоматы. Израилю был предъявлен двухнедельный ультиматум. Однако израильтянам удалось в результате блестящей военной операции освободить заложников. В течение 50 минут заложников увезли, семерых террористов и 20 угандийских солдат убили в перестрелке. Самой тяжелой потерей для Амина были сожженные 11 МИГов -- основа его ВВС.
В 1976 г. Амин спровоцировал инцидент на кенийской границе. Операция провалилась, и Амину пришлось снять выдвинутые ранее территориальные претензии к Кении.
В начале 1977 г. Амин лично убил Я. Лувума, архиепископа Уганды, Руанды и Бурунди. Лувум написал Амину петицию, в которой критиковался его режим. Согласно правительственному сообщению от 17 февраля, Лувум и двое министров погибли в результате автомобильной катастрофы. На самом деле Амин собственноручно застрелил архиепископа. Его не разрешили даже отпеть по-христиански.
В 1977 г. на армию расходовалось около 65% валового национального продукта, на просвещение - 8%, на здравоохранение - 5%. Фермы разорялись. Стоимость жизни в результате хронического дефицита продуктов и товаров возросла за время правления Амина на 500%. Не было удобрений для полей, лекарств для людей. Цены на продукты стали астрономическими: пол-литра молока IIIIIIIIHIIIIIIIII / IIIIIIIIHIIIIIIIII


стоило почти доллар, тридцать яиц - от 7 до 10 фунтов стерлингов, килограмм сахара - 4 фунта стерлингов, буханка хлеба - один фунт, кусок мыла - почти 4 фунта.
Летом 1977 г. официально распалось Восточноафриканское экономическое сообщество. К краху его привели политика Амина, успевшего перессориться с двумя другими членами Сообщества - Кенией и Танзанией, экономическая нестабильность самой Уганды. Для страны это было чревато новыми хозяйственными трудностями, ибо Сообщество сложилось исторически, имело определенное разделение труда, общую валюту, даже единую авиакомпанию. В 1977 г. Уганда была одной из 25 беднейших стран мира.
В 1977 г. Амину было отказано в присутствии на конференции Содружества в Лондоне. Было решено, что если он там объявится, то дальше аэропорта его не пустят. Сам он заявил: «Я поеду в Лондон, и никто меня не остановит... Я хочу посмотреть, насколько сильны британцы, и хочу, чтобы они увидели сильного человека с Африканского континента». Заодно он заявил, что отметит 25-летие правления королевы Елизаветы II: британские граждане понесут его в кресле из Кампалы до аэропорта в Энтеббе - 22 мили! И радио Кампалы объявило об отлете Амина в Лондон, но это было «уткой». А в Лондоне осудили режим Амина, хотя резолюция конференции, по настоянию африканских стран, не назвала его персонально.
1978 г. принес Уганде некоторое экономическое облегчение: из-за заморозков в Бразилии существенно поднялись мировые цены на кофе. В страну вновь потекли деньги, вырученные за его продажу. Но в октябре почувствовавший себя увереннее Амин двинул свои войска на Танзанию. Это был шаг, оказавшийся для него роковым. Поначалу успех сопутствовал ему - внезапность нападения, использование самолетов и танков дали ему возможность захватить часть территории. Но танзанийская армия предпринимала героические усилия. Сопротивление Амину с каждым днем росло и внутри страны, участились попытки переворотов и покушений на него. Возникло множество антиаминовских организаций, объединившихся в 1978 г. во Фронт национального освобождения Уганды.
11 апреля 1979 г. пала Кампала, и это был конец режима Амина. Сам он бежал из страны. Бывший диктатор, которому угрожал военный трибунал, некоторое время пробыл в Ливии, пока в декабре 1979 г. не объявился в Саудовской Аравии, где король Халед предоставил ему пенсию, «кадиллак» и «шевроле». Там же объявились 23 из 50 признанных им детей. Остальные 27 остались в Африке (по его собственным подсчетам, у него к 1980 г. было 36 сыновей и 14 дочерей). С ним находилась и одна из его выживших жен - Сара. Он изучал арабский и читал по-английски «Историю Второй мировой войны». Занимался каратэ и боксом.
Но Амин не оставлял надежды вернуться в Уганду, хотя и пытался ввести в заблуждение общественное мнение. Январский номер журнала «Нью Афри- кен» за 1989 г. опубликовал заявление Амина: «Я больше не интересуюсь политикой, теперь я - бизнесмен». 3 января 1989 г. Амин вместе с сыном Али с фальшивыми паспортами объявились в столице Заира Киншасе. Их тут же задержали.
Угандийское правительство немедленно потребовало выдачи Амина для предания его суду. Но Заир отказался сделать это, сославшись на отсутствие соответствующего соглашения. Однако постарался избавиться от Амина и выслать его обратно в Саудовскую Аравию, что удалось лишь со второй попытки. 12 января Амина с сыном отправили на iiiiiiiiiiiiiiiiiii 07 iiiiiiiiiiiiiiiiiii


частном самолете через Дакар. Но в сенегальской столице стало известно, что король Халед отказывает Амину в убежище, и тем же самолетом Амин вернулся в Заир. Потребовались дипломатические усилия нескольких глав государств, чтобы уговорить короля принять Амина обратно. В конце января Амин вновь объявился в саудовским порту Джидда, и ему вторично было предоставлено политическое убежище с условием, что впредь он не будет вмешиваться в политику и предпринимать тайные вояжи, а главное - будет помалкивать!
В последние годы бывший правитель страдал повышенным кровяным давлением. 20 июля 2003 г. одна из жен Амина, Медина, объявила, что он впал в кому и находится в госпитале им. короля Фейсала в Джидде. До последних дней своей жизни Амин получал сообщения с угрозами в свой адрес. В клинике, где он лежал, по его просьбе была выставлена охрана у дверей реанимационного отделения, поскольку неизвестные смогли дозвониться даже в его палату. Президент Уганды Йовери Мусевени несмотря на соответствующую просьбу семьи Амина, отказался от предоставления ему амнистии, следовательно, бывшего диктатора уже не возвращали на родину. Через неделю он вышел из комы и заговорили о том, что он может поправиться, но этого не случилось. Иди Амин умер в Саудовской Аравии 16 августа 2003 г. в возрасте 75 лет и был похоронен в Джидде.
Амина часто называли африканским Гитлером. Когда один корреспондент спросил его об этом уже в изгнании, Амин воскликнул: «Самые великие в истории - Биг Дэдди (Большой Папочка - так звали самого Амина) и Гитлер. Мы - сильные люди. Нельзя, не будучи сильным мужчиной, сделать 36 сыновей». Амин действительно часто публично высказывал свое восхищение Гитлером и хотел даже поставить ему памятник в центре Кампалы с надписью «Великий ученик - великому учителю». Но, учитывая, что Гитлер был расистом и в отношении черных, Амин ограничился установкой его бюста в собственном дворце. Режим Амина часто называют фашистским. Ученые спорят, можно ли называть подобные режимы в «третьем мире» фашистскими с точки зрения теоретической. Атмосфера тотального страха, мания преследования у тирана, массовые репрессии, разжигание шовинистических настроений и натравливание одних народов страны на другие, патологическая ненависть к интеллигенции вызывают ассоциации и с другими тоталитарными режимами.
А.С. Балезин
Литература
Балезин А.С. У Великих африканских озер. Монархи и президенты Уганды. М., 1989.
Grahame I. Amin and Uganda. A personal memoir. L., 1980.
Kyemba H. The state of blood. The inside story ofldi Amin. N.Y., 1977.
Катай J.t Kameron A. Lust to kill. The rise and fall of Idi Amin. L.,1979.


Ришар Махицисон АНДРИАМАНДЗАТУ
Richard Mahitsison ANDRIAMANJATO 31 июля 1930 г.
Политический деятель ^Мадагаскара, занимавший высокие государственные, общественные и религиозные должности более полувека - с 1957 по 2001 г.
Родился 31 июля 1930 г. в Махици, городке в 30 км к северо-западу от Тананариве (ныне - Антананариву).
Обладал искусством быть в оппозиции, даже оставаясь во властных структурах, а в нужный момент - и дистанцироваться от них. Так, с 1960 по 1972 г. считался «главным противником режима Ф. Цирананы»1, будучи в то же время, по его собственным словам, «на 90% с ним согласным»1 2. В 1975-1989 гг. поддерживал режим Д. Рацираки, затем ушел в оппозицию действующему президенту и оказал поддержку А. Зафи. Однако в 1996 г. «покинул» президента А. Зафи в пользу вернувшегося к власти Д. Рацираки. Такое умелое маневрирование вкупе с политическим долголетием позволяло некоторым оценивать Р. Андриамандзату как «одного из “непотопляемых” персонажей малагасийской политической жизни» и «политического хамелеона»3.
Р. Андриамандзату родился в семье торговца рисом4. Некоторые авторы считали Андриамандзату «представителем аристократии мерина»5, что, возможно, объясняется принадлежностью его супруги к касте андриана6. Однако более обоснованным представляется позиционирование политика как «одного из представителей мерина»7.
По вероисповеданию - протестант (прихожанин кальвинистской Церкви Иисуса Христа на Мадагаскаре8).
Начальное образование получил в школе г. Махици, среднее - в престижном лицее Галлиени в Тананариве, который он окончил в 1950 г. со степенью бакалавра в области математики. Продолжил учебу во Франции: изучал математику и теологию (1951-1954 гг.) в 1 Rajoelina P. Quarante années de la vie politique de Madagascar 1947-1987. P.: L’Harmattan, 1988. P. 123.
2 Verdier L Madagascar. 100 hommes de pouvoir. Paris: Indigo Publications, 1995. P. 31.
3 Ibid. P. 31-32.
4 Отец - Андриамандзату, мать - Расуанатуандру.
5 Spacencky A. Regards sur l'évolution politique malgache 1945-1966 // Revue française de science politique. 1967. Vol. 17. № 2. P. 281.
6 Высшая каста традиционного малагасийского общества. Официально деление на касты было отменено с началом французской колонизации острова.
7 Verdier I. Op. cit. Р. 31.
8 FJKM - Fiangonan’I Jesosy Kristy eto Madagasikara.
IIIIIIIIIIHIIIIIII /6 1 IIIIIIIIHIIIIIIIII


Монпелье, затем теологию в Страсбурге (1954-1956 гг.). В 1956-1957 гг. получил степень лицензиата по филологии и истории, а также степень метриз по теологии и философии.
В годы учебы во Франции занялся политической деятельностью: был избран председателем Ассоциации студентов малагасийского происхождения (АЕОМ)9. В этом качестве принимал участие в Афро-азиатской конференции в Бандунге (Индонезия) в апреле 1955 г.
«Самый радикальный националист»10 11, Р. Андриамандзату выступил в 1956 г. против «закона-рамки»11, назвав его кабальным и ратуя за скорейшее достижение независимости даже ценой разрыва с Францией12.
В 1957 г., по окончании учебы во Франции, возвратился на Мадагаскар и стал пастором храма Амбухитантели в Антананариву (1957-2001 г.).
Р. Андриамандзату - один из активнейших участников Конгресса независимости Мадагаскара, состоявшегося в мае 1958 г. в Таматаве (ныне - Туамасина). После того как в сентябре 1958 г. на референдуме было принято решение о вхождении Мадагаскара во Французское сообщество, Р. Андриамандзату, призывавший голосовать против, основал Партию Конгресса независимости Мадагаскара - АКФМ13, имевшую левую направленность.
В 1959-1977 гг. - мэр Антананариву.
Преподавал в столичных теологических колледжах Амбухипуци, Ивату и Амбатунаканга. С 1959 г. - директор протестантского колледжа Расалама.
В 1960 г. на парламентских выборах избран депутатом от Антананариву. С 1977 по 1989 гг. - член Высшего совета революции (CSR)14.
22 марта 1989 г. подал в отстав ку с поста руководителя партии АКФМ-КДРСМ15 (как полагают, с целью реализовать президентские амбиции на предстоящих выборах), создал АКФМ-Обновленную16 и стал ее председателем. В конце 1980 - начале 1990-х годов Р. Андриамандзату - один из основных руководителей анти- рацираковского политического движения «Жизнеспособные силы» (ЖС)17. В частности, он занимал пост председателя Политического департамента ЖС, т. е. являлся «номером два» в оппозиционной иерархии. В 1991-1993 гг. - сопредседатель Комитета экономи9 АЕОМ - Association des étudiants d’origine malgache.
10 Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personnalités historiques. P.: Editions Sépia, Editions Tsipika, 2005. P. 35.
11 Французский закон, предусматривавший предоставление заморским территориям большей, но все же ограниченной автономии.
12 Ranaivoson D. Op. cit. Р. 35.
13 Antokon’ny Kongresin’ny Fahaleovantenan’i Madagasikara.
14 Conseil Suprême de la Révolution - один из шести конституционных органов власти Второй Республики (1975-1991 гг.), состоявший из 22 членов.
15 AKFM-KDRSM (AKFM - Komity Demokratika Manohana ny Revolisiona Socialista Malagasy) - АКФМ-КДРСМ (АКФМ - Комитет в поддержку малагасийской социалистической революции). Такое название АКФМ получила в 1976 г., войдя в правящий Национальный фронт защиты революции, объединявший 7 «разрешенных» партий.
16 AKFM-Fanavaozana.
17 Forces vives, или Негу velona.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii г oz и illuni


ческого и социального возрождения (CRES)18, парламентского консультативного органа «переходного периода».
На парламентских выборах 1993 г. вновь избран депутатом от Антананариву и председателем Национального собрания Мадагаскара (1993-1998), став тем самым по конституции вторым после президента высшим должностным лицом государства.
В 1996 г. принял участие в президентских выборах, однако занял лишь пятое место.
После 1998 г. не принимал активного участия в политической жизни страны, однако позиционировал себя - зачастую так и воспринимался - как гау-ашап- dreny19: мудрый, авторитетный старейшина.
Р. Андриамандзату занимал различные должности в международных и национальных церковных структурах (вице-председатель Всемирного совета мира с 1968 по 1989 гт., председатель Союза протестантских школ Антананариву в 1964 г. и др.). Получил звания почетного доктора академических учреждений Венгрии (1968 г.) и Чехии (1972 г.), награжден национальным орденом Мадагаскара высшей степени - орденом «Большого креста второго класса» (1998 г.).
Выдающийся оратор, хороший музыкант (пианист), художник, поэт и сценарист. Тонкий знаток вин.
Р. Андриамардзату был женат на Бау Рахантавулулуна Разафиндракутухаси- на (ум. 28 апреля 1994 г.), андриана по происхождению. Она получила высшее образование в Париже и стала первой женщиной-инженером на Мадагаскаре, вела активную политическую и общественную деятельность, в том числе по линии женских и религиозных организаций.
В семье Андриамандзату - трое сыновей и дочь. Все четверо получили высшее образование в СССР, играют заметную роль в общественно-политической жизни Мадагаскара. Так, Ни Хасина Андриамандзату пошел по стопам отца - в политику. Родился 20 июля 1962 г. в Антананариву. В 1987 г. закончил МГУ им. М.В. Ломоносова. Занимался бизнесом в сфере текстиля и трикотажа. В 1993-2002 гг. - госсекретарь, затем министр почт и телекоммуникаций. В 1998-2002 гг. - депутат Национального собрания от партии АКФМ-Об- новленная. В 2006 г. принимал участие в декабрьских президентских выборах (занял шестое место). В 2007-2009 гг. - один из руководителей мэрии Антананариву. В 2009-2010 гг. - министр иностранных дел Мадагаскара.
А.В. Козвонин
Сочинения Р. Андриамандзату
Le tsiny et Ie tody dans la pensée malgache. P.: Présence africaine, 1957.
Fitiavan-Tanindrazana. Tantara fampiseho an- dampihazo misy fizarana telo. [Б. m.|, 1967.
Rakoto. [Б. m.], 1973.
Ilay mahery fo. [Б. m.|, 1976.
Feo roa vavolombelona - Témoignage à deux voix // Bulletin de Г Académie Malgache. N.s. 66, 1-2. Antananarivo, 1988. P. 37- 44.
L’Anthropocratie ou Le devenir de l’humanité (Le cas de Madagascar). Antananarivo: Editions Grama, 1995.
Ny Lalan’Andriamanitra: antso ho an’ny firene- na. Antananarivo, 2005.
Литература
Rajemisa Raolison R. Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa: Librairie Ambozontany, 1966.
18 CRES - Comité de redressement économique et social.
19 Доел, «отец и мать».
hiiiiiiiiiiiiiiiii /ОД IIIIIIIIIIIIIIIHII


Rajoelina P. Quarante années de la vie politique de Madagascar 1947-1987. P.: L’Harmattan, 1988.
Rajoelina P., Ramelet A. Madagascar, la Grande Ile. P.: L’Harmattan, 1989.
Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personnalités historiques. P.: Editions Sépia; Editions Tsipika, 2005.
Ravaloson J. Transition démocratique à Madagascar. P.: L’Harmattan, 1994.
Spacencky A. Regards sur l’évolution politique malgache 1945-1966 // Revue française de science politique. 1967. Vol. 17. №. 2. P. 263-285
Verdier L Madagascar. 100 hommes de pouvoir. P.: Indigo Publications, 1995.
V.S.L. ( Vu.Su.Lu.) Dossier spécial «Fantatrao ve ireo depiote? Les députés de Madagascar». [Б.М.] [Б.Д.]


АНДРНАНАМПУЙНИМЕРННА
ANDR1ANAMPOIN1MER1NA ок. 1740-1810
Объед и н i пел ь И мерин ы, рас положенной на Высоком плато в центре Мадагаскара, основы будущего Малагасийского государства.
Родился около 1740 г. в местечке Калуй на севере Имерины, получил имя Рамбуасалама (доел, «здоровая собака»), так как появился на свет, но мнению малагасийских астрологов, в чрезвычайно благоприятный день. В детстве ему постоянно внушали, что он тот самый человек, кто станет правителем единой Имерины, и Андрнанампуйнимернна поверил в свою судьбу. В 1787 г. он стал правителем вождества Амбухиманга, его право на власть признали не только в соседних вождествах, но и в государственных образованиях сакалава западного и восточного побережья Мадагаскара. Андрнанампуйнимернна женился на дочери правителя Антананариву (культурно-религиозного центра всех мерина), отдав ему в жены свою сестру, получив, таким образом, с точки зрения традиционного общества, законное право на объединение. Затем он приступил к укреплению границ своего вождества, основывал новые деревни, приглашал на свою территорию крестьян, подавлял восстания, заключал соглашения с главами линиджей соседних вождеств о совместном ведении войны. Андриа- нампуйнимерина обнародовал свои планы и дал им идеологическое обоснование: «Королевство принадлежит мне. Я объединю всю Имерину в соответствии с предсказанием Андриамасинава- луны (первый объединитель Имерины. - А. £.): ребенок со светлой кожей, прибывший с северо-востока, станет единственным хозяином этой земли. О, народ, я и есть этот ребенок»1.
Первым шагом Андрнанампуйниме- рины стало реформирование «армии». Он создал для своей охраны отряд в 70 человек, пользовавшихся полным его доверием, из которых он впоследствии назначал вадинтани во вновь завоеванные районы. Поводом для начала войны и захвата Антананариву стало неточное выполнение брачных обрядов. После захвата столицы и смерти ее правителя сын правителя признал суверенитет Андрпа- нампуйиимерины. Одной из мер по укреплению обороноспособности и наведения порядка стал запрет производства, продажи и употребления алкоголя под угрозой продажи в рабство всей семьи.
Следующим направлением законов стало вождест во Аласура. Андрианам- пуй ни мерина попытался осуществить это мирным путем, но во время переговоров был ранен выстрелом в колено и до конца жизни хромал. Затем он осадил хорошо укрепленный город Амбатуманга и после двухдневного штурма захватил 1 Callet F. Histoire des Rois. Tananarive: Académie Malgache, 1958. P. 3-31.
iiiiiitiiiiiiiiiiii /0Д iiiiiiiiiiHiiiiiii


его. Несмотря на ожесточенное сопротивление, Андрианампуйнимерина не вырезал его население и даже не обратил в рабство, как требовали того обычаи ведения войны. Он создавал государство, единство которого укреплялось массовым террором на завоеванных территориях против тех, кто не признавал легитимность его власти. После покорения Амбатуманги многие правители мелких вождеств и главы линиджей предпочли подчиниться мирным путем.
Следующей целью стало крупное вождество Маруватана. Андрианампуйнимерина женился на сестре его правителя Рабехети, которая стала матерью Радамы I. Брак не принес желаемого политического результата. Война длилась 7 лет. Андрианампуйнимерина прибег к обычному для его политики способу - подкупу традиционной знати и влиятельных представителей простонародья. Сопротивление постепенно ослабевало, затем прекратилось, хотя на окончательное подчинение ушло несколько лет.
Вне рамок государства осталась только южная Имерина. Войска ее правителя Андриамаруманумпу были достаточно многочисленны, хорошо вооружены и боеспособны. Тогда Андрианампуйнимерина вновь воспользовался хорошо зарекомендовавшим себя приемом. Он посылал послов и подарки всем, кто обладал политическим и экономическим весом. В результате было выдвинуто требование к Андриамаруманумпу, чтобы он женился на одной из дочерей Андриа- нампуйнимерины. Он пообещал правителю южной Имерины рассматривать его наравне со своими сыновьями как своего преемника. После того как Андриамаруманумпу прибыл к Андрианам- пуйнимерине, он оказался на положении заложника. Ему не разрешили поселиться в Антананариву или вернуться в южную Имерину, где он мог организовать сопротивление, а также предоставили почетный эскорт, который по своей сути выполнял функцию тюремщиков.
Через несколько лет Андриамаруманумпу был тайно убит и похоронен без исполнения подобающих его статусу похоронных обрядов, что возмутило ма- нисутра. Они были высшим сословием потомков черных рабов из Африки, их численность достигала 2000-3000 человек. Хотя ни знать, ни простонародье не присоединились к манисутра, которые были хорошо вооружены и организованы, они приняли решение захватить Антананариву, надеясь поставить во главе южной Имерины одну из жен Ан- дрианампуйнимерины, Равау, или одного из двух ее сыновей. Во время штурма решающую роль сыграла пушка осажденных и их более современное огнестрельное оружие. Манисутра, потеряв до трети своего отряда, отошли к городу Амбухидзуки. Андрианампуйнимерина осадил его, но не смог захватить. Тогда он приказал умертвить Равау и двух ее сыновей, после чего манисутру прекратили сопротивление. Андрианампуйнимерина разрушил до основания город и запретил проживание в нем. После этого он стал единоличным правителем Имерины в границах, в которых правил Андриамасинавалуна. В 1801-1807 гг. Андрианампуйнимерина присоединил раннегосударственное образование бецилеу, а два сына его правителя вошли в традиционную знать мерина. С покорением бецилеу в основном закончились территориальные приобретения2.
Вопреки широко распространенному во французской колониальной историографии мнению, что объединение Имерины шло только военным путем, путем жестокого террора, необходимо отметить, что по сравнению с аналогичными африканскими государствами (например, Эфиопия) объединение 2 Ibid. Р. 37-211.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii ( ОО iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Имерины происходило в большей степени «дипломатическим» путем, путем заключения договоров, подкупа, угроз, шантажа, тайных убийств, матримониальных действий, и лишь в крайних случаях применялась военная сила. Это привело к тому, что традиционное общество, а впоследствии и устная традиция признали законность и правомерность приобретений Андрианампуйни- мерины. Земли, им объединенные, стали единым целым, основой будущего Малагасийского государства.
Андрианампуйнимерина разделил Имерину на 6 провинций. Столицей стала Антананариву, Амбухиманга превратилась в закрытый священный город, где хоронили членов семьи правителя. Провинции делились на менакели и менабе, низовой базовой ячейкой была фукунулуна. Менабе управлялись непосредственно представителями Андриа- нампуйнимерины, менакели возглавлял правитель, выходец из местной традиционной знати.
Устная народная традиция и Раум- бана - единственные источники по этому периоду, за исключением нескольких малоинформативных и противоречащих друг другу европейских упоминаний - приписывают правителю Имерины многочисленные действия по упорядочиванию государства и общества. Некоторые из них действительно могли быть инициативой Андрианампуйнимерины, другие - лишь получили свое завершение в этот период. Тем не менее, историографией принято относить их к его правлению. Прежде всего - это окончательное структурирование общества мерина: традиционная знать, свободные и рабы. Каждая из структур имела внутреннюю градацию. При этом сохранялся один из основополагающих принципов традиционного общества - несовпадение политического положения, экономического статуса (богатства) с участием в общественной жизни (инициации, брак, похороны, отправление религиозных обрядов и т. д.). Представители «новой элиты», например приближенные рабы правителя, были вынуждены селиться отдельно, в специально отведенных для них местах.
Власть правителя ограничивалась только традицией, это распространялось и на знать. Окончательно оформился кодекс законов, регулировавших все стороны жизни, но он существовал в устной форме, отчего был не менее обязательным. Часть регулярных нефиксированных подношений правителю превратилась в подушный и поземельный налоги. Законодательство регулировало работу рынков, торговлю, перемещение товаров. Власти на всех уровнях были обязаны обеспечивать безопасность торговли.
Андрианампуйнимерина умер в 1810 г. (хотя имеются данные о его смерти с 1809 по 1813 гг.). Одним из важнейших событий последних дней его жизни стало его «политическое завещание». За несколько дней до смерти он пригласил всех родственников, представителей традиционной знати, всех более или менее важных лиц, назначил Рада- му своим преемником и призвал всех подчиняться законам, установленным предками, и распоряжениям нового правителя. Андрианампуйнимерина завещал своему преемнику расширять государство, объединить под своей властью весь Мадагаскар, «только море должно стать границей твоего рисового поля»3. По некоторым европейским источникам, до назначения преемника он приказал убить одну из своих жен и нескольких сыновей, которые, с точки зрения традиционного общества, имели законное 3 Ibid. V. 4. Р. 899-902


право на власть, так как не хотел, чтобы после его ухода из жизни началась война между наследниками4.
«Политическое» завещание Андриа- нампуйнимерины выходило за рамки представлений традиционного общества, основанном на прецеденте, на том, что было раньше. Пока речь шла об Имерине, он мог опираться на авторитет Андриа- масинавалуны, центростремительные тенденции понятны и существуют, хотя бы в зародыше, в любом из известных нам обществ. Но призыв к объединению всего острова необычен для малагасийского общества начала XIX в.
АЛ. Емельянов
Литература
Емельянов АЛ. Внешняя политика Малагасийского государства в XIX веке. Tl. М.: МГИМО-Университет, 2004.
Callet F. Histoire des Rois. T. 3, 4. Tananarive: Académie Malgache. 1958.
Raombana. Histoire 1. Fianarantsoa: Librairie Ambozontany, 1980.
4 Unienville (d’) B. Statistique de Ille Maurice et ses Dependances. T. 3. P.: Gustave Barba, 1838. P. 287.


ГЭБРЭ-ИЕСУС АФЭУОРК
10.XII.1868-25.IX.1947
Один из наиболее ярких деятелей эфиопского просветительства, писатель, дипломат, основоположник национальной художественной литературы.
Родился на полуострове Зэге озера Тана. Выходец из знатной семьи, получил традиционное образование в церковной школе. В 1887 г. благодаря поддержке дипломатического представителя Италии при дворе императора Менели- ка II графа Пьетро Антонелли, Афэуорк отправился в Италию, где прожил несколько лет, занимаясь главным образом изучениемами филологии в одном из университетов Турина. Большое внимание он уделял также овладению основами живописи, что по возвращении домой позволило ему получить заказ на роспись одной из церквей в Энтото.
В 1894 г. Менелик отправил на учебу за границу первую группу молодых людей. Среди них был и Афэуорк, который продолжил образование в Италии. Знания, полученные в европейских университетах, значительно расширили его кругозор. Мало кто из эфиопов разбирался так хорошо в вопросах филологии, искусства и философии.
Жизнь в Италии пришлась ему по вкусу. Женившись на итальянке, Афэуорк на много лет обосновался в Неаполе. Именно в этот период, с 1902 по 1912 г., он создал пять своих произведений, принесших ему известность: грамматику амхарского языка, путеводитель по Эфиопии, первый роман в эфиопской
llinilllllllllllN 769 литературе, историю Менелика и исследование о глаголе в системе амхарского языка. Поскольку в самой Эфиопии еще не имелось собственных типографий, все работы Афэуорка были изданы в Европе.
Особое место в творчестве Афэуорка занимают две работы. Своим романом «Либб волэд тарик» («История, рожденная сердцем») он положил начало развитию в Эфиопии современной художественной литературы. Само название этого произведения закрепилось в амхар- ском языке в значении «художественная литература».
Мировоззрение Афэуорка, его взгляды на собственную страну и внешний мир наиболее полно отражены в другой его работе - «Путеводителе по Эфиопии», опубликованной в Риме в 1908 г. на французском языке. Для молодых эфиопов, получивших возможность побывать в Европе, в том числе и для Афэуорка, особенно болезненным было восприятие той чудовищной социально- экономической отсталости Эфиопии, которая проявлялась на фоне европейских стран. В своем «Путеводителе» Афэуорк выступает как сторонник прогресса и яростный обличитель тех эфиопских традиций, которые тянут страну назад.
Написаное в форме диалога европейского путешественника и эфиопа, это произведение касается широкого круга вопросов, начиная с отношения в Эфиопии к обуви и кончая государственным


устройством страны. Большое место в нем занимает проблема заимствования европейских идей и обычаев и отношения к ним населения Эфиопии. В качестве примера можно привести такой отрывок: «Вы, так много понимающий во всем, что касается Европы, видимо, пользуетесь большим авторитетом среди своих земляков», - интересуется путешественник. «Напротив, - отвечает ему собеседник- эфиоп, - в моей стране я считаюсь самым невежественным человеком, особенно когда я говорю о кажущихся всем невозможных вещах, о которых я узнал от европейцев». - «Неужели? Почему?» — «Помню, как однажды я сказал, что земля вертится, а солнце стоит на месте. Слушавшие меня заметили, что крутится не земля, а моя голова... соболезнующим тоном они говорили друг другу, что пребывание в Европе повредило мой ум, вместо того чтобы развить его». Приведя другие аналогичные примеры, эфиоп с горечью заявляет: «Отныне, если кто- нибудь из моих земляков скажет мне, что муха больше слона, я отвечу, что да, муха - самое крупное животное в мире!»1
Знания, полученные в Европе, позволяли таким людям, как Афэуорк, видеть недостатки и в системе управления государством и в законах в целом. Характеризуя правящий класс Эфиопии, Афэуорк пишет: «Власти едят, спят и жиреют подобно пасхальным баранам за счет бедного населения, которое они постоянно и безжалостно грабят». Афэуорк справедливо усматривает причины отсталости своей страны в ее социально- экономической системе, подчеркивая, что «до тех пор, пока будет существовать феодальная система, не восторжествуют ни равенство, ни свобода»1 2.
После возвращения на родину Афэуорк Гэбрэ-Иесус поступил на государственную службу. В Эфиопии было мало людей с таким уровнем образования и знанием европейских реалий, поэтому власти страны, как правило, старались использовать их интеллектуальный потенциал в своих интересах. В 1918 г. Афэуорк по приказу императрицы Зоудиту возглавил торговую делегацию в США, потом получил назначение на должность начальника таможни в Дыредауа, возглавлял в Аддис-Абебе специальный суд по разбору споров между местными жителями и иностранцами, в 1931-1935 гг. был дипломатическим представителем Эфиопии в Италии.
Афэуорку так и не удалось претворить в жизнь свои прогрессивные идеи, направленные против ненавистной ему феодальной системы, на которой в Эфиопии основывался весь уклад политической и социально-экономической жизни. Постепенно он все больше становился италофилом. Афэуорк искренне верил в «цивилизаторскую миссию» Италии в Эфиопии, о которой постоянно трубила официальная итальянская пресса. Он считал, что завоевание итальянцами Эфиопии будет способствовать искоренению феодальной отсталости страны и ее продвижению по пути прогресса. Все это привело к сотрудничеству Афэуор- ка с колониальной администрацией в период итальянской оккупации в 1936- 1941 гг. В этот период он занимал несколько административных постов, важнейшим из которых был пост председателя суда по делам местного населения. В своих газетных публикациях Афэуорк неоднократно выступал в поддержку оккупационных властей и с критикой в адрес императора Хайле Селассие I и движения эфиопского Сопротивления.
Понятно, что освобождение Эфиопии от оккупантов и возвращение в стра1 Цит. по Pankhurst R. Economic History of Ethiopia 1800-1935. Addis Ababa, 1968. P. 675.
2 Ibid.
iiiiHiiiiiiiitnii f f U mu


ну императора самым пагубным образом сказались на судьбе Афэуорка. Вместе с другими коллаборационистами он был предан суду за измену. Суд первоначально вынес ему смертный приговор, который затем был заменен на пожизненное заключение. Последние годы жизни Афэуорк провел в тюрьме города Джимма на юго-востоке страны, где и скончался, фактически почти слепой, 25 сентября 1947 г.
Несмотря на такой бесславный конец в историю Эфиопии Афэуорк Гэбрэ- Иесус вошел не как коллаборационист, а как родоначальник эфиопской художественной литературы, как один из первых представителей нарождавшейся эфиопской интеллигенции, выступавшей против эфиопского феодализма. Его литературное наследие пользуется популярностью в стране и по сей день.
Сочинения Гэбре-Иесуса
Dawit Zatahatma Babhera (Псалмы Давида). Rome, 1902.
Manuale di conversazione italiano-amarico.
Rome, 1905.
Grammatica della lingua amarica. Rome, 1905.
Lebb wallad tarik (История, рассказанная сердцем). Rome, 1908.
Guide du voyageur en Abyssinie. Rome, 1908.
Dagmawi Menelik Negus Negast Zaityopia (Биография Менелика II, царя царей Эфиопии). Rome, 1909.
Il verbo amarico. Rome, 1911.
Литература
Bahru Zewde. Pioneers of Change in Ethiopia. The Reformist Intellectuals of the Early Twentieth Century. Addis Ababa, 2002.
Вольпе M. Литература Эфиопии. M.: Зебра E., 2003.
Г.В. Цыпкин


АФЭУОРК ТЭКЛЕ
22 . X. 1932 г.
Известный эфиопский художник. Родился в городе Анкобер провинции Шоа. Его детство пришлось на годы итальянской оккупации и борьбы эфиопов за свою независимость. После войны, в 1947 г., он был включен в группу молодых людей, которых правительство Эфиопии отправило на учебу за границу. Император Хайле Сслассие I, присутствовавший на церемонии прощания, напутствовал будущих специалистов: «Вы должны упорно трудиться. Когда вы вернетесь на родину, не рассказывайте нам о том, какие высокие здания вы видели в Европе, по каким широким улицам ходили. Вы должны вернуться, усвоив навыки и понимание того, как перестроить Эфиопию».
Предполагалось, что юноша будет изучать в Англии горное дело. Однако к тому времени его художественный талант был уже столь очевиден, что за границей наставники посоветовали ему серьезно учиться живописи и ваянию. Афэуорк Тэкле поступил в Центральную школу искусств и ремесел в Лондоне, а позднее стал студентом Школы изящных искусств Слэйда Лондонского университета - самого престижного высшего учебного заведения Великобритании в области живописи и ваяния.
После завершения учебы в 1954 г. он вернулся на родину, где ему была предложена должность в одном из министерств. Однако карьере чиновника он предпочел самостоятельную творческую iiiiiiiiiinniiiii / /2
работу. Вскоре в Аддис-Абебе состоялась персональная выставка молодого художника, первое мероприятие подобного рола в послевоенной Эфиопии. 11а вырученные от продажи картин средства в последующие два года он совершил несколько поездок в Европу, где освоил технику изготовления цветных витражей. Традиционное эфиопское искусство - еще одна область, исследованию которой в то время было отдано немало сил. Он изучал коллекции старинных иллюстрированных манускриптов в Британской библиотеке в Лондоне, Национальной библиотеке в Париже и Библиотеке Ватикана в Риме.
В середине 1950-х годов Афэуорк Тэкле открыл студию в Национальной библиотеке Эфиопии. По заказу правительства он около четырех лет занимался декоративной росписью собора Святого Георгия в Аддис-Абебе, одного из наиболее значительных культовых сооружений Эфиопии, и выполнил мозаичные работы. К этому периоду относится и сооружение памятника национальному герою расу (князю) Мэконныну в городе Харар на востоке страны. Там же он создал несколько витражей с изображением известных эфиопских военачальников прошлого для Военной академии. Полученный во время этой работы опыт позволил приступить к выполнению более масштабного проекта. В 1958 г. по его дизайну были изготовлены витражи из цветного стекла общей площадью
1)11111111111111)1)


150 кв.м, для Дома Африки, представительства Экономической комиссии ООН по Африке - крупнейшей международной организации, расположенной в Аддис-Абебе. Тема этой впечатляющей работы - трагическое прошлое африканских народов, борьба за независимость в настоящем и надежды Черного континента на будущее.
Тема антиколониальной борьбы занимала большое место в раннем творчестве художника. На рубеже 1950- 1960-х годов он создал крупные станковые работы «Хребты африканской цивилизации», «Африканское освободительное движение», «Дух Африки», «Африканское единство», «Наследие Африки». Последняя работа была написана для Экспо-67 в Монреале и после закрытия этой международной выставки передана в постоянную экспозицию Национального музея Эфиопии в Аддис-Абебе. К этому же периоду относятся портреты лидеров африканского национально- освободительного движения - премьер- министра Конго Патриса Лумумбы и Кваме Нкрумы, первого президента независимой Ганы.
К началу 1960-х годов репутация Афэуорка Текле как самого значительного национального художника Эфиопии не вызывала сомнений. Он плодотворно работал в разных жанрах. Его рисунки, картины маслом и акварелью, витражи, скульптуры, настенная роспись, дизайн марок, национальных костюмов отличались ярким своеобразием и завоевывали всеобщее признание. В 1961 г. в АддисАбебе состоялась ретроспективная выставка, на которой публика впервые увидела полотно «Цветок мэскэля», признанное одним из высших достижений Афэуорка-живописца. Эта работа наряду с картиной «Мать-Эфиопия» (1963) стала одним из наиболее зримых национальных символов страны.
Творческие поездки в разные страны, участие в многочисленных выставках и престижных художественных форумах (например, в Первом фестивале негритянского искусства в Дакаре в 1965 г.) принесли художнику международную известность. В последующие годы произведения Афэуорка Тэкле выставлялись в десятках стран на всех континентах, неизменно удостаиваясь высокой оценки профессиональных критиков и простых любителей искусства.
В 1964 г. Афэуорк Тэкле стал лауреатом учрежденной императором Хайле Селассие I национальной премии за достижения в области изящных искусств. В дипломе лауреата особо отмечалось, что премия присуждена «за выдающиеся рисунки, живописные полотна, пейзажи и портреты, в которых красноречиво выражено своеобразное видение окружающего мира, а также за то, что одним из первых художник использовал современные приемы творчества применительно к эфиопской тематике и содержанию».
Заметной вехой творческой биографии Афэуорка Тэкле стала персональная выставка в Москве, состоявшаяся в 1964 г., с последующим лекционным туром по городам Советского Союза. В дальнейшем, в 1980 и 1987 гг., в СССР с успехом прошли еще две его персональные выставки. В 1983 г. художник первым из африканских деятелей искусства стал почетным членом Академии художеств СССР, а в 1992 г. - почетным членом Российской академии художеств.
В 1970-е годы Афэуорк Тэкле создал ряд монументальных работ, посвященных многовековой истории родной страны, ее богатому культурному наследию. К ним относятся настенные росписи больницы Святого Павла в Аддис-Абебе, монастыря в Дебрэ Либаносе, католического собора в городе Адиграт (провинция Тиграй). В основу этих композиций положены библейские мотивы («Страшный суд»), а также житие святого Тэкле Хайманота, основателя Дебрэлибанос- ской обители. Многие работы навеяны iiiiiiiiiiiiiiiiiii /о iiiiiiiiiiiiiiiiiii


впечатлениями от поездок по разным областям страны.
Свержение эфиопской монархии в 1974 г. и затем приход к власти военной хунты во главе с Мэнгисту Хайле Ма- риамом не повлияли на личную судьбу Афэуорка Тэкле, хотя новая идеологическая атмосфера в стране не могла не привести к смещению некоторых акцентов в его творчестве. Художник откликнулся на изменившуюся обстановку, однако масштаб таланта не позволил ему стать заложником прямого социального заказа властей.
Среди наиболее значительных произведений периода политической нестабильности следует отметить триптих «Единство», состоящий из полотен «Разобщенность человечества», «К единству человечества» и «Символ единства человечества», за которые в 1977 г. художник был удостоен золотой медали Международного фестиваля искусств в Алжире. В бурные годы перемен, вызванных острым гражданским противостоянием, им созданы состоящее из 6 частей монументальное полотно «СвободаЭфиопии» и стенная роспись «Победа Эфиопии» в Мемориальном центре героев в городе Дэбре Зейт. Патриотический пафос определяет тональность таких картин, как «Защитники страны», «Стремление к высокому», «Труженицы Эфиопии», «Голуби мира», «Эфиопская Нефертити», «Портрет матери».
Международная известность Афэуорка Тэкле продолжает расти. Его творчество в разных странах отмечено многочисленными престижными наградами, среди которых ордена «За заслуги» (Сенегал, 1965), «За достижения в искусстве» (Франция, 1970), большой орден «За заслуги в искусстве» (Египет, 1974), орден Святого Сильвестра за достижения в африканском искусстве (Ватикан, 1978), орден Кирилла и Мефодия (Болгария, 1988) и многие другие. В 1981 г. «Автопортрет» Афэуорка Тэкле был включен в постоянную экспозицию флорентийской Галереи Уффици. Ранее такой чести не удостаивался никто из африканских художников. В 1997 г., завоевав диплом лауреата художественного конкурса на Биеннале во Франции, он стал членом Французской международной академии искусств. В 2000 г. на XXVII международном конгрессе «Миллениум» в Вашингтоне Афэуорк Тэкле удостоился почетного звания «Мировой лауреат Американского биографического института». В 2004 г. на Международном конгрессе по науке, культуре и искусствам в Дублине он был награжден орденом «Бриллиант да Винчи» за «вклад в развитие гуманитарного знания и современного искусства». На том же форуме в знак признания его заслуг «в укреплении мировой гармонии и развитии мирового искусства» американская благотворительная организация «Объединенная культурная конвенция» наградила художника специальным призом «За доблестное служение искусству».
Несмотря на преклонный возраст, Афэуорк Тэкле продолжает плодотворно работать. 23 мая 2009 г. 77-летний мэтр женился. Свадебная церемония прошла в Соборе Святого Георгия в АддисАбебе. Он живет в Аддис-Абебе на вилле «Альфа», построенной по собственному архитектурному проекту. Резиденция художника давно является достопримечательностью эфиопской столицы, став, по сути дела, культурным центром, в котором находится значительная часть его произведений.
М. Л. Вольпе
iiiiiiiniiiiiiiiii / в Ч IIIIIIIIHIIIIIIIII


Литература
Tseday Alehegn. Painting Liberation & Dignity: Maitre Afewerk Tekle’s Odyssey as a World Renowned Artist. Tadias online Ethiopian- American magazine. 2003 // http://www. tadias.com/v 1 n7 /coverstory.html.
Tseday Alehegn. Afewerk Tekle: His Brush is Stronger than the Machine Gun. Tadias. August 17th, 2008// http://www.tadias. com/08/17/2008/afewerk-tekle-his-brush- is-stronger-than-the-machine-gun/.
Презентация картин A. T3KJie.//http://wwrw. youtube.com/watch?v=wnuOkPNnOAI


Абдул Рахман Мохаммед БАБУ
Abdul Rahman Mohammed Babu
22.IX.1924 - 5.VIII.1996
Одна из ключевых фигур революции 12 января 1964 г. на Занзибаре.
Долгожитель в танзанийской политике, Бабу (почти ровесник Дж. Ньерере), в отличие от некоторых других занзибарских лидеров «первой волны» после январской революции, не затерялся, даже несмотря на почти шестилетнее пребывание в тюремных застенках (1972- 1978 гг.). В течение долгих лет Бабу был мощной и авторитетной фигурой не только на Занзибаре, но и в Танзании и на африканской политической арене.
Противники его боялись, считая «прокоммунистом»и проводником «коммунистической идеологии» в регионе. Сторонники и даже политические соперники отдавали ему должное за непримиримость в борьбе против колониализма, империализма и неоколониализма. Он вызывал симпатии у многих, обладал харизмой, к нему тянулась молодежь.
Встретившись с «зубастым арабом с мальчишеской улыбкой», писал кенийский журналист об уже 40-летнем Бабу: «...Узнать, что за личность скрывается за внешним обликом этого человека, не так просто. Бесспорно, упоминание о нем как об арабе вполне справедливо. Бабу - уроженец Занзибара и полуараб. Зубастый? Да! К тому же у него довольно впечатляющие моржовые усы»1.
Природа не обделила его способностями. Это был лидер, организатор, пропагандист, трибун, умевший зажечь других своими идеями. Кем он только не был - ученый, исследователь, публицист, революционер. И это всё - Бабу.
На языке суахили «babu» - это, в частности, «дед», «дедушка», а также - «руководитель». Такое прозвище якобы дал ему в детстве некий индиец - торговец в Занзибаре. Но вероятнее всего, что получил его уже взрослый Абдул вскоре по возвращении из Англии, в конце 1950-х годов, когда на Занзибаре разворачивалось политическое движение. Своими действиями он вполне соответствовал второму из указанных выше значений прозвища, а первое ассоциировалось, видимо, с его «моржовыми усами».
Абдул Рахман Мохаммед родился 22 сентября 1924 г.1 2 в г. Занзибар. По национальности он полуараб-полукоморец (выходец с Коморских островов), по вероисповеданию мусульманин. Достоверных сведений о родителях обнаружить не удалось; видимо, они были достаточно состоятельными, коль скоро Абдул Рахман получил полное среднее образова1 Из обширной статьи-очерка «Бабу. Следующий ход?», // Flamingo. Nairobi. 1966. February, опубликованного в ежемесячном журнале “Flamingo”. Nairobi. February 1966 (перевод с англ. - автора).
2 Именно таково его имя. С конца 1950-х гг. более известен как «Бабу», «Абдулрахман Мохаммед Бабу» и «А.М. Бабу» (прим. авт.).
lIHIIHIIIIItlllll //О iiiitiiiHiiiiiiiii


ние (платное, 12 классов) в центральной школе г. Занзибар, дававшее право на поступление в высшие учебные заведения, например, в Англии. На Занзибаре это удавалось немногим.
В 1944-1950 гг. работал клерком в Ассоциации производителей гвоздики на Занзибаре, объединявшей владельцев гвоздичных плантаций. В основном это были лица арабского происхождения. Эта прослойка во главе с султаном стояла на верхней ступеньке социальной лестницы занзибарского общества, ее представители формировали правящую верхушку в султанате - протекторате Великобритании.
В 1951 г. Бабу уехал в Англию. В течение шести лет работал клерком в почтовом отделении, затем чиновником в одном из банков Лондона. Посещал вечерние курсы по философии, а также курсы при Литературном институте. Получил дипломы по английской литературе, социальной психологии и журналистике.
«Годы моего роста и становления, - говорил Бабу, - прошли там. С 1951 по 1957 год жил в Марбл Арч, затем в Нот- тинг Пипл Гейт, а потом в доме-лодке в Челси... Я жил вместе с австралийцем, и каждую субботу мы организовывали великолепные вечеринки»3.
В Лондоне, в этом, как считалось тогда, «рассаднике» интеллектуалов из колоний Британской империи, Бабу встречался со многими видными деятелями английского рабочего движения, посещал собрания и участвовал в дискуссиях, устраиваемых организациями и партиями разного толка - анархистами, троцкистами, Социалистической партией и компартией Великобритании, постигая таким образом азы политической науки.
Он дружил с Энрюином (Ню) Биве- ном (1897-1960), известным уэльсским социалистом, министром по делам колоний в теневом кабинете лейбористов, который, по словам Бабу, «очень вдохновлял студентов из колоний»4. Некоторое время являлся секретарем Движения за освобождение колоний - организации, председателем которой был Феннер Брокуэй (1888-1988), видный деятель Лейбористской партии.
Говоря о своем твердом решении никогда не вступать в компартию, он, тем не менее, отмечал: «Я находил их (коммунистов. - О. Т.) аргументы стимулирующими работу мысли. Иногда я почти физически ощущаю потребность в подобных вещах»5.
К лондонскому периоду относится и проба пера Бабу на ниве публицистики. Когда принцесса Маргарет отправилась с визитом на Занзибар, Бабу опубликовал статью в «Трибюн», в которой заявил, что ей покажут не то, что она должна увидеть, что «принцесса не увидит настоящий Занзибар»6. В изданиях левого толка печатаются статьи Бабу о воздействии на его поколение победы Кваме Нкрумы в Гане в 1956 г., «которая стала возможной после революции в Китае, победы Вьетминя над французами под Дьенбьенфу и Алжирской революции». Он считал важным создание «массовой политической партии» в борьбе с колониализмом7.
Публикации Бабу, его сотрудничество с «Бритиш Юнайтед Пресс» и Агентством печати Среднего Востока привлекли внимание агентства «Синьхуа». Китайцы предложили ему стать стрингером в странах Восточной Африки, коим он и являлся вплоть до 1964 г.
3 Бабу. Следующий ход?...
4 Там же.
5 Там же.
6 Там же.
7 Amin S. А.М. Babu. Memorial Lecture (1996) H http://www.ambabu.gn.apc.org/biography.htm
hiiiiiiiiiiiiiiiii / /V hiiiiiiiiiiiiiiiii


Входил также в состав редколлегии про- пекинского журнала «Революсьон», издаваемого в Париже и предназначенного для распространения в Африке, Азии и Латинской Америке.
Многолетнее пребывание Бабу на Британских островах способствовало формированию его мировоззрения. Но он не стал догматиком, его политические взгляды и идеологические позиции менялись соответственно изменявшейся внутриполитической обстановке на его родине.
В мае 1957 г. 33-летний Бабу вернулся на Занзибар. Позднее он вспоминал: «Почти 6 месяцев по возвращении на Занзибар я не мог прийти в себя. О чем особенно сожалел, это о спорах, о дискуссиях. Мы в африканских странах лишены кипящей интеллектуальной жизни»8. Но Занзибар к тому времени отнюдь не был «лишен» политической жизни. На островах набирало силу антиколониальное движение, вовлекавшее различные этнические группы, каждая из которых формировала собственные политические организации. И на этом поле Бабу очень скоро сумел проявить себя, используя богатый «лондонский багаж».
Вступив в Националистическую партию Занзибара (НПЗ), представлявшую интересы арабского меньшинства населения страны и тесно сотрудничавшую с колониальной администрацией (лидер - Али Мухсин, один из крупнейших землевладельцев), он стал инициатором создания в 1958 г. «Собственного союза молодежи» - молодежной секции НПЗ. Организовал издание газеты союза - «Sauti уа Vijana» («Голос молодежи», на суахили) во многом благодаря финансовой подпитке из Пекина. Состоял членом Ассоциации редакторов газет на Занзибаре. В 1961 г., будучи корреспондентом «Синьхуа», приступил к изданию ежедневного бюллетеня «Заньюс»9.
Л идерские качества Бабу были оценены руководством партии. Вскоре он становится секретарем, а в середине 1959 г. - генеральным секретарем НПЗ. В декабре 1959 г. создает ее профсоюзное крыло - Федерацию прогрессивных профсоюзов (ФПП) - в «противовес» созданной партией африканцев Афро-Ширази (АШП) полугодом ранее Федерации труда Занзибара и Пембы (ФТЗП), более крупной организации (она объединяла свыше 10 тыс. человек, а ФПП - около 3 тыс.).
Ближайшие сторонники Бабу, как, например, Али Махфуд, считали, что лишь с его возвращением на Занзибар в 1957 г. НПЗ приобрела несколько иной политический характер. В руководстве партии возникло левое крыло, в которое входили Бабу и другие молодые партийцы и профсоюзные деятели, многие из которых обучались в соцстранах10 11.
В конце 1950-х годов имя Бабу становится известным и за пределами Занзибара. Так, в сентябре 1958 г. на I конференции PAFMECA11 в Моши (Танганьика), в которой участвовали представители Кении, Уганды, Занзибара и Ньясаленда, секретарем одного из комитетов - Комитета освобождения (председатели - Дж. Ньерере и кениец 8 Бабу. Следующий ход?...
9 Zanews (Zanzibar News Service). Тираж достигал 1000 экз. (300 - на англ, и 700 - на суахили. - Прим. авт.).
10 АН Mahfudh Mohammed, Mohammed Ali Foum. Forge Ahead to Emancipation. Havana, 1963. P. 5. Махфуд учился некоторое время на Кубе, куда его направил Бабу, и изучал, по-видимому, военное дело: вскоре после революции 12 января 1964 г. он был назначен начальником штаба ВС Занзибара, вошел в Революционный совет (прим. авт.).
11 Позднее - PAFMECSA (Панафриканское движение за освобождение Восточной, Центральной и Южной Африки). Функционировало с 1958 по 1963 г.
iiiiiiiiiimniiii / /О iiiiiiiiiiimiiiii


Том Мбойя) - был избран А.М. Бабу12. В декабре 1958 г. он участвовал в I Конференции народов Африки в Аккре (Гана), встречался с К. Нкрумой, лидерами политических организаций из разных регионов Африканского континента.
В апреле 1959 г. конференция PAF- МЕСА проходила на Занзибаре. Любопытна оценка ситуации на островах в выступлении Ньерере - президента ТАНУ: «...Атмосфера хозяев и рабов все еще существует на Занзибаре... Политически все партии едины в стремлении к одной цели (независимости. - О. Т.), но они находятся в оппозиции друг к другу из-за расовой непримиримости»13.
К этому времени относится первая поездка Бабу в Китай, где он бывал неоднократно и в последующие годы. СССР, ГДР, другие соцстраны он посещал гораздо реже, как правило, проездом. Умелого организатора и энергичного политика, каким в конце 1950 - начале 1960-х годов проявил себя А.М. Бабу, китайцы не могли не заметить.
В начале 1960-х годов развернулась идеологическая схватка между СССР и КНР. Москва и Пекин обвиняли друг друга в «ревизионизме», соревновались в «приверженности» марксистколенинским (СССР) и сталинским (Китай) принципам «построения коммунизма». Перетягивание каната ослабляло антиколониальное движение, СССР поддерживал одних, китайские «ревизионисты» - других, и не без успеха, в конечном счете.
Свою лепту в это противостояние внес и Занзибар. Немалую роль сыграл и Бабу. Посещая Пекин, он попал под влияние маоистских идей. Спустя годы Бабу вспоминал: «Я был первым борцом за свободу из Восточной и Центральной Африки, посетившим революционный Китай в 1959 году. С той поры... я с живым интересом следил за взлетами и падениями китайских экспериментов. А встречи с Мао Цзэдуном, Чжоу Эньлаем, маршалом Чень И, Дэн Сяопином и другими вселяли оптимизм и безмерно укрепляли мой революционный дух»14. Бабу ставил себе в заслугу и организацию первого официального визита президента ОРТ Дж. Ньерере в КНР, убедив в его необходимости китайского премьера Чжоу Эньлая.
Пекин рассматривал Занзибар как плацдарм для распространения своего влияния на соседнюю Танганьику и на весь восточноафриканский регион. А опору - проводника своей политики на этом фронте борьбы с Москвой - китайцы рассчитывали найти (ив какой-то мере им это удалось) в лице пришедшегося как нельзя кстати Бабу.
Любопытно, что в выпущенной в 1969 г. в КНР серии почтовых марок с портретами выдающихся политических деятелей, руководителей национально- освободительных движений, оказался и портрет А.М. Бабу.
Но «китайский выбор» для Бабу - этого дальновидного политика - не стал окончательным. К тому же он не играл на противоречиях Пекина с Москвой, но успешно использовал свои связи с высокопоставленными китайцами в дальнейшем - во благо своей страны.
Став генсеком НПЗ, Бабу постепенно перехватил инициативу по многим вопросам у других ее лидеров (в большинстве своем пробританских, сторонников консервации султанского режима в ущерб интересам африканского боль12 Campbell Н. Abdulrahman Mohammed Babu 1924-1996. A Personal Memoir // www. afr.j.polit.sa (1996). P. 240-246.
13 Lofchie M.F. Zanzibar: Background to Revolution. New Jersy: Princeton University Press, 1965. P. 191.
14 Amin 5. A.M.Babu. Memorial Lecture...
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


шинства населения островов). Это проявилось, в частности, в его деятельности в поисках поддержки партии за рубежом. В начале 1960-х годов «загранбюро» НПЗ появились в Лондоне, на Кубе и в Египте.
Бабу направил в Гавану своего ближайшего друга Али Султана Иссу. В Каире заместителем главы бюро в 1961-1962 гг. был его протеже - молодой Салим Ахмед Салим (р. 1942 г., будущий премьер-министр Танзании, в 1989-2001 гг. генеральный секретарь ОАЕ15). В досье ЦРУ на А.М. Бабу мы читаем: «...Он использовал это бюро как инструмент получения стипендий для учебы молодых активистов НПЗ в странах за “железным занавесом” и установления контактов с китайскими коммунистами через дипмиссию Китая в Каире»16.
В Каире Бабу издавал журнал (правда, нерегулярно) - «Dawn in Zanzibar» («Рассвет на Занзибаре»), рассчитанный в основном на зарубежного читателя, в котором НПЗ была представлена как единственная на Занзибаре партия, решительно боровшаяся против колониализма, за независимость. Публиковались острые статьи А.М.Бабу о положении на островах с критикой британской администрации и их марионеток - султана и его окружения.
В конце 1950- начале 1960-х годов Бабу становится все более популярным на Занзибаре, особенно среди бедных и средних слоев арабского населения, молодежи, учащихся. К нему с симпатией относились и некоторые лидеры африканской общины и партии Афро-Ширази.
Как и для многих других политических деятелей в африканских странах в ходе развития национально-освободительного движения, характерной чертой Бабу являлась неустойчивость его политических взглядов, идеологических позиций, что особенно проявилась в период усиления внутриполитической борьбы на Занзибаре. В определенной степени ему был свойствен и авантюризм в использовании тех или иных методов и средств в политической борьбе.
Начиная с середины 1950-х годов африканцы, ведомые партией Афро- Ширази, все более настойчиво выступали против социальной и расовой дискриминации, практикуемой арабской олигархической верхушкой вкупе с колониальной дискриминацией в течение десятилетий. В этой борьбе, переросшей в конечном итоге в вооруженный переворот в январе 1964 г., противостояли друг другу две основные политические силы - партии НПЗ и АШП, каждая из которых выдвигала требование предоставления стране независимости.
В связи с этим вызывает интерес эволюция в подходах Бабу к решению главной задачи и его взаимодействие с политическими оппонентами. В начале политической карьеры на Занзибаре Бабу среди руководящих деятелей НПЗ являлся, 15 Автор познакомился с ним на Занзибаре в 1965 г., последний раз встречались в АддисАбебе в 2001 г., когда на саммите Организации Африканского Единства (ОАЕ) он покидал пост генерального секретаря. С.А. Салим - один из самых известных танзанийцев. Седьмой и последний генсек ОАЕ, он трижды избирался на этот пост - больше, чем кто-либо другой за почти 40-летнюю ее историю (с 2002 г. Африканский Союз - АС). В 2004-2008 гг. - спецпредставитель АС по конфликту в Дарфуре (Судан). Ныне - член Исполкома правящей Революционной партии (Chama cha Mapinduzi, ЧЧМ), председатель Фонда Дж. Ньерере в Танзании.
16 Это досье было рассекречено в начале 2000-х годов и опубликовано в журнале «New African» (2003, April). В поле зрения американской разведки Бабу «впервые попал в 1951 г. как человек, симпатизирующий коммунистам» // www.facebook/com/topic. php?uid6530032021 &topice4615
iiiiiiiiimiHiiii / OU m


пожалуй, одним из самых активных противников сотрудничества с партией африканцев - АШП. Будучи уже генсеком НПЗ, весьма нелестно высказывался о своих оппонентах. Например, в феврале 1961 г. он говорил: «В то время как НПЗ полностью разделяла предложение (создать правительство “внутреннего самоуправления” из представителей трех партий - НПЗ, НПЗП (Народная партия Занзибара и Пембы) и АШП, по итогам предстоявших в июне 1961 г. выборов в Законодательный совет. - О. Т.) возражения, выдвинутые АШП, были такими, что, поместив их в газете, они выглядели бы просто глупостью»17.
Но уже в период подготовки к июньским выборам, сомневаясь в успехе коалиции НПЗ / НПЗП, проводившей откровенно антиафриканскую политику, Бабу стремился отойти от этой политики. Однако победа коалиции на выборах 1961 г. сняла на время этот вопрос с повестки дня. Главным министром стал Мохаммед Шамте, президент НПЗП, а его заместителем А. Мухсин.
В ходе предвыборной кампании и в день выборов, 1 июня, происходили стычки сторонников соперничавших партий. Беспорядки, переросшие в кровавые столкновения, продолжались до 6 июня. Погибли 68 человек (из них 64 - арабы), около 400 были ранены и 1400 арестованы (из них почти 1300 - африканцы). Около 7000 арабов бежали из сельских районов в г. Занзибар. События приобрели характер антиарабского выступления, и, возможно, это была попытка переворота со стороны африканцев, обездоленной и бесправной части населения страны.
Лидеры коалиции, а также солидаризировавшиеся тогда с ними Бабу и его сподвижники, не принимали в расчет интересы африканцев. Так, в июле 1961 г., т. е. после июньского кровопролития, Бабу позволил себе без обиняков заявить: «Мы обычно не комментируем то, что сделали или сказали лидеры АШП. Во-первых, мы убеждены - они не знают и половины того, о чем говорят. Во- вторых, все то, о чем они говорят или делают, преследует подрывные цели...»18.
Тем не менее июньские события послужили толчком, побудившим Бабу к переосмыслению своей политической платформы неприятия всего «африканского» и привели его к пониманию того, что постоянное игнорирование требований африканского большинства послужит причиной непрерывных конфликтов и волнений, которые могут перерасти в нечто более серьезное и даже поставить страну на грань гражданской войны.
В начале 1962 г. в «Заньюс» появилась серия его статей с резкой критикой действий колониальной администрации, т. е., в сущности, Бабу выступил в защиту африканцев. Это послужило причиной начавшихся преследований Бабу и издаваемого им бюллетеня. Они особенно усилились после того, как 6 апреля, в день окончания очередной конференции в Лондоне (о «конституционном» развитии Занзибара; от участия в ней Бабу был отстранен: английские власти отказали ему во въезде на Британские острова), в помещении «Бритиш информейшн сервис» в г. Занзибар возник пожар. Глава британской администрации Дж. Муринг обвинил в поджоге молодежную организацию «Группа действий».
Обвинение коснулось и Бабу, под чьим влиянием, по словам Дж. Муринга, находилась эта «Группа». В апреле Бабу арестовали и в июне 1962 г. по обвине17 Mwongozi (суах. - руководитель). Zanzibar. 1061. February 3. (еженедельная газета на англ. яз. выходила с 1941 г. как орган Арабской ассоциации. С 1955 г. - орган НПЗ, гл. редактор - А. Мухсин).
18 Drum. Nigerian Edition. 1964. July 28.
• о I IIIIIIIIIHHIIIIII


нию в подстрекательстве приговорили к 15 месяцам тюремного заключения. На островах началось движение за освобождение Бабу. Африканская ФТЗП в «Специальном послании всем социалистическим странам» назвала А.М. Бабу «настоящим товарищем», отдавая должное за выступления против действий колониальных властей19.
Обстановка в стране накалялась. Это заставило Лондон ускорить решение вопроса о «конституционном развитии» Занзибара. В феврале 1963 г. на острова прибыл министр по делам колоний Великобритании Д. Сэндис. Было решено, что страна получит самоуправление в июне, вслед за этим, после выборов в Законодательный совет (в июле), могла идти речь о дате провозглашения независимости Занзибара20.
После отъезда Д. Сэндиса глава британской администрации на Занзибаре распорядился о досрочном (13 апреля) освобождении А.М. Бабу. Полагаю, это было сделано намеренно. Англичане, очевидно, посчитали, что один год - срок вполне достаточный для того, чтобы Бабу «образумился», а его участие в предвыборной кампании на стороне коалиции НПЗ / НПЗП могло бы предрешить итоги выборов в ее пользу, к чему и стремилась колониальная администрация. Однако этим расчетам не суждено было сбыться. Бабу не образумился. Занзибарцы рассказывали мне, что в день освобождения из тюрьмы народ встречал его как героя.
Разногласия с руководством партии достигли такой остроты, что в июне 1963 г., накануне июльских выборов, Бабу и его сторонники - члены исполкома НПЗ вышли из нее, объявив о создании партии «Умма» (суах., umma - народ). Бабу говорил, что «антиафри- канские настроения, царившие в Националистической партии, побудили [его] выйти из нее»21.
Выборы 1963 г., на которых АШП получила 54% голосов избирателей, а коалиция НПЗ / НПЗП - 46%, завершились, тем не менее, победой последней, как и на выборах 1961 г. Коалиция получила 18 мест в Законодательном Совете против 13 у АШП. М. Шамте вновь стал главой кабинета, А. Мухсин - министром внутренних дел22. Шамте предложил АШП одну-единственную возможность войти в состав правительства - партия должна самораспуститься. Это издевательское предложение лидер АШП А.А. Каруме решительно отвергнул. Так закончились всякие переговоры между партиями.
Нежелание правительства НПЗ / НПЗП решать проблемы африканского большинства, растущее в связи с этим недовольство масс, что влекло за собой репрессии колониальной администрации, объективно способствовали сближению позиций Бабу и партии Афро-Ширази. Руководимая Бабу левая группа в НПЗ выступала против произвола властей, и эта борьба смыкалась с борьбой африканцев за свое освобождение.
Не исключено, конечно, что разногласия, уже возникнув, усугублялись и обострением борьбы за влияние в партии, стремлением Бабу, за которым шли молодежь, ряд профсоюзов, стать во главе НПЗ. Все это влияло, безусловно, 19 Z.P.EL. Special Appeal to all Socialist Countries. 1962 // Архив Советского комитета солидарности стран Азии и Африки (СКССАА), сейчас - РОСНАА).
20 Mwongozi. 1963. March 1.
21 Scotsman. 1963. September 23.
22 Подробнее см.: Тетерин О.И. Социально-политическое развитие Занзибара. Дис.... канд. ист. наук. Институт Африки АН СССР. М., 1972. С. 107-109.
iiiiiiiiiiimiiiii IIIIIIIIHIIIIIIIII


на характер личных отношений Мухсина и Бабу, ухудшение которых могло сыграть немалую роль в выходе последнего из НПЗ.
Наконец, еще одно суждение. Разногласия в руководстве НПЗ, писал Майкл Лофчи, американский социолог, проводивший полевые исследования на Занзибаре в 1962-1963 гг., «сводились к тому, какое кредо - ислам или марксизм (М. Лофчи причислял Бабу к марксистам. - О. Т.) - будет преобладать в будущем независимом государстве, руководимом партией НПЗ»23.
Эти «версии» скрывают, на мой взгляд, главное. Беперспективность проарабской, если не сказать - откровенно антиафриканской линии НПЗ, вызывавшей лишь озлобление и протестные настроения обездоленного африканского большинства на Занзибаре, - вот что побудило Бабу к выходу из НПЗ, созданию собственной партии «Умма» и постепенному сближению с партией Афро- Ширази.
«Умма» была немногочисленной, в ее рядах насчитывалось не более 1500 человек, в основном активисты НПЗ, радикально настроенные молодые люди - представители беднейших и средних слоев арабской части населения, поддерживавшие Бабу.
Согласно уставу, «Умма» ставила своей целью «ликвидацию всех форм угнетения... развитие Занзибара на базе социализма... и построение социалистического общества»24. Таким образом, она стала первой политической организацией на Занзибаре, провозгласившей курс на социалистическую ориентацию в развитии страны.
Вопрос о самом уставе партии «Умма» во многом остается неясным.
Существовал ли он в действительности и был ли принят вообще, неизвестно. В иностранной прессе не было никаких сообщений на этот счет.
На мой взгляд, устав «Уммы» предназначался главным образом для «внешнего потребления» - распространения за рубежом с пропагандистскими целями. Именно таким путем он попал в Советский комитет солидарности стран Азии и Африки (СКССАА), куда в течение ряда лет (с конца 1950-х годов) две противоборствующие партии НПЗ и АШП, а позднее и «Умма» постоянно направляли разные партийные документы, меморандумы, брошюры и т. п. в надежде найти поддержку.
Можно также предположить, что этот документ был одним из вариантов устава... Коммунистической партии (!) Занзибара во главе с А.М. Бабу, возникшей в июле 1962 г., о чем «Правда» информировала советский народ (ссылаясь при этом на Магриб Араб Пресс)25. Видимо, устав являлся творением самого Бабу или его соратников под воздействием их поездок в социалистические страны, особенно в Китай. Эту «компартию» нельзя рассматривать всерьез, тем более что дело так и ограничилось лишь объявлением о ее создании, а Бабу в это время находился еще в заключении.
АШП и «Умма» образовали Объединенный фронт оппозиции за несколько дней до открытия (в сентябре 1963 г.) в Лондоне последней, как оказалось, конференции по Занзибару, на которой определилась дата предоставления островам независимости - 10 декабря 1963 г.
Бабу было отказано в выезде из страны. Он рассказывал, что «уехал с острова на лодке, проплыл 20 миль по океану 23 Lof chie M.F. Op. cit. Р. 258.
24 A People’s Programme. Constitution of the Umma Party of Zanzibar (1963) // Архив СКССАА.
25 Правда. 1962. 20 июля.
riiiimiiiiiiiiiii Iiiiiiiiiiiiiiiiiii


и наконец добрался до Лондона»26. Нет данных, что Бабу участвовал в конференции, но по ее окончании он «исчез»: «по слухам, был в Китае и возвратился на Занзибар только в середине декабря 1963 г.»27.
10 декабря 1963 г. не изменило положения африканцев на Занзибаре. Согласно решениям сентябрьской конференции в Лондоне, независимый Занзибар, оставаясь в Британском содружестве наций, провозглашался конституционной монархией, главой государства - султан28, вся исполнительная власть - в руках Кабинета министров. Другими словами, закреплялась власть коалиции НПЗ / НПЗП, власть меньшинства над большинством, точнее, господство арабской верхушки.
Внутри партий АШП и «Умма» все настойчивее раздавались голоса о необходимости принятия более решительных мер в борьбе против арабского господства.
Бабу писал, что не партия «Умма» произвела первый выстрел (12 января 1964 г. - О. Г), но «она помогла трансформировать восстание люмпенов в народную антиимпериалистическую революцию»29.
А.М. Бабу не принимал непосредственного участия в подготовке Занзибарской революции. По некоторым данным, он был одним из организаторов другого восстания, готовившегося партией «Умма».
Известно, что 22 декабря 1963 г. он прибыл на Занзибар из своей последней поездки в Китай. Узнав о намерении властей запретить деятельность его партии (что и произошло 6 января 1964 г.), за чем мог последовать и запрет АШП, Бабу перебрался в Дар-эс-Салам. Весь вечер И января 1964 г. он провел с американским журналистом в одном из ресторанов города, а утром 12 января заходил в посольства Кубы и КНР в Дар-эс-Саламе, от которых к вечеру того же дня получил поздравления с победой революции.
На исходе 12 января А. Каруме, А.К. Ханга и А.М. Бабу вместе вернулись на Занзибар. Выступая по радио, Бабу заявил, что запрет «Уммы» стал той искрой, которая воспламенила восстание занзибарцев против султанского режима. В ответ на инсинуации западных СМИ о причастности неких внешних сил к январским событиям руководители АШП и «Уммы» Ханга и Бабу в заявлении, опубликованном в Найроби (Кения), подчеркнули, что «революция на Занзибаре - это чисто занзибарское дело, подготовленное и осуществленное самим занзибарским народом. Среди нас не было ни одного человека с Кубы или даже с Марса»30.
Признанием заслуг в антиколониальной борьбе стало выдвижение Бабу после январских событий 1964 г. в верхний эшелон занзибарского руководства (правда, ненадолго). Он вошел в состав Революционного совета, стал министром иностранных дел, обороны и торговли.
29 января Бабу, выступая по радио вслед за президентом Занзибара А. Каруме, объявил о роспуске партии «Умма», призвав всех ее сторонников присоединиться к партии Афро-Ширази. Он считал это необходимым условием для консолидации всех прогрессивных сил страны в строительстве новой жизни.
26 Бабу. Следующий ход?...
27 Там же.
28 Zanzibar Independence Conference. Report. L., 1963.
29 См.: Babu А.М. The 1964 Revolution: Lumpen or Vanguard? // Zanzibar under Colonial Rule.
Ch. 8. The Historical Association of Tanzania & Ohio University Press, Dar es Salaam, 1991.
30 Africa Diary. New Delhi. 1964. February 8-14.
IIIIIIIIHIIIIIIIII /04 IIIIIIIIHIIIIIIIII


Вплоть до объединения Занзибара с Танганьикой в апреле 1964 г. Бабу пользовался большим влиянием на островах. Он не был сторонником союза с «большим соседом». Известие об этом застигло его в дальней зарубежной поездке - в Индонезии, куда он отправился на переговоры как министр торговли Занзибара. Состоявшееся объединение расценивалось как удар по позициям Бабу на островах. Разумный политик, он воспринял Соглашение о создании союзного государства - Объединенной Республики Танзания - как свершившийся факт, ничем не проявив отрицательного отношения к нему.
Бабу практически не появлялся на Занзибаре после перевода в Дар-эс- Салам в правительство ОРТ, где начался новый этап в его жизни. Вплоть до 1972 г. он занимал различные министерские посты: апрель 1964 г. - министр в канцелярии президента ОРТ Дж. Ньерере (в 1964 г. на 19-й сессии Генассамблеи ООН А.М. Бабу возглавлял делегацию ОРТ); 1964-1965 гг. - развития и планирования ОРТ, 1965-1967 гг. - торговли и кооперативов, 1967-1968 гг. - земель, поселений и водных ресурсов, 1968- 1970 гг. - торговли и промышленности, 1970 - февраль 1972 г. - экономики и планирования развития.
Будучи министром ОРТ, Бабу воздерживался от каких бы то ни было высказываний в отношении союза Занзибара и Танганьики или по вопросам, связанным только с Занзибаром. Между тем в конце 1960-х он весьма скептически относился к мероприятиям и преобразованиям, проводимым в островной части Республики, ставил под вопрос роль партии Афро-Ширази в жизни страны. Так, в беседе с членами одной из делегаций советских общественных организаций, посетивших Танзанию, Бабу высказал такое замечание: «А существует ли вообще партия на Занзибаре?»
В политической карьере и на государственных постах у Бабу были взлеты и падения. В феврале 1972 г., когда Бабу возглавлял делегацию ОРТ на сессии Совета министров ОАЕ в Аддис-Абебе, он узнал о том, что выведен из состава правительства Танзании. А спустя два месяца, после убийства 7 апреля 1972 г. в штаб-квартире АШП в Занзибаре первого вице-президента Танзании, президента Занзибара А. Каруме, Бабу и еще несколько его товарищей по партии «Умма», в частности А. Махфуда, арестовали в Дар-эс-Саламе по обвинению в причастности к заговору.
Всего по этому «делу» были арестованы около 60 человек. В 1975 г. на Занзибаре состоялся суд. 35 человек, включая Бабу, приговорили к смертной казни по обвинению в «государственной измене», 23 были оправданы. Некоторые приговоры объявлялись заочно - центральные власти не передали занзибарской стороне тех, кто содержался в тюрьмах в континентальной части ОРТ, включая Бабу и Махфуда.
«Государственная измена», причастность всех заключенных к заговору и убийству 7 апреля так и не были доказаны. «Эмнести интернешнл», в частности, назвала А.М. Бабу «узником совести». В 1978 г. по случаю 14-й годовщины образования ОРТ президент Танзании Дж. Ньерере объявил амнистию Бабу и еще 12 заключенным (судьба остальных автору неизвестна).
Некоторые наблюдатели полагали, и автор разделяет их точку зрения, что обвинение, оказавшееся ложным или недоказанным, в отношении А.М. Бабу было спровоцировано его недругами на Занзибаре, к правящей верхушке которого он к тому времени относился весьма критически.
О том, как Бабу позиционировал себя в материковой части Танзании, можно сказать следующее. Конец 1960 - начало 1970-х годов в Танзании - пеiiiiitiiiiiiiitiiit IIIIIIIIIIIIIIIHII


риод острой борьбы сторонников и противников политики «уджамаа» (танзанийского варианта «африканского социализма»), провозглашенной Дж. Ньерере в 1967 г. в знаменитой «Арушской декларации». Бабу отмечал, что во главу этой политики выдвигалось обеспечение народного благосостояния, при этом игнорировался решительный слом колониальной экономики. С точки зрения «научного социализма» Бабу считал, что главное - направить энергию народных масс на развитие производительных сил, чтобы вырваться из оков бедности и зависимости31.
Из его уст не приходилось слышать слов «некапиталистическое развитие». В тюрьме он написал книгу «Африканский социализм или социалистическая Африка?»32 Говоря кратко, в этом труде Бабу выступал против «первого» в названии книги и в пользу «второго»: красной нитью в ней проходит его тезис о том, что социализм - это будущее Африки. Не будет преувеличением сказать, что это произведение А.М. Бабу стало «настольной книгой» для многих африканских исследователей.
На каких-то этапах своей карьеры Бабу выступал как идеологический оппонент Дж. Ньерере. Например, в «Предисловии» к своей книге «Африканский социализм...» он писал, что концепция развития Танзании, предложенная Ньерере, «очень близка к народнической в России, которую Ленин справедливо критиковал», «а политика “уджамаа” теоретически и на практике неработоспособна»33. Кто оказался прав, показали последующие годы - в начале 1990-х годов Дж. Ньерере фактически признал ошибочность выбранного им пути - танзанийского варианта «африканского социализма».
Уже на склоне лет, в 1991 г., Бабу писал: «...Только через социализм (здесь и далее выделено автором) [Африка] может освободиться от оков неоколониализма и империалистического господства и покончить с бедностью, голодом и болезнями»; «Только социализм откроет дорогу на пути превращения всего континента в единую, прогрессивную Африку, которая будет использовать свои практически неисчерпаемые природные и людские ресурсы на благо всех населяющих ее народов»; и, наконец, «Только социализм может превратить Африку в гигант среди сегодняшних гигантов. В этом - значение Занзибарской революции»34.
Бабу говорил о «социалистическом выборе» для Африки. И от своих «социалистических» взглядов он не отступал вплоть до кончины. Об этом свидетельствуют и публикации, посвященные ему.
Хорошо знавшие Бабу считали его человеком широкого политического кругозора. Его идеологические воззрения были более близкими к коммунистическим, отмечали на Западе. Не отрицает этого и один из его друзей, Самир Амин, который писал: «На протяжении всей своей жизни Бабу оставался коммунистом, для которого марксизм был не только идеологией, но и методом анализа, позволявшим ему определять без догматизма и сектантства силы прогресса и оценивать те или иные изменения и перемены в обществе»35.
Покинув Танзанию после освобождения в 1978 г. (не возвращался туда до 31 Amin S. А.М. Babu. Memorial Lecture...
32 Babu А.М. African Socialism or Socialist Africa? Dar es Salaam, 1981 (книга была также издана в Лондоне в 1983 г.: L: Zed. Books. Ltd, 1983.174 p).
33 Ibid.
34 См.: Babu А.М. The 1964 Revolution: Lumpen or Vanguard?..
35 Amin S. A.M. Babu. Memorial Lecture...
IIIIIIIIIIIIIIIIIII ( ÖU iiiiiiiiiiiiiiiiiii


1995 г.), Бабу перешел на преподавательско-лекторскую работу. Четыре года преподавал в США, а затем в Лондоне - городе своей молодости. В 1985-1989 гг. возглавлял Африканский центр (Africa Centre) в Лондоне.
Бабу не был кабинетным теоретиком. Исколесил многие страны Африки, Азии и Латинской Америки. В конце 1958 г., на пути в Аккру на Конференцию народов Африки, в Леопольдвиле (сейчас Киншаса), он встретился с Патрисом Лумумбой и убедил его ехать вместе на конференцию, Встречался с Фиделем Кастро. Был лично знаком с Че Геварой: помог ему в 1961 г. добраться через Дар-эс-Салам в Конго, куда Че направлялся для борьбы с силами наемников, свергнувших законное правительство и убивших П. Лумумбу. Кстати, фото «Бабу и Че Гевара» получило премию на одном из международных конкурсов работ фотохудожников и демонстрировалось на выставке в Дар-эс-Саламе.
В течение многих лет Бабу не прерывал связи с освободительными движениями - начиная с середины 60-х годов, когда их представители работали в штаб- квартире Комитета освобождения ОАЕ в Дар-эс-Саламе. Будучи министром ОРТ, он оказывал в силу своих полномочий помощь и содействие ФРЕЛИМО, ЗАНУ, СВАПО и МПЛА. Сожалел, что вовремя не распознал Жонаса Савимби (позднее - лидер УНИТА), поддавшись его риторике, и составил ему протекцию - охарактеризовал его китайцам как «энергичного лидера»36.
Бабу выступил на стороне Эритреи в ее противостоянии с Эфиопией в конце 1980 - начале 1990-х годов, когда в Африке считалась неверной поддержка принципа самоопределения, и шел наперекор позиции ОАЕ о нерушимости границ, доставшихся государствам континента в «наследство» от колониальных времен. Поддерживал связи с одной из компартий в Индии - Коммунистической партией Индии (марксистско-ленинской).
В последние годы жизни А.М. Бабу переключил свое внимание на международную политику. Он протестовал против агрессии США в Ираке, рассматривая ее как стремление Вашингтона «сохранить гегемонию доллара в мировой экономике, которой угрожал иракский национализм». Бабу считал, что в этой войне «на кон был поставлен собственно американский империализм»37. Выступал против господства МВФ и Всемирного банка в мировой экономике.
В 1995 г., когда в Танзании готовились к первым многопартийным выборам, одна из крупных оппозиционных партий - НССП-Магеузи (Национальный конвент за реконструкцию и реформы; «mageuzi» на суахили означает «изменения», «реформы»), имевшая немалую поддержку различных слоев в городе и деревне, предложила А.М. Бабу выдвинуть свою кандидатуру на пост вице-президента ОРТ. Сам Бабу считал эту партию «способной бросить вызов гегемонии коррумпированной правящей Революционной партии, многолетняя деятельность которой привела к тому, что «Танзания скатилась на дно списка беднейших стран мира, заняв второе место от конца»38.
Вернувшись в Дар-эс-Салам в августе 1995 г., Бабу энергично агитировал избирателей сделать свой выбор в пользу «Магеузи». Выступая на митингах и собраниях, разъяснял необходимость демократизации всех сторон жизни и проведения реформ для вывода страны 36 Ibid.
37 The Future that Works: Selected Writings of A.M. Babu (Babu Salma and Wilson Amrit, eds.). Trenton. New Jersy: Africa World Press, 2002. P. 20 -21.
38 Amin S. A.M. Babu. Memorial Lecture...
IIIIIIIIIIIIIIIHII iiiiiimiiimnii


из тупика. Однако избирком снял его кандидатуру как неприемлемую - Бабу напомнили о тюремном заключении 20 лет назад. Его партия проиграла, и Бабу, разоблачая махинации с итогами выборов, опубликовал два памфлета - «Танзания: первые многопартийные выборы» и «Разыскивается: третья сила на Занзибаре»39. Дар публициста очень ярко проявился в этих статьях Бабу.
Уже после кончины А.М. Бабу некоторые африканские политологи, оценивая его многолетнюю и многоплановую деятельность, отмечали «уникальную роль» этого революционера и демократа в политической жизни континента. Ставили его в один ряд с такими выдающимися африканцами, как К. Нкрума, Г.А. Насер, Мехди Бен Барка (Марокко), Пио Гама Пинто (Кения), Феликс Мумие (Камерун), Амилкар Кабрал ( Гвинея - Бисау)40.
Автору не удалось обнаружить высказываний или оценок Бабу относительно распада СССР и процессов в новой России. Можно предположить, что он касался этих тем в своих лекциях студентам, но написать не успел...
♦♦♦
Абдулрахман Мохаммед Бабу скончался в одной из больниц в Лондоне. Правительство Объединенной Республики Танзании взяло на себя все расходы по доставке покойного и организации его похорон на родине - на Занзибаре. Тогдашний президент страны Бенджамин Мкапа выразил свои соболезнования семье А.М. Бабу41.
О.И. Тетерин
Сочинения А.М. Бабу
African Socialism or Socialist Africa? Dar es Salaam: Tanzania Publishing House, 1981.
The 1964 Revolution: Lumpen or Vanguard? // Zanzibar under Colonial Rule (Abdul Sheriff, Ed Ferguson, eds.). Ch. 8. The Historical Association of Tanzania & Ohio University Press, Dar es Salaam, 1991.
Non-Alignment in the Post-Gulf War Era // INQLAB. Summer 1991 // http://ambabu. gn.apc.org/articles.htm
Third World Concern about «Humanitarian» Interventions // Pacific News Service. 1993. January 11. http://ambabu.gn.apc. org/articles.htm
I Saw the Future and It Works (Harub Othman, ed.). Dar es Salaam, 2001.
The Future that Works: Selected Writings of A.M.Babu (Babu Salma and Wilson Amrit, eds.). Trenton. New Jersy: Africa World Press, 2002.
Литература
MasareJ. Background to the Revolution in Zanzibar. University College. Dar es Salaam. 1067. December.
Lofchie M.F. Zanzibar: Background to Revolution. New Jersy: Princeton University, 1965.
Тетерин О.И. Социально-политическое развитие Занзибара. Дне.... канд. ист. наук. Институт Африки АН СССР. М., 1972.
Wilson A. US Foreign Policy and Revolution - the Creation of Tanzania. L.: Pluto Press, 1989.
Amin S. A.M. Babu. Memorial Lecture ( 1996) // http: //ambabu.gn.apc.org/biography htm.
Wilson A. Abdul Rahman Mohamed Babu: Politician, Scholar and Revolutionary // Journal of Pan-African Studies. Los Angeles. 2007. Vol. 1. № 9. August, (www.jpanafri- can.com/docs/.../AbdulR...).
Ghassany H. Hata Babu alitumiliwa kufanikisha malengo ya mahasidi wa Zanzibar (Даже Бабу использовали в целях, враждебных Занзибару) (на суахили) // http://zan- zibardaima.wordpress.eom/2008/l 0/18/ hata-babu-alitumiliwa...zanzibar/
39 Ibid.
40 См.: Babu of Africa: Pan-African patriot, radical and democrat, 1924-1996 // http://rac.sage- pub.com/cgi/reprint/38/2/82.pdf
41 http:/www.asahi-net.or.jp/~eets-ari/babu3.htm/
IIIIIIIIHIIIIIIIII f OO IIIIIIIIHIIIIIIIII


Мохаммед Сиад БАРРЕ
Mohammed Siad BARRE
19191 - 1995
Сомалийский государственный и военный деятель, генерал-майор (с 1966 г.), президент Сомали (1969-1991 гг.). Родился в районе Луг-Ферранди (Южное Сомали)1 2, по этнической принадлежности марехаан (клан дарод). Начальное и среднее образование получил на родине. В 1940 г. поступил на службу в полицию, где в дальнейшем занимал ряд командных постов. После того как в 1949 г. Италии был дан 10-лстний мандат ООН на управление Сомали для подготовки страны к получению независимости, Сиад Барре был направлен сначала на двухлетнее обучение в полицейском колледже в Италии, а затеям - в военной академии. Вернувшись на родину, Барре продолжил военную службу в Сомали. После провозглашения независимости Сомали 1 июля 1960 г. он был назначен заместителем командующего и начальником Генштаба сомалийской армии.
15 октября 1969 г. президент Сомали Абдирашид Али Шермарк был убит сотрудником личной охраны во время одной из поездок по стране3. Возможными претендентами на пост президента в случае всеобщих выборов были бывший президент Абдулла Осман и Мухаммед Хаджи Ибрагим Эгаль, премьер-министр правительства Шермарка. Отклики революционного переворота 25 мая 1969 г. в Судане и опасность осуществления плана премьер-министра Сомали Мухаммеда Эгаля по объединению армии с полицией сплотила большую часть офицерства вокруг командующего армией генерала Мохаммеда Сиада Барре. В ночь на 21 октября 1969 г. офицеры сомалийской армии под руководством С. Барре осуществили военный переворот и захватили власть в стране. Министры прежнего правительства были арестованы; парламент, политические партии и общественные организации распущены.
Сиад Барре стал президентом Верховного революционного совета (ВРС), главой государства и правительства. 24 октября 1969 г. он выступил с речью по радио, в которой объяснил причины переворота: «Вмешательство вооруженных сил было неизбежным. Было невозможно далее игнорировать такие по1 Год рождения С. Барре точно не определен - между 1912 и 1920 гг. В большинстве некрологов указывается, что он умер в возрасте 74 лет, однако сам С. Барре при жизни предпочитал хранить свой возраст в тайне.
2 В 1980 г. Барре приказал считать местом его рождения город Гарбахаррей на реке Джуба. Существовавшее на этом месте поселение по приказу Барре было преобразовано в город, который стал столицей области Гедо.
3 По словам телохранителя, президент плохо обошелся с ним и его родственниками.
lllllllllllllllllll 789 lllllllllllllllllll


рочные вещи, как коррупция, взяточничество, непотизм, расхищение общественных средств, несправедливость и неуважение к нашей религии и законам нашей страны. Законы были отброшены в сторону и люди делали, что хотели».
В 1970 г. в первую годовщину переворота, который теперь стал называться революцией, руководители Сомалийской Демократической Республики (СДР) заявляли, что СДР будет идти по пути социалистического развития, что ее идеологией станут принципы научного социализма. Новое сомалийское руководство приступало к созданию в Сомали «общества, основанного на труде и социальной справедливости». «Во имя нашей революции мы верим, что мы разорвали цепи потребительской экономики, основанной на импорте, и наша судьба - в наших руках. Чтобы лучше понять интересы сомалийцев, их стремление к лучшей жизни, ощутить полное развитие их потенциала и исполнения всех надежд, мы объявляем Сомали социалистическим государством», - заявлял С. Барре в своей революционной речи1. В газете «Звезда Октября» (Xid- digta Oktoobar) в 1972 г. было объявлено, что «исламский социализм являлся слугой капитализма и неоколониализма и средством, которым пользовались богатые и власть имущие». По мнению С. Барре, «социализм являлся не религией, а политическим принципом управления страной и производством». С. Барре делал акцент на религии не как на способе идеологического воздействия, он не разделял атеизма марксистов, считая религию неотъемлемой частью сомалийского общества, но в то же время запрещая религиозным лидерам вмешиваться в светские дела и ограничивая их деятельность поддержанием «духа народа». В январе 1975 г., основываясь на принципах равенства, справедливости и социального прогресса, проповедуемых в Коране, Барре выступил за предоставление женщинам права наследовать имущество наравне с мужчинами, чем вызвал протест местных религиозных лидеров, десятерых из которых он впоследствии казнил.
С 1970-х годов в Сомали стал пропагандироваться культ личности С. Барре. Его портреты вывешивались на улицах рядом с портретами Маркса и Ленина, лозунги о «единстве троицы - товарища Ленина, товарища Маркса и товарища Барре» висели во всех агитационных центрах. Вот несколько слов из песни девочек-сирот:
Было время, когда я не знала своего происхождения,
Теперь же мой отец - Сиад,
Моя мать - Октябрьская революция, Флаг - мой дядя,
Моя страна - мой дед,
Моя земля - моя бабка.
Распространялись брошюры, восхваляющие «отца нации» Сиада Барре, «который нашел уникальный путь для Сомали, ведущий к социалистической революции». С. Барре предпочитал, чтобы его называли «учитель» (Macallinka), «отец мудрости» (Aabaha Aqoonta) и «победитель» (Guulwaadde). Однако за красноречие и умение убеждать словом С. Барре чаще называли «великий, большой рот» (Afweyne).
Первоначально политика С. Барре была направлена на искоренение клановых разногласий в сомалийском обществе. Более важным стал вопрос при знакомстве: «Что Вы знаете?», а не «Кого Вы знаете?» как было прежде. В речи, с которой С. Барре выступил после захвата власти, он объявил, что трибализм являлся «только способом, который использовали интервенты для разделения сомалийской нации», и объявлял о закрытии 4 Barre M.S. Revolutionary Speech. Му Country and My People. Vol. 1 Mogadishu, 1970.
hiiiiiiiiiiiiiiiii / hiiiiiiiiiiiiiiiii


страны от иностранного вмешательства. Несмотря на провозглашенную борьбу правительства с клановой раздробленностью, само правительство часто называли МОД (что являлось аббревиатурой из первых букв трех кланов: Маре- хаан - клан Сиада Барре, Огаден - клан матери Барре, Дулбаханте - клан зятя Барре, полковника Ахмеда Сулеймана Абдуллы). Официально упоминание клановой принадлежности и использование кланового родства запрещалось, более того, - это считалось правонарушением. На местах региональные комитеты возглавляли старейшины кланов, которые теперь именовались «миротворцами» и подчинялись чиновнику из госаппарата.
В области образования политика правительства С. Барре была довольно успешной и эффективной. В результате реформ 1973-1974 гг. появилась письменность на языке сомали. Чиновникам было дано три месяца на изучение нового алфавита. В 1974 году школы и учебные заведения были закрыты, все студенты и школьники были направлены в деревни для содействия повышению уровня грамотности населения. Борьба с неграмотностью проводилась под лозунгом «Не знаешь - учись, знаешь - учи» и спонсировалась Международной ассоциацией развития. С 1969 по 1975 г. общее число учащихся выросло с 55 тыс. до 240 тыс. человек, за тот же период число профессиональных учебных заведений выросло в 5 раз.
В области экономики правительством С. Барре был проведен ряд реформ. В 1975 г. правительство национализировало землю, нефтяные и страховые компании, иностранные банки и т. д. Несмотря на продолжение национализации предприятий и большое внимание правительства централизованному планированию, главные источники благосостояния - скот и банановые плантации - оставались в руках частных владельцев, а внешнеторговые операции продолжили осуществляться торговцами-частниками. Получая иностранную финансовую помощь, сомалийское правительство модернизировало рыбную отрасль, однако организация работы в этом секторе была поставлена не лучшим образом, кооперативы оказались слишком велики и плохо оснащены даже для достижения самообеспечения. В 1973 г. был введен закон о кооперативном развитии, делавший в экономической стратегии акцент на сельскохозяйственный сектор. В первый период правления Барре строились перерабатывающие предприятия, фабрики и комбинаты; с 1969 по 1975 г. существенно вырос объем продукции в трех из четырех традиционных для Сомали отраслей лёгкой промышленности - мясоперерабатывающей, молочной и текстильной. Правительство также взяло на себя обязательство увеличить доступ населения к образованию и медицинским услугам.
В 1983 г. Барре издал указ, запрещавший выращивание, импорт и продажу ката, местного наркотика, широко распространенного в стране, что было и экономически выгодным бизнесом. Это сразу же вызвало беспокойство, особенно на севере страны, тем не менее этот декрет встретил значительную поддержку населения.
В 1983 г. Саудовская Аравия под предлогом обнаружения больных чумой животных наложила вето на ввоз из Сомали крупного рогатого скота, а позже распространила его и на мелкий рогатый скот. Несмотря на критическое экономическое положение местного населения, в 1989 г. ООН, обвинив Сомали в серьезном нарушении прав человека в стране, снизило размеры гуманитарной помощи.
В 1985 г. в Сомали на одного человека в год приходилось менее 300 долларов. Природные кризисы следовали один за другим: долгая засуха сменялась проливными дождями, нашествием саранчи и эпидемиями среди населения.
liiililiiliiililili IJ! lililllllllllllllll


Для привлечения иностранной помощи в 1989 году правящая партия согласилась на приватизацию банков и государственных страховых компаний. Тем не менее иностранные государства не соглашались на сотрудничество, до тех пор пока в Сомали не будут обеспечены права человека, в частности пока не будут прекращены бомбардировки городов на севере страны под предлогом борьбы правительства с оппозицией.
Успехи экономических реформ, проведенных С. Барре, были недолговременными. Кооперация и развитие нерентабельных отраслей промышленности, а также зависимость от импорта и тяжелые климатические условия свели на нет полученную экономическую прибыль. Более того, страна имела непосильные долговые обязательства перед странами- донорами и ее экономика практически всецело зависела от гуманитарной помощи. Политика исламского социализма и кооперации не прижилась в сомалийском обществе и не смогла заменить традиционные клановые альянсы.
Реализация пансомализма - идеи о Великом Сомали (т. е. объединение пяти областей, населенных этническими сомалийцами: Джибути, Сомалиленда, Огадена, Южного Сомали и Северного приграничного района Кении) значительно ухудшала отношения с соседними странами, прибавлялись проблемы с сомалийскими беженцами. Уже к концу 1964 г. было очевидно, что кампания по объединению всех этнических сомалийцев была неосуществимой, но в начале 1970-х годов Барре опять вернулся к идее объединения всех сомалийцев и создания Великого Сомали. Так, для этой цели был создан Освободительный фронт Западного Сомали (Western Somali Liberation Front). Однако президент Кении Джомо Кениата и император Эфиопии Хайле Селассие объединились против сомалийской агрессии и территориальных притязаний. Соглашение было продлено в 1979 и 1989 гг. Организация Африканского Единства также выступала против удовлетворения территориальных притязаний Сомали.
В 1978 г. сомалийские войска были выведены из Огадена (эфиопской территории, населенной этническими сомалийцами), попытки С. Барре присоединить бывшее французское владение Джибути также окончились неудачно. 95% жителей, проголосовавших на референдуме в Джибути, высказались за независимость своей страны и против присоединения к Сомали.
В 1984 г. было подписано соглашение с Кенией об отказе Сомали от претензий на приграничные районы, так называемый Northern Kenian Frontier District, что привело к улучшению отношений с этой страной. Лишь в 1988 г. было подписано соглашение между Эфиопией и Сомали о восстановлении дипломатических связей, выводе войск с приграничной территории, обмене военнопленными, прекращении пропаганды и оказания поддержки освободительным движениям, при этом признавались небольшие изменения в границе.
После вооруженного переворота 1969 г. некоторые кланы, не получив ожидаемых мест в центральном правительстве, перестали подчиняться новому президенту. Началась борьба за власть, переросшая в гражданскую войну. В 1978 г. военные из клана маджертеен предприняли неудачную попытку свергнуть С. Барре. В начале 1980-х годов они же поднялись на вооруженное восстание, объединившись с Сомалийским демократическим фронтом спасения (Somali Salvation Democratic Front, СДФС), который поддерживали Эфиопия и Ливия5.
5 Антиправительственные призывы этой организации передавало радио «Кулмис», базировавшееся в Эфиопии. Позже оно стало центральным вещательным органом Сомалиленда - «Радио “Борьба”».
IlillillllillHIitl Iiiiiiiiiiiiiiiiiii


СДФС был образован в 1979 г. группой недовольных офицеров, в числе которых был будущий президент страны Абдуллахи Юсуф Ахмед.
Вооруженные выступления оппозиционных правительству движений распространились на северные районы (территорию современного Сомалиленда): поднялся клан исаак под знаменем Сомалийского национального движения (Somali National Movement), созданного в 1981 г. Лондоне сомалийскими эмигрантами. В 1989 г. антиправительственные выступления начались в столице страны среди представителей клана хау- ийя под руководством Объединенного сомалийского Конгресса (United Somali Congress).
В том же году был сформирован Совет национального примирения Сомали (Council for National Reconciliation and Salvation). Первый манифест этой организации содержал требование отставки Барре, назначения временного правительства и даты многопартийных выборов.
На территории Огадена проводило антиправительственные акции Сомалийское патриотическое движение (Somali Patriotic Movement), члены клана гадабурси объединились в Сомалийский демократический альянс (Somali Democratic Alliance), клан рахануэйн организовал Сомалийское демократическое движение (Somali Democratic Movement).
К началу 1991 г. три основные антиправительственные организации добились значительных успехов: Сомалийское национальное движение контролировало северные районы страны6, Объединенный сомалийский конгресс взял штурмом президентский дворец в Могадишо, установив контроль над столицей, Сомалийское патриотическое движение контролировало несколько городов на юге страны.
На действия оппозиции Мохаммед Сиад Барре ответил репрессиями и бомбардировками городов на севере Сомали; жертвами стали около 5 тыс. представителей племенной группы исса, ещё около 350 тыс. сомалийцев вынуждены были бежать в соседнюю Эфиопию. Всего же в 1990 году от репрессий погибли 50- 60 тыс. человек.
Неспособность оппозиции свергнуть правительство С. Барре объяснялась прежде всего ее раздробленностью и межклановыми разногласиями. Так, в октябре 1982 г. распался альянс Демократического фронта спасения Сомали и Сомалийского национального движения из-за неудачных попыток выработать единую стратегию действий против правительства С. Барре. Некоторые движения, например Демократический фронт спасения Сомали, опирались на поддержку Эфиопии, что автоматически лишало их поддержки сомалийских националистов. Другие объединения, как, например, Национальное движение Сомали, придерживались прозападной политики, политики сближения с США, тем самым способствуя иностранному вмешательству во внутренние дела Сомали.
Внешняя политика правительства С. Барре на протяжении всего его правления была направлена на поиски стран- доноров, готовых оказать гуманитарную, военную и техническую помощь Сомали. Хотя в своей революционной речи Барре призывал ни в коем случае не просить «империалистов» о помощи, правительство искало и находило военную (техническую) поддержку как у стран коммунистического блока, так и западных стран.
Дипломатические отношения СССР с Сомали были установлены еще правительством Абдирашида Шермарка 11 сентября 1960 г. В 1965 г. СССР начал 6 Это впоследствии привело к требованию отделения и образованию Сомалиленда. По этой причине альянс трех основных антиправительственных организаций не состоялся.
tiiiiiitifiinifiif 793 lllllirilllllllliri


создание сомалийского флота, а в 1966 г. при непосредственном участии советских специалистов началось строительство порта в Бербере. В 1974 г. СССР и Сомали заключили полномасштабный договор о дружбе и сотрудничестве на 20 лет. СССР полностью поддержал Сиада Барре, выделив только в 1976 году свыше 100 млн долл, военной помощи. Свыше 3 тыс. сомалийских военнослужащих прошли обучение в СССР. Помимо этого своих военных инструкторов в Сомали присылала и Куба. Взамен СССР получил в свое распоряжение ряд стратегических объектов на территории Сомали. Румынский лидер Н. Чаушеску, посетив Могадишо в 1983 г., предложил Сомали техническую помощь в ряде областей. Сомали заключало договоры с Китаем по строительству дорог в удаленных областях страны. Китаем была построена дорога параллельно эфиопской границе, был сооружен спорткомплекс в Могадишо и роддом на 500 мест в столице. В июле 1970 г. были подписаны соглашения с Италией о научном, культурном и техническом сотрудничестве.
В 1977 г. из-за конфликта с Эфиопией, в котором СССР встал на сторону последней, Сиад Барре окончательно дистанцировался от СССР и взял курс на сотрудничество с США и арабскими странами. Благодаря вступлению Сомали в Арабскую лигу в 1974 г., оно получило поддержку арабских стран7: Египта, Саудовской Аравии, Пакистана, Ирана. Только Египет за время войны передал Сомали военного снаряжения на 30 млн долл. Тем не менее сомалийская армия, столкнувшись с эфиопскими войсками, вооруженными советской техникой и поддерживаемыми кубинскими частями и советскими советниками, потерпела поражение, и в марте 1978 г. было официально объявлено о выводе сомалийских войск из Огадена.
В 1979 г. правительство Сомали было вынуждено принять новую конституцию и подтвердить уважение прав человека в стране (ради получения военной и экономической помощи от США). Конституция была принята, однако права человека оставались только на бумаге - продолжались аресты и расправы над оппозицией. На севере Сомали действовал военно-полевой суд, устраивавший допросы и последующие казни северян - оппонентов правящего режима, поощрялись слежка и доносы.
В августе 1980 г. США и Сомали подписали соглашение, предоставлявшее право американским боевым кораблям и ВВС пользоваться портами и авиабазами Сомали. Взамен американцы оказывали военную помощь сомалийскому режиму. Однако надежды на США не оправдались - американская помощь оказалась гораздо меньше обещанной, и позже Барре указывал на то, что Вашингтон «много обещает, но мало делает».
К концу 1980-х годов после поражения в войне с Эфиопией Сиад Барре постепенно стал утрачивать популярность среди населения, режим его власти становился все более авторитарным. Он стал предоставлять все больше власти представителям собственного клана марехаан из племени дарод. Обострение кланово-племенных противоречий и резкое ухудшение экономической ситуации привели к активизации вооруженной оппозиции.
Барре стремительно терял своих союзников внутри страны и за ее пределами. Кланы огаден, хауийя и раханвейн не поддерживали его. Китай, Ливия, Южная Африка и Италия отказали в предоставлении экономической помощи до наведения порядка в стране.
7 В это же время Барре являлся действующим председателем Организации африканского единства.
lllllllllllllllllll f УЧ lllllllllllllllllll


Суданский лидер Нимейри, оказывавший поддержку С. Барре, был свергнут еще в 1985 г. Новое правительство Судана не поддержало сомалийского лидера. Наблюдательные группы различных стран, несмотря на официальные заверения о соблюдении в Сомали прав человека, отмечали высокий уровень их нарушения. Треть населения Сомали находилась на грани голодной смерти, а посылаемая гуманитарная помощь расхищалась группами сомалийских бандитов и продавалась на черном рынке.
В 1991 г. С. Барре был вынужден бежать из страны, потеряв практически всех сторонников - своих соотечественников, своих соплеменников, своих родственников, которые уже начали делить власть. Сиад Барре умер в Лагосе 2 января 1995 г. в возрасте 76 лет. Он до конца жизни так и не смог полностью признать ответственность за провал реформ в стране. «Я всего лишь человек, что, к сожалению, было моей ошибкой. У англичан есть поговорка: когда ты делаешь мало, то совершаешь мало ошибок, когда ты вообще ничего не делаешь, то не совершаешь ошибок», - говорил С. Барре в последнем интервью.
Клановые разногласия до настоящего времени остаются причиной неблагоприятной обстановки в Сомали. Уже после С. Барре предпринимались попытки решения этой проблемы демократическим путем, в отличие от авторитарного, предложенного Барре. Как показывает современная обстановка в Сомали, этот путь оказался также неприемлемым для сомалийского народа. Самого Сиада Барре сомалийцы называют как «проклятием Сомали», так и «национальным героем Сомали».
Л.В. Иванова
Литература
Ватте MS. Му Country and Му People. Vol. 1. Mogadishu, 1970.
http://www.youtube.com/watch7v“ oilgkZqstBg (последнее интервью M.C. Барре).
Laitin D., Samatar S. Somalia: Nation in Search of a State. Boulder, 1987.
Greenfield R. Obituary: Siad Barre. The Independent. 1995. January 3.
Former President Mohamed Siad Barre, The Most Wrongfully Vilified Person In the Somali History After the Late Nationalist Leader Say id Mohamed Abdule Hassan. Aug 28, 2007. L. // http://www.somaliaonline.com/cgi-bin/ubb/ ultimatebb.cgi?ubb“print_topic;f=9;t=012230
President Siad Barre the last Somalia dictator// http://www.youtube.com/watch7v“ 16KBmF4bMkg
http://www.youtube.com/watch?v=esxn9 P1 Nsz 1 & featu re=related


Жозеф Симон ГАЛЛИЕНИ
Joseph Simon GALLIENI
24.IV.1849-28.V.1916
Французский военачальник и колониальный деятель. Родился 24 апреля 1849 г. в г. Сен-Беат на юго-западе Франции, умер 28 мая 1916 г. в Версале.
Ж.С. Галлиени является, пожалуй, самым известным французским военным времен колониальных войн конца XIX - начала XX в.: слава «спасителя Парижа» (по выражению Ж. Клемансо) от немецкого наступления в 1914 г. не смогла затмить его свершений в Тонкине, Французском Судане и в особенности на Мадагаскаре.
Действительно, Галлиени прибыл на Мадагаскар в расцвете сил (ему было 47 лет) и с огромным опытом службы в землях, которые стали затем колониями Франции. Результаты девяти лет, проведенных им на Великом острове, позволили затем сказать, что наиболее заметный след он оставил именно в этой колонии1.
Галлиени родился в семье итальянца, поступившего на французскую военную службу в 1829 г. в чине лейтенанта. Обучался в средней школе для сыновей офицеров в г. Ля Флэш (долина Луары), затем в 1868 г. в возрасте 19 лет поступил в Имперскую специальную военную школу Сен-Сир. Закончив ее в 1870 г. в чине младшего лейтенанта, получил 15 июля, за четыре дня до начала франкопрусской войны, назначение в 3-й полк морской пехоты. В битве при г. Базей в Арденнах был ранен в голову, попал в плен и семь месяцев провел в тюрьмах городов Ингольштадта и Магдебурга.
После освобождения назначен на военную службу в Париж, затем - в Рошфор. С 1872 по 1875 г. служил на о-ве Реюньон, получил звание лейтенанта (1873 г.). По возвращении провел полгода во Франции, затем в 1876-1881 гг. служил в Сенегале, Мали и Нигере. В 1878 г. получил звание капитана. В 1881 г. вернулся в Париж. Женился, опубликовал сообщение о своей пятилетней миссии в Западной Африке. Географическое общество присудило ему Большую золотую медаль.
В 1882 г. стал командиром батальона в Тулоне, в 1883-1886 гг. - служил на Мартинике, в 1886-1888 гг. - главнокомандующий во Французском Судане1 2, в 1888-1890 гг. - командир полка в Тулоне.
Окончив Военную школу в 1891 г. с оценкой «очень хорошо», получил должность полковника при главном штабе морской пехоты (1892 г.).
В 1892-1896 гг. участвовал в кампаниях по завоеванию Тонкина3, где встре1 Gautier E.F. Le général Gallieni // Annales de géographie. 1916. Vol. 25. № 136. P. 312.
2 Верховья p. Сенегал, территория нынешнего Мали.
3 Северная часть Вьетнама.
Illlllllllliltlllll /96 HIIIIIIIIIIIIIIIII


тился с некоторыми из своих будущих соратников по Мадагаскару - подполковником Теофилем Пеннекеном4 и командиром батальона Юбером Лиоте5. Стоит отметить, что ряд подчиненных Галлиени по Мадагаскару сделали впоследствии блестящую карьеру, как, например, будущий маршал Франции и главнокомандующий ее вооруженными силами в Первой мировой войне Жозеф Жоффр и будущий министр обороны Пьер Огюст Рок6.
В 1896 г. по просьбе министра колоний Андре Лебона бригадный генерал Галлиени был назначен главнокомандующим войсками на Мадагаскаре7, где в это время разгорелось народное восстание меналамба8 (1895-1898 гг.). 7 сентября он прибыл на Великий остров, находившийся, по его словам, «в самых критических обстоятельствах»9. Действительно, к приезду Галлиени отряды меналамба контролировали 99% территории острова, тогда как французы - только пригороды Тананариве10 11. Галлиени поначалу с ужасом констатировал царящую повсюду полнейшую анархию и даже начал всерьез сомневаться, что можно что-то исправить11. 10 октября он заменил И. Ляроша на посту генерал-губернатора и начал действовать.
Завоевание ( «умиротворение»12) Мадагаскара и «строительство колониального государства»13 на его территории проводились Галлиени согласно его «новому организационному методу»14, предполагавшему проведение военных действий одновременно с преобразованиями в политической, экономической и культурной областях, жесткую концентрацию всей полноты военной и гражданской власти в одних руках, предоставление большего места личным инициативе 4 Т. Пеннекен учился на одном курсе с Галлиени в Сен-Сире, вместе с ним воевал и попал в плен под г. Базей. Служил в 1883-1885 гг. на Мадагаскаре, в Тонкине (до 1893 г.) и снова на Мадагаскаре (1898-1900 гг.). 12 февраля 1914 г. назначен на место Галлиени в Консультативный комитет обороны колоний.
5 Подполковник и начальник штаба Галлиени на Мадагаскаре, впоследствии маршал Франции.
6 Дивизионный генерал, выпускник Политехнической школы, в 1901 г. - директор Военно-инженерной службы и общественных работ на Мадагаскаре, заменил Галлиени на посту министра обороны (16 марта - 12 декабря 1916 г.), где его, в свою очередь, заменил Ю. Лиоте.
7 6 августа 1896 г. Мадагаскар объявлен колонией Франции, 14 сентября Галлиени назначен генерал-резидентом острова, а затем и его генерал-губернатором.
8 От малагасийского menalamba - «красные тоги».
9 GallieniJ.S. Lettres de Madagascar 1896-1905. P. : Société d’éditions géographiques, maritimes et coloniales, 1928. P. 14.
10 Емельянов АЛ., Мыльцев ПА. Забытая история Великого острова. М.: Наука, 1990. С. 103.
11 GallieniJ.S. Op. cit. Р. 14.
12 Всего за годы «умиротворения» (1895-1915) погибло ок. 100 000 малагасийцев при тогдашнем населении острова около 3 млн человек (Демократическая республика Мадагаскар. Справочник. М.: Наука, 1985. С. 75).
13 Michel M. La concéption de l’état colonial chez Gallieni // Omaly sy anio. 1994. № 33-36. 1991-1992. P. 585.
14 Zimmerman M. Les méthodes de colonisation du général Gallieni à Madagascar // Annales de Géographie. 1899. T. 8. № 40. P. 381.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii /у/ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


и интересу15, новаторское «гражданское использование армии»16.
В том, что касается непосредственно боевых действий, применялся метод «масляного пятна»: «Чтобы сдержать восстание, была воздвигнута первая линия постов примерно в 15 километрах вокруг Тананариве. Под ее прикрытием... мы занимаемся обустройством страны... Как только это будет сделано, наши посты будут продвигаться вперед таким образом, чтобы расширять замиренную зону...»17. Метод репрессивных «больших колонн» не отменялся вовсе, но его использованию уже предшествовала организация «территорий, округов и секторов»18. В этой концепции «авангард может продвигаться для завоевания новых территорий, только если тыл полностью организован»19. Задачей было занять территорию, изолировать ее от повстанческих зон и поддержки извне и наладить жизнь внутри нее. Для этого войскам, выполнявшим одновременно военную и гражданскую функции, предписывалось руководствоваться принципом минимального вреда. После боев рекомендовалось в первую очередь восстанавливать социальную инфраструктуру, в том числе рынки и школы.
В области политической это был, прежде всего, подрыв традиционных властных и социальных структур.
27 сентября 1896 г., в первые дни после приезда Галлиени на Мадагаскар, на острове было отменено рабство. Этот вроде бы однозначно положительный акт разрушал, однако, устоявшуюся социальную иерархию общества и закладывал основы для развития новых векторов противостояния между социальными группами Мадагаскара, особенно на фоне репрессий против знати.
Расстрел 15 октября 1896 г. по обвинению в заговоре и поддержке восстания дяди королевы принца Рацимаманги (представителя касты андриана) и министра внутренних дел Райнандриамам- пандри (протестанта из касты хува) имел целью не только избавиться от предполагаемых руководителей восстания, но и добиться устрашающего эффекта для всех слоев малагасийского общества. Стоит добавить, однако, что впоследствии Галлиени сожалел об этом решении и, в частности, оказывал помощь, в том числе финансовую, родственникам расстрелянных или сосланных в 1896-1897 гг.20.
Тот же метод «разделяй и властвуй» - так называемая «расовая политика» Галлиени - применялся генералом и по отношению к народностям Великого острова. Так, шло четкое противопоставление народности мерина всем остальным. Однако, будучи прагматиком, Галлиени скорее использовал «кнут и пряник», привлекая к сотрудничеству в зависимости от ситуации представителей всех народностей и социальных групп острова. Приверженец английского «косвенного управления»21, Галлиени старался использовать туземные власти22. Вместе с тем одни историки считают, что на практике генерал был на полпути между кос15 Ibid.
16 Ibid.
17 GallieniJ.S. Op. cit. P. 15.
18 Zimmerman M. Op. cit. P. 381.
19 Beauregard Ph. de. Pacification: l’école française // Doctrine. 2007. № 12. P. 99.
20 Ellis St. Un complot colonial à Madagascar. L’affaire Rainandriamampandry. P.: Karthala, 1990. P. 106.
21 Beauregard Ph. de. Op. cit.
22 Michel M. Op. cit. P. 590.
IIIIIIIIHIIIIIIIII />0 IIIIIIIIHIIIIIIIII


венным и прямым управлением, будучи ближе ко второму23, а другие - что его управление было однозначно прямым24.
Наконец, важной политической мерой была отмена монархии - принуждение королевы Ранавалуны III к отречению от трона 28 февраля 1897 г. и высылка ее сначала на о-в Реюньон, а затем в Алжир.
В области культуры первоочередной задачей Галлиени было развитие сети школ с «решительно французским образованием» (циркуляры 5 октября и И ноября 1896 г.)25, В качестве приоритета выдвигалось изучение французского языка26, причем ввиду недостатка учителей роль преподавателей зачастую приходилось выполнять военным. Галлиени «имел в виду прежде всего противодействовать неблагоприятным влияниям заграницы и религии»27, то есть Великобритании и миссионерских учебных заведений. В целом же речь шла не о филантропии, а о «формировании вспомогательных кадров колонизации»28.
Помимо школ, по инициативе Галлиени был создан ряд учебных и научных заведений, самые известные из которых Медицинская школа Тананариве (1896 г.); школа Лё Мир де Вилер, готовившая руководителей для малагасийской администрации (1897 г.); Институт по созданию вакцин и борьбе против бешенства (1898 г.), ставший в 1927 г. Институтом Пастера на Мадагаскаре; наконец, самое известное детище Галлиени - Малагасийская академия (1902 г.), первая в Африке.
Галлиени, развивая сеть образовательных и научных учреждений на Мадагаскаре, прекрасно понимал прикладное значение исследовательской деятельности и соответствующих публикаций. Он сам был член-корреспондентохм Академии наук Франции по секции географии, был авторОхМ или инициаторОхМ ряда трудов, обобщивших его колониальный опыт, а также «апологетом знания местных языков»29. Утверждая, что «политика проходит через глубокое знание населения»30, Галлиени поощрял изучение Мадагаскара. Современники отмечали в годы его генерал-губернаторства бурный поток статей-исследований о Великом острове, который с отъездом Галлиени несколько иссяк31. Генерал умело использовал организационные рычаги для решения поставленных задач, в том числе информационно-пропагандистских: в июне 1899 г. было опубликовано второе издание «Гида иммигранта на Мадагаскаре». По поручению Галлиени, информация для него была собрана в рекордные сроки, редактировал и систематизировал ее Альфред Грандидье.
Наконец, в области экономической приоритетом Галлиени была модернизация инфраструктур - дорог, каналов, а также строительство железных дорог. В частности, он инициировал в 1901 г. строительство первой железной дороги Тананариве - Восточное побережье32.
23 Ibid.
24 Демократическая республика Мадагаскар... С. 72.
25 Razafimbelo С. La formation des enseignants aux temps des colonies // Didaktika (б.м.) (б.д.). Dossier: Formation des enseignants à Madagascar.
26 Michel Af.Op. cit. P. 593.
27 Ibid. P. 592.
28 Ibid. P. 593.
29 Ibid.
30 Beauregard Ph. de. Op. cit. P. 100.
31 Gautier E.F. Op. cit. P. 311.
32 За время пребывания Галлиени на Мадагаскаре было построено 150 из 368 км этой ветки, целиком строительство завершилось в 1913 г.
Hiiiiiiiiiiiiiiiii Hiiiiiiiiiiiiiiiii


С апреля 1899 г. по июль 1900 г. генерал-губернатор Галлиени находился в командировке в Париже33. Его основными задачами были лоббирование проекта закона о колониальной армии, «выбивание» кредитов для Мадагаскара, продвижение проектов строительства укреплений в бухте г. Диего-Суарес (ныне - Анцеранана) и железной дороги Тананариве - Восточное побережье34. Для создания позитивного имиджа как Мадагаскара, так и своей на нем деятельности Галлиени использовал все возможности: персональные контакты, речи и статьи, связи Ю. Лиоте в аристократических кругах, даже всемирную выставку в Париже35 (апрель-ноябрь 1900 г.), в ходе которой достижения и диковинки новой колонии были представлены на площади Трокадеро. В целом Галлиени удалось достичь практически всех поставленных целей и даже получить очередное звание дивизионного генерала (1899 г.). После возвращения на Мадагаскар он даже был назначен главнокомандующим войсками восточноафриканской группы (1903 г.).
В 1905 г. Галлиени ушел в отставку с поста генерал-губернатора Мадагаскара и вернулся во Францию. Какими были результаты девяти лет, проведенных им на острове? Их оценки - то сдержанные, то восторженные - весьма противоречивы. С одной стороны, «реальность оставалась слишком далека от намерений... это наблюдение должно относиться ко всей политике Галлиени на Мадагаскаре»36. С другой, несмотря на то что «Галлиени действовал в неясном политическом контексте»37, ему вполне удалось заложить базу колониального общества на Мадагаскаре, а многие материальные свершения генерала функционируют и поныне: «Галлиени встретил восставшие джунгли, а оставил после себя спокойную и процветающую колонию»38.
По возвращении с Мадагаскара Галлиени был награжден орденом Почетного легиона степени «Большого креста» (6 ноября 1905 г.), в феврале 1906 г. - назначен командующим 13-м армейским корпусом в Клермон-Ферране, в июне 1906 г. - военным комендантом Лиона и командующим 14-м армейским корпусом.
В 1908 г. он получил пост в Высшем военном совете и председательство в Консультативном комитете обороны колоний. Осуществлял инспекционные поездки по Северной Африке.
В 1911 г. Галлиени был избран в Верховный совет национальной обороны, его прочили на пост главнокомандующего французской армией. Однако генерал, под предлогом приближавшегося ограничения по возрасту (ему было 62 года) и проблем со здоровьем, отказался.
В апреле 1914 г. Галлиени вышел в отставку, жил в г. Сен-Рафаэле на Лазурном берегу. В июле умерла его жена, с которой он вырастил двух детей. С началом Первой мировой войны Галлиени руководил обороной Парижа, являлся одним из организаторов победы в битве на Марне (сентябрь 1914 г.). С октября 1915 г. по март 1916 г. занимал пост министра обороны Франции.
33 Его обязанности временно исполнял Т. Пеннекен.
34 Venier P. Une campagne de propagande coloniale: Gallieni, Lyautey et la défense du régime militaire à Madagascar (1899-1900) // European Studies Research Institut, University of Sasford, Manchester, (б.д.). P. 30.
35 Ibid.
36 Michel M. Op. cit. P. 600.
37 Beauregard Ph. de. Op. cit. P. 100.
38 Deschamps H. Joseph Simon Gallieni (1849-1916) // Hommes et destins (Dictionnaire biographique d’Outre-Mer). T. I. P.: Académie des Sciences d’Outre-Mer, 1975. P. 214.
iiiiiiiiiiiniiim ÖUU iiiiiiniiiiitimi


В апреле 1916 г. Галлиени был госпитализирован в Версале, и в ночь с 27 на 28 мая умер от послеоперационных осложнений. Национальные похороны Галлиени состоялись 1 июня. Похоронен на кладбище г. Сен-Рафаэль.
6 мая 1921 г. Галлиени посмертно присвоено звание маршала Франции. Его имя носят знаменитый лицей в Антананариву, бульвары в Тулиари и Ма- хадзанге, станция парижского метро.
Каким был этот человек? Современник писал, что малагасийцы называли его jeneraly masiaka - «злым (жестоким) генералом»39. Малагасийский ученый считал, что его миссию на Мадагаскаре можно было бы назвать безупречной, если бы он показал себя «более гуманным и менее авторитарным по отношению к малагасийской идентичности»40. Сослуживец рассказывает о нем как об «антиподе ... военного в официальном и обыденном понимании этого слова во Франции. Форма, рапорт, клише, даже субординация не существуют для него. Результат - вот единственная его цель, и как следствие - бесконечная гибкость в средствах ... в один миг он поставил бы полковника под начало более предприимчивого капитана»41. Галлиени читал в подлиннике Г. Спенсера и К. Клаузевица, изучил в плену немецкий язык, а свой дневник вел на немецком, английском и итальянском42. Исследователь нашего времени, критически оценивающий первые шаги колониальной политики Франции на Мадагаскаре, пишет, что Галлиени был «человеком чести»43, с «радикальным темпераментом, оригинальностью и вкусом к экспериментам, которые рисковали поставить под угрозу его карьеру»44. Такая неординарностьоценки личности Галлиени, «революционера и консерватора»45, «свободомыслящего»46 генерала, верившего в цивилизаторскую и освободительную миссию Франции47, очевидно, отражает то непростое время, в которое ему пришлось жить и действовать. «Ему часто поручали спасать безнадежные ситуации - он ни разу не проиграл»48.
А.В. Козвонин
Сочинения Ж.С. Галлиени
Mission d’exploration du Haut-Niger. Voyage au Soudan français (Haut-Niger et Pays de Ségou), 1879-1881. P., 1885.
Deux campagnes au Soudan français, 1886- 1888. P., 1891.
Trois colonnes au Tonkin (1894-1895). P.: Librairie R. Chapelot, 1899.
Rapport d’ensemble du général Gallieni sur la situation générale de Madagascar. P.: Journal officiel de la République Française, 1899.
La pacification de Madagascar (opérations d’octobre 1896 à mars 1899). P.: Librairie militaire R.Chapelot, 1900.
39 Les incertitudes du colonialisme. Jean Carol à Madagascar / Par Y.-G. Paillard. P.: Harmattan, 1990. P. 195.
40 Rajemisa-Raolison R. Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa: Editions Ambozontany, 1966. P. 146.
41 Beauregard Ph. de. Op. cit. P. 100.
42 Deschamps H. Op. cit. P. 212.
43 Ellis St. Op.citP. 106.
44 Ibid. P. 55.
*5 Michel M.Op. cit. P. 591.
46 Ibid.
47 Ibid.
48 Deschamps H. Op. cit. P. 215.
iiiiiimiitiiiiiii OUI iiiHiiiiiNiiiiiii


Madagascar de 1896 à 1905. P., 1905.
Neuf ans à Madagascar. P., 1908.
Mémoires du Maréchal Gallieni. P., 1926.
Lettres de Madagascar 1896-1905. P.: Société d’éditions géographiques, maritimes et coloniales, 1928.
Литература
Демократическая республика Мадагаскар. Справочник. М.: Наука, 1985.
Емельянов AJL, Мыльцев ПА. Забытая история Великого острова. М.: Наука, 1990.
BeaaregflrJP/L Je. Pacificationil’écolefrançaise// Doctrine. 2007. № 12. P. 97-101.
Deschamps H. Joseph Simon Gallieni (1849- 1916) // Hommes et destins (Dictionnaire biographique d’Outre-Mer). T. I. P.: Académie des Sciences d’Outre-Mer, 1975. P. 212-215.
Ellis St. Un complot colonial à Madagascar. L’affaire Rainandriamampandry. P.: Karthala, 1990. Gautier E.F. Le général Gallieni // Annales de géographie. 1916. Vol. 25. №. 136. P. 310-313.
Les incertitudes du colonialisme. Jean Carol à Madagascar / Par Y.-G. Paillard. P.: Harmattan, 1990; Michel M. La concéption de l’état colonial chez Gallieni // Omaly sy anio. Antananarivo. 1994. № 33-36; 1991— 1992. P. 585-601.
Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personnalités historiques. Paris: Editions Sépia, Editions Tsipika, 2005.
Rajemisa-Raolison R. Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa: Editions Ambozontany, 1966.
Razafimbelo C. La formation des enseignants aux temps des colonies // Didaktika (б.м.), (б.д.). Vol. 1. P. 5-11.
Venier P. Une campagne de propagande coloniale: Gallieni, Lyautey et la défense du régime militaire à Madagascar (1899- 1900) // European Studies Research Institut, University of Sasford, Manchester, (б.д.) P. 1-14.
Zimmerman M. Les méthodes de colonisation du général Gallieni à Madagascar // Annales de Géographie. 1899 T. 8. № 40. P. 380-381.
http://fr.wikipedia.org/wiki/Joseph_Gallieni http://www.cheminsdememoire.gouv.fr/page/ affichegh.php?idGH=1441 &idLang=fr


Альфред ГР АНДИДЬЕ
Alfred GRANDIDIER
20.XII.1836- 13.IX.1921
Родился в Париже (по другим сведениям - под Парижем) 20 декабря 1836 г., умер 13 сентября 1921 г. в окрестностях Парижа. Он и его сын ГРАНДИДЬЕ Гийом - французские ученые и путешественники, исследователи Мадагаскара.
Упоминание фамилии «Грандидье» вызывает две устойчивые ассоциации: остров Мадагаскар и образ исследователя-первопроходца. Характерные для Альфреда Грандидье разносторонний и глубокий научный поиск, энциклопедизм, сосредоточенность исследований в рамках практически одной географической зоны позволили назвать его «одним из наиболее крупных, если не крупнейшим ученым - исследователем Мадагаскара»1. Наряду с этим мадагаскарская часть биографии Грандидье достойна приключенческого романа: в начале своих путешествий по острову ученый (ему нет и тридцати) встречает как приятные стороны, так и опасности экзотической страны. Он становится «братом по крови»1 2 местных традиционных правителей (получая взамен безопасность передвижений и исследований), женится (впрочем, ненадолго) на дочери короля антануси3 4 Лахимеридза, присутствует на сеансах общения с духами «билу» (bilo). встречается с королями и королевами, спасается от обвинений в колдовстве, за которое принимают его астрономические и топографические наблюдения...
Альфред Грандидье родился в состоятельной семье старинного лотарингского рода. Получил сперва домашнее образование, с самого детства проявляя интерес к естественным наукам: коллекции насекомых, собранные им в десятилетнем возрасте, до сих пор хранятся в Музее естественной истории Парижа. В 1848-1851 гг. путешествовал с родителями и братом по Италии и Испании. В дальнейшем обучался в Сорбонне и Коллеж де Франс, получив две степени бакалавра - по филологии и точным наукам, а также степень лицензиата физико- математических наук. Помимо этого, посещал лекции по оптике и получал частные уроки ботаники.
В 1857-1859 гг., в возрасте 21 года, Атьфред вместе со старшим братом Эрнестом (1833-1912)1 и наставником 1 Rajemisa-Raolison R. Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa, 1966.
2 Фатидра (fatidra) - обряд «братства по крови».
3 Антануси (Antanosy) - народность, проживающая в южной части Мадагаскара.
4 Промышленник, натуралист и коллекционер предметов искусства, аудитор Государственного совета Франции. Путешествовал по Китаю, где собрал обширные коллекции и фотоархив, находящиеся ныне в .музеях Лувр (пожертвовал в 1894 г.) и Гимз. Им был издан ряд статей о китайской керамике.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii О17Д iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Жюлем Жансеном (1824-1907 г., будущим директором обсерватории в г. Медон) совершает свое первое путешествие (курируемое Министерством государственного образования Франции) - в Северную и Южную Америку. Результаты поездки, в том числе привезенные геологические, зоологические и ботанические коллекции, были высоко оценены властями - министр государственного образования Франции писал Альфреду Грандидье в ноябре 1860 г.: «Среди услуг, оказанных стране, нет более благородной, чем эта».
Это первое путешествие повлияло на выбор жизненного пути Альфреда Грандидье. По некоторым источникам, он отказался от дипломатической карьеры, которую ему прочила семья, и посвятил себя географическим и научным исследованиям.
С конца 1862 по август 1863 г. Грандидье находится в Индии, посещает также Шри-Ланку и составляет интересное описание острова. Однако его планы исследования Азии были нарушены - приступы малярии не отпускали его три месяца. Необходимость лечения и смены климата приводят его сначала на о. Занзибар, а потом на о. Реюньон.
Именно с Реюньона, куда он прибывает в середине 1864 г., Альфред Грандидье в компании с Огюстом Ланцем, директором музея г. Сен-Дени, впервые направляется в 1865 г. на Мадагаскар, который ему будет суждено посетить трижды - в 1865,1866 и 1868-1870 гг.
Начиная с весны 1865 г. он проводит первые исследования на восточном побережье Мадагаскара, в районе Суаниа- нина, после чего в ноябре 1865 г. возвращается на Реюньон.
6 июня 1866 г. Грандидье во второй раз отправляется на Мадагаскар, на этот раз - на крайний юг и юго-запад. Это второе путешествие заставило его окончательно оставить первоначальные проекты относительно Тибета и Центральной Азии, и всецело посвятить себя Великому острову.
В конце мая 1867 г. Грандидье возвращается в Париж для подготовки нового путешествия. С собой привозит островные артефакты и диковинки, в частности, живых лемуров. В обратную дорогу - закупает приборы по геодезии, магнетизму и метеорологии. 9 ноября 1867 г. отбывает на Мадагаскар.
25 мая 1868 г. на том же корабле, что и в первый раз, «Неутомимый», начинается третье путешествие Грандидье на Великий остров. Он проводит геодезические измерения бухты Св. Августина, обнаруживает ископаемых животных в Амбулисатре, поднимается вверх по р. Унилахи. Но заболевает лихорадкой и возвращается в Тулеар на носилках (filanjana).
По выздоровлении, снова отправляется в долину Фихеренана, а затем с января по март 1869 г. путешествует по стране махафали5.
Вернувшись в Тулеар, в марте 1969 г. Грандидье исследует западное побережье острова: посещает Мурундаву, Махабу, Циманандрафузану, Амбики, Майн- тирану, проплывает по р. Манамбулу до Безехи. В июле проводит 12 дней на о. Нуси-Бе, в августе - отбывает в Ma- жунгу (ныне - Махадзанга), а 21 сентября - в Антананариву. 17 октября прибывает в столицу, где его неоднократно принимают королева Ранавалуна II, премьер-министр, а также французский предприниматель Жан Лаборд. Грандидье три недели путешествует по центральным областям острова - Имерине, Анкаратре, Итаси, Анцихана- ке, долине р. Мангуру (вплоть до озера Алётра), через Андзузурубе возвращается в Антананариву. В ноябре-декабре исследует области южнее Антананариву -
5 Махафали (Mahafaly) - народность, проживающая в юго-западной части Мадагаскара.
IIIIIIIIIIIIIIIHII ÖU4 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Амбатулампи, Анцирабе, Маниа и Ма- лаймбанди.
16 марта 1870 г., ближе к началу сухого сезона, Грандидье пересекает остров с запада на восток, из Белу до Ма- нандзари. Этот маршрут он преодолел за 38 дней. Затем поднимается вдоль океана до устья р. Матитананы, к Амбухица- ре, и 30 мая возвращается в Антананариву. В начале июля прибывает в Таматаве (ныне - Туамасина), посещает Фульпу- энт и Фенерив. В конце месяца до него доходят новости о начавшейся франкопрусской войне, и Грандидье спешно отплывает во Францию. Узнав по прибытии в Марсель, что Париж с 19 сентября осажден, отправляется в Пуатье записаться добровольцем. После перемирия (28 января 1871 г.) возвращается в Париж.
С этого момента (ему исполнилось 34 года) начинается вторая часть жизни Грандидье, посвященная как обработке огромной массы собранных им материалов, так и делам семейным. В 1872 г. он женится на дочери юриста Верже, члена Института Франции. 1 июля 1873 г. у них родился сын Гийом, который стал помощником и продолжателем дела отца.
Итоги исследовательской деятельности Грандидье впечатляющи: он провел на Мадагаскаре около 5 лет, прошел не менее 5500 км (Р. Декари специально отмечает, что ученый всегда путешествовал пешком), три раза пересек остров поперек и, что важнее всего, смог собрать и в дальнейшем изложить на бумаге материалы своих изысканий, касающихся практически всех областей естественнонаучных знаний.
Отдельного упоминания заслуживает вклад Грандидье в изучение топографии Мадагаскара: он провел 1500 съемок теодолитом, определил широту 188 точек местности и долготу 24 населенных пунктов. Созданная им в 1871 г. карта впервые определила горный рельеф острова. Помимо этого были составлены детализированные карты, самой важной из которых является карта центральной области острова - Имерины (1/200000), составленная совместно с о. Робле6. Грандидье был первым европейским путешественником, которому удалось посетить почти все регионы Мадагаскара и отразить их картографически. Эти изыскания были востребованы практически немедленно: французский экспедиционный корпус использовал карты Грандидье как в первой (1883-1885 гг.), так и во второй (1894-1895 гг.) франкомалагасийских войнах.
Грандидье удалось собрать многочисленные образцы растений (важный гербарий западного региона острова), млекопитающих (включая лемуров) и птиц Мадагаскара, большинство из которых были тогда неизвестны. Его публикации по зоологии, написанные совместно с другими специалистами, демонстрируют разнообразие животного мира острова - рептилий, гиппопотамов, лемуров и эпиорнисов, а также ботанических эндемиков.
Ученый проводил изыскания в области истории и этнографии Мадагаскара, изучал обычаи и происхождение его народностей (первым предположил, что изначально Мадагаскар заселялся популяциями малайско-полинезийского происхождения), минералогию (его именем назван кристалл Грандидьерит) и др.
Результаты этих трудов сконцентрированы в его фундаментальной «Физической, естественной и политической истории Мадагаскара». По замыслу Грандидье, она должна была охватывать всю сумму знаний об острове и состоять из 60-ти томов (вышла лишь половина). Кроме того, в сотрудничестве со своим 6 Отец Робле (Клод Франсуа Дезире, 1828-1914 гг.) - католический миссионер и географ, основатель обсерватории Антананариву, провел на Мадагаскаре 53 года.
Ifllllllllllllfllll OUJ IIIHllllll HIHI II


сыном Гийомом, а также Ж. Шарлем-Ру и X. Фруадево, А. Грандидье выпустил «Собрание старинных изданий, касающихся Мадагаскара» в 9 томах - публикации с 1500 по 1790 г. о Великом острове на всех языках. Написал около 110 статей и книг. В 80-летнем возрасте начал писать мемуары. Материалы, собранные А. Грандидье, были переданы его сыном в Малагасийскую академию (Фонд Грандидье).
Вклад А. Грандидье в исследование Мадагаскара получил широкое прижизненное признание. В 1872 г. он был награжден золотой медалью Министерства государственного образования Франции и большой золотой медалью Географического общества Франции, медалью Академии наук Франции, орденом Леопольда (степень командора), а также орденом Почетного легиона (степень офицера, а незадолго до смерти - командора). Королевой Ранавалуной II возведен в высший ранг - 12 вунинахитра. Был действительным, почетным членом, а также член- корреспондентом более чем 40 научных обществ: президентом Географического общества Франции (1901-1905), почетным членом Русского географического общества (1902), членом Академии наук Франции (с 1885, секция географии и навигации), членом-основателем Малагасийской академии (1902), председателем Комитета Мадагаскара (основан в 1896 г.) и главным редактором журнала Комитета.
Имя Альфреда Грандидье присвоено улицам в Антананариву и в Таматаве, леднику на Аляске и горе на о. Кергелен. 14 декабря 1956 г. в знак признательности Малагасийская академия установила бюст Грандидье (скульптор Барбери) в парке Цимбазаза в Антананариву.
Дело А. Грандидье - комплексное изучение Мадагаскара - продолжил его сын Гийом. Он совершил два путешествия на Мадагаскар (в 1898-1899 и в 1901-1902 гг.), в ходе которых провел палеонтологические раскопки, геологические и исторические исследования, собрал богатый этнографический материал.
Г. Грандидье, как и его отец, занимался систематизацией проведенных исследований, прежде всего зоологических. В 1905 г. он получил степень доктора за диссертацию «Исследование об исчезнувших лемурах и в особенности о тех, которые жили на Мадагаскаре», написал совместно с отцом посвященные фауне Мадагаскара разделы в «Физической, естественной и политической истории Мадагаскара», а также - в сотрудничестве с Г. Пти - «Зоологию Мадагаскара».
Г. Грандидье опубликовал три тома «Политической и колониальной истории Мадагаскара», биографии колониальных деятелей Лё Мира де Вилер, Дюшена, Ж. Галлиени. С последним ученый познакомился на Мадагаскаре, а в 1914- 1916 гг., во время Первой мировой войны, Г. Грандидье был личным секретарем военного губернатора Парижа Галлиени.
Отдельный фундаментальный труд - «Этнография Мадагаскара» - был издан Г. Грандидье в сотрудничестве с отцом (первые два тома) и самостоятельно (последние два).
Завершающей работой Г. Грандидье является «Библиография Мадагаскара» в четырех томах.
Как и отец, Г. Грандидье активно занимался общественно-научной деятельностью. С 1918 по 1939 г. был генеральным секретарем Географического общества Франции, директором журнала «География», в 1919 г. стал членом (в 1950 г. - президентом) Географической секции Комитета исторических и научных работ, с 1931 г. - вице-председателем Общества африканистов. В 1940— 1954 гг. занимал должность постоянного секретаря Академии колониальных наук (ныне - Академии заморских наук), будучи ее членом-основателем.
iiiniiiiiiiiiiiiti О1/О iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Научные заслуги Г. Грандидье были отмечены в 1955 г. орденом Почетного легиона (степень командора).
А.В. Козвонин
Сочинения А. Грандидье и Г. Грандидье
Grandidier A. Histoire physique, naturelle et politique de Madagascar. R, 1875-1903.
Grandidier A. et G. (en collab. avec H. Froide- vaux). Collection des ouvrages anciens concernant Madagascar: contenant des ouvrages ou extraits d’ouvrages portugais, hollandais, anglais, français, allemands, italiens, espagnols et latins relatifs à Madagascar: In 9 vol. R, 1903-1920.
Grandidier A. L’Origine des malgaches. R, 1901.
Grandidier G. Bibliographie de Madagascar: In 4 vol. R, 1905-1957.
Grandidier G.(en coll, avec G.Petit). Zoologie de Madagascar. R, 1932.
Grandidier G. Ethnographie de Madagascar. T. I (en collab. avec A.Grandidier). R, 1908.
T II (en collab. avec A.Grandidier). R, 1914.
T. III. R, 1917. T. IV. R, 1928.
Grandidier G. Le Myre de Vilers, Duchesne, Gallieni: quarante années de l’histoire de Madagascar. R, 1924.
Grandidier G. Gallieni. R, 1931.
Grandidier G. Histoire politique et coloniale de Madagascar. T. I. Dès origines à la fin du règne de Ranavalona 1er, 1861. R, 1952.
T. IL Histoire des Merina, 1861-1897. R, 1956.
T. III. Histoire des populations autres que les Merina (en collab. avec H. Deschamps et R. Decary). R, 1958.
Литература
Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personnalités historiques. R: Editions Sépia; Editions Tsipika, 2005.
Rajemisa-Raolison R. Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa: Editions Ambozontany, 1966.
Decary R. Alfred Grandidier (1836-1921) // Hommes et destins (Dictionnaire biographique d’Outre-Mer). T I. R: Académie des Sciences d’Outre-Mer, 1975. R 265-267.
Decary R. Guillaume Grandidier ( 1873-1957) // Hommes et destins (Dictionnaire biographique d’Outre-Mer). T. I. R: Académie des Sciences d’Outre-Mer, 1975. R 267-269.
Decary R. Alfred Grandidier, explorateur de Madagascar (1836-1921). Tananarive, 1936.
Decary R. Guillaume Grandidier ( 1873-1957) // Journal de la Société des africanistes. 1957. Vol. 27. №27-2. R 213-219.


ГЫРМАМЕ НЫУАЙ
1924-1960
Руководитель попытки государственного переворота в Эфиопии в декабре 1960 г. вместе со своим братом Мэн- гысту Ныуай
Родился в 1924 г. в Аддис-Абебе в семье настоятеля церкви Святого Георгия Алека Ныуай. Родители Гырмаме происходили из шоанской области Мэнз, где в 1270 г. после правления династии Загуэ произошло восстановление Соломоновой династии. Его мать принадлежала к знатному аристократическому роду мод- жа, члены которого не раз занимали высокие государственные посты.
После окончания начальной школы им. Тэфэри Мэконнына Гырмаме продолжил учебу в средней школе им. Хайле Селассие I. Он не был лучшим учеником, но отличался тягой к обсуждению разных проблем, проявляя при этом хорошие полемические задатки. Во время учебы он подружился со многими отпрысками самых громких фамилий Эфиопии. С некоторыми из них в составе группы из пяти человек после окончания школы он был направлен на учебу в США.
Во время обучения в Висконсинском университете он активно изучал историю и социологию, заводил знакомства среди сокурсников, устраивал диспуты по различным злободневным вопросам текущей жизни. Не удивительно, что вскоре он был избран президентом Ассоциации эфиопских студентов в Америке. Его статьи все чаще стали появляться в газете «Ethiopian Student News», издаваемой в Нью-Йорке. Постепенно стало улетучиваться то идеалистическое отношение к США, с которым он прибыл на учебу. Наблюдая отношение белого населения к чернокожим (речь идет о 1950-х годах), он стал ставить под сомнение демократизм американского общества. Именно в период нахождения в США Гырмаме серьезно заинтересовался идеями панафриканизма и взглядами Джорджа Пэдмора.
В качестве исследовательской работы на степень бакалавра он избрал проблему белых поселенцев в Кении, уделив большое внимание восстанию Мау-Мау. Его все больше начинали интересовать проблемы колониального прошлого и настоящего Африки и особенности антиколониальной борьбы народов этого континента.
1954 г. Гырмаме, который уже продолжил учебу в Колумбийском университете, был отозван в Эфиопию, где его ожидало назначение на административный пост в системе управления страной. Находясь за границей, Гырмаме ни разу не позволил себе критиковать ни существующие на родине порядки, ни деятельность правительства во главе с императором. Разочарование наступило позже, когда он столкнулся с реалиями эфиопской жизни. Так, например, ожидая назначения, Гырмаме попытался создать Клуб выпускников школы им. Хайле Селассие I, но потерпел фиаско. Власти всегда подавляли любую iiiiiimiiiiiinii 0(70 ШШН111ШШ11


инициативу снизу, особенно если она была направлена на создание каких бы то ни было объединений. В стране, где не существовало никаких организаций, кроме фанатично преданной императору Патриотической ассоциации, включавшей ветеранов итало-эфиопской войны 1935-1941 гг., попытки создания подобного клуба были обречены на провал.
Будучи назначенным губернатором одного из районов провинции Сидамо, Гырмаме с головой погрузился в работу. В своей деятельности он прежде всего исходил из интересов простых людей, стараясь облегчить их существование. В районе строились дороги и мосты, ремонтировались здания школ. Гырмаме лично следил, чтобы из Аддис-Абебы поступали учебники и другие учебные пособия. Вместе с тем он был суров по отношению к чиновникам, погрязшим во взяточничестве и пренебрегавшим двоими служебными обязанностями. Правда, он и сам не отказывался от взяток, но довольно своеобразно. На одном из совещаний он предъявил толстую пачку денег и заявил, что все это взятки. И коль он не в силах искоренить эту пагубную традицию, то и впредь не будет отказываться принимать деньги, но лишь с той разницей, что вся сумма взяток пойдет на нужды местного населения, прежде всего на нужды образования и здравоохранения. Местная знать была в ужасе от действий молодого губернатора, который, по их мнению, вел себя неподобающим образом. Особое недовольство местных помещиков вызвало решение Гырмаме раздать безземельным крестьянам необрабатываемые земли, примерно то, что делало у себя правительство Кении. Поток жалоб на Гырмаме в Аддис-Абебу постоянно возрастал, его досье в Министерстве внутренних дел пухло не по дням, а по часам. В некоторых доносах он назывался не иначе, как «коммунист».
Вскоре Гырмаме получил новое назначение, на сей раз губернатором небольшого городка Джиджига в провинции Харэр, неподалеку от границы с Сомали. Основное местное население здесь состояло из скотоводов-кочевников, так что проблемы землевладения и землепользования не должны были возникнуть. Судя по всему, Гырмаме был раздосадован этим назначением, во всяком случае, выслушав монарший указ, он пренебрег традицией и, не поцеловав руки императора, просто поклонился и вышел.
На новом месте поведение Гырмаме мало изменилось. Он так же старался честно выполнять свои губернаторские обязанности и стремился облегчить жизнь местного населения. При нем в этом засушливом районе была осуществлена программа по строительству новых и ремонту старых колодцев, строительству новых школ, повышению уровня здравоохранения. С утра до ночи он заседал в мусульманских судах, общался с народом, принимал меры по защите города от кочевников-сомалийцев, претендовавших на район Огадена. Не раз он приезжал в Аддис-Абебу с просьбой предоставить для Джиджиги новое медицинское оборудование, автотранспорт, мебель для школ, но всегда получал отказ. Скорее всего опыт губернаторства в разных районах страны все больше укреплял в нем мысль, что при нынешней форме правления и конкретно при нынешнем императоре Эфиопия не имеет шансов для прогрессивного развития. Такой же точки зрения придерживались и многие другие молодые эфиопы, побывавшие за рубежом и невольно сравнивавшие реалии Европы и США с эфиопской действительностью. Гырмаме страстно хотел перемен и искал единомышленников. Одного из них, самого незаменимого, он нашел в своем брате, бригадном генерале Мэнгысту Ныуае, командующем императорской гвардией.
Мэнгысту был на восемь лет старше Гырмаме, но восхищался умом, решиIIIIIIIIIIII1HIIH OVy hiiiiiiiiiiiiiiiii


тельностью и взглядами младшего брата. Это был молодой, остроумный и думающий офицер, считавшийся в Аддис-Абебе одним из самых завидных женихов. Он пользовался расположением и большим доверием императора. Поговаривали, что Хайле Селассие собирался отдать в жены Мэнгысту одну из своих многочисленных правнучек.
Как и его брат, Мэнгысту осознавал отсталость Эфиопии и тяжелую долю ее народа, состоявшего главным образом из безземельных крестьян, которые за аренду земли вынуждены были отдавать помещику до трех четвертей собранного урожая.
Сопровождая императора в поездках по стране, Мэнгысту Ныуай не раз видел всю нищету и мучения крестьян. Однажды, потрясенный увиденным, он осмелился спросить Хайле Селассие: «Нельзя ли что-нибудь сделать для улучшения положения крестьян?», на что получил резкий ответ: «Экономика - не ваша забота». Помимо прочего, этот ответ свидетельствовал о стремлении императора держать армию вне общественных интересов и потребностей страны. Однако полностью изолировать армию от общественных процессов не удавалось. Многие офицеры, побывавшие на переподготовке в США, остро осознавали социально-экономическую отсталость своей родины и искали пути выхода из ситуации. Свою роль сыграл и процесс деколонизации Африки. Гордящаяся своими традициями политической независимости Эфиопия оказалась наименее развитой во всех отношениях по сравнению с недавними колониями. Достаточно упомянуть, что если в новых государствах Африки существовала оппозиционная пресса, различные политические партии и организации, то Эфиопия жила в условиях жесткого авторитарного режима, при котором были невозможны самые минимальные демократические свободы. Засилье американцев в военном ведомстве, их высокомерие и полная поддержка режима Хайле Селассие вызывала у патриотически настроенных офицеров антиамериканские чувства.
Периодически по вечерам в доме Мэнгысту Ныуая собирались его приятели гвардейские офицеры. Вскоре непременным участником этих собраний стал Гырмаме, который по делам службы часто бывал в Аддис-Абебе. Постепенно обычные офицерские пирушки трансформировались в серьезные разговоры о причинах отсталости Эфиопии и путях ее преодоления. Часто разговор заходил о военных переворотах в других африканских странах, в частности о свержении монархического режима организацией «Свободные офицеры» в 1952 г. в Египте и приходе к власти в Судане генерала И. Аббуда в 1958 г. Интеллектуальный уровень развития, устремленность и полемические способности Гырмаме привели к тому, что он стал восприниматься как идейный руководитель заговора, его мозг.
Антимонархические настроения наблюдались не только в гвардии. Относительно сильны они были также среди слушателей военной академии в Харэре, созданной в 1958 г. В период 1958— 1960 гг. из соседней Джиджиги сюда неоднократно приезжал Гырмаме Ныуай, который установил тесные контакты с рядом прогрессивно настроенных офицеров. Не обошел он своим вниманием и курсантов и офицеров военного училища в городе Холета, где под руководством шведских инструкторов готовились кадры для императорской гвардии. По крайней мере 30 выпускников военного училища стали участниками вооруженных событий в декабре 1960 г.
Большое внимание Гырмаме придавал также привлечению на сторону заговорщиков столичного студенчества. Во время неоднократных встреч с руководителями студенческого союза iiiiiiiiiiiiiiiiiii о IU iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Аддис-Абебского университета он убедился, что значительная часть молодежи разделяет его взгляды на причины отсталости Эфиопии и готова поддержать любые выступления против феодальномонархического режима.
К 1960 г. заговорщиками был создан тайный Совет революции во главе с братьями Гырмаме и Мэнгысту Ныуай. В него также вошли начальник службы безопасности подполковник Уоркинэх Гэбэйеху и начальник полиции страны бригадный генерал Цыге Дибу. Это были известные и влиятельные люди, пользовавшиеся доверием императора. Достаточно упомянуть, что Гырмаме и Уоркнэх входили в число трех лиц, которые имели право без доклада входить в спальню Хайле Селассие. Есть сведения, что это обстоятельство хотел использовать наиболее радикальный из всего Совета революции Гырмаме, который во время одного из заседаний предложил задушить императора подушкой. Эта идея не получила поддержки, для большинства примером служили египетские офицеры, которые после свержения в 1952 г. короля Фарука позволили ему спокойно покинуть страну. Движущей силой переворота должна была стать императорская гвардия, но большая надежда возлагалась и на поддержку армейских частей.
Вечером 13 декабря 1960 г„ когда император находился с государственным визитом в Бразилии, Совет революции принял решение о начале действий. Возможно, стоило бы провести более тщательную подготовку, но стало известно, что во дворце что-то начали подозревать. Незамедлительно по приказу Мэнгысту отряды гвардии захватили почти все ключевые объекты в столице: дворец, почту, телеграф, телефонную станцию, здания министерств, радиостанцию, банки и аэродром. Были блокированы все иностранные посольства, школы и университетский колледж, установлен контроль над важными перекрестками дорог в Аддис-Абебе и на подступах к ней. Была прервана связь с внешним миром. Кроме того, под благовидными предлогами или с применением силы гвардейцы доставили в штаб-квартиру Совета многих видных деятелей монархического режима, в их числе наследного принца Асфа Уосэна, председателя Совета министров и министра обороны раса Аббэбэ Арэгая, министра торговли и промышленности Мэконнына Хабтэ Уольда. Захвата избежали несколько других видных сановников и генералов, которые, храня верность императору, приняли активное участие в подавлении попытки переворота.
На следующий день, 14 декабря, по радио было передано обращение Совета революции к населению страны. Его огласил наследник престола, которым заговорщики планировали заменить на троне Хайле Селассие. Позднее утверждалось, что Асфа Уосэн был вынужден сделать это по принуждению под дулом автомата. В обращении, автором которого был Гырмаме Ныуай, в частности, говорилось: «Эфиопия гордится своей славной трехтысячелетней историей, но в течение такого длительного времени не произошло никаких значительных изменений в основных сферах жизни страны. Этот застой и низкий уровень жизни существует и сегодня. Не видно прогресса ни в одной области. Это является следствием того, что горстка сановников закоснела в своем эгоизме и коррупции, вместо того чтобы трудиться для общего блага. Народ Эфиопии все ждал того дня, когда наконец будут ликвидированы нищета и отсталость, но так ничего и не было осуществлено из многочисленных обещаний. Никакой бы другой народ не смог так долго терпеть. Огромные успехи, достигнутые получившими недавно независимость странами Африки, показывают, что эти страны своими достижениями в области экономики, просвещения и повышения жизненного уровня IIIIIIIIIIII1IHIII 811 ItllHIIIIIIIIIIill


оставят Эфиопию далеко за собой. В последние несколько лет в Эфиопии царил полный застой. Атмосфера недовольства и разочарования все больше росла среди крестьян, купцов, служащих; недовольны армия и полиция, учащаяся молодежь - и все общество Эфиопии...» Обращение заканчивалось словами: «Народ Эфиопии! Пусть твое единство станет сильнее железных цепей. Сегодняшний день станет началом новой эры для Эфиопии в глазах всего мира!»1
Вслед за этим в виде листовки была распространена программа, в которой довольно аморфно были сформулированы задачи переворота: оказание помощи крестьянам с туманным упоминанием о необходимости проведения аграрной реформы, гарантировалась безопасность иностранных капиталов, объявлялось о предоставлении гражданам свобод и т. д. Неопределенность этого документа мало сочеталась с действительными намерениями Гырмаме Ныуая, сторонника радикальных перемен, включая отстранение от власти императора Хайле Се- лассие.
15 декабря радио Аддис-Абебы объявило, что новое правительство взяло власть в свои руки мирным путем при полной поддержке армии и полиции. Однако заговорщики могли рассчитывать только на императорскую гвардию численностью около 4200 человек. Остальная армия не только не поддержала восставших, но и выступила против них. Благодаря целенаправленной политике императора между различными родами войск в вооруженных силах Эфиопии издавна существовало плохо скрываемое соперничество. Наибольшую зависть вызывала императорская гвардия, где выше были служебные оклады и быстрее карьерный рост, да и вообще служба проходила на глазах всемогущего монарха. Для армейских офицеров гвардейцы представлялись баловнями судьбы, освобожденными от несения воинской службы в далеких и малокомфортных частях страны.
Одной из ошибок заговорщиков было отсутствие агитационной работы среди армейских частей. Впрочем, цели попытки переворота не были ясны даже рядовым гвардейцам. Характерно, что ни в одном из обнародованных выступлений и прокламаций ни разу не был упомянут император. Заговорщики хорошо понимали, насколько велико традиционное почитание помазанника божьего, постоянно превозносимого в проповедях духовенства.
Постепенно ситуация стала меняться в пользу сторонников правящего режима. Начальнику Генерального штаба вооруженных сил страны генерал-майору Мэрыду Мэнгэше, мужу одной из правнучек императора, удалось организовать активные действия расквартированных в столице армейских частей по нейтрализации восставших. Важную роль в борьбе против гвардии сыграло выступление по армейской радиостанции главы церкви абуны Базилиоса, который обвинил заговорщиков в предательстве интересов страны и в нарушении клятвы, данной императору. Под страхом отлучения от церкви патриарх призвал население сохранять преданность монарху и не помогать мятежникам. Выступление патриарха оказало мощное воздействие на часть офицерства, которая перешла на сторону проправительственных войск.
Лишь студенчество открыто поддержало попытку переворота. В столице прошли массовые демонстрации, митинги и собрания студентов, скандировавших лозунги: «Наша цель - свобода, равенство, братство!», «Мы с новым правительством!». Другое дело, что в ходе боев студенты не могли оказать никакой помощи.
1 Цит. по: Бартницкий А., Мантелъ-Нечко И. История Эфиопии. М., 1976. С. 537-538.
и »шиш о /Z hiiiiiiiiiiiiiiiii


Тем временем известие о событиях в Аддис-Абебе дошло до императора, находившегося в Бразилии. Поскольку государственная радиостанция была захвачена восставшими, монархисты использовали возможности связи одного из западных посольств. Хайле Селассие спокойно воспринял тревожные новости и на протяжении всего пути домой проявлял завидное самообладание. Он хорошо представлял свой народ и, судя по всему, не сомневался в благоприятном для себя исходе дела.
15 декабря в столице начались решающие бои. Императорская гвардия, располагавшая лишь легким оружием, заранее была обречена, учитывая использование противником танков и авиации. После коротких, но ожесточенных сражений мятежники были разгромлены. Перед бегством из города руководители переворота очередями из автоматов расстреляли 15 человек из числа наиболее влиятельных заложников. По их мнению, именно эти люди вместе с императором несли самую большую ответственность за бедствия народных масс и отсталость страны. Их ликвидация должна была открыть путь более прогрессивным элементам к верхним этажам власти.
Вскоре были ликвидированы последние очаги сопротивления. Часть руководителей переворота погибла в ходе вооруженных действий, некоторые застрелились. Вернувшийся 17 декабря в Аддис-Абебу император уже не застал боевых действий.
Гырмаме и Мэнгысту предприняли попытку спастись бегством, затерявшись в горах, окружавших столицу. За их поимку была назначена внушительная сумма, и, помимо солдат, тысячи местных жителей приняли участие в облаве. При обнаружении Гырмаме вначале выстрелил в брата, а потом застрелился сам. Раненый Мэнгысту был схвачен солдатами и доставлен в Аддис-Абебу. Позднее он предстал перед судом и был приговорен к смертной казни через повешение. Во время судебных заседаний Мэнгысту держался с большим достоинством и ни разу не поставил под сомнение правильность своего участия в попытке переворота. Трупы братьев в течение долгого времени висели перед зданием Верховного суда.
Плохо продуманная и недостаточно подготовленная попытка смены правящего режима в стране закончилась неудачей. Но после нее что-то изменилось в Эфиопской империи. Начиная с 1961 г. в стране усилилось недовольство политикой императора среди студенчества и в армии, в среде пока еще немногочисленной эфиопской интеллигенции. Участились крестьянские бунты и выступления на национальной почве. Уже в марте произошло массовое организованное выступление солдат столичного гарнизона. И хотя их требования касались проблемы улучшения материального положения военнослужащих, армия все больше начинала осознавать свою силу. Не случайно император шел на удовлетворение всех требований военных.
Попытка переворота стала отправной точкой в развертывании борьбы против феодально-монархического режима, а имена его руководителей, Гырмаме Ныуая и его брата Мэнгысту, вошли в анналы истории этой борьбы.
В период эфиопской революции 1974-1991 гг. на сцене Национального театра с большим успехом шла драма «Братья», рассказывавшая о жизни и смерти главных героев декабря 1960 г. Военные, которые пришли к власти в 1974 г., видели в участниках попытки переворота своих предшественников, своих предтеч. На первом съезде Комиссии по организации партии трудящихся Эфиопии, в частности, подчеркивалось, что военные демократы, участники переворота 1960 г., «внесли заметный вклад в освободительную борьбу угнетенных iiiiDiiitiiiitmt iiiiiiiiiiiiiiiiiii


масс Эфиопии... которые наглядно убедились в возможности бросить вызов правителям, имевшим ореол святости». В правительственном сборнике материалов к 10-й годовщине эфиопской революции говорилось, что «попытка государственного переворота в 1960 г. - важная веха в борьбе масс, так как она показала возможность уничтожить феодальный строй»2.
Г.В. Цыпкин
Литература
Бартницкий А., Мантель-Нечко И. История Эфиопии. М., 1976.
Цыпкин Г.В., Ягъя В.С. История Эфиопии в новое и новейшее время. М., 1989.
Greenfield R. Ethiopia: A New Political History.
L., 1965.
Bahru Zewde. A History of Modern Ethiopia 1855-1974. Addis Ababa, 1991.
Kinfe A. Ethiopia from Empire to federation.
Addis Ababa, 2001.
2 Цит. по: Цыпкин Г.В., Ягья В.С. История Эфиопии в новое и новейшее время. М., 1989.
С. 266-267.


ГЭБРЭ-ХЫЙУОТ БАИКЭДАНЬ
30.VII.1886- 1.VII.1919
Один из ярких представителей эфиопских просветителей начала XX в., автор первой в стране книги о политической экономии.
Родился в небольшой деревушке вблизи города Адуа. Его отец служил солдатом в армии Йоханниса IV и погиб в один день с ним, 9 марта 1889 г, в сражении с египетскими махдистами при Мэ- тэме. В возрасте семи лет Гэбрэ-Хыйуот переехал в Эритрею, где поступил учиться в шведскую миссионерскую школу неподалеку от Массауа. Спустя несколько лет произошло событие, резко изменившее его жизнь. Во время осмотра германского корабля в порту Гэбре-Хыйуот спрятался в трюме и таким образом очутился в Германии. Сердобольный капитан пристроил его в знакомую бездетную семью, которая относилась к эфиопскому мальчику как к собственному сыну. Находясь на чужбине, Гэбрэ-Хыйуот выучил немецкий язык и получил азы медицинского образования в стенах Берлинского университета.
По возвращении на родину он был представлен императору Менелику и некоторое время исполнял обязанности личного секретаря и переводчика императора. В 1907 г. в качестве официального переводчика он сопровождал эфиопскую торговую делегацию в Берлин.
Во время болезни Менелика Гэбрэ- Хыйуот являлся переводчиком немецкого врача, лечившего императора. Конфликт немецкого медика из-за методов лечения с женой Менелика, императрицей Таиту, привел к отстранению его от лечения. В опалу попал и Гэбрэ-Хыйуот, который решил на время выехать из страны. Несколько лет, проведенных в Судане, позволили ему близко ознакомиться с развитием страны, находившейся под иностранным управлением.
После Судана Гэбрэ-Хыйуот переехал подальше от императорского двора - в Эритрею, где, заболев, некоторое время провел в одной из местных больниц. Именно в это время он написал работу «Государь Менелик и Эфиопия», которая в 1912 г. была опубликована в журнале шведского миссионерского общества «Sia la Luce».
Гэбрэ-Хыйуот, как и другие молодые эфиопы, которые побывали за границей и могли сравнивать Эфиопию с европейскими странами, остро осознавал социально-экономическую отсталость своей родины. Пожалуй, он был критичнее других, и даже реформы императора Менелика казались ему не заслуживающими внимания. Неясно, читал ли он Френсиса Бэкона, но его лозунг «Знание - сила» разделял полностью. Большое место в работе посвящено проблеме невежества эфиопского общества, которое не способно и не хочет воспринимать те прогрессивные идеи, которые приходят из-за рубежа. «Мы, эфиопы, - писал Гэбрэ-Хыйуот, - давно познакомились с европейцами, но до сих пор ничему не научились. И поэтому боюсь IIIIIIIIHIIIIIIIII О IIIIIIHIIIIIIIIIII


я, как бы не погибло государство наше». Несколько дальше он писал: «Нынешняя деятельность царя Эфиопии уже не та, что в прежние времена. В прежние времена царило невежество. Но сегодня на власть тьмы поднялся сильный противник, против которого не устоять: имя ему - разум Европы. Тот, кто открывает ему свой дом, умножает свои богатства, а кто закрывает - губит себя. Если наша Эфиопия воспримет разум Европы, то не найдется врага, который посмел бы покуситься на ее свободу. Если же не воспримет, то падет и окажется в рабстве»1.
При этом Гэбрэ-Хыйуот не только осуждал существовавшие в Эфиопии порядки, но и предложил свою программу из десяти пунктов, направленную на оздоровление социально-экономической жизни страны. Его предложения касались практически всех сторон жизни эфиопского общества, будь то традиционная система управления, постановка образования, армия, положение крестьянства или законодательство. Вот, в частности, некоторые из рекомендаций: «Прежде всего следует законом разделить государственные деньги и деньги царя. Пусть чиновники служат за жалованье. Налоги же, взимаемые со страны, должны идти государству. Все вооруженные силы пусть будут под началом царя... Средства царя и средства государства означают следующее: средства царя - это деньги на развитие земледелия и деньги, необходимые для разных дел царского двора. А государственные средства - это, кроме жалованья войску, деньги на строительство дорог и школ, на покупку оружия и на другие подобные внешние дела... Пусть людям будет точно известен налог, который они должны платить государству, каждый в соответствии с величиной своего состояния... В главном городе каждой области следует открыть по европейскому образцу школы... Главные школы по этому образцу следует утвердить в Аддис-Абебе, Хараре, Гондаре и Аксуме. В каждую школу надо назначить по четыре европейских учителя и по пяти эфиопских учителей. Работа каждого учителя-европейца должна быть такова: один - преподаватель математики, второй - преподаватель всемирной истории и географии, третий - английского языка, четвертый - французского языка... Наше традиционное право не согласуется с современным юридическим правом. Поэтому правительству следует созвать законников и выработать кодекс, согласующийся с европейскими законами. Для этого потребуются советники, знающие европейские законы. Государство, не имеющее писаного закона, недолговечно... Войска нашей страны не имеют порядка. Поэтому было бы отлично призвать офицеров-европейцев и выучиться военному строю. Также следует вызвать преподавателей-европейцев и открыть в Аддис-Абебе военную школу... Нынешние деньги нашего государства никуда не годятся. В них нет ни порядка, ни лада. В одной области деньгами служит соль, в другой - патроны. Поэтому, если государство не введет единый денежный порядок для всей Эфиопии, торговля не сможет процвести... Пока не будет для торговцев нашей страны порядка, государство наше не будет процветать. У нас слишком много таможен и таможенников»1 2.
Гэбрэ-Хыйуота, как и других получивших образование эфиопов, во многом привлекал опыт Японии, сумевшей за короткий срок покончить с много1 Гэбрэ-Хыйуот Байкэдань. Государь Менелик и Эфиопия. Копия текста на амхарском языке из библиотеки Института эфиопистики Аддис-Абебского университета (6. м., б. г.). Пер. Пономаренко А.А. С. 13-14.
2 Там же. С. 14-16.


вековой отсталостью и выдвинуться в число развитых стран мира. Еще в недавнем прошлом феодальная страна Япония, по мнению эфиопских интеллигентов, своим примером показала возможность ускоренного развития посредством заимствования европейского опыта. «Государство, которое называется Японией, пишет Гэбрэ-Хыйуот, не только не изгоняет тех, кто, выучившись, приезжает служить своей родине, но даже помогает деньгами тем, кто выезжает на учебу в Европу... И поэтому ее народ открыл свои глаза, стал богатым и сильным и заставил других уважать себя»3.
В заключение своей работы Гэбрэ- Хыйуот отмечал, что коль скоро императору Менелику не довелось преобразовать страну, то есть надежда, что это сделает его преемник на императорском троне Лидж Иясу. Однако скоро наступило разочарование и в способностях молодого монарха, и, как и большинство людей своего круга, Гэбрэ-Хыйуот примкнул к дэджазмачу Тэфэри Мэконныну, готовившему свержение императора. Имеются сведения, что будущий наследник престола неоднократно беседовал с Гэбрэ-Хыйуотом о ситуации в стране. После свержения Лиджа Иясу молодые образованные эфиопы составили часть окружения Тэфэри, который старался использовать их знания для благополучия страны. По ассоциации с младотурками они получили название «младоэфиопы». Получил назначение и Гэбрэ-Хыйуот Байкэдань. В 1916 г. он был назначен инспектором единственной в стране железной дороги Джибути - Аддис-Абеба, а в 1917 г., получив торгово-феодальный титул нэгадрас (доел, «глава купцов»), возглавил таможню крупного торгового города Дыре-Дауа. Умер Гэбрэ-Хыйуот во время эпидемии гриппа в 1919 г. в возрасте 31 года.
Его вторая книга под названием «Правительство и общественное управление» вышла в свет в уже после его смерти в 1925 г. Она была издана одним из друзей Гэбрэ-Хыйуота, который объединил многие написанные им ранее статьи под одним названием и напечатал при финансовой помощи регента Тэфэри Мэконнына. Многое в этой работе перекликается с первой книгой, но в ней также содержался достаточно глубокий социально-экономический анализ особенностей развития Эфиопии. Интересны рассуждения автора о том, что такое независимость и независима ли Эфиопия: «Разве может кто-либо утверждать, что мы, эфиопы, независимы? Независимость это не только наличие независимого правительства. Подлинная независимость предполагает и независимость экономическую. Нам, эфиопам, этого предстоит еще добиваться»4. В отличие от большинства образованных эфиопов Гэбрэ-Хыйуот не считал, что экономическая политика «открытых дверей» благотворно скажется на развитии страны. На примере традиционного ткачества он утверждал, что ввоз товаров европейского производства неизбежно приведет к умиранию местных ремесел. По его мнению, задача состояла в заимствовании культуры производства, а не в увеличении объемов импорта тех товаров, которые могли бы производиться в самой Эфиопии. Не менее интересны взгляды Гэбрэ-Хыйуота на развитие в стране банковской системы и подготовку необходимых технических кадров для нужд экономического развития.
В период 1920-1930-х годов большинство предложений Гэбрэ-Хыйуота по реформированию страны были реали3Там же. С. 14.
4 Цит. по: Bahru Zewde. Pioneers of Change in Ethiopia. The Reformist Intellectuals of the Early Twentieth Century. Addis Ababa. 2005. P. 79.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii Ö / f iiiiiiiiiiiiiiniii


зованы регентом, а с 1930 г. императором Хайле Селассие I. Это не означает, что правитель Эфиопии следовал программе, предложенной Гэбрэ-Хыйуотом. Оба они одинаково видели все то, что тормозило развитие Эфиопии, и осознавали необходимость реформ, направленных на ликвидацию многих одиозных традиций, бравших начало в Средневековье.
Нельзя сказать, что Гэбрэ-Хыйуот Байкэдань был широко известен в стране. Книги его были изданы крошечным тиражом и не каждый подозревал о их существовании. Наибольшей популярностью он пользовался среди радикального студенчества 1960-х годов, которые видели в Гэбрэ-Хыйуоте своего единомышленника в борьбе за переустройство Эфиопии.
Г.В. Цыпкин
Сочинения Гэбрэ-Хыйуот Байкэданя
Государь Менелик и Эфиопия. Асмара, 1912.
Правительство и общественное управление. Аддис-Абеба, 1925 (амхарский язык, эфиопский календарь).
Литература
Пономаренко АЛ., Чернецов С.Б. Памфлет «Государь Менелик и Эфиопия» нэга- драса Гебре Хейвота Байкеданя - одного из первых эфиопских просветителей. Африканский этнографический сборник XIII. Л., 1982.
Pankhurst R. Economic History of Ethiopia 1800-1935. Addis Ababa, 1968.
Bahru Zewde. Pioneers of Change in Ethiopia. The Reformist Intellectuals of the Early Twentieth Century. Addis Ababa, 2005.


ЙОХАННЫС IV
1831—10.III.1889
Император Эфиопии в 1872— 1889 гг., объединитель и защитник территориальной целостности страны.
Бызбыз Касса, как звали его до воцарения, происходил из правящей династии области Тыграй, которая дала стране таких императоров, как Зэра Яыкоб (1434-1468) и Либнэ-Дынгыль (1508-1540), а в более поздние времена - раса Микаэля Сыуля и дэджазмача Са- багидиса, могущественных правителей периода феодальной раздробленности. Впоследствии родство с самыми знатными родами Северной Эфиопии способствовало его политической карьере.
Юношеские годы будущий император провел в монастырских школах Тыграя, где получил традиционное образование. После воцарения императора Теводроса поступил к нему на службу, получив первый военно-феодальный титул баламбарас (командующий крепостью). В 1865 г., разочаровавшись в жестоких методах правления императора, покинул его и вернулся на родину. Вскоре установил свой контроль над всей областью Тыграй, провозгласив ее в 1867 г. независимой от власти Теводроса.
В 1867 г. в пределы Эфиопии вторгся британский экспедиционный корпус, направленный для освобождения арестованных императором Теводросом находившихся в стране европейцев, в их числе и британских подданных. Путь англичан к крепости Мэкдэла, где содержались узники, пролегал через территорию Тыграя. Узнав из обнародованной командованием британцев прокламации, что они не собираются задерживаться в Эфиопии, правитель Тыграя оказал им содействие в реализации задачи экспедиции. Помимо снабжения британцев продовольствием и фуражом, тыграйцы обеспечивали их безопасность на марше. В результате перед эвакуацией из страны британцы передали в знак благодарности правителю Тыграя 12 легких артиллерийских орудия и 725 мушкетов - огромный арсенал для Эфиопии того времени.
Бызбыз Касса был человеком осторожным и даже значительное пополнение арсенала его армии не подтолкнуло его на провозглашение себя императором Эфиопии. Более решительным оказался правитель области Ласта Гобэзе, за которым стояла 60-тысячная армия. В 1868 г. он провозгласил себя императором под царским именем Тэкле-Гийоргис II, однако, не признанный другими правителями, на протяжении трех последующих лет он практически правил лишь своей областью. Кроме того, поскольку после смерти в Мэкдэле Сэламы в стране не было абуны, обладавшего традиционным правом осуществлять обряд помазания на царство, в глазах основной массы населения Эфиопии новый император выглядел узурпатором.
Находясь в оппозиции к Тэкле- Гийоргису II, правитель Тыграя готовился к борьбе за трон, уделяя большое iitiiiii)iiiiiiiiii О IIIIIIIIHIIIIIIIII


внимание военной выучке своей армии. Ее подготовку он поручил англичанину Дж. Киркхэму, который некогда служил под началом генерала Гордона в Китае, а затем сопровождал британскую экспедицию в Эфиопии в качестве маркитанта. Не дожидаясь окончательного укрепления своего соперника в июне 1881 г. императорская армия вторглась в пределы Тыграя, но в ходе двух сражений 12-тысячная, но обученная армия тыграйцев одержала блестящую победу над превосходящей ее в пять раз армией Ласты. Так долго молчавшие пушки и мушкеты, полученные от англичан, явились решающим аргументом в борьбе за императорскую корону.
21 января 1872 г. победоносный правитель Тыграя был возведен на престол императоров Эфиопии под царским именем Йоханныс IV. Церемонией миропомазания руководил глава эфиопской церкви Атенатеос. Не желая повторять ошибки своего предшественника, правитель Тыграя добился присылки нового абуны из Александрии.
Характеризуя личность нового императора, эфиопский историк Байру Тафла пишет в предисловии к одной опубликованной уже в наше время хронике о жизни и деятельности этого верховного правителя Эфиопии следующее: «Абба Бэзбэх Касса, или же император Йоханныс IV, был аристократом по происхождению, клерикалом по образованию, фанатиком по религиозному рвению, моралистом по наклонностям, националистом по проводимой им политике, воином и императором по профессии»1. Эта характеристика в целом совпадает с оценками ряда европейских исследователей, в работах которых Йоханныс изображается как «монах и солдат», личность, известная своей «фанатичной ненавистью к мусульманам и враждебностью к католикам», как человек, «олицетворявший старую, аристократическую и религиозную Эфиопию».
Действительно, в отличие от своего предшественника Теводроса с его тягой к новизне Иоханныс тяготел к консерватизму во внутренней и изоляционизму во внешней политике. Как никто другой из эфиопских правителей XIX в. он вписывается в традиционный образ средневековых императоров Эфиопии с их воинственностью и глубокой религиозностью. В развитии и укреплении традиционных институтов, а не в модернизации видел Йоханныс путь будущего развития страны. Это обстоятельство, безусловно, не могло не наложить отпечаток на всю внутреннюю жизнь страны. Может, незначительными, но весьма показательными примерами служат императорский указ, по которому курильщики подвергались наказанию вплоть до обрезания губ, и факты недовольства Йоханныса при виде обуви на ногах молодых эфиопов, вернувшихся из-за границы.
Своих единомышленников император легче всего находил в церковной среде. Да и сам по образу жизни в невоенное время больше напоминал монаха, чем светского правителя. Анонимный автор одной из хроник сообщает: «Когда Йоханныс готовился к коронации в Аксуме, он созвал видных священнослужителей со всех концов страны, чтобы получить их благословление и разделить с ними заботы правления. Собравшиеся святые отцы сказали ему: “Йоханныс по царским законам должен избрать себе жену". И ответил он им: “Разве вы не знаете, что сказал апостол Павел: тот, кто имеет жену, служит не Богу, а своей жене”. После этого он короновался один в соответствии с традицией монахов-анахоретов, потому как победил свою похоть и не 1 A Chronicle of Emperor Yohannes IV (1872-1889) / Ed. by Bairu Tafia. Wiesbaden, 1977. P. 15.
IltIKIIIIIIIIIIIII оги HIIIIIIIIIIIIIIIII


видел лица женщин. Его слугой был монах по имени авва Уольдэ-Микаэль. Вот такой была царская жизнь Йоханныса до его самого последнего дня»2.
Вместе с тем эфиопский монарх не мог не осознавать, что времена старой и оторванной от внешнего мира Эфиопии прошли и необходимы такие методы государственного управления, которые соответствовали бы новым политическим реалиям.
В отличие от своего предшественника императора Теводроса II, который в ходе своего продвижения к трону объединил Эфиопию военным путем, не менее религиозный, но более последовательный в вопросах веры Йоханныс в основу объединения страны положил достижение единоверия среди эфиопского духовенства, обязав их строго соблюдать александрийскую догму. В религиозной политике нового императора важным было не только очищение монофиситства от ересей, но и создание по всей территории страны конфессионально однородного общества. Практически это означало крещение нехристианского населения Эфиопии, и в первую очередь мусульман-оромо.
Другим источником беспокойства для Йоханныса была деятельность в стране европейских миссионеров. В отличие от Теводроса, он не оценивал их с точки зрения их технических знаний. Равнодушный к техническим новшествам, этот правитель Эфиопии видел в миссионерах прежде всего людей чуждой веры, почему-то стремившихся найти применение своему религиозному рвению в далекой африканской стране. Подозрение Йоханныса усиливало и то обстоятельство, что объектом миссионерской религиозной пропаганды были, как правило, не мусульмане и язычники, а христианское население страны. «Зачем иностранцам приезжать сюда и обращать христиан в христианство? - заявил он в беседе с одним из европейцев. - Они вносят смуту в мою страну, они нежелательны. Разве мало им язычников? В историю моего народа проповедники инославных религий вписали кровавую и разрушительную страницу. Как и вы, мы христиане, хотя и иного исповедания. Я вижу, что западные страны проявляют большой интерес к Египту. Почему же западные миссионеры не обращают этих ваших друзей в христианство?»3
Император Йоханныс IV встал у кормила государственной власти в крайне сложных внутриполитических условиях. В короткий период правления Тэкле- Гийоргиса в стране усилились центробежные тенденции и укрепила свои позиции местная власть. Оплотом сепаратизма все больше становилась область Шоа, правитель которой Менелик после гибели Теводроса объявил себя новым императором. Правда, для подкрепления своих амбиций он не предпринял никаких конкретных действий. Сравнительно легко установив контроль над большей, главным образом, северной частью империи, Йоханныс приступил к решению задачи по приведению к порядку двух наиболее самостоятельных в то время областей - Шоа и Годжама. Поскольку императорская армия не знала себе равных, задача эта была решена достаточно быстро. Годжам покорился почти сразу, что же касается Шоа, то лишь вторжение тыграйцев в пределы области и осознание осторожным Менеликом возможных последствий обусловили его готовность признать себя вассалом императора. Само собой, шоанскому правителю пришлось отказаться и от самовольно присвоенного титула императора.
2 Цит. по: Федоров В. Абиссиния. Историко-географический очерк. СПб., 1889. С. 147.
3 Цит. по: Pankhurst R. Ethiopia in the Nineteenth Century // Ethiopia Observer. 1963. Vol. VII. № l.P. 90.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 821 lllllllllllllllllll


Формы и методы объединения Эфиопии в этот период определялись не только субъективными факторами, проистекавшими из видения Йоханны- сом будущего страны в виде феодальной империи, но и обусловливались объективными изменениями, происходившими во внешнеполитической обстановке. Необходимость защищать территориальную целостность страны отвлекала императора от последовательного решения внутренних проблем. Агрессивные действия со стороны суданских махди- стов, египтян и итальянцев обусловили компромисс, лежавший в основе отношений центральной власти с номинальными вассалами. Анализируя действия императора по объединению страны, эфиопский исследователь Зоуде Гэбрэ- Сылласе пишет: «Цель, которая постоянно определяла его правление, основывалась на идее создания независимой объединенной Эфиопии. Поэтому, хотя он не мог не видеть усиления местных правителей, в первую очередь Менели- ка и Тэкле-Хайманота, как возможной угрозы своей власти, он предпочитал заручиться их лояльностью, чем лишить их полной власти». Поэтому Йоханныс «предпочитал управление страной через традиционных правителей и такую систему ценностей, которая обеспечивала инициативу местных правителей при сохранении контроля из центра»4. Иными словами, признание фактической независимости той же Шоа было со стороны императора шагом вынужденным, поскольку внешняя опасность диктовала необходимость таких отношений с сильными вассалами, при которых исключался их переход на сторону противника. За сохранение территориальной целостности страны Йоханнысу приходилось расплачиваться допущением известной самостоятельности Шоа и Годжама. При этом он зорко следил за их действиями, в случае необходимости давая понять, кто главный в стране. Несмотря на значительную степень автономии, шоанский и годжамский правители были обязаны выплачивать ежегодную дань императору и по его приказу участвовать в боевых действиях вместе с императорской армией.
Начало 1870-х годов отмечено крупными изменениями в политической обстановке в районе Рога Африки. Открытие в 1869 г. Суэцкого канала повысило стратегическое значение этой части континента и усилило внимание к ней со стороны европейских держав. Возросла угроза вторжения и со стороны Египта, в экспансионистские планы хедива которого входило и расширение территории за счет северо-восточной части Эфиопии.
Вторгнувшиеся на территорию Эфиопии в 1875 г. египетские войска поначалу одержали несколько незначительных побед. Это породило в Египте надежду на легкость военной кампании, тем более что военный потенциал его котировался неизмеримо выше эфиопского. В египетской армии служило немало европейских офицеров, а также большая группа американцев, ветеранов Гражданской войны в США. Командные кадры египетской армии готовились в созданном в стране штабном колледже, выпускники которого имели возможность совершенствовать военное образование в Англии, Франции и Германии. Что же касается Эфиопии, то в стране совершенно отсутствовала целенаправленная система военной подготовки, и эфиопские военачальники проходили военную школу в ходе боевых действий.
23 октября 1875 г. император Йоханныс обратился к населению страны с воззванием объединиться для отпора захватчикам-мусульманам. Апелляция к религиозным чувствам, особенно анти- 4 Gabre SellasieZ. Yohannes of Ethiopia. A Political Biography. Oxford. 1975. P. 256.
hiiiiiiiiiiiiiiiii OZZ hiiiiiiiiiiiiiiiii


мусульманским, неизменно находила поддержку среди христианского населения Эфиопии. Довольно быстро под императорские знамена встали армии многих областей, главным образом северных. Правда, среди них не было шо- анцев, поскольку Менелик уклонился от участия в войне под предлогом, что в его владениях начались выступления недавно покоренных оромо и что срок для мобилизации слишком короток. Участие Шоа в войне, вошедшей в историю как эфиопо-египетская война 1875-1876 гг., ограничилось лишь присылкой табуна лошадей.
Исход войны определили два сражения: 16 ноября 1875 г. при Гу идете и 7 марта 1876 г. при Гуре. В обоих ошеломляющий успех был на стороне эфиопов, которые разгромили противника и захватили богатые трофеи, состоявшие из самых современных видов оружия. Вот как описывается первое сражение в эфиопской хронике: «На пятом году правления государя Йоханныса против него поднялись мусульмане... Люди страны Египет... прислали множество кораблей, их вооружение составляли бесчисленные пушки и ружья... Узнав о приходе мусульман, в течение трех недель Йоханныс молился Богу. Государь Йоханныс вышел из своего лагеря в Адуа и переправился через реку Мэрэб... Битва, которая произошла, была столь ожесточенной, что земля пропиталась кровью мусульман. Никто из них не остался в живых. Большая радость воцарилась среди эфиопов, и император вернулся в свой лагерь. Он сотворил благодарственную молитву святой деве Марии в церкви Аксума и передал священникам часть добычи, захваченной у мусульман»5.
Исход войны предопределил ряд факторов, важнейшими из которых были недооценка египтянами силы эфиопской армии и то воодушевление, которое неизменно охватывало эфиопов-христиан в войнах с мусульманами. Свою роль сыграло и умелое руководство императором Йоханнисом эфиопской армией.
Победой эфиопского оружия при Гундете и Гуре была окончательно устранена угроза территориальной целостности Эфиопии со стороны северного соседа. А богатые трофеи, включавшие 12 тыс. современных ружей, 16 пушек и огромное количество боеприпасов, основательно укрепили авторитет Йоханныса в его борьбе за объединение Эфиопии. Победа над мусульманами поставила его в один ряд с великими императорами прошлого, защитниками «святой христианской веры». Используя свой возросший авторитет, а главное - усилившуюся мощь своей армии, в 1878 г. Йоханныс созвал в местечке Бору-Меда собор, на котором окончательно решился вопрос о принятии александрийской догмы как единственно законной для всей церкви. Религиозный фанатизм императора проявился в том, что по его приказу противники этого решения, прежде всего священнослужители из Шоа, были буквально лишены языков.
К собору в Бору-Меда был приурочен и день выплаты дани за полгода правителем Шоа Менеликом, основным соперником Йоханныса в борьбе за политическую гегемонию в стране. Опытный политик Менелик понимал, в чьи паруса дует ветер после победоносной войны с египтянами, и явился с данью перед императором согласно традиции - в рубище и с камнем за спиной. На время он был вынужден признать себя вассалом Йоханныса и отказаться от всех попыток добиться императорской короны военным путем.
В целом в период правления Йоханныса по сравнению с предыдущим временем была достигнута относитель5 The Ethiopian Royal Chronicles. Ed. by Pankhurst R. Oxford, 1967. P. 161-162.
iiiiiiiiiiiiiiniii огэ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


ная внутриполитическая стабильность. Отмечая сдвиги к лучшему, английский дипломатический представитель в районе Красного моря А. Уайлд подчеркивал, что «в стране появилось больше богатых купцов и, благодаря решительным действиям против шаек грабителей на торговых путях, значительно оживилась торговля. Ввозится больше иностранных товаров... крестьяне чувствуют себя увереннее и меньше подвергаются притеснениям со стороны солдат»6.
Очередная угроза территориальной целостности Эфиопии возникла со стороны Италии. В 1869 г. итальянский монах Дж. Сапетто по поручению пароходной компании «Рубаттино» приобрел за 6 тыс. талеров Марии-Терезии у местных правителей небольшую часть прибрежной территории в районе Асэба. В 1881 г. собственностью компании стала вся естественная гавань Асэб. В том же году итальянское правительство, заплатив «Рубаттино» отступные, объявило приобретенную территорию итальянской колонией. Используя Асэб в качестве опорной базы, итальянцы, продвигаясь вдоль побережья, в 1883 г. оккупировали порт Массауа, спустя два года Асмэру и ряд других населенных пунктов.
Пока что итальянцы захватывали территории, формально не принадлежавшие Эфиопии, С XVI контроль над Красноморским побережьем осуществляла Турция, позднее передавшая эти районы Египту. Но когда в июне 1885 г. итальянцы захватили местечко Саати, расположенное уже в пределах эфиопской империи, стали очевидными планы Рима в отношении Эфиопии. Оккупация Саати возвестила начало нового этапа в истории страны, характеризовавшегося активной колониальной политикой западноевропейских держав в отношении древнейшего государства Тропической Африки.
26 января 1887 г. войска раса Алулы, пожалуй, самого блестящего военачальника Эфиопии того времени, разгромили при селении Догали итальянский отряд численностью в 550 человек, направленный на помощь итальянскому гарнизону, осажденному в Саати. Потери итальянцев составили 450 человек убитыми и 82 ранеными.
Победа при Догали была воспринята по-разному в Эфиопии и внешнем мире. Если в Эфиопии она вызвала огромный энтузиазм и еще больше укрепила позиции императора Йоханныса, то европейская, прежде всего итальянская, пресса называли это событие не иначе, как «резня» и «кровавая бойня». Как в свое время в Великобритании при подготовке военного вторжения в Эфиопию, в итальянской прессе и парламенте раздавались призывы о защите национальной чести. После ухода в отставку старого Кабинета министров было сформировано новое правительство во главе с известным своими колониальными взглядами Ф. Криспи. В мае были выделены дополнительные средства для защиты Массауа и принято решение об отправке в район Красноморского побережья специального африканского корпуса численностью в 5 тыс. человек.
Понимая сложность своего положения и желая разрядить обстановку, Йо- ханныс обратился с посланием к английской королеве, в котором попытался обосновать законность своих действий по защите Эфиопии. В ответном письме правительство Великобритании посоветовало императору найти общий язык с Италией, которой приписывались «добрые и дружеские намерения». Прибывший в конце 1887 г. ко двору императора британский представитель Дж. Портал попытался убедить эфиопскую сторону, что уступка части своей территории Италии была бы в интересах Эфиопии.
6 Wilde A. Modem Abyssinia. L., 1901. P. 44.
iiiiiiiiimiiiiiii OZh iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Естественно, это предложение не нашло отклика у эфиопов. Разъяренный рас Алула заявил, что естественной границей Эфиопии является море и что итальянцам позволят продвинуться вперед лишь после того, как он, Алула, «станет губернатором Рима»7. Сам же император Йоханныс в своем письме английской королеве писал: «Как можно говорить, что я должен передать итальянцам страну, полученную мною от Иисуса Христа? Если Вы считаете, что нам следовало бы заключить мир, то для этого необходимо, чтобы они находились в своей стране, а я в своей. Но ныне по обе стороны кони взнузданы и мечи обнажены; мои воины, численность которых подобна песку, готовы со своими копьями. Пусть итальянцы поступают, как им заблагорассудится, пока я жив, я не собираюсь прятаться от них»8.
В январе 1888 г. 80-тысячная императорская армия подошла к вновь захваченному итальянцами Саати, но на штурм Йоханныс так и не решился. Печальный опыт Догали определил решение итальянцев не вступать в открытое сражение. Весной, после того как у эфиопской армии закончилось продовольствие и начался голод, осада была снята. Для самого императора Йоханныса это было последним столкновением с итальянцами.
Другой, не менее важной причиной отхода эфиопской армии было ухудшение обстановки на фронте с суданскими махдистами. Воспользовавшись пребыванием основных эфиопских сил у Саати, в январе 1888 г. махдисты вторглись в области Годжам и Бэгемдыр и, разгромив годжамскую армию, захватили Гондэр, бывшую столицу Эфиопии. Разграбив город и уничтожив все церкви, махдисты с богатой добычей вернулись домой.
Пожалуй, это был один из самых трудных периодов правления Йоханныса: захваты итальянцев на побережье и севере страны, разграбленные махдистами западные области, недовольство со стороны ныгуса Годжама Тэкле- Хайманота, который счел, что император бросил его на произвол судьбы. Ко всему добавлялась проблема Шоа, правитель которой Менелик не только все чаще вел себя как независимый монарх, но и пытался побудить на совместное выступление против центральной власти правителя Годжама.
В этих условиях императору ничего не оставалось, как перед лицом внешней опасности навести порядок в стране, приведя к покорности нелояльных вассалов - Менелика и Тэкле-Хайманота. Если поход против Годжама, истрепанного в сражениях с махдистами был недолог и победоносен, то иначе обстояло дело с Шоа. За последнее время армия Шоа значительно укрепилась, частые закупки огнестрельного оружия за рубежом превратили ее в мощную силу. Война между двумя давними соперниками за императорскую корону казалась неминуемой.
Но до военных действий дело не дошло. Новое вторжение махдистов на северо-западе вынудило Йоханныса спешно изменить направление главного удара и направить армию к Мэтэме, городку на судано-эфиопской границе. Говоря словами американского историка-эфиописта Г. Маркуса, активность махдистов позволила Йоханнысу «спасти престиж и выступить на защиту любимой христианской отчизны против неверных. Сами того не осознавая, махдисты, возможно, спасли Эфиопию от разрушительной гражданской войны»9.
Вконцефевраля 1889 г. 100-тысячная эфиопская армия подошла к Мэтэме.
7 Portal G.-H. Му Mission to Abyssinia. L, 1902. P. 81.
8 Ibid. P. 174.
9 Marcus H.G. The Life and Times of Menelik II. Ethiopia 1844-1913. Oxford, 1987. P. 110
iiiiiiiiiiiiiitiiif ozj iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Начавшаяся 9 марта решающая битва уже почти завершилась разгромом мах- листов, когда император был смертельно ранен снайперской пулей. Оставшаяся без командующего феодальная армия упустила инициативу и потерпела поражение.
Последним актом умирающего императора было назначение преемника. В присутствии тыграйских феодалов он передал бразды правления своему сыну Мэнгэше, заставив присутствовавших целовать крест ему на верность. Таким образом, умирая, Иоханныс внес новый импульс в противоборство Шоа и Тыграя за политическую гегемонию в Эфиопии, что не раз приводило к обострению внутриполитической ситуации в стране.
После смерти императора отряд, сопровождавший тело покойного в Тыграй, попал в засаду и был уничтожен. После окончания в Омдурмане трехдневных празднеств по случаю победы при Мэтэ- ме, по приказу халифа отрубленную голову Йоханныса привязали к верблюду и возили по всему Судану, возвещая «Вот какой конец нашел могущественный император Эфиопии!»
Оценивая личность и правление императора Иоханныса в целом, необходимо подчеркнуть, что основным его содержанием была в первую очередь защита территориальной целостности страны. Тем не менее было бы неверным преуменьшать вклад этого политического деятеля в процесс централизации Эфиопии. Возможно, этот вклад менее заметен на фоне его яркой деятельности по защите рубежей страны, ратных подвигов на поле брани. Кроме того, некоторое умаление роли Иоханныса в процессе объединения страны происходит и потому, что деятельность эфиопских императоров начиная с Теводроса рассматривается, как правило, в двух связанных между собой аспектах: централизация Эфиопии и ее модернизация, а новатором Йохан- ныса никак не назовешь.
Тыграй по происхождению, император Йоханныс сумел выйти за рамки местного национализма. Своей обязанностью он считал защиту любой части эфиопской империи. В соответствии с его указом официальным языком Эфиопии стал амхарский язык, наиболее распространенный по территории всей Эфиопии, хотя родным языком императора и его окружения был язык тыгри- нья. Такая языковая политика в значительной мере содействовала процессу консолидации народов Эфиопии.
Свидетельством того, что деятельность Йоханныса способствовала процессу централизации, является то обстоятельство, что с его смертью страна не распалась, словно карточный домик, как это произошло после свержения Теводроса. Определяя историческое место этого политического деятеля в истории Эфиопии, Зоуде Гэбре-Сылласе пишет, что «если бы не успехи Йоханныса, Менелику и его преемникам никогда бы не удалось сохранить независимость страны в почти полностью колонизованной Африке»10.
Г.В. Цыпкин
Литература
Цыпкин Г.В. Эфиопия в антиколониальных войнах. М., 1988.
A Chronicle of Emperor Yohannes IV (1872- 1889) / Ed. by Bairu Tafia. Wiesbaden, 1977.
Portal G. My Mission to Abyssinia. L., 1892. Gabre Sellasie Z. Yohannes of Ethiopia.
A Political Biography. Oxford, 1975.
10 Gabre Sellasie Z. Op. cit. 1975, p. 161


КАБАРЕГА
Chwa И Kabarega, ок. 1849 - 6.IV.1923
Верховный наследственный правитель (омукама) Буньоро. Буньоро - раннее государство в Восточноафриканском Межозерье между оз. Альберт, рекой Виктория-Нил и озером Кьога, сосед Бу- ганды.
Кабарега воцарился в 1870 г. в результате войны за престолонаследие. В ходе этой войны он обратился за помощью к Буганде - главному сопернику Буньоро в Межозерье. Хотя войско Бу- ганды сыграло в победе Кабареги вспомогательную роль, сам факт совместных акций двух государств-соперников значителен.
В 1870 г. британский колониальный деятель С. Бейкер объявил о создании египетской провинции Экватория, включавшей земли Буньоро, и Кабарега вынужден был с самого начала своего правления с оружием в руках отстаивать независимость своего государства от чужеземцев. Вот как он выглядел в то время в описании Бейкера: «В красивом одеянии из лубяной материи с черными полосками, он был крайне опрятен и выглядел примерно лет на двадцать... Роста он был около 5 футов 10 дюймов (примерно 178 см. - А. Б.), цвет лица очень светлый, глаза большие, неприветливые. Широкий, но низкий лоб и высокие скулы, большой рот с довольно сильно выступающими, но очень белыми зубами - вот его законченный портрет. У него были красивые руки с тщательно вычищенными ногтями, ногти на его ногах также ухожены. Он был в сандалиях»1.
Практически сразу же после воцарения, с 1872 г., Кабареге пришлось воевать с внешними врагами. В Буньоро постоянной армии не существовало, ее заменяло ополчение - в случае необходимости «под копье» ставилось все боеспособное население. Кабарега понял важность создания постоянных военных отрядов, они были созданы и назывались абарусура. Это была гвардия, которая во времена ее наибольшего расцвета составляла до 15 подразделений. Вооружена она была щитами и копьями, кроме того, в Буньоро постепенно проникло европейское огнестрельное оружие
В начале своего правления Кабареге пришлось сражаться со своим братОхМ Кабигумире - грозным династическим соперником. Со смертью Кабигумире в 1871 г. Кабарега прочно утвердился на престоле.
5 апреля 1872 г. к столице Кабареги вплотную придвинулся С. Бейкер - уже в качестве губернатора провинции Экватория, которую он хотел расширить за счет Буньоро. По опыту общения с Камураси, отцом Кабареги, Бейкер знал, что Буньоро покорить нелегко. 26 апреля 1872 г. Бейкер встретился с Кабарегой 1 BakerS. Ismailia. L, 1874. Vol. 2. P. 186.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 827 lllllllllllllllllll


и предложил ему признать власть хедива Египта, которого он представлял. Каба- рега ответил ему уклончиво. Тогда Бейкер построил здание «представительства Экватории» в столице Кабареги и 14 мая торжественно провозгласил, что Буньо- ро аннексировано Египтом. Кабарега не пошел на конфликт, но Бейкер без конца провоцировал его, вплоть до того, что был подожжен дворец Кабареги. В конце концов 13 июня произошло сражение, и люди Кабареги были разбиты отрядом Бейкера, у которого имелось огнестрельное оружие. 14 июня, однако, были подтянуты свежие воины Буньоро, и Бейкеру пришлось отступить. Он покинул Буньоро, предав огню столицу. Однако Бейкер оставил на границе Буньоро в форте Фа- тико гарнизон египетских солдат.
При отступлении отряд Бейкера пересекал Нил в том месте, где скрывался давний претендент на престол Буньоро - Руйонга, родственник и соперник Камураси, отца Кабареги. Руйонга предоставил Бейкеру лодки и людей для переправы. За это Бейкер провозгласил Руйонгу своим наместником в Буньоро и представителем Экватории.
Таким образом, поход Бейкера на Буньоро провалился, хотя сам Бейкер докладывал в Каир об обратном. Руйонга, его «наместник» в Буньоро, не только не являлся правителем этого государства, но даже и не мог претендовать на это по нормам престолонаследия.
В 1874 году преемником Бейкера на посту губернатора Экватории стал Ч.Дж. Гордон. Он соорудил цепь фортов вдоль реки Альберт-Нил, и к сентябрю 1875 г. между ними было налажено пароходное сообщение. Гордон самоуверенно написал в Каир, что в течение 12 месяцев Кабарега будет покорен и продвижение к озеру Виктория станет значительно легче.
Этот план Гордон и начал осуществлять. В январе 1876 г. его войска, состоявшие в основном из жителей Южного Судана, атаковали Буньоро, затем был высажен десант с парохода на буньор- ский берег озера Альберт. Произошло сражение, в котором солдаты Гордона потерпели поражение, что не помешало им воткнуть на берегу египетский флаг и сообщить Гордону, что Буньоро покорено.
Основные силы Кабареги в то время были заняты покорением Торо - ому- кама давно мечтал вернуть Буньоро эту отколовшуюся от него часть. Правители Торо отказывались признать верховную власть Кабареги и неоднократно совершали набеги на его территорию. В 1876 г. Торо было покорено и вновь стало частью Буньоро.
Но Кабарега не мог не видеть новую опасность со стороны Экватории. Поэтому после первого рейда Гордона он направил послов к кабаке Буганды Му- тесе с просьбой о поддержке, и Мутеса, понимая, что опасность из Экватории - общая для обоих межозерных государств, ему такую поддержку обещал.
В сентябре 1876 г. отряд Экватории в 750 человек прочесал северо-восток Буньоро, но впустую: основные силы Кабареги завоевывали Торо. Однако небольшие отряды баньоро наносили завоевателям неожиданные удары, осваивая партизанские методы ведения войны. Солдаты Экватории были вынуждены вернуться в свои форты, а Гордон писал в Каир: «Мы должны благодарить Бога, что смогли отступить без потерь».
Гордон предпринял третий поход на Буньоро в декабре того же 1876 г. Его солдаты наступали сразу с трех сторон, но были встречены новыми партизанскими наскоками, а когда подошли основные силы Кабареги из Торо, и вовсе были вынуждены отступить под защиту крепостных стен. В Каире посчитали, что экспедиция против Буньоро себя не оправдывает, и в результате поражения трех походов против Кабареги идея о подчинении его государства военной iiiiniiiiiiiiiiiii OZÖ IIIIIIIIHIIIIIIIII


силой хедивского Египта была практически похоронена, тем более что Египет стал испытывать финансовые затруднения, а в 1877 г. вспыхнул мятеж в провинции Бахр-эль-Газаль в Судане.
В этих условиях Каир был заинтересован в установлении мира на южных границах Экватории едва ли не больше, чем Кабарега. К нему был направлен эмиссар Гордона Эмин-паша. Он, в отличие от своих предшественников, нашел с Кабарегой общий язык и даже сумел установить с ним дружественные отношения. Переговоры Кабареги с Эмином в сентябре 1877 г. закончились обещанием, что Экватория больше не будет нападать на Буньоро и поддерживать внутренних врагов Кабареги. Кабарега попытался достичь большего: он попросил Эмина обменивать товары Буньоро, прежде всего слоновую кость, не на бусы и ткани, а на ружья и боеприпасы. Эмин ему отказал - в усилении Буньоро Экватория не была заинтересована.
В следующем году Эмин стал губернатором Экватории, а еще через год он осуществил главное, чего добивался Кабарега, - эвакуировал гарнизоны всех фортов, построенных на северных границах Буньоро.
Надо сказать, что Кабарега старался сохранить дружественные отношения с Эмином и далее, когда с началом в 1881 г. махдистского восстания в Судане положение губернатора Экватории осложнилось. В частности, он обеспечивал Эмину связь с Занзибаром через Буганду - махдисты отрезали Экватории другие каналы связи с Европой. Эмин, в свою очередь, принимал послов омукамы, высылая за ними пароход.
Во второй половине 1880-х годов ситуация в Буньоро изменилась. В январе 1886 г. на Буньоро напала Бу ганда, где двумя годами раньше умершего кабаку Мутесу I сменил на престоле его молодой сын Мванга. Узнав о приближении неприятельской армии, Кабарега решил выступить ему навстречу. Накануне битвы он выстроил своих воинов в линии, дал команду преклонить колено и обошел ряды солдат, подбадривая их и таким образом поднимая их боевой дух. Битва закончилась поражением баганда. Но их армия не была полностью разбита, и Кабарега добил ее в следующем сражении, лично застрелив из своего ружья командира, что и повлияло на исход боя.
Вслед за разгромохм баганда Кабарега был вынужден воевать против одного из «принцев», который объявил себя независимым от Буньоро правителем. Принц был пленен, но по распоряжению Кабареги не убит. Эта история заставила Кабарегу провести важную административную реформу: отныне все отпрыски правящей династии получали в наместничество земли, поближе к центру государства, что уменьшало вероятность попыток отделения.
В том же 1886 г. к Кабареге прибыл эмиссар Эмина майор Г. Казати, который провел в Буньоро почти два года. Казати по заданию Эмина вел нечестную игру. Она была связана с изменениями в политике Англии, готовившейся к завоеванию Межозерья и создавшей для этого Имперскую британскую восточноафриканскую компанию. Межозерье было решено завоевывать не через Судан, где ситуация осложнилась, а с восточноафриканского океанского побережья. В Буньоро не без оснований подозревали Казати в шпионаже: у него часто бывали люди из Буганды. Призывая Кабарегу к миру с Мвангой, Казати на самом деле подстрекал кабаку Буганды к продолжению войны с Буньоро, и в июне того же года армия баганда вновь вторглась в пределы Буньоро. Произошло несколько сражений, успех попеременно сопутствовал Буганде и Буньоро. Казати же был уличен баньоро в переписке с предводителем войска Буганды. Когда баганда были окончательно разгромлены, Казати пытался запугать Кабарегу приближениIIIIIIIIIIIIIII1IH ozy I irilllltlllllllin


ем с востока большой армии белых людей. Это была экспедиция Генри Стэнли, направленная для «спасения» Эмина и прошедшая через Буньоро без разрешения Кабареги. В конце декабря 1887 г. Кабарега распорядился выслать Казати из страны.
К тому времени Эмин получил уведомление от хедива, что в связи с мах- дистским восстанием в Судане Египет отказывается от своей новой провинции - Экватории. Объединенная группировка солдат Эмина и Стэнли, пробиваясь к Индийскому океану, совершила нападение на Буньоро с парохода. Десант, высаженный в Буньоро, получил отпор. В конце концов группе Стэнли-Эмина пришлось отказаться от планов прохода через центр Буньоро. Когда же весной 1889 г. эта группировка, в которой насчитывалось до 1500 солдат и офицеров, пыталась, проходя через предгорья Рувензори, пересечь южные оконечности Торо (ставшего вновь частью Буньоро), отряды Кабареги не раз отгоняли ее от границ. Таким образом, Кабарега, убедившись во враждебности европейцев, заставил их совершить кружной маршрут - они вышли к океанскому побережью через Нкоре и Танганьику.
Одновременно Кабарега вмешался в ситуацию в Буганде, которая дважды нападала на Буньоро. Там осенью 1888 г. произошли «три революции», в ходе которых с престола последовательно свергались Мванга, затем два его брата. Один из них, Калема, был ставленником мусульманской группировки бугандийской аристократии, и Кабарега поддерживал его как основного соперника Мванги. Он разрешил ему укрыться в Буньоро, когда тот был свергнут, и дал ему своих солдат, когда тот попытался вернуть престол в ноябре 1889 г. Именно благодаря воинам и одному из искуснейших военачальников Кабареги Калема вновь воцарился в Буганде. Но в феврале 1890 г. христианские группировки знати баган- да окончательно изгнали Калему и его сторонников из Буганды. Калема попросил у Кабареги политического убежища и получил согласие.
В конце 1890 г. в Буганде появился капитан Фредерик Лугард, представитель Имперской британской восточноафриканской компании. Он быстро разобрался в ситуации и заставил кабаку Мвангу в конце 1890 г. подписать договор с компанией о «протекторате» над Бугандой. Затем он обратил свои взоры на соседние территории, и в первую очередь на Буньоро.
Лугард понимал, что Кабарегу так просто не подчинишь, имея даже два пулемета «максим», которые произвели устрашающий эффект в Буганде. Кабарега, со своей стороны, осознавал, что в регионе появилась новая грозная сила, с которой лучше бы сохранить мир. В марте 1891 г. он послал к Мванге послов, пытаясь через него заключить мир с Лугардом. Но Лугард отказал ему, объяснив свой поступок европейцам, присутствовавшим в Буганде, тем, что «предложения Кабареги неискренни, поскольку он настроен враждебно к европейцам»2. В то время Лугард готовил поход на Буньоро против скрывавшейся там мусульманской группировки баганда.
В мае этот поход начался. Против Буньоро выступила армия Буганды при поддержке Лугарда. Кабарега выставил против них своих гвардейцев. Сражение произошло 7 мая, оно закончилось победой баганда и Лугарда. Однако продвижение в глубь Буньоро было приостановлено.
Затем Лугард обратил свое внимание на запад Межозерья, в сторону государства Торо. В намерениях Лугарда блокировать и разбить Буньоро уже на марше ему помог Касагама. Касагама был бра2 Lugard F. The Rise of Our East African Empire. L., 1921. Vol. 2. P. 114-115.
in COV innui min


том последнего независимого правителя Торо, когда-то отколовшегося от Буньоро и вновь завоеванного Буньоро. Каса- гама жил в изгнании в Буганде и мечтал стать правителем Торо. Поэтому он обратился за помощью к Лугарду, который поддержал его: новое отделение Торо давало возможность не только сильно урезать владения Кабареги, но и установить контроль над соляным озером Катве, неподалеку от Торо. Соль в Межозерье очень ценилась, а озеро Катве было ее единственным источником. Лугард сумел захватить Торо без особого труда: основные силы Кабареги находились далеко и жители Торо в основном поддерживали Касагаму - своего «законного правителя», именем которого Лугард и действовал. В Торо был построен форт Джордж, где воцарился Касагама, которого Лугард провозгласил омукамой Торо и близлежащих территорий. В благодарность за это Касагама подписал с Лугардом договор, в котором признавалась власть компании над Торо. Таким образом, часть Буньоро была покорена Лугардом уже ко второй половине 1891 г.
На подчинение остальной территории Буньоро у сменявших друг друга представителей Великобритании, постоянно наращивавших военную мощь, ушло целых восемь лет. Вдохновителем ожесточенного сопротивления баньоро британскому завоеванию все эти годы оставался омукама Кабарега.
Кабарега сражался в условиях нарастающей блокады его государства. Лугарду помог еще один случай: в походе против Торо и Нкоре он обнаружил остатки «нубийцев» - войск Экватории, оставленных при отходе Эмина, и «спасательной» экспедиции Стэнли. Эти подразделения составили отряд примерно в 1000 человек, и Лугард договорился с его начальником Селим Беем о переходе отряда под свое начало. Он соорудил несколько новых фортов, образовавших цепь на юге Буньоро до самой границы с Бугандой, и расположил в них гарнизоны из «нубийцев», которые составили ядро будущих «угандийских стрелков» колониальной армии Уганды.
Появление этих фортов обеспокоило Кабарегу. В начале 1892 г. он послал туда своих верных гвардейцев. Они сумели захватить часть фортов, но в одном из сражений были разбиты, и Кабарега решил вновь попробовать попросить у Лугарда мира. Это было в марте 1892 г. Лугард вновь отказал Кабареге. Вот как он вспомнил об этом сам: «Прибыли послы от Кабареги из Уньоро, чтобы вести переговоры о заключении мира. Он был единственный, с кем я не хотел заключать мир. Много лет он проявлял постоянную враждебность ко всем европейцам, начиная с Бейкера и Гордона. Затем Кабарега оскорбил майора Казати, гостя при своем дворе, надругался над ним, привязав его к дереву голым. Омукама воевал со Стэнли безо всякой на то причины и с радостью помог мусульманам, когда нам пришлось воевать с ними в прошлом году. Кабарега постоянно воевал со мной. Во время экспедиции я знал, что намерения Кабареги неискренни и, если представится возможность, он нарушит все договоренности, как он это делал не раз. Я всегда стремился захватить его страну и разоружить его творящие беззакония банды»3.
Однако не все современники Лугар- да в Уганде, даже проколониально настроенные европейцы, придерживались такого мнения о Кабареге. Вот что писал о нем миссионер Р. Эйши, осуждая отказ Л у гарда пойти на мировую: «Кабарега - типично африканский властелин, не лучше и не хуже других; однако в целом человек разумный, с которым можно достигнуть соглашения». И еще: «Кабаре- 3 The Diaries of Lord Lugard / Ed. by M. Perham. L., 1959, Vol. 2. P. 414-415.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii / iiiiiiiiiiiiiiiiiii


га, по всем сведениям, обычный, если не лучший представитель могущественных африканских вождей. Естественно, что ему не нравятся воинственные европейцы, которые приносят в его страну огонь и резню в ответ на его серьезные намерения заключить мир»4.
В начале 1892 г. Лугард получил известие, что представляемая им компания обанкротилась. Понимая, что силой ему Кабарегу не одолеть, он решил создать видимость мирного урегулирования. Весной у Кабареги неожиданно появился посол Мванги и Лугарда и предложил мир в обмен на 80 слоновьих бивней, 600 мотыг и 500 мешков соли. Кабарега собрал своих видных военачальников и советников. Мнения разделились, некоторые советовали принять такие унизительные условия мира. Совет длился целый день, и лишь назавтра Кабарега дал ответ послу из Буганды. Ответ был таков: «Если Мванга послал эти вещи для мира и дружбы, то почему он требует 80 бивней, 600 мотыг и 500 мешков соли? Или он просит их для того, чтобы заплатить за свое освобождение? Если он даже пленник, почему он не посылает вестей от своего имени? Он что, обязательно должен привязать свое послание к завязке передника белого человека?» Затем Кабарега сказал: «Я знаю, что мой сын Мванга уже давно выступал против меня, но если он хочет войны - мы готовы!»
Еще дважды на протяжении весны и начала лета 1892 г. Кабарега получал подобные предложения от Мванги. Но он понимал, что инициатива исходит не от Мванги, а от Лугарда, и настаивал на прямых контактах. Кабарега был непоколебим, и Лугарду пришлось покинуть Буганду, так и не сумев покорить Буньоро.
А в Британии это время развернулись жаркие дебаты о том, что же делать с Бугандой и ее соседями. В конце концов было решено установить там британский протекторат. Для этого в 1893 г. туда был направлен официальный представитель королевы Дж. Портал, который заключил временное соглашение о протекторате Великобритании над Бугандой. У Портала не было времени всерьез заняться «мятежным» Буньоро; ему надо было урегулировать различные проблемы в Буганде, в частности подавить восстание мусульман-баганда и присоединившихся к ним «нубийцев». Кабарега же, воспользовавшись тем, что форты на границе с Торо опустели, сумел вновь захватить Торо и изгнал оттуда верного англичанам Касагаму. В ожидании новых битв Кабарега стремился запастись огнестрельным оружием, о чем озабоченно сообщала «Таймс» 6 июля 1893 г.: «По меньшей мере двум караванам с ружьями и порохом для Кабареги удалось достичь Уньоро с германской территории. Подтверждением тому служит весть о столкновении одного из караванов с суданским гарнизоном в Торо. Вполне понятно, что Кабарега, настроенный враждебно, хочет любым путем добыть средства для дальнейшего укрепления своего положения»5.
Полковник Кол вил, в 1894 г. прибывший в Буганду на смену Порталу, решил безотлагательно покончить с Кабарегой. Предлогом послужило то, что отряд ба- ньоро осенью 1894 г. совершил нападение на границы Буганды. При ограниченности собственных средств Колвил решил справиться с Кабарегой силами Буганды. 4 декабря Буганда официально объявила войну Буньоро, а 5 декабря Колвил послал Кабареге ультиматум, в котором говорилось: «...мы долго терпели ваши оскорбления, испытывая вас - хотите вы мира или нет. Теперь пришло время принимать решения.... Я ... уже 4 Ashe R. The Chronicles of Buganda. L., 1971. P. 174,384.
5 The Times. 1893. 06.06.
hiiiiiiiiiiiiiiiii cuz IIIIIIIIIIIIIIIHII


подготовил войска к походу на Уньоро и дней через двадцать буду на вашей границе. Так что ждите наказания, которое вы давно заслужили»6.
Кабарега не ответил Колвилу. Но за него это сделал миссионер Р. Эйши, выступление которого в Британском обществе защиты прав аборигенов от 23 мая 1894 г. сохранилось. Вот некоторые аргументы в защиту Кабареги: «Кабарега, видимо, мог бы сказать следующее: в 1891 г. европеец (капитан Лугард) вместе с людьми Уганды привел уньорского принца Касагаму, члена моей семьи, и, не посоветовавшись со мной, посадил его на трон в Торо. Европейцы построили в Торо форты и оставили там много нубийских солдат, которые превратили его в плацдарм для нападения на мою страну, утверждая при этом, что действуют по приказу Касагамы и европейцев. Использовав благоприятную ситуацию, я напал на Касагаму, который защищал моих врагов, прогнал его в Уганду, где мои воины были атакованы европейцами и разбиты. Мвангу, короля Уганды... я просил через своих послов объяснить мне, чего хотят европейцы в его стране. Почему же в таком случае люди из Уганды вторглись в мои земли? Почему меня хотят сместить с престола?»7
Колвил пошел на Кабарегу войной. В походе против Кабареги, который начался 15 декабря 1894 г., участвовало более 14 тыс. баганда, около 600 солдат-« нубийцев» и несколько офицеров- англичан. Кабарега, узнав о приближении такого могущественного противника, срочно вызвал из Торо отряды гвардейцев во главе со своими лучшими военачальниками и послал навстречу неприятелю заградительный отряд. 25 декабря на границе Буньоро этот отряд был разбит. Кабарега отошел с основными силами в глубь страны, предав огню свою столицу, но в январе 1895 г. ему все же пришлось принять большой бой. Сражение было проиграно, как и следующее, которое произошло в начале февраля, когда Кабарега лично повел в бой своих гвардейцев. Через несколько дней после этого поражения Ка- кунгулу, командующий армией баганда, послал Кабареге письмо, в котором предлагал: «Пошли кого-нибудь из своих людей, чтобы взять то, что мы захватили в твоем королевстве». На что Кабарега гордо ответил посланному: «Пойди и скажи Какунгулу, что я не хочу, чтобы эти вещи вернулись. Скажи ему, чтобы он отнес их своему кабаке Мванге, жадность которого не знает предела».
Но в феврале 1895 г. отряды Кабареги сумели разбить баганда, шедших без сопровождения европейцев. Колвил считал Буньоро уже покоренным и вернулся в Буганду. Тем не менее основные силы Кабарега отвел подальше и перешел к уже испытанным методам партизанской войны. Колвил приказал разделить Буньоро цепью фортов и поместил информацию об этом в «Таймс», опубликованную И апреля 1895 г. «Буньоро... можно рассматривать в качестве полезного союзника. Цепью фортов я разделил страну на две части - дружественную и недружественную»8. Один из этих фортов, Хоима, стал впоследствии столицей дистрикта Буньоро в протекторате Уганда.
Считая Буньоро уже завоеванным, баганда по приказу англичан стали распускать пленных женщин и детей по домам. Более того, территории Буньоро, прилегавшие к Буганде, были включены в ее границы, что впоследствии было закреплено соответствующими юридическими документами. В таких условиях 6 Great Britain. Colonial Office. Papers Relating to Uganda. C. 7708 (Africa № 7). L, 1895. P. 8.
7 Ashe R. Op. cit. P. 459-460.
8 The Times. 1895.11.04.
iiiitiiitiiiituui Ojj iiiiHiiiiiiiiiiiH


Кабарега велел своим наместникам расходиться по домам. Сам он с небольшим войском продолжал партизанскую войну. Против него посылались все новые экспедиции. В ноябре 1895 г. карательной экспедиции удалось скрытно напасть на лагерь Кабареги, но омукама с большим трудом сумел спастись. Самой тяжелой потерей для него было то, что в руки британского командования попали знаки власти омукамы - копья и барабан, а также его трон. Они были пересланы Колвилу, который затем с гордостью доставил их в Англию.
В этот период Кабарега не раз терял надежду и дважды пытался заключить с европейцами мир. Но его предложения отклонялись. К тому же от него понем- Hoiy начали откалываться напуганные соратники - сначала один из его военачальников, потом другой после неудачного для Кабареги нового сражения в 1895 г., когда была захвачена в плен и его мать Ньямутахингурва. Об этом «Таймс» писал 1 ноября 1895 г.: «Король Уньоро все еще опасен... Экспедиция, посланная против него, состояла из сильного соединения ваганда... Она дошла до Нила, главным результатом ее было пленение матери Кабареги и юного принца... Престижу короля нанесен громадный урон в результате пленения его матери, которая имеет в стране большое влияние. Она - невероятно толстая женщина, настолько толстая, что не способна сама ходить, и ее надо носить... Вождь Уньоро по имени Лвабудонго, премьер-министр Кабареги, сдался, и ему предоставлено место в Торо, где он будет жить под властью дружественного уньорского вождя. Если бы Кабарегу удалось пленить, вся уньор- ская проблема была бы снята... Кабарега поклялся, что никогда больше не посмотрит в лицо белого человека. Сейчас ему ничто не может помешать вернуться в северную часть страны»9.
Из этой публикации нетрудно заметить, что 1895 г. Кабарега, понесший столько потерь, противостоявший армии Буганды и суданцам под командованием опытного капитана Трастона, не был сломлен. Он соглашался заключить мире Британией, но мир почетный, а не такой, какой ему был предложен в 1894 г., после ноябрьского поражения, когда в руки неприятеля попали знаки его власти.
Кабарега продолжал воевать с англичанами и после того, как 3 июля 1896 г. Буньоро было официально провозглашено британским протекторатом. Однако баньоро продолжали считать его своим властителем и подчиняться его приказам. Осенью того же года он отдал приказание уничтожить весь урожай на севере Буньоро, чтобы оставить без фуража и продовольствия неприятельские силы; этот приказ был беспрекословно выполнен, хотя грозил голодом самим баньоро. И даже тогда, когда в 1898 г. английские власти объявили о смещении Кабареги с трона и провозгласили ому- камой Буньоро его сына Китахимбву, Кабарега оставался для подданных единственным законным омукамой.
Кабарега вновь воспрянул духом в июле 1897 г., когда восстал кабака Мван- га. Потерпев первые поражения от англичан и верных им баганда, М ван га скрылся на территории Германской Восточной Африки. К осени того же года восстали «нубийцы» - остатки «суданских стрелков», которых рекрутировал еще Лугард. Они с боями прошли по Уганде и к началу 1898 г. пришли к Кабареге. Затем к нему присоединился Мванга со своими силами. Омукама пошел на союз и совместные действия с Мвангой, лишь убедившись в искренности его намерений: слишком долго Буганда помогала европейцам завоевывать Буньоро.
Восставшие представляли серьезную угрозу для британских властей Уганды: 9 The Times. 1895.01.11.
iiitiiiHHiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


их объединенные силы насчитывали более 5000 человек; боевые действия велись на значительной территории протектората Уганда. Им удалось провести несколько удачных операций. Но к началу 1899 г. положение восставших осложнилось: Буньоро было разорено дотла, возникли сложности с продовольствием, эпидемии. Кроме того, еще во второй половине предыдущего года от восставших откололась часть суданских стрелков, решивших действовать самостоятельно. Это означало потерю 400 боеспособных и опытных солдат, вооруженных огнестрельным оружием, и, что особенно важно, пулемета.
Восставшие, которых оставалось все меньше и меньше, скрылись на территории народа ланги - к северу от озера Кьога. Здесь 9 апреля 1899 г. они были захвачены в плен корпусом колониальных войск под командованием подполковника Эватта, в котором также было много солдат-баганда.
Кабарега, у которого незадолго до этого начали болеть глаза, сражался до конца. Он был ранен в руку, на другой руке ему прострелили большой палец, и только после того как ружье выпало из его рук, его смогли схватить. Вместе с ним было захвачено несколько его жен и детей. Кабарега так сильно переживал свое поражение, что не хотел больше жить. Он отказывался позволить врачу- европейцу оперировать руку и только по настоянию одного из своих сыновей согласился на операцию.
Затем Кабарегу вместе с Мвангой под конвоем направили в Буганду. За время путешествия сначала через выжженное и опустошенное Буньоро, а затем через цветущую Буганду он вновь обрел присутствие духа. Когда его и Мвангу британские власти в Кампале приговорили к ссылке на Сейшельские острова и они двигались к озеру Виктория, Кабарега, как свидетельствует современник, «шел гордо, повелительно-презрительным взглядом окидывая зеленую и прекрасную страну, так сильно отличавшуюся от его собственной бесплодной земли, опустошенной годами войны и голода. Это зрелище должно было наполнить его восхищением и завистью, но он повернулся к сломленному духом Мванге и сказал: “Ну и отвратительная страна! Если бы я владел ею, я был бы только рад уехать из нее при любых обстоятельствах - даже в изгнание!”»10
Кабарега покидал Буньоро, когда им «правил» под властью англичан его сын Китахимбва. В 1902 г. его заменили братом Духагой, которого британские власти сочли более покорным. Его, как и Ки- тахимбву, баньоро считали узурпатором, поскольку их настоящий героический омукама Кабарега был еще жив.
Буньоро стало дистриктом в Северной провинции британского протектората Уганда; с ним, в отличие от Буганды, Торо и Нкоре-Анколе, не было заключено соглашение, предоставлявшее определенные права «туземной» администрации. До 1933 г. Буньоро имело статус «завоеванного королевства». В африканской администрации, переделанной по образцу Буганды, посты вождей высших ступеней долгое время занимали баганда. Но мятежный дух Буньоро не был сломлен. В 1907 г. там вспыхнуло восстание, вошедшее в историю под названием Ньянгире. Баньоро отказались признать власть колониальных вождей-баганда, сжигали их дома и устроили настоящую демонстрацию, на которой кричали: «Я отказываюсь от баганда!» Британские власти арестовали 54 баньоро-зачинщиков восстания и выслали их из Буньоро. Но восставшие добились своего - с 1908 г. новых вождей-баганда в Буньоро не назначали.
Jackson F. Early Days in East Africa. L., 1969. P. 279-280.
Hiiiiiiiiiiiiiiiii ou пл и инк Hinn


А Кабарега больше никогда не увидел своей родины. Двадцать четыре года он провел в ссылке. Вместе с ним было несколько его ближайших родственников, в том числе 10 лет бок о бок с ним провел его сын Тито Габафуса, который в 1924 г. стал новым омукамой Буньоро Тито Виньи IV. Он выполнял при отце функции секретаря и, видимо, немало узнал об истории Буньоро. Вряд ли случайно он опубликовал свою «Историю Буньоро» в 1934-1935 гг. в «Уганда джорнел» под псевдонимом К.В., что означает Кабарега и Виньи.
К 1923 г. Кабарегу перевели на вольное поселение на Сейшелах, освободив из-под стражи, поскольку было ему уже за семьдесят. Но он попросил, чтобы ему дали возможность умереть на родине. Эта просьба - умереть на родине - вызвала оживленные дебаты в британском парламенте. Кабарегу, семидесятитрехлетнего старика, больного и дряхлого, все еще боялись британские власти. Но в конце концов ему было разрешено вернуться в Буньоро. Опять он проделал долгий путь, и уже несколько дней пути отделяло от родных мест, когда в ночь на 6 апреля 1923 г. он скончался. Было это в Джиндже, на территории Уганды.
А.С. Балезин
Литература
Балезин А.С. У Великих африканских озер. Монархи и президенты Уганды. М., 1989.
Beattie J. The Nyoro State. Oxford, 1971.
Dunbar A.R. Omukama Chwa II Kabarega. Kampala; Nairobi; Dar es Salaam, 1965.


Аполо КАГГВА
Apollo Kagffi a ок. 1865-1927
Г осу д арств е н н ы й д еятел ь У ган д ы, катикиро (главный министр) Буганды в 1889-1926 гг. Каггва был внуком одного из наместников кабаки, воспитывался в доме родственника, военачальника Мутесы I. В ранней юности он попал во дворец Мутесы и занял место помощника хранителя кладовых кабаки. В год воцарения Мванги, в 1884 г., он был крещен английскими миссионерами и получил имя Аполо. В протестантской общине Буганды Каггва быстро выдвинулся: овладел грамотой и был одним из тех, кого миссионеры считали своей опорой. Вскоре он стал хранителем кладовых кабаки, личностью, заметной при дворе.
В 1887 г. Каггва был назначен командиром одного из новых военных отрядов - битонголе. В то время он построил себе просторный дом в столице, где всегда толпились вооруженные воины, прекрасно владеющие ружьями. Затем Каггва был назначен наместником в одной из провинций Буганды, но, как и все вельможи такого ранга, большую часть времени проводил при дворе кабаки.
В сентябре 1888 г., когда Мванга решил одним махом расправиться со всеми вельможами-христианами, Каггва взял на себя роль одного из лидеров свержения кабаки. Как бывший хранитель дворцовых кладовых он сумел устроить так, чтобы оружие оттуда досталось восставшим, а не сторонникам Мванги. После изгнания Мванги и провозглашения ка- бакой Мутеби Каггва претендовал на то, чтобы занять пост катикиро, но ему это не удалось. Он был назначен наместником в отдаленной провинции Буганды.
Когда христианские группировки были вынуждены бежать от победивших мусульман, Каггва понял, что знаменем борьбы христиан за власть должен стать кабака. Аполо Каггва был одним из тех, кто посоветовал католикам и протестантам объединить силы и призвать Мвангу. Он командовал объединенными силами христиан в боях с мусульманской группировкой, был ранен. После возвращения Мванги в Менго 11 октября 1889 г. Каггва был назначен катикиро - практически первым лицом в Буганде, ведь в тот период Мванга обладал лишь призрачной властью.
Однако до некоторого времени Каггва еще не был всемогущ: это касалось в основном отношений с европейцами, где Мванга, который считался тогда католиком, больше советовался с католическими миссионерами и принимал решения вопреки воле Каггвы. Так, Каггва был против подписания договора с К. Петерсом и, даже скрепив его своей подписью как катикиро, попытался дезавуировать договор в глазах Европы. Кроме того, Каггва как представитель проанглпйской группировки резко осудил отказ Мванги подписать договор с Ф. Джексоном. Об этом он сообщил в своем письме британскому консулу на Занзибаре: «Я и мои сторонники не имеют другого намерения, как встать под iiiiiiiiitifiiiiiii 09/ IIIIIIIIIIII ни III


защиту англичан, если они помогут нам. И мы этому не изменим. На этом заканчиваю. С множеством приветов к Вам»1.
Каггва обращался к англичанам, чтобы упрочить власть - свою собственную и своей группировки. Для него вопрос о протекторате Великобритании решился уже в 1889 г., и в соответствии с этим он строил всю свою дальнейшую политику. С Ф. Лугардом Каггва с самого начала установил прочную дружбу, и не зря Лугард поддерживал протестантскую группировку огнем своих «максимов» в 1892 г. После «войны Лугарда» абсолютное большинство государственных должностей в Буганде получила протестантская группировка, и власть Каггвы окончательно упрочилась.
Как лояльный подданный британской короны, Каггва сохранил свой пост катикиро до 1926 г. Каггва выслуживался перед новыми хозяевами - англичанами. В 1893 г., когда вспыхнуло восстание мусульман, Каггва участвовал в его подавлении и вел с восставшими переговоры.
На переговорах о заключении англо- бугандийского соглашения 1900 г. Каггва сыграл большую роль не только как катикиро, но и как главный регент при малолетнем кабаке. Дауди Чва, сын Мван- ги, рожденный в доме Каггвы, 14 августа 1897 г., был провозглашен новым каба- кой. Провозглашение кабакой младенца, которому в этот день исполнилось год и восемь дней, было беспрецедентным случаем в истории Буганды. При кабаке было назначено три регента, и главным из них стал Аполо Каггва. На церемонии провозглашения нового кабаки все необходимые слова за кабаку произносил Каггва, он же ударил рукой младенца в ритуальный барабан. Не случайно в народе говорили, что Каггва пытается сам сделаться кабакой.
Соглашение 1900 г. определило место кабаки, его люкико и вождей в «туземной» администрации Буганды и послужило основой для создания подобной системы по всей Уганде. Поэтому можно с полным правом назвать Каггву соавтором «туземной» администрации протектората Уганда. Каггва и его окружение в обмен на сотрудничество с британскими властями сумели выторговать много привилегий для себя и закрепить их документально. В частности, Каггве удалось добиться беспрецедентного в английских колониях в Африке решения - признания индивидуальной частной собственности на землю, передаваемой по наследству, чего в доколониальной Буганде не было. В итоге Каггва стал крупным землевладельцем - его земельные угодья насчитывали свыше 16 тыс. га. С этих владений он, как и другие землевладельцы, получал от живших и работавших на них крестьян подати натурой и деньгами, приносившие ему ежегодно значительную сумму. Кроме того, по этому соглашению Каггва как «премьер- министр, известный иначе как катикиро», получал гарантированное жалованье в 300 фунтов стерлингов в год, а на период действия в качестве регента при кабаке - 400 фунтов стерлингов в год. Так при англичанах Каггва превратился в одного из самых богатых африканцев Буганды. Одновременно Каггва и его соратники сделали все возможное, чтобы сама должность кабаки сохранилась, ведь в глазах народа только кабака может наделить властью и люкико, и катикиро, и любого другого сановника.
Подписание соглашения 11 марта 1900 г. официально поставило Каггву во главе «туземной» администрации Буганды. Четверть века он был самым главным колониальным вождем протектората Уганда, контролируя сбор 1 Low DA. The Mind of Buganda. Documents on the Modern History of an African Kingdom. Berkeley; Los-Angeles, 1971. P. 26.
IIIIIHtlHIIIIIIII lllllllllllllllllll


налогов, работу 20 наместников и всех подчиненных им низших вождей. Он ведал также деятельностью люкико и двух других министров Буганды — финансов и юстиции. Каггва вел большую переписку, принимал у себя людей, имел личного секретаря.
Но роль Каггвы в истории Буганды и Уганды в целом не ограничивалась тем, что он способствовал установлению британского господства, а затем талантливо руководил африканской частью колониальной администрации Буганды. Он способствовал формированию у англичан представлений о своем народе, а у своих соотечественников - представления об Англии и англичанах. В 1902 г. Каггва был официально приглашен на коронацию короля Эдуарда VII. В поездку в Англию в качестве секретаря Каггва взял с собой X. Мукасу, которому строго наказал подробнейшим образом записывать все, что они увидят в путешествии. Записи Мукасы легли в основу книги, изданной в 1904 г. под названием «Катики- ро Уганды в Британии». Тогда рукопись Мукасы была переведена на английский с языка луганда Э. Милларом - миссионером, сопровождавшим путешественников. Он опустил некоторые детали, которые могли показаться англичанам оскорбительными. Эти детали были восстановлены известным угандийским поэтом Т. Ло Лионгом, подготовившим второе издание, которое вышло в 1975 г. под названием «Сэр Аполо Каггва открывает Британию»2.
Каггва был более подготовлен к восприятию достижений европейской цивилизации в одном из ее очагов - Великобритании, чем другие его соотечественники. Сказались и образование, полученное им у миссионеров, и многочисленные служебные и личные контакты с европейцами. Он был другом известного миссионера и этнографа Дж. Роскоу, служил ему информантом для многочисленных книг о баганда и сопредельных народах. Еще до поездки в Англию достижения европейской цивилизации прочно вошли в быт Каггвы. Сам он с гордостью писал, что «в 1890 году купил часы, в 1894 году построил себе двухэтажный дом, в 1896 году купил керосиновую лампу, а в 1898 году - велосипед, а с 1894 года начал есть сидя за столом и пить чай вместо бананового пива»3. Уже в последние годы XIX в. он активно пользовался пишущей машинкой. Да и деловым человеком по европейским понятиям его тоже можно было назвать. Миссионер Дж. Роскоу отмечал: «Он ведет полную отчетность в судебных и государственных делах. Просто удивительно, даже для европейца, что он так много успевает»4.
Каггва и Мукаса путешествовали долгих четыре месяца - они вернулись на родину в начале сентября. Путь их в Англию проходил через Красное море, Суэцкий канал, Средиземное море. По дороге они осматривали Неаполь и Помпеи, Марсель и Париж. В Англию они прибыли через Кале и Дувр - самым обычным по тем временам маршрутом с континента на Британские острова. И провели там больше двух месяцев только потому, что из-за болезни короля коронация была отложена. Путешественники исколесили всю страну: были в Саутгемптоне и Глазго, Ливерпуле и Манчестере, Кембридже и Виндзоре, Шеффилде и Глазго. Осмотрели Лондон, где им показали парламент и Бри2 Mukasa Н. Sir Apollo Kaggwa Discovers Britain. L.,1975.
3 The King’s Men. Leadership and Status in Buganda on the Eve of Independence. L., 1964. P. 183.
4 Pawlikova V. Sir Apolo Kaggwa and the Origins of Luganda Literature. Asian and African Studies. 1975. № IL P. 200-201.
HIIIIIIIIIIIIIIIII öjy HIIIIIIIIIIIIIIIII


танский музей, Тауэр, покатали в совсем новом тогда еще метро, сводили в театр и в цирк.
В Англии они встречались со многими известными людьми, так или иначе связанными с Африкой. Не говоря уже о том, что все, кто знал Каггву по Уганде, в том числе Г. Джонстон и Дж. Роскоу, считали своим долгом посетить их или пригласить к себе. Их принимали Генри Стэнли, архиепископ Кентерберийский, а также лорд Розбери и даже премьер Солсбери, с которым они пили чай. 8 августа, незадолго до коронации, их удостоил приема сам король. Их посещали многочисленные репортеры, о них писали газеты. Велик был интерес к ним и простого люда. Интерес официальной Британии к Каггве и его секретарю, почет, которым их окружали, - все это носило особый характер. Каггву принимали как представителя уже покоренного государства, которому надо было оказывать милостивое внимание, но не давать забыть свое место.
Каггва и Му каса стали «глазами своих соотечественников», внимательно рассматривая и старательно описывая все, что им показывали. Они повсюду бывали вместе, ведь «вдвоем можно увидеть больше». Отовсюду, откуда только можно было, брали с собой образцы и полуфабрикаты: глину с гончарного завода, кусочек угля из шахты, карандашные полуфабрикаты на разных стадиях изготовления с карандашной фабрики, полуфабрикаты ружейного ствола с оружейного завода - и все для того, «чтобы наши баганда увидели это». Путешественники хотели, чтобы и баганда пользовались всеми благами цивилизации, а для этого, понимали они, их родине нужны прежде всего специалисты. И Каггва, выступая в различных уголках Британии, перед разными аудиториями, непрестанно приглашал специалистов в Уганду.
Самое главное - и в этом состоит пафос книги о визите Каггвы в Британию и, пожалуй, важнейшая ее задача, - путешественники понимали, что процветание этой страны - результат упорных трудов и что их согражданам для достижения прогресса необходимо прежде всего трудиться самим. Эта мысль особо подчеркивается в заключении книги: «Помните, что мудрость не приходит к ленивым и слабым людям, но лишь к тем, кто упорно трудится и ежедневно обдумывает свой труд»5. Каггва и его секретарь твердо верили, что «их внуки будут гораздо мудрее», и призывали в последних строках книги «ежедневно наставлять детей, чтобы они учились всему, чему можно, и, в свою очередь, учили своих детей»6.
Перед отъездом на родину правительство Великобритании попросило Каггву выбрать себе подарки. Он взял конторку для письма и ружье. Оба путешественника также накупили много вещей домашнего обихода. Но главное, что они вывезли из Англии, - это идеи о необходимости просвещения своего народа, которое в сочетании с трудом поможет ему достигнуть прогресса. Эти идеи они выразили в книге, которую по праву можно считать плодом их совместного труда.
Каггва раньше всех в Уганде понял важность фиксации на бумаге истории своего народа, существовавшей прежде в устных преданиях и передававшейся из поколения в поколение. Еще в начале 1890-х годов, после бурных событий - «христианской революции», «войны Лу- гарда» и утверждения чужеземного господства в Буганде, - он начал записывать события, участником (а порою и вдохновителем) которых он был. Есть сведения, что уже в 1894 г. им была подготовлена 5 Mukasa Н. Op. cit. Р. 159.
6 Ibid.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii O4U iiiiiiiiiiiiiiiiiii


брошюра «Энтало за Буганда» (-«Войны Буганды»). А в 1901 г. произошло знаменательное событие в истории Буганды и Уганды в целом: вышла книга Каггвы «Бассекабака бе Буганда» («Кабаки Буганды») - первая в мире книга об истории Буганды, да еще и написанная самим бугандийцем на родном языке луганда. Это была запись устных исторических преданий баганда в таком виде, как они существовали в народе. А сохранялись они по царствованиям каждого следующего кабаки - так и строится книга Каггвы.
Первая книга Каггвы имела огромный успех. Она была переиздана еще три раза на языке луганда (в 1912, 1927 и 1955 гг.), а в 1971 г. была издана в английском переводе7. Книга Каггвы считается настолько серьезным исследованием, что ее не оставляет без внимания ни один из ученых, занимающихся историей Уганды. Вслед за этой книгой последовали другие произведения Каггвы на историческую тему: «Экитабо кье Эмписа за Абаганда» («Книга об обычаях и традициях баганда»), 1905 г.; «Экитабо Кь'Эбика бья Абаганда» («Книга о кланах баганда»), 1908 г., а также более специальные работы - «Экитабо кья Кика кье Нсенене» («Книга о клане Кузнечик»), 1904 г., и «Энгеро за Баганда» («Басни баганда»), 1902 г. Такой список книг сделал бы честь любому современному ученому, а ведь Каггва оставался все это время крупным политическим деятелем и занятым человеком.
Вторая из его книг, «Обычаи баганда», была переведена на английский язык уже в 1934 г.8 и считается не менее классической, чем более объемная книга миссионера Дж. Роскоу под тем же названием. После появления книг Каггвы устную информацию нельзя было получить в «чистом» виде. Даже если информанты и не читали книг Каггвы, нельзя было быть уверенным, что они не находились под влиянием тех, кто их читал.
Книги Каггвы нашли в Уганде не только читателей, но и последователей, захотевших поспорить с его информацией, или дополнить ее, или написать свои книги. Возможностей к тому становилось все больше: с 1907 г. протестантская миссия начала издавать на луганда газету «Мунно», а Белые отцы с 1911 г. - газету «Эбифа». Много позже, с 1934 г., появился светский «Угандийский журнал», в котором также публиковались угандийцы, причем не только из Буганды, как первые авторы. Таким образом, своими книгами Аполо Каггва открыл целый поток исторических сочинений угандийцев, и не случайно его называют отцом национальной историографии Уганды.
Каггва был не только первым угандийским историком, но и первым угандийским просветителем, понимавшим важность передовых европейских знаний и немало способствовавшим их распространению в Буганде. Дж. Роскоу писал о нем еще и так: «Сэр Аполо Каггва является выдающимся лидером не только в делах религиозных, но также в светской и политической жизни. Он мудрый и преданный проводник всего, что ведет к прогрессу... В последние годы он приобрел печатный станок... С этого станка разошлись написанные сэром Аполо Каггвой на основе полученной им от властей информации или составленные под его руководством брошюры о разведении хлопка, культивации каучука, лечении болезней скота и пр.»9.
В своей политической деятельности Каггва всячески пытался расширить полномочия «туземного» правительства 7 Kaggica A. The Kings of Buganda. Nairobi a.o., 1971.
e Kaggwa A. The Customs of the Baganda. N.Y., 1934.
9 Цит. no: Pawlikova V. Op. cit.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 04 I IIIIIIIIHIIIIIIIII


Буганды в рамках британского протектората. В переписке с «белыми» властями протектората (а над Каггвой стояли только два белых чиновника - комиссар провинции Буганда и губернатор протектората Уганда) он, например, предлагал создать в Буганде Совет батака и включить в него баганда, имеющих не меньше десяти квадратных миль земли. Он выражал здесь интересы нового социального слоя Буганды - крупных землевладельцев колониально-феодального типа, к созданию которого приложил немало сил и который возглавлял. Каггва хотел придать официальный статус вождей крупным землевладельцам и контролировать их деятельность. Вряд ли приходится сомневаться в том, что президентом этого нового органа был бы избран именно он.
Идея создания такого совета преследовала еще одну социальную цель. Батака в Буганде назывались родовые старейшины, которые еще в доколониальные времена были оттеснены от политической власти за счет служилой аристократии. К концу XIX века в результате передачи земель в кормление служилой аристократии батака превратились всего лишь в хранителей родовых захоронений. Таким образом, они были естественными социальными врагами слоя, к которому принадлежал Каггва и его окружение, поэтому и при раздаче земель по соглашению 1900 г. батака почти ничего не получили. Предлагая создание Совета батака из колониальных вождей, Каггва и его окружение хотели присвоить себе еще и статус родовых старейшин.
Недовольство батака вылилось в движение протеста, особенно широко развернувшееся в Буганде в 1920-х годах после создания в 1921 г. Ассоциации батака, требовавшей перераспределения земель. Батака поддерживали крестьяне, страдавшие от двойного гнета - белых колонизаторов и собственных землевладельцев. Колониальные власти отказались выполнить это требование лидеров батака. Немудрено, что союзником «белой» администрации решительно выступил Аполо Каггва. В ответ на создание Ассоциации (позже - Федерации) батака Каггвой была даже создана «организация противовеса». Так Каггва защищал интересы своего социального слоя, складывающегося в Буганде при поддержке британских властей и выступавшего проводником их политики: колониальных вождей- землевладельцев.
Как катикиро и главный регент Каггва стремился к тому, чтобы все вопросы внутренней жизни Буганды решались через ее «туземное» правительство. Правда, регентство при кабаке Дауди Чва окончилось в 1914 г., когда тот достиг совершеннолетия и был коронован. Но у Каггвы оставался еще один рычаг власти - он был членом синода англиканской церкви. Во всех делах, касающихся религии, он использовал свое влияние в синоде. Так, при его участии в 1910 г. синод принял решение, запрещавшее вождям и их аппарату работать по воскресеньям. Через синод и люкико Каггва проводил и мероприятия по борьбе с пьянством. Несмотря на протесты администрации, он сумел заставить некоторых строптивых вождей выплачивать деньги на содержание Королевского колледжа Будо - одного из первых средних специальных учебных заведений в Буганде, созданного под эгидой протестантской миссии и существовавшего на церковные деньги.
Сам Каггва не был таким уж строгим христианином. Его деятельность в синоде и вообще отношение к христианству с самого начала объяснялись политическими мотивами, что было характерно для первых христиан в Буганде. Для Каггвы, как и для большинства христиан его поколения в Буганде, главным было скорее светское содержание мисIIIIIIIIIIIIIHIIII iiiiiiiiiiiiiiiiiii


сионерской деятельности, прежде всего распространение грамотности и европейского образования. В повседневной жизни христианские догматы спокойно уживались в нем с языческими представлениями. Так, например, в ответ на обвинения баганда-христиан в многоженстве Каггва изрек: «Не вижу, почему против христианина, который берет жену по местным обычаям, будучи уже женатым в соответствии с христианской религией, должны быть приняты меры. Если меры хочет предпринять жена, это ее дело, но ничье больше».
Для укрепления положения колониальных вождей в Буганде Каггва сделал еще один важный шаг. Поскольку для рядовых баганда любая власть должна была исходить от кабаки, в том числе власть самого Каггвы как регента при кабаке, с 1900 г. по его инициативе в церквах стал праздноваться день восшествия Дауди Чва на престол. Но для баганда власть и Дауди Чва, и Каггвы как регента при нем была сомнительной, поскольку был еще жив их законный кабака Мванга. Они не поверили и в его смерть на Сейшельских островах в 1903 г. Поэтому в 1910 г. было решено перенести тело кабаки в Буганду. Вместе с миссионерами Каггва активно участвовал в перезахоронении Мванги в усыпальнице, где покоился Мутеса Первый.
Каггва стремился выйти и на международную арену, хотя соглашение 1900 г. оставляло решение всех международных вопросов за британской администрацией Уганды. Он с удовольствием встречался и переписывался с иностранцами, посещавшими Буганду. Так, например, когда в декабре 1919 г. туда прибыл соратник Махатмы Ганди преподобный К.Ф. Энд- рьюс, Каггва не ограничился встречей с ним в люкико, а послал ему меморандум следующего содержания:
«Касательно нашей встречи с Вами в нашем туземном парламенте мы желаем письменно подтвердить наше мнение по двум вопросам, которые возникли во время беседы, а именно:
Мы хотим, чтобы индийцы оставались в нашей стране, поскольку считаем, что их пребывание здесь будет способствовать процветанию нашей страны, принесет добро и не причинит вреда нашей стране. Конечно, мы хотели бы, что это были наиболее достойные индийцы.
Мы не хотим, чтобы нашу страну объединили с каким-либо другим протекторатом, поскольку считаем, что если это произойдет, то серьезным образом будут затронуты Угандийское соглашение 1900 года и наши обычаи. У нас есть и другие возражения. Мы хотим, чтобы этот Протекторат оставался таким, каков он есть сейчас.
Благодарим Вас за визит к нам и в наш туземный парламент и желаем Вам приятного путешествия.
Сэр Аполо Каггва, катикиро Буганды. 22 декабря 1919 года»10.
В этом меморандуме Каггва прозорливо затронул две большие проблемы, ставшие сквозными в истории Уганды на протяжении нескольких десятилетий. Это - попытки объединения трех британских восточноафриканских территорий и вопрос о роли индийской общины в Уганде.
В своих наиболее важных письмах британским властям Каггва пытался отстоять не только собственные прерогативы, но и права «туземной» администрации Буганды. Так, незадолго до совершеннолетия кабаки Дауди Чва, 26 февраля 1914 г. Каггва вместе с другим регентом, Закарией Кизито, написал письмо комиссару провинции Буган- да, в котором жаловался: «В настоящее время, однако, некоторые вожди саза с wLow DA. Ор. cit. P. 51-52.
iniiiiiiiitii O4J iiiiiiiiiiiiiHiiii


неуважением относятся к люкико и считают, что они непосредственно подчиняются чиновнику дистрикта... Некоторые из них даже начали посылать отчеты из своих саза к комиссарам дистриктов, не ставя в известность люкико... вопрос о полномочиях люкико следует тщательно рассмотреть и решить прежде, чем Его Высочество Кабака достигнет совершеннолетия, поскольку очевидно, что в противном случае ему будет трудно управлять страной... По административным вопросам вождь саза должен подчиняться непосредственно Кабаке через люкико, кроме сбора налогов. Комиссары дистриктов должны, насколько возможно, осудить невнимание к люкико со стороны вождей саза и, посылая письма вождям саза, присылать копию в люкико для его информации...»11
Эти требования были удовлетворены комиссаром провинции Буганда Ф. Кноулсом. Но так случалось далеко не всегда. Каггва в конце концов и пострадал из-за своего властолюбия, которое стало неудобным для британских властей. Он не сумел найти общего языка с новым комиссаром провинции Буганда Постлетвейтом. Между ними разгорелся затяжной конфликт, начавшийся в середине 1925 г. из-за того, что один из нижестоящих вождей вошел в контакт с Постлетвейтом, минуя Каггву. 30 ноября того же года Каггва, не сумевший решить этот вопрос с Постлетвейтом, направил жалобу на него губернатору всей Уганды. В ответ 19 января 1926 г. губернатор написал письмо Постлетвейту, в котором признал жалобу Каггвы необоснованной. Тогда Каггва 14 февраля написал новое письмо губернатору, в котором назвал его действия «оскорбительными для себя и своего положения».
Губернатор 25 февраля 1926 г. в письме кабаке осудил тон письма Каггвы, а 1 марта в своей резиденции в Энтеббе в присутствии кабаки, двух других министров Буганды и Постлетвейта повторил это Каггве в лицо. Каггва обвинялся в неуважении к властям, нелояльности и неподчинении. Более того, ему не дали оправдаться и прогнали вон из зала. А позже предложили уйти в отставку.
В отчаянии Каггва 30 марта 1926 г. написал петицию на имя лорда Эмери, британского министра колоний. Там он изложил все перипетии своих раздоров с «белой» администрацией Уганды и подчеркнул, что на него оказывают давление, требуя, чтобы он ушел в «почетную» отставку «по состоянию здоровья». Он подчеркнул, что не хочет уходить в отставку под таким предлогом и что он оскорблен еще и тем, что вопрос этот обсуждался в его отсутствие 28 октября 1925 г. Постлетвейтом, кабакой и двумя другими министрами, а его продержали за закрытыми дверями.
Каггва дал такую оценку своей деятельности: «Я был главным действующим лицом в приглашении англичан и установлении британской администрации в нашей стране. Лучшую часть своей жизни я пожертвовал на благо своего народа, а также на благо и в интересах безопасности европейцев, особенно англичан, находившихся в стране в бурные времена гражданских войн и религиозных распрей при все еще неясном положении страны в то время, более того, являясь главным вождем Его Светлости Кабаки в туземном правительстве Королевства Буганда и его главным советником, занимая пост главного регента на протяжении восемнадцати лет, я естественным образом рассчитывал, что Правительство Его Величества будет иметь ко мне особый подход, учитывая длительность моей службы в Правительстве протектората в качестве катикиро 11 Ibid. Р. 46-47.


Королевства Буганда, в должности, которую я занимаю с 1889 года, на протяжении тридцати семи лет»12.
Каггва не сумел ничего добиться этим «демаршем», он все-таки был отправлен в отставку, и именно «по состоянию здоровья», в том же 1926 г. А на следующий год он умер в возрасте 62 лет, будучи, по местным понятиям, глубоким стариком. Он не смог жить не у дел и очень переживал свою отставку.
Исторические заслуги Каггвы состоят прежде всего не в том, что он перечислил в письме лорду Эмери. Они в его книгах, в его просветительской деятельности, в его стремлении объяснить своим соотечественникам чуждый им мир. Без сотрудничества Каггвы с англичанами колониальный режим в Уганде был бы более жестким. Каггва активно способствовал формированию в Буганде слоя крупных феодалов, слоя бюрократии. Фигура Каггвы была далеко не однозначной, но во многом типичной для целого поколения африканцев, переживших установление в своих странах чужеземного господства.
А.С. Балезин.
Сочинения Каггвы, переведенные на английский язык
KaggiL'a A. The Kings of Buganda. Nairobi a.o., 1971.
Kaggwa A. The Customs of the Baganda. N.Y., 1934.
Литература
Балезин А.С. У Великих африканских озер. Монархи и президенты Уганды. М„ 1989.
Kiwanuka M.S.M. A History of Buganda. From the Foundation of the Kingdom to 1900. N.Y., 1972.
Pawlikova V. Sir Apolo Kaggwa and the Origins of Luganda Literature. Asian and African Studies. 1975. № 11.
12 Ibid. P. 73.


Абейд Амани КАРУМЕ
Abeid Amani Karume 04.VIII.1905 - 07.IV.1972
Первый президент Занзибара. Родился 4 августа 1905 г. на острове Занзибар, в деревне Кионгони, в 8 милях к востоку от г. Занзибар1. (По некоторым данным, в раннем детстве родители привезли его на Занзибар1 2.) Отец, Амани Каруме, родом из Конго (по другим данным, из Ньясаленда (ныне Малави), мать, Амина Кадуду (Кадир), из Руанды-У рунди (по другим данным, тоже из Ньясаленда). Абейд - старший из пятерых детей в семье (два брата и две сестры умерли в возрасте 26-42 лет)3. По вероисповеданию - мусульманин.
Учился в начальной школе с 8 до 12 лет (других сведений об образовании не имеется). В 8 лет остался без отца. С 13 лет работал носильщиком в порту. В 15 лет нанялся на каботажные суда, курсировавшие вдоль побережья Восточной Африки. С 17 лет - матрос на кораблях дальнего плавания.
По некоторым данным, перед возвращением на Занзибар (1928 г.), очутившись в Индии, он остался без работы, был обвинен в краже и посажен в тюрьму. Ему удалось бежать, и вскоре Кару- ме оказался в Кувейте, откуда вернулся на Занзибар. По возвращении в течение многих лет работал в компании моторных катеров, обслуживавших прибрежные перевозки, а в 1938 г. стал ее управляющим. С 1938 г. - член Британского союза моряков.
Каруме - один из организаторов «Черной звезды» (1928 г.), «Африканского спортклуба» (1931 г.), наконец, «Африканского танцклуба», в котором он был «генеральным секретарем» вплоть до января 1964 г. Это первые организации на Занзибаре, как отмечал его биограф танзаниец Р.К. Мванжиси. «имевшие целью сплочение африканцев и способствовавшие развитию национального самосознания», до возникновения которых в султанате Занзибар слова «африканец», «африканский» даже не произносились на островах4.
Эти клубы стали предшественниками созданной в 1934 г. Африканской ассоциации (АА), призванной объединить все африканское население страны (ми1 Kweupe. Zanzibar. 1967. 5 Agosti (на. суахили).
2 www.answers.com. topic/sheikh-abeid-amani-karume. На наш взгляд, эта версия наиболее правдоподобная. Обратное утверждение отражает стремление занзибарских биографов представить А. Каруме уроженцем Занзибара.
3 Usi М. Mheshimiwa Abeid Amani Karume. Dar es Salaam: The Tanzania Publishing House Ltd., 1966. K. 2-3 (на суахили).
4 Mwanjisi R.K. Abeid Amani Karume. Kimetolewa na East Africa Publishing House. Nairobi. 1967. K. 14-21 (на суахили).
HIIIIIIIIIIIIIIIII (№) IIIIIIIIIIIIIIIHII


грантов - переселенцев с континента и коренных жителей) и защищать его интересы. Арабская и Индийская ассоциации возникли на Занзибаре еще раньше - в 1915и 1918 гг. соответственно. Первая объединяла крупных арабских феодалов, владельцев плантаций гвоздики - основного экспортного продукта страны, вторая - коммерческие и финансовые круги азиатской общины (в основном индийцы). В 1938 г. была создана Ассоциация ширази5, в чем немалая «заслуга» принадлежала колониальным властям, стремившимся воспрепятствовать объединению африканцев на островах.
Уже в 1935 г. Африканская ассоциация насчитывала (при численности населения на островах примерно 240 тыс.) в своих рядах 56 тыс. человек (крестьяне, поденные рабочие, мелкие торговцы, служащие)6. Каруме вступил в АА и вскоре стал ее секретарем, а в 1942 г. (по другим данным - в 1944 г.) - генеральным секретарем. Ему же приписывают и создание в 1938 г. первого на Занзибаре объединения рабочих - Союза моряков7, который лишь в 1949 г. был официально признан как профсоюз8.
В годы Второй мировой войны имя Каруме становится все более популярным на островах. Он выступает в защиту прав африканцев, в 1940 г. направил британским властям письмо с просьбой построить дома для бедняков.
В 1954 г. А. Каруме, став президентом Африканской ассоциации, назначается членом Муниципального совета г. Занзибар, где представлял интересы африканской общины. К этому времени относится начало его политической деятельности.
В начале 1957 г. в результате объединения двух африканских ассоциаций (в чем важную роль сыграл Джулиус Ньерере - президент партии ТАНУ в соседней Танганьике) возникает Союз Афро-Ширази (Afro-Shirazi Union - АШЮ), переименованный в конце 1959 г. в партию Афро-Ширази (Afro- Shirazi Party - АШП). Каруме стал ее президентом.
В июне 1957 г. по итогам первых выборов в стране - в Законодательный совет (ЗС) Занзибара (консультативный орган, созданный в 1925 г. при главе английской администрации), победила АШЮ9. А. Каруме вошел в состав ЗС. возглавив в нем фракцию АШЮ.
5 Организация африканцев-ширази, считающихся коренными жителями островов. Название «ширази» происходит, очевидно, от г. Шираз в Персии, откуда в период между X и XIV вв. на Занзибар пришли персы - одни из первых поселенцев, со временем ассимилировавшиеся с аборигенным населением. Согласно данным переписи 1958 г., численность населения Занзибара составляла 299 тыс. человек, 93,6% были классифицированы как «афро-арабы». Между тем по переписи 1948 г. при населении 264 тыс. человек африканцы составляли 76% (в том числе ширази - 56% и 20% африканцы - потомки рабов и переселенцы с материка, иммигрировавшие на Занзибар в конце XIX - начале XX в.), арабы - 17%, «азиаты» (в основном индийцы) - около 6% (см.: Notes on the Census of the Zanzibar Protectorate. 1948. Zanzibar, 1953. P. 11-12). К началу 1960-х годов этнический состав вряд ли существенно изменился.
6 Historia ya Waafrika wa Zanzibar na Kuundwa kwa Chama cha Afro-Shirazi. Zanzibar, 1964. Uk. 1 (на суахили).
? Usi M. Op. cit. Uk. 6.
8 См.: Great Britain. Colonial Office. Report in Zanzibar for the Years 1949-1950. L., 1952. P. 10; African Labour Survey. ILO, Geneva, 1958. P. 691.
9 В выборах участвовали также Националистическая партия Занзибара (НПЗ, лидер Али Мухсин) и Народная партия Занзибара и Пембы (НПЗП, лидер Мохаммед Шамте). НПЗ, созданная в декабре 1955 г. на основе Арабской ассоциации, выражала интересы арабских
IIIIIIIIHIIIIIIIII 847 lllllillllllllHIIl


В марте 1958 г., выступая перед крестьянами, А. Каруме выдвинул лозунг: «Деревья - ваши, земля - наша!» Не оспаривая права владельцев гвоздичных деревьев (большинство которых составляли представители арабской общины - этнического меньшинства), африканцы впервые поставили под вопрос законность арабского землевладения. Требование «Земля - большинству» стало одним из важнейших пунктов политической программы АШП.
В декабре 1958 г. Каруме как лидер АШП участвовал в I Конференции народов Африки в Аккре (Гана), где встречался с К. Нкрумой, в 1959-1961 гг. - в конференциях PAFMECA* 10 11 в Мванзе и Моши (Танганьика), в Аддис-Абебе (Эфиопия).
В начале 1961 г. был принят устав АШП, в котором достижение «свободы и независимости от иностранного владычества и господства меньшинства» провозглашалось как главная задача партии в борьбе африканцев за свое освобождение11. Руководители АШП заявляли, что «никакие арабские или британские колониальные институты» неприемлемы для Занзибара, и провозглашение страны африканским государством есть единственное решение проблем африканского большинства12. Между тем, как утверждал А.К. Ханга, заместитель генерального секретаря АШП, «еще в 1959 г.
А. Каруме публично заявил, что партия АШП борется за завоевание независимости и установление на Занзибаре социалистической республики, но британские империалисты и султан вынудили его отказаться от этих слов»13.
После очередных выборов в ЗС в январе 1961 г. АШП была лишена победы в результате политических интриг колониальных властей вкупе с коалицией НПЗ/НПЗП, которой было поручено сформировать Кабинет министров. Главой Кабинета стал Мохаммед Шамте, лидер НПЗП. Портфель министра здравоохранения был предложен А. Каруме. В апреле 1962 г. он возглавлял делегацию АШП на конференции в Лондоне по вопросу предоставления Занзибару независимости. На выборах в июле 1963 г. АШП вновь потерпела поражение. Хотя она и получила 54% голосов, но в ЗС оказалась в меньшинстве. М. Шамте остался главным министром, Али Мухсин, лидер НПЗ, стал министром внутренних дел. Каруме возглавил оппозицию в Законодательном совете.
Результаты этих, как и предшествовавших, выборов показали, что в условиях обычной политической борьбы, на пути «конституционных реформ» партия вряд ли добьется успеха.
В сентябре 1963 г. на очередной конференции в Лондоне была, наконец, определена дата предоставления Занзикрупных землевладельцев и торговцев, тесно сотрудничала с султаном и британским резидентом. НПЗП возникла в конце 1959 г. в результате выхода из АШП ряда лидеров Ассоциации ширази, вошла в коалицию с НПЗ (подробнее см.: Тетерин О.И, Из истории национально- освободительного движения на Занзибаре // История Африки в XIX и XX столетиях. М.: Институт Африки АН СССР: Наука, 1972. С. 15, 23.
10 Позднее - PAFMECSA (Панафриканское движение за освобождение Восточной, Центральной и Южной Африки). Функционировало с 1958 по 1963 г.
11 Афро-ширазская партия Занзибара и Пембы. Устав (1961) // Архив Советского комитета солидарности стран Азии и Африки (СКССАА. сейчас - РОСНАА).
12 Lof chie M.F. Zanzibar: Background to Revolution. New Jersey: Princeton University Press, 1965. P 199.
13 Ханга A.K. Анализ экономического и политического положения Занзибара. Июль 1961 г. // Архив СКССАА (сейчас - РОСНАА).
lllllllllllllllllll ОЧО nil ЦП


бару независимости - 10 декабря 1963 г. Характерно, что африканцы Занзибара без особого энтузиазма участвовали в торжествах в день провозглашения независимости, а большинство сторонников АШП бойкотировали их14. И на то были основания.
В преддверии независимости и в первые недели после 10 декабря 1963 г. в стране, где сохранился султанский режим, закрепивший власть арабского меньшинства, проводилась кампания «занзибаризации», точнее - «арабизации» структур госаппарата, местной администрации, полиции, вводились ограничения на деятельность оппозиции, усиливались репрессии против демократических сил.
6 января 1964 г. была запрещена партия «Умма» («Народ»), лидер которой Абдул Рахман Мохаммед, уже тогда известный как А.М. Бабу, был генсеком НПЗ с 1959 г., вышел из нее в июне 1963 г., выступал за сотрудничество с АШП. Руководству АШП стало известно о намерении властей запретить 13 января деятельность партии и арестовать ее руководителей. Положение складывалось таким образом, что лидеры арабской общины при поддержке султана и англичан стремились удержать в своих руках управление страной, чтобы в дальнейшем выступать уже от имени арабского государства.
В период межпартийной борьбы (1957-1963 гг.) А. Каруме принадлежит несомненная заслуга в сплочении африканского населения Занзибара перед лицом возраставшей угрозы со стороны арабской верхушки15. Гораздо менее известно о его роли в революции 12 января 1964 г., ликвидировавшей монархический режим и десятилетия колониального правления.
Подготовку переворота осуществлял «Комитет 14-ти» во главе с Сейфом Бакари - лидером Молодежной лиги АШП (была создана в 1959 г.16), а «военную» составную - руководство вооруженными отрядами - поручили Джону Окелло. О деятельности Комитета знал лишь узкий круг в руководстве АШП. За неделю до выступления, назначенного на 12 января, состоялось последнее заседание «Комитета 14-ти», на котором возникли разногласия относительно плана действий, отразившие нерешительность ряда деятелей партии, в частности, А. Каруме.
Каруме, флегматик по складу характера, считался умеренным политическим деятелем, не склонным к активным действиям в противостоянии с колониальными властями и арабским засильем, был сторонником «парламентского» пути к независимости островов. По некоторым данным17, уже после 10 декабря 1963 г. А. Каруме, выступавший против воору14 Mwanjisi R.K. Op. cit. Uk. 44.
15 Подробнее см.: Тетерин О.И. Указ. соч. С. 17-28.
16 О роли МЛ АШП и ее предшественников в национально-освободительной борьбе на Занзибаре более подробно см.: Тетерин О.И. Социально-политическое развитие Занзибара. Дис.... канд. ист. наук. Институт Африки АН СССР. М., 1972. С. 191-206,397-401.
17 В частности, Сулеймана Али Многа, весьма информированного и отлично разбиравшегося в занзибарской политической «кухне». Один из создателей МЛ АШП, он был казначеем Лиги и главным редактором одной из ее газет - «Kipanga» («Сокол»). В 1961 г. оказался в Москве, где поступил в УДН им. П. Лумумбы. После революции получил приглашение войти в правительство Занзибара, однако отказался: хотел продолжить обучение. Окончил аспирантуру и, защитив кандидатскую диссертацию в 1971 г. (см.: С А. Многа. Проблемы развития аграрной экономики Танзании. Автореф. дис.... канд. экон. наук. М., 1970), вернулся на родину, где вскоре занял пост помощника министра торговли. Скончался в начале 1980-х годов (прим, автора).
1НИ1Ш1Ш1Ш11 849 IIIIIIIIHIIIIIIIII


женного переворота, опасаясь больших жертв, имел встречу с премьером Али Мухсином, лидером партии НПЗ - главного оппонента АШП, и договаривался о «коалиции» трех партий (НПЗ, НПЗП и АШП) в правительстве. Не исключено, что при этом А. Каруме исходил и из собственных интересов: уже тогда он был владельцем крупного недвижимого имущества на островах и не хотел ставить под угрозу свое собственное состояние.
Не было единства и в отношении того, кто станет во главе нового государства. На пост президента, помимо А. Каруме, выдвигались Абдулла Кассим Ханга (1932-1969) - один из основателей АШП18, зам. генсека АШП, и С. Бакари, однако они отказались в пользу Каруме. (Ханга, по словам С.А. Многа, полагал, что предоставление Каруме поста президента станет не более чем «данью уважения его возрасту», а вся фактическая власть будет сосредоточена в руках молодых деятелей АШП, в том числе в его руках. Но Ханга трагически просчитался - в 1969 г. он был объявлен «заговорщиком» и погиб.)
В ночь на 12 января 1964 г. Каруме и Ханга были тайно переправлены в Дар-эс-Салам: по одной из версий, чтобы информировать президента Танганьики Дж. Ньерере о начавшемся выступлении, по другой - чтобы сохранить лидеров партии в случае неудачи восстания.
Вечером 12 января, когда Занзибар уже спешно покинули султан, его окружение и англичане, Каруме, Ханга и Бабу вместе19 вернулись из Дар- эс-Салама на судне торговца - «дяди Миши из Одессы» (так он по-русски назвал себя, рассказывая об этом автору в начале 1980-х годов на «Silver Sands» - принадлежавшем ему небольшом участке пляжа на западном побережье острова в 15 милях от г. Занзибар20).
14 января радио Занзибара объявило, что «Комитет 14-ти» назначил Каруме президентом страны, Хангу - вице- президентом и премьер-министром, а Бабу - министром обороны и иностранных дел. 16 января был создан Революционный совет (PC) во главе с А. Каруме.
18 января была провозглашена Народная Республика Занзибара и Пембы, в которой утверждалась «власть народа и для народа»21, президентом объявлен А. Каруме. 25 января были обнародованы состав PC (в него вошли, помимо Каруме, 29 человек - Ханга, Бабу, Окелло, все члены «Комитета 14-ти», деятели АШП и «Уммы») и его статус как высшего органа власти22 (позднее число членов достигло 32 человек).
18 Абдулла Кассим Ханга учился в Москве в УДН им. П. Лумумбы 1960-1962 гг., изучал марксизм-ленинизм. По словам проф. А.Б. Давидсона, получил диплом № 1 этого университета. Муж Л.О. Голден - тогда мл. науч, сотрудника Института Африки АН СССР; отец Елены Ханги, телеведущей программы «Про это» на НТВ.
19 См.: The Nationalist (ежедневная газета, орган партии ТАНУ). Dar es Salaam. 1965. January 12. The Spectator. London. 1964. February 14.
20 Видимо, настоящее имя «дяди Миши» - Мисбах Файнзильбер. Именно эту фамилию в данном контексте упоминает сотрудница ЦРУ Хелен-Луиз Хантер, называя его «израильским бизнесменом» (!?, им он не был - О. Г.) в своей докладной записке, датированной 16 февраля 1966 г., позднее, видимо, «рассекреченной» и опубликованной недавно в блоге занзибарского интернет-издания “Zanzibar Daima” // http://zanzibardrama.wordpress.com/2008/10/12/zanzi- bar-revisited...
21 1964-1967. We Have Completed Three Years. Tanzania is Forging Ahead. Zanzibar, 1967. P. 11.
22 The Zanzibar Gazette (Gazeti Kuu la Serikali). Vol. LXXIII. № 4335. 1964. 25th January.
IIIIIIIIIIIIIIIHII OJU IIIIIIIIIIIIIIIHII


Выступая по радио Занзибара 29 января, Бабу заявил о роспуске своей партии «Умма», призвав всех ее сторонников присоединиться к АШП, а Каруме объявил о создании однопартийного правительства. С речью выступил и Дж. Окелло23.
Становление молодой республики в первые дни ее существования проходило в сложной обстановке. Занзибарская революция, заявления новых руководителей страны, в частности Бабу, о стремлении идти по «социалистическому пути, но не обязательно, как Куба»24 насторожили западные державы, в СМИ была развернута кампания против революционного правительства страны. Англия и США заявили, что воздержатся от признания нового режима. Из Момбасы (Кения) к берегам Занзибара отправился английский миноносец «Рил», который несколько дней находился в порту г. Занзибар. США направили два военных корабля под предлогом эвакуации американцев, находившихся на островах. Дело шло к возможному вмешательству во внутренние дела суверенного государства.
В этих условиях правительство Занзибара приняло меры по пресечению деятельности группы западных журналистов, прибывших на остров. Они были высланы из страны. 16 января президент Занзибара А. Каруме объявил о закрытии консульства США. В поддержку занзибарской революции выступили независимые страны Африки. Признание Советским Союзом (18 января), ГДР, КНР и другими соцстранами молодой республики, заявление МИД СССР (27 января) с предостережением от применения «всяких насильственных действий по отношению к суверенному и независимому государству Народная Республика Занзибара и Пембы»25 фактически положили конец проискам неоколониалистов. В столице были открыты посольства СССР (4 февраля), ГДР и КНР. Великобритания, США и некоторые другие западные страны объявили о признании нового режима на Занзибаре лишь 23 февраля, Франция - 4 апреля26.
1 марта были оглашены первые законы республики. Президент становился главой государства, назначал и возглавлял Совет министров и являлся главнокомандующим вооруженными силами. Исполнительная власть принадлежала Революционному совету, от имени которого выступал Совет министров27.
8 марта, выступая на массовом митинге в г. Занзибаре, президент А. Каруме изложил программу развития страны (названную впоследствии «Первой декларацией Занзибара»28), которая отражала цели и задачи занзибарской революции и по существу провозглашала становление Занзибара на рельсы некапиталистического развития. Важнейший пункт Декларации, отвечавший чаяниям угнетаемого ранее африканского большинства на островах, - декрет о национализации земли, на которой 80% гвоздичных плантаций, главного богатства страны, находились во владении представителей арабской общины, составлявшей лишь 13% всего населения29.
В западных СМИ продолжали звучать призывы изолировать молодую ре23 Kweupe. 1964. Februari 6.
24 Africa Diary. New Delhi. 1964. February 8-14, P. 1597.
25 Правда. 1964. Январь 27.
26 Ayany S.G. A History of Zanzibar... P. 138-139.
27 Kweupe. 1964. Machi 3.
28 Labour Monthly. L., 1964. May.
29 Kweupe. 1964. Machi 10.


спублику, ограничить влияние «Кубы в Африке» (так расценил революцию на Занзибаре Госдепартамент США30), «Кубы в Индийском океане» на соседние страны. В ответ на высказывание в Найроби посла США в Кении Уильяма Эттвуда 2 апреля о том, что развитие событий на Занзибаре «вызывает озабоченность» Америки, а Китай и Восточная Германия «пытаются превратить Занзибар в неафриканское государство и использовать его в своих политических целях»31, А. Каруме заявил 6 апреля, что в интересах национальной безопасности Занзибара американская станция слежения за спутниками, работавшая с 1961 г., должна быть закрыта к концу апреля.
В условиях непрекращавшейся ан- тизанзибарской пропаганды на Западе руководители страны проявили себя как дальновидные политики, приняв в апреле 1964 г. решение пойти на союз с Танганьикой. Как позднее признавался Дж. Ньерере, в 20-х числах апреля он с глазу на глаз обсуждал этот вопрос с А. Каруме. 26 апреля на карте Африки возникло новое государство - Объединенная Республика Танганьики и Занзибара, получившее 29 октября 1964 г. название «Объединенная Республика Танзания» (ОРТ). Абейд Амани Каруме, сохранив титулы президента Занзибара и председателя АШП, стал первым вице- президентом ОРТ.
Восточноафриканские парламентарии того времени отмечали, что «Каруме играл важную роль в объединении»32. А. Каруме и его ближайшие соратники рассматривали создание союза с Танганьикой как средство обеспечения безопасности Занзибара, гарантировавшее самостоятельное развитие островов. Они не желали, чтобы Занзибар «растворился» в союзном государстве, став одной из его провинций. Каруме опасался также возможного усиления позиций молодых деятелей, прежде всего Ханги («один из главных творцов занзибарской революции» - так характеризовал его Оскар Камбона, генеральный секретарь ТАНУ33), который выступал за построение социализма на Занзибаре, рассчитывая на всестороннюю помощь СССР и других соцстран34.
Сразу после ратификации договора о Союзе в центральное правительство Объединенной Республики (в Дар-эс- Салам) были переведены Ханга, Бабу и некоторые другие35. Это фактически означало отстранение их от активного участия в занзибарских делах и консо30 Wilson Amrit. Abdul Rahman Mohamed Babu: Politician, Scholar and Revolutionary//Journal of Pan-African Studies. Los Angeles. 2007. Vol. l.№9. August // www.jpanafrican.com/docs/.../ AbdulR...
31 Ayany S.G. Op. cit. P. 142.
32 Meetings and Discussions on the Proposed East African Federation. September 1964, Dar es Salaam. P. 17. В создании ОРТ немалую роль сыграли американцы. Об этом свидетельствуют недавно рассекреченные документы Госдепартамента США и ЦРУ. На них подробно ссылается английская исследовательница Амрит Вильсон в работе, опубликованной в 2007 г. (см.: Wilson Amrit. Abdul Rahman Mohamed Babu: Politician...). Тем не менее, автор считает свою точку зрения на это событие так же достоверной.
33 Kambona О. Crisis of Democracy in Tanzania. L., 1968. P. 4.
34 Приобретенные в СССР знания А.К. Ханга использовал слишком прямолинейно, не преломляя их через призму занзибарской действительности. Так, он намеревался создать на островах коммунистическую партию, организовать колхозы по типу советских, осуществить сплошную национализацию на островах (прим. авт.).
35 The Afro-Shirazi Party Revolution. 1964-1974. Zanzibar (N. d.). P. 28-29.
Illilllllllllllllll OJt illHIIHIIIIIIIIII


лидацию власти в руках А. Каруме и его ближайшего окружения.
На Занзибаре ни один вопрос не мог быть решен без личного участия Каруме. Он проводил независимую от центрального правительства внешнюю политику. В отличие от континентальной части республики, Занзибар установил тесные контакты с тремя соцстранами - СССР, КНР и ГДР36. Причем Занзибар оказался первым государством в Африке, который признал ГДР в 1964 г. вопреки так называемой «доктрине Хальштейна» и установил с нею дипотношения. Касаясь связей с СССР и КНР, правительство Занзибара весьма успешно использовало ухудшение отношений между ними в своих собственных интересах. Каруме, видимо, полагал, что в условиях нараставшей в те годы конфронтации Москвы и Пекина легче будет добиться от каждой из этих стран большей материальной и экономической помощи.
При этом А. Каруме солидаризировался с точкой зрения Бабу, который считал, что в деятельности правительства Занзибара основополагающей должна быть «интерзависимость»37 38. Иными словами, внешние связи следует развивать не с той или иной страной, а с рядом государств. Этой линии он и придерживался в первые годы своего президентства, о чем свидетельствовало, в частности, сотрудничество в такой важной области, как военная: специалисты СССР и КНР работали в армии, а ГДР - в службе госбезопасности Занзибара30.
Однако начиная с 1967 г. Занзибар все больше стал ориентироваться на взаимодействие с КНР. Так, китайские военные специалисты численно превосходили советских и немецких (ГДР), вместе взятых. В последующие годы этот курс стал преобладающим. В 1969 г. А. Каруме заявил о том, что в строительстве социализма Занзибар следует методам Мао Цзэдуна. Уже к 1970 г. фактически было свернуто сотрудничество с СССР и ГДР39.
Каруме - давний личный друг Дж. Ньерере. Однако это не мешало ему стоять на позициях сохранения максимальной автономии Занзибара в вопросах внутреннего развития островов. Ньерере, который не скрывал надежд на быструю интеграцию обеих частей Танзании, уже в сентябре 1965 г. отмечал, что это «проблема психологическая, но не конституционная. Мы должны понять, почему такая маленькая страна, как Занзибар, боится, и мы должны добиться ее доверия»40. Положение не изменилось и после награждения А. Каруме высшим орденом Танзании - «За преданность и мужество» в 1967 г.41
Занзибарцы ставили себе в заслугу принятие партией ТАНУ важнейшего документа - «Арушской декларации» в 1967 г., провозгласившей политику уджамаа (суах. ujamaa42) - некапита- 36 После объединения с Танганьикой дипмиссии на Занзибаре были понижены до уровня генконсульств и консульств. Наша страна была представлена Генеральным консульством, ГДР - консульством (прим, автора).
37 Observer. L. 1964. March 3. P. 14.
38 Kharusi Ahmed Seif. Zanzibar. Africa’s First Cuba. A Case of the New Colonialism. L, 1967. P. 19.
39 Подробнее см.: Тетерин О.И. Социально-политическое развитие Занзибара... С. 281-301.
40 The Economist. L. 1966. March 12. P. 993.
41 The Afro-Shirazi Party Revolution. 1964-1974. P. 5.
42 Ujamaa - в переводе с суахили означает «социализм», «братство», «содружество» (Суахили-русский словарь. Около 30 000 слов / Н.В. Громова, ВТ. Макаренко, Е.Н. Мячина, Н.Г. Фёдорова; под ред. Е.Н. Мячиной. М.: Русский язык, 1987. С. 581).
lllllllllllllllllll 853 IIIIIIIIIIIIHI1111


диетического развития Объединенной Республики. И действительно, в принятом в 1965 г. новом Уставе партии Афро- Ширази в разделе «Цели и задачи партии» провозглашалось: «1) Построить социализм, который полностью уничтожит эксплуатацию человека человеком;... 2) Сплотить... народ Занзибара и Пембы - рабочих, крестьян, интеллигенцию - в деле строительства социализма; ... 5) Проводить политику партии в области экономики, образования и национальной культуры на основе принципов социализма; 6) Бороться ... с капитализмом, неоколониализмом и империализмом; ... распространять политику социализма в Африке и во всем мире...»43 Поэтому не случайным стало известное заявление Каруме: «Занзибар - это сама Арушская декларация!»
Следует, однако, заметить, что представления о социализме у Каруме были весьма поверхностными. Вот лишь небольшая подборка из его выступлений. Февраль 1967 г.: «Социализм (ujamaa) - это вещь, достойная уважения, которая отвечает интересам всех людей. Уджамаа происходит от нас, африканцев». Июнь 1967 г.: «Социализм был сотворен Всевышним. Даже если человек богат, он получит столько же воздуха, сколько средний человек или бедняк». Январь 1968 г.: «Сейчас, видя у магазинов очереди, мы знаем, что уже 50% нашего народа имеют средства для покупки необходимых им товаров. Когда это число достигнет 80%, то это будет настоящий социализм»44. Январь 1969 г., в канун 5-й годовщины Дня революции: «...На Занзибаре никто не ощущает на себе эксплуатацию капиталистов... Положение является идеальным для рабочих и крестьян... Все вступили в ряды рабочих и крестьян... Люди полностью забудут о капитализме, буржуазной жизни, и о том, управляли ли он сами или ими управляли»45. Ноябрь 1969 г.: «Социализм - это лестница с 101 ступенькой. Достигнув последней, в стране не будет ни переворотов, ни разногласий... Сейчас мы стоим на 25-й ступеньке... и нужно усердно трудиться, чтобы преодолеть оставшиеся». А выступая в консульстве СССР на приеме в честь 52-й годовщины Октябрьской революции, А. Каруме заявил: «Танзания следует одному-единственному социалистическому пути, и основа ее политики находится в соответствии с политикой СССР»46.
Любые попытки Ньерере ограничить в той или иной области самостоятельность островной части ОРТ неизменно встречали отпор со стороны ее руководителей. Так, свое нежелание слияния партий А. Каруме мотивировал тем, что этот вопрос не имел принципиального значения, поскольку АШП и ТАНУ - «одна партия с едиными целями», «партии- братья», имеющие лишь различные названия.
Авторитет Каруме на Занзибаре был весьма высок. Придя к власти, он часто выступал на массовых митингах, как правило, на огромном поле, которое занзибарцы издавна называли «Mnazi Mmoja» (суах. - одна пальма), ставшем центральной площадью в столице. Талантливый оратор, он говорил «без бумажки» час-два на суахили (английским владел неважно), перемежая речь шутками, пословицами-прибаутками, многочисленными «экскурсами» в собственную биографию. Он полностью оправдывал данную ему еще в 1950-х годах кличку «manju» (суах., дословно - «певец- 43 Katiba ya Chama cha Afro-Shirazi (Устав партии Афро-Ширази). Zanzibar. 1965. К. 2-3 (на суахили) (перевод В.Е. Овчинникова и О.И. Тетерина).
44 Kweupe. 1967. Februari 12; Juni 26. 1968. Januari 29.
45 The Nationalist. Revolution Day Suplement. 1969. January И.
46 Kweupe. 1969. Novemba 7; 14.
iiiiiiiiiiiiiiinii 854 IIIIIIIIHIIIIIIIII


импровизатор», а по-русски - «велеречивый вельми»). Для малограмотных в своей массе и не слишком образованных занзибарцев он был «своим».
Как настоящий «mzee» (на суахили это «старый человек», но, как правило, употребляется в значении «уважаемый», «почтенный»), перед аудиторией появлялся с неизменной тростью. Будучи сугубо гражданским, выступая на островах на различных мероприятиях, часто облачался в военную форму, к чему обязывал, видимо, его статус председателя Революционного совета и главнокомандующего.
После объединения на островах шел процесс становления культа личности А. Каруме, что ему льстило, и распространению которого он никак не препятствовал, хотя известно, как однажды он заявил, что «не хотел бы памятников при жизни». Со временем становился все более вальяжным, с некоторым налетом снисходительности к окружавшим его членам Ревсовета, высоким армейским и полицейским чинам.
Проявления культа личности Каруме имели самые разнообразные формы. Так, самодеятельные поэты сочиняли, а местные певцы исполняли поэмы, в которых президент чуть ли не обожествлялся и ему приписывали все заслуги в революции. Орган АШП газета «Kweupe» (суах. - рассвет) регулярно печатала эти «стихи». Многие ритуалы, связанные с появлением А. Каруме перед народом, напоминали принятые при монархическом режиме. В кинотеатрах перед началом и по окончании каждого сеанса на экране непременно появлялся портрет А. Каруме и исполнялся национальный гимн Занзибара. При встрече с президентским кортежем все машины обязаны были встать на обочину дороги, за «нарушение» штраф - 400 шиллингов, для рядовых занзибарцев сумма огромная по тем временам.
На страницах «Kweupe», на собраниях и митингах Каруме именовали не иначе как «Mwokozi» («Спаситель»), «Baba wa Taifa» («Отец нации»). Как следствие культа личности Каруме его сыновей Амани (р. 1948 г.) и Али (р. 1950 г.) именовали нередко «принцами», а жену Фатму Каруме - «Mama waTaifa» («Мать нации»).
Культ личности А. Каруме, который превыше всего ставил личную преданность себе, способствовал становлению бюрократической элиты. По существу, власть - партийная и государственная - была сосредоточена в руках узкой группы лиц, занимавших ключевые позиции в партии Афро-Ширази и во всех звеньях госаппарата. Коротко говоря, это - 32 деятеля, члены Революционного совета, во главе с Каруме.
В 1967-1968 гг. А. Каруме фактически узурпировал власть, возглавив такие важнейшие учреждения на Занзибаре, как министерства торговли и финансов, поставив под свой контроль органы госбезопасности. При А. Каруме возросла роль армии - гаранта существовавшего строя на Занзибаре - как полицейского органа. Она осуществляла контроль за деятельностью государственных учреждений, выросли ее функции в поддержании внутренней безопасности. Каруме способствовал совмещению высоких партийных и государственных постов высшими офицерами, превратил армию в опору своего режима. В армейских частях была создана структура тайных осведомителей (в среднем 1 «доносчик» на 10-15 военнослужащих). Они появились в каждом учреждении, на каждом предприятии и т. д. Не обошлось и без «политкомиссаров» в силовых ведомствах, подготовка которых была отдана на откуп инструкторам из КНР.
Чрезмерная концентрация власти в руках одного человека - Каруме - во многом объяснялась неблагополучным положением в экономическом развитии страны. Деятельность возглавляемой им партии АШП и правительства характеiiiiiiiiiiiiiiiiiii IIIIIIIIIIIIIIIHII


ризовалась «забеганием вперед», недостаточным учетом реальной действительности, непродуманными решениями по тем или иным вопросам47.
Характерный пример в этом отношении - кампания, начатая в 1970 г. против использования термина «ширази» применительно к африканцам - коренным жителям островов. Судя по информации, помещенной в «Kweupe», эта кампания встретила горячую поддержку всех слоев занзибарского общества. Активисты АШП распространяли среди населения даже «формы-заявления» об отказе именоваться «ширази»48.
Каруме пошел на этот шаг, наивно полагая, что с исчезновением термина «ширази» не будет и самих ширази, а следовательно, исчезнет и известное недоверие ширази к «watu wa Ьага» («людям с материка» - переселенцам), культивировавшееся в течение долгих лет английскими колонизаторами и их марионетками. В правительстве и в Революционном совете большинство составляли как раз «люди с материка», и африканцы-ширази усматривали в это!и ущемление своих интересов. Между тем А. Каруме, председатель АШП, начиная эту антиширазскую кампанию, нарушил устав собственной партии, принятый пятью годами ранее, в котором есть пункт, гласящий, что все занзибарцы - «афроширази». Видимо, ближайшему окружению президента в условиях культа его личности не достало смелости указать ему на это.
Отсутствие элементарных экономических знаний у занзибарских лидеров, неумение или нежелание вести трудную и кропотливую работу по преодолению последствий феодального и колониального господства, бесплановость и спонтанность в решении социально-экономических задач привели в 1967-1968 гг. к большим трудностям во внутреннем развитии страны и дискредитировали саму идею некапиталистического развития среди населения Занзибара. Эйфория народных масс по поводу революции, а точнее - ее плодов, постепенно сходила на нет.
Каруме возлагал вину за возникавшие трудности на руководителей отдельных ведомств, обвинял их в расточительстве, хищении госимущества и коррупции. Между тем многие лидеры Занзибара из окружения Каруме, как и сам Каруме, использовали свое положение для личного обогащения. На фоне основной массы населения их благополучие резко бросалось в глаза. Заработная плата министров, руководящих партийных деятелей, высших армейских и полицейских чинов была лишь чуть ниже окладов прежних колониальных чиновников и превышала в 20-30 раз средний уровень зарплаты в стране (150-200 шилл.).
А. Каруме лично был очень богат: имел собственные гвоздичные плантации как на Занзибаре, так и на о-ве Пемба, а также около 40 домов (некоторые из них в Дар-эс-Саламе), стоимостью от 20 тыс. до 3 млн шилл., сдаваемых в наем. Немалая часть его состояния пришлась на приобретения в 1950 - 1960-х годах, когда он выдвинулся на главные роли в партии АШП, входил в Муниципальный и Законодательный советы Занзибара.
Тенденция усиления личной власти Каруме отражала и сложные взаимоотношения внутри занзибарского руководства. В 1969-1971 гг. он принял ряд мер для окончательного устранения потенциальных соперников. И Каруме не ограничился лишь переводом их в континентальную часть республики. Наиболее характерным является так называемое «дело Ханги».
47 Более подробно см.: Тетерин О.И. Социально-политическое развитие Занзибара... С. 164-190,306-312.
48 Kweupe. 1970. Februari 6.
i linimini 856 lillllHIIIIHIIIII


В 1965 г. А.К. Ханга хотел подать в отставку с поста министра по делам Союза, но Каруме удалось тогда отговорить его от этого шага. В 1966 г. между ними произошел конфликт по вопросам о внутреннем развитии Занзибара. Но в 1967 г. Хангу вывели из Кабинета министров ОРТ. По возвращении из заграничной поездки (в Гвинею) он был арестован в Дар-эс-Саламе и заключен в тюрьму. Воспользовавшись этим, Каруме лишил его поста вице-президента Занзибара, членства в Революционном совете, вывел из состава занзибарского правительства и запретил въезд на острова49.
На торжествах по случаю 4-й годовщины занзибарской революции выяснилась причина ареста Ханги. В своей речи на митинге А. Каруме сказал, что «версия» об участии Ханги в революции на Занзибаре не соответствует действительности, и охарактеризовал его как «глупого невежду», обвинив в попытке захватить власть на островах. Каруме добавил также, что революцию на Занзибаре «совершили носильщики, шоферы и бывшие капралы - люди, имевшие только начальное образование или вовсе никакого. Мы их сделали членами Революционного совета за их героизм!»50
Находясь в тюрьме, Ханга в интервью представителям печати отрицал свою причастность к «заговору» с целью свержения правительства на Занзибаре51. Позже Дж. Ньерере извинился перед ним за необоснованный арест52. Однако в августе 1969 г. Ханга был вновь аресто49 Kweupe. 1967. Agosti 19.
50 Kweupe. 1968. Januari 15.
51 Africa Diary. 1964. March 24-30. P. 3856.
52 См.: Kunsanje Hamisi. Tanzania: La defence accuser. Différencies between Oscar S. Kambona and President Julius Nyerere. L., 1970.
53 Cm.: Democratic Transitions in East Africa. Ashgate Publishing Limited, Aidershot, England. 2004. P. 32. При этом приводится ссылка на книгу 4 Прогулка на двух ногах: воспоминания о занзибарской революции» (с пометкой - «в печати»), автор которой Ати Султан Исса - сподвижник Бабу, в середине 1960-х годов член высшего руководства Занзибара. На наш взгляд, его свидетельству можно доверять.
ван и переправлен в тюрьму на Занзибар. В октябре 1969 г., после раскрытия антиправительственной деятельности ряда ответственных чиновников в Дар- эс-Саламе, не согласных с проводимой Дж. Ньерере внутренней политикой, было объявлено, что Ханга, Осман Шариф и еще 12 занзибарцев, в том числе военнослужащие, пытались совершить переворот на Занзибаре.
На островах прокатилась волна митингов и манифестаций в поддержку правительства, на страницах «Kweupe» печатались призывы «приговорить к смерти» всех участников заговора и т. п. В этой «кампании» особую активность проявляли члены так называемых «добровольческих отрядов» Молодежной лиги АШП. Они были созданы, не будет ошибкой сказать, «для защиты революционных завоеваний от происков внутренней и внешней реакции» под влиянием «культурной революции» в Китае, по примеру и подобию отрядов хунвейбинов, выполнявших те же «функции».
Решением тайного суда, составленного из членов PC, четверо - в том числе Ханга и Шариф - были приговорены к смертной казни. По некоторым данным, приговор был приведен в исполнение, по другим сведениям, Хангу не расстреляли, и он продолжал находиться в заключении. Так или иначе, А. Каруме добился главной цели - представить Хангу в глазах занзибарцев как «предателя нации».
С той поры какие-либо сведения о Ханге отсутствовали. И лишь недавно (2004 г.) появилось сообщение, что А.К. Ханга был-таки казнен53.
1Ш1ШН1Н11Ш1 857 iiNiimtiiiHiiii


Дабы оградить свою власть от каких- либо поползновений со стороны «недовольных» в правящей верхушке (какой- то группы или групп) теми или иными методами руководства, теми или иными сторонами внутреннего развития страны, А. Каруме заявил на митинге в 1969 г., что в ближайшие 50-60 лет никаких выборов на Занзибаре не предвидится54. Каруме и его ближайшее окружение опасались, и, вероятно, не без оснований, что в случае выборов в законодательный орган страны - Революционный совет - их авторитету может быть нанесен чувствительный удар. А чтобы оправдать это решение, он много разглагольствовал о «вреде, принесенном выборами, проводившимися в колониальный период», и возможности «использования реакционными элементами выборов, будь они проведены в условиях современного Занзибара»55.
В мае 1971 г. на Занзибаре объявили о раскрытии нового «заговора», в котором участвовало 19 человек - главным образом лица арабского происхождения. Им инкриминировалась попытка свергнуть правительство Каруме. На самом деле «заговорщики» были арестованы еще в августе 1970 г., в период, когда на островах развернулась широкая кампания, откровенно националистическая по своему характеру, против отдельных групп неафриканского населения - коморцев, арабов, так называемых персов- ширази. Их обвиняли в том, что все они эксплуататоры, капиталисты, препятствующие развитию Занзибара, с презрением относятся к африканцам, не желают выдавать своих дочерей за африканцев.
Перегибы в национальной политике достигли своего апогея, когда некоторые арабские и персидские девушки были насильно выданы замуж за членов Революционного совета. Это вызвало резкое негодование семей пострадавших, главы которых подверглись репрессиям (и телесным наказаниям). На одной из них, 16-летней школьнице, женился и Каруме (знакомые автору занзибарцы, видные деятели МЛ АШП, рассказывали, что 60-летний Каруме был весьма «сексуально озабочен»).
В начале 1970-х годов власти ввели запрет на ношение молодежью «западной» одежды, подвергались преследованиям нерадивые члены АШП, не посещавшие партсобрания. На островах, как отмечали некоторые исследователи, воцарялась атмосфера тревоги и страха56.
Каруме использовал майский «заговор» как превентивную меру, чтобы обуздать недовольство неафриканской части населения, а правдоподобность официальной версии - попытка переворота - оказалась сомнительной хотя бы потому, что в январе 1972 г. смертные приговоры всем его участникам были заменены «наказанием» — работой на гос- фермах от 3 до 10 лет.
Этими и другими мерами - выдвижением на ответственные посты своих друзей и близких (младший сын, 22-летний Али Каруме, был назначен замминистра торговли), многократными перестановками в правительстве - А. Каруме еще более утвердил себя на Занзибаре как сильную личность.
Действия Каруме, «профилактические» меры или расправы с видными в прошлом деятелями, имевшими многих сторонников на островах, отнюдь не способствовали созданию благоприятной внутриполитической ситуации для 54 Kweupe. 1969. Juni 6.
55 Ibidem.
56 Burges Thomas. Cinema, Bell Buttons and Miniskirts: Struggles over Youth and Citizenship in Revolutionary Zanzibar // International Journal of African Historical Studies. 2002. Vol. 35. № 2.
hiiiiiiiiiiiiiiiii OJO hiiiiiiiiiiiiiiiii


успешного продвижения по избранному Занзибаром некапиталистическому пути.
Это уже понимали некоторые занзибарские руководители, в частности лидеры Молодежной лиги АШП, занимавшие важные посты в государственной, партийной и военной структурах. Неудачи в экономической области (особенно в сельском хозяйстве, в частности, урожаи риса - основного продукта питания населения - неуклонно падали) вызывали у них сомнения в отношении правильности методов руководства Каруме страной. Они считали, что революционное развитие страны затормозилось, главным образом ввиду слабой политической и теоретической подготовки большинства членов правительства и самого А. Каруме, их крайне низкого общеобразовательного уровня.
Стоявший у истоков создания МЛ АШП C.Æ Многа в беседе с автором (апрель 1971 г.) отмечал, что Каруме стал «главной помехой» в развитии страны, и говорил о необходимости отстранения его от руководства. Он откровенно намекнул, мне что «через год-полтора на Занзибаре произойдут серьезные события».
И действительно, 7 апреля 1972 г., вечером в холле 1-го этажа в штаб- квартире партии АШП во время игры в карты в компании со своим ближайшим окружением Каруме был убит ворвавшимися в здание людьми в военной форме, был тяжело ранен и генеральный секретарь АШП Табит Комбо (1904 - 1988). Другие не пострадали57.
Учитывая то положение, какое занимал А. Каруме в государстве, а также принимая во внимание хорошо организованную службу безопасности на Занзибаре (которой до тех пор не представляло большого труда разоблачение любого «заговора» или антигосударственной деятельности), устранение этого деятеля невозможно было осуществить иначе как посредством физической ликвидации.
Характер преступления, та легкость, с которой оно было совершено58, сообщение занзибарского радио, что все убийцы (четверо) мертвы59, подводит к мысли о том, что это - политическое убийство, в подготовке и осуществлении которого могли участвовать различные группировки в уже не столь монолитном, как прежде, занзибарском руководстве. Одних Каруме не устраивал как руководитель страны. Другие не забыли и не простили ему расправ с его противниками или соперниками.
В г. Занзибаре и в целом на островах сохранялось спокойствие. 9 апреля Революционный совет объявил, что будет и впредь проводить в жизнь политику покойного президента. 10 апреля состоялись похороны А. Каруме, на которых присутствовал президент ОРТ Дж. Ньерере, а занзибарское руководство представлял госминистр в канцелярии первого вице-президента Танзании Абуд Джумбе. 11 апреля А. Джумбе стал 57 Подробнее об обстоятельствах убийства см.: Тетерин О.И. Почему и кто убил первого президента Занзибара? // Азия и Африка сегодня. 2012. № 4. С. 55-60.
58 Убийцы проникли в хорошо охраняемое здание в центре г. Занзибар, а затем в холл, где отдыхал А. Каруме, которого постоянно и всюду сопровождали два телохранителя, сумели произвести не менее 10 выстрелов, после чего трем из четверых удалось скрыться. Это позволяет предположить, что нападавшие либо имели пропуска на вход в здание, либо были знакомы с охраной. Кроме того, они должны были быть осведомлены и о том, где именно находился А. Каруме.
59 Лишь через 12 лет стало известно имя непосредственного убийцы А. Каруме - некий «лейтенант Хумуд, отца которого замучил Каруме» (см.: Review of African Political Economy. 1970. Vol. 3. № 6. Summer. // www.roape.org/006/04.htm/
iiiiiiiiiiiiiiiiiii lllllllllllllllllll


председателем PC, президентом Занзибара и председателем АШП. 12 апреля Дж. Ньерере назначил А. Джумбе первым вице-президентом ОРТ60.
На Занзибаре расследование по делу об убийстве А. Каруме длилось два года и проходило в закрытом режиме. Сведения о ходе судебного процесса, к которому были привлечены не менее 50 человек по обвинению в «государственной измене», на занзибарском радио, телевидении (с 1972 г.61) и в прессе, представленной к тому времени лишь двумя изданиями62, отсутствовали напрочь. Не была информирована о нем и общественность в континентальной части республики. В1975 г. было объявлено, что 34 занзибарцам вынесен смертный приговор. Но был ли он приведен в действие, не сообщалось - вплоть до середины 1978 г., когда президент Занзибара А. Джумбе принял решение о смягчении наказания всем «смертникам», и, видимо, не без воздействия извне. В частности, правозащитная организация «Эмнести Интернешнл» сочла своей заслугой это гуманное решение властей на островах63.
На этом, насколько известно, была поставлена точка: на островной части ОРТ к «делу об убийстве Каруме» более не возвращались, отсутствуют и какие- либо публикации, как в танзанийских, так и в зарубежных изданиях, не прослеживается информация и в Интернете.
В первые годы после убийства память о А. Каруме на островах сохранялась. В 1975 г., к 70-летию со дня его рождения, был воздвигнут памятник. Но не в центре столицы Занзибара, как можно было бы предположить, а фактически на ее окраине - напротив только что выстроенной для приема высоких гостей 4-этажной гостиницы «Bwawani», неподалеку от океанского побережья, на топком участке, окруженном болотами с тростником (отсюда и название отеля64). Это выполненная из гипса скульптура А. Каруме в полный рост, его правая рука обращена как бы к аудитории. Выкрашена в темно-коричневый цвет. Установлена на небольшом постаменте. Высота всего сооружения, созданного, судя по его весьма средним художественным характеристикам, неким местным скульптором, не превышала 2,5-3 метра.
Был открыт также Музей Каруме в одном из двух музейных зданий, построенных еще во времена султаната в конце XIX в., вблизи от президентского дворца. Однако к началу XXI в. Музея Каруме как достопримечательности столицы островной части ОРТ не оказалось даже в туристических рекламных проспектах.
60 Абуд Джумбе Мвиньи пребывал в этих должностях вплоть до 1984 г., когда Дж. Ньерере, усмотрев в нем амбиции стать его преемником на посту президента ОРТ, добился отставки А. Джумбе.
61 В 1972 г. на Занзибаре появилось телевидение, причем цветного изображения - первое в Восточной Африке. В континентальной части ОРТ телетрансляции начались лишь в 1993 г.
62 Одно из них - еженедельная “Gazeti Rasmi la Serikali” («Официальная газета правительства») на суахили. Издавалась на английском еще в колониальные времена, начиная с 1910-х годов и до революции. Публиковала исключительно законы, декреты, официальные сообщения Ревсовета и правительства Занзибара, распространялась в министерствах и ведомствах. Другое издание - “Gazeti la Jeshi” («Армейская газета»), тоже на суахили, предназначенная для занзибарской армии. Подробнее см.: Тетерин О.И. Пресса, радио, телевидение // Объединенная Республика Танзания. М.: Институт Африки АН СССР: Наука, 1980. С. 222- 224.
63htpp://www.amnesty/org/en/library/asset/AFR56/001/2000
64 «Bwawa» на суахили - «болото», «топь», «трясина».
Illllllllllltllllll 860 Hiiiiiiiiiiiiiiiii


Что же касается скульптуры первого президента революционного Занзибара, она и вовсе не сохранилась. Недавний глава Занзибара, старший сын покойного Абейда Амани Каруме - Амани Абейд Каруме, ставший президентом островной части Танзании в 2000 г. и переизбранный вновь в 2005 г., не смог или не захотел что-либо изменить.
О.И. Тетерин
Литература
Mateuo ya Rais Кагите. Mausio yatekelezwe kutoka kwa Rais Abeid Amani Kamme (Избранные речи и выступления президента Абейда Амани Каруме). Zanzibar, 1967 (на суахили).
Historia уа Waafrika wa Zanzibar na Kuundwa kwa Chama cha Afro-Shirazi (История африканцев на Занзибаре и создание партии Афро-Ширази). Zanzibar, 1964 (на суахили).
Lof chie M.F. Zanzibar: Background to Revolution. New Jersey: Princeton University Press, 1965.
Usi M. Mheshimiwa Abeid Amani Karume (Уважаемый Абейд Амани Каруме). Dar es Salaam., 1966 (на суахили).
Mwanjisi R.K. Abeid Amani Karume. Nairobi,1967 (на суахили).
MasareJ. Background to the Revolution in Zanzibar. Dar es Salaam: University College, 1967. December.
Ayany S.G. A History of Zanzibar. East African Literature Bureau. Nairobi-Dar es Salaam- Kampala, 1970. P. 132-147.
The Afro-Shirazi Party Revolution. 1964-1974. Zanzibar, 1974.
Тетерин О.И. Из истории национально- освободительного движения на Занзибаре // История Африки в XIX и XX столетиях. М.: Институт Африки АН СССР: Наука, 1972. С. 3-36.
Тетерин О.И. Исторический очерк // Объединенная Республика Танзания. М.: Институт Африки АН СССР: Наука, 1980. С. 34-60.
Тетерин О.И. Социально-политическое развитие Занзибара. Дис. ... канд. ист. наук. Институт Африки АН СССР. М., 1972. 401с.


Джомо (Джонстон) КЕНИАТА
Jomo Kenyatta
1897-18981-22.VI1I.1978
Первый премьер-министр ( 1963- 1964 гг.) и первый президент (1964— 1978 гг.) Кении.
Кениата родился в деревушке Нген- да в районе Гатунду дистрикта Киамбу, в самом центре только что созданной тогда колонии Британская Восточная Африка, позже ставшей республикой Кения. Кениата принадлежал к племени гикуйю (кикуйю). Мальчика назвали Камау ва Муигаи. Отец его вскоре умер, и в соответствии с местными традициями и сына, и его мать унаследовал брат отца, давший ему свое имя - Камау ва Нгенгп. Вскоре умерла и мать Камау, и ребенок отправился к свому деду, прорицателю и знахарю Кунгу ва Магана в деревню Мутига. Внук и дед были очень близки, и Камау усвоил многое из того, что знал и умел Магана.
В 1909 г. Камау начал новую жизнь - стал учеником миссии пресвитерианской Шотландской церкви в Тогото, неподалеку от столицы колонии Найроби. Там его обучали английскому языку, арифметике и плотницкому делу - и, конечно, библии. За обучение он платил сам, подрабатывая у жившего неподалеку белого фермера. Окончив курс за три года, Камау стал работать учеником-стажером у плотника. В 1914 г. он крестился, приняв имя Джон Питер, но переменил его вскоре на Джонстон Камау. Однако крещение не означало отречения от обычаев предков: за год до христианской церемонии Камау прошел традиционную церемонию инициации, включавшую обрезание, и стал членом возрастной группы кихиу-мвири. До колонизации мужчины гикуйю, как и у многих других африканских народов, делились на возрастные группы. Каждая такая группа проходила инициацию примерно в одно время по всей стране гикуйю. Позже все юноши одной возрастной группы становились воинами, потом старшими воинами, которым разрешалось жениться, потом старейшинами. Считалось, что, не пройдя инициации, мальчик не мог стать мужчиной.
После крещения Камау ушел из миссии и стал работать учеником плотника на сизалевой плантации в Тике. Вскоре началась мировая война, и английские власти ввели в колонии, прежде всего для гикуйю, населявших центральные районы страны, практику принудительного, практически бесплатного труда на 1 Год рождения Кениаты неизвестен, поскольку в XIX в. гикуйю не регистрировали рождения. Не знал года своего рождения и сам Кениата, а свидетельства современников, знавших его в детстве и юности, разнятся. Официальная кенийская хронология его жизни утверждает, что он родился между 1889 и 1895 гг. Однако его главный биограф Дж. Мюррей-Браун по косвенным данным установил другую дату - 1897-1898 г. Его аргументы (Murray-Brown J. Kenyatta. Fontana; Collins, 1974. Appendix А) убедительны, поэтому здесь приведена его датировка.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 862 lllllllllllllllllll


«общественных работах», в том числе на фермах и плантациях белых фермеров. Чтобы избежать этой участи, Камау ушел к родственникам в соседнее племя масаи. Там он стал работать клерком у подрядчика-индийца. Там же впервые стал носить вышитый мелкими разноцветным бусинами масайский пояс - «киньята». Многие считают, что именно этот пояс дал Камау то имя, под которым он остался в истории.
После войны Камау перебрался в Найроби и стал работать переводчиком в верховном суде колонии. С 1922 г. он стал клерком департамента общественных работ найробийского муниципалитета: как клерк склада собирал данные счетчиков потребления воды. Прирабатывал он и торговлей, превратив в магазин часть своего дома в Дагоретти, пригороде Найроби. В 1919 г. он женился на Грейс Ваху. Грейс родила ему двоих детей. Она оставалась в доме в Дагоретти до конца своей жизни. Умерла она только в 2007 г., дожив, как считается, почти до 100 лет.
В начале 1920-х годов Камау увлекся политикой. Именно тогда его впервые стали называть Кениатой. Позже это имя стали переводить, как «свет Кении», хотя, конечно, в 1920-е годы Кенией называлась не страна, а только гора, вторая по высоте снежная вершина Африки («Кириньяга» - «белая гора» на языке гикуйю).
В 1924 г. Кениата вступил в Центральную ассоциацию кикуйю (ЦАК), только что созданную организацию, выступавшую за возвращение земли, отнятой у гикуйю белыми поселенцами. Вопрос о земле, прежде всего о земле гикуйю, был главным для антиколониального движения в стране на протяжении последующих четырех десятилетий. К началу колониальной эпохи гикуйую занимали плодородные земли на Центральном нагорье страны. В отличие от остальной территории Британской Восточной Африки климат на Нагорье был умеренным, даже прохладным. Именно в этих местах стали основывать свои фермы белые поселенцы, которые начали прибывать в страну в 10-х годах XX в. Еще большее их количество обосновалось здесь после окончания Первой мировой войны, и вскоре колония была провозглашена «белой», т. е. территорией, зарезервированной преимущественно для белых поселенцев. Африканцам отводилась роль рабочей силы на фермах и плантациях.
Гикуйю оказались главной жертвой этой политики. Прибытие поселенцев совпало с чередой эпидемий и засух, значительно уменьшивших численность этого народа и заставивших многих из них на время покинуть обжитые территории. Поселенцы считали, что заселяют незанятую, пустую землю. В действительности практически вся территория вновь создававшихся ферм имела хозяев. Свидетельством тому были могилы предков и отдельные сохранившиеся на территории ферм деревни. К середине 1920-х годов население гикуйю значительно возросло, но земли для новых поколений уже не было. К тому же фермерам нужны были рабочие руки, и колониальная администрация начала вводить принудительный труд. Кроме того, территории, на которых разрешалось проживать гикуйю, были ограничены, и их хозяйственная деятельность строго контролировалась. Гикуйю было запрещено, например, выращивать приносивший большие доходы кофе, как и другие экспортные культуры. Эти меры быстро разрушили традиционный уклад жизни гикуйю, привели к перенаселенности отведенных им земель и заставили молодежь наниматься на фермы и плантации, резко усилив социальную напряженность. При всей тяжести ситуации в других районах Британской Восточной Африки кризис в стране гикуйю был, пожалуй, самым острым. Создание ЦАК представителями образованной молоIIIIIIIIIIIIIIIIIII оси HIIIIIIIIIIIIIIIII


дежи гикуйю было реакцией на вызовы нового, колониального порядка.
Кениата был талантливым политиком и быстро выдвинулся в число лидеров. Вскоре он уже издавал газету ЦАК на языке гикуйю. В 1928 г. он основал ежемесячную газету умеренного толка для более широкого круга читателей- гикуйю, главной целью которой было объединить различные группировки в борьбе за интересы племени. Она называлась «Муигивитания» - «примиритель, объединитель». В том же году Кениата стал генеральным секретарем ЦАК и от ее имени выступил перед колониальной комиссией, занимавшейся исследованием земельных проблем гикуйю (Земельная комиссия Хилтона Янга).
Результатов вся эта деятельность не принесла, и в 1929 г. Кениата отправился в Лондон, чтобы довести беды гикуйю до сведения английского правительства. Поездка была подсказана и финансировалась политически активными представителями индийской общины Британской Восточной Африки, имевшими связи в левых и либеральных политических кругах Англии. Кениата быстро стал экзотической знаменитостью: африканцев из «дикой» Африки в Лондоне было тогда немного. Он встретился с представителями английского правительства и оппозиции, опубликовал статьи о бедственном положении гикуйю в английской прессе.
В Кению он вернулся в сентябре 1930 г. и сразу с головой ушел в новые проблемы местной политики. Очередной кризис касался не земли, а традиционного у гикуйю женского обрезания - кли- теродектомии. Миссионеры попытались запретить этот обычай, но ЦАК использовал оппозицию этой мере, приведшую даже к кровопролитию, в своих целях. Руководство организации во главе с Кениатой призвало гикуйю отказаться от миссионерского образования и основывать свои, независимые как от миссий, так и от колониальной администрации, школы. Этот призыв встретил широкую поддержку. Независимые школы стали кузницей кадров антиколониального движения.
В следующем году Кениата снова был в Европе, на этот раз надолго. Главной его целью было образование. Он изучал английский язык в Квакерском колледже Вудбрук в Бирмингеме, но 1932 и 1933 гг. провел в Москве. По рекомендации видного коммуниста, выходца из Вест-Индии Джорджа Пэдмора он был принят на учебу в Коммунистический университет трудящихся Востока (КУТВ). Здесь он встретился с коммунистами и представителями национально-освободительных движений многих стран Азии и Африки и воочию ознакомился с советской системой и жизнью в СССР. Изучал он политэкономию, историю СССР, ленинизм, исторический материализм, партийное строительство, военное дело, текущую политику и английский язык2. Вместе с другими студентами ходил в театры и кино, посещал фабрики и колхозы и, по всей вероятности, был в числе тех студентов КУТВ, которые ездили на экскурсию на Украину в разгар «голодомора». Правда, из отчета этих студентов о поездке создается впечатление, что голода они не заметили3.
Сведений об успеваемости Кениаты найти не удалось, но его независимый нрав проявлялся во время его пребы2 RGASPI. F. 532. Inv. 1. File 442.
3 Ibid. Биограф Кениаты Джереми Мюррей-Браун пишет, что Кениата, возможно, был в Сибири, но в архивах упоминания о такой поездке нет. В документах, связанных с поездкой на Украину, нет имен (кличек) студентов, ездивших туда, но его группа в этой поездке участвовала (Murray-BrownJ. Op. cit. Р. 168)
iiiiiiiiiiiiiNiiii ООЧ iiiiiiiuitiiiiitii


вания в СССР неоднократно. Он был среди тех студентов-африканцев и афроамериканцев, которые в 1933 г. выразили протест против порядков в университете и проявлений расизма в СССР4. В его характеристике, написанной его преподавателями по окончании им курса, говорилось: «...Джокен5 - очень умный и хорошо образованный негр, ...пришел в Школу6 убежденным национал-реформистом... Он начал сомневаться в правильности национал-реформистского пути, но в то же время он не считает наш путь, путь революционной борьбы, правильным... На одном из собраний он противопоставил нашу школу буржуазной и заявил, что буржуазная школа выше нашей во всех отношениях, прежде всего потому, что она дает возможность думать независимо и учит этому... Его отношение к Советскому Союзу граничит с цинизмом. В нашей действительности он видит только плохие стороны и всевозможные ограничения». Лекторы-коммунисты полагали, что за годы учебы мнение Кениаты об СССР даже изменилось к худшему и что отправлять его обратно в Англию при таких взглядах нецелесообразно. Они предложили задержать его на несколько месяцев в СССР, приставив к нему «теоретически сильного коммуниста», который провел бы с ним усиленную работу7.
Эта радикальная мера не принесла, однако, желаемого результата: в отличие от многих других африканских лидеров, Кениата никогда не увлекался коммунистической идеологией. Это не помешало ему использовать коммунистические публикации для пропаганды своего дела.
Во время учебы в КУТВе он опубликовал по крайней мере одну, а возможно, и две статьи в «Нигроу Уоркер» и стал членом редколлегии этого издания8.
Вернувшись в Англию, Кениата поступил в Лондонскую школу экономики и с 1935 г. изучал социальную антропологию под руководством Бронислава Малиновского. В 1938 г. он опубликовал основанную на его выступлениях в семинаре Малиновского книгу «Лицом к горе Кения», в которой рассказывал о доколониальном обществе гикуйю. В его интерпретации оно представало европейскому читателю не только идеализированным, но и весьма европеизированным. Кениата утверждал, например, что задолго до прихода европейцев в Кению у гикуйю существовала не только частная собственность на землю, но и парламент, и другие институты развитой демократии.
Кениата поддерживал тесные отношения с видными представителями афро-американцев и выходцами из Вест- Индии такими, как В.А. Уоллес Джонсон, Поль Робсон и Ральф Банч, а также с приезжавшими в Лондон или учившимися там будущими лидерами освободительных движений африканских стран. Были у него друзья и среди английских либералов и лейбористов, и среди либеральной английской интеллигенции. Кениата участвовал в различных диспутах, мероприятиях и кампаниях, касавшихся африканских дел, например в кампании протеста против итальянской оккупации Абиссинии. В 1934 г. он снялся во вспомогательной роли в фильме Золтана Корды «Речной Сандерс»9, 4 RGASPI. F. 532. Inv. 1. File 68.
5 Кличка Кениаты в КУТВе, где студенты учились под вымышленными именами.
6 Неофициальное название КУТВ.
7 RGASPI. Е 532. Inv. 1. File 440. L. 2.
8 E.J. (J. Kenyatta J.?). Situation in Kenya // The Negro Worker. 1932. Vol. 2. № 2. Kenyatta J. An African Looks at British Imperialism // The Negro Worker. 1933. Vol. 3. № 1.
9 Sanders of the River.
iiimmmiiiiin 865 iiiiiiiiiinuimi


главную роль в котором играл Поль Робсон. В годы Второй мировой войны Кениата работал на ферме в Сассексе, продолжал публиковаться в левой прессе и читал лекции по Африке для Ассоциации образования рабочих. В эти годы он опубликовал две книги - «Мой народ кикуйю и жизнь вождя Вангомбе» и «Кения, земля конфликта». В 1945 г. Кениата вместе с некоторыми другими будущими лидерами независимых африканских стран стал организатором Пятого панафриканского конгресса. Конгресс, созванный в Манчестере, и призвавший африканские народы бороться за независимость, стал важной вехой в национально-освободительном движении на Африканском континенте.
В 1942 г. Кениата женился во второй раз, на англичанке Эдне Кларк, родившей ему сына. Но в 1946 г. он вернулся в Кению без нее. В следующий раз они встретились только в 1961 г., когда Кениата приехал в Лондон для переговоров с английским правительством о будущем устройстве независимой Кении. Побывала Эдна и на праздновании независимости Кении, на которое Кениата пригласил всех своих жен.
На протяжении полутора десятилетий, что Кениата провел в Европе, он поддерживал переписку со своими коллегами в Кении и всегда говорил и писал от имени ЦАК. Его отсутствие не превратило его в забытого отреченца - наоборот, образование и уникальный опыт сделали его не только непререкаемым лидером ЦАК, но и национальным лидером гикуйю. Этот его статус был подтвержден женитьбой на Грейс Ван- джику, дочери Коинанге, верховного вождя гикуйю. Грейс Ванджику умерла в 1950-м году, успев родить Кениате дочь. В 1951 г. он женился вновь, на Нгине Му- хохо, дочери вождя Мухохо. С «мамой Нгиной», как ее стали называть, Кениата остался до конца своих дней. У них было четверо детей.
По возвращении Кениата занял должность ректора независимого Учительского колледжа Кении в Гитунгури, готовившего учителей для независимых школ. Это была, конечно, не только просветительская, но и политическая работа.
В 1947 г. Кениата был избран президентом созданного тремя годами ранее Союза африканцев Кении (САК). Ядром этой организации оставались гикуйю, но в борьбе «за землю и свободу» она стремилась объединить все народы Кении. Под руководством Кениаты САК выдвинул требование предоставления независимости («самоуправления») Кении, а также возвращения африканцам всех земель, занятых белыми поселенцами. В 1948-1951 гг. Кениата объездил с лекциями и митингами всю страну, пропагандируя эти лозунги. Это было непросто. Кениата был прекрасным оратором и умел «держать» многотысячные аудитории, но с каждым годом его политическое положение становилось все более сложным.
С 1948 г. среди гикуйю начало распространяться движение Мау-Мау. Целью его, как и одной из целей ЦАК, было возвращение земли. Но методы и способы достижения этой цели были иными. Движение ставило целью физическое уничтожение европейцев, а также тех африканцев, которые с ними сотрудничали. Движение было тайным, его члены принимали клятву единства и верности, которая включала в себя элементы как традиционных клятвенных обрядов, так и вновь придуманные или заимствованные ритуалы. Европейцам, знавшим об этих обрядах по слухам, они казались варварскими, но среди гикуйю они достигали своей цели: даже те, кто принимал клятву под давлением, не осмеливались ее нарушить.
В 1950 г. Мау-Мау было запрещено, но многие в руководстве ЦАК поддерживали движение, ас 1951 г. некоторые из них, в том числе, очевидно, и Кениаiiiiiiiiiiiiiiiiui ООО iiiiiiiiiiiiiiiiiii


та, стали его руководителями. Кениата на митингах осуждал движение, хотя и эзоповым языком, да и вообще вел себя осторожно. Некоторым его соратникам казалось даже, что он недостаточно активен, и если не предает их, то по меньшей мере колеблется. Но он всегда находился в эпицентре разворачивавшихся событий, и белые поселенцы были уверены, что именно он - главный виновник нараставшего напряжения.
Движение начало перерастать в восстание. Убийства - поначалу не европейцев, а африканцев - противников движения - начались в 1952 г. В стране было объявлено чрезвычайное положение. Кениату и пятеро его коллег из руководства САК арестовали. Их обвинили в том, что они были руководителями Мау-Мау, хотя доказательства их связей с Мау-Мау были весьма шаткими.
Суд над «капенгурийской шестеркой»10 продлился до апреля 1953 г. Кениата был осужден и приговорен к семи годам тюремного заключения и тяжелых физических работ и к ссылке на неопределенный срок по освобождении. В 1958 г. главный свидетель обвинения против Кениаты, Росон Мачария, признался, что за свои показания на суде он получил вознаграждение: деньги, землю и стипендию для учебы в Англии. На судьбе Кениаты это отразилось мало: он был освобожден в 1959 г., отсидев почти весь срок, и после освобождения сослан в селение Лодвар на севере страны, далеко от центра и какой бы то ни было политической активности.
За годы, что Кениата провел в заключении и ссылке, Кения стала другой страной. Восстание Мау-Мау развернулось в полную силу. Примитивная партизанская «Армия земли и свободы», насчитывавшая в разгар восстания 30- 50 тыс. человек и базировавшаяся в лесах гор Абердер и Кения, совершала набеги на европейские фермы, африканские локации и резерваты, полицейские участки. Она была плохо вооружена, плохо организована и не обучена, но на протяжении нескольких лет успешно противостояла регулярным английским войскам, оснащенным артиллерией и авиацией. За годы восстания было убито меньше 100 европейцев (как гражданских, так и военных), но не менее И тыс. бойцов Мау-Мау. 800 было казнено. К началу 1955 г. в концентрационных лагерях и тюрьмах находилось около 400 тыс. человек. Восстание было, конечно, подавлено, но только после того, как около 1 млн гикуйю были переселены в новые деревни, отрезанные от лесов. Колониальной администрации, да и правительству в Лондоне стало ясно, что политику в стране придется менять.
Еще в ходе восстания колониальная администрация начала проведение реформ, результатом которых стало создание частной собственности и среднего класса в деревне и «стабилизация» рабочей силы в городе (т. е. превращение отходников в постоянную рабочую силу). В 1960 г. началась земельная реформа, направленная на расселение африканцев на Нагорье. Дни поселенческой колонии в Кении были сочтены. Менялась и политическая ситуация: было увеличено число африканцев в представительных органах колонии, в декабре 1960 г. отменено чрезвычайное положение. На политической арене появились две общенациональные партии - Национальный союз африканцев Кении (КАНУ), наследник САК, и Демократический союз африканцев Кении (КАДУ). В феврале 1960 многотысячный митинг африканцев в Найроби потребовал освобождения Кениаты. Петицию о его освобождении, врученную губернатору в середине 10 Обвиняемых прозвали так по названию городка Капенгурия, где проходил суд. Капенгу- рия располагался в редконаселенном районе, удаленном от территории гикуйю.
ниш i ÖD/ ИКИ (Ill


апреля, подписали более 1 млн человек. В мае Кениата был заочно избран президентом КАНУ. Лидеры КАНУ отказались участвовать в каких бы то ни было переговорах о независимости с правительством до освобождения Кениаты. Официальным лозунгом КАНУ стали слова «Свобода и Кениата!». В марте 1961 г. колониальная администрация дала разрешение нескольким политическим деятелям посетить Кениату в Лод- варе. В апреле его перевели в Маралал, поближе к центру, а 14 августа он был освобожден. В Гатунду 10-тысячная толпа встретила его как героя.
Почти сразу по освобождении Кениата стал членом Законодательного совета Кении - совещательного органа при губернаторе, обладавшего не законодательной властью, но определенным влиянием. Место ему там уступил один из выборных африканских представителей, сын верховного вождя Нджири. Кениата стремился примирить и объединить КАНУ и КАДУ: он полагал, что единство необходимо для достижения независимости на условиях, выгодных для всех африканцев, и поначалу отказывался даже возглавить какую бы то ни было из партий. Противоречия оказались, однако, непримиримыми. Они носили в основном этнический характер: этнической базой КАНУ были два крупнейших народа Кении, гикуйю и луо, этнической базой КАДУ - союз партий более мелких народов, опасавшихся чрезмерного влияния прежде всего гикуйю. КАДУ выступал за федеральное устройство независимой Кении, КАНУ - за унитарное государство. Кениате пришлось выбирать, и вскоре он возглавил КАНУ. В качестве главы этой партии он участвовал в переговорах о будущем устройстве независимой Кении, проходивших в Лондоне (так называемые Ланкастерские конференции), и сыграл решающую роль в определении системы управления и направления экономического развития будущего независимого государства.
На первых всеобщих выборах, состоявшихся в мае 1963 г., КАНУ набрал значительно большее число голосов, чем КАДУ. 1 июня 1963 г. Кениата возглавил правительство Кении. 12 декабря Кения стала независимым государством. Английская королева оставалась официально главой государства до 1 июня 1964 г., когда Кениата, проведя через парламент поправки к конституции, стал исполнительным президентом, сосредоточив в своих руках должности главы государства, главы правительства и главнокомандующего вооруженными силами.
Особую значимость независимости Кении придавал тот факт, что она была первой английской колонией со значительным белым населением, получившей независимость, и к тому же единственной, пришедшей к этой независимости через восстание. Но и во время подготовки к провозглашению независимости и после прихода к власти Кениата, считавшийся руководителем восстания, убеждал белых поселенцев не покидать страну.
После прихода к власти КАНУ выступил с лозунгом построения в Кении «африканского демократического социализма». События показали, что в практической деятельности правительства Кениаты как социализма, так и демократии было мало. Наиболее значимым оказалось первое слово этого лозунга - африканизацию как административного аппарата, так и экономики оно проводило последовательно, хотя и постепенно. Экономическая политика была прямым продолжением линии колониальной администрации. Земельная реформа на Нагорье продолжалась и была значительно расширена, однако африканцам передавались только фермы, ставшие нерентабельными для европейских фермеров с их высокими издержками производства (в основном неспециализированные). Бывшие владельцы получали за свои фермы полную компенсацию. Рента-
MIIIIIIIIIIIIIIIII ООО IIIIIIIIIIII1IIIIII


бельные фермы за редким исключением оставались в собственности европейцев. Крупные фермы скупала новая африканская элита. Некоторые большие фермы дробились, чтобы те, кто не мог позволить себе покупать их целиком, могли приобретать более мелкие участки. Эта мера была направлена не только на создание африканского среднего класса, но и на успокоение политических эмоций. Лишь очень небольшое число бывших безземельных и бойцов Мау-Мау было расселено на Нагорье: земля доставалась только тем, кто мог за нее заплатить.
Кения при Кениате была одним из самых верных союзников Запада на Африканском континенте в годы холодной войны. В самом начале 1964 г. Кениата вынужден был пригласить английские войска для подавления военного мятежа в Найроби. Англичане помогали и в подавлении сомалийских повстанцев на северо-востоке страны. Это укрепило союзнические отношения молодого государства с Англией, а затем и с США.
Оппоненты справедливо обвиняли Кениату в том, что его «африканизация» была в сущности «гикуйюизаци- ей» управленческого аппарата: гикуйю преобладали в среднем и низшем звеньях центрального государственного аппарата и занимали наиболее важные посты в правительстве, прежде всего связанные с обеспечением безопасности. Но Кениата учитывал и необходимость этнической представительности в правительстве, и это не могло не привлечь руководство КАДУ. В 1964 г. эта партия самораспутилась, а ее лидеры присоединились к своим бывшим оппонентам и заняли многие высокие посты в правительстве и государстве. Слияние с КАДУ ослабило положение левого крыла в правящей партии и упрочило позиции Кениаты и сторонников его политики. Кения стала сначала фактически, а потом и официально однопартийным государством.
Национальные выборы 1966 г. были безальтернативными, и Кениата был единодушно переизбран на следующий срок. Вновь измененная в 1967 г. конституция расширила его полномочиями и облегчила подавление активизировавшейся оппозиции его социальному курсу. В 1966 г. Огинга Одинга, бывший соратник Кениаты и первый вице-президент независимой Кении, основал оппозиционную партию - Союз народа Кении (СНК), выступавшую с абстрактно социалистическими лозунгами и поддерживавшую идею безвозмездного расселения на Нагорье бедноты. Одинга установил и тесные отношения с СССР, что было явно не по вкусу Кениате. СНК нетрудно было обвинить в трибализме: почти все его лидеры были луо по национальности, и партия пользовалась наибольшей поддержкой в провинции Ньянза, населенной в основном луо. Правительство использовало этот факт для давления на партию, а официальная пропаганда - для компрометации ее в глазах остального населения страны. В августе 1969 Кениата запретил СНК. Повод к тому дало нападение на его кортеж в Ньянзе, куда он приехал на открытие госпиталя, построенного Одингой с помощью СССР. Одинга и другие лидеры СНК были арестованы. Усиливались репрессии против диссидентов, не связанных с СНК, интеллигенции и студентов. Несколько видных политиков, в том числе и тех, кто поддерживал Кениату, но мог казаться ему чем-то опасным, были убиты. Самым известным из них был молодой политический лидер Том Мбойя.
В 1968 г. Кениата опубликовал свои мемуары «Страдание без горечи».
Кениата избирался президентом еще дважды в 1969 и 1974 гг. Он установил откровенно авторитарный режим, державшийся на репрессиях, протекционизме, коррупции и умелом использовании этнического фактора. Но ежедневными делами правительства он не занимался, оставив рутину своему окружению.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii ÖD> iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Семья Кениаты и его окружение, в основном из числа гикуйю из Киамбу - родных мест Кениаты, использовали эту ситуацию для личного обогащения, занимая самые выгодные должности и правдами и неправдами приобретая колоссальные земельные угодья, рудники и прочую ценную недвижимость.
Уже во время восстания Мау-Мау Кениату стали называть «мзее» - «старик». В 1966 г. он пережил первый инфаркт, в 1977 г. - второй. Кениата умер в Момбасе в августе следующего года.
Наследием его стала независимая, мирная и стабильная страна без переворотов, гражданских войн, серьезных внутренних потрясений и крупных внешних конфликтов (исключением были пограничные конфликты с Сомали, особенно усилившиеся в конце 1960-х годов). Она относительно хорошо управлялась, ее экономика быстро росла и привлекала иностранные капиталы, ее население получало неплохое образование. Ее африканская интеллигенция, средний класс и бизнес были относительно развиты и смогли упрочить свое положение как во внутренних структурах, так и за рубежом. Но это была насквозь коррумпированная страна, раздираемая этническими и социальными противоречиями, с авторитарным режимом, отсутствием легальных каналов выражения общественного мнения, мощным репрессивным аппаратом и огромной разницей в уровне жизни элиты и большинства населения. Это наследие сказывается на ситуации в Кении до сих пор.
И.И. Филатова
Сочинения Дж. Кениаты
Facing Mount Kenya. The Tribal Life of the Gikuyu. L, 1938.
My People of Kikuyu and the Life of Chief Wangombe. L, 1944.
Kenya: the land of conflict. Manchester, 1945.
Harambee! The Prime Minister of Kenya’s Speeches, 1963-1964. Oxford, 1964.
Suffering without Bitterness. Nairobi, 1968.
The Challenge of Uhuru: the progress of Kenya, 1968 to 1970. Nairobi, 1971.
Биографии Дж. Кениатты
ArcherJ, African Firebrand: Kenyatta of Kenya. N. Y., 1969.
Arnold G. Kenyatta and the Politics of Kenya. L: Dent, 1974.
Atieno Odhiambo E.S. Mzee: a Full Biography - “Viva", The Special Issue: a Tribute to our President. Nairobi [1978].
Delf G. Jomo Kenyatta: Towards Truth about the “Light of Kenya”. N. Y.: Doubleday, 1961.
Murray-BrownJ. Kenyatta. L.: George Allen and Unwin Ltd., 1972.
Slater M. The Trial of Jomo Kenyatta. L.: Seeker and Warburg, 1955.
Литература
Кулик С.Ф. Африканизация в Кении, 1963- 1973. М.: ГРВЛ, 1978.
Пегушев А.М. Кения. Очерк политической истории, 1956-1969. М.: ГРВЛ, 1972.
Пегушев А.М. Повстанцы Мау Мау. История антиколониального вооруженного восстания 1952-1956 гг. в Кении. М.: ГРВЛ. 1978.
Филатова И.И. История Кении в новое и новейшее время. М.: ГРВЛ, 1985.
Buijtenhuijs R. Mau Mau: Twenty Years After. The Myth and the Survivors. P., 1973.
Gertzel C. The Politics of Independent Kenya. 1963-1968. Nairobi: EAPH, 1970.
Hazlewood A. The Economy of Kenya. The Kenyatta Era. N. Y., 1979.
Macharia R. The Truth about the Trial of Jomo Kenyatta. Nairobi: Longman, 1991.
Malhotra V. Kenya under Kenyatta. Kalinga. 1990.
Mutiso G.S. Kenya Politics, Policy and Society. Nairobi, 1975.
Rosberg C.G., Nottingham J. The Myth of “Mau Mau”. Nationalism in Kenya. L., 1966.
Swainson N. The Development of Corporate Capitalism in Kenya, 1918-1977. Berkeley, 1980.
iiiiiiiiiiiiiiiiin O / U iiiiiiiiiiniiiiiii


ЛИДЖ ИЯСУ
Иясу Микаэль
3.IL 1896-июль 1935
Император Эфиопии в 1913-1916 гг. Внук императора Менелика II, сын его дочери Шоуарег и правителя области Уолло раса (один из высших военнофеодальных чинов Эфиопии. - Г. Ц.) Микаэля. Помимо домашнего образования несколько лет проучился в первой в стране школе, созданной по европейскому образцу в Аддис-Абебе.
Прогрессировавшая с 1906 г. болезнь императора Менелика поставила на повестку дня вопрос о престолонаследии. Поскольку сыновей у императора не было, его выбор пал на внука. При этом Менелик II не мог не понимать спорность своего выбора, поскольку Лидж Иясу был не только его внуком, но и сыном влиятельнейшего оромского правителя, относительно недавно сменившего мусульманскую веру на христианскую. Это обстоятельство вызвало недовольство со стороны части окружения императора, опасавшейся усиления оромской знати в стране, поскольку Лидж Иясу находился под сильным влиянием своего отца. Не случайно, выбрав Лиджа Иясу еще в 1907 г., Менелик в течение целого года воздерживался от провозглашения его своим официальным преемником.
В июне 1908 г. император впервые с определенностью высказался о своем желании видеть во главе страны своего внука. Очевидно, не особенно доверяя государственным способностям 13-летнего Лиджа Иясу, император издал также указ о создании в стране Кабинета министров и назначении регентом при будущем правителе своего доверенного соратника раса Тэсэммы. На сей раз шоанская знать с большей готовностью восприняла решение Менелика. В условиях болезни императора власть в стране, действуя от имени мужа, все больше прибирала к рукам императрица Таиту, уроженка северной области Тыграй, которая благоволила своим землякам, назначая их на высокие государственные посты. В этой ситуации выбор императора был меньшим злом, чем усиление давнего соперника Шоа.
Постепенно власть в стране все больше сосредоточивалась в руках Лиджа Иясу, регента и Кабинета министров. Поскольку до официальной смерти коронованного монарха традиция запрещала возводить на престол его преемника, Лидж Иясу официально считался лишь наследником престола, и его личная печать имела на себе надпись не «Император Иясу», а «Иясу, сын Менелика, царя царей Эфиопии». Пока не было официально объявлено о смерти Менелика II, его преемник большую часть времени проводил при дворе своего отца раса Микаэля, мало влияя на внутриполитическую жизнь страны.
Точная дата смерти строителя империи не известна, слухи о его кончине стали появляться задолго до официальной даты - 12 декабря 1913 г. В самом начале февраля Лидж Иясу во главе ча1НН11111Ш11Ш1 871 lllilllllllllllllll


сти армии своего отца прибыл в АддисАбебу.
Царствование Лиджа Иясу (1913- 1916) представляет собой один из самых смутных и малоизученных периодов в истории Эфиопии Нового времени. Противоречив и политический портрет нового эфиопского монарха, созданный на страницах исторических исследований как в самой Эфиопии, так и за ее пределами. Официальная эфиопская историография периода правления императора Хайле Селассие I приложила немалые усилия для искажения личности и деятельности Лиджа Иясу, чтобы оправдать законность свержения его с императорского престола. Не поощрялось уже само упоминание имени Лиджа Иясу среди народа. В опубликованном за рубежом биографическом справочнике по Эфиопии, большинство авторов которого - сами эфиопы, единственная анонимная статья - биография Лиджа Иясу.
После воцарения нового императора стали сбываться худшие опасения шоан- ской знати. Ее недовольство вызвало и усиление позиций раса Микаэля, которому Лидж Иясу дал высший после императора титул ныгуса, и передача под его правление таких старинных христианских областей, как Бэгымдыр и Год- жам. Беспокоили и ориентация молодого императора на восточные, заселенные мусульманами области страны, и непродуманные действия в вопросах внутренней политики. Постепенно в оппозицию к Лиджу Иясу стало переходить и христианское духовенство. Начало было положено самим императором, который, преследуя одного из своих политических противников, ворвался в дом абуны, первосвященника эфиопской церкви, что по традиции рассматривалось как святотатство. Но гораздо больше духовенство беспокоили заявления императора о своей любви к исламу, что нашло отражение в строительстве многочисленных мечетей. По слухам, Лидж Иясу даже приказал составить свое новое генеалогическое древо, по которому он якобы вел свой род от пророка Мухаммеда. В этих условиях церковь быстро забыла о завещании Менелика и стала беспощадным врагом Лиджа Иясу.
Встав у кормила власти в сложный политический период, когда накануне Первой мировой войны в Эфиопии усилилось вмешательство западноевропейских держав, император избрал политический курс, отличный от политики своего деда. Характерными чертами нового курса были поиски военнополитического союза с мусульманами вне и внутри Эфиопии, отход от традиционного союза со странами Антанты, стремление подорвать политическую гегемонию Шоа. Ориентация Лиджа Иясу на Турцию, а через нее и на Германию не могла не встревожить Великобританию и Францию, которые хотели сохранить существовавшее при Менелике влияние в стране. Не случайно английские дипломаты в Аддис-Абебе активно включились в разжигание антиимператорских настроений. Из стен британского посольства среди христианского населения, по крайней мере в столице, распространялись многочисленные литографии, на которых Лидж Иясу был изображен на фоне зеленого знамени ислама, в чалме и в окружении мусульманских наложниц. Объективно интересы шоанской верхушки, эфиопского духовенства и Антанты совпали в желании удалить Лиджа Иясу от власти.
Летом 1916 г. в Аддис-Абебе созрел заговор шоанской знати против императора, видную роль в котором играл дэд- жазмач Тэфэри Мэконнын, губернатор Харэра. Заговорщики сумели убедить абуну освободить их от клятвы верности Лиджу Иясу, которую они дали перед смертью Менелика. После первой неудачной попытки государственного переворота 30 августа 1916 г. последовала более удачная - 27 сентября того iniiiiiiiiiinim iiiiiiiiiiiiiiniii


же года, когда, воспользовавшись отсутствием императора, шоанская оппозиция ввела в Аддис-Абебу верные войска и объявила о низложении Лиджа Иясу. Выступившая против шоанцев армия ныгуса Микаэля была рассеяна в кровопролитном сражении при Сэгэле. Самому Л иджу Иясу удалось бежать в восточные мусульманские районы страны, где в течение нескольких лет он скрывался от правосудия. Он был захвачен лишь в 1921 г. и последующие 14 лет, вплоть до своей смерти в 1935 г., провел в заточении.
Стремясь продемонстрировать намерение вернуться к прежнему политическому курсу, антиимператорская группировка провозгласила императрицей Эфиопии дочь Менелика Зоудиту, а регентом и престолонаследником - лидера шоанской оппозиции Тэфэри Мэконны- на, получившего титул раса.
О стойкой неприязни, которую наследник престола и будущий император Хайле Селассие I испытывал к самому имени Лиджа Иясу, свидетельствует такой факт. Когда в 1939 г. во время партизанского движения в Эфиопии до находившегося в эмиграции в Великобритании эфиопского монарха дошли слухи, что сын Лиджа Иясу, Йоханныс Иясу может стать командиром одного из партизанских отрядов, через своих людей в стране император сделал все, чтобы это место занял другой человек.
ГВ. Цыпкин
Литература
Цыпкин ГВ., Ягья В.С. История Эфиопии в новое и новейшее время. М.: Наука, 1989.
Бартницкий А., Мантель-Нечко И. История Эфиопии (перевод с польского). М., 1976.
Greenfield R. Ethiopia. A New Political History. L, 1965.


МВАНГА
Danieri Basammula-Ekkere Mwanga II
Mukasa 1868-1903
Кабака Буганды в 1884-1897 гг., сын Мутесы I.
Главную роль при выборе преемника умершего кабаки играл катикиро - главный министр Мукаса. В последние годы правления Мутесы, когда кабака подолгу не вставал с постели, Мукаса практически сосредоточил в своих руках верховную власть. Он-то и выбрал в качестве преемника Мутесы Мвангу. Вероятно, он считал, что сможет влиять на него: Мвангу звали «мутефи» - «мягкий».
Мванга отличался от своего отца и внешне, и по характеру. Вот его описание, сделанное в 1886 г. нашим соотечественником В.В. Юнкером, посетившим Буганду в ходе своего путешествия по Нилу: «На Мванге не было никаких украшений, одет он был просто в материю из коры, скрепленную на плече в виде тоги. Он был крепкого, высокого телосложения, в возрасте 20 с небольшим лет. Его большие, выпуклые глаза выражали ум и живой темперамент, но частый, громкий, деланный смех с широко открытым ртом придавал ему несколько детский вид; возможно, что причиной этому было курение гашиша, которому он часто предавался»1.
Мванга тяготел к миссионерам. Сразу после воцарения он добился возвращения в Буганду изгнанных его отцом католической и протестантской миссий.
Его правление началось в очень сложное время: активизация Германии в Восточной Африке и первые захваты на территории Танганьики в 1885 г., действия Экватории в Межозерье, попытки свержения Мванги в самой Буганде, первая из них уже в январе 1885 г. С этого времени Мванга будет явно предпочитать мусульман. В его столице Меиго частыми гостями стали суахилийские торговцы. Они всячески настраивали Мвангу против европейцев, пугая его колониальными захватами, которые постепенно становились реальностью в Восточной Африке.
В результате осенью 1885 г. Мванга отдал приказ убить епископа Хэннинг- тона направлявшегося в Буганду. Оказанное охраной епископа сопротивление при аресте приводит Мвангу к мысли, что белые намерены завоевать его страну, поэтому он решил их уничтожить. После убийства Хэннингтона он постоянно страшился мести Англии и христианского влияния в стране. Сначала кабака запретил миссионерам проповедовать. С конца 1885 г. он преследовал своих подданных, принявших христианство.
Преследования Мвангой христиан закончились так же неожиданно, как и начались. Кабака всерьез испугался, когда все миссионеры заявили, что они покидают Буганду. Мванга даже попытался 1 Юнкер В.В. Путешествия по Африке. М., 1949. С. 472.
iiiiniiiiiiiiiim 874 IIIIIIIIIIIIIIIIII«


их задержать, считая, что отъезд миссионеров в Европу повлечет за собой наказание за убийство епископа Хэннингтона. Но кабаке пришлось уступить - за британских подданных вступились британский консул на Занзибаре Джон Кирк и султан Занзибара Сейид Баргаш, требуя для них свободы передвижения. Часть миссионеров уехала, а местные христиане, которые еще недавно боялись высунуть нос из своих укрытий, получили ряд назначений на важные государственные посты.
В начале 1887 г. Мванга создал свою личную гвардию - четыре военных отряда. Командирами двух из них были назначены новообращенные христиане • протестант А. Каггва и католик Г. Ньоньинтоно. Создав гвардию как опору собственного трона, кабака выпустил джинна из бутылки. Четыре отряда располагали основной частью огнестрельного оружия Буганды - до 1000 винтовок. Они стали грозой Буганды, наводя ужас на население бесконечными грабежами и самоуправством.
1888 год вошел в историю Буганды как «год трех королей» и «год трех революций». 5 сентября кабака был свергнут с престола. Переворот совершили новообращенные христиане, которых сам Мванга вооружил огнестрельным оружием. Жажда свергнуть его была настолько велика, что восставшие провозгласили кабакой Буганды кивеву - старшего брата Мванги Мутеби, не имевшего по традиции права на престол Буганды. Мятежники быстро поделили между собой государственные посты. Мванга бежал. Он пересек озеро Виктория и скрылся в миссии Белых отцов в Букумби на территории современной Танзании.
Однако 18 октября 1888 г. мусульманская группировка, считавшая себя ущемленной в распределении государственных должностей, совершила новый переворот. Буганда была объявлена мусульманским государством, все государственные должности отданы мусульманам, а христиане и их учителя- миссионеры изгнаны из страны.
А Мванга начал борьбу за возвращение престола, в результате фактически оказавшуюся борьбой за сохранение независимости Буганды. 29 апреля 1889 г. он вновь пересек озеро Виктория, направляясь в Буганду, где объединился с силами христиан. Но войска мусульман нанесли им поражение, и Мванга бежал на один из островов на озере Виктория. Он пытался заручиться поддержкой миссионеров и в июне 1889 г. пригласил их к себе на остров, чтобы они обратили в христианство его соратников.
Затем он обратился с письмом к эмиссару Имперской британской восточноафриканской компании Ф. Джексону, находящемуся на пути в Межозерье. Мванга писал: «Я прошу Вас прийти сюда, чтобы мы, христиане, объединились. С Божьей помощью мы победим. Я умоляю Вас, будьте снисходительны, придите и восстановите меня на троне. Я подарю Вам много слоновой кости, Вы сможете торговать и делать все, что хотите, в Уганде при моей власти»2.
Однако ответ Джексона застал Мвангу вновь на престоле: христианские группировки в октябре 1889 года разбили мусульман, и 11 октября Мванга торжественно вернулся в столицу. Джексон послал ему британский флаг и письмо. В письме предлагался протекторат компании над Бугандой.
Мванга ответил очень осторожно. С одной стороны, он изъявил дружеские чувства к англичанам, с другой - не хотел предоставлять каких-либо исключительных прав англичанам: «Я ваш 2 Low D.A. The Mind of Buganda. Documents on the Modern History of an African Kingdom. Berkeley; L., 1971. P. 24.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIIIIII1IIIII


друг и друг всех белых, любой белый, который хочет прийти ко мне, пусть приходит, я приму его как друга»3. Его идея заключалась в том, чтобы открыть Бу- ганду, раз уже это неизбежно, сразу нескольким европейским державам. Тогда можно было бы, прикрываясь флагом христианства и борьбы с работорговлей, использовать их представителей в борьбе против «арабской» (мусульманской) фракции и в то же время не допустить усиления позиций какой-либо одной из держав в Буганде, играя на соперничестве между ними.
4 ноября 1889 г. кабака обратился с письмом к кардиналу Лавижри (католическому епископу Восточной Африки), в котором писал: «Если белые захотят мне помочь, я тоже помогу им в борьбе против торговли людьми во всех странах вокруг озера Ньянза»4. Он обратился с подобными письмами к консулам Германии, Англии и Франции.
Однако в начале ноября 1889 г. силы мусульман, поддерживаемых войсками Кабареги, правителя соседнего государства Буньоро, вновь свергли М вангу, и ему опять пришлось бежать. С вмешательством Кабареги, могущество которого в этот период достигло вершины, положение Мванги стало угрожающим. 24 ноября Мванга вновь написал Джексону письмо, в котором просил помощи и соглашался на все условия. Но письмо это попало в руки доктора Карла Петерса, который в 1889-1890 гг. действовал на свой страх и риск, подчиняя Германии зоны, лежавшие к северу от Германской Восточной Африки (впоследствии - Танганьики). Добрался он и до Буганды, предварительно вступив в переписку с Мвангой.
Однако к тому времени, когда Петер приблизился к границам Буганды, Мванга вновь превратился из изгнанника в правителя: в начале февраля 1889 г. его сторонники в очередной раз одержали победу над мусульманами. Петерс заключил договоре Мвангой 27 февраля 1890 г., который не устанавливал германский протекторат над Бугандой, а провозглашал лишь принятие Мвангой условий акта Берлинской конференции по Конго и «открывал» Уганду «всем европейцам без различия национальности». Договор вполне отвечал курсу Мванги.
Кроме договора, Петерс увез из Буганды и другие важные бумаги, подписанные Мвангой. Одна из них - обращение к европейским державам—участницам Берлинской конференции по Конго, где, в частности, говорилось: «Всем европейским державам, подписавшим Берлинский договор, я предлагаю превратить мою страну в нейтральную территорию, поскольку она расположена полностью в зоне свободной торговли, определенной Берлинским договором»5. Мванга также передал Петерсу письма к кайзеру Вильгельму и королю Леопольду Бельгийскому, в которых он высказывался за развитие торговли с сопредельными Буганде владениями Германии и Бельгии, изъявлял дружеские чувства к обоим монархам, заверяя их, что Буганда - христианская страна и что он строго-настрого запретил работорговлю. Так перед лицом надвигавшейся колониальной угрозы Мванга проявил себя мудрым политиком. Он попытался добиться международных гарантий независимости своей страны.
Когда до Буганды наконец добрался Ф. Джексон, Мванга отказался подписы3 Bundesarchiv. Nachlass Carl Peters. 46. Bl. 4.
4 Pawlikova V. Kabaka Mwanga and the Early Anti-Colonial Protest in Buganda // Asian and African Studies. 1978. № 14. P. 98.
5 Bundesarchiv. Reichskolonialamt 8822. Bl. 91.
iiniiiiiiiiHimi 0/0 lllllllllinillllll


вать с ним какой-либо договор: Джексон настаивал на принятии протектората имперской британской восточноафриканской компании и предоставлении ей исключительных прав в Буганде, а это не соответствовало намерениям кабаки. Главным аргументом Джексона в его спорах в Мвангой было заявление, что Буганда входит в сферу влияния Англии. Мванга решил проверить его и послал на Занзибар с разведкой двух своих придворных. С собой они несли письма Мванги и Каггвы британскому консулу на Занзибаре.
В своем письме от 26 апреля 1890 г. Мванга признал, что ему «нужны ружья и порох, чтобы изгнать мусульман», но тут же спросил: «Какова будет цена? Ведь я не намерен отдать вам мою страну, а только хочу, чтобы европейцы всех национальностей приезжали в Уганду, строили и торговали, как они того хотят»6. Вдогонку он пишет письмо другому консулу на Занзибаре - германскому: «Сообщаю Вам, - читаем в письме Мванги германскому консулу на Занзибаре от 16 мая 1890 г., - что Джексон предложил мне заключить с ним договор, но я отказался, так как уже ранее я договорился с немцем д-ром Карлом Петерсом о том, что все европейцы - немцы, французы и англичане - могут селиться и торговать в моей стране. <...> Прошу Вас посоветовать мне, как поступить, чтобы все европейцы приезжали и вели торговлю в моей стране...»7.
Реакция Германии на этот и последующие призывы Мванги связана с Гельголандским договором, заключенным между Англией и Германией 1 июля 1890 г. По этому договору Буганда и другие территории Восточноафриканского Межозерья признавались сферой влияния Великобритании. Однако, оставаясь вне пределов Германской Восточной Африки, Межозерье представляло для Германии определенный интерес. Поэтому, даже после заключения Гельголандского пакта, Берлин и его представители на Занзибаре и в Германской Восточной Африке внимательно следили за развитием событий в Межозерье.
18 декабря 1890 г. в Буганду прибыл капитан и представитель Британской восточноафриканской компании, будущий лорд Ф. Лугард. Энергичный и решительный, Лугард взял реванш за неудачи Джексона в Буганде. Помимо солдат-суданцев в его эскорте было и несколько пулеметов «максим». Его главным козырем была угроза: в случае отказа Мванги подписать договор о протекторате Компании над Бугандой он заключит союз с Кабарегой - грозным противником кабаки. Мванга сдался и 26 декабря 1890 г. подписал договор о протекторате и исключительных правах компании в Буганде.
Едва успев поставить свою подпись на документе, фактически обозначавшем конец независимости его страны, Мванга попытался прибегнуть к помощи немцев, столкнуть Англию и Германию. Он пожаловался на Лугарда самому германскому кайзеру, обратившись 4 января 1891 г. к нему с письмом. В письме, в частности, говорилось: «... Но, друг мой, я хочу, чтобы сюда приходили разные белые люди - немцы, французы, англичане, американцы, - приходили и строили в моей стране. Я не хочу, чтобы мою страну получил один англичанин. Я хочу, чтобы мне дали править моей страной, так как правили ею тридцать три султана - как сами того хотели...»8
В договоре с Лугардом 1890 г. име6 The Mind of Buganda. Documents of the Modern History of an African Kingdom / Ed. by Low D.A. Berkeley; L., 1971. P. 26.
7 Bundesarchiv. Reichskolonialamt 8822. Bl. 100.
8 Bundesarchiv. Reichskolonialamt 8822. Bl. 109.
jiiiiiimiiiiiiiii 877 lllliinilllllillll


лась статья о том, что если в Европе будет заключено какое-либо соглашение, противоречащее этому договору, то договор аннулируется. Мванга рассчитывал, что ему все же удастся привлечь в Буганду другие державы и свести на нет усилия Лугарда: ведь он еще не получил к тому времени от своих людей подтверждения о Гельголандском пакте. Он попытался привлечь на свою сторону соперников Великобритании и в октябре 1891 г., когда протестантской фракцией на него было совершено покушение, написав письма правителям Бельгии и Франции. Причисляя себя к католикам, он обратился за поддержкой даже к папе римскому: «Я стал как бы рабом в стране своего отца, великого Мтесы. Но я надеюсь, что мне оставят то, что мое, что мою страну не отдадут мусульманам и что мою власть не отдадут моим восставшим подданным...»9
К концу 1891 г. ситуация в Буганде осложнилась. Лугард, покорив соседние области, вернулся, и с его прибытием трения между католической и протестантской группировками переросли в войну. 4 Война Лугарда» вспыхнула в Буганде из-за мелкого конфликта между протестантами и католиками в январе 1892 г. Протестанты давно уже жаждали перераспределения государственных должностей в свою пользу, что вызывало недовольство католиков. Лугард не только подстрекал протестантов, но начиная с 22 января передал им много оружия и боеприпасов. События развивались с молниеносной быстротой. 24 января католики были разбиты. Мванга опять бежал на остров на озере Виктория.
Затем он оказался на территории Германской Восточной Африки. Там он заявил, что якобы Петерс сказал ему, что вскоре Буганда получит немецкий флаг, и он должен обороняться до последней капли крови. Мванга, конечно, менее всего хотел установления немецкого господства над Бугандой. Ему нужно было любым способом избавиться от Лугарда. Но немцы не оказали ему помощи: в Берлине в то время не хотели столкновений с Лондоном. Когда Лугард обратился с письмом к германским властям в Восточной Африке, в котором он просил обеспечить безопасность Мванги и вернуть его в Буганду, они пошли ему навстречу.
В конце марта 1892 г. Мванга вновь оказался в своей столице Менго. Причем, по свидетельству современника, с тех пор «он стал похож более на пленника, чем на кабаку Буганды». И апреля 1892 г. он подписал новый договор с Лугардом, окончательно закрепивший господство Имперской британской восточноафриканской компании в Буганде. С этого момента он оставался кабакой лишь номинально, реальной властью обладала покорная англичанам группировка сановников-протестантов. Вскоре после подписания договора с Лугардом кабака был вынужден написать под его диктовку и подписать письмо к королеве Виктории от 17 июня 1892 г., в котором, в частности, говорилось: «Я и мои вожди приняли английский флаг, как и народ Индии. Мы хотим, чтобы англичане наводили у нас порядок»10.
Как номинальный кабака Буганды Мванга подпишет еще многое против своей воли, в том числе договоры с Дж. Порталом и полковником Колвиллом в 1893 и 1894 гг., последовательно закреплявшие британский протекторат над Бугандой.
Однако, лишенный фактической власти, долгое время вынужденный жить по чужой указке, Мванга все же не захотел жить так до конца своих дней. В 1897 г., когда Буганда стала частью складываю9 Pawlikova V. Op. cit. Р. 109.
10 Great Britain. Colonial Office. Further Correspondence Respecting East Africa. April to June 1894. C. 6557 Africa. 1895. № 2. P. 95.
IIIIIIIIHIIIIIIIII 0/0 IIIIIIIIHIIIIIIIII


щегося британского протектората Уганда, в стране один за другим вспыхивали очаги антиколониального восстания. Ожесточенную борьбу с британскими колонизаторами вел не покоренный ими правитель Буньоро Кабарега. И терпение Мванги наконец лопнуло.
6 июля 1897 г. Мванга тайно бежал из своего дворца, прихватив с собой лишь семь из нескольких сот своих жен и некоторых пажей. Его путь лежал в Будду — один из очагов восстания в Буганде. Но верные колонизаторам войска дважды - 15 и 20 августа - нанесли восставшим поражение в больших сражениях.
Хотя силы Мванги были разбиты, он не сложил руки и вновь бежал через озеро Виктория в Германскую Восточную Африку. Однако если в 1892 г. бегство Мванги было нежелательно для англичан, то пять лет спустя они отнеслись к этому куда спокойнее. Для занятия престола Буганды у них в запасе был трехлетний сын кабаки Дауди Чва, воспитывавшийся миссионерами в верноподданническом духе. Мванга еще был в пределах протектората, его сторонники еще не были разбиты, когда 14 августа англичане объявили кабаку низложенным, а на престол возвели его маленького сына, назначив при нем трех регентов из наиболее благонадежных вождей.
Перестав быть кабакой формально, Мванга не утратил своего политического влияния. Едва он сдался германским властям в Букобе, как вокруг экс-кабаки завязалась целая переписка между колониальными властями соседних территорий, а также между Энтеббе, столицей Уганды, и Лондоном, Дар-эс-Саламом (столицей Германской Восточной Африки) и Берлином.
Сразу же по прибытии Мванги на германскую территорию тамошние власти сообщили об этом британской администрации Уганды. Англичане боялись беглого кабаку и просили держать его подальше от границ Уганды, не давая ему вернуться в британские владения. В другом письме английского губернатора Уганды германским властям, которые намеревались предоставить кабаке, как бы мы сказали сейчас, политическое убежище, выражается уверенность в том, что Мванге удастся поддерживать связи со своими сторонниками, что будет вызывать постоянные осложнения для британской администрации. Губернатор Уганды вновь настоятельно просит держать Мвангу как можно дальше от Уганды.
Германские колонизаторы выполнили просьбу англичан по своему разумению. Мванга был переправлен в Мванзу, также находившуюся на берегу озера Виктория, т. е. недалеко от границы с Угандой. При этом пленником Мванга себя не ощущал, был полон оптимистических планов, не боялся нищеты, поскольку ранее отправил большой караван с товарами на побережье океана и получил утешительные сведения о его продвижении.
Более того, германский консул на Занзибаре Рехенберг написал в Берлин, что крайне выгодно держать Мвангу близ границ Уганды в качестве «устрашающего привидения для англичан» и даже ходатайствовал перед МИДом о назначении Мванге денежного содер- жания11. Если с первой частью предложения Рехенберга в Берлине быстро согласились, вторая часть вызвала у экономных немцев возражения. По указанию из Берлина генерал-губернатор Германской Восточной Африки потребовал у властей Уганды выделения средств для существования Мванги, «соответствующих его положению»11 i2. Германские власти выделили посред11 Bundesarchiv. Reichskolonialamt 8828. Bl. 162.
12 Bundesarchiv. Reichskolonialamt 8829. Bl. 17.
iiiiiiiiiiiiiiniii 879 lllllllllllllllllll


ника для ведения переговоров. Вопреки настойчивым просьбам соседей, немцы смотрели сквозь пальцы на связи Мванги с повстанцами Буганды. Все это очень помогало ему осуществлять собственные планы, не совпадавшие с намерениями «гостеприимных хозяев». И вот, когда переговоры о выдаче имущества Мванги еще только развертывались, он бежал.
Для бегства Мванга выбрал темную, безлунную и беззвездную ночь с 23 на 24 декабря 1897 г. Этот побег был хорошо подготовлен его сторонниками.
Поражения сил Мванги в июле 1897 г. не сломили духа восставших. В их лагерь стекались баганда, нашедшие убежище в соседних странах. Даже после бегства Мванги на территорию Германской Восточной Африки восставшие не сложили оружия. Их не остановило и то, что 9 августа 1897 г. было официально объявлено о низложении кабаки, а 14 августа о возведении на престол Буганды его сына Дауди Чва.
Бежав от немцев, Мванга пробился через реку Виктория-Нил к восставшему Кабареге и соединился с его силами. Против них выступала целая армия из баганда под командованием британских офицеров. И все же большинство народа поддерживало своего кабаку. Мятежником Мвангу называли англичане. Баганда так не считали. Один из участников событий позже говорил: «Как мог кабака восстать против самого себя?» Для большинства баганда он просто оставил королевство и трон свободными, назначения кабакой Дауди Чва они не приняли, тем более что ходили слухи, что этот младенец - сын Каггвы, поскольку жена Мванги родила его в доме Каггвы.
Большую роль в привлечении новых сторонников сыграл и слух, что Мванга принимает ислам: это привело в его лагерь многих мусульман. Но и колониальные власти не сидели, сложа руки: еще в октябре 1897 г. они объявили амнистию для всех, кто сложит оружие, - это лишило Мвангу некоторой части сторонников.
В 1898 г. положение восставших во главе с Кабарегой и Мвангой все ухудшалось. Особенно заметно это стало после лета 1898 г., когда от объединенных сил восставших откололись восставшие стрелки-суданцы. В опустошенной войной стране возникли трудности с продовольствием.
Мванга попытался выяснить возможность и условия своей сдачи властям. Он написал одному из регентов-протестантов: «Я написал, чтобы спросить у тебя следующее, что со мною будет, если я вернусь: базунгу (европейцы на языке луганда - А. Б.) убьют меня или простят? Скажи мне, мой слуга. Мы терпим ужасные бедствия. У нас нет больше сил. Ответь мне поскорее. Я, кабака Мванга»13.
Такое же письмо Мванга написал главному регенту и катикиро Аполо Каг- гве в сентябре 1898 года. Каггва проконсультировался с британскими властями и сообщил Мванге, что его и Кабарегу в любом случае сошлют на Занзибар или куда-нибудь дальше. Узнав о таком решении, оба властителя решили, что терять им нечего, и сражались до конца. Весной 1899 г. они с остатками своего воинства скрывались у народа ланги, севернее озера Кьога. В результате предательства кого-то из ланги они были взяты в плен 9 апреля 1898 г. подполковником Эватом, командовавшим экспедицией правительственных войск.
Пленных отправили в далекую ссылку на Сейшельские острова. Там в 1903 г. Мванга умер в возрасте около 37 лет.
Со смертью Мванги его странствия не закончилась. Весть о его кончине в Буганду принесла одна из жен кабаки, вернувшаяся домой вместе с несколькими пажами и придворными. Но многие баганда не 13 Robinson D., Smith D. Sources of the African Past. N.Y., 1969. P. 117.
iiiuiHitttiiriiii OOU iiiitniiiiiiiiiiii


верили этому. И тогда регенты при Дауди Чва настояли, чтобы тело Мванги было доставлено в Буганду и перезахоронено там: только так можно было убедить народ в законности правления его сына.
За телом Мванги на Сейшелы отправились его бывшие враги из христианской олигархии. В июле 1910 г. тело Мванги по озеру прибыло в Энтеббе. Собралось много народу. Был назначен специальный комитет по проведению похорон бывшего кабаки из известных людей, видных деятелей страны. Их сопровождали 500 носильщиков. Затем процессия прибыла в Менго. В тот же вечер состоялась церковная церемония. А ночью двое регентов и многие вожди остались во дворце для «утешения кабаки» в соответствии с обычаем. Наутро в присутствии молодого кабаки и его регентов перед толпой народа гроб Мванги был открыт, тело показано народу и опознано. Затем оно было предано огню. Так 3 августа 1910 г. прах Мванги был присоединен к праху его отца Мутесы. Последний из независимых кабак Буганды, Мванга был первым, кто похоронен с христианским отпеванием. Это открыло дорогу традиционной церемонии провозглашения его сына Дауди Чва ка- бакой, состоявшейся в тот же день.
Многие годы англичане пытались сделать так, чтобы в истории страны Мванга остался «кровавым тираном», но им это не удалось. Угандийский историк профессор С. Киванука восстановил его доброе имя, справедливо отнеся его к тем сыновьям и дочерям Африки, которые являются ее героями, ведь «их имена написаны кровью»14.
Но даже современники из стана его врагов не отказывали Мванге в ряде достоинств. Вот что писал о нем, например,
X. Мукаса, один из лидеров протестантской группировки:
Многие называют его плохим каба- кой. Но в нем нужно видеть и плохое и хорошее. Мванга не был так горяч, как его дед Суна в древние времена. В тридцать четыре года его могли не раз убить. Кабака Мванга был добрым, любил людей. Если вы ему нравились, то он доверял вам. Его погубило то, что ему нравились плохие люди, которые наговаривали на своих друзей. Если бы он верил всему тому, что они говорили, он убил бы многих. Но доброта мешала ему сделать это. Кабака Мванга мудро решал споры. Он судил, не обращая внимания на социальный статус человека, и обычно судил справедливо. Правда, иногда подпадал под чье-нибудь влияние. Кабака Мванга любил тех, кто хорошо работает, и быстро их продвигал. Но клеветники оказывали на него сильное влияние. Кабака Мванга любил новых людей и всячески с ними занимался, но никогда их не огорчал...15
Мванга жил в трудное время. Он много сил положил на то, чтобы отстоять независимость своей страны. Ему это не удалось, как не удалось бы никому другому на его месте: уж очень лакомым кусочком для англичан была Буганда. Но все же он пытался сделать это всеми доступными ему способами.
А.С. Балезин
Литература
Балезин А.С. У Великих африканских озер. Монархи и президенты Уганды. М., 1989.
Kiwanuka M.S.M. A History of Buganda. From the Foundation of the Kingdom to 1900. N.Y., 1972.
Pawlikova V. Kabaka Mwanga and the Early Anti-Colonial Protest in Buganda // Asian and African Studies. 1978. № 14.
14 Kiwanuka M.S.M. A History of Buganda. From the Foundation of the Kingdom to 1900. N.Y., 1972.
15 Robinson D., Smith D. Op. cit. P. 116.
Hllllllllltlllllll 00 I IlilllKIIIIIIIIIII


МЕНЕЛИК II
17.VIII.1845-12.XII.1913
Император Эфиопии в 1889—1913 гг., создатель объединенного эфиопского государства. Родился в Анкобэре, столице полунезависимой области Шоа, сын правителя Шоа Хайле Мэлякота. Правда, Менеликом он стал называться много позже, когда короновался ныгусом Шоа, но при шоанском дворе все давно знали, под каким именем он взойдет на престол своих предков.
Менелик родился в тяжелые времена для эфиопского государства, когда с конца XVIII в. страна под воздействи- ем центробежных сил фактически превратилась в конгломерат отдельных полунезависимых от власти императора областей-государств, одной из которых была Шоа. Отделенная от северных, погрязших в феодальных междоусобицах областей оромским барьером - областью Уолло, Шоа меньше других участвовала в борьбе за политическую гегемонию в стране. Ее правители больше уделяли внимание расширению своих владений в южном, юго-западном и юго-восточном направлениях, населенных главным образом оромо. Постепенно увеличивалась территория Шоа, за счет оромской конницы возрастала боевая мощь ее армии.
Расцвет Шоа связан прежде всего с личностью деда Менелика Сахле Сыл- ласе (правил в 1813-1844). При нем территория области увеличилась почти в три раза, большое развитие получили торговля и ремесла. Если в те времена в христианской Эфиопии занятие торговлей и ремеслами считалось делом малопочтенным, то в Шоа люди этих профессий встречали благожелательный прием и своей деятельностью способствовали экономическому процветанию области.
О детских годах Менелика известно немного. Как и всякий другой мальчик из знатной семьи он получил начальное образование в одной из церковных школ. По-видимому, большую часть времени у него занимала верховая езда, обучение военным приемам и охоте, «ибо таков обычай у царских детей, пока они не научатся достойным образом управлению государством». Судя по всему, будущий император был прекрасным наездником, во всяком случае единственное, что летописец посчитал нужным отметить из его личных качеств в юные годы, это то, что ему не было равных в конных скачках. Сохранились описания внешности Менелика в юности. Он был невысокого роста, довольно плотного сложения, с большими темными грустными глазами. Лицо со следами перенесенной в детстве оспы оставляло тем не менее приятное впечатление. Цвет лица был несколько темнее, чем обычно у амхарской знати, что дало повод недоброжелателям говорить о примеси негроидной крови.
Менелику шел 12-й год, когда в процессе политической централизации Эфиопии, предпринятом императором Теводросом II, Шоа практически утеряла свое полунезависимое существование. Последовавшее затем десятилетие iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


означало для области существование в качестве одной из провинций страны под управлением назначенца императора, а для самого Менелика - почетный плен при императорском дворе в крепости Мэкдэле, расположенной на вершине столовой горы. Согласно традиции, отпрыски покоренных правящих фамилий становились заложниками победителей.
Круг обязанностей Менелика при дворе был не обременителен и достаточно почетен. По традиции юноши из благородных фамилий служили пажами при правителях, курьерами у придворной знати, присутствовали при всех церемониях - словом, составляли часть самого двора. Такая жизнь позволяла знать все и всех, знакомила с опытом дворцовых интриг, способствовала установлению контактов с видными людьми государства.
В течение многих лет, находясь вблизи императора, маленький шоанец постигал сложную науку управления государством. Он был свидетелем успехов и неудач Теводроса II и, можно с уверенностью предположить, анализировал их причины. Опыт Мэкдэлы позволил ему в будущем избежать многих ошибок тогдашнего монарха. Ошибки императора Теводроса II, такие как конфронтация с церковью, религиозная нетерпимость, предпочтение жестоких карательных мер в деле объединения страны, побуждали Менелика задумываться о других методах государственного строительства. Точно так же мимо его внимания не прошли шаги императора, направленные на благо развития страны - создание благоприятных условий для развития торговли, использование технических знаний европейцев для модернизации Эфиопии, совершенствование методов военного строительства.
Находясь в резиденции императора, Менелик не мог не осознавать, как постепенно под ударами феодальной оппозиции начинает давать трещины здание объединенной силой Эфиопии. В крепость все чаще стали доходить слухи о выступлениях местных феодалов против центральной власти. В своих письмах шоанская знать все настойчивее призывала Менелика вернуться на родину.
Согласно хронике, в ночь на 1 июля 1865 г. Менелику удалось незаметно покинуть крепость. Его возвращение к родным пенатам было воспринято населением с ликованием, поскольку с именем внука Сахле Сылласе связывались надежды на дальнейшую независимость и процветание Шоа. Перед Менеликом стояла нелегкая задача: в сложной обстановке он должен был продемонстрировать не просто способность управлять государством, он должен был в глазах своих подданных реализовать идеализированный образ вкусившей независимости области.
Встав у кормила шоанской государственной власти, Менелик сразу же отменил некоторые не самые удачные реформы императора и восстановил «мягкие отеческие законы», на основании которых правили в Шоа его предшественники. Тем самым создавалось ощущение восстановленной преемственности между правлением Менелика и царствованием его отца и деда, что обеспечивало молодому правителю поддержку влиятельных консервативных кругов.
Правителю Шоа не нужно было опасаться репрессий со стороны императора. Арестом находившихся в пределах Эфиопии европейцев - миссионеров, ремесленников, дипломатических представителей - Теводрос спровоцировал прибытие в страну британской карательной экспедиции, которая в апреле 1868 г., совершив марш-бросок по северной части страны, овладела Мэкдэлой. Во время штурма крепости Теводрос, не желая попасть в плен, застрелился из пистолета.
Эфиопия осталась без императора, что побудило нескольких наиболее сильных правителей областей заявить о своUHIIIIIIIIII1I1H OÖJ IIIIIIIII11IIIIIIW


их претензиях на трон. Среди них был и ныгус Шоа, который незамедлительно провозгласил себя императором Эфиопии под именем Менелик II. Правда, все этим и закончилось. Будучи разумным политиком, шоанец всегда учитывал конкретную обстановку и свои реальные возможности. А обстоятельства складывались не в его пользу, армия Шоа все еще уступала армии того же Тыграя, правитель которой за сотрудничество с англичанами получил в подарок значительное для Эфиопии количество огнестрельного оружия, включая пушки и винтовки. Совершенно закономерно в 1872 г. тыграец короновался императором Эфиопии под царским именем Йоханныс IV. Что же касается Менелика, то его, казалось бы, странный шаг скорее всего был продиктован стремлением лишний раз подчеркнуть свое право на императорскую корону принадлежностью к Соломоновой династии и одновременно упрочить свои позиции в самой Шоа. В некотором роде это была и своеобразная заявка на будущее.
Не отказываясь от своей конечной цели - императорского престола, но вынужденный мириться с политическими реалиями, последующие 17 лет основное внимание Менелик уделял укреплению своей вотчины, Шоа. В какой-то степени эта почти независимая область стала своеобразной лабораторией, в которой Менелик отрабатывал методы государственного строительства, перенесенные впоследствии на всю Эфиопию.
Исподволь начиная долгий путь к императорской короне, шоанец уделял большое внимание повышению своего авторитета в пределах всей страны. Сохранились сведения о тех грандиозных пирах, которые правитель Шоа устраивал для шоанской верхушки и на которые приглашались все желающие. Люди из Годжама, Гондэра, Тыграя и многих других более отдаленных мест приходили в столицу Анкобэр и, пораженные великолепием пиршеств, покоренные приветливостью Менелика, прочно связывали свои судьбы с судьбой шоанской династии. Многие прославленные воины вливались в ряды шоанской армии, немало искусных ремесленников и почтенных книжников находили здесь свой новый дом.
Постоянно укреплявшаяся шоанская армия продолжала успешную территориальную экспансию в разных направлениях, расширяя с каждым успешным походом пределы владений Менелика. При этом военная сила не всегда была главным аргументом в ходе шоанских завоеваний. Порой Менелик предлагал тому или иному правителю в обмен на добровольное подчинение и согласие выплачивать дань сохранить автономию его владений и все права местного самоуправления. На таких условиях власть Шоа признали Джима и ряд других небольших государственных образований. В этот период важнейшим приобретением для Шоа стал крупный мусульманский торговый город-государство Харэр, расположенный к востоку неподалеку от побережья Красного моря. В отличие от Джимы местный правитель не принял ультиматум шоанцев, и судьбу Харэра решило оружие. При этом впервые в истории территориальных завоеваний дело обошлось без массовых грабежей. По мнению эфиопского хрониста, гуманное отношение к местному населению объяснялось как необходимостью создать шоанский форпост вблизи европейских владений на красноморском побережье, так и желанием Менелика выглядеть «цивилизованным» в глазах европейских держав. Последнее обстоятельство для шоанца всегда было важным. На город была наложена контрибуция в размере 7 тыс. талеров Марии-Терезии и оставлен шоанский гарнизон во главе с двоюродным братом Менелика расом Мэ- конныном, отцом будущего императора Хайле Селассие I.
IIIIIIIIIIIIIIIHII 884 IIIIIIIIIIIUHIIII


Контроль над Харэром значительно улучшал для Шоа возможность приобретения огнестрельного оружия. Одновременно с расширением территории Шоа ее правитель настойчиво добивался поддержки со стороны европейских держав. Ни один эфиопский правитель, ни из предшественников Менелика, ни его современников, не стремился так к установлению контактов с представителями европейских стран, будь то лицо официальное или же заезжий торговец оружием. Он не пренебрегал никакой возможностью использовать в своих интересах технические знания и опыт любого европейца. Но стремление к императорской короне пробуждало Менелика искать поддержки крупной европейской державы, заинтересованной в росте могущества Шоа. Такой державой была Италия. Захват итальянцев некоторых прибрежных территорий на севере Эфиопии привел к обострению их отношений с императором Йоханнысом IV, которые в дальнейшем лишь ухудшались. В этой ситуации и получила развитие «шоан- ская политика» Италии - заигрывание с шоанским правителем с целью подтолкнуть его к конфронтации с центральной властью. С этой целью неоднократно эмиссары Италии доставляли в дар Ме- нелику крупные партии огнестрельного оружия. Но правитель Шоа был уже достаточно опытным и мудрым политиком, чтобы в угоду кому-то ставить на кон судьбу своих владений, тем более что в военном отношении он по-прежнему все еще уступал тыграйской армии императора. Йоханныс IV неодобрительно относился ко все укреплявшимся отношениям между Италией и Шоа, видя в них угрозу для себя. Не устраивало его и постоянное укрепление Менелика на эфиопской политической арене. Император относительно спокойно относился к завоеванию шоанцами областей, не входивших в границы традиционной христианской Эфиопии, но он не мог позволить Менелику установить контроль над такими крупными областями, как Уолло и Годжам, куда были направлены шоанские войска. Ситуация требовала незамедлительного вмешательства центральной власти, чтобы указать Менели- ку, кто есть кто в стране.
В начале 1878 г. вторжением в северную провинцию Шоа Мэнз императорская армия начала военные действия против непослушного вассала. И на этот раз, как это было во времена императора Теводроса, разумный анализ ситуации и понимание безнадежности сопротивления побудили шоанскую верхушку уступить. Чтобы сохранить за собой Уолло, Менелик согласился полностью признать себя вассалом и исполнить все унизительные формальности традиционной церемонии подчинения - явиться перед императором в рубище и с камнем на шее. Даже размер дани, доставленной ко двору императора, способствовал усилению слухов о богатстве Менелика. Когда Йоханнысу были доставлены 50 тыс. талеров Марии-Терезии, 500 рабов, 500 мулов, 1000 лошадей, 50 тыс. голов скота, в огромных количествах зерно, мед и масло, то, не удержавшись, он воскликнул: «Вот теперь я - император!»
Несмотря на формальное признание своего вассалитета, Менелик не отказался от заветной цели и благодаря закупкам оружия и помощи итальянцев продолжал наращивать боевую мощь своей армии. Все шло к тому, что рано или поздно две самые сильные в стране армии - императорская и шоанская - должны были сойтись на поле брани в борьбе за гегемонию в Эфиопии. В начале 1889 г. развязка складывавшейся ситуации казалась неизбежной, но вторжение на территорию страны суданских махдистов изменило планы императора в отношении непокорного вассала. 10 марта 1889 г. в сражении при Мэтэме, когда эфиопская армия была уже близка к победе, император был смертельно ранен, iimiiiiiiiinmi 885 iiiiiiiiiiiiimiii


что привело к деморализации его воинов и их поражению. Последней волей умиравшего монарха было объявление своим преемником на императорском троне своего приемного сына Мэнгэшу, но для Менелика это было уже неважно. В Эфиопии того времени все решала сила, а после гибели императора она была уже на стороне шоанца.
Почти четверть века ждал Менелик этой возможности. Двадцать четыре года во главе Шоа превратили его в опытного политика, умевшего и терпеливо выжидать развития ситуации в свою пользу, и действовать быстро и решительно, когда это становилось необходимым. Получив известие о гибели Йоханныса, Менелик, не мешкая, провозгласил себя императором. Продвигаясь во главе своей армии на север, он подчинил себе области Ласта, Годжам, Уолло и Бэгемдыр. До вооруженного сопротивления дело не дошло - правители этих областей хорошо представляли себе соотношение сил в стране. Сложнее складывалась ситуация в Тыграе, вотчине покойного императора, феодальная верхушка которого считала Менелика узурпатором. В последующие годы еще не раз армии Менелика пришлось вторгаться в пределы этой области, добиваясь ее полного подчинения.
3 ноября 1889 г. в присутствии светской и духовной верхушки страны бывший правитель Шоа был помазан на царствие главой эфиопской церкви абуной Матеосом. Церемония происходила не в Аксуме, традиционном месте коронования эфиопских императоров, а в Энто- то, тогдашней столице Шоа, что должно было означать конец гегемонии Тыграя и начало шоанского периода в политической жизни страны.
Время воцарения Менелика - одно из наиболее сложных в истории Эфиопии. Часть ее территории на севере была захвачена итальянцами, которые в 1890 г. провозгласили создание своей колонии Эритрея. Часть северных провинции подвергалась постоянным вторжениям махдистов из Судана. К этому добавлялись экономические трудности. Вспыхнувшая в 1889 г. эпидемия резко сократила поголовье скота, в том числе тяглового. Нечем было распахивать поля, и в стране начался великий голод. Имели место случаи людоедства.
Эта ситуация требовала быстрых и решительных действий, и император незамедлительно приступил к реализации ряда реформ, направленных на оздоровление обстановки в стране. В недавнем прошлом ярый сепаратист, встав во главе Эфиопии, Менелик сразу же приступил к реорганизации административной системы управления. Ее смысл - замена местных правителей назначаемыми лично императором чиновниками, лояльными центральной власти. Впервые за многие десятилетия в стране создавалась обстановка, почти полностью исключавшая междоусобные войны и мятежи феодалов против центральной власти, в результате чего начали создаваться условия для экономического оздоровления Эфиопии.
Другой не менее важной стала военная реформа. В отсутствие квартирмейстерской службы содержание армии ложилось тяжким бременем на крестьянство. Солдаты, не получая ни жалования, ни довольствия, в походе жили за счет сельского населения, отнимая у крестьян последнее. В условиях голода и хозяйственной разрухи начала 90-х годов XIX в. такая система привела к тому, что армию просто нечем было кормить. Выход из положения Менелик нашел в замене постоя налогом на содержание армии. По указу императора солдаты лишались права обирать крестьян, а те были обложены специальным налогом в размере десятой части урожая. По всей стране были созданы государственные зернохранилища для нужд армии. Кроме того, с введением десятины крестьяне получили стимул для развития проililiililllllllllll ООО iiiiiiiiiiiiiiiiiii


изводства, поскольку страх земледельца лишиться последних запасов создавал атмосферу безнадежности и служил тормозом повышения производительно- сти труда.
Важную роль в политическом объединении страны и оживлении торговли сыграло появление постоянной столицы. В условиях феодальной раздробленности императорская корона переходила от одного правителя к другому, резиденция которого и становилась политическим центром Эфиопии. Многие европейские путешественники поражались огромным палаточным городам, передвигавшимся по стране вместе с императорским двором.
Еще в бытность правителем Шоа Менелик решил построить новую столицу в районе горы Энтото, вблизи горячих источников, воды которых были полезны для страдающей ревматизмом его жены Таиту. По желанию императрицы город был назван Аддис-Абебой, «Новым цветком» на амхарском языке. С 1889 г. новый город стал столицей эфиопской империи. Расположенная практически в центре страны новая столица превратилась в главный торговый и политический центр Эфиопии, способствуя дальнейшему объединению страны.
Став императором, Менелик продолжил осуществление политики присоединения областей, расположенных вблизи христианской империи. В новых условиях завоевательная политика определялась не местными шоанскими, а государственными интересами. Новый император с тревогой наблюдал за все усиливавшимся проникновением в Африку западноевропейских колониальных держав. Их экспансии он противопоставил официальное провозглашение прав Эфиопии на соседние области, тем более что некоторые из них в периоды могущества христианской монархии входили в ее состав. В апреле 1891 г. Менелик направил главам европейских держав письма, в которых говорилось о решимости восстановить Эфиопию в ее прежних пределах. В посланиях, в частности, говорилось: «Я не собираюсь оставаться равнодушным наблюдателем, в то время как дальние державы появляются с идеей раздела Африки»1. Действуя не только мечом и огнем, но нередко дипломатическим мерами, военачальники Менелика еще больше расширили пределы Эфиопии, что было немаловажно накануне «схватки за Африку».
Больше всего воцарению Менелика радовались в Италии, правительство которой рассчитывало на уплату по всем долгам за многолетнюю поддержку Шоа в ее борьбе за политическую гегемонию. В начале мая 1889 г. в местечке Уччиали (Вучале) между Эфиопией и Италией был подписан договор о дружбе и торговле. Главное для Италии - Менелик признавал за ней право на северную часть страны, захваченную при императоре Йоханнысе. В феврале 1890 г. Италия заявила о создании здесь своей колонии Эритрея.
Но наиболее важной в договоре была статья 17, формулировка которой со временем привела к напряженности в итало-эфиопских отношениях, а затем и к вооруженным действиям. Спор возник из-за неполной идентичности амхарско- го и итальянского текстов этой статьи. Если в амхарской версии говорилось, что «Его Величество император Эфиопии может пользоваться услугами Его Величества короля Италии для переговоров по все делам, которые у него могут быть с другими державами и правительствами»1 2, то в итальянском 1 Цит. по: Greenfield R. Ethiopia: A New Political History. L., 1965. P. 464.
2 Цит. no: Rubenson S. Wichale XVII. The Attempt to establish a Protectorate over Ethiopia. Addis Ababa, 1964. P. 69.
Hiiiiiiiiiiiiiiiii OOf IIIIIMIIIIIIIIIIII


тексте слово «может» было заменено на «соглашается», что в Риме трактовали как «должен». Более того, свою версию итальянцы использовали как основание для объявлении об установлении своего протектората над Эфиопией, о чем и оповестили другие державы мира.
Узнав со временем о подлоге итальянской дипломатии, Менелик в начале 1893 г. денонсировал соглашение, о чем незамедлительно оповестил европейские державы. «Эфиопия ни в ком не нуждается, - писал в своих посланиях император, - она уповает лишь на Бога». В данном случае Менелик немного лукавил. Перед лицом итальянской угрозы он активно развивал отношения с Францией и Россией, получая от этих стран моральную и материальную поддержку в виде оружия.
Потерпев поражение на дипломатическом фронте, Италия избрала силовой вариант достижения своей цели. Оккупировав несколько городков на севере Эфиопии, итальянцы продолжили наступление в южном направлении. В Риме мало кто сомневался в успехе, слишком велико было военное преимущество европейской армии. Опьяненный временными успехами, командующий итальянскими силами генерал Оресте Баратьери повторял как заклинание: «Откройте мне кредит, дайте два батальона берса- льеров и мортирную батарею - и я ручаюсь, что привезу Менелика в клетке в Рим». К несчастью для итальянцев, мимо их внимания прошли перемены, произошедшие в Эфиопии, прежде всего то, что страна достигла достаточно высокой степени централизации, и ее император мог рассчитывать на поддержку армий всех местных правителей. Разведка Менелика успешно работала как внутри страны, так и за рубежом. Европейские агенты императора не только занимались закупками вооружения, но и отслеживали все, что происходило в Италии. Так, в частности, переводились на амхарский язык и доводились до сведения Менелика протоколы заседаний итальянского парламента и прессы, связанные с Эфиопией.
Еще задолго до начала боевых действий по призыву Менелика по всей стране начался сбор пожертвований на нужды армии. Современники отмечали необыкновенный патриотический подъем, охвативший все население страны.
Кульминацией итало-эфиопской войны 1895-1896 гг., фактически состоявшей из трех сражений, стала битва при Адуа. Накануне решающего сражения О. Баратьери располагал четырьмя бригадами, общая численность которых составляла 17 400 человек при 62 орудиях. Эфиопская армия состояла из 80 тыс. пехоты, 8 тыс. конницы и 42 орудий. Разница в количестве не смущала итальянцев - в период колониальных захватов соотношение 1 европейский солдат к 20 африканцам считалось вполне нормальным для победы. Победу в сражении, начавшемся в ночь на 1 марта 1896 г., предопределили не только героизм эфиопских воинов и умелое руководство ими со стороны эфиопского командования, но и роковые ошибки, сделанные итальянским командующим. Незнание итальянцами местности привело к тому, что в генеральном сражении эфиопской армии противостояли три отдельные итальянские бригады, которые, перепутав маршрут выдвижения к передовой линии, по очереди попадали под огонь противника, занимавшего выгодные позиции.
По подсчетам эфиопской стороны потери итальянцев составили 11 тыс. человек убитыми, около 3500 были взяты в плен. Трофеи включали огромное количество современного огнестрельного оружия и почти всю артиллерию противника. Но несмотря на убедительную победу Менелик не стал преследовать остатки противника и не попытался ликвидировать итальянскую колонию Эритрею, что казалось вполне реальным. Как опытный политик он понимал, что 1ШНН1ШННШ ООО iiiiiiiiin


вторая война с Италией может закончиться для Эфиопии не столь удачно.
Победа Эфиопии в битве при Адуа значительно повысила престиж страны в мире. Император Менелик получил более 3 тыс. поздравлений со всех концов света. В Аддис-Абебе одно за другим открывались дипломатические представительства европейских государств, включая Россию, Великобританию, Францию Германию, несколько позднее - США, Бельгию и ряд других стран.
Свой возросший авторитет Менелик использовал для реализации планов по расширению и укреплению эфиопского государства. Его основные усилия были направлены как на окончательное подавление феодальной оппозиции в стране, прежде всего в области Тыграй, так и на дальнейшее расширение Эфиопии за счет территорий, которые могли стать объектом колониальной экспансии западноевропейских держав, колониальные владения которых находились в непосредственной близости к границам эфиопской империи. В течение нескольких лет после окончания войны военачальники Менелика установили контроль над обширными областями, заметно расширив пределы страны. По просьбе императора в нескольких военных экспедициях в качестве наблюдателей участие принимали русские офицеры из состава конвоя при российской дипломатической миссии. Политическая мудрость Менелика, не доверявшего европейским колониальным державам, побудила его добиваться незамедлительной демаркации и делимитации новых границ. Практически в тот период Эфиопия получила свои нынешние очертания.
Можно сказать, что в сложный период своего развития Эфиопии повезло с правителем. Люди устали от жестокости Теводроса и религиозной нетерпимости Йоханныса. В отличие от своих воинственных предшественников Менелик был скорее императором-дипломатом, императором-созидателем. Сила была не единственным средством в его арсенале. Там, где было возможно, Менелик избегал кровопролития. Сравнивая характеры двух императоров, Теводроса и Менелика, А. Кохановский, который в качестве врача российской дипломатической миссии, а одно время и временного поверенного в делах России в Эфиопии имел возможность наблюдать императора, писал: «Менелик, спокойный, последовательный, предпочитавший действовать за кулисами, через других, часто европейцев, на которых можно было свалить вину, уступчивый, более чем вежливый в сношениях с европейскими державами, нетребовательный, не замечавший якобы непочтительности некоторых европейских представителей, прятавший в глубине сердца личные обиды, всегда занят государственными задачами и ставит их не только выше себя, но и своей личной чести. Как в Федоре сказался характер гордого и горячего жителя севера, так и в Менелике проявился спокойный и рассудительный южанин- шоанец. Проводя известную параллель Вольтера, можно без натяжки сравнить стремительного героя Федора с Карлом XII, а мудрого государя Менелика II с Петром Великим»3.
По-прежнему большое внимание император уделял развитию в стране торговли и ремесел. В отсутствие феодальных междоусобиц новый импульс получила караванная торговля, оживилась экономическая жизнь страны в целом. Были обнародованы указы о запрещении работорговли, которые, правда, остались лишь на бумаге. Борьба против традиционного уклада сломала шею не одному правителю Эфиопии.
3 Кохановский А. Император Менелик и современная Абиссиния (б.м., б.г., машинопись).
С. 67.
iiiiiiiiiniHimi 111111111)111)11111


В историю страны Менелик вошел не только как великий император- объединитель, но и как ее модернизатор. В условиях укрепления центральной власти ему было легче добиваться реализации программы модернизации Эфиопии. Судя по всему, император хорошо осознавал, что в новых исторических условиях страна должна была встать на путь хоть какого-то обновления и, воспринимая достижения западной экономической, технической и политической мысли, попытаться вырваться из Средневековья. На пути этого процесса стояло немало препятствий. Это и оппозиция со стороны феодально-консервативных кругов, прежде всего духовенства, и предрассудки, обусловленные самой природой аграрно-феодального общества, такими как пренебрежение к торговле и ремеслам, страх перед всяким новшеством и приверженность ко всему привычному. Как и в деле централизации страны, процесс модернизации во многом проводился «сверху», часто личный интерес императора определял сущность проводимых изменений.
Более современный облик Эфиопии того времени создавался перенесением на эфиопскую почву многих новшеств, в частности почтовой службы, телеграфа и телефона. В столице появился первый в истории страны банк, изумление у обывателей вызывали автомобили и железная дорога. Стала меняться и сама Аддис-Абеба, в которой возводились многоэтажные здания. В стране появилась своя валюта и почтовые марки. В 1902 г. вышел в свет первый номер газеты «Аымро» («Разум»). По инициативе Менелика в 1906 г. в Аддис-Абебе, а затем и в нескольких других крупных городах открылись первые школы по европейскому образцу. Среди первых учеников были отпрыски самых знатных фамилий, в частности будущие императоры Лидж Иясу и Хайле Селассие 1. Благодаря русским врачам в стране был открыт госпиталь, положивший начало современной медицине в стране. По воспоминаниям врачей, Менелик нередко сам присутствовал при операциях, засыпая хирургов самыми разнообразными вопросами. Необыкновенную любознательность императора ко всему новому отмечал, в частности, побывавший в Эфиопии русский офицер К.С. Звягин: «Менелик, - писал он в своей книге воспоминаний, - обладает большим здравым смыслом, хотя и не образован; весьма любознателен, стремящийся все узнать и понять, отлично сознающий силу цивилизации, но и понимающий тщетность усилий ввести ее в свое царство по множеству противодействующих причин»4. Действительно, вводимые императором новшества с трудом пробивали себе дорогу и часто ограничивались лишь пределами Аддис-Абебы, а то и императорского дворца.
Казалось, в начале XX в. в стране сложилась вполне стабильная обстановка для экономического развития и упрочения ее государственности. Еще недавно разрозненная, покрытая сполохами феодальных междоусобиц страна превращалась в единый политический и хозяйственный организм. Власть императора Менелика была неоспорима. Как отмечал один из европейских современников, «от Гильдессы на востоке и Уомбэры на западе имя Менелика означало безопасность, и местные правители с почтением вставали, демонстрируя свое уважение при виде печати императора»5.
Однако на государственном горизонте начали собираться тучи. В 1906 г. Менелик перенес апоплексический 4 Звягин К. Очерк современной Абиссинии по личным наблюдениям. СПб., 1895. С. 30.
5 Цит. по: Marcus H.G. The Life and Times of Menelik II. Ethiopia 1844-1913. Oxford, 1975. P. 279.
cyu ши Ullin


удар, и всем стало ясно, что победитель при Адуа уже стар и болен и что отход его от кормила власти лишь вопрос времени. Обычно окруженный царедворцами, император доживал оставшиеся дни в уединении. Когда самочувствие позволяло, Менелик изредка предпринимал выезды из дворца на автомобиле. Иностранным дипломатическим представителям все труднее стало получить у него аудиенцию. После второго удара и частичного паралича он уже не появлялся на людях, давая повод говорить о своей кончине. Не только в Эфиопии, но и в Европе строились догадки относительно судьбы эфиопского монарха и будущего Эфиопии в случае его кончины. Заслуги Менелика в деле объединения Эфиопии были настолько велики, что некоторые европейские обозреватели предрекали стране нелегкое будущее. Другой точки зрения придерживался А.К. Булатович, в то время, пожалуй, самый лучший знаток Эфиопии. «Что представляет собой Абиссиния как государство? - писал он. - Основано ли его могущество исключительно на выдающейся личности Менелика, или оно покоится на твердых основаниях? Жизненно ли это государство, или оно заключает в себе много разлагающих элементов?.. Надежность государственных основ заключается в глубоком чувстве законности и сознательности народа, а также в том, что сильных противников императорской власти не существует. При переменах царствований возможны смуты, но они не могут быть серьезными. Внутреннее сопротивление императорской власти уничтожено, внешних близких и достаточно сильных врагов нет - следовательно, государство имеет все задатки на долгое существование»6.
Предполагается, что смерть настигла Менелика 12-13 декабря 1913 г. Официально о его кончине так и не было объявлено. Ничего не было известно ни о месте захоронения, ни о церемонии погребения. По мнению его окружения, чем дольше в народе будет жить надежда, что император жив, тем меньше будет беспорядков. В настоящее время останки Менелика находятся в мавзолее, расположенном неподалеку от центра Аддис-Абебы.
Менелик оставил о себе в Эфиопии добрую память. Его заслуги в деле объединения страны и ее модернизации, защиты ее государственных интересов общепризнанны. В первые дни эфиопской революции 1974 г. эфиопские морские офицеры на базе в Массауа сорвали со стены столовой портрет императора Хайле Селассие и повесили портрет императора Менелика. Именно с ним у радикальной части населения ассоциируется должное служение монарха своей стране.
Г.В. Цыпкин
Литература
Цыпкин Г.В. Эфиопия: от раздробленности к политической централизации. М., 1980.
Guebre Sellassie. Chronique du regne de Me- nelik II, roi de rois d’Ethiopie. T. 1-2. P., 1930-1931.
Marcus H.G. The Life and Times of Menelik II of Ethiopia 1844-1913. Oxford, 1975.
Darkwah R.H.K. Shewa, Menelik and the Ethiopian Empire 1813-1889. Heinemann, 1975.
6 Булатович A.K. С войсками Менелика II. Дневник похода из Эфиопии к озеру Рудольфа. СПб., 1900. С. 142.
irilirillllllirilll 07 ! IIIIIIIIIIIIIIIHII


МИРАМБО
Mtyela Kasanda, Mirambo ок. 1830/1840-ok. 1884
Вождь народа ньямвези на территории современной Танзании, создатель крупного вождества. Г. Стэнли назвал его Наполеоном Центральной Африки, а матери пугали детей: «Замолчи, а то придут воины Мирамбо».
Мирамбо родился в семье вождя ньямвези области Уйова по имени Ка- санда. Ньямвези в XIX в. создали несколько вождеств. одним из которых и была Уйова. Отец его принадлежал к династии Васагалп - выходцам из области Усагара в северо-западной Танганьике. При рождении его назвали Мбула.
Современники так описывали его: «Высокий, с длинным носом, как у ватут- си, с кожей бронзового цвета, у него был небольшой горб»1. Он одевался просто - дома в белую тунику, а во время военных походов - в красную тунику и головной убор из длинных красных перьев попугая. В качестве оружия он брал с собой пистолет и ружье, которое за ним носил оруженосец - молодой солдат. В отличие от своих воинов Мирамбо не любил гашиш, он любил нюхать табак.
Унаследовав вождество отца, Мбула начал вести войны с соседями и всегда побеждал. Постепенно его стали называть «Миламбо я бахлу», что на языке ньямвези означает «трупы людей».
Мирамбо создал постоянную армию, назвав своих воинов «ругаруга» - слово это происходит от названия мужских половых органов1 2. Воины носили одежду кроваво-красного цвета, которую люди называли огненной или другого оттенка красного - «цвета саранчи». Все они курили гашиш, поэтому лица у них были полубезумные, а глаза налиты кровью3. Каждый был вооружен двумя пистолетами, мушкетом и луком со стрелами. Такое вооружение делало воинов Мирамбо победоносными.
Кроме того, у Мирамбо была личная гвардия, охранявшая его в боях, гвардейцы носили белую одежду и белые тюрбаны на голове. Были в армии Мирамбо и командиры - батвале.
К 1871 г. Мирамбо сумел создать крупное образование на северо-западе современной материковой Танзании - Уньямвези, которое достигло расцвете в 1876-1881 гг. Он построил себе две резиденции - в 1879 г. Исела-Магази, а в 1881 г. - Икононго. Первая представляла собой крепость квадратной формы со стороной примерно в полмили, окруженную рвом с высокими деревянными стенами. Дом Мирамбо был построен по арабскому образцу, но с большими окнами.
1 KabeyaJ.B. Mtemi Mirambo. Arusha: Dares Salaam, 1980. U. 9.
2 Ibid. U. 10.
3 Ibid.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii oyz lllllllllllllllllll


Главная резиденция Мирамбо называлась Икононго. Она была задумана и как будущее место захоронения самого Мирамбо и его преемников. Неподалеку от нее находилось особое дерево, у которого по приказу Мирамбо проводились казни провинившихся.
Одной из крупных войн Мирамбо была война против арабских работорговцев, укрепившихся в районе Таборы. Мирамбо требовал с них пошлину за товары, которые они провозили через его земли. Поводом к войне послужило бегство рабов от работорговцев на земли одного из поданных Мирамбо. По другой версии, у Мирамбо была украдена одна из его жен. По третьей - один из арабских торговцев обманул его при расчетах за товары. Арабы напали на земли Мирамбо, он не заставил себя ждать с ответными действиями. 22 августа 1871 г. Мирамбо напал на Табору. В решающем сражении он разбил арабов и сжег четверть города Табора. Затем он разгромил Казембу - еще один опорный пункт арабов в 6 милях от Таборы. 27 августа войско отошло на земли Мирамбо. Окончательно могущество арабских торговцев было подорвано Мирамбо в 1872 г. Но сражения продолжались до 1875 г., когда Мирамбо заключил с арабами договор на своих условиях: ему должны были платить столько пошлины, сколько он хотел4. Таким образом, Мирамбо стал заинтересованным лицом в расширении арабской торговли и работорговли.
Именно поэтому Мирамбо установил дружеские отношения с Типпу Типом, крупным торговцем и работорговцем, которые не смогли разрушить многочисленные интриги других арабских торговцев. Более того, Типпу Тип даже попытался уговорить занзибарского султана снять запрет на продажу Мирамбо оружия и боеприпасов, но ему это не удалось5.
После укрепления своих южных границ Мирамбо совершил несколько военных походов начала на восток, а потом - на запад, на территорию современного Бурунди. Затем он обратил свои силы на север и в результате следующих походов расширил свою власть до южного берега оз. Виктория. В итоге к началу 1890-х годов под его властью оказалась обширная территория.
В июле 1878 г. резиденцию Мирамбо посетила экспедиция Лондонского миссионерского общества во главе с капитаном Гором. Мирамбо хорошо принял европейцев и уговорил их построить у него свою штаб-квартиру. Решение об этом было принято в Лондоне, и в 1879 г. миссионеры во главе с д-ром Э. Сауто- ном заложили первый камень будущей миссии неподалеку от Исела-Магази. По некоторым сведениям, дружелюбием к себе европейцы обязаны швейцарцу Филиппу Бруайону, посетившему Мирамбо в 1875 г. и совершившему с ним обряд кровного братания6.
С другой стороны, ему же Мирамбо обязан был ухудшением отношений с европейцами. Началось все с того, что на землях, входивших в сферу его влияния, был убит один из английских миссионеров, и убийство это безо всяких оснований было приписано ругаруга - воинам Мирамбо. Миссионеры говорили, что Мирамбо, хоть и выставляет себя другом европейцев, «в душе он грабитель, а может быть, и значительно хуже»7. Услышав все это, носильщики Бруайона отказались идти через земли Мирамбо. Мирамбо же рассердился, что его собственность в караване Бруайона попадет 4 Ibid. U. 31.
5 Ibid. U. 36.
6 Ibid. U. 54.
7 Ibid. U. 55.
Hiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiii infill


в руки арабов Таборы - его врагов. Люди Мирамбо силой отняли то, что ему принадлежало, да и все остальное. Возник скандал. Однако не все европейцы видели Мирамбо таким ужасным. Например, посол Великобритании на Занзибаре сэр Джон Кирк считал, что у Мирамбо были основания поступить подобным образом8.
Миссионеры же, непосредственно находившиеся в стране Мирамбо, охотно посещали его в его резиденции. Более того, они вешали на стену большой противомоскитный полог и на нем, как стемнеет, показывали диапозитивы - в основном фотографии британских солдат.
Позднее, в 1883 г., в резиденцию Мирамбо прибыли и французские миссионеры - представителя католического ордена Белых отцов. Интересно, что их встреча с Мирамбо состоялась со второй попытки - Белые отцы попытались установить с ним контакт еще на пути в Буганду в конце 1878 г., но когда они прибыли в его резиденцию, он был в очередном военном походе. Мирамбо принял отца Лурделя с товарищем с большим почетом, одарил подарками и распорядился не брать с них никаких пошлин за проход через его земли.
Затем Мирамбо посетил кардинал Ливиньяк, назначенный орденом епископом огромной территории в Восточной Африке. 3 января 1884 г. Ливиньяк прибыл в резиденцию Мирамбо, но того на месте не оказалось - он отправился на переговоры с арабскими торговцами. Однако узнав, кто к нему пришел, Мирамбо оставил переговоры и вернулся в свою резиденцию. Мирамбо встречался с Ливиньяком неоднократно и дал ему разрешение на постройку миссии на своих землях. Ливиньяк подарил ему свой патронташ - он знал, что Мирамбо давно мечтал о такой вещи. Мирамбо в свою очередь подарил миссионеру двух прекрасных быков. Ливиньяк писал в штаб-квартиру Белых отцов: «Я увидел, что этот царь имеет симпатию к миссионерам, и я, как и все мои товарищи, считаю, что было бы очень важно построить миссионерскую станцию в его стране»9.
Осуществлением плана строительства миссионерской станции занялся отец Лурдель, и в июле 1884 г. она была готова. Она находилась в Дживе-ла-Сига и получила наименование «Миссия Святой Марии».
В то время Мирамбо вел войну против своего родственника Капелы, вождя У йоги. Поначалу они воевали с соседями как союзники. Но во время одного из походов что-то не поделили, и Мирамбо начал затяжные военные действия против Капелы.
В последних походах на стороне Мирамбо сражались масайские воины - одни из самых храбрых в регионе. Они были союзниками Мирамбо не потому, что он их когда-либо победил, а в надежде на богатую добычу в войне - много голов крупного рогатого скота. В частности, они были его союзниками в борьбе против нгони - выходцев с юга континента. Одна из жен Мирамбо принадлежала к нгони, но это не помешало двум народам вести ожесточенную войну. Нгони, как и масаи, были искусными воинами. Масаи спасли Мирамбо в последнем сражении против Капелы, когда он попал под ружейный обстрел из засады.
Мирамбо очень расстраивался, что его воинам никак не удается захватить укрепленную резиденцию Капелы. Он распорядился тайно ночами вырыть траншею вокруг крепости Капелы. Траншея эта, которую называли ийока, т. е. гигантская змея, сохранилась до наших дней. Это была гигантская по тем време8 Ibid U. 56.
9 Ibid. U. 61.
in Суч IIIIIIIIIIIIIIIHII


нам работа, воины разбрасывали землю по обе стороны траншеи.
Однако во время этих земляных работ Мирамбо заболел и умер. Существует легенда, согласно которой Мирамбо был отравлен по приказу Капелы - в его пищу угали две старухи якобы подмешали ядовитое мясо. Однако существуют свидетельства миссионеров, что Мирамбо умер от болезни, которой страдал издавна - ларингита. Чарльз Стокс, англичанин, состоявший на службе в Лондонском церковном миссионерском обществе, называет точную дату его смерти - 2 декабря 1884 г.10 11
После смерти Мирамбо его воины продолжали сражаться против Капелы под командованием его кузена, прозванного Мпандашало - тот, кто завоевывает земли. Они скрыли от врагов смерть Мирамбо, однако поняли, что без него им не победить. Они отступили, и воины Капелы преследовали их. Страна Мирамбо, которой он дал свое имя - Урамбо, была разграблена и сильно уменьшилась в размерах. Его преемник Мпандашало был убит в сражении с нгони. «Империя», созданная Мирамбо, распалась.
Соседи боялись Мирамбо, рассматривая его только как жестокого захватчика, однако европейцы, которые встречались с ним, отмечали те или иные его выдающиеся качества. Г.М. Стэнли, совершивший с ним в 1876 г. обряд братания по крови, отмечал его выдающиеся полководческие качества - именно поэтому он назвал Мирамбо Наполеоном Центральной Африки. Мирамбо придавал большое значение огнестрельному оружию. Очевидец свидетельствовал, что в деревнях его страны все время велась починка поврежденного оружия, а сам Мирамбо хотел заключить договор, согласно которому каждый европейский путешественник должен был приносить ему оружие и боеприпасы11. По приказу Мирамбо, через реки, которые должны были переходить его воины, возводились мосты. Прежде чем предпринять военные действия, он обычно посылал к врагу разведчиков, которые на местах определяли ситуацию. Нападал он всегда внезапно, наносил сильный и верный удар. Он не пил алкоголь, говоря: «Я не смогу выполнять хорошо свою работу и управлять своим народом, если буду пить помбе»12.
В период расцвета империя Мирамбо простиралась от южного берега оз. Виктория на севере до восточного берега оз. Танганьика и оз. Руква на юге. Он контролировал торговый путь от Таборы в Центральной Танганьике до Уджиджи на берегу оз. Танганьика - важнейший отрезок маршрута от океанского побережья в Конго, а также торговый путь в Буганду - на север, к оз. Виктория. Он попытался установить дружеские отношения с кабакой Буганды Му- тесой Первым, отправив к нему в 1876 г. послов. Однако Мутеса отказал ему в дружбе, памятуя о разграблении одного из его караванов воинами Мирамбо.
Мирамбо способствовал консолидации этноса ньямвези, подчиняя себе мелкие вождества, сложившиеся к тому времени, и интегрируя их солдат в свое войско. Включение в «империю» Мирамбо обеспечивало безопасность торговли - основного источника доходов ньямвези.
Мирамбо заявил британскому консулу на Занзибаре в написанном от его имени письме: «Что, считается, что моя, т. е. Мирамбо, власть нарушается, если мелкие вожди в этой стране облегчают дорогу путешественникам, открывают страну торговцам и добавляют мира?...
10 Ibid. U. 76.
11 Ibid. U. 82.
12 Ibid. U. 83.


Я могу только сказать, что в этой стране положение улучшилось в сто раз, мира стало больше в десять раз, а безопасности - в тысячу по сравнению с временами, когда я еще не был ее правителем. Я люблю открывать ее, учиться у белых, вести честную торговлю со всеми, быть в мире со своими соседями»13.
А.С. Балезин
Литература
KabeyaJ.B. Mtemi Mirambo. Arusha; Dar es Salaam, 1980.
13 Ibid. U. 87.


Даниель Тороитич арап МОИ
Daniel Toroitich агар Moi род. 2.IX. 1924
Президент Кении с 1978 ио сентябрь 2002 г.
Тороитич Мои родился в деревушке Куриенгво локации Само в дистрикте Барпнго Кении. Он был из рода сот племени календжин. Отец его, Кимои арап Чебип, был простым пастухом, и имя Тороитич переводят как «добро пожаловать домой, скот». Отец умер рано, мальчика воспитывала мать, по дядя - старший брат отца - был для него авторитетом. По его совету Мои пошел учиться в мпс- с ион е рс ку к) п i к о л у.
Школа принадлежала пекопфессио- налыюй Африканской внутренней миссии, основанной американскими миссионерами. Находилась опа в городке Кабартоиджо, центре Барпнго. В 1936 г. Тороитич крестился, приняв имя Даниэль. Через два года его перевели в школу той же миссии в более крупном городе Капсабет, а затем и в правительственную школу для африканцев, тоже в Капсабе- те. Деньги паевой нужды ребенок зарабатывал сам, выполняя физическую работу как в миссии, так и в городе. Учился он хорошо, был дисциплинирован, находил время заниматься и спортом - был капитаном школьной футбольной команды. Одно время он был даже «капитаном» школы - помогал учителям поддерживать дисциплину и организовывать занятия и другие мероприятия.
По окончании школы в 1945 г. Мои хотел продолжить образование в престижной школе Элайнс, единственной в стране дававшей африканцам то же образование, что и белым. Но в эту школу его не допустили, что было для юноши большим ударом. Вместо Элайнс он отправился на учебу в учительский колледж в Тамбахе. Окончив колледж, Мои получил назначение в правительственную школу для африканцев в Тамбахе, затем, после курса обучения в Кенийском институте управления, стал главным учителем в правительственной международной школе для африканцев в Кабарпете. Одновременно он продолжал свое образование самостоятельно и сдал экзамены, эквивалентные экзаменам государственных школ Англии, на получение лондонского аттестата зрелости. В 1950 - 1955 гг. Мои работал заместителем директора учительского колледжа в Тамбахе.
В 1950 г. Мои женился на Елене Бом мет. Они прожили вместе 24 года и имели восьмерых детей. В 1974 г. они разошлись, и больше Мои не женился.
В 1955 г. Мои ушел в политику. В его официальной биографии отверждается, что этому шагу предшествовала его встреча с группой «борцов за свободу». Это были участники восстания Мау- Мау (1952-1956), эпицентром которого было Центральное нагорье, где находились фермы белых поселенцев и прилежавшие к ним территории, заселенные пародом гикуйю. К тому времени правительственные войска перекрыли повстанцам основные каналы сообщения с IIIIHDIIIIIlillll ОУ/ lllllllllllllllllll


сельскими районами гикуйю, и им приходилось искать поддержки где только можно. В биографии Мои говорится, что он укрывал и кормил бойцов в течение двух недель и дал им денег и продуктов, когда они уходили1. Если этот факт действительно имел место, то он является единственным доказательством какой бы то ни было связи Мои с антиколониальной борьбой. Его документированная политическая карьера развивалась по каналам, одобренным колониальной администрацией, и ни с «борцами за свободу», ни с самим Мау-Мау ничего общего не имела.
В соответствии с конституцией, разработанной министром колоний Дж. Гриффитсом для Кении в 1951 г., африканцам впервые разрешили направлять своих представителей в Законодательное собрание - орган, имевший лишь совещательные функции, но предоставлявший трибуну для выражения политического мнения разных групп населения страны. Процедура отбора кандидатов- африканцев была сложной, и окончательный выбор депутатов - их было всего шесть - оставался за колониальной администрацией. В октябре 1955 г. Мои стал депутатом от провинции Рифт Вэлли. Политического опыта у него не было, но он быстро нашел свою нишу, защищая права учителей. По его инициативе в 1957 г. им разрешили создать свой профсоюз. В 1959 г. Мои сделал дальновидный политический шаг - поддержал требование политиков-гикуйю об освобождении Джомо Кениаты, отбывавшего ссылку в отдаленном селении Лодвар за руководство восстанием, и даже возглавил группу африканцев, которым колониальная администрация разрешила встретиться с ним.
В 1960 г. Мои стал одним из основателей Демократического союза африканцев Кении (КАДУ) - партии, объединившей несколько малых народов Кении, в том числе и календжин, лидеры которых опасались господства на политической арене двух крупнейших народов страны гикуйю и луо, объединившихся в том же году в Национальный союз африканцев Кении (КАНУ). На переговорах в Лондоне о будущем устройстве независимой Кении делегация КАДУ выступала за федерацию; КАНУ отстаивал унитарное государство. Вскоре после освобождения Кениата, пытавшийся поначалу объединить обе партии, возглавил КАНУ, и у КАДУ - партии меньшинства - осталось мало шансов на победу. События развивались по сценарию, разработанному руководством КАНУ.
В годы, предшествовавшие независимости Кении, Мои дважды избирался в Законодательный совет от провинции Северное Баринго, занимал высокие посты в министерствах образования и местного управления, затем стал министром образования, а через год министром местного управления.
Первые общенациональные выборы, прошедшие летом 1963 г., принесли победу КАНУ, но Кениата, ставший после провозглашения независимости Кенией в декабре 1963 г. премьер-министром, а затем президентом, продолжал свою линию на объединение партий. В ноябре 1964 г. КАДУ самораспустился, а его руководство влилось в число лидеров КАНУ. Такое объединение бывших противников отвечало интересам обеих партий: руководители КАДУ получили важные правительственные посты, а правое крыло КАНУ под руководством Кениаты усилило свои позиции. Кениата, по-видимому особенно ценил Мои: после объединения тот сразу стал министром внутренних дел, а череа два года, в 1966 г., занял дополнительно и пост вице-президента. Оба эти поста Мои занимал до самой смерти Кениаты в авгу1 http://uAv^.statehousekenya.go.ke/presidents/moi/profile.htm
hiiiiiiiiiiiiiiiii СУС iiimiiimiiiiiu


сте 1978 г. В 1968 г. он был назначен еще и руководителем «правительственных дел» - Кениата стал отходить от рутины управления.
Уже к концу 1960-х годов Мои сосредоточил, таким образом, в своих руках, весьма важные рычаги управления. Но окружение Кениаты - так называемая «семья», а также «мафия Киамбу», по названию дистрикта, из которого происходил Кениата, удерживало контроль над властными структурами в своих руках, пользуясь именем Кениаты. Контроль этот был неофициальным, но вполне реальным. В 1971 г. «мафиа Киамбу» создала даже нечто вроде партии внутри партии - Ассоциацию гикуйю, меру и эмбу (ГЕМА). ГЕМА была зарегистрирована как ассоциация благосостояния (Кения оставалась де-факто однопартийным государством), но в действительности стала мощным политическим орудием в руках окружения Кениаты. Мои приходилось считаться с этим. Он оказывал материальные и политические услуги «семье», выказывал ей всяческое уважение и вообще вел себя чрезвычайно осторожно. Но «семья» все же стремилась поставить у власти одного из своих. С этой целью окружение Кениаты попыталось переписать конституцию таким образом, чтобы в случае смерти президента вице- президент не мог автоматически занять его пост. Несмотря на болезни и давление «семьи», отошедший от дел Кениата все же предотвратил перемены - видимо, он понимал, что они чреваты хаосом. Хотел он этого или нет, но тем самым он как бы назначил себе преемника. В августе 1978 г., когда Кениата умер, Мои был провозглашен президентом.
Практически все политические силы страны согласились с таким развитием событий. Мои был удобной компромиссной фигурой, так как не принадлежал ни к одному из крупнейших народов Кении, а значит, вынужден был считаться с интересами всех политических группировок и поддерживать баланс сил. Он был популярен, так как много ездил по стране, был доступен и общителен. Он обещал реформы, провозглашал необходимость борьбы с коррупцией. К тому же он обладал многолетним опытом управления, а значит знал систему власти изнутри. Всем было ясно, что «раскачивать лодку» он не будет. И действительно, сразу после прихода к власти Мои провозгласил, что будет руководствоваться «философией мира, любви и единства - Ньяйо». В переводе с суахили «ньяйо» - это «следы». Мои утверждал, что будет идти по следам Кениаты, продолжая его политику. Это обещание он выполнил. В годы его правления основные направления и тенденции развития Кении, наметившиеся при Кениате, получили дальнейшее развитие. Кения оставалась главным союзником стран НАТО в восточноафриканском регионе, однопартийной, но стабильной страной с внешними атрибутами демократии. Как и при Кениате, правительство не проявляло никакой заинтересованности в социальных реформах, а тем более в экспериментах социалистического толка. Коррупция, зародившаяся при Кениате, стала всеохватывающей. «Семья» и бывшее окружение Кениаты оставались в силе, поскольку этно-политическая база Мои была слаба и отдалена от центра страны, а все основные институты находились в руках ставленников Кениаты.
Ситуация стала меняться после попытки военного переворота в августе 1982 г., когда группа младших офицеров ВВС во главе с Езекией Очукой захватила радиостанцию и попыталась под дулом пистолетов заставить пилотов ВВС разбомбить правительственные здания. Мятежники потерпели поражение, но переворот дал Мои возможность расправиться со своими противниками. Следствие связало руководителей неудачного переворота не только с бывшим вице-президентом страны Одингой IIIIIIIIHIIIIIIIII 07? IIIIIIIIHIIIIIIIII


Огингой, которого Кениата отстранил от должности за его левые взгляды, назначив на его место Мои, но и с некоторыми видными представителями «мафии Киамбу». Не менее 150 человек погибло во время мятежа, более 8 тыс. было арестовано, около 900 были заключены в тюрьму на длительные сроки, 12 казнены. Мои простил, однако, неофициального главу «мафии Киамбу», бывшего министра по делам конституции Чарльза Нджонджо и его сторонников, хотя и объявил их публично предателями и отстранил от должностей. Попытка переворота дала Мои возможность укрепить свою власть и расставить своих людей на все важнейшие посты. Однопартийный статус Кении был закреплен юридически, марксистская идеология объявлена вне закона. Нарушение формальных демократических норм достигло апогея в конце 1980-х годов, когда тайные выборы были заменены системой «млолон- го» - «очереди»: сторонники каждого кандидата должны были физически выстраиваться за ним в одну линию, и победа и поражение измерялись длиной очереди.
На протяжении двух десятилетий Мои правил железной рукой. Его силы безопасности расправлялись с очагами оппозиции и сторонниками демократических реформ в университетах, многие представители интеллигенции вынуждены были покинуть страну. Политические репрессии, аресты, тюремные заключения без суда и следствия, пытки стали характерными чертами режима Мои. Коррупция достигла небывалых масштабов. Экономика страны стагнировала, инфраструктура приходила в упадок. Доходы от экспорта сельскохозяйственной продукции сокращались. До второй половины 1980-х помощь извне создавала некоторое впечатление благополучия, но с окончанием холодной войны этот источник финансирования иссяк. Западные союзники Мои начали требовать экономических проебразований и демократизации.
В 1991 г. Мои сумел убедить руководство КАНУ в необходимости перемен и покончил с однопартийной системой. Однако быстро возникшие оппозиционные партии строились по этническому признаку, были разобщены и плохо организваны, а силы безопасности по- прежнему всемогущи. Мои умело манипулировал оппозицией и легко выиграл выборы и 1992, и 1997 гг., хотя оппозиция и обвиняла правящую партию в нарушениях, фальсификации результатов и даже в убийствах оппонентов. Выборы 1997 г. сопровождались кровавыми столкновениями на этнической почве.
В начале 2000-х годов даже авторы специального расследования ситуации в Кении, проводившегося под эгидой ООН, а также организации Международная амнистия, обвиняли режим Мои в нарушении прав человека. О масштабах коррупции, в которой он был замешан, ходили легенды. В конце 1990-х годов разгорелся международный скандал с экспортом золота из Конго, в котором оказалось замешанным и кенийское руководство. В течение нескольких лет, пока не была раскрыта эта мошенническая операция, Кения ежегодно теряла около 10% своего валового внутреннего продукта. По некоторым оценкам, состояние Мои в зарубежных банках составляло не менее 4 млрд долл2. Все это не могло не привести к росту недовольства политикой Мои не только внутри страны, но и среди его международных доноров.
Перед выборами 2002 г. сторонники Мои попытались изменить конституцию с тем, чтобы дать ему право баллотироваться снова, но Мои отказался, как считают наблюдатели, под прямым давлени-
2 Harden В. Dispatches from a Fragile Continent. N. Y.: Norton & Co Inc, 1990.
iiimiiiiutmin 7UU iiiiiiniiiiiiiiiii


ем США. Своим преемником он избрал сына Кениаты, Ухуру, но тот проиграл выборы. КАНУ потерпел сокрушительное поражение, и к власти пришла Национальная радужная коалиция (НАРК), объединившая несколько оппозиционных движений и возглавлявшаяся Мваи Кибаки, бывшим вице-президентом страны, ушедшим в оппозицию. Наследием Мои стали насквозь коррумпированная политическая система, строившаяся на этноклановом патронаже, этнические противоречия, стагнирующая экономика, безработица и бедность.
Вскоре после его ухода в отставку новое руководство страны возобновило расследование нескольких крупных дел о коррупции и взяточничестве, в которых был замешан сам Мои и члены его семьи. До этого все такие расследования уходили в песок. В изменившейся ситуации вина бывшего президента была доказана, и тем не менее наказания не последовало. Первые несколько лет отставки Мои не предпринимал никаких политических шагов, но потом начал выступать с политическими заявлениями. Он выступил, в частности, против принятия новой конституции в 2005 г., и его точка зрения победила на референдуме. Мои был, конечно, скомпрометирован, но народ воспринимал его как старейшего и опытнейшего политика, и к нему прислушивались. Руководству страны стало ясно, что потенциал его популярности не исчерпан, и Кибаки начал проводить встречи с ним, а в 2007 г. назначил его главой миссии по обеспечению мира в Судане. В ответ Мои объявил, что на предстоявших в 2007 г. выборах он поддержит Кибаки и резко критиковал главных союзников и соперников Кибаки по «Радужной коалиции». Кибаки был переизбран.
В последние годы Мои активно выступает за разрешение конфликтных ситуаций в Африке, прежде всего в восточноафриканском регионе, мирными средствами и даже создал фонд, который должен способствовать этой цели. Внутри страны он также выступает за национальное примирение и призывает провести выборы 2011 г. без кровопролития.
И.И. Филатова
Литература
Kenya African Nationalism: Nyayo philosophy and principles. L.: Macmillan, 1986.
Morton A. Moi. The Making of an African. L.: Michael O’Mara Books, Ltd., 1998.
Филатова И.И. История Кении в новое и новейшее время. М.: ГРВЛ, 1985.
Haugerud A. The Culture of Politics in Modern Kenya. Cambridge University Press, 1995.
Karimi J., Ochieng P. The Kenyatta Succession. Nairobi: Transafrica Press, 1980.
Maupeu H., Katumanga M., Mitullah IV., eds. The Moi Succestion: the 2002 elections in Kenya. Nairobi: Transafrica Press, 2005.
Ogot BA., Ochieng W.R., eds. Decolonization and Independence in Kenya, 1940-1993. Ohio University Press, 1996.
Wrong M. It’s Our Turn to Eat. The Story of a Kenyan Whistleblower. L.: Fourth Estate, 2009.


Йовери Кагута МУСЕВЕНИ
Yoweri Kaguta Museveni род. 15.VIII. 1944
Президент Уганды с 1987 г.
Йовери Кагута родился в семье крупного землевладельца в Кьямате (Анколе, Западная Уганда). По отцовской линии принадлежит к аристократическому слою народа баньян коре - бахима. Прозвище Мусевени он получил в память о братьях отца, которые участвовали во второй мировой войне. Мусевени - единственное число от слова «абасевени» (седьмые) - так называли угандийских солдат седьмого батальона британских Африканских королевских стрелков.
Мусевени получил начальное и среднее образование в угандийских школах. За годы ученичества он стал христианином и признанным лидером среди товарищей по обучению. В 1967 г. Мусевени отправился в университет г. Дар-эс-Салам (Танзания), где поступил на факультет экономики и политологии. Во время обучения в университете Йовери проникся идеями марксизма и панафриканизма. Во время учебы во главе группы студентов он отправился на войну в Мозамбик, где примкнул к партизанам ФРЕЛИМО, воевавшим против португальских колонизаторов. Там он впервые познакомился с методами партизанской войны и подружился с лидерами ФРЕЛИМО.
Завершив обучение в 1970 г., Мусевени вернулся в Уганду, где вскоре стал чиновником в канцелярии президента М. Оботе. Однако после того как в 25 января 1971 г. генерал Иди Амин в результате военного переворота захватил власть в стране, Мусевени вынужден был бежать в соседнюю Танзанию. Там он работал лектором в одном из колледжей города Моши. Вместе с рядом единомышленников он создал организацию, целью которой было свержение диктаторского режима Иди Амина. Эта организация приняла участие вместе с другими оппозиционно настроенными угандийцами в военной операции - нападении на казармы в угандийском городе Мбарара. Операция, спланированная А.М. Оботе, провалилась, в ее ходе погибло несколько близких друзей Мусевени. С тех пор Мусевени разошелся с Оботе в методах ведения борьбы против Амина, взяв курс на партизанскую войну. «Мы хотели втянуть народ в борьбу за собственное освобождение», - говорил Мусевени.
Мусевени и его единомышленники создали новую организацию - Фронт национального спасения (ФРОНАСА). в которую входили люди, находившиеся как в Уганде, так и за ее пределами. По всей стране были созданы пункты по рекрутированию и обучению борцов с режимом Амина. Но в феврале 1973 г. некоторые из них были арестованы, и но всей стране по приказу Амина были устроены их публичные казни. После этого бойцы ФРОНАСА стали повышать боевую квалификацию в Мозамбике в рядах ФРЕЛИМО.
В течение нескольких лет Мусевени совмещал борьбу с режимом Амина IIIIIIIIHIIIIIIIII yuz lllililllllllllllll


с преподаванием экономики в колледже танзанийского города Моши. В 1973 г. он женился на Джанет Катаха.
В 1978 г. Иди Амин без объявления войны двинул свои войска на Танзанию. Потерпев поначалу поражения, танзанийская армия вскоре перешла в контрнаступление и выбила аминовские войска со своей территории. Президент Танзании Дж. Ньерере решил продолжить войну до победного конца, и танзанийская армия вскоре вступила на территорию Уганды. В самой Уганде несколько антиаминовских группировок, в том числе ФРОН АСА под командованием Мусевени и Кикоси Маалум, состоявшая в основном из сторонников Оботе, выступили единым фронтом на стороне Танзании. В марте 1979 г. был сформирован Фронт национального освобождения Уганды (ФНОУ) под командованием Юсуфа Луле, куда вошли бойцы ФРО- НАСА (около 10 тыс. человек), сохранив при этом верность Мусевени.
14 апреля объединенные войска взяли Кампалу; Иди Амин бежал из страны. После падения режима Иди Амина Мусевени стал министром обороны и вице-председателем военной комиссии в правительстве Юсуфа Луле. Он входил и в правительство Годфри Бинаисы, сменившего двумя месяцами позднее Луле у руководства страны. Все это время Мусевени предостерегал угандийцев против расколов и выступал за создание правительства, представляющего интересы всех слоев общества. Он также призывал к строжайшей дисциплине в армии, борьбе с непотизмом и коррупцией. Это не понравилось Г. Бинаисе, и в ноябре 1979 г. он перевел Мусевени на должность министра регионального сотрудничества.
В мае 1980 г. Бинаиса был смещен с должности в результате военного переворота. Переворот бы осуществлен от имени военной комиссии, вице- председателем которой по-прежнему оставался Мусевени, но он утверждал, что не эта комиссия, а руководство армии и Народного конгресса Уганды - партии М. Оботе - принимали в то время реальные решения. Именно эти силы и расшатали ФНОУ. В ответ в июне Мусевени создал новую партию - Патриотическое движение Уганды.
10 декабря 1980 г. в стране прошли первые за 20 лет всеобщие выборы, которые, однако, были сфальсифицированы Народным конгрессом Уганды. Мусевени шел на выборы во главе своей новой партии - Патриотического движения Уганды - под лозунгами прозрачного руководства, единства и мира. В ходе предвыборной кампании Мусевени предупредил Оботе, что если выборы будут сфальсифицированы, то он «уйдет в буш» и начнет вооруженную борьбу против нового режима. Оботе заявил в ответ, что в таком случае он «будет преследовать Мусевени в буше и оставит его там». Согласно официальным итогам выборов, партия Мусевени получила лишь одно место в парламенте. Мусевени объявил, что результаты были подтасованы, и решил начать вооружённую борьбу против одержавшего победу Оботе.
6 февраля 1981 г. Йовери Мусевени и несколько его сторонников объявили о создании Народной армии сопротивления (НАС), начав вооружённую борьбу против правительства Оботе. В этот день 26 бойцов во главе с Мусевени атаковали казармы Кабамба в округе Мубенде, застав врасплох правительственные войска. В июле того же года НАС, слившись с отрядами бойцов за освобождение Уганды Юсуфе Луле, стала Национальным движением сопротивления (НДС). В стране началась гражданская война.
Бойцы НАС действовали в основном в сельских районах страны, особенно в центральной и западной Буганде, а также в западных районах Анколе и Буньоро. В борьбе с повстанцами армия развернула террор против мирного населения. iiiiiiiiiiiiiiiiiii 903 iiiiiiiiiiiiimiii


27 июля 1985 г. генерал Тито Окелло организовал военный переворот и сверг правительство Милтона Оботе. Окелло предложил всем оппозиционным движениям прекратить вооружённые действия и войти в состав правительства национального единства. Мусевени принял решение начать переговоры с новым правительством. Несмотря на это, правительственные войска продолжали зверствовать в сельских районах страны с целью подорвать поддержку повстанцам со стороны мирного населения. Осенью 1985 г. в Найроби при посредничестве кенийского президента Даниэля арап Мои между правительством Окелло и НАС прошли мирные переговоры, результатом которых стало подписание в декабре мирного договора о прекращении огня. Однако вскоре НАС в ответ на карательные экспедиции правительственных войск разорвала мирное соглашение и продолжила боевые действия против них.
В начале января 1986 г. НАС начала наступление на Кампалу. Правительственные войска в спешном порядке отступили, бросая вооружение и технику, а также оставляя укрепленные позиции. 26января повстанцы штурмом взяли столицу страны Кампалу. Войска, верные Окелло, отступили на север страны. 29 января 1986 г. Йовери Мусевени был провозглашен новым президентом страны.
В своем первом официальном выступлении Мусевени пообещал, что его правительство будет находиться у власти в течение четырехлетнего переходного периода, пока не будет разработана новая конституция и не пройдут выборы. Он заявил, что его правительство будет уважать права человека и не будет использовать армию как инструмент для запугивания населения. Своей целью он поставил борьбу с коррупцией и подъем экономики страны. Созданная в 1986 г. партия Движение национального сопротивления, лидером которой стал Йовери Мусевени, подчеркивала, что в отличие от прежних партий, созданных на религиозной и этнической основе, их организация открыта для всех угандийцев. В первое правительство Мусевени вошли представители всех политических партий.
Придя к власти, Мусевени столкнулся с крупной вооруженной оппозицией в стране. После падения Кампалы НАС продолжала преследовать остатки армии Окелло, и в марте 1986 г. её бойцы вступили на территорию проживания народа ачоли, к которому принадлежал Тито Окелло. В том же месяце была создана Народно-демократическая армия Уганды (НДАУ), которая взяла курс на борьбу за интересы ачоли. В борьбе с НДАУ войска Мусевени не избежали жестоких действий по отношению к мирному населению. К концу года правительственные войска одержали верх над НДАУ, и многие повстанцы дезертировали из ее отрядов, влившись в Движение Святого Духа - еще одной оппозиционной Мусевени силы. Кроме этого, против Мусевени выступали сторонники свергнутого президента Иди Амина, в частности Фронт западного берега Нила. Мусевени объявил в стране чрезвычайное положение, его войска развернули террор в Северной Уганде. Солдаты заживо сжигали людей в их домах, насиловали мужчин и женщин, убивали мирных жителей, в основном представителей ачоли и т. д. Мусевени наложил запрет на действие СМИ, и журналистам было запрещено посещать районы боевых действий.
Еще одной проблемой, с которой столкнулся Йовери Мусевени, была коррупция. В то время Уганда входила в список стран, где администрация считалось одной из самых коррумпированных, а экономика была одной из самых нищих в мире. В борьбе с коррупцией Йовери Мусевени предпринял ряд реформ, включавших следующие:
iiiiiiiitJiiiiiiiii Уич- инн itiiiiiiiiiii


- назначение генерального инспектора правительства для расследования коррупции и нарушений прав человека и обнародование результатов;
- реформа органов власти, направленная на создание меньшей, лучше оплачиваемой и более эффективной администрации;
- децентрализация принятия решений - передача полномочий и ответственности от центрального правительства частному сектору и группам волонтеров на местах.
Одной из самых первых реформ Мусевени в этом направлении было создание Советов сопротивления - выборных органов власти на местах. Это был первый опыт демократических выборов для целых поколений угандийцев.
Мусевени досталось тяжёлое наследие: диктатура Иди Амина и режим Милтона Оботе, а также пятилетняя гражданская война разрушили экономику Уганды. Страна погрязла в коррупции и нищете. Спустя семь месяцев после прихода к власти правительство Мусевени начало проводить экономические реформы в стране. «У меня есть миссия: превратить Уганду из отсталой страны в развитую», - заявил он. Правительство установило новые торговые отношения с Соединенными Штатами и другими государствами. Всемирный банк предоставил стране кредиты на покупку оборудования, ремонт дорог и улучшение коммунальных услуг. В 1987 г. Уганда стала участницей программы МВФ по оздоровлению экономики.
В эти годы осложнились отношения Мусевени с соседней Руандой. Принадлежа к скотоводческой аристократии, Мусевени поддерживал руандийских тутси, также являвшихся выходцами из скотоводческой аристократии. В рядах угандийской НАС было несколько тысяч руандийцев, которые с началом конфликта в их стране в 1990 г. тайно бежали туда и приняли активное участие в гражданской войне. Мусевени же был обвинен во вмешательстве в этот конфликт.
В том же 1990 г. Мусевени так оценивал текущие задачи, стоящие перед Угандой и всей Африкой.
1. Прежде всего, мы должны достичь идеологической независимости. Нам нужно перестать позволять, чтобы экспортеры идей толкали нас в разные стороны. Нам нужно непреклонно делать то, что хорошо для нашего народа. Если мы этого не сделаем, кризис будет продолжаться.
2. Во-вторых, нам нужно получить технологию. Мы должны принять целенаправленные меры к получению доступа к научным ноу-хау, которые позволили бы нам превратить наши естественные ресурсы в готовую продукцию. Нам нужно хорошо платить ученым, чтобы те немногие, которые у нас есть, не бежали в Европу и Америку. <...>
3. В-третьих, нам нужно улучшить координацию между африканскими странами, потому что действия в одиночку недостаточны. Мы не так слабы, как принято полагать. <...>
4. В-четвертых, нам нужно ввести всеобщее образование. Нам нужно поставить своей целью ввести всеобщее двенадцатилетнее школьное образование, потому что в Африке все еще миллионы неграмотных людей. <...>
5. В-пятых, нам нужно поддерживать африканские языки, на которых могут говорить широкие слои африканского населения. В Восточной Африке я бы рекомендовал суахили. В других регионах есть другие языки, такие как лингала в Центральной Африке и хауса в Западной Африке. Язык может быть важным фактором, способствующим интеграции и стабильности.
6. Наконец, нам нужна демократизация. Без демократии ничего не получится. Государствами нельзя как следует управлять без 1 Museveni Yoweri. What Is Africa’s Problem; Speeches and Writings on Africa by Joweri Kaguta Museveni. Kampala: NRM Publications, 1992.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 905 lllllllllllllllllll


демократии. Нам нужны выборы и другие демократические институты, которые будут предотвращать сектантство и оппортунизм»1.
Однако первые выборы президента при Мусевени состоялись только через 10 лет его правления, 9 мая 1996 г.
В выпущенной к этому событию брошюре «Десятилетие реформ в Уганде» сам Мусевени так оценивал истекшие годы своего правления.
Десятилетие прогресса в Уганде (1986- 1996)
<...> Для того чтобы оценить наши достижения, важно посмотреть, что мы унаследовали в январе 1986 г.
Когда мы пришли к власти, наша страна пережила два десятилетия беззаконий, нарушений прав человека, диктатур, нестабильности и войн. Она была разорвана на части всеми видами сепаратизма. Силы безопасности, особенно армия, вели себя так, как будто они стоят над законом. Угандийцы жили в постоянном страхе за свою жизнь и собственность.
Наша экономика была в руинах. Инфляция была безудержной. Угандийский шиллинг был предметом издевательств во всем мире. Состояние экономики с 1971 г. постоянно ухудшалось. Наша социальная и физическая инфраструктура практически пришла в упадок. Дорог не было. Здания развалились. Кампала (столица Уганды) воняла от неубранного мусора.
За то время, что власть в стране перешла к Национальному движению сопротивления, Уганда достигла заметного прогресса во всех сферах жизни государства.
Была оздоровлена политическая обстановка. Мы укрепили культуру демократии и конституционализма через систему местных Советов (ранее известных как советы сопротивления) и конституционный процесс, в котором участвовали все жители Уганды. Наш народ получил полномочия самому определять свою судьбу и скоро сделает это в ходе приближающихся президентских и парламентских выборов. Власть закона пришла на смену власти оружия. Права человека были гарантированы новой конституцией, и были запущены институционные механизмы для охраны прав народа.
В экономической сфере за последние десять лет страна сделала потрясающий прогресс. Инфляция была обуздана. Наша валюта была стабилизирована и освобождена от тирании валютных курсов. Постоянная нехватка самых необходимых товаров и распределительная система стали историей. Экономика была либерализована и процесс приватизации общественных предприятий почти завершен. Правительство НДС не жалело усилий для восстановления инфраструктуры. Короче говоря, за последние десять лет наша страна пережила экономический рост.
На международной арене Уганда вернула себе уважение. Мы внесли вклад в укрепление добрососедства и регионального сотрудничества. Мы участвовали в решении региональных конфликтов. Мы были хозяевами многочисленных важных региональных и международных конференций и встреч. Мы привлекли иностранные инвестиции и внешнюю помощь.
Я полагаю, Уганда могла бы достичь за последнее десятилетие еще большего прогресса, если бы не столкнулась с рядом проблем и напряженных ситуаций. К ним относятся восстания на севере и северо-востоке страны, неправильные методы решения многочисленных проблем, враждебность некоторых наших соседей и пандемия СПИДа. Мы решили многие из этих проблем, и я уверен, что оставшиеся задачи будут успешно разрешены, когда мы войдем в 21-й век»2.
Мусевени получил на выборах 1996 г. 72,6% голосов, его основным соперником был известный политический деятель лидер Демократической партии П. Семогерсре. Постепенно в 1990-х го2 Yoweri Kaguta Museweni, President of Uganda. Foreword //An analytical Review of Uganda’s decade of reforms 1986-1996. / Ed. by J.B. Mugaju. [Kampala, 1996]. P. iv.
iimiimiiiiiiiii X7D iiiiiiiiiiiiiinin


дах сформировался имидж Мусевени как африканского лидера новой формации. В 1991-1992 гг. он избирался председателем Организации африканского единства (ОАЕ). В 1990-е годы ему удалось достигнуть значительных успехов в борьбе со СПИДом. В 1997 г. «Нью- Йорк Таймс» писала о нем: «По мнению некоторых дипломатов и экспертов по Африке, президент Йовери К. Мусевени развернул идеологическое движение, которое многое изменяет в Африке, обозначая конец коррумпированных единоличных режимов, характерных для эры холодной войны. В наши дни политологи на континенте называют г-на Мусевени африканским Бисмарком. Некоторые говорят о нем как о “государственном деятеле нового типа, занимающим второе место сразу за пользующимся всеобщим почитанием Нельсоном Манделой”»3.
В 1990-х годах Мусевени сыграл определенную роль в региональных конфликтах в Восточной и Центральной Африке. Как уже говорилось, он поддерживал руандийских тутси, их главная организация - Руандийский патриотический фронт - базировалась в Уганде. Мусевени поддерживал пришедший к власти в Руанде в 1994 г. режим П. Кагаме. Соответственно, он поддержал своими войсками вторжение войск Кагаме на территорию Заира (ныне Демократическая республика Конго, ДРК) сначала, чтобы поддержать переворот Л. Кабилы, а затем, в 1998 г., чтобы попытаться свергнуть его. В результате в декабре 2005 г. Международный суд вынес решение о том, что Уганда должна выплатить ДРК компенсацию за нарушение прав человека во второй конголезской войне.
На следующих президентских выборах в 2001 г. Мусевени получил 69% голосов. Его соперник, д-р Кизза Бе- сигье, попытался оспорить результаты выборов в Верховном суде Уганды, но решение было вынесено не в его пользу, хотя суд и признал отдельные нарушения в ходе голосования. Затем началась кампания по изменению конституции 1995 г., ограничивавшей президентство для одного человека двумя сроками. Оппозиция в лице Форума за демократические перемены обвинила Мусевени в попытке ввести пожизненное президентство. Два представителя этой организации - члены парламента были арестованы в 2005 г., что послужило поводом для ограничения финансовой помощи Уганде несколькими странами-донорами, в частности Норвегией.
В июле 2005 г. конституционный референдум отменил введенное Мусевени в 1986 г. ограничение на деятельность политических партий. Эта мера предполагала, что кандидаты идут на выборы в качестве самовыдвиженцев, а не как представители партии. 17 ноября 2005 г. Мусевени был выдвинут кандидатом на пост президента от НДС на выборах 2006 г. Это вызвало недовольство в некоторых кругах, поскольку в 2001 г. он заявил, что это его последний президентский срок. Арест его главного соперника К. Бесигье несколькими днями ранее вызвал даже беспорядки в стране. Однако в начале 2006 г. Бесигье был выпущен из тюрьмы по решению Верховного суда Уганды.
Новые президентские выборы состоялись 23 февраля 2006 г. Это были первые выборы на многопартийной основе за 25 лет. На них Мусевени получил 59% голосов, а Бесигье - 37%. Верховный суд Уганды отметил позднее, что в ходе этих выборов имели место грубые нарушения, вплоть до насилия, но все же утвердил их результаты.
В 2007 г. Мусевени послал угандийских солдат для участия в операции по поддержанию мира в Сомали под эгидой Африканского союза. Другим важным решением президента стало решение 3 The New York Times. 1997.16.12.
hiiiiiiiiiiiiiiiii yV ( Hiiiiiiiiiiiiiiiii


использовать заповедник Мабира для разведения сахарного тростника, что вызвало критику защитников окружающей среды.
В сентябре 2009 г. Мусевени не дал разрешения кабаке Буганды Мувенде Мутеби на посещение некоторых районов угандийской столицы Кампалы. В городе возникли беспорядки, в результате которых было убито 40 человек. В результате Мусевени потерял поддержку многих жителей Буганды, которые хотят теперь видеть во главе страны своего кабаку, как это было в 1962 г. с Мутесой Вторым.
Доброжелатели считают Мусевени африканским политиком новой волны, а недруги - «архитектором средневековой империи тутси», поддерживающим тутси в Руанде и Демократической Республике Конго.
Сочинения Й.К. Мусевени
What Is Africa’s Problem; Speeches and Writings on Africa by Joweri Kaguta Museveni. Kampala: NRM Publications, 1992.
Selected Articles on the Uganda Resistance War. NRM Publication. Nairobi, 1985.
Sowing the Mustard Seed: The Struggle for Freedom and Democracy in Uganda. Oxford Macmillan Education, 1997.
What Is Africa’s Problem? University of Minnesota Press, Minneapolis, 2000.
Литература
Ondoga Ori Amaza. Museveni’s Long March from Guerrilla to Statesman. Kampala: Fountain Publishers, n.d.
A.C, Балезин


МУТЕСА I
Mutesa I Mukaabya Walugembe Kayiira ok. 1838-1884
Кабака (наследственный верховный правитель) Буганды с 1856 г. - раннего государства в Восточноафриканском Межозерье, на территории современной Уганды.
Вот несколько словесных портретов Мутесы, принадлежащих перу европейцев.
Дж. Спик и Дж. Грант, 1862 г.: «Симпатичный молодой человек, умный и живо интересующийся всем, что мы рассказывали».
Эмин-паша, 1876 г.: «Король - человек приятной наружности, энергичный, обаятельный. Он был красиво одет: в арабском платье, тюрбане, опоясанном золотой лентой, один конец которой свободно свисал».
Мутеса унаследовал престол Буганды после смерти своего отца, сильного и жестокого кабаки Суны в 1856 г. В то время он жил вдалеке от столицы и звали его Мукаабья - «Тот, кто приносит страдания». Его приходу к власти способствовал катикиро (первый министр) Кайира, который рассчитывал, что этот юный принц будет послушной марионеткой в его руках.
Поначалу так и было. Одним из первых шагов нового кабаки, получившего при воцарении имя «Мутеса» - «Тот, кто дает мудрые советы», - стала постройка тюрьмы для своих братьев-соперников. Мутеса сразу же назначил новых наместников провинций. (Наместники в Буганде менялись часто, их назначения и смещения зависели исключительно от милости кабаки.) Все новые назначения попервоначалу Мутеса делал по советам катикиро, который нс упустил случая разделаться со своими врагами и поставить везде своих людей.
Это не могло не вызвать брожение. Группа опальных вельмож попробовала свергнуть кабаку и всесильного Кайиру. Для этого они сумели даже освободить из тюрьмы нескольких братьев кабаки. Но мятеж был подавлен.
И все же первоначально многие представители бугандийскои знати считали Мутесу слабым правителем, ведь первое время за него фактически правил Кайира. Для того чтобы продемонстрировать свою власть, кабака назначил нового катикиро, а Кайиру по его приказу убили. Это повело за собой целую цепь новых назначил, последовавших, как и смещение Кайиры, в большой степени в результате придворных интриг. Мутеса потом сожалел об этом своем шаге - первом на пути к реальной власти. Он впоследствии говорил: «Кайира был тем человеком, что дал мне трон и спас меня, когда мои братья хотели этот трон захватить. Более того, когда я стал кабакой, все вельможи моего отца презирали меня как слабака. Кайира - нет, не презирал». Когда страсти вокруг убийства Кайиры немного улеглись, Мутеса разыскал всех его выживших родственников и назначил на важные государственные должности.
iiiiiiiiiiimiMii уиу 1111111111111111)11


Один из первых военных походов Мутесой был предпринят против небольшого государства Карагве (к юго-западу от Буганды, на территории теперешней Танзании). Воины Мутесы увлеклись грабежом стад соседей и проиграли сражение. Поражение войска привело Му- тесу в ярость, по его приказу проявившие трусость были казнены.
Неудачи первых походов заставили Мутесу пойти на важный шаг - реорганизацию войска Буганды. Прежде оно представляло собой ополчение, каждый совершеннолетний мужчина был воином под началом своего гражданского наместника. Мутеса ввел пост муджа- си - главнокомандующего армией и систему битонголе - регулярных полков, во главе которых стояли полковники - батонголе. Батонголе получали земли в бугандийских провинциях. Однако в крупные военные походы по-прежнему поднимались все боеспособные мужчины. Мутеса назначал батонголе из своих пажей и придворных, а также из воинов, отличившихся в боях.
Мутесе принадлежит и заслуга создания флота каноэ на озере Укереве. Это величайшее в Африке озеро связывало Буганду со многими соседями, и баганда издавна умели делать лодки из дерева. Самые большие из них имели более 20 м в длину, свыше 2 м в ширину и до 1,5 м в глубину и вмещали до 150 человек. Мутеса впервые использовал такие лодки в военных целях - тогда в них сажали 30-40 гребцов и 80-120 воинов. Во главе флота каноэ был поставлен «адмирал» - габунга, занимавший при дворе Мутесы такое же важное положение, как и муд- жаси. Флот давал возможность Буганде контролировать все передвижения по озеру Виктория и совершать внезапные нападения на соседей, чьи земли лежали по берегам озера. Благодаря флоту Буганда покорила и присоединила острова Сесе - группу мелких островов на озере, прилегавших к его северному берегу.
Сам Мутеса редко ходил в военные походы, но обязательно выслушивал отчеты о них. Проявившие трусость тут же приговаривались к смерти.
Вооружена была бугандийская армия длинными копьями и щитами. Однако уже в 1870-е годы в армии Мутесы насчитывалось до 1000 единиц огнестрельного оружия. Ружья и мушкеты завозились в Буганду торговцами с восточноафриканского океанского побережья. Торговать с побережьем Буганда начала еще при Суне, отце Мутесы, но особенно частыми гостями караваны носильщиков из Занзибарского султаната стали в Буганде при Мутесе. Они несли в Буганду ткани, ружья, порох и пули, а уносили оттуда слоновую кость и уводили рабов.
Но суахилийцы несли с собой вместе с товарами и свою религию - ислам. Мутеса живо заинтересовался новой для него религией и попросил, чтобы ему прислали человека, который бы рассказал ему про ислам. Просьба была исполнена. Суахилиец по имени Маквега прибыл в Буганду, и кабака усердно у него учился. В итоге он не только освоил основные догматы ислама, но и выучил суахили и арабский и мог читать Коран. Более того, он сделался правоверным мусульманином, заставлял придворных приветствовать его на мусульманский манер и впоследствии в припадке религиозного экстаза казнил нескольких человек, отказавшихся принять ислам.
19 февраля 1862 г. Буганду всколыхнуло необычайное событие - в столицу прибыл первый белый человек. Это был известный английский путешественник и исследователь Африки Джон Хеннинг Спик, искавший истоки Нила в 1860- 1863 гг. вместе с Дж. Грантом. Спик провел в Буганде около пяти месяцев, он часто встречался с Мутесой. Мутеса много расспрашивал своего гостя о том, что такое Европа, какие есть там государства, как они устроены, каковы повадки та1111 lliriltHIIIIII 7 IU IIIIIIIIHIIIIIIIII


мошних королей. Он спрашивал, какие дома строят в Европе, как там одеваются, каковы формы брака и о многом-многом другом. Так Мутеса получил первые сведения о том мире, с которым его народу предстояло столкнуться впоследствии. Беседы касались и христианской религии, и есть сведения, что именно Спик посоветовал Мутесе пригласить в свою страну христианских миссионеров. Уходя из Буганды, Спик оставил Мутесе ценный подарок - 17 ружей. Мутеса раздал эти ружья своим самым знатным и любимым вельможам. Эти ружья так и стали называться в Буганде - «спик».
После ухода Спика Мутеса пытался превратить свою страну в мусульманскую: он сам исповедовал ислам и требовал того же от своих придворных. Он соблюдал мусульманские обычаи, в частности рамазан. Однако вдруг, в начале 1770-х годов, отошел от мусульманства и вернулся к вере в традиционных богов Буганды.
Отношение Мутесы к религиям может быть понято в контексте мировых событий, затрагивавших судьбу Межозерья. В 1870 г. на юге Судана была создана египетская провинция Экватория, в которую англичане, бывшие на службе хедива Египта, вкючили и часть земель Межозерья. Первый губернатор Экватории С. Бейкер нарушил покой Буньоро, северного соседа Буганды, уже в 1872 г. Сначала он попытался склонить правителя Буньоро Кабарегу к мирному подчинению Экватории, а затем перешел к военным действиям. В 1874 г. губернатором Экватории стал Ч. Гордон. В том же году он послал к Мутесе своего эмиссара, предложив кабаке добровольно признать власть Экватории. Мутеса на это не пошел.
Таким образом, перед Мутесой встала дилемма: способствовать дальнейшему распространению ислама означало укреплять отношения с султаном Занзибара, вводить в Буганду навязываемое европейцами христианство — заручиться поддержкой европейских государств. Хотя Занзибар близко, а Европа далеко, Мутеса, видимо, осознал, что Европа сможет ему больше помочь. Большую роль в этом сыграл и Генри Мортон Стэнли. Англичанин по рождению, он стал корреспондентом американской газеты «Нью-Йорк геральд». В 1874— 1877 гг. Стэнли пересек Африку во главе большой экспедиции, снаряженной на средства газеты. В ходе этой экспедиции он и попал в Буганду, где встретился с кабакой Мутесой I.
Встреча Мутесы со Стэнли произошла 5 апреля 1875 г. Она была поистине исторической. Мутеса ко времени прихода в Буганду Стэнли вновь стал мусульманином. Кабака сменил религию по политическим соображениям: под предлогом непринятия ислама несколько сановников - врагов Мутесы - были казнены. Однако с именем Стэнли связано начало распространения христианства в Буганде.
Однажды кабака Мутеса спросил Стэнли: «Почему арабы называют вас, европейцев, неверными?» На это Стэнли ответил, что европейцы - христиане, верующие в Иисуса Христа, и обещал приобщить кабаку к христианству. Стэнли пришлось временно покинуть Буганду, а во время его отсутствия к Мутесе прибыл Э. Линант де Бельфонд, эмиссар губернатора Экватории Гордона. С Бель- фондом Мутеса имел длительные беседы. Мутесу интересовали сведения о ведущих европейских государствах, астрономии, о философии Сократа, о христианской морали, о рае и аде и о многом другом. Как впоследствии отмечал Бельфонд в своих дневниках, «Мутеса все отлично схватывал». Но достичь своих политических целей - поссорить Мутесу с его соседом Кабарегой и тем более склонить Буганду к признанию власти Экватории - Бельфонду не удалось.
911 IIIIIIIIIIIIIIIHII


Стэнли, вернувшись в Буганду, привел с собой переводчика, которого звали Даллингтон Бафутва Скорпион. Он был учеником миссионерской школы на Занзибаре, где выучил английский язык. Стэнли стал читать для кабаки Библию по-английски, а Даллингтон тут же переводил прочитанное на суахили. Интересно, что все это происходило во время военного похода Мутесы и что при этом Мутеса не переставал соблюдать мусульманские обычаи.
Мутеса был крайне заинтересован в том, чтобы после отъезда Стэнли Даллингтон остался с ним. Когда же он понял, что Стэнли не хочет этого, поскольку Даллингтон был нужен ему самому как переводчик, кабака попросту выкрал Даллинггона. Даллингтон остался при Мутесе в качестве его секретаря и переводчика, он же преподал ему первые уроки христианства.
Мутеса сделал свой выбор в пользу христианства, видя в нем защиту от угрозы с севера - присоединения Буганды к Экватории. Мутеса предполагал, что если он провозгласит себя христианином, то поддержка Британии ему будет обеспечена, и согласился на предложение Стэнли о порисылке в Буганду миссионеров. Стэнли были уверен что Буганда является идеальной почвой для деятельности миссионеров. 15 ноября 1875 г. в «Дейли телеграф» было опубликовано его знаменитое воззвание, приглашавшее миссионеров в Буганду.
В начале 1876 г. губернатор Экватории Ч. Гордон развернул крупные военные операции против правителя Буньоро Кабареги. Мутеса написал несколько писем к Гордону, заверяя его в дружеских чувствах к англичанам, и просил не воевать с Буньоро, ибо прекрасно понимал, что следующей на очереди будет Буганда. Вопреки утверждениям о постоянной вражде между Буньоро и Бугандой, Мутеса был настроен к правителю Кабареге дружественно. Более того, Мутеса помог Кабареге воцариться в Буньоро, вмешавшись в 1869 г. в войну за престолонаследие.
В середине 1876 г. Кабарега прислал к Мутесе посла с просьбой о помощи в борьбе против Экватории. Помощь была обещана и оказана дипломатическими средствами. В письмах к Гордону Мутеса отстаивал интересы не только Буганды, но и Буньоро. Мутесе удалось заверить Гордона в своей дружбе, приверженности христианству, выразив готовность торговать с ним.
Но в начале 1877 г. Гордон стал губернатором всего Судана, и Англия вознамерилась противостоять проникновению хедивского Египта через Судан в Межозерье, укрепив там свое влияние с помощью миссионеров. Британский консул на Занзибаре сэр Джон Кирк получил инструкции содействовать распространению христианства в Буганде и помогать миссионерам добраться туда. Первые миссионеры из лондонского протестантского Церковного миссионерского общества 2 июля 1877 г. предстали перед Мутесой. Кабака сразу заговорил о своих планах, связанных с ними: смогут ли они изготовить для него порох. Они отказались и пригрозили вообще уйти, если он будет настаивать. Тогда он осведомился, научат ли они его народ хотя бы читать и писать. Получив утвердительный ответ, Мутеса просиял и заявил: «Британия - мой друг». Затем он пытался узнать у миссионеров, кто сильнее - королева Британии или хедив Египта. Но и тут Мутесу ждало разочарование: в письме от лорда Солсбери, британского министра иностранных дел, которое миссионеры привезли с собой, говорилось, что миссионеры - не официальные представители британского правительства, а «дружеская поддержка».
И тут началась дипломатическая игра Мутесы: он поддерживает британских миссионеров, в то же время заверяя Экваторию, что никаких английских iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


миссионеров у него нет. С представителем Гордона Эмином-пашой (Эдуардом Шнитцером, выходцем из Австрии, состоявшим на египетской службе и позже сменившим Гордона на посту губернатора Экватории) он завязывал дружественные отношения. Свидетельство хороших отношений Мутесы с Эмином - письма кабаки, приведенные в дневнике Эмина. Дружескими отношениями с Эмином он защищает интересы и Буганды, и Буньоро.
От миссионеров же Мутеса не забывает потребовать хотя бы то, что они ему пообещали, - обучение грамоте. Мутеса начал читать, а также раздал Библию всем своим сановникам: одновременно с грамотностью миссионеры насаждали христианство. Миссионеры стремились обучать прежде всего сановников Мутесы, понимая, что если они обратятся в христианство, то их подданные, естественно, последуют за ними. Ряды миссионеров постоянно пополнялись, в ноябре 1878 г. прибыл А. Маккей, который привез печатный станок. На нем начали печатать учебные материалы.
Однако монополия англиканского Церковного миссионерского общества на распространение христианства в Буганде продолжалась недолго. 23 февраля 1879 г. туда прибыли отец Лурдель и брат Амане - представители французского католического ордена Белых отцов. Миссионеры - католики и протестанты - начали борьбу за паству и прежде всего за влияние на кабаку.
Кабака попытался обратить сложившуюся ситуацию в свою пользу. Любимым развлечением Мутесы стали устраиваемые при дворе диспуты между католиками и протестантами, где каждая сторона пыталась доказать, что ее религия лучше. При этом сам Мутеса склонялся то в одну, то в другую сторону в зависимости от политической ситуации, но старался сохранить дружбу с представителями обеих миссий, играя на противоречиях между ними. Он понимал, что, сколько бы миссионеры ни отрицали свою связь с официальными кругами своих стран, они все же являются представителями Британии и Франции.
В мае 1879 г. один из миссионеров- протестантов собрался в Британию и пригласил с собой Мутесу. Мутеса очень заинтересовался такой поездкой и готов был на нее согласиться. Он даже спросил Маккея, сможет ли он в Британии заполучить в жены белую принцессу. От поездки в Англию кабаку отговорили придворные, приведя следующий решающий довод: «Великий Мутеса, надо еще посмотреть, так ли велика эта белая королева Виктория, чтобы ты наносил ей визит первым!» Мутеса с этим согласился и послал в Британию трех сановников. Они вернулись в 1881 г., сохранилась запись их рассказа о поездке.
До рассказов своих послов Мутеса слышал о Европе и о Британии уже от многих людей, начиная со Спика. Но все же он не представлял себе - да и мог ли представить - всю мощь викторианской Великобритании, страны, с которой Буганда столкнется всего десятилетие спустя. Он понимал, что это сильное государство - на этом акцентировали внимание его послы, но насколько сильное - вряд ли. И еще он не понимал, что за хедивским Египтом стояла в то время та же Британия, для которой в 1880-х годах вопрос заключался лишь в том, откуда завоевывать Межозерье - с севера или с юга.
Мутеса продолжал свою «игру с религиями». Она имела для кабаки и внутриполитическое значение: вокруг религий складывались сильные группировки высших сановников Буганды - «бафа- ланса» (т. е французы, приверженцы католицизма), «банглеза» (т. е англичане, приверженцы протестантизма), мусульмане и те, которые придерживались традиционных верований. Последние открыто выражали свое недовольство HIIIIIIIIIIIIIIIII HIIIIIIIIIIIIIIIII


новыми религиями, особенно европейскими. Испокон веков абсолютная власть кабаки в Буганде держалась на соперничестве группировок сановников и умении кабаки использовать это соперничество в своих интересах.
В своей «игре с религиями» Мутеса помнил и о такой реальной угрозе, как служители традиционных культов. Например, в 1874 г. Мутеса казнил семерых служителей духа озера Укере- ве. Эти «колдуны» терроризировали всю Уганду, контролируя озеро и реку Виктория-Нил. Такая ситуация была в Уганде обычным делом. Мутеса вошел в историю Буганды и как кабака, сильно ослабивший влияние служителей традиционных культов, и всех сил, мешавших ему укрепить свою власть.
В последние годы жизни в зависимости от ситуации кабака Мутеса покровительствовал то одной, то другой религии.
23 декабря 1879 г. он объявил при дворе, что отныне его народ оставит ислам и религию белого человека и вернется к богам своих предков. Предлогом послужило якобы успешное лечение Мутесы традиционными врачевателями. Правда, одновременно Мутеса тайно известил миссионеров-англичан, что боги Буганды не хотят, чтобы миссионеры проповедовали в его стране по меньшей мере еще пять лет, а французам - что такое решение он принял под давлением сановников, приверженцев традиционных богов и что дает разрешение на открытие второй миссионерской станции. Связано это, видимо, с тем, что католическая группировка из баганда была слабее протестантской.
Затем дважды, в июле 1880 и в сентябре 1881 г., он объявил государственной религией Буганды мусульманство. В 1882 г. в знак протеста против предпочтения протестантов католическая миссия временно покинула Буганду. А до этого в немилость попали протестанты: вновь прибывший в Буганду миссионер Ф. О'Флаерти неожиданно заявил, что он сумел бы завоевать эту страну с сотней вооруженных людей. Мусульмане тут же выступили с протестом: поскольку у протестантов уже три сотни последователей, вооруженных ружьями Ремингтона, то они представляют реальную угрозу. В результате накануне смерти Мутесы положение европейских миссионеров в стране стало критическим.
Умер Мутеса 10 октября 1884 г. в результате приема лекарства, которое ему дали занзибарцы. Так и неясно, был ли он отравлен нарочно или нет. Хронист утверждает, что «лекарство убило Муте- су потому, что он не соблюдал условий его приема».
Процарствовав необычно, он и похоронен был не так, как его предки. Мутеса распорядился, чтобы его тело не бальзамировали, а сожгли и чтобы у него не вынимали челюсть. Покойника обернули четырьмя тысячами кусков дхоти (белая индийская ткань) и поместили в два гроба - один в другом. В его усыпальницу положили 2 слоновьих бивня и 48 тыс. раковин каури, которые в Восточной Африке заменяли деньги. Кроме того, множество бус и браслетов и 4 тыс. кусков лубяной материи. Но самое главное - Мутеса распорядился, чтобы его похороны не сопровождались смертями других людей, как это было принято в Буганде. В результате после смерти Мутесы не было внутренней войны с ее убийствами, грабежами и кровопролитием. Такого до тех пор в Буганде после смерти кабаки никогда не случалось.
Для Мутесы была построена специальная усыпальница, которая стоит и почитается в Буганде и по сей день.
Мутеса вошел в историю как правитель-реформатор, укрепивший свое государство и его военную силу, как африканец из внутренних районов, о котором знали в Европе и которым восхищались знавшие его европейцы. Умерев в UI1HIIIII1IIHIII у 1ч umiiiiiiiiiiiiii


дни, когда в Берлине на конференции по бассейну реки Конго готовился очередной этап раздела Африки, он успел выдвинуть и апробировать идеи, которые могли бы осложнить раздел континента. Например, Мутеса попытался использовать противоречия между европейскими державами и столкнуть их между собой и понял необходимость объединения африканских народов перед лицом общего врага. Уже хотя бы поэтому он был действительно Мутесой - сдающим мудрые советы».
Литература
Балезин А.С. У Великих африканских озер. Монархи и президенты Уганды. М., 1989.
Kiwanuka MS.M. A History of Buganda. From the Foundation of the Kingdom to 1900. N. Y, 1972.
A.C. Балезин


Эдуард Фредерик Вильям Дэйвид
МУТЕСА II
Edward Frederick William David Walugembe Mutebi Luwangula Mutesa II, 19.XI.1924-21.XI.1969
Кабака Буганды и первый президент независимой Уганды, внук кабаки М ванги.
Мутеса II родился в Кампале 19 ноября 1924 г„ в доме миссионера и врача Альберта Кука. Он - один из сыновей кабаки Дауди Чва. В возрасте пяти лет принца отправили в самое привилегированное учебное заведение Уганды - Королевский колледж Будо, который давал неполное среднее образование. В Будо принц изучал английский язык, Священное Писание, историю и математику. Он не был хорошим учеником, но много и охотно занимался спортом, входил в сборные команды колледжа по теннису, крикету и футболу. Когда Эдуарду Фредерику исполнилось 13 лет, для него был выписан из Англии особый учитель. Каникулы Эдуард Фредерик часто проводил у Станисласа Мугваньи - одного из регентов времен малолетства его отца.
22 ноября 1940 г. умер кабака Дауди Чва, и три министра «туземного» правительства Буганды, которые должны были выбрать нового кабаку, остановили свой выбор на юном Фредерике. За три дня до этого ему исполнилось 15 лет, и поэтому, как когда-то при его малолетнем отце, были назначены три регента. Их функции, как и прежде, выполняли министры.
После церемонии вступления на престол кабака Эдуард Фредерик Мутеса II вернулся в Будо, где продолжил обучение. К тому времени по-английски он говорил лучше, чем на языке своих предков - луганда. Политикой он в то время практически не интересовался, отдав все дела в руки регентов. Тем не менее бывали церемонии, на которых его присутствие было обязательным.
В 1942 г. Мутеса достиг совершеннолетия, прошел церемонию коронации и сразу же стал студентом колледжа Маке- рере (в будущем - университета) и три дня в неделю проводил во дворце, а другие три - в колледже на окраине столицы. Предполагалось, что кабака будет изучать медицину, ветеринарию и сельское хозяйство, но он отдавал предпочтение истории. В основном же он по-прежнему играл в футбол, крикет и теннис и даже был выбран в сборную Уганды, но министры решили, что это ему не по рангу.
В те годы обстановка в Буганде постепенно накалялась. В январе 1945 г. в провинции вспыхнули волнения: демократические круги требовали выборности части членов люкико, впервые бастовали рабочие - требовали улучшения условий труда, волновалось крестьянство, выступавшее за повышение закупочных цен на хлопок и другие продукты сельского хозяйства. Кабаке пришлось и лично участвовать в событиях: прервать охоту, вернуться в Менго и провести переговоры с недовольными. В конце концов колониальные власти удовлетворили часть требований недовольных.
По окончании Второй мировой войны кабака отправился продолжать свое IIIIIIIIIIIIIIIHII У /О Hiiiiiiiiiiiiiiiii


образование в Кембридж, где прожил три года. В колледже Святой Магдалины он был единственным студентом из Уганды, более того, единственным африканцем в колледже. Из всех занятий предпочтение, как и прежде, кабака отдавал спортивным играм. Он стал завсегдатаем привилегированных клубов, и его однокашники впервые начали звать его Фредди - впоследствии он и войдет в историю как «король Фредди». «Король Фредди» в Кембридже не отличался большим энтузиазмом в учебе, несмотря на то что одним из его учителей был известный историк-африканист Р. Оливер. В годы учебы в Кембридже кабака стал носить военную форму, поскольку проходил там курс офицерской подготовки. На каникулах он вел светскую жизнь - ездил в Испанию, которая ему очень понравилась, или гостил в британских аристократических семействах.
Свои последние каникулы кабака провел дома, в Уганде. Британские колониальные чиновники решили, что ему пора жениться, и он был официально обручен с Дамали. Дамали принадлежала к клану нкима, на женщинах из которого, согласно древнему предрассудку баганда, кабакам жениться не рекомендовалось, поскольку это грозило быстрой смертью. Дамали после обручения была также отправлена в Англию, в Шерборн, чтобы «набраться хороших манер».
В июне 1948 г. кабака закончил обучение в Кембридже, пройдя за третий год обучения курс основ колониальной администрации. После этого по личному указанию короля Георга VI он получил звание капитана британской гвардии. Получив чин досрочно, Фредди продолжал армейскую службу: участвовал в парадах, разъезжал на своем автомобиле по округе, привилегированным клубам.
8 октября 1948 г. он вернулся в Уганду. В 24 года он формально становится полноправным кабакой «туземного правительства Королевства Буганда». Затем прошла пышная свадьба, за свадебным столом присутствовал губернатор Уганды. После короткого медового месяца кабака Мутеса II вернулся в столицу и поселился в малом дворце. Здесь он жил и принимал посетителей, хотя официальный приемный зал находился в большом дворце. Кабака вставал в 10 утра и ложился в 2-3 часа ночи. Мутеса много ездил по стране на автомобиле - посещал школы, больницы. Там он «инспектировал» по шпаргалкам, полученным от соответствующего министра. «Инспектируя» тюрьмы, он мог освободить кого-нибудь из заключенных, поскольку как кабака обладал правом верховного судьи в Буганде. Кабака любил охотиться, сафари его продолжались по нескольку недель. Особенно он любил охоту на слонов и собирал бивни, которых у него в конце концов скопилось более сотни - целое состояние.
В государственных делах его роль часто сводилась к тому, чтобы убедить люкико принять рекомендации губернатора Дж. Холла. Но иногда он был вынужден занять определенную позицию по какому-либо вопросу и всерьез участвовать в политических делах. Так случилось весной 1949 г., когда в Уганде вновь вспыхнули волнения, и вновь центром их стала Буганда - ядро формирования политических партий.
Первая из них, Партия батака, весной 1949 г. возглавила выступления народных масс, требовавших, в частности, выборности 60 членов люкико и права самим обрабатывать хлопок. Люкико отказывался удовлетворить требования протестующих, и толпа двинулась к дворцу кабаки. В беседе с представителями Партии батака кабака избежал прямых ответов. Требования восставших не были удовлетворены, и симпатии баганда к своему кабаке уменьшились, поколебалась их вера в него как в опору и защитника народа. К этому прибавился скандал вокруг любовной интрижки Му- iiiimtiiniiiiiii У U ■HIHI IIIII1IIIII1


тесы, которая получила широкую огласку. Многие баганда были «расстроены поведением Его Величества и брюзжали, что он недостоин быть кабакой».
17 января 1952 г. в Уганду прибыл новый губернатор - сэр Э. Коэн. Официально кабака встретился с ним 23 апреля и в своей речи подтвердил приверженность Буганды британскому трону. Со своей стороны Коэн подтвердил, что не будет проводить линию на федерацию трех британских восточноафриканских территорий - Кении, Уганды и Танганьики, чего в «королевствах» Уганды особенно боялись, опасаясь за судьбу соглашений и привилегий аристократии. Но у нового губернатора был другой план, который не понравился кабаке и его окружению, - он хотел создать унитарный протекторат с единым законодательным советом.
Отношения с новым губернатором у кабаки испортились быстро. Этому способствовала работа специальной британской комиссии, которая рекомендовала увеличить число выборных членов люкико до 60 человек и расширить функции Законодательного совета Уганды, что и было осуществлено в марте 1953 г. Затем британский министр колоний О. Литтлтон заявил о необходимости федерации трех восточноафриканских территорий. Это заявление дало начало бугандийскому кризису1953-1955 гг.
Главным действующим лицом кризиса стал кабака Мутеса II: в случае осуществления этого плана возникала угроза самому существованию «туземных правительств королевств» Уганды, в том числе и положению кабаки. Поэтому Мутеса II сразу же включился в борьбу. Кабака обратится к министру колоний с письмом, в котором, в частности, подчеркивалось, что Буганда никогда не была колонией, и содержалась просьба «подготовить и осуществить план, направленный на достижение нами независимости, по возможности установить для этого короткий срок»1.
Последовала целая серия переговоров между губернатором и кабакой, вылившаяся затем в открытую борьбу. Кабака выступил в союзе с тремя другими «королями» за пересмотр отношений «королевств» с центральным правительством Уганды. 27 октября 1953 г. был получен ответ британского правительства, в котором отмечалась необходимость создания унитарной Уганды и отвергались все требования кабаки и люкико. Губернатор настаивал, чтобы кабака зачитал в люкико их совместное заявление, в котором Мутеса снял бы все свои требования. Кабака отказывался.
30 ноября губернатор вызвал его к себе. Кабака явился в сопровождении трех министров и охранника с ружьем и приказом в случае чего стрелять. После долгих дискуссий губернатор зачитал документ, в котором содержался отказ кабаки от всех выдвигавшихся им и люкико требований. Кабака отказался подписать этот документ, тогда губернатор подписал бумагу, в которой Мутеса II лишался полномочий «туземного правителя Королевства Буганда». Кабака был тут же арестован и увезен в аэропорт, где уже ждал наготове военный самолет. Мутеса был выслан в Англию.
Новость о высылке кабаки потрясла Буганду. Люди перестали общаться со своими друзья ми-европейцам и. Кто-то поклялся, что до возвращения кабаки не будет больше бриться. Снова в моду вошла традиционная одежда из лубяной материи. Так Мутеса II превратился в главного борца за идеалы баганда - независимую Буганду под властью кабаки. Развернулась борьба за его возвращение, в которую включилась и самая сильная
1 Low DA. The Mind of Buganda. Documents on the Modern History of an African Kingdom. Berkeley; Los-Angeles, 1971. P. 164-166.
niiiiiiiiniiiiiii У /o iiiiiiiiiiiiiiiiiii


из тогдашних политических партий - образованный в 1952 г. Угандийский национальный конгресс.
Мутесу устроили в лондонском отеле «Савой», где его навещали и англичане - его старые знакомые, и угандийские студенты, обучавшиеся в Англии. Из Буганды для него присылали деньги - там его сторонники организовали сбор добровольных пожертвований. В середине декабря 1953 г. по поводу высылки кабаки развернулись горячие дебаты в британском парламенте. А в Буганде решили на время отсутствия кабаки назначить регентов. 8 января 1954 г. регентов привели к присяге, а из тронного зала дворца после этого убрали леопардовые шкуры - знаки власти кабаки.
Самому же кабаке пришлось уехать из отеля «Савой», для него были сняты комнаты и назначено годовое содержание в 8 тыс. ф. ст. Люкико послал в Лондон делегацию для борьбы за возвращение кабаки. В многочисленных интервью баганда предсказывали близкое кровопролитие на их родине. В то же время противники кабаки распространяли слухи о его невероятной порочности, пытаясь по-своему настроить общественность.
8 и 9 февраля 1954 г. были объявлены в Буганде днями траура ио кабаке. Лубяные одежды как символ традиционной Буганды мелькали по всей стране. В дни траура закрылись лавки, пустовало здание люкико. Был объявлен трехмесячный бойкот иностранных товаров. В ответ администрация протектората закрыла три местные газеты. В феврале 1954 г. Литтлтон в речи в палате общин заявил, что Уганда должна получить самоуправление и что туда будет послана специальная комиссия для переговоров с люкико о будущем месте Буганды в Уганде. Главой комиссии был назначен профессор Лондонского университета К. Хэнкок.
Во время работы комиссии Хэнкока Буганда всячески демонстрировала свою приверженность кабаке. Одновременно в Верховном суде Англии слушалось дело о высылке кабаки в Лондон - оно было возбуждено по ходатайству делегации люкико. Суд признал, что кабаку следовало выслать, но не за нарушение статьи 6 соглашения 1900 г. о «лояльном сотрудничестве» с британскими властями в управлении Бугандой, а за нарушение статьи 20, в которой говорилось о подчинении кабаки, вождей или народа Буганды британским властям. 5 ноября 1954 г. было объявлено решение суда, и вся Буганда ликовала: «Коэн ошибся!» 16 ноября 1954 г. в палате общин были зачитаны рекомендации комиссии Хэнкока, в которых впервые говорилось о возможности возвращения кабаки. 6 мая 1955 г. люкико принял свой документ по урегулированию кризиса в Буганде. Затем люкико послал в Лондо две делегации - для ведения переговоров о заключении нового англо-бугандийского соглашения и о возвращении кабаки. Переговоры по обоим вопросам получились трудные. В результате договорились, что кабака возвратится, но Буганда станет посылать своих представителей в Законодательный совет Уганды. Позже была назначена и дата возвращения - 17 октября 1955 г.
Кабака возвращался домой как триумфатор. В аэропорту его встречала многотысячная толпа. Был выстроен почетный караул. Дорога была разукрашена банановыми листьями, триумфальными арками. Назавтра, 18 октября 1955 г., кабака и Э. Коэн подписали новое соглашение между Британией и Бугандой. Оно знаменовало собой подтверждение автономных прав Буганды в Уганде.
Приближалась независимость Уганды. Возникали новые политические партии. Но кабака не принимал в этом участия, оставаясь символом борьбы для одних и объектом нападок для других. Но в 1959 г. под давлением британских властей кабаке пришлось осудить бойкот IllllllllflllllUII 7 U tlllllllllllHIIIII


на иностранные товары, объявленный Национальным движением Уганды.
В 1958 г. Буганда отказалась послать своих депутатов в Законодательный совет Уганды. Аристократия «королевств» вновь выдвигала план независимой Буганды во главе с кабакой и потому бойкотировала выборы - места Буганды в Законодательном совете остались пустыми. Затем бойкотировалась конституционная комиссия, которая должна была разработать проект конституции будущей независимой Уганды, составной частью которой, естественно, виделась Буганда. Люкико назначил свой конституционный комитет. Самое большое, на что мог пойти люкико, - это на федеральную Уганду с особым статусом Буганды внутри нее. К тому же было объявлено о плане всеобщих выборов в Законодательный совет в 1961 г., и верхушка Буганды выступала за то, чтобы выборы были отложены, пока не будет гарантий федерального статуса для Буганды. В конце лета 1960 г. Мутеса II возглавил делегацию люкико в Лондон. Не допустить создания унитарного государства - именно в таком ключе выступала на всех переговорах 1960-1962 гг. аристократия Буганды и других «королевств».
Мутеса считал себя в эти годы революционером. В своих мемуарах он приводит такой факт: он остановился в Лондоне в отеле «Гайд-парк», где в то время жил и султан Занзибара. Однажды султан вбежал к нему в апартаменты с криком: «Вы действительно хотите не согласиться с британским правительством?» Получив утвердительный ответ, он ушел с возгласом: «Аллах!» Давая в тот вечер ужин, он не пригласил кабаку, который объясняет это тем, что султан «не хотел, чтобы его видели на публике с революционером, который сам в этом признался»2.
Но кабаке и возглавляемой им делегации добиться тогда ничего не удалось.
В результате решили бойкотировать выборы в Законодательный совет, более того, люкико вновь выступил за предоставление независимости одной Буганде. В Лондон послали несколько меморандумов, и в конце концов было объявлено, что с 31 декабря 1960 г. Буганда станет считать себя независимой страной.
Однако реальным шагом к расколу стал бойкот Бугандой выборов 1961 г. 96-97% баганда не участвовали в выборах, а те, кто участвовал, голосовали за депутатов от Демократической партии. В результате большинство в Национальной ассамблее получила Демократическая партия, а ее лидер Б. Киванука стал премьером переходного правительства. Так этот человек, некогда друживший с кабакой, навещавший его в Лондоне в годы ссылки, превратился в его врага.
В то же время на политической арене появился человек, которому также была уготована судьба быть сначала союзником кабаки, а затем его врагом. Это был лидер сформированного в 1960 г. Народного конгресса Уганды Аполо Милтон Оботе. Мутеса пошел на его предложения о союзе бугандийской аристократии с Конгрессом.
В 1961 г. Мутеса участвовал в первой конституционной конференции по Уганде в Лондоне. Там для Буганды был предложен федеральный статус в рамках Уганды, а не полное отделение. Это был компромисс между требованиями люкико и позицией британского правительства. В значительной степени творцом компромисса был именно Мутеса II. Возможно, он занял такую позицию, поскольку Оботе предложил ему за это пост премьер-министра Уганды. Мутеса не выступал как официальное лицо на переговорах. На конференции он появился лишь однажды, когда переговоры зашли в тупик, и помог их успешно завершить. В результате Буганда получила 2 Mutesa ZZ, Kabaka of Buganda. Desecration of My Kingdom. L., 1967. P. 157.
IIIIIIIIHIIIIIIIII уги IIIIIIIIHIIIIIIIII


право сохранить кабаку и люкико, федеральный статус, свой Верховный суд, полицейские силы и право выбирать или назначать по собственному усмотрению депутатов в Национальную ассамблею.
В результате этих переговоров было подписано новое англо-бу Ганди йское соглашение 1961 г., закрепившее эти положения. А кабака был пожалован британской королевой в дворянское достоинство. Так были оценены его усилия на переговорах.
Но новых выборах в Национальную ассамблею аристократию Буганды представляла вновь созданная организация - Кабака екка (Только кабака). Это не была политическая партия в полном смысле слова, поскольку костяк ее составляла иерархия вождей. Вожди были и организаторами выборов 1962 г. Вся Буганда проголосовала за Кабака екка, что дало этой организации в результате 22 места в Национальной ассамблее Уганды. Образовался альянс между Кабака екка и Конгрессом, которые затем сформировали коалиционное правительство. Премьер-министром стал Оботе.
На второй конституционной конференции в Лондоне переговоры вновь чуть не зашли в тупик. Мутеса вновь сыграл свою роль: он прошел в комнату, соседнюю с той, где за час до начала очередного заседания конференции заперлась бугандийская делегация, и по очереди уговаривал делегатов.
Провозглашение независимости Уганды было назначено на 9 октября 1962 г. На всех церемониях кабака появлялся вторым - вслед за губернатором. В то время настроение у него было отличным: «Мы получили федеральный статус, за который боролись. В стране была спокойная обстановка, экономика находилась в удовлетворительном состоянии, и от нее ждали многого. Для того чтобы конституция была действенной, нам достаточно было находиться в хороших отношениях с премьер-министром; Оботе относился к нам дружелюбно, уважал наши позиции...»3
В октябре 1963 г. кабака Мутеса II был избран первым президентом независимой Уганды, сменив на посту главы государства временное лицо - британского генерал-губернатора. Выбирала его Национальная ассамблея, исходя из того, что президентом должен стать один из «монархов королевств», которые стали называться теперь «федеральными землями». В качестве президента Мутеса занимал теперь комфортабельную резиденцию в Энтеббе, из которой открывался прекрасный вид на озеро Виктория и английский сад, и писал письма за тем самым столом, за которым когда-то Коэн объявил ему о его смещении с поста кабаки и высылке.
Но вскоре Мутеса понял, что пост президента был в значительной мере формальным - в основном его функции сводились к официальному представительству, тем более что в случае троекратного отказа президента подписать какой-либо закон достаточной становилась подпись премьер-министра. Постепенно обострялись отношения Мутесы с Оботе. Оботе говорил о введении однопартийной системы, что не нравилось аристократическим кругам Буганды. В январе 1964 г. восстал военный гарнизон в Джиндже - втором по величине городе Уганды. Кабаку, хотя он занимал еще и пост верховного главнокомандующего угандийской армией, информировали об этом с большим опозданием. Меры же были приняты быстро: из соседней Кении перебросили британских солдат. Зачинщиков бунта, требовавших увеличить жалованье, арестовали.
В сентябре 1964 г. коалиция между Конгрессом и Кабака екка фактически распалась. К тому времени Конгресс 3 Mutesa II. Op. cit. Р. 168.


уже располагал большинством в Национальной ассамблее. Министры - члены Кабака екка вышли из состава кабинета. В октябре между Оботе и Мутесой вновь возник конфликт: Оботе захотел во время парада по случаю третьей годовщины независимости произнести речь, чему кабака воспротивился. Тем не менее речь была произнесена.
Баганда и сам кабака не могли простить Оботе наступление на их «права». В неприязни к Оботе присутствовал и еще один важный фактор - этнический. Оботе и его окружение представляли народы севера Уганды - ачоли, ланги и другие. Из этих народов в основном рекрутировалась и армия Уганды. Поэтому кабака с удовольствием поддержал обвинения (выдвинутые членом Национальной ассамблеи от Кабака екка Дауди Оченгом) Оботе и некоторых других лиц в присвоении «конголезского золота» - средств, переданных повстанцами Восточного Конго (ныне Заир) на закупку оружия. Формально оставаясь в стороне, он принимал косвенное участие в разборе этого дела в феврале 1966 г. в Национальной ассамблее. Когда ситуация в Кампале накалилась, кабака в качестве президента страны запросил британского комиссара и послов некоторых африканских стран о возможности присылки их солдат в Уганду. Он даже попытался арестовать Оботе. В своих мемуарах, все время подчеркивая, что оставался в стороне, Мутеса II не скрывал, что был бы рад падению премьера: «По правде говоря, у меня на этом этапе не случился бы разрыв сердца, если бы человека, который не представлял теперь никого, кроме себя самого, преисполненного решимости разрушить мое королевство, сняли бы с поста премьер-министра, доказав его причастность к преступлениям»4.
Ситуация в стране продолжала оставаться сложной. 23 февраля 1966 г. были арестованы несколько министров, а 24 февраля приостановлено действие конституции. Приостановление действия конституции лишало Буганду и другие «королевства» их привилегий. В ответ люкико отказался сотрудничать с Оботе и потребовал вывода центрального правительства Уганды из столицы Буганды Кампалы. Оботе было направлено восемь ультиматумов люкико, последний из них устанавливал даже дату вывода - 30 мая. Тогда по приказу Оботе 24 мая две роты пошли на штурм дворца кабаки.
Штурм начался, когда еще не рассвело. Кабака, ночевавший в своем дворце, был разбужен выстрелами уже внутри ограды дворца. Надев на белье свитер, он быстро собрал охрану, насчитывавшую около 120 человек, и стал искать путь к бегству. Хорошо зная расположение дворцовых построек, охранники ввязались в перестрелку с правительственными войсками и даже сумели удержать свои позиции в течение нескольких часов. Когда рассвело и выяснилось, что дворцовый комплекс окружен, кабака и его защитники укрепились на некоторое время в краале - загоне для скота. Затем, когда положение стало безвыходным, выстрелами они расчистили себе путь к юго-западной части кирпичной стены дворца. Через стену пришлось перелезать. На двух такси беглецы уехали в резиденцию Белых отцов рядом с католическим собором в Кампале. Мутеса II, как некогда его дед Мванга, был вынужден спасаться у миссионеров-католиков после свержения с престола.
Когда стало известно, что есть приказ взять Мутесу живым или мертвым и что его яхта на озере Виктория сожжена, кабака выбрал путь к западной границе, до которой было около трехсот миль. Во время побега, длившегося несколько недель, о нем ходили самые невероятные слухи: то его будто бы видели в Найро4 Mutesa II. Op. cit. Р. 187,188.
IIIIIIIIIIIHIIIIII 922 iiiiiiimmiiiui


би, то в Аддис-Абебе, а то он якобы возвращается с большими силами на штурм Кампалы. Некоторые газеты объявили даже о его смерти. Наконец измученные беглецы добрались до границы Бурунди. При переходе границы они не скрыли, что являются баганда, но, конечно, назвались чужими именами и сказали, что идут навестить родственников. Открылись только по прибытии в столицу Бурунди Бужумбуру, где кабаку с распростертыми объятиями встретил тамошний король. Тут же был установлен контакт с британским посольством, которое запросило Лондон о согласии предоставить кабаке политическое убежище. Ужинал он в тот день с британским послом.
Из Бужумбуры кабаку транспортным самолетом вывезли в Брюссель, а из бельгийской столицы кабака Мутеса II вылетел в Лондон. Уже там он узнал о разгроме во дворце и о том, что были сожжены королевские барабаны - символ власти кабаки Буганды. Мутеса остался в Лондоне, где в школу ходили трое его детей. В 1967 г., вскоре после прибытия в Лондон, там вышла его книга мемуаров, озаглавленная «Осквернение моего королевства»5 и принесшая кабаке немалые доходы.
В этой книге помимо описания собственной жизни (становящегося тем более тенденциозным, чем ближе к событиям 1966 г.) кабака пишет о своих предках, начиная с Мутесы I. Отдельные главы он посвящает своему прадеду, которого хвалит за приглашение в страну европейцев, и деду - Мванге. Одна из глав книги называется «XX столетие». В мемуарах Мутеса, видимо, вспомнил свои кембриджские годы: его исторические главы хоть и написаны под углом зрения связей Буганды с Европой, главным образом с Англией, но небезынтересны как для широкой читающей публики, так и для историка. Он цитирует не только широко известные мемуары первых миссионеров - А. Маккея, Дж. Роскоу, а также Ф. Лугарда, но и малоизвестные мемуары X. Мукасы. Цитаты обширны и выбраны не без вкуса. Интересны его оценки собственных предков. О Мванге, своем деде, он пишет так: «За все время правления Мванга боролся за освобождение своей страны от незваных гостей. Он не любил их и не хотел их присутствия. На него произвела впечатление сила, но не заинтересовали идеи белых. Он не смог ни восстановить старый порядок вещей, ни воспринять новый. Мне кажется, он заслуживает симпатии за это»6. Прежде чем перейти к изложению собственной биографии, он делает такой вывод о контактах Британии с Бугандой и английском колониализме в его стране: «Ассимиляция западных ценностей без отказа от собственных более древних увеличила наш потенциал. Нас когда-то назвали “жемчужиной Африки”, и мы не хотели терять эту славу, став культурными»7.
В Лондоне во время своего второго изгнания Мутеса вел иную жизнь, нежели в первом изгнании. Сразу же по прибытии он провел неделю в офицерском госпитале для восстановления сил. Затем начались его скитания. Он жил в разных местах, в квартирах, нанятых для него друзьями. Мутеса существовал на небольшие гонорары за статьи в «Санди телеграф», а затем на деньги за его книгу, которые быстро разошлись. Попытки экс-кабаки пристроиться в свой бывший полк натолкнулись на нежелание британского правительства иметь с ним дело. В общем, он жил и пил - а пил он по-прежнему много - на деньги, которые ему посылали друзья из Буганды. Дава5 Mutesa //. Op. cit.
6 Ibid. P. 58.
7 Ibid. P 75.


ли деньги и баганда, живущие в Лондоне, и несколько друзей-англичан.
Лишь во второй половине 1968 г. для «короля Фредди» нашлось место в благотворительном обществе Р. Кар-Гомма, заботившемся о жителях лондонских трущоб. Бывший кабака занимался теперь сбором пожертвований, украшательством общественных туалетов и составлением песенника для нищих. Его восемь «ролс-ройсов» остались во дворце в Менго, и Мутесе теперь нередко приходилось передвигаться пешком. Однако его бедствия, а также непризнание официальным Лондоном делали его в глазах почитателей в Буганде мучеником. Доброжелатели предупреждали его, что его жизни грозит опасность.
Смерть Мутесы 21 ноября 1969 года также окружена ореолом таинственности. Его адъютант Дж. Катенде около половины девятого вечера подал ему ужин. Затем зазвонил телефон. Катенде подошел к аппарату. Звонили Мутесе. Катенде вошел к нему, чтобы подозвать его, и нашел его на полу мертвым.
Вообще, за последние две недели экс-кабака жил под страхом смерти. То вдруг среди ночи ему чудилось, что через окно на него смотрит кто-то, то появлялась таинственная фигура в белом... Вскрытие показало необычно высокий процент алкоголя в крови, моче и желудке. Но печень, почки и сердце оказались здоровыми, на теле не было обнаружено каких-либо следов насилия. Скотланд- Ярд быстро закрыл дело. Но среди баганда еще долго жили слухи о колдовстве, которое погубило кабаку.
Мутеса успел отпраздновать свой сорок пятый день рождения 19 ноября, но не успел дать прием по этому случаю. Прибывшая в Лондон Дамали, теперь вдова бывшего кабаки, настояла на том, чтобы тело ее мужа не отправляли в Уганду. Да и сам Мутеса когда-то говорил брату, что если ему суждено будет умереть в изгнании, он хочет, чтобы его тело оставалось в Британии до тех пор, пока в Буганде не будет восстановлена монархия. Поэтому после скромного отпевания тело Мутесы, предварительно забальзамированное, было секретно увезено в неизвестном направлении.
Но ему было суждено вернуться на родину не после восстановления монархии, а при диктатуре Иди Амина. Одной из первых акций пришедшего к власти в 1971 г. Амина было перезахоронение тела Мутесы в усыпальнице кабак. 31 марта 1971 г. специальный самолет с телом кабаки приземлился в Энтеббе, где его встретил салют из 73 винтовок. На вертолете гроб был доставлен на холм Кололо, где впервые был поднят флаг независимой Уганды. Амин сказал прочувствованную речь. Затем четыре дня гроб со стеклянной крышкой находился в соборе Намирембе, куда стекались толпы баганда, чтобы проститься со своим последним кабакой. 4 апреля состоялась заупокойная служба. Епископ Стюарт, когда-то венчавший и короновавший его, закончил службу словами «Прощай, наш Мутеса!»
Перед тем как поместить гроб в усыпальницу, лицо Мутесы, по обычаю, закрыл лубяной материей его сын Рональд Мутеби. Он надеялся стать новым кабакой Буганды. И не зря. Он был коронован 31 июля 1993 года кабакой Буганды. Президент Уганды Йовери Мусевени восстановил институты традиционных правителей доколониальных «королевств», и первым из них был институт кабаки Буганды.
А.С. Балезин
Литература
Балезин А.С. У Великих африканских озер. Монархи и президенты Уганды. М., 1989.
Mutesa IIt Kabaka of Buganda. Desecration of My Kingdom. L., 1967.
Karugire S.R. The Political History of Uganda.
Nairobi, 1980.
iitiiiiiiuiiiiiiti hiiiiiiiiiiiiiiiii


МЭКОННЫН УОЛЬДЭ-МИКАЭЛЬ
08.V. 1852 -22.111. 1907
Ближайший соратник императора Менелика II, отец императора Хайле Селассие I.
Родился в знатной шоанской семье, двоюродный брат Менелика II. Их общим дедом был ныгус Сахле Сылласе, самый могущественный из правителей Шоа до воцарения Менелика. Как и многие другие мальчики в Эфиопии того периода, получил в церковной школе традиционное образование, т. е. умел писать, читать и немного разбирался в Священном Писании.
Вот что, в частности, сообщает о нем в своей «Истории Эфиопии» эфиопский историк Тэкле-Цадык Мэкурия: «С детских лет Мэконнын отличался умом, сообразительностью и терпением. Поскольку он с преданностью и любовью относился к своему господину и брату императору Менелику, тот его тоже очень любил... Во все то время, когда Менелик нес на себе тяжкое время по управлению Эфиопией, больше других приближенных ему в этом помогал Мэконнын»1.
Первоначально ничто не предвещало о блестящую карьеру Мэконнына. Довольно поздно, в 23 года, он получил первый военно-феодальный титул ба- лямбарас (доел, «комендант крепости») и вскоре был назначен губернатором небольшого округа Уабарп к западу от Эн- тото, тогдашней столицы Шоа. Начало *
его блестящей карьеры как правой руки Менелика относится к 1887 г., когда в процессе феодально-территориальной экспансии шоанские войска захватили город Харэр на юго-востоке страны, вблизи Красноморского побережья. В этом торговом городе-государстве преобладало мусульманское население, в нем же селились европейцы, занимавшиеся коммерцией. Одно время жителем Харэра в частности был известный французский поэт Артюр Рембо, занимавшийся в последние годы своей жизни торговлей огнестрельным оружием в районе Красного моря. Здесь требовался опытный и умный губернатор, и Менелик не ошибся, назначив на этот пост получившего накануне титул дэджазма- ча Мэконнына. В Харэре в полной мере проявились его религиозная терпимость и умение управлять, не прибегая к вооруженной силе.
Контроль над богатым купеческим Харэром и близлежащими областями помог Мэконныну довольно быстро вооружить свою армию огнестрельным оружием, что позволило шоанцам успешно расширять территорию страны в южном направлении.
Говоря о воинских заслугах Мэконнына перед Эфиопией и Менеликом, необходимо прежде всего обратиться к событиям итало-эфиопской войны ‘ Тэкле-Цадык Мэкурия. История Эфиопии. От императора Теводроса до императора Хайле Селассие I. Аддис-Абеба, 1936 (на амхарском языке, эфиопский календарь) С. 99.
IIIIIIIIIIIIIIIIIII iiiiiiiiiiiiiiiiiii


1895-1896 гг. Меньше известно о его действиях в битве при Адуа, хотя, судя по всему, он проявил себя с лучшей стороны. Именно его армия приняла на себя первый удар итальянцев и, устояв, не позволила противнику реализовать свой план ведения сражения. Гораздо больше известно о его умелом военном руководстве в двух других сражениях, предшествовавших битве при Адуа - сражении при Амба-Алаге и осаде итальянского гарнизона в крепости Мэкэле. Успешные действия армии Мэконнына в этих двух случаях имели большое значение для исхода войны в целом. Достигнутая политическая централизация страны накануне войны была еще весьма хрупкой, и часть традиционных правителей областей, несмотря на приказ императора, колебалась относительно своего участия в составе общеэфиопской армии. Успехи Мэконнына резко изменили настроения всех колебавшихся и не веривших в победу над европейцами, в результате в битве при Адуа участвовали армии практически всех областных правителей.
Сразу же после победы в италоэфиопской войне, когда на гребне военных успехов Менелик предпринял широкоформатную вооруженную экспансию в западном и юго-западном направлениях, в 1897 г. Мэконныну было поручено возглавить военную экспедицию с целью захвата богатой золотом области Бени- Шангуль и затем достигнуть, если представится возможность, берегов Белого Нила. Хотя официальной причиной этого похода было невыполнение местными правителями приказов императора и постоянные междоусобицы, его истинной причиной были угрозы для этой области со стороны англичан и осложнявшаяся обстановка в соседнем махдистском Судане. Мэконнын блестяще справился с этой задачей.
Не менее успешно он проявил себя и в других сложных ситуациях. Так, в 1899 г. Мэконнын подавил сепаратизм тыграйской феодальной верхушки, после чего несколько лет наряду с Харэром осуществлял правление и самой опасной для императора областью Тыграй.
Успехом завершились и скоординированные действия армии Мэконнына и англичан против сомалийцев под руководством Мухаммеда Абдуллы Хасана, которые угрожали территориальной целостности Эфиопии и английских владений в этой части Африки.
В историю Эфиопии Мэконнын вошел не только как хороший воин, но и как лучший дипломат того времени. Именно с ним император обсуждал условия известного Уччиальского договора с Италией, после подписания которого в мае 1889 г. Мэконнын, уже с титулом раса, был направлен с дипломатической миссией в Италию. В Риме он не только присутствовал при ратификации договора в итальянской палате депутатов, но и провел переговоры о предоставлении итальянцами Эфиопии денежного кредита, который был использован для закупки оружия для императорской армии. В последующие годы Менелик постоянно использовал дипломатические способности Мэконнына во всех переговорах с итальянской стороной, а также со всеми другими иностранными представителями. Ему не раз приходилось возглавлять дипломатические миссии в Рим, Париж и другие европейские столицы.
В заслугу ему можно поставить и успешные переговоры с англичанами по определению границ между Эфиопией и английскими владениями в районе Африканского Рога. После установления границы между Эфиопией и французскими колониальными владениями на Красноморском побережье Мэконнын содействовал французам в строительстве современного по тем временам порта в Джибути, через который должна была проходить значительная часть эфиопского импорта и экспорта.
IIIIIIIIHIIIIIIIII yzo IIIIIIIIHIIIIIIIII


Дипломатические способности Мэ- коннына в очередной раз проявились в июле-сентябре 1902 г. в Англии, когда он представлял императора Менелика на коронации английского короля Эдварда VII. Из-за болезни будущего монарха сама церемония была ненадолго отложена. Многие лондонские газеты поместили информацию о посещении эфиопским гостем одной из церквей и его молитве о скорейшем выздоровлении короля. Мимо внимания журналистов не прошел и дар раса церкви - большой коптский золотой крест. Мэконныну была устроена обширная экскурсия по наиболее современным заводам и фабрикам Лондона, включая военное производство. По воспоминаниям присутствовавших при этом, эфиопский гость с интересом все осмотрел, но делал это спокойно, не выказывая удивления или восхищения.
Рас Мэконнын разделял взгляды Менелика не только по вопросу о формах и методах политического объединения и укрепления Эфиопской империи. Он один из немногих, кто активно участвовал в модернизации страны на рубеже XIX-XX вв. Первая телефонная линия в Эфиопии соединяла Аддис-Абебу и Харэр, что позволяло Менелику оперативно обсуждать с расом Мэконныном назревшие государственные проблемы. «Рас Маконен, - писал в своей книге посетивший в конце XIX в. Эфиопию русский путешественник Константин Звягин, - бесспорно один из развитых людей в Эфиопии... он чаще других и первый соприкасается с европейцами, а потому весьма осведомлен с политикой европейских государств. Он главный советник негуса, без него не заключаются никакие письменные договоры»2.
По мере ухудшения в начале прошлого века здоровья императора Менелика, у которого не было сыновей, при дворе все чаще стали говорить о расе Мэконныне как о его возможном преемнике. Уже упоминавшийся Тэкле-Цадык Мэкурия об этом писал так: «Рассказывают, что не только из-за того, что он был сыном тетки Менелика, а прежде всего вследствие заслуг на дипломатическом поприще, в области управления и на поле брани, а также потому, что император любил его и доверял ему, он собирался завещать ему свой трон... Но воля Божья была такова, что смерть наследнику престола была ниспослана раньше, чем его обладателю. Рас Мэконнын скончался 13 марта 1898 г. (21 марта 1906 г. по европейскому календарю. - Г. Z4)»3.
Известно, что Мэконнын умер от простуды, направляясь из Харэра в Аддис-Абебу. В те времена этот путь верхом на лошади занимал не менее месяца. Он был похоронен в церкви св. Михаила в Харэре, и, согласно завещанию, многим его рабам была дана вольная.
Г.В. Цыпкин
Литература
Цыпкин Г.В. Эфиопия: от раздробленности к политической централизации (вторая половина XIX - начало XX в). М., 1980.
Guèbre Sellasié. Chronique du règne de Mene- likll: In 2 vols. P., 1930-1931.
Тэкле-Цадык Мэкурия. История Эфиопии. От императора Теводроса до императора Хайле Селассие I. Аддис-Абеба, 1936 (на амхарском языке, эфиопский календарь).
Petrides S.P. Le héros d’Adua. Ras Makonnen, prince d'Ethiopie. P., 1963.
2 Звягин К. Очерк современной Абиссинии по личным наблюдениям. СПб, 1895. С. 16.
3 Тэкле-Цадык Мэкурия. Указ. соч. С. 100.
HIIIIIIIIIIIIIIIII W IIIIIIIIIIIIIIIHII


МЭНГЫСТУ ХАЙЛЕ-МАРИАМ
род. 1941 г.
Политический, государственный и военный деятель Эфиопии, лидер эфиопской революции 1974-1991 гг.
Сведении о дореволюционном отрезке жизни Мэнгысту немного, да и впоследствии его биография ни разу не была опубликована. Данные, появлявшиеся в различных работах, часто не совпадали. Существуют расхождения даже относительно года его рождения - от 1939 до 1942. Чаще всего упоминается 1941 год. Молодые годы Мэнгысту прошли в небольшом городке в провинции Уоламо на запале страны. Его отец, по некоторым данным, дослужился до звания сержанта. О матери известно еще меньше. Судя по внешности Мэнгысту с характерными негроидными чертами, он, скорее всего, был выходцем из одного из нилотских племен, барья или шанкалла.
В те годы большое участие в судьбе молодого Мэнгысту принял Кэббэдэ Тэ- сэм.ма. одно время губернатор Годжама и командующий территориальной армией. Благодаря его протекции после окончания средней школыМэнгыступоступил в военную академию в Холета (ныне Гэн- нет, провинция Шоа), которую закончил в 1966 г. в звании младшего лейтенанта. По военному соглашению между США и Эфиопией от 1953 г. многие эфиопские офицеры проходили военную подготовку в ряде тренировочных центров Америки. В период с 1969 по 1970 г. Мэнгысту дважды стажировался за океаном. Считается, что, находясь в США, он впервые познакомился с современными идеологическими идеями, в том числе и марксизмом. Имеются некоторые сведения, что заочно Мэнгысту изучал экономику по программе Мэрилендского университета (США), а также заочно учился в Аддис-Абебском университете. Суля по всему, его воинская служба складывалась благополучно, к началу революционных событий 1974 г. он уже имел звание майора и считался высокопрофессиональным и толковым офицером.
Мэнгысту принял самое активное участие в подпольном антимонархическом движении армейских офицеров и пользовался среди них большим авторитетом. Иначе вряд ли его избрали бы председателем Координационного комитета вооруженных сил, полиции и территориальной армии (ККВС), который с 1974 г. возглавил революционные выступления эфиопской армии против императорского режима. Состав этого органа, куда входили избранные от различных частей и подразделений военнослужащие в звании от рядового до майора, был весьма пестр и неоднороден, что предопределило сложности в его деятельности.
После создания ККВС имя Мэнгысту стало более известным в стране, по Аддис-Абебе стали ходить слухи о неком майоре, решительном и последовательном в достижении задач революции, который представлял в ККВС наиболее радикальное крыло его членов. Сам ККВС I1HI1I1IIIIIIIIIII yzo IIIIIIIIHIIIIIIIII


просуществовал недолго, сразу же после свержения 12 сентября 1974 г. императора Хайле Селассие I он был преобразован во Временный военный административный совет (ВВАС), который стал коллективным главой страны. Главой ВВАС был назначен генерал Аман Микаэль Андом. Судя по всему, молодые офицеры понимали, что на этом посту, хотя бы временно, будет уместен более известный в стране человек - Аман Микаэль Андом.
Генерал же прославился во время эфиопо-сомалийской войны 1965 г., получив даже прозвище «Лев Огадена». Мэнгысту на этом этапе предпочел быть заместителем председателя ВВАС, хотя, как показали последующие события, лишь на какое-то время. Пока же он проводил большую работу по консолидации своих сторонников в руководстве страны и стремился пресечь действия тех, кто, по его убеждению, был недостаточно последователен в развитии в Эфиопии революционного процесса.
Некоторая первичная информация о самом Мэнгысту и его единомышленниках содержится в книге сотрудника нашего посольства в Аддис-Абебе С.Я. Синицына, который был очевидцем развития бурных событий в стране. Особенно его интересовала личность Мэнгысту и его место в ВВАС. Автор сообщает ряд интересных сведений, полученных от своего информанта, некоего майора эфиопской дорожной полиции. По словам того, Мэнгысту «стал заниматься политической деятельностью задолго до “февральской революции”, одно время учился в США, служил в 3-й дивизии под командованием генерала Амана Микаэля Ан- дома, который хорошо к нему относится и ценит как способного, волевого офицера. Однако их политические взгляды далеко не совпадают, “да и друзья у них разные”. За Андомом стоят влиятельные “армейские чины”, недовольные позицией “молодых выскочек” вроде Мэнгысту.
Вот почему группа “прогрессивных офицеров” вынуждена пока делить власть с Андомом, но в перспективе рассчитывает пойти “своим путем”. Как можно было понять из слов собеседника, этот путь предполагал “радикальные изменения” в Эфиопии. Говоря о Мэнгысту, он неоднократно подчеркивал, что тот является “очень решительным человеком”. Что касается внешней ориентации “группы Мэнгысту”, то, как считает майор, для нее характерно в первую очередь недовольство американским засильем в вооруженных силах и вообще в Эфиопии, что некоторые члены этой группы симпатизируют принципам социализма и соцстранам, однако на данном этапе вплотную заняться внешними делами у “группы Мэнгысту” не доходят руки».
Мэнгысту и его единомышленников не устраивала позиция генерала Андома по вопросу, каким путем должна развиваться Эфиопия. Если председатель ВВАС хотел ограничить эфиопскую революцию буржуазно-демократическим преобразованиями с развитием страны по капиталистическому пути при сохранении тесных связей с Западом, то радикальная часть этого органа планировала идти дальше демократического этапа революции, провести назревшие глубокие социально-экономические реформы в интересах широких трудящихся масс, освободить страну отзасилья западных держав, в первую очередь США.
В ноябре 1974 г. противоречия внутри ВВАС вылились в прямое столкновение между сторонниками Амана Микаэля Андома и Мэнгысту. Обвинив генерала в стремлении подмять под себя ВВАС, под давлением Мэнгыстуего группа приняла решение об отстранении генерала от власти и его аресте. На следующий день Аман Микаэль Андома был убит в перестрелке при его задержании. В тот же день произошло событие, свидетельствовавшее о готовности Мэнгысту не останавливаться ни lllllllllllllirill* угу lllllllllllllllllll


перед чем в достижении своих целей. Под его нажимом ВВАС санкционировал расстрел 60 ранее арестованных высокопоставленных лиц императорского режима, включая бывших премьер- министров, внука императора, командующего эфиопскими ВМФ Искандера Дэста, нескольких губернаторов провинций, бывших министров обороны страны и нескольких членов Совета короны. По мере ухудшения отношений ВВАС с западными державами, иностранная пресса все чаще стала характеризовать Мэнгысту как «кровавого диктатора».
И на этот раз Мэнгысту предпочел оставаться за политическими кулисами, уступив пост председателя ВВАС другому генералу, Тэфэри Банти, занимавшем при императоре одно время пост руководителя военной разведки. Это была компромиссная фигура в условиях борьбы за власть в военном руководстве страны. Видимо, Мангусту считал, что его время еще не пришло.
Тем не менее, даже являясь вторым человеком в военном руководстве страны, Мэнгысту продолжал инициировать различные мероприятия по обновлению Эфиопии. С его именем, в частности, связывают начало общенационацио- нальной кампании «Развитие через сотрудничество», в соответствии с которой в сельские районы страны сроком на полтора года было направлено около 60 тысяч преподавателей, студентов и старшеклассников для ликвидации неграмотности, оказания медицинской помощи, строительства школ и дорог. В задачи молодежи входило и разъяснение происходящих в Аддис-Абебе событий, целей и задач эфиопской революции. Отправкой молодежи из городов достигалась и другая цель, не столь лежащая на поверхности.
Эфиопская молодежь, прежде всего студенчество, на протяжении 1960 - начала 1970-х годов являла собой наиболее радикальную и демократически настроенную часть эфиопского общества. Именно они устраивали в городах, главным образом в Аддис-Абебе, выступления против существовавших порядков, требуя проведения назревшей аграрной реформы и ликвидации феодального устройства общества. Как правило, для подавления студенческих выступлений использовалась армия. Отсюда глубокое недоверие и неприязнь к людям в военной форме, существовавшая среди молодежи. Они считали, что ценой многочисленных жертв молодежь подготовила свержение монархического строя, но военные присвоили победу себе. Созданная вскоре представителями эфиопской интеллигенции и учащейся молодежи Эфиопская народнореволюционная партия (ЭНРП) стала самым непримиримым противником военного руководства. ЭНРП, среди кумиров которой были Мао Цзэдун, Кастро и Че Гевара, считали, что, поскольку армия - продукт монархии, она не может руководить революцией и что страна нуждается в гражданском правительстве. Не получив большой поддержки среди населения, партия стала на путь террора и саботажа. От рук боевиков ЭНРП пало немало членов ВВАС. В ответ по указу ВВАС был объявлен «красный террор» левакам, в результате которого погибли сотни и тысячи противников военного режима. Восприятие Мэнгысту за рубежом как кровавого диктатора еще больше усилилось.
Во время проводов на городском стадионе первой группы молодежи по программе «Развитие через сотрудничество», куда был приглашен дипкорпус, уже упоминавшийся советский дипломат С.Я. Синицын впервые увидел лидера эфиопской революции. «Мэнгысту Хайле Мариам предстал в образе довольно молодого человека (ему было тогда около 34 лет), среднего роста, сравнительно щуплого телосложения, с приятным лицом. Довольно темная кожа и iiiiiiiiiiiiitiiiii У JU IIIIIIIIIIIIIIIHII


явно не классические амхарские черты лица выдавали его смешанное происхождение (отец - амхара, а мать - представительница народности волламо). Пожимая мне руку при знакомстве» Мэнгысту дружелюбно улыбался широкой, располагающей к себе улыбкой, чем-то очень похожей на знаменитую “гагаринскую” (и это было не только мое впечатление). Улыбка эта как-то не вязалась с образом хладнокровного и расчетливого лидера, способного на физическое устранение своих политических противников. Впоследствии и эфиопы, и некоторые иностранцы отмечали у Мэнгысту, наряду с твердой волей, целеустремленностью и пр., безошибочное чувство приближающейся опасности и способность своевременно нанести упреждающий удар или, как говорили американцы, “умение первым выхватить кольт”. Кстати сказать, продолжительное время Мэнгысту и другие руководители ВВАС постоянно носили у пояса револьверы типа короткоствольных кольтов». По Аддис-Абебе ходила шутка, что в ВВАС прав тот, кто быстрее выхватит револьвер. Видимо, Мэнгысту был в этом отношении непревзойденным стрелком.
Во всяком случае твердость и целеустремленность Мэнгысту помогали ему успешно решать поставленные перед собой цели. Постепенно все больше стал проявляться интерес эфиопского руководства к идеологии социализма, все настойчивее становились усилия по упрочению отношений с социалистическими странами, в первую очередь с СССР и Кубой.
Идеологические изменения во взглядах Мэнгысту и ВВАС в целом можно определить по программным документам эфиопской революции. Первым из них стала обнародованная военными 20 декабря 1974 г. декларация «Истоки и пути развития движения ’’Эфиопия прежде всего”», в которой упор делался на эфиопский социализм, который по мнению авторов, означает равенство, опору на собственные силы, приоритет общественных интересов и нерушимость единства Эфиопии. В этом документе наряду с провозглашением общедемократических принципов и некоторых идей научного социализма чувствовалось влияние мелкобуржуазной, националистической идеологии. Это выразилось, в частности, в утверждениях о некой национальной исключительности эфиопского социализма, в идеализации некоторых сторон общественной жизни в прошлом, во внеклассовом и порой утопическом представлении о будущем. Вместе с тем в декларации содержались и достаточно конкретные задачи. В частности, было заявлено о необходимости создания партии, руководствующейся идеями научного социализма. Кроме того подчеркивалось, что внешняя политика новой Эфиопии будет антиимпериалистической и антиколониальной.
Более продуманной и идеологически обоснованной выглядит обнародованная 21 апреля 1976 г. Программа национально-демократической революции Эфиопии (ПНДРЭ), в которой недвусмысленно заявлялось о социалистическом выборе развития страны. Программа ставила конкретную задачу: «Полное избавление от феодализма, империализма и бюрократического капитализма, объединение всех антифеодальных и антиимпериалистических сил в борьбе за новую Эфиопию и создание в стране прочной базы для перехода к социализму». Этот документ позволил советскому руководству более полно уяснить суть происходивших в Эфиопии процессов и характер целей эфиопской революции. Более понятными становились и взгляды долгое время остававшегося загадочным самого влиятельного в стране человека. Как отмечает С.Я. Синицын, «уже с первых встреч с Мэнгысту мы пытались составить себе представление о “политическом лице” этого деятеля.
IIIIIIIIIIIIIIIHII л / IIIIIIIIIIIIIIIHII


Конечно, в первую очередь бросались в глаза “лидерские черты” Мэнгысту,”его воля к власти”, организаторские способности, несомненный авторитет среди значительной части военных. Ощущались и диктаторские, тоталитарные замашки, что в те годы было широко распространенным явлением в Африке, в особенности в военной среде. По социальному признаку, как “выходец из народа”, не принадлежащий ни к земельной аристократии, ни к бюрократической элите, он объективно и субъективно был ближе к радикальному крылу армии и “низам” общества. Его интерес к марксизму, о котором мы знали от других и от него самого (по просьбе Мэнгысту посольство не раз передавало в ВВАС большие подборки марксистско-ленинской литературы, включая и собрания сочинений классиков), казался нам искренним, отражающим его желание восполнить недостаток необходимого образования, а также учитывать полученные таким образом знания в формировании внутренней и внешней политики новой Эфиопии. Конечно, нельзя было исключать, что здесь присутствовали и сиюминутные расчеты на получение поддержки от социалистических стран.
Все же, сравнивая Мэнгысту с уже знакомым мне Сиадом Баре с его словесным “социалистическим пафосом”, нельзя было не заметить, что эфиопский лидер держится скромнее, серьезнее и как-то прагматичнее. Понятно, что его интересовал наш опыт партийного строительства с учетом отсутствия в Эфиопии “руководящей и направляющей” силы в лице партии, принципы политического руководства КПСС во взаимоотношениях с государственными органами, правительством, профсоюзами, различными политическими слоями, в особенности с интеллигенцией, поскольку в самой Эфиопии интеллигенция уже начинала выступать против “военной диктатуры”».
Интересно и другое наблюдение дипломата, позволяющее лучше представить личность эфиопского лидераи его методы строительства новой Эфиопии: «Как-то после одной из бесед с Мэнгысту, обмениваясь мнениями о впечатлениях, и посол, и я пришли к заключению, что в облике и поведении Мэнгысту явно присутствовали некоторые характерные “сталинские черты” (позднее от лиц из ближайшего окружения Мэнгысту мне стало известно, что, действительно, проявлял к личности Сталина большое внимание, читал его работы, литературу о нем и пр.). Да и объективно Мэнгысту, наполовину выходец из небольшого народа в Эфиопии, как и представитель национального меньшинства в России Сталин, волею судеб оказался во главе крупного многонационального государства, вчерашней империи».
С февраля 1977 г. Мэнгысту, фактический руководитель всех преобразований в Эфиопии, стал де-юре руководителем ВВАС. Это произошло после того, как генерал Тэфэри Банти был обвинен в подготовке государственного переворота и в связях с некоторыми контрреволюционными организациями, прежде всего с ЭНРП. Как и в случае с первым председателем ВВАС генералом Аманом Микаэлем Андомом, и на сей раз не было представлено никаких доказательств. По-прежнему в ВВАС не было единства мнений и выигрывал, видимо, тот, кто первый сумел выхватить револьвер.
Выступая на следующий день на массовом митинге впервые в качестве председателя ВВАС, Мэнгысту заявил, что революция переходит от обороны к наступлению через вооружение трудящихся и беспощадную борьбу с контрреволюцией. Подтверждением того, что эфиопская революция развивалась как подлинно народная, служит тот факт, что власть не побоялась раздать оружие большей части населения, не опасаясь, что оно будет повернуто против военного руководства.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii lllllllllllllllllll


По сути дела, эфиопская революция, осуществленная армейскими низами во главе с Мэнгысту Хайле Мариамом, отвечала интересам народа страны. Прежде всего был ликвидирован феодальномонархический режим, ставший тормозом на пути развития Эфиопии. 5 марта была осуществлена самая радикальная во всей Африке аграрная реформа, в соответствии с которой миллионы безземельных крестьян, вынужденные арендовать землю у феодалов-помещиков, отдавая за это до 75% урожая, впервые обрели собственные наделы площадью до 10 гектаров. Были национализированы крупнейшие предприятия и страховые компании, впервые в истории страны принято прогрессивное трудовое законодательство, устанавливавшее введение 8-часового рабочего дня, минимум заработной платы, медицинское обслуживание трудящихся и ежегодный оплачиваемый отпуск. Закон о труде предусматривал также участие рабочих в управлении национализированными предприятиями. По предложению Мэнгысту в стране было признано равенство религий (христианства и ислама), на практике осуществлено отделение церкви от государства и школы от церкви. В деревнях были созданы крестьянские ассоциации - органы самоуправления в сельской местности, в городах - кэбэле - органы городского самоуправления.
Мэнгысту возглавил страну в крайне сложный период развития революционного процесса. Резко возросла контрреволюционная деятельность оппозиционных группировок, неблагоприятно для эфиопов складывалась военная ситуация в Эритрее, где продолжалась многолетняя война с местным населением, выступавшими за выход из состава Эфиопии и создание суверенного эритрейского государства. Внутриполитическая ситуация стала критической после вторжения 23 июля 1977 г. в пределы Эфиопии армии Сомали, стремившейся отторгнуть от соседа юго-восточный район Огаден. За несколько месяцев хорошо оснащенной сомалийской армии удалось продвинуться вглубь эфиопской территории на 700 км, заблокировав главные города региона - Харэр и Дыре-Дауа.
В этой тревожной для революции ситуации решением ВВАС было создано Национальное революционное оперативное командование во главе с Мэнгысту. Как уже не раз случалось в истории Эфиопии, война с мусульманами вызвала в стране патриотический подъем. За два месяца прошло военную и политическую подготовку более 300 человек. Значительную помощь Эфиопии в этот период оказали Советский Союз, Куба, ГДР. В страну прибыл 15-тысячный контингент кубинских войск, мощным потоком стало поступать оружие и боеприпасы из Советского Союза, в эфиопской армии появились советские военные советники. Во многом именно предоставление этой помощи стало решающим фактором в отпоре агрессору. Впоследствии, во время одного из своих визитов в Москву, выступая в актовОхМ зале одной из военных академий перед вдовами погибших в этой войне советских военнослужащих, Мэнгысту прямо заявил, что без советской многосторонней помощи эфиопская революция могла бы потерпеть поражение.
Победа в эфиопо-сомалийской войне и поступательная реализация прогрессивных реформ в стране способствовали повышению авторитета Мэнгысту Хайле Мариама. Добрую службу в этом отношении сослужил ему и Фидель Кастро, который, находясь летом 1977 г. в АддисАбебе, в своем выступлении на массовОхМ митинге назвал Мэнгысту «великим эфиопским революционным лидером» и высоко оценил его деятельность на посту председателя ВВАС.
Одной из особенностей эфиопской революции было отсутствие в стране авангардной правящей партии. Попытка iiiitiiiiiiiiiitiii лэ I II Ulf IIIIIII1IIII


создать ее на основе имевшихся в стране небольших марксистских группировок не дала ожидаемого результата. Созданный в феврале 1977 г. на основе пяти партий «Союз марксистско-ленинских организаций Эфиопии» (СМЛОЭ) не смог выработать общую политическую программу и в начале 1979 г. самоликвидировался. В то же время создание правящей авангардной парии рассматривалось как Мэнгысту, так и В ВАС в целом как неотложная задача развития и укрепления эфиопской революции.
18 декабря 1979 г. декретом ВВАС была создана Комиссия по организации партии трудящихся Эфиопии (КОПТЭ) во главе с Мэнгысту Хайле Мариамом. На нее возлагалась вся идеологическая и организационная работа по созданию в стране авангардной партии, распространению среди населения основ учения о научном социализме. Вся деятельность КОПТЭ находилась под неусыпным контролем самого Мэнгысту. Достаточно сказать, что список ее членов был составлен им самим. Мэнгысту не скрывал, что эталоном создаваемой партии для него является КПСС, поэтому по его просьбе в Эфиопию была направлена группа консультантов ЦК КПСС с целью подготовки текстов программы и устава партии. Подготовленный ими проект документов практически являлся калькой с аналогичных документов КПСС с некоторым учетом национальной специфики Эфиопии. В соответствии с указаниями ВВАС в стране развернулась широкая кампания по идеологическому воспитанию масс. Практически повсюду в крестьянских ассоциациях, органах городского самоуправления, на фабриках и заводах, в воинских частях - были организованы кружки по изучению программных документов создаваемой партии. Значительная часть населения с неохотой посещала эти занятия, отрывавшие их от основной работы. 6-10 сентября 1984 г., накануне 10-летнего юбилея эфиопской революции, состоялся Учредительный съезд Рабочей партии Эфиопии (РПЭ), идеологической основой которой провозглашалось марксистско-ленинское учение. Генеральным секретарем партии был единогласно избран Мэнгысту Хайле Мариам.
В плане идеологического воспитания масс важнейшей задачей РПЭ стала подготовка к проведению референдума по провозглашению Эфиопии демократической республикой. В своих выступлениях в этот период генеральный секретарь РПЭ неоднократно высказывался за переход от военного к гражданскому управлению страной. Другое дело, что в отличие от оппозиционных партий он не считал, что новое гражданское правительство должны возглавить интеллектуалы из эфиопских диаспор Франции и США. По его мнению, это должны быть люди, стоявшие у истоков эфиопской революции, принявшие активное участие в ликвидации феодально-монархического режима и на деле доказавшие преданность делу революции. Иными словами, это должны быть те же члены ВВАС, сменившие военную форму на цивильные костюмы. Что же касается военных у власти, то достаточно суровая их оценка содержится в работе В.И. Шараева: «Что же касается военнослужащих, которые в силу исторических обстоятельств оказались у кормила власти в Эфиопии, то они в лице их руководящего органа - Временного военного административного совета (ВВАС) умело использовали противоречия среди политических организаций. Попеременно делая ставку то на одну, то на другую из политических организаций, выступая то с жесткими репрессиями, то с радикальными декретами, смогли не только удержаться у власти, но значительно укрепили ее, создав для этого однопартийную систему правления. Нужно отметить, что среди членов ВВАС было распространено пренебрежительное отношение tiiiiiiiiniiiiiiii w IIIIIIItlIIIIIIIIH


к “штатским лицам”, к интеллигенции, к людям с высшим образованием вообще. Нетерпимость к инакомыслию, стремление решать любые проблемы силой, административно-приказным путем, а также отсутствие знаний и опыта квалифицированного управления государством в дальнейшем сказались на стиле деятельности высшего политического руководства во главе с Мэнгысту Хайле Мариамом, на характере демократизации общественной жизни и вообще на судьбе революции в Эфиопии».
14 июня 1987 г. состоялись выборы в Национальное шенго (парламент), а 9 сентября началась учредительная сессия Шенго, на которой было провозглашено создание Народно-демократической республики Эфиопия и избраны руководящие органы республики. К многочисленным титулам Мэнгысту добавился еще один - президент НДРЭ. Одновременно был обнародован указ о роспуске ВВАС, что формально означало переход страны к гражданскому управлению. Другое дело, что в статусе членов политбюро РПЭ или же министров НДРЭ те же люди остались у кормила эфиопской власти. В.И. Шараев считает: «В действительности в Эфиопии в подражание худшим образцам советского опыта 1930-х годов, а также не самым лучшим стереотипам китайских и северокорейских лидеров сложилась жесткая административно-командная система. Во главе ее стоял президент Мэнгысту и его ближайшее, в основном из числа бывших военных, окружение. Они были оторваны от масс и в своей практической деятельности весьма далеки от провозглашаемых ими демократических принципов».
Провозглашение Эфиопии демократической республикой и создание руководящей марксистской партии произошло на фоне все углублявшихся проблем в жизни эфиопского общества. Объявленные реформы реализовывались с большим трудом. Та же аграрная реформа, при всей своей революционности, не устранила полностью социальные проблемы в деревне. Недовольство крестьян вызвали, в частности, и такие шаги властей, как переселение земледельцев на пустующие земли на западе страны, создание укрупненных деревень из отдельных хуторов. Крестьяне были слишком привязаны к родным полям и отеческим гробам, чтобы менять место жительства. Новой Эфиопии достался в наследство в значительной степени старый чиновничий аппарат, известный своей некомпетентностью и мздоимством. Множились случаи саботажа на производстве, не ослабевали вооруженные действия контрреволюционных элементов. Появилась новая каста государственных и партийных чиновников, отношение которых к народу мало чем отличалось от отношения к нему прежней знати.
Планы развития экономики страны были, как правило, амбициозны и не имели под собой необходимой финансовой основы. Начиная с середины 1980-х годов в результате преобразований, происходивших в Советском Союзе и других социалистических странах Европы, стала уменьшаться всякая помощь с их стороны. Правящая марксистская партия в Эфиопии возникла в тот период, когда аналогичные партии в соцстранах начали терять свой всемогущий статус.
На ход становления новой Эфиопии пагубно воздействовали и такие факторы, как непрекращающаяся война в Эритрее и целая череда жесточайших засух, ухудшавших экономическое положение населения.
Проблем было немало, но, пожалуй, важнейшей из них было то, что народные массы стали охладевать к самой революции. Чрезмерное злоупотребление властей идеологическими лозунгами при отсутствии видимых улучшений в жизни простого народа порождало среди людей апатию и безразличие. Фактически эфи- IIIIIIIIIIIIIIIIIII 7» iiiiiiiiiiiiiiiiiii


опекая революция стала вырождаться. Так, примерно треть населения страны уклонилась в 1987 г. от участия в выборах в Национальное шенго.
Заметные изменения происходили и в самом Мэнгысту Хайле Мариаме. Долгое время, даже возглавляя ВВАС, он отличался заметной скромностью в поведении и не стремился возвысить себя над другими. В отличие от других руководителей африканских стран, пришедших к власти в результате военных переворотов, он не претендовал на генеральские звания и другие регалии. В 1976 г. он получил по выслуге лет очередное воинское звание подполковника, ставшее для него последним. Он, скорее, относился к тем молодым военным руководителям африканских стран, которые, во всяком случае на первом этапе пребывания у власти, отличались аскетизмом - не чурались общения с народом, ездили в старых джипах, жили в казармах.
Постепенно в нем все больше стали проявляться такие черты, как авторитаризм и уверенность в собственной непогрешимости. Все больше увеличивалась пропасть не только между ним и народом, но и ближайшим партийным и государственным окружением. Наблюдая происходившие в Мэнгысту перемены на протяжении нескольких лет, С.Я. Синицын пишет: «Любопытно было наблюдать за Мэнгысту и его окружением не на публике, а в “своем кругу”. Я обратил внимание на то, как изменился его облик и манера держаться по сравнению с первыми годами революции, когда он не стремился выделяться среди своих товарищей. Теперь он явно “соблюдал дистанцию”, “товарищи” держались как-то поодаль, те, что рангом пониже, почтительно кланялись при его появлении из внутренних покоев, а в определенной величавости и отстраненности самого Мэнгысту мне показалось что-то знакомое: ну, конечно, что-то от императора Хайле Селассие! Живучи традиции верховных правителей древнего государства! Не случайно в народе за ним закрепилось прозвище “красный негус”».
Осознавая сложность ситуации в стране, Мэнгысту все больше уходил в себя. Его знаменитая обаятельная улыбка, столь понравившаяся Генеральному секретарю ЦК КПСС Л.И. Брежневу при первой встрече в Москве в 1977 г., все реже появлялась на его лице. Он все реже выступал на массовых митингах и мало кому доверял. Если в первые годы революции советский посол был желанным гостем в резиденции ВВАС, то в конце 1980-х годов он мог месяцами ожидать аудиенции у президента страны.
Положение в стране и партии усугубляли также распространение враждебности среди интеллигенции и молодежи в отношении руководства страной и его курса «строительства социализма», рост оппозиционных настроений в армии, недовольной непрекращающейся войной в Эритрее и терпящей поражение за поражением от партизанских отрядов антиправительственных сил.
На фоне ухудшавшейся в стране ситуации Мэнгысту достало объективности и силы признать свои ошибки и попытаться изменить социально-экономическую систему страны. Выступая в марте 1990 г. на пленуме ЦК РПЭ, он заявил, что выбор Эфиопией пути социалистической ориентации «ожидаемого результата не дал». Он же предложил курс рыночной экономики и либерализации общества, а также сообщил о предстоящей реорганизации правящей партии. Имелось в виду создание новой партии, где не должно быть единой идеологии (после пленума повсеместно были убраны лозунги и плакаты о социализме и марксизме-ленинизме). Было также заявлено, что в рамках новой партии смогут функционировать все оппозиционные группировки.
Но эти меры оказались запоздалыми. К началу 1991 г. политический и IIIIIIIIHIIIIIIIII 936 liiiniiiiiiimiii


социально-экономическим кризис принял необратимый характер. В мае 1991 г. в результате этого кризиса и полной потери доверия у народных масс, после серии военных поражений от вооруженной оппозиции, а также прекращения военной помощи со стороны СССР и других социалистических стран, авторитарный режим Мэнгысту Хайле Мариама рухнул, как карточный домик.
Накануне захвата Аддис-Абебы партизанскими отрядами оппозиции 21 мая 1991 г. Мэнгысту вместе со своей семьей на самолете покинул столицу. Характерно, что в свой самолет он не взял никого из своих многолетних соратников из руководства страны. Все они впоследствии были арестованы новой властью и до сих пор пребывают в тюрьме.
Прибежище бывший лидер эфиопской революции нашел в Зимбабве, с президентом которого Робертом Мугабе он давно поддерживал дружеские отношения. Известно, что он проживает под усиленной охраной на заранее купленной ферме неподалеку от столицы. О его жизни мало что известно. Лишь однажды в западной прессе промелькнуло сообщение, что Мэнгысту безуспешно пытались захватить в 1998 г. в ЮАР, где он находился на лечении. В самой Эфиопии провал «социалистического эксперимента», как порой называют период правления Мэнгысту Хайле Мариама, вспоминают без сожаления. 21 мая, день захвата Аддис-Абебы вооруженными отрядами оппозиции, считается национальным праздником. При этом забывают о явных заслугах военных, в их числе и Мэнгысту, в свержении феодальномонархического режима и сохранения территориальной целостности страны в период сомалийской агрессии в 1977- 1978 гг. Да и сама эфиопская революция долгое время развивалась как подлинная социальная революция, совершенная в интересах народа Эфиопии. Не случайно, что многие завоевания революции сохранились и после ухода Мэнгысту. Кто знает, не стремись он ускоренными темпами трансформировать феодальную Эфиопию в социалистическую, слепо копировать спорный опыт Советского Союза и других социалистических стран в партийном строительстве, осуществлять достаточно прогрессивные реформы в условиях тоталитаризма при опоре на административно-командную систему, возможно, его имя и деяния заняли бы иное место в анналах истории страны.
Г.В. Цыпкин
Литература
Синицын СЛ. Миссия в Эфиопии. М., 2001.
Шараев В.И. Политические организации Эфиопии. М., 1995.
Цыпкин Г.В.,Ягья В.С. История Эфиопии в новое и новейшее время. М., 1989.
Ottaway M.t Ottaway D. Ethiopia. Empire in Revolution. N. Y.; L., 1978.
Vivo R.V. The Ethiopia’s Revolution. N. Y., 1978.
Kinfe Abraham. Ethiopia from Empire to Federation. Addis Ababa, 2001.


Джулиус Камбараге НЬЕРЕРЕ
Julius Kambarage Nyerere,
13.IV.1922-14.X.1999
Первый президент Танзании.
Джулиус Камбараге Ньерере родился 13 апреля 1922 г. в лесной деревне Бути- ама (на берегу оз. Виктория) на этнической территории небольшой народности занаки в семье местного старейшины. Отец Джулиуса имел 26 детей от 22 жен (его мать была четвертой по счету), из их числа особенно выделялся своими способностями Джулиус. С 12 лет он учился в католических миссионерских школах - в начальной в Мусоме, а затем в привилегированной школе для детей вождей в Таборе - и окончил их с отличием.
В 1943-1945 гг. Ньерере учился в самом престижном в Восточной Африке университетском колледже Макерере (Кампала, Уганда). Он получил диплом преподавателя и вернулся в школу г. Табора уже в качестве учителя. В 1949 г. его направили повышать квалификацию в Эдинбургский университет (Шотландия). В годы учебы в Великобритании Ньерере сблизился с членами Фабианского общества и познакомился с социалистическими идеями. Первым из танзанийцев получив степень магистра гуманитарных наук (в 1952 г.), Ньерере вернулся на родину.
Вернувшись в находившуюся под британским управлением Танганьику, Ньерере работал учителем в миссионерском колледже Св. Франциска близ Дар-эс-Салама. Благодаря своему европейскому образованию он стал одним из самых квалифицированных учителей страны. Одновременно он занялся политической деятельностью, сыграл огромную роль в создании в 1954 г. политической партии ТАНУ (Африканский национальный союз Танганьики). Годом позже он отказался от преподавания, став председателем ТАНУ и фактически возглавив национально-освободительное движение в Танганьике. Со временем представители ТАНУ начали формировать теневые администрации, а в 1958 г. ТАНУ одержал убедительную победу на выборах в местные законодательные органы.
В декабре 1961 г. Танганьика при непосредственном участии Ньерере добилась предоставления ей независимости, и Ньерере возглавил переходное правительство страны, а через год был избран ее первым и единственным президентом. После предоставления независимости Занзибару (декабрь 1963 г.) Ньерере принимал участие в переговорах относительно объединения двух бывших колониальных территорий. Результатом переговоров стало образование в 1964 г. Объединенной республики Танзании, первым президентом которой стал Джулиус Ньерере.
С первого дня независимости партия ТАНУ призывала народ к упорному труду ради повышения уровня жизни, ликвидации нищеты и отсталости. ТАНУ под руководством Дж. Ньерере разработал и начал внедрять план «строительства нации», т. е. развития страны iiiiiiiiiiiiiiiiiii УДО lllllllllllllllllll


путем широкого использования бытующих в африканском обществе традиций совместного труда, взаимной помощи и поддержки.
Ньерере создал концепцию африканского социализма - уджамаа - уникальной модели развития общества, построенного на основе традиционной социальной организации. «Джамаа» означает на языке суахили традиционную большую патриархальную семью. Дж. Ньерере считал, что традиционный образ жизни в общине и есть идеал социального устройства - социализм. Впервые он опубликовал статью под названием «Будущее африканского социализма» еще в мае 1960 г., а в апреле 1962 г. на конференции в Дар-эс-Саламе выступил с докладом «Уджамаа: основы африканского социализма».
Концепция уджамаа представлялась Ньерере символом национального сплочения и единства, идеологии развития, легитимации новой власти идеологическими средствами. Это была попытка поиска синтетической теории, лежавшей в русле мирового общественного развития и включавшей все лучшее, что выработало человечество в области социальных наук.
В 1979 г. Ньерере в интервью газете «Таймс оф Замбиа» охарактеризовал свою концепцию «танзанийского социализма» следующим образом.
Я определяю нашу идеологию как социалистическую. Этим сказано все. Все мы воевали против капитализма. Мы пытаемся построить, как я надеюсь, справедливое общество и здоровые отношения между индивидуумами.
Мы начали наш путь с различных базисов. Я не марксист, но я согласен с трактовкой экономики по Марксу. В то же самое время я не согласен с некоторыми аспектами марксистской философии
Но даже в экономической теории мы имеем определенные трудности. В классическом понимании марксизма социализм - это развитые нации. Социализм приходит на смену развитому капитализму, с развитым пролетариатом. В настоящее время в соответствии с теорией марксизма США действительно созрели для социализма. Там имеется пролетариат, который является продуктом самого капитализма.
Моя проблема состоит в том, чтобы приспособить форму развития в моей стране и должен ли я для этого выращивать капитализм до тех пор, пока не появится пролетариат, так как в Танзании господствующим классом является не пролетариат, а крестьянство...
Мыв своей стране должны построить социализм, опираясь на крестьянство. Мы ничего не хотим наследовать от капитализма. Мы должны создать здесь благополучное общество. Поскольку мы начали с другой базы, то и наша методика построения социализма должна быть иной. Но я надеюсь, что цель, к которой мы стремимся, является той же самой...
Я надеюсь, что с помощью наших методов мы добьемся успеха в построении человеческого общества, в котором человек сможет жить по-человечески, а не быть подавленным нищетой. Собственность никогда не должна господствовать над человеком. Собственность должна служить человеку. Богатство никогда не должно сосуществовать бок о бок с нищетой. Богатство всегда должно использоваться для того, чтобы открывать свет против темноты: там, где богатство, нищета отсутствует; там, где свет, темнота отсутствует. Но капитализм извращает эту чудесную справедливость: там богатство уживается бок о бок с нищетой, потому что богатство используется для господства1.
Важной вехой в осуществлении планов Ньерере стало принятие в марте 1967 г. партией ТАНУ Арушской декларации - политической программы построения нового общества, основанного 1 Times of Zambia. 1979. 24.XI.
Illllllllirilllllll llltlllllllllllllll


на равенстве всех граждан, отсутствии эксплуатации, развитии с опорой на собственные силы и демократии. В этом документе, в частности, говорилось:
Партия ТАНУ убеждена, что:
а) все люди равны между собой;
б) каждый человек заслуживает уважения;
в) каждый гражданин - это часть нации, каждый имеет право принимать участие в управлении страной наравне с другими, начиная с местных органов власти и до верховных органов власти;
г) каждый гражданин имеет право свободно выражать свои мысли, право на свободу передвижения, на свободу вероисповедания в рамках закона;
д) каждый гражданин имеет право на защиту своей жизни и своего имущества по закону;
е) каждый гражданин имеет право на справедливую оплату своего труда;
ж) все граждане государства совместно распоряжаются природными богатствами в интересах будущих поколений;
з) для обеспечения развития экономики по правильному пути государство должно обладать всеми полномочиями для развития экономики;
и) ответственность государства и, соответственно, всего народа состоит в том, чтобы препятствовать эксплуатации одного человека другим или одной группы людей другой группой и способствовать накоплению ресурсов в интересах нации.<...>
Исходя из этого, целями ТАНУ являются:
а) упрочение свободы страны и ее граждан;
б) обеспечение уважения личности в соответствии с положениями Всемирной декларации прав человека;
в) обеспечение в нашей стране демократического и социалистического курса правительства;
г) сотрудничество со всеми политическими партиями в Африке, ведущими борьбу за освобождение всей Африки;
д) обеспечение повсеместного участия государства в борьбе с бедностью, неграмотностью и инфекционными заболеваниями;
е) обеспечение деятельности правительства, направленной на создание и укрепление кооперативов в стране;
ж) обеспечение всестороннего участия государства в развитии экономики нашей страны;
з) обеспечение предоставления государством равных возможностей для всех граждан, независимо от половой, расовой и религиозной принадлежности;
и) обеспечение ликвидации всех видов эксплуатации, притеснения, дискриминации, взяточничества и непотизма;
к) обеспечение перехода государства на правильный курс по развитию производства и рациональному использованию ресурсов страны;
л) обеспечение сотрудничества государства с другими африканскими странами с целью достижения единства Африки;
м) обеспечение усилий государства по укреплению безопасности во всем мире в рамках сотрудничества с ООН. <...>
Политика уджамаа
а) Устранение эксплуатации.
Страна, построившая общество уджамаа, - это страна трудящихся: в ней нет ни капитализма, ни феодализма. В такой стране отсутствует деление на два класса: низший класс тех, кто работает, и высший класс тех, на кого работают. В стране, построившей уджамаа, человек не эксплуатирует другого человека, в то же время каждый, способный работать, работает, и каждый работающий получает справедливую плату за работу, которую он выполняет, при этом соблюдается примерно одинаковый уровень оплаты труда.
В стране уджамаа жить за счет труда своих сограждан могут только маленькие дети, немощные пожилые люди, калеки и те, кого общество временно не смогло обеспечить работой.
Наша страна - это страна рабочих и крестьян, но общество уджамаа у нас еще не построено. В стране еще существуют элементы  ИННИН 940 HIIIIIIIIIIIIIIIII


капитализма и проявления эксплуатации с присущими им соблазнами, которые имеют тенденцию к расширению и укреплению.
6) Магистральный курс развития экономики - в руках крестьян и рабочих.
Единственный способ строительства и укрепления уджамаа - обеспечить переход главных рычагов экономического развития в руки крестьян и рабочих через государственные институты и кооперативы. Также необходимо обеспечить правление партии крестьян и рабочих.
Главные отрасли экономики это: земля, леса, полезные ископаемые, водные ресурсы, топливо и электрическая энергия; сфера информации, транспорт, банки и биржи; внешняя торговля и внутренняя торговля; металлургическая, машиностроительная, военная промышленность, цементные заводы, текстильные фабрики, предприятия по производству удобрений и любое крупное предприятие, обеспечивающее работой и доходом большую группу людей; большие угодья и особенно те, которые поставляют сырье для крупных предприятий. Часть упомянутых отраслей, а также некоторые другие находятся в собственности или управлении общенародного правительства.
в) Демократия.
Для того чтобы в стране было построено общество уджамаа, недостаточно передать все основные средства производства и рычаги управления экономикой в руки государства. Правительство обязательно должно избираться и руководиться самими крестьянами и рабочими. Расистские правительства Родезии и Южной Африки, владея всеми отраслями экономики, не ведут эти страны к достижению уджамаа. Подлинное общество уджамаа невозможно без подлинной демократии.
г) Уджамаа - это идеология.
Но уджамаа не может развиваться самостоятельно: уджамаа - это идеология, она должна формироваться людьми, которые верят в нее и следуют ее законам. Истинный член партии ТАНУ - это приверженец уджамаа, а его единомышленники, приверженцы уджамаа, как и он верящие в эту политическую и экономическую концепцию, - это все те, кто борется за права крестьян и рабочих и в Африке, и повсюду в мире. Первый долг члена партии ТАНУ и особенно руководителя ТАНУ - быть преданным принципам уджамаа, особенно в своей собственной жизни. Особенно это касается руководящих работников ТАНУ, которые не должны жить за счет чужого труда или каких-либо капиталистических доходов.
В достижении этих и сопутствующих им целей политика уджамаа опирается в большей степени на руководство, так как уджамаа - это идеология, а общество уджамаа не может быть построено под руководством людей, не принимающих эту идеологию2.
Для предотвращения бюрократизации и перерождения партийно-государственного аппарата в Арушскую декларацию был включен «Кодекс лидера». Этот документ запрещал руководящим кадрам заниматься частнопредпринимательской деятельностью, сдавать в наем дома, получать более одной заработной платы, входить в состав правлений местных и иностранных компаний. Впоследствии положения « Кодекса лидера» были распространены на всех членов партии.
В Танзании под знаменем теории уджамаа была предпринята масштабная акция, направленная на построение нового общества с учетом традиций солидарности и совместного труда крестьян. В 1973 г. Национальный исполком партии ТАНУ принял решение о переселении всех крестьян в «деревни уджамаа» уже к концу 1976 г. В 1981 г. число зарегистрированных деревень составило 8180 и охватило 14 млн человек, или 90% всего сельского населения. Создание «деревень уджамаа» было задумано как 2 История Африки в документах. 1870-2000. Т. 3. 1961-2000. М., 2007. С. 171, 172.
IIIIIIIIHIIIIIIIII УЧ / IIIIIIIIHIIIIIIIII


гибкая форма кооперирования крестьянства и преследовало несколько целей.
Предполагалось, что переселение крестьян на более плодородные участки, укрупнение деревень, переход на новые методы хозяйствования - все это со временем должно принести к повышению производительности труда в сельском хозяйстве, росту жизненного уровня населения. Кроме того, принципы самоуправления и самодеятельности в «деревнях уджамаа» должны были превратить эти деревни в школу политического и культурного воспитания масс, сделать их прочной базой государства и общества.
Создание «деревень уджамаа» предусматривало добровольное участие крестьян в совместном труде, однако в ходе данной кампании был нарушен этот важнейший принцип. При создании «деревень уджамаа» и попытках внедрения в них принципов коллективного производства государство зачастую наталкивалось на сопротивление крестьян любым формам вмешательства с его стороны в сферу их производственной деятельности. Большинство жителей «деревень уджамаа», не имея стимулов к расширению производства, продолжало вести традиционный образ жизни и заниматься, главным образом, своими индивидуальными наделами. Многие крестьяне отказывались работать на коллективном поле, покидали деревни и порывали с сельским хозяйством. Больше того, оказалось, что уровень производства на индивидуальных наделах крестьян этих деревень был на 75% выше, чем на общественном поле.
Последующая практика показала недостаточную экономическую эффективность «деревень уджамаа» - Танзания осталась сельскохозяйственной страной с сохранившейся от колониального периода экспортной специализацией производства. В 1977 г. в брошюре «Десять лет Арушской декларации» Ньерере писал:
Танзания, безусловно, не является ни социалистическим, ни самообеспечивающимся государством. Характер эксплуатации изменился, но она еще не полностью искоренена. Все еще существует значительное неравенство между гражданами. Наша демократия несовершенна. Жизнь в бедности - все еще удел большинства граждан. Слишком много наших людей вследствие нужды до сих пор страдают от болезней, которые можно предотвратить, и от неравенства; не все старики и нетрудоспособные живут в обеспеченности или даже относительно прилично, несмотря на четкие положения Декларации о том, что они имеют право на помощь. Более того, наша нация все еще экономически зависит от колебаний природы, от экономических и политических решений, принятых другими без нашего участия или согласия. Танзания все еще зависимая, а не независимая страна.
Мы еще не достигли нашей цели: она даже не видна. Но это не удивительно и не вызывает тревогу. <...> Ибо важно, что за последние 10 лет мы сделали несколько очень серьезных шагов к достижению нашей цели, несмотря на неблагоприятные климатические и международные условия3.
Многие элементы концепции уджамаа за годы практической деятельности Ньерере изменялись. Главными остались политика опоры на собственные силы и строительство единой нации. Социальная политика президента Ньерере позволила стране достигнуть значительных для стран африканского континента успехов в области науки и образования. Помощь государства дала возможность ликвидировать неграмотность в стране, где на момент провозглашения независимости только каждый второй ребенок получал начальное образование в четырехлетней школе, а среднее обра3 История Африки в документах. 1870-2000. Т. 3.1961-2000. С. 204.
iiiiiiiiiiiiiiniii iiiiiiiiiiiiiiniii


зование имели чуть больше 5 % населения. К 1965 г. в Танзании была создана разветвленная система средних школ, и каждому ребенку были предоставлены обязательное семилетнее образование и возможность продолжить обучение за границей или в одном из высших учебных заведений страны. Уже через 15 лет научно-техническая интеллигенция Танзании, кадры которой пополнялись выпускниками советских и восточноевропейских высших учебных заведений, количественно и качественно превосходила все остальные страны Тропической Африки. Социальная сфера в целом при Ньерере была одной из лучших в Африке, а военные расходы оставались чрезвычайно низкими.
Особое внимание Джулиус Ньерере уделял укреплению дружбы и взаимопонимания между народами - как в границах государства, так и на панафриканском уровне. Ему удалось объединить в стремлении к достижению общих целей около 120 этносов, проживавших в стране. Для укрепления единства Объединенной Республики Танзании по его инициативе в 1977 г. на основе правящих партий материковой и островной частей страны - соответственно ТАНУ и АШП (Партия Афро-Ширази) - была создана единая Революционная партия (Чама ча Мапиндузи на яз. суахили). В уставе новой партии о ее целях говорилось так: «Мы совместно решили основать новую партию, которая будет направлять социалистическую революцию в Танзании и освободительную борьбу в Африке, основываясь на фундаменте, заложенном ТАНУ и АШП.
Мы основываем новую партию, которая будет достаточно сильна как организационно, так и в смысле своих идей и действий для борьбы против любых попыток угнетения человека человеком, а также против любых попыток организаций и институтов угнетать или унижать людей, подрывать экономику или ослаблять развитие нации.
Мы основываем партию, которая обеспечит действительное руководство государственными делами в интересах рабочих и крестьян нашей страны. Борьба за построение социализма в Танзании, а также наше широкое участие в революционной борьбе в Африке и в мире требуют сильного объединенного политического руководства, которое бы объединяло и координировало идеи и действия всех рабочих и крестьян»4.
Ньерере был одним из инициаторов создания в мае 1963 г. Организации африканского единства (ОАЕ, в 1999 г. преобразованной в Африканский союз). Он последовательно отстаивал интересы африканских народов, выступая против расистской политики белого меньшинства в ЮАР, Родезии и Намибии. Как председатель Группы прифронтовых государств, он помогал антиколониальным движениям на Африканском континенте. Под его руководством Танзания стала основной базой для всех освободительных движений Юга Африки.
Отношения Ньерере с СССР развивались не всегда гладко. Проводя в целом курс на сотрудничество с нашей страной, в 1967 г. он, в отличие от СССР, поддержал Республику Биафра, а в 1968 г. осудил вторжение войск стран Варшавского договора в Чехословакию.
Вот как вспоминает А.М. Глухов, в 1968 г. советник Посольства СССР в Танзании, о позиции Ньерере по Чехословакии:
Президент Дж. Ньерере встретил нас подчеркнуто официально и сдержанно. Он молча выслушал сообщение Г.Е. Самсонова и холодно поблагодарил его. Наступила тягостная пауза. Казалось президент не находит подходящих слов для ответа. Можно было 4 Ibid. С. 204, 205.
IHIIIIIIIIIIIIIHI tu hi IIIIIIIIHII1


догадываться, что он шокирован действиями Советского Союза в отношении Чехословакии и испытывает, видимо, некоторую трудность перед необходимостью высказывать свое нелицеприятное мнение, не выходя в то же время за рамки дипломатической вежливости. Дальнейший ход встречи это подтвердил. Говоря медленнее, чем обычно, и как бы подбирая выражения, Дж. Ньерере начал с того, что выразил сочувствие Самсонову, заметив, что ему приходится выполнять трудное поручение своего правительства, доказывая правомерность действий, которые в действительности не являются таковыми. Раздельно выговаривая слова, он отметил, что Танзания твердо стоит на позициях строгого соблюдения Устава ООН, в частности его главного принципа - невмешательства во внутренние дела других государств и уважения их суверенитета, подчеркнув, что этот принцип должен неукоснительно соблюдаться всеми государствами без исключения, в том числе великими державами, последовало напоминание о принципиальной позиции, занятой Танзанией в связи с американской агрессией во Вьетнаме. В заключение президент выразил сожаление, что не может согласиться с приведенными объяснениями и доводами, несмотря на все уважение и дружеские чувства, которые испытывает танзанийский народ к Советскому Союзу.
В ходе беседы было заметно, что Ньерере сдерживает себя, не давая выплеснуться наружу обуревавшим его чувствам и эмоциям. Казалось, имевшая место беседа осталась незавершенной со стороны президента. Однако очень скоро обнаружилось, что он нашел способ завершить ее и высказать все то, что он не смог высказать во время встречи с советским дипломатом.
Речь идет о появившейся через день после памятной встречи статье в правительственной газете «Националист» под интригующим заголовком «Жаль посла», которая сразу же привлекла внимание дипломатического корпуса и читающей танзанийской публики. Статья, написанная на отличном английском языке, в изящном литературном стиле, была вся пронизана горькой иронией и сарказмом. Мало у кого вызывало сомнение, что ее автор - президент Дж. Ньерере.
Вот некоторые выдержки из этой статьи: «Жаль бедного посла, который, выполняя указание своего правительства, должен, к примеру, торжественно сообщить руководству страны, где он аккредитован, о том, что солнце теперь восходит не на востоке, а на западе... Посол приводит доводы, призванные оправдывать вторжение иностранных войск в другую страну, именуя эту акцию защитой социализма и демократии... Как умный человек, посол, может быть, и сам не верит в эти доводы, а возможно, ему даже и стыдно за свою страну... Совершенно понятно, что у него как посла и патриота своей страны нет выбора, и он обязан защищать действия своего правительства... Нам остается посочувствовать уважаемому послу, но согласиться с его доводами мы не можем, поскольку солнце восходит все-таки на Востоке и садится на Западе, а не наоборот».
В заключительной части ирония и сарказм в адрес посла исчезают, уступая место четкому изложению принципиальной позиции Танзании в международных делах, которой она твердо придерживается «вне зависимости от того, идет ли речь о Вьетнаме, Чехословакии или Южной Родезии». (Другими словами, идет ли речь о действиях США, СССР или Англии.)
Таким образом, Дж. Ньерере, используя форму газетного фельетона, публично осудил Советский Союз за его вторжение в Чехословакию. Примечательно, что сделал он это, не называя Советский Союз, как говорится, «по имени», а взял в качестве объекта высокопоставленного советского дипломата, которому, несмотря на всю иронию, он, видимо, искренне сочувствует.
Размышляя о вышеизложенном, становится очевидным, что Ньерере, будучи истинным демократом, честным и принципиальным политиком, не мог поступить иначе, т. е. изменить своим убеждениям и принципам. Очевидно и другое. Для него, верившего в социалистические идеалы и весьма дороIIIIIIIIIIIIIIIIHI 7Ч-Ц 11111111111111111)1


жившего добрыми отношениями и дружбой с Советским Союзом, сделать это было далеко не просто. Тем более что Танзания в тот период, будучи «прифронтовым государством» (так назывались независимые страны Центральной Африки, которые служили базами по оказанию вооруженной помощи странам Юга Африки в их борьбе за независимость), крайне нуждалась в советской помощи и поддержке и получала их.
В последующие (после 1968) годы характер советско-танзанийских отношений и сотрудничества внешне не изменился, в чем немалая заслуга президента Дж. Ньерере5.
В 1985 г. Ньерере добровольно отказался от власти, уйдя в отставку с должности президента Танзании, а затем, в 1990 г., отказался и от должности председателя созданной им Революционной партии (Чама ча Мапиндузи). Он вернулся в родную деревню Бутиама и возделывал землю в качестве рядового крестьянина.
Уйдя в отставку, Ньерере продолжал участие в политической деятельности на международном уровне. Он был активным членом так называемой Делийской шестерки - группы руководителей некоторых стран, выступавших с 1984 г. с рядом согласованных действий за мир и разоружение. В эту группу, кроме Ньерере, входили руководители Индии, Аргентины, Греции, Мексики и Швеции. Он работал в Комиссии по вопросам сотрудничества Юг-Юг (в 1988-1990 гг. был председателем комиссии), был главным международным посредником по урегулированию этнического конфликта в Бурунди. Усилия Ньерере на международных встречах помогли убедить Всемирный банк и МВФ изменить свою политику в отношении развивающихся стран.
Ньерере внес большой личный вклад в развитие языка суахили и литературы на этом языке. Именно ему принадлежит ведущая роль в провозглашении суахили национальным языком Танганьики, а затем и Танзании. Он был автором ряда поэтических текстов на языке суахили и перевел на этот язык некоторые пьесы У. Шекспира, первой из которых стал «Юлий Цезарь» (1963 г.). Ньерере был почетным доктором ряда университетов мира, лауреатом международной Ленинской премии мира.
Джулиус Ньерере скончался в госпитале для больных лейкемией в Лондоне 14 октября 1999 г. Население Танзании всегда относилось к своему первому президенту с огромным уважением, называя его за заслуги в консолидации танзанийской нации, создание мощной социальной инфраструктуры и образованность «мвалиму», что означает «учитель».
Ньерере производил приятное впечатление при личном общении. Вот как о нем вспоминает В.А. Устинов, бывший посол СССР в Танзании: «...худощав, среднего роста, с живыми умными глазами. Одет он был в синий сафари, который в дальнейшем, после некоторых модификаций, стал его постоянным костюмом.... Мвалиму оказался улыбчивым, контактным человеком, проявляющим интерес ко всем и ко всему, с хорошим чувством юмора... Но что меня поразило больше всего - это его критическая оценка своих сограждан. Я уверен, говорил он, что американцы полетят в космос, а может быть, и на Луну, русские полетят в космос и на Луну, а танзанийцы в обозримом будущем никуда не полетят. Мы должны бежать, тогда как другие народы могут спокойно идти. Но наши граждане не хотят этого, они ленивы. И даже не столько ленивы, сколько их условия жизни не 5 Глухов А.М. Август 1968. Жаркое лето в Дар-эс-Саламе. К политическому портрету Джулиуса Камбараге Ньерере // Джулиус Ньерере: гуманист, политик, мыслитель. М.: Ин-т Африки. 2002. С. 48,49.
Hiiiiiiiiiitiiiiii 945 iiiiiiiiiiiiiiiiiii


позволяют им достичь подобных высот. Они никуда не полетят.
Даже при поверхностном знакомстве с ним бросались в глаза образованность и тот особый род настоящего воспитания, который позволяет держаться с естественной, а не наигранной простотой. Добавьте к этому природное чувство юмора, и вам, наверное, станет ясно, сколь приятное впечатление произвел на меня этот человек»6.
А.С. Балезин
Сочинения Дж. К. Ньерере
Freedom and Socialism. Dar es Salaam: Oxford University Press, 1965-1967.
Freedom & Development, Uhuru Na Maende- leo. Dar es Salaam: Oxford University Press, 1974.
Ujamaa - Essays on Socialism. L: Oxford University Press, 1977.
Crusade for Liberation. Dar es Salaam: Oxford University Press, 1979.
Литература
Джулиус Ньерере: гуманист, политик, мыслитель. М.: Ин-т Африки, 2002.
Godfrey Mwakikagile. Nyerere and Africa. End of an Era. Pretoria, 2006.
6 Устинов В.А. Время Ньерере. (Памяти первого президента Объединенной Республики Танзания) // Джулиус Ньерере: гуманист, политик, мыслитель. М.: Ин-т Африки, 2002.


Джон Гидеон ОКЕЛЛО
John Gideon Okello 1937- 1971 (?)
Занзибарская революция 12 января 1964 г. открыла немало ярких личностей. Несомненно, одна из них - это Джон Окелло, руководивший отрядами повстанцев, провозгласивший себя «фельдмаршалом» и чуть ли не узурпировавший верховную власть на островах в первые дни и недели после вооруженного восстания.
Прошло уже почти пол века, но и по сию пору это имя окружено легендами, домыслами, версиями, предположениями и т. д. Особенно в западных СМИ, в публикациях западных историков. На Занзибаре же и в континентальной части Танзании он давно предан забвению. Фигура Дж. Окелло столь противоречива, что требует специального и объективного исследования.
О том, как происходила революция на Занзибаре, известно мало, даже спустя прошедшие с той поры десятилетия. Автору довелось работать на Занзибаре в 1965-1966 гг. (был переводчиком языка суахили в группе советских военных специалистов, прибывших туда в апреле 1964 г.), однако доподлинно узнать о январских событиях 1964 г. удалось немного. Те занзибарцы, с которыми доводилось общаться, избегали каких бы то ни было разговоров на эту тему. В частности, в беседах с офицерами и солдатами в военном лагере Чуквани, что на юго-западной оконечности о-ва Занзибар, любые попытки разузнать, каков был Дж. Окелло, заканчивались ничем, о нем просто не говорили.
Весьма скудными оказались и материалы, опубликованные в «Kweupe» (суах. - рассвет) - печатном органе партии Афро-Ширази (Afro-Shirazi Party - АШП), единственной из выходивших в стране газет (издавалась на языке суахили) в первые месяцы после переворота. За одним исключением. В ее первом номере, датированном 18 января 1964 г., среди фотографий членов революционного правительства Занзибара выделялось своими размерами фото Окелло. Во втором номере от 22 января помещена его биография на суахили и английском языках (заметим, биография президента Занзибара, председателя АШП А.А. Каруме увидела свет только в 1967 г.). И, наконец, еще одна фотография руководителей переворота, появившаяся в той же «Kweupe»: в первом ряду сидят трое, а сзади них стоят человек десять; в центре сидящих - Джон Окелло, по левую сторону от него - Сейф Бакари, руководитель «Комитета 14-ти», координационного центра восстания, справа - Саид Абдулла Натепе, заместитель С. Бакари. Сообщалось, что Окелло введен в состав Революционного совета (PC) - высшего органа власти - и наIIIIIIIIIH Ill уШ ПНИН Ill


значен командующим создававшимися вооруженными силами1.
29 января он выступил по радио вслед за А. Каруме и А.М. Бабу. С тех пор какая- либо информация об Окелло перестала появляться на страницах этой газеты.
Спустя год, в день 1-й годовщины революции, 12 января 1965 г., в газете «Nationalist», органе ТАНУ, правящей партии в континентальной части Танзании, появилась официальная версия о событиях того дня («Authoritative story of the Zanzibar Revolution»). В этой публикации отмечалось, что информанты- участники «пожелали остаться анонимными»; безапелляционно утверждалось, что А. Каруме - организатор и вдохновитель революции, именно он, «о чем сейчас уже можно сообщить», непосредственно руководил «секретным» (так в тексте) «Комитетом 14-ти». Приведены имена членов Комитета, в том числе Ба- кари, Натепе, некоторых других1 2. И - ни одного упоминания о Джоне Окелло!
В феврале 1966 г. по случаю 2-й годовщины революции перед группой советских военных специалистов выступил подполковник Сейф Бакари - член Революционного совета, начальник органов безопасности и главный политкомиссар армии (в 1969 г. получил звание полковника). Бакари, авторитетный и весьма влиятельный деятель (добавим, и много знавший), поведал некоторые любопытные детали. Но и он, следуя, видимо, официальной версии, ни словом не обмолвился об Окелло и его роли в вооруженном перевороте, словно его вовсе и не было.
В связи с этим характерно еще одно высказывание Сейфа Бакари. В 1974 г. он возглавил «специальный комитет» по подготовке сборника «Революция партии Афро-Ширази. 1964 - 1974». В написанном им предисловии к этому изданию говорится: «Секретность, с которой проводились подготовительные мероприятия (к вооруженному выступлению. - О. Г.), была столь беспрецедентной, что еще не пришло время ее раскрыть»3. А «секрет» состоял в том, на наш взгляд, чтобы не раскрывать участие Дж. Окелло в революции и в этой весьма объемной книге (275 страниц, множество иллюстраций), выход которой был приурочен к 10-й годовщине событий 12 января 1964 г.
Если в те годы, как, впрочем, и до сих пор, ни один из руководящих деятелей островной части Танзании не выступил публично или на страницах печати с рассказом о подготовке и ходе вооруженного переворота, то в отношении Джона Окелло установлен своего рода «обет молчания», даже упоминание о нем вызывает недоуменную реакцию у занзибарцев.
Высказывания иностранной печати о январских событиях 1964 г. противоречивы и непоследовательны и порой взаимоисключали друг друга. Так, некоторые авторы говорили о А.М. Бабу как одном из организаторов восстания, готовившегося возглавляемой им партией «Умма» (суах. umma - народ)4. Высказывалось предположение, что А. К. Ханга, заместитель генерального секретаря АШП, планировал «свой» заговор на 19 января 1964 г., но его «опередил» Дж. Окелло5.
1 The Zanzibar Gazette (Gazeti Kuu la Serikali). Vol. 73. № 4335. 1964. 25th January. Примечательно, что в опубликованном списке из 30 членов PC «фельдмаршал Джон Окелло* значился под номером 12 - вслед за президентом А. Каруме, вице-президентом А.К. Хангой, А.М. Бабу, министрами, но - перед членами «Комитета 14-ти».
2 The Nationalist. Dares Salaam. 1965. 12lh January.
3 The Afro-Shirazi Party Revolution. 1964-1974. Dares Salaam, 1974. P. 1.
4 New Society. L., 1964. May 7; New Left Review. 1964. May-June. № 25.
5 The Spectator. L., 1964. February 14.
lllllllllllllllllll уЧО iiiiiiiiiiiiiiiiiii


А корреспондент английского журнала «Африка» писал, что в событиях были замешаны некие иностранные державы6.
Характерная особенность этих публикаций - принижение роли партии Афро-Ширази, что свидетельствовало о желании авторов изобразить африканцев неспособными к революционным действиям, и явное преувеличение роли Дж. Окелло, опередившего всех и вся и выступившего как некая третья самостоятельная политическая сила (помимо АШП и «Умма»), что, по мнению американского политолога, профессора Майкла Лофчи (хорошо знал занзибарскую действительность, автор фундаментальной монографии «Занзибар: бэкграунд революции», написанной им по итогам полевых исследований на островах в 1962-1963 гг., очевидец перипетий политической борьбы), явилось «величайшим парадоксом занзибарской революции»7.
Западные СМИ не утруждали себя, присваивая Окелло ярлыки, один хлеще другого, - «марксист», «демон революции», «авантюрист» и т. п. Даже американская разведка оказалась в растерянности. Мы не знаем, какую информацию передавали американцы в Центр накануне и в первые дни после переворота, но очевидно, что они явно недооценивали способности африканцев к конспирации и организованному выступлению. Об этом свидетельствует, в частности, телеграмма - сообщение агентов ЦРУ «Текущая оценка положения на Занзибаре» под грифом «секретно, срочно», датированное мартом 1964 г. (т. е. «постфактум») и рассекреченное спустя 33 года - в ноябре 1997 г. (на телеграмме имеется «надпечатка» - «Approved for release. Nov 18 1997»).
Процитируем некоторые фрагменты из этого 3-х страничного документа:
«1) Было два параллельных и самостоятельных заговора в январском перевороте на Занзибаре. Одна группа - Ханга, Бабу, Твала, Саадала (последние двое - соратники Бабу. - О. Т.) и еще несколько членов партии «Умма» готовили свой переворот (Ханга не был членом «Уммы». - О. Т.)... Джон Окелло организовал свой, о котором не знала группировка Ханга / Бабу. 2) А. Каруме и Абуд Джумбе (заместитель Каруме по партии. - О. Г.), вероятно, до последней минуты не знали ни об одном из этих планов... 3) Если бы Окелло не осуществил свой переворот, Каруме не стал бы президентом (Занзибара. - О. Г.), т. к. группа Ханга / Бабу была против Каруме».
В телеграмме сообщалось также, что «4) В Танганьику из Алжира (?) поступило оружие для группы Ханга / Бабу» и «5) Члены группировки Ханга / Бабу накануне революции посетили посольство Израиля (?) в Дар-эс-Саламе»8. (Оба «жирных» знака «?» поставлены вручную, видимо, кем-то из адресатов телеграммы. - О. Т.)
В целом, как представляется, агентурная информация ЦРУ была весьма далека от действительности.
Так кто же он, Джон Окелло?
В официальной «Биографии фельдмаршала Джона Окелло», опубликованной через 10 дней после событий во втором номере газеты «Kweupe», мы читаем: «Родился в октябре 1937 г. в г. Лира (Уганда)... Христианин, протестант, очень религиозный. Учился в миссионерской начальной школе... Приходилось быть и слугой, и прачкой, и портным. Через некоторое время отправился в Кисуму (Кения)... изучая в это время религию, читая книги по истории и географии, Восхищался Абрахамом 6 Africa. L., 1964. № 2. January 24.
7 Lof chie M.F. Zanzibar: Background to Revolution. Princeton; New Jersey, 1965. P. 274.
8 URL: http://www.foia.cia.gov/browse_docs.asp&doc_no=000126868
Ifllllllllllllliin УЧУ IIIIIIIIIIIIIIIHII


Линкольном, Черчиллем и Наполеоном, Уже тогда отличался энергией и темпераментом. Участвовал в движении Мау- Мау (выступления кенийцев против колонизаторов в середине 1950-х годов - О. Г.), где получил хорошие навыки ведения вооруженной борьбы. В июне 1959 г. переехал на Пембу... Вступил в партию Афро-Ширази, когда убедился, что руководители Националистической партии (Занзибара, НПЗ. - О. Т.) являются врагами, притеснявшими африканцев. 1 августа 1963 г. он приехал на Занзибар и начал создавать отряды, чтобы сбросить угнетателей. Его решение о вооруженном перевороте окончательно созрело после того, как он узнал, что партия НПЗ ввозит в страну оружие и правительство намерено выслать за пределы Занзибара всех переселенцев с материка, служивших в полиции. 20 декабря 1963 г. фельдмаршал начал готовить свои отряды к решительному сражению... Когда план выступления был готов, он решил действовать и победил»9.
Как видно, изложение «биографии» весьма незатейливое, а о содержании и говорить не приходится. Однако, полагаю, не стоит упрекать в этом составителей публикации. На наш взгляд, она написана со слов самого Окелло, а уточнять и проверять те или факты и данные было некому. Да и незачем: занзибарцам надо было рассказать, что за человек, который первым после захвата восставшими радиостанции к исходу 12 января выступил в эфире со словами «Я - фельдмаршал Джон Окелло!» и заявлением об успехе переворота. При этом, разумеется, учтем, что, выдвинувшись на первые роли в ходе переворота, Дж. Окелло приобрел определенный политический вес. И с этим не могли не считаться как лидеры АШП, так и другие руководители восстания, дав «добро» на публикацию.
Сам факт появления «биографии» в партийном органе подтверждает заметную, если не решающую роль Окелло и его бойцов в успехе переворота, что бы ни говорили занзибарские деятели тогда и о чем умалчивают спустя годы. Свидетельством того является и честное признание английского журналиста Клайда Сэнгера (неоднократно посещал Занзибар в начале 1960-х годов), очевидца январских событий. Он, как и другие иностранные журналисты, прибывшие на острова разными путями сразу после 12 января, был задержан, но имел возможность общаться с повстанцами. По его словам, «личное мужество и отвага Окелло сыграли решающую роль в революции»10 11 12.
О причинах негативного отношения занзибарских (и не только) властей к Дж. Окелло вскоре после революции и о том, почему он «вычеркнут» ими из истории того периода, мы расскажем ниже.
Вернемся к его биографии, суммируя данные из различных источников, в том числе информированных занзибарцев, с кем автору доводилось беседовать в разные годы, а также собственноручно написанной Джоном Окелло11. На наш взгляд, Окелло заслуживает большего уважения к себе и понимания.
Родился 6 октября 1937 г. в деревне Анино, район Ланго на северо-востоке Уганды. По вероисповеданию - протестант. Отец - Окелло Ангура, мать - Эл- 9 Kweupe. Zanzibar. 1964. 22 Januari (перевод автора).
10 Цит. по: Introduction by Clyde Sanger // OkelloJohn. Revolution in Zanzibar. Nairobi, 1967. P.7.
11 Cm.: OkelloJ. Revolution in Zanzibar. P. 24-208.
12 Дж. Окелло писал: «Мы принадлежали к клану Апалла Мьек, а дед - Ангура Атал - был военным руководителем нашего племени до прихода европейцев в Уганду» // OkelloJ. Op. cit. Р. 35.
miiiiiiiiiiiiiiii lllllllllllllllllli


вор Акулло (народность луо)12. Пятый ребенок в многодетной крестьянской семье (13 детей, 10 из которых умерли в раннем детстве), «одной из беднейших в округе»13. В возрасте двух лет был крещен и получил имя Гидеон (при рождении его нарекли Этуку, что на языке его народа означает «мы надеемся, он будет помогать нам, родителям»14).
В 11 лет остался сиротой и с младшим братом (сестра постарше уже вышла замуж) перебрался к дяде в соседнюю де- ревню. С малых лет, как и большинство его однолеток, помогал по хозяйству в доме, возделывал огороды, пас скот, был прачкой, подрабатывал у более обеспеченных соплеменников. Учился (с перерывами) в церковной миссионерской школе.
В 15 лет поступил в 4-й класс начальной школы, но не закончил - нечем было платить за обучение (на этом образование Джона и закончилось. - О. Г.). В поисках заработка отправился в Со- роти (городок на севере Уганды), где нанялся слугой-поваром к «азиату» - индийцу-торговцу, коих было немало в Уганде. За год пребывания в Сороти научился говорить на суахили. Потом оказался в Мбале, где работал каменщиком и плотником.
В 1954 г. отправился в соседнюю Кению, где находился до 1959 г. Кисуму- Найроби-Момбаса - таков «маршрут» его пребывания в этой стране, где он перебивался случайными заработками: в строительной компании, садовником у британского фермера, рабочим на сахарном заводе... В 1956-1957 гг. отбывал тюремное заключение по обвинению в «сексуальном насилии»15. ( Некоторые зарубежные исследователи полагают, что на самом деле Дж. Окелло пострадал за участие в движении Мау-Мау, в отрядах которого ему было якобы присвоено звание «бригадир», что маловероятно - достоверных данных о 19-летнем «повстанце» не имеется. Однако позднее, как мы увидим, эта легенда сыграла на руку Окелло.)
В середине 1959 г. из Момбасы Дж. Окелло направился на заработки на Пембу - остров, где на гвоздичных плантациях производилось три четверти всего объема этой специи в Занзибарском султанате, по экспорту которой он занимал в те годы ведущие позиции в мире. Сюда, как и на о. Занзибар, в сезоны сбора урожая гвоздики (дважды в год) устремлялись потоки мигрантов с континента, некоторые из них оседали на островах. Среди них был и Окелло. Он работал поденно на гвоздичных плантациях.
Конец 1950 - начало 1960-х годов - период, когда на Занзибаре разворачивалось антиколониальное движение на фоне обострения этнических противоречий и политической борьбы АШП и Националистической партии Занзибара. Как рассказывали автору занзибарцы, Дж. Окелло не был сторонним «наблюдателем» тех или иных событий в политической жизни островов. На Пембе он сумел проявить себя выступлениями в защиту африканцев, против притеснений со стороны арабских землевладельцев. Познакомился с местными активистами НПЗ, а также с активистами Молодежной лиги АШП. К этому времени относится его знакомство с Сейфом Бакари (председателем Лиги и уже тогда входившим в руководство АШП). В 1960 г. Окелло становится секретарем ячейки МЛ АШП в Витонгоджи (один из трех крупных поселков на Пембе), а позднее - секретарем отделения МЛ АШП на Пембе. Без ведома и согласия С. Бакари этого никак произойти не могло. Видимо, 13 OkelloJ. Op. cit. Р. 39.
14 Ibid. Р. 35.
15 Ibid. Р. 58.


Окелло обладал организаторскими способностями и был неплохим оратором, что не осталось без внимания со стороны руководства Лиги.
В начале 1963 г. Дж. Окелло переехал на о. Занзибар, где работал в мастерских Департамента общественных работ.
В августе-сентябре 1963 г. «Комитет 14-ти» активизировал подготовку к вооруженному выступлению, организовав первые отряды повстанцев из африканской молодежи. Окелло был отнюдь небесталанным, коль скоро С. Бакари поручил ему заняться подготовкой бойцов. К январю 1964 г. в их рядах насчитывалось до 800 человек, в резерве состояло еще около 600. Во главе всех отрядов был поставлен Дж. Окелло как человек (он же «участник движения Мау-Мау»!), умевший владеть оружием и способный научить других обращению с ним16. Чтобы доверить ему это дело, рассказывали автору занзибарцы17, требовалось согласие руководства АШП и введение его в состав секретариата партии. Большинство членов секретариата возражало против кандидатуры Окелло. Лишь после беседы С. Бакари с А. Каруме удалось склонить их в его пользу. Военное руководство переворотом возложили на Окелло, под начало которого выделялось 250 человек. Ему поручали захват штаб-квартиры полиции и полицейских участков в столице.
Дата выступления - в ночь на воскресенье 12 января - была выбрана не случайно. Властям было известно, что в субботу И января состоится «Фете» - традиционный праздник партии АфроШирази, уже не раз проводившийся вето- лице в первую-вторую декаду каждого января. Ожидавшееся скопление народа в городе не могло вызывать каких-либо подозрений у полиции. Этим и воспользовались организаторы переворота. В потоке людей, устремлявшихся в город, трудно было распознать участников боевых отрядов, которые мало чем отличались от других.
Между тем американская разведка, как писал английский журнал «Спек- тэйтор», сообщила, что «этой ночью воздушный шар будет запущен» («the balloon is going up tonight»)18. Чиновники в правительстве были предупреждены американцами. Власти отдали приказ направить в город патрульные машины. Часть из них, не обнаружив ничего подозрительного, вернулась на свою базу в Мтони, в центре г. Занзибар; другие - проверяли какое-то время машины и иной транспорт с участниками праздника из окрестных деревень.
Вечером в субботу на центральной городской площади «Raha Leo» лидер АШП А. Каруме выступил на торжественном открытии праздника. А в 3 часа ночи 12 января, в самый разгар празднеств, руководимые Окелло отряды повстанцев напали на штаб-квартиру полиции в Мтони и захватили склад оружия.
Это стало своего рода сигналом для массового и стихийного выступления жителей города, присоединившихся к повстанцам.
К 6 часам утра были разгромлены все полицейские участки, за исключением участка в квартале Малинди, недалеко от 16 Обладал ли он навыками владения оружием - неизвестно. Сам Окелло лишь упоминал, что в юности хотел «присоединиться к королевским африканским стрелкам». См.: OkelloJ. Ор. cit. Р. 37.
17 В частности, Раджаб Кхери. После революции на Занзибаре - генеральный секретарь МЛ АШП. Посетил СССР в начале 1970-х годов во главе делегации МЛ АШП по приглашению Комитета молодежных организаций (КМО) СССР. Автор работал с этой делегацией переводчиком суахили.
18 The Spectator. 1964. February 14.
iiiiiiniiiimiiii 952 1111111111)11111111


султанского дворца, где находились верховный комиссар полиции англичанин Салливэн, его помощники-англичане и около 80 полицейских. Они держали оборону до середины дня; не дождавшись помощи с материка, сумели перебраться на яхту «Salama» (суах. - мир, благополучие), принадлежавшую султану, и вместе с ним покинули Занзибар. Другие отряды овладели радиостанцией и телеграфом. Сельские районы также были охвачены восстанием19. Бегство султана, арест почти всех министров правительства означали победу революции и конец султанского режима в стране.
В 7 часов утра, сразу после захвата радиостанции, Дж. Окелло выступил по радио, заявив: «Я - фельдмаршал Окелло! Проснитесь вы, империалисты. На острове нет больше империалистического правительства, а есть правительство борцов за свободу. Проснитесь, черные люди. Пусть каждый возьмется за оружие и начнет борьбу против остатков империализма на этих островах»20.
По решению руководства АШП и «Комитета 14-ти» А. Каруме стал президентом Народной Республики Занзибара и Пембы21. Но провозглашение А. Каруме президентом и назначение двух других (Ханги и Бабу) на важнейшие государственные посты еще не означало, что вопрос о руководстве был окончательно решен. Что и подтвердилось в первые недели после революции.
В это время самой значительной и популярной фигурой на Занзибаре был «некий» или «таинственный», так его окрестила западная печать, Джон Окелло. На пике популярности Окелло оказался не в состоянии сдержать свой темперамент. В первые дни после 12 января, без устали выступая на массовых митингах, позволял себе громкие угрозы в адрес занзибарцев арабского происхождения, объявлял о своих назначениях на посты в правительстве, на встречах с журналистами говорил, что прикажет всем англичанам до единого «убраться из страны».
Умалчивание роли Окелло в событиях 12 января 1964 г. вплоть до настоящего времени объясняется, на наш взгляд, его последующей деятельностью.
На исходе 12 января он направил в Лондон телеграмму с просьбой признать новый режим. В тот же день, но чуть позднее, такую же телеграмму в адрес 23 стран послал А. Каруме. (Интересно, что президент Ганы К. Нкрума прислал ответ на имя Окелло22.) Пользуясь поддержкой наиболее воинственной части молодежи, а также подчиненных ему военных отрядов, Окелло противопоставлял себя правительству во главе с Каруме. Он позволял себе разглашать решения PC, игнорировать партийную дисциплину, допускал выпады в адрес руководства и самой партии Афро-Ширази. Своим сторонникам он заявлял: «Я не член партии. Моя партия - это вы, мои солдаты». Требовал, чтобы его оклад составлял не менее 10 000 шиллингов (сумма очень внушительная. В те годы занзибарский шиллинг был весьма крепкой валютой - О. И.). Настаивал на предоставлении ему более высокого поста как в партии, так и в правительстве. 14 января Окел- 19 Более подробно о событиях 12 января 1964 г. см.: Тетперин О.И. Из истории национально- освободительного движения на Занзибаре // История Африки в XIX и XX столетиях. М.: Институт Африки АН СССР; Наука, 1972. С. 29-33.
20 OkelloJ. Op. cit. Р. 143.
21 Между тем Окелло утверждал, что именно он «назначил» Каруме на этот пост, как и всех министров в революционном правительстве, включая Хангу и Бабу - наиболее влиятельных политических деятелей. См.: OkelloJ. Op. cit. Р. 148,149.
22 Africa. 1964. January 24. P. 3.
HIIIIIIIIIIIIIIIII IIIIIIIIIIIIIIIHII


ло самолично вынес смертные приговоры группе бывших министров, а другую осудил на 15 лет тюремного заключения. На следующий день новое правительство Занзибара было вынуждено официально заявить, что ни один из прежних министров не будет казнен23.
Занзибарцы приписывали Окелло создание «банд грабителей», перед которыми он ставил задачу добывать деньги любыми способами, и якобы в разбоях он лично принимал участие. Однако, как отмечал журнал «Спектэйтор», отряды Окелло не были причастны к грабежам, которыми занимались африканцы, присоединившиеся к повстанцам после захвата арсеналов с оружием24.
Лица, поддерживавшие Окелло (но не только они), сторонники крайних действий, развернули кампанию террора чуть ли не против всего арабского населения25. Сотни арабов были убиты, тысячи спасались бегством (среди жертв было немало и индийцев). По некоторым сведениям, около половины занзибарцев арабского происхождения бежала из страны26. Насилие в отношении арабских и «азиатских» занзибарцев названо в одной из публикаций (2001 г.) «пропорциональным геноцидом»27.
Действия Окелло и его окружения привели к тому, что соседние африканские государства не спешили с признанием нового режима. Например, президент Замбии К. Каунда занял выжидательную позицию («что принесут дальнейшие события»), так же, как и президент Танганьики Дж. Ньерере. В своем первом заявлении по поводу событий на островах премьер-министр Уганды М. Оботе осуждал «насильственный переворот». На состоявшемся экстренном совещании восточноафриканские лидеры, по инициативе Ньерере и президента Кении Дж. Кениаты, призвали Каруме обуздать Окелло, принять меры, чтобы помешать «фельдмаршалу» произносить угрожающие речи по радио28. Каунда и Кениата обсуждали даже вопрос о посылке на Занзибар объединенных полицейских сил. С такой просьбой президент Каруме обратился к Ньерере. 19 января на Занзибар прибыл первый контингент полицейских из Танганьики, численность которых вскоре достигла 500 человек. Эта мера была направлена на ограничение влияния Окелло и в противовес отрядам, находившимся в его непосредственном подчинении.
Активность Дж. Окелло и его сторонников несколько снизилась после создания 16 января Революционного совета. 23 Africa Diary. 1964. February 8-14. P. 1597.
24 The Spectator. 1964. February 14.
25 Здесь, конечно, следует сделать оговорку - в этом был повинен не столько сам Окелло и его люди. Это было стихийное выступление широких слоев африканского населения против всего арабского - арабской верхушки во главе с султаном, феодалов-помещиков, поскольку именно в них, прежде всего, африканцы видели угнетателей, эксплуатацию и дискриминацию со стороны которых они ощущали на себе каждодневно на протяжении многих десятилетий.
26 В своей книге Дж. Окелло указывает, что число только убитых составило 13 635 человек, из них 1640 - африканцев, а задержанных - 21 462 человека (OkelloJ. Op. cit. Р. 160). Иными словами, пострадал чуть ли не каждый 10-й житель островов (численность населения Занзибара на начало 1960-х годов составляла менее 300 тыс. человек). Нам представляется, что эти цифры чрезвычайно завышены. По другим данным, было убито менее 2,5 тыс. человек // Statist. L., 1964. February 7.
27 Sheriff Abdul. Race and Class in the Politics of Zanzibar // Afrika Spectrum. Hamburg. 2001. Vol. 36. № 3. P. 314,315.
28 Africa. 1964... P. 2.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


исполнявшего одновременно функции правительства и парламента. Но Окелло по-прежнему довольно часто разъезжал по стране, выступая с речами. О характере произносимых им речей можно судить по тому предупреждению, с которым выступил А. Каруме в конце февраля 1964 г.: «Революция завершена. Сейчас мы должны приступить к решению великой задачи строительства нации. Поэтому мы считаем неуместным для любого члена Совета делать заявления, которые вызывают тревогу в мире»29.
Но Окелло не внял этим предостережениям, вел себя экстравагантно, превозносил свои достоинства в революции, можно сказать, «пиарил», как нынче принято говорить, и не без успеха, собственную персону. Это вызывало раздражение нового руководства страны, что и явилось одной из причин изгнания его из страны.
В первых числах марта 1964 г. Джона Окелло «делегировали» как одного из лидеров революции в поездку с «представительскими целями» по странам Восточной Африки. По прибытии в столицу Танганьики - Дар-эс-Салам он был задержан и фактически подвергся домашнему аресту, затем, как «нежелательное лицо», на самолете был переправлен в Найроби (Кения). Кенийские власти отнеслись к нему с подозрением и потребовали покинуть страну. А 11 марта власти Занзибара объявили Окелло нежелательным иммигрантом и запретили въезд на острова30.
Нельзя, по-видимому, исключать и стремления руководящих деятелей страны избавиться от потенциального соперника, обладавшего значительной властью и державшего в своих руках большую часть вооруженных отрядов - «борцов за свободу». Судя по всему, и Каруме, и Ханга, и Бабу не могли предвидеть и не ожидали, что энергичный Окелло столь стремительно завоюет сверхпопулярность у рядовых занзибарцев. В их расчеты никак не входило делиться властью с кем бы то ни было, в особенности с Окелло - «пришельцем» с континента, каковым они считали его, с акцентом говорящим на суахили, к тому же он не был мусульманином, то есть - «не своим». Не случайно, А. Каруме говорил: «Я ничего не желаю слышать об Окелло!»31.
К этому следует, конечно, добавить, что Окелло был далек от «высокой политики», не обладал и опытом политических интриг, в чем преуспевал, как показали дальнейшие события на островах, такой политический «боец», как А. Каруме. Так Джон Окелло, оказавшись волею судеб в нужном месте в нужное время, проиграл свою «партию».
С тех пор прошло не одно десятилетие, и за это время имя Окелло ни разу не упоминалось и не появлялось на страницах занзибарской печати.
В «автобиографической» книге Джон Окелло, превознося свои личные заслуги и считая себя чуть ли не единоличным «творцом» занзибарской революции, отвергал все обвинения со стороны руководства Занзибара и сокрушался по поводу недооценности своей роли в подготовке и свершении переворота. Тем не менее, многое из вышеизложенного относительно «фельдмаршала» и его «проступков» вряд ли может вызвать сомнение, иначе трудно объяснить обструкцию Окелло и со стороны лидеров соседних с Занзибаром стран, где он вскоре также оказался «персоной нон грата». Они не хотели иметь дело со столь неуравновешенным и непредсказуемым деятелем. Тем более что через неделю после пере29 Newsweek. 1964. March 9.
30 Свои «мытарства» Окелло описывал весьма подробно. См.: OkelloJ. Op. cit. Р. 184-206.
31 Transition. Kampala. 1967. № 33. P. 48.
1111ШШШШН1 llllllllllllllllltl


ворота на Занзибаре в столице Танганьики - Дар-эс-Саламе, а затем в Накуру (Кения) и Джиндже (Уганда) вспыхнули волнения в армейских частях, которые власти этих стран увязывали с событиями на островах32.
О судьбе Джона Окелло после фактического выдворения с Занзибара известно немного.
В 1965-1966 гг. он отбывал 18-месячное тюремное заключение в Кении за нелегальное пребывание в стране. В 1967 г. был заключен в тюрьму в Уганде за нелегальный въезд. По освобождении якобы объявил о создании «Социалистической партии» в Уганде. В 1968 г., вновь оказавшись в Кении, был арестован и оказался в тюрьме сроком на 3 года за нарушение запрета кенийских властей о въезде на территорию страны. В апреле 1969 г. срок заключения был сокращен до одного года, по окончании которого Окелло вернулся в Уганду.
Следы Джона Окелло на его родине теряются в 1971 г. Его нашли убитым на берегу одной из рек в Уганде33. Тогда в стране правил диктатор Иди Амин Дада ( 1971-1979), тоже «фельдмаршал». И, по некоторым сведениям, он не мог позволить себе присутствия в стране второго «фельдмаршала»...
О.И. Тетерин
Литература
Okello John. Revolution in Zanzibar. Nairobi: East African Publishing House, 1967.
Kweupe. Zanzibar. 1964. Januari-Machi.
LofchieM.F. Zanzibar: Background to Revolution.
New Jersey: Princeton University Press, 1965.
HunterH. -£.(amemberoftheCIA/DDI Re-search Staff, Zanzibar). Zanzibar: The Hundred Days’ Revolution. February 21, 1966 // http://www.zanzibardrama.wordpress. com/2008/10/12/zanzibar-revisited-re- construction-of-the-1964-revolution
Ay any S.G. A History of Zanzibar. East African Literature Bureau. Nairobi-Dar es Salaam- Kampala, 1970.
Sheriff A. Race and Class in the Politics of Zanzibar // Afrika Spectrum. Hamburg. 2001. Vol. 36. № 3.
Тетерин О.И. Социально-политическое развитие Занзибара. Дис.... канд. ист. наук. Институт Африки АН СССР. М., 1972. С. 401. "
Тетерин О.И. Из истории национально- освободительного движения на Занзибаре // История Африки в XIX и XX столетиях. М.: Институт Африки АН СССР, Наука, 1972. С. 3-36.
Тетерин О.И. Исторический очерк // Объединенная Республика Танзания. М.: Институт Африки АН СССР; Наука, 1980. С. 34-60.
32 Ayany S.G. A History of Zanzibar. Nairobi-Dar es Salaam-Kampala, 1970. P. 137.
33 URL : http://www.kenyayoungvotersalliance.blogspot.com/2007/01bukes-tribute...


Жан-Жозеф РАБЕАРИВЕЛУ
Jean-Joseph RABEARIVELO
4.III.1901 -22.VI.1937
Поэт первого поколения малагасийских писателей колониального периода, родоначальник новой поэзии Мадагаскара. Его называют «принцем малагасийских поэтов», «первым малагасийским поэтом международного уровня», «крупнейшим малагасийским поэтом XX в.».
Жизнь Рабеаривелу была короткой и трагичной. Родился вТапанариве(ныне- Антананарпву) 4 марта 1901 г. Был внебрачным ребенком. Мать его - из обедневшего аристократического рода потомков короля Раламбу (1575-1615). Звали его Joseph Casimir1.
Семья исповедовала протестантство, как и подавляющее большинство семей, принявших христианство до того, как Мадагаскар стал французской колонией. Однако по настоянию дяди, много времени уделявшего воспитанию мальчика, его отдали в католическую школу, затем в католический коллеж Сен-Мишель. Это были бесплатные учебные заведения для способных детей, которые, как предполагалось, пойдут потом в духовную семинарию. По в 13 лет его исключили - он отказался стать семинаристом. Еще какое-то время он посещал школу Флакура1 2, на чем и кончилась его формальная учеба. Любознательный и способный, всю оставшуюся жизнь он занимался самообразованием. Упорным трудом овладел французским языком. Учил английский, испанский, древнееврейский... Запоем читал Аполлинера, Бодлера, Валери, Верлена, Рембо, Рильке, Руссо... Литературным учителем считал Бодлера, «Парижский сплин» которого стала его настольной книгой.
С 1915 г. вынужден зарабатывать себе на жизнь. Начал секретарем и переводчиком шефа кантона в г. Амбатулам- пи (в 70 км от столицы), затем вернулся в Тананариве. Перепробовал несколько профессий - художника, журналиста, театрального деятеля, библиотекаря в клубе для белых (Cercle de l’Union). С 1924 г. и до конца жизни работал корректором в типографии Имерины. Считал работу унизительной, но это давало возможность общаться с кругом интересных ему людей.
Чтобы улучшить свой французский, начал преподавать. Его первой ученицей была его будущая жена - Мари Раза- фитриму, дочь известного фотографа. В 1926 г. они поженились. У них было пятеро детей.
В 14 лет опубликовал первые стихи3. Писал по-малагасийски и по-француз1 Впоследствии он изменил имя, чтобы его инициалы совпадали с инициалами Ж.-Ж. Руссо.
2 Этьен де Флакур (1607- 1660), губернатор Мадагаскара и глава Ост-Индской французской компании.
3 В журнале «Vakio ity», под псевдонимом К. \ erbal.
II III 111IIIIIIIIIK Pj / IIIIIIIIIIIIIIIHII


ски. В 1920-м в журнале «Cahier du Sud» вышли его переводы европейских поэтов на малагасийский язык. В 1923-м в венском журнале «Anthropos» - статья о поэзии Мадагаскара. В 1923—1924 гг. - малагасийские стихи в переводе на французский в журнале «18е Latitude Sud».
Раннее творчество Рабеаривелу складывалось под сильным влиянием французской романтической и неоромантической поэзии: сборники «Чаша пепла» (1924), «Сильфы» ( 1927), «Книга» (1928). Стихи написаны по классическим европейским канонам, многие в форме сонета. Отличаются изысканностью формы и романтической направленностью. Воспевают мечту, природу, вечность бытия.
Сотрудничал со многими малагасийскими4, маврикийскими5 и европейскими6 газетами и журналами, часто подписывался романтическим псевдонимом Amance Valmond или Jean Osmé. Был местным корреспондентом парижских «Литературных новостей».
Поэзия 1930-х годов отмечена мистикой и сюрреализмом - сборники «Полусны» (1934), «Подслушанное у ночи» (1935). Отказывался от метрического стихосложения, перешел к свободному стиху. Основные мотивы - безысходная тоска и одиночество, раздумья о таинствах жизни и смерти, бегство от действительности.
Хотя в историю литературы Рабеаривелу вошел прежде всего как поэт, не в меньшей степени он драматург и романист. Написал пьесы: «Календарь событий» (1934), «Имайцуанала, дочь птицы» (1935), «У ворот города» (1936), «Песни для Абеоны» (1936). Еще когда работал библиотекарем, написал полицейский роман в стиле Рокамболя «Принц развлекается» и повесть «Чернорозовая драгоценность». В 1923 г. - романы «Адель и Артур» и «Сказки ночи». Его исторические романы «Красная заря» (1925), об этапах французской колонизации, и «Интерференция» (1928) об аристократических семьях мерина в XIX в., изданные посмертно, воспринимаются и как этнографические монографии. Опубликовал также книгу критических статей «Дети Орфея» и статьи о поэзии, музыке, живописи, в том числе о русском художнике Александре Яковлеве, которого он назвал «русским Гогеном»7.
Его близкими друзьями стали жившие на Мадагаскаре французские литераторы - Р. Будри (Boudry R., 1878— 1965) и П. Камо (P. Сато, 1877-1974). Дружил с представителями малагасийской интеллигенции своего времени: Э. Рахарулахи, Л.-Б. Рабекуту, Равелуд- зоном, Ж. Рабемананадзарой8. Входил в узкий круг молодых писателей и поэтов 4 “Journal de Madagascar”, “Capricorne”, “Revue de Madagascar”, “18“ Latitude Sud”, “Tribune de Madagascar”, “Le petit Tananarivien” и др.
5 “Zodiaque”, “L’Essor” (Port Louis) и др.
6 “Le Journal des poètes” (Bruxelles), “Les cahiers du Sud” (Marseille), “Les Nouvelles littéraires” (Paris), “Mercure de France” (Paris), “Sagesse” (Paris) и др.
7 Ачександр Евгеньевич Яковлев (1887-1938), «художник-путешественник», в 1924— 1925 гг. участвовал в знаменитом «черном круизе» фирмы «Ситроен»: это была не только рекламная акция автомобилей, но и этнографическая и зоологическая экспедиция по малоизученным районам Африки. Экспедиция закончила маршрут на Мадагаскаре, добравшись в конце июня 1925 г. до Антананариву. Работы Яковлева, написанные по итогам путешествия, выставлялись в парижской галерее Шарпантье в 1926 г.
8 Elie Raharolahy (псевдоним - Harioley, 1901-1949), Lys-Ber (наст, имя J.-H. Rabekoto, 1902-1932), Ravelojaona (1879-1956), J.-F. Rabemananjara (1913-2005).
iiiiiiiiiiiiiiiiiii y JO iiiiiiiiiiiiiiiiiii


«Одиннадцать друзей»9. «Друзья» собирались обычно в баре-ресторане, который содержал поэт и новелист Е.Б. Ра- хайнпосон (Е.В. Rahaingoson). Наиболее тесные отношения сложились с поэтом С. Ратани (Ratany Samuël, 1901-1926). Этих «двоих неразлучных» часто видели там: читали друг другу свои стихи или жарко спорили о поэзии со своим старшим другом Ни Аваной10 11. Ранняя смерть Ратани оказалась для Рабеаривелу невосполнимой потерей. Следы печали и смерти стали появляться в его стихах. В память о Ратани «друзья» опубликовали в 1929 г. сборник стихов «Восточные песни» (“Kalokalo Tatsinanana”), который можно считать первой антологией малагасийской поэзии.
Рабеаривелу примкнул к литературному течению «В поисках утраченного» (“Mitady ny very”). Его творческая деятельность совпала с началом нового периода в истории малагасийской литературы, когда стали возвращаться писатели и поэты, отправленные в тюрьмы и ссылки после разгрома в 1915 г. ВВС11, первой политической организации Мадагаскара. На целое десятилетие строгая цензура парализовала развитие литературы.
Горький тон поэзии середины 1920-х годов передает некоторую покорность, смирение со своим угнетенным положением. Поэты стараются держаться в стороне от политики. Доминирует чувство потери национальной самобытности. Влияние западной культуры и литературы постепенно вызывает тревогу. В 1931 г. Рабеаривелу вместе с Ш. Рад- зуэлисулу12 и Ни Аваной создают газету «Новый путь» (“Ny Fandrosoam- baovao”), где на протяжении нескольких лет ведут литературную колонку, в которой призывают противостоять духовной ассимиляции и возрождать традиционные культурные ценности. Поэты откликнулись на призыв и стали все чаще слагать стихи по образцу старинных «туну нкалу» и «айнтени»13.
Стремясь внести свой вклад, Рабеаривелу тоже обращается к народному творчеству. Его собрание любовной лирики «Старинные песни страны Имерины» и «Наследство», опубликованные посмертно, настолько близки народному жанру «айнтени», что создается впечатление перевода.
Но в отличие от других поэтов, которые резко осуждали тех, кто слепо копирует все иноземное, Рабеаривелу не отрицал целиком западничества, был убежден в обогащающей роли иностранной литературы и необходимости освоения культурного богатства европейских стран.
Рабеаривелу, как говорится, поэт от Бога. Но земное существование «принца малагасийских поэтов» было коротким.
Жил он трудно. Нищенского жалованья корректора не хватало даже для скудного существования. Возрастающая нужда, растущие долги, нравственные обязательства перед семьей. Смерть дочери... Целая серия разочарований и унижений... В состоянии душевной депрессии он покончил с собой 22 июня 1937 г., приняв цианид. Было ему 36 лет.
Причины смерти Рабеаривелу нельзя, конечно, свести только к жизненной неустроенности. Его драма - это «коло9 Ny Avana, J.-J. Rabearivelo, Fredy Rajaofera, Meteora, Ignace Ratsimbazafy, Josefa Rajonah, Eliza Freda, Rafanoharana, Jean Narivony, Lusio B., Rodlish.
10 Ny Avana («Радуга»), наст, имя Ny Avana Ramanantoanina (1891-1940).
11 Vy, Vato, Sakelika («Железо», «Камень», «Ответвление»).
12 Rajoelisolo Charles (1896-1968).
13 Tononkalo - специфический песенный жанр; hainteny - стихотворные метафорические импровизации.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii jjj iiiiiiiiiiiiiiiiiii


ниальная драма», по мнению Р. Будри14. Рабеаривелу принадлежал к поколению, поверившему обещаниям колониальных властей и, приняв их язык и культуру, надеявшемуся на ассимиляцию. Его драма - в несоответствии этих чаяний унижениям, которые он претерпел как колонизованный. Его самоубийство противоречит его жажде жизни и амбициям стать великим франкоязычным писателем. Противоречит и малагасийским традициям - моральной аксиоме малагасийцев: «mamy ny aina» («самое ценное - жизнь»). Но для него это был акт протеста.
Колониальное общество в Тананариве в 1920-1930-е годы было глубоко иерархичным. Во главе стоял генерал- губернатор, который обладал практически абсолютной властью. От него зависели почести и материальные блага. Вокруг - тесный двор приближенных. Руководящие посты - в руках французов. Чиновники, за некоторыми исключениями, были не только необразованные, но в большинстве случаев просто малограмотные люди. Как писал Рабеаривелу, «из 100 французов, которые приехали сюда, 90 никогда не открывали учебник и грамматику». Авантюристы по призванию, в силу обстоятельств оказавшиеся на острове, зачастую они рассматривали службу лишь как возможность быстро разбогатеть.
Царила пустота, снобизм, праздность. В колонии, где ничего не происходило, играли в бридж и покер, посещали «салоны» и балы в Hotel Fumarilo. Открыты курильни опиума и публичные дома (“salons-lits”).
Общественного мнения не существовало. Свобода прессы ограничивалась не только администрацией, но и церковью. Неблаговидные поступки и нравы европейцев замалчивались.
Малагасийцы составляли общество «второго сорта» (seconde société) и занимали лишь низшие должности. Проучившийся 9 лет во Франции медик мог стать лишь санитаром у себя на родине. Дискриминация существовала в скрытом виде. Французские власти проявляли даже некий патернализм и удивлялись, почему эти «большие дети» не выказывают благодарности.
Рабеаривелу не вписывался в общепринятые рамки. Не мог адаптироваться к современной ему действительности, где ценились лишь посредственности. Каждодневно испытывал унижение, что не белый. Не удивительно, что в некоторых высказываниях звучит эхо «контррасизма». Он клеймит тогдашние быт и нравы общества, его бездуховность.
Но еще больше, чем европейцев, он бичует своих соотечественников. Рабеаривелу хорошо знал малагасийское общество и судил его сурово. Разоблачал лицемерие, претензии и грубость парвеню, отсутствие культуры и единственное стремление соплеменников - «нравиться белым». Осуждал «ужасную буржуазию», с которой вынужден общаться в силу семейных связей. «Нравы времени вызывают рвоту». Он отворачивался от малагасийского общества, бежал из салонов.
Малагасийское общество разделилось надвое. Одни почти полностью подчинились. Самые смелые их призывы - лишь требования ассимиляции и превращения Мадагаскара во французский департамент. В качестве поощрения администрация предоставляла им французское гражданство, но получила его лишь небольшая прослойка.
Другие будили память о независимости. В 1921 г. Ралаймунгу начал агитацию за предоставление жителям Мадагаскара прав французских граждан. В газете «Л’Опиньон» была опублико14 Boudry R. Jean-Joseph Rabéarivelo et la mort. P.: Présence Africaine, 1958. P. 81.
iiiiiiiinimiiiii yOU iiiiiuiiiimimi


вана -«Петиция туземцев Мадагаскара», требовавшая натурализации всех малагасийцев. Арест Ралаймунгу в 1926 г., процесс, возбужденный против Дюсса- ка15 и Ралаймунгу... Кульминацией стала демонстрация протестующих перед резиденцией генерал-губернатора в 1929 г. под лозунгами: «Свободу!», «Независимость», «Мадагаскар - мальгашам!».
Многие из друзей Рабеаривелу принимали участие в протестных акциях. Но он «не вступал в ряды борцов». Первая забастовка малагасийских рабочих в 1936 г. его шокировала: ведут себя как бараны. Он был слишком эстет.
Рабеаривелу страдал прежде всего от внутреннего противоречия. Он сидел на двух стульях: он принадлежал к тем одаренным интеллигентам колоний, талант которых оплодотворен чужой культурой, и ощущал отчуждение от традиционного малагасийского общества.
Рабеаривелу испытывал страстную тягу к западной культуре. Называл себя «образованный цветной, влюбленный во французский язык». Его художественное дарование впитало достижения европейской традиции. Он переписывался со многими крупными писателями разных стран, прежде всего французскими16. Мечтал стать французом, на что, казалось бы, имел все основания претендовать благодаря своей культуре и эрудиции.
Но колониальная элита не считала его своим. Власти не признавали его творчество. Его не замечали, не печатали, а он был чувствителен к несправедливости. Будучи малагасийцем, он не имел права заведовать журналом. Ни один из многочисленных проектов, которые он задумал, не увидели свет.
В январе 1937 г., чтобы получить немного денег, Рабеаривелу просил администрацию продать ему права издания на французском языке его пьесы «У ворот города». Безрезультатно. Появилась вакансия в администрации. Он пишет письма генерал-губернатору. Одно, второе, третье. Ответа нет.
В 1937 г. в Зеленом театре (Theatre de verdure) силами малагасийских актеров была поставлена пьеса «Имайцуана- ла». После представления ее собирались опубликовать в виде роскошно оформленного издания для распространения во Франции, но губернатор наложил вето. Для Рабеаривелу это унижение - он «не понимает».
Неопубликованными остались также ряд других его работ, не говоря уж о критических статьях - ни одна не была опубликована при его жизни.
Незадолго перед смертью Рабеаривелу вместе с Е. Будэном17 начал переписывать на современный малагасийский язык «Историю королей», записанную Ф. Калле18 100 лет назад и ставшую непонятной из-за архаичности языка. Удалось издать лишь один том.
Он хотел жить и писать в Париже, но колониальные власти многие годы не выпускали его за пределы острова.
Не в силах найти подходящую работу, он обращался к администрации. Генерал-губернатор был тогда “ray ашап- dreny” (отец и мать) всех малагасийцев.
Мадагаскар готовился к Международной выставке 1937 г. в Париже. Как член Малагасийской академии Рабеаривелу был назначен членом организационной комиссии. Речь шла о том, чтобы послать малагасийцев представлять Мадагаскар. Кто лучше него мог предста15 Dussac Paul (1877-1938), создатель компартии на Мадагаскаре (1936).
16 Paul Verlaine, Maurice Martin du Gard и др.
17 Baudin Eugène, главный редактор “Tribune de Madagascar”.
18 Callet François (1822-1885). Callet F. «Tantara ny Andriana». Tananarive. 1 vol., 1872; 2 vol., 1875; 3 vol., 1883.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 961 lllllllllllllllllll


вить в Париже успехи колониальной политики Франции? Конечно, Леон Кайла (Léon Cay la) прекрасно понимал, что Рабеаривелу - редкий цветок, взращенный колонизацией. Но ...вместо него послали группу «плетельщиков корзин»19. Это был удар. Рабеаривелу чувствовал себя униженным и преданным первым лицом.
Рабеаривелу всеми средствами пытался интегрироваться в европейское общество. Даже объявил себя монархистом, стремясь доказать свою приверженность французским традициям (а может, просто вспомнил, что он представитель древней малагасийской знати?). Но так этого и не достиг. Общество белых осталось закрытым для него.
Непонимание и безразличие. Безвыходное одиночество, мрак тоски и отчаяния - вот атмосфера его жизни и творчества. Несмотря на талант всю свою жизнь он наталкивался на стену и кончил тем, что разбил о нее голову.
Все это наложило горький отпечаток на его творчество и характер. Дух его, и без того склонный к меланхолии, омрачался все более. Нельзя равнодушно читать интимный дневник, в котором он описывал день за днем свое трагическое раздвоение20. Все вызывало в нем мысли о смерти. Он жил и творил, не понятый современниками.
Рабеаривелу покорно сносил удары судьбы, никому не жалуясь. В последние годы страдал депрессией. Все больше и больше находил прибежище в наркотиках и алкоголе. Отсюда пессимистическая тональность его поэзии. Раздирающая душу печаль исходит от его стихов. И он создал свой странный и мистический мир.
Унижение и презрение, с которым он сталкивался, создавали вокруг него ночь, в которой он не видел ни малейшего лучика, указывающего путь. Отсюда - частота темы ночи в его произведениях, также как темы одиночества и смерти. Реальность не давала ему никаких надежд, и он бежал от нее.
Рабеаривелу ощущал себя духовным изгнанником. Некоторые стихи раскрывают его искреннее желание дотянуться до национальных корней. Он пытается воспроизвести древние предания и легенды, пейзажи Имерины. Но образы родной земли часто остаются нежизненными стилизациями и навевают ему мысли о бессилии, отчаянии, забвении и смерти.
В его поэзии часто встречаются контрастные образы деревьев. Наиболее известны сонеты «Авиави» и «Филау»21. Авиави - символ «высшей гордости» тех, кто глубоко ушел корнями в землю предков. Филау - дерево, захиревшее в изгнании. А сам Рабеаривелу - не кажется ли деревцем, увядшим в сухих ветрах чужой культуры, не дотянувшись до «живой воды»?
Слава и признание пришли к нему с запозданием. Вся интеллектуальная молодежь Мадагаскара теперь считает его своим лидером. Это, наверно, и есть та «Голгофа гения», о которой он мечтал больше всего. «Сейчас, когда его не стало, мы почувствуем больше, чем когда- либо, его значение, и поймем, какое место он занимал среди нас», - сказал Ж. Рабеманандзара на его похоронах22.
Творчество Рабеаривелу оказало огромное влияние на многих малагасийских поэтов, прежде всего на Ж. Рабе- 19 Artisans des Ateliers d’art appliqué malgache.
20 Он вел дневник «Синие тетради» (“Calepins bleus”), который до сих пор полностью не издан. Отрывки из него см.: Boudry R. Op. cit. Р. 20-23.
21 Aviavy - разновидность фикуса, filao - разновидность казуарины.
22 Рабеаривелу похоронен 24 июня 1937 г. в родовом склепе в Амбатуфуци (небольшом городке неподалеку от Тананариве), откуда родом была его мать.
Hiiiiiiiiiiiiiiiii iiiimiiiiiiiiiiu


манандзару, которого он сделал своим наследником: «Я передаю тебе факел - держи его высоко».
Поэзию Рабеаривелу характеризуют чистота образов, изысканность стиля, ритмическое богатство стиха, тонкая музыкальность. Именно эти черты и сделали ее столь исключительно «современной» для последующих десятилетий. Он стал самым популярным и самым «актуальным» из малагасийских классиков.
Известность Рабеаривелу перешагнула границы Острова. Он - наиболее известный малагасийский автор во Франции. Им восхищались Жан-Поль Сартр, Леопольд Сенгор и Жан Полан. Его произведения много раз переиздавались и переиздаются до сих пор. Лучшие стихи опубликованы в 1948 г. в «Антологии новой негритянской и мальгашской поэзии» Л. Сенгора23. Его творчество изучают ученые во многих странах мира: написано огромное количество книг, статей, воспоминаний, диссертаций24.
Проведено немало посвященных ему конференций. Его стихи переводятся на английский, шведский, итальянский. испанский...25 Несколько раз переводились на русский.
Он был членом Малагасийской академии. Один из самых престижных лицеев в центре столицы носит его имя. Многие его стихи положены на музыку. Учреждена премия его имени за поэзию26. Ему была присуждена Литературная премия Империи27. Он стал первым «туземцем», получившим «приз за поэзию» Жана Мореаса28 и Французской Академии29.
ЛА. Карташова
Сочинения
[Стихи] // Стихи поэтов Африки. М.: ИВЛ, 1958. С. 111,112.
Дружба народов. 1958. № 9. С. 172, 173.
В ритмах там-тама. Поэты Африки. М.: ИВЛ, 1961. С. 254-257.
23 Anthologie de la nouvelle poésie nègre et malgache de langue française / Par Léopold Sedar Senghor, Précédée de Orphée noir de Jean-Paul Sartre. P: PUF, 1948.
24 RabenoroJ. Poésie malgache d’expression française: l’itinéraire de J.-J. Rabearivelo / Thèse de doctorat, Université de Paris III-Sorbonne Nouvelle, 1980; Rakotomavo Y.H. Pour une approche de la prose de Jean-Joseph Rabearivelo, écrivain malgache d’expression française 1901-1937 / Thèse de doctorat, Université de Paris-Sorbonne IV, 1990; Rakotondradany J. L’Univers de Jean-Joseph Rabearivelo / Thèse de doctorat d’état, Aix-en-Provence, 1987.
25 Vientos de la Manana. Rio de Janeiro, 1935; 24 Poems. (Traduit de la nuit). Ibadan: Mbari Publications, 1962; Almost-Dreams & Translated from the Night / Trans, by Leonard Fox, 1964; Rabearivelo Jean-Joseph\ Dikter. I urval och tolkning av Ingemar och Mikaela Leckius. Stockholm: Tidens Förlag, 1973; Translations from the Night, Selected Poems of Jean-Joseph Rabearivelo / Trans, by John Reed and Clive Wake. L.: Heinemann, 1975 (African writers series); Casi suenos et Traducidos de la noche / Trad. Juan Abeleira. Madrid: Hiperion, 2000; Jean-Joseph Rabearivelo // Voices from Madagascar: An Anthology of Contemporary Francophone Literature / Ed. J. Bougeacq and L. Ramarosoa. Athens: Ohio Univ. Center for International Studies, 2002; Translated from the night / Trans. Robert Ziller. Pittsburgh: Lascaux Editions, 2007; Complete Late Poetry of Jean-Joseph Rabearivelo: A Facing-Page Translation from the Malagasy and French into English / Ed. and trans, by Leonard Fox. Lewiston: Edwin Mellen Press, 2010.
26 Prix Jean-Joseph Rabearivelo de poésie.
27 Prix littéraire de Г Empire.
28 Prix de Poésie, учреждена в 1909 г. французским поэтом Жаном Мореасом (Jean Moréas, 1856-1910).
29 Prix de Г Académie Française.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


Голоса африканских поэтов. М.: Худ. лит-ра, 1968. С. 195-228.
Иностранная литература. 1968. № 3. С. 184— 189.
Мы живем на одной планете. Ташкент: 1968. С. 246, 247.
Линии наших ладоней. Ташкент, 1973.
С. 44, 56.
Поэзия Африки. М.: Худ. лит-ра, 1973.
С. 293-305;
Азия и Африка сегодня. 1975. № 8. С. 39.
Ритмы. Африканская лирика XX века. М.: Наука; ГРВЛ, 1978. С. 189-192.
Поэзия Африки. Т. 2. М.: Худ. лит-ра, 1979. С. 272-276.
Из афро-азиатской поэзии. М.: Наука; ГРВЛ, 1981. С. 132-134.
La coupe de cendres. Tananarive: G. Pitot de la Beaujardière, 1924.
Sylves. Tananarive: Imprimerie de l’Imerina, 1927; Antananarivo: Centre d’information et de documentation scientifique et technique, 1991.
Volumes. Tananarive: Imprimerie de l’Imerina, 1928.
Enfants d’Orphée. île Maurice: The General Printing, 1931.
Presque-songes. Tananarive: Imprimerie de l’Imerina, 1934.
Quelques poètes, enfants d’Orphée. Ile Maurice: The General Printing, 1934.
Éphémérides de Madagascar. Tananarive: M. Eugène J aeglé, 1934.
Traduit de la nuit. Tunis: Editions de Mirage, 1935; P.: Editions Orphée La Différence, 1991; P.: Editions Sépia / Tananarive: Tsipika, 2007.
Imaitsoanala, fille d’oiseau. Tananarive: Imprimerie officielle, 1935.
Aux portes de la ville. Tananarive: Imprimerie officielle, 1936.
Chants pour Abéone. Tananarive: Editions Henri Vidalie, 1936.
Tananarive, ses rues et ses quartiers. Tananarive: Imprimerie de l’Imerina, 1937 (avec E. Baudin).
Vieilles chansons des pays d’Imerina // La Revue de Madagascar, 1939. № 25.
Lova. Tananarive: Imprimerie Volamahitsy, 1957.
Des Stances oubliées. Tananarive: Imprimerie Liva, 1959.
Poèmes (Presque-songes, Traduit de la nuit). Tananarive: Imprimerie officielle, 1960.
Amboara poezia sy tononkalo Malagasy. Antananarivo: Editions Madagasikara, 1965.
Vieilles chansons des pays d’Imerina. Tananarive: Editions Madprint, 1967.
L’Interférence. P: Hatier, 1987.
Resy hatrany. Antananarivo: Imprimerie nationale, 1988.
Irène Ralimà sy Lala roa. Antananarivo: Imprimerie nationale, 1988.
Eo ambavahadim-boahitra. Antananarivo: Imprimerie nationale, 1988.
Poèmes: Presque-songe; Traduit de la nuit; Chants pour Abéone. P.: Hatier, 1990 (Littérature francophone).
L’Aube rouge. P.: Editions Bouquins, 1998.
Rabeaiivelo Jean-Joseph. Œuvres complètes / Edition critique coordonnée par S. Meitin- ger, L. Ramarosoa et C. Riffard. — Tome I. Le diariste — L’épistolier - Le moraliste. — P.: Editions CNRS — Présence Africaine, 2010. — 1273 p. (Collection “Planète Libre”); Tome IL Le poète — Le narrateur — Le dramaturge — Le critique — Le passeur de langues — L’historien. — P.: CNRS/ ITEM/AUF, 2012. - 1792 p. (Collection “Planète Libre”).
Литература
Гальперина E. Молодая поэзия древнего континента // Стихи поэтов Африки. М.: И ВЛ, 1958; Она же. Африка гнева и надежды // Новый мир. М., 1958. № 6.
Никифорова ИД. Литература Малагасийской Республики // Современные литературы Африки. М.: Наука, ГРВЛ, 1974.
Карташова ЛА. Литература // Демократическая Республика Мадагаскар. Справочник. М.: Наука, ГРВЛ, 1985; Она же. Рабеаривелу // Африка. Энциклопедический справочник. Т. 2. М.: Советская энциклопедия, 1987; Она же.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii УОЧ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Рабеаривелу // Африка. Энциклопедический справочник. Т. 2. М.: Советская энциклопедия, 2010. Она же. Судьба поэта в колониальном обществе // Мадагаскар и я. М.: Экон-Информ, 2011. С. 142-154.
Расуваза. Трагедия поэта (Ж.-Ж. Рабеаривелу) // В таинственной стране Мадагаскар. Год 2007. М.: Экон-Информ, 2009. С. 91-98.
Сато P. Rabearivelo et moi // Climats. 1947. Juillet.
Wake C. Jean-Joseph Rabearivelo - A Poet before Négritude // The Critical Evaluation of African Literature / Ed. Edgar Wright. L: Heinemann, 1973.
Domenichini-Ramiaramanana B. Portrait tiré de la littérature malgache: Jean-Joseph Rabearivelo (1901-1937) // Le Mythe d’Etiemble: hommages, études et recherches / Éd. J. Etiemble-Kohn. P: Didier Érudition, 1979. P. 227-234.
Boudry R. Jean-Joseph Rabéarivelo et la mort. P: Présence Africaine, 1958.
Meteinger S. L’arbre du coeur et de la nuit: Jean- Joseph Rabearivelo, poète malgache // Le Journal des Poètes. 1982. № 2.
Joubert J.-L. Jean-Joseph Rabearivelo (1901- 1937) // Notre librairie. 1986. № 82.
RabemananjaraJ. 50ème anniversaire de la mort de Jean-Joseph Rabearivelo // Présence Africaine. 1987. № 3-4.
Andrianjafy D. Jean-Joseph Rabearivelo, auteur d’une oeuvre romanesque inédite.
Joubert J-J. Jean-Joseph Rabearivelo et lenig- me;
Rakotozafy M. Jean-Joseph Rabearivelo, cet inconnu //Jean-Joseph Rabearivelo, cet inconnu? Actes du colloque international de l’Université de Madagascar. Marseille: Éditions Sud, 1989.
Hausser M. Rabearivelo, critique // Semper Aliquid Novi. Littérature comparée et littératures d’Afrique, mélanges offertes à Albert Gérard / Éd. Alain Ricard and Janos Riesz. Tubingen: Gunter Narr Verlag. 1990.
JoubertJ.L. Le Rabearivelo nouveau va arriver // Semper Aliquid Novi. Littérature comparée et littératures d’Afrique, mélanges offertes à Albert Gérard / ed. Alain Ricard and Janos Riesz. Tubingen: Gunter Narr Verlag, 1990.
Meteinger S. Jean-Joseph Rabearivelo, poète de l’enracinement // Littérature. 1991. № 83.
Meteinger S. Métissage ou interférence? Le cas de J.-J. Rabearivelo // Actes du colloque “Métissages”, Saint-Denis avril 1990, Université de la Réunion. R: L’Harmattan, 1991. T 1.
History and Ideology in Rabearivelo’s Prose Works // Canadian Journal of African Studies. Canadian Association of African Studies. 1995. Vol. 28. №. 2. P. 219-235.
Adejunmobi M. J J. Rabearivelo, literature and lingua franca in Colonial Madagascar. N. Y.: Peter Lang, 1996 (Series: Francophone Cultures and Literatures. Vol. 12).
Rijjard C. Jean-Joseph Rabearivelo, <Prince des Poètes malgaches» // Culture Sud. 2007. № 164.
Complete Late Poetry of Jean-Joseph Rabearivelo / By Fox, Leonard (EDT) / Rabemananjara, Jacques (INT).


Жак-Фелисьен РАБЕМАНАНДЗАРА
Jacques-Félicien RABEMANANJA Æ/l
23.VI.1913- 2.1 V.2005
Один из крупнейших поэтов Мадагаскара. государственный деятель, чье имя широко известно за пределами его родины.
Во второй половине 1940-х годов, с ростом движения за независимость Мадагаскара, малагасийские поэты стремились пробудить у читателей чувство национального самосознания, чаяния перемен. Появились стихи о страданиях народа, о национальном достоинстве, воспевались природа страны, обычаи предков, подвиги героев прошлого. Эта тема стала главной в творчестве Ж.-Ф. Рабеманандзары.
Родился он в восточной провинции Таматаве (ныне - Туамасина), на о. Мангабе, близ г. Маруанцетра, расположенного в бухте Антонжпль, где, по преданиям, обосновались первые малайско-полинезийские переселенцы. Его отец, Э. Разака, был крупным фермером, но этнической принадлежности - мерина; мать, Фапахи, принадлежала к именитому роду народности беци- мнеарака (одной из этнических групп острова, в физическом облике которых сказывается принадлежность к негроидной расе).
В 1927 г. пошел в школу в г. Маруан- цетра, затем учился в иезуитской семинарии первой ступени на о. Сент-Мари (ныне - о. Бураха). В 1934-м переехал в Тананариве (ныне - Антананариву) - продолжить учебу в семинарии второй ступени. После ее окончания (1935), однако, выбрал административную карьеру - поступил на службу в кабинет генерал-губернатора (сначала работал в управлении финансов, потом в управлении информации).
Еще в семинарии Рабеманандзара увлекался французским языком и литературой и уже тогда начал писать. Большое влияние на него в ранней юности оказал Ж.-Ж. Рабеаривелу, родоначальник франкоязычной поэзии Мадагаскара. Известно, что Рабеаривелу избрал Рабеманандзару своим преемником; в своей предсмертной записке он написал: «Я передаю тебе факел, держи его высоко». По признанию Рабеманандзары,благодаря Рабеаривелу он смог освободиться от ученического преклонения перед французскими авторитетами. И, пройдя через этот этан, характерный для многих малагасийских писателей, воспитанных на французской культуре, сложился как своеобразный, яркий поэт.
В 1936 г. 23-летний Рабеманандзара основал ежемесячный «Журнал молодежи Мадагаскара» (“Revue des Jeunes de Madagascar”) и был сто главным редактором. Журнал выходил под девизом, характерным для раннего этапа оппозиции колониальному режиму: развивать малагасийскую культуру, ориентируясь преимущественно па французскую культурную модель («становиться все более и более французами, оставаясь всецело мальгашамп»). По даже такая умеренная форма защиты традиционных ценностей iiiiiiiiiiiiiiiiiii уоо lllllllllllllllllll


оказалась неугодной властям. Вышло всего десять номеров, и журнал прекратил свое существование.
В 1939 г. Рабеманандзару включили в состав делегации малагасийской интеллигенции, которая должна была представлять Мадагаскар на праздновании 150-летия Французской революции в Париже. Он воспользовался этим и поступил в университет Сорбонна - слушал лекции на факультете филологии и на факультете права. Одновременно служил в Министерстве колоний Франции, что позволило ему получить французское гражданство. В 1944 г. он окончил Сорбонну. Именно в этот период в Ассоциации студентов Черной Африки он познакомился с Л. Сенгором и А. Диопом. Вскоре после окончания войны они вместе создали литературно-общественный журнал «Présence Africaine».
После войны Рабеманандзара активно включился в политическую деятельность. В 1945 г. стал одним из основателей «Комитета надзора и защиты интересов мальгашей». Назначен секретарем малагасийской парламентской делегации и участвовал в различных акциях по улучшению отношений между Мадагаскаром и Францией. В 1946 г. он встретился с Ж. Расетой, Ж. Равуаханги и А. Ракуту- Рацимамангой, и они создают первую малагасийскую политическую партию МДРМ (Демократическое движение за мальгашское возрождение). Рабеманандзара был ее генеральным секретарем и автором манифеста и устава партии. МДРМ ставила целью провозглашение Мадагас кара с вободн ым государством в рамках «Французского сообщества». На ноябрьских выборах 1946 г. три кандидата партии были избраны депутатами в Национальное собрание Франции, среди них Рабеманандзара - от своей родной провинции Таматаве. Но ему не суждено было занять место в парламенте - разразились «события 47-го года».
В ночь с 29 на 30 марта 1947 г. начал ис ь антифран цузс кие высту пл ен ия близ Мураманги, Диего-Суареса (ныне - Анцеранана) и в некоторых других районах острова. (Есть версия, что они были спровоцированы колониальными властями.) В ответ на последовавшие репрессии вспыхнуло вооруженное восстание, длившееся больше года. В ходе его подавления погибло около 100 тыс. малагасийцев. Колониальные власти возложили ответственность за эти выступления на МДРМ. Партия была распущена. Малагасийских депутатов Национального собрания Франции обвинили «в подстрекательстве».
12 апреля 1947 г. Рабеманандзару арестовали и заключили в тюрьму Анта- нимура. В ноябре 1948 г. суд приговорил его к смертной казни, замененной пожизненным заключением. Девять последующих лет он провел в тюрьмах и ссылках.
В 1956 г. общественности Мадагаскара и Франции удалось добиться амнистии политическим заключенным. Рабеманандзара, незадолго до того переведенный в марсельскую тюрьму, был освобожден, но оставлен под надзором полиции без права возвращения на родину.
Он стал активно сотрудничать в журнале “Présence Africaine”, ездил с лекциями «Национализм и мальгашские проблемы». Его публичные выступления, лекции по радио, статьи и книги были посвящены культуре Мадагаскара и его истории, современному положению и задачам восстановления независимости страны.
Лишь после обретения независимости (26 июня 1960 г.) Рабеманандзара вернулся на Мадагаскар. И уже 4 сентября 1960 г. его избрали мэром Таматаве и депутатом Национального собрания Мадагаскара, а 10 октября президент республики назначил его государственным министром. В течение более 10 лет он был последовательно министром наiiiiiiiiiiiiiiiiiii J/O/ IIIIIIIIHIIIIIIIII


циональной экономики (1960-1965), сельского хозяйства (1965-1967), иностранных дел (1967-1972). В 1970-м стал вице-президентом. Был членом правящей Социал-демократической партии, возглавлял ее правое крыло.
Выступал за укрепление и расширение политических и экономических связей с государствами Западной Европы. Поддерживал политику широкого привлечения иностранного капитала. Основными экономическими и политическими партнерами Мадагаскара стали бывшая метрополия, США, ЮАР, Израиль. Благодаря такой политике удавалось в течение более чем 10 лет обеспечивать политическую стабильность в стране.
После падения режима Ф. Цира- наны (1972) Рабеманандзара считался главным претендентом на пост президента страны, но предпочел вернуться во Францию. Немалую роль в этом решении сыграл разгон силами безопасности демонстрации студентов, в результате чего были убитые и раненые. Рабеманандзара не мог с этим смириться. Большую часть своего времени в Париже он посвятил работе в “Présence Africaine”.
Рабеменандзара был чрезвычайно одаренным поэтом и писателем. Его личность сформировалась под влиянием дедушки со стороны матери, который воспитывал его в традициях предков. В раннем детстве мальчик засыпал под шум океанских волн, разомлев от тропической жары, наслаждаясь кантиленами своих соотечественников-бецимисарака, воспевавших очарование бесконечных горизонтов. Отсюда чарующие вибрации его голоса, звонкие рифмы и захватывающие красотой и изяществом образы.
Как лирическим, так и гражданским стихам Рабеманандзары свойственны приподнятость, восторженность, роднящие их с французской романтической и неоромантической поэзией. Поэтому о Рабеманандзаре говорят порой как о поэте «королевской традиции».
А за цикл стихов «Тысячелетний обряд» и поэму «Семиструнная лира», опубликованную в «Антологии новой негритянской и мальгашской поэзии» Л. Сенгора в 1948 г., его причисляют иногда к «певцам негритюда». В этой несколько декоративной поэме прекрасная родина, ее героические традиции, ее прошлое, красота родной земли противопоставляются «чуждой» и «старой» Европе. Однако несмотря на тесную дружбу с основоположниками доктрины «негритюда», Рабеманандзара всегда был противником теории расовой исключительности негро-африканской цивилизации.
Многие стихи написаны им в тюрьмах. Они раскрывают душевное состояние поэта. Здесь и тоска узника, отгороженного от жизни толстыми тюремными стенами, когда нет сил отвести глаза от синевы неба в решетке окна... Здесь страх за любимую... Печаль одиночества...
Наибольшую известность получили поэмы «Анца» и «Ламба». «Анцу» Рабеманандзара написал уже через месяц после ареста. Короткие строфы, приподнятый, взволнованный стих. Общее настроение - тема чужбины, изгнания. Поэт воспевает красоту страны. Без конца упоминает родной остров: «Остров мой! Из пламенных слогов / Имя родилось твое святое».
Через три года тоска по родине вылилась в волнующие строки «Ламбы». «Ламба» звучит как вдохновенный гимн любви к родине и любви к женщине. В поэме создан необыкновенно красочный, эмоционально насыщенный образ Мадагаскара, олицетворенный в собирательном образе малагасийской женщины в ламбе, в которой Рабеманандзара оттеняет одновременно чувственность и одухотворенность, страстный порыв и душевную трепетность.
Постоянные размышления о судьбах родины, о ее прошлом и будущем заставляют его обратиться к истории своего народа. В 1951 г. он создает историческую IIIIIIIIIIIIIIIHII SUÖ IIIIIIIIIIIIIIIHII


драму «Мореходы зари», которая воспроизводит легенду о происхождении малагасийцев. Его перу принадлежат поэтические сборники «На ступенях вечера», «Тысячелетние обряды», «Противоядие»; книги сонетов «Суды божьи», «Мадагаскар: похоронная песнь перед зарей», «Только избранное», «Собрание сочинений. Поэзия»; драмы в стихах «Малагасийские боги» и «Мореходы зари»; трагедия «Агапы богов Тритривы».
В философских взглядах Рабема- нандзары, в его оценке некоторых явлений много противоречивого. Но экспрессивность его поэзии, экзотическая метафоричность, яркая, взволнованная эмоциональность стиля позволяют сопоставить его творчество с лучшими образцами мировой поэзии XX в.
Рабеманандзара неоднократно номинирован на различные премии. В 1936 г. был награжден «Серебряным ландышем» на конкурсе поэзии Всеобщего союза (Alliance Universelle). В 1988 г. стал лауреатом Французской Академии - «Гран-при Франкофонии», в 1997 г. - «Клуба черного пера» (“Salon de la Plume Noire”).
Награжден высшим Национальным орденом Мадагаскара — Большим крестом 2-й степени. Был избран академиком Малагасийской Академии. Его именем назвал лицей в г. Туамасина.
Рабеманандзара умер в Париже, похоронен на европейском кладбище Анд- занахари в Антананариву.
ЛА. Карташова
Сочинения
Sur les marches du soir / Préf. de R. Leguy. Gap: Ophrys, 1942.
Les dieux malgaches. Gap: Ophrys, 1947, Henry Maillet, 1964, Présence Africaine, 1988.
Antsa. P.: Société des Amis des Poètes de l'Union
Française, 1948. Présence Africaine, 1956.
Lyre à sept cordes. Cantate // Anthologie de la nouvelle poésie nègre et malgache de langue française / Ed. par Sengor L.S.; Préface de J.-P. Sartre. P., P.U.E, 1948. P. 195-203.
Rites millénaires. R: Seghers, 1955.
Lamba. P.: Présence Africaine, 1956,1961.
Témoignage malgache et nationalisme. P.: Présence Africaine, 1956.
L’Europe et nous // Présence africaine. P., 1956. Nouvelle Série. № VIII-IX-X. P. 20-28.
Les boutriers de l'aurore. P.: Présence Africaine, 1957,1988.
Nationalisme et problèmes malgaches. P.: Présence Africaine, 1958.
Antidote. P.: Présence Africaine, 1961.
Agapes des dieux Tritriva: Une tragédie. P.: Présence Africaine, 1962,1988.
Les ordalies, sonnets d’outre-temps. P: Présence Africaine, 1972.
Œuvres complètes. Poésie. P.: Présence Africaine, 1978.
Thrènes d’avant l’aurore: Madagascar. P.: Présence Africaine, 1985.
Rien qu’encens et filigrane. P.: Présence Africaine, 1987.
50ème anniversaire de la mort de Jean-Joseph Rabearivelo // Présence Africaine, 1987. № 3-4.
40ème anniversaire de la revue Présence Africaine // Présence Africaine, 1987. № 144. P. 11-17.
Le prince Razaka. P.: ACCT; Présence Africaine, 1995.
Переводы на рус. яз.
Остров, одно только слово... (Из книги «Антза») / Пер. с фр. М. Ваксмахера // Стихи поэтов Африки. М.: ИВЛ, 1958. С. 104-106; Указ. соч. // Новый мир. М., 1958. № 5. С. 26, 27 (Поэзия гнева и борьбы); Л амба (Из книги стихов «Ламба») / Пер. с фр. Е. Гальпериной // Стихи поэтов Африки... С. 107-110; Указ. соч. // В ритмах тамтама. Поэты Африки. М.: ИВЛ, 1961. С. 235-240; Антза / Пер. с фр. М. Ваксмахера // В ритмах там-тама. Поэты АфриIIIIIHIIIIIIIIIIII 707 iiiiitiiiiiiiiiiiii


ки. М.: ИВЛ, 1961. С. 241-244.
Антса. Поэма / Пер. с фр. Д. Самойлова // Голоса африканских поэтов. М.: Худ. литература, 1968. С. 233-252.
Ламба. Из поэмы / Пер. с фр. Е. Гальпериной// Мы живем на одной планете. Ташкент, 1968. С. 248-250.
Вечер ареста. (Отрывок из поэмы) / Пер. с фр. Б. Барышникова // Азия и Африка сегодня. 1969. № 7. С. 51.
Тревога. Заря [Стихи] / Пер. с фр. Г. Ораг- велидзе // Звезда Востока. 1972. № 1. С. 185,186.
Тревога. Ночной допрос. Осень. Из поэмы «Обычай веков»: День. Сумерки. Заря. Беседа. Драма. «Одно только слово!». Стихи / Пер. с фр. Г. Орагвелидзе // Линии наших ладоней. Ташкент, 1973. С. 58-76.
Фрагмент из поэмы «Обычаи веков». Беседа. Фрагмент из поэмы «Остров» / Пер. с фр. и предисл. Г. Орагвелидзе // Памир. 1973. № 7. С. 85, 86 (Из мальгашской поэзии).
Антса. Поэма / Пер. с фр. Д. Самойлова // Поэзия Африки. М.: Худ. литература, 1973. С. 305-321 (Библиотека всемирной литературы. Серия третья. Литература XX века).
Поиски себя. Разговор // Ритмы. Африканская лирика XX века в переводах Михаила Курганцева. М.: Наука, ГРВЛ, 1978. С. 193-198: Указ. соч. // Из афро-азиатской поэзии. Избранные переводы Михаила Курганцева. М.: Наука, ГРВЛ, 1981. С. 135-138.
Антза (из поэмы) / Пер. с фр. М. Ваксма- хера // Страницы африканской поэзии. XX век. М.: Наука; ГРВЛ, 1980. С. 80-83.
Одиночество / Пер. с фр. Л. Карташовой // В таинственной стране Мадагаскар. М.: Луч, 2005. С. 122.
Литература
Потехина Г. Жак Рабеманандзара - поэт и патриот // Иностранная литература. М., 1962. №5. С. 161-163.
Никифорова ИД. Поэзия Жака Рабемананд- зары // Основные проблемы африканистики. Этнография. История. Филология. М.: Наука; ГРВЛ, 1973. С. 415— 422.
Карташова Л.А. Памяти поэта (Жак- Фелисьен Рабеманандзара, 1913-2005)// В таинственной стране Мадагаскар. М.: Луч, 2005. С. 117-123.
Карташова Л. Жан-Фелисьен Рабеманандзара // Мадагаскар и я. М.: Экон-Информ, 2011. С. 155-162.
Boucquey-Schütter E. Jacques Rabemananjara. P.: Seghers, 1964.
Kadima-Nzuji M. Jacques Rabemananjara: L’ homme et l’oeuvre. P.: Présence Africaine, 1981.
Bourjea S. Jacques Rabemananjara: A la croisée du cri et du silence // Six conférences sur la littérature africaine de langue française / Ed. Wolfgang Leiner. Tubingen: Attampto, 1981. P. 13-33.
Versinger G. Jacques Rabemananjara, Grand Prix de la francophonie 1988 // Présence Africaine. 1988. № 146. P. I-IV.
Koening J.-P. Le théâtre de Jacques Rabemananjara. P.: Présence Africaine, 1989.
Dzou J.-P. La création mythologique chez le poète Jacques Rabemananjara / Thèse. Université Paris XII, 1989.
Albert Ch., Chatelard M.-C. Ecriture et Captivité chez J. Rabemananjara // Recueil en hommage à la mémoire d'Yves-Alain Favre / Ed. Christine Van Rogger Andreucci. Pau: Publications de l'Université de Pau, 1993. P. 203, 212.
Riffard C. Rabearivelo et Rabemananjara, le choix des langues // Interculturel Francophonies. Lecce (Italie): Alliance Française de Lecce, 2007. № 11. P. 153-177.


Марк РАВАЛУМАНАНА
Marc RA\ALOMANANA род. 12.XII.1949
Президент Мадагаскара (2002- 2009 гг.).
Марк Равалуманана ни но происхождению, ни по воспитанию не принадлежит ни к старой политической, ни к духовной элите Мадагаскара: маленький продавец йогуртов, ставший главой крупного предприятия, а потом и главой государства.
Сын крестьянина, родился в большой семье (8 детей) в пригороде столицы Мадагаскара Тананариве (ныне - Антананариву) - Имерикасинина. По этнической принадлежности мерина. Учился в местной школе реформаторской церкви Иисуса Христа Мадагаскара Тананариве (FJKM - Fiangonan’i Jesoa Kristy et о Madagasikara), затем в протестантском колледже в Швеции. Там познакомился со своей будущей женой Лалау, они поженились в 1974 г., у них четверо детей.
По вероисповеданию - протестант- реформист. Ценности и добродетели протестантской культуры (много и хорошо трудиться, двигаться вперед, завоевывая новые сферы влияния) стали для честолюбивого юноши ориентирами в жизни.
Настроенность па лидерство, желание быть первым, общественный темперамент - составляющие карьеры М. Ра- вал у мана> i ы. Дух п ред 11 рин имател ьства, деловой активности не был свойственен малагасийцам. Традиционно это умеренность и неспешность в действиях, умение довольствоваться малым. Торговлей занимались «карана» (выходцы из Индии и Пакистана) и китайцы. В справочнике самых богатых людей Мадагаскара только две фамилии малагасийцев.
Либерализация экономики давала шанс сыну крестьянина начать свой бизнес, стать деловым человеком. Работая на ферме отца, в 1970-х годах он организовал свой бизнес по производству йогуртов и начал торговать продукцией в столице. Ему помогала жена.
Чтобы расширить дело, нужны были деньги и деловые связи. И то и другое он получил через церковные круги. Со временем он стал одним из руководителей реформаторской церкви Иисуса Христа. В конце 1970-х годов при посредничестве министра экономики Всемирный банк выдал ему кредит в 1,5 млн долл. В 1982 г. создал фирму TIAKO. Сначала это фирма по производству молочных продуктов, затем сеть заводов по производству соков и других напитков и сеть магазинов. Равалуманана стал известен как «король йогурта».
В начале 1990-х годов он расширил свою деловую империю. Несмотря на кризис в стране, в начале 1998 г. создал общество MAGRO (Malagasy Grossiste), специализирующееся на оптовой торговле.
Добившись высот в бизнесе, Равалуманана идет в политику. В конце 1990-х годов с помощью реформаторской церкIIIHIIIIIIIIIIIIII


ви Иисуса Христа организовал фонд «Tiako larivo» («Я люблю Антананариву»)» куда вложил собственные средства и средства инвесторов. Это укрепило его положение в столице, и в 1999 г. он стал мэром Антананариву. «Ему улыбается удача», - говорили в стране.
Внедрение проектов по благоустройству столицы и ряд других широких программ по здравоохранению, строительство городской инфраструктуры, акции по оздоровлению города Антананариву под лозунгом «борьба против бедности» завоевывали симпатии жителей столицы.
На посту мэра Равалуманана проявил себя как опытный менеджер. Используя деньги фонда, за несколько лет преобразовал город и снискал уважение малагасийцев. Он казался человеком, способным не только говорить, но и действовать. Так складывался его имидж делового человека, который «сделал себя сам». Созданию этого имиджа во многом способствовала его империя СМИ: медиахолдинг « Madagascar Broadcasting System», куда вошли канал на ТВ, радио и две газеты. Журналисты стали называть его «Тропическим Берлускони»1.
В конце 1990-х годов в политической жизни страны наблюдался застой, обусловленный возвращением в 1997 г. к власти экс-президента Д. Рацираки и его коррумпированного клана. Президентские выборы 2001 г. на Мадагаскаре отразили драматизм политических страстей в борьбе за власть между новой и старой элитой. М. Равалуманана вступил в президентскую гонку.
Соперниками Равалумананы были политики, имевшие опыт борьбы, владевшие средствами и методами ведения политической игры. Президент Д. Раци- рака продолжал удерживать рычаги власти. Равалуманане оказали поддержку деловые круги столицы и Христианская церковь на Мадагаскаре, которая имеет большое влияние в стране. Ставка была сделана на людей, хотевших перемен.
У Равалумананы не было своей политической партии, как у его предшественников. Он обращался к душе малагасийцев, играя на уважении малагасийцев к христианской религии. Строил свою предвыборную кампанию, аппелируя к Евангелию от Св. Марка: «Все возможно для того, кто верит», и опираясь на финансовую поддержку группы бизнесменов и протестантской церкви, а также протестантских стран Запада: Германия выделила 75 тыс. евро, Швейцария - 12 тыс. евро, США - 120 тыс. евро* 2.
Христианские церкви сыграли решающую роль при мобилизации народных масс в поддержку Равалумананы. Совместно с членами гражданского общества представители церковных кругов вошли в консорциум наблюдения за выборами3. Пресса отмечала, что в предвыборной кампании умело сочетались выступления проповедников- евангелистов и американский политический маркетинг.
В президентских выборах участвовало несколько кандидатов, в том числе экс-президент Дидье Рацирака. Ни один из кандидатов не набрал абсолютного большинства. Д. Рацирака требовал проведения второго тура выборов. Равалуманана отказался, заявив, что набрал в первом туре 52%. Африканский союз и другие международные организации выступили с планом урегулирования конфликта мирным путем и созвали со'JeslinJ.-D. Et trois ans après // J.A. L’inteligent. 2005. № 2313. P. 42.
2 Garniers L. Madagascar: M. Ravalomanana veut une majorité absolue mais raisonnable // Marchés Tropicaux. 2001.14 décembre. № 2927. P. 2604.
3 Razafindrakoto M., Roubaud F. Les enjeux d’une élection contestée // Politique Africaine. 2002. № 86. P. 34.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IIIIIIIIHIIIIIIIII


вещание в Дакаре (18 апреля 2002 г.). Мадагаскару предлагалось провести второй тур выборов и выбрать президента легитимным путем. Равалуманана отказался. Возникло двоевластие: два президента, два правительства (одно в столице, другое - в Туамасине). Начались вооруженные столкновения. Страна была на грани гражданской войны. Политический кризис длился несколько месяцев. Высший конституционный суд 29 апреля 2002 г. провел повторно пересчет голосов (вручную). Результат - 51,46% за Равалуманану и 39,50% - за Д. Рацираку. 6 мая Равалуманана был провозглашен президентом и повторно принес президентскую присягу4.
Первыми его признали легитимно избранным США. Страны Запада, Африканский союз воздержались. Внутри страны образовалась оппозиция во главе с экс-президентом А. Зафи. Равалуманану поддержали различные силы малагасийского общества, ожидавшие от нового лидера коренных изменений в стране. Армия перешла на его сторону. И 5 июля Д. Рацирака вынужден был уехать во Францию, тем самым прекратив противостояние.
Чтобы решить проблемы управления, Равалуманана создал свою пропрезидентскую партию - ТИМ («Tiako i Madagasikara» - «Я люблю Мадагаскар»), которая пополнялась за счет сотрудников его компаний. Партия ТИМ победила в декабре 2002 г. на парламентских и в ноябре 2003 г. на муниципальных выборах.
В 2002 г. начались аресты среди соратников Д. Рацираки (арестовано несколько сот человек). Сам Рацирака приговорен заочно к 10 годам каторги за хищение государственных средств.
Начала складываться оппозиция М. Равалуманане. Ее ряды пополнили представители АРЕМА, партии Д. Рацираки. Затем присоединились соратники Равалумананы, которые поддерживали его на президентских выборах 2002 г.: Н. Рацирахунана, председатель партии AVI («О людях судят по их работе»), П. Ракутуниайна, мэр Фианаранцуа, М. Ракутунирина, экс-президент национальной ассамблеи, лидер партии MFM («Борцы за развитие Мадагаскара»). Одно из обвинений президента - использование служебного положения для развития личного бизнеса. По мнению малагасийской прессы, президент управляет страной как своей компанией.
Для укрепления своих позиций в исполнительной власти Равалуманана провел реорганизацию правительства. Кабинет министров Равалумананы состоял в основном из бывших менеджеров его компании ТИКО: премьер-министр Ж. Сила, вице-премьер-министр 3. Ра- мандимбиарисон, председатель Сената Г. Радземисон, вице-председатель Национального собрания и председатель партии ТИМ С. Расуаримихадза, мэр столицы П. Рамиараманана, министр высшего образования X. Разафинзатуву и другие5.
Равалуманана был решительно настроен изменить жизнь на Мадагаскаре (одной из беднейших стран мира) к лучшему. В одном из своих выступлений он сказал, что «главное для развития экономики - это умелое управление и упорный труд»6. Он зарекомендовал себя как «человек действия», который мало говорит, но много делает. Он удивлял окружающих быстротой своего мышления, волей и прямолинейностью. Пройдя путь от сына крестьянина до главы собственной 4 Шлёнская СМ. Мадагаскар: три года после кризиса // Нестабильность в Африке: уроки прошлого и современные процессы. М.: Ин-т Африки РАН, 2006. С. 253.
5 J.A./L’inteligent. 2005. № 2313. Р. 54.
6 Пульс планеты. ИТАР-ТАСС. 2003.12.07. АФ. Л. 9.
iiiiiiiiiiiiiiimi IIIIIIIIIIIIIIIHII


деловой империи, он заявил, что научит малагасийцев работать, изменив традиционную психологию. Умеет работать сам и научит других.
На всем протяжении политического кризиса международные финансовые институты, Всемирный банк и Международный валютный фонд поддерживали Равалуманану и выделили на развитие экономики 103 млн долл.7
Однако наблюдалось ухудшение уровня жизни населения: росли цены на рис и нефтепродукты, уровень зарплат оставался низким, особенно в государственном секторе, несмотря на проведенное повышение оплаты труда на 12%. По данным МВФ, инфляция в 2005 г. составила 30%. Как отмечали некоторые западные аналитики, проведенные Равалумананой реформы обеспечили поступление в страну большого количества денег, но их распределение оставалось проблемой, т. к. большая часть средств попадала к людям, занимающим привилегированное положение. Д. Бонд, бывший представитель МБ на Мадагаскаре, считает, что между 2003 и 2006 гг. Мадагаскару удалось провести программу сокращения бедности. Но все мероприятия коснулись лишь сельской местности. Новые дороги, школы, больницы и другие объекты инфраструктуры способствовали улучшению жизни сельского населения. Городское же население от реформ не выиграло по причине инфляции и кризиса с горючим.
Президент, несомненно, являлся «мотором» всех реформ, и положительные сдвиги в экономике и решении социальных задач, отмечают представители МВФ и ВБ, заслуга Марка Равалумананы и одна из составляющих его авторитета.
Правительство, принимая во внимание уровень бедности в стране (свыше 70% жителей острова живут менее чем на один доллар в день), проводило ряд мер, которые должны были улучшить социальное положение на Мадагаскаре. Было построено 1500 км дорог, 4 млн детей пошли в бесплатную начальную школу8.
Но социальное положение ухудшала инфляция - в начале февраля 2005 г. составила 30,3 %; цены на рис (основной продукт питания малагасийцев) выросли на 60%. В связи с этим прошли «рисовые бунты». В 2008 г. правительство запретило экспорт риса.
Высокий уровень бедности в стране стал одним из главных препятствий для продолжения реформ и сохранения политической стабильности. Понимая это, Равалуманана и его правительство разработали масштабную программу МАР (План действий Мадагаскара). Ежегодные реальные темпы прироста ВВП должны были ускориться и уровень бедности снизиться с 70 до 50%.
Победа на президентских выборах 2006 г. (54,8% в первом туре) подтверждала правильность его тактики: умение подготовить выборы, убрать соперников, добывать деньги, использовать административный ресурс и собственные СМИ. Переизбрание и победа пропрезидентской партии ТИМ обеспечивали легитимность власти президента.
Продолжались политические реформы по укреплению власти президента. 4 апреля 2007 г. был проведен референдум по конституции. В текст конституции III Республики, принятой в 1993 г., внесены поправки, которые существенно меняли политический режим.
Конституционный референдум 2007 г. отражал расстановку политических сил, борьбу за власть между элитами. Одним из обсуждавшихся вопросов было изменение территориального деле7 Report technique de dossier Madagascar du FMI // Marchés tropicaux. 2004. 13 fév. P. 341.
8 J.A./L’inteligent. 2005. № 2313. P. 61.
и i J (4 iiiiiuiiiiiiiiiiii


ния Мадагаскара. Вместо 6 провинций, которые имели слишком много привилегий и были в большой мере автономны от центра, вводилось деление на 22 округа, которые подчинялись центральной власти. Это наносило удар по региональной элите и укрепляло власть президента.
В новой редакции конституции президент получал большие полномочия: теперь глава государства мог самостоятельно вводить чрезвычайное положение, в частности в критические моменты, управлять страной путем издания указов9. Таким образом, от «безудержного парламентаризма» 1990-х годов вернулись к президентской сильной власти (президентской республике).
Оппозиционные партии провели серию протестов по всей стране (22 апреля 2007 г. демонстрации студентов, 27 апреля столкновения с полицией)10 11, вызвавших политическую нестабильность. Равалуманана начал решительную борьбу с оппозицией. 24 июля он распустил парламент, объяснив необходимостью перестроить его согласно потребностям страны и привести в соответствие с требованиями «Плана действий- Мадагаскара». Досрочные парламентские выборы были назначены на 23 сентября 2007 г.
По итогам выборов ТИМ расширила свои позиции в парламенте, получив 106 из 127 мест. Немногие оставшиеся места достались независимым кандидатам либо представителям мелких партий. Таким образом, президент добился поставленных целей - расширил позиции ТИМ в Национальном собрании и одновременно на 80% сменил депутатский корпус. Из основных четырех оппозиционных партий: Объединение за социализм и демократию (РПСД), «Фани- лу», Движение за прогресс Мадагаскара (МФМ), Авангард за обновление Мадагаскара (АРЕМА) - в парламент прошел один кандидат от «Фанилу», которую возглавлял X. Разафимахалеу11.
ТИМ остался практически единственной партией, представленной в парламенте. Это противоречило политической культуре Мадагаскара, где всегда существовала многопартийность.
Таким образом, постепенно правление Равалумананы стало авторитарным и даже единоличным. От него стали дистанцироваться многие бывшие союзники, в том числе католическая церковь. В протестантской церкви также возникла оппозиция президенту, которую возглавил пастор англиканской церкви Э. Разафимахефа.
Региональная элита была вынуждена подчиниться силовому давлению и признала легитимность Равалумананы, но референдум по конституционной реформе показал, что его итоги не устраивают часть элиты.
Находясь на президентском посту, Равалуманана продолжал развивать свой бизнес. Он использовал для этого возможности государственного чиновника. Когда на Мадагаскаре нашли нефть, он создал фирму «Tiko petroleum». Фирма ТИКО являлась ведущей в экономике Мадагаскара, ее продукция экспортировалась во многие страны Африки, Индийского океана.
Помимо ТИКО, занимающейся продовольствием, президент обладал двумя предприятиями общественных работ (ALMA), Компанией малагасийского строительства, сетью оптовых магазинов «Магро» и небольшой авиакомпанией «Тико-Эйр». Кроме того, владел рисовыми плантациями, несколькими самоле9 Пульс планеты. ИТАР-ТАСС. 2007 г. 25 июля. АФ. Л. 12.
10 Там же. 3 мая. АФ. Л. 6.
11 Там же. 1 октября. АФ. Л. 5.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


тами и предприятием по разведке нефти «Тико петролеум»12.
На посту президента Марк Равалуманана не раз публично поддерживал церковные круги. В 2004 г. он был переизбран на пост главы реформаторской церкви Иисуса Христа. В 2005-м заявил, что «мечтает о создании на Мадагаскаре христианского государства». Это высказывание вызвало недовольство представителей других конфессий.
Во внешнеполитической деятельности М. Равалуманана успешно расширял связи внутри Африканского континента13, установил двусторонние отношения со странами Северной Африки, восстановил членство в Африканском союзе, а в 2005 г. Мадагаскар был принят в Сообщество Юга Африки (САДК).
Важная составляющая внешнеполитического курса М. Равалумананы - установление двусторонних связей с протестантскими странами, отношения с которыми уходят в историю: Германией, Данией, Норвегией. Приложил немало усилий, чтобы сохранить хорошие отношения с Францией, которая представляет Мадагаскар в ЕС и международных финансовых институтах (ВБ и МВФ). Тесное взаимодействие с Францией носило устойчивый и перспективный характер - Франция являлась первым донором. Тем не менее пресса называла отношения Мадагаскара с Францией более прохладными, чем с США14.
США были не только политическим, но и экономическим партнером в текстильном бизнесе и торговле, главным потребителем натуральной ванили15. США первыми подписали в 2004 г. двусторонний договор с Мадагаскаром, при этом был аннулирован долг в 4,5 млн долл.16 Дж. Буш одобрил (2004 г.) включение Мадагаскара в число 37 стран к югу от Сахары, которые имеют право на льготные тарифы. В целом США списали долг Мадагаскару на сумму более 37 млн долл.17 (соглашение от 18 марта 2005 г.).
Быстрый рост численности населения и природные катаклизмы, в частности циклоны, препятствовали усилиям по искоренению бедности, и Мадагаскар оставался одной из беднейших стран мира с серьезными проблемами в области здравоохранения, образования и санитарии.
Сложности в экономике и как следствие обострение социальных проблем вызвали резкую критику со стороны оппозиции, во главе которой встал молодой мэр столицы Анри Радзуэлина. В конце 2008 г. в столице начались массовые митинги и демонстрации с критикой Равалумананы. Формальным поводом послужило выступление экс-президента Д. Рацираки по телеканалу, принадлежащему А. Радзуэлине. Противостояние власти и оппозиции усилилось в феврале 2009 г. Президент отдал приказ открыть огонь по антиправительственной демонстрации, в результате погибли 25 оппозиционеров. В марте 2009 г. оппозиционные силы, возглавляемые мэром столицы, вынудили Равалуманану покинуть свой пост и эмигрировать в ЮАР. Произошел государственный переворот, в результате которого власть перешла к военным, а они в свою очередь передали ее лидеру оппозиции Анри Радзуэлине.
12 Pompey F. Marc Ravalomanana gère Madagascar comme son entreprise et engrange des succès économiques // Le Monde. 2005. 20.07.
13 Jeune Afrique. 2003. № 2313. P. 55.
14 Ibid.
15 Пульс планеты. ИТАР-ТАСС. 2004 г. 13 января. АФ. Л. 10.
16 Там же.
17 Там же.


Африканский союз, САДК, ООН и другие международные организации не признают законность власти Анри Радзуэлины и призывают проводить совместные консультации по выходу из политического кризиса.
Н.Н. Родионова
Литература
JeslinJ.-D. Си Iture d’entreprise et raison d’Etat // J.A./L’intelligent. 2003. № 2323. P. 54.
Idem. Et deux pour Ravalomanana // Jeune Afrique. 2006. № 2396. P. 30,31.
Idem. Ravalomanana le PDG de la République // Jeune Afrique. 2007. № 2401. P. 48-54.
RiondéE. Ravalomanana report pour cinq ans // Afrique-Asie. 2007. Janvier. P. 56.
Garniers L., Marot Ch. Madagascar: Marc Ravalomanana président, menaces de sécession // Marchés tropicaux. 2002. 3 mai. P. 981.
Madagascar: Marc Ravalomanana prend l’avantage // Marchés tropicaux. 2002. 8 mars. P. 524-526.
Gamiers L., Rivet S. Madagascar: Marc Ravalomanana a gagné la partie // Marchés tropicaux. 2002. 21 juin. P. 1335,1336.
Faujas Al. Pays en voie de redressement // J.A./L’intelligent. 2002. Decembre. № 2187. P. 88, 89.
Pompey F. Marc Ravalomanana gère Madagascar comme son entreprise et engrange des succès économiques // Le Monde. 2005. 20.07.
Raison -Jourde F, Raison J.-P. Ravalomanana et la troisième indépendance? // Politique africaine. 2002. Juin. № 86. P. 5.


РАВЕЛУДЗОН
RAVELOJAONA 1879-1956
Пастор, политический деятель, литератор, член Мальгашской Академии (1933). сын евангелиста.
Равелудзон окончил школу французской протестантской миссии на Мадагаскаре. Как примерного и способного ученика в 1904 г. его послали в Европу. В течение полутора лет он жил и учился во Франции, Нидерландах, Великобритании, Норвегии.
Возвратившись на родину, с 1908 г. до конца жизни был пастором в Амбу- хитантели, наиболее престижном протестантском храме в Тананариве. Равелудзон настойчиво добивался освобождения малагасийской церкви от опеки европейских миссий.
Равелудзон читал лекции в центрах протестантской молодежи и рассказывал о странах, отстаивающих национальное возрождение. Молодежь восхищалась им. В 1910 г. с группой студентов Медицинской школы он создал Христианский союз молодежи (Union Chrétienne des Jeunes Gens). Хотя собрания союза выглядели как безобидные просветительские курсы, власти запретили его.
Однако пламенные статьи Равелуд- зона в газете «Советник» («Mpanolo- tsaina»), посвященные Японии, находили живой отклик среди молодежи. С нескрываемым восхищением он описывал, как небольшое островное государство, приняв западные культурные ценности, сумело сохранить свою самобытность.
iiiiiiuitiiniiiti 9/8
Малагасийский читатель понимал, что речь шла о примере для подражания. Именно эти статьи Равелудзона стали идеологической базой общества ВВС (Vy, Vato, Sakelika), тайной организации, созданной в 1912 г. Равелудзон был ее идейным руководителем, хотя отказался стать официальным лидером.
ВВС объединяло представителей различных слоев малагасийской интеллигенции. Оно выступало за воссоздание Малагасийского государства, за этническое и социальное единство. Активизация деятельности общества пришлась на послевоенное время. В газетах и журналах, издававшихся на малагасийском языке, почти открыто велась пропаганда возможностей и путей достижения независимости. И хотя ВВС выступало за достижение своих целей мирными средствами, власти обвинили его в подрывной деятельности. 24 декабря 1915 г. его лидеры (в том числе Равелудзон) и многие рядовые члены были арестованы и приговорены к пожизненным каторжным работам или отправлены на остров-тюрьму Нуси-Лава (у западного побережья Мадагаскара). Большинство малагасийских газет и журналов были закрыты.
Появление такой политической организации было явлением исключительным для Тропической Африки начала XX в. Оно стало возможным благодаря уникальности культурно-исторического развития ^Мадагаскара. Единственной силой в начале века, способной вести IJIIIIIIIIIIIIIHI1


политическую борьбу, была интеллигенция. Для ее возникновения на Мадагаскаре сложились все предпосылки.
Первое десятилетие XX в. на Мадагаскаре было временем освоения достижений мировой культуры. Это повлекло сдвиги в малагасийском обществе. Произошло отделение церкви от государства. Расширилась пропаганда научных знаний и светского образования. Была создана Малагасийская Академия (1902).
Начался бурный рост независимой периодики. Газеты и журналы «Мыслитель» (“Ny Mpandinika”, 1906), «Мадагаскар пробуждается» (“Mifoha i Madagasikara’1, 1907), «Солнце» (“Ny Ма- soandro”, 1910), «Свет» (“Mazava”) знакомили с социальной, культурной и научной жизнью европейских стран, формировали мировоззрение читателей. Особую роль сыграли газеты «Насмешник» (“Ny Basivava”, 1906) и «Золотой колокольчик» (“Lakolosy volamena”, 1910), вокруг которых сплотилась свободомыслящая молодежь.
Сформировалось первое поколение малагасийской интеллигенции. Как правило, это религиозные деятели, воспитанные в духе западной культуры. Это было время, когда молодых людей посылали для завершения образования в Европу. Среди них историки Раумбана и Райнитуву, редакторы газет Ф. Расуама- нана и Разафиндракуту.
Появилась целая плеяда талантливых писателей и поэтов, основоположников малагасийской драматургии и первые романисты, другие выдающиеся мастера слова. Многие из них были членами Малагасийской Академии.
Эти люди, впитавшие в себя демократические идеи, уже не видели иной формы борьбы, кроме политической. Но даже их лучшие представители не выходили еще за рамки культурного освобождения и возвращения к независимому Малагасийскому государству. Именно это и было основной причиной слабости движения ВВС - оно боролось за старую, исторически обреченную модель развития.
Освобожденный в 1916 г. из заключения, Равелудзон покинул Мадагаскар - отправился священником в малагасийские войска, сражавшиеся в рядах французской армии.
В 1920 г. он вернулся на родину и начал активную публицистическую деятельность. Писал статьи на политические и социальные темы в газете «Добрые советы», в журналах «Советник» и «Мыслитель». В 1928 г. создает собственную газету «Жизнь» (“Ny Fiainana”). Позднее вместе с журналистом Г. Разафин- цаламой основал еще одну - «Новый прогресс» (“Le nouveau Progrès”), которая стала одной из самых радикальных газет, выступавших за независимость страны. Недаром Равелудзона позднее назовут «отцом национализма» (Pape du nationalisme)1.
В среде малагасийской интеллигенции влияние западной культуры вызывало тревогу. В конце 1920-х годов возникло движение «В поисках утраченного» (“mitady ny very”). Его сторонники призывали противостоять духовной ассимиляции и возрождать традиционные культурные ценности.
Особое значение придавалось сохранению и развитию малагасийского языка и литературы. В этом контексте культурно-историческим событием стало создание “Firaketana” - первой энциклопедии на малагасийском языке. Основателем и ее бессменным главным редактором (вплоть до смерти) был Равелудзон.
Она выходила непрерывно с 1937 до 1973 г. ежемесячно, небольшими вы1 Spacensky A. Madagascar, cinquante ans de vie politique, de Ralaimongo à Tsiranana. P.: N.E.L., 1970. P. 32.
iiniiiiimiiiiiii 979 IIIIIIIIHIIIIIIIII


пусками объемом 10-15 страниц, в дешевых бумажных обложках. Всего было издано 275 выпусков (от А до L), общим объемом 3629 страниц. “Firaketana” сосредоточила в себе всю образованность тогдашней интеллигенции. В ней нашла отражение совокупность знаний, которые накопились к тому времени.
Но кроме огромной академической значимости “Firaketana” была своего рода формой протеста против культурной и лингвистической политики Франции. Это была единственная в третьем мире энциклопедия, созданная местными авторами и по их инициативе, заслужившая статус «универсального памятника» (monument universel)2.
Л.А. Карташова
Сочинения Равелудзона
Japon sy ny Japoney // Ny Manolo-tsaina. Tananarive, 1913-1914.
Firaketana ny fiteny sy ny zavatra Malagasy / Avoakan'ny Mpiadidy ny Fiainana sy ny Namana Maro Eran’ny Nosy. Vol. 1: lettre A (512 p.); Vol. 2: lettres B, C, D, E, F (1359 p.); Vol. 3: lettres G, H, I, J (938 p.); Vol. 4: lettres K, L (820 p.). Tananarive: Imprimerie Industrielle, 1937-1973 (совм. c Ranjavola Rajonah).
Литература
Мыльцев П. A. Становление колониального общества // Емельянов А.Л., Мыльцев П.А. Забытая история Великого острова. М.: Наука; ГРВЛ, 1990. С. 126, 127 (АН СССР. Институт востоковедения).
Rambelosoa. Andriamatoa Ravelojaona: Mpi- tandrina 1879-1956. Fotopototry ny tantaran’ny fiainany sy ny asany. Antananarivo: Vblamahitsy, 1958.
Verin P. Ravelojaona 1879-1956 // B. Didier. Dictionnaire universel des llittératures. Vol. 3 (P-Z). P.: PUF, 1994.
Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personalités historiques. Saint-Maur-des- Fossés (France): Editions Sépia, Antananarivo: Éditions Tsipika, 2005. P. 171,172.
Schmidt B. Le “Firaketana”, dictionnaire encyclopédique inachevé de Madagascar // Allibert C., Rajaonarimanana N. (eds.). L’extraordinaire et le quotidien. P.: Karthala. 2000. P. 319-326.
2 Comevin R. Le théâtre en Afrique noire et à Madagascar. P.: Livre African, 1970. P. 325.


Жозеф РАВУАХАНГИ
AndrianavalonaJoseph RAVOAHANGY 1893-1970
Видный деятель антиколониального движения на Мадагаскаре.
Родился 28 октября 1893 г. в г. Фиа- наранцуа, в аристократической семье. По этнической принадлежности - мерина. Начальное и среднее образование получил в протестантских миссионерских школах, год проучился в школе Лё Мир де Вилер1, а в 1912 г. поступил в Медицинскую школу в Тананариве (ныне - Антананариву).
Именно в этой школе в 1912 г. возникла тайная организация ВВС - («Ви, вату, сакелика»)1 2, активным членом которой стал Равуаханги. Позднее ВВС во главе с пастором Равелудзоном объединила патриотически настроенных молодых интеллигентов разных районов страны. Общество занималось главным образом просветительской деятельностью. Тем не менее, в декабре 1915 г. ВВС была разгромлена. Она сыграла существенную роль в формировании национального самосознания малагасийцев. За участие в деятельности ВВС Равуаханги был арестован в декабре 1915 г., а в феврале 1916-го осужден и приговорен колониальными властями к пожизненным каторжным работам. Наказание он отбывал сначала на острове Нуси-Лава (у западного побережья Мадагаскара), потом на о. Майотта (Коморские о-ва).
Освободившись по амнистии в 1922 г., Равуаханги завершил учебу в Медицинской школе и в 1924 г. был направлен наработу врачом впровинциюТулеар (ныне - Тулиари). В 1927 г., после окончания трехлетнего контракта, переехал в Диего-Суарес (ныне - Анцеранана), где с группой патриотов (под руководством Ж. Ралаймунгу) издавал газету антиколониальной направленности - «Л’Опинь- он» (“L’Opinion”)- Газета проводила кампанию за предоставление малагасийцам французского гражданства, что Равуаханги и его товарищи рассматривали как этап на пути к независимости. В 1929 г. в Тананариве состоялась первая массовая демонстрация с требованием предоставить Мадагаскару независимость. В 1930 г. по приказу генерал-губернатора Л. Кайла (Leon Cayla) газета была закрыта, а Равуаханги осужден на 5 лет ссылки в Майнтирану (западное побережье Мадагаскара). Там он продолжал писать статьи в другие газеты и в «Л’Опиньон», (в 1934 г. ее издание возобновилось). В своих статьях Равуаханги призывал 1 Школа была открыта в 1897 г. и названа в честь Лё Мир де Вилера (Le Myre de Vilers). генерального резидента Франции на Мадагаскаре в 1886-1888 и 1894-1895 гг. См.: Рабемандзара Р. Мадагаскар. История мальгашской нации. М.: Изд-во иностр, литературы 1956. С. 118,145.
2 “\ у, Vato, Sakelika” - «Железо, камень, ветвь»; железо и камень как символы чистоты и твердости, ветвь как ответвление.
HIIIIIIIIIIIIIIIII 70 I IIIIIIIIIIIIIIIHII


народ Мадагаскара бороться за независимость: «...чтобы освободиться от рабства, остается только одно средство - требовать, добиваться естественного и неотъемлемого права на создание свободной и независимой нации...»3 4.
В мае 1935 г. колониальная администрация была вынуждена отменить ссылку, а в 1936-м разрешила Равуаханги вернуться в Тананариве, где вместе с Ж. Ралаймунгу он основал газету «Ла Насьон мальгаш» (“La Nation malgache”), заменившую «Л’Опиньон», но просуществовавшую всего год. В этот же период Равуаханги сотрудничал (и даже был главным редактором) в газете « Мал ьгашский пролетариат» (“Le Proletariat malgache”), которая стала органом Коммунистической партии, созданной в августе 1936 г. как отделение французской компартии. Сотрудничал и в других газетах антиколониальной направленности. В январе 1938 г. Равуаханги получил разрешение заниматься медицинской практикой. В марте того же года он женился на Флоре Рабе- сандратана, одной из первых среди малагасийских женщин получивших степень бакалавра. У них было пятеро детей.
В 1929-1940 гг. Равуаханги состоял во Французской социалистической партии (СФИО)\ В этот период он верил в совместную борьбу и предлагал трудящимся-европейцам объединиться. В 1936 г. Равуаханги с Ж. Расетой и французским коммунистом П. Буато организовал первый на Мадагаскаре профсоюз, который поначалу действовал нелегально. В 1937 г. деятельность профсоюзов была разрешена. Под руководством Равуаханги профсоюзы малагасийских рабочих и крестьян в 1943 г. объединились и вступили во Всеобщую конфедерацию труда Франции (ВКТ). Равуаханги и П. Буато стали генеральными секретарями Объединения профсоюзов Мадагаскара.
В 1945 г. французским колониям было предоставлено право посылать своих представителей в Учредительное собрание Франции. На выборах 18 ноября 1945 г. победили ветераны освободительной борьбы малагасийского народа - Ж. Равуаханги и Ж. Расета. В июне 1946 г. они были переизбраны во второе Учредительное собрание. Депутаты создали во Франции «Маль- гашское представительство»5, в которое входили также некоторые из проживавших там соотечественников. Равуаханги с товарищами выступали за достижение независимости мирным путем, на основе подписанного многими государствами, в том числе и Францией, Устава ООН. В качестве первого этапа освобождения Мадагаскара от колониальной зависимости они выдвинули требование предоставить острову самоуправление (позже - независимость) в рамках Французского Союза. Депутаты вели переговоры с представителями партий, входивших в правительственную коалицию, внесли в бюро Учредительного собрания Законопроект о предоставлении Мадагаскару независимости, который так и не обсуждался. Но, несмотря на неудачу, Ж. Равуаханги и Ж. Расета продолжали настаивать на парламентских методах борьбы. В феврале 1946 г. малагасий-1 ская делегация представила министру колоний правительства Французской Республики меморандум, определявший проблемы взаимоотношений между Францией и Мадагаскаром. 5 марта 1946 г. малагасийская делегация одобрила принцип присоединения свободного 3 Буато П. Мадагаскар. Очерки по истории мальгашской нации / Пер. с фр. М.: Изд-во вост, литературы, 1961. С. 327.
4 Section française de l’internationale ouvrière, SF1O.
5 Буато П. Указ. соч. C. 345.
liiiitiiiiimiiiii усг iiiitiiiiiiiiiiiiii


малагасийского государства к Французскому Союзу. Равуаханги поддерживал идею создания Французского Союза: «В той степени, в какой это понятие соответствует действительности, оно решительным образом преобразует характер и сущность отношений между Францией и заморскими странами. Заменить политику силы и господства принципом свободного согласия и присоединения - значит признать, что отныне Франция желает руководствоваться в своих действиях и поступках за морями той любовью к свободе. равенству и братству, которая характеризует её перед всем миром. В этом смысле и только в этом смысле понимаем мы Французский Союз»6.
В 1946 г., в Париже, Равуаханги вме- сте с Ж. Расетой и другими представителями малагасийской интеллигенции основал первую в истории Мадагаскара легальную массовую политическую организацию - Демократическое движение за малагасийское возрождение (МДРМ)7. В феврале 1946 г. было избрано политбюро партии (председателем партии был избран Ж. Расета) и принят манифест. Организация была задумана как широкое национальное движение в целях социально-экономического и культурного возрождения малагасийского общества. Партия требовала социальных реформ, ставила целью достижение независимости мирным путем. Программа партии ставила задачи: достижение независимости, сохранение национальной самобытности, демократизация малагасийского общества, защита интересов малагасийских трудящихся. Партия выступала за предоставление Мадагаскару самоуправления в рамках Французского Союза. Хотя ядро МДРМ составляли мерина, руководители партии в противовес колониальной политике разделения и противопоставления различных этнических групп острова провозгласили принцип национального единства. Партия объединила широкий фронт антиколониальных сил страны. За короткий срок МДРМ превратилась во внушительную политическую силу - через несколько месяцев после создания она насчитывала уже около 300 тыс. человек. Такой популярности способствовало то, что политическая борьба партии тесно переплеталась с экономической, а ее руководители (в том числе Равуаханги) принимали активное участие в деятельности профсоюзов. Равауханги приехал на Мадагаскар для организации первого съезда МДРМ, проведение которого планировалось на 17 апреля 1947 г., но 12 апреля он был арестован, несмотря на депутатскую неприкосновенность.
Стремясь помешать росту антиколониального движения, власти спровоцировали в ночь с 29 на 30 марта 1947 г. антифранцузские выступления близ Мураманги и в ряде других населенных пунктов. Ответственность за выступления была возложена на МДРМ. Партию обвинили в подстрекательстве к восстанию и распустили, лидеров арестовали; профсоюзы запретили; свобода печати, собраний была ликвидирована. Волна террора вызвала вооруженное восстание в различных районах страны. Главной движущей силой восстания было крестьянство, значительное число повстанцев составляли участники второй мировой войны. Восстание было окончательно подавлено в декабре 1948 г. Общее число погибших малагасийцев - около 100 тыс. человек. 1 августа 1947 г. Равуаханги был лишен депутатской неприкосновенности, а в октябре 1948 г. вместе с пятью соратниками приговорен к смертной казни «за покушение на вну6 Рабеманандзара Р. Мадагаскар. История мальгашской нации. М.: Иностр, литература, 1956. С. 180.
7 Mouvement démocratique de la rénovation malgache, MDRM.
iiiiiiiniiiiiiitit yoj IHIIIIIII11111(111


треннюю безопасность государства»8, замененной пожизненным заключением, которое он отбывал сначала на Коморах, потом на Корсике. В марте 1956 г. освобожден и выслан в Тулузу, где работал врачом.
В мае 1958 г. он обратился к участникам съезда Партии Конгресса независимости Мадагаскара с посланием, в котором дал свое видение будущего страны: «Мадагаскар - независимое и суверенное государство, связанное с Францией дружбой»9. В кампании, развернутой в связи с подготовкой референдума, назначенного на 28 сентября 1958 г., Равуаханги призывал население высказаться за немедленную и полную независимость Мадагаскара. Победили, однако, сторонники Ф. Цирананы, которые выступали за предоставление Мадагаскару автономии в составе Французского Союза.
В 1960 г. Равуаханги вернулся на Мадагаскар вместе с некоторыми другими политзаключенными. В 1961 г. его избрали депутатом Национального собрания Малагасийской Республики от Тананариве и назначили министром здравоохранения. В декабре 1961 г. вступил в Социал-демократическую партию президента Ф. Цирананы. Был переизбран депутатом, и в 1965 г. вошел во второе правительство как государственный министр без портфеля, сохранив этот пост до декабря 1969 г. В 1969 г. занял пост государственного министра при президенте республики.
Равауханги был кавалером Национального ордена Мадагаскара и ордена Почетного Легиона.
Скончался 21 августа 1970 г., был похоронен в Тананариве с государственными почестями.
С.М Шлёнская
Литература
Буато П. Мадагаскар. Очерки по истории мальгашской нации / Пер. с франц. М.: Изд-во вост, литературы, 1961.
Рабеманандзара Р. Мадагаскар. История мальгашской нации. М.: Иностр, литература, 1956.
Rajemisa-Raolison R. Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa: Ambozontany, 1966. P. 312,313.
Cadoux Ch. La République malgache. P.: Editions Berger-Levrault, 1969.
Spacensky A. Madagascar, cinquante ans de vie politique. De Ralaimongo à Tsiranana. P.: Nouvelles éditions latines, 1970.
Comevin R. Josef Ravoahangy // Hommes et destins (dictionnaire biographique d’Outre- Mer). Tome 3. Madagascar. P.: Académie des Science d’Outre-Mer, 1979. P. 453,454.
Rajoelina P. Quarante années de la vie politique de Madagascar 1947-1987. P.: L’Harmattan, 1988.
Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personnalités historiques. R: Editions Sépia, 2005.
Tronchon J. L’insurrection malgache. P.: Maspero, 1974.
Verdier I. Madagascar. 100 hommes de pouvoir. P.: Indigo Publications, 1995.
Biographies des députés de la IVe République: Joseph Ravoahangy (http://www. assemblee-nationalt.fr/histoire/biogra- phies/IVRepublique/tsiranana-philibert- 010H912.asp)
Makers of Modem Africa (Profiles in History). L.: Africa Journal Limited, 1981. P. 484,485.
8 Буато П. Указ. соч. С. 388.
9 Comevin R. Joseph Ravoahangy-Andrianavalona // Hommes et destines. P.: Académie des Science d’Outre-Mer, 1979. P. 454.
ilililllllllilllill IIIIHIIIIMIIIIIII


РАДАМА I
RADAMA I
1792- 24.VII.1828
Правитель Малагасийского Государства, реформатор всех сторон жизни традиционного общества.
Родился в 1792 г. (дата условная, так как у малагасийцев не было представлений о линейном времени, а во время интронизации Радамы I было объявлено, что новому правителю 18 лет. Раумбана утверждает, что он был на 10 лет старше). Его отец - объединитель и правитель Имерины, - небольшого государственного образования в центре Мадагаскара - Андрианампуйнимерина, его мать Рамбуламасуандру, сестра Рабехети, правителя вождества Маруватана, последнего серьезного соперника Андриа- намиуйнимерпны на пути объединения государства. У них было пятеро детей - четыре девочки и будущий наследник престола. Во время брака Рамбуламасуандру несколько раз воспользовалась правом мисинтака. Во время мисинтака у нее родились двое сыновей, Рамару- тафика и Рахуви, которых Андрианампуйнимерина не признал своими сыновьями, а Радама I относился к ним как к с вод н ы м б ратья м1.
О детских годах Радамы I мало что известно с достаточной степенью достоверности за исключением того, что он был поминальным командующим нескольких незначительных военных кампаний. Перед смертью Андрианампуйнимерина назначил его своим преемником, приказав убить при этом как минимум двух своих сыновей, один из которых, Рамавулахи, проявил себя талантливым военачальником. За месяц перед смертью правитель Имерины выполнил все необходимые церемонии, чтобы власть Радамы I воспринималась его подданными и соседними правителями легитимной1 2.
В начале XIX в. Имерина ничем не отличалась от множества подобных ему обществ в Тропической Африке. Она была расположена относительно далеко от побережья, чтобы попасть под европейский или арабо-суахилийский контроль, но достаточно близко, чтобы поставлять им рабов в обмен на оружие, порох и предметы престижного потребления. Подавляющее большинство населения вело натуральное хозяйство. Радама I активно участвовал в политической жизни острова, но о внешнем мире имел смутные представления. Англия у него ассоциировалась с Маврикием, Франция - с Реюньоном. В подобных обстоятельствах Радама I остался бы одним из многочисленных малозначимых правителей, если бы внешнее влияние не стало фактором внутреннего развития.
После наполеоновских войн Англия по Парижскому мирному договору 1815 г. оставила за собой остров Маврикий, ко1 Raombana. Histoires 1. Fianarantsoa: Librairie Ambozontany, 1980. P. 202-210.
2 Ibid. P. 236-242.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 985 DHIIIIIIIIIIIIIII


торый из-за монокультурного характера экономики (90% обрабатываемых земель занимал сахарный тростник) нуждался в постоянном притоке рабочей силы и продовольствия с Мадагаскара, чему препятствовали французские торговцы Реюньона и ориентированные на них правители прибрежных вождеств. Тогда губернатор Маврикия Р. Фаркар, после отказа Лондона финансировать небольшую колонию на Мадагаскаре и запрета оказывать на французов дипломатическое давление, принял решение руками малагасийцев ликвидировать французское влияние на острове. Для этого он в течение нескольких лет собирал все данные о правителях Мадагаскара, направлял на остров исследователей с формально научными целями. По каким причинам Р. Фаркар выбрал Радаму I, а не более могущественных и хорошо известных ему правителей прибрежных вождеств - непонятно, но выбор оказался удачным. Для передачи оружия, оставшегося после наполеоновских войн, правителю Имерины необходим был повод, губернатор Маврикия его легко нашел. В начале XIX в. основным направлением африканской политики Англии было прекращение работорговли. Этим и воспользовался Р. Фаркар.
После двух предварительных соглашений и обмена посольствами 23 октября 1817 г. был подписан первый международно признанный договор между европейским и малагасийским государствами. Радама I обязался прекратить работорговлю в обмен на компенсацию, состоявшую из оружия, боеприпасов, амуниции, золота и серебра. В договоре правитель Имерины именовался «королем Мадагаскара». В Антананариву были направлены дипломатический агент, военные инструкторы, миссионеры и ремесленники. Вскоре после заключения договора Р. Фаркар уехал в отпуск в Англию, а исполнявший обязанности губернатора генерал Дж. Холл отказался выплачивать компенсациюзаследующий год без прямого указания из Лондона, так как на Маврикий продолжали поступать рабы, что являлось прямым нарушением договора (скорее всего, они были из неподвластных Радаме I частей острова). В ответ правитель Имерины выслал английского дипломатического агента и запретил въезд британских подданных на остров. После возвращения Р. Фаркара отношения возобновились, и в 1820 году договор был возобновлен, но были сделаны дополнительные уступки Радаме I, в том числе и направление группы детей для обучения в Англию3.
Еще до заключения договора 1817 г. правитель Имерины уделял самое пристальное внимание своим войскам, состоявшим из народного ополчения и отрядов черных рабов, которым выдавалось оружие, боеприпасы и экипировка. Были созданы первые военные мастерские, организованные по цеховому принципу. Основой будущей регулярной армии стали рекруты из линиджа вурума- хери. Первые неудачные военные походы на побережье послужили толчком к реорганизации войска. Формирование и обучение малагасийской армии было поручено дипломатическому агенту Д. Хэсти, англичанину Брейди и Ж.-Б.-М. Робэ- ну, бывшему наполеоновскому солдату, дезертировавшему с Реюньона. Все провинции Имерины, кроме Вакинанкара- тры и Вунизунги, выделили до половины взрослого годного к военной службе населения. Для упрощения набора все жители были разделены на военных (ми- арамила) и гражданских (буризану, от фр. «bourgeois»). К 1823 г. численность армии достигла 12 тыс. человек и полу-, чила название «фулуалиндахи» ( 100 тыс. 3 Емельянов АЛ. Внешняя политика Малагасийского государства в XIX веке. Т. 1. М.:, МГИМО; Университет, 2004. С. 124-131.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 7ÖO IIIIIIIIHIIIIIIIII


человек), которое сохранилось до настоящего времени4.
Для управления войском Радама I ввел 12 вунинахитр (званий). Первый - солдат, второй - командир 10 солдат, третий - 20, четвертый - 40, пятый - знаменосец, шестой - командир 50 человек, седьмой - 100, восьмой - 500, девятый - 1000, десятый - 2000, одиннадцатый - 5000, двенадцатый - главнокомандующий. Впоследствии количество их возросло, и они были распространены на гражданских чиновников и придворных. Радама I стремился оставить европейские названия военных званий - «капорали» (капрал), «дзенерали» (генерал), «мару сал и» (маршал). Это связано с представлениями традиционного общества о неразрывности связи предмета, явления с его названием. До пятой вунинахитры ранги присваивались непосредственным начальником, выше - лично самим Радамой I. Первоначально не существовало никакой прямой зависимости между происхождением и вунинахитрой. В 1817 г. Радама I принял решение об учреждении знамени, для него были выбраны особо любимые малагасийцами белый и красный цвета, символизирующие силу, могущество, надежду, чистоту5.
При всем желании правителя Имерины создать армию европейского типа, она сохранила много черт народного ополчения. Солдаты и офицеры в свободное от службы время могли заниматься земледелием, скотоводством, ремеслами для обеспечения себя продовольствием и амуницией. Солдат стремились набирать из зажиточных крестьян, которые сами могли себе купить огнестрельное оружие. Во время походов, учений, маневров армия пользовалась правом постоя, и местное население было обязано содержать их за свой счет. Солдаты и часть офицеров не имели формы, но наголо брили голову. Для стабилизации положения в недавно присоединенных провинциях Радама I создавал военные поселения, или «посты», куда наряду с гарнизонами переселялись и крестьяне- мерина. Армия требовала значительных денежных затрат, поэтому были введены два налога - подоходный и подушный, женам военных полагались льготы. Формировалось ремесленное производство, связанное с нуждами армии. Были организованы цеха по изготовлению холодного оружия, кожаных ремней, патронташей и портупей, арсеналы для хранения оружия и боеприпасов. Дисциплина в армии поддерживалась системой наказаний, а за дезертирство сжигали живьем. В конце правления Радамы I армия была дополнена подразделениями «миарами- ла лава-вулу» («длинноволосые солдаты»), своего рода военизированной полицией6.
Реформы с использованием элементов европейской военной культуры и наличие современного огнестрельного оружия позволили Радаме I создать сильнейшую на острове армию и приступить к выполнению «плана Фаркара», в исполнении которого были заинтересованы обе стороны. Вряд ли случайно правитель Имерины местом заключения договора 1817 г. выбрал крупнейший порт Туамасину, хотя английская сторона настаивала на Антананариву. Под карабельными пушками бывших союзников правитель Туамасины Жан-Рене признал свою полную зависимость от Радамы I.
С 1822 г. Радама I приступил к целенаправленному объединению остро4 Емельянов АЛ., Мыльцев П.А. Забытая история великого острова. М.: ГРВЛ; Наука, 1990. С. 24, 25.
5 Емельянов АЛ. Внешняя политика... С. 182,183.
6 Емельянов АЛ. Забытая история... С. 25.
IIHI1IIIIIIII1III1 987 HIIIIIIIIIIIIIIIII


ва. Он направил на восточное побережье к северу от Таматаве 3000 солдат под командованием двоюродного брата Рафаралахи, женатого на его сестре. В результате началось восстание этнической группы бецимисарака. В июне 1823 г. Радама I сам возглавил армию и через месяц захватил порт Махавелуна, где был уничтожен «камень владений», установленный французами. В порту Мананаре состоялось кабари (речь), которое также закончилось признанием его суверенитета и проведением всех необходимых ритуалов и церемоний. Там находился английский фрегат «Ариадна», на котором Радама I совершил однодневный переход до Маруанцетры, где он пожелал посетить места, связанные с деятельностью М.А. Венёвского. В конце октября правитель Имерины прибыл в порт Вухемар, где провел заключительное кабари, которое устраивал во всех более или менее значительных поселениях восточного побережья. 2 января 1824 г. Радама I вернулся в Антананариву. Военная кампания 1822-1823 гг. не только привела к присоединению восточного побережья, но и положила конец много- численнььм столкновениям между ли- ниджами бецимисарака, разжигаемыми французами с целью покупки рабов7.
В 1822 г. Радама I возглавил армию, направленную на завоевание государственного образования сакалавов Мена- бе на юго-западном побережье Мадагаскара. Войска правителя Рамитрахи не смогли оказать серьезного сопротивления, но развернувшаяся партизанская война могла надолго сковать значительные силы мерина, так как Рамитрахи не признал суверенитета Радамы I. Тогда Радама I решил действовать путем матримониальной дипломатии и попросил руки единственной дочери Рамитрахи - Расалимы. Свадьба была сыграна в Мена- бе, а также было заключено соглашение о мире и дружбе, армия вернулась в Име- рину. Расалима стала второй в иерархии жен после Рамаву (будущей королевы Ранавалуны I), дочери одного из дальних родственников Андрианампуйнимери- ны. На следующий год к Рамитрахе было послано посольство из 10 офицеров, во главе с Рамамбалахи, одним из высших офицеров, которое средствами традиционной дипломатии добилось разрешения на размещение гарнизона, что означало неофициальное признание правителем Менабе суверенитета Радамы I8.
В 1823 г. Радама I окончательно присоединил север и северо-восток острова, включая стратегически важный порт Диего-Суарес. В том же году он вступил в прямое военное противостояние с французами, захватив остров Сент-Мари у восточного побережья Мадагаскара, который губернатор Реюньона рассматривал как свое владение. В 1824 г. было поставлено под контроль центральной администрации последнее крупное независимое государственное образование - Буйна, на юго-западе острова. Порт Ма- жунга (ныне - Махадзанга) стал вторым по значимости в Малагасийском государстве. Последняя крупная операция была проведена в 1825 г. на юго-востоке Мадагаскара: захвачен последний французский оплот на острове - г. Тулеар (ныне - Тулиари). Объединение Мадагаскара завершилось. На всей территории острова все этнические группы находились в той или иной форме зависимости от Радамы I, все государственные образования и вождества признали его суверенитет9.
В июне 1826 г. состоялось одно из самых значимых кабари. На нем присутствовали правители Менабе, Буйны, 7 Емельянов АЛ. Внешняя политика... С. 233-235.
8 Raombana. Histoires 2. Fianarantsoa: Ambozontany Analamahitsy, 1994. P. 118-130.
9 Ibid. P. 130-154.
iiiiiiiiiiiiiimn yOO iiiiuiimiiiiiiti


представители правящих родов менее значимых вождеств, значительная часть взрослого полноправного мужского населения Имерины и Бецилеу. Все правители преподнесли Радаме I хасину в знак признания его суверенитета и своей покорности. В ответ он пообещал всем свою защиту и покровительство. Таким образом, в рамках традиционного общества были зафиксированы и легализованы все территориальные приобретения. Радама I и его преемники стали легитимными правителями. Это не означало безусловной покорности, но с этого времени никто на Мадагаскаре не пытался оспаривать право верховного правителя острова. С этого момента можно говорить о превращении Имерины в Малагасийское государство.
Одной из важнейших составляющих реформирования общества было распространение христианства и грамотности, которые практически на целое столетие стали неразделимы в сознании простых малагасийцев. 3 октября 1820 г. преподобный Д. Джонс открыл первую школу, которую по приказу Радамы I стали посещать трое учеников. Малагасийцы боялись отдавать детей в школы, так как широко распространился слух, что в них обращают в рабство. Сам правитель посещал школы, раздавал деньги, обещал тем, кто научится читать и писать, присваивать вунинахитру и зачислять их в штат личных секретарей. В 1828 г. насчитывалось 38 школ, которые посещали 2309 детей. В них работали 44 учителя и 46 их помощников. Миссионер Д. Камерон открыл первое профессиональное училище. В 1825 г. было создано Школьное миссионерское общество для устойчивого финансирования образования10 11. Был создан письменный язык на основе латинской графики. В 1826 г. на Мадагаскар доставили первый типографский станок, в 1828 г. напечатали на малагасийском языке «Евангелие от Луки». В 1826 г. законы и распоряжения власти стали вывешиваться на воротах дворца в письменном виде.
Ликвидация военной угрозы позволила срыть все фортификационные сооружения в Имерине, а на их месте построить ирригационные системы для рисовых полей. На острове началось возделывание новых культур: кофе, ванили, тутовых и некоторых фруктовых деревьев. Появились первые промышленные плантации хлопка, сизаля, сахарного тростника. В 1825-1826 гг. на восточном побережье был построен первый завод по переработке сахарного тростника, определенный процент доходов передавался Радаме I. Он ввел монополию на продажу огнестрельного оружия и пороха. 25 октября 1826 г. были введены таможенные пошлины, которые стали существенным источником доходов Малагасийского государства. В 1824 г. Радама I издал три закона о создании флота. Было подготовлено около 50 моряков-малагасийцев, но ни о их судьбе, ни о каких-либо кораблях, принадлежавших Малагасийскому государству, ничего неизвестно. Радама I также заключал соглашения частного характера, прежде всего экономического, например, с маврикийским торговым домом Блан- кар и К2 об освобождении его судов от таможенных платежей в обмен на ежегодное внесение фиксированной суммы в деньгах или товарах, или с английским дипломатическим агентом на Мадагаскаре Д. Хэсти о совместном финансировании фабрик по производству сахара и индиго11.
24 июля 1828 г. в 14.00 Радама I умер в возрасте 37 лет после восьмимесячной болезни. За время своего правления он смог создать централизованное Мала10 Емельянов А Л. Внешняя политика... С. 210-215.
11 Там же.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii УСУ lllllllllllllllllll


гасийское государство, провел реформы во многих областях жизни и изменил вектор развития своей страны, при котором практически невозможным стало превращение ее в государство - посредник в работорговле.
АЛ. Емельянов
Сочинения
Lettre à la Société des missions de Londres pour demander avec Instance des missionnaires et des Instructeurs en tous genres // Nouvelles annalles des Voyages. P., 1821. V. 9. P. 418,419.
Abolition de plusieurs coutumes barbares // Bulletin de la Société de géographie de Paris. P., 1825. P. 46.
Radama’s letter to sir L. Cole, governor of Mauritius, on the death of M. Hastie // The Asiatic journal and monthly Register for British India. 1828. T. 26. 2 sem. P. 374,375.
Литература
Емельянов АЛ. Внешняя политика Малагасийского государства в XIX веке. Т. 1. М.: МГИМО; Университет, 2004.
Raombana. Histoires 2. Fianarantsoa: Ambo- zontany Analamahitsy, 1994.
Valette J. Etudes sur le règne de Radama I. Tananarive: Imprimerie Nationale, 1962.


РАЙНАНДРИАМАМПАНДРИ
RAINANDRIAMAMPAKDR Y, наст, имя Rabezandrina, 1836-1896
Выдающийся государственный деятель Мадагаскара, известный деятель малагасийской культуры, один из первых «протестантских интеллектуалов».
Родился 4 мая 1836 г. в Рамахерп (ныне - квартал Анкадифуци в Антананариву). Семья принадлежала к древней касте Цимиамбулахи1. Отец Рацимизива был офицером двора королевы Ранава- луны I, дед Рамахери - губернатором префектуры Манандзари (в провинции Фианаранцуа).
С одиннадцати лет Райнандриамампандри - уже при дворе, в двадцать пять - офицер, затем - секретарь, и в этом качестве принимал участие в дипломатических миссиях во Францию и Англию.
Параллельно окончил колледж пасторов Лондонского миссионерского общества (Л.М.С.)1 2 - был одним из лучших учеников за время существования колледжа. В 1869 г. стал проповедником в церкви при королевском дворце. В 1872 г. церковь направила десять своих евангелистов в разные части страны. Рай- нандриамампандри досталась епархия в Амбухидратриму (15 км к северо-западу от столицы). Он оставался там до 1881 г., когда его назначили заместителем министра иностранных дел. Основной целью его внешнеполитической деятельности было любой ценой сохранить территориальную целостность и независимость Мадагаскара перед лицом притязаний европейских держав. Патриотизм Рай- нандрнамампандри признавали даже французы. Его называли Ratiatanindra- zana («Господин, который любит родину»).
В 1885-1895 гг. он - губернатор Таматаве (ныне - Туамасина). Считается самым выдающимся губернатором в истории Мадагаскара. С 1895 г. - министр внутренних дел.
Райнандриамампандри выделялся среди чиновников своими способностями, образованием и мудростью. Он принадлежал к первому поколению малагасийской интеллигенции, сформировавшейся к концу XIX в. Был человеком исключительной честности и порядочности. Один из инициаторов закона об освобождении «мозамбикских» рабов3. Имел 15 степень знатности (15 voninahitra)4.
Ученик Раумбаны, Райнандриамампандри прекрасно знал английский 1 Ведет свое происхождение от Хагамайнти и Андрианцилаву, ближайших советников Андрианампуйнимерины.
2 London Missionary Society (L.M.S.).
3 Так на Мадагаскаре называли рабов африканского происхождения.
4 Что-то вроде российской табели о рангах.
iitiiiiiiiiiiiiiiii У 7 I HIIIIIIIIIIIIIIIII


язык5. В 1863 г. вышел его знаменитый «Англо-малагасийский словарь» - огромный 476-страничный том.
Известен и редкими по качеству литературными и историческими трудами. Его «История и обычаи предков» - одна из первых книг, опубликованных малагасийским автором. Содержит исторические очерки о народных традициях, описание жизни и быта малагасийцев. Включает и образцы фольклора - оригинальные «айнтени»6, записанные им в 1875-1880 гг. Сборник вышел уже после его смерти (1896). Основной труд жизни - «История Мадагаскара», над которым Райнандриамампандри работал почти 20 лет, - полностью остался неизданным7; хранится в Национальном архиве Мадагаскара и до сих пор считается наиболее достоверным источником по малагасийской истории.
Несмотря на, казалось бы, успешную карьеру государственного деятеля, его ждал трагический конец.
Райнандриамампандри жил в сложный период. Со второй половины XIX в. на Мадагаскаре ускорился процесс экономического, политического и духовного развития. Историки спорят о причинах этого феномена. В частности, объясняют влиянием Европы и интенсивным распространением христианства - в 1869 г. государственной религией Малагасийского королевства был объявлен протестантизм.
Протестантские миссионеры играли роль вдохновителей реформ. Наиболее близким ко двору было Лондонское миссионерское общество (ЛМС). Миссионеры ЛМС стояли у истоков зарождения грамотности, организации издательского дела, появления периодической печати на малагасийском языке. Образование высоко ценилось и входило в основную группу приоритетов. Колледжи и специализированные институты давали молодым малагасийцам основы широкой гуманитарной культуры. Сформировалось поколение малагасийской интеллигенции, воспитанной в духе западной культуры, прежде всего - английской. Подавляющее большинство интеллектуалов говорили по-английски, подражали английскому образу жизни, носили английские костюмы...
К концу века Мадагаскар стал одним из самых развитых государств по сравнению с другими африканскими странами. Малагасийское королевство вошло в систему равноправных международных отношений, заключило договоры с США, Германией, Италией, которые безоговорочно признавали его суверенитет. Такую же позицию занимало и британское правительство.
Франция однако выдвигала так называемые исторические права на северо-западное побережье острова и пыталась нейтрализовать влияние Великобритании. Началась первая франкомалагасийская война (1883-1885).
Райнандриамампандри был назначен генералом королевских войск. Он проявил завидную твердость. В ответ на требование французского генерала Мио (Miot) о территориальных уступках и расчленении страны он заявил: «Вы требуете от меня сказать вам, какую часть острова я соглашаюсь уступить вам. Это все равно, как если бы вы меня спросили, какую часть своей руки я соглашусь, чтобы мне отрубили». 10 сентября 5 Даже свои последние слова перед расстрелом он произнес по-английски.
6 Айнтени (hainteny) - жанр устного народного творчества.
7 Частично опубликован: Rainandriamampandry. Tantarany Madagascar. 1 redaction (1875- 1880)//Documents historiques de Madagascar. Fianarantsoa, 1970-1971. № 18-19,25-30; ValetteJ. Rainandriamampandry, historien de Jean René // Bulletin de Г Académie Malgache. N.s. T. 48, fasc., 1-2. Tananarive, 1970. P. 1-7.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


1885 г. войска под его командованием успешно отразили французское наступление в битве при Фарафати (на восточном побережье). Райнандриамампан- дри устроил салют из двадцати одного пушечного выстрела и поднял малагасийский флаг. Франция вынуждена была согласиться на переговоры, и 17 декабря был подписан мирный договор.
Французы назвали Райнандриамам- пандри «врагом Франции с давних пор» («fahavalon’ny Frantsay hatry ny ela») и убрали с поста губернатора Таматаве.
В 1890-х отношения с Францией вновь обострились - теперь Париж претендовал уже на весь остров. Получив отказ малагасийского правительства официально признать протекторат, в декабре 1894 г. Франция начала вторую франкомалагасийскую войну. Французские войска встречали упорное сопротивление. Несмотря на превосходство военных сил, только 30 сентября 1895 г. французский экспедиционный корпус вошел в Антананариву. 1 октября королева Ранавалу- на III вынуждена была подписать мирный договор, по которому Мадагаскар стал протекторатом Франции.
Приказ от 5 октября 1895 г. о роспуске малагасийской армии послужил поводом к волнениям в пригородах столицы. Это стало началом «движения меналамба»8, которое превратилось в настоящую гражданскую войну на Высоком плато, а в середине 1896 г. охватило почти весь остров.
Французское присутствие оказалось под угрозой. В июне 1896 г. французский парламент принял закон о превращении Мадагаскара во французскую колонию. Его лоббисты пытались ввести в заблуждение общественное мнение Франции, заявляя, что единственной целью закона является отмена рабства на Мадагаскаре. 6 августа закон был обнародован и остров объявлен французской колонией. Малагасийская монархия упразднена. Королева Ранавалуна III низложена и взята под домашний арест. Премьер- министр Райнилайаривуни отстранен от обязанностей и выслан под надзор в свое поместье.
Считалось, что действия повстанческих отрядов координировала группа высшей знати, поддерживаемая членами королевской семьи (“Fanjakan’Andriana”) и высокими малагасийскими чиновниками (“Oligarchie hova”). Подозревали также, что за спиной повстанцев стояли англичане. И. Ларош, французский генеральный резидент на Мадагаскаре, отверг подобную интерпретацию, за что подвергся критике во французской прессе. На смену ему 27 сентября 1896 г. в Тананариве прибыл генерал Ж,-С. Галлиени. Власть в стране перешла к военным. Служба военной разведки во главе с молодым лейтенантом Пельтье (Peltier) собрала из очень сомнительных источников «доказательства» существования антифранцузского заговора, нити которого ведут в столицу. Версия Пельтье была из рода шпионских историй - в отчетах говорилось о секретных комитетах и посланиях, написанных при свете лампы.
Чтобы сломить оппозицию в качестве назидания решили устроить показательную казнь двух наиболее ярких и почитаемых личностей: принца Ра- цимаманги, дяди и советника королевы (как представителя высшей знати) и ведущего протестанта и англофила9 Райнандриамампандри (от олигархии).
8 От малагасийского menalamba - «красные ламба» (ламба - национальная одежда).
9 Ellis S. The Political Elite of Imerina and the Revolt of the Menalamba. The Creation of a Colonial Myth in Madagascar, 1895-1898 // The Journal of African History. 1980. Vol. 21. № 2. P. 233.
imiiiuiiiiiiiHi IltlllHIIIIIIIIIII


Их обвинили в координации действий отрядов меналамба. Был инсценирован судебный процесс. Никаких вещественных доказательств предъявлено не было. Арестовали их 11 октября 1896 г., а 15-го в газетах уже появилось сообщение о суде и публичном расстреле на публичной площади Тананариве10 11.
Казнь произвела должное впечатление - внушила страх. В Париже ее расценили как эффектную акцию «расовой политики» (politique des races). В феврале 1897 г. королева и другие представители власти были высланы. Оттеснив повстанцев от Тананариве, колониальные войска начали политику «умиротворения». Под напором превосходящих сил противника меналамбы прекратили наступательные действия. В марте-апреле 1897 г. были захвачены опорные пункты лидеров повстанцев Рабезаваны и Рабу- заки (на северо-востоке). В июне - разбиты основные силы Райнибецимисара- ки (на юге). В июле сдался Раменамасу (в провинции Анциханака). К концу лета движение было подавлено. В июне 1897 г. Рабезавана вошел в контакт с французами и заявил (за это ему гарантировали жизнь), что организатором восстания был Райнандриамампандри. Единственное доказательство - письмо (написанное им по памяти!), которое он якобы получил от Райнандриамампандри в январе 1896 г.
Галлиени представил это свидетельство в качестве своего оправдания11.
♦ ♦ ♦
Свидетельства об этих событиях крайне противоречивы. Опубликованы воспоминания трех высокопоставленных чиновников той эпохи: Е. Готье, Ю. Бертье и Г. Лафая. Е. Готье и Ю. Бертье считают доказанными обвинения против Райнандриамампандри и Рацимаманги и оправдывают их казнь12. Г. Лафай (писал под пседонимом Жан Кароль) - считает их необоснованными13.
Установлению истины препятствует и подозрительное исчезновение документов следствия.
Исследователей этих событий часто подозревали в манипуляции фактами из-за невозможности воспроизвести ход событий. Некоторые из них приняли официальную версию французских властей и уверены, что малагасийская элита приняла активное участие в движении меналамба, а генерал Райнандриамампандри координировал их действия14. По мнению В. Мальзака, существовало якобы подпольное правительство, в которое входили высокие чиновники, оно 10 Так назывался Антананариву с 1896 по 1977 г.
11 Deschamps H. Histoire de Madagascar. P.: Éditions Berger-Levraut, 1972. P. 236-237.
12 Gautier E.-E Trois Heros. P„ 1931. P. 67-139; Berthier H. Le protectorat du 1er Octobre 1895 au 18 Janvier 1896 // Bulletin de KAcadémie malgache. N.s. XXIV. Tananarive, 1941. P. 115-131.
13 CarolJ. Chez les Hova (Au pays rouge). P.: P. Ollendorff, 1898.
14 Рабеманандзара P.B. История мальгашской нации. М.: Изд-во иностр, лит-ры, 1956. С. 121-122; Буато П. Мадагаскар. Очерки по истории мальгашской нации. М.: Изд-во вост, лит-ры, 1961. С. 207; Deschamps H. Histoire de Madagascar. P.: Éditions Berger-Levraut, 1972. P. 237-238. Этой точки зрения придерживались и некоторые российские историки: Орлова А.С. Национально-освободительная борьба на Мадагаскаре // История национально- освободительной борьбы народов Африки в новое время. М.: Наука; ГРВЛ, 1976. С. 574-576; Мыльцев ПА. Восстание меналамба // Емельянов А.Л., Мыльцев П.А. Забытая история Великого острова. М.: Наука; ГРВЛ, 1990. С. 94-108.
IIIIIIHIIHIIIIIil УШ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


негласно поддерживало меналамба. Был даже Совет (Antenimiera), который собирался каждый вечер в Анкурахутра15 и посылал гонцов в лагеря и центры восставших16. Другие, напротив, утверждают, что королева не раз посылала своих представителей усмирять восстание17.
Большие сомнения в достоверности обвинений высказывались еще в те времена. Даже известная французская газета писала: «Так как нужно было дать урок восставшим, схватили две важные фигуры...; обоих судили, приговорили и расстреляли с такой поспешностью, которая наводила на мысль об их непричастности»18.
Казалось, что никогда не узнают больше о смерти известного на Мадагаскаре человека, ставшего мучеником и национальным героем.
Новые исследования С. Айяша и С. Эллиса19 подтверждают, что вряд ли можно говорить, что восстание руководилось из Тананариве, и тем более - что его лидером был Райнандриамампандри20. С. Эллис основывает свои доказательства на ранее не известных частных архивах И. Лароша и Ю. Лиотэ. В мемуарах Лароша содержится детальный отчет о судебном разбирательстве21. Факты сопадают в деталях с отчетами архива консульства США в Таматаве22 и подтверждают, что доказательства были сфабрикованы.
Тем не менее, многое в истории движения меналамба остается неясным. Вопрос об участии малагасийской элиты остается открытым и требует дальнейшего изучения. Теоретически возможно предположить, что какие-то круги симпатизировали восставшим. Мадагаскар в то время переживал период внутренней нестабильности. Малагасийское общество разделилось: некоторые сановники (в их числе секретарь премьер-министра Расандзи) предлагали свои услуги французам, другие - противились влиянию Франции. Не исключено и соперничество религиозных кланов - протестантов и католиков.
К тому же само движение меналамба отличалось крайней неоднородностью своего состава и, как следствие, разным пониманием задач. Основную движущую силу восстания составляли крестьяне, но было и много дезертиров, грабителей. Чтобы их не считали разбойничьими бандами, они имитировали свои связи с королевой - недаром носили красные ламбы (красный цвет - символ монархии).
Менталитет подавляющего большинства оставался традиционным и не был способен принять христианизацию и 15 Ankorahotra.
16 Malzac V. Histoire du royaume hova depuis ses origines jusqu’à sa fin. Tananarive: Imprimerie catholique, 1912.
17 Randnamamonjy F. Tantaran’i Madagasikara. 1895-2002. Antananarivo: TPFLM, 2006. P. 13.
18 Le Petit Journal. 1896. 22 novembre.
19 Ayache S. Introduction à l’œuvre de Rainandriamampandry // Annales de l’Université de Madagascar. Série Lettres et Sciences Humaines, 1969. № 10. P. 11-50; Ellis S. Un complot colonial à Madagascar. L’affaire Rainandriamampandry. P: Karthala, 1990; Idem. L’insurrection des mena- lamba. P: Karthala, 1998; Ellis S. The Political Elite... P. 219-234.
20 Ellis S. The Political Elite... P. 232-233.
21 Exécution du ministre Rainandriamampandry et du Prince Ratsimamanga. Ch. XV de “Mémoires” de Laroche // Les papiers de la famille Laroche.
22 Archives du consulat de Etats-Unis à Tamatave. Vol. IL // National Archives of the United States, Washington DC.
HIIIIIIIIIIIIIIIII 77 J IIIIIIIIIIIIIIIHII


европейский образ жизни. Миссионеров и малагасийцев, принявших новую веру, рассматривали как пособников французов (были убиты семьи миссионеров У. Джонсона, П. Мино и др.).
Одним из лозунгов движения был возврат к верованиям предков - порой отряды меналамба возглавляли колдуны, партизаны носили амулеты, которые по поверьям предохраняли от пуль, на лоб надевали металлический щиток (felana), как во времена короля Андрианампуй- нимерины23.
Все это не вязалось с образом европейски образованного Райнандриамам- пандри, которого многие считали англофилом.
Должно быть, и Галлиени пришел к этим сомнениям. В 1901 г. он выделил огромную по тем временам сумму (86 тыс. франков) вдове Райнандриамампандри и оказывал покровительство его старшему сыну Рамахериландза, который учился в Норвегии. Другой сын Райнандриамампандри - Радзаунах - один из первых учеников доктора Э. Дэвидсона в Медицинской школе Аналакели (Антананариву) - получил образование в Эдинбурге и стал первым малагасийским врачом. Всего у Райнандриамампандри было 5 жен и 15 детей.
Попытки Галлиени загладить вину лишь усилили возмущение протестантской элиты. Протестанты объявили Райнандриамампандри «мучеником за родину»24. Он стал «героем, который воплощал чаяния своего времени»25. Малагасийские писатели и поэты посвящали ему произведения, в которых прославляли его деяния (исторический роман Ж.-Ж. Рабеаривелу « Краснаязаря»26, драма Докса «Райнандриамампандри»27).
За заслуги в дипломатической деятельности, за вклад в развитие образования как необходимого условия развития страны, за многочисленные работы по культуре, истории и языку, а также за выдающиеся успехи в военной стратегии Центр дипломатических и стратегических исследований Мадагаскара (C.E.D.S.)28 создал девятимесячные курсы его имени (Promotion Rainan- driamampandry). Выпуск курса состоялся 23 октября 2007 г. в здании Министерства иностранных дел в Ануси ( Антананари ву )29.
Его имя носит одна из улиц в центре Антананариву (Lalana Rainandriama- mpandry). Его именем назван колледж ( Kolejy teknika Rainandriamampandry, 1978). Ассоциация «Долг памяти и солидарность: Франция-Мадагаскар»30 приняла решение воздвигнуть стелу с его изображением и создать «Музей XIX в.» в память о нем.
Л.А. Карташова
23 RasoanasyJ. Menalamba sy tanindrazana. Antananarivo: Trano Printy Loterana. 1976.
24 Rabary. Rainandriamampandry, na Hay Maritioran’ny tanindrazany tamin’ny taona 1896.
25 Ayache S. Op. cit. P. 35.
26 L’Aube rouge. P: Editions Bouquins, 1998.
27 Dox. Rainanriamampandry. [Antananarivo]: Ministeran’ny Fanolokoloana sy ny Zavakanto Revolisionera, 1978.
28 C.E.D.S. Centre d’Etudes Diplomatiques et Stratégiques de Madagascar.
29 Andrianantenaina D. Madagascar: Sur les traces de Rainandriamampandry // L’Express de Madagascar. Antananarivo, 24 Octobre 2007.
30 “Devoir de mémoire et Solidarité France-Madagascar”. Создана во Франции 29 октября 2005 г.
IIIIIIHHIIIIIIIII УУО IIIIIIIIHIIIIIIIII


Сочинения
English and Malagasy vocabulary: with sentences in both languages illustrating the words used in the vocabulary, and an introductory lesson in geography / by Rabearana, Rabezandrina, Ralaitafika. L: Printed by W. Stevens for the London Missionary Society, MDCCCLXIII.
Tantara sy Fomban-drazana / Nangonina sy nalaha-d Rainandriamampandry. Antananarivo: L.M.S. Press, 1896; Antananarivo: Editions Madprint, 1971.
Rainandriamampandry. Tantarany Madagascar.
1 redaction (1875-1880) // Documents historiques de Madagascar. Fianarantsoa, 1970-1971. № 18-19,25-30.
Rainandriamampandry. La philosophie malgache d’un bon gouvernement du peuple, 1868. Antananarivo: Éd. Madprint, 1990.
Histoire de Madagascar recueillie par Rainandriamampandry. T. I—III // Archives nationales de Madagascar. Antananarivo. 1884-1887. Fonds: SS-Érudits (SS5- SS14).
Литература
Буато П. Мадагаскар. Очерки по истории мальгашской нации / Пер. с франц. М.: Изд-во вост, лит-ры, 1961.
Ayache 5. Introduction à l’œuvre de Rainandriamampandry // Annales de l’Université de Madagascar. Série Lettres et Sciences Humaines. Tananarive, 1969. №10. P. 11-50.
Rainandriamampandry, historien de Jean René / by Valette J. // Bulletin de l’Aca- démie Malgache. N.s. T. 48, fasc. 1-2. Tananarive, 1970. P. 1-7.
Ellis S. The Political Elite of Imerina and the Revolt of the Menalamba. The Creation of a Colonial Myth in Madagascar, 1895-1898// The Journal of African History. 1980.
Vol. 21. № 2. P. 219-234; Idem. Un complot colonial à Madagascar. L’Affaire Rainandriamampandry. P: Karthala, 1990; Idem. L’insurrection des menalamba, une révolte à Madagascar (1895-1898). Leyde; Paris; Fianarantsoa: ASC; Karthala; Ambozon- tany, 1998.
Esoavelomandroso M. Les composantes du nationalisme de Rainandriamampandry (1836-1896) // Le mouvement des idées dans l’Océan Indien Occidental. Saint- Denis: AHIOI, 1982. P. 383-398.
Ralaimihoatra É. Histoire de Madagascar. Tananarive: Impr. Société Malgache d’Edition, 1969.
Solofo P. Tantara marina hitako Rainandriamampandry sy Ratsimamanga. Tananarive: Imprimerie Antananarivo, 1959.


РАЙНИЛАЙАРИВУНИ
RAINILAIARIVONY
1828-17.VII.1896
Выдающийся политик, одна из центральных фигур в истории Мадагаскара XIX в.
В южной части Антананариву, столицы Мадагаскара, на вершине холма возвышается величественный Дворец королевы «Рува». На соседнем - живописное барочное здание Дворца премьер-министра «Андафиаваратра» (что означает: «те, кто к северу |от дворца королевы]»)1. В нем с 1864 по 1895 г. жил Райнилайаривуни.
Рай н 11 л ан а ри ву н и п осл едо вател ы i о был мужем трех королев. Он публично объявил о расторжении брака со своей любимой женой Расуаналипой и женился на королеве Расухерине (1863), потом - на Раиавалуне II (1868) и, наконец. - на Ранавалуне III (1883). Эти нс помешало ему иметь от Расуапалипы 19 детей (11 мальчиков и 8 девочек)-. “Машу ну fiainana” («Жизнь сладка»), - любил повторять он один из житейских принципов малагасийцев.
Райнилайаривуни родился в 1828 г. в семье клана Андафиаваратра. Это были выходцы из сословия «хува»1 2 3. «Выскочки», новая, вышедшая из простонародья знать, это была промежуточная прослойка между последователями традиционного и европейского образа жизни: с одной стороны они подчеркивали свою приверженность старине и вековым традициям, с другой - были противниками (феодализма и рабства, изоляции государства от внешнего мира, сторонниками промышленного развития страны. Опи принадлежали к так называемой «английской партии» (интересовались историей и культурой, носили английские военные костюмы). Постепенно Ан- дафиаваратра стали дворцовой элитой, получили широкий доступ к самым высоким государственным постам и крепко держали власть в стране в течение XIX в.
Райнилайаривуни был типичным представителем влиятельных семейств этого нового правящего класса. Его отец, Райнихару (7—1852), будучи «плебеем», при поддержке английских торговцев, сколотил большое состояние и стал впоследствии премьер-министром и супругом королевы Ранавалуны I (1828-1861).
В детстве, однако. Райнилайаривуни пришлось пройти нелегкое испытание. По гороскопу, составленному придвор1 Построен английским архитектором У.Пулом (W. Pool): в 1996 г., к столетию со дня смерти Райнилайаривуни, превращен в музей (Musée d’Andafiavaratra).
2 Это значительно превышало малагасийскую норму: ио заветам предков полагалось иметь 14 детей (7 мальчиков и 7 девочек).
3 Социальная i руппа, занимающая промежуточное положение между «андриана» (аристократия, знать) и «андеву» (рабы); одни называют их «свободные граждане», другие - «податное купеческое сословие».
IlllliUIIIIIIIIIII УУО lillllllllilllllill


ным астрологом (mpanandro), он родился «под дурным знаком» и должен был принести семье много бед. Дабы ублажить духов, родители отрезали «неблагонадежному» малышу кончики указательного и среднего пальцев левой руки и бросили на произвол судьбы. Мальчика пожалели близкие родственники и взяли на воспитание. В шесть лет он был зачислен в школу протестантского миссионера Д. Гриффитса (1792-1863), где быстро научился читать, писать и считать. В десять лет ему дали понять, что надо самому зарабатывать на жизнь. Он занялся торговлей. Европейцы оценили его пунктуальность и честность, и он быстро разбогател (оправдав, таким образом, данное ему при рождении имя Дилифера - от английского “[who] deals fair”).
Решимость юноши побороть судьбу изумила отца, и он взял сына к себе на службу. В 14 лет его представили ко двору Ранавалуны I, и он быстро стал ее любимцем. В 1852 г. Райнихару умер. Райнилайаривуни назначили личным секретарем, а через некоторое время хранителем королевской печати. Стареющая королева, как он вспоминал, хотела женить его на себе. Но Райнилайаривуни и его брат входили в число тех, кто мечтал поставить у власти ее сына Ракуту, поклонника европейской цивилизации. После смерти Ранавалуны (16 августа 1861 г.) оба брата способствовали возведению Ракуты на трон под именем Радамы II (1861-1863). Райнилайаривуни стал главнокомандующим, а его старший брат Райнивунинахитриниуни (?-1868) - премьер-министром.
Неуемная реформаторское рвение Радамы очень скоро, однако, вызвало ярость подданных. В ночь с И на 12 мая 1863 г. в результате дворцового переворота он был задушен шелковым шнуром4. За спиной событий стояли Анда- фиаваратра, в т. ч. Райнилайаривуни и его брат. В тот же день они предложили Рабуду, жене Радамы, в обмен на власть принять «Хартию», основным пунктом которой было ограничение королевской власти. Королева лишалась права распоряжаться казной, объявлять войну, казнить и миловать... Она вынуждена была взять в мужья Райнивунинахитриниуни, скрепив, таким образом, союз ан- дриана и хува.
30 августа Рабуду короновалась под именем Расухерины (1863-1868). Но церемония носила чисто формальный характер. Скорее это было освящение власти премьер-министра. Одетый в пышные дворцовые одежды, он взял слово и, показав идола “manjaka tsy гоа” («двое не могут править»), воскликнул: «На Мадагаскаре есть лишь один правитель...». Однако власть этого маловоспитанного дебошира-самодержца была недолгой. Менее чем через год, 14 июля 1864 г., Райнилайаривуни, с согласия королевы, выслал его под надзор в г. Ан- цирабе. Сам же стал официальным мужем Расухерины и занял посты премьер- министра и главнокомандующего.
Райнилайаривуни обладал природной одаренностью, но в те времена казался несколько скованным. Ему не хватало образования, и он восполнял его со всем упорством и любознательностью - читал, изучал различные науки (даже медицину), но больше всего - старался общаться с самыми образованными европейцами. Его врожденная наблюдательность и способность трезво оценить реальность, а также долгий опыт при дворе сделали его тонким и эффективным дипломатом. Он быстро завоевал авторитет.
1 апреля 1868 г. Расухерина умерла. В качестве ее преемницы Райнилайаривуни выбрал ее двоюродную сестру, 39-летнюю Рамуму (вторую жену Радамы II), которая стала королевой Ранава- 4 По малагасийскому обычаю проливать кровь законного монарха - «фади» (табу).
lllllllllllllllllll УУУ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


луной II (1868-1883). И, наконец, после ее смерти - возвел на трон скромную 22-летнюю вдову, состоявшую в отдаленном родстве с королем Андриамбе- лумасина (1730-1770) и не имевшую никаких прав на престолонаследие. Она приняла имя Ранавалуны III (1883- 1896). И тоже стала его женой (ему было тогда 55 лет).
Все смешалось в малагасийском королевстве... Теперь не королева назначала премьер-министра, а премьер- министр назначал королеву. Хотя формально королевы и выбирались из числа потомков правящих династий, они не обладали больше божественным правом. Аристократия, родственники королевы, образовывали высший класс, но были в стороне от реальной власти. Королева - символ страны, все делается от ее имени, но - без ее участия. Премьер-министр правит единолично. Так был установлен режим неограниченной личной власти Райнилайаривуни. Этот период в истории Мадагаскара называют конституционной монархией.
Райнилайаривуни пришел к власти в тяжелый для страны период. Сложной была как политическая обстановка внутри страны, так и внешнеполитическое положение Великого острова. Но Райнилайаривуни был мудрым и ловким политиком и сумел переломить ситуацию. С помощью искусных дипломатических усилий, играя на противоречиях европейских держав, ему удалось достичь устойчивого равновесия в области международных отношений. Это позволило сосредоточить все силы нации на внутренних делах и успешно провести реформы в сфере экономики и социально- политических отношений.
Первые годы правления Райнилайаривуни посвятил в основном разработке законодательства, призванного укрепить его власть, поставить ее на юридическую основу и дать свободу рук в проведении реформ. Главным направлением его деятельности было создание эффективного административного аппарата. Он реорганизовал центральное управление, создав жестко централизованную систему. Создал восемь министерств по европейскому образцу.
В либеральном духе было преобразовано судопроизводство. Исполнительная власть отделена от судебной. Последняя опиралась на относительно развитое законодательство. Правовая база постоян- но совершенствовалась. В сентябре 1868 г. был принят «Кодекс 101 статьи»5. Он возводил в принцип равенство перед законом. В марте 1881 г. - заменен «Кодексом 305 статей», в который помимо уголовного и гражданского законодательства вошли статьи, ограничивавшие рабство, регулировавшие торговлю, охрану собственности, земельное, семейное и финансовое право. За взяточничество судьи подвергались заключению в кандалы.
Чтобы обеспечить соблюдение законов на местах, Райнилайаривуни оживил деятельность фукунулун6. Они должны были поддерживать порядок, собирать налоги, нести ответственность за набор в армию.
Французская угроза требовала реорганизации армии, практически утратившей боеспособность. Был принят закон о всеобщей воинской повинности. Состоялся первый набор в армию. Приглашены европейские военные советники. Приняты меры по усилению боеспособности. За 20 лет правления Райнилайаривуни из неорганизованных, плохо вооруженных войск была сформирована хорошо обученная, оснащенная современным стрелковым оружием и артиллерией армия.
5 Прежде новые законы объявлялись устно. Новый кодекс впервые был напечатан.
6 Fokonolona - деревенская община.
iiiiiiiiiiminiii 1000 llllllllllllllliKI


Для ограничения влияния феодалов был создан институт сакайзамбухитра (sakaizambohitra - «друзья деревни»). С целью повышения эффективности управления на местах Имерина была разделена на шесть провинций и 194 округа. В каждый из них направили «друзей деревни». Это были главным образом бывшие солдаты и офицеры. Их роль - обеспечивать порядок и соблюдение новых законов на местах. Они находились в непосредственном подчинении Райнилайаривуни и исполняли в некотором роде полицейские функции - рапортовали премьер-министру обо всем, что происходило в стране.
В 1877 г. были освобождены «мозамбикские» рабы (т. е. рабы африканского происхождения). Большая часть их поселилась в стране сакалава. Райнилайаривуни не рискнул освободить всех рабов - этого не допустили бы собственники. Сохранился и запрет на брак между кастами.
В целом же все эти реформы касались главным образом Имерины. Особый кодекс принят также для провинции Бецилеу. Что же касается остальных районов - там сохранялись традиционные порядки, под руководством местных вождей. По временам их вызывали ко двору - присягнуть на верность.
Премьер-министр встал на путь борьбы со старой феодальной знатью и закоснелыми обычаями. Пытался искоренить невежество, алкоголизм7, полигамию, язычество... В 1878 г. в судопроизводстве навсегда покончили с применением яда «танген»8. Были приняты законы, ограничивавшие работорговлю.
Эти меры были связаны, в немалой степени, с интенсивным распространением христианства после 33-летнего запрета и гонений на верующих при Ранавалуне I. Как умный политик, Райнилайаривуни понимал, что этот фактор нельзя игнорировать. 21 февраля 1869 г. Райнилайаривуни и Ранавалуна II приняли крещение (по англиканскому обряду). Протестантизм был объявлен общегосударственной религией. При дворце построена церковь. Королева приказала сжечь двенадцать королевских талисманов (sampy), которых европейцы называли идолами, что и было незамедлительно исполнено. Наиболее близким ко двору было Лондонское миссионерское общество (ЛМС). Свободно действовали квакеры и католики.
Протестантские миссионеры несомненно сыграли роль вдохновителей реформ. Но нельзя преувеличивать их роль: Райнилайаривуни был слишком волевой личностью и не допустил бы вмешательства.
Во многих регионах, однако, население по-прежнему соблюдало культ предков и древние традиции. В равной степени сохранялось недоверие, как к иностранцам, так и к мерина, которое порой взрывалось вспышкой ксенофобии.
В стране было введено всеобщее бесплатное и обязательное начальное образование (на шесть лет раньше, чем во Франции). В 1869 г. открылся теологический колледж, затем - педагогические и медицинские училища. Колледжи и специализированные институты давали молодым малагасийцам основы широкой гуманитарной культуры.
Распространение грамотности, организация издательского дела дали толчок зарождению периодической печати. В 1866 г. появилась первая газета на малагасийском языке: «Добрые Советы» (“Тепу Soa”). Она была основана ЛМС.
7 Была запрещена торговля алкоголем; в реальности же алкоголизм был широко распространен в высшем обществе, включая семью премьер-министра.
8 Виновного подвергали испытанию ядом танген: если он оставался жив, считался невиновным.
iiiiitiiiiiiiiiuii IUUI iiiiniiiiiiiiiiiii


Райнилайаривуни осознал важность печати, и в июне 1883 г. увидел свет первый номер светской газеты "Ny gazety malagasy".
Сформировалось первое поколение малагасийской интеллигенции. Наиболее талантливых молодых людей посылали для продолжения учебы в Европу. Появились первые ростки научных исследований, осмысления своего прошлого и роли малагасийской цивилизации в мире. Образование высоко ценилось и входило в основную группу приоритетов.
Райнилайаривуни стремился превратить Мадагаскар в просвещенную, развитую страну. Большое внимание уделялось техническому образованию и обучению ремеслам. Молодежь, посылаемую в Англию, Францию, на Маврикий, обязывали изучать технические дисциплины и овладевать каким-нибудь ремеслом. Это позволило успешно провести реформы в сфере экономики. Уже в начале 1870-х годов начался экономический подъем. В стране стали формироваться зачатки современной промышленности. Появилось несколько десятков ремесленных корпораций, мануфактуры по производству сахара, плантации экспортных культур (ваниль, кофе). Вырос объем продукции на первых европейских и малагасийских предприятиях. Стимулировалась экспортно-импортная торговля. Ввозили европейские и американские ткани, одежду и, несмотря на запрет, - алкоголь. Начал складываться единый общемалагасийский рынок. Действовала хорошо отлаженная и достаточно развитая система монетного обращения.
Конечно, реформы нескольких десятилетий не могли преодолеть ни разобщенности, ни вековых традиций, которые сдерживали их претворение в жизнь.
Райнилайаривуни продолжал политику объединителя малагасийского государства Андрианампуйнимерины (1787—1810), который завещал: «Море - граница моих владений». Перед лицом притязаний европейских держав Райнилайаривуни пытался любой ценой сохранить территориальную целостность и независимость Мадагаскара. Занимал миролюбивую, но твердую позицию. Виля наибольшую угрозу со стороны Франции, в 1865 г. заключил договор с Великобританией, по которому признавался суверенитет и независимость Мадагаскара, в 1867-м - аналогичный договор с США. В 1868 г. Франция тоже вынуждена была признать власть малагасийских суверенов над всем островом. Договоры о дружбе и помощи были заключены также с Германией и Италией.
Как отмечали многие наблюдатели того времени, малагасийцы не испытывали франкофобии, но не могли спокойно относиться к территориальным притязаниям французов. Ведь земля для малагасийцев священна, она - «земля предков».
В 1882 г. Франция потребовала признания ее протектората над северо- западным побережьем острова. Основанием служили договоры, заключенные когда-то с местными царьками. Райнилайаривуни ответил, что весь остров принадлежит королеве, и он не может уступить ни пяди земли. Его непримиримость привела к первой франкомалагасийской войне (1883-1885). Превосходство военных сил Франции вынудило премьер-министра подписать кабальный договор 17 декабря 1885 г. Райнилайаривуни согласился принять в Антананариву французского резидента, который будет представлять Мадагаскар «во всех внешних сношениях, не вмешиваясь во внутренние дела Ее Величества королевы». Мадагаскар обязывался уплатить 10 млн франков репараций. Франция получила стратегическую базу Диего-Суарес (ныне - Анцерана- на). Французские граждане приобретаIIIIIIIIIIIIIIIIIH /l/1/Z iiiiiiiiiiiiiiiiiii


ли право долгосрочной аренды земли. Однако закрепить успех французам не удалось - они наткнулись на мягкое, но непримиримое сопротивление премьер- министра.
В 1890-х годах отношения с Францией вновь обострились - теперь Париж претендовал уже на весь остров. Мадагаскар переживал в это время период внутренней нестабильности. Правящая верхушка разделилась на множество противоборствующих группировок, отстаивавших свои узко корыстные интересы. Ранавалуна III тоже, по-видимому, стала проявлять самостоятельность и все чаще препятствовала начинаниям и действиям Райнилайаривуни. Многоопытный премьер стал терпеть одно поражение за другим. Большой удар для Райнилайаривуни, который основывал свою политику на поддержке Англии, стало подписание в 1890 г. англо-французского соглашения о признании Францией притязаний Англии на о. Занзибар. В обмен Англия согласилась с «историческими правами» Франции на Мадагаскар.
Райнилайаривуни недооценивал всей глубины слабости малагасийской армии по сравнению с французской и инстинктивно уповал на главных защитников острова: Hazo и Tazo (лес и лихорадка). Лихорадка действительно была грозным оружием против французов. Грозным, но недостаточным.
Во Франции решено покончить с неопределенностью на Мадагаскаре. Генеральный резидент Лё Мир де Вилер прибыл в Антананариву 14 октября 1894 г., чтобы провести последние переговоры, и был встречен с большой помпой. Он нашел Райнилайаривуни постаревшим и уставшим. В стране - разброд. Не только английский консул и миссионеры мечтают о приходе французов, но даже некоторые приближенные Райнилайаривуни (в их числе личный секретарь Расандзи) предложили свои услуги Лё Мир де Вилеру. У него сложилось впечатление, что и королева надеется, что бунт или французы избавят их от старого премьера.
Получив официальный отказ признать французский протекторат, Франция в декабре 1894 г. высадила десант в Таматаве (ныне - Туамасина). Началась вторая франко-малагасийская война. К началу 1895 г. французы заняли все крупные портовые города. Так называемая «легкая» колонна быстро продвигалась, чтобы прибыть в Антананариву до сезона дождей (в ее рядах - африканцы и даже батальон сакалава).
Получив очередной отказ Райнилайаривуни, 30 сентября 1895 г. французский экспедиционный корпус вступил в столицу. Два снаряда, выпущенные по дворцу, принесли большие разрушения. Был поднят белый флаг. Антананариву сдан без боя.
Правительство Райнилайаривуни пало. 1 октября 1895 г. Ранавалуна III вынуждена подписать договор, по которому «правительство Ее Величества королевы Мадагаскара признает протекторат Франции со всеми вытекающими отсюда последствиями». Монархия упразднена. Королева низложена и взята под домашний арест, вскоре выслана на о. Реюньон, а затем - в Алжир, где скончалась в 1917 г.
15 октября 1895 г. Райнилайаривуни отстранен от обязанностей и выслан под надзор в свое поместье Царасотра близ Антананариву. А 6 февраля 1896 г. он выехал в Алжир. Лё Мир де Вилер озаботился, чтобы ему дали подходящую резиденцию. Этот хрупкий старик с седой головой внушал скорее жалость, чем страх. Ему выделили «Виллу цветов» (La Villa des fleurs) c прекрасным садом и видом на море.
Авторитаризм бывшего премьер- министра исчез. Он старался держаться, казался даже веселым и вскоре стал в Алжире популярной фигурой. На приеме по случаю национального праздника iiiiiiiiiiiiiitiiii fUUj iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Франции 14 июля ему кричали: “Vive le Ministre!”. А 17-го он умер.
Четыре года спустя, 4 октября 1900 г., его останки были захоронены в семейном мавзолее (Fasan-dRainiharo) в Исутри (Антананариву). На торжественной церемонии в присутствии властей и большого скопления народа генерал- губернатор Ж.С. Галлиени произнес речь, в которой, в частности, сказал: «...человек, которого в течение тридцати лет называли “наш отец и наша мать”. Все, кто знал Райнилайаривуни, превозносили блестящие качества его интеллекта и талант управления страной. Он был достоин быть вашим правителем, малагасийцы...».
Райнилайаривуни нельзя оценить однозначно. Казалось бы он жил в великолепных дворцах, в роскоши и комфорте. Популярность его была достаточно высока. Но вся жизнь его протекала в атмосфере интриг, борьбы кланов, предательств и угроз. Это делало его порой подозрительным и жестоким даже в отношении самых близких (обвинены в заговоре и сосланы его сыновья, племянник и зять). От сознания того, что может внезапно потерять власть, а то и лишиться жизни, он чувствовал некоторый дискомфорт, а порой, должно быть, испытывал страх.
В течение более чем 30 лет Райнилайаривуни держал в своих руках абсолютную власть. Он, а не королева, был настоящим монархом. Все три правительницы, подчинившие ему свою жизнь и судьбу страны, царствовали, но не правили. Будучи слабыми личностями и консервативными по складу ума, они вынуждены были подписывать прогрессивные законы.
Райнилайаривуни показал себя разумным политиком, умевшим играть трудную и деликатную роль. Он воплощал в себе «гений хува» в политике и дипломатии. При нем государство стало достаточно сильным в военном и экономическом отношениях и одним из самых развитых по сравнению с другими африканскими странами.
ЛА. Карташова
Сочинения
Journal de Premier Ministre Rainilaiarivony // Archives de la République Malgache. Antananarivo. (Ref: PP 16).
Manuscript original letters from Prime Minister Rainilaiarivony to the LM S Secretaries: 1867-1890 // FJKM Archives and Library Centre; Madagascar. Prime Minister (1864-1895: Rainilaiarivony).
Filazana ny firaharahana nation-dRainilaiarivony, Prime Minister sy Commander-in- Chief ny Madagaskara sy M. Le Myre de Vi- lers, Iraka Manampahefanan’ ny Repoblika Frantsay niantomboka tamy ny 17 Okto- bra, 1894 - Antananarivo Mpanjakany Madagasikara ao Nanjakana, 1984; Tamat- ave: Impr. tamatavienne, 1964.
То же на франц, яз.: Copies et traductions françaises des documents et correspondences échangés entre Son Excellence Rainilaiarivony, Premier Ministre et Commandant- en-Chef de Madagascar et Monsieur Le Myre de Vilers Plénipotentiaire de la République Françaises. - Antananarivo: Imprimerie de S.M. la Vilers, Reine de Madagascar, 1894.
Rainilaiarivony. Ny mpanao raharaham-pa- njakana. [Tananarive]: [Imprimerie Officielle], [198-?].
Литература
Rodlish. Ilay zava-malaza fahizany: na ingahy Rainilaiarivony Praiministra sy ireo mpite- tika hanongana azy. 1892-1893. Tanana- arive: Impr. Spéciale de Ny Maraina, 1946.
Chapus G.~S.t Mondain G. Rainilaiarivony, un homme d’Etat malgache. P: Edition de l’Outre-mer, 1953; Antananarivo: Université de Madagascar, 1977.
Raharijaona H.t Rasoanaivo Ch. Un document inédit de Rainilaiarivony // Bulletin de l’Académie Malgache. 1968, N. s., t. 46, fasc. 27. P. 211-224.
uiniiiHiiiiiitii / UU4 iiniiiiniiiiiiiii


Deshamps H. Rainilaiarivony // Les Africains. P.: Éditions J.A., 1977. T. 5. P. 295-323.
Ratrimoharinosy-Andriantsalama H. La société malgache et la crise de 1883-1885 à travers le journal de Rainilaiarivony. Thèse. 2 vols. Sorbonne: Centre de Recherches Africaines, 1972.
Esoavelomandroso F. V. L’attitude malgache face au traité franco-malgache de 1885 d’après le Journal de Rainilaiarivony. Antananarivo: Université de Madagascar; Établissement d’enseignement supérieur des letters, 1977. (Études historiques, 3).
Esoavelomandroso F.V. Rainilaiarivony and the Defence of Malagasy Independence at the End of the Nineteenth Century // Raymond K. Kent (ed.). Madagascar in History: Essays from the 1970s. Albany (California): Foundation for Malagasy Studies, 1979.
Cohen-Bessy A. La prédiction ou la vie de Rainilaiarivony 1828-1896. P.: L’Harmattan, 1997.
Личная власть Райнилайяривуни. Период подъема // Буато П. Мадагаскар. Очерки по истории мальгашской нации. М.: Изд-во вост, лит.-ры, 1961. С. 147-168.
Емельянов АЛ., Мыльцев П.А. Забытая история великого острова. М.: Наука; ГРВЛ, 1990.
Емельянов АЛ. Внешняя политика Малагасийского Государства в XIX веке. В 2 томах. М.: МГИМО (У) МИД РФ, 2004.
Карташова Л. Райнилайаривуни // Мадагаскар и я. - М.: Экон-Информ, 2011. С. 38-45.


Альбер РАКУТУ-РАЦИМАМАНГА
Alben RAKOTO-RATSIMAMANGA
28.ХП.1907- 16.IX.2001
Малагасийский ученый-энциклопедист с мировым именем. Необычайно одаренный в самых разных областях, Ракуту-Рацимаманга успел стать популярным литератором, влиятельным дипломатом и первым послом Мадагаскара в СССР.
Его называют человеком-легендой, гордостью страны. «Малагасиец XX века» - выбито на мемориальной стеле, установленной на Авеню профессора Атьбера Ракуту-Рацимаманга в Авара- бухитра-Итоси, торжественно открытой в столице Мадагаскара к годовщине его смерти.
Рацимаманга был неординарной личностью: истинный аристократ и необыкновенно простой, приверженец традиционных ценностей и исключительно современный, известный ученый и необычайно скромный человек. Любил «хира гаси» - народные малагасийские песни, изобилующие малагасийскими афоризмами. Писал стихи, играл на скрипке.
Родился 28 декабря 1907 г. в небольшой деревушке Аласура в 6 км к юго- востоку от Антананариву. Был внуком принца Рацимаманги, дяди и советника королевы Ранавалуны III. Принц был заподозрен в участии в движении сопротивления «меналамба» (menalamba)1, которое охватило центральную часть острова после объявления Францией протектората над Мадагаскаром. Считалось, что действия повстанческих отрядов координировала группа высшей знати во главе с генералом Райнандриамампандри, к которому примкнул принц Рацимаманга. Восстание было подавлено. Ж.С. Галлиени, генерал-губернатор Мадагаскара, который подозревал, что за спиной повстанцев стояли англичане, решил в качестве назидания устроить показательную казнь двух протестантов- англофилов. По его приказу были публично расстреляны Рацимаманга и Райнандриамампандри.
Французский закон об аннексии Мадагаскара (1896) аннулировал малагасийскую монархию и связанные с ней привилегии. Все потомки королевского рода были лишены состояния: семья Рацимаманги оказалась полностью разорена и ко времени рождения Икуту1 2 (так звали Рацимамангу в детстве) бедствовала.
По линии матери принадлежал к касте хува - «свободные люди» из Ача- суры, которая считается колыбелью королевской династии. К тому привилегированному классу, которому, согласно традициям предков, предписывалось относиться к земле предков, как к святыне, и заботиться о ее подданных. Ему при1 Mena - красный, lamba - национальная малагасийская одежда.
2 Икуту - имя мальчика; когда он становится взрослым, его называют Ракуту.
Illi IIIII1IIIIItltl IUUO I Illi 11111ИН11 III


вивали уважение к труду, терпение и настойчивость в достижении своих целей.
Мальчика воспитывали в малагасийских обычаях. Впоследствии он описал в своих мемуарах обряд обрезания, первой стрижки и другие ритуалы3. Они сохранились в его памяти на всю жизнь.
Несмотря на то что его отец принадлежал к англиканской церкви, мальчика крестили по католическому обряду - отец из любви к жене уступил настояниям тестя, ревностного католика. При крещении он получил, как тогда было принято, французское имя. И стал Альбером Ракуту-Рацимаманга.
Он начинал жизнь, борясь против угнетения и лишений (когда Икуту было 11 лет, умер отец). И лишь фанатичное трудолюбие, необыкновенные способности и готовность браться за любой труд спасли его от голодной смерти.
Благодаря блестящим способностям ему удалось получить образование, хотя в те времена «туземцам» не было доступа в лицеи, а вход в некоторые заведения запрещался «мальгашам и собакам». Учился в протестантской школе (Ecole anglicane de Tananarive), потом в медучилище в Тананариве (ныне - Антананариву) - Ecole de Médecine de Befelatanana. Там он познакомился с теми, кто потом вошли в тайную молодежную организацию ВВС («Vy, Vato, Sakelika» - «Железо», « Камень», « Ответвление» ). Созданная в 1913 г. под идейным руководством пастора Равелудзона, она объединяла интеллигентов, которые искали пути развития страны, не отступая от малагасийских традиций и опираясь на них. Это была скорее борьба за возрождение национальных культурных ценностей, чем политическое движение. Тем не менее, в декабре 1915 г. организацию разгромили, а большинство ее членов арестовали и отправили в тюрьмы и ссылки.
По окончании медучилища Раци- мамангу, совсем молодого человека, направили врачом в г. Анусубэ-ан-ала в провинции Таматаве (ныне - Туамасина). Здесь он впервые познакомился с наукой знахарей племени бецимисарака (tangalamena). Затем работал дантисто.м в «Медицинской помощи туземцам»4. Но вскоре получил стипендию генерал- губернатора Л. Кайлы (L. Cayla), которая позволила ему продолжить занятия медициной сначала в Тананариве, потом во Франции. В 1931 г. он в качестве врача сопровождал малагасийскую делегацию на Международную колониальную выставку в Париж и остался там, чтобы получить высшее образование. Окончил Институт Пастера, затем Институт экзотической медицины.
В книге вьетнамского автора Хо Хай Вьета5 описываются некоторые детали жизни Рацимаманги в Париже.
3 Например, снятие «заклятия адауру». Рацимаманга родился в месяц адауру (по малагасийскому лунному календарю). Дети, родившиеся в этот месяц, должны были опасаться огня и нуждались в снятии с них заклятия. Для этого ребенка вместе с матерью приводили в небольшую хижину и разводили огонь. Мать хватала ребенка на руки и выбегала на улицу. Считалось, что после этого никакая опасность, связанная с огнем, малышу уже не грозила. На шею ребенку вешали амулет из красного жемчуга, предохраняющий от любых напастей, связанных с огнем. Mes ambassades // Bulletin de Académie Nationale. T. 75 / 1-2. 1998. Antananarivo, 2000; Madagascar. L’Énigme de 1947. “Mémoires”. Entretiens avec Patrick Rajoelina. P: Éditions AKO, L’Harmattan, 2001.
4 Assistance Médicale Indigène - создана на Мадагаскаре в 1899 г. по распоряжению генерал-губернатора Ж.-С. Галлиени для оказания бесплатной медицинской помощи местному населению.
5 Но Hai Viet. Le fabuleux destin d’un enfant aux pieds nus. P: L’Harmattan, 2005.
iiiiniiiiiiimiii 1007 immiiiiiiiiiiti


Он вставал на заре, чтобы успеть купить на скотобойне свиные потроха - как для научных экспериментов, так и для своих вечно голодных друзей по общежитию. Порой длинные лекции становились скучными, скулы сводило от штампов, тогда он предпочитал читать книги, и если герой был благородной высокоморальной личностью, старался перевести такую книгу на малагасийский - как образец для подражания для своих соотечественников.
По приезде в Париж он интегрировался в среду студентов малагасийской диаспоры. Их главной заботой было подвести теоретическую базу под идею провозглашения независимости Мадагаскара. Вместе со своими друзьями (поначалу их было всего восемь человек) в июле 1934 г. он основал «Ассоциацию студентов мальгашского происхождения» (Association des Etudiants d’Origine Malgache), известную как бастион сторонников возрождения Мадагаскара.
Во время Второй мировой войны пошел добровольцем на фронт, участвовал в движении Сопротивления против фашизма в составе объединенных Французских внутренних сил (Forces Françaises de l’intérieur), которые координировали действия партизан.
Понимая необходимость партии для борьбы за независимость, вместе с Ж. Рабеманандзарой, известным поэтом и писателем, депутатами Ж. Расетой и Ж. Равуаханги-Андрианавалуной, он в 1946 г. создавал МДРМ («Демократическое движение за мальгашское возрождение» - Mouvement Démocratique de la Rénovation Malgache) - первую политическую партию Мадагаскара. Вокруг МДРМ сплотилась группа малагасийцев, живших во Франции. Устав МДРМ был принят в феврале, а уже в марте Ра- сета и Равуаханги потребовали отмены французского закона 1896 г. об аннексии Мадагаскара и признания Великого острова «свободным государством, имеющим свое правительство, свой парламент, свою армию и свои финансы в рамках Французскогосоюза». Напряженная политическая обстановка на Мадагаскаре вылилась в «события 1947 г.»:вночь с 29 на 30 марта 1947 г. во многих районах страны начались антифранцузские выступления. Хотя МДРМ ставила целью добиваться независимости Мадагаскара мирным путем, ее обвинили в организации восстания. Партия была распущена. Расету и Равуаханги приговорили к смерти, Ж. Рабеманандзару - к пожизненным принудительным работам. Поскольку Рацимаманга все это время находился во Франции, он не был привлечен, но резко выступил против жестокого подавления восстания и репрессий властей против ее руководителей.
Позднее в своих «Мемуарах»6 он пытался найти объяснение этому противоречивому в малагасийской истории периоду: были ли события 1947 г. только полицейской провокацией, чтобы разобщить элиту малагасийской интеллигенции, или это была еще одна попытка колониальных властей искусственно внести раскол между жителями Высокого плато и котье (жителями прибрежных районов), и какова была роль французской коммунистической партии.
В 1949 г. Рацимаманга создал Маль- гашский национальный совет (Conseil National Malgache) - что-то вроде правительства в изгнании, но, оторванная от малагасийской действительности, организация вскоре распалась.
Он активно участвовал в подготовке французского «закона-рамки» 1956 г. о реформе управления в колониях; закон предоставлял колониям внутреннюю автономию: вводилось всеобщее избирательное право, расширялись права 6 Rakoto Ratsbnamanga A. Madagascar. L’énigme de 1947...
iiiiiiiiiiiiiiiiiii IUUÖ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


территориальных ассамблей. Тем самым закон в какой-то мере способствовал пробуждению политического сознания и оживлению политической жизни народов заморских территорий.
Рацимаманга стал первым малагасийцем, получившим ученое звание. Он защитил докторскую диссертацию по медицине, затем - по естественным наукам. Работал ассистентом по практической гистологии на медицинском факультете в Париже (1935-1939), научным сотрудником, потом директором Научных исследований С НРС Франции (Centre National de la Recherche Scientifique, 1940-1957), читал лекции на медицинском факультете в Париже (1960). Директор парижской Практической школы высших исследований (Ecole pratique des Hautes Etudes). Почетный профессор медицинского факультета Университета Антананариву.
Но больше, чем должности, о нем говорят его многочисленные работы. Диссертация об аскорбиновой кислоте и функции надпочечников стала классикой и определила направление его исследований. Он автор более 350 научных публикаций по биохимии надпочечных гормонов, физиологии надпочечников, их гормональной функции, инфекционных заболеваний, вызываемых микобактериями и плазмодиями. Открытия Рацимаманги обогатили многие отрасли медицины.
Он был необычайно одаренным в самых разных областях. Кроме исследований по медицине писал воспоминания7 8, отчеты правительству о своей деятельности6, предисловия не только к книгам по специальности, но и историческим работам9, трудам по народному творчеству10 11 статьи о литературе. Был избран президентом Общества литераторов Франции, членом Ассоциации франкоязычных писателей11.
Широкий отклик в научных кругах получила появившаяся в начале 1940 г. его докторская диссертация о происхождении малагасийцев, основанная на анализе антропологических данных12. Это был новый подход к сложной проблеме. Он отверг теорию африканского происхождения первых жителей Мадагаскара. По данным его исследования на Мадагаскаре можно выделить четыре главных морфологических типа: «европеоидный тип (9%), монголоидный - 37%, негро-океанский - 52%, негроафриканский - 2%».
Но главным делом его жизни было изучение лекарственных свойств уникальных малагасийских растений и применение опыта малагасийской народной медицины для лечения самых страшных недугов. Вернувшись в 1957 г. на родину, он создал несколько исследовательских центров и институтов, в Аварабухит- ра-Итоси основал Малагасийский институт прикладных исследований 7 Rakoto Ratsimamanga A. Mes ambassades. Antananarivo, 2000; Ny Malagasin’ny taonjato faha-XX. Ny androko vololona, 1907-1931. Antananarivo: Imprimerie Mamy, 2000; Madagascar. L’Énigme de 1947...
8 Rapports d’activités officiels destinés au Gouvernement: de 1960 à 1974 (10 tomes).
9 Rabemananjara R.W. Madagascar 1895: documents politiques et diplomatiques. P.: L’Harmattan, 1996.
10 Domenichini-Ramiaramanana B. Hainteny d’autrefois. Tananarive: Librairie Mixte, 1968.
11 Société des Gens de lettres de France; L’Association des Écrivains d’Expression Française (de la mer et de l’Outre-Mer).
12 Rakoto-Ratsimamanga A. Tache pigmentaire héréditaire et l’origine des Malgaches // Revue antropologique. P.: 1940. № 1-3. P. 6-130 (Thèse complémentaire pour le doctorat d’État ès Sciences).
iiiiitiiiiiiiiniii IUU7 IIIIIIIIHIIIIIIIII


(ИМРА)13. ИМРА быстро развивался благодаря исследователям-энтузиастам, среди них его старший брат Ракутусон и его жена Сюзан Рацимаманга-Урверг, - член административного совета ИМРА, профессор биохимии Университета Мадагаскара. Созданный как неправительственная организация, ИМРА стал со временем крупнейшим научным центром, с которым сотрудничают выдающиеся ученые из престижных центров Франции, Италии и других стран. Далеко за пределами Мадагаскара знамениты созданные в ИМРА эффективные средства от диабета, проказы, малярии, гипертонии, некоторых видов рака.
В 1970 г. Рацимаманга основал «Национальный центр фармацевтических исследований Мадагаскара» (Centre National de Recherches Pharmaceutiques de Madagascar) и был его первым генеральным директором.
В 1960 г. был включен малагасийским правительством в делегацию «Смешанной франко-мальгашской комиссии по передаче полномочий и суверенитета Мадагаскара»14.
Несмотря на напряженную научную работу и бурную общественную деятельность, Рацимаманга («из любопытства», как говорил потом) прослушал двухгодичный курс лекций во французском Институте высших исследований15 и даже написал дипломную работу о балтийских странах. Поэтому он легко согласился, когда, после провозглашения независимости Малагасийской республики, ее первый президент Ф. Цирана- на предложил ему стать послом новой республики в Париже. Затем он создал посольства в ФРГ (1962), Сьерра-Леоне (1963), Корее (1973). В 1973 г. стал первым чрезвычайным и полномочным послом Мальгашской Республики в Советском Союзе.
Рацимаманга представлял свою страну во многих международных организациях: ЮНЕСКО, ООН, Организации Африканского Единства и многих других. Работал в исполнительном совете Комиссии по технической кооперации Африки южнее Сахары16, в Национальном фонде высшего образования Сообщества17, Научном совете Национального центра координации исследований по продовольствию и снабжению18. В качестве эксперта участвовал в работе ФАО, Всемирной организации здравоохранения19 и Совете директоров Фонда здравоохранения и развития20. Был избран почетным членом французского Ордена медиков21.
С 1960 г. - член Малагасийской Национальной Академии, долгое время - ее дуайен. Стал одним из основателей Академии наук стран третьего мира22, член Академии наук заморских территорий23, французской Академии наук и французской Академии медицинских 13 Institut Malgache de Recherches Appliquées.
14 Commission Mixte Franco-Malgache pour le transfert des Compétences et de Souveraineté à l’Etat Malgache.
15 Institut universitaire des Hautes Etudes Internationales. Sorbonne.
16 Commission pour la Coopération Technique de l’Afrique sud du Sahara (CCTA).
17 Fondation Nationale de l’Enseignement Supérieur de la Communauté.
18 Centre national de coordination des études et recherches sur la nutrition et l’alimentation (France).
19 L’Organisation Mondiale de la Santé (Genève).
20 Conseil Directeur de la Fondation Santé et Développement (Paris).
21 L’Ordre des Médecins (France).
22 L’Académie des Sciences du Tiers Monde (Energie Atomique Trieste).
23 L’Académie des Sciences d’Outre-Mer (France).
imiiiiiiiiiHiiii lu lu iiiiiiiiiiiiiiiirif


наук, римской Академии наук, Академии наук латинского мира24, Американского Общества фармакологии25. Президент международных научных обществ по биологии, биологической химии, антропологии, археологии и древней истории, физиологии, сравнительной патологии, терапии и фармакологии. Почетный доктор Университета Дакара.
Лауреат многочисленных научных обществ: Медицинского факультета Парижского Университета, французской Академии наук, французской Академии медицины и многих других.
Награжден золотыми и серебряными медалями и знаками отличия: Гран- при французской Академии наук, медалью волонтеров26, золотой медалью Гуманитарного факультета Парижского Университета27, Большим крестом Национального ордена Мадагаскара и Почетного ордена Федеративной Республики Германии. Кавалер ордена Почетного легиона, Национального ордена Сенегала. Командор Ордена «Академические Пальмы»28, Национального ордена Конго-Браззавиль, Почетного ордена за исследования и изобретения29, Ордена за научное достоинство30.
Помимо высоких регалий за научные достижения награжден Золотым крестом «за гражданское достоинство»31 и «за порядочность»32.
Умер в Антананариву 16 сентября 2001 г. в возрасте 94 лет. Похоронен в парке своего центра ИМ РА. Ему устроили национальные похороны по высшему разряду. Уже при жизни он стал живой легендой. Неизменный участник всех событий малагасийской истории на протяжении XX в., он никогда не делал из политики политиканство. Был ее «мифическим и величественным символом»33. А по мнению социолога С. Рамамундзи- суа, в малагасийской традиционной системе рангов - «АРР является “masina” (“святым”)»34.
Как говорят малагасийцы: “Mandria am-piadanana!” («Пусть земля тебе будет пухом»).
ЛА. Карташова
Сочинения
А. Ракуту-Рацимаманги
Acide ascorbique et pigments Carotinoides. P., 1934 (совм. с С.Р. Leblond).
Tache pigmentaire héréditaire et l’origine des Malgaches // Revue antropologique. 1940. № 1-3. P. 6-130 (Thèse complémentaire pour le doctorat d’Etat ès Sciences).
Acide ascorbique, vitamine С. P: Hermann et Cie, 1942 (совм. c A. Giroud).
Acide ascorbique et travail musculaire. P: Editions Chatenay, [?].
Bina, le roman d’A. Rajaonarivelo / Traduit et cité par A. Rakoto-Ratsimamanga // Les plus beaux écrits de l’Union Française et 24 L’Académie du Monde latin (France).
25 L’American Society of Pharmacology.
26 Médaille des Engagés Volontaires (France).
27 Médaille d’or d’Art, Sciences et Lettres de Paris.
28 L’Ordre des Palmes Académiques (France) - присуждается за заслуги в области литературы и искусства.
29 L’Ordre du Mérite pour la Recherche et l’invention (France).
30 L’Ordre du Mérite Scientifique (France).
31 Croix d’Or du Mérite Civique (France).
32 Médaille d’encouragement au Bien (France).
33 Madagascar-Tribune. 2006. 24.09.
34 Ramamonjisoa SA. La rationalité plurielle de Ratsimamanga: le hasina d’Ambohidrapeto à l’IMRA // L’Express de Madagascar. 2002. 17.09.
Iintllllllllllllll 1011 Itlllllllllllllllll


du Maghreb. P.: La Colombe, 1947 (совм. c E. Ralaimihoatra).
Les triterpénoïdes en physiologie végétale et animale. P.: Gauthiers Villars, 1964 (совм. с др.).
Notes d’Ethnobotaniques Malgaches //Journal d’Agriculture Traditionnelle et de Botanique Appliquée. T. 15 / 1-3, 9-11. Paris, 1968 (совм. с др.).
Eléments de Pharmacopée Malagasy. Tananarive: Imprimerie Nationale, 1969 (совм. с др.).
La littérature malgache // Encyclopédie de la Pléiade. Histoire des literatures. Vol. 1. P.: Gallimard, 1967 (совм. с C.M. Lorin).
Medicinal plants to treat malaria in Madagascar // Journal of Ethnopharmacology. 1992. № 37 (совм. с др.).
Mes ambassades // Bulletin de Académie Nationale. T. 75 / 1-2, 1998. Antananarivo, 2000.
Ny Malagasin’ny taonjato faha-XX. Ny androko vololona, 1907-1931. Antananarivo: lmp. Mamy, 2000.
Madagascar. L’Enigme de 1947. «Mémoires». P.: L’Harmattan, 2001.
Литература
Ratsimamanga // Rajemisa Raollison R. Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa: Ambozontany, 1966.
Albert Rakoto-Ratsimamanga // Hommes et destins. Dictionnaire biographique d’Outre- Mer. T. 3. Madagascar. P.: Académie des Sciences d’Outre-Mer, 1979.
Rabemananjara R.W. L’enfant aux pieds nus qui regardait les étoiles, Rakoto. Antananarivo: CIDST, 1994.
Un fils de la lumière: biographie d’Albert Rakoto Ratsimamanga. P.: L’Harmattan, 1997.
Entretiens malgaches. P.: L’Harmattan, 2000.
Prince Albert Rakoto Ratsimamanga. Un fils de la Lumière au service de Г Homme, de la Science et de la Paix. Tomes 1 et 2. P.: L’Harmattan, 2002-2003.
Rakoto-Ratsimamanga Albert // Ranaivoson D. Iza moa? Bref dictionnaire historique de Madagascar. Antananarivo: Tsipika, 2004.
Rakoto-Ratsimamanga Albert // Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personalités historiques. Saint-Maur-des-Fossées: Editions Sépia: Antananarivo: Editions Tsipika, 2005.
Ho Hai Viet. Le fabuleux destin d’un enfant aux pieds nus. P.: L’Harmattan, 2005.
Ramamonjisoa SA. Albert Rakoto Ratsimamanga et moi. Vol. 1. L’héritage. Antananarivo: Bibliothèque Malgache Contemporaine // http://www.cultmada.blogspot.com
Карташова ЛА. Первый посол Мадагаскара в Москве // Мадагаскар и я. М.: Экон- Информ, 2011. С. 65-74.


Жан РАЛАЙМУНГУ
RALAIMONGO
1884-1943
Видный деятель антиколониального движения на Мадагаскаре.
Родился 4 октября 1884 г. в деревне Аитуибе-Икаламавуни (провинция Фианаранцуа), в семье священника. По этнической принадлежности - бецилеу. В детстве Ралаймунгу пережил драматические события: был похищен и продан в рабство, в семью вернулся через несколько лет, когда ему исполнилось четырнадцать. Закончил школу при протестантской миссии, учился в педагогическом училище при протестантской миссии в Фианаранцуа (1899-1902). В 1902— 1903 гг. работал учителем в своей деревне, потом в норвежской религиозной миссии, затем в государственной школе в Фианаранцуа. Годы учебы и работы в школе пришлись на правление губернатора Виктора Оганёра, социалиста по убеждениям. При нем национальная элита Мадагаскара познакомилась с республиканскими ценностями революционной Франции. Огромное влияние на формирование взглядов Ралаймунгу оказал и Фердинанд Бюнссон, председатель Лиги прав человека, лауреат Нобелевской премии мира 1927 г. Он несколько раз приезжал на Мадагаскар, Ралаймунгу переписывался с ним. Именно Бюиссон приобщил Ралаймунгу к либеральным взглядам. Неудивительно,чтов 1920-е годы Ралаймунгу оказался наиболее известным из тех либералов, которые боролись с колониализмом. Некоторые малагасийские историки считают его «отцом демократии (в современном смысле слова) на Мадагаскаре»1.
В 1910-1912 гг. Ралаймунгу жил в Париже, окончил там педагогический лицей и сдал экзамены на бакалавра. Возвратившись на Мадагаскар, в 1912— 1914 гг., он преподавал в государственной школе недалеко от г. Мажунга (ныне - Махадзанга). Ралаймунгу, имевший французский диплом, добивался, чтобы ему платили так же, как французским коллегам. Получив отказ, уволился, работал помощником адвоката, служащим в компании морских перевозок. В октябре 1916 г., вступив добровольцем во французскую армию, участвовал в первой мировой войне в составе 19-го батальона малагасийских стрелков.
В 1920 г. в Париже Ралаймунгу стал помощником секретаря Французской лиги борьбы за предоставление жителям Мадагаскара прав французских граждан, созданной под покровительством А. Франса. В Лиге работали люди различных взглядов и партийной принадлежности, в частности, Ш. Жид, теоретик кооперативного движения. Он оказал несомненное влияние на Ралаймунгу, 1 Randrianja Solofo. Quelques reflections d’historien sur le nationalisme académique // http:// www.codesria.org/ Links/conferences/general/randrianja.pdf: Université de Toamasina, 2006. P. 3.
Illlllllllllllllll) IU/J lllllllllllllllllll


который впоследствии (в 1924 г.) попытался, хотя и безуспешно, создать кооперативное предприятие.
Члены Лиги основали газету «Л’Ак- сьон колониаль» («L’Action coloniale»), критиковавшую колониальные власти и требовавшую амнистии репрессированным членам антиколониальной организации ВВС («Ви, вату, сакелика»2). Ралаймунгу тоже участвовал в издании газеты. Сотрудничая в этой газете, Ралаймунгу познакомился и подружился с будущим президентом Вьетнама Хо Ши Мином, который в то время подписывал свои статьи как Нгуен-ай- Куок. «Это знакомство наложило глубокий отпечаток на эволюцию взглядов Ралаймунгу»3. С июля по декабрь 1921 г. Ралаймунгу по поручению Лиги находился на Мадагаскаре, собирая материал о различных злоупотреблениях колониальной администрации. Судя по некоторым источникам, колониальные власти Мадагаскара обещали Ралаймунгу деньги, хорошую работу, французское гражданство в обмен на отказ от этой его деятельности, но он отверг эти предложения4. В своем отчете о поездке5 Ралаймунгу критиковал декрет (от 6 сентября 1921 г.) о наказании за бродяжничество, позволявший арестовать любого малагасийца, не работающего по найму; выступил против цензуры частной переписки, против нарушений в области образования и медицинского обслуживания, против приговора членам ВВС. В 1922 г. он основал в Париже газету «Ле Либере» (“Le Libéré”), которая распространялась на Мадагаскаре. В ней он публиковал антиколониальные статьи, памфлеты против ограбления крестьян, сгоняемых с их земли, против принудительного труда, развернул кампанию за освобождение осужденных членов ВВС. Эта кампания увенчалась успехом - осужденные вышли на свободу по амнистии в 1922 г.
В 1924 г., вернувшись на Мадагаскар, Ралаймунгу обосновался в г. Диего- Суарес (ныне - Анцеранана) и стал заниматься жалобами крестьян, незаконно лишаемых земель, а также проблемами трудового законодательства в комиссиях «Экономического и финансового представительства» (Délégations économiques et Financières), созданных в 1924 г. Одна комиссия состояла из французских поселенцев, другая - из 24 малагасийцев, избранных советами именитых граждан от каждого из регионов острова. Эти комиссии никогда не заседали вместе, ни одна из них не имела реальных прав для принятия решений. Но это была одна из первых уступок колониальной администрации и один из первых шагов на пути к завоеванию малагасийцами равных прав. Ралаймунгу организовывал протестные выступления, писал и посылал статьи в «Либере». Колониальная администрация в 1925 г. сфабриковала против него дело, приговаривала его к четырем месяцам тюрьмы и - дважды - к штрафам. Ралаймунгу удалось собрать вокруг себя группу единомышленников (Ж. Ра- найву, Ж. Равуаханги и др.), и при участии живших на Мадагаскаре французов- коммунистов (П. Дюссак и Дюфестен) 2 Тайная организация “Vy, Vato, Sakelika” (1912) - «Железо, камень, ветвь»; железо и камень как символы чистоты и твердости, ветвь как ответвление. Объединила патриотически настроенных молодых интеллигентов разных районов страны. Занималась главным образом просветительской деятельностью. В декабре 1915 г. была разгромлена.
3 Буато 77. Мадагаскар. Очерки по истории мальгашской нации / Пер. с франц. М.: Изд-во вост, литературы, 1961. С. 302.
4 Makers of Modern Africa (Profiles in History). L.: Africa Journal Limited, 1981. P. 475.
5 Ralaimongo J. Compte-rendu d un voyage effectué à Madagascar de juillet à décembre 1921. P.: L’émancipatrice, 1921.
nu IUI4 iiiiiiiiiiitiiniii


с 1927 г. он начал издавать в г. Диего- Суарес газету «Л’Опиньон» (“L’Opinion”). С ее помощью Ралаймунгу намеревался бороться за предоставление малагасийцам демократических свобод и разоблачать злоупотребления колониальной администрации (принудительный труд, экспроприацию земель и пр.). В новой газете он начал кампанию за предоставление коренному населению Мадагаскара гражданских прав в соответствии с обещаниями, которые давались малагасийцам, участвовавшим в первой мировой войне. В этом он видел средство покончить с наиболее оскорбительными проявлениями расовой дискриминации, которой подвергалось население острова. Эта кампания нашла отклик, особенно в столице. В начале 1929 г. студенты Медицинской школы начали забастовку. А 19 мая 1929 г. в Тананариве (ныне - Антананариву) прошла массовая демонстрация, участники которой впервые выдвинули требование о предоставлении Мадагаскару независимости. В 1930 г. губернатор Мадагаскара Леон Кайла провел репрессии против деятелей антиколониального движения. Ралаймунгу был сослан в Порт-Берже (север острова). В ссылке он вел обширную переписку с редакциями изданий, в которые посылал свои статьи; принимал посетителей с жалобами. В этот же период Ралаймунгу создал филиал организации «Международная красная помощь»6 в Мажунге, работал над статьями, в которых (первый среди малагасийских мыслителей и политиков) попытался осуществить синтез социализма с фукунулу- ной - традиционной социальной структурой малагасийцев. В 1935 г. колониальные власти под давлением общественного мнения были вынуждены отменить ссылку.
С 1935 г. под руководством Ралаймунгу стала выходить газета «Ла На- сьон мальгаш» (“La Nation malgache”) на французском и малагасийском языках. В 1936 г. он перебрался в Тананариве и организовал там ряд крупных антиколониальных демонстраций. Хотя его ближайшие сподвижники состояли в партиях (Дюссак - в коммунистической, а Равуаханги в социалистической), Ралаймунгу оставался беспартийным. Свободный мыслитель, он был не склонен подчиняться партийной дисциплине. Однако есть сведения, что в 1936 г., в тюрьме, он какое-то время состоял в Коммунистической партии7. В 1937 г., в г. Манандзари, пережив нападение банды неизвестных и чудом оставшись в живых, Ралаймунгу ушел с политической арены. Он поселился в небольшой деревушке в восточной части острова и там продолжал борьбу в защиту требований местного населения.
Ралаймунгу умер 10 августа 1943 г. и был похоронен неподалеку от деревни Амбалаву-Нур. В июле 1960 г., по приказу президента Цирананы, останки Ралаймунгу были с большими почестями перенесены на его родину и там захоронены. Эта фамадихаиа была призвана явить собой символ национального единения страны, начавшей новую, независимую жизнь. «Память о Ралаймунгу останется в сердце каждого мальгаша как символ национальной борьбы»8.
С.М. Шлёнская
6 “Secour Rouge International”- французская секция Международной организации помощи борцам революции (МОПР). Создана в 1922 г. решением 4-го Конгресса Коминтерна. Оказывала денежную и другую помощь осужденным революционерам.
7 Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personalités historiques. Antananarivo: Editions Tsipika, 2005. P. 142.
8 Буато П. Указ. соч. С. 336.


Литература
Ralaimongo J. Compte-rendu d’un voyage effectué à Madagascar de juillet à décembre 1921. P.: L’émancipatrice, 1922.
Буато П. Мадагаскар. Очерки по истории мальгашской нации / Пер. с франц. М.: Изд-во вост, лит-ры, 1961.
SpacenskyA. Madagascar. 50 ans de vie politique (de Ralaimongo à Tsiranana). P.: Nouvelles éditions latines, 1970.
Rajemisa-Raolison R. Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa: Ambozontany, 1966. P 292,293.
Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personnalités historiques. Antananarivo: Éditions Sépia, 2005. P. 141-143.
Makers of Modem Africa: Profiles in History. L: Africa Journal Ltd., 1981. P. 474-476.
Randrianja Solofo. Quelques reflections d’historien sur le nationalisme académique // http://www.codesria.org/Links/conferen- ces/general/randrianja.pdf: Université de Toamasina, 2006. P. 3.


РАУМБАНА
RAOMBANA
1809-1855
Видный государственный деятель, царедворец, первый малагасийский историк.
Родился в 1809 г.1 в Ануси, поместье своих родителей, в центре Мадагаскара, в 127 км от столицы Антананариву и 125 км от основного порта Таматаве (ныне - Туамасина), в семье крупных землевладельцев-аристократов, обладавших административно-судебными полномочиями. Его отец, Андрианавалуна, был прямым потомком правителя Антананариву Андриамасинавалуна, которому впервые удалось объединить под своей властью всю Имерину, будущее этническое ядро Малагасийского государства. Андрианавалуна занимал командные посты в войске Андрианампуйнимери- ны, а затем - в армии Радамы I. Отец Раумбаны погиб в 1823 г. при завоевании раннегосударственного образования сакалавов. Его мать - Раталуа - была придворной дамой при дворе основателя Малагасийского государства - Радамы I и его супруги, впоследствии правительнице Ранавалуны I. По-видимому, Раталуа была ее близкой подругой и посредницей в разрешении конфликтов с сыном Ракуту1 2.
При рождении Раумбана получил имя Итутузи (мышь), а его брат-близнец Раханирака - Равуалаву (крыса). Столь странный выбор имен объяснялся широко распространенным в традиционном обществе поверьем, что рождение близнецов может навлечь гнев сверхъестественных сил. Кроме того, у малагасийцев, как и у многих африканцев, было принято менять имена в связи с теми или иными значительными событиями3.
О первых годах жизни Раумбаны известно очень мало. В автобиографии он пишет о «дворце» в Ануси, «скромном доме из бамбука, окруженном фруктовыми деревьями». На обрезании Раумбаны присутствовал наследный принц Ракуту. Раумбана очень рано был введен в столичную дворцовую жизнь. «Я сохранил очень ясные воспоминания о короле Радаме». Правитель-реформатор Малагасийского государства призывал «придворных детей» «при благоприятной возможности отправиться к европейцам, обучаться их языкам, законам, образу жизни».
Основным событием детства, которое определило всю дальнейшую жизнь Раумбаны, стало обучение в Велико1 Официальная дата рождения, указанная на гробнице. Большинство исследователей, основываясь на косвенных признаках, относят дату рождения к 1813 г.
2 Ayache S. Raombana, l'historien (1809-1855). Fianarantsoa: Librairie Ambozontany, 1976. P. 32-56.
3 Ibid. P. 52-58.
lllllllllllllllllll 1017 lllllllllllllllllll


британии. По дополнительному англомалагасийскому договору 1820 г. губернатор Маврикия Р. Фаркар, не имея на то полномочий от Форин офис, внес по требованию Радамы I статью об обучении группы малагасийских детей в Великобритании. Раумбана и Рахани- рака были выбраны из многочисленных потомков традиционной знати мерина лично самим правителем Малагасийского государства. В своем указе Радама I специально оговорил, что они не должны обучаться никаким ремеслам, так как «они принадлежат к высшей знати, они должны приобрести высокий уровень культурного развития, чтобы, по возвращении на Родину, пребывать при мне и обучать меня искусству управления моими подданными». Андрианавалуна не захотел подчиниться указу правителя. Помимо широко распространенного в традиционном обществе предубеждения к любым контактам с «чужими», малагасийцы полагали, что европейцы - каннибалы, так как они вывозят рабов, потому что на их родине не хватает пищи. Андрианавалуна дал согласие на отправку Раханираки, но спрятал Ра- умбану, вместе с охранявшей его группой хорошо вооруженных преданных рабов в имении одного из своих родственников. Начались длительные переговоры с Ра- дамой I. После того как он торжественно пообещал близнецам покровительство своих предков и помощь после возвращения на Мадагаскар, Андрианавалуна дал свое согласие4.
19 октября 1820 г. «принц» Ратефи, глава дипломатической миссии, с сопровождавшим его эскортом, английским дипломатическим агентом и отобранными для получения образования в Англии детьми покинули Антананариву. Они отплыли из Таматаве на английском корабле «Элиза» и 24 ноября прибыли на Маврикий. Губернатор острова оказал им самый радушный прием. 16 января на корабле «Коломбо» они отплыли из Порт-Луи и прибыли в Англию в апреле 1821 г. Руководитель делегации Ратефи был принят английским королем Георгом IV в сопровождении одного из маленьких малагасийцев, но был ли это Раумбана, неизвестно, сам он об этом не упоминает5.
Выполнение статьи договора 1820 г. об обучении детей было поручено главе Министерства колоний лорду Батерсту, который обратился в Лондонское миссионерское общество. С ним был заключен контракт, в который, помимо финансовых и организационных статей, были внесены разделы об «аутентичном английском образовании», об «обучении принципам религии и морали», об «информировании Радамы, короля Мадагаскара, через губернатора Маврикия, один раз в год об успехах в обучении детей»6.
Малагасийские дети прибыли в Великобританию, не зная ни единого слова по-английски, не умея читать и писать по-малагасийски, за исключением Ра- варики, подростка из простонародья, который мог говорить по-английски и по-французски и который первое время служил им переводчиком. Раумбана для получения начального образования был направлен в лондонскую «Боруг роад скул», где он под руководством опытного педагога М.Д. Пиктона в течение нескольких месяцев, с июня 1821 г. по ноябрь 1822 г., научился правильно читать и писать по-английски. Основной упор в начальной школе, помимо общеобразовательных предметов, делался на 4 Ibid. Р. 71,72.
5 Ayache S. La destinée du prince Ratefy. Vue par Raombana. Gloire et misère d’un print malgache // Bulletin de Madagascar. Tananarive, 1967. № 258. P. 874-881.
6 Madagascar youths // Ayache Raombana. Annexe II. Documents 7. P. 262-264.
hiiiiiiiiiiiiiiiii IUIO hiiiiiiiiiiiiiiiii


изучении и понимании Библии. В 1824 г. Раумбана приступил к следующему этапу обучения в «Лиф сквэа экэдеми энд скул», которая была расположена в Пендлтоне, пригороде Манчестера. Педагогам удалось раскрыть талант маленького малагасийца, на переводных экзаменах 1825 г. Раумбана был пятым, к концу обучения он имел серебряные медали за успехи в изучении геометрии, истории, философии. В январе 1828 г. школьный врач обратил внимание на ухудшение его здоровья и поставил диагноз: следующую зиму он не переживет. Хотя состояние его брата-близнеца не вызывало тревоги, было принято решение вернуть их на родину. Через полгода, 12 сентября, юноши покинули Великобританию, 17 сентября 1829 г. высадились в Таматаве, а 2 июля прибыли в столицу. В этот же день их приняла королева Ранавалуна I, которая пожала им руки (европейская традиция), а затем первой пустилась в пляс (малагасийская традиция)7.
После окончания всех официальных мероприятий в Антананариву Раумбана отправился в свое поместье в Ануси. Как полагалось в малагасийском обществе того времени, Раумбана сменил свое имя Итутузи на Ицаразаза (хороший ребенок). Несмотря на все европейское, внушенное ему почти за десятилетие (в первое время после возвращения на Мадагаскар он не говорил и не понимал по-малагасийски), он воспользовался преимуществом полигамии и последовательно женился на трех знатных девушках: Расуаханте. Рабуду и Ракетаке. Всего у них было 11 детей, шесть от первой, четыре от второй и один от третьей. С Ра- кетакой они разошлись, и она проживала отдельно. Рабуду полностью посвятила себя детям, старший из которых, Разана- кумбана, стал видным государственным деятелем; умер в 1898 г.8 Расуаханта после смерти Раумбаны вышла замуж за премьер-министра Рахари.
Вскоре после возвращения на Мадагаскар Раумбана стал «офицером двора». В отличие от европейских монархий, у малагасийских придворных не было формально закрепленных должностей, поэтому ту функцию, которую выполнял Раумбана, можно лишь с определенной долей условности обозначить как «личный секретарь королевы», отвечавший за любые отношения с иностранными государствами и подданными. Он принимал самое активное участие во всех внешнеполитических акциях Ранава- луны I. Сразу же по прибытии на Мадагаскар Раумбана принял участие в малагасийско-французском военном конфликте 1829 г. Он был как минимум редактором и переводчиком всех документов, включая два письма к королеве Великобритании. Одним из немногих европейских свидетельств о роли Раумбаны является запись в дневнике Д. Кэмпбелла, которого губернатор Маврикия послал на Мадагаскар в 1840 г. в качестве своего официального представителя с целью развития экономических отношений и решения проблемы поставки рабочей силы на Маврикий: «По прибытии (к фавориту Ранавалуны I Райнимахару, выполнявшему роль главнокомандующего и премьер-министра. - А. Е), я обнаружил на веранде следующих людей... Раханирака и Раумбана (близнецы), 10 степень знатности (эти последние на протяжении 9 лет обучались в Англии). Они были переводчиками и советниками по международным делам»9.
Раумбана принимал также участие в подготовке разнообразных торговых соглашений, например с капитаном Гарно, ростовщиком и торговцем оружием, с 7 Ayache S. Raombana ... P. 83-91.
8 Ibid. P. 100. 101.
9 Archives of Mauritius. HB series. 14, № 3. Journal Campbell.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii lUiy imiiiiiiiiiiHiii


Л.-Н. де Ластелем, Ронтонэ и М. Арно, которые монополизировали торговые отношения между Мадагаскаром и Реюньоном, с доктором Л. Пауэллом, который обучал малагасийцев медицине и фармацевтике, и многих других. Сохранилось письмо крупного американского торговца У. Маркса, в котором он благодарит Раумбану за его своевременное вмешательство в сделку по закупке кож и копала (вид растительной смолы). Иногда Раумбана оказывал влияние и на внутриполитические события. Так, во время карательной экспедиции 1849 г. в район Ивухибе предполагалось испытать на мирном населении зажигательные снаряды, изготовленные на заводе Ж. Лаборда в Мантасуа. Раумбане удалось убедить Ранавалуну I не проводить подобные испытания. Кроме того, он, по- видимому, сыграл важную роль в «деле Гриффитса». Д. Гриффитс, английский миссионер, под видом коммерсанта приехал в Антананариву и установил контакты с малагасийцами-христианами, находящимися в глубоком подполье. По законам государства подобная деятельность каралась смертной казнью, но Ра- навалуна I ограничилась его высылкой за пределы Мадагаскара10 11.
В июле 1829 г. Раумбане была присвоена девятая вунинахитра, что приблизительно соответствует российскому полковнику, в 1838-1840 гг. он получил десятую вунинахитру (генерал), к 1855 г., дате смерти, он обладал двенадцатой, высшей для лиц, не относящихся к правящей семье. На Раумбану были возложены и военные обязанности. В дневнике он упоминает о своем участии в организации парадов, в отборе солдат для экспедиций по наведению порядка в отдаленных районах острова. Но его основные обязанности - придворная служба Ранавалуне I в роли, которая наиболее соответствует европейскому понятию «секретарь», «советник». Раумбана разбирает почту королевы, отвечает на срочные письма, принимает участие в обсуждении наиболее сложных и ответственных государственных дел, сопровождает ее в поездках по столице и стране, особо отмечается их совместное присутствие на малагасийской корриде. В дневнике он так описывает день 27 декабря 1853 г., вторник: «Я был призван к Ее Величеству очень рано. Она была еще в постели. Мы поговорили об опасностях нахождения на корабле в плохую погоду... Затем я сопровождал ее в Манд- закамиадана, где мы смотрели за работой плотников». Из официальных дел Раумбана упоминает чтение письма «француза из Гренобля», который запрашивает у малагасийских властей, проживает ли его брат на Мадагаскаре или нет11.
Одной из обязанностей Раумбаны было обучение и воспитание наследного принца Ракуту (будущего короля Радамы II (1861-1863)). Ранавалуна I хотела видеть своего сына хорошо образованным, знающим иностранные языки, подготовленным к управлению государством. Но Раумбана не ограничивался только официальной стороной. Он пытался привить наследнику престола ценности английской культуры, законодательства, образа жизни. Раумбана осуждал режим, которому служил, выступал против сохранения единства государства с помощью подавления вооруженным путем любого недовольства, предлагал действовать путем расселения мерина в неспокойных и не до конца покоренных районах острова12. Раумбана как царедворец был вынужден участвовать в многочисленных интригах и даже заговорах, но оставался как бы в стороне, что позволило ему умеAyache S. Raombana... P. 124-127.
11 Ibid. P. 116.
12 Ibid. P. 117,118.


реть в своей постели. Когда Ракуту сообщил ему о заговоре против своей матери Ранавалуны I, о письме к Наполеону III, в котором он просил французских солдат свергнуть «кровавый режим», Раумбана напомнил наследнику престола о событиях 1845 г.13
13 мая 1845 г. был обнародован закон, по которому все иностранцы приравнены к подданным королевы, и на них распространялось законодательство Малагасийского государства, по которому их имущество и даже жизнь зависели от произвола чиновников. Совместная англо-французская эскадра бомбардировала Таматаве и высадила десант, который в течение нескольких часов был уничтожен малагасийским гарнизоном. Последствием этого стало полное закрытие острова и прекращение любой торговли с европейцами. После почти десятилетних переговоров, в которых Ранавалуна I отказывалась идти на какие-либо уступки, в 1853 г. были принесены официальные извинения и выплачена значительная компенсация. В своем дневнике 30 ноября 1853 г. Раумбана записал: «Английское правительство себя обесчестило... Я должен признаться, что я и мой брат настойчиво советовали Ее Величеству не восстанавливать торговые отношения с европейцами, пока не будет получена компенсация. Мы, естественно, предполагали, что подобное никогда не произойдет и что последует война, которая была бы большим благом для обездоленных жителей Мадагаскара, поскольку после поражения Королева была бы вынуждена отказаться от некоторых ненавистных законов или лишилась бы трона. Увы, мы ошибались ... Они заплатили». Раумбана даже не отказался от своей доли, но с иронической горестью пишет: «Королева вручила нам двадцать пиастров, так как, по ее словам, именно благодаря нашим советам ей удалось получить компенсацию у европейцев»14.
И что самое характерное, Раумбана искренне служил королеве и ненавидел то многое в малагасийской жизни и государственном устройстве, что противоречило его представлениям о справедливости, заложенным в Великобритании. Это не «двоемыслие», столь распространенное в СССР, и не раздвоенность личности, столь характерная для получивших образование за пределами Африки век спустя (у них есть «внутреннее оправдание», что они служат государству, народу, будущему страны и т. д., а не системе, интегральной частью которой они являются). В первой половине XIX в., например, в России служили династии, а не государству, присягу приносили каждому императору. Раумбана даже в дневнике, не предназначенному для других лиц, пишет «Ее Величество» и «Королева» с большой буквы. Он представлял собой трагическую (в древнегреческом понимании этого слова) фигуру человека из будущего, помещенного в прошлое, который знает и понимает, к чему надо стремиться, но не знает, как это можно осуществить. Возможно, написание истории Мадагаскара на английском языке было естественным выходом из этого бессознательного противоречия, а осознанным, исходя из всей его жизни и творчества, включая интимный дневник, оно не было.
Но ни бесконечная череда государственных дел, ни соблазны праздности, которой он легко мог бы предаться, не отвлекали Раумбану от исторического труда, над которым он работал до конца своей жизни. Последним ее месяцем - июнем 1855 г. - датирована последняя страница - 8128. К настоящему време13 Ibid. Р. 119,120.
14 Емельянов АЛ. Внешняя политика Малагасийского Государства в XIX веке. М., 2004.
Т. 1.С. 335.
iiiii«»iiiiiiniiti /c/z / IIIIIIIIIIIII1HHI


ни обнаружено 6000 из них. «История Мадагаскара», по замыслу автора, была предназначена прежде всего для европейского читателя, которому в первой половине XIX в. не была известна насыщенная многими событиями история малагасийского народа, поэтому свое исследование автор написал на английском языке. Раумбана не оставил никаких указаний относительно своих замыслов компоновки текста. Но хронологическая последовательность изложения позволяет выделить основные части работы: мифологическая история, история «традиционных королей», история монархов XIX в. и дневник.
«Всякий, кто взглянет на карту мира, легко найдет на ней Мадагаскар - огромный остров на просторах Индийского океана. Я хочу дать описание этого острова», - такими словами начинается своеобразное введение, в котором на нескольких сотнях страниц автор подробно рассказывает об отдельных частях страны, их природных богатствах и хозяйстве, о населении, его верованиях и обычаях15.
Первая «глава» посвящена истории Мадагаскара от «сотворения человека», идиллических картин жизни первого мужчины и первой женщины, которых бог, по мнению Раумбаны, поселил именно на этом острове, до начала правления Андрианампуйнимерины - собирателя малагасийских земель. Вторая «глава» охватывает период его царствования (1778-1810).
Андрианампуйнимерина - одна из центральных фигур всей малагасийской истории. К началу своего правления Андрианампуйнимерина - один из мелких правителей, владевший крошечным «уделом» в центральной части острова, к концу - глава сильного централизованного государства, которое при его преемниках заняло почти весь остров. Но деятельность его, как и любого незаурядного человека, стоящего у кормила власти в эпоху потрясений, была противоречива. Да и сама эпоха, преломляясь в таких личностях, яснее обнаруживает свои противоречия. Раумбана изображает Андрианампуйнимерину как «узурпатора» (явная аналогия с характеристикой Наполеона в литературе того времени), как человека, мнящего, что ему все дозволено, ни перед чем не останавливающегося. Однако историк нисколько не принизил значения и итогов его государственной деятельности. Основным источником этих «глав» труда, не считая, разумеется, библейской легенды (Раумбана отдал дань своему времени), послужила устная народная традиция.
Наиболее фундаментальная и интересная часть книги посвящена королю Радаме I (1810-1828) и королеве Рана- валуне I (1828-1861). Сразу же по возвращении на Мадагаскар из Англии Раумбана начал собирать различные документы, записывать воспоминания соратников и современников только что почившего монарха, как малагасийцев, так и европейцев, изучать европейские труды о Мадагаскаре.
Особую ценность представляет дневник Раумбаны, в котором он тщательно фиксировал все события, происходившие при дворе: решения королевы и правительства, политические интриги, соперничество между царедворцами, покушения, восстания в провинциях, посылку экспедиций для их подавления, а кроме того, описывал обычаи и этикет двора. Рукопись Раумбаны сохранил Ра- ханирака. Потом она была передана одному из сыновей историка - Разанакумба- не. Впоследствии часть ее оказалась в коллекции известного французского исследователя Мадагаскара А. Грандидье. В 1954 г. сын Грандидье передал рукопись в дар Малагасийской акаде15 Raombana. Histoires 1. Fianarantsoa. Librarie Ambozontany. 1980. P. 17.
HIIIIIIIIIIIIIIIII 1022 HIIIIIIIIIIIIIIIII I


мии. Отдельные отрывки находятся в различных архивах и частных собраниях.
АЛ. Емельянов
Сочинения Раумбаны
Histoires 1. Fiaranantsoa: Librairie Ambozonta- ny, 1980.
Histoires 2. Antananarivo: Ambozontany Anala- mahitsy, 1994.
Manuscrit écrit à Tananarive (1853-1854) par Raombana en langue anglaise (traduit par J.E Radley) // Bulletin de l’Académie Malgache. Tananarive, 1930, N.s. T. 13. P. 1-26.
Manuscrit de Raombana et Rahaniraka. Traduction par m-me Siegrist A. // Bulletin de l’Académie Malgache. Tananarive, 1936. N.s., T 19. P. 49-76.
Литература
Емельянов АЛ. Первый малагасийский историк // Азия и Африка сегодня. 1982. № 7. С. 53,54.
Ayache S. Raombana, l’historien (1809-1855). Fianarantsoa: Librairie Ambozontany, 1976.
Mosca L. Il Madagascar nella vita di Raombana primo storio Malgascio (1809-1855). Napoli: Giannini Editore, 1980.


Дидье РАЦИРАКА
Didier RATSIRAKA род. 4 ноября 1936 г.
Видный политический и государственный деятель Мадагаскара, президент Мадагаскара в 1975-1993 гг. и в 1997-2002 гг. Известен как «красный адмирал».
Родился 4 ноября 1936 г. в Вату- мандри (150 км южнее Таматаве, ныне Туамасина), на родине своей матери, по этнической принадлежности бецимиса- рака. Сын крупного малагасийского чиновника. Учился в иезуитском коллеже Сен-Мишель в Антананариву. Среднее и специальное военное образование получил во Франции. В 1960 г. окончил лицей Генриха IV в Париже, в 1963 г. - Мореходное училище в Бресте, в 1965- 1969 гг. - Институт инженеров связи и Высшее военно-морское училище в Тулоне. Биографы Д. Рацираки, в частности II. Вердье1, отмечают его блестящие способности и большие успехи в учебе, а также амбициозность, присущую ему со школьных лет. С 1963 по 1965 г. Рацирака служил на военно-морской базе в г. Диего-Суарес (с 1977 - Апцеранана). В 1970-1972 гг. - военный атташе при посольстве ^Малагасийской Республики во Франции.
Свой политический путь Рацирака начал в Партии обездоленных Мадагаскара - ПАДЕСМ (Parti des Déshérités de Madagascar, PADESM), унаследовав политические симпатии отца, одного из ее руководителей. ПАДЕСМ выражала интересы буржуазии котье. Настоящая же его карьера началась в 1972 г., когда Рацирака стал министром иностранных дел в правительстве генерала Г. Раманан- цуа. На этом посту он приобрел первый политический капитал. В июне 1973 г. возглавил малагасийскую делегацию на переговорах с Францией. В их ходе были пересмотрены соглашения, заключенные Ф. Цирананой в 1960 г. По соглашениям 1960 г. Франция имела право размещать на Мадагаскаре свои вооруженные силы, использовать в необходимых случаях территорию Мадагаскара, его воздушное пространство и территориальные воды, сохраняла военно-морскую базу в Диего- Суарес и военно-воздушную в Ивату. Новые соглашения предусматривали ликвидацию французских баз, вывод французских войск, выход Мадагаскара из зоны франка. Деятельность Рацираки на посту министра иностранных дел была направлена на достижение полной независимости страны, на установление дипломатических и экономических отношений как с африканскими странами, выбравшими в то время путь социалистической ориентации, так и с Советским Союзом и другими социалистическими странами. В то же время Рацирака инициировал разрыв отношений с ЮАР, Израилем, Тайванем и Южным Вьетнамом.
С февраля 1973 г. Д. Рацирака вошел в «Национальный комитет военной ди1 Verdier 1. Madagascar. 100 hommes de pouvoir. P.: Indigo Publications, 1995. P. 139.
iiiiiiiiiiiiiiiiii)
1024
lllillllllltlilllll


ректории», к которому перешла власть в стране. Режим Директории просуществовал до 15 мая 1975 г. В этот день Д. Рацирака при тайном голосовании Директории, набрав две трети голосов, был избран главой государства (председателем Верховного Революционного Совета). Историки отмечают2, что Д. Рацирака в тот период был одним из самых молодых глав государств в мире. Приход его к власти сопровождался рядом радикальных шагов как экономического, так и политического характера. В июне 1975 г. была проведена национализация банков, большинства торгово-промышленных компаний, предприятий энергетики, горнодобывающей промышленности и др., создан государственный сектор. Правительство начало осуществлять аграрную реформу, поощряя организацию сельскохозяйственных кооперативов на базе сельских общин. Были приняты меры для улучшения положения трудящихся (отмена подушного налога и налога на скот; повышение заработной платы рабочим и служащим и др.). Правительство приступило, таким образом, к решению задач укрепления политической независимости и достижения экономической самостоятельности.
Одновременно Рацирака вел подготовку к референдуму, который должен был утвердить новую конституцию и «Хартию малагасийской социалистической революции», являвшуюся его предвыборной платформой. «Хартия», или «Красная книга» (“Воку Mena”), была опубликована в августе 1975 г. и давала как общий анализ малагасийского общества, так и долгосрочную программу действий во всех сферах деятельности государства, направленных на укрепление национального суверенитета страны, ее экономической независимости. Главными составляющими программы, которые должны были обеспечить ее успех, являлись национальное единство, децентрализация и социализм. Национальное единство страны должно было обеспечиваться равенством всех этнических групп. Особая роль в национальной консолидации отводилась малагасийскому языку. Децентрализация, подразумевавшая расширение функций органов местной власти, должна была осуществляться на основе фукунулуны - сельской структуры предков, управлявшейся советом деревни и обеспечивавшей взаимопомощь в социальном плане. В «Хартии» ей отводилась роль органа народной власти и самоуправления в сельской местности, который должен осуществлять административные, законодательные, экономические функции, обеспечивать правопорядок и связь с государственными службами. Большое внимание в документе уделялось созданию новой системы органов власти, основанной на широком народном представительстве.
Децентрализация в сфере образования и культуры означала равномерное распределение сети образовательных и культурных учреждений по всей территории страны с тем, чтобы сделать их доступными для широких слоев населения.
Социализм представлялся в «Хартии» как единственно возможный путь достижения гармоничного развития страны и построения нового общества. Рацирака настаивал на фундаментальном отличии малагасийского социализма от всех других его разновидностей. Эту особенность он видел в том, что малагасийский социализм базировался на фукунулуне. Рацирака считал, что, придав этой структуре политическую и экономическую составляющие, корреспондирующие с общими идеями со2 Rajoelina P. Quarante années de la vie politique de Madagascar 1947-1987. P.: EHarmattan, 1988. P. 7.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


циализма, можно сделать фукунулуну социалистической3.
В документе предлагались пути развития экономики, основанные на национализации основных средств производства, государственной монополии внешней торговли; определялись приоритеты в развитии; намечались способы проведения аграрной реформы, предусматривавшей кооперирование сельского хозяйства.
«Красная книга» определяла направление внешней политики на принципах неприсоединения, борьбы за мир и разоружение, поддержки освободительной борьбы угнетенных народов, уважения территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела. «Хартия» официально закрепила выбор социалистической ориентации Мадагаскара.
Референдум, состоявшийся 21 декабря 1975 г., большинством голосов одобрил оба документа, а Д. Рацирака был избран президентом Демократической Республики Мадагаскар (так стала называться страна в соответствии с новой конституцией).
Рацирака переизбирался на пост президента в 1982 (80% голосов) и в 1989 (63%) гг. В 1991 г. в результате массовых протестных выступлений вынужден был покинуть свой пост. В ноябре 1992 г. он проиграл на президентских выборах Альберу Зафи, но в декабре 1996 г. вновь одержал победу: на досрочных президентских выборах 3 ноября он победил А. Зафи с небольшим перевесом (51% голосов против 49%) и вернулся во власть. Во внутренней политике Д. Рацирака предложил программу гуманистического и экологического развития страны, провел 15 марта 1998 г. референдум, на котором были одобрены поправки к конституции, существенным образом изменившие конституцию 1992 г. в сторону усиления президентской власти. Они также превратили унитарное государство в федеральное, с шестью автономными провинциями.
Свою политику Рацирака осуществлял с помощью созданной в марте 1976 г. партии Авангард малагасийской революции, АРЕМА (Avant-garde de la Revolution Malgache, AREMA), которая в течение продолжительного времени была правящей партией, а Д. Рацирака ее генеральным секретарем. Партия создавалась на широкой социальной базе, ее ячейки открывались по всей стране, и к концу года ее численность составила 90 тыс. человек. На мартовских выборах 1977 г. в советы фукунулун АРЕМА получила 75 тыс. мест в 11 400 округах, что составило почти 90%. В местных органах провинций АРЕМА получила 220 из 232 мест и 112 из 137 мест в Национальном народном собрании. Успеху АРЕМА, несомненно, содействовал и тот факт, что ни одна другая партия не имела такой сильной организационной структуры по всей стране.
Сложность для Рацираки состояла в том, что Мадагаскар имел традицию многопартийной системы, и перейти к однопартийной системе, которая существовала во многих африканских странах, заявивших о своей приверженности принципам социализма, Д. Рацирака не мог без ущерба демократическому имиджу страны и своему собственному. Поэтому АРЕМА стала ядром образованного в декабре 1976 г. Национального фронта защиты революции, ФНДР (Front national pour la défence de la révolution malgache, FNDR). Создание этой структуры было предусмотрено конституцией. Перед ФНДР стояла задача объединения усилий всех партий, желающих сотрудничать с властью в русле государственной политики. Условием 3Jeffrey R- Didier Ratsiraka et le socialisme malgache // Afrique contemporaine. 1981. № 115.
P. 11.
IIIIIIIIHIIIIIIIII /иго IIIIIIIIHIIIIIIIII


приема в ФНДР было признание и поддержка положений «Хартии Малагасийской социалистической революции»4. В состав ФНДР вошли пять левых партий: АРЕМА; Партия конгресса независимости Мадагаскара, АКФМ (Parti du congrès pour l’indépendance de Madagascar, AKFM); Национальное движение за независимость Мадагаскара, МОНИ МА (Mouvement National pour l’indépendence de Madagascar, MONIMA); ВУНД- ЗИ (Vbnjy) - Народный порыв к национальному единству; Власть простым людям, МФМ (Mpitolona ho amin’ny fandrosoan’ny Madagasikara, MFM). Партии, не вошедшие в ФНДР, не могли выставлять своих кандидатов на предстоящих выборах.
АРЕМА прошла долгий путь развития, политическое лицо ее со временем изменилось. В начале 1980-х годов возраставшие экономические и политические трудности привели руководство сначала к постепенному отходу от провозглашенного в «Хартии» курса, а с 1986 г. и к отказу от него.
В 1993 г. был принят новый устав, в котором провозглашалась приверженность общедемократическим ценностям, правам человека, закреплялась приоритетность социально-экономического развития страны. Название партии (Авангард малагасийской революции) было изменено на Авангард за экономическое и социальное обновление (Avant-garde pour le redressement économique et social, ARES). B 1997 г. название партии снова изменилось на Авангард за обновление Мадагаскара (Avant-garde pour la renovation de Madagascar, AREMA). Президент Д. Рацирака в течение многих лет возглавлял партию в качестве генерального секретаря. После победы на президентских выборах в 1996 г. он покинул партийный пост, тем не менее АРЕМА являлась его главной политической опорой. 19 действующих министров из 32, включая премьер-министра Т. Андриа- нариву, были членами АРЕМА. На выборах в Национальное собрание созыва 1998 г. партия получила около 40% депутатских мандатов (63 места). Тем сокрушительнее оказалось поражение, которое АРЕМА потерпела на выборах в Национальное собрание в декабре 2002 г. - получила всего 3 места. Это связано с неудачей Д. Рацираки в борьбе за президентство и его отъездом из страны.
Уход Рацираки с президентского поста сопровождался драматическими обстоятельствами не только для него, но и для страны. 16 декабря 2001 г. на Мадагаскаре состоялись очередные президентские выборы. В борьбе за власть столкнулись дискредитировавшая себя аппаратная верхушка режима Д. Рацираки и возглавляемый столичным мэром Марком Равалумананой блок различных политических и социальных сил, в котором ведущую роль играли предпринимательские и церковные круги (в частности, Совет христианских церквей Мадагаскара). Согласно официальным данным, обнародованным 25 января 2002 г., ни одному из кандидатов не удалось набрать требуемого для избрания 51% голосов, и было объявлено о необходимости проведения второго тура голосования. Однако М. Равалуманана не признал итогов выборов (по данным оппозиции, за него проголосовало 52% избирателей) и отказался участвовать во втором туре. На улицы городов вышли сотни тысяч его сторонников, требуя немедленной отставки Д. Рацираки и утверждения президентом М. Равалумананы. Митинги и протесты переросли во всеобщую политическую забастовку, длившуюся более полутора месяцев. Во многих городах появились баррика4 Сои* ВЛ. Admiral Didier Ratsiraka and the Malagasy Socialist Revolution // The Journal of Modern African Studies. 1997. Vol. 35. № 3. P. 417.
/ vZ / и


ды. Вооруженные отряды оппозиции захватили ряд правительственных учреждений. Нападениям подверглись также дома и резиденции премьер-министра, начальника президентской канцелярии, некоторых министров и других высокопоставленных чиновников. Д. Рацирака со своим ближайшим окружением был вынужден бежать из столицы в портовый город Туамасина.
На волне массовых выступлений М. Равалуманана 22 февраля провозгласил себя президентом и главнокомандующим вооруженными силами страны, затем сформировал новое правительство, провел перевыборы председателя Национального собрания. Д. Рацирака в свою очередь занял жесткую позицию. Опираясь на поддержку губернаторов большинства провинций и сохранившие ему верность элитные армейские части, он взял курс на силовое подавление оппозиции. Новой столицей Мадагаскара был объявлен город Туамасина, на всей территории острова введено чрезвычайное положение и установлена практически полная блокада Антананариву и других городов Высокого плато, главного оплота М. Равалумананы. Все дороги, ведущие в эти города, были перекрыты заграждениями, мосты заминированы. В результате возникли серьезные перебои в снабжении населения продовольствием, топливом, медикаментами, хозяйственные связи нарушились, национальная экономика становилась неуправляемой. По существу в стране установилось двоевластие. Раскол и конфронтационное противостояние в обществе привели в конечном счете к вооруженным столкновениям и кровопролитию. Возникла реальная угроза гражданской войны, предотвратить которую помогло вмешательство ряда стран и международных организаций, в первую очередь Организации африканского единства. Спустя почти три месяца после первых столкновений, 18 апреля 2002 г., в Дакаре (Сенегал) при содействии генерального секретаря ОАЕ и президентов Сенегала, Бенина, Кот-д’Ивуара и Мозамбика Д. Рацирака и М. Равалуманана достигли компромисса и подписали соглашение о путях выхода страны из политического кризиса. Подписание Дакарского соглашения было безусловной победой для М. Равалумананы, поскольку оно передавало исполнительные органы власти и весь переходный процесс в стране под его контроль. 6 мая 2002 г. М. Равалуманана, несмотря на отказ Д. Рацираки сложить с себя президентские полномочия, был вторично, на сей раз уже на основании решения Высшего конституционного суда, провозглашен президентом Республики. На церемонии присутствовали практически все послы и дипломатические представители, аккредитованные на Мадагаскаре. 26 июня, в День независимости Мадагаскара, М. Равалуманану признали в качестве президента Соединенные Штаты Америки, а 3 июля - Франция.
Уже в качестве президента М. Равалуманана продолжил силовое вытеснение сторонников Рацираки из провинций. 8 июля была занята Туамасина, последний оплот Рацираки, и М. Равалуманана получил контроль над всеми провинциями страны. 5 июля Д. Рацирака покинул Мадагаскар, вылетев сначала на Сейшелы, а потом во Францию, где и проживает по сегодняшний день. 6 августа 2003 г. Рацирака был заочно осужден и приговорен к 10 годам каторжных работ за присвоение 8 млн долл, государственных денег.
Вместе с уходом Рацираки из власти ушел и тип прежних руководителей страны, как правило профессиональных политиков или военных. Кроме того, вплоть до последнего времени роль поставщиков руководящих кадров принадлежала народностям, населяющим прибрежные районы, так называемым котье. Д. Рацирака, как и большая часть
lllllllllllllllllll lUZO iiiiiiiiiiiiiiiiiii


прежних руководителей Мадагаскара, был котье.
Рацирака женат, у него четверо детей, трое внуков. Жена и одна из дочерей играли активную роль в круге его советников. Первая - в женской организации партии АРЕМА, вторая - в министерстве планирования5.
Произошедшая 17 марта 2009 г. смена власти на Мадагаскаре (уход в отставку президента М. Равалумананы, передача полномочий переходной администрации) связывается самим М. Равалумананой и многими наблюдателями с именем Д. Рацираки. Заметную роль в окружении нового главы государства - А. Радзуэлины - играет племянник Д. Рацираки Ролан Рацирака. Он бывший мэр города Туамасина, участвовал в президентских выборах 2006 г., набрал 10,14% голосов, заняв третье место среди претендентов на президентский пост6.
СМ. Шлёнская
Литература
Ratsiraka D. Charte de la Révolution socialiste Malagasy. Tananarive: Imprimerie d’ouvrages éducatifs, 1975.
Ratsiraka D. Stratégie pour l’an 2000, du tiers- monde à la troisième puissance mondiale. P.: Editions Afrique-Asie-Amérique latine, 1983.
Jouffrey R. Didier Ratsiraka et le socialisme malgache // Afrique contemporaine. 1981. № 115. P. 6-12.
Rajoelina P. Quarante années de la vie politique de Madagascar 1947-1987. P.: L’Harmattan, 1988.
Deleris F. Ratsiraka: socialisme et misère à Madagascar. P.: L’Harmattan, 1991.
Ravaloson J. Transition démocratique à Madagascar. P.: L’Harmattan, 1994.
Verdier I. Madagascar. 100 hommes de pouvoir. P.: Indigo Publications, 1995.
Gow BA. Admirai Didier Ratsiraka and the Malagasy Socialist Revolution // The Journal of Modem African Studies. 1997. Vol. 35. № 3. P. 409-439.
Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personnalités historiques. P.: Editions Sépia, 2005.
«Andry TGV» takes over // Africa Confidential. 2009. Vol. 50. № 6. P. 10.
5 Verdier L Opt. cit. P. 141.
6 «Andry TGV» takes over // Africa Confidential. 2009. Vol. 50. № 6. P. 10.


Сейид САИД
Sayyd Said bin Sultan Al-Said 05.03.1797 - 19.10.1856
Султан Омана, основатель Занзибарского султаната. После смерти отца, султана Ахмеда, в 1804 г. унаследовал престол Омана вместе с братом. Однако фактически страной правил регент Бодр бин Саиф, и в 16 лет Сейид Саид сумел избавиться от него, организовав его убийство. Вот как выглядел Сейид Саид в зрелом возрасте в описании его дочери Сальме: «Я вспоминаю своего отца с его окладистой белоснежной бородой. Он был среднего роста, черты его лица были обворожительны и привлекательны. а весь облик вызывал уважение <...> Справедливость он ценил превыше всего, и в этом отношении для него не было разницы даже между одним из собственных сыновей и последним рабом»1.
В Оманский султанат с 1698 г. входила и часть восточноафриканского побережья с островами Занзибар, Пемба и др. Султаны управляли ими из Омана с помощью наместников. Па островах Занзибар и особенно Пемба по приказу Сейида Саида в 1812 г. были высажены первые в тех местах гвоздичные деревья, ставшие позднее основой процветания Занзибарского султаната.
Однако в начале XIX в. до половины доходов султану давала работорговля, пути которой сходились к побережью и острову Занзибар (Унгуджа, как называли его восточноафриканцы). Столица острова, город Занзибар, основанный еще в средневековье, превратился в центр работорговли. В сфере его влияния находилось несколько десятков близлежащих островов. В начале XIX в. на невольничий рынок Занзибара ежегодно попадало около 8 тыс. рабов из внутренних районов Восточной Африки, а также большое количество слоновых бивней, которые они несли на себе.
Сейид Саид установил дружеские связи с британскими властями в Индии и в союзе с ними вел активную борьбу с пиратами Индийского океана. Пираты, чья база находилась в Персидском заливе, одинаково досаждали судам Оманского султаната и Британской Ост- Индской компании. К 1810 г. в результате этого союза могущество пиратов было подорвано. Для укрепления союза с Британией, который мог ему быть полезен и в дальнейшем, в 1822 г. Сейид Саид подписал договор, ограничивавший работорговлю в Индийском океане. В ответ он надеялся на признание его главенства над Восточноафриканским побережьем.
Сейид Саид надеялся, в частности, на помощь англичан в борьбе с могущественным на Восточноафриканском побережье арабским семейством Мазруп. правившим Момбасой и считавшим себя независимым от Омана. Более того, Мазруи захватили остров Пемба, чем по1 Ruete Е. Memoirs of an Arabian Princess from Zanzibar. Zanzibar, 1998. P. 3.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IUJU IIIIIIIIIIIIIIIHII


ставили под угрозу главенство Омана в судоходстве в этом районе. Сейид Саид предпринял попытку захватить Момбасу, в ответ Мазруи предложили Британии установить там свой протекторат. Эта идея, однако, была отклонена Лондоном, и в 1837 г. Сейид Саид окончательно утвердился в Момбасе.
В 1827 г. Сейид Саид посетил Занзибар. Остров очаровал его не только своим климатом, менее жарким, чем оманский, из-за постоянных морских бризов. Он понимал важное стратегическое значение острова как ключа к внутренним районам Восточной Африки и узлового пункта морской международной торговли - ведь остров располагал удобной природной гаванью.
Сейид Саид понял также большое значение гвоздичного дерева как основы будущего процветания островов. Он издал декрет, по которому каждый землевладелец обязывался посадить вокруг каждой кокосовой пальмы три гвоздичных дерева, а нарушителей ждала конфискация земель. К тому же он сам стал владельцем 45 гвоздичных плантаций, на которых работали от 50 до 500 рабов.
В 1832 г. Сейид Саид провозгласил Занзибар столицей Оманского султаната, а в 1837 г. (по другим сведениям в 1840 г.) переехал туда. Отныне его титул звучал так: «Султан Занзибара и Омана». Наместником в Омане остался его сын Тувейн, а бывший наместник на Занзибаре Мвиньи Мкуу стал главой местного самоуправления.
В середине XIX в. Занзибарский султанат стал самой сильной державой в Восточной Африке и торговой столицей западной части Индийского океана. В учебнике по истории для восточноафриканских школ о том времени говорится: «1840-е годы были периодом мира и процветания, и торговля процветала на Занзибаре, ставшем международным центром. Главными статьями экспорта были слоновая кость, раковины каури, гвоздика, рабы, копра, сезам, кокосовые орехи и пальмовое масло. Занзибар имел торговые связи с другими частями света. А именно: с арабскими странами, Соединенными Штатами, Британской Индией, Францией и Германией. А из этих стран Занзибар получал хлопчатобумажные ткани, бисер, медную проволоку, боеприпасы и металлические изделия, используя все это в торговле с народами внутренних районов»2. Сам Сейид Саид говорил о себе: «Я всего лишь торговец».
Торговля рабами была важной составной частью экономики Занзибара. Таможенные сборы и пошлины от работорговли были основной статьей дохода султана. К 1842 г. ежегодный экспорт рабов из султаната составлял до 15 тысяч. Люди Сейида Саида продвигались все дальше в глубь материка в погоне за рабами, основывались все новые форпосты, все больше караванов под красным флагом султана продвигались к побережью. Под конец правления Сейида Саида в Восточной Африке говорили: «Когда свистнут на Занзибаре, танцуют на берегах Великих озер».
Для развития международной торговли Сепид Саид привлек на Занзибар индийских торговцев. Вскоре индийская община на острове стала самой большой в Восточной Африке, а общая численность населения города Занзибар составила к 1859 г. около 60 тыс. человек3.
Однако Сейид Саид понимал, что наилучшими торговыми партнерами для него будут Европа, особенно Англия, и Соединенные Штаты. С Соединенными Штатами он подписал торговое соглаше2 Ayot Okello. Topics in East African History. Kampala; Nairobi; Dar es Salaam, 1976. P. 40.
3 March ZA., Kingsnorth G.W. An Introduction to the History of East Africa. Cambridge, 1970. P.27.
iimiiiiiiiiiiiiii /t/> I iiiiiiiiiniiiiiiii


ние еще в 1833 г., а в 1837 г. Штаты открыли на Занзибаре свое консульство. С Францией подписание торгового соглашения и открытие консульства произошли в один год - 1844. С Великобританией торговое соглашение было подписано в 1839 г., а в 1841 г. было открыто ее консульство на острове. Британские консулы на Занзибаре всегда пользовались большим влиянием.
Британия пыталась нажать на Сейида Саида, чтобы ограничить работорговлю в Индийском океане, и в 1845 г. заставила султана подписать новое соглашение. Однако в обмен султан получил возможность увеличить объем своей торговли с Британской империей и Соединенными Штатами, достигший к 1859 г. 333 и 245 тыс. фунтов соответственно4.
Сейид Саид стремился к экономическому, а не политическому господству в Восточной Африке. Его власть простиралась с севера на юг от Сомали до Мозамбика, а с запада на восток - от Великих озер до океанского побережья. Эта территория составляла около 10% Африканского континента. Однако правители городов Восточноафриканского побережья были практически самостоятельны в своих решениях.
В годы правления Сейида Саида Занзибар стал практически ключом к внутренним районам Восточной Африки. Сюда стекались сведения о том, что происходит там, отсюда начинались экспедиции европейцев в глубь континента. Так, в 1844 г. с Занзибара началась известная экспедиция Л. Крапфа и И. Реб- мана.
Сейид Саид умер 19 октября 1856 г. на своем корабле «Киторие» на обратном пути из Омана на Занзибар. К воспалению старых ран прибавилась дизентерия.
А. С. Балезин
Литература
Ayot Okello. Topics in east African History. Kampala-Nairobi-Dar es Salaam, 1976.
March ZA.t Kingsnorth G.U7. An Introduction to the History of East Africa. Cambridge, 1970.
Ruete E. Memoirs of an Arabian Princess from Zanzibar. Zanzibar, 1998.
4 Ibid. P. 30.


САЛЬМЕ (Эмили Рюте)
Sayyida Salme Emily Ruete ок. 1840-1924
Дочь Занзибарского султана Сейида Саида. Сальме родилась около 1840 г. Ее мать была черкешенкой, попавшей к Сейиду Саиду в качестве подружки для маленьких дочерей султана, а затем ставшей его наложницей. Сальме, отмечая в своих мемуарах, что ее мать «вряд ли можно было назвать красивой, но она была высокой и стройной, с черными глазами и волосами до колен», подчеркивает: среди своих 75 наложниц султан выделял ее и всегда поднимался ей навстречу, когда она входила в его покои1.
Сальме получила домашнее обучение. Султанских дочерей учила женщина, специально выписанная Сейидом Саидом из Омана. Сальме была обучена арабскому алфавиту и Корану. К тому же ее учили считать - до 100 письменно, а до 1000 устно. Никаким рукоделиям учительница девочек не обучала. Этому они учились у своих матерей.
Сальме потеряла мать, когда ей было 15 лет, т. е. около 1855 г. В 1856 г., в возрасте примерно 16 лет, она оказалась втянутой в заговор против Сейида Маджида, сына Сейида Саида, унаследовавшего престол после смерти отца. Заговорщики посадили на престол другого сына умершего Великого Саида, Сейида Баргаша. Однако вскоре при поддержке англичан Сейид Баргаш был свергнут с престола и отправлен в ссылку в Британскую Индию.
После подавления заговора «принцесса» Сальме, как она называла себя сама, оказалась в добровольной ссылке на одной из своих сельских плантаций. В ссылке принцесса не порывала связь с городом - две пары гонцов отправлялись туда поочередно каждое утро и к вечеру приносили ей все свежие новости. Позднее Сальме пришлось вернуться в город Занзибар. В новой резиденции ей нанес визит сам султан Сейид Маджид. Принцесса по традиции посетила его дворец с ответным визитом, и навеки поссорилась из-за этого со своей партией - партией сторонников Баргаша, которые ей никогда не простили визита во вражеский стан.
Сейид Маджид всячески поощрял и приветствовал европейцев на Занзибаре. Они, в свою очередь, искали повода повидаться с султаном, и в этом им помогали некоторые из придворных дам. Одной из них и была Сальме. Репутация принцессы как симпатизирующий европейцам, видимо, способствовала ее знакомству с будущим мужем.
Генрих Рюте был представителем некоей гамбургской торговой фирмы на Занзибаре. Его дом стоял по соседству с домом Сальме, а окно гостиной, где он вел светскую жизнь, приходилось напро1 Emily Ruete, Born Salme, Princess of Oman and Zanzibar. Memoirs of an Arabian Princess from Zanzibar. Zanzibar, 1998. P. 4.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii wju iiiiiiiiiiiiiiiiiii


тив окна любимой комнаты принцессы. Она любила наблюдать за жизнью европейца. Так все и началось.
Этот гаремный скандал, как его называли, произошел в 1866 г. Когда молодые люди поняли, что любят друг друга, стало также понятно, что на Занзибаре их союз исключен - связь правоверной мусульманки с неверным грозила ей смертной казнью. Но дружба с европейцами помогла принцессе: при посредничестве жены британского вице-консула под покровом ночи ее вывезли из дворца и доставили на борт британского военного корабля. Попав морским путем в Аден, она нашла там прибежище у одной испанской семьи, знакомой ей по Занзибару.
В Адене Сальме была приобщена к христианству. Обряд крещения Сальме прошла в англиканской церкви, получив имя Эмили. Там же позднее была совершена и церемония бракосочетания. Затем новобрачные отправились через Марсель в Гамбург.
Семья мужа приняла принцессу тепло, и она быстро усвоила европейские обычаи. Однако их счастье было недолгим: спустя немногим более трех лет муж Эмили попал под конку и умер, оставив ее с тремя детьми на руках, младшему из которых было всего три месяца.
Поначалу после смерти мужа принцесса хотела вернуться домой, но к тому времени умер ее брат султан Сейид Маджид. Унаследовал его трон Сейид Бар- гаш, враг принцессы, не простивший ей дружбу с Маджидом. Эмили прожила еще два года в Гамбурге, где в результате нечестных действий партнеров покойного потеряла большую часть своего состояния, а когда дети подросли, переехала в Берлин.
Эмили очень хотелось вернуться на родину, но ею двигали не только ностальгические соображения. Оставшись практически без средств к существованию, она пыталась получить и деньги - часть наследства своего отца Сейида Саида. Она сумела заинтересовать своими проблемами германское Министерство иностранных дел, которое решило попытаться использовать дело Эмили в интересах колониального будущего Германии и начало в 1874 г. переписку по этому поводу с британским Форин офис.
В 1875 г., узнав, что Сейид Баргаш готовится нанести визит в Лондой, Эмили отправилась туда, чтобы вступить с братом в прямые контакты, и добилась помощи германского канцлера фон Бюлова в организации своего визита. Однако британское правительство потребовало от Эмили, чтобы она не смела приближаться к Баргашу во время его визита в Лондон и обращаться к нему в письменной форме, пообещав взамен обеспечить будущее ее детей. При этом английские колониальные чиновники не разрешили принцессе покинуть Лондон во время пребывания там Сейида Баргаша, чтобы держать ситуацию под контролем. Только после его отъезда на Занзибар было разрешено покинуть Англию и ей. Уже в Берлине она получила официальное письмо от британских чиновников, в котором ей сообщались, что она, будучи женой германского подданного, не может рассчитывать на какое- либо содействие британского правительства.
Сама Сальме объясняла весь этот инцидент таким образом: британское правительство боялось, что Баргаш, прежде чем подписать договор о протекторате, захочет посоветоваться с ней как с человеком, хорошо знающим Европу и европейцев, а она ему это отсоветует. Принцесса получила жестокий урок вероломства, ведь она купилась на обещание обеспечить будущее ее детям. Но она пишет: «Хотя я могу проследить истоки всех своих бед в коварных махинациях британского правительства, в своем сердце я храню не только чувство благодарности, но и самые теплые воспоминаiiiiiiiiiiiiiiiiiii IIIIIIIIHIIIIIIIII


ния о доброте и симпатии ко мне английского общества»2.
Германия, в свою очередь, неоднократно пыталась использовать Эмили в своих колониальных интересах. В 1876 г. германский консул на Занзибаре получил задание обратиться к Сейиду Барга- шу с просьбой обеспечить права подданной рейха Эмили Рюте. Однако султан был непреклонен: Сальме заслуживает по мусульманскому праву смертной казни, и он считает ее мертвой.
Позже Германия всерьез вступила в схватку за Африку и пыталась укрепить свои позиции в восточной части Черного континента. В конце 1884 г. доктор Карл Петерс, основатель Общества германской колонизации, заключил ряд договоров о германском протекторате над рядом внутренних районов Восточной Африки. Земли, о которых шла речь, входили в сферу интересов Занзибарского султана. Султан отказывался признать немецкие «приобретения», и немецкому консулу на Занзибаре Рольфсу было предложено использовать в качестве одного из средств давления на султана «дело Сальме-Эмили Рюте». Однако консул отказался «омрачить свою дружественную миссию таким деликатным вопросом»3.
В 1885 г. ситуация обострилась, и Бисмарк решился использовать не только принцессу, но и ее сына - «претендента на султанский престол» - в интересах Германии. Бисмарк уточнял, что притязания принцессы на наследство могут быть для немецкой политики «внешним поводом, но никак не мотивом для угрозы или применения силы. Мы не можем задействовать имперские интересы ради ее судьбы и прекрасных глаз. Если султан чем-либо еще вынудит нас применить силу, то немецкая гражданка Рюте со своими правами будет для нас полезным аргументом в применении силы. Если такая необходимость не наступит, фрау Рюте отправится на нашем корабле в обратный путь, если, конечно, ее брат не сделает для нее что-либо из любезности»4.
И вот в 1885 г. Сальме принял на борт немецкий военный корабль «Адлер», прибывший к Занзибару в первых числах августа. Высадиться на берег ей было разрешено только 12 августа, и это не случайно. 11 августа немецкий адмирал Кнорр, прибывший на остров на флагманском корабле «Бисмарк», вручил султану ультиматум, в котором потребовал признания немецких притязаний на восточноафриканские территории в течение 24 часов. Более того, в тот же день адмирал выстроил свои суда в одну линию в бухте города Занзибар в виду султанских дворцов.
Это произвело впечатление на султана. Британский консул Джон Кирк со своей стороны также посоветовал уступить требованиям немцев, дав султану понять, что Британия не оставит того в беде. Одним из соображений, заставивших Кирка действовать таким образом, было присутствие на борту немецкого военного корабля Сальме. 12 августа Сейид Баргаш подписал декларацию признания немецкого протектората над внутренними районами Восточной Африки. Сальме было разрешено сойти на берег.
Так Сальме попала на родину под охраной немецких пушек и вновь стала частью важной политической игры.
В прогулках по городу Сальме сопровождали толпы народа. Это не нравилось ни Сейиду Баргашу, ни британскому консулу Дж. Кирку. Было даже сделано официальное представление командиру 2 Ibid. Р. 193.
3 Müller FF Deutschland-Zanzibar-Ostafrika. Berlin, 1959. S. 199.
4 Ibid. S. 210.
IIIIIIIIIIIIIIIHII lUJJ IIIIIIIIIIIIIIIHII


немецкой эскадры. Теперь в проулках по острову Сальме всегда сопровождали немецкие офицеры.
Принцесса в своих мемуарах сделала ряд интересных замечаний по поводу впечатления, произведенного на нее городом Занзибаром после многолетнего отсутствия. Она была удручена грязью его внутренних улочек, где помои и нечистоты выливались прямо из окон. Язвительно замечает, что султан, имевший достаточно возможностей познакомиться с тем, как убирают улицы в Бомбее, Лондоне и Париже, «посчитал необходимым завести на Занзибаре производство мороженого, электрический свет и так называемую железную дорогу, и я не знаю, что еще, кроме французских поваров и французской кухни»5.
Сальме попыталась заставить Сейида Баргаша выплатить ей деньги, которые, по ее мнению, ей причитались после смерти многочисленной родни как доля в наследстве. Султан милостиво предложил выплатить ей 6000 рупий, на что принцесса ответила гордым отказом, посчитав эту сумму ничтожно малой толикой того, что ей причиталось.
19 августа начались переговоры о заключении договора о дружбе и торговле между Германией и Занзибаром. В начале сентября немецкая сторона получила указание из Берлина в качестве жеста доброй воли отозвать все претензии принцессы Сальме - Эмили Рюте. Вскоре она была отправлена назад в Германию. Немцы на переговорах заявили, что «поскольку султан в главных вопросах проявил понимание, его не хотят заставлять идти на компромисс со своей сестрой»6.
По горячим следам этой истории в 1886 г. Сальме опубликовала на немецком языке свои мемуары под названием «Мемуары арабской принцессы»7. Вскоре, в 1888 г., они были переведены на английский язык, а через 110 лет переизданы. Как пишет сама принцесса в предисловии, она начала работу над рукописью девятью годами ранее, предназначая этот текст не для широкой публики, а для своих детей8. Но вместе с дописанной ею главой о посещении Занзибара на немецком военном корабле (скорее всего, специально заказанной) книга стала актуальной.
Сальме умерла в Германии в 1924 г. в почтенном возрасте: ей было 84 года.
А.С. Балезин
Литература
Ruete Е. Memoiren einer arabischen Prinzessin. Leipzig, 1886.
Emily Ruete, Вот Salme, Princess of Oman and Zanzibar. Memoirs of an Arabian Princess from Zanzibar. Zanzibar, 1998.
Muller F.F. Deutschland-Zanzibar-Ostafrika.
Berlin, 1959.
5 Emily Ruete. Op. cit. P. 202, 203.
6 Müller ЕЕ Op. cit. S. 217.
7 Ruete E. Memoiren einer arabischen Prinzessin. Leipzig, 1886.
8 Emily Ruete, Born Salme, Princess of Oman and Zanzibar. Memoirs of an Arabian Princess from Zanzibar. Zanzibar, 1998, P. i.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 1036 lllllllllllllllllll


СЕЙИД БАРГАШ
Sayyid Barghash Ын Said Al-Busaid, 1837—26.111.1888
Третий султан Занзибарского султаната» правивший в 1870-1888 гг., Баргаш был одним из сыновей создателя этого государства Сейида Саида, перенесшего столицу Оманского султаната на Занзибар. После его смерти в 1856 г. Баргаш оказался одним из претендентов на освободившийся престол наряду со своими братьями Тувейном и Маджидом.
Позже он говорил, что султаном Занзибара становится тот, «у кого самый длинный меч». Именно поэтому возникший в 1856 г. вопрос о престолонаследии мог привести к серьезному военному столкновению. Однако такой вариант развития событий не устраивал Великобританию, расширявшую свое влияние в регионе. Благодаря вмешательству британцев решение было найдено: государство было разделено на две части, а власть над ними переходила в руки тех принцев, которые находились в Маскате и на Занзибаре соответственно. Таким образом, власть в Оманском султанате досталась Тувейну. Но на Занзибаре было сразу два претендента. В 1856 г. британцы предпочли Маджида как более умеренного из братьев. Позже, в 1861 г., ради сохранения статус-кво в дальнейшем Тувейн и Маджид заключили под руководством британцев договор «о мирных отношениях», который подписала и Великобритания, в качестве гаранта «целостности и нерушимости границ»1.
Однако такое решение вопроса о престолонаследии нс устраивало Барга- ша. И он решил оспорить его традиционным для арабских правителей способом, попытавшись сместить своего брата. Попытка оказалась неудачной, однако Баргаш не оставил надежду однажды стать султаном Занзибара. В мемуарах принцессы Сальме, сестры Сейида Бар- гаша, приводится следующее его описание, во многом объясняющее неудачу при попытке захвата власти: «Баргаш, сын абиссинской женщины, человек очень талантливый, намного превосходил нас (т. е. остальных братьев и сестер) по уровню интеллекта и предусмотрительности. Гордый и властный, он ценил искусство управления массами: но тот факт, что из всей семьи лишь четыре женщины и только один мальчик ... приняли его сторону, дает четкое представление о том, сколь малой любовью он пользовался»1 2.
После неудачной попытки «дворцового переворота» Баргаш оказался в изгнании в Индии. Это место было выбрано не случайно: именно там принц находился одновременно и вдалеке от родины, 1 Овчинников Е.О. История Танзании в новое и новейшее время. М.: Наука, 1986. С. 73.
2 Ruete Е. Memoirs of an Arabian Princess from Zanzibar. Zanzibar, The Gallery Publications, 1998. P. 164.
IIHIJHIIIllllllll IIIIIIIIHIIIIIIIII


и под контролем британцев. Именно во время пребывания в Индии будущий султан познакомился со многими достижениями европейской цивилизации.
Несмотря на поражение и последовавшую за ним ссылку в Индию в 1870 г., после смерти Маджида, Баргаш все-таки стал султаном Занзибара и правил им вплоть до своей смерти в 1888 г. Именно ему суждено было положить конец истории работорговли на острове. Он подписал договор 1873 г., предложенный британским консулом Джоном Кирком, однако сделал это лишь под угрозой блокады со стороны Великобритании. Согласно этому документу, запрещался вывоз рабов с побережья Восточной Африки, а продажа рабов на Занзибаре прекращалась. Этот договор кардинально отличался от всех соглашений о работорговле, подписанных ранее, так как он не ограничивал торговлю людьми, а полностью запрещал ее. Это означало закрытие рынка рабов в столице султаната. Позже на его месте был возведен огромный англиканский собор3.
Договор 1873 г. нанес работорговле смертельный удар, однако для ее полного прекращения все же потребовалось некоторое время. Арабские работорговцы пытались найти какой-нибудь обходной путь. Агония работорговли продлилась три года. В 1876 г. Сейид Баргаш объявил, что каким бы то ни было способом перевозить рабов к побережью из внутренних районов категорически запрещено. Более того, рабов вообще не разрешалось перевозить с места на место ни наземным, ни водным транспортом4.
Несмотря на возникавшую время от времени напряженность в отношениях Занзибарского султаната с Европой, в целом Сейид Баргаш придерживался той же политики, что и его отец Сейид Саид, т. е. старался максимально сблизиться со странами Запада. Благодаря его стараниям британские корабли заходили в гавань Занзибара на пути из Адена в Дурбан. Более того, Сейид Баргаш оказался одним из первых восточных правителей, лично побывавших в Европе. В 1875 г. он посетил Лондон. С точки зрения внешнеполитических интересов Занзибара эта поездка не имела революционного значения, но с другой стороны, именно благодаря ей ряд достижений Европы достигли султаната. К этим достижениям относятся, например, электричество, телеграф, первый лифт. Лифт был построен в так называемом Доме чудес, дворце Сейида Баргаша, названном так из-за разнообразных европейских «диковинок». А на площади перед дворцом возвышалась башня, игравшая роль маяка. Из-за обилия электрических ламп европейцы называли ее «новогодней елкой султана»5.
Тем не менее к 1876 г. Баргаш начал серьезно опасаться своих западных «друзей». Султан осознавал, что его власть на континенте довольно слаба, и он ничего не сможет противопоставить европейцам, если те захотят эти земли иметь в качестве своих колоний. В этом вопросе на стороне султана неожиданно оказалась Британия. Она не хотела, чтобы Восточная Африка досталась другим странам. Бельгийцы и французы пытались добиться разрешения построить свои порты на побережье для облегчения торговли с внутренними районами Африки, но из-за вмешательства британского консула Джона Кирка султан Занзибара отказывал им. Однако необ3 Marsh Z.y Kingsnorth G.W. An Introduction to the History of East Africa. Cambridge: University Press, 1970. P. 46.
4 Okello Ayot H. Topics in East African History 1000-1970. East African Literature Bureau. Nairobi, 1976. P. 53.
5 Ruete E. Op. cit. P. 202.
iiiiiiiiitiriiiriii IUJO iiiiiliniiiiiiirir


ходимость такой торговли была очевидна для Сейида Баргаша. Он предложил британцам принять участие в создании системы торговли на побережье и во внутренних районах Восточной Африки, но в 1881 г. многомесячные переговоры закончились ничем.
Так Британия упустила свой шанс установить единоличное господство над Восточной Африкой. Началось проникновение других стран. В 1884-1885 гг. Германия присвоила часть земель из владений Сейида Баргаша на континенте. Султан был в ярости и всерьез рассчитывал на поддержку Британии. Однако британцы и сами были обеспокоены. Они опасались, что Германия захватит всю Восточную Африку. В 1886 г. между Британией и Германией прошли переговоры, во время которых европейцы поделили земли султана между собой, оставив ему лишь полосу вдоль побережья шириной в 10 миль. В декабре 1886 г. Сейид Баргаш был вынужден согласиться с решением захватчиков.
Таким образом, Сейид Баргаш сыграл в истории Занзибара несколько двойственную роль. С одной стороны, он старался взять от Европы все лучшее, все полезные изобретения в различных сферах и направить их на благо своей страны. А с другой - именно его правление ознаменовалось многочисленными уступками и постепенным превращением Занзибарского султаната из сильной державы, с которой европейцы вынуждены были считаться, в крошечную колонию, так называемый Британский протекторат.
С.Ю. Иванова
Литература
Okello Ayot Н. Topics in East African History 1000-1970. East African Literature Bureau, Nairobi, 1976.
Ruete E. Memoirs of an Arabian Princess from Zanzibar. Zanzibar: The Gallery Publications, 1998.
Marsh Z., Kingsnorth G.W. An Introduction to the History off East Africa. Cambridge: University Press, 1970.


ТЕВОДРОС II
1818-13.IV.1868
Император Эфиопии в 1855- 1868 гг., первый объединитель и модернизатор эфиопской империи.
Касса Хайл к), как звали его до принятия царского имени, родился в семье мелкопоместного феодала в области Ку- ара на северо-западе Эфиопии. Поначалу ничего не предвещало его блестящую карьеру. Мальчик рано лишился отца. Оставшаяся без средств к существованию мать Кассы, Атетегаб, переехала в тогдашнюю столицу Эфиопии Гондэр, где занялась торговлей народными снадобьями, сам же Касса был определен на учебу в одну из монастырских школ неподалеку от оз. Тана. Несколько лет его жизни прошло в изучении чтения и письма, псалмов Давида и других религиозных текстов, основ культуры и истории страны. После разгрома монастыря солдатами одного из феодалов, претендовавшего на земли в этом районе, Касса простым воином вступил в отряд одного из своих дальних родственников. Через какое-то время он сам создал собственный отряд и, объявив себя дэджазмачем, стал фактически разбойником, шыфта, как называли в стране тех, кто промышлял разбоем на большой дороге.
В своем новом начинании Касса оказался удачлив, и численность его отряда росла как на дрожжах. Вскоре он стал представлять угрозу для правителей отдельных северных областей. Па него с беспокойством стала поглядывать императрица Мэнэн, фактическая правительница Гондэра. После разгрома войска раса Али, сына Мэнэн, Касса получил в жены дочь Али Тоуабеч, а в качестве приданого - всю область Куара. Вскоре он стал правителем обширной области к западу и северу от оз. Тана. Почувствовав свою силу и осознавая вред безвластия в стране, в 1852 г. Касса начал длительную и кровопролитную борьбу за высшую власть в Эфиопии. В сражениях при Гур Амба (27 ноября 1952 г.), Айша- ле (29 июня 1853 г.) и Дэрэсэнь (9 февраля 1955 г.) он разбил армии наиболее могущественных правителей северных областей.
Путь к императорской короне был открыт. Бывший семинарист, бывший шыфта, 37-летний Касса и впрямь имел все основания уверовать в свою священную миссию объединения Эфиопии и восстановления ее прежней славы. На этом, собственно, и заканчивается история отпрыска захудалого феодального рода Кассы из Куары и начинается история первого эфиопского императора эпохи объединения страны Теводроса II.
Многочисленные новшества, которые сопровождали весь период правления этого монарха, начались уже с самой церемонии коронования. В тот момент, когда проводивший церемонию миропомазания глава эфиопской церкви абуна Салама готов был возложить корону, Касса во всеуслышание заявил: «Клянусь короной моих предков, что соберу под своей властью все части страны, HIIIIIIIIIIIIIIIII IU4V lllilllllllllllllll


которые в прошлом входили в состав империи»1.
Показателен и выбор царского имени новым монархом. В изнемогавшей под бременем непрестанных феодальных междоусобиц Эфиопии «времен князей» ш и рокое расп ространен ие пол уч и л о пророчество о грядущем восшествии на императорский престол царя по имени Теводрос, который восстановит древнюю славу империи и освободит от мусульман Иерусалим. Таким образом, выбор Кассой имени Теводрос явился по форме как бы принятием на себя деяний, ожидаемых от прихода мессии, а по существу - его программой преобразования страны.
Правда, возникла одна немаловажная проблема о непринадлежности императора к Соломоновой династии, но она была довольно быстро решена. Якобы церковникам удалось обнаружить необходимые сведения в одном из древних манускриптов. Скорее всего, в сложной ситуации тех дней, когда с политической сцены сошли могущественные правители северных областей и казалось, что страна вступает в новый период смут и неопределенности, было лучше признать законность прав Теводроса. Тем более что на его стороне была сила.
Оплотом феодальной раздробленности оставалась лишь фактически независимая область Шоа, которая под руководством нескольких правителей заметно увеличила свои пределы и преуспела в торговых и экономических делах. Однако в военном отношении она уступала северным областям, и новому императору, располагавшему боевым и людским потенциалом Севера, было несложно установить контроль над Шоа. Вместе с Шоа в орбиту центральной власти попала и населенная преимущественно оромо область Уолло, расположенная между северными областями и Шоа. По приказу императора отпрыски правящих домов всех захваченных областей были свезены в качестве заложников в резиденцию Теводроса II крепость Мэк- дэлу. Среди них оказался и наследник шоанского престола Сахле-Марьям, будущий император Менелик II.
Впервые за последние 100 лет во главе Эфиопии стал человек, воплотивший в себе как авторитет высшей власти, так и фактическую политическую и военную силу.
Что же представлял собой человек, которому история уготовила роль начать сложный и небескровный процесс превращения Эфиопии из конгломерата разрозненных областей в единое государство? Когда с покорением Шоа под властью императора оказались все крупные области государства, Теводросу исполнилось 37 лет. Это был уже зрелый, сформировавшийся человек, не раз подвергавший свою жизнь превратностям военной судьбы, получивший, возможно, лучшее для того времени образование. Европейцы, встречавшиеся с императором, отмечали его образованность и широкий кругозор. Несколько позднее английский посланник О. Рассам писал в своем отчете: «Император разговаривал со мной сегодня о европейской войне (русско-турецкой войне. - Г. Ц.) и затронул также гражданскую войну в Соединенных Штатах, наши действия против ашанти и нашу войну с Россией»* 2.
Его привычки и манеры поражали многих европейцев простотой. На фоне своего окружения он отличался скромностью одежды и неприхотливостью в еде. Теводрос всегда имел при себе оружие: у пояса меч и револьвер, из рук ред’ Цит. по: Jesman С. The Tragedy of Magdala: an Historic Study. // Ethiopia Observer. 1966. Vol. 10. №2. P. 111.
2 Rassam H. Narrative of the British Mission to Theodore, King of Abyssinia. L., 1969. T. 1. P. 294.
iiiiiiiiiiiiiiinti I UH I iiiiiiiitiiiiiiiiii


ко выпускал копье. О его прекрасным владением оружием ходили легенды. Он был одним из немногих смельчаков, отважившихся нападать на дикого слона верхом с одним лишь копьем. Три раза он вступал в поединок со зверем и каждый раз выходил победителем. Точно так же современники высоко отзывались о деловых качествах императора, который был неутомим в работе, мало отдыхал днем и ночью и отличался трезвостью мыслей и умением упорно идти к поставленной цели.
После объединения страны на передний план выдвинулась задача создания надежной системы управления государством. При проведении административной реформы управления Теводрос не мог полностью отказаться от услуг феодалов, занимавших высокие посты в той или иной области в период феодальной раздробленности. Ведь в распоряжении императора было слишком мало людей, способных к административной деятельности на высоком уровне. В новых условиях правители, выразившие лояльность верховной власти, занимали свои посты не по праву наследования, а в качестве назначенных императором чиновников. Кроме того, Теводрос разделил каждую область на более мелкие административные единицы и поставил во главе их верных ему людей. Один из европейских современников так оценивал усилия эфиопского монарха в этом направлении: «Трудную задачу ликвидации власти могущественных феодалов, задачу, на решение которой в Европе ушло несколько сроков правления сменявших друг друга королей, он начал с того, что заковал в цепи всех, кто представлял опасность, открыто заявив, что освободит их, как только укрепится его собственное положение»3.
Многие современники-европейцы видели в Теводросе борца с феодализмом. Но то, против чего выступал эфиопский монарх, было не феодальной системой, основывавшейся прежде всего на существовавших в стране формах землевладения и землепользования, а сопровождавший эту систему феодальный сепаратизм, феодальная вольница. В стремлении создать сильную централизованную власть Теводрос стремился лишь подорвать политическую гегемонию феодальных правителей. Не подрывая власти земельной знати, он ставил перед собой задачу подчинить ее государству в лице императора. Говоря современным языком, речь шла о создании вертикали власти.
Во время правления Теводроса Эфиопия стала свидетелем большего числа реформ, чем за период пребывания у власти десятков его предшественников. Они затрагивали самые различные стороны политической и социальной жизни страны, но цель их была одна - укрепление центральной власти и усиление эфиопского государства. Так, Теводрос упростил законы о торговле и таможенных пошлинах, положив конец бессчетным вымогательствам у купцов. Теперь чиновники по сбору налогов назначались самим императором, а вся сумма таможенных сборов шла императору, который потом передавал часть ее в качестве жалованья таможенным чиновникам. Упорядочение торговой политики способствовало развитию торговли и пополнению государственной казны.
Впервые в стране появилась Библия на амхарском языке, до этого писавшаяся на древнеэфиопском языке гыызе. Английский миссионер Флад, доставивший в 1856 г. 300 экземпляров Библии, отпечатанных в Англии на амхарском языке и несколько экземпляров на языке гыыз, вспоминал, с каким энтузиазмом Теводрос воспринял книги на амхарском, заявив, что издания на гыызе, языке не 3 Correspondence Respecting Abyssinia. 1848-1868. L., 1868. P. 150.
Iltilllltlllfllllll IU4Z lllllllllinillllll


понятном никому, кроме священнослужителей, никому не нужны. Относительная независимость императора от традиции проявилась и в том, что вместо устных он стал рассылать письменные указы на амхарском языке.
Нововведения коснулись и судебной системы. Объявив себя верховным судьей, император назначил в каждом округе чиновников, которые вершили суд его именем. Одно лишь право оставалось прерогативой самого императора - право смертной казни. Вплоть до этой реформы верховный суд страны, состоявший из 12 пожизненно назначенных императором судей, пребывал постоянно в Гондэре и занимался лишь толкованием Фэтха нэгэст, мало вникая в текущие события. Отсюда в судейской системе царил произвол сильного над слабым.
В эфиопской историографии Теводрос заслужено рассматривается как великий новатор. История сохранила немало примеров различных нововведений, инициатором которых был сам император. Это обстоятельство позволило историкам сравнивать его реформаторскую деятельность с деятельностью Петра I. Так, английский исследователь К. Маркхэм, усмотревший во внутренней политике сходство с реформаторской деятельностью русского императора, отмечал: «Оба они были рождены царями, оба отмечены военной гениальностью, оба имели слабость к технике, оба обладали беззаветной храбростью»4. Не случайно в истории Эфиопии ему отведено место не только первого объединителя страны, но и первого ее модернизатора. Предпринятые Теводросом новшества касались одежды и армии, церкви и судопроизводства, работорговли и делопроизводства. В его правление впервые стали сооружаться дороги, была сделана первая попытка отливки собственных артиллерийских орудий.
С именем Теводроса связаны и первые в истории страны попытки ограничения работорговли. Но несмотря на строгость указа (уличенный в торговле рабами-христианами подвергался отсечению правой руки и левой ноги), этот шаг императора мало что внес в устоявшийся порядок вещей. Испокон веков захват рабов в ходе военных завоеваний был священным правом эфиопского воина, и опиравшийся на военную силу в осуществлении процесса централизации страны Теводрос не мог рубить сук, на котором сидел. Просто на фоне усиливавшихся контактов с европейским миром ему было важно представлять себя прогрессивным правителем. Чаще всего он практиковал выкуп нескольких сотен рабов, которых затем отпускал на свободу, о чем упоминали многие европейские миссионеры, побывавшие в Эфиопии того времени.
Наиболее серьезные реформы, предпринятые Теводросом, касались армии, военной стороны эфиопского общества в целом. Новаторство императора выразилось прежде всего в его намерении создать новый для Эфиопии тип армии, соответствовавший задачам централизации и укрепления страны. Оценивая действия императора, симпатизировавший Теводросу дипломатический представитель Великобритании Уолтер Плоуден писал: «Он свел солдат в полки, назначив офицеров различных званий, установив им плату и определив их обязанности; произвольно перемешав в этих полках солдат из разных провинций, он нанес таким образом могучий удар той феодальной системе, при которой люди собирались вокруг предводителя из своей родной области и следовали за ним как в повиновении, так и в мятеже»5.
4 Markham С.К. A History of the Abyssinian Expedition. L., 1869, P. 293.
5 Correspondence respecting Abyssinia. P. 166.
Illlllltlllinillll 1043 iiiiiiiiinmiiiii


Иными словами, была предпринята попытка создать общенациональную регулярную армию, подчиненную центральной власти.
Первый опыт военного обучения и внесения воинской дисциплины в ряды эфиопских воинов (для начала были отобраны 1000 человек) не принес желаемых результатов. Эфиопского воина легче было поднять на кровопролитное сражение, чем заставить подчиняться воинским командам. В конечном счете императору пришлось отказаться от своего намерения и вернуться к старым порядкам.
Не менее сложным делом было введение системы жалованья за военную службу. В данном случае император преследовал две цели: во-первых, начать процесс создания регулярной армии, а во-вторых, в какой-то степени освободить сельское население от постоянных поборов со стороны солдат. Традиционно именно на крестьян падал тяжелый груз содержания армии, любой воин имел право потребовать, чтобы ему предоставили кров и пропитание. И на сей раз сила традиционного мышления оказалась сильнее государственных указов. Не отказываясь от получения жалованья, солдаты по-прежнему продолжали обирать селян. В конечном счете все помыслы эфиопского монарха обратились на укрепление собственно императорской армии, на которую он опирался в своей деятельности. Утвердив свою власть силой оружия, он был вынужден строить свою Эфиопию на той же основе.
На протяжении всего периода своего правления Теводрос уделял большое внимание техническому переоснащению армии. По его приказу находившиеся в стране армяне, греки и другие европейцы отправлялись за границу для приобретения огнестрельного оружия. Кроме того, с помощью миссионеров, выпускников швейцарской миссионерской школы в Кришоне, вблизи городка Гэфат была создана «Рабочая миссия», ставшая своеобразным центром по реализации планов эфиопского монарха, направленных на техническую модернизацию страны. Именно здесь были отлиты первые пушки, в том числе и орудие весом в 7 тонн. В честь России, пользовавшейся симпатией Теводроса, поскольку в Крымской войне она противостояла туркам- мусульманам, при крещении пушка получила название «Севастополь».
Важное место в политике Теводроса по укреплению центральной власти имели его взаимоотношения с церковью. Однако конфликт императора с духовенством, во многом определивший его собственную судьбу, имел не сугубо религиозный характер, а был вызван чисто прагматическими, экономическими причинами.
Бывший «джентльмен удачи» Касса, промышлявший со своим отрядом на дорогах, не любил и всячески истреблял бандитов и грабителей, бывший Касса- семинарист не жаловал духовенство. Он считал их бездельниками, которые, обладая огромными земельными угодьями, не думают о процветании Эфиопии и отказываются платить налоги. «Поэтому, - пишет эфиопский летописец, - он отобрал церковные земли и заявил, что пяти духовных лиц достаточно для любой церкви, а пяти священников - для соборной церкви»6.
Легко предположить, что эта реформа Теводроса, покусившегося на экономические основы эфиопской церкви, вызвала непримиримую ненависть со стороны клира. Оппозиция со стороны церкви, пользовавшейся огромным влиянием на i умы людей, определявшей, что есть добро и зло в традиционном эфиопском обществе, значительно обострила обстановку 6 Цит. по: Morgan М. Continuities and Traditions in Ethiopian History // Ethiopia Observer. 1969. Vol. 12. №4. P. 260.
tiiiiiiiiiiiiitiiii 1044 iiiiiiiiiimiiiiii


внутри страны. В конечном счете разъяренный монарх сделал немыслимый шаг в истории страны - заточил абуну в темницу, присоединив его к другим узникам Мэкдэлы. Хотя до отлучения от церкви Теводроса дело не дошло, в своих проповедях священнослужители выставляли императора как человека, покусившегося на древние обычаи, доставшиеся нынешнему поколению от их отцов и дедов. Что еще хуже - оппозиция духовенства явилась сильной поддержкой для феодальной верхушки в ее сепаратистских устремлениях. Постепенно от Теводроса стали отходить крестьянские массы, обнадеженные поначалу возможностью установления порядка в стране. На настроение крестьянства- влияли и церковные антиправительственные проповеди, и выступления против центральной власти их сюзеренов - феодалов, и усиливавшееся давление налогового пресса. На действия оппозиции Теводрос отвечал со все нараставшей жестокостью, увеличивая этим количество врагов. Постепенно он все больше превращался в непопулярного и непредсказуемого в своей ярости правителя.
На фоне внутренней оппозиции ухудшились отношения с Великобританией, на которую Теводрос возлагал большие надежды в деле модернизации страны и закупок огнестрельного оружия. Не сохранилось никаких сведений о единомышленниках и соратниках императора из числа его земляков-эфиопов, но много раз в работах европейских современников упоминаются имена двух наиболее близких ему людей - англичан У. Плоудена и Дж. Белла. Последний, в частности, не раз делил походную палатку императора во время походов. Именно эта дружеская близость и обусловила интерес Теводроса к Великобритании.
С воцарением Теводроса II наступил период активизации контактов между Эфиопией и европейскими державами, инициатором чего был сам император. Он достаточно хорошо осознавал пропасть, лежавшую между находившейся на уровне Средневековья Эфиопией и промышленно развитой Европой. В этой ситуации выход был один - обратиться за помощью туда, где, казалось, умели все. При этом Теводрос отдавал себе отчет о намерениях европейских держав относительно Африки. «Знаю я тактику европейских правителей, - заявил он французскому консулу в Египте Лежану. - Когда они хотят захватить восточную страну, они сначала присылают миссионеров, потом консулов для поддержки миссионеров и, наконец, батальоны для поддержки консулов. Я не индийский раджа, чтобы дать одурачить себя подобным образом. Я предпочитаю иметь дело сразу с батальонами»7.
Касаясь внешнеполитической деятельности Теводроса, современники отмечали его стремление выступать на равных в сношениях с европейскими державами, о чем неоднократно сообщал в своих донесениях в Лондон У. Плоуден. Для чиновников британского МИДа такое желание выглядело по крайней мере странным. В результате они не обратили особого внимания на письмо эфиопского монарха королеве от 30 октября 1862 г., в котором Теводрос сообщал о своих планах борьбы с мусульманским окружением и взывал к религиозным чувствам королевы.
Не получив ответа, Теводрос почувствовал себя уязвленным. Выходец из незнатной семьи, не имевшей никакого отношения к Соломоновой династии, он ревностно относился к внешним атрибутам в контактах с европейскими державами, придавая значение таким вещам, как количество и характер присланных 7 Lejean G. Theodore II, le nouvel empire d’Abbyssinie et le interet français dans le sud de la mer Rouge. P., 1865, P. 165.
IIIIIIIIIIIIIIIHII IIIIIIIIIIIIIIIHII


подарков, ранг и положение лиц, направляемых к нему, форма обращения к нему в корреспонденции из европейских стран. Невнимание к себе Теводрос воспринимал как личное оскорбление.
Поскольку император не мог требовать удовлетворения от европейских держав, его гнев обратился против европейцев, находившихся в пределах его владений. По приказу императора все они, включая и дипломатического представителя Великобритании Камерона, были перевезены в Мэкдэлу и заточены в тюрьму. С этого момента события стали развиваться, говоря словами известной эфиопистки Сильвии Панхерст, «с необратимостью греческой трагедии».
Великая мировая держава Великобритания не могла не выступить в защиту своих подданных. В октябре 1867 г. британский корпус численностью в 62 тыс. человек высадился на Красноморском побережье и направился в глубь Эфиопии, к крепости Мэкдэла, где содержались пленники. Хотя события этого времени получили определение как англо-эфиопская война 1867-1868 гг., их правильнее было назвать войной Англии против Теводроса. Население областей, по которым пролегал путь англичан, лояльно относились к интервентам, в то время как двигавшаяся с другой стороны к крепости армия императора подвергалась постоянным нападения со стороны мятежных феодалов. Из ее рядов дезертировали менее стойкие, и по прибытии к месту назначения ее численность резко уменьшилась.
10 апреля 1868 г. произошло решающее сражение, в котором императорская армия понесла большие потери, а 13 апреля Мэкдэла была взята штурмом. Не желая сдаться в плен, император Теводрос застрелился. Его труп был опознан англичанами по гравировке на револьвере «Подарен Викторией, королевой Великобритании и Ирландии, императору Абиссинии Теводросу в знак ее благодарности за доброту, проявленную к ее слуге Плоудену». Этот револьвер был прислан императору в 1864 г. в ответ на его послание в Лондон, в котором он сообщал о казни мятежников, напавших на караван У. Плоудена.
Смерть от собственной руки, а не сдача в плен вернула Теводросу часть того уважения, которым он пользовался в народе в первое время после коронации. Этим актом он как бы заложил основание легенды о бесстрашном герое- императоре, который предпочел смерть пленению. В одной из народных песен, сложенных о его гибели, говорится:
Стон несется из Мэкдэлы, Знайте, там умер мужчина с сердцем льва.
Смерть от руки другого
Была бы для него бесчестьем.
Трудно найти более противоречивую фигуру в политической истории Эфиопии XIX в., чем Теводрос. Он выглядит как человек, в одиночку пытавшийся бороться за возрождение былого величия страны, которое для него заключалось прежде всего в объединении империи. Его относительную неудачу можно объяснить грандиозностью поставленной перед собой задачи. 13 лет пребывания на троне - слишком короткий срок для политической централизации страны, долгое время пребывавшей в состоянии феодальной раздробленности. Для решения этой же задачи в Европе потребовались усилия не одной династии. В отличие от своих предшественников он мыслил уже общегосударственными масштабами, а не интересами собственного домена. Истории суждено было отвести Теводросу роль не строителя, если исходить из конкретных результатов его деятельности, а скорее разрушителя. Но разрушал он то, стояло на пути прогресса, готовя своим преемникам площадку для возведения нового.
Hiiiiifiiiiiiiiiii 1046 iiiimiiiiiiiiiiii


Касаясь личности императора Теводроса, эфиопский просветитель начала XX в. Гэбрэ-Хыйуот Байкедань писал: «Горе тому царю, который возьмется менять наши дремучие порядки, каковые у нас в крови. Потом он сможет снискать этим доброе имя, но при жизни ему от этого пользы не будет. Об этом свидетельствует нам история государя Теводроса. Этот царь из Куары острой саблей насильно объединил разрозненные части абиссинского государства. Чтобы освободить народ от ярма попов и наместников, он провозгласил самодержавие и стремился дать народу просвещение. Читатель! И что же ты думаешь, какая польза была от всех его усилий? Весь народ по наущению попов и наместников восстал против него и довел его до сумасшествия. И, наконец, его выдали чужеземцам, и он наложил на себя руки... Однако мысль Теводроса не умерла, хотя и не осуществилась. Абба Татэк (традиционное прозвище Теводроса по кличке его коня. - Г. Ц.) хоть и плохо кончил, но умер, оставив по себе славу незабываемую»8.
В современной Эфиопии, особенно среди интеллигенции, Теводрос, несмотря на жестокость правления и незавершенность многих поставленных перед собой задач, считается первым императором-объединителем и великим реформатором страны.
Г.В. Цыпкин
Литература
Цыпкин Г.В. Эфиопия: от раздробленности к политической централизации. М., 1988.
Dufton Н. Narrative of a Journey Through Abyssinia. L., 1867.
Markham C.R. A History of the Abyssinia Expedition. L., 1969.
Rassam H. Narrative of the British Mission to Theodore. L., 1869.
Ruhenson S. King of Kings Tewodros of Ethiopia.
Addis Ababa, 1966.
8 Гэбрэ-Хыйуот Байкедань. Государь Менелик и Эфиопия. Копия рукописи из библиотеки Института эфиопистики при Аддис-Абебском университете (на амхарском языке). (Б.м, б.г.).


Эдуардо Саиди ТИНГАТИНГА
Edward Saidi Tingatinga 1932-1972
Танзанийский художник, родоначальник примитивистской школы живописи.
Э. Тингатинга родился в бедной крестьянской семье в деревне Намочелиа на самом юге Танганьики. Учился в начальной школе католической миссии, а в 25 лет в поисках заработка отправился на север страны, в область Танга. Работал там на сизалевых плантациях, затем перебрался в столицу - Дар-эс-Салам. Нанимался садовником, продавал овощи и фрукты, развозя их на велосипеде, плел корзины и циновки, занимался вышивкой и украшал жилища друзей настенной росписью в традициях тех мест, откуда был родом.
Удивительный талант живописца проявился в нем в зрелом возрасте. Рисовать необычные цветные картинки маслом на картоне размером два на два фута Э. Тингатинга начал в 1968 г., когда ему было уже 36 лет. В это же время стал играть на маримбе - традиционном музыкальном инструменте в группе выходцев из знаменитого народа маконде, зарабатывавших на жизнь фольклорной музыкой, песнями и танцами. Он был неплохим музыкантом, веселым человеком и любил выпить. Своими картинками он сам так увлекся, что превратил в подобие студии единственную комнатушку, в которой жил с женой и детьми. Жена и племянник продавали картонки за смешные деньги неподалеку от дома в оживленном торговом местечке Дар-эс-Салама -
«Морогоро сторс».
В один прекрасный день фортуна улыбнулась ему. Она явилась в образе туриста-европейца, который сумел оценить чудные картонки. Добрый иностранец заинтересовался картонками настолько, что постарался устроить Тингатинга протекцию - обратил на него внимание организации, которой вменялось в обязанность развивать национальные искусства и ремесла - Нэшнл Артс Компани. Там нашлись понимающие люди, и Тингатинга сразу же получил от компании серьезный заказ, причем и платить она согласилась втрое больше против прежних цен. Теперь он мог полностью посвятить себя своему искусству, оставив всё суетное, которым приходилось заниматься для пропитания. Из ближайших родственников составилась небольшая артель. У маэстро Тингатинга появились ученики и последователи.
Говорят, что была и еще одна счастливая встреча. Датчанка Мерете Тэй- сен убедила Эдуардо в необходимости подписывать работы. Вот ведь как просто бывает: не было бы тогда тех подписей - не было бы сегодня и школы «тингатинга».
Жизнь художника оборвалась в 1972 г. нелепо и трагично. Однажды поздним вечером полицейский дорожный патруль по ошибке принял за угнанный ранее грабителями автомобиль «Фольксваген», ехавший по центральной улице Дар-эс-Салама. Водитель, у которого, HIIIIIIIIIIIIIIIII IU4O HIIIIIIIIIIIIIIIII


как оказалось позднее, были просрочены права, решил по этой причине скрыться от погони. Полицейские начали стрелять, и один из троих, находившихся в салоне «Фольксвагена», получил смертельное ранение. Это был Эдуардо Саиди Тин- гатинга. Так, совсем недолго посветив на небосклоне судьбы, закатилась звезда художника. Но осталось его искусство.
Сегодня на том самом месте, где 30 лет назад все начиналось, - в «Моро- горо сторс» - открыта большая галерея кооператива художников, работающих в стиле «тингатинга». Похмогли швейцарское правительство и авиакомпания «Свиссэйр». В кооперативе 50 членов, являющихся признанными художниками этого жанра, и 30 учеников. Здесь они создают, выставляют и продают свои произведения. Редко кто из гостей Дар- эс-Салама не посетит галерею «Тингатинга». А среди тех, кто посетил, мало кто остался равнодушным.
Множатся и множатся странные сюжеты. Удачные в смысле коммерции картинки тиражируются. В хорошие дни в галерее продается картинок на сотни долларов. Цены от 5 до 30 долл, в зависимости от размера. Но и имя мастера имеет значение. Есть ведь уже признанные, много лет работающие в этом жанре художники.
Некоторые из художников не сошлись с общей компанией и работают вне кооператива. Теперь картинку «тингатинга» можно купить в любОхМ уголке Танзании, посещаемом туристами. В стиле «тингатинга» расписывают абсолютно все - от кружки до автомобиля.
Наивное сознание, которое водит рукой художника-примитивиста, живет в каждохм из нас как память о радости и чистоте нашего детства. В этих произведениях художник являет нам свое видение внутренней гармонии мира и всего сущего в нем и рассказывает, что сохранил чувство радости, удивления и восхищения этим миром.
Вот он сидит и выводит на холсте прекрасную гигантскую бабочку, оседлавшую маленького бледно-фиолетового бегемота с цветком вместо хвоста. Он просто загляделся на чудесные, цветущие всеми цветами деревья, на изумрудные холмы и красную землю под вечным ярким солнцем, на бескрайний лазоревый океан и косой белый парус на горизонте... Ведь Танзания, ее природа и краски - это просто чудо какое-то!
P.Æ. Патеев
Литература
Goscirmy Y. Tingatinga: the popular paintings from Tanzania. Dar es Salaam: La Petite Galerie, [2003?].


ТИППУ ТИП (Типпу Тиб Хамед эль Мухаммед эль Муджеби)
Tipp и Tip (Tib) Hamed bin Muhammed ed Murjebi 1837/40-13. VI. 1905
Крупный восточноафриканский работорговец и плантатор.
Типпу Тип родился в семье занзибарских торговцев. Его мать. Бинт Хабиб бин Бушир, происходила из знатной семьи маскатских арабов. Его отец, Мухаммед бин Джума, принадлежавший к династии богатых суахилийских торговцев, прокладывал торговые пути во внутренние районы Восточной и Центральной Африки. Чтобы закрепиться в районе Таборы - важного стратегического пункта на пути к озеру Танганьика. Мухаммед бин Джума женился на дочери вождя народа ньямвези Фунди Кира. Как пишет Типу Тип в своих мемуарах, «жена вождя в Уньямвези в то время обладала властью, сравнимой с властью самого вождя, и мой отец пользовался большим уважением»’.
Хамед совершил свои первые торговые походы в возрасте 12 лет. Когда ему было 18 лет, отец взял его в дальний поход - до Таборы. Затем он совершал походы через оз. Танганьика на территорию современной Демократической Республики Конго. Главной целью этих походов было приобретение слоновой кости. За счет торговли слоновой костью отец Типпу Типа сумел укрепить власть своего ставленника в Таборе Мньва Сере, которого он поставил править там вместо умершего Фунди Кира.
Впоследствии Типпу Тип стал совершать самостоятельные походы, торговля слоновой костью обогащала его. Он расширял ареал своих торговых походов во внутренние районы Восточной Африки. Пересекая оз. Танганьика, он все дальше углублялся в бассейн р. Конго. Наличие огнестрельного оружия делало его неуязвимым. В результате военной кампании он разбил некоего Саму, контролировавшего большую территорию восточнее оз. Танганьика, и проложил себе путь в эти области.
По возвращении из этого похода Типпу Тип стал пользоваться расположением Занзибарского султана Сейида Маджида. В то время одной из жен Типпу стала девушка из богатой семьи, имевшая недвижимость на Занзибаре и в Омане. Одновременно Типпу Тип начал торговлю новым товаром - порохом, пользовавшимся большим спросом во внутренних районах Восточной Африки. Затем он обратил свое внимание на новый прибыльный товар - рабов.
Рабы из Восточной Африки вывозились на Ближний Восток издавна. Одним из узловых центров на пути рабов из Восточной Африки на Ближний Восток был Каир. Другим стал Занзибарский султанат. Остров Занзибар имел удобную естественную гавань, куда 1 Maisha ya Hamed bin Muhammed el Murjebi yaani Tippu Tip kwa maneno yake mwenyewe. Kampala a.o., 1974. P. 12.
iiiiiiiiiiiiiniiit i и JU IIIIIIIIHIIIIIIIII


приставали лодки, привозившие рабов из внутренних районов Восточной Африки. К Восточноафриканскому побережью стекались три торговых пути из глубинных районов материка. Этими путями торговцы вывозили на побережье различные товары, главными из которых были слоновая кость и рабы. По этим дорогам почти непрерывно двигались караваны - длинные вереницы пеших людей, несущих на себе еще и другие товары, в частности слоновую кость. Для того чтобы они не разбежались, их объединяли в группы по 10-20 человек, и каждому на шею надевали железный обруч, соединенный цепью с кандалами на ногах. Обруч каждого раба соединялся цепью с обручем следующего, идущего сзади. Если железных обручей и цепей не хватало, в дело шли деревянные рогатины и лианы. Немудрено, что большая часть рабов гибла уже в этот трудном дальнем пешем пути.
В Восточной Африке возникли и расцвели ядовитым цветом именно в XIX в. крупнейшие невольничьи рынки. Об ужасах работорговли напоминает название города «Багамойо» («попрощайся со своим сердцем», т. е. оставь всякую надежду) и множество вбитых в землю свай на морском берегу, к которым привязывали рабов.
Занзибар был одним из крупнейших центров работорговли XIX в. С материка рабов переправляли туда на небольших парусниках - доу, в каждой из таких доу помещалось от 200 до 600 человек. По прибытии на остров таможенному чиновнику султана предъявляли лишь самых здоровых рабов, остальных, ослабленных долгими переходами и непригодных для работы, просто бросали на берегу. Часть купленных на невольничьем рынке Занзибара рабов оставалась здесь же в качестве домашних слуг и работников на гвоздичных плантациях, заложенных по приказу Сейида Саида на его любимом острове и соседней Пембе. Другие отправлялись в дальний морской путь.
Работорговля в Восточной Африке в XIX в., несмотря на свой бурный рост, проходила все более и более нелегально. Владычествовавшая в то время на морях Британия заставила султана Сейида Саида и его преемников начиная с 1822 г. подписывать все новые и новые договоры, ограничивавшие, а затем и сводившие на нет работорговлю. Тем не менее торговцы живым товаром ловко обходили все запреты.
Типпу Тип стал самым крупным работорговцем в регионе в последней трети XIX в. Свое прозвище Типпу Тип получил от слова «моргать», поскольку страдал нервным тиком. По другой версии, так называть его стали после третьей дальней торговой экспедиции 1869- 1870 гг., и прозвище было подражанием звуку огнестрельного оружия, которым он удачно торговал. Во время этой экспедиции он подружился с Давидом Ливингстоном.
Современники описывают его как «высокого, бородатого, крепкого мужчину с темной кожей и умным лицом и внешностью породистого араба».
В 1870 г. Типпу Тип с караваном, насчитывавшим около 4 тыс. человек, вновь совершил экспедицию в Конго и в течение последовавших 10 лет, подчинив себе тамошних правителей, утвердил свою власть на огромной территории области Маньема в междуречье Луалабы и Ломами. Жители Маньемы называли Типу Типа Мкангванзала - «человек, который боится только голода и ничего другого»2.
Там в октябре 1876 г. он встретился с Г.М. Стэнли, который убедил его совместно пройти вниз по течению реки Конго. Типпу Тип вспоминал, что Стэнли предложил ему 7 тыс. долл., на что он «показал ему всю свою слоновую кость и сказал: 2 KaheaJ.B. Mtemi Mirambo. Arusha; Dar es Salaam, 1980. U. 36.
IKItllllllllllllll IUJ / HIIIIIIIIIIIIIIIII


“Я пойду с тобой по своей воле, а не за 7 тыс. долларов”»3. Интересно, что люди в Конго не одобряли его сотрудничества со Стэнли. Они спрашивали: «Ты что, с ума сошел, что идешь с белым? Ты не понимаешь, что сам станешь белым? Ты же не нищий! Зачем тогда? У тебя же полно слоновой кости! Зачем ты идешь с неверным?» На что Типпу Тип отвечал им: «Может быть, я и сошел с ума, но это не ваше дело!»4.
Типпу Тип сопровождал Стэнли до впадения в р. Конго р. Касуку. Когда же Стэнли решил отпустить Типпу Типа назад, многие из его каравана заявили, что без Типпу Типа тоже не пойдут дальше. Типпу Тип помог Стэнли решить эту проблему, в частности раздав носильщикам новую одежду. За оказанную помощь Стэнли обещал Типпу Типу привезти из Европы «часы стоимостью в тысячу долларов, усыпанные бриллиантами, и несчетно денег»5.
Уйдя из бассейна Конго, Типпу Тип остановился в районе Таборы, где жил его отец и где у него самого была деревня. Эти края граничили с владениями могущественного правителя народа ньямвези Мирамбо, который в то время активно расширял свои границы. Но попытки столкнуть Мирамбо с Типпу Типом успехом не увенчались - Мирамбо относился к нему уважительно, осознавая его могущество. Немалую роль играла также дружба Типпу Типа с султаном Занзибара6. Типпу Тип, со своей стороны, тоже старался не ссориться с Мирамбо, так как его торговые пути с океанского побережья в Маньему, где он оставался полновластным господином, пролегали через земли Мирамбо.
По пути на Занзибар Типпу Тип встретил немецкого путешественника Г. Висмана, совершавшего экспедицию из Луанды через бассейн р. Конго до Восточноафриканского побережья. Типпу Тип снабдил его провиантом и помог ему добраться до океанского побережья. В своих мемуарах Типпу Тип приводит слова Висмана: «Жители Маньемы очень уважают тебя. Где бы я ни проходил, как назову твое имя - получаю все необходимое»7.
Типпу Тип возвратился на Занзибар. Там он познакомился с султаном Сейи- дохМ Баргашем, который воцарился в его отсутствие. Еще до встречи с ним через его сановников Типу Тип получил предложение стать ливали, т. е. наместником султана в области Табора. Одновременно эмиссары короля Леопольда Бельгийского предложили ему управлять областью Маньема в интересах Бельгии, получая оружие и боеприпасы и деля прибыли пополам. Типпу Тип ответил им, что он является подданным Сейида Баргаша, а Маньема - частью владений султана. Однако Сейид Баргаш при первой встрече рекомендовал Типпу Типу принять предложение бельгийцев8. Тогда же Типпу Тип познакомился и подружился с британским консулом на Занзибаре сэром Джоном Кирком.
Дело в том, что Стэнли тем временем создал опорный пункт бельгийцев для будущего свободного государства Конго у Стэнли Фоллз. В ноябре 1884 г. Типпу Тип прибыл туда для личного контроля над ситуацией. Сейид Баргаш регулярно слал ему туда письма, прося контролировать ситуацию. Типпу Тип ответствовал: «Тогда шли мне солдат и оружие - без этого я ничего сделать не могу»9. В кон3 Maisha ya Hamed... Р. 85.
4 Ibid. Р. 86.
5 Ibid. Р. 90.
6 См.: KabeaJ.B. Op. cit.
7 Maisha ya Hamed... P. 110.
8 Ibid. P. 112.


це концов Сейид Баргаш попросил его срочно прибыть на Занзибар.
В 1886 г. Типпу вернулся на Занзибар, по пути встретив русского путешественника В.В. Юнкера, которому он помог добраться до океанского побережья. Сейид Баргаш сказал Типпу, что европейцы хотят отнять у него его владения на материке. Сам Типпу Тип также понял, что во внутренних районах Конго власть Бельгии становится реальностью, и в 1887 г. принял предложение Стэнли стать губернатором одной из провинций свободного государства Конго - «поднять бельгийский флаг». Однако прежде чем подписать договор с бельгийцами, Типпу Тип показал его султану. Сейид Баргаш же осознавал, что власть бельгийцев в бассейне Конго стала реальностью - об этом свидетельствует пассаж из мемуаров Типпу Типа: «Я сказал, что они мне дают маленькое жалованье - 30 фунтов в месяц. А он ответил: “Иди даже за десять”»9 10 11.
Путешествие в Бельгийское Конго Типпу Тип совершил по воде: сначала вокруг Африки через Кейптаун до Мата- ди, потом вверх по реке Конго.
Однако отношения со Стэнли и бельгийскими властями вскоре испортились. Стэнли отказал Типпу Типу в оружии и боеприпасах, посоветовав купить их у местных торговцев. Тем не менее, Типпу Тип старался хорошо выполнять свои новые функции на бельгийской службе. Он насаждал повсюду бельгийский флаг и даже завел нечто вроде канцелярии, рассылавшей его письменные приказы. Губернатор повелел Типпу Типу ввести налог на торговлю слоновой костью, который тот счел слишком большим. Затем Типпу Типа обвинили в причастности к смерти нескольких европейцев. В конце концов он получил письмо от Леопольда Бельгийского с многочисленными обвинениями в свой адрес - в частности, в нарушении договора с Бельгией - и решил немедленно возвратиться на Занзибар11.
В 1890 г. Типпу Тип окончательно возвратился на Занзибар. К 1895 г. у него было на Занзибаре 7 плантаций и 10 тыс. рабов. Он утверждал, что библейские Авраам и Иаков сами были рабовладельцами. В 1892-1894 гг. сын Типпу Типа Сефу бин Хамед пытался возвратить контроль над частью территорий в Бельгийском Конго, когда-то принадлежавших Типпу Типу, но был убит.
В последние годы жизни Типпу Тип написал на языке суахили арабским шрифтом свою автобиографию. Она была издана сначала д-ром Генрихом Броде в оригинале и в немецком переводе в «Сообщениях семинара восточных языков в Берлине»12, а затем в 1907 г. в Англии в виде двуязычного текста - суа- хилийского, переложенного на латинский алфавит, и английского13.
Типпу Тип умер 13 июня 1905 г. в своем доме на Занзибаре. Дом Типпу Типа является поныне одной из достопримечательностей старого города.
А.С. Балезин
Литература
Maisha ya Hamed bin Muhammed el Murjebi yaani Tippu Tip kwa maneno yake mweny- ewe. Kampala a.o., 1974.
9 Ibid. P. 120.
10 Ibid.P. 126.
11 Ibid. P. 132.
12 Mitteilungen des Seminars für Orientalische Sprachen zu Berlin. Berlin, 1902-1903.
13 Brode H. Tippoo Tib. L., 1907.


ХАЙЛЕ СЕЛАССИЕI
23.VIL1892 - 26.VIII.1975
Регент и престолонаследник в 1916- 1930 гг.. император Эфиопии в 1930- 1974 гг., создатель абсолютистского государства.
Родился в городе Харэре на юго- востоке страны в семье ближайшего сподвижника и двоюродного брата императора Менелика II раса Мэконнына, который в то время занимал пост губернатора Харэра. До восхождения на императорский престол носил имя Тэфэри. Был десятым ребенком в семье, девять предыдущих младенцев умерли вскоре после рождения. Мать Тэфэри умерла при неудачных родах одиннадцатого ребенка, когда будущему императору было чуть больше года. Все заботы по воспитанию сына легли на плечи отца, раса Мэконнына. Правда, сам отец большую часть времени находился в отъезде. Страна шла к итало-эфиопской войне 1895-1896 гг., и рас Мэконнын почти все время находился в Аддис-Абебе при дворе императора Менелика II. Сам губернатор Харэра получил обычное церковное образование, но он придавал большое значение всестороннему обучению сына по европейскому образцу. Поэтому, кроме эфиопского учителя-священника, он приставил к сыну несколько учителей- европейцев с целью обучения мальчика французскому языку и другим предметам, выходящим за рамки церковного образования.
В 1903 г. Тэфэри был представлен императору Менелику. Три года спустя, незадолго до своей смерти в 1906 г., рас Мэконнын пожаловал сыну высокий военно-феодальный титул дэджазмача и назначил его губернатором одного из районов области Харэр. Несколько позже этот титул и назначение были подтверждены императором. Согласно эфиопской традиции молодые люди, имевшие родственные связи с императорской фамилией, постоянно находились при дворе, оставляя заботы по руководству отдаленными областями своим заместителям. Здесь, в столице, они находились в центре дворовых интриг, знали всех и вся, завязывали полезные знакомства и учились управлению государством. В 1907 г. по желанию Менелика Тэфэри стал учеником только что открытой школы, где учили по европейскому образцу. Среди его одноклассников были отпрыски самых знатных фамилий, в частности внук императора Лидж Иясу, в школьные годы друг, а затем политический противник Тэфэри. Примерно к этому времени относятся первые описания будущего императора. Он был невысок ростом, субтилен, в глаза бросались его маленькие руки и ноги, цвет кожи был светлым даже для эфиопа. Тэфэри редко улыбался и чаще всего находился в состоянии задумчивости. Рассказывают, что он часами мог обдумывать ту или иную проблему и лишь затем высказать свое мнение. Что еще отмечали современники, так это его глаза, проницательные и не по возрасту мудрые. Несмотря iiiiiiiiiiiiiiiiiii iiiiiiiiiiiiiiiiiii


на хрупкое телосложение, от Тэфэри ис- ходило ощущение какой-то значимости, даже величественности.
Менелик продолжать опекать сына своего сподвижника. В 17-летнем возрасте Тэфэри получил назначение на пост губернатора провинции Сидамо, а спустя несколько лет возглавил свою малую родину, провинцию Харэр. Таким образом, к 1916 г. он накопил уже немалый политический опыт.
К этому же времени относится и одно из первых описаний личности будущего императора. Оно принадлежит поэту Николаю Гумилеву, который в 1913 г., направляясь в Аддис-Абебу, был вынужден задержаться в Харэре, ожидая разрешения на продолжение своего путешествия. После встречи и беседы с Тэфэри у Гумилева сложилось мнение о нем как о человеке мягком, нерешительном и непредприимчивом. Еще раньше похоже о нем отозвался глава Русской дипломатической миссии в Аддис-Абебе Б.Н. Че- мерзин, который в 1910 г. также следовал в столицу через Харэр: «Мы остановились в доме генерал.-губ-ра дедьязмача Тафари, сына раса Маконена, который со своей свитой ожидал нас во дворе своего дома... Молодой человек, худенький, только что перенесший воспаление легких, он видом скорее напоминал безмолвную куклу... Прекрасна у Тафари его улыбка, которая делает его одновременно привлекательным и живым».
Ход развития событий показал, что оба наших соотечественника при кратком знакомстве не увидели в Тэфэри тех черт характера, которые в дальнейшем привели его на вершину эфиопской власти - ума, воли, необходимой для любого правителя доли жестокости, способности не останавливаться ни перед чем для достижения поставленных целей. Что же касается внешней мягкости, то не случайно один из политических противников Тэфэри, герой битвы при Адуа дэджаз- мач Балча называл его «получеловек- полузмея», имея в виду хорошо замаскированное коварство харэрца.
Внутриполитическая ситуация в Эфиопии стала претерпевать заметные изменения, когда после смерти Менелика в 1913 г. императорский трон занял его внук Лидж Иясу. Его очевидные симпатии к исламу, смена внешнеполитических союзников Великобритании и Франции на Турцию и Германию, назначения своих фаворитов на руководящие посты в государстве вызвали недовольство среди значительной части эфиопской знати. Пострадал и Тэфэри: в 1916 г. он был отстранен от поста губернатора процветающего и стратегически важного Харэра и назначен губернатором в отдаленную провинцию Кэфу, захолустье эфиопской империи. Лидж Иясу видел в Тэфэри Мэконныне серьезного противника и предпочитал держать его подальше от столицы. Однако правитель Харэра, вместо того чтобы отправиться к новому месту назначения, прибыл в Аддис-Абебу и принял активное участие в подготовке государственного переворота с целью свержения неугодного монарха. Недовольных феодалов поддержали и церковные иерархи, что было важно для Эфиопии того времени. Глава церкви абуна Мэтеос освободил заговорщиков от клятвы верности Лиджу Иясу, которую они дали в присутствии умиравшего Менелика, освятив тем самым их действия. После первой неудачной попытки государственного переворота 30 августа 1916 г. последовала более удачная - 27 сентября того же года, когда, воспользовавшись отсутствием императора, шо- анская оппозиция ввела в Аддис-Абебу верные войска и объявила о низложении Лиджа Иясу. Стремясь продемонстрировать намерение вернуться к прежнему политическому курсу, антиимператор- ская группировка провозгласила императрицей страны дочь Менелика Зоудиту, а регентом и престолонаследником - другого родственника Менелика, лидера tiiiiiiiiiiiiiiiiii 1055 tllllllllltllllllll


шоанской оппозиции Тэфэри Мэконны- на, которому были пожалованы титул раса и высшая награда Эфиопии - орден Соломона с лентой через плечо. Окончательная точка была поставлена 27 октября 1916 г. в битве при местечке Сэгэле, когда была разгромлена армия отца Лиджа Иясу, правителя области Уолло раса Микаэля, спешившая на помощь свергнутому императору.
Хотя де-юре рас Тэфэри являлся вторым лицом в государстве, фактически бразды государственного правления оказались в его руках. Императрица Зоу- диту заняла трон лишь благодаря счастливому для нее стечению обстоятельств. Решающим было то, что она была дочерью Менелика, ее личные качества не играли никакой роли. Сорокалетняя императрица плохо разбиралась да и не интересовалась государственными делами. В отличие от своего отца она была более консервативна, идеализировала прошлое и с недоверием относилась к европейцам и их идеям. Она больше предпочитала общаться с духовенством и протежировать угодным ей людям, назначая их на хлебные должности. Четырнадцать лет, до своей смерти в 1930 г., Зоудиту занимала императорский престол, но с ее именем не связано ни одно сколь-нибудь важное событие в жизни страны. Большей помехой для реализации целей, которые регент ставил перед собой, был военный министр фитаурари Хабтэ-Гийоргис, человек влиятельный и популярный, но по степени консерватизма не сравнимый даже с Зоудиту. Он любил говорить, что никогда не сядет ни на поезд, ни в автомобиль, ни в какие-либо другие изобретения европейцев. Практически во главе страны встал триумвират в составе императрицы, регента и военного министра, в котором наиболее перспективным смотрелся Тэфэри. Вплоть до своей смерти в 1927 г. Хабтэ-Гийоргис старался поставить регента под свое влияние, и расу Тэфэри понадобились все его такт и терпение, чтобы не испортить отношения со старым солдатом, сыгравшим важную роль и в государственном перевороте и в выборе его регентом.
Заняв пост регента и престолонаследника, Тэфэри приступил к осуществлению реформ, направленных на вывод страны из средневекового феодализма. Ему были нужны союзники, и он нашел их среди относительно молодых людей, как правило, получивших образование за границей и разделявших его взгляды. «Младоэфиопов», как их иногда называли по аналогии с «младотурками» в Турции, было немного, но деятельность их была полезна для регента и страны. Упоминания прежде всего заслуживают нэгадрас Гэбрэ-Хыйуот Байкэдань, автор первой в Эфиопии книги по политической экономии, ярый враг феодальных порядков, и Тэкле Хавариат, получивший военное образование в России, где прошел курс обучения в Михайловском артиллерийском училище в Санкт-Петербурге. Взгляды некоторых из «младоэфиопов» по своей радикальности далеко опережали взгляды регента, но их объединяло стремление к созданию в стране абсолютной монархии и ликвидации центробежных настроений среди феодальной верхушки. Наряду с укреплением государствен ной власти их программа предусматривала относительно высокую степень политикотерриториальной и экономической интеграции Эфиопии, превращение ее в объект международных отношений, некоторую техническую и социальную модернизацию по западному образцу, ликвидацию средневековых феодальных традиций, а также ускоренное развитие просвещения. В окружении раса Тэфэри находились и представители феодальной верхушки, заинтересованные в укреплении в стране центральной власти. Кроме того, регент привлекал к себе на службу способных выходцев из низших слоев эфиопского общества, из которых iiinitiiiiiiiiitii IUJO hiiiiiiiiiiiiiiiii


постепенно стал формироваться административный аппарат абсолютистского государства.
В почти двадцатилетний период от начала регентства раса Тэфэри в 1916 г. до начала итало-эфиопской войны 1935— 1941 гг. были проведены многочисленные реформы практически во всех областях жизни страны, инициатором которых был наследник престола. Как он сам отмечал в автобиографии, носящей несколько претенциозное название «Моя жизнь и прогресс Эфиопии»: «Мы не покладая рук делали все возможное для укрепления власти и улучшения положения народа. Хотя и были назначены министры, ответственные за свое поле деятельности, оставалось еще немало работы, которая предназначалась мне, ибо в конечном счете за все происходящее в стране отвечал лично я»1.
Важным направлением реформаторской деятельности регента стала борьба с рабством и работорговлей, процветавшей в стране. В 1920-1930-е годы последовала целая серия указов, направленных на ликвидацию этого явления. Так, в 1922 г. был подтвержден закон Менелика II о смертной казни за обращение людей в рабство и о наказании за работорговлю. Однако процесс этот шел медленно, и к началу итальянской агрессии число рабов в стране все еще превышало 4 млн. человек.
Имя будущего императора неразрывно связано с развитием в Эфиопии образования. Еще в бытность регентом он издал ряд указов, о нововведениях в этой области, в частности об открытии школ по европейскому образцу в большинстве городов страны. Наличие образованных людей отвечало его планам по созданию управленческого аппарата абсолютистского государства. Кроме того, как и в случае борьбы с рабством и работорговлей, он стремился показать европейским державам, что страна стала па путь обновления и что нужно только время для достижения поставленных целей.
Рас Тэфэри, судя по всему, всегда отдавал себе отчет в уязвимости своей страны перед лицом возможной угрозы со стороны давно закрепившихся в Эфиопии западных держав, прежде всего Италии. Отсюда проистекали все его усилия по укреплению позиций страны на международной арене и стремление в случае опасности получить поддержку со стороны международного сообщества. 28 сентября 1923 г., вопреки сопротивлению Великобритании и нескольких других стран, Эфиопия была принята в Лигу Наций. В самой Эфиопии лишь сам регент и его прогрессивное окружение верили, что эта международная организация обеспечит защиту интересов страны. И по крайней мере один раз их надежды оправдались. В декабре 1925 г., когда Великобритания и Италия заключили соглашение о сферах влияния в Эфиопии, обращение официальной Аддис-Абебы с протестом в Лигу Наций при поддержке Франции заставило Лондон и Рим отступить и заверить Тэфэри в своем уважении суверенитета и территориальной целостности страны. В целом вступление Эфиопии в Лигу Наций оказалось весьма продуманным шагом наследника престола. Даже в том случае, когда эта организация и не оправдала надежд эфиопов в середине 1930-х годов накануне и во время итальянской агрессии, то по крайней мере с ее трибуны император Хайле Селассие I мог апеллировать к международному общественному мнению, вызывая сочувствие и поддержку во многих странах мира.
Регент придавал большое значение развитию отношений с внешним миром. Он справедливо полагал, что трансфор1 The Autobiography of Emperor Haile Sellassie 1 «My Life and Ethiopia’s Progress». 1892- 1937. Oxford, 1976. Vol. 1. P. 65.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii tUj/ iiiiiiiiiiiiiiiiiii


мация и модернизация Эфиопии, создание в стране абсолютной монархии вряд ли возможно без помощи европейских держав, их благожелательной позиции и опыта. При этом, осознавая чудовищную отсталость страны и особенности менталитета своих подданных, он исходил из необходимости дозировать внедрение в жизнь эфиопского общества достижений западной мысли. «Я убежден, - заявил он в одном из своих интервью, - что определенные западные институты, если они будут усвоены моим народом, могут сделать нас... достаточно сильными... Но эти идеи нельзя усвоить сразу, незамедлительно... Мы должны быть очень осторожными, чтобы не сокрушить Эфиопию; она начинает только пробуждаться... Мы должны двигаться средним курсом между нетерпеливостью западномыслящих реформаторов и инертностью эфиопов в целом, которые закрыли бы свои глаза, если бы свет был слишком ярким»2. Стремлением укрепить связи Эфиопии с внешним миром можно объяснить и его поездку в Европу в 1923 г. Это было беспрецедентное событие в истории Эфиопии, никогда еще ее правитель (а рас Тэфэри фактически таковым и являлся) не выезжал за пределы страны. Поездка свидетельствовала, что престолонаследник отнюдь не являлся рабом традиций, о чем говорили и другие его шаги.
Свиту регента составляли не только его единомышленники, но и ряд крупных феодалов-правителей, в лояльности которых он сомневался и не хотел искушать своим отсутствием. Была и другая цель - убедить консерваторов из эскорта в целесообразности проведения некоторых реформ в Эфиопии, познакомив их с техническими достижениями в Европе и с функционированием государственного аппарата в различных странах. В Европе эфиопы посетили Францию, Великобританию, Италию, Грецию и несколько других стран. Важное место в переговорах с руководителями держав, колонии которых находились в непосредственной близости от Эфиопии, занимала проблема свободного выхода эфиопской империи к морю. Однако ни одна из европейских держав не пошла навстречу просьбам раса Тэфэри. В целом результаты первого визита правителя Эфиопии были ничтожны. Но возможно, что регент просто хотел «показать флаг», напомнить Европе о существовании Эфиопии, или, как ее называли в то время в Европе, Абиссинии. И действительно, европейская пресса чаще стала уделять внимание этой африканской стране, уже не редкостью стал приезд в Аддис-Абебу иностранных журналистов. Именно после поездки регента в Европу на Ямайке возникла секта растафарианцев, посчитавших раса Тэфэри реинкарнацией черного бога на земле.
Положительной была оценка этой поездки среди духовенства и консервативной части феодальной верхушки. Во время визита в Лондон регент сумел договориться с королем Георгом V о возвращении Эфиопии короны императора Теводроса II, захваченной во время британской карательной экспедиции в 1868 г., а это обстоятельство вызвало в стране ликование.
Еще одним результатом поездки регента в Европу стало установление торговых и других контактов с такими странами, как Швеция и Бельгия. Были достигнуты соглашения о приглашении военных и экономических советников в Эфиопию. В соответствии с традициями эфиопской дипломатии престолонаследник особенно был заинтересован в отношениях со странами, не имевшими колониальных владений вблизи Эфиопии.
Приглашая военных советников, регент прежде всего думал о воинской подготовке собственной армии. В условиях, 2 Цит. по: Del Воса A. The Ethiopian War 1935-1941. Chicago; L., 1969. P. 34.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IU JO IIIIIIIIHIIIIIIIII


когда неповиновение наследственных правителей областей престолонаследнику было не редкостью, а каждый из них в соответствии с традицией имел свою собственную армию, проблему можно было решить вначале усилением собственной, а затем и созданием современной регулярной армии, подотчетной первому лицу государства. В 1929 г. в Эфиопию прибыла бельгийская военная миссия, несколько позднее - шведская. Так, в Холете, небольшом городке в 40 км к западу от Аддис-Абебы, шведские офицеры готовили эфиопский офицерский корпус. На всем протяжении пребывания Хайле Селассие у власти вопросы военного строительства были для него приоритетными, поскольку именно в армии он видел оплот собственной власти и орудие реализации государственных задач.
В «Автобиографии» Хайле Селассие назвал целый ряд других реформ и нововведений, осуществленных под его руководством в стране. Это и судебная реформа, отменявшая средневековые формы уголовного наказания, в соответствии с которыми, например, родственники убитого имели право самосуда над убийцей, принятие нового уложения о наказаниях и введение в стране книгопечатания (в 1921 г. регент на свои личные средства заказал два комплекта книгопечатного оборудования), электрическое освещение в центре Аддис-Абебы и в других городах, ввоз в страну автомобилей и первых аэропланов, открытие новых школ и больниц, введение государственного флага и гимна, военной униформы и многое другое. При этом регент отдавал себе отчет в сложности реформирования такой консервативной, цепляющейся за все прошлое и привычное страны, как Эфиопия. Он отмечает в «Автобиографии»: «Поскольку существовало опасение, что быстрое устранение традиционной практики может привести к напряженности в стране, было принято решение действовать постепенно и осмотрительно, первоначально поставив под власть центрального правительства лишь некоторые районы, такие как Джиджига, Черчер, Бале, Уолл era, Сайо и Джимма. Большое внимание при этом уделялось своевременному обеспечению из центральной казны нужд армии и административного аппарата этих районов»3. Из приведенного списка районов видно, что большинство их находилось в пределах провинции Харарге, где у регента были самые прочные позиции.
Сильная армия в тот период была нужна регенту прежде всего для обуздания центробежных устремлений части правителей многих крупных областей страны. После своего участия в свержении Лиджа Иясу они посчитали, что вполне заслужили право на известную независимость от центра. Многие из них, нарушая традицию, годами могли не появляться при императорском дворе. Так, правитель Сидамо дэджазмач Балча на неоднократные приказы регента прибыть в Аддис-Абебу неизменно отвечал: «Если я тебе нужен, приезжай в Сидамо и там поговорим»4.
Недовольство староэфиопской знати постепенным укреплением позиций Тэфэри и проводимым им курсом по реформированию страны привело к ряду неудачных вооруженных выступлений против регента. Наиболее крупные из них связаны с именами дэджазмача Бал- чи (февраль 1928 г.), дэджазмача Абба Вукау (август 1928 г.) и бывшего мужа императрицы Зоудиту раса Гукса Уоле (март 1930 г.). Последнее сражение было самым крупномасштабным, впервые в ходе боевых действий против бунтовщи3 The Autobiography of Emperor Haile Seilassie... P. 76.
4 Baum J. Savage Abyssinia. L, 1928. P. 32.
HIIIIIIIIIIIIIIIII ivn IIIIIIIIIIIIIIIHII


ков были использованы несколько аэропланов, с которых, помимо бомб, разбрасывались листовки с текстом обращения абуны в поддержку регента. На стороне раса Гуксы намеревались выступить такие влиятельные в стране феодалы, как правитель Годжама рас Хайлю Тэкле- Хайманот и правитель Тыграя рас Сыюм Мэнгэша, однако в последний момент они воздержались от открытых действий против престолонаследника. В результате 31 марта 1930 г. армия раса Гуксы потерпела поражение, а сам рас погиб на поле брани. Спустя два дня от сердечного приступа умерла его бывшая жена императрица Зоудиту. Путь к императорской короне для регента был открыт.
Уже 3 апреля Тэфэри был провозглашен императором Эфиопии под царским именем Хайле Селассие I (в переводе с амхарского - «сила Святой Троицы»). Его официальный титул звучал так: «Лев-победитель из колена Иудова, избранник Бога, царь царей Эфиопии». Спустя несколько месяцев, 2 ноября 1930 г., состоялась официальная церемония коронации нового императора. Самой церемонии в стране было уделено как никогда много внимания. Новый император хотел напомнить внешнему миру о существовании самой Эфиопии и самого себя. Были приглашены главы всех ведущих держав мира, в Аддис-Абебе срочно асфальтировались подъездные ко дворцу дороги и электрофицировались главные здания города. В Европе была заказана роскошная карета, дворцовая стража получила новую форму.
Церемония коронации действительно получилась торжественной и вошла в анналы истории Эфиопии как признак могущества и популярности за рубежом нового монарха. Для ее освещения в страну прибыли корреспонденты многих европейских газет, репортажи которых с места события привлекли внимание многочисленных читателей к событиям в полузабытой африканской стране. Правда, руководители европейских держав уклонились от приглашения, прислав своих представителей. Свидетель церемонии, английский журналист, впоследствии известный писатель Ивлин Во, с присущей ему иронией так описывал это событие: «Императорская коронация предполагала нечто более масштабное, однако реакция Великих держав превзошла все возможные ожидания, разОхМ польстив эфиопам и приведя их в замешательство. Две страны прислали членов царствующих фамилий; Соединенные Штаты Америки прислали некоего джентльмена, эксперта в торговле электроприборами; прибыли также, во всем разнообразии мундиров и чинов, губернаторы Британского Сомали, Судана, Эритреи, наместник Адена, маршал Франции, адмирал, три авиатора и военно-морской оркестр. Немалые суммы были выделены из бюджетов на приобретение соответствующих случаю подарков; немцы привезли фотографию генерала фон Гинденбурга с автографом и восемьсот бутылок рейнского, греки - модерновую бронзовую статуэтку; итальянцы - самолет; британцы - пару элегантных жезлов с дарственной надписью, выполненных по-амхарски и даже почти без ошибок.
Простые эфиопы расценили сие как подобающую дань абиссинскому величию, свидетельство уважения со стороны повелителей мира сего. Иные, чуть более сведущие в мировой политике, узрели некий заговор против территориальной целостности Абиссинии - ferangi приехали в эфиопскую землю разнюхивать что к чему»5.
Закончились торжества, и император Хайле Селассие приступил к реализации задач по намеченной трансформации своих владений. Правителю страны,
5 Во И. Когда не ездить было грех // Иностранная литература. 1999. № 2.
Illlllirillllllllll 1060 Iiiiiiiiiiiiiiiiiii


находившейся на краю политической ойкумены, явно не хватало информации, и монарх пытался частично восполнить ее, встречаясь с пребывающими в Аддис-Абебе европейцами. Еще будучи регентом, он практиковал приглашение во дворец на ужин заезжих иностранцев, упоминание о чем содержится в книге их воспоминаний. Так и академик Н. Вавилов, возглавивший в 1927 г. первую советскую научную экспедицию в Эфиопию, будучи приглашен специальным нарочным во дворец, стал информантом для тогда еще регента о событиях в СССР. «Специальной темой, которая интересовала его на этот раз, - пишет Н. Вавилов, - оказалась Октябрьская революция, Таффари самым подробным образом расспрашивал советского путешественника о том, как произошла революция. Его мало интересовали социальные сдвиги, борьба классов, больше всего его занимали подробности ареста царя, потеря им власти. Он расспрашивал в трехчасовой беседе подробности, как покинула армия русского царя, как отнеслись к революции многочисленные родственники царя, как армия не смогла защитить своего царя»6. Интерес эфиопского правителя к роли армии в революции, возможно, был преждевременен, но не безоснователен, а также свидетельствовал о том глубоком уме, который ему все приписывали. Первая попытка свержения императора в 1960 г. исходила от военных, в 1974 г. именно армия положила конец монархическому строю в Эфиопии.
Встав в 1930 г. во главе страны, молодой император ускорил процесс осуществления реформ, направленных на решение главной задачи его жизни - создания в Эфиопии абсолютной монархии. Уже в 1931 г. в стране появилась первая в истории страны конституция, «дарованная», как всегда подчеркивалось, самим императором. Хотя в соответствии с конституцией в стране утверждался парламент и Эфиопия провозглашалась парламентской монархией, основной закон был направлен прежде всего на укрепление власти императора как абсолютного монарха, поскольку в обязанность парламенту вменялось лишь утверждение исходящих от Хайле Селассие законов. При этом обе палаты парламента фактически назначались самим императором. Конституция исходила из принципа единства эфиопского государства и была направлена против феодального сепаратизма. Во многом введение конституции и создание парламента имели целью сформировать в Европе образ цивилизующейся страны во главе с просвещенным монархом. Как отмечал автор текста, уже упоминавшийся «младоэ- фиоп» Тэкле Хавариат, «мы особо были заинтересованы в том, чтобы позволить иностранным государствам знать, что у нас есть конституция и что правительство Эфиопии конституционно. Это ответ тем за границей, кто обвинял нас в произволе, существовании феодализма, отсутствии порядка в руководстве и в целом в хаотическом правлении»7. Эти слова прежде всего были направлены в адрес официального Рима, который все чаще заявлял об историческом праве Италии на Эфиопию.
Конституция 1931 г., ставившая своей целью укрепление в стране абсолютизма, фактически представляла собой политическую программу Хайле Селассие, направленную в будущее. Пока же этот документ мало что изменил в системе управления страной. По-прежнему значительная доля власти в Эфиопии принадлежала наиболее могущественным феодалам, которые в зависимости от своих политических интересов либо 6 Цит. по: Война в Восточной Африке. Л.: Леноблиздат, 1936. С. 163.
7 Цит. по: MarkakisJ. Ethiopia. Anatomy of the Traditional Policy. Oxford, 1974. P. 271.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii /I/O I iiiiiiiHiiiiiiiiii


поддерживали императора, либо всячески препятствовали процессу реформирования страны. В то же время ее принятие укрепило позиции императора. Осуществлявшаяся им централизация государственного управления вела к созданию более современных звеньев управления, всецело подчиненных монарху и служивших для него рычагами власти.
Противников центральной власти в стране оставалось еще немало, но все их действия пресекались незамедлительно и жестко правителем страны. Он все дальше отходил от образа нерешительного и мало энергичного юноши, которого увидел в нем Н. Гумилев. Как бы то ни было, Тэфэри при всех его прогрессивных взглядах и намерениях оставался феодальным правителем, руководителем страны, которая, по словам одного из европейских современников, «одной ногой стояла в Лиге Наций, а другой - в Средневековье». Отсюда и те жестокие методы борьбы с оппозицией, которые были ему присущи. Голландский журналист, находившийся в 1935 г. в Эфиопии, в частности писал: «...Несколько видных сановников из ближайшего окружения свергнутого императора Лиджа Иясу и некоторые из его советников были арестованы по приказу Хайле Селассие и преданы смерти самым зверскими образом. Вначале их завернули в узкие полосы материи, пропитанные расплавленным воском, затем привязали к шестам, а затем предали огню. Такой вид наказания не был изобретением самого Хайле Селассие, и это лучшее, что можно сказать в этой ситуации в пользу императора. В то же время он сам пребывал на базарной площади Харэра, наблюдая агонию своих жертв... Некоторые проявления жестокости Хайле Селассие я имел возможность наблюдать собственными глазами. В Харэре один из докторов лепрозория, созданного французской католической миссией ... во время одной из совместных прогулок показал мне образчик жестокости императора. В круглой хижине, покрытой соломой, под присмотром солдата императорской гвардии находилось человеческое существо в железном ошейнике... Короткая цепь, которой ошейник был прикован к колоде, позволяла ему передвигаться только на четвереньках.
“Этот человек, - поведал мне миссионер, - не кто иной, как рас Хайлю, бывший ныгус Годжама, один из самых богатых людей Эфиопии. Он учился во Франции, и впоследствии император назначил его послом в этой стране. Два года назад, якобы для участия в каком-то совещании, он был отозван па родину. Сразу по прибытии он был брошен в темницу. Говорят, он вызвал опалу императора тем, что, находясь в Париже, встретился с советским торговым представителем и обсуждал с ним возможность заключения торгового соглашения между Россией и Эфиопией. Император, среди друзей которого было несколько белоэмигрантов, усмотрел в этом заговор и выманил своего посла в Аддис-Абебу. И вот вам итог...”»8
Жестокость по отношению к политическим противникам сохранялась на всем протяжении правления Хайле Селассие. Разве что со временем он отошел от применения наиболее одиозных средневековых форм наказания. Но трупы повешенных по приказу монарха людей достаточно часто выставлялись в центре столицы для всеобщего обозрения. Как сам император заявил в одном из своих интервью, «мы никогда не боялись быть суровыми... Мы не страдаем, когда выносим приговор, так как Мы уверены в его справедливости».
Пять лет со дня коронации Хайле Селассие в 1930 г. до начала итальянской агрессии в 1935 г. были использованы им8 Paassen Р, van. Days of Our Years. N. Y., 1940. P. 311.
iiiiiiiiiiiHiiiiii / vDZ hiiiiiiiiiiiiiiiii


ператором для установления и укрепления в стране абсолютизма. В укреплении личной власти он видел предпосылки успешной трансформации и модернизации Эфиопии, которые в тот период сводились для него к государственной централизации, созданию современной бюрократии, подчинению церкви государству, созданию общенациональной армии. Процесс этот шел не очень быстро. Во-первых, Хайле Селассие всегда славился своей осторожностью и способностью реально взвешивать собственные силы и обстановку, а во-вторых, несмотря на определенную прогрессивность взглядов на фоне консервативного общества, он все-таки оставался феодальным правителем, не рисковавшим отказаться от многих традиционных методов правления. Поэтому в стране сохранялась система династических и морганатических браков, пышных императорских поездок по стране, сохранение, при условии лояльности к трону, местной знати у власти, пышные приемы во дворце, в том числе и для простолюдинов и т. п. Еще большее распространение получила система «шум-шир» (назначений и снятия с должности местных правителей) с целью их подчинения центральной власти.
Процессу абсолютистско-монархической государственности препятствовало и сохранение у власти на местах крупных традиционных правителей, пользовавшихся не только поддержкой местного населения, но и располагавших собственными, порой мало чем уступающими императорской армиями. Император был еще не достаточно силен, чтобы бросить вызов старой Эфиопии. Его осторожность вызывала недовольство даже среди идейно близких ему «мла- доэфиопов», которые рассчитывали, что с воцарением Хайле Селассие станет более решительным и последовательным в деле обновления страны. В то же время большинство исследователей правления императора как в самой Эфиопии, так и за рубежом считают, что в предвоенный период Хайле Селассие выступал как подлинный реформатор, сдвинувший малоподвижную колымагу эфиопской государственности на путь преобразований во многих областях жизни эфиопского общества. В подтверждение своей оценки они приводят такие нововведения, как принятие первой конституции, вступление в Лигу Наций, борьбу с рабством и работорговлей в пределах империи, укрепление центральной власти и постепенное ограничение влияния традиционной власти, попытки создания современной армии, значительные успехи в области образования и просвещения, активизацию взаимоотношений с зарубежным миром, проведение денежной реформы, развитие в стране печатного дела, открытие национального банка и многое другое. Нехватка, а скорее, отсутствие в Эфиопии квалифицированных кадров для решения задач государственного строительства обусловили приток на императорскую службу многочисленных европейцев. Хайле Селассие создал особую прослойку из иностранцев, поручая им ответственные посты в различных министерствах и ведомствах. При этом император предпочитал приглашать людей из стран, не имевших колоний в Африке или же расположенных далеко от эфиопских границ. Отсюда значительное число приглашенных швейцарцев, шведов, бельгийцев, американцев. Многие из них прочно связали свою судьбу с Эфиопией и стали надежной опорой императору в утверждении абсолютистско- монархической формы правления. В целом на всем протяжении правления Хайле Селассие иностранцы сыграли заметную роль в укреплении его власти и формировании взглядов монарха на события как внутренней, так и внешней политики.
Понимая слабость и уязвимость Эфиопии от западноевропейских держав, император уделял большое внимаIIIIIIU1IIIIIIIIII 1063 IIIIHIitllllllllll


ние вопросам внешней политики. К середине 1930-х годов в столице находились И иностранных дипломатических представительств. В Лондоне, Париже и Риме были открыты постоянные эфиопские дипломатические миссии.
К этому времени совершенно очевидными стали цели Италии в отношении Эфиопии. В директиве Б. Муссолини от 30 декабря 1934 г. утверждалось, что «только силой Италия может успешно реализовать свои цели в районе Африканского Рога, что эфиопская армия должна быть быть ликвидирована, а вся страна завоевана, что программа Хайле Селассие по модернизации страны вынуждает Италию решать все эти проблемы как можно быстрее»9. В ночь на 3 октября 1935 г. итальянская армия из Эритреи вторглась в пределы Эфиопии.
По воспоминаниям европейских военных специалистов при дворе императора, Хайле Селассие и его окружение отдавали себе отчет в исходе войны. Одной из самых современных европейских армий, вооруженной авиацией, танками и мощной артиллерией, должна была противостоять практически феодальная, плохо вооруженная и плохо подготовленная армия, основную численность которой составляли вооруженные отряды правителей отдельных областей. Несмотря на все усилия императора по созданию и вооружению современной армии, процесс этот находился в начальной стадии. Наиболее подготовленной считалась 10-тысячная императорская гвардия, с которой работали бельгийские и шведские военные инструкторы. Командующими эфиопских фронтов во время военных действий, согласно традиции, были назначены крупнейшие феодалы, правители областей, люди чаще всего невежественные и плохо представлявшие, что такое современная война.
Отсюда те надежды, которые император возлагал на Лигу Наций. Начиная с военных провокаций итальянцев еще в предвоенный период, в частности столкновения итальянских и эфиопских солдат в оазисе Уол-Уол в пределах Эфиопии, эфиопские представители в Лиге Наций неоднократно поднимали вопрос об итальянской агрессии. Но в условиях ухудшения обстановки в самой Европе, вызванного политикой фашистской Германии, европейские державы отказались поддержать правое дело эфиопского государства, фактически встав на путь умиротворения агрессора. Среди немногих государств, выступивших в поддержку Эфиопии, был и Советский Союз.
Несмотря на огромное преимущество противника в вооружении, эфиопские части не раз одерживали победы в отдельных сражениях, особенно в тех случаях, когда вследствие нелетной погоды и гористой местности итальянцы лишались своего главного козыря - авиации и танков. Дуче был недоволен развитием событий, и поэтому итальянским командованием было принято решение об использовании против эфиопской армии и мирного населения отравляющих веществ. Они сбрасывались с самолетов и уничтожали все живое. Жалобы эфиопской стороны в Лиге Наций на применение итальянцами запрещенных видов оружия не повлияли на позицию этой мировой организации. 31 марта 1936 г. состоялась решающая битва при Майчоу, где императорская гвардия и остатки армии попытались преградить итальянцам путь на Аддис-Абебу. До сих пор Хайле Селассие не принимал личного участия в боевых действиях. Любое поражение могло нанести удар по его престижу. Однако в соответствии с традицией и исторической концепцией императора- воина он должен был возглавить армию 9 Marcus H.G. Haile Seilassie I. The Formative Years, 1892-1936. Berkeley, 1987. P. 103.
IIIIIIIIHIIllMtir 1064 IIIIIIIIHIIIIIIIII


в решающей битве. Так поступали все его предшественники на императорском троне, этого ждал от него народ. В истории Эфиопии было немало сражений, в которых император либо вел свою армию к победе, либо погибал в бою.
План операции императору помогал разработать Ф.Е. Коновалов, полковник царской армии, служивший военным советником при Хайле Селассие. Три дня продолжалось сражение, в котором с особой ясностью проявилась военная отсталость эфиопской монархии.
В послевоенные годы официальная эфиопская пропаганда приложила немало усилий для возвеличивания роли Хайле Селассие в период итало-эфиопской войны, в частности в битве при Майчоу. Следуя традиционному стереотипу в изображении эфиопских монархов, Тэкле Цадык Мэкурия, автор учебника по истории, на котором воспитывались поколения эфиопской молодежи, выставляет Хайле Селассие отважным воителем. «Император стоял в шторме огня, командуя войсками» - пишет он. Далее он сообщает, что «воины и священнослужители понимали, что независимость Эфиопии связана с жизнью императора. Они выступили вперед и стали умолять монарха, решившего умереть на поле боя, подумать о будущем страны. Священнослужители стали заклинать его именем Святой Троицы. Но император отказался, заявив, что будет сражаться до последней капли крови и что, кто хочет, пусть уходит. Бомбы и газ уничтожили тех, кто находился рядом с ним, но того, кто олицетворял собой Эфиопию, они не могли уничтожить. Таким образом, волею Бога, никогда его не забывающего, император остался невредим»10 11.
Находившийся не в «шторме огня», а на наблюдательном пункте в районе первоначального расположения эфиопской армии, император в бинокль мог наблюдать, как пулеметный огонь косил ряды его гвардии. От тех времен осталась фотография, на которой он в военной каске крутит прицел зенитного орудия.
Дорога на Аддис-Абебу была открыта, и 5 мая 1936 г. итальянские части торжественно вошли в эфиопскую столицу. Через несколько дней торжествующий Рим объявил о своей победе над Эфиопией.
Сразу же после поражения у Майчоу император принял два решения - сдать столицу без боя и, учитывая складывавшуюся ситуацию, покинуть страну и отправиться в Великобританию, которая согласилась предоставить убежище ему, императорской семье и части ближайшего окружения. По словам Тэкле Цадык Мэкурии, император не желал покидать страну в трудное для нее время и согласился выехать за границу лишь под давлением народа, считавшего, что «пока жив император, будет жить Эфиопия»11. Указом Хайле Селассие в стране создавалось временное правительство во главе с расом Имру Микаэлем, которое должно было действовать в Горе, горной местности на западе Эфиопии, и координировать партизанские действия.
Известие об эмиграции Хайле Селассие произвело тягостное впечатление на его подданных и сказалось на престиже императора. Для психологии эфиопа-христианина характерно искать в деяниях предков пример для подражания, оценивать поступки в контексте традиционного поведения. И вот впервые в многовековой истории Эфиопии в годину испытаний монарх покинул страну. Не случайно командиры многих партизанских отрядов, действовавших на захваченной врагом территории, отказа10 Тэкле Цадык Мэкурия. История Эфиопии. От императора Теводроса до императора Хайле Селассие I. Аддис-Абеба, 1936. С. 251, 252 (на амхарском языке, эфиопский календарь).
11 Там же. С. 252.
iiiitiiitiiiiiiiiii /(/□> in iiiiiiniiiiiiii


лись подчиняться лондонским директивам Хайле Селассие. Да и спустя много лет после войны эмиграция императора ставилась ему в вину. В своей книге английский автор Ричард Гринфилд приводит текст оппозиционной листовки, распространенной в Аддис-Абебе в день рождения императора в 1961 г.: «Йо- ханныс пал при Мэтэме, Теводрос застрелился в Мэкдэле, Менелик одержал великую победу при Адуа, лишь ты - грязное пятно на нашей истории - бежал с поля боя при Майчоу»12.
Но можно посмотреть на эту ситуацию и по-другому. С момента прихода к власти Хайле Селассие в его политической деятельности не раз наблюдался отход от традиций. Скорее всего он понимал, что мир изменился с времен его предшественников. Гибель или пленение императора, символа государственности в сознании миллионов эфиопов, могли неизмеримо пагубнее сказаться на умонастроениях в стране. Неважный воин, но умелый дипломат, Хайле Селассие мог принести больше пользы своей стране за рубежом, олицетворяя собой поруганную Эфиопию и мобилизуя мировое общественное мнение в ее поддержку. Так, большой резонанс в мире имело выступление эфиопского монарха в Лиге Наций 30 июня 1936 г. Фотография Хайле Селассие, отстаивающего с трибуны этой международной организации правое дело Эфиопии, обошла все газеты мира. Однако в обстановке, когда западные державы, преследуя собственные политические интересы, не поддержали Эфиопию, деятельность императора в Лиге Наций имела скорее пропагандистское значение, поскольку не позволяла миру забывать о борющейся Эфиопии. А вскоре итальянская агрессия против Эфиопии вообще отошла в Лиге Наций на второй план, уступив первое место обсуждению проблем, связанных с ремилитаризацией Рейнской области, аншлюса Австрии и событиям вокруг Чехословакии.
Жизнь эфиопских эмигрантов во главе с Хайле Селассие протекала в небольшом курортном городке Бат на юге Великобритании довольно однообразно и замкнуто. В своей автобиографии из встреч с представителями английского истеблишмента император упоминает лишь беседу с архиепископом кантер- берийским. Периодически монарх давал интервью представителям прессы, участвовал в пресс-конференциях, несколько раз по радио обращался к мировой общественности, в частности к американскому народу. В его адрес со всех концов мира приходили многочисленные письма в поддержку борющейся Эфиопии.
Императорская семья жила очень уединенно. «Мы никогда не посещали театр и другие увеселительные заведения, - пишет император, - все свободное время Мы уделяли нашим детям. Глубоко за полночь Мы занимались чтением книг и подготовкой Нашей автобиографии. Наибольшим вниманием пользовались книги по истории, биографии таких личностей, как Наполеон и Авраам Линкольн, а также работы по истории христианства... Нам не хватало финансовых средств, ибо никто не предполагал, что наша эмиграция столь затянется»13. Действительно, ходили слухи, что на местном базаре видели императорского можордома, торгующего столовым серебром.
Император был ревностный христианин. Всю свою жизнь он уже в 5 часов утра был на утренней молитве в церкви. В Бате, где не имелось монофиситской 12 Цит. по: Greenfield R. Ethiopia. A New Political History. L.,1965. P. 214.
13 The Autobiography of Emperor Haile Seilassie I. «My Life and Ethiopia s Progress». Addis Ababa, 1966 (эфиопский календарь). Vol. 2. P. 36.
iiiiiiimiuiuiii / l/DO iiiiiiiniimiiiii


церкви, такой возможности не было, и император потратил немало времени и усилий, чтобы из эфиопского подворья в Иерусалиме прибыли священнослужители и освятили одно из помещений усадьбы Фэрфэкс, где проживал он и его семья.
Находясь в эмиграции, Хайле Селассие внимательно следил за развитием событий в оккупированной Эфиопии. Преданные ему люди находились почти в каждом партизанском отряде и сообщали не только о ходе военных действий, но и о умонастроениях подданных. Для большинства населения Хайле Селассие, несмотря на отъезд из страны, оставался символом национальной государственности. Освобождение страны прочно ассоциировалось с восстановлением прежних порядков. «В сознании... населения, особенно отсталых слоев, феодальные отношения связывались с периодом независимого развития страны, как бы олицетворяя собой государственную самостоятельность, поэтому их и стремились сохранить... Многие консервативно настроенные крупные феодалы присоединились к движению Сопротивления не только из чувства патриотизма, но и из-за опасений отмены итальянцами традиционных социально-политических и экономических структур»14.
Вместе с тем идеи о возвращении к монархическому устройству страны разделяли не все. Падение престижа императорской власти привело к тому, что часть прогрессивно настроенных командиров партизанских отрядов стала все чаще обсуждать идею об установлении в Эфиопии после освобождения республиканского строя. Так, на встрече партизанских вожаков в адрес Лиги Наций было подготовлено обращение, в котором 900 руководителей партизанских отрядов заявили о своем намерении установить в освобожденной Эфиопии республику.
Беспокойство императора вызывали и сотрудничество части крупнейших феодалов с итальянской колониальной администрацией, и военные успехи в составе партизан сына свергнутого Лиджа Иясу. Через своих людей Хайле Селассие сделал все, чтобы Йоханныс Иясу не был избран командиром одного из отрядов. Но, безусловно, больше всего его беспокоили настроения радикальной части партизанских командиров.
Что же касается ситуации в самой Эфиопии, то в ней сложилось своеобразное равновесие сил, когда ни одна из сражающихся сторон не могла достичь окончательного успеха. Партизаны, контролируя большую часть сельских районов, не хотели рисковать и атаковать города, итальянцы предпочитали укрываться за городскими стенами. Начиная с 1939 г. эфиопское Сопротивление все больше связывало изгнание оккупантов с помощью извне.
Неоднократные обращения Хайле Селассие к правительствам европейских держав, прежде всего Великобритании, о помощи борющейся Эфиопии оставались без ответа. Однако такая помощь стала реальностью, когда 10 июня 1940 г. Б. Муссолини совершил, наверное, самую серьезную ошибку в жизни, объявив о вступлении в войну на стороне Германии. Вскоре итальянские войска перешли в Африке в наступление, захватив ряд стратегических пунктов на территории Судана, Кении и Британского Сомали. Через несколько дней правительство Великобритании вступило в официальный контакт с императором Эфиопии для определения направлений совместных действий против теперь уже общего противника. Позиция официального Лондона в этой ситуации обусловливалась не столько интересами эфиопской стороны, сколько собственными интересами. Просто путь для сохранения Ан14 Ягья В.С. Эфиопия в новейшее время. М., 1978. С. 132.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii lUOf iiiiiiiiiiiititiiu


глией своих владений в этой части мира проходил через освобождение Эфиопии.
Параллельно с подготовкой к вступлению союзных войск на территорию Эфиопии и концентрацией боевых частей вдоль эфиопской границы англичане наладили усиленное снабжение партизанских отрядов оружием и боеприпасами. Многочисленным силам эфиопского Сопротивления придавалось особое значение. Союзническая армия, включавшая в себя английские, французские, бельгийские части, а также воинские подразделения, сформированные из солдат Южно- Африканского союза, Судана, Нигерии и Золотого Берега, насчитывали не более 20 тыс. человек.
В январе 1941 г. из Судана на территорию провинции Годжам вступил 2-тысячный отряд под командованием самого императора Хайле Селассие. Годжам не случайно был избран местом, где нога вернувшегося монарха должна была впервые ступить на эфиопскую землю: к этому моменту большая часть провинции была освобождена от оккупантов. По мере продвижения к столице императорского отряда его ряды быстро росли: один за другим партизанские руководители являлись в расположение Хайле Селассие с выражением лояльности. Понадобилось всего несколько месяцев, чтобы система итальянской обороны стала разваливаться. Быстрое продвижение союзных войск стало возможным в результате той «черновой» работы, которую к решающим событиям проделали эфиопские партизаны.
Торжественный въезд императора в столицу под крики ликующих толп произошел 5 мая 1941 г. Не чуждый сценических эффектов, эфиопский монарх избрал для этого события дату, ровно на пять лет отстоявшую от дня оккупации Аддис-Абебы итальянскими войсками.
По мере укрепления в стране абсолютизма, в результате целенаправленной работы официальной пропаганды все больше искажалась история борьбы эфиопского народа против итальянского фашизма. Раздувание заслуг в деле освобождение Эфиопии феодальной верхушки, прежде всего самого императора, привело к тому, что для миллионов неграмотных крестьян именно Хайле Селассие стал спасителем отечества, с его именем связывались все успехи эфиопского Сопротивления.
После изгнания итальянцев в стране сложилась своеобразная ситуация, характерной особенностью которой было существование двух органов власти: британской военной администрации и правительства во главе с императором Хайле Селассие. Вплоть до 1944 г. правительство Великобритании рассматривало Эфиопию как «оккупированную вражескую территорию», находившуюся под контролем британской администрации, что практически ограничивало суверенитет страны. Английское правительство стремилось использовать Хайле Селассие как инструмент своей власти в стране и считало, что он должен действовать только через англичан и с их согласия. Это не устраивало императора. В первые годы после освобождения Эфиопии он прилагал огромные усилия, направленные на восстановление подлинного суверенитета своей империи. К огорчению англичан, император в своих выступлениях порой ограничивался выражением лишь дежурной благодарности за их помощь в освобождении Эфиопии и порой резко оценивал действия руководства британской военной администрации. В послевоенный период количество англичан значительно возросло. Английские чиновники занимали высокие посты в министерствах и ведомствах, преподавателями в учебных заведениях в основном тоже были англичане. Понадобился не один год, чтобы Эфиопия освободилась от чрезмерной опеки Великобритании.
После освобождения Эфиопии больIIIIIIIIIIIIIIHI1I IUOO iiiiiiiKiiiiijiiii


шое внимание Хайле Селассие уделял укреплению режима личной власти, несколько пошатнувшейся в результате его отъезда из страны и роста демократических, антимонархических настроений среди части участников эфиопского Сопротивления. Он все меньше походил на императора-реформатора, а больше - на феодального правителя, стремившегося встать над страной и ее народом и единолично и полностью определять характер и направленность всего, что происходило в пределах его владений. Создавая абсолютистский режим, император пошел на установление тесного союза с наиболее консервативной частью феодальной верхушки страны. Если в довоенные годы окружение вначале регента Тэфэри, а затем императора Хайле Селассие составляли молодые, прогрессивно настроенные люди, многие из которых получили образование в Европе, то теперь он предпочитал иметь подле себя представителей старой консервативной знати, некогда сопротивлявшихся проводимым в стране реформам. Этот союз просуществовал вплоть до ликвидации монархического режима, определяя характер внутриполитической политики императора. В то же время Хайле Селассие осуществлял последовательную ликвидацию оппозиционно настроенных прогрессивных партизанских командиров, многие из которых были под разными предлогами либо сосланы в отдаленные части страны, либо подвергнуты тюремному заключению, либо просто казнены. При этом монаршее прощение получили многие представители феодальной верхушки, которые в годы войны и оккупации сотрудничали с итальянской администрацией, но после возвращения императора заявили о лояльности престолу. Таким образом, всенародный подъем в период борьбы за освобождение страны и политическое возмужание части населения скорее напугали императора и не стали предпосылкой к осуществлению в послевоенный период перемен, направленных на ускорение социально- экономического развития страны. Более того, сама война «послужила поводом монархии для раздувания националистических настроений в массах и возвеличивания собственной роли в деле сохранения национального суверенитета страны, который отождествлялся с фигурой императора и с существовавшим в Эфиопии феодальным строем»15.
Ужесточение императорского правления было вызвано и ростом антиимпе- раторских настроений населения отдельных районов, усилением центробежных тенденций среди отдельных этносов страны, в частности оромо. В октябре 1941 г. произошли волнения среди оромо-рая и оромо-азебо, в том же году в Годжаме, в 1942-1943 гг. в Тыграе и в ряде других областей страны. В апреле-мае 1942 г. неспокойно было на родине императора в провинции Харарге, в 1943 - в Огадене, в 1943-1944 гг. брожение наблюдалось среди афаров. Часто одной из причин народных выступлений был резкий рост налогов и других экономических притеснений. Для подавления недовольных в Тыграе императору пришлось обратиться к руководству Британской военной администрации с просьбой предоставить самолеты для бомбардировок.
Все эти выступления не повлияли на динамику процесса создания в стране абсолютной монархии. К середине 1945 г. было принято около 100 законов, касавшихся всех сфер социально- экономической, общественной и культурной жизни.
Фактически Хайле Селассие стал безраздельным правителем страны, который опирался на обширный чиновничий аппарат, сильную регулярную армию, императорскую гвардию и полицию, а 15 Трофимов В.А. Итальянский колониализм и неоколониализм. М., 1979. С. 208.
iiiiiiiitiiiiiiiiii lUOy iiiiiiiiiiiiiiiiiii


также церковь. Император установил жесткий контроль над деятельностью парламента, возобновившего свою работу в 1942 г., сосредоточив в своих руках всю полноту законодательной, исполнительной и юридической власти. Все большую роль в стране стала играть тайная полиция, которая выявляла и жестоко подавляла всех инакомыслящих.
Был создан мощный пропагандистский аппарат с целью направить развитие духовной и интеллектуальной жизни эфиопского общества в угодное для правящей верхушки русло, поддерживать в народе веру в мудрое руководство императора. Контроль над средствами массовой информации использовался для прославления, вплоть до обожествления Хайле Селассие, а также для борьбы с оппозицией.
Принятая в 1955 г. по инициативе императора новая конституция была призвана юридически закрепить утверждение абсолютизма в Эфиопии и придать стране облик демократического и просвещенного государства. Хотя новая конституция провозгласила страну конституционной монархией со всеми атрибутами буржуазной демократии, власть монарха была абсолютной, основным законом становилась воля императора. В своих многочисленных интервью иностранным корреспондентам Хайле Селассие неоднократно заявлял: «Император лучше знает, что нужно его народу, сам народ этого не знает». Похоже, он свято верил в свое право определять в своей империи все и вся.
На фоне репрессивной внутренней политики Хайле Селассие неизмеримо выигрышнее выглядели его действия на международной арене. С середины XIX в., со времен императора Теводроса II, выход к Красному морю являлся частью политической программы каждого эфиопского монарха. Благодаря усилиям Хайле Селассие, в 1952 г. бывшая итальянская колония Эритрея решением ООН вошла в состав Федерации Эфиопии и Эритреи, а с 1962 г. стала одной из 14-ти провинций монархии. Вооруженные действия нескольких «фронтов за освобождение Эритреи» на протяжении многих лет явились одной из причин, которые в дальнейшем привели к ликвидации в стране монархического режима.
В начале 1950-х годов император окончательно освободился от чрезмерного влияния Великобритании в своих владениях, заняв место в кильватере политики США. В 1953 г. между обеими странами был заключен Договор о взаимной обороне и Соглашение об использовании США оборонительных сооружений в Эфиопии, что в значительной степени и надолго предопределило внешнеполитическую зависимость Эфиопии от США. Учитывая геополитическое положение Эфиопии на Африканском континенте, США делали все, чтобы закрепиться в этой стране. Укрепление эфиопо-американских связей шло по всем направлениям. Так, американская военная помощь империи составляла половину всей военной помощи США остальным странам Африки. На долю США приходилась почти половина эфиопского экспорта. Американские чиновники занимали ответственные посты в министерствах страны, преподаватели из США составляли большинство преподавательского состава в учебных заведениях, почти полностью вытеснив англичан. Основная часть посылаемых за границу эфиопских студентов также обучалась в США. Влияние США было тем более сильным, что оно распространялось и на идеологию. Помимо всевозможных пропагандистских центров по насаждению американского образа жизни этому способствовали печать, радио и кино Эфиопии, что было санкционировано самим императором.
Казалось бы, Эфиопия попала в сильную зависимость от США. Но надо учитывать, что для Хайле Селассие, при всех iiiiiiiiiiiHiiim IU/U lllllllltllllllllll


его плюсах и минусах, на первохМ месте всегда были интересы Эфиопии, или же, иными словами, интересы его владений. В тот момент он посчитал ориентацию на самую могущественную и богатую державу Запада наиболее выгодной для Эфиопии и в целом не ошибся. Нищая Эфиопия нуждалась в богатом и щедром патроне.
В то же время император уделял большое внимание международному имиджу страны. Чтобы подчеркнуть самостоятельность Эфиопии, он пошел на установление дипломатических отношений с рядом социалистических стран, в их числе с Югославией и Чехословакией. Несколько раньше, в 1943 г., были восстановлены дипломатические отношения с СССР. Еще во время визита регента в 1923 г. в Европу советское правительство через своих дипломатических представителей выступило с такой инициативой, но тогда Тэфэри не пошел на этот шаг. Свержение монархического режима в России в 1917 г., убийство императора и членов его семьи, гонения на духовенство были негативно восприняты в глубоко религиозной Эфиопии. Учитывалась и позиция западных держав, которые были заинтересованы в дипломатической блокаде Советской России. В 1943 г. положение изменилось: и Эфиопия, и Советский Союз вместе с другими государствами были членами антигитлеровской коалиции. Долгое время советско-эфиопские отношения имели формальный характер. Их оживление приходится на лето 1959 г., когда Хайле Селассие впервые посетил Советский Союз с официальным визитом. Это был дипломатический прорыв императора в условиях холодной войны, не очень приятный Западу. В данном случае монарх действовал согласно традиционной эфиопской дипломатии, «не складывающей все яйца в одну корзину». Кроме того, этим визитом Хайле Селассие дал понять США, что он недоволен их отказом субсидировать в Эфиопии строительство нефтеперерабатывающего завода, а Великобритании - идеей английской дипломатии создать после провозглашения независимости Сомали так называемое «Великое Сомали», в состав которого планировалось включить и населенный преимущественно сомалийцами район Эфиопии Огаден. Визит Хайле Селассие в СССР увенчался успехом: Эфиопия не только получила в Москве кредит на строительство завода, но и продемонстрировала миру свою самостоятельность и независимость от воли западных держав. Всего же эфиопский монарх побывал в Советском Союзе с визитами четыре раза, каждый раз получая политические дивиденды и немалую экономическую и финансовую помощь.
Хайле Селассие вообще любил государственные визиты. Мало кто из государственных лидеров проводил столько времени за рубежом. Ему импонировала торжественность этих мероприятий, та пышность, с которой принимали его как главу древнейшего независимого государства Африки. Он побывал практически во всех странах мира, включая даже такие небольшие, как Ямайка. Точно так же Эфиопию с государственным визитом посетили руководители наиболее крупных стран мира, включая Д. Эйзенхауэра, Н.С. Хрущева, К. Адэнауэра и многих других. Все это свидетельствовало, что политика императора по созданию имиджа Эфиопии на международной арене имела определенный успех.
Особенно велик был авторитет Хайле Селассие в самой Африке. С конца 1950-х годов Эфиопия поддерживала борцов за независимость в Восточной Африке, на всех международных форумах выступала против колониализма, неоколониализма и расизма. Так, она поддержала экономические санкции ООН против ЮАР, где существовал режим апартхейда. Заметную роль Эфиопия играла и в движении неприсоединения. Такая позиция tiiiiiiiiiiiiiiim 1071 IlltlllllllllJIIIII


Эфиопии вкупе с тем обстоятельством, что эта страна сквозь века пронесла и сохранила с древнейших времен политическую независимость, обеспечили ей уважение со стороны большинства молодых независимых государств Африки. Не случайно Аддис-Абеба была избрана местом штаб-квартиры Организации африканского единства, созданной в 1963 г. День 80-летия Хайле Селассие в 1972 г. ОАЕ объявила торжественным днем по всей Африке. В сентябре 1973 г. в Алжире, на заседании очередной конференции неприсоединившихся стран, зал стоя приветствовал эфиопского монарха как виднейшего деятеля движения неприсоединения и борца за свободу Африки. Конечно, все это официальная эфиопская пропаганда использовала для дальнейшего возвеличивания императора.
Существовали как бы две Эфиопии. Одна, обращенная к внешнему миру, была парадным фасадом. Но за витриной псевдоблагополучия и порядка скрывались деспотизм властей, коррупция, невежество, бесправие и нищета основной массы населения. В этой Эфиопии безземельные крестьяне, составлявшие около 90% населения страны, вынуждены были отдавать до трех четвертей урожая помещикам-землевладельцам, едва сводя концы с концами. Частые для Эфиопии засухи приводили к гибели десятков, а то и сотен тысяч землепашцев. Такая ситуация не вызывала беспокойства у власть предержащих во главе с Хайле Селассие, который неизменно полагал, что «знает, что нужно народу».
Судя по всему, императора особо не напугала попытка государственного переворота, предпринятая в декабре 1960 г. демократически настроенными высшими офицерами императорской гвардии, полиции и службы безопасности. Очевидцы отмечали спокойствие и уверенные действия Хайле Селассие, который получил тревожное сообщение, находясь с визитом в Бразилии. Политическая программа восставших включала в себя низложение императора, на которого возлагалась вина за деспотизм, коррупцию, непотизм и отсталость страны в целом. Кроме того, в ней говорилось о необходимости проведения аграрной реформы, без чего социально- экономическое развитие Эфиопии невозможно в принципе. К концу 1960 г. независимость получили многие колонии, и стало очевидным, что на их фоне издревле независимая Эфиопия во многих отношениях выглядит рудиментом средневекового феодализма. Наряду с сохранявшейся феодальной собственностью на землю в стране отсутствовали элементарные демократические права, все определялось волей одного человека - императора. Цензура господствовала во всех сферах общественной жизни, запрещались создание политических организаций и оппозиционная пресса. Делалось все, чтобы внедрить в общественное сознание идею, что Эфиопия уникальна и следует своим собственным путем развития. Как сказал один эфиопский студент, «постоянное напоминание о нашей древней независимости и победе при Адуа - наркотик, которым нас все время кормят».
Силами армейских частей, недолюбливавших гвардию, плохо подготовленная и не имевшая поддержки среди народа попытка переворота была подавлена в течение нескольких дней еще до возвращения Хайле Селассие на родину. Как обычно, в аэропорту его встречала толпа восторженных верноподданных, готовых целовать место, куда ступила монаршья нога. Похоже, император действительно хорошо знал свой народ.
Хайле Селассие жестоко расправился с участниками заговора. Трупы руководителей восстания, как погибших во время вооруженных действий, так и казненных по решению суда, долгое время раскачивались на фонарных столбах в центре эфиопской столицы. Это обIIIIIIIIIIIIIIHIII /L//Z iiiiiiiiiiriiiHiii


стоятельство привело к тому, что Хайле Селассие был исключен из списка номинантов на получение Нобелевской премии мира, что, возможно, расстроило императора больше, чем нелояльность офицеров императорской гвардии.
Начало 1960-х годов было несчастливым для императора и в личном плане. В 1962 г. умерла его жена, императрица Мэнэн, советчица во многих государственных делах. Больше всего покойная императрица была известна своей набожностью, консерватизмом и благотворительностью. Под ее покровительством находились все женские школы и заведения в стране. Годом раньше в автомобильной катастрофе погиб сын императора Сахле Сылласе, а еще раньше, в 1957 г., умер любимый сын Мэсфин Мэконнын, герцог Харэрский, которого многие в стране рассматривали как возможного преемника Хайле Селассие на императорском троне. Формально титул наследника престола носил старший сын, Асфа Уосэн, но отец его не очень жаловал, особенно после того, как тот во время попытки переворота под давлением восставших офицеров был вынужден выступить по радио с обличением существовавших в стране порядков. Хотя, разобравшись в ситуации, Хайле Селассие официально и простил сына, отношение к нему со стороны монарха- отца оставалось прохладным. Сама проблема престолонаследия была как бы табу, ее обсуждение не поощрялось и даже наказывалось. Благодаря усилиям официальной пропаганды крестьянское население Эфиопии воспринимало Хайле Селассие как нечто вечное, такое же вечное, как горы и реки страны. В свои последние годы император больше всего благоволил к своему внуку Искандеру Дзета, сыну старшей дочери Тэнанье У орк и погибшего в борьбе с итальянцами раса Дзета Дамтоу. Это был молодой и энергичный человек довольно прогрессивных взглядов, чем-то напоминавший «младоэфиопов» 1920-1930-хго- дов. На протяжении ряда лет он занимал должность заместителя командующего эфиопским ВМФ (по традиции командующим каждого из родов войск был сам Хайле Селассие).
Несмотря на неудачный исход, попытка государственного переворота в декабре 1960 г. оказала революционизирующее влияние на усиление антимонархического движения в Эфиопии. Все больше проявлялось недовольство политикой императора среди студенчества, в армии и в среде немногочисленной интеллигенции. Выступления задавленного налогами безземельного крестьянства в разных областях страны становились привычным явлением. При этом землепашцы выступали не против «доброго царя», а против местного помещика-мироеда. Тем не менее любые антиправительственные выступления вели к обострению внутриполитической обстановки в стране. Свою силу все больше стала ощущать армия, главная опора и надежда правящего режима. Солдатские волнения, в основе которых лежали экономические требования, не раз случались в Аддис-Абебе и других городах. Хайле Селассие хорошо понимал роль вооруженных сил в сохранении в стране статус-кво и всегда шел навстречу их требованиям. Повышалось армейское жалование, раздавались новые военные звания - и солдаты уходили в свои казармы. Примером может служить массовое организованное выступление солдат столичного гарнизона в марте 1961 г. с требованием об улучшении материального положения военнослужащих. Уже на следующий день император заявил о повышении жалованья сержантскому и рядовому составу дислоцированных в Аддис-Абебе войск.
На протяжении 1960-х и начала 1970-х годов возрастала антимонархическая активность эфиопской образованной молодежи, студентов высших iiiiiiiiiiiiiiiiiii /17/> iiiiiiiiiiiiiiiiiii


учебных заведений, колледжей, а также старшеклассников. Они острее других понимали тупиковый путь развития Эфиопии в условиях сохранения самодержавия и феодализма. Значительная часть эфиопской образованной молодежи проявляла недовольство и тем обстоятельством, что в ряде вопросов внутренней и внешней политики император в значительной степени ориентировался на США, заметное влияние которых ощущалось в эфиопской армии, в системе образования и других областях. Практически все эфиопские офицеры проходили курс обучения в одном из американских военных учебных центров.
Масштабные выступления столичной учащейся молодежи прошли, в частности, в 1965-1966 гг., когда стали известны подробности о массовой гибели крестьян на севере страны из-за голода вследствие засухи. Тогда только в провинции Тыграй умерло более 250 тыс. человек. Из-за цензуры мир не узнал о подлинных масштабах бедствия. Выдвинутый студентами лозунг «Землю тем, кто ее обрабатывает!» в дальнейшем стал главным во всех антиправительственных выступлениях. Как правило, студенческие выступления жестоко подавлялись, число погибших превышало десятки человек.
Своеобразную форму борьбы с монархическим режимом избрали эфиопские студенты, обучавшиеся за рубежом. В середине 1960-х годов по многим европейским столицам прокатилась волна захватов эфиопских посольств студентами, которые, закрыв дипсостав в одной комнате, приглашали местных журналистов и рассказывали им о истинном положении дел в Эфиопии. Они говорили: «Если мы ничего не можем изменить в самой Эфиопии, то по крайней мере мы попытаемся изменить мнение внешнего мира о том, что там происходит». Так было в Лондоне, Белграде, Москве, некоторых других столицах. В целом же студенческие выступления стали своеобразными «дрожжами» антимонархического движения в стране.
Конечно, Хайле Селассие был в курсе всех событий, происходивших как в самой Эфиопии, так и вокруг нее. Каждый день после утренней молитвы и завтрака он прогуливался по дворцовому саду в сопровождении начальника тайной полиции, который, пригнувшись к уху императора, доносил обо всем, что за текущие сутки произошло в пределах эфиопской империи. А то, что узнавал Хайле Селассие, его не радовало. Крестьянские волнения, забастовки рабочих, антимонархические выступления учащейся молодежи, усиление конфликтов на этнической и конфессиональной почве. Так, в 1966 г. по обвинению в заговоре против императора была арестована группа офицеров-оромо во главе с генералом Таддэсэ Бырру. Нередкими были случаи, когда солдаты-оромо отказывались участвовать в репрессиях против крестьян-оромо, поднявшихся против притеснений помещиков-амхара. Все чаще свое недовольство непрекра- щавшимися вооруженными действиями в Эритрее выказывали солдаты. Фотографии улыбающегося Хайле Селассие вообще были редкостью, в этот же период они совсем исчезли с газетных полос. Довольного монарха можно было увидеть лишь на фотографиях, связанных с его очередным государственным визитом за рубеж, когда на него по-прежнему лился поток панегириков.
Для упрочения своей власти император был вынужден пойти на усиление репрессивных мер Постоянно росла численность тайной полиции, ее агентура вынюхивала по городам и весям недовольных существующим режимом. Люди были запуганы и боялись вслух обсуждать текущие дела. По указу императора был принят закон о превентивном задержании, позволявший держать под арестом сроком до 90 дней любого человеIIIIIIIIIIIIIIIHII 1074 iiiiimiiiiiiiiiii


ка, вызывавшего подозрение у полиции. Для устрашения недовольных периодически организовывались публичные казни (через повешение) государственных преступников. По решению императора в отдаленные и изолированные районы ссылались неугодные ему чиновники и даже министры.
Сознавая шаткость своего собственного положения и монархического строя в целом, Хайле Селассие стремился укрепить армию, полицию и другие карательные органы, все чаще смещал и назначал чиновников, отбирая для назначения самых лояльных - ярых монархистов. Путем подкупа и запугивания он пытался привлечь на свою сторону образованную молодежь и обезглавить студенческое движение. В выступлениях император стал чаще говорить о своем намерении изменить существующую конституцию, о подготовке земельной реформы в стране, о принятии необходимых мер по повышению промышленного производства и своей готовности приступить к решению многих других назревших социально-экономических проблем страны. Заботясь о своем престиже, Хайле Селассие не пропускал ни одну официальную церемонию, он лично закладывал первый камень при начале строительства школ и промышленных предприятий, раздавал грамоты победителям спортивных состязаний и выпускникам учебных заведений. По- прежнему ни одно из назначений, даже начальника почтового отделения где-то на окраине империи, не происходило без его ведома. Казалось, Хайле Селассие крепко держит власть в своих руках и имеет все основания заявить «Эфиопия - это я».
На самом же деле с начала 1970-х годов в Эфиопии стала вызревать революционная ситуация в ее классическом определении: «Верхи не могут, а низы не хотят жить по-старому». Антимонархические выступления стали привычным явлением. Вызревание революционной ситуации было ускорено голодом, охватившим значительную часть населения в результате многолетней засухи: только в 1972-1973 гг. от недоедания погибло около 200 тыс. человек. Как обычно, императорское правительство, вместо того чтобы облегчить страдания людей, предпочло закрыть глаза на происходившее и скрыть от внешнего мира трагедию страны. По приказу императора на границах провинции Уолло, наиболее пострадавшей от засухи и голода, были расставлены солдаты, которые стреляли в каждого, кто пытался выйти из района бедствия. О цинизме и наплевательском отношении властей к голодающим свидетельствовал и такой факт: зерно из государственных хранилищ было втридорога продано в страны Арабского Востока.
Важным фактором революционного развития в Эфиопии было стихийное, идущее снизу политическое движение масс, направленное против феодализма и монархии. Формы протеста были самые разнообразные: в деревнях крестьяне де-факто осуществляли земельную реформу, в городах в массовых демонстрациях участвовали рабочие, студенчество, учителя. Более тысячи таксистов Аддис-Абебы забросали булыжниками полицейских. Свою демонстрацию против церковных иерерхов провело даже низшее духовенство, жившее за счет нищих крестьян. Но главное - против существующего режима выступила армия. В этой ситуации Хайле Селассие попытался пойти на уступки - сменил состав правительства, издал указ о снижении цен, повысил жалованье военнослужащим. Но события уже давно вышли из- под его контроля.
В конце июня 1974 г. в расположении 4-й армейской дивизии, дислоцированной в Аддис-Абебе, состоялось совещание представителей всех воинских частей в стране. Было решено создать коллективный орган руководства tiinmiiiiiiiiiH 1075 HIIIIIIIIIIIIIIIII


революционным процессом - Координационный комитет вооруженных сил (ККВС) во главе с майором Мэнгысту Хайле Мариамом. С этого дня берет начало процесс по ликвидации в Эфиопии режима императора Хайле Селассие.
На протяжении последующих двух месяцев велась кампания по дискредитации монарха, в газетных статьях приводились примеры антинародных действий императора. Кульминацией этой кампании стал показ по телевидению фильма английских кинематографистов «Неизвестный голод», в котором к кадрам с умирающими от голода крестьянами северных провинций были подверстаны кадры пышных дворцовых приемов, а также кадры, где император лично кормил мясом прирученных львов, клетки которых располагались неподалеку от его дворца.
12 сентября 1974 г. император Хайле Селассие был низложен. Прибывшие во дворец военные обосновали свое решение духовной и физической немощью монарха и его неспособностью вывести страну из тяжелого положения. В маленьком желтом «Фольксвагене» бывший монарх был перевезен в «специально отведенное место» - казармы 4-й дивизии, где он провел остаток своей жизни.
Низложение и арест эфиопского императора по-разному был воспринят во внешнем мире. Европейские газеты, обычно воспевавшие личность и международные заслуги Хайле Селассие, стали помещать больше материалов о подлинном состоянии дел в Эфиопии. Так, например, английская газета «Гардиан» 13 сентября 1974 г., на следующий день после этого события, писала: «Эфиопский народ, так долго находившийся в зависимости от старческой немощи своего свергнутого императора, остро нуждается в том, чтобы, не теряя времени, открыть новую страницу своей истории». Ряд африканских газет, приветствуя в целом перемены в Эфиопии, с симпатией к Хайле Селассие отмечали его вклад в укрепление единства Африки, борьбу против итальянского фашизма и т. п. Эпитеты «великий африканский лидер и государственный деятель» были нередки в прессе того времени.
Почти год спустя, в конце августа 1975 г., военные власти объявили о смерти Хайле Селассие якобы из-за язвы желудка. Мир воспринял это сообщение довольно спокойно. Бывший император был уже довольно старым человеком, на долю которого в конце жизни выпало немало испытаний. Ничего не было заявлено о месте захоронения умершего. Лишь через год после свержения режима Мэнгысту Хайле Мариама, в 1992 г., стало известно, что Хайле Селассие умер не своей смертью, а был задушен по приказу военного руководства. Его останки были обнаружены под полом туалета дворца, в котором проходили заседания военных. Поскольку подлинно научной идентификации так и не было произведено, многие до сих пор сомневаются в их подлинности. Равнодушие нового руководства Эфиопии к личности последнего императора и текущие государственные проблемы привели к тому, что в течение восьми лет обнаруженные останки хранились в простом ящике где- то на складе.
Инициатором захоронения стала монархическая организация «Мо-анбесса» («Всепобеждающий лев»), которая с разрешения правительства открыла прием пожертвований для проведения похорон. 5 ноября 2000 г. в присутствии поклонников императора, его дочери и многочисленных внуков и правнуков, приехавших из-за границы, гроб с останками Хайле Селассие был захоронен в соборе Святой Троицы в Аддис-Абебе рядом с могилой умершей в 1962 г. императрицы Мэнэн. Сама церемония не вызвала большого ажиотажа в столице. Для нынешнего поколения эфиопов, переживших жестокость «социалистиiiiiiiiiiiiiiiniii lUfV iiiiiiiiiiiiiiiiiii


ческого эксперимента» военных, Хайле Селассие представлялся уже фигурой из далекого прошлого.
Безусловно, Хайле Селассие слишком значительная фигура в истории Эфиопии, чтобы предать ее забвению. Поражает даже продолжительность его пребывания у власти. Так, в Европе дольше его царствовали лишь император Австро-Венгрии Франц-Иосиф I (68 лет) и королева Великобритании Виктория (64 года). При этом в отличие от них Хайле Селассие I был абсолютным монархом, от воли которого зависели все и вся в его владениях. Находясь с 1916 г. у кормила эфиопской власти (до 1930 г. в качестве регента и престолонаследника, а с 1930 г. в качестве императора), он наложил отпечаток на особенности развития Эфиопии на протяжении более, чем полувекового периода. Реформатор и даже, как о нем писали, революционер до итало-эфиопской войны 1935-1941 гг., в ходе создания абсолютистского государства в послевоенный период он превратился в императора-крепостника, обеспечивавшего интересы феодальной верхушки и полностью пренебрегавшего интересами основной части населения страны. Его попытки построить современное государство на основе отживших феодальных отношений были обречены на провал. Жестокость, с которой он преследовал свои цели, привела к отторжению от него народа и в конечном счете - к краху. Будущие поколения эфиопов по-разному будут осмысливать роль последнего императора в истории Эфиопии, выделяя те или иные стороны его правления.
Г.В. Цыпкин
Сочинения Хайле Селассие I
The Autobiography of Emperor Haile Selassie I. «My Life and Ethiopia’s Progress» 1892— 1937. Vol. 1. Oxford, 1976.
The Autobiography of Emperor Haile Sellas- sie I, King of Kings of all Ethiopia and Lord of Lords. «My Life and Ethiopia’s Progress». Vol. 2. Addis Ababa, 1973.
Литература
Цыпкин Г.В., Ягья В.С. История Эфиопии в новое и новейшее время. М., 1989.
Капусцинский Р. Император. М., 1992.
Кассае Ныгусе В.М. Император Хайле Селассие I и внешняя политика Эфиопии (1916-1952). М., 2005.
Greenfield R. Ethiopia. A New Political History. L., 1965.
Marcus H.G. Haile Selassie I. The Formative Years, 1892-1936. Berkeley; L., 1987.
Mosley. Haile Selassie: The Conquering Lion of Judah. L., 1954.


Филибер ЦИРАНАНА
Philibert TSIRANANA
18.Х.1912- 16.IV.1978
Видный политический и государственный деятель, первый президент Мадагаскара.
Ф. Циранана родился в местечке Амбарикурану (провинция Махадзанга) в крестьянской семье. Дата рождения, согласно официальной биографии, - 18 октября 1912 г., однако в некоторых источниках указывается другая дата - 1910 г., кое-где 12 или 28 октября. По этнической принадлежности - цимихети, мать принадлежала к одному из самых больших кланов, а в роду отца был первый переводчик Евангелия на язык цимихети. Цимихети занимались как земледелием, так и скотоводством. До 11 лет Циранана пас семейное стадо. Цимихети - одна из первых этнических групп котье, которая стала посылать свою молодежь во французские школы. Начальную школу Циранана закончил в Андзиаман- ги ра н а, п ото м в ч и с л е 8 и з 2 5 у ч е и и ко в б ы л принят в школу г. Аиалалава (в 1926 г.). В 1930 г. на конкурсной основе Циранана поступил в колледж «Лё Мир де Вилер», в Тананариве (ныне - Антананариву), учебное заведение, готовящее кадры будущей малагасийской элиты. В 1932 г. получил диплом учителя и начал преподавать в своей провинции. В 1941 г. возвратился в Тананариве продолжить учебу на курсах повышения квалификации, которые закончил в 1945 г. Через год он получил стипендию для обучения в педагогическом институте в Монпелье и уехал во Францию. С французским дипломом педагога Циранана (пройдя стажировку) вернулся в 1950 г. на родину и работал в Тананариве. Преподавал французский язык и математику сначала в Промышленной школе, потом - в «Лё Мир де Вилер».
После окончания Второй мировой войны Франция ввела новую систему взаимоотношений метрополии с колониями - Французский Союз (1946-1958 г.), с 1958 г. - Французское Сообщество. В соответствии с этим Мадагаскар был объявлен «заморской территорией» Франции, а его жители получили французское гражданство. В провинциях острова начали избирать местные собрания, а высшим законодательным органом Мадагаскара стало Представительное собрание. Малагасийцы получили также право посылать трех депутатов в Учредительное собрание Франции.
Политическая жизнь, бурлившая в этот период на Мадагаскаре, очень интересовала молодого преподавателя. В 1943 г. в Тананариве Циранана вступил в профсоюз преподавателей. В январе 1946 г. присоединился к Группе но изучению коммунизма (выполнял обязанности казначея), но через несколько месяцев покинул ее. В Группе он встретил людей, вместе с которыми они в июне 1946 г. создали Партию обездоленных Мадагаскара - ПАДЕСМ (Parti des Déshérités de Madagascar, PADESM). Это была партия умеренного толка, поддерживаемая колониальными властяIII и и и и и и и и /(//О 11LIIIIIIIIIII II III


ми в противовес растущему влиянию партии Демократическое движение за малагасийское возрождение - МДРМ (Mouvement démocratique de la rénovation malgache, MDRM), ядро которой составляли мерина. А уже в июле 1946 г. Циранана отказался от поста генерального секретаря ПАДЕСМ, поскольку в ноябре 1946 г. ему предстоял отъезд во Францию на учебу, но активно сотрудничал в газете партии «Орел» (“Voroma- hery”), подписывая своп статьи псевдонимом «Цимихети».
В период учебы в Монпелье Циранана активно работал в Ассоциации студентов-малагасийцев, состоявшей большей частью из мерина. Из 198 малагасийцев, обучавшихся в то время во Франции, только 17 были котье. В 1949 г. Циранана создал Ассоциацию малагасийских студентов-котье (L’Associâtion des étudiants malgaches côtiers, AEMC) в противовес Ассоциации студентов-малагасийцев, а в 1951 г., после возвращения на Мадагаскар, - Культурную ассоциацию малагасийских интеллектуалов-котье (L’Association culturelle des intellectuels malgaches côtiers, ACIMCO).
Вернувшись из Франции (в сентябре 1950), Циранана окунулся в политическую жизнь. Он активно работал в левом крыле ПАДЕСМ, пытаясь реформировать политику партии - ослабить зависимость от французской администрации и предпринять шаги для объединения всех малагасийцев вне зависимости от их этнической принадлежности. Писал статьи на эти темы как в газете «Орел», так и в созданной им газете «Наши» (“Ny Antsika”).
На политической арене страны Циранана появился в марте 1952 г., когда его избрали депутатом в Собрание провинции Мажунга (ныне - Махадзанга), потом депутатом Представительного собрания Мадагаскара, а в январе 1956 г. - одним из трех депутатов от Мадагаскара в Национальное собрание Франции.
Для Цирананы это был период приобретения необходимого политического опыта перед приходом в высшую власть. Он вел жизнь французского парламентария, учился профессии государственного деятеля, знакомился с будущими главами франкофонных африканских государств (в частности, с Хуафо Буа- ни и Леоном М’Ба). В парламенте выступал с критикой французских властей за «продолжающуюся политику дикого колониализма»1 и требовал отмены закона об аннексии Мадагаскара (август 1896 г.), создания Правительственного совета, где были бы представлены все провинции страны. Он призывал также к освобождению малагасийцев, арестованных во время восстания в апреле 1947 г. В марте 1956 г. в своем выступлении он напоминал, что народы заморских территорий с конца войны ждут изменения своего статуса1 2. Такие выступления позволили Циранапе стать политиком общенационального уровня. Однако его единственная законодательная инициатива (в феврале 1957 г.) касалась ужесточения наказания за кражу скота, которое французский уголовный кодекс вообще не предусматривал.
В 1953 г. Циранана вступил во Французскую социалистическую партию (СФИО) - (Section française de l’internationale ouvrière, SFIO). Этот шаг имел важное значение для формирования его идейно-политических взглядов. В СФИО он познакомился с людьми, которые сыграли важную роль не только в его жизни, но и в жизни его страны. Это - автор «закона-рамки» Гастон Деффер, 1 Biographies des députés de la IVe République: Philibert Tsiranana // http://www.assemblee- nationalt.fr/histoire/biographies/IVRepublique/tsiranana-philibert-01011912.asp
2 Ibid.
tiiiiiiiiiiiiiiiiii IIIIIIIIHIIIIIIIII


мэр Марселя, и верховный комиссар А. Сукадо, который работал на Мадагаскаре с 1954 г. Циранана был связан с ним дружескими узами. Они потом работали вместе: Циранана - в Правительственном совете, А. Сукадо - верховным комиссаром Франции на Мадагаскаре. После обретения Мадагаскаром независимости А. Сукадо стал первым послом Франции на Мадагаскаре.
Сформировавшийся идейно под влиянием СФИО, Циранана искренне был убежден, что первым переходным этапом от колониализма к независимости должен быть этап реформ, социальных и административных, призванных поэтапно улучшить жизнь обездоленного населения. Эта реформистская диалектика не была лишена основания. Она опиралась на констатацию того факта, что колониализм был вынужденной реальностью, с которой приходилось считаться, и что предоставление «свобод» в настоящем имело большее значение, чем независимость в неизвестном будущем3. По его мнению, слишком быстрое обретение независимости даст реальную власть выходцам с Высокого плато. А период реформ позволит вырастить сильную провинциальную элиту, способную соперничать с интеллигенцией центральных районов. Он был убежден, что котье были доминирующим и наиболее динамичным элементом малагасийского общества. Такие взгляды были на руку французским властям, которые хотели разделить малагасийцев, чтобы продлить жизнь своего режима.
Циранана горячо приветствовал принятие французским правительством в июне 1956 г. «закона-рамки» для своих «заморских территорий», по которому им была предоставлена внутренняя автономия, всеобщее избирательное право, возможность децентрализации власти, усиление провинций и роста их автономий. Он считал, что «закон-рамка» - это школа независимости. Начался новый этап политического развития Мадагаскара. Наряду с расширением провинциальных собраний в действие должна была вступить выборная исполнительная власть - Правительственные советы.
К выборам нужно было готовиться. ПАДЕСМ в 1956 г. раскололась, а потом распалась. В декабре 1956 г. Циранана с друзьями (А. Ресампа, Л. Бутукеки, С. Циебу, которые после 1960 г. стали его министрами) при поддержке французской администрации создал Социал- демократическую партию Мадагаскара - ПСД (Parti social-démocrate, PSD), первоначально называвшуюся ПСД Мадагаскара и Коморских островов. Партия стала преемницей левого крыла ПАДЕСМ и представляла интересы функционеров и сельской знати котье. Это была партия умеренного толка, которая выступала за автономию Мадагаскара во Французском Союзе, с последующим постепенным переходом к независимости путем переговоров с Францией. Циранана стал генеральным секретарем ПСД и оставался им до 1972 г.
Блок, возглавляемый ПСД, получил на выборах 1957 г. 165 мест из 249 в Представительном собрании, а в мае того же года Циранана был уполномочен Представительным собранием Мадагаскара исполнять функции министра в правительстве, сформированном в соответствии с «законом-рамкой» и возглавляемом французским верховным комиссаром (А. Сукадо). Затем Циранана стал вице-председателем правительства (он был первым и единственным человеком, занимавшим этот новый пост в стране), а с июля 1958 г. - председателем правительства. Он возглавил кампанию 3 Rakoto-Ratsimamanga A. Philibert Tsiranana // Hommes et destins (dictionnaire biographique d’Outre-Mer). T 3. Madagascar. P.: Académie des Science d’Outre-Mer, 1979. P. 502.
iiiiiiiiiiiiiiiiiii fUÖU iiiiiiiiiiiiiiiiiii


за вхождение Малагасийской Республики в состав Французского Сообщества на правах автономии. Вопрос решался на референдуме 28 сентября 1958 г. Циранана и его сторонники победили, набрав 77% голосов против 22%. 14 октября 1958 г. Мадагаскар был провозглашен республикой. 29 апреля 1959 г. Национальное собрание (в которое трансформировалось Представительное собрание) приняло конституцию, а 1 мая Циранана стал первым президентом и председателем правительства Малагасийской Республики. 26 июня 1960 г. была провозглашена независимость Малагасийской Республики.
В 1960-1972 гг. Циранана - президент, председатель Совета министров, главнокомандующий вооруженными силами Малагасийской Республики. Он дважды переизбирался на президентский пост - в марте 1965 г. (98% голосов) и в январе 1972 г. (99%). В течение всего периода пребывания у власти он старался консолидировать малагасийское общество. Немалое значение для поддержания политической стабильности имел осуществляемый им принцип многопартийности. После получения независимости в стране действовало свыше 30 партий и группировок, но конкуренцию ПСД и примыкавшим к ней партиям могла составить только Партия Конгресса независимости Мадагаскара - АКФМ (Parti du congrès pour l’indépendance de Madagascar, AKFM), созданная в 1958 г. на основе объединения шести прогрессивных партий (председатель - Р. Андриамандзату, генеральный секретарь - Ж. Рабесахала). Программа партии, принятая в 1959 г., содержала требование немедленной и полной независимости Мадагаскара (включая упразднение всех иностранных военных баз), выхода из Французского сообщества.
Правительство Цирананы проводило в целом профранцузскую политику. Самым значительным фактором, определившим развитие страны в этот период, явилось подписание в апреле 1960 г. серии двусторонних соглашений о сотрудничестве между Францией и Мадагаскаром, которые обеспечивали французской стороне возможность широкого контроля и влияния во всех сферах деятельности молодого государства и сохранения своих позиций на острове после получения им независимости. Связи между Мадагаскаром и Францией оставались необычайно тесными во всех областях. Французские функционеры стояли во главе многих департаментов государственной службы. Даже безопасность страны обеспечивалась французскими войсками, занимавшими стратегические базы на острове. Обеспечиваемая Францией внешняя безопасность и внутренняя стабильность позволяли Цира- нане сосредоточиться на осуществлении программы модернизации национальной экономики1.
В стране осуществлялся курс на развитие частнокапиталистического предпринимательства с широким привлечением иностранного капитала (к маю 1972 г. 86% экономики страны находилось под контролем иностранного капитала). Французские компании и ре- юньонские поселенцы сохранили основные привилегии и продолжали доминировать в экономике, несмотря на отдельные инициативы государства в развитии сельского хозяйства и промышленности. Это позволило оппозиции, сплотившейся вокруг партий АКФМ и Национального движения за независимость Мадагаскара - МОНИМА (Mouvement National pour l’indépendence de Madagascar, MONIMA), говорить о формальной независимости, о том, что политика Ци- 4 Ibid. Р. 503.


рананы - неоколониалистская, обвинять власть в непотизме и коррупции. На юге страны партия МОНИМА возглавила крестьянские выступления против власти, которые в 1971 г. переросли в восстание, жестко подавленное правительством Цирананы. В результате массовых народных выступлений в мае 1972 г. Циранана вынужден был покинуть свои посты и передать власть армии, генералу Г. Рамананцуа. На референдуме, состоявшемся 8 октября 1972 г., Циранана получил 102,5 тыс. голосов, Г. Рамананцуа - 3 млн.
В 1974 г. Циранана и А. Ресампа основали Социалистическую партию Мадагаскара - ПСМ (Parti Socialiste Malgache, PSM). Фактически это было слияние ПСД и Союза малагасийских социалистов - ЮСМ (L’Union des Socialistes Malgaches, USM). Циранана стал председателем новой партии, а А. Ресампа - ее генеральным секретарем. В 1975 г. ПСМ была распущена, и Циранана вплоть до своей кончины (16 апреля 1978 г.) не занимался больше политической деятельностью.
Историки продолжают спорить о том, чего добился Мадагаскар при правлении Цирананы во всех аспектах внутренней национальной жизни. Но все признают его вклад в формирование внешней политики страны, которую характеризовало прежде всего, стремление к миру и сотрудничеству. Во внешней политике он видел инструмент для получения различных видов помощи, необходимой для экономического и социального развития Мадагаскара. Дипломатия на службе развития - это была одна из формул Цирананы3. Это то, что оправдывало его соглашения о сотрудничестве с бывшей метрополией. Франция была тем привилегированным партнером, от которого Циранана хотел получить максимум помощи. Но он искал и других партнеров, другие пути для расширения экономических связей страны. Этим партнером могла стать ЮАР. Но сотрудничество с ЮАР вызвало в то время неприятие не только Франции, но и большинства не- присоединившихся стран. Получили развитие другие внешние связи Мадагаскара - с Японией и ФРГ. С миром коммунизма Циранана проводил политику, направленную на то, чтобы избежать угрозы международного и китайского коммунизма. Но он не мог игнорировать необходимость установления отношений с могущественными державами. Так, его посол в Париже трижды был у М. Суслова в Москве под предлогом коммерческих отношений5 6. Через своего посла во Франции Циранана подготавливал установление отношений с Китаем, Польшей, Венгрией, Чехословакией и даже Албанией. Дипломатические отношения при Циранаие характеризовались большой стабильностью. Активная внешнеполитическая деятельность Цирананы выразилась также в создании Организации афро-малагасийского сообщества и в той роли, которую Мадагаскар играл в ОАЕ.
В истории Мадагаскара имя Ф. Цирананы накрепко связано с возникновением (в результате референдума) автономной республики в 1958 г., потом независимой республики - в 1960 г. Циранана пользовался репутацией «отца малагасийской независимости». Видные деятели национально-освободительного движения Мадагаскара без колебания поддержали его при формировании первого правительства независимой республики.
Многие историки сходятся в том, что Циранана в своей деятельности руководствовался не теориями, а отдавал 5 Rabenoro С. Les relations extérieures de Madagascar de 1960 à 1972. P.: L’Harmattan. 1986. P. 126.
6 Rakoto Ratsirnamanga A. Op. cit. P. 504.
iniiiiiiHiimiii IUOZ itiiiiiiiiiiiiiiiii


предпочтение интуиции, основанной на здравом смысле, практиковал прагматизм, адаптируясь к реалиям момента7. Это относится как к внутренней политике, так и к дипломатии. Признают, что ему была присуща политическая смелость, характеризующаяся свободой высказываний, умение отдавать должное достоинствам своих политических противников и даже назначать их на ответственные должности.
Сейчас в политической жизни Мадагаскара активно участвуют дети Ф. Цирананы. Его младший сын - Пьер Циранана (p. 25.IX.1951 в Антананариву) с ноября 1990 г. является председателем партии Объединение за социал- демократию - РПСД (Rassemblement pour le sociasme et la démocratie, RPSD). В ноябре 2006 г. он участвовал в президентских выборах в качестве кандидата на президентский пост. Свое желание баллотироваться на пост президента он объяснил стремлением продолжить дело отца. В предвыборной программе выступил за укрепление национального единства. Но его фамилия отсутствовала в бюллетенях для голосования в день выборов, поскольку он нарушил срок подачи бюллетеней.
Сестра Пьера, Руфин Циранана, в 2008 г. была назначена президентом М. Равалумананой сенатором.
С.М. Шлёнская
Литература
Tsiranana Philibert. Le cahier bleu. Pensées - souvenirs. Antananarivo: Imprimerie nationale de Madagascar, 1971.
Rajemisa Raolison R. Tsiranana // Dictionnaire historique et géographique de Madagascar. Fianarantsoa, 1966.
Cadoux Ch. La République malgache. P.: Editions Berger-Levrault, 1969.
Spacensky A. Madagascar, cinquante ans de vie politique. De Ralaimongo à Tsiranana. P: Nouvelles éditions latines, 1970.
Rakoto-Ratsimamanga A. Philibert Tsiranana // Hommes et destins (dictionnaire biographique d’Outre-Mer). T. 3. P.: Académie des Science d’Outre-Mer, 1979.
Cadoux Ch. Vies et portraits: Philibert Tsiranana // Universalia. P.: L’Harmattan, 1979.
Rabenoro C. Les relations extérieures de Madagascar de 1960 à 1972. P.: L’Harmattan, 1986.
Rajoelina P. Quarante années de la vie politique de Madagascar 1947-1987. P.: L’Harmattan, 1988.
Ravaloson J. Transition démocratique à Madagascar. P: L’Harmattan, 1994.
Ranaivoson D. Madagascar. Dictionnaire des personnalités historiques. P: Editions Sépia, 2005.
Saura A. Philibert Tsiranana, premier président de la République de Madagascar. Vol. 1: A l’ombre de de Gaulle. Vol. 2: Le crépuscule du pouvoir. P.: L’Harmattan, 2006.
7 Ibid. P. 125.


ШААБАН РОБЕРТ
Shaaban bin Robert, 1.1.1909-22.VI.1962
w
Крупнейший танзанийский суахи- лиязычиый писатель XX в.
Родился будущий писатель в деревне Вимбамба к югу от г. Танга на северо-востоке современной Танзании (по другим сведениям - в местечке Мад- жимвема неподалеку от Дар-эс-Салама). По некоторым данным, он выходец из семьи колдуна. В 1922—1926 гг. получил полное среднее образование в г. Дар- эс-Салам. Затем практически всю свою жизнь, с 1926 по 1960 гг., работал на разных должностях в колониальной администрации Танганьики. В последние годы - в области Танга.
В 1922-1944 гг. Шаабан Роберт работал таможенным клерком. О своей работе в таможне он писал: «Работа моя состояла в том, чтобы собирать таможенную пошлину с товаров, привозимых в страну и вывозимых из нее. Эта работа была связана с государственными деньгами. Многочисленные ревизоры следили за всем. Уши правительства четко внимали звону денег. Я делал все, что было в моих возможностях, чтобы честно выполнять свои обязанности. Моя работа требовала внимательности и благонадежности. Я делал все, что было в моих возможностях, чтобы честно выполнять свои обязанности. Часто сумма, находящаяся у меня на руках, внезапно подвергалась проверке, и всегда она совпадала с указанной в документах»1.
Шаабан Роберт считался у начальников-европейцев старательным работником. Он писал позднее: «Мне очень доверяли, даже больше, чем я того заслуживал. Я пользовался большим расположением начальства. Если кого-нибудь из африканцев нашей конторы замечали в чем-либо дурном по работе или в поведении, то меня приводили в пример как образец честности и нравственной чистоты»1 2. Уже через два-три года работы в таможне он стал маленьким начальником, затем заведовал таможенной конторой на острове Квале, работал на хорошей должности в таможне Пангани.
В 1944 г. Шаабан получил новое повышение по службе - должность второго секретаря, но в другой области администрации и в другом месте - в ветеринарном управлении в Мпваве. В его рассуждениях по этому поводу в автобиографии видно его отношение к колониальным властям и к собственной карьере:
Я понял, что старания мои оценены и учтены, в то время как сам я их недооценивал; но меня угнетала мысль о переходе в другое учреждение. Я оказался в безвыходном положении, так как не мог уклониться от переезда, не вызвав нареканий за неповиновение.
1 Шаабан Р. Моя жизнь. Перевод с суахили. Ленинград, 1969. С. 117.
2 Там же. С. 118.
lllllllllllllllllll шоч lllllllllllllllllll


Если бы со мной посоветовались предварительно, я бы отклонил это предложение. Но, может быть, власть имущие иногда считают, что они достаточно мудры, чтобы распоряжаться людьми, как им заблагорассудится? В таможенном управлении я выполнял различные поручения. Я также являлся курьером во всех ближайших отделениях таможни. И хотя мне оставалось еще двенадцать лет до того, как я мог получить разрешение выйти в отставку, я все-таки хотел бы отработать этот срок именно в этом учреждении. Дорога, по которой я шел целых восемнадцать лет и которая привела меня к жалованию в двести шиллингов, сейчас подходила к желанному окончанию. У меня были надежды, что скоро я сниму с себя тяжелый груз и отдохну в прохладной тени. Однако этого не случилось. <...> Перевод на другую работу меня не радовал; я очень опасался презрительного отношения к африканцам, которое было характерно для ведомства, куда меня переводили. <...> Если бы тем, которые нас презирали, пришлось бы трудиться в новом ведомстве, то они выглядели бы отнюдь не лучше, чем простые ученики3.
В ветеринарном управлении в Мпва- ве Шаабану было неуютно - он чувствовал себя оскорбленным тем, что его имя в ведомости на получение жалования стояло последним, хотя по занимаемой должности он был третьим. Работа его заключалась в печатании бумаг на машинке, с чем он справлялся хорошо, но без удовольствия. Он неоднократно обращался к вышестоящему начальству с просьбой о переводе на другую работу. Ситуацию подстегнуло то, что его дочь в 1945 г. успешно окончила начальную школу, а продолжать учебу в Мпваве было невозможно - там просто не было школы второй ступени для девочек.
В конце концов в 1946 г. Шаабан добился перевода в Тангу в административное управление, в котором проработал всего год, но с большим удовольствием: «Все служащие, которых я там встретил, были добропорядочными людьми. Я поставил себе целью сравняться с ними в этом, чтобы все мы жили в мире и согласии. Я добился этого без труда, так как согласие и мир - это те две стороны отношений между людьми, которые я считал весьма важными в жизни»4.
Затем Шаабан Роберт занимал различные административные должности в Танге до самого своего выхода в отставку в 1960 г. Провозглашению независимости Танганьики 9 декабря 1961 г. он посвятил стихотворение, в котором писал:
Прекраснее слова «свобода» Во всем языке нашем нет.
В нем жизнь и бессмертье народа, Призыв боевой и рассвет5.
Шаабан Роберт умер 22 июня 1962 г. В некрологе журнал Восточноафриканского суахилийского комитета «Суахили» писал: «Шейх Шаабан Роберт был выдающимся поэтом, пишущим на языке суахили, и пионером в развитии этого языка. Он открыл новые пути художественного выражения, новые формы изложения мысли. Его творчество является... связующим звеном между классической литературой и суахилийской литературой будущего»6.
Шаабан Роберт был трижды женат, в трех браках у него было 10 детей. Его первая жена Амина умерла совсем молодой. Амине посвящена одна из его самых известных поэм, названная именем жены. Она начинается словами:
3Там же. С. 119, 120.
4 Там же. С. 133.
5 Там же. С. 14.
6 Swahili. Vol. 33. № 1. 1962-1963. Цит. по: Жуков АЛ., Мисюгин В.М. О суахилийской литературе // Фольклор и литература народов Африки. М., 1970. С. 278.
iiiiiiiiiiitiiiuii 1085 IIIIIIIIIIIIIIIHII


О, как внезапно ты ушла из мира, где жила так мало! Цветком под утро расцвела, А к полудню уже увяла7.
Писать стихи Шаабан Роберт начал в 1932 г., но большого успеха они не имели. Важным поворотным пунктом в его творчестве стала Вторая мировая война. Вот что он писал об этом сам: * Когда в 1939 году Адольф Гитлер объявил войну, поэзия потребовала от меня откликнуться на эти события, и я не мог не сделать этого. Поэзия - это искусство или умение правдиво и полно отобразить событие, происшествие или случай. Но это должно быть событие, касающееся всех в мире. Я чувствовал, что не могу оставаться спокойным и молчать, подобно немому, в то время, когда война волнует всех людей земного шара. Счастье этих людей было и моим счастьем, а горе их стало и моим горем. <...> Многие народы и племена, миллионы людей разных религий воевали во всем мире, а я был их певцом, и в Восточной Африке я был один»8.
Одним из самых значительных его произведений является автобиографическая дилогия «Моя жизнь», опубликованная на языке суахили в 1958 г. Она состоит из двух частей - «Моя жизнь» («Maisha Yangu») и «После пятидесяти лет» («Baada ya Miaka Hamsi- ni»). Известно, что он написал и повесть о своих детских годах, но эта рукопись, существовавшая в единственном экземпляре и посланная автором на конкурс, пропала бесследно. В этом произведении прекрасно показано положение усердного и законопослушного чиновника- африканца в колониальном обществе. Его ценят, но и постоянно указывают ему его место, которое ниже не только колониальных хозяев-англичан, но и индийцев. Характерен эпиграф, предпосланный книге автором: «Человек- движущая сила жизни»9.
В автобиографические повести Шаабан включил множество стихотворных произведений, таких как «Амина», Первая и Вторая «нравоучительные поэмы», обращенные к дочери и сыну. Во «Второй нравоучительной поэме» он писал:
Ежели ты любишь брать, Так люби и отдавать!
Скрягой быть - плохая стать, Себялюбцу честь худая.
Знания и честный труд Нам богатства создают. Лень привязчива, как блуд, Плоть и душу развращая.
Бестолковые умы Лень доводит до сумы, А порой и до тюрьмы. Лень - помощница дурная.
Без ошибок не живать, Но твой долг - их исправлять. Вот что я хочу сказать, Поучение кончая10.
Постепенно слава Шаабана росла. Его творчество выходило за пределы восточноафриканского мусульманского мира. Его жизнь колониального чиновника, образование и склонность к философствованию делали его непохожим на других писателей этого круга. Творческое наследие Шаабана Роберта включает как поэтические, так и прозаические произведения разных жанров. Шаабан был первым суахилиязычным автором, который написал романизированные 7 Шаабан Р. Указ. соч. С. 103.
8 Там же. С. 133, 134.
9 Там же. С. 101.
10 Там же. С. 114.
IIIIIIIIHIIIIIIIII IUOO iiiiiiiiiiiiiiiiiii


биографии и фантастические произведения.
В 1951 г. вышла «Кусадикика» (“Kusadikika”) - сложная по замыслу и исполнению философская сказка. Кусадикика - вымышленная страна, где всему верят на слово. В центре произведения - судебный процесс над неким Карамой (значащее имя - «уважение»), развивающим учение о правосудии. Карама говорит: «Следует помнить, что установление справедливости среди людей - дело ответственное, требующее мудрости, осторожности и терпения в самой высокой мере, на какую способен человек»11. Из Кусадикики были посланы гонцы в разные чести света, рассказавшие о том, что они там увидели, - о плохом и хорошем. Сюжет книги построен на противопоставлении старого и нового, и в конце концов благодаря мудрому правителю новое побеждает. «Прошло несколько лет, и наставления, принесенные гонцами, пробудили дремавшую ранее энергию Кусадикики. Плоды их учений превратили Кусадики- ку в одну из самых процветающих стран мира», - так заканчивает книгу автор, мечтая об идеальном государстве, основанном на добре и разуме.
В 1952 г. выходит другая философская сказка Шаабана Роберта - «Адили и его братья» (“Adili na Nduguze”). Ее действие также происходит в вымышленной стране, где действующие лица названы, как и в «Кусадикике», словами, обозначающими черты человеческого характера. О замысле книги в предисловии автор говорит: «Хотя в этой книге встречаются ангелы и джинны, но все это только для того, чтобы как можно больше сказать о главном. А рассказать я хотел о земле и обо всем том, что растет на ней, о богатствах и сокровищах ее недр, о том, почему множится скот, в чем выгода торговли, чем полезны странствия и в чем преимущества братства, а также я хотел показать, что такое честь человека и какие поступки отличают того, кто понимает значение родственных связей. <...> Я не стремился специально изображать неприглядные явления, но человеческая натура такова, что они оказались почти в каждой главе»11 12.
Добрый и всепрощающий главный герой произведения Адили, по замыслу автора, должен быть примером для других. Если все будут походить на него, самосовершенствоваться, то всепобеждающая сила добра очистит жизнь от грязи и пороков.
В 1960 г. выходит еще одно знаменитое произведение Шаабана - «Сити дочь Сада» («Siti binti Saad»), биография занзибарской певицы, неграмотной женщины, дочери горшечника. Вся жизнь Сити была борьбой со стереотипами исламского общества. Шаабан Роберт писал об этом так: «Главное достоинство, которое в нашей стране признавали за женщиной, была благочестивая жизнь в уединении. За состязанием в благочестии следовало состязание в красоте с целью выйти замуж. Такое воспитание было неплохим, но оно не исключало кое для кого из женщин печальной перспективы остаться старой девой или развода... Бедная незамужняя женщина не могла себя содержать. Этот обычай нужно было изменить. И если Сити ставила себе такую цель, стремясь стать певицей, то, значит, она была одной из великих преобразователей положения женщин в Восточной Африке»13.
Сборники его стихов вышли в 1958 («Этюды и поэмы», “Insha na Mashairi”) и 1960 гг. («Африканские алмазы», “Almasi za Afrika”), причем вместе со стихами 11 Шаабан Р. Указ. соч. С. 24.
12 Там же. С. 57.
13 Там же. С. 153.


публиковались и краткие философско- этические прозаические произведения. Ему также принадлежат переводы на суахили Омара Хайяма, который оказал большое влияние на его творчество. Книга вышла в Лондоне еще в 1952 г.: «Омар Хайям на суахили» (“Omar Khayyam Kwa Kiswahili”).
Вот несколько выдержек из его «этюдов»:
Подвиг
Только те, кто умирает за прекрасное дело, за свободу народа или целого мира, помогая угнетенным или униженным, умирают священной смертью. Да и умирают ли те, кто погиб, совершая подвиг, если их славные имена незабываемы! Смерть тела не обрывает их жизни. Они живут в памяти и сердцах людей14.
Как провести праздничный день
Без пользы тратить свое время - дурно. Отдых и работа - не враги. Замена одной работы другой - это тоже отдых для ума и для тела. Отдых и удовольствие читать интересную книгу, совершать прогулку или путешествие по суше или по морю, заняться спортом. <...> Перемена места, обстановки или работы очень хороша, она приносит чувство разумного использования праздничного дня. <...> Однако праздник пройдет бестолково, если ты, ничего не делая, будешь только есть, пить и спать много часов подряд15.
Радость приходит после горя
Несчастье - один из источников закалки человека, воспитания его честности, укрепления силы. Благоденствие и покой не так способствуют выявлению лучших качеств человека, как это делают беды и несчастья. Несчастье или горе формирует характер, учит терпению и выносливости, способствует рождению прекрасных мыслей. Человек, перенесший горе, подобен чистому золоту16.
Шаабана Роберта называют «отцом языка суахили». Он творил именно на этом языке, чем немало способствовал его развитию. В течение нескольких лет он возглавлял Восточноафриканский суахилийский комитет. Вот что Шаабан писал о языке суахили: «В Восточной Африке есть язык суахили, который может с успехом объединить всех ее жителей в один народ, но, к несчастью, есть люди, по невежественности и глупости своей считающие, что нужно отказаться от употребления этого языка <...> Никто не говорит, что язык суахили превосходит персидский, арабский, французский, английский или немецкий, но если приложить усилия, этот язык покажет свои неисчерпаемые возможности»17.
Отечественный ученый-суахилист А.А. Жуков писал о Шаабане Роберте: «Творчество этого выдающегося деятеля суахилийской культуры, народного певца и патриота оказало большое влияние на развитие языка суахили и на становление современной суахилийской литературы»18.
А.С. Балезин
Сочинения
Моя жизнь. Пер. с суахили. Л., 1969. Kusadikika. L., 1964.
Adili na Nduguze. L., 1963.
Maisha Yangu. L., 1964.
Wasifu wa Siti binti Saad, Mwimbaji wa Unguja.
Tanga, 1960.
14 Шаабан P. Указ. соч. С. 166.
15 Там же. С. 169.
16 Там же. С. 174.
17 Там же. С. 168.
™ Жуков А. Шаабан Роберт. С. 15.
Hiiiiiiiiiiiiiiiii IUOO hiiiiiiiiiiiiiiiii


Insha na Mashairi. Tanga, 1959.
Almasi za Afrika. Tanga, 1960.
Omar Khayyam Kwa Kiswahili. L., 1952.
Diwani ya Shaaban. Dar es Salaam, 1967.
Kufikirika. Nairobi; Lusaka; Addis Ababa, 1967.
Литература
Жуков АЛ. Язык суахили и современные литературы Восточной Африки // Актуальные проблемы изучения литератур Африки. М., 1969.
Жуков АЛ. Шаабан Роберт // Шаабан Роберт. Моя жизнь. Пер. с суахили. Л., 1969. С. 5-15.
Жуков АЛ., Мисюгин В.М. О суахилий- ской литературе // Фольклор и литература народов Африки. М., 1970. С. 269-280.


ГЛОССАРИЙ
Абба (букв, «отец») - титул любого духовного лица в Эфиопии.
Абун, абуна (букв, «отец наш») - титул главы эфиопской церкви и высших церковных иерархов.
Авадж - правительственный указ в Эфиопии.
Агафари - титул императорского дворецкого в Эфиопии.
Адимизана - седьмой месяц малагасийского лунного календаря.
Азаж (аз ад ж) - букв, «повелевающий», сравнительно высокий эфиопский придворный и военный чин.
Алека - глава церковного заведения, например монастыря, в Эфиопии.
Алькалы - мусульманский судья.
Альмами - религиозный мусульманский титул.
Амба - столообразная гора в Эфиопии.
Амбаниандру - народ, лично независимые жители Высокого плато на Мадагаскаре.
Амбуниндзату - в традиционной малагасийской армии командир отряда в 100 человек.
Амбухидратриму - район Антананариву, где находился теологический колледж, в котором преподавал Райнандриамампандри (Мадагаскар).
Амоле — брусок соли, выполнявший в Эфиопии роль денег.
Андриамасинавалуна - одна из трех высших групп малагасийской знати, имевшая права на наследственные земельные держания.
Андриамбавенти - название и носитель одной из высших судебных должностей на Мадагаскаре.
Андриана - знатный свободный человек на Мадагаскаре.
Андухалу - площадь в Антананариву, где проходили королевские кабари.
Антананариву - столица Малагасийского государства.
Антафуфу - укрепленный лагерь на западе Имерины.
Антандруй - народность на юге острова, составляет 5,4% населения Мадагаскара.
Апартхейд - политика расовой сегрегации в ЮАР в 1948 - начале 1990-х годов по отношению к африканским народам и другим этническим группам неевропейского или смешанного происхождения. На языке африкаанс означает «обособление, раздельное существование, развитие». Идеологи апартхейда выдвигали свое собственное, расистское, толкование Библии и учения Ж. Кальвина: они утверждали, что каждой расе предначертаны свыше особая судьба, свой путь развития, а следовательно и особый образ жизни.
Ариари - название денежной единицы Малагасийского государства, равна пяти французским франкам.
Асантехене - верховный вождь ашантийцев, правитель Конфедерации Ашанти.
Ассегай - холодное оружие в виде дротика. Вместе с копьем составляли вооружение зулусского воина.
Асумбула - шестой месяц малагасийского лунного календаря.
Ато - некогда титул человека благородного происхождения, в настоящее время вежливое обращение.
Афэ-ныгус (также афа-негус) (букв, «уста царя») - титул верховного судьи.
Ашкер (аскари) - солдат, слуга.
iiiiiiiiiiiiiiiiui lUyi iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Баджеронд - феодальный титул в Эфиопии; его носитель ведал государственной казной.
Балямбарас - средний военно-феодальный титул в Эфиопии, давался, как правило, комендантам крепостей.
Банту - семья языков коренного населения центральной и южной части Африканского материка.
Бантустаны или «хоумленды» - этнические африканские административно- территориальные образования в ЮАР, созданные по закону 1959 г. «О развитии самоуправления банту». Всего было создано 10 бантустанов, 4 из них (Транскей, Бопутатсва- на, Венда и Сискей) в конце 1970-х годов получили формальную независимость, которую не признало ни одно государство.
Бапеди (педи) - народ в Южной Африке, занимает территории на границах провинций Лимпопо и Мпумаланга (ЮАР). Говорят на диалекте языка северный сото.
Басуто - народ на Юге Африки, составляют основное население государства Лесото, живут также в ЮАР, где численность басуто достигает 3,5 млн чел.
Батлапинг - вождество и субэтническая общность в составе народа тсвана.
Бвана (суах.) - господин.
Битуоддед - один из высших придворных титулов в Эфиопии, давался наиболее доверенным сановникам императора.
Блятпта, бляттенгета - придворный титул в Эфиопии, давался, в частности, советникам императора.
Буйна - историческая область и государственное образование сакалавов на западном побережье Мадагаскара.
Бурузани - от франц, «bourgeois», с 20-х годов XIX в. общее название всех, кто платит налоги; те, кто не имеет вуни- нахитру и не служит в армии (Мадагаскар).
Вагшум (уагшум) - наследственный титул правителя области Ласта в Эфиопии.
Вазимба - согласно народным преданиям, коренное население Мадагаскара, которое было частично уничтожено, а частично ассимилировано предками современных малагасийцев.
Великий трек - переселение потомков голландских колонистов (буров) в 1835-1840-х годах в центральные районы Южной Африки, приведшее к созданию двух государств — Южно- Африканской Республики (Трансвааля) и Оранжевого Свободного государства.
Вельд - южноафриканская саванна.
Видиндуха - доел., стоимость, цена головы (жизни) (Мадагаскар).
Войзеро (уойзеро) - некогда титул замужней женщины благородного происхождения, в настоящее время вежливое обращение к женщине в Эфиопии.
Вудивуна - вид наследственного земельного держания на Мадагаскаре.
Вунинахитра - с 20-х годов XIX в. «степень знатности», чин, который присваивался военным и чиновникам на Мадагаскаре, первоначально воинское звание, введенное Рада- мой I.
Вурумахери - один из линиджей этнической группы мерина.
Высокое плато (Центральное нагорье) расположено в центральном районе острова и занимает более Уз его территории. Плотно заселенный административный и культурный центр страны. Здесь расположена столица Мадагаскара - Антананариву.
«Газети Малагаси» - официальный печатный орган Малагасийского государства в 1883-1896 гг.
Гереро (овагереро) - бантуязычный народ, мигрировавший на территорию ЮЗА к началу Нового времени, издавна занимавшийся скотоводством, iiiiiiiiiiiiiiiiiii I iiiiiiiiiiiiiiiiiii


составляет около 7% населения в современной Намибии.
Гразмач (букв, «начальник левого крыла») - один из высших военно-феодальных титулов в Эфиопии.
Гриква - общины метисов и смешавшихся с ними групп койсан, обитавшие в XIX в. по среднему течению Оранжевой реки и находившиеся под патронатом представителей Лондонского миссионерского общества. Центральным и наиболее крупным поселением гриква являлся Гриква- таун.
Гриоты - представители особой касты певцов и сказителей у народов Африки, хранители устной традиции.
Гыбби (геби) - императорский дворец в Аддис-Абебе.
Гыбыр - званый пир, устраиваемый императором Эфиопии.
Джанхой - один из титулов императора Эфиопии, употреблялся без личного имени в 3-м лице.
Дэджазмач, деджач (букв, «защищающий вход в императорский шатер») - один из высших военно-феодальных титулов в Эфиопии.
Зулусы (самоназвание - амазулу) - самый многочисленный народ в ЮАР, относится к южным банту; составляют основное население провинции КваЗулу-Натал, широко представлены также в крупнейших городах и промышленных центрах страны.
Имерина - область расселения мерина на Высоком плато; центральная провинция и ядро Малагасийского государства.
Индаба - собрание старейшин и взрослых мужчин вождества.
Индуна - военачальник, а также советник и помощник правителя у зулусов и ндебеле (матабеле) (Южная Африка).
Инкоси - правитель вождества или глава родового объединения у коса, зулусов и родственных им народов.
На европейские языки чаще всего переводится как вождь или «король».
Кабари - здесь, собрание представителей всех амбаниандру, которые формально утверждали все наиболее важные законы государства (Мадагаскар).
Кади - судья в странах мусульманского Восток.
Койкой (готтентоты) и бушмены (сан) - этнические группы, представляющие древнейшее население Южной Африки. Традиционными занятиями бушменов являлись охота и собирательство, для них также были характерны отсутствие постоянных поселений и кочевой образ жизни. Основой хозяйства койкой было кочевое скотоводство. Они заселяли в основном мало пригодные для земледелия территории современного Западного и Восточного Капа, жили вдоль среднего и нижнего течения р. Оранжевая, а также занимали пространства Юго-Западной Африки.
Компаунды - рабочие лагеря закрытого типа для африканцев, созданные на золотых и алмазных рудниках Южной Африки.
Коса (самоназвание - амакоса) - народ в Южной Африке, относится к южным банту.
Косо - местное растение, используемое в медицинских целях в Эфиопии.
Котпье - народности, населяющие прибрежные районы Мадагаскара.
Крааль — европейское название традиционных поселений африканцев в Южной Африке. Обычно имел концентрическую планировку и состоял из нескольких жилых и хозяйственных построек, в центре окружности располагался загон для скота.
Кунтуги - небольшой однострунный музыкальный инструмент.
Кэннязмач (букв, «начальник правого крыла») - один из высших военнофеодальных титулов в Эфиопии.
tiiiiiiiiiiiiiiiiii lU/j HIIIIIIIIIIIIIIIII


Кэнтиба - феодальный титул градоначальников в Эфиопии, в настоящее время - мэр города.
Лемд - знак воинского отличия в Эфиопии, накидка из шкуры льва.
Лидж (букв, «мальчик») - придворный титул малолетних отпрысков самых знатных фамилий в Эфиопии.
Ликэмакуас - видный придворный титул; в давние времена его носитель в царском одеянии играл в сражении роль двойника императора, в то время как сам монарх в одежде простого воина сражался в другом месте (Эфиопия).
Линидж - наиболее распространенная в догосударственных и раннегосударственных образованиях форма родственных объединений, все члены которого имеют одного предка.
Манамбунинахитра - офицер и чиновник, имеющий вунинахитру (Мадагаскар).
Мандзакандрианумбана - (другое название фарафати) - укрепленный военный лагерь в окрестностях Таматаве (Мадагаскар).
Манисутра - потомки черных рабов, инкорпорированных в этническую группу мерина.
Маримбе - традиционный музыкальный инструмент группы выходцев из знаменитого народа маконде, зарабатывавших на жизнь фольклорной музыкой, песнями и танцами.
Масуйвуху - чиновник, контролирующий исполнение закона об обязательной начальном образовании (на Мадагаскаре).
Масумбика ~ (доел, «мозамбикцы») - собирательное название всех рабов из Африки с черным цветом кожи (Мадагаскар).
Менабе - 1. Государственное образование этнической группы сакалава на юго-западном побережье. 2. Административное подразделение в Имери- не, аналог области.
Менакели - участок земли, передающийся по наследству на Мадагаскаре.
Мерина - этническая группа, проживающая на Высоком плато; этническое ядро Малагасийского государства.
Миарамила ом-баси майнтимулали - подразделение ветеранов, вооруженных огнестрельным оружием на Мадагаскаре.
Мисинтака - обычай этнической группы мерина, по которому жена, недовольная своим мужем, имела право на время покинуть его дом.
Мпифехи - офицер, командир (Мадагаскар).
Муссеки - рабочие бедняцкие окраины Луанды (Ангола).
Мфенгу (финго) - этносоциальная общность, образовавшаяся в 1820-1830-е годы в результате слияния нескольких разрозненных родовых объединений, бежавших из Натала в результате войн периода мфец’ане. До 1835 г. мфенгу жили на землях коса на положении их клиентов. Во время очередной войны Капской колонии с коса в 1834-1835 гг. общины мфенгу были переселены на восточную границу Капской колонии, где они должны были служить в качестве буфера на пути вторжений коса, а также выступать в качестве дешевой рабочей силы для английских и бурских фермеров.
Мфец 'ане/дифаг ’ане( « перемал ы ван ие» ) - период многочисленных войн и миграций африканских народов Южной Африки в конце 1810-1820-е годы.
Нама - народ в современной Намибии и ЮАР. Относится к группе койкой. В настоящее время численность нама составляет около 250 тыс. чел.
Ндебеле (матабеле) - народ в современной Зимбабве. Ндебеле являются потомками переселенцев из Натала и Трансвааля, территории которых они вынуждены были оставить в результате войн периода мфец’ане/ iiiiiiiiiiiiiiiiui 1094 IIIIIIHHIIIItllll


дифаг ане и «Великого трека» буров. Оставшиеся на территории Трансвааля общины ндебеле составили основу современного народа ЮАР - южные ндебеле.
Негритюд — культурно-философская и идейно-политическая доктрина, теоретическую базу которой составляет концепция самобытности, самоценности и самодостаточности «черной» расы, исходящая из признания неповторимости культуры, психологического склада и мировидения негроидных народов, а следовательно и уникальности их социокультурного и антропологического опыта. Основоположником негритюда считается сенегальский мыслитель и первый президент независимого Сенегала Л.С. Сенгор.
Ныгус (негус) (букв, «царь») - титул наиболее могущественных и часто полунезависимых правителей областей в Эфиопии. В Европе долгое время ошибочно являлся синонимом титула «император».
Ныгусэ-нэгэст (букв, «царь царей») - титул императора Эфиопии.
Нэгадрас (букв, «глава торговцев») - феодальный титул в Эфиопии, его носили главы торговой общины, давался также наиболее крупным торговцам.
Овамбо - народ на севере современной Намибии; язык входит в западную группу языков банту.
Ойтландеры - европейские иммигранты, прибывшие в Трансвааль в район золотодобычи.
Орлам - так нама Юго-Западной Африки называли группы койкой и метисов (бастеров), вторгавшихся на их территорию из Капской колонии и Малой страны нама, располагавшейся к югу от нижнего течения Оранжевой реки.
Пограничные («кафрские») войны - установившееся в исторической литературе название войн между южноафриканским народом коса, которых европейцы назвали кафрами, и англобурскими завоевателями в XVIII- XIX вв. Вооруженное сопротивление коса колонизаторам продолжалось с конца 1770-х до начала 1880-х годов (наиболее крупные военные столкновения в 1779-1781, 1789- 1793, 1799-1803, 1811-1812, 1818- 1819, 1834-1835, 1846-1847, 1850- 1853,1858,1877-1879).
Пондо - субэтническая общность в Южной Африке в составе народа коса. Пондо занимают прибрежные территории в северо-восточной части Восточной Капской провинции; говорят на языке исикоса.
«Прифронтовые» государства - название группы африканских стран, граничивших с ЮАР, португальскими колониями на Юге Африки и Южной Родезией в 1960-1980-е годы.
Равунинахитриниариву - министр иностранных дел Малагасийского государства.
Рай-аман-дрени - (доел, «отец и мать», «родители») - здесь наиболее старые и обладающие авторитетом малагасийцы, к мнению которых всегда прислушиваются в сложных обстоятельствах.
Ранд - денежная единица ЮАР.
Рас (букв, «голова») - один из высших военно-феодальных титулов в Эфиопии, следующий за ныгусом. Его носителями были правители отдельных областей и выдающиеся военачальники.
Рас-битуоддэд - титул наиболее доверенного сановника императора в Эфиопии.
Резерват (локация) - территория, предназначенная для проживания африканского населения.
Сакайзамбухитра - (доел, «друзья деревни») - отставные военные, назначенные руководителями низшего iiiiiiiihiiiiiiiii lUyJ hiiiiiiiiiiiiiiiii


административного звена в сельской местности на Мадагаскаре.
Сакалава - народность, проживающая на западном побережье Мадагаскара (от Анцерананы на севере до Ту- лиари на юге).
Сикадзи - приблизительно одна восьмая часть ариари (Мадагаскар).
Талер Марии-Терезии - вышедшая из употребления в Европе австрийская монета, имевшая хождение в Эфиопии в XIX - начале XX в.
Таматаве - крупнейший порт Малагасийского государства, расположен на восточном побережье.
Тауншип - название пригородов крупных южноафриканских городов с преимущественно африканским населением. Южноафриканские тауншипы являются сосредоточением нищеты, безработицы и преступности. Наиболее крупный и известный из них Соуэто, пригород Йоханнесбурга.
Тсвана - народ группы банту, основное население Ботсваны. Тсвана также представлены в соседних районах ЮАР, в Зимбабве и Намибии. В XIX в. представляли собой скорее этнокультурную и лингвистическую общность, а не отдельный народ.
Тэдж - хмельной медовый напиток в Эфиопии.
Фитпаурари (букв, «сражающийся в центре») - один из высших военнофеодальных титулов в Эфиопии.
Фамадихана (переворачивание) - обряд, связанный с культом предков. Это периодически осуществляемый ритуал извлечения из семейных склепов останков покойных предков и заворачивания их в новый саван. Сопровождается музыкой, речами, молитвами, подношениями меда, риса, алкоголя.
Фольксраад (народный совет) - представительный орган (парламент) в респуб-ликах, образованных африканерами в результате «Великого трека» 1835-1837 гг.
Фукунулуна - традиционная община этнической группы мерина.
Хасина - дар, чаще всего символический, вручаемый как малагасийцами, так и иностранцами традиционному правителю в знак признания его суверенитета и с просьбой принять под его покровительство.
Хува - здесь французское название этнической группы мерина.
Циарундахи - первоначально, королевские рабы с темным цветом кожи; рабская гвардия, охрана и доверенные лица правителей Имерины, впоследствии - замкнутая этносоциальная группа.
Чад (чат, кат) - растение, которое в свежем виде имеет признаки слабого наркотика; выращивается в Кении и Эфиопии.
Шона (машона) - народ в Зимбабве, составляет основную часть населения страны, относится к группе банту.
Ытеге (итеге) - титул императрицы Эфиопии, «Ее Величество».
Ычеге - титул административного главы эфиопской церкви, по традиции настоятель монастыря Дэбрэ- Либанос.


ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ
Андрианцилаву 991
Андримандзату Ришар 761-764,1081
Анкра Дж. 625
Аннан К. 518,555
Апити М.Ж.С.М. 415-419,582-584,664
Аполлинер 957
Арагон Л. 273
Арбуссе Т. 250
Аристотель 574
Армстронг Л. 94
Арно М.1020
Асанте К. 489, 549
Абача С. 206,648,736
Аббуд И. 810
Аббэбэ Арэгай 811
Абдул (Дада Абдулла) К.Х.А. 59, 61
Абрахамс П.Г. 18-22
Абубакар А. 661
Аволово 0.413,625
Аггри К. 613
Аголи-Агбо 429
Адама-Тамбу М. 474
Аджей А. 615
Адула С. 275,466,467,593,594,730
Азикиве Н. 411-414, 613, 623, 633, 639
Айрон Ральф см. Шрейнер О.
Айяндхо Б.К. 477
Айяш С. 995
Акуффо Ф. 646
Албукерки М. де 77
Алгабид X. 568
Александер Н. 200
Алферьев И.В. 156
Альберт I 548
Ама Б. 492
Амаду Л.Ф.М. 232
Амин Дада, Иди 329, 735, 752-760, 904-905,
924
Андраде М. де 272, 520-521
Андриамандзату Ни Хасина 763
Андриамаруманумпу 766
Андриамасинавалуна 765, 766, 768,1017
Андриамбелумасина 1000
Андриамираду С. 552,553
Андрианавалуна 1017,1018
Андрианампуйнимерина 765-768, 985, 996,
991,1002,1002,1017,1022
Андрианариву Т. 1027
Африка Т. 91
Африкаанер Е. 242
Афэуорк Гэбрэ-Иесус 769-771
Афэуорк Тэкле 772-774
Ахиджо А.Б. 420-424
Ахомадегбе Ж. 416-418, 582-585
Ачампонг И. 646
Ачебе Ч. 409,425-427
д’Аспремон Л. 579
Ба М. 704, 708
Баба А. 725
Бабемба 693
Бабийан 157-158
Бабу М.А. 776-788,850,852
Баден-Пауэлл Р. 297,298
Байс К. де 268
Бакавель Ж.-Ж. 588
Бакари Дж. 491,567
Бакстон, лорд 33
Бакум Г.Н. 663
Балвер Г. 110
Балева Т. 413
Балезин A.C. 11
Балладюр Э. 716
Банера Дж. 676,677
Банда Р. 231
Банза А. 443-444,476
Бантинг Б. 129,172,218
Бантинг П. 24
Бантинг Р. 25, 26
Бантинг Сидней П. 24-26,128,129
Бантинг Соня 218
Баньян Дж. 365
Барбери 806
Барклей Э. 680
iiiiiiiiiiiiHiiiii iiitiiiiiiiiiiuiii


Барнард H. 203
Барре М.С. 789-795
Барри Д. 704
Барри И. 704
Барроу Дж. 267,269
Батерст 1018
Бах Л. 129
Башкирцева М. 404
Беавоги Л. 554
Бебель А. 178
Бейере X. 29
Бейкер С. 827-828,911
Бекетт С. 148,152
Белл Ч. 297
Бемба Ж.-П. 470
Венёвский М.А. 988
Бенжамен Э. 556
Бенжамин С.Б. 92
Беннет Р. 265
Бенхазин 428-430
Бенчли П. 20
Берлускони 972
Бертон Г. 300
Бертье Ю. 994
Берх Г. ван ден 308,309
Бетоте Д.-А. 487
Беханзин 428-430
Биайенда Э. 604-605
Бивен Э. 777
Бигман Л. 590
Бижар М. 475
Бийя П. 424
Бико С. 46,309,376, 735
Билсен А.Ж. ван 528
Био Дж. 660
Бисмарк О. фон 1035
Блайден Э.У. 409,431-435,453, 532,633
Блюм Л. 416,461
Бовуар С. де 273
Боганда Б. 436-439,443,474
Боденан Ф. 731
Боджоле Э. 632
Бодлер Ш. 668,957
Бодуэн I 575,607
Бозизе Ф. 478
Бокари С. 661
Бокасса Ж.-Б. 439,441-446,476-477
Бокве Дж.Н. 79
Бомбоко Ж. 465,593
Бонго А.Б. 491
Бонд Д. 974
Бота Л. 27-34, 68, 185, 186, 299, 300, 356, 357-358
Бота П.В. 17, 35-43, 120, 121, 202, 203. 205, 372,374
Бошеле-Дэвидсон Э. 469
БошоффЯ. 252
Брайант А.Т. 387
Бранд А.Й. см. Ибрагим А.
Бранд Доллар см. Ибрагим А.
Браун Г.Дж. 232
Браун У. 244
Браунли Ч. 109
Брежнев Л.И. 699
Брейди 986
Брейтенбах Б. 45
Брехт Б. 735
Бридгланд Ф. 322,329
Бринк А. 44-49,96,98-100,189
Бродский И.А. 152
Брокуэй Ф. 625, 777
Буани X. 1079
Буато П. 982
Буд-М’белле И. 301
Будри Р. 958,960
Будэн Е. 961
Булайя К. 231
Булатович А. К. 891
Буллер Р. 33
Бусиа К. 448,449-451, 482,617, 648
Бутелези М.Г. 87, 204,309,374
БутукекиЛ. 1080
Бухари М. 735
Буш Дж. 976
Бюиссон Ф. 1013
Бюргерс Т.Ф. 141
Валери П. 668,957
Вальдхайм К. 372,606
Вандевале Ф. 729
Вандье Э. 422
Вершав Ф.-К. 632, 737
Васко да Гама 15
Ватрикан Б. 556
Вашингтон Б. 302,336,454, 508,533
Вашингтон Дж. 543
iiiiiiiihiiiiiiiii / UyO hiiiiiiiiiiiiiiiii


Вентер П. 97
Вердье И. 1024
Верже 805
Верлен 957
Ве-Сьен Т. 498
Вет К. де 27,29,30,31,185,356,358
Виейра Ж.Л. 50—51
Виейра С. 259
Виктория, королева 30,112,158,160,255,317,
409,425,433-434
Вилакази Б. 389
Вильгельм II 57,146,176,317
Вильджоен Дж. 40
Вильсон В. 359-360,508
Вильсон Г. 607
Витбой X. 52-58, 174-175,177
Вольтер Ф.М. 592
Вульф В. 90,305
Вяткина Р.Р. 357
Гайяр Ф. 582
Галлиени Ж.-С. 761, 796-802, 806, 993, 994,
996,1004,1006,1007
Гамбан К. 687
Гамильтон Э. 239
Гангнихессу 428
Ганди Карамчанд 59
Ганди Кастурбай 67
Ганди М.К. 28, 59-70, 169, 257, 357, 403, 616,
843
Ганди П. 59
Гаранго М. 570
Гарви (Гарвей) М. И, 301, 434, 452-458, 613,
635,637
Гарнетт Д. 305
Гарно 1019
Гбагбо Л. 716
Гбение К. 467-469,513
Гвала Г. 201
Гвамбе А. 236
Гвангва 92
Гегель Г.В.Ф. 613
Гей А. 665
Гей А.Л. 459-461,664-665
Гей Б. 459
Гей И. 462
Генрих IV1024
Георг IV1018
Гералдиш М. 75
Геринг Г.Э. 52,53,175
Геринг Г. 52
Герцог Дж.Б.М. 27, 29, 30, 168, 186, 187, 188, 300,302,358,361
Гетце Дж. 92
Гизенга А. 463-473,530, 538, 730
Гизенга Д. 468
Гизо Ф. 422
Гильен Н. 273
Гитлер А. 188,320,378
Гладстон У. 24,401,433
Гнеу Г. 739
Говон Я. 414,624,734
Гоген 958
Голдберг Д. 219
Голль Ш. де 416, 438, 443, 461, 491, 537, 556, 588-589,592,665,667,705,712
Гомез Р.А. 556
Гонджу П. 587,589-591
Гордимер Н. 17, 71-72,149, 427
Гордон Ч.Дж. 828,911-912
Горев А.В. 63
Горелик А. 698
Горький М. 9,404
Госселен К. 250
Гранден М. 436
Грандидье А. 799,803-807,1022
Грандидье Г. 799,805,806-807
Грандидье Э. 803,1022
Грант Д. 305
Грант Дж. 909-910
Грей Дж. 255
Грин Л.Дж. 74
Гриффит Дж. 636
Гриффитс Д. 999,1020
Гриффитс Дж. 898
Гроут 0.167
Грюнер Ш. 441
Грюницкий Н. 630,738
Гумба А. 474-475,477-478
Гумеде Дж. 337
Гумилев Н.С. 1055
Гунгуньяна 75-77
Гырмаме Ныуай 808-814
Гэбрэ-Хыйуот Байкэдань 815-818, 1054,
1056
Гюго В. 574,668
iiiiiiiiiiiiiiiim /IZZ7 iiiiiiiiiiiiiiiiui


Давиди В.Н. 609
Дада Абдулла см. Абдул К.Х.А.
Даду Ю. 201,341
Дако Б. 478
Дако Д. 439,442-443,446,474-478
ДалиндьебоД. 192,193
Даллингтон Б. С.
Дама Л.Г. 668
Данква Дж. 448,479-483,615,620
Данн Дж. 108,110,111
Дауди Чва 838,842
Даусон 160
Дебре М. 664
Дебризе П. 556
Девеи М. 471
Девет К. см. Вет К. де
Декари Раймон 805
Декарт Р. 613
Деланж Р. 441
Деларей см. Рей Я. де ла
Дениз 0.712-713
Дерикойяр Ж.-П. 528
Деффер Г. 417,491,537,664, 742,1079
Джабаву Д.Д.Т. 83,192
Джабаву Дж.Т. 17,69,78-85,402
Джаксон-Смит Э. 676
Джеймс Г. 150
Джеймс С. 614, 636
Джеймсон Л. 144,159,160,161,318,319
Джейнсен Р. 93
Джексон Ф. 876-877
Джером К.Дж. 317
Джонс Д. 989
Джонсон П. 503,504
Джонсон У. 996
Джумбе А. — 876-877
Диа М. 461,665-666,707
Диавара А. 602-604
Диаките М. 554
Диалло А. 704
Диалло Ж.-К. 556,558,667
Диалло Т. 704
Диань Б. 459-460,509
Дибан А. 541
Дидерике Н. 36
Дизраэли Б. 433
Дико А. 539
Дилифера 999
Дингане 107-108,118,387
Дингисвайо 382-384
Динузулу 27
Диоп Ш.А.— 409, 484-489,542,543,967
Диоп М.667
Диори Аисса 492,494
Диори Алхаджи 490-494,566-567
Дитенде М. 726
Диуф А. 666-667
Диуф Г. 459-460
Дламини-Зума Н. 88
Дломо Г. 389
Доддс А. 429
Додж Р.Е. 271
Докс 996
Достоевский Ф.М. 306
ДоуД. 500
Доу Н. 496
Доу С.К. 495-505,656
Дуглас-Хьюм А. 351
Дьянгьенда Ж. 549,551
Дэвидсон Э. 996
Дюбуа У. 8, И, 301, 302, 336, 409, 434, 454-
455,506-511,533,613,635,637
ДюссакП. 961,1014,1015
Дюшен 806
Евтушенко Е.А. 12
Жан-Рене 987
Жансен Ж. 804
ЖидШ. 1013
Жискар д’Эстэн В. 445,476,716, 607
Жоффр Ж. 797
Жубер П. 27,142, 143,144
Журден М. 437,439
Загре Ф. 742
Зауэр Я. 31,82
Зафи Альбер 761,973,1026
Звиде 382,383,384
Зербо С. 572,650
Зибебу 112
Зил Слабберт Ф. ван
Зинсу Э.Д.417,518,582
Зоудиту 770
Зума Дж.Г. 20,48,86-89 222,227,377
Зуманиги Г. 558
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 1100 ifimiiiiiiimiif


Зуппи M.518
Зусманович A.3. 128
Ибрагим А. 90-94
Ибсен Г 613
Изамо Ж.-А. 443,476
Иисус Христос 66,284,546-548,550,596
Икуту 1006,1007
Илео Ж. 528,593
Иоанн Павел II 328,372,558
Ирвинг В. 365
Иронси А. 624
Итутузи 1017,1019
Ицаразаза 1019
Йоково М. 441
Йомби-Опанго Ж. 604
Йонкер А. 96-97
Йонкер И. 45,96-100
Йонкер Я. 174
Йоханныс IV 819-826,885
Кабарега 827-836, 880
Кабба А. 660-662
Кабила Ж. 469-472,551,610
Кабила Л.-Д. 463,469,512-519,551,599,610
Кабрал А. 272,321,520-525,660,704
Кавинделе И. 396
Кагаме П. 516
Каггва А. 837-845,875,880
Каддафи М. 20, 445, 544, 567, 572, 648, 687,
755
Казалис Э. 250, 251
Кайла Л. 962,981,1007,1015
Какидиди Б. 604
Каконге Дж. К.
Калле Ф. 961
Каллок Ж.-Р. 436
Калонжи А. 528, 593, 732
Кальвин Ж. 1090
Камагереро 53,54, 174,175
Камара Д. 564, 565
Камара С. 708
Камара X. 536
Камбиз (Камбис) II 487
Камерон Д. 989
Камитату К. 464,597
Камо П. 958
Канза Д. 528
Кант И. 613
Кану А. 659
Капенд И. 726
Карефа-Смит Дж. 676
Карлейль Т. 7, 12
Кармайкл С. 708
Кароль Ж. 994
Каррингтон, лорд 308,352
Каруме Абейд шейх 784,846-861
Касавубу Ж. 465, 526-530, 577, 578, 593, 594,
728-730
Касонде Э. 229
Кастро Ф. 514, 557,651
Каткарт Дж. 253, 254
Катрада А. 200
Каунда Б. 102, 106
Каунда Д.К. 42,102-106, 221, 229, 260, 349,
391-393,397
Квивонкпа Т. 498-503
Кей С. 282
Кейнс Дж.М. 305,360
Кейсли-Хейфорд Дж.Э. 532-535
Кейта Д. 536
Кейта Мадейра 707
Кейта Мамаду 697
Кейта Модибо 536-540,588,665,703, 713
Кемп Й. ван дер 267, 269, 280,283
Кемпбелл Д. 1019
Кемпбелл Р. 305,309
Кениата Дж. 323,636,639, 792,862-870
Кеннеди Дж. 238,320,482, 620, 632
Кеннеди Р. 171
Кереку М. 419,585,713
Керр У. 155
Кечвайо 16, 27, 107-118
Киаванга М. 546
Кибаки М.Э.С. 233,901
Киванука Б. 920
Ки-Зербо Ж. 409,488,541-545
Киквете Дж. 233
Кимбангу Л. 546
Кимбангу С. 546-551
Кимванза Кунгу ва 610
Кинг М.Л. 510
Кинг Ч. 680
Кинганга П. 604
Киплинг Р. 318
IIIIIIIIIIIIHlilll I IUI iinitiiitiiiiiiiii


Кирк Дж. 875,1035,1038,1052
Киссинджер Г. 352
Китченер Г.Г. 356
Клаузевиц К. фон 801
Кледор А.Д. 459
Клемансо Ж. 796
Клерк Ф.В. де 43,119-126,203-205,342,345,
376
Клерк Я. де 119
Клинтон У. 320,329,648
Коббинг Дж. 387-388
Ковалевская С. 404
Колвил 833
Коленсо Дж. 109,112
Коленсо Ф. 109
Колингба А. 446,478
Коллен Ж. 667
Коломбани Ж. 492
Комбо Т. 859
Комлан 739
Компаоре Б. 502,573,650-651,655,745
Конан Бедье А. 716
Конаре А.У. 540
Конаре С. 460
Конде К. 696
КонеЖ.М. 536-537
Кономбо Ж. 572
Конте Г. 563
Конте Л. 552-565, 705,708,709
Корома П. 660
Коростовцев М.А. 488
Котане М.М. 127-133, 172,193,197,199, 209,
341
Коуп Дж. 96,98,99
КоутоМ. 134-136
Коуто Ф. 134
Коэлья А. 76
Коэн Э. 918-919
Кравейринья Ж. 135,137-138
Крейн Д. 662
Криге Э. 96,97,99
КрогА. 100
Кромвель О. 543
Кроутер А. 412
Крюгер П.С.Й. 17,32,139-145,185,356
Ксума А. 362
КуббельЛ.Е. 488
Куйяте Л. 563
Кулибали У. 536,742-743
Куйене М.389
Кунче С. 493,566-568
Куньял А. 272
Кусси X. 481
Кутзее Дж.М. 17,47,147-153
Куфуор Дж. 648
Куцие К. 202-203
Куэльяр П. де 289
Ла Гума А. 91
Лаборд Ж. 804,1020
Лайттон Д. 99
Лалау 971
Ламизана А.С. 569-573, 745
Ламизана Б. (Кекеле М.) 569
Ланге Г. 240
Ланге Дж.П. де 38,39
Лансана Д. 675,676
Ларош И. 993,995
Ластель Л.-Н. де 1020
Л атрий А. 710
Лафай Г. 994
Лафарги 401
Лахимеридза 803
Лафия Туре 690
Лё Мир де Вилер 799,806,981,1003,1078
Лейтвейн Т. 55, 56, 57, 175-176, 177-178,
179
Лембеде А. 193
Ленин В.И. 314,317, 613, 700
Леру Э. 45
Лециэ 255
Лециэ II 337
Либкнехт В. 401
Ливингстон Д. 244
Лидж Иясу 817,871-874,1054-1055
Лиер Дж. 147
Лизетт Г. 685-686
Лиманн X. 646,648
Лиоте Ю. 797,800,995
Липперт Э.А. 160,162,165,166
Лиссуба П. 602,604
Ллойд Джордж Д. 301,359
Лобенгула 16,154-166
Ломоносов М.В. 763
Ломтонтси X. 79
Лугард Ф. 830-832,877-878
iiiimtiiiiiiiiiii 1102 iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Лумумба П. 8, 463-470, 473, 512, 513, 518, 528-531,541,557, 574-580, 703, 713, 726, 728-731,735,773
Лутули А.Дж. 12,167-173,197,373
Лутули Дж. 167
Лутули Мартин 167
Лутули Мтонья 167
Лутули Н. 168
Львова Э.С. 9
Людериц А. 52
Люк А. 467
Лярош И. 797
Маарт 91
Мабунда Д. 236
Мага Б. 418
Мага Ю. 416-418, 581-585
Магареро С. 54,174-179
Маджид С. 1033-1034,1037
Маджир Р. 163
Мадуна П. 222
Мазруи Али аль-Амин
Майду А. 446,477
Майор Ф. 564
Макабени Г. 25
Макартни, лорд 267
Макгато С.М. 32
Макиване Э. 79
Маккей А. 913
Маккей К. 454
Макконен Рас - см. Дж. Гриффит
Макмиллан Г. 349, 379-380
Макнамара Р. 607
Маколей Г. 412
Маколей Т. 365
Макома 180-184,269,365
Малан Д.Ф. 17, 44, 131, 169, 185-191, 340, 361,378,379
Малан М. 40,123
Малиновский Б. 865
Малколм Д. 314
Малула Ж. 528
Мальзак В. 994
Мангена А. 336
Мандела (Мадикизеле) В.Н. 195, 201, 202, 203,206
Мандела Н.Р. 17, 36, 47, 48, 68, 87, 93, 94, 96, 99, 100, 119, 121-125, 131, 172, 192-207, 219, 224, 257, 264, 289, 309, 339, 342, 344, 345,346,372,374,377,394,735,907
Мансарай Р. 659
Манслоу Б. 213
Манье-Мак’еке 33
Мао Цзэдун 324,325,557,595,596,639,660
Маргаи А. 674-677
Маргаи М. 672,674,675
Мариц М. 29
Марк Твен 317
Маркс Дж.Б. 133,193, 197,208-210,341,344
Маркс К. 401
Маркс У. 1020
Маркс Э. 401
Масе Э. 193,194
Масекела 92
Массамба-Деба А. 601-602,604-605
Масупа 255
Матанзима К. 192,195
Матибежана 76
Мативане 248, 249, 250
Махазула 76
Махараджа С. 122
Махони Р. 482
Машел Г. 206
Машел С.М. 41, 206, 211-216, 260,651
Мба (М'ба) Л. 586-591,1079
Мбеки Г. 197,199,200,201,205,217-219,220
Мбеки Дж. 222
Мбеки Т. 48,87,88,89,125,205,206,220-227,
233,265,377,395
Мбида А. 421
Мбикусита-Леваника А. 393,396
Мбойя Т. 323,779
Мбонго О. 443
Мбопа 387
Мбуале-Абемба А. 601
Мбула - см. Мирамбо
Мбуязи 108
Мванаваса Л.П. 228-233,393,397,398
Мванаваса М. 228, 233
Мванга 874-881
Мванжиси Р.К.
Мвила Б. 396
Мг’айи С. 181
Мгбундулу М. 441
Мда Э.П. 193
Медведев Д.А. 290
iiiiiiiiiiiiiiiiui I IU J iiiiiiiiiiiiiiiiui


Менелик II 769, 815, 821, 823, 871, 882-891, 1055,1084
Мерве Н. ван дер 187
Мерриман Дж. 82,84
Мзиликази 139,154,156, 246, 250,303
Мзимба М.И. 79
Милнер А. 145
Мино П. 998
Мио П.Э. 992
Мирамбо 892-896,1052
Миттеран Ф. 477,536,654,695, 711-712, 716, 740
Млаказа 365
Млангени Э. 202,219
Мланджени 181
Многа С. А. 859
Мобуту А.Г. 592
Мобуту М. 592
Мобуту Сесе Секо 463-465, 467-469, 472, 512,514-517,529,530,550,551,578,592- 600,606-610,729,730
Модисе Дж. 345
Мои Даниэль Тороитич арап 897-901
Молапо 255
Модема Дж. 337
Модема С. 298
Молифе 33
Момбо Ж. 590
Момо Дж. 657,677,679
Монгу йя-Мбенге Д. 592
Мондлане Э.Ч. 17,212, 234-241
Монк Т. 91
Моно Т. 484
Монтсиоа Дж. 336
Монумбе П. 442-443
Мор Э. 155-156
Мореас Ж. 963
Мориак А. 273
Морока Дж.С. 193
Морока, вождь баролонгов 251, 252
Мотиби 244,245
Мотланте К. 227
Мотсоаледи Э. 219
Мофоло Т. 389
Моффет Дж.С. 158,162,163,166
Моффет М.С. 242
Моффет Р. 242-247
Мохаммед, Абдул Рахман - см. Бабу
Мошвешве I 248-256
Мпанде 107-109, 114,115,118
Мпахлеле Е. 380
Мполо М. 579
Мсиманг Р. 336
Мугабе (Маруфу) Г. 263,264
Мугабе (Хейфон) С.Ф. 258,263
Мугабе Д. 257
Мугабе Р.Г. 17, 20, 41, 89, 225, 232, 233, 257-
266, 350,351,352-353,354,394
Музабакани Ф. 604
Музито А. 472
Музорева А. 260,351,352
Мукаса Хам 839-840
Мулеле П. 464,468
Мусевени Й. 516,760,902-908,924
Мутамбара А. 225
Мутеса I 750,837,843,909-915
Мутеса II -754,916-924
Мухсин А. 781,848
Мхлаба Р. 200, 202,219
Мэконнын Уольдэ-Микаэль 772, 817, 925-
927,1054
Мэнгисту Ныуай 809,811,813
Мэнгысту Хайле Мариам 928-937
Мэтьюз З.К. 192
Мюрвиль М.К. де 705
Нанди 382,386-387
Наполеон I 268, 543,1022
Наполеон III 1021
Насер Г.А. 324
Нгалула Ж. 512
Нгкика 180, 267-270, 281, 282-284, 364, 365,
369
Нгонджи Ф. 466
Нгуаби М. 446,601-605
Нгубенгкука 192
Нгуза Карл И Бонд Жан де Дье 595,606-611,
731
Нгулубе М.М.С. 229
Нделе А. 530
Ндламбе 180,267-269, 281, 283,284
Ндомбаси А.И. 513,518
Неру Дж. 639
Нето (Нету) А.А. 17, 271-279, 321, 324, 332,
468,520-522,603,607,713
Нето А.П. 271
iiiiiiiiiiiiiiiiiii 1104 lllllllllllllllllll


Нето М. да Сильва 271
Нето М.Э. 273, 274
Нетшитенже Дж. 222
Нгуен-ай-Куок 1014
Нзамбо О. 469
Нзо А. 122,219
Ни Авана 959
Николсон К. 227
Ницше Ф. 613
Нкавандаме 213,241
Нкома Ф. 105
Нкомо Дж. 258, 259, 260, 261, 262, 350, 351, 352-353
Нкрума К. 258, 409, 411, 448, 449, 480, 481, 510,537,539, 541,612-622, 631,638-639, 646,673,674,683,703,713,777,779
Нкселе (Маканда каБалала) 280-282, 283- 284
НкумбулеГ. 102-103
Нланду-Майамба Т. 470
НоквеД. 195,197,221
Нонгт’авусе 182,183,365
Нтлантла Д. 222
Нтсикана 283-285,364
Нтсикана К. 285
Нтшоко М. 92
Нуйома С.Д.Ш. (Сэм Нуйома) 286-290, 394
Нунгу С. 241
Ньембо А. 465
Ньерере Дж.К. 234, 257, 260, 516, 626, 779, 852,857,903,938-947
Нэрс М.А. - см. Дж. Пэдмор
Обам Ж.-И. 587-591
Обама Б. 9,377
Обасанджо 0.627
Обенга Т. 487
Оботе А.М. 753,902-903,921-922
О’Брайен К. 593,728,729
Оганёр В. 1013
Оджукву Ч.О. 413-414, 623-628, 734
Ожула Л.-П. 421
Ойл Й.Н.ден607
Окелло Дж.Г. 849,851,904,947-956
Окито Ж. 579
Олимпио Ж. 739-740
Олимпио С.Э. 629-632,737-738
Опперман Д.Дж. 97
Опье Ф. 415
Орнеллаш А. де 75
Осман дан Фодио 717-722,725
Оуэн Д. 308
Ошима Н. 307
Павленков Ф. 9
Панкхерст С. 403,637
Паркер Ч. 91
Пастер 799
Патассе А.-Ф. 446,477-478
Пауэлл Л. 1020
Пахад А. 222
Пахад И. 222
Пейрис Дж. 183
Пейтон А. 308
Пельтье 993
Пенза Р. 396
Пеннекен Т. 797,800
Пепетела (Пестана душ Сантуш А.К.М.) 135,
291-293
Пердрикс Ф. 471
Перейра Ж.Ф. де 294-295
Петерс К. 837,876-877
ПиерсмаДж.Е. 190
Пиктон М.Д. 1018
Пиотровский Б.Б. 488
Плааки С.Ч. 29,31,32,33,69,296-303
Плат С. 96
Плевен Р. 536,712
Плумер (Пломер) У. 99,305
Плюсси Б. дю 120
Полан Ж. 963
Помпиду Ж. 494,556,663
Пост Л. ван дер 97-99,304-310
Потехин И.И. 128
Похамба Х.Л. 233, 290
Пратт Д. 380
Прескотт У. 365
Преториус А. 139
Преториус М.В. 140,142,143
Пти Г. 806
Пул У. 998
Пэдмор Дж. И, 510,614,633-645
Рабеаривелу Ж.-Ж. 957-965,966,996
Рабезавана 994
Рабекуту Л.-Б. 958
IIIIIIIIIIIIIIIHII / /(/> hiiiiiiiiiiiiiiiii


Рабеманандзара Р.В. 981,983
Рабеманандзара Ж.-Ф. 958, 962-1963, 966-
970,1008
Рабесандратана Ф. 921
Рабесахала Ж. 1081
Рабехети 766,985
Раби Я. 97
Рабуду 999,1019
Рабузаки 994
Равалуманана М. 971-977, 1027, 1028, 1029,
1083
Раварика 1018
Равау 766
Равелудзон 958, 978-980,981
Равуалаву 1017
Равуаханги Ж. 967,981-984,1008,1014,1015
Радама I 766,767,985-990,1018,1022,1091
Радама II 999, 1020
Радд Ч.Д. 157,158,160,162,163,311,313
Радзаунах 996
Радземисон Г. 973
Радзуэлина А. 976, 977,1029
Радзуэлисулу Ш. 959
Разака Э. 966
Разанакумбана971,1022
Разафимахалеу X. 975
Разафимахефа Э. 975
Разафиндракуту 979
Разафиндракутухасина Рахантавулулуна
Бау763
Разафинзатуву Хадзанирина 973
Разафинцалама Г. 979
Разафитриму Мари 957
Райнандриамампандри 798,991-997,1006
Райнибецимисарака 994
Райнивунинахитриниуни 999
Райнилайаривуни 993,998-1005
Райнимахару 1019
Райнитуву 979
Райнихару 998, 999
Ракетака 1019
Ракуту 999,1006
Ракуту, принц 1017,1020,1021
Ракутуниайна П. 973
Ракутунирина М. 973
Ракуту-Рацимаманга А. 967,1006-1012
Ракутусон 1010
Ралаймунгу Ж. 960,961,981,982,1013-1916
Раламбу 957
Рамаву 988
Рамавулахи 985
Рамамбалахи 988
Рамамундзисуа С. 1011
Рамананцуа Г. 1024,1082
Рамандимбиарисон 3.973
Рамарутафика 985
Рамафоза 205
Рамахери 991
Рамбусалама 765
Раменамасу 994
Рамиараманана П. 973
Рамитрахи 988
Рамуму 999
Ранавалуна I 806, 988, 998, 999, 1001, 1017,
1019,1020,1021,1022
Ранавалуна II 804,998,999-1000,1001
Ранавалуна III 799,993,998,1000,1002,1006
Ранайву Ж. 1014
Расалама 761
Расалима 988
Расандзи 995,1003
Расета Ж. 967,982,983,1008
Раск Д. 320
Рассел Б. 67
Рассмуссен Л. 91
Расуаманана Ф. 979
Расуаналина 998
Расуаримихадза С. 973
Расуаханта 1019
Расухерина 998,999
Раталуа 1017
Ратани С. 959
Раумбана 767,979,985,991,1017-1023
Рафаралахи 988
Рахайнгюсон Е.Б. 959
Раханирака 1017,1018,1019,1022
Рахари 1019
Рахарулахи Э. 958
Рахуви 985
Рацимаманга, принц 798,993,1006
Рацимаманга-Урверг С. 1010
Рацимизива 991
Рацирака Д. 761,972,973,976,1024-1029
Рацирака Р. 1029
Рацирахунана Н. 973
Рей Я. де ла 27,29,356
iiiiiiitiiiiiiiiiii / /I/O iiiiiniriiiiiririt


Рейган P. 497
Рембо 957
Ренвик Р. 308
Ресампа А. 1080,1082
Рескин Дж. 63,64
Ретиф П. 139
Рив Р. 91
Ривера Д. 273
Ривьер К. 699
Рид Дж. 242
Рильке 957
Рипон, лорд 61
Риттер Э.А. 389
Роберто X. 275,277,332,322-323,327
Робле Д. 805
Робэн Ж.-Б.-М. 986
Родс Г. 311
Родс С.Дж. 15, 16, 76, 144, 157-160, 162, 298, 311-320, 350,354,355-356,401
Рок П.О. 797
Рокамболь 958
Ролингс Дж. 646-649
Роллан Р. 67
Ронтонэ 1020
Рорбах П. 176-177
Роскоу Дж. 840-841
Роуби У. 242,840
Роуз-Иннс Дж. 80,82
Роуз-Иннс Р. 80
Ру Э. 128,129
Рубусана У. 82,83
Руссо 957
Рюте Э. - см. Сальме
Савиер А. 497,500
Савимби Ж.М. 321-331,332,334,335
Саид Сейид 1033-1036
Салазар А. ди Оливейра 234, 274,322
Салим С.А. 780
Сальме Эмили Рюте 1033-1037
Самори Туре 690-694
Сандиле 180, 181,365
Санкара Т. 502,572,650-655,713,745
Санко Ф.С. 656-662
Сантуш Ж.Э. душ 328,330,332-335,468
Сантуш М. душ 212, 213, 272
Сантуш У. душ 329
Сартр Ж.П. 273,963
Сассу Д. 604-605
Сата М. 228,231,232,398
СезэрЭ. 484,486,663,668
Сейбу А. 494
Сейид Баргаш 875, 1033-1035, 1037-1039, 1052-1053
Сейид М. 1050
Секоньйела 248,251,252,253
Секукуни 142
Семе П. каИсака 300,336-338
Сенгор Л.С. 323, 389, 409, 415, 421, 461, 484, 537, 543, 663-668, 712, 723, 734,963,967, 968,1094
Сендве Я. 512,513,515
Сензангакона 382,383
Серже Ж. 731
Сидельский Л. 193
Сидиме Л. 559
Силлиерс Б. 96-97
Силус Ф. 155
Сильвестр-Уильямс Г. 434,453,509
Симанго У. 213,241
Симпсон Д. 682
Сиссоко Ф.Д. 539
Сисулу (Тотиве) А.М. 339
Сисулу У.М.У. 131, 193, 195-202, 219, 339-
342
Ситоле Н. 259,260,350,352
Слово Дж. 122, 195, 197, 201, 204, 210, 223, 343-346
Смит Б. 45
Смит Г. 140,181,183
Смит Я.Д. 17, 240, 259,260,261,262,264, 307, 347-354,538
Смол А. 45
Смэтс Я.Х. 17, 29, 31, 44, 65, 67, 68, 185, 186, 187,301,302,355-363
Собуза II 222,337
Собукве Р. 195,201,257
Cora 285,364
Cora T. 285, 364-369
Согло К. 418,584
Сокони К. 398
Соломон С. 78
Солсбери, лорд 76,314,317
Сомерсет Ч. 269
Сондаши Л. 229
Соумс А.К.Дж. 308
111ПШ1Ш1Ш111 1107 IIIIIIIIIIIIII


Сошангане 385
Спенсер Г. 401, 801
Спик Дж.Х. 909-911
Стааль Е.Е. 315
Сталин И.В. 639, 699
Стейн М. 40
СтейплтонТ. 182-183
Стенли Г. 830,895,911 -912,1051 -1053
Стивенс С.П. 656, 657,670-679
Стивенс Ф. 356
Страссер В. 657,660
Стрейдом Й.Г. 187,190,379
Судан Ф. 596,600
Суза П.-Э. де 418,584
Сузат Р.-П. 588-589
Сукадо А. 1080
Сукарно А. 307
Сумиало Г. 468
Сундиата Кейта 543
Суслов М. 1082
Схуман С. 140
Сьякалиму 3. 231
Сэкстон Э. 96
Сэндис Дж. 782
Сюре-Каналь Ж. 488, 708
Табмен У. 495,680-684
Тавареш Г. 321
Тамбо О. 86, 100, 130, 131, 133, 192-194, 197,
202,203,205, 210,223,339,342,374
Теафендас Д. 380
Теводрос II 821, 882,1040-1047
Тейлор Ч. 502,503,504,656, 659
Текере Э. 263
Тембо К. 228
Тербланш Ю. 124
Тето П. 697
Тибеди Т. 129
Тил Дж.М. 34
Тингатинга Э.С. 1048-1049
Тине А. 560
Типпу Тип 1050-1052
Тито И.Б. 639, 699
Тлооме Д. 197
Тодд Г. 349
Тойнби А. 361
Толберт У. 495, 496, 502, 684
Толстой Л.Н. 63, 65, 66, 404, 613
Томбалбай Ф. 685-688
Томпсон Ф.Р. 163
Торн Дж. 372
Траоре Д. 552, 554, 558
Траоре М. 540
Траоре С. 601
Треурнихт А. 37,120
Трота Л. фон 58,178-179
Троцкий Л.Д. 700
Тсвангираи М. см. Цвангираи М.
Тумане П. 236
Тургенев И.С. 404
Туре А. 558,706
Туре И. 554,704
Туре Самори 560,690-694
Туре Секу 446, 464, 537, 554, 556, 558-560, 588, 674, 676,677,695-709,712-713
Туре Сидиа 559, 562
Туре Ф. 554
Туту Д.М. 370,370-378
Тэтчер М. 260,308
Тэфэри Мэконнын см. Хайле Селассие I
У Тан 606
Уайльд О. 401
Уайт А.С.314
Уаттара А. 716, 745
Уилкинс Р. 238
Уильямс Дж. 284
Уланов А. 498
Умару М. 568
Умшете 157-158
Уолдрон Л. 465
Уоллес-Джонсон И. 411,623,865
Уолсли Г. 142
Уолтон Д. 129
Уонкирайор Э. 496
Уорден Г. 253
Уоркинех Тэбэйеху 811
Уоронофф И. 9
Уоррен Р.П. 320
Уотт Дж. 347
Уфуэ-Буаньи Ф. 450, 490, 502, 536-537, 570, 587-588,710-716, 744
Уэдраого Ж.К. 572, 742
Уэйли А. 305
Уэсли Дж. 24
llllllllllillllllll I IUO iiiiiiiiiiiiiiiiiii


Фанахи 966
Фанбулле Г. 498
Фанон Ф. 149, 660
Фаркар Р. 986,1018
Фервурд Х.Ф. 35, 190, 205,378-381
Ферст Р. 218,343,344
Филд У. 349
Филыон К. 124
Фишер А. (Брам) 221,320
Фишер Г. 612
Флакур Э. де 957
Флинт Дж. 313
Флобер Г. 149
Флок А. 123
Фоккар Ж. 494,556,588
Форд Дж. 607,635
Форсайт Ф. 627
Форстер Б.Й. 35,36,120,308,351,371,380
Форстер Э.М. 305
Фостер Б. 218
Фостер У.3.634
Фофан А. 560
Франс А. 1013
Франсуа К. фон 53,54,55,56,175
Фрейд 3. 613
Фрейзер А. 613
Фруадево А. 806
Фурье Й. 186
Фюре Ф. 699
Хаббард А.Л. 546
Хагамайнти 991
Хаггард Г.Р. 111,401
Хаггинз Г. 348
Хайле Селассие I (Тэфари Мэконнын) 305, 457, 452, 458, 636, 770, 772, 792, 810, 813, 818,1054-1077
Хама Б. 488.723-725
Хаммаршельд Д. 465,530,728,729
Ханга А.К. 850,852,857
Хани К. 124, 204, 223,374
Харди К. 401
Хардинг, лорд 67
Хармел М. 341
Хатта М. 307
Хиари М. 729
Хинца 180
Хо Хай Вьет 1007
ХоШи Мин 1014
Ходжа Э. 639
Холл Дж. 986
Хофмейр Я. 82
Хоффман Й. 254
Хрущев Н.С. 465,620
Хэнкок К. 919
Хэсти Д. 986,989
Цвангираи (Тсвангираи) М.Р. 225, 264, 265,
391
Циглер Ж. 515
Циебу С. 1080
Циранана П. 1083
Циранана Р. 1083
Циранана Ф. 650, 761, 968, 984, 1010, 1015,
1024,1078-1083
Цыге Дибу 811
Чака 16,107,108, 110,112,154, 246, 249, 382- 390
Чалмерз Дж. 365,367
Чалмерз У. 364
Чаушеску Н. 597
Че Гевара Э. 514
Чемберлен Дж. 145, 299,316,317,433,533
Черчилль У. 27,348, 362
Чжоу Эньлай 324
Чивале X. 329
Чикерема Дж. 352
Чилуба Р. 398
Чилуба Т. 394
Чилуба Ф.Дж.Т. 105, 228-231,391-399
ЧирауД. 260,352
Чисекеди Э. 610
Чиссано Ж.А.214,216, 264
Читепо Г. 259,260
Чомбе М. 513,579,593,594,726-732
Шаабан Р. 750,1084-1089
Шагари Ш. 627,735
Шарль-Ру Ж. 806
Шаттлворт М. 375 Шахала А.
Шеварднадзе Э. 328
Шейк М. 87,88
Шейк Ш. 87-88
Шейк Ю. 87
iiiimiiiiHiiiiii 1109 П111Ш1111ПП1П


Шекспир У. 302
Шепстоун Т. 108,109,113,115,142
Шермарк А.А. 789,793
Шик Э. 128
Ширак Ж. 556,564, 599, 741
Шкловский И. 532
Шнитцер Э. - см. Эмин-паша
Шойинка В. 409,427,733-736
Шопенгауэр А. 613
Шоу Б. 67
Шрейнер 0.400-405
Шрейнер У.Ф. 29,34,400
Эвелинг Э. 401
Эйадема Э.Г. 632,737-741
Эйскенс Г. 728
Эйнштейн А. 67
Элиот Т.С. 149
Эллингтон Д. 92
Эллис X. 401
Эллисон Р. 455
Эль Муджеби Хамед эль Мухаммед - см.
Типпу Тип
Эммин-паша (Э. Шнитцер) 913
Энгельс Ф. 316
Эндрюс У. 129, 130
Эссон В. 590
Эфионг Ф. 627
Юла Н. 556
Юлу Ф. 590,602,604
Юнг К.Г. 304
Яковлев А.Е. 958
Ямеого М. 539,569-571,742-745
Янг У. 238
Янсенс Я. 268
Янси А. 684


СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
Архангельская Александра Александровна - кандидат исторических наук, младший научный сотрудник Института Африки РАН
Балезин Александр Степанович - доктор исторических наук, главный научный сотрудник Центра африканских исследований И ВИ РАН, профессор ИСАА МГУ
Винокуров Юрий Николаевич - доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института Африки РАН
Воеводский Александр Валентинович - кандидат исторических наук, доцент кафедры всеобщей истории Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ), старший научный сотрудник Центра африканских исследований И ВИ РАН
Вольпе Михаил Львович - кандидат исторических наук, литератор
Вяткина Руфима Рудольфовна - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра африканских исследований И ВИ РАН (1972-2005)
Городнов Валентин Петрович - доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра африканских исследований ИВИ РАН (1975- 2008)
Грибанова Валентина Валерьевна - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института Африки РАН
Давидсон Аполлон Борисович - действительный член РАН, доктор исторических наук, руководитель Центра африканских исследований ИВИ РАН, профессор ИСАА МГУ и НИУ - Высшая школа экономики
Евсеенко Владимир Иосифович - кандидат исторических наук, доцент Кировского медицинского университета
Емельянов Андрей Львович, доктор исторических наук, профессор кафедры востоковедения МГИМО МИД РФ
Иванова Любовь Владимировна - кандидат исторических наук, сотрудник Центра африканских исследований ИВИ РАН
Иванова Светлана Юрьевна - магистрант ИСАА МГУ
Карташова Людмила Алексеевна - кандидат филологических наук, академик Малагасийской Национальной Академии
Козвонин Артем Владимирович - первый секретарь Министерства иностранных дел Российской Федерации
Кривушин Иван Владимирович - доктор исторических наук, профессор Н И У - Высшей школы экономики
Кривушина Евгения Степановна - кандидат филологических наук
Курбак Мария Сергеевна - младший научный сотрудник Центра африканских исследований ИВИ РАН
Львова Элеонора Сергеевна - доктор исторических наук, профессор ИСАА МГУ
Мазов Сергей Васильевич - доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра африканских исследований ИВИ РАН
Патеев Рифат Кадырович - ответственный сотрудник Росзарубеж- центра.
Прокопенко Любовь Ярославовна - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института Африки РАН
iiiiiiHiiimiiiii 1111 tllllllllllllllllll


Родионова Наталья Николаевна - младший научный сотрудник Института Африки РАН
Ряузова Елена Александровна - доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник Института мировой литературы РАН
Саватеев Анатолий Дмитриевич - доктор исторических наук, старший научный сотрудник Института Африки РАН
Столяров Константин Валерьевич - аспирант ИВИ РАН
Тетерин Олег Иванович ~ кандидат исторических наук, зам. главного редактора журнала «Азия и Африка сегодня»
Токарев Андрей Александрович - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института Африки РАН
Филатова Ирина Ивановна - доктор исторических наук, профессор Национального исследовательского университета - Высшая школа экономики
Хазанов Анатолий Михайлович - доктор исторических наук, профессор, завотделом комплексных проблем международных отношений Института востоковедения РАН
Ходнев Александр Сергеевич - доктор исторических наук, профессор, завкафедрой всеобщей истории Ярославского государственного педагогического университета им. К.Д. Ушинского
Цыпкин Георгий Викторович - доктор исторических наук, главный научный сотрудник Центра африканских исследований ИВИ РАН
Шлёнская Светлана Михайловна - старший научный сотрудник Института Африки РАН
Щербаков Николай Георгиевич - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра африканских исследований ИВИ РАН


African history through biographies
This book is the history of tropical and southern Africa through biographies. It represents the lives of those people who made the continent’s history from the early 19th century to our days, who deserved a place in historical record and became a part of history. The book includes the biographies of those people who embodied certain tendencies, phenomena, ideologies and processes in different regions and countries. The authors aimed at not just giving the biographical data of different public figures, but also analysing their lives, putting them into the context of their times and environment, showing the problems and tasks they faced, the solutions they put forward and the results of their activities.
This is the first book of its type to have ever been based on biographies in the history of African Studies in Russia. It uses abundant documentary material including previously unknown documents from Russian and foreign archives and combines a stringent academic approach with a simplicity of narration.
The book is intended for historian, university lecturers, students and all readers interested in African history.


История Африки в биографиях / под общ. ред. А.Б. Давидсона. - М. :
И90 РГГУ, 2012.-1112 с.
ISBN 978-5-7281-1358-4
Настоящая книга - история Тропической и Южной Африки в биографиях. В ней представлены судьбы тех, кто формировал историю континента с начала XIX в. до наших дней, кто остался в исторической памяти его народов и сам стал историей. В книгу вошли биографии людей, воплотивших определенные тенденции, явления, идеологии, процессы в регионах и странах. Авторы стремились не просто перечислить биографические данные того или иного деятеля, но проследить его жизнь в контексте эпохи и окружения, показать проблемы и задачи, которые перед ним стояли, решения, которые он предлагал, и результаты его деятельности.
Это первый подобный труд биографического жанра в истории отечественной африканистики. Он основан на обширном документальном материале, в том числе и ранее неизвестных документах из отечественных и зарубежных архивов. Строгая научность сочетается с доступностью и простотой изложения.
Для историков, преподавателей университетов, студентов и всех тех, кто интересуется историей Африки.
УДК 03(6) ББК 63.3(6)-8я2


Научное издание
ИСТОРИЯ АФРИКИ В БИОГРАФИЯХ
Корректоры Л.П. Бурцева Н.П. Гаврикова
Компьютерная верстка А.Е. Ефимова


Подписано в печать 21.11.2012.
Формат 70хЮ0У16 Усл. печ. л. 91,0. Уч.-изд. л. 95,0. Тираж 500 экз. Заказ № 2104
Издательский центр Российского государственного гуманитарного университета 125993, Москва, Миусская пл., 6 Тел.: 8-499-973-42-06
Отпечатано в ППП «Типография «Наука 121099, Москва, Шубинский пер., 6