ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
ВЫПУСК 69
Общественные науки
КАЗАНЬ 1962


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
Выпуск 69
Общественные науки
КАЗАНЬ 1962


Ответственный редактор
кандидат экономических наук доцент Е. В. Спиридонова
Редакционная коллегия:
кандидат экономических наук доцент X. А. Волков
кандидат исторических наук доцент Я. Ш. Шарапов
кандидат философских наук доцент Г. А. Леонтьев
кандидат экономических наук доцент В. И. Большов
кандидат исторических наук Г. И. Шумилов.


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
Вып. 69  1962
В. И. БОЛЬШОВ
К ВОПРОСУ О ДИФФЕРЕНЦИРОВАННОМ ДОХОДЕ В ДОБЫВАЮЩЕЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
Добывающая промышленность имеет очень важное значение в народном хозяйстве: она обеспечивает предметами труда все отрасли промышленности, транспорт и сельское хозяйство. Ее основные производственные фонды составляют до 40 процентов основных фондов всей промышленности.
Отрасли добывающей промышленности имеют свои специфические особенности, однако, в условиях социализма, общенародной собственности на землю, они не носят социально- экономического характера. Между тем учет этих особенностей имеет важное значение для развития народного хозяйства — он необходим для: 1) правильного планирования объема добычи и потребления продуктов добывающей промышленности, особенно взаимозаменяемых видов сырья и топлива; 2) определения и планирования необходимых затрат живого и овеществленного труда; 3) оценки месторождений полезных ископаемых и планирования цен; 4) укрепления хозяйственного расчета, определения рентабельности и установления справедливой материальной заинтересованности работников.
Прежде всего, добывающая промышленность отличается от всех других отраслей промышленности и народного хозяйства тем, что здесь нет основного материала: она находит свой основной предмет труда непосредственно в природе, который не стоит человеку никаких затрат труда и им не воспроизводится (не добытая железная руда, каменный уголь, нефть и т. д.) Следовательно, в отличие от отраслей обрабатывающей промышленности, где в процессе производства труд человека создает те или иные продукты и имеет дело с уже подвергшимися предварительному воздействию предметами труда, труд в добывающей промышленности, как отмечал Маркс, не создает продуктов природы, а разрывает их первоначальную связь с землей и таким образом „производит“ их как годные к употреблению уголь, камень и т. д.
3


Это обстоятельство обуславливает другую особенность добывающей промышленности: больший удельный вес при добыче продуктов затрат непосредственного (живого) труда, чем его удельный вес в производстве продуктов других отраслей промышленности. Это выражается в преобладающей или значительной доле в затратах на производство заработной платы. Так; если в целом, по промышленности заработная плата составляет 21—22 процента к итогу всех затрат на производство, то в добывающих отраслях она достигает: до 64 процентов в угледобыче, 61 — в сланцевой, 58 — торфяной, 53 — железнорудной и марганцеворудной, 25 — нефтедобывающей.
Следующая особенность добывающей промышленности — преобладание удельного веса основных фондов над оборотными. Удельный вес основных фондов в отраслях добывающей промышленности (96—97 проц.) почти в полтора раза превышает их удельный вес в некоторых отраслях обрабатывающей промышленности и значительно выше, чем в среднем (86%) по всей промышленности. В силу этой особенности добывающие отрасли промышленности обладают особой возможностью расширить производство (добычу) без сколько-либо значительного предварительного увеличения производственных фондов путем организации круглосуточной работы. Так, в нефтяной промышленности ТАССР добыча нефти увеличилась в 1958 г. против 1949 г. более чем в сто раз, в то время как основные фонды увеличились соответственно только в 88 раз.
Иную роль играет в добывающей промышленности и земля. Если в отраслях обрабатывающей промышленности она, не являясь элементом сферы производства, входит в процесс производства в качестве одного из условий производства, а в земледелии земля является тем элементом, в котором должно осуществляться производство, то в добывающей промышленности она служит, по выражению Маркса, резервуаром потенциальных потребительных стоимостей, которыми человеку надлежит овладеть посредством производственной деятельности.
Добывающая промышленность в целом значительно отличается от обрабатывающей и тем, что производительность труда здесь наряду с общественными производительными силами труда во многом определяется условиями и силами природы. Маркс об этой особенности добывающих отраслей промышленности писал:  „... в земледелии (как  и в горной промышленности) дело заключается, не только в общественной, но также и в естественной производительности труда, которая зависит от естественных условий труда“.1
Выработка продукции на каждого работника отраслей добывающей промышленности может быть при прочих равных условиях очень различной в зависимости от таких природных
1 К. Маркс. Капитал, т. III, 1954, стр. 779—780.
— 4 —


свойств месторождений полезных ископаемых и действий естественных сил как глубина залегания, мощность пластов и т. п, в угледобывающей промышленности, глубина залегания, толщина нефтяного пласта, объем жидкости в нем, его коллекторские свойства, пластовое давление — в нефтедобывающей. Об этом свидетельствуют следующие данные: в 1955 году при среднемесячной добыче угля на одного рабочего по всему Министерству угольной промышленности СССР —  37,8 тонн, в Донецком бассейне на одного рабочего было добыто соответственно — 25,8 тонн, в Кузнецком бассейне — 46,7 тонн, в бассейнах Урала —  61,1 тонны, в Карагандинском бассейне — 62,4 тонны, в месторождениях Восточной Сибири 77,0 тонн.1 Подобная картина наблюдается и в нефтедобывающей промышленности: в 1958 г. средняя выработка на одного работника нефтедобычи Татарского совнархоза составляла около 5 тыс. тонн в год, что более чем в два раза превышает выработку в среднем по всей нефтедобыче СССР, а выработку отдельных районов (Кавказа, Средней Азии, Казахстана и Дальнего Востока) превышает в 3—4 и больше раз. Кстати сказать, средняя выработка на одного работника, нефтедобычи США составляла в 1958 г. — 2500 тонн в год, т. е. почти в два раза меньше чем в среднем по Татарскому совнархозу.
То же подтверждается и данными о средней добыче нефти с каждой скважины. Средний дебит нефтяных скважин на отработанный скважино-месяц в 1955 Году в объединении „Татнефть“ в несколько раз превышал средний дебит по бывшему Министерству нефтяной промышленности СССР, а по сравнению со старыми нефтяными районами разница еще больше. Так, средний дебит скважин на отработанный скважино-месяц в 1955 году по объединению „Татнефть“ был в десятки раз выше, чем в нефтяной промышленности Азербайджанской ССР, объединениях Грознефть, Дальнефть и более чем в два раза по сравнению с объединением Башнефть.
Среднемесячный дебит на отработанный скважино-месяц в США был в 1955 г. более чем в 4 раза ниже чем в среднем по нефтяной промышленности бывшего Министерства нефтяной промышленности СССР и в десятки раз ниже чем в среднем по объединению. Татнефть.
Действие природного фактора очень часто оказывается неодинаковым даже в пределах одного района, одного месторождения и одного предприятия добывающей промышленности на различных его участках. Так, в пределах нефтяного района Татарской АССР выработка на одного работника нефтепромыслов Ромашкинского месторождения в 3—4 раза больше чем на предприятиях Шугуровского месторождения.
1 „Промышленность СССР“. Статистический сборник. 1957, стр. 135.
- 5 -


Увеличение производительности труда (выработки на одного работника), обусловленное действием естественных сил, ничего не стоящих обществу, сокращает затраты труда на единицу данной продукции и позволяет обществу в целом произвести (добыть) нужное ему количество продукта с меньшими затратами живого и овеществленного труда, высвобождает его труд для производства других продуктов или увеличивает его свободное время. К. Маркс, отмечая последствия действия естественной производительной силы труда по отношению к отдельному производителю, писал; „Благоприятные естественные условия дают ему непосредственно лишь одно —  избыток свободного времени“.1 Следовательно, при прочих равных условиях действие благоприятного природного фактора, повышая производительность труда, должно вести к сокращению стоимости единицы продукции. Выясняя это обстоятельство, Маркс писал: „Один и тот же труд создает одинаковую стоимость для продукта, изготовленного в течение данного времени; но величина или количество этого продукта, а потому и та часть стоимости, которая приходится на соответственную часть этого продукта, зависит при данном количестве труда единственно от количества продукта, а последнее в свою очередь, от производительности данного количества труда, не от абсолютной величины этого количества. Обязана ли эта производительность своим происхождением природе или обществу, совершенно безразлично. Только в том случае, когда она сама стоит труда, следовательно, капитала, она увеличивает цену производства новой составной частью, чего природа сама по себе не делает“.2 Однако в условиях капитализма благоприятные природные условия как в земледелии, так и в добывающей промышленности используются не в интересах общества, а в интересах отдельных капиталистов и земельных собственников, которые по словам Маркса, получают с общества, ввиду монополии на часть земного шара, дань, налагают контрибуцию — земельную ренту.
Дань эта составляет громадную величину. Достаточно сказать, что общая сумма арендной платы нефтяных компаний США с периода возникновения нефтяной промышленности (1859 г. до 1959 г.) составила примерно 15 млрд. долларов. При этом небезынтересно отметить, что арендная плата составляет значительную часть (до 20—25 проц.) ежегодных капиталовложений в нефтедобывающую промышленность капиталистических стран. Так, за 1946—1951 годы на аренду участков в США было направлено 19,3 проц. всех капиталовложений в нефтедобывающую промышленность, а в 1953 году даже 24,9 проц.
1 К. Маркс. Капитал, т. 1, 1937, стр. 483.
2 Там же, т. Ш, 1949, стр. 759—760.
- 6 -


Иное дело при социализме, в условиях господства общественной собственности на землю. Здесь в добывающей промышленности (являющейся государственной, общенародной) нет условий для создания ренты ни абсолютной, ни дифференциальной. Социалистическое государство, исходя из потребностей общества в том или ином продукте добывающей промышленности, планирует их производство, используя в первую очередь самые благоприятные природные условия, которые позволяют добыть нужное количество продукта с меньшими затратами труда, т. е. использует природные условия, естественные производительные силы в интересах всех членов общества.
Не одинаковая степень действия на различных месторождениях полезных ископаемых „естественных производительных сил труда“, разные природные условия добычи отражаются в уровне себестоимости добываемой продукции. Так, например, себестоимость тонны каменного угля в Донецком бассейне (где уголь залегает глубоко в земле и сравнительно меньшими чем на востоке, пластами) гораздо выше чем в Кузнецком и Карагандинском бассейнах, так как мощные пласты и сравнительно неглубокое их залегание позволяют здесь вести добычу дешевым открытым способом. В целом по угледобывающей промышленности СССР себестоимость угля (добычи) колеблется от 70 копеек до 30 рублей за тонну. То же в нефтедобывающей промышленности: себестоимость нефти в нефтяной промышленности Татарского совнархоза (принимая во внимание, что здесь больше используется прогрессивная технология и техника добычи) на протяжении последних лет была в несколько раз ниже среднеотраслевой и в 5—6 раз ниже, чем в старых нефтяных районах страны, а также некоторых районах Средней Азии и  Казахстана. Характерно, что в условиях Татарии, где эксплуатируется уже несколько нефтяных месторождений, не одинаковых по богатству и условиям, себестоимость добычи нефти на каждом из них далеко не одинакова. Так, на богатейшем Ромашкинском месторождении девонской нефти, где преобладает фонтанная добыча, себестоимость тонны нефти и газа в 4—5 раз ниже, чем на более бедном Шугуровском, эксплуатирующемся в основном с помощью механических средств.
Нетрудно видеть, что благоприятные природные условия разработки полезных ископаемых позволяют экономить труд и средства социалистического общества, увеличивают его производственный потенциал. Все это лежит в основе неустанной заботы нашей Коммунистической партии и Советского правительства о первоочередном развитии наиболее богатых и благоприятных месторождений, правильном и рациональном размещении отраслей добывающей промышленности, широком использовании местных ресурсов (сокращающих перевозки) и т. д.
Особенно грандиозные задачи по улучшению использования природных ресурсов и размещению производительных сил поставлены XXI съездом КПСС на текущую семилетку. Еще в
— 7 -


тезисах доклада о контрольных цифрах развития народного хозяйства CCCI на 1959—1965 гг. Н. С. Хрущев отметил, что планом „предусматривается вовлечение в хозяйственный оборот наиболее богатых по содержанию и выгодных по условиям эксплуатации природных ресурсов, особенно в восточных районах страны“. И далее конкретно о нефтяной и газовой промышленности: „Намечаются сдвиги в размещении нефтяной и газовой промышленности, которые получают преимущественное развитие в европейской части СССР и Средней Азии на базе открытых в этих районах богатых месторождений нефти и газа.“1 Все эти мероприятия несомненно приведут к экономии миллиардных средств п серьезной экономии непосредственного труда.
В условиях социалистического товарного производства действие благоприятных естественных условий проявляется в снижении стоимости единицы продукции, а значит и общих затрат на производство необходимого количества тех или иных продуктов. В этих условиях при установлении цен на продукцию добывающей промышленности государство, поскольку оно заранее определяет, сколько произвести и при каких природных условиях, руководствуется среднеотраслевыми затратами живого и овеществленного труда на производство (добычу) продукта данной отрасли (исчисленными не как сумма индивидуальных затрат, а как сумма общественно необходимых затрат живого и овеществленного труда).
Естественно, что чем больше будет добыто того или иного продукта при благоприятных условиях, тем дешевле будут цены на единицу и, наоборот, чем больше будет произведено продукта при худших условиях, тем цены на продукт будут выше, ибо для его производства потребуется больше затрат живого и овеществленного труда (одновременно или одного из них).
К. Маркс с гениальной прозорливостью предсказал совершенно иной подход к ценообразованию, в частности, на земледельческие продукты при замене капиталистического производства ассоциацией производителей, который (подход) основывается на действительной стоимости продуктов (затратах рабочего времени) и исключает дифференциальную ренту. Он писал:  “... насколько справедливо утверждать, что при условии сохранения современного (капиталистического. — В. Б.) способа производства, но при том предположении, что дифференциальная рента перейдет к государству, — цены земельных продуктов при прочих равных условиях остались бы прежние, настолько же ложно утверждение, что стоимость продуктов при замене капиталистического производства ассоциацией осталась бы прежняя“.2 Это положение Маркса целиком относится к усло-
1 Н. С. Хрущев. Контрольные цифры развития народного хозяйства СССР на 1959—65 гг. Тезисы доклада на XXI съезде КПСС; 1958, стр. 72-73.
2 К. Маркс. Капитал, т. III, 1949, стр. 674.
- 8 -


виям ценообразования в отраслях добывающей промышленности, являющейся при социализме достоянием всего общества. Следовательно, ни какой дифференциальной ренты в отраслях добывающей промышленности при социализме, даже при наличии двух форм общественной собственности на средства производства, образовываться не может.
Между тем до последнего времени отдельные паши экономисты продолжают утверждать, что в условиях социалистического товарного производства в отраслях добывающей промышленности имеет место образование дифференциальной ренты. Так, И. А. Недолуженко в статье „О дифференциальной ренте в угольной промышленности СССР“ утверждает, что образующая (не показав как?) здесь дифференциальная рента улавливается государством (спрашивается — у кого?) через цены на потребительские продукты, в производство которых входит продукция горной промышленности“.1 Естественно, что никакой теоретической аргументации, тем более практического показа причин и схемы образования этой мнимой дифференциальной ренты автор не приводит.
По сути дела, так же неверно, на наш взгляд, подходит к рассмотрению данного вопроса И. Д. Корягин. Он совершенно необоснованно утверждает, что цены на продукцию отраслей добывающей промышленности устанавливаются при социализме, исходя из худших условий добычи.2 Однако т. Корягин не только не подтверждает свое положение фактическими данными, но даже не показывает, чем же вызывается при социализме необходимость устанавливать цену на продукцию добывающей промышленности, исходя из худших условий ее производства. В условиях общенародной добывающей промышленности нет социально-экономических причин, вызывающих такую необходимость.
Совершенно необоснованное утверждение об образовании дифференциальной ренты в условиях добывающей промышленности при социализме может служить лишь поводом для ревизионистов югославского пошиба и открытых реакционеров отождествлять наше социалистическое государство с буржуазным государством. Наличие колхозно-кооперативной собственности на средства производства при социализме (вместе с ее особенностями) и на этой основе — социалистического товарного производства не изменяют природы и характера использования (в общенародных интересах) наиболее благоприятных природных условий в производстве не только добывающей промышленности, но даже и в сельском хозяйстве, хотя в
1  См. Записки Ленинградского горного института, т. XXX, вып. 3, 1955,  стр 25—32.
2 См. И. Д. Корягин. Нефтяная промышленность Румынии и экономические проблемы ее развития в условиях народно-демократического строя. Гостоптехиздат, 1958, стр. 268—272.
- 9 -


колхозах и имеет место (в отличие от добывающей промышленности) образование социалистической дифференциальной ренты.
Что же касается добывающей промышленности, то природные условия используются здесь обществом непосредственно для экономии затрат живого и овеществленного труда.
Общественная стоимость продукции добывающей промышленности при социализме определяется действительными затратами рабочего времени и не включает в себя никакой ложной социальной стоимости. Здесь сумма общественной стоимости товаров не отклоняется от суммы индивидуальных стоимостей. Например, если все затраты труда при добыче нефти на трех различных месторождениях (А, Б, С) являются общественно необходимыми, но индивидуальные стоимости, благодаря различиям в действии природного фактора неодинаковы, то расчет общественной стоимости можно произвести следующим образом:
Месторождения
Индивидуальная стоимость в рублях за тонну
Удельный вес добычи нефти
А -
11,0
0,2
Б —
6,0
0,2
С —
2,5
0,6
Среднеотраслевая, общественная стоимость нефти в данном случае составит:
(11,0 X 0,2  + 6,0 X 0,2 + 2,5 X 0,6) = 4,9 р. Эта величина и должна быть принята за основу при установлении цены на нефть.
Если же встать на точку зрения некоторых экономистов и предположить, что общественной стоимостью, лежащей в основе цены, должна быть индивидуальная стоимость производства на худших месторождениях, то, следовательно, в цены продукта необходимо включать ложную социальную стоимость, которая не отражает действительных затрат труда. Может быть такой подход к установлению цен имеет какой-то практический смысл? Некоторые утверждают, что благодаря такой „особенности“ ценообразования образуется „горная рента“ (Н. В. Володомонов), благодаря чему добывающая промышленность является особо прибыльной. Но ложная стоимость в условиях социалистической добывающей промышленности может привести лишь к образованию ложной прибыльности. В самом деле, если будут установлены высокие цены на продукцию горной промышленности и получен высокий „доход“, то государство же вынуждено будет соответственно увеличивать цены на покупаемую продукцию у колхозов, ибо себестоимость этой
- 10 -


продукции, благодаря высоким ценам, скажем на горючее, будет выше, повысить заработную плату и т. д., т. е. высокий доход превратится в нормальный.
Отдельные экономисты утверждают, что даже, если общественная стоимость устанавливается исходя из среднеотраслевых затрат на добычу полезных ископаемых, то все равно на более благоприятных месторождениях имеет место образование дифференциальной (горной) ренты. Так, в приведенном выше примере с месторождениями нефти А, В и С, и при среднеотраслевой стоимости тонны нефти в 4,9 руб. они полагают, что на месторождении С, где индивидуальная стоимость равна 2,5 рублей за тонну, мы получаем 2,4 руб. горной ренты. Но ведь „рента“ пойдет на покрытие более высоких индивидуальных стоимостей тонны нефти на месторождениях А и В.
Таким образом, в социалистической добывающей промышленности, базирующейся на общенародной собственности на средства производства, на различных по природным условиям месторождениях, имеет место образование не горной дифференциальной ренты, а дифференцированного дохода, который в целом по отрасли взаимно уравновешивается.
В государственном секторе государственная собственность на землю и средства производства исключает возможность присвоения дифференцированного дохода, созданного в более благоприятных условиях производства, отдельными группами, коллективами, классами или лицами, поэтому этот доход не может принимать форму дифференциальной ренты.
Вопрос о дифференциальной ренте охватывает прежде всего сферу образования общественной стоимости, которая лежит в основе цены, а не самой цены, как полагают отдельные экономисты. Тем не менее этот вопрос имеет непосредственное отношение к ценообразованию. Установление же правильной системы цен имеет важное практическое значение, на нем в значительной мере базируется укрепление хозяйственного расчета, установление рентабельности, справедливого осуществления принципа материальной заинтересованности, распределение по труду и т. д.
Наилучшим образом отвечает всем перечисленным задачам экономики добывающей промышленности установление здесь системы двойных цен. Прежде всего необходимо установить отпускные цены на тот или иной продукт, по которым он отпускается добывающими предприятиями сбытовым организациям. Расчет этой цены должен исходить из индивидуальной себестоимости плюс определенная прибыль. Во-вторых, необходимо установить цены (со скидками и надбавками на качество), по которым данный продукт поступает перерабатывающим предприятиям. В основе этой цены должна лежать рассчитанная отмеченным выше способом общественная стоимость продукции той или иной добывающей отрасли.
- 11 -


Такая система цен, с одной стороны, обеспечит рентабельность, а следовательно и материальную заинтересованность добывающих предприятий в улучшении своей экономики, независимо от того, используют они лучшие, или худшие, по природным условиям, месторождения полезных ископаемых. С другой стороны, предприятия перерабатывающей промышленности и непосредственные потребители продукции получат ее по единым, установленным на основе общеотраслевой стоимости, ценам. Сведение же индивидуальных стоимостей к общеотраслевой фактически происходит внутри сбытовых организаций, где переплаты предприятиям, разрабатывающим худшие месторождения, будут покрываться повышенными доходами от предприятий, эксплуатирующих наиболее богатые разработки. Среднеотраслевая стоимость должна быть положена и в основу расчетов эффективности разработки тех или иных месторождений полезных ископаемых.
В заключение отметим, что вопрос установления цен должен учитывать многие стороны. Цена является важным экономическим инструментом в руках социалистического государства. Ее отклонение вверх или вниз от стоимости может быть обусловлена многими факторами. Поэтому особенно не убедительно звучит утверждение т. Корягина, что в нефтедобывающей промышленности, где цены на нефть значительно выше среднеотраслевой себестоимости, в основе цены лежит индивидуальная стоимость, на худших месторождениях.
Он не учитывает того обстоятельства, что себестоимость продукции это еще не стоимость и что одним из важных факторов устанавливания высоких цен на нефть (при использовании ее в качестве топлива) была необходимость ограничения ее потребления в связи с недостаточностью добычи.


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
Вып. 69
1962
Н. И. БЕЗИН
К ВОПРОСУ О НЕОБХОДИМОСТИ ТОВАРНОГО ПРОИЗВОДСТВА В ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД ОТ КАПИТАЛИЗМА К СОЦИАЛИЗМУ В СССР
Развивая марксистско-ленинские положения, разработанные XX съездом Коммунистической партии Советского Союза, коммунистические и рабочие партии в Декларации, принятой на совместном совещании в Москве 14—16 ноября 1957 г., дали следующую оценку современной эпохи: „Основным содержанием нашей эпохи является переход от капитализма к социализму, начатый Великой Октябрьской социалистической революцией в России“.1 С особой силой это положение подчеркивается в новой Программе Коммунистической партии Советского Союза.
Процесс перехода от капитализма к социализму основывается на ряде главных, общих закономерностей, присущих всем странам, вступившим на путь социалистического и коммунистического строительства. Об. этом красноречиво говорит опыт строительства социализма и коммунизма в СССР и странах народной демократии. „Странами социалистической системы, — записано в Программе КПСС, — накоплен богатый коллективный опыт преобразования жизни сотен миллионов людей, внесено много нового и своеобразного в формы политической и экономической организации общества. Этот опыт  —  ценнейшее достояние международного революционного движения“.2
Поэтому не случайно XXI съезд Коммунистической, партии Советского Союза в резолюции, принятой по докладу Н. С. Хрущева, обратил особое внимание советских экономистов на необходимость творческого обобщения опыта хозяйственного и культурного строительства в нашей стране.3 Центральный комитет КПСС в постановлении от 9 января 1960 г.
1 Декларация совещания представителей коммунистических и рабочих партий социалистических стран, состоявшегося в Москве 14—16 ноября 1957 г. „Документы совещания представителей коммунистических и рабочих партий“, Госполитиздат, 1957, стр. 5.
2 Программа Коммунистической партии Советского Союза. Госполитиздат,  1961, стр. 20.
3 См. Внеочередной XXI съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенографический отчет. Госполитиздат, 1959, т. 2, стр. 44.
-  13  -


„О задачах партийной пропаганды в современных условиях“ обязал работников общественных наук наряду с разработкой коренных теоретических проблем современности и исследований основных закономерностей перерастания социализма в коммунизм, заниматься изучением и обобщением опыта борьбы партии и народа за победу коммунизма в нашей стране.1 На необходимость исследования закономерностей развития социализма указывается и в Программе КПСС, которая ставит большие задачи в области общественных наук. „Главным в этой области, — указывает Программа КПСС, — является изучение и теоретическое обобщение практики коммунистического строительства, исследование основных закономерностей экономического, политического, и культурного развития социализма...“2
Среди всех проблем, связанных с построением социализма и коммунизма в СССР, большое место занимает вопрос о товарном производстве в экономике переходного периода, а также формы и методы использования Коммунистической партией и Советским правительством товарно-денежных отношений для укрепления союза рабочего класса с крестьянством, ограничения и вытеснения капиталистических элементов, построения социализма.
Вопросы товарного производства в переходный период от капитализма к социализму имеют большое теоретическое значение. Выяснение природы и сущности товарного производства в переходный период от капитализма к социализму дает возможность глубже понять сущность экономических процессов, проходящих в производственных отношениях этого периода, процесс окончательного разрушения и изживании старых и формирования новых социалистических производственных отношений, выявить преимущества социалистических производственных отношений перед капиталистическими уже в период их возникновения и первоначального развития. От правильного исследования вопроса товарного производства зависит научная разработка и изучение других проблем политической экономии, как-то: хозяйственного расчета и рентабельности, стоимости и себестоимости, ценообразования,. принципа материальной заинтересованности, товарооборота, режима экономии и других народнохозяйственных проблем. Кроме того, от правильного разрешения вопроса товарного производства в переходный период во многом зависит успешная теоретическая разработка этой проблемы при социализме и в период постепенного перехода от социализма, к коммунизму.
Разработка вопроса товарного производства в переходный период от капитализма к социализму имеет и не меньшее практическое значение. Известно,, что к коммунизму общество не
1 См. постановление Центрального Комитета КПСС „О задачах партийной пропаганды в современных условиях“, газ. „Правда“, 1960, 10 января.
2 Программа Коммунистической партии Советского Союза, стр. 127—128.
— 14 —


может перескочить из капитализма, не пройдя переходного периода к социализму и социалистической стадии развития. Социалистические преобразования в странах, ставших па путь построения социализма, невозможны без использования инструментов товарно-денежных отношений. Опыт строительства социализма в СССР показал, что товарное производство сыграло большую роль в строительстве нового общества. Товарно-денежные отношения с успехом использовались Коммунистической партией и Советским государством для укрепления союза рабочего класса с крестьянством, роста производительности общественного труда, ускорения темпов социалистического строительства, повышения материального благосостояния трудящихся города и деревни, для обеспечения безраздельного господства социалистической системы хозяйства.
Этот опыт во многом сохранил свое значение и для периода развернутого строительства коммунистического общества. Как указывается в Программе КПСС: „В коммунистическом строительстве необходимо полностью использовать товарно- денежные отношения в соответствии с новым содержанием, присущим им в период социализма“.1 Творческое использование этого опыта помогает быстрее выполнить грандиозные задачи по строительству коммунистического общества, поставленные в Программе Коммунистической партии Советского Союза.
Изучение опыта использования товарно-денежных отношений в переходный период в нашей стране представляет большой практический, интерес для стран народной демократии. Коммунистические и рабочие партии этих стран, с учетом опыта СССР, успешно используют товарно-денежные отношения для укрепления союза рабочего класса с трудовым крестьянством, ограничения и вытеснения капиталистических элементов, построения социализма. Опыт стран мировой социалистической системы будет иметь не меньшее значение и для всех тех стран, которые рано или поздно, но неизбежно, будут осуществлять переход на социалистический путь развития.
Марксистско-ленинский анализ товарного производства в переходный период и опыт коммунистической партии по использованию товарно-денежных отношений в нашей стране доказывают теоретическую вздорность и политическую вредность попыток современных ревизионистов представить товарно-денежные отношения как стихийный регулятор социалистического народного хозяйства.
Отсюда вытекает актуальность этого вопроса. Однако, в советской экономической литературе он почти не разработан, а некоторые имеющиеся работы на эту тему, на наш взгляд, имеют недостатки, особенно по вопросу необходимости сохранения и использования товарного производства и его инстру-
1 Программа Коммунистической партии Советского Союза, стр. 89.
-  15  -


ментов внутри социалистического сектора п период от капитализма к социализму и особом характере товарного производства в этот период.
Автор статьи делает попытку па основе марксистско-ленинского учения о товарном производстве дать объяснение необходимости товарного производства в переходный период от капитализма к социализму и показать его особенности.
Товарное производство возникло на рубеже разложения первобытно-общинного способа производства и возникновения рабовладельческого строя, в результате первого крупного общественного разделения труда и возникновения частной собственности на средства производства. Товарное производство не образует отдельного способа производства. Оно обслуживает ряд общественно-экономических формаций, в которых его объем и значение не одинаковы. При капитализме товарное производство становится господствующей формой производства, приобретает всеобщий характер. Товарную форму там принимают не только продукты труда, но и все элементы общественного богатства. Товаром становится рабочая сила человека. При капитализме всюду господствует принцип купли и продажи, подчиненный ненасытному стремлению эксплуататоров к обогащению. Рост и развитие капитализма означает и углубления его противоречий. Но по мере того, как растут и развиваются противоречия, свойственные товарно-капиталистическому производству, растет также и недовольство трудящейся и эксплуатируемой массы капиталистическим строем, растет число и сплоченность пролетариев, обостряется классовая борьба. „В то же время,  — как указывается в Программе КПСС,  — все быстрее создается материальная возможность замены капиталистических производственных отношений коммунистическими, то есть той социальной революции, которая представляет собой цель Коммунистической партии, как сознательной выразительницы классового движения пролетариата.“1
Для замены капиталистического способа производства социалистическим необходим революционный переходный период, политическим государством которого является государство диктатуры пролетариата.
Переходный период от капитализма к социализму необходим для того, чтобы  ликвидировать капиталистические и докапиталистические производственные отношения, создать экономические и культурные предпосылки для полной и окончательной победы социализма. Рабочий класс нашей страны использовал переходный период для ликвидации частной собственности на средства производства, эксплуатации человека человеком, преодоления многоукладности экономики, унаследованной от капитализма, и образования единой социалистической системы хозяйства.
1 Программа Коммунистической партии Советского Союза, стр. 9.


Какова же судьба товарного производства в переходный период от капитализма к социализму? Сохраняются ли объективные основы для существования товарных отношений в экономике переходного периода?
Известно, что классики марксизма-ленинизма причины существования товарного производства объясняли наличием обособленных производителей как частных собственников на средства производства и продукты труда и общественным разделением труда между ними. Производители в общественном производстве связаны друг с другом разделением труда в единое целое. Но так как средства производства и продукты труда являются их частной собственностью, то эта связь не может осуществляться непосредственно, ибо частная собственность разъединяет товаропроизводителей: они являются разрозненными, автономными, формально независимыми производителями, каждый работает на свой страх и риск, преследуя свои личные интересы. В непосредственное общение друг с другом они вступают через обмен продуктов своего труда, превращающихся таким образом в товары. „Предметы потребления, — писал Маркс, — становятся вообще товарами лишь потому, что они суть продукты независимых друг от друга частных работ.“1
Ф. Энгельс в работе „Анти-Дюринг“2, исследуя политико-экономическое содержание товара, указывал, что товары — это продукты, произведенные в обществе более или менее обособленных частных производителей, т. е. прежде всего частные продукты. Но эти частные продукты только тогда становятся товарами, когда они производятся не для собственного потребления, а для потребления других, стало быть, для общественного потребления; они вступают в общественное потребление через обмен и частные производители, таким образом, находятся в общественной связи между собой, образуют общество.
Наконец, известно классическое определение товарного производства, данное В: И. Лениным, где существование товарного производства непосредственно связывается с наличием обособленных производителей как частных собственников средств производства и продуктов труда и специализацией между ними. „Под товарным производством, — писал В. И. Ленин, — разумеется такая организация общественного хозяйства, когда продукты производятся отдельными, обособленными производителями, причем каждый специализируется на выработке одного какого-либо продукта, так что для удовлетворения общественных потребностей необходима купля-продажа продуктов (становящихся в силу этого товарами) на рынке.“3
1 К. Маркс. Капитал, т. I, 1951, стр. 79.
2 См. Ф. Энгельс. Анти-Дюринг, 1952, стр. 290—291.
3 В. И. Ленин. Соч., т. I, стр. 77.
- 17 -


Таким образом, классики марксизма-ленинизма Необходимость существования товарного производства связывали со специфическими экономическими условиями, а именно: наличием частной собственности на средства производства и продукты труда, и общественным разделением труда между обособленными товаропроизводителями. Поэтому политико-эконономическое содержание товара в этих условиях состоит в том, что он является формой общественно-экономической связи между обособленными, формально независимыми частными производителями, осуществляющими эту связь в условиях действия закона анархии и конкуренции, в условиях, когда, по выражению Ф. Энгельса, законы их собственных общественных действий, противостоят людям как чуждые, господствующие над ними законы природы.
Сохранялись ли эти условия в экономике переходного периода, а следовательно, существовала ли объективная необходимость в товарном производстве в указанный период?
Для того, чтобы ответить на этот вопрос, необходимо вкратце проанализировать экономическую структуру нашего общества в переходный период от капитализма к социализму.
Экономика нашей страны в тот период была многоукладной. В. И. Ленин указывал на наличие пяти общественно-экономических укладов в народном хозяйстве, а именно: патриархальное крестьянское хозяйство, мелкое товарное производство, частнохозяйственный капитализм, государственный капитализм и социализм, из которых преобладающим было мелкотоварное производство, а ведущим социалистический уклад.1
Анализируя необходимость товарного производства в каждой общественной форме хозяйства в экономике переходного периода, следует отметить, что наличие натурально-патриархального хозяйства не могло служить причиной, обуславливающей необходимость сохранения товарного производства в нашей стране в период перехода от капитализма к социализму, так как эти хозяйства были, как правило, замкнутыми единицами и не чуждались в регулировании отношений между собой, а также и с другими хозяйственными укладами посредством обмена. К. Маркс указывал, что патриархальное производство крестьянской семьи исключало превращение производимых вещей в товары, так как различные работы, создающие эти продукты, являлись
1 Удельный вес различных общественно-экономических укладов в валовой продукции народного хозяйства СССР по данным на 1923/24 г. исчислялся следующими показателями (в %):
социалистический уклад  38,5
мелкотоварный  51
частнокапиталистический уклад  8,9
государственно-капиталистический уклад 1
натурально-патриархальный уклад  0,6
(см. Баланс народного хозяйства на 1923/24 г. Труды ЦСУ, М., 1926, стр, 43.)
— 18 -


общественными функциями в своей натуральной форме, потому, что это функции семьи, которая обладала, подобно товарному производству, своим собственным, естественно Выросшим разделением труда. Различия пола и возраста, а также изменяющиеся со сменой времен года природные условия труда регулировали распределение труда между членами семьи и рабочее время каждого отдельного члена. „Но измерение затрат индивидуальных рабочих сил временем, — продолжает Маркс,  —  уже с самого начала придает самим работам общественный характер, так как индивидуальные рабочие силы с самого начала функционируют здесь лишь как органы совокупной рабочей силы семьи“.1
Непосредственно общественное производство, прямое распределение и отсутствие общественного разделения труда внутри натурального хозяйства крестьянской семьи исключали товарный обмен, и следовательно, превращение продуктов в товары, а вместе с тем и превращение их в стоимости.
Однако натурально-патриархальное хозяйство существовало не изолировано от всей экономической структуры переходного периода. По мере восстановления и дальнейшего развития народного хозяйства и главным образом, налаживания транспортных средств, патриархальные крестьянские хозяйства постепенно втягивались в хозяйственный оборот, постепенно превращались в хозяйства товарные.
Главной причиной существования товарного производства в переходный период являлось наличие мелкотоварного уклада и капиталистического сектора. Экономической основой обоих укладов была частная собственность на средства производства. Правда, между ними имелись принципиальные различия. В первом укладе производство велось без применения наемного труда, крестьянство являлось союзником рабочего класса, основное средство труда — земля принадлежала всему народу в лице социалистического государства. В капиталистическом укладе существовала эксплуатация человека человеком, применялся наемный труд, буржуазия была классовым врагом рабочего класса и крестьянства. Внутри этих общественно-экономических укладов существовало общественное разделение труда, следовательно, имелись все объективные предпосылки для функционирования товарного производства. Именно в этих условиях товарное производство являлось формой общественно-экономической связи между обособленными, разрозненными индивидуальными производителями. В. И. Ленин необходимость товарного производства в переходный период от капитализма к социализму прежде всего связывал с наличием многомиллионной массы мелких товаропроизводителей. Попытку запретить товарное производство и обращение в этих условиях он называл:
1 К.  Маркс. Капитал, т. I, стр. 84.
— 19 —


„Глупостью, ибо эта политика экономически невозможна; самоубийством, ибо партии, пробующие подобную политику, терпят неминуемо крах“.1
К тому же следует учесть, что мелкотоварный уклад существовал не изолированно, а в системе всего общественного хозяйства, в частности его успешное развитие по пути к социализму находилось в полной зависимости от социалистического сектора, а единственной формой экономической связи в переходный период была только товарная связь, да и во всей системе производственных отношений переходного периода в условиях преобладания мелкотоварного производства в нашей стране иной связи не могло быть. Поэтому В. И. Ленин прямо указывал, что „... не может быть другой экономической связи между крестьянством и рабочими, т. е. земледелием и промышленностью, как обмен, как торговля. Вот в чем суть“.2
Принципиально иным было положение социалистического уклада. Возникнув в результате национализации основных средств производства, он с самого начала играл решающую роль в народном хозяйстве.
Несмотря на то, что социалистический уклад базировался на общественной собственности на средства производства, внутри этого уклада также существовала объективная необходимость в сохранении и использовании товарно-денежных отношений.
Каковы же причины, предопределившие сохранение и использование товарного производства и его инструментов внутри социалистического уклада?
В нашей немногочисленной экономической литературе, в которой исследуется проблема товарного производства в переходный период от капитализма к социализму, принято считать, что основной и единственной объективной причиной сохранения товарно-денежных отношений внутри социалистического сектора являлось наличие двух форм социалистической собственности: государственной и колхозно-кооперативной. Так, В. Ф. Стельмащук пишет: „Кооперативно-колхозные предприятия являются коллективными собственниками принадлежащих им средств производства и производимой ими продукции. Поэтому излишки своей продукции они также производили как товары. В этих условиях и государственные предприятия выступали как товаропроизводители“.3
Аналогичная точка зрения выдвигается авторами кандидатских диссертаций, защищенных в различное время, но не опубликованных в печати. (Наумова А. П. „Товарное производство
1  В. И. Ленин. Соч., т. 32, стр. 323.
2 Там же. т. 33, стр. 132.
3 В. Н. Стельмащук. Использование товарно-денежных отношений для построения социализма в СССР. Госполитиздат, 1960, стр. 8—9.
— 20 -


в переходный период от капитализма к социализму“; Мансуров А. М. „Роль товарного производства в обслуживании социалистического уклада в восстановительный период в СССР“; Зотова З. С. „Товарное производство в переходный период от капитализма к социализму“).
Обоснование причины сохранения товарного производства внутри социалистического сектора двумя формами собственности означает механическое перенесение причин сохранения товарного производства при социализме, которые указаны в работе И. В. Сталина „Экономические проблемы социализма в СССР“, справедливо подвергающиеся в настоящее время критическому анализу.
Кроме того авторы указанных работ совершенно игнорируют тот очевидный факт, что если бы социалистический сектор был представлен одной формой собственности, как это может случиться после пролетарской революции в Англии, то и в этом случае сохранение и использование товарно-денежных отношений внутри социалистического сектора являлось бы объективной необходимостью.
При обосновании необходимости товарного производства внутри социалистического уклада мы должны исходить из всей совокупности производственных отношений, существовавших в тот период, памятуя при этом, что социалистический сектор существовал не изолированно, а в тесной связи с другими укладами хозяйства.
Безусловно, при обосновании причин сохранения товарного производства внутри социалистического сектора мы должны принимать во внимание наличие двух форм социалистической собственности: государственной (общенародной) и колхознокооперативной. Сохранение товарного производства здесь вытекало из необходимости установления экономических связей государственных предприятий с кооперативными. Государство поставляло кооперативам необходимые средства производства и промышленные товары и закупало сырье для легкой промышленности и продовольствие для населения. Обмен совершался путем купли-продажи, а не путем безвозмездного прямого обмена продуктами своей деятельности. Использование товарной формы связи сыграло большую роль в укреплении материальной базы всех видов кооперации, в их хозяйственном и организационном укреплении.
Но наличие двух форм социалистической собственности было не единственной причиной, которая предопределяла сохранение товарного производства внутри социалистического сектора.
Эта необходимость вытекала также из того, что социалистический уклад находился в окружении мелкотоварного производства и в этих условиях товарно-денежные отношения сохранялись и использовались социалистическим государством
- 21 -


для налаживания правильных, полностью отвечающих сложившимся условиям экономических связей.
Экономическая смычка  между промышленностью и сельским хозяйством устанавливалась на основе сохранения товарного производства (обмена через куплю-продажу) и использования товарно-денежных отношений социалистическим государством для установления экономической связи деревни с городом на основе развертывания товарооборота.
Крестьяне, как мелкие товаропроизводители, вели свое индивидуальное хозяйство на земле, принадлежащей государству, с помощью собственных средств производства и своим трудом, вся продукция этого частного хозяйства являлась собственностью крестьянина, значительная часть которой реализовалась как товар. Поэтому экономическая смычка между промышленностью и крестьянским хозяйством не могла осуществляться без товарооборота, без использования товарно-денежных отношений социалистическим сектором. В. И. Ленин писал: „Правильной политикой пролетариата, осуществляющего свою диктатуру в мелкокрестьянской стране, является обмен хлеба на продукты промышленности, необходимые крестьянству.“1
Необходимость сохранения товарного производства и его использования внутри социалистического сектора вытекала также из наличия капиталистического сектора, представленного владельцами мелких и средних промышленных и торговых предприятий и кулачества, а также государственно-капиталистическими предприятиями.
Капиталистический сектор, основанный на частной собственности на средства производства и эксплуатации наемных рабочих, по существу своему являлся товарным. Он производил главным образом предметы потребления и некоторые неосновные средства производства. Определенная часть товаров, производимых частнокапиталистическим сектором, продавалась социалистическим государственным и кооперативным предприятиям и организациям. В этом случае социалистический сектор использовал товарно-денежные отношения для установления общественно-производственных связей с капиталистическими формами хозяйства. Государство, давая определенные заказы, иногда снабжая сырьем частные предприятия, заставляло их производить нужные народному хозяйству потребительные стоимости. Товарно-денежные отношения использовались социалистическим сектором для государственного регулирования капиталистических форм хозяйства, для постепенного ограничения и вытеснения, а затем и полной ликвидации капитализма.
Наконец, необходимость товарного производства и использования товарно-денежных отношений внутри обобществленного
1 В. И. Ленин. Соч., т. 31, стр. 321.
- 22 -


сектора вытекала из специфических особенностей непосредственно общественного характера труда, необходимости, осуществления строжайшего контроля над мерой труда и потребления, организации хозяйственного расчета, т. е. условиями, в конечном счете определяемыми соответствующим уровнем развития производительных сил и производительностью общественного труда.
Одна из особенностей непосредственно общественного труда состояла в том, что в государственных предприятиях труд осуществлялся на базе общенародной собственности на средства производства, а в кооперативных предприятиях непосредственно общественный труд был основан на колхозно-кооперативной собственности. Наличие двух форм собственности обуславливало количественное различие между непосредственно общественным трудом в государственных и кооперативных предприятиях, выражавшееся в степени обобществления труда.
Другая особенность выражалась в том, что социалистический город выступал по отношению к кооперации, да и ко всей трудовой деревне не как эксплуататор, а как союзник, заинтересованный в более быстрых темпах роста кооперативных форм хозяйства и крестьянского хозяйства, в повышении материального и культурного уровня крестьянства. Также была подорвана в социалистическом секторе основа противоположности между умственным и физическим трудом. Однако, в переходный период от капитализма к социализму и при социализме сохранились существенные различия между городом и деревней, между умственным и физическим трудом, трудом сложным и простым. Это обстоятельство вело к тому, что в отношениях между людьми применялся принцип: „Кто не работает, тот не ест“, принцип, обязывающий каждого члена обобществленного сектора выполнять определенную общественно полезную работу по заранее установленным нормам и правилам, стимулирующим привитие навыков, привычек социалистического отношения к труду.
Указанные особенности непосредственно общественного труда внутри обобществленного сектора, в совокупности с другими вышеуказанными причинами, исключали возможность соизмерения разнообразных конкретных видов труда прямо и непосредственно в натуральной форме. Сохранение товарного производства внутри социалистического сектора давало возможность сводить разнообразные виды конкретного труда к единому измерителю — труду абстрактному и исчислять затраты труда в ценностном выражении.
Социалистическому способу производства органически необходима система строжайшего учета и контроля. Социализм возникает в результате свержения капиталистического способа производства и поэтому в течение длительного времени сохраняются пережитки капитализма в экономике и сознании людей,


выражающиеся в несоциалистическом отношении к труду общественной собственности и т, д. Кроме того, в переходный период от капитализма к социализму был еще низок уровень развития производительных сил, остро ощущался недостаток многих предметов потребления. Поэтому существовала, да и при социализме существует, необходимость строжайшего учета и контроля со стороны общества над мерой труда и мерой потребления. В. И. Ленин писал: „До тех пор, пока наступит „высшая“ фаза коммунизма, социалисты требуют строжайшего контроля со стороны общества и со стороны государства над мерой труда и мерой потребления...“1
Контроль и учет со стороны социалистического государства осуществлялся прежде всего над государственными предприятиями и учреждениями; кооперативными предприятиями и организациями; рабочими и служащими по их отношению к труду и при получении соответствующей количеству и качеству затраченного труда доли общественного продукта, идущего на личное потребление; над мелкотоварным производством; над капиталистической формой хозяйства. Контроль и учет со стороны социалистического государства распространялся на все народное хозяйство в целом.
Наиболее действенным методом контроля й учета была стоимостная форма, что также вызвало необходимость сохранения товарного производства внутри обобществленного сектора. Посредством использования денежной формы стоимости государство устанавливало размер оплаты труда, осуществляя реализацию денежных доходов, полученных трудящимися в соответствии с принципом распределения по количеству и качеству затраченного труда.
Посредством денежной формы стоимости осуществлялся контроль над мерой труда и мерой потребления: а) между самими государственными предприятиями; б) между государством и ему принадлежащими предприятиями и колхозно-кооперативными организациями; в) между социалистическим сектором, с одной стороны, и мелкотоварным и капиталистическим, с другой. Оказывая всевозможные налоговые, кредитные льготы трудящимся крестьянам, государство стимулировало развитие их хозяйства; перекладывая тяжести налогового обложения, государство ограничивало и вытесняло капиталистические элементы.
Использование товарно-денежных отношений создавало более благоприятные условия для последовательного осуществления ленинского принципа материальной заинтересованности как отдельного работника, так и всего коллектива в результатах труда. В. И. Ленин придавал принципу материальной заинтересованности исключительно важное значение. Он подчеркивал, что коммунизм нужно строить не на энтузиазме непосредственно, а при помощи рожденного революцией энтузиазма, на
1 В. И. Ленин. Соч., т. 25, стр. 441.
- 24 -


личной заинтересованности, на хозяйственном расчете. Материальная заинтересованность являлась важным средством воспитания социалистической сознательности рабочих, служащих и членов кооперативов. Материальная заинтересованность обеспечивалась соблюдением требований закона распределения по труду, применением поощрительных форм оплаты труда за улучшение количественных и качественных показателей работы тружеников социалистического сектора.
Необходимость сохранения и использования товарного производства внутри социалистического сектора вытекала, таким образом, не из одной какой-либо особенности социалистических производственных отношений, а из всей совокупности хозяйственного уклада, из всей совокупности социалистических производственных отношений, определяемых тогдашним уровнем развития производительных сил.
Рассматривая мелкотоварную, капиталистическую и социалистическую формы товарного производства в экономике переходного периода, нельзя думать, что они существовали изолированно друг от друга. Все они действовали в рамках единого народного хозяйства и тесно переплетались друг с другом различными видами товарного обращения. Социалистическое государство выступало на рынке как покупатель сырья для промышленности и продовольствия для городского населения, как покупатель той части продукции сельского хозяйства и кустарной промышленности, которая подлежала вывозу за границу и, наконец, как продавец промышленных товаров и сельскохозяйственного инвентаря рабочим, служащим, крестьянам, кустарям и ремесленникам, различным видам кооперации и представителям капиталистического сектора.
Мелкие товаропроизводители (крестьяне, кустари, ремесленники) выступали на рынке как покупатели продукции государственной и кооперативной промышленности и продавцы своей готовой продукции государству, рабочим, служащим и частным предпринимателям и как покупатели и продавцы товаров друг другу.
Капиталистический сектор также был связан продажей товаров государству, мелким товаропроизводителям, рабочим и служащим и покупкой сырья и продовольствия, а также готовой продукции у государства, мелких товаропроизводителей. Помимо того, они были связаны товарными отношениями и друг с другом.
Таким образом, между всеми секторами существовала тесная экономическая связь, они тесно переплетались друг с другом. Но переплетаясь, не сливались и нс растворялись одна в другой. Наоборот, шла ожесточенная борьба между рабочим классом и трудовым крестьянством, с одной стороны, за использование товарно-денежных отношений для построения социализма и капиталистическими элементами, с другой стороны, для обогащения и использования их против социализма.
- 25 -


В этой борьбе социалистическое государство, используя товарно-денежную форму, вытесняло и заменяло товарное производство капиталистического уклада социалистическим укладом. Наряду с этим оно преобразующе воздействовало на мелкотоварное производство. В результате вытеснения капиталистического уклада, преобразования в процессе коллективизации сельского хозяйства мелкотоварного производства в социалистическое, устанавливается безраздельное господство социалистического уклада, основанного на общественной собственности на средства производства.
В советской экономической литературе товарное производство при социализме определяется как товарное производство „особого рода“, т. е. имеющее иное содержание чем капиталистическое товарное производство. Это положение вошло во все учебники, статьи, популярные брошюры. Что же касается товарного производства в переходный период от капитализма к социализму, то некоторые авторы1 считают, что товарное производство, „особого рода“ существовало только внутри обобществленного сектора, что же касается товарного производства мелкотоварного и капиталистического укладов, то оно было обычным товарным производством, основанным на частной собственности на средства производства.
С такой постановкой вопроса согласиться нельзя. Все товарное производство в целом в переходный период от капитализма к социализму было не обычным товарным производством, а особым специфическим, принципиально отличным от товарного производства, существующего в капиталистическом производстве. Правда, дело здесь не в терминологии. Товарное производство в переходный период можно назвать товарным производством „особого рода“, „специфическим“ и т. д. Важно, что в этот период товарное производство и товарные отношения приобретают качественно новый характер, новое содержание.
Важнейшая особенность товарного производства в переходный период от капитализма к социализму заключалась в том, что оно имело двойственный характер.
Сущность и причина двойственного характера товарного производства заключалась в неоднородности его социально-экономической основы, в многоукладности нашей экономики. Эта мысль проходит красной нитью почти во всех работах В. И. Ленина, посвященных новой экономической политике. В. И. Ленин указывал, что в экономическом строе переходного периода имелись элементы, частички, кусочки капитализма
1  В. Ф. Стельмащук. Использование товарно-денежных отношений для построения социализма в СССР. Госполитиздат, 1960; А. П. Мамалуй. Товарное производство в переходный период от капитализма к социализму в СССР. Изд. Харьковского государственного университета, 1958.
— 25 —


и социализма. Двойственность социальной природы товарного производства определила его двойственную роль в переходной экономике Советского Союза. С одной стороны, и прежде всего, оно использовалось социалистическим государством для ограничения и вытеснения капиталистических элементов, вовлечения крестьянства в русло социалистического строительства, следовательно, для построения социализма, но, с другой стороны, имелась некоторая возможность использования его капиталистическими элементами в своих интересах.
Социалистическое государство, используя инструменты товарно-денежных отношений (торговлю, цены, деньги, кредит, денежные налоги и др.) последовательно проводило линию на вытеснение капиталистического товарного производства. Государство ставило в самые благоприятные условия социалистическую форму товарного производства, государственную кооперативную торговлю и давало ей ряд преимуществ перед частной торговлей. Оно всемерно поощряло развитие промысловой, сельской потребительской и производственной кооперации. Через систему кооперации и государственных заготовок, используя инструменту товарно-денежных отношений, советское государство шаг за шагом овладевало прочными позициями на рынке сельскохозяйственных продуктов и промышленных товаров.
Важную роль в овладении рынком сельскохозяйственных продуктов, в росте продуктивности и товарности крестьянского хозяйства, особенно в расширении производства сельскохозяйственного сырья, сыграла система контрактаций, которая способствовала смычке крестьянского хозяйства с промышленностью непосредственно, без участия частных торговых посредников.
Вся система мер, связанная с использованием товарно-денежных отношений, все более усиливала регулирующую роль социалистического государства по отношению к товарно-капиталистическому производству, ограничивала свободную игру цен, неуклонно сужала сферу спекулятивных операций частного капитала. Укрепление ведущей роли социалистической формы товарного производства во всем хозяйстве страны повышало покупательную силу советского рубля, вело к повышению реальной заработной платы рабочих и служащих, к росту материального благосостояния трудящихся города и деревни.
Успешное развитие социалистической формы товарного производства позволяло и все успешнее вытеснить товарное производство капиталистического сектора. Когда же на базе успешной индустриализации страны и массовой коллективизации сельского хозяйства создались новые условия для  планового руководства народным хозяйством и открылась возможность обойтись без капиталистического товарного производства, в частности
— 27 -


кулацкого производства, Коммунистическая партия и советское государство стали на путь полной ликвидации капиталистического уклада.
Таким образом, в переходный период от капитализма к социализму товарное производство служило делу построения социализма в нашей стране, в ущерб капиталистическим элементам. Именно это обстоятельство прежде всего и придавало всему товарному производству в переходный период особый, специфический характер, резко отличавший его от товарного производства при капитализме.
Многоукладность экономики переходного периода от капитализма к социализму придала товарному производству не только двойственный характер, но и внесла коренные изменения в систему товарного производства этого периода в целом.
При капитализме, основанном на частной собственности на средства производства и эксплуатации наемного труда капиталом, товарное производство носит всеобъемлющий характер, товарами являются не только все элементы национального богатства, но и рабочая сила человека. Мелкое товарное производство подчиняется интересам крупного капиталистического товарного производства. Развитие капиталистической промышленности, торговли, кредитной системы, политика капиталистического государства неизбежно ведут к ограблению и разорению основных масс крестьян и ремесленников.
Все товарное производство при капитализме развивается стихийно, на основе законов стоимости, анархии и конкуренции. Вещная зависимость товаропроизводителей — общая специфическая черта товарно-капиталистических отношений. Какое-либо плановое воздействие, хотя бы косвенное, на развитие простого товарного и капиталистического хозяйства со стороны буржуазного государства, можно сказать, исключается. Частная собственность на средства производства разъединяет товаропроизводителей, каждый производит на свой страх и риск. Единственной формой связи между частными разрозненными производителями является не прямая, а косвенная, опосредствованная обменом товаров.
В переходный период от капитализма к социализму положение коренным образом изменяется. В результате национализации основных средств производства значительная часть национального богатства социалистического общества перестает быть товаром как по существу, так и по форме: фабрики, заводы, рудники, шахты, совхозы, транспорт, земля и ее недра. В социалистическом секторе перестает быть товаром рабочая сила, но она продолжала функционировать в качестве товара в капиталистическом секторе. Правда, товар  —  рабочая сила в переходный период от капитализма к социализму нельзя смешивать с товаром  —  рабочей силой при капитализме. В эпоху диктатуры пролетариата рабочий класс возведен в степень господствующего класса. Эксплуатация рабочего класса в капиталисти-
— 28 -


песком секторе была ограничена. Ибо в области найма, использования и увольнения рабочей силы все предприятия капиталистического сектора подчинялись общим законам о труде, действовавшим в СССР и в союзных республиках и общей практике коллективных договоров, заключаемых соответствующими профессиональными союзами. Пролетарское государство защищало прежде всего интересы рабочего класса.
В переходный период от капитализма к социализму резко изменяется положение и мелкого товарного производства. Оно приобрело целый ряд новых черт, обусловленных характером экономики переходного периода. В экономических связях между социалистическим и мелкотоварным производством были ликвидированы отношения господства и порабощения, эксплуатации мелких товаропроизводителей. Взаимоотношения социалистического производства определялись как отношения двух дружественных классов  —  рабочего класса и крестьянства.
Развитие социалистической промышленности, социалистической кредитной системы, политика социалистического государства вели не к разорению мелких товаропроизводителей, а наоборот способствовали подъему их материального благосостояния.
Социалистическое государство стремилось всячески заинтересовать трудящихся крестьян в развитии товарности их хозяйства, повышении производительности труда.
Большие изменения произошли в товарном производстве капиталистического уклада. Если при капитализме эта форма хозяйства является господствующей и определяет все основные закономерности развития капиталистического способа производства, то в экономике переходного периода капиталистическое товарное производство не имело решающего значения. Основные закономерности развития экономики определялись не капиталистическим, а социалистическим укладом.
Экономическая политика пролетарского государства в отношении капиталистического уклада состояла в том, что его развитие допускалось в регулируемых государством пределах. Основная тенденция его состояла не в утверждении господства капитализма, а в использовании социалистическим государством товарно-денежных отношений для ограничения и вытеснения капиталистических элементов, а затем и их полной ликвидации, утверждения господства социалистического уклада во всем народном хозяйстве.
Об особом характере товарного производства в экономике переходного периода свидетельствуют и взаимоотношения ведущего сектора народного хозяйства  —  социалистического с другими, секторами, и прежде всего, с самым многочисленным, мелкотоварным производством.
Социалистическое государство снабжало сельское хозяйство предметами промышленного производства: орудиями труда, сельскохозяйственными машинами и предметами потребления
-  29  -


и закупало у крестьян сырье (хлопок, лен, свеклу и т. д.) для промышленности и продукты питания для городского населения.
Государство, выступая на рынке как самый крупный поставщик промышленных товаров, воздействовало на развитие частного хозяйства, и прежде всего крестьянского таким образом, чтобы толкать его по руслу социалистического строительства. В самом деле, от государства зависело, какие товары производить для сельского хозяйства и какие закупать за границей. Если государство снабжало сельское хозяйство средствами производства, то оно тем самым содействовало его индустриализации, облегчало коллективизацию. Если же социалистическое государство снабжение сельского хозяйства ограничивало бы только предметами потребления, то замедлило бы темпы развития сельскохозяйственного производства, а вместе с тем, замедлилось бы и его обобществление.
В развитии сельскохозяйственного производства решающее значение имела политика цен. Если бы государство, пользуясь своим монопольным положением, систематически проводило бы политику высоких цен на промышленные товары и тем самым присваивало бы значительную часть трудового дохода крестьянина, то последний не мог бы приобрести необходимое количество средств производства для развития своего хозяйства. Это привело бы к срыву индустриализации сельского хозяйства. Снижение покупательной способности крестьян привело бы к сужению емкости внутреннего рынка, в конечном счете пострадало бы социалистическое строительство. Обратная картина наблюдалась при политике государства, направленной на снижение цен на сельскохозяйственные орудия труда.
Не менее важное значение имел вопрос о том, в руки каких слоев крестьянства попадали орудия сельскохозяйственного производства. Если основная часть сельскохозяйственных машин попала бы в руки кулачества, как это имеет место при капитализме, то это безусловно содействовало бы росту капиталистических отношений в деревне, так как кулак использовал бы эти средства производства для эксплуатации и ограбления деревенской бедноты.
Однако при продаже сельскохозяйственных машин государств© отдавало предпочтение середняцким и в особенности бедняцким хозяйствам и коллективным товариществам, обслуживающим их. Оно устанавливало льготные условия для снабжения орудиями труда этой группы крестьянства, тем самым оно содействовало социалистическому переустройству деревни.
Не менее важное значение с точки зрения регулирования товарных отношений мелкотоварного производства имела политика государства в области заготовок сырья и продовольствия, производимых сельским хозяйством. Социалистическое государство выступало не только как самый крупный производитель и поставщик промышленной продукции. Оно целой системой
-  30  -


мероприятий поддерживало цены на сельскохозяйственные продукты на таком уровне, который обеспечивал пропорциональный рост промышленности и сельского хозяйства. Государство, проводя определенную политику кредита, налогов, цен, поощряло развитие таких отраслей сельскохозяйственного производства, которые необходимы были с точки зрения интересов социалистического строительства. То же самое следует сказать о кустарях и ремесленниках. Советская власть оказывала всяческую помощь кустарям в повышении производительности труда и товарности их хозяйства. Она снабжала их сырьем и полуфабрикатами, улучшенным оборудованием, представляла в их распоряжение промышленные предприятия. Социалистическое государство принимало меры для освобождения кустарей, попавших под влияние частного капитала путем предоставления им дешевого кредита, организации совместной закупки, сбыта, хранения товаров кустарей.
Опорой для подъема и организации кустарной промышленности была тяжелая промышленность и промысловая кооперация. Крупная государственная промышленность рассматривала кустарей не как своих конкурентов, а как помощников. На государственную промышленность возлагалась задача по организации ряда промышленных заведений, которые обслуживали бы кустарей и ремесленников. Последние сбывали свою продукцию в значительной мере государственным предприятиям, а промышленные предприятия продавали кустарям и ремесленникам полуфабрикаты. Это укрепляло связи промышленности с мелкими товаропроизводителями, позволяло влиять в сторону лучшей организации мелкой промышленности, облегчало кооперирование кустарей и ремесленников.
По мере восстановления и развития промышленности ее связи с кустарями укреплялись и разнообразились. Рост государственной промышленности требовал дополнительные квалифицированные кадры рабочих. Источником пополнения рабочего класса являлись кустари и ремесленники. Ф. Э. Дзержинский писал: „Кустари явятся пополнением новых кадров квалифицированных рабочих, и районы, которые занимаются той или другой отраслью кустарной промышленности, смогут явиться базой для постройки соответствующих новых фабрик и заводов, где механические силы заменят труд человека.“1 Социалистический сектор оказывал решающее влияние и на развитие товарных отношений внутри капиталистического сектора, придавая им особый, специфический характер, резко отличающий развитие товарных отношений капиталистического сектора в условиях капиталистического способа производства.
1  Ф. Э. Дзержинский. Промышленность СССР, ее достижения и задачи, изд. Центрального управления печати ВСНХ СССР. М.-Л., 1925, стр. 37.
- 31 -


Социалистическое государство, сосредотачивая в своих руках громадные массы сельскохозяйственной и промышленной продукции и умело маневрируя этими запасами, оказывало решающее влияние на цены товаров, производимых и реализуемых частнокапиталистическими элементами. При повышении цен частниками на отдельные товары на вольном рынке, государство выбрасывало на рынок аналогичные товары и продавало их по более низким, по сравнению с частниками ценам, тем самым способствовало понижению цен на товары частных торговцев.
Более того, социалистическое государство непосредственно контролировало частную торговлю. Снабжая торговцев промышленными товарами, оно обуславливало это снабжение обязательством со стороны частных торговцев продавать эти товары по определенным ценам; в необходимых случаях оно совершенно лишало товаров частную торговлю и направляло товарный поток исключительно по руслу государственной и кооперативной торговли.
В области заготовок государство, устанавливая льготные тарифы за транспорт по определенным товарам для государственной и кооперативной торговли и повышенные для частной, направляло частный торговый капитал в такие отрасли торговли, которые не испытывали недостатка в товарах, и наоборот, торговлю дефицитными товарами сосредотачивало в руках государственной и кооперативной торговли, тем самым предотвращало чрезмерное повышение цен на эти товары.
Посредством той же тарифной политики социалистическое государство поощряло экспорт отдельных товаров, понижая железнодорожные тарифы на те грузы, которые направлялись к железнодорожным станциям и портам, как предметы внешней торговли.
Сознательное и планомерное регулирование товарных отношений особого рода со стороны советского государства сводилось к тому, что оно, считаясь с законом стоимости и используя его, направляло развитие товарного производства по руслу укрепления и развития социалистических элементов хозяйства.


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
Вып. 69  1962
3. И. ГИЛЬМАНОВ
ПЕРЕСТРОЙКА ПАРТИЙНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ РАБОТЫ ТАТАРСКОЙ ПАРТИЙНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ В ПЕРВЫЙ ПЕРИОД ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
Наша Коммунистическая партия всегда отличалась исключительной гибкостью в проведении своей политики, способностью на каждом новом историческом этапе сосредоточить основные силы на решении главной задачи, находить новые формы и методы партийно-политической работы, лучше всего отвечающие изменившимся условиям. Особенно ярко эта характерная черта нашей партии проявилась в годы Великой Отечественной войны.
Приступая к решению новых задач в условиях Великой Отечественной войны, партия опиралась на огромный опыт своей организаторской работы в массах в военные годы.
Положения В. И. Ленина о роли тыла, о связи тыла и фронта, о формах и методах партийно-политической и организаторской работы во время войны служили руководством в деятельности партии по перестройке всей жизни страны на военный лад.
Однако Великая Отечественная война существенно отличалась от всех войн, пережитых нашей страной в течение последнего пятидесятилетия. Масштабы современных военных операций, огромное количество участвующих в них людских сил, сложной боевой техники, подвижность фронтов, необходимость огромных резервов, возросшая роль тыла, военного производства предъявили значительно более высокие требования к Коммунистической партии—вдохновителю и организатору борьбы советских людей в Великой Отечественной войне. Воспитанная великим Лениным, партия коммунистов оказалась на должной высоте. Она смело решила задачи, выдвинутые войной в новых условиях и обогатила сокровищницу марксизма-ленинизма новым опытом.
В результате просчета И. В. Сталина в оценке военно-стратегической обстановки, сложившейся  к весне 1941 года, нападение фашистской Германии на нашу страну оказалось внезапным. Экономика Советского Союза не была перестроена на военный лад. Красная Армия не была заблаговременно отмобилизована и сосредоточена в основных стратегических направлениях. Она еще не имела опыта ведения современной войны,
-  33  -


ощущала недостаток в Опытных командных кадрах. Ее техническое перевооружение еще не было закончено. Вероломное нападение фашистских захватчиков поставило нашу страну и армию в исключительно неблагоприятные условия. Красная Армия вынуждена была отходить, оставляя врагу значительную территорию страны.
В эти грозные дни Коммунистическая партия сумела в короткий срок мобилизовать экономические, моральные и военные возможности страны. Как и в годы гражданской войны, Коммунистическая партия объявила социалистическое отечество в опасности. На самые трудные и ответственные участки партия послала свои лучшие силы. Почти треть членов и кандидатов в члены ЦК партии были направлены на фронт.
30 июня 1941 года ЦК ВКП(б), Президиум Верховного Совета и СНК СССР создали Государственный Комитет Обороны (ГКО), в руках которого сосредоточилась вся полнота власти в государстве. Программой организации отпора фашистским захватчикам явилась директива партийным и советским организациям прифронтовых областей, принятая 29 июня 1941 года. ЦК ВКП(б) и СНК СССР. Центральный Комитет, исходя из указаний В. И. Ленина о том, что „...раз дело дошло до войны, то все должно быть подчинено интересам войны, вся внутренняя жизнь страны должна быть подчинена войне, ни малейшее колебание на этот счет недопустимо“,1 потребовал от партийносоветских организаций немедленной перестройки всей работы на военный лад, подчинения ее интересам фронта и задачам организации разгрома врага.
Руководствуясь директивами ЦК, вся партия, все ее отряды, в том числе Татарская партийная организация, развернули борьбу за мобилизацию всех сил народа на отпор врагу. Татарская партийная организация прежде всего перестроила свою работу, приспособив формы и методы ее к требованиям войны.
К началу Великой Отечественной войны Татарская партийная организация насчитывала 36306 коммунистов, объединенных в 2731 первичной партийной организации.3 В предвоенном 1940 году из общего состава парторганизации республики 25,3 процента коммунистов находились в колхозных и сельских территориальных парторганизациях. Остальная часть коммунистов входила в партийные организации промышленных предприятий, строек и городских учреждений.
Учитывая, что в условиях войны судьба великих завоеваний советской власти решалась прежде всего на фронте, партийная организация республики проявляла постоянную заботу о непрерывном пополнении армии и флота политработниками и политбойцами из числа коммунистов. Так, например, из Буинского
1 В. И. Ленин. Соч., т. 31, стр. 112.
2 Центр. Парт. Архив ИМЛ (ЦПА ИМЛ) ф. 17, оп. 1, ед. хр. 1924 л. 288. оп. 22, ед. хр. 2500, л. 305.
- 34 —


района в первые же месяцы войны в ряды Красной Армии были направлены 83 коммуниста, в том. числе 10 человек из аппарата райкома ВКП(б) и 39 человек руководящих работников предприятий, учреждений, председателей колхозов и сельсоветов. Из советского района Казани в первый год войны ушли на фронт 925 коммунистов, в том числе 31 секретарь парторганизации, 23 члена райкома и вся ревизионная комиссия. Всего за 1941—1942 годы было послано на фронт 19645 коммунистов или более 54 процентов состава республиканской партийной организации.1
Отдельные первичные партийные организации в полном составе ушли на фронт. К концу 1942 года количество первичных парторганизаций в республике сократилось на 438 или на 16 процентов.2
Сокращение сети первичных партийных организаций и коммунистической прослойки среди трудящихся значительно осложнило обеспечение партийного руководства народным хозяйством. В этой обстановке партийная организация республики принимала все меры к тому, чтобы партийно-политическая работа среди трудящихся не только не ослабевала, а наоборот, усиливалась и отвечала новым, повышенным требованиям военного времени.
Поскольку партийные мобилизации в армию и флот, прежде всего, коснулись руководящих партийных работников, партийные комитеты провели большую работу по выдвижению новых партийных руководителей. Только за первые 20 дней войны в Сталинском районе Казани были избраны на партийных собраниях 11 новых секретарей первичных парторганизаций, а в Советском  —  10. К июлю 1942 года в республике обновилось 95 процентов секретарей первичных партийных организаций. В связи с тем, что в Алькеевском, Высокогорском, Тельмановском и Куйбышевском райкомах ВКП(б) большинство членов райкома ушло на фронт, здесь были проведены выборы новых составов райкомов партии.
Для обеспечения преемственности партийного руководства и своевременной замены уходящих на фронт руководящих работников, по указанию Центрального Комитета при обкоме ВКП(б) и райкомах партии были созданы резервы руководящих работников. Так, например, Кузнечихинский райком ВКП(б) создал такой резерв в количестве 150 человек. В условиях войны партийные органы решительно стали выдвигать на руководящую работу женщин. Уже в начале июля 1941 года Казанский горком ВКП(б) выдвинул на работу в партийном аппарате свыше 20 женщин.
1 ЦПА ИМЛ, ф. 17. оп. 1, ед. хр. 1924; л. 284. Процентное соотношение высчитано автором.
2 Подсчеты автора на основе данных ЦПА ИМЛ ф. 17, оп. 22, ед. хр. 2500, л. 305; оп. 1, ед. хр. 1924, л. 288.
— 35 —


Выдвижение большого количества женщин на руководящую партийную работу стало возможным благодаря тому, что в предвоенные годы партия уделяла огромное внимание вопросам приема в партию женщин, их воспитанию.
Важное место в деятельности партийных комитетов занимала работа по воспитанию молодых партийных кадров, только что выдвинутых на руководящую партийную работу и не имевших или почти не имевших опыта. По указанию ЦК ВКП(б), во всех горкомах, райкомах и при парткомах крупных промышленных предприятий были организованы постоянно действующие семинары секретарей первичных партийных организаций. На этих семинарах они знакомились с основами партийного строительства, приобретали опыт партийно-политической работы, учились вести партийное хозяйство, а также изучали основные этапы истории Коммунистическом партии Советского Союза, слушали лекции и доклады о текущем моменте, о событиях на фронтах Великой Отечественной войны. Семинары, инструктивные собрания, совещания по обмену опытом работы в военное время и и другие мероприятия организовывались также для молодых работников партийного аппарата в целях повышения их деловой квалификации.
Вопросы работы с кадрами были постоянно в центре внимания областного комитета партии. На заседаниях бюро обкома были заслушаны отчеты Зеленодольского горкома, Буинского и других райкомов партии о выдвижении и воспитании молодых партийных работников. Обком вскрыл серьезные недостатки и наметил конкретные меры по их устранению.
Систематическая учеба секретарей первичных партийных организаций, работников партийного аппарата и всех коммунистов способствовала повышению уровня и эффективности всей партийно-организаторской работы.
В течение первого года войны, на фронтах Великой Отечественной войны более 400 тысяч коммунистов отдали свою жизнь за свободу и независимость социалистической Родины. Слово „коммунист“ слилось с понятиями стойкости и героизма. Ряды армейских коммунистов постоянно пополнялись за счет мобилизации новых сил.
Работа по пополнению рядов партии, по сохранению и дальнейшему повышению боеспособности партийных организаций в условиях постоянно продолжавшейся мобилизации коммунистов на фронт стала важной заботой партийных организаций. В эти грозные дни в партию шли наиболее передовые люди рабочего класса, крестьянства, советской интеллигенции, решившие в самое трудное и опасное время, когда на плечи коммунистов легла „...более тяжелая, чем обычно, и более опасная работа“1 связать свою судьбу с партией, поддержать ее в решительный час, разделить с ней все горести и радости. За первый год
1 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 46.
— 36 —


войны в партию вступило в четыре раза больше членов и кандидатов партии, чем за предшествующий войне год мирного времени. Это говорило не только об огромном авторитете партии в массах, но и о безграничной любви и заботе народа о своей родной партии, о ее постоянном укреплении.
С большим патриотическим подъемом шли в ряды коммунистической партии и трудящиеся нашей республики. Их заявления о приеме в партию звучали как клятва верности Родине и партии, как клятва выдержать любые испытания ради достижения победы. Казанский рабочий двухсотник Хайруллин писал в своем заявлении: „Я коммунистом хочу встать на защиту своей Родины и, не щадя жизни, до последней капли крови бороться против озверелых захватчиков —  германских фашистов“.1
Первичные партийные организации и партийные комитеты, умело направляя тягу трудящихся республики в партию, осуществили целую систему мероприятий по привлечению в партию новых членов. Проводились совещания с беспартийным активом, передовиками производства в промышленности и сельском хозяйстве, на которых читались лекции и доклады о Коммунистической партии, о роли партии в Великой Отечественной войне. Беспартийные активисты приглашались на открытые партийные собрания по приему в партию новых членов и кандидатов. Особое внимание уделялось расширению рядов партии за счет лучших комсомольских активистов.
За второе полугодие 1941 года и за 1942 год Татарской партийной организацией было принято 5118 человек в кандидаты ВКП(б) и 4367 человек в члены ВКП(б). Среди вновь принятых женщины составляли 44,3 процента.2
Если перед началом войны в Татарии ежемесячно в партию вступало 140—150 человек, то в последние месяцы 1942 года, в момент наибольшей опасности под Сталинградом, ежемесячный прием в партию был в три—четыре раза больше, чем в довоенные месяцы.3
Партийная организация неуклонно росла за счет постоянного притока свежих сил. Кроме того, в начальный период войны в Татарскую партийную организацию влилось 8 тысяч коммунистов, прибывших вместе с эвакуированными предприятиями и учреждениями. В результате, несмотря на отправку на фронт почти 20 тысяч своих членов, по количественному составу партийная организация республики к концу 1942 года по сравнению с предвоенным периодом уменьшилась лишь на 2724 человека и состояла из 32582 коммунистов.4
Областной комитет партии постоянно контролировал работу партийных организаций по приему в партию. В 1941—1942 годах
1 „Красная Татария“, 1942, 11 января.
2 Партийный архив Татарского обкома КПСС (ПА ТОК КПСС), ф.15, оп. 24,  д. 33, л. 678.
3 ЦПА ИМЛ, ф. 17, on. 1, ед. хр. 1924, л. 284.
4 Там же.
- 37 -


обком партии заслушал доклады Кзыл-Юлдузского, Камско-Устьинского, Больше-Тархановского райкомов партии о их работе по привлечению в партию новых сил. В своих решениях обком партии отметил существенные недостатки в работе некоторых партийных организаций по приему в партию и указал, что рост партийной организации есть верный показатель уровня и качества всей работы, ее связи с массами и влияния на массы. Были вскрыты серьезные недостатки в регулировании роста рядов партии и в работе с кандидатами партии. По республике среди принятых кандидатами в члены ВКП(б) в 1942 году рабочие составляли только 18,4 процента, колхозники  —  12,8 процента. Такие райкомы как Высокогорский, Куйбышевский, Ново-Шешминский и Рыбно-слободский за 1942 год кандидатами в члены партии из числа колхозников не приняли ни одного человека. Некоторые райкомы партии недооценили роль комсомола, как основного резерва для пополнения рядов партии. Рыбно-Слободский райком ВКП(б) за 1941 — 1942 годы принял в партию только четырех комсомольцев, Ципьинский —  семь комсомольцев, Тельмановский  —  восемь.
Особенно недостаточно росли сельские партийные организации. К концу 1942 года в Татарской партийной организации 56,3 процента кандидатов в члены ВКП(б) имели просроченный кандидатский стаж. Это было результатом неудовлетворительной работы некоторых парторганизаций с кандидатами партии. В последующей своей работе областная партийная организация учла эти недостатки. Улучшилась работа по приему в партию новых членов из комсомола, шире стали привлекать к партийнополитической работе кандидатов партии, готовя их в члены ВКП(б).
Руководствуясь указаниями В. И. Ленина о том, что „всякая форма борьбы требует соответственной техники и соответственного аппарата“,1 ЦК ВКП(б) определил основные направления усовершенствования организационной структуры партийного аппарата. Еще на XVIII Всесоюзной партийной конференции, проходившей весной 1941 года, было решено усилить оборонную работу партийных комитетов, повысить их ответственность за состояние промышленности и транспорта, составляющих основу военной мощи страны.
V Пленум Татарского обкома ВКП(б), работавший 11—14 июня 1941 года, руководствуясь указаниями ЦК ВКП(б), вынес решение об образовании в соответствии с основными отраслями промышленности республики отраслевых отделов и дополнительном установлении должности пяти секретарей обкома ВКП(б).2 Отраслевые отделы обкома партии приступили к работе с самого начала войны, и сыграли значительную роль в превращении республики в важную тыловую базу страны. В дальней-
1 В. И. Ленин, Соч., т. 11, стр. 319.
2 ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. 22, ед. хр. 2500, л. 463-464.
- 38 -


шем такие отделы были созданы и при Казанском горкоме партии.
Поскольку проблемы организации общественного питания, снабжения трудящихся продовольствием и промышленными товарами во время войны приобрели исключительное значение, по решению Центрального Комитета партии в декабре 1941 года в Татарском обкоме партии и в горкомах были созданы отделы торговли и общественного питания, установлены должности секретарей обкома и горкомов по торговле и общественному питанию.1
Существенные изменения произошли в постановке партийно- политической работы в первичных партийных организациях. На промышленных предприятиях и на транспорте значительно сократилось количество коммунистов. В этих условиях неоценимую роль в усилении влияния партийных организаций на производственную деятельность предприятий, в поднятии уровня партийно-политической работы сыграл институт партийных организаторов. На крупных предприятиях были созданы партийные комитеты во главе с парторгами ЦК ВКП(б).2
В более сложных и трудных условиях приходилось проводить партийно-политическую работу в сельской местности. Партийные мобилизации в значительных размерах сократили число колхозных первичных партийных организаций, что видно из данных нижеследующей таблицы.3
Было на 1/VI-1941 г.
Первичн. партийных организаций колх.
655
В них коммунистов
5111
Кандидатские группы колхозов
164
В них коммунистов
650
Осталось на 1/I-1942 г.
Первичных парторганизаций колх.
382
В них коммунистов
2316
Кандидатск. групп колхозов
115
В них коммунистов
433
Таблица показывает, что к концу 1941 года число коммунистов в сельских партийных организациях сократилось более чем в два раза. В 1942 году количество парторганизаций и число коммунистов на селе еще более сократилось. К концу года в республике в среднем лишь каждый десятый колхоз имел первичную партийную организацию. В Кзыл-Юлдузском, Таканышском, Шугуровском районах не было ни одной колхозной парторганизации. В Бугульминском, Куйбышевском, Челнинском районах осталось лишь по одной колхозной парторганизации.
1 ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. 22, ед. хр. 2527, л. 5.
2 Там же, on. 1, ед. хр. 1929, л. 14.
3 Там же, ф. 112, оп. 4, ед. хр. 21, л. 16—17.
- 39 -


Эти обстоятельства потребовали проведения определенных мероприятий по улучшению партийно-политической работы в сельской местности. ЦК ВКП(б) 17 ноября 1941 года принял решение о создании на селе чрезвычайных органов партии  — политотделов при МТС и совхозах. Политотделы были призваны добиваться своевременного выполнения сельскохозяйственных работ, лучшегj обеспечения страны продовольствием, сельскохозяйственным сырьем, заботиться о политическом воспитании и повышении квалификации новых колхозных кадров, выдвинутых взамен ушедших на фронт. Политотделы руководили партийными и комсомольскими организациями МТС и совхозов, оказывали повседневную помощь колхозным партийным организациям.
В Татарской АССР политотделы были образованы во всех совхозах и 106 МТС и состояли из начальника политотдела, его заместителя и помощника начальника  политотдела по комсомолу.
Для руководства работой политотделов МТС и совхозов при Наркомземе ТАССР был создан политсектор во главе с начальником, заместителем и помощником по комсомолу.
Для работы в политотделах были подобраны наиболее опытные партработники, хорошо знающие сельское хозяйство. Например, на должности начальников политотделов МТС были направлены 9 человек из аппарата обкома партии, 38 секретарей райкомов, 21 человек  —  заведующих отделами райкомов, 22 секретаря крупных первичных парторганизаций и 16 человек хозяйственных работников. Из них 43 человека были направлены из городов.1 Большинство помощников начальников политотделов МТС по комсомольской работе были выдвинуты с низовой работы.
С целью оказания помощи работникам политотделов по решению ЦК ВКП(б) и ЦК ВЛКСМ в начале 1942 года обком партии и политсектор Наркомзема ТАССР провели десятидневный семинар-инструктаж для начальников политотделов и их заместителей и трехдневный семинар для помощников начальников политотделов по комсомольской работе.
В октябре 1941 года, когда гитлеровские полчища рвались к столице нашей Родины Москве, когда над страной нависла смертельная угроза, решением Государственного Комитета Обороны был создан Казанский Комитет Обороны под председательством первого секретаря обкома ВКП(б) А. М. Алемасова.2 Комитет должен был сосредоточить всю гражданскую и военную власть и установить строжайший порядок в городе Казани и прилегающих к нему районах.
Мероприятия Татарской партийной организации по новой расстановке партийных кадров, по изменению организационной структуры партийного аппарата и созданию чрезвычайных
1 ЦПА ИМЛ, ф. 112, оп. 4, ед. хр. 37, д. 39.
2 „Красная Татария“, 1941, 26 октября.
- 40 -


органов, осуществленные по указанию и под руководством Центрального Комитета партии, подняли боеспособность партийной организации республики, усилили действенность ее руководства.
В годы войны значительно расширился круг вопросов, решаемых партийными организациями.
Учитывая это, ЦК ВКП(б) уже в начале войны наметил конкретную линию изменения методов и форм работы всех партийных организаций. Орган ЦК партии журнал „Большевик“ писал в передовой статье: „В военных условиях от партийных организаций требуется проведение строжайшего централизма и исключительная оперативность во всей работе. Методы мирного времени сейчас не годятся. Обстоятельные планы, многолюдные заседания с прениями по каждому вопросу, резолюциями, занимающими по нескольку страниц, —  все это не отвечает требованиям момента“.
Военная обстановка и новые задачи изменили привычные методы работы всей партийной организации республики. Количество собраний, заседаний и их продолжительность были сведены к минимуму. На каждом собрании и совещании ставились конкретные вопросы организации помощи фронту, героической Красной Армии.
Однако, в условиях наличия культа личности, не совместимого в своей основе с социалистическим строем, партийная организация республики не смогла полностью и последовательно сочетать перестройку партийной работы в соответствии с потребностями войны со строгим соблюдением ленинских принципов внутрипартийной демократии и основ партийного руководства. Некоторые партийные работники, всецело переключившись на административные методы руководства, перестали регулярно созывать партийные собрания, нарушали сроки созыва пленумов райкомов, ослабили связь с массами. Например, на Казанском кожзаводе имени Ленина за первых восемь месяцев войны было проведено всего лишь пять общих партийных собраний. Такие же факты имели место на комбинате „Спартак“, в трампарке, в Буинском районе и в других парторганизациях. В Верхне-Услонском, Камско-Устьинском, Буинском, Ново-Письмянском, Дрожжановском, Советском райкомах ВКП(б) за полгода было проведено всего лишь по одному пленуму, тогда как по уставу пленумы районных комитетов партии должны были созываться не реже одного раза в полтора месяца.
Вопрос о нарушениях сроков созыва пленумов некоторыми райкомами партии был заслушан на заседании бюро Татарского обкома ВКП(б). В своем постановлении бюро обкома потребовало добиться регулярного созыва партийных собраний, пленумов городских и районных комитетов партии. 26 декабря областной комитет партии принял специальное письмо „О состоянии организационно-партийной работы в областной парторганизация“,
— 41 —


которое было обсуждено на заседаниях бюро горкомов и райкомов партии.
Эти мероприятия несколько улучшили постановку партийной работы на местах. Более регулярно стали созываться партийные собрания и пленумы партийных комитетов с обсуждением злободневных вопросов жизни трудовых коллективов, райкомов и горкомов. Однако, нарушения ленинских норм партийной жизни и принципов партийного руководства не были до конца искоренены.
В начале войны партийная организация республики перестроила также формы и методы идейно-политической работы в массах. В начальный Период войны страна переживала невиданные трудности. Над Родиной нависла смертельная опасность. Чтобы устоять и добиться перелома в ходе войны, необходимо было обеспечить политическую мобилизацию всего народа на отпор врагу. Орган ЦК ВКП(б), журнал „Большевик“ указывал: „Главное для партийных организаций сейчас  —  политически обеспечить работу тыла“.
Прежде всего необходимо было рассказать армии и народу о политических целях войны. Надо было, чтобы каждый солдат, каждый советский человек понимал, для чего нужно воевать, какое отношение имеет война к нему лично, разъяснить мероприятия и политику партии, направленные на достижение победы.
Основатель и вождь нашей партии В. И. Ленин говорил: „Сила по буржуазному представлению, это тогда, когда массы идут слепо на бойню, повинуясь указке империалистических правительств. Буржуазия только тогда признает государство Сильным, когда оно может всей мощью правительственного аппарата бросить массы туда, куда хотят буржуазные правители. Наше понятие о силе иное. По нашему представлению государство сильно сознательностью масс. Оно сильно тогда, когда массы все знают, обо всем могут судить и идут на все сознательно“.1 И далее: „осознание массами целей и причин войны имеет громадное значение и обеспечивает победу“.2
Самыми важными средствами политической мобилизации народа являлись агитация и пропаганда, политмассовая работа партии среди широких слоев советского народа. Поэтому вопросам организации агитмассовой работы партия уделила очень большое внимание.
2 июля 1941 года бюро Татарского обкома ВКП(б) рассмотрело вопрос о задачах агитационно-массовой работы среди населения в военное время, и приняло соответствующее решение, где ставилась задача: „В основу всей агитационной работы среди населения положить широкое разъяснение обязанностей
1 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 224. 2 Там же, т. 31, стр. 115.
- 42 -


каждого гражданина в условиях войны, воспитание сознательного отношении к своему труду, понимания того, что для разгрома наглого врага, напавшего на наше социалистическое отечество, каждый гражданин Советского Союза обязан ежедневно не только выполнять, но и перевыполнять заданные ему производственные планы“.1
В соответствии с новыми задачами партийные кабинеты горкомов, райкомов, крупных парткомов были реорганизованы в агитпункты. Для  обслуживания проезжающего эвакуируемого населения были открыты агитпункты на станциях Казань, Юдино, Агрыз, Зеленый Дол. Под руководством райкомов ВКП(б) и политотделов МТС и совхозов перестроили свою работу имевшиеся 822 клуба, 741 изб-читален и 820 красных уголков. Во всех районах были организованы пункты коллективного радиослушания.
В связи с отправкой на фронт основной массы агитаторов партийные организации в первые недели войны заново, укомплектовали агитколлективы. Каждый район создал агитколлектив, состоящий из 300—400 агитаторов.
К началу 1942 года в целом в республике работали 2654 агитколлектива, которые объединяли 27898 агитаторов. Основную массу агитаторов,  —  около 10 тысяч человек,  — составляли коммунисты, около 8 тысяч  —  комсомольцы. По выборочным данным, не менее 51 процента агитаторов составляли женщины.2
В июне 1941 года все городские и районные комитеты партии провели общие собрания агитаторов, посвященные задачам агитационно-массовой работы в военное время. В дальнейшем систематически проводили инструктажи и семинары агитаторов.
Партийная организация республики проявляла постоянную заботу о пропагандистских кадрах, о лекторах и докладчиках партийных комитетов. С начала войны при обкоме ВКП(б), горкомах, политотделе Казанской железной дороги и в лекционном бюро Наркомпроса ТАССР работали группы, состоявшие из 14 штатных и 69 внештатных лекторов.3 При всех райкомах партии были созданы группы внештатных лекторов и докладчиков, состоящие из 15—20 человек, из числа партийных, советских, хозяйственных работников и деятелей науки и культуры. Кроме того, партийные комитеты имели большую армию пропагандистов сети партийного просвещения. Десятки пропагандистов Татарии прошли переподготовку на межобластных курсах пропагандистов в городе Свердловске, созданных решением ЦК ВКП(б) в начале 1942 года.4
1 ПА ТОК КПСС, ф. 15, оп. 22, св. 118, д. 347. лл. 35-35.
2 Подсчет общего количества агитаторов сделан автором на основании материалов: ПА ТОК КПСС, ф. 15, оп. 23, кор. 65, д. 383, лл. 1—4; ф. 26, Д. 1, л. 10.
3 ПА ТОК КПСС, ф. 15, оп. 23, кор. 65, д. 383 лл. 20-43.
4 ЦП А ИМЛ, ф. 17, оп. 1, ед. хр. 1929, л. 220.
- 43 -


Политическая агитация и пропаганда в условиях войны стала исключительно активной, действенной, наступательной, целеустремленной.
В агитационно-пропагандистской работе партийных организаций применялись как старые, так и новые формы ее проведения.
Особое значение придавалось повышению идейно-политического уровня коммунистов и беспартийных трудящихся в сети партийного просвещения. Несмотря на трудности военного времени, продолжали работать кружки по политграмоте и по изучению истории партии. Некоторые из этих кружков переключились на изучение вопросов текущей политики, событий на фронтах Великой Отечественной войны. Для партийного актива и всех коммунистов читались лекции по истории партии, о международном положении и на другие темы. Казанский горком ВКП(б) добивался более широкой постановки экономического образования партийно-хозяйственных кадров промышленных предприятий.
Постановка теоретического образования и воспитания кадров значительно улучшились после VIII Пленума Татарского обкома ВКП(б), состоявшегося в июле 1942 года, на котором был заслушан и обсужден вопрос „О пропаганде и агитации в военное время“. Пленум подверг резкой критике райкомы партии, которые работу по повышению идейно-теоретического уровня пустили на самотек, не оказывали достаточной помощи самостоятельно изучающим марксистско-ленинскую теорию, не контролировали ход теоретической учебы коммунистов. Пленум потребовал от райкомов усиления работы по теоретическому образованию партактива, в особенности новых кадров.1
Выполняя решения Пленума, партийные организации городов и районов республики летом и осенью 1942 года улучшили идейно-воспитательную работу среди коммунистов.
С первых же дней войны широко использовались митинги. Созываемые на 15—20 минут и сопровождаемые яркими вдохновенными речами, посвященными самым актуальным вопросам дня, митинги отличались массовостью и имели исключительно большое значение в политической мобилизации трудящихся на отпор врагу.
Наиболее распространенной формой агитационной работы стали групповые и индивидуальные беседы, читки газет с сообщениями Совинформбюро о событиях на фронтах и в тылу. Например, только за первый месяц войны в городе Зеленодольске было проведено 7152 беседы с охватом 69402 человек. Это значит, что в течение месяца агитаторы провели 4—5 бесед с каждым взрослым жителем города.2 Популярными были в годы войны также лекции и доклады. За первые семь месяцев войны
1 ЦПА ИМЛ, ф. 17, еп. 1, ед. хр. 1923, л. 13-18.
2 Подсчеты сделаны автором на основе материалов: ПА ТОК КПСС, ф. 15, оп. 22, св. 120, д. 353, л. 2.
— 44 -


силами лекторов обкома ВКП(б), политотдела Казанской железной дороги и лекционного бюро Наркомпроса ТАССР было прочитано более 1600 квалифицированных лекций и докладов на различные темы.1 Докладчики сельских райкомов ВКП(б) и политотделов МТС и совхозов за первое полугодие 1942 года прочитали около 6 тысяч докладов и лекций.
Значительная агитационно-пропагандистская работа проводилась через партийную печать. В период войны недостаток газетной бумаги, в связи с сокращением ее производства в пользу производства военной продукции, создал определенные трудности. С августа 1941 года областные газеты „Красная Татария“ и „Кзыл Татарстан“ стали выходить три раза в неделю на четырех полосах и три раза  —  на двух полосах. Областные комсомольские газеты „Комсомолец Татарии“ и „Яшь сталинче“ временно были слиты с указанными выше областными газетами путем создания в них отделов комсомольской жизни. Районные газеты, выходившие два раза в неделю на четырех полосах, стали выходить на двух полосах. А весной 1942 года тиражи областных газет „Красная Татария“, „Кзыл, Татарстан“ и „Херле ялав“ были сокращены на 15 процентов и они стали издаваться только на двух полосах. Было прекращено издание 5  многотиражек и некоторых журналов.
Несмотря на все трудности, в 1942 году в республике на татарском и русском языках издавались 12 многотиражных, 84 районных, и 3 областные газеты, выходил журнал „Совет эдәбияты“.2 Редакции этих изданий в своей работе руководствовались постановлением Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) „О работе районных газет“, принятым 3 марта 1942 года, в котором говорилось: „Основная задача районных газет  —  воспитывать в трудящихся огненную ненависть к немецко- фашистским мерзавцам, посягающим на жизнь и свободу нашей Родины, вдохновлять наш народ на великую, отечественную, освободительную войну, мобилизовать трудящихся на выполнение конкретных задач, стоящих перед районом в деле активной поддержки фронта“.3
Республиканские и районные газеты постоянно освещали ход событий на фронтах, борьбу партии за мобилизацию всех сил народа на помощь фронту. Героические подвиги воинов на фронтах и трудовые дела советских людей в тылу, о которых писали газеты, вдохновляли советских людей на новые патриотические дела. Продолжала издаваться и другая актуальная политическая литература. За первые десять месяцев войны Татарское государственное издательство выпустило до ста
1 ЦП А ИМЛ, ф. 112, оп. 4, ед. хр. 21, л. 82—83.
2 Там же, 45. ф. 17, оп. 1, ед. хр. 1930. лл. 50—53; ед. хр, 1033, лл. 87—97, Газета  „Херле ялав“ выходила на чувашском языке.
3„Пропагандист“. 1942, № 2, стр. 49.
-  45  -


названий книг и брошюр на политические, оборонные темы, общим тиражом 700 тысяч экземпляров.
На промышленных предприятиях, в учреждениях, в колхозах, совхозах, МТС и МТМ выпускались тысячи названий стенных газет и боевых листков, живо откликавшихся на призывы партии и Советского правительства, помогавшие партийным организациям вовлекать десятки тысяч людей в дело налаживания быстро растущего военного хозяйства.
Партийная организация республики уделяла большое внимание организации наглядной агитации. Все делалось для того, чтобы каждая стена, каждая колонна, каждая доска для объявлений, каждая витрина звали народ на смертный бой с фашизмом, на умножение усилий в помощь фронту. На самых людных местах висели плакаты, лозунги.
За десять месяцев войны Татарское государственное издательство выпустило свыше полмиллиона таких плакатов и различных лозунгов. В целях наглядной агитации использовались доски показателей, выпуски „Политинформаций“, экстренные бюллетени, галереи „Крокодилов“. Силами художников республики ежемесячно выпускались четыре номера агитплаката „Окно сатиры“ тиражом 300 экземпляров.1
В годы войны широкое распространение получила такая важная форма политического воспитания, как обмен письмами работников тыла с бойцами фронтов Отечественной войны.
Колхозники артели имени III Интернационала Агрызского района, прочитав письмо своего земляка  —  фронтовика Гафиуллы Рахматуллина, писали фронтовикам-односельчанам: „Дорогие товарищи! Мы живем, как и вся страна, интересами фронта. Мы с вами всеми помыслами. Красная Армия и народ  —  единое целое, имеющее сейчас одну цель  —  разгромить врага, немецких псов. И мы сотрем с лица земли всю эту нечисть. Страна Советов была, есть и будет свободной и независимой“.2
Постоянная связь рабочих коллективов, колхозов и совхозов с фронтом поддерживала и укрепляла моральный дух защитников Родины и решимость тружеников тыла работать для фронта не покладая рук.
Под руководством и при непосредственной помощи ЦК ВКП(б) Татарской партийной организации приходилось преодолевать определенные трудности, иногда и ошибки в постановке агитационно-пропагандистской работы, допущенные отдельными работниками идеологического фронта. В частности, областной комитет партии вскрыл факты недостаточного умения отдельных партийных работников правильно сочетать хозяйственную работу с партийно-политической работой, что приводило их к делячеству. В ряде парторганизаций агитационно-пропагандистская работа недостаточно связывалась с производственными и
1 ПА ТОК КПСС, ф. 15, оп. 22, св. 127, д, 384, л. 189; оп. 23, д. 366, л. 55.
2 „Красная Татария“, 1941, 21 декабря.
-  46  -


хозяйственно-политическими задачами районов и предприятий, в результате чего снижалась ее действенность. Не всегда отвечал требованиям военного времени размах работы по политическому воспитанию масс. Часть руководящих партийнохозяйственных работников редко выступала с политическими докладами. На отдельных предприятиях неудовлетворительно была организована работа в ночных сменах, среди молодежи.
Областной комитет партии постоянно требовал от парторганизации преодоления имевшихся недостатков. В 1941 — 1942 годах были заслушаны на бюро обкома Алеексеевский, Столбищенский, Бауманский, Сталинский райкомы партии, а также парткомы нескольких заводов о их работе по политическому воспитанию масс. В развернутых решениях областной комитет партии намечал конкретные пути коренного улучшения агитационно-пропагандистской работы на местах.
Положительный опыт агитационной работы на передовых предприятиях Казани явился предметом специального изучения и обобщения бригадой отдела пропаганды и агитации Казанского горкома ВКП(б). В целях распространения этого опыта были изданы брошюры: „Агитация в помощь фронту“ и „Большевистская агитация во Всесоюзном социалистическом соревновании“.1
Вопросы идеологической работы Татарской партийной организации в условиях войны были обсуждены на VIII пленуме обкома ВКП(б), состоявшемся 9 — 11 июля 1942 года. По докладу секретаря обкома ВКП(б) С. Ш. Гафарова пленум принял постановление „О пропаганде и агитации в военное время“.2 Пленум отметил, что большинство партийных организаций правильно поняло возросшее значение пропаганды и агитации в условиях Отечественной войны, повысило уровень агитационно-пропагандистской работы среди трудящихся.
Отметив недостатки, имеющиеся в идеологической работе, пленум наметил мероприятия по дальнейшему улучшению агитационно-пропагандистской работы. По решению пленума в Казани, Зеленодольске, Чистополе, Елабуге и Бугульме создавались открытые лектории для чтения общедоступных лекций на политические, военные, исторические, литературные, экономические, естественнонаучные и другие темы с привлечением к этому делу лучших лекторских сил. Отметив, что политическая работа с людьми является основой, на которой могут быть достигнуты действительно прочные успехи в выполнении задач, поставленных партией и правительством,  —  пленум призывал „все партийные организации, всех коммунистов, агитаторов и пропагандистов поднять политическую агитацию и
1 Агитация в помощь фронту. Татгосиздат, 1942 Большевистская агитация во Всесоюзном социалистическом соревновании, Татгосиздат, 1942
2 ЦПА ИМЛ. ф. 17, ед. хр. 1923, лл. 13-18.
-  47 -


пропаганду на уровень требований военного времени, повседневно разъяснять каждому трудящемуся всю глубину опасности, нависшей над нашей Родиной, необходимость до конца отрешиться от благодушия и беспечности, мобилизовать массы на самоотверженный героический труд для фронта“.1
На основе решений Пленума еще шире развернулась идеологическая работа, повысилась ее действенность. Действенность идеологической работы сказалось прежде всего в хозяйственных успехах республики. Объем валовой продукции промышленности республики в 1941 году возрос по сравнению с уровнем 1940 года на 40 процентов, а в 1942 году Татария дала промышленной продукции почти в два с половиной раза больше, чем в 1940 предвоенном году.
Начальный период войны еще раз подтвердил, что Коммунистическая партия Советского Союза Достигла той невиданной гибкости, благодаря которой она в состоянии в любой момент перестроить свои ряды и сосредоточить сотни тысяч своих членов на любой большой работе. В испытаниях войны еще выше поднялся авторитет партии в глазах трудящихся.
1 ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. 1, ед. хр. 1923, л. 18.


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
Вып. 69
1962
Г. И. ШУМИЛОВ
ТАТАРСКАЯ ПАРТИЙНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ В ПЕРИОД БОРЬБЫ СОВЕТСКОГО НАРОДА ЗА ПОБЕДОНОСНОЕ ЗАВЕРШЕНИЕ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
К 1943 году Коммунистическая партия и советский народ, успешно используя преимущества советского общественного и государственного строя, добились благоприятного изменения соотношения сил в борьбе против гитлеровской Германии, превосходства Советской Армии над врагом. Это привело к коренному перелому в ходе Великой Отечественной войны и второй мировой войны в целом.
Готовя Советскую Армию к решению новых задач полного освобождения Советской земли и окончательного разгрома врага в его собственной берлоге, Коммунистическая партия большое внимание уделяла дальнейшему улучшению работы нашего тыла. Под руководством партии труженики тыла улучшали снабжение армии и страны продовольствием. Созданное в стране слаженное военное хозяйство увеличивало производство всей необходимой для фронта продукции. Партия понимала, что для полного разгрома врага необходимо мобилизовать все материальные и людские ресурсы страны.
Важное место в материально-техническом обеспечении решающих наступательных операций Советской Армии занимала Татарская АССР, превратившаяся в важную тыловую базу фронта. Настоящая статья, не претендующая на исчерпывающее освещение всех вопросов темы, посвящена анализу деятельности Татарской областной партийной организации по дальнейшей мобилизации усилий трудящихся республики во имя победы на завершающем этапе войны.
Главная задача Татарской партийной организации, как и других отрядов КПСС, заключалась в том, чтобы возглавить борьбу трудящихся республики за образцовое обеспечение новых наступательных операций Советской Армии против врата.
- 49 —


3 января 1944 года вторая республиканская конференция передовиков промышленности, подытожив досрочное выполнение плана предыдущего года, призвала рабочих и инженерно-технических работников Татарии увеличить свои трудовые усилия и идти в ногу с наступающей Советской Армией.1 Призыв конференции нашел горячий отклик среди всех работников промышленности и вызвал дальнейшее расширение социалистического соревнования за увеличение выпуска продукции, повышение производительности труда и экономию материалов.
Вопросы соревнования постоянно находились в центре внимания партийных организаций предприятий. Коммунисты показывали образцы трудового героизма на производстве. В 1944 году непосредственно на производстве работало 40196 коммунистов, почти 95 процентов состава областной партийной организации.2 Коммунисты, рабочие Кировского района Казани Мальцев, Хабибуллин, Лапиркин, Дергунов и другие систематически выполняли по 2—3 нормы в смену.3
Примеру коммунистов следовали и комсомольцы. По 9—10 норм вырабатывала комсомолка шорной фабрики Ульянова. На заводе „Победа труда“ коммунисты Егоров А., Марошенко Т., Егоров И., комсомольцы Цольфранк, Осягина и многие другие в полтора-два раза перевыполняли производственные задания 1944 года.4 При выполнении срочных заказов коммунисты и комсомольцы сутками не покидали цехов, вдохновляя своим примером всех рабочих и инженерно-технических работников.
В сентябре 1944 года коллективы промышленных предприятий Татарии включились в предоктябрьское социалистическое соревнование, в результате еще более увеличилось число передовых предприятий, количество двухсотников, трехсотников, пятисотников и тысячников, расширилось соревнование по профессиям.
К 1 июля 1945 года в республике было уже 3084 комсомольско-молодежные бригады. Это в 15 раз больше, чем на тот же срок в 1942 году.5
Массово-политическая работа партийных организаций промышленных предприятий была направлена главным образом на то, чтобы обеспечить всемерное развитие творческой инициативы рабочих, распространять передовой опыт, улучшать технологию и организацию производства, шире внедрять рационализаторские предложения. В 1944—1945 годах были проведены три конференции новаторов производства и слет фронтовых бригад Казани, обсуждавших итоги и задачи улучшения работы промышленности, новые обязательства коллективов фабрик
1 Газета „Красная Татария“, 1944, 4 января.
2 Гайфуллин. Укрепление Татарской партийной организации в годы Великой Отечественной войны. „Коммунист Татарии“, 1958, № 7, стр. 43.
3 „Красная Татария“, 1945, 6 января.
4 Партархив Татарского обкома КПСС, ф. 1382, оп. 3, д. 18, л. 31.
5 Там же, ф. 15, оп. 25, д. 123, лл. 2-3.
-  50  -


и заводов. Конференции способствовали дальнейшему развитию и укреплению социалистического соревнования.
Каждый творческий почин трудящихся находил поддержку со стороны партийных организаций республики. В конце 1944 года в Татарской АССР широко был подхвачен почин уральского электросварщика Е. Агаркова по укрупнению производственных участков, давший возможность высвободить и перевести на другие участки 1565 мастеров и квалифицированных рабочих. Придавая большое значение распространению метода Е. Агаркова, в январе 1945 года Казанский горком партии провел специальное совещание работников промышленности города по расширению внедрения этого метода в производство. На первой Казанской партийно-технической конференции осенью 1944 года были разработаны практические мероприятия по внедрению поточной системы производства. Областной комитет ВКП(б) одобрил эти мероприятия и обязал парторганизации обеспечить их Скорейшее осуществление.
Самоотверженный труд рабочих и инженерно-технических работников республики обеспечил досрочное выполнение плана 1944 года. Государству было дано на 319 миллионов рублей сверхплановой продукции.1 В течение года по итогам Всесоюзного социалистического соревнования передовым казанским предприятиям (комбинат „Спартак“, комбинат им. Вахитова, меховой комбинат и другим) 22 раза присуждались Красные Знамена Государственного Комитета Обороны.2 Пятьсот передовиков промышленности Татарской АССР были награждены орденами и медалями, а меховой комбинат  —  орденом Ленина.
Продолжалось расширение производственных мощностей промышленности Татарии, особенно машиностроительной и металлообрабатывающей, отраслей, доля которых в общем валовом выпуске промышленной продукции составила 69,5 проц.3 Началась разработка нефтяных богатств республики. Летом 1944 года дала нефть вторая мощная скважина. Дальнейшее развитие получила и легкая промышленность Татарской АССР. В апреле 1944 года на комбинате „Спартак“ досрочно вступил в строй новый цех, целиком переведенный на конвейер, что дало возможность увеличить производство обуви на 40 проц. В Елабуге была построена новая электростанция, завершено строительство первого в Татарии консервного завода.
В январе 1945 года собралась IV конференция новаторов промышленности. Они дали слово „неустанно трудиться во славу нашей советской Отчизны и ковать своим трудом величайшую в истории победу...“, обязались досрочно выполнить план первого полугодия 1945 года. Партийные организации
1 История Татарской АССР, т. II. Казань, 1960, стр. 430.
2 Партархив Татарского обкома КПСС, ф. 15, оп. 25, д. 612, л. 4.
3 История Татарской АССР, т. II, стр. 425.
- 51 —


промышленных предприятий возглавили движение рабочих и инженерно-технических работников за экономию сырья и материалов, за ликвидацию брака и снижение себестоимости продукции. К концу войны только на заводах Казани трудилось до 50 тысяч передовиков производства. Промышленность города план первого полугодия 1945 года выполнила на 106,8 проц., выпустив на 100 миллионов рублей продукции сверх плана. Производительность труда поднялась на 7,3 проц., себестоимость продукции снизилась на 1,6 проц. От внедрения 1725 рационализаторских предложений было получено 20 миллионов рублей экономии.1
Самоотверженно трудились железнодорожники Казанской железной дороги и речники Волго-Камского басейна. Победителями в соревновании неоднократно выходили коллективы депо Юдино, Агрыз, Казани и речники Казанского участка пути. В 1945 году 95 железнодорожников Татарии были награждены орденами и медалями.
Трудящиеся Татарии оказывали большую помощь освобожденным от фашистских захватчиков районам страны. Взяв шефство над Дзержинским районом Сталинграда, они направили туда различного оборудования более чем на 3 миллиона рублей, полностью оборудовали две поликлиники и больницу. Из Татарии на работу в Сталинград выехала большая группа коммунистов и комсомольцев, квалифицированных рабочих, инженеров, а также учителей, медработников и агрономов, которые с энтузиазмом приняли участие в восстановлении города-героя. Труженики сельского хозяйства Татарии направили в Сталинградскую область свыше восьми тысяч голов скота, 2248 сельхозмашин, оборудование и т. д.
К февралю 1944 года в Орловскую область было отправлено 107 вагонов с оборудованием, станками, скотом, сельхозинвентарем, различными материалами и другими товарами, а также 1286 тысяч рублей деньгами.3
На восстановлении Рутченковской ЦЭС в Донбассе работал комсомольско-молодежный отряд Управления трудовых резервов Татарской АССР, которому за производственные успехи в 1944 году было присуждено Красное Знамя Государственного Комитета Обороны и вручена денежная премия.
В период решающих побед Советских войск на фронтах Великой Отечественной войны Татарская партийная организация много внимания уделяла и вопросам сельского хозяйства. Вопросы улучшения работы сельского хозяйства республики обсуждались на XI, XII, XIII пленумах Татарского областного комитета партии в 1944 году. В решениях пленумов вскрывались ошибки и недостатки в подготовке и проведении весеннего сева, уборки урожая, в организации и проведении хлебо-
1 „Красная Татария“, 1945, 11 июля.
2 Там же, 1944, 15 января.
- 52 -


заготовок и намечались мероприятия по их устранению, а также рассматривались вопросы развития животноводства, давались конкретные советы по преодолению трудностей в сельском хозяйстве, вызванных войной.
В начале 1944 года партийная организация республики поддержала призыв передовиков сельского хозяйства Шереметьевского района, выступивших с предложением развернуть соревнование за высокий урожай  —  урожай Победы. Инициатива шереметьевцев была подхвачена всеми тружениками сельского хозяйства республики. Коммунисты и комсомольцы стали во главе этой борьбы. Душой соревнования за урожай Победы явились сельские партийные организации, развернувшие большую политико-воспитательную и организаторскую работу. Замечательным примером умелой мобилизации внутренних ресурсов и возможностей колхоза могла бы служить работа парторганизации артели „Уныш“ Ново-Письмянского района. Несмотря на то, что на фронт ушло большинство мужчин, женщины  —  колхозницы, подростки, старики не только справлялись с заданиями военного времени но, работая по-фронтовому, сумели расширить общественное хозяйство.1
Учитывая ведущую роль первичных партийных организаций в развитии колхозного и совхозного производства, областной комитет партии продолжал работу по их укреплению. XII пленум обкома партии, состоявшийся в июле 1944 года, в своих решениях подчеркнул, что „прежде всего нужно укрепить первичные организации в колхозах и МТС, расширить их сеть, поднять их боеспособность и ответственность за подъем сельского хозяйства“. С целью укрепления партийного влияния на селе на работу туда направлялись коммунисты и комсомольцы из города. Усилился прием в партию лучшей части колхозников. Там, где было мало коммунистов, создавались кандидатские и партийно-комсомольские группы.
В марте 1944 года областной комитет партии провел республиканское совещание секретарей первичных партийных организаций колхозов, совхозов и МТС. Совещание обсудило вопросы партийно-организационной работы в деревне и меры по укреплению сельских первичных партийных организаций.2 На бюро обкома партии систематически обсуждались доклады секретарей первичных парторганизаций о их работе. В марте 1944 года, например, тщательному анализу подверглась деятельность парторганизации колхоза „Коминтерн“ Буинского района, а в 1945 году  —  колхоза „Уныш“ Ново-Письмянского района. Обсуждение показало, что партийные организации этих колхозов добились серьезных успехов в организационно-хозяйственном укреплении своих артелей, в росте колхозного производства на
1 Партархив Татарского обкома КПСС, ф. 15, оп. 26, д. 144, лл. 13—20.
2 „Красная Татария“, 1944, 16 марта.
- 53 -


основе хороню поставленной массово-политической работы. Обком партии рекомендовал распространить их опыт.1
В центре внимания партийной организации республики стояли вопросы организационно-хозяйственного укрепления колхозов и совхозов, особенно подъема производительности труда.
Областной комитет партии одобрил инициативу колхозников артели имени Фрунзе Буинского района, которые в марте 1944 года выступили с призывом развернуть борьбу за повышение производительности труда в колхозном производстве. Обком партии отметил, что „увеличение выработки трудодней каждым колхозником составляет мощный трудовой резерв колхозов для серьезного подъема сельского хозяйства Татарской АССР“.2
Партийная организация республики настойчиво боролась за внедрение новых агротехнических приемов. Областной комитет партии в начале 1945 года разработал меры улучшения агрономического обслуживания колхозов и ликвидации запущенности в агротехнике.3
Усилилось внимание областной партийной организации к работе машинно-тракторных станций. В 1944 году большинство из 130 машинно-тракторных станций успешно справилось со своими задачами. Среди победителей Всесоюзного социалистического соревнования на весеннем севе была Казанбашская МТС, отмеченная Красным Знаменем и получившая премию Наркомзема СССР. План тракторных работ 1944 года перевыполнили также Яныльская, Терсинская, Муралинская, Актанышская, Балтасинская, Елабужская и другие машинно-тракторные станции.4 Коммунисты и комсомольцы находились в числе передовых механизаторов.
Большую помощь колхозной деревне оказывал город. Многие предприятия и учреждения Казани, Зеленодольска, Чистополя и других городов шефствовали над колхозами, сельскими районами и машинно-тракторными станциями, оказывали им политическую и техническую помощь, посылая специалистов, а также рабочую силу в период сельскохозяйственных кампаний.
В результате большой организаторской работы областной партийной организации в 1944 году более 1200 колхозов Татарии справились со своими задачами. Они не только успешно выполнили план хлебозаготовок, но и сдали государству дополнительно 500 тысяч пудов хлеба.5 Лучшие показатели имели колхозы Высокогорского и Чурилинского районов, многие работники которых были награждены орденами Отечественной войны.
1 Партархив Татарского обкома КПСС, ф. 15, оп. 25, д. 151, лл. 122—181,
оп. 26, д. 144, лл. 13-20.
2 Партархив Татарского обкома КПСС, ф. 15, оп. 25, д. 90, л. 114.
3 Там же, д. 146, л. 68—75.
4 „Красная Татария“. 1944. 7 ноября.
5 Партархив Татарского обкома КПСС, ф. 15, оп. 25, 135, л. 5.
- 54 -


Однако покончить с отставанием сельского хозяйства Татарии в годы войны не удалось. Причины его отставания коренились и уходе большого количества тружеников сельского хозяйства на фронт, в изношенности и нехватке техники тягловой силы, в нехватке удобрений, в нарушении агротехники, а также и слабом руководстве сельским хозяйством со стороны некоторых партийных, советских и земельных органов Татарии. И в 1944 году республика в целом не выполнила плана хлебозаготовок.
Центральный Комитет партии и Советское правительство неоднократно указывали на недостатки в сельском хозяйстве Татарской АССР показывали практическую помощь в их ликвидации. Большую роль сыграло постановление ЦК В.КП(б) от 3 февраля 1945 года „О неотложных мерах по подъему сельского хозяйства Татарской республики“. Центральный Комитет указал на неудовлетворительное руководство сельским хозяйством со стороны местных партийных организаций Татарии, на слабую борьбу с фактами нарушения Устава сельскохозяйственной артели, на низкий уровень воспитательной работы среди колхозников. Перед областной партийной организацией была поставлена задача устранить указанные недостатки и ликвидировать запущенность в сельском хозяйстве. В постановлении предусматривалось оказание конкретной помощи Татарии, в частности, строительство в 1945 году 20 машинно-тракторных станций.1
Партийная организация республики мобилизовала коммунистов и всех трудящихся на выполнение постановления Центрального Комитета. В феврале 1945 г. бюро Татарского обкома ВКП(б) приняло постановление о массово-политической работе на селе в связи с подготовкой к весеннему севу.2 XIV пленум Татарского обкома партии в марте 1945 года рассмотрел итоги 1944 хозяйственного года, утвердил мероприятия по выполнению решения Центрального Комитета партии от 3 февраля 1945 года. Пленум отметил, что выполнение постановления ЦК партии является главной задачей областной партийной организации. Пленум призвал коммунистов, комсомольцев и всех тружеников полей на основе расширения социалистического соревнования мобилизовать все материально-производственные и трудовые резервы для своевременного и качественного проведения весеннего сева 1945 года. Благодаря большой партийнополитической работе весенний сев 1945 года был проведен на более высоком агротехническом уровне, чем в прошедшие годы. Таким образом коммунисты Татарии направляли все усилия тружеников села на бесперебойное снабжение армии и страны сельскохозяйственной продукцией.
Мобилизуя трудящихся республики на успешное выполнение грандиозных задач военного времени, росла и крепла и сама
1  Партархив Татарского обкома КПСС, ф. 15, оп. 26. д. 65, л. 21.
2 Там же, д. 138, лл. 73—77.
— 55 —


партийная организация, расширялись ее связи с массами, совершенствовались формы и методы политического  и хозяйственного руководства.
К 1945 году Татарская областная партийная организация объединяла 42234 члена и кандидата в члены партии, т. е. на 6454 человека больше, чем до войны. Всего за годы Великой Отечественной войны в ряды Коммунистической партии по Татарии вступило 37328 человек. Стремление советских людей неразрывно связать свою судьбу с великой ленинской партией в эти грозные годы свидетельствовало о возросшей политической активности народа, о его безграничной преданности Родине.1 Вопросы роста областной партийной организации обсуждались на XI (январь 1944 г.) и XII (июль 1944 г.) пленумах Татарского обкома партии; бюро заслушивало вопросы состояния руководства приемом в партию в отдельных городских и сельских райкомах ВКП(б), а также в первичных партийных организациях.
Однако обстановка военного времени породила ряд недостатков в работе партийных организаций. Нерегулярно созывались партийные собрания. Вместо контроля за работой хозяйственных органов, некоторые партийные организации стали вмешиваться в их функции, подменять их. Имели место случаи извращения большевистских принципов критики и самокритики. В связи с призывом в Советскую Армию произошло значительное обновление руководящих кадров на местах. Выдвигая новых людей на руководящую работу, некоторые партийные организации не всегда достаточно проверяли их деловые и политические качества. Более того, было ослаблено внимание к партийной учебе, к идейной закалке молодых кадров.
XII пленум Татарского обкома партии в июле 1944 года, обсудив состояние и меры улучшения работы с кадрами в республике, указал на эти недостатки. Пленум подверг резкой критике порочную практику администрирования, ослабление идеологической работы.
Однако партийные организации на местах не проявили достаточной настойчивости в решении задач, выдвинутых Пленумом. Работа с кадрами, партийная учеба, в целом идеологическая работа продолжали отставать.
9  августа 1944 года Центральный Комитет партии, принял постановление „О состоянии и мерах улучшения массово-политической и идеологической работы Татарской партийной организации“, в котором вскрыл крупные недостатки и ошибки в работе Татарской областной партийной организации. Центральный Комитет партии указал, что партийные организации Татарии ослабили агитационно-массовую работу, не уделяли должного внимания изучению кадрами марксистско-ленинской теории.
1 Гайфуллин. Укрепление Татарской партийной организации в годы Великой Отечественной войны. „Коммунист Татарии“, 1958, № 7, стр. 43,
- 56 -


В постановлении ЦК партии особо указывалось на ошибки националистического характера в освещении истории Татарии и татарской литературы.
„Коренное улучшение массово-политической и идеологической работы,  —  говорилось в постановлении,  —  должно стать важнейшим средством мобилизации трудящихся на выполнение хозяйственно-политических задач, стоящих перед Татарской АССР“.1
Постановление Центрального Комитета партии стало боевой программой действий для всех партийных организаций республики. 18 сентября 1944 года собрание республиканского партийного актива, целиком и полностью одобрив постановление Центрального Комитета от 9 августа, наметило конкретные меры по его осуществлению.2 На основе усиления внимания к идеологической работе, вскоре была значительно улучшена деятельность пропагандистов и агитаторов среди трудящихся. В активную политическую работу среди масс включились руководящие партийные, советские и хозяйственные работники. Стала улучшаться печатная пропаганда и агитация. Несмотря на трудные условия войны, в республике тогда выходило 108 газет на русском и татарском языках, значительным тиражом издавались произведения классиков марксизма-ленинизма, политическая, агитационная и художественная литература. Все это играло важную роль в мобилизации трудящихся на самоотверженную работу, на борьбу за экономию и бережливость, в пропаганде передового опыта.
По решению Татарского обкома ВКП(б) была организована переподготовка партийных и государственных работников. На двухмесячных республиканских курсах обучались штатные и внештатные пропагандисты горкомов и райкомов партии. При горкомах и райкомах регулярно проводились семинары пропагандистов и агитаторов. Повысился идейный уровень работы сети партийного просвещения, кружков и политшкол. 7,5 тысяч коммунистов, самостоятельно занимались изучением истории и теории партии. Около 8,5 тысяч человек партийно-советского актива учились в партийных школах.
Усилилась лекционная пропаганда. Только лекторами обкома партии за время с августа 1944 года по август 1945 года было прочтено 3659 лекций. В сельских районах работала среди населения двухтысячная армия лекторов и докладчиков.
Руководствуясь указаниями ЦК партии, бюро Татарского обкома ВКП(б) в ноябре 1944 года рассмотрело вопрос об организации научно-просветительной пропаганды в республике.
1  О партийной и советской печати. Сборник документов. М., 1954, стр. 52.
2 „Красная Татария“, 1944, 19 сентября.
3 Гайфуллин. Укрепление Татарской партийной организации в годы Великой Отечественной войны. „Коммунист Татарии“, 1958, № 7, стр. 42.
- 57 -


По решению бюро обкома партии был проведен месячник улучшения работы культурно-просветительных учреждений, сеть которых тогда состояла из 1255 библиотек, 3000 изб-читален и клубов, 59 кинотеатров и 115 кинопередвижек, районных радиоузлов, 11 музеев, в том числе музее В. И. Ленина и А. М. Горького, республиканского музея, преобразованного в 1944 году в Государственный музей Татарской АССР.
Достойный вклад в дело полного и окончательного разгрома врага внесли работники народного образования, успешно решавшие задачи коммунистического воспитания детей.
На разработку важных оборонных и народохозяйственных проблем была направлена деятельность ученых республики. В апреле 1945 года Советское правительство приняло постановление об организации Казанского филиала Академии наук СССР, призванного стать ведущим научным центром республики. Татарский обком ВКП(б) и правительство республики принимали деятельное участие в организации филиала, в создании его материально-технической базы.
Партийная организация республики уделяла много внимания делу подготовки высококвалифицированных кадров. На протяжении всей войны в Татарии работало 12 вузов и десятки техникумов. Только 7 вузов Казани за время войны выпустили 5802 специалиста. В 1944 году в Казанском университете имени В. И. Ульянова-Ленина для подготовки национальных кадров было открыто отделение татарского языка и литературы.
Татария  —  один из крупнейших в стране медицинских центров. Отсюда была послана на фронт большая армия врачей. Оставшиеся в самой республике медицинские кадры не покладая рук трудились над тем, чтобы возвратить в строй десятки тысяч раненых воинов. Много было сделано и для предупреждения заболеваний среди населения. Одновременно с этим в госпиталях, институтах и лабораториях велась большая научная работа.
Татарская партийная организация направляла работу творческих организаций республики. Писатели, поэты, композиторы, художники, коллективы театров республики создали ряд высокоидейных художественных произведений, посвященных ратным и трудовым подвигам советских людей. Многие работники культуры героически сражались на фронтах Великой Отечественной войны. Бессмертный подвиг совершил видный татарский поэт коммунист Муса Джалиль, которому посмертно была присуждена Ленинская премия. Будучи приговоренным к смерти, он
- 58 -


в тюрьме писал полные оптимизма и веры стихи о Родине, партии и победе, стихи, известные теперь всему прогрессивному человечеству. Бригады артистов, писатели, поэты побывали на многих фронтах и в госпиталях.
Все это свидетельствовало о значительном улучшении, на основе постановления ЦК ВКП(б), внутрипартийной и идеологической работы Татарской партийной организации, что несомненно способствовало решению хозяйственно-политических задач последнего периода войны.
*  * *
Разгромив фашизм в Великой Отечественной войне, советский народ совершил беспримерный в истории подвиг. „Огромные жертвы понёс наш народ, отстаивая свободу и независимость нашей Родины,  —  говорил Н. С. Хрущев, выступая в день 20-летия начала Великой Отечественной войны.  —  Это были жертвы во имя великого, благородного дела“.1 Коммунистическая партия Советского Союза явилась вдохновителем и организатором всемирно-исторической победы нашего народа.
Вместе со всем советским народом оказали огромную помощь Советской Армии в достижении этой исторической победы и трудящиеся Татарской АССР. Горячая любовь к Родине и партии, животворный советский патриотизм явились источником их немеркнущих боевых подвигов на фронте и трудовых побед в тылу. Около 200 отважных воинов Татарии, прославившихся в боях, были удостоены высокого звания Героя Советского Союза, почти 70000  —  награждены орденами и медалями. Партия и правительство высоко оценили также подвиг тружеников тыла. Только рабочих Татарии было награждено орденами и медалями свыше тысячи человек. „Никогда не победят того народа,  — говорил В. И. Ленин,  —  в котором рабочие и крестьяне в большинстве своем узнали, почувствовали и увидели, что они отстаивают свою, Советскую власть —  власть трудящихся, что отстаивают то дело, победа которого им и их детям обеспечит возможность пользоваться всеми благами культуры, всеми созданиями человеческого труда“.2
Наше многонациональное социалистическое государство, в основе которого лежит нерушимый союз рабочего класса
1  Газета „Правда“, 1961, 22 июня.
2 В. И. Ленин. Соч., т. 29, стр. 292.
- 59 -


и трудового крестьянства, великая дружба народов СССР, с честью выдержало все испытания военного времени и вышло из войны еще более сильным и прочным. Война показала величайшую жизнеспособность и превосходство социалистического общественного строя. „Победа советского народа в этой войне подтвердила,  —  говорится в программе КПСС, —  что в мире нет сил, которые могли бы остановить поступательное развитие социалистического общества“.3
3 Программа Коммунистической партии Советского Союза. Госполитиздат, 1961, стр. 17.


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
Вып. 69
1962
В. В. КОРОЛЁВА
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ В. И. ЛЕНИНА ПО УСТАНОВЛЕНИЮ СВЯЗЕЙ РЕДАКЦИИ „ИСКРЫ“ С РОССИЕЙ (февраль 1900  —  февраль 1902)
Сложный процесс „обрастания“ газеты связями, представляющий большой научный интерес, мало изучен в исторической литературе. Распыленность источников, отсутствие документов, систематизирующих искровские сношения, конспиративный характер переписки редакции с агентами газеты в России  —  все это обусловливает значительные трудности в работе над темой. В данной статье воспроизводится общая картина состояния искровских связей периода подготовки и первого года существования газеты (февраль 1900  —  февраль 1902 гг.).
Еще в ссылке В. И. Ленин глубоко продумал и всесторонне обосновал план издания общерусской политической газеты. Успех его осуществления он ставил в прямую зависимость от того, сможет ли газета, издающаяся нелегально за границей, установить прочные сношения с Россией, регулярно их поддерживать, расширять и укреплять. „...Все будущее „Искры“,  — писал В. И. Ленин,  —  зависит от того, сумеет ли она побороть местное кустарничество и районную обособленность и стать на деле общерусской газетой...“1 На протяжении всего периода издания „Искры“ В. И. Ленин уделял неослабное внимание организации и упрочению ее связей с Россией.
Первые опорные пункты „Искры“ создавались при непосредственном участии Владимира Ильича. По окончании ссылки В. И. Ленин и члены созданной им литературной группы объехали ряд городов, где имели конспиративные свидания
1 В. И. Ленин. Соч., т. 36, стр. 73.
— 61 -


с местными социал-демократами, знакомили их с планом организации газеты, устанавливали личные связи. Всю эту подготовительную работу В. И. Ленин относил к первому периоду деятельности организации „Искры“ —  февраль  —  декабрь 1900 года.1
К моменту выхода первого номера редакция уже имела сношения с рядом городов России. В „Заметках“ к докладу на II съезде РСДРП Организации „Искры“ В И. Ленин отметил Петербург, Псков, Москву, Нижний, Казань, Самару, Полтаву, Харьков, Уфу, Крым, Киев2, где побывали члены литературной группы и где, следовательно, у редакции были связи.
Многие из этих городов В. И. Ленин посетил лично. Особо важное место он отводил Петербургу, как ведущему революционному и промышленному центру страны. В Петербурге перед отъездом за границу В. И. Ленин побывал дважды, в феврале и мае. Здесь он провел ряд конспиративных свиданий и встреч с местными социал-демократами, повидал „нужных“ ему людей, восстановил прерванную ссылкой связь с С. И. Радченко.3
До образования искровской группы через С. И. Радченко поддерживались сношения с Петербургом. Он вел с редакцией переписку, информировал о распространении „Искры“, об отношении к газете рабочих, о расширении связей в их среде, сам распространял „Искру“. В. И. Ленин направлял эту деятельность. В апреле он писал Радченко, что редакция „вполне“ одобряет его способ распространения литературы и здесь же добавлял: направьте все усилия, чтобы посылали в Берлин людей за чемоданами. При этом сообщался берлинский адрес и пароль: „от Петрова“4.
В Петербурге В. И. Ленин встретился и с другим представителем „Союза“ В. Ф. Кожевниковой („Варенька“, по мужу Штремер). В первые месяцы, когда связи только налаживались, содействие В. Кожевниковой в распространении „Искры“ представляло существенную помощь.
В ленинский план издания нелегального социал-демократического органа за границей была посвящена А. М. Калмыкова („тетка“), бывшая учительница воскресной школы, близко знакомая Владимиру Ильичу. Ленинская „Искра“ получала от нее большую материальную поддержку.
К моменту выхода первого номера „Искры“ Петербург полностью оправдывал утверждение Н. К. Крупской о том, что в первые месяцы все держалось на личных связях. Искровской группы в Петербурге еще не было. Не имела здесь редакция
1 В феврале 1900 г. В. И. Ленин вернулся из ссылки, в декабре вышел первый номер „Искры*.
аЛенинский сборник V!, стр. 68.
8 Со Степаном Радченко В. И. Ленин был знаком еще по работе в петербургском „Союзе борьбы за освобождение рабочего класса*. После раскола „Союза* С. И. Радченко возглавил его левое крыло.
4 В. И. Л е н и н. Соч., т. 36, стр. 51.
-62-


и своего официального представителя. Однако благодаря надежным связям, установленным В. И. Лениным, газета начала здесь успешно распространяться. В начале февраля 1901 г. департаменту полиции стало известно, что в Петербурге „уже“ видели и читали № 1 „Искры“'1.
Первоначально, когда регулярная транспортировка газеты еще не была налажена, для ее доставки редакция пользовалась индивидуальными адресами.2
Несмотря на ограниченную доставку в Петербург первых номеров, газета не являлась здесь достоянием одиночек. Во время массовых обысков 18 апреля в Петербурге полицией было захвачено у заподозренных лиц „много разного рода преступных издании“. Среди них такие „новейшие издания“ как „Искра“ и „Заря“. Причем, у некоторых обвиняемых „Искра“ была обнаружена даже в нескольких экземплярах.3
Связи, имевшиеся у редакции в Петербурге, обеспечили доступ туда „Искры“. В. И. Ленин придавал этому факту огромное значение. Однако, он считал необходимым имевшуюся связь расширить и организационно закрепить. Поскольку Петербургский комитет занял по отношению к редакции враждебную позицию и с весны 1901 года прекратил с ней всякие сношения, предполагалось создать в столице самостоятельную искровскую группу. В задачу ее входило завоевание петербургской организации на сторону „Искры“.
Летом 1901 года по заданию В. И. Ленина из-за границы выехали в Россию С. В. Андропов и В. П. Ногин. С. Андропов (по конспиративной переписке  —  Брусков, по паспорту  —  калязинский мещанин Дементьев) должен был направиться в Петербург; В. Ногин (по переписке  —  Новоселов и Яблочков, по имевшемуся у него подложному паспорту  —  тульский крестьянин Василий Иванович Назаров) имел задание поехать в Одессу.4 Цель поездки С. В. Андропова в Петербург  —  привлечение комитета на сторону „Искры“  —  предполагалось осуществить с помощью представителей левого крыла „Союза“ и членов объединенной революционной социал-демократической группы „Рабочее Знамя“ и „Социалист“. С. В. Андропову удалось только приступить к выполнению задачи. После кратковременного пребывания в Петербурге он отправился на Волгу. В августе его арестовали в Казани.
Об аресте С. Андропова В. Ногин ничего не знал. Посетив ряд городов Поволжья, побывав в Москве, он направился не
1 ЦГИАМ, ф. ДП, 00, 1898, д. 248 ч. 9, л. 20.
2 НГИАМ, ф. ДП, 00, 1898, д. 5 ч. 6 л. С, т. 2, л. 6; д. 5 ч. 6 л. С, л. 295.
3 Обзор важнейших дознаний, производившихся в жандармских управлениях за 1901 год, СПб, 1903 стр., 10.
4 Одесский комитет, подобно петербургскому, возглавляли в то время экономисты. Отношение комитета к „Искре“ было враждебным.
-63-


и Одессу, как предполагалось, а в Петербург. Отступление от первоначального плана В. Ногин объяснял тем, что одному работать трудно и необходимо объединить силы. В Петербурге он рассчитывал встретиться с Андроповым.
2  сентября Ногин прибыл в Петербург. На следующий день он направил письмо редакции „Искры“ на адрес Лемана в Мюнхен. В письме Ногин сообщал об установлении первых связей в Петербурге и высказывал предположение относительно ареста С. Андропова: „От Брускова я уже давно не имею никаких сведений, думается мне, что он погиб“.1. В этом же письме В. Ногин давал свой конспиративный адрес.
В Петербурге Ногин развернул активную деятельность по созданию искровской группы, несмотря на то, что департамент полиции буквально поставил на ноги жандармские отделения не только Петербурга, но и Москвы, Нижнего Новгорода, Казани. Дело в том, что при аресте Андропова у него нашли письмо неизвестного охранке адресата2 с изложением революционных целей издания „Искры“. Письмо имело приписку с подписью: „Яблочков“. Подлинная личность и фамилия Яблочкова не были тогда известны департаменту полиции. По требованию госдепартамента жандармские управления Петербурга, Москвы, Нижнего Новгорода организовали проверку всех подозрительных, носящих эту фамилию. В то время, как охранка сбивалась с ног, письма с подписью „Яблочков“ регулярно посылались из Петербурга за границу.
9  сентября Ногин отправил второе и 16 сентября  —  третье письмо в Мюнхен. В последнем он сообщал о создании искровской группы и начатых ею переговорах с петербургским „Союзом“. В письме указывалось, что достигнуто вполне приемлемое соглашение с представителем „Союза“3.
Искровская группа в Петербурге за сравнительно короткий срок значительно упрочила свое влияние. Расширились связи в рабочей среде. О сочувственном отношении к „Искре“ революционной социал-демократии и рабочих Петербурга сообщал редакции В. П. Ногин: „... Здесь громадный спрос на наши издания... За „Зарю“ все платят по 5 рублей и только давай ее. „Искры“ идут тоже очень ходко“4. В результате деятельности группы увеличился круг сочувствовавших нелегальной газете. Из жандармских показаний явствует, что к осени 1901 года под наблюдением в Петербурге находились не только члены искровской группы, но и много сочувствовавших.4
1 ЦГИАМ, ф. ДП, 00, 1898, д. 5 ч. 6 л. С., л. 39.
2 Речь идет о письме В. И. Ленина, отправленном из Мюнхена на имя С. Цедербаума в Вильно и переданном затем С. Андропову. См. В. И. Ленин., т. 34, стр. 55-58.
3 ЦГИАМ, ф. ДП, 00, 1898. д. 5ч. 6л. С., л. 78.
4 Там же, л. 149.
-  64  -


В. И. Ленин проявлял неослабный интерес к работе искровцев Петербурга. Он постоянно запрашивал, как распространяется газета, какие отзывы дают о ней рабочие, на каких заводах и фабриках искровцы имеют связи и т. д. Особое значение придавал В. И. Ленин установлению нормальных отношений с петербургским „Союзом борьбы“ В октябре, после того, как было получено сообщение В. Ногина о начале переговоров с „Союзом“, В. И. Ленин запрашивал искровцев Петербурга:
„Сообщите, вступили ли вы в Петербургский] Союз на основании того договора, кот[орый] был проектирован прежде, или первоначальн[ый] проект изменен? В последнем случае, какие приняты изменения? ...В каких отношениях вы с Союзом?“ И далее, разъясняя важность согласованных действий искровцев Петербурга и редакции „Искры“, В. И. Ленин писал: „Мы ждем от вас подробных извещений о ходе петербургск[ого] дела и о делах собственной вашей группы... Помните, что завоевание Петербурга в наст[оящее] время самый главный вопрос для Искры и что для этого завоевания нужны большая энергия и большая осторожность. Каков бы ни был состав Союза, надо с ним ладить до тех пор, это только возможно, пока он отказывается от своих экономических симпатий.“1
Имея ленинские указания, искровцы Петербурга достигли договоренности с „Союзом“. К середине октября переговоры закончились. Об условиях соглашения группы „Искры“ с „Союзом“ Ногин известил редакцию 1(14) октября накануне ареста. Одновременно он сообщил свой новый адрес: Васильевский остров, 10 линия, д. 39, кв. 54, Ксении Михайловне Милорадович.2 2 октября Ногин был арестован.
Департамент полиции, опасаясь усиления искровской организации в Петербурге, нашел „желательным скорейшее осуществление“ ликвидации наблюдаемых по С-Петербургу в качестве участников подпольной организации „Искры“. Искровская группа была разгромлена в ночь на 4 декабря. Всего подверглось обыску 24 человека, арестам  —  10. В результате обысков было обнаружено большое количество революционных изданий.
Арест Ногина и декабрьский провал нанесли тяжелый удар по искровской организации в Петербурге. Руководство „Союза“ вскоре заявило официально о разрыве с „Искрой“. Соглашение, заключенное В. П. Ногиным и др. представителями искровской группы с „Союзом борьбы“, фактически потеряло силу.
Но сношения редакции с Петербургом не прервались. Через голову комитета рабочие сами связывались с „Искрой“. В период с декабря 1900 г. по февраль 1902 г. „Искра“ уже овладела идейным руководством социал-демократическим движением в Петербурге, как и по всей стране. Организационное закрепление
1 Ленинский сборник VIII, стр. 201—202.
2 ЦГИАМ, ф. ДП, 00. 1898, д. 5 ч. 6л, С, л. 146-150; д. 5ч. 6л. С, т. 2, л. 4.
-  65  -


связи редакции „Искры“ с петербургским комитетом относится к следующему периоду деятельности организации „Искры“.
Наряду с Петербургом важным центром революционного рабочего движения в России, приковывавшим внимание В. И. Ленина была Москва. Еще до отъезда за границу В. И. Ленин решил использовать свои личные связи, чтобы подготовить здесь опорный пункт „Искры“. С этой целью по возвращении из ссылки он предпринял поездку в Москву.
2 марта 1900 года начальник московского охранного отделения Зубатов извещал департамент полиции, что в середине февраля в Москву приехал известный в литературе (под псевдонимом „Ильин“) представитель марксизма Владимир Ульянов, что между представителями социал-демократических групп Москвы, Орла и Екатеринослава ведутся оживленные сношения, которые, разумеется, не могут остаться без влияния на интенсивность их деятельности.1
Лицами, о которых идет речь, были социал-демократы, примыкавшие к революционному крылу партии: Д. И. Ульянов, находившийся под гласным надзором полиции в Подольске и тайно приехавший в Москву в день возвращения В. И. Ленина из ссылки; М. И. Ульянова, член московского социал-демократического комитета, А. И. Елизарова, на квартире которой нелегально останавливался В. И. Ленин; Герман Красин, негласно поднадзорный, знакомый В. И. Ленину по работе в петербургском „Союзе“; И. X. Лалаянц  —  товарищ В. И. Ленина по самарскому периоду, приехавший в Москву из Екатеринослава.
Во время встреч и бесед с единомышленниками В. И. Ленин не только знакомил их с планом создания общерусской газеты, но и стремился лучше уяснить с их помощью условия социал-демократической работы на местах. По воспоминаниям И. X. Лалаянца, Владимир Ильич „отнесся чрезвычайно внимательно“ к его информации о положении дел на юге вообще и в особенности в Екатеринославе.2
В июне 1900 года Подмосковье еще раз стало местом пребывания В. И. Ленина, центром его подготовительной и собирательной работы. Высланный в Подольск после десятис дневного ареста в Петербурге, В. И. Ленин употребил время пребывания там для новых деловых свиданий и встреч.
В Подольск к В. И. Ленину съезжались его товарищи по революционной работе и ссылке: П. Н. Лепешинский, С. Левитский, С. П. Шестернина (Невзорова), С. П. Шестернин и др. Все они получили от В. И. Ленина „точные инструкции“ относительно дальнейшей работы.
1 Архивные документы к биографии В. И. Ленина. См.: „Красный Архив“, т. 1 (62), 1934, стр. 131-132.
2 И. X. Лалаянц. У истоков большевизма (Зарождение РСДРП), „Молодая гвардия“, 1934, стр. 47.
- 66 -


Установленная В. И. Лениным связь с революционными социал-демократами Москвы обеспечила проникновение в город нелегальной газеты и искровской литературы. Характерно, что первые номера „Искры“ были доставлены в Москву по заказу комитета. Относительно времени получения в Москве первых нелегальных изданий имеется интересное воспоминание М. И. Ульяновой. „Искра“ и другие нелегальные издания,  — писала она, —  пересылались в Россию, между прочим, в конвертах на „чистые“, легальные адреса. В письмах Владимира Ильича тогда сообщалось о такой посылке, чтобы мы имели возможность своевременно справиться у адресата. Очевидно, такое сообщение заключалось и в следующих словах Владимира Ильича (письмо от 14 декабря 1900 года): „Послал тебе, помнится, девятого интересовавшую тебя вещичку“.1
Вскоре после начала издания „Искры“ в Москве состоялось собрание с участием М. Елизарова, Н. В. Луначарского и других представителей революционного крыла социал-демократов. На нем была основана касса для поддержки революционных изданий. Во главе ее стоял комитет, в состав которого были избраны Луначарский и М. Т. Елизаров. В донесении агента охранки, датированном 27 января, совершенно определенно говорилось, для каких целей предназначались сборы кассы: „Здесь в скором времени ожидают получения „Искры“ из Петербурга. Что такое „Искра“, надеюсь, Вам известно...2 Транспорт „Искры“ должен быть непременно. Деньги собираются усиленно“.3
Но развернуть активную деятельность сторонникам „Искры“ в Москве не удалось. В марте московский комитет провалился почти в полном составе, выданный провокатором. В числе арестованных были: М. И. Ульянова, М. Г. Елизаров, Т. Г. Смидович, Я. В. Луначарский и др. В руки охранки попало значительное количество искровской литературы. После этого связь редакции „Искры“ с Москвой порвалась. На заводы и фабрики газета попадала случайно и в ограниченном количестве.4
Примириться с таким состоянием социал-демократической работы в крупнейшем промышленном центре страны редакция не могла. Надо было наладить нарушенную связь, восстановить комитет, организовать доставку и распространение в Москве „Искры“.
Весной 1901 года по заданию В. И. Ленина в Россию прибыл в качества агента „Искры“ Н. Э. Бауман. Поселившись в Москве, он начал работу по созданию Московского отдела „Искры“. В мае Н. Э. Бауман обратился к редакции с просьбой связать его со всеми людьми центрально-промышленного района,
1 „Воспоминания о В. И. Ленине“, ки.1, М., 1956, стр. 236.
2 Напротив этого абзаца стоит резолюция: „запрещенное издание“.
3 ЦГИАМ, ф. ДП, 00, 1898, д. 248 ч. 9., л. 9.
4 Второй съезд РСДРП. Материалы, М., 1959, стр. 632.
— 67 —


с которыми „Искре“ уже удалось вступить в сношения Так была установлена связь с агентом „Искры“ И. В. Бабушкиным  — питерским рабочим, членом ленинского „Союза борьбы“. Поселившись в марте 1901 г. по заданию В. И. Лепина в Орехово- Зуево, И. В. Бабушкин обслуживал обширный район. Он постоянно выезжал в Иваново-Вознесенск, поддерживал связь с социал-демократами Богородска, Городищ, Ликина, Дрезны, Павлова Посада и т. д., распространял там искровскую литературу. Совместная работа с И. В. Бабушкиным значительно облегчила Н. Э. Бауману его первые шаги.
В июне и июле редакция „Искры“ помогла наладить сношения Москвы с Кишиневом, где работала искровская типография, а также с Петербургом и Вильно, выслала адрес „Северного Союза“ Правда, незадолго до этого Н. Э. Бауман самостоятельно, после долгих стараний установил „живой обмен“ с „Северным Союзом“. В августе он направил несколько лиц в провинцию для установления связей.
К осени 1901 года Н. Э. Бауман имел сношения с Саратовом, Самарой, Астраханью, Нижним, Казанью, Вяткой, Мамадышем, Елабугой, Тверью, Орлом, Тамбовом, Калугой, Тулой, а также с городами, расположенными в районе деятельности „Северного Союза“ —  Костромой, Иваново-Вознесенском, Воронежем. Всюду там у него были свои люди, которые развозили и распространяли литературу. Один из активных деятелей „Северного Союза“ М. И. Багаев вспоминал, что ему“... то и дело приходилось ездить к Бауману за литературой“.1 Благодаря энергичным усилиям искровского агента в Москве, связи редакции „Искры“ к концу 1901 года значительно расширились.
Деятельность Н. Э Баумана, как агента „Искры“, направлялась и контролировалась В. И. Лениным. Тотчас по утверждению Н. Э. Баумана в Москве он запросил его через Н. К. Крупскую о состоянии и направлении проводимой работы, просил написать о ней подробней и обстоятельней. С этого момента и до конца пребывания Н. Э. Баумана в Москве, с ним поддерживалась регулярная связь. Через Н. К. Крупскую В. И. Ленин инструктировал искровского представителя, давал ему необходимые советы, указывал на допускавшиеся порой просчеты и ошибки.
Утверждение искровского влияния в Москве, как и в других городах, проходило в борьбе с экономистами, которые всячески пытались внушить рабочим недоверие к представителям газеты. Дезорганизаторская деятельность экономистов наносила огромный урон рабочему движению. Она мешала объединить усилия, развить социал-демократическую работу вширь и вглубь. Однако
1 М. И. Багаев. Моя жизнь. Воспоминания ивановца  —  большевика-подпольщика. Ивгиз, 1949, стр. 149.
-68-


к концу года представителям „Искры“ и революционно настроенным членам комитета удалось восстановить организацию. Московский комитет, молчавший несколько месяцев, заявил о себе выпуском нескольких прокламаций. Окрепли и связи с рабочими. В декабре Н. Э. Бауман сообщал редакции, что имеет „теперь“ адреса рабочих, которым „страшно правится „Искра“1.
Усиление позиций искровцев в Москве не могло пройти незамеченным для охранки. Вскоре после нового года началась полоса арестов. „Изъятыми“ оказались почти все наиболее активные социал-демократы. Жандармы принимали меры и для. выяснения личности московского представителя „Искры“. 7 ноября чиновник особых поручений департамента полиции Ратаев писал Зубатову: „Поспешно уведомляю ваше высокоблагородие, что 31 октября  —  13 ноября сего года —  некто из Нюрнберга сообщает шифром в Одессу нижеследующее: „Грач меняет адрес для явки. Новый адрес: Мещанская, Старо-Екатерининская больница, спросить фельдшерицу Урукину, сказать ей: „я от Зои“. Московскому охранному отделению предлагалось „принять меры“ к выяснению личности „Грача“, который, очевидно, является представителем организации „Искры“ для Москвы.2 Но найти „ход“ к „Грачу“ охранке не удалось.
Деятельность первых агентов „Искры“ сыграла огромную роль в упрочении связей редакции „Искры“ с Россией, в борьбе за торжество идейных и организационных принципов „Искры“. Но искровские агенты являлись только одним из звеньев в цепи организационных связей „Искры“. Другое звено представляли группы содействия „Искре“. К началу 1901 года их было три- северная с центром в Пскове, южная  —  с центром в Полтаве, восточная —  с центром в Самаре. Создавались они при непосредственном участии или активном содействии В. И. Ленина.
Основание искровской группы в Пскове было положено весной-летом 1900 года и связано с пребыванием здесь В. И. Ленина. Задолго до возвращения из Сибири В. И. Ленин писал А. Н. Потресову: „Мой срок кончается 29 I 1900. Только бы не прибавили срока  —  величайшее несчастье, постигающее нередко ссыльных в Восточной Сибири. Мечтаю о Пскове...“3 В. И. Ленин наметил Псков, как пункт, где могли встретиться и договориться нестесняемые „недремным оком“ почтовой цензуры, члены литературной группы.4
Приехав в Псков, В. И. Ленин провел здесь совещание революционные марксистов России, на котором обсуждался и был одобрен написанный В. И. Лениным „Проект заявления редакции „Искры“ и „Зари“. Это совещание явилось важнейшим организационным шагом первого подготовительного периода издания
1 „Пролетарская революция“, 1939, № 1, стр. 226.
2 „Н. Э. Бауман“. Сб. статей, воспоминаний и документов, М., 1937, стр.  41.
3 В. И. Ленин. Соч., т. 34, стр. 22.
4 Социал-демократическое движение в России. Материалы. М.-Л., Гос. изд-во, 1928, стр. 347.
- 69 -


„Искры“. Из Пскова В. И. Ленин предпринял конспиративные поездки в Петербург, Ригу. На свидание с В. И. Лепиным приезжали единомышленники из других городов. Несмотря на усиленный надзор полиции, В. И. Ленин познакомился и установил общение с представителями местной оппозиционно настроенной интеллигенции, привлек ее к участию или просто содействию революционной работе.
Активное ядро псковской искровской группы составили поднадзорные социал-демократы. В Пскове в то время находились А. М. Стопани, П. Н. и О. Б. Лепешинские, П. А. Красиков и др. Имея конкретные ленинские указания, искровцы Пскова с самого начала издания газеты установили с редакцией прочную связь.
В. И. Ленин придавал большое значение этой связи. Близость к Петербургу позволяла искровской группе Пскова находиться в курсе политической жизни столицы. В редакцию периодически поступала информация о рабочем движении, социал- демократической работе, пересылались корреспонденции и письма рабочих Петербурга. В. И. Лепин отводил важное место Пскову и в организации транспортировки газеты. Здесь легче было найти помещение для хранения нелегальной литературы, получаемой из-за границы, и без особых проволочек доставлять ее рабочим Петербурга.
В случае нарушения сношений с Петербургом всегда можно было восстановить их через Псков. Так было, в частности, в октябре 1901 года: вследствие ареста В. П. Ногина, связь с Петербургом временно прервалась. Указывая на возможность ее возобновления, редакция писала: „С питерцами мы свяжемся через девиц, с кот[орыми] вел дела Яблоч[ков] и через Псков“.
Псковские искровцы установили весьма обширные связи с другими городами страны. Велись сношения, в частности, с Вильно, Ригой, Полтавой, Москвой, городами „Северного Союза“, а также с Кишиневом, где работала искровская типография. С редакцией „Искры“ псковская группа поддерживала связь через П. Н. Лепешинского („Лапоть“, „2а 3б“) Редакция регулярно информировала его о положении дел как посредством писем, так и через „Почтовый ящик“ газеты. В течение 1901 года сношения с Псковом велись регулярно. Связь эта действовала надежно.
Центром южной искровской группы являлась Полтава. В. И. Ленин в Полтаву не заезжал. Но там, как и в Пскове, находилось много активных сторонников „Искры“, связанных с В. И. Лениным по революционной работе. В Полтаве впервые познакомился с ленинским планом издания газеты В. П. Ногин, ожидавший здесь приговора по делу группы „Рабочее Знамя“.
- 70 -


В  начале 1901 гбда в Полтаву заезжал с поручением от В. И. Ленина Н. Э. Бауман, доставивший полтавским искровцам первый номер „Искры“.1 В разное время в Полтаве побывали И. В. Бабушкин. В. Шелгунов, организаторы Кишиневской типографии и др. До лета 1901 года переписка редакции с Полтавой велась через Л. Н. Радченко, которая принимала участие в проведенном В. И. Лениным совещании в Пскове.
Функции полтавской группы содействия „Искре“ определены в докладе ко второму съезду организации „Искры“: „1) Она собирала деньги  на „Искру“. С декабря 1900  г.  (со времени выхода первого номера „Искры“) по август 1901 г. ею было собрано 1253 р. 44 к. 2). Она доставляла ряд адресов для посылки „Искры“ в конвертах. 3) Устроила в своем городе склад искровской литературы и достала явки, по которым можно было доставлять литературу с оказиями. 4) Рассылала и развозила эту литературу по другим городам. 5) Посылала корреспонденции. 6) Оказывала „Искре“ услуги в деле устройства транспорта и техники“.2
К лету 1901 года, когда удалось наладить транспорт „Искры“ через Киев, организационный центр искровцев на юге был перенесен в Киев.
Связи редакции „Искры“ с Москвой, Петербургом, Псковом, Киевом, Полтавой обеспечивали поддержку центра и юга страны. Но оставался еще обширный район  —  Поволжье, Урал, Сибирь. В. И. Ленин сумел за короткий срок под неослабным надзором охранки сплотить своих единомышленников на Урале и в Поволжье. Он намеревался даже поехать в Сибирь, но эта поездка не состоялась.
Пребывание В. И. Ленина в Самаре положило начало образованию самарской группы содействия „Искре“. Первоначально искровские связи в Самаре не были обширны. В первые месяцы самарцы оказывали „Искре“ преимущественно финансовую помощь. В условиях острой нужды редакции в средствах собранные ими для газеты 600 руб. представляли значительную поддержку.
В течение непродолжительного времени связи самарских искровцев значительно расширились. Большое число проживавших в городе поднадзорных, частые заезды в Самару социал-демократов, возвращавшихся из сибирской ссылки в Россию, оппозиционные настроения в кругах самарской интеллигенции — все это создавало благоприятную почву для деятельности искровской группы. Искровцы Самары имели адреса для сношений с редакцией газеты. Из Самары велись сношения с Псковом, Полтавой, Москвой, „Северным Союзом“, Уфой, Харьковом, Екатеринославом, Одессой.
1 Первый номер „Искры“ был получен в России с опозданием, так как большой транспорт с „Искрой“ № 1 провалился на границе в январе 1901 года.
3 Второй съезд РСДРП. Материалы. М., 1959, стр. 565.
- 71 -


Особенно возросла роль самарской группы с приездом в Самару Г. М. и З. П. Кржижановских. С этого времени Самара превращается в главный центр по распространению искровского влияния на востоке. С начала 1902 года Самара становится центром русской организации „Искры“.
В многообразной деятельности самарских искровцев особое место отводилось распространению искровского влияния в Поволжье. По воспоминаниям З. П. Кржижановской, искровцы Самары установили связь со всеми волжскими городами, между прочим, с Нижним.1 Нижегородские искровцы  —  „трудолюбцы“  — были одними из первых аккуратных и постоянных сотрудников „Искры“.2 Не случайно в конспиративной переписке их нередко называли „верные друзья“.
Активными членами искровской группы в Нижнем являлись А. И. и Е. И. Пискуновы, О. Чачина. В. И. Ленин был лично знаком с ними. С Ольгой Чачиной он встретился в феврале 1900 года в Уфе, куда заезжал, возвращаясь из Сибири. От нее В. И. Ленин услышал об А. И. Пискунове, с которым имел две встречи  — в Нижнем и в Уфе (весна и лето 1900 г.). Впоследствии А. И. Пискунов вспоминал, что знакомство с В. И. Лениным помогло ему освободиться от ошибочных, взглядов и решительно перейти на позиции ленинской „Искры“: „Встреча с ними закончила наше идейное обращение и сделала нас их верными последователями на все последующее время. При этом была установлена и организационная связь, которая сохранялась все время до высылки моей из Нижнего в 1904 году. Сношения были налажены так правильно и регулярно, что Нижний был постоянно в сфере влияния возникшей в дальнейшем „Искры“, правильно снабжался литературой, и своевременно информировался из Центра (из-за границы) через Н. К. Ульянову“.3
Установив связь с искровцами Нижнего Новгорода, редакция не имела, однако, в первое время непосредственных сношений с нижегородским комитетом. Только летом завязалась довольно оживленная переписка. Однако большинство членов комитета разделяло направление органа экономистов  —  журнала „Рабочее Дело“. К „Искре“ одни относились недоверчиво, другие  — выжидательно. В борьбе за привлечение комитета на сторону газеты искровцы Нижнего Новгорода опирались на поддержку нижегородских рабочих, которые в противоположность „интеллигентам  —  рабочедельцам“, встретили „Искру“ очень сочувственно и даже организовали сбор средств на нужды газеты.4
В заметках к докладу организации „Искры“ II съезду В. И. Ленин отметил в числе городов, где у редакции были связи, Казань.
1 Воспоминания нижегородцев о В. И. Ленине, Горьковское кн. изд-во, 1960, стр. 82-83.
2 Там же, стр, 101.
3 Воспоминания нижегородцев о В. И. Ленине. 1960, стр. 85—86.
4 Второй съезд РСДРП. Материалы. М., 1959, стр. 573.
— 72 -


23 августа 1901 года в департамент полиции поступила телеграмма: „Подозрительное лицо выехало пароходом из Бирска в Казань; одет теплое пальто, шляпу; багаж  —  два чемоданчика, маленькая корзина для белья и узел. Я телеграфировал Казань“. Тотчас из департамента полиции последовало распоряжение: „Обратите особое внимание на личность, указанную телеграммой..., которой подозреваю Сергея Андропова“.1
26 августа Андропов, приехавший в Россию из-за границы, был арестован на казанской пристани и заключен в одиночную камеру Казанской губернской тюрьмы. Как только об этом стало известно департаменту полиции, оттуда была направлена телеграмма в Казань начальнику жандармского управления: „Выясните лиц, с которыми Андропов Казани находился сношениях, и произведите у подозрительных из них обыски....“2
11 сентября в Казани был подвергнут обыску находившийся под надзором полиции бывший студент военно-медицинской академии В. В. Давыдов.
Одновременно жандармы „ополчились“ на жену Давыдова  — поднадзорную Ольгу Аполлоновну Звездочетову, которая в это время находилась в местечке Смолке под Нарвой. Свою поездку в Смолку О. Давыдова мотивировала желанием провести лето у родных. В действительности пребывание ее в Смолке имело иные основания. Здесь она ожидала встречи с представителями „Искры“, отсюда вела конспиративную переписку относительно участия казанских социал-демократов в работе ленинской „Искры“.
10  октября, уже после возвращения О. Звездочетовой в Казань, у Давыдовых был произведен новый обыск. На этот раз поводом явилось письмо со штемпелем „Нарва“, отправленное в Казань на адрес В. В. Давыдова (Георгиевская улица, дом Лукина). Письмо было от родителей. Но к нему прилагалось другое, написанное химическими чернилами и подписанное первыми тремя начальными буквами фамилии „Яблочков“. Почтовая цензура в Нарве доставила это письмо в департамент полиции, где оно было расшифровано, после чего направлено в Казань с предписанием: „произвести обыск у Давыдова и арестовать“.
Обыск не обнаружил ничего „предосудительного“. Но действия полиции были предрешены, В момент обыска на квартиру Давыдова явился почтальон с названным письмом. В. Давыдов таким образом „попал“ с поличными. Шифрованное письмо, написанное рукой В. П. Ногина, содержало адреса для сношений казанцев с редакцией „Искры“ и с ним, В. П. Ногиным. Вот обыкновенный и химический тексты этого письма:
1  ЦГИАМ, ф. ДП, 00, 1898, д. 5, ч. 6, л. С., л. 13.
2 Там же, л. 18.
- 73 -


„15 сентября 1901 г. Дорогой друг, очень досадно мне, что мы так долго не могли списаться и что поэтому теперь мы можем разъехаться. Дело в том, что вот уже завтра будет две недели, как я здесь, а ваше письмо получено только вчера. Яша говорил мне, что он просил вас заехать сюда, — вот было бы хорошо. Очень извиняюсь за прошлое большое письмо, но ничего иначе сделать не мог. Как поживает ваш сынок? Лучше ли ему? Что нового слышно от В. В.? Всего Вам лучшего. Ваш Ябл.“
Химический текст: „Адрес для корреспонденции: (сообщается один из заграничных адресов „Искры“.  —  В. К.). Мне адрес так: „Выборгская ст., Нижегородская ул., дом 23, кв. 22, Елизавете Максимиллиановне Мандельштам. Предложенный вами ключ слишком неудобен, возьмите вместо его „Моя родословная“ РФДИ, кажется, сбился, Пушкина. Вчера дошел слух, что будто бы Брусков взят в Казани. Не писал ли вам что об этом В. В.? Я считал в ключе и 1 десятеричное. Ваш Ябл“.1
Как очевидно из текста письма, адресовано оно было не Давыдову, а Давыдовой, которая в то время находилась под Нарвой и вела с В. П. Ногиным переписку. Давыдова, очевидно, запрашивала у него адрес для сношения с редакцией „Искры“, так как с сообщения этого адреса и начинается письмо Ногина. Одновременно она предлагала ключ, которым будет писать Казань. Живя в Смолке, Давыдова, как свидетельствует письмо, вела также переговоры с искровским представителем в Вильно („Яша говорил мне“ и т. д.) о возможности ее поездки в Петербург для личной встречи с Ногиным.
Письмо Давыдовой было отправлено Ногину, видимо, по его старому, московскому адресу, т. к. адресат сообщает, что он в Петербурге: „завтра будет две недели, как я здесь“. В связи с изменением местожительства В. П. Ногина письмо Давыдовой было получено им с большим опозданием  —  14 сентября. Запоздал и ответ. Давыдова его не дождалась. И письмо Ногина была переслано в Казань вместе с письмом родственников на адрес В. В. Давыдова.
Особого внимания заслуживает следующее место из письма Ногина: „Очень извиняюсь за прошлое большое письмо“. Речь идет об известном письме В. И. Ленина с критикой плана постановки в Петербурге районной газеты.2 Это шифрованное письмо без подписи с припиской Ногина от 5 августа было найдено у Андропова при его аресте в Казани. Получил же его Андропов через Давыдову, когда заезжал к ней в Смолку.3
1 ЦГИАМ. ф ДП, 00, 1898, д. 5, ч. 6л, С, лл. 228—229. Письмо Ногина в Казань было написано тем же ключом, которым пользовался Ногин для сношений с редакцией.
2 См. В. И. Ленин. Соч., т. 34, стр. 55—57.
3 Обзор важнейших дознаний, производившихся в жандармских управлениях за 1901 год. СПб., 1903, стр. 33.
- 74 -


При обыске О. Давыдова заявила, что письмо направлено ей, а не мужу, что написано оно одним добрым знакомым, назвать которого не пожелала, чтобы не впутывать в дело.1 И во время обыска, и позднее в телеграмме, направленной директору департамента полиции, она заверяла, что ни адресата письма, ни Андропова В. В. Давыдов не знает и что он „ни в чем не может быть виновен“.
Это утверждение Давыдовой вызывает сомнение. В письме Ногина имя Давыдова упоминается дважды. Говоря о вероятном аресте Брускова (Андропова), Ногин спрашивал: „Не писал ли вам что об этом В. В.?“ Едва ли можно было ожидать подобного сообщения от человека, непричастного к нелегальной работе. В незашифрованной части письма содержится другой запрос Ногина: „Что нового слышно от В. В.?“ Если бы Давыдов стоял в стороне от дела, с которым связал себя Ногин, вряд ли он мог сообщить что-либо интересующее Ногина и тогда бы надобность в подобном вопросе отпала. Возможно, что Давыдов не знал Андропова и Ногина лично, но безусловно он был посвящен в их деятельность и должен был, очевидно, поддерживать связь после вынесения приговора О. Давыдовой и высылки ее из Казани.
В этом отношении представляет интерес письмо, отправленное из Бирска за подписью „М. С.“ 1 ноября в Казань по адресу: Георгиевская ул., дом Лукина, Ольге Аполлоновне Давыдовой. Письмо написано мужем сестры Андропова  —  М. Смирновым2 и посвящено аресту Андропова. Цель письма состояла, по-видимому, в том, чтобы договориться давать в случае необходимости одинаковые показания. Автором она сформулирована так: „Сообщаю вам все это, дабы вы легче могли ориентироваться в чем дело“.
В письме Смирнова есть следующие строки: „Я думаю, что вы вправе заявить, ссылаясь на нас, что Сережа очутился в Казани лишь по дороге в Касимов и хотел видеться с М. К.2, а не с В. В.3, с которым он во многом расходится во взглядах“.
Версия о том, что Андропов попал в Казань по дороге в Касимов, проводилась им и на допросе. Но следует иметь в виду, что Андропов был арестован не на пароходе, проходившем через Казань, а на пристани, уже после того, как он оставил пароход. Возникает вопрос, зачем ему потребовалось рисковать и сходить в Казани (сыск в Казани был несравненно строже, чем на любой станции по пути следования, где бы Андропов мог совершенно свободно пересесть на другой пароход),
1 Об аресте В. П. Ногина в Казани еще не знали.
2 Член группы „Рабочее Знамя“, организованной осенью 1899 г., М. К. Фрума и.
3 М. К. Фруман.
4 В. В. Давыдов.
5 ЦГИАМ, ф. ДП, 00, 1898, д. 5ч. 6 л. С, т. 2, л. 7.
- 75 -


если бы здесь у него не было дела, если бы ему не нужно было с кем-то свидеться. Можно полагать, что более надежной связи, чем Давыдова (О. А. Давыдова  —  Звездочетова  —  подруга детства Андропова) у Андропова, в Казани, где он прежде не бывал, не имелось. Но О. Давыдова была в это время в Смолке, о чем Андропов знал. Оставался В. В. Давыдов, с которым он, вероятно, и намеревался встретиться.
Стремление первых искровских представителей в России установить связь с Казанью имело основания. Казань являлась крупным рабочим и учебным центром Поволжья. Здесь удачно сочеталось стремление многочисленной рабочей массы и, прежде всего, ее передовой части к просвещению и наличие достаточных сил  —  революционной молодежи, желавшей и способной удовлетворить это стремление.
Здесь действовали рабочие кружки (только на двух казанских заводах их насчитывалось 12), велась социал-демократическая работа, революционной интеллигенцией, в первую очередь учащейся молодежью, делались попытки установить связь с рабочими казанских предприятий. В ту пору в Казани учились и вели социал-демократическую работу такие известные в  последствии деятели партии, как Н. Семашко, В. Адоратский, активные члены местной организации Н. Дамперов, Н. Фирсов и др.
Впоследствие Н. Семашко писал: „Рабочая жизнь тогда уже бурлила в Казани, стачки на крупных казанских заводах (например, Алафузовском и Свешникова) разливались все шире и шире. Работа выражалась уже не только в довольно развитой пропаганде по кружкам, но и в массовой, по крайней мере, печатной агитации“.1 Одновременно предпринимались усилия для расширения связей с социал-демократами других городов, в частности, Нижнего Новгорода и Самары.2 Не случайно в одном из жандармских документов сообщалась, что „из Казани ведутся сношения с большими городами по Волге“.
Было организовано снабжение рабочих нелегальной литературой, доставлявшейся из других городов. Адресом, которым пользовались социал-демократы Вильно и Витебска для конспиративных сношений с Казанью, был адрес В. Адоратского.3 С  начала издания ленинской „Искры“ социал-демократы Казани стали получать газету. Ленинская „Искра“ распространялась как среди революционной интеллигенции, так и среди рабочих казанских предприятий.
1 „Пролетарская революция“, 192!, № 1, стр. 170.
2 Позднее была установлена самая тесная связь между искровцами Казани и Нижнего Новгорода.
3 ЦГИАМ, ДП, 00, 1898, д, 5 ч. 23 л. Б., л. 94.
- 76 -


9 ноября казанский губернатор сообщал в департамент полиции, что „среди некоторых студентов университета и рабочих заводов Алафузовых обращаются в последнее время различные подпольные издания“, из которых „совершенно секретным путем“ удалось добыть два номера газеты „Искра“ (№ 5 и № 6); В донесении указывалось, что революционные издания распространяются рассылкою по почте или же переходят из рук в руки. Казанские жандармы установили, что состоящий под особым надзором полиции крестьянин Е. П. Табейкин занимается чтением нелегальной литературы и составлением проекта „о восьмичасовой работе на заводах“1, для чего у него на квартире собирается человек по девять рабочих „потребителей названных преступных изданий“.2
Проникновение нелегальной газеты в Казань и ее распространение по уездам губернии было обусловлено установлением связи Казани с редакцией „Искры“, а также с рядом городов России, в частности  —  с Петербургом, Москвой, Нижним Новгогородом, Самарой, Саратовом, Полтавой, Одессой, Ялтой и др. Первые искровские  агенты Н. Бауман, С. Андропов, В. Ногин, направленные В. И. Лениным для работы в Россию, установили тесную связь с искровцами Казани, передали им конспиративный адрес для сношений с заграницей, помогли наладить сношения с редакцией. На протяжении всего периода издания газеты революционная социал-демократия и рабочее движение в Казани не теряли идейной связи с ленинской „Искрой“. Казанский социал- демократический комитет на первом же после своего образования заседании признал „Искру“ своим руководящим органом.
В распространении, а затем и в укреплении искровского влияния на востоке страны большое значение имело пребывание В. И. Ленина в Уфе. Возвращаясь из ссылки, В. И. Ленин в начале февраля остановился на два дня в Уфе. Здесь он встретился с ссыльными социал-демократами А. Д. Цюрупой, В. Н. Крохмалем, А. И. Свидерским, О. А. Варенцовой, О. Чачиной и другими. По свидетельству участника встречи А. Петренко „уже в это посещение Уфы Владимир Ильич выдвинул вопрос о создании объединяющего единомышленников революционного органа партии“.8 Перед отъездом за границу во второй половине июня В. И. Ленин вторично посетил Уфу. При активном и непосредственном участии В. И. Ленина в Уфе был создан опорный пункт „Искры“.
Работу уфимских искровцев до марта 1901 года возглавляла Н. К. Крупская. Через нее редакция была связана со многими городами Уфимской губернии: Стерлитамаком, Бирском, Беле- беем. В Уфу на свидание с Н. К. Крупской приезжали социал-
1 В то время в Казани широко распространялась брошюра „Восьмичасовой рабочий день и его значение“, изданная революционной организацией „Социал-демократ“.
2 ЦГИАМ, ф. ДП, 00, 1898, д. 5 ч. 23 л. Б., л. 131-132.
3 „Пролетарская революция,“ 1924, № 3 (26), стр. 131.
- 77 —


демократы, отбывавшие ссылку далеко за пределами губернии. Побывали здесь Окулова, Панин, приезжала из Астрахани на пару дней“ Л. М. Книпович.1 „Потолковали мы с ней обо всем,  — вспоминала Н. К. Крупская,  —  условились о шифре и др“.2
В 	начале 1901 года (февраль) приехала в Уфу из Воронежа О. А. Варенцова  —  один из организаторов „Северного рабочего союза“.3 Цель своей поездки к Н. К. Крупской она объясняла следующим образом: „Необходимо было установить прочные связи с заграницей, с редакцией „Искры“, обменяться адресами, паролями, притом же я надеялась получить так долго ожидаемый первый номер „Искры“, вышедший в декабре 1900 года...“4 Через Варенцову, посетившую Уфу дважды, имевшую там свидания с В. И. Лениным и Н. К. Крупской, и через Носкова, который познакомился с В. И. Лениным в Уфе в июне 1901 года, редакция „Искры“ установила связь с „Северным Союзом“. При аресте О. А. Варенцовой в Ярославле в ночь на 23 апреля 1902 году у нее был обнаружен адрес, по которому посылались корреспонденции в „Искру“.5 Впоследствии Н. К. Крупская отмечала, что из всех местных социал-демократических комитетов только „Северный Союз“ сразу встал к „Искре“ в дружественные отношения, установил с ней тесную связь.6
Деятельность искровских агентов и групп в России создала широкую сеть искровских связей. В 1901 году помимо перечисленных выше городов, редакция имела связи с Вильно, Киевом, Харьковом, Одессой, Крымом, Кишиневом, Баку, Астраханью, Саратовом и т. д. Однако не было еще общерусского, единого организационного центра, который координировал бы их деятельность и состоял в самых тесных сношениях с редакцией.
Создание общерусской организации должно было ликвидировать имевшую место несогласованность действий и обеспечить планомерность работы в масштабе всей страны.
Большое значение в осуществлении этой задачи сыграл ленинский проект создания организации „Искры“ в России. К его разработке В. И. Ленин приступил весной 1901 года. В августе план был послан для обсуждения в Россию.
Сущность разработанного В. И. Лениным плана состояла в следующем. Для объединения и связи работавших на местах комитетов и групп создавалась общерусская организация „Искры“. Назначение ее  —  обеспечить планомерность и согласованность
1 Воспоминания о В. И. Ленине, кн. 1, М., 1956, стр.,  109.
2 Н. К. Крупская. „Лидия Михайловна Книпович“., Изд.-во „Старый большевик*, М., 1932, стр. 14.
3 В состав „Северного Рабочего Союза“ входили социал-демократические организации: Ярославля, Костромы, Владимира, Иваново-Вознесенска.
4 О. А. Варенцова. Северный рабочий союз, Ивгиз, 1948, стр. 72.
5 Владимирская окружная организация РСДРП. Материалы к истории с.д. большевистской работы во Владимирской губернии. 1892—1914. Изд. Владимир. Истпарта, 1927, стр. 112. См. также: О. Варенцова. „Северный рабочий союз“, стр. 104, 241
6 Второй съезд РСДРП. Материалы, М., 1959, стр. 569.
-  78 —


действий в общероссийском масштабе. На русскую организацию почти всецело возлагалось завязывание связей и распределение получаемой литературы. Члены организации должны были иметь непосредственную связь с редакцией и с районным агентом „Искры“. В редакцию они посылали собранные сведения, корреспонденции, а также отчеты о проделанной работе. Совместно с районным агентом „Искры“ они вели все дела по доставке литературы.
Ленинский проект создания общерусской организации „Искры“ встретил поддержку среди искровцев, занятых практической работой в России. В октябре 1901 года за границей состоялось свидание В. И. Ленина с Г. М. Кржижановским, приехавшим из России. После встречи редакция послала письмо искровскому агенту в Петербург с извещением о скором приезде туда товарища из-за границы и о необходимости устроить с ним „очень конспиративное свидание. Совещание в октябре провести не удалось.
Но в январе 1902 года в Самаре состоялось то совещание искровских работников, от которого В. И. Ленин вел начало общерусской организации „Искры“. „Конференция избрала Центральный комитет, известный в историко-партийной литературе под названием Самарского бюро „Искры“. В его состав вошли присутствовавшие агенты „Искры“ и шесть редакторов газеты во главе с В. И. Лениным. На бюро возлагалось руководство повседневной деятельностью общероссийской искровской организации. Возглавил его Г. М. Кржижановский. Секретарем была избрана З. П. Кржижановская, ее помощником  —  М. И. Ульянова. Самарское бюро стало центром внутрироссийских и заграничных связей комитетов и групп“.1
В. И. Ленин горячо поддержал и приветствовал Самарское совещание искровцев и его результаты. „...Ваш почин нас страшно обрадовал. Ура! Именно так! Шире забирайте! И орудуйте самостоятельнее, инициативнее  —  вы первые начали так широко, значит и продолжение будет успешно“.2
1 Виноградов, В. Степанов. Жизнь  —  подвиг (о Г. М. Кржижановском). Гос. изд.-во полит, лит., М., 1960, стр. 12.
2 Ленинский сборник VIII, стр. 221—223. См. также „Пролетарская революция“ № 1 (72), 1928, стр. 162.
- 79 -


Совещанием искровцев в Самаре завершается второй период деятельности „Искры“. Определяя характер проделанной „Искрой“ работы по собиранию разрозненных сил революционной социал-демократии, Н. К. Крупская писала: „Особо трудны в организационном отношении были первые месяцы. Но потом „Искра“ быстро стало обрастать связями, становясь на ноги... На деле подтверждалась правильность утверждения Ильича, что газета  —  это коллективный организатор. Ильич делал все, чтобы усилить эту ее роль“.8
3 „Борьба классов“. 1931, № 1, стр. 31.


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
Вып. 69
1962
Н. А. ЖУКОВ
К ВОПРОСУ О ЛЕНИНСКОМ МЕТОДЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ДИАЛЕКТИКИ КОЛИЧЕСТВЕННЫХ И КАЧЕСТВЕННЫХ ИЗМЕНЕНИЙ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ В РОССИИ В КОНЦЕ XIX ВЕКА
Душой марксистской диалектики является принцип конкретности истины, принцип анализа конкретной ситуации, противоположный всяким проявлениям метафизики и идеализма. Маркс и Энгельс, творцы материалистической диалектики, в борьбе со всякими врагами научного мировоззрения пролетариата блестяще применяли и развивали принцип конкретности истины. Последующее применение и развитие данный принцип получил в трудах В. И. Ленина.
Важной составной частью принципа конкретности истины является анализ количественной и качественной определенности исследуемых явлений. Данная статья представляет попытку показать ленинский метод исследования диалектики количественных и качественных изменений в крестьянской жизни русской деревни, в процессе возникновения и развития капитализма в сельском хозяйстве России в конце XIX в.1
Исследование развития капитализма в 90-х гг. XIX в. в России в своей работе „Новые хозяйственные движения в крестьянской жизни“ В. И. Ленин начинает с выбора основания классификации крестьян по группам. Таким основанием группирования крестьян В. И. Ленин считает размеры их посевов, находя, что группировка крестьянских хозяйств по размерам посевной площади является не только наилучшей, но и необходимой.
1  Данная задача решается на материале ранней работы В. И. Лепина „Новые хозяйственные движения в крестьянской жизни (По поводу книги Постникова „Южно-русское крестьянское хозяйство“), написанной в 1893 году, в начальный период его революционной деятельности. См. Сочинения В. И. Ленина, том 1, изд. 4. Сноски в статье указывают страницы данного тома.
- 81 -


Ленинское основание группировки крестьян по размерам посевной площади есть главная сторона количественной характеристики крестьянского хозяйства, связанная необходимо с качественной характеристикой крестьянского двора. И это потому, как отмечает Ленин, что чем более размер посевной площади (главная сторона количественной характеристики), тем более состоятельно крестьянское хозяйство (качественная характеристика). Поэтому данное основание группировки крестьян необходимо для обнаружения качественных различий в хозяйствах крестьян, для нахождения меры исследуемых явлений.
Другие основания группировки: по числу десятин надельной земли или надельной пашни на двор1 не дают качественной характеристики двора. Количество надельной земли не указывает прямо на состоятельность двора, потому что размер надела определяется числом душ мужского пола в семье и находится только в косвенной зависимости от состоятельности хозяина, потому что крестьянин может и не пользоваться надельной землей, а сдавать ее в аренду.
В разбираемом случае указанная сторона количественной определенности не ведет к выводам относительно качественной характеристики крестьянского двора потому, что между данной стороной количественной определенности, (количество надельной земли или надельной пашни) и качественной определенностью изучаемого явления нет  непосредственных глубоких связей.
Из существа ленинского анализа следует важный вывод, что для определения глубокой сущности предмета, явления, процесса недостаточно, опираясь на любую сторону количественной характеристики, делать выводы о качественной характеристике данного предмета, так как не всякие стороны количественной характеристики находятся в непосредственном отношении с качеством данного предмета, а стало быть и не определяют его меры. Мера предмета определяется не всяким единством количества и качества, а единством взаимообусловливающих друг друга главных основных сторон количественной характеристики и качественной характеристики данного предмета. Только, такое понимание меры дает возможность проникнуть в сущность предмета.
Перед В. И. Лениным стояла задача: найти и показать такое основание для группировки крестьянских хозяйств, чтобы его количественная определенность глубоко подводила к пониманию сути данного явления, вскрывала главные связи и отношения в изучаемом явлении и находилась в единстве с качественной определенностью крестьянского хозяйства, давала понимание меры данного явления. Таким основанием для разграничения крестьянских хозяйств по группам явилось деление крестьянских дворов по размерам посевной площади.
1 См. стр. 9.
- 82 -


В. И. Ленин отмечает, что если главным занятием населения является земледелие, то определение посевной площади необходимо для учета производства, для определения количества хлеба, потребляемого крестьянином, покупаемого им, поступающего в продажу, так как без выяснения этих вопросов очень важная сторона крестьянского хозяйства остается неосвещенной, неясным остается характер его земледельческого хозяйства, значение его сравнительно с заработками.
Нахождение и показ действительного объективного единства количественной и качественной характеристики изучаемого процесса, выделение среди всех многочисленных сторон количественной характеристики, ее главных, основных сторон, которые, взаимодействуя между собой, определяют качественную специфику исследуемого процесса в его развитии  —  является предметом особой заботы В. И. Ленина. Это видно из ленинского анализа трех групп крестьянских хозяйств.
Во всяком предмете, явлении есть множество сторон его количественной и качественной характеристики.1 Конечно, не все эти стороны имеют одинаковое значение для возникновения, становления и утверждения, а стало быть и определения меры данного процесса, объекта, явления.
В. И. Ленин указывает, что возрастание надела от низшей группы к высшей нельзя вполне объяснить увеличением состава семей,  недостаточно учитывать только чисто количественную характеристику дела (надел увеличивается, дескать, только от увеличения состава семьи).
В. И. Ленин связывает изменения отдельных сторон количественной характеристики крестьянских хозяйств, например, увеличение величины надела с изменением их качественной характеристики, т. е. с состоятельностью двора.
Взаимодействие таких сторон количественной характеристики крестьянского хозяйства как количество рабочего скота, инвентаря и т. д. создает условия для развития и проявления и такой стороны количественной характеристики как количество посевной площади хозяйства. Данная сторона количественной характеристики крестьянского хозяйства является главной, основной, так как она определяет экономическое положение крестьянского хозяйства. В свою очередь состоятельность двора, его качественная характеристика определяет развитие и взаимодействие всех сторон количественной характеристики данного двора.
Все сказанное подтверждается следующим положением В. И. Ленина: „размер аренды (количественная сторона.  — Н.  Ж.)
1 Множество сторон, черт, элементов качественной характеристики явления  —  эго отнюдь не многокачественность данного явления. Указывая на это, мы полагаем, что в данной статье, в связи с ее задачами, можно обойтись без анализа этого различия, что может явиться предметом специального исследования.
— 83 -


с полной правильностью возрастает по мере большего обеспечения крестьян“ (качественная сторона  —  Н. Ж.)1
В. И. Ленин делает вывод, что чем обеспеченнее крестьянин своей землей, тем более он арендует ее, лишая беднейшие группы необходимой для них земли.
Так В. И. Ленин мастерски применяет и показывает действие объективного закона материалистической диалектики, составляющего содержание всякого процесса развития взаимосвязи количественных и качественных изменений.
В. И. Ленин показывает, как от изменения различий в количестве арендованной земли меняется „самый  характер аренды“, т. е. качественная специфика явления. Качественная специфика явления изменяется от изменения не каждой стороны количественной характеристики явления, а только от изменения основных, главных сторон количественной характеристики на определенном этапе развития, где происходит переход количественных изменений в качественные, или, точнее, переход одного качества в другое качество через изменения основных, главных сторон количественной характеристики.
В. И. Ленин пишет, что в зажиточной группе аренда носит коммерческий характер, а в низшей  —  аренда вызвана горькой нуждой.
В. И. Ленин, раскрывая объективную диалектику соотношения количества и качества в процессе распределения аренды, замечает, что низшие группы намного дороже платят за землю, чем высшие. Этот факт доказывает, что количественная сторона аренды (количество арендуемой земли) находится в прямой зависимости от качественной стороны аренды (состоятельность арендатора), чем состоятельнее арендатор, тем он больше арендует земли и по более дешевой цене.
Все разобранное В. И. Ленин обобщает так: „распределение вненадельной аренды у крестьян констатирует существование между отдельными крестьянскими хозяйствами различий не только количественных (много арендует, мало арендует), но и качественных (арендует из нужды в продовольствии; арендует с коммерческой целью)“...2 Как видим, В. И. Ленин рассматривает капиталистические отношения в деревне в их развитии, в движении, в переходе одного качества в другое в результате количественных изменений.
Ленинский анализ крестьян по группам показывает, как количественные различия в имеющемся у крестьян рабочем скоте, инвентаре ведут к количественным различиям в размере посевной площади,3 а в конечном счете на определенном этапе к различиям качественным. Анализ В. И. Ленина
1 Стр. 13.
2 Стр. 17.
3 См. стр. 19.
- 84 -


показывает, что не все стороны количественной характеристики ведут непосредственно к качественным изменениям.
Мы видим, что там, где Постников видит „рознь“ и „борьбу экономических интересов“ между крестьянскими группами, там В. И. Ленин обнаруживает прямую эксплуатацию. К важному выводу об эксплуатации одной группы крестьян другой, В. И. Ленин приходит, как мы видим, в результате глубокого анализа количественной и качественной определенности крестьянских хозяйств.
Вот результат этого замечательного анализа: „Признавая глубокую экономическую рознь в современном крестьянстве, мы не можем уже ограничиться одним разделением крестьян на несколько слоев по степени имущественного обеспечения. Такое разделение было бы достаточно, если бы все вышеуказанное разнообразие сводилось к различиям количественным. Но это не так. Если у одной части крестьян целью земледелия является коммерческая выгода и результатом  —  крупный денежный доход, а у другой  —  земледелие не покрывает даже необходимых потребностей семьи, если высшие группы крестьян основывают свое улучшенное хозяйство на разорении низших, если зажиточное крестьянство в значительной степени пользуется наемным трудом, а бедное вынуждается прибегать к продаже своей рабочей силы,  —  то это уже несомненно, качественные различия, и нашей задачей теперь должно быть группировать крестьянство по различиям в самом характере их хозяйства (разумея под характером хозяйства особенности не техники, а экономики).“1
Ленинский анализ соотношения количества и качества отнюдь не имеет самодовлеющего значения. Наоборот, исследование крестьянских хозяйств с точки зрения их количественной и качественной характеристики, как видим, преследует цель получения научной основы для разделения крестьян на группы, т. е. для исследования дифференциации крестьянских хозяйств.
В. И. Ленин начинает анализ крестьянских групп с бедной, низшей группы. В начале исследования положения низшей группы В. И. Ленин пишет, что лучше всего судить о действительной бедности этой группы по количеству рабочего скота, которого у нее в два с лишним раза меньше среднего. Выяснение качественной определенности низшей группы В. И. Ленин начинает с рассмотрения такой стороны количественной Определенности, как количество рабочего скота, в соответствии с которым находится и количество посева.2 Здесь В. И. Ленин еще не ставит задачи отыскания сущности изучаемого явления, однако, это уже есть необходимая ступень к вскрытию сущности. Тщательный, предварительно проделанный, анализ количественных и качественных определенностей хозяйства крестьян
1 Стр. 31.
2 См. стр. 34—35.
- 85 -


низшей группы даст возможность В. И. Лепину раскрыть сущность данной группы и сделать вывод, что крестьяне этой группы более наемные рабочие, чем хозяева-земледельцы.
Но прежде чем сделать этот вывод, В. И. Ленин тщательно рассматривает соотношение доходов крестьянина от „заработков“ и доходов от собственного хозяйства. Это соотношение говорит о том, что самостоятельным земледельческим хозяйством крестьяне этой группы могут покрыть только меньшую половину своих минимальных расходов.
Поэтому В. И. Ленин о крестьянах этой группы пишет, что преобладающим источником средств к жизни у них является продажа своей рабочей силы.
Диалектика единства количества и качества в низшей группе крестьян заключается в том, что не имея достаточного (среднего) количества средств производства (земли, рабочего скота и инвентаря) крестьяне данной группы вынуждены, чтобы не умереть с голоду, продавать свою рабочую силу, т. е. становиться, в сравнении со средним крестьянином, новым качеством-батраком, сельскохозяйственным пролетарием и полупролетарием.
Как видим, анализ крестьянских хозяйств с точки зрения их количественной и качественной характеристики занимает у В. И. Ленина видное место, дает ему возможность, раскрывая меру явлений, проникнуть в их сущность.
Переходя к анализу средней группы крестьян, В. И. Ленин показывает, что уже такая сторона количественной определенности этой группы, как недостаток своего скота характеризует непрочность хозяйства середняков. Недостаточность живого и малочисленность мертвого инвентаря  —  таковы те стороны количественной определенности крестьянского хозяйства разбираемой группы, которые определяют главную сторону количественной характеристики (посев нижесредний), что, в свою очередь, определяет качественную характеристику данной группы: это хозяева-земледельцы, живущие исключительно доходами от своего собственного посева, покрывающими в обрез необходимые потребности семьи.
Все это составляет основные стороны качественной определенности данной группы: непрочность, шаткость, постоянную возможность лишиться земли и быть вытесненным высшей группой в ряды низшей.
Так В. И. Ленин шаг за шагом раскрывает количественные изменения от группы к группе и, показывая качественную специфику каждой группы, вскрывает сущность дифференциации крестьянских хозяйств.
Перейдем к рассмотрению В. И. Лениным высшей группы и ее отношения к другим группам крестьянства.
В. И. Ленин отмечает, что Постников с достаточной полнотой выясняет большую зажиточность многосеющих крестьян. Несомненно, что Постников здесь стихийно следует требованию
- 86 -


объективной диалектики: он исследует взаимозависимость качественной (большая зажиточность) и количественной (количество десятин посева) сторон хозяйства многосеющих крестьян.
Но В. И. Ленин, руководствуясь диалектическим материализмом, идет глубже и дальше Постникова, он ставит два важных вопроса. Первый: каково значение хозяйств зажиточной группы в общем сельскохозяйственном производстве района. Второй: какою ценою для других групп приобретается успех этой группы.
Такая постановка вопросов В. И. Лениным подводит к раскрытию глубины качественной определенности данной группы крестьянских хозяйств. Опираясь на живую объективную диалектику самой жизни, В. И. Ленин вскрывает ошибку некоторых исследователей (Слонимского), которые, не анализируя глубинных качественных определенностей явлений, а опираясь только на некоторые, иногда поверхностные стороны количественной определенности явления, делают неверный вывод, что раз зажиточное население в Таврической губернии занимает всего только 20%, то стало быть и значение ее в хозяйстве всей местности невелико.
Наоборот, В. И. Ленин, раскрывая глубокие стороны количественной определенности объективной действительности (из всей посевной площади более половины находится в руках зажиточного крестьянства плюс к этому более высокая культура земледелия у зажиточных крестьян, которая ведет к более высоким урожаям и пр.), делает вывод о том, что в общем производстве сельскохозяйственных продуктов зажиточное меньшинство играет преобладающую роль.
Мы здесь опять-таки усматриваем, что явлениям свойственны различные стороны количественной определенности: глубинные, связанные с качеством данного явления и определяющие его меру и сущность и другие поверхностные стороны количественной определенности, не определяющие меры и не выражающие сущности данного явления.
Констатируя, что хозяйственные успехи меньшинства крестьян отражаются на массе отрицательно, В. И. Ленин тем самым проникает в глубину качественной определенности этой группы крестьян, В. И. Ленин показывает, что высокий денежный доход, получаемый крестьянами зажиточной группы, представляющий собой капитал, является необходимым результатом процесса дифференцирования русского крестьянства на группы.
Еще Маркс установил, что когда появляется работник, не имеющий средств производства („свободный“ и лично и от средств производства), с одной стороны, и, с другой,  —  собственник средств производства, которые он не в силах обслужить своим собственным трудом,  —  тогда происходит переход денег из одного качества, в результате количественных изменений, в новое качество  —  капитал, который отныне уже не может
- 87 -


существовать, не превращая непрерывно в себя самого все новый и новый живой труд наемных работников.
Опираясь на марксистскую политическую экономию, В. И. Ленин показывает, что специфика капитала как нового качества, характеризующего хозяйство зажиточных крестьян, представляет собой процесс эксплуатации крестьян низшей группы, лишенных средств производства и вынужденных продавать свою рабочую силу.
Применение наемной рабочей силы и концентрация средств производства в руках немногих  —  вот что характеризует новое качество в развитии сельского хозяйства России  —  качество капитализма.
Из того, что мы рассмотрели, можно сделать и еще один вывод: переход количественных изменений в качественные изменения происходит отнюдь не в любой момент, а только на известной, вполне определенной ступени развития рассматриваемого явления. Мы видели, что о капитале не было и речи вплоть до высшей группы, ибо только здесь денежный доход данной группы крестьян приобретает новую качественную определенность  —  становится капиталом.
Рассмотрение ленинского исследования крестьянских групп с точки зрения количественных и качественных изменений мы закончим следующим выводом В. И. Ленина: „Раз признано, что между отдельными хозяйствами замечаются различия не только количественные, а и качественные, является уже безусловно необходимым разделять крестьян на группы, отличающиеся не „достатком“, а общественно экономическим характером хозяйства.“1
Но не только количественные изменения ведут к качественным изменениям. В свою очередь качественные изменения ведут к новым количественным изменениям. Это очень хорошо показывает В. И. Ленин в заключительных строках своего реферата. Он отмечает, что увеличение количества посевной площади стало возможным только на определенной ступени, т. е. тогда, когда продукт стало возможным продать, т. е. превратить его в товар.
Мы видим здесь, что новое качественное изменение продукта, превращение его в товар, повлекло за собой новые количественные изменения: зажиточный крестьянин находит выгодным расширять посевы далеко за  пределы собственной потребности в хлебе. Да и, наоборот, продукт стало возможным продавать (превращать его в новое качество  —  товар) только тогда, когда стало увеличиваться количество посевных площадей. И опять-таки, это увеличение количества посевных площадей стало возможным благодаря определенным качественным изменениям в значительной части крестьянства,  —  превращение его в новое
1 Стр. 54.
- 88 -


качество (в батрака), что явилось результатом известных количественных изменений в земельных наделах этой группы крестьян (продажа крестьянами своих земель и обезземеление). Раскрывая диалектику количественных и качественных изменений в крестьянских хозяйствах, В. И. Ленин вскрывает сущность исследуемых явлений.
Такова диалектика единства, взаимоперехода и взаимообусловленности количественных и качественных изменений, пронизывающая ленинский реферат в исследовании сложный явлений возникновения и развития капитализма в сельском хозяйстве России в конце XIX века.
Из ленинского анализа вытекают следующие основные выводы:
1.  Предметы, явления, процессы и их взаимообусловленные изменения и взаимопереходы количественной и качественной определенностей рассматриваются В. И. Лениным в их объективных связях и отношениях с другими предметами и процессами.
2.  Существует множество сторон количественной и качественной характеристики в каждом предмете, процессе.
3.  Не всякая сторона количественной характеристики предмета находится в непосредственной связи с его качественной характеристикой, а стало быть и не может непосредственно определять ее.
4.  Различные существенные стороны количественной характеристики определяют главную основную сторону количественной характеристики.
5.  Главная сторона (или главные стороны) количественной характеристики определяют качественную определенность предмета, процесса.
6.  Выделение главных сторон количественной характеристики предмета возможно только в результате анализа конкретной ситуации, т. е. прослеживания истории возникновения, развития, становления и взаимосвязи всех сторон количественной характеристики изучаемого предмета в связи с его качественной определенностью и с другими предметами.
7.  Единство взаимообусловливающих друг друга главных сторон количественной характеристики и качественной характеристики данного предмета составляет меру предмета, процесса.
- 89 -


8.  Взаимообусловленность различных сторон количественной и качественной определенностей выражается и в том, что изменения количественные ведут к изменениям качественным, и в том, что качественные изменения ведут к изменениям различных сторон количественной определенности.
9.  Познание сущности предмета со стороны его количественных и качественных отношений, возможное только в процессе конкретного анализа, само является необходимой составной частью этого анализа,


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТА
Вып. 69  1962
В. А. БАЖАНОВА
ЭСТЕТИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ И ЕГО ПРИНЦИПЫ
Главная задача в идеологической работе партии в период развернутого строительства коммунизма — „воспитание всех трудящихся в духе высокой идейности и преданности коммунизму, коммунистического отношения к труду и общественному хозяйству, полное преодоление буржуазных взглядов и нравов, всестороннее, гармоническое развитие личности, создание подлинного богатства духовной культуры“.1 Эта многогранная задача, составляющая содержание коммунистического воспитания народа, вызывает и обусловливает формы, в которых осуществляется процесс воспитания. Он развертывается в единстве всех его форм — политической, нравственной, трудовой, антирелигиозной и эстетической. Рассмотрение последней формы или эстетического воспитания составляет предмет дальнейшего изложения.
Место и значение эстетического воспитания как важной составной части коммунистического воспитания трудящихся определяется тем, что оно является необходимым средством формирования всесторонне развитого человека, богатства и полноты его человеческих способностей. Эстетическое воспитание формирует передовые общественные идеалы человека, обогащает его непосредственный жизненный опыт, расширяет кругозор, помогает правильно ориентироваться в конкретных событиях, естественно и постепенно ведет его к усвоению передового мировоззрения.
Эстетическое воспитание воздействует не только на мысли, но и на чувства человека, оказывает прямое влияние на эмоциональную сторону его жизни, мироощущение, наполняет жизнь человека радостью и вдохновением. Эстетическое освоение действительности доставляет человеку чувство удовольствия, дарит ему наслаждение, делает жизнь разнообразной и интересной. Эстетическое наслаждение — одно из самых высоких духовных, истинно человеческих наслаждений.
Эстетическое воспитание пробуждает творческие силы человека, не только его способность воспринимать прекрасное, но и стремление изменять мир по законам красоты. Это воспитание
1 Материалы XXII съезда КПСС. Госполитиздат, 1961, стр. 408. Программа Коммунистической партии Советского Союзе, стр. 117.
— 91 —


активного отношения человека к жизни, стремления „вносить в свою жизнь красоту“, бороться против всего безобразного, мешающего нашему движению вперед. Эстетическое отношение к действительности противоположно равнодушию и косности, серости и обывательщине.
Подчеркивая значение эстетического воспитания народа в период развернутого строительства коммунизма, Программа КПСС заявляет: „Партия будет неустанно заботиться о расцвете литературы, искусства, культуры, о создании всех условий для наиболее полного проявления личных способностей каждого человека, об эстетическом воспитании всех трудящихся, формировании в народе высоких художественных вкусов и культурных навыков. Художественное начало еще более одухотворит труд, украсит быт и облагородит человека“.1
Важность эстетического воспитания в формировании духовного облика человека коммунистического общества вызывает необходимость изучения его специфики, принципов и средств в связи с теми задачами, которые оно решает.
Своеобразие эстетического воспитания вытекает из особенностей эстетического отношения человека к действительности.
Эстетическое отношение к действительности
Жизнь человека складывается из многих отношений с различными сторонами действительности. Эти отношения, в какой бы форме они не выступали (производственной, научной, общественно-политической и т. д.), основываются на общественно-исторической практике. Их характер обусловливается самой действительностью, требующей от человека дифференцированного к ней подхода, общественными и классовыми потребностями. Определенное значение имеют здесь и индивидуальные склонности человека, цели, которые он преследует, овладевая теми или иными сторонами действительности.
Как специфически-конкретная форма связи человека с действительностью, с определенными ее сторонами, эстетическое отношение отличается от других форм и особенным подходом к жизни и своими конечными результатами.
Эстетическое отношение человека к действительности это процесс, стороны которого закреплены в понятиях „эстетическое познание“, „эстетическая оценка“, „эстетическое освоение“. Между этими сторонами нет непроходимой грани, они взаимосвязаны и взаимообусловлены, однако, каждая из них имеет свои границы и выполняет специфическую функцию.
Эстетическое отношение — познание жизни в ее целостности и индивидуальности. Своеобразие эстетического познания особенно четко обнаруживается при сравнении его с научным познанием. В процессе научного познания ученый отвлекается от
1 Материалы XXII съезда КПСС. Госполитиздат, 1961, стр. 419.
- 92 —


конкретных, индивидуальных, случайных черт действительности (изучение конкретного, безусловно, исходный момент и в науке). Его задачей является абстрагирование, обобщение, в которых как бы теряется вся прелесть живой действительности. Даже тогда, когда он в качестве экспериментатора оперирует конкретными фактами, они зачастую предстают как одна какая-либо сторона „живого“, „целостного“ явления действительности. И лишь в конечном счете научное познание предполагает движение познания от абстрактного к конкретному.
Эстетическое же познание берет явление таким, каким оно существует в действительности. Только конкретные стороны жизни могут стать объектом эстетического познания. „В области прекрасного нет отвлеченных мыслей, а есть только индивидуальные существа“,  — писал Чернышевский. Эта специфическая особенность эстетического находит свое наиболее полное выражение в искусстве, в типическом образе, как единстве общего и индивидуального. Подчеркивая эту особенность искусства, В. И. Ленин писал: „Здесь весь гвоздь в индивидуальной обстановке, анализе характеров и психики данных типов“.1 Эстетическое познание направлено не на отдельные стороны предмета, а на целостный предмет, дает знание предметов во всей их живой убедительности, чувственно-воспринимаемой форме.
Вот почему эстетическое отношение — это своеобразный вид живого созерцания действительности. Сколько бы ни было произнесено абстрактных понятий о красоте того или иного предмета, человек, сам непосредственно не воспринимавший предмет и отдельные его стороны, не сможет почувствовать, познать и оценить его красоту. Как всякое живое созерцание, основывающееся на конкретном облике предмета, эстетическое отношение человека к действительности всегда эмоционально, оно приводит в движение наши чувства, доставляет нам радость, наслаждение, или наоборот, вызывает отвращение или разочарование.
Закономерен вопрос: не является ли эстетическое отношение к действительности познанием только ее внешних черт, ее „чистой формы?“ Нет, оно предполагает и познание содержания, сущности явлений. От внешних, непосредственно данных качеств человек идет к раскрытию существенных особенностей предмета, от формы к содержанию. Но если логическое мышление, углубляясь в сущность, все более отвлекается от „живой плоти явления, то художественное мышление, обобщая, удерживает все характерные, индивидуальные признаки предмета. В эстетическом познании образ не растворяется в абстракции, он остается образом, но образом содержательным.
1 В. И. Ленин. Соч., т. 35, стр. 141.
-  93  -


Итак, эстетическое отношение человека есть познание действительности, но познание отличное от логического. Это особенно отчетливо проявляется в идейно-эмоциональной оценке жизни.
Все формы отношения человека к действительности так или иначе связаны с ее оценкой. Вместе с тем роль этого оценочного момента в разных формах познания проявляется по-разному. Например, делая научное открытие, ученый не имеет права привнести в его содержание свою радость или огорчение. Эмоциональный накал, переживания, страсти, сопутствующие научному открытию, должны остаться за пределами сформулированного им закона. Иное дело в области политических отношений. На содержание политических выводов прямое влияние оказывают общественные симпатии и антипатии деятелей, их идейно-эмоциональная оценка политических событий и классов. Еще в большей мере это характерно для эстетического отношения. Идейно-эмоциональная оценка пронизывает собой весь процесс эстетического познания, закрепляется в его результате, будь то художественный, образ или элементарное отражение красоты линии и формы предмета.
Эстетическая оценка включает в себя момент познания, она возможна только на основе познания эстетических качеств действительности. Ее нельзя целиком отнести к сфере субъективного, она предполагает постоянную соотнесенность настроения, чувства и переживаний с действительностью. Единство объективного и субъективного — характерная черта эстетического отношения к действительности. Причем, это единство подчас настолько неразрывно, что теряется граница между тем, что принадлежит объективной реальности и со всей достоверностью познано художником и тем, что им вымышлено, выстрадано и переосмыслено.
„Это было с бойцами
или страной
Или
в сердце
было
в моем?“ —
писал Маяковский.
Место и значение оценки в эстетическом отношении к действительности определяется, в первую очередь, самими объектами. Если оцениваются элементарные эстетические качества (цвет, линия, форма), то момент познания здесь ничтожен, так как с точки зрения эстетического познания они мало содержательны. Отношение человека к этим качествам может быть сведено только к оценке, причем также элементарной (красиво-некрасиво). Отношение же к таким сложным эстетическим
— 94 -


объектам, как например, явления общественной жизни или произведения искусства, требуют глубокого познания их содержания, всестороннего рассмотрения их связи с другими объектами, сопоставления, анализа и т. д. Здесь оценка будет выступать лишь одним из моментов сложного процесса познания, „приговором“ действительности.
Эстетическая оценка действительности отличается своей целостностью, синтетичностью. Ее нельзя представлять как простое соединение политической, моральной и других оценок. Включая в себя эти оценки, она отличается от каждой из них и широтой, и содержанием. Она охватывает область природы, отдельные качества и свойства действительности, предметы труда и быта, т. е. такие объекты, которым нельзя дать какую- либо другую, идеологическую оценку. Она отличается от других оценок и тогда, когда оцениваются одни и те же объекты. Например, моральная характеристика человека основывается на его внутренних, духовных качествах, на отношении человека к обществу и другим людям. Эстетическая же оценка не Ограничивается этой характеристикой, для нее важен и внешний облик человека, то, как духовный мир проявляется во внешности человека, насколько „одухотворены“ его черты, в каких конкретных поступках выражается его моральный облик. Она не пренебрегает и такими, с точки зрения морали, незначительными качествами человека, как красота одежды, манеры поведения и т. д. Эстетическая оценка в ряде случаев дает более широкое знание действительности, чем другие, родственные ей, оценки. Можно сказать, что этим она по сравнению с ними и „проигрывает“, и „выигрывает“. Проигрывает тем, что менее определенна, не всегда с достаточной четкостью выражает общественную позицию человека. Выигрывает в том, что дает больший простор личным склонностям, удерживает в поле зрения человека большее количество разнообразных по своим качествам объектов.
Несмотря на особую роль, которую играет в эстетическом отношении познание и оценка действительности, его нельзя свести только к этим двум моментам.
Эстетическое отношение есть вместе с тем и освоение действительности, которое проявляется в активной позиции человека к миру, в созидании красоты, в творческом характере познания эстетического. Разумеется, познание и оценка в определенной степени и есть освоение действительности. Поэтому некоторые эстетики употребляют понятия „эстетическое познание“ и „эстетическое освоение“ как тождественные. Однако в понятии „освоение“, на наш взгляд, более подчеркивается творческая сторона эстетического отношения к действительности. В нем показывается, что „присвоение“ человеком эстетической сущности предметов сопровождается активным воздействием эстетических сторон действительности на человека и, наоборот, активной позицией человека в созидании красоты
- 95 -


окружающей его жизни. Активный характер эстетического отношения человека к действительности проявляется по-разному, например, у художника, создающего произведение искусства, и зрителя, эстетически осваивающего это произведение, но эта активность в любом случае выражается в творческом отношении к объекту эстетического познания.
Таковы основные стороны эстетического отношения человека к действительности. Результаты этого отношения нельзя выразить в абстрактных логических формулах и законах. Они чаще всего закрепляются в эстетических категориях, самой универсальной из которых является категория прекрасного.
Категория прекрасного определяет собой содержание всех других эстетических понятий: возвышенного, трагического, комического и т. д. Через нее раскрывается характер эстетического наслаждения, того душевного и умственного удовольствия, которым необходимо сопровождается процесс эстетического отношения к действительности. Учитывая особое значение категории прекрасного в эстетическом познании и определении специфики эстетического, остановимся на ее характеристике более подробно.
Нам кажется, что выдвигаемые некоторыми советскими эстетиками определения прекрасного противоречивы и односторонни. В них игнорируется основное качество эстетического — конкретность. Ставится цель: найти такое определение прекрасного, которое можно было бы приложить ко всем многообразным проявлениям эстетического (например, красота цвета, линии, формы, красота природы, красота явлений общественной жизни). Методологический подход к определению эстетических категорий полностью копирует подход к определению философских категорий. Философские категории — наиболее общие категории, приложимые в своих основных признаках к любому предмету. Категории же эстетики не столь общие категории, они не могут характеризовать все явления действительности без исключения. Эстетическое познание, учитывая многообразие предметов и явлений действительности, неразрывно связано с раскрытием их индивидуальной сущности, которая не может быть выражена в общих признаках, приложимых одновременно ко всем предметам. Значит ли это, что об общих признаках красоты говорить нельзя, т. е. сколько предметов, столько должно быть определений красоты?
Такой подход к определению прекрасного был бы субъективистским и неминуемо привел бы к „разрушению“ эстетики как науки. Понятие красоты менее широкое, чем любое философское понятие. Но оно обладает достаточной широтой, чтобы охватить не отдельные предметы, а группу предметов, относящихся к одному и тому же „виду“ действительности, сходных по своей сущности. Это, например, — явления природы, явления общественной жизни, человек, элементарные эстетические объекты — цвет, линия и т. д. Для этих широких групп явлений,
- 96 —


объединенных по общим признакам и должны быть найдены не однотипные, а различные, соответствующие этим явлениям критерии.
Методологический подход к изучению эстетических категорий и, и частности, категории прекрасного, дал К. Маркс. Он писал: „Животное формирует материю только сообразно мерке и потребности того вида, к которому оно принадлежит, тогда как человек умеет производить по меркам любого вида и всюду он умеет прилагать к предмету соответствующую мерку; в силу этого человек формирует материю также и по законам красоты“.1 Таким образом, обнаружение законов красоты неразрывно связано с нахождением соответствующей меры предмета. Ясно, что к определению красоты нельзя подходить с одной мерой, как это делают некоторые ученые. Этим и объясняются неудачные попытки определить прекрасное через какой- либо один признак, — гармонию (Н. А. Дмитриева), место предмета в процессе общественно-исторической практики (Л. Н. Столович) и т. д.
Мера предмета, определяющая его красоту, доступна только человеку. В том, с какой стороны человек подходит к определению этой меры, в каких целях он это делает, насколько верно он ее определяет, — проявляется личность человека. Сама мера предмета, открытая человеком, несет на себе его образ. „Человек должен, ...  —  писал Энгельс,  —  познать самого себя, сделать себя самого мерилом всех жизненных отношений, дать им оценку сообразно своей сущности“...2 Познание прекрасного— это познание объективных качеств предмета в связи с их отношением к человеку. Вот почему эстетическое всегда включает в себя диалектику объективного и субъективного.
Это понял уже Чернышевский. Он исходил из потребностей человека, из его сущности, когда определял прекрасное как жизнь. „Прекрасное то существо, в котором видим мы жизнь такую, какова должна быть она по нашим понятиям“3, — писал Чернышевский. Думается, что это определение Чернышевского до сих пор является в своих основных чертах правильным. Полнота проявления жизни в природе и в обществе, которая наиболее способствует удовлетворению человеческих потребностей, — таково содержание категории прекрасного.
Такое понимание прекрасного дает возможность найти верные эстетические критерии в двух самых главных и самых содержательных областях проявления эстетического — в природе и обществе, объяснить их красоту, раскрывающуюся в процессе поступательного развития и отвечающую потребностям человека на разных этапах общественной жизни. К элементарным
1 К. Маркс, Ф. Энгельс. Из ранних произведений, стр. 566.
2 К. Маркс, Ф. Энгельс, т. I, стр. 593.
3 Н. Г. Чернышевский. Эстетика и литературная критика. М.-Л. 1951, стр. 6.
- 97 -


же эстетическим свойствам — красоте линии, цвета, формы и т. д. должны быть приложены другие, формальные критерии (гармония, соразмерность, пропорциональность и т. д.). Эти элементарные свойства нс требуют для себя более содержательных критериев.1 Вместе с тем люди, как правило, не ограничиваются элементарными эстетическими оценками и переходят в область содержания (оценивается не просто цвет, а цвет данного предмета, соответствие его содержанию предмета).
На содержание эстетического отношения человека к действительности, на понимание красоты оказывают влияние многие факторы, в том числе классовые, профессиональные и другие интересы человека. Однако по своему предмету и форме проявления это отношение общечеловечно.
На это указывал еще Чернышевский. Он писал, что содержанием искусства является все общеинтересное в жизни не как для ученого, а как для человека. Как только искусство начинает обслуживать какую-либо специальную сферу деятельности человека (вспомним, например, печальной памяти производственные романы или производственные фильмы), оно перестает быть искусством. Одной из. наиболее серьезных ошибок в суждениях об искусстве является требование „профессионализации“ его идей или образов.
Общечеловеческое содержание искусства хорошо раскрыто в обращении читателей Ивановского района Брестской области к советским писателям. „Мы хотим вам сказать прямо и откровенно. О том, как доить коров или сажать кукурузу, или производить другую специальную работу, мы знаем лучше вас, а то, чего мы не знаем, нам подскажут ученые, специалисты. От вас и ваших книг мы ждем другого: мы хотим, чтобы после каждой прочитанной книги становилось еще интереснее и радостнее жить, чтобы веселее было работать, мы хотим, чтобы каждая прочитанная книга помогала нам избавляться от недостатков, делала наши глаза более зоркими, а сердца открывала для восприятия прекрасного“.2
Вместе с тем было бы ошибкой представлять себе эстетическое познание как такую область человеческой деятельности, в сферу которой не входят профессиональные интересы людей. Речь идет лишь о том, что профессиональные, производственные, научные или другие специальные проблемы не могут заслонить в искусстве образ человека, а ставятся и решаются художником лишь в связи с раскрытием типических характеров и типических обстоятельств. Создать художественно убедительный и многогранный образ человека невозможно, не
1 Часто красота звука или цвета оцениваются в связи с теми ассоциациями, которые они пробуждают. Но это предполагает уже выход за пределы элементарных эстетических свойств. См. например, книгу В. Яхонтова „Театр одного актера“, стр. 25—30.
2 „Литературная газета“, 1959, 20 октября.
- 98 -


показывая его труд, отношение к труду. Изображать человека в труде — одна из главных задач советского искусства, о чем справедливо говорили на XXII съезде КПСС М. Шолохов и А. Твардовский. Однако не может быть такого произведения искусства, которое было бы доступно только людям какой-либо одной профессии. Такне разные художественные произведения, как роман М. Бубеннова „Орлиная степь“, посвященный целинникам, кинофильм „Карьера Димы Горина“  —  о лесорубах или повесть Аксенова „Коллеги“, рассказывающая о жизни врачей, доставляют эстетическое наслаждение людям самых разных специальных интересов, так как в центре этих произведений стоит то, что „общеинтересно“ — человек, его характер, его общественная жизнь.
Эстетическое познание общечеловечно не только по предмету, но и по своему проявлению. Нельзя представить человека, который не мог бы в той или иной мере эстетически оценивать жизнь, который не имел бы никакого вкуса. Когда мы говорим: „у этого человека нет вкуса“, мы подразумеваем, что он имеет плохой вкус, то есть неверное понимание красоты. Общечеловечность проявления — специфическое отличие эстетического познания от такой формы познания, как наука. Современное развитие научного познания исключает возможность энциклопедической образованности и вместе с тем предполагает профессионализацию и специализацию научных интересов. Не только творцом, но и потребителем человек может выступить в определенной ограниченной области науки. А вот о красоте, о трагическом, комическом и т. д. в жизни и искусстве судят все, ибо это суждение есть „обнаружение“ общечеловеческих интересов.
В осуществлении эстетического познания немалое значение имеют художественная одаренность человека, музыкальный слух, глаз, чувствующий красоту формы и т. д. Однако художественная одаренность человека является лишь условием, облегчающим эстетическое познание действительности. Способность человека к эстетическому познанию формируется обществом, окружающей человека обстановкой, трудом, природой, искусством. Активное и целеустремленное формирование этой способности и составляет задачу эстетического воспитания.
Принципы эстетического воспитания
В какой связи находится процесс эстетического отношения к действительности и эстетическое воспитание? Эстетическое отношение человека к действительности является важнейшим условием, определяющим успешное осуществление эстетического воспитания. Можно рассказать о красоте, но для того, чтобы человек понял и оценил ее, постиг радость и наслаждение, необходимо ему Показать красоту, т. е. поставить его в эстетическое отношение с действительностью. С другой
-  99  -


стороны, от эстетического воспитания зависит характер этого отношения, его глубина и всесторонность.
Способность человека эстетически познавать, оценивать и осваивать действительность измеряется его эстетической культурой. Только благодаря ее объект эстетического познания может стать предметом освоения. Поэтому эстетическое воспитание можно охарактеризовать как воспитание эстетической культуры человека, а принципы эстетического воспитания определяют подход к формированию эстетической культуры. Рассмотрим эти принципы как в связи с раскрытием содержания понятия „эстетическая культура“ так и в связи с теми особенностями эстетического отношения к действительности, которые обусловливают ее специфику.
Эстетическая культура человека не есть характеристика какой-либо специальной области человеческих интересов. Эстетическое отношение к действительности, общечеловеческое по своему предмету и форме проявления, определяет ее всеобщность. Отсюда вытекает один из важнейших принципов эстетического воспитания: оно не может быть ограничено никакими профессиональными, возрастными  и другими рамками. Широта эстетического воспитания проявляется, во-первых, в том, что оно формирует цельный человеческий характер, а не одну какую-либо его сторону, и, во- вторых, в том, что оно охватывает всех членов общества. В этом смысле и задачи и принципы эстетического воспитания совпадают с задачами и принципами коммунистического воспитания вообще, или, например, такой его конкретной формы, как нравственное воспитание. В связи с возрастными особенностями человека, его профессиональными интересами и т. д. изменяются и формы эстетического воспитания, однако общение с красотой должно сопровождать каждого человека всю жизнь. „Да, — говорит один из героев Куприна, —  ... правы те мудрые учителя, которые советовали окружать рост младенца, красотою и добром, рост дитяти — красотою и первичными знаниями, рост отрока —  красотою и физическим развитием, рост юношей и дев — красотою и учением“.1
Всеобщность эстетического воспитания вовсе не исключает необходимости учитывать различную степень эстетической культуры людей, вкусы, потребности, национальные традиции и т. д. Это дает возможность в каждом конкретном случае наметить исходный момент эстетического воспитания и дифференцировать его задачи и методы. Одинаковый вред делу эстетического воспитания наносит как недооценка эстетической культуры человека, когда исходным моментом в его воспитании берется то, что ему уже известно, так и излишняя осложненность воспитательных средств.
Эстетическая культура представляет собой диалектическое единство мировоззрения, вкуса и потребностей.
1 А. Куприн. Собр. соч., М., 1958, т. б, стр. 483.
-100-


Эстетическое мировоззрение1 — это совокупность взглядов на место и роль эстетического познания в жизни общества и человека, на красивое и безобразное, прекрасное и отвратительное, возвышенное и низменное, трагическое и комическое, это представление об эстетическом идеале и объективных критериях эстетических оценок. Эстетическое мировоззрение вместе с тем нельзя представлять только как сумму взглядов, оно включает в себя и художественно-образное видение действительности.
В нашей эстетической литературе имелась тенденция отрицать значение мировоззрения и вообще теоретического мышления в процессе эстетического познания. Например, В. Разумный в книге „Воспитательная роль советского искусства“ пишет: „Сам процесс формирования и развития эстетических чувств непосредственно не связан с сознанием, логические доводы не могут нам изменить характер наших восприятий“2. Это неверно. Известно, что на характер восприятий оказывает прямое влияние знание предмета. Естествоиспытатель, человек практически связанный с природой, в большей степени может наслаждаться ее красотой; человек, знающий историю и теорию искусства, видит и воспринимает в том или ином произведении больше красоты, чем человек, не сведущий в этих областях знаний. На характер эстетического восприятия оказывает воздействие политические, философские и другие взгляды. Эстетическое мировоззрение — область идеологии и оно тесно связано со всеми другими ее сторонами, особенно с политическими взглядами. Вспомним, как проявляется различие эстетических оценок внешней красоты человека у представителей различных классов. Тем более противоположными становятся эстетические оценки явлений общественной жизни. На них прямое воздействие оказывают политические симпатии человека.
Таким образом, нельзя противопоставлять эстетическое познание Логическому, эстетическое мировоззрение политическим, философским и другим взглядам. Вместе с тем, необходимо подчеркнуть, что в отличие от теоретического эстетическое мировоззрение имеет свою специфику. Это система взглядов, выраженных не только в логических категориях, но и через конкретно-чувственную форму художественных образов, неразрывно связанных с эмоциональным восприятием действительности. Эстетическое мировоззрение затрагивает и сферу логического мышления, и сферу человеческих эмоций, включает в себя эстетическое чувство.
1 Понятие „эстетическое мировоззрение“ употребляется для того, чтобы подчеркнуть, как будет показано далее, его специфичность. Вместе с тем это нельзя понимать так, что наряду, например, с коммунистическим мировоззрением существует еще и эстетическое мировоззрение. Эстетическое мировоззрение — составная часть коммунистического мировоззрения.
2 В. А. Разумный. Воспитательная роль советского искусства, 1959, стр. 71.
-  101  -


История искусства знает немало противоречий в мировоззрении художников прошлого, в частности, между эстетическими взглядами, политическими симпатиями и прямо противоположным им конкретным смыслом созданных художником произведений. Это объясняется спецификой эстетического познания, его конкретно чувственной формой. Жизнь ведет художника за собой, заставляет служить правде и зачастую опрокидывает его теоретические представления. Эстетическое мировоззрение включает в себя способность видеть жизнь во всей конкретности и убедительности. Поэтому одним из основных принципов эстетического воспитания следует считать необходимость широкого и непосредственного общения людей с жизнью, с такими явлениями действительности и искусства, которые бы формировали их эстетическую зоркость, умение мыслить образно.
Эстетическое воспитание часто определяется как воспитание эстетического вкуса. Вместе с тем воспитание вкуса — это лишь одна из сторон эстетического воспитания. Эстетический вкус — это как бы „проявление“, „обнаружение“ эстетического мировоззрения при конкретной оценке действительности и в практическом созидании красоты. Мера приближения оценки к объективной красоте (или другим эстетическим качествам), и степень охвата эстетических сторон действительности выражаются понятиями „хороший вкус“ (правильное понимание красоты), „широкий вкус“ (все прекрасное доступно) и т. д. Воспитание эстетического вкуса должно вестись, следовательно, в двух направлениях. Во-первых, воспитание хорошего вкуса, способности отделить истинно красивое от безобразного, и во- вторых, воспитание широкого вкуса, умения пользоваться и наслаждаться многообразными сторонами эстетического в жизни и искусстве. Ограниченность эстетического вкуса ведет к ограниченности духовных интересов человека.
Содержание эстетического вкуса, поскольку он является выражением эстетического мировоззрения при конкретном восприятии явлений действительности, зависит и от тех явлений, которые человек оценивает, и от его общественных и индивидуальных качеств. Можно говорить об общности вкусов и об их разнообразии, причем одно другое не исключает. Например, общность вкусов советских людей, их жизнерадостный характер, склонность к простоте и целесообразности связаны с их общими идеалами, с одинаковым подходом к явлениям природы, общественной жизни и искусства. С другой стороны, одинаковость вкусов проявляется только в самом общем плане, в то время как в каждом конкретном случае мы встречаемся с разнообразием вкусов. Такое разнообразие вкусовых оценок имеет объективную причину. Во-первых, красота, как и другие эстетические качества, имеет множество конкретных проявлений. Поэтому, может быть много красивых предметов
-  102 —


одного вида, более того, найти один наикрасивейший предмет, выделяющийся из всех, почти невозможно. Многообразие в проявлении красоты, обусловливает и многообразие вкусовых оценок: одному нравится одно, другому — другое, и каждому нравится красивое. Во-вторых, красота, как и другие эстетические качества, относительна, она познается в сравнении. Отсюда в разных отношениях явление может быть и красивым, и некрасивым.
Многообразие во вкусах имеет ряд субъективных причин. В понимании красоты сказывается индивидуальность каждого человека, его образование, профессия, национальность, возраст, классовая принадлежность, время, в которое он живет и т. д. Эстетический вкус характеризует общественную позицию человека, преломленную через его индивидуальность. Одним из принципов эстетического воспитания в нашей стране является формирование различных вкусов, отвечающих коммунистическому идеалу красоты.
Воспитание различных вкусов — одно из условий воспитания полноценной личности в коммунистическом обществе. В связи с этим встает проблема изучения вкусов советских людей. Следует заметить, что буржуазные эстетики или вовсе отрицают необходимость изучения вкусов людей —  такое изучение они расценивают как покушение на „свободу“ личности —  или полагают, что оно может быть продиктовано сугубо торгашескими, коммерческими интересами буржуазного искусства. Вот, например, что пишет по этому поводу журнал „Америка“:  ... Опросы публики (проводимые независимыми организациями и выясняющие, например, сколько человек слушают известную радиопередачу или читают ту или иную статью), дают возможность прессе, кино, телевидению и радио слишком хорошо удовлетворять требования „потребителей“, „потакать“ их вкусам.1
Изучение вкусов советских людей имеет другую основу и преследует иные цели. Социалистическое общество воздействует на личность в интересах личности, формирование высоких вкусов и борьба против безвкусицы — это условие существования подлинно свободной личности, условие ее активности и творческого отношения к жизни. В нашем обществе не может быть противопоставления интересов народа, его вкусов интересам искусства. Существует прямая зависимость между уровнем развития искусства и отношением к нему народа, в частности, его эстетической культурой. Советское искусство, прислушиваясь к голосу народа, поднимает массы, воспитывает в них художников. С другой стороны, творчество для народа определяет идейность и художественность искусства, является залогом его успеха.
1 „Америка“. 1960, № 1.
-103-


Эстетическое мировоззрение и прежде всего, эстетический вкус обусловливают эстетические потребности человека. Эстетические потребности — это стремление к определенным эстетическим идеалам и удовлетворенность теми или иными фактами действительности и искусства. Они организуют и направляют связь человека с эстетическими сторонами действительности и искусства, способствуя или ограничивая эстетическое познание. Вот почему воспитание эстетических потребностей — одна из главных задач эстетического воспитания. Нельзя считать, что задача эстетического воспитания кончается там, где начинается удовлетворение эстетических потребностей. Удовлетворение эстетических потребностей — важнейший принцип эстетического воспитания, так как, удовлетворяя свои потребности, человек формирует их. Маркс писал: „Только музыка пробуждает музыкальное чувство человека; для немузыкального уха самая прекрасная музыка лишена смысла, она для него не является предметом“1. Надо заметить, что эта сторона эстетического воспитания очень часто недооценивается. Вместе с тем одна малохудожественная книга или безвкусная кинокартина может свести на нет десятки хороших лекций по эстетике и искусству. Задача состоит в том, чтобы, во-первых, добиться удовлетворения всех здоровых эстетических потребностей народа и во-вторых, оградить советских людей от пошлости и безвкусия в жизни и искусстве.
Эстетическая культура человека в единстве мировоззрения, вкуса и потребностей, формируется, как уже указывалось, в процессе эстетического отношения к действительности. Особенности этого процесса должны найти отражение и в принципах эстетического воспитания.
В эстетическом воспитании необходимо учитывать разнохарактерность эстетических воздействий на человека (с одной стороны, элементарные — цвет, линия, форма и т. д., с другой — сложные и содержательные — природа, общественная жизнь, искусство). В эстетическом воспитании необходимо использовать все многообразие проявления эстетического. В этом смысле красота бытовой вещи имеет такое же значение, как красота дома, в котором человек живет, как красота произведения искусства, к которому он обращается. Нельзя допускать, чтобы эстетическое воспитание сводилось только к художественному воспитанию, т. е. умению понимать, ценить и наслаждаться искусством, или, наоборот, приобретало Характер рекомендации по поводу украшения квартиры, умения одеваться и т. д. Эстетическое воспитание — единый процесс воспитания в человеке понимания красоты во всех областях жизни.
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Об искусстве. М., 1957, т. I, стр. 141.
— 104 —


Такое же значение в эстетическом воспитании имеет разновременность эстетических воздействий, переход от одной формы эстетического восприятия к другой. Сегодня человек проводит свое время на лоне природы, завтра — в городе; не дочитав книги, он может пойти в кино; залюбовавшись красивым покроем платья, он способен тут же переключиться на оценку красоты архитектурного ансамбля и т. д. Даже продуманная система эстетического воспитания не может упорядочить такую „бессистемность“ эстетического познания, да этого и не нужно делать. Скорее, наоборот; в разнообразии как раз и находится одна из главных его прелестей, удовлетворяющих человеческий интерес и доставляющих ему наслаждение. Умело использовать эту особенность эстетического отношения человека к действительности, направлять и сочетать эстетические воздействия — такова задача эстетического воспитания.
Для эстетического отношения к действительности характерна более или менее устойчивая связь человека с определенными сторонами жизни, видами и жанрами искусства. Эстетическая культура человека обязательно включает в себя момент избирательности. Из всего многообразия проявления эстетического человек избирает то, что наиболее соответствует его потребностям, его пониманию красоты. Эта избирательность может носить устойчивый характер (например, в течение определенного времени, а может быть, даже и всей жизни человек удовлетворяет свои эстетические потребности, обращаясь к какому-нибудь определенному виду или даже жанру искусства), или быть весьма подвижной и изменчивой (т. е. из всего многообразия эстетического в жизни и искусстве, человек выбирает для себя в данный момент одно, а в следующий  —  другое). Избирательность определяется индивидуальностью каждого человека и в то же время она объясняется рядом общественных причин,  — в частности, например, организацией пропаганды того или иного вида искусства (или даже того или иного художника), возможностью того или иного вида искусства обеспечить массовость восприятия и т. д. В этом отношении необходимо подчеркнуть особую роль, которую играет сейчас в эстетическом воспитании кино. Одним из принципов эстетического воспитания должен быть учет индивидуальных склонностей к тому или иному проявлению эстетического, широкое использование именно тех форм, с которыми человек встречается чаще, которые ему ближе и понятнее. Только от известного человек способен двинуться дальше, к неизвестному, к овладению всем богатством красоты жизни и искусства.
Эстетическое воспитание — это целенаправленное и планомерное воздействие на человека. Однако характер эстетического отношения человека к действительности таков, что оно не может быть спланировано и упорядочено с начала до конца.
-  105  -


Человек, кроме продуманной системой воспитания эстетических воздействий, получает ряд других воздействий, которые также оказывают влияние на формирование его эстетической культуры. Например, может ли продуманная система эстетического воспитания в каком-либо учебном заведении оградить школьника или студента от влияния пошлой музыки, которую он постоянно слышит из соседней квартиры, или от чтения детективного романа самого плохого сорта (качество которого, между прочим, можно оценить только прочитав его.) Такое „внеплановое“ влияние может быть, разумеется, и полезным, если оно идет „в ногу“ с эстетическим воспитанием. Если учесть, что стихийных элементов, врывающихся в жизнь человека довольно много, то станет ясно, что они подчас могут или противостоять или наоборот помогать тому эстетическому воздействию, которое человек получает через систему эстетического воспитания. По существу это тоже будет „воспитанием“, но воспитанием стихийным. Целенаправленное эстетическое воспитание должно быть во всех случаях более сильным и впечатляющим, чем те воздействия, с которыми человек сталкивается стихийно. Таковы основные принципы эстетического воспитания.
Эстетическое воспитание трудящихся в период развернутого строительства коммунизма приобретает исключительный размах. Впервые в истории оно носит целенаправленный характер, является составной частью идеологической работы партии и государства. Социалистическое общество создает необходимые условия для эстетического воспитания.
.Формирование нового человека, — говорил Н. С. Хрущев на XXII съезде КПСС,  —  происходит под влиянием не только воспитательной работы партии, Советского государства, профсоюзов, комсомола, а и всего уклада жизни общества: способа производства, форм распределения, бытового обслуживания, общественно-политической деятельности, правовых норм и судебной практики“1. Весь уклад жизни социалистического общества, повышение благосостояния народа, рост его политической и общественной активности, его трудовой героизм открывают широкие возможности для повышения эстетической культуры советских людей, для создания общенародной, общечеловеческой культуры коммунизма.
1 Н. С. Xрущев. О программе Коммунистической партии Советского Союза., Материалы XXII съезда КПСС, Госполитиздат, 1961, стр. 193.


ТРУДЫ КАЗАНСКОГО АВИАЦИОННОГО ИНСТИТУТЛ
Вып. 69  1962
К. П. ШУРТАКОВ
ОБ ОБЪЕКТИВНЫХ ОСНОВАНИЯХ ФОРМ УМОЗАКЛЮЧЕНИЙ БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ СТЕПЕНИ ОБЩНОСТИ МЫСЛИ
До последнего времени большее внимание в науке о мышлении уделялось изучению отдельных конкретных вопросов логики, но философские проблемы логики оставались недостаточно широко и глубоко исследованными.
Разработка же этих вопросов в настоящее время имеет огромное общефилософское и практическое значение.
Потребности развития науки и практики ставят перед логикой задачу научного обобщения тех логических приемов, которые находят все более широкое и плодотворное применение в современном познании.
Диалектико-материалистическое осознание законов мышления, поэтому, имеет важнейшее значение для освобождения человечества от ошибочных выводов и действий, которые еще делаются в науке и практике благодаря извращенному идеализмом пониманию действительной природы познания. Неоценимое значение имеет логика и при решении политических вопросов.
Проблема объективных оснований форм умозаключений является одной из актуальных философских проблем логики, ибо разрешение ее позволяет правильно понять неразрывную связь логических форм с их содержанием, а также выяснить место и роль логических фигур в диалектическом процессе познания, уточнить соотношение диалектической и формальной логики и др.
В настоящей статье ставится задача высказать некоторые мысли относительно природы форм умозаключений тождества и аналогии.
Методической основой в решении данного вопроса является указание В. И. Ленина о том, что „...самые обычные логические „фигуры“  —  ...суть... самые обычные отношения вещей“.1
1 В. И. Ленин. Соч., т. 38, стр. 168.
— 107 -


Умозаключение как форма мышления определяется не свойствами разума, как полагал Кант, а природой вещей и их отношений, отражаемых в формах умозаключения. Способность к умозаключениям появилась и развивалась у человека вместе с появлением и развитием мышления. Производить умозаключения человека принуждала необходимость знать вещи, их свойства, связи и отношения для целей своего существования. Настоятельная нужда в поддержании своей жизни необходимо заставляла людей связывать возникающие в голове мысли сообразно связи вещей в природе. Только тогда человек мог иметь успех в труде, когда он, хотя и неосознанно, но истинно отражал в мыслях Закономерную связь вещей. Закономерная связь вещей, отражаясь в мышлении человека в течение веков, в результате миллиардного повторения в практике закрепилась в виде определенных форм связи мыслей или фигур логики. Поскольку закономерная связь вещей принудительно навязывалась мыслям, то фигуры логики носят аксиоматический характер.
Ленин, подчеркивая объективную природу форм умозаключения, указывает в „Философских тетрадях:“ ...практика человека, миллиарды раз повторяясь, закрепляется в сознании человека фигурами логики. Фигуры эти имеют прочность предрассудка, аксиоматический характер именно (и только) в силу этого миллиардного повторения“.1
Объективные основания логических фигур, следовательно, коренятся в природе самих вещей, отражаемых в сознании человека в процессе практики. Какова природа вещей, каковы реальные отношения и связи вещей, каковы закономерности и формы бытия внешнего мира, таковы и формы отражения их в сознании человека.
I. Объективные основания форм умозаключений тождества
Понятие „тождество“ употребляется в метафизическом и диалектическом смыслах.
Интересные мысли относительно выделения двух разновидностей тождества и обоснования диалектического понимания тождества высказал Гегель,2 хотя он и понимал тождество как момент в развитии абсолютного духа.
Разновидности тождества отмечаются также М. И. Карин- ским3 и Л. В. Рутковским4, хотя диалектико-материалистическая природа тождества осталась ими непонятой.
1 В. И. Ленин. Соч., т. 38, стр. 209.
2 Гегель. Наука логики, Соч., т. V, 1937, стр. 478—489.
3 М. И. Каринский. Классификация выводов. Избр. труды русских логиков XIX в., АН СССР, 1956.
4 Л. В. Рутковский. Основные типы умозаключений. Избр. труды русских логиков XIX века, 1956.
- 108 -


Правильное решение проблемы отношения тождества возможно лишь на основе последовательного применения принципов диалектического материализма.
С точки зрения диалектического материализма отношение тождества является объективным отношением, одним из отношений между предметами, явлениями объективно развивающегося мира. Поэтому сущность отношения тождества, как и всех других, определяется характером движения материи.
Движущаяся материя существует не как „чистая“ категория; она является объективной реальностью в виде конкретных, ощущаемых, качественно определенных предметов, явлений, которые находятся во всеобщей взаимосвязи, во взаимопереходах друг в. друга и в других отношениях, следствием которых является движение.
Поэтому, если материальные тела представляют собою качественно определенный момент абсолютного движения материи, значит и отношения между ними есть качественно определенный момент абсолютного движения материи. Превращение одних тел в другие вызывает соответственно и смену отношений между ними; одни отношения переходят в другие.
Поэтому на отношения вещей нельзя смотреть как на застывшие. Все они переходят в свою противоположность. Но поскольку есть конкретные тела, как моменты развития материи в определенном качественно оформленном виде, то есть и фиксируемые моменты их отношений, также качественно выраженные. Все отношения предметов материального мира, а по причине этого и отражение их в сознании, имеют, следовательно, одновременно и абсолютный и относительный характер.
Такой же характер имеет и отношение тождества как один из типов многочисленных отношений материального мира.
Выражая диалектику связей предметов объективного мира, диалектический материализм понимает отношение тождества не абстрактно, как метафизика, а конкретно. Включая в понятие тождества совпадение, одинаковость, общность двух предметов по сущности, диалектический материализм признает такое тождество предметов, которое не исключает внутренних противоречий, существующих в них, а, следовательно, не исключает и тождества противоположностей.
Но поскольку каждая вещь есть в каждый данный момент определенная вещь, адекватная самой себе или другой такой же вещи, то, следовательно, отношение тождества не исключает и тождества вещи с самой собою в каждый данный момент.
Объективный характер этих двух моментов отношения тождества, двух его взаимосвязанных разновидностей в нашем сознании закрепляется в форме двух понятий: „тождество с самим собою“ и „тождество противоположностей“. Понятие „тождество с самим собою“ отражает отношения тождества в
- 109 -


момент относительного покоя, когда предметы совпадают между собою по сущности или совокупности определяющих свойств. Понятие же „тождество противоположностей“ выражает отношения тождества в процессе перехода качественных определенностей друг в друга в ходе борьбы содержащихся в них двух противоположных тенденций; оно есть выражение общности различного.
Подмечая два момента отношения тождества, диалектический материализм понимает их не изолированно друг от друга, а указывает на их диалектическую взаимосвязь: отношения тождества относительного покоя являются моментом отношений тождества абсолютного движения материи, ибо сама материя представляет собою единство прерывного и непрерывного, в котором прерывное является моментом непрерывного.
Диалектико-материалистическое понимание принципа тождества коренным образом отличается от метафизического, согласно которому тождество есть лишь выражение равенства каждой вещи самой себе. Смысл принципа тождества в метафизике выражаются формулой а = а. Все вещи считает постоянными: предметы, организмы, звезды и т. д. Метафизики абсолютизировали тождество относительного покоя, возвели его в ранг всеобщего принципа и тем самым исказили объективный характер отношений тождества. Они не сумели понять главного в отношениях тождества, что объективное тождество содержит в себе и различие, изменение.
„Естествознание,  —  указывает Энгельс,  —  в последнее время доказало в подробностях... тот факт, что истинное конкретное тождество, содержит в себе различие, изменение“.1 „Тот факт, что тождество содержит в себе различие, выражен в каждом предложении, где сказуемое по необходимости отлично от подлежащего“2 Для Энгельса является само собою разумеющимся, что „тождество с собою уже с самого начала имеет своим необходимым дополнением отличие от всего другого“.3 С точки зрения диалектики определяющей разновидностью тождества является тождество противоположностей. Тождество противоположностей представляет собою всеобщий процесс, охватывающий самые различные области объективного мира, а также и познания. „Диалектика есть учение о том, как могут быть и как бывают (становятся) тождественными противоположности,  —  при каких условиях они бывают тождественными, превращаясь друг в друга,  —  почему ум человека не должен брать эти противоположности за мертвые, застывшие, а за живые, условные, подвижные, превращающиеся одна в другую“.4
1 Ф. Энгельс. Диалектика природы, 1949, стр. 170.
2 Там же, стр. 169.
3 Там же.
4 В. И. Ленин. Соч., т. 38, стр. 97—98.
- 110 —


Признавая определяющую роль тождества противоположностей по отношению к тождеству с самим собою, диалектический материализм не отрицает роли последнего, но указывает на его ограниченность, относительный характер.
Критикуя метафизиков за выделение тождества с самим собою или „абстрактного тождества“ в качестве всеобщей формы тождества, Энгельс замечает: „Но уже в неорганической природе тождество как таковое в действительности не существует. Каждое тело беспрерывно подвержено механическим, физическим, химическим воздействиям, которые все время производят в нем изменения, модифицируют его тождество. Абстрактное тождество и его противоположность по отношению к различию уместны только в математике  —  абстрактной науке, занимающейся умственными построениями, хотя бы и являющимся отражениями реальности,  —  причем и, здесь оно постоянно снимается“.1 И далее: „Как и все метафизические категории, абстрактное тождество годится лишь для домашнего употребления, где мы имеем дело с небольшими масштабами или с короткими промежутками времени; границы, в рамках которых оно пригодно, различны почти для каждого случая и обусловливается природой объекта“.2
Тождество противоположностей и тождество с самим собою диалектически взаимосвязаны. Это две формы, две разновидности одного и того же типа отношений вещей. Общим моментом для обеих этих разновидностей является то обстоятельство, что в обеих этих формах отражены отношения предметов с точки зрения их одинаковости по сущности, или по совокупности существенных свойств. Например, отдельное тождественно общему, так как „... отдельное не существует иначе как в той связи, которая ведет к общему. Общее существует лишь в отдельном, через отдельное. Всякое отдельное есть (так или иначе) общее. Всякое общее есть (частично или сторона или сущность) отдельного“.3
Точно так же одинаковость по сущности или по совокупности существенных свойств необходима для того, чтобы копия был тождественна оригиналу, с чем мы встречаемся, например, в изготовлении изорепродукций, в настройке музыкальных инструментов, в моделировании и т. п.
Этот общий момент между двумя разновидностями тождества и является тем основанием, в силу которого они относятся к одному типу отношений. Но эти разновидности тождества  —  две специфические формы отношения тождества. Специфичность их обуславливается тем фактом, что тождество с самим собою выражает отношения одинаковости по сущности
1 Ф. Энгельс. Диалектика природы, 1948, стр. 169.
2 Там же, стр. 170.
3 В. И. Ленин. Соч., т. 38, стр. 359.
- 111 —


в момент относительного покоя, а тождество противоположностей  —  в процессе абсолютного движения объективного мира, в процессе перехода качественно определенных противоположностей друг в друга.
Уяснение диалектико-материалистического взгляда на отношения тождества являются очень важным фактором для правильной ориентации в определении объективных оснований умозаключений тождества, ибо формы мышления, в которых отражается объективный мир, являются отражением форм связей и отношений вещей материального мира.
Итак, в чем же состоят объективные основания форм умозаключений тождества?
В модификации умозаключения тождества, как указывалось выше, нашла свое отражение такая связь вещей, которая выражает относительную одинаковость двух вещей или их существенных признаков, т. е. в форме умозаключений тождества наиболее ярко выражается тождество с самим собою.
Это стало возможным в силу того, что формы умозаключения тождества в процессе практической деятельности человека абстрагировались от миллиардных конкретных случаев такого рода отношений.
Многократные повторения мыслительных операций на основе отношений тождества вещей с самими собою позволили нашему мышлению, обладающему величайшей способностью обобщения, выкристаллизировать, отдифференцировать эти отношения от других и закрепить их в сознании формами умозаключения тождества.
Но однажды осознав закономерности производства логических операций, в дальнейшем мы уже не утруждаем себя различного рода пробами и повторениями, а используем найденные закономерности логического процесса как принципы, которые применяем в любых сходных условиях.1 Практика настолько отшлифовала эти принципы логических операций, что они получили значение абсолютной истины, значение аксиом.
Рассмотрим на примерах характер отношений вещей, отразившихся в формах умозаключения тождества.
Ярким примером умозаключения тождества является вывод В. И. Ленина в книге „Материализм и эмпириокритицизм“ о том, что: 1) философия Маха  —  это „сплошной плагиат у Беркли“, „это буквальное повторение Беркли“, и что 2) „учение Э. Маха о вещах, как комплексах ощущений, есть субъективый идеализм, есть простое пережевыванье берклеанства“.
Известно, что в начале нашего века целый ряд русских писателей предприняли поход против философии марксизма, взяв
1 См. К. А. Славская. Процесс мышления и использование знаний. Процесс мышления и закономерности анализа, синтеза и обобщения. АН СССР, 1960;
Н. М. Жукова. Роль анализа и обобщения в познавательной деятельности. Там же.
— 112 -


себе в духовные отцы философские взгляды Э. Маха и Авенариуса и объявив их философию „философией естествознания XX века“.
Чтобы показать абсурдность утверждений русских махистов и выяснить истинный смысл философии Маха и Авенариуса, Ленин приводит сравнение философских взглядов Маха с философскими взглядами откровенного субъективного идеалиста Беркли и находит, что взгляды Маха и Беркли тождественны.
Нет необходимости текстуально выписывать весь ход рас- суждений Ленина по данному вопросу. Они хорошо известны. Поэтому приведем лишь логическую схему вышеуказанных выводов Ленина.
Характерно, что при сопоставлении философских учений Беркли и Маха Ленин выделяет их взгляды по основным, самым существенным вопросам, полностью определяющим философскую линию. Это вопросы:
1)  что собой представляет окружающий нас мир, тела;
2)  познаваем ли мир, что собой представляют наши знания;
3)  отношение к понятию „материя“, к материализму и др. Логическая схема умозаключения выглядит следующим образом.
Философское учение Беркли: 1) Объекты человеческого познания представляют собой комплекс моих идей. Мир состоит только из моих идей; 2) Идеи эти или „объекты познания“ (т. е. тела) не могут существовать „вне ума, воспринимающего их“. Человек познает в окружающем мире свои идеи; 3) Материя есть „ничто“, „абсурдная“ выдумка „отдельных жалких сект атеистов“.
Философское учение Маха: 1) Тела есть комплексы моих ощущений, называемых „элементами мира“. „Мир состоит только из наших ощущений“; 2) Мои ощущения или элементы делятся на физические и психические. Связи физических и связи психических элементов отдельно друг от друга не существуют, а только вместе. „Мы ощущаем только свои ощущения“; 3) Материя есть голый, абстрактный символ.
Одинаковость философских взглядов Беркли и Маха по основным философским вопросам, определяющим сущность их философской линии, позволяет Ленину сделать вывод, что философия Маха  —  это „буквальное повторение Беркли,... сплошной плагиат у Беркли“, т. е. философское учение Маха тождественно философскому учению Беркли.
Логическая формула данного вида умозаключений тождества выражается следующим образом:
А — к, л, м, н... р
В — к, л, м, н,.. р
А тождественно В
Основанием вывода по данной форме умозаключения тождества является совпадение двух явлений, по своим основным
- 113 -


признакам, определяющим сущность этих явлений, Сущность данного вида умозаключения тождества выражается аксиомой: два явления, тождественные в существенных признаках, тождественны между собою.
По своей природе умозаключение тождества в данной форме явилось, следовательно, абстрагированием связей двух вещей, одинаковых по своим существенным свойствам.
Часто пользуется умозаключением тождества Н. С. Хрущев в своих выступлениях и докладах. Так, в докладе на Пленуме ЦК КПСС 5 марта 1962 года „Современный этан коммунистического строительства и задачи партии по улучшению руководства сельским хозяйством“ при обосновании утверждения о том, что „наша партия поступила по-ленински, определив в новой Программе КПСС построение материально-технической базы коммунизма как свою главную экономическую задачу“, он пользуется отождествлением Действий КПСС в этом отношении с ленинскими заветами, с учением марксизма-ленинизма.
Приведем это высказывание: „При разработке Программы партии мы исходим из ленинских заветов. Напомню один исторический пример. Характеризуя план ГОЭЛРО, В. И. Ленин указывал: „На мой взгляд, это — наша вторая программа партии... Наша программа партии не может оставаться только программой партии. Она должна дополниться второй программой партии, планом работ по воссозданию всего народного хозяйства и доведению его до современной техники“. Ленин говорил, что „электрификация переродит Россию. Электрификация на почве советского строя создаст окончательную победу основ коммунизма в нашей стране...“ (Соч., т. 30, стр. 343).
Наша партия поступила по-ленински, определив в новой Программе КПСС построение материально-технической базы коммунизма как свою главную экономическую задачу“1
Умозаключение тождества имеет и другие модификации. Для примера возьмем вывод Ленина о том, что „учение Э. Маха о вещах, как комплексах ощущений, есть субъективный идеализм, есть простое пережевыванье берклеанства“.
Логическая схема данного вывода имеет следующий вид.
Философское учение Беркли о вещах, как комбинациях ощущений, комплексе идей представляет собою субъективный идеализм. Философское учение Маха о вещах, как комплексах ощущений, есть простое пережевыванье берклеанства, т. е. философское учение Маха тождественно философскому учению Беркли. Следовательно, философское учение Маха представляет собою субъективный идеализм.
Формула данного вида умозаключения тождества будет такова:
А - К
В тождественно А
Следовательно, В — К
1 „Правда“, 1962, 6 марта.
- 114 -


Основанием вывода по данной форме умозаключения тождества является совпадение двух явлений по сущности, по единству их существенных свойств. На этом основании признаки одного явления распространяются на другое явление.
Иногда вместо различных А и В выступает один и тот же предмет, но под различными наименованиями. Например, „когда историк убеждается, что первый самозванец одно и то же лицо с Григорием Отрепьевым, он переносит на первого известия о происхождении и жизни последнего и проясняет до некоторой степени, при помощи этих сведений, образ самозванца“1.
Но эти случаи не нарушают принципиальной стороны отношений, выраженных в вышеприведенной формуле умозаключения тождества, ибо один и тот же предмет, будучи обозначен различными именами, рассматривается обычно нашим сознанием в качестве двух отдельных предметов. Поэтому с точки зрения природы объективных оснований эта форма умозаключения также является отражением связи между вещью и признаком другой вещи, тождественной с первой.
Сущность этой модификации умозаключения тождества выражается аксиомой: два явления, тождественные между собою, тождественны в своих существенных признаках.
Модификации умозаключения тождества дают и отрицательные выводы, если в посылках устанавливается, что существенные признаки одной вещи не тождественны существенным признакам другой вещи, или, если в посылках утверждается, что какая-либо вещь не тождественна другой вещи. На этом основании в выводе устанавливается или нетождественность двух различных вещей или нетождественность существенных признаков двух различных вещей.
Примером первого рода отрицательного вывода в форме умозаключения тождества является обоснование Лениным различия между материализмом и махизмом. Приведем это рассуждение Ленина полностью.
„Различие между материализмом и „махизмом“ сводится, значит, по данному вопросу к следующему. Материализм в полном согласии с естествознанием берет за первичные данные материю, считая вторичным сознание, мышление, ощущение, ибо в ясно выраженной форме ощущение связано только с высшими формами материи (органическая материя) и в „фундаменте самого здания материи“ можно лишь предполагать существование способности, сходной с ощущением... Махизм стоит на противоположной, идеалистической, точке зрения и сразу приводит к бессмыслице, ибо, во 1-ых, за первичное берется ощущение вопреки тому, что оно связано с определенными процессами в определенным образом организованной материи, а,
1 М. И. Каринский. Классификация выводов. Избранные труды русских логиков XIX века, стр. 64.
- 115 -


о 2-ых, основная посылка, что тела суть комплексы ощущений нарушается предположением о существовании других живых существ и вообще других „комплексов“, кроме данного великого Я... Материализм ясно ставит нерешенный еще вопрос (речь идет о том, „откуда возникает ощущение“  —  К. Ш.) и тем толкает к его разрешению, толкает к дальнейшим экспериментальным исследованиям. Махизм, т. е. разновидность путанного идеализма, засоряет вопрос и отводит в сторону от правильного пути посредством пустого словесного выверта: „элемент“.1
Формула данного умозаключения:
А — К, Л, М.
В — не К, не Л, не М
Следовательно, В не А
Аксиома этой модификации умозаключения тождества следующая: два явления не тождественные (контрарные) в существенных признаках, не тождественные (контрарны) между собою.
Примером второго рода отрицательных выводов в форме умозаключения тождества является умозаключение:
Философские взгляды Маркса и Энгельса представляют диалектический материализм. Философские взгляды русских махистов противоположны философским взглядам Маркса и Энгельса. Следовательно, философские взгляды русских махистов противоположны диалектическому материализму.2
Форма этого вида умозаключения тождества:
А —К
В не А
В не К
Сущность этой модификации умозаключения тождества выражается аксиомой:  два явления, не тождественные (контрарные) между собою, не тождествены (контрарны) в своих существенных признаках.
Характер отношений вещей, закрепившихся формами умозаключения тождества, определяет и роль их в познании.
Всякий раз, когда в процессе мышления мы встречаемся со связями и отношениями объектов мысли, которые адекватны связям и отношениям вещей, легшим в основу формирования форм умозаключений тождества, тогда наше мышление непременно благодаря им выводит новые знания об исследуемых явлениях; они являются как бы принципами, которыми, руководствуется наше мышление в решении задачи со сходными условиями.
1  В. И. Ленин. Соч., т. 14, стр. 34.
2 См. там же, стр. 7—8.
- 116 -


Поскольку формы умозаключения тождества абстрагировались от соотношения вещей по сущности или по существенным признакам, то истинность выводов, полученных с помощью этих форм, обусловливается тем, насколько истинно в посылках отражены существенные признаки исследуемых объектов.
Ярким подтверждением этого является перенос данных научного эксперимента в производственные условия. Хорошо известно, что не всегда, например, химические производственные установки позволительно конструировать по принципу прямого переноса с экспериментальных установок, хотя экспериментальная установка и является основой для заводской. Причина этого, как известно, заключается в том, что различие в количествах взаимодействующих компонентов этих процессов сказывается на их качественном отличии, выраженном в различии технологии производственного процесса от лабораторного эксперимента.
В других же случаях, например в строительном деле, в механике, а также в ряде химических процессов и др. перенос данных научного эксперимента в производственные условия возможен прямым путем, так как количественные различия производственного процесса и лабораторного эксперимента не оказывают существенного различия на их качество.
В логическом выражении в обоих этих случаях перенос данных лабораторного эксперимента в производственные условия производится путем отождествления этих процессов, так как процессы сопоставляются по определенным относительно очерченным существенным признакам, определяющим их сущность.
Но в первом случае возможности отождествления лабораторного эксперимента и заводской установки ограничены, ибо при сравнении этих двух процессов по их существенным признакам необходимо учесть еще изменение самих этих существенных признаков под влиянием количественных характеристик. Во втором же случае отождествление произведено по существенным признакам, которые не подверглись заметному изменению под влиянием количественных характеристик. Другими словами, во втором случае отождествление двух предметов проводится по более истинным для обоих процессов существенным признакам, а в первом  —  по менее истинным для обоих процессов существенным признакам. Поэтому и заключение во втором случае будет носить более истинный характер, а в первом  —  менее истинный характер.
По своему назначению положительные формы умозаключения тождество используются для получения знаний о новых соотношениях предметов, а отрицательные формы  —  для опровержения ошибочных положений.
Приведенные выше примеры служат ярким свидетельством этого.
- 117 -


Подведем итоги вышесказанному. Объективной основой форм умозаключения тождества является относительное совпадение веши с самой собою или относительная одинаковость двух однопорядковых вещей по сущности, по их существенным свойствам, лежащим в основе качественных отношений вещей. Другими словами, объективной основой форм умозаключения тождества являются отношения вещей по качеству.
Будучи абстрагированным от конкретных отношений вещей по качеству, модификации умозаключения тождества закрепили собою специфические виды качественных отношений вещей. Первая модификация явилась отражением тождества двух явлений по их существенным признакам, а вторая  —  отражением тождества двух явлений по их собственно сущности, по тождественности их между собою.
Истинность выводов, полученных с помощью форм умозаключения тождества, обусловливается тем, насколько истинно определены в процессе исследования существенные признаки предмета.
В процессе познания формы умозаключения тождества используются нашим мышлением как принципы получения новых знаний в условиях, сходных с объективными основаниями этих форм. Наряду с другими формами мышления формы умозаключения тождества позволяют достаточно полно и глубоко, всесторонне и обобщенно познавать объективную реальность, а также и сам процесс познания.
2.  Объективные основания форм умозаключения аналогии
В традиционной логике на аналогию имеется две основных точки зрения. Согласно первой точке зрения аналогия является таким умозаключением, когда из того, что вещи известного рода обладают известным свойством, умозаключаем, что и другие вещи этого рода также обладают этим свойством1 т. е. умозаключением „не от свойств одного к свойству другого, а от группы к отдельному предмету“2. Сторонники второй точки зрения под аналогией понимают такие умозаключения, вывод которых основывается на „сходстве двух предметов в известном отношении“3. М. С. Строгович4 считает, что аналогия имеет обе эти формы.
Правильное решение вопроса о сущности и специфике умозаключения аналогии возможно лишь на основании определения
1 Гегель. Соч, т. I, 1930, стр. 298.
2 В. Ф. Асмус. Логика, 1947, стр. 335.
3 Л. В. Рутковский. Основные типы умозаключения, Избр. труды русских логиков XIX века, стр. 279.
4 М. С. Строгович. Логика, 1949, стр. 315—316.
— 118 -


его объективных оснований, на базе исследования характера отношения вещей, закрепившихся в процессе практики формами умозаключения аналогии.
Чтобы определить объективные основания форм умозаключения аналогии, проанализируем известные примеры этого умозаключения, приводимые большинством авторов. Одним из таких примеров является вывод о существовании на Марсе органической природы подобной той, которая имеется на Земле. Для производства такого вывода сравниваются условия, которые имеются на Марсе, с условиями, которые существуют на земле. Марс и Земля имеют ряд сходных условий, а именно: Марс, как и Земля, вращается вокруг Солнца и вокруг своей оси, причем период вращения Марса очень близок к земному; наклон оси к плоскости орбиты у Марса немного меньше, чем у Земли (у Земли 66°33‘, у Марса  —  64°48‘); на Марсе, как и на Земле, имеется атмосфера, хотя и сильно разреженная, в атмосфере Марса обнаружены перистые облака из кристаллов льда и желтые облака из пыли или мелкого песка и т. д.
На основании этого ряда сходных условий на Марсе  с условиями на Земле мы делаем заключение, что на Марсе, вероятно, существует органическая жизнь, сходная с той, которая имеется на Земле.
Объективной основой производства данного заключения, как видно, является сходство двух предметов (Марс и Земля) в ряде своих признаков. На базе этого сходства двух предметов в ряде признаков утверждается сходство данных предметов и в других их признаках.
Установление новых признаков вещи на основе сходства ее с признаками другой вещи возможно в силу того, что признаки вещей выражают собою в той или иной степени их сущность, качество. И если две вещи одинаковы по своей сущности, то их признаки будут также одинаковы. Если же две вещи по своей сущности сходны, то и признаки их будут также сходны. Эта объективная закономерность выражения качественной определенности предмета через ряд одних и тех же постоянных, устойчивых признаков была подмечена нашим мышлением и абстрагирована в виде определенных его форм.
Сравнение в практике двух одинаковых по существенным признакам предметов приводило к выводу об одинаковости самих предметов и легло в основу, как было выяснено в первом параграфе, формирования модификаций умозаключения тождества. Сравнение же в практике двух предметов, имеющих лишь некоторые сходные признаки, приводило наше мышление к выводу о сходстве этих предметов между собою и о сходстве их в других признаках. Такие отношения вещей закрепились в нашем мышлении формами умозаключения аналогии.
Так, изучая, например, физические явления, мы обнаруживаем, что звук подчиняется законам прямолинейного распространения, отражения, преломления, отклонения, интерферен-
- 119 —


ции. Относительно звука также известно, что вызывается он периодическими движениями.
При изучении другого физического явления  —  света  —  мы находим, что он также подчиняется законам прямолинейного распространения, отражения, преломления, отклонения, интерференции, т. е. свет в ряде своих признаков сходен со звуком. Но относительно света мы до сих пор еще не знали, чем он вызывается.
Сходство звука и света в ряде признаков приводит нас к мысли, что звук и свет должны быть сходны во всем между собою. И на этом основании мы заключаем, что, вероятно, и свет вызывается периодическими движениями. Практика подтвердила истинность данного вывода. Впоследствии, как известно, данный вывод привел к понятию световой волны.
Подобный порядок связи предметов и их признаков, отражаясь миллиарды раз в нашем сознании с помощью практики был осмыслен нами как определенный принцип связи мыслей, на который можно опираться и которым можно руководствоваться при мысленном познании объективного мира. Структура мыслей, отражающая отношения сходства двух предметов в еще непознанных для одного из них признаках на основании сходства этих предметов по изученным их признакам, в логике получила наименование формы умозаключения аналогии.
Схематически структура мыслей умозаключения аналогии обычно выражается следующим образом:
А  —  а, б, в, г,
В  —  а, б, в
В  — ... г.
Хотя процесс вывода по аналогии слагается как бы из двух взаимосвязанных между собою моментов, первым из которых устанавливается сходство предмета В с предметом А на основании сходства их признаков а, б, в, а вторым  —  признак Г, имеющийся у предмета А и не известный пока для предмета В, на основании сходства предмета В с предметом А утверждается за предметом В.
Формула, более близко выражающая такой процесс вывода по аналогии, должна быть следующая:
А — а, б, в, г
В — а, б, в
В сходно с А
 А  —  г
В  — г
Но поскольку процесс вывода по аналогии непрерывный и первое заключение „В сходно с А“ является переходящим в этом непрерывном процессе, то в целях удобства в формуле
— 120 —


его можно опустить и принять для обозначения формы умозаключения аналогии первую схему, обобщающую оба момента процесса вывода.
Таким образом, объективной основой выводов по аналогии является сходство двух предметов в ряде своих признаков, т. е. вывод по аналогии представляет собой движение мысли от свойств одного предмета к свойствам другого предмета.
Академик А. И. Опарин, обобщая логический процесс развития научных данных о существовании жизни на других планетах, сущность умозаключения аналогии раскрывает следующим образом: „Чаще всего изучению подвергаются существующие на поверхности планет физические и химические условия. Затем их сравнивают с теми условиями, которые необходимы для жизни наших земных организмов, и отсюда делают вывод о возможности наличия жизни на данной планете.“1
Вывод по аналогии может быть различной степени достоверенности. Его характер определяется характером отношений вещей, которые легли в основу формирования формы умозаключения аналогии, и в первую очередь, характером сопоставляемых признаков предметов.
Признаки вещей, как известно, бывают существенные и несущественные. Существенные признаки глубоко раскрывают внутреннюю закономерность данного предмета (или группы предметов) и лежат в основе его качественной определенности, а несущественные признаки — внешние, случайные проявления данного предмета (или группы предметов), дополняют его качественную характеристику.
Эта объективная закономерность связей вещей также проявила себя в формировании форм умозаключения аналогии и послужила основой для различия видов аналогии: строгой, научной и простой, популярной. Строгая аналогия опирается на сходство лишь существенных признаков двух предметов, а простая — на сходство и существенных и несущественных признаков, тех признаков, которые встречаются при первоначальном, внешнем знакомстве с предметом. А это в свою очередь отражается на степени достоверности выводов по аналогии. Поскольку общая закономерность, сущность, качественное своеобразие предмета раскрывается наиболее глубоко в ряде существенных взаимосвязанных признаков, то вывод по строгой аналогии на основании сходства существенных признаков будет носить более достоверный характер по отношению к выводам по простой аналогии, опирающейся на существенные и несущественные признаки.
Сравнение двух предметов по несущественным признакам приводит к ложному выводу, а противоречие двух предметов, хотя бы в одном из существенных признаков, делает вывод по аналогии невозможным.
1 А. И. Опарин. Есть ли жизнь на других планетах. „Советская Татария“, 1961, 24 мая.
- 121 -


Примером более достоверного вывода по аналогии на основании существенных признаков является вывод Советского правительства о той позиции, которую оно будет вынуждено занять, если США, Англия, Франция и др. западные страны не примут его предложения по Германскому вопросу.
В этих условиях, как заявил Н. С. Хрущев на пресс-конференции в Париже 18 мая 1960 года, у Советского Союза не окажется другого выхода, как заключить мирный договор с Германской Демократической Республикой, подвести черту под второй мировой войной вместе с другими странами, которые пожелают этого, и тем самым лишить западные державы права иметь оккупационные войска в Западном Берлине.
В обоснование этой позиции Советского правительства Н. С. Хрущев привел следующее рассуждение: „Подписав мирный договор с ГДР, мы сделаем, собственно, то, что сделали Соединенные Штаты Америки, когда был заключен мирный договор с Японией. Мы воевали вместе с Соединенными Штатами Америки против Японии. Соединенные Штаты Америки подписали мирный договор с Японией, хотя мы его не подписали. Мы тратили много сил, чтобы доказать необходимость подписать договор вместе, а они не посчиталися с ними. Сейчас все наши усилия прийти к соглашению и подписать вместе мирный договор с Германией, видимо, исчерпаны почти до предела. Когда они будут исчерпаны полностью, мы, и очевидно, другие страны, воевавшие против гитлеровской Германии, подпишем договор так, как это сделали американцы, подписав мирный договор с Японией“.1
Более достоверный характер данного вывода по аналогии обусловлен тем, что сопоставление двух предметов (подписание мирного договора с Японией без согласия Советского Союза и подписание мирного договора с Германской Демократической Республикой без согласия западных держав) здесь проведено, по их существенным, определяющим признакам (воевали вместе, тратили много сил для совместного подписания мирного договора), в силу которых во втором из этих предметов необходимо должен быть также признак (подписание мирного договора с Германской Демократической Республикой без западных держав, если они не захотят подписать мирный договор вместе), имеющийся у первого, но пока отсутствующий у второго предмета.
Примером ложного вывода по аналогии, вследствие того, что сравнение двух предметов проводится по несущественным признакам, может служить критика В. И. Лениным буржуазно- либерального вывода Н. Рожкова о значении III Государственной думы для России, аналогичном значению французского Законодательного Корпуса в последние годы второй империи. Н. Рожков, по либеральному оценивая процесс революции в
1 „Правда“, 1960, 19 мая.
-122-


России и роль всех классов в пей, в качестве основы этого вывода взял формальное сходство России первого десятилетия XX века с Францией 60-х годов XIX века, а именно, — во Франции была буржуазия и в России есть буржуазия.
В. И. Ленин, раскрывая ошибочность такого подхода к изучению исторических вопросов, подобное сравнение назвал „несерьезным“, „образчиком игры в исторические параллели“. Он указывал, что смешно сравнивать Францию 60-х годов с Россией начала XX века, ибо во Франции „была давно уже закончена вполне эпоха буржуазных революций, в дверь стучалась уже прямая схватка пролетариата с буржуазией, бонопартизм выражал собою лавирование власти между этими двумя классами“1, а в России буржуазная революция еще не закончилась, „новая буржуазия России“ еще угодничает перед монархией и не в состоянии ей противопоставить „ничего, кроме воркотни“. В условиях России другим было, чем во Франции, и классовое положение рабочего класса, другими были и способы его борьбы.
Ложность вывода буржуазного либерала Н. Рожкова, как видно, обусловлена тем, что аналогия была им проведена по внешнему, несущественному для сравниваемых явлений признаку, без учета конкретных условий развития этих явлений. На поверку же оказывается, что существенные признаки Франции 60-х годов XIX в. и России начала XX века являются несравнимыми, противоположными, а вывод по аналогии в указанном аспекте, следовательно, становится невозможным. Аналогия получается искусственной.
Формы умозаключения аналогии отразили собою и такую особенность отношения вещей, благодаря которым существенные их признаки выступают как безотносительные и относительные.
Если два предмета сходны в их существенных безотносительных признаках, тогда вывод по аналогии будет иметь необходимый характер, что мы видели на примере вывода о необходимости подписания мирного договора с Германской Демократической Республикой без западных держав, если они не захотят подписать мирный договор вместе.
Если же два предмета сходны в существенных относительных признаках, то вывод по аналогии возможен, но степень его достоверности значительно уменьшается. Доказательством этого может служить вывод о возможности органической жизни на Марсе, подобной органической жизни на Земле. Вывод о наличии органической природы на Марсе, как было указано, сделан на основании сравнения условий на Марсе с условиями на Земле. Условия эти определяются существенными признаками Марса и Земли. Но сравнительные существенные признаки являются лишь существенными относительными признаками для опре-
1 В, И. Ленин., Соч., т. 17, стр. 285.
-  123  -


деления наличия на Марсе органической природы, подобной той, которая имеется на Земле, из них еще не вытекает необходимо существование „земной“ органической жизни на Марсе. Наряду со сменой дня и ночи, времен года, наличием атмосферы и т. д. для необходимого существования органической жизни, подобной той, какая известна на Земле, необходимы воздух определенного состава, вода, наличие температурных колебаний, не превышающих известных пределов. Но в этом то отношении условия на Марсе, как раз менее всего точно известны, а то, что известно, указывает на значительное отличие необходимых условий жизни на Марсе от земных.
„Очень тяжелые с точки зрения нашей земной жизни условия существуют и на Марсе. Атмосфера этой планеты является очень сильно разреженной. В большей своей части она, по-видимому, состоит из азота, инертных газов и небольшой доли водяных паров. Содержание углекислоты в ней примерно вдвое больше, чем на Земле. Наличие свободного кислорода на Марсе до сих пор не установлено...“1
Некоторое различие в непосредственных условиях органической жизни на Марсе с условиями органической жизни на Земле делает указанный вывод по аналогии на основании существенных относительных признаков только вероятным, предположительным, но поскольку этот вывод делается на основании существенных признаков двух предметов, то он возможен.
Сходство в ряде существенных признаков Марса и Земли делает до некоторой степени обоснованным принципиальное решение вопроса о существовании органической жизни на Марсе, но различие в непосредственных условиях органической жизни на Марсе с условиями на Земле, т. е. относительный момент существенных признаков приводит к различным точкам зрения на виды и формы органической жизни на Марсе. Так, советский астроном Тихов считал, например, что на Марсе присутствует высокоразвитая растительность, а другой советский ученый — Лебединский указывает, что на Марсе могут быть условия, достаточные лишь для существования на его поверхности низкоорганизованных, анаэробных микробов, осуществлявших весь свой обмен в отсутствии кислорода.2
Подытоживая все вышесказанное, можно сделать следующие выводы:
1. 	Объективной основой форм умозаключения аналогии является сходство двух предметов в ряде своих существенных или существенных и несущественных, признаков. Поскольку же существенные признаки раскрывают сущность предмета, основу его качественной определенности, то в более общем
1 А. И. Опарин. Есть ли жизнь на других планетах. „Советская Татария“. 1960, 24 мая.
2 Там же.
-  124  -


плане формы умозаключения аналогии явились, как и формы умозаключения тождества, отражением качественных отношений вещей.
2.  Характер существенных признаков предметов, определяемый их безотносительным и относительным смыслом, обусловливает степень достоверности выводов по аналогии. Сходство двух предметов в существенных безотносительных признаках дает основание для более достоверных выводов по аналогии. Сходство же двух предметов в существенных относительных признаках определяет вероятный, проблематический характер знаний, полученных в выводе.
3.  Сходство двух предметов в несущественных признаках не исключает вывода по аналогии, но вероятность такого вывода исключительно низкая.
4.  Различие двух предметов хотя бы в одном из существенных признаков делает вывод по аналогии невозможным.
Определение объективных оснований форм умозаключения позволяет сделать некоторые уточнения не только относительно гносеологической ценности их, но и по-иному подойти к принципам классификации умозаключений.
Известно, что современная классификация умозаключений по характеру направленности процесса вывода не является совершенной, ибо она сопровождается целым рядом исключений, которые фактически отрицают самый принцип классификации. Противоречивыми формами в ней, как правило, выступает третья фигура силлогизма, условные и раздельные умозаключения, а также так называемые умозаключения без изменения степени общности мысли или традуктивные. Причина противоречивого характера существующей классификации умозаключений на наш взгляд состоит в том, что она проводится без выяснения и учета общих и особенных свойств форм умозаключений, без раскрытия их объективной природы, главного логического смысла, что является определяющим в любой классификации. Поэтому классификация умозаключений, проведенная на основании определения объективных оснований их форм, будет, видимо, в большей степени соответствовать истине.
Подходя с этой точки зрения к умозаключениям тождества и аналогии, не трудно заметить, что при всем их различии, оба эти вида умозаключений являются отражением различных моментов качественных отношений вещей, т. е. в плане классификации умозаключений умозаключения тождества и аналогии следует отнести к умозаключениям качества.


СОДЕРЖАНИЕ
Большов В. И. К вопросу о дифференцированном доходе в добывающей промышленности 3
Безин Н. И. К вопросу о необходимости товарного производства в переходный период от капитализма к социализму в СССР 13
Гильманов З. И. Перестройка партийно-политической работы Татарской партийной организации в первый период Великой Отечественной войны 33
Шумилов Г. И. Татарская партийная организация в период борьбы советского народа за победоносное завершение Великой Отечественной войны 49
Королёва В. В. Деятельность В. И. Ленина по установлению связей редакции „Искры“ с Россией (февраль 1900 —  февраль 1902) 	61
Жуков Н. А. К вопросу о ленинском методе исследования диалектики количественных и качественных изменений в сельском хозяйстве в России в конце XIX века 81
Бажанова В. А. Эстетическое воспитание и его принципы 	91
Шуртаков К. П. Об объективных основаниях форм умозаключений без изменения степени общности мысли 107


Ответственный за выпуск Л. Н. Евграфова
ПФ 04171. Подписано к печати 25 апреля 1962 г.
Формат бумаги 60X92  1/16 Тираж 500.
Объем 8 п. л. Заказ 015.
Типография Казанского авиационного института


Цена 56 коп.