...
_® 1
рЛ
-ЛЬ.
ж
* г* **
Т
**жЗПС
*>-
ГУ-”
*« хг
♦ ^’-Г-’*
♦мк15.»*?у
-
и<..
«ч-
К- и
ш 1 А,- V *, ^1 Т
.•^г*
Г^Т-Г*
■^ГЧ"
/«_
,Ог


АКАДЕМИЯ НАУК СССР
ИНСТИТУТ экономики
ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА
СССР
Сборник статей
Государственное издательство
ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Москва . 1959


Настоящий сборник подготовлен к изданию сектором истории народного хозяйства Института экономики Академии наук СССР. В него входит 9 статей, в которых освещаются проблемы социалистического строительства в нашей стране в первые годы Советской власти, в период восстановления народного хозяйства и в начальный период социалистической индустриализации страны.
В книге собран и обобщен большой фактический и цифровой материал.
Сборник представляет интерес для широкого круга читателей — экономистов и историков, студентов вузов.
ОТВЕТСТВЕННЫЙ РЕДАКТОР доктор экономических наук И. В. МАЕВСКИЙ


ПРЕДИСЛОВИЕ
Настоящий сборник посвящен проблемам истории советской экономики в переходный период от капитализма к социализму.
Основное место в книге занимают исследования, посвященные истории советского народного хозяйства и экономической политике в период восстановления хозяйства и подготовки его реконструкции. В первой статье освещается роль В. И. Ленина в создании Госплана и руководстве его работой. Идеи и принципы социалистического планирования, сформулированные Лениным в письмах в Госплан в первые годы его деятельности, имеют громадное теоретическое и практическое значение и в настоящее время. Значительный интерес представляет содержащееся во второй статье исследование начала практического осуществления ленинского плана электрификации России (плана ГОЭЛРО) в восстановительный период. Эта статья раскрывает огромную работу Советского государства по претворению в жизнь программы электрификации промышленности в первые годы нэпа.
В статье о перестройке промышленности в связи с переходом к новой экономической политике показывается объективная экономическая необходимость перевода промышленности на хозрасчет в связи с развертыванием товарно-денежных отношений и необходимостью максимального развития инициативы и самодеятельности предприятий, освещается изменение системы управления промышленностью на основе ленинских принципов демократического централизма, рассматриваются пути перестройки промышленности (концентрация и трестирование), вскрываются особенности хозрасчета в первые годы нэпа, когда началась борьба за овладение рынком и использование закона стоимости в интересах строительства социализма. В целом статья на конкретном мате3


риале показывает, что партия в коренной перестройке хозяйства с переходом к нэпу опиралась на требования объективных экономических законов и использовала их для успешного социалистического строительства.
Обобщению опыта колхозного строительства в первые годы новой экономической политики посвящена статья «Колхозное строительство в годы восстановительного периода». В статье анализируется постепенное развитие колхозов, изменения социального состава колхозников, улучшение организации труда и распределения доходов; прослеживается процесс превращения ряда колхозов в образцовые хозяйства, которые помогали окружающему крестьянству и оказывали на него большое влияние; вскрываются ошибки, допущенные в ряде мест в колхозном строительстве при переходе к новой экономической политике. Все вопросы освещаются на основе обобщения архивных материалов.
Экономические проблемы начала социалистической реконструкции народного хозяйства СССР рассматриваются в статье о развитии топливно-металлургической базы в первые годы индустриализации. На основе большого статистического и впервые публикуемого архивного материала освещается развернувшийся в первые годы индустриализации страны процесс капитального строительства и воспроизводства фондов в отраслях топливной и металлургической промышленности, прослеживается рост силового аппарата, энерго- и электровооруженности труда рабочих, динамика и уровень производства металла и топлива, организация труда и рост его производительности, трудовая активность рабочих масс. Вопросам подготовки социалистического переустройства сельского хозяйства посвящена статья о новых формах смычки города и деревни накануне массовой коллективизации крестьянских хозяйств.
Значительный интерес представляют также работы, вошедшие в сборник, исследующие вопросы национализации промышленности и транспорта и налаживание их работы на новых, социалистических принципах, а также другие проблемы истории социалистической экономики.
Настоящим сборником начинается систематическая публикация серии научных работ по истории советского народного хозяйства, подготовляемых Институтом экономики Академии наук СССР.


И. А. Гладков
В. И. ЛЕНИН И ОРГАНИЗАЦИЯ ГОСПЛАНА
1. Создание советской системы хозяйственного управления и планирования в первые годы социалистической революции
Советскому народу, как передовому отряду прогрессивного человечества, выпала честь впервые в истории построить социалистическое общество, создать новую экономику — плановое хозяйство, основанное на общественной собственности. Это потребовало громадной теоретической и организаторской работы великого преобразователя человеческого общества — В. И. Ленина, Коммунистической партии, многообразной творческой деятельности миллионов трудящихся. Ленин разработал программу построения социализма в нашей стране и указал верный путь ее осуществления.
Советский народ и трудящиеся всех стран отметили славные победы социалистического развития нашей Родины за 40 лет Советской власти. Величественные достижения первой страны социализма знаменуют торжество ленинской программы преобразования общества и раскрывают неоспоримые преимущества социализма, путь к которому был проложен впервые Великой Октябрьской революцией.
В. И. Ленин накануне Октября пророчески заявил, что победа социалистической революции откроет простор для прогрессивного развития человечества, невиданного подъема производительных сил и расцвета культуры в интересах трудящихся. Жизнь всецело подтвердила ленинское предвидение — на опыте социалистического развития Советского Союза и стран народной демократии в Европе и Азии наглядно и убедительно доказаны преимущества общественной собственности и свободного 5


труда перед частной капиталистической собственностью и системой эксплуатации; все ярче выявляется превосходство восходящего и расцветающего социализма над загнивающим капитализмом, ставшим тормозом развития человечества.
Победа социалистической революции, установление политической власти рабочего класса в союзе с трудовым крестьянством, превращение крупных фабрик и заводов, банков, транспорта, земли и природных богатств в общественную собственность создали основы социалистической системы хозяйства. Эти гигантские преобразования были осуществлены советским народом под руководством Коммунистической партии по гениальной программе, разработанной В. И. Лениным. По ленинским планам развернулось в нашей стране строительство социалистического общества: в короткий срок проведена индустриализация страны, создана мощная тяжелая промышленность, сельское хозяйство перестроено на социалистических началах, осуществлена культурная революция. Ленинские идеи и ныне вдохновляют и направляют созидательную деятельность строителей коммунизма.
Великий Ленин вооружил партию и народ знаниями научных принципов социалистического хозяйствования, выработал новые формы и методы управления народным хозяйством, соответствующие основам социализма, обеспечивающие постоянный неуклонный рост общественного производства, подъем благосостояния народа, открывающие широкий простор для творческой активности трудящихся масс. По ленинским предначертаниям была создана советская социалистическая система управления народным хозяйством, которая с развитием экономики, накоплением опыта руководства хозяйством, усилением активного участия широких масс трудящихся в управлении производством постоянно укрепляется и совершенствуется Коммунистической партией.
В основу построения всей системы управления в Советском социалистическом государстве с самого начала был положен принцип демократического централизма. Ленин еще в работе «Государство и революция» характерной чертой будущей организации государства рабочих и крестьян назвал «самый последовательный демократический централизм». Применительно к хозяйственной области принцип демократического централизма означает 6


возможность правильного сочетания централизованного государственного руководства хозяйством с максималь- ным развитием творческой активности трудящихся масс в управлении производством, всемерным развитием инициативы местных органов в хозяйственном строительстве. Демократический централизм в хозяйственном руководстве, указывал Ленин, не имеет ничего общего с шаблонизированием и бюрократическим установлением единообразия сверху; советский демократический централизм требует учета местных условий, особенностей и отличий каждого района; он обеспечивает возможность полного и беспрепятственного развития, почина и инициативы на местах, разнообразие путей, приемов и средств достижения общей цели.
Демократический централизм в управлении народным хозяйством возможен только в условиях социалистического государства, основанного на союзе рабочих и крестьян, дружбе и сотрудничестве свободных и равноправных народов, при единстве интересов государства и отдельных районов страны. Экономической основой демократического централизма является общественная собственность на средства производства и коллективный труд, планомерно организованный в масштабе всей страны в интересах всего общества, подъема благосостояния народных масс. Демократический централизм предполагает единство политического и хозяйственного руководства страной, осуществляемого самим народом во главе с его авангардом — Коммунистической партией. Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов в центре и на местах, явившиеся органами политического управления страной, с самого начала взяли в свои руки управление хозяйством, усиливая свою хозяйственно-организаторскую деятельность с ростом социалистического обобществления средств производства.
Социализм, по определению Ленина, характеризуется общественной собственностью на средства производства и «социалистической организацией производства продуктов за счет всего общества, для обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех его членов» Ч Это обязательно предполагает планомерность хозяйства. Плановое ведение хозяйства — важней-
1 В. И, Ленин, Соч., т. 6, стр. 12. 7


шии принцип социалистического развития экономики. Ленин глубоко и всесторонне обосновал положение, что социализм означает планомерную организацию общественного производства и распределения продуктов в общегосударственном масштабе.
Новая, социалистическая экономика, основанная на общественной собственности на средства производства, могла создаваться и развиваться только в организованном порядке под руководством государства рабочих и крестьян. Социалистическая общественная собственность на средства производства, возникшая в результате национализации крупной промышленности, транспорта, земли и банков, объединяет предприятия страны в единое народное хозяйство, включает деятельность всех предприятий в общий процесс производства, сплачивает производителей в единый трудовой коллектив, обусловливает необходимость и обязательность планомерного развития народного хозяйства. Крупное общественное хозяйство, являющееся совокупностью разнообразных и неразрывно связанных между собой отраслей производства и предприятий, на которых сосредоточены громадные производственные фонды и заняты миллионы работников, может существовать и двигаться вперед только в плановом порядке, на основе экономического закона планомерного развития народного хозяйства.
Хозяйственные планы пролетарского государства организуют и направляют совместный труд на общественных предприятиях всей страны, обеспечивают единство цели и единство действий всех трудящихся. Ленин еще весной 1918 г. провозгласил важнейшей организационной задачей диктатуры пролетариата «превращение всего государственного экономического механизма в единую крупную машину, в хозяйственный организм, работающий так, чтобы сотни миллионов людей руководились одним планом...» 1 Эта трудная и сложная задача начала осуществляться Коммунистической партией с первых дней социалистической революции.
В первой Советской Конституции, разработанной по указаниям В. И. Ленина в 1918 г., в числе основных задач социалистического государства указано «установление основ и общего плана всего народного хозяйства и 1 5. И. Ленин, Соч., т. 27, стр. 68.
8


отдельных его отраслей». Программа Российской Коммунистической партии большевиков, принятая VIII парт- съездом в марте 1919 г., назвала «максимальное объединение всей хозяйственной деятельности страны по одному общегосударственному плану» как одну из коренных задач Советской власти. В программе партии подчеркивается необходимость установления единого хозяйственного плана для всех советских республик.
Советское государство стало постепенно налаживать плановое руководство хозяйственной жизнью страны, перестраивая общественное производство в интересах трудящихся. Большую роль в развертывании хозяйственноорганизаторской деятельности государства рабочих и крестьян сыграли советы народного хозяйства» созданные в первый год социалистической революции. Система советов народного хозяйства в центре и на местах строилась на сочетании единого планового руководства народным хозяйством с широкой самостоятельностью мест, при всемерном развертывании активного участия масс в управлении хозяйством.
Задачей Высшего Совета Народного Хозяйства, как указано в декрете Советского правительства от 2 декабря 1917 г., являлась организация народного хозяйства и государственных финансов. «С этой целью,— говорилось в декрете,— ВСНХ вырабатывает общие нормы и план регулирования экономической жизни страны, согласует и объединяет деятельность центральных и местных регулирующих учреждений». На советы народного хозяйства в экономических районах (областях) возлагалась задача организации и регулирования экономической жизни на местах в соответствии с общегосударственными и местными интересами, всемерное развитие производительных сил.
В. И. Ленин придавал огромное значение советам народного хозяйства, видя в них воплощение хозяйственноорганизаторской роли социалистического государства. Советы народного хозяйства в центре и на местах развернули большую работу по налаживанию хозяйственной жизни на социалистических началах, по организации управления и планирования хозяйства. Ленин говорил, что роль и значение экономических органов социалистического государства, подобных советам народного хозяйства, будут постоянно увеличиваться, они будут тем 9


больше и тем выше, чем значительнее будут успехи социалистического строительства.
Плановое руководство хозяйственной жизнью страны осуществлялось всей системой советов народного хозяйства в центре и на местах и другими органами хозяйственного управления, возглавляемыми Совнаркомом. В период интервенции и гражданской войны главным военнохозяйственным и планирующим центром республики являлся Совет Обороны. «Выполняя возложенную на него задачу, Совет Обороны объединил работу военного и других ведомств в деле мобилизации сил и средств страны в интересах обороны» Плановое руководство хозяйством сыграло большую роль в завоевании советским народом победы в годы гражданской войны.
За первое трехлетие Советской власти был накоплен значительный опыт планового руководства народным хозяйством, начал складываться советский хозяйственный аппарат, выковывались большевистские кадры хозяйственников; выработалась система текущих планов по отраслям хозяйства, планов распределения, перевозок, снабжения; были созданы предпосылки для перехода на следующую стадию планового руководства — к выработке единого государственного народнохозяйственного плана.
Ленин указывал в декабре 1920 г., что Совет Обороны уже сделал немало для практического объединения хозяйственной деятельности всех советских республик, согласования работы экономических наркоматов и ведомств, подготовляя таким образом предпосылки для создания единого хозяйственного плана.
Задачу «возможно более быстрого составления плана реорганизации промышленности и экономического подъема России» на основе всестороннего использования природных богатств всех районов страны и широкого внедрения электрификации Ленин выдвинул еще в апреле 1918 г. Тогда же началось осуществление этого ленинского задания. В начале 1920 г. военная обстановка позволила ускорить разработку единого хозяйственного плана. По указаниям Ленина в феврале 1920 г. была создана и начала свою работу Государственная комиссия по электрификации России (ГОЭЛРО), которая использовала все подготовительные материалы, накопленные ранее хозяйственными органами Республики Советов.
’ * Ленинский сборник XXXV, стр. 183.
10


В связи с развертыванием хозяйственного строительства в период мирной передышки в начале 1920 г. Совет Обороны был преобразован в Совет Труда и Обороны; перед ним была, поставлена задача «теснейшего объединения работы на фронте труда». IX съезд партии (март 1920 г.) подчеркнул в своих решениях, что «основным условием хозяйственного возрождения страны является неуклонное проведение единого хозяйственного плана, рассчитанного на ближайшую историческую эпоху». В специальной резолюции съезд дал поручение Центральному Комитету партии выработать систему организационной связи между хозяйственными наркоматами в их повседневной работе с целью обеспечения полного единства в проведении хозяйственного плана.
Практическое разрешение этих вопросов в связи с новым походом интервентов и белогвардейцев весной и летом 1920 г. затянулось до конца года. В это время комиссия ГОЭЛРО завершила подготовку плана электрификации страны — первого народнохозяйственного плана, рассчитанного на многие годы вперед, легшего в основу текущих программ хозяйственного строительства.
Переход к мирному хозяйственному строительству после отражения вооруженного натиска империалистов и окончания гражданской войны потребовал усиления планового руководства народным хозяйством. Необходимо было усилить плановое начало в хозяйственном строительстве, укрепить планово-экономические органы Советского государства. С этой целью партия и правительство поставили в конце 1920 г. вопрос о создании при Совете Труда и Обороны постоянной комиссии по согласованию производственных и распределительных планов всех хозяйственных ведомств. 26 октября 1920 г. в Совнаркоме рассматривался вопрос об объединении работы экономических комиссариатов по выработке единого хозяйственного плана. С докладом выступил В. И. Ленин. Совнарком постановил создать особое совещание для разработки практических мероприятий по вопросу об организационной связи между хозяйственными наркоматами. Всем хозяйственным ведомствам, в особенности ВСНХ, Наркомпути, Наркомпроду и Наркомзему, было предложено срочно представить сведения о всех существующих междуведомственных экономических комиссиях и об итогах их работы. Специальной тройке было 11


поручено изучить точнее по составу и характеру работ все комиссии, расклассифицировать их, сделать выводы относительно необходимого объединения и упрощения. Правительство дало задание ГОЭЛРО, Центральной производственной комиссии ВСНХ, Комиссии использования материальных ресурсов и Наркомзему подготовить для названного совещания доклад о характере и итоге их работ с точки зрения общего хозяйственного плана всей РСФСР Ч
Как показала проверка, в то время насчитывалось несколько десятков междуведомственных комиссий по планово-экономическим вопросам. Ленин выдвинул идею создания постоянной общегосударственной плановой комиссии, костяком которой должна стать комиссия ГОЭЛРО, проверенная на работе по составлению научного хозяйственного плана. «Чего стоят все «планы» (и все «плановые комиссии» и «плановые программы») без плана электрификации? Ничего не стоят. Собственно говоря, ГОЭЛРО и должно быть единым плановым органом при СНК...— писал Ленин 6 ноября 1920 г.— ГОЭЛРО сделать постоянной комиссией при СНК, ибо она готовит и проводит, должна проводить электрификацию и для ВСНХ, и для НКЗема, и для НКПС и т. д.» 1 2
Советское правительство по предложению Ленина 1 декабря 1920 г. приняло постановление об усилении экономической работы Совета Труда и Обороны (СТО). «Передвинуть центр тяжести работ Совтрудобороны в большей мере, чем до сих пор, на задачи хозяйственного строительства» — такова была цель этой реорганизации. Ленин определил новые задачи Совета Труда и Обороны. Наряду с организацией обороны страны на СТО было возложено объединение всей работы экономических наркоматов, установление единого хозяйственного плана РСФСР, направление работы экономических наркоматов сообразно этому плану, наблюдение за осуществлением народнохозяйственного плана и в случае необходимости изменение этого плана.
После - образования Союза Советских Социалистических Республик на Совет Труда и Обороны СССР было возложено осуществление хозяйственного и финансового плана Союза, корректирование их в соответствии с эко- 1 См. Ленинский сборник XXXV, стр. 160, 161.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 35, стр. 397.
12


комической и политической обстановкой, непосредственное руководство наркоматами СССР в области хозяйственных мероприятий и обороны страны Ч
Для осуществления новых сложных задач планового руководства хозяйством потребовалось ускорить организацию постоянного планового центра при Совете Труда и Обороны. 15 февраля 1921 г. Совнарком поручил Совету Труда и Обороны «немедленно создать Общеплановую комиссию при участии экспертов». 18 февраля Ленин составил проект постановления об организации Государственной общеплановой комиссии, основной тезис которого гласил: «При СТО создается Общеплановая комиссия для разработки единого общегосударственного хозяйственного плана на основе одобренного VIII съездом Советов плана электрификации и для общего наблюдения за осуществлением этого плана»1 2. Этот тезис вошел затем первым пунктом в Положение о Госплане, принятое правительством 22 февраля 1921 г.
2. В. И. Ленин об основных задачах Госплана и принципах социалистического планирования
Ленинский декрет о Госплане от 22 февраля 1921 г. определил роль Госплана как научного планово-экономического органа правительства и наметил конкретную программу его работы.
«Разработка единого общегосударственного хозяйственного плана, способов и порядка его осуществления» — такова первая основная задача Госплана. Партия и правительство определяют очередные задачи социалистического строительства и дают указания по составлению хозяйственных планов, на основе которых разрабатываются конкретные производственные и строительные программы, план товарооборота, транспорта, план по труду, финансовый план.
В государственном народнохозяйственном плане должны быть правильно определены межотраслевые и межрайонные связи и пропорции. Отсюда важная задача Госплана: «Рассмотрение и согласование с общегосударственным планом производственных программ и плановых предположений различных ведомств, а также областных 1 См. «Известия ЦИК СССР и ВЦИК», 26 августа 1923 г.
2 Ленинский сборник XXXV, стр. 225.
13


(хозяйственных) организаций по всем отраслям народного хозяйства и установление очередности работ». Госплан должен координировать и увязывать все отраслевые и районные планы и намечать конкретную календарную программу выполнения государственного народнохозяйственного плана. «Все плановые предположения, возникающие в Комиссариатах и ведомствах по вопросам государственного хозяйства, а также производственные программы по его осуществлению обязательно представляются в Государственную Общеплановую Комиссию на рассмотрение и согласование с общегосударственным и хозяйственным планом».
Как указано в ленинском декрете, Госплан не может ограничиваться лишь составлением народнохозяйственного плана, он должен разрабатывать также мероприятия, обеспечивающие выполнение плана. «Выработка мер общегосударственного характера по развитию знаний и организации исследований, необходимых для осуществления плана государственного хозяйства, а также по использованию и подготовке потребного персонала» — так определена эта задача в Положении о Государственной Общеплановой Комиссии. Планомерная организация работы научных учреждений в области технико-экономических исследований, изучение природных богатств для обеспечения топливно-энергетической и сырьевой базы промышленности, лучшее использование имеющихся ресурсов и применение новых видов сырья, топлива и материалов, новых технологических процессов, внедрение передовой науки и техники в производство, разработка плана подготовки и использования соответствующих кадров всех квалификаций — все это должно быть повседневной обязанностью Госплана.
«Выработка мер по распространению в широких кругах населения сведений о плане народного хозяйства, о способах его осуществления и формах соответственной организации труда» — одна из задач, поставленных Лениным перед ' Госпланом. Пропаганда народнохозяйственного плана, освещение в печати передовых образцов борьбы за план, широкое внедрение лучших методов организации труда являются серьезным условием успешного социалистического строительства.
В ленинском декрете особо подчеркивается, что текущие хозяйственные планы ближайших лет должны 14


строиться на основе перспективного плана электрификации— плана ГОЭЛРО и что наблюдение за осуществлением этого плана составляет первейшую задачу Госплана. «Хозяйственные задачи первой очереди», составляющие содержание текущих народнохозяйственных планов, должны разрабатываться Госпланом «наиболее детально, с полным учетом наличных условий конкретной экономической действительности».
После образования Союза ССР был учрежден Госплан СССР при Совете Труда и Обороны для согласования планов народного хозяйства отдельных республик, входящих в Союз Советских Социалистических Республик, разработки единого союзного перспективного плана государственного хозяйства и вместе с тем для разработки на его основе календарных годовых планов, а также для систематического наблюдения за проведением единого союзного плана и регулирования всего народного хозяйства в целом.
В состав Государственной плановой комиссии по предложению В. И. Ленина были введены крупные специалисты по важнейшим отраслям хозяйства, деятели техники и науки во главе с Г. М. Кржижановским: И. Г. Александров, В. Р. Вильямс, И. М. Губкин, Д. Н. Прянишников, С. Г. Струмилин, М. А. Шателен и другие. Многие из них прошли школу ГОЭЛРО. Ленин считал, что во главе Госплана должен стоять человек, с одной стороны, научно образованный, именно по технической либо агрономической линии, с большим, многими десятилетиями измеряемым опытом практической работы в области либо техники, либо агрономии. Такой человек, по мысли Ленина, должен обладать не столько администраторскими качествами, сколько широким опытом и способностью привлекать к себе людей. Ленин выступал против преувеличения администраторской стороны, которая необходима на своем месте, но которую не надо смешивать со стороной научной, с охватыванием широкой действительности, способностью привлекать людей и т. д.1
В Госплан и другие плановые органы к работам по планированию народного хозяйства Ленин рекомендовал привлекать специалистов — экономистов, инженеров, агрономов и других работников науки и техники. Ленин 1 См. В. И. Ленин, Соч., т. 36, стр. 549.
15


полагал, что для плановых органов особенно нужны специалисты с размахом или «загадом»; людей с широким размахом необходимо уравновесить людьми сугубо трезвыми и осторожными; ни в коем случае нельзя поручать государственное плановое дело фантазерам: они могут погубить его. Плановые органы должны иметь актив из работников различных организаций, способных подходить к делу с вневедомственной, «только с коммунистической точки зрения».
В день принятия правительством Положения о Госплане и утверждения его состава в «Правде» была опубликована известная статья «Об едином хозяйственном плане», в которой Ленин наметил основные вехи работы организуемого Госплана. Он подверг резкой критике троцкистов и иных оппортунистов, которые стремились сорвать создание делового планирующего центра, захватить руководство им в свои руки, направить работу Госплана по неверному пути, сделать его «дискуссионным клубом». Их статьи, тезисы и невежественные разговоры о методологии планирования Ленин охарактеризовал как пустейшее говорение и скучнейшую схоластику, проекты их расценил как «чиновничье убийство живого дела» !.
Госплан должен строить, свою работу, говорил Ленин, опираясь на накопленный практический опыт планового руководства хозяйством. Первейшей обязанностью экономистов-плановиков является поэтому внимательное и тщательное изучение «живого дела, которое уже сделано и которое надо продолжать». В основу работы Госплана должен быть положен план ГОЭЛРО, одобренный VIII Всероссийским съездом Советов. Составленный «лучшими учеными силами нашей республики по поручению высших ее органов», план электрификации России — настоящий научный план, содержащий точные расчеты и конкретные задания по основным отраслям хозяйства, балансовую увязку отраслевых планов, схему размещения новых районных электростанций, основы планов важнейших экономических районов, начало погодовой календарной программы. Госплан надо было строить и улучшать дело планирования народного хозяйства на основе опыта работы ГОЭЛРО, используя лучшие научно-технические силы, прошедшие эту школу.
1 В. И. Ленин, Соч., т. 32, стр. 119.
16


Ленин считал необходимым организовать и в дальнейшем планово-экономическую работу так, чтобы в ней участвовали лучшие люди науки и техники, лучшие практики-хозяйственники, знающие дело, отрасль хозяйства или район. Данные современной науки и техники, практический опыт в центре и на местах должны быть широко использованы и применены в социалистическом планировании. Самый опасный враг научного и действенного планирования, указывал Ленин,— «интеллигентское и бюрократическое прожектерство».
Надо, чтобы плановые работники, экономисты и статистики «не болтали о плане вообще, а детально изучали выполнение наших планов, наши ошибки в этом практическом деле, способы исправления этих ошибок. Без такого изучения мы слепые». Дельные экономисты-плановики должны тщательно изучать отчеты предприятий, отраслей и районов, анализировать ход выполнения планов, вскрывать недостатки и намечать пути их устранения; советские хозяйственники должны проводить соответствующие практические мероприятия, обеспечивающие ликвидацию выявленных недостатков. Таков деловой подход к социалистическому планированию.
Для успеха социалистического строительства необходимо правильное сочетание перспективного и текущего хозяйственного планирования. Надо, писал Ленин, «связать научный план электрификации с текущими практическими планами и их действительным осуществлением». Перспективный план ГОЭЛРО должен получить еще более конкретное выражение в текущих плановых заданиях: построить то-то и тогда-то, такие-то материалы собрать и подвезти и т. д.
В программных документах Ленина были определены вехи работы Госплана и пути развития социалистического планирования на много лет вперед.
Ленинские положения решительно отстаивал И. В. Сталин. Он раскритиковал обывательский «реализм» и маниловщину оппортунистов, высмеял их прожекты «единых планов», которые не имели ничего общего с большевистским планированием. Необходимо было развернуть пропаганду научного плана электрификации «как в основном, так и в конкретностях, касающихся отдельных областей, памятуя, что существует только один «единый хозяйственный план»,— это «план электрифика2
Очерки по истории
17


ции», что все остальные «планы» — одна болтовня, пустая и вредная». Учитывая, что работникам ГОЭЛРО при всех хороших качествах не хватало здорового практицизма, для успешной работы Госплана надо было добавить к ним «людей живой практики», опытных организаторов, лучших хозяйственников Ч
Вскоре после организации Госплана были созданы плановые комиссии при губернских и областных исполкомах, а также система плановых органов в хозяйственных наркоматах и ведомствах. В постановлении Совнаркома, подписанном 21 марта 1921 г. Лениным, подчеркивалось большое значение этого мероприятия. Плановые органы наркоматов, образованные взамен множества временных и постоянных ведомственных и междуведомственных экономических комиссий и совещаний, призваны были устранить параллелизм и несогласованность, усилить стройность и упростить экономический аппарат, обеспечить правильную соподчиненность его звеньев.
Центральная производственная комиссия ВСНХ занималась выработкой общего плана развития промышленности, рассмотрением производственных программ всех отраслей добывающей и обрабатывающей промышленности и согласованием как этого плана и программ, так и всей работы ВСНХ с деятельностью всех других наркоматов. В состав плановой комиссии ВСНХ входили также представители Наркомпрода, Наркомпути и ВЦСПС. На плановую комиссию Главного топливного комитета возлагались задачи: предварительное рассмотрение программ развития производства топлива в России на предстоящий период в связи с перспективами топливоснабжения, составление годовых и текущих топливных планов, изменение текущих топливных планов в процессе их выполнения.
Плановая комиссия Наркомзема (Земплан) имела целью выработку общего плана сельского и лесного хозяйства и согласование этого плана и в целом работы Наркомзема со всеми остальными наркоматами. В состав Земплана включались представители ВСНХ и Наркомпрода, а в отдельных случаях и других ведомств. При Наркомземе была создана также комиссия по сырью, в ведение которой входили: выработка мер поощрения
1 См. Я. Сталин, Соч., т. 5, стр. 50—51. 18


производителей растительного и животного сырья для промышленности; рассмотрение проектов мероприятий, направленных к расширению технических культур и развитию производства всех видов сырья; наблюдение за выполнением всеми ведомствами соответственных постановлений Совета Народных Комиссаров и Совета Труда и Обороны Ч
Госплан и местные плановые органы, плановые комиссии наркоматов и ведомств были созданы в тот период, когда Советская страна совершала переход от войны к мирному хозяйственному строительству, когда на хозяйственном фронте развертывалась решительная борьба социализма против капитализма. Чтобы обеспечить неуклонный рост социалистического уклада в народном хозяйстве и вытеснение капиталистических элементов, добиться победы социализма над капитализмом, Советское государство должно было наиболее организованно использовать всю мощь командных высот в экономике, противопоставить капиталистической и мелкособственнической стихии растущее плановое начало, социалистический общегосударственный план. Госплан и местные плановые комиссии должны были явиться планово-экономическими органами партии и государства; их назначение — усилить руководящую роль диктатуры пролетариата в хозяйственной жизни страны.
Советскому государству, рабочим и крестьянам предстояло осуществить грандиозные задачи: восстановить разрушенное народное хозяйство, создать мощную индустрию и перестроить на ее основе все народное хозяйство на социалистических началах. Для успешного строительства социализма необходима была планомерная организация общественного труда, вовлекающая все большие и большие массы рабочих и крестьян. Наряду с усилением планового начала надо было развернуть местный почин в хозяйственном строительстве, развить творческую активность масс на хозяйственном фронте для максимального использования экономических ресурсов страны, ее природных богатств и народного труда в интересах быстрого восстановления и подъема народного хозяйства.
Новая обстановка потребовала перестройки управле-
1 См. «Известия ВЦИК», 12 апреля 1921 г. 2*
19


ния и планирования хозяйства на основе последовательного проведения принципа демократического централизма. Местным планово-экономическим органам предоставлялись широкие права и возможности для развертывания инициативы народных масс и более широкого использования их творческой активности в хозяйственном строительстве.
Для объединения и усиления хозяйственной деятельности местных органов Советской власти и привлечения их к выполнению местных и общегосударственных задач, развития их инициативной работы, по решению VIII Всероссийского съезда Советов при губисполкомах были созданы экономические совещания, на которые было возложено согласование деятельности местных органов хозяйственных наркоматов (ВСНХ, Наркомзем, Нарком- прод, Наркомтруд и Наркомфин). Местные экономические совещания при областных и губернских исполкомах организовались по типу Совета Труда и Обороны — центрального экономического органа, который действовал на правах комиссии Совнаркома.
В «Наказе от СТО (Совета Труда и Обороны) местным советским учреждениям» Ленин в мае 1921 г. писал: «Отсутствие на местах согласованной работы различных ведомств — одно из больших зол, препятствующих хозяйственному строительству. Надо обратить на этот вопрос громадное внимание. Задача эконсоветов — устранять эту несогласованность, развивать самостоятельность местных учреждений». В этом документе поставлены важные вопросы дальнейшего развития принципа демократического централизма: согласование работы центра и мест в области хозяйственного строительства, усиление планового руководства народным хозяйством и широкое развитие местного почина на основе единого плана, координация работы местных хозяйственных органов, правильные взаимоотношения уездов, губерний и областей, организация работы местных экономсовещаний по типу работы Совета Труда и Обороны, упрочение учетной базы социалистического планирования.
Об укреплении планового начала в хозяйственном строительстве на местах после создания областных, губернских и уездных экономсовещаний рассказано в их отчетах в Совет Труда и Обороны по ленинскому «Наказу СТО». Так, экономсовещание Красноярского уезда, 20


Астраханской губернии, отвечая на вопрос о плановости, отметило в отчете, что «вся работа, начиная с волостей, идет плановая»1.
С первых лет социалистической революции Коммунистическая партия добивается привлечения трудящихся масс к активному участию в планировании народного хозяйства, принимает меры к тому, чтобы составление и выполнение хозяйственных планов стало общегосударственным и всенародным делом, чтобы в подготовке народнохозяйственных планов в центре и на местах участвовали партийные организации, советские хозяйственные органы, профсоюзы, научные учреждения, трудящиеся массы.
X съезд РКП (б) в марте 1921 г. дал директиву о необходимости широкого привлечения рабочих к выработке народнохозяйственного плана и производственных программ предприятий. При составлении и осуществлении планов, указывается в решениях съезда, «с особенным вниманием должен учитываться и практический опыт рабочих масс в деле организации производства»; необходимо также привлечение технических сил к участию в проведении единого хозяйственного плана на основе электрификации и научной организации труда в производстве.
Основным условием правильного планирования народного хозяйства является активное участие трудящихся «во всех плановых органах пролетарского государства, в выработке хозпланов, программ производства и расходования фондов материального снабжения»,— указано в постановлении ЦК РКП (б) от 12 января 1922 г., которое написал Ленин. Необходимо, подчеркивается в этом постановлении, «все шире и глубже втягивать рабочий класс и трудящиеся массы во все строительство госхозяй- ства, знакомя их со всем кругом хозжизни, со всем кругом промышленной работы, начиная от заготовки сырья и кончая реализацией продукта, и давая все более конкретное представление как о едином Госплане социалистического хозяйства, так и о практической заинтересо1 Центральный государственный архив Октябрьской революции, ф. 130, оп. 5, д. 519, л. 36. Этот отчет был просмотрен В. И. Лениным и получил его одобрение. См. Ленинский сборник XXIII, стр. 236—237.
21


ванности рабочего и крестьянина в осуществлении этого плана»'.
Ленин раскрыл сущность социалистического плана как государственной директивы, обеспечивающей единство воли и единство действий миллионов трудящихся. Именно поэтому Ленин требовал: план должен быть наглядным, популярным, он должен увлекать массы ясной и яркой (вполне научной в основе) перспективой. Сила и авторитет государственного народнохозяйственного плана объясняется тем, что этот план выражает коренные интересы народа — интересы увеличения общественного богатства, усиления военной и экономической мощи страны, подъема благосостояния трудящихся.
Вся практическая деятельность Госплана и местных плановых органов, советов народного хозяйства в центре и на местах направлялась Коммунистической партией — руководящей силой социалистического государства. Во-- оружейная марксистско-ленинской теорией, знанием законов развития общества, Коммунистическая партия определяет научную программу строительства социализма, намечает очередные практические задачи экономического развития, конкретизируя их в текущих и перспективных хозяйственных планах, обеспечивающих единство цели и единство действий миллионов трудящихся. Своей организаторской работой партия мобилизует и направляет творческую деятельность масс на претворение планов в жизнь. В этом залог успеха социалистического строительства.
3. Ленинские советы и указания по организации планирования
Ленин повседневно руководил работой Госплана. В соответствии с наказом Совета Труда и Обороны об организации деятельности Госплана, который был подписан В. И. Лениным 1 апреля 1921 г., в Госплане были образованы секции: промышленности (добывающей и обрабатывающей), энергетики (электрификация, топливо, водная сила), транспорта, сельского хозяйства. Кроме того, были созданы две подкомиссии: плановых предположений ближайшего года; учета и распределения хо1 В. И. Ленин, Соч., т. 33, стр. 165—166.
22


зяйственных ценностей, рабочей силы и организации труда. Вскоре были дополнительно организованы подкомиссии внешней торговли и районирования страны. Комиссия ГОЭЛРО была преобразована в секцию энергетики. Был образован президиум Госплана. Ленин указывал, что президиум Госплана должен включать лучших организаторов из членов плановой комиссии, способных «стойко вести тяжелую работу».
В наказе сказано, что работа Госплана и его президиума направляется «в соответствии с получаемыми от председателя Совета Труда и Обороны указаниями». Наказ содержал практические рекомендации о том, как организовать работу секций и президиума Госплана, в частности о порядке оформления и рассмотрения плановых документов. В докладных записках, представляемых секциями и подкомиссиями руководству Госплана, рекомендовалось в начале давать сжатое изложение содержания представляемого материала, а в заключительной части ф°РмУлиРовать краткие основные положения и выводы, вносимые на обсуждение и утверждение Госплана *. Правильному оформлению документов Ленин придавал большое значение. В одном из писем в Госплан он подчеркивал, что неряшливо составленные, неясные и недоработанные проекты могут затруднить решение нужного и важного вопроса.
В первые же дни после образования Госплана Ленин предложил его руководству составить точную практическую программу работ. Учитывая хозяйственную разруху, необходимо было на первое место поставить разработку и проверку текущих планов восстановления хозяйства. «Исключительную важность должна иметь подкомиссия по изучению, проверке и «увязке», согласованию, внесению предложений об изменении текущих хозяйственных планов (на 1921 год в данное время)»,— писал Ленин 25 февраля 1921 г. Ознакомившись с программной речью председателя Госплана на пленуме комиссии, Ленин дал следующие указания: «Главный недостаток ее: слишком много об электрификации, слишком мало о текущих хозяйственных планах. Не на том сделано главное ударение, на чем надо». Госплан должен «немедленно изо всех сил взяться за текущие хозяйственные планы». В соответ1 ЦГАОР, ф. 4327, оп. 1, д. 38 (46), л. 6. •
23


ствии с этой задачей Ленин рекомендовал на ближайшее время распределить силы так, чтобы четыре пятых работников Госплана загрузить вопросами текущего планирования, а пятую часть занять вопросами перспективного планирования на основе плана электрификации страны. «1—2 подкомиссии на электрификацию. 9—8 подкомиссий на текущие хозяйственные планы. Вот как распределить силы на 1921-ый год»,— писал Ленин позднее, 5 апреля 1921 г.
Ленин добивался правильной организации работы Госплана, четкого разграничения функций Госплана и ведомственных плановых органов, согласования их работы. Есть данные, писал Ленин 2 июля 1921 г., что Сов- трудобороны, давая разнообразные частные и специальные задания Госплану, не всегда правильно распределяет эти задания с точки зрения функций плановых комиссий при отдельных наркоматах.
В целях более целесообразной постановки всей деятельности Госплана Ленин рекомендовал точно индивидуализировать всю текущую работу и ответственность всех членов и сотрудников Госплана. Каждый член и сотрудник Госплана должен иметь определенные задания систематического изучения всех материалов, касающихся выполнения определенных хозяйственных функций с точки зрения действительного выполнения планов (например, топливо, его добыча, перевозка, экономное использование; экономия продовольствия, правильная организация его распределения с точки зрения повышения производительности труда и т. д.). При такой организации дела, подчеркивал Ленин, будет обеспечена большая продуктивность работы Госплана.
Ленин требовал, чтобы специальные текущие задания и поручения выполнялись Госпланом не в ущерб его основной задаче — систематической работе по составлению и проверке выполнения народнохозяйственных планов. В письме в Политбюро ЦК 5 мая 1922 г. Ленин отмечал, что Госплан страдает перегруженностью от чересчур мелкой, злободневной «вермишели». Ведомства забрасывали Госплан просьбами о срочной «помощи», он отвлекался на мелочи в ущерб основным своим задачам. Из перечня вопросов, стоявших перед президиумом Госплана, за два месяца его работы (февраль и март 1922 г.) видно, что за это время рассмотрено и разра24


ботано: вопросов плановых—17%, вопросов важного хозяйственного характера — 37, «вермишели» — 46 %. Недостатки в работе Госплана есть, заключал Ленин, «но их искать надо не в академизме, а как раз в обратном направлении» ’.
В первые же дни существования Госплана Ленин указывал на необходимость выработки не только текущих отраслевых планов, но и общегосударственного народнохозяйственного плана. Разработке общехозяйственного плана Ленин придавал особое значение. «Вопрос об основных чертах государственного плана не как учреждения, а как плана, стоит неотложно»,— подчеркивается в письме в Госплан от 12 апреля 1921 г.
В ленинских указаниях Госплану развивается важнейший принцип социалистического планирования: при разработке хозяйственного плана необходимо руководствоваться директивами партии и правительства, основными задачами экономической политики. «Теперь Вы знаете продналог и другие декреты. Вот Вам политика. А Вы подсчитайте поточнее (на случай разных урожаев), сколько это может дать»,— писал Ленин. Такое же задание и еще более спешное — с топливом. Ленин потребовал прежде всего обобщить итоги выполнения топливного плана 1920 г.: «назначалось? получено? как хотели распределить назначенное (только по главным рубрикам)? как распределили полученное?» 1 2
Ленинское задание — выработать в кратчайший срок народнохозяйственный план на ближайший год-два, исходя из плана ГОЭЛРО и учитывая данную обстановку,— сопровождалось конкретными указаниями о максимальной концентрации всех сил страны и усилий трудящихся на важнейших участках хозяйственного фронта — продовольствии, топливе, восстановлении жизненно необходимого минимума предприятий советской индустрии. В дни создания Госплана Ленин дал следующую директиву для текущего планирования: «Тотчас, не медля ни дня ни часа, по кусочкам выделить важнейшее, минимум предприятий, и их поставить»3.
Первые работы Госплана над общегосударственным хозяйственным планом, по-видимому, не удовлетворили 1 В. И. Ленин, Соч., т. 33, стр. 317, 318.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 35, стр. 414.
3 Там же, стр. 405.
25


Ленина. «Единого государственного плана хозяйства у нас пока почти еще не чувствуется. Преобладает стремление «поднять» все и вся, все отрасли хозяйства, даже все предприятия, оставшиеся по наследству от капитализма»,— писал он в Госплан 14 мая 1921 г. Надо было покончить с распылением сил и средств. «Госплану следует так поставить работу, чтобы выработать, хотя бы ко времени сбора урожая, основы общегосударственного хозяйственного плана на ближайший период, год или два».
Ленин дал практические директивы для составления такого плана. «За исходный пункт следует взять продовольствие, ибо именно в этом корень всей массы затруднений». Поскольку перспективы урожая хлеба были еще не ясны, Госплану рекомендовалось разработать три варианта плана, исходя из ожидаемого продовольственного фонда, который будет в распоряжении государства: 200, 250 или 300 млн. пудов хлеба; в этом плане предусмотреть государственный хлебный резерв для нужд обороны и т. д. Вслед за продовольствием народнохозяйственный план должен предусмотреть задания по топливу: определить перспективы добычи, возможность экономии топлива при концентрации промышленного производства на немногих лучших предприятиях. Госплан должен был рассчитать возможность экономии продовольствия за счет закрытия ненужных предприятий или небезусловно необходимых, а также дать примерный расчет экономии топлива, установив выдачу премий за его сбережение и усилив надзор за его расходом.
При разработке плана по промышленности Ленин советовал Госплану исходить из следующих заданий: «Минимум необходимого для покрытия минимума потребностей: (а) производительного потребления; (Р) личного потребления». Необходимо составить обоснованный расчет того, в скольких крупных предприятиях можно сосредоточить все производство и сколько закрыть. Для решения этого важнейшего вопроса требовалось особенно тщательное изучение: во-первых, чисто статистическое — с привлечением данных за 1920 г. и по возможности за 1918—1919 гг., «иногда в виде исключения подсобное значение будут иметь и данные довоенной статистики»; во-вторых, экономическое — изыскание возможности занять временно (на год, на два) освобождаемых город26


ских и промышленных рабочих в хлебных местностях. Ленин рекомендовал «попытаться выделить и подсчитать: (а) предприятия (с числом рабочих), которые безусловно необходимы государству, и (б) предприятия — с числом рабочих в них... которые следовало бы закрыть с точки зрения рационального хозяйничания и перевода промышленности в немногие лучшие заведения, работающие в несколько смен».
Особое значение в то время имела программа развития промышленности, выпускавшей товары для обмена на хлеб. «Эту промышленность надо во всяком случае выделить особо, чтобы иметь возможность точно ответить на вопрос: при недостатке хлеба вообще, нельзя ли, уделив такое-то количество продовольствия и топливо на такую-то отрасль промышленности или на такие-то заведения, получить такое-то количество продуктов и в обмен на них столько-то хлеба».
Кроме программы по промышленности, с выделением строительной промышленности народнохозяйственный план должен включать также разделы по транспорту и электрификации. Проект народнохозяйственного плана должен дать «расчет общей картины, всего расходования всей суммы продовольствия и всей суммы топлива за год». Годовой план народного хозяйства должен иметь подразделения на трети или четверти года. «Расчет должен быть дан первоначально, хотя бы в грубых чертах, в порядке первого приближения... Потом этот грубый план будем уточнять, исправлять, изменять...» 1
Письмо Ленина было обсуждено на другой день на пленуме Госплана. Всем секциям и подкомиссиям было предложено в недельный срок представить свои практические предложения по затронутым в письме вопросам. Обсудив указания Ленина, транспортная секция Госплана приняла следующее постановление: 1) признать необходимым: а) составление производственно-эксплуатационной программы железнодорожного транспорта и б) составление плана перевозок на ближайшее полугодие на основании ожидаемых заявок на перевозки; 2) принять к учету влияние на работу транспорта новых политико-экономических условий, санкционируемых новейшими декретами в смысле допущения свободы частного 1 В. И. Ленин, Соч., т. 32, стр. 351.
27


оборота; 3) разработать вопрос о переводе ж.-д. и водных путей сообщения на принцип коммерческой эксплуатации; 4) разработать вопрос о построении транспортного плана на основе районирования в смысле выяснения балансов ввоза и вывоза грузов из разных районов. Предварительные итоги этой работы рассматривались в секции 1 июня 1921 г. На следующем заседании, 4 июня, были намечены практические мероприятия по ускорению разработки плана перевозок на второе полугодие 1921 г. с учетом директив Ленина'. Такие же мероприятия проводились и другими секциями Госплана по всем отраслям народного хозяйства.
В соответствии с указаниями Ленина об ускорении разработки общехозяйственного плана на ближайшие годы Госплан предложил всем плановым комиссиям наркоматов и ведомств, не прерывая своих срочных работ по составлению проектов планов на текущий год, приступить к выработке плановых предположений на будущий год (с 1 октября 1921 г. по 1 октября 1922 г.) с подразделением их по кварталам. При этом Госплан отметил «неудовлетворительный опыт с составлением плановых предположений на текущий год» 1 2.
Ленин считал возможным и необходимым при составлении проекта плана применение «примерных расчетов», «условных минимумов» и вариантов. Но самый план, представляемый правительству и подлежащий его утверждению, должен содержать не прикидки, а точные задания. При всех проектированиях в окончательном плане необходимо сравнение с прошлым годом (или рядом лет). Например, в плане на 1921 г. сравнение обязательно с 1920 г. Ленин указывал, что данные довоенной статистики царской России могли иметь только подсобное значение. План не может ограничиваться голыми расчетами и заданиями; плановые задания должны сопровождаться системой мероприятий, обеспечивающих их выполнение.
Во всех капиталистических государствах, говорил Ленин на X съезде партии, несмотря на анархию, свойственную капитализму, опорным пунктом для хозяйственных прогнозов и расчетов бюджета и т. п. является опыт 1 ЦГАОР СССР, ф. 4372, оп. 6, д. 4(9), л. 41—46.
2 ЦГАОР СССР, ф. 4372, оп. 1, д. 34(42), л. 132.
28


десятилетии; этот опыт могут сравнивать и использовать все капиталистические государства, однородные по своему экономическому строю. Социалистическое государство не может заимствовать этот опыт. Опорным пунктом для расчетов хозяйственного плана должен быть опыт советского хозяйственного строительства и планирования. Необходимы поэтому тщательный анализ и сравнение итогов хозяйствования за истекшие годы Советской власти. Из этого сравнения выявляется известная закономерность.
Ленин подчеркивал трудности первых опытов народнохозяйственного планирования, особенно сложность разработки годовых общехозяйственных планов. В первые годы Советской власти планово-экономические органы имели дело с текущими отраслевыми планами. В условиях войны трудно было устанавливать годовые народнохозяйственные планы, приходилось ограничиваться планами на короткие сроки — «на три недели или на две, а третью будем посмотреть». Плановые расчеты на год требуют особого подхода, особых условий. Здесь требуется в государственном масштабе «определить наперед, сколько нужно из имеющихся на первое полугодие запасов припрятать, чтобы во втором полугодии иметь на черный день. Таких расчетов не было. Мы их делали в первый раз в 1920 году и просчитались»,— говорил Ленин в марте 1921 г. Советские плановые и хозяйственные органы не рассчитали имеющихся ресурсов, не оставили ничего на черный день, а без запасов нельзя вести хозяйство в государственном масштабе. Советское государство должно стать осторожным, рачительным и умелым хозяином. «Нужно уметь сделать расчет, вести его нужно так, чтобы стать хозяином нашей республики». Надо было учиться плановому руководству хозяйством в новых условиях мирного хозяйственного строительства.
«Мысли насчет «плана» государственного хозяйства»— так назвал Ленин одно из своих писем в Госплан в июле 1921 г. Основной недостаток текущего хозяйственного планирования, отмеченный здесь,— неправильный учет наличных материальных ресурсов, недооценка трудностей этого периода. «Главная ошибка всех нас была до сих пор, что мы рассчитывали на лучшее; и от этого впадали в бюрократические утопии. Реализовалась из наших планов ничтожная доля. Над планами смеялась жизнь, смеялись все. Надо это в корне переделать. Рас29


считать на худшее», исходя из минимума продовольственного фонда в руках государства, «взять расчет на 20 0 миллионов пудов всего в год».
В ряде ленинских указаний Госплану всесторонне разработан важнейший принцип планомерной концентрации сил и средств государства на важнейших участках хозяйства. Необходимо, разъяснял Ленин, сосредоточить внимание и ресурсы на важнейших предприятиях во всех отраслях промышленности, поставить их работу.
«Одна из самых важных задач хозяйственного строительства и безусловно самая злободневная теперь,— писал Ленин местным экономсовещаниям в сентябре 1921 г.,— это — сокращение числа заведений и предприятий, находящихся на государственном снабжении. Только минимум самых крупных, наилучше оборудованных и обставленных фабрик, заводов, рудников надо оставить на госснабжении, строго проверив наличные ресурсы» Ч
Ленин добивался коренного улучшения всего дела текущего хозяйственного планирования, учитывая «хоть малый, но практический» опыт. Чтобы правильно взвешивать возможности и трудности хозяйственного строительства, Госплан должен досконально изучать не только отрасли хозяйства и районы страны, но непременно знать основные предприятия по главным отраслям. Такое изучение должно быть в основе как составления, так и проверки выполнения планов. Ленин рекомендовал засадить большую часть членов и сотрудников Госплана за проверку выполнения текущих хозяйственных планов отраслями хозяйства и губерниями, отдельными предприятиями, за сравнительный анализ этого выполнения за разные годы.
Проверка выполнения планов — важнейшая задача Госплана. Улучшать дело планового руководства хозяйством — значит усиливать проверку выполнения планов. Без этого нет настоящей плановой работы. Этому учил Ленин. Работники Госплана, писал он 25 февраля 1921 г., «обязаны следить архиаккуратно за фактами и цифрами о действительном выполнении наших хозяйственных планов», печатать эти данные в «Экономической жизни» для публичной критики и проверки. При этом обязательно, чтобы каждый отвечал индивидуально за изуче-
1 Ленинский сборник XXIII, стр. 145—146. 30


ние и проверку и чтобы на каждой части этой работы сидело два лица, независимо друг от друга, для взаимопроверки и испробования разных методов анализа, сводки и т. п. Эти положения развиваются также в письме от 25 мая 1921 г., где снова подчеркивается, что изучение текущих хозяйственных планов должно быть индивидуализировано обязательно, что каждый член Госплана отвечает за определенную сторону или часть хозяйственной работы 1921 г. Каждый член Госплана или ответственный сотрудник должен взять на себя 20—30 предприятий, наблюдать за ними повседневно и неослабно, осведомляясь дополнительно о состоянии и работе других предприятий отрасли или района.
В соответствии с указаниями Ленина промышленная секция Госплана наметила следующее распределение работ по систематическому изучению материалов по отдельным отраслям промышленности: общее машиностроение— 3 члена Госплана и консультант, горное дело — 2, топливные вопросы—1, химическая промышленность — 3, текстильная промышленность — 2, лесная промышленность, стройматериалы и электротехническая промышленность — по 1 сотруднику или члену плановой комиссии ’.
Ленин, разъясняя смысл и значение повседневной проверки хозяйственных планов, указывал, что следить неослабно — это значит отвечать за рациональное употребление топлива и хлеба, за максимум заготовки того и другого, максимум подвоза, экономию топлива, экономию продовольствия, повышение производительности труда и т. п. Проверка выполнения государственного хозяйственного плана — это борьба за экономию в народном хозяйстве. Ленин рекомендовал работу каждого сотрудника Госплана оценивать по практически достигнутым результатам: что он сделал, чем помог, сэкономил ли государственные средства, обнаружил ошибку или помог избежать ее, в чем именно, конкретно, фактически.
Работники Госплана должны подходить к решению больших и малых хозяйственных проблем под углом зрения интересов государства, всего народного хозяйства, решительно противодействовать местническим и ведомственным тенденциям.
1 ЦГАОР СССР, ф. 130, оп. 5, д. 492, л. 374.
31


Ленин требовал от Госплана во всей практической работе добиваться глубокого и всестороннего анализа вопроса, рекомендовал в этих целях одно и то же задание поручать двум и более членам или сотрудникам Госплана, если интересы дела требуют изучения и проверки плана с разных точек зрения или различными методами. Ленин особо подчеркивал необходимость обязательного привлечения всех деловых оттенков мнений по данному вопросу. При анализе данных о выполнении хозяйственного плана нельзя ограничиваться сравнением голых итогов двух периодов, необходимо принимать во внимание конкретные условия каждого периода. По поводу анализа итогов топливной кампании 1921 г. Ленин писал: «Берутся голые итоги. Сравнение неправильно», ибо не учтено различие условий 1920 и 1921 гг.
В ленинских указаниях подчеркивается важное значение балансового метода в плановой работе. В наказе Совнаркома о проведении в жизнь начал новой экономической политики говорилось, что Госплан при выработке общехозяйственного плана должен добиваться увязки интересов промышленности с сельским хозяйством, транспортом, продовольствием и т. д. Ленин в директивах хозяйственным и планирующим органам подчеркивал важность комплексного планирования хозяйства районов. «Мне кажется,— писал Ленин 22 августа 1921 г.,— одна из крупных ошибок в Донбассе, т. е. во всей работе по восстановлению Донбасса, состоит в том, что нет надлежащей согласованности в местной работе, промышленной, земледельческой и торговой» *.
Партия и правительство требовали от Госплана глубокой научной обоснованности и жизненной конкретности каждого планового задания, указывая, что бюрократические измышления и утопические проектировки несовместимы с научным планированием.
Работники Госплана призваны тщательно изучать прогрессивные явления в народном хозяйстве, учитывать и обобщать опыт передовых людей производства. Ленин учил, что хозяйственные планы должны учитывать и воплощать в себе последние достижения современной техники и науки. Экономист всегда должен смотреть вперед, в сторону прогресса техники, иначе он окажется отстав-
1 Ленинский сборник XXIII, стр. 75. 32


шим — это ленинское указание имеет особенное значение для работников планово-экономического фронта, оно является руководящим принципом планирования народного хозяйства. Ленин сам внимательно следил за развитием техники и науки, поддерживал каждое научное открытие и техническое усовершенствование. Он непоколебимо верил в прогресс техники, учил не останавливаться перед трудностями и временными заминками при внедрении новой техники. Когда некоторые специалисты стали уверять Ленина в невозможности электрификации железных дорог в России, он записал: «Так ли это? А если так, то может быть будет возможна через 5—10 лет?» Своей знаменитой формулой «Коммунизм — это есть Советская власть плюс электрификация всей страны» Ленин определил генеральную линию в области планирования технического прогресса на многие годы вперед.
Залогом успеха социалистического планирования является плановая дисциплина. Это подчеркивал Ленин неоднократно. Центральный Комитет партии и Советское правительство в директиве губисполкомам 4 июня 1921 г. указали на безусловную необходимость выполнения установленных государственных планов, на то, что самовольное изменение этих планов вносит дезорганизацию и наносит ущерб нашему делу Ч
Большевистские хозяйственные планы являются планами социалистического наступления, боевой должна быть и теория планирования. Ленин требовал вести непримиримую борьбу с враждебными делу социализма теориями, решительно критиковать в печати установки капитулянтов, противников большевистских планов, буржуазных экономистов и оппортунистов, учил вскрывать за «ученой» критикой и скептицизмом буржуазные вылазки. На выпады и «укусы» критиков социалистического планирования Ленин советовал отвечать не только реши* тельным отпором, но и практическим показом достижений советского народного хозяйства, сопоставлением их с состоянием и перспективами экономики капиталистических стран, чтобы перед всем миром пропагандировать большевистский план восстановления и подъема России на социалистической базе, широко показывать преимущества нового общественного строя.
1 См. Ленинский сборник XXXIV, стр. 416.
3 Очерки по истории 33


4. Ведущие звенья хозяйственных планов первых лет восстановительного периода
В ленинских письмах в Госплан подчеркивается огромное значение принципа ведущих звеньев в хозяйственном (текущем и перспективном) планировании, в борьбе за осуществление плана. Государственный план должен обеспечить первоочередное осуществление главных и решающих задач хозяйственного строительства, намеченных партией и правительством на тот или иной период.
Первоочередной задачей в первые годы новой экономической политики было оживление сельского хозяйства, необходимое для восстановления и развития промышленности, развертывания товарооборота между городом и деревней. В известной работе «О продовольственном налоге» Ленин в апреле 1921 г. писал о необходимости направить все усилия и внимание партийных и советских организаций, вызвать инициативу мест — губерний и уездов, волостей и селений — в деле поднятия крестьянского хозяйства, помощи ему развитием мелкой, окрестной, промышленности. «Общегосударственный единый хозяйственный план требует того, чтобы центром внимания и забот, центром «ударных» работ стало именно это. Известное улучшение, достигнутое здесь, ближе всего к «фундаменту», самому широкому и самому глубокому, позволит перейти в кратчайший срок к более энергичному и более успешному восстановлению крупной промышленности».
Восстановление и развитие народного хозяйства, строительство фундамента социализма в послевоенный период необходимо было начать с оживления сельского хозяйства, с создания некоторых сырьевых и продовольственных предпосылок для развития промышленности.
Все практические указания партии и правительства Госплану в этот период его деятельности посвящены прежде всего задачам восстановления сельского хозяйства, накопления ресурсов для возрождения промышленности.
При разработке текущих хозяйственных планов учитывался прежде всего продовольственный фонд. X партийная конференция боевой задачей 1921 г. провозгласила заготовку путем сбора продналога и развития това34


рообмена не меньше 400 млн. пудов хлеба, как базу для восстановления крупной промышленности и осуществления плана электрификации. В докладе на IX Всероссийском съезде Советов (декабрь 1921 г.) Ленин говорил: «Все существование Советской республики, весь наш самый скромный план восстановления транспорта и промышленности рассчитан на то, что мы общую продовольственную программу выполним».
Одними из первых хозяйственных планов, разработанных Госпланом в 1921 г., явились планы-заготовок (на основе продналога) и распределения продовольствия. Минимальный план поступления хлебных ресурсов на 1921/22 г. предусматривал создание продовольственного фонда в руках государства в размере 187 млн. пудов и фуража — 45 млн. пудов, который распределялся следующим образом (в млн. пудов): снабжение армии — 19,4, промышленность — 31, транспорт — 24,3, заготовка топлива — 3,5, семенная ссуда — 27, резерв — 27 и т. д. Этот план был утвержден Советом Труда и Обороны 28 сентября 1921 г. Государственный план распределения продовольствия на 1922/23 г., утвержденный Советом Труда и Обороны 20 сентября 1922 г., предусматривал планомерное использование уже 314 млн. пудов хлеба.
В голодном 1921 г. Госплан много занимался вопросами восстановления сельского хозяйства в пострадавших от засухи районах: была создана специальная комиссия для выяснения последствий неурожая и выработки срочных мер. «Ленин встретил весьма сочувственно образование при Госплане новой комиссии и просит продолжать начатую работу»1,— заявил председатель Госплана на заседании этой комиссии 2 июля 1921 г. Вскоре Ленин запросил от президиума Госплана «самый краткий очерк всех работ, которые производятся в Госплане по вопросу о хозяйственных работах, необходимых для подъема земледелия в пострадавших от голода губерниях» * 2.
В начале ноября 1921 г. правительство рассмотрело посевной план предстоящего 1922 г., утвердило лимиты яровых семян, выделило валюту для своевременной закупки за границей семян для голодающих районов. Перед этим в Совете Труда и Обороны был поставлен доклад Наркомзема «О плане засева в неурожайных губерниях > ЦГАОР СССР, ф. 130, оп. 5, д. 492, л. 177.
2 Ленинский сборник XXXV, стр. 272.
3*
35


и т. д. с заключением Госплана», где особое внимание было уделено посевам кукурузы. «Преимущества кукурузы (и фасоли) в целом ряде отношений, видимо, до- казаны. Раз это так, надо принять меры более быстрые и более энергичные. Особое значение имеет то, что семян надо в 10—15 раз меньше обычного»,— писал Ленин 17 октября 1921 г. Он предложил Наркомзему «1) выработать ряд очень точных и очень обстоятельно обдуманных мер для пропаганды кукурузы и обучения крестьян культуре кукурузы при наличных скудных теперешних средствах. 2) спешно обсудить, можно ли найти практические средства и пути для того, чтобы при наличных условиях крестьянского хозяйства, быта и привычек, ввести в пищу людям кукурузу (ср. стр. 35 записки Госплана)»1. Ленин одобрительно отзывался о плане подъема местного земледелия в Донбассе путем введения орошения с использованием шлюзов Донца.
По предложению Госплана, 27 октября 1922 г. было принято постановление Совнаркома об организации двух опытных станций для всестороннего изучения механизации сельскохозяйственных работ и, в частности, для изучения и усовершенствования электропахоты. Наркомзему были переданы изготовленные 20 агрегатов электро- пахотных орудий для соответствующего использования в наиболее выгодных условиях. Заключение Госплана, положенное в основу данного решения СНК, было отредактировано Лениным.
Ленинский кооперативный план дал Госплану руководящие указания для перспективного и текущего планирования сельского хозяйства. «Каждый общественный строй возникает лишь при финансовой поддержке определенного класса»,— писал Ленин в статье «О коопера* ции». «...В настоящее время тот общественный строй, который мы должны поддерживать сверх обычного, есть строй кооперативный», который позволял строить социализм при участии миллионов мелких крестьян. Ленин’ сформулировал важнейшую директиву для плановой работы и в области сельского хозяйства (производственная кооперация, развитие социалистических форм хозяйства), и в области финансовой политики (кредитование колхозов, льготы кооперации), и т. д.
1 Ленинский сборник XXIII, стр. 114, 115.
36


Единственной материальной основой социализма является крупная машинная индустрия, способная перевооружить и земледелие, учил Ленин. Без восстановления и развития тяжелой индустрии невозможна победа социализма, невозможна защита нашей страны от военных нападений иноземных захватчиков. Партия и правительство в своих директивах хозяйственным и планирующим органам требовали накапливать сбережения, экономить на всем, планомерно использовать накопления для развития отечественной тяжелой промышленности и электрификации, для усиления военно-экономической мощи республики. XI партконференция в декабре 1921 г. указала на необходимость сосредоточения максимальной части общегосударственных ресурсов (сырьевых, продовольственных, топливных и денежных) и планомерного распределения их в интересах развития крупной промышленности.
Мы не должны жалеть жертв, чтобы восстановить и двинуть вперед нашу промышленность, говорил Ленин на IX Всероссийском съезде Советов. Советскому государству приходилось опираться при восстановлении и развитии промышленности только на внутренние ресурсы. «Враги,— писал Ленин 4 сентября 1922 г.,— рассчитывают на полное разрушение основного капитала нашего транспорта и промышленности. Необходимо изыскать средства на восстановление этого капитала путем обложения налогами всех предметов потребления, доведя до максимума на такие предметы как сахар, пиво. Иметь в виду внутренний принудительный заем и подоходный налог»
Особое внимание партия и правительство уделяли в своих директивах восстановлению и развитию Донбасса. В специальном постановлении Совет Труда и Обороны 27 мая 1921 г. признал работу по составлению обоснованного плана восстановления каменноугольной промышленности Донбасса имеющей характер «исключительной государственной важности». Правительство указало на необходимость исходить в этом плане из задачи поднятия добычи угля до 25 млн. т (1,5 млрд, пудов) к 1926 г. Поднятие Донбасса, нефти и металлургии, указывал Ленин,— это основная задача всего нашего хозяйства.
1 Ленинский сборник XXXV, стр. 223.
37


Донбасс — «настоящая основа всей нашей экономики». Без восстановления и развития этого центра «ни о каком настоящем строительстве социализма не может быть и речи»,— говорил Ленин на XI съезде РКП (б).
Ленин постоянно уделял внимание ходу восстановления Донбасса. В записке заместителям председателя Совнаркома 17 сентября 1922 г. он указывал на необходимость срочной помощи Донбассу и Баку, которые находились в трудном положении. «Не рискнуть ли взять некоторые миллионы из золотого запаса? Не хуже ли будет пропустить дело, оставить без помощи?..» 1 В записке Госплану 6 ноября 1922 г. Ленин охарактеризовал помощь Донбассу «делом чрезвычайной срочности» и предложил наметить такие мероприятия, которые обеспечивали бы нормальную работу Донбасса.
Партия и правительство добивались обеспечения Донбасса кадрами, продовольствием, оборудованием и материалами, принимались меры к усилению снабжения горной промышленности механизмами. Ленин в письме в президиум ВСНХ 20 мая 1921 г. предложил утилизировать части подъемников Москвы и других больших городов, годные для горной промышленности (лебедки, барабаны, канаты) 1 2.
Важные мероприятия по развитию угольной промышленности Донбасса и угольных бассейнов на Урале и в Сибири были разработаны Госпланом при подготовке топливного плана на второе полугодие 1921 г. Совет Труда и Обороны 19 июля 1921 г. утвердил внесенный Госпланом топливный план, который предусматривал плановое распределение 2,7 млн. куб. сажен дров, каменного угля из Донбасса — 84 млн. пудов, с Урала — 20 млн., Кузбасса и Подмосковного бассейна — по 16 млн. пудов и т. д., нефти — 80 млн. пудов, торфа — 40 млн. пудов. Основная доля (до 70%) топливных ресурсов назначалась для снабжения промышленности и транспорта, около 20% получали предприятия коммунального хозяйства и водосвета в крупных городах и т. д. Одновременно с утверждением топливного плана были намечены меры по его выполнению: создавался месячный продовольственный фонд для топливных районов, осо1 Ленинский сборник XXXV, стр. 351.
2 См. Ленинский сборник XX, стр. 232.
38


бенно в Донбассе; Главтопу выделялся специальный товарообменный фонд (соль, нефтепродукты, уголь и другие товары) для обмена на хлеб; из импортного продовольствия значительная часть уделялась топливной промышленности; для поднятия топливной промышленности усиливался экспорт бензина и лесоматериалов, чтобы значительную часть вырученных средств использовать для закупки оборудования, инструментов, продовольствия и фуража для топливной промышленности.
По заданию Совета Труда и Обороны 16 сентября 1921 г. Госплан разработал программу мероприятий по усилению добычи угля в Сибири и на Урале путем концентрации производства на наиболее оборудованных предприятиях. Эта программа, принятая Советом Труда и Обороны 14 октября 1921 г., предусматривала образование двухмесячного запаса продовольствия в угольных бассейнах Урала и Сибири, введение сдельщины для шахтеров, развитие экскаваторных работ для усиления открытой добычи угля. Главтопу было поручено «в срочном порядке разработать пятилетнюю программу работ для Урало-Сибирских копей, с детальным планом на 1922 год, положив в основу для Кузбасса разработанный Главуглем план эксплуатации, а для Челябинско- Черемховского района — максимальное развитие открытых экскаваторных работ в комбинации с подземными разработками» Ч
Много внимания Госплан уделял вопросам правильного использования топливных ресурсов, преодолению топливного голода в стране. Постановлением СТО от 30 сентября 1921 г. Госплану поручено определить нормы запаса топлива для железных дорог: «какие запасы топлива должны находиться у железных дорог и в какие сроки эти запасы могут быть образованы». Госплан установил нормальный запас каменного угля для железных дорог не менее трехнедельной потребности (для сибирских ж. д.— четырехнедельной потребности); нормальный запас нефтетоплива определен в размере двухнедельной потребности соответствующих железных дорог (для ташкентских дорог — четырехнедельный запас); запасы дров, готовых к погрузке у линий ж. д., должны быть не ниже месячного расхода, с последующим увели1 ЦГАОР СССР, ф. 4372, оп. 5, д. 35, л. 3.
39


чением этих запасов до двух-трехмесячной потребности дорог !.
Вопросами улучшения учета и планирования топливоснабжения занималась специальная комиссия СТО под руководством В. И. Ленина, по докладу которой 30 сентября 1921 г. Совет Труда и Обороны признал необходимым составление — наряду с полугодовыми и годовыми топливными планами — месячных планов топливоснабжения, с установлением контроля за их выполнением. Для улучшения учета топлива было решено повсеместно ввести повагонный учет дров. В решениях комиссии предусмотрено также снятие с государственного снабжения топливом ряда предприятий и учреждений и перевод их на самозаготовки, расширение частной инициативы в деле заготовки, улучшение отчетности по топливу, намечены меры по экономии топлива, борьбе с хищениями и т. д. Партия и правительство добивались выполнения государственных планов топливоснабжения. В телеграмме местным экономсовещаниям 22 октября 1921 г. Совет Труда и Обороны указывал, что самочинные изменения на местах государственных планов дезорганизуют планомерность работы по топливоснабжению1 2.
Наряду с восстановлением топливной промышленности предметом постоянной заботы партии и правительства было развитие металлургии. В постановлении СТО. подписанном Лениным 2 ноября 1921 г., указывалось на необходимость быстрого восстановления металлургической промышленности. Госплану было поручено в двухнедельный (для Урала в трехнедельный) срок подготовить программу металлургического, коксового и рудного производства, расширить ее максимально в пределах существующих технических возможностей. Совтрудобо- роны дал указание обеспечить максимальное увеличение отпуска угля для коксового, металлургического и рудного производства за счет всех других потребителей.
Программа металлопромышленности обеспечивалась твердым продовольственным бюджетом, который рассматривался Госпланом и утверждался СТО вместе с производственной программой металлопромышленности. СТО обязал Госплан при рассмотрении импортных зая1 ЦГАОР СССР, ф. 4372, оп. 5, д. 35, л. За.
2 См. Ленинский сборник XXIII, стр. 104.
40


вок на металл руководствоваться необходимостью всемерного подъема внутренней металлургической промышленности Советской страны.
Вопросы восстановления металлургической промышленности становятся центров внимания местных плановоэкономических органов. Екатеринославское губернское экономическое совещание, обсудив 3 ноября 1921 г. вопрос о пуске трубного завода, который был обеспечен топливом на 2,5 месяца, сырьем — на целый год (чугуна имелось 1 млн. пудов, начал работать- мартеновский цех) и мог обеспечить рабочих продовольствием, имел вполне благоприятные перспективы развития,— приняло решение, одобряющее пуск завода и обязывающее все ведомства «оказывать всемерное содействие заводоуправлению и приложить все усилия к тому, чтобы завод работал без перебоев» Ч
Одно из главных мест в ленинских директивах Госплану занимали вопросы электрификации. Строительство новых и восстановление существующих электростанций, пропаганда электрификации и разработка текущих планов электростроительства — все эти вопросы часто затрагивались в ленинских письмах Госплану. В постановлении СТО, подписанном Лениным 1 июня 1921 г., была утверждена программа электростроительства на 1921 г. Планом предусматривалось продолжение строительства Каширской электростанции (первая очередь на 12 тыс. кет)\ Шатурской станции (временно — в 5 тыс. кет) и линии передачи до Орехово-Зуева; Петроградской электростанции (Уткина Заводь); Кизеловской станции и линии передач в угольном районе на 6 тыс. кет; продолжение работ по расширению электростанции и устройству электропередач в Тульском районе; подготовка строительства Иваново-Вознесенской станции; приступ к сооружению Нижегородской районной электростанции, а также развертывание проектировки и изысканий по сооружению Челябинской и Штеровской электростанций, Днепровской гидростанции. В письме в Госплан 23 ноября 1921 г. Ленин предложил «поторопиться с разработкой плана государственного электростроительства на 1922 г.» с таким расчетом, чтобы он был готов к IX съезду Советов* 2.
Г ЦГАОР СССР, ф. 130, оп. 5, д. 583, л. 31.
2 См. Ленинский сборник XXIII, стр. 33.
41


Ленин большое внимание уделял научной пропаганде электрификации, требовал от плановых и хозяйственных органов повседневной борьбы за осуществление плана электрификации, неослабно наблюдал за ходом строительства первых советских электростанций, добивался ускорения работ, снабжения новостроек всем необходимым, сам проверял качество строительных работ на подмосковных станциях. 2 сентября 1921 г. Ленин поручил Госплану наметить меры по ускорению работ Волховстроя, 23 ноября предложил поставить в Госплане вопрос об ускорении постройки и пуске в ход Иваново-Вознесенской районной электростанции (на Рубеком торфяном массиве) и т. д. Ленин поставил вопрос перед Госпланом о необходимости всестороннего изучения вопроса и практического развития ветроэлектростанций с использованием данных современной науки и техники !.
Большое значение имело в то время быстрое восстановление и развитие легкой промышленности, прежде всего текстильной промышленности. «В виду исключительной важности крупной промышленности Иваново- Вознесенской губернии, как с экономической так и с политической точки зрения, необходимо максимальное напряжение усилий, чтобы удовлетворить просьбу Иваново- Вознесенского ГубЭкосо, хоть бы за счет других районов»1 2,— писал Ленин 10 октября 1921 г.
В меру возможностей начала возрождаться и развиваться промышленность в национальных республиках и областях. Проводилась в жизнь директива X съезда большевистской партии «о насаждении промышленности на окраинах» применительно к местным условиям.
Госплан выполнил большую работу по перестройке деятельности промышленности и транспорта в условиях новой экономической политики, в связи с переводом предприятий на хозяйственный расчет. Госплан руководствовался при этом директивой XI партконференции о необходимости «строжайшего соблюдения общегосударственного плана промышленности, основанного на точном учете ресурсов производства и бюджета каждого государственного предприятия в отдельности и всех их вместе. Хозяйственный расчет должен лежать в основе ведения всей государственной промышленности».
1 См. Ленинский сборник XX, стр. 217.
2 Ленинский сборник XXIII, стр. 48.
42


Одним из первых практических поручений правительства Госплану было задание о подготовке импортного плана с учетом тяжелого продовольственного положения и топливного голода в стране. В своих директивах от 15 февраля и 12 апреля 1921 г. Совнарком указал, что импортный план должен обеспечить прежде всего неотложные нужды в продовольствии и топливе; импортный план должен был также удовлетворить потребности топливной и металлургической промышленности. «С этой точки зрения рассчитать,—писал Ленин 13 апреля 1921 г.,— какие закупки за границей необходимы, чтобы во что бы то ни стало победить самую острую нужду, т. е. непременно дополучить недостающее продовольствие (прямой закупкой за границей предметов питания и обменом на хлеб в окраинах России) и дополучить необходимый ппштиш топлива. Только те заявки оправдать можно и должно, кои необходимы с этой точки зрения» !. Ленин возглавил 24 мая 1921 г. комиссию СНК по проверке и утверждению пересмотренного Госпланом импортного плана. Правительство добивалось последовательного осуществления Наркомвнешторгом принятого плана внешней торговли.
После ликвидации продовольственных трудностей и топливного голода планы внешней торговли всецело подчинялись главной задаче — содействовать восстановлению и развитию советской индустрии. В своих советах хозяйственным и плановым органам Ленин указывал, что при составлении и осуществлении импортного плана надо обеспечивать главным образом интересы приобретения за границей машин и оборудования для быстрейшей постановки отечественного производства орудий и средств производства, чтобы ускорить восстановление народного хозяйства и его реконструкцию на базе новой техники.
Ленин указал на вредность и опасность для дела социализма капитулянтского бухаринского проекта ослабления и ликвидации монополии внешней торговли. Партия и правительство последовательно проводили ленинскую политику, строго охраняя монополию внешней торговли, без чего нельзя было создать своей промышленности, сделать Россию промышленной страной, сохранить ее самостоятельность.
1 В. И. Ленин, Соч., т. 35, стр. 415.
43


По ленинским указаниям Госплан провел большую финансово-экономическую работу. В октябре 1921 г. Ленин поставил вопрос о необходимости выработать «план (самый грубый и общий, в порядке первого приближения) восстановления нашей валюты», для чего произвести соответствующие исследования и расчеты. Был поставлен также вопрос о реформе государственного бюджета, о переводе на золото расходного бюджета и сравнении (по главным рубрикам — и может быть по ведомствам и по областям, губерниям, столицам и пр., насколько возможно) с довоенными цифрами1.
Совнарком 5 ноября 1921 г. поручил Госплану подготовить основные показатели бюджета на 1922 г. в золотых рублях, «соединив все и всякие доходы», сравнивая расходную часть с цифрами довоенного бюджета (среднее за 5 или 10 лет и приблизительными цифрами 1919 и 1920 гг.), сопоставить распределение долей общего бюджета с распределением пайков по продовольственному плану, утвержденному СТО. Рассмотрев 18 ноября предварительные расчеты доходов и расходов, подготовленные Госпланом, правительство предложило Госплану доработать расчеты и представить их в виде сводных записок для обоснования госбюджета на предстоящий год. В 1921 —1922 гг. Госплан, выполняя задания Ленина, провел значительную работу по улучшению бюджетного планирования, по подготовке денежной реформы.
Большое значение имели выполненные по заданию Ленина работы над проектом экономического районирования страны. «Как обстоит дело с районированием РСФСР? — запрашивал Ленин комиссию ВЦИК по экономическому районированию страны.— Надо поспешить с этим делом 5т согласовать его с Госпланом»1 2. Рассмотрев 4 ноября 1921 г. доклад Госплана о проекте районирования, СТО предложил опубликовать материалы по районированию России для широкого обсуждения. «У нас теперь деление России на областные районы произведено по научным основаниям, при учете хозяйственных условий, климатических, бытовых, условий получения топлива, местной промышленности и т. д. На основании этого деления созданы районные и областные экосо»,— говорил Ленин на XI съезде РКП (б) в марте 1922 г.
1 См. Ленинский сборник XXIII, стр. 190—191.
2 Ленинский сборник XXXV, стр. 247.
44


Ленин повседневно занимался вопросами Госплана, часто беседовал с его руководителями, давал Госплану конкретные указания по основным вопросам его практической деятельности. Ознакомившись 2 июля 1921 г. с предварительным наброском отчета Госплана для СТО, Ленин посоветовал перестроить доклад — осветить достигнутое фактически, а не задания, показать конкретное осуществление планов, а не предположения: что сделали члены Госплана (по промышленности, транспорту, балансам, сельскому хозяйству), налажены ли правильные отношения с ведомственными плановыми комиссиями, каковы неотложные меры улучшения плановой работы, как заставить работать все ведомственные плановые органы? Как идет подготовка плана на второе полугодие 1921 г., виды на урожай и плановые наметки секции текущего планирования, ЦСУ и ВСНХ.
В первые годы своей деятельности Госплан получал много отдельных срочных заданий и поручений для специальной разработки текущих экономических вопросов. О характере этих поручений можно судить по следующим примерам. 19 апреля 1921 г. правительство поручило Госплану изучить вопрос, как надо распределить и использовать цистерны для максимального вывоза нефти из Грозного, и составить надлежащий план перевозок нефти; рассмотреть вне очереди и дать заключение об обеспечении программы по гидроторфу необходимым оборудованием. 29 апреля Госплану было дано задание представить в недельный срок точный расчет, откуда могут быть взяты рельсы (704 версты) для строившейся важной железнодорожной линии. 18 мая СТО предложил Госплану изыскать возможность для обеспечения железнодорожного транспорта сортовым и листовым железом и проволокой— в крайнем случае за счет сокращения отпуска этих материалов другим потребителям. 8 ноября Госплану поручено проверить правильность данных о численности рабочих, в особенности в металлопромышленности. 2 декабря 1921 г. СТО предложил Госплану разработать план снабжения населения сахаром и т. д.
По указанию Ленина много внимания Госплан уделял производству тепловозов. В январе 1921 г. СТО принял специальное постановление о тепловозах, долженствующих сыграть «большую роль в оздоровлении теплового хозяйства железных дорог и разрешения топливного воп45


роса». Госплану было поручено разработать вопросы организации производства тепловозов на советских заводах и передачи заказов заграничным фирмам. На заседании СТО 31 декабря 1921 г. Ленин сделал дополнение к проекту Госплана, предложив назначить крупную премию инженерам и директорам тех заводов, которые практически разрешат проблему тепловозов 1.
Почти на каждом заседании СТО в 1921—1922 гг. рассматривалось по пять-шесть госплановских вопросов — докладов и заключений по самым различным вопросам хозяйственного строительства. Положение угольной промышленности Донбасса, Урала и Сибири, развитие металлургической промышленности, строительство наливного флота, изыскания в районе проектируемой Днепровской гидростанции, состояние Волховского и Свирского строительства, мероприятия по борьбе с неурожаем, план засева в неурожайных губерниях, план развития сахарной промышленности, заготовка шпал, снабжение топливом железных дорог, капитальный ремонт паровозов, программа железнодорожного строительства, государственного водного строительства и т. д.— таков далеко не полный круг вопросов, рассмотренных по представлению Госплана и с его заключениями на заседаниях Совета Труда и Обороны в 1921—1922 гг.
На основании двухлетнего опыта работы Госплана в письме «О «придании законодательных функций Госплану» (декабрь 1922 г.) Ленин высказался за то, что следует стремиться к уменьшению числа временных и срочных отдельных заданий Госплану. Ленин пришел также к заключению, что нерационально «разделять на отдельные поручения ту работу, которую ведет Госплан»,— напротив, следует «стремиться к тому, чтобы выработать круг постоянных специалистов, которые проверялись бы систематически президиумом Госплана и могли разрешать всю совокупность вопросов, входящих в его ведение...» 1 2
Первые итоги работы в области социалистического планирования в условиях мирного хозяйственного строительства на основе нэпа, итоги работы Госплана были отмечены Лениным в докладе правительства на IX съезде Советов в декабре 1921 г. Какое практически положение 1 ЦГАОР СССР, ф. 4372, оп. 5, д. 35, л. 7.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 36, стр. 551.
46


получилось у нас с государственным планом? На этот вопрос давал ответ отчет Госплана, с которым Ленин рекомендовал поближе ознакомиться делегатам съезда. На примере составления и выполнения топливного плана Ленин показал всю важность правильного хозяйственного планирования. Наши плановые просчеты, подчеркивал Ленин, усугубляют хозяйственные трудности. В частности, серьезный просчет в топливном плане Главтопа на первую половину 1921 г. обострил затруднения в топливоснабжении, ухудшил и без того тяжелое положение транспорта. Топливные и транспортные трудности весны 1921 г. были вызваны «не только недостатком материальных средств, но и тем, что мы неверно рассчитали темп быстроты развития».
Ленин в этом докладе положительно отзывался о топливном плане Госплана на вторую половину 1921 г., который после полученного урока был разработан более реально, с трезвым учетом ресурсов и возможностей. «В области нашего топливного бюджета мы рассчитали в минимальных размерах лишь то, что абсолютно необходимо для поднятия промышленности, но в этих минимальных размерах это нужно во что бы то ни стало выполнить, как бы ни были тяжелы условия». Как дело обстояло с выполнением этого плана? «Угля мы рассчитывали получить 143 милл. пудов, мы получили 184 милл. пудов,— тут успех, прогресс минерализации нашего топлива, прогресс Донбасса...»
Отмечая эти достижения социалистического планирования хозяйства, Ленин указывал, что наши плановые учреждения работали недаром, наши хозяйственные планы стали выполняться лучше. Он призвал трудящихся к дальнейшему напряжению сил на хозяйственном фронте — и в области работы промышленной, и в области работы сельскохозяйственной.
5. Укрепление учетно-статистической базы народнохозяйственного планирования
Для научного и действенного социалистического планирования необходима твердая учетно-статистическая база. Учет ресурсов и возможностей народного хозяйства, имеющейся технической базы, сырья и материалов и перспектив их приумножения, анализ достигнутого уровня 47


производительности труда и его организации, учет достижений передовых предприятий, отраслей и районов, а также достижений науки и техники и выяснение путей их внедрения в народное хозяйство являются важнейшими принципами планирования и управления народным хозяйством.
Огромную роль в укреплении учетно-статистической базы планирования сыграл ленинский «Наказ от СТО (Совета Труда и Обороны) местным советским учреждениям» (май 1921 г.). В наказе ставилась задача — «подсчитать, на результатах практического опыта, какими ресурсами страна обладает и каким путем всего вернее можно идти к улучшению положения рабочих и крестьян для дальнейшей более широкой и прочной работы хозяйственного строительства, для осуществления плана электрификации». СТО обязал местные хозяйственные органы составлять 'периодические отчеты о состоянии и развитии хозяйства уезда, губернии, области; наказ содержит подробный перечень вопросов и дает указание, как составлять эти отчеты.
Вопросы делятся на четыре группы. В первой группе объединены вопросы, посвященные практическому проведению новой экономической политики, развитию торговли, улучшению положения рабочих и крестьян. Вопросы второй группы посвящались восстановлению хозяйства: подъем сельского хозяйства (крестьянское хозяйство, совхозы, колхозы); подъем промышленности — крупной, средней и мелкой, кустарной; топливо по отдельным видам (дрова, уголь, нефть, сланец и т. д.); меры и результаты его экономии; продовольствие; строительная промышленность, где местный почин и самостоятельность были особенно важны и должны получить широкое применение; образцовые и отстающие предприятия; описание приемов их работы, результатов; постановка премирования хороших работников предприятий; профсоюзы, их участие в производстве; учет, сохранность и хищения готовой продукции, сырья, материалов, топлива; выдающиеся изобретения и усовершенствования в производстве и т. д. Третья группа вопросов касалась работы местных хозяйственных органов, Госплана, электрификации, внешней торговли, транспорта. Четвертая группа — «все и всяческие дополнительные вопросы, которые не указываются наперед, не ставятся центром, а возникают на местах».
48


Ленинский наказ требовал «всероссийского осведомления и учета опыта», широкого освещения и распространения передового опыта. Ленин считал, что это поможет периодически получать точную картину того, что делается в экономике страны, своевременно улавливать важнейшие назревающие процессы, вовремя их подхватывать и направлять по надлежащему руслу. Много усилий потратил Ленин на то, чтобы СТО аккуратно получал отчеты с мест, чтобы отчеты соединяли «возможно большую краткость с точностью ответа на поставленные вопросы», как того требует «Наказ СТО».
В письмах в Госплан и Центральное статистическое управление (ЦСУ) Ленин давал практические указания об организации своевременного и тщательного изучения отчетов местных органов, освещения итогов изучения в печати. В ряде писем и записок в Госплан и ЦСУ Ленин отмечал неудовлетворительное ведение этого дела, добивался использования ценнейших материалов отчетов для политических и экономических выводов. Одно из главных зол, которым мы страдаем, говорится в «Наказе СТО», состоит «в недостатке изучения практического опыта, обмена опытом, взаимоконтроля — распоряжений центра практикой мест и практики мест руководством центра».
Кроме периодических отчетов, Ленин требовал от местных планово-экономических органов текущих материалов, отражающих их повседневную деятельность. В телеграмме, направленной 4 мая 1921 г. всем губернским экономическим совещаниям, Совет Труда и Обороны предлагал без всяких задержек присылать протоколы заседаний губэкономсовещаний с приложением всех материалов, а также экономические газеты и журналы, издаваемые местными экономическими и кооперативными органами.
Ленин рекомендовал Госплану организовать изучение отчетов местных экономсовещаний, выделив для этого группу членов плановой комиссии или раздавая всем членам комиссии по нескольку отчетов. В дальнейшем в Госплане изучение отчетов велось в секции по районированию; статистическая разработка отчетов возлагалась на ЦСУ (составление сводных статистических ведомостей). Редакции «Экономической жизни» поручалось не реже двух раз в месяц давать периодические обзоры по отдельным вопросам и по областям и губерниям в целом.
4
Очерки по истории
49


Наркоматы должны были представлять в СТО заключения и выводы по материалам отчетов с мест.
Ленин настойчиво добивался улучшения дела изучения и обобщения опыта мест на основе отчетов экономсо- вещаний — конкретности в изучении местного опыта, деталей, мелочей, практики, делового опыта, углубления в настоящую жизнь, и в уездную, и в волостную, и в сельскую; разбор того, где, кому и почему (какими приемами) удается достигать действительного, хотя бы и небольшого, улучшения; не бояться вскрывать ошибки и неумение; широко (популяризировать образцовых работников с мест и т. д. В письме в Госплан, ЦСУ и редакцию газеты «Экономическая жизнь» 10 апреля 1922 г. Ленин писал, что изучение местного опыта по отчетам экономсовеща- ний поставлено неудовлетворительно. Полученные на 1 октября 1921 г. отчеты достаточно не были использованы для практической работы и для прессы и не разработаны ЦСУ. «Тогда как только лишь при правильном и систематическом изучении отчетов (ЦСУ, Госпланом, «Экономической жизнью») и освещении итогов изучения в печати, можно добиться того, что отчеты будут действительно ценнейшим материалом, пригодным для политического и экономических выводов» !.
Весьма важны и поучительны ленинские указания о постановке освещения в печати нашего хозяйственного строительства. В письмах в Госплан и редакцию «Экономической жизни» — официального органа СТО — Ленин указывал, что экономическая газета должна быть боевым органом, не только дающим регулярные и правдивые сведения о нашей экономике, но также анализирующим эти сведения, обрабатывающим их научно для получения правильных выводов в целях управления хозяйством; газета должна подтягивать всех работников экономического фронта, добиваться пунктуальной отчетности, отмечать успешную работу и выносить на общий суд неаккуратных, отсталых, неумелых работников данного предприятия или учреждения или отрасли хозяйства и т. п.
Не ограничиваясь этими принципиальными директивами, Ленин давал детальные практические указания о том, каким требованиям должна отвечать хорошая статья об отрасли хозяйства или экономическом районе. Она
1 Ленинский сборник XXXV, стр. 346. 50


должна иметь богатые данные, анализировать эти данные, сравнивая их с прошлым месяцем, годом и по предприятиям; выяснять причины, почему одно предприятие решило поставленную планом задачу, не решенную другими, почему оно успевает и опережает другие, в чем причина неуспеха остальных предприятий; если статья касается итогов части года, должны быть сравнения с годовыми данными; статья должна иметь практические выводы. Ленин особенно настаивал на широком освещении опыта передовых предприятий — заводов, совхозов, рудников, железнодорожных депо и мастерских и т. д. Кроме статей, он рекомендовал печатать в особых приложениях статистические сводки по всем важнейшим вопросам советской экономики, хорошо обработанные, с всесторонним анализом и с практическими выводами.
В указаниях Госплану и Центральному статистическому управлению Ленин требовал правильной постановки учета и статистики. Советские статистические органы должны быть боевыми органами социалистического строительства, проверки и контроля хозяйственного плана, учета того, что надо Советскому государству знать для повседневной практической деятельности. Текущая статистика должна давать быстро и аккуратно точные итоговые, важнейшие практические сведения. ЦСУ должно работать в тесном контакте, по указаниям и заданиям Госплана. «Статистики должны быть нашими практическими помощниками, а не схоластиками»,— писал Ленин 26 мая 1921 г.
Ленин предложил разработать специальную систему показателей для ежемесячной сводки о хозяйственном положении (цифры и диаграммы). Сюда должны включаться показатели о добыче топлива, руды, железа, а также основные данные о других отраслях промышленности (процент занятых на производстве рабочих, состояние земледельческого производства, процент недосева, обеспечение продовольствием, электрификация, перевозки по железным дорогам, процент больных паровозов и т. п.). Эти данные должны сопоставляться с довоенным уровнем и предыдущими годами. Без этого, писал Ленин 26 мая 1921 г., у нас не будет обзора хозяйственной жизни, как одной из баз работы Госплана.
Ленин развивает эти указания в письме в ЦСУ ^августа 1921 г., где снова подчеркивается важность разра4*
51


ботки вместе с Госпланом системы показателей для оценки состояния всего народного хозяйства, рекомендуя включить туда главные основные цифры: население, территория, производство главнейших продуктов, главные итоги работы транспорта и т. д.— хотя бы 10—15 цифр применительно к тому, как составляет подобные сводки заграничная статистика. При невозможности получить точные цифры должны указываться приблизительные и предварительные данные (с особой оговоркой о каждой такой или подобной категории).
Ленинские указания охватывали все стороны работы ЦСУ. Особое внимание Ленин уделял организации и налаживанию текущей статистики (промышленной и земледельческой), которая должна быстро давать итоговые, важнейшие практические сведения, необходимые для практической работы партии и правительства. ЦСУ должно ежемесячно представлять в СТО предварительные итоги по главным вопросам народного хозяйства (с обязательным сравнением с предыдущим годом). Ленин рекомендовал девять десятых наличных сил ЦСУ и губстатбюро посадить на правильную и быструю разработку вопросов текущей статистики, на разработку того, что практически и немедленно нужно для хозяйственного строительства, а десятую часть — на академическую работу изучения полных и всеобъемлющих сведений. Ленин часто критиковал ЦСУ за отрыв от текущих запросов практики хозяйственного планирования и управления. «ЦСУ заслуживает проборки за академизм: сидят и пишут «томы», а о насущном не думают...»,— отмечал Ленин 25 сентября 1922 г.
В связи с тем что в первые годы после гражданской войны Советская власть не располагала еще необходимыми средствами для развертывания статистических работ, Ленин советовал ЦСУ оставить (впредь до расширения средств) лишь необходимейшие работы. К их числу он относил: ежемесячные сводки о распределении продовольствия государством; по промышленности — ежемесячные данные о количестве произведенных продуктов, притом самых важных, тоже — данные о производстве, распределении и потреблении топлива, ежемесячные сводки о товарообмене (с указанием — за такое-то количество хлеба выдано такое-то количество таких-то продуктов по уездам). Кроме того, необходимо выборочное 52


изучение небольшого числа типичных предприятий (фабрик, совхозов) и учреждений — образцовых, средних и наихудших.
Ленин определил сроки текущей отчетности, порядок представления отчетов, разработки их и использования: текущие отчеты предприятий, главков и ведомств представляются ежемесячно; эти отчеты регулярно и своевременно доставляются (наряду с ведомствами) в Госплан, ЦСУ и в «Экономическую жизнь» для ознакомления; краткие выдержки из отчетов (размер производства, число рабочих, число предприятий и т. п.— лишь абсолютно необходимые цифры) должны печататься без промедления в «Экономической жизни». ЦСУ должно ежемесячно представлять правительству также графики о состоянии и развитии народного хозяйства. Анализ отчетов ведется по важнейшим отраслям народного хозяйства представителями Госплана, ЦСУ и «Экономической жизни» Ч
Ленин повседневно наблюдал за работой статистических органов, проверял постановку дела, изучал статистические материалы. 28 июля 1921 г. он запрашивал ЦСУ: какие сведения поступают и как часто в отдел промышленной текущей статистики; от какого числа крупных заведений; процент (хотя бы приблизительный) правильно поступающих отчетов и кратких сообщений; за какие последние месяцы есть удовлетворительные сведения. Ленин просил представлять ему самые краткие итоги последних сведений, касающиеся главных отраслей промышленности, а также отдельных крупнейших предприятий. Через несколько дней Ленин затребовал имеющиеся в ЦСУ сведения за 1920 г. и за часть 1921 г. в краткой форме об итогах выработки изделий и потребления топлива по главнейшим отраслям промышленности (текстильная, металлургическая, бумажная, электротехническая, соль, резина)1 2.
В многочисленных обращениях к местным советским хозяйственным органам Ленин указывал на необходимость четкой организации работы местных экономсове- щаний и их статистических органов. Этого требовали интересы планирования хозяйства, правильного проведения 1 См. Ленинский сборник XXXV, стр. 263.
2 См. Ленинский сборник XXIII, стр. 216.
53


всех текущих хозяйственных кампаний. В телеграмме местным Советам 3 июня 1921 г. Ленин разъяснял, что экономическое строительство республики, составление единого плана хозяйства, правильное и своевременное проведение продналога требуют от государственной статистики особого напряжения сил и планомерного хода всех статистических работ—переписей, выборочных обследований и т. п. «Все задания ЦСУ местным органам должны быть точно выполнены в установленный срок по единой программе»1.
Много уделял внимания Ленин правильной постановке отчетности. В письме уполномоченным СТО на топливный трехнедельник в октябре 1921 г. он просил обратить особое внимание на проверку того, как ставится на местах отчетность (по заготовке, вывозу дров и подвозу к станциям). «Дело обстоит плохо. СТО это видит, но не знает, как помочь. Товарищи, наблюдавшие снизу, на месте, могут очень помочь делу, если изучать дело на месте тщательно».
Получив отчет одного ведомства, Ленин отмечал: «Сырые цифры вами владеют, а не наоборот. Вы мне дали груду цифр, груды непереваренного сырья». Поучительны его замечания по поводу материалов обследования одного промышленного района в феврале 1922 г. Ленин потребовал прислать ему эти материалы — деловой и краткий отчет, а не целый том, которого никто читать не будет. Ознакомившись с материалами, Ленин написал: «Оба итога составлены скверно. Не умеют отделить технику от экономики, выводы от условий». Ленин рекомендовал заново составить отчет по следующей программе: а) возможная добыча на столько-то млн. руб. золотом теперь; б) при добавочном расходе столько-то млн. руб. в такой-то срок и т. д.; в) что мешает нам поставить широкое и рациональное использование богатств данного района. Весьма важное указание о постановке отчетности содержится в письме Ленина работникам Гидроторфа: «Отчетность должна быть поставлена так, чтобы можно было судить о стоимости добываемого торфа».
Ленин неоднократно подчеркивал огромное значение широкого использования отчетных и других материалов, 1 Ленинский сборник XXXV, стр. 254.
54


характеризующих хозяйственную жизнь всех районов страны. По поручению Ленина специальными работниками секретариата СНК и СТО тщательно изучались отчеты хозяйственных органов, статистические и другие материалы, публиковавшиеся в центральной и местной печати; собирались вырезки из газет всех материалов по экономическим вопросам.
* * *
Подводя итоги двухлетней работы Госплана, Ленин подчеркивал огромную роль его в осуществлении общегосударственной задачи планового руководства народным хозяйством. «Госплан,— писал он в декабре 1922 г.,— стоит несколько в стороне от наших законодательных учреждений, несмотря на то, что он, как совокупность сведущих людей, экспертов, представителей науки и техники, обладает, в сущности, наибольшими данными для правильного суждения о делах. Однако мы исходили до сих пор из той точки зрения, что Госплан должен доставлять государству материал критически разобранный, а государственные учреждения должны решать государственные дела. Я думаю, что при теперешнем положении, когда государственные дела необыкновенно усложнились, когда приходится сплошь и рядом решать вперемежку вопросы, в которых требуется экспертиза членов Госплана, с вопросами, в которых таковая не требуется, и даже более того, решать дела, в которых некоторые пункты требуют экспертизы Госплана вперемежку с такими пунктами, которые таковой не требуют, я думаю, что в настоящее время следует сделать шаг в сторону увеличения компетенции Госплана».
По мысли Ленина, Госплан должен быть научным планово-экономическим центром. «Госплан, по-видимому, развивается у нас всесторонне в комиссию экспертов... Известная независимость и самостоятельность Госплана обязательна с точки зрения авторитета этого научного учреждения и обусловлена одним, именно добросовестностью ее работников и добросовестным стремлением их провести в жизнь наш план экономического и социального строительства»1.
1 В. И. Ленин, Соч., т. 36, стр. 550—551.
55


Ленинские указания о расширении компетенции Госплана и превращении его в научный планово-экономический центр последовательно проводились в жизнь при перестройке в последние годы системы управления и планирования народного хозяйства. В новых условиях коммунистического строительства потребовалось дальнейшее усиление планового начала в экономике, совершенствование методов и организации народнохозяйственного планирования на основе ленинского принципа демократического централизма. Эта перестройка обеспечила правильное сочетание централизованного руководства по основным вопросам развития экономики с широкой самостоятельностью местных органов, промышленных предприятий, колхозов и совхозов, всемерным развертыванием их инициативы в мобилизации и использовании ресурсов всех отраслей хозяйства, всех районов страны.
В связи с перестройкой управления народного хозяйства на базе экономических районов возрастает роль Госплана СССР и расширяются его функции как в планировании народного хозяйства, так и в координации деятельности по осуществлению народнохозяйственных планов. В решениях февральского (1958 г.) пленума ЦК КПСС, в тезисах доклада Н. С. Хрущева, одобренных при всенародном обсуждении, в законе VII сессии Верховного Совета СССР были намечены меры по коренному улучшению работы Госплана СССР. Опираясь в своей деятельности на советы народного хозяйства экономических административных районов и Госпланы республик, он должен объединять и координировать их работу.
«Госплан СССР,— указывается в законе,— должен являться научным планово-экономическим органом народного хозяйства страны». Он призван на основе изучения потребностей народного хозяйства и учета достижений науки и техники разрабатывать текущие и перспективные планы, предложения по развитию всех отраслей народного хозяйства, в которых необходимо тщательно учитывать возможности комплексного развития экономики, более рационально использовать ресурсы в общегосударственных интересах.
Партия и правительство обязывают Госплан СССР своевременно разрабатывать важнейшие проблемы хозяйственного планирования, руководствуясь генеральной линией партии на преимущественное развитие тяжелой 56


индустрии, как основы социалистической экономики. Перед Госпланом ставятся задачи: добиваться правильного и рационального размещения промышленности, пропорционального развития всех ее отраслей, широкой специализации и кооперирования промышленности, определять направление и темпы развития народного хозяйства и устанавливать необходимые пропорции между отдельными отраслями хозяйства республик и экономических районов. Особо важное значение имеет установление экономически целесообразных хозяйственных связей между районами, обеспечение комплексного развития хозяйства районов с учетом рациональной специализации и перспектив развития экономических районов.
На планово-экономические органы возлагается задача своевременной подготовки народнохозяйственных планов в разрезе союзных республик и по каждому экономическому административному району, на основе учета всех возможностей каждого района, при правильной увязке •планов развития хозяйства всех районов. Госплан СССР должен пресекать любые проявления местничества, всякие попытки противопоставлять интересы отдельных районов общегосударственным интересам.
Вся основная работа по составлению плана перенос сится на места, в экономические административные районы. Разработка планов начинается на предприятии, в соответствующем хозяйственном объединении, в совете народного хозяйства, в Госплане республики, а затем в Госплане СССР. При таком порядке планирование народного хозяйства становится действительно всенародным делом.
Активное участие в подготовке и составлении производственных планов широких масс трудящихся на заводах, в совхозах и колхозах, народная творческая инициатива и разносторонний производственный опыт строителей коммунизма помогают партии и правительству полнее определить перспективы и задачи развития отдельных отраслей народного хозяйства, выявить огромные возможности и резервы, которыми располагают все отрасли народного хозяйства для непрерывного роста производства.
Советские хозяйственные -планы основываются на передовом опыте трудящихся масс, на использовании достижений новаторов производства и предложений рацио67


нализаторов и изобретателей. Они ориентируются на передовых рабочих, инженеров и техников, показывающих огромные возможности в деле достижения прогрессивных норм использования машин и механизмов и, таким образом, обеспечивающих перевыполнение государственных планов.
Учитывая сложность и возрастающую ответственность плановой работы с развертыванием коммунистического строительства, партия и правительство добиваются всемерного усиления всесторонней научной обоснованности хозяйственных планов. С самого начала социалистического строительства в составлении народнохозяйственных планов участвуют научно-исследовательские институты, Академия наук СССР и академии наук союзных республик, многотысячная армия работников науки и техники. Коммунистическая партия постоянно заботится о систематическом и широком внедрении в производство достижений передовой науки и техники. В настоящее время все большее значение в планировании народного хозяйства приобретает обеспечение проведения правильной технической политики в общегосударственном масштабе, постоянного технического прогресса в развитии народного хозяйства.
Советский Союз имеет теперь мощное и всесторонне развитое социалистическое производство, располагает громадными материальными ресурсами и квалифицированными кадрами, всеми условиями для дальнейшего развития производительных сил, перехода народного хозяйства на более высокую техническую базу, для успешного решения новых задач коммунистического строительства.


Л. В. Фомина
ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ ПЛАНА ГОЭЛРО И ЭЛЕКТРИФИКАЦИЯ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЙ ПЕРИОД (1921—1925 гг.)
1. Условия и предпосылки электрификации народного хозяйства СССР в первые годы нэпа
Электрификация народного хозяйства имеет огромное значение для развития экономики страны. Она обеспечивает значительную экономию живого труда и материальных ресурсов, позволяет осуществить новое целесообразное разделение труда между отраслями народного хозяйства, наиболее рационально разместить производство по экономическим районам страны, способствует объединению этих районов в единую систему народного хозяйства.
В. И. Ленин в своих трудах показал, что планомерная и последовательная электрификация всего народного хозяйства возможна только при господстве общественной социалистической собственности на средства производства. Он придавал огромное значение электрификации народного хозяйства как первой ступени на пути к коммунистической организации экономической жизни общества. На VIII Всероссийском съезде Советов в 1920 г. В. И. Ленин говорил: «Коммунизм — это есть Советская власть плюс электрификация всей страны... Только тогда, когда страна будет электрифицирована, когда под промышленность, сельское хозяйство и транспорт будет подведена техническая база современной крупной промышленности, только тогда мы победим окончательно» *.
Электрификация народного хозяйства в условиях советского строя обеспечивает расширенное социалистическое воспроизводство, укрепляет экономические связи
1 В. И. Ленин, Соч., т. 31, стр. 484.
59


между промышленностью и сельским хозяйством. Она является могучим фактором ликвидации противоположности между городом и деревней, между умственным и физическим трудом, так как позволяет приобщить миллионы крестьян к передовой технике, способствует подъему культуры и улучшению условий труда всех трудящихся. Ленин еще в 1913 г. писал: ««Электрификация» всех фабрик и железных дорог сделает условия труда более гигиеничными, избавит миллионы рабочих от дыма, пыли и грязи, ускорит превращение грязных отвратительных мастерских в чистые, светлые, достойные человека лаборатории. Электрическое освещение и электрическое отопление каждого дома избавят миллионы «домашних рабынь» от необходимости убивать три четверти жизни в смрадной кухне»!.
Уже в первые годы после победы Великой Октябрьской революции В. И. Ленин наметил конкретные пути создания новой материально-технической базы социализма— крупной тяжелой промышленности и обобществленного производства в сельском хозяйстве. Электрификация отраслей народного хозяйства явилась одним из основных условий успешного восстановления народного хозяйства, основой социалистической реорганизации экономики нашей страны на новой технической базе. Поэтому партия и правительство придавали огромное значение вопросам практического осуществления электрификации Советской страны. В тяжелейших условиях иностранной интервенции, гражданской войны и разрухи народного хозяйства в нашей стране проводились работы по строительству электростанций, по электрификации народного хозяйства. Так, в 1918 г. было построено 8 электростанций общей мощностью в 4757 кет, в 1919 г.— 36 станций мощностью в 1648 кет, а в 1920 г.— около 100 станций общей мощностью в 8699 кет.
В апреле 1918 г. Ленин поставил перед Академией наук задачу создания плана реорганизации промышленности и обеспечения экономического подъема России на основе электрификации, под которой он понимал не изолированное строительство отдельных электростанций, а постепенный перевод всех отраслей народного хозяйства на новую техническую базу, на базу электрифика- ции. Так началось создание великого плана электрифика-
1 В. И. Ленин, Соч., т. 19, стр. 42.
60


ции России, завершенного в 1920 г., в виде плана ГОЭЛРО.
Ленин оценивал план ГОЭЛРО — первый единый хозяйственный план создания новой технической базы во всех отраслях народного хозяйства Советской страны как вторую программу Коммунистической партии. «Наша программа партии,— говорил он в докладе на VIII Всероссийском съезде Советов,— не может оставаться только программой партии. Она должна превратиться в программу нашего хозяйственного строительства... Она должна дополниться второй программой партии, планом работ по воссозданию всего народного хозяйства и доведению его до современной техники. Без плана электрификации мы перейти к действительному строительству не можем» *.
* *
*
В Советской России к 1921 г. имелись уже необходимые условия для осуществления плана ГОЭЛРО. Огромные топливные и водные ресурсы в стране создавали мощную базу для получения электрической энергии. Государственная власть находилась в руках рабочих и крестьян, кровно заинтересованных в восстановлении народного хозяйства и создании материально-технической базы социализма на основе высшей техники путем электрификации народного хозяйства. Обобществление основных средств производства, осуществленное в ходе национализации крупной промышленности, земли, транспорта, банков, внешней торговли, давало возможность развивать экономику страны по плану, осуществлять электрификацию отраслей народного хозяйства быстро и планомерно в интересах рабочих и крестьян. Наличие хотя и небольшой машиностроительной и электротехнической промышленности послужило исходной базой для начала осуществления плана ГОЭЛРО.
Партия и правительство, придавая огромное значение осуществлению плана ГОЭЛРО, мобилизовали все силы на его выполнение. Постановлением Совета Труда и Обороны от 2 марта 1921 г. все работы по электрификации, как в области электропромышленности и электроснабжения, так и в области строительства новых электрических
1 В. И. Ленин, Соч., т. 31, стр. 482. 61


установок и электрификации различных отраслей хозяйства, были признаны «имеющими первостепенное государственное значение», и им оказывалась всемерная помощь в обеспечении сырьем, материалами, продовольствием, оборудованием Ч
Успешному осуществлению плана ГОЭЛРО способствовала провозглашенная в марте 1921 г. на X съезде Коммунистической партии новая экономическая политика. Ленин указывал, что новая экономическая политика не меняет единого государственного хозяйственного плана и не выходит из его рамок, а меняет лишь подход к его осуществлению. Это изменение выразилось в том, что восстановление народного хозяйства и создание фундамента социалистической экономики начали производить с восстановления сельского хозяйства, топливной промышленности, мелкой и легкой промышленности и транспорта.
Нэп способствовала налаживанию товарооборота между промышленностью и сельским хозяйством, повышала материальную заинтересованность рабочих и крестьян в результатах своего труда и создавала предпосылки для подъема производительности труда, т. е. обеспечивала восстановление промышленности и сельского хозяйства.
Накопление материальных ресурсов в стране, увеличение национального дохода государства позволили постепенно увеличивать ассигнования на электрификацию народного хозяйства. Так, если за четыре года, с 1918 по 1921/22 г., на электрификацию народного хозяйства было ассигновано 10,6 млн. руб., то с 1921/22 по 1924/25 г.— уже 117,3 млн. руб.1 2 Всего же за 1920—1926 гг. на нужды электрификации, по данным Энергоцентра, из государственного бюджета было выделено 392,2 млн. черв. руб.3
Одной из необходимых материальных предпосылок осуществления плана ГОЭЛРО являлось восстановление и развитие электротехнической промышленности. В Рос1 См. «Развитие электрификации Советской страны, 1921— 1925 гг.» Сборник документов и материалов, Госполитиздат, 1956, стр. 37.
2 См. Ф. Дзержинский, Промышленность СССР, ее достижения и задачи, 1925, М.—Л., стр. 19.
3 См. Г. М. Кржижановский, Электроэнергетика, Энергоиздат, 1933, стр. 432.
62


сии в 1913 г. насчитывалось около 100 электротехнических предприятий, в том числе только 30%—хорошо оборудованные заводы со средним числом рабочих не менее 500 человек в каждом Ч Основная группа предприятий в электротехнической промышленности России принадлежала иностранцам. Так, из 72,5 млн. руб., вложенных в электротехническое производство к началу первой мировой войны, 51 млн. руб. составлял иностранный капитал, в котором до 81% всех средств принадлежало германским монополистам. На электротехнических предприятиях устанавливалось оборудование, которое, как правило, ввозилось из-за границы. Большинство электротехнических предприятий производило главным образом сборку электромашин и электрооборудования, части которых привозились из-за границы. Многие электроизделия вообще не производились в царской России, а потребность в них удовлетворялась за счет импорта. Если аккумуляторное производство и производство электрокабеля русских заводов почти полностью покрывало внутренний спрос России, то производство электромашин и электроаппаратуры удовлетворяло потребности страны в 1913 г. лишь наполовину. Слабость и низкий технический уровень развития электротехнической промышленности России явились причиной того, что основную группу двигателей электростанций составляли паровые машины, водяные колеса.
В результате империалистической и гражданской войн, интервенции, общей разрухи в стране и отсутствия необходимых материалов продукция электропромышленности упала в 1920 г. до 9% от довоенного уровня, в том числе выпуск электромашин сократился почти в 18 раз1 2.
В восстановительный период перед советской электротехнической промышленностью встала задача не только восстановить разрушенные предприятия, но и наладить производство нового оборудования — крупных турбогенераторов, гидротурбин, электроламп, арматуры, изоляторов для высоковольтных линий электропередач, обеспечить выпуск специальных сортов железа для динамома-
1 См. «Краткий обзор состояния электрохозяйства России к 1923 г.>, М., 1923, стр. 11.
2 См. П. Н. Иванов, Советская электротехническая промышленность, Энергоизд ат, 1933, стр. 5, 25.
63


шин и трансформаторов, производство которых в царской России только зарождалось или вовсе отсутствовало, т. е. советская электротехническая промышленность должна была создать новую техническую базу для электрификации страны.
Партия и правительство уделяли большое внимание возрождению и развитию электротехнической промышленности. Совет Труда и Обороны принял ряд постановлений о восстановлении этой отрасли промышленности. Уже в 1921 г. в числе восстановленных предприятий тяжелой промышленности были такие, как московский завод «Динамо» и другие. Начиная с 1921 г. на предприятиях электротехнической промышленности наблюдался постоянный рост производства. Так, кабельный завод электротехнического треста Центрального района и ламповая фабрика петроградского Эльмаштреста уже в 1922 г. достигли довоенного уровня производства, а в целом электротехническая промышленность увеличила выпуск продукции в 2 раза по сравнению с 1920 г. В 1922/23 г. значительно возросло производство кабеля и электроламп; выпуск этих изделий составлял две трети всей продукции электропромышленности.
Восстановление электротехнической промышленности сопровождалось рационализацией и специализацией предприятий, внедрением ряда новых производств — производства нагревательных приборов и арматуры, высоковольтных изоляторов и т. д. В 1921/22 г. было приступ- лено к первым опытам по производству вольфрамовой нити для электроламп, которая до этого ввозилась из-за границы. В 1926 г. впервые была изготовлена вольфрамовая нить хорошего качества, и с этого момента появилась возможность полностью наладить массовое производство электроламп в СССР. В 1922/23 г. петроградский завод «Электросила» приступил к разработке проекта организации производства турбо- и гидрогенераторов, а в 1924/25 г. были изготовлены первые семь турбогенераторов общей мощностью свыше 10 тыс. кет, а к 1926 г. имелось в эксплуатации уже до 25 генераторов общей мощностью более 50 тыс. кет.
В 1923/24 г. в связи с развернувшимся строительством крупных районных электростанций и, в частности, таких станций, как Волховская, Штеровская и Нижегородская, спрос на крупные электромашины и трансформаторы зна64


чительно увеличился. Поэтому советская электротехническая промышленность увеличила выпуск трансформаторов и аккумуляторов в 1923/24 г. почти в 2 раза по сравнению с 1922/23 г., электромашин — на 12%, измерительных приборов — более чем в 2,5 раза, установочных материалов — в 3 раза. Электромашиностроительные заводы наладили выпуск машин мощностью до 3 тыс. кет, трансформаторов — до 10 тыс. кет. В 1923/24 г. были разработаны новые облегченные типы электромашин разных мощностей, но еще до 30% потребности страны в электроизделиях покрывалось импортом. Из-за границы ввозились крупные машины и трансформаторы, провода, и т. п., которые шли в основном для сооружения районных электростанций.
В 1924/25 г. производство электроизделий в Советской стране выросло почти в 2 раза по сравнению с 1923/24 г. и достигло 94% от выпуска 1913 г., а в 1925/26 г. превысило довоенный уровень, причем выпуск трансформаторов, кабелей, проводов и измерительных приборов увеличился в 1925 г. по сравнению с 1924 г. почти в 3 раза, а электромашин переменного тока в 2,5 раза. Удельный вес продукции аппарато- и электромашиностроения в общем импорте электроизделий сократился в 1924/25 г. до 35,1% против 57,7% в 1913 г.
В электротехнической промышленности восстановление производства сопровождалось расширением и реконструкцией действующих предприятий, организацией на них выпуска новых видов электрооборудования. Так, на ленинградском заводе «Электросила», Харьковском электромашиностроительном заводе налаживался выпуск крупных турбогенераторов и трансформаторов для Волховской ГЭС, для ЗАГЭС и других электростанций. В связи с большой потребностью в турбогенераторах на заводе «Электросила» в 1925 г. началась установка нового оборудования. Особенно большой размах получили работы по переоборудованию заводов лампового производства, которые были оборудованы автоматами. На ленинградском заводе «Электросила» в 1925/26 г. производился капитальный ремонт, на московском заводе «Динамо» — расширение машинного корпуса, на заводе бывш. «Проводник» осуществлялась достройка и приспособление помещений для трансформаторного завода и т. д.
б Очерки по истории
65


Уже в 1924/25 г. в электропромышленности 82% всех капитальных затрат было использовано на новое строительство и установку нового оборудования. В Ленинграде начали строить завод «Электроаппарат» и завод измерительных приборов; крупные вложения были сделаны в производство динамомашин. В результате значительно увеличился их удельный вес в продукции электропромышленности, повысилась производительность электромашиностроительных заводов, улучшилось использование имевшегося оборудования.
Таким образом, в электротехнической промышленности в 1921 —1925 гг. наряду с восстановлением происходила реконструкция, развертывалось строительство новой технической базы для осуществления электрификации страны.
2. Электрификация советской промышленности на основе программы «А» ГОЭЛРО
В первый период нэпа Советское государство уделяло основное внимание восстановлению и электрификации промышленности — основы развития всех отраслей народного хозяйства. Электрификация промышленности являлась одним из главных условий повышения производительности труда, восстановления и реорганизации народного хозяйства на новой технической базе.
Государственный народнохозяйственный план электрификации, наметивший электрификацию как одно из главных условий восстановления и развития промышленности, включал в себя программу <гД» — использование существующих электростанций наиболее рационально и экономно и программу «Б» — создание крупных районных электростанций и сети высоковольтных электропередач, как новой материально-технической базы для электрификации всех отраслей народного хозяйства.
В плане ГОЭЛРО была поставлена главная задача — создать новую производственно-техническую базу в стране, чтобы ликвидировать противоречие между передовой формой политической власти в России и отсталой экономикой. Поэтому процесс восстановления народного хозяйства в Советской стране, и в частности процесс восстановления промышленности, осуществлялся одновре66


менно с его социалистической реорганизацией и реконструкцией на базе электрификации.
В годы гражданской войны и иностранной интервенции была разрушена основная часть промышленности, транспорта; электростанции давали всего около 30% энергии от довоенного уровня. Многие действующие электростанции имели изношенное, устаревшее оборудование и вырабатывали дорогую электроэнергию. Поэтому партия и правительство в этот период огромное значение придавали выполнению прежде всего программы «А» ГОЭЛРО, что давало возможность в кратчайшие сроки и с минимумом затрат восстановить промышленность и приступить затем к широкой электрификации ее.
В постановлении IX Всероссийского съезда Советов от 1921 г. указывалось: «Наряду с сооружением государственных электрических станций и впредь до развития соответствующих высоковольтных электропередач, в целях подготовки будущих потребителей электрической энергии в пределах действия последних и для обслуживания районов вне действия намеченных государственных станций, признать необходимым:
а) возможно полное и рациональное использование ныне существующих, наиболее экономически выгодных центральных электрических станций».
Первоочередными работами по программе «А» ГОЭЛРО являлись жизненно важные работы по восстановлению и приведению в порядок существующих электростанций, увеличению мощности действующих станций, налаживанию лучшего использования имеющихся мощностей, объединению действующих станций в общую сеть в основных экономических районах страны — Центрально-промышленном, Северо-Западном, Южном и на Урале.
Программа «А» ГОЭЛРО учитывала состояние существующих электростанций, «которые могли бы при настоящих условиях работать в общий электрический котел»1, характер потребностей в электроэнергии предприятий, расположенных в районе действия электростанций. Были учтены потребности электростанций в топливе и намечался план концентрации производства электроэнергии на наиболее экономичных и хорошо оборудованных станциях.
1 Бюллетень ГОЭЛРО Кв 1, 1920 г., стр. 5.
б* 67


В плане «А» ГОЭЛРО был дан подробный анализ экономического значения объединения электростанций и параллельной их работы, что позволяло усилить электроснабжение крупных городов и промышленных районов при незначительном переоборудовании и наименьших затратах времени и средств, благодаря отдаче избытка энергии фабрично-заводских электростанций в общую сеть для удовлетворения потребностей в энергии новых потребителей.
Объединение действующих электростанций линиями высоковольтных электропередач обеспечивало расширение электрификации народного хозяйства без значительных затрат и в наиболее короткие сроки, давало значительную экономию средств при перевозке топлива, освобождало часть транспорта от перевозки топлива, способствовало снижению себестоимости электроэнергии.
Кустование электростанций в общую сеть подготавливало условия для развития широкой электрификации на базе вновь создаваемых районных электростанций. Поэтому программа «А» ГОЭЛРО была согласована с программой «Б» и предусматривала, что все линии электропередач, которые строились для соединения отдельных станций с их районами потребления, могли бы войти как составная часть в будущую сеть электропередач.
Одновременно с объединением электростанций в общую сеть программа «А» ГОЭЛРО намечала проведение капитального ремонта на существующих станциях, расширение наиболее экономичных и технически оборудованных станций, переоборудование топок действующих станций для использования местных видов топлива, концентрацию производства электроэнергии на хорошо оборудованных станциях и закрытие малоэкономичных станций, использование освобождающегося оборудования для расширения электрификации отраслей народного хозяйства. В тех районах, где не было электростанций, намечалось в срочном порядке строительство временных электростанций, как базы для электрификации.
* * *
В начале нэпа на первый план выдвинулась задача восстановления топливной промышленности, и в частности угольной, без чего нельзя было восстановить народ68


ное хозяйство страны, наладить работу траспорта. Особое значение для подъема угольной промышленности имело восстановление Донбасса, который давал до революции 87% всей добычи угля. К началу восстановительного периода добыча угля в Донбассе была меньше дореволюционной в 5,5 раза, три четверти действующих шахт было разрушено. План ГОЭЛРО поставил задачу не только восстановить добычу угля, но и значительно увеличить ее на основе электрификации шахт, концентрации добычи на более крупных и хорошо оборудованных шахтах, внедрения машин и т. п.
Выполнение плана ГОЭЛРО в Донбассе позволяло увеличить добычу угля с 1,5 млрд, пудов до 3 млрд, пудов, коренным образом изменить характер добычи угля и его использование. Если до революции здесь преимущественно добывались коксующиеся угли, то план ГОЭЛРО поставил задачу значительно увеличить добычу антрацита и использовать коксующиеся угли исключительно в металлургии. Электрификация Донбасса позволяла в 3 раза сократить число рабочих на шахтах, электрифицировать железные дороги Донбасса, улучшить жилищные условия жизни рабочих.
Все работы по объединению существующих станций Донбасса, их капитальному ремонту были отнесены к работам «особой государственной важности»1.
Программа «А» ГОЭЛРО предусматривала в Донбассе объединение наиболее крупных электростанций, закрытие маломощных и неэкономичных станций, что давало большую экономию топлива, расходуемого на производство энергии, и экономило значительные средства для осуществления электрификации шахт. Так, при кустовании 12 электростанций в Юзово-Макеевском районе Донбасса с помощью 128 км линии электропередач оставлялось в действии шесть наиболее крупных, хорошо оборудованных станций, что дав.ало экономию до 7 млн. пудов условного топлива в год. В конечном итоге из 40 действующих в Донбассе электростанций намечалось оставить всего 14 наиболее крупных и экономичных.
В связи с тяжелым финансовым положением в стране программой «А» в Донбассе предусматривалось сосредоточить средства главным образом на приведении в поря1 «Развитие электрификации Советской страны, 1921—1925 гг.», стр. 567.
69


док и увеличении мощности лишь опорных станций, на создании системы электропередач, которые наиболее полно и бесперебойно при наименьших резервах тепловых установок могли обеспечить снабжение шахт электроэнергией. Кроме того, было намечено подготовить системы электросетей для приема в будущем электроэнергии от районных электростанций1.
В Донбассе в 1921 —1925 гг. основные работы по программе «А» ГОЭЛРО проводились в трех важнейших районах: Сталино-Макеевском, Алмазно-Марьевском и Центральном, где была сосредоточена основная группа угольных шахт и густая сеть электростанций. Объединение электростанций в общую сеть улучшило электроснабжение шахт, увеличило масштабы электрификации, освободило значительную часть электрооборудования шахтных установок.
Объединение электростанций в Юзовском районе уже в 1921 г. позволило улучшить электроснабжение шахт, сократить расходы топлива на собственные нужды, начать внедрение машин в процесс добычи угля. Так, вРут- ченковском кусте был организован второй машинный рудник, производительность которого была свыше 1 млн. пудов угля в месяц. Откатка угля также начала производиться с помощью особых электровозов, которые заменили собой труд 30 коногонов и 30 лошадей. Использование машин на шахтах Донбасса производилось также в Криндачевском районе и на Брянском руднике, где уже в 1921 г. действовало семь тяжелых врубовых машин. В результате проведения мероприятий по рационализации энергохозяйства донецких шахт, по объединению электростанций, внедрению машин добыча угля в Донбассе начала увеличиваться.
В 1922 г. ввиду недостатка средств и отсутствия необходимого оборудования план электрификации Донбасса не был полностью выполнен. Так, в Юзово-Макеевском кусте план сооружения линий электропередач был выполнен на 40%, строительства подстанций — на 65%, в Центральном районе план сооружения 7,7 км высоковольтной линии передач был выполнен всего на 15%, а двух подстанций— на 50%, в Алмазно-Марьевском районе из намеченных по плану восьми подстанций было построено 1 ЦГАОР СССР, ф. 374, оп. 8, д. 433, л. 91.
70


четыре. Это же явление наблюдалось и в других районах Донбасса. Состояние электрификации угольных шахт Донбасса в 1922 г. характеризовалось тем, что из 463 шахт с механическим подъемом угля только около 35% шахт обслуживалось электроэнергией Ч
В условиях резкого повышения себестоимости добычи угля на шахтах Донбасса, обусловленного общим экономическим состоянием страны, большое значение приобретали вопросы удешевления электроэнергии, применяемой в шахтах, сжигания под топками котлов малоценных сортов топлива, рационализации силового хозяйства. Как показало проведенное Комиссией по обследованию ЦГКП Донбасса в 1922/23 г. обследование шахт Донбасса, себестоимость угля, например, на Шербиновском руднике возросла по сравнению с довоенным периодом только за счет вздорожания применяемой электроэнергии в несколько раз. Стоимость энергии на пуд продукции выросла с 9% всей «эксплуатационной себестоимости» в довоенное время до 30% в 1922/23 г.1 2 Это же явление наблюдалось и на других шахтах Донбасса.
В 1923 г. в Донбассе проводились работы по объединению электрических станций «Донугля», «Химугля» и других трестов. На шахтных электростанциях был установлен 21 трансформатор, в том числе в Алмазно-Марьев- ском районе 13 трансформаторов, в Юзово-Макеевском и Лисичанско-Бахмутском по четыре трансформатора, и закончено 77,7 км линий электропередач 3. Проводились также работы по капитальному ремонту электрооборудования, по установке более мощных турбогенераторов. Так, на шахте «Артем» в 1922/23 г. был произведен капитальный ремонт двух турбогенераторов и заканчивался ремонт третьего. В результате мощность паровой электростанции на шахте «Артем» увеличилась на 75%. Подъем угля на шахте производился с помощью двух электромоторов, механическая зарубка в очистных забоях осуществлялась тремя цепными электрическими врубовыми машинами, в подготовительных забоях работали пневматические машины. Введение в работу еще 15 вру1 См. Г. Д. Бакулев, Развитие угольной промышленности Донецкого бассейна, Госполитиздат, 1955, стр. 405.
2 ЦГАОР СССР. ф. 374, оп. 8, д. 196, л. 24, 36.
3 См. «Электричество» № 11, 1923 г., стр. 574.
71


бовых машин позволило значительно увеличить механизированную добычу угля на шахте «Артем» Ч
К 1924 г. из обследованных 85 шахт «Донугля» было электрифицировано: полностью — 24, частично — 51 и вовсе не электрифицировано— 10 I 2.
В результате рационализации электроснабжения отдельных районов Донбасса удалось увеличить нагрузку электростанций, сократить использование ценных сортов угля на электростанциях и уменьшить расходы угля на собственные нужды.
Восстановление шахт Донбасса и их электрификация позволили увеличить нагрузку шахт, которая в 1923/24 г. достигла 70% от уровня производительности 1913 г., увеличить число применяемых на шахтах машин, особенно врубовых. Так, если на выемке угля на шахтах «Донугля» на 1 апреля 1924 г. применялось 39 машин, то на 1 октября 1924 г.— уже 64. Число электрических подъемных машин и лебедок выросло с 73 в 1922 г. до 79 в 1924 г., тягильных электролебедок — со 130 до 159, электрических компрессоров — с 63 до 75. Степень электрификации шахт увеличилась с 50,5% в 1921/22 г. до 61,5% в 1923/24 г., а мощность электрооборудования, применяемого на шахтах, увеличилась с 55138 кет до 68670 кет3.
К 1925 г. в основных районах Донецкого бассейна было проведено свыше 113 км линий электропередач и сооружено 17 подстанций, которые соединяли между собой рудничные электростанции, на ряде электростанций были установлены новые котлы и турбогенераторы, в результате отпускная цена на электрическую энергию была значительно снижена.
Работы по кустованию и строительству электросетей в Донбассе значительно расширились в 1924/25 г., когда из госбюджета на эти цели было ассигновано 1824 тыс. руб. против 861 тыс. руб. в 1922/23 г. и 625 тыс. руб. в 1923/24 г.4 В 1925 г. для лучшего удовлетворения электроэнергией всех шахт Горловского и бывш. Никитов- ского рудоуправлений и Байракского рудника начались работы по расширению электростанции Горловского I ЦГАОР СССР, ф. 374, оп. 8, д. 196, л. 89.
2 Бюллетени Госплана № 1—2, 1924 г., стр. 138.
3 См. «Промышленность СССР в 1924 г.», стр. 18—19.
4 См. «Сборник материалов по электрификации СССР», М., 1927, стр. 20—21.
72


района. Электрификация шахт проводилась также в Криндачевско-Чистяковском районе Донбасса, где были построены распределительные пункты и линии электропередач для электрификации 17 шахт. Основные работы по оборудованию шахт электромоторами проводил «Дон- уголь», а их производство осуществлялось государственным Электротрестом.
В 1924/25 г. было полностью закончено объединение электростанций Алмазно-Марьевского района Донбасса. В общую сеть электрокольца вошли три. электростанции общей мощностью в 13,9 тыс. кет, а остальные были переоборудованы в подстанции. Продолжались работы по кольцеванию станций Юзово-Макеевского, Центрального и Соляного районов Донбасса. К 1926 г. были объединены электрические станции «Донугля», «Химугля», «Слав- соли», Бахсольтреста и других трестов.
В 1926 г. НК РКИ УССР было проведено обследование осуществления кустования электростанций в Донбассе. В результате было выяснено, что в соответствии с проектом, который был одобрен Госпланом СССР, в Алмазно-Марьевском и Сталино-Макеевском угольных районах Донбасса было проложено около 100 км линий электропередач и построено 14 подстанций с общей мощностью устанавливаемых трансформаторов в 19 тыс. ква. Кроме того, в Центральном районе в стадии сооружения находилось 44 км линий электропередач и четыре подстанции с общей мощностью устанавливаемых трансформаторов в 3600 ква.
Наряду с восстановлением и расширением существующих электростанций и объединением их линиями электропередач велись большие работы по строительству Ште- ровской районной электростанции, по сооружению линий электропередач, подготовке потребителей к приему тока. Так, в 1924/25 г. сооружалась двойная линия Штеровка — Алмазно-Марьевский район длиной в 60 км, производилась подвеска проводов на линии Штеровка — рудники Чистяково-Криндачевского района протяжением в 35 км. Здесь же строилось пять понизительных подстанций, каждая с двумя силовыми трансформаторами.
В целом коэффициент электрификации оборудования на шахтах Донбасса (подъемные машины, насосы, компрессоры, вентиляторы и т. п.) с 50% на 1 октября 1923 г. поднялся до 66% на 1 октября 1926 г.
73


Однако в связи с ростом добычи угля, развитием металлургии и запозданием сооружения Штеровской электростанции и в 1926 г. в Донбассе ощущался острый недостаток электроэнергии, что вынуждало оставить в действии многие неэкономичные маломощные электростанции, намеченные планом ГОЭЛРО к ликвидации.
Обследование электрокольцевания станций в Донбассе выявило целый ряд недостатков, которые снижали темпы электрификации районов Донбасса, тормозили рост угледобычи и развитие металлургии. Главные из них: несоответствие между первоначальными предположениями по кольцеванию электростанций в Донбассе и фактическими работами в отдельных районах Донбасса, несогласованность в работах между Цугпромом, Главэлектро и Главметаллом по линии регулирования темпов развития отдельных отраслей промышленности и действиями отдельных хозяйственных органов в Донбассе («Донуголь», «Югосталь» и др.).
Восстановление и электрификация каменноугольной промышленности в 1921 —1925 гг. осуществлялись также в Подмосковном угольном бассейне, на Урале, в Кузбассе. Так, в Подмосковном угольном бассейне уже в 1921 г. добыча угля превысила довоенный уровень. В Кузнецком каменноугольном бассейне в 1921 —1925 гг. основное внимание уделялось восстановлению и расширению мощности имеющихся шести наиболее крупных электростанций. Оборудование станций было в основном устарелым и сильно изношенным. Даже на центральной электростанции наиболее крупного угольного района Кузбасса — Анжеро-Судженского, дававшем до 60% всей добычи бассейна, преобладали котлы старого типа. По программе «А» ГОЭЛРО здесь в 1923 г. проводились работы по установке нового агрегата и двух генераторов. Это позволило сконцентрировать производство электроэнергии на этой электростанции, централизовать электроснабжение района, закрыть малорентабельные электроустановки на шахтах и полностью электрифицировать все подъемные, водоотливные, механические и другие установки всего района
В результате проведенных в 1921 —1925 гг. работ по электрификации, предусмотренных программой «А>
1 ЦГАОР СССР, ф. 374, оп. 8, д. 225, л. 7—8, 46.
74


ГОЭЛРО, угольная промышленность не только восстанавливалась, но здесь происходили определенные реконструктивные сдвиги. Они выражались в рационализации энергохозяйства, в увеличении числа электрифицированных шахт, в росте электрификации добычи угля, в увеличении числа применяемых машин.
В связи с усилением и расширением электрификации шахт из года в год в целом по стране сокращался удельный вес расхода угля на собственные нужды шахт (с 27% в 1921/22 г. он снизился до 9,3% в 1925/26 г.) Ч Увеличивалась добыча угля, которая составила в 1925/26 г. 25 770 тыс. т, т. е. возросла в 2,7 раза по сравнению с 1921 г., хотя еще не достигла довоенного уровня1 2.
Электрификация угольных шахт имела огромное значение для облегчения условий труда шахтеров, она означала замену ручного труда машинным. Однако добыча угля, например, в Донбассе в восстановительный период еще на 85% осуществлялась вручную.
Несмотря на значительные работы, проведенные по программе «А» ГОЭЛРО, дальнейшее развитие угольной промышленности упиралось в слабость энергохозяйства, в невозможность на данной технической основе механизировать добычу угля, обеспечить систематический и неуклонный рост производства добычи угля. Поэтому огромное значение придавалось строительству новых крупных электростанций, которые создавали условия для коренной реконструкции угольной промышленности. Так, ввод в действие Штеровской электростанции позволил механизировать и электрифицировать крупнейшие угольные шахты Донбасса, установить единую котельную систему для всех предприятий, облегчить труд шахтеров. В целях обеспечения электроэнергией шахт угольного бассейна на Урале строилась Кизеловская районная электростанция. Электрификация Подмосковного угольного бассейна опиралась также на новые электростанции, которые давали возможность перевести угольную промышленность на передовую техническую базу.
1 См. «Промышленность СССР в 1926/27 году». Ежегодник ВСНХ, М.» 1928, стр. 139.
2 См. Г. Д. Бакулев, Развитие угольной промышленности Донецкого бассейна, стр. 305.
75


*
В плане ГОЭЛРО придавалось большое значение электрификации нефтяной промышленности как наиболее рациональному пути увеличения и удешевления добычи нефти.
Исходя из условий развития различных районов нефтяной промышленности, в плане ГОЭЛРО были намечены и различные пути ее электрификации. Если в Бакинском районе электрификация промыслов почти исключительно осуществлялась за счет восстановления; капитального ремонта и расширения мощности действующих электростанций, то в Грозненском районе необходимо было построить три новые электростанции, а на майкопских нефтяных промыслах — две электростанции, как очаги электрификации названных районов.
Основным районом добычи нефти являлся Бакинский район, где было сосредоточено до революции свыше 83,3% всей добычи нефти. В восстановительный период здесь широко развернулись работы по электрификации нефтепромыслов. Так, планом на 1921 г. в Бакинском районе было намечено электрифицировать 344 скважины при 295 электроустановках, пустить в эксплуатацию в 1921 —1922 гг. около 1500 старых электрифицированных скважин, заложить и пробурить в 1921 г. 150 новых скважин Ч В 1922—1923 гг. продолжались работы по восстановлению и расширению электроустановок на промыслах, строились линии электропередач, производилась электрификация заводского района, осуществлялся перевод парового силового хозяйства промыслов на электрическую энергию. Так, на электростанции «Красная звезда» была установлена новая турбина в 10 тыс. кет и пущены в работу четыре новых мощных котла, на Биби-Эйбате установлены турбина в 2 тыс. кет и два котла и т. д. В результате производство электроэнергии в январе 1924 г. увеличилось на 72% по сравнению с январем 1922 г., был снижен расход нефти на собственные нужды и достигнута большая экономия при производстве и использовании электроэнергии.
В 1924 г. развернулись работы по рационализации топливного и силового хозяйства нефтяной промышленности
1 См. «Развитие электрификации Советской страны, 1921— 1925 гг.», стр. 578.
76


Баку. Количество электромоторов, применяемых в Бакинском нефтяном районе, систематически росло. Так, если в 1921/22 г. здесь работало 715 электромоторов, а в 1922/23 г.— 1043, то в 1923/24 г.— 1275. План на 1925 г. предусматривал установку в Бакинском районе двух новых турбин, что давало дополнительную мощность в 27 тыс. л. с. и позволяло увеличить число электрифицированных скважин.
В результате проведенных работ, предусмотренных планом «А» ГОЭЛРО, мощность четырех электростанций Азнефти увеличилась с 59 650 кет в 1922/23 г. до 93 650 кет в 1924/25 г., выработка электроэнергии — с 215 млн. квт-ч за 1922/23 г. до 287,4 млн. квт-ч в 1924/25 г., значительно снизился расход топлива на выработку 1 квт-ч энергии ’. В 1925/26 г. на бакинских электростанциях была начата замена нефти в качестве топлива нефтяными газами. Все это дало возможность уже в восстановительный период электрифицировать свыше 1100 скважин, создать единое хозяйство по бурению скважин, провести концентрацию промыслов и расширить сеть трубопроводов.
В Грозненском районе в течение восстановительного периода число скважин, обслуживаемых электромоторами, также систематически увеличивалось. Так, на Старой площади в начале 1923/24 г. было 77 электрифицированных скважин, а в конце года— 1262. Но общий уровень электрификации грозненских промыслов был намного ниже, чем бакинских.
Осуществление программы «А> ГОЭЛРО в нефтяной промышленности способствовало быстрому восстановлению и расширению добычи нефти, внедрению передовых способов добычи, переводу нефтяной промышленности на новую техническую базу, сокращению расхода нефти па собственные нужды, а также неуклонному росту общего количества потребляемой электроэнергии, который сопровождался снижением удельного расхода электроэнергии на 1 т годовой добычи нефти. Особенно это было характерным для Бакинского района, который к 1925 г. был в основном электрифицирован.
1 См. «Сборник материалов по электрификации СССР», стр. 150.
3 См. «Промышленность СССР в 1924 г.», стр. 44.
77


♦ ♦ ♦
Если в первые годы восстановительного периода необходимо было прежде всего обеспечить расширение добычи угля и нефти, без развития которых тормозилось восстановление и развитие других отраслей народного хозяйства, то уже в начале 1924 г. Х111 партийная конференция РКП (б) отметила, что «достигнутые ныне успехи в деле топливного хозяйства делают возможным и необходимым сосредоточить внимание партии на металлургии». Теперь металлургическая промышленность выдвигалась на первый план, ибо только на этой базе можно было наладить производство средств производства— основу социалистического хозяйства.
После войны металлургическая промышленность находилась в очень тяжелом состоянии. В 1920 г. выплавка чугуна снизилась до 2,4% от уровня 1913 г. Не работали такие заводы, как Краматорский, Екатеринославский, Александровский, Мариупольский и другие. Были разрушены рудники Криворожья, Керчи, Запорожья, Никополя, бездействовали металлургические предприятия Риддера, Карсакпая и других районов.
Программа «А» ГОЭЛРО поставила задачу восстановления довоенного уровня производства в металлургии на базе использования энергии существующих электростанций, которые необходимо было восстановить, расширить и объединить в общую сеть.
Главное внимание уделялось восстановлению металлургии Юга, где в 1913 г. выплавлялось свыше 73,6% чугуна и более 64,1% железа и стали.
В 1914 г. на Юге на доменных и передельных заводах было всего 166 генераторов электроэнергии мощностью в 96 тыс. кет. Применение электроэнергии непосредственно в металлургическом процессе было незначительным и составляло всего 4,5% от всего расхода электроэнергии на металлургических заводах Юга. Выплавка электростали в 1911 г. не превышала в стране 1,13 тыс. т. К началу осуществления плана ГОЭЛРО на металлургических и железоделательных заводах Юга имелось 19 электростанций общей мощностью в 95 тыс. кет. Для полной электрификации южных металлургических заводов требовалось почти в 2 раза увеличить существующую мощность станций. Программа «А» ГОЭЛРО предусматри78


вала установку на действующих станциях дополнительного оборудования и кустование наиболее экономичных электростанций.
На Урале — втором крупном районе металлургической промышленности — насчитывалось 23 заводских электростанции, главным образом металлургических и железоделательных заводов. Для удовлетворения насущных нужд металлургических заводов программой «А» ГОЭЛРО здесь было намечено объединить существующие электростанции металлургической и рудной промышленности в восемь кустов, использовать электроустановки в Кушве и Нижне-Тагильском заводе. В Златоустово-Челя- бинском районе предстояло упорядочить и организовать электрохозяйство Златоустовских заводов и Бакальских рудников, расширить существующие электростанции, перевести древесноугольную плавку железной руды на электрическую, что давало большую экономию древесины.
Большинство металлургических предприятий страны в 1921/22 г. имело старые электроустановки, где применялся постоянный ток низкого напряжения, имелись разнотипные моторы, рубильники, измерительные приборы. Из-за неудовлетворительного состояния сетей электропередач потери при передаче энергии составляли 15—20%. Степень электрификации металлургических предприятий характеризовалась следующими данными: 10 крупнейших заводов Юга были электрифицированы на 59%, в том числе Таганрогский — на 92,6%, Юзовский — на 47, Александровский — на 74,4% и т. д., а предприятия Центрально-промышленного района — на 65%, в том числе сормовские заводы были электрифицированы на 57%, Брянский завод — на 91, Коломенский — на 80% Ч
Металлургическая промышленность, несмотря на тяжелые условия развития и недостаток средств, уже в 1922 г. по сравнению с 1920 г. увеличила производство чугуна в 1,5 раза, мартеновских слитков — в 2 раза, а в целом производство увеличилось на 65%. На Урале в 1922 г. число работающих прокатных станов выросло вдвое, число мартеновских печей — в 4 раза. В 1922 г. начал действовать Калатинский медеплавильный завод, на
1 Степень электрификации — отношение мощности всех электродвигателей завода к сумме всех мощностей завода. См. «Электричество» Кв 12, 1923 г., стр. 634.
79


котором в течение года было выплавлено 57 тыс. пудов меди
Восстановление металлургических предприятий сопровождалось капитальным ремонтом и рационализацией электрохозяйства заводов. Так, материалы обследования НК РКИ СССР заводов «Югостали» в 1922/23 г. показывают, что наряду с восстановлением основного оборудования заводов производились ремонт электросети, установка трансформаторов, налаживание освещения в цехах. Например, на Макеевском заводе, производящем катаную проволоку, рельсы, чугунные трубы, вагонетки и т. п., в 1922/23 г. осуществлялся ремонт двух турбогенераторов по 10 тыс. кет, 5 турбинных котлов, ремонтировались электромоторы во всех цехах. На Брянском металлургическом заводе, работавшем в 1922/23 г. с 30—40% довоенной нагрузки, было капитально отремонтировано конденсаторное устройство турбины, 500 электромоторов, осветительная сеть и т. д.1 2
В целях усиления добычи медной руды и рационализации электросилового хозяйства четырех рудников медистого колчедана трестом Уралмедь в 1923/24 г. была проведена электропередача Калата — Белореченск, закончена в основном постройка линии электропередачи Калата — Цементный завод, которая была соединена с линией Цементный завод — Карпушинский рудник. Это позволило электрифицировать Карпушинский рудник, ликвидировать дорогую паровую Невьянскую электростанцию, обеспечив район рудников дешевой электроэнергией Калатинской электростанции, и снизить таким образом себестоимость добычи руды. Был проведен капитальный ремонт электроустановок рудников, что дало возможность усилить механизацию производства, облегчить труд рабочих и увеличить добычу меди. Уже в 1922/23 г. Калатинским заводом было выплавлено 1670 т меди, а в 1923/24 г.—2900 т. Значительно увеличилась выплавка электролитической меди, которая составила в 1923/24 г. 316 тыс. пудов против 139,3 тыс. пудов в 1922/23 г. Но потребности в меди покрывались отечественным производством в 1924 г. только на 50%.
1 См. «Русская промышленность в 1922 году» (Материалы к 10-му съезду Советов), М., 1923, стр. 127.
2 ЦГАОР СССР, ф. 374, оп. 8, д. 451, л. 86, 101, 102.
80


С укреплением экономики страны капитальные вложения в металлургическую промышленность стали постепенно увеличиваться. В 1924/25 г. они выросли в 2 раза по сравнению с 1923/24 г., а в 1925/26 г.— не менее чем в 5 раз что обеспечило ускоренные темпы восстановления металлургических предприятий, позволило начать реконструкцию и расширение металлургических предприятий, усилить работы по упорядочению электрохозяйства.. В результате продукция металлопромышленности в 1924/25 г. удвоилась по сравнению с 1923/24 г. В 1925/26 г. на Украине действовало 12 металлургических заводов, 6 бессемеровских печей. Украина дала 58% довоенной выплавки чугуна, 63,2% стали и 62,5% проката.
Общая мощность двигателей в металлургической промышленности в 1925/26 г. составляла 483 тыс. л. с., в том числе электромоторов — 274 тыс. л. с.
В восстановительный период производилось упорядочение электрохозяйства, капитальный ремонт и объединение электростанций и в других отраслях тяжелой промышленности: промышленности стройматериалов, машиностроительной, транспортного машиностроения и т. д., а также отраслях легкой промышленности.
План электрификации 1921 г. предусматривал объединение электростанций, строительство линий электропередач и трансформаторных подстанций, расширение электростанций и проведение необходимых работ по капитальному ремонту, предусмотренных программой «А» ГОЭЛРО, в первую очередь в районах, где имелись ва- гоно- и паровозостроительные заводы — Брянск, Подольск, цементные предприятия и предприятия других отраслей промышленности.
’ В 1921 г. были объединены государственные электростанции Коломенского района с целью максимального использования Щуровской электростанции, где были переделаны топки по проекту профессора Рамзина для использования подмосковного угля. В результате энергией были обеспечены Щуровский цементный завод, Коломенский паровозостроительный и другие крупные предприятия. Новая линия электропередачи Радица — Брянск объединила станции Брянского завода в Бежице и Люб- линского механического завода для снабжения электро1 См. С. Г. Струмилин, Черная металлургия в России и в СССР, М.—Л., 1935, стр. 284.
6 Очерки по истории 81


энергией Радицкого вагоностроительного завода, Брянска и его предприятий.
В восстановительный период большинство предприятий цементной промышленности имело свои электростанции, которые были отремонтированы, переоборудованы и объединены в общую сеть с другими электростанциями. Так, три электростанции завода «Пролетарий» «Новоросцемента» были объединены со станцией завода «Октябрь» того же треста. Электрификация цементных заводов осуществлялась также путем присоединения • их к районным электрическим станциям, которые постепенно вводились в строй.
Электрификация текстильной промышленности рассматривалась в плане ГОЭЛРО как один из наиболее удобных и экономичных путей восстановления и увеличения производства тканей. В 1920 г. выпуск хлопчатобумажных тканей упал до 153,1 млн. аршин против 2850,1 млн. аршин в 1912 г., количество рабочих сократилось в 3,5 раза. Электрификация текстильной промышленности способствовала значительному снижению себестоимости изделий, что имело большое значение для укрепления экономической смычки города и деревни.
По плану ГОЭЛРО электрификация текстильной промышленности должна была осуществляться главным образом путем присоединения текстильных фабрик к сети строящихся районных электростанций. Так, в Центрально-промышленном районе, где была сосредоточена основная часть хлопчатобумажной промышленности, 76% предприятий текстильной промышленности подлежало электрификации от районных электростанций.
В то же время в Центрально-промышленном районе программой «А» ГОЭЛРО намечалось обеспечить максимальное использование 22 фабрично-заводских станций текстильной промышленности, присоединить к ним новых потребителей и соединить действующие станции линиями электропередач с учетом возможности применения в будущем тока крупных районных станций. Объединение электростанций в общую сеть в Кинешемско-Вычугском и Иваново-Вознесенском районах — центре текстильной промышленности — позволило увеличить число потребителей энергии и обеспечить первоочередные нужды электрификации текстильных предприятий.
82


В районах, где не было базы для электрификации текстильной промышленности, как например в Закавказье, большое значение приобретали намеченные к строительству небольшие гидроэлектрические установки и сети электропередач.
В 1919—1920 гг. началась работа по кустованию электростанций текстильной промышленности. Так, в целях усиления электроснабжения Москвы и Богородского района в 1920 г. электростанции Богородско-Глуховской мануфактуры, Никольской мануфактуры в Орехово-Зуеве и других, работавших на торфе, и предприятия, которые бездействовали или работали не на полную мощность, были приспособлены для параллельной работы на общую сеть вместе с районной станцией «Электропередача», которая удовлетворяла потребность Москвы в электроэнергии на 50%. Объединенные Глуховская и Павлово-Посадская станции взяли на себя местную нагрузку района до 20 тыс. кет и освободили таким образом соответствующую мощность станции «Электропередача» для усиления снабжения электроэнергией Москвы; была достигнута экономия топлива на московских городских электростанциях, которые работали на остро дефицитном топливе — нефти; была освобождена часть их оборудования и улучшена работа транспорта.
Работа по объединению электростанций в Московском промышленном районе послужила наглядным примером тех экономических преимуществ, которые давало кустование электростанций, и способствовала широкому размаху объединения электростанций в других районах страны.
В 1923 г. была пущена новая линия электропередачи от станции «Электропередача» до подстанции Бруново и от нее до Городищенской суконной фабрики для снабжения ее электроэнергией. Это положило начало созданию электрического кольца, которое охватывало все центры текстильной промышленности Московского района и обеспечивало их электроснабжение.
Наиболее целесообразным для текстильной промышленности признавалось сооружение собственных энергетических комбинатов — пароэлектроцентралей, которые комплексно использовали не только энергию» но и пар. Вместе с тем ряд текстильных фабрик Москвы и Петрограда электрифицировались от городских электростанций.
6*
83


В результате проведенных в текстильной промышленности мероприятий по пуску остановленных во время войны предприятий, электрификации, переводу текстильных предприятий на хозрасчет, улучшению организации труда и повышению его производительности продукция текстильной промышленности к концу восстановительного периода увеличилась в 8 раз по сравнению с 1920 г. Так, хлопчатобумажная промышленность увеличила свое производство с 21,8 тыс. т пряжи и 105,3 млн. м ткани в 1921 г. до 196,9 тыс. т пряжи и 1687 млн. м ткани в 1925 г.1
В восстановительный период налаживалось электрохозяйство и других отраслей легкой промышленности. Так, в сахарной промышленности в 1921 —1925 гг. большая часть капитальных затрат шла на упорядочение паро- и электросилового хозяйства сахарных заводов.
В целом же темпы электрификации отраслей легкой промышленности были значительно ниже, чем тяжелой.
* * ♦
Большие работы в 1921—1925 гг. велись по восстановлению и налаживанию работы крупных электростанций, снабжающих электроэнергией Москву и Петроград.
В плане ГОЭЛРО намечалось обеспечить дешевой энергией Петроград и его порт в целях быстрейшего восстановления промышленной деятельности этого района. Наряду со строительством крупных районных станций на Волхове и Свири планом предусматривалось объединение имеющихся тепловых станций, чтобы улучшить условия эксплуатации й повысить экономичность их работы, закрыть малорентабельные станции. Из имеющихся в Петрограде 44 крупных электростанций оставлялось всего семь, в том числе четыре станции общего пользования и три — фабрично-заводские: Путиловского, Обуховского и Металлического заводов. Освобождаемое оборудование переводилось в другие районы — для электрификации лесопильной промышленности Севера, небольших городов Витебской и Псковской губерний, раз1 См. «Итоги десятилетия Советской власти в цифрах, 1917— 1927 гг.», ЦСУ СССР, стр. 246; статистический справочник «Народное хозяйство СССР», 1932, стр. 8—9.
84


работок железных руд Олонецкой губернии. Наиболее крупные электростанции перевозились в Мурманск, Кот* лас, Сороки и другие города.
На московских городских электростанциях (МОГЭС) уже в первые годы восстановительного периода были про* изведены работы по переустройству топок и ремонту котлов, осуществлен капитальный ремонт строений, дымососных установок и труб, крупный ремонт семи турбогенераторов, 168 трансформаторов. Так, на 1-й МГЭС только в течение 1922 г. был произведен капитальный ремонт котлов, отремонтированы четыре турбины и началась установка нового котла. В результате мощность котельной за год увеличилась на 20%, а машин — на 30%. Капитальный ремонт и переоборудование топок станции «Электропередача» позволили увеличить мощность котельной на 50%, а машин — в 2 раза1.
На четырех ленинградских электростанциях общего пользования (Петроток) были отремонтированы все здания, произведен крупный ремонт и переоборудование топок 20 котлов, капитально отремонтировано 14 турбогенераторов и т. д. В результате исправная мощность по МОГЭСу составила уже осенью 1922 г. 91%, а по Петрограду — 87 %. Коэффициент использования по МОГЭСу достиг довоенной нормы, а по Петрограду превысил ее1 2.
В программе «А» ГОЭЛРО была поставлена задача провести в целях усиления электроснабжения Москвы вторую линию к станции «Электропередача». Эта задача была решена, и в 1922 г. Москва дополнительно получила до 12 тыс. кет мощности, основная тяжесть электроснабжения Москвы была переложена на внегородские электростанции, работавшие на местном топливе.
Пуск в октябре 1922 г. первой очереди электростанции «Красный Октябрь» (бывш. Уткина Заводь) под Петроградом дал возможность увеличить объем и ускорить темпы капитального ремонта существующих электростанций Петрограда.
В 1922 и 1923 гг. на петроградских электростанциях проводился капитальный ремонт турбин. Капитальный 1 См. «Электричество» № 1, 1924 г., стр. 40.
2 См. «Краткий обзор состояния электрохозяйства России к 1923 г.», стр. 90, 94, 102.
85


ремонт осуществлялся силами петроградских заводов. Так, турбины № 13 и 16 мощностью по 5 тыс. кет каждая 1-й Петроградской электростанции были отремонтированы на Обуховском, Металлическом и бывш. заводе Нобеля, в результате мощность станции увеличилась с 17 тыс. кет до 42 тыс. кет.
В 1923 г. проводились большие работы по увеличению мощности электростанций МОГЭСа (на 17,5 тыс. кет) и Петротока (на 10 тыс. кет) путем установки новых турбогенераторов и объединения действующих электростанций.
В течение 1924 и 1925 гг. проводились работы по переоборудованию электростанций Москвы и Петрограда, которые сопровождались реконструкцией станций, усилением их мощности. Например, на старейшей московской районной электростанции «Электропередача» в 1924 г. строилась новая котельная для установки новых котлов, расширялось машинное здание станции для установки турбогенератора в 16 тыс. кет. На 1-й МГЭС, которая в 1920—1924 гг. давала около 40% всей электроэнергии в сеть Мосэнерго, был установлен турбогенератор в 10 тыс. кет и наиболее мощный котел поверхностью нагрева в 1371 кв. м, который являлся в то время единственным в СССР. Здесь же были в связи с развитием московского трамвая установлены три мощных преобразователя частоты по 10 тыс. кет каждый, была построена новая подстанция на 100 киловольт. В результате этих мероприятий удельный расход топлива (в килограммах условного топлива) на выработку 1 квт-ч снизился на крупнейшей московской электростанции с 1,455 кг в 1920 г. до 1,116 кг в 1926 г.1 В эти годы проводилось строительство высоковольтных линий электропередач с большим напряжением, подача энергии рабочим окраинам и промышленным центрам.
В результате выполнения работ, предусмотренных программой «А» ГОЭЛРО, производство электроэнергии на московских и петроградских электростанциях увеличилось, улучшились технико-экономические показатели работы электростанций и электроснабжение Москвы и Петрограпа и их промышленных районов. (См. таблицу на стр. 87.)
1 См. «Мосэнерго за 15 лет. 1920—1935», 1936, стр. 42—46.
86


Технико-экономические показатели работы электростанций Москвы и Петрограда 1
Электростанции МОГЭС (без вновь построенных районных станций) . . .
Электростанции Петрограда(без районных электростанций) . .
162 — 208 1,21 210
159
1,17
156
1,26
144
1,08 289 1,01 291 0,97*
1,11 193 1,03 263 1,02
♦ Считая и вошедшие в 1925/26 г. в МОГЭС районные станции Шатуру и Каширу.
Улучшение технико-экономических показателей работы электростанций позволило получить большую экономию в топливе, сократить расходы на содержание станций. На электростанциях было сокращено потребление дорогостоящей нефти за счет применения низкосортных углей и торфа.
Увеличилось производство электроэнергии, что позволило усилить работы по электрификации промышленности и приступить к ее реконструкции. Так, станции МОГЭСа в 1925 г. снабжали электроэнергией промышленность не только Москвы, но и Московского промышленного района — Кольчугинские металлургические заводы на станции Пекша, где в связи с расширением производства цветных металлов осуществлялась замена паровых машин электромоторами и была поставлена задача внедрения электрических печей для плавки металла; Бала1 См. «Промышленность СССР в 1925/26 году». Ежегодник ВСНХ, М.— Л., 1927, стр. 159, 165.
87


шиху с ее крупными текстильными предприятиями, Орехово-Ликинский текстильный район, Дулевский фарфоровый завод, текстильные предприятия Владимиро- Александровского треста и т. д.
Количество энергии, которую потребляла промышленность Москвы и Московского района, в течение восстановительного периода увеличилось с 27 млн. квт-ч в 1920 г. до 96 млн. квт-ч в 1923/24 г., т. е. почти в 4 раза !.
Усиление электроснабжения Москвы и Московского промышленного района позволило увеличить работы по электрификации фабрик, ликвидировать ряд малоэкономичных фабричных электростанций, снизить стоимость электроэнергии, расширить масштабы электрификации и увеличить нагрузку предприятий. На предприятиях проводилась работа по переустройству топок для более рационального сжигания топлива, многие электростанции переводились на Использование местных видов топлива. В результате в 1925/26 г. удельный вес нефтетоплива в топливном балансе этого района снизился с 27,6% до 19%, а потребление дров и торфа увеличилось с 30,7% до 34,5%.
Таким образом, в 1921—1925 гг. в Советской стране успешно выполнялась программа «А» ГОЭЛРО. Уже в апреле 1923 г. на XII съезде Коммунистической партии отмечалось, что за 2 года после принятия плана электрификации программа «А» ГОЭЛРО была выполнена более чем на 50%, а в 1926 г. осуществление ее было в основном завершено.
Осуществление программы «А» ГОЭЛРО происходило планомерно, что находило свое отражение в текущих планах электрификации народного хозяйства. Практическое руководство делом электрификации промышленности осуществлял Главэлектро ВСНХ СССР и его местные отделения. Большую работу проводили местные партийные и советские органы.
При проведении работ по программе «А» ГОЭЛРО партия и правительство руководствовались следующими основными принципами: концентрация производства электроэнергии нанаиболее мощных и экономичных станциях, перевод действующих электростанций на использование местных видов топлива, строительство высоко.- 1 См. «Электричество» № 11, 1924 г., стр. 566.
88


вольтных линий электропередач для объединения электрических станций между собой в целях максимального использования их мощности. В результате осуществления программы «А» ГОЭЛРО большинство работавших электростанций было реконструировано, на них были установлены более мощные трансформаторы, котлы и другое оборудование, улучшены технико-экономические показатели работы электростанций. Программа «А» ГОЭЛРО осуществлялась в широких масштабах прежде всего в основных экономических районах — Центрально-промышленном, Северо-Западном, Донбассе, Урале и на Юге, где имелась густая сеть электростанций и была сконцентрирована топливная, металлургическая, паровозо- и вагоностроительная, текстильная и другие отрасли промышленности.
Выполнение программы «А» ГОЭЛРО обеспечивало* восстановление старой технической базы промышленности, приспособление фабрично-заводских электростанций для удовлетворения нужд восстанавливаемой промышленности. Электрификация промышленности, проводимая в связи с выполнением программы «А» ГОЭЛРО,. шла главным образом по линии электрификации силового, аппарата промышленности, по линии обеспечения промышленности электромеханической силой.
Выполнение программы «А» ГОЭЛРО явилось отправным моментом для электрификации народного хозяйства страны на базе крупных районных электростанций. Восстановление и объединение имевшихся электростанций: подготовило основу для широкой электрификации. В процессе восстановительных работ готовились кадры, способные выполнить программу сооружения крупных, районных электростанций.
3. Сооружение первой очереди государственных районных электростанций — начало создания новой технической базы промышленности
В. И. Ленин считал, что «решающим в деле целесообразной электрификации являются лишь крупные районные станции»1. Эти электростанции позволяют: сконцентрировать производство электроэнергии на крупных,. 1 Ленинский сборник XXXIV, стр. 363.
89


наиболее экономичных электростанциях, построенных с учетом последних достижений науки и техники; централизовать электроснабжение благодаря объединению районных станций линиями высоковольтных электропередач; более полно использовать в качестве топлива низкосортное топливо, воду и отходы промышленности; перевести народное хозяйство и в первую очередь промышленность на новую техническую базу. Ленин в беседе с корреспондентом американской газеты «ТЬе АУоИ» («Мир») в 1920 г. говорил: «Вся наша промышленность получит энергию от общего источника, способного снабжать в одинаковой степени все ее отрасли. Это устранит непроизводительное соперничество в поисках топлива и создаст прочную экономическую основу для предприятий обрабатывающей промышленности, без чего мы не можем надеяться достичь такого уровня обмена продуктами первой необходимости, который бы соответствовал принципам коммунизма»1.
Еще до Великой Октябрьской социалистической революции известные русские ученые-энергетики ставили вопрос о необходимости и целесообразности строительства крупных районных электростанций в России на базе использования местных видов топлива и водной энергии для развития производительных сил страны, электрификации транспорта, улучшения условий жизни населения.
Были составлены проекты использования энергетических ресурсов Волги, Днепра, Свири, Волхова и других рек страны, выяснено экономическое значение строительства торфяных районных электростанций в Центральнопромышленном районе и т. д.
Но господство частной собственности, недостаток капиталов, отсталость в развитии электротехнической и машиностроительной отраслей промышленности, транспорта препятствовали широкому и быстрому строительству крупных районных электростанций в царской России. Только после Великой Октябрьской социалистической революции благодаря величайшим- завоеваниям пролетариата эта проблема была полностью разрешена.
В едином народнохозяйственном плане ГОЭЛРО было дано основное направление в развитии электрификации Советской страны — развертывание строительства 1 «Коммунист» № 15, 1957 г., стр. 14.
90


30 крупных районных электростанций общей мощностью в 1500 тыс. кет и сооружение высоковольтных линий электропередач, которые должны были составить новую техническую базу для электрификации всех отраслей народного хозяйства и прежде всего промышленности.
В плане ГОЭЛРО предусматривалось электрифицировать от районных электростанций только в Центральнопромышленном районе 25% химической, всю электрохимическую, 85% металлообрабатывающей, 65% промышленности минеральных веществ, 60% промышленности по обработке пищевых продуктов и свыше 90% остальных отраслей промышленности. Поэтому, несмотря на недостаток средств и разруху, в стране осуществлялось строительство новых крупных районных электростанций.
В декабре 1921 г. IX Всероссийским съездом Советов было утверждено постановление ВЦИК и СНК СССР «Об электрификации», намечавшее строительство 20 тепловых электростанций и 10 гидроэлектростанций в течение 10—15 лет.
Строительство районных электростанций проводилось в определенной очередности по годовым планам, которые составлялись в соответствии с заданиями и основными принципами плана ГОЭЛРО.
Тяжелое экономическое положение страны, недостаток материальных и финансовых ресурсов, необходимость немедленного восстановления топливной и легкой промышленности, транспорта обусловили включение в программу электростроительства первой очереди сооружение семи крупных районных электростанций в четырех важнейших экономических районах страны. Эти станции имели особо важное государственное значение и были признаны внеочередными. Строительство их уже в 1921 и 1922 гг. смягчало топливные затруднения в стране, способствовало восстановлению и планомерному развитию всего народного хозяйства.
Утвержденный 1 июня 1921 г. Советом Труда и Обороны минимальный план электрификации на 1921 г. включал лишь работы по продолжению строительства Каширской районной электростанции и линии электропередачи на 12 тыс. кет, окончание Шатурской опытной станции на 5 тыс. кет в Московском промышленном районе, станции «Красный Октябрь» под Петроградом на 91


10 тыс. кет и первой очереди Кизеловской электростанции на Урале мощностью в 6 тыс. кет. В 1921 г. продолжались также работы по строительству Волховской гидроэлектростанции на 55 тыс. кет. Ввод в действие строящихся электростанций давал возможность уже в ближайшие годы ускорить восстановление и развитие промышленности Москвы и Петрограда, угольной промышленности Подмосковья и Урала, текстильной промышленности Центрального района.
Программа строительства электростанций на 1922 г. предусматривала продолжение работ по сооружению ранее начатых электростанций, завершение строительства Каширской станции и станции «Красный Октябрь», начало строительства Нижегородской электростанции, Ште- ровской в Донбассе, проведение изыскательных и проектных работ по сооружению Днепровской гидроэлектростанции. В ней были даны примерные балансы расходов денежных средств, строительных материалов, продовольствия по отдельным стройкам.
Особую роль для восстановления петроградской промышленности играла строящаяся Волховская гидроэлектростанция. Поэтому, несмотря на финансовые затруднения в стране, Волховстрою выделялись значительные средства. В 1922 г. для Волховстроя было выделено 2900 тыс. руб. золотом только на приобретение оборудования за границей
Одним из основных принципов плана ГОЭЛРО являлось максимальное использование местных видов топлива на электростанциях — торфа, подмосковного угля, антрацитового штыба. Уже в начале восстановительного периода в связи со строительством электростанций «Красный Октябрь» под Ленинградом, Шатурской под Москвой и Нижегородской, рассчитанных на использование в качестве топлива торфа, встала задача резкого увеличения добычи торфа и налаживания экономичного сжигания его в топках электростанций. На электростанции «Электропередача», на Шатурской опытной станции и на ленинградских станциях непрерывно проводились опыты в поисках наиболее рационального топочного устройства для сжигания торфа. Ввиду особых условий сжигания антрацитового штыба, на базе использования
1 ЦГАОР СССР, ф. 4372, оп. 4, д. 16, л. 103—104. 92


которого должна была работать Штеровская районная электростанция, в Донбассе в 1922 г. были организованы опыты по массовому сжиганию штыба в механических топках.
Планом электрификации на 1922/23 г. предусматривалось, помимо продолжения строительства ранее начатых станций—Кизеловской, Волховской, приступить к сооружению главных зданий Шатурской и Штеровской электростанций, начать работы по расширению и дооборудованию построенных Каширской станции и «Красный Октябрь», а также вести изыскательные и проектные работы для сооружения Днепровской гидроэлектростанции и Челябинской тепловой станции.
Финансовые затруднения 1922/23 г. явились основной причиной, тормозившей темпы строительства электростанций. В течение полугода не были утверждены сметы строительства, а при утверждении они были сокращены на 20%, поступление денежных средств было нерегулярным, что задерживало своевременную выдачу заработной платы рабочим, тормозило развертывание строительных работ. В результате производственная программа по Ка- ширстрою была выполнена на 72%, по Кизеловскому строительству — на 60, Штеровскому — на 48% и т. д.1
По мере накопления опыта по разработке и осуществлению планов электрификации, увеличения материальных и финансовых ресурсов возрастали масштабы планового руководства строительством электростанций и проведением всех работ по электрификации народного хозяйства.
Вопросы организации планомерного развития электростроительства неоднократно рассматривались на заседаниях СНК, ВЦИК, в Госплане. Плановая комиссия по электрификации при Главэлектро ВСНХ СССР возглавляла работу ведомственных плановых органов (Строй- плана, Топплана и Промплана) по развертыванию строительства электростанций, принимала участие в разработке планов электрификации, осуществляла общее наблюдение за исполнением утвержденных планов.
В 1922 г. Электропланом был разработан пятилетний план электроснабжения Москвы и Подмосковного района (на 1923—1927 гг.), где был поставлен вопрос о необходимости значительного увеличения мощности Кашир-
« ЦГАОР СССР, ф. 2263, оп. 6, д. 100, л. 45. 93


ской и Шатурской электростанций в соответствии с ростом потребностей района в электроэнергии. На проведение этих работ предполагалось отпустить необходимые средства.
Планом электрификации на 1923/24 г. намечалось продолжать работы по сооружению и расширению семи районных электростанций, уже начатых постройкой. В частности, должны быть закончены главные здания станций: Волховской, Штеровской, Нижегородской. Большое значение придавалось опытам по сжиганию подмосковного угля на Каширской электростанции.
В плане 1924/25 г. основное внимание уделялось строительству Волховской гидроэлектростанции, на которое было ассигновано более 22 млн. руб. (из всех намеченных на достройку начатых районных электростанций более 45 млн. руб.) Ч
План на 1925/26 г. резко отличался от предыдущих планов электрификации как по намеченному объему работ, так и по размерам финансирования. Характерным в 1925/26 г. являлось проведение работ по увеличению мощности построенных районных станций благодаря началу сооружения вторых очередей Каширской, Шатурской, Балахнинской, Кизеловской, станций «Красный Октябрь» и «Электропередача». Планом 1925/26 г. предусматривалось также начало строительства новых районных электростанций — Челябинской, Харьковской, Крымской, Саратовской, станции «Артем» в Донбассе и т. д.
Крупное электростроительство в 1925/26 г. финансировалось главным образом (как и в предыдущие годы) из госбюджета — 54,7 млн. руб., за счет кредита было получено 6 млн. руб. и из местных средств — 8 млн. руб. Эти крупные вложения в электрификацию обеспечили вступление в эксплуатацию в 1925/26 г. 78 тыс. кет новой мощности на районных электростанциях против 16 тыс. кет в 1924/25 г.1 2
В эти годы на строительствах районных электростанций имелся ряд крупных недостатков. При обследовании финконтролем строек районных электростанций, проведенном в 1925/26 г., выяснилось, что сооружение 1 См. «Развитие электрификации Советской страны, 1921— 1925 гг.», стр. 70.
2 См. «Промышленность в СССР в 1925/1926 г.», стр. 169, 177.
94


1 куб. м деревянных и каменных зданий обходилось стройкам в 2 раза дороже, чем было намечено, стоимость работ по установке котлов на Каширстрое в 5,5 раза превышала норму Ч Главной причиной этого явления было отсутствие хороших проектов сооружений, своевременно утвержденных смет станций. В результате на Нижегородском строительстве вновь сооруженное здание подстанции оказалось не соответствующим заказанным трансформаторам, на станции «Красный Октябрь» была разобрана водонапорная башня и контора станции, заказанные Шатурским строительством паровые котлы на сумму свыше 100 тыс. руб. по окончательному проекту оказались негодными, потребовалась переделка фундамента и стен станции. Кизеловское строительство вовсе- не имело утвержденной сметы, а смета Шатурского строительства была утверждена после окончания строительства станции.
Итак, крупное электростроительство в Советской стране в 1921 —1925 гг. осуществлялось планомерно по годовым государственным планам электрификации. Масштаб работ по мере восстановления народного хозяйства, накопления материальных и финансовых средств в стране постепенно возрастал. Составление планов совершенствовалось, планы все более конкретизировались, программы работ по отдельным стройкам увязывались между собой и с общим финансовым планом электрификации народного хозяйства. Однако отсутствие своевременно утвержденных научно обоснованных генеральных проектов и смет строительства отдельных станций, недостаточное регулирование заготовок строительных материалов, оборудования и недостаток материальных и денежных ресурсов тормозили темпы строительства, вели к значительному удорожанию его.
* *
*
В течение восстановительного периода по годовым планам электрификации сооружались крупные районные электростанции. Партия и правительство уделяли большое внимание этому делу. Систематически на съездах и конференциях партии, на заседаниях правительства подводились итоги выполнения этого плана.
1 См. «Экономическая жизнь», 8 мая 1927 г.
95


Строительство районных электростанций находилось ъ ведении государства. Так, Электрострой Главного управления государственных сооружений вплоть до 1924 г., когда он перешел в ведение Главэлектро ВСНХ, возглавлял сооружение государственных районных электростанций, за исключением Волховской гидростанции, строительство которой находилось в ведении специаль' ной комиссии ВЦИК и осуществлялось по особому плану, и Шатурской электростанции, строительством которой руководил ВСНХ СССР.
ф ф ф
На базе громадных залежей низкосортного подмосковного угля и торфа проводились большие работы по строительству районных электростанций и усилению энергетической базы промышленности в Центрально-промышленном районе страны.
В первые годы восстановительного периода главное внимание уделялось сооружению Каширской районной электростанции, строительство которой было начато еще в 1919 г., ввиду острой необходимости усилить электроснабжение Москвы и Московского промышленного района.
Строительство осуществлялось в тяжелых экономических условиях недостатка средств, продовольствия, оборудования, квалифицированных рабочих. Так, на Ка- ширстрое не хватало котельного оборудования, моторов к насосам, электроприборов и аппаратов. На стройке ощущался острый недостаток квалифицированных рабочих: слесарей, котельщиков, монтажников, что тормозило темпы установки котлов, постройку дымовой трубы высотой в 75 м, монтаж оборудования. Благодаря помощи партии и правительства, героическому труду рабочих на советских заводах было налажено производство многих частей оборудования электростанции. Заказы Кашир- строя выполняли такие заводы, как Коломенский и Подольский. На чугунолитейном заводе была начата отливка некоторых частей топочной аппаратуры, большая часть трубопровода станции была заказана заводу бывш. «Малер — Яцкевич». На заводе динамомашин № 2 (бывш. «Сименс-Шуккерт») и на заводе бывш. «Всеобщей электрической компании» было нала96


жено производство трансформаторов, на заводе «Изолятор»— изоляторов высокого напряжения. Непосредственно на строительстве было организовано производство гвоздей.
В. И. Ленин систематически следил за ходом строительства и своевременным снабжением стройки оборудованием, топливом, строительными материалами и т. д. Первая очередь Каширской электростанции на 12 тыс. кет вошла в строй уже в конце 1921 г. Завершение строительства Каширской электростанции и пуск ее в действие в мае 1922 г. имели огромное политическое и экономическое значение в жизни страны. Оно явилось свидетельством того, что рабочий класс является творцом нового, социалистического уклада, основанного на использовании новой техники — электричества, которое дает возможность перевести все наше народное хозяйство на новую техническую базу и значительно повысить производительность труда, облегчить труд рабочих и крестьян.
Каширская электростанция была сооружена на высоком, для того времени, техническом уровне. Благодаря сооружению высоковольтной сети электропередач она начала передавать ток высокого напряжения в 115 тыс. вольт, как и на линиях электропередач в странах Западной Европы; была механизирована подача вагонов с углем в котельный зал, уголь автоматически поступал по трубам прямо в топку. Таким образом, работа кочегаров заключалась лишь в контроле за работой топок. Благодаря высокому напряжению в сети появилась возможность посылать ток на большие расстояния и снабжать электричеством большой промышленный район.
Каширская станция после всех доделок с октября 1922 г. стала регулярно давать ток в Москву. Производство электроэнергии на Каширской ГЭС постепенно увеличивалось, а удельный расход топлива на 1 квт-ч энергии сокращался. Так, если в 1922/23 г. было выработано Каширской станцией 25 млн. квт-ч энергии, то в 1923/24 г.— 44,2 млн. квт-ч. Она удовлетворяла до 30% потребности промышленности и населения Москвы в электроэнергии, дала ток Коломенскому машиностроительному заводу, озерным текстильным фабрикам, позволила электрифицировать подмосковные угольные копи, а также некоторые деревни Подмосковья.
7 Очерки по истории
97


Пуск в действие Каширской электростанции способствовал развитию Подмосковного угольного бассейна, так как положил начало новому энергетическому использованию подмосковного угля, позволил начать борьбу с обводнением шахт и дал возможность строить более крупные шахты. Каширская электростанция наряду с мелкими электростанциями, построенными в Подмосковном угольном бассейне, явилась базой реконструкции угольной промышленности Подмосковья. Сооружение 120 км линии электропередачи Москва — Кашира знаменовало собой завершение значительной части кольца станций, снабжающих электроэнергией Московский промышленный район и объединяющих вокруг себя ряд фабрично-заводских электростанций. Это позволило усилить электроснабжение Москвы, облегчить работу и сократить расходы нефти на московских электростанциях.
На Каширской электростанции впервые в качестве топлива был использован подмосковный уголь, обладающий небольшой калорийностью, и угольная мелочь, считавшаяся отбросом и не употреблявшаяся ранее для получения энергии.
В связи с острым недостатком электроэнергии для обеспечения машиностроительных, паровозостроительных и текстильных предприятий Коломны, Серпухова, Подольска и благоприятными результатами по сжиганию подмосковного угля в 1924 г. на Каширской электростанции большой размах приобрели работы по увеличению мощности станции, по переоборудованию топок, ремонту котлов, установке водомеров и водоопреснителей на котлах. В целях улучшения условий работы устанавливались вентиляторы, реконструировались зольные мешки. Уже к маю 1924 г. у 6 котлов станции были переоборудованы топки для применения горячего дутья. Окончательное переоборудование котлов к концу 1924 г. дало возможность полностью использовать имеющуюся мощность станции и обеспечить резерв в котельной на 20%.
В 1925/26 г. на Каширской станции успешно проводились опыты по сжиганию подмосковного угля в виде пыли, которые дали хорошие результаты и позволили повысить паропроизводительность котлов и их экономичность. С 1926 г. на станции началась переделка топок 98


для сжигания пылевидного топлива и одновременно разрешались другие технические вопросы. В 1926 г. размах работ по замене устаревшего оборудования новым, по переводу котельной на сжигание пылевидного топлива значительно увеличился. Устанавливались новые котлы, строился специальный сушильный завод для подсушки угля, перестраивалась углеподача, производилась установка нового турбогенератора мощностью в 22 тыс. кет и т. п.
Таким образом, Каширская тепловая районная электростанция становилась одной из наиболее крупных и экономичных электростанций мира. Она отличалась от ранее построенных в России станций как по величине мощности, по высоте рабочего напряжения, так и по масштабам сжигаемого в ее топках мелкого подмосковного угля.
* *
*
Еще в 1918 г. Советским правительством было принято решение о подготовке проекта строительства крупной районной электростанции на базе использования торфа Шатурских болот для снабжения электроэнергией Москвы, Богородского района, Коломны и Егорьевска. Проектом предусматривалась установка в машинном зале станции трех турбогенераторов мощностью по 16 тыс. кет каждый, в котельной — новых топок.
В 1921 г. было приступлено к сооружению Шатурской ГЭС. Эта электростанция, как и другие районные станции, сооружалась в условиях острого недостатка средств, оборудования и материалов, что тормозило темпы строительства.
.В августе 1923 г. Плановая комиссия.по электрификации Главэлектро ВСНХ СССР приняла специальное постановление, предусматривавшее систематическое финансирование работ на Шатурстрое. Сооружение Шатурской электростанции было признано таким же важным и срочным делом, как и строительство Волховской ГЭС. Одновременно президиум Госплана СССР вынес постановление о дополнительном ассигновании средств Шатурстрою. Крупное электрооборудование было заказано за границей, а остальное — на советских заводах, главным образом на заводах Московского промышленного района. Шатурская электростанция уже в 1925 г. 99


должна была давать около 40% всей электроэнергии для снабжения Москвы.
Налаживание финансирования Шатурстроя и большая подготовительная работа, проведенная по организации торфодобычи, заготовке строительных материалов и оборудования, жилищному строительству, обеспечили успешное развертывание работ с лета 1923 г.
Сооружение в 1920 г. опытной Шатурской электростанции на 5 тыс. кет в значительной степени облегчило и ускорило строительство районной Шатурской электростанции. Опытная электростанция позволила электрифицировать Шатурстрой. Так, на строительстве Шатурской районной электростанции для снабжения стройки водой применялись электрические центробежные насосы, для откачки воды из котлованов — электронасосы. Опыты по рациональному сжиганию торфа в крупных котлах, проведенные на Шатурской опытной станции, дали возможность установить на Шатурской районной электростанции новые топки системы инженера Макарьева. Эти топки были наиболее экономичными и производительными. Впервые в СССР на этой станции производился монтаж турбогенераторов мощностью в 16 тыс. кет каждый на чугунных колоннах, что позволило значительно сократить трудоемкость работ и сроки монтажа.
В 1924/25 г. производилась достройка главного здания станции, осуществлялись монтаж оборудования, котельной, машинного зала и постройка линий электропередач общей протяженностью в 260 км. Причем линия Москва — Шатура представляла собой двойную воздушную линию с напряжением в 115 тыс. вольт и была подвешена на железных клепаных мачтах.
В сентябре 1925 г. в Москву был передан первый промышленный ток, а в декабре 1925 г. состоялось официальное открытие электростанции мощностью в 32 тыс. кет. В дальнейшем станция была оборудована новыми котлами и топками, ее мощность была доведена до 48 тыс. кет.
Завершение строительства первой очереди Шатурской электростанции означало расширение электрификации Москвы и Центрально-промышленного района. Эксплуатация Шатурской торфяной станции, являвшейся в то время наиболее крупной из имевшихся в нашей стране и во всем мире торфяных электростанций, впер- 100


вне доказала целесообразность и выгодность использования торфа в качестве топлива на крупных районных электростанциях. Ф. Э. Дзержинский в приветствии строителям станции в декабре 1925 г. писал: «Шатурской станцией, самой мощной и самой экономной из торфяных станций мира, СССР может гордиться как наглядным проявлением творческого гения пролетариата...» 1
Пуск первой очереди Шатурской электростанции и линии электропередачи Москва — Шатура на 128 км обеспечил около 30% потребности Москвы и района в электроэнергии. В результате было значительно ускорено восстановление промышленности Москвы и положено начало ее реконструкции. Около Шатурской станции начали строить ряд новых предприятий, в том числе крупную отделочную текстильную фабрику. Шатурская электростанция снабдила электроэнергией также текстильные предприятия, торфоразработки и хрустальный завод Гусь-Хрустального, текстильные фабрики Егорьевска, цементный завод на станции Кылоберово и т. д.
Благодаря пуску в действие Каширской и Шатурской электростанций в Московском промышленном районе электроснабжение Москвы было усилено почти в 2 раза, увеличен отпуск электроэнергии на нужды промышленности. Так, если в 1921 г. расход электроэнергии на технические цели составлял 41,1 млн. квт-ч, то в 1924/25 г.— 152,7 млн. квт-ч; из предприятий Московского промышленного района около 85% энергии получали текстильные фабрики и 15%—предприятия металлообрабатывающей, химической и пищевой промышленности 1 2.
Партия и правительство придавали огромное значение строительству высоковольтных линий электропередач, которые позволяли более эффективно использовать имеющиеся мощности станций и регулировать их нагрузку, передавать энергию на большие расстояния и тем самым сокращать транспортировку топлива и т. п. Поэтому, несмотря на недостаток средств, капитальные затраты на строительство электросетей в течение восстановительного периода возрастали. Так, если на сооружение линий электропередач в Московском районе в 1920/21 г. было израсходовано 1081 тыс. руб., то 1 «Экономическая жизнь», 6 декабря 1925 г.
2 См. «Сборник материалов по электрификации СССР», стр. 41.
101


в 1925/26 г.— 8137 тыс. руб. В результате если в 1921 г. общая протяженность линий электропередач в Московском районе составляла 229,4 км, то в 1925 г.— уже 583,5 км, а в 1926 г.— 758,8 /ои1.
Вокруг Москвы было построено высоковольтное кольцо, где впервые в СССР было применено напряжение в 110 тыс. вольт. Линиями электропередач были объединены электростанции «Электропередача», Каширская и Шатурская станции, 1-я МГЭС, что позволило улучшить использование рабочей мощности электростанций и усилить электроснабжение Москвы.
* * *
В 1921 г. начались работы по строительству Нижегородской районной торфяной электростанции мощностью в 20 тыс. кет для электрификации Нижегородского промышленного района, и в первую очередь сормовских заводов, Павловского кустарно-промышленного района и Богородского района — центра кожевенного производства, где ощущался острый недостаток электроэнергии.
В первые годы восстановительного периода строительство Нижегородской электростанции, так же как и другие стройки, находилось в тяжелом финансовом положении. Снабжение оборудованием, топливом, строительными материалами производилось различными путями. Так, благодаря товарообменной сделке с Сормовским судостроительным заводом в 1922 г. было получено необходимое железо; для обеспечения строительства кирпичом в районе стройки были восстановлены старые и построены новые заводы, производящие до 3 млн. штук кирпича 1 2. Строительство имело собственные лесосеки, с которых получало древесину. Основное же электрооборудование и машины были получены из-за границы. В 1923 и 1924 гг. сооружалось главное здание станции, плотина, закладывались фундаменты для установки котлов, турбогенераторов, строились линии электропередач. В 1925 г. в котельной станции были установлены шесть мощных котлов давлением в 12 атм и с механическими топками, в машинном зале — два турбогенератора мощностью 10 тыс. л. с. каждый.
1 См. «Мосэнерго за 15 лет. 1920—1935», стр. 88.
2 См. «Развитие электрификации Советской страны, 1921 — 1925 гг.», стр. 280.
102


В ноябре 1925 г. Нижегородская торфяная электростанция дала первый промышленный ток Нижнему Новгороду и его району. Стоимость электроэнергии на этой станции была более чем в 2 раза ниже, чем на существующих фабрично-заводских электростанциях, что обеспечивало широкую электрификацию близлежащих промышленных предприятий. В связи с постройкой этой электростанции в восстановительный период в больших масштабах производилось переоборудование силового хозяйства предприятий, подготовка потребителей к приему тока. •
Электрификация промышленности Нижегородского промышленного района осуществлялась по детально разработанному плану, охватывавшему электрификацию 44 предприятий металлической, машиностроительной, судостроительной отраслей, нефтеперегонный завод, химические предприятия, а также текстильные фабрики. В 1925/26 г. началась электрификация 12 крупнейших предприятий, в том числе завода по производству дизелей «Двигатель революции», завода «Красная Этна», Сормовского судостроительного завода, завода «Красный Октябрь», предприятий лесной промышленности и т. д. В связи с вводом в действие Нижегородской районной электростанции появилась возможность построить ряд новых предприятий: Балахнинскую бумажно-целлю- лозную фабрику, картонную фабрику, стекольно-бутылочный завод и другие.
Таким образом, строительство трех крупных районных электростанций в Центрально-промышленном районе способствовало усилению электроснабжения района, ускорению темпов восстановления промышленности, строительству ряда новых крупных предприятий. Была значительно обогащена советская практика строительства крупных электростанций на базе использования местных видов топлива, что расширяло возможности электрификации и рационального размещения промышленности в Советской стране.
* *
*
В Северо-Западном районе страны и его промышленном центре Петрограде перед революцией было сконцентрировано около 60% электротехнической промышленности, 42% судостроения, 24% — машиностроения, около 103


19% паровозе- и вагоностроения, 7,4% текстильной промышленности !. Поэтому планом ГОЭЛРО придавалось особое значение восстановлению и развитию этого района и намечалось здесь сооружение ряда крупных районных электростанций, в том числе Волховской и Свирской гидроэлектростанций, электростанции «Красный Октябрь» и других. Задачи электрификации района были тесно увязаны с задачами восстановления и развития всех отраслей промышленности, с появлением и развитием новых производств, с созданием новых промышленных центров.
Волховская гидроэлектростанция по своей мощности (55 тыс. кет) являлась первой крупной гидроэлектростанцией не только в нашей стране, но и в Европе. Она имела огромное значение для развития экономики всей страны, так как пуск ее давал возможность не только ускорить восстановление и развитие петроградской промышленности, но и обеспечить правильное судоходство по Волхову от Новгорода до Петрограда, позволял значительно сократить расход дорогого иностранного угля на петроградских электростанциях.
Уже в начале 1918 г. Ленин интересовался материалами о постройке Волховской станции. Была составлена смета строительства, и летом 1918 г. были начаты подготовительные работы по сооружению гидростанции. Эти работы продолжались и в годы гражданской войны. 16 сентября 1921 г. Советом Труда и Обороны было принято специальное постановление о продолжении работ на Волховском строительстве. Ввиду исключительной государственной важности работ по электрификации Петроградского района было решено «отнести Волховское строительство к разряду внеочередных строительных работ, распространив на него все вытекающие из означенного положения последствия» 1 2.
В течение 1922 г. на Волховстрое из-за недостатка средств объем строительства был небольшим. Успешно производилось только сооружение кессонов для возведения здания силовой станции, сооружение плотины и перекрытие русла реки.
1 См. Р. С. Лившиц, Очерки по размещению промышленности СССР, Госполитиздат, 1954, стр. 104—105.
2 «Развитие электрификации Советской страны, 1921—1925 гг.>, стр. 88.
104


Несмотря на тяжелые жилищные условия, недостаток продовольствия и несвоевременную выплату заработной платы, на сооружении кессонов самоотверженно трудились рабочие. Благодаря их трудовому героизму работа на стройке производилась непрерывно. В апреле 1922 г. главный инженер Волховского строительства Г. О. Графтио выразил благодарность строителям станции за успешное выполнение производственной программы, «за это единодушное исполнение долга, за самоотверженную работу, за единение и за непоколебимую веру в успех...» 1
Партией и правительством большое внимание уделялось вопросам финансирования строительства Волховской ГЭС. Эти вопросы систематически обсуждались на заседаниях Совета Труда и Обороны, съездов Советов. IV сессия ВЦИК IX созыва в октябре 1922 г. вынесла специальное постановление о новом порядке финансирования, который обеспечивал ежемесячное своевременное получение строительством кредита, в соответствии с финансовым планом.
Значительная часть оборудования для Волховстроя изготовлялась на советских заводах. Петроградским электротехническим заводам были переданы заказы на производство четырех крупных генераторов, трансформаторов большой мощности и т. д. Часть оборудования была заказана за границей. Так, шведская фирма АСЕА изготовляла четыре мощных генератора, в Англии было заказано электрооборудование.
В 1923 г. продолжалась установка кессонов под основными зданиями станции. Она производилась с учетом новейших гидротехнических методов, разработанных на Волховстрое. Например, сооружение плотины с помощью железобетонных кессонов впервые применялось здесь и дало возможность значительно сократить сроки работ и сэкономить большое количество дефицитного металла. В 1923 г. на стройке было занято уже свыше 9 тыс. рабочих. Строители, не жалея сил, трудились на сооружении станции. Так, благодаря работе экскаваторщиков план по земляным работам за июнь 1923 г. был перевыполнен на 53%. Газета «Наша Красная артель», орган Волховстроя, сообщала в июле 1923 г. о 1 ЦГАОР СССР, ф. 7952, оп. 4, д. 16, л. 29.
105


работе кузнецов, которые выполняли по 16 сварок в день и работали, не считаясь с нормами, без выходных и праздничных дней.
Успешно проводилась также установка компрессоров. Чтобы не задерживать темпы строительства, текущий ремонт оборудования производился, как правило, по ночам или в праздники. Большая часть коммунистов стройки работала непосредственно на строительстве, возглавляя самые трудные участки стройки.
Большую моральную и материальную помощь строителям станции оказывали рабочие петроградских заводов. Так, в связи с напряженностью государственных финансов в 1923 г., вызванной изменением конъюнктуры и увеличением стоимости оборудования, Волховстрою не были выделены дополнительные суммы на расширение работ. Тогда по почину рабочих Пролетарского завода Петрограда был организован добровольный сбор средств в фонд помощи Волховстрою.
Основные работы по строительству гидроэлектростанции развернулись в 1924 и 1925 гг. Объем земляных работ по основным сооружениям распределялся по годам следующим образом: 1921—1923 гг.—35% (27 тыс. куб. сажен), 1924 г.— 45, 1925 г.— 15%. Из общего объема бетонной, железобетонной и бутовой кладки по основным сооружениям на р. Волхове (24 тыс. куб. сажен) за 1922 и 1923 гг. было выполнено примерно 17%, а в 1924 г.— 46 и в 1925 г.— 29% работ1.
Масштаб работ на Волховстрое был большим. Здесь впервые в истории строительства электростанций в Советской стране в целях обеспечения механизации работ были ‘построены временные электростанции, механические мастерские, лесопильный завод, железнодорожные ветки, механизированная пристань. На Волховстрое приходилось разрешать целый ряд новых и сложных технических проблем. Так, в целях ускорения темпов строительства бетонные работы производились непрерывно, даже зимой, благодаря тому, что бетонный завод был оборудован паровым отоплением и специальными устройствами для подогрева щебня, песка и воды. Для бетонирования силовой станции и шлюза была сооружена кольцевая подвесная электрическая дорога, для 1 См. Г. Графтио, Волховстрой, 1928, стр. 8.
106


подачи бетона создавались специальные цощные деревянные краны. На строительстве работало свыше 160 электромоторов различной мощности. При строительстве Волховской гидроэлектростанции применялись наиболее передовые методы строительства, разработанные как советскими, так и иностранными инженерами. Так, наиболее эффективное устройство и расположение каналов шлюза, примененное на Волховстрое, было спроектировано гидравлической лабораторией Института путей сообщения. Советскими специалистами была разработана также новая дозировка состава бетона, дающая лучшее качество бетона.
Большое внимание уделялось на Волховстрое правильной организации труда. Партийная организация на Волховстрое вела активную борьбу за упорядочение работ и внедрение режима экономии на стройке. Так, в декабре 1923 г. партийным собранием Волховстроя была принята специальная резолюция о введении максимальной экономии на стройке, об усилении ответственности рабочих и служащих за расточительство и нераспорядительность, об упорядочении отпуска материалов и проведении планового пересмотра всех расценок и т. д.1 На строительстве систематически .проводились производственные совещания, позволявшие своевременно выявить недостатки в работе и их причины, наметить пути для их ликвидации. Производственные совещания являлись одной из лучших форм развития инициативы трудящихся, направленной на улучшение организации труда, повышение его производительности, укрепление трудовой дисциплины и улучшение условий труда. Красной нитью через все мероприятия, намеченные производственными совещаниями, проходило требование соблюдения режима экономии на стройке.
На производственных совещаниях обобщался производственный опыт рабочих, обсуждались насущные вопросы организации труда. Так, во втором полугодии 1925 г. на 'производственных совещаниях Волховстроя было внесено 422 предложения, из которых около 50% было внедрено. С 1 января по октябрь 1926 г. на производственных совещаниях было внесено свыше 463 предложений, в результате осуществления которых
’ ЦГАОР СССР, ф. 5475, оп. 7, д. 128, л. 237—238.
107


Волховстрой получал более 6 тыс. руб. экономии еже- месячно
Ряд кадровых рабочих строительства за честную и хорошую работу на строительстве Волховской гидроэлектростанции были удостоены звания Героя труда.
Волховстрой являлся не только школой, производственного опыта, но и школой воспитания у строителей социалистического отношения к труду. Большое внимание здесь уделялось подъему культурного уровня рабочих. Газета «Волховский труженик» 31 марта 1926 г. отмечала, что рабочим было прочитано много лекций по разным вопросам, организованы экскурсии, спектакли, созданы кружки и общеобразовательные курсы, имелись библиотеки.
В декабре 1926 г. строительство Волховской гидроэлектростанции было окончено и она была пущена в действие. На станции было установлено восемь больших гидрогенераторов, из которых четыре изготовлены на ленинградском заводе «Электросила» и по своему качеству не уступали заграничным, установлены мощные трансформаторы, была закончена большая часть распределительного устройства и т. д. На выполнение работ по строительству станции было затрачено 14 млн. человеко-дней, проделано бетонных и железобетонных работ объемом 231 тыс. куб, м и т. п.1 2
Окончание строительства Волховской ГЭС явилось новым свидетельством реальности плана ГОЭЛРО.
Пуск Волховской гидроэлектростанции, соединенной линиями электропередач с электростанциями Ленинграда, положил начало образованию ленинградской единой энергетической системы. На волховский ток были переведены крупнейшие предприятия Ленинграда — Невский судостроительный завод имени Ленина, завод «Большевик», цементный завод имени Воровского, текстильные предприятия, Северная судоверфь, завод «Электросила», вагоностроительный завод имени Егорова и другие. Ввод в действие Волховской гидроэлектростанции позволил наладить в последующие годы работу алюминиевого завода, явился 1 См. «Постройка», орган ЦК и Московского губотдела союза строительных рабочих, 2 октября 1926 г.
2 См. «Гидротехническое строительство» № 12, 1951 г., стр. 2.
108


мощным толчком для развития электрометаллургии в Ленинграде.
С. М. Киров в речи на открытии Волховской гидроэлектростанции говорил: «Сегодня Волховстрой даст энергию для ленинградских заводов. Эта энергия с новой силой осветит великий октябрьский путь, и пролетариат всего мира, который вместе с нами празднует сегодня эту победу, получит возможность еще ярче и отчетливее видеть тот великий путь, по которому нас повел основоположник нашей партии — Ленин»1.
До пуска Волховской гидростанции основную роль в электроснабжении Ленинграда играла 1-я ГЭС, которая давала около 50% всей электроэнергии и регулировала всю нагрузку остальных электростанций. Она использовала в качестве топлива главным образом уголь и мазут. С началом работы Волховской электростанции была решена задача перенесения основной нагрузки на эту гидроэлектростанцию. В результате в последующие годы для электростанций ленинградского Электротока характерным явлением было сокращение коэффициента использования неэкономичных паровых электростанций, уменьшение доли мазута в топливном балансе, сокращение удельного расхода условного топлива на выработку 1 квт-ч и непрерывное увеличение числа потребителей электроэнергии. В 1928 г. Волховская гидроэлектростанция удовлетворяла своей энергией уже около двух третей нужд промышленности и населения Ленинграда.
Одновременно со строительством Волховской электростанции в Северо-Западном районе продолжались давно начатые работы по сооружению тепловой электростанции «Красный Октябрь» под Петроградом мощностью 10 тыс. кет на базе использования древесного и торфяного топлива. Пуск этой станции создавал необходимый дополнительный резерв для снабжения Петрограда электроэнергией и давал возможность произвести ремонт существующих городских электростанций.
Весной 1921 г. в связи с резким ухудшением положения с топливом работы по достройке станции были признаны срочными и ударными. Здание машинного зала было закончено на 90%, а его оборудование — на 1 «Известия ЦИК СССР и ВЦИК», 21 «декабря 1926 г.
109


25%, здание кочегарки — на .75% Оборудование электростанции — котлы, экономайзеры, трубопровод и т. д.— частично изготовлялось на советских заводах или снималось со старых электростанций и миноносцев. Так, первый турбогенератор в 10 тыс. кет, установленный на станции в 1922 г., ранее был снят с миноносца.
Однако нерегулярное финансирование, нехватка продовольствия, несвоевременное получение оборудования и необходимых материалов задержали пуск станции. На первую половину 1922 г. строительство электростанции «Красный Октябрь» получило всего 30,4% средств от ранее намеченной сметы. Это не позволяло увеличить темпы работ, иногда даже срывало своевременную выплату рабочим заработной платы, задерживало выполнение заказов строительства советскими заводами1 2. Например, Коломенский завод не дал своевременно стальные отливки, Металлический завод — пароперегреватели, завод «Атлас» — экономайзеры и т. д.
Лишь в октябре 1922 г. первая очередь станции «Красный Октябрь» мощностью в 10 тыс. кет была пущена в эксплуатацию. Производство электроэнергии здесь непрерывно возрастало. Если в 1922/23 г. было выработано около 9 млн. квт-ч энергии, то в 1923/24 г.— 14 млн. квт-ч, а в 1925/26 г.— 22 млн. квт-ч, причем расход топлива на получение 1 квт-ч энергии систематически снижался3. Это дало возможность облегчить работу действующих электростанций Петрограда, так как новая станция приняла около 20% их нагрузки по снабжению города электроэнергией. Были значительно увеличены масштабы и темпы капитального ремонта старых электроустановок. Ввод в действие этой станции обеспечил устойчивость электроснабжения Петрограда и уменьшил его зависимость от состояния транспорта и подвоза иностранного угля. В дальнейшем мощность электростанции была значительно увеличена.
Пуск в действие тепловой электростанции «Красный Октябрь» в 1922 г. и Волховской гидроэлектростанции им. В. И. Ленина в 1926 г. способствовали завершению 1 См. «Развитие электрификации Советской страны, 1921— 1925 гг.», стр. 219.
2 ЦГАОР СССР, ф. 2263, оп. 5, д. 91, л. 334—335.
3 См. «Промышленность СССР в 1925/26 г.», стр. 159, 165.
НО


восстановления ленинградской промышленности, дали толчок к появлению ряда новых отраслей. Но развитие промышленности и устарелость оборудования старых действующих станций поставили на очередь дня вопрос о расширении мощности старых и строительстве новых крупных электростанций.
* *
*
В Южном районе, где была сконцентрирована угольная, металлургическая и химическая отрасли промышленности, планом ГОЭЛРО намечалось в первую очередь построить Штеровскую районную электростанцию для электрификации угольных шахт центральной части антрацитового района Донбасса, так как имеющиеся там рудничные электроустановки были сильно изношены и были не в состоянии обеспечить угольный бассейн необходимой электроэнергией. Это была первая в мире электростанция, работавшая на базе использования антрацитового штыба.
В течение 1921 и 1922 гг. на Штерстрое производились подготовительные работы, а в 1923 г. было при- ступлено к сооружению главного здания станции. Наибольший размах работы по строительству электростанции приобрели в 1924—1925 гг., когда строились плотина, линии электропередач и производилась установка основного оборудования.
Темпы строительства главным образом зависели от размеров финансирования строительства, от своевременного поступления средств. По мере восстановления народного хозяйства страны, укрепления советского госбюджета увеличивалось и финансирование Штерстроя. Если в 1922/23 г. Штерстрой получил 471 017 руб., то в 1923/24 г.— свыше 2,3 млн. руб. и в 1924/25 г.— 3,2 млн. руб.
Большую помощь в обеспечении Штерстроя оборудованием оказали другие электростроительства. Бетоньерки и камнедробилки были доставлены на Штерстрой со строительства Каширской электростанции, а локомобили для временной электростанции дал Кизел- строй. Крупное электрооборудование, как-то: два турбогенератора по 10 тыс. кет каждый, трансформаторы, 111


распределительное устройство, шесть котлов, было заказано в Англии.
На строительстве работало около 2,4 тыс. рабочих и крестьян окрестных деревень. На производственных совещаниях, проводимых на Штерстрое, выявлялись недостатки строительства и намечались меры к их устранению. Газета «Коммунист», орган ЦК и Харьковского губкома КП (б) У, в сентябре 1924 г. отмечала, что на производственном совещании было указано на слабую согласованность работы электромеханической мастерской с другими отделами стройки, на отсутствие точных чертежей по производству опалубки корпуса главного здания. Совещание дало ряд указаний по исправлению этих недочетов. Несмотря на недостаток квалифицированных рабочих, отсутствие необходимого количества строительных материалов, относительно низкий уровень механизации на строительстве, трудовой героизм рабочих, помощь других электростроительств, умелая организация строительных работ обеспечили пуск станции в октябре 1926 г.
В конце 1926 г. первая очередь Штеровской станции мощностью в 20 тыс. кет была в основном закончена. При шести рудоуправлениях были построены подстанции, а на шахтах установлены трансформаторы и приемочные аппараты.
Ввод в действие Штеровской районной электростанции позволил расширить электрификацию угольных шахт, предприятий металлургической и химической отраслей промышленности в Донбассе. Началось строительство нового химического и алюминиевого заводов, осуществлялась реорганизация энергохозяйства предприятий в Криндачевско-Чистяковском антрацитовом, Алмазно-Марьевском и Луганском районах Донбасса. Но потребности тяжелой промышленности Донбасса в электроэнергии не обеспечивались полностью энергией Штеровской станции. И лишь в 1925 г., когда были созданы экономические условия, Госплан СССР поставил вопрос о разработке нового плана крупного электростроительства в Донбассе.
Н2


* * ♦
На Урале, крупнейшем промышленном районе страны, еще до революции относительно большое развитие получили черная и цветная металлургия, угольная промышленность. Ввиду острого недостатка электроэнергии в начале восстановительного периода (планом ГОЭЛРО было предусмотрено здесь строительство ряда крупных электростанций. В первую очередь было намечено продолжение строительства Кизеловской районной электростанции мощностью в 40 тыс. кет на базе использования малоценных сортов угля и угольной мелочи. Эта электростанция должна была снабжать электроэнергией не только угольные копи, но и дать ток на север Урала — в Березники и Усолье, на юг — в Чусо- вую и Лысьву, обеспечить электричеством все железные дороги района.
В 1920 г. было начато строительство первой очереди электростанции мощностью в 6 тыс. кет, которое продолжалось вплоть до середины 1924 г., когда эта очередь была пущена в эксплуатацию. Крупное электрооборудование для электростанции и трех подстанций было заказано в Швеции, остальное изготовлялось на советских заводах, главным образом уральских. Так, Чусовской завод Пермского металлического треста делал траверсы, штыри и болты для линий электропередач, Уралмет снабжал строительство железными материалами и цементом. Пермский кирпичный завод обеспечивал стройку кирпичом и камнем.
Работы на Кизелстрое из-за недостатка продовольствия и средств, затруднений с транспортом осуществлялись неравномерно. В ноябре 1922 г. уральское Промбюро приняло специальное постановление об ускорении строительства Кизеловской электростанции ввиду острого недостатка электроэнергии на уральских шахтах.
Несмотря на суровые климатические условия, несвоевременную выдачу заработной платы, плохие жилищные условия, рабочие и служащие самоотверженно трудились на стройке. Партийная организация Кизелстроя была ядром строительства. Коммунисты возглавляли самые трудные участки стройки. Они явились инициаторами субботников, во время которых было отремон8 Очерки по истории
113


тировано помещение под контору, произведены разгрузка и укладка строительных материалов и т. п. Большое внимание уделялось культурно-массовой работе. Силами рабочих и служащих за счет сверхурочных часов работы был отремонтирован дом под библиотеку, кинотеатр, на стройке начали действовать профтехниче- ские курсы.
Ф. Э. Дзержинский в приветствии строителям Кизел- строя в связи с открытием Кизеловской электростанции писал: «Несмотря на тягчайшие затруднения, с которыми приходилось сталкиваться в процессе строительства Кизеловской электростанции, дружными усилиями рабочих и технического персонала достигнута еще одна блестящая победа на трудовом фронте СССР и выполнен еще один из заветов незабвенного Владимира Ильича»1. На станции было установлено два турбогенератора мощностью по 3 тыс. кет каждый и четыре котла. Кизеловская электростанция соединялась с угольными шахтами при помощи 30 км высоковольтной линии электропередач.
Пуск в апреле 1924 г. Кизеловской районной электростанции позволил усилить электрификацию Кизеловских копей, расширить применение машин на шахтах, улучшить методы добычи угля, применить электричество при откачке воды из шахт, при (перевозке угля, для освещения всего Кизеловского района. Так, в 1924 г. на Кизеловских шахтах были введены в работу 4 новых электровоза, ликвидирована малоэкономичная Половинская электростанция, обслуживающая южную группу копей, где были установлены новые трансформаторы для приема тока от районной электростанции. На Губахин- ских и Луньевских копях была усилена машинная добыча угля, на Мариинской шахте установлены электролебедка, электронасос и т. д. В результате добыча угля на Кизеловских копях была увеличена, себестоимость 1 пуда угля снижена, качество добываемого угля улучшено.
В июле 1925 г. в целях обеспечения энергией других районов Урала (Березники, Усолье, Чусовая, Пермь)
1 «Развитие электрификации Советской страны, 1921—1925 гг.», стр. 250.
114


Плановая комиссия по электрификации Главэлектро ВСНХ СССР приняла постановление о расширении мощности Кизеловской станции до 26 тыс. кет.
Таким образом, сооружение крупных районных электростанций, хотя и отставало от ранее намеченных темпов, производилось непрерывно в течение 1921—1925 гг. и объем строительства постепенно возрастал. В результате мощность и производство электроэнергии на районных электростанциях из года в год увеличивались.
Мощность и производство электроэнергии на районных * электростанциях 1
Годы
В тыс. кет
Производство электроэнергии (в млн. квт-ч)
1916
245
729
1921
255
310
1922
277
475
1923
287
630
1924
307
702
1925
367
935
1926
456
1190
* Станции Главэнерю и промстанции районного значения.
Таблица показывает, что за 1921 —1926 гг. мощность районных станций возросла почти в 1,8 раза, а производство энергии — в 3,8 раза.
Крупные районные электростанции в восстановительный период сооружались с учетом последних достижений науки и техники. На вновь построенных электростанциях были разрешены важные технические задачи использования в качестве топлива местных видов топлива— торфа, низкосортного угля и угольной мелочи, антрацитового штыба. В результате были практически доказаны возможность и целесообразность строительства крупных электростанций на базе низкосортного топлива и таким образом расширена база для строительства крупных электростанций в различных районах страны, созданы предпосылки для более рационального 1 См. статистический ежегодник «Социалистическое строительство СССР», М., 1934, стр. 68—69.
8
115


размещения промышленности и индустриализации отдельных районов.
Применение местных видов топлива на районных электростанциях уже в восстановительный период способствовало улучшению топливного баланса районных электростанций. Так, если в 1913 г. 60% энергетических ресурсов электростанций России составляла нефть, а 40%—дальнепривозной уголь, то в 1925/26 г. доля нефти снизилась до 43%, а угля — до 30%. В топливно- энергетическом балансе районных электростанций Советской страны заметную роль начинают играть местные виды топлива. Так, доля торфа в топливном балансе районных электростанций в 1924/25 г. составляла 26,8%, а в 1925/26 г.— 38,4%. Значительно возросла роль торфяных электростанций в производстве электроэнергии районными электростанциями (с 9% в 1921/22 г. до 25% в 1925/26 г.).
Строительство районных электростанций явилось мощным толчком для реорганизации и развития советской электропромышленности на новой технической основе, для налаживания на них производства крупных электромашин и оборудования. В то же время строительство крупных электростанций способствовало восстановлению и развитию целого ряда отраслей тяжелой промышленности и прежде всего металлургической и металлической, промышленности стройматериалов благодаря заказам на оборудование и материалы для электростанций.
Основная доля электроэнергии, вырабатываемой на районных электростанциях в 1921—1925 гг., потреблялась промышленностью. Так, из 1100 млн. квт-ч энергии, выработанной в 1925/26 г. районными электростанциями, 700 млн. квт-ч употреблялось в промышленности Ч
Электрификация промышленности от районных электростанций позволила уже в восстановительный период приступить к реорганизации ряда отраслей промышленности, начать применение электроэнергии не только в качестве двигательной силы, но и в технологическом процессе, приступить к налаживанию ряда электроемких производств (промышленности.
1 См. «Сборник материалов по электрификации СССР», стр. 9, 11.
116


Строительство семи крупных районных электростанций и высоковольтных линий электропередач в основных экономических районах страны способствовало усилению энергетической базы этих районов, лучшему и равномерному размещению предприятий внутри районов. Новые электростанции знаменовали собой начало создания новой технической базы народного хозяйства СССР.
4. Некоторые итоги
Электрификация народного хозяйства СССР в 1921 — 1925 гг. осуществлялась по единому народнохозяйственному плану в интересах трудящихся под руководством государства.
Восстановление и реконструкция существующих электростанций и объединение их высоковольтными линиями электропередач, с одной стороны, и сооружение первых семи крупных районных электростанций, с другой стороны, обеспечили в 1921—1926 гг. увеличение мощности и производства электроэнергии всех электростанций страны и позволили не только восстановить, но и начать реконструкцию старой энергетической базы народного хозяйства СССР и прежде всего промышленности.
Динамика роста мощности и выработки электроэнергии на электростанциях СССР1
Годы
Общая мощность всех электростанций (в тыс. кет)
Производство электроэнергии на электростанциях (в млн. квт-ч)
1913
1098
1 945
1921
1 228
520
1922
I 247
775
1923
1 279
I 146
1924
I 308
1 562
1925
1 397
2 925
1926
1 586
3 508
1 См. «Социалистическое строительство СССР», М., 1935, стр. XXIX.
117


Эти данные показывают, что мощность всех электростанций в 1925 г. по сравнению с 1921 г. увеличилась на 13,7%, а производство электроэнергии — на 462%, что явилось результатом в первую очередь улучшения работы старых электростанций, выполнения программы «А» ГОЭЛРО, а также вступления в эксплуатацию ряда новых районных электростанций.
Электрификация промышленности в восстановительный период являлась одним из главных условий восстановления промышленности. Она осуществлялась в плановом порядке благодаря присоединению предприятий к существующим фабрично-заводским электростанциям и к вновь построенным районным электростанциям.
Уже в 1921 —1925 гг. районные электростанции играют существенную роль в электроснабжении отраслей народного хозяйства, главным образом промышленности.
Доля районных, электростанций в общей мощности и производстве электроэнергии в 1921—1925 гг.1
1921 г.
1922 г.
1923 г.
1924 г.
1925 г.
Удельный вес в мощности всех тростанций .
общей элек-
20,8
22,2
22,4
23,5
26,3
Удельный вес в общем производстве электроэнергии
59,6
61,3
55,9
44,9
.32,0
Таблица показывает, что в первые годы восстановительного периода свыше половины всей производимой электроэнергии давали районные электростанции, хотя мощность их не превышала 22% общей мощности электростанций. Это объяснялось в первую очередь плохим техническим состоянием старых электростанций, большинство из которых требовало немедленного капитального ремонта и переоборудования. Благодаря успешному выполнению программы «А» ГОЭЛРО в 1926 г. доля районных электростанций в выработке электроэнергии
1 См. «Социалистическое строительство СССР», стр. XXIX. 118


сократилась до одной трети. В последующие годы в результате интенсивного строительства и ввода в действие районных электростанций их роль и значение в электроснабжении народного хозяйства неуклонно повышается, и в 30-х годах они стали основным источником электроэнергии, давая до 75% всей производимой электроэнергии.
В течение восстановительного периода коэффициент электрификации промышленности поднялся с 40% в 1914 г. до 55,1 % в 1926 г.1 Если в 1914 г. электрификация промышленности составляла но угольным предприятиям Юга 57%, металлургическим и передельным заводам Юга—42,5, Бакинским нефтяным промыслам — 45% 2, то в 1925/26 г. коэффициент электрификации составил в машиностроении 66,2%, в металлообрабатывающей промышленности — 59,2, в химической — 64,2, в нефтедобывающей — 62,9, в каменноугольной — 58,8, в хлопчатобумажной—46,3, а в пищевой — всего 12,2% 3.
В результате проведения в 1921—1925 гг. работ по электрификации, предусмотренных планом ГОЭЛРО, электроснабжение таких крупных промышленных центров, как Москва и Ленинград, значительно улучшилось, усилилась электрификация их промышленности.
Потребление электрической энергии Москвой и ее районом и Ленинградом*
Москва и ее район (в млн. квт-ч)
Ленинград (в млн. квт-ч)
всего
освещение
технические цели
всего
освещение
технические цели
1913 г
141,4
25,5
51,7
127,0
32,3
59,7
в %
100
100
100
100
100
100
1924/25 г. . . .
290,2
86,4
152,7
166,7
48,9
87,9
В % к 1913 г.
205
339
294
131
151
147
1 См. «Социалистическое строительство СССР», М. 1934 г., стр. 39.
2 См. «Краткий обзор состояния электрохозяйства России к 1923 г.», М. 1923, стр. 8.
3 См. «Итоги десятилетия Советской власти в цифрах, 1917— 1927 гг.», стр. 322—326.
4 См. «Промышленность СССР в 1925 г.» Ежегодник ВСНХ, Л.—М. 1926, стр. 226.
119


Таблица показывает, что электроснабжение Москвы увеличилось к концу восстановительного периода в 2 раза, а Ленинграда — в 1,3 раза по сравнению с 1913 г., в том числе потребление электроэнергии на технические цели возросло в Москве почти в 3 раза, а в Ленинграде— в 1,5 раза. Более половины всей потребляемой Москвой и Ленинградом энергии в 1924/25 г. шло на нужды промышленности.
Этот рост мощности и увеличения потребления энергии были обусловлены и -подготовлены капитальным ремонтом существующих станций, установкой нового оборудования на них, объединением электростанций в общую сеть, вступлением в строй новых районных электростанций.
Но в восстановительный период решающую роль в снабжении промышленности электроэнергией играли пока фабрично-заводские электростанции, которые в 1925/26 г. давали 1700 млн. квт-ч, в то время как крупные новые районные электростанции — 700 млн. квт-чИз 2400 млн. квт-ч электроэнергии, потребленной в 1925/26 г. промышленностью, до 90%) использовалось для работы электромоторов, 8,4% на освещение и 1,6% на нагревательные цели. С каждым годом нарастал размах строительства крупных электростанций. Если в течение восстановительного периода были сооружены электростанции общей мощностью 152,35 тыс. кет, то в 1926 г. были намечены к пуску новые электростанции общей мощностью 326 тыс. кет.
Выполнение плана ГОЭЛРО в 1921—1925 гг. ускорило и облегчило процесс восстановления производительных сил страны на новых, социалистических началах, создало -предпосылки для нового мощного электростроительства в Советской стране, для индустриализации и реконструкции всех отраслей народного хозяйства на новой технической основе в последующий период.
1 См. «Сборник материалов по электрификации СССР», стр. II.


А. И. Коссой
перестройка промышленности В СВЯЗИ С ПЕРЕХОДОМ к НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКЕ.
Перевод промышленности на хозяйственный расчет
Переход к новой экономической политике был крупным поворотом от военного коммунизма, с его почти полной натурализацией всех хозяйственных отношений, к новым методам хозяйственного строительства, означавшим прежде всего иопользование товарно-денежных форм и инструментов, связанных с действием закона стоимости.
Главным в перестройке промышленности в связи с переходом к нэпу были внедрение новых принципов хо- зяйствования, перевод промышленности на хозрасчет.
В условиях военного коммунизма предприятия находились на полном иждивении государства, отсутствовала какая-либо зависимость между системой государственного снабжения и результатами производства, предприятия не несли никакой ответственности за результаты своей хозяйственной деятельности. Основным источником средств предприятий являлись государственные субсидии, а не доходы от реализации своей продукции по государственным ценам, учитывающим общественно необходимые затраты овеществленного и живого труда и необходимые накопления. Такое положение приводило к тому, что предприятие не имело стимула к мобилизации всех внутренних ресурсов, к снижению плановых общественно необходимых затрат, экономии материалов, рационализации 'производственного процесса.
С переходом к мирному хозяйственному строительству отпала необходимость сосредоточения почти всей промышленности в непосредственном управлении госу121


дарства. Между тем в первый год нэпа государство сосредоточивало еще в своем распоряжении по-прежнему огромное число различных предприятий, требовавших значительных продовольственных и сырьевых ресурсов. Это вело к распылению государственных средств и затрудняло рациональное ведение хозяйства.
Перестройка промышленности в новых условиях означала прежде всего переход к рациональной, экономически целесообразной организации хозяйства, к учету и соизмерению затрат труда и материалов с результатами производства, к возмещению всех произведенных расходов за счет собственных доходов предприятия. В условиях первых лет новой экономической политики это означало проверку через рынок правильности, рациональности всей хозяйственной работы предприятия.
Переход на хозрасчет должен был обеспечить изыскание и увеличение источников накопления, т. е. осуществление расширенного воспроизводства в промышленности, что являлось одной из первоочередных, важнейших задач социалистического строительства. Крупная промышленность не могла .постоянно жить за счет дотаций из бюджета, за счет эмиссии; она должна была создавать сама прибавочный продукт в размерах, обеспечивающих ее быстрое восстановление и развитие. Только неуклонно развивающаяся индустрия могла служить прочной базой диктатуры пролетариата и орудием переделки всего народного хозяйства, его социальнотехнической реконструкции.
«Победоносной может оказаться только такая промышленность,— указывалось в решениях XII съезда партии,— которая дает больше, чем поглощает. Промышленность, живущая за счет бюджета, т. е. за счет сельского хозяйства, не могла бы создать устойчивой и длительной опоры для пролетарской диктатуры». Вопрос о создании в государственной промышленности прибавочного продукта приобретал исключительное значение для судеб социализма в нашей стране. Расширенное воспроизводство государственной промышленности, немыслимое без накопления государством прибавочного продукта, являлось условием развития сельского хозяйства- в социалистическом, а не капиталистическом направлении. «Через государственную промышленность 122


пролегает, таким образом, путь к социалистическому общественному строю»1.
Быстрой перестройки промышленности в соответствии с новыми задачами хозяйственного строительства властно требовало также тяжелое экономическое положение Советской страны в первый год нэпа. Планы восстановления промышленности в 1921 г. определялись реальными возможностями государства по снабжению предприятий материалами, продовольственными и денежными ресурсами, а возможности эти оказались крайне урезанными. Минимальный продовольственный фонд для снабжения промышленных рабочих, армии был установлен в 400 млн. пудов, из них продналогом предполагалось собрать 240 млн. и товарообменом — 160 млн. пудов. Надвигавшийся голод привел к ухудшению положения с продовольствием уже в мае — июне 1921 г. Неурожай в Поволжье резко ухудшил хлебный баланс страны и возможности продовольственного снабжения промышленности на весь 1921/22 хозяйственный год. Фактически к концу 1921 г. было собрано всего 103 млн. пудов по продналогу и 13,5 млн. пудов по товарообмену. Если в отдельные месяцы 1920/21 г. расход хлеба по линии государственного снабжения составлял 28 млн. пудов, то среднемесячный расход хлеба на 1921/22 г. устанавливался всего в 8 млн. пудов.
Неизбежность весьма значительного продовольственного дефицита становилась очевидной уже в середине 1921 г. В. И. Ленин в телеграммах этого периода о срочной отправке маршрутов с хлебом указывал на продовольственные трудности, достигшие «исключительной остроты»; отгрузке хлеба придавался характер боевой задачи политического значения1 2. Такое положение с продовольствием усугубило и без того тяжелое состояние всего народного хозяйства.
Вместе с продовольственными трудностями обострился и топливный голод. С апреля началось падение добычи угля в Донбассе. Если в марте добыча Донбасса составляла 33,1 млн. пудов, то в апреле Донбасс дал уже 30,1 млн., в мае — 24,7 млн., в июне—18,0 млн., 1 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пле нумов ЦК», ч. I, 1954, стр. 689.
2 См. Ленинский сборник XX, стр. 275.
123


в июле — 9,1 млн. пудов. При таком уровне добычи уголь расходовался большей частью на поддержание самих шахт, потребление угля в которых достигало 8—10 млн. пудов в месяц1.
Причинами тяжелого положения в Донбассе явились продовольственные затруднения и неправильная уравнительная тарифная политика в оплате труда шахтеров. Убыль квалифицированных подземных рабочих достигала многих тысяч человек, особенно значительной была убыль забойщиков — с 16 тыс. в мае число забойщиков в августе упало до 10 тыс. человек. Лишь принятыми государством специальными мерами — завоз трехмесячного запаса продовольствия, пересмотр тарифной политики, введение премиальной системы для специалистов, сосредоточение усилий на лучших, технически более совершенных шахтах — была создана возможность, начиная с октября месяца, поднять добычу угля в Донбассе (42 млн. пудов в октябре, 47 млн. пудов в ноябре и 52 млн. пудов в декабре) 1 2.
Продовольственные затруднения и топливный голод привели к резкому падению числа фактически проработанных дней на одного занятого рабочего в месяц в ряде отраслей промышленности. Так, в промышленности по обработке минеральных веществ число фактически проработанных дней в месяц на одного рабочего с 20,6 в декабре 1920 г. упало до 8,3 дня в июле 1921 г.; на предприятиях по обработке металлов — с 22,7 до 6,7 дня; на предприятиях по обработке волокнистых веществ — с 20,7 до 10,4 дня; в химической промышленности — с 24,3 до 13,3 дня; в пищевой промышленности — с 25,2 до 14,1 дня3.
Положение транспорта летом 1921 г. было также крайне тяжелым, угрожавшим срывом всего продовольственного и производственного плана и остановкой ряда 1 См. Г. М. Кржижановский, Хозяйственные проблемы РСФСР и работы Государственной общеплановой комиссии (Госплана), стр. 45, и диаграмму № 8 в приложении.
2 См. там же. Добыча угля в Донбассе в октябре составляла 35 млн. пудов, в ноябре — 43,9 млн. пудов (см. «Русская промышленность в 1921 г.»).
3 См. «Вестник агитации и пропаганды» № 1, 1922 г.; «Общее положение промышленности РСФСР и перспективы ее развития», стр. 7.
124


дорог. Погрузка и доставка грузов в июне 1921 г. сократились шочти вдвое против июня 1920 г.— с 17 тыс. вагонов в сутки до 9 тыс. Из-за отсутствия топлива стояли на сети охлажденными 2 тыс. паровозов. Невыход на работу в связи с крайним недостатком продовольствия, отсутствием обуви, ростом заболеваемости достигал местами 60% Ч
Преодолеть эти трудности, вызванные трехлетней интервенцией и гражданской войной и крайним разорением страны, сохраняя старые методы хозяйствования, было невозможно. Между тем в работе промышленности сильны были еще пережитки военного коммунизма.
Основные недостатки в работе промышленности в этот период, по оценке Госплана, заключались в следующем: полнейшее истощение материальных ресурсов, распыленность производства между большим числом слабо работающих предприятий, перебои в работе предприятий вследствие недостаточного снабжения топливом и сырьем, перегруженность рабочей силой при относительном уменьшении числа квалифицированных рабочих, громадное падение средней выработки на рабочего и единицу оборудования и т. д.
Ознакомление с производственными программами первой половины 1921 г. приводило к весьма отрицательным выводам, писал Г. М. Кржижановский в брошюре «Хозяйственные проблемы РСФСР и работы Государственной общеплановой комиссии». «Стремление получить возможно большее количество продуктов без учета того, какой ценой дается их выработка и экономично ли при этом расходуются наши ограниченные ресурсы, приводило к пуску в работе несоразмерно большого количества предприятий, распыленности производства, крайне низкой экономичности работы фабрик и заводов».
Недостаток топлива, сырья и продовольствия приводил к недогрузке предприятий. По данным Бюджетной комиссии ВСНХ о производственных программах на 1922/23 г., нагрузка предприятий по сравнению с довоенной составляла: по Петроградскому машинотресту — 12—15%, Петроградскому судостроительному тресту — 1 См. «Известия ЦК РКП (б)» № 34, 1921 г.; письмо ЦК РКП «К поднятию транспорта», стр. 18—19.
125


20, по Московскому машинотресту — 45, по «ГОМЗе» — 15—20, по Украинскому машинотресту — 30, по «Юго- стали»— 23, по «Сельмашу» — 70% Ч
В 1921/22 г., до осуществления плана концентрации промышленности, эти цифры были еще ниже. В Донбассе в 1921 г. большинство введенных в эксплуатацию крупных шахт было загружено лишь на 14%, что приводило почти к полному самопотреблению угля шахтами. Низкий уровень нагрузки предприятий резко повышал стоимость продукции, что делало промышленность нерентабельной.
Существовавшая система управления хозяйством (главкизм) также вступила в противоречие с потребностями нового курса экономической политики. А реорганизация управления промышленностью тогда только еще намечалась, и промышленность была распылена между несколькими десятками главков и центров.
Таким образом, во всех областях хозяйственного строительства явно ощущалось противоречие между потребностями мирного строительства и сохранившимися еще на практике старыми формами хозяйствования.
Медленное внедрение принципов нэпа во все области ведения хозяйства, тормозившее оздоровление хозяйственной жизни, говорило о том, что государство не сразу овладело в полной мере новыми экономическими рычагами регулирования хозяйственной жизни. Чтобы полностью овладеть этими рычагами как орудиями государства по регулированию хозяйства, необходимо было наладить «руководство хозяйственной работой Советской власти в том направлении, чтобы, исходя из наличия рынка и считаясь с его законами, овладеть им и путем систематических, строго обдуманных и построенных на точном учете процесса рынка экономических мероприятий взять в свои руки регулирование рынка и денежного обращения» 1 2.
Овладеть рынком и его законами, взять в руки государства регулирование рынка и денежного обращения означало правильно применить и использовать закон стоимости в интересах планового регулирования 1 См. «Народное и государственное хозяйство Союза Советских Социалистических Республик к середине 1922—1923 гг.», изд. НКФ, 1923, стр. 228.
2 «КПСС в резолюциях...», ч. 1, 1954, стр. 588.
126


хозяйства, как рычаг социалистического строительства. Методы хозяйствования периода военного коммунизма находились в противоречии с этими задачами, а инструменты, связанные с законом стоимости,— денежная система, кредит, торговля — не сразу были приведены в- действие. В этих условиях государство было лишено возможности регулировать рынок и осуществлять повседневный строжайший учет и контроль над деятельностью предприятий, бороться с бесхозяйственностью, расточительством и другими недостатками, тормозившими восстановление хозяйства.
Чтобы решить эти кардинальной важности задачи, надо было решительно внедрить новые принципы экономической политики во все области хозяйства, надо было расчистить путь к овладению рынком, использовать товарно-денежное хозяйство в интересах социалистического строительства. Надо было научиться применять и правильно использовать товарно-денежные инструменты (деньги, торговлю, кредит и т. д.) в интересах социализма. От решения этой задачи зависело решение проблемы «кто — кого». Именно эту задачу име'л в виду Ленин, когда он выдвинул лозунг научиться торговать.
Все это вызывало безотлагательную необходимость перевода промышленности на хозрасчет, чтобы сделать ее способной к накоплению, к расширенному воспроизводству.
Концентрация промышленного производства
Необходимость и пути перехода промышленности на хозрасчет были определены наказом Совнаркома от 9 августа 1921 г. «О проведении в жизнь начал новой экономической политики» и постановлением СТО от 12 августа 1921 г. «Основные положения о мерах к восстановлению крупной промышленности и поднятию и развитию производства» Ч Этим наказом и постановлением основной формой хозяйствования в новых условиях был признан хозяйственный расчет, который требовал перестройки народного хозяйства на новых нача-
1 См. Собрание узаконений, 1921 г., № 59, ст. 403, и № 63, ст. 462.
127


лах, а именно: государство в лице ВСНХ и его местных •органов должно было сосредоточить в своем непосредственном управлении лишь отдельные отрасли производства и определенное число крупных и особо важных предприятий. Ввод в действие предприятий допускался лишь в тех пределах, в которых согласно общегосударственному плану предприятия могли быть обеспечены материальными, продовольственными и денежными ресурсами. Остальные предприятия подлежали сдаче в аренду, а не сданные в аренду — закрытию. Предприятиям предоставлялось право самостоятельно реализовать часть продуктов собственного производства в установленных государством пределах как внутри страны, так и за границей для приобретения недостающих предметов снабжения.
Для стимулирования материальной заинтересованности рабочих в результатах своего труда и в улучшении методов производства все виды рабочего снабжения, помимо спецодежды, должны были входить в заработную плату и распределяться между рабочими в соответствии с достигнутыми производственными результатами.
Поскольку внедрение хозрасчета, как и оздоровление всей хозяйственной жизни вообще, в условиях новой экономической политики невозможно было без создания твердой валюты, наказ Совнаркома намечал ряд мер по ликвидации принципа бесплатности услуг и обратному приливу денег в кассы государства как первых шагов в решении важнейшей задачи возрождения хозяйства — поднятия устойчивости рубля. В этих целях был прежде всего установлен принцип, что в области народного хозяйства государство никаких хозяйственных услуг никому даром оказывать не может; был намечен также переход к ведению коммунальных предприятий на началах оплаты и т. п.
Первым шагом в переводе промышленности на хозрасчет был провозглашенный курс на концентрацию промышленности. Осуществление этого курса не означало строительство мощных оборудованных самой передовой техникой новых предприятий. Этот курс должен был быть осуществлен путем сосредоточения производства на передовых, технически более совершенных и географически наиболее выгодно размещенных предприятиях, которые могли быть обеспечены продовольственна


ными, материальными и денежными ресурсами для нормальной производственной деятельности, и закрытия или сдачи в аренду тех предприятий, которые государство пока не могло развивать собственными силами. Концентрация промышленности должна была дать полную нагрузку наиболее жизнеспособным действующим предприятиям, повысить производительность труда, снизить себестоимость продукции, открыв таким образом возможности для накопления.
Меры по перестройке промышленности партия и правительство (принимали с начала перехода к нэпу. Так, на основании указаний ЦК РКП (б) съезд совнархозов в мае 1921 г. в своих решениях особо подчеркнул проблему концентрации промышленности, повышения нагрузки предприятий, 'пересмотра принципов управления промышленностью. В июле 1921 г., когда продовольственное положение резко ухудшилось, Ленин предложил провести самую жесткую концентрацию промышленности, закрыть от половины до четырех пятых существующих предприятий, оставить лишь те, которые можно было обеспечить топливом и хлебом Ч
Переход на хозрасчет означал также коренную перестройку организационных форм управления промышленностью, решительную ликвидацию главкизма и приведение организационных форм в соответствие с требованиями экономической целесообразности и хозрасчета. Конкретным выражением этой организационной перестройки явилось трестирование промышленности. Эти два процесса — концентрация и трестирование — протекали одновременно, как две стороны перехода на хозрасчет.
Концентрацию промышленности нельзя было провести в короткий срок, в виде единовременного акта. Эта работа растянулась на ряд лет, и проведенная в 1921—1922 гг. работа по трестированию и концентрации была лишь первым шагом по пути решения этой основной проблемы оздоровления промышленности. Так, XII съезд партии отметил, что работа по концентрации не достигла еще своей цели, так как нагрузка предприятий оставалась недостаточной. Эта работа получила свое завершение лишь в 1923/24 г.
1 См. В. И. Ленин, Соч., т. 32, стр. 473.
9 Очерки по истории
129


При проведении концентрации промышленности предприятия делились на две большие группы. К первой группе относились предприятия, включаемые в государственный план. Они различались по характеру их снабжения на: а) обеспечиваемые сырьем, топливом и денежными средствами за счет государства и б) переводимые на самоснабжение. В первую категорию включались наиболее важные для государства отрасли промышленности: топливная — минеральное топливо, металлургия, военная промышленность, продукция которых нужна была для обеспечения армии и для восстановления основных отраслей народного хозяйства, а также все наиболее рентабельные предприятия, а во вторую — все остальные, которые могли вести безубыточно хозяйство.
Предприятия второй категории снабжались государством продуктами продовольствия, оборудованием, денежными средствами лишь в меру возможности, а продуктами, находившимися в монопольном распоряжении государства,— в обмен на продукты их производства. При этом государство имело преимущественное право приобретать продукцию этих предприятий по устанавливаемым государством калькуляционным ценам.
Предприятия, которые не включались в текущий производственный план (оставшиеся за бортом хозяйственного плана), или охранялись в целях их пуска в будущем, или ликвидировались для использования материалов и рабочих на других, работающих предприятиях, или сдавались в аренду и концессии.
Как практически протекала концентрация промышленности; показывают следующие отдельные примеры. В Донбассе на 1 января 1921 г. работали 962 шахты, а на 1 октября 1921 г. на государственном снабжении оставалась только 471 шахта. Топливная комиссия, выезжавшая в Донбасс, наметила следующий план дальнейшей концентрации добычи на самых лучших шахтах: на государственном снабжении оставлялось 288 шахт, из них 180 чисто эксплуатационных, 45 шахт оставлялось временно на государственном снабжении, 150 шахт намечалось сдать в аренду1. В результате проведенной 1 См. Г. М. Кржижановский, Хозяйственные проблемы РСФСР и работы Государственной общеплановой комиссии (Госплана), стр. 46—47.
130


концентрации в конце 1921 и в начале 1922 г. 88% всей добычи угля в Донбассе производилось на 26% всех шахт.
На Урале металлотресты сконцентрировали все производство на лучших заводах, оставив остальные на консервации. В результате общая производительность по этим трестам повысилась. Положительные результаты процесса концентрации показывают данные по 119 предприятиям черной металлургии Ч
1921 г. 1922 г.
Число предприятий 119 119
Из них действовавших 92 82
Число рабочих на одно предприятие 836 741
Число рабочих на одно действовав¬
шее предприятие ........ 986 1018
Выплавка чугуна на одного рабочего (в пудах) 70,3 13&
Выплавка чугуна на одного рабо¬
чего действовавшего предприятия 77,2 14(>
Выплавка чугуна на одну домен¬
ную печь (в тыс. пудов) 490 782
Как показывают эти данные, при сокращении количества действовавших предприятий увеличились нагрузка отдельных предприятий и выработка на одного- рабочего, на одну доменную печь, возросло число рабочих на одно действовавшее предприятие.
В химической промышленности в результате концентрации, проведенной в 1922 г., нагрузка работавших предприятий значительно поднялась. Например, на предприятиях треста «Уралхим» (кроме Березниковского) нагрузка достигла 100%, предприятия треста «Жиркость» начали работать с нагрузкой в 90%, отдель- ные предприятия лакокрасочной промышленности работали с нагрузкой от 50 до 100%; в бумажной промышленности за период с февраля 1922 г. по февраль 1923 г. нагрузка предприятий повысилась в 2 раза.
Не менее значительными оказались уже к концу 1921 г. результаты концентрации в текстильной промышленности, что видно из следующей таблицы 1 2:
1 См. «Народное и государственное хозяйство Союза Советских Социалистических Республик к середине 1922—1923 гг.», стр. 227.
2 См. «Промышленность и торговля», стр. 6—7. Для шерстяной и льняной промышленности число станков дано в единицах. Таблица составлена по данным Главтекстиля, приведенным в отчете ВСНХ XI съезду РКП (б).
9*
131


Хлопчатобумажная
Шерстяная
Льняная
ноябрь
декабрь
ноябрь |
декабрь
ноябрь |
декабрь
Число фабрик в действии . . . Число станков
101
80
70
59
39
44
(в тыс.) ....
Число веретен
28,0
28,5
3900
6320
3280
4208
(в тыс.) .... Выработано гото¬
1049,8
1120,0
119,8
241,3
120,3
165,3
вого товара
(в млн. аршин)
27,8
41,9
2,3
2,3
3,5
6,5
Улучшение использования оборудования при проведении концентрации производства выразилось в следующем: если за первые 9 месяцев 1921 г. было выработано всего 132 млн. аршин хлопчатобумажных товаров, то за одну последнюю четверть года было выработано 87,4 млн. аршин.
По шерстяной промышленности рост выработки выразился в производстве за -последнюю четверть года 14,5 млн. аршин против 6 млн. в первые 9 месяцев и по льняной промышленности соответственно—11,6 млн. и 27,8 млн. аршин.
Эти данные показывают процесс оздоровления промышленности, когда даже при сокращении числа действующих фабрик увеличивалось количество действующих станков и веретен, поднималось использование оборудования и выпуск готовой продукции из месяца в месяц.
Насколько решительно осуществлялся процесс концентрации, особенно наглядно показывает кожевенная промышленность. Количество кожевенных заводов, по переписи 1917/18 г., составляло 4647, но технически передовых предприятий было немного. На 1922 г. в руках государства было оставлено всего 240 заводов с сосредоточением на них выработки 4,5 млн. крупных и 4,5 млн. мелких кож, а остальные были частью закрыты, а частью сданы в аренду1.
1 См. «Промышленность и торговля», стр. 79.
132


* *
*
Концентрация промышленности, как указывалось, должна была сопровождаться сдачей в аренду тех мелких и части средних предприятий, которые государство не в силах было снабдить сырьем, продовольствием и денежными средствами. Сдавая в аренду эти предприятия и пуская их в ход средствами частного капитала, государство рассчитывало увеличить общее количество предметов потребления для населения.
Предварительные предположения о размерах сдачи в аренду не оправдались, как они не оправдались и в отношении концессий. Общее число предприятий, предназначавшихся к сдаче в аренду, составляло на 1 сентября 1922 г. (без коммунальных заведений) 7113. Сдано было на это число в аренду 3874 предприятия (или около 54%), которые по характеру производства распределялись следующим образом:
Отрасли промышленности
Число сданных предприятий
% к общей сумме
Силикатная ....
287
7,4
Металлическая . . .
453
11,7
Деревообделочная .
402
10,4
Химическая ....
414
10,7
Пищевая
1 182
30,5
Кожевенная ....
713
18,4
Текстильная ....
225
5,8
Полиграфическая
116
3,0
Прочие
82
2,1
Итого. . .
3 874
100
Из этой таблицы видно, что наибольшее развитие аренда получила в тех отраслях промышленности, которые не требовали вложения больших средств и где капиталы оборачивались быстро,— пищевая, кожевенная; в текстильной же, силикатной, отчасти металлической и деревообделочной промышленности, где оборачиваемость капиталов медленнее и где требовались большие капиталы, аренда получила меньшее распространение. Проникая в промышленность, частный капитал устремлялся в те отрасли, которые имели непосредственное 133


отношение к массовому потреблению и были наиболее тесно связаны с рынком.
Больше половины сданных в аренду предприятий или работали, или были готовы к пуску и не требовали никаких капиталовложений для ремонта. Это доказывает, что арендаторы брали те предприятия, которые приносили доход немедленно, при этом никаких особых, а тем более капитальных вложений частный капитал не делал. 72,6% арендованных предприятий были сданы в аренду на срок от одного года до трех лет. Краткосрочность аренды также говорит о нежелании арендаторов вкладывать свои капиталы на длительный срок, производить серьезный ремонт.
Следует также отметить характерное для первого периода арендной кампании устремление в аренду спекулятивного элемента, который хотел нажиться на распродаже имущества, запасов и оборудования. Но жесткие требования, предъявленные государством к арендаторам по сохранению имущества, сданного в аренду, по повышению производительности предприятий, отбросили спекулятивный элемент.
Темпы сдачи в аренду в 1922 г. заметно снизились по сравнению с 1921 г. До 1 ноября 1921 г. было сдано 42% всех сданных на 1 сентября 1922 г. предприятий, в ноябре 1921 г. было сдано 12%, в декабре—10, в январе 1922 г.— 10 и в остальные 8 месяцев — всего 26%.
По выпуску продукции удельный вес сданных в аренду предприятий был незначительный. Общее количество рабочих на сданных в аренду предприятиях достигало всего 67 917 человек, или 5,4% ко всему количеству фабрично-заводских рабочих, составлявшему на 1 октября 1922 г. 1266 тыс. В среднем на одно арендованное предприятие приходилось 15—20 человек1. Эти данные показывают, что в своей массе сданные в аренду предприятия являлись мелкими, представляли собой или мелкие мастерские, или предприятия ремесленного типа.
Арендная кампания не оправдала себя в той степени, в какой это ожидалось. XIII партийная конференция отметила, что в области передачи во временное пользование частному капиталу части государственных средств 1 См. «Народное хозяйство СССР за 1922—1923 гг.», М., 1924, стр. 546; «На новых путях», вып. III, М., 1923, стр. 72.
134


производства в виде аренды предварительные предположения не оправдались, «участие частного капитала и абсолютно и относительно ничтожно»1. Это относится в равной мере и к концессиям. В отчете ВСНХ IX съезду Советов указывалось, что всего за 1921 г. было заключено две концессии. В 1922 г. из рассмотренных 338 поступивших предложений оказались приемлемыми только 15, т. е. 4,4%. Большинство заявлений носило спекулятивный характер и не представляло производственного интереса1 2. Поэтому ВСНХ в своем отчете X съезду Советов констатировал, что «пока еще мы не имеем реальных результатов от ведущихся в значительном числе переговоров» 3.
На общем фоне явно наметившегося к концу 1922 г. оздоровления промышленности итоги арендной кампании, как и итоги привлечения иностранного капитала в форме концессий, показали, что социалистическая промышленность оказалась в силах сама удовлетворить запросы крестьян, что страна начала быстро выходить из экономической разрухи собственными силами. Это явилось ярким доказательством силы и жизненности нового общественного строя, а также правильности форм и способов организации социалистической промышленности на рельсах новой экономической политики.
Трестирование промышленности
Наряду с концентрацией промышленности осуществилась перестройка организационных форм ее управления. Старые формы управления (главкизм) вступили в противоречие с новыми задачами промышленности, когда от предприятий требовались самостоятельность, инициатива, быстрое реагирование на рыночную конъюнктуру. Они стали оковами развития промышленности в новых условиях, мешали борьбе социалистической промышленности с частным капиталом экономическими средствами, сковывали инициативу отдельных предприятий. Чрезмерная централизация противоречила самому 1 «КПСС в резолюциях...», ч. I, 1954, стр. 794.
2 См. «Проблемы экономики» № 3, 1939 г., стр. 211.
3 «Русская промышленность в 1922 г.», стр. Х1П.
135


принципу хозяйственного расчета, означавшему применение экономической заинтересованности предприятия в результатах своей хозяйственной деятельности и проявление инициативы, самостоятельности в ведении хозяйства в рамках общегосударственных планов.
Перестройка управления промышленностью шла по линии последовательного проведения ленинского принципа демократического централизма. Этот принцип перестройки хозяйственного управления был положен в основу программы перехода на мирную работу, принятой VIII Всероссийским съездом Советов.
Демократический централизм, разработанный В. И. Лениным как организационный принцип хозяйственного строительства, всей системы хозяйственного управления при социализме, и хозяйственный расчет, как метод планового руководства промышленными предприятиями, взаимно обусловливали и дополняли друг друга.
Они оба сочетают строгое плановое руководство из центра, строжайшую социалистическую плановую дисциплину с инициативой и самодеятельностью на местах в определении путей и методов лучшего решения общегосударственных задач; предполагают сочетание строгого единоначалия с самым широким участием масс в управлении производством; правильное сочетание общегосударственных и местных интересов при определяющей роли коренных общегосударственных интересов. При всемерном развитии инициативы и самостоятельности местных хозяйственных органов централизованное плановое руководство обеспечивалось централизованной системой финансов, кредита, централизованным регулированием заработной платы, единством цен.
Перестройка управления промышленностью шла по линии замены системы главков системой крупных центральных трестов и местных районных или отраслевых объединений. Трестирование промышленности явилось основной формой организации промышленности, которая отвечала задачам проведения хозрасчета, а также задаче перенесения центра тяжести хозяйственной деятельности на предприятия.
Если главк управлял целой отраслью промышленности, всеми предприятиями страны, входящими в нее, то трест включал группу промышленных предприятий, 136


объединение которых было хозяйственно целесообразно или которые составляли по тем или иным признакам хозяйственное целое. Главкизм исключал какую-либо хозяйственную самостоятельность и инициативу предприятий; в основе же деятельности треста лежали принцип децентрализации оперативных функций, хозяйственная самостоятельность при осуществлении хозрасчета. Как хозрасчетное объединение, трест должен был заниматься не «общим» регулированием снабжения предприятий и распределением готовой продукции, а управлением производства с учетом местных особенностей, прежде всего рыночных.
Таким образом, в первые годы нэпа основным звеном управления промышленностью являлся трест, отдельное предприятие не могло еще тогда решать задачи хозрасчета, овладения рынком и борьбы с частником. Лишь в 1929 г. основным звеном управления промышленностью было признано предприятие.
Перестройка организации управления промышленностью представляла задачу исключительной сложности. Необходимо было тысячи предприятий разделить по группам, управляемым центром и периферией, практически изыскать наиболее целесообразные способы объединения и комбинирования предприятий по трестам; необходимо было также определить судьбу предприятий, подлежавших консервации, сдаче в аренду и т. д. Поэтому новые формы управления промышленностью устанавливались не сразу, а постепенно.
В основу трестирования советской национализированной промышленности были положены следующие принципы: 1) объединение группы однородных предприятий, связанных территориально, для концентрации производства на наиболее оборудованных и для наиболее экономного и целесообразного распределения производственных материалов по отдельным предприятиям; 2) объединение группы предприятий хотя и не однородных, но связанных территориально, дающих возможность обеспечить эту группу сырьем, продовольствием, топливом (природные комбинированные тресты на Урале и в Донбассе); 3) объединение группы производств, имеющих особо важное значение,— нефть, каменный уголь; 4) объединение предприятий, которые взаимно дополняют друг друга в процессе производства 137


(последовательность в стадиях производства). На основе принципов трестирования и комбинирования были созданы такие тресты, как «Югосталь», «Госпромцветмет», Южно-Уральский трест, «ГОМЗа», «Химуголь», «Льно- правление» (Кострома — Муром), «Северолес», «Западо- лес», «Анилзаводы», «Урал платина», «Лакокраска», «Лензолото», «Ацетометил», «Объединение хлопчатобумажной промышленности Центрального промышленного района» и другие.
Трест «Югосталь» явился, например, основой южной металлургии. Крупнейшие металлургические заводы Юга комбинировались с потребными для них каменноугольными шахтами и коксовальными печами. Трест объединил Петровский, Макеевский и Юзовский металлургические заводы и приписанные к ним шахты. Работой шахт, т. е. обеспечением заводов «Югостали» топливом, в значительной мере определялись и успехи металлургии.
Трест «Химуголь» явился крупным объединением химической промышленности Юга в районе Лисичанска. В трест был включен крупнейший химический завод бывш. Сольве; он объединил ряд других химических заводов, каменноугольных шахт, лесной массив для получения крепежного леса и один крупный стекольный завод. Такое комбинирование предприятий положительно сказалось на работе треста «Химуголь».
«Льноправление» объединило льняные фабрики Костромского и Муромского районов, охватив 40% всей льнопромышленности страны. Объединение было создано по производственному принципу в районе производства сырья.
«Объединение хлопчатобумажной промышленности Центрального промышленного района» включало предприятия с замкнутым процессом производства, начиная от переработки хлопка и кончая готовой тканью.
Пример того, какие перспективы открывало трестирование промышленности, показывает трест «Северолес». В его ведение были переданы как лесные массивы, так и лесообрабатывающие заводы, средства транспорта и организация экспорта лесоматериалов. Трест получил возможность обеспечить разработку лесных угодий с учетом производственных возможностей заводов, содействовал развитию местных промыслов и использованию 138


других богатств края (ископаемые, рыбные промыслы и т. д.).
На основе решения VIII съезда Советов 52 главка, существовавшие на конец 1920 г., были ликвидированы и вместо них для руководства промышленностью по линии планирования и регулирования производства были организованы 16 главных управлений ВСНХ по отраслям промышленности (Главметалл, Главхим, Главтоп, Главэлектро, Главтекстиль, Главсахар и др.), которые руководили губернскими совнархозами по соответствующим линиям, а крупными предприятиями — через районные промышленные объединения. Для приближения руководства непосредственно к производственным единицам к концу 1921 г. были переданы в управление местных совнархозов 1829 предприятий, ранее находившихся в ведении ВСНХ.
С образованием Союза ССР (в декабре 1922 г.) произошла дальнейшая реорганизация руководящих хозяйственных органов. В союзных республиках были созданы самостоятельные совнархозы, подчинявшиеся как ВСНХ СССР, так и Совнаркому республики. Существовавшие тресты были разделены на три группы: в лервую группу входили тресты общесоюзного подчинения (угольные, металлопромышленности, нефтяные и др.), которые находились непосредственно в ведении ВСНХ СССР; во вторую группу — тресты республиканского значения (кожевенные, табачные, силикатные), которые находились в ведении совнархозов союзных республик; в третью группу — тресты местного значения, находившиеся в ведении губернских и областных советов народного хозяйства.
Эти изменения имели большое принципиальное значение: по мере укрепления местных хозяйственных органов, особенно после образования Союза ССР, произошел серьезный сдвиг в сторону расширения прав местных органов в области управления хозяйством.
По мере расширения прав местных органов и трестирования соответствующих отраслей промышленности главные управления ВСНХ постепенно свертывались. В 1923 г. были ликвидированы отраслевые главки (за исключением Главметалла и Главэлектро).
В ВСНХ были созданы два управления: Главное экономическое управление ВСНХ (ГЭУ), которое зани139


малось регулированием работы всей промышленности и имело функциональные отделы (экономики труда, финансов, статистики и др.) и Центральное управление государственной промышленности (Цугпром), которое управляло трестами союзного подчинения через директоров по отраслевому принципу.
Непосредственное управление промышленностью и производство торговых операций были сосредоточены в трестах, а для регулирования всей торговой деятельности трестов были - организованы синдикаты, которые стали главными центрами оптового сбыта промышленных изделий.
Таковы основные вехи перестройки организации промышленности в связи с ее трестированием и переходом на хозрасчет.
Конкретное представление о ходе трестирования дают следующие данные ВСНХ по 2780 предприятиям, приведенные в отчете ВСНХ XI съезду партии. Из указанного количества к первой категории, т. е. к предприятиям, которые находились в непосредственном управлении центральных хозяйственных органов, принадлежало 919 предприятий с 566 475 рабочими. К предприятиям второй и третьей категорий, находившимся в ведении местных хозяйственных органов, принадлежало 1861 предприятие со 170 138 рабочими.
Из предприятий первой категории в тресты были объединены 643 предприятия с общим числом рабочих 455 331 человек и осталось вне трестовских объединений 276 предприятий с общим числом рабочих 111 144 человека. Предприятия второй и третьей категорий вошли в центральные и областные тресты в крайне незначительном количестве и то в качестве подсобных предприятий. Из предприятий первой категории в тресты были объединены наиболее крупные предприятия, что видно из таблицы, приведенной на стр. 141.
Как показывает эта таблица, из предприятий первой категории трестированию подверглись главным образом крупные предприятия, что особенно ярко подчеркивается средним числом рабочих в трестированных и нетрести- рованных предприятиях и соотношением между процентом трестированных предприятий и процентом рабочих в них. Так, в 4% трестированных предприятий металлопромышленности работало 43% всего количества рабо-
140


X
Данные о ходе трестирования промышленности* (К марту 1922 г.)
В них •/« рабочи от всего числа рабочих
СО О СЧ С© СЧ ОО —< сч
о ю с© иэ ю со оо оо
•/• трестированных предприятий к общему числу предприя¬
тий
о со Г- ~ СО 00 со г*
осо со ^ююг-со
Среднее число рабочих в нетре- стирован- ных предприятиях
00 Ю СЧ 1© О 1
Ю 1 СО Ю 00 сч СО 1
сч 1 сч со со со 1
4) X Г «
о х н 2 5 х
= Ч аг о х о-г
Ч о О О ® с _
& х уо о. 2 2 о- аг я ь « Я н О о. о о, и Си с
о — —< с© оо о
О 1 ю г- со О СЧ — I
сч 1 — щ —* о 1
сч ~
4. й К Е х
О ® 2 ® С я «
—• ж
о
23157
54
14 481
18
6 398 9
2810 7
сч о 10 Ю
5 602 92
58 104
Число трестированных предприятий 1-й группы и рабочих в них
1 25
125 439
21
10 820
30
13 532
11
12 876
23
13 052 9
959 . 7_
10 000 249
252 521
236
| 16 132 |
Число предприятий 1-й группы и рабочих в них (чел.)
1 8Я
148 596 21
10 820
84
28 013
29
19 274
32
15 862
16
1551 12
15 602 341
310 625
236
1 16 132 |
Общее число предприятий и рабочих в них
| Ш I |
290 081
21
10820
84
28 013
30
19 399
80
30 971
17
1 631 12
15 602
341
310625
636
1 19628 1
Отрасли промышленности
Металлическая
Электротехническая . . . Химическая
Горная
Силикатная
Деревообрабатывающая (фанерная)
Бумажная
Текстильная
Пищевая
• Числитель — количество предприятий, знаменатель — количество рабочих в них. Процент и среднее число рабочих даны с округлением. Таблица составлена по данным Экономотдела ВСНХ, приведенным в отчете ВСНХ XI съезду партии; «Промышленность н торговля», стр. 10 —- 11).
141


чих, в 37%' трестированных горных предприятий — 48% общего количества рабочих, в 37% трестированных пищевых предприятий — 82% всего количества рабочих данной отрасли. Значение этого становится еще более ясным, если учесть весьма высокий удельный вес трестированных предприятий в общей производственной программе каждой отрасли промышленности. В металлопромышленности удельный вес трестированных предприятий в общей производственной программе составлял 48%, в горной — 73, в пищевой — 94, в бумажной — 88%.
Одновременно процесс трестирования широко охватил и местную промышленность. Разработка данных по 380 трестам (по состоянию на август 1922 г.) показала \ что почти две трети всех объединений — 240 трестов включали только 10% всей трестированной государственной промышленности, причем на один трест приходилось в среднем 360 рабочих, а на одно предприятие— несколько больше 50 человек. Это мелкие тресты, имевшие лишь местное значение.
Трестов, в которых было занято от 1 тыс. до 5 тыс. рабочих, было 99. Они составляли 26% всего количества трестов, 28,5% предприятий и 28%; рабочих всей трестированной промышленности. На один трест приходилось 2350 рабочих, а на одно предприятие — 250 рабочих. Это — средние тресты, имевшие не только местное, но в некоторых случаях и государственное значение.
Наконец, крупных трестов было всего 41, или 11% общего количества трестов. Они объединяли 23% общего количества трестированных предприятий и 62% рабочих. На каждый трест приходилось в среднем 12,5 тыс. рабочих. Это — крупные общегосударственного значения тресты текстильной и металлургической промышленности.
Темпы трестирования были весьма высокие. На 10 декабря 1921 г. ВСНХ были утверждены всего 23 треста, из них в металлургии — 2, текстильной промышленности — 9, пищевой — 1, деревообрабатывающей — 3 и горнохимической — 5, а к середине 1923 г. общее количество трестов достигло уже 478: в металлургической промышленности— 56, в электротехнической— 19, в текстильной — 52, в пищевой — 45 и т. д. Центральных тре-
1 См. «На новых путях», вып. III, стр. 29, 31—32. 142


стов, которые подчинялись непосредственно ВСНХ, было 133, а местных — 345. В число трестов входили также и все мелкие тресты, имевшие исключительно местный характер и объединявшие местную мелкую промышленность. В конце 1923 г. в результате слияния мелких маломощных трестов общее число трестов сократилось.
Вначале процесс трестирования планировался ВСНХ, но затем, поскольку снятие с государственного снабжения и необходимость быстрого приспособления к новым рыночным условиям повелительно диктовали безотлагательный переход к новым организационным формам управления, плановые наметки были превзойдены. Вследствие этого трестирование не могло проводиться всегда по заранее строго продуманному плану. Во многих случаях состав трестов отражал влияние местных интересов в противовес общегосударственным интересам. Так, организацию «Анилтреста» тормозил Ярославский губсовнархоз, упорно препятствуя включению ярославских фабрик в этот трест. Были неоднократные случаи захвата трестами прибыльных предприятий. Так поступил Московский кожевенный трест, эксплуатируя без санкции ВСНХ одну из лучших обувных фабрик, «Парижская Коммуна», не включенную в состав треста. Так действовали и некоторые другие тресты, присоединяя к себе наиболее жизнеспособные действующие предприятия.
Иногда тщательному отбору однотипных предприятий или принципу производственного комбинирования препятствовало отсутствие соответствующих хозяйственных и государственных объединений, каким можно было бы передать то или иное «лишнее» предприятие. Этим объясняется возникновение таких смешанных объединений, как например Московский комбинированный куст, в который входили: чугунолитейный завод, писчебумажная фабрика, кожевенный завод, суконная фабрика, типолитография и др. Богородско-Щелковский трест мог выпускать пряжи 1,5 млн. пудов в год, а мощность ткацких фабрик достаточна была лишь для переработки 700 тыс. пудов пряжи; это принуждало трест или искать сбыта пряжи, или держать незагруженными прядильни !.
1 См. «Наша трестированная промышленность», изд. Наркомата РКИ, стр. 1—8.
143


На эти недостатки в процессе трестирования указал XII съезд партии, отметив, что «группировка предприятий, разбивка их на тресты, распределение средств между трестами, кредитование их имели и в значительной мере имеют и по сей день априорный, бюрократический характер»1. Эти недостатки явились следствием трудности и сложности осуществления в короткий срок такой задачи, как организационная перестройка промышленности в масштабе всей страны, в условиях разрухи, при отсутствии надлежащего опыта.
Новые формы организации и управления промышленностью выразились также, как уже указывалось, в организации синдикатов. Синдикаты возникли, когда слабость трестов в организации торговой деятельности выдвинула неотложную необходимость создания торгового аппарата. Вынужденные изыскивать оборотные средства для развития своей деятельности, тресты вступали во взаимную конкуренцию, продавали свою продукцию по ценам ниже себестоимости и, таким образом, разбазаривали свои фонды. Слабость торгового аппарата и отсутствие достаточного опыта в осуществлении торговых операций обусловили высокие издержки обращения трестов и неудовлетворительное состояние их снабженческо-сбытовой деятельности, которая к тому же проводилась в ущерб руководству производственно-технической стороной деятельности предприятий. Чтобы устранить все эти недостатки, овладеть рынком, выгоднее сбыть продукцию и организовать заготовку сырья, топлива и других материалов, был выдвинут принцип синдицирования.
Синдикаты подчинялись ВСНХ. Капитал синдиката образовывался из паевых взносов трестов, вступавших в него.
Синдикаты возникли в своем большинстве в первой половине 1922 г. Так, текстильный и спичечный синдикаты были организованы 1 марта 1922 г., швейный — 2 апреля, соляной — 6 апреля, кожевенный — 13- апреля, табачный — 11 мая, продсиндикат — 1 июня, маслосинди- кат—11 сентября. При Главном управлении металлургической промышленности было организовано несколько синдикатов для сбыта продукции металлопромышлен1 «КПСС в резолюциях...», ч. I, 1954, стр. 694.
144


ности — «Югосталь», «Уралмет», «Сельмаш», «Центральный металлургический». Все они были объединены в конвенционное бюро Главного управления металлопромышленности. К 1923 г. было уже организовано 17 синдикатов Ч
Эти данные показывают, что синдикаты создавались в первую очередь в легкой промышленности, непосредственно связанной с широким рынком, в которой опасность конкуренции между трестами была более реальной. В большинстве случаев синдикаты создавались для организованного сбыта продукции ввиду слабости самих трестов и их оторванности от рынков. Такие синдикаты, как нефтесиндикат и солесиндикат, были монополистами по сбыту продукции входивших в их состав трестов.
В табачной, махорочной и маслобойной промышленности синдикаты были созданы главным образом с целью организованного охвата заготовительных рынков для обеспечения трестов промышленным сырьем; спичечный синдикат обеспечивал сбыт продукции на трудно доступных для треста рынках. Кроме того, для легкой промышленности имел первостепенное значение вопрос заготовки сырья (чего нельзя сказать о синдикатах в области тяжелой промышленности). Поэтому синдикаты эти занимались в значительной мере и заготовительной деятельностью. Некоторым синдикатам было предоставлено также право проведения внешнеторговых операций. Таковы, например, текстильный синдикат, спичечный, кожевенный, нефтесиндикат и некоторые другие.
Значение синдикатов, таким образом, состояло в том, что они устраняли нездоровую конкуренцию между трестами, облегчали трестам разрешение проблемы оборотных средств, успешнее овладевали рынком, маневрируя, если нужно, товарными фондами, аккумулировали средства для торгового оборота, уменьшая накладные торговые расходы. Осуществляя задачу организованного охвата заготовительного рынка, синдикаты устраняли частного посредника — спекулянта из сферы торговой деятельности трестов.
1 См. «Синдикаты и госторговля (по материалам промышленной инспекции)», М., 1923, стр. 2.
Ю Очерки по истории
145


О некоторых особенностях хозяйственного расчета в первые годы нэпа
Хозрасчет, как он осуществлялся в первые годы нэпа, отличается от хозрасчета последующего периода, когда экономическое положение страны коренным образом улучшилось, когда укрепилось социалистическое хозяйство и повысился уровень государственного планирования. В восстановительный период, особенно в первые годы нэпа, не все стороны хозяйственной деятельности предприятий регламентировались плановыми заданиями центральных планирующих и руководящих органов, и их право самостоятельного выхода на рынок было весьма широким. В последующих же периодах вся деятельность хозрасчетных предприятий по производству, снабжению и сбыту полностью протекала в соответствии с государственными плановыми заданиями: планы реализации продукции и цены ее реализации определялись хозяйственными договорами о поставках на основе общегосударственных планов. В условиях первых лет нэпа не было еще экономических условий для осуществления всестороннего планового руководства деятельностью предприятия. Государство еще не овладело законом планомерного развития, всеми экономическими рычагами планового руководства и регулирования хозяйства, связанными с действием закона стоимости (цена, себестоимость, кредит, прибыль, заработная плата, контроль рублем, система материального стимулирования и др.). Каждое предприятие должно было устанавливать экономические связи со своими контрагентами (в том числе в известной мере и с частным капиталом, который занимал еще значительный удельный вес в торговле, особенно розничной) без плановых нарядов из центра. Поэтому в тех условиях необходимо было право каждого хозяйственного объединения на прямой выход на рынок.
Наказ Совнаркома от 9 августа 1921 г. устанавливал, что предприятия, переводимые на хозрасчет, получали право реализовать на рынке часть своей продукции и приобрести необходимые материалы по рыночным ценам. Хозрасчетные объединения получали довольно широкую хозяйственную автономию и должны были в ор146


ганизации своей хозяйственной деятельности учитывать запросы и конъюнктуру рынка.
В этом заключалась главная особенность хозрасчета в первые годы нэпа.
Особенность методов хозрасчета в первые годы нэпа состояла также в том, что социалистическая промышленность должна была овладеть рынком, преодолеть стихийные рыночные отношения. В этом находила свое выражение борьба плана со стихией, борьба социалистических элементов против элементов капиталистических по принципу «кто — кого».
При наличии этих особенностей в формах хозрасчета и методах его осуществления оставалось неизменным главное в хозрасчете, вытекающее из самой природы и характера социалистических производственных отношений в промышленности: уже тогда хозрасчет выступал как метод планового руководства хозяйством, оставалась неизменной главная задача хозрасчета — стимулировать всемерное повышение производительности труда и снижение себестоимости продукции. Оставались неизменными основные принципы хозрасчета: материальная заинтересованность и ответственность за хозяйственнорациональное использование средств предприятия, возмещение путем реализации произведенной продукции всех производственных затрат с обеспечением при этом планов социалистического накопления; оставался неизменным принцип государственного контроля за рациональным ведением хозяйства и выполнением государственных плановых заданий. Впоследствии вместе с ростом и укреплением социалистического хозяйства, повышением уровня и расширением объема государственного планирования совершенствовались, развивались формы хозрасчета, средства, способы осуществления его.
Особенность хозрасчета первых лет нэпа состояла также в том, что в тот период хозрасчет не распространялся на всю промышленность, он касался только предприятий легкой промышленности. Предприятия тяжелой индустрии в основном зависели от государственных заказов. Работа на рынок, соприкосновение с рынком меньше всего относились тогда к тяжелой промышленности и к транспорту. Кроме того, тяжелая индустрия находилась в таком состоянии, что перевести ее на хоз10*
147


расчет в тех условиях значило бы закрыть все предприятия тяжелой индустрии, как нерентабельные.
Как известно, именно этого и добивались троцкисты, которые предлагали закрыть Путиловский, Брянский и другие заводы-гиганты тяжелой индустрии, как нерентабельные. Под прикрытием борьбы за рентабельность и коммерческий расчет троцкисты хотели лишить диктатуру пролетариата ее материальной базы и разрушить материальную основу социализма. Поэтому к хозрасчету, к решению проблемы концентрации промышленности партия не могла подходить с одной коммерческой точки зрения. Она эти вопросы решала с точки зрения интересов укрепления мощи пролетарского государства, победы социализма. «...Партия не может забывать ни на один момент, что здесь больше, чем в какой бы то ни было другой области, коммерческие и бюджетные соображения должны контролироваться соображениями политическими, т. е. в данных условиях соображениями об охране политической мощи рабочего класса. Там, где закрытие заводов обозначало бы удар по политической силе пролетариата, подрывало его основные кадры и вело к их распылению,— там проведение жесткой концентрации было бы недопустимой политической ошибкой» \— указывалось в резолюции XIII партконференции.
Этого принципа — руководства политическими соображениями при определении экономической политики партия всегда придерживалась.
В первые годы нэпа суть политики состояла в восстановлении и развитии тяжелой индустрии, так как партия знала, «что без спасения тяжелой промышленности, без ее восстановления мы не сможем построить никакой промышленности, а без нее мы вообще погибнем, как самостоятельная страна»1 2. Исходя из решения этой задачи, применялись хозрасчет и принцип рентабельности в тяжелой индустрии. Руководствуясь марксистско-ленинским пониманием рентабельности, Советское государство тратило значительные средства на сохранение консервируемых предприятий тяжелой индустрии, содержало на них значительные рабочие кадры, 1 «КПСС в резолюциях...», ч. I, 1954, стр. 791.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 33, стр. 388.
148


чтобы не допустить распыления рабочего класса. С торгашеской точки зрения эта политика находилась в противоречии с хозрасчетом, но с точки зрения общего плана построения социалистического общества, с точки зрения перспектив развития народного хозяйства это была единственно правильная политика. Так, в первом хозяйственном полугодии 1921/22 г. было 174 действующих завода в трестированной металлопромышленности, в первом полугодии 1922/23 г. их было уже 108, т. е. уменьшилось на 38%, а количество рабочих уменьшилось при этом с 155,2 тыс. до 150 тыс. человек, т. е'. всего на 3%
Признавая, что хозрасчет должен лежать в основе ведения всей социалистической промышленности, партия всегда учитывала, что практические вопросы введения хозрасчета не могли стоять одинаково для всех отраслей хозяйства — и легкой и тяжелой. Если для легкой промышленности хозрасчет сразу стал обязательным принципом практического ведения хозяйства, то для тяжелой промышленности этот принцип вводился постепенно. В декрете Совнаркома от 10 сентября 1921 г. «Основное положение по тарифному вопросу»1 2, подписанном В. И. Лениным, указывалось, что «предприятия должны быть организованы по принципу бездефицитности (за исключением тех, которые в системе государственного хозяйства являются необходимыми, независимо от степени их хозяйственной полезности, как некоторые средства обороны)».
Исходя из этого, инструкция Госплана о составлении производственных программ допускала исключение принципа безубыточности для тех предприятий, развертывание которых предвиделось в порядке дальнейшего перспективного плана, и предприятий, продукция которых необходима народному хозяйству, но которые не могли тогда по условиям производства и реализации работать без убытка3. В решениях XI съезда партии также указывалось на постепенный характер перевода всей промышленности на хозяйственный расчет. «Пере1 См. «Народное и государственное хозяйство Союза Советских Социалистических Республик к середине 1922—1923 гг.», стр. 279.
2 СУ, 1921 г., № 67, ст. 513.
3 См. Г. М. Кржижановский, Хозяйственные проблемы РСФСР и работы Государственной общеплановой комиссии (Госплана), стр. 69.
149


вод госпредприятий на так называемый хозяйственный расчет неизбежно и неразрывно связан с новой экономической политикой, и в ближайшем будущем неминуемо этот тип станет преобладающим, если не исключительным» Ч V съезд профсоюзов в сентябре 1922 г., уделивший в своих работах исключительное внимание положению тяжелой промышленности, признал в своем решении по докладу ВСНХ, что «в течение ближайшего времени государство должно покрывать специальными ассигнованиями дефицит основных отраслей (тяжелой промышленности.— А. /С.), а также транспорта»1 2.
Это не значит, что тяжелая промышленность вообще освобождалась от необходимости работать лучше, сокращать накладные расходы, повышать производительность труда, доводить до минимума весь аппарат управления и систематически снижать таким образом себестоимость продукции. Эти задачи ставились и перед тяжелой индустрией, но они не могли осуществляться с такой же быстротой, как на предприятиях легкой промышленности, потому что положение тяжелой промышленности было несравненно менее благоприятно, чем положение легкой промышленности.
Зависимость предприятий тяжелой промышленности от государственных потребителей исключала возможность немедленного перевода тяжелой промышленности на хозрасчет. Так, угольная промышленность сдавала государственным потребителям — Народному комиссариату путей сообщения (НКПС) и металлопромышленности свыше 70%, своей продукции в порядке плановых назначений. Металлопромышленность сдавала 55% своей продукции НКПС и другим наркоматам также в порядке плановых назначений. Поэтому даже благоприятные условия на рынке не сказывались непосредственно на положении угольной и металлургической промышленности. Для их положения решающую роль играли общее экономическое положение страны, состояние бюджета, а это зависело от налоговых поступлений и от других доходов государства.
Государственные заказы могут быть формой финансирования и помощи промышленности, если размеры этих 1 «Стенографический отчет XI съезда РКП (б)», стр. 487.
2 «Стенографический отчет V съезда профсоюзов», стр. 508.
150


заказов и система оплаты содействуют развитию промышленности, т. е. если государство не извлекает безвозмездно продукцию промышленности, а оплачивает ее по ценам, обеспечивающим не только восстановление промышленности, но и накопление для расширения производства. Этих условий в тяжелой промышленности в первые годы нэпа не было. Так, например, уголь оплачивался по цене, которая была вдвое ниже его себестоимости !. Это означало, что тяжелая промышленность не получала полной оплаты себестоимости продукции. Задолженность потребителей продукции тяжелой промышленности достигала огромных сумм. Так, нефтяная промышленность до августа 1922 г. сдала потребителям нефтепродуктов на 59 млн. золотых руб., а в оплату за это получила только 4 млн. золотых руб. По данным отчета ВСНХ V съезду профсоюзов, с января по май 1922 г. тяжелая промышленность передала различным наркоматам в порядке безденежных расчетов по плановым назначениям продуктов, не оплаченных наркоматами, на 150—170 млн. золотых руб.1 2
Особенности применения начал хозяйственного расчета можно проследить на топливной промышленности, снятой с государственного снабжения в марте 1922 г. Согласно декрету Совнаркома от 21 марта «всякого рода топливо, нефтепродукты, лесоматериалы, а также продукты их переработки и обработки отпускаются исключительно за плату». Вместе с тем был прекращен отпуск денежных средств топливной и лесной промышленности в порядке сметных ассигнований и разных материальных ресурсов в порядке планового государственного снабжения.
Но это не значило, что топливная промышленность могла реализовать свою продукцию по своему усмотрению, руководствуясь только соображениями большей выгодности. Для Главного управления по топливу оставались обязательными к исполнению в первую очередь заказы на поставку топлива тем государственным предприятиям, плановое снабжение которых было установлено Госпланом; снабжение этих потребителей 1 См. «Стенографический отчет V съезда профсоюзов:», стр. 154.
2 См. там же, стр. 141, 154.
151


производилось по договорным соглашениям с Главным управлением по топливу (Главтоп). Лишь в случаях непринятия потребителем отгруженного ему топлива Главтоп получал право распоряжаться этим топливом по своему усмотрению. Помимо -этого, остаток топлива после удовлетворения всех потребностей государственных потребителей мог реализоваться по усмотрению Главтопа сообразно наибольшей выгодности и хозяйственной целесообразности. Таким образом, топливная промышленность не сразу переводилась на полный хозрасчет, а постепенно применяла лишь начала хозрасчета.
В первые годы нэпа тяжелая промышленность находилась в худших условиях сравнительно с легкой и в получении кредита от Госбанка, который действовал на коммерческих основаниях и поэтому охотнее кредитовал те отрасли промышленности, которые способны были быстрее оборачивать свои капиталы, т. е. легкую промышленность. Тяжелая же промышленность, которая не могла получать краткосрочные ссуды, не пользовалась вниманием Госбанка. Так, например, Госбанк выдал ссуду тресту «Югосталь», но в дальнейшем от кредитования «Югостали» отказался.
Переход на хозрасчет в условиях крайней разрухи, голода и падающей валюты не мог не сопровождаться целым рядом серьезных затруднений. Одним из самых основных затруднений был недостаток оборотных средств. По приблизительным подсчетам ВСНХ, недостаток в оборотных средствах в 1922 г. исчислялся в 299 802 тыс. золотых руб.1 Трестированная промышленность, которая переводилась на хозрасчет и снималась с централизованного государственного снабжения, по существу оставалась только с теми запасами сырья и полуфабрикатов, какие имелись на складах или в незавершенном производстве. Оборотные фонды и некото1 рая финансовая помощь государства — вот чем располагали предприятия, переходя на хозрасчет. При этих ресурсах предприятия должны были наладить прибыльное производство и сбыт продукции, используя конъюнктуру рынка, заготовлять для дальнейшего производства продовольствие, сырье, топливо и обеспечивать себя необходимыми денежными средствами.
1 См. «На новых путях», вып. III, стр. 15.
152


Особенно остро ощущался голод в тех оборотных производственных фондах, которые за время интервенции и гражданской войны крайне истощились. Это относится прежде всего к топливу и сырью, поскольку уровень производства добывающей промышленности (уголь, руда, нефть) крайне упал и резко сократились посевы технических культур — льна, хлопка, свеклы и т. д.
Сырьевую базу легкой промышленности было легче восстановить, чем сырьевую базу тяжелой индустрии. Восстановление сырьевой базы тяжелой индустрии было связано с подъемом добывающей промышленности. Поэтому в первые годы нэпа основные ассигнования шли в добывающую промышленность (тогда еще не стоял и не мог стоять вопрос о восстановлении и обновлении основных фондов). Так, в 1922—1923 гг. добывающая промышленность получила от государства 61 035,3 тыс. золотых руб., или 43,6% всех бюджетных ассигнований промышленности.
Предприятия тяжелой индустрии, которые не работали на массового потребителя, не имели местного рынка сбыта, и в некоторых случаях для увеличения оборотных средств они переходили на производство такой продукции, которая легко реализуется. Так, например, предприятия «Югостали» развивали производство шинного и кровельного железа, гвоздей и другой продукции массового потребления, хотя это шло в ущерб потребностям других отраслей хозяйства и, в частности, транспорта.
Крайняя необходимость в оборотных средствах для предотвращения закрытия предприятий, для погашения задолженности по зарплате вынуждала многие предприятия реализовать свои запасы, сбывать продукцию даже по ценам ниже себестоимости, что приводило к проеданию запасов.
Кроме того, переход на хозрасчет в условиях падающей валюты, невозможность строить на падающей денежной системе какие-либо производственные расчеты принуждали хозяйственных руководителей во что бы то ни стало реализовать как можно быстрее свои денежные средства и получаемые кредиты в каких-либо товарах. Это породило «торговлю сверху» — между трестами и предприятиями, безудержный товарооборот 153


между ними, что создавало видимость оживления оборота, а на деле приводило, с одной стороны, к замораживанию оборотных средств, а с другой — к разбазариванию фондов.
• Серпуховский трест хлопчатобумажных фабрик располагал оборотными средствами в 5 581 391 золотой руб. при месячной потребности в оборотных средствах в 1 848 664 золотых руб., но половина оборотных средств (2 147 527 золотых руб.) была заморожена в вспомогательных материалах, месячная потребность которых равнялась всего 50 тыс. руб. В Богородско-Щелковском тресте товарообменные операции с мануфактурой достигли 90 %> всего оборота. В тресте «Северопатока» товарообменные сделки достигли 65%' оборота. Такие же данные характерны и для других трестов.
При товарообменных операциях тресты очень часто приобретали совершенно не нужные им для производства товары и этим создавали крайне тяжелое положение для своих финансов. Так, в январе 1922 г. Центральный торговый отдел ВСНХ купил у Центросоюза 1 млн. стаканов и оставил их на хранение на складах Центросоюза. Через некоторое время Центросоюз приобрел у Центрального торгового отдела ВСНХ 1 млн. тех же самых стаканов, которые были им недавно проданы и которые хранились на его же складах. В погоне за «валютными товарами» тресты создавали искусственный спрос, забивали свои склады ненужными товарами, а затем продавали их в убыток, разбазаривая и проедая таким образом свои оборотные средства.
Успешному переходу на хозрасчет мешали крайне неблагоприятные для промышленности рыночные условия второй половины 1921 г. и первой половины 1922 г. В условиях продовольственных затруднений, когда хлеб диктовал свои цены, на рынке цены на промтовары отставали от цен на продовольственные продукты. Лишь начиная с апреля — мая 1922 г. продукты промышленности начинают догонять в ценах продукты сельского хозяйства, а затем и обгоняют их.
К трудностям, которые препятствовали быстрому осуществлению принципов хозяйственного расчета, следует отнести неизбежную в тех условиях известную недогрузку предприятий из-за нехватки сырья, квалифицированных рабочих, несоответствия мощности отдель154


ных производств, входивших в тресты, и т. д. Груз мертвых, т. е. законсервированных, предприятий, числившихся в составе трестов и требовавших расходов по их охране и сохранению, увеличивал и без того высокие накладные расходы.
Таковы были условия и трудности перевода промышленности на хозрасчет в первые годы нэпа. Но промышленность, организованная на социалистических началах, развитие которой направлялось мудрой политикой Коммунистической партии и Советского государства, сумела преодолеть все трудности, и хозрасчет, как важнейший новый принцип хозяйствования в условиях новой экономической политики, совершенствуясь и развиваясь, стал ведущим принципом ее организации и управления.
Изменения в тарифной политике в связи с переходом промышленности на хозрасчет
Переход на хозрасчет в промышленности был бы невозможен без коренного пересмотра всей системы заработной платы, которая пришла в явное противоречие с новыми принципами организации и управления промышленностью, с принципами новой экономической политики, с социалистическим принципом оплаты по количеству и качеству труда.
Система заработной платы в период военного коммунизма характеризовалась почти полным уравнением в оплате труда разных категорий и квалификаций, так как в условиях крайнего истощения страны и хозяйственной разрухи не было возможности оплачивать труд каждого в зависимости от его квалификации и производительности. Тогда необходимо было сохранить само физическое существование рабочих, обеспечить всех хотя бы самым скудным прожиточным минимумом. В осажденной крепости было закономерно «стремление снабдить всех возможно более поровну, прокормить, поддержать, пока невозможно было взяться за восстановление производства» Ч Отказ от уравнительности привел бы в тех условиях к еще большему распылению и деклассированию рабочего класса. VII съезд Советов (декабрь 1919 г.) поэтому требовал неукоснительного проведения принципа
1 Ленинский сборник XX, стр. 103. 155


уравнительности. «Съезд не может, наконец, не обратить внимания,— говорилось в резолюции «Об организации продовольственного дела в РСФСР»,— на допускаемое неравномерное распределение продуктов между трудящимися,— этому явлению должен быть положен конец путем введения единого рабочего пайка»
Уравнительность в системе заработной платы объясняется также почти полной ее натурализацией. При установлении государственной монополии на все виды продуктов, при запрете торговли и строжайшей регламентации распределения, при резком падении курса советского рубля денежная форма зарплаты потеряла какое-либо значение, ее удельный вес упал почти до нуля, и на первое место ввиду этого выдвинулись натуральные формы оплаты труда. Чем интенсивнее шел процесс натурализации зарплаты, тем она принимала все больший уравнительный характер. Инженеры, например, получали даже меньше неквалифицированных рабочих, так как пайки выдавались не в соответствии с результатами труда и квалификацией рабочего, а по классовому принципу. Инженер, получая по денежной ставке в 4 раза больше сторожа или уборщицы, реально, в продуктах, получал вдвое меньше, чем они.
Натурализация зарплаты не была непосредственно связана с политикой военного коммунизма, а определялась общим экономическим положением страны. Этим объясняется, почему она (натурализация) сохранилась и в первый период после перехода к нэпу. Разница в характере натуральных выдач состояла в том, что в условиях нэпа они исчислялись уже в зависимости от производительности труда, а в годы военного коммунизма зарплата приняла по необходимости характер социального обеспечения, когда государственное снабжение предметами потребления и продуктами питания, установленное для определенных групп рабочих, по существу покрывало собой заработную плату. Если и существовала разница в снабжении, то она относилась не к отдельным группам рабочих, в зависимости от их квалификации, а к отдельным видам производства, в зависимости от того, было ли оно отнесено к ударным или нет.
1 «Съезды Советов в постановлениях и резолюциях», стр. 119.
156


Натурализация зарплаты явилась в тот период необходимой мерой для сохранения рабочих на фабриках и заводах. В резолюции X партийного съезда указывалось, что «политика партии должна быть направлена к тому, чтобы в кратчайший срок обеспечить, по крайней мере, для рабочих важнейших центров республики такой паек и такие условия жизни, которые действительно были бы для них стимулом оставаться на фабриках и заводах. Проведение натурализации заработной платы необходимо в первую очередь в этих главных центрах республики»1.
Но все это, однако, не значит, что в период военного коммунизма при натурализации зарплаты Советское государство совсем отказалось от использования зарплаты и системы снабжения в качестве орудия поднятия производительности труда.
Формой использования продовольственного натурального снабжения как орудия подъема производительности труда было натуральное премирование, т. е. выдача рабочим сверх гарантированного им продовольственного пайка натуральной премии в строгом соответствии с выработкой и ростом производительности труда. (Полная премия выдавалась отдельному рабочему лишь при перевыполнении нормы выработки в 3 раза, а предприятию в целом — при перевыполнении производственной программы на 100%.) Ленин придавал натуральному премированию очень большое значение и после перехода к нэпу, относя его в своем «Наказе от СТО» «к числу самых важных по роли в социалистическом строительстве» 1 2.
Существование ударных пайков, пайков особой категории, сверхударных и т. п. фактически означало выделение привилегированных групп работников и ведомств. Это было неизбежно в условиях голода, разрухи и военной интервенции, ибо нельзя было спасти страну без сосредоточения основных сил и средств на решающих производствах. Такая система снабжения создавала заинтересованность определенных групп рабочих работать в данной, наиболее важной для государства «области производства.
1 «КПСС в резолюциях...», ч. I, 1954, стр. 565.
2 В. И, Ленин, Соч., т. 32, стр. 370.
157


Таким образом, в основе политики снабжения и зарплаты в период военного коммунизма лежали два противоположных принципа: уравнительность и ударность. Условия голода и разрухи, которые вызвали к жизни ударность, диктовали в то же время необходимость уравнительного снабжения. Поэтому Ленин говорил, что «так или иначе сочетать приходится уравнительность и ударность, а эти понятия исключают друг друга»
Если уравнительность и натурализация заработной платы призваны были в условиях гражданской войны обеспечить всех трудящихся минимумом продовольствия для сохранения физического существования рабочего класса и недопущения его полного распыления, то натуральное премирование использовалось как средство для подъема производительности труда на почве личной материальной заинтересованности. Необходимость сочетания этих двух противоположных принципов отражала противоречия и трудности, в которых находилась страна.
С переходом промышленности на хозрасчет и внедрением принципов нэпа во все области хозяйства существовавшая ранее система зарплаты подлежала пересмотру. Теперь, писал Ленин, «задача не та (накормить всех поровну.— А. К.),— надо во что бы то ни стало восстановить производство, добиться развития производительных сил» 1 2.
Первым шагом по пути ликвидации уравнительности в заработной плате при необходимости временно сохранить натуральные формы оплаты труда явилась система коллективного снабжения рабочих, которая соответствовала принципу концентрации промышленности. Уже в мае 1921 г. (на съезде профсоюзов и на X партконференции) ставился вопрос об испытании «с надлежащей осторожностью и постепенностью» системы коллективного снабжения рабочих.
Коллективное снабжение было той формой оплаты труда, которая явилась практически найденным выходом, позволившим при тяжелом продовольственном положении страны использовать натуральное снабжение для обеспечения рабочих только тех предприятий, кото1 В. И. Ленин, Соч., т. 32, стр. 9.
2 Ленинский сборник XX, стр. 103.
158


рые были особенно нужны государству, и в то же время поставить натуральное снабжение в прямую связь с результатами производства. Введением коллективного снабжения был сделан переход от уравнительности распределения пайков по едокам к распределению в соответствии с производительностью труда каждого рабочего.
Суть системы коллективного снабжения состояла в том, что предприятие снималось со всякого рода гарантированного государственного снабжения, которое ранее обеспечивалось независимо от результатов производства; отменялось также всякое личное снабжение по спискам, по карточкам и т. д. Государство отпускало предприятию определенные фонды, величина которых зависела не от количества рабочих, а от процента выполнения производственной программы. Таким образом, вместо гарантированного государственного снабжения система коллективного снабжения предусматривала гарантированную зарплату для тех рабочих, которые переводились на эту систему оплаты, и ставила размеры оплаты в прямую связь с результатами выполнения производственной программы предприятием в целом, с производительностью труда и квалификацией каждого рабочего в отдельности.
Коллективное снабжение явилось выражением той новой политики распределения, которая должна была оказать свое воздействие на производство и обеспечить содержание лишь тех предприятий, которые действительно нужны были для выхода из хозяйственной разрухи. Коллективное снабжение было связано непосредственно с решением проблемы концентрации промышленности, обеспечивая продовольствием лишь те предприятия, которые явились особенно важными для государства. Для рабочих этих предприятий и обеспечивалась гарантированная зарплата.
Поскольку фонды снабжения исчислялись по количеству выработанной продукции, коллективное снабжение соответствовало коллективной сдельщине. Положительные результаты политики коллективного снабжения сказались очень быстро. Выросла производительность труда, резко упало количество прогулов, сокращалось количество рабочих в соответствии с потребностями производства при одновременном роете выработки и т. д.
159


Система коллективного снабжения была переходной к более совершенной форме оплаты труда, но она уже делала крупный шаг по линии ликвидации уравнительности в оплате труда и переходу к социалистическому принципу оплаты по количеству и качеству труда.
В коллективном снабжении были уже практически применены новые принципы тарифной политики, которые были изложены в наказе Совнаркома от 9 августа 1921 г., согласно которому рабочие предприятий, оставляемых на государственном снабжении, «должны быть обеспечены в размере, заинтересовывающем их в производстве и вызывающем инициативу в повышении производительности» Более полное выражение эти принципы нашли в «Основном положении по тарифному вопросу», принятом Совнаркомом 10 сентября 1921 г.1 2 В основу тарифной политики была положена гарантированная заработная плата (денежная и натуральная) для тех групп рабочих «в крупной промышленности и в необходимейших государству предприятиях и учреждениях», которым государство могло гарантировать зарплату, оставив эти предприятия на своем снабжении. Увеличение оплаты было поставлено в прямую связь с повышением производительности труда. При установлении ставок зарплаты разным категориям рабочих учитывалась квалификация и выработка каждого. Отпуск продовольствия предприятию должен был производиться не по количеству рабочих, а исключительно на единицу выпущенного предприятием фабриката 3.
В условиях первых лет нэпа, когда от каждого треста требовались гибкость в маневрировании средствами и повседневный учет местных условий, регулирование зарплаты происходило через систему коллективных договоров профсоюзных и хозяйственных органов, в кото1 СУ, 1921 г., № 59, ст. 403.
2 См. СУ, 1921 т., № 67, ст. 513.
3 Ярким примером использования политики снабжения и новых принципов зарплаты для стимулирования производства может служить решение Совнаркома от 16 февраля 1922 г. «О мерах к усилению добычи на каменноугольных копях Сибири и Урала» (см. СУ, 1922 г., № 18, ст. 190). Согласно этому решению с 1 марта 1922 г. отпуск продовольствия копям Сибири и Урала должен был производиться исключительно по результатам производственной работы. На каждую тысячу пудов добытого угля были установлены твердые нормы отпуска хлеба, картофеля, мяса, жиров и сахара.
160


рых (договорах) находили свое отражение как местные условия, так и особенности и возможности данного треста. Государство устанавливало гарантированный минимум зарплаты, ниже которого ни одно государственное или частное предприятие независимо от его экономического состояния платить не имело права. Это служило гарантией против падения зарплаты ниже государственного минимума. Совнарком в специальном решении от 1 августа 1922 г. допускал перевод на хозрасчет лишь тех предприятий, которые безусловно могли обеспечить выплату зарплаты и самостоятельную хозяйственную деятельность. Указанное решение было принято в связи с тем, что часть предприятий, переведенных на хозрасчет, оказывалась затем часто хозяйственно несостоятельной даже для своевременной выплаты зарплаты рабочим, что приводило к массовой задолженности по заработной плате.
Значение коллективных договоров состояло также в том, что они устанавливали твердые нормы выработки и принцип прямой сдельщины для поднятия производительности труда.
Таким образом, тарифная политика и система заработной платы все более совершенствовались и приводились в соответствие с требованиями экономических условий и принципами новой экономической политики. С улучшением продовольственного и общего экономического положения, упрочением советского рубля, уменьшением роли государственного снабжения, ослаблением зависимости предприятий от натуральных выдач система коллективного снабжения, вызванная к жизни тяжелым продовольственным положением, изжила себя.
11 Очерки по истории


И. В. Маевский
ТОПЛИВНО-МЕТАЛЛУРГИЧЕСКАЯ БАЗА СССР В ПЕРВЫЕ ГОДЫ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ
(1926—1929 гг.)
Достигнутые за пять первых лет новой экономической политики успехи в области восстановления народного хозяйства позволили нашей стране вступить в новый исторический период—период социалистической индустриализации и технической реконструкции всего народного хозяйства. На рубеже этих двух исторических периодов XIV съезд Коммунистической партии, опираясь на достигнутые результаты в деле восстановления народного хозяйства и руководствуясь ленинской программой социалистического преобразования нашей страны, взял курс на социалистическую индустриализацию. В ходе индустриализации должны были быть созданы все необходимые материально-технические предпосылки для построения социалистического общества в СССР.
Превращение СССР в наикратчайший исторический срок «из страны, ввозящей машины и оборудование... в страну, производящую машины и оборудование...»1 мыслилось не иначе, как на основе форсированного развития отраслей, производящих средства производства, в том числе металл и топливо, без которых невозможен процесс индустриального развития страны, ее движение по пути к социализму.
Будучи составным элементом I подразделения общественного производства, топливо и металл играют важ1 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», ч. II, 1953, стр. 75.
162


нейшую роль как в построении материально-технической базы социализма, так и в обеспечении условий для расширенного воспроизводства и непрерывного роста всего общественного производства с целью наиболее полного удовлетворения потребностей трудящихся.
Металл и топливо являются основой процесса материального производства, условием нормального функционирования всех отраслей народного хозяйства, их роста и технического прогресса.
Именно с этих позиций мы и должны рассматривать развитие топливно-металлургической базы СССР в первые годы социалистической индустриализации, когда началась борьба за техническую реконструкцию народного хозяйства и построение фундамента социалистической экономики.
Топливо
Важнейшая роль в осуществлении задач, связанных с индустриализацией страны и построением фундамента социалистической экономики, выпала на долю топливной промышленности, являющейся крупнейшей отраслью нашей промышленности и включающей в себя как добычу, так и переработку топлива с целью его производительного использования народным хозяйством.
Основным поставщиком топлива является у нас каменноугольная промышленность, занимавшая в топливном балансе страны в 1927/28 г. 60,5%Л
Говоря о роли каменноугольной промышленности в развитии народного хозяйства, В. И. Ленин указывал: «Без угольной промышленности никакая современная промышленность, никакие фабрики и заводы немыслимы. Уголь — это настоящий хлеб промышленности, без этого хлеба промышленность бездействует, без этого хлеба железнодорожный транспорт осужден на самое жалкое положение...»1 2
Несмотря на богатейшие запасы месторождений угля, угольная промышленность, одна из старейших от1 См. «Итоги выполнения первого пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР>, М., 1934, стр. 94.
2 В. И. Ленин» Соч., т. 30, стр. 461.
11*
163


раслей промышленности дореволюционной России, была развита крайне слабо. Примитивное рудничное хозяйство, разбросанное по бесконечному количеству мелких, слабо механизированных шахт (где господствовал тяжелый ручной труд), было малопроизводительным. Добыча угля в 1913 г. составляла всего 29 млн. т. Засилье иностранного капитала, почти полностью захватившего в свои руки основной каменноугольный бассейн России — Донбасс, еще больше усугубляло техническую отсталость этой отрасли. Хищнически эксплуатируя недра и дешевый труд шахтеров, иностранные монополии не стремились к повышению технического уровня каменноугольной промышленности, к обновлению и реконструкции ее оборудования. Они считали для себя это бесцельной и бессмысленной расточительностью, ибо наличие богатых месторождений угля и дешевого труда позволяло им и без серьезных технических усовершенствований, а следовательно, и без дополнительных расходов на эти цели «получать громадные, неслыханные у себя на родине, барыши»
В годы империалистической, а затем гражданской войны и интервенции было разрушено большое число шахт, что привело к усилению технико-экономической отсталости этой отрасли, к снижению добычи угля. В 1920 г. добыча угля достигала немного более одной четверти довоенного уровня. Предстояла огромная работа по восстановлению и дальнейшему развитию каменноугольной промышленности.
Вступив в восстановительный период, рабочий класс под руководством большевистской партии организовал настойчивую борьбу за хозяйственное восстановление каменноугольной промышленности, сделав при этом упор не только на увеличение угледобычи (до уровня 1913 г.), но и на техническую реконструкцию рудничного хозяйства, на его значительное расширение.
Если в годы восстановительного периода вопрос о развитии угольной промышленности ставился в плоскости решения узкотопливной проблемы, борьбы с топливным голодом, то с переходом к социалистической индустриализации он приобрел новое народнохозяйственное значение. Теперь задача заключалась не только в том,
1 В. И. Ленин, Соч., т. 2, стр. 93. 164


чтобы увеличить добычу угля, но и получить высококачественный кокс, необходимый для металлургического и химического производства. А это требовало поднятия каменноугольной промышленности на такой технический уровень, который отвечал бы задачам социалистической индустриализации страны, программным установкам нашей партии на создание прочной материально-технической базы социализма в СССР.
На развитие и техническую реконструкцию каменноугольной промышленности были затрачены огромные для того времени средства. За время с 1925/26 г. по 1928/29 г. было израсходовано на капитальное строительство около 450 млн. руб., или около 8% от общей суммы капитальных вложений во всю промышленность СССР I На эти средства построены были новые мощные шахты и значительно реконструированы старые. В 1928/29 г. в строй вступили первые три крупные шахты: «Американка» мощностью в 560 тыс. г, Горловская № 19/20 мощностью в 339 тыс. т и Рутченковская № 29 в 200 тыс. т. Было введено в эксплуатацию около десятка более мелких шахт с годовой производительностью в 2 млн. г1 2.
Успехи были бы еще большими, если бы не трудности с обеспечением нового шахтного строительства оборудованием, поставки которого по вине отечественных заводов и иностранных фирм задерживались в ряде случаев от 12 до 18 месяцев. Как видно из отчета объединения «Союзуголь» за 1928/29 г.3, особенно остро стоял вопрос с поставками горномеханического оборудования: компрессоров, молотков пневматических, бурильных и отбойных, лебедок электрических и ручных и проч., которые нужны были для оборудования вновь строившихся шахт.
На преодоление этих трудностей, ликвидацию тех «узких мест», о которые спотыкалась наша промышленность в первые годы социалистической индустриализации, уходило не мало времени и средств. Успешное преодоление трудностей в процессе борьбы за социалисти1 Подсчитано по данным сборника ЦСУ «СССР за 15 лет>, М., 1932, стр. 72.
2 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 117, д. 1016, л. 10.
з Там же.
165


ческую индустриализацию позволило нашей стране за исследуемый период увеличить основные производственные фонды и мощность силового аппарата каменноугольной промышленности более чем в полтора раза, при этом значительно был увеличен в оборудовании удельный вес электромоторов и выросло потребление электроэнергии. Об этом свидетельствует следующая таблица Ч
Годы
Основные фонды (в млн. руб.)
Мощность двигателей, обслуживающих рабочие машины (в тыс. кет)
Общее потребление электроэнергии (в млн. квт-ч)
всего
в т. ч. электромоторов
1926
296,2
209,0
161,3
271,0
1927
338,1
240,5
174,0
304,2
1928
385,5
276,4
203,6
333,0
1929
428,5
282,5
224,9
392,3
Приведенная выше таблица говорит о динамике основных фондов и мощности двигателей, обслуживающих рабочие машины. Но она не отражает те технические сдвиги, которые произошли за эти годы в угольной промышленности, не показывает качественные изменения в оборудовании в связи с ростом коэффициента его обновления. Коэффициент обновления основных фондов каменноугольной промышленности возрос с 9,2 на 1 октября 1925 г. до 66,1 в 1928/29 г.1 2 Это был крупный сдвиг в технической реконструкции каменноугольной промышленности, достигнутый уже в первые годы социалистической индустриализации.
Однако и эти показатели, поскольку они даются в относительных величинах, не являются исчерпывающими в характеристике качественных сдвигов в процессе технической реконструкции каменноугольной промышленности. Они обязательно должны быть дополнены абсолютными данными о технической вооруженности труда шахтеров. К ним относятся, в частности, данные о парке врубовых машин, рост которого определяет уровень ме1 См. «Социалистическое строительство СССР», 1935, стр. 128— 129.
2 См. «СССР за 15 лет», М., 1932, стр. 44.
166


ханизации наиболее трудоемких работ по добыче угля. Если в 1925/26 г. в угольной промышленности было всего 90 шт. тяжелых врубовых машин, то в 1928/29 г. их число увеличилось до 468 шт., или более чем в 5 раз. Количество легких врубовых машин увеличилось за эти же годы с одной единицы до 96 шт.1
Процесс механизации добычи угля начался в нашей стране с первых лет социалистической индустриализации. Особенно быстро он протекал в Донецком бассейне, где на основе широкого фронта работ по строительству новых и серьезной реконструкции старых фондов угольной промышленности процент механизированной добычи угля поднялся с 5,6% в 1924/25 г. до 30,6% в 1928/29 г.1 2 Вместе с этим увеличились и средние размеры добычи угля в расчете на одну шахту. Так, если в 1923/24 г. добывалось в среднем на одну шахту 20,6 тыс. т, то в 1928/29 г. добывалось уже 71,8 тыс. т, или в 3,5 раза больше 3.
Повышалась степень механизации производственных процессов и в других каменноугольных бассейнах страны. На Урале, например, несмотря на общее отставание технического уровня от современных требований горной техники, старейшие каменноугольные копи Кизе- ловского района считались уже в 1926/27 г. сравнительно неплохо оборудованными. Как видно из материалов топливного сектора Госплана СССР, «главные штольни северной группы Кизеловского района обслуживались контактовыми электровозами мощностью около 135 л. с., которые тянут поезда в 25—30 вагончиков обычной на каменноугольных копях СССР емкости в 0,75 т каждый». То же самое относится и к Богословским каменноугольным копям, которые, по оценке топливного сектора Госплана, уже в 1926/27 г. были в значительной степени механизированы 4. На копях имелось шесть многоковшовых и одноковшовых экскаваторов. Экскаваторами производилась основная работа по вскрытию породы. Пустая порода удалялась с помощью двух экскаваторов, транспортеров и вагонеток в отвал.
1 См. «СССР за 15 лет», стр. 40.
2 Там же, стр. 46.
3 Там же.
* ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 417, л. 181, 182, 184.
167


Средний процент механизированной угледобычи в каменноугольной промышленности СССР составлял к концу 1928/29 г. 24,6, причем наивысший процент механизации был в Донбассе, где механизированная добыча угля составляла 30,6%, а доставка — 41,1%. В новом угольном бассейне страны — Кузбассе механизированная добыча угля была хотя и ниже, чем в Донбассе, примерно в 3 раза, но она быстро шла в гору, увеличившись в течение одного 1928/29 г. до 10% против 2% в 1927/28 г., т. е. ровно в 5 раз. Здесь уровень механизации добычи угля был в 2 раза выше, чем в Подмосковном угольном бассейне, начавшем свое развитие значительно раньше, чем Кузбасс
Капитальные вложения в основные фонды каменноугольной промышленности, на обновление и расширение ее производственно-технического аппарата сказались не только на росте уровня механизации процессов труда, но и на повышении его производительности, а следовательно, и на значительном увеличении за исследуемый период добычи угля.
Добыча угля (в тыс. т) *
1913 г.
1924/25 г.
1925/26 г.
1926/27 г.
1927/28 г.
1928/29 г.
Всего по СССР ....
29 117
16 520
25 770
32 275
35 510
40 067
В том числе:
Донецкий бассейн . . .
25 288
12451
19 603
24 523
27 330
30 980
Подмосковный бассейн
300
556
937
971
1 135
1 261
Бассейн Урала ....
1 217
1 254
1 572
1 865
I 989
2 072
Кузнецкий бассейн . .
774
985
1 782
2 585
2 618
3 004
Если капиталистические страны за годы, описываемые нами (а эти годы были для них годами наибольшего подъема производства), увеличили угледобычу по 1 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 117, д. 1101, л. 2; «СССР за 15 лет>, стр. 46.
2 См. «Социалистическое строительство СССР», 1936, стр. 100—
168


сравнению с довоенным временем на каких-нибудь 1—2%, а Англия даже снизила добычу угля1, то СССР увеличил свою добычу почти на 40%.
Это увеличение было бы еще выше, если бы каменноугольная промышленность начала свое развитие с уровня, примерно равного довоенному. Но, как известно, свое развитие она начала с крайне низкого уровня, с уровня в 4 раза ниже довоенного. Достаточно сказать, что еще в 1924/25 г., т. е. накануне реконструктивного периода, добыча угля в СССР составляла от уровня 1913 г. всего лишь 56%, а в 1921/22 г. и того меньше — 35—38% 1 2.
Если сравнить угледобычу 1928/29 г. с только что приведенными годами (а они были по существу исходными в развитии каменноугольной промышленности), то получится следующее увеличение: по сранению с 1921/22 г.— на 353%, по сравнению с 1924/25 г.— на 250%. Таким образом, развитие каменноугольной промышленности за исследуемый период свидетельствует о несомненных успехах Советского государства на фронте социалистической индустриализации.
За эти годы произошли изменения в географическом размещении угольной промышленности. Большое развитие получили новые каменноугольные бассейны страны — Кузнецкий и Подмосковный. Форсированное развитие этих бассейнов являет собой образцы не только более высоких темпов, но и более правильного и рационального размещения каменноугольной промышленности в соответствии с требованиями закона планомерного, пропорционального развития.
Именно в этой связи нужно рассматривать тот положительный факт, что наряду с увеличением добычи угля в этих новых районах против довоенного времени больше чем в 4 раза был повышен и удельный вес этих районов в общесоюзной добыче угля. В то время как удельный вес Донецкого бассейна в общей добыче угля страны снизился с 87,1 % в 1913 г. 77% в 1927/28 г., удельный вес Кузнецкого бассейна вырос с 3% в 1913 г. до 7,4% 1 См. «На новом этапе социалистического строительства», М., 1930, т. II, стр. 482.
2 См. «Социалистическое строительство СССР», стр. 100—101.
169


в 1927/28 г., а удельный вес Подмосковного бассейна — с 1 до 3,2% !.
Повышение удельного веса новых угольных бассейнов в общесоюзной добыче угля происходило на основе планомерного осуществления экономической политики партии и правительства, направленной на все более широкое изучение природных богатств нашей страны, на их освоение и максимальное вовлечение в народнохозяйственный оборот. Так, в районе р. Печоры и ее притоков уже к началу реконструктивного периода было установлено залегание мощных угольных пластов различной толщины, имевших в перспективе большое промышленное значение. По данным научно-исследовательского института Севера, «площадь, где известны признаки угля, не уступает площади Донецкого бассейна и возможно значительно превосходит ее»1 2. Большие месторождения угля были выявлены на Кавказе, в бассейне верхнего течения реки Гализги, недалеко от Сухуми. Это новое месторождение (Ткварчельское) уже тогда (т. е. по состоянию на 1 ноября 1926 г.) обладало большими запасами, по проверенным данным исчислявшимися в 2,5 млрд, пудов, а по предположительным — в 12 млрд, пудов угля 3.
В Подмосковном бассейне по состоянию на 1 октября 1928 г. выявленные промышленные запасы углей составили 205 млн. т, в том числе 168 млн. т топливных и 37 млн. т сажистых углей, годных на химическое сырье4. О состоянии и перспективах развития Подмосковного каменноугольного бассейна было вынесено специальное решение СТО от 11 сентября 1929 г., в котором говорилось: «Разведанные запасы Подмосковного угля позволяют считать его достаточно мощной энергетической базой для крупного электростроительства. Проблема сжигания Подмосковного угля является практически разрешенной. Подмосковные угли могут являться исходным продуктом для получения смешанного воздушного генераторного газа, карбюрированного водяного газа, полукокса и смолы, подлежащей дальнейшей пере1 См. Г. Д. Бакулев. Развитие угольной промышленности Донецкого бассейна, М., 1955, стр. 306.
2 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 420, л. 175—176.
з ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 368, л. 39, 41.
4 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 14, д. 7, л. 9.
170


работке в синтетические бензины и легкие масла; подмосковные глины — сырьем для силикатно-керамической промышленности и для получения окиси алюминия; а некоторые пески — стекольным сырьем»1.
Еще большее значение придавалось Кузнецкому угольному бассейну с его огромными запасами высококачественного угля, равными по своей величине запасам пяти Донбассов. На эти неисчерпаемые запасы угля в Западной Сибири и железной руды на Урале указывал еще В. И. Ленин, который, считал, что «разработка этих естественных богатств приемами новейшей техники даст основу невиданного прогресса производительных сил»1 2.
По указанию В. И. Ленина, Высший Совет Народного Хозяйства уже в 1918 г. начал совместную с сибирскими организациями разработку проблемы комплексного использования железорудных богатств Урала и угольных запасов Кузнецкого бассейна. Осуществлению этого помешали лишь начавшиеся гражданская война и интервенция. В годы социалистической индустриализации партия снова вернулась к этой проблеме. Для широкого промышленного использования уральской железной руды и коксующихся кузнецких углей на их базе был построен гигантский Урало-Кузнецкий металлургический комбинат.
Большой интерес представляет вопрос о концентрации каменноугольной промышленности. Мы уже указывали на отсталость и сильную распыленность рудничного хозяйства дореволюционной России. Достаточно сказать, что 1200 шахт Донецкого бассейна добывали в 1913 г. только 25 млн. т угля (на каждую шахту приходилось в среднем не больше 21 тыс. т). За исследуемый период была проделана значительная работа по концентрации рудничного хозяйства и, в частности, по строительству мощных, наиболее производительных шахт, по повышению уровня их механизации и т. д. В результате средняя мощность шахты в Донбассе возросла с 21 тыс. т в 1913 г. до 72 тыс. т в 1928/29 г., или в 3 раза 3.
Однако наряду с достижениями в области концентрации шахтного хозяйства и увеличением добычи угля как 1 ЦГАОР, ф. 3429; оп. 14, д. 7, л. 2.
2 В. И. Ленин, Соч. т. 27, стр. 228.
8 См. «СССР за 15 лет>; стр. 46.
471


в целом по промышленности, так и в расчете на каждую шахту имели место и отрицательные стороны в работе угольных шахт за исследуемый период. Ухудшилось, например, качество добываемого на шахтах Донбасса угля. Здесь вследствие недостаточного количества моек при шахтах зольность угля, отправленного в адрес коммерческих потребителей, повысилась за время с 1924/25 г. по 1927/28 г. в следующих размерах (в %) Ч
По марке ПЖ с 9,8 до 12,6
> » ПС » 3,5» 9,6
» » Г » 9,3 » 12,3
» » Д » 12,4 » 15,8
Повышение зольности угля неблагоприятно сказыва- лось на его использовании промышленными предприятиями, особенно металлургическими, где каждый лишний процент золы повышает расход кокса на 2,5% и замедляет производственный процесс. Ввиду этого, а также в силу целого ряда других технологических причин расход кокса в СССР на единицу выплавляемой продукции доменного производства был на 20%. выше, чем в США1 2. При этом нельзя не отметить, что производство кокса в нашей стране сильно отставало в исследуемый период от потребностей, предъявляемых на него металлургической промышленностью.
Как отмечалось в докладной записке к проекту постановления СТО от 20 мая 1929 г., положение с производством кокса в основном коксопроизводящем районе страны — Донбассе приняло угрожающий характер. Старые коксовые печи ввиду недостаточности их числа и ветхого состояния оказались неспособными обеспечить металлургию необходимым количеством кокса. Производственная способность всех коксовых печей, выстроенных до революции в Донбассе, составляла при полной их загрузке не более 3730 тыс. т кокса, тогда как потребность одной лишь южной металлургии исчислялась в 4529 тыс. т3. Строительство новых коксовых печей развертывалось в масштабах, не отвечавших быстрому темпу развития металлургии. Это обусловлива1 См. Г. Д. Бакулев, Развитие угольной промышленности Донец* кого бассейна, стр. 312.
2 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 27, д. 37, л. 68.
з ЦГАОР, ф. 4372, оп. 27, д. 246, л. 26—31.
172


лось, в частности, неполадками в планировании и организации строительства, распылением средств по отдельным разбросанным коксовым установкам при ограниченности размеров их финансирования. При этом строившиеся коксовые установки вступали в строй очень медленно, с большим отставанием от сроков, установленных планом. Так, Рутченковская и Горловская коксовые установки с общей производительностью 820 тыс. т кокса в год были пущены в ход с опозданием — первая на шесть, а вторая на 10 месяцев. Петровская и Ворошиловская коксовые установки были закончены строительством с опозданием более чем на 10 месяцев. Это привело к тому, что стоимость перечисленных установок составила около 70 млн. руб. против 14 млн. руб., предусмотренных планом
Такое резкое расхождение в цифрах плановой и фактической стоимости строительства коксовых установок объясняется неправильным составлением первоначальных смет, не учитывавших всей совокупности сооружений, входивших в состав каждой установки, и других крупных затрат. Так, смета строительства Горловской коксовой установки оказалась неправильной вследствие:
а) невключения в нее стоимости углемойки — около 5 млн. руб., котельной— 1 млн. руб., затрат на расширение подъездных путей и т. д., всего на 7,6 млн. руб.;
б) недоучета кубатуры и стоимости строительных и монтажных работ в размере около 3 млн. руб.;
в) недоучета размера фрахта и пошлин на импортированное оборудование в пределах около 2 млн. руб.1 2
На повышение стоимости строительства и медленный ввод в эксплуатацию коксовых установок влияли также и плохая подготовленность к строительству объектов и, в частности, неудовлетворительное снабжение работ стройматериалами и механизмами, проектами и рабочими чертежами, что вызывало излишнюю переброску рабочих с одного участка на другой, прекращение работ на одном участке и форсированное их ведение на другом. Все это вызывало переплаты по сверхурочным, повышало стоимость строительства и нарушало сроки ввода в эксплуатацию коксовых установок.
1 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 27, д. 246, л. 26—31.
2 Там же.
173


ДорогоЁизйа й Медленный ввод в эксплуатацию строившихся объектов дополнялись еще и неувязками по линии снабжения их каменноугольным сырьем, отсутствием планов снабжения, согласованных с планами добычи угля в Донецком бассейне и разработанных по районам, пластам, сортам и маркам, применительно к индивидуальному снабжению каждой коксовой установки в отдельности. Именно поэтому Рутченковские печи были пущены без заранее проработанной и испытанной шихты. А коксовые печи при заводе им. Ворошилова, расположенные в центре коксующихся углей, были сориентированы на снабжение углем с шахт, отстоящих на 150 км, что влекло к удорожанию транспортировки угля, а в связи с этим и повышению стоимости кокса на 2 р. 50 к. на 1 т, или на 1 млн. руб. в год
Отмеченные недостатки в коксовом производстве не могли не сказаться отрицательно на ходе развития каменноугольной промышленности, на темпах и уровне снабжения коксовым углем металлургической промышленности. Но усилиями партии, рабочего класса и всего советского народа эти недостатки, как и многие другие, были успешно устранены. Каменноугольная промышленность продолжала набирать темпы своего развития, технического преобразования и реконструкции.
Результаты технической реконструкции в угольной промышленности сказались на значительном росте производительности труда. Так, среднегодовая выработка на одного рабочего выросла за первые годы индустриализации немногим меньше чем в 2 раза, составив по отношению к 1925 г. 183,8%. Однако если сравнить рост среднегодовой выработки на одного рабочего с ростом общей добычи угля (составившей в 1929 г. 228,1% по отношению к 1925 г.), то виден разрыв в динамике этих двух показателей. Та же картина получается и при сравнении с довоенным уровнем. При общем увеличении угледобычи на 31,9% производительность труда в 1929 г. увеличилась всего лишь на 4%. В чем же тут дело, почему по выработке на одного рабочего мы имели за исследуемый период значительно меньший рост, чем по продукции в целом?
1 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 27, д. 246, л. 26—31.
174


Объясняется это тем, что каменноугольная промышленность не использовала до конца тех технических сдвигов, которые имели место уже в первые годы индустриализации; рост численности рабочих значительно опережал рост выработки. Отсутствие четкой организации труда, обезличка и уравниловка в заработной плате (насаждавшиеся в свое время профсоюзными деятелями типа Томского) порождали текучесть рабочей силы, незаинтересованность рабочих в уплотнении своего рабочего дня, в повышении производительности труда. Некоторые руководители недоучитывали всей сложности организации производства в каменноугольной промышленности и всей ответственности борьбы за максимальное использование реконструированной и обновленной техники. Они игнорировали то обстоятельство, что социалистическая техника, открывающая огромные возможности для облегчения труда, не снимает ответственности за его рациональную организацию, а, наоборот, увеличивает эту ответственность, требует более квалифицированного и координированного руководства каждым звеном, каждой бригадой.
Каменноугольная промышленность, представляя собой сложный производственно-технический организм, чрезвычайно болезненно реагировала на каждую техническую и организационную неполадку, влекущую за собой неизбежное снижение добычи угля, а вместе с этим и подрыв топливного баланса страны, со всеми вытекающими отсюда отрицательными последствиями для дела социалистической индустриализации. Именно поэтому каменноугольная промышленность с ее основным и решающим центром — Донбассом была избрана врагами социализма объектом для вредительской и диверсионной деятельности. Ставя своей задачей срыв социалистической индустриализации, вредители прежде всего старались дезорганизовать и разрушить каменноугольную промышленность Донбасса, как основную и решающую топливную базу нашей страны. Как показал процесс над вредительской организацией Шахтинского района Донецкого бассейна (1928 г.), вредители под предлогом «отбора» и «концентрации» рудничного хозяйства закрывали лучшие шахты Донбасса, а там, где это не удавалось, организовывали взрывы, затопления шахт и т. д.
175


Такую же борьбу вели йрёдйтёли протий механизации угольного хозяйства, держа курс на срыв этого важнейшего мероприятия, проводимого партией и правительством. Причем там, где нельзя было сорвать механизацию прямо, они срывали ее путем диспропорциональной механизации. В известной мере этим объясняется некомплексность механизации угольных шахт, где добыча угля механизированным способом составляла в 1927/28 г. 25,4%, откатка — 3,8%, а погрузка и того меньше — 2,5%
Диспропорциональная механизация является, как известно, серьезной помехой в работе угольной промышленности, резко влияющей как на общую добычу угля, так и на производственную деятельность каждого в отдельности рабочего. Произведенное в 1929 г. обследование двух рудоуправлений Донбасса (Голубовского и Первомайского) показало, что там, где была проведена комплексная механизация, производительность труда была выше по сравнению с производительностью труда на участках с некомплексной механизацией 1 2:
Рудсуиравлен! е
При механизации одной выемки
При комплексной механизации
суточная добыча угля
(в т)
штат (чел.)
производительность 1 рабочего
суточная добыча угля
(в т)
штат (чел.)
производительность 1 рабочего
Голубовское . . .
396
306
1,29
711
299
2,38
Первомайское . .
730
500
1,46
1140
343
3,22
На Голубовском рудоуправлении она была выше на 84%, на Первомайском — на 127%.
Комплексная механизация производственных процессов не только ведет к повышению производительности труда, но вместе с этим и экономит огромные средства, снижая затраты на каждую тонну добытого угля. В тех случаях, где добыча угля производилась полуме- ханизированным или преимущественно ручным спосо1 ЦГАОР, ф. 374, оп. 1, д. 485, л. 123.
2 Там же, л. 124.
176


бом, там стоимость каждой тонны добытого угля (включая и накладные расходы) составляла в 1927/28 г. 471 руб., а при комплексной механизации — на одну треть меньше. Это позволило получить в 1927/28 г. только по Донбассу приблизительно 2 млн. руб. экономии.
Однако в большинстве угольных бассейнов страны и, в частности, в Подмосковном механизация добычи угля была в исследуемый период на очень низком уровне. Так, например, в 1927/28 г. процент механизированных работ составлял всего лишь 1,5, а в 1928/29 г.— 5% к общему объему работ по добыче угля
Технический уровень шахт Подмосковного бассейна был намного ниже технического уровня шахт Силезского бассейна (Германия). Эти бассейны по характеру залегания угля и его сортности во многом схожи. В то же время на шахтах Подмосковного бассейна производительность труда была намного ниже, а себестоимость Г т угля — намного выше. Себестоимость 1 т угля в буроугольных шахтах Германии колебалась в 1928/29 г. от 2 до 3 руб., а на шахтах Верхней Силезии — от 3 до 4 руб., в Подмосковном бассейне она составила 5 р.50к. В Подмосковном бассейне производительность одного подземного рабочего в смену равнялась 1,42 т, а зарплата — 3 р. 32 к. на 1 т угля, в Силезском бассейне при производительности подземного рабочего в 4,2 т средняя зарплата на 1 т составляла всего лишь 90 коп.1 2 Это значит, что на каждую тонну добытого в Подмосковном бассейне угля расходовалось зарплаты в 3,6 раза больше, чем в Силезском бассейне. Отсюда не только более высокая себестоимость Подмосковного угля, но и более низкий уровень накопления. Это сказывалось на финансовом положении «Москвоугля», которое к началу 1929 г. оказалось крайне напряженным. Как указывалось в докладе планово-финансового отдела ВСНХ РСФСР, «Москвоуглю» приходилось затрачивать свои оборотные средства на капитальные работы, не финансировавшиеся в достаточной степени из нормальных источников, т. е. из источников накопления3.
1 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 14, д. 7, л. 53.
2 Там же.
3 Там же, л. 44.
12 Очерки по истории 177


Таким образом, экономическая эффективность труда в угольной промышленности находится в прямой зависимости от уровня и характера его механизации. Именно поэтому проблема механизации и комплексной механизации, технического перевооружения угольной промышленности была в центре внимания нашей партии. И не случайно, что вокруг этой проблемы устраивались всякого рода козни врагами социалистической индустриализации, пользовавшимися слабой технической и экономической подготовленностью наших хозяйственных кадров.
Центральный Комитет нашей партии, вскрывая в своем решении (в апреле 1928 г.) причины шахтинского вредительства, указал, как на одну из причин этого вредительства, на слабость наших хозяйственно-технических кадров, особенно руководящих, роль которых была сведена к общему руководству, к подписыванию бумаг и т. д. Именно поэтому Центральный Комитет нашей партии потребовал тогда от наших хозяйственников оперативного, технически грамотного руководства, изучения техники производства.
Развернув широкую подготовку производственнотехнической интеллигенции из рядов рабочего класса, организовав массовое выдвижение на руководящие должности наиболее квалифицированных и преданных делу социализма людей, партия справилась с ликвидацией последствий вредительства и организовала борьбу за быстрое развитие каменноугольной промышленности.
* * *
Нефтяная промышленность по своему огромному народнохозяйственному значению, так же как и каменноугольная промышленность, всегда была в центре внимания нашей партии и правительства. Оно и понятно, нефтяная промышленность, являясь крупнейшей топливной базой страны, удовлетворяющей растущие из года в год потребности в жидком топливе, особенно со стороны таких отраслей машиностроения, как тракторное, автомобильное, авиационное и т. д., была в то же время отраслью, работавшей на экспорт. Нефть — одна из важнейших статей нашего экспорта, являвшегося одним из существенных источников социалистического накопле178


ния. Экспорт нефти составил в 1927/28 г. около четверти всей нефтедобычи СССР, превысив по своим размерам экспорт 1913 г. почти в 3 раза Ч
Именно поэтому в нефтяной промышленности был не только раньше, чем в других отраслях народного хозяйства, достигнут довоенный уровень, но и начата перестройка производственно-технического аппарата на основе более высокой и современной техники как в области бурения, так и в области эксплуатации скважин.
Уже в 1925 г., т. е. на исходе восстановительного периода, коэффициент обновления основных фондов достигал в нефтяной промышленности 18,3 против 3,6 в металлической, 4,8 в химической, 6,7 в электротехнической и т. д. В конце же исследуемого периода, т. е. в октябре 1929 г., коэффициент обновления основных фондов в нефтяной промышленности составлял 78,2 против 36,9 в металлической, 46,7 в электротехнической, 56,2 в химической 1 2.
За 1926—1929 гг. в реконструкцию нефтяной промышленности было вложено около 600 млн. руб., из них: на расширение буровых и разведочных работ — около 240 млн. руб., на новое строительство, рационализацию и капитальный ремонт — примерно столько же3.
Благодаря развернувшейся технической реконструкции нефтяная промышленность не только увеличила коэффициент обновления основных фондов, но и значительно подняла общую мощность своего производственно-технического аппарата. За первые годы социалистической индустриализации основные фонды нефтяной промышленности увеличились больше чем в 1,5 раза, а мощность двигателей и электромоторов, обслуживающих рабочие машины нефтеперерабатывающей промышленности,— на 300%. В связи с этим процент электрификации нефтяных скважин за эти годы возрос до 97,5 против 71 в 1925/26 г.4
Нефтяная промышленность обогатилась за это время новыми важнейшими предприятиями, значительно укрепившими ее производственно-техническую базу. Мы 1 См. «Контрольные цифры развития народного хозяйства СССР на 1928/29 г.», стр. 392.
2 См. «СССР за 15 лет>, стр. 44.
з ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 388, л. 64.
4 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 117, д. 1151, л. 7.
12*
179


Имеем в виду сооружение в Ёатуми нефтеперегонного завода, нефтепровода Грозный—Туапсе, головного участка нефтепровода Баку — Батуми и другие1.
О результатах происшедших в нефтяной промышленности технических сдвигов можно судить по приводимым ниже данным о темпах роста добычи и переработки нефти.
Продукция нефтяной промышленности (в тыс. т) •
Годы
Добыча нефти
Производство
продуктов переработки нефти
бензин
керосин
смазочные масла
1913
9 234,1
156,3
1520,5
337,4
1924/25
6 985,9
363,0
1029,9
164,8
1925/26
8 246,0
538,1
1197,5
228,8
1926/27
10 198,8
712,0
1589,6
299,7
1927/28
11 381,5
881,8
1912,0
331,1
1928/29
13 398,8
1198,8
2319,1
371,1
По всем показателям: по добыче нефти, по выработке бензина, керосина и смазочных масел — советская нефтяная промышленность сделала весьма заметные успехи. По добыче нефти уровень 1913 г. был значительно превзойден уже в 1926/27 г. В 1928/29 г. добыча нефти возросла по сравнению с довоенным уровнем в 1,5 раза, а с уровнем 1924/25 г.— почти в 2 раза.
По темпам добычи нефти советская нефтяная промышленность превзошла не только довоенную Россию, но и целый ряд других стран, где нефтяная промышленность представляла собой наиболее развитую отрасль промышленности. Если взять 1925 г. за 100%, то добыча нефти в 1929 г. составила в СССР 200%, в США—138, в Иране— 130, в Мексике — 37% 1 2 3.
Таким образом, не только слабо развитые в экономическом отношении страны: Иран и Мексика (хотя и в этих странах нефтяная промышленность, развиваясь 1 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 374, л. 156.
2 См. «Социалистическое строительство СССР», 1934, стр. 88.
3 См. «Нефтяная промышленность СССР в цифрах», М.—Л., 1935, стр. 160.
180


в основном на концессионных началах, представляла собой вполне развитую отрасль капиталистической промышленности), но даже такая классическая страна мирового капитализма, как США, оказалась позади СССР по темпам развития нефтяной промышленности.
Существенное значение в развитии нефтяной промышленности имеет правильное географическое размещение, основанное на более равномерном и более рациональном использовании нефтяных месторождений страны. До революции 83,1% общей добычи нефти приходились на Бакинский и 14,4%—на Грозненский и Эмбинский районы. Уже в первые годы социалистической индустриализации произошли существенные изменения. Удельный вес Грозненского и Эмбинского районов в общесоюзной добыче нефти повысился в 1928 г. до 33,6%, а Бакинского снизился до 65,2 %Ч
За эти годы большие изменения произошли в технике и технологии добычи и переработки нефти. Благодаря проведенным в первые годы социалистической индустриализации техническим усовершенствованиям было организовано производство таких продуктов, которых либо не знала дореволюционная нефтяная промышленность России, либо производила их в крайне ограниченных размерах. К их числу следует отнести, например, нефтяной газ, добыча которого совершенно отсутствовала в дореволюционной России. Впервые добыча газа была организована в 1924/25 г. за счет утилизации его из нефтяных скважин. К концу 1928/29 г. она составила 294,9 тыс. т против 127 тыс. т в 1924/25 г.
Производство такого важного и крайне необходимого в народном хозяйстве продукта, как бензин, увеличилось в 1928/29 г. по сравнению с довоенным уровнем более чем в 7 раз. В последние годы исследуемого периода впервые в нашей стране было организовано массовое производство новых продуктов: парафина, асфальта, нефтяного кокса, лигроина, высококачественных автомобильных масел и т. п.
В связи с ростом нефтеперерабатывающей промышленности, особенно установок, вырабатывающих светлые продукты, общий процент переработанной нефти составил в 1928/29 г. 80,5 (к общей добыче
1 См. «Вопросы истории народного хозяйства СССР», М., АН СССР, 1957, стр. 487.
181


нефти) против 61,7 в 1913 г. и 70,9 в 1924/25 г. Еще больший процент переработки нефти дала Грознефть (91,2) и Майкопнефть (92,0) Ч
В каком же направлении шла рационализация и техническая реконструкция нефтяного хозяйства?
Прежде всего нужно сказать о внедрении в нефтяную промышленность наиболее передовых способов добычи нефти. Одним из таких наиболее совершенных способов добычи нефти явилась глубоконасосная система, пришедшая на смену малопроизводительной и малорентабельной желоночной системе эксплуатации скважин.
Глубоконасосная эксплуатация скважин отличается от устаревшей желоночной эксплуатации тем, что она несет с собой полную механизацию процесса добычи нефти, устраняя при этом тяжелый и малопроизводительный труд тарталыциков. Внедрение этой системы эксплуатации скважин привело не только к резкому сокращению обслуживающего скважину рабочего персонала (с 1924 по 1929 г. число обслуживающих рабочих по промыслам Азнефти сократилось более чем в 2 раза), но и к значительному снижению эксплуатационных расходов по добыче нефти и росту производительности труда. Достаточно сказать, что если в 1924/25 г. эксплуатационные расходы составляли на одну действующую скважину (по Азнефти) 1904 руб., то уже в 1929 г. они снизились больше чем на половину, составив 935 руб. Производительность труда выросла. Добыча нефти на одного рабочего составила в 1929 г. 656,4 т против 351,4 т в 1913 г. и 236,9 т в 1924/25 г.1 2
Вслед за внедрением в работу нефтяной промышленности глубоконасосной системы эксплуатации скважин был сделан шаг к применению на нефтедобывающих промыслах другого, не менее экономичного и производительного способа нефтедобычи — компрессорного. Этот способ, основанный на действии сжатого воздуха, поступающего с компрессорной станции к скважине, обеспечил нефтедобывающей промышленности дальнейшее увеличение добычи нефти при одновременном увеличении производительности труда и снижении себестоимости нефти.
1 См. «Нефтяная промышленность в цифрах», стр. 80—81.
2 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 117, д. 1151, л. 7.
182


В связи с внедрением в нефтяную промышленность глубоконасосного и компрессорного способов эксплуатации скважин удельный вес добываемой этими способами нефти поднялся с 5% в 1913 г. до 50 с лишним процентов в 1928/29 г. Резко сократилась желоночная (тар- тальная) добыча, удельный вес которой снизился с 90,6% в 1913 г. до 3,4% в 1928/29 г.1
Переход к глубоконасосной и компрессорной системе эксплуатации скважин знаменует собой важный шаг по пути технической реконструкции нефтяной промышленности. Это обеспечило не только количественный рост нефтедобычи, но и значительные качественные сдвиги в области эксплуатации скважин, уменьшение диаметра и герметизация которых дали возможность улавливать ценнейшие продукты нефтедобычи (газ, бензин и др.). Между тем при старой, открытой системе эксплуатации скважин (посредством тартания) эти ценнейшие продукты почти целиком улетучивались. Особенно это относится к фонтанной добыче нефти, которая была господствующей в дореволюционной России. Это был образец примитивного, хищнического способа эксплуатации скважин. Примитивность этого способа заключалась в том, что действовавшие фонтаны нефти были совершенно открыты и нефть, собиравшаяся в открытые амбары, в значительной своей части (до 25%) либо испарялась, либо впитывалась в землю. Такой ценный продукт, как бензин, в значительной мере улетучивался, а нефтяной газ, содержащийся в продукции фонтанирующей скважины (в пределах до 15%), исчезал вовсе.
Наряду с внедрением новых способов в исследуемый период была проведена огромная работа по техническому усовершенствованию и рационализации фонтанного способа эксплуатации скважин. Более рациональное использование этого способа добывания нефти, путем регулирования струи нефти, позволило работникам нефтяной промышленности улавливать значительную часть выбрасываемой фонтанирующей скважиной нефти, повышая таким образом выход бензина и других светлых продуктов. Выход бензина благодаря рационализации фонтанной добычи нефти повысился (по Азнефти) с 0,9% в 1923/24 г. до 5,7% в 1928/29 г.
1 См. «Социалистическое строительство СССР», 1935, стр. 159,
183


В связи с ограниченностью запасов, а также истощением некоторых нефтеносных пластов перед советскими нефтяниками встал вопрос о применении не только указанных выше методов добычи нефти, но и таких, которые позволяли бы извлекать всю нефть без остатка как из богатых, так и из бедных пластов, в том числе и из истощенных. К таким методам добычи нефти, особенно в части добычи ее из истощенных пластов старых нефтяных районов, директорат нефтяной промышленности Главгортопа ВСНХ относил1:
1. Применение вакуума на пласт.
2. Нагревание пласта.
3. Применение давления и накачивания в пласт воздуха и газа.
4. Накачивание в скважины воды и вымывание ею нефти из пласта. Для такого вымывания применялась вода, содержащая в растворе некоторые химические вещества, как например щелочь, для понижения вязкости нефти и для более легкого ее выкачивания из пласта.
5. Расширение забоя скважины.
6. Рудничный способ добычи нефти шахтами и штольнями, а также извлечение нефтеносного песка на поверхность и выборка из него нефти и т. д.
Многие из этих методов, широко использовавшихся за границей, и в частности в США, начали применяться и в СССР, что дало свои положительные результаты как в области увеличения добычи нефти, так и в организации рационального использования имеющихся в СССР запасов нефти.
Огромное, если не решающее, значение в техническом перевооружении нефтяной промышленности имеет электрификация промыслов. В этом деле достигнуты были огромные успехи. На смену паровой машине и двигателю внутреннего сгорания пришел электромотор. Процент нефти, добытой в 1928/29 г. из скважин, обслуживаемых электромоторами, достигал в среднем по СССР 95,3 против 75 в 1924/25 г. По Грознефти он поднялся с 29,7 до 87,4.
Серьезное техническое перевооружение было проведено в эти годы в области самого бурения. На этом важнейшем участке эксплуатационной деятельности 1 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 375, л. 225.
184


нефтяной промышленности была проведена максимальная замена малопроизводительного ударного способа (который был господствующим в дореволюционной России) наиболее совершенными способами — вращательным и частично турбинным, принесшими с собой колоссальное ускорение и удешевление буровых работ.
Удельный вес буровых работ, выполненных различными способами 1
Способы бурения
Годы
1913 |
1925/26 1
1926/27
1927/28 |
1928/29
Вращательный . .
2.0
50,3
57,6
70,7
78,8
Ту| бинный . . .
—
0,5
1,1
2,0
2,4
Ударный ....
98,0
49,2
41,3
27,3
18,8
Вращательный способ бурения, получивший за границей, особенно в США, широкое распространение (в 1911 г. он был господствующим на американских промыслах), был заслуженно признан наиболее передовым и совершенным способом бурения, резко повышающим производительность труда и ускоряющим сроки бурения нефтяных скважин. Советская нефтяная промышленность, переняв у американцев метод вращательного бурения, широко использовала его на своих промыслах. Как показывает приведенная выше таблица, удельный вес вращательного бурения повысился с 50,3% в 1925/26 г. до 78,8% в 1928/29 г.
Осуществляя техническую реконструкцию, нефтяная промышленность СССР не остановилась, однако, на достигнутых в области бурения успехах. Она пошла дальше по линии изыскания новых, еще более совершенных способов бурения. Советским ученым Капелюшниковым был изобретен и впоследствии усовершенствован инженером Шумиловым турбинный способ бурения. Достоинство этого способа бурения заключается в том, что он не только технически значительно совершенней вращательного и тем более ударного, но и значительно производительней их. Скорость бурения скважин турбинным спосо1 См. «Социалистическое строительство СССР», 1934, стр. 91.
185


бом на 60% выше скорости бурения вращательным способом.
Проведенная в нефтедобывающей промышленности техническая реконструкция сказалась не только на темпах развития вращательного и турбинного способов бурения (при помощи этих способов в 1928/29 г. выполнялось уже более 80% всего объема буровых работ), но и на росте производительности труда и снижении стоимости бурения. В 1927/28 г. скорость проходки скважины возросла против довоенного времени почти в 1,5 раза, а в 1928/29 г. она превысила довоенный уровень больше чем в 2 раза
Значительно снизилась стоимость буровых работ. В 1926/27 г. стоимость бурения 1 м скважины составляла (на Бакинских промыслах) при ударном бурении 295 руб. С внедрением же вращательного и частично турбинного способов бурения она была снижена в том же 1926/27 г. до 165 руб. С развитием и дальнейшим совершенствованием способов бурения стоимость буровых работ неуклонно снижалась и уже в 1928/29 г. составляла не больше 130 руб. По промыслам Грознефти стоимость буровых работ на 1 м скважины, выполненных вращательным способом, была ниже стоимости буровых работ ударным способом более чем в 2 раза 1 2.
Осуществляя глубокую техническую реконструкцию в области добычи нефти и бурения скважин, нефтяная промышленность сделала немалые для того времени успехи и в области переработки нефти. Основным достижением было начатое с 1926/27 г. строительство кре- кинг-заводов, имеющих огромное значение для переработки нефти и, в частности, для получения бензина и улучшения качества мазута.
В результате применения новых способов переработки нефти (крекингование) значительно поднялся процент выхода бензина и других светлых нефтепродуктов. По Грознефти процент выхода бензина поднялся в 1928/29 г. до 17 против 10,5 в 1913 г. и 14,6 в 1924/25 г.3
Увеличился объем производства бензина в СССР (выработка бензина увеличилась в 1928/29 г. в несколько 1 См. «Социалистическое строительство СССР», 1935, стр. 160, 162.
2 См. «Основные моменты реконструкции промышленности СССР», М., 1930, стр. 84.
3 Там же.
186


раз против довоенного уровня), вырос объем экспорта бензина, который значительно обогнал экспорт всех других нефтепродуктов.
Экспорт нефтепродуктов 1
Годы
Всех нефтепродуктов (в тыс. т)
В % к 1913г.
В т. ч. бензгн (в тыс. т)
в ’/о к 1913г.
1913
947,7
100
152,2
100
1924/25
1376,4
145,2
271,6.
178,4
1925/26
1517,7
160,1
387,7
254,7
1926/27
2080,8
219,6
586,5
385,3
1927/28
2786,3
294
745,2
489,6
1928/29
3626,4
382,6
962,4
632,3
Значительный рост экспорта нефтепродуктов, особенно таких высокосортных, как бензин, свидетельствует о несомненных успехах в развитии нефтяной промышленности СССР как в области добычи, так и в области переработки нефти.
В нефтяной промышленности в эти годы происходили такие технико-экономические сдвиги, которые способствовали превращению ее из отсталой мазутно-керосиновой отрасли в передовую отрасль советской промышленности.
Правда, переработка нефти и использование ее продуктов в качестве ценнейшего сырья в химической промышленности продолжали еще отставать от требований народного хозяйства и современных достижений мировой науки и техники. Об этом говорит хотя бы то, что из всей добываемой в нашей стране нефти 68% расходовалось на топливо, в то время как в США расходовалось на топливо всего лишь 45% добываемой нефти1 2.
Отставание нашей страны от США в области переработки нефти объясняется не только наличием в США более подходящих для перегонки сортов нефти, но и более высоким техническим уровнем нефтяной промышленности в тот период. Директорат нефтяной промышленности Главтопа ВСНХ докладывал по плану на 1926/27 г.: «Существующие заводы Азнефти и Грознефти сильно изношены. Все они работают более 30 лет, и 1 См. «Нефтяная промышленность СССР в цифрах», стр. 89.
2 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 375, л. 285.
187


только в самые последние годы началось новое строительство на заводах» До этого же значительная часть перегонных кубов и старых батарей либо консервировалась, либо систематически выходила из строя. Выходили из строя старые паровые котлы, перешедшие все допущенные технические сроки работы, приходили в ветхость очистные отделения нефтеперегонных заводов, трубопроводы и резервуары.
Состояние нефтеперегонных заводов в начале реконструктивного периода было настолько неудовлетворительно, что Азнефть вынуждена была до 40% добываемой нефти реализовать на топливо, не направляя ее в переработку1 2.
Только в результате целого ряда радикальных мероприятий, направленных на техническое перевооружение нефтяной промышленности, и, в частности, благодаря сооружению новых и переоборудованию старых нефтеперегонных заводов переработка нефти в нашей стране значительно увеличилась, достигнув к концу исследуемого периода около 80% общесоюзной добычи нефти3 и 100% нефти, добываемой в Эмбинском районе4.
Можно, таким образом, сказать, что развернувшаяся в 1926—1929 гг. техническая реконструкция нефтяной промышленности дала первые довольно ощутимые результаты, послужившие предпосылкой для еще более форсированного и мощного развития нефтяной промышленности нашей страны в дальнейшем. А это способствовало коренному улучшению топливного баланса страны. На основе увеличения добычи каменного угля и нефти топливный баланс нашей страны обнаружил ярко выраженную тенденцию к минерализации. Если в 1913 г. в топливном балансе промышленности и транспорта дрова составляли 25,2% (а в годы гражданской войны 88,2%), то в 1928 г. удельный вес дров упал до 17,4%, а удельный вес минерального топлива поднялся с 73,4% до 78,8% 5.
1 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 375, л. 289.
2 Там же, л. 219.
3 Подсчитано по данным статистического ежегодника «Социалистическое строительство СССР». 1934, стр. 88, и по «Контрольным цифрам народного хозяйства СССР на 1929/30 г.», 1930, стр. 115.
4 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 375, л. 287.
6 См. «Вопросы истории народного хозяйства СССР», стр. 487— 488.
189


♦ * •
При анализе развития топливной промышленности нельзя обойти молчанием и такую отрасль ее, как торфяная. Значение торфа для развития нашей промышленности, и особенно электроэнергетики, определяется не только его удельным весом в топливном балансе (хотя и он увеличился до 3,8% в 1927/28 г. против 1,4% в 1913 г.1), но и тем, что он является наиболее распространенным видом местного топлива, расширение добычи которого является для целого ряда экономических районов важным фактором ослабления их зависимости от дальнепривозного каменноугольного и нефтяного топлива.
Наряду с ослаблением зависимости целого ряда районов от дальнепривозного каменного угля и нефти использование местных непервоклассных видов топлива оказывает непосредственное влияние и на разгрузку транспорта от дальних перевозок топлива, на снижение транспортных издержек, а также на более правильное, рациональное размещение промышленности под углом зрения приближения ее отдельных отраслей к местным топливным базам.
В. И. Ленин высоко оценивал роль торфа в народном хозяйстве. Еще в годы революции, когда основные топливные базы страны (Донбасс и Кавказ) были оторваны от центральных промышленных районов, В. И. Ленин указывал на необходимость широкого использования непервоклассных видов топлива, таких, как торф, для получения электрической энергии с наименьшими затратами на добычу и перевозку его 1 2. По его указанию и в соответствии с разработанным при его участии планом ГОЭЛРО были построены первые крупные электростанции, работающие на торфе: Шатурская с полной проектной мощностью 180 тыс. кет, «Красный Октябрь» — 111 тыс. кет, Балахнинская— 204 тыс. кет и др.3
Необходимость широкого развертывания работ по добыче торфа диктовалась не только напряженностью топливного баланса страны, но и наличием в СССР 1 См. «Итоги выполнения первого пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР», стр. 94.
2 См. В. И. Ленин, Соч., т. 27, стр. 288—289.
3 См. «Итоги выполнения первого пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР», стр. 84.
189


огромных запасов этого дешевого и сравнительно легко добываемого вида топлива. По самым скромным подсчетам, выявленные в исследуемый период запасы торфа определялись приблизительно в 206,7 млрд, т условного топлива, или свыше 70% всех мировых запасов торфа.
В соответствии с решениями партии и правительства на развитие торфяной промышленности были отпущены значительные для того периода средства. Общая сумма капитальных вложений на воспроизводство основных фондов этой отрасли хозяйства составила за три года исследуемого периода около 50 млн. руб., а стоимость основных фондов возросла с 56,9 млн. руб. на 1 октября 1927 г. до 82,9 млн. руб. на 1 октября 1929 г.1
Увеличение капитальных вложений на расширение и обновление основных фондов торфяной промышленности не замедлило сказаться и на ее производственной деятельности — на росте торфоразработок, на увеличении количества добываемого торфа. Уже в 1926 г. было добыто торфа в 2,5 раза больше, чем в 1913 г.1 2 В 1929 г. добыча сухого торфа составила 5,4 млн. т, или в 3 с лишним раза больше, чем в довоенном 1913 г.3
Наряду с увеличением количества добываемого торфа улучшалось и качество работ по его выемке, начали широко применяться багерные устройства, внедряться новый способ добычи торфа — гидравлический.
Но вместе с тем широко использовался и технически мало совершенный, хотя и улучшенный против довоенного машиноформовочный способ. При применении, этого недостаточно механизированного способа торфоразработок доля заработной платы в себестоимости добычи торфа очень велика — 70% 4. Это значит, что доля живого труда в общих затратах на добычу торфа намного превышала долю овеществленного труда, заключенного в машинах и механизмах. Ясно, что при таком невыгодном соотношении затрат труда на добычу торфа нельзя говорить о каких-либо успехах в росте производительности труда, при котором, как говорит Маркс, «доля живого труда уменьшается, а доля прошлого 1 См. «СССР за 15 лет», стр. 66, 72.
2 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 418, л. 332.
3 См. «СССР за 15 лет», стр. 86—87.
4 ЦГАОР, ф. 4372, оп. 5, д. 418, л. 330.
190


труда увеличивается, но увеличивается таким образом, что общая сумма труда, заключающаяся в товаре, уменьшается»
Поэтому достигнутые в развитии торфяной промышленности некоторые успехи в деле увеличения общей массы добываемого торфа объясняются не столько технической оснащенностью этой отрасли промышленности, которая была в то время весьма низкой, и не столько высокой организацией труда, которая была на торфоразработках менее совершенной, чем в других отраслях топливной промышленности, сколько общим увеличением числа рабочих, занятых на торфоразработках.
Специфические условия труда на торфоразработках (сезонность производства, текучесть кадров, их недостаточная техническая подготовленность и пр.) служили, да и сейчас еще служат, помехой в достижении более высоких количественных и особенно качественных показателей, в работе торфяной промышленности.
Металл
Производство металла является основой развития всего народного хозяйства и прежде всего промышленности, изготовляющей орудия и *средства производства.
В этой связи ускоренный темп развития промышленности, производящей металл, является условием успешного осуществления задач социалистической индустриализации, завершения технической реконструкции всего народного хозяйства и укрепления обороноспособности страны.
Осуществление генеральной линии партии на индустриализацию страны упиралось в недостаток железа и стали, низкий уровень развития тяжелой промышленности, и в первую очередь отраслей, производящих орудия и средства производства. Основной причиной такого неудовлетворительного положения на металлическом фронте была неимоверная отсталость дореволюционной металлургии, которая перешла в наследство пролетарскому государству. По поводу этой отсталости В. И. Ленин с горечью писал: «Относительно железа —
1 К. Маркс, Капитал, т. III, 1955, стр. 271.
191


одного из главных продуктов современной промышленности, одного из фундаментов, можно сказать, цивилизации— отсталость и дикость России особенно велики»1.
Но эта отсталость в уровне развития металлургической промышленности дореволюционной России была доведена до еще больших размеров в результате империалистической и гражданской войн. О степени разрушения металлургической промышленности в результате этих войн В. И. Ленин говорил на IX съезде Советов следующее: «Наше положение особенно тяжело. Мы производим каких-нибудь, может быть, 6% того, что производили в довоенное время. Вот до какого разорения, до какой нищеты империалистическая война и гражданская война довели Россию» 1 2.
Черная металлургия, претерпевшая наиболее глубокие разрушения, восстанавливалась значительно медленней, чем другие отрасли тяжелой промышленности. Довоенный уровень был достигнут в ней лишь к концу исследуемого периода.
Еще в 1928 г. производство чугуна составляло в СССР только 78% от довоенного уровня3, в то время как потребность в металле в связи с ростом капитального строительства, машиностроения и т. д. возрастала с каждым днем. Образовалась явная диспропорция между производством металла и спросом на него со стороны народного хозяйства.
Объявив строжайшую экономию в расходовании металлов и прибегнув, в частности, к замене их на строительных работах другими материалами (графитом, черепицей и т. д.), партия организовала также массовый сбор лома старого чугуна, железа и других отходов металлургического производства для переработки и переплавки.
Однако этих мер борьбы с металлическим голодом было недостаточно. Нужно было решать эту проблему социалистического строительства самым радикальным образом — глубокой технической реконструкцией черной металлургии, расширением ее технической базы и на этой основе форсированным развитием ее производства. Для 1 В. И. Ленин, Соч., т. 19, стр. 276.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 33, стр. 142—143.
3 См. «Промышленность СССР>, М. 1957, стр. 107.
192


поднятия, а затем форсированного развития черной металлургии необходимо было приложить не только максимум волевых усилий, но и мобилизовать огромные материальные средства.
После решений XIV партконференции, признавшей «постройку новых заводов металлопромышленности первоочередной задачей» \ и соответствующих решений ЦК нашей партии (февраль 1927 г., август 1929 г. и т. д.) металлопромышленность нашей страны, и в первую очередь черная металлургия, вступила в новую историческую полосу своего развития. На строительство новых и реконструкцию старых заводов вложено было за исследуемый период около 450 млн. руб., или более 9% всех капитальных вложений в цензовую промышленность СССР. По темпам роста капитальных вложений черная металлургия обгоняла все другие отрасли тяжелой промышленности, не говоря уже о легкой индустрии. За один только 1928/29 г. вложения в черную металлургию составили более 180 млн. руб., или в 2 раза больше, чем в 1926/27 г., и в 3,5 раза больше, чем в 1925/26 г.1 2 На эти средства началось коренное обновление материально- технической базы черной металлургии, и в частности сооружение гигантов черной металлургии — Магнитогорского, Кузнецкого и Запорожского заводов.
В результате развернувшегося в первые годы социалистической индустриализации капитального строительства в черной металлургии ее основные производственные фонды оценивались на 1 октября 1929 г. в 789,6 млн. руб., из них 240 млн. руб. приходилось на вновь созданные фонды, в частности сооружение Керченского завода 3.
Но технические сдвиги в черной металлургии происходили не только за счет строительства новых заводов, которое особенно интенсивно началось лишь в последние годы исследуемого периода, но и за счет реконструкции старых заводов, в частности заводов «Югостали», путем 1 «КПСС в резолюциях...:», ч. II, 1953, стр. 42.
2 См. «СССР за 15 лет», стр. 43.
3 Стоимость основных фондов черной металлургии на 1 октября 1929 г. дается по статистическому сборнику «СССР за 15 лет», стр. 64—65, остальные данные — по материалам ЦГАОР, ф. 3429, оп. 118, д. 586, л. 18—19.
13 Очерки по истории
193


модернизации их оборудования, усовершенствования конструкций доменных и мартеновских печей, обновления отдельных частей прокатных станов и т. д.
Несмотря на то что процесс воспроизводства основных фондов черной металлургии требует значительно большего времени и экономический эффект их реконструкции сказывается несколько медленней, чем, скажем, в нефтяной или каменноугольной промышленности, тем не менее капитальное строительство, развернувшееся в черной металлургии в первые годы социалистической индустриализации, оказало свое благотворное влияние на весь ход развития этой отрасли промышленности в указанный период.
Достаточно сказать, что наряду с ростом стоимости основных производственных фондов, которая увеличилась за 1926—1929 гг. почти на 30% заметно повысилась общая техническая оснащенность черной металлургии, что нашло свое выражение в росте действующего оборудования и повышении энерго- и электровооруженности труда. Количество доменных и мартеновских печей увеличилось за четыре года (с 1926 по 1929 г.) почти на одну треть, количество прокатных станов — на 16%, бессемеровских конвертеров — на 29,2% и т. д.
Мощность двигателей, обслуживающих рабочие машины, возросла с 381,5 тыс. кет в 1926 г. до 562 тыс. кет в 1929 г. Общее потребление электроэнергии увеличилось за это же время почти в 2 раза. Это привело к резкому повышению коэффициента электровооруженности труда, который составил в 1929 г. по отношению к 1926 г. 137% 1 2.
Происшедшие в исследуемый период технические сдвиги в черной металлургии оказали свое непосредственное влияние и на увеличение выплавки чугуна и стали, производства проката и т. д.
Еще в 1928 г. черная металлургия значительно отставала по производству чугуна и проката от уровня 1913 г. и только по стали этот уровень был незначительно пре- - взойден. Зато в 1929 г. довоенный уровень был превзойден не только по стали, но также и по чугуну и прокату. (См. таблицу на стр. 195).
1 См. «Социалистическое строительство СССР», 1934, стр. 98.
2 Там же, стр. 99, 101.
194


Производство чугуна, стали и проката в СССР (в тыс. т)1
Виды продукции
Годы
1929 г.
в »/ок:
1913 | 1924
1925
1926
1927
| 1928 | 1929
1913 г.
1925 г.
Чугун ....
4216
670
1309
2203
2961
3282
4021
95
307
Сталь ....
4231
993
1868
2911
3592
4251
4854
115
260
Прокат ....
3509
690
1390
2259
2762
3433
3930
112
282
1929 год явился, таким образом, историческим годом в развитии черной металлургии. В этом году был не только достигнут, но и значительно превзойден, особенно по производству стали и проката, уровень 1913 г. Что же касается уровня 1925 г., как исходного года периода борьбы партии за социалистическую индустриализацию страны, то он, как это видно из приведенной выше таблицы, превышен в несколько раз.
Это обстоятельство заслуживает исключительного внимания, ибо оно говорит о том, что черная металлургия увеличила свое производство в срок, значительно меньший, чем это требовалось металлургии наиболее развитых капиталистических стран. За эти годы советская черная металлургия увеличила объем своего производства (в ценах 1926/27 г.) почти в 4 раза — с 222 млн. руб. в 1924 г. до 875 млн. руб. в 1929 г.1 2 Один лишь годовой прирост продукции 1929 г. равен полугодовой продукции всего 1925 г. и почти в 10 раз превосходит годовую продукцию 1920 г.3
Темпы, которыми развивалась черная металлургия, со всей наглядностью показывают линию крутого подъема производства советской черной металлургии. Если в 1927 г. прирост продукции черной металлургии составил к предыдущему году 11%, то уже в 1928 г. он поднялся до 16, а в 1929 г.— до 20,4% .
Коммунистическая партия мобилизовала на борьбу за металл не только огромные материально-технические ресурсы, но и неисчерпаемую творческую инициативу рабочего класса, развернувшего всенародное соревнование на фронте социалистического строительства, и в частности 1 См. «Промышленность СССР», стр. 106—107.
2 См. «СССР за 15 лет», стр. 83.
3 Там же, стр. 82—83.
13* 195


на одном из его решающих участков — в черной металлургии. Социалистическим соревнованием и ударничеством было охвачено к концу 1929 г. до 75% всех рабочих черной металлургии. Такой мощный трудовой подъем, помноженный на обновленную и значительно реконструированную технику, помог черной металлургии добиться крупных успехов в самом важном и решающем вопросе социалистического строительства — в вопросе повышения производительности труда. За исследуемый период производительность труда была увеличена больше чем в 1,5 раза, составив в конце 1929 г. 110,2% от уровня 1913 г. 1 При этом характерно, что рост производительности труда значительно обгонял рост энерговооруженности труда, выросшую за исследуемый период примерно на 19%, в то время как производительность труда возросла на 55%.
Динамика производительности и энерговооруженности труда в черной металлургии 2
Показатели
1926 г.
1927 г.
1928 г.
1929 г.
Среднегодовая выработка на одного рабочего в руб. (в ценах 1926/27 г.) . .
3391
3410
3793
4198
Энерговооруженность труда в квт-ч
4,03
4,04
4,73
4,79
Несмотря на то что приведенные данные о динамике производительности и энерговооруженности труда выражают в основном одну и ту же тенденцию, тенденцию непрерывного роста, тем не менее в этом росте нельзя не заметить совершенно различных темпов, неодинаковых количественных показателей.
В чем же тут дело? А в том, что рост производительности труда обусловливается не только степенью технической оснащенности предприятий, но и «степенью искусства рабочего, уровнем развития науки и степенью ее технологического применения, общественной комбинацией производственного процесса, размерами и эффективностью средств производства...» 1 2 3 и другими факторами, связан1 См. «СССР за 15 лет», стр. 98.
2 Там же, стр. 42, 96—97.
3 К. Маркс, Капитал, т. I, 1955, стр. 46.
196


ными с характером организации труда и степенью творческой активности самих рабочих, их готовностью овладеть техникой и выжать из нее максимум того, что она может дать. Без рассмотрения этого единства техники и процессов организации труда трудно было бы понять закономерности роста производительности труда на предприятиях с различными уровнями механического оснащения.
Зависимость производительности труда от степени его технической оснащенности может быть проиллюстрирована на примере предприятий южной металлургии, разбитых на 3 группы по степени обновления основных фондов, а следовательно, и по уровню их технической оснащенности
Группы предприятий по •/<, обновления основных фондов
•/• обнов- ления основных фондов
1928/29 г. в •/. к 1927/28 г.
производительность труда
энерговооруженность труда
1-я группа . . .
21,5
106,7
98,5
2-я » ...
31,2
113,5
110,2
3-я » ...
33,4
123,9
119,2
Приведенные данные говорят о том, что на предприятиях с наибольшим процентом обновления основных фондов производительность труда в 1928/29 г. выросла по сравнению с предыдущим годом значительно больше, чем на предприятиях с меньшим процентом обновления основных фондов. Вместе с тем из приведенных данных вырисовывается и другая весьма важная закономерность, а именно: во всех трех группах предприятий, в том числе и в той из них, где процент обновления основных фондов не превышал 21,5%, производительность труда росла быстрее, чем энерговооруженность труда.
А это значит, что при анализе роста производительности труда должна учитываться не только степень его технической оснащенности, но и методы его организации, характер социалистического способа производства, порождающий у советского рабочего личную и общественную заинтересованность в повышении эффективности своего
1 См. «Основные моменты реконструкции промышленности СССР», стр. 113.
197


Тгруда, в увеличении размеров всего общественного производства.
Марксистско-ленинская политическая экономия доказала, а практика социалистического строительства в СССР подтвердила, что техника социалистического производства в сочетании с передовыми формами организации труда способна в минимальный отрезок времени обеспечить максимум производственной эффективности. Свидетельством этого является то, что советский доменщик в течение примерно 7-часового рабочего дня производил в 1927/28 г. значительно большее количество, чем дореволюционный доменщик, вооруженный в основном такими же орудиями труда и работавший 11 —12 часов в день. Если учесть огромную разницу в длительности рабочего дня, имевшую место в дореволюционной России и в СССР в 1927/28 г., то выработка советского доменщика в пересчете на одинаковую длину рабочего дня составила бы еще большую величину, а именно: по отношению к 1913 г.— 134%, а по отношению к 1903 г.—232%; Более наглядное соотношение выработки советского и дореволюционного доменщика можно видеть из следующей таблички Ч
Годы
Годовая выработка одного рабочего (в час.)
Длина рабочего дня (в час.)
90-е годы XIX в.
76
12
1903
124
10,8
1913
212
10,4
1927/28
218
7,4
Таким образом, выработка на одного рабочего в советском доменном производстве далеко обогнала даже самый высокий уровень довоенного производства России — 1913 г.
Надо отметить, что по производительности труда черная металлургия значительно раньше обогнала уровень 1913 г., чем по общему объему продукции. Если уже в 1927/28 г. производительность труда этой отрасли далеко оставила позади уровень 1913 г., то выпуск продукции достиг довоенного объема лишь в 1928/29 г. Объясняется
1 См. «Плановое хозяйство» № 2, 1935 г., стр. 42; «Основные моменты реконструкции промышленности СССР», стр. 143. 198


это тем, что черная металлургия работала в 1927/28 г. на мощностях, значительно уступающих по своей величине довоенным. Но не только в 1927/28 г., но и в 1928/29 г. для черной металлургии было характерно восстановление бездействовавшего оборудования, наиболее полная загрузка функционирующего производственно-технического аппарата и осуществление реконструкции отдельных звеньев металлургического производства.
К строительству новых заводов (Магнитогорского, Кузнецкого, Керченского и др.) было приступлено лишь в конце исследуемого периода. Из новых заводов один только Керченский вступил в 1928/29 г. в строй действующих предприятий и то с неполной нагрузкой. Поэтому основной и решающей задачей черной металлургии была (наряду с реконструкцией старого оборудования) борьба за максимальное использование существующего производственного технического аппарата с целью увеличения объема производства, повышения выработки на одного рабочего и т. д.
Улучшение организации производства и вытекающий отсюда рост выработки на одного рабочего оказали свое влияние не только на увеличение выпуска чугуна, стали и проката, но и на лучшее использование действующего оборудования, на повышение коэффициента использования доменных и мартеновских печей. Коэффициент использования доменных печей возрос с 1,86 в 1928 г. до 1,78 в 1929 г., а съем стали с квадратного метра пода мартеновской печи — с 2,09 т в 1928 г. до 2,39 т в 1929 г.
Однако, говоря об этих качественных и количественных сдвигах, нельзя забывать, конечно, и о том отставании, которое имело место в черной металлургии. Особенно это отставание велико было по сравнению с наиболее развитыми капиталистическими странами, где черная металлургия находилась тогда на уровне более высоком, чем в СССР. Даже в 1929 г., в последнем году исследуемого периода, черная металлургия СССР производила чугуна и стали в 10—11 раз меньше США, в 3 с лишним раза меньше Германии, в 2 раза меньше Франции и Англии. По такому важнейшему показателю, как производительность труда, черная металлургия СССР отставала от металлургии США почти в б раз1. Средняя производитель1 См. «На новом этапе социалистического строительства», т. II, стр. 492, 643.
199


ность доменных печей в расчете йа одного рабочего в год (включая и вспомогательных рабочих) в СССР была в 1928 г. ниже американской почти в 10 раз, составляя 330 т против 3330 т в США ].
Серьезные недостатки были и в технике производства. Еще в 1928/29 г. среднесуточная выплавка чугуна на одну домну составляла в СССР не более 240—250 т, в то время как в США она достигала 835 т и больше* 2.
Объем доменных печей был у нас в среднем в 2—3 раза меньше, чем в США. Наибольший объем мартеновских печей у нас достигал в 1928 г. 100 г, в то время как в США, по данным Научно-технического управления ВСНХ СССР,— 350 г; наибольший объем электросталелитейных печей в СССР составлял 8 т, в США — 65 т3.
Количество специальных сортов стали в СССР составляло в 1928 г. всего лишь 1 % от общего выпуска стали, в то время как в США этот процент достигал 5,25%. В СССР в эти годы не было непрерывной прокатки, в то время как в США она достигла к 1928 г. довольно крупных размеров 4.
О значительной отсталости нашей металлургии от металлургии США можно судить по коэффициенту расхода металла на производство листов ответственного назначения, в частности котельного железа. По данным Научно-технического управления ВСНХ, наш крупнейший производитель котельного железа — Мариупольский завод расходовал в 1928 г. на единицу продукции почти в 2 раза больше металла, чем аналогичные заводы в США. На производство 1 т чугуна у нас расходовалось кокса на 20—25% больше, чем в США5.
Все это говорит о том, что черная металлургия СССР, несмотря на значительную работу, проведенную в 1926— 1929 гг. по восстановлению и обновлению ее производственных фондов, продолжала оставаться (в силу низкого ее исходного уровня) весьма отсталым участком социалистического строительства. Ее продукция, получаемая в основном со старых, хотя и значительно реконструирован* ЦГАОР, ф. 3429, оп. 61, д. 1101, л. 1—5.
2 См. «Основные моменты реконструкции промышленности СССР», стр. 133.
3 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 61, д. 1101, л. 1—5.
4 Там же.
5 Там же.
200


ных заводов, не могла удовлетворять возросшие потребности страны, и прежде всего металлообрабатывающей7 промышленности, как главного потребителя металла. Такие крупные объединения металлообрабатывающей промышленности, как «ГОМЗа» (Государственные объединенные машиностроительные заводы) и «ЮМТ» (Машиностроительный трест Юга), из года в год оказывались весьма неисправными поставщиками важнейших изделий для нужд транспорта (мостовых ферм, осей, колес, стрелок и т. п.) из-за недоснабжения их металлом. «На Николаевском судостроительном заводе,— говорится в протоколе Научно-технического совета черной металлургии от 1927 г.,— уже второй год лежат в неоконченном виде мостовые фермы, ввиду отсутствия некоторых важнейших сортов листового железа и профилей металла» По данным Госплана СССР, дефицит в балансе черных металлов составлял в конце исследуемого периода только по чугуну около 1,5 млн. т1 2.
Таким образом, черная металлургия СССР оказалась в эти годы узким местом в развитии социалистической индустриализации и технической реконструкции всего народного хозяйства страны. Перед этой важнейшей отраслью I подразделения встала задача коренного технического перевооружения и расширения своего производственно-технического базиса для удовлетворения требований, предъявленных к черной металлургии.
* *
*
Цветной металлургии пришлось так же, как и черной, начинать свое развитие с крайне низкого уровня. Это и понятно, ибо дореволюционная цветная металлургия, перешедшая в наследство Советскому государству, представляла собой еще более отсталую отрасль тяжелой промышленности, чем черная металлургия. Добыча руды и выплавка цветных металлов производились в самых незначительных размерах, к тому же примитивным хищническим способом. Эксплуатировались главным образом богатые залежи руд без применения сколько-нибудь усовершенствованных технологических приемов добычи и переработки руды.
1 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 61, д. 290, л. 16—17.
2 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 61, д. 1101, л. 1—5.
201


Такой экстенсивный способ производства в цветной металлургии вполне устраивал ее владельцев. Хозяева рудников и заводов этой отрасли промышленности, являясь по преимуществу представителями иностранных монополий, были заинтересованы не в повышении технического уровня цветной металлургии, а в росте ее прибылей за счет бесчеловечной эксплуатации дешевого труда рабочих, формировавшихся, как правило, из разорившихся крестьян, переселенцев и сосланных в районы Сибири и Урала каторжников. Обуреваемые «ненасытной жаждой прибыли», капиталистические предприниматели эксплуатировали даже малолетних детей, едва достигших 9—12 лет (Нерчинские, Колывано-Воскресенские заводы п т. д.).
По размерам душевого потребления цветных металлов дореволюционная Россия далеко отставала не только от уровня передовых капиталистических стран (США, Германия, Англия и Франция), но и от уровня менее развитых капиталистических стран (Италия и др.).
Потребление цветных металлов на душу населения в 1913 г.
(в кг)1
Страны
Медь
Свинец
Цинк
Олово
Алюминий
США
3,35
4,16
2,89
0,466
0,324
Германия ....
4,37
3,58
3,87
0,333
0,224
Англия
3,83
4,88
4,87
0,625
0,136
Франция ....
2,61
2,70
2,02
0,200
0,176
Италия
0,87
0,92
0,29
0,081
0,028
Япония
0,36
0,27
0,10
0,047
0,004
Россия
0,24
0,33
0,18
0,036
0,010
Уже одни эти данные говорят об исключительно низком технико-экономическом уровне дореволюционной России, потребление металлов в которой было в 12—13 раз ниже, чем в США, Германии, Англии и Франции.
Следует заметить, что и этот крайне низкий уровень потребления металлов относится не столько на счет отечественной, сколько на счет импортной продукции. Из общей массы потребленных в 1913 г. цветных металлов на долю 1 См. В. Е. Потресов, Экономика цветной металлопромышленности СССР, 1938, стр. 15, 115.
202


импорта приходилось: по меди — 26%, по цинку — 72,2, по свинцу — 97,4, по олову и алюминию— 100%.
Таким образом, слаборазвитая в дореволюционное время, к тому же основательно разрушенная в годы империалистической и гражданской войны цветная металлургия потребовала от Советского государства не только восстановления, но и значительной перестройки всего своего производственно-технического аппарата. Эту перестройку необходимо было провести в интересах индустриализации страны, в интересах восстановления и дальнейшего развития цветной металлургии.
Без развития цветной металлургии нельзя было организовать сколько-нибудь мощное и технически совершенное машиностроение, особенно автомобильное, тракторное и авиационное. Поэтому начало социалистической индустриализации страны ознаменовано было для цветной металлургии новым историческим этапом ее развития — этапом подъема и технической реконструкции. На развитие цветной металлургии, на оснащение ее новейшей техникой были мобилизованы огромные для того времени материальные ресурсы.
О том, насколько эффективны были мероприятия Советского государства, о том, какой сложный путь прошла цветная металлургия, говорят следующие данные о выплавке основных видов продукции.
Производство цветных металлов (в тыс. т)1
Металл
Годы
1913
| 1925
1926
| 1927
1928
1929
Медь (выплавка) . . .
32,7
12,0
19,3
24,9
30,1
37,2
Свинец
1,3
0,6
1,3
1,3
2,6
5,3
Цинк
2,9
1,5
1,9
2,3
2,2
3,0
Если в 1925 г. выплавка меди составляла от довоенного уровня только 36,7%, а выплавка свинца и цинка — около 50%; то уже в 1929 г.— в последнем году исследуемого периода — выплавка меди составляла 113,8%, цинка— 103,4, а свинца — даже 407,8%. За эти 4 года совет1 См. «СССР за 15 лет», стр. 86—87, 89.
203


ская цветная металлургия пробежала расстояние, которое по дореволюционным темпам измерялось бы десятком, а то и большим количеством лет. В самом деле, для того чтобы увеличить выплавку меди на 25 тыс. т, советской цветной металлургии потребовалось четыре года, а дореволюционной металлургии— 12 лет (с 1901 по 1913 г.). То же самое можно сказать и в отношении свинца. Один прирост выплавки свинца в 1929 г. составил цифру, более чем вдвое превышающую всю его годовую выплавку в 1913 г.1
О быстром росте выплавки цветных металлов можно судить по изменению объема продукции всей цветной металлургии, выраженного в стоимостных показателях.
В этом смысле представляют исключительный интерес следующие данные о динамике и темпах развития цветной металлургии.
Продукция цветной металлургии в ценах 1926/27 г. (в млн. руб.)1
1913 г.
1925 г.
1926 г.
1927 г.
1928 г.
1929 г.
Вся продукция цветной металлургии
В % к предыдущему году
36
15,1
22,7
150,3
27,4
120,7
38,4
140,1
55,8
145,3
Подъем цветной металлургии так же, как и подъем всей тяжелой промышленности, отражал собой совершенно закономерный процесс расширенного социалистического воспроизводства на основе начавшейся' в стране глубокой технической реконструкции, обновления и расширения основных производственных фондов.
С 1926 по 1929 г. основные производственные фонды цветной металлургии, а также мощность ее двигательного аппарата увеличились почти вдвое. Больше чем в 2 раза увеличилось общее потребление электроэнергии, что привело к значительному росту энерго- и электровооруженности труда. 1 2
1 См. В. Е. Потресов, Экономика цветной металлопромышленности СССР, стр. 114, 128, 134.
2 См. «СССР за 15 лет», стр. 82—83.
204


Основные производственно-технические показатели развития цветной металлургии 1
Годы
Основные фонды в млн. руб. (на 1/Х каждого года)
Мощность двигателей, обслуживающих рабочие машины (в тыс. кет)
Общее потребление электроэнергии (в млн.
квт-ч)
Энерговооруженность труда *
Электро- вооруженность труда **
всего
в т. ч. электромоторов
1926
23,4
31,6
26,7
40,8
1,36
1,04
1927
29,3
35,2
28,5
46,2
1,61
1,16
1928
33,8
38,7
30,7
58,4
- 1,83
1,33
1929
43,6
46,4
41,2
84,4
2,20
1,72
• Количество квт-ч механической и электрической энергии на 1 отработанный человеко-час.
•• Количество квт-ч электрической энергии на 1 отработанный человеко-час.
За указанные годы были не только значительно реконструированы и расширены существующие заводы, но и созданы новые заводы — заводы-гиганты, оборудованные современной техникой, позволяющей рационально и эффективно организовать плавку руды.
К числу таких первенцев цветной металлургии нужно отнести Карсакпайский медеплавильный завод со стоимостью основных фондов в 11,8 млн. руб. и Риддеров- ский цинковый завод со стоимостью основных производственных фондов в 2 с лишним млн. руб.2
В эти же годы было начато строительство третьего мощного гиганта цветной металлургии — Кузнецкого цинкового завода со стоимостью основных фондов в 22 млн. руб.1 2 3
В конце исследуемого периода начато было строительство никелевого завода при ст. Уфалей, цинкового завода в районе Челябинска, Уральского электролитного завода, Средне-Азиатского свинцового завода, Нерчинского свинцово-цинкового комбината, Днепровского алюминиевого завода, Ленинградского опытного магниевого завода и др.
1 См. «Социалистическое строительство СССР», 1935, стр. 187— 189; «СССР за 15 лет», стр. 64.
2 См. «Основные моменты реконструкции промышленности СССР», стр. 100.
3 См. «Контрольные цифры на 1928/29 г.», стр. 194.
205


В 1928/29 г. были начаты работы по реконструкции Кольчугинского завода, завода «Красный выборжец», Московского электролитного завода, Калатинской и Ка- рабашской обогатительных фабрик, Владикавказского свинцового завода и др.
Строительство новых и реконструкция старых заводов означали не только количественное возрастание основных производственных фондов, но и организацию производственно-технического процесса на качественно иной, более совершенной основе. Это позволило добиться значительных успехов в цветной металлургии. Важнейший сырьевой и производственный центр цветной металлургии — Уральский цветной металлургический трест добился в своей производственной деятельности следующих весьма важных технико-экономических показателей. Если в 1925 г. уральские медеплавильные заводы (Калата, Ка- рабаш и др.) проплавляли от 36 до 44 т руды на 1 т условного топлива, то уже в 1928 г. в результате технической реконструкции медеплавильных процессов на 1 т условного топлива проплавлялось от 41 до 56 т руды
Высоких показателей добилась цветная металлургия Урала и по извлечению меди из руды. Достаточно сказать, что если в 1925 г. процент извлечения меди составлял по комбинатам Урала: по Калатинскому — 71, по Карабашскому — 79, то уже в 1928 г. он был поднят по Калатинскому до 80 и по Карабашскому до 881 2.
Рационализация плавки и повышение процента извлечения меди из руды сказались и на увеличении выхода продукции на каждый отработанный человеко-час. По тому же Уралцветмету выход черновой меди на каждый отработанный человеко-час поднялся: по Калатинскому комбинату — с 2,9 кг в 1925 г. до 5 кг в 1928 г.; по Карабашскому комбинату — с 6,5 кг в 1925 г. до 8,5 кг в 1928 г.3
Эти заметные технико-экономические сдвиги были достигнуты цветной металлургией благодаря проведению различного рода рационализаторских мероприятий и усовершенствований технологических процессов. Одним из 1 Центральный архив НКТП, ф. ВСНХ — ПЭУ, д. 274, л. 2.
2 Там же, л. 9.
з Там же, л. 10.
206


таких усовершенствований было предварительное обогащение руд. Важные с технологической точки зрения работы в этой области были организованы в исследуемый период Механобром (трестом механической обработки и обогащения руд), давшим уже в 1928 г. свои способы флотационного обогащения для садонских руд и полиметаллических руд Риддеровского района.
В результате проведенного обогащения садонских и риддеровских руд было установлено, что рядовая руда,, содержащая 18% свинца, 9,2% цинка и 5,3%' железа, дает концентрат в 44,5% цинка На основании этих опытных работ были построены обогатительные фабрики на Садоне (Северный Кавказ) и Риддере (Восточный Казахстан), сыгравшие весьма важную роль в увеличении производства свинца и цинка в этих районах.
В области обогащения медных руд большая и трудная работа была проделана на Богомоловских медных рудниках, где, несмотря на отказ иностранных фирм ознакомить советских специалистов с методом обогащения медных руд, работа не была прекращена. Она была проведена Механобром. Были подобраны реагенты из имеющегося ассортимента на нашем рынке, и обогащение медных руд было с 1,8%' доведено до 8,7% всей выплавляемой меди при извлечении меди не меньше 86,7% 1 2.
В Механобре была не только разработана и освоена методика лабораторных опытов по флотации, но и проведены опыты полупромышленного характера; спроектирована и построена опытная установка на Мизуре (Са- донский рудник); исследована и исправлена работа Риддеровской фабрики и создан проект новой фабрики; исследованы руды Богомоловского месторождения и спроектирована обогатительная фабрика; исследованы руды Карпушинского месторождения, Атбасара, Тур- лана, Нерчинска и др. и даны методы их обогащения. Кроме того, исследованы флотационные масла и реагенты и найдены соответствующие им продукты русского- изготовления, освобождавшие нашу страну от импорта этих видов продукции 3.
1 ЦГАОР, ф. 3429, оп. 61, д. 1101, л. 56.
2 Там же.
3 Там же, л. 83.
207


Технико-экономические сдвиги в цветной металлургии выглядят, конечно, еще более внушительно там, где процесс технической реконструкции был наиболее глубоким м радикальным. Это относится, например, к тем заводам, где на смену ватержакетному способу плавки руды пришли отражательные печи, работающие на концентратах обогащенных руд. Посредством этого наиболее совершенного способа плавки руды цветная металлургия не только повысила выплавку меди на каждый отработанный человеко-час (с 79 кг в 1925 г. до 113,2 кг в 1928 г.), но и значительно улучшила качество литья, сделав его не хуже американского.
Основное преимущество нового способа плавки руды, пришедшего на смену старому полукустарному ватержа- кетному способу, заключается в том, что он рационально использует не только руду с большим содержанием меди, но и руду с минимальным содержанием меди, улавливая при этом (до 90%) все остальные металлы, содержащиеся в руде.
Если старый ватержакетный способ плавки меди целиком базировался на высоких сортах кокса, то новый способ плавки посредством отражательных печей позволил цветной металлургии перейти на дешевое и низкосортное топливо.
К сожалению, этот технически совершенный и экономически наиболее рентабельный метод добывания цветных металлов не был еще в те годы господствующим. На заводах, построенных в дореволюционное время и не претерпевших основательной технической реконструкции в послереволюционный период, преобладал еще старый, малопроизводительный способ плавки металлов.
Поэтому то, что сделано в первые годы борьбы партии за социалистическую индустриализацию страны,— это только первые шаги в развитии цветной металлургии, только начало подлинно глубокого технического перевооружения этой отрасли тяжелой промышленности.
Цветная мёталлургия продолжала еще оставаться крайне отсталой отраслью, неспособной удовлетворить возросших в ходе индустриализации страны потребностей на цветные металлы. Так, выплавка меди покрывала в конце исследуемого периода лишь 45% потребности, выплавка свинца — 8,8, цинка — 9% 1.
« ЦГАОР, ф. 3429, оп. 61, д. 1101, л. 1—5.
208


Огромное количество цветных металлов приходилось импортировать из-за границы, между тем как в восточных и южных районах Союза (Урал, Дальний Восток, Казахстан, Северный Кавказ и др.) богатейшие месторождения цветных металлических руд обеспечивали исключительную возможность для их эксплуатации, а следовательно, для высвобождения нашей страны от иностранной зависимости. О том, насколько велика была наша зависимость от заграницы, говорит хотя бы тот факт, что в 1929 г. импорт меди составил к отечественному производству около 45%, а импорт свинца и цинка —около 90%, алюминия и олова — 100%. На импорт цветных металлов расходовались огромные валютные ресурсы. В 1925/26 г. было израсходовано 41 млн. руб., в 1926/27 г.— 45 млн., в 1927/28 г.— 50 млн. руб. Большие расходы на импорт цветных металлов свидетельствуют не только о слабости внутреннего производства этих металлов, но и о значительном росте потребностей в них со стороны народного хозяйства, вступившего в период технической реконструкции.
Составленный нами по материалам ЦУНХУ и другим источникам баланс цветных металлов дает достаточно полное представление о соотношении их производства внутри страны и ввоза из-за границы.
Внутреннее производство цветных металлов 1 и импорт из-за гоаницы 2
(в тыс. т)
Годы
Мель
Свр нец
Ц| нк
Алюминий
внутреннее про извод- ство
импорт
внутрен нее про- извод* ство
импорт
внутреннее производство
импорт
внутреннее производство
импорт
1913
32,7
6.8
1.3
60,0
2,9
28,2
1,8
1924/25
12,0
1.6
0.6
14,8
1.5
12,2
—
2,0
1928/29
37,2
17,5
5,3
31,8
3,0
34,7
—
5,1
1 См. «СССР за 15 лет», стр. 86—87.
2 «Социалистическое строительство СССР», 1934, стр. 386—387.
14
Очерки по истории
209


Из этих данных видно, что, несмотря на рост внутреннего производства цветных металлов, потребление их (за исключением меди) базировалось главным образом на ввозе из-за границы. Такое положение не могло считаться нормальным, так как оно ставило процесс индустриального развития нашей страны в зависимость от иностранного рынка, по крайней мере по таким важным для народного хозяйства предметам, как цветные металлы. Не случайно поэтому перед цветной металлургией партией была поставлена задача максимального расширения производства меди, свинца и цинка, а также организации новых производств по выплавке никеля, олова и алюминия, по которым наша страна целиком зависела от заграницы.
Ни в одной, пожалуй, отрасли тяжелой промышленности (да и не только тяжелой, но и всей промышленности) не наблюдалось такого резкого разрыва между размерами производства продукции и величиной потребности на нее, как в цветной металлургии.
Из-за резкого несоответствия между внутренним производством цветных металлов и потребностью в них народного хозяйства приходилось (несмотря на огромный импорт цветных металлов) значительно урезывать, а иногда и прекращать расходование цветных металлов на самые необходимые нужды, не говоря уже о почти полном прекращении их отпуска для удовлетворения потребностей широкого рынка. Решением президиума ВСНХ СССР от 1 февраля 1929 г. было запрещено отпускать цветные металлы на производство предметов потребления — рукомойников, подносов, ступок, пестов, умывальных тазов, полоскательниц, дверных и оконных прикладов, нетоковедущих электроизделий, пепельниц, номеров и табличных знаков и проч. Даже сооружаемые воздушные сети трехфазного тока переведены были на напряжение 380—220 вольт, с тем чтобы наряду с повышением коэффициента полезного действия в работе электросети добиться экономии в расходовании меди. Спроектированные для сооружения в 1929 г. сети были перепроектированы на напряжение 380—220 вольт Ч
Важнейшие отрасли тяжелой промышленности — электротехническая, автотракторная и др.— могли бы зна-
» ЦГАОР, ф. 3429, оп. 117, д. 1066, л. 21—22. 210


чительно больше сделать, если бы их спрос на продукцию цветной металлургии и в первую очередь на медь, цинк, свинец, алюминий, никель и олово покрывался полностью.
Недостаток цветных металлов приводил к тому, что такая отрасль тяжелой промышленности, как электротехническая, являющаяся важнейшим потребителем цветных металлов, получила в 1929 г. только 19,2% производимых в стране цветных металлов, в то время как электротехническая промышленность США потребляла в том же 1929 г. больше 47%.
То же самое и по свинцу. Электротехническая промышленность СССР потребляла в 1929 г. только 14% свинца, между тем как в США процент потребления свинца доходил в электротехнической промышленности до 44,2% !.
Все это говорит лишь о том, что цветная металлургия, будучи поднята на значительно более высокую ступень по сравнению с довоенным временем и тем более по сравнению с 1924/25 г., оставалась все же недостаточно развитой отраслью тяжелой промышленности. Трудности в развитии цветной металлургии увеличивались еще и тем, что враги социалистической индустриализации чинили всевозможные препятствия развитию рудничного хозяйства, открытию новых месторождений и осуществлению технической реконструкции.
Пытаясь затормозить развитие рудничного хозяйства, вредители умышленно организовывали обвалы и затопления шахт, устраивали аварии и разного рода диверсии. Не случайно, например, в 1926/27 г. произошли два крупных обвала на Сталинском руднике, не случайно оказались затопленными Белореченский и Обновленский рудники и т. д.1 2
Элементы вредительства, головотяпства и бесхозяйственного отношения к делу (часто по причине незнания дела) имели место и при строительстве новых заводов цветной металлургии, когда некоторые из них не только не обеспечивались своевременно генеральными и рабочими планами, но и строились без учета сырьевых и производственных факторов. 28 апреля 1927 г. коллегия 1 См. В. Е. Потресов, Экономика цветной металлопромышленности СССР, стр. 131.
2 Центральный архив НКТП, ф. ВСНХ — ПЭУ, д. 274, л. 9.
14* 211


НК РКИ под председательством Серго Орджоникидзе специально разбирала этот вопрос и отметила «чрезвычайную ненормальность строительства заводов цветной металлургии, протекающего при невыясненности производственных процессов и без наличия рассмотренных и утвержденных проектов, в результате чего задерживается развертывание строительства и наносится ущерб строительству» Ч
Возьмем к примеру строительство Богомоловского завода. Строительство этого крупного завода-комбината осуществлялось крайне медленными темпами. Несмотря на то что о строительстве этого завода было решено еще в июне 1925 г., вопрос о выборе типа производства (пиритный — старый или новый — селективного обогащения руд и плавки концентратов в отражательных печах) в 1927 г. решен еще не был. Лишь к ноябрю 1926 г. была выбрана площадка для строительства завода. Строительство осуществлялось без генерального плана, вследствие чего оно обошлось государству в полтора, а по некоторым своим объектам (шахтное строительство, прокладка железных дорог и т. д.) в 2—3 раза дороже против сметной стоимости 1 2.
О подобных же явлениях говорят и факты, приведенные в выводах Главной инспекции ВСНХ СССР по обследованию «Уралмеди» в 1928/29 г. Как явствует из этих выводов, директивы правительства о максимальной концентрации средств на крупных объектах и о сооружении их в установленные правительством сроки осуществлялись неудовлетворительно. Так, по Карабашу работа по оборудованию центральной шахты и постройке отражательной печи растянулась на три года. При этом без всякого экономического обоснования произведены затраты в размере 350 тыс. руб. на капитальный ремонт Н. Кыштымского электролитного завода, предназначенного к ликвидации с постройкой нового электролитного завода3.
Из-за плохо поставленного проектирования сильно затянулось строительство обогатительной и спекательной фабрик в Калате. В выводах Главной инспекции указы1 Центральный архив НКТП, ф. ВСНХ — ПЭУ, д. 274, л. 12.
2 Центральный архив НКТП, ф. ВСНХ—ПЭУ, д. 61, л. 12; ЦГАОР, ф. 4372, оп. 27, д. 191, л. 52.
з ЦГАОР, ф. 3429, оп. 117, д. 1014, л. 44.
212


валось: «Работы по механическому цеху Калаты задерживаются вследствие отсутствия чертежей по устройству фундаментов под оборудование». По Карабашу «работы по постройке отражательной печи на пылевидном топливе вследствие неготовности проекта, разрабатываемого трестом, будут отодвинуты на 6—8 месяцев... Постройка грануляционного устройства задерживается также вследствие отсутствия проектов. Пуск электростанции задерживается, хотя здание закончено, но не эксплуатируется вследствие отсутствия оборудования, ожидаемого от Государственного электротехнического треста» I
На недостатки, связанные со строительством новых объектов (причем не только в цветной металлургии, но и в других отраслях промышленности СССР), указывалось и в резолюции объединенного пленума ЦК и ЦКК от 29 июля — 9 августа 1927 г., в которой отмечалось, что имеющиеся в этом деле недостатки являются в большинстве своем результатом «плохой организации всего строительного дела, в частности подготовительных работ к развертыванию строительства, отсутствия механизации его, непомерно высокой стоимости материалов при невысоком качестве их, частых просчетов в проектировках...» * 2
Подобного рода недостатки, а их было действительно немало, не могли не оказывать сдерживающего влияния на рост цветной металлургии, на решение проблемы темпа и уровня ее развития. Проблема цветных металлов была в исследуемый период одним из жгучих вопросов, в решение которого упиралось развитие и переоборудование целого ряда отраслей промышленности, особенно машиностроительной, электротехнической, авиационной и автотракторной, которые были, да и сейчас продолжают оставаться, главными потребителями цветных металлов.
Решение проблемы цветных и черных металлов, устранение имевшегося в исследуемый период «металлического голода» выпали на долю последующих лет индустриализации, в частности на долю первой и второй пятилеток, когда вся наша промышленность и особенно отрасли, производящие средства производства, в том числе металл и топливо, подверглись коренной реконструкции, когда на основе расширения и почти полного обнов» ЦГАОР, ф. 3429, оп. 117, д. 1014, л. 45.
2 «КПСС в резолюциях...», ч. II, 1953, стр. 255.
213


ления основных фондов промышленности резко увеличился объем выпускаемой продукции, в частности металла и топлива.
В исследуемый же период были сделаны лишь первые важные шаги по пути технической реконструкции топливно-металлургической базы СССР, означавшие лишь начало социалистической индустриализации, преддверие того созидательного пафоса, которым была охвачена наша страна в последующие годы социалистической индустриализации. Но и то, что было сделано в начальный период социалистической индустриализации в области расширения топливно-металлургической базы СССР, означает крупный вклад в общее дело борьбы за построение социалистического общества в нашей стране.


В. Н. Я ко в це в с кий
КОЛХОЗНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО В ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЙ ПЕРИОД (1921—1925 гг.)
Путь преобразования мелкого индивидуального крестьянского хозяйства в крупное социалистическое как добровольного объединения мелких крестьянских хозяйств в крупные коллективные был в основных чертах намечен классиками марксизма задолго до Великой Октябрьской социалистической революции. «Когда мы овладеем государственной властью,— писал Ф. Энгельс,— мы не будем думать о том, чтобы насильственно экспроприировать мелких крестьян (все равно, с вознаграждением или без него), как это мы вынуждены будем сделать с крупными землевладельцами. Наша задача по отношению к мелким крестьянам будет состоять прежде всего в том, чтобы их частное производство и частное владение перевести в товарищеское»
Ленинский кооперативный план является гениальным развитием марксизма, огромным вкладом в теорию и практику социалистического строительства. Он исходит из того, что пролетариат страны должен взять власть в свои руки, не дожидаясь, пока капитализм разорит многочисленное мелкое крестьянское хозяйство. Между установлением власти пролетариата и построением коммунистического общества будет лежать более или менее длительный переходный период диктатуры пролетариата, одним из основных принципов которой является осуществление союза рабочего класса с трудящимся крестьянством. В этот период пролетариат должен подавить сопротивление буржуазии, экспроприировать у нее средства
1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XVI, ч. II, 1936, стр. 454—455. 215


производства и превратить их в общенародное достояние, всемерно развить индустрию на базе новейшей техники и постепенно, строго соблюдая принцип добровольности, перевести мелкое крестьянское хозяйство на рельсы крупного механизированного коллективного социалистического производства.
Социалистическая перестройка сельского хозяйства должна идти по линии организации сначала простейших снабженческо-сбытовых кооперативных объединений, как наиболее близких и понятных среднему крестьянину, с последующим переходом к обобществлению производства и труда, к организации производственных коллективов — колхозов. В. И. Ленин писал, что «переход от мелких единичных крестьянских хозяйств к общественной обработке земли — требует долгого времени, что он ни в коем случае не может быть совершен сразу.., что в странах с мелким крестьянским хозяйством переход к социализму невозможен без целого ряда постепенных предварительных ступеней» Ч
Исторический опыт коллективизации крестьянского хозяйства в СССР, в странах народной демократии Европы и Азии со всей очевидностью подтверждает правильность гениального ленинского кооперативного плана, его мировую значимость.
Настоящая статья посвящена анализу строительства социалистических коллективных хозяйств в деревне в первые годы проведения новой экономической политики.
Первые коллективные хозяйства в форме коммун, а потом артелей и ТОЗов возникли в первые дни 1 2 после Великой Октябрьской социалистической революции. Советская власть сразу же взяла под свою защиту эти первые ростки социалистических производственных отношений в деревне. В декрете «О социализации земли» (1918 г.) указывалось на то, что «Российская Федеративная Советская Республика, в целях скорейшего достиже1 В. И. Ленин, Соч., т. 28, стр. 318.
2 17 января 1918 г. возникла первая коммуна в Воскресенской волости Костромской губернии. 6 февраля 1918 г.— Клюшниковская коммуна во Владимирской губернии, 15 февраля 1918 г.— Ерзовская коммуна в Саратовской губернии и т. д. На 29 августа 1918 г. было зарегистрировано 523 коммуны и 88 трудовых артелей, в конце сентября— 565 коммун и 102 артели, к концу года — 950 коммун. (См. Н. Скрыпнев, Первые шаги социалистического переустройства сельского хозяйства в 1918—1920 гг., 1951, стр. 45—46.)
216


ния социализма, оказывает всяческое содействие (культурная и материальная помощь) общей обработке земли, давая преимущество трудовому коммунистическому, артельному и кооперативному хозяйствам перед единоличным» 1.
Материальной базой для организации первых коллективных хозяйств если не исключительно, то в основном послужили национализируемые помещичьи и прочие нетрудовые хозяйства. Декретом «О земле», принятым на второй день Советской власти, предусматривалось, что- при национализации всей земли и передаче ее в трудовое пользование крестьян земельные участки с высококультурными хозяйствами и весь их живой и мертвый инвентарь разделу не подлежат. Литературные и архивные источники прямо указывают на то, что в первые годы Советской власти коллективные хозяйства организовывались в основном на бывших нетрудовых землях.
Социальной базой — организаторами и членами первых коллективных хозяйств были бедняки и батраки, рабочие городов и вернувшиеся с фронтов войны солдаты.
Бедные крестьяне, даже получив землю, не могли ее обрабатывать самостоятельно, так как для этого не имели средств производства: перед революцией было 30% безлошадных и 34% безынвентарных крестьянских хозяйств. Поэтому для бедняцкой части деревни объединение своих скудных средств в коллективное хозяйство было единственной реальной возможностью выбраться из создавшегося положения, поднять свое благосостояние.
Большинство членов первых кооперативов — это представители пролетарских и полупролетарских слоев населения: бывшие батраки, солдаты, вернувшиеся с фронтов, и промышленные рабочие, эвакуировавшиеся в деревню в связи с большими продовольственными затруднениями в городах. Все они не имели собственных средств для организации сельскохозяйственного производства и в некоторой степени были подготовлены к совместному труду: первые — в помещичьих имениях, вторые — в казармах и окопах, третьи — на фабриках и заводах.
Большую роль в деле организации первых коллективных хозяйств сыграл революционный энтузиазм к строительству новой жизни, поднятый Великой Октябрьской 1 «Систематический сборник важнейших декретов. 1917— 1920 гг.», 1921, стр. 104.
217


социалистической революцией среди рабочих и бедноты деревни. Все это и определило то, что первые коллективные социалистические хозяйства в деревне по своему социальному составу состояли из пролетариата города и деревни и наиболее близко примыкающих к пролетариату слоев крестьянства.
По подсчетам И. А. Конюкова ], произведенным по 1467 колхозам (590 коммун и 877 артелей) в 20 губерниях РСФСР за 1920/21 г., следует, что в 35% коммун и в 28% артелей крестьяне составляли меньше половины всех членов. Рабочая прослойка была больше в коммунах, чем в артелях.
Наибольшая рабочая прослойка была в кооперативах промышленных губерний. Так, например, в колхозах Северо-Западного района рабочие составляли 70% 1 2. Тульское губернское земельное управление (ГЗУ) сообщало, что пригородные к Туле колхозы в большинстве состоят из рабочих 3.
О социальном составе колхозов за 1920/21 г. можно судить по следующим сравнительным данным 4:
•/. хозяйств
без рабочего скота
без коров
Среди крестьян-единоличников .
» членов артелей
» » коммун
28,5
32,2
57,3
18,3
21,4
53,3
Из приведенных данных видно, что процент безлошадных и бескоровных крестьянских хозяйств в артелях и коммунах был намного выше, чем среди единоличного крестьянства. Следовательно, кооперирование в годы военного коммунизма охватывало главным образом бедняцкие слои деревни.
1 См. И, А. Конюков, Очерки о первых этапах развития коллективного земледелия, 1949, стр. 20—21.
2 См. «Колхозы СССР», 1926, стр. 161.
з ЦГАОР, ф. 478, оп. 58, д. 335, л. 42.
4 См. «Сборник статистических сведений по СССР. 1918— 1923 гг.», стр. 107; И. А. Конюков, Очерки о первых этапах развития коллективного земледелия, стр. 25.
218


Социальный состав первых коллективных хозяйств и то обстоятельство, что они организовывались в основном на бывших нетрудовых землях, определяли как их основную форму, так и принцип распределения продукта. Первые коллективные хозяйства организовывались преимущественно как коммуны 1, а распределение продукта в них производилось по едокам.
По величине земельной площади и количеству членов первые коллективные хозяйства были небольшими. Величина земельной площади часто определялась размерами бывших поместий, на земле которых организовывался колхоз. Наиболее крупными коллективами были коммуны. Например, по нашим исчислениям, в среднем на коммуну приходилось 101,6 дес. земли, на артель — 94 дес., на ТОЗ — 53,7 дес. земли2. По данным Н. Скрыпнева, в 1920 г. 53,7% коммун и только 36,2% артелей имели 100 и более дес. земли3.
Коллективное социалистическое хозяйство в деревне в период гражданской войны и иностранной интервенции хотя и занимало незначительный удельный вес, но неуклонно развивалось и из года в год увеличивало свою долю в сельском хозяйстве.
Удельный вес коллективных хозяйств в деревне за годы гражданской войны и иностранной интервенции 4 (по СССР, без УССР)
Годы
Количество колхозов (в тыс.)
Коллективиз! ровэно крестьянских дворов
Земельная площадь К( л юзов (тыс. дес.)
тыс. |
%
1918
1,6
16,4
0,1
201,6
1919
6,2
81,3
0,3
924,6
1920
10,5
131,0
0,5
1176,6
1 Однако уже в 1919 г. коммуны занимали среди коллективных хозяйств 31,7%, артели —58,3, товарищества—10% (см. «Земля» № 1, 1926 г., стр. 28).
2 ЦГАОР, ф. 478, оп. 18, д. 16, л. 13.
3 См. Н. Скрыпнев, Первые шаги социалистического переустройства сельского хозяйства в I 18—1920 гг., стр. 51, 65.
4 См. «Колхозы во второй сталинской пятилетке», 1939, стр. 1; И. А. Конюков, Очерки о первых этапах развития коллективного земледелия, стр. 41.
219


Значение первых коллективных хозяйств состояло в том, что они на практике показывали крестьянству преимущества нового, социалистического пути развития сельскохозяйственного производства. Вместе с тем они позволяли государству лучше снабжать город продовольствием и фуражом. Так, в течение 1919 и 1920 гг. колхозами было сдано государству свыше 204.1 тыс. пудов ржи и пшеницы, 50,3 тыс. пудов овса и ячменя, 790,2 тыс. пудов картофеля, 64,6 тыс. пудов соломы и свыше 927,4 тыс. пудов других «продуктов1.
* *
*
Новая экономическая политика внесла существенные изменения в жизнь коллективных хозяйств. Она усилила мелкособственнические тенденции среди части коллективистов. Некоторые крестьяне даже вышли из кооперативов. Потребовалось определенное время, чтобы они убедились на опыте, что им не под силу самим, в одиночку поднять свое хозяйство, что единственно правильный путь — объединение в производственные кооперативы.
Улучшение продовольственного снабжения городов вызвало возвращение из деревни многих рабочих на фабрики и заводы, что уменьшило рабочую прослойку в колхозах. Наконец, часть коллективистов увидела в нэпе отход от коммунистических принципов и разочаровалась в коммунах.
Наряду с этим часть местных работников советского аппарата, неправильно истолковав принципы нэпа, начала взимать с колхозов арендную плату за земпю и бывшее помещичье имущество и ликвидировать «нерентабельные» коллективные хозяйства. Некоторые работники земельных органов, не понимая различия между государственным и кооперативным хозяйством, допускали по отношению к колхозам административное вмешательство: перераспределяли средства производства колхозов, исключали членов из колхозов или заставляли принимать новых, ликвидировали колхозы за неполное обобществление средств производства и т. д.
Эти искривления в подходе к колхозам со стороны отдельных местных органов были исправлены партией и правительством.
1 См. «Труды ЦСУ». Статистический ежегодник 1918—1920 гг.» т. VIII, вып. 2, 1922, стр. 113.
220


Новая экономическая политика в целом сказалась благоприятным образом на развитии социалистического хозяйства в деревне. Увеличивалось количество коллективных хозяйств, укрепляющих общественное хозяйство, возрастала роль этих коллективов в сельском хозяйстве и их воздействие на единоличное крестьянство. Несмотря на ряд неблагоприятных условий, колхозы все убедительнее показывали свои преимущества перед мелким крестьянским хозяйством.
Рост числа колхозов за восстановительный период характеризуется следующими данными:
Численность колхозов РСФСР в восстановительный период 1
Формы
1921 г.
1922 г.
1923 г.
1924 г.
1925 г.
1925 г. в% к 1921 г.
Коммуны
3313
1 448
1 945
1 748
2319
70
Артели
10 185
6 639
10 075
11 126
14 320
141
Товарищества
2514
3 941
3 931
3 403
5 284
210
Итого
16012
12 028
15 951
16 277
21 923
137
В нашей литературе имеются и другие данные о количестве колхозов за восстановительный период (см., например, статистический сборник «Социалистическое строительство» ЦУНХУ Госплана СССР, 1934 г., и др.). Однако ознакомление с архивными и опубликованными материалами привело нас к выводу, что эти данные не показывают изменений в развитии колхозного движения. В годы восстановительного периода в колхозном строительстве были отливы и приливы: увеличение колхозов в 1921 г., уменьшение в 1922 г. и новое увеличение с 1923 г.
Число колхозов с 10,5 тыс. в 1920 г. поднялось до 16 тыс. в 1921 г., а в дальнейшем снизилось до 12 тыс., и лишь с 1923 г. начинается новый их рост. В 1925 г., 1 См. И. А. Конюков, Очерки о первых этапах развития коллективного земледелия, стр. 114. Так как автором почему-то опущены данные за 1922 г., мы добавляем их по следующему источнику: А. М. Большаков, Деревня после Октября, 1925, стр. 69. Эти данные совпадают с архивными источниками (ЦГАОР, ф. 478, оп. 63, д. 227, л. 44).
221


в последнем году восстановительного периода, число колхозов было в 2 раза больше, чем в 1920 г.
Чем же были вызваны эти приливы и отливы в колхозном движении? В голодный 1921 г. беднота деревни объединялась в колхозы, видя в этом объединении своих скудных средств и в совместных усилиях единственный путь спасения. Кооперативный подотдел Наркомзема в отчете за 1922/23 г. сообщает: «Наибольшего развития колхозы достигли в голодное время — конец 1921 г. и первую половину 1922 г. Больше всего колхозов организовалось именно в бывших голодных районах—Поволжье, Юго-Востоке, Приуралье и т. п.» 1
Введение новой экономической политики, всемерная помощь сельскому хозяйству со стороны государства семенами, инвентарем и т. д. позволили быстро ликвидировать упадок сельскохозяйственного производства. Уже в 1923 г. начинают расширяться посевные площади и увеличиваться поголовье скота. В связи с этим у некоторой части коллективистов создалась тяга к индивидуальному хозяйствованию. Некоторые коммуны и артели распадаются.
С другой стороны, с ликвидацией продовольственных затруднений началось возвращение в города рабочих, ранее эвакуировавшихся в деревню. Коммуны, которые в основном состояли из рабочих, с уходом их начинают распадаться. Все это вместе взятое — выход из колхозов части крестьян и возвращение рабочих в города — вызвало в 1922 г. отлив в колхозном движении. Число колхозов сократилось на 4 тыс. хозяйств.
С 1923 г. начинается заметный рост числа колхозов. Постепенно укреплялись оставшиеся кооперативы. Начала возвращаться в кооперативы та часть деревенской бедноты, которая, попытавшись восстановить свое индивидуальное хозяйство, столкнулась с такими трудностями, разрешить которые не могла, даже несмотря на материальную помощь со стороны пролетарского государства.
Одной из объективных причин, сдерживавших колхозное строительство в годы восстановительного периода, были недостаточное развитие производства сельскохозяйственных машин, недостаток кадров и опыта. Причиной субъективного порядка было, например, неправильное 1 ЦГАОР, ф. 478, оп. 54, д. 701, л. 310.
222


применение принципов новой экономической политики к колхозному строительству со стороны органов Нарком- зема.
Считалось, что колхозы являются арендаторами бывшей помещичьей земли и имущества и должны платить арендную плату. В циркуляре Наркомзема № 34 от 17 апреля 1923 г.1 «О правилах землепользования сельскохозяйственных коллективов на государственных землях» устанавливалось, что «сельскохозяйственные коллективы, организованные на бывших нетрудовых землях, которые не были распределены ко времени образования коллектива... считаются временными пользователями государственных земель», и только в том случае, если в коллективе не менее двух третей личного состава являются землепользователями, вышедшими из обществ без земли, и их земельные доли обществом распределены, разрешалось «закреплять за такими коллективами участки, которыми они пользуются, в постоянное трудовое пользование». Все остальные коллективы были обязаны заключать с губземуправлениями договоры на пользование землей и платить за нее арендную плату. Некоторые земельные органы устраивали «торги» — кто больше даст: земельное общество или сельскохозяйственный коллектив. Так, например, сельскохозяйственная артель «Энергичный труд» (Ульяновская губерния) должна была платить за взятую «с торгов в аренду» бывшую помещичью землю в 92 дес. арендную плату в сумме 713 руб. в год. При этом арендная плата была в 3 раза выше сельскохозяйственного налога (в 1924 г. артель платила сельскохозяйственный налог в 212 руб. 80 к.) 1 2. Велижское уездное земельное управление (Псковская губерния) распределило ПО дес. земли бывшего имения Дымова среди хуторян, а 28 дес. сдало в аренду колхозу за 145 руб. в год3.Ско- пинское земельное управление в августе 1925 г. продало земельному обществу деревни Желватовки сад, которым пользовалась сельхозартель «Труд и просвещение»4. Сельскохозяйственная артель «Горский восход» (около Ленинграда), организовавшаяся в бывшем имении графа Сренбок-Фермор, должна была выплатить согласно за-
1 ЦГАОР, ф. 478, оп. 54, д. 673, л. 12.
2 См. «Коллективист» № 2, 1926 г., стр. 28—29.
3 См. «Коллективист» № 3—4, 1926 г., стр. 29.
4 Там же, стр. 43.
223


ключенному арендному договору на 12 лет 11 159 руб^ арендной платы *.
Донской земотдел в 1922 г. установил для колхозов следующие нормы арендной платы с 1 дес.: сенокоса — 4 пуда сена, выпаса — 5 фунтов мяса, посева—10% урожая 1 2.
Колхозы, арендовавшие землю, находились в худшем положении, чем единоличники, так как они должны были с одной земли платить сельхозналог (колхозы по сельхозналогу получали с 1924 г. скидку в размере 25%) и арендную плату. Конечно, это не могло не тормозить рост колхозов в годы восстановительного периода. Тверское губернское земуправление в своем отчете за 1924/25 г. пишет: «Давит многие колхозы арендная плата за предоставленное им хозяйство; до сего времени некоторые уезды перекладывают колхозы арендной платой. В силу того,что членам колхозов приходится платить и значительный сельхозналог и значительную арендную плату за землю и инвентарь, они не в силах накопить необходимые средства на скорейшее восстановление своих хозяйств» 3.
Партия и правительство исправили ошибку, допущенную органами Наркомзема. В постановлении Совета Труда и Обороны СССР от 23 июня 1926 г. «Об укреплении и развитии коллективного земледелия» указывалось: «Всем колхозам, образовавшимся на землях государственных земельных имуществ, проявившим жизнедеятельность, по истечении двух лет со дня организации передать отведенную им в порядке землеустройства землю в трудовое пользование».
С середины восстановительного периода (с 1923 г.) начинается рост числа колхозов. В 1925 г. их было на 38,6% больше, чем в 1921 г. Крестьяне стали понемногу убеждаться в том, что выбиться из нужды, если даже имеешь землю, в одиночку через мелкое хозяйство нельзя.
В. И. Ленин еще в ноябре 1918 г. в речи делегатам комитетов бедноты Московской области говорил, что крестьяне скоро увидят, что уравнительная дележка земли хороша была только для начала, что выход только в общественной обработке земли 4. Сознание этого и стало, 1 См. «Коллективист» № 19—20, 1926 г., стр. 40.
2 См. А. М. Большаков, Деревня после Октября, стр. 67.
3 ЦГАОР, ф. 478, оп. 58, д. 333, л. 36.
4 См. В. И. Ленин, Соч., т. 28, стр. 156.
224


после нескольких лет индивидуального хозяйствования, доходить до крестьянина и послужило одной из причин увеличения числа колхозов в последние три года восстановительного периода.
Вместе с этим в восстановительный период произошло изменение в формах колхозов, резко уменьшился удельный вес коммун.
При этом надо сказать, что в конце восстановительного периода коммун фактически было меньше, чем считает их статистика, так как многие коммуны лишь по- прежнему названию считались коммунами, а в действительности перешли на устав артели.
По РСФСР число коммун уменьшилось на 1 тыс., а удельный вес их среди колхозов упал с 20,7% в 1921 г. до 10,6% в 1925 г.; число артелей возросло на 4,1 тыс., а удельный вес увеличился с 63,6% до 65,3 %; число товариществ по совместной обработке земли возросло на 2,7 тыс. и удельный вес соответственно — с 15,7% до 24,1%.
Такая же тенденция в изменении форм колхозов наблюдалась в эти годы и в других республиках.
Колхозы УССР в восстановительный период 1
Формы колхозов
1923 г.
1924 г.
1925 г. (на 1/УП)
1925 г. в % к 1923 г.
количество
%
количество
%
количество
%
Коммуны ....
141
4,7
232
6,0
381
6,8
270,2
Артели
2782
92,3
3595
92,1
4639
83,2
166,8
ТОЗы
90
3,0
77
1,9
558
10,0
620,0
Итого. .
3013
100,0
3904
100,0
5578
100,0
185,1
За три года восстановительного периода число коллективных хозяйств на Украине возросло на 85%, при этом число артелей увеличилось почти на 2 тыс., число ТОЗов выросло более чем в 6 раз. Преобладающей формой были артели.
Такая же картина наблюдалась и в Белоруссии.
1 См. «Колхозы СССР», стр. 85—87.
15 Очерки по истории
225


Колхозы БССР в восстановительный период 1
Формы колхозов
1921 г.
1922 г.
1923 г.
1924 г.
1925 г.
| коли-
। чество
количество
хО
количество
количество
количество
Коммуны . . .
29
26,6
34
22,2
40
17,8
43
15,9
50
15,2
Артели ....
55
50,4
90
58,8
139
62,1
169
62,6
208
63,4
ТОЗы ....
25
23,0
29
19,0
45
20,1
58
21,5
70
21.4
Итого
109
100,0
153
100,0
224
100,0
270
100,0
328
100,0
Из приведенных данных видно, что число колхозов по БССР за четыре года восстановительного периода увеличилось в 3 раза, причем число артелей возросло почти в 4 раза, ТОЗов — в 2,8 раза, а коммун — только на 7,3%. В связи с этим удельный вес коммун в колхозах уменьшился с 26,6% в 1921 г. до 15,2%! в 1925 г., а артелей — увеличился с 50,4% до 63,4%. Необходимо также отметить, что в БССР, как в районе, не затронутом засухой и голодом, последовательно из года в год увеличивалось число колхозов. В Узбекистане в 1922 г. было два колхоза, в 1923 г.— 28, в 1924 г.— 62, в 1925 г.— ПО колхозов1 2.
К концу восстановительного периода новые коллективные хозяйства организовывались в основном в форме артелей и ТОЗов, а некоторые созданные уже коммуны переходили на устав артели.
Однако основная форма колхозного строительства в этот период еще не была найдена. Всесоюзное совещание сельскохозяйственных коллективов, состоявшееся в 1925 г., приняло решение: «Не выдвигая ни одну из сложившихся к настоящему времени форм сельскохозяйственных коллективов в качестве основной и законченной, совещание считает необходимым тщательное изучение накопляющегося опыта и выявление тех организационных форм, которые могут оказаться наиболее жизненными и приспособленными к коллективизации земледелия 3.
1 См. «Колхозы СССР», стр. 108.
2 См. О. Б. Джамалов, Социально-экономические предпосылки сплошной коллективизации сельского хозяйства в Узбекистане, Ташкент, 1950, стр. 65.
3 «Вестник сельскохозяйственной кооперации» № 6, 1925 г., стр. 63.
226


Изменение в формах организации коллективных хозяйств к концу восстановительного периода было связано с двумя обстоятельствами: во-первых, с переходом к организации колхозов на надельных крестьянских землях и, во-вторых, с изменением социального состава колхозов.
Изменения в организации колхозов по принципу землепользования (по СССР, без УССР, в %/
Формы землепользования
1920 г.
1925 г.
коммуны
артели
коммуны
артели
ТОЗы
Надельная общинная . . .
7110
30) Ч1
АЛ
гг
АО
Отрубная и хуторская . .
3/ 10
1/31
44
ОО
О/
Бывшая частновладельче¬
ская
74 |
481
Бывшая монастырская и
> 90
/ 69
56
45
38
церковная
12 |
10 (
Казенная
4 1
111
На Украине в 1923 г. надельные земли составляли 38%, а в 1924 г.— уже 53% земель колхозов1 2.
В период военного коммунизма основная масса коллективных хозяйств— 90% коммун и 70% артелей — была сосредоточена на бывших нетрудовых землях. В 1925 г. на крестьянской земле было сосредоточено уже более половины артелей и ТОЗов. Следовательно, преобладающая масса коллективных хозяйств в годы восстановительного периода организовывалась на крестьянских землях, и колхозное движение теперь непосредственно стало затрагивать крестьянское землепользование.
Организация колхозов на надельной крестьянской земле имела большое значение. Она являлась показателем сознательного подхода крестьянства к делу коллективного строительства, свидетельством того, что в колхозное движение начал втягиваться средний крестьянин. Раньше, когда колхозы организовывались на бывших помещичьих, церковных или монастырских землях и по 1 См. И. Скрыпнев, Первые шаги социалистического переустройства сельского хозяйства в 1918—1920 гг., стр. 50, 64; «Вестник сельскохозяйственной кооперации» № 2, 1925 г., стр. 12.
2 См. И. А. Конюков, Очерки о первых этапах развития коллективного земледелия, стр. 130.
16е
227


своему социальному составу состояли из батраков, демобилизованных красноармейцев, городских рабочих и деревенской бедноты, которая имела незначительные клочки земли, они мало затрагивали крестьянскую общину, надельное крестьянское землепользование и находились как бы в стороне от него.
Организация же колхозов на надельной крестьянской земле означала, что колхозное движение пришло в непосредственное соприкосновение с крестьянской общиной и стало внедряться, вкрапливаться в ее землепользование. А так как для крестьянского землепользования характерна чересполосица, то поля организуемых колхозов оказались разбросанными, вкрапленными между полями членов земельной крестьянской общины. Это серьезно тормозило налаживание правильного севооборота в организующихся колхозах. Нижегородское ГЗУ в отчете за 1924/25 г. сообщало, что «между общиной и колхозами на почве землепользования и землеустройства наблюдались единичные случаи недовольства» 1. Неземле- устроенность колхозов служила иногда причиной их распада.
Со всей остротой встала задача быстрейшего осуществления землеустройства. Партия и правительство предприняли меры по землеустройству колхозов, о результатах которых можно судить по следующим данным:
Процент земле у ст роенных колхозов по РСФСР и УССР* 2
Формы колхозов
РСФСР
УССР
1920 г.
1924 г.
1925 г.
1925 г.
Коммуны
65
68,4
71,5
70,6
Артели
56
53,2
61,8
45,8
ТОЗы
55
62,6
68,0
9,6
В среднем .
58
58,7
66,0
43,6
Положение о землеустройстве колхозов требовало наделения их землей в одном месте. Однако это правило не всегда соблюдалось, а антисоветские элементы в некото» ЦГАОР, ф. 478, оп. 58, д. 318, л. 58.
2 См. И. А. Конюков, Очерки о первых этапах развития коллективного земледелия, стр. 65; «Колхозы СССР», стр. 27, 92.
228


рых местных земельных органах пытались ущемить интересы колхозов при проведении землеустройства. Так, например, у Брюховецкой сельскохозяйственной коммуны (на Кубани), организованной демобилизованными красноармейцами на бывшей помещичьей земле, местным земельным отделом из 450 дес. земли было отрезано для хуторян 150 дес. земли, а затем при землеустройстве в 1922 г. еще ПО дес., часть земли была отдана бывшему помещикуУ сельхозартели «Победа» (Саратовская губерния), организовавшейся в 1921 г., при землеустройстве в 1923 г. было из 214 дес. земли отрезано 122 дес.1 2 Не всегда соблюдался принцип отведения колхозу участка земли в одном месте. Так, на Украине из общего числа землеустроенных колхозов только у 81% колхозов земля была отведена в одном месте, 10,5% колхозам — на двух участках и остальным 8,5% — на трех и более участках3 4. Такое «землеустройство», в результате которого колхозная земля оказывалась разделенной на части, становилось иногда причиной распада колхозов. Так, на III сессии Всесоюзного совета сельскохозяйственных коллективов в январе 1926 г. отмечалось,
Средняя обеспеченность колхоза землей в 1920 и 1925 гг. по РСФСР
(в дес.) 4
1920 г.
1925 г.
Количество земли на 1 коммуну » » » 1 артель .
> > » 1 ТОЗ . .
101,6
94,0
53,7
246,4
132,9
116,8
В среднем
91,6
154,2
что «на Украине, например, в 1922 г. из-за неотвода земли на одном месте распалось 40% коллективов» 5.
1 См. «Коллективист» № 2—3, 1925 г., стр. 77.
2 См. «Коллективист» № 5—6, 1925 г., стр. 83.
3 См. «Колхозы СССР», стр. 92.
4 1920 год исчислен нами по данным ЦГАОР, ф. 478, оп. 18, д. 16, л. 13; 1925 год — по данным «Колхозы СССР», стр. 25.
5 ЦГАОР, ф. 4106, оп. 3, д. 991, л. 108.
229


Однако приведенные случаи не имели широкого распространения. В целом по стране обеспеченность колхозов землей за годы восстановительного периода в результате осуществленного, хотя и не полностью, землеустройства намного поднялась. (См. табл, на стр. 229.)
Таким образом, обеспеченность колхозов землей с 1920 г. по 1925 г. возросла на 68%. О зависимости обеспеченности колхозов землей от социалистического землеустройства можно судить по следующим данным1:
Всего
В том числе
землеустроенные
неземлеустроенные
Число колхозов в РСФСР (без Урала и Северного Кавказа) на 1.1 1925 г
6180
2210
3970
У них земли (тыс. дес.)
975,6
381,7
593,9
Десятин земли на 1 колхоз
158
173
150
Из приведенных данных видно, что землеустроенные колхозы имели более высокую обеспеченность землей, чем неземлеустроенные. Кроме того,' землеустроенные колхозы, как правило, имели земли в одном месте, что давало им возможность улучшить севооборот, перейти на многополье и поднять урожайность на своих полях. Переход колхозов на многопольный севооборот характеризуется данными, приведенными в таблице на стр. 231.
Таким образом, 53,6% колхозов РСФСР и 70,6% колхозов УССР имели многопольный севооборот. За пять рассматриваемых лет уменьшилась доля колхозов с трехпольем и увеличилась с многопольем. При этом необходимо учесть, что многие колхозы только что организовались (за 1925 г. число колхозов возросло на 7,4 тыс.) и не могли, конечно, сразу перейти на многопольный севооборот. По отдельным районам РСФСР процент колхозов, перешедших на многополье в 1925 г., характеризуется следующими данными: Северо-Западный — 62,0, Западный — 85,7, Центрально-промышлен1 См. «Коллективист» № 1, 1926 г., стр. 10.
230


ный — 78,8, Центрально-земледельческий — 56,5, Средневолжский—51,5, Нижневолжский — 69,1, Северный Кавказ— 13,1, Сибирь — около 40,0.
Изменение в севооборотах колхозов РСФСР (1920 г.—данные по колхозам 24 губерний РСФСР, 1925 г.— по 1052 колхозам) и УССР1
(В %)
Формы колхозов
Годы
С трехпольем
С многопольем
С непостоянным севооборотом и невыяв- ленные
Коммуны
1920
26
47
27
1924
26,7
65,9
7,4
Артели
1920
39
37
24
1924
32,4
56,4
11,2
ТОЗы
1924
30,3
40,7
29,0
В среднем . .
1924
30,6
53,6
15,8
По колхозам УССР
1924
6,8
70,6
22,6
* * *
Большой интерес представляют данные об изменении социального состава колхозов в годы восстановительного периода. Как известно, в первые годы социалистической революции среди членов колхозов значительный процент составляли рабочие, переселившиеся в деревню. По мере восстановления промышленности рабочие стали оставлять деревню и возвращаться в города на фабрики и заводы. Это послужило одной из причин изменения социального состава колхозов. Например, социальный состав колхозов Северо-Западного района с 1921 по 1925 г. изменился следующим образом (в %) 1 2:
1921г. 1925 г.
Крестьян и батраков .... 20 80
Рабочих 70 18
Прочих 10 2
1 См. И. А. Конюков, Очерки о первых этапах развития коллективного земледелия, стр. 68, 149.
2 См. «Колхозы СССР», стр. 161.
231


Основной причиной изменения социального состава колхозов в Северо-Западном районе было возвращение рабочих на фабрики и заводы Ленинграда.
В целом за годы восстановительного периода произошло изменение социального состава колхозов в сторону увеличения в них крестьян: колхозы почти целиком — на 80—90% стали крестьянскими, и в них начала увеличиваться, хотя еще и в незначительной мере, прослойка середняков. Например, в колхозах РСФСР в 1925 г. крестьяне составляли 85% (в Саратовской губернии — 96, в Смоленской — 93), рабочие — 11, служащие и прочие — 4% членов. В колхозах Украины крестьяне в 1925 г. составляли 76%, батраки—12, рабочие — 7, интеллигенция— 2, прочие — 3% всех членов1.
В восстановительный период колхозы организовывались преимущественно из деревенской бедноты: она составляла 70—80% крестьянского состава колхозов. Если сравнить социально-экономический состав колхозов с неколлективизированным крестьянством, то в колхозах беднота имела намного больший удельный вес, чем среди единоличного крестьянства. Это видно из следующих данных:
Социальный состав крестьянства в колхозах и вне их в 1924/25 г.
(в %)•
Бедняки
Середняки
Зажиточные, имеющие сроковых рабочих
В целом по крестьянству . . .
В колхозах РСФСР . . ..
24
85,7—73,6—
—50,2
64,7
12,8—25,2— —48,7
6,9
1,5—1,2—1,1
Из приведенных данных видно, что колхозы в основном состояли из крестьянской бедноты, а среди единоличного крестьянства основной социальной прослойкой были середняки. Если это сравнение провести по владе- 1 2
1 См. «Коллективист» № 7, 1925 г., стр. 33.
2 См. «Развитие советской экономики», М., 1940, стр. 216; «Контрольные цифры народного хозяйства на 1926—1927 гг.», М., 1926, стр. 187 (первые цифры — по коммунам, вторые — по артелям, третьи — по ТОЗам).
232


нию основными средствами сельскохозяйственного про- изводства — посевной площади, рабочему и продуктивному скоту, то получим ту же картину, а именно: в колхозах больше безлошадных, бескоровных и беспосевных крестьян, чем среди единоличного крестьянства.
Так, например, в 1925/26 г. по РСФСР процент безлошадных среди колхозников был равен 35,3, среди единоличников—28,8; процент бескоровных соответственно составлял 22,6 и 17,3. В колхозах УССР в 1924/25 г. 17% колхозников составляли бывшие безземельные крестьяне и 10,4% с наделом земли до 1 дес. В колхозах БССР в. 1925 г. было 17 158 крестьян, из них 10 295, или 60% всех колхозников, это бывшие батраки и безземельные крестьяне.
Вместе с тем в восстановительный период колхозное строительство начало затрагивать и середняцкие слои деревни. Уменьшился удельный вес бедняцких хозяйств в деревне. Например, число беспосевных крестьянских хозяйств по РСФСР сократилось с 4,7% в 1920 г. до 1,8% в 1925 г. Это произошло как за счет перехода бедноты в середняцкие слои, так и за счет перехода их в колхозы, что в нашей литературе обычно при объяснении причин уменьшения удельного веса бедняцких хозяйств в деревне не учитывается.
Изменения в количестве коллективных хозяйств, охват ими населения и обеспеченность землей характеризуются следующей таблицей1:
1920 г.
на сентябрь
1925 г. на июль
1925 г. в %. к 1920 г.
Число колхозов (тыс.) . . В них населения — едоков
10,5
21,9
208,5
(тыс.)
717,5
1085
151,2
У них земли (тыс. дес.) .
700,5
2974
424,5
За годы восстановительного периода количество колхозов увеличилось более чем в* 2 раза, население в них — в 1,5 раза, обеспеченность землей возросла в 4,2 раза. За годы восстановительного периода колхозы в 1 См. Н. Скрыпнев, Первые шаги социалистического переустройства сельского хозяйства в 1918—1920 гг., стр. 82; «Колхозы СССР», стр. 12, 25, 26.
233


среднем по числу членов стали более мелкими1, чем в период интервенции и гражданской войны, но более обеспеченными землей. За это же время увеличилось в колхозах количество рабочего и продуктивного скота и сельскохозяйственных машин. Таким образом, за годы восстановительного периода произошло экономическое усиление колхозов.
Обеспеченность всех колхозов скотом по республикам <ССР в 1925 г. характеризуется следующими данными:
(в тыс.)
Лошади
Крупный рогатый скот
Волы
СССР (без РСФСР, Узбекской и Туркменской ССР)
РСФСР
УССР
БССР
84,0
56,7
23,9
3,4
115,6
85,4
23,9
6,4
21,4 16,7
4,6 0,1
* * *
Переход к новой экономической политике означал и для колхозов изменение в распределении продукции между государством и колхозом: переход от продраз1 Изменение в численности населения в колхозах характеризуется следующими данными (по СССР, без УССР):
1920 г. 1925 г.
Среднее число человек в колхозе .... 63,3 55,0
в т. ч.: в коммунах 51,6 47,0
в артелях 67,0 46,0
По Омской губернии в 1924 г. средняя населенность новых коллективов была в 2 раза меньше, чем старых, и в 1,5 раза меньше, чем в коллективах, существующих с 1922/23 г. Так, в организовавшихся коллективах в 1920/21 г. было в среднем 65,4 человека, в 1922/23 г.— 60,8, в 1924 г.— 38,2 человека. На 1 января 1925 г. в Омской губернии было 271 коллективное хозяйство (ЦГАОР, ф. 478, ■оп. 58, д. 321, л. 137—139). Саратовское ГЗУ в своем отчете за 1924/25 г. также сообщало, что «рост числа объединений обгоняет рост числа членов, т. е. колхозы мельчают» (ЦГАОР, ф. 478, оп. 58, д. 326, л. 42).
234


верстки к продналогу. Декретом от 21 апреля 1921 г. правительство установило, что «зарегистрированные земельными органами коллективы и государственные советские хозяйства сдают все излишки... в размере не меньше норм обложения, установленных для данной области» Положение о сдаче излишков «не ниже норм обложения» для крестьян-единоличников данной области ставило колхозы, учитывая, что в них было большинство батраков и бедняков деревни, в невыгодное положение. Декретом от 17 ноября 1921 г. сельскохозяйственным коллективам (коммунам, артелям, товариществам по общественной обработке земли) предоставлено право свободного распоряжения излишками сельскохозяйственных продуктов, остающимися после выполнения госудац; ственных налогов * 2.
Это решение правительства имело большое значение, так как оно юридически закрепляло то положение, что колхозы являются товарными хозяйствами, строящими свою деятельность на связи с рынком, на материальной заинтересованности в результатах своей хозяйственной деятельности.
Приравнение колхозов по обложению налогом к нормам единоличных крестьянских хозяйств имело своей задачей, во-первых, предотвратить использование колхозной формы в целях укрытия от государственных обязательств, а во-вторых, показать всей крестьянской массе, что колхозы не пользуются какими-то особыми привилегиями и что результат их хозяйственной деятельности есть преимущество их коллективного труда. Однако это «равное право» при большом бедняцком составе колхозов превращалось на практике в более повышенное обложение. Кроме того, местные органы часто нарушали указания правительства и облагали колхозы более высокими нормами. Так, например, артель «Социализм» (Ульяновская губерния) была обложена в 1924/25 г. налогом по более высокому, шестому разряду урожайности, тогда как окружающее население платило налог по пятому разряду 3.
В дальнейшем в целях поддержания со стороны государства социалистических хозяйств в деревне коллек’ СУ, 1921 г., ст. 204.
2 Там же, ст. 628.
3 См. «Коллективист» № 3—4, 1926 г., стр. 42.
235


тивным хозяйствам предоставлялась скидка с причитающегося с них налога в размере 25%, «если хозяйства этих коллективов... ведутся без наемных рабочих»
Колхозы, как и единоличные крестьянские хозяйства, освобождались от уплаты сельхозналога, если у них количество пашни, приходящейся на едока, было ниже облагаемой нормы (1,5 дес.).
Процент освобожденных от уплаты сельхозналога колхозов за 1924/25 г. и 1925/26 г. был сравнительно невысок1 2.
1924/25 г. 1925/26 г.
Всего колхозов в СССР (тыс.) 16,3 21,9
Число колхозов, платящих сельхозналог (тыс.) .... 13,6 14,3
°/о колхозов, платящих сель¬
хозналог 83,4 65,3
о/о колхозов, не платящих сельхозналог 16,6 34,7
Многие колхозы пользовались скидками и премиями по сельхозналогу за проведение различных агрономических мероприятий: введение многопольного севооборота, травосеяния, рядового посева, за выведение сортовых и улучшенных семян, племенного скота и т. п.
Не располагая сводными данными о распределении продукции колхозного производства, приведем в порядке иллюстрации распределение ее по некоторым колхозам за 1922 г. (См. табл, на стр. 237).
Из приведенных данных видно, что государству сдавалось из продукции полеводства в среднем по пяти коммунам Северного Кавказа до 21% валового сбора. Часть продукции коммуны реализовывали на рынке, продавая ее государственным и кооперативным организациям. Остальная часть шла на семена и распределялась между членами в натуре. Продукт, продаваемый коммунами на рынке и отдаваемый в порядке налога государству, составлял 56% валового сбора. Сельское хозяйство на Северном Кавказе всегда было более товарным, поэтому в других областях процент товарности колхозов был ниже. Например, в коммуне «Дача» (Тамбовской области) он составлял только 40%. Однако по отношению к едино-
1 СУ, 1924 г., ст. 570.
2 См. «Сельское хозяйство СССР в 1925/26 г», 1927, стр. XXX.
236


Распределение продукции полеводства по 6 колхозам Северного Кавказа и Тамбовской губернии за 1922 г.1
Наименование колхозов
Собрано урожая (в пудах)
Сдано государству в порядке продналога
Продано государству и кооперативным организациям
Остаток продукции в натуре
пудов
%
пудов
1 %
пудов
%
Коммуна «Всемирная дружба» (Кубано- Черноморская обл.)
24 837
4419
18
9 342
38
11 076
44
Коммуна им. К. Маркса (Донская обл.)
14 154
3 200
22,5
1 648
11,5
9 306
66
Федоровская трудовая коммуна (Ку- бано-Черноморская обп.)
14 130
2 250
16
6 290
44
5 590
40
Коммуна им. Ленина (Донская обл.) . .
25 137
4 790
19
12 693
51
7 654
30
Сельскохозяйственное трудовое объединение (Кубано- Черноморская обл.)
9 921
3 765
38
950
9,6
5 205
52,4
По 5 колхозам
88 179
18 424
20,9
30 923
35,1
38 831
44
Коммуна «Дача» (Тамбовская губ.) . .
10214
187,5
1,8
3 884
38,1
6142,5
59,1
личным крестьянским хозяйствам товарность в колхозах была намного выше. Так, по данным Госплана, товарная часть продукции в колхозах РСФСР в 1925/26 г. исчислялась в 46,1%, а в единоличных крестьянских хозяйствах — в 16,9 % 1 2.
В годы восстановительного периода тяжесть налогового обложения сельскохозяйственного населения снижалась. Уменьшалась и доля бесплатного отчуждения продукции колхозов в пользу государства. По данным комиссии СНК по изучению тяжести обложения населе1 Составлена по данным «Сельскохозяйственные коммуны по материалам обследования Московского высшего кооперативного института в 1923 г.», 1924, стр. 10, 13, 58, 62, 81, 84, 101, 116, 132.
2 См. «Контрольные цифры народного хозяйства на 1927/28 г.», стр. 373.
237


ния налогами, все налоговые платежи (включая платежи по страховке) на земледельческое население в 1924/25— 1925/26 гг. составляли 8,1% валового дохода хозяйства, а сельхозналог в 1924/25 г.— 3,7%, в 1925/26 г.— 2,4% к
Организация колхозов на надельных землях, увеличение в их составе доли крестьян, и в частности середняков,— все это, вместе взятое, существеннейшим образом сказалось не только на изменении форм колхозов в годы восстановительного периода, о чем было сказано выше, но и на изменении форм распределения доходов внутри колхоза. Если раньше, когда в составе колхозов были главным образом батраки и бедняки, не вносившие в колхоз своего имущества, организация коммун и распределение в них по потребностям или по едокам более или менее соответствовали их имущественному состоянию, то середняков, входивших в колхозы со своим имуществом, не устраивал такой принцип распределения доходов. Поэтому в годы восстановительного периода мы наблюдаем в колхозах переход к распределению по труду, паям и имуществу.
Колхозы переживали период перехода к распределению по принципу материальной заинтересованности. Это был период искания меры распределения доходов, когда почти каждый колхоз вносил своеобразие, свою лепту в искание путей распределения доходов. Здесь были колхозные боны, расчетные рубли, трудовые паи, трудодни, заработная плата, жетоны, установление квалификаций, классов и т. д. и т. п. Часто в одном и том же колхозе распределение продукта производилось по разным признакам. Так, например, в колхозе «Защита труда» (Саратовская губерния) «распределение продуктов производилось по потребностям, кормов — по скоту, а соломы — по печам» 1 2.
Это разнообразие форм распределения отражало собой различие форм колхозного движения (коммуны, артели, товарищества), различие в социальном составе колхозов, путь организации (на надельной или нетрудовой земле) и степень обобществления средств производства. Однако, как ни разнообразны были формы распре1 См. «Доклад комиссии СНК СССР по изучению тяжести обложения отдельных социальных групп населения СССР в 1924/25 и 1925/26 гг.», 1927, стр. 31—37.
2 ЦГАОР, ф. 4106, оп. 14, д. 30, л. 66.
238


деления доходов, они вращались вокруг трех элементов хозяйства: земля, имущество (инвентарь, постройки и скот) и труд (трудоспособные и нетрудоспособные- члены семьи). Так как в отдельных формах колхозов эти элементы играли разную роль в организации обобществленного хозяйства, то существовали и различные формы распределения продукта.
В коммунах, которые в большинстве своем состояли из бедняков и батраков и организовались в бывших помещичьих имениях, где использовались постройки, дома, инвентарь, рабочий и продуктивный скот этих имений, о распределении доходов по имуществу не могло- быть и речи. Здесь обычно господствовал потребительский принцип распределения. Однако новая экономическая политика стала изменять установившийся принцип распределения доходов и в коммунах. Так, коммуна им. Карла Либкйехта (БССР), организовавшаяся в феврале 1919 г. в бывшем поместье «Сорочино» из безземельных и малоземельных крестьян в количестве 23 крестьянских семейств, за семь лет существования трижды меняла систему распределения доходов. В 1925 г. она перешла на сдельную оплату труда. Хозяйство коммуны было разбито на четыре отрасли: полеводство, животноводство, садоводство и технические предприятия. Все члены коммуны были распределены по этим отраслям, за каждым закреплена определенная работа и установлена заработная плата. Из заработной платы вычиталась стоимость «стола» и квартиры. Остальная часть выдавалась на руки по мере надобности1. Корреспонденции журнала «Коллективист» пестрят сообщениями о подобных формах распределения доходов с учетом материальной заинтересованности.
В артели «Красное знамя» (УССР) вначале была установлена плата за 10-часовой рабочий день для взрослых в 60 коп., для подростков — 45 коп., а в 1925 г. — годовой паек в размере 100 руб. для взрослых, 50 руб. для подростков и 25 руб. для детей. Чтобы получить паек, каждый член коммуны должен отработать установленное число рабочих дней. Остальная продукция делилась по трудодням, выработанным сверх нормы. В конце года оказалось, что у одних норма рабочих дней перевы1 См. «Коллективист» № 6, 1926 г., стр. 22—23.
239


полнена на 50%, у других не выполнена, поэтому за рабочий день в счет пайка члены получили по 55 коп., а сверх нормы — по 35 коп. На 1926 г. было установлено, что все получают одинаковый паек — по 3 руб. в месяц, а остальные продукты распределяются по трудодням
В коммуне им. К. Маркса (УССР) за единицу измерения труда был принят «жетон», приравненный к восьми рабочим часам. Уход за 10 лошадьми, или за 12 коровами, или за 20 свиньями оценивался в 1 жетон, обслуживание кухни на 40 человек — в 3 жетона, вывоз в поле 15 возов навоза — 1 жетон, вязка 5 копен хлеба — 1 жетон и т. д. Было также установлено, что 35% доходов коммуны должно пойти на покрытие общих расходов по хозяйству, 30% — на общее довольствие членов и 35%—на выдачу членам по жетонам1 2.
В коммуне «Красный сибиряк» (Барнаульский округ) все сельскохозяйственные работники были разбиты на четыре категории и им была установлена зарплата в 20, 19, 15 и 13 руб. в месяц. В целях поддержания производительности труда Совету коммуны было дано право штрафовать членов, недобросовестно относящихся к работе3. Такой же порядок распределения был в коммуне «Социализм» (Новониколаевская губерния), в коммуне «Верный путь» (Новосибирский округ), «Просвет» (Гомельская губерния) и в ряде других коммун. Здесь все члены коммуны разбивались на категории (квалификации), согласно которым устанавливалась заработная плата. Каждая семья получала продукты на руки и готовила отдельно, на заработную плату приобретали одежду и утварь.
Таким образом, для коммун в отношении распределения доходов в годы восстановительного периода было характерно постепенное внедрение принципа материальной заинтересованности (введение заработной платы, установление прожиточного минимума, категорий квалификации труда, применение жетонов и т. п.).
В сельскохозяйственных артелях и ТОЗах, в отличие ют коммун, в распределении доходов значительную роль 1 См. «Коллективист» № 17—18, 1926 г., стр. 37—38.
2 См. «Коллективист» № 7, 1926 г., стр. 22.
3 См. «Коллективист» № 7, 1925 г., стр. 46—47.
240


играло имущество — собственность на средства производства. При этом большое значение имело следующее обстоятельство — обобществлены или находятся в личной собственности членов артелей и ТОЗов средства производства.
Степень обобществления средств производства была различной. Так, например, из 320 обследованных артелей в Черкасском и Белоцерковском округах УССР рабочий скот и сельхозинвентарь были обобществлены только в 44 артелях, в остальных1 артелях они находились в лич^ ной собственности колхозников. Аналогичное положение было и в других областях и краях.
Формы обобществления средств производства тоже были разные. Их можно свести к трем:
а) постоянное обобществление, с выдачей обратно натурой или деньгами пая только в случае выхода из артели;
б) обобществление с выплатой стоимости внесенного имущества в определенный срок. Так, например, в артелях «Надия», «Правда» и др. (УССР) было установлено, что стоимость внесенного в порядке пая инвентаря артелью возвращается членам в течение трех лет из ежегодно выделяемых средств для этой цели1 2;
в) обобществление на время сезонных работ. Например, в артели «Красный Октябрь» (Тамбовская губерния) на время полевых работ лошади обобществлялись и находились в общем пользовании, а на зиму разводились по дворам хозяев 3.
Обобществление средств производства могло быть полное и неполное (паевое). Устав сельхозартели, принятый в 1920 г., требовал полного обобществления. «Вступающий в артель,— записано в пункте 7 устава,— ликвидирует свое единоличное хозяйство и отдает весь имеющийся у него живой и мертвый сельскохозяйственный инвентарь в распоряжение артели для ведения общего хозяйства». Невыполнение этого пункта устава служило для земельных органов поводом для ликвидации некоторых артелей. Так, на Украине из тысячи распавшихся колхозов «из-за недостаточно полного обобществ1 См. «Коллективист» № 12—13, 1926 г., стр. 27.
2 Там же, стр. 28—29.
3 См. «Коллективист» № 7, 1927 г., стр. 23.
16
Очерки по истории
241


ления труда или средств производства» было ликвидировано административным путем около 500 колхозов Комиссией Клинцовского уисполкома и уземотдела Гомельской губернии в 1924 г. было ликвидировано 36 колхозов потому, что у них «не все орудия производства обобществлены»1 2. Коммуне «Лапино» (Ленинградская область) ставилось в вину, что у нее не было общего стола, а у отдельных членов имелись куры и поросята 3.
В тех случаях, когда артель создавалась на условиях внесения паев натурой или деньгами, сразу или в рассрочку, основным критерием при распределении доходов был труд, рабочая сила или так называемый «трудовой пай». Трудовой пай — это количество рабочих дней, которое должен выполнить крестьянский двор, исходя из числа едоков в семье. Он исчислялся путем деления всех необходимых затрат на число едоков в колхозе. В этом случае многодетные семьи иногда не могли выполнить трудового пая и вынуждены были прибегать к найму. Семьи же, имеющие много трудоспособных и мало детей, быстро выполняли трудовой пай и прекращали работу. Эта система давала возможность, не участвуя в работе колхоза, принимать участие в распределении продукции. Так, два члена украинского колхоза «Снш» сами в артели не работали, а для выполнения работ нанимали поденщиков, платя им по 40 коп., тогда как в колхозе рабочий день оценивался в 1 р. 20 к.4
Во многих сельскохозяйственных артелях распределение доходов велось по установленным для каждой категории нормам натуральной или денежной оплаты. Так, в сельхозартели «Большевик» (БССР) были установлены четыре категории: рабочий день взрослых приравнивался к 1, специалистов — к 1,25, по управлению хозяйством — к 1,75, подростков до 20 лет — к 0,75 5. По УССР расценки рабочего дня были в 1924/25 г. следующие 6:
1 ЦГАОР, ф. 4106, оп. 29, д. 43, л. 79.
2 «На аграрном фронте» № 4, 1925 г., стр. 36.
3 См. «Коллективист» № 5—6, 1925 г., стр. 77.
4 См. «Коллективист» № 2, 1927 г., стр. 12—13.
5 См. «Коллективист» № 19—20, 1927 г., стр. 31.
6 См. «Коллективист» № 2, 1927 г., стр. 11; № 19—20, 1926 г., стр. 24.
242


Мужчины
Женщины
Подростки
Дети
В 37 артелях (1925 г.) .
35 фунтов ржи
33 фунта ржи
20 фунтов ржи
не установлено
» 30 > (1924 г.) .
77 коп.
60 коп.
45 коп.
20 коп.
> 28 > (1925 г.) .
80 >
65 »
45 »
не установлено
Зеленковская артель
100 >
90 »
90 >
25 коп.
Россовская »
80 »
60 »
40 »
20 >
Ольшанская »
1 пуд ржи
30 фунтов ржи
20 фунтов ржи
не установлено
В некоторых колхозах
устанавливались
сдельные
оплаты. Так, например, в артели «Нива» (УССР) вспашка и посев одной десятины оценивались в 8 пудов ржи. Однако сдельные работы применялись редко.
Установление заранее твердой расценки, в деньгах или натуре, рабочего дня при распределении доходов иногда приводило к тому, что члены артели «зарабатывали» больше, чем имелось соответствующих фондов для распределения. Так, например, в Лебединской артели «Перше травня» в 1926 г. по установленной плате в размере от 75 коп. до 1 руб. за день в конце года членам артели причиталось на 900 руб. больше выделенных фондов; для покрытия «дефицита» было решено продать часть обобществленного скота
В тех сельскохозяйственных артелях, где инвентарь и рабочий скот не были обобществлены, с учетом числа едоков в семье устанавливалось количество дней, на которое колхозу должны быть предоставлены лошадь и тот или иной инвентарь. В этих случаях распределение доходов производилось по едокам. Такой порядок организации труда и распределения доходов наиболее часто встречался в сельхозартелях УССР, Тамбовской, Кур* ской, Рязанской и других губерний РСФСР. Так как число лошадей в хозяйстве было разное, то многолошадные крестьянские дворы могли выполнить свою норму быстрее. В этом случае, например в артелях Воронежской губернии, разрешалось таким хозяйствам выполнять норму за других, получая за это треть урожая.
Иногда наличие рабочего скота имело решающее значение в распределении доходов артели. Так, в Литви- нецкой артели «Незаможник» в 1924 г. на каждого трудоспособного пришлось доходов 33 р. 86 к., а на рабочую 1 См. «Коллективист» № 13, 1927 г., стр. 10.
16*
243


лошадь— 127 руб. В таких артелях лошадным крестьянам было невыгодно идти на обобществление рабочего скота. Когда в 1924 г. на общем собрании Гуливской сельхозартели № 1 (УССР) было решено обобществить лошадей, то все хозяева, имеющие 2—3 лошади, из артели вышли. В Толстянской артели «Плуготарь» (УССР) лошадные крестьяне согласились на обобществление лошадей только при выплате стоимости их по рыночным ценам Ч
Таким образом, в годы восстановительного периода распределение доходов по имуществу как оплаты внесенного имущества в качестве пая, оплаты предоставляемого для использования живого и мертвого инвентаря имело довольно широкое применение в артелях и ТОЗах. Распределение доходов по имуществу в той или иной мере использовалось во всех артелях, где средства производства не были обобществлены, а таких артелей, например в УССР, было большинство. Распределение по имуществу производилось также в форме оплаты внесенных членами артели паев.
Мы видим, что в годы восстановительного периода в колхозах не было трудодня как единой меры труда и распределения доходов. Однако некоторые элементы его, связь рабочего времени с выполненной работой, уже намечались и тогда. На Всероссийском совещании сельскохозяйственных коллективов в 1925 г. некоторые представители с мест указывали на введение оплаты труда с учетом качества работы. Так, например, представитель от артели «Возрождение» (БССР) говорил, что у них «сначала велась только запись рабочих дней, но на этой почве происходили споры, вследствие чего пришлось записывать дни и указывать качество произведенной работы... Раньше председатель должен был искать рабочих, а теперь, наоборот, сами рабочие ищут его, чтобы получить работу» 1 2.
* *
*
Колхозы в годы восстановительного периода объединяли около 0,8% крестьянских хозяйств и занимали небольшой удельный вес в сельскохозяйственном произ1 См. «Коллективист» 15, 1926 г., стр. 21.
2 «Вестник сельскохозяйственной кооперации» № 6, 1925 г., стр. 54.
244


водстве. Задача колхозов в этот период состояла в том, чтобы на деле показать преимущества коллективного хозяйства перед мелким единоличным крестьянским хозяйством; показать окружающему крестьянскому населению, что только в колхозе можно организовать рациональное земледелие с применением современной науки и техники, что только через объединение своих усилий в коллективном хозяйстве трудящиеся крестьяне смогут избавиться от нужды и поднять свое благосостояние.
В. И. Ленин неоднократно указывал, что крестьян можно убедить в преимуществах коллективного хозяйства только на практическом опыте, что «воздействовать на миллионные мелкие крестьянские хозяйства можно только постепенно, осторожно, лишь удачным практическим примером, ибо крестьяне — люди слишком практичные, слишком крепко связанные со старым земельным хозяйством, чтобы пойти на какие-либо серьезные изменения только на основании советов и указаний книжки». Эта задача практического примера и возлагалась на первые коллективные хозяйства. «Надо,— говорил Ленин на I съезде земледельческих коммун и сельскохозяйственных артелей,— так поставить коммуну, чтобы она стала образцовой и чтобы соседние крестьяне сами потянулись к ней...» 1 Поэтому коллективные хозяйства не должны отгораживаться от окружающего крестьянского населения, а должны помогать ему, чтобы заслужить уважение и авторитет среди крестьян.
Как же выполнялась эта задача коллективными хозяйствами в годы восстановительного периода?
Колхозы, сильно пострадавшие в годы интервенции и гражданской войны, должны были прежде всего восстановить свое хозяйство. Только после этого они могли стать агрикультурными центрами деревни. Для этого требовалось определенное время. Вновь организуемые колхозы также не могли сразу добиться коренного переворота в своем производстве. Поэтому нельзя было требовать, чтобы все колхозы к концу восстановительного периода стали образцовыми хозяйствами.
В результате оказанной колхозам со стороны государства помощи: обеспечение землей, передача многих бывших частновладельческих имений, обеспечение кре1 В. И. Ленин, Соч., т. 30, стр. 178.
245


дитами для приобретения сельскохозяйственных машин, скота, семян и т. п., осуществление землеустройства, постепенное улучшение организации труда на основе материальной заинтересованности — колхозы подняли свое производство и многие из них стали показательными хозяйствами. Об этом свидетельствует рост числа колхозов за последние годы восстановительного периода, организация их на крестьянских надельных землях и увеличение доли середняка в колхозах. Следовательно, колхозы начали на деле показывать преимущества перед мелким крестьянским хозяйством; средний крестьянин начал, хотя еще понемногу, осторожно, тянуться к коллективному хозяйству.
Преимущества колхозов сказались, во-первых, в более высокой интенсивности хозяйства, что видно из сравнения структуры посевных площадей. (См. ниже приведенную табл, и табл, на стр. 247.)
Структура посевных площадей в колхозах и единоличных хозяйствах УССР в 1924 г.
(в %)1
Рожь озимая
Пшеница • озимая
Яровая пшеница, ячмень, овес
Пропашные
Колхозы . . . Единоличные
21,5
18,0
36,7
15,5
хозяйства
28,0
10,5
37,0
12,6
Из приведенных данных видно, что в колхозах пшеница, как более ценная, чем рожь, культура, пропашные и травы занимали больший удельный вес, чем у единоличных крестьян.
В колхозах Московской губернии посевные травы занимали 15% посевной площади, а у единоличных крестьян — всего лишь 4,1 %, в колхозах Воткинской области травы занимали 16,1%, у единоличников—0,3% посевной площади.
Увеличение посевов трав и пропашных культур в посевной площади колхозов является показателем внедрения многопольного севооборота в колхозах и залогом более высокой урожайности их полей.
1 См. «Колхозы СССР», стр. 95, 113.
246


Структура посевных площадей за 1924/25 г. в колхозах и крестьянских хозяйствах БССР (В %)1
Зерновые
Пропашные
Технические
Травы
Колхозы
72,1
10,6
2,7
14,6
Единоличные хозяйства .
82,7
10,5
3,2
3,6
Опубликованные и архивные источники показывают, что урожай в колхозах, как правило, был в среднем на 20—25% выше, чем на полях единоличных крестьян. Вот несколько примеров за ряд лет.
Урожайность в 1923 и 1925 гг. (в пудах с десятины) *
Рожь озимая
Пшеница
Овес
Гречиха
Просо
Ячмень
Кукуруза
Сахарная свекла
Подсолнечник
Картофель
озимая
яровая
1923 г.
Колхозы . . .
Единоличные хозяйства .
Колхозы . . .
Единоличные хозяйства .
55,4
43,1
83,5
45,3
73,5
44,8
83,2
62,8
40,4
25,9
нет св.
нет св.
37,4 27,8
28,2 20,6
1925 г.
44,9 нет
40,2
29,4
нет св.
нет св.
41,3
24,9
56,9
32,8
70,4
59,8
нет св.
нет св.
594
448,4
нет св.
нет св.
40,8
36,7
нет св.
нет св.
364
283,2
нет св.
нет св.
31,1
св.
нет св.
Из приведенных
данных
МОЖНО
сделать два суще-
ственных вывода: во-первых, урожайность в колхозах выше, чем в единоличных хозяйствах, и, во-вторых, за период с 1923 по 1925 г. урожайность в колхозах намного возросла. Более высокий урожай в колхозах по 1 См. «Колхозы СССР», стр. 113.
2 См. С. П. Аржанов, Экономико-географические основы СССР, 1927, стр. 244; ЦГАОР, ф. 4106, оп. 29, д. 43, л. 51.
247


сравнению с единоличными крестьянскими хозяйствами обеспечивался тем, что большинство землеустроенных колхозов перешло на правильный многопольный севооборот и проводило агротехнические мероприятия, которые были не под силу индивидуальным крестьянским хозяйствам.
Большую роль колхозы начали играть в развитии семеноводства, разведении племенного скота и в снабжении ими крестьянских хозяйств окружающих деревень. В колхозах Украины 3488 дес. земли было занято посевом семенных культур, что составляло 12% всего государственного семеноводства УССР. В Тамбовской и Воронежской губерниях 182 колхоза, занимавшиеся семеноводством, имели под семенными культурами 3911 дес. земли, колхозы Саратовской губернии в 1925 г. дали 4659 пудов семян Ч Колхозы оказывали помощь крестьянам в очистке семян и в обработке полей своими сельскохозяйственными машинами.
Приведем несколько отзывов губернских земельных органов о влиянии колхозов на крестьянские хозяйства. • Так, Нижегородское ГЗУ в отчете за 1924/25 г. отмечало, что колхозы «являются наиболее сильными помощниками в работе земорганов... Растет широкое доверие к ним окружающего населения. Крестьянство обращается в колхозы за сельскохозяйственными машинами, сортовыми семенами; на случные пункты, за разнообразными советами и переносит на свои поля наиболее эффективные агромероприятия»1 2. Вологодское ГЗУ в отчете за 1924/25 г. сообщало: «Наряду с количественным ростом колхозов (в губернии на 1 января 1925 г. было 193,6 тыс. крестьянских хозяйств, из них 28,4 тыс., или 14,5%, входили в колхозы) в губернии и укреплением их экономической мощи безусловно растет их агрикультурное и хозяйственное значение и влияние на окружающее население». Из приведенных в отчете данных видно, что урожайность по зерновым и травам выше в колхозах, по техническим—в крестьянских хозяйствах. В крестьянских хозяйствах Вологодской губернии средний надой молока с коровы не превышал 75 пудов в год, а в артели «Северное хозяйство» был в 1923 г. 70 пудов, в 1924 г.—
1 ЦГАОР, ф. 4106, оп. 2, д. 219, л. 13.
2 ЦГАОР, ф. 478, оп. 58, д. 318, л. 58.
248


98, в 1925 г.— ПО пудов. В 1925 г. колхозы Вологодской губернии построили три скотных двора, на 40 голов крупного рогатого скота каждый. В отчете также отмечалось, что «далеко не все колхозы сумели еще выйти из былой хозяйственной разрухи» и стать «агрикультурными центрами для окружающего населения» Ч
Вместе с тем стало изменяться и отношение крестьян к колхозам. На Всероссийском совещании сельскохозяйственных коллективов в 1925 г. представитель коммуны «Луч солнца» (Тюменский уезд) заявил: «Самое основное и важное это то, что к настоящему моменту мы подружились с населением, с крестьянством.;. В настоящее время оно тянется к коммуне и ищет у нее дружбы. Крестьянин идет в коммуну затем, чтобы купить или взять в кредит породистого поросенка — иоркшира, чтобы получить семена вики и клевера, чтобы взять для случки племенного быка или жеребца» 1 2.
Конечно, кулаки продолжали различными способами вредить колхозному хозяйству и мешать среднему крестьянину и бедняку вступлению в колхозы распространением всяких ложных, клеветнических слухов. Иногда вражеские элементы осуществляли свою эксплуататорскую деятельность под маркой колхоза. Так, например, колхоз им. Шевченко (Полтавская губерния) состоял из четырех братьев Соловьевых — старых промышленных огородников, эксплуатирующих наемных рабочих, и двух братьев Селивановых—родственников бывших помещиков, славившихся своими винокуренными заводами и рысаками, да единственного, для отвода глаз, незаможника. Этот колхоз имел 72 дес. земли, производство было основано на наемном труде. Наемным рабочим братья-руководители платили по 40 коп. в день, а себе положили зарплату от 80 до 1 р. 50 к.3 Иногда кулацкие элементы пролезали в колхоз, чтобы изнутри развалить его.
Первые колхозы сыграли большую роль в подготовке поворота основных масс крестьянства на путь крупного социалистического хозяйства.
1 ЦГАОР, ф. 478, оп. 58, д. 471, л. 55.
2 «Вестник сельскохозяйственной кооперации» № 6, 1925 г.„ стр. 52—53.
3 См. «Коллективист» № 5, 1926 г., стр. 27.
249


В. М. Московии
НОВЫЕ ФОРМЫ смычки ГОРОДА И ДЕРЕВНИ В ПЕРИОД ПОДГОТОВКИ МАССОВОЙ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ
СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА
Решающую роль в подготовке и осуществлении замены старых, мелкобуржуазных производственных отношений в деревне новыми, социалистическими играет производственная помощь города деревне, ведущая роль индустрии по отношению к сельскому хозяйству.
Являясь базой роста рабочего класса, а следовательно, и фактором усиления его влияния и руководящей роли по отношению к крестьянству, развивая новые производительные силы в деревне, создавая материальную основу для переработки индивидуалистической психологии крестьян в духе коллективизма, материально заинтересовывая их в переходе на коллективное ведение хозяйства путем осуществления производственной смычки города и деревни, социалистическая индустриализация подготовила массовый поворот крестьянства в сторону социализма.
В 1927/28 г. со всей остротой сказалась недостаточность торговой смычки между городом и деревней для дальнейшего строительства социализма и укрепления союза рабочего класса и крестьянства. Мало затрагивавшая само производство мелкокрестьянского хозяйства, торговая смычка не могла внести серьезных изменений в соотношение сил мелкокрестьянского и кулацкого хозяйства, на стороне которого лежали преимущества крупного производства.
К 1927/28 г. обычное отставание темпов развития сельского хозяйства превратилось в чрезмерное, а это повлекло за гобой прежде всего замедление роста внут250


реннего рынка. Одновременно это означало также значительное сокращение товарной части сельскохозяйственной продукции. Сельское хозяйство уже не могло обеспечить промышленность необходимым количеством сырья, а население—продовольствием. К 1927/28 г. в нашей стране производилось товарного хлеба вдвое меньше, а вывоз за границу уменьшился в 20 раз по сравнению с 1913 г. В последующие годы происходило дальнейшее сокращение производства товарного хлеба. Наглядным примером являлись хлебозаготовительные трудности 1927/28 и 1928/29 гг. В январе 1928 г. государственный дефицит хлеба составлял 128 млн. пудов.
Для ликвидации чрезмерной отсталости сельского хозяйства путем его социалистического преобразования, для дальнейшего укрепления союза рабочего класса и крестьянства необходимо было подкрепить и дополнить товарную (старую) форму смычки города и деревни производственной (новой) формой смычки, которая приобретала теперь решающее значение во взаимоотношениях города и деревни. Как подчеркивала XVI партконференция, «наряду со старыми формами смычки... между городом и деревней, выдвигаются новые формы смычки, развивающиеся на базе производственной связи рабочего класса с крестьянством»
В течение определенного периода времени Советское государство, руководствуясь марксистско-ленинским положением о том, что возникновение нового общественного строя в деревне возможно только при материальной поддержке рабочего класса, сознательно шло на то, что деревня не возмещала издержек государства, затраченных на оказание ей производственной помощи.
Именно поэтому основным содержанием производственной смычки до победы коллективизации являлась такая производственная помощь крестьянскому хозяйству, которая способна была подготовить условия для коренной реконструкции сельского хозяйства.
Новая смычка уже непосредственно изменяла сам строй сельскохозяйственного производства. Она влекла за собой повышение урожайности, подъем производительности труда в сельском хозяйстве, повышение рентабельности хозяйства, улучшение материального поло-
1 «КПСС в резолюциях...», ч. II, 1954, стр. 579. 251


жения трудящихся масс. Крестьяне воочию убеждались в преимуществах крупного социалистического производства с коллективным трудом и новейшей техникой.
Насыщение деревни машинной техникой, создание новых производительных сил в сельском хозяйстве делали необходимым устранение старых производственных отношений, основой которых являлась единоличная собственность на средства производства.
Коммунистическая партия, предвидя, что противоречие между развивающимися производительными силами и отсталыми производственными отношениями будет обостряться, проводила наряду с технической реконструкцией необходимые мероприятия, которые способствовали социальной реконструкции сельского хозяйства. В стране, где в деревне господствовало мелкокрестьянское хозяйство и центральной фигурой являлся середняк, переход к крупному социалистическому хозяйству возможен был, как это предусматривалось ленинским кооперативным планом, через кооперацию.
Вот почему, став на путь развития производственной смычки города и деревниг Коммунистическая партия на XV съезде провозгласила курс на коллективизацию сельского хозяйства.
Средством осуществления производственной смычки между городом и деревней в период непосредственной подготовки к массовой коллективизации являлись совхозы, тракторные колонны, колхозы, контрактация и другие виды производственной кооперации. Основная роль их сводилась к тому, что они, с одной стороны, демонстрировали преимущества крупного хозяйства перед мелким, являлись базой применения передовой техники в сельском хозяйстве, оказывали помощь индивидуально-крестьянским хозяйствам, способствовали возникновению простейших производственных объединений, служивших переходной ступенью к колхозам, и, с другой стороны, поставляли сырье и продовольствие для города.
Для перехода к новым формам смычки города и деревни в анализируемый нами период были созданы важнейшие материальные и политические предпосылки
1 Речь идет здесь только о тех экономических и политических условиях, которые необходимы были для осуществления производст-
252


С 1927 по 1929 г. социалистическая индустрия достигла в своем развитии значительных успехов. Валовая продукция промышленности за эти годы увеличилась на 43%. Производство средств производства увеличилось за период с 1925 г. по 1929 г. на 149,3%, а производство предметов потребления — на 98%.
Все это создавало базу для развития сельскохозяйственного машиностроения. Так, производство тракторов начиная с 1928 г. систематически росло. Было выпущено тракторов (в тыс. шт.) Ч
в 1928 г 1,3
» 1929 » 3,3
» 1930 » 9,1
» 1931 » 37,9
» 1932 » 48,9
Одновременно, начиная с 1928 г., социалистическая промышленность стала развивать производство прицепного и сложного инвентаря. Так, например, завод «Серп и молот» приступил к массовому производству тракторных молотилок, Люберецкий завод освоил производство шестифутовых сноповязалок и т. д. В это же время были заложены крупнейшие заводы сельскохозяйственного машиностроения: Сталинградский тракторный завод и ростовский завод — Ростсельмаш.
Если развитие индустрии в анализируемый период еще не достигло необходимого уровня для технического перевооружения сельского хозяйства, то оно уже тогда создавало базу для поворота крестьян к колхозам, так как показывало заложенные в социалистической индустрии возможности реорганизации земледелия на новой технической основе.
Советское государство в эти годы оказало значительную финансовую помощь колхозному движению. Об этом свидетельствуют данные о финансировании сельского хозяйства за 1926/27 и 1927/28 гг. (в млн. руб.) * 1 2:
венной смычки в условиях диктатуры пролетариата при наличии национализации земли и тех социально-экономических изменений, которые произошли в экономике страны в результате победы Великой Октябрьской социалистической революции.
1 См. «Народное хозяйство СССР в 1956 г.», 1957, стр. 82.
2 См. «Вопросы колхозного строительства в СССР», 1951, стр. 237.
253


1926/2 7 г. 1927/28 г. 1928/29 г.
Бюджетное финансирование сельского хозяйства 298,1 393,7 714,2
Производственное кредитование (система сельскохозяйственного кредита) 414,5 547,0 587,4
В 1927/28 г. Советское государство дало сельскому хозяйству на 200 с лишним миллионов рублей больше, чем в 1926/27 г., а в 1928/29 г.— почти на 600 млн. руб. больше.
1927/28 и 1928/29 годы характеризовались систематическим ростом налоговых льгот для коллективных хозяйств. Для этого периода характерно значительное увеличение числа колхозов, совершенно освобожденных от налога, а также систематическое снижение размера налогов, которые должны были платить колхозы путем повышения скидок. В 1927/28 г. необлагаемый минимум для коллективных хозяйств был установлен в размере 20 руб. дохода на едока, а в 1928/29 г.— 30 руб. Скидка с исчисляемого налога для коммун и артелей в 1927/28 г. составляла 25%, а в 1928/29 г. для коммун — от 30 до 60,%, для артелей — от 25 до 40%.
В период налаживания производственной смычки необходимо было решить проблему пополнения деревни квалифицированными кадрами. За 9 месяцев 1928 г. в системе Колхозцентра число агрономов увеличилось на 476,3%. Была создана широкая сеть курсов по подготовке специалистов из крестьян. В 1928/29 г. Советское правительство ассигновало на организацию курсов 734 600 руб., что составило к ассигнованиям прошлого года 200,4%
Все увеличивающееся доверие середняка к рабочему классу вызвало обострение классовой борьбы в деревне. Кулак принимал все меры для того, чтобы воспрепятствовать окончательному переходу середняка на сторону социализма, сорвать производственную смычку города и деревни. Поэтому, для того чтобы укрепить союз рабочего класса с крестьянством в 1927/28 и 1928/29 гг., необходимо было усилить борьбу с кулаком. Только орга1 Архив Колхозцентра СССР, оп. 240, связка I, д. 5-а.
254


низованная беднота в союзе с рабочим классом города,, ведущая за собой середняка, может сломить сопротивление кулачества.
Работа среди бедноты велась по двум направлениям: во-первых, оказание экономической помощи бедняцким хозяйствам и, во-вторых, организация бедноты, превращение ее в политическую силу и помощника рабочего класса в деревне.
По линии экономической помощи бедняцким хозяйствам государство прежде всего значительно увеличило налоговые льготы. Так, если в 1927/28 г. от сельскохозяйственного налога было полностью освобождено уже 28,6% бедняцких хозяйств, то в 1928/29 г. количества таких хозяйств составляло 35%.
Малоимущие середняцкие слои облагались незначительно, так как налоговые ставки были прямо пропорциональны сумме дохода на едока. Поэтому если хозяйство имело 55 руб. дохода на едока, то оно платила налога всего 3 р. 05 к., или 5,54% дохода одного едока; если доход на едока составлял 120 руб., то налог составлял 17 р. 70 к., или 14,75% дохода едока, и соответственно— с 300 руб. взимали 62 р. 70 к., или 20,9%
В то же время беднота получала и кредит на особа льготных условиях. Прежде всего системой сельскохозяйственного кредита было организовано два специальных фонда для оказания помощи беднякам: фонд кооперирования бедноты и фонд кредитования бедноты.
Фонд кооперирования бедноты был создан еще в. 1926 г. в связи с тем, что бедняцкие хозяйства, не имея средств для внесения пая в сельскохозяйственные кредитные товарищества, очень медленно вступали в них. Постановлением СНК СССР от 2 марта 1928 г. правительство обязало систему сельскохозяйственного кредита выделить в этот фонд 3 млн. руб. из прибылей 1926/27 г. и производить регулярные отчисления из прибылей 1927/28 г. Кроме этого, фонд кооперирования бедноты получал средства по госбюджету 1 2.
Фонд кредитования бедноты также был организован в 1926 г. в размере 10 млн. руб. На 1 октября 1928 г. сум-
1 См. «Основные итоги работы правительства СССР за 1928/29 г.», 1929, стр. 104.
2 См. «СССР. Год работы правительства». Материал к отчету за 1927/28 г., 1929, стр. 199.
255


ма этого фонда составляла уже 32,9 млн. руб., а на 1 октября 1929 г.— 44,1 млн. руб.1
Долгосрочные кредиты из этого фонда предоставлялись бедняцким коллективным и единоличным хозяйствам на производственные нужды — на приобретение рабочего скота, сельскохозяйственного инвентаря, продуктивного скота. Ссуда выдавалась на 3—4 года, при этом взималось 6% годовых.
Кроме этих двух фондов, в 1927/28 и 1928/29 гг. был организован фонд льготного кредитования бедноты; было увеличено кредитование деревенской бедноты за счет общих средств системы сельскохозяйственного кредита с таким расчетом, чтобы удельный вес бедняцких хозяйств в числе заемщиков превышал их удельный вес в числе пайщиков; 35% специальных фондов, идущих на подъем сельского хозяйства,— фонд засухи, фонд восстановления ЦЧО и др. также использовались для кредитования бедняков; кредиты беднякам предоставлялись и через ККОВ (крестьянские комитеты взаимопомощи).
Большую помощь беднота получала по линии кредитов на приобретение сельскохозяйственных машин. В 1927/28 г. кредиты на эти цели выросли до 102 млн. руб., что составляло две трети стоимости проданных машин. По постановлению СТО от 10 февраля 1928 г. бедняцкие коллективные хозяйства, машинные товарищества с преобладанием бедняков, комитеты крестьянских обществ взаимопомощи, кооперативные прокатные пункты получили возможность снизить размер задатка более чем наполовину против 1926/27 г., т. е. в среднем до 21% стоимости машин вместо 44%; при приобретении некоторых видов машин была продлена рассрочка платежа на 1—2 года по сравнению с 1926/27 г. Для середняков задаток был снижен с 44 до 35%. При этом, согласно данному постановлению, на нужды, требующие долгосрочных вложений, бедноте предоставлялся долгосрочный кредит, размеры ссуд которого должны были соответствовать цене покупаемого имущества. Была отменена практика индивидуальных поручительств, ссуды стали выдаваться только по личному доверию или на 1 См. «СССР. Год работы правительства». Материал к отчету .ва 1927/28 г., стр. 200.
256


основе рекомендаций крестьянских обществ взаимопомощи Ч
Политическое воспитание, организацию и сплочение бедняцких масс партия большевиков проводила по линии создания и укрепления групп бедноты, собраний бедноты, Советов. Борясь против кулачества, отстаивая свои интересы и тем самым интересы всего трудового крестьянства, беднота, таким образом, завоевывала поддержку среднего крестьянства.
Мероприятием, подытожившим работу, проведенную среди бедноты, и наглядно показавшим ее результаты, являлись выборы в сельсоветы. В ЦЧО, несмотря на сопротивление кулака и на все попытки добиться успеха на выборах в Советы в 1929 г., последние показали значительно возросшую активность избирателей по сравнению с 1927 г.— на 11,8%, причем основную массу избранных в сельсоветы составляли беднота и маломощные середняки. Так, из общего количества крестьян-депутатов 91,2% составляли полностью освобожденные от налога и уплачивавшие с едока не более чем 5 руб. налога. Увеличилось количество коммунистов и комсомольцев в Советах. Так, из 4797 председателей сельсоветов коммунисты составляли 31,2% (в 1927 г.— 21,2%).
Одновременно Коммунистическая партия осуществляла ряд мероприятий по усилению политики ограничения кулачества.
Прежде всего в 1927/28 и 1928/29 гг. кулаки подвергались значительно более высокому налоговому обложению. Закон о едином сельскохозяйственном налоге от 21 апреля 1928 г. предусматривал: а) индивидуальное обложение кулаков, охватывающее примерно около 3—4% хозяйств по Союзу, б) установление для 10—15% зажиточных крестьянских хозяйств процентной надбавки (от 5 до 25%) к доходу от сельского хозяйства, исчисленному по нормам, в) привлечение к обложению всех неземледельческих доходов, доходов от мелкого скота и специальных отраслей сельского хозяйства.
О том, насколько эффективны были принятые меры по линии усиления ограничения кулачества путем налога, говорят следующие данные. По Союзу 4—5% кулацких 1 См. «Основные итоги работы правительства СССР за 1928/29 г.», 1930, стр. 80—81.
17 Очерки по истории 257


хозяйств платили 30—45% налога; в Центрально-черноземной области — 7% с лишним кулаков и зажиточных уплатили 50% всего сельхозналога.
Одновременно с повышением налога Советское государство изменило условия сдачи земли в аренду. Во- первых, запрещалась сдача земли в аренду кулакам, а также аренда кулацкой земли, во-вторых, сдавать землю в аренду разрешалось только трудовым хозяйствам, ослабленным стихийными бедствиями (неурожаем, пожаром, падежом скота либо недостатком инвентаря). Причем в отличие от предыдущего периода, когда аренда допускалась на срок 12 лет, в 1927/28 И1928/29 гг. сроки аренды сократились до 6 лет. Если же по истечении установленного предельного срока хозяйство не приступало к самостоятельному использованию земли, оно лишалось права пользования той частью земли, которую оно сдавало в аренду.
Социалистическое законодательство строго карало субаренду (уголовная ответственность участников с лишением их права пользоваться землей). Все случаи аренды земли должны были регистрироваться в сельсовете.
Такими мероприятиями Советское государство лишало кулаков одного из важнейших источников их экономического роста и сужало возможность превращения крепких середняков в кулаков. Изменение условий аренды земли тормозило развитие капиталистической тенденции в крестьянском хозяйстве.
Большое внимание уделяло наше правительство регулированию наемного труда в деревне. Последний разрешался только в том случае, если трудоспособные члены хозяйства принимали участие в работе. Наемная рабочая сила должна была иметь лишь подсобное значение.
Наем рабочей силы в кулацких хозяйствах мог производиться либо через органы Народного комиссариата труда, либо другим порядком, но в последнем случае кулаки обязаны были предоставлять в определенный срок Народному комиссариату труда необходимые сведения о нанятой рабочей силе
Советское государство ограничивало кулачество также и в области машиноснабжения. Известно, .что в 1926 г. 1 См. «Кодекс законов о труде», 1928, стр. 81.
258


была запрещена продажа тракторов кулакам. Из всего количества сельскохозяйственных машин, направлявшихся в деревню, только одна треть могла быть продана зажиточным слоям населения. Причем покупать машины кулацкие хозяйства могли только за наличный расчет и после удовлетворения запросов середняка и бедняка. В кредит зажиточным крестьянам могли быть отпущены лишь избыточные сельскохозяйственные машины и орудия, в том числе сложные, дорогостоящие, имеющие особо важное агрикультурное значение. При этом размер взимавшихся процентов значительно превосходил размер последних для бедняков и середняков. Так, кулакам отпускались машины по краткосрочному кредиту исходя из 12%, а для середняков и бедняков — из 8%, по долгосрочному кредиту — соответственно из 7 и 5% \
Советское государство использовало также кредит для усиления ограничения кулака. Выполняя директивы XV съезда партии, в которых сказано, что кредитная помощь должна оказываться только трудящимся массам крестьянства, Советское государство в этот период усилило помощь беднякам, а также середнякам и значительно сократило возможность получения кредита кулацкими хозяйствами.
Известно, что в восстановительный период в работе системы сельскохозяйственного кредита были недостатки и ошибки. Имели место случаи извращения классовой линии в кредитовании. В постановлении СНК СССР от 2 марта 1928 г. прямо указывалось на «не полное и не по назначению использование фондов кредитования деревенской бедноты, а также на кредитование зажиточных слоев в повышенном размере и на лучших условиях»1 2. 1927/28 год был в этом отношении переломным в системе сельскохозяйственного кредита.
В самом деле, если мы возьмем отчетные данные 15 сельскохозяйственных банков РСФСР за 1927/28 г., то получим, что 99% всех выданных кредитов получили хозяйства, освобожденные от сельскохозяйственного налога и обложенные нормативно. А крайне незначитель1 См. Постановление СТО за 1928 г:, № 23, ст. 206.
2 «Средства системы сельскохозяйственного кредита (1927— 1928 гг.)», 1930, стр. 15.
17*
259


ный процент зажиточных крестьян, получавших ссуду, шел главным образом за счет машинных кредитов Ч
Все проводимые партией мероприятия подрывали экономическую силу кулачества, тем самым способствуя его изоляции. Уже апрельский пленум ЦК и ЦКК 1928 г. через 5 месяцев после провозглашения курса на усиление ограничения кулачества в своей резолюции констатировал, что произошло «... ослабление роли и влияния кулачества, оживление работы среди бедноты и повышение авторитета Советской власти среди основных масс крестьянства» 1 2.
Таковы были важнейшие материальные и политические предпосылки для осуществления новых форм смычки в 1927/28— 1928/29 гг. Анализ этих форм смычки мы начнем с характеристики системы контрактации.
Контрактация. Вплоть до 1927/28 г. кооперирование крестьян происходило главным образом в сфере обращения. Сбыто-снабженческая кооперация имела громадное значение: она подготавливала крестьянство к социалистической реконструкции сельского хозяйства, вовлекала мелких хозяев в кооперативную торговлю, учила их культурно торговать, прививала им навыки коллективного управления, общественного контроля и подготавливала тем самым тот строй цивилизованных кооператоров, о котором В. И. Ленин писал: «... строй цивилизованных кооператоров при общественной . собственности на средства производства, при классовой победе пролетариата над буржуазией — это есть строй социализма»3.
Но кооперирование сферы обращения, хотя и создавало необходимые предпосылки для коллективизации сельскохозяйственного производства, не являлось той последней ступенью, которая помогла бы осуществить постепенный безболезненный переход крестьянства к колхозам.
Необходимо было найти такую форму объединения крестьян в сфере производства, которая бы, преодолевая частнособственнические стремления последних, в то же время подводила бы их к производственным кооперати1 См. «Средства системы сельскохозяйственного кредита (1927— 1928 гг.)>, стр. 59.
2 «КПСС в резолюциях...», ч. II, 1954, стр. 495.
3 В. И. Ленин, Соч., т. 33, стр. 431.
260


вам — колхозам как естественному результату, завершающему кооперирование крестьянства.
В период непосредственной подготовки к коллективизации одним из путей, который вплотную подводил крестьянство к колхозам, являлась производственная контрактация. Начиная с 1927/28 г. она стала основой деятельности кооперации.
Под контрактацией в условиях диктатуры пролетариата подразумевается система массовых договоров с единоличными или коллективными хозяйствами о производстве и сбыте сельскохозяйственной продукции. Такие договоры заключались как между государственными и кооперативными центрами, так и между кооперативными обществами и их членами. В этом случае правление кооператива выступало как уполномоченный государства. Контрактация выражала отношения между социалистическим городом и деревней, имела своей целью помочь созданию крупных хозяйств не путем разорения и обнищания крестьянских масс, а путем подъема их хозяйства, повышения материального уровня жизни бедняков и середняков.
Для того чтобы показать роль контрактации в подготовке основных масс крестьянства к переходу к колхозам, проследим, как она проводилась в 1927/28 и 1925/29 гг.
По плану на 1927/28 г. хлебная сельскохозяйственная кооперация должна была законтрактовать весной 1928 г. 1595 тыс. га ярового клина по зерновым и масличным культурам. Фактически было законтрактовано 2597,9 тыс. га, т.е. план был выполнен с превышением на 62,9% !.
По отдельным культурам результаты выполнения плана контрактации были следующие: по чистосортным семенам зерновых — на 100%, по посеву рядовыми семенами зерновых — 178, по бобовым культурам — 227%; в системе Хлебоцентра технических культур было законтрактовано на 335,7% больше, чем в 1927 г.1 2
Такое значительное перевыполнение плана указывает на то, что применение контрактации как метода работы сельскохозяйственной кооперации среди крестьянства в
1 См. «Хлебопентр СССР в цифрах», 1930; «Материалы к V сессии Хлебоцентра», 1909.
2 Там же.
261


период создания производственной смычки было использовано в высшей степени эффективно и своевременно. До 1928 г. контрактационные договоры заключались в основном по техническим культурам и частично по сортовым посевам зерновых, причем последние не получили значительного распространения. Поэтому основная масса крестьянства, занимавшаяся производством зерновых культур, не попадала под планово-регули- рующее воздействие государства, так как она находилась вне поля деятельности контрактационных договоров. 1928 год был в этом отношении переломным. При дальнейшем увеличении контрактации технических культур впервые начали заключаться контрактационные договоры с хозяйствами, производящими посевы хлебов рядовыми семенами и бобовых культур в массовом количестве.
Контрактация рядовых посевов крестьянских хозяйств имела большое принципиальное значение. Обеспечивая государство определенным, заранее известным, количеством хлеба, она в то же время вносила плановое начало в сельскохозяйственное производство, внедряла идеи коллективизма в самые широкие массы крестьянства.
Весной 1928 г. сельскохозяйственная кооперация начала включать в контрактационные договоры целую систему агрономических требований.
До 1928 г. контрактационные договоры охватывали только сферу сбыта сельскохозяйственных продуктов и изредка включали некоторые агрономические требования. Новое, что характеризовало деятельность сельскохозяйственной кооперации в рассматриваемый нами период, как раз и состоит в том, что необходимым условием заключения договоров являлось введение в крестьянских хозяйствах системы агрономических усовершенствований при активной помощи государства. Это означало, что социалистическое государство через систему контрактации подчиняло производство сельскохозяйственной продукции своему планово-регулирующему воздействию. Иными словами, контрактация, а с ней И деятельность сельскохозяйственной кооперации начали принимать производственный характер. Наряду со сбытоснабженческими функциями все больше и больше места начали занимать производственные мероприятия. Правда, на первых порах они еще не затрагивали самой сути 262.


сельскохозяйственного производства, а ограничивались лишь внедрением усовершенствований в существующую технику производства.
Начиная с 1928 г. в контрактационных договорах стали обязательными требования агротехнического порядка. Постановление ЭКОСО РСФСР от 9 февраля и постановление СНК СССР от 21 июля 1928 г. закрепили это новое качество контрактационных договоров, призвали кооперативные и общественные организации к дальнейшему развитию контрактации по этому пути.
Какие последствия имело развитие такой формы контрактации?
Прежде всего это вело к повышению урожайности в хозяйствах, заключивших контрактационные договоры, приблизительно на 10—15%, а иногда на 25%.
Значительно расширялись посевные площади. Так, в ЦЧО в осеннюю посевную кампанию 1928 г. у хозяйств, заключивших контрактационные договоры, произошел прирост посевной площади по сравнению с 1927 г. на 9%. В то же время у хозяйств, не производивших контрактации своих посевов, произошло даже небольшое (на 0,8%) снижение посевных площадей.
Значительная часть крестьян, в хозяйствах которых произошел рост озимого клина под влиянием контрактации, являлась безлошадными и однолошадными. Об этом свидетельствуют данные по РСФСР:
Площадь посева озимых культур в 1928 г. в процентах к 1927 г.1
Хозяйства
Охваченные контракта- | цией
Не охваченные контрактацией
Без рабочего скота .... С 1 един, рабочего скота » 2 » » »
» 3 » » »
» 4 и более един, рабочего скота
106,8
105,4
98,0
87,6
87,6
97,5
98,6
93,4
84,1
84,0
1 Приложение к бюллетеню Хлебоцентра № 48, «Итоги контрактации и результаты агропроизводственной деятельности хлебной сельскохозяйственной кооперации, связанной с контрактацией*, 1929, стр. 28. •
263


Это явление было отнюдь не случайным. Дело в том, что в постановлении СТО от 23 января 1928 г. и постановлении ЭКОСО от 9 февраля 1928 г. указывалось, что в 1928 г. контрактация прежде всего должна была оказывать помощь бедняцким и середняцким хозяйствам, имевшим льготы по сельскохозяйственному налогу или имевшим в 1926/27 г. общую площадь посева ниже средней губернской нормы. Причем, как показывают статистические данные, в дальнейшем доля бедняков в получении контрактационных авансов все увеличивалась, а доля середняков уменьшалась за счет сокращения авансов зажиточным середнякам.
Если в 1928 г. удельный вес хозяйств, освобожденных от сельскохозяйственного налога, среди законтрактовавших свои посевы был равен 21,8%, их земельная площадь составляла ко всей площади 23,5% и они получили 26,4% общей суммы авансов, то весной 1929 г. их доля соответственно составляла 34,5%, 35,4% и 40,1% Иными словами, рост числа хозяйств, освобожденных от сельскохозяйственного налога и законтрактовавших свои посевы, а также доля их во всей законтрактованной площади и во всей сумме авансов увеличились в 1,5 раза.
Большую роль сыграла производственная контрактация и в повышении техники производства крестьянского хозяйства. Благодаря контрактации получили широкое распространение очистка, сортировка и протравливание семенного материала, произошел рост зяблевой вспашки и т. д.
Из 70 отчетов Коопхлебсоюзов в 58 отмечается, что осенью 1928 г. по сравнению с 1927 г. произошел рост зяблевой вспашки на 20—30%, а иногда на 50—70% и в некоторых районах даже на 100%. Наряду с ростом зяби происходил рост культурных паров и т. д.
В свою очередь государство через контрактацию получало в установленный срок определенное количество сырья и продовольствия нужного качества. Так, в 1927/28 г. государство по контрактации получило 561,6 тыс. т хлеба (план был выполнен на 91,2%). В 1928/29 г. поступление законтрактованного хлеба возросло до 4,9 млн. т. В условиях господства в деревне стихии мелкотоварного производства, которая породила
1 ЦГАОР, ф. 4108, оп. 3, д. 60, л. 2,
264


хлебозаготовительные трудности, усилившиеся в связи с кулацким саботажем, значение такого факта, как плановое поступление через кооперативные организации или непосредственно на государственные предприятия сырья, предметов потребления, хлеба и т. д., трудно переоценить.
Повышая производительность труда в крестьянских хозяйствах, способствуя развитию производительных сил сельского хозяйства, производственная контрактация подводила крестьянство к организации крупных коллективных хозяйств. Если мы посмотрим, как распределялась законтрактованная площадь по категориям посевщиков, то получим следующую картину.
Весной 1928 г. законтрактованной площади чистосортных посевов приходилось в среднем на крестьянское хозяйство 2,82 га, на колхоз — 25,1 га, на зерновое товарищество — 35,5 га. Аналогичным образом при рядовой контрактации на крестьянское хозяйство в среднем приходилось 2,81 га законтрактованной площади, на колхоз — 27,9 га, на зерновое товарищество — 27,5 га и на другие кооперативные организации—17 га'.
Эти данные показывают одну общую закономерность: большая часть законтрактованной площади приходится на простейшие виды производственных объединений — посевные зерновые товарищества, из которых некоторые охватывали целые села. Будучи по существу первичной формой производственного кооперирования, посевные товарищества вплотную подводили массы крестьянства к колхозам как высшей форме производственной кооперации.
Осень 1928 г. и весна 1929 г.— период дальнейшего развития контрактации как по масштабу охваченных хозяйств, так и по степени кооперирования производственных процессов в сельском хозяйстве.
Контрактация озимых культур 1928 г. характеризовалась значительным увеличением законтрактованной площади по сравнению с весной 1928 г. По плану осенью 1928 г. предполагалось законтрактовать по РСФСР 3489,7 тыс. га посевной площади, что превышало план весенней кампании в 2 раза. Хотя план озимой посевной
1 См. «Материалы к V сессии Хлебоцентра», стр. 9, Ц, 12; таб' лицы 2 и 4.
265


был выполнен на 94,6% \ тем не менее размеры законтрактованной площади превышали на 900 тыс. га законтрактованную площадь в весеннюю посевную кампанию. В главных товарных районах контрактация осенью 1928 г. охватила от 8 до 41% посевной площади озимых в индивидуальных крестьянских хозяйствах1 2.
Особенностью контрактации этого периода явилось то, что основная масса законтрактованной площади приходилась на посевы рядовых хлебов. Так, из 3489,7 тыс. га 3172,5 тыс. га было запланировано под рядовые посевы. Осенью 1928 г. контрактация последних увеличилась по сравнению с весной 1928 г. в 5 раз. Это позволило ликвидировать хлебозаготовительные трудности этого периода и охватить контрактационными договорами более широкие массы крестьянского населения. Упор был сделан на контрактацию рядовых хлебов, ибо основная масса крестьянства засевала свои поля рядовыми семенами.
При контрактации озимых в 1928 г. выдавался денежный аванс только на производственные нужды (в среднем он равнялся 8 руб. на гектар). Кроме аванса, посевщикам гарантировалось первоочередное снабжение сельскохозяйственными машинами, инвентарем, удобрениями, надбавкой к конвенционным ценам за срочную и партионную сдачу продукции на равных основаниях с колхозами. Посевщики контрактуемых хозяйств обеспечивались агропомощью в том случае, если они применяли улучшенные агротехнические приемы ведения хозяйства, производили обязательную очистку и протравливание семян, улучшенную обработку почвы, своевременный посев и прочие агротехнические приемы.
Крестьяне очень охотно заключали контрактационные договоры. Они поняли и оценили их роль в деле поднятия производительности своего хозяйства. Достаточно сказать, что озимая посевная кампания привела к увеличе- нию числа крестьян, вовлеченных в сельскохозяйственную кооперацию путем контрактации, на 1 млн. человек.
Используя это обстоятельство и желая стимулировать производственное кооперирование крестьянских хозяйств, сельскохозяйственная кооперация осенью 1928 г. внесла 1 ЦГАОР, ф. 4108, оп. 3, д. 183, л. 52.
2 Там же, л. 53.
266


некоторые изменения в практику заключения контрактационных договоров. Она установила очередность, по которой прежде всего заключались договоры со всеми видами производственных кооперативов, начиная от простейших (посевные, машинные, кооперативные товарищества) и кончая высшей формой производственного объединения крестьян — колхозами, и только потом с единоличниками. Таким образом, в озимую посевную кампанию 1928 г. преобладающую часть законтрактованных хозяйств составляли производственные кооперативные объединения.
Так, например, если в яровую кампанию 1928 г. системой Хлебоцентра было законтрактовано у неорганизованных хозяйств 10,5% сортовых посевов и 42% рядовых, то уже в озимую кампанию 1928/29 г. удельный вес единоличников снизился по сортовой контрактации до 0,1% и по рядовой — до 0,8%. Одновременно целые земельные общества занимали 38,2% в сортовой и 44,4% в рядовой контрактации, и колхозы соответственно занимали 34,4 и 13,3%
В 1928 г. контрактация проводилась исключительно на базе авансов, которые выдавались в денежной форме и натурой (семенами) и распределялись дифференцированно, исходя из указаний Центрального Комитета нашей партии об ограничении и вытеснении кулачества.
Кулаки не получали никаких авансов, но обязаны были выполнять условия, на основании которых данное село заключало договор. Экономически более сильные середняцкие хозяйства получали меньше авансов и других льгот по сравнению с маломощными хозяйствами; беднякам предоставлялась дополнительная помощь. Так, по контрактации сортовых посевов бедняцким хозяйствам выдавался сверх семенной ссуды денежный аванс в размере 5 руб. на гектар, в то время как другие посевщики получали только семенную помощь.
Выдача авансов производилась на основе обязательств посевщиков о проведении в своих хозяйствах ряда агротехнических улучшений, как-то; протравливание семян, зерноочистка й т. д.
Такая система авансирования стимулировала крестьян на первых порах к заключению контрактационных догово’ ЦГАОР, ф. 4108, оп. 3, д. 183, л. 65.
267


ров. Но к концу 1928 г. стали сказываться и отрицательные* моменты действующей системы, которые сводились к следующему:
во-первых, чрезмерно громоздкой и сложной была система подразделения крестьянства на группы, что порождало возможность ее нарушения;
во-вторых, слишком незначительны были размеры авансов, которые, как выяснилось к концу 1928 г., уже мало заинтересовывали крестьян в контрактации своих посевов, а льготы, которые крестьяне получали по контрактации в 1928 г., сводились в основном к авансам;
в-третьих, даже эта сумма авансов в связи с малой производительностью и доходностью крестьянского хозяйства употреблялась очень часто не на производственные нужды последнего.
Таким образом, цели, во имя которых была установлена такая система авансирования, не могли быть достигнуты при дальнейшем ее существовании. Появилась необходимость внести в систему авансирования изменения. В яровую кампанию 1929 г. прежде всего была проведена более четкая дифференциация авансов. Установили два размера авансов: один — основной — для всех групп, другой— повышенный на 50% —для бедняцких хозяйств и колхозов. Средний аванс беднякам был, таким образом, значительно увеличен за счет уменьшения аванса зажиточным, который был снижен почти в 3 раза. Это привело к тому, что доля бедняцкой группы в общей сумме авансов увеличилась почти в 2 раза, а доля наиболее зажиточных середняков сократилась больше чем в 6 раз.
Установление двух норм авансирования усиливало ограничение и вытеснение кулачества в.деревне и увеличивало заинтересованность бедняков в заключении контрактационных договоров.
В 1929 г. впервые была введена безавансовая контрактация. С переходом к системе безавансовых договоров выгоды контрактации сводились для крестьян к тому, что им гарантировали надбавку: за срочность сдачи — в размере 30 коп. за центнер, за партионность — в размере 18 коп. за центнер при сдаче не менее 82 центнеров и 24 коп. за центнер при вагонной сдаче. Особая надбавка была установлена за сортность сданного зерна :— в разу мере 10—15% с цены' рядового зерна. . .
В весеннюю посевную кампанию 1929 г. безавацсорая 268


контрактация получила широкое развитие. Она составляла 54,4% 1 общей контрактации.
В отличие от контрактационных договоров 1928 г., которые требовали от посевщика внесения в свое хозяйство отдельных агротехнических улучшений, договоры весны 1929 г. требовали проведения целого комплекса агротехнических мероприятий, т. е. выполнения так называемого агроминимума. Большую помощь в проведении агроминимума оказывали агроуполномоченные. Институт агроуполномоченных возник в конце 1928 г. К июлю 1929 г. число таких агроуполномоченных равнялось 200 тыс. человекI 2.
Весной 1929 г. стала впервые применяться долголетняя контрактация. Яровая и озимая посевные кампании 1928 г. показали, что большим препятствием для надлежащего использования всех преимуществ контрактации являлась практика заключения контрактационных договоров на один сезон.
Необходимо было создать такую систему контрактационных договоров, которая связывала бы крестьянское хозяйство с городом в течение целого севооборота и имела бы своей целью реорганизацию техники сельскохозяйственного производства. Такой системой договоров явилась долголетняя контрактация. Подготовка к переходу на долголетнюю контрактацию должна была начаться еще летом 1928 г., но только весной 1929 г. с посевщиками стали заключаться долгосрочные контрактационные договоры. Отличительной особенностью долгосрочной контрактации являлось то, что она исходила из организационно-производственных планов реконструкции сельского хозяйства, утвержденных для каждого района земельными органами. Поэтому она тесно была увязана с землеустройством данного района, с долгосрочным кредитованием и со снабжением сельскохозяйственными машинами.
Долголетняя контрактация предусматривала, помимо выдачи авансов в порядке обычной контрактации, предоставление на основе специальных договоров еще долгосрочных ссуд в среднем около 200 руб. на одно хозяйство. При этом часть средств шла на снабжение крестьянского I ЦГАОР, ф. 4108, оп. 3, д. 183, л. 207.
2 ЦГАОР, ф. 4108, оп. 3, д. 178, л. 243.
269


хозяйства, а часть, причем большая,— на создание зерноочистительных, прокатных пунктов !.
В практическом проведении долголетней контрактации имелся ряд недостатков. Прежде всего она зачастую еще слабо увязывалась с производственным снабжением и кредитованием. Планирование проводилось без учета местных возможностей. Так, например, часто возникало несоответствие между нормами сдачи продукции (согласно договорам) и действительной товарностью хозяйств, законтрактовавших свои посевы. Это вызывало длительный и многократный пересмотр планов на местах. При этом следует еще учесть, что наши планирующие органы часто опаздывали с составлением и утверждением планов, а следовательно, и с рассылкой их на места.
Но, несмотря на эти недостатки, одним из важнейших факторов, определивших грандиозный размах производственного кооперирования в этот период, прежде всего рост посевных товариществ и других простейших производственных объединений, была именно контрактация. О росте числа посевных товариществ в системе Хлебо- центра можно судить по следующим данным1 2:
Число посевных товариществ
5 008
19 033
23 000
Объединено в них хозяйств (в тыс.)
На 1 октября 1928 г
На 1 июля 1929 г. .
На 1 октября 1929 г
15,8
953,0
За два года число посевных товариществ по Союзу увеличилось в 4,5 раза, а число хозяйств за один год увеличилось в 64 с лишним раза. По ЦЧО с 1 октября 1928 г. по 15 мая 1929 г. число посевных товариществ возросло с 852 до 2429. Число объединившихся крестьянских хозяйств (по предварительным данным) увеличилось почти в 3 раза, достигнув 153,7 тыс.3 К 1 июня 1929 г. их было 2728 с 210 тыс. крестьянских хозяйств4.
В ЦЧО в 15 Коопхлебсоюзах был 81 случай перерастания зерновых и других простых производственных объединений в колхозы, в том числе 9 — в крупные зерновые колхозы 5.
1 ГАВО, ф. Коопхлебсоюза ЦЧО, оп. 2, д. 37, л. 82—83.
2 ЦГАОР, ф. 4108, оп. 3, д. 183, л. 206.
3 ГАВО, оп. 3, д. 33, л. 34.
4 ГАВО, оп. 3, д. 36, л. 152.
5 См. приложение к бюллетеню Хлебоцентра № 48, «Итоги контрактации...», стр. 35.
270


Посевные товарищества 1929 г. отличались от посевных товариществ 1928 г. Если в 1928 г. они организовывались и объединялись лишь договором контрактации и не имели никаких уставных начал, представляя собой по существу недостаточно организованные производственные объединения, то в 1929 г. в основе большинства из них лежал устав, который обеспечивал общественную обработку земли и обобществление части основных средств производства.
Т ракторные колонны. Форма распределения сельскохозяйственных машин, которые находились в собственности государства, носила до 1927/28 г. характер купли и продажи. Продавая тракторы, молотилки, сеялки и другие машины колхозам, сельскохозяйственной кооперации и единоличникам, Советское государство исходило при этом из основной своей задачи в деревне — поощрение социалистических форм ведения хозяйства и помощь бедняцко-середняцким хозяйствам.
При этой системе распределения основным собственником тракторного парка являлся социалистический сектор сельского хозяйства. На 1 октября 1928 г. 88,4% всего тракторного парка РСФСР находилось в руках сельскохозяйственной кооперации, колхозов и совхозов и только 11,6% тракторов приходилось на долю единоличников.
Наличие тракторов или других сельскохозяйственных машин в совхозе, колхозе, а также в машинном товариществе давало большие преимущества этим хозяйствам перед единоличными.
Но эта система распределения сельскохозяйственных машин имела свои недостатки, которые заключались в том, что сельскохозяйственные машины, находившиеся в собственности отдельных держателей, не имели достаточной нагрузки и тем самым не использовались на полную мощность.. Нагрузка трактора в совхозах была равна только 1385 часам в год (36,6% всего времени), в колхозах она составляла 1192 часа в год, в машинных товариществах была еще ниже, и на последнем месте стояли индивидуальные хозяйства. В среднем же по все^м видам объединений трактор использовался в РСФСР только на 32,6%, т. е. на одну треть, а в ЦЧО еще ниже, чем по Союзу, а именно на 32,2%. Такое слабое использование тракторного парка объясняется рядом причин: во-первых, простоями тракторов во время полевых и 271


неполевых работ по техническим причинам; во-вторых, отсутствием достаточного количества работы для машин.
Так как последние продавались в собственность отдельным владельцам, будь то совхоз, колхоз или единоличное хозяйство, то каждый владелец в этих условиях использовал трактор только на своих землях. Колхозы и совхозы, отличавшиеся в тот период незначительными размерами, естественно, не могли дать трактору полную нагрузку. А чтобы дополнительно обработать массив, надо было потратить много времени на холостые прогоны, связанные с чересполосицей и дальноземельем единоличных хозяйств. Из единоличников приобрести трактор в индивидуальное владение мог только зажиточный крестьянин. Но загрузить свой трактор на полную мощность у себя в хозяйстве он не мог, так как у него не было необходимого минимума площади. А так как в 1927 г. в целом по СССР 34,1% крестьян не имели своего пахотного инвентаря, то кулаки практиковали сдачу последнего в аренду. К 1927 г. 24,6%, или одна четверть, всех крестьянских хозяйств обрабатывали землю арендованным инвентарем. Но сдача в аренду сельскохозяйственных машин означала, что бедняки и даже середняки попадали в экономическую зависимость от своего более зажиточного соседа, т. е. аренда превращалась в одну из форм эксплуатации крестьянства.
Следует отметить, что, кроме продажи сельскохозяйственных машин в собственность отдельным владельцам, существовала и кооперативная форма использования тракторов и других сельскохозяйственных машин, а именно прокатные пункты. К 1927/28 г. они получили довольно широкое распространение — их было около 11 тыс.
Основная задача прокатных пунктов заключалась в обработке земельных участков, принадлежавших безын- вентарной бедноте, за определенную плату. Отношения между прокатным пунктом и крестьянином ограничивав лись обычно временем работы сельскохозяйственных машин на крестьянском наделе (до момента оплаты работ). Остальное время крестьянин в своей производственной деятельности был предоставлен сам себе. Такая кооперативная форма использования сельскохозяйственных машин сыграла большую положительную роль в деревне. Она уничтожила зависимость этих хозяйств от аренды 272


инвентаря у кулаков. Но прокатные пункты устанавливали лишь кратковременные отношения с крестьянскими хозяйствами и не влекли за собой прямой реорганизации их хозяйств.
Курс на коллективизацию, провозглашенный XV съездом партии, потребовал найти такую форму использования сельскохозяйственных машин, которая отвечала бы задачам преобразования единоличного крестьянского хозяйства в крупное обобществленное.
Практика подсказала, что такой формой являются тракторные колонны, которые возникли в осеннюю посевную кампанию 1928 г. в разных районах Советского Союза.
Тракторные, колонны концентрировали при совхозе, колхозе или сельскохозяйственной кооперации несколько десятков тракторов и другие сельскохозяйственные машины: бороны дисковые, сеялки рядовые, сноповязалки, косилки, молотилки и т. д. Если мы возьмем тракторные колонны ЦЧО в 32, 22, 16, 11 и 5 тракторов, то увидим, что рост или уменьшение числа тракторов влекли за собой соответствующий рост или уменьшение числа молотилок, косилок и т. д.
В колоннах имелись ремонтные мастерские, вспомогательный инвентарь. Это давало возможность осуществлять лучший уход за машинами, ремонт последних и уменьшать простои.
Задачи тракторной колонны формулировались в договоре, который заключался между колонной и колхозом, совхозом или сельскохозяйственной кооперацией на основе долголетней контрактации.
Результатом деятельности тракторных колонн оказывалось более рациональное и эффективное использование машин и сельскохозяйственного инвентаря, повышение производительности машинного парка, снижение себестоимости обработки земли, повышение урожайности и рост доходности крестьянских хозяйств и т. д. В то же время непосредственным результатом организации тракторных колонн являлось создание производственных объединений на кооперативных началах — посевных товариществ, которые, как указывалось выше, являлись переходной ступенью к коллективному производству.
Рассмотрим деятельность тракторных колонн на примере ЦЧО. В течение 1928 г. в ЦЧО образовались четыре 18 Очерки по истории 273


тракторные колонны: Таловская, Охочевская, Паревская, Иловай-Дмитровская. Они заключили договоры с 27 селениями (или с 3767 хозяйствами) на обработку 27 300 га земли, из которых 21 840 га являлись пашней.
Осенью 1928 г. сказались первые результаты их деятельности. Прежде всего в районах деятельности тракторных колонн начался переход на многопольные севообороты. Зяблевая вспашка выросла в 3—4 раза. В районе действия тракторных колонн она составляла 100%, а в соседних деревнях района — 48,9%, 30%, 22,8% Применение машин привело к улучшению агротехники в сельском хозяйстве; тракторная обработка почвы вызвала углубление пахотного слоя с 16 до 22 см; была проведена стопроцентная очистка озимых и яровых семян.
В районах тракторных колонн получали большое распространение ранние пары и сортовые посевы. Ранних паров было в среднем в 2 раза и сортовых посевов в несколько десятков раз больше, чем в районах, не обслуживаемых колоннами 1 2.
Непосредственным результатом явилось повышение урожайности в крестьянских хозяйствах в районах действия тракторных колонн.
Урожайность в хозяйствах, обслуживаемых тракторными колоннами, и в соседних крестьянских хозяйствах
(в ч)3
В крестьянских хозяйствах
В хозяйствах, обслуживаемых тракторными колоннами
Северный Кавказ Пшеница
Ячмень
Овес
Кукуруза
ЦЧО
Пшеница
Овес
Рожь
4-5 6—9 5—7
8
8 10,5—13 10,5
6-7 10—13
6,5—11
10
11
9,5—15,4
12,4
1 ЦГАОР, ф. 4108, оп 17-6, д. 78, л. 3.
2 Там же, л. 10.
з ЦГАОР, ф. 4108, оп. 3, д. 183, л. 186.
274


Продолжение
В крестьянских хозяйствах
В хозяйствах, обслуживаемых тракторными колоннами
Нижняя Волга
Пшеница . . . .
Ячмень
Овес
Сибирь
Пшеница . . . .
2,5
3—12
1,5
2,5
10
15
5,4
8
Наряду с ростом урожайности происходило увеличение посевных площадей хозяйств, обслуживаемых тракторными колоннами. Увеличение распашки шло главным образом за счет освоения залежных земель, устранения межей и столбовых дорог, за счет введения многопольных севооборотов.
Расширение посевных площадей в 1929 г. в районах действия тракторных колонн хлебной сельскохозяйственной кооперации ЦЧО1
Наименование тракторных колонн
Площадь вновь распаханной земли в массиве тракторных колонн (в га)
% расширения посевных площадей
в массиве, охваченном тракторными колоннами
в административном хозяйственном районе
Старо-Оскольская . . .
2 642
+ 158,5
—
Таловская
2 126
+ 28,4
2,7
Охочевская
960
+ 15,2
—
Иловай-Дмитровская .
570
+ И,7
—
Обработка полей крестьянских хозяйств тракторными колоннами имела большое значение в деле снижения себестоимости вспашки земли. Если мы примем себестоимость тракторных работ за 7—11 руб. (вспашка 1 га целины), то она, несмотря на свой высокий уровень, была ниже себестоимости конской вспашки в окружавших селениях. Средняя цена худшей конской вспашки в том же районе исчислялась в 10—15 руб.1 2
Одним из решающих преимуществ тракторных колонн являлось резкое уменьшение использования ручного труда, а также лошадиной тяги. Так, в 8 из 11 селений, 1 ЦГАОР, ф. 4108, оп. 17-6, д. 78, л. 3.
2 См. К. Шуваев, Тракторные колонны и их работа, 1929, стр. 54.
18*
275


обслуживаемых Таловской колонной, в которых вспахано было 2161 га, общий расход лошадиных сил выразился в 0,21% на гектар; затрата рабочих рук составляла в среднем по 0,57 дня на ’ гектар и снижалась иногда до 0,47 дня
Ручной труд, а также лошадиная тяга применялись только на вспомогательных работах, основные производственные процессы были механизированы. Ясно, что даже середняцкие хозяйства не могли этого осуществить.
Преимущества хозяйств, обслуживаемых тракторными колоннами, выразились в повышении товарности и доходности этих хозяйств. Так, товарность хозяйств, входивших в район деятельности Охочевской тракторной колонны, характеризовалась: по ржи — 24 %, овсу — 82, гречихе — 91, гороху — 70%; товарность этих же культур в хозяйствах, не обслуживаемых тракторной колонной, была соответственно: 6%, 76%, 26% (по гороху нет данных). Доходность крестьянских хозяйств, входивших в сферу работы тракторной колонны, равнялась 490 руб. на хозяйство, в то время как в хозяйствах, которые не обслуживались колонной, она составляла только 230 руб.
Такие преимущества тракторной обработки земли и коллективного ведения хозяйства не могли не отразиться на отношении крестьянства к тракторным колоннам. Многие середняки, настроенные выжидательно в 1928 г., весной 1929 г. охотно шли на заключение договоров со старыми тракторными колоннами и содействовали созданию новых.
В весеннюю посевную кампанию в ЦЧО было организовано еще 7 новых тракторных колонн, район действия которых охватывал 68 селений, насчитывавших 6247 хозяйств и имевших 51 627,5 га земли (из которых 47 956 га составляла пашня)1 2. К 25 июня 1929 г. тракторные колонны охватили договорами 100% всей площади пашни.
Наряду с организацией новых колонн происходило расширение старых. Так, на 15 июня 1929 г. старые колонны имели в своих границах действия 29 селений, 3923 хозяйства, 31 422 га всей площади и 23 952 га пашни. По договорам они обрабатывали 19 406 га, или 84,2% всей пашни этих селений. К 15 июня 1929 г. вся 1 ЦГАОР, ф. 4108, оп. 17-6, д. 26, л. 213—214.
2 ГАВО, ф. Коопхлебсоюза ЦЧО, оп. 2, д. 35, л. 498.
276


площадь пашни, обработанная старыми и новыми колоннами, составляла 49 157 га1.
В районах действия тракторных колонн произошел значительный рост простейших производственных объединений и коллективных хозяйств в деревне. За десятимесячный срок существования тракторных колонн в обслуживаемых ими деревнях охват крестьянских хозяйств производственной кооперацией увеличился с 16,7 до 50,6% 1 2.
Общее число колхозов к 15 июня 1929 г. в деревнях, связанных с тракторными колоннами, составляло 69, в то время как в осеннюю посевную кампанию 1928 г. их было всего 24. К 1 октября 1929 г. их насчитывалось уже 120 3.
Процесс коллективизации в районах, обслуживаемых тракторными колоннами, демонстрирует следующая таблица 4:
Наименование тракторных колонн
Объединено хозяйств (в % от общего числа хозяйств)
Удельный вес хозяйств, объед| ненных в коммунах н с.-х. артелях (в % от общего числа крестьянских хозяйств)
в массиве тракторных колонн
в административном районе
в массиве тракторных колонн
в административном районе
до организации тракторных колонн в 1928г.
на 20.Х 1929 г.
1928 г.
на 20.Х 1929 г.
до организации тракторных колонн в 1928 г.
на 20.Х 1929 г.
до 1928 г.
на 20.Х 1929 г.
Таловская .
2,2
100,0
2,4
15,0
0,0
49,0
0,0
27,6
Охочевская
0,0
100,0
—
—.
0,0
100,0
0,0
—
Паревская Иловай-
—
—
—
—
0,0
4,5
0,0
—
Дмитров-
0,0
24,6
ская . .
—
—
—
—
—
100,0
Таким образом, если до организации тракторных колонн процент хозяйств, объединенных в различные производственные кооперативы, исчислялся отдельными единицами, то уже через три-четыре года после организации тракторных колонн он достиг 100.
1 ГАВО, ф. Коопхлебсоюза ЦЧО, оп. 2, д. 35, л. 498; «Хозяйство ЦЧО» № 4, 1929 г., стр. 117.
2 ГАВО, ф. Коопхлебсоюза ЦЧО, оп. 2, д. 4, л. 35.
3 ГАВО, ф. Коопхлебсоюза, ЦЧО, оп. 2, д. 36, л. 498.
* ЦГАОР, ф. 4108, оп. 17-6, д. 78, л. 1.
277


Но деятельность тракторных колонн не ограничивалась только помощью индивидуальным крестьянским хозяйствам и внедрением начал коллективизма в сферу их производства. Тракторные колонны уже в тот период оказывали большую и систематическую помощь колхозам. Они заключали с последними договоры на проведение различных сельскохозяйственных работ в определенный срок и за установленную плату.
Данные обследования колхозов, обслуживаемых тракторными колоннами, показывают, что:
во-первых, производительность труда в этих колхозах была в 2,5 раза выше, чем в индивидуальных хозяйствах, и на 25% выше, чем в колхозах, не обслуживаемых тракторными колоннами. Урожайность в колхозах, обслуживаемых МТС, была в ЦЧО выше в 1,25 раза, на Северном Кавказе — в 1,25—1,5 раза, на Нижней Волге — в 1,5 раза
во-вторых, колхозы, связанные с тракторными колоннами, имели гораздо более высокую степень обобществления средств производства. Так, к 1 января 1930 г. в районе тракторных колонн ЦЧО преобладающей формой колхозов была уже сельскохозяйственная артель. Среди 71 колхоза насчитывалось 38 сельскохозяйственных артелей, 5 коммун и 28 ТОЗов. Из простейших производственных объединений было одно посевное товарищество. В целом по области продолжали господствовать ТОЗы1 2;
в-третьих, тракторные колонны способствовали значительному укрупнению колхозов. Достаточно сослаться на такой пример. Село Хохол в ЦЧО, растянувшееся в 11 км, в 1928 г. имело 16 колхозов, среди них имелся даже вдовий колхоз «Женский прогресс». Всего в них насчитывалось 370 дворов с 2279 едоками. В результате деятельности тракторной колонны началось объединение колхозов, причем из 16 колхозов 11 слились в 3, а 5 продолжали вести самостоятельную работу3.
Все это говорит о том, что тракторные колонны способствовали росту и развитию коллективных форм хозяйствования в деревне. Они не только подводили крестьян к необходимости коллективизировать свои посевы, 1 ЦГАОР, ф. 4108, оп. 17-6, д. 78, л. 12.
2 ГАВО, Коопхлебсоюз ЦЧО, оп. 4, д. 232, л. 8.
3 ГАВО, Коопхлебсоюз ЦЧО, оп. 2, д. 36, л. 498.
278


но воплотили в себе основную идею организации машинного парка в условиях коллективизации и в период организационно-хозяйственного укрепления колхозов, а именно: концентрацию сельскохозяйственных машин в одной хозяйственной единице и использование их по обслуживанию колхозов на договорных началах с последними.
Однако организация тракторных колонн не вытеснила сразу системы продажи сельскохозяйственных машин. Но государство стало теперь продавать тракторы, молотилки и другие машины лишь кооперативным объединениям, т. е. только таким потребителям, которые могли рентабельно их использовать. Ими являлись крупные колхозы и простейшие производственные объединения. Единоличникам машины перестали совсем продавать. Этим самым был уничтожен один из источников экономической зависимости бедняков и середняков от более зажиточных крестьян и кулаков.
Организация тракторных колонн имела ряд особенностей, вызванных экономикой того периода.
Главная из них заключалась в том, что тракторные колонны организовывались при каком-нибудь крупном объединении независимо от того, являлось ли оно кооперативным или государственным (совхозы, колхозы, кустовые объединения и т. д.). Это приводило к тому, что тракторные колонны в большинстве случаев не являлись государственными предприятиями. Значительная часть из них принадлежала кооперативным организациям, особенно системе Хлебоцентра. Так, например, осенью 1928 г. на территории РСФСР в системе хлебной кооперации работало 13 тракторных колонн в составе 326 тракторов, обслуживавших 7253 крестьянских хозяйства с площадью земли 60 тыс. га. Осенью 1929 г. число тракторных колонн Хлебоцентра увеличилось до 61 с 1949 тракторами и с охватом около 1 млн. га крестьянских земель
В период подготовки и проведения массовой коллективизации только сосредоточение основных орудий производства в руках государства могло обеспечить широкий размах колхозного строительства. Государство способно было систематически снабжать сельское хозяйство новейшей техникой, заменять старую технику новой и брать на себя связанные с этим временные убытки. 5 июня 1 См. В. Г. Венжер, Основные вопросы производственной деятельности МТС, 1949, стр. 4.
279


1929 г. было принято специальное постановление СТО <06 организации МТС» и о создании Трактороцентра для руководства деятельностью новых МТС. На первых порах Трактороцентр организовался как акционерное общество, участниками которого были государство, кооперация и крестьяне-единоличники. Но в общей сумме средств преобладали государственные, поэтому строительство МТС Трактороцентром являлось по существу началом создания в нашей стране государственных машинно-тракторных станций. Но тот факт, что сначала все же существовала акционерная форма МТС, говорит о том, насколько осторожно, постепенно, с учетом классовой природы крестьянства Коммунистическая партия и Советское государство внедряют в сельскохозяйственное производство что-либо новое.
10 сентября 1930 г. ЦК ВКП(б) вынес постановление о передаче Трактороцентру всех принадлежавших кооперативной системе МТС и тракторных районных мастерских, а в декабре 1930 г. Трактороцентр и все МТС были объявлены государственными.
Таким образом, тракторные колонны служили лишь . переходной ступенью к более совершенной форме организации машинного парка — к созданию государственных МТС.
Преимущества МТС по сравнению с тракторными колоннами заключались в том, что последние, будучи предприятиями кооперативными, были значительно мельче, гораздо менее эффективно использовали технику и, следовательно, оказывали гораздо меньшее влияние на процесс коллективизации.
В 1930 г. в системе Трактороцентра было уже 158 МТС с 7,1 тыс. тракторов общей тяговой мощностью в 86,8 тыс. л. с. Они обслуживали 11,6 тыс. колхозов с общей посевной площадью в 10,4 млн. га, что составляло 27,4% общей посевной площади колхозов. Кооперативных тракторных колонн к середине 1930 г. по РСФСР и Украине было 479 с 13,5 тыс. тракторов. Из них 378 тракторных колонн и МТС Хлебоцентра на территории РСФСР обслуживали 340 тыс. крестьянских хозяйств с общей земельной площадью 3,4 млн. га. Таким образом, несмотря на то, что в 1930 г. количество тракторных колонн было в 3 раза больше, чем новых МТС, и тракторный парк их в 2 раза превышал последний в МТС, на 280


одну МТС приходилось 44 трактора и 65 822 га земли, в то время как на тракторную колонну приходилось 28 тракторов и 8995 га. Кроме того, 158 МТС охватили 10,4 млн. га, а тракторные колонны в количестве 378 охватывали только 3,4 млн. га, т. е. в 3 раза меньше.
Сосредоточив в своих руках орудия производства, Советское государство создало тем самым основу для быстрого развития производительных сил сельского хозяйства. Именно это и привело к быстрому и успешному завершению сплошной коллективизации и обеспечило успехи в развитии колхозного строя.
В постановлении ЦК ВКП(б) от 29 декабря 1930 г. указывалось, что в лице МТС была выявлена и проверена на массовом опыте форма организации Советским государством крупного коллективного сельского хозяйства на высокой технической базе, в которой наиболее полно сочетается самодеятельность колхозных масс в строительстве своих коллективных хозяйств с организационно-технической помощью и руководством пролетарского государства ’.
Совхозы. Совхозы, являясь государственными хозяйствами в деревне, в анализируемый нами период практически демонстрировали преимущества социалистического метода хозяйствования. Прежде всего они показывали значительное превосходство последних перед единоличниками по урожайности. Следующие данные наглядно подтверждают это.
Урожайность в совхозах по сравнению с урожайностью в индивидуальных хозяйствах в 1928 г.
(В %) •
Районы
Рожь озимая
Пшеница яровая
Овес
Нижне-Волжский край
178,7
153,2
155,8
Сренде-Волжский »
147,7
125,2
146,5
Упальская область . .
130,5
120,5
128,6
ЦЧО
173,5
—
181,7
УССР
120,7
130,6
192,3
БССР
137,о
—
137,2
1 «Коллективизация сельского хозяйства». Важнейшие постановления Коммунистической партии и Советского правительства 1927—1935 гг., М„ 1957, стр. 347.
2 См. «Сдвиги « сельском хозяйстве между XV и XVI партийными съездами», 1931, етр. 154.
281


Более высокая урожайность в совхозах являлась результатом их экономического превосходства перед крестьянскими хозяйствами.
Большинство совхозов в 1928 г. было землеустроено. В ЦЧО полное землеустройство провело 81,5% совхозов, частичное — 9,2%, неземлеустроенным оставалось всего 6%. Это позволило совхозам в широких масштабах применять многопольные севообороты, посев чистосортными семенами.
Совхозы являлись единственными поставщиками чистосортных семян. В 1928 г. под чистосортными посевами в совхозах ЦЧО было занято в озимом клину 87%, в яровом— 85% всей посевной площади зерновых.
Совхозы значительно превосходили крестьянские хозяйства по степени вооруженности средствами производства. В совхозах ЦЧО в 1928 г. стоимость средств производства на одного работника исчислялась в 1200 руб., а в крестьянских хозяйствах — лишь в 221 руб.1 Размер посевов на одного работника в совхозах также был значительно больше.
Посевная площадь (на 1 работника)
Средства производства (на 1 га)
Затраты труда (на 1 га)
Совхозы
Индивидуальные хозяйства
8,0
2,3
146
93,8
29,8
39,0
В совхозах на одного работника приходилось почти в 3,5 раза больше посевов, в 1,5 раза больше средств производства в расчете на 1 га, чем в единоличных хозяйствах. Рабочая сила использовалась в совхозах более эффективно и рационально. На 1 га площади в совхозах в 1,5 раза меньше затрачивалось труда. Правда, общая стоимость средств производства на одного работника в совхозах была выше, чем в единоличных, почти в 6 раз.
Более высокая техническая вооруженность труда была характерна не только для совхозов ЦЧО, но и для 1 См. «Социалистический сектор сельского хозяйства ЦЧО в 1928/29 г.», 1929, стр. 11.
282


всей страны и объяснялась в основном широкой машинизацией в них процессов труда.
Данные по Союзу, характеризующие снабжение совхозов тракторами в 1927—1929 гг., наглядно это подтверждают. Так, в 1929 г. в сравнении с 1927 г. количество тракторов в совхозах увеличилось в 2 раза, процент механизации тяговой силы увеличился с 47,4% до 60%, т. е. на 12,6%. В 1929 г. совхозы применяли 27,7% всех тракторов, имевшихся в стране.
Совхозы оказывали большую помощь индивидуальным крестьянским хозяйствам. За два года (1926—1928) число прокатных пунктов при совхозах СССР увеличилось на 40%, зерноочистительных машин — на 31, ремонтных мастерских — на 20%.
В ЦЧО, например, в 1928 г. совхозы подразделялись по обслуживанию окружающего населения следующим образом: 54,5% совхозов обслуживало крестьян сельскохозяйственным инвентарем, 25%—рабочим скотом, 64,0% —производителями, 22,3% —племенным материалом, 49,4%—семенным материалом. Из этих последних 47,3% совхозов отпускало крестьянам семена зерновых культур, 6,5%—семена технических культур, 4,8% — семена трав. Всего было отпущено за 1928 г. совхозами ЦЧО семян:
зерновых культур . . 161 898 ц
технических культур . 20 674 ц
трав ’. . . . 1 076 ц
Эти данные наглядно показывают, какую большую роль играли совхозы в снабжении крестьян семенными материалами и в оказании им технической помощи.
Как форма помощи беднякам и середнякам практиковалось прикрепление бедняцких хозяйств к мощным совхозам для выдачи фуража, денежных ссуд на прокорм скота и т. д. Так, по Россошанскому округу ЦЧО на 1 июня 1929 г. совхозы оказали помощь 39 хозяйствам, из них 14 получили денежные ссуды на прокорм скота в размере 160 руб., 25 — семена в размере 49 ц и т. д.1
Совхозы своей деятельностью по оказанию помощи беднякам и середнякам ускоряли кооперирование их хо1 ГАВО, ф. Россошанского окружного землеуправления, оп. 2, д. 116, л. 10.
283


зяйств. Там, где существовали совхозы, возникали, как правило, многочисленные простейшие объединения крестьян, которые являлись переходной ступенью к колхозам.
Экономическая эффективность помощи совхозов индивидуальным крестьянским хозяйствам сказывалась на повышении товарности этих хозяйств. Так, в ЦЧО товарность хозяйств, не пользовавшихся помощью совхозов, равнялась 40 руб. В хозяйствах, пользовавшихся агрикультурной помощью совхозов, товарность доходила до 179 руб., т. е. была выше в 4,5 раза Ч Совхозы уже в 1928 г. и первой половине 1929 г., по образному выражению М. И. Калинина, становились «той электростанцией, которая будет оплодотворять все окружающее крестьянство, поскольку оно еще будет распыленным»1 2.
Но роль совхозов как одного из опорных пунктов реконструкции сельского хозяйства этим не исчерпывалась. Большое значение для укрепления экономических связей между городом и деревней имели совхозы как источник хлеба.
В 1926—1927 гг. бедняки и середняки производили 4052 млн. пудов (2500 млн. пудов до войны), из них только 466,2 млн. пудов товарного хлеба; кулаки производили 617 млн. пудов, из них 126 млн. пудов товарного хлеба, а совхозы и колхозы давали 80 млн. пудов валового сбора и 37,8 млн. пудов товарного хлеба. Таким образом, основную массу хлеба поставляли в город единоличные крестьянские и кулацкие хозяйства, и это ставило Советское государство в зависимость от рыночной стихии. Для того чтобы решить зерновую проблему в период непосредственной подготовки коренного перелома в деревне, нужно было заменить производство хлеба кулацкими хозяйствами производством социалистического сектора. Важнейшее место в социалистическом секторе по производству хлеба должны были занять совхозы. Поэтому одной из ближайших задач в эти годы было расширение, укрепление старых и создание новых совхозов. Весной 1928 г. сказались первые результаты деятельности Советского государства в этом направлении. Вало1 См. «Социалистический сектор сельского хозяйства ЦЧО в 1928/29 г.», стр. 24.
2 Стенографический отчет XV съезда ВКП(б), 1927, стр. 420.
284


вая и товарная продукция зерновых культур в совхозах в 1928 г. составляла соответственно 8386 тыс. ц и 5723 тыс. ц против 7831 тыс. ц и 4981 тыс. ц в 1927 г. Но удельный вес совхозов в валовой продукции всех секторов сельского хозяйства в 1928 г. составлял только 1,8%, в товарной продукции — 3,6%.
Ясно, что такое количество зерновых, производимое совхозами, было недостаточно для того, чтобы вытеснить кулацкие хозяйства. Поэтому июльский пленум ЦК ВКП(б) 1928 г. принял решение об организации в продолжение четырех-пяти лет в* РСФСР и на Украине крупных зерновых совхозов, которые к 1932—1933 гг. должны были дать стране 100 млн. пудов товарного хлеба.
Значение этого постановления огромно. Дело в том, что основная масса существовавших тогда совхозов была организована на базе бывших помещичьих имений. Размеры их определяли и величину земли в совхозах. Так, средний размер всей площади старых совхозов составлял приблизительно 2 тыс. га, а посевов — только 450— 470 га. Такие совхозы не могли полностью использовать преимущества крупного хозяйства, новейшей техники, не могли обеспечить государство хлебом в достаточном количестве.
Новые совхозы организовывались на неосвоенных целинных землях. Они превосходили старые по своим размерам, особенно по размерам посевных площадей, по количеству и качеству используемой техники, а следовательно, по уровню урожайности и товарности. В качестве примера можно указать на совхоз «Гигант» на Северном Кавказе, где в 1928 г. было убрано механизированным способом 60 тыс. га посева.
Всего в 1928 г. было организовано 11 первых крупных зерносовхозов с посевной площадью 817 тыс. га, причем на Нижней Волге — 5, на Средней Волге и в Казахстане— по 2, на Северном Кавказе и Урале — по 1. В 1929 г. было уже 53 крупных совхоза.
Весь социалистический сектор сельского хозяйства в 1929 г. собрал 400 млн. пудов хлеба, из них 130 млн. пудов товарного. Совхозы, а также и колхозы дали государству в 1929 г. столько же товарного хлеба, сколько кулаки в 1927 г. Таким образом, за два года (1927— .1929) была создана материальная база для замены ку285


лацкого производства хлеба производством совхозов и колхозов.
Колхозы. Колхозы, которые, так же как и совхозы, демонстрировали преимущества крупного социалистического хозяйства перед индивидуальными крестьянскими хозяйствами, характеризовались в первую очередь более высокой урожайностью, чем последние.
Рост урожайности по озимой ржи в колхозах в 1928/29 г. в % к урожайности в единоличных хозяйствах 1
Районы
Коммуны
Артели
Нижняя Волга ....
+ 34
+ 18
Средняя Волга ....
4-30
+ 17
Урал
.4- 12
+ 12
ЦЧО
-4-54
+ 28
УССР
4- 7
+ ю
БССР
4-27
+ 17
Особенно ярко эти данные показывают преимущества крупного коллективного хозяйства на примере ЦЧО.
Известно, что в 1927/28 г., несмотря на меры, которые принимали Коммунистическая партия и Советское правительство по восстановлению хозяйства ЦЧО, характерными чертами экономики области продолжали оставаться аграрное перенаселение, острое малоземелье крестьянских хозяйств, дробление крестьянских земель и т. д. Они являлись причинами медленного восстановления сельского хозяйства, низкой урожайности и низкой товарности земледельческих культур. Так, доходность сельского хозяйства по области на душу населения в 1927/28 г. составляла всего 70% доходности на душу населения по Союзу (150 руб.) 1 2.
Но для того, чтобы действительно показать превосходство крупного коллективного хозяйства над единоличным, недостаточно использовать только такой показатель, 1 См. «Колхозы 1929 г.», 1931, стр. XXVI.
2 См. «Организация и современное состояние ЦЧО». Доклад областного оргкомитета на I съезде Советов ЦЧО и решения съезда, 1928, стр. 7.
286


как урожайность. Необходимо выяснить вооруженность средствами производства колхозов и единоличных хозяйств. Средств производства, а также обрабатываемой земельной площади в расчете на одного работника в колхозах приходилось значительно больше, чем в крестьянских хозяйствах.
Вооруженность средствами производства коллективных и единоличных хозяйств в ЦЧО1
Категория хозяйств
На 1 работника
На 1 га сельскохо- зяйствен- * ной площади
средств производства (в руб.)
пашни (в га)
средств производства (в руб.)
Колхозы
Крестьяне-единолични¬
388,0
2,8»
120,8
ки
221,3
2,3
93,8
Колхозы располагали значительно большим парком сельскохозяйственных машин и инвентаря, чем единоличные хозяйства. Особенно это относится к сложным сельскохозяйственным машинам. Так, 1572 трактора, или 51,3% всего тракторного парка ЦЧО, находились в распоряжении колхозов.
Преимущество крупных социалистических хозяйств сказывалось и в повышении материального благосостояния трудящегося крестьянства в колхозах. По данным 15 колхозов ЦЧО, валовой доход в колхозах в расчете на одного едока был равен 119 р. 58 к., в единоличном хозяйстве — 66 р. 61 к.
Если сравнить доходы отдельных групп колхозов с доходами тех же крестьянских хозяйств до вступления их в колхоз, то получим следующую картину. Доход кре-
1 См. «Социалистический сектор сельского хозяйства ЦЧО в 1928/29 г.», стр. 41.
2 Повышенная обеспеченность средствами производства одного работника объясняется тем, что часть колхозов была организована на бывших помещичьих землях.
287


стьянина-батрака до вступления в колхоз составлял 190 руб., а в колхозе — 405 руб., т. е. вырос более чем в 2 раза, доход бедняка вырос с 1131 руб. до 1977 руб., т. е. на 73%, доход середняка вырос с 1560 руб. до 2097 руб., т. е. на 34% Ч Таким образом, батраки и вся бедняцко-середняцкая масса, вступившая в колхозы, выиграли от коллективного ведения хозяйства.
Все вышеприведенные данные наглядно показывают, что крестьянин на практике убеждался в преимуществах крупного социалистического хозяйства. Правда, ни колхозы, ни совхозы того периода далеко еще не были образцами крупного механизированного хозяйства. Наше сельскохозяйственное машиностроение еще не давало возможности полностью обеспечить их необходимой тех-/ никой. Колхозы 1927/28— 1928/29 гг. были еще предприятиями мануфактурного типа, имели незначительные размеры хозяйства, низкую степень обобществления средств производства, работали с преобладанием живой тягловой силы и инвентаря крестьянских хозяйств. Но, поскольку в основе колхозов лежала общественная собственность на средства производства, колхозы демонстрировали серьезные преимущества перед индивидуальными хозяйствами крестьян.
Колхозы, так же как и совхозы, оказывали повседневную материальную помощь мелкому единоличному крестьянскому хозяйству для поднятия в нем производительности труда. Так, по данным выборочного обследования, в ЦЧО в 1928 г. на 100 колхозов 1 2 приходилось 21,3 прокатных, 36,6 зерноочистительных, 69,1 случных пунктов, которые оказывали большую производственную помощь индивидуальным мелкокрестьянским хозяйствам.
Развитие колхозов и совхозов в этот период подтвердило марксистское положение о возможности создания в условиях диктатуры пролетариата крупных социалистических хозяйств в деревне и о необходимости последних для коренного улучшения материального положения крестьянства. *
1 См. «Социалистическое строительство ЦЧО»; «От первого ко второму съезду. 1928—1931 гг.». «Отчет областного исполнительного комитета», Воронеж, 1С31, стр. 50.
2 См. «Социалистический сектор сельского хозяйства ЦЧО в 1928/29 г.>, стр. 60.
288


*
Анализ основных форм производственной смычки города и деревни в период непосредственной подготовки коллективизации сельского хозяйства (1927/28— 1928/29 гг.) показывает, какую большую роль она сыграла в деле построения социализма в нашей стране. Именно в эти годы происходило постепенное накопление элементов нового качества в общественных отношениях в деревне, которое во второй половине 1929 г. достигло своего кульминационного пункта и обеспечило успех коллективизации.
19 Очерки по истории


Б. П. Орлов
ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЙ ТРАНСПОРТ В ПЕРВЫЙ ГОД СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ
Изучение хозяйственного положения нашей страны в период проведения Великой Октябрьской социалистической революции (октябрь 1917 г.— июнь 1918 г.) представляет значительный интерес. Рабочий класс России делал первые шаги в области хозяйственного строительства в обстановке острой классовой борьбы и экономической разрухи. Преобразуя на социалистических началах экономику страны, борясь за нормализацию производства, Коммунистическая партия опиралась на революционное творчество рабочего класса, впервые взявшего в свои руки управление хозяйством. В таких условиях даже скромные успехи рабочего класса в налаживании хозяйства были значительными достижениями, которые не могут быть перечеркнуты ни ошибками, допущенными в тот период в хозяйственном строительстве, ни недостатками, которые тогда не удалось преодолеть. Промахи и недостатки неизбежны во всяком новом деле, на них Коммунистическая партия учила рабочий класс и всех трудящихся организации управления хозяйством, борьбе за восстановление экономики в первые месяцы Советской власти. Опыт хозяйственного строительства, накопленный в это время в России, впоследствии был использован трудящимися стран народной демократии.
* * *
Буржуазная Россия оставила в наследство молодому Советскому государству разрушенное войной хозяйство. Наиболее слабым звеном его к моменту Октябрьской 290


революции оказался железнодорожный транспорт. Транспорт, указывал В. И. Ленин, «как раз всего более разрушен войною» *. Прогрессировавшее на протяжении войны ухудшение состояния подвижного состава, топливные затруднения с особой силой проявили себя в первые месяцы 1917 г. Если в 1916 г. процент больных паровозов был еще близок к нормальному (15—16%), то с февраля 1917 г. началось его неуклонное повышение. На 1 января 1917 г. из общего наличия паровозов на долю больных приходилось 16,6%, к 1 февраля количество больных паровозов увеличилось до 18,4%, к 1 марта — до 20,3, к 1 мая — до 22,4, а на 1 ноября составляло 26,5%. Одновременно с этим быстро ухудшалось и состояние вагонного парка: число больных вагонов и цистерн составляло на 1 января 1917 г. 4,2% от их общего наличия, на 1 февраля 1917 г.— 4,5, на 1 марта — 5,4, на 1 м-ая — 7,3, на 1 ноября — 6,8 и на 1 декабря 1917 г.— 8,5% 1 2. Мировая война оставила после себя «совершенно изношенный, обветшалый вагонный парк» 3. Положение с подвижным составом усугублялось его неудовлетворительным использованием: к концу 1917 г. средний пробег паровоза понизился на 17,5% по сравнению с 1916 г., а время оборота рабочего вагона соответственно увеличилось с 6,5 до 13,5 суток4. На протяжении 1917 г. прогрессивно ухудшалось и состояние путевого хозяйства: вследствие недостатка рельсов, скреплений, стрелок и т. д. работы по ремонту пути производились не в той мере, в какой это было необходимо для обеспечения нормального движения поездов. Наряду с этим железные дороги испытывали в 1917 г. топливный кризис. Вывоз донецкого угля для нужд железных дорог уменьшился с 59,2 млн. пудов в марте 1917 г. до 40,4 млн. пудов в июле и 34,6 млн. пудов в октябре 1917 г.5 В результате в сентябре 1917 г. запасы угля 1 В. И. Ленин, Соч., т. 27, стр. 184.
2 ЦГАОР, ф. 5498 — Викжеля, оп. 1, д. 18, л. 6 об.
3 Центральный государственный исторический архив в Ленинграде (в дальнейшем — ЦГИАЛ), ф. 32 — Совета съездов представителей промышленности и торговли, оп. 1, д. 674, л. 13 (из доклада зав. железнодорожным отделом Совета съездов Тюменева).
4 См. И. Д. Михайлов, Эволюция русского транспорта. 1913— 1925, М. 1925, стр. 69—70.
5 См. «Народное хозяйство» № 4, 1918 г., стр. 44.
19* 291


на железных дорогах Достигали лишь ЙО 072 тыс. пудов (против 48 930 тыс. пудов в сентябре 1916 г.), в октябре 1917 г. уменьшились до 18 079 тыс. пудов (против 49 113 тыс. пудов в октябре 1916 г.), а в ноябре 1917 г. упали до 16 500 тыс. пудов (против 44 069 тыс. пудов в ноябре 1916 г. *)• На ряде дорог запасы угля были исчерпаны почти полностью. Так, Московско-Курская дорога на 18 октября 1917 г. имела лишь однодневный запас угля, на Петроградской сети Московско-Виндаво-Рыбинской дороги и Московско-Киево-Воронежской дороге на 10 октября имелся трехдневный запас угля. Риго-Орловская железная дорога по состоянию на 17 октября располагала пятидневным запасом угля. По нефти железные дороги осенью 1917 г. имели недовоз в размере 45—50 млн. пудов, что составляло примерно одну треть от годового потребления жидкого топлива железными дорогами. Из необходимых для них 2400 тыс. кубических сажен дров недоставало 825 тыс. кубических сажен 1 2. В связи с возникновением угрозы остановки движения из-за исчерпания запасов топлива железные дороги осенью 1917 г. начали прибегать к захвату провозимого по ним топлива. Такие анархические действия едва ли не самым наглядным образом свидетельствовали о назревании топливной катастрофы на железнодорожном транспорте.
Вследствие указанных причин железные дороги в 1917 г. оказались не в состоянии обеспечить перевозки даже в объеме, значительно пониженном против предыдущего года. Среднесуточная погрузка за девять месяцев 1917 г. была на 22% меньше, чем в 1916 г. В первые месяцы 1917 г. работа сети (погрузка и прием груженых вагонов) хотя и несколько отставала от показателей соответствующего периода 1916 г., но обнаружила все же тенденцию к росту. Так, суточная работа всей сети составила в феврале 1917 г. 66 663 вагона, в марте — 72 982, в апреле — 75 082, в мае — 76 362 вагона. Это объяснялось известным повышением производительности •груда, связанным со свержением ненавистного всем трудящимся царского режима и завоеванием демократических свобод. Однако подобный рост оказался временным 1 См. И. Д. Михайлов, Транспорт. Его современное состояние, М„ 1919, стр. 18.
’ ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 294, л. 16об.
293


явлением. Начиная с июня 1917 г. работа железных дорог стала снова ухудшаться. Суточная работа всей сети в вагонах сократилась с 72 504 в июне до 43 429 в октябре (при уменьшении эксплуатационной длины железнодорожной сети с 62 952 до 52 579 верст) Ч Между тем большинство узловых станций было забито грузами. На крупнейшем в стране Московском узле к сентябрю 1917 г. скопление грузов достигло таких огромных размеров, что возникла угроза его полной закупорки. В связи с этим была прекращена погрузка всех грузов (за исключением продовольствия и топлива), следующих в Москву и через Московский узел. Фактическое выпадение этого важнейшего звена железнодорожной сети России крайне отрицательно сказывалось на перевозочной работе дорог европейской части страны.
Таким образом, накануне Великой Октябрьской социалистической революции железнодорожное хозяйство России непрерывно разрушалось, работа транспорта катастрофически ухудшалась. «Железнодорожный транспорт,— писал в сентябре 1917 г. В. И. Ленин,— расстроен неимоверно и расстраивается все больше» 1 2. Россия оказалась перед возможностью распада железнодорожной сети3, что ставило страну перед угрозой неминуемой экономической катастрофы. Единственным путем спасения от нее было свержение буржуазии (не только неспособной ликвидировать хозяйственную разруху, но и сознательно усугублявшей ее) и переход к социализму.
1. Осуществление социалистической национализации железных дорог и организация управления транспортом
Победа Великой Октябрьской социалистической революции поставила перед Советской властью в качестве одной из первоочередных задач организацию управления железнодорожным транспортом на новых началах, скорейшую нормализацию его работы.
1 См. И. Д. Михайлов, Транспорт. Его современное состояние, стр. 32, 33.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 25, стр. 299.
3 «...Состояние транспорта в октябре месяце (1917 г.— В. О.) свидетельствовало о близости его агонии» (ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 674, л. 14об.).
293


В соответствии с экономической платформой, принятой VI съездом РСДРП (б), Советская власть осуществила социалистическую национализацию железнодорожного транспорта. Как известно, в дореволюционной России железные дороги в большей своей части являлись собственностью государства. После Октябрьской революции казенные железные дороги в порядке, так сказать, преемственности перешли в руки Советского государства. Что же касается частных железных дорог (принадлежавших акционерным обществам), то они были изъяты у их прежних владельцев и переданы в общенародную собственность. Впрочем, это произошло не сразу после установления Советской власти, а постепенно, на протяжении нескольких месяцев.
Как правило, инициатива национализации частных дорог первоначально принадлежала не центральным, а местным органам власти и рабочим организациям. При этом момент юридического оформления передачи дороги в общенациональное достояние следовал иногда много позже того, как она была фактически изъята у прежних владельцев. В конце февраля 1918 г. делегатский съезд Союза рабочих и служащих Семиреченской железной дороги (находившейся в стадии строительства и эксплуатировавшейся лишь частично) решил устранить правление дороги и национализировать ее. Это мотивировалось, во-первых, важным экономическим значением дороги в настоящем и особенно в будущем и, во-вторых, намеренной медлительностью правления дороги в деле ее сооружения (с 1913 г. рельсы были уложены на протяжении лишь 217 верст). Постановление делегатского съезда от 1 марта 1918 г. было утверждено Советом Народных Комиссаров Туркестанского края. Однако правление дороги, игнорируя это постановление, продолжало выступать в качестве ее владельца: оно, например, получило от центральных правительственных инстанций разрешение на отпуск рельсов и остаток кредита на сооружение дороги в размере около 14 млн. руб. В связи с этим представители рабочих и служащих дороги в середине 1918 г. обратились к центральной власти с просьбой национализировать Семиреченскую дорогу декретом Совета Народных Комиссаров РСФСР
1 ЦГАОР, ф. 1884 — НКПС, оп. 1, д. 11, л. 12—22.
294


Крупнейшие частные железные дороги Европейской России были фактически изъяты у прежних владельцев и перешли в управление рабочих в конце 1917 — начале 1918 г. Существовавшие на железных дорогах представительные органы рабочих, так называемые дорожные комитеты, во многих случаях сами отстраняли от дел правления акционерных обществ железных дорог и брали на себя функции управления. Так, например, 2 января 1918 г. представители рабочих и служащих Рязано- Уральской дороги в Саратове арестовали высшую администрацию дороги и взяли управление в свои руки. Для непосредственного руководства дорогой были выделены комиссары. 18 февраля они явились в правление дороги и официально объявили о ее национализации Таким же путем были фактически изъяты у частных владельцев Московско-Виндаво-Рыбинская, Владикавказская, Московско-Казанская и другие железные дороги 1 2.
Комиссариат путей сообщения Российской Советской республики не проявлял поспешности в осуществлении национализации частных железных дорог и ориентировал дорожные комитеты на постепенное и организованное ее проведение. 30 марта и 10 апреля заместителем народного комиссара путей сообщения Кирсановым были посланы на дороги телеграммы, в которых предлагалось сохранить еще не расформированные правления частных железных дорог, причем дорожным комитетам рекомендовалось назначить особых комиссаров для контроля за деятельностью этих правлений. Когда в мае 1918 г. так называемая Коллегия пяти по управлению Юго-Восточными железными дорогами (орган Комиссариата путей сообщения) обратилась в комиссариат с просьбой разрешить ей по примеру других дорог немедленно ликвидировать правление акционерного общества Юго-Восточных железных дорог, комиссариат отказался удовлетворить эту просьбу. В своем ответе он указывал, что «...впредь до издания акта о национализации частных железных дорог Коллегия пяти по управлению Юго-Восточными железными дорогами ни в коем случае не может считать себя управляющим дорогами органом, а является лишь органом общественного контроля в порядке «рабочего контроля»» 3.
1 ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 655, л. 113.
2 ЦГАОР, ф. 1884, оп. 1, д. 519, л. 3.
3 Там же, л. 4.
295


Чем вызывалась подобная позиция Комиссариата путей сообщения? Ее следует объяснить рядом обстоятельств. Во-первых, первоочередной задачей железнодорожников являлись фактическое овладение казенными дорогами и быстрейшая нормализация работы всей сети ввиду надвигавшейся угрозы транспортной катастрофы. На решение этой задачи необходимо было направить все усилия железнодорожного пролетариата, не распыляя их на осуществление менее неотложных в то время мер. Во- вторых, национализация частных предприятий, как показал ее опыт, требовала от государства громадных денежных затрат, а между тем оно испытывало острый недостаток средств. Поэтому необходимо было избегать таких случаев, когда национализация предприятий означала, по образному выражению В. Коссиора, «высасывание из общественного сундука народных денег» \ не дававшее непосредственного экономического эффекта в смысле улучшения дела, поднятия производительности и т. д., и стремиться к тому, чтобы перед изъятием того или иного предприятия из рук буржуазии проводить необходимую подготовительную работу, в частности организованно предрешать вопросы его финансирования, снабжения топливом, материалами и т. п. В-третьих, передача капиталистических предприятий в общенародную собственность сразу же ставила вопрос об организации управления ими, о привлечении к управлению опытных руководителей из числа рабочих и использовании в этом деле буржуазных специалистов. Между тем кадры советских хозяйственников только что создавались, железные дороги испытывали острый недостаток в них, а инженерно-технический персонал в своем большинстве был враждебно настроен к Советской власти и всячески противодействовал налаживанию работы национализированных железных дорог.
В этих условиях целесообразно было провести нацио* нализацию частных железных дорог организованно и планомерно, осуществив необходимые предварительные мероприятия, шире используя для управления дорогами и подготовки условий для их национализации рабочий контроль. Все это, естественно, требовало продолжительного времени, в течение которого в интересах поддержания движения на частных железных дорогах необходимо 1 <Вестник металлиста» № 4—5—6, 1918 г., стр. 126,
296


было сохранить их правления, оставить их в качестве управителей предприятиями.
Как известно, В. И. Ленин считал возможным после революции в течение многих лет использовать капиталы буржуазии, ее предпринимательский, административный и технический опыт, знания буржуазных специалистов для восстановления и развития народного хозяйства социалистической республики.
Советское правительство провело национализацию частных железных дорог летом и осенью 1918 г. Так, 6 июня 1918 г. президиум ВСНХ решил, национализировать Кулундинскую железную дорогу «ввиду отсутствия у Общества названной дороги денежных средств на эксплуатацию существующих железнодорожных путей и дальнейшее развитие железнодорожного строительства и принимая во внимание чрезвычайно важное государственное значение сооруженных Обществом и предназначенных к постройке по плану железнодорожного строительства железнодорожных путей» Это решение было утверждено Советским правительством 10 июня (28 мая) 1918 г. Совет Народных Комиссаров постановил «объявить все имущество Общества Кулундинской железной дороги собственностью Российской Социалистической Федеративной Советской Республики»1 2. 28 (15) июня 1918 г. Совет Народных Комиссаров издал декрет «О национализации крупнейших предприятий по горной, металлургической и металлообрабатывающей, текстильной, электротехнической, лесопильной и деревообделочной, табачной, стекольной и керамической, кожевенной, цементной и прочим отраслям промышленности, паровых мельниц, предприятий по местному благоустройству и предприятий в области железнодорожного транспорта».
Декрет объявил собственностью Советского государства «все предприятия обществ частных железных дорог и подъездных путей, как находящихся в эксплуатации, так и строящихся» 3. В дополнение к этому декрету 4 сентября 1918 г. был издан декрет «О ликвидации частных железных дорог», которым существующие правления 1 «Народное хозяйство» № 8—9, 1918 г., стр. 54.
2 «Экономическая политика СССР», Госполитиздат, 1947, т. 1. стр. 138.
з Там же, стр. 153.
297


бывших частных железных дорог упразднялись и вместо этих правлений учреждались ликвидационные комиссии. Они должны были осуществить фактический переход бывших частных железных дорог в собственность Советской республики, определить их финансовое положение и наблюдать за сдачей бывшими правлениями отчетов Советскому правительству1.
Социалистическая национализация железнодорожного транспорта выдвинула перед Советской властью в качестве одной из первоочередных задач организацию управления этой важной отраслью народного хозяйства. Острота переживаемого страной момента, возникновение реальной угрозы полного расстройства железнодорожного сообщения со всеми вытекающими из этого катастрофическими последствиями требовали принятия неотложных и самых решительных мер в этой области.
Как известно, железнодорожный транспорт по своей природе экстерриториален. Он служит потребностям не какого-либо одного района, а всей страны. Это требует самой строгой централизации управления железнодорожным транспортом, последовательного проведения принципа единоначалия, соблюдения строжайшей дисциплины труда.
Принцип централизации управления железнодорожным транспортом осуществлялся еще в дореволюционной России, конечно, в ограниченных пределах, насколько этого можно было достигнуть при господстве частнокапиталистической собственности на средства производства и свойственной капитализму стихии конкуренции и анархии производства. Министерство путей сообщения дореволюционной России осуществляло централизованное руководство всей сетью казенных железных дорог. В период первой мировой войны среди органов по государственному регулированию народного хозяйства царским правительством было создано Особое совещание по перевозкам. »
Рабочий класс, взяв власть в свои руки, естественно, не мог не воспользоваться опытом организации железнодорожного дела в дореволюционной России, сложившимися методами централизованного руководства движением и т. п. Он сделал это, отметая все ненужное, про1 См. <Экономическая политика СССР», т. 1, стр. 231—232.
298


тиворечащее духу социалистического правопорядка и потребностям коммунистического строительства, что содержалось в старой системе организации производства.
Советская система управления железнодорожным транспортом, так же как и система управления другими отраслями народного хозяйства, сложилась не сразу, а постепенно. В процессе создания этой системы были допущены промахи и недостатки, естественные из-за новизны дела и отсутствия у рабочих достаточных знаний и опыта. Это были «ошибки нового класса при создании новой жизни»1. Их преодоление, совершенствование форм, поиски новых методов организации управления железнодорожным транспортом были результатом революционного творчества самых широких масс рабочего класса и организаторской деятельности Коммунистической партии.
Возникновение новой системы управления транспортом после установления Советской власти было основано на самом широком использовании революционной инициативы и самодеятельности рабочего класса. На необходимость этого неоднократно указывал В. И. Ленин. Так, в «Наброске статьи «Очередные задачи Советской власти»» он говорил, что «без привлечения к общественному строительству новых слоев народа, без пробуждения активности широких масс, доселе спавших, ни о каком революционном преобразовании не может быть и речи»1 2.
Важность широкого привлечения масс к управлению железнодорожным транспортом подчеркивалась конкретными условиями социалистического обобществления этой отрасли народного хозяйства. Повсеместный саботаж буржуазных специалистов сделал невозможным их сколько-нибудь широкое привлечение к налаживанию работы железнодорожного транспорта в первые месяцы Советской власти. Когда представители только что созданного Комиссариата путей сообщения явились в бывшее Министерство путей сообщения, то они, по свидетельству заместителя народного комиссара Невского, «нашли голые стены и человек 15—20 старых работников» 3. Не только чиновники министерства, но и подав1 В. И. Ленин, Соч., т. 26, стр. 327.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 27, стр. 183.
3 «Вестник путей сообщения» № 5, 1918 г., стр. 26.
299


ляющее большинство инженерно-технических и административных работников дорог покинули свои посты, отказались сотрудничать с Советской властью. Необходимость преодоления саботажа буржуазии, крайне отрицательно сказывавшегося на положении транспорта, усиливала значение широкого привлечения железнодорожного пролетариата к управлению хозяйством. «Вот когда,— говорил В. И. Ленин на заседании Чрезвычайного Всероссийского железнодорожного съезда в январе 1918 г.,— железнодорожные труженики возьмут власть в свои руки, то они при помощи вооруженной организации сломят саботаж и спекуляцию и поставят своей задачей преследовать всех тех, кто занимается подкупом и нарушает правильное железнодорожное движение» Ч
Вместе с тем принципиальные соображения о необходимости самого широкого участия железнодорожников в управлении транспортом подкреплялись еще одним моментом, а именно отсутствием в первые месяцы Советской власти такого центрального правительственного органа по руководству железными дорогами, который был бы в достаточной степени работоспособен. Созданный взамен Министерства путей сообщения Комиссариат путей сообщения длительное время не имел хорошего аппарата, так как «верных нам (Советской власти.— Б. О.) специалистов были единицы»2 и для укрепления этого аппарата технически сведущими людьми, грамотными руководителями движения требовалось время.
Вот почему Коммунистическая партия привлекала широкие массы трудящихся к управлению транспортом и налаживанию его работы. Огромное значение использованию инициативы и энергии масс в этом направлении придавал В. И. Ленин. В написанном в первой половине декабря 1917 г. и внесенном им тогда же на утверждение ВСНХ «Проекте декрета о проведении в жизнь национализации банков и о необходимых в связи с этим мерах» В. И. Ленин указывал:
«Союзы железнодорожных рабочих и служащих обязаны спешно выработать и начать немедленно осуществлять чрезвычайные меры для более правильной постановки транспорта, особенно для подвоза продовольствия, 1 В. И. Ленин, Соч., т. 26. стр. 455.
* «Вестник путей сообщения» № 1, 1918 г., стр. 20.
300


топлива и других наиболее необходимых предметов...» 1 Выступая 13(26) декабря 1917 г. на Чрезвычайном Всероссийском съезде железнодорожных рабочих и мастеровых, В. И. Ленин говорил: «...чтоб урегулировать железнодорожное сообщение, нам необходима ваша помощь, товарищи. Только общими усилиями с вами мы сумеем сломать беспорядок и укрепить власть рабочих, солдат и крестьян» 1 2. Рабочие железнодорожного транспорта с огромным энтузиазмом овладевали железными дорогами. Уже в первые недели после Октябрьского переворота рабочие многих казенных дорог, изгоняя старую администрацию, отстраняя от дел саботажников, устанавливали свою власть на дорогах. Органами непосредственного управления дорогами становились возникшие еще до Октября выборные организации железнодорожников — исполнительные комитеты.
Одними из первых овладели важнейшей транспортной магистралью рабочие Николаевской (ныне Октябрьской) железной дороги. К началу декабря 1917 г. она находилась уже в полном распоряжении исполнительного комитета дороги, занимавшего большевистские позиции. В первые же дни рабочего управления дорогой исполнительный комитет столкнулся с огромными трудностями, преодоление которых требовало максимального напряжения сил железнодорожников. Частые снежные заносы в конце 1917 и начале 1918 г. создали серьезную опасность прекращения движения от Петрограда на Москву и в других направлениях. «Борьба с снежными заносами была одним из самых отчаянных сражений исполнительного комитета за существование вверенного ему народного хозяйства на первых шагах его деятельности»3. Очистка снега требовала много рабочих рук. Исполнительный комитет призвал всех железнодорожников на борьбу с заносами и обратился за помощью к воинским частям. Тысячи железнодорожников вышли на линию, они работали сверхурочно, причем нередко даром, не требуя платы. В работах по очистке путей участвовали также воинские команды. Выстояв в борьбе со стихией, исполнительный комитет в условиях саботажа буржуаз1 В. И. Ленин, Соч., т. 26, стр. 353.
2 Там же, стр. 346.
8 «Вестник путей сообщения» № 18. 1918 г., стр. 18.
301


ных специалистов, недостатка подвижного состава и топлива сумел организовать движение поездов.
К началу декабря 1917 г. в рабочее управление перешла Самаро-Златоустовская железная дорога. Исполнительный комитет дороги устранил от руководства ею прежнюю администрацию и взял управление дорогой в свои руки. Была образована коллегия, в состав которой вошли рядовые рабочие и служащие (контролер станционного счетоводства, агент службы движения, слесарь железнодорожных мастерских, составитель поездов и конторщик)
Столь же самоотверженные усилия при организации рабочего управления были сделаны на многих железных дорогах страны. Выступая в январе 1918 г. на Чрезвычайном Всероссийском железнодорожном съезде, В. И. Ленин говорил: «Вы, железнодорожники, сами убедились на опыте в том, что масса трудящегося железнодорожного пролетариата вынесла трудность организации железнодорожного дела на своих плечах»1 2.
Установление рабочего управления железными дорогами проходило в условиях ожесточенной классовой борьбы. Советская власть должна была преодолеть сопротивление буржуазии, а также соглашательских партий эсеров и меньшевиков, которые одно время стояли во главе всероссийской организации железнодорожников. Пресловутый Викжель (Всероссийский исполнительный комитет железнодорожного профессионального союза), ставший после Великой Октябрьской социалистической революции одним из центров антисоветской деятельности, на протяжении более чем двух месяцев — с конца октября 1917 г. до начала января 1918 г.— вел с Советским государством борьбу за власть на железнодорожном транспорте. Еще 26 октября (8 ноября) 1917 г. Викжель пытался захватить в свои руки Министерство путей сообщения. Однако попытка Викжеля заставить Совнарком согласиться на переход управления железными дорогами в его руки окончилась неудачей. В конце декабря 1917 г. Комиссариат путей сообщения (за подписью Бубнова и Невского) предложил местным железнодорожным организациям по примеру исполнительного комитета Нико1 См. И. Д. Михайлов, Основные вопросы транспорта, стр. 47.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 26, стр. 450.
302


лаевской .дороги «во имя спасения железных дорог от окончательной разрухи» немедленно взять управление дорогами в свои руки, работая при этом в тесном союзе с местными Советами рабочих и солдатских депутатов !.
Сразу же после этого многие железнодорожные организации приняли необходимые меры для налаживания рабочего управления дорогами. Так, Главный дорожный комитет Северных дорог упразднил должности начальника дорог, начальников служб и выделил из своего состава в качестве руководящего органа особый технически-транс- портный административно-распорядительный совет из пяти лиц. В совет были включены бывшие начальники служб движения, тяги, пути «ввиду признания за ними технических знаний и опыта и невозможности для лиц, выделенных из состава ЛН (Главного дорожного комитета) в совет, самим вести дело без соответственной специальной подготовки»1 2. Рабочее управление было организовано также на Сызрано-Вяземской, Риго-Орловской, Либаво-Роменской, Московско-Курской и на других железных дорогах.
Вопросы управления транспортом стояли в центре работы Чрезвычайного Всероссийского железнодорожного съезда, происходившего с 5 по 30 января (18 января — 12 февраля) 1918 г. и признавшего все декреты Советской власти. Съезд принял Положение об управлении железными дорогами Российской Республики Советов. В основе этого Положения лежал принцип: «ведение железнодорожного хозяйства и организация администрации» на дорогах принадлежат «Советской железнодорожной власти, осуществляемой советами железнодорожных депутатов и их исполнительными комитетами» 3.
Ведение железнодорожного дела в хозяйственном и административном отношении в пределах отдельной дороги возлагалось на дорожный совет, избираемый железнодорожниками прямым, равным и тайным голосованием. Совет должен был избирать из своего состава исполнительный комитет, который непосредственно управлял дорогой в административно-техническом отношении с участием специалистов, рекомендованных преимущественно 1 См. «Вестник путей сообщения» № 7—8, 1918 г., стр. 48.
2 См. «Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 25.
з ЦГАОР, ф. 5498, оп. 1, д. 18, л. 29.
303


самими железнодорожниками. Дорожным советам были подчинены районные советы железнодорожных депутатов. Районные советы с их исполнительными комитетами осуществляли управление транспортом в пределах участка тяги дороги.
Для объединения деятельности смежных дорог в хозяйственном, административном и техническом отношении создавались окружные советы железнодорожных депутатов. Эти советы действовали в пределах железнодорожных округов, созданных в основном по территориальному признаку (в начале 1918 г. насчитывалось девять таких округов) !. В состав окружных советов должны были входить представители губернских и областных советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и других заинтересованных организаций.
Общее руководство железнодорожным хозяйством всей страны в административном и техническом отношении возлагалось упомянутым Положением на Всероссийский съезд советов железнодорожных депутатов и его исполнительный комитет, причем этим органам должны были быть подведомственны не только эксплуатируемые, но и строящиеся железные дороги, а также промышленные предприятия ведомства путей сообщения.
Осуществление управления транспортом должно было основываться, согласно Положению, не на единоначалии, а на коллегиальности руководства. В соответствии с этим при исполнительных комитетах советов железнодорожных депутатов создавались коллегии по управлению делами дороги, округа или всей железнодорожной сети страны, которые не назначались органами Советской власти, а избирались самими железнодорожными советами.
Таким образом, утвержденное Чрезвычайным Всероссийским железнодорожным съездом Положение об управлении железными дорогами Российской Республики Советов исходило из начал самоуправления железнодорожного транспорта и самоопределения железнодорожников. Об этом было заявлено со всей определенностью: «Всероссийский Чрезвычайный железнодорожный съезд считает, что отныне управление железных дорог Российской Советской Республики переходит к самим железнодорожникам в лице избранного настоящим съездом Всерос- 1 ЦГАОР, ф. 1884, оп. 1, д. 453, л. 92об.
304


сииского исполнительного комитета железнодорожников» Наряду с этим съезд счел необходимым, чтобы Всероссийский исполнительный комитет железнодорожников (Викжедор) имел представительство в Центральном исполнительном комитете Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Установив представительство местных органов Советской власти в составе окружных советов железнодорожных депутатов, выработанное съездом Положение обеспечивало решающую роль в деятельности этих советов представителям железнодорожников, а не представителям местных органов власти, ибо последние имели в совете голосов меньше, чем первые, и поэтому не могли бы провести в нем решение, которое по каким-либо причинам не устраивало железнодорожников.
Введение на железнодорожном транспорте начал самоуправления было в конце 1917 — начале 1918 г. необходимым этапом развития советской системы управления этой отраслью народного хозяйства (впрочем, подобный принцип осуществлялся первое время и по отношению к управлению другими отраслями народного хозяйства). Осуществление принципа самоуправления способствовало привлечению широких масс железнодорожников к руководству транспортом, позволило в короткий срок изгнать с дорог саботажников, заменить прежнюю администрацию людьми, в большинстве своем преданными Советской власти, и ликвидировать нависшую над Советской республикой угрозу полной остановки движения и развала железнодорожной сети, к чему стремилась буржуазия. Благодаря этому Советская власть получила возможность широко использовать инициативу и энергию рабочих для осуществления социалистической национализации железнодорожного транспорта и поддержания его работы на определенном уровне. Вместе с тем надо иметь в виду* что самоуправление было неизбежным в условиях, когда еще отсутствовал аппарат, который мог бы успешно осуществлять централизованное руководство транспортом. X съезд партии в резолюции «О роли и задачах профсоюзов» указывал:
«Непосредственно после Октябрьской революции профсоюзы оказались почти единственными органами, » ЦГАОР, ф. 5498, оп. 1, д. 18, л. 32.
20 Очерки по истории
305


которые, наряду с проведением рабочего контроля, могли и должны были взять на себя работу по организации производства и управлению предприятиями. Государств венный аппарат управления народным хозяйством в первый период существования Советской власти не был еще налажен, а саботаж владельцев предприятий и высшего технического персонала остро ставил перед рабочим классом задачи сохранения промышленности и восстановления нормального функционирования всего хозяйственного аппарата страны» Ч
Наконец, надо учитывать и то обстоятельство, что идея самоуправления глубоко проникла в сознание значительной части железнодорожников, что среди них вообще были сильны синдикалистские замашки. Известно, что в самые первые месяцы Советской власти среди части рабочих пользовался большой популярностью лозунг своеобразной социализации промышленности и транс-; порта по принципу «Урал — уральцам», «Волга — волгарям» 1 2. Наиболее отсталые рабочие (а с ними ведь приходилось считаться!) пытались, по свидетельству В. Кос- сиора, рассматривать свое предприятие не в качестве собственности «всего общества и государства», а в качестве учреждения, где «прежде всего должны удовлетворяться» их собственные «групповые или заводские интересы» 3. Подобные настроения были распространены и среди железнодорожников, причем даже в большей степени, чем среди других категорий рабочего класса России. «...В железнодорожном деле,— говорил народный комиссар путей сообщения Кобозев,— своеобразный анархо-синдикализм свил себе прочное гнездо»4. В составе железнодорожников было сравнительно много высокооплачиваемых рабочих (например, машинисты паровозов); в годы первой мировой войны на железные дороги хлынула масса кулацких и мелкобуржуазных элементов города и деревни с целью укрыться от мобилизации в армию и найти тепленькое местечко для всякого рода спекулятивных махинаций. Значительный удельный вес мелкобуржуазных элементов в составе железнодорожного пролетариата, влияние на него мелкобуржуазной
1 «КПСС в резолюциях...», ч. I, изд. 7, 1954, стр. 536.
2 «Народное хозяйство» № 11, 1918 г., стр. 22.
3 «Вестник металлиста» № 3, 1 18 г., стр. 30.
4 «Вестник путей сообщения» № 3, 1918 г., стр. 27.
306


психологии благоприятствовали распространению в его среде синдикалистских тенденций.
Система самоуправления была связана с коллегиальностью руководства делами. В условиях конца 1917 — начала 1918 г. коллегиальное управление было естественным выходом из сложившегося на транспорте положения. При саботаже буржуазных специалистов и отсутствии знающих дело управления транспортом людей среди самих рабочих коллегиальное управление позволило рядовым труженикам справляться с руководством железнодорожным хозяйством, повышало у них чувство уверенности в своих силах, «...надо иметь большую смелость, чтобы взять на одного себя ответственность за всю дорогу, и, наоборот, если разделить эту ответственность, если сообща взяться за трудное дело, то это уже не так страшно, сообща как-нибудь можно повезти тяжелую телегу управления» Ч Следует учитывать и то обстоятельство, что капитализм воспитал у рабочих недоверие к единоначалию. В их сознании с единоначалием ассоциировались самоуправство, деспотизм предпринимателя и управителя.
В этих условиях Советская власть должна была проявить максимум гибкости и осторожности в своих взаимоотношениях с железнодорожным пролетариатом. Она должна была воспитывать его, добиться того, чтобы он на собственном опыте, на практике организации железнодорожного дела при системе самоуправления убедился в том, что эта система далека от идеала и страдает существенными недостатками, что она нужна лишь на первое время и сохранять ее на веки вечные никак нельзя.
Вот почему в первое время Советская власть поддерживала принцип самоуправления железнодорожного транспорта и коллегиальность руководства им, хотя и видела недостатки этого принципа и те нежелательные для налаживания железнодорожного- хозяйства последствия, которыми нередко сопровождалось проведение в жизнь начал самоуправления и коллегиальности.
Период самоуправления дорог охватил конец 1917 и начало 1918 г. Железнодорожные организации провели огромную работу по созданию аппарата управления. В этом отношении им пришлось преодолеть серьезные
1 «Вестник путей сообщения» № 16—17, 1918 г., стр. 20. 23*
307


трудности. Произведя основательную чистку старого аппарата, изгнав с дорог саботажников, железнодорожные организации оказались в таком положении, когда на дорогах не осталось почти никого из технических специалистов и администраторов. Встал вопрос, где же взять опытных организаторов движения, технических руководителей депо, мастерских и т. д. «Их не было, и оставалось одно: или самим взяться за дело, или силой заставить работать самых злостных саботажников,— писал весной 1918 г. один руководитель железнодорожного дела.— И мы прежде взялись за первое: мы стали учиться. Но учиться только можно у кого-нибудь, а так как верных нам специалистов были единицы, то естественно, что мы, с одной стороны, совершили массу ошибок, а с другой — силою вещей вынуждены были обратиться к опыту и знанию все тех же саботажников» !. На многих дорогах рабочие организации при создании своего аппарата управления сравнительно быстро сломили саботаж буржуазных специалистов, и последние были «вынуждены, скрепя сердце, терпеть и работать» 2.
Однако осуществление принципа самоуправления транспорта и автономизации дорог со временем стало ставить серьезные препятствия на пути нормализации деятельности железных дорог. Иначе говоря, наступил момент, когда отрицательные стороны этой системы руководства хозяйством перевесили ее положительное значение и стали создавать в перспективе опасность полного расстройства транспортных связей, что угрожало Советской республике параличом промышленности, разрушением товарообмена и голодом.
Самоуправление на транспорте неизбежно порождало местнические тенденции, нарушавшие нормальные связи между различными дорогами и участками и создававшие разобщенность в их работе. В бюллетене № 4 Комитета Совета съездов представителей промышленности и торговли о положении железнодорожного транспорта за время с 24 января по 28 (15) февраля 1918 г. говорилось, что на Рязано-Уральской дороге «движение... происходит на каждом участке особо. Никаких согласованных действий нет, и общее руководство движением на этой дороге
1 «Вестник путей сообщения» № 1, 1918 г., стр. 20.
3 Там же.
308


отсутствует» !. В условиях нехватки подвижного состава, топлива, продовольствия, финансовых затруднений автономизация дорог поощряла самоуправство, приводила к принудительному задержанию прибывших с других дорог и участков паровозов, к нарушению правильного обмена порожняком, незаконным реквизициям грузов путем отцепки вагонов и платформ с продовольствием, топливом и т. д.
На той же Рязано-Уральской дороге отдельные районные комитеты пытались бесконтрольно распоряжаться денежными поступлениями дороги: суммы, вносимые в станционные кассы за перевозку грузов > и пассажиров, некоторые комитеты расходовали исключительно на местные нужды. Представитель государственного контроля, на которого была возложена проверка того, как Рязано-Уральская дорога расходует кредиты Народного банка, не смог выполнить это поручение: его миссия не встретила у дорожных комитетов «должной поддержки» 1 2. Автономизация дорог порождала разнобой в распорядке работ, нормировании и оплате труда рабочих и слуг жащих.
При отсутствии единоначалия и наличии коллегиального принципа руководства усложнялась борьба за налаживание трудовой дисциплины, за ликвидацию безответственности, мелкобуржуазной распущенности и расхлябанности на транспорте3.
Работа коллегий часто лихорадилась внутренней борьбой между представителями железнодорожного пролетариата и мелкобуржуазной части служащих и рабочих железных дорог. Как указывал заместитель наркома путей сообщения В. Невский, «только на немногих дорогах создались чисто пролетарские коллегии, а на большинстве их состав (коллегий.— Б. О.) так же пестр, как пестра железнодорожная масса»4.
Отрицательные стороны самоуправления и коллегиальности привели к падению трудовой дисциплины и 1 ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 656, л. 4.
2 Там же, д. 655, л. 11 Зоб.
3 «Паровозы не выпускаются из ремонта — ответственного лица нет; вагоны не выходят из ремонта — ответственного лица нет; безбилетных пассажиров не контролируют — виновного не найдешь...» («Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 13).
4 «Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 13.
309


производительности труда, препятствовали привлечению на производство буржуазных специалистов
Налаживание работы железнодорожного транспорта крайне затруднялось наличием в этой отрасли хозяйства фактического многовластия, выражавшегося во вмешательстве в дела транспорта различных органов власти и ведомств, воинских частей и т. п. Так, например, в январе 1918 г. Совет рабочих и солдатских депутатов Урала, отстранив от управления Пермской дорогой Уральский порайонный комитет, передал управление в ведение областного отдела снабжения, который не был приспособлен к тому, чтобы правильно регулировать движение, и злоупотреблял своим положением, выдавая чрезмерное количество нарядов на экстренные перевозки. Попытка Комиссариата путей сообщения добиться восстановления железнодорожной власти долгое время оставалась безуспешной. В конце 1917 и начале 1918 г. железные дороги были наводнены всякого рода комиссарами и эмиссарами различных ведомств, наделенными Чрезвычайными и сверхчрезвычайными полномочиями. Их распоряжения очень часто порождали неразбериху и наносили прямой вред железнодорожному делу. Бесконтрольное хозяйничанье этих представителей было настоящим бедствием для транспорта.
Таким образом, система руководства железнодорожным транспортом, основанная на самоуправлении и коллегиальности, исчерпала свои возможности и стала препятствием на пути налаживания железнодорожного хозяйства.
Поэтому Советская власть весной 1918 г. создает новые организационные формы управления транспортом, основанные на ленинском принципе демократического централизма и планового руководства народным хозяйством. К этому времени обстановка в стране сложилась таким образом, что дальнейшее промедление с реорганизацией управления транспортом могло нанести непоправимый ущерб делу революции. В мартовском декрете Совета Народных Комиссаров указывалось:
1 «...Наши рабочие организации, пытаясь овладеть властью, сначала сплошь и рядом разрушали так нещадно, что не жалели те технические силы, с которыми можно было и должно было бороться» («Вестник путей сообщения» № 5, 1918 г., стр. 26).
310


«Ввиду очевидной необходимости положить предел дальнейшему разрушению железных дорог, особенно грозному по своим последствиям именно теперь, в момент повсеместного передвижения воинских эшелонов и наличия голода в ряде областей; ввиду того, что ряд местных, областных и центральных организаций, пытаясь улучшить положение, вмешивается самостоятельно в техническое управление железнодорожным аппаратом и тем окончательно убивает его» 1, настоятельно необходимым становится введение новой формы управления железнодорожным транспортом, основанной на централизации управления, последовательном проведении принципа единоначалия и установлении строжайшей дисциплины труда.
Декретом Совета Народных Комиссаров, опубликованным 20 (7) февраля 1918 г. («О пределах компетенции Народного комиссариата путей сообщения в деле транспорта»), устанавливалось, что единственным органом, объединяющим все железнодорожное хозяйство республики и осуществляющим общее руководство эксплуатацией железных дорог, является Народный комиссариат путей сообщения. Все распоряжения по части эксплуатации железных дорог должны были находиться «в исключительном ведении железнодорожников и их организаций». Всякие другие учреждения, организации или комиссары, «какими бы полномочиями они ни были снабжены», не должны непосредственно вмешиваться в работу дорог и действовать помимо представительных железнодорожных организаций или линейных агентов движения. Все лица, нарушающие требования этого декрета, рассматривались «как разрушители транспорта» и подлежали немедленному преданию революционному суду «как враги Советской власти». Народному комиссариату путей сообщения было предоставлено право «издавать в развитие настоящего декрета обязательные для всех учреждений, организаций и лиц постановления и правила»1 2.
Основные положения февральского декрета были конкретизированы и дополнены новыми установлениями в декрете Совета Народных Комиссаров «О централиза1 «Железнодорожный транспорт СССР в документах Коммунистической партии и Советского правительства», 1957, стр. 14.
2 Там же, стр. 13, 14.
311


ции управления, охране дорог и повышении их провозоспособности», опубликованном 26 (13) марта 1918 г. Этот декрет, наделяя народного комиссара путей сообщения «диктаторскими полномочиями в области транспорта», устанавливал, что коллегия по управлению Народным комиссариатом путей сообщения «не вмешивается непосредственно в распоряжения Народного Комиссара путей сообщения...» 1
Подобный же принцип вводился и по отношению к управлению транспортом на местах. Каждый районный или областной железнодорожный орган должен был выбирать из своей среды преданного Советской власти руководителя, знатока железнодорожного дела, которому и передавалась вся полнота диктаторской власти пролетариата в данном железнодорожном центре. Это лицо должно было утверждаться в своей должности комиссаром путей сообщения и быть ответственным лишь перед ним. Эти положения находились в соответствии с указаниями В. И. Ленина о том, что социалистическому производству органически присуще единоначалие. В «Наброске статьи «Очередные задачи Советской власти»» В. И. Ленин указывал: «Ни железные дороги, ни транспорт, ни крупные машины и предприятия вообще не могут функционировать правильно, если нет единства воли, связывающего всю наличность трудящихся в один хозяйственный орган, работающий с правильностью часового механизма» 1 2.
Декрет упразднял всех комиссаров, эмиссаров и агентов, назначенных на железные дороги разными ведомствами и органами, и запрещал федеративным, областным и другим местным советским организациям вмешиваться в дела железнодорожного транспорта, т. е. подтверждал принцип экстерриториальности железных дорог. В декрете говорилось также о необходимости использовать на железнодорожном транспорте старый инженерно-технический персонал.
Этот декрет Советского правительства был проведен в жизнь не сразу. Передовые слои железнодорожников поддержали действия Советского правительства. Так, 1 «Железнодорожный транспорт СССР в документах Коммунистической партии и Советского правительства», стр. 16.
2 В. И. Ленин, Соч., т. 27, стр. 186.
312


Главный дорожный совет Казанской железной дороги «в заседании своем 1 апреля сего года, обсудив декрет Совета Народных Комиссаров о централизации железных дорог, постановил: строго выполнять и проводить в жизнь» !. Однако декрет встретил сопротивление со стороны всех тех, кто выступал против насаждения на транспорте строгого централизма, единоначалия и дисциплины, против использования на железных дорогах буржуазных специалистов. Против курса на централизацию руководства железнодорожной сетью в руках Комиссариата путей сообщения выступил Викжедор, пытавшийся сохранить за собой определенные прерогативы власти на транспорте. Дело дошло даже до того, что дорожный совет Сызрано-Вяземской железной дороги отказался исполнять все распоряжения, исходящие от комиссара путей сообщения, и заявил о своем подчинении лишь Викжедору. В этих условиях, для того чтобы обеспечить быструю перестройку управления транспортом, пришлось в ряде случаев пойти на принятие чрезвычайных мер. Так, на петроградской сети Московско-Виндаво-Ры- бинской железной дороги в первой половине апреля был образован Военно-революционный комитет. Он низложил Главный дорожный совет, который сопротивлялся осуществлению централизованного руководства транспортом и мешал налаживанию работы дороги. Управление дорогой в производственно-техническом отношении было передано специалистам1 2. Такие же меры были приняты и на ряде других дорог.
Переход от самоуправления дорог к централизованному руководству ими первое время не был повсеместным. Коллегиальное руководство делами продолжало еще существовать.
Когда в мае 1918 г. народный комиссар П. А. Кобозев представил проект «Основных положений об управлении путями сообщения Российской Советской республики», исходивший из принципов единоначалия, он встретил решительные возражения со стороны Викжедора и ряда дорожных советов.
Происходивший в мае съезд представителей железных дорог усмотрел в этом проекте попытки реставрировать 1 ЦГАОР, ф. 1884, оп. 1, д. 52, л. 37.
2 ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 656, л. 47.
313


старые формы управления и урезать права железнодорожных организаций в деле руководства транспортом и заявил, что осуществление новых административных начал встретит «самое категорическое противодействие на местах...» 1 В условиях прогрессивно ухудшавшегося состояния транспорта, в интересах объединения сил железнодорожников для борьбы с транспортной разрухой Комиссариату путей сообщения пришлось пойти на известный компромисс с Викжедором. В новом проекте при подтверждении принципа объединения всего управления железнодорожным транспортом в Комиссариате путей сообщения сохранялся принцип коллегиальности руководства и обеспечивалось некоторое влияние Викжедора на подбор состава коллегии комиссариата. Намечаемые народным комиссаром кандидатуры членов коллегии должны были до их утверждения передаваться для обсуждения в Викжедор, который давал о них свой отзыв Совету Народных Комиссаров. Кроме того, Викжедор имел право сам выдвигать кандидатов в. члены коллегии.
Этот проект был представлен в правительство. 31 (18) мая 1918 г. ВЦИК издал декрет «Об управлении железнодорожными путями сообщения»1 2. С этого времени и по февраль 1919 г. во главе Комиссариата путей сообщения стояла коллегия — так называемая «девятка».
2. Борьба за налаживание работы железных дорог
Осуществляя социалистическую национализацию железнодорожного транспорта и организуя по-новому управление им, Советская власть одновременно подняла трудящихся на борьбу за налаживание производства в этой отрасли народного хозяйства. Благодаря героическим усилиям пролетариата и организационным мерам, принятым Коммунистической партией, Советскому государству удалось отвести от страны угрозу транспортной катастрофы и полного приостановления движения на желез1 «Вестник путей сообщения» № 4, 1918 г., стр. 28—29.
2 См. «Железнодорожный транспорт СССР в документах Коммунистической партии и Советского правительства», стр. 24—25.
314


ных дорогах, возникшую накануне Великой Октябрьской социалистической революции в результате войны, общего развала народного хозяйства и саботажа буржуазии. Тем не менее в первые месяцы Советской власти положение железнодорожного транспорта оставалось тяжелым.
Общая хозяйственная обстановка, характеризовавшаяся дальнейшим падением производства, резким сокращением товарообмена, перерастанием продовольственных трудностей в настоящий голод для промышленных « транспортных рабочих, создавала чрезвычайные трудности для приведения в порядок донельзя разрушенного в период мировой войны транспорта.
Значительно ухудшилось снабжение железных дорог подвижным составом. Об этом говорят следующие данные: производство паровозов в России упало с 420 в 1917 г. до 214 в 1918 г., выпуск вагонов — соответственно с 5485 до 2679. В 1918 г. почти совершенно прекратились поставки паровозов и вагонов из-за границы, игравшие значительную роль в обеспечении железных дорог подвижным составом. (В 1916 г. за границей, преимущественно в США, было заказано для железных дорог России 375 паровозов и 5 тыс. вагонов, в 1917 г.— соответственно 500 и 10 тыс.; подвижной состав, заказанный в 1917 г., должен был поступать во Владивосток с начала 1918 г. *).
Наряду с этим в период проведения Октябрьской революции уменьшилось восстановление подвижного состава силами самих железных дорог. Так, в участковых мастерских Московско-Киево-Воронежской железной дороги (расположенных при станциях Москва, Малоярославец, Брянск, Львов, Курск, Воронеж и Ливны) в период с ноября 1917 г. по июнь 1918 г. находилось в среднем ремонте (в подъемке) 105 паровозов против 146 за соответствующий период 1916—1917 гг., причем простой паровозов в подъемке увеличился в среднем до 40,5 дня против 29,8 дня. На той же дороге за первую половину 1918 г. находилось в ремонте 12 795 вагонов против 15 150 за соответствующий период 1917 г. и 18 746 во 1 См. Д. П. Ильинский, В. П. Иваницкий, Очерк истории русской паровозостроительной и вагоностроительной промышленности, 1929, стр. 108, 135, 136.
315


второй половине 1917 г.1 Между тем количество паровозов и вагонов, нуждавшихся в ремонте, за это время возросло как на данной дороге, так и на всей сети, о чем свидетельствуют приводимые ниже сведения.
В связи с усилившейся изношенностью подвижного состава и сокращением его ремонта в конце 1917 — первой половине 1918 г. увеличилось (с учетом общего уменьшения паровозного и вагонного парков) количество больных паровозов и вагонов. Процент неисправных паровозов в это время почти непрерывно возрастал: на 1 ноября 1917 г. он составлял 26,5, на 1 апреля 1918 г.—• 36,5, на 1 июля 1918 г.— 40 1 2. Аналогичное явление наблюдалось и в отношении вагонного парка. Процент неисправных вагонов повысился с 6,8 на 1 ноября 1917 г. до 10 на 1 апреля 1918 г.3 На 15 августа 1918 г. общее число паровозов составляло 8953, из них в ремонте, ожидании ремонта и периодическом осмотре находился 3631 паровоз. Процент больных паровозов составлял 40,6. На ту же дату на сети имелось 274 254 товарных вагона, из них 11,9% относилось к числу неисправных4.
Падение производства в угольной и нефтяной промышленности и связанное с расстройством транспорта и другими причинами сокращение вывоза топлива из районов его добычи к местам потребления ухудшили снабжение железных дорог топливом, в первую очередь каменным углем. Добыча каменного угля в стране уменьшилась с 31 319 тыс. т в 1917 г. до 13 099 тыс. т в 1918 г., в том числе в Донбассе, бывшем главным поставщиком угля для железных дорог,— с 24 836 тыс. т до 8910 тыс. т5.
Вывоз каменного угля для нужд железных дорог резко сократился. Не были удовлетворены в значительной степени и потребности железных дорог в нефтяном топ1 Подсчитано по сведениям, хранящимся в делах Всероссийского совета профессиональных союзов железнодорожников (ЦГАОР, ф. 5500, оп. 1, д. 42, л. 46об., 47, 48).
2 ЦГАОР, ф. 5498, оп. 1, д. 18, л. боб.; «Вестник путей сообщения» № 22—24, 1918 г., стр. 11.
3 ЦГАОР, ф. 5498, оп. 1, д. 18, л. боб.; И. Д. Михайлов, Транспорт. Его современное состояние, стр. 8.
4 См. «Вестник путей сообщения» № 13, 1918 г., стр. 18.
5 См. Г. Д. Бакулев, Развитие угольной промышленности Донецкого бассейна, приложение № 7, стр. 662.
316


ливе. Так, в марте и апреле 1918 г. из назначенных для них 20 177 цистерн (что далеко не было достаточным для покрытия их нужд) было погружено для железных дорог лишь 17 049 цистерн1. На протяжении последних месяцев 1917 г. и первой половины 1918 г. железнодорожный транспорт испытывал хроническую нехватку топлива.
Падение производства в металлургии и металлообработке, в лесной промышленности и производстве строительных материалов отрицательно сказалось на снабжении железных дорог материалами, необходимыми для сооружения новых линий и поддержания в исправности путевого хозяйства. Вследствие того, что заводы резко сократили прокатку рельсов для обеспечения ими находившихся в постройке наиболее важных дорог, например линии Казань — Екатеринбург, пришлось снимать уже уложенные рельсы с участков строящейся дороги Рыбинск — Петроград. Нехватка рельсов, а также стрелок, скреплений, шпал и т. д. ограничивала возможность поддержания в нормальном состоянии путевого хозяйства, приводила к сильному сокращению работ по ремонту пути (смена рельсов и шпал, подсыпка балласта и др.). Не получая минимально необходимого количества материалов со стороны, железные дороги вынуждены были расходовать на необходимые работы последние запасы. Так, к зиме 1918 г. был полностью израсходован запас рельсов 1 2.
Одним из главных обстоятельств, отрицательно влиявших на все показатели работы транспорта, было сильное падение производительности труда и трудовой дисциплины на станциях и участках, в депо и железнодорожных мастерских. Массовые невыходы на работу, недобросовестное исполнение своих обязанностей и снижение выработки, расхлябанность на производстве — все это дезорганизующим образом влияло на обслуживание движения поездов и работу производственных мастерских. Так, в московских железнодорожных мастерских в 1917 г. ежемесячно выпускалось из ремонта и строилось новых в среднем 96 вагонов, в 1918 г., по данным за девять месяцев, среднемесячное производство уменьши1 См. «Народное хозяйство» № 6—7, 1918 г., стр. 54.
2 См. «Вестник путей сообщения» № 28—30, 1918 г., стр. 21.
317


лось до 44 вагонов. Число же рабочих в мастерских за это время значительно увеличилось. Следовательно, производительность труда резко понизилась. Об этом свидетельствует следующее сравнение: в 1917 г. на каждый выпущенный мастерскими вагон приходился 1 работник мастерских, а в 1918 г.— уже 3,35 работника. В ковровских мастерских — соответственно 0,71 и 0,96. В тульских мастерских на каждый выпущенный из ремонта паровоз приходилось в 1917 г. 13,2 работника, в 1918 г.— уже 41,5 работника1. Комиссия, обследовавшая эти мастерские, причины падения производительности труда видела «в продовольственных осложнениях, в плохом оборудовании мастерских, изношенности станков, отвлечении значительного количества рабочих в различные комитеты, в безответственности и халатности рабочих и в своеобразном понимании каждым «свободы»1 2. Остановимся на последних обстоятельствах подробнее.
Борясь против тех отрицательных последствий, к которым приводило при капитализме применение сдельной оплаты труда (чрезмерная интенсификация труда, выматывающая все силы работника, перенапряжение мускульных и нервных сил рабочего, ускоренное изнашивание человеческого организма), железнодорожники ошибочно выступили против самого принципа сдельной оплаты труда. Так, например, на собрании рабочих московских вагонных мастерских Николаевской дороги была принята резолюция, в которой, между прочим, утверждалось, что «сдельные работы в корне противоречат демократическому принципу» 3. Чрезвычайный Всероссийский железнодорожный съезд в январе 1918 г. категорически высказался за отмену сдельной оплаты труда 4. На железных дорогах была введена повременная (почасовая) оплата труда. Кроме того, были отменены прибавки к заработной плате, дававшиеся раньше: например, паровозникам — за экономию топлива.
В связи с отменой сдельщины и премиальных доплат производительность труда в мастерских и депо понизилась. Отмена прибавок за экономию топлива понизила 1 См. И. Д. Михайлов, Транспорт. Его современное состояние, стр. 11 — 12.
2 См. там же, стр. 12.
з ЦГАОР, ф. 1884, оп. 1, д. 11, л. 94.
< ЦГАОР, ф. 5498, оп. 1, д. 18, л. 28об.
318


заинтересованность паровозников в его экономном расходовании и привела к тому, что они стали допускать большой перерасход топлива при его сжигании в топках паровозов.
Отсутствие материальной заинтересованности железнодорожников в результатах их трудовой деятельности^ ухудшение их продовольственного положения вызывали не только снижение интенсивности труда и падение его производительности, но и упадок трудовой дисциплины. Среди политически отсталой части железнодорожников стали распространяться мелкобуржуазная распущенность и расхлябанность. Введение восьмичасового рабочего дня и повременной оплаты труда несознательные массы железнодорожников поняли, писал нарком П. А. Кобозев, «не как призыв к наивысшей производительности труда свободного гражданина, а как право на леность, не окупленную никаким подъемом механизации труда. Целые мощные железнодорожные единицы, железнодорожные мастерские изо дня в день ведут позорную кампанию бездействия на принципе: «С какой стати я буду работать, если сосед получает часовой заработок, сложивши руки на грудь?»» 1
Следует также иметь в виду, что на положении транспорта определенным образом сказывались и те порядки управления им, которые имели место в первое время после революции и об отрицательных сторонах которых говорилось выше.
Положение транспорта после октябрьского переворота усугублялось тем, что он стал ареной ожесточенной классовой борьбы между буржуазией и молодым, еще не окрепшим социалистическим государством. Саботаж специалистов, белогвардейские мятежи, антисоветская агитация, провоцирование железнодорожников на забастовки — все эти проявления классовой борьбы как косвенным, так и самым непосредственным образом отражались на железнодорожном транспорте.
Таковы были те хозяйственные и политические факторы, воздействие которых определяло положение этой отрасли народного хозяйства в конце 1917 — первой половине 1918 г. Влияние их проявлялось в разное время неодинаково, и поэтому при характеристике состояния
1 «Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 19.
319


железнодорожного транспорта в этот период придется остановиться на анализе воздействия указанных факторов на транспорт в каждый данный момент.
Иногда представляют состояние железнодорожного транспорта в период проведения Великой Октябрьской социалистической революции как картину непрерывного падения производства, непрекращавшегося ухудшения работы железных дорог. Между тем рисовать именно такую картину положения железных дорог нет оснований. После резкого падения производства в конце 1917 г.— начале января 1918 г. в деятельности железных дорог, как о том свидетельствуют некоторые экономические показатели, произошло определенное улучшение, связанное не столько с сезонными обстоятельствами, сколько с реальными успехами железнодорожников в борьбе за упорядочение работы транспорта. Такое положение наблюдалось на протяжении нескольких месяцев, и лишь к лету 1918 г. картина снова меняется в худшую сторону.
В работе железнодорожной сети Советской республики с октября 1917 г. и по июнь 1918 г. прежде всего выделяется в качестве определенного законченного этапа период самых первых месяцев существования Советской власти—примерно октябрь 1917 г.— начало января 1918 г. В это время работа транспорта характеризовалась непрерывным и сильным падением производства, причем из всех этих месяцев наиболее резкое ухудшение обстановки на транспорте приходилось на декабрь.
Каковы были причины и обстоятельства упадка транспортной деятельности в данное время? Известное значение для этого имело наступление зимнего периода, когда работа транспорта вообще затрудняется условиями погоды. На некоторых дорогах метели, заносы и холода сильно усложняли работу движенцев. «Те снежные заносы, коими так обилен был конец 1917 г. и начало 1918 г., представляли одну из самых серьезных опасностей прекращения всякого движения на Николаевской железной дороге» Ч На Пермской дороге «бураны и доходящие до 30 с лишком градусов морозы довели процент больных паровозов до 52, а на некоторых участках — даже до 68» 1 2.
1 «Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 18.
2 Там же, стр. 25.
320


Однако не изменение климатических условий определяло тот упадок железнодорожного хозяйства, который произошел в последние месяцы 1917 г.— начале января 1918 г., тем более что в конце зимы положение на транспорте улучшилось. Основную роль в этом упадке сыграли события политического характера, а также общее ухудшение хозяйственной обстановки в стране в этот период.
Политические перевороты, как показывает опыт истории, не могут не затронуть непосредственно сферу хозяйственной деятельности общества, не могут не отразиться на ней отчасти болезненно. Октябрьская революция, явившаяся переломным моментом в истории нашей страны и всего человечества, породила обстановку, в которой первое время неизбежно происходило определенное падение производства, связанное с резким обострением классовой борьбы, ожесточенным сопротивлением введению новых порядков со стороны свергнутых классов, а также и с временным отвлечением рабочих от производственной деятельности в ходе революционных событий и защиты завоеваний революции !.
Сложная политическая обстановка первых месяцев социалистической революции отразилась самым непосредственным образом на положении железнодорожного транспорта. Прежде всего губительное влияние на него оказал принявший широкие размеры саботаж буржуазных специалистов. Вскоре же после октябрьского переворота тысячи квалифицированных организаторов и руководителей железнодорожного движения в центре и на местах покинули свои посты, бросив транспорт на произвол судьбы в самый напряженный для него момент. Нанося свой предательский удар по транспорту, саботажники прекрасно сознавали, что их уход приведет к полной дезорганизации движения, ибо на железных дорогах почти совсем не оставалось специалистов, могущих руководить движением, а железнодорожники не могли сразу
1 Так, например, на Пермской дороге в результате отвлечения рабочих в состав боевых дружин, созданных для охраны дороги, «мастерские и депо нередко оставались почти без рабочих рук» («Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 25). На станции Царицын в начале декабря 1917 г. «на трое суток прекратились почти полностью прием и отправление поездов вследствие того, что большинство осмотрщиков — слесарей, паровозных и кондукторских бригад» поступило в Красную гвардию (ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 674, л. 13об.).
21
Очерки по истории
321


выдвинуть из своей среды опытных техников и администраторов. Перед своим уходом саботажники постарались спрятать или уничтожить документацию, чтобы затруднить для рабочего класса задачу организации движения.
«В октябре, ноябре, декабре и даже январе мы вынуждены были бороться с саботажниками; ни одно правительство ни в одну из революций не встречало такого бешеного сопротивления, какое встретили мы и в центре и на местах.
Старые царские чиновники... на железных дорогах дали... бой по всем правилам саботажного искусства; они бастовали, они уничтожали документы, они подделывали ассигновки, они занимались избиением тех из своих товарищей, кто переходил на нашу сторону» В бывшем Министерстве путей сообщения нельзя было достать ни одной ведомости, ни одного документа, необходимых для учета перевозок и правильной организации движения на железнодорожной сети. Забастовка специалистов в центре и на линии наибольших размеров достигла в декабре 1917 г., и именно в этом месяце произошло наиболее сильное падение основных экономических показателей работы сети. Это говорит о том, что саботаж специалистов нанес наиболее тяжелый урон железнодорожному хозяйству.
Другой причиной углубления транспортной разрухи, доставшейся Советской власти в наследство от старого режима, были белогвардейские мятежи, сопровождавшиеся уничтожением подвижного состава и средств связи, разрушением путевого хозяйства, насилиями над железнодорожниками, перерывом движения и т. д. Среднеазиатская железная дорога в период дутовщины и контрреволюционных восстаний в Коканде и Бухаре была «совершенно уничтожена на протяжении около 280 верст». На некоторых станциях мятежники расстреливали рабочих и служащих. Например, на станции Каракуль бандиты убили 43 человека. С декабря 1917 г. дорога была отрезана от Европейской России 1 2. На участках Харцизск — Таганрог, Дебальцево — Зверево, Рудакове — Лихая Екатерининской железной дороги во 1 «Вестник путей сообщения» № 1, 1918 г., стр. 19.
2 ЦГАОР, ф. 5500, оп. 1, д. 78, л. 13.
322


время военных действий разбирались пути и взрывались мосты Ч
Боевыми действиями в конце 1917 г. были охвачены также участки Могилев — Жлобин Риго-Орловской железной дороги, Жлобин — Минск Либаво-Роменской дороги, Кизитеровка — Ростов Юго-Восточных дорог, Гудермес — Грозный, Прохладная — Петровен Владикавказской дороги и др. «На большинстве из них в течение ряда суток совершенно прекращалось всякое движение до восстановления разрушенного и поврежденного пути» 1 2.
Железные дороги лихорадила борьба Викжеля с Советской властью. Заправилы этой контрреволюционной организации провоцировали железнодорожников на саботаж, отказ от исполнения ими распоряжений правительственных органов, толкали рабочих на путь предательства интересов революции. На некоторых дорогах, например на Московско-Курской, «действует по два дорожных комитета... издающих параллельно взаимно уничтожающие распоряжения» 3.
Нормализации движения на железных дорогах препятствовали анархические действия возвращавшихся с фронта солдат, неоправданное вмешательство в деятельность транспорта представителей различных ведомств и организаций, нападения на дороги с целью ограбления поездов отдельных групп крестьян, спровоцированных на это кулачеством, и т. п. Председатель Московского порайонного комитета в начале января 1918 г. сообщал, что на дорогах, находящихся в пределах района, «...продолжаются анархические действия солдат с разграблением вагонов и поездов, а также насильственный выпуск поездов на перегоны, занятые поездами...» 4 В другом сообщении, относящемся к тому же времени, указывалось: «...между станциями Окуловка и Чудово (Николаевской ж. д.— Б. О.) установлены местными крестьянами заставы, причем все проходящие поезда останавливаются и вагоны с продовольствием разграбляются» 5.
1 Центральный государственный исторический архив в Москве (в дальнейшем — ЦГИАМ), ф. 555 — Гучкова, оп. 1, д. 592, л. 11 об.
2 ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 674, л. 13об.
3 Там же.
ЦГИАМ, ф. 555, оп. 1, д. 592, л. Поб.
5 Там же, л. 11.
21*
323


Стихийная демобилизация солдат, начавшаяся в конце 1917 г. и продолжавшаяся несколько месяцев, усу- губила расстройство транспорта не только потому, что она сопровождалась всякого рода эксцессами, но и потому, что проходила слишком спешно, без какого-либо плана, при нехватке подвижного состава, в условиях общей дезорганизации движения из-за саботажа специалистов и т. д. Все это самым отрицательным образом влияло на работу железных дорог. «Толпа солдат, теснимая вновь прибывавшими из Финляндии и Прибалтийского края, сметая все препятствия на своем пути, двигалась сплошною лавиною по дороге (Николаевской.— Б. О.), загромождая (пути) и перегружая сверх всякой нормы поезда» В период стихийной демобилизации пассажирский вагонный парк подвергся сильному разрушению, значительная часть вагонов надолго вышла из строя (во многих вагонах, например, лопнули трубы водяного отопления), пострадал и паровозный парк. На Пермской дороге в результате стихийной демобилизации «паровозное и вагонное хозяйство вконец было расстроено» 1 2.
Ухудшение деятельности железных дорог в конце 1917 г.— начале января 1918 г. в значительной степени было связано также с падением производства в промышленности и другими хозяйственными осложнениями. Прежде всего обострилось положение с топливом почти на всей железнодорожной сети. Вывоз донецкого угля железным дорогам в ноябре 1917 г. составлял 42 млн. пудов, а в декабре понизился до 27,2 млн. пудов, т. е. за один месяц упал на 36,3%. Прежде всего это ударило по дорогам центра, севера и запада страны. В ноябре 1917 г. в Петроград ежедневно прибывал в среднем 71 вагон с углем, в декабре поступление угля уменьшилось до 49 вагонов, а в первую неделю января — до 10 вагонов. В начале января 1918 г. на дороги Московского района ежедневно поступало через Курск в среднем 50 вагонов с углем, между тем как, для того чтобы поддержать движение хотя бы в размерах предыдущего месяца (когда оно было минимальным), дорогам требовалось до 150 вагонов угля в сутки. В результате на подмосковных участках Рязано-Уральской и Московско-Киево-Воронеж1 «Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 19.
2 Там же, стр. 25.
324


ской дорог движение поездов было приостановлено на 3 суток. Подобное же имело место и на некоторых других линиях. Так, на Юго-Западной дороге, по-видимому, также в начале января произошла «полная приостановка движения вследствие отсутствия топлива» !. Из-за отсутствия топлива составы вынуждены были останавливаться в пути и подолгу простаивать на промежуточных станциях. Так, на линиях Московского узла к 20 декабря 1917 г. насчитывалось брошенных груженых составов: на Московско-Курской дороге—16, Московско-Казанской — 1, Северных — 52, Рязано-Уральской — 11 1 2.
В некоторых местах, особенно в Сибири и на Дальнем Востоке, работа транспорта осложнялась отсутствием у дорожной администрации наличных денег. Например, в конце 1917 г. всякие денежные переводы из центра во Владивосток прекратились, в результате чего здесь стал ощущаться «полный недостаток денежных знаков, текущие счета иссякли» 3. Поэтому Томская дорога в 20-х числах декабря прекратила прием всех грузов (кроме людских эшелонов) от Забайкальской дороги. Отправка грузов за Иркутск также прекратилась.
В результате временной приостановки движения, а также задержки вагонов под погрузкой и разгрузкой железнодорожные узлы и крупнейшие станции были забиты составами и грузами. На Московском узле к 5 января 1918 г. скопилось около 20 тыс. вагонов, из них около 6 тыс. продолжительное время стояло под выгрузкой; «складочные помещения заполнены невывезенными грузами» 4. Большие запасы грузов скопились в портах Архангельска и Владивостока, через которые страна получала крайне необходимые для нее импортные товары. Погрузка в Архангельске уменьшилась с 5385 вагонов в октябре до 3430 вагонов в ноябре и 1612 в декабре, во Владивостоке — соответственно с 2301 до 1684 и 558 вагонов. Между тем наличие грузов во Владивостоке на 21 декабря 1917 г. составляло 37 924 тыс. пудов, в том числе грузов для самих железных дорог — 5868 тыс. пудов, хлопка — 1181 тыс. пудов, металлов — 697 тыс. 1 ЦГИАМ, ф. 555, оп. 1, д. 592, л. Юоб., Иоб., 12.
2 ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 655. л. 7.
з ЦГИАМ, ф. 555, оп. 1, д. 592, л. 13об.
4 Там же, л. 11.
325


пудов, дубильного экстракта — 816 тыс. пудов. В Архангельске на 1 декабря имелось грузов 27920 тыс. пудов, в том числе каменного угля — 16 млн. пудов Во всех этих товарах хозяйство испытывало острую нужду.
Сокращение объема перевозок было связано не только с расстройством железнодорожного транспорта, но и с возникшим в стране товарным голодом и ослаблением экономических связей между городом и деревней. Падение производства в промышленности, саботаж городской и сельской буржуазии, нарушение транспортных связей между различными районами страны, напряженная политическая обстановка — все это обусловило резкое уменьшение поступления грузов на железные дороги от грузоотправителей. В начале января 1918 г. с южных дорог отправлялось через Курск на Москву ежедневно в среднем 300 вагонов вместо 1500 вагонов по норме 1 2.
Все это и объясняет то значительное ухудшение работы железнодорожного транспорта, которое произошло в ноябре 1917 г.— начале января 1918 г. За это время ежедневная работа сети (состоящая из погрузки и приема груженых вагонов) упала в огромных размерах. В октябре 1917 г. она составляла 43 429 вагонов, в ноябре — 35 624 вагона, а в декабре дошла до минимума, составив 15 488 вагонов. Январь 1918 г. принес некоторое повышение— 18 744 вагона. Эти цифры, однако, дают не совсем ясную картину падения перевозочной работы транспорта, ибо в данном случае не учитывается изменение протяженности железнодорожной сети Советской республики. Между тем длина сети составляла: в октябре 1917 г.— 52 579 верст, в ноябре — 50048, в декабре — 50 131, в январе 1918 г.— 53 290 верст. Поэтому мы приведем дополнительно сведения, которые более полно показывают глубину падения производства на железных дорогах (см. таблицу на стр. 327) 3.
Эта таблица, во-первых, показывает, что наиболее глубокое падение перевозок на транспорте наблюдалось, как мы уже об этом говорили, в декабре 1917 г. Объем суточной работы железных дорог сократился более чем
1 ЦГИАМ, ф. 555, оп. 1, д. 592, л. 13.
2 Там же, л. 11.
3 Таблица составлена по данным, опубликованным в «Вестнике путей сообщения» № 22—24, 1918 г., приложение.
326


Суточная работа на 100 верст сети (в вагонах)
Суточная погрузка на 100 верст сети (в вагонах)
Суточный прием груженых вагонов на 100 верст сети
в абсолютном выражении
в % к предыдущему месяцу
в абсолютном выраже¬
нии
6 х
в 42
в абсолютном выражении
в % к предыдущему месяцу
Октябрь 1917 г
82
84,5
31
77,5
51
91,2
Ноябрь » Л ....
71
86,5
30
96,8
41
80,4
Декабрь » ....
31
43,6
14
46,6
17
41,4
Январь 19182г
35
111,3
14
100,0
21
123,5
вдвое. Подобного не наблюдалось ни до декабря 1917 г., ни после него. Во-вторых, данные таблицы свидетельствуют о том, что падение суточной работы в декабре произошло в основном за счет сокращения приема груженых вагонов (уменьшение за месяц на 58,6%) и в меньшей степени за счет сокращения погрузки (уменьшение за месяц на 53,4%). Это позволяет сделать вывод, что причины ухудшения работы железных дорог в декабре 1917 г. в основном лежали в них самих, а не в общехозяйственной обстановке. Иначе говоря, ухудшение работы железнодорожной сети в декабре 1917 г. объяснялось прежде всего саботажем специалистов, борьбой Викжеля против Советской власти, ухудшение общей хозяйственной обстановки отражалось на положении железнодорожного транспорта в меньшей степени.
Одним из наиболее отрицательных последствий дезорганизации железнодорожного дела явилось ухудшение качественных показателей работы сети. С октября 1917 г. по январь 1918 г. резко возросло время оборота вагонов. В октябре 1917 г. оборот рабочего вагона на дорогах сети составлял 7,3 суток, в ноябре он повысился до 9,0, в декабре 1917 г.— до 13,5 суток (опять мы видим, что наибольший рост дает декабрь) Ч Увеличение продолжительности оборота вагона было следствием как расстройства службы движения, так и ухудшения организации погрузочно-разгрузочных работ. Товарные поезда по при1 См. «Вестник путей сообщения* № 22—24, 1918 г., приложение.
327


бытии на станции назначения простаивали в ожидании погрузки по нескольку дней из-за отсутствия в пунктах прибытия грузов достаточного количества выгрузочных помещений, забитости складов, отсутствия рабочей силы и т. д. Увеличение продолжительности оборота вагона сильно затрудняло работу железнодорожной сети, испытывавшей недостаток подвижного состава.
Таким образом, в последние месяцы 1917 г. на железнодорожном транспорте произошло резкое ухудшение работы сети. В условиях саботажа, вредительской деятельности Викжеля, общих хозяйственных затруднений, при отсутствии сложившейся системы управления транспортом (в конце 1917 г. она еще только создавалась) железные дороги были поставлены перед фактом спешной, неожиданно свалившейся на них демобилизации армии. Перевозка миллионов солдат на протяжении нескольких месяцев в условиях нехватки подвижного состава и топлива была для транспорта настоящим испытанием, проверкой его сил и возможностей. И железные дороги выстояли перед этим грозным испытанием. Их деятельность хотя и резко ухудшилась, но не оказалась парализованной ни саботажем, ни демобилизацией. Последняя потребовала от железнодорожников поистине героической работы. «Несмотря на страшное переутомление всех так или иначе причастных к этой гигантской работе и множество других неблагоприятных условий... демобилизация была закончена»1. Это сказано о железнодорожниках Николаевской дороги, но может быть отнесено и к труду других.
Уже с января 1918 г. в работе железнодорожной сети намечается некоторое улучшение. Оно, впрочем, не коснулось всех сторон деятельности транспорта, ибо состояние паровозного и вагонного парков ухудшилось. Тем не менее в результате лучшего использования подвижного состава и пропускной способности дорог в сравнении с предшествующим периодом железные дороги стали перевозить больше грузов, чем в конце 1917 г. Уже в январе 1918 г. ежедневная работа всей сети дала некоторый прирост по сравнению с предыдущим месяцем. В последовавшее затем время (февраль — апрель 1918 г.) был достигнут еще более значительный рост перевозок.
1 «Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 19.
328


Определенный сдвиг в работе транспорта был прежде всего результатом укрепления рабочего управления железными дорогами и устранения с политической арены Викжеля. Влияние саботажа буржуазных специалистов на работу сети благодаря усилиям железнодорожников было ослаблено. Рабочие, овладев транспортом, достигли определенных успехов в организации управления им и в сложном деле регулирования движения на железных дорогах. Созданный рабочими в январе 1918 г. центр профессиональной организации железнодорожников — Викжедор — стоял на платформе Советской власти и поддерживал ее усилия, направленные на нормализацию работы транспорта.
Железнодорожники приняли меры для расширения ремонта подвижного состава, улучшения путевого хозяйства, организации самостоятельных заготовок топлива и т. д. Так, на Пермской дороге весной 1918 г. был усилен ремонт паровозов (напомним, что зимой на дороге был очень высоким удельный вес неисправных локомотивов); к нему были привлечены уральские заводы. В результате дорога стала уже справляться с задачей пополнения паровозного парка за счет возвращения в строй больных паровозов. На Надеждинском металлургическом заводе (Урал) весной 1918 г. была налажена прокатка рельсов Ч Исполнительный комитет Николаевской железной дороги весной и летом 1918 г. принял меры для разгрузки узловых пунктов и станций от скопившегося на них подвижного состава и для ускорения его ремонта. Для улучшения ремонта был переоборудован ряд мастерских, открыты две новые мастерские — в Москве и Великих Луках. Была организована заготовка топлива, в том числе торфа (на Редкинском болоте, в Тверской губернии), велись работы по изготовлению шпал, ремонту пути и т. д.1 2 В оренбургских железнодорожных мастерских благодаря трудовому героизму рабочих в апреле 1918 г. было выпущено из капитального ремонта 30 паровозов и 200 товарных вагонов 3.
Большую помощь в пополнении и ремонте подвижного состава оказали железнодорожникам рабочие промышленных центров. Весной и летом 1918 г. рабочие машино- 1 ЦГАОР, ф. 1884, оп. 1, д. 1, л. 19.
2 См. «Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 20.
3 См. «Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 19.
329


•строительных и металлообрабатывающих предприятий Петрограда, организуя перевод заводов на выпуск мирной продукции, считали производство оборудования для железнодорожного транспорта своей важнейшей задачей, «ибо, как ни нуждалась страна решительно во всем: в сельскохозяйственных машинах, в двигателях, косах, гвоздях, но без подвижного состава нельзя бороться с продовольственным голодом, нельзя думать о доставке топлива, подвозе металлов» Г Обуховский завод в Петрограде за апрель — июнь 1918 г. выпустил из ремонта 6 паровозов1 2. Организовали ремонт паровозов заводы Урала и других* промышленных центров страны. Конечно, количественные достижения в этом деле были незначительными, но важно было то, что в условиях промышленной разрухи рабочие заводов делали все, что было в их «силах, самоотверженно шли на всякие лишения, чтобы помочь своему государству спасти от развала железнодорожный транспорт. Когда рабочие Луганского завода «Гартман» организовали на предприятии выпуск паровозов (до 12 локомотивов в месяц), они столкнулись с нехваткой угля и финансовыми затруднениями. Чтобы погасить срочные долги предприятия (700—800 тыс. руб.), рабочие решили временно не получать заработную плату3.
В результате укрепления рабочего управления транспортом и улучшения организации движения в первой половине 1918 г. произошло изменение некоторых экономических показателей работы транспорта. Важнейшее значение в этом отношении имело сокращение времени оборота наличного вагона: в январе 1918 г. продолжительность оборота наличного вагона достигла 18,9 суток, в феврале снизилась до 16,9, в марте — до 16,5. Затем она снова начала расти: в апреле оборот вагона составлял 18,5 суток, в мае — 23,6, в июне несколько сократился — до 22,3 суток. Сокращение времени оборота вагона в феврале и марте, конечно, содействовало расширению объема перевозок. Впрочем, надо отметить, что 1 «Опыт пролетарской программы организации производства», 1918, стр. 5.
2 Там же, стр. 6. До этого заводы никогда не производили ремонта паровозов, которые ремонтировались в железнодорожных мастерских.
3 См. «Народное хозяйство» № 3, 1918 г., стр. 28.
330


последнее наблюдалось также в апреле и июне, когда продолжительность оборота вагона значительно возросла. Это внешне парадоксальное явление объясняется сильным уменьшением протяженности железнодорожной сети Советской республики: в связи с отторжением от нее ряда областей длина сети уменьшилась с 47 121 версты в марте до 37 527 верст в апреле, 34 336 верст в мае и 25 422 верст в июне. Это сокращение длины сети в определенной степени скрадывало увеличение времени оборота вагона.
Изменение объема грузовых перевозок в первой половине 1918 г. показывают следующие данные1:
Суточная работа на 100 верст сети (в вагонах)
Суточная погрузка на 100 верст сети (в вагонах)
Суточный прием груженых вагонов на 100 верст сети
Месяцы
в абсолютном выражении
в % к предыдущему месяцу
1
в абсолют- 1 ном выраже¬
нии
в % к предыдущему месяцу
в абсолютном выражении
в % к предыдущему месяцу
Январь
35
111,3
14
100,0
21
123,5
Февраль
41
117,1
16
114,3
25
119,0
Март
44
107,3
17
106.2
27
108,0
Апрель
49
111,3
21
123,5
28
103,7
Май
46
93,8
22
104,7
24
85,7
Июнь
54
117,3
25
113,6
29
120,8
Из этой таблицы прежде всего следует, что суточная работа на 100 верст сети за первую половину 1918 г. в целом возросла, причем особенно обращает на себя внимание увеличение суточной погрузки на 100 верст сети, которая выросла без малого в два раза. В наибольшей степени суточная погрузка увеличилась в феврале, апреле и июне. В первом случае это было связано в основном, по-видимому, с большими эвакуационными перевозками (последовавшими в результате немецкого наступления), в частности с эвакуацией Петрограда; во втором и третьем случаях — с вывозом бакинской нефти (из портов Поволжья), эвакуацией грузов из Архангельска и с Кур1 Таблица составлена по данным, приводимым в «Вестнике путей сообщения» № 22—24, 1918 г., приложение.
331


ского узла и начавшимся «крестовым походом» пролетариата за хлебом. Наиболее значительный рост приема груженых вагонов приходится на январь, когда он был связан в основном с продолжавшейся демобилизацией армии, на февраль, когда происходила спешная эвакуация ряда районов, и на июнь.
Вместе с тем данные таблицы свидетельствуют о том, что рост перевозок в первой половине 1918 г. происходил неравномерно: в мае наблюдалось такое сокращение приема груженых вагонов, которое превзошло некоторый рост погрузки, в результате чего суточная работа на 100 верст сети уменьшилась по сравнению с предыдущим месяцем на 6,2%. В чем причины этой неравномерности работы железнодорожной сети в первой половине 1918 г.? Прежде всего на положении железнодорожного транспорта сказались последствия изменения военно-политической обстановки в стране. Наступление немецких империалистов на Республику Советов, отторжение от нее Украины, захват оккупантами Прибалтики, части Белоруссии и некоторых других? районов с весьма развитой железнодорожной сетью не только привели к значительному сокращению ее протяженности, но и внесли дезорганизацию в работу оставшихся на территории республики железных дорог Центра, Юга и Северо-Запада, так как нарушили десятилетиями складывавшиеся связи между различными дорогами, разрезали на части тот единый хозяйственный организм, который раньше представляла из себя железнодорожная сеть России. Наступление немецких империалистов лишило железные дороги республики части подвижного состава, производственных предприятий и т. д. Потери подвижного состава за время немецкого наступления на Северном и Западном фронтах, по приблизительным подсчетам, составили около 5700 паровозов и 75 тыс. вагонов Московско-Киево-Воронежская дорога в результате отторжения Украины лишилась своих главных мастерских, расположенных в Конотопе. Александровская дорога потеряла свои ремонтные мастерские в Минске и Орше, Северо-Западная — в Двинске, Пскове.
Впрочем, значительная часть подвижного состава из районов, оккупированных Германией, была эвакуирована.
1 См. И. Д. Михайлов, Основные вопросы транспорта, стр. 37.
332


Однако вследствие того что эвакуация подвижного состава происходила поспешно, без какого-либо четкого плана распределения его по дорогам, в условиях нарушения нормального хода работы транспорта, уменьшения провозоспособности дорог, расстройства связей между ними, она вызвала некоторые нежелательные последствия. Эвакуированный подвижной состав скопился на дорогах и узловых станциях центральных и юго-восточных районов, но не был распределен равномерно по всей сети. Так, на дорогах Московского округа число паровозов в первой половине 1918 г. увеличилось на 4% по сравнению с тем же периодом 1917 г. В среднем в сутки здесь находилось в январе 1918 г. 100193 вагона, в июне 1918 г.— 114 981 вагон
В телеграмме, полученной НКПС от Московско-Казанской дороги 27 апреля, сообщалось, что пропустить порожняк от Пензы до Рузаевки «нет возможности, так как участок Рязань — Рузаевка заполняется порожняком от Москвы, и уже приходится таковой пропускать за Рузаевку на восток, к Батракам и Симбирску, где он также должен застаиваться неопределенное время ввиду неприема его Волго-Бугульминской и Самаро-Златоус- товской дорогами» 1 2.
Результатом переполнения части железных дорог порожняком явилось нарушение их работы. В связи с этим пришлось даже пойти на снятие части вагонов с рельсов. Весной 1918 г. к снятию порожняка приступили, например, Рязано-Уральская, Юго-Восточные дороги. На ряде участков, чтобы разместить на линиях излишний подвижной состав, пришлось закрыть для движения целые перегоны вторых путей. К апрелю 1918 г. на Рязано-Уральской дороге было снято с рельсов более тысячи вагонов. На Северных дорогах было поставлено в резерв 22 состава порожняка 3.
Эвакуация грузов из районов, которым угрожало немецкое нашествие, также затруднила работу железных дорог. Эвакуация грузов происходила неорганизованно, без учета провозной способности дорог и вместимости их складочных помещений. Это приводило к скоплению груженых вагонов и грузов на многих станциях, препят1 См. «Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 38.
2 ЦГАОР, ф. 1884, оп. 1, д. 52, л. 70.
з ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 656, л. 52об.
333


ствовало их нормальной работе. Так, например, весной 1918 г. огромное количество эвакуированных грузов скопилось на Московском узле. Его дороги вследствие низкой их провозоспособности (в первой половине 1918 г. пропускная способность дорог использовалась лишь на 17% !), медленности разгрузки составов оказались загромождены гружеными вагонами и порожняком (в пределах лишь одной Московско-Казанской дороги скопилось свыше 10 тыс. вагонов порожняка1 2). К маю 1918 г. Московский узел «попал в... чрезвычайно критическое положение, грозившее закупорить все магистральные линии, подходящие к Москве, и таким образом прекратить подвоз даже предметов самой первой необходимости» 3. Протолкнуть излишний порожняк на Восток не удалось, так как одна из двух связывающих Европейскую Россию с Сибирью дорог — Самаро-Златоустов- ская — сама находилась в тяжелом состоянии. Самаро- Златоустовская дорога в мае — июне 1918 г. обладала «катастрофически малою провозною способностью, особенно на восточных участках (Уфа, Кропачево, Златоуст и Челябинск)» 4. В трудное положение в связи с эвакуацией Украины попал Курский узел Московско-Курской и Южных железных дорог, «...в особенности пришлось перенести много на своих плечах в марте и апреле месяцах, когда великоросская партизанская армия отступала по направлениям от Харькова и Киева» 5 и на узле скопилось много вагонов и грузов, подлежавших эвакуации.
Большое количество грузов к апрелю 1918 г. скопилось в ходе эвакуации на Тамбовском, Козловском, Рязанском, Орловском, Ярославском, Вологодском и других узлах. В конце апреля Юго-Восточные дороги вынуждены были прекратить прием от другие дорог и отправление поездов, в том числе пассажирских, по всем направлениям. Это дезорганизовало работу смежных магистралей. Рязано- Уральская дорога прекратила прием грузов и поездов, следующих через Рязань на Юго-Восточные дороги. В связи с забитостью грузами и малой провозоспособностью южной сети Северных дорог затруднялась эвакуация 1 См. «Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 37.
2 См. «Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 23.
3 «Вестник путей сообщения» № 3, 1918 г., стр. 17.
4 И. Д. Михайлов, Основные вопросы транспорта, стр. 45.
5 «Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 22.
334


грузов из Архангельска. В конце мая в Архангельске каждый день оставалось большое число погруженных^ но не вывезенных вагонов. На Архангельской линии задерживалось продвижение 42 груженых составов Ч
Временная оккупация Украины лишила Советскую республику большей части Донбасса, а белоказачьи мятежи на Дону — тех его районов, которые по условиям Брестского мирного договора оставались в ее составе. Транспорт, как и другие отрасли народного хозяйства, лишился главной топливной базы. Снабжение железных дорог каменным углем — основным видом топлива резка ухудшилось, что привело к сокращению пассажирского» и товарного движения. Как отмечалось на проходившем в мае 1918 г. I съезде представителей административных и рабочих организаций РСФСР, на некоторых дорогах топлива оставалось всего на 15—20 дней1 2. Дороги Московского округа, например, ввиду острой нехватки топлива в апреле — мае 1918 г. вынуждены были в целях поддержания товарного движения пойти на значительное сокращение пассажирских перевозок. Наибольших размеров работа дорог достигла в марте (7139 вагонов), к маю 1918 г. она значительно уменьшилась (перевозки составили 5390 вагонов, т. е. были на 25,9% меньше) 3. Поступление угля в Петроград уменьшилось с 69 вагонов (в среднем в сутки) в марте до 36 вагонов в апреле и 31 вагона в мае 1918 г. В связи с этим сократилась и перевозочная работа дорог Петроградского узла. В апреле общее прибытие всех грузов в Петроград в среднем в сутки составляло 679 вагонов, в мае — 521 вагон4. В докладе лесозаготовительной секции Отдела топлива ВСНХ от 17 июня 1918 г. указывалось, что «в данное время положение с топливом на железных дорогах в связи с общими условиями, в которых находится страна, стало критическим». В особо тяжелых условиях оказались железные дороги: Киево-Воронежская, Московско-Курская, Рязано-Уральская, Риго-Орловская, Юго-Восточные и Самаро-Златоустовская. Рязано-Уральская дорога за первую половину 1918 г. получила подмосковного угля
1 ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 655, л. 189об., 190.
2 См. «Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 23.
3 См. «Вестник путей сообщения» № 18, 1918 г., стр. 37.
4 ЦГИАЛ, ф. 32, оп. 1, д. 655, л. 192об.; д. 656, л. 25.
335


(«крайне слабого качества») лишь в размере 36,1% заявленной потребности
Переход дорог на дровяное отопление не мог сразу улучшить их положение, так как требовал известного времени на переустройство топок локомотивов. К тому же наиболее благоприятное время для организации заготовок дров — зима — было потеряно.
На работе железнодорожной сети весной и летом 1918 г. сказывались и те отрицательные стороны самоуправления и местничества на транспорте, о которых говорилось выше. «Каждая область, каждая губерния, каждый самый захудалый уездный городишко, каждый ЛН, каждый ЛЧ (Главный и местный дорожные коми- меты.— Б. О.),— говорилось в статье заместителя наркома В. Невского,— смотрят на богатства отдельной области, отдельной дороги как на свое достояние, как на свое добро, забывая интересы целого»1 2. Местнические тенденции дорог вызывали нарушение нормального обмена подвижным составом, самовольные отцепки .вагонов с топливом, материалами, продовольствием и т. д. Коллегиальное руководство затрудняло принятие действенных мер по наведению порядка, налаживанию трудовой дисциплины на станциях и в мастерских. «Коллегиальное управление,— говорилось на заседании Совета правления паровозосоюза в конце мая 1918 г.,—резко понизило продуктивность работы дорог» 3.
Одной из основных причин сокращения перевозок и общего ухудшения железнодорожного хозяйства в мае, а затем летом 1918 г. явились дальнейшее падение производительности труда и упадок трудовой дисциплины на транспорте. И то и другое были вызваны главным образом резким ухудшением продовольственного положения всего рабочего класса, в том числе железнодорожников. Выступая 27 мая на заседании Совета правления паровозосоюза, представитель паровозников Великих Лук говорил: «Продовольственное дело плачевно. От города не получаем и уже 2 месяца от продовольственной лавки не имеем хлеба, и мы находимся перед прекращением движения на дороге ввиду того, что все требуют отпуска для приобретения хлеба».
1 ЦГАОР, ф. 3429 —ВСНХ, оп. 1, д. 124, л. 269; д. 116, л. 148.
2 «Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 13.
з ЦГАОР, ф. 5500, оп. 1, д. 78, л. 7.
336


Продовольственные затруднения породили массовое мешочничество, лишавшее железные дороги необходимых рабочих рук. Из ковровских железнодорожных мастерских в мае 1918 г. ушло за хлебом 800 рабочих Резкое ухудшение продовольственного положения в стране наступило к маю 1918 г., и то обстоятельство, что сокращение объема перевозок произошло именно в этом месяце, говорит о решающем значении данного фактора в расстройстве железнодорожного дела.
Ухудшение продовольственного положения породило среди железнодорожников брожение. Оно наблюдалось в конце весны и начале лета 1918 г. и выражалось, в частности, в конфликтах между железнодорожниками и органами власти, в стихийных забастовках на транспорте, антисоветской агитации среди рабочих. Происходившее на почве голода, это брожение искусственно подогревалось эсеро-меньшевистскими элементами, окопавшимися в среде железнодорожников. Сея среди железнодорожников ложь и клевету против Советской власти, эти элементы использовали в своих провокационных целях неправильные действия некоторых представителей власти. Вот что говорится в протоколе заседания исполнительного бюро Всероссийского совета железнодорожных профессиональных союзов о собрании железнодорожников станции Люблино Александровской дороги, бастовавших в июне 1918 г.: «Настроение сумбурное... определенно оппозиционное; тт. большевикам говорить на собрании не дают; усиленно действует кучка контрреволюционно настроенных людей; есть признаки провокации. Исполнительный комитет дороги действует грубо и нетактично: арестовал члена стачечного комитета Яковлева, что внесло в массы озлобление и породило массу слухов» 1 2.
Брожение охватило политически отсталых железнодорожников, среди которых, как уже указывалось, было много представителей мелкобуржуазных слоев населения 3. Не выдержав трудностей, не обладая стойкостью 1 См. «Вестник путей сообщения» № 5, 1918 г., стр. 37.
2 ЦГАОР, ф. 5500, оп. 1, д. 17, л. 1.
3 «...железнодорожники — это смесь, это пестрая смесь чисто пролетарских слоев, самых доподлинных пролетариев, мелкой буржуазии с ее мещанской идеологией, всех этих управленцев, правителей дел, старших агентов, и, наконец, реакционный слой железно22 Очерки по истории
337


кадровых пролетариев, эти политически отсталые слои железнодорожного пролетариата, взбесившиеся от голода мелкие буржуа, поддались на провокации врагов Советской власти, которая делала все, что было в ее силах, для спасения от голода трудящихся республики.
Между тем перед железнодорожным транспортом стояла задача — обеспечить перевозки продовольственных грузов. 22 июня 1918 г. Совет Народных Комиссаров обратился к железнодорожникам с воззванием (оно было подписано В. И. Лениным и народными комиссарами). Указывая в нем, что брожение на транспорте «может принять такой характер и такие размеры, что захлестнет все существующие железнодорожные организации», Советское правительство обращалось к железнодорожникам:
«Помните, что от вашей стойкости и выдержанности зависит правильный подвоз продуктов в голодающие города и селения и что приостановка транспорта в этот крайне критический для русской революции момент ляжет позором и проклятием на железнодорожный пролетариат, игравший такую выдающуюся роль во всем революционном движении России»1.
В эти трудные для страны дни основные массы железнодорожного пролетариата проявляли высокую политическую сознательность, они заявляли о своей верности Советской власти и предпринимали героические усилия для налаживания работы транспорта.
Общее собрание мастеровых и служащих Козловского узла в июне 1918 г. заявляло:
«Для укрепления завоеваний революции нужна работа мозолистых рук. Мы напряжем все силы. Мы заставим работать несознательных, рабочие часы посвятим только работе»2.
Железнодорожники в абсолютном большинстве своем осуждали забастовки поддавшихся на провокации врага политически отсталых рабочих. Общее собрание районного совета железнодорожных депутатов Московского узла в июле 1918 г. приняло следующую резолюцию:
дорожной бюрократии — все эти начальники дорог, их помощники, начальники служб, вся эта гнусная челядь бывшего царского режима» («Вестник путей сообщения» № 2, 1918 г., стр. 13).
» ЦГАОР, ф. 1884, оп. 1, д. 11, л. 31—32.
’ Там же, л. 26.
338


«Принимая во внимание, что ж.-д. забастовка является гибельной для Советской республики, что эта забастовка провоцируется сознательными врагами рабочего класса и Советской власти, что всякая забастовка в настоящее время является забастовкой 'политической, под каким бы флагом она ни затевалась, пленум рабочих депутатов ж.-д. Московского узла заявляет о своей решимости активно бороться со всеми попытками устроить ж.-д. забастовку в настоящий момент, не останавливаясь перед самыми репрессивными мерами, вплоть до расчета забастовавших и до привлечения к ответственности организаторов забастовки» Ч
Широкие слои железнодорожного пролетариата ясно сознавали, что их усилия укрепить трудовую дисциплину и повысить производительность труда позволят вывести Республику Советов из транспортного кризиса,, благодаря чему, как заявляли в июне 1918 г. члены совета железнодорожных депутатов Северных дорог, будет ускорено «победоносное шествие социалистической революции» 1 2.
1 ЦГАОР, ф. 1884, оп. 1, д. 11, л. 93—94.
2 Там же, л. 10.
22*


А. С. Сафаев
К ВОПРОСУ О РАЗВИТИИ ТЯЖЕЛОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ СОВЕТСКОГО УЗБЕКИСТАНА
До Великой Октябрьской социалистической революции Узбекистан входил в состав Туркестанского генерал- губернаторства царской России и частично в Хивинское и Бухарское ханства. Здесь сохранились еще феодальные отношения, промышленный пролетариат был очень немногочисленным и слабым.
Господство феодальных отношений и гнет царизма препятствовали развитию в крае тяжелой индустрии.
Дореволюционный Туркестан играл роль поставщика всякого рода сырья, которое обрабатывалось на фабриках и заводах Центральной России. Некоторое развитие получили только те отрасли промышленности, которые были необходимы и выгодны капиталистическим монополиям.
Туркестан являлся для них одним из важных рынков сбыта промышленных изделий. Сбыт этих изделий в самой России был в известной мере затруднен ввозом более дешевых промышленных товаров из стран Западной Европы. В 1913 г., например, в Узбекистан было завезено из Центральной России 82% всех потреблявшихся промышленных товаров и вывезено в Россию более 85% всего количества заготовленного сырья.
При наличии собственных полезных ископаемых в Туркестане туда завозились: железо и чугун — из Сибири, уголь — из Донбасса, нефть — из Баку. В 1913 г. металлообрабатывающие предприятия Туркестанского края переработали 1 тыс. т металла, из которого 0,9 тыс. т было вывезено из Центральной России. В Туркестан 340


ввозились также металлоизделия, точильный камень, огнеупорный кирпич, цемент и даже такие товары, как ткани, нитки, обувь и т. д.
Однако капиталисты царской России почти совершенно не ввозили в Туркестан необходимых для развития тяжелой промышленности машин, оборудования и вспомогательных материалов. Исключение составляли лишь машины для первичной обработки хлопка.
Тяжелая промышленность дореволюционного Узбекистана, являвшегося частью Туркестана, была развита крайне слабо. Она была представлена шестью маленькими электростанциями общего пользования, одним мелким нефтепромыслом, небольшим нефтеперегонным заводом, 20 мелкими кирпичными заводами, 14 полукустарными ремонтно-механическими мастерскими и давала только 2% от общей суммы валовой продукции.
Все эти предприятия по существу носили полукустарный характер. Большинство из них работало сезонно, пять-шесть месяцев в году. Средняя стоимость основных фондов равнялась ПО тыс. руб., среднее число занятый рабочих составляло 70 человек. Важнейшие отрасли тяжелой промышленности — машиностроительная, угольная, химическая и т. д.— совершенно отсутство^- вали.
Об однобоком и уродливом развитии промышленности, особенно отраслей тяжелой индустрии, дореволюционного Узбекистана свидетельствуют следующие данные:
Структура валовой продукции промышленности Узбекистана по отраслям за 1913 г. (в % к итогу)
Отрасли промышленности
Валовая продукция
Число предприятий
Хлопкоочистительная . . Маслобойная
Отрасли тяжелой промышленности
Прочие
84,4
5,3
2,0
11,3
49,0
4,2
9,9
36,9
Всего ... 100 100 341


г Техника производства отличалась крайней отсталостью и примитивностью. Это было изношенное и устаревшее оборудование. В производстве преобладал ручной труд. Применение современного оборудования, машин, электроэнергии в производстве было очень незначительным.
Ярким показателем технической отсталости являлась крайне низкая электрификация хозяйства. Мощность всех электростанций на территории Узбекистана в 1913 г. составляла всего 3 тыс. кет, а выработка электроэнергии— только 3,3 млн. квт-ч. Если царская Россия по выработке электроэнергии на душу населения стояла на одном из последних мест в Европе (14 квт-ч в год), то на территории Узбекистана на душу населения электроэнергии производилось в 14 раз меньше.
В условиях крайней дешевизны рабочих рук капиталисты стремились извлечь побольше прибыли не за счет повышения технического уровня промышленного производства, а за счет усиленной эксплуатации трудящихся.
Общая численность рабочих в промышленности Узбекистана в 1913 г. составляла 17,9 тыс. человек, из них около 1500 человек были заняты в энергетической, металлообрабатывающей и кирпичной отраслях промышленности.
Условия труда в промышленности дореволюционного Узбекистана были исключительно тяжелыми. Продолжительность рабочего дня составляла, как правило, 10—12 часов, а во многих случаях доходила до 14— 16 часов. Изнурительный труд, лишенный всякого творческого интереса, выматывал из рабочих все их физические и духовные силы.
Таким образом, политика царизма, направленная на ограничение развития промышленности в Узбекистане, приводила к отрыву промышленности от сырьевой базы и районов потребления, усилению национального гнета.
Вместе с тем, несмотря на всю реакционность экономической политики царизма, присоединение Туркестана к России сыграло объективно прогрессивную роль.
Установление более тесных экономических связей Туркестана с Россией означало прежде всего образова342


ние в Туркестане передовых, по сравнению с феодальными, капиталистических производственных отношений и способствовало ускорению темпов развития производительных сил.
Далее, это вело к устранению феодальных войн между ханствами, способствовало укреплению внутренних экономических и культурных связей народов Средней Азии между собой и с русским народом, а также способствовало возникновению и росту рабочего класса. Укрепление экономических и культурных отношений между Россией и Туркестаном помогло сближению трудящихся Узбекистана с русским революционным пролетариатом.
Победа Великой Октябрьской социалистической революции явилась поворотным пунктом в экономическом и культурном развитии народов Советского Союза, в том числе и народов Узбекистана.
X съезд РКП (б) в своих решениях по национальному вопросу указал, что первейшей задачей пролетарской революции на окраинах «...является последовательная ликвидация всех остатков национального неравенства во всех отраслях общественной и хозяйственной жизни и, прежде всего, планомерное насаждение промышленности на окраинах, путем переноса фабрик к источникам сырья» Ч Претворяя в жизнь эти решения, узбекский народ под руководством Коммунистической партии и с помощью русского народа приступил к созданию собственной промышленности, в том числе и тяжелой индустрии.
В течение довоенных пятилеток, за период с 1928 г. по июнь 1941 г., когда вероломное нападение фашистской Германии «прервало мирный созидательный труд советских людей, был успешно осуществлен выработанный Коммунистической партией план социалистической индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства, в результате чего Узбекистан, как и все республики Советского Союза, совершил гигантский скачок вперед, превратился из отсталой аграрной страны в передовую, индустриально-колхозную социалистическую республику.
1 «КПСС в резолюциях...», ч. I, 1954, стр. 560.
343


В период первой пятилетки в Узбекской ССР была проведена большая работа не только по реконструкции и развитию существующей промышленности, но и по созданию новых отраслей промышленности, прежде всего отраслей тяжелой индустрии, с учетом местных природных богатств и специфики исторического прошлого этого района.
Со всей остротой перед республикой в эти годы встали задачи создания таких отраслей тяжелой промышленности, как сельскохозяйственное машиностроение и производство удобрений для хлопководства, укрепления энергетической базы и развития промышленности строительных материалов.
Большое промышленное строительство, осуществленное за период первой пятилетки, обеспечило ввод в эксплуатацию 192 новых заводов и фабрик. Среди них: первенец сельскохозяйственного машиностроения в Средней Азии — завод Ташсельмаш имени Ворошилова, обеспечивший массовый выпуск сельскохозяйственных машин — сеялок, культиваторов и т. д.; кислородный завод, удовлетворивший потребность республики в кислороде для автогенной сварки, и др. Развернулось строительство одного из крупнейших в Советском Союзе — Чир- чикского азотно-тукового комбината на базе дешевой гидроэлектроэнергии Чирчикских ’ гидростанций. Комбинат должен был обеспечить минеральными удобрениями хлопковые поля Узбекистана и других республик Средней Азии.
Значительно возросли мощность электростанций и выработка электроэнергии. Укрепилась энергетическая база тяжелой промышленности. Пуск в 1930 г. двух агрегатов Ферганской ТЭЦ положил начало строительству тепловых станций на базе местных углей. Вступила в строй Ташкентская дизельная электростанция. Началось освоение гидроэнергетических ресурсов реки Чир- чик. В 1932 т. действовало уже 49 электростанций вместо 6 в 1913 г., а выработка электроэнергии за это время возросла в 28,5 раза.
Была создана основа собственной базы строительных материалов, как необходимое условие для большого капитального строительства. В период первой пятилетки начали давать продукцию такие предприятия промышленности строительных материалов, как цементно-из344


вестковый завод в Кувасае, карьер известкового камня и известковый завод в Джизаке, завод стройматериалов в Ташкенте, кирпичные заводы в Самарканде, Андижане, на станции Кауфманской и в Ташкенте, карьер грунтоматериалов на станции Сергели и ряд других.
За годы второй пятилетки тяжелая промышленность Узбекистана получила дальнейшее свое развитие.
Основная задача второй пятилетки — завершение технической реконструкции народного хозяйства — нашла свое отражение в дальнейшем развертывании капитального строительства. В народное хозяйство республики за 1933—1937 гг. было вложено 2,2 млрд, руб., или в 2,2 раза больше, чем в первой пятилетке. Объем капитальных работ в «промышленности вырос в 3,5 раза по сравнению с первой пятилеткой. Основные производственные фонды всей промышленности Узбекистана за период второй пятилетки увеличились в 2,8 раза, в том числе по электростанциям — в 3,5 раза, по металлообработке— в 2,2, по химической промышленности — в 3,2 раза и т. д.
За годы второй пятилетки было введено в эксплуатацию 189 промышленных предприятий. К концу 1937 г. вся продукция промышленности Узбекистана выпускалась заводами или вновь построенными, или полностью реконструированными. При этом значительная часть продукции приходилась на долю отраслей тяжелой промышленности.
Решающим условием завершения технической реконструкции народного хозяйства республики и дальнейшего подъема тяжелой промышленности во второй пятилетке явились коренное улучшение Использования новой техники на реконструированных предприятиях и освоение новых производств, поднятие производительности труда, снижение себестоимости.
Достигнутые в освоении новой техники успехи нашли свое отражение в значительном повышении использования производственного аппарата в тяжелой промышленности. К концу второй пятилетки на электростанциях Узбекэнерго среднегодовое использование установленной мощности поднялось до 5775 часов против 1100 часов в 1913 г.
345


Третья пятилетка привела к дальнейшему развитию индустрии Узбекской ССР. За первые три года в народное хозяйство республики было вложено 2152 млн. руб., в том числе в промышленное строительство 889 млн. руб. Вступили в действие 134 промышленных предприятия, среди которых были: ряд крупных электростанций, первая очередь Чирчикского электрохимического комбината— одного из лучших предприятий мира по технике и методам производства азотных удобрений, мощные механизированные цементные заводы в Кувасае и Хилкове, завод огнеупоров в Ташкенте и многие другие предприятия.
В процессе индустриального развития республики в период довоенных пятилеток был обеспечен значительный рост отраслей тяжелой промышленности, без которых нельзя было разрешить задач социалистического строительства. О росте валовой продукции тяжелой промышленности республики в целом и по отдельным важнейшим ее отраслям за годы довоенных пятилеток можно судить по следующим данным:
Рост валовой продукции тяжелой промышленности за 1913—1940 гг.
(в ценах 1926/2 7 г.)х
1913 г.
1940 г.
Во сколько раз увеличилась продукция в 1940 г. по сравнению с 1913 г.
в млн. руб.
в %
в млн. руб.
в %
Валовая продукция
всей промышленности
270,0
100,0
1936,7
100,0
7,2
В том числе тяжелой промышленности . .
5,5
2,0
257,7
13,3
46,5
Из нее:
металлообрабатывающей
2,7
1,0
170,7
8,8
63,2
химической
—
—
13,0
0,7
—
строительных материалов
1,4
0,5
37,0
1,9
26,4
1 См. К. Н. Бедринцев, Б. А. Десятников, Промышленность Узбекистана за 30 лет, Ташкент, 1955, стр. 18.
346


В 1940 г. валовая продукция всей промышленности Узбекистана увеличилась по сравнению с 1913 г. в 7,2 раза. Валовая продукция тяжелой промышленности за это время увеличилась в 46,5 раза, в том числе по металлообработке — в 63,2 раза, нефтедобыче — в 21 раз, промышленности строительных материалов — в 26,4 раза. Удельный вес продукции тяжелой индустрии в валовой продукции промышленности поднялся с 2% в 1913 г. до 13,3% в 1940 г. Наряду с реконструкцией и развитием ранее существовавших отраслей были созданы совершенно новые для Узбекистана отрасли тяжелой промышленности: сельскохозяйственное машиностроение, химическая и др.
Создание новых отраслей тяжелой промышленности ликвидировало унаследованное от досоветского периода уродливое и одностороннее развитие промышленности Узбекистана, обеспечило более полное использование сырьевых ресурсов и природных богатств республики и обусловило расцвет всего народного хозяйства.
Интересно привести данные о росте в республике производства таких важнейших видов промышленной продукции, как сталь, уголь, нефть, электроэнергия и др.
Рост объема продукции тяжелой промышленности за 1913—1940 гг.
(в натуральном выражении)1
Виды продукции
Единица измерения
1913 г.
1940 г.
Электроэнергия ....
Сталь
Уголь
Нефть
Цемент
Минеральные удобрения
млн. квт-ч
3,3
481
тыс. т
—
11.4
» »
—
3,4
» »
13
119
» »
—
267
> »
—
1,6
1 См. «Достижения Советской власти за 40 лет в цифрах», 1257, стр. 123.
347


Развитие тяжелой промышленности привело к серьезным изменениям в территориальном размещении крупной промышленности республики. Данные нижеприводимой таблицы показывают сдвиги в размещении крупной промышленности по территории Узбекистана за период довоенных пятилеток.
Изменение в территориальном размещении крупной промышленности за 1913—1940 гг.1
Удельный вес в валовой продукции
Во сколько раз увеличился объем производства 1940 г. по сравнению с 1913 г.
1913 г.
1940 г.
Ташкентская обл
14,6
1
35,0
1
17,2
Ферганская »
31,0
17,3
4,0
Андижанская »
23,2
9,1
2,8
Наманганская »
13,9
6,9
3,6
Самаркандская »
7,1
11,9
12,0
Бухарская »
5,4
9,0
12,0
Сурхан-Дарьинская »
0,7
2,8
30,0
Кашка-Дарьинская »
—
1,6
—
Хорезмская »
3,7
3,4
6,4
Кара-Калпакская АССР ....
0,4
3,0
48,7
Всего
100,0
100,0
7,2
Наибольший рост объема промышленного производства наблюдался в Сурхан-Дарьинской области и Кара- Калпакской АССР, в прошлом не имевших промышленности. Значительное развитие получила тяжелая промышленность в Ташкентской области. Наличие здесь больших запасов гидроэнергии и особенности географического положения области — Ташкент находится на линии железной дороги, соединяющей Узбекистан с европейской частью Союза,— создали благоприятные условия для развития здесь ряда отраслей тяжелой индустрии.
1 См. «Узбекистан», Ташкент, 1950, стр. 90.
348


Успехи, достигнутые в развитии тяжелой промышленности республики, значительно сократили завоз сюда готовых промышленных изделий. Все в большей мере запросы народного хозяйства и населения Узбекистана удовлетворялись продукцией, выпускаемой тяжелой промышленностью республики.
К началу Великой Отечественной войны в республике были созданы отрасли, производящие как средства производства, предназначенные прежде всего для нужд хлопководства, так и предметы народного потребления.
Вместе с ростом тяжелой промышленности Узбекистана рос и рабочий класс. Накануне Великой Отечественной войны в республике насчитывалось 1445 предприятий крупной промышленности вместо 425 в 1913 г. В среднем на каждом предприятии работало в 2,3 раза больше рабочих, чем до революции. Всего в промышленности было занято 129,1 тыс. человек, тогда как в 1913 г. число занятых составляло 17,9 тыс. человек. Причем произошел не только количественный рост рабочего класса, но и повышение квалификации работников промышленности, их технических знаний, рост общего уровня культуры узбекского народа.
Таким образом, накануне Великой Отечественной войны тяжелая промышленность Узбекистана была отраслью народного хозяйства, способной принять на себя выполнение больших и ответственных задач, которые диктовались военной обстановкой.
Великая Отечественная война 1941—1945 гг. явилась серьезным испытанием для советского общественного и государственного строя, для социалистического народного хозяйства. Блестящая победа советского народа в этой войне убедительно продемонстрировала перед миром неодолимую силу социалистического строя, громадные преимущества социалистической экономики по сравнению с капиталистической.
Разгром главных очагов фашизма и мировой агрессии явился не только военной победой, но в то же время величайшей экономической -победой советского народа, торжеством социалистической экономики. Чтобы по достоинству оценить все значение этой победы, необходимо помнить, что к моменту нападения на Советский Союз фашистская Германия захватила почти всю За349


падную Европу и поставила на службу своей военной машине материальные и людские ресурсы оккупированных ею стран. Советский Союз в первые месяцы войны лишился весьма большой части своей территории с многочисленным населением и богатейшими экономическими ресурсами.
Оккупировав богатейшие промышленные районы европейской части СССР — Донбасс, Приднепровье, Криворожье— и намереваясь захватить кавказскую нефть и марганец, гитлеровцы рассчитывали сломить экономическую, а с ней и военную мощь СССР, задушить страну голодом, вызвать распад многонационального Советского Союза. Но фашистская Германия жестоко просчиталась.
Советский народ под руководством Коммунистической партии в ходе войны добился коренного изменения соотношения сил в свою пользу и одержал блестящую победу над врагом.
Особенно сложные и трудные задачи поставила война перед тяжелой промышленностью СССР, во-первых, потому, что именно она в первую очередь была призвана обеспечить Советскую Армию необходимым вооружением и боеприпасами, всей современной военной техникой, которая превосходила бы вражескую технику как в количественном, так и в качественном отношении; во-вторых, в связи с тем, что такие важнейшие отрасли тяжелой промышленности, как металлургическая и угольная, особенно сильно пострадали от фашистского нашествия. Достаточно сказать, что Советский Союз временно лишился производственных мощностей, которые до войны давали более половины всей продукции черных металлов и около двух третей всей добычи угля в стране. Весьма велики были потери и в других важнейших отраслях тяжелой промышленности, в частности непосредственно в военной промышленности, а также в производстве таких видов стратегического сырья, как алюминий, прокат цветных металлов и т. п.
Чтобы в этих условиях обеспечить огромный рост военной продукции, без которого невозможно было бы одержать победу над врагом, и одновременно обеспечить всем необходимым тыл, необходимо было принять героические меры к скорейшему возмещению потерь, по350


несенных в начале войны тяжелой промышленностью, и, несмотря на трудности военного времени, развивать ее максимально высокими темпами.
Конкретная историческая обстановка, в которой началась Великая Отечественная война, поставила перед тяжелой промышленностью Узбекистана, как и других союзных республик, задачу перевода ее на военное производство, чтобы удовлетворять все возрастающую потребность фронта в вооружении, снаряжении, боеприпасах и этим обеспечить условия для победы Советской Армии. Одновременно она должна была обеспечить также потребности народного хозяйства республики в предметах народного потребления.
Для решения этих задач требовалось осуществить следующие мероприятия:
1) быстро наращивая объем производства, перевести предприятия тяжелой промышленности на выпуск военной продукции, создать новые отрасли промышленности;
2) разместить в республике эвакуированные из западных районов страны предприятия, обеспечить быстрейший ввод в действие их мощностей;
3) развернуть в крупных масштабах новое капитальное строительство в республике;
4) создать энергетическую и топливную базу, которая могла бы бесперебойно обеспечивать электроэнергией и топливом все промышленные предприятия, удовлетворять нужды растущего народного хозяйства;
5) значительно расширить химическую промышленность;
6) удовлетворить потребность сельского хозяйства, особенно хлопководства, в сельскохозяйственных машинах, в запасных частях;
7) обеспечить преимущественное снабжение тяжелой промышленности средствами производства и особенно рабочей силой;
8) всемерно развернуть социалистическое соревнование, как метод мобилизации творческой активности широких масс трудящихся и обеспечения высокой производительности их труда.
Осуществление указанных мероприятий обеспечило быстрое развитие тяжелой промышленности Узбеки-
351


стана. Нижеприводимые данные характеризуют изменения, которые произошли в структуре крупной промышленности Узбекской ССР в результате быстрого роста тяжелой промышленности в период Великой Отечественной войны.
Изменения в отраслевой структуре крупной промышленности республики $а 1940—1945 гг. (в % к 1940 г.)
Валовая продукция (в %)
Удельный вес (в %)
и
и
й
и
о
СО
ш
о
СО
ш
о>
СП
о>
о>
о>
о
Вся крупная промышлен¬
ность
100
154,4
107,5
100
100
100
В том числе:
Тяжелая промышленность
100
570
380
13,3
49,1
47,3
Легкая »
100
97
69
61,1
38,4
39,1
Пищевая »
100
75
57
25,6
12,5
13,6
Если перед войной на долю тяжелой промышленности приходилось 13,3% всей валовой продукции крупной промышленности, то в 1943 г. удельный вес отраслей тяжелой промышленности (машиностроительной, электроэнергетической, топливной, химической и др.) поднялся до 50%, т. е. увеличился в 3,7 раза. В республике за годы войны были созданы новые отрасли тяжелой промышленности.
Темпы развития тяжелой промышленности Узбекской ССР в период Великой Отечественной войны были намного выше, чем в довоенное время. Сравнительная характеристика производства промышленной продукции в канун и в конце войны (1940, 1945 гг.) показывает огромный и быстрый рост объема продукции тяжелой промышленности за этот период (см. табл, на стр. 353).
352


Рост объема продукции тяжелой промышленности УзССР за 1940—1945 гг.1
Продукты
Единица измерения
1940 г.
1945 г.
Во сколько раз увеличилась продукция
Уголь
тыс. т
3,4
103
30
Нефть
» »
119
478
4
Сталь
11,4
20,5
9
Электроэнергия . .
млн. квт-ч
481
1186
2,4
Металлорежущие
станки
шт.
29
692
24
Минеральные удоб¬
рения
тыс. т
1,6
129,3
80,8
С первого же дня войны началась быстрая перестройка тяжелой промышленности, как и всех других отраслей народного хозяйства, на рельсы военной экономики.
В условиях капиталистического строя, где господствуют анархия производства и бесплановость хозяйства, такая перестройка потребовала бы длительного времени, сопровождалась бы большими потерями. В Узбекской ССР, как и во всем Советском Союзе, социалистическая собственность на средства производства позволила быстро и по единому плану переключить все отрасли народного хозяйства, в том числе и тяжелую промышленность, на обслуживание нужд войны.
Первое полугодие (вторая половина 1941 г.) Отечественной войны характеризуется великим перемещением производительных сил на Восток. Передвигались миллионы людей, перемещались сотни предприятий, десятки тысяч станков, прокатные станы, прессы, молоты, турбины и моторы. За годы Отечественной войны в Узбекистан было эвакуировано полностью или частично оборудование свыше 90 крупных промышленных предприятий, в том числе Ленинградского завода текстильного машиностроения, двух заводов сельскохозяйственного машиностроения, завода компрессорного оборудования
1 См. «Достижения Советской власти за 40 лет в цифрах», стр. 123, «Промышленность СССР», стр. 210.
23 Очерки по истории 353


из г. Сумы, карборундового завода, электрокабельного завода, завода подъемных механизмов, вагоноремонтных заводов, оборудование химических комбинатов и многих других предприятий.
Монтаж оборудования предприятий, эвакуированных в Узбекскую ССР, начинался сейчас же по прибытии его на новое место, а через месяц-другой эвакуированные заводы большей частью уже давали продукцию и в течение 3—6 месяцев достигали довоенного уровня, после чего значительно превышали его. Для размещения эвакуированных предприятий было предоставлено более 400 тыс. кв. м производственной площади и, кроме того, в короткий срок было сдано в эксплуатацию 200 тыс. кв. м новых производственных площадей. Оборудование части эвакуированных предприятий было размещено на местных действующих предприятиях. Общий объем капитальных вложений в республике составил более 450 млн. руб. Оборудование многих эвакуированных предприятий было некомплектным, без паросилового хозяйства, кабелей и арматуры. Для восстановления этих предприятий недостающее оборудование было изыскано на действующих предприятиях республики. Трудности усугублялись еще и тем, что работы по установке и пуску эвакуированного оборудования приходилось осуществлять зимой, в морозы, под открытым небом и дождем, при нехватке производственных помещений и рабочих рук, а также тем, что одновременно проводилась перестройка производства на военный лад, на выпуск новой продукции. Несмотря на трудности, все эвакуированные предприятия были в кратчайшие сроки смонтированы и пущены в промышленную эксплуатацию.
Таким образом, эвакуация промышленных предприятий в Узбекскую ССР превратилась в стройку огромных размеров, проводимую беспримерно быстрыми темпами. Республика не только воевала, поставляя фронту все необходимое, но и строилась, чтобы стать одним из арсеналов Советской Армии. Такое огромное строительство в тяжелейших условиях войны могло быть доступным только для социалистической республики с высоким уровнем развития производительных сил, с богатейшими естественными ресурсами энергии, топлива, металлургического и всех других видов сырья. Оно возможно было 354


лишь на базе предварительной широкой индустриализации республики, которая за годы войны еще более усилилась.
Из всех отраслей тяжелой промышленности Узбекистана в годы Отечественной войны наиболее мощное развитие получили машиностроительная и металлообрабатывающая. Валовая продукция металлообрабатывающей промышленности выросла за время войны в 7 разв то время как вся продукция промышленности выросла в 1,5 раза. Доля металлообрабатывающей промышленности во всей промышленности республики к концу 1944 г. достигла почти 40% (против 8,8% в 1940 г.) 1 2.
До войны 70% всей валовой продукции металлообрабатывающей промышленности УзССР приходилось на ремонтные работы и только 30%—на машиностроение и производство металлических изделий. Действовало только семь крупных металлообрабатывающих предприятий. Остальные же предприятия металлообрабатывающей промышленности представляли собой мелкие ремонтные мастерские и небольшие заводы местной промышленности. К концу 1945 г. металлообрабатывающая и машиностроительная промышленность Узбекистана была представлена 22 предприятиями союзного подчинения.
Несомненно, что большое значение в быстром развитии машиностроительной и металлообрабатывающей промышленности Узбекистана в период войны и особенно в послевоенный период имела эвакуация сюда из центральных районов СССР ряда крупнейших машиностроительных заводов и металлообрабатывающих предприятий. Среди них были такие оснащенные первоклассной техникой машиностроительные заводы, как Ростсельмаш и «Красный Аксай», производящие сельскохозяйственные машины, Ленинградский завод текстильного машиностроения имени Карла Маркса, завод компрессорного оборудования из г. Сумы, Днепропетровский карборундовый завод, московские заводы —
1 Партархив Института истории партии при ЦК КП Уз., ф. 58, оп. 131, д. 3, л. 14.
2 См. К. Н. Бедринцев, Б. А. Десятников, Промышленность Узбекистана за 30 лет, стр. 25.
23*
355


«Подъемник», «Электрокабель» и «Электростанок», новороссийский завод «Красный двигатель», машиностроительный завод Министерства путей сообщения, вагоноремонтные заводы и т. д.
Чтобы удовлетворить требования оборонной промышленности, машиностроительные заводы Узбекистана должны были в кратчайший срок перестроиться и освоить производство продукции, необходимой для ведения войны. Узбекистан был превращен в один из важнейших арсеналов Отечественной войны.
Предприятия республики выпускали предметы вооружения и снаряжения для Советской Армии, а также чугунное литье и поковки, карборунд и абразивные изделия, которыми снабжались другие заводы страны, изготовлявшие вооружение для фронта.
Перевод многих предприятий машиностроения на военное производство потребовал изменения межотраслевых и внутриотраслевых связей, системы кооперирования, причем роль кооперации серьезно возросла. Так как производство отдельных деталей и частей различных видов вооружения освоить было легче, чем производство сложного продукта в целом, то очень часто оказывалось целесообразным привлечение к производству данного продукта нескольких предприятий со специализацией каждого из них на изготовлении отдельных деталей. Такая специализация и кооперация позволяли привлекать к производству военного снаряжения не только крупные заводы, но и средние и мелкие, а также вспомогательные цехи многих предприятий. Так, ремонтномеханический завод Ташкентского текстильного комбината освоил производство токарных станков для механических мастерских и патронов для намотки пряжи. Ферганский хлопчатобумажный и Маргеланский швейный комбинаты не только переключились на пошив гимнастерок, курток, брюк, армейского белья и других изделий для фронта, но и организовали производство запасных частей и деталей, челноков, погонялок и пр.
Несмотря на переключение значительной части мощностей машиностроения на обслуживание непосредственно военных нужд, машиностроительная промышленность Узбекистана благодаря быстрому возобновлению работы и расширению эвакуированных заводов, вводу 356


в строй значительных новых мощностей сумела в годы войны не только обеспечить невиданно быстрый рост непосредственно военной продукции, но и снабжать вновь строившиеся заводы, угольные шахты, электростанции оборудованием.
Из отдельных видов машиностроения быстрое развитие в период Великой Отечественной войны получили станкостроение, текстильное и особенно сельскохозяйственное машиностроение. Эти виды машиностроительной промышленности до войны в Узбекской ССР еще только создавались. За годы войны и особенно в послевоенный период они превратились в крупнейшие ведущие отрасли тяжелой промышленности, начавшие удовлетворять уже значительную долю потребностей Узбекистана и других союзных республик СССР в машинах.
Производство станков с 1942 г. в связи с пуском в эксплуатацию таких первоклассных машиностроительных заводов, как «Электростанок», завод компрессорного оборудования из г. Сумы и т. д., стало быстро увеличиваться. Если в 1940 г. в Узбекистане производилось всего 29 металлорежущих станков, то в 1945 г. их число составило 692 !, т. е. увеличилось в 24 раза. Предприятия республики стали выпускать станки, прежде не производившиеся или производившиеся в очень ограниченном количестве. Значительно выросло за время войны производство инструмента на большинстве машиностроительных и других заводов. Увеличение производства инструмента имело большое значение для внедрения усовершенствованных методов работы и быстрого роста выпуска военной продукции.
Одно из крупнейших предприятий сложного и индивидуального машиностроения УзССР и СССР — завод компрессорного оборудования, эвакуированный в Узбекистан из г. Сумы, во время войны изготовлял оборудование для химических и металлургических комбинатов, а также производил компрессоры, насосы и другие виды продукции для ряда важнейших отраслей промышленности. В 1944 г. завод освоил производство двух крупных станков — гибочного станка и гильотинных ножниц. На заводе были запроектированы и изготовлены впервые
1 См. «Промышленность СССР», 1957, стр. 210. 357


в Советском Союзе питательные насосы давлением 65 и 150 атм Ч Они сыграли большую роль в развитии народного хозяйства республики и способствовали развитию в нашей стране прямоточного котлостроения высокого давления. В 1943—1944 гг. была утверждена программа дальнейшего расширения завода, связанная с существенным изменением его профиля, а именно: включением в его программу гидротурбостроения, в целях обеспечения потребности народного хозяйства всей страны и в первую очередь Средней Азии в гидротурбинах средних и малых размеров1 2.
Исключительно большое развитие получила за годы Великой Отечественной войны материально-техническая база сельскохозяйственного машиностроения. До войны сельскохозяйственное машиностроение в Узбекской ССР было представлено в основном заводом Ташсельмаш имени Ворошилова и рядом металлоремонтных предприятий, продукция которых не обеспечивала полностью даже собственные нужды республики. Во время войны в Узбекистан было эвакуировано большое количество машиностроительных предприятий, значительную часть которых составляли крупные заводы сельскохозяйственного машиностроения.
В феврале 1942 г. на территории Узбекистана была размещена часть завода Ростсельмаш (ныне завод Чир- чиксельмаш).
В 1944 г. завод выпустил 329 хлопковых сеялок, а также запасные части к сельскохозяйственным машинам, выполнив производственный план по ним на 108,5%.
Одновременно на заводе было налажено производство различных видов военной продукции, необходимой для фронта.
Производство сельскохозяйственных машин — конных и тракторных сеялок, культиваторов, окучников, машин для механического сбора раскрывшегося хлопка, ворохоочистителей, сенокосилок и др.— было размещено также и на заводах Ташсельмаш, «Красный Аксай» и др.
1 Партийный архив Ташкентского обкома КП Узбекистана, ф. 345, оп. 1, ед. хр. 745, л. 9. (В дальнейшем ссылки будут даваться сокращенно: Ташоблпартархив.)
2 ЦГАОР УзССР, ф. 1835, оп. 1, ед. хр. 20, л. 20.
358


Размещенные в Узбекистане крупные заводы сельскохозяйственного машиностроения, выпускавшие во время войны продукцию для фронта и отчасти для народного хозяйства, еще в последние годы войны полностью перешли на мирную продукцию. Сохранение почти всех эвакуированных машиностроительных предприятий в республике и перевод их на производство мирной продукции имели исключительно большое значение для дальнейшего быстрого подъема сельского хозяйства Узбекистана — основного хлопководческого района СССР.
О том, насколько быстро увеличивался выпуск продукции отдельных машиностроительных заводов для народного потребления, можно видеть на примере выполнения производственной программы завода Чирчиксель- маш за 1945 г.
Выполнение производственной программы завода Чирчиксельмаш за 1945 г.
Наименование продукции
Единица измерения
План на 1945 г.
Фактическое выполнение плана в 1945 г.
% к плану 1945 г.
Хлопкоуборочная сеялка ....
ШТ.
700
965
137,6
Грузоуборочная машина ....
»
180
330
183,3
Прессы
50
58
116,0
Запасные части .
тыс. руб.
610,1
640,8
105
Машиностроительная промышленность Узбекистана стала к концу войны мощной и способной с честью выполнить огромные задачи по послевоенному восстановлению и дальнейшему развитию народного хозяйства.
В военные годы была проведена огромная работа по созданию металлургической базы Узбекистана. С осени 1942 г. началось строительство крупнейшего первенца черной металлургии в Средней Азии — Узбекского металлургического завода имени В. И. Ленина. На строительство Беговатского металлургического завода союзным бюджетом было ассигновано 90 млн. руб. В течение 359


зимы 1942/43 г. были построены подсобные предприятия, железнодорожные линии, жилые дома и культурно- бытовые учреждения для нескольких тысяч рабочих — строителей и монтажников. Весной 1943 г. началось строительство основных цехов завода — мартеновского и прокатного, электроремонтного, а также кузнечно-котельного, ремонтно-механического и др. На строительстве широко внедрялась механизация, применялись скоростные методы кладки фундаментов стройки, металлических, железокирпичных и железобетонных конструкций и перекрытий, одновременного монтажа разного оборудования и пр. На строительстве завода широкое применение нашли железокирпичные перекрытия особой системы — «Узбекистан»,— простые в исполнении, огнестойкие, антикоррозийные и экономически очень выгодные. Почти все материалы при стройке употреблялись местные. Большие трудности приходилось преодолевать инженерно-техническим работникам и строителям в разработке конструкций. Ощущался большой недостаток некоторых строительных материалов, оборудования и рабочей силы. Все эти трудности были преодолены благодаря огромной организаторской работе партии и правительства, самоотверженному труду инженерно-технического персонала и рабочих.
Строительство Узбекского металлургического завода, подобно Фархадской гидростанции, приобрело характер большой народной стройки, к которой были привлечены несколько тысяч колхозников, рабочих — узбеков и других местных национальностей. Они с помощью русских мастеров и инженеров овладевали техникой строительных и монтажных работ и справлялись с самыми сложными работами. Через год после начала строительства завод вступил в эксплуатацию, а в марте 1944 г. первая мартеновская печь выдала первую плавку стали.
Наряду с созданием собственной базы черной металлургии война потребовала освоения за короткий срок и увеличения производства цветных и редких металлов для обеспечения сырьем растущей металлообрабатывающей и машиностроительной промышленности. В годы войны в Алмалыке было начато строительство опытного медеплавильного завода и обогатительной фабрики при нем, подготавливалось строительство медеплавильного 360


комбината. В связи с ростом металлообрабатывающей промышленности в республике возникла необходимость организовать специальный завод вторичных цветных металлов для переработки отходов алюминия, свинцаг баббита, цинка, бронзы и изготовления из них полуфабрикатов.
Развитие тяжелой промышленности и всего народного хозяйства на высокой технической основе могло* осуществляться лишь на базе электрификации.
Быстрое развитие тяжелой промышленности в годы Отечественной войны невозможно было без расширения и укрепления электроэнергетической базы, которая была здесь создана на основе использования богатых запасов гидроэнергии.
В республике, несмотря на непрерывное увеличение мощности электростанций и выработки электроэнергии, в последние перед войной годы наблюдалось отставание роста электроэнергетических мощностей от потребностей народного хозяйства. В связи с быстрым монтажом и пуском эвакуированных предприятий и расширением существовавших ранее, к началу 1942 г. энергетика стала самым узким местом в народном хозяйстве. Острый недостаток электроэнергии вызвал серьезные осложнения в работе многих промышленных предприятий. Приходилось сильно ограничивать и даже временно сокращать подачу электроэнергии многим заводам и фабрикам и, кроме того, урезывать бытовое потребление ее в городах. В этих условиях дальнейшее развитие электрификации составляло одну из важнейших народнохозяйственных задач.
В самые тяжелые годы войны, когда все ресурсы страны были поставлены на службу фронту, узбекский народ, руководимый Коммунистической партией, проявляя героизм в работе и преодолевая трудности военного времени, развернул методом народных скоростных строек строительство целого ряда новых гидроэлектростанций, в том числе крупнейшей в Средней Азии Фар- хадской ГЭС.
Узбекская ССР имеет исключительно богатые ресурсы для развертывания в огромных размерах гидроэнергетического строительства. Особенно благоприятные показатели в этом отношении имеет Чирчик-Бозсуйская водная система. Она позволяет создать сеть гидроэлек361


тростанций, которые по своей мощности займут одно из первых мест в мире. Большими гидроэнергетическими ресурсами располагает также река Сыр-Дарья.
В целях улучшения энергоснабжения народного хозяйства Узбекистана Государственный Комитет Обороны 18 ноября 1942 г. принял специальное постановление — «О строительстве 5 гидроэлектростанций в Узбекской •ССР»1. Это постановление, имевшее огромное значение в развитии электроэнергетической промышленности республики, предусматривало строительство следующих гидроэлектростанций: 1. Ак-Кавакской ГЭС № 1 на реке Боз-Су (расширение). 2. Ак-Кавакской ГЭС № 2 на реке Боз-Су. 3. Саларской ГЭС на реке Боз-Су. 4. Нижнебоз- суйской ГЭС на реке Боз-Су и, наконец, 5. Фархадской ГЭС на реке Сыр-Дарье. Строительство всех этих гидроэлектростанций было осуществлено за годы войны.
Было принято также решение о том, чтобы в 1944 г. приступить к сооружению ряда новых станций в Ташкентской, Самаркандской, Хорезмской, Сурхан-Дарьин- ской областях и в Кара-Калпакской АССР.
Ввод в действие этих электростанций позволил в значительной степени ликвидировать отставание энергетических мощностей республики, образовавшееся в 1942 г. в связи с восстановлением и пуском в эксплуатацию эвакуированных предприятий. В 1944 г. началось строительство первой в Андижане мощной гидростанции на реке Шарихан-Сай, в Ташкентской области закончилось строительство электростанций Ак-Кавак. Методом всенародной стройки в Ташкентской области была сооружена Саларская ГЭС, вступившая в строй в начале 1944 г. В 1943 г. на энергетическое строительство республики было ассигновано 600 млн. руб., из них •500 млн. руб.— на строительство Фархадской гидроэлектростанции 1 2.
Новое энергетическое строительство развивалось очень быстрыми темпами. За время войны было введено в эксплуатацию шесть гидроэлектростанций. Производство электроэнергии увеличилось с 481,3 млн. квт-ч в 1940 г. до 1186,1 млн. квт-ч в 1945 г.3 Была проведена 1 Партархив Института истории партии при ЦК КП Уз., ф. 58, оп. 86, д. 63-а, л. 248.
2 Там же, л. 4.
3 См. «Промышленность СССР*, стр. 174.
362


большая работа по (внедрению скоростных методов стройки, механизации работ по сборке лесов, их установке, заготовке арматуры, крупных строительных блоков. Намного повысилась производительность труда на стройках и монтажах, выросли многочисленные кадры новаторов.
Новые методы всенародного скоростного строительства впервые были применены в 1939 г. на стройке Большого Ферганского канала имени Сталина. В годы войны методы народного строительства получили широкое распространение при сооружении . гидроэлектростанций и связанных с ними ирригационных сооружений.
Особенно показательно в этом отношении строительство Фархадской ГЭС в первом полугодии 1943 г. В начале стройки на земляных работах строительства было занято 60 тыс. колхозников; в дальнейшем в работах по сооружению станции, подъездных путей к ней и т. д. приняло участие 20—25 тыс. человек. За 6,5 месяца со дня первого массового выхода колхозников на строительство Фархадской ГЭС были выполнены следующие работы:
а) из годового плана капиталовложений—120 млн. руб.— освоено 87 млн. руб.;
б) отработано 3680 тыс. человеко-дней, в том числе колхозниками — 3 млн. человеко-дней;
в) выполнено работ: земляных — 5060 тыс. куб, м, бетонных — 24 тыс. куб. м, скальных — 30 тыс. куб. м;
г) построено ширококолейного железнодорожного пути 24 км, шоссейных дорог—18 км;
д) построена высоковольтная линия электропередачи длиной 18 км и т. д.1
Строительство Фархадской ГЭС стало замечательной школой, где выросли и получили большой производственно-технический опыт многие специалисты строительного и монтажного дела. На строительстве гидроэлектростанции царил необычайный подъем социалистического соревнования. Стройка закончилась в рекордно короткие сроки. Этот опыт скоростной всенародной 1 Партархив Института истории партии при ЦК КП Уз., ф. 58, оп. 86, д. 64-а, л. 6.
363


стройки применялся на многих стройках периода Отечественной войны.
Война и выросшие с нею потребности промышленности в электроэнергии выдвинули требования не только увеличения мощности электростанций, но и улучшения эксплуатации, повышения использования агрегатов, строгого соблюдения правил технической эксплуатации, ликвидации аварий, повышения производительности труда, экономии в расходовании энергии и пр. Работники электростанций ясно понимали, что каждый лишний выработанный киловатт-час электроэнергии укрепляет мощь нашей героической армии. И энергетики Узбекистана сделали все, чтобы максимально использовать имеющиеся мощности и резервы для нужд фронта и промышленного тыла.
На фоне быстро развивающейся электроэнергетической промышленности Узбекистана топливная промышленность была самой отстающей. Узбекская ССР до войны не имела своей угольной базы и пользовалась только завозимым из других республик углем. Так, например, в 1941 г. в Узбекистане было израсходовано 2,5 млн. т угля. Это количество угля почти целиком было завезено из других среднеазиатских республик и из Кузбасса Ч
В связи с возросшими потребностями все развивающейся тяжелой промышленности и народного хозяйства в топливе и в связи с тем, что во время войны завоз угля в Узбекистан из других районов СССР резко сократился, в республике первое время ощущался острый недостаток угля. Это явилось одной из главных причин приостановки работы ряда электростанций и заводов, а также неудовлетворительной работы транспорта.
В условиях военной экономики дальнейшее развитие отраслей тяжелой промышленности и всего народного хозяйства требовало быстрого увеличения добычи топлива, в частности добычи угля. Под руководством Коммунистической партии Узбекистана трудящиеся республики в тяжелые годы Отечественной войны приступили к созданию своей собственной угольной базы.
1 Партархив Института истории партии при ЦК КП Уз., ф. 58, оп. 86, д. 51 -а, л. 21—22.
364


Накануне войны в результате проведенных геологических работ в республике был открыт ряд угольных месторождений. Наиболее крупным из них было Ангрен- ское месторождение бурых углей.
Большие запасы угля здесь сочетались с запасами различных строительных материалов, что позволило в годы войны создать в этом районе целый ряд промышленных производств — угольные шахты, заводы строительных материалов, электростанции и т. д. и превратить его в один из важнейших горнопромышленных районов союзного значения.
Освоение Ангренского угольного месторождения началось с подземных работ. Было заложено пять шахт. Однако результаты первых же лет эксплуатации Ангренского месторождения показали, что наиболее перспективным способом его разработки является открытый способ. С 1942 г. началось строительство угольного карьера (разрез № 1) глубиной 30 м, которьгй впоследствии превратился в крупнейшее угледобывающее предприятие республики.
Однако в первые годы войны республика не справлялась с заданиями партии и правительства по увеличению добычи угля. В феврале 1943 г. VII пленум НК КП Узбекистана отметил неудовлетворительную работу шахт «Ташкент-Сталинуголь» и указал меры по ее улучшению.
Основными причинами невыполнения плана по добыче угля являлись плохая организация труда, текучесть рабочей силы, слабое внимание к воспитанию и повышению квалификации кадров. В связи с этим плохо использовались механизмы, производительность труда была низка, рабочие зачастую не выполняли нормы.
Партийные организации республики приняли ряд мер для устранения этих недостатков. На работу в шахты были направлены многие квалифицированные шахтеры- коммунисты. Это позволило повысить производительность труда и значительно увеличить среднесуточную добычу угля. 16 октября 1943 г. горняки Ангрена выдали на-гора 767 т угля, выполнив суточный план добычи на 300%. Всего за годы Отечественной войны угольщики Ангрена дали стране 230 тыс. т угля1.
1 Ташоблпартархив, ф. 408, оп. 1, д. 54, л. 16.
365


Угольной промышленности были переданы из системы местной промышленности металлообрабатывающий и деревообделочный заводы. На руднике Ангрен были построены электростанция и цементный завод, создан постоянный жилищный фонд, построены здания для культурно-бытовых учреждений. Бывший поселок Джигаристон превратился в промышленный город Ангрен. К нему была проведена железнодорожная линия длиной более 100 км.
В годы войны было начато освоение Шаргуньского месторождения коксующихся углей в Сурхан-Дарьин- ской области.
Наряду с созданием угольной промышленности важнейшее значение для обеспечения военной экономики топливом имело дальнейшее увеличение в республике добычи нефти. Этому делу партия уделяла огромное внимание, ибо учитывала, что в современной войне — войне моторов и машин — воевать без нефти нельзя.
Узбекская ССР располагает многими нефтеносными месторождениями. Еще до Октябрьской революции добыча нефти производилась на двух нефтепромыслах Ферганской области — «Чимион» и «Яркутан». В 1927 г. было открыто новое месторождение — «Шор-Су». Огромные нефтяные запасы его свидетельствовали о богатых залежах нефти во всей Ферганской долине. В 1939 г. в Южном Узбекистане была получена нефть на месторождении «Хаудаг». Последующими геологоразведочными работами удалось обнаружить нефть также и на площадях «Уч-Кызил» и «Кокайты». Этим самым была установлена промышленная ценность нефтеносных слоев в Сурхан-Дарьинской области. В этом же году в Ферганской долине были открыты новые нефтеносные месторождения — «Андижан» и «Палванташ». Значительная мощность нефтяных фонтанов и многопластность месторождений уже к началу войны выдвинули эти новые молодые промыслы в число ведущих предприятий нефтяной промышленности республики.
В годы Отечественной войны в республике в широких масштабах продолжались разведочные работы. За короткий срок был открыт целый ряд богатых нефтяных месторождений. Вступили в эксплуатацию промыслы 1 См. «Промышленность СССР*, стр. 155.
366


«Талмазар», «Южный Аламышик», «Чукур-Лянгер»^ «Чангарташ» и др.
В результате строительства новых промыслов и развития действовавших предприятий добыча нефти в республике за годы войны увеличилась более чем в 4 раза: со 119 тыс. т в 1940 г. до 478 тыс. т в 1945 г.1 На существовавшем в республике нефтеперегонном заводе резко возросло производство бензина и керосина. Была организована добыча озокерита.
Значительно выросли и увеличили свою оснастку геологоразведочные и поисковые организации. Был организован специальный трест — «Средазнефтьстрой», что обеспечило значительное улучшение строительства нефтяных промыслов.
Таким образом, в республике был создан полный комплекс отраслей нефтяной промышленности. В него входили: геологоразведочные организации, строительные тресты, два треста по добыче нефти, нефтеперегонный завод, производство озокерита, завод нефтяного машиностроения и завод по ремонту нефтяного оборудования.
За годы Великой Отечественной войны в Узбекской ССР значительно выросла химическая промышленность. Только за период с 1940 по 1943 г. валовая продукция химической промышленности увеличилась в несколько- раз. До 1940 г. химическая промышленность республики была представлена серным рудником в Шор-Су и двумя тукосмесительными заводами. В 1941 г. вошел в эксплуатацию Чирчикский электрохимический комбинат (ЧЭХК) — крупнейшее предприятие химической промышленности Узбекской ССР и СССР по производству азотных удобрений. В течение 1941—1943 гг. на ЧЭХК шло строительство новых цехов. Для увеличения мощности комбината было использовано оборудование эвакуированных Сталиногорского и Горловского химкомбинатов. В результате проведенных капитальных работ основные фонды ЧЭХК выросли более чем в 2,5 раза. Во время войны комбинат выпускал продукцию, необходимую для фронта.
В годы войны на ЧЭХК впервые в Советском Союзе был внедрен новый метод газификации кокса, имеющий громадное промышленное значение. Внедрение этого метода на комбинате не только повысило коэффициент 367


использования оборудования, но привело к повышению производительности труда, способствовало безаварийной работе цехов.
В 1942 г. развернулось строительство Кокандского •суперфосфатного и Ферганского гидролизного заводов. Начал работать Кувасайский химический завод. Было положено начало созданию в республике новых отраслей по производству серной кислоты, суперфосфата, этилового спирта и других химических продуктов. В годы войны были созданы предприятия, выпускавшие каустическую и кальцинированную соду, карбид кальция, мел, тальк, пласткожи, дубильный экстракт, клей, квасцы.
В годы войны большое развитие получила промышленность строительных материалов. Создание в Узбекистане ряда новых отраслей промышленности на базе эвакуированных заводов, строительство новых промышленных предприятий, ирригационных сооружений и жилых домов, а также сокращение или прекращение завоза в республику некоторых материалов и промышленных изделий—.все это потребовало быстрого развития промышленности строительных материалов на месте, налаживания в республике производства остродефицитных материалов и изделий. Используя местные строительные материалы, промышленность Узбекистана успешно освоила и намного увеличила производство цемента, шифера, асбоцементных труб, кирпича, извести, алебастра, гипса, черепицы, керамических труб, кровельного толя, различных блоков и других материалов для строительства.
Предприятия легкой, текстильной, пищевой и местной промышленности в годы войны перестроили свою работу на военный лад и переключились на выпуск продукции для фронта. На заводах был перестроен технологический процесс, проведена переподготовка кадров рабочих и технического персонала. Швейные фабрики были переключены в значительной части на пошив гимнастерок, курток, брюк, армейского белья и других изделий для фронта. Обувные фабрики стали выпускать армейскую обувь и ремни. Текстильные фабрики перешли на производство специальных тканей и тканей повышенной плотности, необходимых для фронта, шелкоткацкие фабрики специализировались на производстве парашютных тканей.
368


Местная промышленность и промкооперация не только организовали производство деталей для помощи оборонным заводам, производящим боеприпасы и снаряжение, но и увеличили выпуск предметов широкого потребления, освоили производство целого ряда новых товаров. Общий объем продукции местной промышленности вырос в два с лишним раза, а промысловой кооперации— более чем на 35%. Рост объема этой промышленности позволил увеличить снабжение фронта, а также частично компенсировать сокращение производства предметов народного потребления предприятиями союзной и республиканской промышленности.'
Все предприятия республики, которые могли быть приспособлены к выполнению заказов фронта, в кратчайшие сроки осваивали производство продукции, необходимой для армии. Боевым девизом промышленных предприятий Узбекистана в годы Отечественной войны стал лозунг: «Все для фронта, все для победы».
Одной из важнейших и труднейших задач в период Отечественной войны была проблема обеспечения тяжелой промышленности рабочей силой.
В первые годы войны в связи с призывом основной части мужского населения в Советскую Армию, а также временной оккупацией ряда промышленных районов страны численность рабочих и служащих по сравнению с довоенным 1940 г. по всей стране уменьшилась, хотя доля промышленных рабочих и служащих в народном хозяйстве СССР увеличилась.
Военная экономика особенно резко изменила соотношение численности рабочих и служащих по отдельным экономическим районам СССР. В 1943 г. по сравнению с 1940 г. уменьшилась численность рабочих и служащих в районах Севера, Северо-Запада, Центра, Северного Кавказа и Закавказья. В то же время доля рабочих и служащих в промышленности восточных районов СССР, в том числе и Узбекистана, значительно увеличилась.
В промышленности Узбекской ССР численность рабочих и служащих увеличилась с 129,1 тыс. человек в 1940 г. до 150 тыс. человек в 1945 г. Еще более значительным был рост численности рабочих и служащих в отраслях тяжелой промышленности (металлообрабатывающей, машиностроительной, химической и т. д.). Так, например, за годы войны численность рабочих только в 24
Очерки по истории
369


машиностроительной промышленности республики увеличилась почти в 7 раз.
Быстрый рост численности рабочих и служащих в промышленности, особенно в отраслях тяжелой индустрии, происходил главным образом за счет местного населения и отчасти за счет населения, прибывшего в Узбекистан вместе с эвакуированными предприятиями.
В условиях серьезного обновления состава рабочих кадров и изменения структуры промышленности республики (в результате бурного развития отраслей тяжелой промышленности) особое значение приобретали вопросы подготовки и повышения квалификации рабочих, без чего невозможно было повышение производительности труда.
Эта задача решалась двумя путями. Во-первых, за счет созданной еще перед войной системы подготовки государственных трудовых резервов. Уже в 1941 г. школы ФЗО Узбекистана дали промышленности республики 2517 обученных рабочих, в том числе для металлообрабатывающей и машиностроительной промышленности — 664 человека, для топливной — 658, для химической — 151 и для прочих отраслей— 1044 человека. Во-вторых, на самих предприятиях промышленности в широких масштабах была развернута работа по подготовке и повышению квалификации рабочих. Новаторы — мастера своего дела — стали замечательными учителями молодых рабочих кадров. Только за 1942—1943 гг. в республике было подготовлено или повысило свою квалификацию более 100 тыс. рабочих.
Дополнительным источником пополнения промышленности рабочей силой в годы Отечественной войны явилась мобилизация в городе и деревне трудоспособного населения, не занятого общественным трудом, для использования в производстве. Эта мобилизация проводилась в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР о мобилизации на период военного времени трудоспособного населения для работы в промышленности и строительстве, принятым в начале войны.
Несмотря на постоянное расширение подготовки новых рабочих, в годы войны в Узбекистане потребность в рабочей силе, особенно в квалифицированных кадрах, все более увеличивалась. Огромный рост объема нового промышленного строительства вызвал дополнительный спрос на рабочую силу.
370


В феврале 1943 г. VII пленум ЦК КП Узбекистана в связи с этим рассмотрел вопросы баланса рабочей силы и правильного ее использования. В резолюции пленума, принятой по этому вопросу, говорится, что важнейшим условием обеспечения строительства новых промышленных объектов рабочей силой и успешного выполнения возросшего объема работ по народному хозяйству республики в целом является вовлечение в процесс производства всех трудоспособных граждан. В целях выполнения этого решения пленум ЦК КП Узбекистана обязал все партийные организации и руководителей новостроек: а) широко привлекать к строительно-монтажным работам трудоспособных женщин и подростков, рассматривая их как важнейший источник пополнения трудовых ресурсов и создав им все необходимые условия для высокопроизводительного труда; б) широко развернуть массовую подготовку квалифицированных кадров строительных и монтажных рабочих и т. д.1
Решения VII пленума ЦК КП Узбекистана о мобилизации трудоспособного населения (главным образом женщин и подростков) на производство и о массовой подготовке квалифицированных рабочих для работы в промышленности и строительстве сыграли важную роль в обеспечении предприятий тяжелой промышленности рабочими кадрами и повышении их квалификации.
Вследствие призыва в Советскую Армию значительной части мужского населения в промышленности серьезно увеличилась доля женского труда, а также труда подростков. В 1940 г. число женщин в промышленности Узбекистана составляло 34% от общего количества рабочих и служащих, в 1941 г.— 50%, а в 1943 г. оно уже достигло 63,5%. Героический и самоотверженный труд советских женщин и молодежи в годы Отечественной войны высоко был оценен Советским правительством.
Индустриализация республики и прежде всего развитие тяжелой промышленности обусловили рост национальных кадров. За годы Отечественной войны выросла целая армия квалифицированных рабочих и инженерно-технических работников из узбеков.
1 Партархив Института истории партии при ЦК КП Уз., ф. 58, оп. 85, д. 147, л. 250.
24*
371


Большую помощь в подготовке квалифицированных кадров для предприятий тяжелой промышленности Узбекистана в годы войны оказали машиностроительные и металлообрабатывающие заводы Урала и Сибири. Только в 1944 г. в производственные цехи Кузнецкого, Алапаевского, Гурьевского, Нижне-Тагильского и других крупнейших заводов было направлено 775 человек из Узбекистана для обучения различным металлургическим специальностям.
Одновременно с усиленной подготовкой квалифицированных кадров были приняты все меры к сохранению и увеличению в период Отечественной войны числа высших учебных заведений и техникумов, благодаря чему было обеспечено расширение подготовки кадров специалистов для нужд военного хозяйства и перспективных потребностей послевоенного развития народного хозяйства Узбекистана.
Важнейшим фактором в достижении экономической и военной победы Советского Союза над фашистской Германией в период Отечественной войны явилось повышение производительности труда в народном хозяйстве и прежде всего в тяжелой промышленности.
С первого дня войны на предприятиях тяжелой промышленности страны,'в том числе и Узбекистана, развернулось небывалое патриотическое движение трудящихся за подъем производительности труда. Уже 23 июня 1941 г. несколько сот рабочих и работниц Ташкентского паровозоремонтного завода начали работу за 2 часа до гудка. В этот день многие рабочие вдвое и втрое перевыполнили производственные задания.
Большую роль в росте производительности труда рабочих в отраслях тяжелой промышленности сыграл перевод ряда предприятий Узбекистана на поточный метод производства. Так, на одном из предприятий после введения в некоторых цехах поточного метода в 1944 г. выпуск продукции стал резко увеличиваться: валовая продукция возросла почти в 2,5 раза по сравнению с 1942 г. В 1944 г. за счет роста производительности труда и за счет освобождения рабочей силы и оборудования заводу удалось организовать еще три новых цеха: ремонтно-механический, инструментальный и станкостроительный Ч
1 Ташоблпартархив, ф. 345, оп. 1, ед. хр. 578, л. 3.
372


Благодаря внедрению поточного метода, совершенствованию производственного процесса и повышению культурно-технического уровня кадров завод добился значительного роста производительности труда.
На поточный метод перешли в годы войны завод Таш- сельмаш и многие другие.
Одним из важнейших результатов перехода на поток явилось облегчение разрешения проблемы кадров. Вследствие большой специализации на потоке создавались необходимые условия для использования малоквалифицированных рабочих кадров, а часть квалифицированных рабочих в связи с этим высвобождалась. В одном цехе завода Ташсельмаш введение потока дало возможность сразу высвободить до 240 рабочих.
В годы Великой Отечественной войны с невиданной силой проявилась творческая активность советских людей. Это нашло свое выражение в небывалом патриотическом движении трудящихся за подъем производительности труда, развернувшемся по всей стране, в том числе и в Узбекистане.
На предприятиях тяжелой промышленности республики было внедрено много рационализаторских и изобретательских предложений. Они были направлены в первую очередь на экономию остродефицитных материалов, правильное использование рабочей силы, повышение производительности труда и снижение себестоимости выпускаемой продукции. Так, например, в 1942 г. на машиностроительном заводе за 5 месяцев (апрель — август) от рабочих и инженерно-технических работников поступило 69 рационализаторских предложений. Реализация 46 из них дала 141 390 руб. годовой экономии
С ростом технической инициативы и изобретательства широких масс трудящихся теснейшим образом было связано соревнование за выполнение нескольких норм, ибо систематическое выполнение нескольких норм достигалось, как правило, на основе усовершенствования техники и технологии производства. Возникли и получили широкое развитие новые формы соревнования: фронтовые бригады, соревнование по профессиям, соревнование на звание «лучшего мастера», соревнование кадровых рабо1 Ташоблпартархив, ф. 345, оп. 1, ед. хр. 358, л. 1.
373


чих в обучении новичков и др. С самого начала Отечественной войны на передовых предприятиях тяжелой промышленности возникли фронтовые и комсомольско-молодежные бригады.
В промышленности Узбекской ССР фронтовые и комсомольско-молодежные бригады охватили более 70% комсомольцев и несоюзной молодежи. Их число с каждым годом увеличивалось.
Комсомольско-молодежные бригады работали по- фронтовому, члены их выполняли нормы на 200— 500%, освобождая десятки человек для других производств.
Первые тысячники в промышленности Узбекистана появились среди комсомольско-молодежных бригад. Комсомолец Ташкентского паровозоремонтного завода Коган, выполняя ежедневно норму на 200—400%, в 1943 г. выполнил план на 1000%. Комсомолец рабочий Узбекского металлургического завода Волков выполнял нормы на 1100%, комсомолец Игамбердиев, работая на выемке грунта на строительстве Фархадской ГЭС, довел выполнение нормы до 4000% Ч
В повышении производительности труда на предприятиях тяжелой промышленности большое значение имело соревнование по профессиям. Соревнование на звание «лучшего рабочего», «лучшего мастера» и т. д. было широко распространено по всем заводам республики и охватило большинство рабочих и инженерно-технических работников. На заводе Чирчиксельмаш в 1944 г. 102 рабочим было присуждено звание «лучшего рабочего» и ежемесячно на Доску почета заносились фамилии многих передовиков производства 1 2.
Развернувшееся в годы войны социалистическое соревнование за подъем производительности труда, за внедрение новой техники и улучшение технологического процесса дало возможность многим цехам и заводам перейти на твердый график работы. Это в свою очередь способствовало увеличению выпуска продукции, росту производительности труда, а также максимальному сокращению количества рабочих, не выполнявших норм. Так, 1 Партархив Института истории партии при ЦК КП Уз., ф. 15, оп. 1/2, д. 145, л. 3.
2 Ташоблпартархив, ф. 345, оп. 1, ед. хр. 578, л. 6.
374


например, в колесном цехе Ташкентского паровозоремонтного завода применение системы графика дало следующие результаты
Основные показатели
Апрель
Май
Июнь
1-я половина июля
Выпуск колесных пар на одного списочного работника
10,8
13,0
14,2
15,1
Средняя производительность труда токарей (в %) ...
104
107
145
131
Средняя производительность труда всех производственных рабочих (в %) . . . .
111
111
131
135
Количество рабочих, не выполняющих норм выработки
12
7
2
—
Производительность труда из месяца в месяц возрастала, а число рабочих, не выполнявших нормы, сокращалось.
В годы Великой Отечественной войны работники тяжелой промышленности Узбекистана, как и весь советский народ, совершили великий трудовой подвиг. После победоносного окончания войны Узбекистан вместе со всеми братскими республиками вступил в период мирного развития. Тяжелая промышленность Узбекской ССР стала прочной базой для решения основных задач послевоенного подъема народного хозяйства, материально- технической основой для дальнейшего быстрого развития производительных сил республики. В 1950 г. объем производства тяжелой промышленности Узбекистана превысил уровень 1913 г. в 317 раз, а ее удельный вес в составе всей промышленной продукции за это время поднялся с 2 до 50%.
Быстрое развитие тяжелой промышленности Узбекской ССР в послевоенный период позволило укрепить материально-техническую базу Узбекистана — основного хлопководческого района СССР.
Характерной чертой развития отраслей тяжелой промышленности в послевоенный период является рост машиностроения, особенно производства сельскохозяйствен-
1 См. «Гудок красновосточника», 21 июля 1943 г. 375


ных и прядильных машин, рост мощностей электростанций и производства электроэнергии, производства строительных материалов, рост добычи нефти, угля и т. д. Например, в 1956 г. произведено и добыто больше, чем в 1940 г., электроэнергии в 9 раз, нефти — в 8,6, угля — в 832 раза, а производство выпускаемых в СССР хлопкоуборочных машин составило 100% и прядильных машин — около трех четвертей общесоюзного производства.
В настоящее время Узбекская ССР по уровню электрификации не только превосходит такие страны Востока, как Индия, Пакистан, Иран и Афганистан, но и некоторые капиталистические страны Европы. В пересчете на душу населения в Узбекистане производится электроэнергии в 32 раза больше, чем в Индии, и во много тысяч раз больше, чем в Афганистане. Даже такие европейские страны, как Испания и Дания, производят электроэнергии на душу населения почти в 2 раза меньше, чем Узбекистан.
Трудящиеся Узбекистана внесут свой достойный вклад в решение основной экономической задачи СССР — в исторически короткий срок догнать и перегнать наиболее развитые капиталистические страны по производству продукции на душу населения.


А. У льмасов
СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ НАЦИОНАЛИЗАЦИЯ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В ТУРКЕСТАНЕ (1918—1920 гг.)
Социалистическая национализация промышленности ставит своей целью уничтожение капиталистической и установление социалистической государственной собственности на основные средства производства.
Общие закономерности социалистической национализации промышленности СССР не исключали различий в способах и темпах ее осуществления в отдельных союзных республиках нашей страны, вытекающих из особенностей экономического развития и конкретного соотношения классовых сил на определенном этапе проведения социалистических преобразований. В настоящей статье делается попытка показать некоторые особенности национализации промышленности в Туркестане.
* * *
До победы Великой Октябрьской социалистической революции Туркестанский край был отсталой национальной окраиной Центральной России. Общероссийское территориальное разделение труда отводило ему роль источника сырья и рынка сбыта для промышленности центральных районов России.
Промышленность Туркестана была отсталой. Она развивалась по линии первичной обработки сырья, в первую 25 Очерки по истории 377


очередь хлопка. Основными отраслями промышленности являлись хлопкоочистительная и маслобойно-мыловаренная. Технический уровень промышленности был низок. Даже в основных отраслях промышленности средняя мощность двигателей на одно предприятие составляла всего лишь 72 л. с.}
Концентрация производства шла медленно. В обрабатывающей промышленности в среднем на одном предприятии в 1915 г. работало всего лишь 35 рабочих1 2. В маслобойной промышленности в 1916 г. в среднем на одно предприятие приходилось 163 рабочих, а в хлопкоочистительной — 72 рабочих 3.
При слабой концентрации производства предприятия были разбросаны на огромной территории, почти половина всех предприятий размещалась в сельских местностях. В силу экономической отсталости края в промышленности тесно переплетались промышленный и торговоростовщический капитал. Основные промышленные предприятия являлись собственностью иностранных и русских капиталистов, часть предприятий (хлопкоочистительных) принадлежала также чистачам (спекулянтам хлопком). В условиях Туркестана промышленный капитал эксплуатировал не только рабочих, но и значительные массы трудового дехканства (крестьянства). Крупные фирмы с помощью местных капиталистов и при поддержке банков держали дехкан в постоянной долговой зависимости.
Вступление России в стадию империализма обострило все противоречия капитализма. Обострились также противоречия между Центральной Россией и Туркестаном.
Для развития производительных сил Центральной России и Туркестана необходимо было установление тесных экономических связей между ними. Но колониальная форма этих связей в условиях капитализма, при сохранении значительных пережитков крепостничества являлась тормозом развития производства.
1 ЦГАОР УзССР, ф. 3, оп. 1, д. 114, л. 11.
2 См. «Динамика российской и советской промышленности в связи с развитием народного хозяйства за 40 лет (1887—1926)», 1949, ч. 1, стр. 182. 4
з ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 232, л. 32.
378


В Туркестане частная собственность иностранных и русских капиталистов была оплотом колониального режима, тормозившего развитие производительных сил края. Только уничтожение частнокапиталистической формы собственности, установление социалистических производственных отношений могли открыть простор для развития производства в Туркестане.
Выполнить эту грандиозную задачу мог рабочий класс в союзе с трудовым крестьянством. Ввиду экономической отсталости этого края рабочий класс здесь был малочислен и слабо организован. Однако в своей борьбе за социалистическую революцию он опирался на поддержку широких слоев местных трудящихся и помощь революционного рабочего класса России. Им руководила Коммунистическая партия, и он смог победить в революции.
* * *
После победы Октябрьской революции рабочий класс Туркестана приступил к социалистическому преобразованию промышленности.
Претворяя в жизнь положение ВЦИК РСФСР от 14 ноября 1917 г. о рабочем контроле, рабочие Туркестана приступили к установлению контроля над производством. Рабочий контроль осуществляли выборные органы: контрольные комиссии, контрольные и заводские комитеты, советы старост и др.
Введение рабочего контроля в Туркестане происходило медленно в связи с целым рядом обстоятельств: 1) малочисленностью и слабой организованностью рабочего класса; 2) совпадением издания положения о рабочем контроле с моментом окончания производственного сезона в обрабатывающих отраслях промышленности, когда большинства рабочих не было на предприятиях; 3) разбросанностью предприятий и частым нарушением связей отдаленных районов с центром вследствие контрреволюционных выступлений.
О распространении рабочего контроля в Туркестане по сравнению с Центральной Россией можно судить по следующим данным:
Сб*
379


Распространение рабочего контроля на март 1918 г.1
Общее число предприятий
В том числе предприятия с рабочим контролем
В % к общему числу предприятий
Московская губ
326
284
78
Туркестанский край . . .
700
80
11,8
К марту 1918 г. рабочим контролем было охвачено в текстильной промышленности Московской области 92,6% всех предприятий, а в хлопковой промышленности Туркестана— всего лишь 23% общего числа предприятий.
Устанавливая контроль над производством, рабочие Туркестана приобретали первые навыки управления промышленностью. Однако в результате медленного распространения рабочего контроля и непродолжительности его существования (в основных отраслях промышленности Туркестана рабочий контроль осуществлялся с ноября — декабря 1917 г. по март — апрель 1918 г.) рабочий класс Туркестана до национализации не приобрел того опыта управления промышленностью, который уже имел к этому времени рабочий класс России.
Рабочие крупных предприятий Туркестана, ломая саботаж капиталистов, отстраняли их от руководства производством, Так, например, еще до национализации промышленности рабочие крупных хлопкоочистительных и маслобойных заводов фирм Потеляхова, Вадъяева, типографий Б. Газарова, угольных копей Кызил-Кия и др. отстранили хозяев от руководства производством и создали пролетарские органы управления предприятиями.
Важнейшим шагом по пути к национализации промышленности явилось создание советов народного хозяйства как государственного аппарата управления и организации социалистической промышленности.
Создание совнархозов в Туркестане затруднялось недостатком пролетарских кадров хозяйственников и проис-
1 Таблица составлена по архивным данным: ЦГАОР УзССР, ф. 35, оп. 1, д. 1, л. 165; д. 70, л. 11; ф. 749, оп. 1, д. 1, л. 53; ЦГИА УзССР, ф. 93, оп. 6, л. 115; Ферганский облгосархив, ф. 287, оп. 1, д. 1, л. 11; Андижанский облгосархив, ф. 59, оп. 1, д. 5, л. 11; д. 8, л. 117; Наманганский облгосархив, ф. 62, оп. 1, д. 20, л. 108, и др. 380


ходило с некоторым запозданием по сравнению с центральными областями страны. Первый совнархоз был организован в Ташкенте в марте 1918 г. В июле 1918 г. был образован совнархоз в Самарканде.
Переходя от рабочего контроля к совнархозам, рабочий класс Туркестана проводил ускоренную экспроприацию крупного капитала в общекраевом масштабе.
* *
*
Необходимость ускоренной экспроприации капитала диктовалась существующим экономическим и политическим положением Туркестана. После победы Октябрьской революции империалистическая буржуазия, местное байство и духовенство в целях свержения Советской власти при поддержке иностранных империалистов организовали контрреволюционные выступления в Ташкенте, Коканде, Самарканде, Бухаре и других городах.
Контрреволюционеры в ноябре 1917 г. для борьбы против Советской власти образовали буржуазно-националистическое «правительство» Кокандской автономии. Владельцы крупных хлопковых фирм, их доверенные, а также некоторые горнопромышленники принимали непосредственное участие в контрреволюционной деятельности Кокандского автономного «правительства» в качестве его членов. Контрреволюция опиралась на материальную поддержку фирм Потеляхова, Вадъяева, Симхаева. Основным финансовым центром контрреволюции выступил Русско-Азиатский банк.
Кокандская контрреволюция действовала в контакте с контрреволюционными силами в Закавказье и белогвардейскими бандами Дутова в Оренбурге. Она нашла поддержку у капиталистов Андижана, Ташкента, Намангана и Самарканда. Контрреволюционные силы пытались в декабре 1917 г. свергнуть центральную Советскую власть в Ташкенте. В январе 1918 г. восставшие в Оренбурге банды Дутова пытались отрезать Туркестан от России. В Ашхабаде и Самарканде против Советской власти выступили белогвардейские полки. Контрреволюционные силы в Туркестане нашли активную экономическую и политическую поддержку у иностранных империалистов.
Экономическое положение Туркестана в этот период ухудшилось в связи с ослаблением исторически сложив381


шихся хозяйственных связей его с Россией, столь необходимых для нормального хода производства. Буржуазия искусственно усиливала экономические трудности и разруху народного хозяйства. Капиталисты-хлопкопромыш- ленники сознательно задерживали отправку из Туркестана в Россию свыше 4500 тыс. пудов очищенного хлопка \ в котором остро нуждалась текстильная промышленность.
Хлопковая промышленность Туркестана издавна поставляла сырье для текстильных фабрик Центральной России. До Октябрьской революции она давала свыше 70% хлопка, потребляемого в России. После революции ее значение возросло вследствие резкого падения привоза в Россию иностранного хлопка. До середины 1918 г. из 8 млн. пудов хлопка, имеющегося в Туркестане, в Россию был отправлен всего лишь 1 млн. пудов. Вследствие этого в текстильной промышленности России остро ощущался дефицит хлопка, составивший к марту 1918 г. 6 млн. пудов 1 2.
В результате общей разрухи народного хозяйства и нарушения экономических связей Туркестана с Россией резко сократился также привоз в край промышленных товаров и топлива. После революции привоз товаров в Туркестан по сравнению с 1913 г. упал на 90%. Привоз российского топлива в Туркестан упал с 24 млн. пудов в 1916 г. до 2,02 млн. пудов в 1918 г.3
Капиталисты-горнопромышленники Туркестана искусственно сокращали добычу топлива. Так, добыча угля с 1142 тыс. пудов в январе 1918 г. упала до 223 тыс. пудов в феврале 1918 г., а добыча нефти — соответственно со 168 тыс. пудов до 76 тыс. пудов 4. Сокращение привоза и внутренней добычи топлива привело к топливному голоду. Дефицит топлива в начале 1918 г. в Туркестане составил 26—28 млн. пудов.
Вследствие разрухи народного хозяйства в крае обострялся финансовый кризис. Советское государство остро нуждалось в денежных средствах. Контрреволюция препятствовала получению денежных подкреплений из 1 ЦГАОР УзССР, ф. 3, оп. 1, д. 114, л. 1.
2 ЦГАОР, ф. 1738, оп. 1, д. 123-а, л. 21.
3 ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 232, л. 33; д. 391, л. 69.
4 Ташкентский облгосархив, ф. 29, оп. 1, д. 277, л. 25
382


России. Саботируя Советскую власть, капиталисты усиленно изымали свои денежные средства со счетов банков и других кредитных учреждений. На текущих счетах всех капиталистов-хлопкозаводчиков в банках к марту 1918 г. оставалось всего лишь 1400 тыс. руб.1
В условиях широкого саботажа буржуазии задачи упрочения Советской власти и приступа к социалистическому строительству, а также налаживание на этой основе хозяйственной жизни в Туркестане требовали ускоренной национализации промышленности. Национализация промышленности Туркестана осуществлялась в два этапа.
После разгрома кокандской контрреволюции в феврале 1918 г. участвовавшие в ней владельцы крупных фирм Потеляхова, Вадъяева, Симхаева и некоторые горнопромышленники Туркестана бежали, оставив свои предприятия. Собственность контрреволюционеров была конфискована Советской властью. Совнарком Туркестана в феврале 1918 г. национализировал принадлежавшие этим фирмам крупные хлопкоочистительные и маслобойные заводы, которые находились в Коканде1 2.
Сразу же после национализации этих предприятий Советская власть Туркестана приступила к конфискации всех видов хлопка, находящихся в собственности капиталистов. Немедленная конфискация хлопка необходима была для подрыва экономической силы буржуазии, а также для быстрого налаживания нормальной работы промышленности и предотвращения хозяйственной разрухи.
28 февраля 1918 г. Совнарком Туркестана принял декрет «О конфискации всего хлопка, находящегося в крае» 3. Декрет был дополнен специальным циркуляром правительства о том, что при конфискации хлопка «интересы мелких крестьян и дехкан будут соблюдены» 4.
Претворяя в жизнь декрет Совнаркома, рабочие хлопкоочистительной промышленности провели учет всех запасов хлопка, приостановили его транспортировку. Так, например, рабочие Андижанского хлопкозавода фирмы «Перс» приняли на учет всю наличность хлопка и хлопко-
1 См. «Народное хозяйство Туркестана» № 5, 1919 г., стр. 9.
2 Ферганский облгосархив, ф. 287, оп. 1, д. 1, л. 98.
3 См. «Рабочий контроль и национализация промышленности в Туркестане. 1918—1920 гг.», 1955, стр. 123.
4 ЦГАОР, ф. 1334, оп. 1, д. 47, л. 67.
383


вого семени и не допустили вывоза означенных товаров с завода по распоряжению администрации товарищества без предъявления каждый раз на это разрешения от комитета андижанского отдела союза «Хлопмасмыл» Г
Рабочие приступили к безвозмездному изъятию хлопка, находящегося в собственности капиталистов. Только на железнодорожных станциях было конфисковано свыше 350 тыс. пудов хлопка. Учитывая пожелания трудящихся, Совнарком Туркестана принял декрет о национализации хлопкоочистительной и маслобойно-мыловаренной промышленности. По этому декрету, опубликованному 5 марта 1918 г., в собственность Советского государства переходили находящиеся в Туркестанском крае «...предприятия хлопковой промышленности и связанные с таковой отрасли, как-то: маслобойное производство, мыловаренное и ватное, а равно и предприятия торговые— по скупке сырья и сбыту фабрикатов»1 2.
Проведение декрета в жизнь происходило при большой активности и самодеятельности рабочего класса. В национализации промышленности приняли участие профсоюз «Хлопмасмыл», контрольные органы рабочих, на которых была возложена задача немедленной национал лизации всего имущества заводов 3. Контрольные органы рабочих производили опись имущества хозяев и брали на учет все средства производства и товары. Рабочие Вадъ- яевского товарищества приняли на учет и конфисковали свыше 500 тыс. пудов хлопка, сданного хозяевами иностранному транспортному обществу «Гергард и Гей»4. В отдаленных районах Туркестана национализацию проводили специальные экспедиции. Так, советская экспедиция в Термезе и Керки конфисковала 97 938 пудов хлопка и другие товары, принадлежавшие фирмам Потеляхова, Вадъяева и «Перс» 5.
Конфисковав собственность капиталистов, рабочие взяли под свою ответственность все национализированное имущество.
1 ЦГАОР УзССР, ф. 3, оп. 1, д. 62, л. 34. «Хлопмасмыл» — профсоюз рабочих хлопкоочистительной и маслобойной промышленности Туркестана.
2 «Рабочий контроль и национализация промышленности в Туркестане. 1918—1920 гг.», стр. 125.
3 ЦГАОР УзССР, ф. 35, оп. 1, д. 64, л. 62.
4 Ферганский облгосархив, ф. 287, оп. 1, д. 1, л. 6—32.
5 ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп, д. 1044, л. 179.
384


При проведении национализации рабочему классу пришлось преодолеть огромные трудности. Бешеное сопротивление оказала буржуазия. Для спасения своего» имущества от национализации капиталисты начали продавать его иностранным подданным, переправлять за границу, передавать частным предприятиям и прятать на складах. Так, капиталисты переправили в Бухару 4 тыс. пудов хлопка Хлопкозаводчик Темирбеков продал китайскому подданному 77 вагонов хлопка 1 2, подлежащего национализации. Владелец хлопкозавода Исхаков перевел на склад транспортного общества «Гергард и Гей» 33 вагона 3 уже национализированного хлопка.
Во избежание каких-либо дипломатических трений с соседней Бухарой Советское правительство Туркестана возместило стоимость национализированных товаров бухарских подданных. Видя это, капиталисты Туркестана поспешно начали переходить в бухарское подданство.
Крупные фирмы—«Бр. Крафт», «Перс», Вадъяевское товарищество, «Торгпро»,— пытаясь сохранить свою собственность от национализации, с помощью правительства Бухары и Хивы начали укрывать свое богатство под видом собственности бухарских и хивинских подданных. Так, они спрятали в кишлаках Бухары 2,5 млн. пудов очищенного хлопка4. Советское правительство Туркестана: дало отпор саботажникам. Оно национализировало- «и хлопок и все имущество, как движимое, так и недвижимое, а также и капиталы, принадлежащие русским подданным, перешедшим без особого разрешения своего- правительства в бухарское подданство после декрета о национализации»5. Все предприятия туркестанских — и русских, и иностранных — капиталистов, находящиеся’ в Бухаре и Хиве, перешли в руки Советской власти.
Саботаж туркестанской буржуазии был поддержан также иностранными империалистами. Так, при поддержке немецких империалистов владелец фирмы «Бр. Шмидт» спешно перешел в германское подданство’ и потребовал от Советской власти денационализации! 1 ЦГАОР УзССР, ф. 3, оп. I, д. 62, л. 59.
2 ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 21, л. 127.
3 ЦГАОР УзССР, ф. 3, оп. 1, д. 200, л. 36.
4 ЦГАОР, ф. 1334, оп. 1, д. 36, л. 42.
5 ЦГАОР УзССР, ф. 764, оп. 1, д. 8, л. 26^
385,


своих заводов. Советская власть Туркестана отвергла это требование и подтвердила, что «имущество иностранно- подданных не подлежит никаким изменениям от национализации» Иностранные капиталисты через посольства своих стран пытались заставить Советское правительство отменить национализацию своих предприятий, но безуспешно.
От открытого саботажа буржуазия перешла к скрытым формам борьбы с национализацией. Она начала протаскивать в выборные органы рабочих своих агентов в лице доверенных, комиссионеров и скупщиков, пыталась поднять против национализации отсталых рабочих. Агенты буржуазии, пробравшиеся в контрольные органы и комиссии по проведению национализации, тормозили конфискацию собственности капиталистов, сеяли среди рабочих сомнения насчет необходимости национализации. Так, бывшие доверенные предприятий Вадъяева в Намангане спровоцировали отсталых рабочих выступить за отмену национализации и восстановление собственности капиталистов1 2. На некоторых заводах Скобелевского района, где было много ставленников предпринимателей 3, завкомы отказались брать на учет все имущество, подлежавшее национализации, и составлять балансы предприятий.
Промышленность Туркестана была тесно связана с хозяйством дехкан-хлопкоробов, которые снабжали предприятия сырьем. Пользуясь этим, буржуазия пыталась внушить дехканам, что национализация противоречит их интересам, и тем самым подорвать союз рабочего класса и трудового дехканства Туркестана.
Буржуазия в борьбе против национализации основную ставку делала на дехкан-хлопкоробов. Через комиссионеров, чистачей и арбакешов (скупщиков хлопка) она проводила среди дехкан агитацию против национализации, запугивала дехкан, распространяя провокационные слухи о намерении Советского государства конфисковать собственность дехкан, не оплатить им за сданный капиталистам хлопок, проповедовала неминуемую гибель хлопководства вследствие национализации и т. д. Дехкане, напуганные провокационными слухами, стали прятать свой 1 ЦГАОР УзССР, ф. 3, оп. 1, д. 104, л. 70.
2 ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 1045, л. 140.
3 Ферганский облгосархив, ф. 483, оп. 1, д. 2, л. 3.
386


хлопок. Только от урожая 1916 г. ими было спрятано в кишлаках 2 млн. пудов хлопка Ч Боясь «возможной» конфискации своего хлопка государством, дехкане начали сокращать посевы хлопчатника, что имело отрицательные последствия для народного хозяйства.
Необходимо было укрепить доверие дехкан-хлопкоробов к проводимой национализации хлопковой промышленности. Это затруднялось в связи с отсутствием у государства денежных средств и запасов промышленных товаров для снабжения дехканских хозяйств и оказания им помощи.
Отрицательную роль сыграли здесь отдельные случаи неправильной конфискации некоторыми органами местных властей хлопка, принадлежавшего не капиталистам, а трудящимся дехканам * 2.
Национализация застала большинство предприятий в тяжелом финансовом положении. Ей предшествовало усиленное изъятие капиталистами денежных средств из касс заводов и со счетов в банках. Счета Вадъяевского товарищества в Московском отделении Русско-Азиатского банка за 4 месяца ‘после революции уменьшились более чем в 9 раз. Вследствие усиленного изъятия средств на счетах фирм оставались мизерные суммы денег. На счету фирмы «Торгпро» оставалось к моменту национализации всего лишь 558 руб., а на счету «Бр. Крафт» — 559 руб.3 В результате финансового саботажа буржуазии предприятия были оставлены без оборотных средств, необходимых для выплаты заработной платы рабочим, долгов дехканам и финансирования посевов хлопчатника, совпавших с моментом национализации.
Денежная наличность всех предприятий хлопкоочистительной промышленности к моменту национализации составила всего лишь 3973 тыс. руб.4, в то время как только долги дехкан числились в сумме 50 млн. руб.5
Проведению национализации предприятий препятствовали частные банки. С их помощью владельцы предприятий укрывали свои денежные средства от конфискации. Для укрепления доверия дехкан к национализации » ЦГАОР, ф. 1334, оп. 1, д. 1, л. 255.
2 ЦГАОР, ф. 1334, оп. 1, д. 36, л. 39.
3 ЦГИАЛ, ф. 630, оп. 3, д. 103, л. 67; р. 104, л. 2059.
4 См. «Народное хозяйство Туркестана» № 5, 1919 г., стр. 8.
5 См. там же, стр. 11.
387


нужно было выплатить им долги и финансировать посевы. В решении этих задач огромную помощь оказал Совнарком РСФСР, который для нужд хлопководства в Туркестане в 1918 г. отпустил 56 млн. руб.1 Для выплаты долгов дехканам Советское правительство Туркестана отпустило 5 млн. руб., которые были розданы остро нуждающимся дехканам по 750 руб. на одно хозяйство. Было решено также беспрепятственно выдавать дехканам и крестьянам, обрабатывающим хлопковые поля, необходимое количество семян для посева хлопка и на корм рабочему скоту.
Таким образом, осуществляя национализацию промышленности, Советская власть оказала дехканам материальную помощь для налаживания хлопкового хозяйства 1 2.
При проведении национализации промышленности Советскому государству пришлось бороться против попыток некоторых местных органов Советской власти самовольно реквизировать различные товары и материалы, находящиеся на заводах. Одновременно шла упорная борьба с эсерами и меньшевиками, которые выдвигали анархо-синдикалистские требования социализации капиталистических предприятий, призывали рабочих растаскивать национализированные ценности.
На ходе национализации отрицательно сказались контрреволюционные выступления против Советской власти, организованные буржуазией. Декрет о национализации хлопкоочистительной и маслобойно-мыловаренной промышленности вследствие контрреволюционных выступлений в Бухаре был получен лишь в последних числах апреля 1918 г.3 И национализация в Бухаре и Хиве затянулась до лета 1918 г., в то время как основная масса предприятий была национализирована в марте 1918 г.
Под руководством большевиков рабочий класс Туркестана преодолел все трудности. Из 338 предприятий4 хлопкоочистительной и маслобойной промышленности в собственность Советского государства перешли 326 предприятий, что составляло 96% общего числа предприятий. Из 326 национализированных заводов 286, или 88%, при1 ЦГАОР ЛО, ф. 1738, оп. 1, д. 123-а, л. 81.
2 См. «Наша газета» № 54, 1918 г.
з ЦГАОР УзССР, ф. 764, оп. 1, д. 8, л. 26.
4 Имеются в виду более крупные заводы, не считая мелких предприятий чистачей.
388


надлежали иностранным и русским капиталистам, остальные 40 национализированных предприятий (12%) —местным баям. В процессе экспроприации иностранного и русского капитала рабочий класс национализировал предприятия свыше 30 хлопковых фирм.
154 крупных предприятия, или около 50% всех национализированных предприятий, принадлежали следующим семи крупным фирмам1:
1. Товарищество «Бр. Крафт» 24
2. » «Беш-Бош» 43
3. » Потеляховское 18
4. » Симхаева 9
5. » Искандер 10
6. » Андреевское 37
7. Большая Ярославская мануфактура 13
В результате национализации все основные средства производства в промышленности Туркестана были превращены в государственную социалистическую собственность. 1 2
Основные национализированные средства производства в хлопкоочистительной и маслобойно-мыловаренной промышленности Туркестана (включая Бухару и Хиву)1
Отрасли промышленности
Общее число предприятий
Число национализированных предприятий
Принадлежащие им средства производства
двигатели (шт.)
их мощность (в л. с.)
джины
линтеры
1
грузоломки
прессы маслобойные
Хлопкоочистительная
Маслобойно-мыловаренная
300
38
288
38
344
58
23 710
4 640
1425
623
56
120
150
Всего ...
338
326
402
28 350
1425
679
120
150
1 ЦГАОР УзССР, ф. 43, оп. 1, д. 1-а, л. 364; ф. 8, оп. 2, д. 16, л. 20; Ташкентский облгосархив, ф. 29, оп. 1, д. 156, л. 33—35.
2 Таблица составлена по данным архивов: ЦГАОР УзССР, ф. 8, оп. 2, д. 16, л. 20; ф. 18, оп. 1, д. 8, л. 141; Ташкентский облгосархив, ф. 29, оп. 1, д. 158, л. 33—35 и журнала «Хлопковое дело» № 3—4, 1922 г., стр. 43.
389


Советское государство конфисковало у капиталистов не только средства производства, но и все товары. В национализированной хлопковой промышленности в собственность Советского государства перешли 18 652,5 тыс. пудов 1 хлопка и хлопковых продуктов.
Национализированные средства производства и товары хлопковой промышленности оценивались в сумме 1,5 млрд, золотых руб. (в ценах 1913 г.) 1 2.
Наряду с национализацией предприятий промышленности Советское государство взяло в свои руки все запасы хлопка, хлопковых товаров, принадлежавшие чистачам, коммерсантам и различным хлопкоторговцам. Были национализированы мелкие хлопкоочистительные предприятия чистачей, присоединившихся к саботажу крупного капитала.
Национализация хлопкоочистительной промышленности ликвидировала экономическое господство крупных фирм, а также нанесла серьезный удар по местному торгово-ростовщическому капиталу. Конфискация собственности чистачей и других хлопкоторговцев, а также фирм, участвовавших в ростовщичестве, явилась решительным шагом по пути ликвидации докапиталистических форм эксплуатации дехкан.
Вслед за хлопковой промышленностью Советская власть Туркестана национализировала горнодобывающую промышленность.
Декретом от 16 марта 1918 г. Совнарком Туркестана объявил собственностью государства находящиеся в Туркестанском крае предприятия промышленности нефтяной, каменноугольной и других продуктов жидкого и минерального топлива 3.
В руки государства перешли самые крупные в Туркестане угольные копи, принадлежавшие русским акционерным обществам «Кызил-Кия», «Шураб», «Сулюкта» и др. Советское государство национализировало также крупные нефтепромыслы, принадлежавшие акционерным обществам «Чимион» и «Санто», подавляющее большинство акций которых являлось собственностью английских капиталистов.
В апреле 1918 г. Советское государство национализи1 ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 758, л. 195.
2 ЦГАОР УзССР, ф. 3, оп. 1, д. 563, л. 42.
з ЦГАОР УзССР, ф. 25, оп. 1, д. 34, л. 4.
390


ровало 26 предприятий полиграфической промышленности. К этому времени в основном завершился первый этап национализации промышленности. За короткий срок весной 1918 г. в Туркестане было национализировано 363 крупных (для Туркестана) предприятий.
Число национализированных предприятий Туркестана (включая Бухару и Хиву) 1
Отрасли промышленности
Число предприятий
Из них национализировано
число предприятий
В %
Хлопкоочистительная .
300
288
96,0
Маслобойно-мыловарен¬
ная
38
38
100,0
Горнодобывающая . . .
15
11
73,3
Полиграфическая . . .
26
26
100,0
Всего ...
379
363
95,8
Как видно из таблицы, национализация крупной промышленности носила всеобщий характер. 90% всех предприятий, национализированных в Туркестане, составили предприятия легкой промышленности. Национализация коснулась почти всех предприятий хлопкоочистительной промышленности. Полностью были национализированы маслобойная и полиграфическая отрасли. В горнодобывающей промышленности было национализировано 74% всех предприятий. Причем национализированные предприятия этой отрасли были самыми крупными в крае. Они ежегодно давали свыше 80% жидкого и твердого минерального топлива, добываемого в Туркестане.
Предприятия национализированных отраслей, составляя в количественном отношении около 40% общего» числа предприятий, давали свыше 80% валовой продукции промышленности. В них было занято более половины промышленных рабочих Туркестана.
Национализация промышленности в Туркестане проходила в условиях острого экономического и политиче1 Составлена по данным: ЦГАОР УзССР, ф. 8, оп. 2, д. 16, л. 141; Ташкентский облгосархив, ф. 29, оп. 1, д. 158, л. 33—35.
391


ского саботажа буржуазии, сопровождаемого контрреволюционными выступлениями против Советской власти, и поэтому осуществлялась ускоренными темпами. Это видно из следующих данных:
Темпы национализации промышленности в России и в Туркестане1
Общее число предприятий, национализированных до конца 1920 г.
Из них национализировано до середины 1918 г.
в абсолютных цифрах
% к общему числу
Россия . .
4547
500
11
Туркестан
770
363
47
На первом этапе (до середины 1918 г.) национализация промышленности была направлена своим острием против иностранного и русского капитала. Основные средства производства и богатства края (хлопок) были превращены в собственность Советского государства. Ускоренная национализация подорвала экономическую базу контрреволюции, способствовала упрочению Советской власти в Туркестане. Она передала в руки рабочего класса ключевые позиции в промышленности Туркестана
Одновременно с национализацией основных отраслей промышленности весной 1918 г. Советское правительство Туркестана национализировало Семиреченскую, Ферганскую и Бухарскую частные железные дороги, общей протяженностью свыше 1 тыс. км, со всеми средствами транспорта 1 2. Железнодорожный транспорт перестал быть средством колониального ограбления трудящихся Туркестана. В руках Советского государства он стал важнейшим средством социалистического строительства.
В отличие от России в Туркестане экспроприация промышленного капитала определила всеобщую экспро1 Составлена по данным: И. А. Гладков, Очерки советской экономики 1917—1920 гг., 1956, стр. 90—91; ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 758, л. 51; д. 1305, л. 136; ф. 8, оп. 2, д. 16, л. 20; д. 8, л. 141; Ташкентский облгосархив, ф. 29, оп. 1, д. 156, л. 33—35; Самаркандский облгосархив, ф. 3, оп. 1, д. 5, л. 268, 428; д. 6, л. 54; «Народное хозяйство Туркестана» № 26, 1919 г., стр. 5.
2 ЦГАОР УзССР, ф. 608, оп. 1, д. 52, л. 76; ф. 18, оп. 2, д. 151, л. 15—16.
392


приацию банковского капитала, которая носила здесь затяжной характер и произошла главным образом после национализации основных отраслей промышленности, г. е. к лету 1918 г.
Советское правительство Туркестана в июне 1918 г. национализировало все филиалы частных банков — Русско-Азиатского, Азово-Донского, Волжско-Камского, Московского учетного, Сибирского торгового, Соединенного банка и Русского банка для внешней торговли.
Национализация основных отраслей, промышленности и банков явилась мощным ударом по экономическому господству империалистической буржуазии и местного байства. Национализация банков нанесла также сильный удар по экономическому господству ростовщического капитала, лишив его основного финансового источника.
Национализация основных отраслей промышленности и банков передала в руки Советского государства две важнейшие экономические крепости русского и иностранного капитала, служившие оплотом колониального гнета в Туркестане.
* * *
К середине 1918 г. Советская власть в Туркестана была упрочена, а главные экономические и политические силы буржуазии были разгромлены. Но в это время в Туркестане начались гражданская война и иностранная военная интервенция, которые привели к полной оторванности Туркестана от России. Туркестан, окруженный огненным кольцом гражданской войны, в течение свыше полутора лет был лишен возможности получать помощь от Советской России.
Прекращение хозяйственных связей с Центром создало внутри края серьезные диспропорции между потребностями в промышленных изделиях и возможностями их удовлетворения. Туркестан был вынужден рассчитывать только на свои внутренние экономические ресурсы.
В этих трудных условиях рабочий класс Туркестана, продолжая свое наступление на капитал, приступил ко второму этапу национализации промышленности. Государственное регулирование частного производства в этот период осуществлялось по линии учета средств производства и товаров, находящихся в собственности капи26
Очерки по истории
393


талистов, монополизации производства отдельных видов товаров, контроля за использованием наемного труда и т. д.
В целях подчинения частной предпринимательской деятельности интересам государства проводился учет частных промышленных предприятий. В июне и июле 1918 г. Ташкентский совнархоз принял на учет 16 предприятий различных отраслей промышленности. К концу 1918 г. на учете Ташкентского совнархоза находилось 27 частных предприятий1. В сентябре 1918 г. Самаркандский совнархоз взял на учет 52 винодельческих предприятия, из которых 7 являлись самыми крупными в крае винокуренными заводами. На крупных винодельческих предприятиях Самарканда было учтено свыше 2 млн. л спиртных напитков1 2.
Государственный учет не был формальной регистрацией предприятий. Он имел целью выяснение состояния производственного оборудования предприятий, возможности увеличения производительности труда и т. д. При уклонении хозяев от учета государство назначало на предприятиях советских комиссаров и лишало прав самовольного распоряжения своей собственностью. Государственный учет сыграл большую роль в ограничении капиталистической собственности в Туркестане и позволил мобилизовать внутренние ресурсы промышленности в интересах народного хозяйства.
В целях регулирования труда на частных предприятиях государство ввело обязательный порядок приема и увольнения рабочих через биржи труда, находящиеся под контролем органов Советской власти. Нормы зарплаты рабочих устанавливались не произвольно хозяевами, а согласно государственным тарифам и при обязательном участии профсоюзов.
Для концентрации производства промышленных изделий в своих руках Советская власть Туркестана ввела кожевенную, винную и табачную монополию. Государственная монополия была вызвана острым недостатком кожи, винных и табачных изделий, необходимых для снабжения армии и населения. Она предполагала ограничение рыночной стихии путем нормировки цен на изде1 Ташкентский облгосархив, ф. 29, оп. 1, д. 136, л. 46.
2 Самаркандский облгосархив, ф. 3, оп. 1, д. 165, л. 62.
394


лия со стороны государства и запрещения свободной тор^ говли этими изделиями.
Кожевенная монополия поставила под контроль госу- дарства не только реализацию готовых продуктов, но и заготовку сырья и дубильных материалов. Владельцы кожевенных предприятий, саботируя государственную монополию, скрывали запасы кожсырья, дубильных материалов и готовых товаров, увольняли рабочих, сокращали объем производства, искусственно снижали производи-» тельность труда и т. д. При этом они преследовали цель — «... извлечь как можно больше прибыли, не вкладывая новых капиталов для развития промышленности и не желая продолжать дело под контролем Советской власти» !.
В борьбе с саботажем капиталистов Советская власть Туркестана приступила к частичной национализации кожевенной промышленности. Декретом Совнаркома Туркестана от 8 августа 1918 г. было национализировано 11 кожзаводов новой части Ташкента; затем Ташкентский Старогородской Совет национализировал еще 14 кожзаводов. Национализация кожзаводов передала в руки государства 891,6 тыс. шт. сырой и 20,3 тыс. шт. готовой кожи, а также 470 дубильных чанов 1 2. Из 25 национализированных заводов лишь один имел механический двип гатель. Были национализированы даже совсем мелкие предприятия — с 4 чанами и месячной производительностью до 75 кож.
Осуществив частичную национализацию, государство продолжало учет и регулирование частного кожевенного производства. Уже в октябре 1918 г. на учете государства состояло 53 частных предприятия3, к началу 1919 г. это число возросло до 87.
Государственная монополия кожевенного производства привела к возникновению в этой отрасли госкапита* листических отношений. Хозяева, владея орудиями производства, работали на сырье, дубильных материалах государства и сдавали товары органам Советской власти по твердой цене, установленной государством.
Госкапиталистические отношения возникли и в кустарной текстильной промышленности. Оторванность Турке1 Самаркандский облгосархив, ф. 121, оп. 1, д. 9, л. 138.
2 ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 1310, л. 43.
3 ЦГАОР УзССР, ф. 25, оп. 1, д. 371, л. 166. - •
26*
395


стана от Центральной России и растущие потребности края в текстильных изделиях вызвали развитие кустарного ткачества. В целях подчинения кустарного ткачества своим интересам государство взяло под свой контроль кустарные капиталистические мастерские. Предприятия стали работать на оборотных средствах государства^ В Коканде и Ходженте работали ткацкие мастерские, средства производства которых принадлежали государству и частным лицам. Например, ткацкая мастерская Ферганского кожевенного товарищества работала на оборотных средствах государства, а хозяева за свою предпринимательскую деятельность ежегодно получали прибыль в размере 15% основного капитала
Таким образом, национализации промышленности на втором этапе предшествовали более широкое государственное регулирование частного производства и возникновение госкапиталистических отношений, когда капиталисты, частично владея средствами производства, работали по заданию и под контролем государства. Для госкапиталистических отношений в Туркестане было характерно то, что они возникли в мелкой кустарной промышленности.
Государственное регулирование частного производства сопровождалось национализацией промышленности. Во второй половине 1918 г. проводилась национализация предприятий мукомольной, кожевенной, металлообрабатывающей и других отраслей промышленности. Была завершена также национализация горнодобывающей промышленности. В течение этого времени в собственность государства перешли 80 предприятий.
В феврале 1919 г. в связи с национализацией шерстяной промышленности в России Советское правительство Туркестана национализировало все шерстомоечные предприятия. Органы Советской власти лишь в девяти районах Туркестана конфисковали свыше 330 тыс. пудов шерсти. Почти половина конфискованной шерсти (170 тыс. пудов) была изъята из рук трех крупных фирм: «Русская шерсть», «Ступень и К0», «Эл, Триллинг и сыновья» I 2.
I ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 739, л. 47.
* Ташкентский облгосархив, ф. 29, оп. 1, д. 277, л. 42.
396


Рабочий класс ликвидировал все крупные шерстяные фирмы, монополизировавшие заготовку и промывку шерсти, не только в Туркестане, но и в пределах Бухары и Хивы. Национализация шерстяной промышленности после хлопковой и горнодобывающей промышленности явилась завершением ликвидации экономического господства русского и иностранного капитала в Туркестане. Конфискация собственности таких фирм, как «Ступень и К0», «Якоби и Зорганин», подорвала господство английского, немецкого, американского и бельгийского капитала в Туркестане.
В апреле 1919 г. в Туркестане были национализированы все предприятия винодельческой промышленности. Наряду с 7 крупными винодельческими заводами были национализированы 65 мелких кустарных предприятий. Национализация передала в руки государства все средства производства и товары винодельческой промышленности, которые оценивались в сумме свыше 37,8 млн. руб. (в ценах 1919 г.), в том числе стоимость основных средств производства — в сумме 25,8 млн. руб.1
Главная трудность национализации на этом этапе заключалась в том, что национализировались в основном предприятия кустарного характера, разбросанные по всему краю. Свыше 50% частных предприятий являлись мелкими заведениями и не имели механических двигателей.
Буржуазия, опираясь на иностранных интервентов и басмачество, всеми силами препятствовала проведению национализации. Основными формами саботажа буржуазии на вторам этапе национализации являлись уклонения от государственного учета, фиктивные сделки о продаже имущества мелким собственникам, обман органов Советской власти ложными данными о «трудовом» характере конфискуемой собственности.
Национализация некоторых предприятий выступала как мера наказания за саботаж капиталистов. Так, например, Ферганское кожевенное товарищество, саботируя государственную монополию кожевенной промышленности, отказалось работать под контролем органов Советской власти, не выполняло государственные задания. Советская власть конфисковала собственность саботаж- 1 Самаркандский облгосархив, ф. 3, оп. 1, д. 147, л. II.
397


йиков, национализировала принадлежавшие им кожза- воды *.
Рабочий класс Туркестана под руководством Коммунистической партии разгромил саботаж буржуазии и завершил национализацию промышленности. Всего на втором этапе было национализировано свыше 400 предприятий различных отраслей промышленности.
Число предприятии, национализированных на втором этапе2
Отрасли промышленности
Общее число предприятий
Из них национализировано на втором этапе
в абсолютных цифрах
В % к общему числу
Кожевенная
69
43
62,3
Пищевкусовая
189
145
76,7
Шерстомоечная ....
5
5
100,0
Химическая
19
19
100,0
Оросительные системы . Металлообрабатываю¬
69
69
87,3
щая
15
14
93,3
Горнодобывающая . . .
17
6
35,2
Кирпичные заводы . .
55
31
56,4
Электростанции ....
34
26
76,4
Прочие
101
49
48,5
Всего ...
573
407*
71,0
* Включая некоторые мелкие предприятия.
Как видно из таблицы, в трех отраслях промышленности— шерстомоечной, химической и металлообрабатывающей — были национализированы почти все предприятия.
На втором этапе государство национализировало предприятия, исходя из возможностей их дальнейшего производственного использования; национализировались 1 Ферганский облгосархив, ф. 327, оп. 1, д. 1, л. 131.
2 Составлена по данным: ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 758, л. 51; д. 739, л. 2, 5, 47; д. 55, л. 204; оп. 2, д. 74, л. 2; ф. 101, оп. 1, д. 42, л. 10; ф. 37, оп. 1, д. 145, л. 155; Ташкентский облгосархив ф. 29, оп. 1, д. 277, л. 31; Самаркандский облгосархив, ф. 3, оп. 1, д. 5, л. 268, 428; д. 6, л. 54; «Народное хозяйство Туркестана» № 38, 1919 г., стр. 6, и др.
398


те предприятия, которые были годными для эксплуатации. Оставались ненационализированными предприятия, которые находились в состоянии развала, или предприятия карликового размера.
Поскольку уже на первом этапе национализации государство взяло в свои руки основные отрасли промышленности, на втором этапе национализация протекала более медленно.
Темпы национализации промышленности на первом и втором этапах1
Этапы национализации
Продолжительность этапа в месяцах
Общее число национализированных предприятий
Национализировано в среднем за один месяц
в абсолютных цифрах
в % к общему числу
Первый . . .
3
363
121,0
16
Второй ....
18
407
22,6
2,7
На втором этапе темпы национализации в Туркестане снизились почти в 2 раза и по сравнению с Центральной Россией.
В России с июля 1918 г. началась всеобщая национализация крупной промышленности, которая характеризовалась переходом в руки государства целых отраслей промышленности.
Темпы национализации промышленности в Центральной России и Туркестане 1
Общее число национализированных предприятий
В том числе национализировано на втором этапе
всего
в среднем за один месяц
в абсолютных цифрах
в % к общему числу
в абсолютных цифрах
В % к общему числу
Россия
4547
4047
89
225
5
Туркестан ....
770
407
53
22,6
3,0
1 Составлена по данным таблиц на стр. 392 и 398.
2 Составлена по данным таблиц на стр. 392 и 399.
399


В России национализировались крупные предприятия,- имеющие народнохозяйственное значение. Одно национализированное предприятие в среднем имело 300 рабочих. В Туркестане всего лишь 3 национализированных предприятия (0,7%) имели от 200 до 300 рабочих1. Здесь национализированные предприятия в основной массе являлись кустарными заведениями. Даже наиболее крупные предприятия не имели механических двигателей. В национализированных в течение второго этапа предприятиях была занята всего лишь третья часть промышленных рабочих, их удельный вес в общем объеме промышленной продукции не превышал 10%. Эти предприятия имели местное значение. Судить об этом можно и по тому факту, что почти три четверти этих предприятий перешло в собственность государства по решению местных органов Советской власти.
В условиях оторванности края от России в осуществлении национализации были допущены некоторые ошибки. Местные органы Советской власти проводили национализацию иногда без учета возможностей управления мелкими предприятиями. Вследствие этого в руки государства переходили мелкие, разбросанные на огромной территории предприятия, находившиеся в состоянии технического развала. Так, в результате национализации кожзаводов Старого города Ташкента в руки государства, перешел «целый ряд развалин, которым пришлось де-; лать ремонт и начать работу сначала» * 2. Государственная комиссия, обследовав кожзаводы Ташкента, пришла к выводу о том, что «национализация кожевенных заводов происходила без всякой системы и плана, не принималось даже во внимание ни оборудование, ни производительность» 3. В Самаркандской области из 72 национализированных винодельческих предприятий 52 оказались сезонными винодельческими хозяйствами, которые имели 3—5 рабочих. Эти предприятия были разбросаны в разных пунктах, что весьма затрудняло управление ими.
Под руководством Коммунистической партии рабочий класс Туркестана ликвидировал ошибки, допущенные в ходе национализации. Была проведена денационализация мелких предприятий, которая проходила под руководст> ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 758, л. 151.
2 ЦГАОР УзССР, ф. 735, оп. 1, д. 51, л. 133.
3 «Народное хозяйство Туркестана» № 38, 1919 г., стр. 20.
400


вом Турккомиссии ВЦИК и СНК РСФСР. В течение 1920 г. было денационализировано 52 винодельческих и 16 кожевенных предприятий. Денационализация проводилась при обязательстве хозяев соблюдать условия частной предпринимательской деятельности, установленные государством: 1) производство товаров осуществлялось с разрешения органов Советской власти; 2) произведенные товары сдавались государству по твердой цене; 3) предприниматели должны были соблюдать государственные правила использования наемного труда.
После окончания гражданской войны Советское правительство Туркестана денационализировало все мелкие кустарные предприятия, переход которых в руки государства был продиктован условиями иностранной интервенции и гражданской войны. После денационализации в собственности государства остались крупные предприятия промышленности Туркестана.
* *
*
Ликвидация частнокапиталистической собственности в Туркестане сопровождалась переходом управления промышленностью в руки рабочего класса. Организация управления производством являлась более трудной задачей, чем процесс непосредственной экспроприации капиталистической собственности. На первом этапе управление национализированными предприятиями крупных хлопковых фирм проводили избранные рабочими центральные комитеты, коллегии и комитеты рабочих и служащих при главных конторах Выборные органы управления возникли в ряде крупных торгово-промышленных центров, таких, как Коканд, Андижан, Ташкент и др. Для управления хлопкоочистительной и маслобойной промышленностью рабочие Туркестана избрали Центральный комитет, так называемую «девятку»1 2. Управление на местах было организовано хлопковыми, горнозаводскими, районными комитетами и главными конторами типографий.
После завершения первого этапа национализации управление национализированными отраслями сконцентри1 Ферганский облгосархив, ф. 287, оп. 1, д. 1, л. 3; ф. 584, оп. 1, д. 154, л. 11; ф. 112, оп. 1, д. 1, л. 18.
2 ЦГАОР УзССР, ф. 25, оп. 1, д. 15, л. 89.
401


ровалось в руках центрального государственного органа — Совета народного производства Туркестана. С конца 1918 г. управление промышленностью в общекраевом масштабе взял на себя Центральный совет народного хозяйства Туркестанской Советской Социалистической Республики (ЦСНХ).
Рабочему классу Туркестана пришлось налаживать управление производством в условиях оторванности края от России, что не позволило использовать опыт управления промышленностью, приобретенный рабочими России. Аппарат управления предприятиями был засорен враждебными элементами. Поэтому в организации управления промышленностью рабочий класс встретил большие трудности.
Переход от коллегиальности к единоначалию происходил в Туркестане медленнее, чем в России. Промежуточной ступенью в этом переходе явился принцип организации управления на смешанных началах — на началах выборности и назначения. Принцип единоначалия был введен в Туркестане лишь к началу 1919 г., когда рабочий класс уже имел определенный опыт управления производством. С этого времени на все государственные предприятия назначались заведующие и управляющие, на которых была возложена задача управления производством в административно-хозяйственном и техническом отношении
Установление социалистической собственности объективно требовало осуществления принципа демократического централизма в управлении. Демократический централизм требовал сочетания государственного руководства промышленностью из единого центра с всемерным развитием инициативы местных органов управления. В условиях Туркестана осуществление принципа демократического централизма встретило большое сопротивление, выразившееся в сепаратизме и местничестве, имевших довольно широкое распространение. Централизация управления затруднялась также существовавшим параллелизмом в функционировании отдельных органов управления.
При остром недостатке хозяйственных кадров, имеющих опыт коммерческой деятельности, медленно шло на-
1 ЦГАОР УзССР, ф. 25, оп. 1, д. 157, л. 5.
402


лаживание советского аппарата по скупке хлопка и финансированию дехканских хозяйств. Государственная скупка хлопка-сырца затруднялась саботажем буржуазных специалистов, привлеченных к работе в национализированной промышленности, антисоветской агитацией агентов буржуазии среди дехкан. Организации государственной скупки препятствовала также острая нужда государства в денежных и материальных средствах, необходимых для обмена с дехканскими хозяйствами. Хлопкоробы имели довольно большие запасы хлопка, которые вследствие трудностей и недостатков организации государственных скупок уходили в руки спекулянтов или оставались незакупленными. Государственные закупки хлопка в 1918 г. составили всего лишь 4,3 млн. пудов, в то время как наличные запасы исчислялись свыше 10 млн. пудов
Трудности в организации управления промышленностью были усугублены условиями гражданской войны.
После восстановления связи Туркестана с Центром (конец 1919 г.) Советская Россия оказала Туркестану помощь материалами, продовольствием, своим хозяйственным опытом, а также кадрами хозяйственников. Велика была заслуга Турккомиссии ВЦИК и СНК РСФСР в организации социалистического производства в Туркестане.
Турккомиссия произвела реорганизацию государственного аппарата управления промышленностью. Было произведено укрупнение местных совнархозов. Вместо 40 было оставлено 17 совнархозов, которые находились в строгом подчинении ЦСНХ — центрального государственного органа управления промышленностью. Постепенно изживались сепаратистские стремления местных совнархозов, принимались меры к ликвидации кустарщины и параллелизма в функционировании отдельных звеньев советского аппарата управления. Большое внимание уделялось приближению управленческого аппарата к производству, а также привлечению трудящихся местных национальностей к управлению социалистической промышленностью, укреплению аппарата управления кадрами, верными делу рабочего класса.
1 ЦГАОР УзССР, ф. 27, оп. 1, д. 1310, л. 20.
26е 403


♦ * ♦
В заключение можно сказать, что проведение национализации промышленности в Туркестане в отличных от Центральной России условиях наложило своеобразный отпечаток на этот процесс.
1. Рабочий контроль — первый шаг к национализации — распространялся медленно, поэтому рабочий класс до национализации не получил того опыта управления промышленностью, который уже имел рабочий класс России.
2. В условиях ослабления хозяйственных связей с Россией и острой классовой борьбы пролетариата против буржуазии, за упрочение Советской власти национализация основных отраслей промышленности протекала в крае ускоренными темпами. Основные средства производства в промышленности перешли в собственность государства до всеобщей национализации промышленности в общероссийском масштабе.
3. Национализация промышленности была направлена не только против промышленного, но и против торговоростовщического капитала — оплота докапиталистических форм эксплуатации трудового дехканства.
4. Национализация началась с отраслей легкой промышленности, игравшей важную роль в экономике Центральной России. В первую очередь был национализирован хлопок.
5. В условиях гражданской войны и оторванности Туркестана от России в крае были национализированы мелкие предприятия. Экспроприации мелкого и среднего капитала предшествовали установление госкапиталисти- ческих отношений и их использование для «подъема и развития промышленности.
6. Организация социалистического управления как необходимый момент национализации при неопытности рабочего класса и оторванности края от России проходила медленно. Централизация управления промышленностью в общекраевом масштабе была достигнута лишь при помощи рабочего класса России после восстановления связи Туркестана с Центральной Россией.
Национализация промышленности имела огромное значение в экономическом и культурном развитии наро404


дов Туркестана. В результате национализации рабочий класс в лице Советского государства овладел основными средствами производства в промышленности. Уничтожение капиталистической собственности в корне подорвало экономические основы национального гнета и эксплуатации трудящихся Туркестана. На базе социалистической собственности возникли новые, социалистические формы экономических и культурных связей между Туркестаном и Россией, основанные на равенстве, братском сотрудничестве и экономической взаимопомощи народов. Дальнейшее развитие этих связей привело к расцвету экономики и культуры народов Туркестана.
В ходе социалистического строительства народы Туркестана совершили гигантский скачок от патриархальнофеодальных отношений к социализму, минуя капиталистическую стадию’ развития.


СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие 3
И. А. Гладков. В. И. Ленин и организация Госплана .... 5
Л. В. Фомина. Осуществление плана ГОЭЛРО и электрификация промышленности в восстановительный период (1921—1925 гг.) 59
А. И. Коссой. Перестройка промышленности в связи с переходом к новой экономической политике 121
И. В. Маевский. Топливно-металлургическая база СССР в первые годы социалистической индустриализации (1926— 1929 гг.) 162
В. Н. Яковцевский. Колхозное строительство в восстановительный период (1921—1925 гг.) 215
В. М. Московия. Новые формы смычки города и деревни в пе« риод подготовки массовой коллективизации сельского хозяйства 250
Б. П. Орлов. Железнодорожный транспорт в первый год Советской власти 290
А. С. Сафаев. К вопросу о развитии тяжелой промышленности Советского Узбекистана 340
А. Ульмасов. Социалистическая национализация промышленности в Туркестане (1918—1920 гг.) 377


ГОСПОЛИТИЗДАтом в 1959 г.
выпущены в свет следующие работы по экономическим вопросам:
М. В. Колганов, Национальный доход, 376 стр., 10 тыс. экз. Цена 10 руб.
Книга представляет собой серьезное теоретическое исследование одной из важнейших проблем марксистско-ленинской теории воспроизводства — теории национального дохода.
В первой части книги анализируется национальный доход капиталистического общества. Здесь рассматривается история учений о воспроизводстве. Автор исследует производство и распределение национального дохода в капиталистических странах (главным образом в США), вскрывает ненаучность методологии исчисления национального дохода американскими буржуазными экономистами.
Во второй части книги автор анализирует природу национального дохода социалистического общества, факторы и динамику его роста, изменения его отраслевой структуры. Здесь рассматриваются также распределение, перераспределение и потребление национального дохода. В последней главе второй части книги автор рассматривает вопросы планирования и учета национального дохода в СССР.
О. В. Козлова, Подъем культурно-технического уровня рабочего класса СССР, 220 стр., 12 тыс. экз. Цена 3 руб.
В брошюре на большом и интересном фактическом материале показаны основные изменения, которые произошли за годы Советской власти в профессиональном составе рабочих промышленности СССР, в их общеобразовательном и квалификационном уровне, в самом содержании отдельных профессий. Автор прослеживает, как с ростом культурно-технического уровня рабочих развивалась их творческая активность, находящая свое выражение в развертывании социалистического соревнования, рационализаторства и изобретательства. В работе показана связь технического прогресса промышленности с ростом культурно-технического уровня рабочих, рассматривается влияние автоматизации на изменение функций рабочего в производстве и в связи с этим на повышение уровня его технической квалификации.
Книга рассчитана на экономистов, преподавателей и студентов вузов, агитаторов и пропагандистов.
ТРЕБУЙТЕ ЭТИ КНИГИ В МАГАЗИНАХ КНИГОТОРГА И КИОСКАХ СОЮЗПЕЧАТИ.


ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА СССР Сборник статей
Редактор С. Холод
Художественный редактор Н. Симагин Технический редактор Ю. Мухин
Сдано в набор 7 июля 1958 г. Подписано в печать
18 февраля 1959 г. Формат 84 X 108:/з2- Физ. печ. л. 123/«- Условн. печ. л. 20,91. Учетно-изд. л. 21,32. Тираж 5 тыс. экз.
А 01921. Заказ № 3845. Цена 12 руб.
Государственное издательство политической литературы. Москва, Д-47, Миусская пл., 7.
Типография «Красный пролетарий» Господитиздата Министерства культуры СССР.
Москва, Краснопролетарская, 16.


— *
ГЧ