К О М М У Н И С Т И Ч Е С К А Я

А К А Д Е М И Я

С е к т о р н а ц и о н а л ь н о г о в о п р о с а и н а ц и о н а л ь н о й п о л и т и к и ИССП

М. БЕЛИКОВЫМИ и И. ЛЕВИН
п

•

j j

i

^^

•

•• •

^

î
V

J ...

Н А Ц И О Н А Л Ь Н Ы Й ВОПРОС
В ПОСЛЕВОЕННОЙ ЕВРОПЕ
ХРЕ

СТОМАТИЯ

т. II, в ы п у с к 2
при участии ЕЛ, ДРАБКИНОЙ

m
Е-.

ГОСУДАРСТВЕННОЕ
С О Ц И А Л Ь Н О - Э К О Н О М И Ч Е С К О Е
И З Д А Т Е Л Ь С Т В О
М О С К В А

1 0 3 1

Л Е Н И Н Г Р А Д

^

КОММУ
СЕКТОР

Н И С Т И Ч Е
НАЦИОНАЛЬНОГО

ВОПРОСА

С К А я
И

А К А Д Е М И Я

НАЦИОНАЛЬНОЙ

ПОЛИТИКИ

ИССН

М. ВЕЛИКОВСКИЙ и И. ЛЕВИН

<Г

31M

,
»

,

-'••" ^ ü u s q u i s ä s .
-Д. Ï Д f i

Н Я Ц И О Н Я Л Ь Н Ы Й ВОПРОС
Х Р Е С Т О М А Т И Я

том II, в ы п у с к 2

S -

Г О С У Д А Р С Т В Е Н Н О Е
С О Ц И А Л Ь Н О М О С К В А

Э К О Н О М И Ч Е С К О Е

1931

ИЗДАТЕЛЬСТВО

ЛЕНИНГРАД

Уполномоченный
Главлита—
Б—6530
Тираж
5.000
экз.
Т и п о г р а ф и я „Шестой Октябрь"
т р е с т а
„Мособлполиграф"
г.
агорск,
Моск.
области

!

61/а п. л. С — 5 - 5 0
Редактор И. Вардин

гесудйрственн**
о п и и « Двнин»

ОГИЗ № 231. Выход—июнь 1931 г.
Техредактор В. Виноградов

К Н И Г А

В перепл.
един, соедин,
№№ вып.

И

M E E T
о.

аm

ч
хо

«

s
2
ч
4
5

627/16—2БС! тыс.

РАЗРЕШЕНИЕ"

НАЦИОНАЛЬНОГО ВОПРОСА В

ПОСЛЕВОЕННОЙ

ЕВРОПЕ

После империалистической войны в результате нового
территориального распределения в Европе и образования
новых государств произошли колоссальные сдвиги в области
национальных взаимоотношений в Европе.
Образование новых послевоенных государств происходило
в условиях обострения противоречий между империалистическими державами, расколовшимися на ряд резко враждебных группировок (победители и побежденные, противоречия в лагере победителей), при наличии пролетарской
революции в России и мощного революционного подъема
в Центральной Европе, выдвинувших перед буржуазными
государствами особую задачу в восточной Европе, а именно
„ борьбу с Советской республикой, создание барьера между
революционной Россией и революционной Венгрией и революционизирующейся Германией. Эти моменты осложнили
процессы образования новых государств, всецело подчинив
ход и характер этих процессов интересам победившей в
войне империалистической группировки (Антанты, в частности Франции).
Национальный момент был и с п о л ь з о в а н для максимального ослабления центральных держав, для разобщения
революционной России с революционизирующейся Центральной Европой, для создания верного и надежного форпоста,
в виде послушных „национальных" государств, против республики Советов и для закрепления плодов победы над
Германией. Империалисты исходили из того, что недоверие
и национальная ненависть бывших угнетенных народов
(поляков, чехов, сербов) к своим угнетателям, русским и
немцам, сделает их невосприимчивыми к русской и немецкой революционной „заразе", и считали необходимым всячески разжигать эти чувства и создать путем „соответствующего" распределения территорий очаги постоянной
национальной вражды и антагонизма в Европе С
1

Вот какими аргументоми доказывали французы (в одной из своих
д и п л о м а т и ч е с к и х нот Англии) необходимость всячески поддержать новые
3

При установлении границ новых государств и перекройке карты старых государств решающими оказались
именно эти соображения, а отнюдь не- принцип национального размежевания. Чехо - Словакии, например, были
отданы области с компактным трехмиллионным немецким
населением, где чехи представляли ничтожное меньшинство, но где была расположена мощная горная промышленность, необходимая для хозяйственной консолидации вновь
образованного вассала. Раздел Силезии, передача Южного
Тироля Италии и многочисленные другие подобные акты
исходили из тех же соображений.
В результате, образование новых государств не только
не разрешило национального вопроса в целом, но привело
к его обострению до неслыханных ранее размеров.
Y конгресс Коминтерна в 1924 г. в своей резолюции о
национальном вопросе в Средней Европе и на Балканах
дал анализ послевоенного национального вопроса в Европе.
Эта резолюция подчеркивает, что „национальный вопрос
после мировой войны приобрел в Европе новое значение и
стал в настоящее время одним из существеннейших политических вопросов для Средней Европы и Балкан". Резолюция далее указывает на империалистический и реакционный характер новых послевоенных государств. Единственным путем к разрешению послевоенного национального
вопроса она признает р е ш и т е л ь н у ю р е в о л ю ц и о н н у ю б о р ь б у с системой, установленной в Европе грабя
тельскими договорами, за полную ломку послевоенных границ и признание за всеми национальностями Европы нрава
на полное самоопределение и образование самостоятельного
государства. Резолюция увязывает решение национального
вопроса и национально-революционное движение угнетенных национальностей, имеющее в основном характер крестьянского движения, с „революционной борьбой с властью
государства: „Конференция решила призвать к существованию известное
количество новых государств. Может ли она, не допуская несправедливости, пожертвовать ими, предоставляя им неприемлемые границы в
отношении Германии? Вели эти народы—именно Польша, Чехия—до
сих пор сопротивлялись большевизму, то лишь благодаря национальному
чувству. Если будет иронзведенно насилие н а д этими чувствами, то они
станут добычей большевизма, и единственный барьер, который в на:
стоящее время существует между русским большевизмом и германским
большевизмом, будет снесен. Политика французского правительства,
заключается в том, чтобы решительно помочь этим молодым народам...
и но добиваться за их счет смягчения того разгрома, который наносит
Германии мирный договор. Если при предоставлении этим молодым
народам границ, без которых они не могут существовать, приходится
передать немецкое население под их господство, то об этом можно
сожалеть, это надо д е л а т ь в меру, но избезкать этого—нельзя".

4

буржуазии на основе тесной солидарности всех трудящихся и их совместной борьбы в каждом государстве за
рабоче-крестьянскую власть". — В то же время резолюция
дает ряд конкретных указаний компартиям отдельных стран
для практического осуществления линии Коминтерна в национальном вопросе, на основе признания права наций на
самоопределение.
Положение, создавшееся после войны, иллюстрируется
приводимыми ниже данными официальной статистики о
национальном составе „национально-пестрых" государств
Европы.
%

П о л ь ш а/(28 880).

Поляки
Украинцы
Евреи
Бѳлорусоы
Немцы
Литовцы

18 300 1
4 500 2
3 000
1 500 s
1 100
250

63,3
15.5
10,4
5,3
3.8
0,9

Р у м ы н и я (17 300).

Румыны
Мадьяры
Евреи
Немцы
Украинцы
Турки
Болгары

12 700
1 500
820
750
750
250
150

3

73,4
8,7
4,7
4,3
4,3
1,4
0,9

Ч е х о-Ч л о в а к и я
(14 НО).

Чехи
Немцы
Словаки
Мадьяры
Украинцы
Евреи
Поляки

6 750
3 350
2 200
750
500
350
80

47,9
23,8
15,5
5,3
3,5
2,5
0,6

Сербы. . . . . . . . .
Хорваты
Словенцы
Македонцы
Немцы
Мадьяры
Албанцы. . . . . . . .
Румыны

4700
2 800
1050
630
512
470
403
183

39,ОН
23,9 H
8,5%
5,3%
4,3
3,9
3,5
1,6

Ю г о с л а в и я (12 6-Ю).

1

Абсол.
велнч.
в тыс.

Явно* преувеличенная цифра.
Явно преуменьшенная цифра. В Польше имеется около 6 миллионов украинцев.
3
Официальная статистика произвольно включила в состав румын
также бессарабских молдаван.
2

Абсол.
велич.
в тыс.
Франц. и п р о в а а с а я ь ц ы .
Эльзасцы
Итальянцы
Бретонцы
Испанцы
Баски
Фламандцы
Б е л ь г и я (7 745).

Фламандцы
Валлоны
Немцы

%

35 200
1600
1000
1000
500
170
150

87,5
4,0
2,5
2,5
1,2
0,4
0,4

4 250
3 250
120

54,9
42,0
1,5

Эти данные показывают, что подавляющая часть национальных меньшинств приходится на государства, образовавшиеся нли сильно разросшиеся (как Румыния или Югославия) в результате мировой войны. Самыми крупными
меньшинствами в современной Европе являются украинцы,
немцы, мадьяры, белоруссы, евреи. Национальный вопрос в
послевоенной Европе, как видим, теснейшим образом связан с разгромом Германии, с установившимся после войны
версальским правопорядком и с рижским договором, когда
благодаря поддержке всей буржуазной Европы Польше
удалось закабалить миллионы украинцев и белоруссов.
Значительная часть этих „меньшинств" в случае отделения заселенной ими территории от того государства,
которому она сейчас принадлежит, стала бы национальным
„большинством". Таковы немцы в Чехо-Словакии, Италии,
и др. местах; хорваты в Югославии, белоруссы в Польше,
украинцы в Польше, Чехо-Словакии и Румынии и т. д.
Эти „меньшинства" при перекройке карты Европы на
началах „освобождения малых наций" были принесены в
жертву политическим, экономическим и стратегическим
интересам как „больших", так и „малых" хищников из
победившего лагеря.
В силу своеобразных национальных взаимоотношений
в Центральной Европе остро стоит вопрос не только о той
части меньшинств, которая может выдвинуть вопрос об изменении государственных границ или территориальной
автономии, но и меньшинствах вообще, даже о тех, относительно которых, как не заселяющих какой-либо сплошной
территории, не поднимается вопрос об отделении или автономии. Ибо общей чертой таких национальностей как
поляки, чехи, румыны, латыши было то, что своя национальная буржуазия возникает и консолидируется среди
6

них сравнительно поздно, к тому времени, когда основные экономические позиции капиталистического хозяйства уже были заняты инонациональной буржуазией
(немецкой, еврейской, мадьярской). Отсюда с неизбежностью
возникала ожесточеннейшая конкурентная борьба между
молодой растущей национальной (чешской, польской, латышской, румынской и т. д.) буржуазией и мелкой буржуазией и препятствующей ее росту старой, пустившей
глубокие корни в хозяйстве страны, буржуазией национальных меньшинств, выливавшаяся до войны в формы
экономического бойкота, проводившегося под лозунгом: „покупайте у своих", и крайнего шовинизма и национального
антагонизма. В результате войны более молодая буржуазия
политически победила. Практическая ценность достигнутой независимости для этой национальной буржуазии
измерялась предоставленной возможностью использовать
все рычаги государственной власти и аппарата для
успешного завершения своей „национальной" задачи: завладения командными хозяйственными позициями, путем окончательного вытеснения из них буржуазии национальных
меньшинств, или ее ассимилирования. Этот момент определяет
собой в известной части положение евреев в Польше, Румынии, немцев в Чехо-Словакии, и Прибалтике, мадьяр в
Румынии и т. п. Однако р е ш а ю щ и м м о м е н т о м национального вопроса в ц е л о м является не конкурентная
борьба буржуазии, а другой более глубокий и основной
фактор. „Основу национального вопроса, его внутреннюю
суть... составляет вопрос к р е с т ь я н с к и й " (Сталин).
Ибо в период всеобщего кризиса и загнивания капитализма правящая буржуазия в капиталистических странах
по существу преследует задачи не „национального",
а
империалистического
порядка. В условиях
балканизированной Центральной Европы империалистические стремления выражаются в тенденциях к максимальной территориальной экспансии, к созданию внутреннего аграрного „гинтерланда", выполняющего роль
полуколонии для промышленности метрополии в смысле
рынка и сырьевой базы, к з а в л а д е н и ю н о в ы м и п р о м ы ш л е н н ы м и о ч а г а м и , к образованию земельного
фонда для некоторого ослабления земельной нужды крестьянства метрополии в целях предотвращения аграрной
революции, к созданию „рынка" для поглощения перепроизводства национальной интеллигенции и чиновничества.
Эти моменты являются определяющими для положения на
польских восточных кресах (Западная Украина и Западная
Белоруссия), в Словакии и в Карпатской Руси в Чехо-Сло7.

вакии, в Южной Добрудже и Бессарабии в Румынии, в
Македонии в Югославии и т. д.
Формы национальной политики послевоенных государств Европы, варьируя в зависимости от общего уровня
развития хозяйства отдельных стран и областей "(среди
этих государств мы находим такие отсталые аграрные,
как Югославия, и передовые индустриальные, как ЧехоСловакия) и от остроты национальных противоречий,
представляют, в общем, везде одинаковые черты: к о л о н и з а ц и я аграрных окраин переселенцами из метрополии, аграрная „реформа" за счет меньшинств, в пользу
господствующей нации: колониальная эксплоатация окраинного крестьянства в ее разных видах, политический
гнет, политика систематической денационализации (преследование национальной школы, языка, культуры), политические репрессии и террор вплоть до карательных
экспедиций и физического истребления, экономическое
вытеснение и истребление и т. п.
Во всех этих областях национальное движение — это в
основном движение и революционная борьба масс трудящегося и эксплоатируемого крестьянства против своих поработителей и эксплоататоров (в том числе и своей предательской национальной буржуазии), поддерживаемых и олиттетворяемых всем аппаратом чуженационального господства.
Эта борьба все больше смыкается с борьбой революционного пролетариата Европы и его авангарда — западноевропейских компартий.
В своем выступлении в комисси и ИККИ в 1925 г., т. Сталин, полемизируя с югославским коммунистом Семичем
(Симой Марковичем), впоследствии оказавшимся в рядах
правых ренегатов, фиксирует основные моменты, характеризующие послевоенную национальную проблему и национальную программу Коминтерна. Тов. Сталин ' подчеркивает: і) коренное различие в характере национального вопроса до войны, в период буржуазно-демократической революции, и после войны, когда национальный вопрос „расширился и превратился в вопрос о колониях, 2) „по сути
дела крестьянский" характер послевоенного национального
движения, несмотря на то, что в нем продолжает играть
известную роль и конкурентная борьба между буржуазией
господствующей нации и буржуазией угнетенных наций,
3) международный характер послевоенного национального
вопроса, 4) необходимость рассматривать национальный вопрос не как вопрос о реформе конституции, „не изолированно, а в неразрывной связи с вопросом о победе революции, как часть общего вопроса о революции", ибо „нацио8

нальный вопрос превратился в составную часть пролетарской революции", 5) необходимость для компартий последовательно и неукоснительно отстаивать принцип права
наций на самоопределение.
До войны в Европе существовал ирредентизм, т. е.
движения, направленные к отделению данных областей от
одного государства и присоединению "их к другому государству, родственному в этнографическом отношении. Такие движения непосредственно затрагивали отношения
между данными двумя государствами (пример: итальянская
ирредента в Австрии) и в то же время нередко получали
в условиях непрестанной политической борьбы империалистских группировок колоссальное международное значение:
так, вопрос об австрийских южных славянах стал, при
сложнейшем переплетении и противоречии интересов России и срединных держав и западных держав на Ближнем
Востоке, одним из факторов, развязавших мировую войну.
Международное значение национального вопроса в
п о с л е в о е н н о й Европе можно иллюстрировать на двух
примерах, показывающих, как национальный вопрос, с
одной стороны, сплетается с вопросом войны, готовящейся
империализмом против пролетарского государства, а с другой стороны,—с взаимоотношениями между ' державамипобедительницами и державами-побежденными.
Послевоенные договоры поделили Западную Украину
между тремя послевоенными государствами, вассалами
Французского империализма: Польшей, Румынией и ЧехоСловакией. Во всех трех государствах Западная Украина
представляет собой объект самой безудержной колониальной эксплоатации и национального гнета. Польша удерживает Западную Украину путем кровавых карательных
экспедиций, в Румынии — самый украинский язык находится под запретом, Чехо-Словакия до сих пор не выполнила своего международного обязательства об автономии
Карпатской Украины. Западная Украина представляет
собой типичную отсталую аграрную страну, с безземельным
и малоземельным крестьянством, безжалостно эксплоатируемым помещиками и чиновниками
господствующих
наций, и небольшой прослойкой „родного" кулачества и
буржуазии, смыкающихся с буржуазией господствующих
наций. Но этот вопрос имеет м и р о в о е значение, так как
Западная Украина в руках послевоенных государств
является естественным и непосредственным плацдармом
воины против пролетарского государства; только исходя
из этого, можно понять и самый факт отдачи ее этим государствам и факт международной поддержки империализ9

MöM политики правительств, ведущих истребительную войну
против украинского населения, и, например, такой характерный факт, что украинский вопоос ни разу не был
поставлен на обсуждение Совета Лиги наций, обязанного
„блюсти" и осуществлять „защиту" прав меньшинств.
Другая национальная проблема международного значения затрагивает непосредственно отношения между новыми
послевоенными государствами и Германией (а также и
Венгрией). Немцы (а за ними и мадьяры) представляют
собой, как уже было показано, самое многочисленное национальное меньшинство в современной Европе после украинцев. К Польше, Чехо-Словакии, Румынии, Югославии
отошли области с сплошным немецким и мадьярским населением, и с значительными немецким меньшинством в городах.
Для Германии говорящее по-немецки и экономически
весьма мощное население этих государств, тесно связанное
культурными и экономическими нитями с германской метрополией, является очень существенным фактором в смысле
продвижения германских товаров и влияния на рынки более
отсталых соседей Германии. Полигика денационализации
и подрыва экономических позиций меньшинств, проводимая
этими соседями, представляет собой угоозу хозяйственным
и политическим интересам Германии. В ряду политических
и экономических вопросов, питающих конфликты и противоречия между Германией и ее восточными соседями, вопрос
о национальных меньшинствах занимает не последнее место.
Вследствие этого германская буржуазия имеет возможность использовать вопрос о нацменьшинствах в своих
политических целях, нередко принимая на себя функции
присяжного защитника европейских нацменьшинств. Германия получает тем самым козырь в торге вокруг соглашения с западным империализмом, превосходное орудие
давления на восточных соседей, у которых вопрос о меньшинствах—слабое место, и средство демагогической пропаганды в свою пользу среди 40 миллионов европейских
меньшинств. Державы-победительницы тоже в демагогических целях и из соображений „умиротворения" Европы,
поскольку речь не идет о собственных национальных меньшинствах, ставят иногда в формальной и академической
плоскости вопрос о „гарантии" прав меньшинств, исходя
из необходимости главным образом консолидации новых
государств — их вассалов и прислужников в Восточной
и Центральной Европе.
Так, виднейший идеолог французской буржуазии, первый председатель Лиги наций, Леон Буржуа писал: „Вну10

три государств могут возникнуть конфликты, которые могут
самым страшным образом отозваться по ту сторону границы;
сопротивление решительного меньшинства может привести
к созданию борющихся между собой группировок, вожди
которых будут искать точку опоры за рубежом данного
государства... Вот почему защита национальных меньшинств
является в одно и то же время и гуманной мерой и условием мира" (т. е. сохранения существующих границ).
А англичанин Муррей заявлял на пленуме Лиги наций:
„Проблема меньшинств—не просто вопрос филантропии...
Существование в любом из новых государств постоянно
недовольного элемента создает угрозу всем установившимся
новым отношениям в Европе. Надо добиться того, чтобы
все были удовлетворены новым распределением территорий
в Европе, ибо в противном случае—это новое распределение
не окажется долговечным". В 1919/20 г., в период бурного
революционного подъема и полной расшатанности устоев
капиталистической Европы, был необходим маневр, который
отвел бы движение угнетенных национальностей Европы
от общего русла революционного движения 1 .
И вот, оставляя за собой полную свободу действий
в отношении аннексированных ими национальных областей
(Эльзас, Тироль), победившие державы в то же время подписали с Польшей, Чехо-Словакией, Румынией, Югославией и др. государствами договоры 2, которые должны были
„гарантировать" меньшинства от формальных национальных
ограничений. Права, предусмотренные этими договорами,
ничего общего не имеют с правом политического самоопределения или даже территориальной автономии. Права меньшинств (из которых многие, как мы указывали, представляют собой большинство на своей территории) сводятся
договорами к гражданскому равноправию (в смысле защиты
личных прав, допущения к занятию должностей и другим
видам экономической деятельности), к праву получения
начального образования на родиом языке в государственной
школе (это право поставлено в зависимость от того, представляет ли данное меньшинство „значительную часть" населения, причем не дается никакого масштаба для установления необходимого минимума), к праву, обусловленному
тем же, на соответствующую долю в государственном или
1 Клемансо писал в 1919 г., что меньшинство „легче примирится со
своим новым положением, если будут обеспечены защита и необходимые
гарантии. Самое знание о существовании гарантий будет содействовать
этому
примирению".
2
Публикуемый нами договор с Польшей является типичным для
этих договоров.

11

Муниципальном бюджете для удовлетворения культурных,
религиозных и социальных нужд, к праву подсудимого
знать, в чем его обвиняют, и к праву защищаться на суде.
Эти договоры не только не предусматривают какого-либо
политического самоуправления для меньшинств, но они
умалчивают о праве обращаться в органы управления на
родном языке даже в тех местах, где меньшинство составляет „значительную часть населения", или об обязательности для чиновников знания языка местного населения.
Основной политический смысл этих договоров заключался в том, что "они, фиксируя объем „законных" прав
меньшинств, тем самым снимают с порядка дня вопрос
об их праве на политическое самоопределение, вопрос
об отделении, о пересмотре границ. Они выражали окончательное закрепление национальностей, закабаляемых мирными договорами, на положении „национальных меньшинств", в то же время сея иллюзии о какой-то международной „защите" их прав.
Детальная критика договоров, вскрытие их недостатков,
разоблачение туманных формулировок и т. д.—явно бесплодное занятие.
При существующем соотношении сил и национальных
взаимоотношениях реальное значение договоров может быть
сведено к нулю и без „формального" нарушения их. Никакие договоры не могут помешать правительству вести
экономическую политику, по существу прямо, но юридически
скрыто направленную к подрыву экономики национальных
меньшинств, путем фактического их Отстранения от государственных поставок, отказа в кредитах, обхода их областей в бюджете, недопущения к государственным должностям или к работе в государственных предприятиях, монополизации той или иной отрасли промышленности или торговли, проведения за их счет аграрной реформы или обхода
их при проведении такой реформы, колонизации и т. д., или
в области политической—путем особой избирательной арифметики, роспуска муниципалитетов и т. д. отстранить эти
меньшинства от участия в управлении государством в условиях буржуазного парламентаризма К
Особое место в договорах отводится Лиге наций. Она
выступает в договорах „гарантом" прав национальных мень1
Согласно польской избирательной системе, напт>., чисто польский
Краков избирает 1 дѳп. на 40 тыс. населения. Ваогоава с 24% наи мен.—
1. на 68 тыс. Лолзь с 42%—1 на 70 тыс., а Лѵцк (в Вочыки)—1 на
110 тыс. В Чѳхо-Словакии в чешских округах приходится 1 деп на
35 тыс. чел.; в словацких округах—1 на 45 тыс.; в мадьярских—1 на
55 тыс.; в карпато-украинских—1 на 62 тыс.

12

( 1 2 п.). Ее роль в этом вопросе последовательно
вытекает из общего назначения Лиги наций, как охранителя версальского порядка, в том числе и договоров о меньшинствах, как части международной системы договоров,
оформивших гегемонию великих держав. Если до воины
гарантирование ищонтроль над выполнением аналогичных
договоров (напр. в вопросе о христианских меньшинствах
в Турции) брали на себя сами великие державы, то после
воины им было выгоднее использовать в качестве ширмы
свое послушное орудие—Лигу наций. Причем это гарантирование было обставлено условиями, действительно „гарантировавшими", что рассмотрение вопроса в Лиге не
выйдет за пределы того, что совместимо с интересами этих
держав.
К этому сводится та сложная процедура, которая была
выработана для рассмотрения вопросов о меньшинствах
в Лиге наций. Прежде всего рядовые государства, члены
Лиги наций, были вовсе отстранены от этого рассмотрения,
не говоря уже о самих национальных меньшинствах. Согласно договорам и процедуре вопрос о нарушении договора может быть возбужден лишь членами Совета Лиги
наций, и обсуждение его тоже ограничивается лишь Советом. Петиция о нарушении договора, если и принимается
Советом (а для этого она должна удовлетворять ряду требовании—в частности, должна содержать признание договоров и существующих государственных границ), то лишь
в качестве информационного материала, принятие, которого
Лигу наций ни к чему не обязывает.
Согласно установившейся практике в случае поступления подобной петиции, удовлетворяющей необходимым требованиям, председатель Совета образует „тройку" в составе
его самого и двух членов Совета для решения вопроса о том,
может ли быть дан ход петиции или она должна быть похоронена в делах секретариата Лиги наций. Заседания
тройки, решающей направление и по существу судьбу дела,
имеют частный и секретный характер, не сопровождаются
никакими протоколами и т. д. В том случае, если тройка
находит петицию не заслуживающей рассмотрения—дело
на этом и кончается, и лишь в случае" положительного ее
решения оно вносится на рассмотрение Совета.
В 1925 г., когда ожидалось вступление Германии, имеющей, как было указано выше, особые интересы в вопросе
о меньшинствах, в Совет Лиги наций было проведено решение, согласно которому в „тройке" не может участвовать
государство—член Совета, большинство населения которого
принадлежит к той же национальности, что и преследуемое
ШЕНСТВ

13.

меньшинство, а также государство, пограничное с тем, на
территории которого находится преследуемое меньшинство.
Самое рассмотрение вопроса в Совете сводится к заслушанию объяснений государства, обвиняемого в нарушении
договора, и обычно в признании их удовлетворительными.
Сами меньшинства, разумеется, при этом не фигурируют,
как тяжущаяся сторона. Таким образом, вся процедура
прохождения вопроса о меньшинстве устроена с расчетом
не на действительную защиту меньшинств, а лишь на создание слабой видимости подобной „защюы". Усиленное
дебатирование вопроса о меньшинствах в Лиге наций
в 1929 г. имело своим результатом некоторые формальные
„улучшения" в процедуре, по существу ничего не меняющие.
Вопрос о меньшинствах, как и другие вопросы, по существу определяется противоречиями, существующими
в самом империалистическом лагере, но особенно противоречием между империализмом и Советским союзом.
Вся практика международного „регулирования" национального вопроса, и особенно роль Франции, подтверждают
указание, данное Лениным еще на II конгрессе Коминтерна.
„При теперешнем мировом положении, после империалистической войны, в з а и м н ы е о т н о ш е н и я н а р о д о в ,
вся мировая система г о с у д а р с т в определяется
борьбой небольшой группы империалистических наций с советским движением и с советс к и м и г о с у д а р с т в а м и , во г л а в е к о т о р ы х с т о и т
С о в е т с к а я Р о с с и я . Если мы упустим это из виду, то
не сможем поставить правильно ни одного национального
или колониального вопроса, хотя бы речь шла о самом отдаленном уголке мира" (Ленин, т. XIX, с. 243) (разрядка наша).
Франция, т. е. наиболее мощная континентальная держава и столп послевоенной буржуазной реакции, заинтересована прежде всего в сохранении безраздельного влияния
на новые государства, как орудия подготовляемой интервенции против СССР, в поддержании их против германских
требований о пересмотре договоров. В своих собственных
пределах, а именно в Эльзасе, французский империализм
проводит политику национального гнета и насильственной
ассимиляциии. Все эти обстоятельства делают ее заинтересованной в активной поддержке политики национального
гнета, проводимой послевоенными государствами. В Лиге
наций Франция, подчеркивая политический характер проблемы и связанной с ней позиции Германии, указывая на
опасности, таящиеся в ней для „мира", т. е. для сохранения французской гегемонии на континенте, всегда факти14

чески солидаризуется с Польшей, Чехо-Словакией, Румынией и т. д. в их политике национального угнетения.
Английский „нейтралитет" фактически развязывает руки
Франции и стоящим за нею вассалам
В национальном вопросе так же как и во всех других
вопросах, „порученных" Лиге наций (напр. вопрос о разоружении), последняя полностью оправдала доверие империалистических держав, прикрывая ширмой пацифистских
фраз свое фактическое участие в угнетении национальных меньшинств империализмом.
В деле сеяния иллюзий империалисты не могут обойтись
без услуг социал-фашистского интернационала. Еще на
своей Бернской конференции 1919 г. 11 Интернационал связал решение национального вопроса с деятельностью „какой-либо Лиги наций". Тогда еще не так трудно было внушить угнетенным национальностям мысль, что „контроль и
гарантия" Лиги наций обеспечат подлинное разрешение
национального вопроса и надеждами на Лигу наций ослабить революционную энергию масс. В свое время это было
достигнуто. II Интернационал пытается развернуть то же
знамя в 1929 г. Резолюция исполкома Гі Интернационала
от января 1929 г. опять видит решение национального вопроса в Европе в том, чтобы гарантия прав меньшинств,
до сих пор „заіцшцавшая" лишь часть меньшинств (а именно
меньшинства государств, подписавших договоры), была распространена на все меньшинства (очевидно, продолжая давать те же „блестящие результаты") и в_ создании постоянной комиссии при той же Лиге, до сих" пор упорно и неклонно саботировавшей проблему защиты меньшинств,
качестве положительной национальной проблемы II Интернационал выдвигает культурную автономию вплоть до...
областного самоуправления. Таким образом, социал-фашизм
неприкрыто солидаризуется с политикой национального
гнета, проводимой буржуазией.
В хрестоматии дан материал, освещающий национальный
вопрос как в разрезе международном, так и в разрезе отдельных стран.
1
На пленуме Л и г и наций в 1930 г. представитель лейбористской
Англии заявил, что им „представляемое общественное мнение, не выраж а я слепой симпатии к острым проявлениям националистических тенденций, все ж е чувствует живую симпатию к угнетенным..." Решительно
осуждая движение меньшинств, имеющее революционный или насильственный характер, оратор объявляет себя сторонником лойяльного и
полного применения договоров о меньшинствах... Он считает, что положение должно быть изменено, но признает и все трудности, вызываемые
проблемой как для государств, так и д л я меньшинств".

15

Польше принадлежит первое место в ряду многонациональных государств как в смысле внутренне- и внешнеполитической важности этого вопроса, так и по его остроте.
Польша является государством, где „меньшинства" не только
рассеяны по всеи Л стране (как немцы и евреи), но и занимают сплошные территории на окраинах (украинцы и белор у с с ы н а Востоке,, немцы в Верхней Силезии и некоторых
областях Познани и Данцигского коридора, литовцы в Виленском районе). В отношении украинского и белорусского
населения ведется колониальная политика, направленная
к тому, чтобы сделать эти области постоянным объектом
эксплоатации для польских помещиков, буржуазии и чиновничества и использовать эти земли для смягчения земельного голода в метрополии. В отношении же еврейского населения, по преимуществу городского, Польша проводит
антисемитскую политику экономического уничтожения,
поддержанного всей силой законодательного, административного и финансового аппарата государства. В отношении
всех меньшинств ведется политика насильственной денационализации, преследования школы, языка и т. д.
Фашистская диктатура, установившаяся в Польше после
майского переворота 1926 г., продолжает политику безудержного политического гнета; преследование национальных организаций, особенно революционных,\ достигло
неслыханных размеров. Достаточно указать на разгром
Белорусской рабоче-крестьянской громады, вождям которой были вынесены каторжные приговоры; на украинский
погром в Львове в конце 1928 г.; на выдачу послушным
сеймом белорусских и украинских депутатов; на преследования галицийского крестьянства, непрекращающиеся мае-,
совые преследования, процессы и наконец на массовый
разгром украинского крестьянства в 1930 г. под знаком
„умиротворения и сломления украинского саботажа". С другой стороны, однако, фашизм, для которого одной из главных задач является подготовка нападения на СССР, видит
в Западной Украине и Западной Белоруссии естественный
плацдарм борьбы для отвоевания советских Белоруссии и
Украины; это вынуждает его вести тактику некоторого
маневрирования, направленную на создание себе опоры
в лице украинского и белорусского кулачества и предательской национальной буржуазии, особенно петлюровских
элементов в Волыни и „ундовских" элементов в Галиции.
Политика Польши является типичной для Румынии,
Югославии и др. стран).
В Румынии параллель к польским „кресам" составляют
Южная Добруджа, захваченная у Болгарии в 1913, укра16

денная Бессарабия и обманным путем захваченная Буковина, с большинством украинского населения, в лице
которых Румыния располагает объектами самой безудержной эксплоатации, доведшей эти богатейшие области до
экономического разорения. В Трансильвании имеются
сплошные области с городским и сельским мадьярским,
немецким и еврейским населением. В старой Румынии, как
и в Трансильвании и Бессарабии, остро стоит еврейский
вопрос. Методы национального гнета, применяемые румынскими боярами и буржуазией, с точностью воспроизводят
польские методы: политический, экономический и административный террор, мадьярские и еврейские погромы, преследования школы и языка (в Румынии фактически запрещен украинский язык), колонизация,
чиновнические
поборы, усугубленные поголовной продажностью румынского чиновничества, однобокая аграрная реформа и т. д.
Национальный гнет в Румынии крайне обостряется быстро
прогрессирующей фашизацией страны (возвращение короля
Карла летом 1930, фашистский кабинет Иорги весной
1931 г. и т. д.).
В более „культурной" Чехо-Словакии применяемые
методы соответственно более „культурным" способом преследуют ту же цель.
Чехо-Словакия является типичным образчиком того, как
под прикрытием „национального государства" империализм в политических целях создал ухудшенное издание
старой „лоскутной" Австро-Венгрии. В этих целях была
придумана фиктивная, никогда не существовавшая „чехословацкая нация" (в действительности чехи и словаки
представляют собой две самостоятельные нации, а чешский
и словацкий языки—два самостоятельных языка), и ей как
„господствующей" нации отданы чистонемецкие, украинские и мадьярские области. В результате создания „чехословацкой" нации, не только т. н. нацменьшинства, но и
сами словаки оказались в полном подчинении у чешской
буржуазии. Чехи, составляя абсолютное меньшинство в
стране, в состоянии удерживаться на положении господствующей нации лишь посредством политики национального
террора, комбинируемого с соглашениями с буржуазией
меньшинств, за счет рабочих и трудового крестьянства.
Для Югославии объектом эксплоатации является Хорватия, хотя хорваты причислены формально к господствующей „югославской" национальной группе —так же как
словаки в Чехо-Словакии. Принадлежа к сербской языковой группе, хорваты вследствие разных исторических
причин отдалились от сербов (внешне эта культурная
2 Нац. вопрос,

отчужденность выразилась в различии алфавита и религии)
и в то же время значительно опередили последних в культурном и экономическом отношении (хотя Хорватия представляет собой преимущественно крестьянскую страну).
В „родной" Югославии хорваты лишены тех прав автономии с собственным сеймом и правительством, которыми
они пользовались даже в старой Австро-Венгрии. Несмотря
на то, что, согласившись в 1918 г. под угрозой итальянской
оккупации присоединиться к Сербии, Хорватия, незадолго
до того провозгласившая свою полную независимость,
выговорила сохранение за собой старой автономии, сербская бюрократия, немедленно после присоединения, нарушила свои обещания и повела политику крайней централизации, уничтожившей остатки хорватской автономии.
„Сохранение современной эксплоататорской централизованной системы означает для Хорватии неминуемую хозяйственную катастрофу",—писали еще в 1919 г. лидеры хорватской мелкобуржуазной оппозиции. С тех пор хорватский
вопрос с каждым годом обострялся, заставив сербскую
буржуазию прибегнуть к методам фашистской диктатуры
в „разрешении" национального вопроса. Фашистская диктатура, утвердившаяся в конце 1928 г., принялась за
беспощадное подавление национального движения угнетенных народов Югославии.
Другая существенная национальная проблема Югославии — македонский вопрос — вводит нас непосредственно в
тот запутанный клубок вопросов, который носит название
„балканского". После двух балканских войн (1912—1913 гг.),
мировой и греко-турецкой войны, перекраивавших несколько раз карту полуострова, национальный вопрос крайне
осложнился. В настоящее время мы имеем болгар, македонцев, албанцев, греков в Югославии, турок, албанцев, болгар, куцовалахов, македонцев в Греции и т. д. и т. д.
В условиях отсталой балканской экономики и культуры
большой пестроты населения и чрезвычайной "остроты
аграрного вопроса, борьбу национальностей, подогреваемая
противоречием политических, стратегических и экономических интересов отдельных балканских государств и
представляемых ими интересов великих держав, принимает
наиболее обнаженные и элементарные формы: захват земли,
на которой живут национальные меньшинства, путем их
физического истребления или насильственного изгнания.
„Балканский"
метод
„разрешения"
национального
вопроса заключается в принудительном обмене нац. меньшинствами. Так, Турция и Греция обменялись своим греческим и турецким меньшинствами. Подобный обмен
18

людьми как форма „разрешения" национального вопроса—
наилучшее доказательство неразрешимости этого вопроса
в условиях империалистической Европы.
Национальный вопрос не является особенностью только
отсталых стран, как балканские государства или Польша.
Ниже мы приводим материалы, характеризующие состояние
этого вопроса в экономически-передовых западно-европейских государствах—Франции и Италии.
Во Франции мы имеем вновь возникшую „эльзасскую
болезнь". „Реванш", „дезаннексия Эльзаса", „освобождение
эльзас-лотарингских братьев"—таковы были лозунги, которыми французская буржуазия дурманила головы широких
масс, добиваясь от них поддержки кровавой бойни. Патриотические фразы должны были прикрыть заинтересованность
французской буржуазии в экспроприации эльзасской металлургии и угольных и калиевых копей, в разгроме германского конкурента и в выгодной в военно-стратегическом
отношении границе на Рейне. Интересы французской буржуазии обусловили тот режим национального гнета и
эксшюатации, который был установлен в Эльзасе после его
„освобождения".
Для характеристики настроений „освобожденного" Эльзаса мы приводим ниже выдержки из манифеста мелкобуржуазной автономистской партии „Heimalbimd", впоследствии под влиянием клерикального и буржуазного руководства капитулировавшей перед французским' империализмом.
Из всех французских партий лишь компартия выдвигает
требование признания за Эльзасом полного права на самоопределение, вплоть до отделения от Франции. Французские же социалисты поддерживают самую крайнюю
программу „ассимиляции" Эльзаса; для характеристики
позиции французской секции II Интернационала в этом
вопросе достаточны следующие факты: „Социалист Грумбах громогласно одобрил в „Реиюбликен", социалистическом
органе, издающемся в Мюльгаузене, закрытие правительством Пуанкаре автономистских газет. Буржуазия отблагодарила Грумбаха, и накануне 29 апреля можно было читать
в „Тан": „За Грумбаха подадут свои голоса все патриоты—
социалисты, демократы и социалисты-националисты".
Другой социалист, Юри, воспроизвел в „Попюлер" все
клеветнические
измышления по поводу организации
„ударных отрядов" автономистов, требуя от правительства,
чтобы оно „показало немного больше свой кулак для того,
чтобы положить конец эльзасским затруднениям".
Когда наш товарищ Юбер разоблачил преступления
французского империализма, социалист-демократ Вейль
2*

19

постарался поднять шум, чтобы заглушить нашего друга,
Мы знаем также, что мэр Страсбурга, меньшевик Пейротт.
оказал торжественный прием Пуанкаре.
Когда сотрудник „Попюлер", присутствующий на кольмарском процессе, робко написал в своей газете о правонарушениях, допускаемых председателем и прокурором,
социалистические вожди возмутились и заявили о своей
солидарности с полицейскими шпиками и провокаторами,
сфабриковавшими автономистский „заговор" (из письма
т. Габриеля Пери в „Правде" от 25/Лг—28 г. по поводу
кольмарского процесса над автономистами).
Фашистская Италия, конечно, не отстает от „демократической Франции".
Послевоенные договоры передали Италии сплошную
немецкую область Южного Тироля. Эта аннексия обосновывалась необходимостью создавия „удобной" для Италии в
стратегическом отношении альпийской границы. Населению
Южного Тироля было обещано сохранение прав их языка
и общинного самоуправления. Ни одно из этих „обещаний"
не было выполнено. С приходом фашистов к власти в
Южном Тироле воцарился режим фашистского террора и
чудовищного национального гнета, слабое представление
о котором дают приводимые здесь выдержки из фашистского
законодательства.
В Бельгии — крайне обострилась борьба фламандского
большинства за полное политическое равенство с господствующим до сих пор валлонско-французским меньшинством. В Испании Каталония, являющаяся в экономическом,
отношении наиболее передовой частью страны, борется за
свое национальное самоопределение как с монархическим,
так и „республиканским" правительством испанских помещиков н буржуазии. Обострение национальных конфликтов
является характерной чертой эпохи загнивания капитализма
и всеобщего кризиса буржуазной демократии.
Особой формой национализма является антисемитизм,
усилившийся в послевоенное время в странах Центральной
Европы (Германия, Польша, Румыния, Венгрия). Послевоенный антисемитизм получил идеологическое оформление
в Германия в т. н. национал-социализме. Обострение классовой борьбы и общее обнищание масс заставило буржуазию прибегнуть к демагогии, отвлекающей обнищавшие
массы рабочих, мелкой буржуазии и крестьянства от их
к л а с с о в о г о врага в сторону „ р а с о в о г о врага". Это
достигается путем антисемитской пропаганды, демагогически играющей на националистических предрассудках
мелкобуржуазных масс.
20

Антисемиты знают, что никакая агитация среди гіасб
не может рассчитывать на успех, если она не будет хотя
бы на словах выступать против капитализма. Они непрочь,
когда им это необходимо для привлечения масс, объявить
весь капитализм продуктом
„еврейского" творчества.
В военное и послевоенное время на фоне нищеты масс
уродливо выделялось богатство спекулянтов, наживавших
колоссальные военные прибыли на поставках, ажиотаже
и т. д. Среди них были также и представители еврейской
буржуазии. Антисемиты пытались использовать недовольство и возмущение масс спекуляцией на народном бедствии
и голоде; их тирады против биржи и банков имели своей
задачей отвлечь народное негодование от „арийского" капитала аграриев и промышленников, как капитала „производительного" и „полезного". Задача этого маневра ясна:
выступая на словах против накипи послевоенного гниющего капитализма, они в то же время оставляют нетронутой его о с н о в у , проповедуют классовый мир „между
сословиями, созидающими ценности", и опорачивают классовую борьбу, как продукт „неорганического еврейского
духа".
Дискредитировать марксизм—основное назначение антисемитизма, как орудия буржуазии в борьбе против революции. В этих целях антисемитизм дает „расовую" критику
марксизма; обнаруживаемое нм при этом невежество может
быть сравнено лишь с его же недобросовестностью. Фальсификация документов и соответствующая „информация" 1—
далеко не худшие средства из арсенала антисемитов.
Антисемитская агитация имела кое-где успех среди
разоряемой кризисом капитализма мелкой буржуазии, бросающейся в объятия фашизма (так, выборы 1930 г. в Германии показали громадный рост влияния фашистов, для
которых антисемитизм является „органической" частью
программы). Неизбежное быстрое разочарование убедит эти
массы в несостоятельности и обманчивости антисемитского
„антикапитализма" и покажет им то направление, где они
должны искать своих подлинных врагов и подлинных
друзей.
Крушение капиталистической „стабилизации", глубочайший хозяйственный кризис капитализма во всех странах, рост фашизма, фашистское перерождение реформизма,
1
Напр. антисемит Лик в своей книге „Участие евреев в распаде
Германии" обнаруживает такую осведомленность: „Среди 480 народных
комиссаров Советской Госсии имеется 13 русских, 12 армян, несколько
негров, остальные—евреи" ( L i о к, Der Anteil des J u d e n t u m s a m Z u s a m m e n b r u c h e Deutschlands).

21

активизация интервенционистских планов в связи с успехами социалистического строительства в СССР, — все эти
явления сопровождаются небывалым обострением межнациональных конфликтов в Европе, усилением национального
гнета во всех государствах. В Югославии фашистская
диктатура беспощадно расправляется с хорватским и македонским движениями: в Чехо-Словакии проводится в жизнь
фашистский закон, фактически упраздняющий выборное
начало в местных органах самоуправления для национальных меньшинств. В Силезии, Тироле, Западной Украине и
Белоруссии крайне усиливается национальный террор,
принимающий формы гражданской войны. Конгресс национальных меньшинств в 1929 г. заявляет о „разочаровании
всех связывавших свои надежды с Лигой наций". Но одновременно происходит параллельный процесс усиленной
диференцнации внутри самого движения
угнетенных
национальностей, и по мере того как м а с с ы угнетенных
национальностей, все более революционизируются, связывая
свое освобождение с победой п р о л е т а р и а т а , — б у р ж у а з и я
национальных меньшинств все усиленнее и раболепнее
ищет пути соглашения с господствующей нацией, как
средства создания единого фронта против революции
(вхождение немцев в чехословацкое правительство, голосование буржуазных депутатов Эльзаса за правительство
Тардье, соглашательство УНДО и предательство украинской буржуазии в период кровавого „умиротворения"
Западной Украины в ноябре 1930 г. и т. д.).
Единственной международной силой, борющейся за национальное как и за социальное освобождение народов
Европы, является Коммунистический Интернационал. Только коммунистические партии, строящие свою международную программу на основе интернациональной солидарности пролетариата, могут покончить с версальской
системой и со всем клубком национальных противоречий и антагонизмов, раздирающих современную капиталистическую Европу. Коммунистические партии как
стран-победительниц, так и побежденных стран, как старых, так и новых послевоенных государств совершенно
отчетливо н в полном единении формулируют свои задачи
в области национального вопроса в результате победоносной
пролетарской революции и свержения капитализма—аннулирование Версальского договора и всех вытекающих из
него „планов" и платежей, пересмотр версальских границ
на основе признания права народов на самоопределение.
Чрезвычайно характерна для тактики западноевропейских
компартий в нац. вопросе перекличка между германской,
22

французской и польской компартиями, которая Имела место
во время выборов в рейхстаг в 1930 г.—после принятия
т. н. плана Юнга. В своем воззвании о „национальном и
социальном освобождении" германского народа германская
компартия объявила: „Мы, коммунисты, боремся против
территориального разделения и расхищения Германии, проводимых на основе версальского насильственного мира...
Мы порвем грабительский версальский „мирный" договор
и план Юнга... Мы, коммунисты, установим полное право всех наций на самоопределение и в согласии с революционными рабочими Франции, Англии, Польши, Италии,
Чехо-Словакии и т. д. обеспечим присоединение областей
с немецким населением к Советской Германии"... В ответ
на эти воззвания, компартия Польши заявила, что польский
пролетариат не признает захвата польской буржуазией
Западной Украины и Западной Белоруссии и овладения
на основе Версальского договора Верхней Силезией и коридором, являющимися очагами военной опасности, и что
первым шагом польской советской республики явится
немедленное осуществление права народов на самоопределение вплоть до отделения от Польши. „Победоносный польский пролетариат порвет Версальский договор. Совершенно
в том яге духе высказалась и французская компартия.
Если до войны, в виде исключения, „при исключительном стечении благоприятных обстоятельств" (Сталин) буржуазии в отдельных случаях удавалось разрешить ту или
иную национальную проблему, то в эпоху всеобщего кризиса капитализма буржуазия о р г а н и ч е с к и неспособна
решить национальный вопрос, связанный бесчисленными
нитями и с крестьянским вопросом, и со всей той системой международных отношений, основанных на порабощении и эксплоатации большей части человечества кучкой империалистических держав, на которой еще держится разваливающееся здание капитализма. Методы разрешения национального вопроса буржуазными и социалфашистскими партиями и их сопоставление с решением
нац. вопроса в СССР —иллюстрируют полное банкротство
буржуазии и показывают, что только победа пролетарской
революции обеспечивает подлинное и безостаточное разрешение национального вопроса во всем объеме.

23

И. СТАЛИН. О НАЦИОНАЛЬНОМ ВОПРОСЕ В ПОСЛЕВОЕННОЙ
ЕВРОПЕ
Речь т. И. Сталина в югославской комиссии ИКНИ
30¡Ul
1925 г. („Большевик"
№ 7 за 1925 г.: „К национальному вопросу
в Югославии") и выдержки гіз статьи „Еще раз к национальному
вопросу" („Большевик" Л? 11—12 за 1925 г). См. „Вопросы ленинизма", изд. 1930 г., с. 127—132 и 221—228.

Товарищи, я думаю, что т. Семич не вполне уяснил себе
основную суть постановки национального вопроса у большевиков. Большевики никогда не отрывали национального
вопроса от общего вопроса о революции ни до Октября,
ни после Октября. Основная суть большевистского подхода
к национальному вопросу состоит в том, что большевики
всегда рассматривали национальный вопрос в неразрывной
связи с революционной перспективой.
Тов. Семич цитировал Ленина, говоря, что Ленин стоял
за закрепление известного решения национального вопроса
в конституции. Этим он, т. Семич, очевидно, хотел сказать,
что Ленин будто бы считал национальный вопрос вопросом
реформы. Это совершенно неверно. Никогда Ленин не страдал и не мог страдать конституционными иллюзиями. Если
Ленин говорил о конституции, то он имел в виду не конституционный путь разрешения национального' вопроса,
а путь революционный, т. е. он рассматривает конституцию
как результат победы революции. У нас в СССР тоже имеется конституция, и она отражает известное разрешение
национального вопроса. Однако эта конституция пришла
в свет не в результате сделки с буржуазией, а в результате победоносной революции.
Тов. Семич ссылается далее на известную брошюру Сталина по национальному вопросу, писанную в 1912 г., стараясь найти там хотя бы косвенное подтверждение своей
правоты. Но ссылка эта оказалась безрезультатной, ибо он
не нашел и не может найти не только цитаты, но и отдаленного намека, сколько-нибудь оправдывающего его „конституционный" подход к национальному вопросу. В подтверждение этого я мог бы напомнить т. Семичу известное
место из брошюры Сталина, где австрийский метод разрешения национального вопроса (конституционный) противопоставляется методу русских марксистов (революционному).
24

Вот оно:
„Австрийцы думают осуществить „свободу национальности" путем мелких реформ, медленным шагом. Предлагая национальные автономии "как практическую меру, они
вовсе не рассчитывают на коренное изменение, на демократическое освободительное движение, которого у них
не имеется в перспективе. Между тем русские марксисты
связывают вопрос о „свободе национальностей" с вероятным
коренным изменением, с демократически освободительным
движением, не имея основания рассчитывать на реформы.
А это существенно меняет дело в смысле вероятной судьбы
наций в России".
Кажется, ясно.
И это не личная точка зрения Сталина, а общая точка
зрения русских марксистов, рассматривающих и рассматривавших национальный вопрос в неразрывной связи с общим вопросом о революции.
Можно без натяжки сказать, что постановка национального вопроса в истории русского марксизма имела две стадии: первую, т. е. дооктябрьскую, и вторую, т. е. октябрьскую. В первой стадии национальный вопрос рассматривался
как часть общего вопроса о буржуазно-демократической
революции, т. е. как часть вопроса о диктатуре пролетариата и крестьянства. Во второй стадии, когда национальный вопрос расширился н превратился в вопрос о колониях, когда национальный вопрос из вопроса внутригосударственного превратился в вопрос мировой,—национальный
вопрос рассматривался уже как часть общего вопроса о пролетарской революции, как часть вопроса о диктатуре пролетариата. И там и здесь подход был, как видите, строго
революционный.
Я думаю, что всего этого т. Семич не вполне еще уяснил
себе. Отсюда его попытки низвести национальный вопрос
на почву конституционную, т. е. рассматривать его как вопрос реформы.
Из этой ошибки вытекает другая его ошибка, состоящая
в том, что он не может рассматривать национальный вопрос
как вопрос по сути дела крестьянский. Не аграрный, а крестьянский, ибо это две вещи разные. Совершенно верно, что национальный вопрос нельзя отождествлять с крестьянским,
ибо, кроме вопросов крестьянских, национальный вопрос
включает в себя еще вопросы национальной культуры, национальной государственности и пр. Но несомненно также и
то, что основу национального вопроса, его внутреннюю суть
все же составляет вопрос крестьянский. Этим именно и
объясняется, что крестьянство представляет основную армию
25

национального движения, что без крестьянской армия не
бывает и не может быть мощного национального движения.
Это именно и имеют в виду, когда говорят, что национальный вопрос есть по с у т и д е л а вопрос крестьянский.
Я думаю, что в нежелании т. Семича принять эту формулу
кроется недооценка внутренней мощи национального движения и непонимание глубоко народного, глубоко революционного характера национального движения. Это непонимание и эта недооценка представляют большую опасность, ибо они означают на практике недооценку внутренней потенциальной силы, кроющейся в движении,
скажем, хорватов за национальную свободу, недооценку,
чреватую серьезными осложнениями для всей югославской
компартии.
Несомненно ошибочной следует считать также попытку
т. Семича трактовать национальный вопрос в Югославии
вне связи с международной обстановкой и с вероятными
перспективами в Европе. Тов. Семич, исходя і з того, что
в данный момент не имеется серьезного народного движения за независимость среди хорватов и словенцев, приходит к тому выводу, что вопрос о праве наций на отделение является академическим, во всяком случае не актуальным. Это, конечно, неверно. Если даже согласиться, что
этот вопрос является в данный момент не актуальным, то
он может стать вполне актуальным, если начнется война,
или когда начнется война, если разыграется в Европе революция, или когда она разыграется. А что война неизбежно
начнется, и что они там обязательно передерутся, в этом
не может быть сомнения, если иметь в виду природу и
развитие империализма.
В 1912 г., когда мы, русские марксисты, набрасывали
первый проект национальной программы, мы не имели еще
ни на одной окраине Российской империи серьезного движения за незавимость. Однако мы сочли необходимым включить в свою программу пункт о праве наций на самоопределение, т. е. о праве каждой национальности на отделение и самостоятельное государственное существование.
Почему? Потому что мы исходили не только из того, что
имелось тогда налицо, но и из того, что развивалось и надвигалось в общей системе международных отношений,
т. е. мы считались тогда не только с настоящим, но и с будущим. И мы знали, что если какая-нибудь национальность
потребует отделения, то русские марксисты будут бороться
за то, чтобы право на отделение было обеспечено за каждой
такой национальностью. Тов. Семич неоднократно ссылался
в своей речи на брошюру Сталина о национальном вопросе.
26

Но вот что говорится в этой брошюре Сталина насчет самоопределения и независимости:
„Рост империализма в Европе—не случайность. В Европе
капиталу становится тесно, и он рвется в чужие страны,
ища новых рынков, дешевых рабочих, новых точек приложения. Но это ведет к внешним осложнениям и войне.
Вполне возможно такое сочетание внутренних и внешних
конъюнктур, при котором та или иная национальность в России найдет нужным поставить и решить вопрос о своей
независимости. И, конечно, не дело марксистов ставить в таких случаях преграды".
Это писалось еще в 1912 г. Вы знаете, что это положение целиком подтвердилось впоследствии, как во время
войны, так и после войны, особенно после победы диктатуры
пролетариата в России.
Тем с большим основанием должны быть учтены такие
возможности в Европе вообще и в Югославии в особенности,
особенно теперь, после углубления национально-революционного движения в угнетенных странах и после победы
революции в России. Следует также принять во внимание
то обстоятельство, что Югославия является страной не вполне
независимой, что она связана с известными империалистическими группировками, и что, следовательно, она не может
уйти от той большой игры сил, которая ведется вне Югославии. И если вы строите национальную программу для
югославской партии—а речь идет в данном случае именно
об этом—то следует вспомнить, что программа должна исходить не только из того, что есть в данный момент, но и
из того, что развивается и будет неизбежно иметь место
в силу международных отношений. Вот почему я думаю,
что вопрос о праве наций на самоопределение нужно считать вопросом актуальным и животрепещущим.
Теперь о национальной программе. Исходным пунктом
национальной программы должно быть положение о советской революции в Югославии, положение о том, что без
свержения буржуазии и победы революции национальный
вопрос не может быть разрешен сколько-нибудь удовлетворительно. Конечно, возможны исключения. Было, например,
такое исключение до войны при отделении Норвегии от Швеции, о чем подробно говорит в одной из своих статей Ленин.
Но это было до войны и при исключительном стечении благоприятных обстоятельств. После войны, и особенно после
победы советской революции в России, едва ли такие случаи могут быть возможны. Во всяком случае шансов в пользу
таких возможностей осталось теперь до того мало, что их
можно приравнять к нулю. Но если так, то ясно, что мы
27

не можем строить программу на величинах с нулевым значением. Вот почему положение о революции должно быть
исходным пунктом национальной программы.
Дальше. Обязательно должен быть введен в национальную программу специальный пункт о праве наций на самоопределение вплоть до государственного отделения. Я у ж е
говорил выше, почему нельзя обойтись без такого пункта
при нынешних внутренних и международных условиях.
Наконец, в программе должен быть также специальный
пункт о национально-территориальной автономии для тех
национальностей Югославии, которые не найдут нужным
отделиться от Югославии. Не правы те, которые думают,
что такая комбинация должна быть исключена. Это неверно.
При известных условиях, в результате победы советской
революции в Югославии, вполне возможно, что некоторые
национальности не захотят выделиться аналогично тому,
как это имело место у нас в России. Понятно, что для такого случая необходимо иметь в программе пункт об автономии, имея в виду преобразование югославского государства в федерацию автономных национальных государств
на основе советского строя.
Итак, право на отделение для тех национальностей, которые захотят отделиться, и право на автономию для тех
национальностей, которые предпочтут остаться в рамках
югославского государства.
Во избежание недоразумений должен сказать, что п р а в о
на отделение не следует понимать как о б я з а н н о с т ь ,
повинность отделиться. Национальность может использовать
это право в смысле отделения, но она может и не использовать его, и если она этого не захочет,— это ее дело, и
с этим нельзя не считаться. Некоторые товарищи право
на отделение превращают в обязанность, требуя, например,
от хорватов отделения во ч т о бы то н и с т а л о . Эта позиция неверна, и она должна быть отброшена. Нельзя смешивать право с обязанностью.
...тот, кто рассматривает национальный вопрос как составную часть общего вопроса о пролетарской революции, не
может его сводить к вопросу конституционному. И наоборот: только тот, кто отрывает национальный вопрос от общего вопроса о пролетарской революции, только тот может
сводить его к вопросу конституционному...
...Национальный вопрос следует рассматривать не изолированно, а в неразрывной связи с вопросом о победе революции, как часть общего вопроса о революции...
„В чем заключается,—спрашивает т. Семич, — социаль28

ныіі смысл национального движения в Югославии". И отвечает там же: „Это социальное содержание состоит в конкурентной борьбе между сербским капиталом, с одной стороны, и кроатским и словенским — с другой" (см. речь
т. Семича в югославской комиссии).
Что конкурентная борьба словенской и кроатской буржуазии с сербской буржуазией не может не играть тут
известной роли, в этом, конечно, не может быть сомнения.
Но столь же несомненно и то, что человек, усматривающий
социальный смысл национального движения в конкурентной борьбе буржуазии разных национальностей, не может
рассматривать национальный вопрос как вопрос но сути
дела крестьянский. В чем состоит суть национального вопроса теперь, когда национальный вопрос из вопроса местного и внутригосударственного превратился в вопрос мировой, вопрос о борьбе колоний и зависимых национальностей
против империализма. Суть национального вопроса состоит
теперь в борьбе народных масс колоний и зависимых национальностей против финансовой эксплоатации, против
политического порабощения и культурного обезличения
этих колоний и этих национальностей со стороны империалистической буржуазии господствующей национальности.
Какое значение может иметь при такой постановке национального вопроса конкурентная борьба буржуазии разных
национальностей между собой? Безусловно, не решающее,
а в некоторых случаях даже не важное. Совершенно очевидно, что речь идет здесь главным образом не о том, что
буржуазия одной национальности побивает или может побить в конкурентной борьбе буржуазию другой национальности, а о том, что империалистская группа господствующей национальности эксилоатирует и угнетает основные
массы и прежде всего крестьянские массы колоний и зависимых национальностей, а угнетая и эксплоатируя их,
она тем самым вовлекает их в борьбу с империализмом,
делает их союзниками пролетарской революции. Нельзя
рассматривать национальный вопрос как вопрос по сути
дела крестьянский, если социальный смысл национального
движения сводится к конкурентной борьбе буржуазии разных национальностей. И наоборот: нельзя усматривать социальный смысл национального движения в конкурентной
борьбе буржуазии разных национальностей, если рассматриваешь национальный вопрос как вопрос по сути дела
крестьянский. Провести знак равенства между этими двумя
формулами нет никакой возможности.
Тов. Семич ссылается на одно место в брошюре Сталина
„Марксизм и национальный вопрос", написанной в конце
29

1912 г. Там сказано, что „национальная борьба является
борьбой буржуазных классов между собой". Этим он, видимо, пытается намекнуть на правильность своей формулы
определения социального смысла национального движения
в данных исторических условиях. Но брошюра Сталина
писана до империалистской войны, когда национальный
вопрос не являлся еще в представлении марксистов вопросом общемирового значения, когда основное требование
марксистов о праве самоопределения расценивалось не как
часть пролетарской революции, а как часть буржуазно-демократической революции. Смешно было бы не видеть, что
с тех пор международная обстановка изменилась в корне,
что война, с одной стороны, и Октябрьская революция в России, с другой стороны, превратили национальный вопрос
из частицы буржуазно-демократической революции в частицу пролетарско-социалистической революции. Еще в октябре 1916 г. в своей статье об „итогах дискуссии о самоопределении" Ленин говорил, что основной пункт национального вопроса о праве на самоопределение перестал
составлять часть общедемократического движевия, что он
уже превратился в составную часть общепролетарской социалистической революции. Я уже не говорю о дальнейших
трудах по национальному вопросу как Ленина, так и других представителей русского коммунизма. Какое значение
может иметь после всего этого ссылка т. Семича на известное
место в брошюре Сталина, писанной в период б у р ж у а з н о-демократической революции в России, когда мы вступили в силу новой исторической обстановки в новую эпоху,
в эпоху мировой пролетарской революции. Она может иметь
лишь то значение, что т. Семич цитирует вне пространства
и времени, вне зависимости от живой исторической обстановки, нарушая тем самым элементарные требования диалектики и не считаясь с тем, что правильное в одной исторической обстановке может оказаться неправильным в другой исторической обстановке. Я уже говорил в своей речи
в югославской комиссии, что в постановке национального
вопроса у русских большевиков надо различать две стадии:
стадию дооктябрьскую, когда речь шла о буржуазно-демократической революции, а национальный вопрос рассматривался как часть общедемократического движения, и стадию
октябрьскую, когда речь шла уже о революции пролетарской,
а национальный вопрос превратился в составную часть пролетарской революции. Едва ли нужно доказывать, что это различение имеет решающее значение. Боюсь, что т. Семич все
еще не уяснил себе смысла и значения этого различия между
двумя стадиями в постановке национального вопроса,
30

Вот почему я думаю, что в попытке т. Семича рассматривать национальное движение не как вопрос по сути дела
крестьянский, а как вопрос о конкуренции буржуазии разных национальностей, „кроется недооценка мощи национального движения и непонимание его глубоко народного,
глубоко революционного характера" (см. „Большевик" № 7).
...В своей речи т. Семич не сделал даже отдаленного
намека на то, что международная обстановка в современных условиях, особенно в деле разрешения национального
вопроса, является важнейшим фактором в деле разрешения
национального вопроса. Тот факт, что само югославское
государство сложилось в результате свалки двух основных
империалистических коалиций, что Югославия не может
выскочить из той большой игры сил, которая происходит
ныне в окружающих государствах империализма, — все это
осталось вне поля зрения т. Семича. Ссылка т. Семича иа
то, что он вполне мыслит известные изменения в международной обстановке, в силу которых вопрос о самоопределении может стать вопросом актуально-практическим,—эта
ссылка должна быть признана теперь, в данной международной обстановке, уже недостаточной. Дело теперь вовсе
не в том, чтобы признать при известных изменениях в международной обстановке возможного и далекого будущего
актуальность вопроса о праве наций на самоопределение,—
это могли бы перспективно признать теперь, в случае
нужды, даже буржуазные демократы. Дело теперь не в этом,
а в том, чтобы не превращать нынешние, сложившиеся
в результате войн и насилий, границы югославского государства в исходный пункт и законную базу разрешения
национального вопроса. Одно из двух: либо вопрос о национальном самоопределении, т. е. о коренном изменении границ Югославии, является п р и в е с к о й к национальной
программе, бледно вырисовывающейся из далекого будущего, либо он является о с н о в о й национальной программы.
Ясно, во всяком случае, что пункт о праве на самоопределение не может быть одновременно и привеской и основой
национальной программы югославской компартии. Боюсь,
что т. Семич все еще продолжает рассматривать право на
самоопределение как перспективную привеску к национальной программе.
Вот почему я думаю, что т. Семич отрывает национальный вопрос от вопроса об общей международной обстановке, ввиду чего у него вопрос о самоопределении, т. е.
об изменении границ Югославии, является по сути дела
вопросом не актуальным, а академическим...
31

РЕЗОЛЮЦИЯ ¥ КОНГРЕССА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА О НАЦИОНАЛЬНЫХ ВОПРОСАХ СРЕДНЕЙ ЕВРОПЫ И
БАЛКАН.
Докладчиком

на конгрессе по нац. вопросу был т.

Маиуилъский.

Империалистическая война, в которую буржуазия пыталась увлечь трудящихся обманчивыми лозунгами защиты
малых народностей и права на самоопределение, в действительности, привела, в результате победы одной из групп
капиталистических держав, к усилению национальных противоречии и национального угнетения в Средней, Европе
и на .Балканах.
Продиктованные силой победившей Антанты Версальский, Сен-Жерменский и последовавшие договоры создали,
в целях борьбы с пролетарской революцией, новые малые
империалистические государства—Польшу, Чехо-Словакию,
Югославию, Румынию, Грецию, основанные на аннексии
значительных территорий с инонациональным населением,
и являющиеся очагами национального угнетения и социальной реакции.
Вопрос о национальном угнетении ныне поставлен в порядок дня тех великодержавных наций, которые до войны
были не объектом, а субъектом угнетательской политики.
Наглядным примером является Германия. По отношению
к ней антантовский империализм ве довольствовался прямыми аннексиями территорий, населенных немцами, совершенными на основании „мирных договоров". Он пытался
расчленить Германию при помощи скрытых рафинированных форм аннексии под видом комедии „национального
самоопределения" (занятие рейнских городов), либо в форме
ничем не прикрытого, выходящего за рамки мирных договоров, грабежа,, примером чего может служить Гур.
Национальный вопрос, таким образом, после мировой
войны приобрел в Европе новое значение и стал в настоящее время одним из существеннейших политических вопросов для Средней Европы и Балкан. Борьба угнетенных
народностей против национального угнетения становится,
вместе с тем, борьбой против власти победившей в войне
империалистической буржуазии точно так же как укрепление вновь возникших империалистических держав означает укрепление силы мирового империализма.
32

Значение этой борьбы против национального угнетения
еще увеличивается тем, что угнетаемые Полыней, ЧехоСловакией, Югославией, Румынией и Грецией национальности но своему социальному составу являются преимущественно крестьянскими, и борьба за их национальное
освобождение является в то же время борьбой крестьянских масс против инонациональных помещиков и капиталистов.
Ввиду этого перед коммунистическими партиями Средней Европы и Балкан встает задача всемерной поддержки
национально-революционного движения угнетенных народностей.
Лозунг — „право каждого народа на самоопределение
вплоть до отделения" в настоящем предреволюционном периоде должен быть во вновь возникших империалистических государствах выражен в лозунге государственного
выделения угнетенных народов из состава Польши, Румынии, Чехо-Словакии, Югославии, Греции.
Конгресс устанавливает, что в отдельных партиях имеется уклон, выражающийся в том, что отдельные товарищи
и группы свое отношение к национально-революционному
движению в их странах строят на основе государственности,
создавшейся в результате Сен-Жерменского и пр. договоров.
Лозунги этих товарищей и групп в отношении национально-революционного движения направлены не против
этих, основанных на национальном угнетении и направленных против пролетарской революции государств, по к частичной реформе этих государств, выставляя лозунги автономии этих угнетенных народностей в государственных
пределах этих империалистических государств.
Конгресс решительно осуждает этот великодержавный
уклон в сторону социал-демократизма, как равно отвергает
и уклон национал-большевизма, приводящего к тому, что
поддержка компартией национально-революционного движения переходит в поддержку руководства этим движением
со стороны имущих классов и их партий, что на деле
отдает трудящиеся массы под влияние и гегемонию шовинистической буржуазии.
Конгресс ставит перед всеми компартиями Средней
Европы и Балкан задачу, всемерно поддерживая национально-революционное движение угнетенных народностей
против власти господствующей буржуазии, организовать
в революционно-национальных организациях коммунистические ячейки, идя к тому, чтобы возглавить национальнореволюционную борьбу угнетенных народностей и напра3 Нац. запрос.

33

вить ее по ясному и определенному пути революционной
борьбы с властью буржуазии на основе тесной солидарности
всех трудящихся и их совместной борьбы в каждом государстве за рабоче-крестьянскую власть. Только такого рода
объединение коммунистических элементов внутри национально-революционных организаций может обеспечить первенство за трудящимися массами в противовес буржуазнопомещичьим и авантюристическим элементам, зачастую
использовавшим эти организации в своих классовых целях
или обращавшим их в орудие империалистических целей
в различных капиталистических государствах.
Конгресс вменяет в обязанность всем компартиям вести
энергичную борьбу против разжигания буржуазными и социал-предательскими партиями национальной ненависти и
шовинизма, выясняя перед трудящимися массами как угнетенных народностей, так и народов угнетающих социальный характер национального угнетения и национально-революционной борьбы и зависимость этой борьбы от борьбы
мирового пролетариата за полное социальное и национальное освобождение трудящихся.
Конгресс равным образом осуждает партикуляристский
уклон в разрешении национального вопроса и считает, что
осуществление права наций на самоопределение вплоть до
отделения ничего общего с партикуляризмом не имеет и
не противоречит развитию производительных сил.
Конгресс отмечает контрреволюционное значение проводимого господствующими классами малых империалистических государств колонизаторства, ведущего к крайнему
обострению национальных противоречий. Конгресс вменяет
компартиям Польши, Румынии, Югославии, Чехо-Словакии
и Греции в обязанность вести энергичную борьбу против
этого колонизаторства.
Конгресс одобряет выставленный компартиями Балканских стран лозунг балканской федерации равноправных и
независимых рабоче-крестьянских республик.
Констатируя крайний рост антисемитизма во вновь возникших империалистических государствах, особенно в Польше, Румынии, Венгрии, и стремление господствующих классов путем антисемитизма отвлечь внимание трудящихся
масс от действительных виновников их бедственного положения и от перехода к революционной борьбе, конгресс
вменяет в обязанность всем коммунистическим партиям
вести решительную энергичную борьбу с антисемитизмом,
выставляя лозунги: безусловное устранение всех и всяческих ограничений, падающих на еврейское население, обеспечение его своободного культурного развития.

В отношении отдельных национальных вопросов и отдельных стран Средней Европы и Балкан конгресс устанавливает следующие положения.
!. Македонский и фракийский вопросы.

1. Македонский и фракийский вопросы на протяжении
десятилетий являются причиной постоянных кровавых
столкновений между Турцией, Болгарией, Грецией и Югославией и средством империалистической политики на Балканах.
Последняя империалистическая война 1914—18 гг. на
Балканах, закончившаяся экономическим разорением, политическим и национальным порабощением и новым разделом
Македонии и Фракии между Югославией, Турцией, Грецией и Болгарией, в большой степени обострила национальный вопрос на Балканах и углубила национальную
рознь и ненависть.
Раздел Македонии между Югославией, Грецией и Болгарией еще более усилил стремление македонского народа
во всех частях его разоренной родины к объединению и
созданию единой независимой Македонии.
То же стремление к созданию единой независимой
Фракии объединяет и фракийский народ/разорванный на
три части между Грецией, Турцией и Болгарией.
2. Это положение делает македонский и фракийский
вопросы единым и основным революционно-национальным
узлом, разрешение которого может и должно быть направлено балканской федерацией коммунистических партий в
русло развития пролетарской революции на. Балканах.
Конгресс с. удовлетворением констатирует, что шестая
конференция балканской коммунистической федерации в
общем и целом дала правильное разрешение этому важнейшему вопросу.
3. Конгресс считает формулированные YI Конференцией
балканской коммунистической федерации лозунги: „Единая независимая Македония" и „Единая независимая Фракия" вполне правильными и действительно революционными.
Лозунги автономии для отдельных частей Македонии и
Фракии в границах того или другого из искусственно созданных Севрским и прочим договорами буржуазных государств должны быть отвергнуты, как лозунги оппортунистические и содействующие соглашению между зажиточными слоями македонского и фракийского населения и
дальнейшему социально'му и национальному порабощению
македонской и фракийской бедноты.
з*

35

4. Конгресс вместе с тем подчеркивает, что революционная борьба македонского и фракийского народов за их национальное и социальное освобождение может быть успешной только тогда, когда она будет вестись совместно с революционными рабочими и крестьянами каждой отдельной
страны Балкан.
5. Коммунистические партии на Балканах и балканская
федерация должны со всей энергией поддерживать национально-революционное движение угнетенных народностей
Македонии и Фракии к созданию независимых республик.
6. На балканскую коммунистическую федерацию возлагается объединение и руководство деятельностью компартий отдельных балканских стран в отношении национального и специально македонского и фракийского вопросов.
II. Украинекий вопрос.

1. Украинский вопрос является одним из важнейших
национальных вопросов Средней Европы, разрешение которого диктуется интересами пролетарской революции как в
Польше, в Румынии и Чехо-Оловакии, так и во всех прилегающих странах.
Конгресс констатирует, что украинские вопросы в
Польше, Румынии и Чехо-Словакии составляют единый
украинский национальный вопрос, требующий общего революционного разрешения для всех этих стран.
2. Украинское население в аннексированных Польшей,
Чехо-Словакией и Румынией областях преимущественно
крестьянское, испытывающее сильнейший социальный гнет,
благодаря чему борьба за национальное освобождение в
этих областях теснейшим образом связана с борьбой против землевладельцев, капиталистов и чиновников, что создает твердую почву для прочного союза крестьянства с
пролетариатом этих стран в единой борьбе против социального и национального угнетения.
3. Конгресс устанавливает, что лозунги автономии для
Прикарпатской Руси в Чехо-Словакии или для Западной
Украины (Восточная Галиция, Волынь, Подляшье, Волынское Полесье и Холмщина) в Польше или для Бессарабии
и Буковины в Румынии направлены к созданию коалиции
зажиточных слоев украинского крестьянства с господствующими классами Чехо-Словакии, Польши и Румынии и служат закреплению экономического и национального порабощения крестьянского населения этих -земель, и поэтому
должны быть отвергнуты компартиями этих стран.
36

4. Поддерживая выдвинутый компартией лозунг борябн
против аннексии Румынией Бессарабии и лозунг государственного самоопределения Бессарабии, конгресс одновременно признает необходимость провозглашения коммунистическими партиями Польши, Чехо-Словакии и Румынии
лозунга соединения разорванных империализмом на части
украинских областей в советскую рабоче-крестьянскую республику.
Конгресс констатирует успешное проведение этого лозунга коммунистическими партиямп Польши и Румынии.
5. Конгресс вместе с тем подчеркивает, что революционная борьба украинского крестьянства в Польше, ЧехоСловакии н Румынии за национальное освобождение может
быть успешной лишь при том абсолютно необходимом условии, когда украинское крестьянство всю свою борьбу и
организацию построит на теснейшем союзе с руководимой
компартиями этих стран борьбой рабочих и крестьян за
низвержение власти капитала.
6. Конгресс вменяет в обязанность коммунистическим
партиям Чехо-Словакии, Польши и Румынии оказывать всемерное содействие укреплению и развитию коммунистических партий и организаций этих украинских областей.
Конгресс с удовлетворением констатирует достигнутые в
этом отношении результаты в этих странах.
7. Одобряя решения II съезда компартии Польши и V
конференции компартии Западной Украины (Галиции), направленные к созданию благоприятных условий для коммунистической пропаганды и организации в Западной Украине, конгресс признает также целесообразным для координирования действий установление периодического контакта
между коммунистическими организациями Западной Украины, Прикарпатской Руси и Буковины, а также их контакта с КП(б)У, при сохранении строго централизованного руководства со стороны компартий Польши, Румынии и Чехо-Словакии этими организациями.
8. Конгресс рекомендует компартиям Польши, ЧехоСловакии и Румынии* принятие совместных действий по
вопросам украинского национально-революционного движения, издание воззваний, организацию общих крестьянских
съездов и т. д.
II!. Югославянский вопрос.

1. Югославия является многонациональным государством. Сербская буржуазия, проводящая свою гегемонию,
представляет нацию, которая составляет только 39% всего
37

населения Югославии. Остальные народы, составляющие
вместе огромнейшее большинство населения, более или менее подвержены национальному угнетению, и против них
ведется политика денационализации.
2. Сербы, хорваты, словенцы представляют три отдельные нации. Теория о едином трехименном народе сербов,
хорватов и словенцев является только маской сербского
империализма.
fft* з. Задача КШО состоит в том, чтобы решительно вести
борьбу против национального угнетения во всех его формах, за самоопределение наций, чтобы поддерживать национальные освободительные движения, постоянно стремясь
вырвать эти движения из-под влияния буржуазии и связать их с общей борьбой трудящихся масс против буржуазии и капитализма.
4. Национальный вопрос в Югославии не является вопросом конституционным, и поэтому его нельзя отождествлять с вопросом ревизии Видовданской конституции.
Он является, во-первых, вопросом борьбы национально угнетенного населения за право его национального самоопределения, во-вторых, вопросом революционной борьбы трудящихся масс во всей Югославии.
5. Борьба против национального угнетения за право самоопределения наций вплоть до отделения и за рабочекрестьянскую власть должна быть связана с общей борьбой против насильнической сербской буржуазии, против
монархизма и против политической санкции Видовданской
конституции.
6. Хотя национальный вопрос не может быть решен ревизией конституции, КПЮ все же должна принимать активное участие в происходящей борьбе за ревизию конституции с целью свержения теперешнего насильнического режима сербской буржуазии и завоевания возможно больших
гарантий и политических прав и свободы трудящимся массам угнетенных национальностей, постоянно стремясь объединить трудящиеся массы в борьбе за создание рабочекрестьянской власти, разъясняя массам, что только рабочекрестьянская власть может окончательно разрешить национальный вопрос.
7. Так как в Югославии существует массовое движение
против национального угнетения во" всех его формах и за
самоопределение, национальная проблема стоит в актуальной и острой форме и непосредственно затрагивает интересы трудящихся масс.
В виду этого общий лозунг права наций на самоопределение, выдвинутый КИЮ, должен быть выражен в форме
38

выделения Хорватии, Словении и Македонии из состава
Югославии и образования в них независимых республик.
8. В отношении хорватского и словенского населения
на территории, оккупированной Италией, компартия Италии
должна вести пропаганду и агитацию в духе указанных
выше лозунгов в контакте с братской югославской компартией.
IV. Чехо-словацкий вопрос.

1. Национальные отношения в Чехо-Словакии весьма
сходны с национальными отношениями в Югославии. Конгресс констатирует, что в Чехо-Словакии не имеется единой чехо-словацкой нации, и что чехо-словацкое государство кроме чешской национальности состоит из следующих
национальностей: словацкой, немецкой, венгерской, украинской и польской.
2. Конгресс считает необходимым, чтобы КПЧ по отношению к этим национальным меньшинствам провозгласила
и проводила в жизнь лозунг права наций на самоопределение вплоть до отделения: в частности КПЧ должна поддерживать борьбу словаков за свою независимость, неустанно стремясь вырвать это движение из-под влияния
националистической буржуазии и связать его с общей
борьбой трудящихся против капитала. Лозунг автономии,
выдвигаемый буржуазными и националистическими партиями, направлен на порабощение трудящегося населения
всех национальностей Чехо-Словакии своей собственной
буржуазией в союзе с чешской буржуазией.
3. Конгресс подчеркивает, что национальное освобождение национальных меньшинств Чехо-Словакии может увенчаться успехом только при том непременном условии, когда
трудящееся население всех национальностей поведет свою
борьбу в теснейшем союзе с борьбой рабочих и крестьян
всего государства за свержение власти капитала и за диктатуру пролетариата.
V. Верхнесилезекий вопрос.

Конгресс констатирует, что плебисцит 1921 года, результатом которого явилось разделение Верхней Силезни,
далеко не устранил старую национальную вражду. Параллельно с ростом капиталистической эксплоатации в обеих,
оторванных друг от друга частях растет и национальный
гнет.
Верхняя Силезия является одним из важнейших промышленных центров Центральной Европы, и благодаря
39

своему преимущественно пролетарскому населению, она
является как бы естественным мостом между назревающей
революцией в Польше и Германии.
Полное национальное освобождение немецких трудящихся в Польше и польских трудящихся в Германии может быть завоевано только путем свержения власти капитала и установления диктатуры пролетариата.
V Конгресс констатирует крупные успехи коммунистической партии в германской части Верхней Силезии, где
КПГ, благодаря своей решительной революционной политике, завоевала руководство в боях пролетариата.
У Конгресс обращает особое внимание коммунистических партий Польши и Германии на необходимость объединения и усиления работы в Верхней Силезии, в целях
завоевания всего верхнесилезского пролетариата в обоих
государствах. Обе братские партии должны вести совместную борьбу против национального угнетения во всех его
формах: в своей агитации и пропаганде они должны учитывать языковые особенности немецких и польских трудящихся.
V!. Белорусский вопрос.

1. Белорусский вопрос, наряду с украинским, является
важнейшим национально-революционным вопросом в Польше
н в разрешении своем опирается на те же основания, что
и вопрос украинский.
2. Конгресс отмечает правильную оценку II съездом компартии Польши значения национального и аграрного вопросов в Белоруссии и энергичную работу в этом направлении компартии западной Белоруссии, в результате чего
она достигла уже почти исключительного влияния на крестьян западной Белоруссии.
3. Конгресс одобряет выставление компартией Польши
лозунга соединения разорванных белорусских территорий
в советскую рабоче-крестьянскую республику Белоруссии.
VII. Литовский вопрос.

1. Конгресс признает необходимым усиление коммунистической работы среди литовского трудового населения в
аннексированных Польшей областях Западной Белоруссии
и Восточной Литвы.
2. Коммунистическая партия Польши должна проводить
лозунг права литовского населения на самоопределение
вплоть до отделения от польского государства.
40

Vül. Мадьярский вопрос.

Конгресс признает необходимым усиление коммунистической работы среди мадьяр на землях, аннексированных
Румынией, Чехо-Словакией и Югославией, и выставлениекомпартиями этих стран лозунга права этих мадьяр на
национальное самоопределение вплоть до выделения их изсостава аннексировавших государств.
IX. Трансильванский и дсбруджский вопросы.

Конгресс одобряет выставленные компартией Румынии
лозунги государственного выделения Трансильвании и До~
бруджи из состава Румынии в независимую область.
X. Дябанский вопрос.
»

В отношении Албании, нз-за раздела и завоевания которой идет соревнование между Италией, Югославией и Грецией, необходимо всемерно цоддерживать борьбу албанского населения за свою независимость.

Гесударетйвии**

штт
В. и.

Ленина

sas?

ЛЕНИНА!

4Г

ИМПЕРИАЛИЗМ НД СТРАЖЕ „ПРАВ" МЕНЬШИНСТВ.

ДОГОВОР О ЗАЩИТЕ МЕНЬШИНСТВ
Приводим в качестве типичного для послевоенных договоров
о меньшинствах договор, заключенный
Антантой
с Полыней в
Версале 28IVI 1929 г. О договорах см. выше стр. 11—12.

Ст. 1. Польша обязуется к тому, чтобы постановления,
содержащиеся в настоящем отделе, были признаны в качестве основных законов, к тому, чтобы никакой закон, никакое положение и никакое официальное действие не были
в противоречии или разногласии с этими условиями и к
тому, чтобы никакой закон, никакое положение и никакое
официальное действие не ставились выше их.
Ст. 2. Польша обязуется предоставить всем жителям
Польши полную и абсолютную защиту их жизни и их свободы без различия рождения, национальности, языка, расы
•или религии.
Все жители Польши будут иметь право на свободное
исповедание как публичное, так и частное всякой веры,
религии или всякого верования, отправление которых не
будет несовместимо с публичным порядком и добрыми нравами.
Ст. 3. Польша признает за польских граждан по праву
и без каких-либо формальностей всех германских, австрийских, венгерских и русских граждан, постоянно проживающих ко дню вступления в силу настоящего договора
на территории, которая будет признана составляющей часть
Польши, при сохранении в силе, однако, постановлений
мирных договоров с Германией и Австрией, относящихся
к гражданам, поселившимся на этой территории позднее
определенной даты К
Тем не менее, означенные лица старше 18 лет будут
иметь возможность согласно условиям, предусмотренным
указанными договорами, оптировать всякое иное граждан1
Согласно Версальскому договорѵ германские граждане, поселивш и е с я на т е р р и т о р и и , отходящей к Польше, позже 1 я н в а р я 1903 г.,
приобретают п р а в а польского г р а ж д а н с т в а всякий р а з л и ш ь с особого
р а з р е ш е н и я польского правительства (Сост.).

42

ство, которое будет для них открыто. Оптация мужа влечет
за собой оптацию жены и оптация родителей влечет за
собой оптацию детей моложе 18 лет.
Лица, которые осуществят данное право оптации, должны
будут в течение 12 месяцев—в тех случаях, когда противоположное не предусмотрено мирным договором с Германией— переселиться в то государство, гражданство которого
они оптировали. Они при этом сохраняют недвижимую собственность, которой они владеют на польской территории,
они имеют право взять с собой свое движимое имущество
всякого рода, без уплаты какой-либо пошлины.
Ст. 4. Польша признает за польских граждан по праву
и без каких-либо формальностей лиц германской, австрийской, венгерской или русской национальности, родившихся
на указанной территории от родителей, постоянно на ней
проживающих, даже в том случае, если они ко времени
вступления в силу настоящего договора не проживают
на ней.
Однако в течение двух лет со дня вступления в силу
настоящего договора указанные лица могут объявить соответствующим польским органам в стране их жительства об
отказе от польского гражданства, и тогда они перестают
рассматриваться как польские граждане. В этом отношении
заявление мужа имеет силу и для жены, заявления родителей—для детей моложе 18 лет.
Ст. 5. Польша обязуется не чинить никаких препятствий
осуществлению прав оптации, предусмотренных договорами,
заключенными или теми, которые будут заключены между
союзными и объединенными державами и Германией,
Австрией, Венгрией или Россией, предусматривающими
право заинтересованных лиц принять или не принять польское гражданство.
Ст. 6. Польское гражданство будет приобретено по
праву, в силу самого факта рождения на польской территории, всяким лицом, не имеющим в силу своего рождения
права на другое гражданство.
Ст. 7. Все польские граждане будут равны перед законом и будут пользоваться теми же гражданскими и политическими правами без различия расы, языка или религии.
Различие в религии, веровании или исповедании не
должно будет вредить никому из польских граждан, поскольку то касается пользования гражданскими и политическими правами, в особенности при допущении к государственным должностям, службам и почестям или к занятию
различными профессиями и промыслами.
43

Не будет устанавливаться никаких ограничений для
свободного пользования всяким польским гражданином - каким бы то ни было языком, будь то в частных или торговых отношениях, будь то в области религии, прессы или
печатных произведений всякого рода, будь то в публичных
собраниях.
Независимо от установления польским правительством
официального языка подобающие льготы будут даны польским гражданам, говорящим не на польском языке для
пользования своим языком в судах, будь то устно или
письменно.
Ст. 8. Польские граждане, принадлежащие к меньшинствам этническим, религиозным или языковым, будут пользоваться тем же режимом и теми же правовыми и фактическими гарантиями, что и другие польские граждане. Они
будут в особенности иметь одинаковое право создавать,
вести и контролировать на свой счет благотворительные,
религиозные или общественные учреждения, школы и иные
воспитательные заведения, с правом свободно пользоваться
в них своим родным языком и свободно отправлять в них
свою религию.
Ст. 9. В деле народного образования польское правительство даст в городах и округах, в которых живет значительное число польских граждан, говорящих не на польском языке, подобающие льготы в обеспечение того, чтобы
в начальных школах обучение детей этих польских граждан велось на их родном языке. Постановление это не
воспрепятствует польскому правительству сделать обязательным в названных школах обучение польскому
языку.
В городах и округах, в которых живет значительное
число польских граждан, принадлежащих к меньшинствам
этническим, религиозным или языковым, меньшинствам
этим будет обеспечена справедливая часть при использовании и применении сумм, которые могли бы быть
назначены из публичных фондов государственным бюджетом, бюджетами муниципальными или иными в целях просветительных или благотворительных.
Положения настоящей статьи в отношении польских
граждан немецкого языка применяются только к тем из
них, которые живут в частях Польши, составлявшей германскую территорию к 1 августа 1914 г.
Ст. 10. Школьные комитеты, назначаемые иа местах
еврейскими общинами в Польше, будут под общим контролем государства распоряжаться распределением соответствующей части общественных средств, назначенных для
44

еврейских школ в соответствии с ст. 9, а также организацией и руководством этих школ.
Положения ст. 9 относительно употребления языков в
школах будет иметь силу в отношении этих школ.
Ст. 11. Евреи не будут принуждаемы совершать какиелибо акты, которые будут составлять нарушение их субботы, и не должны нести никаких последствий от отказа
явиться перед судом или совершить какие-либо юридические акты в субботу. Однако это положение не освобождает
евреев от обязанностей, возложенных на всех польских
граждан в связи с военной службой, национальной обороной и поддержанием общественного порядка.
Польша объявляет о своем намерении воздержаться от
производства выборов, всеобщих или местных, в субботу.
Никакая перевыборная или другая регистрация не должна
•совершаться в обязательном порядке в субботу.
- Ст. 12. Польша соглашается на то, чтобы в той мере,
в какой условия предыдущих статей настоящего отдела
касаются" лиц, принадлежащих к меньшинствам по расе,
религии или языку, условия эти составляли обязательства
международного значения и были поставлены под гарантию
Лиги наций. Они не могут быть изменены без согласия
большинства Совета Лиги наций. Союзные и объединенные
державы, представленные в Совете, обязуются по принадлежности не отказывать в своем согласии на всякое изменение названных статей, на которое согласилось бы в должном порядке большинство Совета Лиги наций.
Польша соглашается на то, чтобы всякий член Совета
Лиги наций имел право обращать внимание Совета на всякое нарушение или на всякую опасность нарушения какого бы то ни было из этих "обязательств, и на то, чтобы
Совет мог предпринимать такие меры и давать такие предписания, какие покажутся для данного случая наиболее
подходящими и действительными.
Польша соглашается кроме того, что в случае расхождения мнений по вопросам права или факта, касающимся
этих статей, между польским правительством и какой-либо
из главных союзных и объединившихся держав или всякой
иной державой, являющейся членом Совета Лиги наций,
расхождение это будет рассматриваться как спор, имеющий
международный характер согласно положениям ст. 14 статута Лиги наций У Польское правительство соглашается,
1
Согласно ст. 19 с т а т у т а Лиги наций, споры между державами,
имеющие международный характер, могут быть с обоюдного согласия
переданы на решение особого органа Лиги наций, т. н. Постоянной пад а т ы международного суда (Сост.).

45

что всякий спор этого рода будет по требованию другой
стороны передан Постоянной палате международного суда.
Решение Постоянной палаты будет безапелляционным, и
оно будет иметь те же силу и значение, что и решение,
вынесенное согласно ст. 13 статута

1

46

Т. е. единогласное решение Совета лиги наций (Сост).

ВОПРОС О НАЦИОНАЛЬНЫХ МЕНЬШИНСТВАХ В ЛИГЕ НАЦИЙ
На .мартовской сессии Совета Лиги наций в 1929 г. по инициативе Германии, преследовавшей при этом свои
политические
цели, на обсуждение Совета Лиги наций был поставлен вопрос
о нацменьшинствах.
Представитель
Германии выдвинул при
этом такие „максималистские"
требования, как улучшение процедуры рассмотрения вопросов о нацменьшинствах
в Лиге наций,
допущение Германии в состав „комитета трех11, обычно решающего вопрос о направлении
того или иною дела, касающегося
меньшинств, расширение гарантии Лиги наций в том смысле,
чтобы Лига наций имела возможность вмешаться в вопрос независимо от поступления жалобы на нарушение договора и, наконец, постановка вопроса о создании постоянной комиссии гю делам. меньшинств при Лиге. Однако, эти требования
Германии
под разными софистическими гіредлогами, о которых дают представление приводимые шже речи Приама и Чемберлена, были
отвергнуты Советом Лиги наций.
Вопрос, поднятый Германией, был гіередан комиссии, представившей свой доклад на июньской сессии Лиги наций в Мадриде.
Из всех требований были приняты некоторые второстепенные
и формальные „улучшения" в процедуре. Германия, торжественно
возвестившая о своем выступлении в „защиту" меньшинств, согласилась на предложенный компромисс и тем самым вопрос, касавшийся десяпжов миллионов населения, страдающего от чудовищного национального гнета, был исчерпан.
Приводим выступления
Штреземана,
Чемберлена и Бриана
в выдержках, в переводе с официальных стенографических
отчетов Лиги
наций.
Из речи Штреземана К

В 1919 г. в известной ноте представитель тогдашних
союзных и объединенных государств совершенно отчетливо
изложил основы и цели первого договора о меньшинствах 2 .
Новая форма охраны национальных меньшинств, — утвер1

Германский мининдел (ум. в 1929 г.).
Ссылка на письмо Клемансо, тогдашего французского премьера
(ум. в 1929 г.), представителю Польши Падеревскоыу (1919 г.), в котором
обосновывалась необходимость введения гарантии прав национальных
меньшинств и передала их Лиге наций. В дальнейшем Штреземан излагает содержание -этого письма. (Сост.).
2

47

ждает нота,—с необходимостью вытекает из новой системы
международных отношений, установленной фактом учреждения Лиги наций, и является ее существенной составной
частью.
Отторгнутые мирными договорами области заключают
в себе значительные народные группы, говорящие на ином
языке и принадлежащие другой расе, нежели население,
в состав которого они включены. Годы ожесточенной вражды разъединили эти расы. Эти народные группы с большой легкостью освоились бы со своим новым положением,
если бы заранее знали, что они действительно защищены
•от всякой угрозы несправедливого обращения или угнетения. Уже само сознание факта реального наличия этих
гарантий практически облегчило бы желательное сближение.
Но когда я противопоставляю эти принципиальные основоположения действительности, то я не в силах отрешиться
от чувства, что теория и практика не всегда между собой
•созвучны. Во всяком случае мы не можем игнорировать
того бесспорного факта, что сами меньшинства в чрезвычайно большой степени охвачены этим чувством и проистекающей из него тревогой за судьбы своей культуры. II неудивительно, если рождающееся разочарование выливается
в форму резкой критики по адресу Лиги н а ц и й Н е впервые также подобная критика приводит к обширным дискуссиям внутри Лиги наций.
Я не могу не вспомнить в этой связи дискуссию, вызванную в 1925 г. докладом по данному вопросу. В этом докладе
и дискуссии мы находим формулировки принципиального
характера о целях норм охраны меньшинств и о целях гарантий Лиги наций, формулировки, которые можно понять
так, как будто эти нормы" предусматривают лишь временный порядок, конечная цель которого—исчезновение меньшинств как таковых, т. е. их слияние с государственным
большинством населения. Если те выражения действительно
следует понимать, как некую теорию ассимиляции,—на что
указывает кстати ряд разъяснений, сделанных на дальнейших заседаниях Совета,-^-то я со своей стороны вынужден
буду решительным образом возражать. Подобная теория
:
IV съезд европейских меньшинств (буржуазных партий) в Женеве
(1928 г.) принял резолюцию, в которой указывал, что „Лига наций в течение своей более чем- восьмилетней деятельности не только не урегулировала вопрос о процедуре рассмотрения жалоб меньшинств, но и нѳ
выполнила взятых на себя обязательств... „Доверие 40 миллионов населения, принадлежащего к национальным меньшинствам, к Лиге наций как
к г а р а т у прав меньшинств в сильнейшей мере подорвано". (Соси? ).

48

противоречит совершенно ясным Положениям, обосновывающим новую защиту меньшинств, которая предполагается
как длительный порядок и не как переходная фаза лишь
для облегчения временных затруднений 1 .
О этим связан и другой пункт принципиального значения. Существующая в настоящее время процедура ограничивается рассмотрением поступающих в Лигу петиций. Она
не предусматривает никаких инстанций для осуществления
широкой гарантии, вверенной Лиге наций, независимо от
петиций. Между тем, Лига наций обязалась наблюдать
за перманентным проведением решений об охране нацменьшинств. Быть может именно эта мысль играла известную
роль при дискуссии об учреждении постоянной комиссии
по вопросу о нацменьшинствах '2. Во всяком случае я считаю необходимым установление такого положения, когда
Лига наций могла бы постоянно иметь сведения о положении
меньшинств.
Задача, возложенная на страны, связанные обязательствами по охране нацменьшинств, отнюдь не противоречит
суверенности государства.
Интерес, проявляемый одной страной к судьбам меньшинств другой страны и проявляемый, в виде обращения
к Лиге наций, не должен рассматриваться как недопустимое политическое вмешательство во внутренние дела чужого государства. Мне очень хорошо известны те политические возражения, которые будут выдвинуты против излагаемых мною положений. Говорят, например, о том, что права,
предоставленные нацменьшинствам, могут оказаться поддержкой противогосударственного движения, вызвать ирредентизм. Однако, я вовсе не того мнения, что наша эпоха
установила порядок на вечные времена. Об этом, впрочем,
совершенно ясно говорит даже устав Лиги наций... Совершенно неразумно утверждать, будто выступление в защиту
свободы прав культуры национальных меньшинств является
давлением на рычаг, способный привести к расчленению
1
Р е ч ь идет о докладе по вопросу о меньшинствах, сделанном в Совете Лиги наций в 1925 г. бразильцем Мелло Франко, где в ы д в и г а л а с ь
идея конечной ассимиляции меньшинств и з а щ и щ а л а с ь позиция Лиги
наций в этом вопросе. Идея постепенной „мирной" ассимиляции меньшинств как конечной цели договоров была в туманных выражениях
поддержана Чембѳрлѳном, тогдашним английским министром иностран-

ных дел. (Сост.)

2
Вопрос об учреждении постоянной комиссии по делам меньшинств
при Лиге поднимался неоднократно, но постоянно решался в отрицав
тельном смысле. На подобную „постоянную комиссию" особые надежды
в о з л а г а л II Интернационал (см. резолюцию Лондонской сессии исполкома

в 1929 г. на стр. 61). (Сост.)
4 Н".ц. в о п р о с

49

государства. Мирное сожйтельство народов может оказаться
тем прочнее, чем реже до уха мирового общественного мнения будут доноситься призывы о помощи от тех меньшинств, культурному бытию которых грозит гибель. Тот, кто
заступается за права человека на язык, расу, религию, без нарушения государственных границ, тот поддерживает дело
мира, а не призывает к разрешению вопроса насилием.
Каковы же пути, которые, оставаясь в пределах Лиги
наций и на основе существующих договоров, помогут нам
приблизиться к нашей цели?
Применяемая Советом процедура, центр тяжести которой
лежит в учреждении Комитета трех, создает в умах нацменьшинства—жалобщика — впечатление, что его голос не
услышан и что он оказался жертвой бездеятельности или
безразличного отношения Совета, ибо ему, меньшинству,
ничего неизвестно о результатах жалобы и, главное, ничего неизвестно о позиции собственного правительства
в данном вопросе. Это один из главных пороков, на который меньшинства единодушно и уже давно жалуются.
Практика привела к тому, что вся процедура, как правило, ограничивается рассмотрением петиции в Комитете
трех и никто из членов Совета, не входящих в Комитет,
ни о чем не информируется.
Мне думается, что как естественный вывод из первоначальных целей, поставленных Комитету при его основании,
в каждом отдельном случае Комитет должен сообщать членам
Совета о результате своей работы, для того чтобы последние могли действительно решить, угодно ли им продолжать
рассмотрение дела или не угодно. Далее следует найти
средство для оповещения меньшинствам уж в этой стадии
о судьбах их жалобы. Если нельзя решиться на непосредственное и официальное сообщение меньшинствам о результатах работ Комитета, то эта цель могла бы быть легко достижимой просто путем более широкой гласности всей процедуры.
Кроме того по-моему было бы весьма полезно ускорить
процедуру в Комитете.
Затем, как мне думается, следует обсудить, не выиграет ли
работа Комитета в смысле углубленности, если ему будет
предоставлена возможность вступать в сношения не только
с правительством меньшинства, но также и спрашивать дополнительных сведений представителей самого меньшинства
или других экспертов, если по ходу дела это покажется
целесообразным.
Необходимо допустить усиление Комитета трех, в зависимости каждый раз от серьезности рассматриваемого слу50

чая. При этом по-моему следовало бы пересмотреть решение Совета, принятое в 1925 г., которое"ставит участие отдельных членов Совета в Комитете в зависимость от определенных предпосылок К Я отдаю себе отчет в том, что
коснулся пункта, многими, вероятно, воспринимаемого как
особенно деликатный. Но я полагаю, что в интересах самого
предмета говорить здесь возможно более прямо. Мотивы того
решения коренятся очевидно в мысли, что те из членов
Совета, кои представляют страны, тесно связанные" с данным меньшинством, не всегда смогут проявить должное беспристрастие; либо же в опасении, как бы во-вне не создалось впечатление отсутствия такой беспристрастности.
Если бы я принимал участие в дискуссии по этому решению, то я, отдавая должное этим мотивам, все же высказался бы против него. Уже помимо той пользы, которую
может оказать осведомленность именно соответствующего
члена Совета, мне кажется принципиально недопустимым
не доверять объективности тех правительств, которые признаны достойными постоянно или временно состоять членами
Совета. Я полагаю, что во многих случаях участие членов
Совета, ныне исключенных из состава Комитета трех, значительно облегчило бы Совету выполнение высокой миссии
по охране национальных меньшинств, миссии, заключающейся в устранении политически опасных тревог и в обеспечении мирных отношений между заинтеросованными странами. И почему бы не довериться такту председателя Совета намечать всякий раз тех членов Совета, которых он
считает целесообразным включить в состав Комитета для
предварительного изучения вопроса.
Далее я считаю нужным снова сказать кое-что об уже
упомянутом мною вкратце другом плане, игравшем роль
во время дискуссии на последнем собрании Лиги. Это план
учреждения постоянной комиссии по делам меньшинств.
Это идея настолько большой важности, что нуждается в детальнейшем рассмотрении. И лишь в результате изучения
всех деталей, связанных с его осуществлением, и в частности изучения вопроса о функциях такого органа н отношении его к деятельности самого Совета, можно будет занять определенную позицию в данном вопросе.
Исходя из всех этих рассуждений, я прихожу к следующим заключительным выводам.
1
Речь идет о решении Совета о недопущении в „тройку" государства, могущего быть заинтересованным в положительном решении вопроса о меньшинствах (ем. выше стр. 13—14), (Сост.)

4*

51

То, что является моим желанием и что я настойчиво
предлагаю вниманию Совета,—это тщательное изучение всех
возможностей, которые могут способствовать улучшению
ф о р м а л ь н о й п р о ц е д у р ы р а с с м о т р е н и я петиц и й . Второе, о чем я прошу,—это заменить применяемый
до сих пор принцип устранения заинтересованных наций
от обсуждения принципам их привлечения. В-третьих, следовало бы подвергнуть изучению вопрос о том, каким образом может Лига наций осуществлять свой обязанности гаранта не только в плоскости петиций. Наконец, я считаю,
что необходимо разъяснить в духе, мною указанном, принципиальную сторону гарантии Лиги наций.
Я усматриваю идею, которая привела к созданию Лиги
наций и к возложению на нее гарантии охраны прав меньшинств, именно в стремлении Лиги наций к умиротворению напряженных отношений, созданных новыми условиями,
к умиротворению путем справедливого обращения с людьми
другой расы, другой религия и другого языка. Человечество стремится к идеалу; идеал этот—-вечный мир, хотя никто
не решится утверждать, что человечество когда-либо его
достигнет. Но мы должны сделать все, что в наших силах,
дабы создать предпосылки этого мира. Одна из этих предпосылок—это культурный мир между народами. И могущественнее параграфов и резолюций для дела вечного мира
окажется справедливое отношение к каждому, кто защищает свое жизненное право на собственный язык, собственную душу ж собственную веру.
Из речи Чэмбзрлена 1 .
Каждый из нас знает о том, как часто критиковалась
деятельность Совета, а еще чаще его бездеятельность—как
утверждают критикующие—в вопросе об охране нацменьшинств. Я приобрел некоторый опыт благодаря работе в
Комитете трех, о котором здесь так часто упоминалось.
Ответственные поручения, которые мы должны выполнить
в этом Комитете, права, которыми мы пользуемся, каковы бы
ни были их размеры, коренятся в самых договорах о меньшинствах, и Совет не вправе менять эти договоры или выходить за пределы указанных ими границ.
Договора предусматривают дружественное право любого
государства, члена Совета Лиги наций, обращать внимание
Совета на событие, которое по мнению этого члена представляет собой нарушение одного из договоров о менынин1 Английский мининдел в консервативном правительстве.

52

ствах. Этим самым на отдельное государство, представленное в Лиге наций, возложена неблагодарная, уродливая
задача. Мы еще не достигли такой степени солидарности
в международных делах, когда кто-либо из нас стал бы
приветствовать даже наиболее дружественное вмешательство другой нации в то, что мы считаем нашими домашними делами.
Поэтому Совет с согласия имеющих меньшинства государств принял систему, которая заключается в изучении
петиций и жалоб Комитетом трех. Иначе говоря, вместо
того чтобы каждому из членов Совета самому отдавать
себе отчет, достаточно ли оснований к тому, чтобы привлечь
внимание Совета к соответствующим фактам,—вместо этого
трое из членов Совета, время от времени избираемых из
нашей среды, берут на себя обязательство изучить петицию. Когда же эти трое членов считают необходимым довести обстоятельства дела до Совета, то они так и поступают.
Я полагаю, что в основном работа проделана хорошо, и
цель, поставленная договорами о меньшинствах, достигнута.
Я не говорю, что повсюду все удовлетворены. Проситель,
которому отказывают в просимом, очень редко бывает доволен; не чувствует себя удовлетворенным и правительство,
чье поведение подвергнуто критике. Но я думаю, что каждый беспристрастный человек, который имел бы доступ
к нашим дискуссиям, должен был бы быть удовлетворен
их ходом.
Я не намерен утверждать, что Комитет ни разу не допускал ошибки. Человек не может по природе своей не
ошибаться. Но—я надеюсь—не будет упущено из виду, что
Комитет должен учитывать как постоянные интересы меньшинств, так и интересы самого государства; не будет также
забыто, что для тех н для другого важнее всего научиться
жить в мире и дружбе и что со временем отпадает надобность прибегать к помощи петиций в адрес Совета, надобность в его вмешательстве, поскольку обе стороны сами
сумеют решить свои споры без вмешательства Совета.
В настоящее время отсутствуют какие бы то ни было
сведения о результатах исследований, производимых Комитетом трех. С гласностью сопряжены некоторые опасности,
которые нужно избегать. Так, например, существует опасность разжигания страстей; между тем, наш долг эти страсти замирить. Существует далее опасность, что при возбуждении общественного мнения мы можем отягчить положение петиционера и даже подвергнуть его опасности. Во
всяком случае секретность наших совещаний в Комитете
трех имела свои преимущества: благодаря ей правительство
53

могло итти на уступки, без опасений, что тем самым оно
умаляет свое достоинство или свой авторитет в глазах своих
граждан. В нашей же тайной исповедальне оно могло свободно признаваться и давать торжественные обещания, которые позже выливались в форму добровольных декретов и
законодательных актов, не продиктованных никаким иностранным авторитетом, и с тем большей легкостью предложить их возбужденному иногда общественному мнению
нации.
Тем не менее, я надеюсь, что в будущем удастся ввести
большую степень гласности, нежели существующая сейчас,
ибо я полагаю, что подобная гласность устранит много недоразумений. Она рассеет немало неприятностей и неудовольствий.
Второй пробел в современной системе—это нередко имеющие место длительность, проволочка окончательного решения. Но не так-то легко изыскать средства, как ускорить
нашу процедуру. Все же если бы нам удалось изыскать
путь для ускорения процедуры, хотя бы в более простых
случаях, то это оказалось бы с точки зрения каждого большим плюсом.
Я ни одного мгновения не предполагаю утверждать, что
следует стремиться к исчезновению или уничтожению культурных особенностей национальных меньшинств. Цель договоров—поставить меньшинства внутри государства в такие
условия, при которых эти меньшинства оказались бы лойяльными членами тех государств, к которым они принадлежат.
Я признаю перманентный характер договоров; но я хочу
надеяться, что необходимость обращаться за помощь^ к Совету не окажется перманентной, ибо со временем отношения
между национальными меньшинствами и государствами, к
которым они принадлежат, изменятся, и обращение к этому
органу окажется ненужным и нежелательным.
Меньшинствам были гарантированы известные права,
отчетливо отмеченные в договорах. Эти права поставлены
под защиту Лиги наций, и каждому государству, члену
Совета, предоставлено право дружественно обращать внимание Совета на все, в чем это государство усматривает
нарушение договора.
Это обязательство, возложенное на Совет, есть священный долг, которым Совет никогда не пренебрежет. Но одну
поправку внести необходимо. Если правительство государства связано известными обязательствами по отношению к
меньшинству, то и меньшинство обязано оставаться лойяльным подданным государства, частью которого оно явля54

ется. Право его, вытекающее из договора, базируется на
гражданской верности его по отношению к государству,
в которое оно входит; права меньшинств неотделимы от
их обязанностей. Утверждая одно, Совет должен иметь
в виду и второе.
Цитирование пункта 19 1 в связи с договорами о меньшинствах (как это делает Штреземан) может вызвать только
путаницу. Этот пункт неприменим к нашей сегодняшней
дискуссии. Совет и в будущем,—я верю в это,—сделает все,
что в его силах, дабы охранять права, гарантированные
меньшинствам этими договорами. Но Совет надеется, что
меньшинства, которые на эти права будут ссылаться, явятся
к нему с чистыми руками, с доказательством лойяльного
отношения к стране, частью которой они являются, и гражданской верности своему правительству.
Из речи Бриана 2.

Право меньшинств—это священное право. Я думаю, что
этот вопрос не вызывает расхождений во мнениях. Я считаю небесполезным открыто заявить—раз заговорили о справедливости, то, естественно, мы должны отнестись справедливо и к самим себе, и заявить, что в деле защиты меньшинств Лига наций ни минуты не пыталась освободиться
от своих обязательств, или, вернее, своего священного долга.
Но Лига наций есть то, что она есть; она соответствует
своему назначению. Она отягчена теми трудностями, которые лежат в природе вещей и специфическими особенностями своей конституции, далеко не простой.
По составу своему и правилам своим Лига наций обязана ставить уважение национального суверенитета выше
всяких разговоров. Таков господствующий принцип, и я
не стану дискутировать на эту тему. Главное усилие в данных обстоятельствах должно быть направлено на согласование принципа защиты меньшинств с уважением национальных суверенитетов.
Такова проблема в том виде, в каком она стоит; такова
подлинная трудность, которая становится на пути того, что
я назвал бы нашим мысленным идеалом.
Мы присутствовали при высоко интересной дискуссии
между доктором Штреземаном и сэром Остином Чемберленом. Наш немецкий коллега ознакомил нас сегодня утром
в чрезвычайно интересной и весьма благородной философ1
Пункт i 9 статута Лиги наций предусматривает возможность пересмотра „устаревших" мирных договоров при посредстве Лиги наций.
3
Французский миннндел.

55

ской речи со своим возвышенным идеалом. Сегодня пополудни, в другой речи, сэр Остин Чемберлен, имеющий несколько более длительную практику в Лиге наций, нежели
доктор Штреземан, и сталкивавшийся до сих пор в этой
практике с известными затруднениями, попытался примирить свой идеал с некоторой тревогой, внушенной идеалом
доктора Штреземана. Я думаю, что эта контроверза ставит
нас лицом к лицу с печальной действительностью нашего
обычного положения, не с абсолютным, а с теми грустными
фактами относительности, на которые мы осуждены.
Вот эту-то относительность я и ставлю перед собой,
когда заходит речь о меньшинствах. Я не собираюсь рассматривать вопрос о большей или меньшей длительности
положения вещей, об их вечности или кратковременности.
Я думаю, что неплохо оставить народам мысль о вечности;
это великолепная мысль. Она вселяет в них новые силы.
Она — гарантия длительности и одновременно гарантия
активности. Может случиться, что сегодняшние вечные
категории уступят свое место другим вечным категориям.
Но это не дело Лиги наций.
У д-ра Штреземана отличное мнение о людях и об их
объективности. Таково мое впечатление от его сегодняшней
речи, и я сердечно поздравляю его в этом. Правда, политическая практика быстро отнимает у нас некоторые иллюзии, тем не менее не следует упрекать государственного
деятеля, еще не совсем их растерявшего. Но люди суть
люди и не перестают быть ими даже тогда, когда им читают
доклады о благородных и возвышенных стремлениях. Совершенно очевидно, что доктор Штреземан и мы сами возвышаемся над отдельными случайностями, и не менее очевидно, что мы склонны рассматривать вопрос о меньшинствах в его наиболее возвышенных аспектах; что дух уносится к чисто объективным разрешениям. Если бы проблема
зависела от нас, то мы могли бы быть уверенными в благоприятном ее разрешении.
Увы, жизнь течет вне этих стен, и я никого не изумлю,
сказав, что в большинстве стран есть некоторое число людей—и не ничтожное,—проявляющих то, что я назвал бы
отвратительным вкусом к политике. И ради удовлетворения
этого своеобразного, но весьма распространенного аппетита,
они не задумываясь пользуются всем, в чем усматривают
пользу для своих интересов; и едва только заметят они гденибудь в новообразованных землях, которые составлены из
различных элементов, признаки волнений, огорчений, ненависти, недовольства, — они не замедлят использовать эти
чувства в целях выгодной политической акции.
56

Вместо того чтобы призвать меньшинства к спокойствию
и соглашению, к благоразумию, они говорят им слова ожесточения, вызывающие волнение и смуту.
Мы—место согласия и дружбы, наша жизнь целиком
подчинена делу обеспечения существования и длительности
этого согласия. Какие бы проблемы мы ни рассматривали,
мы должны стремиться поддержать этот мир, что далеко
не так легко. Но наш долг об этом заботиться, и я должен
сказать, что в этом направлении мы добились успеха. И поэтому нехорошо, когда нам затрудняют работу; и когда
достойные внимания чувства меньшинств использовываются
в качестве рычага для постепенного подрыва национальной мощи и авторитета правительств, когда пытаются постепенно объединять эти меньшинства в общий блок недовольства и вечных жалоб, и когда при этом добиваются
успехов, то, думается мне, все это не способствует созданию
атмосферы мира 1 . Что же вам угодно? Мы даже обязаны
испытать некоторую тревогу в этом отношении, ибо нельзя
отрицать, что известные усилия в данном смысле уже сделаны. Мы это недавно пережили, и наш долг обязывает
нас сказать меньшинствам то, что им слушать надлежит.
Когда речь идет о защите национальных меньшинств
в их стремлении сохранить свой язык, свою культуру, свою
религию и свою традицию, то это предполагает охрану
как бы маленькой семьи в лоне большой не ради ослабления этой большой, а ради обеспечения гармонии всех ее
составных элементов. Речь идет не об исчезновении меньшинств, но о таком виде ассимиляции, от которой нация
становится больше, а маленькая семья не становится от
этого меньше. Так, господа, понимаю я проблему меньшинств.
Для того чтобы данная проблема всегда ставилась в данных границах, не следует создавать в меньшинствах того,
что я назвал бы духом полемики, духом переворота. Не сле•дует возбуждать их на войну против нации, с которой им
предстоит жить,—в их же собственных интересах. Когда же
эта полемика приобретает слишком обостренный характер,
когда она слишком будоражит нервы и вызывает ожесто1
На пленуме Л и г и наций в сентябре Бриан заявил: „Берегитесь, это
(вопрос о меньшинствах)—деликатная проблема; нельзя допустить, чтобы
вопрос о меньшинствах стал своего рода рычагом для потрясения государств и нарушения мира; он не должен виоеть вечной угрозой над нашей работой... он не должен стать орудием войны, причиной трудностей...
нельзя допустить под покровом защиты меньшинств попыток значительных изменений существующего положения и создания новых причин
небезопасности".

57

чение и волнение, то может случиться, что затронутая нация будет защищаться, а не следует упускать из виду, что
эта самозащита всегда сильна. Я не понимаю, какой смысл
для меньшинства пускаться в подобный, достойный сожаления путь. Наоборот, в его же интересах непосредственное
улажение трений между ним и государством, в которое
оно включено.
Когда я обращаю свои взоры на послевоенную Европу,
то я вижу, что в некоторых странах меньшинствам не
только удалось устроиться с удобством, но даже в результате постоянного и все более тесного соприкосновения
между отдельными этническими элементами тон же нации,
принять участие в общественной жизни. Эти меньшинства
все чаще обращаются со своими заявлениями прямо и непосредственно к правительству, которому подчинены, излагая их соответствующим языком; и это большой успех,
когда какой-нибудь пункт регулируется без посредничества.
Я полагаю, что Совет Лиги наций также сочтет за большой успех, если до его слуха не будет доноситься эхо трений,
могущих возникнут), между государством и его меньшинствами.

58

II ИНТЕРНАЦИОНАЛ И НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС
В ПОСЛЕВОЕННОЙ ЕВРОПЕ

РЕЗОЛЮЦИЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ
РИАЛЬНЫМ ВОПРОСАМ.

В БЕРНЕ

ПО ТЕРРИТО-

Иернская конференция—первая конференция II
Интернационала
после войны — состоялась в феврале 1919 г. Резолюция дана в
переводе с немецкого.

Подобно тому, как социализм видит освобождение индивидуума внутри общества в создании новой производственной системы, отменяющей буржуазную эксплоатацию, он
убежден также, что подлинное устранение национального
гнета и эксплоатации возможно лишь одновременно с полным исчезновением классового государства. Подлинным
освобождением наций должно стать их освобождение от ига
капитализма.
Но так же как подлинная политическая демократия
могла бы уничтожить бюрократическое государство и
убрать стены, стоящие между народом и государством,
она в применении к международным отношениям обозначает снятие стен между нациями. И поэтому победа демократии во всех странах будет знаменовать собой гигантский шаг. вперед по пути к международному соглашению.
Эта победа отдает судьбы народов в их собственные руки.
Конференция усматривает в демократическом разрешении национального вопроса лучшее оружие в борьбе за
длительный и справедливый мир. Принудительное объединение народов, антагонистичных друг другу, в одно государство всегда было и всегда будет причиной международных осложнений и тем самым—угрозой миру. Таким образом национальный вопрос имеет международное значение
и может быть разрешен только путем международных соглашений, лучше всего в рамках какого-либо союза народов (Лиги наций). В противовес выявившимся в настоящее
время тенденциям закрепить государственные границы путем использования соотношения сил, созданного войной,
международная социалистическая конференция выдвигает
следующие основные положения. .
59

Конференция требует:
1. Признания за народами права самостоятельно решать
свою судьбу и вопрос о своей государственной принадлежности в рамках Лиги наций.
2. В спорных областях — решение вопроса о (государственной) принадлежности путем всенародного плебисцита
под контролем Лиги наций, решающей вопрос в качестве
последней инстанции.
3. Защита национальностей, меньшинств и болыиинств,
обеспечивается минимумом твердых прав, выработанных
Лигой наций и ею, при их применении, гарантированных.
4. При образовании новых государств или при вступлении
в состав уже существующих государств Лига наций должна наблюдать за тем, чтобы экономические интересы всех
затрагиваемых этими новообразованиями наций были обеспечены посредством договоров о торговых и других сношениях.
5. Возможность и в будущем менять границы по желанию народов или их частей после соответствующего народного плебисцита и с предоставлением Лиге наций права
окончательного решения.
6. Охрана населения зависимых областей, колоний и
протекторатов Лигой наций, которая обязана следить за тем,
чтобы создавались условия, необходимые для скорейшего
развития туземного населения до степени государственной
самоопределяемости,—путем создания школ, предоставления
на первых порах местной автономии, свободы печати, союзов и собраний и прочих политических прав.
Конференция протестует против всякой попытки исказить вышепоименованные основные положения и отвергает
поэтому:
1. Право победителя на контрибуцию и всякие союзные
договора, по которым какому-либо государству за его вступление в войну гарантирз^ется прирост территории за счет
чужих наций.
2. Установление границ но стратегическим соображениям.
3. Насильственные или замаскированные аннексии на
основании так наз. и с т о р и ч е с к и х притязаний или
мнимой э к о н о м и ч е с к о й целесообразности.
4. Создание положения „совершившегося факта" посредством предварительной военной оккупации спорных областей,
5. Создание любой экономической сферы влияния.
Конференция призывает пролетариев всех стран всеми
силами оказать давление на свои правительства, чтобы при
заключении будущего мира были осуществлены эти основные положения, и, таким образом, сделать мир длительным.
60

РЕЗОЛЮЦИЯ

Принята

ИСПОЛКОМА „СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО" И Н Т Е Р Н А Ц И О Н А Л А
НАЦИОНАЛЬНОМУ В О П Р О С У

на лондонской

сессии исполкома II
в феврале 1929.

ПО

Интернационала

Перевод с немецкого.

Принимая во внимание, что лишение прав и насильственная денационализация национальных меньшинств явняется одним из основных источников ненависти между
народами и тем самым постоянной угрозой миру, Исполнительный комитет напоминает о решениях Гамбургского
и Марсельского конгрессов и выдвигает в связи с предстоящим обсуждением вопроса в Лиге наций следующие
требования:
1. Международно-правовая защита национальных меньшинств должна быть распространена на все национальные
меньшинства, в частности на немецкое и славянское меньшинства в Италии, исключенные из сферы международноправовой защиты.
2. Международно-правовая защита национальных меньшинств должна быть расширена в том смысле, чтобы национальным меньшинствам, населяющим сплошные области,
было гарантировано демократическое самоуправление в этих
областях, а рассеянным меньшинствам—равноправие и свобода употребления своего языка, а также развития школы
и культуры.
3. Метод рассмотрения жалоб национальных меньшинств
в Лиге наций должен быть улучшен, в частности путем
создания для этих целей особого постоянного органа Лиги
наций.

61

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС В ПОЛЬШЕ

ИЗ ПОСТАНОВЛЕНИЯ III СЪЕЗДА КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ПОЛЬШИ О
НАЦИОНАЛЬНОМ ВОПРОСЕ.

Ill

съезд КП 7 состоялся в марте 1925 г. Резолюцию
дим в переводе с польского.

приво-

Современная Польша является государством национальностей, существование которого базируется не только на
классовом господстве польской буржуазии над массами
собственной нации, но и на ее господстве над массами тех
наций, которые включены вопреки их воле в границы польского государства (украинцы, белоруссы, литовцы), либо
рассеяны среди массы польского населения в качестве национальных меньшинств (евреи, немцы).
Вопрос сохранения власти польской буржуазией над
подчиненными нациями—это вопрос жизни или смерти современного польского буржуазного государства. Обладание
белорусскими и украинскими территориями делает Польшу
большим государством, сильным в военном отношении, и
позволяет ей играть значительную роль в международной
империалистической политике. Господство же над Зап.
Украиной и Зап. Белоруссией является одновременно одной
из важнейших экономических основ польского капитализма,
поскольку эти области служат для Польши источниками
сырья (лес. нефть) и обширным рынком сбыта; кроме того
десятки тысяч чиновников на так наз. „кресах" откармливаются за счет украинских и белорусских масс.
Особенно велико хозяйственное и политическое значение
кресов для класса крупных польских помещиков, общественный вес и политическое влияние которого вытекает
из факта владения огромными поместьями в Зап. Белоруссии и Зап. Украине.
Национальный гнет—орудие внутренней политики польской буржуазии, так как разжигание национальных антагонизмов чрезвычайно затрудняет классовую борьбу пролетариата; а национальное угнетение дает польской буржуазии в монопольное пользование ряд источников эксплоатации и возможность подкупать польские массы некоторыми
62

подачками. Буржуазия внушает им чувство принадлежности к господствующей нации, чувство солидарности с собственной национальной буржуазией, отрывая их от трудящихся угнетаемых наций.
Господствующие классы Польши, благодаря власти над
Зап. Белоруссией и Зап. Украиной, сумели приостановить
революционное движение в деревне, обещая безземельным
и малоземельным крестьянам земельные участки на колониальных территориях, т. е. на западных „кресах".
Таким образом господство над подчиненными нациями
оказывается одним из источников социального и политического могущества польской буржуазии, укрепляет ее классовую власть и углубляет рабство польских крестьян и
рабочих. Освободительное движение среди этих национальностей, разбивающее рамки польского капиталистического
государства и бьющее по самым основам классового господства буржуазии, является непременной предпосылкой
классового освобождения пролетариата и крестьянства
Польши—одним из основных условий победы рабоче-крестьянской революции в Польше.
Для подчиненных же национальностей единственный
путь к освобождению есть победа рабочего класса. Лишь
социальная революция сломит железный обруч милитаризма и империализма, сковавший современное польское
государство, и тем самым обеспечит подчиненным национальностям полную свободу национального самоопределения.
Из этой взаимной зависимости борьбы и освобождения
угнетенных наций и польских трудящихся масс вытекает
необходимость теснейшего неразрывного союза пролетариата
и крестьянства Польши с освободительным движением угнетаемых национальностей.
Для КПП, партии пролетариата вытекает отсюда, что
поддержка освободительного движения угнетаемых польским империализмом наций и организация его является
одной из важнейших ее задач.
КПП прокламирует право всех подчиненных наций на
самоопределение, вплоть до их отделения от польского государства.
КПП самым решительным образом разоблачает демократическую ложь мелкобуржуазной, народнической и социалпатриотической левицы, которая, стоя на почве империализма и способствуя буржуазии в ее иностранной и военной империалистической политике, сеет также иллюзии о
возможности разрешения национального вопроса в буржуазной Польше путем автономии, федерации, равноправия и т. д.
63

Польская буржуазия, удерживающая свою власть, свою
хозяйственную мощь и свое международное положение
исключительно посредством самой безудержной эксплоатации угнетаемых национальностей, не может пойти ни на
какие реальные уступки, не ставя тем самым под угрозу
свое собственное классовое господство, и не может отказаться от перманентной системы белого террора.
Подчеркивая снова и снова данное обстоятельство, КПП
вскрывает иллюзорность и ложь любых буржуазных реформ, показывая, что они не что иное, как маскировка политики гнета и денационализации.
КПП своей повседневной борьбой втягивает массы угнетаемых национальностей в борьбу пролетариата и крестьянства против диктатуры польской буржуазии и связывает
на деле их интересы с делом рабоче-крестьянской революции... КПП рассеивает сказки о неспособности украинцев
и белоруссов к созданию собственного государства, борется
с антинемецкой клеветой и в особенности с антисемитизмом, этим главным идеологическим оружием польской и
международной контрреволюции, самым убийственным ядом
для классового самосознания польских трудящихся масс.
КПП внедряет в сознание польских трудящихся масс понятие права каждой из подчиненных национальностей на
самостоятельное государственное существование и равноправие с польской национальностью в тех округах, где
большинство населения — польское. Она борется также с
теми колонизаторскими тенденциями в недрах рабочих организаций, как, напр., в профессиональных союзах, кооперативах и т. д., которые вносятся туда социал-патриотами
и низводят непольский пролетариат до уровня товарищей
второго разряда, устраняют их от участия в организации
и тем самым подрывают и затрудняют классовую борьбу
пролетариата.
Борясь самым решительным образом против польского
шовинизма, КПП отметает точно также и буржуазный и
мелкобуржуазный национализм в недрах угнетаемых национальностей как фактор, подрывающий' общую борьбу
народных масс всех национальностей с их общим врагом—
польской буржуазией и ее социал-соглашательскими лакеями. Она показывает, что этот национализм неминуемо
выводит на путь соглашения с польским империализмом.
Действительно, мы видим, как немецкий или еврейский
сеймовый клуб вопреки своей оппозиционной фразеологии
идет рука-об-руку с польской буржуазией, коль скоро заходит речь о мероприятиях против трудящихся масс. В лагере белорусских и украинских соглашателей мы наблю64

даем те же тенденции, естественно, в значительно более
слабой степени; они вытекают из страха перед развертыванием революции в Зап. Белоруссии и Зап. Украине и
перед воссоединением с соседними советскими республиками.
КІШ выступает поэтому против установления единого
фронта народных масс угнетаемой национальности с ее
имущими классами и организует народные массы всех национальностей для общей борьбы за уничтожение буржуазного строя, за диктатуру пролетариата, за всемирный союз
советских республик.
Ввиду того, что отдельные национальные проблемы,
вызванные фактом многонационального состава польского
государства, имеют специфический политический характер
и что, в частности, существует коренное различие между
национальным вопросом подчиненных наций, занимающих
сплошные территории, я вопросом о нетерриториальных
национальных меньшинствах, необходимо точнейшее определение лозунгов и методов работы в отношении трудящихся
масс отдельных наций.
Западная Белоруссия и Западная Украина.
1.

В областях белорусских, а отчасти и украинских борьба
за национальное и социальное освобождение достигла уже
значительного напряжения, создавая там революционную
ситуацию.
Специфической чертой национального движения в этих
областях является тесное сплетение профессиональных и
социальных факторов. Польский элемент представлен в Зап.
Белоруссии и Зап. Украине прежде всего в лице польского
помещика и бюрократа; борьба белорусеов и украинцев за
национальную независимость является в своей классовой
сущности прежде всего борьбой крестьянина за землю, которую экспроприировал у него и продолжает экспроприировать польский помещик.
Эта классовая сущность приобретает особую очевидность
благодаря специальным территориальным условиям белорусского и украинского движения. Значительное большинство белорусского и украинского народа живет вне границ
Польши, а именно на землях, освобожденных рабоче-крестьянской революцией, где оно образует советские республики, белорусскую и украинскую. Революция экспроприировала в этих республиках имущество помещиков и капи5 Нац. зопроо.

65

тал потоп, национализировала фабрики и передала земли
в руки крестьян. В меньшинстве белорусского и украинского народов, оставшемся под ярмом польской буржуазии,
естественно рождается тяга к соседним советским республикам.
Лозунг отделения Зап. Белоруссии и Зап. Украины от
Польши и присоединения их к соседним советским республикам отвечает как интересам населения областей, так и
интересам рабочих и крестьянских масс собственно Польши.
2.

Политика польского правительства по отношению к украинцам и белоруссам прошла через ряд фаз в зависимости от
того, какие именно классы и партии имели преобладающее
значение в политической жизни Польши.
Основная сущность этой политики на всех ее фазах сводилась к стремлению удержать белорусские и украинские
земли за Польшей как добычу, от которых польское государство, их аннексировавшее, по мотивам политическим,
милитаристическим и экономическим отказаться не может.
Ввиду слабости буржуазных и интеллигентных прослоек
у украинцев и еще более у белоруссов и ввиду... сравнительно низкой экономической структуры этих национальностей, польская политика на всех фазах спекулировала
на легкости полонизации белорусских и украинских масс
и их использования как этнографического материала в целях увеличения численности польского народа. Однако методы этой политики на разных фазах были совершенно
различные.
Мелкобуржуазная политика, выразителем которой был
Нилсудский, прибегала к помощи демократической и федералистической демагогии. Захватывая все новые области
на западе и стремясь к расчленению Советской России
ради распространения польского господства над огромными
территориями, заселенными украинцами, белоруссами, русскими, литовцами и т. д., Пилсудский старался использовать противоречия между интересами крестьянства и военными нуждами диктатуры пролетариата (военный коммунизм), обещая населению оккупированных польскими войсками земель свободу торговли и неприкосновенность имущества и убеждая их в том, что связь с Польшей гарантирует им национальную независимость и землю. Самым ретивым агитатором этих идеалов явились пепеэсовцы, которые и до того и после того до сих пор остаются партией,
беспрерывно призывавшей к войне с СССР и проповедую66

щей расчленение Советского Союза в целях освобождения
народов, им, якобы, угнетаемых.
Федералистическая политика Пилсудского, которая на
практике сводилась к восстановлению помещичьей собственности на оккупированных территориях, разбилась о мощный
союз революционных рабочих и крестьян и о планомерную
национальную политику советской власти. После крушения федералистических экспериментов и заключения мира
в Риге польская буржуазия повела на захваченных ею
территориях открытую аннексионистскую и полонизаторскую политику. Эта политика быстро убила последние
остатки иллюзий, еще живших среди белоруссов и украинцев, и чрезвычайно усилила тягу к советским республикам.
Правительство Грабского продолжает эндековскую 1 политику насилия. Однако для успокоения заграничного
капитала, согласного открывать кредиты лишь Польше
„внутренне спокойной", и в целях приостановки растущего
революционного движения на белорусских и украинских
территориях, правительство Грабского делает мнимые
уступки в виде языковых и школьных реформ и ищет соглашения с отдельными соглашательскими группами в
Зап. Белоруссии и Зап. Украине. Назначение Тугутта 2,
учреждение окраинной рады с участием украинских и
белорусских делегатов, проекты смягчения налогового бремени на кресах и более интенсивного осуществления там
земельной реформы—таковы этапы этой политики. ППС
всеми силами поддерживает ее, рассчитывая проектами
автономии снискать симпатии населения белорусских и
украинских территории и организовать соглашательские
элементы в этих областях, в специально для этой цели
созданных социал-соглашательских партиях.
Эти мнимые уступки не меняют фактического курса
польской политики, которая остается по отношению к украинцам и белоруссам все тою же политикой безудержного
истребления. Одним из грубейших орудий этой политики
является колонизаторство, т. е. наделение бывших польских
1
Н.-д.—народно-демократическая партия, партия крайнего польского
шовинизма, представляющая интересы польской крупной буржуазии,
господствующая партия в Польше вплоть до майского переворота 1926 г.
(Сост.)
2 'Гугутт, Станислав—буржуазный польский политический деятель,б. член крестьянской партии „Вызволение", выступил нз нее в конце
1924 г., когда вступил в реакционное правительство Грабского. Фигура
Тугутта, известного своим „либеральным" отношением к нацменьшинствам, должна была прикрывать собой продолжение политики безудержного национального гнета. (Сост.)

5*

67

фронтовиков землями, принадлежавшими крестьянам, войной заброшенным в Россию, или полученными в результате
переделов на основе земельной реформы, и использование
этих колонистов для удушения белорусского и украинского
движения. Стремясь по возможности противопоставить этому
движению другое равное ему по силе, правительство и имущие классы занимаются на подвластных землях разяшганием национального антагонизма и прилагают все усилия
к тому, чтобы сделать все польское население этих земель
опорой империализма и аннексии. Правительство старается
также всячески натравить еврейское население на белоруссов и украинцев.
Взаимоотношения между властями и польскими помещиками, с одной стороны, и белорусским и украинским
населением, с другой—в настоящий момент можно охарактеризовать, как состояние перманентной внутренней войны.
Революционное брожение среди этого населения ведет к быстрому росту влияния коммунистической партии, несомненно
самой сильной партии в Зап. Белоруссии и Зап. Украине.
Евреи.
1.

По отношению к еврейскому населению капиталистически-помещичья Польша ведет политику самого жестокого
национального экономического и политического гнета.
Кризис капиталистического хозяйства привел широкие
слои еврейских трудящихся масс в совершенно безвыходное положение.
Мелкая буржуазия, т. е. самый значительный сектор
еврейского населения в Польше, вытеснена из занимавшихся
ею до сих пор экономических позиций в торговле и промышленности и предоставлена всецело в области налоговой,
концессионной и т. д. произволу правительства, осуществляющего политику „разъевреивания торговли и промышленностн". Лишенная возможности найти новые источники
заработков, эта мелкая буржуазия обречена на систематическую пауперизацию, на пополнение рядов так наз. еврейской
„голытьбы", либо ищет спасения в эмиграции в Америку
или Зап. Европу, что. впрочем сейчас наталкивается на суровое ограничение иммиграции в САСПІ. Еврейским рабочим массам и широким слоям еврейской „голытьбы" закрыт
доступ во все правительственные учреждения и в промышленные предприятия, находящиеся в руках государства и
местного самоуправления, либо под их контролем. Еврей68

екая трудящаяся интеллигенция не допускается ни в какие
государственные и муниципальные учреждения и выталкивается даже из тех административных и судебных постов,
в которых она работала в течение ряда лет. (Главным образом в части, принадлежавшей прежде Австрии.)
Еврейское население Полыни лишено элементарнейших
гражданских прав. До сих пор не отменены статьи царского
уголовного кодекса, ограничивающие гражданские права
евреев. Под крылом буржуазных и мелкобуржуазно-пепеэсовеких властей происходили и по сей день происходят
антиеврейские погромы и эксцессы на территории всего
государства, а за последнее время — в Познани. Власти
прямо поощряют развитие самого дикого антисемитизма
в школах, введен фактически „нумерус клаузис" (процентная норма) при поступлении в средние и высшие учебные
заведения.
Признавая евреев за „вероисповедную группу", буржуазно-помещичьи власти отказывают им в каких-либо национальных правах, не допускают еврейского языка ни в администрации, ни в судопроизводстве и закрывают светские
школы, в которых преподавание ведется на еврейском языке.
Вместе с тем прилагают усилия к недопущению совместного
обучения еврейских и польских детей, в целях укрепления национального и вероисповедного антагонизма.
2.

Упорно подчеркивая, что лишь диктатура пролетариата
сметет стены еврейского гетто, до сих пор стоящие по воле
капиталистически-помещичьего правительства, и освободит
еврейские трудящиеся массы от социального и национального гнета,—КПП организует широкие массы еврейского
населения на почве его повседневных нужд для борьбы
под лозунгами гражданского и национального равноправия,
свободы культурного развития, признания прав еврейского
языка в администрации и судопроизводстве, государственной светской школы с еврейским языком преподавания,
свободного доступа евреев в общие школы и т. д.
Немцы.

Версальский договор отдал Польше территории, на которых рядом с польским население живет в качестве национального меньшинства миллионная масса немцев. Значителен также процент немецкого населения как рабочих, так
и мелкой н средней буржуазии в лодзинском текстильном
69

районе. Кроме того десятки тысяч немецких колонистов
рассеяны по всей стране.
Переход к Польше земель, прежде составлявших часть
Пруссии, оказался источником постоянных противоречий
между буржуазной Польшей и буржуазной Германией. Пока
оба государства останутся государствами капиталистическими, невозможно разрешение проблемы, приемлемое в равной мере для обеих сторон. Проблема объединения Верхней
Силезии, этого целостного хозяйственного организма, страдающего экономически от искусственного расчленения, при
нынешних условиях не может быть разрешена мирным путем,—и оба государства стремятся к ее разрешению силой
оружия, путем новой войны. Так же обстоит дело и с вопросом о Померании, так наз. для Польши,—это вопрос доступа
к Балтике, а для Германии — вопрос сухопутной связи
с Восточной Пруссией. И если Германия стремится к разрешению проблемы посредством ликвидации „корридора"—
Польша хотела бы разрешить ее, став на путь дальнейших
аннексий,—на путь захвата Данцига и Восточной Пруссии.
Будучи не в силах разрешить национальный вопрос
путем привлечения на свою сторону национальных меньшинств, ценой обеспечения за ними прав на свободное национальное развитие, каждое из государств хочет разрешить проблему на своей территории посредством голого
насилия. Немецкое правительство руками социал-демократического палача Герзинга, проливавшее рабочую кровь
в Верхней Силезии до плебисцита, душит сейчас в германской Верхней Силезии все польское, насильно германизирует поляков и организует провокационные процессы
польских заговорщиков.
Польское правительство, в свою очередь, потрудилось
над тем, чтобы сократить процент немецкого населения
в б. прусской Польше и в Тешенской Силезии, применяя
варварские методы насилия, отказывая в приеме в подданство, натравливая на него фашистскую улицу. Особенно
грубо все эти методы проявились в Силезии, где сокращение численности немецкого населения достигалось путем
выбрасывания тысяч людей из домов на улицу, уничтожения имущества, насильственного принуждения к оставлению страны иод угрозой смерти.
Польское правительство продолжает применять истребительные меры по отношению к немецкому населению, изгоняет немецкий язык из школы, преследует немецкие политические и просветительные организации, обезземеливает
крестьян и б. немецких колонистов в Великой Польше и
в Померании.
70

КПП самым решительным образом борется с этим национальным гнетом, всей своей тяжестью обрушивающимся на
трудящиеся классы, на немецких рабочих и крестьян, так
как жмущие классы немецкого населения, образующие именно
в Верхней Силезии и в Лодзи экономически наиболее сильный капиталистический элемент Польши, сумели оказать
давление на польское правительство и добиться соглашения с польской буржуазией. Точно также и представители
польского капитала в Силезии вроде Корфантого отлично
столковались с немецкими капиталистами, помогая им спекулировать и обкрадывать казну и совместно эксплоатируя
я угнетая пролетариат обеих национальностей.
КПП борется против преследований немецкого языка и
немецкой национальности, требует полного уравнения в правах немецкого языка с польским в школе, администрации
и суде во всех округах, где имеется немецкое меньшинство. Ведя агитацию на почве этих требований, КПП использует враждебное настроение, вызванное политикой польского правительства в широких массах немецкого населения, для втягивания этих масс в революционное движение.
КПІІ разоблачает империализм обоих борющихся буржуазных государств, стремящихся сохранить положение
вечной войны на своих территориях вдоль польско-германской границы; она показывает, что это положение вещей
может быть прекращено лишь путем крушения власти
буржуазии в обеих странах и установления советской власти, единственной власти, способной обеспечить обеим нациям абсолютную свободу национального развития и мирного сожительства в пределах союза советских республик.

71

ИСПОЛКОМ КОМИНТЕРНА О НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКЕ ПОЛЬСКОГО ФАШИЗМА
И ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ УКРАИНСКОЙ БУРЖУАЗИИ.

Приводим выдержки из постановления ИККИ, вынесенного в августе 1927 г. в связи с расколом в КП(б)ЗУ.

Международный империализм... организует крестовый
поход против СССР. Для выполнения этой задачи империализм сделал ставку на фашистскую Польшу. Польский фашизм усиленно готовится к войне против СССР и организует, в первую голову, силы для удара против Советской
Украины. Для этого ему необходимо обеспечить свой тыл
и войти в полный контакт и сговор с украинской буржуазией.
После разгрома украинского национального революционного движения против польских помещиков в 1919 г. западноукраинская буржуазия вначале еще шла за национально-революционным движением трудящихся масс Западной Украины и даже пыталась им руководить. Однако
после окончательного захвата Западной Украины Польшей
западноукраинская буржуазия постепенно отходит от революционной борьбы и становится на почву нелегальной
оппозиции к польской государственной власти.
В то же время в экономической, социальной и национально-революционной борьбе трудящихся масс Западной
Украины начинает приобретать все большее значение рабочий класс, руководимый коммунистической партией, которая в последнее время стала подлинным вождем этого
движения.
Обеднение масс, диференциация села, национальный
гнет — все это за последние годы стало могучим рычагом
организации украинских народных масс под руководством
пролетариата и коммунистической партии и вело к дальнейшему обострению борьбы между пролетариатом, беднейшим крестьянством и частью среднего крестьянства Западной Украины, с одной стороны, и польской буржуазии и
помещиками—с другой.
Это же толкало украинскую буржуазию, кулаков и их
политические партии на переход от оппозиции к соглашению с польской буржуазией и помещиками.
Рост украинской буржуазии и обострение классовой
борьбы на Западной Украине толкали украинскую буржуа72

зию к агрессивным действиям против СССР. Для прикрытия этих комбинаций она выбросила лозунг всеукраинства,
т. е. объединения всех украинских земель в самостоятельное украинское буржуазное государство.
Такую программу украинская буржуазия надеется осуществить ценой полной передачи Западной Украины под
власть панской Польши и превращения всей Украины
в колонию для международного капитала под сапогом польского фашизма.
Таким образом подлинная физиономия „всеукраинства"
ведет к угнетению всего трудового украинского народа под
властью украинской буржуазии, польского и международного фашизма.
Этот политический перелом во взглядах украинской
национальной буржуазии был зафиксирован в решениях
такой политической организации, как УНДО (Украинское
национально-демократическое объединение), которая стала
на путь украинского воинствующего национализма против
ССОР.
Одним из наиболее серьезных мотивов перехода украинской буржуазии на сторону польского фашизма была потеря веры в буржуазное перерождение Советской Украины.
Экономический и культурный рост Советской Украины и
консолидация сил СССР толкали украинскую буржуазию,
потерявшую почву среди широких рабоче-крестьянских
масс Западной Украины, на путь поисков поддержки польского фашизма. Частичная экономическая и политическая
стабилизация Польши \ ее поиски рынков, стремление
выйти к Черному морю и восстановить границы 1772 г.,
что возможно только в результате интервенции, увеличивает роль и значение украинской буржуазии для польского
фашизма как в подготовке этой интервенции, так и в момент войны с Советским Союзом.
Вслед за украинской буржуазией идет верхушечная
часть украинской мелкой буржуазии, которая питает иллюзии насчет возможности удовлетворить свои потребности
в рамках польской буржуазной государственности.
Эти процессы переориентировки украинской буржуазии
были ускорены активной политикой польского фашизма
с момента последнего переворота Пилсудского. Кое-какие
уступки польского фашизма украинской буржуазии, видимость изменения в сторону улучшения национальной политики на Западной Украине, парцелляция и комасация,
финансовая поддержка украинской буржуазии и кулачеВ 1927 г. (Сост.,)
73

ства, заигрывание с украинской мелкой буржуазией — все
это укрепляет сговор польского фашизма с украинской
буржуазией против рабочих и крестьян Западной и Советской Украины.
Понятно, что на данном историческом этапе стремления
польской и украинской буржуазии совпадают. Однако, ясно,
что политика польского фашизма ведет к тому, чтобы,
использовав всякие формы украинских национально-буржуазных организаций, подчинить все это движение своим
интересам. Внутри страны польский фашизм стремится
разбить, разложить, взорвать изнутри все революционные
организации рабочих и крестьян, использовав для этой
цели подкупленную украинскую буржуазию и ее политические организации.
Украинская буржуазия при обострении непримиримой
социальной борьбы с рабочими и крестьянами Западной
Украины, намереваясь расширить свою эксплоататорскую
работу в масштабе „всеукраинетва" и потеряв веру в буржуазное перерождение Советской Украины в силу фактов
культурного и экономического роста всех народов СССР,—
украинская буржуазия стала на путь воинствующего украинского фашизма в союзе с фашистской Польшей против
рабочих и крестьян Украины и Польши.
Польский фашизм, идя на сговор с украинским националистическим петлюровским лагерем, не только не ослабляет экономического, политического и национального гнета
в отношении широких трудящихся масс украинского народа, но с помощью этого лагеря еще более усиливает гнет,
применяя систему голого террора и ряд сложных маневров, направленных на разложение и деморализацию сил
пролетариата. В первую очередь его удары направлены
против компартии и широких рабоче-крестьянских масс
Западной Украины и их организаций. Одним из наиболее
острых орудий польского фашизма, применяемого для разложения и деморализации рабоче-крестьянских масс Западной Украины, является клевета и инсинуации против Советской Украины, ее национальной политики и культурноэкономического строительства. Среди широких масс он
пытается создать ложное представление о строительстве
социалистической Украины. Он стремится привить массам
мысль, что Советская Украина как государство не существует, что есть Малороссия, Юг России, под пятой великодержавной Москвы и что все разговоры о строительстве
Советской Украины, ее культурных и экономических достижениях есть ложь. Истинное же освобождение и расцвет
украинский народ переживает, по их мнению, только в борьбе
74

с Москвой, в тесном союзе с буржуазно-фашистской Польшей Пилсудского. Одновременно с этим польский фашизм
огнем и мечом разрушает и подрывает силы украинского
пролетариата и крестьянства (Владимир-волынский процесс 151 украинских рабочих и крестьян, расстрел рабочих
и крестьян в Стрие, Надвирной Дзвиняче, Луцкий процесс
77-ми). Все это—подготовка к будущему наступлению на
СССР. Итак, в Западной Украине идет консолидация украинской буржуазии и польского фашизма против СССР,
против рабочих и крестьян Западной Украины и Польши.
В ближайшей связи с этой общей подготовкой польским
фашизмом похода против УССР и СССР находится парцелляционная политика на Западной Украине. Пилсудский,
в отличие от политики прежних правительств, пытается
разрешить иным образом „земельную реформу". При помощи
банков и подкупа украинской буржуазии создается слой
сельских „пилсудчиков". ІТо линии аграрной и кредитной
политики польский фашизм сделал ставку на привлечение
на свою сторону украинского зажиточного крестьянства и
верхушки среднего крестьянства путем увеличения их земельных участков и предоставления им ряда льгот. Итак,
сделан практический шаг к заключению договора между
украинским кулаком и польским помещиком. Этот шаг
представляет собою попытку разоружить революционное
движение крестьянства и защитить польского помещика от
украинского крестьянина-бедняка.
При том обнищании крестьянских масс, которое мы видим на Западной Украине, эта „реформа" не даст желанных
для польского фашизма последствий. Достаточно отметить,
что земельная нуждаемость западноукраинекого крестьянства очень велика. В Полесье крупные земельные собственники владеют 49,4% всей годной земли, на Волыни—34,1%,
в Львовском воеводстве—31,3%, в Станиславовском—37,1%,
в Тарнопольском—33,5%, тогда как среди крестьянских хозяйств преобладают мелкие хозяйства — менее 5 гектаров.
Их на Волыни—51%, в Полесье—44%, в Восточной Галиции—79,5 %. В Галиции почти половина хозяйств имеет по
2 гектара земли и даже меньше. Ясно, что только пролетарская революция по-настоящему разрешит аграрную проблему украинского хозяйства.

75

IV СЪЕЗД КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ПОЛЬШИ О НАЦИОНАЛЬНОЙ
ПОЛИТИКЕ ФАШИЗМА.

IV съезд КПП состоялся в конце 1928 г.

В области национальной политики фашистское правительство, усиливая эксплоатацию и угнетение трудящегося
населения покоренных народов, применяя дикий террор по
отношению к широчайшим трудящимся массам и уничтожая революционные элементы, стремится п р и в л е ч ь н а
свою с т о р о н у б у р ж у а з и ю , з а ж и т о ч н о е крестья н с т в о и и н т е л л и г е н ц и ю у г н е т е н н ы х и покоренных народов путем уступок и обещаний.
В Западной Белоруссии и Западной Украине эта национальная политика Пилсудского в основном преследует те
же цели, что и политика эндеков с той только разницей,
что он прибегает к более ловким и комбинированным методам: к парцелляции в пользу кулаков и предоставлению
кредитов соглашательским организациям (УНДО, Павлюкевич), субсидии на постройки жилищ и на переселение,
льготы в области родного языка, в администрации, судопроизводстве и школьном деле, открытие низших должностей для кулацко-интеллигентиых элементов. Пилсудский
пытается при помощи этих слоев и представляющих их
украинских и белорусских соглашательских партий тем
успешнее бороться против освободительного национального
движения, укрепить господство помещиков и капиталистов
и создать базы в Зап. Белоруссии и Зап. Украине для
военного нападения на СССР. Этой цели служит так наз. „федерализм" Пилсудского, который постоянно служил орудием войны и завоевательной политики в отношении Литвы,
Белоруссии и Украины, Лозунг независимости Украины,
„федералистические" лозунги по отношению к Белоруссии
имеют целью привлечь к Пилсудскому кулацкие и нэпманские элементы за советским рубежом. Внутреннее назначение этих лозунгов заключается в усилении влияния украинских, белорусских и литовских соглашателей в народных массах н является приманкой для интеллигенции угнетенных народов. Эта политика служит для втягивания части
населения Зап. Белоруссии и Зап. Украины к активному
участию в войне против СССР, а равно для непосредственной подготовки военных действий путем контрреволюцион76

ного брожения, саботажа, диверсионных действий йа советской границе.
Пилсудский привлекает еврейскую буржуазию, допуская ее к участию в государственных поставках и кредитах
Польского банка, укрепляя еврейскую клерикальную реакцию (организация" религиозных общин на окраинах, принудительное обучение религии в начальных школах и др.).
Политика фашизма грабит и угнетает не только пролетариат, но и еврейскую мелкобуржуазную бедноту. Мелкие
уступки в области родного языка не меняют того факта,
что правительство ведет экстерминационную политику, что
3 миллиона евреев лишены в Польше возможности учиться
в школе на родном языке, что еврейские рабочие удалены
из государственной промышленности. Немецкую буржуазию
Пилсудский объединяет в едином фронте с буржуазией
всей Польши против трудящихся масс и против СССР. Он
пользуется поддержкой немецких промышленных магнатов.
Фашизм пытается привлечь мелкобуржуазные элементы
антиэндековской и антикорфантовской фразеологией, применяя одновременно репрессии по отношению к немецким
школам.

77

НАЦИОНАЛЬНЫЙ TEPFOP В ПОЛЬШЕ

Проводимые запросы белорусских и украинских
депутатов
в
польском сейме (из книги «Запросы белорусских и
украинских
депутатов в польском сейме»; Минск 1927) дают
представления
о методах управления
Польшей своими „меньшинствами",
находящимися под „защитой" Лиги Наций. Хотя упомянутые
факты
относятся к 1924—1926 гг., но они ни в коем случае не
устарели,
как об этом свидетельствуют факты „пацификации"
Зап. Украины в 1930 г. (см. ниже) или разоблачения
ужасов луцкого застенка, в нашей печати относящиеся
тоже к 1Ù30 г.
Из „спешного предложения" депутатов украинского и белорусского клубов по д е л у о колонизации на так каз. „восточных кресах" (окраинах) Польской республики.

В 1921 г., после заключения Рижского трактата, когда
была определена восточная граница Польской республики
на так наз. „восточных кресах" (окраинах), т. е. белорусских и украинских областях, правительство Польской
республики начало раздавать земли польским колонистамсолдатам за их деятельное участие в войнах Польши с соседними государствами, а именно—с Советской Россией,
Литвой и Германией. Солдаты польской национальности
получили земли в Белоруссии и Украине как из имений
помещиков и из имений Крестьянского поземельного банка,
таж и из земель беженцев, не возвратившихся к своему хозяйству из России и прочих чужих краев. Бывают и такие
случаи, что делятся и раздаются колонистам общинные
крестьянские и сервитутные земли, иногда покрытые лесом, который колонисты продают, лишая таким образом
крестьян выгона и леса.
Особенно усиленно раздаются „оеадникам" (колонистам)
земли, принадлежащие православным владельцам; земли же,
принадлежащие владельцам-католикам, если иногда и
распределяются, то только худшие, малопригодные для
земледелия. Как видим, исконные белорусские и украинские земли правительство Польской республики раздает
не местным безземельным и малоземельным гражданам, а
преимущественно польским солдатам, прибывшим из Галицип, Познани и Конгрессувки 1.
i Б ы в ш е е „Царство Польское".

78

Разоренное же войною местное крестьянство, большая
часть которого целыми годами была на чужбине, ныне уже
тяряет надежду получить кусок земли для улучшения
тяжелых условий своего существования.
Поэтому понятно, что отношение белорусского и украинского крестьянства к такой колонизационной политике,
какую применяет польское правительство на так наз. восточных кресах (окраинах), явно враждебное, а отсюда проистекает враждебное настроение белорусского и украинского крестьянства и к самой Польской республике.
Вот такое издевательство над правами и интересами
местного крестьянства относительно распределения земли
и одновременно с этим чрезвычайная поддержка наплывающего извне польского элемента и являются великой
социальной несправедливостью, возбуждающей ненависть
к польской земельной политике на так наз. восточных кресах.
Такая аграрная политика в белорусских и украинских
областях является пагубной для совместной жизни народов
на так наз. восточных кресах, а вместе с тем является нарушением исторических и моральных прав белорусского и
украинского народов.
Спешное предложение д е п у т а т о в Белорусской крестьянсхоработнидкой громады по делу о т е с о в ы х арестах, полицейской терроре и бесчеловечных пытках и ' и з д е в а т е л ь с т в а х
над белорусскими крестьянами.

Насилия полиции над белорусским населением не
только продолжаются, но все более и более увеличиваются
и доходят до невероятных размеров. Население уже настолько терроризировано и настолько убеждено в полной
безответственности пытающей его полиции, что оно даже
не'жалуется на своих палачей.
Однако, несмотря на это, из всех углов Западной Белоруссии к нам приходят известия об отвратительных издевательствах полиции над беззащитным населением.
Полицейский террор применяется повсюду и систематически. Мучения и пытки, которые применяются к незаконно
и без всякого основания арестованным белорусским крестьянам, попирают самые элементарные права человека. Неслыханная система допроса белорусских крестьян польской
полицией напоминает на.м варварскую эпоху и средневековые времена. Описания мук и пыток, которые переносят
арестованные, вызывают дрожь отвращения и ужаса. Нет
никакого сомнения, что эта „деятельность" полиции существует с согласия и ведома администрации и ответственных
органов власти.
79

Факты: пыток, совершаемых над арестованными, не случайны и не настолько исключительны, чтобы их можно
было считать зверским деянием того или иного полицейского служащего. Они непрерывно повторяются в разных
местностях и по отношению ко всем арестованным. Это—
система, это уже—метод. Низшие полицейские служащие
не отважились бы на эти всеобщие и отвратительные пытки
над арестованными крестьянами, если бы они не имели на
это соответственных наставлений свыше и если бы им не
была обеспечена полная безответственность.
Вот каков в общих чертах метод истязаний белорусских
крестьян: прежде всего бьют по большей части связавши.
Цель—вынудить показания, которые сама полиция диктует;
она бьет до тех пор, пока истязуемый не повторит этих
показаний за диктующим и не подпишет составленного
протокола. Бывают и такие случаи, что целью пыток служит не вынужденное показание, а просто дикий акт мести
или скотское удовлетворение садизма полицейских. Бьют
по лицу, голове, плечам, по груди и т. д. или кулаками,
или тупым твердым оружием, или резиновыми палками и
шомполами. Повсюду принято бить по пяткам. Всегда
повторяется вливание воды с уксусом через нос, что вызывает кровотечение из легких. Всегда применяются уколы
под ногти и уколы тела. Бьют обыкновенно до потери
сознания, после чего приводят в чувство, часто огнем, снегом или уколами, потом снова пытают и издеваются. Часто
случается, что с целью сделать невозможным следствие по
жалобе истязуемого приводят служащих из других постов
государственной полиции или завязывают жертвам глаза.
Был даже факт, что для этой цели приготовили ведро
глины, которою замазывали глаза и рот истязуемого. Рот
закрывают тряпками, чтобы не слышно было стонов.
Полной регистрации лиц, подвергнутых пыткам, нет,
так как террор всеобщий и нужно было бы, пожалуй, учредить целый регистрационный аппарат, дабы достигнуть
этой цели. Наконец, большая часть потерпевших даже не
смеет жаловаться, боясь безнаказанной и всемогущей полиции. Бывают случаи, что даже семья подвергшегося пыткам
и жители целой деревни скрывают в мрачном молчании
случаи отвратительных полицейских насилий, и иногда
только через несколько месяцев доходит известие об этом
до общественного сведения. ,
Вот несколько фактов, дат и имен.
Во второй половине января сего года арестован целый
ряд людей в деревнях Кокошицах и Шиловке Слонимского уезда. Арестованных держат до сих пор в штабе
80

слонимской полиции и бесчеловечным образом пытают.
Симону Романовичу из д. Шиловки приковали кандалами
руки к ногам и связанного таким образом били до потери
сознания. Его приводили в чувство прикладыванием горящей папиросы к рукам и груди, а когда это не помогло—
обложили его снегом. Боль и холод привели несчастного
в чувство и после этого его снова истязали отвратительным
способом.
Федора Ковалевского из д. Шиловки таскали за волосы,
потом привязали ему руки к ногам и били по пяткам до
потери сознания. Так же, как и двух предыдущих, пытали
Матвея Гараську; Леонид Рурский," которому кроме упомянутых выше пыток прибавили еще вливание воды с уксусом в нос, несколько раз терял сознание во время истязаний. Так же мучили Семена Добрыяна и Матвея Добрыяна; Ивана Лукашенку пытали таким же образом, как и
предыдущих, а кроме того кололи ему тело и поливали
эти уколы уксз7сом. Павла Солтыса били и провоцировали.
Демьяна Гараську и Семена Романовича подвешивали под
руки по нескольлу раз в день и морили голодом. Кроме
упомянутых в д. Шиловке арестовали еще 10 человек.
Когда производили принудительную продажу имущества с аукциона за недоимки, арестовали сельского старосту деревни Кокошиц, Черемской волости, Слонимского уезда, Александра Добрыяна за то, что он осмелился просить
об отсрочке аукциона ввиду большой бедности жителей.
За это „преступление" его взяли на полицейский пост,
куда приехали также палачи из уездной полиции в Слониме. Добрыяна пытали от 9 до 12 чае. ночи. Завязали ему
глаза тряпкой и заткнули рот, а когда он силился сорвать
тряпки,"1 то замазали ему глаза и рот глиной. Били его так,
что он несколько раз терял сознание. Истязание происходило в присутствии коменданта государственной полиции
в Коетяновичах № 1377. После полуночи истерзанного выкинули за двери, не составив протокола. Факт этот произошел в октябре истекшего года, а широкие массы белорусской общественности узнали об этом только в конце
января сего года.
12 нюня прошлого года в д. Малой Берестовице, Гродненского уезда, арестовали Антона Ситько и посадили в
острог в Гродне. Около 15 августа прошлого года его перевезли в д. Калисники того же уезда на пост государственной полиции, где и производили допрос. Здесь прежде
всего его 3 дня морили голодом, потом били его по лицу,
по сгибам рук, по груди п пяткам. Чтобы вести его назад
в Гродно, приготовили для него специальный воз с соло6 Нац. вопрос.

81

мой, потому что он не мог сидеть в автомобиле. Даже тюремная администрация признала необходимым отослать его
в тюремную больницу, где он и до сих пор находится и не
может поправиться...
В д. Костенево, Слонимского уезда, в декабре прошлого
года местный стражник потребовал от жителя той же деревни Степана Мандрукевича, чтобы тот принял в свою
избу вещи его сестры. Мандрукевич отказался. Тогда
стражник арестовал непослушного, повел его на местный
пост государственной полиции, отдал его коменданту поста
№ 1377,'который сразу начал бить арестованного по лицу.
Мандрукевич бросился бежать, но был задержан в дверях
другим полицейским, который так крепко схватил его за
голову, что ногти впились в тело до крови. После -этого
завязали ему рот полотенцем, повалили его на землю и
били „по чем попало и сколько влезет". Когда озверелые
полицейские уже насытились битьем связанного человека,
они заковали ему руки и ноги в кандалы, кроме того связали ноги и руки, приковали к стене и пробовали воздействовать на него террором. В тот же день его, измученного
пытками, освободили и выбросили на улицу, причем полицейский сказал, что Мандрукевич должен молчать и не
выдавать своих мучителей, в противном случае „пропадет
как собака" (дословно приводим эти выражения).
28 октября, во время массовых арестов в Несвижском
уезде, арестовали Михаила Карповича, из д. Туращины,
Несвижского уезда, и привезли на пост государственной
полиции в Ницовицы, где по делу арестованного составили
протокол: заведующий экспозитурой Пухальский, служащие
Михаил Сулетицкий, Дэн и другие. Чтобы заставить арестованного подписать составленный полицией протокол,
подвергли Карповича следующим пыткам: вырывали волосы
из головы, били кулаками в лицо, в нос и по всему телу,
всаживали булавки под ногти, били резиновой палкой по
пяткам, кололи тело булавками, сжимали пальцы между
створками дверей, на поваленного на землю арестованного
палачи садились и били его револьверами по горлу и наиболее чувствительным местам тела. Под конец приставляли
ему револьвер к голове, угрожая, что застрелят. Ночыо
31 октября снова повторили описанные выше пытки, причем служащий государственной полиции Михаил Сулетицкий так сильно ударил арестованного по уху, что лопнула
барабанная перепонка.
2 февраля сего года арестовали в д. Лесках, Брестского уезда, Захара Грисковского и отправили его на пост
государственной полиции в Каменец-Литовск. Протокол по
82

делу арестованного составляла политическая полиция в
Бресте, причем требовали от него, чтобы он согласился
подтвердить поставленные ему обвинения. А когда он отказался, то били его ио груди, хватали обеими руками за
горло так, что он задыхался, потом бросали его на землю
и таскали за волосы, били ногами по груди и животу.
В истязаниях принимали участие также служащие государственной полиции из Выеоко-Литовска № 20. После сковали арестованного и отдали его полицейскому № 435,
который так сильно толкнул его, что под его напором открылись дверн. От скованного продолжали требовать, чтобы
он признался в предъявленных ему обвинениях, и снова
били. На следующий день в 12 час. ночи арестованного
снова допрашивал, еле держась на ногах, пьяный полицейский (фамилия его начинается на букву 0)—и снова его
били и пытали до потери сознания. В результате всех этих
пыток арестованный подписал ложный, составленный полицией протокол, чтобы избавиться от дальнейших истязаний.
6 февраля сего года арестовали в д. Воле, Брестского уезда., Ефима Цибулю и отправили его на пост государственной полиции в Брест-Литовск. Во время допроса
арестованного били до потери сознания, чтобы вынудить
показания, нужные полиции. Бил полицейский, фамилия
которого начинается на букву 0. Истязуемый, которого
таскали за волосы и били кулаками, повторил продиктованные ему показания, чтобы спасти свою жизнь. За малейшее противоречие во время составления протокола
арестованного прижимали к стене и били, пока он не
соглашался повторять диктуемые ему показания.
3 февраля прошлого года арестовали в д. Кривлянах,
Брестского уезда, Дорофея Гука и отправили его на пост
государственной полиции в Каменец-Литовск, где с целью
вынудить показания арестованного били кулаками по
лицу, голове и шее и по всему телу, а также били ногами
так, что истязуемый потерял сознание и упал на землю.
Тогда один "из полицейских вытащил его на двор, где
его обливали водой, чтобы привести в сознание. Приведя
в чувство, полицейский ударил его в грудь и снова завел
в помещение поста, где пытки повторялись. Будучи не в
силах заставить арестованного дать какие-либо показания,
отвели его под конвоем домой. По дороге сопровождавший
его полицейский сказал арестованному, что если он при
следующем допросе не даст нужных полиции показаний,
то его будут бить так, чтобы кровь лилась ручьем и кожа
слезла с тела, и под ногти будут загонять булавки. Когда
6*

83

на следующий день вечером этого же Гука снова арестовали и привели на пост в Каменец-Литовок, он подтвердил
все, что от него требовала полиция, лишь бы избавиться
от пыток.
6 февраля прошлого года в деревне Кривлянах, Брестского уезда, арестовали Игнатия Гаврилюка и отправили
его на пост государственной полиции в Каменец-Литовек,
где требовали or него дать показания, нужные полиции.
Когда он отказался, били его кулаками по голове, лицу,
груди и т. д. Чтобы заглушить крики истязуемого, душили
его за горло и угрожали, что задушат, если осмелится
кричать. После пыток арестованный подписал тот протокол,
какой был желателен полиции.
3 февраля арестовали в упомянутой деревне Григория
Садовского и отправили на пост в Брест-Литовок. Здесь
повторилась описанная выше история. Опять вынужда л и
показания, били и пытали, причем в истязаниях принимал
участие тот же полицейский, фамилия которого начинается
на букву О. Арестованный под воздействием террора подписал составленный полицией протокол.
Ночыо с 15 на 16 декабря арестовали 12 крестьян из
д. Ировляны, Адэльской волости, и из д. Кнушевичи, ПІудяловской волости, Гродненского уезда. Всех арестованных
били и подвергали пыткам, чтобы вынудить показания.
Одного из них, крестьянина Шаха, истязали таким способом: связали его так, что руки обнимали колени, а через
согнутые локти и колени просунули шашку и связанного
избивали до такой степени, что истязуемый поломал шашку.
Кроме того влили ему через нос несколько бутылок воды
с уксусом.
Массовые аресты белорусских крестьян произведены в
уездах: Слонимском, Белостокском, Августовском, Вельском
и Виленском.
ВАРШАВА,

2

мартл

1926

г.
БОЛЕЕ

50

ПОДПИСЕЙ.

Запрос д е п у т а т о в сеймового клуба белорусской селянско-работнидной громады г, Пилястру вероисповеданий и народного
просвещения, г. Министру внутренних дел по д е л у о беспрестанном преследовании белорусской школы учебной и административной властью.

Белорусские земли на протяжении 1915,1916, 1917, 1918,
1919, 1920 и 1921 годов были ареною всемирно-исторических
событий, разоривших этот край как в экономическом, так и
84

в культурном отношении: имущество из нашего края вывозили как на восток, так и на запад, а что не могло быть
вывезено, то уничтожали и сжигали его на месте; все культурные силы были призваны в войска или вывезены под
давлением со стороны проходившей там армии. После заключения мира в Бресте высланные из края крестьяне
стали возвращаться на свои уничтоженные хозяйства; холод,
нужда п голод воцарились среди населения, расселившегося
в окопах, блиндажах и землянках и боровшегося за свое
существованпе. Белорусское население начало открывать
своп родные белорусские школы, преодолевая все те препятствия, которые чинили этому населению оставшиеся русские люди, или польское общество, или яге, наконец, оккупационные власти, сменявшие все время одна другую.
Школы стали открываться не по одной, а десятками и
сотнями. За все время немецкой оккупации и „Средней
Литвы" на территории белорусских областей возникло до 400
белорусских начальных школ. В 1919 г., чтобы подготовить
преподавателей, были открыты в Свислочи и в Вильне курсы
для белорусских учителей, а после окончания этих курсов
учителя стали насаждать науку среди белорусских детей.
Так быстро созданное белорусское школьное дело расширялось, пока не был заключен Рижский трактат. С этого
времени дело пошло иначе, несмотря на культурно-национальные гарантии, предоставленные национальным меньшинствам Рижском и Версальским трактатами, а также § 109
и 110 закона от 17 марта 1921 г. о конституции Польской
республики. Польская власть, чувствуя себя владычицею
иашего края, до самого последнего времени не только не
дает возможности развиваться белорусской школе, но до основания разрушает и уничтожает даже и то, что еще осталось.
Школьные инспектора стали преобразовывать белорусские
школы в польские или совсем их закрывать.
Еще до принятия сеймом закона от 31/ѴІІ—1924 г. крестьяне представляли школьным инспекторам приговоры
сельских сходов и просьбы об открытии белорусских школ,
но ни одна из этих просьб не была удовлетворена: наоборот,
разрушались и последние белорусские школы.
После издания закона от 31 июля 1924 г. относительно
белорусской школы белорусское население снова начало
добиваться ее и опять стало составлять сотни приговоров
сельских сходов об открытии белорусских училищ или
о замене существующих польских школ белорусскими. Несмотря на препятствия со стороны волостных старшин, отказывавшихся заверять подписи на упомянутых приговорах
сходов, несмотря на террор со стороны полиции как явной,
85

так и тайной, и со стороны польских учителей, снова направились к школьным инспекторам делегации с просьбами
об открытии белорусских школ. Однако, даже получив эти
сотни приговоров сельских сходов п сотни просьб, учебное
начальство пи одной белорусской школы не открыло, а
ссылаясь на то, что еще нет соответствующих обязательных
распоряжений, открывало против воли населения польские
школы с изучением в некоторых случаях и белорусского
языка, как отдельного предмета (с целью избавиться от настойчивых просителей). Не дождавшись правительственных
•белорусских школ, белорусские крестьяне осенью 1924 г. п
в начале 1925 г. начали открывать, параллельно с польскими,
частные белорусские школы. На просьбу уполномоченных и
белорусских школьных товариществ в Вильне и Радашковичах о легализации частных белорусских школ учебное начальство до последнего времени никакого ответа не дало. Таким
образом, эти школы функционировали полуофициально, а
большая часть их И совсем тайно. П О Ч Т Е все дети перешли из
польских училищ в частные белорусские школы. Заметив
эту опасность, угрожающую существованию польской школы,
школьные инспектора, но легализируя и не закрывая частных белорусских школ, не знали, что п делать. Они начали
налагать иа родителей денежные штрафы за то, что их дети
не ходят в польские школы. Таким образом, большие штрафы
были наложены на жителей деревни Бакуны и других селений Ііружанекого уезда, деревень Угріінь, Лядины, Хинявичп, Оавичи, Пруды и иных в Слонимском уезде; то же
было и в других уездах. Несмотря иа эти штрафы и преследования, частные белорусские школы крепко держались
и даже открывались новые. Тогда администрация приняла
весьма суровую меру против белорусской школы—закрыла
67 частных белорусских школ и наказала денежными штрафами учителей этих училищ, уполномоченных лиц и владельцев домов, где помещались эти школы, сельских старост и других людей, заботившихся об открытии упомянутых школ. При этом были арестованы и отданы под суд
учителя частных школ в Слонимском уезде—Надежда Капитанчик, которая была перед этим приговорена староством
в административном порядке к 7 дням ареста и к штрафу
в 63 злотых, а мировым судом по § 129 уголовного Уложения была наказана штрафом в 50 злотых. Учительница
Мария Белоусова, Вера Котрач, Янина Дорик, сельский староста Ярецко и многие другие были уволены и привлечены
к судебной ответственности, а наглость лпц, выполнявших
этот приказ, дошла до того, что даже учебники были частью
конфискованы, а частью уничтожены, и несчастные дети
86

остались без школ, без учителей и даже без учебников.
Из числа приблизительно 400 школ до нынешнего дня осталось в Вяленской области: 1 (в Вяльне); в ІІовогрудской
области: 1 (в Новогруд. у.) и в Гродненской области: I (в
Гродне); остальные закрыты, преобразованы в польские или
как сохранившиеся в Вяленской области 18 школ, преобразованы в двуязычные.
Не лучше обстоит дело и с средней белорусской школой;
до заключения Рижского трактата белорусские гимназии
существовали в Вильне, Радошковичах, Будславе, Городке,
ІІесвйже и Новогрудке, а во время существования Средней
Литвы—для Ошмянского уезда была далее открыта белорусская учительская семинария, которая, когда Впленское воеводство перешло под польскую власть, была ликвидирована
этой властью после трехмесячного своего существования. Как
административная, так и учебная власть пользовалась и теперь
пользуется всеми возможностями и самыми разнообразными
средствами, чтобы ликвидировать н среднюю белорусскую
школу: закрыли белорусскую школу в Городке-Внленском
и в Будславе Вилейского уезда, а в 1924 г. Несвижское
староство выбросило на улицу белорусскую гимназию из помещения, нанятого ею и отремонтированного на ее собственные средства. Эта гимназия вынуждена была в продолжение
трех лет ютиться в разных тесных и несоответствующих
помещениях; попечитель полесского школьного округа запретил принимать в белорусскую гимназию мальчнков-белоруссов, он же отказался утвердить в должности директора
этой гимназии, якобы по причине отсутствия у него польского гражданства, а тот же самый кандидат в другом
школьном округе утвержден в этой области; наконец, в 1923 г.
попечитель, видя, что обманным способом задавить белорусскую гимназию не удается, закрывает ее, оставляя в своем
округе белорусскую молодежь без какой бы то ни было
белорусской средней школы и мотивирует это тем соображением, что „белорусское население не ощущает необходимости
иметь белорусскую школу".
Когда осенью 1924 г. новый уполномоченный представил
этому попечителю сто пятьдесят деклараций от белорусского
населения и стал добиваться открытия белорусской гимназии с белорусским языком преподавания, то попечитель вынужден был считаться с фактом и сначала дал согласие
на вторичное открытие белорусской гимназии. Однако вместе
с тем попечитель поставил столько условий и требовал выполнения стольких формальностей, что гимназия, уже открытая после приема учеников в 7 класс, вынуждена была
закрыться, il снова 150 учеников—юных белоруссов — оста87

\\
лись без школы и без науки в ноябре месяце, когда во всех
школах занятия уже шли. Вот каким способом окончился
учебный год, H гимназия в 1 9 2 3 / 2 4 г. не существовала.
В 1921 г., когда тот же самый уполномоченный, с большим количеством прежних учеников, сорганизовал белорусскую гимназию уже не в Несвиже, а в Клецке, того же
уезда, и выполнил абсолютно все требуемые попечителем
формальности в отношении здания, учителей, заведующего,
и сверх того, по требованию попечителя представил экзаменационные списки учеников и их документы с 1-го и до 7-го
класса включительно, то попечитель убедился в том, что
факт существования гимназии уже отрицать нельзя. Чтобы
опять не допустить ее открытия, попечитель поехал в Варшаву и там, посоветовавшись с министрами просвещения
и внутренних дел, неожиданно отказал этому гражданину
дать полномочия на открытие гимназии и, таким образом,
в третий раз ликвидировал белорусскую гимназию якобы
потому, что „уполномоченные враждебно настроены к польской государственности"'. В третий раз после открытия учебного года белорусская молодежь осталась без школы н оказалась выброшенной на улицу.
Вот те методы и способы, которыми пользуется польская
власть по отношению к белорусским школам с целью их
ликвидировать. Три гимназии в Буделаве, в Городке-Виленском и в Несвиже, а также и учительская семинария в Ворунах уже стали жертвами этой власти.
Оставшиеся гимназии, благодаря самопожертвованию и
выдержке белорусского учительства и общества, еще коекак живут, хотя никакой помощи от польской власти они
не получают, никаких прав для поступления в высшие
польские школы власть не дает воспитанникам этих гимназий, не предоставляет им и отсрочки отбывания БОННСКОЙ
повинности и даяге не дает права пользоваться наравне
с учениками польских школ льготным проездом по железной дороге.
О высшей белорусской школе в Польше нет и речи.
Власть якобы пробовала дать белорусской молодежи возможность слушать лекции по белоруссоведению в Виленском
университете. В 1921 г. был открыт при Виленском университете отдел белоруссоведения. Но это белоруссоведение,
во-первых, собирались читать не на белорусском языке, а
на польском, а, во-вторых, лекции профессора-поляка были
такими тенденциозными, что отдел этот был закрыт, ибо
ни один белорусский студент не мог заставить себя ходить
на подобные лекции.
В конце концов появилось после столь долгого ожида88

распоряжение министра просвещения от 7 / 1 — 1 9 2 5 г..
о введении в жизнь закона, изданного 31/ѴІІ—19І4 г., каковое распоряжение устанавливает порядок открытия белорусских школ там, где никаких школ еще не было, а также испособ преобразования польских школ в белорусские. Казалось бы, что после закрытия белорусских училищ, послесотен безуспешных приговоров сельских сходов об открытии
белорусских школ — это распоряжение совершенно не поощряло крестьян добиваться своей школы. Однако же, в действительности, белорусское общество проявило свою сознательность и мощь в борьбе за родную школу. Тысячи деклараций были написаны родителями, желающими иметь,
белорусскую школу; несмотря на безрезультатность своих,
стараний, крестьяне целыми сельскими обществами несли
декларации в волости, чтобы согласно распоряжения заверить подлинность подписей как можно скорее—до 81 марта
1925 г.; но здесь, в волостях, нужно было преодолеть продолжительные и сильные затруднения со стороны волостных,
старшин, которые хитростью, обманом, угрозами и другими
способами хотели уклониться от засвидетельствования подписей родителей белоруссов. Сколько раз нужно было ходить в волость за 10—12 километров, чтобы заставить волостного старшину выполнить обязательное для него распоряжение о непременном и притом бесплатном засвидетельствовании подписей.
Здесь мы приведем нескрлько фактов бесчисленных нарушений закона этими самодержцами, которые, не желая допустить открытия белорусской школы, откладывали засвидетельствование подписей на декларациях до самого последпего дня подачи заявлений.
Перечислим только те волости, из которых приходили
о нам известия 1. Б Вилейском уезде волостные старшины
Молодеченской и Хотенчицкой волостей мотивировали отказ
в засвидетельствовании тем, что не имели соответствующих
распоряжений от староетв. В Дуниловичском уезде волостной старшина ГІорплшіекой волости требовал за засвидетельствование гербовой сбор (что противоречит распоряжению мин. внутр. дел от 12/11 1925 г.), а волостной старшина
Парафиановской в. отказался заверить подписи без всяких,
объяснений... В Воложинском уезде волостной старшина
Полочанской в. Михаил Леган до 31 марта (последнего
дня подачи деклараций инспекторам) не заверял подписей,
уклоняясь от этого самыми разными способами—то обещал
НЕЯ

1
Из м н о г о ч и с л е н н ы х примеров, п р и в е д е н н ы х в „запросе", п р и в о д и м
л и ш ь н е б о л ь ш у ю ч а с т ь наиболее ярко х а р а к т е р и з у ю щ у ю метод п о л ь с к и х
в л а с т е й . (Сост.).

89

.заверить „завтра", то прятался, то был переутомлен и т. н.
В Волоковыском у. волостной старшина Свислочской в. Феликс Дыринда категорически отказался в засвидетельствовании подписей, выгнав заявителей из здания волостного
правления и нагло и цинично отзываясь о белорусском языке
и школе. В Пружанском у. волостные старшины вообще отказывались заверить подписи. В Столпецком у. волостной
-старшина Сверженской в. категорически отказал в засвидетельствовании подписей на декларациях, и родители учащихся в этой волости вынуждены были пересылать свои
декларации через белорусский депутатский клуб в министерство внутренних дел. В Ошмянском у. волостной старшина Сморгонской в. терроризировал заявителей угрозой,
что всех их посадит в тюрьму; полиция также устраивала
всякого рода затруднения для тех людей, которые хотели
подать вышеупомянутые декларации, производили обыски
у заявителей, у учителей, у уполномоченных, конфисковали
декларации, издевалась над белорусским языком и школой,
добиваясь того, чтобы были указаны лица, распространявшие
декларации и писавшие их, и т. д. Чины полицейского
участка в Сновской в., Несвижского у., произвели обыск
у жителей, а также и в доме уполномоченного в д. Высокая
Липа и конфисковали декларации. В Столпецком у. полиция произвела обыск у заявителей в м. Новый Свержены
в Вилейском у. комендант Хотенчицкого участка терроризировал уполномоченного заявителей Виктора Шеремета, издевался над ним, над белорусской школой, над языком и над
заявителями.
Школьные инспектора, принимая от уполномоченного
декларации, отказывали в выдаче квитанций, которыми уполномоченные должны были доказать, что они подали декларации в руки инспектора; уговаривали родителей учащихся
взять обратно уже поданные декларации о белорусской школе и дать согласие на открытие польской школы с белорусским языком, в качестве лишь отдельного предмета преподавания. Школьные инспектора принуждали население
к этому не только непосредственно сами, но поручали и
другим лицам, как, напр., польским учителям, действовать
в этом направлении—уничтожать декларации о белорусской
школе или внушали, например, агентам христианской демократии терроризировать заявителей угрозой, что если те
очень упорно станут добиваться белорусского училища, то
не будет никакой школы; далее, школьные инспектора обещали позаботиться о материалах для построек, если родители согласятся взять обратно свои белорусские декларации и т. п.
DO

Для иллюстрации приводим следующие факты. Школьный инспектор Опшянекого у. не выдал квитанции уполномоченному Янчуковичу, насмехался над белорусским языком и требовал представления метрик учащихся. Школьный инспектор Вилейского у. уговаривал уполномоченных,
чтобы они просили не о белорусской, а о польской школе,
так как по окончании белорусской школы учащиеся не получают никакой службы. В этом же уезде весьма ловко
вели агитацию против белорусской школы и в пользу польской учителя польских училищ в Сухарях и Цядичах Курепицкой волости, угрожая людям даже арестами. По этому
же уезду разъезжали агенты-инспектора, выдававшие себя
среди запуганного населения за инспекторов, и на сельских сходах вели агитацию за то, чтобы родители взяли
назад свои декларации, выражавшие желание иметь белорусскую школу и подали новые, требующие польской школы.
После того, как их агитация не имела успеха, они стали
вызывать поодиночке родителей учащихся в отдельную
комнату и там, обманным способом, при помощи разных
угроз, принуждали их брать назад свои декларации (эти
факты происходили в деревнях Габииове, Савине, Лпцовизниках, Быховщнне, Пукнях, Саковичах, Куренце, Куренецкой волости и в д. Великом Селе Молодеческой волости).
Другие агенты выдавали себя за уполномоченных Белорусского депутатского клуба, которые явилпсь якобы с целью
•содействовать крестьянам в подаче заявлений и старались
выманить и уничтожить белорусские декларации (д. Оетрово,
Куренецкой волости)... Школьный инспектор Гродненского у.
совсем не выдал квитанций уполномоченным и требовал,
чтобы все родители лично явились к нему и представили
метрические свидетельства детей, записанных в декларациях... Учительница польской начальной школы в д. Скуратове, Косовской в., шпионскими способами терроризировала родителей, подавших декларации о белорусской школе,
добиваясь, чтобы они указали ей лиц, писавших декларации, и угрожая арестом уполномоченных, и, наконец, изливала на своих учеников всю злобу... Инспектор Несвижского
уезда отказался принять декларацию после 31 марта, несмотря на то, что срок подачи деклараций был продлен до
30 апреля (д. Труеково, Сновской в.). Школьный инспектор Пружанекого у. не выдавал уполномоченным квитанций
в получении деклараций, угрожал, что не откроет никакой
школы, и старался выяснить, кто именно советовал подавать декларацию о белорусской школе (д. Рудники, Смолевичской в. и др.). Учитель' польской школы в д. Смоляницах, Носковекой в., возмущенный тем обстоятельством,
91

что в его районе поданы декларации о белорусской школе,
дико издевался над детьми в своем училище.
Несмотря на тысячи препятствий со стороны местной
администрации, тайной и явной полиции, школьных инспекторов и польских учителей, белорусское население в самое
короткое время подало декларации на 412 белорусских
школ. Это значит приблизительно на 20 ООО детей.
Согласно с этим учебная власть должна была бы в настоящем году открыть 412 белорусских училищ, но в действительности она не открыла ни одной белорусской школы;
и даже оставшиеся 18 белорусских училищ преобразуют в
двуязычные, чисто же белорусские школы, которые хочет
иметь местное население, власть даже и не думает открывать, нарушая'таким образом § 3 закона от 31 /VII—1924 г.,
где говорится об открытии чисто белорусских учебных заведений.
С целью не допустить возникновения белорусских школ,
учебные власти пользуются разными способами, стараясь
признать недействительньцщ поданные декларации.
Признавая недействительными декларации о желательности открытия белорусских школ, власть одновременно с
этим терроризирует местное белорусское население, имея в
виду таким способом не допустить подачи новых таких же
деклараций. Аресты, происходившие в начале марта 1925 г.
в Новогрудском воеводстве (1386 лиц), где население наиболее энергично подавало упомянутые декларации,—в других частях Белорусского края еще продолжаются (Белостокское воеводство, Полесье и Виленщина). Более сознательные крестьяне и белорусская интеллигенция, принимавшие активное участие в составлении декларации, почти
все были арестованы, а многие из них и по нынешний
день еще сидят в переполненных тюрьмах, обвиняемые якобы в агитации и в принадлежности к противогосударственным организациям; их бесчеловечно истязают, заставляют
сознаваться в том, чего хочет полиция.
Подтверждаем еще раз, что белорусская школа со времени занятия польскою властью Белорусского края совершенно уничтожена.
Все это ведет к той цели, чтобы скорее ополячить белорусское население и задушить белорусскую культуру. Самым важным моментом во всем этом крестовом походе польской власти против белорусской культуры является то обстоятельство, что все эти нарушения законов происходят
не только благодаря поблажкам, но и в полном согласии с
намерениями польской центральной власти. Все злоупотребления, обиды и издевательства, причиняемые белорусS2

сам польскими государственными чиновниками, остаются
совершенно безнаказанными, благодаря чему чиновники хорошо поняли, как вообще должны они относиться к белорусской культуре и школе, а также и к самим белоруссам,
заинтересованным этим делом.
Демонстрируя на европейском форуме свою якобы терпимость но отношению к национальным меньшинствам,
польское правительство твердо ведет свою политику национального угнетения этих меньшинств, особенно же белоруссов.
ВАРШАВА, 3 0 ДЕКАБРЯ

1 9 2 5 Г.
ПОДПИСИ.

93

Р Е З О Л Ю Ц И Я V С Ъ Е З Д А К П П (1930 г.).

Национальный вопрос и задачи

партии.

I. П о л о ж е н и е т р у д я щ и х с я м а с с в З а п а д н о й
У к р а и н е и З а п а д н о й Б е л о р у с с и и и их б о р ь б а
против польской оккупации.
1. Обострение противоречий капиталистического мира, являющееся самым основным признаком третьего периода
в развитии послевоенного кризиса капитализма, находит яркое отражение в области национального вопроса.
Ленинская линия в национальном вопросе, борьба всей КПП
за самоопределение порабощенных наций до отделения и
присоединения Украины и Западной Белоруссии к УССР
и БССР, борьба против всяких проявлений национального
угнетения, мобилизации широких трудящихся масс на
почве борьбы против фашистского гнета и оккупации—
ныне являются более чем когда-либо существенным фактором, подрывающим капиталистическую стабилизацию, углубляющим кризис фашизма, приближающим массы к решительному бою с фашистской диктатурой.
Рост национально-освободительного движения в оккупированных польской буржуазией Украине и Западной Белоруссии, углубление классового характера этого движения,
рост гегемонии пролетариата и руководящей роли коммунистической партии в национально-освободительном движении, продолжающаяся радикализация рабочих масс угнетенных наций (евреев н немцев), а на другом полюсе—установление более тесного сотрудничества буржуазии порабощенных наций с польским фашизмом и социал-фашизмом
в борьбе против революционного движения и СССР—вот
наиболее характерные черты современного положения в
области национального вопроса в Польше.
Дальнейшее неизбежное обострение, углубление и расширение революционной национально - освободительной
борьбы будет происходить на почве углубляющегося экономического и политического кризиса фашистской диктатуры,
исход из которого польская буржуазия ищет между дрочим
по линии еще большего обострения колониального характера своей политики в отношении Украины и Западной
Белоруссии и по линии усиленного национального угнетены

ния в отношении украинских, белорусских, еврейских, н е мецких и литовских трудящихся масс. При такой ситуации
возрастает влияние на трудящиеся массы порабощенных и
угнетенных наций пролетарской национальной политики и
социалистического строительства в СССР и все больше возрастает роль коммунистической партии, как руководителя
борьбы против оккупации и национального угнетения.
2. Колониальная эксплоатация Украины н Западной
Белоруссии польским империализмом, большая, нежели в
Польше, роль феодальных пережитков, ликвидированных
фашистским правительством способом, направленным протни
самых жизненных интересов широких масс трудящегося
крестьянства, особенно острое малоземелье и задолженность
крестьянских хозяйств, преобладающий в оккупированных
территориях тип мелких и средних промышленных предприятий, более подверженных результатам кризиса,— все
эти факторы привели к тому, что хозяйственный кризис
раньше всего проявился на Украине и Западной Белоруссии и именно там особенно тяжелым бременем ложится на
плечи широчайших масс населения. Экономический кризис
еще больше ухудшил состояние нефтяной промышленности
в Западной Украине, где уже ряд лет падает производство
нефти. Особенно сильно кризис отразился на лесной промышленности, имеющей основное значение для хозяйственной жизни Западной Украины и Белоруссии, послужив
причиной лишения работы десятков тысяч пильщиков и
лесных рабочих. Так яге сильно хозяйственный кризис отразился на текстильной промышленности (Белосток), на
стекольной промышленности в Западной Белоруссии, на
кожевенной, строительной, металлической (Перемышль-Gaнок) и пищевой промышленности.
Результаты чрезвычайно остро отразились на еврейских
рабочих, преимущественно занятых в ликвидируемых массами мелких предприятиях (отсутствие какого-либо обеспечения по безработице). Антисемитская политика бойкота,
проводимая фашистским правительством, также является
одним из факторов, усиливающим безработицу среди еврейского пролетариата (устранение еврейских рабочих из монополий и т. д.).
Широкие еврейские мелкобуржуазные массы особенно
сильно ощущают результаты хозяйственного кризиса, который разоряет сотни тысяч ремесленников и мелких еврейских торговцев, увеличивая, таким образом, ряды еврейской бедноты.
Процесс централизации капитала, происходящий на
Украине и Западной Белоруссии в нефтяной, лесной и хи95

мнческой промышленности в условиях хозяйственного кризиса, еще более ухудшает положение широких трудящихся
масс, обостряет безработицу, ведет к дальнейшей пауперизации мелкой буржуазии и служит причиной разорения
ряда ремесленных и торговых предприятий. Подобны этому
.результаты капиталистической рационализации, которая особенно ярко выявляет свой хищнический характер в завоеванных территориях.
Острый сельскохозяйственный кризис в Польше, выражающийся в падении цен на сельскохозяйственные продукты, щ значительном расхождении ножниц между ценами
иа сельскохозяйственную и промышленную продукцию, особенно сильно выступает в Белоруссии и Западной Украине.
Это объясняется тем, что там сельскохозяйственный кризис
переплетается с результатами колонизационной политг;ки, С
применяемой в отношении к ним хищнической политикой
{напр. наводнения в Западной Украине, являющиеся результатом вырубки лесов, хронические неурожаи в Западной
Белоруссии и т. д.).
Положение широких трудящихся масс деревни еще более ухудшает налоговый гнет, особенно беспощадный в Западной Белоруссии и Украине (усиленные дорожные повинности в связи с приготовлениями к войне).
3. На почве экономического и политического кризиса
фашистской диктатуры на территориях Западной Украины
и Белоруссии особенно обостряется классовая борьба. О росте революционных настроений и революционной активности пролетариата свидетельствует ряд таких боевых выступлений, как демонстрации 1 ноября 1929 г. в Львове, демонстрации рабочих Сокала, героическая борьба работаюіцих и безработных в Саноке, боевые первомайские демонстрации в Вильне и ІІинске, упорная борьба безработных в
Белоруссии, двухмесячная забастовка рабочих фабрики
ІПтрем в Львове, продолжительная забастовочная борьба на
стекольных и кирпичных заводах в Белоруссии.
Одновременно растет брожение в широких массах трудящегося населения деревни, выражаясь в аграрных забастовках и революционных выступлениях на почве фашистской аграрной политики, в активном сопротивлении фашистской комасации, в непризнании ликвидации сервитутов и
в продолжающемся пользовании ликвидированными сервитутамп. Усиление брожения в трудящихся массах деревни
проявляется также и в растущем сопротивлении налоговому
гнету, в участившихся случаях, когда прогоняли исполнителей, в борьбе на почве отказа крестьян выполнять барщинные повинности. Наконец, боевые настроения трудяще96

•гося крестьянства проявляются на собраниях и демонстрациях (демонстрации 3 ноября в Раве-Русской, борьба с полицией в день 1 мая в Грубешовском уезде, боевые демонстрации в Слонимском уезде, борьба с полицией в Алекшицах в Западной Белоруссии), в массовой кампании в связи
с крестьянским конгрессом в Берлине, в итогах выборов в
сейм, принесших в Западной Белоруссии поражение национал-фашизму и в Ковельском округе на Западной Украине —
-славную победу Рабоче-крестьянскому блоку.
Положение в западноукраинской и в западнобелорусской
деревне характеризуется дальнейшей активизацией бедноты
в борьбе против фашизма, помещиков и кулаков, ростом
качественного веса сельскохозяйственного пролетариата и
•бедноты в ктассовой борьбе в деревне, быстро наступившим разочарованием в фашизме и дальнейшей радикализацией основных середняцких масс, укреплением союза трудящегося ісреетьянства с пролетариатом. Это приводит к
обострению борьбы трудящегося крестьянства за землю и
к тому, что классовая борьба в деревне принимает все более яркий, все более сознательный антифашистский характер.
С радикализацией масс трудящегося крестьянства на Западной Украине и в Белоруссии теснейшим образом связан
рост национально-освободительного движения. Ряд боевых
выступлений против оккупации свидетельствует об обострении и углублении этого движения, направленного не только
против польского фашизма, но также и против его национал-фашистских и социал-фашистских сообщников.
Растет роль партии в революционном движении оккупированных территорий, прогрессирует процесс организационного строительства антифашистского лагеря, усиливается
гегемония пролетариата и партии в национально-освободительном движении, которое все теснее сплачивается вокруг
КПЗ Б и КПЗУ.
На почве кризиса и усиленной капиталистической экеплоатации быстро прогрессирует и процесс радикализации
еврейских рабочих, находя свое выражение в широкой забастовочной волне, в значительном участии еврейских рабочих в общеполитических кампаниях партии и в широкой
антисионистской кампании, в которой еврейские массы под
руководством КПП выразили свою солидарность с повстанческим движением арабских трудящихся масс. О радикализации еврейских масс свидетельствуют также явления отхода еврейских трудящихся масс от поалей-циона и бунда 1
1
Еврейские социалистические мелкобуржуазные партии, примыкающие ко II Интернационалу.

7 Нац. вопрос.

97

особенно в связи с официальным присоединением этой части
еврейского социал-фашизма к II Интернационалу.
Радикализация еврейских рабочих в Верхней Силезии
нашла свое выражение в итогах выборов в Силезский сейм
н в выборах рудничных советов, в которых левые профсоюзы одержали ряд серьезных успехов. Учащаются также
проявления недовольства в низах немецкой социалистической партии труда (в Верхней Силезии, в Лодзи и Лодзинском оісруге).
Трудящиеся массы, еще идущие за национальными частями социал-фашизма, все чаще начинают искать пути
к коммунистическому лагерю.
4. В то время, как в окуппированных Западной Белоруссии и Украине углубляющийся хозяйственный кризис
толкает трудящиеся массы города и деревни в пропасть
ужасающей нужды, когда польский фашизм усиливает террор, стараясь огнем и мечом подорвать борьбу трудящихся
масс против оккупации, — в Белорусской и Украинской советских республиках мощно развивается социалистическое
строительство.
Нынешний период развития советских республик—эта
период огромного развития промышленного строительства,
расширения производственной базы, значительного увеличения качественного веса промышленности в хозяйственной
жизни БССР и УССР и количественного роста рабочего
класса и его жизненного уровня.
Огромные успехи в области индустриализации и коллективизации укрепляют и расширяют основу для культурной
революции, для развития пролетарской культуры наций,
некогда порабощенных царизмом. В Советском Союзе чрезвычайно успешно развиваются школы на родном языке, реализация всеобщего обучения, всестороннее развитие украинской и белорусской пролетарской культуры, политика
украинизации и белоруссизации, строительство украинского
и белорусского пролетарского государства во всех областях;
культурное строительство национальных меньшинств (Мархлевщина, польские сельские советы и т. п.).
Ленинская национальная политика в Советской Белоруссии и Украине проводится в непрестанной борьбе против российского великодержавного шовинизма, буржуазного
национал-демократизма и против национал-оппортунистов
в рядах партии, являющихся объективно агентурой националистической буржуазии и кулачества.
Развитие социалистического строительства
в СССР при одновременном у г л у б л е н и и хозяйс т в е н н о г о к р и з и с а в ф а ш и с т с к о й П о л ь ш е я в-

л я е т с я м о щ н ы м ф а к т о р о м в с е б о л ь ш е г о обострения классовой и национально-освободительной борьбы в Польше. Т р у д я щ и е с я массы
у г н е т е н н ы х наций все я с н е е б у д у т о т д а в а т ь
с е б е о т ч е т в том, ч т о о б щ е с т в е н н о е и н а ц и о н а л ь н о е о с в о б о ж д е н и е м о ж н о з а в о е в а т ь , только и д я по с т о п а м г е р о и ч е с к о г о п р о л е т а р и а т а
СССР, с в е р г н у в д и к т а т у р у ф а ш и з м а и в о з д в и г н у в н а ее р а з в а л и н а х
рабоче-крестьянское
п р а в и т е л ь с т в о , д и к т а т у р у п р о л е т а р и а т а.
И. H а ц и о н а л ь н а я п о л и т и к а п о л ь с к о г о ф а ш и з м а
1. В подготовке войны против СССР Западная Украина
и Белоруссия должны сыграть роль плацдарма против
УССР и БССР. Все силы международной контрреволюции—
капитал, буржуазные правительства, церковь п социал-демократия—учитывают эту роль Западной Белоруссии и Украины. Поэтому, поддерживая и финансируя контрреволюционную украинскую эмиграцию, помогая ей в организации
украинских антисоветских легионов, империалистическая
буряіуазия разных стран наперебой заявляет о своих симпатиях к ..независимой" — буржуазной Украине. В области
идеологической подготовки войиы особенную активность проявляют международная социал - демократия и пацифисты.
Пацифистские организации, беря под защиту русских, украинских п белорусских контрреволюционеров, организуют
специальную комиссию с целыо „обследования положения
национальностей в СССР", т. е. для дальнейшего развития
антисоветской травли.
2. Фашистская Польша является форпостом международного империализма в его борьбе против СССР.
Политика польской буряіуазии в отношении украинской,
белорусской и литовской территорий носила с момента возникновения польского государства явно империалистский
характер, являющийся выражением классовых интересов
всей польской буржуазии и, в первую очередь, финансового
капитала, промышленности и помещиков.
Польско-украинская и польско-советская войны в 1918—
1919 гг., походы на Минск, Вильно и Киев, все это ясно
доказывает, что буржуазная независимая Польша с первой
минуты своего существования была направлена против рабоче-крестьянского советского государства, против национально-освободительных стремлений украинцев, белоруссов
и литовцев, и что свое существование и развитие она связывала с порабощением завоеванных наций и с дальнейшим
продвижением на восток, границ польской оккупации,
99

Фашистский переворот усилил во всех областях политики антисоветские тенденции буржуазной Польши. Усиленные приготовления к войне особенно явно выступают
в оккупированных территориях, выражаясь в форсированном
строительстве стратегических железных дорог, в дорожном
строительстве и постройке мостов, и в особенно усиленно
проводимой милитаризации рабочих, занятых в отраслях
промышленности, связанных с войной (нефтяники, железнодорожники и т. п., и т. д.).
Политику польского фашизма в отношении Западной
Белоруссии и Украины определяют следующие факторы:
a) общие интересы польской буржуазии, т. е. империалистические стремления польского государства к хозяйственной экспансии на Восток, к расширению границ польской оккупации и к низвержению Советского Союза, угрожающего господству польской буржуазии, а также стремление к подавлению революционного движения в Польше;
b) особые интересы польских имущих классов в оккупированных территориях;
c) необходимость сотрудничества польского фашизма
с буржуазией порабощенных п угнетенных наций для борьбы против ССОР и революционного движения в Польше;
d) влияние на Польшу международного империализма.
3. Фашистское правительство обостряет регрессивные
меры в отношении рабочего, крестьянского и национальноосвободительного движения. Смертные приговоры на Львовском процессе свидетельствуют об обострении классовой
борьбы в завоеванных территориях и применении фашизмом
в борьбе с революционным и национальным освободительным движением методов военного времени. Фашистский террор направлен прежде всего против коммунистической партии как революционного вождя рабочего, крестьянского и
национально-освободительного движения, а также против
массовых антифашистских организаций.
4. Пытаясь подавить революционное движение путем все
более жестокого террора, польский фашизм одновременно
укрепляет свою классовую основу в завоеванных территориях. Прямой социальной основой польского фашизма на Западной Украине и Белоруссии являются помещики и польская буржуазия, польское кулачество, колонисты, оккупационная бюрократия и верхние слои польской городской
мелкой буржуазии. Поэтому политика польского фашизма
направлена прежде всего на усиленную колонизацию оккупированных территорий.
По линии укрепления позиций польской буржуазии
в оккупированных территориях действует фашистская про100

грамма, основанная на „хозяйственной активизации восточных земель", на укреплении в Западной Белоруссии и
Украине так наз. польского среднего сословия, на объединении
украинской и белорусской буржуазии и кулачества в общие
хозяйственные организации с польской буржуазией и т. п.
К укреплению позиций польской буржуазии в деревне
направлены проекты новых законов о колонизации, разработанные фашистским правительством.
В результате колонизационной политики фашизма почти
совсем уничтожены белорусские и украинские школы на Волыни, сотни же украинских школ в Восточной Галиции
заменены польскими либо двуязычными школами.
Одной из основ оккупационного режима на Западной
Украине и Белоруссии являются ШІС и народно-фашистские партии („Крестьянская партия", „Вызволение"). Пепеэсовское „народное правительство" послало в 1918/1919 г.
легионеров галлерчиков (познанские войска ген. Галлера)
на завоевание Восточной Галиции, потопляя в крови национально-освободительное движение западноукраинеких трудящихся масс. Вожди IIПС и соглашательских крестьянских
партий поддерживали разбойнические походы Пилсудского
на Вильно и Киев, организовали братоубийственную борьбу
вокруг плебисцита в Верхней Силезии и покрывали и оправдывали еврейские погромы. ППС, которая еще перед войной раз •
вивалапрограмму „федеративной" Полынив пределах 1772г.,
в продолжение 12 лет существования польского буржуазного государства полностью поддерживала империалистическую политику всех правительств польской буржуазии.
В завоеванных территориях главари ППС старались разбить по национальным линиям освободительную борьбу рабочих и крестьян и привить польским трудящимся массам
колонизаторскую точку зрения на Западную Украину и
Белоруссию. Организации, находящиеся под влиянием ППС
(профессиональные союзы и т. п.), являются одним из факторов колонизационной политики. В этом же направлении
ППС развивает свою деятельность в области больничных
касс и самоуправлений.
Колонизационная роль ПІІС маскируется посредством
лживой демократической и либеральной фразеологии (проекты территориальной автономии, законы о школах для национальных меньшинств и т. п.). Эти лживые маневры
ППС, которые должны скрыть от масс ее истинную роль,
как одного из столпов польской оккупации в Западной Белоруссии и Украине, одновременно служат укреплению
блока социал-фашистов разных национальностей под гегемонией ППС.
101

Национальная политика ПІЮ является одним из орудии
антисоветской агитации в массах и идеологической подготовки нападения на СССР.
5. Основой союза польского фашизма с буржуазией порабощенных и угнетенных наций являются общие классовые
интересы, общая борьба против революционного движения
в Польше, Западной Украине и Белоруссии, а также против
УССР, БССР и всего Советского Союза. Польская буржуазия тесно связана с белорусской, украинской, еврейской,
немецкой и литовской буржуазией, хотя бы уже тем, что
она выступает в роли руководителя общей борьбы против
революционного движения пролетариев и трудящегося крестьянства порабощенных наций.
Уступки польского фашизма буржуазии порабощенных
наций заключаются в известном хозяйственном укреплении
буржуазии и кулачества этих наций и в допущении в ограниченных пределах украинской, белорусской и т. п. буржуазии к государственному корыту. Это — уступки классовому союзнику. Они имеют целью еще большую связь
буржуазии порабощенных наций с фашистским аппаратом
и еще большую зависимость ее от польской буржуазии.
Укреплению позиций буржуазии и кулачества порабощенных наций служит аграрная политика фашизма. Парцелляционная политика в Западной Белоруссии и Украине
до майского переворота шла почти исключительно по линии
военной колонизации к полонизации; при правительстве
партии оздоровления были допущены к принятию участия
в парцелляции как украинские, так и белорусские кулаки.
Это еще более усилило земельный голод в" крестьянстжх
массах. Фашистская комасация и ликвидация сервитутов
укрепляет кулацкие хозяйства, грабя деревенскую бедноту
и широкие середняцкие массы. Кредитная политика фашизма имеет в виду исключительно интересы помещиков и
кулаков, усиливая ростовщическую эксплоатацпю крестьянской бедноты кулаками и являясь причиной углубления
классового антагонизма в деревне.
Сохраняя полностью колонизационную школьную политику, фашистское правительство делает украинской буржуазии некоторые уступки в области народного просвещения, которые, с одной "стороны, имеют демонстративно-агитационный характер, а с другой—являются лишним звеном,
связывающим буржуазию порабощенных наций с аппаратом
фашистской диктатуры.
6. Рост приготовлений польского фашизма к войне с Советским Союзом отражается также и на церковной политике.
Полностью поддерживая католическое духовенство в его
102

стремлении к укреплению своих позиций на территории
с преобладающим православным населением, вводя при поддержке административного аппарата и полиции так наз. польскую унию, связывая теснейшим образом греко католическое
духовенство с государственным аппаратом, фашистское правительство уделяет особенное внимание вопросам православной церкви.
По плану польского фашизма православная церковь должна играть в Польше роль не только одной из основ реакции, орудия антисоветской агитации в массах, но она должна также служить оружием, направленным против СССР,
должна объединить и активизировать контрреволюционные
элементы в Советском Союзе.
7. Национальная политика польского фашизма идет по
линий общих интересов польской буржуазии. Однако интересы и стремления отдельных буржуазных групп находят
свое отражение в различных политических концепциях по
отношению к порабощенным и угнетенным нациям. Наиболее
ярко это выступает в устремлениях двух главііых группировок польской буржуазии—партии о з д о р о в л е н и я ^ эндеков.
В области национального вопроса как партия оздоровления, так и эндеки стремятся к одним и тем же принципиальным целям. Это является следствием классового
буржуазного характера обеих группировок. Й одни и другие, так яге как их социал-фашистские сообщники, стремятся
к укреплению польской оккупации на Западной Украине и
Белоруссии, к дальнейшей империалистической экспансии
на Восток, к войне против СССР и к свержению советской
власти.
И одни и другие хотят укрепить позиции польской буржуазии в завоеванных территориях и положение польских
имущих классов сравнительно с их украинским, белорусским, еврейским и немецким конкурентом. И одни и другие
хотят подавить революционное движение в Польше путем
разжигания национального антагонизма (антисемитизм,
соревнование партии оздоровления с сторонниками Корфанты в антинемецкой травле в Верхней Силезии) и разгромить
национально-освободительное движение, бьющее по основам
польской оккупационной власти на Западной Украине и
Белоруссии.
Разница в национальной политике партии оздоровления
и эндеков заключается в методах и путях, ведущих к осуществлению классовых целей польской буржуазии. Эндеки,
представляющие подобно партии оздоровления программу
1

Пилсудчики.

103

гегемонии крупного финансового капитала, но с большим
учетом интересов средней буржуазии, наиболее остро сталкивающейся с украинской, белорусской, немецкой и еврейской буржуазией, занимают более непримиримую позицию'
в отношении буржуазии порабощенных наций.
В то время различные концепции в области национальной политики иартии оздоровления и эндеков теснейшимобразом связаны с различными концепциями войны против
СССР. Партия оздоровления опирается в своей антисоветской деятельности на украинские и белорусские контрреволюционные элементы, развивает концепцию расчленения
СССР и фактического расширения границ польской оккупации под видом создания „независимой" Украины и
„независимой" Белоруссии. В области внутренней политики
партия оздоровления выдвигает лозунг „государственной
ассимиляции границ", стремясь к. тому, чтобы возможно
быстрее связать буржуазию порабощенных наций с польским фашистским государством.
Эндеки, ориентируясь на единую белую Россию, которая
должна служить противовесом Германии, и тем не менеестремясь подобно партии оздоровления к расширению границ польской оккупации, отбрасывают это маневрирование
фразами „независимости" Украины и Белоруссии.
Н а ц и о н а л ь н а я п о л и т и к а ф а ш и с т с к о г о правительства, объединяя имущие классы всех
н а ц и о н а л ь н о с т е й для борьбы против трудящихся масс и для подготовки войны сСоветским
Союзом, о д н о в р е м е н н о у с и л и в а е т
классовые
противоречия между буржуазией и помещиками, с о д н о й с т о р о н ы , и т р у д я щ и м и с я м а с с а м и
города и деревни, сдругой,—являясь причиной
у г л у б л е н и я и обострения борьбы
пролетариата и т р у д я щ е г о с я
крестьянства
против
фашизма и оккупации.
III. А к т и в и з а ц и я б у р ж у а з и и п о р а б о щ е н н ы х
н а ц и й и ее с р а с т а н и е с п о л ь с к и м ф а ш и з м о м .
1. Укрепление буржуазии и кулачества порабощенных
наций на почве частичной стабилизации в первые годы
после майского переворота и политики польского фашизма
находит свое отражение в развитии хозяйственных организаций украинской и белорусской -буржуазии. Выражением
этого явилось возникновение на Западной Украине Союза
украинских хлеборобов, объединяющего украинских помещиков так же как представителей духовенства и кулаков,
развитие Союза украинских торговцев.
104

Под прикрытием кооперативов на Западной Украине
укрывается ряд акционерных товариществ буржуазии и
кулачества.
Эти кооперативы находятся под сильным влиянием
украинского банкового капитала, главными орудиями которого являются: Центробанк в Львове, Украинбанк в Луцке
и Земельный ипотечный банк в Львове.
Так же и белорусская буржуазия и кулачество, принимающие значительное участие в выгодах от кредитной,
парцелляционной и сервитутной политики фашистской
диктатуры, организуют свои хозяйственные позиции, являющиеся экономическим органом и опорой белорусского
национал-фашизма („Гаспадарчи звяз" Янки Станкевича,
кооперативы и т. п.).
2. Иа почве борьбы против революционного движения
в Польше против СССР произошла активизация буржуазии
порабощенных наций. Обостряется борьба украинских и
белорусских буржуазных партий с национально-освободительным движением. Учащающиеся случаи нападения дружин УНДО и белорусского национал-фашизма на организации и деятелей национально-освободительного движения.
Отделения Просвнты, находившиеся в руках рабоче-крестьянской левой, распускаются Ундовским главным управлением совместно с полицией.
Просветительные организации, находившиеся в руках
революционных рабоче-крестьянских элементов, разгромлены
партией оздоровления (похорон белорусской гимназии в
Вильно и Клецке). .Ренегатская группа Луцкевича и Островского, теснейшим образом связанная с польским фашизмом,
прилагает все усилия к овладению белорусской молодежью
(создание национал-фашистских ученических студенческих
организаций). Все более учащаются акты прямого сотрудничества ундовеких деятелей и белорусских национал-фашистов с дефензивой.
Борьба украинской и белорусской буржуазии против
революционного и национального освободительного движения все теснее сплетается с борьбой против УССР и БССР.
Отсюда же происходит солидарная деятельность украинской
и белорусской буржуазии по обе стороны границы, направленная против советской власти. Процесс Союза вызволения
Украины доказал, что активизация деятельности, украинских
контрреволюционеров была ответом на развитие социалистического строительства в СССР. Программа Союза вызволения Украины фактически сводилась к превращению
Советской Украины путем вооруженной интервенции в
сырьевую колонию империалистических государств и, таким
105

образом, к уничтожению великого дела социалистической
индустриализации и коллективизации. Таковы же стремления
белорусского национал-демократизма, действующего против
советской власти.
Сознание того, что украинизация и белоруссизация не
являются „маневром", как лживо заявляет буржуазная
пресса, сознание того, что пролетариат Советской Украины
к Белоруссии строит новую украинскую и белорусскую культуру, национальную по формеисоциалиетическую по содержанию, заставляет украинскую и белорусскую буря-гуазию с тем
большей яростью выступать против советских республик.
Западноукраинская и западнобелорусская буржуазия
хорошо понимает также, какой большой опасностью для нее
является коллективизация. Именно поэтому во всей националистической украинской и белорусской прессе, проводится
бешеная кампания лжи и насмешек, направленных против
социалистического строительства в советской деревне.
На почве растущего революционного движения в Польше
и направленных" против СССР планов международного
капитала возникла антисоветская активизация еврейской
буржуазии, являющейся на Западной Украине и Белоруссии
одной из основ оккупационного режима и проводником
колонизационной политики фашизма.
Немецкая буржуазия, вставшая немедленно после майского переворота на сторону фашистского правительства,
все более срастается, подобно еврейской буржуазии, в общих
предприятиях и хозяйственных организациях с польской
буржуазией.' Немецкая буржуазия исполняет роль посредника в сближении фашистской Польши с Германией.
3. В процессе борьбы против Советского Союза и революционного движения в Польше происходит дальнейшее
срастание белорусской, украинской, еврейской, немецкой и
литовской буржуазии с польским фашизмом. Старый лживый лозунг ІІетлюры: „IIa Львов через Киев", — который
должен был прикрыть тот факт, что петлюровцы полностью
продались Польше, теперь стал лозунгом всей украинской
буржуазии. Такова же и позиция белорусской буржуазии.
Сильнейшая партия украинской буржуазии УНДО
стоит целиком на почве единого фронта и подчинения
гегемонии польского фашизма в борьбе против революционного движения и СССР. УНДО, подобно петлюровщине,
является проводником влияния фашизма на массы и усовершенствованным аппаратом оккупационного угнетения.
Однако вследствие роста радикализации масс УНДО, все
теснее сотрудничая с польским фашизмом, будет и впредь
маскироваться оппозиционными фразами.
106

Белорусский национал-фашизм, прикрываясь ширмой
радикальных фраз, недвусмысленно подтверждает свою государственно-положительную позицию. Группа Луцкевича—
Островского — главная группа белорусского национал-фашизма—заявила в мемориале к президенту Мосьцицкому о
своем стремлении к „моральному" разоружению общих сторон, мирному соглашению и разрешению всей совокупности
белорусско-польских проблем, выдвигая со своей стороны постулат выделения трех северо-восточных воеводств в административную единицу. Таким образом группа Луцкевича подчеркивает, что она стоит на платформе польской оккупации.
Одним из фашистских фронтов является восточно-галицийское москвофильство, бывшее до войны проявлением
экспансии российского империализма, ныне же являющееся
авангардом российских белогвардейцев, вернейшим агентом
польского
фашизма. Москвофильство
развивает
свою
деятельность среди крестьянства, пытаясь с помощью лживых демагогических лозунгов привлечь не только кулацкие
элементы, но и более широкие деревенские массы (постановление русской селянской организации против колонизации и налогового обременения деревни, против утраквкзации, „за свободное национальное самоопределение", попытки
использования советских симпатий и т. п.).
На почве подъема революционной борьбы на Западной
Украине и Белоруссии и успехов социалистического строительства в СССР, в связи с усиленной подготовкой к
войне национально-освободительному движению угрожает
особенная опасность со стороны тех буржуазных, украинских и белорусских группировок, которые, используя
наиболее „радикальные" антипольские фразы, легче смогут
переловить настроения радикализующихся масс. Такую
именно роль исполняет УВО, перелавливающая революционные настроения масс и растущую ненависть к оккупационному режиму, отвлекая массы от классовой борьбы и разряжая растущие боевые настроения в террористических,
партизанских выступлениях, одновременно служащих росту
популярности УВО в глазах масс. УВО является орудием
для" прививки массам настроений, враждебных СССР и
Советской Украине и таким образом приготовляет почву
для войны международного и польского империализма
против СССР. Организуя уже сейчас зачатки украинских
антисоветских легионов, УВО в случае войны против
Советского Союза будет с оружием в руках бороться на
стороне фашистской Польши против СССР.
В ситуации нарастающей классовой борьбы и растущих
симпатий трудящихся масс к СССР особенную роль испол107

няет Украинская партия труда (УПП), скрывающая под
советофильской фразой свою буржуазную сущность. УІШ
подобно другим группировкам западноукравнского сменовеховского лагеря старается привить массам национальный
шовинизм и разбить единый фронт трудящихся масс
Западной Украины, Белоруссии и Польши.
4. Антисоветской активизации буржуазии порабощенных
наций и срастанию ее с польским фашизмом соответствует
антисоветская деятельность отдельных национальных группировок социал-фашизма и все более прогрессирующая
концентрация социал-фашизма всех национальностей под
руководством ГШ С. Ввиду радикализации масс и роста их
симпатий к СССР социал-фашизм усиленно маскирует
свою антисоветскую деятельность антивоенными и антиинтервевционными фразами (последние постановления УСДП
и У СРП, резолюции бундовского съезда). Все теснее срастаясь с фашистской государственностью (участие представителей УСДГІ в созванном фашистским правительством
городском совете в Львове и т. п.), социал-фашизм
различных национальных оттенков маскируется оппозиционной и антифашистской фразеологией. Заключая единый
фронт с родной буржуазией (общие конференции всех
белорусских группировок, конференции украинского и
литовского национал- и социал-фашизма, общие выступления немецких социал-фашистов с немецкой буржуазией
в Верхней Силезии), социал-фашисты одновременно используют радикальную классовую фразу. Все теснее сотрудничая с ППС, борясь под ее руководством с революционным
движением (общие первомайские демонстрации, конференции по национальному вопросу с участием ППС, бунда и
немецкой социалистической партии труда, сотрудничество
с профессиональным движением, совместная штрейкбрехерская деятельность и т. п.), социал-фашисты из УСДП и
У СРП, бунда, поалей-циона и немецкой социалистической
партии труда одновременно выступают в целях переловления настроений революционизирующихся масс с критикой
ППС за ее оппортунизм и национализм. Установление
общего фронта социал-фашистов различных национальностей
под предводительством ППС, замаскированное радикальной
фразой, особенно ярко проявляется с 1928 г., когда нарастание революционного и национально-освободительного движения (ноябрьские события в Львове, забастовочное движение в деревне, революционные выступления крестьянства)
поставило перец социал-фашистскими агентами буржуазии
в рабочем классе со всей остротой проблему координации
своих сил.
108

Блок б у р ж у а з и и и социал-фашизма порабощ е н н ы х н а ц и й с п о л ь с к и м ф а ш и з м о м и под е г £
к о м а н д о в а н и е м не в с и л а х з а д е р ж а т ь р а з в и тие
революционного
движения
в
Польше,
Западной
Украине
и Белоруссии.
Партия
должна р а с к р ы т ь перед массами факт этого
с о т р у д н и ч е с т в а всех ч а с т е й контрреволюции,
в н е д р я я в т р у д я щ и х с я м а с с а х с о з н а н и е того,
что б о р ю т с я м е ж д у собой т о л ь к о два л а г е р я :
о б ъ е д и н е н н ы й л а г е р ь ф а ш и з м а и с о ц и а л-ф ашизма
и
революционный
антифашистский
л а г е р ь во г л а в е с КПП. М о б и л и з у я ш и р о ч а й шие р а б о ч и е и к р е с т ь я н с к и е массы д л я борьбы п р о т и в ф а ш и с т с к о й д и к т а т у р ы , п р о т и в ее
ф а ш и с т е ких я с о ц и а л-ф а ш и с т с к и х с о о б щ н и к о в ,
п а р т и я д о к а ж е т т р у д я щ и м с я массам, что единственной ангиоккупационной силой, единственным руководителем национально-освободительного движения, единственным вождем трудящихся масс в борьбе за свержение
фашизма и оккупации, за уничтожение национального
гнета, за самоопределение и присоединение Западной
Украины и Белоруссии и УССР и БССР — является ревоцяонннй пролетариат с его коммунистическим авангардом.
Задачи партии

Борьба против

оккупации

Национально-освободительное движение, направленное
против основ буржуазной власти в Польше, является одним
из основных факторов победы социалистической революции
в Польше.
Партия должна внедрить в сознание каждого рабочего и
крестьянина в Польше, что борьба трудящихся масс в Белоруссии и Западной Украине, за их объединение е Советской Украиной и Белоруссией, борьба против национального
гнета в отношении еврейских и немецких масс—одновременно является борьбой за свержение буржуазного строя,
за рабоче-крестьянскую власть, за польскую Республику
Советов.
Партия должна стремиться к тому, чтобы каждый польский рабочий и крестьянин, каждый еврейский и немецкий
рабочий рассматривал борьбу трудящихся масс Западной
Украины и Белоруссии против оккупации, как часть своей
собственной борьбы, чтобы он отдавал себе отчет в том, что
национальный гнет является фундаментом фашистской дик109

та туры, что всякий удар по основам польской оккупации
в. Западной Белоруссии и Украине приближает час окончательного расчета с фашизмом, час социального освобождения трудящихся масс Польши. Задачей партии является
также добиться того, чтобы каждый рабочий и крестьянин
в Западной Украине и Белоруссии понял, что путь к освобождению от ярма оккупации и к объединению с УССР и
БССР—только в социалистической революции в Польше,
в общей с трудящимися массами всей Польши борьбе за
свержение фашистского строя и за диктатуру пролетариата.
Борьба против влияния национализма в массах
В связи с подготовкой к войне будет усиливаться давление на трудящиеся массы великодержавного польского национализма и национализма буржуазии и кулачества порабощенных наций. ГІо мере обострения классовой борьбы и
усиления интервенционной деятельности еще усиленнее
станут попытки буржуазии и социал-фашизма разбить единый фронт масс путем националистической диверсии. Поэтому в нынешнем положении особенное значение приобретают задачи борьбы с давлением национализма ка массы,
задачи интернационального воспитания трудящегося крестьянства и рабочих. Нужно беспощадно бороться с попытками
буржуазии и социал-фашизма посеять национальное недоверие в массах, с попытками противопоставления друг другу
отдельных национальных частей пролетариата, под лживыми
лозунгами защиты польского национализма, борьбы за „независимую" буржуазную Украину и Белоруссию, „национальную" культуру и т. д.
Теснейшая интернациональная спаянность пролетариата,
возможна только на почве последовательного проведения
всей КПП принципа самоопределения вплоть до отделения
и присоединения Западной Украины и Белоруссии к родным советским республикам, на почве борьбы польского
пролетариата против оккупации н национального угнетения.
Партия должна вести среди польских рабочих большую
и систематическую работу против влияний польского шовинизма, воспитывая польские трудящиеся массы, так же как
и украинские, белорусские, еврейские, немецкие и литовские трудящиеся массы в духе пролетарского интернационализма, внедряя в них принципы ленинизма в национальном вопросе.
В связи с ростом революционного движения и приготовлениями к антисоветской войне будут расти усилия фашизма разбить единый фронт трудящихся масс путем разно

жигания антисемитских настроений и организаций антинемецкой травли. Вследствие этого в этой области необходима
усиленная чуткость со стороны партии и широчайшее развертывание борьбы против антисемитизма и антинемецкой,
травли, против всяких проявлений национализма.
Установление

международногофронтаборьбы.

В массовой деятельности партии значительно больше места, чем до сих пор, должны занимать кампании, выражающие солидарность и общность борьбы польских рабочих и
крестьян с украинскими, белорусскими и литовскими трудящимися массами, с еврейскими и немецкими рабочими.
Фронту фашизма и социал-фашизма различных оттенков
и национальностей должен быть противопоставлен широкий
международный, единый антифашистский фронт, охватывающий огромное большинство рабочих и трудящихся крестьян Польши, Западной Белоруссии и Украины в борьбе
против фашизма и оккупации.
Борьба

против

войны и в защиту

СССР.

Ввиду усиленных приготовлений польского фашизма
к войне против СССР и антисоветской активизации различных отрядов национал-фашизма и социал-фашизма на Западной Украине и Белоруссии нужно борьбу против подготовки
нападения на Советский Союз теснейшим образом связать
с борьбой против оккупации и национального угнетения
вообще.
Нужно сорвать маску с „федералистской" политики Пидсудского, имеющей целью вовлечение украинских и белорусских масс в войну с СССР, под лживыми лозунгами
„независимости" Украины и Белоруссии. Нужно доказать
массам, что „федералистская" политика партии оздоровления, поддерживаемая ІІПС, являяется выражением империалистских стремлений польской буржуазии и помещиков.
Особенное внимание нужно обращать на освещение национальной политики ВКП(б), популяризуя великие завоевания
УССР и БССР и всего Советского Союза в области социалистического строительства, осуществления пятилетнего
плана и коллективизации деревни, в области развития
украинской, белорусской и еврейской пролетарской культуры, устройства на земле и вовлечения в промышленность
еврейских масс, и в области культурного строительства
польских трудящихся масс в СССР. Эти завоевания национальной политики в СССР нужно все время сопоставлять
Ш

•с национальным угнетением и колонизационной политикой
польского фашизма в отношении Западной Украины и Белоруссии, с истребительной политикой и антисемитизмом в отношении еврейских масс и с репрессиями и придирками
в отношении немецкого трудящегося населения.
Мобилизуя массы для борьбы против войны и интервенционных планов польского фашизма, партия должна воскрешать в памяти масс опыт, вынесенный из периода похода
Пилсудского на Киев и войны 1920 года, указывая, что,
в то время как белые польские войска совместно с бандами
кровавых погромщиков Петлюры и Балаховича несли трудящимся массам двойное ярмо общественной и национальной неволи, Красная армия, давая отпор натиску контрреволюции, свергла польскую оккупацию на Западной Украине
и Белоруссии и освободила рабочих и крестьян от капиталистического гнета, осуществляя принципы международной
солидарности пролетариата.
В связи с возрастающей угрозой войны против СССР
нужно энергично бороться с существующими в известной
части трудящихся масс настроениями жадного ожидания,
выражающимися в связывании надежд на освобождение от
ярма оккупации только с приходом Красной армии. Эти на•отроения отражаются в виде ослабления борьба с опасностью войны.
Нужно популяризировать традиции героической партизанской борьбы в Западной Украине и Белоруссии и на
основании опытов этой борьбы доказывать массам необходимость связывать партизанскую борьбу трудящегося населения деревни с революционным движением промышленного
пролетариата под руководством коммунистической партии.
Борьба против конкретных проявлений
нального гнета.

нацио-

Усиливая руководство национально-освободительным движением на Западной Украине и Белоруссии, направленное
против оккупации, партия должна организовать борьбу трудящихся масс порабощенных наций против всяких конкретных проявлений оккупационного режима, против усиливающегося террора, нападений фашизма на организации национально-освободительного движения, репрессий в отношении школ и просветительных организаций украинских и
белорусских масс, против выбрасывания рабочих и трудящихся украинцев, белоруссов, евреев, немцев и литовцев
из предприятий и государственных учреждений, против
произвола оккупационной администрации, помещиков и ко112

лонистов, против бремени милитаризма и фашистской аграрной и налоговой политики. Партия должна мобилизовать
массы для борьбы на почве требования бесплатной школы
на родном языке и на почве борьбы против полонизации
школ, разоблачая перед массами сотрудничество в этой области украинской, белорусской, литовской, еврейской и немецкой буржуазии с польским фашизмом. В школьной кампании главный упор должен быть сделан на организации
боевых выступлений широчайших масс, во время которых
школьные требования нужно теснейшим образом связать
с общими лозунгами борьбы против фашистской диктатуры
оккупации.
Работа в области самоуправлений должна быть в большей
степени, чем до этого времени, использована для мобилизации масс на почве борьбы против национального угнетения.
Революционные советники должны, отвергая фашистский
бюджет, е особенной силой бороться против всех налогов и
повинностей, связанных с оккупационным и фашистским
гнетом. Они не должны ограничиваться принятием резолюций о введении украинского и белорусского языка в органах самоуправления, а немедленно вводить его в прениях
общинных советов, в производстве общинных управлений
и т. п.
Партия связывает всякую борьбу против оккупации и
национального угнетения с классовой борьбой пролетариата
Западной Украины, Белоруссии и Польши. Таким образом
партия углубляет революционный характер национального
освободительного движения против фашистской диктатуры.
Борьба

против социал-фашизма,
народного
ф а ш и з м а и н а ц и о н а л - ф а ш и з м а.

Нужно усилить борьбу против ППС и народно-фашистских организаций (особенно крестьянской партии), являющихся одной из основ оккупации Западной Украины и Белоруссии. Нужно указывать широчайшим массам на роль
народно-фашистских партий в системе оккупационного угнетения и на колонизационную роль ППС в профессиональных
союзах и больничных кассах, раскрывая всю совокупность
национальной политики ППС, которая, прикрываясь фразой
„за нашу и вашу свободу", исполняет роль боевой ячейки
завоевательной политики польской буржуазии (роль ППС
во время польско-украинских войн в 19]8годуи ее циничная позиция в отношении украинского погрома в день 1 ноября 1928 г. также, как защита еврейского погрома в ноябре
1918 г. и в июне 1920 г.).
8 Нац. в о п р о с .

113

Нужно усилить систематическую борьбу против белорусского и украинского национал-фашизма, выявляя на основе
фактов его роль в подготовке войны против СССР и в области укрепления польской оккупации в Западной Белоруссии
и Украине.
Партия должна уделять в Западной Белоруссии особенное внимание национал-фашистской группе Луцкевича, а
в Западной Украине украинскому социал-фашизму (УСДП
и УСРП), вытесняя эти организации из масс, срывая маску
с их лживой радикальной фрезеологии, и мобилизации массы
для борьбы с этими прислужниками фашизма и агентами
пепеэсовского великодержавного шовинизма.
В Западной Украине нужно усилить борьбу против увеличивающего свою активность и радикальную фразеологию
УВО, а также против москвофильства.
Борьба против всех видов социал-фашизма и народного
фашизма должна стать составной частью всякой борьбы
фашистской диктатуры.
Работа среди литовских

трудящихся

масс.

Партия должна уделять больше внимания работе среди
литовского населения, где находят себе пищу различные
группировки литовского фашизма. Партия должна углубить
и организационно оформить процесс радикализации литовских масс, встав во главе их борьбы против помещичьей
эксплоатации и национального угнетения, против польского
фашизма, литовской буржуазии, литовского национализма и
клерикализма. Партия организует борьбу этих масс под лозунгом общей с пролетариатом Западной Белоруссии и
Польши борьбы за рабоче-крестьянскую власть в Польше,
за самоопределение территорий с' литовским населением
вплоть до их отделения от польского государства.
Работа

среди

еврейских и немецких
щ и х с я масс.

трудя-

1. Партия ведет борьбу на почве повседневных нужд
еврейских и немецких трудящихся масс. Партия мобилизует
широчайшие массы еврейского и немецкого пролетариата и
полупролетариата для борьбы против истребительной политики правительства Пилсудского, против антисемитизма и
антинемецкой травли, за полное равноправие еврейского и
немецкого населения, против выселений бывших немецких
колонистов из бывшей прусской части Польши. В эту борьбу
партия вовлекает широчайшие польские, украинские, белорусские и литовские трудящиеся массы.
114

2. На основе борьбы за повседневные интересы иартия
усиливает кампанию за объединение еврейских и немецких
рабочих с польскими, украинскими и белорусскими рабочими
в единые профессиональные организации. Партия вовлекает
еврейских и немецких рабочих наравне с рабочими других
национальностей в левые профсоюзы, углубляя на этой
почве боевую солидарность международного пролетариата.
3. Усиливая борьбу против еврейских и немецких социалфашистских партий (Бунд, ПД, немецкая Социалистическая
партия труда), партия должна на основе конкретных фактов показывать массам социал-фашистскую сущность этих
партий. Нужно указывать на растущее брожение в низах
немецкой Социалистической партии труда, ПД и Бунда для
того, чтобы вырвать идущие за этими партиями массы из
под влияний предательских вождей и чтобы объединить
эти массы в единый фронт революционной борьбы под руководством КПП.
4. Партия должна усилить борьбу против немецких буржуазных партий, еще имеющих большое влияние на немецкие трудящиеся массы, а также и против клерикализма и
еврейского сионизма, указывая массам на тесное срастание
немецкой и еврейской буржуазии с польским фашизмом, на
банкротство реакционных палестинских утопий и т. д.
5. Срывая маску с лозунга автономии Верхней Силезии,
партия противопоставляет ему лозунг самоопределения Верхней Силезии вплоть до отделения и призывает верхнесилезский пролетариат к общей борьбе с рабочим и крестьянином всей Польши за свержение фашистского строя и за
диктатуру пролетариата.
Партия объясняет массам, что осуществление лозунга
самоопределения возможно только путем пролетарской революции во всей Польше.
6. Ввиду общего врага буржуазных властей одних и
тех же предпринимателей и картелей, планомерного наступления капитала по обе стороны границы и усилий польской и немецкой буржуазии вызвать и разжечь национальный антагонизм, партия должна стремиться к установлению
теснейшей связи в борьбе польской и немецкой Силезии.
7. На выполнение этих задач необходимо установление
связи всей партии с работой среди еврейского пролетариата
и полупролетарката, усиление работы среди немецкого пролетариата, прежде всего в бывшей прусской части Польши
и в Лодзинском округе.

8*

115

ПОДЪЕМ ГАЦИО АЛЬКО-РЕВО ЛЮЦИОН1ОГО ДВИЖЕНИЯ » А ЗАПАДНОЙ
УКРАИНЕ.
„ П р а в д а " от 7/Х 1Û30 г. (с с о к р а щ е н и я м и ) .

Еще в июле на страницах польской печати стали появляться хроникерские заметки о „пожарах" на Зап. Украине. В этом явлении, казалось многим, нет ничего удивительного, так как село летом всегда обильно пополняло
пожарную статистику. Однако рядом с этими „пожарными"
заметками хроника кресов стала пестреть уже случаями
„саботажа", или, в переводе на русский язык,—вредительства. Несмотря на успокоительные заметки правительственной печати о „принятых мерах", „пожары и саботаж" продолжали расти, а в сентябре они приняли такие размеры,
что для тушения понадобились кавалерийские полки и тысячи специально выделенных для этого вооруженных полицейских.
Почти вся польская пресса утверждает, что виновниками
являются украинцы, в частности т. н. „Украинская военная организация" (УВО) известного полк. Коновальца, нелегально существующая на территории Зап. Украины и об
арестах членов которой регулярно сообщается в прессе. На
этой позиции стоит и правительственная, и эндековская, и
пепеэсовская печать. Таким образом, дело изображается так,
будто во всем виновата неуловимая УВО, которая одна и
повинна в разжиганий национальной ненависти украинцев
к полякам и наоборот. Клерикально - католическая печать
утверждает, будто „православные" жгут имущество „католиков", и, следовательно, все дело „горит" на почве религиозных разногласий. Украинские буржуазные газеты (УНДО
и др.) льют крокодиловы слезы по поводу гибели в пожарах „украинского майна" и т. д.
А все вместе, обвиняя друг друга, смертельно боятся
широко разрастающегося движения крестьянских масс и
уже сейчас ищут пути для сговора по части его подавления. По словам ундовской передовицы в газ. „Дило" от
27 сентября, обсуждающей слишком жестокие результаты
этих экспедиций, выходит, что „в этих случаях дело идет
по меньшей мере с небывалым и неслыханным для нынешнего времени н е д о р а з у м е н и е м (курсив мой.—А.), которое
может стать только источником большого несчастья, неисчи116

слимого по своим вредным последствиям для обоих н а р о д о в украинцев и поляков".
Как бы там ни истолковывали те или иные группы украинской или польской буржуазии совершающиеся события, объективно процесс борьбы развертывается не так, как
им хотелось бы.
31 августа в с. Липица, Рогатинского уезда, сгорело
6 скирд хлеба и 2 скирды соломы в фольварке гр. Русоцкого (поляка); убытки—50.000 злотых.
Тогда же в с. Сидницы, Яворовского уезда, сгорело
14 скирд хлеба в фольварке Сангора; убытки—14.000 злотых.
Тогда яге в с. Сухарове около Ходорова сгорели 4 скирды хлеба акц. компании „Ходоров"; убытки—9 тыс. злотых.
Таких случаев, сводящихся в результате к уничтожению фольварочного крепкого, чаще всего помещичьего, хозяйства, можно за один сентябрь насчитать сотни. По исчислениям польских газет, на 10 сентября за несколько недель сожжено 64 жилых фольварочных дома, 67 сараев с
хлебом и инвентарем, 78 хозяйственных построек и 112 скирд
хлеба, общей стоимостью 6 743 тыс. злотых. По воеводствам
эти убытки распределяются так: Львовское воеводство—
2 912 тыс. злотых. Тарнопольское — 2 112 тыс. злотых,
остальное падает на Станиславское воеводство.
Поход крестьянской безземельной массы с совершенно
обнищавшим хозяйством без всякой перспективы на его
улучшение против земельных магнатов и фольварочных кулаков является совершенно бесспорно глубоко массовым движением безземельного крестьянства. В каком положении
очутился западноукраинский бедняк и середняк после десяти лет знаменитой земельной реформы? Кризис всей польской экономики, ударивший в первую очередь по крестьянскому хозяйству, непомернотяжелые налоги, ставшие в силу
сокращения торговых оборотов почти единственно доходной
статьей государственного бюджета, уничтожение два года
назад днференциалыіых налогов, уравнявшее налоги крестьян и помещиков,—все это катастрофически ведет к полному разорению и обнищанию крестьянского хозяйства.
Крайне низкие цены на хлеб и весьма низкий уровень аграрной культуры поставили хозяйство украинского, белорусского и польского крестьянина восточных кресов на самую низкую ступень крестьянского хозяйства в Европе, за
исключением, быть может, Югославии.
„Трагедия польских элементов на кресах", как выражается орган эндеков ,,АБС", как видим из простой статистики „пожаров", заключается не в том, что этих элементов,
117-

lío мнению эндеков, мало, а в том, что эти „элементы" состоят из польских помещиков, фольварочных кулаков и
вновь созданной категории кулачества, т. н. „осадников".
Об этих последних следует поговорить особо. Естественно,
что для охраны хозяйства подобного рода „элементов" и от
польского и от украинского бедняка-крестьянина и батрака
надо не только наводнить Зап. Украину полицейскими отрядами и войсковыми частями, но и прибегать к такой средневековой мере, какую изобрел староста Подгоецкого уезда
г. Ворошйнский. Этот документ от 2 сентября с. г. заслуживает, чтобы привести его хотя бы в выдержках:
КО ВСЕМ ТМИННЫМ ВЛАСТЯМ В У Е З Д Е .

В связи с расширяющимися в уезде случаями разбойных поджогов чужой собственности и враждебных
настроении против польской народности и ввиду невозможности охранения тминными властями жизни п
имущества жителей силами местной полиции, на основании
императорского указа от 20 апреля
1854 года приказываю на средства гмины:
1) усилить глинную охрану ночью до 6 человек с
возложением на них сторожевой службы по 3 человека
по очереди каждую ночь;
2) наряжать каждую ночь по 5 человек для охраны
фольварков и их имущества...;
3) наряжать по б человек для организации патрулей телефонных линий на территории гмины;
4) запретить беспричинное шатание по селу с 21 часа
до 4 час.
...Исполнение поручается полиции..., а виновные в
нарушении подлежат штрафу до 200 злотых или 14 дней
ареста...
Феодальные порядки, естественно, нуждаются п в феодальном законодательстве, и поэтому указ австрийского
императора Иосифа II звучит вовсе не иронией для земельных взаимоотношений на западноукраинских землях. Какой
же ложью дол ясны звучать слова буржуазных писак о „любви к резервному старосте" и как этот „указ" должен восприниматься в этом феодальном царстве миллионными массами нищего крестьянства, если не поджогами, борьбой с
полицией, чиновниками и войсками! И после этого у польских „социалистов" (ППС) хватает мужества утверждать,
что движение против этого неслыханного феодального гнета
поднято кучкой УВО. Прежде всего УВО—такая же фашистская группа, как и сами польские фашисты, и, если надо,
118-

oiiiî всегда найдут и находили общий язык для „поразумання". Стоит только припомнить недавнее прошлое УНДО
с его продажной типично-буржуазной политикой предательства тех же хотя бы национально-украинских интересов,
чтобы понять, как далеки эти „вожди" от мысли хоть чтонибудь противопоставить польско-феодальному порядку на
Зап. Украине.
Крестьянское движение идет мимо этих прожженных
политиканов и их чисто буржуазных программ. В огне пожаров и в кровавых боях оно найдет своих подлинных вождей там, где освобождающееся крестьянство всегда их находило, — среди передового авангарда пролетариата — его
коммунистической партии.
Как отвечает крестьянство на подобного рода приказы
воевод, можно судить хотя бы по тем скудным сведениям,
которые случайно проскальзывают через ПАТ. Село Куровцы,
в 22 км от" Тарнополя, получив идентичный приказ тарнопольского воеводы о нарядах но охране фольварочного хозяйства, категорически отказалось выполнить этот приказ,
за что на каждого жителя села был наложен штраф в 50 злотых; несмотря на этот грабеж, село вторично отказалось
выполнить эти приказы, в результате чего село занято карательным эскадроном 9-го уланского полка из Тромбовля.
Разрастающееся движение от непосредственной борьбы с
фольварками и имениями помещиков, кулаков и духовенства,
как объектами вековой экеплоатации крестьянства, постепенно переходит на более' высокую ступень борьбы с существующим политическим режимом. Ежедневно пресса сообщает о многочисленных случаях перестрелки с полицией,
вооруженными в фольварках сторожами, о ранениях. Характерно, что раненые партизаны почти всегда успевают при
помощи своих товарищей уходить от преследования, причем
в огромном числе случаев они исчезают бесследно. Такое
явление возможно только при всеобщем сочувствии деревни,
определенно ставшей на сторону своих иартизан.
31 августа между Перемыщлянами и Рогатиным перерезаны телеграфные и телефонные провода.
8 сентября у с. Кульпаровки на ж.-д. линии, по которой следовал поезд из Бухареста, были наложены камни и бревна.
Между с. Раздолом и Жидачовым разрушен мост.
Около Дичкова, Тарнопольского уезда, сгорело сено в
фольварке Островского; польские газеты сообщают, что поджог совершен будто бы за то, что Островский поставил крест
в знак воспоминания о „Чуде на Висле".
6 июля перерваны телеграфные провода на линии Пистынь—Утороны, Коссовского уезда.
119-

12 сентября—то же на линші Куты—Ппстынь, ІСоссовского
уезда.
13 сентября—то яге на участке Олевск— ГІодгорцы.
19 сентября—то яге на линии Мосты—Бельке Львов и т. д.
Подобного рода факты, число которых неизменно возрастает, лучше всего говорят о смысле развернувшихся событий. Крестьянская масса защищается от террора чем только
может; доведенная до отчаяния, она не видит другого выхода, как бороться всеми имеющимися средствами против
своих врагов.
Для подавления этого движения правительство не стесняется никакими мерами и не гнушается в выборе средств.
Позиция польского правительства в этом вопросе не содержит никаких двусмысленностей. Министр внутренних дел
ген. Складковский, как сообщает „Иллюстрованны Курьер
ІІодзенны", заявил ходатаю по делам подавления движения
графу-митрополиту Шептицкому, что о прекращении репрессий не может быть и речи; „речь идет теперь не о принципиальном разрешении национальной проблемы, а о суровом
наказании тех, которые возбуягдают смуту"; план репрессий
еще не выполнен, и перерыв может дать отрицательные результаты. Сладковскпй заявил дальше, что „правительство
стало на путь уничтожения элементов, которые стараются
сеять анархию, и с этого пути правительство не сойдет".
Воевода львовский Наконечников-Клюковский представителям прессы 1 сентября заявил уже настоящим тоном исполнителя, что „саботаяг должен быть раздавлен в кратчайший срок; правительственные чиновники сделают все, что
в их силе, чтобы ликвидировать это зловредное движение;
для этого отданы все необходимые распоряжения".
И вот началась жуткая свистопляска невиданного террора. С-илы местной полиции, секретных ищеек, чиновников,
духовенства и вооруягенных помещиков и кулаков оказались
недостаточными. В помощь им мобилизовались все полицейские, военные и „общественные" силы. Сорганизован был
даже съезд резервистов-офицеров, выразивших свою готовность принять участие в расправе. Более двух тысяч полицейских направляются в Рогатинсквй, Подгаецкий, Береясанский, Бобрецкий уезды для расправы с непокорными.
Карательные отряды полицейских на автомобилях, с винтовками, пулеметами и гранатами набросились на совершенно
безоружное, беззащитное население; десятками и сотнями
заподозренные в неповиновении, поджогах или вообще в нелойяльности сгоняются в воеводские тюрьмы. Даже жесточайшая цензура не в состоянии скрыть эти карательные
оргии; случаи, когда связанных и закованных в кандалы
120-

(напр. 2 сентября так доставляли в Краковцы студента Семкова) препровождают в тюрьмы, перестали быть единичными.
От единичных избиений полиция перешла к массовым. Все
чаще пестрят заметки об избиениях со смертельным исходом. В особенности жестокой экзекуции и прямым истязаниям подвергается молодежь, как, естественно, наиболее
активная часть населения; ожесточение дошло до того, что один
директор школы собственноручно бил своего ученика головой
о стену, приговаривая: „Я вам покажу, как поджигать"; делалось это исключительно на основании только одного подозрения
в сочувствии ученика актам крестьянской самозащиты.
Не в меньшей степени подвизается на карательном поприще и польская организация „Стрелец"; вооруженные
стрельцы, кулаки-фольварочникн и их сынки, упражняются
в ловле неблагонадежных элементов; эта фашистская организация на кресах давно уже выполняла полицейскую роль
по части ловли коммунистических, вообще левых элементов
и подозреваемых в сочувствии советской власти; теперь они
получили полный, бесконтрольный простор для уничтожения этих элементов.
Всему этому карательному налету сопутствуют бесконечные повальные обыски целых сел, тысячи арестов, избиений;
говорить о каких-то законах не приходится; следствия по
всем этим т. н. противогосударственным действиям ведутся
так, как угодно любому полицейскому коменданту.
Однако уже в половине сентября, когда начались повальные аресты общественных и политических деятелей Зап.
Украины, полицейских мер оказалось недостаточно; в придачу полиции пришлось двинуть и войска.
„Усмирение" (по-польски это звучит весьма нежно:
„Пацификация кресув"...) войсками проводится весьма своеобразными методами, которые не только не отличаются от
карательных экспедиций царских ротмистров, но, кажется,
перещеголяли их. Корреспондент „Дила" от 26 сентьбря,
рассказывая о том, что делает карательный отряд польских
уланов в с. Ходачкове Малом (Тарнопольского воеводства),
скромно заканчивает лаконической, но многоговорящей фразой: „По цензурным условиям не могу сообщить фактов"!
Характерно, что совершенно в духе феодального „потока н
разграбления" все войсковые карательные экспедиции живут за счет благодарного населения усмиряемого села; как
и подобает истинным польским патриотам, эти отряды должны содержать селяне „греко-католической." веры, т. е, униаты, а таковыми являются только украинцы.
Польские власти действительно решили дать всеми силами объединенного фашиетско-полицейского и военного
121-

фронта реванш украинскому непокорному крестьянству:
помимо проектируемых скорых военных судов, фактически
совершающихся и без декрета, повсеместно в городах и селах идет форменное физическое разрушение украинских
кооперативов, школы, культурно-просветительных учреждеждений, вроде „Просвит", путем поджогов, взрывов бомбами
и прямым погромом. Статистика этих случаев переходит
всякие границы; вопрос идет не о единичных случаях, а
о массовом явлении, причем эти погромы собственных учреждений приписываются самим украинцам; случаями провокации полиции полны все украинские газеты. Говорить о
попустительстве властей не приходится, раз сам ген. Складковский откровенно заявил, что теперь в отношении действия полиции и злоупотреблений „не время рассматривать
эти мелкие подробности".
Чтобы в корне задушить и терроризировать крестьянское
движение, с 3 октября на Зап. Украине в дополнение ко всем
драконовским мерам начались кавалерийские маневры. Смысл
их вполне понятен.
Каковы результаты этих мероприятий польских властей,
видно хотя бы из следующей выдержки из „Дяла" за 27 сентября, которое весьма трудно заподозрить в сочувствии классовому движению обнищалого украинского села:
„По украинским селам полиция ведет т. н. „пацификацию" теперь уже численностью в 2 тысячи полицейских
(1 тысяча в Бережанщине и Бобрщине, а 1 ООО в Тарнополыцине) и польской кавалерией. Там, где проходят эти
отделы карательных экспедиций, там поднимаются плач,
стоны и жутко-жалобные крики сельского населения. В руину превращается хозяйственный приработок украинского
села, приходят в развалины сельские учреждения, кооперативы и читальни. Поэтому неудивительно, что кто только
может спастись бегством от этой „пацификации", укрывается в лесах и камышах, отрекается от своей хаты и добра,
лишь бы только миновало его это „благословенное успокоение". И тут же рассказывается о том, как все жители села
Голгоч, Подгаецкого уезда, из-за страха перед полицейскими
карательными отрядами с частью своего имущества ушли
в соседние леса...
К этой картине нечего добавлять. Так осуществляет
Польша свою „культурную миссию" на востоке Европы...
Так решаются социальные и национальные проблемы на
оккупированных Польшей землях Западной Украины.
Где яге лежат корни огромного национально-революционного движения, в котором сплелись и классовые и национальные интересы западноукраинекого села?
122-

Нам не приходится долго искать Причину этого движения: она лежит прежде всего в структуре аграрных взаимоотношений и в той земельной политике, которую в течение
десяти лет осуществляет на восточных крессах Зап. Украины
польское правительство, во-первых, и в жестоком подавлении всяких национально-культурных стремлений украинского населения, во-вторых.
К сожалению, польская статистика крайне скупа и не
разговорчива на цифры, касающиеся земельных порядков
на Зап. Украине. Однако, если даже взять данные первой
переписи 1921 года, которые по существу мало изменились,
то в отношении трех воеводств, в которых развертывается
настоящая аграрная революция, картина земельных взаимоотношений представляется в следующем виде:
Воеводства
и категории хозяйств

и
н
о
го

и à

Львовское.
Б е д н я к и и м а л о м о щ н ы е (О—5 ьа) . . 83,2
Середняки (5--10 га)
9,4
З а ж и т о ч н ы е и к у л а ц к и е (10—50 га)
1,9
Помещики (50 га и в ы ш е )
0,5

34,3
12,9
6,2

Станисяавсксз.
Б е д н я к и и маломощные (0—5 га) . 91,7
Середняки (5 —10 га)
5,9
З а ж и т о ч н ы е и к у л а ц к и е (10—50 га)
1,9
Помещики (50 га и в ы ш е )
0,5

27.2
7,9
6,4
58.3

Тарнопольское.
Б е д н я к и и маломощные (0—5 га) . 86,4
Середняки (5—10 га)
10, !
Зажиточные и к у л а ц к и е (10—50 га)
2,7
Помещики (50 га и в ы ш е )
0,6

30,5
14,0
8,3
47,2

Ни в одной из частей Польши нет такого вопиющего
безземелья и малоземелья огромной массы крестьянства;
в самом деле, где можно в другом месте Польши или Европы увидеть, чтобы 90 проц. всех крестьянских дворов
принадлежало беднякам и маломощным и в то же время
0,5 всего числа хозяйств владело 50 проц. всей земельной
площади?
Если мы посмотрим на те изменения, которые внесены
в земельные отношения этих воеводств политикой'польского
правительства за последние 10 лет, то увидим, что если и про123-

йзошлй кое-какие изменения, то они не только не улучшили
положения, а наоборот, до крайности обострили их. Еще
в послереволюционные годы польская буржуазия и помещики
понимали, что без уступок обойтись не удастся. И вот издается знаменитый закон о парцелляции земли, который
после четырехлетних обсуждений, наконец, был принят
в 1925 году. По этому закону предложено было парцеллировать ежегодно в течение 10 лет по 200 тысяч гектаров.
По данным польской статистики за 8 лет, т. е. с 1919 г. по
1927 год, парцеллированной земли оказалось менее половины
намеченного, что составляет в общей сумме меньше 7 проц.
площади всего помещичьего землепользования в Польше.
При нерентабельности земли в Польше это такой процент,
который даже меньше обычного процента земли, продаваемой
самими помещиками. Если учесть, что в трех указанных
воеводствах большинство имений производит свеклу, а для
таких имений парцелляционный максимум повышен до 700
гектаров, то даже без статистических данных можно быть
уверенным, что крестьянство вряд ли что могло получить,
не говоря уже о том, что покупка парцеллированной земли
является абсолютно кабальной и безземельному или малоземельному крестьянству недоступной.
Но зато на плоды этих трудов на кресах с великим умилением могли бы поглядеть „великие предшественники"
польской земельной политики—Аракчеев и Столыпин. Первый потому, что восточно-кресовые парцелляционные земли
попали военным поселенцам, т. н. „осадникам". Для этих
целей закон установил следующее:
„При всякой парцелляции в первую очередь должны
наделяться: 1) арендаторы и служащие имений, 2) заслуженные солдаты и инвалиды, а также члены добровольческих организаций, 3) семыі погибших солдат и добровольцев" и т. д.
Таким образом на эти земли устремились все резервисты
польской армии, создав за эти годы своеобразный кордон
военных поселений; фольварки этих „осадников" в среднем
насчитывают более 20 гектаров на хозяйство; ио данным
„Газеты Польской" от 18 сентября 1930 г., „союз осадников"
в 1929 году насчитывал 16 тысяч членов; „кто попадает на
кресы и поглубже и дальше отойдет от коммуникационных
линий в села, тот все чаще будет встречать осадника". Назначение „осадннка", этого стража „польской" культуры
на границах, вполне понятно. Но положение его, хотя бы
и вооруженного до зубов, все же не из приятных; по выражению „Курьера Илюстрованного", „осадник польский ягивет,
как в осажденной крепости". Мы можем добавить, что те124-

перь он, получив полицейское и военное подкрепление,
является основным вожаком по части определения, кого
надо в подлежащей его ведению окрестности предать „потоку и разграблению". В большинстве он же и войт или
солтыс (староста).
Если учесть, что украинские пограничные земли вовсе
не плохи, то станет понятным плотное насыщение их осадниками.
Мог бы порадоваться этой реформе отчасти и Столыпин.
Значительная доля земли попала в руки арендаторов, служащих имений, т. е. разных управляющих, создавших прочные фолъварочиые хозяйства!
Из малоземельных и безземельных крестьян получили
наделы всего лишь 6 проц. всех хозяйств. Такое ничтожное
количество полученной земли совершенно не изменило лица
западноукраинской деревни, если не считать появления на
ее землях нового.- п враждебного ей человека в лице оеадника и дополнительного фольварочного кулака.
Вследствие этого огромный процент крестьянства, по существу, является полу батрацким, находящимся в полной
кабальной зависимости от соседнего помещика.
При отсутствии развитой сельскохозяйственной промышленности, а сейчас, при жестоком экономическом кризисе,
при ее почти полном застое батрацкие и полубатрацкие слои
деревни обречены на нищенское существование; польская
статистика не ведет учета безработицы в деревне, но по некоторым косвенным данным безработных в деревне не менее
3 миллионов; добрая половина их надает на Галицию и вообще на Зап. Украину.
Если ко всему этому прибавить, что помещичьи земли
Зап. Украины находятся почти на 85 проц. в руках помещиков польской национальности, а безземельное, малоземельное н середняцкое крестьянство, за самым незначительным
исключением, состоит из украинцев, и если учесть дикие
феодальные порядки, быт и нравы польских помещиков,
фольварочных кулаков и польской администрации, то становится совершенно ясным, что в сознании крестьянства
гнет социальный и национальный гнет сочетаются как два
начала борьба за свое социальное и культурное бытие.

125-

КОМПАРТИЯ И НАЦИОНАЛЬНАЯ ПРОБЛЕМА ЦЕНТРАЛЬНОЙ Е В ' Д П Ы .

Помещаем (с переводе с немецкою) выдержки из избирательною манифеста германской компартии гі ответов братских компартий, представляющих
собой „единое целое, единую
международную пролетарскую
программу освобождения наций"
(„Роте
Фане"), построенную на интернациональной
пролегпарской солидарности. Манифест и ответы братских компартий
помещены
в „Bote Fahne" от 24 августа и 4, 9, 10 и 11 сентября 1930 г.

Иг манифеста германской компартии о национальном и социальном освобождении германского народа.

...Только мы, коммунисты, боремся как против плана Юнга,
так и против грабительского Версальского мира, отправного
пункта порабощения всех германских трудящихся, так же
как и против всех международных договоров, соглашений и
планов (Локарнский договор, план Дауэса, план Юнга, германско-польское соглашение), возникших из Версальского
мирного договора. Мы, коммунисты,—против всякой уплаты
репарационных платежей и международных долгов.
Мы торжественно заявляем перед лицом всех народов
мира, всех иностранных правительств и капиталистов, что
в случае овладения властью мы аннулируем все обязательства, вытекающие из Версальского договора...
Фашисты (национал-социалисты) утверждают, что они
против границ, проведенных Версальским миром, против
отделения ряда немецких областей от Германии, а в действительности же фашизм везде, где только он стоит у власти,
угнетает подчиненные ему народы (в Италии—немцев и кроатов, в Польше—украинцев, белоруссов и немцев, в Финляндии—шведов и т. д.). Вожди немецких фашистов, Гитлер и
его помощники, не поднимают своего голоса против насильственного присоединения Южного Тироля к фашистской
Италии. Гитлер и немецкие национал-социалисты молчат о
страданиях крестьянского немецкого населения Южного Тироля, стонущего под ярмом итальянского фашизма. Гитлер
и его партия за спиной немецкого народа заключили грязный тайный договор с итальянским фашистским правительством, согласно которому немецкие области Южного Тироля
окончательно отдаются иностранным завоевателям. Этим по126-

зорным деянием Гитлер и его партия также продали национальные интересы трудящихся масс Германии версальским
победителям, как это непрерывно делает немецкая социалдемократия в течение двенадцати лет.
Мы, коммунисты, заявляем, что мы не признаем никакого
насильственного присоединения какого-либо народа или части народа к инонациональному государственному образованию, ни одной границы, проведенной без согласия трудящихся масс и действительного большинства населения. Мы,
коммунисты, против проведенного на основе Версальского
насильственного мира территориального раздробления и
ограбления Германии.
Фашисты (национал-социалисты) утверждают, что их
движение направлено против империализма. В действительности же они приходят к соглашению с империалистами.
Они против освободительной борьбы колониальных народов
(Индии, Китая, Индокитая), они требуют для Германии колоний H призывают к новой войне, прежде всего к интервенции против Советского союза, единственной страны, чей победоносный рабочий класс победоносно оборонялся с оружием в руках против всех нападений мирового капитала,
против грабительских походов империалистов Версаля...
Мы, коммунисты,—единственная партия, ставящая своей
целью ниспровержение империализма и освобождение народов от власти финансового капитала. Поэтому мы призываем
трудящиеся массы Германии прежде всего к борьбе против
в р а г а в с в о е й с т р а н е , за ниспровержение капиталистического господства и установление советской власти в
Германии для того, чтобы порвать Версальский договор и
устранить его последствия...
Мы, коммунисты, заявляем, что после падения власти
капиталистов и помещиков, после установления пролетарской диктатуры Германии мы в братском союзе с пролетариями всех других стран в первую очередь осуществим следующую программу...
Мы порвем грабительский Версальский „мирный" договор и порабощающий Германию план Юнга...
Мы, коммунисты, установим полное право всех наций на
самоопределение и в согласии с революционными рабочими
Франции, Англии, Польши, Италии, Чехо-Словакии и т. д.
обеспечим присоединение к советской Германии тех немецких областей, которые этого пожелают...
Из ответа французской компартии.

Коммунистическая партия Франции одобряет заявление
братской партии о грабительских договорах, возложенных
127-

на Германию победившими империалистами при содействии
немецкой буржуазии и немецких социал-фашистов... Она
заявляет, что не признает ни одного из договоров, навязанных империализмом побежденным странам. Она заявляет,
что порвать эти акты позорной эксплоатации—безусловное
право и безусловный долг трудящихся Германии...
Центральный комитет объявляет, что обязанностью пролетариата, пришедшего к власти, будь то в стране победителей или в стране побежденной,—немедленно уничтожить
империалистические договоры и отказаться от их выполнения...
Коммунистическая партия Франции, имеющая долголетнюю традицию борьбы в защиту угнетенных меньшинств и
колоний, провозгласившая их безусловное право на свободное самоопределение, может лишь одобрить заявлениецкомпартии Германии о праве присоединения национальных
меньшинств, говорящих на немецком языке, к советской Германии, если они того пожелают и в желаемой ими форме.
Право свободного самоопределения национальных меньшинств включает одновременно также право на определение, право на полную независимость или право присоединения к другой стране. Поэтому коммунистическая партия
Франции поддерживает все усилия национальных меньшинств, которые захотят присоединиться к советской Германии...
Из ответа чехс-с-ловацксй компартии.

Борьба немецкого пролетариата за свое национальное и
социальное освобождение есть дело пролетариата всего мира.
Это—борьба, разбивающая цепи, которыми международный
империализм сковал мир, в их самом слабом месте. Это борьба,
указывающая всем трудящимся всего мира выход из кризиса путем ниспровержения капитализма и пролетарской
диктатуры.
Чехо-словацкий империализм является участником плана
Юнга. Чешский империализм подвергает национальному
угнетению миллионы немецких трудящихся в Чехо-Словакии с согласия и при сотрудничестве немецкой буржуазии,
которая несмотря на свои национальные фразы предала
борьбу против национального угнетения и за право на самоопределение вплоть до отделения, для того чтобы сообща
поделить с чешской буржуазией богатства, текущие из пота
и нищеты чешского и немецкого рабочего.
В этом деле национального угнетения чехо - словацкий
империализм находит верных союзников в социал-фашистских вождях; социал-фашизм, являющийся в Чехо-Словакии
128-

в настоящий момент главным орудием капиталистического
наступления, голода и нужды, является также добровольным орудием национального угнетения.
Чешский пролетариат, боровшийся в рядах националь- ,
ного движения в твердой вере, что он борется за национальное. самоопределение, который видел в национальном освобождении также с в о е освобождение и который был так грубо
обманут в этих своих надеждах, совершенно не заинтересован в этой политике национального угнетения. У чешского
пролетариата есть лишь один единственный интерес—связать свою борьбу за свободу и против угнетения с великой
борьбой немецкого пролетариата за национальное и социальное освобождение.
Борьба за самоопределение наций вплоть до отделения,
борьба против грабительского Версальского договора и против плана Юнга, борьба против национального угнетения и
за свободу есть составная часть великой борьбы чехо-словацкого пролетариата против чехо-словацкого империализма,
против социального угнетения и эксплоатации и за пролетарскую диктатуру.
Только освобождение всех наций, завоевание власти путем
пролетарской революции послужит основой для сотрудничества всех наций. И только пролетарская диктатура принесет освобождение также чешскому пролетариату и создаст
основу для подлинной самостоятельности чешского трудового народа.
Поэтому мы приветствуем героическую борьбу немецкого
пролетариата. Мы приветствуем программу пролетарской
диктатуры, программу национального и социального освобождения немецкого народа, поставленную КПГ—героическим вождем германского пролетариата—перед рабочим классом Германпи.
Мы объявляем, что национальное освобождение всех угнетенных наций, последовательное проведение лозунга „право
наций на самоопределение вплоть до отделения" будет одним
из первых действий победоносной пролетарской революции
чехо-словацкого пролетариата, которая уничтожит всякое
национальное угнетение и социальную эксплоатацию.
Из ответа польской коммунистической партии.

...Версальский договор сделал империалистическую Польшу форпостом империалистических грабителей против СССР.
Польская буржуазия в контрреволюционной войне против
русской Октябрьской революции оккупировала Западную
Украину и Западную Белоруссию и на основе Версальского
9 Нац. вопрос.

129

договора разорвала Верхнию Силезию на две части и создала в польском коридоре очаг военных осложнений...
Коммунистическая партия Польши борется за право на
• самоопределение Западной Украины и Западной Белоруссии
до отделения и присоединения к советской Украине и советской Белоруссии. КП Польши борется за право на самоопределение до отделения Верхней Силезии и областей с
немецким населением в Польше.
Первым шагом польского советского правительства явится обеспечение^ немедленного осуществления права на
самоопределение до отделения порабощенных народов
Польши.
Победоносный пролетариат Польши порвет и аннулирует
Версальский грабительский договор, заковавший в рабские
цепи трудящиеся массы Германки и сделавший империалистическую Польшу жандармом Версаля и плана Юнга.
Только советская Польша и советская Германия смогут в
пролетарской общности решить верхнееилезский вопрос и
вопрос о коридоре и обеспечить хозяйственный и культурный расцвет обеих стран. Советская Польша уничтожит
всякие таможенные и военные границы с другими советскими республиками и заключит тесный братский союз с
советской Германией и СССР.
Из ответа когмуниетической партии Италии.

-ч

Итальянское фашистское правительство ведет в отношении национальных меньшинств Италии — немцев Южного
Тироля и славян Джулии-Венеции—самую насильственную
политику угнетения и денационализации. Оно запрещает
немецкому и славянскому населению употребление своего
родного языка; оно закрыло все немецкие и славянские
школы, арестовало или выслало всех учителей и заменило
итальянскими фашистскими преподавательскими силами;
оно ввело в этих чисто немецких и чисто славянских областях итальянский язык в качестве единственного языка в
учреждениях и в суде, оно принудительно изменило немецкие и славянские имена населения Южного Тироля и Джулии-Венеции.
Немецкое население Южного Тироля и славянское население Дягулии-Венеции огнем и мечом закованы в цепи фашистской диктатуры, и каясдая попытка сбросить эту диктатуру подавляется кровью. Расстрел славянского крестьянина Владимира Гортана по приказу фашистского особого
трибунала и непрекращающиеся массовые аресты среди немецкого и славянского населения Южного Тироля и ДжуÎ3Q

лии-Венеции показывают, какова национальная политика
фашизма.
И с этим фашистским правительством договариваются
вожди германского фашизма. Этому фашистскому правительству Гитлер и IIo вродали немецкий Южный Тироль
за наличные.
Коммунистическая партия Италии и итальянский рабочий класс ведут революционную борьбу за полное национальное освобождение немецкого и славянского населения,
угнетаемого итальянской буржуазией и ее фашистским режимом, вплоть до отделения от итальянского государства...
Ваша борьба против Версальского договора и против
плана Юнга—есть также наша борьба.

9*

131

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС В ЧЕХОСЛОВАКИИ

Национальная

(Статья

проблема в Чехе-Словакии в связи с
периодом.

А. Келлермана

в «Коммунистическом
№ 6 1930 г.).

третьим

интернационал е-»

Правильность того тезиса, что в третьем периоде послевоенного развития капитализма все противоречия капиталистического общества заостряются в чрезвычайной степени,
с каждым месяцем все в большей мере подтверждается фактами действительности. Нарастает новая революционная
волна, к которой пролетариат должен подготовиться со всей
своей энергией. При таких перспективах одной из важнейших задач отдельных секций Коминтерна является конкретное изучение ситуации в каждой отдельной стране и выявление всех специфических факторов в хозяйственных и
политических взаимоотношениях в каждой данной стране.
Далее необходимо правильно расценить эти факторы, поскольку они представляют собой элементы всеобщего международного нарастания новой революционной волны. В ЧехоСловакии одним из важнейших в ряде этих специфических
факторов является н а ц и о н а л ь н а я п р о б л е м а . Эта
проблема имеет тем большее значение для политики коммунистической партии Чехо-Словакии, что в результате
экономических и социальных изменений, характеризующих
третий период, крупные массы трудящегося населения,
принадлежащего к национальным меньшинствам, быстро
нищают. Этот факт дает пролетариату Чехо-Словакии возможность перед лицом приближающихся решительных боев
расширить свой с т р а т е г и ч е с к и й б а з и с и р а с п р о с т р а н и т ь к л а с с о в ы й фронт п р о л е т а р и а т а на
т р у д я щ е е с я н а с е л е н и е н а ц и о н а л ь н ы х меньшинств.
Обнищание трудящегося населения всех национальностей
в Чехо-Словакии протекает в условиях национального сплочения чешской буржуазии с буржуазией национальных
меньшинств. Мы стоим перед классовым фронтом капита132-

листов, от социал-демократии вплоть до крайнего крыла
буржуазии. Таким образом в Чехо-Словакии в период усиленного заострения классовых противоречий друг другу
противостоят два фронта т а к ж е и в н а ц и о н а л ь н о м
в о п р о с е .

Чтобы правильно понять крупное революционизирующее
значение национальной проблемы в Чехо-Словакии, необходимо восстановить в памяти тот факт, что это государственное образование возникло в р е з у л ь т а т е и м п е р и а л и с т и ч е с к о г о а к т а . Тот факт, что Чехо-Словакии,
как государству, уже при ее создании была отведена империалистическая роль и что она является прямым результатом империалистической войны, означает, что принципы
демократии и права на национальное самоопределение, которые чешская буржуазия провозгласила в соответствии с
Вашингтонской декларацией, с самого начала являлись
пустой фразой и что они должны были, в действительности,
уступить свое место абсолютизму.
В о б щ е м национальное движение чешского и словацкого населения в конце истекшего и в начале нынешнего
столетия может быть охарактеризовано как прогрессивное
движение, поскольку оно было направлено против абсолютистских форм господства и остатков феодализма в старой
Австро-Венгрии и поскольку тенденция его развивалась в
сторону освобождения народов, подвергавшихся национальному угнетению. Тем не менее в условиях бурного развития
капитализма в Австро-Венгрии и, особенно, в Богемских
странах уже в этот период окончательно оказалось прошедшим то время, когда б у р ж у а з и я национальных
меньшинств способна была добиться своей независимости
от монархии путем запоздалой буржуазной революции. Необходимо указать, главным образом, два момента, которые
лишили чешскую и словацкую буржуазию силы для революционного выступления. Это, во-первых, слишком далеко
зашедшие классовые противоречия среди самих этих национальностей и, во-вторых, срастание чешской мелкой буржуазии с австрийским государственным аппаратом. Классовая диференциация была столь глубока, в особенности в
чешских частях страны, что это исключало возможность
существования единой революционной воли, направленной
против воли монархии. Для п р о л е т а р и а т а в богемской
л словацкой частях страны, наоборот, н е и м е л о с ь д р у г о й в о з м о ж н о с т и освобождения от национального ига,
как освобождение от ига капитализма в о о б щ е . Это являлось предпосылкой для того, чтобы чешская буржуазия
отказалась от своих прежних сепаратистских традиций и
133-

стремилась к соглашению с буржуазией господствующей
нации на основе широкой автономии в рамках Австрии.
Чехо-Словакия смогла быть образована как самостоятельное государство не путем восстания национальных меньшинств во время войны и в связи с крушением австровенгерской монархии, а в результате победы государств
Антанты. Эта победа обусловила для чешской буржуазии
возможность оккупировать н е м е ц к о - б о г е м с к и е
области, Словакию, П р и к а р п а т с к у ю Русь
иТешенекую
область.
Чешская и словацкая буржуазия при создании чехословацкого государства руководились не мотивами освобождения трудящихся масс чешского и словацкого национальных меньшинств из-под ига Австро-Венгрии, но что
они стремились обеспечить себе м о н о п о л и ю
на
э к с п л у а т а ц и ю т р у д я щ и х с я м а с с в с е х нац и о н а л ь н о с т е й в современной Чехо-Слов а к и и .

Империалистический характер завоевательной деятельности чешской буржуазии характеризуется также той решительностью и грубостью, с которыми проводилась
оккупация немецко-богемских, словацкой и нрикарпатоукраинских областей. В н е м е ц к и х областях в о о р у женное
сопротивление
населения
было
сломлено силой оружия легионов. П а с с и в н о е с о п р о т и в л е н и е , которое население в е н г е р с к и х областей
противопоставило оккупации, было раздавлено чешской
военщиной. „Правовое" обоснование занятия областей, населенных национальными меньшинствами, М а с с а р и к 1
находит в постановлениях империалистических мирных
договоров. Относительно оккупации Словакии он заявляет
следующее: „Полномочие для з а н я т и я (!) Словакии было
дано Антантой 4 декабря 1918 года. Первое определение
южной границы Словакии имело место после предшествующих совещаний с в о е н н ы м и а в т о р и т е т а м и ) ! )
(Фош,
В е й г а н д ) " . Путем этой констатации М а с с а р и к разрушает также иллюзию о национальной революции словаков. Оккупацию Прикарпатской Украины M а сс а р и к характеризует следующими словами: „Прикарпатская Русь была нам предоставлена на мирной конференции".
„Идея чехо-словацкого государства" построена на ложном
представлении о „чехо-словацкой" нации. Между тем не
1
Первый президент Чехо-Словакии и виднейший
националистической буржуазии {Сост.).

134-

идеолог

чешской

имеется ни одного признака, выдерживающего какую-нибудь
научную критику, при помощи которого можно было бы
оправдать гипотезу о „чехо-словацкой" нации. В истории
не существовало ни совместных экономических, ни совместных территориальных условий развития чехов и словаков.
Оба народа в связи с этим не обладают также общими языком и культурой. Таким образом, искусственное создание
„чехо-еловацкой" нация М а с с а р и к о м является лишь
средством для обоснования его и м п е р и а л и с т и ч е с к о й „идеи чехо-словацкого государства". Вся эта концепция М а с с а р и к а с самого начала л и ш а е т словаков права на действительно самостоятельную государственную жизнь. Плоды национального угнетения словацкого
народа чешской буржуазией с самого начала возникновения
Чехо-Оловакии как государства обнаруживались во все
более остром национально-освободительном движении трудящихся словацких масс против „чехо-словацкого" государства. В самое последнее время под давлением этого
движения все чаще подымаются голоса именно в рядах
крыла буржуазии, возглавляемого М а с с а р и к о м , которые
вынуждены признать особые условия исторического развития словаков, но вместе с тем защищают необходимость
совместной государственной жизни путем ссылки на „общие"
интересы чехов и словаков, представляющие по сути дела
не что иное, как о б щ и е и м п е р и а л и с т и ч е с к и е инт е р е с ы б у р ж у а з и и обеих наций.
Обещания чешской буржуазии при создании чехо-словацкого государства на развалинах старой австро-венгерской монархии об образовании „ Н о в о й Ш в е й ц а р и и",
опирающейся на „свободную" волю национальностей ЧехоОловакии, были подменены п о в т о р е н и е м а в с т р и й ских
абсолютистских
методов
национ а л ь н о г о у г н е т е н и я . За империалистическим з ав о е в а н и е м с полной закономерностью должно было
последовать империалистическое у г н е т е н и е трудящихся масс национальных меньшинств. Чешская буржуазия
не остановилась на растаптывании права национальных
меньшинств на самоопределение. Она, равным образом,
игнорировала элементарнейшие права меньшинств в к у л ь т у р н о й и а д м и н и с т р а т и в н о й областях, которые по
сути дела не имеют ничего общего с вопросом о нераздельности Чехо-Словакии как государства. При помощи чешской социал-демократии был проведен один из самых р еакционных законов относительно языка,
которые еще существуют в Европе, и применяется в ш к о л а X практика, равняющаяся насильственной чехизации и
135-

исключению национальных меньшинств из школ. Но еще
более невыносимыми являются определенные мероприятия
чешской буржуазии в э к о н о м и ч е с к о й и с о ц и а л ь н о й областях. Так, была проведена реакционная з е м е л ь н а я и л е с н а я р е ф о р м а , результаты которой в
первую голову ложатся тяжело на плечи бедняцкого
крестьянства в областях, населенных национальными меньшинствами. Отсюда видно, что национальный вопрос в ЧехоСловакии я в л я е т с я п р е и м у щ е с т в е н н о в о п р о сом б е д н я ц к о г о и с е р е д н я ц к о г о к р е с т ь я н ства.
Национальная политика чешской буржуазии уже в момент
образования новой государственности вызвала со стороны
трудящихся масс национальных меньшинств решительное
сопротивление. В немецких и венгерских областях буржуазия национальных меньшинств в первые послевоенные годы
овладела г е г е м о н и е й над национальным освободительным движением трудящихся. Это было то время, когда
буржуазия национальных меньшинств боролась за всякую
позицию в области эксплоатации масс, принадлежащих
к „собственной" нации. Но так как период „национального
сопротивления" совпал с первой революционной волной
после войны, то буржуазия национальных меньшинств из
боязни перед пролетарской революцией вскоре отказалась
от сопротивления и с о в м е с т н о с ч е ш с к о й б у р ж у а з и е й положила начало периоду
стабилизац и о н н о г о н а с т у п л е н и я за счет трудящихся масс
всех национальностей. В этот второй период в отношениях
буржуазии национальных меньшинств к чехо-словацкому
государству происходит одновременно э к о н о м и ч е с к а я
перетру п пи р овк а и создается
экономическая гегемония чешского
финансового
к а п и т а л а . Главнейшими основами этого процесса были
следующие моменты: политическая власть чешской буржуазии, финансовая поддержка государства Антанты, административный нажим на буржуазию национальных меньшинств и поощрение чешского капитала в области внешней
торговли, присвоение прежних австрийских крупных предприятий чешской буржуазией на основе мирных договоров,
чистка государственного аппарата от сторонников национальных меньшинств и т. п.
Если гегемония буржуазии национальных меньшинств
над национальным освободительным движением масс была
пригодна для того, чтобы в первые послевоенные годы
ослабить классовую борьбу в областях, населенных национальными меньшинствами, и направить активность масс в
136-

Словакии, Прикарпатской Руси и немецких областях
в большей мере в русло борьбы против империалистического угнетения со стороны ч е ш с к о й буржуазии, то
в результате стабилизационного наступления и сближения
между буржуазией различных национальностей начался
ускоренный процесс классовой диференциации и з а о с т р е н и я к л а с с о в о й б о р ь б ы п р о т и в „собс т в е н н о й", б у р.ж у а з и и т а к ж е и в о б л а с т я х ,
населенных
национальными
меньшинствами.
Характерным для третьего периода послевоенного развития капитализма Чехо-Словакии является тот факт, что
на основе экономического и политического срастания буржуазии национальных меньшинств с чешской буржуазией
и под гегемонией последней национальная проблема поднялась на б о л е е в ы с о к у ю с т у п е н ь , на которой р еакционная
роль
буржуазии
национальных
меньшинств
становится совершенно ясной
широким массам трудящегося населения, и эти т р у д я щиеся
массы под г е г е м о н и е й
пролетар и а т а п р е в р а щ а ю т с я в е д и н с т в е н н ы х носителей национального освободительного
д в и ж е н и я . Вследствие усиленной экономической и социальной эксплоатации масс национальный вопрос также
у г л у б л я е т с я . Его с о ц и а л ь н ы й характер начинает все более выпирать на поверхность, что вызывает г л убокое полевение
трудящихся
масс
нац и о н а л ь н ы х м е н ь ш и н с т в и т о л к а е т их в
вопросе разрешения
н а ц и о н а л ь н о й проб л е м ы Ч е х о-О л о в а к и и в с т о р о н у п р о л е т а р ской революции.
Межнациональная
коалиция
буржуаз и и , последние четыре года в Чехо-Словакин находивхнаяся
у власти, и нынешняя буржуазно-социал-фашистская правительственная коалиция всех национальностей является
выражением безоговорочного сотрудничества буржуазии
различных национальностей на основе усиленной эксплоатации трудящихся масс со стороны финансового капитала.
Однако пути, по которым буржуазия отдельных национальных меньшинств пришла к сотрудничеству в правительстве, различны. Эгн различия объясняются особыми историческими условиями развития отдельных национальностей
в Чехо-Словакии.
С л о в а ц к а я буржуазия, которая, главным образом,
представлена в словацкой народной партии Г л и н к и , с самого начала выступала сторонницей государственного един137-

ства и союза с чешской буржуазией, исходя из надежды,
совместно с чешской помощью сломить экономическую мощь
венгерской буржуазии в Словакии. Ее стремление к словацкой „ т е р р и т о р и а л ь н о й
а в т о н о м и и", под
лозунгом которой ей удалось увлечь за собой значительные
массы трудящихся крестьян и городской мелкой буржуазии,
питалось боязнью экономической и политической чехизации
Словакии. Этот момент обуславливает также продолжающееся существование относительной общности интересов
между словацкой и венгерской буржуазией и ее противоположности чешской буржуазии в течение всего времени
бытия чехо-словацкой государственности. Если чехо-словацкой политике удалось в годы, последовавшие за оккупацией Словакии, сломить экономическое господство венгерской буржуазии и крупных земельных собственников путем
принудительной экспроприации крупных латифундий и
общего нажима на венгерский капитал, то несомненно, что
в этом процессе преобладающую позицию завоевал не
столько словацкий, сколько более сильный ч е ш с к и й
капитал. При помощи чешского капитала, особенно в последние годы, были достигнуты сильное развитие промышленности, военно-стратегического, железнодорожного строительства и капитализация сельского хозяйства. Сильные
позиции чешского капитала в Словакии не могли не оказать своего влияния в смысле отступления словацкой буржуазии в области автономистских стремлений. К этому
присоединяется также то, что словацкий а г р а р н ы й к а п и т а л укрепился за счет венгерского крупного землевладения в борьбе с последним. Поэтому словацкий аграрный
капитал с самого начала занял ясную ц е н т р а л и с т с к у ю позицию в экономическом и политическом союзе с
чешским аграрным капиталом.
HÖ не столько экономическая гегемония чешской буржуазии в Словакии, сколько в гораздо большей мере
стремление о б е с п е ч и т ь с о о т в е т с т в у ю щ у ю д о лю в о б л а с т и э к с п л о а т а ц и и
трудящихся
для усилившегося словацкого капитала
путем его срастания с чешским капиталом в третьем периоде,
в основном угашает интерес
словацкой
индустриальной и торговой
буржуазии
к а в т о н о м и и и обусловливает усиление централистских стремлений в рамках всего буржуазного фронта
Словакии.
Процесс классовой диференциации в Словакии у г л у бился и ускорился.
Национальное
освоб о д и т е л ь н о е д в и ж е н и е в С л о в а к и и активизи138-

руется и направляется все больше в сторону р е в о»
люционного разрешения
национального
в о п р о с а .

Н е м е ц к а я буржуазия в своем сопротивлении в первые послереволюционные годы опиралась на подавляющую
силу своего индустриального и банковского капитала и на
наличие компактного немецкого меньшинства, насчитывающего около Зх/2 млн. человек и стоящего на высоком
культурном уровне. Все же чешской буржуазии в борьбе
против немецкого капитала с заграничной помощью и,
прежде всего, путем решительного наступления на жизненный уровень трудящихся масс удалось во время
периода относительной стабилизации и высокой экономической конъюнктуры завоевать преобладание, быстро сломить сопротивление немецкой буржуазии н а
основе
совместной
эксплоатации
трудящихся
м а с с с т р а н ы и создать предпосылки для участия
немецкой буржуазии в правительстве. Экономическое
срастание немецкого капитала с чешским выражается
в целом ряде финансово-капиталистических связей, венцом
которых является имевшее место в прошлом году объединение „Главного союза немецкой промышленности" с чешским „Промышленным союзом". К этому присоединяется
совершенно единодушно сотрудничество немецких и чешских а г р а р и е в во всех вопросах экономической политики. Это сотрудничество немецкой и чешской буржуазии
вызывает у с и л е н н у ю с о ц и а л ь н у ю
эксплоат а ц и и т р у д я щ и х с я масс н е м е ц к о г о меньш и н с т в а на финансово-капиталистической основе. Безоговорочная чехо-словацкая империалистическая установка
немецкой буржуазии в третьем периоде, проявившаяся в
ряде выступлений еѳ руководящих политиков, с полной
ясностью показывает, что немецкая буржуазия и вместе с
ней немецкие социал-фашисты с о в е р ш е н н о отказались
от платформы национального „сопротивления", которую они
занимали в прежние годы. Немецкие буржуазные и социалфашистские „народные вожди" при всяком патриотическом
выступлении чешской буржуазии торопятся доказать свою
безоговорочную верность государству и
свой интерес к осуществлению внешне- и внутрипатриотических целей чехо-словацкого финансового капитала.
Эти сдвиги в лагере немецкой буржуазии ускоряют классовую днференциацию немецкой Богемии и одновременно
также п о л е в е н и е т р у д я щ и х с я м а с с н е м е ц к о г о
меньшинства.
Опасность, угрожавшая государству со стороны вен139-

г е р с к о й буржуазии в Словакии после крушения АвстроВенгрии, заключалась в ее экономическом преобладании.
Но особенность Словакии состояла в том, что здесь вследствие экономической структуры страны приходилось иметь
дело не столько с индустриальной буржуазией, сколько
с венгерским юнкерством, владевшим наиболее плодородной
частью земель и господствовавшим над крупно-аграрным
производством, в то же время являясь носителем остатков
феодализма. Посредством земельной реформы чешской и
словацкой буржуазии удалось сломить основывавшуюся на
крупных латифундиях экономическую гегемонию венгерской буржуазии и вызвать к жизни сильную аграрную словацкую буржуазию. Лишение социальных корней одной
части венгерской буржуазии в результате земельной реформы оказало на нее радикализирующее действие и вызвало среди нее острое сопротивление в форме „ и р р е д е н т ы " , являющейся характерной для позиции венгерской
буржуазии в первые послевоенные годы и нашедшей объективную поддержку в автономиетнтески ориентированном
крыле словацкой буржуазии. Экономическая перегруппировка
и усиление чехо-словацкого капитала в Словакии в период
относительной стабилизации, а прежде всего о б е с п е ч е ние возможностей э к с п л о а т а ц и и для венгерского промышленного и аграрного капитала
в С л о в а к и и путем его п о с т е п е н н о г о с р а с т а н и я
с ч е х о - с л о в а ц к и м к а п и т а л о м обусловливает в третьем периоде не только отказ венгерской буржуазии от дальнейшего сопротивления, но и ее т е с н о е п о л и т и ч е с к о е
с о т р у д н и ч е с т в о с прежним противником. Если у венгерской буржуазии дело еще не дошло до п р я м о г о участия в правительственной власти, то причиной этого отнюдь
не является ее принципиально-отрицательная позиция по
отношению к нынешнему чехо-словацкому государству, но,
главным образом, сравнительно небольшой удельный вес
самой венгерской буржуазия в государстве в целом.
Для буржуазия национальных меньшинств национальная
проблема в основном представляется „р а з р е ш е н н о й" на
основе ее экономического и политического срастания с чешской буржуазией. Ояи образуют к р е п к о
спаянный
к л а с с о в ы й ф р о н т финансового капитала для совместной эксплоатации трудящихся масс.
Классовый фронт буржуазии о т к р ы т о должен был
быть расширен за счет привлечения социал-фашистов различных национальностей ввиду наличия глубокого экономического и политического кризиса чехо-словацкого финансового капитала.
140-

Социальные результаты деятельности этого классового
фронта буржуазии и социал-демократических партий в ЧехоСловакии ложатся тягчайшим бременем на широкие слон
трудящегося населения. Для национальных меньшинств они
означают двойную эксплоатацию. IIa этой основе в противовес классовому фронту буржуазии образуется к р е п к о
сплоченный классовый фронт
трудящихся
м а с с в с е х н а ц и о н а л ь н о с т е й под руководством коммунистической партии, движущейся в сторону пролетарской
революции. С п е ц и ф и ч е с к и й м о м е н т т р е т ь е г о периода в смысле классовой
диференциации
в Ч е х о - С л о в а к и и з а к л ю ч а е т с я в том, ч т о т р у д я щ и е с я м а с с ы н а ц и о н а л ь н ы х м е н ь ш и н с т в разр ы в а ю т т е п у т ы , к о т о р ы е и х с в я з ы в а л и в нац и о н а л ь н о м вопросе с „собственной" буржуаз и е й , и с п л а ч и в а ю т с я с п р о л е т а р и а т о м в совместный классовый фронт против последней.
Социал-фашисты и буржуазия национальных меньшинств
всеми силами пытаются ставить препятствия развитию этого
процесса. Именно в период усиленной эксплоатации масс
национальных меньшинств развертывается н а ц и о н а л ь н а я д е м а г о г и я , главным образом со стороны социалфашистов. Она преследует цель завуалировать враждебный
для национальных устремлений характер нынешнего коалиционного правительства я отвлечь трудящееся население
национальных меньшинств от революционной борьбы за их
национальное и социальное освобождение. Немецкая социалдемократия всегда с издевательством подходила к праву
национальностей на самоопределение. В ее программе по
национальному вопросу „право национальностей на самоопределение" и „культурная национальная автономия" ставятся на одну доску, что означает не что иное, как с в е д е н и е в о п р о с а о п р а в е на с а м о о п р е д е л е н и е
к „культурной
автономии".
Австро-марксистская
теория культурной автономии подновляется применительно
к условиям третьего периода тем, что немецкие социалдемократы выставляют лицемерные „требования" в вопросах
о школе и о смягчении закона о применении языков. Немецкие буржуазные партии вплоть до фашистов приходят
им на помощь в требовании культурной автономии. „Чехословацкие" социал-демократы, национальная программа которых ограничивается „оправданием" созданных в результате империалистических мирных договоров границ чехословацкого государства и которая относительно проблемы
национальностей говорят лишь, что по отношению к меньшинствам необходимо проводить такую линию, которая „н е
141-

в ы з ы в а л а бы ж а л о б " , в настоящее время готовы пойти
навстречу своим партийным товарищам в немецком лагере
и также поддержать их в их национальной „программе".
Специфический момент в развитии национальной проблемы в Чехо-Словакии в третий период заключается в том,
что интересам чешской буржуазии уже больше не противоречат мелкие уступки национальным меньшинствам в области культурных вопросов и мелкие реформы, поскольку они
взамен этого приобретают безоговорочную поддержку буржуазии и социал-демократии национальных меньшинств во
всех вопросах внешней и внутренней политики. Конечно,
в лагере чешской буржуазии имеются некоторые трения по
вопросу об уступках национальным меньшинствам в культурной области. В особенности то крыло чешских капиталистов, выразителем которого является к р а м а р ж , представляет собой ту группу, которая взамен полного предоставления немецкой буржуазии участия в эксплоатации
масс, требует от нее полного национального подчинения.
Даже словацкий социал-демократический министр просвещения д-р Д е р е р в своем выступлении в связи с бюджетными прениями по школьному вопросу не обещал культурной автономии, но лишь ряд „улучшений" практики национальной политики прежней буржуазной коалиции. Обещания
Д е р е р а в основном имеют своим содержанием то, что
немецкая буржуазия и социал - демократия в вопросе о
школах для меньшинств и о языке получили некоторые
уступки для того, чтобы иметь возможность показать трудящимся массам немецкого меньшинства определенные „достижения" и продолжать свою национальную демагогию ва
более „реальном" базисе. Но все же упомянутые трения
внутри чешского лагеря не могут завуалировать того факта,
что тенденция идет в сторону предоставления немецкому и
венгерскому меньшинствам, наряду с уступками в культурных вопросах, также определенные а д м и н и с т р а т и в н ы е
уступки. Подобное „разрешение" национальной проблемы
в Чехо-Словакии будет означать в то же время справедливый приговор истории над австро - марксистской теорией
„культурной автономии", которая в настоящее время проводится империалистической буржуазией в форме, соответствующей ее интересам, для того чтобы заковать трудящиеся массы национальных меньшинств в двойные цепи
национального и социального угнетения. Ибо этот социалфашистский способ „разрешения" национального вопроса
в полной мере идет по линии фашизации государства и
подготовки империалистической войны, для чего путем реформ в культурных вопросах обеспечивается еще более
142-

прочная концентрация государственной власти в руках господствующей буржуазии.
Вопрос, который, главным образом, вынуждает социалфашистов и буржуазию всех национальностей в Чехо-Словакии обратиться к трудящимся массам в национальном
вопросе—это вопрос империалистической подготовки войны
со стороны чехо-словацкого финансового капитала против
Советского союза. Под лозунгом „национального соглашения", который в настоящее время должен быть, с одной
стороны, „осуществлен" в форме незначительных культурных реформ, а, с другой стороны, сопровождается двойным
экономическим и политическим угнетением трудящихся
масс национальных меньшинств, эти трудящиеся массы
должны идеологически быть включены во фронт империалистической буржуазии для войны против Советского союза.
Буржуазия и социал-демократы исходят, однако, и з неп р а в и л ь н о г о р а с ч е т а , если они думают путем своих
махинаций за счет национальной проблемы в Чехо-Словакии
сколотить себе политический капиталец в целях контрреволюционной войны. И м е н н о в Ч е х о - С л о в а к и и имеется
ряд особых исторических моментов, которые в случае войны
против Советского союза превратят национальную проблему
в мощный фактор крушения государства.
Национальные моменты, которые в случае войны против
Советского союза в чрезвычайной мере ускорят всеобщее
восстание трудящегося населения против империалистической буржуазии в Чехо-Словакии и приведут эти массы на
сторону пролетарской революции, в основном следующие: революционное разрешение национального вопроса в Советском
союзе; проблема Прикарпатской Украины, географическая и
этнографическая связанность словацкого и венгерского меньшинств в Прикарпатской Украине; тот факт, что в случае войны против Советского союза главная тяжесть ее (вследствие
их географического положения) должна лечь на народы
Словакии и Прикарпатской Украины; социальные последствия капиталистической земельной реформы, особо заостренные в Словакии и Прикарпатской Украине; пестрый национальный состав армии и т. д. Все это — моменты, которые
теснейшим образом связывают интересы испытывающих национальное угнетение трудящихся масс Словакии и Прикарпатской Украины с интересами трудящихся масс Советского союза и всемерно усиливают тенденции распада империалистического чехо-словацкого государства.
Обостренная социальная эксплоатации трудящихся масс
национальных меньшинств в третьем периоде вызывает ускоренный процесс полевения этих масс. Классовый фронт
143-

пролетариата начинает расширяться за счет этих масс. Это
развитие возлагает на коммунистическую партию задачу
осуществить в национальном вопросе п о д л и н н о б о л ь ш е в и с т с к и й п о в о р о т . Она должна ьстать во главе
всех боев, проводимых трудящимися массами национальных меньшинств, и доказать на практике, что она является
д е й с т в и т е л ь н ы м вож-дем э т и х масс.
В истории коммунистической партии Чехо-Словакии
имеется период, тянувшийся в течение ряда лет, который
характеризуется полнейшим непониманием большевистской
тактики и стратегии в национальном вопросе. С самого своего основания и вплоть до времени после Y конгресса Коминтерна коммунистическая партия Чехо-Словакии находилась под гипнозом идеологии, вытекавшей из „идеи чехословацкого государства" М а с с а р и к а . Так, напр., на первом очередном конгрессе коммунистической партии ЧехоСловакии в 1923 г. против демагогического лозунга „автономии", которым оперировала партия Глинки, велась борьба
с государственно-централіщгской точки зрения. Основная
суть тезисов конгресса по национальному вопросу выражена^ в следующей фразе:
„Лозунг автономии Словакии служит лишь для того,
чтобы удержать словацкий народ от культурной общности
и национального объединения с чешским народом и вообще
сделать его недоступным для всех влияний западной культуры...".
И если наряду е этой фразой и была- сделана констатация, что „национальное освобождение может произойти лишь
в результате образования рабочего и крестьянского правительства", то это в соответствии с тогдашней оппортунистической трактовкой коммунистической партией Чехо-Словакии лозунга рабоче-крестьянского правительства вовсе не
означает признания права на самоопределение национальных меньшинств в Чехо Словакии, но попросту лишь возможность разрешения национального вопроса в р а м к а х
с о в р е м е н н о г о г о с у д а р с т в а . Упомянутый тезис является не только прямой поддержкой государственной концепции М а с с а р и к а , но и отрицанием существования особой словацкой нации, требующей признания своих прав. Из
этого тезиса логически следуют такие, по сути дела буржуазные, „требования", как „ускоренное осуществление самоуправления Словакии", „полная автономия для Прикарпатской Руси" и т. д. Реакционный характер требования об
осуществлении самоуправления через буржуазию обнаруживается в проведенной в конце 1928 г. р е ф о р м е у п р а в л е н и я , в результате которой для Словакии был создан
m

особый ландтаг. Эта реформа является мощным орудием
для фашизации государства вообще и для подготовки империалистической войны.
Еще на У Конгрессе Коминтерна официальная делегация
коммунистической партии Чехо-Словакии в национальном
вопросе занимала отнюдь не большевистскую позицию. Это
нашло свое выражение в речи т. К р е н б и х а в такой
форме, что он не соглашался признать классовый характер
национального угнетения в Чехо-Словакии аналогичным
национальному угнетению в Австро-Венгрии. Равным образом отрицалось существование национального освободительного движения среди трудящихся масс словацкой национальности. Под влиянием решений Y Конгресса Коминтерна,
конкретизировавшего большевистские принципы в национальном вопросе и не оставившего никакого места для сомнений в том, что коммунистические партии безоговорочно
должны бороться за право национальностей на самоопределение вплоть до отделения от государства, партийное государство, возглавляемое И л е к ом, в дальнейшем восприняло
эти решения, чтобы их засаботировать и попрежнему делать
уступки идеологии M а с с а р и к а.
Лишь V партейтаг в начале 1929 г. осуществил также
поворот и в национальном вопросе и провозгласил решительнейшую борьбу за право национальностей на самоопределение. ЦК на пленарном заседании в январе 1930 г.
в порядке большевистской самокритики подверг проверке
деятельность партии в борьбе за требования трудящихся
масс национальных меньшинств. Он констатировал, что несмотря на правильную общую политическую линию в национальном вопросе наблюдается „нигилистическое" положение
вещей, которое решительно необходимо изжить. В условиях
того заострения, которое возникает в национальном вопросе
в третьем периоде, в условиях быстрого возникновения единого классового фронта трудящихся масс всех национальностей под гегемонией пролетариата и усиления классовых
противоречий в Чехо-Словакии, сигнализирующих приближение новой революционной волны, одной из важнейших
задач коммунистической партии Чехо-Словакин является
конкретизировать ее общую большевистскую линию в национальном вопросе и повести массы национальных меньшинств в их борьбе за национальное и социальное освобождение через пролетарскую революцию в борьбу за право
на самоопределение вплоть до отделения от государства.
Включение Прикарпатской Украины державами-победительницами в состав чехо-словацкого государства и окку10 Нац. в о п р о с .

нация ее чехо-словацкой буржуазией является актом, имеющим совершенно особое значение, поскольку он расширяет
империалистическую роль Чехо-Словакии за пределы Средней Европы в сторону Востока и создает агрессивную общность интересов между Польшей, Румынией и Чехо-Словакией,
острие которой направлено против Советского союза, в частности против Советской Украины. В результате насильственного создания такого внешне-политического базиса для нападения Чехо-Словакии на Советскую Украину, как Прикарпатская Украина, антисоветская позиция Чехо-Словакии
с самого начала ее существования стала одним из принципов чехо-словацкого империализма. Всему миру известно,
что не только глубочайшая симпатия, но и весь революционный боевой дух широчайших слоев трудящегося населения Прикарпатской Украины принадлежит освобожденной от капиталистического ига Советской Украине. Не
только естественное чувство общности влечет массы Прикарпатской Украины в сторону их сородичей в Советском
союзе, но, прежде всего, стремление освободиться от экономической и социальной нищеты, являющихся их уделом в
Чехо-Словакии, путем революционной борьбы. Политическая
программа трудящихся масс Прикарпатской Украины заключается в присоединении к Советской Украине. Коммунистическая партия Чехо-Словакии должна поставить себе
задачу встать во главе революционного движения этих масс
за присоединение к Украине. Она должна борьбу за присоединение Прикарпатской Украины к Советской Украине
связать с борьбой трудящегося населения Чехо-Словакии
за пролетарскую революцию и с борьбой трудящихся масс
Западной Украины и Бессарабии за их национальное и социальное освобождение.
Классовая диференциация в Словакии и начавшееся в
третьем периоде полевение словацких трудящихся масс в
сторону революционного разрешения национального вопроса
особенно ясно свидетельствуют о том, что „чехо-словацкая
национальная" политика нераздельности, проводимая чешской буржуазией, потерпела банкротство. Э к о н о м и ч е с к о е и с о ц ' и а л ь н о е о б н и щ а н и е трудящихся масс
Словакии в результате капиталистической земельной реформы, капитализации сельского хозяйства, проникновения
чешского капитала в Словакию, экономического и политического срастания словацкой буржуазии с чешской буржуазией под гегемонией последней и безудержный п о л и т и ч е с к и й н а ж и м в этом части республики являются
доказательством того, что трудящиеся массы Словакии в
146-

результате создания чехо-словацкого государства получили
вместо национального освобождения повторение того национального угнетения, которое осуществлялось в отношении
их венгерской буржуазией. В третьем периоде послевоенного развития это угнетение принимает еще невиданные
ранее острые формы. Задачей коммунистической партии
Чехо-Словакии является решительнейшим образом бороться
против реакционного лозунга „автономии" вообще и в частности в тех формах, в которых он воплощается в Словакии,
Прикарпатской Украине и в немецко-богемских областях,
и повести трудящиеся массы Словакии под лозунгом „Советской Словакии" в борьбу за их национальное и социальное освобождение, за включение Словакии в расширенный
путем победоносной пролетарской революции Союз советских социалистических республик.
Но отказ от „нигилистической" позиции означает для
коммунистической партии Чехо-Словакии также и то, что
она не ограничивается пропагандой принципиальных лозунгов борьбы за национальное освобождение, но что она поведет с и с т е м а т и ч е с к у ю б о р ь б у и з а р е в о л ю ц и о н н ы е ч а с т и ч н ы е т р е б о в а н и я подвергаемых национальному угнетению масс. Демагогические лозунги социал-фашистов и буржуазии национальных меньшинств в культурных и административных вопросах должны беспощадно
разоблачаться в процессе решительнейшей борьбы против
национального угнетения, находящего свое выражение в
каждом уголке экономической, социальной и политической
жизни."
Банкротство „идеи чехо-словацкого государства" обнаруживается в ц е н т р о б е ж н ы х т е н д е н ц и я х , в колоссальной степени усиливающихся в последнем периоде послевоенного развития. Носителем этих тенденций являются
т р у д я щ и е с я м а с с ы . Буржуазия отвечает на усиленную
борьбу национальных меньшинств за право на самоопределение принуждением к у с и л е н н о й ц е н т р а л и з а ц и и .
Эти две диаметрально противоположные друг другу тенденции и ведут между собой ожесточенную борьбу, которая
может быть разрешена лишь пролетарской революцией.
Буржуазия и социал-демократия прилагают все силы для
того, чтобы иод обманчивым лозунгом „национального соглашения" выжать из трудящихся масс национальных меньшинств последние жизненные силы, провести капиталистическую рационализацию и фашизацию государства и подготовить империалистическую войну.
В этих условиях третьего периода одной из важнейших
задач коммунистической партии Чехо-Словакии является
13*

147

политическое завоевание большинства трудящихся масс путем большевистской борьбы против национального и социального угнетения этих масс и использования их неисчерпаемой революционной силы в надвигающихся решительных
боях за пролетарскую революцию.

148-

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС В ИТАЛИИ (Южный Тироль)

НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ФАШИЗМА.
Перевод с официального итальянского

Изгнание

текста

законов.

н е м е ц к о г о я з ы к а из у ч р е ж д е н и й ,
школ и общественной жизни.
(Выдержки из закона 1923 г.).
СТАТЬЯ

1.

Во всех правительственных учреждениях Венеции Тридентинской
во всех совещательных органах или установлениях административной юстиции, им подчиненных, в совете префектуры, в провинциальной административной комиссии, в совете и провиніщальной депутации и во всех
учреждениях, ведомствах, установлениях и т. д., им подчиненных, а также во всех общинах и учреждениях и ведомствах, установлениях и т. д., им подчиненных, — о ф и циальным языком является
исключительно
язык итальянский.
То же самое относится и к учебным заведениям любого
рода и назначения, равно как и к организациям, имеющим
целью охранять, поощрять и обслуживать приток иностранцев в провинцию, к торговой палате и вообще к общественным организациям, учреждениям, ведомствам, богоугодным заведениям, советам, обществам, массам п т. д. безразлично, находятся ли они под контролем или покровительством, или наблюдением государственных, провинциальных, коммунальных властей или же выполняют прямо или
косвенно общественные функции или обязанности.
СТАТЬЯ

3.

В пределах указанной области инструкции, циркуляры,
распоряжения, манифесты, документы, удостоверения и т. п.,
1
Искусственное итальянское название, придуманное д л я замещения
немецкого и общепринятого „Южный Тироль".

149-

выдаваемые государственными или провинциальными властями, могут, в случаях, когда это представляется целесообразным, сопровождаться немецким переводом.
С

Т

А

т ь я

4.

Протоколы решений общинных советов и общинных комиссий, а также декреты и распоряжения городского головы
могут сопровождаться немецким переводом, при условии,
что итальянский текст предшествует немецкому.
То же относится и к реестрам и бланкам, употребляемым в коммунальных учреждениях и в переписке между
коммунами в пределах указанных областей или же между
коммунами и учреждениями, заведениями, обществами, организациями и т. п., предусмотренными настоящим постановлением и находящимися в пределах этих областей. Что
касается переписки с лицами частными, то пользование
немецким языком допускается в том случае, когда заинтересованные лица подают прошения на этом языке, помимо
тех случаев, когда речь идет об актах, кои будут предъявлены правительственным учреждениям или совещательным
организациям или кои затрагивают интересы третьих лиц.
Нормы, предусмотренные настоящей статьей, применяются также по отношению к другим организациям, упоминаемым в настоящем постановлении.
СТАТЬЯ

5.

Документы, удостоверения, извещения и проч., выдаваемые иностранцам, и переписка с ними должны вестись исключительно на итальянском языке.
СТАТЬЯ

6.

Администрации учреждений, не выполнивших настоящее
постановление, будут распущены в соответствии с законом.
Администраторы и ответственные чиновники и вообще
все, нарушившие настоящее постановление, привлекаются
к ответственности но статье 434 уголовного кодекса.
Исполнение настоящего постановления возлагается на
общественные власти провинции, учреждения и агентов
судебной полиции.
Уничтожение общинного самоуправления.
(Выдержки из королевского декрета 1925 г.).
СТАТЬЯ

1.

В коммунах провинции Тренто, населенных преимущественно лицами, говорящими на немецком языке, префект
150-

имеет право принимать меры к организации органов управления с секретарем, делопроизводством и архивом в отмену предыдущих декретов.
СТАТЬЯ

2.

В вышеуказанных коммунах и обществах могут быть
назначаемы в качестве секретарей исключительно граждане
с родным итальянским, обладающие званием и дипломами,
предусмотренными законом о коммунах и провинциях, или
же граждане с родным немецким языком, которые, помимо
вышеуказанных дипломов, имеют также учебные удостоверения, выданные средними учебными заведениями с итальянским языком преподавания, или же по крайней мере в течение трех лет находились на службе при общественном
учреждении с делопроизводством на итальянском языке.
СТАТЬЯ

7.

Секретари и чиновники, кои служат в указанных выше
коммунах в момент вступления в силу настоящего декрета,
прекращают свою службу в день назначения секретаря префектом.
И з г н а н и е н е м е ц к о г о я з ы к а из с у д е б н ы х у ч р е ждений.
(Выдержки из закона 1925 г.).
СТАТЬЯ

1.

При всех гражданских и уголовных делах, слушаемых
в судебных учреждениях королевства, надлежит пользоваться исключительно итальянским языком.
Представление прошений, актов, жалоб и отношений
вообще, составленных на языке не итальянском, считается
как бы не состоявшимся и не может служить препятствием
к признанию истечения установленных сроков представления названных бумаг.
Протоколы, экспертизы, обвинительные акты, постановления и все акты вообще, которые обычно имеют отношение
к гражданскому и уголовному судопроизводствам, составленные не на итальянском языке, не имеют силы.
В списки присяжных не могут быть включены лица, не
понимающие итальянского явыка.
СТАТЬЯ

2,

Нарушение постановлений предыдущей статьи карается
штрафом в сумме от 200 до 1000 лир, а в случае реци151-

дива—до 5000 лир. Штраф налагается приказом председателя апелляционного суда по требованию прокурора после
заслушания им объяснения нарушителя; в случае неуплаты
последний подлежит действию статьи 24 уголовного кодекса.
В том случае, если виноЕатым является судья или же
чиновник судебного учреждения, таковой подлежит устранению от обязанностей и снятию с жалованья на срок не
менее 3 месяцев и не свыше года; в случае повторения—
он подлежит окончательному увольнению.
Временное устранение должно быть сопряжено с переводом в другое место.
Денационализация

школы.

(Выдержки из королевского декрета 1923 г.).
С Т А Т Ь Я 4.
Во всех начальных школах королевства языком обучения
является язык государственный.
В общинах, в которых обычно говорят на другом языке,
таковой может быть предметом обучения в добавочные часы.
Изучение второго языка является обязательным для иноязычных учащихся, относительно которых их родители или
лица, пользующиеся родительскими правами, в начале года
сделают соответствующее письменное заявление.
Программы и распределение учебных часов в школе определяются распоряжением министра просвещения.
СТАТЬЯ

17.

В начале 1923/24 учебного года во всех первых классах
иноязычных начальных школ языком преподавания должен
быть язык итальянский.
В 1923/24 учебном году на итальянский язык обучения
переходят вторые классы вышеозначенных школ.
В последующие учебные годы в таком же последовательном порядке на итальянский язык обучения переходят
в следующие классы с таким расчетом, чтобы в число лет,
равное продолжительности курса обучения во всех классах
как начальных, так и городских школ, было введено преподавание на итальянском языке.
По мере замещения итальянским языком языка преподавания, ныне применяемого, соответственно вводится обучение второго языка в добавочные часы.
152-

Запрещение немецких

надписей.

(Выдержки из постановления 1923 г.).
СТАТЬЯ

1.

В провинции Тренто все манифесты, объявления, предписания, указания, этикетки, тарифы, расписания и вообще
все надписи, указатели любого рода, обращающиеся или
предназначенные для публики как в общественных местах,,
открытых для публики, так и затрагивающие интересы
частных лиц, должны составляться исключительно на государственном языке.
СТАТЬЯ

2.

На территории общин, в которых языком преподавания
в народной школе не является исключительно итальянский
язык, текст перечисленных выше указателей и надписей
может сопровождаться переводом на немецкий язык. Этот
перевод должен составляться в латинском шрифте, при этом
он не должен быть напечатан более крупными буквами и
быть заметнее соответствующих итальянских надписей.
СТАТЬЯ

3.

Предписание, заключающееся в предыдущей главе, не
распространяется на иллюстрированные карточки, которые
должны иметь надписи исключительно на итальянском
языке.
Оно не распространяется равным образом на наружные
надписи или указатели, помещенные в местах общественного пользования, упоминаемых в законе об общественной
безопасности, расположенных в санитарных, климатических,
купальных и туристских станциях и дачах.
Что касается внутренних надписей и указателей в вышеуказанных общественных местах, то допускается перевод на
языки международно-употребительные, всякий раз при том
условии, что на первом месте помещен текст на итальянском языке.
Трентский полицеймейстер и провинциальные субпрефекты должны составить список общественных учреждений,
кои должны пользоваться исключительно государственным
языком и сделать каждому из них необходимое предупреждение. Всякий спорный вопрос разрешается префектом
после заслушання провинциального комитета для обслуживания иностранцев.
СТАТЬЯ

4.

Иллюстрированные карточки, топографические карты,, путеводители, расписания и вообще всякие указания мест
153-

должны воспроизводить их названия исключительно в официальном чтении, установленном королевским декретом от
29 марта 1923 г. № 800, или в чтении, которое будет определено в записках королевского географического общества
для мест, не включенных в вышеуказанный королевский
декрет L
СТАТЬЯ

5.

Провинциальные коммуны должны принять меры к тому,
чтобы в разных концах населенных мест как в уездных
городах, так и небольших селениях на стенах домов или
же на специальных вывесках большими буквами значилось
название данного населенного места в официальном наименовании.
Запрещение

названия

„Тироль".

(Выдержки из постановления 1923 г.).
Помимо официального наименования „провинция Тренто",
областного наименования „Тридентинская Венеция" не допускается никакое другое наименование для данной провинции.
В качестве подобластного наименования допускается лишь
„Альто Адиге" для северной части провинции Тренто и
собственно „Трентино" для южной.
Временно и в качестве терпимого допускается пользование словами „Обереч" и „Эчец" соответственно „Альто
Адиге" и „адигеец" 2 .
Всякое другое наименование запрещается, особенно „Южный Тироль", „Немецкий южный Тироль" „Тироль" „Тиролец" и прочие эквивалентные и подобные.
Нарушение настоящего декрета карается по нормам
статьи 434 уголовного кодекса.
Печатные произведения, обращения, газеты, надписи,
указатели, объявления, иллюстрированные карточки и проч.,
воспроизводящие запрещенные наименования, подлежат
секвестру чиновниками и агентами судебной полиции.

1
С ц е л ь » затушевать немецкий характер области итальянское правительство особым декретом упразднило старые немецкие названия городов, сел и местностей, заменив их специально придуманными итальянскими.
2
Альто Адиге—Верхний Адиге, по имени реки Адигѳ (по-немецки
Эч). Данный пункт допускает в качестве названия местности н населения ее на немецком языке, д а и то „временной в качества терпимого'—
перевод с искусственно созданных итальянских слов.

154-

ЛИЦО ПОСЛЕВОЕННОГО АНТИСЕМИТИЗМА
Из книги: Frietsch,

Randbuch

der Judenfrage,1919,

стр.

26—29,

5-35—537.

Полный внутренний распад Германии является результатом длительной подрывной работы. Еврейство работает уже
в течение нескольких десятков лет с неутомимым рвением
над внутренним разложением немецкого народа. Оно сумело
найти поистине демонические средства и пути для того,
чтобы перехитрить и разложить этот доверчивый народ.
Еврей тихо и скрыто подкопался под все то, что составляло
ядро и сущность нашей силы. Он хозяйственно разорил
ядро нашей национальности—крестьянское и городское среднее сословие; он вверг в долги сельское н городское землевладение; путем монополизации банков и бирж он подчинил
себе торговлю и промышленность; п е ч а т ь оказалась подходящим средством в руках евреев для того, чтобы фальсифицировать немецкую мысль и чувства и распространять
в массах всякие ложные взгляды.
Все, что только мог придумать нечестивый дух разрушения для того, чтобы подточить немецкую нравственность,
привести хозяйство в беспорядок, подорвать всякое доверие,
уничтожить всякий авторитет, сделать немца презренным
перед заграницей и перед самим собой, возбудить отдельные
классы и сословия друг против друга и расколоть их в внутренней борьбе—все это было проведено с несравненной
утонченностью. Немецкая доверчивость содействовала осуществлению этого плана...
В когтях этого демона находится н е м е ц к и й р а б о ч и й
к л а с с , ставший его безвольным орудием, ибо еврей смог
представить себя борцом за свободу и интересы пролетариата, потворствуя страстям масс.
Как все у евреев, так и это—лишь умная маска и мудрая
предосторожность. Уже несколько десятков лет тому назад
можно было предвидеть, что то стяжание всех земных сокровищ, которым еврейство занималось с таким усердием, будет
создавать все большее и большее количество неимущих и
обездоленных, и что должен будет наступить день, когда
155-

недовольство неимущих масс направится против обладателей миллиардами. Это необходимо было предупредить. И вот
евреи Маркс и Лассаль основали организацию пролетариата,
социал-демократию. Они взяли в свои руки дело руководства своим естественным противником для того, чтобы удержать его от разумного употребления им своей силы." Они
проповедывали ему борьбу с капиталом, причем, однако, все
внимание его направляли на видимую собственность, на
п р о и з в о д и т е л ь н ы й и недвижимый капитал,
действующий в промышленности и сельском хозяйстве и
действительно способствующий производству; они совершенно умолчали перед рабочими о том, что существует еще
другой капитал, который умно прячется за кулисами и не
воспринимается обыкновенными гражданами: капитал спекулятивный или движимый, который, будучи совершенно
непроизводительным, ведет паразитическое существование
на спине народов и, оставаясь незамеченным, высасывает
соки всего народного хозяйства. Он работает в банках и
бирягах, действует путем искусственных изменений в курсе
и грабит целые нации. Об этих вещах никогда не слышно
в рабочих собраниях, о них никогда не пишут в социалдемократических 1 газетах. Там травят лишь „баронов дымовых труб" и „юнкеров" 3—но ничего не говорят о ворахмиллионерах с биржи.
Таким образом массы полностью очутились в руках вождей, принадлежащих к чужому племени и использующих
их для целей, ничего общего не имеющих с „освобождением
нации". Эти вожди стремятся скорее к тому, чтобы надеть на
народы новое ярмо, гораздо более тяжелое, чем то, которое на
них было раньше...
Если Маркс и не стремился сознательно и непосредственно к лжеруководству массами и их использованию для
целей еврейства, то все же инстинктивно он этого добился
благодаря тому, что он возвел в догму социал-демократического суеверия к л а с с о в у ю б о р ь б у и к л а с с о в у ю
н е н а в и с т ь , непримиримую враждебность „революционного пролетариата" и „ р е а к ц и о н н о й б у р ж у а з и и " .
Таким образом была развязана слепая и свирепая борьба
между сословиями, создающими ценности, и еврейство
могло теперь без помех и незамеченным проводить свою
работу эксплоатации и разложения. Іолько в н е о р г а н и ч е с к о м еврейском духе могла родиться мысль, что из
1
Написано в 1919 г., т. ѳ. до образования Коммунистического интернационала и его западноевропейских коммунистических секций.
2
Прусские помещики.

156-

взаимной борьбы и ненависти сословий в каком-либо народе
может возникнуть новое, лучшее состояние; духовное бесплодие Маркса не в состоянии было придумать лучшего
средства против деления на бедных и богатых, как предоставление развитию хода вещей возможности дойти до своих
крайних пределов, с тем чтобы потом, путем экспроприации
экспроприаторов и „диктатуры пролетариата", основать новое коммунистическое общество...
Как могло бы развиваться немецкое рабочее движение
без еврейского лжеруководства—показывает п р о ф е с с и о н а л ь н о е движение. Исходя из действительности, оно пыталось бы шаг за шагом добиться лучших и более достойных условий существования для рабочих; исходя из немецкого о р г а н и ч е с к о г о способа мышления, оно оставалось бы в рамках национального государства и дало бы
рабочим следуемую им часть в продукте труда и в жизненных благах...

157-

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС KA БАЛКАНАХ

НАЦИОНАЛЬНОЕ РЕВОЛЮЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ НА БАЛКАНАХ
Из статьи Г. Дмитрова в оюурнале „Коммунистический
национал" Л? 42, 1928 г.

интер-

Т.

Буржуазно-демократическая революция на Балканах не
могла развернуться и закончиться так, как это было в Западной Европе. Ее начала обычно переплетались с войнами
против Турецкой империи и с ними прекращались. Формирующиеся буржуазные классы в балканских странах заняли господствующее положение не в результате победы
буржуазно-демократической революции, уничтожающей феодализм и создающей национальные государства, а в результате военного разгрома турецкого феодального владычества
на Балканском полуострове вражескими Турции армиями.
Находясь в полной зависимости от царской России и западноевропейских капиталистических держав, буржуазные
классы еще в самом начале своего существования связали
свою судьбу с чужими завоевателями Балкан, превратились
в орудие их завоевательных планов и целей их международной политики, стали их посредниками в угнетении и
ограблении балканских народов и, конечно, навсегда покинули путь буржуазно-демократической революции, превратившись окончательно в контрреволюционные классы.
Освобождение балканских стран от векового турецкого
феодального ..владычества и их обособление в отдельные
государства произошло в результате активного вмешательства заинтересованных в господстве над Балканами великих
держав и путем ряда войн против Турецкой империи. Поэтому при создании и определении границ этих государств
(Греция, Сербия, Румыния, Болгария, Албания) решающую
роль играли всегда планы и интересы больших капиталистических держав и фактическое соотношение их сил на
Балканах в данной обстановке, причем соображения этнографического характера и вопрос о национальном объединении балканских народов оставались на последнем месте.
Государственное деление Балкан не только не отвечало, но
находилось очень часто и в полном противоречии с жизнен158-

ными интересами балканских народов и с основными требованиями экомического развития, развития производительных
сил балканских стран.
Правда, войны против Турецкой империи привели, в интересе проникновения капитализма на Балканы, к частичному разрешению задач самой буржуазно-демократической
революции. Так, феодализм в Сербии и Болгарии был полностью, а в Греции в большей своей части уничтожен. Последовательно возникли национальные государства Греции,
Сербии, Румынии, Болгарии и Албании. Власть перешла
в руки национальной буржуазии в союзе с навязанными
великими державами династиями в балканских странах. Балканы были включены в орбиту капиталистического развития.
Но несмотря на все это аграрный вопрос в балканском
масштабе (Румыния, Албания, Македония, Фракия и отчасти
Греция) не был окончательно разрешен. Осталась также неразрешенной национальная проблема на Балканах. Без победоносного завершения буржуазно-демократической революции разрешение этих двух основных проблем было невозможно в тогдашней обстановке. Метод капиталистических
завоевательных войн не был в состоянии сделать это.
Балканская война против Турции (1912—1913 гг.) привела к отнятию из рук Турецкой империи почти всех ее
балканских провинций. Она, однако, не могла дать национального освобождения порабощенным македонцам, фракийцам, албанцам и добруджанцам. Переменились только их
завоеватели и угнетатели. Самый балканский союз между
Болгарией, Сербией и Грецией, заключенный под патронажем царской России для войны с Турцией, имел в основе
своей план завладения и раздела Македонии между союзниками. Этот союз, как известно, привел впоследствии к войне
между самими союзниками за раздел вырванной у Турции
добычи. В эту войну вмешалась и Румыния и захватила
находившуюся до того под Болгарией южную часть Добруджи.
Таким образом балканская война, которая велась будто
за национальное освобождение порабощенных балканских
народностей, привела в результате к разделу Македонии
на три части между Сербией, Грецией и Болгарией, к разделу Фракии также на три части между Грецией, Болгарией и Турцией, к захвату Южной Добруджи Румынией,
к новому порабощению албанского населения в Коссовской
области прежней Турецкой империи и проч. Балканская
война увеличила национальное раздробление, усилила национальный гнет и осложнила еще больше национальную
проблему на Балканах.
159-

Империалистическая война (1914—19 i 8 гг.) и последовавшие мирные договоры ухудшили и запутали еще больше
положение на Балканах с точки зрения национальной проблемы. Сохраняя прежнее раздробление Македонии и Фракии, оставляя Южную Добруджу под румынским угнетательским режимом и Коссовскую албанскую область в руках
Сербии, империалистические мирные договоры поставили
под чужой национальный гнет ряд других провинций и
новые огромные массы населения. Под национальное господство сербской буржуазии и сербского монархическо-мидитариетического режима попали Хорватия, Далмация, Словения, Босния и Герцеговина, Воеводина, Черногория, в границу 'Югославии также были включены болгарские области—Царьбродская и Босилеградская, населенные чисто болгарским населением. Сербия теперь господствует над македонцами, албанцами, хорватами, словенцами, черногорцами,
венгерцами, болгарами, турками, немцами и румынами, которые. все вместе взятые составляют свыше 2/з всего населения Югославии. В „Румыния Маре" („Великой Румынии")
попали под национальный гнет Бессарабия, Добруджа, Буковина, Трансильвания и Банат, население которых в своем
подавляющем большинстве состоит из молдаван, венгерцев,
русских, украинцев, турок, болгар, немцев и проч. Большая
часть Албании находнтся под гнетом Югославии и Греции.
Вне границ Албании живет большая часть албанского населения. Таким образом в общую национальную проблему
Балкан после империалистической войны входят не только
македонский, добруджанский, фракийский и албанский вопросы, но и бессарабский, хорватский, черногорский, далматинский, словенский, трансильванский, буковинский и
проч. национальные вопросы. Разнообразие исторических,
социально-культурных и этнографических условий разных
балканских областей придают разнообразный и особенно
сложный характер балканской национальной проблеме. Но
то, что является общим для национального вопроса почти
во всех областях, что придает общую основу национальнореволюционному движению на Балканах и определяет основные тенденции его развития и главные его перспективы—
это тот факт, что национальная проблема здесь теснейшим
образом связана и переплетается с аграрно-крестьянским
вопросом, что массовые кадры национально-революционного
движения состоят из трудящихся крестьянских масс, что
национальное освобождение угнетенных национальностей на
Балканах не может быть уже делом революции под руководством буржуазии и что национальная революция на Балканах является составным элементом и одним из факторов
«

160-

пролетарской революции или буржуазно-демократической
революции в форме демократической диктатуры пролетариата
и крестьянства, более или менее быстро перерастающей
в пролетарскую революцию.
Национальная проблема на Балканах остается открытой.
Она никогда не была такой острой, как в настоящий момент. Она беспрерывно обостряется и входит во все более
решительную фазу. Она является одним из основных вопросов борьбы с диктатурой капитала и господством империализма на Балканах и с империалистической военной опасностью. Она оказывает колоссальное влияние на всю балканскую политику и на общее положение на Балканах.
Балканская национальная проблема содержит в себе все
элементы близко назревающих национальных революций,
которые предстоит увязать на Балканах с демократической
диктатурой пролетариата и крестьянства, перерастающей,
в пролетарскую революцию, или с пролетарской революцией,
которая может победить только как революция пролетариата,
крестьянства и угнетенных национальностей под руководством революционного пролетариата.
И.
Отношение буржуазных классов и правительств на Балканах к национальной проблеме определяется их стремлением удержать прочно в своих руках захваченные чужие
области и народы, а соответствующие национальные меньшинства в соседних странах использовать как разменную
монету для укрепления своего господства в собственной
стране и как средство для дальнейших новых территориальных расширений и завоеваний. „Разрешение" национального вопроса для них означает, прежде всего, насильственное денационализирование данных порабощенных национальностей, колонизацию подчиненных областей элементами
господствующей нации, изгнание из их родных пепелищ
коренных жителей, которые не поддаются денационализации,
и поддержание исключительного режима в этих областях.
Другого* „разрешения" национального вопроса балканская
буржуазия вообще не знала и не знает, кроме разве во время
войны, когда она охотно прибегает и к другому своему „радикальному" методу — массовому истреблению инородного
населения и сожжению их имущества. При применении
именно этого метода в период балканской войны „союзники"
перебили десятки тысяч турок вместе с их семьями в Македонии, а сербские . власти—огромные массы албанцев; во
время империалистической войны болгарские власти совер11 Нац. вопрос.

161

.

шили массовое избиение сербского населения в оккупированных областях Сербии, а сербская армия, проходившая
через Албанию—албанского населения и проч.
"Политика насильственной денационализации и колонизации применяется повсеместно в, порабощенных областях
на Балканах. Она особенно интенсивна и бесцеремонна как
раз в тех областях, которые имеют исключительно важное
экономическое и военно-стратегическое значение для соответствующих балканских государств, как, например, Македония для Югославии и Греции, Добруджа, Бессарабия и
Буковина для Румынии, Коссовская область и Адриатическое побережье для Югославии, Фракия для Греции и проч.
Греция дала „классический" пример в этом отношении
в Греческой Македонии и Фракии. Воспользовавшись своей
конвенцией с Болгарией и Турцией об обмене болгар и турок, желающих выселиться из Македонии и Фракии, с греками, желающими выселиться из Турции и Болгарии, греческая буржуазия провела массовое насильственное изгнание коренного македоно-славянского и турецкого населения
из Македонии, Фракии и на их место вселила сотни тысяч
греческих беженцев из Малой Азии. „Добровольный" характер этого выселения был только фразой, которая должна
была прикрыть собой чудовищное насилие. К тому же по
отношению к оставшемуся еще в Греческой Македонии македоно-славянскому населению были предприняты самые
разнообразные мероприятия для его насильственной денационализации (неразрешение пользоваться своим родным
языком H иметь свои школы и церкви; принуждение посылать детей своих в греческие школы, принуждение к перемене имен и проч.).
В Сербской Македонии, которая со времени империалистической войны беспрерывно находится под режимом
исключительного военного положения, подвергают неслыханному национальному гнету и обрекают на полное бесправие македонское население. Никакой своей письменности,
никаких своих школ и церквей не может иметь это население. Каждый македонский славянин обязан переделать
свое имя в сербское. Беспрерывно и свирепо преследуются
более передовые македонские элементы. Специальные сербские банды терроризируют и • грабят население. Никогда
во время турецкого владычества македонское население не
было так национально угнетено и не подвергалось таким
ужасам, как теперь, при сербском режиме. Одновременно с
насильственной денационализацией идет и колонизация
важных пунктов Македонии сербскими элементами, состоящими преимущественно из активных сторонников наепль162-

нического и милитаристского сербского режима. Само собой
понятно, что не пощажены сербскими властями в этом отношении и болгарские области—Царьбродская и Босилеградская, где также усиленно проводится курс денационализации болгарского населения.
Хотя и в несколько иной форме, национальный гнет в
Хорватии, Далмации, Боснии и Герцеговине, Черногории и
проч. в последнее время сильно обостряется. Эти провинции терроризируются господствующей сербской буржуазией
в экономическом и политическом отношении; ими управляют
как полуколониями, как настоящим объектом эксплоатации
и ограбления (при распределении налогов, при использовании общественных кредитов, при распределении тяжести
государственного бюджета, при экономических и культурных мероприятиях, в администрации и проч.). Дерзкое убиение передовых вождей хорватской крестьянской партии в
Скупщине ясно иллюстрирует ожесточенность господствующей сербской буржуазии по отношению к растущему недовольству угнетенных провинций против сербской гегемонии и господствующего национального гнета. Вовсе не яв-.
ляются пустыми словами публичные изъявления Радича и
Прибичевнча в Скупщине и в печати о том, что хорватский
народ имел стократно большую свободу действий и возможности развиваться, будучи под венгерским режимом старой австро-венгерской монархии, чем теперь в границах
Югославии.
Болгарская буржуазия, хотя и считает македонцев Петрического округа (Болгарской Македонии) чисто болгарским,
населением, держит этот край под еще более тяжелым и
суровым режимом, чем остальную часть Болгарии, третирует его экономически и политически как завоеванную
область. Здесь национальный гнет проявляется преимущественно в экономическом ограблении и политическом угнетении македонского населения.
В Добрудже, Бессарабии и Буковине румынское правительство под разными формами отнимает имущество у большей части коренного населения и передает его вновь переселяемым туда румынским элементам, • в частности в Добрудже куцовалахам из Греческой Македонии. Изданный
закон об оформлении собственности используется широко
для проведения этой политики колонизации и для подавления инородного населения. Национальный гнет во всех
известных его формах достигает чувствительных размеров
особенно в Бессарабии и Добрудже. Множество тысяч коренных жителей Добруджи и Бессарабии (болгар, молдаван
и русских) насильственно заставляют покидать свои родные
13*

163

места и переселяться в Болгарию, Турцию и Советский
союз.
Подвергаются национальному гиету и ударам денацнонализаторской политики также и национальные меньшинства—венгры, немцы и др. в Трансильвании и Банате, как
и в Югославии (Воеводине), хотя формы национального
угнетения по отношению к ним, благодаря особенностям их
культуры, социальному расслоению и географическому расположению областей, в которых они живут, не всегда так
грубы и бесцеремонны.
Вследствие возможности военных осложнений на Балканах и лихорадочно подготовляемой войны против Советского,
союза, как и вследствие роста и расширения национальноосвободительной борьбы, политика денационализации и колонизации в Македонии, Фракии, Добрудже, Бессарабии и
проч. за последнее время чрезвычайно усилилась. Балканская буржуазия чувствует большую опасность, угрожающую ей со стороны порабощенных областей, и прилагает
всяческие усилия для обезглавления, ослабления, дезорганизации и деморализации сил порабощенных народностей.
• Следует подчеркнуть, что все буржуазные партии господствующих наций—начиная от самых правых до самых
„левых" (включая и социал-демократов)—поддерживают национальную политику своей буржуазии. По национальному
вопросу и по национальной политике своей буржуазии они
в основном всегда единодушны. Особенно ревностными в
этом отношении являются социал-демократы господствующих наций. Они лучшие адвокаты национальной политики
собственной буржуазии и злостные враги национально -освободительной борьбы угнетенных национальностей. Но и социал-демократы порабощенных национальностей не только
не ведут последовательной борьбы против национального
гнета, но являются решительными противниками национальной революции. Заодно с верхушечными слоями порабощенной нации они стоят за примирение и совместное действие с господствующей-и угнетательской буржуазией. Между болгарской, югославской, румынской и греческой социал-демократиями лежит такая яге глубокая пропасть по
вопросу о Македонии и Добрудже, какая, например, существует и между буржуазными классами Болгарии, Югославии, Греции и Румынии. В то время как болгарские социал-демократы стоят за разрешение македонского вопроса
путем присоединения Македонии к Болгарии, югославские
социал-демократы не только стоят за удержание за Югославией Сербской Македонии, но высказались иа последнем
своем съезде за слияние Болгарии и Югославии (и Болгар164-

ской Македонии) в „Югославскую федерацию" под скипетром короля Александра и, конечно, за присоединение к
этой „федерации" также и Греческой Македонии, „Объединение" Македонии в утробе Югославии, поглощение и Болгарии в эту утробу, создание большой балканской славянской державы под гегемонией сербской буржуазии, т. е.
французского империализма, „Югославская федерация", которая бы имела господствующее положение на Балканах,
подчинила бы себе Албанию, имела бы Салоники и Эгейское побережье и увлекла бы за собой Грецию и Румынию—вот национальная программа югославской социал-демократии. Эта социал-демократическая национальная программа далеко превосходит разнузданные планы самой сербской буржуазии и-в данном случае сербские социал-демократы являются в гораздо большей степени империалистами,
чем сами сербские правящие империалисты и их король
Александр.
Нельзя отметить на Балканах нн единого случая, когда
социал-демократы подняли бы голос протеста против аннексий чужих областей и народностей их собственной буржуазией или против царящего национального гнета в собственной стране. Это они делают охотно совместно с своей буржуазией лишь но отношению к соседним балканским странам, защищая насильническую денацнонализаторскую и колонизаторскую политику у себя дома и борясь за государственное единство своей страны.
Конечно, денационализаторская и колонизаторская политика, доводя до крайней степени национальный гнет, разоряя экономически подчиненные области, все более ухудшая
материальное, социальное и культурное положение их населения, ставит преграды их освободительной борьбе. Но
эта политика ни в коем случае не в состоянии ликвидировать национальную проблему и национально-революционные
движения на Балканах. Денационализаторская и колонизаторская политика несомненно создает большие трудности
для национально-освободительной борьбы, но она, встречая
беспрерывно растущее противодействие масс порабощенных
областей и наталкиваясь на борьбу революционного пролетариата на Балканах, не в состоянии достигнуть своей
цели—полной денационализации н ассимиляции угнетенных
национальностей.
Более того, пример с Греческой Македонией, где уже
три четверти населения теперь состоит из греческих крестьян, показывает наглядно, что этим путем нельзя снять
со сцены национальный македонский вопрос, вопрос создания единой и независимой Македонии. Бесспорным фактом
165-

является то, что самые новопоселенные в Македонии греческие крестьяне связываются экономически и социально с
нею, приобретают специально македонские интересы, начинают чувствовать и рассматривать режим в Греческой Македонии по-македонски, начинают понимать общность своего положения п своих интересов с положением и интересами коренного македонского населения, начинают сознавать необходимость объединения трех частей Македонии в
одно экономическое и политическое целое и переходят все
больше в оппозицию и борьбу с греческими угнетателями
в Афинах. И не может быть сомнения, что в близкой или
отдаленной перспективе—это будет зависеть и от работы
самой македонской революционной организации—большая
часть греческого крестьянского населения в Македонии будет бороться плечом к плечу с остальным коренным македонским населением за освобождение Македонии от ее теперешних греческих, сербских и болгарских завоевателей
и поработителей, независимо от того, что оно греческого
происхождения и говорит на греческом языке.
Горько обманывается греческая буржуазия, думая, что
ей удалось посредством греческой колонизации своей части
Македонии слить ее навсегда с Грецией.
Ликвидаторская теория греческих троцкистов во главе
с Пелуополусом, согласно которой национальный вопрос в
Македонии уже ликвидирован греческой буржуазией путем
проведения греческой колонизации и что поэтому беспредметной является всякая борьба за право национального самоопределения македонского народа, за независимую и единую Македонию,—является не чем иным, как поддержкой
и оправданием насильственной денационализаторской и колонизаторской политики греческой буржуазии и доказательством, что греческий троцкизм хорошо устроился на
службе у буржуазии. Но эта теория полностью опровергается фактами, действительным положением вещей, тенденциями в развитии Греческой Македонии и процессами,
которые совершаются как в ее хозяйстве, так и в жизни
ее населения. Ликвидаторская троцкистская теория Пелуополуса, горячо приветствуемая греческой буржуазией, насильниками и угнетателями Македонии, не встречает и не
может встретить сочувствия и поддержки среди самих македонских масс.
Но есть и нечто другое. Денационализаторская и колонизаторская политика в Македонии, Фракии и Добрудже
создала огромную македонскую, фракийскую и добруджанскую эмиграцию, изгнанную из родного ее пепелища и находящуюся теперь в Болгарии и Турции. Эта эмиграция
166-

насчитывает несколькосоттысячную массу. За исключением ее буржуазной верхушки, которая слилась с буржуазией в Болгарии и Турции, эта масса в основной и подавляющей своей части остается связанной с своей родиной,
живет желанием и надеждою вернуться на родину, готова
содействовать национально-освободительной борьбе и сама
собой представляет немаловажный фактор в общем национально-революционном движении в этих балканских областях. Вопрос о будущем устройстве этой огромной массы в
соответствующих областях, откуда она вышла, при оставлении на теперешних местах новопереееленных греческих,
сербских и румынских трудящихся крестьян, естественно,
трудно будет решить, но препятствия к его решению не
являются непреодолимыми. Эту проблему, которая станет
перед национальной революцией в связи с общей пролетарской революцией, которая преодолеет множество других,
гораздо больших препятствий, несомненно можно будет
разрешить благоприятно как для возвращающихся беженских масс, так и для заселивших их места трудящихся
элементов.
Буржуазия бессильна разрешить национальный вопрос
и справиться с национальными революционными движениями. Никакими силами она не может их устранить со
своего пути. Наоборот, растущий и свирепствующий национальный гнет будет содействовать отрицательным путем
сплочению населения порабощенных областей, без различия
национального происхождения и языка, будет толкать их
к все более активной национально-революционной борьбе в
теснейшей связи с общей революционной борьбой пролетариата и крестьянских трудящихся масс с капитализмом и
империализмом на Балканах. Поэтому и организация национально-революционного движения в неразрывной связи
с общим революционным движением балканского пролетариата и крестьянских трудящихся масс есть одна из основных проблем, стоящих перед балканскими коммунистическими партиями.

167-

ХОРВАТСКИЙ ВОПРОС

Из книги Б. Бошкосича „Ерестълнспое движение и
вопрос в Ююславигі" 1929 г.

национальный

Мирззая война и ее последствия д л я крестьянства. Создание
Югославии и политика национального гнета.

Когда началась мировая война, балканская буржуазия
стада кричать, что война ведется за полное самоопределение народов, за полную демократию, за освобождение малых
народов от „великих" держав, что эта война закончит начатое балканской войной дело н, наконец, обеспечит крестьянс т в у землю. Все балканские правительства в течение мировой войны убаюкивали крестьян лживыми обещаниями земли
и воли. Короли, буржуазные министры, журналисты, депутаты и проч. говорили трудящимся массам, что эта мировая война будет последней войной, что после нее восторжествует вечный мир между народами и т. п.
Но когда война закончилась и трудящиеся массы Балкан стали подводить итоги, то они наглядно убедились, как
жестоко война ударила по крестьянству н рабочему классу.
Ко всем хозяйственным бедствиям надо добавить еще
национальный гнет. В результате столкновения двух основных империалистических коалиций сложилось югославское
многонациональное государство, в котором национальный
вопрос приобрел очень большое политическое значение. То,
что национальный вопрос является по сути дела крестьянским вопросом, подтверждается к в Югославии. Суть национального вопроса состоит теперь в борьбе трудящихся масс
против помещиков, против финансовой эксплоатации, протпв
политического порабощения и культурного обезличения
со стороны империалистической буржуазии сербской господствующей национальности.
. Решение национального вопроса на Балканах во все времена представляло большие затруднения из-за национальной
мозаичноети балканских государств. На Балканах живут
десятки народностей, принадлежащих к различным вероисповеданиям. После мировой войны эта мозаичность еще более увеличилась. Балканские государства, участвовавшие
в войне на стороне Антанты, захватили новые территории,
превышающие в три или четыре раза их собственные тер168-

ритории. Сербия после захвата Македонии в 1912—1913 гг. и
после мировой войны оказалась во главе нового государства насчитывающего приблизительно в пять раз больше
населения, чем было в старой Сербии. В состав этого государства вошли С е р б и я (занимающая 49 850 км2 и насчитывающая 2 656 078 жителей); Х о р в а т и я (43 791 км2 и
2 740 460 жит.); С л о в е н и я (16 197 «.ад2 и 1 056460 жит.);.
Б о с н и я (51 200 КМ2 и 1 876 540 жит.)) Д а л м а ц и я (12 729 км2'
и 629 070 жит.); Ч е р н о г о р и я (9 968 км 2 и 192тыс. жит.);
М а к е д о н и я (45 555 км2 и 1 524 600 жит.); В о е в о д и н а
(19 702 км2 и 1 380 430 жит.). Кроме того Сербия захватила
после мировой войны еще новый кусок болгарской территории, с городом Царибродом. Т а к и м о б р а з о м Ю г о с л а вия оказалась многонациопальным государством, о б р а з о в а н н ы м из ш е с т и р а з л и ч н ы х госуд а р с т в (Сербии, А в с т р о - В е н г р и и , Черногории,.
Б о л г а р и и и Т у р ц и и ) с п л о щ а д ь ю в 248 805 «.ад2 и
с н а с е л е н и е м в 12055 712 ж и т е л е й .
ІІо переписи 192.1 г. национальный состав Югославии
следующий:
Количество

Проценты

Сербы
' . 4 704 876
Хорваты
2 889 102
Словенцы
1 023 588
Мусульмане
759 656
Македонцы
630 000
Немцы
512 207
Венгры
472 079
Албанцы
483 871
Рѵмыны
. . . . . . . . . .
183563
Турки
143 453
Разные славяне
198 857
Прочие
54 386

39
£3,9
8,5
6,3
5,3
4,3
3,9
4.0
1,6
1.2
1,6
0,4

12 055 715

100

Как видно из этой таблицы, Югославия представляет
собой пестрое по своему национальному составу государство, в котором сербская господствующая национальность
составляет лишь 39% всего населения. Утверждение сербских националистов, что сербы, хорваты и словенцы представляют одну нацию, есть не что иное, как обман. Сербы,
хорваты и словенцы жили в различных географических и
политических условиях. Сербы—православного вероисповедания и'развивались под влиянием Востока. Хорваты и словенцы—католики и развивались под влиянием Запада. Хорваты находились под влрстыо Венгрии, словенцы—Австрии.
169-

Стало быть, сербы, хорваты и словенцы не жили до мировой войны на одной территории, между ними не было тесных экономических связей; в культурном отношении они
развивались самостоятельно — поэтому не являются одной
нацией, а тремя самостоятельными нациями. Легенда о национальном единстве сербов, хорватов и словенцов необходима великодержавной сербской буржуазии для прикрытия
ее политики национального угнетения.
„Избранная" сербская нация занимает господствующее
положение в Югославии и является угнетательницей всех
остальных наций. Вся государственная власть находится в
руках империалистической буржуазии сербской национальности и служит ее классовым интересам. Ее фашистская
политика выразилась в усилении национального гнета, социальной реакции и в создании Вндовданской конституции,
обеспечивающей ей полную гегемонию во всех областях
экономической и политической жизни Югославии.
Национальная борьба во всех видах, легальных и повстанческих, начиная с борьбы за национальную школу и национальную церковь и кончая борьбой за полное; отделение,
развернулась в Югославии немедленно после мировой войны
и будет все более и более разрастаться. Те или иные компромиссы между сербской буржуазией и буржуазными национальными партиями (хорватской, словенской, мусульманской и др.) за счет интересов трудящихся масс могут еще
иметь место, но они отнюдь не будут означать, что национальный вопрос в Югославии разрешен. Если бы по теории
„австромарксистов" подоплекой национального движения
была исключительно конкуренция и борьба капиталистов
различных народностей, то компромисс между этими капитялистами лишил бы почвы национальное движение и национальную борьбу. Но основой и ядром национального
вопроса является не капиталистическая конкуренция, а крестьянский в о п р о с . Базой национального движения в Югославии является крестьянское движение. Это движение не
может быть снято с порядка дня обоюдными компромиссами,
заключающимися между буржуазными партиями, оно не может вообще быть ликвидировано в рамках капиталистичеческой Югославии. Таким образом национальный вопрос
является одной из мин, заложенных под существование буржуазного югославского государства.
ХРКП (партия Радича) и ее роль в борьбе с гегемонией сербской буржуазии

К концу империалистической войны военная дисциплина
среди австрийских полков, состоявших из югославских кре170-

стьян, стала падать. В горах и крестьянских дворах Хорватии, Словении и Воеводины прятались толпы дезертиров.
В деревнях создавались из этих дезертиров „зеленые кадры",
работающие в тылу на разорение многонационального бюрократически-централистического австро-венгерского государства. Осенью 1918 г. распалась австро-венгерская армия,
служившая в руках габсбургской монархии могучим орудием ее господства, армия, при помощи которой она держала
в подчинении все стремившиеся к отделению национальности. Крестьянство стало по своему „плебейскому" способу
проводить национальное освобождение. Оно начало забирать
помещичью землю с- инвентарем в свои руки и жечь дворцы
ненавистных дворян. Одновременно буржуазия тоже стала
проводить по-своему национальное „освобождение". На место
старых рухнувших австро-венгерских органов власти она
стала создавать свои новые переходные органы власти,
„народные веча" (народные советы), состоявшие из представителей различных буржуазных организаций. Для усиления
своей власти и удушения в зародыше крестьянской революции югославская буржуазия прибегла к помощи сербской
армии. Кроме того президиум центрального „Народного
веча" сербов, хорватов и словенцев послал из Загреба
4 ноября 1918 г. телеграмму генералиссимусу маршалу Фошу,
в которой просил французскую армию на балканском театре
военных действий поскорее прибыть в Хорватию для восстановления порядка, для защиты интересов крупного землевладения и частной собственности. В этом позорном деле
поддержали югославскую буржуазию социал-демократ-ы Корач и Букшек, которые потом стали министрами югославского центрального правительства.
24 ноября 1918 г. состоялось заседание центрального
„Народного веча" в Загребе, под председательством О. Прибичевича, которое, по предложению далматинских депутатов
Смодлака и Костеля, постановило распустить „народные
веча", перенести власть над Хорватией и другими югославскими областями бывшей Австро-Венгрии из Загреба в Белград и передать ее белградским правящим кругам. Против
этого предложения голосовал только Ст. Радич. Таким образом хорватская и словенская буржуазия самым позорным
образом отказалась от лозунга самоопределения народов
вплоть до отделения и этим добровольно капитулировала
перед гегемонией сербской буржуазии и ее милитаристской
монархии.
Крестьянская революция была задушена при помощи
сербской и французской армий, однако жестокая борьба
между крестьянством и буржуазией не' приостановилась.
171-

25 ноября 1918 г. состоялось многочисленное собрание ХРКП
в присутствии 3 ООО крестьянских делегатов, на котором
председатель ХРКП Ст. Радич сделал доклад о заседании
„Народного веча" от 24 ноября. После этого доклада собрание единодушно вынесло резолюцию, одобряющую поведение
Ст. Радича и поручающую представителям ХРКП в „Народном вече" не ехать в Белград и бойкотировать центральную
власть. Хорватское крестьянство выдвинуло в качестве национального требования лозунг государственной независимости. ХРКП составила меморандум о независимой хорватской республике, снабженной 200 ООО подписей.
В ответ последовала зверская расправа иад хорватским
крестьянством, в которой приняли участие и представители
хорватской и словенской буржуазии. Как средство наказания крестьян была введена также розга. Тюрьмы переполнились крестьянами. Сербская и французская армии оккупировали Хорватию. Сербские правительственные комиссары,
жандармы и шпионы наводнили всю страну. Классовые
интересы объединили сербскую, хорватскую и словенскую
буржуазию в единый контрреволюционный фронт против_
рабочих и крестьян; совместными силами они жестоко подавляли рабочие забастовки и крестьянские восстания. Так
началась открытая борьба хорватского крестьянства с белградским правительством.
Вновь созданное государство—Югославия, которая якобы
должна была осуществлять освобождение всех югославских
народов от национального гнета, ничего не дала хорватскому
крестьянству; она не только не улучшила положения крестьянских масс, но даже ухудшила. Монархия и милитаризм
восстановились в своей старой балканской форме. В деревне
к прежнему произволу п р и б а в и л и с ь р о з г и . К реакционному австро-венгерскому законодательству белградские
правители прибавили сербские черносотенные военные законы. Даже куцая автономия, которой Хорватия пользовалась на основании „хорватско - венгерского" соглашения
1868 г., отменена. Хорватский сабор (парламент) перестал
существовать. Крестьянство не получило обещанной земли.
После переворота 19 i 8 г. все буржуазные партии Хорватии стали ползать перед сербской монархией. Ст. Радич
хорошо сознавал, что означает это раболепство. Он поднял
голос протеста против капитуляции хорватских буржуазных
партий перед сербским заеилием. Он потребовал права на
самоопределение хорватского народа и ставил это право
условием федерации с Сербией. Таким образом Ст. Радич
выступал как герой хорватского народа, как борец за крестьянское право. II широкие крестьянские массы поверили
.172

ему и пошли за ним, несмотря на его непривлекательное
прошлое. ХРКП стала распространять свое влияние не только
среди крестьянских масс Хорватии, но и на крестьянство
других "областей Югославии, где живут хорваты. Это доказал съезд ХРКП, происходивший 3 февраля 1919 г. в Загребе, в котором приняли участие многочисленные представители крестьянства из всех областей Югославии. Этот съезд
ХРКП высказался за такую конституцию, которая обеспечила бы хорватам право самоопределения. Кроме того съезд
постановил: послать на мирную конференцию в Париже
меморандум, требующий от имени хорватского народа признать полностью права на самоопределение и выражающий
готовность вступить с Сербией и Черногорией в союз на началах полной равноправности. Министерство полиции ответило на этот съезд новыми репрессиями по отношению
к ХРКП. Ст. Радич и другие активные работники ХРКП
были арестованы, многочисленные участники съезда были
самым зверским способом избиты.
Итак, черносотенные зубры в Белграде делали все, чтобы
устрашить крестьянство и таким путем подготовить благоприятную почву для выборов в Учредительное собрание,
которые были назначены на 28 ноября 1920 г. Для ХРКП
эти выборы представляли громадный интерес, ибо они должны
были показать: выскажется ли хорватский народ за самоопределение или за добровольное рабство Белграду.
- ХРКП во время избирательной кампании выступила официально со следующими лозунгами: за самостоятельное хорватское государство, за крестьянскую республику, за референдум, за плебисцит, за пацифизм, против постоянного
войска, за разоружение и превращение военной армии в трудовую армию. Ст. Радич во время этой избирательной кампании сидел в тюрьме, из которой вышел только в день
выборов. Результат выборов был для ХРКП весьма благоприятный: она получила 230 590 голосов и 50 депутатов.
Депутаты ХРКП не явились в Белград, они объявили
бойкот Учредительному собранию и провозгласили себя представительством хорватского народа и законным преемником
хорватского сабора (парламента). Это представительство созвало 8 декабря 1920 г. чрезвычайный съезд ХРКП в Загребе, который явился колоссальной манифестацией за хорватскую крестьянскую республику, за самостоятельное хорватское государство.
Объявляя бойкот белградскому парламенту, депутаты
ХРКП одновременно высказывались против революции, обосновывая это тем, что: во-первых, революция означает войну,
а хорватское пацифистское крестьянство якобы отвергает
173-

войну; во-вторых, никакая революция не заканчнвалась-де
•так, как хотели те, кто ее начинал; в-третыіх, все великие
державы, подписавшие Версальский договор, торжественно
заявили, что они выступят против всякого, кто нарушит
мир. Поэтому ХРКП решила вести лишь легальную политическую борьбу. Депутаты ХРКП ставили себе целью приобрести в мире возможно больше друзей, которые будут на
стороне хорватского крестьянства в его борьбе за самоопределение. Для этого они старались посылать побольше меморандумов Лиге наций в Женеве, международной конференции в Генуе и т. д. и, наконец, они пытались убедить сербских крестьян в том, что требования хорватского народа и
хорватского крестьянства вполне справедливы и что крестьянская республика является единым спасением от политической борьбы в самом белградском парламенте, депутаты
ХРКП отказались, чтоб не присягать королю и конституции.
Но эта программа депутатов не пометала Ст. Радпчу
в своей пропаганде и агитации выступать в различных местах с различными лозунгами. В местах, где преобладало
зажиточное крестьянство, он подчеркивал национальный
момент программы ХРКП, борьбу против Белграда и совершенно замалчивал земельный вопрос. А среди деревенской
бедноты Радич агитировал с большевистской программой,
восхвалял СССР и на первый план ставил земельный вопрос.
По вопросу государственного устройства ХРКП требовала
права самоопределения не только для хорватского народа,
она признавала это право за Словенией, Боснией, Далмацией,
Черногорией, Македонией и Воеводиной. Таким образом хорватское национальное движение стало революционным центром для всех угнетенных национальностей Югославии. Оно
нашло живой отклик среди мусульманских, словенских и
македонских крестьянских масс, а также и среди крестьянства национальных меньшинств. ХРКП стала центром притяжения для м а к е д о н с к о й революционной национальной
организации, для „Коссовекого комитета" (албанская революционная национальная организация) и для ч е р н о г о р с к о й федералистнческой партии, ведущих героическую
борьбу с черносотенной велико-сербской политикой национального гнета, за самоопределение народов. К тому же и
демагогический способ пропаганды и агитации и революционная фраза Ст. Радича также содействовали успехам
ХРКП в деле мобилизации широких крестьянских масс для
борьбы с гегемонией сербской буржуазии. Эти успехи ХРКП,
несмотря на свирепствующий белый террор, получили конкретное выражение в день парламентских выборов, 18 м а р т а
174-

1923 г.,—за ХРКП было подано 473 733 голоса (70 депутатов), т. е. в два с лишним раза больше чем в 1920 году.
Хорватское крестьянство несколько раз поднимало восстание против политики белградских зубров. 5 декабря
1918 г. хорватские полки в Загребе подняли восстание,
которое было затоплено в крови. В сентябре 1920 г. в связи
с переписью скота для армии хорватское крестьянство
вновь подняло восстание. Это восстание было с большим
трудом подавлено сербскими войсками.
На пробуждение революционного сознания югославскогокрестьянства повлияли также те 130 000 военнопленных
югославских солдат бывшей австро-венгерской армии, которые вернулись из России, где они были участниками и
свидетелями Октябрьской революции. Эти военнопленные
принесли на свою родину „большевистскую заразу". Кроме
того само существование СССР является одним из важных
факторов, революционизирующих национальное и крестьянское движение Югославии, ибо советское правительство
последовательно и до конца разрешило национальный и ѵ
аграрный вопросы.
Как относились к этим выступлениям и восстаниям хорватского крестьянства ХРКП и рабочий класс?
Хотя в руководстве мелкобуржуазной национальной
партии — ХРКП — находились буржуазные интеллигенты и
кулаки, однако эта партия представляла собою движение
широких крестьянских масс, которые толкаются объективным развитием на борьбу с помещиками и капиталистами.
Вследствие этого мелкобуржуазным политикам из ХРКП
удалось распространить свое влияние и среди хорватских
рабочих. ХРКП создавала в Загребе и в других городах
хорватские профсоюзы. Но в основном ХРКП возглавляла
национальное и крестьянское движение; она поддерживала
прямо и косвенно все крестьянские выступления и восстания.
С о ц и а л - д е м о к р а т и я Югославии относилась к национальному и крестьянскому вопросу не только равнодушно, но и прямо отрицательно. Она боялась революции,
она не хотела вести трудящиеся массы к власти и поэтому не
интересовалась вопросом о союзниках рабочего класса в революции. Социал-демократия постоянно заявляла, что сохранение государственного единства Югославии в нынешнем составе якобы диктуется классовыми интересами пролетариата,
и под этим предлогом вела борьбу против национализма
хорватской и словенской буржуазии, как вообще против
всякого национализма, Социал-демократия относилась отрицательно ко всем крестьянским выступлениям и восстаниям,
считая их реакционными и якобы тормозящими ведение
175-

классовой борьбы; она хотела при помощи конституционных
реформ бистро и безболезненно разрешить или свести до
минимума все национальные конфликты в рамках капиталистического государства. Такой национальный пацифизм
югославской социал-демократии на деле только способствовал политике соглашения, политике „классового мира",
которого добивалась сербская буржуазия в интересах
сербского империализма. Австро-марксистская трактовка
вопроса, изображающая дело так, будто установление
национального мира в капиталистическом государстве расчищает арену для классовой борьбы рабочего класса, на
практике оказалась лишь предлогом для саботажа пролетарской классовой борьбы, для поддержки гегемонии сербской буржуазии.
КПЮ с самого начала своейо возникновения вела энергичную борьбу за землю и против великосербской политики
национального гнета. Однако КПІО в свое время не удалось
повести ѵ крестьянство всей Югославии на борьбу за захват
земли, за самоопределение угнетенных национальностей.
Выступления КПІО не совпадали с крестьянскими выступлениями и восстаниями. Когда хорватское крестьянство
подняло восстание в сентябре 1920 г., то КПЮ в своей
печати стала на сторону хорватского крестьянства, но не
выступила активно в защиту этого восстания, не обратилась
к рабочему классу с воззванием: объявить генеральную
забастовку. Это объясняется тем, что в рядах КПЮ еще не
были изжиты социал-демократические пережитки в области
национального и крестьянского вопросов. И как раз в такое
время, когда хорватские, словенские и македонские крестьянские массы героически выступали против гегемонии
черносотенной сербской буржуазии, КПЮ болела старческой
болезнью правизны в национальном и крестьянском вопросах, безразлично относилась к мелкобуржуазным национальным партиям и таким образом облегчала Ст. Радичу и
другим мелкобуржуазным политикам и агентам буржуазии
взять под свое руководство национальное и крестьянское
движение. За эту недооценку национального движения и
-непонимание его глубокого народного, глубокого революционного характера КПЮ пришлось на деле" расплачиваться
падением коммунистического влияния на крестьянство.
На выборах 1923 г. независимая рабочая партия потерпела
жестокое поражение. Но надо отметить, что и социал-демократия не выросла за счет КПЮ. Рабочие большею частью
голосовали за „левый блок", в том числе и за 5РКП. Вместо
того чтобы рабочие потянули за собою крестьян, крестьяне
потянули за собой рабочих.
176-

Шатания м е л к о б у р ж у а з н о г о

руководства.

ІІо мере того как ХРКП становилась во все большей
степени революционным центром национального движения
Югославии, обострялись также все более и более отношения
между великосербским правительством и ХРКП. Белградские правящие круги угрожали Радичу арестом и убийством, распространением „закона об охране государства" и на
ХРКП. Под влиянием этих угроз Ст. Радич эмигрировал
за границу.
Сначала Ст. Радич отправился в Лондон, чтобы там в
духе постановлений съездов ХРКП заинтересовать общественное мнение в пользу хорватского народа и приобретать
друзей среди английских политиков в деле осуществления
национальной программы ХРКП. Но ему не удалось достичь
в Лондоне никаких конкретных результатов и пришлось
ни с чем вернуться в Вену. Под давлением хорватских
крестьянских масс, которые с усилением реакция великосербского правительства, все более и более революционизировались, Радич был вынужден отправиться в Москву для
переговоров о вступлении ХРКП в Крестинтерн.
Во время своего пребывания в Москве От. Радич выступал в печати по национальному и крестьянскому вопросам.
В этих своих статьях Радич обнаружил большой сдвиг
влево по сравнению с тем, что он раньше писал и говорил.
Так, например, в статье „Современная Хорватия как новый
тип государственного строительства" 1 он писал:
„Рабочий класс считается ХРКП лучшим другом и
союзником, особенно, поскольку он покинул ряды официальных социал-патриотов, которые в течение двух лет—1919—
1920 гг. являлись самыми ярымн врагами и самыми беспощадными преследователями ХРКП.
ХИІ съезд РКП и V конгресс Коминтерна высказались
так ясно и определенно по национальному вопросу, а также
и в отношении Балкан, что этим самым и за хорватским
народом признали его полное право на самоопределение,
вплоть до отделения.
Вследствие этого сербские передовые коммунисты были
вынуждены изменить свои взгляды на национальный вопрос
не только в отношении к хорватам, но и к другим несербским народам. Некоторые сделали это уже раньше по собственному усмотрению или убеждению, и они наверно
будут искренно придерживаться правильного взгляда на
национальный вопрос...
1

См. „Крѳстьанский интернационал" № 3—4 за 1924 г.

12 Над. вопрос.

177

Что касается интеллигенции, то пробужденное и организованное хорватское крестьянство требует от нее отказа
от всех старых „римских" понятий о такой государственной власти, где интеллигенты являются единственными
представителями государства, особенно если они чиновники...
Кроме того также "в отношении экономическом честная
интеллигенция должна согласоваться с новыми понятиями
и основами крестьянско-рабочего государства, в котором
земля принадлежит в сущности крестьянам, заводы—рабочим, а вся внешняя и внутренняя торговля — общему
крестьянско-рабочему контролю.
Национальный вопрос рассматривается в крестьянской
партии преимущественно с точки зрения человеческого
достоинства. ГІо своему достоинству все люди равны, и
поэтому также все национальности должны быть равноправны не только в теории, но и на практике. И не только
целые народы, так таксвьіе, но и национальные меньшинства должны пользоваться полным равноправием в своей
культурно-национальной и политической жизни.
Таким образом ХРКП вполне естественно приходит к
идее Адриатической, Балканской и Дунайской федерации..."
Во время переговоров о вступлении ХРКП в Крестинтерн Ст. Радич, как председатель ХРКП, обратился к
Крестинтерну со следующим письмом:
„Президиуму Крестьянского интернационала в Москве.
Генеральному секретарю тов. Александру Петровичу Смирнову.
Дорогой
товарищ!
Как председатель ХРКП и хорватского народного представительства по полномочию пленума всех хорватских
депутатов от 1 мая о. г. уведомляю Вас, что ХРКІІ всту- пает в Крестьянский интернационал, т. е. в международный
союз всего организованного крестьянства. Само собой разумеется, что ХРКП остается и дальше при своей программе
и при своей тактике, тем более, что и та и другая вполне
согласны с главной целью Крестьянского интернационала,
которая состоит в том, чтобы крестьянский и рабочий класс
дружными силами р а н ь т е всего прекратили навсегда
империалистические войны и чтобы они, с другой стороны,
сплоченными рядами и в духе социальной справедливости
во всех странах дружно взяли власть в свои руки для
улучшения судьбы всех трудящихся и для нового строительства крестьянского и рабочего государства. При этом
я должен упомянуть, что особенные условия социальной
структуры Хорватии, как и всей Югославии, привели к тому,
178-

что организованное крестьянство является в Хорватии
главным политическим фактором не только потому, что
оно составляет больше 90% всего населения, но именно
потому, что оно целиком сплочено и организовано в своей
крестьянской партии, между тем как рабочие, которых
едва 3% населения, долгое время были разбросаны и беспомощны, пока, в конце концов, почти целиком не вошли
в ряды Крестьянской республиканской партии, оставаясь
только из" чисто профессиональных интересов в своих
собственных организациях, которых, к сожалению, тоже
имеется несколько типов.
Между тем ХРКП с самого своего основания признавала полностью все рабочие требования и полное право рабочих на национализацию всех средств производства заводской
промышленности, так что осуществление крестьянской
республики в Хорватии уже этим самым становится и осуществлением рабочей республики и всех стремлений рабочего класса. Само собой разумеется и то, что ХРКП для
разрешения внутренних вопросов в Югославии и для
низвержения нынешней милитаристической буржуазной
власти прежде всего употребит, как и до сих пор, мирные
средства и только в крайнем случае, если все эти мирные
средства окажутся безуспешными, шагнет к революции.
ХРКГІ делает это в глубочайшем убеждении, что для
небольших народов, каким является народ хорватский,—это
самый подходящий метод внутреннего государственного
строительства и борьбы за власть всех трудящихся.
Конечно, само собой разумеется, что крестьянская республика Хорватии, которая должна быть осуществлена
политической деятельностью ХРКП, согласна остаться в
Югославии, если удастся превратить ее в федеративную
крестьянскую республику, и что дальнейшим политическим
идеалом ХРКП. является адриатическо-дунайская федерация
всех крестьянских народов, от Чешских гор до Адриатического моря.
В конце я должен отметить, что в нынешнем составе
Крестьянского интернационала, по моему глубокому убеждению, не может быть никакого представителя Югославии
уже потому, что теперь никакой Югославии не существует,
а есть только милитаристическая и хищническая Великая
Сербия под официальным названием „Королевства сербов,
хорватов и словенцев".
Это обстоятельство, по мнению и по убеждению всего
хорватского народного представительства, так важно, что в
случае, если бы президиум Крестинтерна остался на своей
точке зрения, что и нынешняя Югославия в теперешнем
13*

179

своем составе может иметь какого-то югославского представителя без всякой настоящей опоры в крестьянстве сербском или в каком другом, потому что в хорватском крестьянстве буквально никакой опоры найти не может, то в этом
случае ХРКП должна была бы ограничиться только принципиальным содействием Крестинтерну, фактически яге
она все-таки не могла бы туда посылать своих представителей. Итак, нам нужно прежде всего выяснить этот вопрос
для того, чтобы практическое сотрудничество Х.РКП в
Кренстинтерне стало вполне возможным. Если этот вопрос
уладится сообразно фактическому положению югославских
народов, то, сговорившись с президиумом Крестинтерна, я
назначу постоянного представителя ХРКП в Крестинтерне
в Москве, разумеется, за счет ХРКП.
Мое пребывание в Москве приближается к концу. Я здесь
пробуду еще около четырех дней, и было бы очень желательно, чтобы это было проведено на заседании президиума еще в ближайшие дни.
С братским крестьянским приветом С. М. Радич. Москва,
27 июня 1924 года" 1 .
Вступая в Крестинтерн, Радич являлся на деле выразителем дум и настроений революционного хорватского крестьянского движения.
Но в решающий момент героической борьбы, накануне
реальных успехов, кулацкие элементы, группировавшиеся
вокруг хорватских сельскохозяйственных кооперативов и
побоявшиеся вместе с крестьянскими массами продолжать
борьбу с диким белым террором черносотенной сербской
буржуазии, нанесли удар единому национальному движению
хорватского народа. Руководимые своими классовыми интересами и воспользовавшись нелегальным положением партии,
кулаки во главе с Павлом Радичем, но по инструкциям
От. Радкча, употребили все усилия, чтобы отклонить ХРКП
от пути самостоятельной борьбы и направить ее на соглашение с Пашичем.
Верхушка ХРКП, не спрашивая партии и масс, начала
переговоры с Пашичем и дворцом. Будто бы от имени партии она заявила: 1) что хорватский народ признает сербскую
монархию; 2) что хорватский народ признает „узаконенное"
Видовданской конституцией сербское засилье и отказывается
от борьбы за самоопределение хорватского народа, от борьбы
за самостоятельную хорватскую республику; 3) что хорватсхгий народ отказывается от братского союза с крестьянством
и рабочим классом всего мира, отказывается от этого союза,
1

180-

См. „Крестьянский интернационал" X« 3—4 за 1924 г.

нашедшего выражение в открытом вступлении ХРКП в Ерестинтерн, а вместо этого заключает союз с великоеербскими
фашистами, приказчиками мировых капиталистических разбойников.
Хорватское крестьянство было возмущено этой изменой
своих представителей; оно было возмущено гнусным поведением своих депутатов в белградском парламенте, „которых Пашич и компания впрягли в свою колесницу как послушных лошадей", оно через своих корреспондентов заявляло в легальной печати, что не одобряет соглашательской
политики своих депутатов и не хочет иттн этой дорогой и
что останется верным борьбе за хорватскую республику,
за самоопределение хорватского народа, за права крестьянства. Кроме того двенадцать депутатов ХРКП высказались
на одном из заседаний хорватского крестьянского клуба,
но поручению своих избирателей, против блока партий Пашича и Радича и ушли из клуба.
Президиум Крестинтерна по поводу этой капитуляции
верхушки ХРКП перед великосербским засильем обратился
к хорватским крестьянам с воззванием, в котором было сказано:
„...Белградские хищники и насильники во главе с Пашичем не смогли до сих пор путем грубого насилия справиться
с ХРКІІ. Они хотят теперь путем соглашательской политики
самозванных руководителей партии расколоть ее ряды и
совершенно обессилить ее. Это именно и является основой
всей политики Пашича по отношению к хорватскому народу.
Крестьянин и рабочий боролись и проливали свою кровь
не для того, чтобы горсть политиканов просиживала мягкие
кресла белградского парламента и правительства, и не для
того, конечно, чтобы кучке хорватских капиталистов, помещиков и спекулянтов обеспечить роскошные излишества
материальных благ за счет тяжких лишений трудовых народных масс.
Мы призываем всех крестьян и рабочих, а также трудовую интеллигенцию дальше продолжать борьбу за осуществление программы ХРКП, за осуществление суверенных
(верховных), неподдельных, подлинных, торжественных постановлений хорватского народного представительства от
8 декабря 1920 г.
Мы хорошо знаем, что утверждения, будто бы хорватское
крестьянство отказалось от международного крестьянского
союза с Крестинтерном, неверны. Мы принимали в нашу
международную крестьянскую семью, в Крестинтерн, не отдельных политиканов, а весь хорватский крестьянский иарод, подлинным представителем которого мы считали
Ст. Раднча. Из Крестинтерна могут итти отдельные трусли181-

вые попутчики освободительного движения, но весь крестьянский хорватский народ остался и останется в рядах Креетинтерна и будет бороться вместе с ним до окончательной
победы над врагами трудового человечества.
Братья, хорватские крестьяне!
Мы призываем вас остаться верными программе ХРКП
и решению хорватского народного представительства, состоявшегося под председательством Степана Радича в Загребе
8 декабря 1920 г. Не допускайте измены этой программе.
С презрением отвергните соглашательство с палачами хорватского народа. Продолжайте вашу героическую борьбу
за полное освобождение от великосербского засилья. Не допускайте раскола вашей партии, к чему стремится Пашич
и его хорватские прислужники.
В борьбе с соглашательскими элементами, которые идут
на полную капитуляцию перед монархией и великосербским
засильем, все честные элементы хорватской интеллигенции
должны стать совместно с миллионной трудовой массой крестьян и рабочих. Вокруг республиканской крестьянской
программы ХРКІІ и постановлений хорватского народного
представительства от 8 декабря 1920 г. вы должны объединиться для борьбы против капитуляции и соглашения с вашими врагами, которые в ваших рядах пытается провести
кучка правых элементов, выражающих интересы незначительной части хорватской нации...
Пусть во всех деревнях Хорватии собирается крестьянская масса и наряду с трудящимися города выносит осуждения пагубной политике соглашательства с насильником
ІІашичем. Мы призываем вас к манифестациям и демонстрациям против капитуляции перед великосербскими угнетателями. Ile соглашение с великосербской буржуазией п монархией, которое ведет к порабощению хорватского крестьянства, а союз между крестьянством и рабочим против их
общего врага и за их общее благополучие!"
В связи с изменой верхушки ХРКП усилился процесс
расслоения среди хорватского крестьянства. Парламентские
выборы 11 сентября 1927 года подтвердили, что на самом
деле в рядах партии Радича происходит процесс разложения. Партия Радича перестала играть роль гегемона в национальном освободительном движении; она на этих выборах (11 /IX 1927) потеряла 170 000 избирателей в сравнении
с выборами 8 февраля 1925 г., хотя в 1927 г. по отношению
к ней не применялся такой чудовищный белый террор, как
в 1925 г.; она в 1927 г. потеряла Загреб, политический и
культурный центр Хорватии; она больше не возглавляет
национального единого фронта Хорватии.
182-

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ГНЕТ В ЮГОСЛАВИИ В УСЛОВИЯХ ФАШИСТСКОМ j
ДИКТАТУРЫ.

Из статьи Б. Бошковича „Кризис фашиетско-геиералъской диктатуры" в ¡журнале „Аграрные проблемы" ки. 2—3 за 1930 ».

Великосербское правительство всегда стремилось посредством искусственной колонизации и внедрения благонадежных великосербских крестьян в среде крестьян Македонии,
Коссова и Воеводины обеспечить границы Югославии и ослабить революционное национальное движение в пограничных
областях. Эту великоеербекую политику фашистеко-генеральская диктатура продолжает проводить еще более дикими, жестокими приемами и средствами белого террора.
Генеральская диктатура физически истребляет целые албанские деревни в Македонии и Кослове, чтобы предоставить места великосербским колонистам и врангелевцам. Вот
что сообщает один крестьянин из Коссова:
„В нашу деревню приехал целый отряд жандармов с офицерами. Уездный начальник и комиссар вызвали крестьян,
заявляя, что они составляют аграрную комиссию и будут
делить нашу землю для колонистов.' На следующий день
жандармы провели колонистов и показали им, сколько земли
они должны получить. Но это не все. Мы, албанцы, должны
построить жилища колонистам... и пока мы „не построим,
колонисты живут в наших домах, мы их должны кормить
до нового урожая и помочь им обрабатывать нашим скотом
отнятую от нас землю. К тому же за всю землю мы должны
платить налог...
А когда все члены нашего семейства отправляются на
работу—в лес, на пашню — и никого нет дома, жандармы
подбрасывают в наши дома военные предметы. Через несколько часов обыск... Всех взрослых связывают и истязают.
Хозяина дома арестуют, уводят сначала в жандармскую
казарму, а затем в город, но он больше не возвращается,
он навсегда нсчезает. Наказывают за каждую мелочь. Если,
например, овца хотя бы на один шаг перешла на ниву колониста, следует штраф в 1 ООО динаров... Частые преследования, штрафы, налоги. Судебные органы продают все имущество за долги... Взрослые мужчины или в тюрьмах или
убиты".
183-

Национальный гнет проявляется в самых разнообразных
формах и в других областях. Все национальные, культурные,
просветительные, спортивные и др. организации закрываются,
а их имущества конфискуются. Вместо различных национальных спортсменских организаций генеральская диктатура
установила единую фашистскую югославскую спортсменскую
организацию „Сокол". Закон о новом разделении Югославии
на девять бановин (3 октября 1929 г.), который раздробляет
нацию... и на деле провозглашает „Великую Сербию", должен якобы осуществить национальное „единство" через
слияние всех народов Югославии в единую югославскую
нацию. На самом деле национальная политика фашистской
диктатуры потерпела полнейший крах. Из-за усиленного
национального гнета, принявшего чудовищные размеры за
последний год, ненависть трудящихся масс угнетенных
наций к гегемонии великосербской буржуазии никогда еще
не горела таким сильным пламенем, как теперь. Больше
чем когда-либо раньше версальская Югославия трещит по
всем швам.
Процесс полевения крестьянских масс выражается и
в новой перегруппировке буржуазных сил. Буржуазная оппозиция хорошо сознает, что деревня все больше и больше
болыпевизируется, что социальный базис фашиетско-генеральской диктатуры не расширяется и поэтому ищет нового
выхода из нынешнего положения с целью воспрепятствования рабоче-крестьянскому восстанию. Хорватские буржуазные политики (правовая партия — Бавелич и др.) делают
попытку использовать хорватское национально-освободительное движение, создают соглашение посредством Муссолини
и Хорти с болгарскими фашистами для низвержения нынешнего режима и замены его новым фашистским режимом
в Хорватии с более широким базисом. Сербская буржуазная
оппозиция также боится массового революционного движения и хотела бы при помощи международных империалистов и буржуазии угнетенных наций совершить „дворцовую
революцию" для замены нынешней диктатуры своим фашистским режимом.
Что касается хорватской крестьянской партии (Радича),
то одно ее течение—правое—готово всегда пойти на капитуляцию перед Белградом и сотрудничанье с фашистской
диктатурой. Другое течение — центристы, в руках которых
находится руководство партии (Мачек, Кошутич, Кретевич,
Предавец и др.), — продолжают вести свою старую „пацифистскую" политику.
... Левое течение партии Радича, возглавляемое И. Дравским, после долголетнего горького опыта приходит к заклю.192

чению, что „нужно вернуться к старой программе хорватской республиканской крестьянской партии и притти к новому революционному сотрудничеству с остальными угнетенными и ограбленными балканскими народами, т. е.нужно
более энергично продолжать там, где остановились в 1925 г.".
Югославия переживает сейчас не только экономический,
но и политический кризис. Развитие этого кризиса неизбежно ведет к массовому восстанию и низвержению фашистско-генеральской диктатуры. Рабоче-крестьянская революция под руководством революционного пролетариата является единственным выходом из нынешней ситуации.
О характере

Югославской

революции.

Установление генеральско-фашистской диктатуры и объединение буржуазии и помещиков под гегемонией финансового капитала еще раз заставили КШО заняться вопросом
о характере революции. Пленум. ЦК компартии (октябрь
1929 г.) подтвердил точку зрения VI конгресса Коминтерна
и IV конгресса КПЮ, уточнив ее более конкретно и заявив,
что Югославия принадлежит к странам со средним уровнем,
развития капитализма, с имеющимися налицо значительными
остатками полуфеодальных отношений в сельском хозяйстве,
с национальным угнетенвмем, принимающим самые грубые
варварские формы, с известным минимумом материальных
предпосылок, необходимых для социалистического строительства, с еще не завершенным буржуазно-демократическим преобразованием. Борьба угнетенных народов против
национального гнета является в нынешнее время преобладающей в революционном движении Югославии. Но основным ядром национального вопроса является крестьянский
вопрос. Борьба за пролетарскую революцию в Югославии,
будет вначале развиваться как буржуазно-демократическая,
революция крестьянского типа, как демократическая диктатура рабочих и крестьян.

185-

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ГНЕТ В РУМЫНИИ.

Из

книги

С. Turnea „Аграрный вопрос в РумынииX
стр. 13—15, 21—22,
232—234.

192в

г.

На всем протяжении своего самостоятельного существования господствующие классы Румынии лелеяли мечту о
„Великой Румынии", которая бы простиралась от Тиссы до
Днестра. Война и последовавшие за нею события дали возможность румынской буржуазии осуществить свой националистический, а по существу—империалистический идеал.
Румыния вступила в войну на стороне Антанты 27 августа 1916 г., но спустя только 3 месяца ее войско было
•опрокинуто и 2/з страны были заняты неприятелем. Когда
же произошла революция в России, Румыния заключила
мир с центральными державами (май 1919 г., в Бухаресте)
,н этим самым выбыла из строя воюющих держав.
Несмотря на это Румыния была вознаграждена союзниками за участие в войне. Счастье румынской буржуазии
заключалось в том, что страна граничила с революционной
Россией и Австро-Венгрией. Ослабление первой и разложение второй, так же как и усиление Румынии и превращение ее
из маленького хилого, государства в сильную военную державу, черпающую свои воинские ресурсы из многочисленного крестьянского населения, было в интересах великих
империалистических держав, и в первую очередь—Франции.
Великая сильная Румыния должна была стать—и действительно стала—жандармом против опасностей возрождения
австро-венгерской монархии, с одной стороны, и заслоном
и плацдармом для военных интервенций против революционной России—с другой. Исходя именно из этих соображений, союзники сделали все возможное для того, чтобы
отторгнуть те или иные провинции от Австро-Венгрии и
России и присоединить их к Румынии.
Но послевоенный период был, как известно, периодом революционных потрясении, когда раскаты революции в России
громким эхом отдавались по всему миру, Лозунг Октябрьской революция о самоопределении народов и действительное самоопределение национальностей в России под
властью советов стали могущественнейшим революционным
фактором _ современной действительности. Румынская буржуазия решила воспользоваться этим историческим момея186-

том и свои империалистические замыслы осуществить под
флагом самоопределения народов.
Воспользовавшись событиями в России я Австро-Венгрии, Румыния отправила туда свои войска и оккупировала
окраинные провинции: Бессарабию, Буковину и Трансильванию, населенные румынскими и молдавскими меньшинствами и соотавлявшие объект притяжения для румынского
империализма. После этого, под форменной угрозой пушек
оккупационных войск, началось „самоопределение народов".
27 марта (9 апреля) 1918 г. Сфатул Церий (краевое собрание в Кишиневе) вынудили принять резолюцию о присоединении т. н. „Молдавской демократической республики (Бессарабии)" к „родине-матери"—Румынии. 15(28 ноября) 1918 г.
„Всеобщий съезд Буковины" в Черновицах нрикял постановление о „безусловном и вечном воссоединении Буковшш
в старых границах до Церемуша, Калачино и Днестра с королевством Румынии", а 18 ноября (1 декабря) 1918 г.
„Национальное собрание" в Алба - Юлии (Трансильвания)
декретировало „воссоединение всех румын и территорий,
ими населенных, с Румынией". Присоединение новых провинций увеличило Румынию в 21/2 раза как в отношении
размеров территории, так и численности населения.
Современная Румыния, предстазляющчя собою многообразие во всех отношениях благодаря тому, что новоприсоеднненные провинции развились в разных исторических
социально-экономических, бытовых и культурных условиях,
почему экономический уровень и степень политического
сознания крестьянства не во всех областях одинаковы, национально неоднородна. Поэтому,—и даже в первую голову,—
национально неоднородно н крестьянство, что усугубляет
значение крестьянского вопроса. По румынской статистике
национальные меньшинства составляют около 30% населения, но на самом деле их значительно больше. Вот подробные данные: (см. табл. на след. стр.).
В число румын вошли бессарабские молдаване, тяготеющие к самостоятельному государственному и национальному существованию, так что румынской национальности
на самом деле еще меньше. В некоторых областях румыны
составляют по неофициальной статистике незначительное
меньшинство: в Новой Добрудже их только 2,6% населения,
в Буковине—34,2%. Поэтому, поскольку большинство населения в новоприсоединеыных провинциях крестьянское, крестьянский вопрос приобретает в них характер национального вопроса, а крестьянское движение окрашивается в цвет
национально-освободительного движения...
Новоприсоединенные провинции, как мы видели во вве187-

По румынским
данным

НАЦИОНАЛЬНОСТИ

Число

' 1.

O/p

По нерумынскнм
данным
Число

%

12 539 524

73,1

11*144 856

67,0

1 458 084

8,5

1 908 728

11,6

3. Евреи

857 697

5,0

874 865

3,8

4,

737 619

4,3

1 182 287

5,3

566 080

3,3

660 775

6,6

6. Болгары

257 309

1,5

546 339

2,2

7. Другие

737 619

4,3

836 132

3,5

17 153 932

100,0

17 153 932

100,0

Румыны

2. Венгры

0.

• . . .

Русские и украинцы

Всего
i

. . . .

. . .

дении, населены компактными массами национальных меньшинств, которые в некоторых областях составляют даже
большинство местного населения. Румынская буржуазия ведет по отношению к этим меньшинствам политику денационализации и румынизации, изгоняя их из школы, государственных и общинных учреждений, из администрации железных дорог, переводя богослужение на румынский язык,
препятствуя их политической организации и т. д. и т. п.
Аграрную реформу румынская буржуазия старается проводить исключительно в пользу местного румынского населения и в ущерб национальным меньшинствам. Мало того,
что немцы и венгры Трансильвании, русские и украинцы
Бессарабии и Буковины, болгары и турки Добруджи и др.
не наделяются землею, она у них отбирается и отдается
пришельцам из старой Румынии и колонистам, привозимым
румынским правительством специально из Фракии, Македонии и Албании для колонизации новых территорий. Господство румынской буржуазии в новых областях носит характер и социального и национального угнетения, благодаря
чему и в силу принадлежности большинства национальных
меньшинств к сельскому населению, крестьянский вопрос
приобретает в оккупированных территориях характер национального вопроса и наоборот, а крестьянское движение окрашивается в цвет национально-революционного освободитель188-

ного движения. Борьба крестьянства новопрйсоединенных
провинций против национального гнета означает поэтому
борьбу за землю, а борьба за землю—борьбу за национальное раскрепощение. С другой стороны, политика колонизации и денационализации со стороны румынской буржуазии
и помещиков означа.ет двойной саботаж аграрной реформы
по отношению к национальным меньшинствам, их обезземеление, а политика обезземеления—денационализацию, физическое истребление и изгнание их из страны.
Если попытаемся рассмотреть национальный состав наделяемых землею крестьян, то мы без всякого труда убедимся в том, что большинство наделяемых принадлежит
к румынам, а если мы рассмотрим состав эмигрирующих из
страны, то мы также без труда убедимся в том, что большинство эмигрантов принадлежит к национальным меньшинствам. По заявлению государственного субсекретаря по земельным делам Г. Чипеяну, подавляющее большинство наделенных—румыны, и только ничтожное меньшинство составляют немцы, венгры и другие. Мало того, временно наделенных, т. е. тех, которые впоследствии будут вовсе лишены
земли, относительно больше из числа национальных меньшинств и меньше из числа румын. Реформа проводится
в ущерб нерумынской части крестьянства, несмотря на то,
что и румынская часть последнего очень мало получила
от земельной реформы.
Крестьянам национальных меньшинств не только не дают
земли, по и отбирают имеющиеся у них участки. Особенно
это имеет место в Добрудже, где под видом проверки документов на право владения у местных турецких и болгарских крестьян отбирается земля, принадлежащая им еще
со времен турецкого владычества. И Добруджа, и Бессарабия, и Буковина, и Трансильвания колонизируются румынскими крестьянами, которым отдаются лучшие земли. „Сегодня,—читаем мы в одной газете,—в Черновицах произошло
очень важное событие в румынской жизни Буковины. Свыше
260 румынских колонистов были водворены в свои очаги...
Каждый колонист получит по 4 га пахотной земли, по 0,5 га
для избы, сада и образования пастбища. Так что проектировавшаяся колонизация становится фактом. К будущей
осени вся северная Буковина будет усеяна румынскими селами". Отсюда нетрудно лишний раз заключить, что оккупированные Румынией территории—далеко не румынские.
Именно поэтому они и заселяются „надежным" румынским
элементом, которого румынская буржуазия не может найти
даже в своем отечестве и принуждена приглашать из Македонии и других стран. В Буковине колонистами заселяют
189-

уезды: Черновицкий, Заставна, Вишница, Сторожинец, и
другие, т. е., как можно судить по названиям, исключительно украинские местности. Также колонизируется юг Бессарабии, населенный смешанным болгаро-гагаузским населением, и Квадрилатер (Южная Добруджа), в котором румын
почти совершенно нет. В последнем количество колонистов
к концу 1927 г. равнялось 7 тыс., в Калиакре—2 тыс. и
Дуросторе—5 тыс. Всего в Добрудже предполагается разместить 15 тыс. семейств колонистов, что должно повлечь
(и у яге повлекло) экспроприацию еще большего количества
местных крестьян. Каждому колонисту предоставляется
здесь 10 га пахотной земли и кроме того площадь для
избы.
Результатом этой колонизаторской политики румынской
буржуазии является массовая эмиграция крестьянства из
новоприсоединенных провинций. У нас имеются по этому
поводу только отрывочные данные, но для интересующего
нас вопроса они достаточно характерны. Так, за последний
триместр 1922 г. было затребовано S 843 паспорта для 6 225 человек, которые распределялись по областям так:
Старое королевство . . . . . .
129
Бессарабия
• •
78
Буковина
228
Трансильвания . . . . ' . . . . 5 790

2,1%
1,3%
3,6%
93,0%

Но национальности и профессии эмигранты распределялись следующим образом:
Национальность

Число

эмигрирующих

%

Профессия затребовавших паспорта

1 658

45,2

. . • . . .

622

16,2

395

10,0

150

3,6

. .

40

0,0

10,5 Домашние хоз. . . .

930

24,0

84

1,0

1 278

20,5 Земледельцы

Венгры

1 541

24,6 Рабочие

Немцы и саксы . . .

2 445

39,3 Ремесленники

•V краиицы
Евреи
Другие

. .

175
88
652
46

»/о

. . . .

Румыны

Сербы и кроаты

Число

. . .

2,8 Торговцы
1Д Своб. профессии

0,8 Без профессии

. . .

Эмигрировавших румын приходилось за это время 0,4
на каждые 1 ООО жителей, а национальных меньшинств—9,3.
190-

За второй семестр 1924 г. было потребовано 7 425 паспортов
для внеевропейских стран, из которых 6 061 паспорт приходился на Трансильванию, 628 на Буковину, 427 на Бессарабию и только 309 на Румынию. Выдано было только 7 069
паспортов, которые распределяются так: Траисильвания и
Буковина—90%, Бессарабия—6% и старая Румыния—4%.
Большинство уезжающих — сельскохозяйственные рабочие.
Наконец, в i926 г.- выехало из страны 21 698 человек, которые распределяются так:
Национальность

I

355; Пром. рабочие

Румыны . •

2 6311 Служащие

Евреи . •
Немцы и венгры

Профессия

Число

. . .

3 060

Í

. . . . . . .

С.-х. рабочие

Число

905
73
6 039
78«

Украииц. и русек. . . .

5 288; Своб. профессии . • . .

Болгары

8 eso; Домаши. хоз

4 430

Другие

1 514 Без профессии

9 465

Следовательно, все данные подтверждают одно и то же,
а именно, что эмигрируют: 1) национально угнетенные меньшинства и 2) нз числа, главным образом, сельского населения. Из деревни эмигрируют, прежде всего, сельскохозяйственные рабочие, что подтверждает тот факт, что аграрная
реформа привела к экспроприации и пролетаризации широких масс трудового крестьянства нацменьшинств. Общая
политика грабежа новых провинций, с одной стороны, и
национальная политика румынской буржуазии, особенно
колонизаторство—с другой, приводят к подлинному исходу
крестьянского населения из новоприсоединенных провинций,
которое убегает куда глаза глядят, в далекие заокеанские
страны (Бразилию), лишь бы избавиться от национального
и социального гнета. Та же часть крестьянства, которая
остается на месте, пытается бороться с оружием в руках
в защиту своего права на существование. Бот почему борьба
крестьянства в новоприсоединенных территориях носит все
признаки национально-освободительного движения.
Вооруженные столкновения происходят и между колонистами и местным населением на почве отбирания у последнего земли (особенно в Добрудже), а также между бедняц191-

кой и зажиточной частью деревни, в связи с наделением
кулаков землею. В этих случаях борьба принимает особо
ожесточенную форму, выливаясь в форменную национальную
и классовую войну в деревне.
Вооруженная борьба бессарабского крестьянства принимает столь широкие формы, что становится временами достоянием широкой гласности. Не говоря уже о вооруженном сопротивлении, оказанном крестьянством при оккупации
Бессарабии румынскими войсками, и отдельных повстанческих выступлениях его, первым массовым движением бессарабского крестьянства следует считать хотинское восстание 1919 г., охватившее Хотинский и Сорокский уезды севера Бессарабии и подавленное с невероятной жестокостью
оккупационной армией. Вторым по счету массовым вооруженным выступлением следует считать татар-бунарское восстание, происшедшее на юге Бессарабии, и известие о котором обошло в свое время весь мир.
Татар-бунарское восстание произошло в сентябре 1924 г.
н охватило южные уезды Бессарабии, населенные смешанным болгаро-гагаузским, русским и немецким населением.
Центром его было большое село Татар-Вунарн, но началось
оно в селе Николаевке 11 —12 числа, где группа в 50—60 человек, вооружившись чем попало, перебила местные власти,
изолировала село от внешнего мира и, подняв остальную
часть * селения на ноги, двинулась через ближайшие села
в Татар-Бунары. Население последних вышло повстанцам
навстречу с красными знаменами. Власти были разоружены,
а оказавшие сопротивление—перебиты. Из Татар-Бунар повстанцы, не позаботившись об охвате более широкого района
с революционно настроенным крестьянством, двинулись к Аккерману, вокруг которого расположены зажиточные немецкие колонии, и этим допустили тактическую ошибку, будучи
вынуждены преждевременно вступить в бой с враждебными
-себе силами." В движении принимали участие различные
элементы крестьянства, но руководящая роль, по утверждению властей, принадлежала с.-х. пролетариату. В каждом
селе существовала „пятерка", которая руководила восстанием; было у повстанцев и кое-какое оружие. В трех селах:
Николаевке, Чичме и Татар-Бунарах была провозглашена
советская власть, которая, однако, не продержалась дольше
нескольких дней, будучи подавлена вооруженной силой
господствующими классами.
Первое вооруженное сопротивление повстанческие отряды
встретили со^стороны колонистов, на пути к Аккерману.
Предоставив себя в распоряжение местных жандармов, кулаки немцы дали форменный бой революционному крестьян192

«

ству, из которого последнее вшило с честью. Иной оборот
борьба приняла тогда, когда к немцам подоспела регулярная армия, поведшая борьбу по всем правилам военного
искусства. Сначала повстанцы одерживали верх и над армией,
и наносили ей сильный урон людьми и оружием, но когда
пехота была подкреплена артиллерией и кавалерией, а с моря
был высажен десант, повстанцы оказались охваченными
со всех сторон и лишены возможности к отступлению. По
сообщению румынского военного министра, пехота, снабженная орудиями и подкрепленная затем артиллерией, была
высажена с моря в четырех пунктах: Килии, Вилково, Тисмее и Николаевне. „Так как непосредственные стычки между
повстанцами и войсками давали перевес повстанцам, было
отдано распоряжение—смести эти деревни ураганным артиллерийским огнем с применением морских орудий. Несколько
деревень было уничтожено, масса повстанцев погибли от
огня. Только благодаря этому войскам удалось победить
повстанцев, движение которых угрожало принять весьма
широкие размеры. В деле подавления восстания большую
роль сыграла также дунайская флотилия, которая обстреливала повстанцев и прибрежные села со стороны моря".
Система, примененная армией по отношению к восставшим,
состояла в следующем. Сначала каждое восставшее село
обстреливалось в течение нескольких часов с суши, с моря
и со стороны Дуная. Затем, под прикрытием огня, пускалась пехота густыми колоннами и кавалерия, которые довершали дело, начатое дальнобойными орудиями. Расстрелы
повстанцев производились на месте, а многих живыми увозили на понтонные мосты Дуная, откуда связанными сбрасывали в реку. В частности, Татар-Бунары обстреливались
в течение 5 часов и были подожжены со всех сторон. О том,
как производилась расправа о восставшим районом, можно
судить по опубликованному в свое время приказу по румынскому флоту, который гласил следующее: „Высадившиеся
в Килии матросские отряды, совместно с пехотой, артиллерией и кавалерией и полевой жандамерией заставили население Килии, Вилкова, Тисмеи, Нерушая, Галилешт, Николаевки, Жебриен и Периболи подчиниться румынской военной силе. Ураганный огонь артиллерии и морских орудий
под Вилковым и Жебриенами внушил населению должное
почтение. В этой местности, а также вблизи ІІериболи, были
взяты в плен многочисленные члены повстанческих банд,
многие были убиты, и захвачено множество пулеметов,
взрывчатых веществ, военного снаряжения, железнодорожных материалов и броневиков (?). Благодаря этому удалось
избежать еще более значительного восстания, центром soi s Нац. вопрос.

193

торого должно было быть Вилково, что могло бы привести
к неисчислимым последствиям. Избежать этого удалось потому, что непрерывная сторожевая служба Дунайской флотилии между Килией, Вилковым и Черным морем лишила
революционеров всякой возможности перейти через Дунай,
и отрезала им отступление к Черному морю. Румынский
флот делил военные запасы с войсками, у к о т о р ы х исч е р п а л и с ь с в о и с н а р я д ы . События в южной Бессарабии, которые означали для румынского флота р е п е т и ц и ю в о й н ы , дали ему возможность предпринять обширные маневры".
Сентябрьское восстание на юге Бессарабии представляет
собою яркую вспышку национально-освободительной борьбы,
которую ведет бессарабское крестьянство против иностранного господства, и является показателем обострения классовых взаимоотношений в среде крестьянства, вылившегося
в данном случае в открытую гражданскую войну между
различными группировками деревни. Движение потерпело
неудачу потому, что не было увязано с освободительным
движением остальных угнетенных провинций и классовой
борьбой пролетариата всей Румынии, явившись изолированным актом революционно-настроенных элементов наиболее
революционной части Бессарабии. Но это обстоятельство
нисколько не умаляет значения восстания, которое в истории
освободительных движений займет подобающее место. Характерно, что именно после подавления восстания началась
усиленная эмиграция крестьян из южной Бессарабии. При
этом эмигрирует (вследствие репрессий) не только бедняцкая
часть крестьянства, но и зажиточно-кулацкая (немецкие колонисты), что свидетельствует о неуверенности в положении
со стороны сельской буржуазии, опасающейся нового взрыва
национально-освободительной и классовой борьбы. Положение вещей в Бессарабии несмотря на террор, дезорганизующий пролетариат и уничтожающий организации революционного крестьянства, продолжает оставаться напряженным, революционным, угрожая взрывом национально-классовых противоречий со дня на день.

194-

РУМЫНСКИЙ

ИМПЕРИАЛИЗМ.

Из статьи Е. Варги „Проблемы новой Румынии" в журнале
„Мировое хозяйство и мировая политика"
№ 2, февраль 1929 г.

Современная Румыния возникла в результате империалистического завоевания. В отношении Бессарабии это ясно;
никто в Бессарабии не желал присоединения к Румынии,
к а к никто не желал его и в Добрудже. В отторгнутых от
Венгрии областях существовало, правда, движение за присоединение к Румынии, но и столь же сильное контрдвкжение со стороны венгров и немцев. На территории нынешней Великой Румынии живет, согласно сильно подтасованным данным официальной' румынской статистики, неполных 70% румын и свыше 30%—больше 5 миллионов душ—
не-румын. Объективный статистический учет дал бы, конечно, еще гораздо более высокие цифры для нерумынского
населения. При условии свободного самоопределения все это
не-румынское население отделилось бы от Румынии. Оно
было завоевано силой и силой же удерживается в рамках
государства. Но в этом и заключается империализм.
Румыния бесспорно является, далее, звеном и очень важным звеном, форпостом направленной против СССР империалистической системы. И поэтому румынская буржуазия
мечтает о дальнейшем расширении своей территории на восток (за счет Советского союза), она готовится к войне с
нашим Союзом, к войне чисто империалистической.
Правда, румынский империализм отличается некоторыми
своеобразными чертами. Хозяйство старой Румынии действительно не стояло до воины на такой ступени, на которой
завоевание новых областей монопольного господства являлось бы экономической необходимостью, она не вывозила
промышленных товаров и не знала поэтому борьбы за мировые рынки сбыта, не вывозила капиталов. Но в том то п
цело, что наша эпоха есть эпоха империализма, в которую
внешняя политика всякого капиталистического государства
принимает форму империалистической экспансии, как только
представляется к тому возможность, даже когда еще нет
налицо соответствующих экономических предпосылок. В том
то и состоит своеобразие румынского империализма, что он
вступил на арену политических завоеваний р а н ь т е , чем
для этого созрели экономические предпосылки, что руиын13*

195

екая буржуазия покорила области, в которых капитализм
стоял на более высокой ступени, чем в ее собственной
стране. Таковы именно были области, отторгнутые от старой Венгрии.
Это противоречие явилось источником затруднений при
попытке использовать эти области в качестве колоний. Если
капиталистически совсем слабо развитую Бессарабию легко
было сделать объектом эксплоатации со стороны румынского
капитала, то в Трансильвании перед румынской буряіуазией,
едва начинавшей подниматься над ступенью торгового и
ссудного капитала, встала трудная задача экономически
подчинить себе гораздо более передовую промышленную
буржуазию этой области. Она попыталась достигнуть этой
цели посредством насильственной румынизации принадлежащих враждебному капиталу крупных предприятий, посредством взятия под государственную опеку предприятий
с румынским большинством акционеров, посредством самого
решительного использования своего монопольного господства над эмиссионным банком и транспортом и т. д. Невозможно установить, в какой мере румынской буржуазии действительно удалось подчинить себе венгерскую и немецкую
буржуазию страны и в какой мере дело идет лишь о чисто
формальном подчинении 1. Во всяком случае, эта борьба с
более развитой буржуазией в собственной стране является
характерной чертой румынского империализма.
Другая его особенность заключается в необходимости
импортировать капитал, искать поддержку у иностранного
капитала, в необходимости подчиниться известному контролю. Это несомненно вносит некоторые полуколониальные
черты в отношение Румынии к империалистическим державам, аналогичное положению Германии при режиме плана
Дауэса. И все-таки было' бы неправильно] рассматривать
Румынию как полуколонию. Как всякая страна-должница
Румыния до некоторой степени зависит от своих кредиторов. Эта зависимость еще усиливается после заключения
больших иностранных займов. Но положение страны-должницы не равносильно положению полуколониальной страны, особенно когда, как в случае Румынии, за возможность
i Насколько еіцѳ сильна связь этих областей со стороны бывшей
Австро-венгерской империи, показывают следующие цифры внешней торговли за 1924 г. (Новые данные о географическом распределении ввоза
и вывоза нам неизвестны.) Внешняя торговля составляла (в %):
Ввоз . .
Вывоз .

196-

Австрия
16,8
13,8

Чехо-Словакия
11,5

9,9

Венгрия
4,2
14,6

Всего
32,5
37,7

инвестировать в ней капитал борются между собою различные империалистические державы—Франция, Англия, Италия, Америка, Германия.
Наш вывод гласит: Р у м ы н и я—н е п е р в о к л а с с н а я
и м п е р и а л и с т и ч е с к а я д е р ж а в а , но э т о — и м п е р и а л и с т и ч е с к а я с т р а н а с той особенностью, что империалистическая экспансия опередила в ней собственное экономическое развитие и привела к покорению областей, стоящих на более высокой хозяйственной ступени. Тот факт,
что Румыния ввозит капитал, еще не дает основания отрицать ее империалистический характер или, тем более, считать ее полуколонией. Что Румыния является важным звеном в империалистической системе, обнаружится со всей
очевидностью при неминуемом столкновении между капиталистическим миром и Советским союзом.

197-

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС В ЭЛЬЗАСЕ (ФРАНЦИЯ)

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ГНЕТ В ЗЛЬЗАОЕ,
Из статьи Шассэня „ L a question d'Alsace-Lorraine"
{„Эльзас-лотарингский
вопрос") в органе французской
компартии
„Cahiers du bolchéuisme" Л? 87 (декабрь 1927 г.). Перевод с французскою.

Уже на следующий день после вступления французов
в Эльзас наметился антагонизм между ними и трудящимся
населением. Оя был вызван массовыми выселениями и запрещением немецкого языка, как языка официального. В дальнейшем этот антагонизм все более заострялся. Полвека германского владычества связали Эльзас-Лотарингию с местными немцами многочисленными узами семьи и брака; этому
способствовал также сезонный отход рабочих в рейнские
области. С приходом верховного комиссара Эльзаса Мяльерана было решено заняться чисткой Эльзаса. Любой чиновник совершенно произвольно, часто на основании доноса,
определял степень благонадежности и патриотизма жителей.
Десятки тысяч лиц, женатых на немках или живших когдалибо в Германии, либо просто заподозренных в симпатиях
к Германии, были изгнаны, вынуждены отказаться от своих
профессий и покидать свои семьи. Часть их оставалась под
постоянным надзором шпионов. Одновременно возник вопрос
о „материнском языке". Этот вопрос лежит в основе эльзаолотарингского движения. 83% эльзасского населения говорит и пишет по-немецки. Лишь население одного угла Лотарингии (Шато-Салэн) и буржуа, изучившие оба языка,
знают французский. Между тем немецкий язык был тут же
объявлен под запретом в качестве официального и одновременно изгнан из школы, суда, администрации. В качестве
чиновников даже на самые мелкие посты назначались лишь
знающие французский язык, Рабочих заставляли подавать
заявления об отпуске на французском языке,—немецкие заявления не рассматривались. Таким образом, огромное большинство трудящегося населения, рабочие, мелкие чиновники
и крестьяне оказались по сравнению о „верхушкой", владеющей обоими языками, в значительно худшем положении.
Л У8

В Эльзасе появилось новое поколение, изучающее французский язык в школе, говорящее по-немецки дома и не знающее, как следует, ни того, ни другого языка,—поколение
безграмотных. Власти даже не решаются предать гласности
статистику неграмотности среди новобранцев в Эльзасе в
1926 г. Впрочем, кажется, что они становятся уже на путь
„уступок". По терминологии господина Шарлети, ректора
страсбургского университета, разрешение начальным школам выделить из 30 недельных часов 3 часа на обучение
немецкому языку является уступкой. Впрочем, за эту
„уступку" ректор подвергся со стороны местных французских националистов яростным нападкам. Немецкий язык
большинства населения до сих пор находится здесь на положении иностранного. Под этим предлогом недавно само
министерство запрещало автономистские газеты.
За вопросом о языках следует вопрос налоговый. Налоговое бремя в Эльзасе тяжелее чем где-либо во Франции,
так как, помимо государственных налогов, население обязано вносить налоги общинный и департаментный. Эти налоги исчисляются и раскладываются из немецких довоенных
расчетов, которые остались без изменения с 1914 г. Но в то
время как земельный и подоходный налоги просто удвоены
соответственно валютным, колебаниям, сбор с торговцев увеличен в пропорции 1 к 8, а налоги с заработной платы—
1 к 12. Улицы Эльзаса опрятны, дороги содержатся хорошо;
существует также социальное страхование—за счет рабочих,
платящих тягчайшие налоги; в то же время французские
власти смягчают налоговое бремя собственников и рантье.
Во время войны, опасаясь братаний, верховное германское командование посылало эльзас-лотарингцев на восточный фронт. Наш же милитаризм, эксплоатируя незнание
населением французского языка, посылает эльзас-лотарингцев на службу в колонии, частью во внутрифранцузски
гарнизоны, где они не могут входить в общение с населением. Эльзасские контингента были сравнительно многочисленнее других во время марокканской и сирийской войн:
командование полагало, что нам будет труднее их распропагандировать. Даже в минувший сентябрь для разгона рабочих, манифестировавших в Безансоне за Оакко и Ванцетти, выбрали именно их.
В высылках, в вопросе о языке, в налоговом режиме,
в военной службе—во всем этом отчетливее всего сказывается национальный гнет, обрушившийся на все трудящееся население. В разных слоях населения этот гнет проявляется в специфических формах. Эльзас-лотарингские
рабочие, которые уже из-за. незнания французского язьтка,
199-

находятся на положении существ низшей категории, вместе
с тем являются наиболее низко оплачиваемой категорией
французского пролетариата. ІІо уровню заработной платы,
установленному во время всеобщей переписи 1925 года,
Страсбург находится на последнем месте среди крупных
городов Франции. Система социального страхования времени Бисмарка, и Вильгельма II много совершеннее системы,
дарованной III Республикой французским рабочим в результате ожесточенной борьбы. До сих пор эльзасские рабочие
сохранили—за свой счет—прежние виды социального страхования, но уже говорят об унификации на основе французского проекта. Это окажется, без сомнения, новым благим результатом „освобождения".
Государственные служащие несомненно
пострадали
больше других. Словно туча саранчи, налетела на Эльзас
армия высоких французских чиновников со своим верховным комиссаром во главе, преградившая местным служащим всякую возможность продвижения по службе. Последние потеряли массу преимуществ, предоставленных им германским законом. Они подразделены на две „группы"—
группу национальную (французскую) и группу местную.
В Эльзасе существует прибавка к жалованью, называемая
„прибавкой за язык", в размере 8% для местной группы
и 6% для группы национальной, без сомнения только з а т о
что чиновники этой второй группы не знают немецкого
языка. Лишь в результате сильнейших протестов эльзасского чиновничества это скандальное положение на-днях
было ликвидировано.
Положение железнодорожников еще хуже. До 1918 г. служащие железных дорог были приравнены к государственным
чиновникам, а ж-д. рабочие имели свой особый статут.
В 1919 г. они были поставлены под лезвие общего статута
французских железных дорог, лишавшего служащих всех
нх преимуществ и отнимавшего у рабочих пенсионную
кассу и страховку, т. е. то, что им удалось завоевать при
германском господстве. В последнее время (1927 г.) Восточная компания, стремящаяся прибрать к рукам узел ЭльзасЛотарингии, уволила 12 тыс. вспомогательных рабочих.
Крестьянам также дорого приходится платить за ассимиляцию Эльзаса. Виноградное хозяйство Эльзас-Лотарингии деградирует из года в год. За 1926 г. общая продукция составила 223 тыс. гектометра против 355 тыс. в 1925 г.
и 636 тыс. в 1924 г. Раздавленный разнообразнейшими налогами эльзасский виноградник погибает; площадь под виноградниками сокращается нз года в год. Местные винокуры в связи с повышением акцизов, производимым исклю200-

чительно в интересах оптовых торговцев алкоголем, и вечными придирками предпочитают оставить урожай гнить на
корню, нежели выкуривать.
При немецкой власти табачные плантации были свободны; сейчас, однако, французская монополия придирается
к эльзасским плантаторам на каждом шагу. Они выручают
на 100—150 фр. за квинтал меньше, нежели французские
плантаторы. Результаты налицо: число плантаторов упало,
с 10 163 в 1923 г. до 8 169 в 1926 г., а площадь под табачной культурой сократилась за тот же промежуток времени
с 2 632 до 2 330 гектаров. Держатся еще лишь крупнейшие,
из них, т. е. получающие ббльшие доходы.
Между плантаторами хмеля — Эльзас-Лотарингия дает
половину всего французского хмеля — и синдикатом французских пивоваров возник конфликт по вопросу об экспорте.
Последний франко-германский договор целиком пожертвовал интересами плантаторов хмеля.
Сахарная свекла страдает по тем же причинам. В 1925 г.
в Эльзасе платили 130 фр. за то же количество, за какое
на Севере платили от 180 до 2і5 франков. Все эльзасское
крестьянство чувствует глубже, чем когда-либо, тяжесть
аграрного кризиса, так как в жертву принесены его местные культуры.
Таким образом, все эльзасское население страдает иод
гнетом экономических условий, созданных после завоевания.
Зато другие имеют все основания быть довольными.
Магнаты крупной промышленности, которым французское государство за гроши отдало сталелитейные заводы
Эльзаса, автомобильные заводчики, объединившиеся при
официальной поддержке государства, чтобы овладеть заводом, построенным Тиссеном и дающим 1 / 12 всей французской добычи стали; заводчики, получившие концессию поташа, все те, кто поделил между собою секвестрованноенемецкое имущество, гг. акционеры восточных жел. дорог—
имеют все основания быть довольными.
Но рабочие, эксплоатируемые всячески и раздавленныеналогами, мелкие крестьяне, разоряющиеся с каждым днем,
чьи дети умирают в колониальных войсках,—вправе повернуться спиной к стране, установившей деспотический
режим.
И именно во всем этом комплексе следует искать корни
автономистского движения и его успехов, а не в „немецких
деньгах" или „московском золоте".

2С1

ИЗ МАНИФЕСТА

ДЕЙМАТБУНД".

Приводим выдержки из манифеста мелкобуржуазного
автономистского „Союза родины", изданного в 1926 г. Перевод с немецкого.

В чае исключительно серьезный нижеподписавшиеся
обращаются к эльзае-лотарингцам с предложением активно
заняться своими собственными судьбами.
Колебаться дольше—это значит быть предателем нашей
страны, унизить самих себя, ибо м е р а и с п о л н и л а с ь .
Вот уже в течение семи лет изо дня в день мы присутствуем при отвратительном зрелище методического грабежа:
на нашей же земле н а с л и ш а ю т п р а в , забывают и ног а м и т о п ч у т т о р ж е с т в е н н ы е о б е щ а н и я , данные
нам некогда, игнорируют достоинства нашей национальности и нашего языка. Издеваются над н а ш и м и т р а д и ц и я м и , н а д н а ш и м и о б ы ч а я м и . Мы знаем уже, что
ослепленные фанатизмом партизаны ассимиляции хотят
уничтожить характер, душу и самую культуру эльзас-лотарингского народа, покушаясь на свободу совести и на внутренние убеждения эльзас-лотарингцев.
Когда же мы заговориваем о наших правах, естественных
или приобретенных, нас подымают насмех, нас осыпают
клеветой и угрозами.
H H п о д к а к и м в и д о м мы о т н ы н е э т о й ж а л к о й
д о л и с н о с и т ь б о л ь ш е не будем.
Мы поняли, что те эльзас-лотарингцы, которые в общей
•атмосфере уныния сумели сохранить сознание своих обязанностей и своих прав, думают так же, как и мы, и, твердо
становясь на точку зрения эльзас-лотарингекого самосознания и культа родной земли, захотят заменить существующее сейчас раздробление чувством взаимного уважения и
узами крепкой солидарности. П р и п е р в ы х п р и з н а к а х
сближения
они п о п ы т а ю т с я о б р а з о в а т ь единый фронт, с т о л ь н е о б х о д и м ы й д л я того, чтобы
общим, е д и н о д у ш н ы м у с и л и е м с п а с т и национ а л ь н о с т ь от у п а д к а .
Мы убеждены, что охрана неписанных и неотъемлемых
прав народа Эльзас-Лотарингии и возмещение за обиды,
причиненные тысячам наших сограждан, не будет действительной, пока мы остаемся в положении национального
.меньшинства; это возможно лишь при условии получения

полной автономии в пределах государственных границ
Франции.
~ Эта законодательная и административная автономия воплотится в избранное народом собрание представителей,
имеющее права выработки бюджета и пользующихся исключительной властью с местонахождением в Страсбурге.
Члены этого собрания выйдут из рядов эльзас-лотарингского народа и должны будут обеспечить, наряду с парижским парламентом, единственно компетентным в французских государственных вопросах общего порядка, контакт с
французским правительством.
Мы требуем, чтобы немецкому языку, материнскому языку
большей части нашего населения, языку, стоящему в первом ряду языков цивилизованного мира, было предоставлено в общественной жизни подобающее ему место, В школе
он должен явиться отправным пунктом, постоянным языком
преподавания и предметом обучения, ß качестве такового
немецкий язык и должен фигурировать в экзаменационных
программах. В органах администрации и в суде он должен
употребляться параллельно и на тех же основаниях, что и
французский. Наше начальное, среднее и высшее образование и все прочие наши педагогические и ученые учреждения будут регулироваться и управляться не по распоряжениям центральных властей в Париже, а нашим будущим
парламентом в соответствии с особым положением нашей
национальности и полном согласии с родителями и учительским корпусом.
Мы признаем в качестве одной из наших основных задач культивирование областного эльзасского и лотарингского характера и сохранение для нашего народа живых и
подлинных воспоминаний о его богатом историческом и
интеллектуальном прошлом, для того чтобы поощрить его
к максимальному и целесообразнейшему использованию природных предрасположений и собственных ресурсов.
В силу нашего извечного права, в силу принципов социальной справедливости и нужд нашего языками настаиваем на том, чтобы наши соотечественники нашли себе
применение в администрации и управлении краем.
Только они смогут на всех ступенях, вплоть до самых
высших, выполнить необходимую административную работу,
вдвойне трудную из-за особого положения, в котором мы
находимся. Лишь они сумеют снять с нас бремя старой
бюрократии и всех тех несправедливостей, которые угрожают нашей жизни.
Мы требуем также полной автономии железнодорожного
узла для всей Эльзас-Лотарингии;
203-

покровительства земледелию, виноградарству, торговле
и промышленности Эльзас-Лотарингии как путем особых
коммерческих договоров, так и от конкуренции внутренних
департаментов;
реформы налогового режима, в соответствии с принципами коммерческой справедливости;
развития нашего социального законодательства, совершенно парализованного уже в течение ряда лет попытками
ассимиляции навыворот;
восстановления коммунального законодательства, с приспособлением его к современным политическим и экономическим условиям.
Мы—сторонники и энтузиасты идеи мира и международного сотрудничества, враги шовинизма, империализма и
милитаризма во в с е х и х ф о р м а х .
ß нашей стране две великих культуры находятся в состоянии непрерывного контакта, наша страна должна получить свою долю в созидании общей культуры Западной
и Центральной Европы.
На платформе этих требований мы хотим объединить
весь народ Эльзас-Лотарингии в единую лигу, „Хейматбунд"
(Лига эльзас-лотарингцсв), которая, невзирая на человеческие слабости, выполнит свою роль защитника и путеводителя.
Мы не собираемся учреждать новую партию, мы будем
лишь организацией, которая побудит уже существующие
партии отказаться, наконец, от политики проволочек, трусости н ошибок и с неослабевающей энергией повести
борьбу за права и требования эльзас-лотарингского народа.
Да здравствует Эльзас-Лотарингия могучая, свободная и
здоровая!
СТРАСБУРГ

204-

5 июня

192G ГОДА.

С

О

Д

Е

Р

Ж

А

Н

И

Е

.

„ Р а з р е ш е н и е - ' н а ц и о н а л ь н о г о вопроса в п о с л е в о е н н о й

1. Вводная
И. С т а л и н ,
Резолюция V
Средней

Европе,

статья
О национальном вопросе в послевоенной Европе .
конгресса Коминтерна о национальных вопросах
Европы и Б а л к а н
И м п е р и а л и з м на с т р а ж е „ п р а в "

Стр.
3
24
32

меньшинств.

Договор о защите меньшинств
Вопрос о национальных меньшинствах в Лиге наций

42
47

іі И н т е р н а ц и о н а л и н а ц и о н а л ь н ы й вопрос в послевоенной Европе,

Резолюция социалистической конференции в Берне по территориальным: вопросам
.
Резолюция исполкома „социалистического" Интернационала по
национальному вопросу

59
61

Н а ц и о н а л ь н ы й вопрос в П о л ь ш е .

Из постановления III съезда КПП о национальном вопросе . . .
Исполком Коминтерна о национальной политике польского фашизма
и предательстве украинской буржуазии
IV съезд КПП о национальной политике фашизма

62
72
76

Н а ц и о н а л ь н ы й террор в П о л ь ш е .

З а п р о с ы украинских и белорусских депутатов в польском сейме .
Резолюция V съезда КПГІ
Подъем национально - революционного движения на Западной
Украине

78
94
116

Компартии н н а ц и о н а л ь н а я проблема Ц е н т р а л ь н о й Е в р о п ы . . .

126

Н а ц и о н а л ь н ы й вопрос в Ч е х о - С л о в а к и и .

Национальная проблема в Чехо-Словакии в связи с третьим периодом
. . . . . .

132

Н а ц и о н а л ь н ы й вопрос в Италии.

Национальное законодательство фашизма

149

Лицо п о с л е в о е н н о г о а н т и с е м и т и з м а

155

Н а ц и о н а л ь н ы й вопрос на Б а л к а н а х .

Национально-революционное движение на Балканах
Хорватский вопрос.
Национальный гнет в Югославии в условиях фашистской диктатуры.
Национальный гнет в Румынии
*
Румынский империализм
Н а ц и о н а л ь н ы й вопрос в З л ь з а с э

Национальный гнет в Эльзасе
Из манифеста „Хейматбунд"

158
168
183
186
195

(Франция).

198
202

ОГИЗ-КНИГОЦЕНТР
Поступили в продажу

НОВЫЕ КНИГИ
Лебедев, Дм.
РЕСПУБЛИКА

РИФ

ОЧЕРКИ

РЕВОЛЮЦИОННО - ОСВОБОДИТЕЛЬНОЙ
ВОЙНЫ В МАРОККО 1921-1931 г.
М.-Л. Соцэкгиз. 1931.
Стр. 96.
Ц. 1. р. 20 к-

Мухарджи, А., Рейснер, И.
и Яковлев, С.

И HдИЯ
г КРИЗИС и РЕВОЛЮЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ.
М Г М А И . ; і931 r.ñ
Стр.176.
Ц. 1 р. 20 к.
ПЕЧАТАЕТСЯ
И В БЛИЖАЙШЕЕ ВРЕМЯ ПОСТУПАЕТ В ПРОДАЖУ

НОВАЯ

КНИГА

САФАРОВ, Г.
ПРОБЛЕМЫ

—

-

НАЦИОНАЛЬНО - КОЛОНИАЛЬНОЙ
РЕВОЛЮЦИИ
П Р О Д А Ж А ВО ВСЕХ М А Г А З И Н А Х

КНИГОЦЕ/НТРА

т=і

И „К О О П К H И Г И" j

Почтовые звкаэы:"Москва, 64. „Книга—почтой"

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ
ЛИТЕРАТУРЫ

НОВАЯ

КНИГА

Юг
БРИТАНСКИЕ КОЛОНИИ

в

ВОСТОЧНОЙ АФРИКЕ
(КОММУНИСТИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ.
ИНСТИТУТ МИРОВОГО ХОЗЯЙСТВА.
КОЛОНИАЛЬНАЯ СЕРИЯ)
М-—Л. 1931.

192 с т р . + 5 карт.

Ц. 1 р. 75 к.

ПРОДАЖА ВО ВСЕХ|МАГA3ИНАХ КНИГОЦЕНТРА
и „КООПКНИГИ"
Почтовые заказы: Москва, 64 „Книга—почтой"

m

H s

>• 7

'

Y

и

«> :

H
ю

*

"

г

о

%

щ

»
m

M

m

as

1

i й»
8

/і

-

t,

ГУ

'