Министерство образования Российской Федерации
Государственное образовательное учреждение
высшего профессионального образования
«Воронежский государственный педагогический университет»
Т. Ю. Березуцкая
Среднедонская катакомбная культура
и ее локальные варианты
(по материалам погребальных памятников)
Монография
Воронеж 2003

УДК 902.07
ББК Т4(0)26
Б48
Рецензенты:
доктор исторических наук, профессор А. Д. Пряхин
кандидат исторических наук, доцент Ю. П. Матвеев
Научный редактор:
доктор исторических наук, профессора. Г. Синюк
Березуцкая Т. Ю.
Б48 Среднедонская катакомбная культура и ее локальные варианты (по
материалам погребальных памятников): Монография. - Воронеж: Воронеж¬
ский государственный педагогический университет, 2003. - 216 -
ISBN 5-88519-276-6
Монография Т. Ю. Березуцкой посвящена исследованию погребений
среднедонской катакомбной культуры. На основании анализа погребального
обряда в целом и в особенности погребальной керамики обосновывается
выделение в лесостепном Подонье двух вариантов культуры - Правобережного
и Левобережного.
Для специалистов-археологов, студентов исторических факультетов, всех, кто
интересуется древней историей Воронежского края.
УДК 902.07
ББК Т4(0)26
Монография издана за счет средств П. М. Золотарева.
Подготовка работы к публикации: В.Д. Березуцкий
ISBN 5-88519-276-6
© Березуцкая Т. Ю., 2003

Березуцкая Татьяна Юрьевна
(24. 02.1964 - 17. 07. 2002)

* * *
Держа в руках останки человека.
Определяем пол его и возраст.
И с точностью от века и до века.
Датируем его эпохой бронзы.
О качестве металла рассуждая.
Находим аналогии прямые.
Бестрепетно на группы разбивая
Былых времен свидетельства немые.
Посуды типологию построив.
Листаем мы истории страницы.
Жизнь подлецов и подвиги героев
Сведя навек в единые таблицы.
И. все .конечно, правильно и важно.
Но. поднявшись над этой суетой.
Как бы хотел из нас. наверно, каждый
Прочувствовать мгновенье жизни той.
Увидеть за размерами курганов
Багровый диск закатного светила.
Вершины гор далеких за туманом.
Звезду, что в небе навсегда застыла.
Не черепа бездушные глазницы.
А теплый взгляд живых и умных глаз.
Услышать ржанье дикой кобылицы
Над степью тихой в предрассветный час.
0. если б прикоснуться было можно
К руке того, кого уже не будет!
Как бы тогда мы стали осторожны
С "интерпретацией" дальнейших судеб ...

* * *
На пыльной соленой от пота дороге
Палящего солнца лучи.
Что ждет нас - обиды, находки, тревоги?
Давай-ка. мой друг, помолчим.
С плеч снимем до боли тяжелую ношу.
Присядем на желтый песок.
Ты лучше не думай, не думай о прошлом.
Мы вместе с тобою, дружок!
Мы просто устали, и путь наш нелегок:
Жара, а воды ни глотка.
Следы наши скроются в мареве сопок
За желтою гривой песка.
Но позже, у цели, уже на пороге.
Вдруг к сердцу подступит тоска:
Мы вспомним о пыльной, соленой дороге
И желтой равнине песка.

СЛОВО ПАМЯТИ ОБ АВТОРЕ
Предлагаемая читателю книга - диссертационное исследование сотрудника кафедры
“гчеетвенной истории Воронежского педуниверситета Татьяны Юрьевны Березуцкой,
: :дг:товленное к защите, но так и незащищенное... Нелепо, трагически оборвалась жизнь
дательного человека, всей душой преданной археологии. Поверить в реальность
лыедии трудно всем нам до сих пор. Вокруг вдруг образовалась пустота и с горечью
: зЕДмаешь, что ее нечем заполнить... Так бывает всегда, когда теряешь верного друга, с
: т :тым многое пережил...
Без своей хозяйки осиротел и опустел кабинет археологии... А нам все кажется, что
ддзшееся - страшный сон, что сейчас откроется дверь и веселая улыбка нашей Тани
селил с души тяжелый камень...
С первого курса исторического факультета Воронежского педуниверситета Татьяна
:: свалила себя археологии. Археологические разведки и раскопки стали неотъемлемой,
: дательной частью ее жизни, без чего она ее и не мыслила. Ей везло в разведках.
~ -чной открыты, в частности, известные ныне в археологической науке
-_дднгсторожевская стоянка эпохи бронзы, Новохарьковский грунтовой могильник эпохи
I елстой Орды и много других, менее известных, но значительно пополнивших список
_гч=ологических памятников области. Исследовала Татьяна и курганы эпохи бронзы
Н:хсльский курган, Песковский могильник), а любимым ее детищем стала катакомбная
Самозабвенно, с присущим ей неизменным чувством романтики Татьяна изучала
дддсомбников. С нетерпением ждала возвращения с поля отрядов экспедиции,
:: лтедовавших курганы с катакомбными захоронениями. А более всего хотелось ей
■агдануть в загадочный мир мировоззрения катакомбных племен, «хотя бы одним
таском». Особый интерес проявляла к керамике катакомбной культуры, которую хорошо
дулила до тонкостей. На ней она акцентировала свое внимание при решении научных
—селем своей темы. Этой теме было посвящено большинство ее научных публикаций.
Уже подготовив диссертацию к защите, начала работать над книгой. Многое в ней
стела сказать иначе, иначе расставить акценты. Увлеченно рассказывала о новых планах
■: следовательской деятельности. Именно в последние годы к Татьяне пришла та мудрость
■: следователя, которая неизменно сменяет «чистую романтику» с ее вечерними кострами,
лдагой... Нет, эта сторона археологической жизни никогда ее не покидала, но теперь
длс видно: установилась некая гармония между наукой и романтикой поля. Наверное это
ладное сочетание, в котором соединяются молодость и зрелость человека-
■; следователя...
Таня для всех, кто ее знал по работе, знакомых и друзей так и не стала Татьяной
У лъ-евной, к которой иначе как по имени-отчеству и не обратишься, чем всегда гордилась,
“слей она и осталась у нас в памяти. Потому что она стала для многих из нас родным,
-'длким человеком, верным другом, товарищем. У Татьяны было какое-то непостижимо
дгнтягивающее качество. Она могла увлеченно, искренне вести разговор с совершенно
тесными людьми. Поговорить «по душам» стремились к ней и наши выпускники, и новые
несомые, прошедшие Афганскую и Чеченскую войны, многие из которых стали ее
дгдъями, студенты... Кажется она разбиралась во всем. И в системах вооружения наших
г:йдов и в тонкостях человеческой души... Она искренне стремилась помочь всем,
с: лезшим в беду. Эта неподдельная искренность, заинтересованность в судьбе человека,
лтсзность к самопожертвованию собирала вокруг нее людей совершенно разных, как по
атактеру, так и по роду занятий.
6

Таня всегда была преданной своим друзьям, всегда радовалась их удачам е
переживала за них. А когда приходила горечь потери, в любую погоду, купив цветы, ехала
на могилу погибшего друга, никогда не афишируя свое горе и поступки...
Татьяна писала стихи. В них есть все, о чем она мечтала. В них нет фальши и
наигранных тем, но есть все то, чем она жила...
Прости Таня, что не уберегли тебя от беды. Мы всегда будем помнить тебя такой,
какой ты осталась в нашей памяти.
Коллеги, друзья.
7

ВВЕДЕНИЕ
Шлакомбная культурная общность занимала в эпоху средней бронзы гигантские
-	— внетва юга Восточной Европы. Своеобразие и оригинальность, неповторимая
з дка ее различных проявлений бьши объектом пристального внимания
. -гедэзателей с момента вьщеления подкурганных погребений, содержащих скорченные
—ценные охрой скелеты. За столетнюю историю изучения катакомбные памятники не
:тггз)т удивлять специалистов. Неожиданные, порой уникальные, материалы ставят
вопросы и порождают новые проблемы.
Твоей неординарностью и разнообразием форм погребения в катакомбах
--влсмбные памятники заметно вьщеляются из свиты культур эпохи бронзы современных
-гвн:й и лесостепной зон Восточной Европы. Целый ряд аспектов, связанных с
- эл дурными образованиями бронзового века в целом, неотделим от вопросов
—: в:хождения, развития и дальнейших судеб племен - носителей катакомбных традиций,
-гч долее, что пополняющаяся каждый год источниковая база диктует необходимость
--втвоотки новых подходов к сложившимся ранее схемам и концепциям.
К настоящему времени существует несколько фундаментальных работ, посвященных
-елнедонской катакомбной культуре. В силу объективных причин они были основаны на
-_дддгчном по количеству и качеству исходном материале, поэтому и цели, которые
.-ввились в них, также были различны - от вьщеления одного из локальных вариантов
Шлдаецкий Г.В., Попова Т.Б.) до характеристики самостоятельной культуры
Шапошникова О.Г., Либеров П.Д., Пряхин А.Д., Синюк А.Т., Матвеев Ю.П.).
Как следствие этого, основные позиции исследователей, касающиеся среднедонской
атазсомбной культуры, до сих пор остаются дискуссионными. Различны точки зрения
дл длительно территории распространения среднедонских памятников, хронологических
дд-лок существования и количества этапов развития культуры. Нет единства во мнениях по
дсводу генетических истоков и дальнейших судеб племен-носителей катакомбных
—зтпций на Среднем Дону, характера связей с сопредельными культурными
: л газованиями и т.д. Так, при анализе признаков среднедонской катакомбной культуры
: следователи, как правило, выделяют лишь два из них: орнамент в виде треугольников
дли полуфестонов вершиной вверх на сосудах с высоким раструбовидным горлом. Все
: стальные признаки даже в совокупности не дают представления о специфике содержания
среднедонской катакомбной культуры.
Между тем, многие существующие противоречивые оценки порождены, как
гдедставляется, неоднородностью материалов среднедонской катакомбной культуры. Эта
неоднородность, помимо прочего, могла быть обусловлена локальной спецификой
сдельных групп памятников. В силу сказанного представляется актуальной проблема
уточнения различных существующих ныне позиций относительно содержания
се днедонской катакомбной культуры, выделение признаков, определяющих специфику
локальных вариантов культуры на широкой источниковой базе, имеющейся в настоящее
время.
Выбор географических рамок работы обусловлен следующим обстоятельством.
Несмотря на разногласия исследователей в определении территории, занимаемой
среднедонской катакомбной культурой (рис. 1), среднедонской регион так или иначе
фигурирует в каждой из работ, посвященной этой культуре, представляя собой, очевидно,
эпицентр распространения среднедонских катакомбных памятников. Данный регион
ограничивается в меридиональном направлении средним течением р. Дон. Бассейн
8

9
Среднего Подонья большей своей частью входит в современную зону лесостепи, лишь на
юге занимая северостепные пространства [Мильков Ф.Н., 1977]. Границы лесостепи в
настоящее время проводятся на севере по линии Средний Днепр - верховья Дона - Волга
(Нижний Новгород и Казань); на юге - по южной окраине Донецкого кряжа к Волге
(южнее Саратова и Самары). В широтном направлении выбранная территория
ограничивается течением р. Оскол на западе и р. Иловля на востоке
В данном исследовании хронологические рамки определены в пределах конца III -
серединой II тыс. до н.э. (общепринятая дата бытования катакомбных древностей).
Цель данного исследования - обоснование хронологической и территориальной
специфики погребального обряда культуры, выяснение связи этой специфики с динамикой
развития керамических форм, как ведущей категории погребального комплекса и на этой
основе выявление локальных вариантов среднедонской катакомбной культуры.
Поставленная цель предполагает решение ряда задач: учет и систематизация
погребальных памятников; типологическая классификация погребальных сооружений и
керамики; выделение обрядовых групп погребений и построение локально¬
хронологической схемы развития погребального обряда.
В работе для анализа привлечены материалы 389-ти погребений из 53-х
могильников, рассматриваемых исследователями разных лет как среднедонские
катакомбные. Основная группа источников происходит из раскопок экспедиций
Воронежского государственного педагогического университета под руководством А.Т.
Синюка, В.Д. Березуцкого, В.И. Погорелова, А.А. Бойкова, автора данной работы е
Воронежского государственного университета под руководством А.Д. Пряхина, Ю.И
Матвеева. Привлечены также материалы раскопок разных лет экспедиций по;
руководством Н.К. Качаловой, В.П. Шилова, П.Д. Либерова, В.И. Мамонтова и других. На
различном уровне к анализу привлекались материалы раскопок ученых дореволюционного
и довоенного времени.
Анализ источников позволил выделить десять основных обрядовых груш:
катакомбных погребений, наделенных различными комбинациями признаков.
Рассмотрение характера разницы в содержании этих групп привело к необходимости
пересмотра существующих на настоящий момент точек зрения, касающихся критериев
выделения среднедонской катакомбной культуры.
Удалось проследить разницу между «восточной» и «западной» территориями
распространения памятников культуры и наметить условную границу между ними пс
линии р. Битюг - Средний Дон (от устья р. Битюг). Результатом этого явилось выделение
двух локальных вариантов среднедонской катакомбной культуры - Правобережного и
Левобережного. В ходе исследования выяснилось, что различия этих вариантов были
обусловлены как различными импульсами внешнего характера, так и влиянием местной:
докатакомбного населения.
Анализ погребального обряда данного образования позволил выдвинуть гипотезу с
существовании двух групп населения - носителей среднедонских катакомбных традиций
Разница между этими группами, основанная на показателях погребальной обрядности н
различии керамического материала, предполагает если не этнические, то, по меньше-
мере, локально-хронологические различия между ними, не соответствующие принятой
концепции развития среднедонской катакомбной культуры.
* * *
9

ГЛАВАI
ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ
СРЕДНЕДОНСКОЙ КАТАКОМБНОЙ КУЛЬТУРЫ
История изучения катакомбной культурной общности берет свое начало со второй
XIX в., когда заметно повысился интерес исследователей к курганным
--л .е сетям европейской части России. В работе А.А. Спицына [Спицын А.А., 1899],
лтленной проблемам развития бронзового века на территории нашей страны, впервые
агось внимание на появление в степи катакомбного обряда как нового явления, не
: .-“генного местным культурам бронзового века. Однако несовершенство методической
__ I следований, отсутствие обоснованных критериев для классификации погребений,
“ - снующего инвентаря и ряд других существенных недостатков в научных
лтстзческих трудах XIX в. по праву отдают приоритет в изучении катакомбных
л-зн сетей В.А. Городцову. В начале XX в. В.А. Городцов, используя материалы,
“ленные в результате раскопок курганов на Северском Донце, выделил группы
лесений эпохи бронзы, взяв за основу типы устройства могильных сооружений
тентов В.А., 1905]. По его интерпретации для катакомбных погребений были
_г лтерны: катакомба под стенкой ямы; скорченное положение скелета на правом боку
2 на юг или запад; перекрытие устья катакомбы; наличие в могилах плоскодонных
: ::з. орнаментированных оттисками гребенки или шнура; иногда - каменных топоров,
- тлтьниц или жаровен, выпрямителей древков стрел и пр.
Метод типологической классификации материала, впервые примененный В.А.
И тентовым в России, в сочетании с более совершенной методикой раскопок и
-тзненьной фиксацией полученного материала позволил ученому сделать открытие, до
г. лор остающееся базовым в археологической науке.
Первые сведения о памятниках, интерпретированных впоследствии исследователями
на катакомбные, на территории Среднего Подонья восходят к середине XIX в. По
лизанию Д.О. Шеппинга, примерно в 1847 г. близ деревни Ясиновка (Ясиноватое) в
стъ е р. Калитва (правый приток Дона) в результате раскопок кургана были найдены
:: стебения со скелетами, ориентированными головой на юг и сопровождавшиеся
сетзмикой эпохи бронзы [Шеппинг Д.О., 1867]. П.Д. Либеров, изучивший эти материалы,
етметил, что керамика, по-видимому, принадлежала катакомбной культуре, но «более
echos определение по публикации вряд ли возможно» [Либеров П.Д., 1971, с. 3].
Первый период в изучении катакомбных древностей на Среднем Дону (с начала до
г:ила 30-х гг. XX столетия) характеризуется эпизодическими открытиями новых
памятников и началом накопления вещественных источников. С 1903 по 1912 гг. раскопки
~оганов проводятся в Харьковской и Воронежской губерниях Е.Н. Мельником [Мельник
I Н.. 1905], В.Я. Языковым [Языков В.Я, 1909], М.П. Юргенсон [Юргенсон М.П., 1912],
А.Н. Мартиновичем и А.Л. Дольским [Юргенсон М.П., 1912].
Работы этого времени характеризуются несовершенством методики раскопок и, как
следствие, отсутствием должного внимания исследователей к культурно-исторической
интерпретации полученных материалов, что в целом характерно для археологических
исследований рассматриваемого периода.
20-е гг. XX в. отмечены раскопками С.Н. Замятиным курганного могильника у г.
Рэссошь Воронежской области [Замятнин С.Н., 1925]. Несколько позднее, в 1932 г. И.Н.
Ллцкевичем были раскопаны курганы у с. Герасимовка на р. Оскол, в-которых были
зафиксированы погребения катакомбного времени [Попова Т.Б., 1955].
10

i:
В начале 30-х гг. на территории Среднего Дона развертываются также работы по
изучению бытовых памятников эпохи бронзы, включавших и катакомбные материалы
(раскопки П.П. Ефименко поселения в урочище «Ерик» на левом берегу Дона) [Ефименко
П.П.,	1934]. Совершенствуется методика археологических исследований, большее
внимание уделяется сплошному обследованию отдельных районов Подонья на предмет
выявления памятников археологии.
В это же время появляются работы, в которых рассматриваются проблемные
вопросы, связанные с катакомбными древностями. Так, в 20-е гг. П.С. Рыковым была
выделена ступень «А» хвалынской культуры, которая, по его мнению, характеризовалась
влиянием на нее катакомбной культуры [Рыков П.С., 1927]. Названная П.Д. Рау
«полтавкинской ступенью» [Рау П.Д., 1928], эта группа впоследствии была охарак¬
теризована А.Я. Брюсовым как разновидность катакомбной культуры [Брюсов А.Я., 1952].
В 30-е гг. в результате раскопок М.И. Артамонова в Приазовье была открыта группа
памятников, также связанная с катакомбной культурой [Артамонов М.И., 1937]. С
появлением новых источников все более очевидным становится факт неправомерности
рассмотрения их в узких рамках одной культуры. Еще в конце 20-х гг. Б.А. Латыниным
были определены границы (от правобережья Днепра до левобережья Волги включительно)
и выделены в общих чертах семь локальных вариантов катакомбной культуры [Латынин
Б. А., 1929].
Этот период изучения катакомбных древностей отмечен началом полемики,
связанной с проблемой происхождения катакомбной культуры. Стадиальная теория А.П.
Круглова и Г.В. Подгаецкого, которая легла в основу «автохтонной» теории ее
происхождения, была противопоставлена «миграционной» теории В.А. Городцова. В 1938
г. в ходе анализа известных к тому времени катакомбных памятников О.А. Кривцова-
Гракова приходит к выводу, что ямная и катакомбная культуры неразрывно связаны между
собой, причем катакомбная является непосредственным продолжением ямной [Кривцова-
Гракова О.А., 1938].
Все возрастающий интерес к катакомбной проблематике, накопление и научное
осмысление новых материалов сделали возможным появление (к сожалению,
незавершенного) труда Г.В. Подгаецкого, посвященного эпохе бронзы на территории
Среднего Дона [Подгаецкий Г.В., 1946]. Выводы исследователя, касающиеся содержания
среднедонских катакомбных памятников, по праву считаются новым шагом в их изучении,
хотя характеристика «среднедонского варианта катакомбной культуры» базировалась на
ограниченном количестве источников. Видимо поэтому многие положения, выдвинутые
исследователем, впоследствии не подтвердились. Тем не менее, обоснованная Г.В.
Подгаецким актуальность выделения данного варианта и попытка свести в единое целое
ряд признаков, составляющих его специфику, делают исследование ученого опорным для
дальнейших разработок по катакомбной проблематике среднедонского региона. Границы
среднедонского варианта были определены от Орловской области на севере до линии
Волгоград - Луганск на юге; от рек Северский Донец и Оскол на западе до левобережья
Дона на Востоке (рис. 1). Чертами, составляющими его специфику, по мнению
исследователя, являлись: частое использование деревянных конструкций в катакомбах;
значительное распространение погребений в простых грунтовых ямах; преимущественное
положение умерших на левом боку головой на юг и присутствие в погребениях сосудов
четырех различных форм.
Второй период в исследовании среднедонских катакомбных древностей начинается
с конца 40-х гг. XX в. и продолжается до начала семидесятых. В это время начинается
11

■пггг лесостепного донского региона экспедицией Воронежского государственного
пзс^пгггна под руководством А.Н. Москаленко. В ходе полевых работ экспедиции в
- - гг. были обнаружены поселения катакомбного времени, исследовано
—‘-—не среднедонской катакомбной культуры на грунтовом могильнике у деревни
пгстпе Водопьяновского района Воронежской области [Москаленко А.Н., 1952].
•-=_ггнные в разные годы раскопки Архангельского (в 1952 и 1953 гг. под руководством
. пскаленко, а в 1964 г. - А.Д. Пряхина), Воргольского (в 1961-1964 гг. под
гглстзом А.Д. Пряхина) и Малого Боршевского городищ (в 1963 г. под руководством
. :с:<аленко) дали значительную серию катакомбных материалов [Москаленко А.Н.,
-	лн А.Д., 1964]. С 1963 г. в ходе разведочных работ на Верхнем и Среднем Дону А.Д.
■ - инеем были зафиксированы поселения катакомбной культуры у сел Ксизово, Балахна,
-	Закленское, многослойное Дармодехинское и многие другие [Пряхин А.Д.,
: Г-56].
рачительный вклад в изучение археологических памятников Подонья внесла
-. лазсская скифская лесостепная экспедиция под руководством П.Д. Либерова. В 1954
■_:пг раскопок могильника Частые Курганы в черте г. Воронежа кроме погребений
-п пене го времени были обнаружены и захоронения среднедонской катакомбной
- л~гы [Либеров П.Д., 1964]. В 1957 г. катакомбный материал был получен в результате
---.егэвания городища скифского времени у хутора Мостище [Либеров П.Д., 1957]. В
1 г. катакомбные захоронения были зафиксированы в одном из курганов у с. Нижняя
[Либеров П.Д., 1964, с. 91-102].
Многочисленные разведки, проведенные П.Д. Либеровым, позволили существенно
:: пенить археологическую карту памятников катакомбной культуры на территории
н::степного Подонья. Немаловажную роль в открытии катакомбных поселений в
-енбережной части Среднего Дона сыграли краеведческие изыскания Г.И. Корнюшина
Знпгров П.Д., 1964].
С 1958 по 1965 гг. несколько десятков бытовых памятников катакомбного времени
ее Зерхнем Дону и в бассейне р. Воронеж были обнаружены В.П. Левенком [Левенок В.П.,
-5S-1965].
К этому же периоду относится и появление первых обобщающих работ по
птакомбной проблематике. В середине 50-х гг. Т.Б. Поповой было опубликовано
изографическое исследование [Попова Т.Б., 1955], в котором, наряду с периодизацией
памятников катакомбной культуры, была дана характеристика харьковско-воронежского
среднедонского по Г.В. Подгаецкому) варианта. Хронологические рамки его определены
исследователем началом II тыс. до н.э. - XV-XIV вв. до н.э. Спецификой харьковско-
эоронежского варианта Т.Б. Попова считала положение умершего в могиле на левом боку
в сопровождении сосудов вытянутых пропорций с высоким раструбовидным горлом,
плавно переходящим в тулово, с зональным орнаментом по всей поверхности из оттисков
мелкой веревочки, тесьмы, гребенчатого штампа, нарезок и налепов, с композициями в
виде полуфестонов и треугольников вершинами вверх.
В связи с появлением ее работы в археологических кругах развернулась широкая
дискуссия, затрагивающая проблемы формирования, развития, хронологических рамок
существования и дальнейших судеб племен - носителей катакомбных традиций. Одним из
зажнейших вопросов стал вопрос о связи культур катакомбной и древнеямной. Т.Б.
Попова отстаивала мнение о генетическом родстве этих культур [Попова Т.Б., 1955],
другие исследовали такую связь отрицали [Березанская С.С., Шапошникова О.Г., 1957].
Данная Т.Б. Поповой характеристика харьковско-воронежского варианта культуры
12

i:
(название, не получившее дальнейшего распространения) повлекла за собой высказывания
исследователей о неправомерности включения в число катакомбных древностей
памятников с многоваликовой керамикой [Березанская С.С., Шапошникова О.Г., 1957].
Территориальные границы вариантов катакомбной культуры также явились предметом
дискуссии. Т.Б. Попова харьковско-воронежским памятникам отвела территорию в
Правобережье Среднего Дона, а С.С. Березанская и О.Г. Шапошникова исключили
лесостепное Подонье из территории, занимаемой катакомбной культурой.
Не оказалось единства во взглядах и в вопросе материального содержания культуры.
Различия в ориентировке и положении умерших, выбор несовпадающих критериев для
определения серий керамического материала (одного из основополагающих признаков
культуры) породили противоречивые точки зрения.
Поиски генетических истоков культуры, явившиеся естественным следствием
дискуссии, обусловили выход в свет в 1958 г. работы А.А. Иерусалимской, в которой автор
приходит к выводу о несостоятельности гипотезы М.И. Артамонова о северокавказских
истоках катакомбной культуры [Артамонов М.И., 1949] и обращает внимание на
вероятность ее западного происхождения [Иерусалимская А.А., 1958].
В.А. Фисенко, проанализировав катакомбный погребальный обряд и инвентарь
Северо-Западного Прикаспия, приходит к выводу о том, что центром формирования
катакомбной культуры являются калмыцко-манычские степи [Фисенко В.А., 1968].
Несмотря на разногласия сторонников миграционной теории, ими достаточно
аргументировано объяснялась разнородность признаков катакомбной культуры. В то же
время, явные черты тесного взаимодействия традиций ямной и катакомбной культур на
раннем этапе последней никак не согласовывались с миграционной теорией.
В 1964 г. вышла в свет монография П.Д. Либерова, отдельный раздел которой был
посвящен характеристике катакомбной культуры Донской лесостепи. Основное
содержание его исследования заключалось в хронологическом разделении памятников
среднедонской катакомбной культуры. Обратив внимание на разницу в ориентировке
погребенных, он высказал мысль об их разновременности. На основании сопоставления
положения умерших и сопровождавших их сосудов исследователь выделил две
хронологические группы катакомбных захоронений [Либеров П.Д., 1964]. Вслед за А.Н.
Москаленко, П.Д._ Либеров считал оправданным определение северной границы
среднедонской катакомбной культуры в районе г. Липецка, а на востоке - до бассейна р.
Битюг. В его же докторской диссертации [Либеров П.Д., 1971] с учетом исследований в
Доно-Волжском междуречье экспедиций под руководством В.П. Шилова [Шилов В.П..
1959], В.И. Мамонтова [Мамонтов В.И., 1968], Т.М. Минаевой [Минаева Т.М., 1934], Н.К.
Качаловой [Качалова Н.К., 1970] границы распространения культуры отодвигаются на
восток. Впервые появляется суждение о делении среднедонских памятников на
Правобережные и Левобережные. Несостоятельным, как считается на настоящий момент,
явилось мнение П.Д. Либерова о доживании катакомбного населения в лесостепном
Подонье до эпохи раннего железного века [Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., 1988, с. 160].
Проблемам катакомбной культуры на территории Среднего Дона был посвящен н
один из разделов диссертационного исследования А.Д. Пряхина [Пряхин А.Д., 1966]. В егс
работе все катакомбные памятники были разделены на три группы - Правобережную
Верхнедонскую, группу Архангельского типа и Левобережную Донскую. Первая группа
характеризовалась исследователем погребениями в ямах, реже - в катакомбах с
преобладающим положением умершего на спине с южной ориентировкой (иногда на
правом боку с ориентировкой на север). На три основных типа исследователь разделит
13

~ этой группы. Сосуды орнаментированы преимущественно зубчатым штампом в
— z талшпами, реже - оттисками тесьмы и веревочки. Наибольшее сходство этих
;гдтгз. по мнению автора, обнаруживалось с материалами Северского Донца.
Зтор-я и третья группы, как предполагал А.Д. Пряхин «почти одновременных
'■г-- г выделялись им на основе анализа материалов поселений. Причем, в облике
-_»пыв третьей группы (с высоко расположенных поселений) прослеживались черты,
—снные керамике полтавкинской культуры. Первый этап среднедонской
_: -твой культуры датировался им от начала второй четверти II тыс. до н.э., а второй,
- т-енный появлением сосудов с валиковой орнаментацией - до третьей четверти II тыс.
е Выводы А.Д. Пряхина, несмотря на последующую корректировку им же ряда
вевнё диссертации [Пряхин А.Д., 1982], явились толчком к широкомасштабному
-твню на Среднем Дону памятников эпохи бронзы, в том числе и среднедонской
_-_е:ы5ной культуры.
В 1969 г. О.Г. Шапошникова, детально проанализировав памятники, объединенные в
: sfOHyio культуру, делает вывод об их разнокультурном характере и предлагает
-rr-czH «катакомбная культурно-историческая область» [Шапошникова О.Г., 1969].
__"=дователь анализирует содержание и харьковско-воронежской группы памятников,
'гзждты ее распространения (по О.Г. Шапошниковой) совпадают с территорией,
т^ттоженной Т.Б. Поповой, с той лишь разницей, что включают незначительный район
::некого Левобережья. Характерным положением умершего в могиле исследователь
ыгггет положение на левом или правом боку с западной ориентировкой. О.Г.
' --лттттшкова отмечает разницу в облике посуды харьковско - воронежской группы,
где исходящей из погребений и с бытовых памятников. Основной чертой погребальных
.: судов она считает размещение орнамента на плечиках в виде полукругов, обращенных
Обобщенная характеристика среднедонского варианта (присущая исследованиям и
сырого периода изучения катакомбных древностей), естественно, не могла полностью
: сразить многогранность структуры и специфики среднедонских катакомбных
ддмятников.
В начале 70-х гг., суммируя достижения упомянутых выше исследователей и проведя
::доставление выделяемых локальных вариантов культуры, Л.С. Клейн пришел к
Едхлючению, что на месте «...привычной для археологов обширной и многоплановой
еошности катакомбной культуры вырисовывается нечто очень узкое, непрочно спаянное и
дгаткое... и какому ареалу отдать предпочтение, назвав его основным, сказать трудно»
[Клейн Л.С., 1970, с. 176]. Он делает вывод о том, что катакомбной культуры нет, а есть
ряд культур, объединенных различными связями. Представлять их как единое целое не
имеет смысла. Л.С. Клейн предложил термин «катакомбная провинция», который не
утвердился в науке и был заменен впоследствии О.Г. Шапошниковой на «катакомбную
культурно-историческую общность» [Шапошникова О.Г., 1981].
Третий период в изучении катакомбных древностей лесостепного Дона начинается с
выделения культур катакомбной культурно-исторической общности (конец 70 - начало 80-
х гг. XX в.). Огромный массив катакомбных материалов сделал очевидной необходимость
региональных исследований.
Выходу в свет значительного количества научных работ (за период 70 - 90-х гт.),
внесших существенный вклад в изучение памятников катакомбного круга среднедонского
региона, способствовало начатое с конца 60-х гг. планомерное обследование лесостепного
Дона. Изучение бытовых и погребальных памятников эпохи бронзы проводилось
14

археологическими экспедициями Воронежского государственного университета,
Воронежского государственного педагогического института (в настоящее время -
педагогический университет).
Период 60 - 70-х гг. отмечен масштабными исследованиями поселений бронзового
века экспедициями ИА РАН и Воронежского государственного университета. Это почти
полностью вскрытые стоянки Университетские 1-3 (руководители А.Д. Пряхин, А.Т.
Синюк, Б.Г. Тихонов) [Тихонов Б.Г., Матвеев Ю.П., 1981]; Шиловское, Северовосточное и
Чижовское IV поселения [Пряхин А.Д., 1982] и т.д. Перечень бытовых памятников, так
или иначе содержавших свидетельства среднедонской катакомбной культуры, которые
были открыты или изучены за эти годы отрядами экспедиций под руководством А.Д.
Пряхина, А.Т. Синюка, Ю.П. Матвеева, В.И. Беседина, В.И. Сагайдака, В.И. Погорелова,
насчитывает десятки наименований.
В 1967 г. А.Т. Синюком был исследован курган № 1 у пос. Хохольский [Синюк А.Т.,
1967] (материалы среднедонской катакомбной культуры из него были опубликованы в
1983 г.).
В 1973 г. Ю.П. Матвеев начинает раскопки курганных могильников у сел Ольховатка
и Караяшник в Правобережье Дона. Изучение Караяшниковского и Ольховатского
могильников нашло отражение в серии статей [Матвеев Ю.П., Синюк А.Т., 1977; Матвеев
Ю.П., 1979; Матвеев Ю.П., Медведев А.П., 1979; Матвеев Ю.П., Тихонов Б.Г., 1984]. А.Т.
Синюк и Ю.П. Матвеев, используя впервые зафиксированные на Среднем Дону случаи
прямой стратиграфии, предложили трехэтапную периодизацию среднедонской
катакомбной культуры [Матвеев Ю.П., Синюк А.Т., 1977]. В дальнейшем Ю.П. Матвеев
дает подробную характеристику захоронений. Анализируя керамический материал и
найденный в погребениях инвентарь, он относит их к финальному этапу культуры
[Матвеев Ю.П., 1979].
В 1977 г. экспедициями Воронежского областного краеведческого музея и
Воронежского государственного университета были исследованы три кургана из
могильника у с. Новая Усмань, который находится на водоразделе рек Воронеж и Усмань
[Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., 1979]. Несмотря на плохую сохранность человеческих
скелетов в погребениях, могильник дал пример сочетания в одной насыпи захоронений с
чертами катакомбной, абашевской и срубной культур. И, что более существенно, внес
корректировку в содержание позднего этапа среднедонской катакомбной культуры.
В связи с появлением новых источников и назревшей необходимостью их
осмысления и интерпретации логичным было посвящение катакомбной проблематике
обобщающей статьи Ю.П. Матвеева [Матвеев Ю.П., 1980], в которой были отражены
основные положения представленной им к защите в 1982 г. кандидатской диссертации.
Целью диссертационного исследования было «определение суммы признаков
среднедонской катакомбной культуры, отличающих ее от других (в том числе - донецкой),
определение территориальных и хронологических рамок ее существования» [Матвеев
Ю.П., 1982]. Одним из характерных признаков культуры автор считает сочетание обряда
захоронений в простых прямоугольных ямах и катакомбах (при преобладании последних).
Наряду с типологической классификацией погребальных сооружений Ю.П
Матвеевым были разработаны классификационные построения основных категорий
погребального инвентаря, в частности, выделены пять типов сосудов - короткогорлые
горшки, горшки с высоким раструбовидным горлом, миски, чаши и курильницы.
Особое место в работе отведено поселениям и корреляции материалов погребальных
и бытовых памятников. Автор выделил три этапа развития культуры. Ранний этах
15

синхронизировался с поздним этапом развития донецкой культуры (конец XIX - нач. XVIII
вв. до н.э). Он характеризовался становлением черт, определяющих специфику культуры в
дальнейшем. Однако замеченная Ю.П. Матвеевым разнохарактерность материалов
раннего этапа привела к необходимости выделения двух хронологических горизонтов. На
более раннем горизонте сильнее всего проявляются донецкие катакомбные элементы, а
также черты, присущие культурам докатакомбного времени лесостепного Дона. Второй
этап, более поздний горизонт, характеризуется выравниванием различных традиций и
появлением признаков, свойственных собственно среднедонской культуре. Развитый этап,
датированный автором XVII - концом XVI вв. до н.э., характеризуется появлением сосудов
с валиковой орнаментацией, устойчивым типом катакомбных конструкций с сохранением
зтдельных признаков, присущих более раннему времени. Третий этап (финальный)
:реднедонской катакомбной культуры датировался Ю.П. Матвеевым в пределах конца XVI
- начала XV вв. до н.э. По мнению исследователя, население именно этого времени
дзилось одним из основных компонентов в становлении бабинской культуры (культуры
многоваликовой керамики).
Определены Ю.П. Матвеевым территориальные границы культуры, которые, по его
представлениям, «ограничивались с юга левобережьем Северского Донца - излучиной
Иона в районе Калача, с запада - бассейном верхнего течения Северского Донца, с севера -
верховьями Дона, с востока - правобережьем Волги» [Матвеев Ю. П., 1982, с. 22].
Основные итоги исследований поселений среднедонской катакомбной культуры
получили освещение в монографическом исследовании А.Д. Пряхина [Пряхин А.Д.,
1982]. В его работе все катакомбные поселения были разделены на два типа - пойменные и
высоко расположенные. Относительная условность такого рода группировки памятников
: пределялась спецификой керамического материала, происходящего с той или иной
территории. Подробный анализ этих двух типов позволил автору сделать ряд
гтдественных выводов. Характеризуя территорию распространения низко расположенных
дтселков, А.Д. Пряхин уточнил границы ареала среднедонской катакомбной культуры
~ряхин А.Д., 1982, с. 74, 75]. Полученные данные позволили исследователю обосновать
два этапа развития культуры - ранний и развитой многоваликовый, наметить перспективу
выделения пласта памятников, соответствующих времени ее становления. Затрагивает
л Д. Пряхин и вопрос о процессе формирования среднедонской катакомбной культуры,
высматривая возможность нескольких волн распространения носителей катакомбных
—ышдий на территорию лесостепного По донья и тесного взаимодействия их (причем
ызного характера) с местным докатакомбным населением.
Новый подход к интерпретации различных групп материалов с высоко
в ы положенных поселений позволил А.Д. Пряхину обратить внимание на особую
ггвамическую серию, наличие которой способствовало впоследствии выделению
ымостоятельной археологической культуры [Пряхин А.Д., Беседин В.И., 1988; 1989].
-Дз данная воронежской, эта культура получила подробное освещение в диссертации В.И.
Еесезшна [Беседин В.И., 1988].
В 1983 г. выходит в свет монография А.Т. Синюка, основанная на материалах
Дыловского курганного могильника. Павловский могильник содержал около 60-ти
выыпей и на протяжении нескольких полевых сезонов был почти полностью исследован
-дзгелицией Воронежского педуниверситета. С привлечением других источников,
ыы-стных к тому времени, А.Т. Синюк проанализировал и обобщил данные по
т: гребальным памятникам среднедонской катакомбной культуры, высказав ряд новых
ылгжений. На основании выделенных им обрядовых групп погребений и классификации
16

1
погребального инвентаря были предложены три хронологических этапа развития культуры
и дана подробная характеристика каждого [Синюк А.Т., 1983].
Содержание раннего (Павловского) этапа, по мнению исследователя, определяется
наличием прямоугольных погребальных ям (реже - катакомб); присутствием в
погребениях органической подстилки; посыпок охрой и мелом; перекрытием входа в
камеру деревом; положением умершего скорченно на правом боку с южной
ориентировкой; присутствием определенных форм сосудов и жаровен; наличием такого
типа погребений, как кенотаф и т.д. По мнению А.Т. Синюка хронология Павловского
этапа (и параллельно протекавшего второго этапа развития местной ямной культуры)
находится в прямой зависимости от хронологии северокавказской, предкавказской и
донецкой катакомбных и полтавкинской культур [Синюк А.Т., 1983, с. 148] и может быть
ограничена XX-XVII вв. до н.э.
На втором этапе развития культуры все обрядовые признаки сохраняются,
изменяется лишь облик керамического материала и фиксируются различия в
Правобережных и Левобережных памятниках. Они проявляются в более сильном влиянии
в первых ямных черт в результате тесной связи населения Правобережья со
среднеднепровским вариантом ямной культуры и на более сильном влиянии в
Левобережье со стороны племен предкавказской катакомбной культуры. Захоронения
этого периода датируются А.Т. Синюком XVII -XV вв. до н.э. [Синюк А.Т., 1983, с. 152].
Для обоснования третьего этапа, характеризующегося качественно новым
содержанием погребального обряда, (положением умерших на левом боку головой на
север, с руками у лица) автор приводит ряд доказательств и датирует его XV -XIV вв. до
н.э.
Спецификой среднедонской катакомбной культуры А.Т. Синюк считает
избирательность инородных проявлений, сочетание черт донецкой и предкавказской
культур, немалое влияние со стороны северокавказской и полтавкинской культур (на
различных этапах развития местной) при значительной роли древнеямного компонента.
Следовательно, по мнению автора, ее формирование происходило на основе нескольких
этнокультурных линий, влияние которых фиксировалось в разное время и с разной силой.
В 80-е гг. продолжаются исследования бытовых памятников эпохи бронзы на
Верхнем и Среднем Дону. Особо следует отметить раскопки многослойного Семилукскогс
городища [Беседин В.И., Беседина В.В., 1983; Пряхин А.Д., Цыбин М.В., 1986], поселения
Терновое [Погорелов В.И., 1984] и др.
В начале 80-х гт. вводятся в научный оборот новые материалы среднедонской
катакомбной культуры. Это, в частности, захоронения из кургана № 1 Хохольскогс
могильника [Пряхин А.Д., Синюк А.Т., 1983], Сасовских курганов на р. Потудань [Синюк
A.	Т., 1983], Пасековского [Синюк А.Т., Погорелов В.И., 1983], Ширяевского [Погорелоь
B.	И., 1985], Лофицкого, Яроватовского, Новомеловатского [Погорелов В.И., 1985)
курганных могильников. Серия опубликованных материалов в целом (за исключением
Сасовского могильника), по мнению А.Т. Синюка, являлась подтверждением
предложенной им периодизации и лишний раз доказывала правильность изложенных
ранее положений.
Несколько иная позиция прослеживается в последующих работах Ю.П. Матвеева
[Матвеев Ю.П., 1986]. Выделяя некоторые особенности среднедонской катакомбной
культуры, он отмечает сходство ее с памятниками периода распада донецкой и началом
формирования бахмутской культурной группы и считает белее реальной-нижнюю дату
среднедонской катакомбной культуры в пределах конца XVIII - начала XVII вв. до н.э
17

U)
Гомнительна, по его мнению, точка зрения А.Т. Синюка о преобладании на Среднем Дону
погребений в ямах над погребениями в катакомбах. Ю.П. Матвеев утверждает, что обряд
захоронения в ямах нельзя рассматривать как производный от погребального обряда
превнеямной культуры и придерживается точки зрения о том, что бахмутская группа
памятников и среднедонская катакомбная культура являются продуктами трансформации
а энецкой культуры в силу каких-то, пока не выясненных процессов. Следовательно,
налагает Ю.П. Матвеев, ведущей роли «ямников» в процессе становления среднедонской
згультуры противоречит тот факт, что опыт общения племен - носителей ямных традиций и
натакомбных имел место еще в период формирования собственно донецкой катакомбной
зп-льтуры. Иного мнения он придерживается и в отношении роли предкавкззского
згомпонента в сложении среднедонской катакомбной культуры [Матвеев Ю.П., 1986, с. 56].
-метим, что на взгляды Ю.П. Матвеева оказали влияние и материалы катакомбного
времени доисследованного им в 1981 г. могильника Частые курганы [Матвеев Ю.П., 1983].
Показательно, что появление фундаментальных исследований по среднедонской
зоатакомбной проблематике, равно как и возраставшее количество публикаций нового
материала воронежскими археологами стимулировали появление пристального внимания
исследователей сопредельных катакомбных культур к среднедонским древностям. Так, в
эзоем монографическом исследовании С.Н. Братченко неоднократно обращается к вопросу
: роли среднедонской катакомбной культуры в сложении позднекатакомбной бахмутской
культурной группы и культуры многоваликовой керамики [Братченко С.Н., 1976]. По его
мнению, появление новых черт, «придающих особый колорит бахмутским памятникам»
Зратченко С.Н., 1976, с. 75] связано непосредственно со среднедонскими памятниками.
Что касается культуры многоваликовой керамики, то автор предполагает распространение
лесостепной катакомбной керамики в позднекатакомбное время (вторая четверть II тыс. до
н.э.) на обширные территории - на Нижний Дон и Донеччину, на Нижний Днепр и
Нижнюю Волгу, что привело в конечном итоге к культурной нивелировке и образованию
згультуры нового типа (соответственно, новой общности) [Братченко С.Н., 1976, с. 118].
Исследователь отмечает обособленное положение катакомбных захоронений в Волго¬
донском междуречье [Братченко С.Н., 1976, с. 77], окончательная культурная атрибутация
зготорых к тому времени была еще недостаточно ясна.
В 80-е гг. вопрос о месте среднедонской культуры в общей системе катакомбных
древностей Восточной Европы становится весьма актуальным. В диссертациях,
лосвященных изучению катакомбных памятников Северского Донца [Смирнов А.М.,
1987] или степного Поволжья [Мельник В.И., 1985] исследователями затрагивается
проблема присутствия на данных территориях погребений с ярко выраженными
эре днедонскими чертами.
В работе В.И. Мельника среднедонские памятники рассматриваются как одна из
составляющих в сложении самостоятельного доно-волжского варианта катакомбной
збщности. По мнению автора, большинство полтавкинских погребений с катакомбными
чертами следует интерпретировать как катакомбные. Характерной особенностью этих
ззэмплексов Поволжья является смешение признаков донецкой, предкавказской и
эреднедонской культур. Исследователем предлагаются признаки этих групп, являющиеся,
по его мнению, кулыуроопределяющими для доно-волжских катакомбных памятников.
А.М. Смирнов материалам среднедонской катакомбной культуры отводит
отдельный раздел главы, посвященной позднекатакомбному периоду на Донеччине [Смир¬
нов А.М., 1996]. Основное внимание при изучении особенностей данной группы автор
уделяет керамике. Типологическая классификация сосудов и анализ другого погребального
18

19
инвентаря позволяют А.М. Смирнову синхронизировать памятники Северского Донца со
вторым этапом среднедонской культуры (по А.Т. Синюку), конкретнее - с ее
Правобережным вариантом. Погребения с так называемой «елочно-гребенчатой»
керамикой свидетельствуют, по его мнению, о пришлом характере своеобразной группы,
смешавшейся на позднекатакомбном этапе с позднедонецким населением. Им отмечается
также архаичность данной группы, связанной своим происхождением, по всей видимости,
с памятниками ямной культурно-исторической общности. В связи с полученными
результатами А.М. Смирнов считает сомнительным включение керамики с елочной
орнаментацией в первый (Павловский) этап среднедонской катакомбной культуры (по А.Т.
Синюку).
Особое внимание уделяется исследователем погребениям манычского круга
памятников на Донеччине. Сравнительное сопоставление комплексов с раструбошейной
керамикой, составляющих основное содержание бахмутских памятников и погребений с
реповидной керамикой, учтенных «в качестве ростово-луганской группы манычского круга
памятников» в классификации С.Н. Братченко, позволило А.М. Смирнову сделать вывод о
сходстве этих групп и возможности рассмотрения их в пределах однокультурного
образования, а именно - манычской группы памятников на Донеччине. Как следствие
этого, по иному ставится вопрос о происхождении манычской (бахмутской)
раструбошейной керамики и соотношении ее со среднедонской. Всесторонний анализ
погребений с раструбошейной и реповидной керамикой дал возможность А.М. Смирнову
выделить ряд признаков, характерных для раннего и позднего этапов манычской
культурной группы на Северском Донце [Смирнов А.М.,	1996, с. 68-75].
Аргументированная версия автора о происхождении раструбошейных сосудов манычского
типа на территории Нижнего Маныча подразумевает не «генетические узы» среднедонской
катакомбной культуры (Левобережный вариант) и погребений с раструбошейной
керамикой на Донеччине, а лишь общее происхождение в среде манычского круга
памятников [Смирнов А.М., 1996., с. 77-79].
Неоднозначно оценивается место среднедонской культуры в системе катакомбных
древностей и С.Н. Санжаровым. По его мнению «исторически сложившийся термин
«харьковско-воронежская культура» наиболее точно определяет ее территориальное
распространение, ибо большое количество бытовых и погребальных памятников (западнее
Дона) при использовании термина «среднедонская культура» остаются вычлененными»
[Санжаров С.Н., 1988, с. 150]. В диссертации, посвященной катакомбной культуре Северо-
Восточного Приазовья, исследователь отмечает сходство ряда бахмутских сосудов из
северной зоны рассматриваемой территории с керамикой харьковско-воронежской
культуры [Санжаров С.Н., 1991]. Затрагивая проблему культурно-хронологического
членения памятников Северского Донца, С.Н. Санжаров определяет распространение
преимущественно в левобережных его районах погребений интересующего нас круга, для
которых отмечена частичная синхронизация с донецкими комплексами [Санжаров С.Н,
1991, с. 16]. Данной точки зрения придерживается и С.Н. Братченко: «Памятники эти
(среднедонской катакомбной культуры) довольно компактно сосредоточены на
левобережье Среднего и Верхнего течения Северского Донца. На этой территории
распространены и погребения донецкой культуры, преимущественно среднего, развитого
периода. Различия между этими культурами сказываются, прежде всего, в керамике (хотя в
ней есть общие типы), между тем, как в погребальных сооружениях и способе погребения
(положении погребенных и приданом) наблюдается значительное единство» [Братченко
С.Н., Швецов М.Л., 1991, с. 183].
19

Конец 80-х - начало 90-х гг. отмечается активизацией полевых изысканий
ытонежских археологов на Среднем Дону. Исследуются погребения среднедонской
ыгакомбной культуры в курганных могильниках Подгорное I-П, Малые Горки, Орлиное
ЗЗслото и др., выявленные в ходе работ Новостроечной экспедиции Воронежского
-^•дарственного университета [Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., Беседин В.И., 1990]. Среди
едз: выделяется подкурганное погребение репинской культуры, оказавшееся впускным по
:вчошению к двум погребениям катакомбной культуры (Подгорное I, курган 3).
Замечателен также факт присутствия в одном из захоронений кургана 8 Подгоренского I
тальника баночного сосуда полтавкинского облика. Информативными оказались
вггребения из Усманского [Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., Разуваев Ю.Д., 1990] и
• вндрашкинского [Пряхин А.Д., Беседин В.И., Левых Г.А., Матвеев Ю.П., 1989] курганов,
ыздше свидетельства развитого (по Ю.П. Матвееву) и финального этапов развития
—еднедонской катакомбной культуры.
Значительный по количеству и качеству материал был получен и в ходе работ
г■:-онежского педагогического университета. В 1983-1986, 1989-х гг. исследовался
Г-:яновский курганный могильник [Погорелов В.И., 1996; Березуцкий В.Д., 1989]. В
13-5 г. совместной экспедицией Воронежского госуниверситета и педуниверситета был
выкопан Павловский II могильник [Лылова М.И., 1986; Погорелов В.И., 1988].
Значительная серия катакомбных погребений была получена в результате исследований
ычыовских I-III [Березуцкий В.Д., 1985; 1990; 1991; 1996; Синюк А.Т., 1986; 1987; 1989;
Зднюк А.Т., Березуцкий В.Д., 1996], Лутонского [Бойков А.А., 1988] и Богучарского II
Гинюк А.Т., 1993] могильников; Хохольского [Аринчина Т.Ю., 1987], Лесковского
Згдезуцкая Т.Ю., 1996], Новочигольского [Березуцкий В. Д., 1989] курганов и кургана в
—чше Высокая Гора [Бойков А. А., 1989].
Появление новых материалов способствовало выходу в свет и новых работ,
г .'священных катакомбной проблематике. Наряду с публикациями информативного
ыг актера появляются проблемные статьи, дискуссионные по своему содержанию. Работа
3 3:. Погорелова [Погорелов В.И., 1989] была ориентирована на проблему так называемых
дмно-катакомбных погребений» на Среднем Дону. На основании анализа двух
выселенных групп погребений (по форме могильного сооружения, а затем - по положению
всерших и облику сопутствующего инвентаря) им предлагается ряд выводов относительно
дгспесса становления местной катакомбной культуры. Вслед за А.Т. Синюком он
—одерживается точки зрения о длительном (вплоть до позднего этапа развития)
хранении ямных традиций в погребальном обряде среднедонской катакомбной
г сзтуры. В этом же году после анализа материалов Власовского I могильника А.Т. Синюк
высказывает мнение о более сложных этнокультурных и социальных взаимодействиях,
выевших место в среде катакомбного населения Среднего Дона [Синюк А.Т.,1989]. По его
ыению, получен «весомый аргумент в пользу тезиса о формировании среднедонской
•ввтакомбной культуры на основе нескольких этнокультурных компонентов, прежде всего
—езнеямного и степного катакомбного» [Синюк А.Т., 1989, с. 54].
В вышедшей в 1991 г. работе А.Д., Пряхина, Ю.П. Матвеева и В.И. Беседина, которая
ввснла обобщающий характер, утверждается отсутствие генетической связи
—еднедонской культуры с местным докатакомбным населением [Пряхин А.Д., Матвеев
3-3 .П., Беседин В.И., 1991] «Присутствие в погребальном обряде, материальной культуре и
ызяйстве раннего этапа среднедонской катакомбной культуры целого ряда черт, не
дмеющих аналогов в памятниках предшествующего культурного пласта» позволяют
хыорам сделать акцент на донецкую катакомбную культуру, как основной компонент
20

21
формирования среднедонской [Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., Беседин В.И., 1991, с. 33]. Не
отрицая элементов определенного взаимодействия пришлого и местного культурных
образований, исследователи фиксируют ряд специфичных черт донецкой культуры,
которые легли в основу формирования среднедонской катакомбной культуры.
Ю.П. Матвеев уточняет механизм процесса взаимодействия данных культур
[Матвеев Ю.П., 1995], подчеркивая, что лишь часть среднедонских памятников раннего
этапа отличаются выраженными донецкими чертами. Исследователем проводится мысль,
что «определенная часть «бахмутских» памятников Донеччины и, опять-таки, часть ранних
среднедонских отражают события единого культурного процесса в Доно-Донецком
регионе - процесса формирования новой фазы или стадии развития, в основе своей
донецкой культуры и на прежней, и на новой (Среднее Подонье) территории» [Матвеев
Ю.П., 1995, с. 13,14].
Пристальное внимание уделяется также исследователем финалу существования
среднедонской катакомбной культуры [Матвеев Ю.П., 1990; 1998]. На основании данных
стратиграфии с подключением выявленной динамики развития керамических форм и
изменений в погребальном обряде Ю.П. Матвеев убедительно иллюстрирует содержание
позднего этапа развитого и финального этапов. Основным положением его работ является
вопрос катакомбно-абашевского взаимодействия на Среднем Дону. Начало изучения
данной проблемы было положено еще в монографии А.Д. Пряхина и Ю.П. Матвеева
[Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., 1988], в которой была предложена схема трансформации
доно-волжской абашевской культуры в срубную культуру и, как следствие этого,
отрицалось непосредственное влияние среднедонской катакомбной культуры на
формирование местной срубной.
В свою очередь А.Т. Синюк, уточнив и дополнив некоторые положения,
высказанные им ранее [Синюк А.Т., 1983], отстаивает свою точку зрения относительно
тезиса о формировании среднедонской катакомбной культуры на основе, прежде всего,
древнеямного этнокультурного компонента [Синюк А.Т., 1996, с. 138]. Им подчеркивается
многовариантность катакомбного импульса воздействия и тенденция отбора признаков в
процессе становления интересующих нас памятников. Содержание трех этапоЕ
существования среднедонской культуры автором не меняется, уточняются лишь
хронологические рамки ее существования. Что касается финала среднедонской
катакомбной культуры, то А.Т. Синюк, соглашаясь с рядом предложений А.Д. Пряхина е
Ю.П. Матвеева, касающихся, в частности, взаимодействия памятников культуры
многоваликовой керамики с абашевско-срубными, отстаивает свое мнение об участия
катакомбного компонента в формировании срубной культуры степного Волго-Донскогс
междуречья [Синюк А.Т., Козмирчук И.А., 1995], не утверждая, однако, наличие этогс
факта как обязательного для всех культур срубной общности.
Полемикой в научных кругах, затрагивающей ряд аспектов среднедонской
катакомбной проблематики не ограничивается перечень публикаций, посвященных
интересующей нас культуре. Необходимо упомянуть, в частности, исследование В.й
Беседина, нашедшее отражение в тезисах доклада научной конференции [Беседин В.И.
1992]. Проанализировав более 200 захоронений, исследователь предлагает свое
объяснение неравномерной концентрации впускных могил среднедонской катакомбной
культуры (расположенных по кругу) в разных секторах насыпей. Им обосновываете!
иерархия ритуальных предписаний существовавших, очевидно, в процессе совершена!
погребального обряда - ориентировка по странам света, ориентировка относительв:
центра кургана (лицом в восточную сторону по кратчайшему расстоянию), положение
21

i огребенного. По мнению В.И. Беседина, наименее строгие установки существовали в
отношении положения умершего, а ориентировка, напротив, была ведущим признаком,
тоновываясь на данном факте, автор предполагает, «что в какой-то момент у носителей
татакомбной культуры происходит, причем достаточно резко, смена ориентировки с
:-:жной на северную. Положение на правый бок сохранилось и оказалось нарушенным
важное ритуальное предписание хоронить покойного лицом к «выходу», в восточную
гг трону. Решение было найдено в развороте погребенного с правого на левый бок»
“Беседин В.И., 1992, с. 122]. В.И. Беседин также считал, что положение покойного в
: тиле зависело, наряду с разными обстоятельствами, и от социального фактора.
Пристальное внимание вопросам социальной организации населения эпохи бронзы
в том числе и катакомбной культуры) уделяется в упомянутой выше монографии А.Т.
Гннюка [Синюк А.Т., 1996, с. 285-324]. Критический анализ палеодемографических
текэнструкций древних обществ, в частности, позволил исследователю придти к выводу о
^возможности сооружения курганных насыпей для всех членов общества эпохи бронзы.
-.7. Синюк обосновывает точку зрения о том, что погребение человека в кургане -
ттизнак элитарности, отличия индивида от остальных членов сообщества, что «на
воронения под курганом могли претендовать лишь выдающиеся представители
?:~ества и их ближайшее окружение» [Синюк А.Т., 1996, с. 292]. Значительную
-ввжность, по мнению исследователя, представляет интерпретация подкурганных
ахтронений с наборами орудий ремесленного производства, которые он считает
гтинадлежностью жрецов или вождей-жрецов [Синюк А.Т., 1996, с. 309]. Суммируя
тгнзеденные в работе аргументы, А.Т. Синюк предполагает, «что уже в ямно-катакомбное
на севере Степи и в Лесостепье Дона... оформился своеобразный вариант
тжественно-политической структуры, который типологически наиболее близок
тождествам» - «ранним комплексным обществам» - «власти царя» с достаточно четко
раженными элементами государственного устройства. Другой разговор, что вплотную
: :д:ндя к барьеру государственности, это общество в силу каких-то причин не смогло его
гтг-ггдолеть» [Синюк А.Т., 1996, с. 317, 318].
Одним из основных вопросов в истории изучения среднедонской катакомбной
-	тизры является вопрос о двух вариантах культуры. В частности, П.Д. Либеров,
-насматривая вопрос о становлении катакомбной культуры в По донье, считал, что одна из
т~ катакомбного населения проникла с территории Северского Донца в правобережье
Бёртнего и Среднего Дона, тогда как другая, североприазовская (следуя через Нижний
1:н. обусловила специфику катакомбной культуры в левобережном Подонье и Поволжье
Титеров П.Д., 1971].
3 локальных особенностях культуры, проявляющихся на развитом периоде ее
-	— гствования, пишут впоследствии А.Д. Пряхин, Ю.П. Матвеев, В.И. Беседин [Пряхин
-71 Матвеев Ю.П., Беседин В.И., 1991]. В данном случае речь идет о разнице между
-	г --зги и восточными районами и районом лесостепи. Исследователями подчеркивается
то: 5: племенной» характер населения, «оставившего памятники, объединяемые в
питге время понятием «среднедонская катакомбная культура»» [Пряхин А.Д., Матвеев
7 Ьеседин В.И., 1991, с. 11].
3 рамках развитого этапа культуры А.Т. Синюк выделяет два локальных варианта:
-_5:':ережный и Левобережный [Синюк А.Т., 1983; 1996]. Обособленное положение
территориальных групп среднедонских катакомбных памятников обусловлено, по
- гпт-: исследователя, отношением их к материалам бахмутской культурной группы.
_:ё5:вгтель отмечает, что «появление бахмутских материалов придало известное
22

2
своеобразие местной культуре в рамках второго этапа ее развития, причем в основном - в
Донском Правобережье» [Синюк А.Т., 1996, с. 133]. По его же мнению «очерчиваемый
сейчас круг памятников бахмутского типа можно рассматривать не в качестве
одновременного культурного образования, а как явление многоактное во времени и
пространстве, включавшее процессы возвратного движение их носителей в южном
направлении со Среднего Дона».
Особенностью Правобережного варианта А.Т. Синюк считает специфичные формы
сосудов с трехзонной орнаментацией [Синюк А.Т., 1983, с. 151-153]. Такие же сосуды со
шнуровой орнаментацией считает относительно ранними в рамках второго этапа культуры
и Ю.П. Матвеев [Матвеев Ю.П.,	1979, с. 140], подтверждая свои выводы
стратиграфическими данными.
Содержание третьего этапа развития среднедонской катакомбной культуры почти
полностью иллюстрируется погребениями Лесостепной (по А.Д. Пряхину, Ю.П. Матвееву.
В.И. Беседину) или Правобережной (по А.Т. Синюку) территории. По А.Т. Синюк}.
основными признаками погребального обряда этого этапа являются ямы и катакомбы с
умершими на правом боку, ориентированными на север и левобочные захоронения с
северной ориентировкой. Сопровождались они сосудами с валиковой и прочерченной
орнаментацией [Синюк А.Т., 1996, с. 168, рис.41], которые «в основном соответствуют)
сформулированным Ю.П. Матвеевым признакам финала культуры [Матвеев Ю.П., 1998, с
8-21] с акцентом только лишь на более поздний характер прочерченной орнаментации пс
отношению к орнаментации валиковой.
Безусловно, нельзя не обратить внимания на практически полную идентичность
серии «бахмутских» сосудов [Братченко С.Н., с. 67, рис.32; с. 70, рис. 34] сосудам
среднедонской катакомбной культуры. Причем основные их показатели иногда до такой
степени совпадают, что одним и тем же памятникам дается различная культурна*
атрибутация [Братченко С.Н., 1976, рис. 71,1,2; Погорелов В.И., 1989, с. 122, рис. 8, 3,4].
С другой стороны необходимо обратить внимание на присутствие в захоронениях
среднедонской катакомбной культуры короткошейных сосудов с «елочно-гребенчатою
орнаментацией, которые не являются ее прерогативой. Территория распространена*
погребений с керамикой такого рода огромна: от Правобережья Северского Донца дс
Заволжья и определение их культурной принадлежности многими исследователями далек:
не однозначно [Братченко С.Н., 1976; Мельник В.И., 1979; Смирнов А.М., 1996 и др.].
На Среднем Дону А.Т. Синюк рассматривает погребения с сосудами с «елочнс-
гребенчатой» орнаментацией как показатель раннего (Павловского) этапа существовани*
среднедонской катакомбной культуры [Синюк А.Т., 1996, с. 168, рис. 41]. Однако отметим,
что эти погребения, захватывая восточную часть ареала донецкой катакомбной культуры
и частично совпадая с общепринятым местоположением среднедонских памятников
достигают наибольшей концентрации в могильниках, прилегающих к Поволжью [Лопатив
В.А., Якубовский Г.П., 1993; Ляхов С.В., Матюхин А.Д., 1992; Баринов Д.Г., 1996
Дремов И.И., 1996 и др.].
А.Т. Синюк, говоря о роли древнеямного компонента в сложении среднедонскс!
катакомбной культуры, отмечал, что восприятие его имеется в виду не только в ямнсе
время [Синюк А.Т., 1996, с. 138], так как многие традиции были опосредованы влияние*
полтавкинских племен, связь с которыми у носителей среднедонской катакомбнсч
культуры сохранялась на протяжении всего периода их бытования.
На данный момент различий между среднедонскими погребениями с елочнс-
гребенчатой керамикой и памятниками нижневолжской (по Н.К. Качаловой) группь
23

п.тгавкинской культуры становится еще меньше, нежели отмечалось ранее. Помимо
гг;детва форм сосудов, орнаментальных элементов и большинства композиционных
—■строений необходимо отметить, что раковинная примесь в керамике нижневолжской
—гшы почти не встречается, очень редок и мотив «шагающей» гребенки [Качалова Н.К.,
43. с. 9, рис. 3]. А если еще учесть захоронения в «ямах с подбоями» и схожесть
:: рядовых установок, то сходство становится еще более выразительным.
Исследования последних лет в Правобережье Волги (Усть-Курдюм I-IH [Лопатин
3 А.. Якубовский Г.Л., 1993]; Крутец [Тименков Д.М., 1997]; Первомайский 1 [Мамонтов
3 3:.. 1997]; Сторожевка [Ляхов С.В., 1996]) позволили выявить десятки погребений,
дгтерпретированные исследователями, как катакомбные. Причем идентичны они
-едзедонским погребениям не только по облику «елочно-гребенчатой» керамики, но и по
:ч:зным обрядовым установкам. Это Н-образные катакомбы, положение покойника на
ггззом боку головой на юг с руками у бедренных костей, присутствие органики, охры и
де : типных категорий погребального инвентаря. Примечательно, что фиксируемый пласт
ттахомбных памятников в бассейне Волги позволяет исследователям выдвигать версию
: участии так называемой «волго-донской» катакомбной культуры в сложении
чтднедонской [Филипченко В.В., 1994, с. 186-188].
А.М. Смирнов, анализируя катакомбные памятники донецкого региона, относит
■ебения с сосудами с елочно-гребенчатой орнаментацией к позднекатакомбному
—ts/shh. Допуская хронологический стык ямных и позднекатакомбных памятников
Г -дггнов А.М., 1996, с. 94, 95] с учетом тенденции удревнения Привольненского клада -
:з:зного хронологического репера, к которому привязывается начало
-	•: днекатакомбных древностей Нижнего Подонья и Донеччины», исследователь
':сн;зывает синхронность елочной керамики с защипами второму этапу среднедонских
д_‘_гтников на Северском Донце. Как следствие этого он утверждает позднекатакомбный
—дндер (в общей системе катакомбных древностей) Павловского этапа среднедонской
д-дт: мбной культуры.
Что же касается Правобережной или Лесостепной группы памятников среднедонской
ддзн: мбной культуры, то, как отмечалось ранее, по мнению многих исследователей
теднелонские (харьковско-воронежские) захоронения достаточно широко
гстранены в бассейне среднего течения Северского Донца. Примером тому служат
—ггнглы из публикаций С.Н. Братченко [Братченко С.Н., Швецов М.Л., 1991], С.Н.
лдззгова [Санжаров С.Н., 1988], А.М. Смирнова [Смирнов А.М., 1996] идр.
Т1з опубликованных В.Ф. Клименко материалов исследования курганов происходит
гттгльхо десятков погребений среднедонской катакомбной культуры. «В погребениях
_г зз: зеко-воронежской группы (катакомбы и ямы с подбоями) умершие лежали на
—зз.: м боку с вытянутыми вдоль туловища руками. Преобладает южная ориентировка
epizzx. Среди керамики - сосуды с высокой раструбной шейкой, орнаментированные по
д-ечлнам полуовалами, обращенными закругленными частями к устью сосуда. Валиковый
—счерченный орнамент иногда сочетался со шнуровым» [Клименко В.Ф., 1997, с. 280].
Рассматривая среднедонские катакомбные памятники на Северском Донце, А.М.
дгрнов синхронизирует «хронологически компактную группу» захоронений с высокими
ерчюшейными сосудами, имеющие аналогичные упомянутым выше орнаментальные
чггзшши [Смирнов А.М., 1996, с. 65, рис. 32], со вторым этапом среднедонской
1з:мбной культуры (Правобережный вариант по периодизации А.Т. Синюка).
Таким образом, количество памятников собственно среднедонской катакомбной
-	Чг~ры вполне можно увеличить в несколько раз и существенно расширить территорию
24

их распространения. Однако к среднедонским (харьковско-воронежским) памятникам
исследователи относят только захоронения с сосудами с определенными способами
орнаментации и композиционными построениями орнамента, которые характерны дли
Правобережной (по А.Т. Синюку) или Лесостепной (по А.Д. Пряхину, Ю.П. Матвееву.
В.И. Беседину) территории распространения катакомбных памятников на Среднем Дону.
За последние годы плодотворные археологические изыскания на Верхнем Дон?
экспедиций Липецкого государственного пединститута и Липецкого областной:
краеведческого музея [Бессудное А.Н., 1988; 1989; 1991; Козмирчук И.А., 1982; 199Г
ввели в оборот целую серию бытовых и погребальных памятников, интерпретируемы?:
исследователями как среднедонские катакомбные [Ивашов М.В., 1999]. Исследованиями
на Северском Донце (Донецко-Оскольское междуречье в пределах Харьковской области ...
проводимыми Енакиевской археологической экспедицией «Эврика» [Клименко В.Ф.
1997]	, в Саратовском Поволжье экспедицией Саратовского государственного университет'
[Лопатин В.А., Якубовский Г.Л., 1993; Ляхов С.В., Матюхин А.Д., 1992] в верховьях р
Савала (лесостепное междуречье Дона и Волги), Тамбовской археологическое
экспедицией [Моисеев Н.Б., 1989; 1992] выявлено большое количество погребений, также
определяемых как среднедонские катакомбные.
Свыше шестидесяти захоронений среднедонской катакомбной культуры получен:
отрядом археологической экспедиции Воронежского государственного педагогическогс
университета (В.Д. Березуцкий) в ходе раскопок Зареченского [Березуцкий В.Д., 1997-
1999], Вервековского [Березуцкий В.Д., 2000; 2002], Архиповского [Березуцкий В.Д., 2000
2002] курганных могильников. Интересный материал выявлен воронежским краеведов
П.М. Золотаревым в результате охранных раскопок разрушенного кургана у с. Мастюгин:
Острогожского района Воронежской области (Правобережье Дона) [Золотарев П.М., 2000"
Новая страница в истории племен - носителей катакомбных традиций открывается i
связи с обнаружением на Дону грунтовых могильников - Никольского [Москаленко А.И.
1952], Петропавловского [Погорелов В.И., 1989], Новохарьковского [Винников А.З., 199'
1998]	, Крутогорского [Козмирчук И.А., 1996], Таганского [Матвеев Ю.П., Цыбин М.В.
1999]	, суммарное освещение которых было осуществлено А.Т. Синюком [Синюк А.Т.
1999].
Такова в общих чертах степень изученности интересующей нас проблемы е
сегодняшний день. Интерес исследователей к содержанию среднедонской катакомбног
культуры не ослабевает, а по мере накопления, источников возникает объективна
необходимость их увязывания с уже разработанными концепциями и положениями, в ряг
случаев и новой разработки проблем их интерпретации и содержания. Так или иначе
можно констатировать тот факт, что говорить в настоящее время о завершенности
процесса изучения феномена среднедонской катакомбной культуры пока преждевременнс
* * *
25

ГЛАВА II
ИСТОЧНИКИ. ТИПОЛОГИЯ ПОГРЕБАЛЬНЫХ СООРУЖЕНИЙ
И КЕРАМИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛА
II.	1. Источники. Общая характеристика обряда
Катакомбные памятники Среднего Дона представлены подкурганными, грунтовыми
захоронениями и поселениями. В данной работе анализируются только подкурганные
I: гребальные памятники.
Основным критерием для подборки материала являлась его информативность. При
стохастическом анализе использовались все опубликованные и значительная часть
г: публикованных погребений среднедонской катакомбной культуры рассматриваемой
“гтрнтории. К общему анализу и в качестве аналогий были также привлечены освещенные
£ печати результаты изучения сопредельных территорий.
В итоге на рассматриваемой территории было учтено 389 погребений из 53-х
: гпльников. Перечень памятников с указанием года раскопок, автора исследования и
-пппание источника дается в Приложении.
Курганы с катакомбными погребениями на территории Среднего Подонья, как
—innло, встречаются группами - от двух до нескольких десятков. Они располагаются в
пеззном на водоразделах, неподалеку от рек или старичных озер, а иногда в пойме.
': гсеменная высота курганов составляет в среднем от 0,3 до 3,0 м.
Основная масса погребений совершалась в материке, незначительное количество
гечено в насыпи или погребенной почве. В ряде курганов зафиксированы ровики,
—пни жертвенников и тризн в виде костей человека или животных, скоплений угля и
-нпхпки. Количество погребений в насыпи варьирует от двух до 14 - 20.
.-Органы исследовались в разное время и на разном методическом уровне, поэтому и
_ пенные данные неодинаково информативны. Часто отсутствуют сведения о
—пнпграфии, размерах погребальных сооружений, положении скелета и т. д. В целом же
-чппельная выборка материала, привлеченная для анализа, объективно отражает
.~:ппчгские реалии прошлого. Основные данные взятой для исследования выборки
—пыпптся в таблице I (Приложение, табл. I).
дбор погребений основывается на комплексном подходе с учетом всех имеющихся
——зЕзхов - данных о погребальном сооружении, погребенном, вещественном материале и
учете признаков погребального обряда фиксировались размеры насыпей и
_ггччг сооружений в них, но анализ данных показателей не производился.
;_£такомбные погребения совершались как в курганах ямного времени, так и
ясного, причем в катакомбных курганах нередки случаи последующих досыпок,
: и х как размеры, так и форму насыпи. Эти изменения не всегда улавливались
-■гг:згтелями и могут оказать влияние на формирование тех или иных взглядов,
о редкие четкие случаи курганной архитектуры были рассмотрены лишь в качестве
тзездя к характеристике погребального обряда.
26

2'
II.	2. Положение погребенного в могиле
Катакомбные подкурганные захоронения Среднего Дона характеризуются, как
правило, несложными типами погребальных конструкций и отсутствием или же
ограниченным количеством сопутствующего инвентаря. В данной связи безусловную
значимость приобретают особенности положения умершего в могиле. Общепризнанно, чтс
положение умершего является одним из основных консервативных признаков
погребального обряда. По мнению Ю.А. Шилова поза погребенного «...ввиду меньшей
устойчивости ориентировки, частого отсутствия инвентаря, многочисленных случаев
отсутствия следов красителей могил и стратиграфии считается главнейшей в определена
культурно-хронологической принадлежности захоронений» [Шилов Ю.А., 1995, с. 50]. Все
составляющие погребального обряда были предназначены, очевидно, для умершего
индивида, который и сам является основной частью этого обряда.
В основу выделения обрядовых групп среднедонских катакомбных захоронений
была положена общепринятая для погребального ритуала эпохи бронзы тенденцш
изменения положения умершего от скорченного на спине к скорченному на боку. Дл
катакомбных погребений рассматриваемой территории характерны три основные позы
скорченно на спине, на правом боку, на левом боку.
Существует немногочисленная группа так называемых «захоронений с наклоном»
Встреченные в первоисточниках упоминания о положении скелета «на боку :
последующим завалом на спину» или «на спине, вполоборота вправо (влево)», создаю"
определенные трудности. Е.В. Яровой считает такие погребения «объективе:
существующей промежуточной группой между скорченным положением на спине i
скорченным положением на боку» [Яровой Е.В., 1985, с. 47]. В.А. Кореняко бы:
предложен ряд признаков для определения первоначального положения умершеп
[Кореняко В.А., 1984, с. 145]. Но во многих случаях, касающихся преимущественв:
ранних исследований, восстановить положение погребенного практически невозможно.
Следует также подчеркнуть, что в имеющихся классификациях погребена}
среднедонской катакомбной культуры исследователями еще не обращалось должнса
внимания на положение рук покойного. Анализ источника позволил сделать вывод о то*
что положение рук умерших, очевидно, не было случайным, а подчинялось определенны»
регламентированным установкам. Удалось выделить шесть положений каждой из рук
приемлемых для всех трех позиций скелета в могиле:
-рука вытянута вдоль тела (рис. 3,1-3);
-рука вытянута или слегка согнута, кисть у колен или между
бедренными костями (рис. 3, 5-7, 9);
-рука согнута, кисть у лица (рис. 3,4);
-рука согнута, кисть на тазовых костях (рис. 3,10-11);
-рука согнута под прямым углом, кисть на уровне груди (рис. 3,
В);
-рука согнута локтем в сторону от тела (рис. 3,12).
При сопоставлении поз скелетов и присущих им поз рук удалось выдели
одиннадцать вариантов положения погребенного в могиле. В ходе анализа были учтя
только одиночные и парные однообрядовые хорошей сохранности погребения, котооя
составляют больше половины захоронений с фиксируемыми останками умерших.
Вариант 1. Скелет лежит в скорченном положении на спине, обе руки вытяну!
вдоль тела - шесть погребений (рис. 4,1).
27

Вариант 2. Скелет лежит в скорченном положении на спине, правая рука вытянута
5.:: ль тела, левая согнута в локте, кисть находится на тазовых костях - семь погребений
;zc. 4, 2).
Вариант 3. Скелет лежит в скорченном положении на спине. Правая рука вытянута
1л:ль тела, левая согнута в локте под прямым углом, кисть перед грудью - одно
т: гребение (рис. 4, 3).
Вариант 4. Скелет лежит на правом боку, руки слегка согнуты в локтях или
тлптнугы, кисти находятся между бедренными костями. Модификацией варианта является
: :л :жгние скелета с кистями рук у колен - 56 погребений (рис.4, 4).
Зариант 5. Скелет лежит на правом боку, руки вытянуты вдоль тела, кисти
_ : лятся в районе тазовых костей - 20 погребений (рис. 4, 5).
Зариант 6. Скелет лежит на правом боку, руки согнуты в локтях, кисти рук у лица -
.ечь погребений (рис. 4, 6).
Зариант 7. Скелет лежит на правом боку, левая рука вытянута вдоль тела, правая
локтем в сторону от тела - четыре погребения (рис. 4, 7).
Зариант 8. Скелет лежит на правом боку, иногда фиксируется «завал на спину».
’ рука вытянута вдоль тела, левая согнута в локте, кисть находится в районе тазовых
~t± - семь погребений (рис. 4, 8).
i ариант 9. Скелет лежит на левом боку, руки слегка согнуты в локтях или вытянуты,
1 находятся между бедренными костями (рис. 4, 9). Модификацией варианта является
генпе скелета с кистями у колен - 11 погребений.
Зариант 10. Скелет лежит на левом боку, руки согнуты в локтях, кисти рук у лица -
- т: гтеоения (рис. 4, 10).
Зариант 11. Скелет лежит на левом боку, иногда фиксируется «завал на спину».
_г лл-з вытянута вдоль тела, правая согнута в локте, кисть находится в районе тазовых
~гД - 18 погребений (рис. 4,11).
ZL 3. Типология погребальных сооружений
Гл распространенному мнению особенностью среднедонских погребений является
с-—azzc их как в ямных, так и в катакомбных (подбойных) конструкциях.
"д анализируемого количества погребений в ямах совершено 164 погребения (42,2
гптаномбных конструкциях - 202 (51,9 %); 15 погребений (3,9 %) зафиксированы в
	- низ на уровне материка; у восьми (2,0 %) захоронений форма могилы не
- - д диглся (могила разрушена или отсутствует информация в первоисточнике).
Izs всех отмеченных групп среднедонских катакомбных захоронений введена
_• :нстема классификации погребальных сооружений. Особое внимание на
-злплъном этапе классификации было уделено конструктивным особенностям могил.
•>ШЫЕ КОНСТРУКЦИИ в основной своей массе простой конфигурации. В
7 * 7-7711 от формы в плане они делятся на четыре вида:
-прямоугольные - 88,4 %;
-квадратные - 3,0 %;
-овальные - 3,0 %;
-неправильной формы - 3,7 %.
1 ~-г : случаях (1,9 %) форма ямы не определяется.
28

II.	2. Положение погребенного в могиле
Катакомбные подкурганные захоронения Среднего Дона характеризуются, кат
правило, несложными типами погребальных конструкций и отсутствием или же
ограниченным количеством сопутствующего инвентаря. В данной связи безусловную
значимость приобретают особенности положения умершего в могиле. Общепризнанно, чтс
положение умершего является одним из основных консервативных признаков
погребального обряда. По мнению Ю.А. Шилова поза погребенного «...ввиду меньше!
устойчивости ориентировки, частого отсутствия инвентаря, многочисленных случаев
отсутствия следов красителей могил и стратиграфии считается главнейшей в определение
культурно-хронологической принадлежности захоронений» [Шилов Ю.А., 1995, с. 50]. Все
составляющие погребального обряда были предназначены, очевидно, для умершег:
индивида, который и сам является основной частью этого обряда.
В основу выделения обрядовых групп среднедонских катакомбных захороненё
была положена общепринятая для погребального ритуала эпохи бронзы тенденциг
изменения положения умершего от скорченного на спине к скорченному на боку. Дл?
катакомбных погребений рассматриваемой территории характерны три основные позы
скорченно на спине, на правом боку, на левом боку.
Существует немногочисленная группа так называемых «захоронений с наклоном
Встреченные в первоисточниках упоминания о положении скелета «на боку :
последующим завалом на спину» или «на спине, вполоборота вправо (влево)», создаю"
определенные трудности. Е.В. Яровой считает такие погребения «объектив е:
существующей промежуточной группой между скорченным положением на спине i
скорченным положением на боку» [Яровой Е.В., 1985, с. 47]. В.А. Кореняко бьл
предложен ряд признаков для определения первоначального положения умершег:
[Кореняко В.А., 1984, с. 145]. Но во многих случаях, касающихся преимущественн:
ранних исследований, восстановить положение погребенного практически невозможно.
Следует также подчеркнуть, что в имеющихся классификациях погребенз
среднедонской катакомбной культуры исследователями еще не обращалось должнсг:
внимания на положение рук покойного. Анализ источника позволил сделать вывод о те*,
что положение рук умерших, очевидно, не было случайным, а подчинялось определенны*
регламентированным установкам. Удалось выделить шесть положений каждой из р;*л
приемлемых для всех трех позиций скелета в могиле: -
-рука вытянута вдоль тела (рис. 3,1-3);
-рука вытянута или слегка согнута, кисть у колен или между
бедренными костями (рис. 3, 5-7, 9);
-рука согнута, кисть у лица (рис. 3,4);
-рука согнута, кисть на тазовых костях (рис. 3,10-11);
-рука согнута под прямым углом, кисть на уровне груди (рис. 3,
8);
-рука согнута локтем в сторону от тела (рис. 3,12).
При сопоставлении поз скелетов и присущих им поз рук удалось выделю:
одиннадцать вариантов положения погребенного в могиле. В ходе анализа были учтею
только одиночные и парные однообрядовые хорошей сохранности погребения, котегы
составляют больше половины захоронений с фиксируемыми останками умерших.
Вариант 1. Скелет лежит в скорченном положении на спине, обе руки вытяе;~=
вдоль тела - шесть погребений (рис. 4,1).
27

Вариант 2. Скелет лежит в скорченном положении на спине, правая рука вытянута
нлоль тела, левая согнута в локте, кисть находится на тазовых костях - семь погребений
гис. 4, 2).
Вариант 3. Скелет лежит в скорченном положении на спине. Правая рука вытянута
яд эль тела, левая согнута в локте под прямым углом, кисть перед грудью - одно
гггребение (рис. 4, 3).
Вариант 4. Скелет лежит на правом боку, руки слегка согнуты в локтях или
грянуты, кисти находятся между бедренными костями. Модификацией варианта является
г г.гэжение скелета с кистями рук у колен - 56 погребений (рис.4,4).
Вариант 5. Скелет лежит на правом боку, руки вытянуты вдоль тела, кисти
годятся в районе тазовых костей - 20 погребений (рис. 4, 5).
Вариант 6. Скелет лежит на правом боку, руки согнуты в локтях, кисти рук у лица -
;:семь погребений (рис. 4, 6).
Вариант 7. Скелет лежит на правом боку, левая рука вытянута вдоль тела, правая
~-та локтем в сторону от тела - четыре погребения (рис. 4,7).
Вариант 8. Скелет лежит на правом боку, иногда фиксируется «завал на спину»,
“ггзая рука вытянута вдоль тела, левая согнута в локте, кисть находится в районе тазовых
: глеи - семь погребений (рис. 4, 8).
Вариант 9. Скелет лежит на левом боку, руки слегка согнуты в локтях или вытянуты,
л “ находятся между бедренными костями (рис. 4, 9). Модификацией варианта является
: гжгяие скелета с кистями у колен - 11 погребений.
Вариант 10. Скелет лежит на левом боку, руки согнуты в локтях, кисти рук у лица -
—: г:гребения (рис. 4, 10).
Вариант 11. Скелет лежит на левом боку, иногда фиксируется «завал на спину».
--HHI г;.~ка вытянута вдоль тела, правая согнута в локте, кисть находится в районе тазовых
- 18 погребений (рис. 4,11).
EL 3. Типология погребальных сооружений
П: распространенному мнению особенностью среднедонских погребений является
ение их как в ямных, так и в катакомбных (подбойных) конструкциях.
11= анализируемого количества погребений в ямах совершено 164 погребения (42,2
з натакомбных конструкциях - 202 (51,9 %); 15 погребений (3,9 %) зафиксированы в
	гн дли на уровне материка; у восьми (2,0 %) захоронений форма могилы не
-удаляется (могила разрушена или отсутствует информация в первоисточнике).
Z-лд всех отмеченных групп среднедонских катакомбных захоронений введена
система классификации погребальных сооружений. Особое внимание на
ааиальном этапе классификации было уделено конструктивным особенностям могил.
ЧМНЫЕ КОНСТРУКЦИИ в основной своей массе простой конфигурации. В
н д *. :сли от формы в плане они делятся на четыре вида:
-прямоугольные - 88,4 %;
-квадратные - 3,0 %;
-овальные - 3,0 %;
-неправильной формы - 3,7 %.
г — ех случаях (1,9 %) форма ямы не определяется.
28

~>i
Показательно, что все погребения, совершенные в ямах квадратной, овальной в
неправильной формы (всего 16 единиц) или разрушены или представляют собой
кенотафы.
Наличие или отсутствие деревянного перекрытия в ямах, его характер и различного
рода сооружения отражены в таблице I.
КАТАКОМБНЫЕ КОНСТРУКЦИИ - сложные сооружения, состоящие ш
входной шахты и примыкающей к одной из ее стенок камеры. Для среднедонскю.
катакомб характерно отсутствие так называемого «дромоса» - коридора, соединяющего
камеру с входной шахтой. Шахта и камера соединяются, как правило, «впритык», редко
«внахлест». Вход в камеру часто перекрывался деревянным заслоном, иногда камнями
Нередки случаи забутовки шахты и входа в камеру материковым песком или глиной.
На Среднем Дону встречены конструкции с камерой под короткой стенкой шахть
(Т-образной формы - 9 %); с камерой под длинной стенкой шахты (Н-образной формы -
81,7 %); у 6,4 % катакомб соотношение осей шахты и камеры не прослеживается; 2,9 с-<
сооружений являются двойными конструкциями (одна шахта и две камеры).
Преобладающее большинство катакомб - с камерой под длинной стенкой шахты ■
165 единиц.
Заслуживает внимания точка зрения И.С. Каменецкого о рассмотрении катакомб*
как простой ямы, в которой функциональная основная нагрузка принадлежала камер:
[Каменецкий И.С., 1983, с. 234]. Представляется небезосновательным построена:
классификации катакомбных конструкций именно на облике камеры, как «основно!
составляющей» катакомбного сооружения. В этой связи Н-образные катакомбы могут бьгл
разделены на три вида:
-	с прямоугольной в плане камерой - 9,1 %;
-	с овальной камерой - 83,6 %;
-	с круглой камерой - 7,3;
Наибольшее количество погребений составляют катакомбы с овальной камере!
Различия в соотношении длины и ширины последних позволяют визуально разделить г
на два подвида: по соотношению длины и ширины камеры как 2,0-1,9:1,0 и 1,8-1,1:1-
(рис. 6,1, 2).
Последний подвид включает в себя две разновидности. При вычислении плошыз
прямоугольников, определяющих планы камеры и шахты (рис. 6, 3, 4) выявила^
следующая закономерность: в одной разновидности таких катакомб соотношенв
площадей прямоугольников определилось как 2,0-1,0:1,0 (рис. 6, 3), в другой - 2,1 и боле:
1,0 (рис. 6,4).
Показатели наличия перекрытий входа в камеру, ступенек и сооружений в шахт
отражены в Приложении (табл. I). Перепад глубин камеры и шахты за ступень з
принимался.
Таким образом, при анализе погребальных конструкций выявилось нескольг
устойчивых типов, которые представлены наибольшим числом погребений. Кажушее:
разнообразие могильных конструкций среднедонской катакомбной культуры на сам
деле представлено единичными случаями (в том числе разрушенными погребениям
Тогда как наиболее многочисленные группы свидетельствуют об определенном
неслучайном характере связей признаков.
Исходя из этого, представляется возможным выделить семь основных тглз
могильных конструкций рассмотренного массива погребений.
29

ТИП I. Прямоугольные ямы (рис. 7,1).
ТИП 2. Круглые камеры с прямоугольной шахтой (рис. 7,2).
ТИП 3. Овальные камеры (соотношение сторон 1,8-1,1:1,0) с прямоугольной
:зальной) шахтой (соотношение площади камеры и шахты 2,1 и более : 1,0) (рис. 7, 3).
ТИП 4. Овальные камеры (соотношение сторон 1,8-1,1:1,0) с прямоугольной
:зальной) шахтой (соотношение площади камеры и шахты 2,0-1,0:1,0) (рис. 7,4).
ТИП 5. Овальные камеры (соотношение сторон 2,0-1,9:1,0) с прямоугольной шахтой
.-нс. 7, 5).
ТИП 6. Прямоугольные камеры с прямоугольной шахтой (рис. 7, 6).
ТИП 7. Т-образные катакомбы (рис. 7, 7).
В ходе выяснения территории распространения выделенных типов могильных
инструкций были получены следующие результаты (рис. 8). Прямоугольные ямы (тип I)
встречаются практически во всех могильниках с катакомбными погребениями
:теннедонского региона. Катакомбы с круглыми камерами (тип 2) очень редки и
нт иксированы всего на трех могильниках: Герасимовка, Павловск и Стояново. Тип 3
:сносительно немногочислен и отмечен в курганах центральной части рассматриваемой
“трритории. Тип 4 при наибольшей концентрации в Правобережной части региона
встречается в малых количествах на всех исследованных памятниках (одно-два
::гребения). Тип 5 характерен только для Левобережных могильников. В
тсс тр'остранении катакомбных сооружений типов 6 и 7 закономерностей не наблюдается.
П. 4. Анализ керамического материала
Подкурганные захоронения среднедонской катакомбной культуры не отличаются
: ztzsm погребального инвентаря. Редкое его присутствие в могилах является одной из ее
-ттгчительных черт. Однако в сравнении с немногочисленными находками изделий из
стзтла, кости и камня, керамика встречена в каждом втором захоронении, что не только
тстссгавляет значительный интерес, но и дает возможность проведения ее
-.тзсстороннего анализа.
Общие признаки, характерные для керамического инвентаря можно сформулировать
с с--со щим образом. Во-первых, это отмечаемая исследователями разница-погребальной и
о-:зой керамики. Во-вторых, особенности пространственного размещения и количество
--змгческих предметов в погребении. В-третьих, разнообразие керамических форм и их
: - узонального назначения. Эти обстоятельства и определяют значение данной
_-ег:рии инвентаря для решения ключевых вопросов исследования. В этой связи
ззъно мнение С.Н. Братченко, отмечавшего, что наиболее важные различия,
:: сзо.тяющие расчленить катакомбную общность на отдельные культуры, проявляются,
—г ззе всего, в керамике, в типах и композициях узоров и месте их на сосуде» [Братченко
1976, с. 56,57].
Нами было проанализировано 235 сосудов (включая курильницы). Кроме этого,
~зз: около 80-ти фрагментов керамики, использованных в качестве «жаровен». В тех
' -ошч. когда изначальная форма сосуда восстанавливалась по фрагменту «жаровни», он
. т-■ чзлся в общую типологическую схему.
Технология изготовления погребальной керамики среднедонской катакомбной
зт-ты в принципе однообразна. Вся она изготовлена из хорошо промешанной глины
- : :м ручной лепки. Яркие примеси в глине отсутствуют, визуально фиксируются
з=г зобавки мелкозернистого песка или шамота. Поверхности, как правило, хорошо
30

сглажены, изредка подлощены. Неровная поверхность наблюдается в тех случаях, когда t
помощью «расчесов» или «пальцевого проглаживания» (чаще всего на нижней половив
внешней поверхности тулова) создавались своеобразные орнаментальные композиции
«Расчесы», впоследствии сглаженные, присутствуют практически на всех сосудах кя
снаружи, так и изнутри. Особенностью некоторых сосудов является слабый обжиг, в скщ
чего ангобированная поверхность часто отслаивается. Вполне возможно, что силой обжин
и объясняется разнообразие цветовых оттенков внешней поверхности. Особенностыв
большинства среднедонских сосудов являются потеки черной (органической?) «краски*
спускающейся «языками» с донной части к венчику.
Для керамики характерны следующие способы нанесения орнамента: 1) гребенчать^
2) шнуровой; 3) валиковый; 4) прочерченный. Отмечены также немногочисленные серя!
сосудов с «нетипичной орнаментацией». Это различного рода вдавления, насечки, за!
Отличительной чертой сосудов является зональность размещения на них орнам
1) полностью орнаментированные сосуды; 2) сосуды с одной орнаментальной зоной;:
сосуды с двухзонным орнаментом (горло и верхняя часть тулова, горло и нижняя чая
тулова); 4) сосуды с трехзонной орнаментальной композицией (горло, верхняя и ниже!
части тулова).
Погребения с керамическим инвентарем анализировались исследователям
катакомбной культуры на различном уровне. В задачу данного исследования не входа
разработка принципиально новой типологической классификации, в связи с ча
представляется целесообразным обратиться к уже апробированным классификация
катакомбной керамики [Братченко С.Н., 1976; Матвеев Ю.П., 1982; Синюк А.Т., 1983)
ЯР-]-
В основу типологической классификации среднедонской катакомбной керама
положены разработки С.Н. Братченко [Братченко С.Н., 1976, с. 23-30].
По общим морфологическим признакам керамики выделяются Отделы (рис. 5, 1
13). Первые три Отдела выделены в зависимости от величины шейки сосуда: бесшейня
горшки и банки; короткошейные горшки; высокошейные сосуды. К следующим трв
Отделам отнесены фляга, амфоры и миски. Особый Отдел составляют «чаши на поддона
- курильницы.
Высота и характер изгиба горла сосудов, особенности и соотношения основа
параметров тулова легли в основу выделения групп внутри Отделов. Характер орнамента
способы орнаментации позволили разделить керамические группы на тип
Индивидуальные особенности некоторых типов послужили определяющими фактора
для выделения подтипов.
ОТДЕЛ I. Бесшейные сосуды (банки, глубокие чаши) [Братченко С.Н., 1976., с. Э1
Сосуды без шейки, у которых H:D=0,6 - 0,8.
Группа А. Закрытые банки. Сосуды в форме чашек с выгнутыми стенкам
Наибольший диаметр ниже устья - два экземпляра.
Группа Б. Один экземпляр представляет собой глубокую чашу, стянутую в нижа
части, на узком дне.
Группа В. Реповидные горшки. Миниатюрные горшки, широкие в боках I
стянутым устьем (H:D= 0,6-0,7; Db:D=0,4-0,6) - 5 экземпляров.
ОТДЕЛ II. Короткошейные горшки. Сосуды с короткой шейкой разных пропори
(Но:Н=0,15) [Братченко С.Н., 1976., с. 26].
и др.
31

Группа А. Яйцевидные горшки. Сосуды с нечетко выраженной, часто неотделенной
т глечиков шейкой, с выгнутыми стенками корпуса яйцевидных очертаний (H:D=0,8-0,9).
-Знболыпий диаметр приходится на верхнюю часть сосуда. Все они орнаментированы
—еленчатым штампом, составленным в горизонтальную елочку. В одном случае
:л2зонтальная елочка образована короткими оттисками перевитого шнура - 10
-лсмпляров.
Группа Б. Горшки с четко выделенной прямой, иногда слегка отогнутой шейкой
-13=0,8-0,9; Db:D=0,7-0,9).
Тип 1. Горшки, орнаментированные оттисками гребенчатого штампа, чаще всего
.оставленного в горизонтальную елочку - девять экземпляров.
Тип 2. Горшки той же формы, но сочетающие в орнаментации гребенчатую,
ллс черченную или защипную технику со шнуровой - пять экземпляров.
Тип 3. Горшки той же формы, но с орнаментом из пальцевых защипов,
ллс черченных линий, округлых или треугольных вдавлений - три экземпляра.
Группа В. Горшки с отогнутой наружу шейкой (H:D=0,7-0,9; Db:D=0,6-0,9).
; лчаментированы оттисками перевитого шнура, гребенчатым или гладким штампом -
-елкре экземпляра.
Группа Г. Приземистые горшки с прямой шейкой, широким устьем (H:D=0,67-0,7;
1ч Э=0,8). Орнаментированы гребенчатым штампом, составленным в горизонтальную
-.л: чху - два экземпляра.
Группа Д. Горшки стройных пропорций с четко выделенной, отогнутой наружу
легкой (H:D=0,95-1,1;Db:D=0,7-0,9). Орнаментированы оттисками гребенчатого штампа и
лллхими насечками, составленными в горизонтальную елочку - три экземпляра.
ОТДЕЛ III. Высокошейные сосуды. Сосуды с высокой четко выделенной шейкой
Ч::Н=0,16-0,4) разных пропорций [Братченко С.Н., 1976, с. 27].
Группа А. Кубки. Сосуды с высокой, в основном, прямой шейкой, с сильно
лллугыми боками (H:D=0,6-0,8; Но:Н=0,2-0,4; Db:D=0,8-0,9).
Тип 1. Сосуды, орнаментированные короткими или длинными оттисками шнура -
-чччфе экземпляра.
Тип 2. Один экземпляр с бортиком по венчику. Орнаментирован в средней части
—чеками шнура, образующими полуовалы вершинами вверх, в нижней - гребенчатым
лтампом.
Тип 3. Сосуды с преобладанием гребенчатого штампа, составленного в
~тг чзонтальную елочку - четыре экземпляра.
Тип 4. К редкому образцу относится один кубок, орнаментированный оттисками
ггргвитого шнура, образующими в его средней части спирально-концентрические
::>оозиции.
Группа Б. Сосуды кубковидной формы с высокой, слегка расширенной, реже прямой
лейкой (H:D=0,8- 0,9; Но:Н=0,16-0,24).
Тип 1. Сосуды с прямой или расширенной кверху шейкой со шнуровым орнаментом.
-3 основании соотношения D:Dfl выделяются подтипы.
Подтип а. Горшки с прямой шейкой (H:D=0,8-0,9; D:Dfl=l,5), орнаментированные
ттчеками шнура, образующими на средней части тулова треугольники вершинами вверх -
за экземпляра.
Подтип б. Горшки с расширенной кверху шейкой (H:D=0,8-0,9; D:Dfl=l ,6-1,8),
чнаментированные горизонтальными оттисками шнура на верхней половине тулова - три
ччемпляра.
32

Подтип в. Горшки с расширенной кверху шейкой (H:D=0,8-0,9; D:Dfl=2,0). Оттиск
шнура составлены в различные геометрические композиции - два экземпляра.
Тип 2. Сосуды с расширенной шейкой, орнаментированные валиками в основани
шейки и в средней части тулова, придающими им биконическую форму - три экземпляра.
Тип 3. Сосуды с расширенной шейкой, отличительной чертой которых являете
волнистый валик в ее основании - три экземпляра.
Тип 4. К редкому образцу относится один экземпляр с прямой шейкой, вся внешне
поверхность которого покрыта валиками, образующими сложные геометрическг
композиции.
Тип 5. Сосуды с прямой шейкой, орнаментированные прочерченными линиями
разделенными валиками в основании шейки и в средней части тулова.
Тип 6. В отдельный тип выделены три горшка, относящиеся к Группе Б ~
соотношению H:D=0,8-0,9. Однако их индивидуальность объясняется сочетанием даннк:
пропорций с соотношением Но :Н=0,25-0,3.
Сосуды орнаментированы оттисками шнура, составленными в различны
геометрические композиции.
Группа В. Высокие сосуды с расширенной раструбной шейкой (H:D=0,95- 1~
Но:Н=0,17-0,33; Db: Dr=l,1-1,3).
Тип 1 .Сосуды, орнаментированные оттисками шнура. Орнамент покрывает верхЕЗ
две трети тулова сосудов- 24 экземпляра.
Тип 2. Сосуды, орнаментированные оттисками шнура в сочетании с налепными, кз
правило, расчлененными валиками - восемь экземпляров.
Тип 3. Сосуды, орнаментированные перевитым шнуром, прочерченными линиям- з
вдавлениями - четыре экземпляра.
Тип 4. Сосуды, орнаметированные валиками и прочерченными линиями - четьп
экземпляра.
Тип 5. Сосуды, орнаментированные гребенчатым штампом, составленным з
горизонтальную елочку - три экземпляра. В одном случае горизонтальную елоач
образуют короткие оттиски перевитого шнура.
Группа Г. Высокие сосуды вытянутых пропорций с расширенной раструбна!
шейкой (H:D=1,12-1,4; Но:Н= 0,17-0,2; Db: Dr=l,1-1,2).	!
Тип 1. Сосуды, орнаментированные оттисками шнура, составленными, как правил—
треугольники или полуфестоны вершиной вверх на средней части тулова в сочетание
горизонтальной или вертикальной елочкой из шнура, прочерченных линий, гребенчата
штампа - 21 экземпляр.	-
Тип 2. Сосуды с преимуществом валиковой орнаментации - четыре экземпляра.
Тип 3. Сосуды, орнаментированные прочерченными линиями - шесть экземпляре®.
Тип 4. К редким образцам относятся три экземпляра, имеющие отклонены
представленных выше соотношениях основных пропорций. Характеризуются пьтття
орнаментацией, выполненной различными оттисками шнура.
Группа Д. Высокие сосуды вытянутых пропорций с прямой шейкой (H:D=l,12-2
Но:Н=0,17-0,2; Db:Dt=1,0-1,07).
Тип 1. Сосуды, орнаментированные прочерченными линиями - пять экземпляров.
Тип 2. Сосуды, орнаментированные прочерченными линиями в сочетаниг
валиками (при преобладании последних) -10 экземпляров.
ОТДЕЛ IV. По классификации С.Н. Братченко отдельно рассмотрен один экземп
фляги. Это неорнаментированный сосуд с налепными ушками и вертикальна
33

гроколами в них [Братченко С.Н., 1976, с. 28].
ОТДЕЛ V. Амфоры. Небольшие сосуды с прямой шейкой и ручками на боках. По
всей поверхности покрыты нарезным или шнуровым орнаментом - три экземпляра.
ОТДЕЛ VI. Миски. Низкие сосуды, у которых H:D=0,35-0,6, а стенки сужаются ко
дну [Братченко С.Н., 1976, с. 28].
Группа А. Открытые миски без бортика с прямым краем - три экземпляра.
Группа Б. Миски закрытые с выгнутыми стенками - три экземпляра.
Группа В. К редким образцам относятся две миски с невысоким бортиком и одна с
гзддоном.
ОТДЕЛ VII. Чаши на поддонах (курильницы). Круглые, овальные или
ггдмоугольные чаши с перегородками или без них; на сросшихся или раздельно стоящих
Е:ззсах; на крестовидном, прямоугольном или круглом основании. В силу
олочисленности данной группы керамики, происходящей из погребений среднедонской
нтакомбной культуры, ее характеристика дана по типологии катакомбных курильниц,
:нгработанной В.Г. Егоровым [Егоров В.Г., 1970, с. 156-163].
Чаши без отделения на четырех раздельно стоящих ножках (Власовка I 5/2,
Зелезовский 10/1). Соответствуют 1 типу по классификации В.Г. Егорова (рис. 16, 6; 46,
Чаши без отделения на цельной крестовидной подставке в виде четырех сросшихся
т: =:е:< (Власовка I 2/2,12/7, Власовка II 5/7, Караяшник 3/4, Прилепы 1/3, Павловск П 1/46,
' п:оы 4/8). Соответствуют III типу по классификации В.Г. Егорова (рис. 43, 6; 44, 1; 46,
‘ -"*8; 49,12; 54, 4; 57, 13).
Чаши с отделением на цельной крестовидной подставке в виде четырех сросшихся
не:«: (Высокая Гора 1/2, Березовский 2/1, Сидоры 29/1, Петров Вал 4/2, Богучар П 2/9).
:т=-етствуют IV типу по классификации В.Г. Егорова (рис. 30, 5; 39,4; 43,4; 48,7; 49,3).
Чаши с отделением (без отделения) на прямоугольной подставке в виде четырех
~ ■ иннхся в основании ножек (Павловск 47/4, Березовский 10/1, Павловск 38/3,
---невский 5/2, Прилепы II 3/4,2/1). Соответствуют V типу по классификации В.Г.
-теза (рис. 23,11; 34,13; 38,12; 41,4; 46,9; 56, 8).
Чаша без отделения на круглой подставке в виде поддона (Власовка I 1/4)
—ететвует XIII типу по классификации В.Г. Егорова (рис. 59,1).
Три экземпляра курильниц не находят аналогий в материалах катакомбной культуры
—сдельных территорий:
-	хзадратная чаша без отделения на цельной крестовидной ножке (Власовка I 1/1
рис. 45,4);
-	пзадратная чаша без отделения на квадратной подставке из четырех сросшихся в
:сновании ножек (Глазуновский 11/1) (рис. 44, 3);
-	пиша с загнутым внутрь, в виде широкого бортика, краем, на цельной крестовидной
поставке в виде четырех сросшихся ножек (Ильмень 8/3) (рис. 16,7).
Тзенадцать сосудов из погребений встречены каждый в единственном экземпляре
5 Ниже приводится их характеристика.
Т' тэвое 1/2 - сосуд с невысоким прямым горлом, которое оформлено утолщением в
ыротничка. Горло плавно выходит из шаровидного тулова с ярко выраженным
_ в:м. Орнаментирован по всей поверхности короткими оттисками перевитого шнура,
—.вденными в горизонтальную елочку (рис. 53,6).
Ь:гувар П 1/2 - «бомбовидный» сосуд с относительно высоким горлом-и шаровидным
-	... фатьяновско-балановского облика. Внешняя поверхность подлощена,
34

орнаментирована оттисками тонкого шнура, составленного в сложные композиции (рис
58, 13). Ближайшие аналогии ему отмечены в материалах первого - второго этапе*
развития балановской культуры (середина II тыс. до н.э.) [Археология СССР, 1987. Баде:
О.Н., Халиков А.Х., с. 196, рис. 37].
Пески 1/4 - сосуд чашевидных пропорций с еле выделенной шейкой и небольшие
поддоном (рис. 24, 1). Орнаментирован длинными оттисками шнура и «личинками».
Павловск 14/9 - сосуд со сферическим туловом, слегка отогнутым венчиком *
поддоном. Орнаментирован оттисками шнура, составленными в сложные композиции
Орнаментирована и внутренняя сторона венчика (рис. 22, 5).
Павловск П 4/59 - сосуд шаровидной формы с оттянутым наружу небольшим горло*.
По внешней поверхности нанесены два волнистых пояска прочерченных линий (рис. 21
9).
Павловск 10/1 - сосуд округлой формы со стянутым устьем и маленьким прямы*
горлом. Орнаментирован прочерченными линиями и насечками, составленными в дз.
горизонтальных пояска из заполненных треугольников вершинами вверх (рис. 37,12).
Богучар П 2/6 - сосуд с прямым горлом и высокими плечиками. Орнаментирова
горизонтальными линиями перевитого шнура, двумя поясками «серпиков» по плечам е
дна (рис. 26, 8).
Власовка I 13/1 - сосуд полусферической формы с небольшим горлом, образованны)
уступом, и маленьким уплощенным дном. Орнаментирован по всей поверхности рядаы
строчечных насечек (рис. 59, 6).
Власовка I 13/1 - миниатюрный сосуд с поднятыми плечиками, слегка отогнуты*
наружу горлом и плоским дном. Орнаментирован оттисками шнура в виде горизонтальны
поясков по горлу и петлевидных композиций по всему тулову (рис. 59,10).
Девица 1/1 - фрагменты кубковидного сосуда с округлым туловом и яр*
выраженным поддоном. Внешняя поверхность орнаментирована прочерченными линиям*
составленными в геометрические композиции (рис. 60, 1). Ближайшие аналоге
прочерченным и врезным горизонтальным удлиненным овалам отмечены в захоронена
позднего этапа днепро-азовской культуры на территории Степной Украины [Гершконг
Я.П., Шепель А.А., 1987, с. 68, рис. 7,2].
Таганка 2/1 - часть сосуда с округлым туловом и плоским дном. Внешы
поверхность орнаментирована прочерченными линиями, образующими на средней чагт
заштрихованные треугольники вершинами вниз (рис. 60,3).
Таганка 4/5 - сосуд с отбитым в древности верхом. Сохранившаяся чат
орнаментирована оттисками тройного шнура, составленными в заполненные треугольны
вершинами вниз. Пространство между линиями шнура занято округлыми вдавлениы
Треугольники обрамлены бахромой из оттисков гребенчатого штампа (рис. 60, 2). Сог
находит прямые аналогии в материалах позднего этапа донецкой катакомбной куль"
[Смирнов А.М., 1996, с. 176,177, рис. 43,44].
Помимо целых форм примерно в трети погребений были встречены фрагмеы
сосудов, так называемые, жаровни. Как правило, они были заполнены древесными углы
золой или охрой. Различается несколько разновидностей жаровен:
-	жаровни из боковин сосудов с выходом на венчик и придонную часть. Фор»
сосудов, от которых они произошли, восстанавливаются полностью. За небольгз
исключением эти сосуды относятся к Отделу III (рис. 18,4; 57,2);
-	жаровни из боковин сосудов с выходом на венчик. По частично восстанавливав*:
форме сосудов, от которых они происходят, эти жаровни делятся на две группы -
35

. :судов Отдела 1П (рис. 57,1; 58, 3) и Отдела II;
-	жаровни из боковин сосудов с выходом на придонную часть (рис. 24,12);
-	жаровни из боковин сосудов без выхода на венчик и дно (рис. 30, 10,11);
-	жаровни из донной части сосудов, составляющие самую многочисленную rovnny
rzc. 36, 4; 37, П; 40, 8 46, 1).
Завершающим этапом анализа погребальной керамики было картографирование
гневных, наиболее многочисленных керамических групп с целью выявления возможных
—лллций ее изготовления (рис. 14; 15).
Установлено, что территории распространения сосудов Отделов II и 1П в
т-t днедонских катакомбных погребениях совпадают лишь отчасти. Совместное их
гдхгждение в могильниках фиксируется только в центре рассматриваемого региона.
Сугубо западными, распространенными преимущественно в Правобережных
:л_ летниках, являются сосуды групп Г и Д Отдела III (рис. 14). Для восточных районов и
.литра характерны сосуды группы В Отдела III и Отдела II (рис. 14; 15).
В погребениях Правобережных могильников зафиксированы лишь отдельные
дд:дки керамики Отдела II.
Полученные результаты позволяют предполагать наличие двух локальных зон,
сражением которых является преобладание тех или иных типов погребальной
лтлмики на территории распространения памятников среднедонской катакомбной
-	ли туры - западной и восточной.
Показательно, что определенные типы керамики вписываются в основном в
лглзгденные выше рамки распространения на Среднем Дону определенных типов
тгдьных конструкций. При сопоставлении результатов картографирования
гтамнческих типов и типов могильных сооружений можно проследить своего рода
-1ддду между западными и восточными памятниками, которая проходит по линии р.
гд-:т - среднее течение р. Дон (от устья р. Битюг) (рис. 8; 14; 15).
Суммируя положения, рассмотренные во второй главе, представляется возможным
ллтлть следующие выводы.
1.	При частичном совпадении территорий распространения типов могильных'
Еттрукций, характерных для среднедонской катакомбной культуры, фиксируются два
_i:za («западный» и «восточный») с преимущественной концентрацией в могильниках
дгсллее представительных в количественном отношении типов 3,4 и 5 (рис. 8).
2.	Картографирование случаев нахождения в погребениях определенных категорий
д-оки также выявило наличие, по меньшей мере, двух локальных вариантов
ггллллческих традиций присущих «западной» и «восточной» территориям
—лтостранения среднедонских катакомбных памятников (рис. 14; 15). Условная граница
-лиду этими территориями проходит по линии р. Битюг - среднее течение р. Дон (от
ли.* р. Битюг).
3.	Полученное в ходе картографирования соответствие определенных керамических
—	— определенным типам могильных конструкций представляется не случайным и
-ллл слагает детальный анализ выявленных закономерностей, в частности, выделение
с-левых групп среднедонских катакомбных погребений и установление взаимосвязи
л	-_ных, присущих им традиций.
* * *
36

ГЛАВА III
АНАЛИЗ ОБРЯДОВЫХ ГРУПП. СТРАТИГРАФИЯ КАТАКОМБНЫХ
ПОГРЕБЕНИЙ
III.	1. Анализ обрядовых групп
В основу выделения обрядовых групп среднедонских катакомбных погребете
положена классификация, разработанная А.Т. Синюком [Синюк А.Т., 1996, с. 27, 28*
Главная роль в предложенной классификации отведена позиции умерших (без учет:
ориентировки) с подключением показателей положения рук погребенного (варианты 1 -
11) и типов могильных сооружений (типы 1 - 7).
Необходимо отметить, что значительная часть катакомбных захоронений :
среднедонских курганах разрушена. Отдельную группу составляют сложные могильньт
конструкции, кенотафы, коллективные захоронения и т. д. Так, из 389-ти анализируемы:
погребений насчитывается 50 кенотафов, 63 разрушенных, 36 коллективных захоронены!
и перезахоронений, 101 погребение с невыясненным положением рук умерших, г
результате критериям выделения обрядовых групп отвечают 140 одиночных (парны:
единообрядовых) хорошей сохранности погребений с фиксируемой формой могильн:!
конструкции.
Корреляция типов погребальных сооружений и вариантов положений умерших (ры.
9) позволила выделить десять обрядовых групп, которые, как показал дальнейший аналы:
в определенной закономерности распределены на территории Среднего Подонья. 3-
«обрядовые» принимались группы погребений состоящие из пяти и более единиц.
I	обрядовая группа (II1 - 4 по А.Т. Синюку).
Погребения в катакомбах типа 4 с умершими на спине. Правая рука вытянута вде л
тела, левая согнута в локте, кисть находится в районе тазовых костей.
Выборка представляет собой небольшую серию из пяти погребений. Все могегн
расположены в центре насыпей, являясь основными (Ильмень 2/3, Павловск 29/1
курганах катакомбного времени и впускными в курганы древнеямной культуры.
В трех катакомбах присутствовало деревянное закрытие входа в камеру, в оды:
(Власовка II 5/6) - с использованием камня. Преобладающая ориентировка умерших -кг
восток (рис. 17, 2).
В каждом погребении встречены остатки органической подстилки и посыпка охре!
Набор инвентаря разнообразен. Два захоронения (Власовка I 5/2, Ильмень i'
сопровождались курильницами (рис. 16, 6, 7). Помимо курильницы в захоронены
Ильмень 8/3 были обнаружены остатки деревянной чаши, а в погребении Ильмень 1
найдена жаровня (рис. 16, 5), бронзовый нож (рис. 16,4) и кремневое изделие.
Кремневый отщеп находился также в погребении Власовка II 5/6. Одно захоронен:
(Павловск 29/1) сопровождалось браслетом , из костяных пронизок и одной камень
различных размеров и форм - цилиндрические с нарезками, конические, бочонковидны
всего 30 единиц (рис. 16, 3).
Погребения обрядовой группы 1 встречены только в могильниках восточной чнг*
бассейна Среднего Дона (рис. 17,1).
II	обрядовая группа (III4 - 1 по А.Т. Синюку).
37

i: строения в могильных конструкциях типа 1 (прямоугольные ямы) с умершими на
—а* ■> :-:чу с руками, протянутыми к коленям (или находящимися между бедренными
-з Гргднем Дону выделено 31 захоронение (из них 12 детских) (рис. 19, 1).
Нглаошее большинство погребений встречено в курганах ямного времени. Пять
- ччччй являлись основными, из них два (Павловск 43/1, 44/1) - основными и
.—вечными.
~ -1 ^графические данные курганов с погребениями II обрядовой группы (рис. 19, 2)
гзз::. что почти все они сконцентрированы в восточных секторах насыпей. При
: ччвнгуется круговая планировка ям относительно центра по часовой стрелке. Почти
згпзс за исключением трех погребений) преобладает ориентировка в южную
-	;:г нруга горизонта.
5 четвертой части могил сохранились остатки деревянного перекрытия ямы.
г иг органической подстилки отмечено в трети погребений. В каждом втором
-	ченни присутствует посыпка охрой; мел и уголь фиксировались в единичных
Г зз погребений сопровождались астрагалами; в шести были найдены кости
ч—вечных ЖИВОТНЫХ.
7!: —-ебальный инвентарь скуден. В половине погребений было найдено по одному
г четыре сопровождались набором сосуд-жаровня; шесть - одной жаровней.
- на себя внимание закономерность размещения сосудов относительно умершего:
з —ввело, они находились перед животом (грудью) погребенного.
7V л овина сосудов относится к группе В Отдела 1П (рис. 18, 2 - 4, 7-8). В двух
—чтениях (Власовка I 4/3, Павловск 11/1) встречены сосуды Отдела II (рис. 18, 19, 23).
zz	Z3.Hзахоронения (Павловск 7/1 и 14/1) сопровождались сосудами Отделов I и VI (рис.
Помимо керамического материала лишь в четырех погребениях были найдены
-те веши. Захоронение Сидоры 21/2 сопровождалось каменным терочником и
-низом, кльшом кабана, кремневым отщепом и куском мела. Глиняное прясло (рис. 18,
нзменный пест (рис. 18, 20) сопровождали погребение Павловск 11/1. В двух детских
_ течениях, ориентированных на север и северо-восток, были найдены бронзовые
—чтения - полусферические серьги с одним усиком (Павловск 26/3) (рис. 18, 12, 13) и
злезидная желобчатая серьга с плавно заостренными концами (Павловск 38/1) (рис. 18,
Захоронения II обрядовой группы распространены в могильниках восточной части
ы вечна Среднего Дона, основная зона их сосредоточения приходится на Павловские
Т-1НЫ (рис. 19,1).
Ш обрядовая группа (III4 - 3 по А.Т. Синюку).
Погребения в катакомбах типа 3 с умершими на правом боку с руками, протянутыми
ттленям (или находящимися между бедренными костями).
Выделено 13 погребений. За исключением одного кургана (Ширяево, курган 3) все
ч£ впущены в ранние насыпи (ямного, ямно-катакомбного времени). Планиграфическое
-ыхешение захоронений в кургане показало незначительное преимущественное
-зт вложения их в восточной поле. Фиксируется круговая планировка могил относительно
:=чтра (рис. 21,2). Преобладает ориентировка умерших на юг - юго-восток.
Деревянное перекрытие присутствует в более чем половине захоронений. В половине
:гчл встречены остатки органической подстилки и отмечена посыпка охрой.
38

Одиночные сосуды найдены в трех захоронениях (Ширяево 3/6, Павловск 29/2, 29 -
в трех - жаровни (Ширяево 3/2, Павловск 21/4,40/2); сосуд в сочетании с жаровней - в дг
(Павловск 35/3, Павловск П 4/59). Одно захоронение (Павловск 29/3) пари:■
единообрядовое сопровождалось двумя сосудами.
Керамика относится к Отделу П группам А и Б (рис. 20, 1,2, 4), группе В (рис. 20. .
и Отделу 1П группе А (рис. 20, 5,6). Один экземпляр (Богучар II1/9) относится к Отдел}
(рис. 20, 11); один (Ширяево 3/6) - к Отделу 1П (рис. 20, 12). Аналогий сосуд} :
погребения Павловск II 4/59 (рис. 20, 9) в материалах среднедонской катакомсн:
культуры пока не найдено.
Три погребения сопровождались бронзовыми украшениями (Ширяево 3/6, Павле;-
29/3, Богучар П 1/9). Из них сохранились бронзовые бочонковидные бусины (Павл:;е
29/3) и бронзовые височные подвески в полтора оборота (Ширяево 3/6) (рис. 20,13,14
Захоронения III обрядовой группы распространены в восточных могильнез—
преимущественно в Павловских курганах (рис. 21,1).
IV	обрядовая группа (III4 - 7 по А.Т. Синюку).
Погребения в могильных конструкциях типа 7 (Т-образные катакомбы) с умерпх»;
на правом боку с руками, протянутыми к коленям (или находящимися между бедренЕЫ*
костями).
Выделено пять погребений. Одно из них (Стояново 3/2) парное, единообряд:;>
являлось основным, четыре других впущены в насыпи более раннего времени. У метел?
ориентированы на юг - юго-восток (рис. 23,20).
В захоронениях зафиксированы остатки органической подстилки и посыпка охрсЁ
Парное погребение сопровождалось четырьмя сосудами. Два из не
фрагментированы (рис. 22, 1, 2), два относятся к группе Б Отдела III (рис. 22, 3, -
захоронении Павловск 14/2 найдены: сосуд Отдела II группы Б (рис. 22, 8), жаровнЕ i
придонной части сосуда (рис. 22, 6) и бронзовые бусы в виде птичьих головок (рис. 21 *
Сосуду из погребения Павловск 14/9 (рис. 22, 5) аналогий в материалах среднедоЕогг
катакомбной культуры пока не отмечено.
Захоронения IV обрядовой группы отмечены в двух могильниках - Павловска»
Стояновском (рис. 23,1).
V	обрядовая группа (III5 - 4 по А.Т. Синюку).
Погребения в могильных конструкциях типа 4 с умершими на правом боку с рукав
вытянутыми вдоль тела.
Выделено 12 погребений. Захоронения, расположенные в могильниках восточн*
ареала катакомбных памятников, впущены в курганы предшествующего вреьев
западного - в катакомбные (рис. 25, 1). Два погребения (Стояново 10/5, Герасимова
являлись основными. Планиграфические данные показывают преимуществе^
расположение погребений в восточных секторах насыпей (рис. 25,2).	\
В половине погребений наблюдается преобладание юго-западной, юго-восто=зв
ориентировок умерших, в половине - северо-западной, северо-восточной. В ДЧ
захоронениях (Караяшник Большая Могила /5, Пески 1/7) скелеты лежали голове® I
восток.
Практически во всех катакомбах присутствовали остатки деревянного закреа
камеры, следы органической подстилки и посыпка охрой.
В шести погребениях встречено по одному сосуду; в двух (Павловск 14/4, Пескг 1
- по паре; в двух (Пески 1/7, 1/8) - сосуд в сочетании с жаровней. В трех катакечв
(Караяшник Большая Могила /5, Архиповка 1/3, Высокая Гора 1/6) были найдены оста
39

технической посуды. Одно захоронение (Герасимовка 6/1) сопровождалось бронзовым
н:м.
Погребение Пески 1/4 являлось производственным комплексом мастера -
тг:товителя стрел. Помимо двух сосудов, оно сопровождалось песчаниковыми
_пттмителями древков стрел, кремневыми отщепами и орудиями труда, изделиями из
tl песчаниковой наковаленкой и пятью миниатюрными кремневыми наконечниками
—■it с выемкой в основании [Березуцкая Т.Ю., 1993, с. 47-52].
Сосуды относятся к Отделу III группе Б (рис. 24, 4, 6), группе В (рис. 24, 2, 5, 8, 13),
— иле Г (рис. 24, 9,10), группе Д (рис. 24, 7, 11). Один сосуд (Пески 1/4) является пока
иеинчным экземпляром (рис. 24, 1), он был заполнен древесным углем и выполнял,
о. функции жаровни.
Четыре погребения обрядовой группы V находились в курганах восточной
-Нигерии, остальные - в западных могильниках (рис. 25,1).
VI	обрядовая группа (III6 - 1 по А.Т. Синюку).
Чегребения в могильных конструкциях типа 1 (прямоугольные ямы) с умершими на
боку с руками, согнутыми в локтях, кисти притянуты к лицу.
Зил едено 7 погребений, происходящих из курганов как ямного, так и катакомбного
rr HHz. Шесть погребений впускные. Одно (Павловск 3/2) - основное и предшествует
_ и: нению воронежской культуры эпохи бронзы. Совершались захоронения VI
- пеной группы в основном в центре насыпей, но в разных секторах курганов (рис. 27,
-лнномерностей в ориентировке умерших не прослеживается. Однако с учетом
и епения захоронений по кругу можно отметить преобладание ориентировки в северо-
-: нннй сектор.
Чеиекрытия ям не зафиксированы. Присутствие органической подстилки, охры и
■_ хехнма незначительно, в двух захоронениях встречены куски охры.
Тгн погребения сопровождались сосудами, два - набором сосуд-жаровня, одно -
и: хитй. Сосуд, как правило, располагался перед лицом умершего. Большинство сосудов
_гт;д к Отделу П1 (рис. 26, 2-4, 11), но все они разных Групп. Один экземпляр,
~ х-: знавший погребение с западной ориентировкой умершего (Павловск П 1/51)
нгтх.ч :< группе Б Отдела II (рис. 26, 9).
I х.: еобразный миниатюрный сосуд (рис. 26, 3, 8), встреченный вместе с сосудом
:.-.п л (Богучар II 2/6) пока не находит аналогий в материалах среднедонской
. л: .гной культуры.
Lz:z инвентарь представлен бронзовыми украшениями в погребении ребенка,
:--—гтс ванного головой на юг (Павловск 38/2). Это сферические пустотелые серьги с
и енхами для подвешивания (рис. 26, 6, 7) и подвески в полтора оборота (рис. 26, 5).
Игттъ погребений из семи встречены в Павловских курганах (рис. 27,1).
31 обрядовая группа (III 8 - 4 по А.Т. Синюку).
Чггр-ебения в могильных конструкциях типа 4 с умершими на правом боку. Правая
1 пгггтнуга вдоль тела, левая согнута в локте, кисть находится в районе тазовых костей.
З лпелено шесть захоронений. Все они основные, одно впускное (Мастюгино 1/4)
~_l.ii г: единый комплекс с основным погребением той же обрядовой группы,
::гены, в основном, в центральной части кургана (рис. 29, 2). Ориентировка
пгиротная или меридиональная.
_:чтЕ во всех катакомбах зафиксированы остатки деревянного закрытия входа в
— :гганической подстилки и посыпка охрой,
г :ет: два погребения сопровождались керамическим материалом (рис. 28,6-8).
40

Погребения VII обрядовой группы происходят из могильников западного рана
распространения среднедонских катакомбных памятников.
VIII	обрядовая группа (TV 9 - 1 по А.Т. Синюку).
Погребения в могильных конструкциях типа 1 с умершими на левом боку с ругай
протянутыми к коленям (или находящимися между бедренными костями).
Выделено десять захоронений. За исключением одного, (Павловск 23/2) все я
происходят из курганов катакомбного времени, являясь основными и впускная!
Преобладает север-северо-восточная ориентировка умерших (рис. 31,2).
В трети могил зафиксировано деревянное перекрытие; в' половине - органична!
подстилка. Мел и уголь встречены в незначительном количестве захоронений.
Целые сосуды группы В Отдела III находились в двух погребениях (Павловск 25 Э
Березовский 2/1) (рис. 30, 2,3). Жаровни встречены в трех погребениях. В захорони
Березовского могильника 2/1 помимо сосуда были найдены курильница (рис. 30. 5 I
каменная ступка.
Территория распространения погребений данной группы локализуются в восток
могильниках бассейна Среднего Дона (рис. 31,1).	|
IX	обрядовая группа (IV 11 - 1 по А.Т. Синюку).
Погребения в могильных конструкциях типа 1 (прямоугольные ямы) с умершюа I
левом боку. Левая рука вытянута вдоль тела, правая согнута в локте, кисть находи :э1
районе тазовых костей.
Выделено 10 погребений. Группа характеризуется следующими признаками. Э
погребения являются основными, а если и впущены в первоначальную насыпь, ~
последующей досыпкой (Ширяево 3/7, Пески 1/3, Павловск 49/6). Находились они. *
правило, в центре кургана. Умершие ориентированы на север (рис. 33, 2), некотор&Е
незначительными отклонениями к востоку и западу.
В половине захоронений встречены деревянные перекрытия в сочетание
органической подстилкой и следами огня в виде угольков. Охра и мел отмечены лили
одном погребении (Ширяево 3/7). Обращают на себя внимание обширные размя
могильных конструкций.
Глиняные сосуды находились в четырех погребениях (Петров Вал 2/3, Низа
Ведуга 3/2, Пески 1/3, Усманский курган погр. 5). Они относятся к Отделу III гругзз
(рис. 32, 6,7), группе В (рис. 32, 12), группе Г (рис. 32, 3), группе Д (рис. 32- ’
Захоронение Нехаевского могильника 5/2 сопровождалось курильницей (рис. 32, И).	1
В четырех могильных ямах встречены бронзовые ножи (Нижняя Ведуга 3
Усманский курган погр.5, Павловск 42/1, 49/6) (рис. 32, 1, 4, 5, 8). Помимо за
погребение 5 Усманского кургана сопровождалось бронзовым шилом (рис. 32, ?
круглым в сечении бронзовым кольцом (рис. 32,10).
Особенностью размещения погребений в могильниках среднедонской катакомба
культуры является их единичное присутствие на довольно обширной территорав
преимуществом, однако, восточных памятников (рис. 23,1).
X	обрядовая группа (IV 11 - 4 по А.Т. Синюку).
Погребения в могильных конструкциях типа 4 с умершими на левом боку. Левая
вытянута вдоль тела, правая согнута в локте, кисть находится в районе тазовых костей
Выделено семь погребений. Они являются и основными и впускными в курса
катакомбного времени. Совершались в центре насыпей (рис. 35, 2). Умеся
ориентированы на север с отклонениями к востоку и западу.
41

3 трех катакомбах были зафиксированы остатки деревянного закрытия входа в
_-гту (Стояново 1/12, 10/4, 1/13), в одной (Стояново 10/4) - забутовка шахты
глзжовым песком. Органическая подстилка, подсыпка охры и мела были отмечены в
с—згех захоронениях Стояновского могильника.
Керамика обнаружена в шести погребениях. В четырех из них (Стояново 10/4, 1/13,
ззз Усмань 3/1, Ольховатка II 3/2) это сосуды Отдела Ш (рис. 34, 3-8), в одном
~zzr.rzы П 2/10) - курильница (рис. 34, 13). В трех погребениях найдены бронзовые ножи
~:те:зо 10/9, Ольховатка П1 3/2, Прилепы II 2/1) (рис. 34, 1, 9, 12). В погребениях
- iz: зо 10/9 и Прилепы П 2/1 они встречены вместе с бронзовым шилом (рис. 34,2,11).
Захоронения X обрядовой группы встречены в могильниках западного района
гстранения среднедонских катакомбных памятников.
Ш. 2. Стратиграфия катакомбных погребений в курганах Среднего Дона
Следующей ступенью в исследовании погребального обряда среднедонской
лпхэмбной культуры явилась попытка построения его локально-хронологической схемы.
лзнном этапе необходимо обратить внимание на особенности, присущие подкурганным
лгзхзмбным погребениям среднедонского региона.
Неоднократно отмечавшаяся исследователями разница между Правобережными и
' побережными (или степными и лесостепными) памятниками обусловлена, прежде всего,
_^чнем первоначальных насыпей ямного или катакомбного времени с многократными
—: течными досыпками курганов. Данный факт допускает возможность, а в ряде случаев и
г:сходимость анализа каждой отдельно взятой насыпи как своеобразного «склепа», в
:т:рый последовательно впускались погребения. Косвенным подтверждением тому могут
"злггь очень редкие примеры прямого перекрывания одной могилы другой.
Необходимость анализа кургана как отдельно взятого могильного комплекса и
. :сое словесное описание вызваны еще и тем, что без определения места в общей системе
огзхомбных древностей малоинформативных погребений (особенно разрушенных) и
:: —ебений, не вошедших в обрядовые группы, вряд ли можно будет дать исчерпывающие
—еты на вопросы, поставленные в настоящем исследовании. * К тому же, по
—елзарительной оценке локальная специфика среднедонской катакомбной культуры
-гзно связана с традициями погребальной обрядовости, присущей той или иной
-ггглтории распространения данных памятников. Доказательством тому служит
г езо зможность сравнительного стратиграфического анализа выделенных обрядовых групп
:длу единичных случаев их взаимовстречаемости в одной и той же насыпи (табл. П; III).
Для проверки предположения о существовании, по меньшей мере, двух локальных
—з-ттпий в катакомбном погребальном обряде на Среднем Дону был проведен
-ззнительный стратиграфический и планиграфический анализ «восточных» и «западных»
зззшшиков на основании общепринятых признаков, характерных для среднедонской
ззгзкомбной культуры.
ПЕРВЫЙ ВЛАСОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. Специфично восточными являются
::гребения в могильных конструкциях типа 5 вариантов 1, 4, 7 с невыясненным
сложением рук. Содержащий наибольшее количество таких погребений Первый
Зззсовский могильник отличается неординарностью и разнообразием обрядовых
ттзновок в коллективных захоронениях и индивидуальным характером одиночных. К
-::чу же обращает на себя внимание однотипность керамики во всех захоронениях
42

власовских курганов. Практически все погребения сопровождались сосудами Отдела '
разных типов, но с елочно-гребенчатой орнаментацией.
Характеристика власовских курганов осложняется присутствием почти в каждом 2
них погребений, явно выпадающих из усредненно-типовых характеристик не тольи
среднедонской катакомбной культуры, но и культур катакомбного круга в целом. Эи
коллективные захоронения, захоронения с отчлененными черепами и могилы с обилия
сопровождающего инвентаря (что является исключением в среде среднедонскя
катакомбных памятников). Эти и ряд других признаков позволили А.Т. Синк®
рассматривать Первый Власовский могильник как принадлежащий особому (культовом?
сословию [Синюк А.Т., 1989, с. 59-66].
Этим вполне можно объяснить индивидуальность одиночных захоронений, ка
правило, не вписывающихся в рамки выделенных обрядовых групп (лишь ода
погребение - Власовка 14/3) относится ко П обрядовой группе, и еще одно (Власовка 1 52
- к обрядовой группе I.
В могильнике прослеживаются некоторые закономерности, касающиеся власовска
погребений в целом: 1) частые основные захоронения ямной культуры, на тесную связь
которыми указывает А.Т. Синюк [Синюк А.Т., 1989, с. 52-56]; 2) типологичеся
единство керамики, относительную вариативность которой вполне можно рассматривать!
рамках единого культурно-хронологического среза; 3) абсолютно преобладающее чиа
захоронений вариантов 1-4 в могильных конструкциях типов 4-6.
Одной из отличительных черт могильника является также сравнительно частя
присутствие в погребениях курильниц, не являющихся характерными для среднедонся
катакомбных погребений. Причем, практически каждый экземпляр глубоко индивидуала
и не находит прямых аналогий не только в местных материалах, но и в материал
сопредельных катакомбных культур.
В кургане 1 основным было коллективное захоронение 1/4 (табл. II, 5). В я
находились скелеты одного взрослого и двух детей. Все они положены на правый бя
взрослый и один ребенок головой на восток, второй ребенок - на юг. Погребен!
сопровождалось двумя сосудами: Отдела П группы Г (рис. 59,4), Отдела III группы А (ря
59,2); курильницей (рис. 59, 1), костяной «флейтой» (рис. 59, 3), перламутровой бусиной
астрагалами общим количеством - 69 единиц. За ним следовало погребение 1/1 (вариант!
в могильной конструкции типа 6. Умерший в ней лежал на органической подстилке
подсыпкой охры головой на юг. Погребение сопровождалось курильницей (рис. 45,4
костяными бусами (рис. 45, 1), бронзовым шилом (рис. 45, 3) и роговой «булавкой» ?
(рис. 45, 2).
Обращает на себя внимание облик могильной конструкции из кургана 2. Захоронея
2/2 (вариант 1) было впускным в насыпь с основным ямным погребением. Умерил
лежавший на органической подстилке с вкраплениями древесного угля головой на воск*
юго-восток, сопровождался курильницей (рис. 44, 1) и тремя астрагалами. Могильа
конструкция этого погребения отличается от основной массы подобных катакомб сложа
формой шахты. При переходе шахты в камеру фиксировался ровик - сооружение, !
характерное для местных конструкций. Единственная прямая аналогия ему отмечена
Павловском могильнике II в погребении 3/13.
В кургане 4 в насыпь с основным ямным погребением было впущено погребение 4
В катакомбе находились останки пяти умерших - двоих взрослых и троих детей. Т|
скелета были положены на правый бок, один - на спину, один - на живот. Захоронея
43

: :свершено на органической подстилке с подсыпкой охры, сопровождалось сосудом
сев П группы Б (рис. 59, 5) и астрагалами в количестве 86 единиц.
Згускной к захоронению варианта 2 (Власовка I 11/2) была катакомба Власовка I
где находились скелеты четырех детей, уложенных на правый бок головой на юго-
: :с Погребение сопровождалось двумя сосудами Отдела II группы Б (рис. 59, 11, 12) и
иней (рис. 59, 13).
Шгребение Власовка I 12/7 представляло собой единственный экземпляр варианта 7
—нй ориентирован на восток - юго-восток). Это захоронение следовало за
пением Власовка 112/3 с намеренно отчлененным черепом умершего.
1 еновное погребение варианта 3 (Власовка I 13/2) было совершено в могильной
ггуукпии типа 4. Умерший лежал на органической подстилке с посыпкой охрой,
успение сопровождалось жаровней, по которой реконструируется форма сосуда
псп П (рис. 16, 9), бронзовым крюком-вилкой (рис. 16, 8) и каменным топориком (рис.
I Бородинского типа. За ним следовало погребение Власовка I 13/1. Оно содержало
^нзз трех детей, лежавших на органической подстилке с подсыпкой охры. Погребение
: по ждалось тремя сосудами, жаровней, роговым изделием в форме молотка и
пллами в количестве 105 единиц. Один сосуд относится к Отделу II группе Г (рис. 59,
зд представляют собой «единичные экземпляры» (рис. 59, 6,10).
3 делом же Первый Власовский могильник демонстрирует собой единый комплекс и,
по обрядовым установкам и облику керамики, может служить иллюстрацией
сснвенности или взаимодействия культур ямной и катакомбной общности на
зтории Среднего Дона [Синюк А.Т., 1996].
3 ТОРОЙ ВЛАСОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. В кургане 5, следовавшее за погребением
г: времени погребение обрядовой группы 1 (Власовка II 5/6) было старше
успения «особого вида» с намеренно отчлененным черепом (Власовка II 5/7) (табл. III,
Е состав инвентаря этого погребения входила курильница (рис. 47, 8) и комплект
^5пых (гадальных) костей бипирамидальной формы (рис. 47, 7).
ТРЕТИЙ ВЛАСОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. В кургане 1 два погребения варианта 4 и
с невыясненным положением рук (Власовка III 1/2,	1/3,	1/4), судя по
— рафическим (табл. Ш, 6) и планиграфическим [Синюк А.Т., Березуцкий В.Д., 1996,
Г рис. 8, 1] наблюдениям представляют собой единый хронологический срез. По
зен мере, интервал между совершениями этих захоронений был, очевидно,
пылим. Никакими конструктивными особенностями эти погребения не выделяются,
ззает на себя внимание лишь облик сосудов, редкий пока для среднедонских
—пиков (рис. 44, 5; 52, 3).
ТЛАЗУНОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. Особенностью основного захоронения 11/1
узовского могильника (вариант 4, могильная конструкция типа 5) является
пножение скелета в камере катакомбы - спиной к «выходу». Помимо сосуда Отдела 1П
пы В (рис. 44, 4) и бронзовой подвески в полтора оборота (рис. 44, 2), захоронение
с пождал ось небольшой по размерам курильницей, не имеющей аналогов в материалах
зедонской катакомбной культуры и сопредельных территорий (рис. 44, 3).
ШИРЯЕВСКИЙ МОГИЛЬНИК. В могильниках восточной территории были, в
з:сти, отмечены захоронения варианта 10 в прямоугольных ямах (тип 1 могильных
зуукций).
3 кургане 2 Ширяевского могильника основным было погребение в могильной
—уукции типа 3 с умершим на правом боку с невыясненным положением рук,
птированным головой на юг (Ширяево 2/5). За ним следовали погребения 2/1 и 2/4
44

4
варианта 10 с северной ориентировкой (табл. П.8). Сосуды, сопровождавшие погребена
2/5 и 2/4 относятся к группе В Отдела П1 (рис. 30, 7; 41, 3). Вторичная досыпка курган!
была связана с захоронением 2/1.
В кургане 3 основными и, вполне вероятно, одновременными были погребена
обрядовой группы 1П (Ширяево 3/2) и погребение с умершим на правом боку :
невыясненным положением рук в могильной конструкции типа 3 (Ширяево 3/41
Следовавшие за ними захоронения П и III обрядовых групп (Ширяево 3/3, 3/6, 3 51
представляли собой, очевидно, единый хронологический срез (табл. П, 8).
Завершало цепочку подкурганных сооружений кургана 3 погребение IX обрядовсй
группы (Ширяево 3/7} с последующей досыпкой насыпи. Однако в кургане был:
зафиксировано еще одно захоронение, которое могло быть еще более поздним. Контура»
могильной ямы не фиксировались, а, судя по расположению костей, умерший был уложэ
на левый бок головой на север. Погребение сопровождалось миниатюрным реповидньл
сосудом (рис. 39, 7) и бронзовой сферической серьгой с одним усиком (рис. 39, 6).
ПЕСКОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. Стратиграфия кургана 1 позволяет выделить тэ
горизонта (табл. II, 8). Во-первых, за погребением ямно-катакомбного времени следоваз
практически одновременные захоронения обрядовой группы V (Пески 1/4, 1/8, 1/7). Оэ
сопровождались сосудами Отдела Ш групп Б и В (рис. 24,2, 6, 8).
Второй стратиграфический горизонт был связан с парным погребением 1/10. 5
катакомбной конструкции находились два скелета: в камере - взрослого человека, в шаттг
- подростка. Взрослый лежал на правом боку головой на северо-запад на органически*
подстилке с подсыпкой охры, положение рук не определялось. Погребен»
сопровождалось сосудом Отдела I (рис. 57,4), жаровней (рис. 57, 5) и органической чашей
от которой сохранились остатки дерева с бронзовыми скобками (рис. 57, 9,10). Подрост*
лежал на спине в сильно скорченном состоянии (вероятно, связанный). В области через!
были найдены шесть бронзовых подвесок в полтора оборота (рис. 57, 6-8).
К этому погребению были впущены погребения 1/12 (могильная конструкция типе :
умерший на левом боку, положение рук не прослеживается), кенотаф 1/13 и двойз!
катакомбная конструкция 1/11. Погребение 1/11 - Т-образная катакомба с прямоугольна
входной шахтой и овальными камерами. В одной из них находились череп и коп
мелкого рогатого скота, в другой было выявлено захоронение взрослого человэ
скорченного на правом боку с вытянутыми вдоль тела руками, лежавшего головой 1
север.
Завершало цепочку подкурганных сооружений погребение 1/3 обрядовой группы IS
ПАВЛОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. Наибольшее количество погребений в могильэ
конструкциях типа 1 с умершими уложенными на правый бок (с невыясненэз
положением рук) приходится на долю Павловских курганов, находящихся на «стьа
«восточной» и «западной» территорий распространения среднедонских катакомба
памятников.
В общем, стратиграфическая ситуация (курганы 10, 13, 18, 15, 26, 28, 39) полноса
совпадает со стратиграфической колонкой, характерной для захоронений обряде*
группы II (табл. II, 1-4; III). Но отмеченные исключения требуют дополнитель*
информации.
В кургане 14 за основным погребением ямной культуры следовали два практичеа
одновременных захоронения IV обрядовой группы (Павловск 14/2, 14/9) (табл. II, 2).
В погребении 14/9 находился сосуд, являющийся «единичным экземпляром» в оба*
массе керамики культуры (рис. 22, 5).
45

Орнамент на сосуде из погребения 14/2 (вертикальные ряды ногтевых защипов) (рис.
также не встречается на среднедонской посуде.
Погребение Павловск 14/2 было явно старше погребений 14/4 (обрядовая группа V) и
прямоугольная яма, правый бок, юг, положение рук не фиксировалось). Погребения
: 14/6 сопровождались сосудами Отдела III.
Необходимо отметить, что структура насыпи 14 отличается от достаточно простых в
ной своей массе насыпей Павловского могильника, причем погребение 14/4
е: ждалось еще вторичной досыпкой кургана. Не противоречит особому рангу
тений в насыпи и обособленное расположение кургана 14 относительно основного
за Павловского могильника [Синюк А.Т., 1983, с. 4, рис. 1].
ЗЗнтересная стратиграфическая ситуация фиксировалась в кургане 35. За погребением
твой группы III (Павловск 35/3), впущенным в насыпь с основным захоронением
i культуры, следовало разрушенное погребение (Павловск 35/4) в могильной
тукдии типа 1 с умершим, уложенным на правый бок (табл. II, 3). Обе могилы
з: ждались одинаковыми сосудами Отдела II (рис. 20,4; 50, 5) и одинаковыми
днями, очевидно, от таких же сосудов (рис. 20, 7; 50, 9). Данный пример
етждается еще одним подобным случаем.
В курган 29 с основным захоронением обрядовой группы 1 (Павловск 29/1) было
та: два погребения обрядовой группы III (Павловск 29/2, 29/3) с сосудами с «елочно-
-ндвтой» орнаментацией Отдела П (рис. 20, 1, 2). Стратиграфическое соотношение
дтгребений с еще одним захоронением (Павловск 29/4) не прослеживается (табл. II,
т тсуд из последней катакомбы (рис. 20, 5) полностью аналогичен второму сосуду из
:чды Павловск 29/3.
В насыпь кургана 24 с основным ямным погребением было впущено парное
:некие в прямоугольной яме (Павловск 24/3). В яме находились скелеты женщины
з- г в довой на юг, положение рук не ясно) и подростка (правый бок, головой на север,
некие рук не ясно). Сопровождалось оно жаровней, по которой восстанавливается
в : всуда Отдела П (рис. 58, 3).
В ту же насыпь было впущено еще одно парное захоронение (Павловск 24/4). В
е катакомбы лежали скелеты двух подростков (варианты 4 .и 9) спиной друг к другу в
зн:м отображении (один из них находился лицом к «выходу» из камеры, другой -
i В ногах у них были поставлены по сосуду Отдела II группы Б (рис. 58, 5,6). В
'един также были найдены: изделие из кости в виде трубочки, бронзовая обкладка
ней:го сосуда, охровый разметчик (рис. 58, 11), бронзовые и серебряные подвески
МО).
3 насыпь кургана 49 с основным ямным (?) захоронением было впущено погребение
2 группы II (Павловск 49/5) с жаровней, по которой восстанавливается форма
та Задела Ш групы В (рис. 18, 4). Это захоронение было старше погребения Павловск
■.: тыльная конструкция типа 4 с разрушенным детским скелетом) (табл. II, 4; 1П),
:е сопровождалось досыпкой насыпи. Интересен набор посуды из данной
■•-ты. Два сосуда относятся к Отделу III, еще два экземпляра представляют собой
ваттные реповидные сосуды (рис. 42, 1,4).
~:етья досыпка кургана была связана с погребением 49/6 обрядовой группы IX.
~ -ДяНСКИЙ МОГИЛЬНИК. В насыпь кургана 4 с разрушенным основным
Мен ем были впущены три, очевидно, одновременных захоронения в катакомбных
— дынях (табл. II, 9) 4/3 - погребение варианта 5; 4/4 - погребение варианта 1,
46

1
совершенное в могильной конструкции типа 3; 4/5 - погребение с умершим на правом бок
с невыясненным положением рук в могильной конструкции типа 4.
НОВАЯ ЧИГЛА. Основным в кургане 1 было погребение, представлявшее соба
могильную конструкцию типа 6 с умершим, уложенным на левый бок (положение рук а
выяснено) (Новая Чигла 1/1). За ним следовало два погребения в прямоугольных ямах!
умершими на правом боку (положение рук не установлено) (Новая Чигла 1/2,1/3).
Помимо жаровни из нижней части сосуда, кремневого отбойника и каменна
наковальни, в погребении 1/1 находились бронзовый нож и тесло-топор (рис. 45, 7, 3).
ВЫСОКАЯ ГОРА. Основным в кургане Высокая Гора 1/2 было захоронена
представлявшее собой могильную конструкцию типа 4 с умершим, положенным на правы
бок (положение рук не установлено). Оно сопровождалось сосудом Отдела П группы ]
(рис. 43, 3) и курильницей (рис. 43, 6). За ним следовали погребение обрядовой группы1
(Высокая Гора 1/6) и захоронение в прямоугольной яме с умершим на левом бс*
(положение рук не установлено) (Высокая Гора 1/5) (табл. II, 8).
БОГУЧАРСКИЙ МОГИЛЬНИК II. В курган 1 с основным разрушенным погребения
ямной (?) культуры была впущена двойная катакомбная конструкция с шахта
неправильной формы и сложными «веерообразными» ступенями. Она представляла соба
кенотаф (Богучар II 1/6), сопровождалась двумя сосудами - Отдела II группы В (рис. 55,'
и Отдела VI (рис. 55,2).
За этим погребением следовали, вполне вероятно, одновременные захоронения li
(парное, разнообрядовое) и 1/9 (обрядовая группа III (табл. II, 8). На одном из сосуда
сопровождавших погребение 1/9, фиксируется нетипичная техника нанесения орнамента
горизонтальная елочка по всей внешней поверхности выполненная гладкими насечкам
(рис. 20,10).
Погребение 1/2 представляло собой прямоугольную яму, где находились два скелз
подростков, лежавшие один за другим, «держась за руки», на правом боку и головами з
запад - юго-запад. В яме зафиксированы остатки органической подстилки и посыл
охрой. Помимо сосуда Отдела III группы А (рис. 58, 12) и жаровни (рис. 58, V
захоронение сопровождалось круглодонным сосудом фатьяновско-балановского обля
(рис. 58,13).
В кургане 2 в одной из двух первичных насыпей основным было безинвентара
погребение обрядовой группы VII (Богучар II 2/12). Со вторым хронологичеса
горизонтом связывается парное разнобрядовое погребение 2/5 (табл. III, 8). Погребение 2
представляло собой катакомбную конструкцию. В камере находились два детских скеля
лежавших один за другим на правом боку головами на северо-запад. Руки одного из и
вытянуты вдоль тела, одна рука другого притянута к лицу. В могиле сохранились остап
органической подстилки с подсыпкой охры и вкраплениями угля. Погребея
сопровождалось двумя сосудами Отдела III групп Б и В (рис. 57,2, 3), жаровней (рис. 57,
и одним астрагалом.
За этим погребением следовало захоронение 2/10 обрядовой группы V.
ЛУГОВСКОЙ МОГИЛЬНИК. В кургане 1 за разрушенным погребением ямного ‘
времени следовало погребение варианта 7 в могильной конструкции типа 4 (Луговое 1 ’
Захоронение сопровождалось фрагментированным сосудом (рис. 46 , 5). За ним бы
совершено погребение (Луговое 1/4) варианта 8 (тип могильной конструкции з
определяется). Погребение сопровождалось бусами, свернутыми из листочков бронз
(рис. 53, 9), костяной флейтой (рис. 53, 8), амулетами из клыков собаки, жаровней i
нижней части сосуда (рис. 53,10) и миниатюрной амфорой (рис. 53,7).
47

13£ым поздним в кургане было захоронение 1/2 варианта 7 (тип могильной
-<и не определяется). Погребение сопровождалось сосудом, который является
~=гм экземпляром» в общей массе керамики среднедонской катакомбной культуры
ЗЕКОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. В кургане 3 после катакомбы-кенотафа (Пасеково
:зссинившей две ранние насыпи с ямными погребениями, были совершены три,
вероятно, одновременных захоронения (3/3;	3/4;	3/5) (табл. II, 8). Все они
ввзх и фиксировалось лишь положение умерших на правом боку.
: гребение 3/3 сопровождалось жаровней, парой выпрямителей (рис. 38, 5,6) и
■1 Задела III группы В (рис. 38, 7).
:гребение 3/4 сопровождалось жаровней, парой выпрямителей (рис. 37, 7,8) и
З'тлела II группы Б (рис. 37, 9).
: гребение 3/5 сопровождалось сосудом Отдела III.
■гнэвным в кургане 4 было парное погребение 4/2 (табл. II, 8). В погребении
rz:b скелеты двух взрослых людей, лежавших на спине головой на запад на
теской подстилке с подсыпкой охры. В могиле находилась жаровня, по которой
—'•ггруется форма сосуда Отдела II (рис. 56, 4). За ним следовали погребения 4/1
:вод группа П) и 4/3 (Т-образная катакомба, умерший на правом боку, положение
ггределялось).
:суд. из которого была изготовлена жаровня (Пасеково 4/2) (рис. 56, 4) идентичен
it погребения 4/3 (рис. 22,12).
ЕХНПОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. Основным в кургане 1 было погребение взрослого
it ; отчлененным черепом (Архиповка 1/2) (табл. II, 9). При нем находился скелет
Погребенные сопровождались тремя сосудами. Один - Отдела П1 группы Г (рис.
it:гой сосуд небольших размеров с высоким, немного отогнутым наружу венчиком,
-зтгтован по всей поверхности гладким штампом, составленным в горизонтальную
гис. 47, И); третий - миниатюрный реповидный сосуд с аналогичной
ттгтдией, образующей вертикальную елочку (рис. 47,10).
ззсыпь с этим погребением было впущено захоронение обрядовой группы V,
: хгтзшееся сосудом Отдела III группы Д (рис. 24, 7).
ЗЗгЯСИМОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. Основным в кургане 6 было погребение
т>.:зка 6/1) обрядовой группы V с сосудом Отдела III группы Д (рис. 24, 11) и
irr-f ножом. За ним следовало захоронение (Герасимовка 6/2) в разрушенной
ое (табл. II, 9) с умершим, уложенным на спину (положение рук не
гзтлось). Погребение сопровождалось двумя сосудами: Отдела III и амфоркой
гурган 5 с разрушенным основным погребением (культурно-хронологическая
_ттгтзость не определяется) были впущены два захоронения варианта 5 с южной
тгсзкой в могильных конструкциях типа 2 (табл. II, 9).
: гребение 5/2 с сосудом Отдела III группы Г (рис. 40, 7) было старше захоронения
."ом Отдела II группы А, орнаментированным елочно-гребенчатым штампом (рис.
:mzmo сосудов погребение 5/2 сопровождалось кремневым ножом. В погребении
ззйден биметаллический нож (или кинжальчик) (рис. 40, 5).
- ~ л ЯТТТНИКОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. Основным в кургане 1 было погребение в
~:гъной яме (Караяшник 1/1) с умершим, уложенным на левый бок (положение рук
:гровалось). Погребение сопровождалось двумя сосудами, орнаментированными
48

прочерченными линиями (рис. 39, 1). За ним следовало погребение 1/2 в разрушение
катакомбе (табл. П.7) с сосудом Отдела Ш группы В (рис. 50,4).
В кургане 3 основным было безинвентарное парное погребение в яме (Караяшш
3/1) с умершими на правом боку (положение рук не фиксировалось). За ним следова
плохой сохранности катакомба (Караяшник 3/3), которая сопровождалось сосудом Отде:
П1 группы Г (рис. 53,1).
Это погребение старше погребения 3/4, после которого было совершено захоронен]
обрядовой группы V (Караяшник 3/6) с сосудом Отдела Ш группы Г (рис. 24,10).
В кургане 13 основным было, очевидно, погребение 13/2 (парное, в прямоугольнс
яме) с сосудом Отдела Ш группы Б (рис. 11). Хронологически близким ему являет
погребение 13/1 [Матвеев Ю.П., Тихонов Б.Г., 1984, с. 58], представлявшее собс
погребение взрослого человека на левом боку в прямоугольной яме.
Самым поздним сооружением в кургане была катакомба - кенотаф 13/3. Сп
сопровождалась сосудом Отдела 1П группы Д.
Основным в кургане Большая Могила являлось погребение VII обрядовой груш:
(Караяшник БМ/4). Захоронения БМ/3 и БМ/5 (V обрядовая группа) следовали за ни
(табл. П, 7).
Могильная конструкция погребения 3 не вписывается в классификапЕ
погребальных сооружений среднедонской катакомбной культуры. Она трактует
исследователями как попытка сооружения катакомбы [Матвеев Ю.П., Тихонов Б.Г., 198
с. 55]. Захоронение ребенка сопровождалось (помимо деревянной чаши и скопления охря
сосудом Отдела Ш Группы Г типа 4 и жаровней (рис. 52,2).
ОЛЬХОВАТСКИЙ МОГИЛЬНИК I. Двойная катакомба* из Ольховатско:
могильника 11/3 представляла собой конструкцию из округлой входной шахты и дв?
камер. В одной из камер (без следов захоронения) встречено бронзовое шило (рис. 55, 6
кремневый нож (рис. 55, 8); во второй - скелет взрослого человека, лежавшего на право
боку с разворотом на живот головой на юго-восток, который сопровождался набора
предметов: бронзового ножа (рис. 55, 7), изделия из бронзовой проволоки, деревянн:
чаши, каменной зернотерки (рис. 55, 12) и'терочника из песчаника (рис. 55, Г.
Захоронение сопровождалось жертвоприношением животного. В обеих камерах стояло з
сосуду Отдела III группы Г (рис. 55,10).
Основным в кургане 2 было погребение 2/2 в разрушенной катакомбе (табл. П, с
представлявшее собой, видимо, перезахоронение [Матвеев Ю.П., Синюк А.Т., 1977, с. I-
рис. 1,4]). Погребение сопровождалось сосудом Отдела III Группы Г.
В этом кургане зафиксирован один из немногочисленных случаев пряма
стратиграфии. Погребение 2/2 перекрывалось ямой-кенотафом 2/1 с двумя сосудам
Отдела III группы Г (рис. 48, 8, 9).
ОЛЬХОВАТСКИЙ МОГИЛЬНИК II. Основное сооружение в кургане 3 являло:
двойной катакомбой (Ольховатка II 3/1), состоявшей из овальных камер, примыкавших
длинным сторонам прямоугольной шахты. В камерах «лицом к выходу» лежали скелет
взрослых людей головой на запад (один - на левом боку, левая рука вдоль тела, кип
правой на тазовых костях; другой - на правом боку, положение рук не определялось': :
головах каждого умершего находилось по сосуду Отдела III группы Г (рис. 55, 14, 13). 3
ним следовало парное единообрядовое захоронение обрядовой группы X (Ольховатка ’
3/2) с сосудами Отдела III группы Д (рис. 34,6, 7) (табл. II, 6).
СТОЯНОВСКИЙ МОГИЛЬНИК. Основным в кургане 2 было захоронение в 1
образной катакомбе (Стояново 2/4), представлявшее собой останки умершего, уложенил
49

ез правый бок (положение рук не фиксировалось). Погребение сопровождалось сосудом
Отдела 1П группы Д (рис. 22,11).
Следом за ним (табл. II, 7) были совершены, очевидно, одновременные погребения
12 и 2/3). Парное погребение Стояновского могильника 2/3 было совершено в
ггямоугольной яме. Представляло собой захоронение взрослого мужчины, лежавшего на
:гзом боку с разворотом на спину головой на запад и верхней части скелета взрослой
• гчтпины, положенной на правый бок лицом к мужчине. В яме зафиксированы остатки
-ганической подстилки с посыпкой охры. Погребение сопровождалось двумя сосудами:
Iтлела П1 группы Д (рис 57,11) и Отдела III группы Б (рис. 57,12).
Захоронение Стояново 2/2 (V обрядовая группа) сопровождалось сосудом Отдела Ш
-гтшы Г (рис. 24, 9) и каменным шлифованным орудием.
В кургане 10 фиксировалось только основное положение безинвентарного
:: гребения 10/5 (V обрядовая группа). Последовательность захоронений (10/1, 10/4, 10/6,
. -1, следовавших за ним, не определена (табл. II, 7). Важно то, что все они относятся к
ззгланту 11: погребения 10/4, 10/9 - X обрядовая группа; погребение 10/6 совершено в
: дельной конструкции типа 2. Это погребение парное - взрослого с ребенком
логического возраста. Скелет ребенка сильно разрушен. Скелет взрослого человека
л-до головой на запад на органической подстилке с подсыпкой охры, мела и
ттзтлениями угля. Захоронение сопровождалось двумя сосудами Отдела 1П группы Г
те: 40, 9,10) и 24 астрагалами.
ЗАРЕЧЕНСКИЙ МОГИЛЬНИК. Все скелеты в погребениях кургана 2 разрушены
ллд. П, 6). Основной в насыпи была могильная конструкция типа 6 (Заречье 2/8). В
зттЕомбе были найдены четыре сосуда: два - фрагментированы, два - относятся к Отделу
I ~тте Б.
Последовательность следовавших за основным погребением захоронений 2/1, 2/2 и
-	- не определяется. Сосуды из них относятся к Отделу III группам В, Г (рис. 49,10).
Завершающим в насыпи было погребение 2/7, катакомба-кенотаф с сосудом Отдела
I —тшы Б (рис. 49, 8).
Эсобенностью кургана 3 являлся ровик, который лишь частью заходил под насыпь и
~ не имел прямого отношения к ней, тем не менее, являлся по отношению к кургану
:ее ранним сооружением. В заполнении рва были найдены разрозненные фрагменты
■■г-н ттьких сосудов, один из которых восстановлен.
Зеновным в кургане было разрушенное погребение 3/3 (табл. II, 6). За ним следовала
э ге2л катакомбная конструкция (Заречье 3/4) без следов захоронения с двумя сосудами.
zee сосуд Отдела П группы А, другой Отдела II группы В.
За этим погребением следовала катакомба типа 4 (Заречье 3/5) с умершим на правом
" тсторая сопровождалась сосудом Отдела II группы Б. На его поверхности оттиски
-	— сто шнура образуют «заполненные» треугольники вершинами вверх (рис. 43,1).
5 следующем погребении - кенотафе (Заречье 3/1) был найден сосуд Отдела Ш
-	шек В (рис. 48, 11).
Разрушенная ямная конструкция (Заречье 3/7) являлась наиболее поздней в системе
—-згрзфического соотношения подкурганных сооружений.
I-словным в кургане 6 было погребение - кенотаф (Заречье 6/1) с сосудом (рис. 48, 5),
-г :зым ножом (рис. 48, 4) и круглым в сечении кольцом (рис. 48, 4-а). Следовавшие за
т: гребения 2-4, по всей видимости, были одновременными (табл. II, 6).
Г ссуд из ямы-кенотафа (Заречье 6/2) Отдела III группы В (рис. 48, 13) встречен в
--rrczzz с сосудом Отдела IV (рис. 48,12).
50

Погребение в прямоугольной яме с умершим на левом боку (Заречье 6
сопровождалось сосудом Отдела III группы Д (рис. 39, 3).
Погребение Заречье 6/4 было совершено в прямоугольной яме (могильш
конструкция типа 1). Умерший лежал на органической подстилке с подсыпкой охр
головой на север-северо-запад (вариант 5). В захоронении были найдены сосуд Отдела 1
группы Д (рис. 28, 2), каменный пест (рис. 28, 3) и три бронзовые плоские в сечении серы
(рис. 28,1,4, 5).
Основным в кургане 8 было разрушенное погребение (табл. П, 6). Фиксируем!
стратиграфия позволяет утверждать одновременность следовавших за ним погребений 81
и 8/2. В катакомбе 8/4 находился сосуд Отдела II группы А (рис. 43, 2); в катакомбе 8/2
сосуд Отдела III группы Г (рис. 42,11).
Сосуд Отдела V - амфорка с высоким прямым горлом и четырьмя ушками
отверстиями происходит из разрушенного погребения 9/1 Зареченского могильника (ри
13,12).
Основное погребение кургана 10 (Заречье 10/2) в могильной конструкции типа
представляло собой перезахоронение взрослого человека. Сопровождалось кубком.
КУРГАН У с. ДЕВИЦА. Основным погребением в насыпи была катакомба - кенол
(Девица 1/3), сопровождавшаяся сосудами Отдела III группы Г (рис. 54, 1, 2). За а
следовало погребение 1/4 (разрушенная катакомба).
Погребения 1/1 и 1/2 можно считать наиболее поздними в кургане (табл. П, !
Захоронение 1/1 - Т-образная катакомба с умершим на правом боку, сопровождала
сосудом, представляющем «единичный экземпляр» в среде среднедонской катакомба
керамики (рис. 60,1).
Захоронение 1/2 было совершено в насыпи, сопровождалось каменным топором
фрагментированным сосудом с орнаментом из оттисков шнура.
ХОХОЛЬСКИЙ МОГИЛЬНИК. Судя по расположению могильного выки|
основным в кургане было погребение 1/4 варианта 6 в разрушенной катакомв
Захоронение сопровождалось сосудом Отдела III группы Г (рис. 53, 5) и двумя костянья
колечками (рис. 53, 3, 4). Более поздним по отношению к нему является погребение 11
Очевидно, оно тоже представляло собой разрушенную катакомбу с умершим, уложения
на левый бок. Захоронение сопровождалось сосудом Отдела III группы Г (рис. 53,11).
ЧАСТЫЕ КУРГАНЫ. В кургане 43 за разрушенным погребением в Т-образа
катакомбе (Частые Курганы 43/2) с сосудом Отдела III группы А (рис. 51, 1) следова
катакомба типа 4 (Частые Курганы 43/1). Погребение сопровождалось двумя сосуда
Отдела III (рис. 51,2, 3).
Таким образом, в ходе проведенного анализа планиграфии и стратиграфии, 1
возможности, каждой отдельно взятой насыпи в целом для всего массива погребеа
(табл. II) и, в частности, для основных выделенных групп (табл. III) было установлено, ч
разрушенные погребения и кенотафы маркируются, прежде всего, керамичесп
материалом и, как правило, вписываются в единую систему подкурганных сооружений.
Практически полное отсутствие прямой стратиграфии в насыпях, наличие зачаслз
определенных интервалов между впускными захоронениями, в большинстве случа
архитектурно четкая планировка насыпей позволяют предположить, что могилы в ода
кургане сравнительно недалеко отстают во времени друг от друга. Хотя в полной мере а
наблюдения применимы к «полярным» областям намеченных территорий. В централья
части среднедонского региона, как свидетельствуют данные анализа отдельного курга
51

lte даже могильника) как единого комплекса, наблюдаются ситуации, гораздо более
.ггзлтые, что в принципе и соответствует «пограничной» зоне.
Специфика сооружения курганов с определенными типами могильных конструкций,
::д:жением погребенных и группами керамики, характерная для западной и восточной
ггггторий Среднего Дона может быть проиллюстрирована следующими выводами.
1). В восточных районах бассейна Среднего Дона зафиксировано наибольшее
ячество захоронений I-III, VI и VIII обрядовых групп (рис. 17, 1; 19, 1; 21, 1; 27, 1; 31,
Единство обрядовых установок каждой из выделенных групп, как было показано выше,
гчеркивается единством ориентировок погребенных. Анализ стратиграфического
ттчошения этих захоронений в насыпях (табл. III) позволил выявить некоторые
: н : мерности.
Наиболее ранними, следующими непосредственно за ямными, являются
т: "численные захоронения II и III обрядовых групп. Подтверждением их раннего
"зггера служит принцип круговой планировки погребений относительно центра с
—гчмуществом восточных секторов насыпей (рис. 19, 2; 21, 2), и южная ориентировка
-дтетов с незначительными редкими отклонениями. Преобладающее большинство
—етений II обрядовой группы безинвентарно.
В тех случаях, когда данные захоронения сопровождались сосудами Отдела П1
—В типа 1 отмечено, что преобладающим способом орнаментации для керамики
ч-чч-гтся горизонтальные линии простого шнура или тесьмы (табл. IV). Иногда
—етения П обрядовой группы сопровождались сосудами Отдела П групп А и Б с елочно-
-тОенчатой орнаментацией; но присутствие таких сосудов наиболее характерно для
_ :тс нений обрядовой группы III.
В ряде случаев наблюдается стратиграфически более поздний характер погребений
тчггзой группы VIII с север - северо-восточной ориентировкой скелетов (табл. Ш). На
-	дзх Отдела III, сопровождавших эти погребения, встречается орнамент в виде
тгчсзых оттисков, составленных в «заполненные» треугольники вершиной вниз (табл.
за средней части тулова сосуда.
В дополнении к отмеченным выше стратиграфическим позициям II и‘III обрядовых
— характерных для «восточной» группы памятников, зафиксированы идентичные
~чдд расположения в курганах погребений в могильных конструкциях типа 1 и 3 с
,	на правом боку с невыясненным положением рук. Иногда они сопровождались
“ гд зге керамическими типами (рис. 38, 7, 9, 10), чаще - жаровнями из придонных частей
-	д:з. Характерной чертой таких погребений является также малое количество
—ттзующего инвентаря.
X указательно, что погребения с сосудами Отделов II или III, как правило, составляют
Э-: "очных» могильниках обособленные комплексы в пределах одной насыпи,
з— ечаемость погребений с высокошейными сосудами Отдела III и «елочно-
—Игччатой» керамикой Отдела II в одном кургане фиксируется очень редко. Один из
■ т-ттчых случаев присутствия в одной насыпи захоронений с такими сосудами
тстрируется примером относительной стратиграфии кургана 5 Герасимовского
ттьчика («западная» группа памятников).
Не наблюдается закономерности расположения в курганах погребений на правом или
:т-: • l току с руками у лица в прямоугольных ямах (обрядовая группа VI и вариант 10),
—зтерных для могильников восточной территории. Часть керамики, встреченной в этих
—еоениях относится к Отделу III, часть представляет собой «елочно-гребенчатые»
-	дг Отдела П (табл. IV).
52

Стратиграфические и планиграфические наблюдения позволяют предположить, “
положение рук у лица невозможно объяснить однозначно, например, только с позип
хронологии. Не противоречит данному предположению ни облик керамически
материала, ни иной инвентарь. Следовательно место этих погребений в хронологически
колонке среднедонских катакомбных памятников выглядит пока неопределенным, хг
представляется более вероятным рассматривать обрядовую группу VI в одном контекст?
обрядовой группой II. Иногда фиксируется стратиграфически более позднее
погребениями обрядовой группы II) расположение в курганах захоронений обрядоза
группы VIII.
2)	. В западной части бассейна Среднего Дона отмечено преобладание захоронеэ
обрядовых групп VII и X (рис. 29, 1; 35, 1). Из-за большого числа разрушенз
погребений на данной территории возможности анализа стратиграфического соотношеэ
их между собой ограничены. Можно сделать лишь общие выводы:
-	обращает на себя внимание отсутствие круговой планировки захорони
указанных групп в насыпях;
погребения той и другой группы являются либо основными, либо впущен¬
ными в насыпи катакомбного времени;
-	для захоронений VII обрядовой группы характерны сосуды Отдела П1 группы Г:
сложными шнуровыми композициями, образующими три орнаментальные за
(табл. IV). Здесь же фиксируется орнамент в виде фестонов, отсутствующи! 1
керамике из «восточных» могильников;
-	сугубо западным является орнамент, выполненный валиками и прочерчен-
линиями на сосудах Отдела III групп Г и Д из погребений X обрядовой
группы (табл. IV).
Эти замечания в полной мере относятся и к погребениям в могильных конструкЯ
типов 1 и 4 с невыясненным положением рук умерших или частично разрушенз
входящим в единую систему подкурганных сооружений западных могильников.
3)	. Особое место в системе занимают захоронения IV, V и IX обрядовых грч1
присутствие которых отмечено и в западных могильниках, и в восточных (рис. 25, 1. ■
1). Стратиграфические наблюдения, которые были возможны для погребений обряда
групп V и IX, позволили внести новые штрихи в хронологическое соотнопв!
комплексов, рассмотренных ранее.
Фиксируются определенные стратиграфические позиции погребений обрязш
группы V, характерные для западной и восточной территорий распростравя
среднедонских катакомбных памятников (закономерностей в ориентировке умев
выявить не удалось):
-	в восточных курганах погребения обрядовой группы V следуют за рана
(ямными, ямно-катакомбными) погребениями;
-	в курганах западной территории захоронения обрядовой группы V следуй
погребениями обрядовой группы VII и предшествуют IX и X обрядовым группам.
Погребения IX обрядовой группы (в тех случаях, когда они не являются основш
завершают цепочки подкурганных захоронений и всегда сопровождаются вторшям
досыпками (табл. III). Единство обрядовых установок дополняется едина
ориентировок умерших.
Можно отметить локальные особенности орнаментации, присущие рассмотрят
группам. Для сосудов, встреченных в таких погребениях на западной территЧ
характерна прочерченная орнаментация, на восточной - шнуровая (табл. IV). Орвив
53

Генный шнуром, представляет собой усложненный вариант орнамента на сосудах из
—еоеннй обрядовой группы II: шнур тройной, перевитый, в качестве разделителей
_ • -гнтзльных зон используются валики. «Заполненные» треугольники из шнура или
: -ггченных линий обращены вершинами вверх.
Гг введенные примеры иллюстрируют, главным образом, основную цель настоящего
	- инвазия: локальная специфика распространения типов могильных конструкций и
подтверждается спецификой традиций сооружения насыпей для западной и
-	территорий бассейна Среднего Дона. Данное предположение делает
-	уточнение территориальной градации среднедонских катакомбных
::	евзггв на основании имеющихся разработок и существующих позиций с_учетом
-.т в оборот новых материалов.
* * *
54

ГЛАВА IV
ЛОКАЛЬНЫЕ ВАРИАНТЫ
СРЕДНЕДОНСКОЙ КАТАКОМБНОЙ КУЛЬТУРЫ
В ходе дальнейшего анализа представляется возможным использовать термин
предложенные А.Т. Синюком для обозначения территориально различающихся гр>1
памятников с уточнением их внутреннего содержания.
Группу катакомбных памятников, расположенных западнее условно проведены
границы р. Битюг-среднее течение р. Дон (от устья р. Битюг) именовать в дальнейпв
Правобережным локальным вариантом среднедонской катакомбной культуры, восточн
- Левобережным локальным вариантом (рис. 63).
IV.	1. Левобережный локальный вариант среднедонской
Отличительной чертой Левобережного варианта является абсолютное преобладая
в насыпях захоронений I - HI, VI и VIII обрядовых групп, что составляет 66 погребен^
Однако, судя по облику могильных конструкций и керамического материала в р
данного варианта можно рассматривать еще около 40 разрушенных погребен
кенотафов (с учетом коллективных захоронений и сложных могильных конструкпа
входящих в единую стратиграфическую и планиграфическую систему насыпей, а таи
часть захоронений обрядовых групп IV, V и IX.
Погребения, как правило, впущены в курганы ямного или ямно-катакомбна
времени. Архитектура насыпей проста: одно основное (ямное) погребение и два-шее
катакомбных, расположенных вокруг него. Досыпки встречаются очень редко и связаш
захоронениями обрядовых групп V и IX.
Анализ обрядовых групп погребений проведен выше. Разрушенные захоронена
кенотафы обладают теми же признаками, которые характерны для рассматриваем
обрядовых групп в целом.
Для ям не характерно наличие деревянного перекрытия; в каждом втя
захоронении присутствовала посыпка охрой и органическая подстилка; каждое тре
погребение сопровождалось жаровней. В каждой второй катакомбе фиксировались оста
деревянного закрытия входа в камеру, в камере характерно присутствие охры и органия
Своеобразие рассматриваемых комплексов наиболее ярко проявляется
керамическом материале - самой массовой категории погребального инвентаря, j
анализируемых погребений характерны следующие типы сосудов.
ОТДЕЛ I. Бесшейные сосуды групп Б и В.
Группа Б. Глубокая чаша (Павловск 7/1), внешняя поверхность которой полноа
покрыта гребенчатым штампом, составленным в горизонтальную елочку в сочетав
ногтевыми защипами (рис. 18,18).
Группа В. Реповидные горшки. Миниатюрные реповидные горшки (ПавловскJ
Богучар П 2/2, Ширяево 3/1), орнаментированные оттисками шнура, составленным
разнообразной композиции (рис. 39, 7; 42, 1, 4; 49, 6).
катакомбной культуры
Керамика
55

ОТДЕЛ II. Короткошейные горшки групп А - Г разных типов.
Группа А. Яйцевидные горшки одинаковой формы и с единой техникой
тн^ментации -семь экземпляров. Как правило, внешняя поверхность их полностью
тнзментирована короткими оттисками гребенчатого штампа, составленными в
—изонтальную елочку (Павловск II 1/52, Власовка I 4/3, Павловск 36/3 и др.) (рис. 58, 1;
19; 20,4). Встречаются оформления верха: горизонтальными линиями шнура (Власовка
-	3. Павловск 29/3) (рис. 18, 19; 20, 2), пальцевыми защипами (Сидоры 4/6) (рис. 59, 14),
—деками «улитки» в сочетании со шнуром (Власовка 112/3) (рис. 47,1). К этой же группе
(:кно, очевидно, отнести сосуд, из которого была изготовлена жаровня (Власовка I 13/2).
: г-д орнаментирован оттисками гребенчатого штампа, составленными в вертикальную
,::чху(рис. 16, 9).
Группа Б. Горшки с четко выделенной прямой, иногда слегка отогнутой шейкой. К
—	1 относятся восемь экземпляров. В основном эти сосуды также орнаментированы
—гоенчатым штампом, составленным в горизонтальную елочку. Но в отличие от
“:зшой елочно-гребенчатой зоны на внешней поверхности горшков группы А, орнамент
с ezx часто делится на несколько горизонтальных поясов или представлен одним поясом
ггедней части (Пасеково 4/3) (рис. 22, 12). В качестве разделителей выступают короткие
—туые насечки (Павловск 11/1) (рис. 18, 23); прямой гребенчатый штамп (Власовка 115/1)
—; 54, 5) или округлые вдавления (Власовка 14/4) (рис. 59, 5).
Группа В. Два горшка с сильно отогнутой наружу шейкой. Один из них (Власовка I
-	рис. 49, 1), орнаментирован короткими оттисками гребенки, составленными в
ддзонтальную елочку и рядами строенного шнура по венчику. Второй (Богучар П 1/9) -
-ддгам штампом, также составленным в горизонтальную елочку (рис. 20,10).
Г руппа Г. Приземистые горшки с прямой шейкой и широким устьем - 2 экземпляра,
сегментированы таким же образом, как и рассмотренные выше сосуды (Власовка I 1/4,
. рис. 59,4, 8).
ОТДЕЛ III. Высокошейные сосуды групп А, Б, В.
Группа А. Кубки. Эта группа представлена тремя разными типами. К типу 1
-	:сится сосуд со шнуровой орнаментацией (Власовка III 1/4) (рис. 44, 5).! Это
-езонтальные линии тройного шнура в верхней половине тулова и вертикальная елочка,
тззованная таким же шнуром - в нижней. К типу 2 относится также один экземпляр с
выделенными боками, нависающими над нижней частью, имеющей характер
ддзна. Сосуд орнаментирован шнуром в сочетании с гребенчатым штампом (Власовка I
-	рис. 59, 2). Четыре экземпляра типа 3 отмечены преобладанием оттисков короткого
-г-зенчатого штампа, составленных в горизонтальную елочку (Павловск 29/3) (рис. 20, 6),
в сочетании с горизонтальными линиями шнура (Богучар II 1/2, Павловск 29/4)
-~с 58, 12; 20, 5) или пальцевыми защипами (Павловск II3/11) (рис. 41,12).
Группа Б. Сосуды кубковидной формы. Три подтипа типа 1 отличаются друг от
—	— соотношением D:Dfl. К рассматриваемой группе относятся три экземпляра подтипа б
11) (D:Da = 1,6 - 1,8). Сосуды происходят из одного могильника (Богучар II 2/4, 2/5,
-	рис. 26, 3; 42, 10; 57, 3). Они характеризуются двухзонностью орнаментальных
: чдгзиций: оттисками шнура орнаментированы венчик и средняя часть тулова.
К типу 2 относятся два экземпляра (Власовка I 9/1, Павловск 40/1),
-езмгнтированные налепными валиками, расчлененными гладкими насечками в
ззвании шейки и в средней части тулова (рис. 36, 3, 5). Тип 3 представлен четырьмя
г сами, отличительной чертой которых является округлое пухлое тулово и волнистый
56

валик в основании шейки (Павловск 14/4, 31/6, Пески 1/4, Петров Вал 2/3) (рис. 24,4, £
1; 26,4).
Группа В. Высокие сосуды с расширенной раструбной шейкой. Они представлен
типами 1, 2, 4. Форма горшков типа 1 (24 экз.) является самой распространенной в дегв-1
группе погребений среднедонской катакомбной культуры. Главной их особенности
является двухзонность орнаментальных композиций на внешней поверхности тут :ь_
Иногда однотипным орнаментом покрыто горло и верхняя часть тулова. Реже одна :■ :т-
орнамента расположена только на горле (Павловск 25/4, Богучар II 2/5, Петров Ват -
(рис. 26, 2; 57, 2; 22, 9). Орнаментальные композиции выполнены оттисками прост:-
спаренного шнура (Павловск 37/1, 26/2, 43/1, Пасеково 3/3, Богучар II 2/4, Таганка -
(рис. 18,2, 3; 38, 7, 10; 39, 8; 42, 9) или тесьмы (Павловск 49/5, Ильевка 9/9) (рис. 18, -
5). Пространство между ними, как правило, заполнено. Это округлые вдавления (Павл:
37/1) (рис. 18, 2), насечки (Пески 1/13) (рис. 49, 5), короткие оттиски перевитого глн-
(Богучар П 2/5) (рис. 57, 3), тесьмы (Ильевка 9/9) (рис. 39, 5) или простого шнура (Татава
4/4, Пасеково 3/3) (рис. 38, 7; 39, 8).
Иногда переход от горла к тулову сосуда фиксируется по разным орнаментальна
мотивам. Тогда основными элементами на тулове являются треугольники. К:~
треугольник «заполнен», его положение определяется вершиной вниз (Сидоры 1
Павловск 25/3,40/3,49/1, Ширяево 2/5) (рис. 38, 9; 30,2; 42, 6; 41, 3). На одном экземплЕт
треугольники оформлены короткими оттисками шнура в виде бахромы (Сидоры 17/1) (г в-
18, 8). Иногда треугольники на средней части тулова образуют паркетные композита
(Малые Горки 3/1) (рис. 22, 10). В одном случае (Богучар II 2/10) выполненные тесь^л
треугольники направлены вершиной вверх (рис. 24, 13). Еще один сосуд (Сидоры 1:
помимо горизонтальных линий строенного шнура на верхней половине тул:а:
орнаментирован ногтевыми защипами, образующими треугольники на нижней половнз;
(рис. 18, 7).
К типу 2 относятся восемь сосудов. В данном случае, за исключением одного горглс
(Павловск 14/6), орнаментированы также верхние две трети тулова. Один-три налегши
V
валика являются разделителями различных по композиционным построенЕЗ
орнаментальных зон. Шнуровые композиции более сложные по сравнению :
предыдущими. Горизонтальные ряды по венчику помимо шнура и тесьмы (Пески 1/3, 1 'I
Павловск 16/3) (рис. 32, 12; 24, 3; 38, 1) выполнены «личинками» (Пески 1/7) (рис. 24, *
Наблюдается нетипичный элемент орнамента - подтреугольные наколы (Пески 1/7) (рз
24, 8) или вдавления острия подтреугольной формы (Павловск 36/4) (рис. 44,6).
Тип 4 представлен двумя сосудами. Один из них (Березовский 2/1) орнаментировг
волнистым валиком в основании шейки с отходящими вверх и вниз налепами (рис. 30, £
На средней части тулова другого сосуда (Павловск 36/4) расположено пять валикоЕзл
поясков (рис. 44, 6).
ОТДЕЛ VI. Миски. Представлены группами А, Б и В. К группе А относятся да
миски: одна (Богучар II 2/2) неорнаментирована (рис. 49, 7), другая (Павловск 26-
покрыта оттисками двойного шнура, составленными в геометрические композиции (рг:
48, 10). Группа Б также представлена двумя экземплярами. На одном из них (Богучар I
2/9) оттиски парного шнура образуют заполненные треугольники вершинами вниз, з
другом - два ряда простого шнура проходят по горлу (Пески 1/9) (рис. 42, 8). Одна мисе
группы В с бортиком (Павловск 14/1) орнаментирована оттисками гребенчатого штамз.
составленными в горизонтальную елочку в сочетании с ногтевыми защипами (рис. 18, I:
57

Зсгучар II 1/9) - оттисками парного шнура, составленными в треугольные
: tztzz (рис. 20, 11).
гп миски отнесены к рассматриваемым комплексам на основании встречаемости их
Fniiin типами посуды или по данным погребального обряда. В случаях же одиночных
. п разрушенных захоронений или кенотафов внимание обращалось на особенности
-: нения того или иного погребения в насыпи.
17ТЕЛ VII. Курильницы. Они представлены всеми выделенными группами. На
: территории найдено 20 из 25 учтенных курильниц. Наибольшее их количество
пгт:д на долю власовских курганов. Орнаментация внешней поверхности самая
:разная; но преобладают оттиски шнура, составленные в различные геометрические
Изделия из металла, кости и камня
з:-и~.ия из металла в анализируемых погребениях среднедонской катакомбной
-тк тзвольно редки. Они представлены бронзовыми ножами, шильями, бронзовым
• -знлкой и несколькими разновидностями украшений.
-:sz происходят из двух погребений Ильменского и Павловского II могильников,
-гсмпляр (Ильмень 2/3) представляет собой изделие с параллельными лезвиями и
птганным окончанием клинка (рис. 16, 4), соответствует ножам II группы по
птздии С.Н. Кореневского [Кореневский С.Н., 1978] и имеет широкое
-	.—ранение в материалах катакомбного круга. Второй нож (Павловск II 4/57) может
-	-несен к категории изделий, так называемой, «пламявидной» формы [Братченко
:'т. с. 95, 96, рис. 53, 6-8]. Он характерен для манычских памятников. Нож из
-	г енна Павловск II 4/57 встречен в комплексе с бронзовым шилом (рис. 46, 3) с четко
а? енпззм коротким насадом, отделенным от рабочего конца упором.
“: -3D-L0 этого бронзовые шилья встречены еще в трех захоронениях (Павловск 24/4,
н;н 111, 12/3). Это четырехгранные стержни с заостренными концами (рис. 47, 5; 58,.
шп :-:*земпляр отличался от других намеренно согнутым и скрученным основанием
'izrrz находкой для погребений среднедонской катакомбной культуры является
-c-Tze в погребении Власовка I 13/2 однозубого крюка-вилки (рис. 16, 8). Данный
■ —— типологически сопоставляется с материалами донецкой катакомбной культуры
-••z£v: С.Н., 1976, с. 48, рис. 23, 13, 14].
Н гнзовые бусы представлены пятью разными типами (первые четыре - по А.Т.
■- "Гннюк А.Т., 1996, с. 118]):
.х з эиле «птичьих головок» (Павловск 24/4) (рис. 22, 7). Такие бусы распространены в
--'-г— ?х раннего этапа донецкой катакомбной культуры [Смирнов А.Н., 1996, с. 114] и
гтямые аналогии в материалах северокавказской культуры [Марковин В.И., 1960,
-т: *13-14];
тх:зидные» бусины (Павловск 29/3, Луговое 1/4) (рис. 20,2-а; 53, 9);
--ттические бусы, свернутые из листочков бронзы (Павловск 49/1, Луговое 1/4) (рис.
	—тческие бусы со спиральными нарезками (Луговое 1/4) (рис. 53, 9);
з-.гтховидные» бусы (Пески 1/13) (рис. 29, 12), которые находят прямые аналогии в
--: -гт^х погребениях с реповидными сосудами [Смирнов А.Н., 1996, с. 74, рис. 24,17].
58

Бронзовые подвески представлены тремя типами (первые два - по А.Т. Сие:-:?:
[Синюк А.Т., 1996, с. 118,119]):
-	круглые подвески в полтора оборота, с приостренными концами (Ширяево 3/6, Павл:ы:
38/2, Глазуновский 11/1, Пески 1/10) (рис. 20,13,14; 26, 5; 44,2; 57, 6-9);
-	спиральные подвески в два и три оборота с петлевидным концом (Власовка I 121
Павловск 24/4) (рис. 47,2, 3; 58, 8-10);
-	подвески со сломанной петелькой и гроздевидным двухшариковым окончание
(Павловск II 3/11) находят ближайшие аналогии в материалах Северского Донца, котсгы
идентичны, в свою очередь, северокавказским изделиям [Братченко С.Н., Швецов М-2
1991, с. 175, рис. 9, 5; Братченко С.Н., 1976, с. 52, рис. 25, 7; Трифонов В.А., 1991, с. 11-
рис. 19, 7].
Серьги представлены тремя типами (по А.Т.Синюку) [Синюк А.Т., 1996, с.119]:
-	сферические пустотелые серьги с двумя усиками для подвешивания (Павловск 38/2, 3 i 1
56/6) (рис. 26, 6, 7; 41, 5, 6; 30, 9);
-	сферические пустотелые серьги с одним усиком (Павловск 26/3, Ширяево 3/7) (рис. . S
12,13; 39,6);
-	кольцевидная желобчатая серьга с плавно заостренными несомкнутыми концам
(Павловск 38/1) (рис. 18,1).
Каменные изделия представлены редкими находками выпрямителей древков стре:
обломком песта и одним топором. Нефритовый топор (Власовка I 13/2) (рис. 16, И
типологически близкий изделиям Бородинского клада [Синюк А.Т., 1989, с. 57] имег
прямую аналогию в манычских памятниках (в комплексе с реповидными горшкаъа
[Братченко С.Н., 1976, с. 99, рис. 55,19].
Песчаниковые выпрямители древков стрел найдены в четырех погребениях (Пест
1/4, Власовка I 12/7, Пасеково 3/3). Абразивные песчаные плитки с желобком (рис. 46. i
37, 7, 8; 38, 5, 6) имеют достаточно широкое распространение в культурах катакомбнэ
общности. Обломок каменного песта был встречен в погребении Павловск 11/1
комплексе с глиняным пряслом (рис. 18,20,21).
Изделия из кости в первую очередь представлены разнообразными костяным
бусинами, собранными в браслеты или ожерелья. Такого рода находки зафиксированы
четырех погребениях (Павловск 29/1, Власовка I 1/1, 5/1, 12/3). Бусины изготовлены i
тонких костей, форма их цилиндрическая или бочонковидная; иногда встречают:
длинные пронизки с винтовой нарезкой (рис. 16, 2, 3; 45, 1; 47, 6).
В трех погребениях (Власовка I 12/3, 1/4, Луговое 1/4) найдены костяные «флейт
Пана» (рис. 47,4; 53, 8; 59,3).
Одно захоронение (Власовка I 1/1) сопровождалось, помимо упомянутых ва
находок, роговой «булавкой» (рис. 45, 2), которая, по мнению А.Т. Синюп
сопоставляется с бронзовыми посоховидными булавками, характерными для раннего эта
северокавказской культуры [Синюк А.Т., 1989, с. 51]. В погребении Власовка I 11-
встречено уникальное в своем роде костяное изделие в форме топорика (молотка) (рис. Я
9). Редкой для катакомбных погребений является находка в захоронении Павловск П 1 5
костяных наконечников стрел с плоскими в сечении ромбовидными головками (рис. 58,2
Всего лишь в одном погребении среднедонской катакомбной культуры найэ
комплект гадальных (игральных) костей (Власовка II 5/7), хотя на сопредельна
территориях такие изделия встречаются достаточно часто. По мнению С.Н. Санжарся
комплексы катакомбных погребений с игральными костями могут быть датироваз
позднедонецким временем катакомбной культуры (т.е. концом XVIII в. до н.э.) [Санжарэ
59

1987]. В одном погребении (Власовка II 3/3) встречена костяная «мотыга» -
хзгтзенная пока находка в среднедонских катакомбных памятниках.
Из других категорий индивидуальных находок можно отметить: костяные орудия и
-ехзезые наконечники стрел с выемкой в основании (Пески 1/4); остатки деревянного
-хчета в виде «посоха» (Власовка I 12/7); янтарные бусы и роговой амулет (Павловск II
~ рис. 46, 4, 6); глиняную льячку и каменную наковаленку (Павловск 38/3) (рис. 41,7,
гхровый разметчик (Павловск 24/4) (рис. 58,11).
Памятники с отмеченными выше специфичными чертами происходят
--хспдественно из курганов восточной территории бассейна Среднего Дона. Лишь
пхзные насыпи с подобными погребениями известны в могильниках «пограничной
-х Северная граница распространения такого рода памятников по известным в
время материалам проходит в районе среднего течения р. Хопер. Восточная и
,iZE2s границы, судя по появляющимся в последнее время материалам, нуждаются в
хчзеншем уточнении.
Таким образом, характеризуя специфические признаки Левобережного варианта
-гхаегонской катакомбной культуры, можно констатировать многообразие погребальной
—хгзости и керамических форм, что демонстрирует его внутреннюю неоднородность.
-	i:=oдлительно подтверждается приведенным выше анализом отдельных насыпей.
Необходимо отметить, что ни на одном из известных могильников на территории
-xztro Подонья, где были встречены погребения с сосудами Отдела II с елочно-
'—чзтой орнаментацией и сосудами Отдела III группы В, не наблюдается случаев
—^^графического предшествования первых вторым. При схожести обрядовых установок
ххадении ареалов распространения этих погребений они не только ни разу не
х ппнрованы в одном захоронении (причем в восточных могильниках Среднего
такие случаи пока не известны), но и в одной насыпи захоронения с данными
. —-хтзями посуды встречаются крайне редко.
Захоронения с теми и другими горшками образуют, как правило, единые могильные
iXTrxcbi в пределах одной насыпи. Не выпадают из общей системы подкурганных
— хезий и погребения с невыясненным положением рук, кенотафы, парные
_ п:нения и т.д. Примечательно, что сосуды Отдела III группы В типа 1 встречены
-’-хохественно в могильных конструкциях типа 1 (прямоугольные ямы), тогда как
~нн Отдела II (в преобладающем большинстве) находились в катакомбных
-■ —г-ношях типов 3 и 5. Данные наблюдения указывают на определенную ‘разницу
ххх погребениями Левобережного варианта, содержащими наиболее представительные
г.хчественном отношении серии керамики Отдела II с «елочно-гребенчатой»
---хентацией и Отдела III группы В типа 1 и делают возможной раздельную культурно-
-	ххгическую интерпретацию этих погребений с упором на различие между ними.
первостепенное значение в данной ситуации, очевидно, должно отводиться
ixx: керамике, поскольку остальные категории инвентаря единичны и могут
—г хтриваться лишь в качестве дополнительной информации.
Гпецифика облика высокошейных сосудов Отдела III группы В типа 1 проявляется,
ггх: всего, в способах орнаментации и композиционных построениях орнамента.
-	,_i -хтельные черты этих сосудов: приземистость, округлость пропорций, относительная
.::хнн:сть перехода горла в тулово, который иллюстрируется горизонтальными рядами
-	ххо шнура, спускающимися от горла к средней части тулова (рис. 18, 2, 3, 4; 38, 10;
f -2. 9,10; 49,5; 57,2, 3 и др.). Даже при более четком разграничении орнаментальных
ххзпий на горле и средней части тулова (рис. 18, 8; 26, 3; 38, 9; 41, 3; 42, 3, 6, 7)
60

неизменной остается двухзонность орнамента - ведущий признак керамня
Левобережного варианта. Примечательно, что упомянутые орнаментальные композита
являются специфичными для данной группы катакомбных памятников и существен!
отличаются от орнамента на сосудах «западной» группы.
Форма горшков, характер и способы нанесения орнамента, облик могильнэ
конструкций и ведущая поза умерших в погребениях (правый бок, руки протянут»
коленям или находятся между бедренными костями) - все эти показатели нахсд
ближайшие аналогии в материалах бахмутского (по С.Н. Братченко) [Братченко Ci
1976] или манычского (по А.М. Смирнову) [Смирнов А.М., 1996] круга памятников.
Раструбошейные горшки группы В типа 1 не единственные представители керамя
Отдела III в захоронениях Левобережного варианта. Особого внимания Tpeoji
немногочисленные погребения обрядовой группы V, которые сопровождались сосуда
группы В типа 2 (в данном контексте представляется возможным рассматривать
несколько захоронений варианта 5 в прямоугольных ямах). Данная керамя
характеризуется смешанным характером орнаментации. В основном это один-т
налепных валика, разделяющие различные по композиционным построениям шнурся
орнаментальные зоны (рис. 24. 2, 8; 38, 1, 4). Характерно преимуществен!
использование в орнаментации более сложных оттисков шнура (перевитого, спаренна
тройного). Однако большего внимания заслуживают дополнительные приев
орнаментации, отсутствующие на сосудах группы В типа 1, такие, как «серпики» (рис. I
8), треугольный штамп (рис. 24, 8; 44, 6). Примечательно, что «серпики» из коротя
оттисков перевитого шнура (отмеченные также на сосуде из погребения 2/6 Богучарси
могильника П) характерны для материалов из ранних катакомбных захоронея
нижнедонского региона [Кияшко А.В., 1999, с. 102, рис. 46, 2-4]. Впоследствии а
получают распространение на керамике предкавказской катакомбной культу
[Нечитайло А.Л., 1979, рис. 64,1-5].
В катакомбах 1/4 (обрядовая группа V) и 1/10 (парное погребение) Песковая
могильника была встречена керамика, не встречавшаяся ранее в среднедонся
катакомбных погребениях. Эти сосуды (рис. 24, 1; 57, 4) сопоставляются с сосуда
Отдела 1 группы А по классификации С.Н. Братченко [Братченко С.Н., 1976, с. 24, рис
и находят прямые аналогии в бахмутских материалах [Братченко С.Н., 1976, с. 64, рис]
1,2].
Усложненный характер орнаментации на сосудах Отдела III группы В типа 2 (В
сохранении двухзонности орнамента) позволяет предположить хронологичеся
динамику изменения облика сосудов, на основании которой можно проследить тенденя
к изменению некоторых черт погребального обряда данной группировки памятнике»,
этой связи интересно своеобразное «примирение» двух традиций в орнаментике, кя
положение треугольников на средней части сосуда можно трактовать двойствеа
вершинами вверх и вниз (Павловск 16/3; 36/4). Подтверждением предполагаем
хронологической последовательности может служить единственный пока прав
относительной стратиграфии в кургане 49 Павловского могильника, где за погребена
обрядовой группы II с сосудом Отдела III группы В типа 1 (рис. 18, 4) следом
захоронение в могильной конструкции типа 4 с умершим на правом боку с сосудами я
же типа группы и Отдела, но с орнаментом на одном из них в виде треугольников
полуфестонов вершинами вверх (рис. 42,2).
Подобное разделение в орнаментации морфологически близкой керамики впея
может быть обусловлено хронологическими позициями соответствующих ей погребем
61

таг —ттзие же горшков Отдела III группы В типа 1 в захоронениях тех же обрядовых
—	з каких встречены короткошейные сосуды Отдела II с елочно-гребенчатой
_ атлией, требует более подробной характеристики последних.
^тннмент в виде горизонтальной елочки встречается почти на всех типах сосудов,
з.1 ":зкх для нескольких культур катакомбной общности. В качестве составного
г зенгз. орнамента елочка присутствует и на высокошейных сосудах и на типичных
"лгнг: .кубках. В данном случае речь идет об орнаменте, выполненном мелкозубчатым
гкгтзкм штампом, когда ряды горизонтальной елочки покрывают либо все тулово
л. гнс. 18, 19; 20, 1, 2, 4; 26, 9; 58, 1), либо его верхнюю часть (рис. 16, 5; 22, 12). Эти
Гг представляют собой устойчивый стереотип короткошейной керамики со слабо
-гнзтс ванной верхней частью.
-агголыпее число погребений с такими горшками приходится на могильники доно-
-гтггг междуречья, хотя, как уже говорилось, находки этой керамики нередки и на
". "ггриториях. На Среднем Дону рассматриваемые сосуды сопровождают чаще всего
-	нения обрядовой группы III (с умершими на правом боку с руками между
-г;-~г~ми костями в могильных конструкциях типа 3). Иногда сосуды с елочно-
	:тг:й орнаментацией встречаются в прямоугольных ямах, в частности, в
-T*rSHjiX обрядовой группы II.
:о:собленность комплексов с керамикой с елочно-гребенчатой орнаментацией
нгнетея. прежде всего, в несовпадении ареалов распространения с захоронениями с
—	- пленными сосудами Отдела III групп Г и Д. Из вышеприведенных примеров
нг: керамика с елочно-гребенчатой орнаментацией более характерна для восточной
... — —еднедонского региона, именно здесь находятся могильники с погребениями
г, ; елочно-гребенчатыми горшками (например, Первый Власовский могильник).
“гтд трудно однозначно объяснить преимущественное присутствие такой керамики
гггнгмоных конструкциях и, судя по всему, их практическую одновременность
-	гениям обрядовой группы II с сосудами Отдела III группы В типа 1.
-: ггебения с теми и другими горшками сопровождались различным металлическим
га еннггм инвентарем и, что наиболее показательно, различными изделиями из кости,
-гниению с редкими и функционально неопределенными костяными поделками в
лгзггнх с сосудами Отдела III группы В типа 1 захоронения с елочно-гребенчатыми
гггпчп отличаются присутствием большого числа оригинальных изделий, таких как
лт^г . наконечники стрел, роговой топорик и т. д. А если, учитывая вышеизложенные
нения. рассматривать в единой системе погребения без сосудов, то список подобных
ген ггзновится более внушительным.
Сннострацией различия рассматриваемых групп захоронений могут служить
—еСения с детьми, которые анализировались в общей массе материала. Особый
ms—ег коллективных погребений Первого Власовского могильника не раз освещался в
-т-ггое [Синюк А.Т., 1989; 1996]. Неоднократно подчеркивался сословно-кастовый
.г-н-ет могильника в целом. Одним из признаков особого положения власовских
-'-гзгз з религиозных верованиях древних обществ А.Т. Синюк считает наличие
—н: приношений детей «высокого социального ранга при захоронении служителей
г — ‘Синюк А.Т., 1989, с. 66].
Смеете с тем, заслуживающим внимания представляется и несколько иной аспект
ъ: троса. Погребения с детьми редко, но все же встречаются и в других могильниках
аз гг: некой катакомбной культуры как западной, так и восточной групп памятников. В
...г—зезском могильнике одиночные детские захоронения в катакомбах являлись
62

основными в двух одновременных первичных насыпях. В Новомеловатском могильне
одиночное детское погребение было впускным по отношению к погребению ямн
культуры, но сопровождалось вторичной досыпкой насыпи. В Луговском могильне
одиночное детское захоронение в катакомбе являлось завершающим в цепо=
подкурганных захоронений. В Павловском могильнике встречено 29 одиночных детск
погребений.
Подтверждением неравноправного положения погребенных детей в курган
Первого Власовского могильника служит помимо нестабильности позы (на спине,
животе, с «завалом» на спину) впускной характер детских погребений по отношение
взрослым мужчинам. Тогда как в курганах других могильников детские погребения
выпадают из общей системы погребальных обрядовых установок и наравне
захоронениями взрослых являются как основными, так и впускными (иногда
последующими досыпками насыпей). Таким образом, детские погребения Первз
Власовского могильника заметно отличаются по обрядовым признакам от дрр
известных детских захоронений.
Как отмечалось выше, Власовский могильник, судя по облику керамиа
сопутствующему инвентарю и стратиграфическим особенностям насыпей, представла
собой единый комплекс, в погребениях которого встречены только сосуды Отдела Б
керамикой с елочно-гребенчатой орнаментацией. Тогда как в курганах с погребениям!
раструбошейной керамикой Отдела Ш детские погребения по сути дела были равнопраи
взрослым, подчеркивая этим другие культурные установки. Видимо отголося
«власовских традиций» явилось парное погребение Павловского могильника 243
елочно-гребенчатым сосудом, где при захоронении взрослой женщины было соверпи
захоронение подростка в подчиненном положении.	I
Таким образом, комплексы с елочно-гребенчатой керамикой отличаются от друа
захоронений Левобережного варианта среднедонской катакомбной культуры ряя
особенностей: обособленным положением курганов в пределах могильника и погребеЯ
внутри кургана; принципиально различной морфологией керамики, способа
орнаментации и построения орнаментальных композиций на сосудах; специфя
соответствующего захоронениям инвентаря (в частности, изделий из кости).
Архаичность данной группы памятников на Среднем Дону не раз подчеркивая!
исследователями. Все признаки этих комплексов явно указывают на генетическую ся
последних с древнеямными памятниками. Непосредственное включение погребенй
елочно-гребенчатой керамикой в насыпи ямного времени без вторичных досыпок и кЯ
бы-то ни было признаков выделения их из общей системы подкурганных сооружен
является также косвенным доказательством их тесной связи. Неоднократно обращавши
к данному вопросу А.Т. Синюк отмечает, что рассматриваемые сосуды «и морфологича
и по орнаментальным признакам еще очень близки древнеямным прототипам, а тя
включают некоторые местные пережиточно-энеолитические традиции. В то же время i
в меньшей степени определяют собой узкоэтническую принадлежность, но в больа
мере характерны для обширного лесостепного и степного региона от Поднепровья I
Поволжья периода взаимодействия древнеямных и катакомбных традиций» [Синюк Aj
1996, с. 124].
В данном контексте уместно рассмотреть курган 5 Герасимовского могилья
расположенного в Правобережье Среднего Дона. Последовательность соверша
захоронений, по всей видимости, сомнений не вызывает [Дьяченко А.Г., 1988]. Kail
вызывает сомнений и приведенная исследователями датировка биметалличесЯ
63

-лтьчика (Герасимовка 5/2), полученная радиокарбонным методом - XVIII в. до н.э.
■со Б.А., 1991, с. 105, 106]. Обращает на себя внимание лишь абсолютная
ооность обрядовых установок погребений с сосудами отдела III группы Г и Отдела II
о> гребенчатой орнаментацией (Герасимовка 5/1, 5/2). Можно с достаточной долей
дне дети говорить если не о предшествовании захоронения с типичным харьковско-
джским сосудом (рис. 40, 7) захоронению с елочно-гребенчатым горшком (рис. 40,
г: меньшей мере, об одновременности их совершения.
Е то же время нельзя не отметить общности обрядовости погребений с елочно-
-ттдтой керамикой и погребений с сосудами Отдела III группы В типа 1, характерной
побережного варианта при определенных, отмеченных ранее особенностях.
-	ну следствие этого, можно предположить недостаточную обоснованность
—ддетвенного выделения погребений II и III обрядовых групп с елочно-гребенчатой
тгтдй Отдела II в ранний хронологический этап существования средне донской
: чт ной культуры. Приведенные выше факты, свидетельствующие о неоднородности
.■♦п.7 ов Левобережного варианта, говорят, по всей видимости, о параллельном
—	:зании групп населения, оставившего те и другие памятники. Погребения с
:-гребенчатыми горшками, отдельными «нитями», фиксирующиеся в среднедонских
енх. соответствуют, может быть, специфике данной культурной группы,
ддджейся большей мобильностью и гибкостью по отношению к традициям
ддтьных образований.
[тташает на себя внимание еще одна обособленная группа захоронений
дгежного варианта - немногочисленные погребения в Т-образных катакомбах (IV
:еее группа). Керамика, сопровождавшая эти комплексы, не вписывается в типовой
2 гтеднедонской катакомбной посуды и предусматривает более внимательный
т е определению места таких погребений в общей системе катакомбных памятников
дг: Лона.
Е чургане 14 Павловского могильника погребение обрядовой группы V (14/4)
тот:: (с последующей досыпкой насыпи) непосредственно за погребениями
: ч: z группы IV (Т-образная катакомба, правый бок, руки протянуты к коленям).
д:=нно, ранний характер Т-образных катакомб в кургане 14 подчеркивается
4:ждавшим их инвентарем. Бронзовые бусы в виде птичьих головок (Павловск 14/2)
дз :дним из опорных предметов, привлекаемых А.Т. Синюком для определения
д*7 рубежа существования среднедонской катакомбной культуры [Синюк А.Т., 1996];
ДГ72ПИЯ на сосуде из погребения 14/9 (рис. 22, 5) идентичная орнаментации на
дтгг позднеямного-раннекатакомбного времени Нижнедонского региона [Кияшко
109. с. 94, рис. 38, 2], позволила А.В. Кияшко выделить предположительно на
д- Дону группу погребений, соответствующую раннедонецкому периоду
еддння катакомбной культуры на Нижнем Дону.
Е материалах позднеямного-раннекатакомбного времени Нижнего Дона находят
-дч н сосуды из кенотафа (Павловск 24/2) (рис. 48, 1) и из парного захоронения в
■.те Шавловск 24/4) (рис. 58, 5) [Кияшко А.В., 1999, с. 115, 121, рис. 59, 2; 65, 2].
дет на втором сосуде из погребения 24/4 (рис. 58, 6) характерен для керамики
--■Г1ЧСКПЙ катакомбной культуры [Марковин В.И., 1960, с. 38, рис. 9, 51; Нечитайло
:'г. рис. 8, 2-в].
-Дхгдки этой керамики, скорее всего, указывают на имевшие место контакты между
Г--1М— Нижнего и Среднего Дона и, вероятно, на непосредственное участие
тжтхомбного населения Нижнего Дона в сложении среднедонской катакомбной
64

культуры (ее Левобережного варианта). По крайней мере, рассмотренные бы
немногочисленные погребения больше всего претендуют на иллюстрацию перн:
формирования катакомбных древностей в восточном регионе Среднего Дона,
исключено, что за счет детального анализа кенотафов, безинвентарных погребенз
погребений обрядовой группы 1 в будущем количество такого рода комплексов мл
будет увеличить.
IV. 2. Правобережный локальный вариант среднедонской катакомбной
культуры
К Правобережному локальному варианту среднедонской катакомбной культу
представляется возможным отнести, прежде всего, захоронения VII и X обрядовых гт?я
что составляет сравнительно немногочисленную подборку из 13-ти погребений. Одеж
учетом единой системы подкурганных сооружений, на основании анализа оса
керамики и могильных конструкций к данному варианту может быть отнесено еще ежа
60-ти погребений (часть захоронений обрядовых групп IV, V и IX, разрушая
могильные конструкции, захоронения с невыясненным положением рук, кенота
двойные катакомбы, перезахоронения и парные погребения).
Одним из основных отличий этой группы памятников от предыдущей явлет
структура организации курганной насыпи. Отсутствие захоронений ямной культу
обуславливает высокий процент основных катакомбных погребений; круговая планиря
могил менее выражена, и последовательность совершения захоронений определяете!
многочисленным вторичным досыпкам насыпей.
Анализ обрядовых групп проведен выше. Разрушенные и другие погреба
относимые к данному варианту, вписываются в единую систему подкургая
сооружений.
В катакомбах с умершими на правом боку, как правило, отмечено деревяа
закрытие входа в камеру, наличие органической подстилки и посыпки охроЁ
захоронениях с умершими на левом боку такой закономерности не наблюдаете!
отличие от Левобережного варианта жаровни были встречены примерно в кааэ
восьмом погребении западной группы памятников. Немногочисленными являея
находки курильниц (пять экземпляров). Спецификой рассматриваемой группы явли
присутствие в могильных конструкциях деревянной (органической) посуды и кремнэ
изделий (орудий или отщепов).
Керамика
Из рассматриваемых погребений происходят сосуды следующих типов.
ОТДЕЛ I. Бесшейные сосуды.
Группа В. Один миниатюрный реповидый сосуд (Архиповка С
орнаментированный по всей поверхности прочерченными линиями, составленным*
вертикальную елочку (рис. 47,10).
ОТДЕЛ II. Короткошейные горшки.
Группа Б. Представлена тремя экземплярами типа 2 (Заречье 3/5, Пасеково 3
Стояново 2/3). Средняя часть тулова этих сосудов орнаментирована оттисками шну
составленными в треугольники (рис. 43, 1) и полуфестоны вершинами вверх в сочетая

-■Уезчатой композицией (рис. 37, 9) и прочерченной вертикальной елочкой (рис. 57, 12).
Ценностью данной группы является орнамент, который до мелочей повторяет
-ззчент на сосудах типа 1 группы Г Отдела III (рис. 10,12).
Группа В. Представлена двумя экземплярами (Прилепы 1/5, Заречье 3/4). Орнамент
. :зном из них представляет собой горизонтальную елочку, выполненную гладкими
_^гчхами (рис. 43, 5). Орнаментальные «зигзаговые» композиции из длинных оттисков
.-сзгтого шнура на другом (рис. 55, 4) сочетаются с валиком в основании шейки,
-ззгзанным пальцевыми защипами.
Группа Д. Три горшка стройных пропорций с четко выделенной, отогнутой наружу
_з!з:й (Прилепы II 3/6, Высокая Гора 1/2, Богучар II 1/6). Два из них орнаментированы
-Уенчатым штампом (рис. 43, 3; 56, 2); один - гладкими насечками в сочетании со
згзсм (рис. 55, 1).
ОТДЕЛ III. Высокошейные сосуды.
Группа А. Кубки. Горшки, отнесенные по общепринятым пропорциям к кубкам,
зп:-:зся скорее «репликой» собственно донецких сосудов. Таковы три сосуда типа 1,
--ззчгнтированные короткими оттисками перевитого шнура (Частые Курганы 43/2,
зззгзск II1/56, Павловск 8/2) (рис. 41,1; 48,1; 51,1).
К типично донецким изделиям можно отнести один экземпляр из перезахоронения
—зза 10 Зареченского могильника (рис. 54,3).
Группа Б. Сосуды кубковидной формы. В анализируемых погребениях встречены
зз г: риска подтипа а и два - подтипа в типа 1. Различаются они друг от друга и от
зтзза б соотношением D:Dfl.
У горшков подтипа а соотношение D:Da=l,5 (Караяшник 13/2, Заречье 2/8).
-ззмгнтирована вся поверхность сосудов. Треугольники вершиной вверх на средней
I тулова повторяются у одного из них на придонной части (рис. 51, 4). Соотношение
11 у горшков подтипа в составляет 2,0 (Частые Курганы 43/1, Прилепы П 3/6). Один из
- з:з орнаментирован оттисками перевитого шнура, составленными в треугольники
сг —ами вниз (рис. 51, 2). На другом сосуде шнуровые треугольники образуют
гг-сгТЕую композицию, на придонной его части короткие оттиски шнура составлены в
-ззззтальную елочку (рис. 37, 10). Здесь же, очевидно, можно рассматривать сосуд,
сченный в погребении вместе с первым (Частые Курганы 43/1). Он сплошь
-ззчгзтирован горизонтальными линиями шнура (рис. 51, 3), иногда разделенными
т :~<нми вертикальными оттисками.
У типу 2 относится один сосуд (Стояново 10/1), орнаментированный по всей
зеглности прочерченными линиями, составленными в геометрические композиции (рис.
Тип 4 также представлен одним экземпляром (Караяшник 13/3). Этот сосуд не
^тхтерен по общим пропорциям для среднедонской керамики, хотя многоваликовый
—ЕЗмент на нем (рис. 49, 11) в целом типичен для горшков Отдела III группы Д. Три
за типа 5 приземистой формы орнаментированы типовым прочерченным орнаментом
~7 ееово 3/2, Караяшник 5/2) (рис. 22, 3,4; 51, 5).
У типу 6 относятся три горшка, соотношение Но:Н у которых составляет 0,25-0,3.
зге нз них (Заречье 2/8) орнаментирован оттисками простого шнура, образующими на
н-зззей поверхности тулова «заполненные» треугольники вершинами вверх, нижняя его
з~з украшена короткими оттисками перевитого шнура, составленными в
—ззонтальную елочку (рис. 51, 6). Второй сосуд округлой формы, приземистых
~:з:рций с высоким раструбным венчиком (Заречье, к. 3), орнаментированный по всей
66

поверхности оттисками простого шнура в сочетании с ногтевыми вдавлениями.
венчике шнур образует горизонтальные ряды, на тулове косо-вертикальные оттисп
составлены в «лестничную» композицию (рис. 51, 7). Третий сосуд орнаментирова
преимущественно короткими оттисками шнура, составленными в горизонтальную елочз;
(Заречье 2/8) (рис. 49, 8).
Группа В. Высокие сосуды с расширенной раструбной шейкой. Тип 3 представла
тремя экземплярами (Заречье 2/1, 3/1, 6/2). Два из них орнаментированы глубоки!
врезными линиями в сочетании с неопределенной формы вдавлениями (рис. 48, 13; 49,13
На внешней поверхности третьего вдавления образуют «зигзаговые» композиции
сочетании с ногтевыми защипами (рис. 48, 11). Тип 4 представлен двумя горшкал
(Караяшник 1/1, 1/2) (рис. 39,1; 50,4).
Группа Г. К типу 1 относится 21 экземпляр. Это сосуды с высокой раструбил
шейкой и стройных пропорций. Отличительной их особенностью является трехзонног
орнаментальных композиций на внешней поверхности. Орнаментальные построе:
отличаются сложностью и разнообразием мотивов. Основной сюжет расположен, :
правило, на средней части тулова. В преобладающем большинстве это различные отга
шнура, составленные в треугольники или полуфестоны вершинами вверх. Чаще всего,
оттиски тесьмы (Хохольский курган 1/1, Архиповка 1/2, Хохол 1/4, Караяшник 3:
Кондрашевка 9/1) (рис. 28, 8; 37, 4; 47, 9; 53, 2; 53, 5) или простого шнура (Герасим
4/3, Караяшник 3/2, Ольховатка 2/1, 3/1, Прилепы 1/6) (рис. 37, 2; 40, 1; 48, 8, 9; 53, 1; 5
14). Иногда треугольники и полуфестоны встречаются вместе (Караяшник 3/3) (рис. 53,2
Горло всех этих сосудов оформлено, как правило, горизонтальными рядами какой-i
разновидности шнура с заполненным пространством между ними; случается, что орнам;
на средней части тулова повторяет орнамент на горле. Нижняя часть тулова покра
горизонтальной елочкой из коротких оттисков шнура (Девица 1/3, 1/5) (рис. 52, 4; 54,
или же длинные оттиски шнура (Стояново 10/6) (рис. 40, 9, 10), тесьмы (Россошь) (рис.
1) образуют здесь вертикальную елочку. К этому же типу относятся сосуды, нижняя
тулова которых покрыта горизонтальной или вертикальной елочкой из отга
гребенчатого штампа (Герасимовка 4/3, 5/2) (рис. 40, 1, 7) или прочерченных
(Архиповка 1/2, Ольховатка 2/1) (рис. 47, 9; 48, 9).
Очень часто ведущий орнамент (шнур) встречается с иным, второстепенным,
пальцевые защипы (Кондрашевка 9/1) (рис. 37, 4), округлые вдавления (Караяшник
Девица 1/3) (рис. 53, 1; 54, 2), оттиски «улитки» (Караяшник 3/3) (рис. 53, 2), нале:
шишечки (Девица 1/5) (рис. 52, 4). Интересен экземпляр (Хохол 1/5), оттиски шнура,
котором составлены в полуфестоны и ромбы (рис. 53, 11). Еще один сосуд отлич;
своеобразным способом орнаментации (Заречье 9/2). На нем «незаполне:
треугольники, выполненные округлыми вдавлениями, встречены в сочетании с «лесе:
из коротких оттисков прямого крупного (не исключено, имитированного) шнура (рис.
9).
К типу 2 относятся пять горшков. На двух из них (Ольховатка 1/3, 3/1) нале:
расчлененные насечками валики образуют горизонтальные пояски (рис. 55, 9,13), разд
неорнаментированные зоны. В трех случаях на сосудах фиксируется трехзоя
орнаментальная композиция. Принцип расположения орнамента идентичен расположеа
шнурового орнамента на сосудах типа 1. Основной орнамент в средней части туя
представлен различными геометрическими фигурами; в качестве дополнительа
орнаментации выступают налепные шишечки, округлые вдавления.
67

Iv типу 3 отнесены шесть экземпляров сосудов с преобладанием прочерченной
■ тт-гнтации, иногда разделителями зон на них выступают валиковые пояски (Нижняя
5 2. Малые Горки 1/1) (рис. 32, 3; 52, 6). Мотивы и композиционные построения
~ -гтченной орнаментации часто повторяют шнуровые композиции типа 1: заполненные
-- —дьники вершиной вверх на средней части тулова и своеобразная вертикальная
-тл - на нижней. Иногда орнамент расположен только на верхней части внешней
■е-гглтсти тулова (Заречье 2/2, Стояново 2/2) (рис. 24, 9; 45, 6).
редким образцам относятся четыре экземпляра типа 4. Орнамент на одном из них
леле 3 7) сопоставляется со сложным орнаментом на сосуде типа 1 (Хохол 1/5) (рис.
1 Ива горшка (Мастюгино 1/3) орнаментированы оттисками простого и перевитого
:	гбразующими на средней части тулова концентрические круги (рис. 28. 6, 7).
л-сттьсй сосуд (Караяшник, Большая Могила /3) отличается от керамики типа 1 только
-вглением основных пропорций (рис. 52, 1).
Группа Д. Высокие сосуды вытянутых пропорций с прямой шейкой. Представлены
тле! 1 и 2. Эти сосуды отличаются в принципе от керамики группы Г только прямым
горлом. Пять экземпляров типа 1 орнаментированы преимущественно
- -гтченными линиями (Ольховатка 3/2, Стояново 2/3, 2/4, 10/8) (рис. 22, 11; 34, 6, 7; 50,
типу 2 относятся десять горшков, орнаментированных прочерченными линиями,
-пленными в треугольные геометрические композиции в сочетании с налепными
		— (Стояново 1/13, 10/4, Нижняя Ведуга 3/2, Герасимовка 6/1) (рис. 24, 11; 32, 2; 34,
лнэгда валики образуют самостоятельные орнаментальные композиции (Прилепы П
‘ —ечье 6/3, 6/4) (рис. 28, 2; 39, 3). К данному типу отнесены и три сосуда (Усманский
—з п. 5, Новая Усмань 3/1) с налепными валиками, образующими сложные
—‘гчтальные композиции (рис. 32, 6, 7; 34, 5).
ПЛЕЛ IV. Представлен одним экземпляром фляги (Заречье 6/2) с отколотым в
,~глг :сти верхом, с налепными ушками, в которых можно проследить вертикальные
: * ;.з: .рис. 48, 12).
Затруднительно отнести к рассматриваемым комплексам такие категории находок,
_ Тагоры Отдела V и миски Отдела VI. Погребения с такими сосудами мало
: т'-с-тивны и могут считаться принадлежностью той или иной группы только по месту
_г т:згния курганов, что иногда и не является определяющим критерием.
З'ТДЕЛ VII. Курильницы. Достоверно к западной группе памятников могут быть
г—гнъ; пять экземпляров (Караяшник 3/4, Прилепы 1/3, Высокая Гора 1/2, Прилепы II
: . рис. 34, 13; 43, 4; 43, 6; 49, 12; 56, 8).
Изделия из металла, кости и камня
'12 зелия из бронзы в анализируемых погребениях встречаются чаще, чем в
—чтениях Левобережного варианта. В тринадцати захоронениях найдены бронзовые
"о ЗТовая Чигла 1/1, Малые Горки 1/1, Нижняя Ведуга 3/2, Усманский курган, п. 5,
_з::=ск 42/1, 49/6, Стояново 10/9, Ольховатка I 1/3, Ольховатка II 3/2, Прилепы П 2/1,
ГгЕлепы 1/6, Заречье 6/1) (рис. 32, 1, 4, 5, 8; 34, 1, 9, 12; 37, 1; 45, 7; 48, 4; 52, 7; 55, 7;
: . Большинство их относится ко II типу по классификации С.Н. Кореневского
—ечезский С.Н., 1978]. У трех экземпляров (Усманский курган, п. 5, Заречье 6/1,
I. : чалка I 1/3) отмечена подромбическая расковка черенка. Очень часто ножи
68

К типу 3 отнесены шесть экземпляров сосудов с преобладанием прочерченной
'ентации, иногда разделителями зон на них выступают валиковые пояски (Нижняя
■а 3/2, Малые Горки 1/1) (рис. 32, 3; 52, 6). Мотивы и композиционные построения
■рченной орнаментации часто повторяют шнуровые композиции типа 1: заполненные
ельники вершиной вверх на средней части тулова и своеобразная вертикальная
п. - на нижней. Иногда орнамент расположен только на верхней части внешней
мзости тулова (Заречье 2/2, Стояново 2/2) (рис. 24, 9; 45, 6).
1*1 редким образцам относятся четыре экземпляра типа 4. Орнамент на одном из них
чье 3/7) сопоставляется со сложным орнаментом на сосуде типа 1 (Хохол 1/5) (рис.
Два горшка (Мастюгино 1/3) орнаментированы оттисками простого и перевитого
1. образующими на средней части тулова концентрические круги (рис. 28. 6, 7).
ттый сосуд (Караяшник, Большая Могила / 3) отличается от керамики типа 1 только
гшением основных пропорций (рис. 52,1).
Группа Д. Высокие сосуды вытянутых пропорций с прямой шейкой. Представлены
lz 1 и 2. Эти сосуды отличаются в принципе от керамики группы Г только прямым
.::<им горлом. Пять экземпляров типа 1 орнаментированы преимущественно
-тленными линиями (Ольховатка 3/2, Стояново 2/3, 2/4, 10/8) (рис. 22, 11; 34, 6, 7; 50,
типу 2 относятся десять горшков, орнаментированных прочерченными линиями,
тленными в треугольные геометрические композиции в сочетании с налепными
ыми (Стояново 1/13, 10/4, Нижняя Ведуга 3/2, Герасимовка 6/1) (рис. 24, 11; 32, 2; 34,
Иногда валики образуют самостоятельные орнаментальные композиции (Прилепы П
ттечье 6/3, 6/4) (рис. 28, 2; 39, 3). К данному типу отнесены и три сосуда (Усманский
тп п. 5, Новая Усмань 3/1) с налепными валиками, образующими сложные
читальные композиции (рис. 32, 6, 7; 34, 5).
ОТДЕЛ IV. Представлен одним экземпляром фляги (Заречье 6/2) с отколотым в
гели верхом, с налепными ушками, в которых можно проследить вертикальные
ты (рис. 48,12).
Затруднительно отнести к рассматриваемым комплексам такие категории находок,
нчэоры Отдела V и миски Отдела VI. Погребения с такими сосудами мало
тыативны и могут считаться принадлежностью той или иной группы только по месту
т:жения курганов, что иногда и не является определяющим критерием.
ОТДЕЛ VII. Курильницы. Достоверно к западной группе памятников могут быть
сны пять экземпляров (Караяшник 3/4, Прилепы 1/3, Высокая Гора 1/2, Прилепы II
1 (рис. 34, 13; 43, 4; 43, 6; 49, 12; 56, 8).
Изделия из металла, кости и камня
~1зэелия из бронзы в анализируемых погребениях встречаются чаще, чем в
гениях Левобережного варианта. В тринадцати захоронениях найдены бронзовые
ЗЗовая Чигла 1/1, Малые Горки 1/1, Нижняя Ведуга 3/2, Усманский курган, п. 5,
век 42/1, 49/6, Стояново 10/9, Ольховатка I 1/3, Ольховатка II 3/2, Прилепы П 2/1,
гнлепы 1/6, Заречье 6/1) (рис. 32, 1, 4, 5, 8; 34, 1, 9, 12; 37, 1; 45, 7; 48, 4; 52, 7; 55, 7;
51. Большинство их относится ко II типу по классификации С.Н. Кореневского
невский С.Н., 1978]. У трех экземпляров (Усманский курган, п. 5, Заречье 6/1,
ветка I 1/3) отмечена подромбическая расковка черенка. Очень часто ножи

встречаются в комплексе с бронзовыми шильями (Усманский курган, п. 5, Стоянове '
Прилепы II2/1, Ольховатка 1/3) (рис. 32, 8, 9; 34,1,2; 34,11,12; 55, 6, 7).
В погребении Новая Чигла 1/1 бронзовый нож находился вместе с бронэ:^
топором-теслом. Ближайшие аналогии тесловидному топору (рис. 45, 8) отмечен*
материалах позднего этапа северокавказской культуры (XVII-XV вв. до н.э.) [Маргз
В.И., 1960, с. 91, рис. 41,10].
Украшения представлены тремя видами. Это бронзовая сферическая сеэ
(Караяшник 3/7), два бронзовых кольца (Усманский курган, п. 5, Заречье 6/1) (рис. 31
48,4-а), три плоские кольцевидные серьги (Заречье 6/4) (рис. 28,1,4, 5).
Каменный инвентарь представлен двумя пестами (Заречье 6/4, Стояново 2/2) и г*4
песчаниковыми выпрямителями (Пасеково 3/4) (рис. 37, 7, 8).
Изделия из кости - два костяных кольца, которые были найдены в погребеню
Хохольского могильника.
Комплекс находок, включавший кремневый нож, бронзовое шило, бронзовый ш
каменную зернотерку и терочник, был отмечен лишь в одном захоронении - дззэ
катакомбе Ольховатского могильника 11/3 (рис. 55,6, 12).
Сопоставление памятников западной группы с восточной показывает. 1
общепринятые для среднедонской катакомбной культуры характеристики, ксття
касаются преимущественно второго и третьего этапов ее развития, сосредоточен**
основном, на современных лесостепных пространствах Среднего Дона. 05л1
распространения таких погребений на севере ограничивается верховьями Дона, на гзя
проходит по степным пространствам в районе среднего течения р. Северский ДеЯ
западная граница (по имеющимся на настоящее время данным) определяется zzШ
верхнего течения р. Северский Донец.
Наиболее ранними в фиксируемой стратиграфической колонке захорс^!
Правобережного варианта являются погребения обрядовой группы VII. За исклкиея1
одного кургана у с. Мастюгино (где погребения составляют, безусловно, ели!
могильный комплекс), все эти захоронения являются основными с преобладающей
ориентировкой. Керамика встречена всего в двух катакомбах (Мастюгино 13
Хохольский курган, погребение 1).
Судя по облику посуды, отдельным фиксируемым обрядовым признаем
стратиграфическим наблюдениям к данной группе можно отнести другие захорсзЯ
Это, к примеру, погребение-кенотаф 2/1 Ольховатского могильника, погребение вгрЛ
8 в разрушенной катакомбе (Девица 1/5). Предшествующая этому захоронению катает
кенотаф (Девица 1/3) вполне может рассматриваться в едином комплексе подкургя1
сооружений. Сопровождающие ее сосуды (рис. 54, 1, 2) являются подтверждением тая
Не раз отмечавшаяся исследователями и необъяснимая пока двойстве^
могильных сооружений (ямы и катакомбные конструкции), характерная ;
среднедонской катакомбной культуры, объясняет присутствие в тех и других Ш
категории керамики - высоких раструбошейных сосудов Отдела III группы 1
трехзонными орнаментальными композициями. Вместе с тем, на характеристике ел
захоронения (Прилепы 1/6) необходимо остановиться отдельно. В нем встречено
сосуда. Два из них - неорнаментированные банки (рис. 37, 5, 6). Один - раструбооЛ!
сосуд Отдела III группы Г типа 1 орнаментированный оттисками шнура, образуют
«заполненные» треугольники вершинами вверх на средней части тулова в сочета
гребенчатым штампом, составленным в косую лесенку на нижней части тузл
горизонтальными валиками по горлу (рис. 37, 2). Еще один сосуд относится к Опез
69

	- г Г типу 2, он сплошь покрыт налепными и выформованными валиками. В качестве
1 —ельного орнамента на нем выступают ряды налепных шишечек (рис. 37,3).
Едгсительно более поздними в ряду трехзонных сосудов с характерной шнуровой
_ дЕлздией, являющихся спецификой Правобережного варианта можно, очевидно,
“ги тза сосуда со сложным распределением орнамента на внешней поверхности (рис.
. 53. И). Подтверждением этому служит и стратиграфическое положение их в
	лед Хохол 1/5, Заречье 3/7) - завершающее в цепочке подкурганных сооружений.
-гтт.тлько сложнее обстоит дело с парными захоронениями Ольховатского I и II
.~-~:ов (рис. 55, 6-14). В данном случае, по всей видимости, наблюдается смешение
г г--.-их и поздних традиций в рамках развития культуры. Вполне вероятно, что эти
-’"'сеня иллюстрируют собой переходный процесс в смене обрядовости и стиля
_л леееепии на сосудах, причем общим знаменателем являются два одинаковых сосуда в
а 1 I другом захоронении (рис. 55, 9,13).
Гсгается неясным принцип редкого использования катакомб с круглыми камерами.
—Хтнные, находящиеся в этих захоронениях, соответствуют самым разным вариантам.
д;л: сосуды из таких захоронений на территории Правобережного варианта
дхлмовка 4/3, 5/2) не выпадают из единой группы рассмотренной выше керамики (рис.
Зла керамика в сочетании с упомянутыми особенностями погребений маркирует
1 развитый период существования среднедонской катакомбной культуры (конкретнее,
-лебережного локального варианта).
3 данной связи необходимо обратиться к погребениям V обрядовой группы (одной
дг-х фиксирующихся и в восточных и в западных могильниках). Судя по данным
—ллпрафии, эти погребения в курганах Правобережного варианта либо следовали за
_ д : нениями VII обрядовой группы, либо являлись основными в насыпях. Облик
ее: во ждавшей их керамики в принципе, един. Это сосуды Отдела III Группы Г типа 3 и
-	пн: Д типа 2. Три горшка (Стояново 2/2, Караяшник 3/6, Герасимовка 6/1)
ддд*ентированы прочерченными линиями, образующими на средней части тулова
лЕденные» треугольники вершинами вверх (рис. 24, 9, 10, 11). Лишь один сосуд
гдлЕзка 1/3) орнаментирован по верхнему срезу горла двумя горизонтальными
нл дыми валиками (рис. 24, 7). Такие сосуды относятся исследователями к финальному
хп ггзвития среднедонской катакомбной культуры [Пряхин А.Д.. Матвеев Ю.П.,
л- - В.И., 1991, с. 15, рис.1; Синюк А.Т., 1996, с. 168, рис. 41]. Учитывая облик
-делен, к данной группе можно отнести также некоторые разрушенные погребения и
-лн (рис. 50, 3, 8; 52, 6).
I лнако, как следует из сказанного выше, погребения обрядовых групп IX и X иногда
длЕ-для еще более поздними в курганах, сопровождаясь при этом дополнительными
: .—дуй насыпей. В этих комплексах были встречены сосуды и с валиковой и с
-	-деленной орнаментацией.
“ленмущество прочерченной орнаментации на сосудах, завершающих
—гЕЛЕмфическую К0Л0НКу подкурганных катакомбных сооружений в могильниках
л :ележного варианта (Новая Усмань, курган 3; Ольховатка II, курган 3; Стояново,
ел 1 фис. 34, 6, 7, 8; 50, 8) и некоторых других [Матвеев Ю.П., 1998, с. 8-21],
;■ ел-ее считать прочерченную технику орнаментации прерогативой финала
	ее вания культуры. Но разница между сосудами с прочерченной и валиковой
_ гЕдзлией представляется все же не резкой, а предусматривающей постепенные
70

генетические изменения в облике керамики и, очевидно, относительно дол
параллельное существование тех и других форм.
На постепенные, поступательные процессы культурного развития насела
оставившего Памятники Правобережного варианта указывают комплексы с различна
типами керамики, смена погребальной обрядовости, предусматривающая промежуток
периоды и, прежде всего, облик керамического материала. При смене спосэ
орнаментации на сосудах практически неизменными остаются трехзонность размета
орнамента, горизонтальная или вертикальная елочка на нижней части и треугольнике 1
полуфестоны вершиной вверх - на средней.
Еще одним примером в подтверждении данных положений может служить курса
Зареченского могильника. Хорошо стратифицируемая насыпь демонстраэ
одновременность впускных захоронений с сосудами, орнаментированными и валика!
прочерченными линиями (рис. 28, 2; 39, 3; 48, 13). Причем все они были впуш^
насыпь с ямой-кенотафом, сопровождавшимся горшком орнаментированным налепэ
валиками (рис. 48, 5) и бронзовым ножом с подромбической расковкой черенка (рис.'
4), что является признаком позднего характера последнего.
На настоящий момент в погребениях Правобережного варианта выделяется п*
сосудов, отличающаяся от керамических серий, рассмотренных выше. В первую о^Щ
необходимо обратиться к материалам Сасовского могильника.
Три погребения из кургана 7 были интерпретированы как энеолитические. Я
Синюком отмечается архаизм сосуда (Сасовка 2/4) «сплошь украшенного личино*яи
вдавлениями, который в целом напоминает сосуды энеолитической среднестогшИ
культуры позднего этапа» [Синюк А.Т., 1983, с. 122], а скорченные на правом Щ
захоронения в ямах (Сасовка 2/3, 2/4), по мнению исследователя, «имеют чн
катакомбного влияния при сохранении в целом энеолитического облика сопровождав
их сосудов. Обрядовая разноликость Сасовских погребений объясняется сложны**
многом еще не расшифрованными, этническими процессами» [Синюк А.Т., 1983, с. ■
Новые исследования памятников среднедонской катакомбной культуры поза*
предположить неслучайность сочетания в одном кургане сосудов энеолитического оЯ
и катакомбной погребальной обрядовости.	I
В этой связи обращают на себя внимание материалы из курганов 2 и 3 ЗаречяЯ
могильника, в частности, керамика из погребений 2/7, 2/8 и из ровика кургана ЗЛ
сосуды с относительно типовым орнаментом и нетипичным морфологическим обв^Ё
Очень высокий раструбный венчик и приземистое округлое тулово выделяют их из оЯ
массива керамики Правобережного варианта. Погребения с такими сосудами явоЯ
основными (самыми ранними в системе подкурганных сооружений). В тех случаях.*
фиксировалась могильная конструкция (Заречье 2/7, 2/8) можно отметить ямы оба^Ё
размеров с едва отмеченным перепадом пола. Лишь на основании облика этих соо^яИ
в плане представилась возможность отнести их к могильным конструкциям тшшЯ
кургане 3 сосуд был встречен в ровике, который не являлся частью кургана, но бызг Я
ранним сооружением в насыпи (вернее, под ней).	I
Немаловажен еще один факт. В насыпях курганов 2 и 3 Зареченского могяЯ
были отмечены находки нескольких единиц керамики энеолитического (репияЯ
облика. Сам по себе этот факт был интерпретирован исследователями могильшЯ
случайность, связанная с возможными близлежащими поселениями этого времеэхЯ
данном контексте, с учетом материалов Сасовских курганов, фактор случаёззЯ
представляется ведущим.	1
71

/
Б го же время нельзя не отметить черты донецкой катакомбной культуры, которые
- - г--~>тг.я в погребениях Правобережного варианта: положение умершего на правом
: вытянутой правой рукой, левой - согнутой в локте; присутствие в захоронениях
вснно донецких кубков, кубковидных сосудов и типично донецкий орнамент
-л гчтрические круги) на раструбных горшках.
Безусловная самобытность и специфика керамического материала, положенная в
г среднедонских классических форм, характерна только для Правобережной
—	1~:гни распространения среднедонских катакомбных памятников. Разница в облике
—подчеркиваемая разницей погребальной обрядовости вряд ли может
_ .--лтъствовать о хронологической преемственности между Левобережным и
_i гележным локальными вариантами. Новый материал делает реальным
св лттжение о пересмотре содержания этапа становления культуры на двух разных
—	гг :тзях.
ББлчало формирования катакомбного обряда характеризовалось, безусловно,
-:_с военным переломом в традициях докатакомбного населения. Становление и
катакомбной общности в целом обусловило, очевидно, специфику и своеобразие
ллтнтвения катакомбного обряда и на рассматриваемой территории. Примерами,
змеиными в главе IV, была сделана попытка иллюстрации этого процесса. Подведем
звые итоги вышесказанному:
. Катакомбные памятники Среднего Дона представляют собой, по крайней мере, две
1~-~ые группы, отличающиеся друг от друга исходными линиями становления.
1 Формирование среднедонских катакомбных памятников не является, по всей
л_лети, результатом только внешней экспансии или автохтонного развития. Процессы,
— : г. злившие на Среднем Дону, носили более сложный характер, отражающий
_ г —ышальность культурообразования в эпоху средней бронзы.
Г- В результате анализа материала можно с достаточной долей уверенности говорить
л л импульсах воздействия на Средний Дон - донецком катакомбном и предкавказском
-злтчтком), обусловивших специфику локальных вариантов местной культуры. Причем
згйствовали в разное время и с разной силой.
- Вполне возможно, что специфика двух вариантов обуславливается также
лл ликой местного докатакомбного населения, чему служат подтверждением
л: гэчисленные пока группы наиболее ранних погребений, характерные для той или
I территории.
л заключении следует отметить, что хронологический диапазон существования
"л тур эпохи средней бронзы на Среднем Дону в целом соответствует последним
лллтоткам по данной проблематике. В связи с необходимостью дальнейшего анализа
_лзле донских катакомбных памятников с учетом их локальной специфики на данный
-ечл не представляется целесообразным вносить какие-либо коррективы в
ттггтвующие положения.
* * *
72

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Основные итоги изучения погребальных катакомбных памятников на территс:
Среднего Дона позволили придти к следующим выводам. История изучен
средне донской катакомбной культуры показывает сложность и неоднозначность дани:
культурного образования. Это нашло отражение в различных по своему содержат
характеристиках культуры. Историография вопроса показывает отсутствие един:
мнения на среднедонскую катакомбную культуру в целом и на ее отдельные проявлент
частности.
1.	В ходе проведенного исследования выявлено, что основной массив катакомсн
памятников, расположенный в Среднем Подонье, представляет собой своеобразны!
неоднородный конгломерат. Общий анализ погребений показал, что значительная их тт
формируется в достаточно многочисленные обрядовые группы по трем признакам: п
могильного сооружения, позе и положению рук погребенного. В дальнейшем выясни":
что восьми из десяти выделенных обрядовых групп присуща относительная устойчив::
ориентировки умерших, определенные ритуальные проявления и сопутствуют
погребальный инвентарь.
Картографирование основных типов могильных конструкций, керамичесы
материала и, впоследствии, выделенных обрядовых групп выявило определена
различия, характерные для «восточной» и «западной» территорий распространен
среднедонских катакомбных памятников. Удалось определить условную границу мен
ними по линии р. Битюг - Средний Дон (от устья р. Битюг).	—
Выявленные различия касаются, прежде всего, типов погребальных сооружен:
положения погребенного в могиле, керамических форм, в частности, приел
орнаментации сосудов.
2.	Особенности подкурганных катакомбных погребений среднедонского регион!
частности, наличие насыпей ямного и катакомбного времени, многообразие погребальн:
обряда, ареальная специфика распространения керамических типов обусловь
применение особого подхода к анализу выделенных обрядовых групп. Он заключаете
подробном рассмотрении каждой, отдельно взятой, насыпи, как единого погребальн:
комплекса. Необходимость этого была обусловлена еще и тем, что содержа
погребальных памятников среднедонской катакомбной культуры не исчерпываг
признаками представленных обрядовых групп. Довольно существенная часть погребен
не отвечает предложенным критериям их выделения; в том числе, существ;-
разрушенные захоронения, кенотафы, парные и коллективные погребения и т.д. С цен
определения места таких комплексов в общей структуре каждая насыпь (неразрушенЕп
несущая в себе стратиграфическую информацию) была проанализирована отдельно.
Стратиграфические наблюдения, общие для всего массива среднедон:н
катакомбных памятников выявили специфику сооружения курганных насыпей
восточном и западном регионах. Разрушенные погребения, кенотафы и :
маркирующиеся, прежде всего, керамическим материалом в большинстве св:
соответствовали единой системе подкурганных сооружений. Были выяв.те
стратиграфические закономерности помещения в насыпи захоронений тех или ен
обрядовых групп, присущие восточным и западным территориям.
3.	Итоги анализа сделали возможным заострить внимание на уже известно!
научной литературе гипотезе о существовании в рамках второго этапа развг:
73

/
~-—f шнекой катакомбной культуры двух различных территориальных групп
—аттиков.
Введение в оборот новых материалов и существенное расширение в связи с этим
-тчтории распространения памятников, интерпретируемых исследователями как
-zth г донские катакомбные, позволило уточнить территориальную градацию последних и
щ-щ-ъ два локальных варианта культуры: Правобережный и Левобережный.
При характеристике Левобережного варианта культуры была отмечена его
—синяя неоднородность, основанная на многообразии погребальной обрядовости и
-	- •• 1иальном различии керамических форм - раструбошейных сосудов со шнуровой
.ентацией и короткошейной керамики с елочно-гребенчатой.
5. Совпадающие ареалы распространения типичных для Левобережного варианта
д:в Отдела III группы В типов 1 и 2 в свободных от инокультурного влияния
чддиных комплексах позволили предположить хронологическую динамику изменения
ш сосудов. Если на раннем этапе раструбошейная керамика характеризуется плавным
:гом горла в тулово и орнаментируется горизонтальными линиями шнура,
длящимися до средней части тулова, то на относительно поздних сосудах отмечен
—~~-~~~ътй характер орнаментации. В основном это один-три налепных валика,
^дг-эших различные по композиционным построениям орнаментальные зоны.
Лги характеристике захоронений, в которых были встречены сосуды Отдела III
-	—В типа 1, отмечено их несомненное сходство с материалами бахмутского типа (по
Едатченко) или раннего этапа манычекой культурной группы (по А.М. Смирнову).
: проявляется в облике погребальных конструкций, основных обрядовых
гидах и особенностях форм сосудов. Тогда как в облике керамики Отдела III группы
лд 2. встреченной преимущественно в погребениях обрядовой группы V, отчетливо
-'сшивается генетическая преемственность от предыдущей группы; в силу чего она в
степени претендует на иллюстрацию второго этапа существования
д-чд: некой катакомбной культуры в рамках Левобережного варианта.
Здесь же, в восточных памятниках (конкретнее в курганах Павловского могильника)
гнпелена еще одна группа погребений, которая по предварительным заключениям
нть сопоставлена с позднеямными-раннекатакомбными материалами Нижнего
- Сдельный анализ погребений с керамикой с елочно-гребенчатой орнаментацией
длэвлен, прежде всего, тем, что такие сосуды не являются характерными только
годней культуры (что, по всей видимости, можно объяснить общестадиальностью
*: явления, периода взаимодействия древнеямных и катакомбных традиций).
	дн:;нне ареала распространения такого рода погребений позволило выявить их
тлю в восточной части среднедонского региона, ближе к Поволжью,
дгсэбленность захоронений с керамикой такого типа подтверждается, прежде
что в пределах рассматриваемой территории она ни разу не встречена в одном
денди с раструбошейными сосудами Отдела III. А стратиграфический анализ
: сдельно взятой насыпи показал единичность присутствия в одном кургане
тЕий. сопровождаемых этими сосудами. В тоже время нельзя не отметить общность
таких погребений (II и III обрядовые группы).
:гдуя приведенным в исследовании фактам, можно сделать вывод о том, что
годность погребений с елочно-гребенчатой керамикой предполагает, скорее;
1Д-н:г. существование групп населения, оставившего те и другие памятники,
чтд-:	подтверждением этого предположения является, в частности,
74

стратиграфическая ситуация в кургане 5 Герасимовского могильника (Праз: :--
вариант), когда можно с достаточной долей уверенности говорить tz.~
предшествовании захоронения с типичным харьковско-воронежским
захоронению с елочно-гребенчатым горшком, то, по меньшей мере, об одновте
их совершения.
7.	Памятники Правобережного варианта среднедонской катакомбной г
иллюстрируют собой, по мнению исследователей, второй и третий :-т_ы
существования. Погребения с сосудами Отдела III групп Г и Д соответствуют ?тт
этапам. Безусловная самобытность и специфика керамического материала, пот: в;
основу выделения среднедонских классических форм, характерна тс.ть:
Правобережной зоны распространения катакомбных памятников. Разница в
посуды, подчеркиваемая разницей погребальной обрядовости, вряд .тл
свидетельствовать о хронологической преемственности между восточными и зьг_
районами бассейна Среднего Дона.
На постепенные, поступательные процессы культурного развития Eirt':
оставившего памятники Правобережного варианта указывает, прежде веет:
погребального обряда, предусматривающая промежуточные периоды и, конечн:
керамического материала. При смене способов орнаментации на сосудах прггтгы
неизменной остается трехзонность размещения орнамента.
Полученные за последние годы материалы сделали возможным выделение ев д_в
территории немногочисленной группы керамики, явившейся основой формгтт:-
классической среднедонской посуды. Это сосуды Отдела III группы Б типа 6.
Отмеченные также в погребениях Правобережного варианта черты д:е;_
катакомбной культуры позволили выдвинуть предположение о различных г
формирования и становления двух вариантов среднедонской катакомбной культуры
8.	Таким образом, выделение локальных вариантов среднедонской катак:лг
культуры стало возможным в результате сравнения памятников западного и восттт:
регионов бассейна Среднего Дона. До настоящего исследования вновь появлявпы:.
Среднем Подонье катакомбные памятники сравнивались лишь с небольшим количег-
ранее известных погребений, считавшихся эталонными, и не сравнивались между
Безусловно, определение содержания Левобережного и Правобережного вариант::
может замыкаться в узких рамках рассматриваемого региона. Без подключения к азы
материалов сопредельных территорий вряд ли можно будет составить истев
представление о процессах, происходивших здесь в эпоху средней бронзы.
В работе определены общие направления изучения вопроса о станов.'.;:
дальнейшем развитии и содержании среднедонской катакомбной куль-
Окончательное решение проблемы - дело будущего.
* * *
75

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА
Архивные материалы
Аринчина Т.Ю. Отчет к Открытому листу N 279 об археологических исследованиях
:зского отряда экспедиции Воронежского педагогического института в Мичуринском
те Тамбовской области и Хохольском районе Воронежской области в 1987 г. // Архив
.АН.
Аринчина Т.Ю. Отчет об археологических исследованиях в Петропавловском районе
нежской области за 1988 г. /7 Архив ИА РАН.
Березуцкий В.Д. Отчет об археологических исследованиях в Воронежской области в
г. Архив ИА РАН.
Березуцкий В.Д. Отчет об археологических исследованиях в Воронежской области в
г Архив ИА РАН.
Березуцкий В.Д. Отчет об археологических исследованиях в Воронежской и
свской областях в 1991 г. // Архив ИА РАН.
Березуцкий В.Д. Отчет об археологических исследованиях в Воронежской области в
г Архив ИА РАН.
Березуцкий В.Д. Отчет об археологических исследованиях в Воронежской области в
г Архив ИА РАН.
Березуцкий В.Д. Отчет об археологических исследованиях в Воронежской области в
Архив ИА РАН.
Березуцкий В.Д. Отчет об охранных раскопках курганов в Воронежской области в
г Архив ИА РАН.
Березуцкий В.Д. Отчет об охранных раскопках курганов в Воронежской области в
: Архив ИА РАН.
Бессудное А.Н. Отчет об археологических исследованиях в Липецкой области в 1988
тгхдв ИА РАН.
Бессудное А.Н. Отчет об археологических исследованиях поселения Студеновка III в
: зеком районе Липецкой области в 1989 г. // Архив ИА РАН.
Бсйков А. А. Отчет о работе Южного отряда экспедиции Воронежского
тгпческого института в 1988 г. // Архив ИА РАН.
Бгйков А.А. Отчет об исследованиях в Богучарском районе Воронежской области в
г Архив ИА РАН.
Банников А.З. Отчет о раскопках Новохарьковского грунтового могильника в 1997 г.
ИА РАН.
Бенников А.З. Отчет о раскопках Новохарьковского грунтового могильника в 1998
-crxzB ИА РАН.
Гетманский С.А. Отчет об исследованиях кургана 1 курганной группы у с. Девица в
' Архив ИА РАН.
Бт.тченко А.Г. Отчет об археологических исследованиях в Валуйском районе
-детской области в 1988 г. // Архив ИА РАН.
Гтзмирчук И.А. Отчет о проведении спасательных работ в 1991 г. при раскопках
_Е2 1 у с. Филатовка Добровского района Липецкой области. // Архив ИА РАН.
Гззмирчук И.А. Отчет об археологических исследованиях в Липецкой области в
Архив ИА РАН.
76

Левенок В.П. Отчеты о полевых работах Верхне-Донской археологичесг
экспедиции ЛОИА АН СССР и Липецкого областного краеведческого музея в 1959-1-'
гг. // Архив ИА РАН.
Либеров П.Д. Отчет о работе Воронежского отряда Лесостепной скифсг
экспедиции в 1957 г. // Архив ИА РАН.
Либеров П.Д. Древняя история населения Подонья.- Дисс. докт. ист. наук. М., 19"
Архив ИА РАН.
Лылова М.И. Отчет об археологических исследованиях в Воронежской обласг*
1986 г. // Архив ИА РАН.
Мамонтов В.И. Отчет о работе Приволжского отряда ЛОИА АН СССР за 1968 :
Фонды ВОКМ.
Мамонтов В.И. Отчет о работе Приволжского отряда ЛОИА АН СССР за 1970 г
Фонды ВОКМ.
Мамонтов В.И. Отчет о работе Приволжского отряда ЛОИА АН СССР за 1971 г
Фонды ВОКМ.
Матвеев Ю.П. Отчет о раскопках могильника «Частые курганы» в 1981 г. // Apr
ИА РАН.
Матвеев Ю.П. История населения среднедонской катакомбной культуры. - Дг
канд. ист. наук. М., 1982. // Архив ИА РАН.
Матвеев Ю.П. Отчет о раскопках курганов у хут. Шкарин и у с. Малые Горкг
территории Воронежской области в 1989 г. // Архив ИА РАН.
Матвеев Ю.П. Отчет о раскопках курганов в Воронежской области в 1991 го~
Архив ИА РАН.
Моисеев Н.Б. Отчеты о работе Тамбовской археологической экспедиции за 191
1992 гг. // Архив ИА РАН.
Пряхин А.Д. Отчет раннего отряда археологической экспедиции Воронежем
университета за 1965 г. // Архив ИА РАН.
Пряхин А.Д. Отчет об археологических исследованиях за 1968 г. // Архив ИА РАН
Синюк А.Т. Отчет Девицкого отряда археологической экспедиции Воронежа^
университета за 1967 г. // Архив АН РАН.
Синюк А.Т. Отчет о работах археологической экспедиции Воронежем
педагогического института за 1993 г. // Архив ИА РАН.
Синюк А.Т. История населения Донской лесостепи в V-II тысячелетиях до н.э. >
1985.//Архив ИА РАН.
Скрипкин А.С. Отчет об археологических исследованиях за 1969 г. // Архив ИА РА
Шилов В.П. Отчет о раскопках Астраханской археологической экспедиции Л05
АН СССР под руководством В.П. Шилова в Михайловском районе Волгоградской облаг
за 1959 г. // Фонды ВОКМ.
Юргенсон М.П. Отчеты о раскопках за 1911-1913 гг. // Архив ЛОИА РАН.
Языков В.Н. Отчет о раскопках по р. Ведуге Землянского уезда Воронежем
губернии. // Архив ИА РАН.
77

Литература
Алекшин В.А. Погребальный обряд как археологический источник // КСИА. - 1980. -
:б7.
Атекшин В.А. Социальная структура и погребальный обряд древнеземледельческих
-Аеств.-Л., 1986.
Аринчина Т.Ю. Культовая керамика среднедонской катакомбной культуры //
-мелование памятников археологии Восточной Европы. - Воронеж, 1988.
Артамонов М.И. Раскопки курганов в долине реки Маныча в 1995 г. // С А. - 1937. -
дл IX.
Артамонов М.И. К вопросу об этногенезе в советской археологии // КСИИМК. -
-- - Вып. XXIX.
Артамонов М.И. Совместные погребения в курганах с окрашенными костяками //
1954.-NN7,8.
.Артеменко И.И. Племена Верхнего и Среднего Поднепровья в эпоху бронзы. - М.,
.Артеменко И.И. Среднеднепровская культура // Археология Украинской ССР. - 1985.
гч_
Бадер О.Н. Проблема смещения ландшафтных зон в голоцене и археология //
--ТЗССЫТНЫЙ человек и природная среда. - М., 1974.
Бадер О.Н., Халиков А.Х. Балановская культура // Эпоха бронзы лесостепной полосы
-М., 1987.
Баринов Д.Г. Новые погребения эпохи средней бронзы в Саратовском Заволжье //
raza и исследование памятников археологии Саратовской области в 1995 г. - Саратов,
Безз Н.С., Коржов Н.И., Чистоклетов Г.Ф. География Воронежской области. -
т:=еж 1973.
Березанская С.С. Северная Украина в эпоху бронзы. - Киев, 1982.
Березанская С.С., Шапошникова О.Г. Рецензия на книгу Т.Б. Поповой «Племена
дгазлмбной культуры» // СА. - 1957. - N 2.
Березанская CjC. О ремесле в эпоху бронзы на территории Украины // Культурный
-	—есс в эпоху бронзы и раннего железного века: Тез. докл. науч. конф. - Ереван, 1982.
Березуцкая Т.Ю. К проблеме изучения среднедонской катакомбной культуры // Тез.
•дт. науч. конф. - Липецк, 1995.
Березуцкая Т.Ю. Катакомбные погребения кургана 1 Лесковского могильника //
г алогические исследования высшей педагогической школы. - Воронеж, 1996.
Березуцкая Т.Ю. Погребение среднедонской катакомбной культуры с сосудом
нгннназско-балановского облика // Археология Центрального Черноземья и
—сдельных территорий. - Воронеж, 1999.
Березуцкая Т.Ю. Погребения эпохи бронзы из Новочигольского кургана // Проблемы
-	бассейна Дона. - Воронеж, 1999.
Березуцкая Т.Ю., Березуцкий В.Д. Архиповские курганы // Археологические
	" --ни Восточной Европы. - Воронеж, 2002.
Беседин В.И. Воронежская культура эпохи бронзы // Эпоха бронзы
.—:лн о европейской лесостепи. - Воронеж, 1984.
Беседин В.И. Погребения Воронежской культуры эпохи бронзы // Археологические
		—ддки эпохи бронзы Восточноевропейской лесостепи. - Воронеж, 1986.
78

Беседин В.И. Воронежская археологическая культура эпохи бронзы: Автореф. ка!
дисс. - Киев, 1988.
Беседин В.И. Традиции ориентировок катакомбных погребений Среднего Дона
Теория и методика исследований археологических памятников лесостепной зоны. - Т
докл. науч. конф. - Липецк, 1992.
Бочкарев В.С. Культурогенез и развитие металлопроизводства в эпоху поздн
бронзы по материалам южной половины Восточной Европы // Древние индоиранск
культуры Волго-Уралья II тыс. до н.э. - Самара, 1995.
Братченко С.Н. Периодизация памятников средней бронзы бассейна Нижнего Дона
Автореф. канд. дисс. - Киев, 1969.
Братченко С.Н. К вопросу о сложении бабинской культуры многоваликов
керамики // Вильнянские курганы в Днепровском Надпорожье. - Киев, 1974.
Братченко С.Н. Нижнее Подонье в эпоху средней бронзы. - Киев, 1976.
Братченко С.Н., Шапошникова О.Г. Катакомбная культурно-историческая общнос
// Археология Украинской ССР. - Киев, 1985.
Братченко С.Н. Катакомбные культуры Северского Донца и Северо-Восточно
Приазовья // Проблемы охраны и исследования памятников археологии в Донбассе. - Т
докл. науч. конф. - Донецк, 1989.
Братченко С.Н., Швецов М.Л. Северскодонецкие памятники катакомбной культу;
нар. Красная // Катакомбные культуры Северного Причерноморья. - Киев, 1991.
Брюсов А.Я. Очерки по истории племен Европейской части СССР в неолитически
эпоху. - М., 1952.
Валукинский Н.В. По следам древних предков. - Воронеж, 1940.
Валукинский Н.В. Материалы к археологической карте территории г. Воронежа
СА. - 1948. - Вып. X.
Вангородская О.Г., Санжаров С.Н. Погребения донецкой катакомбной культу;
Николаевского могильника с украшениями // Катакомбные культуры Северна
Причерноморья. - Киев, 1991.
Васильев И.Б. Среднее Поволжье в эпоху ранней и средней бронзы (ямные
полтавкинские племена) // Древняя история Поволжья. - Куйбышев, 1979.
Васильев И.Б. Энеолит Поволжья. - Куйбышев, 1981.
Васильев И.Б., Синюк А.Т. Энеолит Восточноевропейской лесостепи. - Куйбыпв
1985.
Виноградов А.В. Опыт реконструкции керамических комплексов древних поселеа
по фрагментам // Проблемы реконструкции в археологии. - Новосибирск, 1985.
Гей А.Н. Переход от неолита к бронзовому веку в степной полосе Северна
Причерноморья (о роли мариупольской провинции в формировании степш
скотоводческих культур эпохи бронзы). - Автореф. канд. дисс. - М., 1985.
Генинг В.Ф. Этнический прогресс в первобытности. - Свердловск, 1970.
Генинг В.Ф. Программа статистической обработки керамики из археологичесп
раскопок // С А. - 1973. - N 1.
Генинг В.Ф. Проблема соотношения археологической культуры и этноса // Проблей
этнографии Удмуртии. - Ижевск, 1976.
Генинг В.Ф. Археологическая культура - социально-исторический организм
центральная категория археологического познания: К разработке теории археологичесп
культуры // Исследования социально-исторических проблем в археологии. - Киев, 1987.
79

Генинг В.Ф. Структура археологического познания (проблемы социально-
.—днческого исследования). - Киев, 1989.
Ггнинг В.Ф., Борзунов В.А. Методика статистической характеристики и
--^-единого анализа погребального обряда // ВАУ. - Вьш. 13. - Свердловск, 1975.
Генинг В.Ф., Бунятян Е.П., Пустовалов С.Ж., Рычков Н.А. Формализованно-
згтические методы в археологии (анализ погребальных памятников). - Киев, 1990.
Генинг В.В., Генинг В.Ф. Метод определения древних традиций ориентировок
—есенных по сторонам горизонта // Археология и методы исторических реконструкций,
з- 1985.
Гершкович Я.П., Шепеш Е.А. Макеевский курганный могильник эпохи бронзы //
гзнешпие скотоводы степей юга Украины. - Киев, 1987.
Ггродцов В.А. Результаты археологических исследований в Изюмском уезде
^ззгзекой губернии 1901 г. // Труды XII АС. - М., 1905. - Т. I.
Г:родцов В.А. Результаты археологических исследований в Бахмутском уезде
_”ннославской губернии 1903 г. // Труды XIII АС. - М., 1907. - Т. I.
Г:родцов В.А. Культуры бронзовой эпохи в Средней России. - М., 1916.
Г:родцов В.А. Археологическая классификация // Никольский В.К. Очерки
-з::ьггной культуры. - М-Пб., 1924.
Ггзодцов В.А. Типологический метод в археологии // Антология советской
г: ::лш. - М., 1995. - Т. I.
Григорьев С. А. Проблема культурных трансформаций в Урало-Ишимском
иштечье // Археология Волго-Уральских степей. - Челябинск, 1990.
Сремов И.И. Грунтовые могильники эпохи средней бронзы Белогорское 1-П // Охрана
. звание памятников археологии Саратовской области. - Саратов, 1996.
Ггемов И.И. Материалы из курганов у с. Березовка Энгельского района и некоторые
—:	социокультурных реконструкций эпохи поздней бронзы. - Саратов, 1997.
Гззокимов Г.Л. Погребения эпохи ранней и средней бронзы Астаховского
-_ззника // Катакомбные культуры Северного Причерноморья. - Киев, 1991.
Ггзров В.Г. Классификация курильниц катакомбной культуры // Статистико-
'гЕзторные методы в археологии. - М., 1970.
Гднменко П.П. Жилище времени бронзы, открытое на пойме Дона в окрестностях
—гегк У ПИДО. - 1934. - N 5.
Замятин С.Н. Археологические исследования в Острогожском и Россошанском
з июне-июле 1925 г // Известия Воронежского краеведческого общества. - Воронеж,
-N2.
Иерусалимская А.А. О предкавказском варианте катакомбной культуры // СА. - 1958.
!1ззлюв М.В. Памятники катакомбного типа на Верхнем Дону // Проблемы
з:гии бассейна Дона. - Воронеж, 1999.
Г_1менецкий И.С. Археологическая культура - ее определение и интерпретация // СА.
~ - N 2.
Г-зменецкий И.С. К теории слоя // Статистико-комбинаторные методы в археологии.
J.
Гзменецкий И.С. Код для описания погребального обряда // Древности Дона. - М.,
Гзмгнецкий И.С. Код для описания погребального обряда (часть вторая) //
п.тггические открытия на новостройках. - М., 1986. - Вьш. I.
80

Каменецкий И.С., Маршак Б.И., Шер Я.А. Анализ археологических источник:
возможности формализованного подхода. - М., 1975.
Карагодин Н.И. Новые находки бронзового века в Шелаево // СА. - 1977. - N 2.
Качалова Н.К. Курганы у с. Нижняя Ведуга по раскопкам Н.П. и М.П. Юргенсон
1911-1912 гг. // АСГЭ. - 1966. - N 8.
Качалова Н.К. Ильменские курганы // АСГЭ. - 1970. - N 2.
Качалова Н.К. О локальных различиях полтавкинской культурно-историческ
общности // АСГЭ. - 1983. - N 24.
Кияшко В.Я. Нижнее По донье в эпоху энеолита и ранней бронзы. - Автореф. кан
дисс. - М., 1974.
Кияшко А.В. Ранний этап катакомбной культуры на Дону. - Автореф. канд. дисс
М., 1990.
Кияшко А.В. Происхождение катакомбной культуры Нижнего Подонья. - Волгогр:
1999.
Клейн Л.С. Катакомбные памятники эпохи бронзы и проблема выделен
археологических культур // С А. - 1962. - N 2.
Клейн Л.С. Проблема определения археологической культуры // СА. - 1970. - N 2.
Клейн Л.С. Катакомбная культура или катакомбные культуры? //Статистик
комбинаторные методы в археологии. - М., 1970.
Клейн Л.С. Археологические источники. - Л., 1978.
Клименко В.Ф. Курганные древности Северского Донца. - Енакиево, 1997.
Ковалева И.Ф. Север степного Поднепровья в среднем бронзовом веке.
Днепропетровск, 1991.
Ковалева И.Ф., Марина З.П. Раскопки курганов эпохи бронзы в Нижнем Присамаз
// Курганы степного Поднепровья. - Днепропетровск, 1980.
Копылов В.П. О транспортных сухопутных коммуникациях проходящих через делк
Дона в скифское время // Проблемы скифо-сарматской археологии Северна
Причерноморья: Тез. докл. науч. конф. - Запорожье, 1994.
Кореневский С.Н. О металлических ножах ямной, полтавкинской и катакомбш
культур // С А. - 1978. - N 2.
Кореняко В.А. О методике изучения погребений со скорченными скелетами // СА
1984. -N3.
Корнюшин Г.И. Археологические памятники в Аннинском районе Воронежсп
области (материалы к археологической карте) // Либеров П.Д. Племена Среднего Донг
эпоху бронзы. - М., 1964.
Котельников В.Л. Южная полоса европейской части СССР. - М., 1963.
Кривцова-Гракова О.А. Генетическая связь ямной и катакомбной культур // Труэ
ГИМ. - 1938. - Вып. XIII.
Круглов А.П., Подгаецкий Г.В. Родовое общество степей Восточной Европы // Из
ГАИМК.- 1933. -Вып. 119.
Кудрявцева О.М. Сравнительный анализ эмпирических характеристик катакомбш
культуры // Исследование социально-исторических проблем в археологии. - Киев, 1987.
Кузнецов П.В. Полтавкинская культурно-историческая общность. - Свердлова
Куйбышев, 1989.
Кузьмина Е.Е. Происхождение индоиранцев в свете новейших археологичесп
данных // Этнические проблемы истории Центральной Азии в древности. - М., 1981.
81

Кузьмина О.В., Турецкий М.А. Курган у села Надеждинка в Заволжье // Проблемы
еологического изучения Доно-Волжской лесостепи. - Воронеж, 1989.
Латынин Б.А. Курганные погребения так называемого катакомбного типа: Тез. дисс.
. 1929.
Латынин Б.А. К вопросу о памятниках с так называемой «многоваликовой
амикой» // АСГЭ. - 1964. - Вып. 6.
Леонова Н.Б., Смирнов Ю.А. Погребение как объект формального анализа // КСИА. -
- Вып. 148.
Либеров П.Д. Племена Среднего Дона в эпоху бронзы. - М., 1964.
Лопатин В.А., Якубовский Г.Л. Усть-Курдюмский курганный могильник //
геологические вести. - Саратов, 1993. - Вып. 1.
Ляхов С.В. Уникальное погребение эпохи средней бронзы из кургана у пос.
тожевка // Охрана и исследование памятников археологии Саратовской области. -
нов, 1996.
Ляхов С.В., Матюхин А.Д. Новые памятники эпох ранней и средней бронзы из
глнов у сел Новая Квасниковка и Большая Дмитриевка // Древняя история населения
го-Уральских степей. - Оренбург, 1992.
Мамонтов В.И. Погребения эпохи бронзы Глазуновского курганного могильника //
-1981. -N 1.
Мамонтов В.И. Памятники эпохи бронзы Волго-Донского междуречья // Древняя и
невековая история Нижнего Поволжья. - Саратов, 1986.
Мамонтов В.И. К вопросу о социальной стратификации катакомбного населения
гэ-Донского междуречья // Древнейшие общности земледельцев и скотоводов
ерного Причерноморья V тыс. до н.э. - V в. н.э.// Материалы международной
геренции. - Кишинев, 1990.
Мамонтов В.И. Погребение катакомбной культуры Первомайского курганного
зльника // Археологическое наследие Саратовского края. Охрана и исследования в
: г. - Саратов, 1997. - Вып. 2.
Марковин В.И. Культура племен Северного Кавказа в эпоху бронзы (II тыс. до н.э.) //
А. - 1960.-N93.
Маршак Б.И. К разработке критериев сходства и различия керамических комплексов
гхеология и естественные методы. - М., 1965.
Массон В.М. Исторические реконструкции в археологии. - Самара, 1996.
Матвеев Ю.П. Позднекатакомбные погребения в кургане у пос. Ольховатка //
гглогия Восточноевропейской лесостепи. - Воронеж, 1979.
Матвеев Ю.П. Культурно-историческая оценка памятников с многоваликовой
2-шкой (по материалам погребальных памятников среднедонской катакомбной
туры) // Археология Восточноевропейской лесостепи. - Воронеж, 1980.
Матвеев Ю.П. История населения среднедонской катакомбной культуры. - Автореф.
лисе. - М., 1982.
Матвеев Ю.П. О происхождении среднедонской катакомбной культуры //
Алогические памятники эпохи бронзы Восточноевропейской лесостепи. - Воронеж,
Матвеев Ю.П. Среднедонская катакомбная культура: происхождение, периодизация,
лейшая судьба // Проблемы изучения катакомбной культурно-исторической общности.
докл. всесоюз. семинара. - Запорожье, 1990.
82

Матвеев Ю.П. К проблеме взаимосвязи донецкой и среднедонской катакомбЕ
культур // Эпоха бронзы Доно-Донецкого региона. Материалы украинско-российске
полевого археологического семинара. - Луганск, 1995.
Матвеев Ю.П. Катакомбно-абашевское взаимодействие и формирование сруби
общности // Доно-Донецкий регион в эпоху средней и поздней бронзы. - Воронеж, 1998.
Матвеев Ю.П., Синюк А.Т. Новые материалы к изучению бронзового века
Среднем Дону // СА. - 1977. - N 1.
Матвеев Ю.П., Медведев А.П. Курганы у с. Караяшник на территории Воронеже*:
области // Археология Восточноевропейской лесостепи. - Воронеж, 1979.
Матвеев Ю.П., Медведев А.П. Некоторые особенности культурогенеза в Донсе
лесостепи // Проблемы взаимодействия населения лесной и лесостепной з.
Восточноевропейского региона в эпоху бронзы и раннем железном веке // Тез. докл. ны
конф. - Тула, 1993.
Матвеев Ю.П., Тихонов Б.Г. Исследования могильника у с. Караяшник // Эпс
бронзы Восточноевропейской лесостепи. - Воронеж, 1984.
Матвеев Ю.П., Цыбин М.В. Таганский грунтовой могильник // Проблемы археолог
бассейна Дона. - Воронеж, 1999.
Мельник В.И. К вопросу о культурно-типологическом соотношении катакомбных
полтавкинских комплексов // Проблемы эпохи бронзы Юга Восточной Европы.- Тез. ны
конф.-Донецк, 1979.
Мельник В.И. Особые виды погребений катакомбной общности. - М., 1991.
Мельник Е.Н. Раскопки курганов в Харьковской губернии в 1900-1901 гг. // Тру:
XII АС.-М., 1905.-Т. I.
Мерперт Н.Я. Древнейшие скотоводы Волжско-Уральского междуречья. - М., 197—
Мерперт Н.Я. Из истории древнеямных племен // Проблемы археологии Евразиг
Северной Америки. - М., 1977.
Мильков Ф.Н. Лесостепь русской равнины. - М-Л., 1950.
Мильков Ф.Н. Несколько слов в защиту лесостепной географической зоны // ИВГС
1957. - Вып. 6.
Мильков Ф.Н. Природные зоны СССР. - М., 1977.
Минаева Т.М. Курган близ с. Нижняя Грязнуха на р. Иловле // ПИДО. - 1934. - N
7,8.
Москаленко А.Н. Памятники эпохи бронзы на Верхнем и Среднем Дону // КСИА
1952. - Вып. XIII.
Москаленко А.Н. Памятники древнейшего прошлого Верхнего и Среднего Доне
Воронеж, 1955.
Москаленко А.Н., Пряхин А.Д. Новые данные о поселениях эпохи бронзы :
Верхнем и Среднем Дону // Либеров П.Д. Племена Среднего Дона в эпоху бронзы. -
1964.
Мунчаев Р.М. Кавказ на заре бронзового века. - М., 1975.
Нечитайло А.Л. Верхнее Прикубанье в бронзовом веке. - Киев, 1978.
Нечитайло А.Л. Суворовский курганный могильник. - Киев, 1979.
Николаева Н.А., Сафронов В.А. Древнейшая катакомбная культура Северна
Кавказа и проблема появления катакомбного обряда в Восточной Европе // Катакомбы
культуры Северного Кавказа. - Орджоникидзе, 1981.
83

Николаева Н.А., Сафронов В.А. Происхождение катакомбного обряда в Восточной
-:де // Проблемы эпохи бронзы Юга Восточной Европы. - Тез. докл. науч. конф. -
1979.
Эльховский В.С. Погребально-поминальная обрядность в системе взаимосвязанных
-итий // СА. - 1986. - N 1.
Эльховский В.С. Погребальная обрядность (содержание и структура) // СА. - 1993. -
1трощенко В.В., Пустовалов С.Ж. Моделирование лица по черепу у племен
iмбной общности // Религиозные представления в первобытном обществе. - Тез.
л науч. конф. - Киев, 1987.
Пестрикова В.И. Замечания к проблеме разработки концепции погребального обряда
гчтология Волго-Уральских степей. - Челябинск, 1990.
Петренко Е.Н. Исследования курганов энеолита-бронзы в бассейне р. Оскол //
- алогические исследования в Центральном Черноземье в 12 пятилетке. - Тез. докл.
я юнф. - Белгород, 1990.
Ногорелов В.И. Поселение Терновое в лесостепном Подонье // Эпоха меди Юга
~:чной Европы. - Куйбышев, 1984.
Пэгорелов В.И. Ширяевский могильник бронзового века на Среднем Дону // СА. -
: -N 1.
Пэгорелов В.И. Раскопки курганов на юге Воронежской области // Археологические
_ _ттн2ки на европейской территории СССР. - Воронеж, 1985.
Пэгорелов В.И. Погребения катакомбного типа 2-го Павловского могильника //
_:тлование памятников археологии Восточной Европы. - Воронеж, 1988.
Ногорелов В.И. Ямно-катакомбные погребения Среднего Дона // С А. - 1989. - N 2.
Пэгорелов В.И. Петропавловский грунтовой могильник эпохи бронзы на р.
* дневке // Проблемы археологического изучения Доно-Волжской лесостепи. -
-:неж, 1989.
Погорелов В.И. Курганы эпохи бронзы Стояновского могильника // РА. - 1996. - N 1.
Подгаецкий Г.В. Предскифский период на Среднем Дону. Тез. докл. дисс. //
ЭППС. - 1946. - Вып. XIII.
Попова Т.Б. Этапы развития и локальные варианты катакомбной культуры // СА. -
: -Вып. XIII.
Попова Т.Б. Племена катакомбной культуры. - М., 1955.
Пряхин А.Д. К вопросу о памятниках раннекатакомбного типа на Верхнем и Среднем
-г Вопросы истории славян. - Воронеж, 1966.
Пряхин А.Д. История населения Верхнего и Среднего Подонья во II - начале I тыс. до
- Азтореф. канд. дисс. - Воронеж, 1966.
Пряхин А.Д. Поселения катакомбного времени в лесостепном Подонье. - Воронеж,
Пряхин А.Д., Синюк А.Т. Новые материалы по неолиту и энеолиту Среднего Дона с
__о: некого поселения // Энеолит Восточной Европы. - Куйбышев, 1980.
Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П. Новоусманский могильник эпохи бронзы в Воронежской
гдетн // Древняя история Поволжья. - Куйбышев, 1979.
Пряхин А.Д., Синюк А.Т. Курган эпохи бронзы у пос. Хохольский // СА. - 1983. - N
84

Пряхин А.Д., Цыбин М.В. Раскопки многослойного Семилукского городишь
Археологические памятники эпохи бронзы Восточноевропейской лесостепи. - Вороне
1986.
Пряхин А.Д., Халиков А.Х. Абашевская культура // Археология СССР. Эпоха брсэ
лесной полосы СССР. - М., 1987.
Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П. Курганы эпохи бронзы Побитюжья. - Воронеж, 1988.
Пряхин А.Д., Беседин В.И. О выделении воронежской культуры эпохи бронзы /. I
- 1988.-N3.
Пряхин А.Д., Беседин В.И. Воронежская археологическая культура // Археолог
Восточноевропейской степи. - Саратов, 1989.
Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., Беседин В.И., Левых Г.А. Кондрашкинский курган
Воронеж, 1989.
Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., Беседин В.И. Новостроечные раскопки древа
курганов в Воронежской области. - Воронеж, 1990.
Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., Разуваев Ю.Д. Усманский курган. - Воронеж, 1990.
Пряхин А.Д., Матвеев Ю.П., Беседин В.И. Среднедонская катакомбная культу:
происхождение, этапы развития. - Воронеж, 1991.
Проблемная ситуация в археологии. - Киев, 1988.
Пустовалов С.Ж. К вопросу о социальной стратификации у носителей катакомба
культуры Северного Причерноморья // Катакомбные культуры Северного Причерномсз
-Киев, 1991.
Пустовалов С.Ж. К методике периодизации катакомбной культуры по данав
погребального обряда // Новые методы археологических исследований. - Киев, 1982.
Рау П.Д. Исследование древних культур Нижнего Поволжья // Нижнее Поволжье
Саратов, 1928.
Рыков П.С. К вопросу о культурах бронзовой эпохи в Нижнем Поволжье. - Сараг:
1927.
Рыков П.С. Очерки по истории Нижнего Поволжья (по археологичесп
материалам). - Саратов, 1936.
Рычков Н.А. Статистический анализ погребального обряда ямной культуры // Теоэ
и методы археологических исследований. - Киев, 1982.
Санжаров С.Н. Катакомбная культура на территории Северо-Восточного Приазовы
Автореф. канд. дисс. - Киев, 1991.
Санжаров С.Н. Погребения донецкой катакомбной культуры с игральными костяке
СА,- 1988.-N 1.
Санжаров С.Н. Позднекатакомбные погребения из Северо-Западного Приазовы
Катакомбные культуры Северного Причерноморья. - Киев, 1991.
Санжаров С.Н. К вопросу о культурно-хронологическом членении катакомбы
памятников Северского Донца // С А. -1991. - N 3.
Сафронов В.А. Классификация и датировка памятников бронзового века Северне
Кавказа // Вопросы охраны, классификации и использования археологических памятник:
Сообщения. - М., 1974. - Вып. 7.
Синицын И.В. Археологические исследования Заволжского отряда (1951-1953 гг.
МИА. - 1959. - N 60.
Синицын И.В. Древние памятники Восточного Маныча. - Саратов, 1978. - Ч. I, II.
Синюк А.Т. У истоков древнейших скотоводческих культур // Археолог
Восточноевропейской лесостепи. - Воронеж, 1979.
85

Синюк А.Т. Репинская культура эпохи энеолита-бронзы в бассейне Дона // СА. -
- N 4.
Синюк А.Т. Сасовские курганы на р. Потудани // Древние памятники на территории
:чной Европы. - Воронеж, 1983.
Синюк А.Т. Курганы эпохи бронзы Среднего Дона. - Воронеж, 1983.
Синюк А.Т. Об энеолитических могильниках лесостепи (бассейн среднего Дона) //
1984.-N3.
Синюк А.Т. Население бассейна Дона в эпоху энеолита. - Воронеж, 1986.
Синюк А.Т. Погребения ямной и катакомбной культур Первого Власовского
зника // Проблемы археологического изучения Доно-Волжской лесостепи. -
Ееж, 1989.
Синюк А.Т. Древние погребения мастеров по изготовлению каменных наконечников
з степном Придонье // Древняя история населения Волго-Уральских степей. -
:ург, 1992.
Синюк А.Т. Нижнесторожевская стоянка и некоторые вопросы изучения
пиеской культуры // Археология Доно-Волжского бассейна. - Воронеж, 1993.
Синюк А.Т. Древнеямная культура лесостепного Дона // Тез. докл. науч. конф. -
гк. 1995.
Синюк А.Т. Бронзовый век бассейна Дона. - Воронеж, 1996.
Синюк А.Т. О грунтовых могильниках эпохи бронзы на Дону // Проблемы
логии бассейна Дона. - Воронеж, 1999.
Синюк А.Т. Курган у с. Новохарьковка // Археология Центрального Черноземья и
дельных территорий. - Тез. докл. науч. конф. - Липецк, 1999.
Синюк А.Т., Козмирчук И.А. Некоторые аспекты изучения абашевской культуры в
2не Дона (по материалам погребений) // Древние индоиранские культуры Волго-
ЛгД Щ тыс. до н.э.). - Самара, 1995.
Синюк А.Т., Березуцкий В.Д. Погребения эпохи бронзы Второго и Третьего
:зских могильников // Археологические исследования высшей педагогической
Воронеж, 1996.
Синюк А.Т., Погорелое В.И. Пасековский курганный могильник эпохи бронзы на
-ем Дону//СА. - 1985. -N3.
Синюк А.Т., Погорелов В.И. Курган N 16 Власовского могильника // Погребальные
“ники эпохи бронзы лесостепной Евразии. - Уфа, 1993.
Смирнов А.П. К вопросу об археологической культуре // СА. - 1964. - N 4.
Смирнов А.М. Катакомбные культуры в бассейне Северского Донца. - Автореф. канд.
-Л.. 1987.
Г мирное А.М. Курганы и катакомбы эпохи бронзы на Северском Донце. - М., 1996.
I мирное Ю.А. Погребения мастеров-изготовителей древков стрел и кремневых
ечников стрел // Древности Дона. - М., 1983.
С эрокина И.А. Курганные могильники низовьев р. Сал в срубное время // Древности
- М„ 1983.
Спиридонова Е.А. Эволюция растительного покрова бассейна Дона в верхнем
лгдене-голоцене. - М., 1991.
Гттицын А.А. Курганы с окрашенными костяками // ЗРАО. - 1899. - Т. XI - Вып. 1, 2.
Телегин Д.Я. Среднестоговская культура эпохи меди (на украинском языке). - Киев,
86

Телегин Д.Я. Об основных позициях погребенных первобытной эпохи европейс!
части СССР // Энеолит и бронзовый век Украины. - Киев. 1976.
Тихонов Б.Г., Матвеев Ю.П. Университетские поселения среднедонсз
катакомбной культуры в пойме р. Воронеж // Эпоха бронзы Волго-Уральской лесостед
Воронеж, 1981.
Трифонов В.А. Степное Прикубанье в эпоху энеолита - средней бред
(периодизация) // Древние культуры Прикубанья. - Л., 1991.
Тименков Д.М. Погребения эпохи средней бронзы могильника Крутеп
Археологическое наследие Саратовского края. Охрана и исследования в 1996 г. - Сараи
1997.
Филипченко В.В. К вопросу о происхождении Волго-Донской катакомбной куль”
// Тез. докл. науч. конф. - Запорожье, 1994.
Фисенко В.А. Памятники катакомбной культуры у станции Петров Вал // СА. - !*■
- N 4.
Фисенко В.А. Погребальный обряд катакомбной культуры Юго-Востока
Археологический сборник Саратовского университета. - Саратов, 1966.
Фисенко В.А. О происхождении и хронологии катакомбной культуры // Учеса
пособие по курсу истории СССР. - Саратов, 1966.
Фосс М.Е. Раскопки стоянок на реке Осколе // Труды ГИМ. -1941. - Вып. XII.
Халиков А.Х. Древняя история Среднего Поволжья. - М., 1969.
Чередниченко Н.Н., Пустовалов С.Ж. Боевые колесницы и колесничие в общее:
катакомбной культуры (по материалам раскопок в Нижнем Поднепровье) // СА-1991. -v
Черных Е.Н. Древнейшая металлургия Урала и Поволжья. - М., 1970.
Чмыхов Н.А. Первые государства в Степи-Лесостепи: предпосылки возникновеЕЗ
Теория и методика исследований археологических памятников. - Тез. докл. науч. коег
Липецк, 1992.
Шапошникова О.Г. Катакомбная культурно-историческая область. - М., 1969.
Шапошникова О.Г. Племена катакомбной культуры // История Украинской СС7
Киев, 1981. -Т. I.
Шапошникова О.Г., Бочкарев В.С., Шарафутдинова И.Н. О памятниках эпохи мед
ранней бронзы в бассейне р. Ингул // Древности Поингулья. - Киев, 1977.
Шеппинг Д.О. Известия о раскопках двух майданов в Воронежской губерндз
Древности. - 1968. - Т. I.
Шер Я.А. Интуиция и логика в археологическом исследовании (к формализад
типологического метода в археологии) // Статистико-комбинаторные методы
археологии. - М., 1970.
Шилов В.П. Очерки по истории древних племен Нижнего Поволжья. - Л., 1975.
Шилов В.П. Проблема происхождения предкавказской катакомбной культуры
Проблемы древней истории Северного Причерноморья и Средней Азии (эпоха бронзы
раннего железа). - Л., 1990.
Шилов Ю.А. Прародина ариев. - Киев, 1995.
Шоков А.Ф. Памятники эпохи бронзы на территории Верхнего Дона // Извед
ВГПИ. - Воронеж, 1960. - Т. XXXI.
Шрамко Б.А. Древнейшее изделие из кричного железа в Восточной Еврок
Древнейшие общности земледельцев и скотоводов Северного Причерноморья (V тыс
н.э. - V в. н.э.). - Тез. докл. науч. конф. - Киев, 1991.
87

Шульгин А. Археологические исследования в Орловском крае // Труды ОУАК. -
-е.- 1906.
Юдин А.И., Матюхин А.Д., Захариков А.П., Касанкин Г.И. Раннесрубные курганные
1лъники Золотая Гора и Кочетное и проблемы формирования срубной культуры
л=зего Поволжья // Охрана и исследование памятников археологии Саратовской области
::5 г. - Саратов, 1996.
Яровой Е.В. Древнейшие скотоводческие племена юго-запада СССР. - Кишинев,
* * *
АО
АС
АСГЭ
ЗАУ
ЗГУ
згпи -
ЗГПУ
зокм
Г.АИМК -
гим
ИА РАН -
ивго
КСИА
КСИИМК -
ЛОИА
МИА
ОУАК
ПИДО
РА
СА
САН
ТГЭ
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
Археологические открытия
Археологический съезд
Археологический сборник Государственного Эрмитажа
Вопросы археологии Урала
Воронежский государственный университет
Воронежский государственный педагогический институт
Воронежский государственный педагогический
университет
Волгоградский областной краеведческий музей
Государственная Академия истории материальной
культуры
Государственный Исторический музей
Институт археологии Российской академии наук
Исследования Всероссийского Географического
общества
Краткие сообщения института археологии
Краткие сообщения института Истории материальной
культуры
Ленинградское отделение Института археологии
Материалы и исследования по археологии
Орловская ученая архивная комиссия
Проблемы истории докапиталистических обществ
Российская археология
Советская археология
Свод археологических источников
Труды Государственного Эрмитажа
88

СПИСОК ПАМЯТНИКОВ
1.	Архиповский курганный могильник, 2000, 2001 гг., раскопки В.Д. Берез;г:
[Березуцкий В.Д., 2000; 2001].
2.	Березовский курганный могильник, 1968 г., раскопки В.И. Мамонтова [Mav: r
В.И.,1968].
3.	Богучарский II курганный могильник, 1993 г., раскопки А.Т. Синюка [Синю:-
1993].
4.	Власовский Первый курганный могильник, 1985, 1996 гг., раскопки I
Березуцкого [Березуцкий В.Д., 1985; 1996]. 1986; 1987; 1989 гг., раскопки А.Т. Сею
[Синюк А.Т.,1986; 1987; 1989].
5.	Власовский Второй курганный могильник, 1991 г., раскопки В.Д. Березу
[Березуцкий В.Д., 1991]; [Синюк А.Т., Березуцкий В.Д., 1996].
6.	Власовский Третий курганный могильник, 1990 г., раскопки В.Д. Берез>юг
[Березуцкий В.Д., 1990; Синюк А.Т., Березуцкий В.Д., 1996].
7.	Воронцовка, курган, 1901 г., раскопки Е.Н. Мельника [Мельник Е.Н., 1905; П:з
Т.Е., 1955].
8.	Валуйки, разрушенное погребение, 1968 г., раскопки А.Д. Пряхина [Пгю
A.	Д.,1968].
9.	Глазуновский курганный могильник, 1971 г., раскопки В.И. Мамонтова [Мам:г
B.	И., 1981].
10.	Герасимовка, курганный могильник, 1932 г., раскопки И.Н. Луцкевича, 19SI
раскопки Е.Н. Петренко [Попова Т.Б., 1955; Дьяченко А. Г., 1988].
11.	Девица, курганная группа, 1986 г., раскопки С.А. Гетманского [Гетманский С
1987]	.
12.	Высокая Гора, курганный могильник, 1989 г., раскопки А.А. Бойкова [Бсё
A.	А., 1989].
13.	Зареченский курганный могильник, 1997; 1998; 1999 гг., раскопки Ь
Березуцкого [Березуцкий В.Д.,1997 - 1999].
14.	Ильмень, курганный могильник, 1965 г., раскопки П.Д. Либерова, Н.К. Качал::
[Качалова Н.К., 1970].
15.	Ильевка, курганный могильник, 1970 г., раскопки В.И. Мамонтова [Мамою
B.	И., 1970].
16.	Караяшник, курганный могильник, 1973; 1974; 1975; 1976; 1977; 1982
раскопки Ю.П. Матвеева [Матвеев Ю.П., Синюк А.Т., 1977; Матвеев Ю.П., Медведе:
П. 1979; Матвеев Ю.П., Тихонов Б. Г., 1984].
17.	Кондрашевка, курганный могильник, 1912 г., раскопки М.П. Юрген.
[Юргенсон М.П.,1911-1913; Либеров П.Д., 1964].
18.	Кондрашкинский курган, 1989 г., раскопки Г.А. Левых [Пряхин А.Д., Бесе:
В.И., Левых Г.А., Матвеев Ю.П., 1989].
19.	Луговое, курганный могильник, 1988 г., раскопки А.А. Бойкова [Бойков А.
1988]	.
20.	Лофицкое, курганный могильник, 1982 г., раскопки В.И. Погорелова [Погоре.
В.И., 1985].
21.	Латное, разрушенное погребение [Москаленко А.Н., 1955].
22.	Малые Горки, курганный могильник, 1989 г., раскопки Ю.П. Матвеева [Метв
Ю.П., 1990]
89

23.	Мастюгино, разрушенный курган, 2000 г., доисследован П.М. Золотаревым
' старев П.М., 2000].
24.	Нехаевский могильник, 1969 г., раскопки А.С. Скрипкина [Скрипкин А.С., 1969].
25.	Новая Меловатка, курганный могильник, 1982 г., раскопки В.И. Погорелова
Мгэрелов В.И., 1985].
26.	Новоаннинский курганный могильник, 1968 г., раскопки В.И. Мамонтова
^•энтов В.И., 1968].
27.	Новосильское, курган, раскопки П.М. Еременко [Городцов В.А., 1916].
28.	Новая Чигла, курган, 1989 г., раскопки В.Д. Березуцкого [Березуцкий В.Д., 1989;
:ге:уцкая Т.Ю., 1999].
29.	Нижняя Ведуга, могильник курганный, раскопки М.П. Юргенсон [Либеров
1 1964; Качалова Н.К., 1966].
50.	Новая Усмань, курганный могильник, 1977 г., раскопки Ю.П. Матвеева [Пряхин
51 Матвеев Ю.П.,1979].
51.	Нижняя Грязнуха, курган, 1934 г., раскопки Т.М. Минаевой [Минаева Т.М., 1934].
52.	Ольховатка I, курганный могильник, 1973 г., раскопки Ю.П. Матвеева [Матвеев
. Синюк А. Т., 1977].
55. Ольховатка II, курганный могильник, 1976 г., раскопки Ю.П. Матвеева [Матвеев
". 1979].
54.	Павловский курганный могильник, 1970-1978 гг., раскопки А.Т. Синюка [Синюк
". 1983].
55.	Павловский II курганный могильник, 1986 г., раскопки М.И. Лыловой [Лылова
1986; Погорелое В.И., 1988].	—
55. Пасековский курганный могильник, 1978 г., раскопки А.Т. Синюка; 1983 г.,
_• :дкн В.И. Погорелова [Синюк А.Т., Погорелов В.И., 1985].
5". Лесковский курганный могильник, 1988 г., раскопки Т.Ю. Аринчиной
--гудкая Т.Ю., 1996].
5 5. Прилепы, курганный могильник, 1972 г., раскопки П.Д. Либерова [Либеров П.Д.,
55. Петров Вал, курганный могильник, раскопки В.А. Фисенко [Фисенко В.А., 1964].
-1. Писаревка^разрушенное погребение [Либеров П.Д., 1971].
-1. Новохарьковка, курган, 1997 г., раскопки А.Т. Синюка [Синюк А.Т., 1999].
-1 Россошь, курганный могильник, 1925 г., раскопки С.Н. Замятнина [Замятнин
М25].
-5. Стояновский курганный могильник, 1983-1986 гг., раскопки В.И. Погорелова
телов В.И., 1984-1987]; 1989 г., - В.Д. Березуцкого [Березуцкий В.Д., 1989].
— Сидоры, курганный могильник, 1959 г., раскопки В.П. Шилова; 1971 г., раскопки
_LMOHTOBa [Шилов В.П., 1959; Мамонтов В.И., 1971].
-5. Сасовский курганный могильник, 1972, 1973 гг., раскопки А.Т. Синюка [Синюк
М3].
-т. Таганский курганный могильник, 1991 г., раскопки Ю.П. Матвеева [Матвеев
' .592].
Усманский курган, 1988 г., раскопки А.Д. Пряхина, Ю.П. Матвеева [Пряхин А.Д.,
Ю.П., Разуваев Ю.Д., 1990].
-5 Хохольский курганный могильник, 1967 г., раскопки А.Т. Синюка [Зинюк А.Т.,
- л:е А.Д., 1983].
Хохольский курган, 1987 г., раскопки Т.Ю. Аринчиной [Аринчина Т.Ю. 1987].
90

50.	Частые Курганы, курганный могильник, 1981 г., раскопки Ю.П. Мане;
[Матвеев Ю.П., 1986].
51.	Ширяевский курганный могильник, 1979, 1980 гг., раскопки А.Т. Сен:!
[Погорелов В.И., 1985].
52.	Ясиновка, курган [Шеппинг Д.О., 1867].
53.	Яроватое, курганный могильник, 1982 г., раскопки В.И. Погорелова [Погори
В.И., 1985].
91

ПРИЛОЖЕНИЕ

Условные обозначения
/■
/ - граница лесостепи
@ ^ - кенотаф
| | - могильное сооружение типа 1
® 0 - основное
- могильное сооружение типа 2
[£) - могильное сооружение типа 3
[~0) - могильное сооружение типа 4
[Q - могильное сооружение типа 5
"ir погребение
* перезахоронение
/тут*
rf )-реконструкция
|м] - разрушенное
погребение
(<§) - вторичная
[£J - могильное сооружение типа 6
досыпка
III Б ’тип С0СУДа
T~f0 - могильное сооружение типа 7
Ж - жаровня
Сокращенные названия могильников
ВМ - Первый Власовский
Сид. - Сидорский
ВМ И, III - Второй и Третий Власовские ТМ - Таганский
ПМ - Павловский
ПМ II - Второй Павловский
Бер. - Березовский
ШМ - Ширяевский
НМ - Новомеловатский
ПСМ - Пасековский
БМ - Богучарский
БМ II - Второй Богучарский
Г лаз. - Г лазуновский
СТМ - Стояновский
ЗКМ - Зареченский
Гер. - Герасимовский
ВТ - Высокогорский
ПКМ - Лесковский
Арх. - Архиповский
Кар. - Караяшниковский
ЛГМ - Луговской
Мае. - Мастюгинский
Хох. - Хохольский
ЛФМ - Лофицкий
ПВ - Петров Вал
Н.Вед. - Нижневедугский
Н.Усм. - Новоусманский
Уем. - Усманский курган
Hex. - Нехаевский
Пр. II - Прилепский
Ольх. - Ольховатский
Пояснения к таблице I
п - прямоугольная форма сооружения ов - овальная форма
кр - круглая форма	тр - трапециевидная	форма
ж - сосуд перед животом (у	груди)	г - сосуд у головы
л - сосуд перед лицом	н - сосуд в ногах
з - сосуд за головой

® Пенза
а 153/
Рис. 1. Территория среднедонской катакомбной культуры (по: а -
Г.В.Подгаецкому; б - Т.Б.Поповой, О.Г.Шапошниковой; в - П.Д.Либерову; г
- Ю.П.Матвееву; д - А.Т.Синюку)

Рис. 2. Погребальные памятники среднедонской катакомбной
культуры. 1-Воронцовка; 2-Караяшник; З-Новосильское; 4-Кондрашовка; 5-
Нижняя Ведуга; 6-Латное; 7,8-Хохол; 9-Девица; 10-Сасовка; 11-Прилепы;
12-Стояново; 13, 14-Ольхо ватка I, II; 15-Ясиновка; 16-Пасеково; 17-Луговое;
18-Богучар II; 19-Лофицкое; 20-Высокая Гора; 21-Малые Горки; 22-
Кондрашкино; 23-Новая Усмань; 24-Новая Чигла; 25, 26-Павловск,
Павловск II; 27-29- Власовка I-III; 30-Ильмень; 31-Новая Меловатка; 32-
Ширяево; 33-Нехаевский; 34-Глазуновский; 35-Пески; 36-Новоаннинский;
37-Березовский; 38-Сидоры; 39-Глазуновский; 40-Петров Вал; 41-Ильевка;
42-Архиповка; 43-Мастюгино; 44-Валуйки; 45-Герасимовка; 46-Заречье; 47-
Нижняя Грязнуха; 48-Писаревка; 49-Новохарьковка; 50-Россошь; 51-
Усмань; 52-Частые курганы; 53-Таганка

Рис. 3. Положение рук умерших в среднедонских катакомбных
погребениях

Рис. 4. Варианты положения погребенного в могиле
Рис. 5. Схемы основных размеров сосудов

Рис. 6. Соотношение основных размеров шахт и камер Н-образных
катакомб
Рис. 7. Основные типы могильных конструкций среднедонской
катакомбной культуры

ООО
Рис. 8. Территория распространения различных типов могильных
конструкций

i
Со,
ijz
4
CD
5
6
О
9,
^ 1
ВМ 9/1
ТМ4/4
ВМ 5/1
Ил 6/2
Сид 4/5
ВМ 2/2
Ф
» 2
ПМ 40/1
ВМИ 5/6
ВМ 5/2
Ил 2/3
ПИ 29/1 I
ВМ 1Ь2
> з
ВМ 13/2
О
Л
'< 4
Бер 12/2
Сид 15/1
Сид 17/1
Сид 21/2
ШМ 3/5
НМ 2/1
ПСМ 4/1
БМ 4/3
ПМ 7/1
ПМ 7/3
ПМ 15/1
ПМ 46/1
ПМ 25/2
ПМ 49/5
ПМ 26/3
ПМ 55/3
ПМ 11/1
ПМ 18/2
ПМ31/1
ПМ 31/2
ПМ 37/1
ПМ 41/7
ПМ 37/4
ПМ 43/1
ПМ 14/1
ПМ 44/1
ПМ 38/1
ПМ 39/2
ПМ 41/4
ПМ 41/6
Hex 3/1
п
ПМ 54/5
ПМ 41/2
ПМ 14/5
ШМ 3/2
ШМ 3/3
ШМ 3/6
НМ 2/6
БМП 1/9
ПМ 21/4
ПМ 24/6
ПМ 29/2
ПМ 29/3
ПМ 29/4
ПМ 35/3
ПМ 40/2
ПМП 4/59
III
ВМШ 1/4
ВМШ 1/5
Глаз 11/1
ВМ 1/1
СТМ 3/2
ПМ 19/2
ПМ 14/2
ПМ 14/9
ПМ 23/5
IV
-л
ЗКМ 6/4
Гер 3/2
ПМ 16/3
ПМ 36/4
Гер 5/1
Гер 5/2
Гер 4/3
ТМ 4/3
ПМ 14/4
БМП 2/10
ВГ1/6
ПКМ 1/8
ПКМ 1/4
ПКМ 1/7
Арх 1/3
СТМ 2/2
СТМ
10/5
Кар 3/6
БМ /5
Гер 6/1
V
Nrtv
\
£ 6
БМП 2/6
ПМП 1/51
ПМ31/6
ПМ 33/2
ПМ 3/2
ПМ 25/4
ПМ 38/2 VI
ПМП 1/56
л
'~^г
\
С 7
ЛГМ 1/3
ПМП 4/57
ВМ 12/7
Бер 10/1
\!
£ 8
]
]
Мае 1/3
Мае 1/4
ХохП 1/1
БМП 2/12
ЛФМ 4/6 VII
Гер 3/3
^ 9
Бер 2/1
Бер 6/1
Бер 18/2
Бер 18/3
Бер 18/4
Сид 4/2
ПМ 23/2
ПМ 25/3
ПМ41/3
ГМ 2/3
VIII
ПВ 4/1
":ц
^ 10
ШМ 2/1
ШМ 2/4
ПМ 56/6
_\
	L
Н.Вед
9/2
Уем 5
Hex 5/2
Hex 8/1
Hex 10/1
ШМ 3/7
ПКМ 1/3
ПВ 2/3
ПМ 42/1
ПМ 49/6
ЕХ
СТМ 10/6
(
(
I
(
(
(
Г
СГМ 10/9
:тм 18/4
-ГУсм 3/1
Эльх 3/2
:тм i/п
ЗТМ 1/12
1рИ 2/1 X
Рис. 9. Корреляция основных типов могильных конструкций с вариантами положения
•:грших в могиле

Группа А	Группа А
Отдел II. Короткошейные горшки
Рис. 10. Бесшейные сосуды Отдела I (1) и короткошейиые горшки Отдела II

Рис. 10 (продолжение)

Группа А
и
а
с
с
а
U
Рис. 11. Отдел III. Высокошейные сосуды

Группа В

Группа Г

п
es
С
С
>,
О.
U
е/тм/g
тип
#тб/з.
/ър. &//
жз.ф
яр.жз/у
/ржу?
Рис. 12 (продолжение)

Отдел VI. Миски
вмтз/г
Б/r. -А7//
тжу/te
щ
8Г1%
fito. /а//
тзф
У/?
*жЖ
/№/«?/?
M/ft
6МТ///
т/ф
Глаз. ////
Отдел VII. Курильницы
SM/3//
тлялщт
/гам///
б//ГГ/б
им /#
жму?
Рис. 13. Сосуды IV-VII Отделов. Сосуды, встреченные в единичном экземпляре
ГМГ//
ГМТ*/>■?
т/Г//

Рис. 16. I - погребения варианта 1 (1-Ильмень 8/2, 2- Власовка 1 5/1); II-
обрядовая группа I (З-Павловск 29/1, 4,5-Ильмень 2/3, 6-Власовка 5/2, 7-Ильмень
8/3); 3-погребение варианта 3 (8-10 - Власовка I 13/2). 5-7, 9 - глина; 2,3 - кость:
1,4,8 - металл; 10-камень

Липецк
Рис. 17. Обрядовая группа I. 1-территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

Рис. 17. Обрядовая группа I. 1-территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

Рис. 18. Обрядовая группа И. 1-Павловск 38/1, 2-Павловск 37/1, 3-
Павловск 43/1, 4-Пвловск 49/5, 5,6-Павловск 38/1, 7-Сидоры 15/1, 8-Сидоры 17/1,
9-Павловск 18/2, 10-Павловск 37/4, 11-Павловск 41/4, 12,13-Павловск 26/3, 14-
Павловск 41/6, 15-Павловск 41/7, 16-Павловск 14/1, 17-Павловск 39/2, 18-
Павловск 7/1, 19,22-Власовка I 4/3, 20,21,23- Павловск 11/1. 2-11,14-19, 21-23 -
глина, 1,12,33 - металл, 20-камень

/
Г
^ \
%
J
Рис. 19. Обрядовая группа II. 1-территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

Рис. 20. Обрядовая группа III. 1-Павловск 29/2, 2,6-Павловск 29/3, 3.4-
Павловск 36/3, 5-Павловск 29/4, 7,9-Павловск II 4/59, 8-Павловск 40/2, 10,11-
БогучарП 1/9, 12-14 - Ширяево 3/6. 1-12 - глина, 13,14-металл

Рис. 21. Обрядовая группа III. 1-территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

IV
UJ	L—I
Рис. 22. I - обрядовая группа IV (1-4 - Стояново 3/2, 5-Павловск 14/9, 6-8
- Павловск 14/2); II - погребение варианта 9 (9-Петров вал 4/1); III - погребения на
левом боку с невыясненным положением рук (10-Малые Горки 3/1); погребения
на правом боку с невыясненным положение рук (11-Стояново 2/4, 12,13 -
Пасеково 4/3. 1-6,8-13 - глина, 7-металл

Рис. 23. Обрядовая группа IV. 1-территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическос распределение погребений в насыпи

Рис. 24. Обрядовая группа V. 1,6 - Пески 1/4, 2,3 - Пески 1/8, 4,5 -
Павловск 14/4, 7-Архиповка 1/3, 8,12 - Пески 1/7, 9-Стояново 2/2, 10-Караяшниг
3/6, 11-Герасимовка 6/1, 13-БогучарН 2/10. 1-13-глина

& Тамбоь
Рис. 25. Обрядовая группа V. 1-территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

Рис. 26. Обрядовая группа VI. 1,2 - Павловск 25/4, 3,8-Богучар II 2/6, 4-
Павловск 31/6, 5-7 - Павловск 38/2, 9-Павловск II 1/51, 10,11 - Павловск 3/2. 1-4, 8-
11 - глина, 5-7 - металл

э Тлмроь
Рис. 27. Обрядовая группа VI. 1 -территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

-I
/г?
IE
Рис. 28. I - погребение варианта 8 (1-5 - Заречье 6/4); И - обрядовая
группа VII (6.7 - Мастюгино 1/3, 8-Хохольский курган 1/1); III - перезахоронение
(Ю-Ольховатка I 2/2). 2,3,6-10 - глина, 1,4,5 - металл, 3-камень

fe Танеоь
Рис. 29. Обрядовая группа VII. 1-территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

Рис. 30. I - обрядовая группа VIII (1,2-Павловск 25/3, 3,5-Березовский
2/1, 4-Павловск 23/2); II - погребения варианта X (6-Ширяево 2/1, 7,8-Ширяево
2/4, 9-11 - Павловск 56/6). 1-8,10,11 - глина; 9-металл

й Twurob
Рис. 31. Обрядовая группа VIII. 1- территориальное распространение
погребений; 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

Рис. 32. Обрядовая группа IX. 1-3 - Нижняя Ведуга 3/2, 4-Павловск 49/6,
5-Павловск 42/1, 6-10 - Усманский курганхпогр. 5, 11-Нехаевский 5/2, 12,13 -
Пески 1/3, 14-Ширяево 3/7. 2,3, 6 7 11-14 - глина, 1,4,5,8-10 - металл

э Танеоь
Рис. 33. Обрядовая группа IX. 1-территориальное распространение
погребений. 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

Рис. 34. Обрядовая группа X. 1,2-Стояново 10/9, 3,4-Стояново 10-
Новая Усмань 3/1, 6,7,9-Ольховатка 3/2, 8-Стояново 1/13, 10-Стояново 10/1, Г.-
- Прилепы II 2/1. 3-8,10,13 - глина, 1,2,9,11,12 - металл

Рис. 35. Обрядовая группа X. 1-территориальное распространение
теоений, 2-планиграфическое распределение погребений в насыпи

Е
Рис. 36. I - погребения варианта 1 (1,2-Петров вал 2/3, 3,4 - Власовкг I
9/1); II - погребение варианта 2 (5-Павловск 40/1); III - погребение на спине :
невыясненным положением рук (6-Власовка II 5/2). 1 -6 - глина

Л
?
I	I—I	L
Рис. 37. Погребения в прямоугольных ямах на правом боку с
невыясненным положением рук (1-3,5,6 - Прилепы 1/6, 4-Кондрашевка 9/1, 7-9 -
Пасеково 3/4, 10-Прилепы II 3/6, 11,12-Павловск 10/1). 2-6,9-12 - глина, 1-металл,
'.8 - камень

(	ч
Рис. 38. I - погребения варианта 5 (1 -Павловск 16/3, 2-Герасимовка д/2);
Н-погребения в прямоугольных ямах на правом боку с невыясненным положение
рук (3,4-Павловск 14/6, 5-7 - Пасеково 3/3, 8-Павловск 13/1, 9-Сидоры 2/5, 10-
Павловск 26/2, 11,12 - Павловск 47/4. 1-4, 7-10, 12-глина, 5,6-камень, 11-металл

II
Рис. 39. I - погребения на левом боку с невыясненным положением рук
1-Караяшник 1/1. 2-Кондрашкинский курган, погр. 2, З-Заречье 6/3, 4-Сидоры
29/1, 5-Ильевка 9/9, 6,7 - Ширяево 3/1); II - погребение варианта 5 (8-Таганка 4/3).
'.-5,7,8 - глина, 6 - металл

Рис. 40. I - погребения варианта IV (1,4-Герасимовка 4/3, 2-Павлов-:-
54/5, З-Павловск 41/2, 8-Павловск 14/5); II - погребения варианта 5 (5,6 -
Герасимовка 5/1, 7-Герасимовка 5/2); III - погребение варианта 11 (9,10-Стояноа.:
10/6). 1-4, 6-10 - глина, 5-металл

А
Рис. 41. I - погребение варианта 6. (1,2-Павловск II 1.56); II, III -
погребения на правом боку с невыясненным положением рук (З-Ширяево 2/5, 4-
7,9-11 - Павловск 38/3, 8-Павловск 38/5, 12-15 - Павловск II 3/11). 1,3,4,7,8,12,15-
глина. 2,5,6,13,14 - металл, 9.11 - камень, 10-кость

Рис. 42. Погребения на правом боку с невыясненным положение рук. 1 -5
- Павловск 49/1. 6-Павловск 40/3. 7,8-Пески 1/9, 9,10-Богучар II 2/4, 11-Заречье
8/2. 1-11 - глина

Рис. 43. Погребения на правом боку с невыясненным положением рук. 1-
Заречье 3/5. 2-Заречье 8/4, 3,4-Высокая Гора 1/2, 5-Прилепы 1/5, 6,7-Караяшник
3 4. 1-7 - глина

I
Рис. 44. 1-погребение варианта 1 (1-Власовка I 2/2); П-погребени?
варианта 4 (2-4 - Глазуновский 11/1, 5-Власовка III 1/4); Ш-погребение варианта :
(6-Павловск 36/4); IV-погребение на правом боку с невыясненным положение р>т
(7-Ширяево 3/4). 1,3-7 - глина, 2-металл

Рис. 45. 1-погребение варианта 4 (1-4 - Власовка I 1/1); Н-погребение
_г янта 8 (5-Герасимовка 3/3); Ш-кенотаф (6-Заречье 2/2); IV - погребение на
тз:м боку с невыясненным положением рук (7,8-Новая Чигла 1/1). 4-6 - глина,
2 - кость, 3,7,8 - металл

I I I t 1 А 1
I	l—J
*
3
к
E
Рис. 46. I,II - погребения варианта 7. ( 1-4,6 - Павловск II 4/57, 5-Лугоз:е
1/3, 7,8-Власовка I 12/7, 9,10-Березовский 10/1). 1,5,7,9,10 - глина, 2,3-металл. —
кость, 6-янтарь, 8-камень

® ей © ©оаве

« j * * i	l—I—I—l
Рис. 48. Кенотафы. 1-Павловск 24/2, 2,3 - Павловск 8/2, 4,5 - Заречье 6/1,
6-Павловск 54/3, 7-Петров вал 4/2, 8,9-Ольховатка 2/1, 10-Павловск 26/4, 11-
Заречье 3/1, 12,13-Заречье 6/2. 1-3, 5-13 - глина, 4, 4-а - металл

Рис. 49. Кенотафы. 1-Власовка I 3/4, 2-Власовка I 1/2, З-Богучар II 2/9,
-.5-Пески 1/13, 6,7-Богучар II 2/2, 8-Заречье 2/7, 9-Заречье 9/2, 10-Заречьё 2/1, 11-
‘-'^раяшник 13/3, 12-Прилепы 1/3. 1-3, 5-12 - глина, 4-металл

Рис. 50. Разрушенные погребения. 1-Россошь, 2-Заречье 3/7, З-Стс^-:-:
10/8, 4-Караяшник 1/2, 5,9 - Павловск 35/4, 6,7-Павловск 27/2, 8-Новая Усч;~
3/2. 1-6,8,9 - глина, 7- камень

- ^ ^ f
r4rdg£
_ <£_f E ^L<_
i-fe%
^•^.f CEEFi?F-j
TWff£££f
£У F
EE(f,
Рис. 51. Разрушенные погребения. 1-Частые курганы 43/2, 2,3-Частые
курганы 43/1, 4,6-Заречье 2/8, 5-Караяшник 5/2, 7-Заречье, курган 3 (ровик). 1-7 -
глина

Рис. 52. Погребения с невыясненным типом могильной конструкции. 1.2-
Караяшник «Большая Могила»/3, З-Власовка III 1/2, 4-Девица 1/5. 5-7 - Малые
Горки 1/1 (кенотаф). 1-4,6 - глина, 5-кость, 7-металл

53. Погребения с невыясненным типом могильных конструкции. 1-
■: J I. 2-Караяшник 3/3, 3-5 - Хохол 1/4, 6-Луговое 1/2, 7-10 - Луговое
.5. 1.2,5-7,10,11 - глина, 3,4,8 - кость, 9 - металл

к
Рис. 54. 1,2 - Девица 1/3 (кенотаф). З-Заречье 10/2, 4-Павловск II 1/46, 5,6
- Власовка I 15/1 (перезахоронения). 1-6 - глина

Рис. 55. Двойные катакомбы. 1.2-Богучар II 1/6, 3-5 - Заречье 3/4. 6-12 -
,.:затка 1/3, 13,14 - Ольховатка 3/1. 1-5,9,10,13,14-глина, 6,7-металл, 8-
- г-:ь. 1 1,12-камень

Рис. 56. Парные погребения. 1-3 - Прилепы И 3/5, 4-Пасеково 4/2.
Прилепы II 3/4. 1,2,4,6-8 - глина, 3,5 - металл

Рис. 57. Парные погребения. 1-3 - Богучар И 2/5, 4-10 - Пески 1/10, 11,12
- Зтояново 2/3, 13-Сидоры 4/8. 1-5, 11-13 - глина, 6-10-металл

Рис. 58. Парные погребения. 1,2 - Павловск II 1/52, 3,4 - Павловск 24/3, 5-
11 - Павловск 24/4, 12-14 - Богучар II 1/2. 1,3,5,6,12-14 - глина, 2-кость, 4,7-10-
металл, 11-охра

Рис. 59. Коллективные погребения. 1-4 - Власовка I 1/4, 5-Власовка I 1/4,
6-10 - Власовка I 13/1, 11-13 - Власовка I 11/1, 14-Сидоры 4/6. 1,2,4-8, 10-14 -
глина, 3,9 - кость

\
I t .I .J I
Рис. 60. 1-погребение на правом боку с невыясненным положением г
(Девица 1/1); 2-погребение на правом боку с невыясненным положением г
(Таганка 4/5); 3-погребение «пакет» (Таганка 2/1); 4,5-керамика изразруше»^
погребений (4-Латное, 5-Новосильское)

м 61. Схема развития погребального обряда Правобережного варианта
_ : ■ катакомбной культуры

Рис. 62. Схема развития погребального обряда Левобережного варианта
среднедонской катакомбной культуры

г» Таиров
Правобережный локальный вариант
Левобережный локальный вариант
Рис. 63. Локальные варианты среднедонской катакомбной культуры

I tHHiniiti I (ll|inf|"ll'|ii Hill

I
I
|!
& &
a
|l
i
i
Сч
ч
1
5i
1
4
*
*»
$
!J
a
$
i
M
$ 1
1
1
1
i*
		1з-
1
4
$
1 i
1 *
1 ■!
11
11111111
+11111 11
+11 +1111
i"
I I I
I I I
, i I
I I
i I
I I
I I
i i
I i
I i
l
I
4
i i i
I I I I l
I I I l l
I I I I I
I l
I I
-V
1 1 1 1 4 4
1 1 1 1 4 1 1
1 1 1
I 4 1
4
1
1 1
1 1
1 1 4
4 1 1
1 1 1
1 4 1
l
§;
l 1
1 1
1 l
1 1
1 1 1 1 1 1
1 1 1 1 4 1 1
1 1
1 4
1 1
1 4
1 1
1 1
1 4 1 1 1
1 1 1 1 |
-14 4 14 1
1 1 +
1
i i
1 1 1
1 1 1
1
1 1
1 1
1 1 1 I 1 1 1
i i
1 1
1 1
мм^
%* * * ч 1 1
1 1 1
1
J
1 . *
^ to'
1
* «*>
1
1 1
* S
^ t: to ^ to ч:
i *
* 1
4
1 CN. •
I 1 4
i
c
''J «i 5\i ^1 У I
5 to л » ^ 1
^ ^ ^ ^ 4
1 1 1
У
§
5 1
sX *S У I
1 3l£fe& 1
1
N §
1§§Ш
'1
^ 1
1 ^
N
11 1 1 |
: 1 1 4 4 1 1
1 1 1
1
l 1
1 1 1
1 1 1
1
1 1
l 1
1 1 1 1 1 1
i 1
1 1
4 4
iiii-t-
1 1 1 1 1 1 >
1 1 1
1
1 1
1 1 1
4 1 1
4
1 1
1 4
1 1 м м
1 1
4 1
4 1
1 1 1 1 1
У
i 4 1 4 4 4 l
4 1 1
1
1 1
1 1 4
1 1 1
l
4 1
4 4
444444
14 4 4
4 1
4 4 4 4 1
T~
-44444 1
4 4 4
1 1 1
4 1 1
1
l l
+ + -+ + И4 +
144444
4 4 + 44
_ I I I I I I I I
'to'to Ч 4)4\ * 4
1
1 1
1 1
1 1
1 1
1 * 1 * * 1 II
Чь 1
'ч'Ч
1 1
Ч\ЧЧУ^У\
1
К> ^
«> g
ч $
1 $
1
1
>5 ч ^ §.§> ч
I % I I
I
I ^ -К Ц ■te
I
| ^ | ^ rto
УУУУУУУУ ^ v ^ x у
1^4
^ У X
^ I
V V $
r
i
*3 *3 ^
У У У
I414^ ^ ^
fry у to
s ^ ^ ^ '
^У У У to
IMI
ЧЧЧ 1
4s	to	I
^ev.	£	I	|
t*	4.	If4	I
^	^	I	I	I
will
^ ^ ^ ^ 4 к ^ ^
| ч> *ч v
| ч> v- ■>-' v-
^ у to to to
' ^-v-v-
UU
Vs*»*
^ Ч 4 !»?
V у у У" У'
^	,(y ^ ^
У to у Уч У'
Ч Ч ч Ч Ч
Ч> to <*> to
у V- Ъ> у У
to
to to
to К
к 4 ч ч ;
=*44 4
§cv.
to
to
<v to 4
^ to to
$ to
Ч) ч ч ^
У
У
to'
У
to' to' у
У> У'
У у V to' to'
V' V' V- ^
’|
ч &
Ч
У'
у to ^
to' v' V
<s
to to
to' У
% У ч ^
У У- У У4
ч
to
ч
to
ч
to
to to ^
i 4
^ to
ч ч ч ч to
4» У ^ У
^ g ft ^5
V V
to'
to'
to' to' to'
to' to'
У' У- to' У'
to' to' to' to'
>
'O
'i
4
4 1
4
4
4 4 4
1 1
14 4 4 4
14 + 4
4 4 I
4 I
.11444 1
??
1 1
- ^ ^
+
1 1
1
1
1 4 1
4 4 4 1 4 1 I
пч s 5
is 1 1
1 |>
!■*!
to
* « 41 45
% <3 ^ ^ ^ s>
*Q “
^ ^ ?
ч! llil^
V
6
5
41
to
to to «4
45
*4 to
VV
^ to
У. V-
II
I I
to to
ki -Оч §
У У' с^
Ч У
to 4 ч
*v to to
«V У' У
I I I
У У у
toj
У4
У
У
£
У
I
to
У у
У to'
*|в
V ^
у &
У У
I I
ч
У"
ч>
У
^ СЧ
V
и
I I
^ to
$
V4
У
У'
4
У
V
I
I
&
!М
Уч У У"
У .
V
^ 55ч
V «V V
I I I
to to to
У у
у- У'
ч ч
I I
у to
^ to' у- V v'
to, to> *4 to X
V V 4Ч V- X'
^ ^ у
У- у. у У У
I I 4 I I
ч ч ч <* ч
Ч Ч ч ч
1114
4*S &ч
6;
4
I
I
I
8?
<v
У
s
1 4
1
1
1
1 1
1
44
^ 1
1
1
<» 5
to
1
1
У
to to4
^ ь
^ 1
1
1
sto
l
ч'§ 55
vlv'
to to
to
чТ
to^
i1
• Ss 1
:l
I
4
*
<a
I
I
I
I
to
I
to
>11
to
to to to ^
^ ^ ^ ^
1^5
to 1
1 1
Vi
ч ч
ч>^ ^
'to
'toto.'to to
ЧЧЧ
4\4)
to 1
1 to ^to^to
to to
to У Vs, ^v^
4 W 4
to_
4>
1 1 1
to 1
1 5R
У
to
to ^
4>
4
1
%
1 1 1
*Й 1 1
1 !
1 1
1 $
1
1
1 1
to
to
У4
fel 1
^ ‘ 1
V 1
1 £
to'
s?
to»'
у to
to c\
У to'
	=	а
%
to

4
2 \3\9\S
9I ?
&\ 0 l'/0t // \/p\/s
47\4б\ 46 | /? | /0 \/у\.?//
?/\ 22 I 23 \.y
м\л* 1
■/2/3
0 4Г
0 ~ 4,2*4,4 0,6 /08-63 ~ 4
? ■? v 2
раурушеееше
/2/3
/ *
H - 4,2*4,4 0,6 /03-03 ~ 4
p p ? ?
ре/зрршлтгзе
12/6
0
наш/7i>
разруше/еме
Cl/p0p6/
2/7
3 w&
0 4,6*0,? 0,2 m-63 —
4 0J7 /гр.
2/S-
/ m
0 4,0*40 0,? ms 363
4 0J7 пр
2/2
/ /96
/7 /9*/S' 99 3 -3 + -
4 0J се/бя
w
0,91?*2S~ 3
/ m
? ? ? 0,0 603 -3/03
0/ 4,9* 4,6 4,4 ?
4 0J7 J7
4/2
/ /93
П 2,0*4,2 07 BCB-3/03
4 00 0
¥
/ /93
П - 2,/*/S 9,9 6СВ-3/9Э + +
в/ ? 4,3 44
4 0я /р
4/f
0 4
/Г - 2,9* (S 3,0 6С6 -3/93
Dp 24*4.7 4,0 H
4 0s i
7/6
/ m
%, - 1,6* /,s 9,9 ВСБ -3/93
ffP 4,6*0,0 6,6 И
3 0J* \/гр
//?
/ m
"L 1,6*0,9 0,0 06-/93 + -
4 8jt J7
9/9
/ m
n -i,es*/,3 9,7 св -т —
ffP2.4* ? ? И
2 00 Jr
0-D /Г/7
3
S /93
/1 _ 4,6*/,2 00 3-3
at 46*? 4,0 /4
4 00 7
/4/2
/ /03
0 2,0*4,3 4,4 3-3 4-
2 АРр *г
0J* ар
16/10
/ /93
/7 - 24*4,0 0,6 3-3 - 4
*p 2.2 4,2
4 0-х /гр
17//
e i{
H 4,0*40 0,0 3 -3
4 0jr 7
31/1
0,23 24
/ /93
0 20*4,4 436 C-/0
/ 0JT 6
29//
0,00 27-1
9 <i
6 4,2*4,6 ? 0-/0 4-
4 06 jt
39//
4,2 29-4
*
a 2,2 *4,6 — 363 -3/03+ 4
4 0J7 в
33//
/ 06
8 - /26*43 4t0 /03-63 	h
eP Px4,06 ? 44
4 0а. згг
3S/3
4,2 30
/ 93
0 - 4,06*0,760,22 /03-63
aP 0,6*4,32 0,22/4
Р 0а /гр
32/2
4,6 39
/ 06
H - 4,0*0,02 0,2 3 -5
0p 0,23*0,6 — 0
4 0а /гр
3P/7
0 63
*/— 2.22*4,63 2,06003 /0/03 — 4
77p. 2.6*24 — 6
2 0а /гр
fac00/f/2
0//г?е> /гр
2//
0,6 47
/ /93
/77,0*2,6 427 6/06 363
2 Арр Су
2/2
/ m
ff/ 4,7x0,0 0,06063 /0/03
А/p СА
2/3
/ №
/7 4,4*/06 0,66 03 -/03
4 0а /Тр
2/9
e /93
// 2,2*4,66 0,06 03 /03 - 4
4 0а ар
34ся/а//0/г//е/ /гурра//
2 А/гр Ар
А/?р Ар
n S
0t 064*00 £
0 li
0 27*2,4 0,70 003-/0/03
4 0а //
2(0*6 J*
//2
4,46 /6—6
/ C3
//всй/егб
рАЭруW. хА
1/1
0 /05
00 4,0*4,2 0,2 0CB /0/03
уразрра*- ло/г&*.
/ 0а 6
//S'
/ C3
00 2,0 *4,0 0,36 0-40
pXZSyDytU. *0/77*2*.
4 0а jt
X0*02/Ж
1//
0,66 26- 4
0 <4
a - 1?*/,9 3,/ втзез + -
ffP 4,8 *4,4 26 И
4 0а 0
Vacmb/e Лурга//ы
92//
0 4
%, - 409*9,3 9,39 cs-m
Dp 2.3*4,6 4,0 44
разрушен*/?/
I I I I '< I 11 M l| i| ) Hill |
€3
363
/-
/ A
p
363 / м
BCR P M
3 /a
/ A
/ -
CC3 /7
CC3 p
C3 r*
/03
C3
3
/0
R№
3
3
40
3	/	-
В 46b / A
703	/	-
№ p -
* ?Г
073 p A
-<9 /a
/03	^	^
3/03 ? 9
/0/03 / -
/ A
/03 p -
/03 p ~
0 0 -
/V5	?	?
/ A
/ A
/ A
? ?
/ A
/ A
/ A
/-
- 4 -
гГ /-
з/[к\м\у
- 4
_ 4
JF* *
ЖВ4 W 4
44 - -
—	-	4
Ш34	-	-
- м —
4 4 4
-4 4 4
-	4
-	4
4 4-4
M I 30 [ ,//'
ррарл/ ля? r/e?jr
ура/л/ <*r
4	~	-
151 M —
rfW <r 3tur
-	-	4
4 4
4 ^
tpC&P*? Mr. cq
ШГ4 w
Ш64 h*
ШГ4 Ю
pp. Ямища
- 4 - -
кури*
4-44
-4
-4
4
4
e?ep /гг?с
4 -
	4
77
KprtKrffycw
Луге?* rytto
Arye** е?уяы
Кусе?* e?jpi/ .
/рок* we*
/гусе?* e?xpe?
?Л,*№"ж#*а,лг*ар1
w'x, Aft е*ггщгх ajp/?s&e7
3
/p7/Y? *a*
*ync?* sy*/
040*3 *e**C7)
'U?**0, 00**00*0
yqo C0cy0a
tl/t/Jf* *g*Atf0
*0Cm *е?**ца

I iiiHiinitil (inn )

Таблица II (продолжение 8)
Мрг&л!
Л а се/сядР л
7/РС/гг/
З.Г
\ W/f,
CM/7?U
/
3
f \ Г \ 2
i
/
/
/
»W
\
\
1
8
С»
й
/ч
\
^ 10
0*11
4 ч
гу
!
%
- > 1
1
* ^
' г
£
<Е
5
Е
>
£П
12.
C
]
о
Ф,
*
if)
^ ?
ч;
Si
l
If
l
К>
I
*
-f *
1 ^
I
1
^ /■
; .
о|
*у
E#j
S'"
I
—hi
*Y
-10
Ю
ID
6
V
^ *
р
ы
[
i
9
]
\
1
_ /
/3 /'
ЕЙ П
к
*Л
—1—
lo
V
N
ss
9
—i
l
0
К?
§'
9
ё
—*Г“
С®
3
у 1 v-L у
■ГТи
~^т-
‘^Г
ЕО
Ц
~t
., 1
I
V
4
i
cs
2
1
у
ф
1
■i
<i
r~
rfi
'* *
к
-I-
*
■V /
k
4
1
4
I

-
$
ч
ч
ч
ч
ч
*
*
ч
ч
ч
ч
ч
Ч
ч
ч
Ч
*
ч
ч
*
ч
*
V
**
ч
$
ч
ч
ч
*
ч
*
Ч
*
V
ч
*
ч
5
ч
ч
$
ч
ч
1
Ч
1
ч
Ч
X
Ч
*
V
Ч
1
V
1
ч
V
ч
%
ч>
ч
ч
I
%
ч
V
ч
**
Ч
1
%
ч
з
V
ч
4
к
9
9
9
9
®
9
•
<§>
9
®
9.
9
1
1
1
1
1
1
1
1
i
1
1
1
1
1
1
1
'«
1
!•
АА
1
1
m
1
1
•
1
1
1
в
1
1
I
1
1
1
1
1
1
1
<§>
9
А
1
1
<9>
А
Ф
А
1
I
1
1
J
1 1
1 1
!l
1
1
1
1
1
1
я
•
1
•
*
—1—
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
I
•
t
Т
1
1
1
1
I
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
|1
1'
1
1
_L
1
1
1
1
я
1
1
1
1
1
1
"Г
1
1
1
1
1
1
1
1
~7"
1
1
1
1
1
1
|
—г
1
1
Т
1
I
1
1
1
9
1
1
1
1
1
1
1
11
11
1
1
|~
1
1
j
(?)
1
1
1
1
а
•
1
•
к
1
1
1
1
I
•
«I
1
1
1
:
1
1
1
•
А
—г-
1
1
“Г
I
1
1
1
1
1
1
Т
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
_4_
1
1
1
Ь_
1
1
1
1
1
4
1
1
.1
1
1
1
t
#
V
1
1
1
1
1
1
?
Т
“Т
1
1
тг
и
И
1
1
1
I
1
1
1
1
1
~т
1
1
Т
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
•
t
1
••
к}
1
1
9
1
1
9
1
9
ll
<®
V
•
1
1
9
♦
•
IV
•
*
“Т
1
1
1
1
1
1
• •
и
“Т
1
1
•|
!'
—1—
1
1
—т-
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
*
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
1
)
1
1
1
| 1
И
I
1
1
1
1
1
1
1
1 |
1 |
1 |
•
А
1
!
1
1
•
А
I1
||
11
1
1
1
••
•
А
1
1
1
1
1
I
1
1
1
1
I
•
1
1
||
1
1
I
1
1
Vi
•
1
®
1
1
1
11
и
•
А
I
•
А
1
АД
1 |
I
•
*
1
1
1
1
"Г
1
1
1 .
:•
•
А
1
—т—
1
1
1
А#|
1
1
1
11
9
*
#
1
1
1
1
•
»
99
и
I
|1
—Г”
»
•
1
•
А
•
9
•
А
1
1
9
т
•
1
1
1
•
А
11
11
J_4
f
1
1
I
•
к
1
т
“П
1
1
1
-н-
[ 1
, 1
1 1
1
1
1
I
1
1
1
1
Т
1
1
1
-Г"
11
1 *
11
1
1
I
7
1 1
1 1
”Т“
1
1
|
“t”
1
1
1
"Н
11
11
11
1
1
I
1
1 г
®
-и
1
1
1
1
1
1
+т
1 1
1 1
1 1
и
и
II
Т
1
1
(S)
1
1
1
1
1
1
/SV
1
1
1
• 1
11
11
>
ф.
ж
<§>
(*)
9
<§>
•
®
®
9
®
®
®
9
9
9
•
1
Таблица III. Стратиграфическое распределение основных обрядовых групп

DD,
В) ,
С® в
г®
L-^AtTH
@
А12Г-
3 .
f
\
^ T\\
0
о
£_!1>j
i
ш H
ад
с
AI3
АШ
1
'' AI2
reerc
^4
АИ
М3
«owwwvw
w-
AI2
	l
АШ
о о о о
АЖ
сз
j*
АЩ
AI
СВ
БИ
ш!
m"
|o о о
в
+ * * 9 Я
AI2
fjm
Klk
AI3
Ш
М2
1
3
Мк
М2
т. я. х -ж >|
®8®Н pi2
kw/v',
кчччч
ysssft
4vvV> ;
511
ЩлуС
ШШ
к. ч х к я.
пихк
All
llr
'Щг^>
АШ
юз
БП4
rf-v
tv> >>;Ю
X X '•« V
ВОЕ

ПмГ
АГЗ
юв
'*л\ .* •
	Ш_
//
чЧ х\\\
ш
шш
М2
Mi
БН
Ж.
вгз
ю
В1
AI2
Щ
yyyj
7777У
Л \ % % * ч %
.S'+'tW
л:лУ'
50*/ * л
* <
» М If
X X х X
X X X ‘
* X 1 J
А х А *
ШУ
klk
щ
Mi
AI2
1ИП
ЧМЯХ****
.	1
Таблица IV. Корреляция основных обрядовых групп с разновидностями способов
орнаментации сосудов и ориентировкой пог ребенных

СОДЕРЖАНИЕ
СЛОВО ПАМЯТИ ОБ АВТОРЕ	с. 6-7
ВВЕДЕНИЕ	с. 8-9
ГЛАВА I. ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ СРЕДНЕДОНСКОЙ
КАТАКОМБНОЙ КУЛЬТУРЫ	с. 10-25
ГЛАВА II. ИСТОЧНИКИ. ТИПОЛОГИЯ ПОГРЕБАЛЬНЫХ
СООРУЖЕНИЙ И КЕРАМИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛА	с. 26-38
ПЛ. Источники. Общая характеристика погребального обряда
II.2. Положение погребенного в могиле
П.З. Типология погребальных сооружений
II.	4. Анализ керамического материала
ГЛАВА III. АНАЛИЗ ОБРЯДОВЫХ ГРУПП И СТРАТИГРАФИЯ
КАТАКОМБНЫХ ПОГРЕБЕНИЙ В КУРГАНАХ
СРЕДНЕГО ДОНА	с. 37-54
III.	1. Анализ обрядовых групп
III.	2. Стратиграфия катакомбных погребений
ГЛАВА IV. ЛОКАЛЬНЫЕ ВАРИАНТЫ СРЕДНЕДОНСКОЙ
КАТАКОМБНОЙ КУЛЬТУРЫ	с. 55-72
IV.	1. Левобережный вариант среднедонской катакомбной
культуры
IV.2. Правобережный вариант среднедонской катакомбной
культуры
ЗАКЛЮЧЕНИЕ	с. 73-75
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА	с. 76-88
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ	с. 88
СПИСОК ПАМЯТНИКОВ	с. 89-91
ПРИЛОЖЕНИЕ