Автор: Бродский Н.Л.  

Теги: русская литература   роман   художественная литература   пушкин   пособие для учителей  

Год: 1950

Похожие

Роман Пушкина «Евгений Онегин»

Роман А.С. Пушкина "Евгений Онегин" в школьном изучении

А.С Пушкин полное собрание сочинений Т.5. Евгений Онегин. Драматические произведения

Перспектива: Пособие для учителей средней школы

Текст 
                    Н.
Л.
Бpoдckuù
ЕВГЕНИИ
ОН ЕГИН
РОМАН
А.С.П УШКИ НА
УЧПЕДГИЗ
• 1950


А.
С.
ПУШ КИН
(с портрета работы В.
А.
Гропинина)


<JÇ.cy7.
уродский.
А.С. ПУ ШКИ НА
ПОС О БИЕ
ДЛЯ
УЧИТЕЛЕЙ
СРЕДНЕЙ
ШК ОЛЫ
ИЗДА НИ Е
ТРЕТЬ Е
ПЕР
ЕРАЬОТ
АН НОЕ
--- ----
------- ----------
ГОСУД АРСТ В ЕНН ОЕ
V4ЕЕНО
-
ПЕДАГОГИИ
Е
С
КО
Е
ИЗДА ТЕ ЛЬС Т
М ИНИ СТЕРСТВ А
ПРОСВЕЩЕНИЯ
р
О
Ф
М
О
С КВА
—
195 0
6
f
t
и
о


ПРЕДИСЛОВИЕ
Первым
к оммент ат ором
романа
«Евгений Онегин»
был
сам
его
ге ниа ль­
ный
автор:
Пушк ин
сна бд ил
свой
роман
примечаниями,
где
раскрывал
на­
мё ки
на
разнообразные
явления
литературной
со врем енн ости,
ли чной
жизни,
по яс нял
стихотворные
цитаты,
защищал
от
реакционной
критики
введённые
в
текст
романа
простонародные
слова
и
выражения,
переводил
ино стран ны е
речения.
Даже
соврем ен ны й
Пушкину
чи та тель,
как
думалось
поэту,
иногда
нуждался
в
литературной
помощи.
Со
врем ени
окончания
рома на
п рошло
более
столетия,
в
течение
кот орог о
п роизо шли
гигантские
изм енения
во
всём
строе
н ашей
родины;
Великая
Октябрьская
социалистическая
революция
до
основания
см ела
тот
соц иаль но-п олит и ческ ий
порядок,
в
к от ором
задыхался
национальный
гений
и
который
погубил
поэта
воль ност и,
врага
«барства
дикого»
и
царизма,
и
вызвала
к
творческой
жизни
п одл инн ого
хозяина
стра­
ны
—
народ,
на
долю
ко торог о
при
жизни
поэта,
по
его
словам,
выпала
«крепостная нищета» .
Совет ск ий
чи тател ь
в
романе
Пушкина
—
этой
«энциклопедии русской
жизни»
первых
десятилетий
XIX века
—
встречает
характерные
по дробно ст и
чуждого
ему
быта,
требующие
разъяснения,
мож ет
пропустить
без
внимания
многое
из
того,
что
для
Пушкина
было
животрепещущим,
что
волновало
его
современников
по
остроте
поставленных
вопросов,
по
ме ткос ти
по лемиче ск их
ударов,
направленных
на
все
знакомые
в
то
вр емя
детали,
идейные
течения,
даже
лица,
и
что
в
настоящее
вр емя
требует
конкретного
и стор и ческ ого
раскрытия.
Роман
не
только
полон
«ума холодных наблюдений и сердца
горестных
зам ет»
авт ор а,
он
нас ыщен
пу ш кинс ким
мировоззрением
—
фило ­
соф ск им«, политическим,
эст ет ическ им ; «друг,
товарищ»
дво рян ск их
ре волю­
ционеров,
он
резко
бичует
н равы
дворянской
зн ати
и
от ста лых
групп
гос под ­
ствовавшего
класса,
сочувст вует
пере довым
представителям
дворянской
культуры,
в
то
же
время
отмеч ая
их
ото рв анн ость
от
народной
массь/
и
видя-
в
этом
обречённость
их
на
б есп лодн ое
су щес твова ние ,
—
так
возникает
за­
да ча
обрисовать
в
го ды
напи сани я
романа
общественно-политические
настрое­
н ия,
п оро див шие
г лавны х
героев
ром ана,
определившие
их
социальную
суд ь бу,
психологию,
формы
пов ед ени я,
и
раскрыть
круг
ид ей
само го
автора
в
изменявшейся
при
его
жизни
д ей стви тель ност и,
ког да
надежды
на
социаль­
ные
преобразования
были
разбиты
пос ле
поражения
декабристов.


4
Предисловие
Наш
комментарий
характеризует
по
ходу
повествования
существенные
сто рон ы
в
жизни
центральных
образов,
дающие
чи тате лю
возможность
с оз­
да ть
целостное
представление
о
поэтических
образах
в
их
эволюции,
про ти во­
речиях,
в
их
связях
с
общественной
сред ой;
наш
комментарий
да ёт
отдельные
экскурсы,
посвящённые
общественным
группировкам
20- х
годов
прош лого
ве ка
(см.
о
X главе романа и о др.
гла ва х), специальные этюды о художе­
ст вен ной
стороне
романа
(например,
о
пейзаже)
и
эт им
приёмом«
изложения
помогает
читателю
синт ет ическ и
охватить
по дл ежа щие
ан ал изу
темы
раз­
лич но го
содержания,
подводит
его
к
научному
п остиж ени ю
вер шинн ог о
па­
м ятн ика
рус ско го
классического
романа.


РОМАН
ПУШКИНА
Первое
упоминание
о
работе
Пу шк ина
над
poMàHOM нахо ­
дим
в
его
одесском
письме
к
П.
А.
Вяземскому
4 ноября 1823 г. :
«Что касается до моих занятий,
я
теперь
пишу
не
роман,
а
ро­
ман
в
стихах
—
дьяв ольс кая
разница...»
На
возможность
по явл ения
романа
в
печати
Пуш кин
не
р ас­
считывал,
опасаясь
цензуры.
«О печати и думать нечего» . . .
«Если когда -ниб у дь
она
[моя поэма]
и
буд ет
нап ечата на,
то,
верно,
не
в
Москве
и
не
в
Петербурге»... «Не
зна ю,
пустят
ли
этого
бе дн ого
«Онегина»
в
небесное
царствие
пе чати ;
на
всякий
случа й
попробую», —
писал
он
в
1823—1824 гг .
Вязем ско м у,
Бестуж ев у
и
А.
И.
Турген ев у.
Хот я
в
начале
св оей
работы
поэ т
«ещё не ясно различал»
«даль своего романа», форма его уже была продумана:
ром ан
(или поэма)
должен
был
стать
—
в
свободной
жанровой
фор­
ме—
отражением
общественной
жизни
с
обильными
отступле­
ния ми
от
основной
нит и
повествования
о
герое
и
его
с удьб е;
он
должен
был
стат ь
ром ан ом
социальным
и
романом-исповедью,
ром ан ом
лирич ес к им
и
с а т ирич ес к им, «романтической поэмой»
и
романом-памфлетом,
насыщенным
темами
жив ой
современности
и
откликами
её
непосредственного
участника,
который
«захлёбы­
вается
же лч ью » L Стиль романа несколько позже (в 1828 г. )
был
определён
самим
поэтом
в
посвящении
П.
А.
Плетнёву,
на­
печатанном
в
первом
издании
IVиV
глав
«Евгения Онегина»:
Не
мы сля
гордый
св ет
забавить,
Зниманье
дружбы
возлюбя,
Хотел
бы
я
те бе
представить
Залог
достойнее
тебя,
Достойнее
д уши
пр екр асной ,
Святой
и сполненной
мечты,
Поэзии
жи вой
и
я сной,
В ысок их
дум
и
простоты;
Но
так
и
быть
—
рукой
пр истрас тн ой
Прими
со бр анье
пёс тры х
глав,
Полусмешных,
пол упеч аль ны х,
Простонародных,
ид еаль ных ,
Небрежный
пл од
мо их
за бав,


6
Роман
Пушкина
Бессонниц,
лёгких
в дохн овени й,
Незрелых
и
увядших
л ет,
Ума
хол одн ых
наблюдени й
И
сердца
горестных
замет.
«Пёстрые главы»
нового
р ом ана,
на пис анны е
«едва ли не
вольнее
с троф
Дон-Жуана»2, были облечены
в
стихотворную
форму.
Пушкин
в
этой
форме
видел
новое
качество
своего
ро­
ман а,
отличие
его
от
прозаического
романа.
Один
из
наиболее
образованных
теоретиков
литературы
то го
времени,
л ицей ский
профессор
А.
И.
Галич,
в
«Опыте науки изящного» (1825) так
определял
особенность
романа
как
эпиче ск о го
ж ан ра: «Роман
е сть
история
героя,
которая
в
его
ли це
с ос редоточи­
в ает
всю
занимательность».
Пу шкин
отталки в ался
от
подобного
определения
и
в
сво ём
«романе в стихах»
хотел
создать
в
рус ­
с кой
л итера туре
новый
тип
романа.
Автор
был
доволен
сво им
со з д ани ем: «Это лучшее моё произведение», —
писал
он
в
ян­
вар е
1824 г.
Л.
С.
Пушкину; «Всё-таки
он
[«Онегин»] лучшее
произведение
моё», —
повторил
он
в
письме
к
А.
А.
Бестужеву
24 марта 1825 г .
«Забалтываюсь до нельзя», —
признавался
он
А.
Дельвигу
в
ноябре
1823 г. ,
незадолго
перед
этим
окон чив
первую
г лаву
романа.
«Болтовня», causerie, непринуждённый тон
лёгк ой
бе­
седы,
перебегающей
от
одной
темы
к
др угой,
небрежная
манера
речи,
п остоянн ые
обращения
к
читателю
своего,
светского
круга ,
«шуточное описание нравов»
с
кажущимся
безразличием
автора,
как ое
впечатление
производят
на
чит ат еля
сер ьёз ные
т емы
и
забавные
шутки,
—
таков
тон
первой
главы.
Начи на я
со
второй
главы,
эт от
тон
«забалтывающегося»
поэ та
меняется;
в
роман
в ключ аютс я
тем ы
огромной
содержательности;
об раз
героя
стал
уясняться
чи тате лю
в
безвыходности
его
по ло жения
на
фоне
за­
костеневшего
дворянского
бы та,
в
условиях
политического
тупика
20-х
годов.
Элементы
сатиры
в
нов ых
гла вах
проявляются
в
от­
но шении
автора
к
«дикому барству», в резкой критике « б оль шо г о
света»
и
его
«предрассуждений», в критике общественных нравов
и
политической
систе мы,
ломавших
и
калечивших
людей
с
б оль­
шим
зап асо м
душевных
сил.
«Небрежный»
тон
со всем
ис че зает
в
последних
главах,
на пис а нных
после
14 декабря 1825 г.
в
условиях
мрачной
николаевской
реакции.
Гениальный
худож­
ник
поставил
перед
собой
серьёзные
про блемы
об
отношении
личности
к
обществу,
об
общественных
и
индивидуальных
кон ­
фликтах,
неразрешимых
в
классовом
обществе.
Пушкин,
кончая
роман,
прощался
с
ним
и
с
читателем
тро­
гательно-волнующими
словами:
Кто
б
ни
был
ты,
о
мой
читатель,
Друг,
недруг,
я
хо чу
с
тобой
Расстаться
нынче
как
приятель.


Роман
Пушкина
7
Прости...............................................................
Прости
ж
и
ты,
мой
сп утн ик
странный,
И
ты,
мой'
верн ый
идеал,
И
ты,
жи вой
и
постоянный,
Хо ть
мал ый
тру д.. .
Тр уд
поэта
был
оце нён
и
рядовыми
читателями,
и
те ми
критиками
и
пу б лицист а ми,
которые
выражали
наиболее
пол но
мнения
передовых
общественных
групп.
Белинский
в
своих
ст атьях
о
Пушкине
дал
замечате ль н у ю,
исторически
верную
оц енку
романа.
Г ер цен,
Добролюбов
и
Чернышевский
углубили
точку
зрения
ге ниа льно го
о снов опо ло жника
р ус ской
реалистиче­
ской
крит ики .
«Евгений Онегин»
приз нан
одн им
из
величайших
прои зв ед е­
ний
русской
художественной
лит ерат ур ы.
Б е линск ий,
наз ыва я
«Онегина» « в
высшей
сте пен и
оригинальным
и
национально­
р усс ким
произведением»,
писал
в
своей
восьмой
пушк ин ской
статье
о
значении
р ом а на : «Вместе с современным ему гениаль­
ным
творением
Грибоедова
—
«Горе от ума»,
стихотворный
ро ман
Пушкина
положил
п рочное
основание
но вой
рус ск ой
п оэ­
зии,
но вой
р усс кой
лите рату ре .. .
оба
эти
произведения
был и
школою,
из
кот орой
вышли
и
Лермонтов
и
Гоголь.
Без
«Онегина»
был
бы
невозможен
«Герой нашего времени», так же как без
«Онегина»
и
«Горя от ума»
Гоголь
не
почувствовал
бы
себя
гото­
вым
на
изображение
русс кой
действительности,
исполненное
та кой
глу бин ы
и
истины».
Роман
Пушкина
такими
художествен­
ны ми
обобщениями,
как
образы
Оне г ина
и
Татьяны,
по ло жил
начало
р усс кому
социальному
рома ну.
Онегиным
Пу ш­
кин
предсказал
Печорина,
Бельтова,
Рудина
и
других
«лишних
л юдей», героев дворянской классической
литературы,
а
Татья­
ной—
тургеневских
женщ ин.
Белинский
прежде
всего
видел
в
«Онегине»
реалистический
роман,
в
котором
бы ла
художе­
ст в енно
воспроизведена
«картина русского общества,
взятого
в
одном
из
интереснейших
момен т ов
его
ра зви ти я3.
С
этой
точки
зрения
«Евгений Онегин»
ест ь
поэма
ис то риче ская
в
полном
смысле
слова,
хо тя
в
числе
её
гер оев
нет
ни
одного
исторического
лица.
Историческое
достоинство
этой
поэмы
тем
выше,
что
она
была
на
Руси
и
первым
и
блистательным
опытом
в
эт ом
р оде.
В
ней
Пушк ин
является
не
просто
поэтом
т ольк о,
но
и
пр едст ав ит елем
впе рвые
пробудившегося
общественного
сам осо з нания :
заслуга
безм ер ная!»
К
этой
оце нк е,
данной
Белинским
роману
Пушкина
как
реали­
стич еско му
произведению,
п рисое дин им
ещё
слова
А.
М.
Горь­
кого
об
историческом
значении
«Евгения Онегина»: «Онегин как
тип
тол ько
что
с лаг ался
в
20-х
года х,
но
поэ т
тотч ас
же
усмотрел
эту
психик у,
изучил
её,
п онял
и
написал
п ервый
р ус ский
реали­


8
Ро ман
Пушкина
стический
роман,
—
роман,
кот орый
помимо
неувядаемой
его
красоты
имеет
для
нас
це ну
и ст ори чес кого
документа,
бол ее
точно
и
пр авд иво
ри су ющего
эп оху,
чем
до
с его
дня
воспроизводят
де­
сятки
толстых
кн иг».
Назвав
роман
Пушкина
«энциклопедией русской жизни»,
исторически
верным
отражением
действительности,
Белинский
подчеркнул
не
только
широт у
её
охв ата
в
«Онегине», но и
поэ­
зию
эт ой
действительности,
превращение
а вт ором
романа
к аж дого
её
яв лен ия
в
поэтический
ф акт,
я вл ение
искусства.
«Как истинный художник,
Пушкин
не
нуждался
в
выборе
по эти­
ческих
предметов
для
своих
пр оизв е де ний,
но
для
него
все
пред­
меты
были
равно
исполнены
поэзии.
Его
«Онегин», например,
есть
по эма
современной
д ейств ител ьной
жиз ни
не
толь ко
со
в сею
её
п оэзи ею,
но
и
со
всею
её
п розою ,
несмотря
на
то,
что
она
писан а
стихами.
Тут
и
благодатная
весна,
и
жар кое
ле то,
и
гнилая
дождливая
ос ень,
и
морозная
зима ;
тут
и
с толиц а,
и
деревня,
и
ж изнь
с толич ного
дэнди,
и
жиз нь
мирных
помещи­
ков,
ведущих
между
соб ою
.. .разговор
благоразумный
О
сенокосе,
о
вине,
О
псарне,
о
своей
родне;
тут
и
мечтательный
поэт
Ленский,
и
тривьяльный
забияка
и
сплетник
Зарецкий;
то
перед
вами
прекрасное
лицо
любящей
жен щин ы,
то
со нная
ро жа
трактирного
слуги,
от в оряюще го,
с
метлою
в
руке ,
дверь
кофейной,
—
и
все
они,
каждый
по-своему,
пр ек расны
и
исполнены
поэзии.
Пу ш кину
не
нужно
было
ездить
в
Италию
за
картинами
пр екр асно й
п ри роды:
прекрасная
пр и­
рода
б ыла
у
н его
под
рук ою
здесь,
на
Руси,
на
её
пл о ских
п
однообразных
степях,
под
её
вечно
с ерым
небом,
в
её
печальных
де ревн ях
и
её
богатых
и
бедных
городах.
Что
для
пр е жних
поэтов
б ыло
низко ,
то
для
Пу шкин а
было
б лаго родн о;
что
для
них
б ыла
проза,
то
для
н его
была
поэзия...»
Ти пич ес кие
герои
романа
показаны
П уш киным
как
х удо жест венные
образы,
со­
циально-обусловленные
типическими
обстоятельствами.
Онегин
и
Ленс кий
—
представители
передовой
дворянской
интеллигенции
начала
20- х
год ов
п роте с туют
против
крепостни­
ческой
действительности,
но
в
то
же
время
бесси ль ны
активно
бо роть ся
с
дикими
проявлениями
провинциального
дворянства
и
высшей
знати,
п одчи няют ся
предрассудкам
о кру жа ющей
их
обще­
ственной
среды.
Трагизм
эт их
героев
романа
в
том,
что
воспитан­
ные
дворянской
культурой,
они
оторваны
от
национальной
на­
родной
жиз ни.
Пушкин,
при
в сём
сочувствии
этим
героям,
о сужд ает
их
—
первого
за
его
индивидуализм,
длительное
«равнодушие»
к
жиз ни,
за
отс утс тв ие
«труда», «цели», одухотворённой идеей обществен ­


Роман
Пу шк ина
9
но го
блага;
второго
за
его
отвлечённую
м е чтатель ност ь,
незнание
действительной
жиз ни.
Своим
о сужд ен ием
центральных
героев
романа
Пу шкин
показал,
что
тот
социальный
м ир,
кот орый
со­
з дал
их
и
искал еч ил
многие
положительные
черты
их
мир ов оз­
зрения
должен
бы ть
з аменён
другим
о бщест венным
строем,
где
не
должно
быт ь
места
«лишним людям», «умным ненужностям» .
По
справедливому
замечани ю
Б.
Мейлаха
(в его книге
«А.
С.
Пу шкин », 1949), «широкое и правдивое изображение мира
лжи,
лицемерия,
пустоты,
в
кот ором
находятся
герои
романа,
и
суд ьбы
попад а ющ их
в
сферу
его
влияния
людей
с
н еум оли мой
логикой
подсказывало
единственно
возможный
вы во д: «Человек
роди лс я
не
на
зло,
а
на
добро,
не
на
преступление,
а
на
разум­
ное
зако нн ое
наслаждение
благами
бы тия,
его
стремления
сп ра­
ведливы,
инст инкт ы
благородны.
Зло
скрывается
не
в
человеке,
но
в
обществе...» (Белинский).
В
этом
з акл ючаетс я
и
гум а­
ни зм
романа
и
н арод нос ть
е го.
«Евгений Онегин»
будил
сознание
читателей
благородством
идей
и
глуб ок им
художественным
раскрытием
п ротив оре чий
де й­
ствительности,
направлял
мысль
к
поискам
пут ей
освобождения
от
всякого
рабства,
—
мо раль ног о
и
политического».
Критическое
отношение
Пу шки на
к
действительности
соеди­
нялось
у
него
с
ум е нием
найти
в
ней
элементы
цен но ст ные,
п оло­
жите ль ные ,
идеальные,
его
«милый идеал» .
Тать яна
с вяза на
с
национально-русскими
э лемен та ми
жизни,
с
на род ной
по чвой ,
которая
и
раскрыла
в
её
дух ов ном
облике
вы со кие
моральные
качества,
ее
отношение
к
светской
жиз ни
как
«ветоши маска­
рада»,
её
тяготение
к
«бедному жилищу»,
к
воспоминаниям
о
няне.
Д.
Д.
Благой
удачно
отметил
по
поводу
выражения
«ветошь
маск арада »: «Пушкин находит здесь слово,
которое
определит
отношение
вс ех
последующих
передовых
рус ски х
писателей
к
па­
разитарным
формам
общественной
жиз ни,
основанным
на
наси­
лии
и
эк спло ат аци и.
Недаром
символическое
н азван ие
«Маска ­
ра д»
придаст
своей
др аме
из
жи зни
светского
общества
Лер­
монтов.
С
этого-то
«маскарада»
и
будет
срывать
«все и всяческие
м аски»
автор
«Смерти Ивана Ильича»
и
«Воскресения»
—
Лев
То лс то й» («Мировое значение Пушкина», 1949).
Белинский
ук а­
зывал
огром н ое
вл ия ние
«Онегина»
не
тол ько
на
современную
и
пос лед ующ ую
рус скую
литературу,
но
и
на
нравы
общества;
ром ан
Пу шк ина
был,
по
словам
критика-публициста,
«актом
сознания
для
рус ского
об щест ва,
почти
первым,
но
зато
каким
великим
ша гом
вперёд
для
нег о-!..
Этот
шаг
был
богатырским
размахом,
и
п осле
него
стояние
на
одном
м есте
сделалось
уже
невозможным...
Пус ть
ид ёт
время
и
приводит
с
со бою
новые
потребности,
но вые
идеи,
пусть
растёт
русс кое
общество
и
об го­
ня ет
«Онегина»: как бы далеко оно ни ушло,
но
всегда
бу дет


10
Роман
Пушкина
оно
люби ть
эту
поэму,
всегда
будет
о стана вл ив ать
на
ней
испол­
ненный
любви
и
благодарности
взо р ...»
«Евгений Онегин»
—
«самое задушевное произведение»
поэта,
отдавшего
ему
около
десяти
лет
своей
творческой
жизни,
—
неисчерпаемый
материал
для
по зна ния
мировоззрения
худож ­
ника,
который,
как
удачно
выразился
Че хо в, «правильно поста ­
вил
во пр осы»
бо льшой
философской,
моральной,
политической,
бытовой,
инт имно -ли чн ой
зна чим ост и
4.
Это
м иро воз зр ение
поэта
б ыло
ярко
окрашено
освободительными
идеями
передовых
сл оёв
русс кого
общества.
«Евгений Онегин»
—
роман,
кото р ым
ру сск ая
литература
утвердила
метод
критического
реал изма
в
мировой
литературе.
Д.
Д.
Благой
прав ил ьно
напомнил,
что
«Евгений Онегин»
был
первым
подлинно
вел ик им
реалистическим
созданием
в сей
мировой
литературы
XIX в.,
так
как
предварял
появление
приз на нных
образцов
европейского
классического
реализма
—
романов
Бальзака
и
Стендаля,
которые
был и
напечатаны
почти
10 лет спустя,
в
начале
30-х
годов ,
когда
Пушкиным
был
зав ер­
шён
весь
его
«Евгений Онегин».
Со вр еменная
Пушкину
кри тик а
неоднократно
—
и
со вер шенно
неосновательно—мерила
«роман
в
с ти хах»
П ушки на
байроновским
«Дон-Жуан ом ».
Однако
Пу ш­
к ин,
с
самого
начала
признавая,
что
жанр овым
толчком
к
на пи­
санию
«Онегина»
послужил
ему
байроновский
«Дон-Жу ан»
(«...п и шу ...
роман
в
стихах...
в
роде
До н -Жуан а. .. »), имел
п олное
право
отклонить
сближение
с
ним
эт ого
своего
про из ве­
дения
по
существу.
«Никто более меня не уважает Дон-
Жуана
(первые 5
п есен,
других
не
чит ал), но в нём ничего нет
общего
с
Оне ги ны
м», —
писал
Пу шкин
декабристу
Ал е­
ксандру
Бестужеву
24 марта 1825 г. ,
когда
у
н его
уже
б ыли
го­
тов ы
три
с
л ишним
гл авы
«Онегина». « Т е,
кто
говорит,
что
поэма
Пу шк ина
«Онегин»
е сть
«Дон- Жу ан»
ру сс ких
нравов,
—
заме чал
26 лет спустя Герцен,
—
не
понимают
ни
Байрона,
ни
Пушкина,
ни
А нг лии,
ни
России;
они
судят
по
в н ешно с ти»...
В
в ысшей
ст е­
пени
характерен
в
этом
о тно шении
ра сс каз
известного
ч ешско го
п иса теля
се реди ны
XIX в.
Гу става
Пфлег ер- Мор авскы ,
оч ень
увлекавшегося
в
нач але
своей
литературной
деятельности
Бай­
роном,
о
том,
как
в
нём
з ароди лся
замысел
его
стихотворного
романа
«Пан Вышинский»: «Однажды вечером я перечитывал
Пушкина,
именно
его
«Онегина».
В друг
у
м еня
родилась
мысль.
Я
понял,
что
мне
нужно.
Реаль но ст ь,
именно
идеальная
реаль­
ность,
изо бр аж ение
предметов,
событий,
чувств
и
мысл ей
такими,
каковы
они
ес ть,
только
в
св оего
ро да
возвышенном
оде янии :
вот
что
я
понял
вдруг.
Раньше
я
замы шл ял
написать
что-либо
в
жанре
Чайльд-Г
арольда.
Теперь
я
выбросил
из
головы
че шск ого
Чайльда.
В
тот
же
в ечер
я
безо
всякого
плана
набро­
сал
две
первые
с трофы
«Вышинского».
Реальность,
изображение


Роман
Пушкина
11
пре дм е тов,
со бытий,
чувств
и
мыслей
так ими,
каковы
они
есть»
притом
изображение
в
высшей
степени
поэтическое,
—
вот
то
новое,
небывалое,
что
нёс
европейской
ли тера туре
«Евгений
Онегин»
Пушкина...»
Пере в оды
«Евгения Онегина»
на
иностранные
языки
обильны,
они
начали
поя вл ят ься
вскоре
по сле
гиб ели
Пушкина
(с 1840 г .); роман,
например,
в
Венгрии
за
неполные
100 лет
издавался
двадцать
два
раза
(против девяти изданий в Герма ­
нии,
ше сти
—
во
Ф ран ции
и
трёх
в
Англии)5.
Роман
Пушкина
был
о ценён
читателями
и
выдающимися
к рит ика ми,
как
перво­
классное
произведение
г ениаль ног о
русского
поэта:
ещё
при
жизни
Пушк ин а,
в
1827 г. ,
профессор
Эге н
де
Герль
в
своей
всту пите ль но й
статье
к
а нто логии
рус с ких
поэтов
во
фра нцу з­
ско м
переводе
писал: «Недавно [Пушкин]
издал
пе рвую
песнь
поэмы,
озаглавленной
«Онегин», которая возбуждает в читате­
лях
не одол им ое
желание
видеть
скорее
окончание
этого
произве­
дения». 3
марта
1837 г.
Леве-Веймар
в
«Journal des Débats»
писал,
что
Пушкин
своим
ро ма ном
и
«Борисом Годуновым»
«создал тот русский язык,
к оторым
пиш ут
и
говорят
теперь»
(этот отзыв французского писателя был перепечатан 12
ма рта
1837 г.
в
одной
не м ецкой
г азете)'.
Адам
Мицкевич
в
1837 году
на зы вал
«Евгения Онегина» «лучшим
и
своеобразнейшим
и
наи­
б олее
национальным
из
творений
Пушкина».
В
1838 г.
известный
нем ецки й
крит ик
Фарнгаген
фон-Энзе,
чит ав ший
Пушкина
в
подл инни ке,
на зыв ал
роман
«Евгений Онегин» « ве щь ю,
ни
с
чем
не
сра в ним ою,
читая
к оторую ,
вы
должны
ск аза ть,
что
здесь
перед
вами
Пушкин
и
только
Пушк ин».
Переводчик
П уш­
кина
на
нем е цкий
язы к
(в 1855 г.)
Ф.
Бо денш тедт
ставил
роман
Пушкина
«в ряд величайших поэтических творений всех времён
и
всех
нар о до в»6.
Мы
привели
отзывы
об
«Евгении Онегине»,
относящиеся
к
ран ним
годам
знакомст ва
с
Пушкиным
зарубеж­
ных
чи тате лей .
В
настоящее
время
стало
общепризнанным
в
передовых
читательских
кругах
на
Западе
и
на
Вос токе
значе­
ние
Пушкина,
автора
«Евгения Онегина»,
как
гениального
художника-реалиста,
учителя
прав ды
и
кра со ты
в
искусстве,
т ворца
художественного
метода,
к оторы м
р усск ая
ли те ратура
завоевала
ведущую
ро ль
в
мировой
литературе.
«Евгений Онегин»
как
яв ле ние
искусства
продолжает
ж ить
второе
столетие,
питая
ка жд ого
читателя
б огатс тв ом
и
яркостью
идей
и
эмоций,
выс ок им
мастерством
пушкин ско й
образно-поэти­
ческой
формы.
В.
И.
Ле нин
высо ко
ценил
Пушкина
и
в
с поре
с
вхутемасов-
ско й
м олодё жью ,
улыбаясь
по
поводу
задорного
футуристиче­
ского
отрицания
«Онегина», говорил:
«Вот как,
вы,
зн ачи т,
проти в
«Евгения Онегина»? Ну,
уж
мне
п ридёт ся
то гда
бы ть
за...
Вот
приеду
в
след ующи й
р аз,


12
Роман
Пушкина
тогда
по спо рим. ..
Ну,
а
вы
всё-таки
спать-то
пор ан ьше
ложи­
те сь
[был уж третий час ночи], а то что ж,
научиться
—
нау чи­
т есь,
а
сил-то
прот ив
«Евгения Онегина и не хватит.. .»7
В.
М аяко в ский
на
одн ой
из
дискуссий
о
судьбах
литера­
туры
р ассказ ал
собравшимся,
какое
наслаждение
он
испытывал,
слушая
чтение
«Онегина»: «Я даже выключил телефон,
—
ск азал
Маяковский,
—
чтобы
никто
не
мешал
мне», и
«тут же,
—
по
словам
вспоминавшего
эт от
эпизод
А.
В.
Луначарского,
—
с тал
цитировать
различные
отрывки,
которы е
рекомендовал
внима­
нию
публики
как
образец
чёткости
и
мастерства».
Советские
читатели
находят
в
романе
Пушкина
не
только
мате р иал
для
познания
давно
минувшего.
Девушка-колхозница
в
пьесе
Погод ин а
«После бала»
пись­
мом
Татьяны
проверяет
свою
душевную
трев огу.
Рабочие
До нбасса
послали
с
де лег ац ией
мо ско вских
ра боч их
пись м о-нак аз
М акси му
Г орьком у,
чтобы
староста
пролетарской
литературы
уб еждал
советских
писателей
написать
рома н
из
жиз ни
п роле тари ата
такого
же
широкого,
всестороннего
охва та
жизни,
с
такими
же
полноценными
художественными
об раза ми,
как
рома н
Пу шкин а: «Так вот,
хотим
мы
такого
романа,
чтобы
за
серд це
хва та л,
чтобы
дал
художественные
об ра зы,
красивые
и
мо щн ые,
как
памятник.
Чтобы
Иван
Тарасович
Кирилкин
[бывший беспризорный,
потом
инже не р
и
директор
зав ода]
стал«
т акже
художественным
ти пом,
как
у
Пушкина
Ев ге ний
Оне­
гин.
..»
Замечател ь н ы й
на каз
краматорцев
к рат ко,
но
с
исключи­
тельн ой
силой
понимания
непреходящей
роли
в
общественном
сознании
п ушки нс кого
ро мана
подтверждает
мудрую
оценку
рус ског о
гения,
д анную
в
одн ой
из
статей
М.
Горького:«Умники
могут
с ка зать,
что
стар ая
литература
«объединяет весь куль ­
турный
ми р», и сошлются на влияние
Достоевского,
всё
более
растущее
в
Ев ропе .
Я
предпочёл
бы,
чтоб
«культурный мир»
объединялся
не
Достоевским,
а
Пушкиным,
ибо
колоссальный
и
универсальный
талант
Пу ш кина
—
талант
псих ич ес ки
здоро­
вый
и
оздоровляющий»8.
ХРОНОЛОГИЯ
РОМАНА
«ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН»
.В
чер нов ых
бума гах
Пушкина
П.
А нненко вым
был
найден
листок,
на
котором
п оэт
в
1830 г.
набр о сал
план
полного
издания
«Евгения Онегина».
ОНЕГИН
Часть
первая.
Предисловие.
4
I песнь.
Ха ндра.
Кишинёв,
Одесса.
II»
Поэт.
О д есса.
1824.
III »
Барыш н я.
Одесса.
Мих[айловское].1824.


Ро ман
Пушкина
13
Час ть
вторая.
IV песнь .
Деревня.
М ихай лов [ ское]. 1825.
V»
Именины.
Мих[а й лов ское]. 1825, 1826.
VI»
Поединок.
Мих[ ай лов ское]. 1826.
Час ть
третья.
VII песнь .
Москва.
Мих[айловское].
П.
б.
М ал[ инники].
1827, 1828.
VIII »
Странствие.
Мос к[в а]. 1829.
Павл[овское]9.
Болд[ино].
IX»
Б ол ьшой
свет .
Б ол д [ино].
Примечание.
1823 года, 9 мая.
Кишинёв.
1830 года, 25 сентября .
Б олд ино.
7 лет, 4 месяца, 17 дней.
Это т
набросок
можно
дополнить
б олее
то ч ными
указаниями
из
черновых
тетр а дей
Пушк ин а.
Роман
был
за д уман
в
Кишинёве
9 мая 1823 г.,
первые
строфы
первой
главы
были
начаты
н очью
28 мая 1823 г.,
раб ота
продолжалась
в
Одессе
и
б ыла
за конче на
22 октября 1823 г.
Вторая
гл ава
б ыла
начата
на
другой
день,
к
1 ноября
бы ли
готовы
16 строф,
под
XVII—XVIII
строфами
пометка
3 ноя­
бр я;
ночью
8 декабря 1823 г .
б ыла
окончена
XXXIX строфа .
Третья
глава
начата
н очью
8 февраля 1824 г.;
окончена
2 октября 1824 г.
(в селе Михайловском).
Четвёртая
глав ано сит
пометы:
при
XXIII строфе
—
31 декабря 1824 г.
и
1 января 1825 г. ;
под
XLIII строфой
—
2 января 1826 г .:
под
LI строфой
—
6 января 1826 г .
Пятая
глава
начата
4 января 1826 г .
и
в
том
же
году
окончена
и
переписана
22 ноября .
Шестая
глав
а
писалась
в
Михайловском
в
1826 г.,
окон­
че на
10 августа 1826 г .
'
Се дь мая
гла ва
напис а на
в
1827—1828 гг. ;
н ачата
в
Москве
18 марта 1827 г.;
весной
(в Москве и Петербурге)
Пушки н
написал
строфы,
посвящённые
описанию
Москвы;
после
долгого
перерыва
Пушкин
во зо бно вил
рабо ту
в
на чале
1828 г.:
между
XII и XIII
ст рофа ми
помета
19 февраля [1828 г. ]; окончена
седьмая
гла ва
4 ноября 1828 г.
19 декабря 1827 г .
Пушкин
напи­
сал
посвящение
Плетнёву.
К
с едь мой
гла ве
относится
«Альбом
Онегина»
—
помета
5 августа [1828 г .] .
Восьмая
глава
—
впоследствии
и ск лю чённая
и
на пе ча­
танная
под
заглавием
«Отрывки из путешествия Онегина»
—
начата
24 декабря 1829 г . ,
но
ещё
раньше
(не позже 1827 г. )


14
Роман
Пушкина
Пушкин
н ап исал
строф ы ,
по свя щё нные
Одессе.
К
30 октября
б ыло
готов о
начал о
гла вы
до
с трофы
«Он видит Терек своенрав­
н ы й»; последняя строфа («И берег Сороти отлогий») датирована
18 сентября 1830 г .
Девятая
глава,
по том
занявшая
место
восьмой,
заду­
мана
в
1829 г .,
кон чен а
25 сентября 1830 г.
(в Болдине); летом
(в июле
—
начале
августа) 1831 г.
п оэт
вставил
в
восьмую
(печатную)
гла ву
несколько
строф
из
путешествия
Онегина,
написал
новые
строфы
(например, XIII), заменил старые (на п ри­
мер,
первые
4), переработал
картину
петербургского
свет а
(XXIV—XXVI
строфы)
и
5 октября 1831 г.
вставил
«Письмо
Онегина
к
Татьяне». 21
ноября
1830 г.
написано
предисловие
к
«Евгению Онегину», которое Пушкин хотел предпослать заду­
ман н ому
изданию
восьмой
и
девятой
гл ав
вместе.
Д есят ая
глава.
Со хр анилась
запи сь
Пушкина: «19ок­
тября
[1830 г .]
со жж.
X песнь».
В
дневнике
П.
Вяз емск о го
от
19декабря1830г.: «Он [Пушкин]
много
написал
в
деревне;
привёл
в
порядок
VIII и IX
гла ву
Онегина,
ею
и
кон чае т;
из
X,
предполагаемой,
читал
мне
строфы
о
1812 годе и следующих
—
сл авн ая
хроника!»
Возвращение
к
«Евгению Онегину».
К
о сени
1833 г.
относятся
на брос ки,
в
которых
Пушкин
говорит
о
жела­
нии
пр од олжат ь
свой
роман.
15 сентября 1935 г .
он
н аписал
две
вступительных
строфы
к
з ад уманно му
продолжению
романа.
«ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН»
В
ПЕЧ АТИ
1825 г.
Глава
первая.
Е вге ний
О неги н,
ром ан
в
стихах.
Сочинение
А л ександ ра
Пушкина.
В
типографии
д епа ртам ента
на родного
образования.
1825—
12°. XXII + 2 нен.
+ 60 стр.
Ц ена
5 рубл.
(Вышла 15 февраля. )
V стр.
Посвящено
брату
Льву
Сергеевичу
Пушкину.
VII—VIII
стр.
П ред исл овие:
«Вот начало большого стихотворения,
которое,
вероятно,
не
будет
окончено.
Несколько
песен,
или
г лав
Евгения
Он егин а
уже
готовы.
Пи­
санные
под
влияние м
благ опри ятн ых
обстоятельств,
они
носят
на
се бе
отпечаток
ве с ёлости ,
ознаменовавшей
первые
произведения
автора
Руслана
и
Людмилы.
Перв ая
глава
представляет
не что
цело е.
Она
заключает
в
се бе
описание
светской
жиз ни
п е тербург ск ого
м ол одого
человека
в
ко нце
1819 года и напоминает Беппо,
шуточное
произведение
мр ачн ого
Бай рона.
Дальновидные
кри тик и
заметят,
конечно,
недостаток
пл ана.
Всякий
волен
судить
о
плане
целого
ро мана,
прочитав
первую
главу
оного.
Станут
осуждать
и
антипоэтический
характер
глав­


Ром ан
Пушкина
15
но го
лица,
сбивающегося
на
Кавказского
П ленник а,
так же
неко­
торы е
с троф ы,
писанные
в
утомительном
р оде
новейших
элег ий ,
«в коих чувство уныния поглотило все прочие» .
Но
да
будет
нам
позволено
обратить
внимание
читателей
на
достоинства,
ред­
кие
в
сатирическом
писателе:
о тсу тств ие
ос корби те ль ной
лич ­
ности
и
наблюдение
строгой
бла гопр ис тойн ос ти
в
ш уточ­
ном
о пис ании
нрдвов».
П ерв онач альн ый
текст
был
значительно
полнее
на­
печатанного
Пушкиным.
На­
чало
пр иблиз ите ль но
то
же,
но
коне ц
ино й.
После
слов:
«чувство уныния поглотило
все
прочие»
—
с ледуе т: «Зва­
ние
изд ат еля
не
позволяет
- нам
ни
-хвалить,
ни
осуждать
сего
нового
произведения.
Мнения
наши
могут
п ока­
зать ся
пристрастными.
Нода
будет
нам
позволено
обра­
тить
внимание
поч т енне йшей
п убли ки
и
гг.
журна лис тов ''
на
достоинство,
ещё
ново е
в
сатирическом
писателе:
на­
блюдение
строгой
благопри­
стойности
в
шуточном
опи­
са нии
нравов.
Ювенал,
Пет -
роний,
Во л ьтер
и
Байрон
да­
леко
не
сохранили
до лжно го
уважения
к
читателям
и
к
прекрасному
полу.
Г оворят,
Титульный
лист
первого
из да ния
I главы
«Евгения Онегина», 1825 г.
что
наш и
дамы
начинают
читать
по-русски.
Смело
предлагаем
им
произведе­
ние,
где
найдут
они
под
лёгким
покрывалом
сатирической
весё­
ло сти
наблюдения
вер ные
и
занимательные.
Другое
достоинство,
почти
столь
же
важ но е,
пр и но сящее
нем а лую
чес ть
се рд ечн ому
незлобию
нашего
авт о ра,
ест ь
совер­
шенное
отс утс тв ие
ос корб ите льн ой
личности.
Ибо
не
должно
сие
приписать
е динс тве нно
отеческой
бдит ельн ости
нашей
цензуры,
блюстительницы
нравов
государственного
спокойствия,
сколь
и
заботливо
охраняющей
гражд а н
от
н ападе ния
простодушной
клеветы
насмешливого
ле гкомы сли я».
IX стр.
Р а зговор
книгопродавца
с
поэтом
(стр.
XI—XXII, текст) .


16
Роман
Пу шк ина
1—49 стр.
«Евгений Онегин».
51—59 стр .
П рим еч ания
к
«Евгению Онегину».
1826 г.
Гл ава
вторая
(вышла в Москве около 20
октября).
1827 г.
Глава
третья
(вышла в Петербурге 10—
11 октября) .
1828 г.
Главы
четвёртая
и
пятая.
С
пбсвящением
Петр у
Александровичу
Плетнёву
(вышли вместе в Петербурге
31 янв. —
1—2
февраля).
1828 г.
Глава
шестая
(вышла в Петербурге 22—23
марта).
1830 г.
Глава
седьмая
(вышла в Петербурге 18—
19 марта).
1832 г.
Глава
вось мая
(вышла в Петербурге в январе) .
С
предисловием:
«Пропущенные строфы подавали неоднократно повод к по­
рицанию
и
насмешкам
(впрочем,
весьма
справедливым
и
остро­
умным).
Автор
чи ст осерд ечн о
пр изна ётс я,
что
он
выпус тил
из
своего
романа
целую
гл аву,
в
коей
описано
было
путешествие
Онегина
по
России.
От
него
зависело
означить
сию
выпущенную
главу
точками
или
ц ифро й;
но,
во
избежание
соб л азна,
реш ился
он
луч ше
выс та вить ,
вм есто
девятого
нумера,
осьмой
над
послед­
ней
главою
Евгения
Онегина,
и
пожертвовать
одною
из
оконча­
тельных
строф:
„
г
Пора:
перо
п окоя
просит;
Я
девять
песен
н апи сал;
На
берег
рад ост ный
вын осит
Мою
ла дью
девятый
вал—
Хв ала
вам,
девяти
Кам енам,
и
проч.
П.
А.
Катенин
(коему прекрасный поэтический талант не
мешает
бы ть
и
тон ким
кри тик ом)
з аметил
нам ,
что
сие
ис клю­
ч ение,
мож ет
быть,
и
выгодное
для
читателей,
вредит,
однакож,
пла ну
целого
сочи нен ия;
ибо
через
то
пер ех од
от
Татьяны,
уе з дной
барышни,
к
Татьяне,
з нат ной
да ме,
гтановится
с лиш ком
не ож ида нным
и
необъяснённым.
—
З амеча ние,
обличающее
опытного
художника.
Автор
сам
ч ув ств овал
справедливость
оного,
но
решился
выпустить
эту
г лаву
по
п ричина м
важны м
для
него,
а
не
для
публики.
Некоторые
о тры вки
были
напеч ат ан ы;
мы
здесь
их
помещаем,
при сов окуп ив
к
ним
ещё
несколько
с тр оф».
1833 г.
Около
23 марта вышло из печати первое полное изда­
ние
романа
с
«Примечаниями к Евгению Онегину» (примечания
до
этого
печатались
в
отдельных
издан иях
глав
только
при
первой
и
седьмой
главах).
Впервые
был и
присоединены
«От­
рывки
из
путешествия
Онегина».


ПУШКИН
ОБ
«ЕВГЕНИИ ОНЕГИНЕ»1
4 ноября 1823
г.
(Одесса)
в
письме
к
П.
А.
В яземс кому:
Что
касается
до
моих
занятий,
я
теперь
пишу
не
роман,
а
роман
в
стихах
—
дьяв ольс ка я
р аз ница!
В
роде
До н- Жу ана.
О
печати
и
ду мать
нечего:
пишу
спустя
рукава...2
16 ноября 1823
г.
в
письме
кА.
А.
Д
е
л
ь
в
и
г
у:
Пи шу
теперь
н овую
поэму,
в
кот орой
забалтываюсь
до
нельзя...
Бог
знает,
когда
мы
и
прочитаем
её
вместе...
1 декабря 1823
г.
в
пис ьме
к
А.
И.
Тургеневу:
Я
на
досуге
пишу
новую
поэму,
Евгений
Он ег ин,
где
захлёбываюсь
ж елчью.
Две
пес ни
уже
готовы:
В
январе
1824 г.
в
пис ьме
к
Л.
С.
П
у
ш
к
и
н
у:
Может
быть,
я
ему
[Дельвигу]
пришлю
отрывки
из
«Оне ­
г ина»; это лучшее моё произведение .
Не
вер ь
Н.
Р аев скому,
который
бранит
его
—
он
ожидал
от
ме ня
Ром а нтизм а,
н ашёл
Сатиру
и
Цинизм
и
порядочно
не
расчухал.
8 февраля 1824
г.
в
(черновом)
письме
кА.
А.
Б естуж еву:
Об
моей
по эме
нечего
и
думать.
—
Она
писан а
строфами
едва
ли
не
вольнее
строф
Дон-Жуана.
Ес ли
когда-нибудь
она
будет
напечатана,
то
верно
не
П.
Б.3
и
не
в
Москве.
В
нач але
апреля
1824 г.
в
письме
кП.
А.
Вяземскому:
Сленин
4 предлагает мне за «О н егин а»
сколько
я
хочу...
Дел о
ста ло
за
цензурой,
а
я
не
шучу,
потому
что
дело
идёт
о
б удущ ей
судьбе
моей,
о
независимости
—
мне
необходимой.
Чтоб
напеча­
тать
Онегина
я. ..
готов
хоть
в
петлю.
В
апреле
—
первой
полов ин е
мая
1824 г.
в
письме
к
П.
А.
В
я-
земскому:
Ты
хочешь
знать,
что
я
де лаю
—
пишу
пёстрые
строфы
роман­
тической
поэмы
—
и
бе ру
уроки
чистого
Аф еизм а. ..


13
Роман
Пушкина
7 июня 1824
г.
в
письме
к
П.
А.
Вяземскому:
С
женой
отошлю
те бе
1-ю
песнь
Онегина.
—
Авось
с
пе ре ме­
ной
министерства
5 она и напечатается .
13 июня 1824
г.
в
письме
к
Л.
С.
Пушкину:
Попытаюсь
толкнуться
ко
вратам
цензуры
с
первой
главой
или
песнью
«Онегина».
Авось
пролезем.
Ты
требуешь
от
меня
подробностей
об
«Онегине»
—
ск уч но,
душ а
м оя.
В
д ругой
раз
когда-нибудь...
29 июня 1824
г.
в
письме
к
А.
А.
Бестужеву:
' «Онегин»
мой
рас тё т.
Да
чо рт
его
напеч ат ает .
Я
думал,
что
ц ен зура
ваша
поумнела
при
Ш ишко ве,
—
а
вижу ,
что
при
старом
по-старому.
14 июля 1824
г.
в
письме
кА.
И.
Тургеневу:
Зная
старую
в ашу
привязанность
к
шал ост ям
окаянной
музы,
я
было
хотел
пр ислат ь
вам
не скол ько
с троф
моего
«Онегина»,
да
лень.
Не
зн аю,
пустят
ли
этого
бед но го
«Онегина»
в
небесное
царствие
печати;
на
вс який
случ ай
попробую.
В
сентябре
—
октябре
1824 г,
в
пись ме
к
П.
А.
Плетнёву:
Беспечно
и
радостно
полагаюсь
на
теб я
в
отношении
моего
«Онегина».
Соз ови
мой
ареопаг:
то-есть
Жуковского,
Гнедича
и
Дельвига.
От
вас
ожидаю
суда
и
с
покорностью
приму
его
реше­
ни е.
Жалею,
что
нет
Баратынского.
В
первой
по лов ине
ок тя бря
1824 г.
в
пись ме
В.
Ф.
В
я
з
е
м
с
к
о
й:
Что
ка сает ся
мо их
соседей,
то
спе рва
я
дав ал
себе
труд
только
не
принима ть
их;
они
не
надоедают
м не;
я
пользуюсь
среди
них
ре пута цие й
Онегина
6,—
итак,
я
пророк
во
отечестве
своём...
Я
нахожусь
в
наилучшем,
какое
только
мож но
с ебе
представить,
по ложе нии
для
тог о,
чтобы
окон чить
мой
поэ тиче ­
ский
рома н,
но
скука
—
холодная
муза,
и
п оэма
моя
сов сем
не
подвигается;
вот ,
од на ко,
строфа,
которою
я
вам
о бязан ;
пока­
жите
её
князю
[Петру Вяземскому], скажите ему,
чтобы
он
не
судил
о
всём
по
эт ому
образчику.
В
первой
по ловин е
ноября
1824 г.
в
письмах
к
Л.
С.
Пуш­
ки
н
у:
Что
«Онегин»? Перемени стих:
звонок
раз дал ся
—
поставь:
шве йцар а
ми мо
он
ст релой7 .. .
Не
за будь
Фон-Визина
писать
Фонвизин.
Что
он
за
Нехрист?
он
руской,
из
переруских
ру ско й.
В
начале
ноября
1824 г.
в
письмах
к
Л.
С.
П
у
ш
к
и
н
у:
Что
«Онегин»? ..
Брат,
вот
те бе
картинка
для
«Онегина»
—
найди
ис кусн ый
и
быстр ый
карандаш.
Е сли
и
будет
другая,
так


Ро ман
Пушкина
19
что б
всё
в
том
же
местоположении.
Та
же
сцена,
с лы­
шишь
ли?
Это
мне
нужно
непременно.
[На обороте листка начерчены карандашом:
крепость,
лодка
на
Неве,
набережная
и,
оп ершис ь
на
неё,
дв ое
мужчин
в
широ­
коп олых
ш ля пах.
Над
каждым
предметом
цифры,
а
внизу
написано: «1.
Хорош.
2.
Должен
быт ь
опершися
на
гранит.
3.
Лодка.
4.
Крепость
Петропавловская».
Картинка
была
пере­
рисована
А.
Нотбеком
для
гравюры
Е.
Гейт мана,
котора я
и
при­
ложена
к
«Невскому Альманаху»
на
1829 г.
вместе
с
другими
5 картинками из «О не гина».
Положение
Он еги на
на
картинке
согласно
стихам
2 и 3 XLVIII строфы главы I «Евгения Оне­
г ина»:
С
душою,
полной
сожалений
И
опершися
на
гранит,
Стоял
задумчиво
Евге н ий.]
В
половине
ноября
1824 г.
в
письме
к
Л.
С.
П
у
ш
к
и
н
у:
Пе чатай,
печатай
«Онегина»
и
с
«Разговором» . ..
Будет
ли
картинка
у
«Онегина»?
[П.
Вя зем ский
Пу шки ну
6 ноября 1824 г.:
...Твоё
любо в ное
письмо
Тани :
Я
к
вам
пишу—че го
же
боле?
—
прелесть
и
мастерство.
Не
нахожу
только
ист ины
в
сл е­
д ующих
стихах:
Но,
говорят,
вы
нелюдим,
В
глуши,
в
деревне
всё
вам
скучно,
А
мы
ничем
здесь
не
б лес тим!
Нелюдиму-то
и
должно
быть
нескучно,
что
они
в
г
л
у
ш
и
и
ничем
не
блестят.
Тут
противумыслие!
—
Сделай
ми лост ь,
пришли
ско рее
сво их
Цыг ан
и
дай
мне
их
на печ атать
особенно!
Дав ай
мне
всё
п еча тать...
Вооб ще
в
Москве
п ечатать
лучше,
вернее,
дешевле.
Петербургская
л и те ратура
так
огадилась,
так
исш ель мо валась ,
что
стыдно
иметь
с
нею
дело.
Журналисты
друг
на
друг а
доносят,
хло поч ут
только
о
грошах...
И
те бе
не
худ о
хлопотать
о
гроша х,
или
денежках
на
чёрный
день;
но
это
дело
другое !
Собери
все
с вои
элегии
и
при шли
мне
их;
м ожно
их
от­
дельно
напечат ат ь.
Потом
три
по эмы.
Там
отры вк и
из
Онегина;
а
уж
под
к онец
полное
собрание.
Вот
тебе
и
сл авна я
оброчная
деревня!
А
меня
наряди
св оим
Бурмистром.
Теб е
времени
те­
перь
много:
е сть
дос уг
собрать,
переписать.
Да
и
я
без
дела
и
без
охоты
делать.
А
твоё
з анятие
будет
для
меня:
дела
не
делай,
а
от
дел а
не
бегай.
Сде лай
м и лость
для
меня
и
для
себ я,
займись
моим
предложением.]
29 ноября 1824
г.
в
пись ме
кП.
А.
Вяземскому:
Бр ат
увё з
Онегинав
П.
Б.
и
там
его
напеч ат ает.
Не
се рдис ь,
милый;
чувствую,
что
в
тебе
теряю
вернейшего
п опе чи­
тел я;
но
в
нынешние
обстоятельства
всякой
д ругой
мой
и зд атель


20
Роман
Пу шк ина
невольно
пр ивлеч ёт
на
се бя
внимание
и
неудовольствия.
—
Дивлюсь,
как
Письмо Т ани
очут илос ь
у
тебя.
NB.
Ис толк уй
это
мне.
Отвечаю
на
тв ою
критику.
Нел юд им8
не
есть
ми зан­
троп ,
т.
е.
ненавид ящ ий
люд ей,
а
убегающий
от
людей.
Онегин
—
н елю дим
для
деревенских
с осед ей;
Та ня
полагает
причиной
тому
то,
что
в
глуши,
в
деревневсё
ем ускучно,
и
что
блеск
о дин
может
привл ечь
ег о.
Если,
впрочем,
смысл
и
не
совсем
точен,
то
тем
более
истины
в
письме.
Письмо
женщины,
к
тому
же
17- лет ней,
к
тому
же
влюблённой!
В
начале
декабря
1824 г.
в
письме
кД.
М.
Княжевичу:
..
.Во т
уже
четыре
ме сяц а,
как
нахожусь
я
в
глухой
де­
ревне,
—
ску ч но,
да
нечего
де л ать.
Здесь
нет
ни
моря,
ни
голу­
бо го
неба
п олуд ня,
ни
Итал ь янско й
оперы,
ни
вас,
друзья
мои.
Но
за
то
нет
ни
саранчи,
ни
милордов
Уор
9.
Уединение
моё
совершенно,
праздность
т ор жест венна.
Соседей
ок оло
меня
мало,
я
знаком
только
с
о дним
семейством,
и
то
вижу
его
довольно
р едко
(совершенный Онегин); целый день верхом,
в ече ром
слу­
шаю
ска зки
мо ей
ня ни,
о ригина ла
няни
Татьяны:
вы,
кажется,
раз
её
видели;
она
—
единственная
моя
подруга,
и
с
нею
(одною)
только
мне
не
скучно...
[В.
А.
Жуковский
Пушкину
в
сер ед ине
ноября
1824 г .:
..
.Читал
Онегина
и
разговор,
служащий
ему
предисло­
вием:
несравненно!
По
данному
мне
полномочию
предлагаю
т ебе
первое
место
на
рус ск ом
П арн асе.
И
какое
место,
ес ли
с
высокостью
Г ения
соединишь
и
выс окос ть
цели.
Милый
брат
по
Аполлону!
это
тебе
возможно!
А
с
э тим
будешь
недоступен
и
для
всего,
что
будет
шуметь
вокруг
т ебя
в
жизни.]
4 декабря 1824
г.
Л.
С.
и
О.
С.
Пушкиным:
Что
Козлов
с леп ой?
ты
чи тал
ему
Он еги на?
В
декабре
1824 г.
в
письме
к
Л.
С.
П
у
ш
к
и
н
у:
Христом
богом
п рошу
скорее
вытащить
«Онегина»
из-под
цензуры...
Деньги
нужны.
Дол го
не
торгуйся
за
стихи
—
режь,
р ви,
кромсай
хоть
все
54 строфы,
но
денег,
ради
бога,
денег!
[Хлопоты по изданию первой главы « Ев гения
Онегина»
вз ял
на
себ я
П.
А.
П лет нёв.
Та к,
он
писал:
22 января 1825
г.:
«Как быть,
милый
Пушкин!
Твоё
письмо
пришло
п оздн о.
Первый
ли ст
Онегина
весь
уже
отпечатан,
числом
2400 экзем .
Следственно
поправок
сд елать
нел ьз я.
Не
оставить
ли
их
до
в торого
из дания?
В
это м
скоро
бу дет
настоять
нужда...
Все
ж ажду т.
Онегин
тв ой
будет
карманным
зе рк алом
петербургской
молодёжи.
К акая
прелесть!
Латынь
мила
до
уморы.
Ножки
во е-


Роман
Пушкина
21
хитительны.
Н очь
на
Нев е
с
ума
нейдёт
у
меня.
Если
ты
в
эт ой
главе
без
вс яко го
почти
дейст в ия
так
летишь
и
скачешь,
то
я
не
у мею
вообразить,
что
выйдет
п осле. ..
Ес ли
хоче шь
денег,
то
распоряжайся
ско р ее.
Когда
выйдет
О негин ,
я
надеюсь
ско­
пить
для
буд ущи х
изд а ний
значительную
сумму,
не
отнимая
у
тв оих
прихотей
необходимого.
7 февраля 1825
г.:
Ты
из
п режнего
пис ьма
мо его
зна ешь ,
что
поправок
с дел ать
в
«Онегине»
и
«Разговоре»
нельзя
(если не захочешь бросить
понапрасну
2400 листов веленевой бумаги и оттянуть выход
книги
ещё
на
месяц
по
проклятой
ме дле нн ости
наших
типогра­
фий) .
Теперь
ещё
требуешь
п оправ ки,
ко гда
уже
всё
напечатано.
Сделай
милость,
оставь
до
в то рого
издани я.
Предвижу
ва ше
возраженье:
Но
тут
не
ви жу
я
стыда...
И
в
самом
деле:
тв оя
щекотливость
почти
не
у
места.
Что
знаешь
ты,
да
кто
друг ой,
того
мы
не
по ймё м.
Всякий
подумает,
будто
нельзя
и
п оэм
писать
как
тол ько
о
себе
самом10.
3 марта 1825
г.:
Нынешнее
письмо
будет
рапортом,
ду ша
моя,
об
О
н
е
г
и
н
е.. .
Н апеч атано
2400 экз .
Ус лов ие
заключал
я
со
Слениным,
чтобы
он
сам
продавал
и
от
себя
отдавал,
ком у
хочет,
на
комиссию,
а
я,
кроме
него ,
ни
с
кем
счётов
иметь
не
буду.
За
это
он
берёт
по
10 проц. ,
т.
е.
нам
плат ит
за
книжку
4р.
50 к.,
придавая
сам
по
5 руб.
За
все
экземпляры,
которых
у
него
не
будет
в
лавке,
он
платит
деньги
сполна
к
каждому
1 числу месяца для от ­
сылки
к
тебе,
или
как
ты
мне
скажешь.
1 марта,
т.
е.
через
д ве'
неде ли
по
поступлении
Онегинав
пе чать ,
я
уже
не
нашёл
у
не го
в
лавке
700 экз .,
следовательно,
он
продал,
за
выч ет ом
процен­
тов
своих,
на
3150 р.
Из
этой
суммы
я
отдал: 1) за бумагу
(белую и обёртошную) 397 р. , 2) за набор и печатание 220 р.,
3) за переплёт 123 р.,
за
пересыл к у
экземпляров
тебе,
Дельвигу,
отцу
и
дяде
(твоим) 5 р .
Итого
745 руб .]
25 января 1825
г.
в
письме
к
К.
Ф.
Рылееву:
Бестужев
пиш ет
мне
много
об
Онегине.
Скажи
ему,
что
он
неправ.
Ужели
хочет
он
и згн ать
всё
лёгкое
и
весёлое
из
об лас ти
поэзии?
Куда
же
денутся
сатиры
и
коме ди и?
Следственно
до лжно
будет
уничт ожи ть
и
О
г
1andоfurioso11,
и
Гуд и-
браза12,
и
Pucelie13 и Вер- Ве ра1 4
и
Рейнеке-Фуко
15
и
лу чшую
часть
Ду ш еньки,
и
сказки
Лаф онт ен а16,
и
басни
Крылова,
и
проч,
и
п роч.
Это
нем но го
строго.
К ар­
ти на
светской
жизни
т акже
входит
в
о бл асть
поэзии.
Но
до­
вольно
об
Онегине.


22
Роман
Пушкина
[К.
Ф.
Р ылеев
Пушкину
12 февраля 1825:
..
.Разделяю
тв оё
мнение,
что
картины
светской
жизни
входят
в
о бла сть
поэ зи и.
Да
е сли
б
и
не
в хо дили,
ты
с
своим
чертовским
да ров ани ем
втолкнул
бы
их
н аси льно
туда.
Ко гда
Бестужев
писал
к
те бе
по след нее
письмо,
я
ещё
не
чи тал
вполне
пе рвой
пес ни
Онегина.
Теперь
я
слышал
всю:
она
пр ек ра сна;
ты
сх ва­
тил
всё,
что
только
подобный
предмет
пр ед ста вляет ... ]
25 января 1825
г.
в
пись ме
кП.
А.
Вя земс кому:
Он егин
печа тае тся,
брат
и
Пле тнё в
смотрят
за
изданием;
не
ожидал
я,
чтобы
он
протёрся
сквозь
цензуру.
Честь
и
сл ава
Шишкову!
..
19 февраля 1825
г.
в
пись ме
кП.
А.
В язем скому:
Он егин
н ап ечатан;
думаю,
уже
выступил
в
свет...
23 февраля 1825
г.
в
пись ме
кН.
И.
Г
н
е
д
и
ч
у:
Кажется,
вам
обязан
Оне гин
п окров ите льств ом
Шишкова
и
счастливым
избав л ение м
от
Бирукова17.
Ви жу,
что
дружба
на ша
не
из менил ась ,
и
это
меня
ут ешае т.
В
ко нце
февраля
1825 г.
в
письме
к
Л.
С.
П
у
ш
к
и
н
у:
Читал
объ явле ние
об
«Онегине»
в
«Пчеле»18; жду шума.
Если
изд ание
раскупится,
то
прист у пи
тотча с
же
к
изданию
дру­
гому,
или
условься
с
каким-нибудь
книгопродавцем.
—
Отпиши
о
впечатлении,
им
произведённом.
Покамест
я
поч т енно му
Ф ад­
дею
Венедиктовичу
[Булгарину]
п ослал
два
отрывка
из
«Оне ­
ги на», которых нет ни у Дельвига,
ни
у
Бестужева:
не
было
и
не
будет...
а
кто
вин ова т?
Всё
друзья,
всё
треклятые
друзья.
[А.
А.
Дел ьвиг
Пушкину
20 марта 1825 г .:
...Онегин
твой
у
меня,
читаю
его
и
перечитываю
и
гор ю
нетерпением
читать
продолжение
его,
к оторое ,
до лжно
быть,
су дя
по
пе рвой
главе,
любопытнее
и
любопытнее...]
24 марта 1825
г.
в
письме
кА.
Бестужеву:
Твоё
письмо
оч ень
умно,
но
всё-таки
ты
неправ;
всё-таки
ты
смотришь
на
Он е гина
не
с
той
точки;
всё-таки
он
лучшее
произведение
моё.
Ты
срав ни вае шь
первую
г лаву
с
До
н
-
Жуа-
но м.
Ни кто
более
ме ня
не
ува жа ет
Дон-Жуана
(первые
5 песен,
других
не
ч ит ал), но в нём ничего нет общего с
Оне­
гиным.
Ты
гов ор ишь
о
сатир е
англичанина
Бай ро на
и
сравни­
ваеш ь
её
с
моею,
и
тр ебу ешь
от
меня
та ков ой
же!
Нет ,
моя
ду ша,
многого
хочешь.
Где
у
меня
са ти ра?
О
ней
и
помина
нет
в
Евгении
Онегине.
У
м еня
бы
затрещала
на береж ная,
если
б
к осн улся
я
сатиры.
—
Самое
слово
са тир ическ ий
не
до лжно
бы
находиться
в
предисловии.
Дождись
других
песен.


Роман
Пушкина
23
Ах!
Е сли
б
заманить
те бя
в
Михайловское!
..
Ты
увидишь,
что
если
уж
и
ср авн иват ь
Онегина
с
Дон-Жуаном,
то
разве
в
одном
о тн ошении:
кто
м илее
и
пр елест нее
(gracieïise) —
Татьяна
или
Юлия?
1-я
песнь
—
просто
бы с трое
введение,
и
я
им
доволен
(что очень редко со мною случается).
Сим
заключаю
полемику
н аш у...
[К.
Ф.
Р
ы
л
е
е
в
Пу шкин у
25 марта:
Что
Дельвиг?
По
слухам
он
должен
быть
у
теб я.. .
С
нете р­
пени ем
жду
его,
ч тоб
выслушать
его
мнение
об
остальных
пес­
нях
твоего
О негина] .
В
начале
апреля
1825 г.
в
письме
к
Л.
С.
П
у
ш
к
и
н
у:
А
Хмельницкой
19 моя старинная любовница
—
як
нем у
и мею
такую
слабость,
что
готов
поместить
в
честь
его
цел ый
куплет
в
1-ю
песнь
Он егин а
(да кой чорт!
гов оря т,
он
сердится,
ес ли
об
нём
упоминают,
как
о
др амат ическ ом
писателе).
Середина
апреля
1825 г.
в
письме
к
П.
А.
Вяземскому:
Я
переписываю
для
т ебя
Он еги на.
Желаю,
чт об
он
помог
теб е
улыбнуться.
В
первый
раз
улыбка
читателя
me sourit; из­
ви ни
эту
плоскость:
в
кр ови !..20 А между тем будь мне благо ­
дарен:
отрод у
ни
для
кого
ничего
не
переписывал,
даже
для
Го­
л ицыно й21.
22 апреля 1825
г.
в
пис ьме
к
Л.
С.
П
у
ш
к
и
н
у:
Толстой
22 явится у меня во всём блеске в 4-й
песне
Он е­
гина,
есл и
его
паскв ил ь
это го
стоит,
и
посему
попроси
его
эпи­
грамму23 и пр.
от
Вя з емск ого
(непременно).
Ты,
голубчик,
не
находишь
толку
в
мо ей
лу не
24—
что
же
де л ать?
а
напечатай
уже
т ак.
В
конце
апреля
1825 г.
в
пись ме
к
П.
А.
Вяземскому:
Дельвиг
у
мен я.
Чр ез
него
посылаю
те бе
2 главу Онегина
(тебе единственно и только для тебя переписанного).
За
разго­
вор
с
ня ней,
без
письма,
брат
п олучил
600 руб .
Ты
вид ишь ,
что
это
деньги,
следственно
должно
держать
их
под
ключом.
В
конце
мая
1825 г,
в
письме
к
А.
А.
Бестужеву:
Всё,
что
ты
говори ш ь
25 о нашем воспитании,
о
чужестранных
и
междоусобных
(прелесть!) подражаниях
—
прекрасно
выра­
жено
и
с
красноречием
сердечным;
вообще
мысли
в
тебе
кипят.
Об
Оне гине
ты
не
выс ка зал
всего,
что
имел
на
сердце:
чув­
ствую,
поч ему,
и
благодарю;
но
зачем
же
я сно
не
обнаружить
своего
мн ен ия?
Покамест
мы
буд ем
руководствоваться
личными
нашими
отношениями,
критики
у
нас
не
будет,
а
ты
достоин
её
создать.


24
Роман
Пушкина
[П.
А.
Катенин
Пушкину
9 мая 1825 г.:
...
на
прошедшей
п очте
князь
Н ико лай
Сергеевич
Голицын
прислал
мне
из
Москвы
в
подарок
твоего
«Онегина».
Весьма
не­
чаянно
наш ёл
я
в
нём
моё
и мя26, и это доказательство,
что
ты
меня
помнишь
и
хор ошо
ко
мне
р аспол ож ен,
заставило
меня
почти
устыдиться,
что
я
по
сие
время
не
попёкся
те бя
прове­
дать.
..
С
отменным
удовольствием
п рогл отил
г -на
Ев ге ния
(как
по
от ч ес тв у?) Онегина.
Кроме
пр еле с тных
стихов,
я
нашёл
тут
т ебя
с ам ого,
тв ой
разговор,
тв ою
весёлость
и
вспомнил
на ши
ка­
зармы
в
Миль онной .
Х оте лось
бы
мне
потребовать
от
теб я
в
самом
деле
ис по лне ния
обе ща ния
шуточного:
написать
поэму,
песен
в
двадцать
п ять;
да
не
знаю,
каково
теперь
тв оё
располо­
жение;
любимые
з анят ия
н аши
и ногда
становятся
противными.
Впрочем,
кажется,
в
словесности
тебе
н еудов ольс тв ий
не т,
и
твой
путь
на
Парнас
устлан
цв ет ами ...]
В
начале
июн я
1825 г.
в
письме
к
А.
А.
Д
е
л
ь
в
и
г
у:
... Что
мой
Онег ин?
Прод аётс я
ли?
Кстати
скажи
Пле т­
нёв у,
чт об
он
Льву
давал
из
мо их
денег
на
орех и,
а
не
на
комис­
сии
мои...
Что
дел ает
Жук овский ?
Пер еда й
мне
его
мн ение
о
2-й
главе
Онегина...
[К.
Ф.
Рыл е евП уШ кину
12 мая 1825 г.:
... Слышал
от
Дельвига
и
о
следующих
песнях
Онегина,
но
по
изустным
рассказам
судить
не
могу...
Е сли
б
ты
зна л,
как
я
люблю,
как
я
ценю
т воё
д аров ани е.
Прощай,
чудотворец...]
[И.
И.
Козлов
Пушкину
31 мая 1825 г.:
. .. J’ai lu le 2-d chant de Евгений Онегин; c’est un
charme!..
(Я прочёл 2-ю
песнь
Е вгения
О негина ;
прелесть!)]
[П.
А.
ВяземскийПушкину
7 июня 1825 г.:
...
Я
п олуч ил
вторую
часть
Онегина
и
ещё
кое-какие
безделки.
Он ег иным
я
оче нь
доволен,
т.
е.
многим
в
нём;
но
в
этой
главе
менее
блеска
чем
в
первой
и
потому
не
желал
бы
видеть
её
напечатанною
особняком,
а
разве
с
двумя,
тремя,
или
по
крайней
мере
ещё
одною
глав ою.
В
ц елом
или
в
св язи
со
с ле­
дующим
она
сохранит
в
целости
своё
достоинство,
но
боюсь,
чт обы
она
не
выдержала
сравнения
с
пе рв ою,
в
гл азах
свет а,
который
не
только
ра в ного,
но
л учш его
требует...]
В
июне
1825 г.
в
письме
к
П.
А.
Вяземскому:
Думаю,
что
ты
уже
п олучил
ответ
мой
на
предложения
Теле­
г рафа
27.
Е сли
ему
нужны
стихи
мои,
то
по шли
ем у,
что
теб е
по­
падётся
(кроме Онегина ... ),


Роман
Пушкина
25
[Плетнёв 5
авгу ст а
1825 г.
продолжал
св ой
отч ёт
по
продаже
перв ой
глав ы
«Евгения Онегина»: «Вновь же Онегина про ­
да но
(кроме тех,
о
которы х
я
уже
тебя
уведомлял,
т.
е.
к
1- му
ма рта
700 экз. ,
да
к
28 марта 245 экз. ) 161 экз. ,
т.
е.
на
724 руб.
50 к.
... Я
пов торяю :
напеч ат ано
2 400 экз.;
за
деньги
из
них
п род .: 1106 экз.,
а
без
де нег
вышло
для
разных
лиц
44 экз.
Сл е­
довательно,
продать
осталось
ещё
1250 экз.
И
их -то
я
реши лся
для
скорейшей
продажи
уступать
книгопродавцам
по
20 процентов,
т.
е.
чтобы
тебе
с
них
за
экземпляр
бр ать
по
4 руб.,
а
не
по
4р.
50 к.,
как
бы ло
прежде.
До волен
ли
ты
моими
р аспор я же­
ния ми?»...
В
письме
29 августа: «Об Онегине загова­
ривал
б ыло
я
с
к нигопр од а вца ми,
чтобы
они
взяли
остальные
экзем п ляр ы
с
ус туп кой
им
за
всё
издание
1000 руб .
Ни как
не
соглашаются.
Они
думают,
что
эта
к нига
уже
остановилась,
а
за­
быв ают ,
как
её
ра сх в атят,
когда
ты
н апеча та ешь
ещё
пе снь
или
две.
Мы
им
тогда
посмеёмся
дуракам.
Признаюсь,
я
рад
этому.
Полно
их
тешить
нам
своими
деньгами.
Милый,
прими
совет
мой !»...]
Око ло
12 сентября 1825
г,
в
письме
к
П.
А.
К
а
т
е
н
и
н
у:
4 песни Онегина у меня готовы и ещё множество отрыв­
к ов;
но
мне
не
до
них .
Радуюсь,
что
1-я
песнь
тебе
по
нраву
—
я
сам
её
лю блю. ..
[Плетнёв снова просит Пушкина об издании следующих глав
«Евгения Онегина»
—
в
письме
21 января 1826 г . : «Умоляю
тебя,
напечат ай
одну
или
две
вдруг
главы
Он егин а.
Отбоя
нет:
все
жа дничаю т
е го.
Хуже
будет,
как
простынет
жа р.
Уж
я
и
то
бо юсь:
стр а щают
меня,
что
в
городе
е сть
списки
2-й
гла вы ».
В
пись ме
6 февраля:
«Сделай милость,
выпусти
Оне­
гина.
Ужели
не
допрошусь
я ?»]
3 марта 1826 г.
в
пис ьме
к
П.
А.
Плетнёву:
...
Пускай
позволят
мне
б роси ть
проклятое
Михайловское...
А
ты
хорош!
пишешь
мне:
переписывай,
да
нанимай
писцо в
оп о-
ческ их
28, да издавай Онегина.
Мне
не
до
Онегина.
Чо рт
возьми
Он еги на!
Я
сам
себ я
хочу
издать
или
выдать
в
св ет.
Батюшки,
помогите!
[П.
А.
Ка тенин
Пуш кин у
14 марта 1826:
...
Н ак онец
достал
я
и
п рочёл
вторую
песнь
«Онегина»
и
во­
о бще
весьма
доволен
ею;
д ер еве нский
быт
в
ней
так
же
хорошо
в ыведен
как
г ородс кой
—
в
перв о й.
Ленски й
нарисован
хорошо,
а
Татьяна
много
обещает.
Замечу
теб е
однако
(ибо ты меня по­
святил
в
кр ит ики), что по сие время действие ещё не началось;
разнообразие
ка ртин
и
прелесть
стихотворения,
при
первом
чте­
нии,
ск р ад ывают
этот
не дос та ток,
но
раз мы шл ение
обнаружи­
в ает
ег о;
впрочем
его
уже
теперь
исправить
нельзя,
а
остаётся


26
Роман
Пушкина
те бе
другое
дело:
вознаградить
за
него
вполне
в
следующих
п ес нях.
Бу де
ты
не
напечатаешь
второй
до
выхода
а льма на ха,
её
под а ри;
а
буде
издашь
прежде,
просим
продолжения:
вещь
премилая...]
[П.
А.
Кат ен ин
Пу шк ину
11 мая 1826 г.:
...
Что
д елает
мой
приятель
О н егин?
По слал
бы
я
ему
по­
кл он
с
по чтение м,
но
он
на
всё
это
плевать
хотел:
жаль,
а
впр о­
чем
малой
не
д урак. ..]
27 мая 1826
г.
в
письме
кП.
А.
Вяземскому:
... Моё
глухое
Михайловское
нав од ит
на
меня
тоску
и
бе­
шенст в о.
В
4-й
песне
Онегина
я
изобразил
свою
жиз нь...
1 декабря 1826
г.
в
пи сьме
к
П.
А.
Вя зем скому:
В
деревне
я
писал
презренную
прозу,
а
вдохновение
не
лезет.
Во
Пс ков е,
вместо
того
чтобы
писать
VII главу Онегина,
я
прои гры в аю
в
штос
четвёртую:
не
забавно.
[Плетнёв от18января 1827 г.
с ообщи л
Пушкину:
«Из поступивших в действительную продажу 2356 экз.
1-й
глав ы
Е.
Онегина
о стаёт ся
в
лавке
Сленина
только
750 экз .,
т.
е.
на
3000 руб. ,
а
прочие
1606 экз.
уже
пр ода ны
и
за
них
получены
деньги
с полна
6977 руб. ]
В
конце
января
1827 г.
в
письме
к
В.
И.
Туманскому:
..
.Пришли
в
Одессу
мой
отрывок29.
31 июля 1827
г.
в
письме
к
А.
А.
Дельвигу:
Теперь
у
теб я
от р ывок
из
Онегина.
В
августе
1827 г,
в
письме
к
М.
П.
Погодину:
Что
наш
«Вестник»? Посылаю вам лоскуток Онегина ему
на
шапку30.
[Плетнёв сообщил Пушкину в Москву 27
августа
1827 г.
о
п ол ученн ых
им
на
имя
Пу шк ина
отн оше ни ях
Бенкендорфа.
В
первом
н аход и лос ь: «Представленные вами новые стихотворе ­
ния
ваши
государь
император
и зв олил
прочесть
с
особенным
вниманием.
Возвращая
вам
о ные,
я
имею
обязанность
изъяснить
следующее
зак л ю чение: 1) Ангел к напечатанию дозволяется;
2)Стансы,
а
ра вно
3) и третия глава Евгения Онегина
т оже »...
Далее
Пл ет нёв
п и с а л: «Я уже приступил к печатанию
Оне ги на.
Напиши,
почём
его
публиковать?
Сле дующую
главу
вышли
мне
без
мал ейш его
замедления...
Х оть
раз
по т ешим
пуб лик у
о прав дан ием
своих
пре дув е домле ни й.
Этим
заохотим
по­
куп щ ик ов».
22 сентября Плетнёв писал Пушкину снова: «Ничто так
легко
не
даё т
денег ,
как
О негин,
вы ходив ш ий
по
частям,
но


Роман
Пушкина
27
регулярно
че рез
2или3
м еся ца.
Это
уже
доказано
a posteriori.
Он,
по
мило ст и
божией,
весь
написан.
Только
перебелить,
да
пустить.
А
тут-то
у
те бя
и
хандра.
Ты
от веча ешь
публике
в
пр и­
падке
ка пр иза:
вот
вам
Цыг ан ы;
покупайте
их!
А
публика,
на
зло
тебе,
не
хоче т
их
покупать
и
ждёт
О
н
е
г
и
н
а,
да
Оне ­
гина.
Тепе рь
по смо три м,
кто
из
вас
к ого
пе респ ори т.
Деньги-то
ведь
у
публики:
так
п рист ойне е,
кажется,
чтобы
ты
ей
поко­
рился,
по
крайней
мере,
до
тех
пор
п ока
не
набьёшь
своих
кар­
манов.
Короче
тебе
скажу:
твоих
Цы гано в
ни
один
книго­
продавец
не
берётся
купить:
всякий
отвечает,
что
у
нег о
их
—
деска ть
ещё
цела я
полка
старых.
Нуж даю тся
только
во
2-й
гл.
Онегина,
которая
засела
в
Москве,
а
здесь
её
все
сп р аши­
вали.
Итак,
по
получении
с его
письма,
тотчас
на пиши
в
М оск ву,
что бы
отт уда
вы слали
все
остальные
э кземп ляры
Онегина
2-й
главы
в
Петербург
на
имя
Сл енина. ..
В
последний
раз
у ма­
лива ю
тебя
переписать
4-ю
главу
О негина,
а
буде
ра зох о­
ти шься,
и
5- ю,
чтобы
не
с
тоненькою
тетрадкою
ид ти
к
ц ен­
зору.
..
По
в сему
видно,
что
для
разных
тв орен ий
твоих
бес­
приютных
и
сир ых
од ин
п редн азнач ен
с удьбою
кормилец:
Евге­
ний
Онегин.
Очувствуйся:
т воё
воображение
ни когд а
ещё
не
создавало,
да
и
не
создаст,
каж ется,
творения,
которое
бы
такими
простыми
средствами
д вигал о
такую
ог ром ную
[массу?] денег,
как
этот
б ес це н[н ый] [клад?] [золо]т ое
дно
Онегин.
Он...
не
должен
выводить
[из терп]ения
пу бли ки
сво ею
ветренностью»].
В
июне
1827 г.
в
письме
к
С.
А.
Соболевскому:
Напиши
мне
слово
пут но е,
где
О
н
er. II
часть?
Зде сь
её
тре­
буют.
Остановилась
даже
продажа
и
других
глав.
А
кто
виноват?
Ты.
,i
В
ноябре
1827 г.
в
пись ме
к
С.
А.
С об олевско м
у:
Есл и
бы
ты
просто
напис ал
мне,
приехав
в
М оск ву,
что
ты
не
можешь
прислат ь
мне
2-ю
главу31, то я без хлопот её бы пе­
репечатал;
но
ты
всё
о бещал ,
обещал
—
и,
благодаря
т ебе,
во
всех
кни жн ых
лавках
п рода жа
1-й
и
3-й
глав
остановилась.
В
конце
1827 г.
в
пись ме
к
М.
П.
П
о
г
о
д
и
н
у.
О тры вок
из
Онег ина
и
Стансы
пропущенные
—
на
д нях
пришлю
в
Москву...32.
Пушкин
к
Е.
М.
Х итрово.
В
начале
февраля
(6-г о?) 1828 г.
Пет ербу рг :
Беру
на
себя
смелость
послать
Вам
только
что
вышедшие
4
и
5 главы Онегина.
От
всего
сер дца
же лал
бы,
чтоб
они
вызвали
у
Вас
улы бку.


Роман
Пушкина
Пушкин
к
Е.
М.
Хитрово.
10(?) февраля 1828.
Пе терб ур г:
Я
в
восторге
от
того,
что
Вы
покровительствуете
мо ему
другу
Он ег ину.
Ваше
критическое
за меча ние
одинаково
справед­
ливо
и
тонко,
как
и
все,
что
Вы
говорите33; япоспешил бы
пр ийт и,
чтоб
услышать
и
др уг ие,
есл и
бы
ещё
немно г о
не
хромал
и
не
боялся
лестниц.
Пушкин
к
П.
А.
Осиповой/
Нач ало
марта
1828.
Петербург:
Беру
смел ост ь
посла ть
Вам
3 последних песни Онегина34,
ж елал
бы,
чтобы
они
заслужили
Ваше
од обре ние.
Прилагаю
к
ним
ещё
один
экземпляр
для
m-lle Euphrosine35.
В
ред акцию
«Литературной газет ы» .
Конец
1829 г.
П ет е рбург:
Отрывок
из
Е
в
г.
О
н
е
г.
Глава
VIII.
Пришлите
мне
назад
лис тик
этот36.
Пушкин
к
Е.
М.
Хитрово.
Конец
января
1832 г.
Петербург:
Я
очен ь
рад,
что
Онегин
Вам
понравился:
я
дорож у
Ва­
шим
мнением
37.
[Е.
Баратынский
Пушкину.
В
конц е
февраля
—
начале
мар та
1828 г .:
...
Вышли
у
нас
ещё
две
песни
Он егин а.
Каждый
о
них
толкует
по
своему:
одни
хва л ят,
другие
бранят
и
все
читают,
Я
очень
люблю
о бши рный
п лан
твоего
Он еги на;
но
большее
число
его
не
понимает.
Ищут
ром ан ичес кой
завяз ки ,
ищ ут
необык­
новенного
и
раз умее тся
не
н аход ят.
Высокая
поэтическая
п рос тота
твоего
создания
кажется
им
бедностью
вымысла,
они
не
заме ча ют,
что
старая
и
новая
Россия,
ж изнь
во
всех
её
из ме не ниях
проходит
перед
их
г л азам и, mais que le diable lès
emporte et que Dieu les benissel Я думаю,
что
y нас в России поэт
только
в
первых
незрелых
своих
опы тах
может
надеяться
на
большой
успех.
За
не го
все
молодые
л юди,
находящие
в
нём
почти
сво и
чувства,
почти
свои
мысли,
облечё нн ые
в
блистатель­
ные
кр аск и.
По эт
развивается,
пиш ет
с
большою
обдуманностью,
с
большим
глубокомыслием:
он
скучен
офицерам,
а
бригадиры
с
ним
не
мирятся,
потому
что
стихи
его
всё-таки
не
проза...]


Ром ан
Пушкина
29
[П.
А.
К
а
т
е
н
и
н
Пу шки ну
27 марта 1828 г .:
.. .Я
читал
недавно
тре тью
часть
«Онегина»
и
«Графа Ну ­
л ина»: оба прелестны,
хотя ,
без
с ом нен и я, «Онегин»
вы ше
до­
стоинством.]
В
кон це
марта
1828 г.
в
письме
к
С.
А.
Соболевскому:
Кто
э тот
Атенеический
М удр ец,
который
так
хорошо
разобрал
IVиV
главу
38—
Зубарёв
39 или Иван Савельич40?
В
апреле
1828 г, (получено 5
числа)
в
письме
к
И.
Е.
Вели­
копольскому:
Любезный
И ван
Ермолаевич,
Булгарин
показал
мне
очень
милые
ваши
стансы
41 ко мне в ответ на мою шутку.
Он
ск азал
мне,
что
це нзур а
не
пропускает
их,
как
личность,
без
мое го
со­
г ласия .
К
со жал ению ,
я
не
мог
согласиться:
Гл ава
О неги на
вторая
Съезжала
ск ром но
на
т узе
—
и
ва ше
п риме ч ание
—
конечно,
личн ость
и
н е при личн ость.
И
вся
станса
недостойна
вашего
пера.
Проч ие
очень
милы.
Мне
ка­
ж ется,
что
вы
немножко
недовольны.
Правда
ли?
По
крайней
мере
отзывается
чем-то
горьк им
в аше
последнее
стихотворение.
Не уж ели
вы
захотите
со
мн ою
пос со ритьс я
не
на
шутку
и
заста­
ви ть
меня ,
вашего
миролюбивого
друга,
включить
непр ияз нен ные
строфы
в
8-ю
гл.
Оне ги на?
NB.
Я
не
пр оиг рыв ал
2-й
главы,
а
её
эк земп ляра ми
запл а тил
свой
дол г.. .
[П.
А.
В язе мский
Пушкину
26 июня 1828 г.
из
с.
Ме­
щерского
Саратовской
губерн ии:
В
на шем
соседстве
ест ь
Бекетов...
(у него)
е сть
сестр а
—
все
главы
Он егин а
зна ет
наизусть...
Я
у
Павлуши
(сына)
на­
шёл
в
тетради:
к ритика
на
Евгения
Онегина,
и
по
началу
мо жно
н адеять с я,
что
он
н ашим
критикам
не
уступит.
Вот
о на:
И
какой
тут
смыс л:
заветный
вензель
О
да
Е.
В
другом
же
месте
он
просто
приводит
стих :
как ие
глупые
м еста.]
26 ноября 1828
г.
в
пись ме
кА.
А.
Дельвигу
из
Малинни­
ков
42.
Здесь
думают,
что
я
приехал
набирать
строфы
в
О
не­
ги
н
а...
а
я
е зжу
на
пароме
43.
В
начале
мая
1830 г.
в
пись ме
к
П.
А.
П
л
е
т
н
ё
в
у:
Скажи:
им ел
ли
в лия ние
на
расход
Онегина
отзыв
«Се ­
верной
Пч е лы»?
9 декабря 1830
г.
в
пись ме
кП.
А.
Пле тнёв у
из
Москвы,
по
возвращении
из
Болдина:
Вот
что
я
привёз
сюда:
две
пос лед ние
гл авы
Онег ин а,
восьмую
и
девятую
44, совсем готовые к печати .. .


ГЛА ВА
ПЕРВАЯ
«И жить торопится и чувствовать спешит» .
Э пигр аф
в зят
из
сти хотв оре ни я
П.
А.
Вязем ско го
«Первый
сне г» (1819).
В
из дан ии
первой
глав ы
1825 г.
эпиграф
отс утс тв о­
вал.
Пушкин
заи мств ов ал
его
из
дв ус тиши я,
в
кот ором
Вяз ем­
ский
дал
обо бщён ную
ха р актер и стику
м ол одос ти,
её
жа жды
жиз ни:
По
жизни
так
скользит
г оря чност ь
молодая:
И
ж ить
торопится
и
чувс т вова ть
с пе шит!
Таким
образом,
в
свете
этих
стихов
становится
оч ев идн ым,
что
эпиграф
относится
не
к
индивидуальному
портрету
Онегина,
а
характеризует
настроение,
т ипич ное
вообще
для
м олод ых
лю­
дей
того
времени.
В
IX строфе,
не
включённой
в
ок онч ате льн ый
текст
романа,
автор
подчёркивал
э то:
*
Мы
алчем
жиз нь
узнать
заране,
И
узнаём
её
в
романе.
[Лета]
придут,
а
между
тем
Не
насладились
мы
ничем.
Прелестный
опыт
упреждая,
Мы
только
счастию
вред им.
Незнанье
скроется,
а
с
ним
Уйдёт
г оря чност ь
молод ая .
Читатели,
з навш ие
стих отв орени е
Вяземского,
дополняли
ст их
эпиграфа
печальным
раздумьем
автора
«Первого снега»,
со впадавш им
с
собственным
взглядом
Пушкина
на
скоротеч­
ность
ярких
чувств:
Напрасн о
прихотям
вверяется
различным;
Внов ь
увлекаема
желаньем
безграничным,
Пристанища
се бе
она
нигде
не
зр ит.
Счастливые
ле та!
Пора
тоски
сердечной!
Но
что
я
г оворю ?
Един ый
беглый
день ,
Как
сон
об ман чивый ,
как
привиденья
тень,
Мелькнув,
уноси шь
ты
обм ан
б есч еловечны й!


Глава
первая
31
И
самая
люб овь ,
нам
и змен ив,
как
ты,
Приводит
к
опыту
безжалостным
урок ом
И,
чувс тва
истощив,
на
сердце
одиноком
Нам
оставляет
след
у гасн увше й
мечты.
Но
в
памяти
душ и
живут
ду ши
утраты...,.
Не зн аком ому
с
«Первым снегом»
э пи граф
указывал
только
одну
сторону
в
ж изни
Оне гина ;
тот,
кто
помнил
стихотворение
Вяземского,
связывал
ко нец
его
с
п оследующим и
строфами
пе р­
вой
же
г лавы,
говорившими
об
о стывш их
чувствах
Евгения,
у
кото рого
«уж нет очарований» . ..
I
«Мой дядя самых честных правил,
Когда
не
в
шутку
занемог,
Он
у ва жать
себ я
заставил,
И
лу чше
выдумать
не
мо г;
Его
пример
другим
наука:
Но,
боже
мо й,
какая
ск ука
С
больным
сид еть
и
день,
и
ночь,
Не
отходя
ни
ша гу
про чь!
Какое
низкое
коварство
Полуживого
забав ля ть,
Ему
подушки
поправлять,
Печально
подносить
лекарство,
Вз дыха ть
и
думать
про
се бя:
Когда
же
чорт
воз ьмёт
тебя!»
Евгений
Онегин
ироническим
прим е не нием
к
дя де
стиха
из
басни
Крылова
«Осёл и мужик» (1819):
О сёл
был
самых
честных
правил
вскрыл
св оё
пря мое
и
трезвое
отношен ие
к
нему.
Пушкин
в
ра з­
мышлениях
«молодого повесы»
о
т яжё лой
не обход и мост и
«денег
ради»
бы ть
готовым
«на вздохи,
скуку
и
о бм ан » (LII строфа)
р аск рыл
подлинный
смыс л
родственных
связей,
прикрытых
ли­
цемерием,
пок аз ал,
во
что
обратился
принцип
родства
в
той
реаль­
ной
де йст вит ельн ости ,
где,
по
выражению
Белинского,
«внут -
ренно,
по
убеждению,
никто...
не
призн аё т
его,
но
по
привычке,
по
бессознательности
и
по
лицемерству
все
его
признают».
Содержание
этой
строфы
(а также XX
в
IV главе)
вызвало
нарекания
на
Пушк ин а,
которого
признали
«безнравственным»
за
то,
что
он
«охарактеризовал (по
словам
Белинского)
род ств о
э того
рода
в
том
в иде,
как
оно
существует
у
мно ги х,
как
оно


32
Евгений
Онегин
е сть
в
самом
деле,
следовательно,
справедливо
и
истинно...»
Героя
романа
с
первых
же
с трок
также
признали
«безнрав­
ственным». «Мы
по мним ,
—
писал
Б елинский
в
1844 г. ,
—
как
горячо
многие
чит ат ели
и зъявл яли
с воё
него д ов ание
на
то,
что
Онегин
радуется
болезни
своего
дяди
и
ужасается
необходи­
мости
ко р чить
из
себя
опечаленного
родственника,
—
Вздыхать
и
думать
про
себя:
Ког да
же
чорт
возьмёт
тебя!
Многие
и
теперь
этим
крайне
недовольны».
Признавая,
что
П ушкин ,
давший
правдивую
картину
жизни,
«поступил нравственно,
первый
сказал
ист ину », теперь уже «н е
новую
и
не
очень
глубокую », Белинский берёт под защиту Оне­
гина.
Он
считает
мотивы
поведения
Е вге ния
и
его
размышления
не
зас лу ж ива ющими
обычного
в
стане
ханжей
и
блюстителей
домостроевского
бы та
в згля да
на
него
как
на
«холодного,
сухого
и
эгои ст а
по
н атуре ».
Нап омни м
эту
оценку
великого
критика,
она
сразу
даёт
правильную
осн ову
для
понимания
пушкинского
«молодого повесы»
как
чел овек а
«вообще не из числа обыкно­
вен ных ,
дюжинных
люде й»:
«Обратимся к Онегину .
Его
дядя
был
ему
чужд
во
всех
отно­
шен и ях.
И
что
мо жет
бы ть
об щего
между
Онегиным,
который
уже
—
. . .равно
зев ал
Средь
модных
и
старинных
зал,
и
между
почтенным
помещиком,
который
в
глуши
своей
деревни
Лет
сорок
с
ключницей
бранился,
В
окно
см отр ел
и
мух
давил.
> Скажут:
он
его
благодетель.
Какой
же
благодетель,
е сли
О не­
гин
был
законным
нас ле дник ом
его
име ния?
Тут
благодетель
—
не
дядя,
а
закон,
право
наследства.
Как ово
же
положение
чел о­
века,
который
обязан
играт ь
роль
огорчённого,
состраждущего
и
не жно го
родственника
при
см ертно м
одре
совершенно
ч ужого
и
постороннего
ему
человека?
Ска жут :
кто
обязывал
его
играть
такую
низкую
роль?
Как
кто?
Чувство
де лик атн ост и,
человеч­
ности.
Если,
почему
бы
то
ни
было,
вам
нельзя
не
принимать
к
себ е
человека,
кот орого
знакомство
для
вас
и
т яже ло,
и
ск уч но,
разве
вы
не
обязаны
бы ть
с
ним
ве жл ивы
и
даже
любе зны ,
х отя
внутренно
вы
и
посылаете
его
к
чорту?
Что
в
словах
Онегина
проглядывает
какая-то
насмеш лив ая
лёгкость,
—
в
эт ом
ви ден
только
ум
и
естественность,
потому
что
отс утс тв ие
натянутой
тяж ёлой
торжественности
в
выра же нии
обыкновенных
житей­
ских
отношений
есть
признак
ума .
У
светских
людей
это
д аже
не
всегда
ум,
а
ч аще
—
манера,
и
нельзя
не
согласиться,
что
это
преумная
манера»1.


Глава
первая
SJ
II
Так
дума л
молодой,
повеса,
Летя
в
пы ли
на
почтовых,
Всевышней
волею
Зе веса
Наследник
в сех
своих
родных.
См.
ещё
в
строфе
XXXVII:
И
хоть
он
был
повеса
пылкой...
В
эт ом
определении
нет
ничего
сн ижаю щег о
образ
Онегина,
никакой
иронии
автора
над
своим
«добрым приятелем» .
Так
Пушкин
на зы вал
и
само го
себя:
А
я,
повеса
вечно
праздный...
(«Юрьеву», 1818)
До сель
я
был
... друг
демона,
повеса...
(«Гавриилиада», 1821)
И
в
то
же
время
он
называл
себя
«другом человечества»
(«Деревня», 1819), т .
е.
приме ня л
к
себ е
выражение
из
рус ск ого
гражданского
сл ов аря
ещё
XVIII в. 2, в известном
смысле
од­
нозначное
знаменитому
титулу
ami de l’humanité, —
к оторы й
Национальное
соб р ание
в
рев олю ци онной
б уржу азн ой
Ф ра нции
присуждало
идейным
врагам
феодально-абсолютистского
по­
рядка.
Кру жок
передовой
дворянской
молодёжи
«Зелёная
ла м п а», филиал «Сою за
бл аг о д енств ия », также состоял
из
по­
ве с,
по
выражению
поэта:
. ...Но
угорел
в
чаду
б оль шого
све та
И
отдохнуть
убрался
я
дом ой.
И,
признаюсь,
мне
во
сто
крат
милее
Младых
повес
счастливая
семь я,
Где
ум
кипит,
где
в
мыс лях
во лен
я,
Где
вер ю
вс лух,
где
чувствую
живее,
И
где
мы
все
—
прекрасного
д рузь я,
Чем
вялые,
бездушные
собранья,
Где
ум
хранит
невольное
мол чань е,
Где
холод ом
сердца
поражены...
Где
глупостью
едино й
все
равны.
(«Послание к кн .
Г ор чак ов у», 1819)
Онегин
назван
«молодым повесой»
уже
после
тог о,
как
с
ним
«подружился»
автор
романа,
когда
он
«отстал от суеты», когда
«ему наскучил свет», когда обоих
их
«томила жизнь», когда
«в обоих сердца жар погас» .
Эпитетом
сумрачный
над елён
повеса
Онегин
в
«Путеше­
ствии»
—
штрих,
подчёркивающий
сложность
и
своеобразие
ге­
роя
р ом ана,
кот оры й
соединял
к ипе нье
моло ды х
сил
с
охла­
жденьем
к
жизни
и
пресыщенностью.
3 Зак.
214


34
Евгений
Онеги н
Ле тя
в
пыли
на
почтовых.
См.
ещё
в
LII строфе:
Стремглав
по
почте
пос какал.
Передвижение
на
к азённых
ло ша дях
по
почтовому
тракту
б ыло
подвержено
вс ем
случайностям;
см.
в
«Станционном смо­
тр и т еле»: «Погода несносная,
дорога
скверная,
ямщ ик
упря м ый,
лошади
не
везут...»
Ударен ие
в
сло ве
на
почтовых
(см .
ещё
IV строфу VII
гл авы)
объясняется
иссл ед оват ел ем
языка
Пушкина
как
отзвук
север­
новеликорусского
про изно шен ия.
Псковская
губерния,
где
иногда
проживал
поэт,
давала
ему
народный
языковый
мате­
риал,
и
эти
«северные звуки»
ласкали
его
«привычный
слу х» (см.
пропущенные
строфы
III главы), но эти диалекто­
ло ги ческ ие
отклонения
от
общепринятого
в
то
время
литератур­
ного
языка
вообще
в
романе
редки
3.
Наследник
в сех
своих
родных.
От ец
Оне гина
«долгами жил»
и
вёл
расточительную
жизнь,
п олную
праздных
р азвл еч ений
(«давал три бала ежегодно»),
разоряясь,
оплачивал
долги
«продажей лесов» (вариант к VII
строфе)
иль
«земли отдавал в залог»; к Онегину в гувернёры
был
приставлен
«француз убогий», в
то
время
ка к,
по
свиде­
тельству
Карамзина,
в
нач але
XIX века «французские
гувер­
н ёры
в
зна тн ых
д омах
наших
выходили
уже
из
м оды», —
их
за ме няли
женев цы
4; Евгений ездил на балы « в
ямской
карете»
(т.
е.
в
н аё м но й), следовательно,
не
имел
собственного
выезда;
посл е
смерти
от ца
он
«наследство предоставил»
жадным
заимо­
д а вца м, «большой потери в том не видя» .
И
тем
не
менее
герой
романа
ос тав ался
«знатным расточителем» 5; «забав и роскоши
д итя» (XXXVI строфа)
—
он
не
думал
о
конц е,
о
материальном
крахе.
Онегин
принадлежал
к
дворянскому
роду,
которому
ещё
не
угрожало
разорение.
«Наследник всех своих родных», он по
законам
того
вр еме ни
и мел
юр иди чес кие
права
на
собственность,
движимую
и
недвижимую
(полностью или в известной доле),
всех
тех,
ком у
по
боков ой
линии
приходился
род нёй ;
а
их,
вероятно,
было
нем ало ,
и
потому
«в цвете лучших лет»
он
распо­
лагал
возможностью
вести
образ
жизни,
т р ебовав ший
больш и х
денежных
средств.
Дя дя- ст арик,
оди нокий
и
«скупой богач» (вариант ко II
стро­
фе
II главы),
оставил
Евгению
значительное
нас ледст в о
—
земли,
воды,
леса,
заводы
(LIII строфа).
На
это
наследство


Глава
первая
35
Тройка.
С
ли тогр афии
А.
Орловского, 1819.
Евгений,
очевидно,
рассч ит ывал,
когд а, «тяжбы ненавидя», от ­
каза лся
от
отц ов ско го
имущества,
на
котором
долгов
был о
бол ьш е,
чем
стоило
оно
само;
бл агода ря
насл ед ст ву
дяд и
он
мог
в
течение
нескольких
лет
путешествовать
и
затем
вновь
появиться
в
петербургском
большом
свете,
преследуя
Тать ян у
«везде
—
на
вечере,
на
бале,
в
теа тр е,
у
художниц
мод».
Видеть
в
социальном
пол оже нии
пушкинского
героя
совпа­
д ение
с
образами
ущербного
барства,
с
коллежским
регистра­
тором
из
«Родословной моего героя»6 —
значит
ст ир ать
разли­
чие
меж ду
отн ош ени ем
Пуш кина
к
судьбам
дворянства
в
20- х
и
30-х
годах,
не
за меч ать
р азниц ы
меж ду
представителями
раз­
личных
общественных
классов.
Беспоместный,
дворянин
ли шь
по
паспорту
Ез ер ский
и
«сельский житель,
заво до в,
во д,
лесов,
земель
хозяин
полный»
О нег ин;
бедный ,
живш ий
жалованием
чиновник
и
неслужащий
барин,
вращающийся
в
высшем
свете,
—
они
так
же
кл ассо во
не
пох ожи
друг
на
друга,
как
Евгений
из
«Петербургской
пов ест и»
(«Медный всадник»)
непохож
на
Е вг ения
из
«романа в стихах».
В
30-х
го дах
Пушкин
в
чеканной
фо рму ле
совершенно
точно
отразил
и стори чес кую
судьбу
больши нс тв а
семейств
рус ск ого
родов ит ого
бар ств а: «Дед был богат,
сын
н у ждае тся,
внук
идёт
по
м ир у» («Роман в письмах», 1829) 7.


36
Евгений
Онегин
Эта
фор му ла
в
те
же
г оды
наполнилась
образным,
поэтиче­
ски м
материалом
(см .
«Дубровский», «Капитанская
до чка »,
«Роман в письмах»
и
д р.).
Но
ес ли
сравн ит ь
с
Он егин ым
г вар­
дейского
о фиц ера
Владимира
Дубровского,
то,
несмотря
на
внешнее
сход ств о
в
их
образе
жизни
и
на
хроноло гиче ск ую
близость
их
друг
к
другу,
классовое
б ытие,
со циал ьное
самочув­
ствие
тог о
и
другого
выступают
в
резком
различии:
Владимир
«позволял себе роскошные прихоти;
играл
в
кар ты
и
входил
в
долги,
не
за бо тясь
о
будущем
и
предвидя,
что
ему
ран о
или
поздно
придётся
в зять
богатую
невесту,
мечту
бедной
моло ­
до ст и». «Итак,
всё
кончено,
—
с казал
он
[Владимир]
сам
себе:
—
ещё
утром
им ел
я
у гол
и
кусок
хлеба.
Завтра
должен
я
бу ду
оставить
дом,
где
я
р од ился.. .»; Евгений, «довольный жребием
с во им », отцовское
наследство
предоставил
заимодавцам,
оста*
ваясь
и
завидным
женихом,
и
состоятельным
помещиком.
В
те
годы,
ког да
Пушкин
на чал
писать
роман
из
бар ско й
жиз ни,
Онегин
не
был
ни
нуждающимся
сыном,
ни
внуком
нищ им;
он
был
членом
гос подс т вова вш его
класса,
дворянином-
землевладельцем
и
душевладельцем.
Друзья
Людмилы
и
Руслана!
В
1820 г.
была
напе чатана
п оэма
«Руслан и Людмила».
Друзья
и
почит ате ли
Пу ш кина
с
т ого
же
года
стал и
наз ыв ать
поэта
«певцом Руслана» («Поэты»
Кюх е ль бек ер а, 1820), «чув­
ствительным
певцом
любви
и
доброго
Ру с лана » («К Пушкину и
Дельвигу»
К юх ел ь бекер а ) 8; с той же поэмой связывалась память
о
поэт е
и
позже:
Языков
в
стих.
«Тригорское»
—
«певец Ру ­
с лана
и
Лю д ми лы»; Полежаев в стих.
«Венок на гроб Пушки ­
на»
—
«певец Людмилы и Руслана»
и
др.
Жуковский
подарил
юному
Пушки ну
с вой
портрет
с
та кой
характерной
н адпис ью : «Победителю -у че нику
от
побеждённого
учителя
в
тот
высокоторжественный
день,
когда
он
окончил
св ою
поэму
«Руслан и Людмила», 1820 марта 26».
Онегин,
добрый
мой
приятель,
Родился
на
бре гах
Н евы.. .
В
романе
разбросаны
хронологические
указания,
которые
да ют
возможность
точно
определить
главные
моменты
в
жизни
Евгения.
Онегин
р од ился
около
1796 г ., «лет шестнадцати окон ­


Глава
перв ая
37
чил
ку рс
своих
наук»
—
это
бы ло
в
1812 г.,
через
8 лет он бро­
сил
свет
и
летом
1820 г.
поселился
в
деревне.
С
1820 г.
по
весну
1825 г.
тянется
действие
р ом ана.
Роман
Пу ш кина
—
ис то рия
мо лодого
чел овек а
20-х
годов,
к ар тины
русс кой
жиз ни
оп ред елённо го
ис торичес кого
периода.
Но
рома н
был
око нч ен
в
начале
30-х
годов,
и
п отому
поэтиче­
ское
освещение
этой
ис тор иче ской
поры
—
в
последних
главах
осо бенн о
—
б ыло
продиктовано
поэ ту
уже
новым
периодом
русской
общественной
жи зни,
наступившим
по сле
1825 г.
Но
вреден
се вер
для
ме ня.
Пушкин
в
мае
1820 г.
был
выслан
из
Петербурга
за
сво и
антиправительственные
полити чес кие
стих отв оре ния.
Примечанием
к
эт ому
ст иху
—
горьк ой
иронии
над
своей
судьбой
—
поэт
указывал
одн о
из
ме ст
своей
сс ылки : «Писано
в
Бесс ара бии ».
Вначале
мол од ому
поэту
угрожала
ссыл ка
в
Сибирь
или
заточенье
в
Соловецком
м она ст ыре.
«Пушкина надобно сослать в Сибирь,
—
сказал
Александр
I
Энгельгардту,
директору
лицея,
—
он
наводнил
Россию
возмути­
тельными
стихами;
вся
молодёжь
наизусть
их
читает».
Благо­
даря
хлопотам
Жуковского
и
Ка ра мзина
ме ра
наказания
была
смягчена.
Пушкин,
числившийся
чинов н иком
коллеги и
иностранных
дел,
официально
был
переведён
в
Екатеринослав
(теперь Дне ­
пропетровск)
и
вы ехал
6 мая из столицы на юг курьером с бума­
гами
министерства,
получ ив
тысячу
рублей
ассигнациями
«на
курьерские
от пра вле ния».
Не
раз
в
романе
в
иносказательной
ф орме
поэ т
говорил
о
себе
как
о
жертве
«самовластья»:
Придёт
ли
час
моей
свободы?
Пора,
п ора!
—
взываю
к
не й;
Брожу
над
морем,
жду
погоды,
Маню
ветрила
кора бл ей ...
Ср.
в
письме
к
Гн еди чу
из
М иха йловс к ого
—
нового
места
ссыл ки
Пушкина
—
23 февраля 1825 г.: «Сижу у моря,
жду
перемены
п огоды»; в письме к Жуковскому из Тригорского
6 октября того же года: «Милый мой,
посид им
у
моря,
по до­
ждём
пог оды» .
Мечтая
вырваться
из
ссыл ки,
он
гов орит
о
своём
жела нии
покинут ь
царс к ую
Рос си ю:
П ора
покинуть
скучный
брег
Мне
не при яз нен ной
стихии...
(L строфа)


38
Евгений
Онегин
III
Служив
отличн о -б ла город н о,
Долгами
жил
его
отец,
Давал
три
ба ла
ежегодно
И
промот ал ся
наконец.
Социальная
биография
от ца
Онегина
(ср.
ещё
VII строфу)
вскрывает
экономическое
оскудение
части
п оме с тного
служи­
лого
дворянства.
Отсутствие
де нег
и
рост
залога
п оме щи чьих
зем ель
—
типичное
яв ление
в
20-х
го дах
XIX в.,
на
что
постоянно
ука­
зывали
современники
Пу шки на.
5 мая 1824 г.
А.
Я.
Булгаков
п исал
из
Мос квы
б рат у: «Одна песня у всех:
нет
де нег
и
в зять
негде»9.
Декабрист
А.
А.
Бестужев
из
крепости
писал
Нико­
лаю
I: «Наибольшая часть лучшего дворянства,
сл ужа
в
воен­
ной
службе
или
в
ст ол ицах,
требующих
роскоши,
доверяет
хозяйство
наёмникам,
которые
обирают
крестьян,
обманывают
го спо д,
и
таким
образом
9/ю имений в России расстроено и
в
закладе».
П.
Г.
Каховский
о
том
же
пис ал
из
Петропавлов­
ско й
крепости
Нико л аю
I: «Сколько дворянских имений зало ­
ж ено
в
каз не,
верно,
более
пол ови ны
всех
их»10.
Спер ва
М
a da me за ним ходила,
Пот ом
Mo ns I еиг её сменил.
Madame и Monsieur —
воспитатели
Оне г ина
—
обыч но е
яв ле­
ние
в
дворянских
семьях
XVIII—XIX
вв.
Беллетристы
и
драма­
ту рги
до
Пушкина,
его
с ов ре ме нники,
и
позднейшие
пи са тели
всегда
в
главах
о
воспитании
в
дв о р янских
гнёздах
посвящали
страницы
иностранцам-гувернёрам11.
В
отрывке
пушкинского
романа
«Русский Пелам» (1835) читаем: «Отец,
конечно,
меня
любил,
но
вовсе
обо
мне
не
беспокоился
и
оставил
меня
на
попечение
французов,
которых
беспрестанно
принимали
и
от­
пускали.
Первый
мой
гу верн ёр
оказался
пья ницей;
второй,
чело­
век
н егл упый
и
не
без
сведений,
им ел
тако й
бешеный
нра в,
что
однажды
чу ть
не
уби л
меня
пол ен ом
за
то,
что
пролил
я
чер ­
нила
на
его
жилет;
третий,
про живший
у
нас
целый
год ,
был
сумасшедший,
и
в
доме
только
тогда
до гад а лись
о
том,
когда
пришёл
он
жа ло вать ся
Анне
Петровне
на
меня
и
на
Мишеньку
за
то,
что
мы
подговорили
к лопов
со
всего
до му
не
давать
ему
покою,
и
что
св ерх
то го
ч ерт ёнок
повадился
вить
гнёзда
в
его
колпаке.
Прочие
французы
не
могли
уж и ться
с
Анной
Петров­
но й,
которая
не
давала
им
ви на
за
об едом ,
л о шадей
по
воскре­


Глаза
пе рвая
39
се ньям .
Сверх
того,
им
пла т или
оче нь
неисправно».
Учителем
отца
Пелымова
(от лица которого даны « за пис ки»
в
указанном
романе)
был
«m-г
Де рори,
пр о стой
и
добрый
старичок,
очень
хорош о
зна в ший
французскую
орфографию».
Ср.
образ
мо сьё
Бопре
в
«Капитанской дочке»,
Де фо ржа
в
«Дубровском»
и
Решётка
Летнего
сада.
Рисунок
П.
Свинь ина,
грав.
Гал актио нова, 1816.
мосьё
Тр ике,
из
Тамбова
пер еко ч евав шего
к
Харликовым
(глава V).
Monsieur Г Abbé
—
указание
на
то,
что
воспитателем
Ев ге ния
было
лицо
духовного
зв ани я,
од ин
из
тех
иезуитов-
аббатов,
которые
массой
х лыну ли
в
дворянскую
Россию
после
французской
революции
1789—1793 гг .
В
«Лицейских записках»
Пушкин
вс п оми н ае т: «Меня везут в Петербург .
Иезуиты...
Ли­
цей».
О
с тепени
распространённости
этого
рода
воспитателей
в
дворянских
семьях
свидетельствует
Д.
П.
Горчаков
в
сатириче­
ском
п ослан ии
С.
Н.
Дол г орукому
(рукопись 1807—1810 гг. ):
«Там Вральман .. .
а
здесь
учит
Аббе...»
Типичность
к ар тинки
первоначального
воспитания
Евгения
подтверждается
Ф.
Ф.
Вигелем,
который,
рассказывая
о
воспи­
тании
князей
Голи цын ых
под
руков одст вом
шев аль е
де-Ролеп
д е-Б ельви ля,
п ис ал: «Развитие их умственных способностей


Евгений
Онег ин
оставлено
бы ло
на
произвол
суд ьбы ;
ника к их
наставл ени й
они
не
получали,
ник а ких
правил
об
о бязан но стях
человека
им
препо­
дав аемо
не
было.
Гув ер нёр
ими
оче нь
м ало
занимался
и
тол ько
и зре дка,
как
Онег ин а,
слегка
бр ани л ...»12 ГГ.
А.
Вя­
земский,
питомец
иезуитского
коллегиума,
вспоминал,
что
его
и
товарищей
«водили в Летний сад».
IV
Вот
мой
Онегин
на
свободе;
О стри жен
по
последней
моде;
Как
dandy лондонский,
одет;
И
нак о нец
увидел
с вет.
Тип
дэнди
20- х
годов.
К
с лову
д энди
Пушкин
сделал
приме ча ние:
франт.
Несмотря
на
французоманию
рус ског о
дв орян ств а
(Евге­
ний
«по-ф ранцу зск и
совершенно
мог
изъясняться
и
пи сал»),
реально-экономические
интересы
землевладельческого
кл асса
тянули
в
первые
го ды
XIX в.
к
А нгл ии;
после
победы
Свя щен ­
но го
союза
в
передовых
слоях
дворянства
интерес
к
анг л ийским
политическим
учреждениям
усилился;
поэзия
Б ай рона
в озбу ж­
дающе
действовала
на
либералистов
20-х
годов.
Одновременно
устанавливалась
мода
на
англ ийс ку ю
м анеру
одеваться,
на
в н ешние
повадки,
детали
домашнего
обихода
и
пр.
Кня зь
Г ригорий
в
ком еди и
Грибоедова
—
«чудак единственный». ..
Век
с
англичанами,
вся
а нглийс ка я
складка,
И
так
же
он
сквозь
зубы
го ворит ,
И
так
же
коротко
обстрижен
для
порядка.
Русский
франт,
усвоивший
«всю англий­
скую
ск лад ку », с обилием
характеристиче­
ски х
сп особ ност ей
был
зарисован
Турге н е­
вым
в
«Дворянском гнезде»
в
лице
Ивана
Петровича
Лаврецкого,
вернувшегося
из-за
гр а ницы
в
1820 г.
Ту рг енев
по
преданиям,
по
историческим
документам
и
по
наблюдениям
над
живыми
представителями
а нгли йск ого
дэндизма
на­
бросал
портрет
и склю чи те льной
яркости
и
исторической
точности.
Современник
О не­
гина ,
Ив ан
Лав ре цки й,
был
«англоманом»:
«Коротко остриженные волосы,
на кра хма­
ленное
жабо,
д олгоп олы й
гороховый
сюртук


Гла ва
первая
41
со
мн ожест во м
в оротни чков,
ки слое
выражение
лиц а,
что- то
ре з­
кое
и
вме сте
равнодушное
в
обращении,
произношение
скв озь
зубы,
д еревя нн ый
внезапный
хохот,
отс утс тв ие
улыбки,
исключи­
тельно
политический
и
политико-экономический
раз гов ор,
стр аст ь
к
кровавым
ростбифам
и
портвейну
—
всё
в
нём
так
и
ве яло
Ве­
ликобританией;
в есь
он
каз ал ся
пропитан'её
духом...
Ив ан
Пет­
рович
привёз
с
собою
несколько
рукописных
планов,
касавшихся
до
устройства
и
улуч шен ия
государства;
он
очень
был
недоволен
всем,
что
видел,
—
отсутствие
си стем ы
в
ос обен нос ти
воз бу жд ало
его
ж елчь » («Дворянское гнездо», гл.
X).
III —VI
Характер
воспитания
ст оличн ой
дворянской
молодёжи
метко
сх вач ен
поэтом,
что
п одтве рж дае тся
свид ет ель ство м
одного
из
современников
Пушкина,
А.
А.
Бестужева,
писавшего
в
1825 г .:
«Мы учимся припеваючи,
и
оттого
нав сег да
те ряем
способность
и
охот у
к
дельным,
к
долгим
за нятиям.
При
самых
счастливых
дарованиях
мы
едва
имеем
время
на
л ету
схв ати ть
отдельные
мысли,
но
связывать,
располагать,
обдумывать
расп ол оже нн ое
не
б ыло
у
нас
ни
в
случае,
ни
в
привычке.
У
нас
юноша
с
учеб­
ного
гулянья
спешит
на
б ал;
а
ед ва
придёт
ист ин ный
возра с т
ума
и
уче н ия,
он
уже
в
службе,
уж
он
деловой
—
и
вот
все
его
у м ств енные
и
жиз ненные
силы
у биты
в
цвету
ранним
напряже­
ни ем,
и
он
целый
век
о с таётся
гордым
учеником,
от
того
что
учеником
в
своё
время
не
был.
Сколько
людей,
которые
бы
м огли
про славит ь
делом
или
словом
с воё
отечество,
гиб нут ,
дремля
душой
в
вихре
м одн ого
ничтожества,
мелька ют
по
земле,
как
пролётная
тень
об лака.
Да
и
что
в
прозаическом
нашем
бы ту,
на
бе злюдь и
сильных
характеров,
может
раз буди ть
душу?
Что
заставит
себя
почувствовать?
Наш а
жизнь
—
бес тенн ая
китайская
живопись;
наш
свет
—
гроб
повапленный!»13
В
стать е
«О народном воспитании» (1826) Пушкин резко
отз ывал ся
по
эт ому
же
в опро су: «В России домашнее воспи ­
тание
есть
сам ое
н едос тато чн ое,
само е
бе знр а вствен но е:
р ебёно к
окружён
одними
холопями,
видит
од ни
гнус н ые
приме р ы,
своевольничает
или
рабствует,
не
получает
ни каки х
пон яти й
о
спр авед ли во сти,
о
взаимных
отн ошен иях
людей,
об
ист инн ой
чести.
Воспитание
его
ограничивается
изучением
двух
или
тр ёх
иностранных
языков
и*
начальным
о с нов анием
вс ех
наук,
преподаваемых
каким-нибудь
нан яты м
учителем.
Воспита­
ние
в
час тны х
пансионах
немногим
лучше;
здес ь
и
там
оно
кон­
чается
на
16-летнем
в озра сте
воспитанника». (Ср.
ва риа нт
к
Ш
с тр офе : «И лет шестнадцати мой друг окончил курс своих
наук».)


42
Евгений
Онегин
В
шутливой
форме
об личение
тогдашней
системы
домаш­
нег о
образования
и
воспитания
было
выражено
в
словах:
Мы
все
учились
понемногу,
Чему-нибудь
и
как-нибудь.
Но
эта
ставшая
классической
формула
не
должна
р ас сматр и­
ваться
без
учёта
изме нений
и
индивиду а льных
различий
в
обще­
ственной
среде,
порождавшей
Онег иных .
Онегин
преодолевал
недостатки
домашнего
воспитания,
по­
полняя
св ои
з нания,
пы тая сь
идт и
с
веком
наравне.
Он
не
был
же рт вой
«пагубной роскоши полупознаний», его
не
характеризуют
«праздность ума»
-и
«недостаток твёрдых по­
з на ний» 14.
Его
несчастье
закл ючал о сь
в
том,
что
его
ра звива в­
шееся
со зн ание
упиралось
в
ко сное
бытие
«гнусной расейской
действительности»
и
в
то
же
время,
вступая
в
противоречие
с
господствовавшим
строем
по нят ий,
не
мо гло
освободиться
от
«предрассуждений»
близкой
ему
классовой
среды.
»
V
Онегин
был,
по
мненью
многих
(Судей решительных и строгих),
Учёный
малый,
но
педант.
Сло во
педант
имело
в
20- х
года х
признаки,
впоследствии
вы вет ривш иеся
в
обиходном
языке,
и
применялось
в
дво рян­
ск ом
кругу
к
людям,
к оторы е
от лич алис ь
своим
взглядом
на
жизнь,
своими
привычками
от
обычной
толп ы
«большого света» .
В.
Ф.
Одоевский,
один
из
тех
нем н огочисле нн ых
пр ед став ите­
лей
культурного
дворянства,
ко то рые
испыт ывали
«досаду»,
«скуку»
и
одиночество
среди
фамусовского
общества,
получив­
ший
за
свои
«странности»
от
к рёст ного
отца,
кня зя
Львова,
прозвище
«педант», неоднократно останавливался в своих сочи­
нениях
на
образе
молодого
человека,
«чудака», «педанта»,
по
мнению
«стариков»
р азных
возрастов
из
«класса людей,
кто
пешком
ходит
р едко ».
В
майской
книжке
(No 9) «Вестника Европы» 1823 г .
в
оче рке
«Дни досад»
он
дал
следующую
характеристику
своему
лю би­
м ому
ге рою
Ар ист у: «Он,
пра во,
добрый
ма лый,
но
неуменье
жит ь
в
свете,
упорство
во
мнениях,
педантство
—
погубили
ег о...
[Он]
говорит,
что
бо льшой
св ет
(который Арист сравни­
в ает
с
мексиканским
храмом,
с
верха
до
низа
украшенным
без­
мозглыми
голов ами )
мешает
его
лю бимо й
привычке
—
откры­
ват ь
всё,
что
у
него
ест ь
на
се рдц е,
словом
—
педантствовать»
(стр .
35—36).


Глава
первая
43
Арист,
обращаясь
к
«людям модного света», с грустью ду­
м ал: «О люди,
люди
м од ного
света!
вы
засмеётесь,
когда
кто
скажет
вам ...,
что
и
так
называемые
вами
знакомство,
пр и язнь
пр овид е ние
поставило
средством
к
той
вы сокой
цел и,
к
к от орой
чел о век
должен
стремить
и
свои
мысл и,
и
желания,
и
малей­
шие
де йств ия
—
к
совершенствованию!
—
Вы
не
верите
мне;
рассуждать
боитесь
и
отвечаете
насмешливой
улыбкой;
назы­
в аете
ме ня
именем
—
именем
страшным,
при
произнесении
кото­
рого,
как
от
волшебства,
тр е пещет
с амая
истина,
именем,
к ото рого,
однако,
з начен ия
не
понима е те ,
одн им
с лов ом,
—
педантом»15.
Критикуя
современное
ему
воспитание,
оставляющее
«почти
без
вним ания
нехлебные
сти хии
нашей
ду ши,
без
кои х
многие
весьма
легко
обходятся
в
жиз ни,
как
то:
совестливость,
отк ро­
венность,
простосердечие,
смирение», В.
Ф.
Одоевский
заявляет,
что
тех
людей,
у
кото рых
п реобл адаю т
«нехлебные стихии»,
в
обществе
величают
именем
«педантов». «Го р е
тому
молодому
человеку,
—
восклицает
Одоевский,
—
кот орого
в зрослы е
него ­
дяи
не
называли
педантом;
лишь
то т,
кто
юношею
был
педан­
то м,
будет
ч естным
человеком
в
своей
будущей
жизни
(NB. —
Подьячи е
называют
педантом,
кто
не
берёт
взяток).
Отсутствие
п едан тизма
в
юно ше
показывает
от сутс тв ие
характера,
пороч­
ную
холод но ст ь
ду ши,
которая
с
ранних
лет
заражена
расчётом
и
убийственным
эгои змом » 16.
Онегин
—
ю нош а-пед ант
—
принадлежит
к
тому
же
ти пу
людей,
что
и
Арист.
Не
тождественный
герою
Одоевского,
он
имеет
сходные
с
ним
черты.
Пу шки н,
применив
к
Онегину
про­
звание
педанта
—
п ригов ор
«судей решительных и строгих»,
да ёт
клю ч
к
раскрытию
не которы х
особенностей
характера,
мировоззрения
Е вге ния
и
его
положения
в
обществе.
В
комедии
Шаховского
«Урок кокеткам или Липецкие воды»
(1815) один из героев так отзывается о своём двоюродном брате
графе
Ольги не : «Он всё ругает,
остр,
куплеты
дерзкие
и
во ль но­
думный
вздор
—
его
единственный
учёный
разговор», причём
оказывается
—
в
светском
обществе
«дельное зовут педант ­
ств ом
бесполезным».
Только
поняв
педантство
Онегина
пу тём
срав нения
пушкинского
героя
с
Ар ист ом
и
Ольгиным,
можно
уяснить,
почему
Евгений
разошёлся
по
це лому
ряд у
п ун ктов
с
«благо­
разумной»
толпой,
с
общепринятыми,
т ра д иционным и
воззре­
ниями,
п очему
Пу шкины м
был и
отм ече ны
у
О не гина
его
«мечтам невольная преданность», «роптанье вечное души», кри ­
тическое
отношение
к
«судьям», прорывавшееся «о г нём
неж дан­
ных
эпигр а мм»
—
черты,
с толь
близкие
самому
поэту
и
вс ем
тем,
кому
было
не
по
себ е
«в мертвящем упоеньи света».
Только
тогда
мож но
п о нять,
почему
эт от
«философ в осьмна­


44
Евгений
Онегин
дцат ь
ле т»
«условий света свергнул бремя», в то время как боль­
шинство
людей
его
круга
продолжало
вести
«однообразную и
пёструю»
жизнь
«среди досадной пустоты расчётов душ и раз ­
гов оров ».
Пед ант ом
назвали
его
«строгие судьи» .
Как
и
Ча цк ий,
Онегин
мог
бы
спр о сит ь: «А судьи кто?» Пушкин в том же
романе
дал
этим
судьям
ве лик о лепную
оц ен ку:
тупые,
при­
вязчивые,
они
же
злодеи,
и
см ешные
и
с кучны е
(XLVII строфа,
вы пущ енная
позднее
Пушкиным,
глава
VI).
Ту
же
оценку
мы
найдём
у
Грибоедова,
в
монологах
Чацкого,
осмеявшего
за
«непримиримую вражду к свободной жизни»
различных
«Несторов негодяев знатных»,
кото р ые
бросали
по
адре су
Чацких
кличк и: «карбонари», «опасный человек», «мечта ­
тель».
По
мнению
про вин циа льных
помещиков,
Онегин
—
т акже
«опаснейший чудрк» 17.
Та к,
пр оз вище
пед ант а
в
20-х
годах
несло
с
со бой
не
т олько
этическую,
но
и
п олит ичес кую
примесь
чего-то
непокорного,
враждебного
господствовавшему
кругу
в
дв о рянс ком
обществе.
Подобное
понимание
это го
слова
было
завещано
традицией
XVIII в .
Ив ану шка
в
ком е дии
Фонвизина
«Бригадир»
гово­
рит
С ов е тн ице : «По моему мнению,
к руж ева
и
блонды
состав­
л яют
голове
наилучшее
украшение.
Педанты
ду м ают,
что
это
вздор
и
что
на до бно
украшать
голову
снутри,
а
не
снару жи.
Какая
пустошь...» (д.
I, явл.
III).
К ар амзин
в
1802 г .,
конста­
тируя
общественную
реакцию
после
французской
революции
и
радуясь,
что
«разврат»
и
рев олю ци онны е
мыс ли
зам ени л ись
какой-то
«благопристойностью и уважением к святыне нравов»,
пис а л : «Вольтер не мог бы ныне прославиться некоторыми
насм еш к ами,
Бу ла нже18 педантством,
Лам ет ри
безумием»
(Соч,
т.
IX, М, 1820, стр .
106).
Припомним
ещё ,
что
в
незаконченном
романе
«Рославлев»
Пушкин
отмечал,
что
в
заражённом
галломанией
дворянском
обществе
«любовь к отечеству казалась педантством».
В
более
узком,
близком
к
современному,
значении
да ны
в
ро­
ма не
слова
педант
и
педантство
в
главе
VI (стро­
фа
XXVI: «в дуэлях классик и педант»),
г лаве
VIII (стро ­
фа
XXIII)ивтойжеI
гл аве
(строфа XXV).
Имел
он
счастливый
талант
Без
принужденья
в
разговоре
Коснуться
до
всего
слегка,
С
учён ым
в идом
знатока
Хранить
молчанье
в
важном
с поре


Глава
пе рвая
45
И
возбуждать
улыбку
дам
Огнём
нежданных
эпиграмм.
Онегин
мог
«вести приятный разговор,
а
иногда
и
ж арки й,
мужественный
спо р» (варианты к V
строфе)
о
тех
вопросах,
ко­
торы е
его
интересовали,
вол но ва ли,
он
был
в
состоянии
эн ер­
гич но
о тст аив ать
свои
мнен ия , «бранить», т.
е.
резко
от зыв ать ся
о
то м,
что
другие
собеседники
за щища ли;
но,
мастер
«язвитель­
н ого
с по ра» (XLVI строфа), он не участвовал в разговоре там,
где
слышал
суждения,
почерпнутые
«из забытых газет времён
очаковских
и
покоренья
К рым а».
Важный
спо р
—
это
спор,
кото р ый
вели
меж
собой
«судьи
решительные
и
с троги е», рутинёры,
защитники
косной
старины.
Пушки н
п ри меняет
слово
важный
им енно
в
этом
смысле.
Говоря
в
гла ве
IV (строфа VII) о былом разврате хладнокров ­
но м,
который
«наукой славился любовной», поэт указывает:
Но
эта
важная
забава
Достойна
старых
обезьян
Хвалёных
дедовских
времян:
Ловласов
обветшала
слава
Со
славой
кр асн ых
каблуков
И
величавых
париков.
Ср.
в
VIII строфе IV
гла вы:
Стараться
важно
в
том
уверить,
В
чём
все
увер ены
давно.
Ср.
в
IX строфе VIII
главы:
Что
важным
людям
важны
вз дор ы.
Ср.
в
LUI строфе I
главы:
Покойника
похоронили,
Поп ы
и
гости
ели,
пил и,
И
после
важно
раз ошли сь ,
Как
будто
делом
занялись.
Ср.
в
вариантах
р ом ана:
См еш он,
конечно,
важный
модник
—
Си стем атич еск ий
Фоблаз.
Грибоедов
устами
Ча цко го
та кже
ирон иче ски
отзывался
о
«важныхлюдях»:
Ес ть
люди
важные,
слы ли
за
дураков:
Иной
по
арми и,
иной
плохим
поэтом,
Иной...
б оюсь
назвать,
но
признаны
всем
светом,
Особенно
в
последние
года,
Что
ст али
ум ны
хот ь
куда.
(Д.
III, явл.
I)


46
Евгений
Онеги н
В.
Ф.
Одоевский
в
«Дневнике студента» (1820—1821) с воз­
мущением
писал
о
своей
аристократической
родне: «Эти люди
и
не
м огут
себ е
вообразить,
что
что- ни б удь
за
пределами
к оры­
столюбия
(всякого
—
напри мер ,
п очес тей,
бо г ат ства)
мо жет
производить
горе сть,
и
св ои
през рен ные,
пус тые
хлопот ы
вели­
чают
именем
ва жного
или
сурь ёзн ого
дела!
О
глу­
пос ть
глупост ей!»
Онегин
держал
себя
«в важном споре»
так
же,
как
те
моло ­
дые
люд и
20- х
годов,
заражённые
ли бер ал изм ом,
«лицейским
д ух ом», о которых доносил в 1826 г.
Ф.
Б ул га рин: «Пророчество
перемен,
х ула
всех
мер
или
презрительное
молчание,
когда
хвалят
чт о -нибу дь,
с уть
о тлич ите ль ные
черты
сих
господ
в
обществах».
...
Огнём
нежданных
эпиграмм.
Дар
Он ег ина
откликаться
на
злоб у
дня
эпиграммами,
кол­
кими,
злыми
и
мрачными
(см.
конец
XLVI строфы) 19,
был
характерной
особ ен ност ью
тех
же
мо лоды х
либералистов: «Мо­
лод ой
вертопрах
должен
порицать
насмеш ливо
все
поступки
особ,
заним а ющи х
з начит ель ные
места,
все
ме ры
правительства,
знать
наиз ус ть
или
самому
бы ть
соч ин ите лем
эпи­
грамм,
паск вилей
и
песен
предосудительных
на
рус ск ом
языке,
а
на
францу з ско м
—
знать
все
дерзкие
и
воз му тит е льные
стихи
и
места
самые
сил ь ные
из
революционных
с оч инен ий» 20.
Необходимо
иметь
в
виду,
что
жа нру
эпиг рамм
нередко
при­
давалось
тогда
политическое
з начен ие.
Когда
в
1818 г.
П.
Сви -
ньин
пос вят ил
льстивые
стихи
вр е м енщику
Аракчееву,
кн.
П.
А.
Вяземский
тотчас
откликнулся
эпиграммой
на
автора
и,
посылая
её
из
В аршав ы
А.
И.
Тургеневу,
писал: «Свиньин
полоскается
в
грязи
и
пишет
ст ихи
—
и
ещё
каки е,
—
а
вы
ни
сло ва,
как
будто
не
ваш е
дело.
Да
че го
же
с мо трит
Св е рчок
[Пушкин] . . .
при
каждом
таком
бесчинстве
должен
он
крик нут ь
эпи гр ам му».
Он
зна л
довольно
по-латыне,
Чтоб
эпиграфы
разбирать,
Потолковать
об
Ювенале...
Эпи гра ф
—
о дно
слово
или
изре чен ие,
в
прозе
или
ст ихах ,
взятое
из
какого-либо
известного
писат ел я,
или
своё
собственное,


Глава
пе рвая
47
ко торое
помещают
авторы
в
начале
сво их
сочинений
и
тем
выра­
жают
общую
ид ею
произведения
или
своё
отношение
к
изобра­
жаемой
действительности.
Сдавленные
политической
реа кцие й
в
пе риод
ар акч еевщ ины ,
представители
революционно-дворянской
интеллигенции
поль­
зовались
образами
и
темами
античной
литературы
как
средством
для
обозначения
с ходны х
по ло жений
в
окруж ав шей
их
обще-
ствейной
жизни,
как
м ате риа лом
для
ср авн ения
с
современной
практикой
государственного
и
частного
бы та
или
для
возбуж­
дения
«вольнолюбивых мечтаний» .
По
воспоминанию
Якушкина,
в
1818 г.
он
и
его
товарищи,
будущие
декабристы,
«страстно любили древних:
Плутарх,
Тит
Ливий,
Ц ицер он,
Таци т
и
друг ие
были
у
каждого
почти
настольными
кн иг ами»21.
Образами
Брута,
Ка тон а,
Катилины,
С еяна
и
др.
поэты
сигнализировали
о
героическом,
дос той ном
подражания
или
о
ненавистных
представителях
п олит ич еск ого
строя22.
Ювенал,
сат ирик
императорского
Рима
(род.
в
конце
Iв.
и
умер
в/половинеII
в.
н.
э. ), читался Пушкиным
ещё
на
ли­
цей ско й
ск амь е;
в
стихотворении
«К Лицинию» (1815 г. ,
пер е­
делано
в
1825 г .)
поэт
мечтает
«свой дух воспламенить Ювена­
лом»:
'
В
гремящей
сатире
порок
изображу
И
н равы
сих
веков
п отомств у
обнажу23.
Лицейский
др уг
Пушкина
В.
Кюхельбекер
вспоминал
Юве­
нала
в
сти хотв орен ии
«Поэты» (1820), в котором один из лите­
ра турн ых
д оно счи ков
того
времени
видел
н амёк
на
ссылку
Пуш­
кина:
О
Де львиг ,
Де львиг ,
что
гоненья?
Бессмертие
равно
удел
И
смелых ,
вдохновенных
дел
И
сладостного
песнопенья!..
И
ты,
наш
юн ый
Ко риф ей,
Певец
люб ви,
певец
Руслана!
Что
для
теб я
ши пень е
зм ей,
Что
кр ик
и
Филина
и
Врана!
Кюхельбекер
восклицал
в
это м
послании:
В
руке
сур овой
Ювенала
Злод е ям
грозный
бич
с вис тит
.
И
краску
гони т
с
их
ланит,
И
власть
тиранов
зад ро жал а!
Яркие
картины
ра з ложе ния
нр а вов,
обеднения
па т рициев ,
продажности
и
н аглос ти
ра због атев ш ей
«новой знати», нищеты
и
рабства;
резкие
характеристики
императоров—Домициана
и
др., -—-всё
э то,
в идим о,
читалось
современниками
Пушкина


48
Евге ни й
Онеги н
в
александровское
время
как
памфлет ,
полный
аналогий
с
рус ­
ско й
действительностью.
Рим
—
«гордый край разврата,
зл о деянь я», «где
всё
на
от-
,
куп е:
законы,
правота,
и
жёны,
и
мужья,
и
честь,
и
красота», где
«под иго преклонились временщику Ветулию»
—
«любимец дес ­
пот а
сенатом
с лабым
пра вит ,
на
Рим
простёр
ярем,
оте честв о
бесславит...
О
с рам!
о
времена!» В 20-х
год ах
Ювенал
в
п уш­
кинском
с тих отв орен ии
«К Лицинию»
зв учал
живы м
укором
современности,
был
полон
н амёко в
на
ко нкр е тные
яв ления
(Арак­
че ев
и
т.
п. ).
Домициан,
властолюбивый
и
т щеславный,
в
то
же
время
скрытный
и
трусливый,
названный
в
IV сатире Ювенала пле­
ши вым
Н ерон ом,
мог
со по ставл ять ся
с
Александром
I,
с
его
характером,
да же
с
внешним
об ли ко м: «Кочующий деспот»
(«Сказки», 1818), «дрожавший»
в
1812 г . , «властитель слабый
и
лукавый,
плешивый
щёголь» (Xглава «Онегина»), —
таков
Ал ександр
в
оце нке
Пу шкина,
не
раз
бр ав шего
«Ювеналов бич»
в
своей
борьбе
с
«самовластьем» .
«Потолковать об Ювенале», таким образом,
зн а чило
к осн уть­
ся
общественных
язв ,
по литич ес ко го
режима,
беседо ват ь
о
«гнёте
власти
роковой», о «тиране», о «холопах
венчанного
солдата»
и
пр.
Разумеется,
Онегин
мог
толковать
на
подобные
темы
тольк о
в
каком-либо
кружке
идейных
друзей.
Пуш кин
даё т
право
пред­
полагать
эту
возможность:
Не
мог
он
ямба
от
хорея,
Как
мы
ни
бил ис ь,
отличить.
(VII строфа)
Равнодушный
к
формальным
элементам
искусства,
глухой
к
сп орам
о
«звуках», Онегин
предпочитал
беседы
на
другие
темы,
он
вступал
в
горячие
«мужественные»
споры
О
Мирабо,
об
Мармонтеле,
О
карбонарах,
о
Парни,
О
Б е йроне
и
Бенжамене,
Об
генерале
Жом ин и.
Пушкин
из ъял
из
окончательного
текста
эти
стихи,
но
тот
факт,
что
в
ва риа нтах
к
V строфе Онегин был представлен с по ­
добного
род а
интересами,
—
надо
с чита ть
пок аз ат ельны м.
Тем
более,
что
перечень
этих
писат елей
почти
полностью
вход ил
в
программу
чтения
либеральных
мол оды х
людей
1819—1820 гг.
Мирабо
(1749—1791) —
к рупны й
деятель
французской
буржуазной
революции.
«Первый декабрист»
майор
В.
Ф.
Ра ев­
ский
обвинялся,
между
прочим,
в
то м,
что
в
ла нк аст ерск ой
шк оле
для
нижних
чи нов
он
пропагандировал
идеи
«свободы,
равенства,
конст ит уц ии», ссылаясь
на
«Квирогу,
Вашингтона,


Гл ава
первая
49
Мирабо».
Пушкин
не
раз
вспоминал
автора
«Essai sur le despo­
tisme» (1774), ненавистника деспотизма,
в
1825 г.
называл
его
«пламенным трибуном,
предрекшим
перерождение
зем л и»,
в
1836 г.
писал
о
«колоссальном Мирабо», выдающемся ораторе,
которому
принадлежало
известное
изречение
перед
по я влен ием
в
на циона ль ном
собрании
изменившего
народу
Людовика
XVI:
«молчание народов пусть послужит уроком королям!»
Мармонтель
(1723—1799)—ф ранц узский
писат ел ь;
был
близок
к
просветителям,
пер еп исыв ался
с
Вольтером,
вр ащал ся
в
политических
салонах,
где
бывали
Гольбах
и
Дидро,
д’Ал ам­
бер
и
Гельвеций;
пользовался
огром ной
популярностью
как
ав­
тор
«Сказок»
и
романа
«Велисарий»; переводы его сочинений
в
России
бы ли
многочисленны:
рома н
вы хо дил
в
нескольких
и здан иях
(начиная с 1768 г . ); «Contes morales»,
по свя щённы е
вопросам
семьи,
во спит ания,
разнообразным
э пи зодам
в
ж изни
людей,
когда
чувство
любви
вр ыв ается
в
их
душевный
мир,
бы ли
переведены
Карамзиным
(1794) 24.
После
его
смерти
вышли
мемуары
(1804), где Мармонтель,
покинувший
Париж,
когда
с обы тия
ра звё рты вали сь
под
знаком
победы
я ко б инцев,
в
рассказах
о
своих
связях
с
просветите­
ля ми
ир ониз иро вал
над
былыми
соучастниками
политических
салонов,
ос обе нно
над
Гельвецием.
Р оман
«Велисарий»
для
Он е­
гина
мог
бы ть
интересен
по
аналогиям
с
рус ской
современ­
ностью.
Ос л епл ённый
м он архом
полководец
Велисарий,
изгнан­
ный
по
проискам
п ридв орны х,
о бл ичал
Тиберия
и
Юстиниана,
выступал
про тив
придворной
знати,
п ротив
тирании,
рассуждал
о
принципах
верховной
власти,
о
законах,
о
бедности
народа
и
пр.
В
романе
находились
тирады,
созвучные
ли бе ралис там
ал ек­
сандровской
эп охи : «Тайна,
кот орую
скрывают
от
гордых
монар­
хов
и
кот орую
государь
добрый
ведать
достоин,
есть
та,
что
только
с ила
законов
имеет
в
себ е
власть
беспредельную.
А
кто
ищ ет
государствовать
самовластно,
тот
есть
невольник.
Закон
есть
согласие
всех
в оль,
совокуплённых
во
едину
волю.
Итак,
могущество
оного
есть
стечение
всех
сил
государства.
Вопреки
тому
во ля
единого,
как
с коро
она
бывает
неправедна,
увидит
противны
себ е
те
ж
самые
силы,
которые
на д обно
разделять,
вязать,
истреблять
или
противоборствовать.
В
таком
случае
ти­
раны
прибежище
име ют
иногда
к
плутам,
народ
обманываю­
щим.
..
и ногда
к
подлым
ме че носц ам,
кровь
отечества
своего
продающим,
к от орые
с
обнажёнными
в
руках
ме ча ми,
обходя,
посекают
г лавы
те х,
кто
выше
ига
восходит
и
естественного
права
отыскивать
де рза ют.
Оттуда
восстают
междоусобия,
в
ко­
торых
брат
брату
г ов ор ит : «умирай или покоряйся тирану,
кото­
рый
мне
платит
за
то,
что
я
тебе
горло
перерезал»
и
т.
д.
(рус ­
ск ий
перевод
в
изд .
1802 г .,
стр.
85, 87 и 93).
4 Зак.
214


50
Евгений
Онегин
Политический
характер
и мели
беседы
о
карб онара х.
Тайная
р ево люц ио нная
организация
так
н азыв аем ых
угольщиков
(карбонариев), начавшая действовать в Италии с 1817 г.,
имев­
шая
св язи
с
революционерами
Фран ци и,
Шве йца ри и,
Пол ьш и,
был а
изв ест на
в
определённых
кругах
русской
молодёжи:
под­
поручик
Измайл о в ско го
полка
Л аппа
п ризнал ся
Гангеблову,
члену
Северного
тайного
об щ ества,
что
он
в
1817 г.
был
принят
в
братство
карбонаров
его
наставником,
ит аль я нцем
Джильи;
какой-то
читатель
книги
Н.
И.
Тургенева
«Теория налогов», оче­
видно
недовольный
его
либерализмом,
написал
на
поля х: «и
видно
карбонара»25,
кн.
Баратов
в
1819 г.
пы тал ся
пр ивл ечь
в
орде н
карбонаров
одного
чиновника,
показывая
инструкции,
в
к оторы х
указывалось,
что
принятый
в
о рг ани зацию
клянётся
в
вечной
ненависти
к
тиранам
и
их
приверженцам
и
бу дет
п оль­
зов ат ься
всеми
случаями
для
их
искоренения.
Де кабр ист
Бе­
л яев
в
своих
зап иск ах
г ов орит : «Нашему либерализму содей ­
ств овал и
и
вн ешн ие
со бытия,
как-то
д вижение
кар б он ариев ».
Есть
указания,
что
неапол итанск ое
восстание
1821 г.
произ­
ве ло
большое
впечатление
на
либеральную
часть
петербургского
о бщ ест ва: «Большая часть молодёжи в восторге от всего,
что
п роис ход ит,
и
не
скры в ает
своих
мыслей», —
писал
од ин
из
пре д­
ст авит елей
командовавшей
верхушки
о
событиях
т ого
времени.
На
языке
декабриста
А.
И.
Якубовича
недовольный
и
карбонарий
б ыли
понятиями
р авно зна чащ ими.
См.
в
его
письме
28 декабря 1825 г.
Ник ол аю
I: «Недовольных,
или
кар­
бонариев,
в
природе
человека
и
по р ядке
вещей
нет ;
пра вите ль­
ст во
их
соз идает » 26.
По
пов оду
отставки
Н.
И.
Т ур генева
А.
Я.
Булгаков
писал
бр ату
из
Москвы
26 мая 1824 г.: «Про него говорят:
туда
и
до­
рог а,
мартинист!
Пора
их
вс ех
истребить!
Общее
мнение
столь
п ораж ено
ка рбона рами ,
что
все
секты
от но сят
к
ним!
По
кр ай­
ней
ме ре
сим
обнаруживается
б л аго намер енный
дух
наш ей
ст а­
рой
столицы»27.
Имя
Байрона
не
слу чай но
стоит
ряд ом
с
карбона­
рам и.
Мятеж н ый
индивидуалист,
вступивший
в
Италии
в
ор­
ден
карбонариев,
волновал
рус ск ую
либеральную
молодёжь
революционным
романтизмом
своих
сочинений.
В
одной
из
пере­
водных
статей
в
«Вестнике Европы» 1818 г.
о
Байроне
писалось
как
о
поэте-философе,
показывающем
«отрицательное действие
деспотизма».
С
1815 г.
стали
появляться
переводы
из
Байрона
в
рус ск их
журналах.
Они,
по
словам
М.
А.
Бестужева,
«кру­
жили
всем
голов ы»,
11 октября 1819 г .
П.
А.
Вяземский
писа л
А.
И.
Ту р генев у:
«Я всё время купаюсь в пучине поэзии,
читаю
и
пер еч ит ываю
лорда
Байрона,
р азу меетс я,
в
бедных
выписках
французских».
А.
И.
Тургенев
отвечал
ему
22 октября: «Ты проповедуешь нам


Глава
первая
51
Бай рон а,
которого
мы
всё
лето
чи тали »,
а
в
письме
6 января
1820 г.
писал
И.
И.
Дм итр иеву : «Жуковский дремлет над Бай­
роном,
Вяземский
им
б реди т».
Автор
гнев н ого
и
р езко
публици­
стического
стихотворения
«Негодование» (1820),
В язем ский
25 февраля 1821 г.
в
пис ьме
к
А.
И.
Т ур геневу
указывал,
что
«Байрон,
который
но сится
в
об лак ах,
сп у скаетс я
на
землю,
чтобы
грянуть
негодованием
в
притеснителей,
и
краски
его
романтизма
сливаются
часто
с
краскам и
пол ити че скими ».
«Властитель дум», по известной пушкинской характеристике,
Байрон
казался
в
глазах
м н огочи слен ных
мракобесов
самым
«опасным»
разрушителем
об ще с тве нного
порядка.
Один
из
д ея­
телей
реак цио нной
клики
Д.
Рунич,
возмущённый
тем,
что
на
страницах
«Русского инвалида»
появилась
переводная
статья
о
Байроне,
обратился
23 апреля 1820 г.
к
издателям
этого
ор­
га на
с
письмом,
в
ко тором
находим
такие
с трочки : «Какая мо ­
жет
заключаться
польза
для
рус ск их
и
вообще
для
чел о вечес тва
в
том
св ед ении
или
уведомлении,
что
в
Англии
или
Америке
или
Австралии
ест ь
чудовища,
в
ожесточённом
неверии
сплетающие
нел епые
сис тем ы
и
поэмы,
ц елью
ко их
ест ь
то,
чтобы
пре дст а­
вить
преступление
стра стью
и
необходимою
потре бн остью
вел ик их
душ?
Что
тут
великого,
изящ­
ного,
по лез ног о?
Не
философия
ли
это
ад а?..
Кто
заразится
бреднями
Бай рона,
—
тот
пог иб
навеки;
подобные
впечатления,
ос обен но
в
юных
сердцах,
с
труд ом
изглаживаются.
Поэзии
Байронов...
родят
Зандов
и
Лу ве ле й!. .28 Стихотворения его
исполнены
с м ертон осн ого
яд а,
такой
ф илософ и и,
к от орую
изры­
гает
оди н
только
ад...
П ро сла влять
по эзию
лорда
Байрона
ес ть
то
же,
что
восхвалять
и
превозносить
уб ийс тве нное
орудие,
из ощ рё нное
на
погибель
человечества»29.
Онегин
вст у пал
в
«любопытный»
спор
о
гетерии.
Нацио­
нально-освободительное
движение
греков
п ротив
Турецкой
импе­
рии ,
в
котором
участвовала
разноплеменная
масса
на
Балкан­
ско м
полуострове,
в
Мол д авии
и
В алах ии
(сербы,
рум ын ы,
б ол­
гары,
а лбанц ы ), вызывало в русском обществе в 20-х
годах
на­
пряжённый
интерес.
П ушкин ,
познакомившийся
в
Ки шинё ве
с
вождём
гет ери ст ов
А.
Ипсиланти,
мечтал
принять
участие
в
греческом
дви жении,
г орячо
обсуждал
в
годы
южной
ссылки
«успех предприятия этерии» (см.
Кишинёвский
дн ев ник
Пуш ­
кина
от
2 апреля 1821).
Бенжамен
Констан
(1767—1830)—пу бл ицис т
и
ро­
манист,
идеолог
буржуазного
либерализма,
п ользов ался
значи­
тельным
авторитетом
сре ди
дворянской
интеллигенции.
Его
сочи­
нения,
защ ищ ав шие
умеренный
конституционализм
в
эпо ху
реставрации
феодальных
порядков
во
Франции,
бы ли
в
руках
у
многих
б удущ их
де яте лей
декабризма.
По
словам
Н.
И.
Т ур­
генева,
вернувшегося
в
Петербург
в
ко нце
1816 г ., «имена зна­


52
Евге ни й
Онегин
менитых
францу з ских
публицистов
был и
так
же
популярны
в
России,
как
и
на
их
родине,
и
рус ск ие
офицеры
сроднились
с
именами
Бенжамена
Конст ана
и
некоторых
других
о рат оров
и
писателей,
кот оры е
как
будт о
взял ис ь
за
политическое
воспи­
тание
европейского
континента».
В
списке
лиц,
интересовавших
Онегина,
первоначально
был и
Гесснер
и
Манюэль.
Г
е
с
с
н
е
р
(1730— 1783) —
швейцарский
автор
и дилл ий,
которые
бы ли
чрезвычайно
п опуля рны
на
З ападе,
переводились
у
нас
Карамзиным,
Жу ко вски м.
Руссо,
Мирабо,
Дидро,
А.
Ше­
нье
высоко
ценили
этого
писат ел я,
н есмо тря
на
пр ик раш ивание
действительности,
уме в шего
найт и
правдивые
черты
в
опис ании
психологических
пер еживаний
ге рое в.
Ему
принадлежит
«Песня
швейцарца,
с
оружием
защи щаю щего
оте чес тв о».
Декабрист
Фонвизин,
доказывая
текстами
ве тхого
и
нового
завета
враж­
дебность
«самовластительного,
или
деспотического,
пр а вле ния»
но вым
общественным
пот ре бнос тя м,
писал
в
1823 г.: «Иоанн Зла­
тоус т,
Гесснер,
Лафатер
—
не
были
поб орни ки
само в ласт и я»30.
Манюэль
(1775—1827) —
крупн ый
политический
деятель;
в
палате
депутатов
в
эпоху
Ста
д ней
выс т упал
прот ив
деспо­
тизма
Империи,
в
1818 г.,
избранный
в
палату
двумя
департа­
ментами,
защищал
социальные
завоевания
Ве ли кой
буржуазной
французской
революции
и
в
1822 г.
з аявил
с
три бун ы,
что
Фр ан­
ция
встретила
при ход
Бурбонов
«только с отвращением и бес­
покойством».
Речи
Манюэля
в
палате
депутатов
в
защиту
за­
кона,
против
исп ан ского
короля
Ф ерд инанд а
и
т.
п.
привлекали
к
нему
внимание
далеко
за
пр едел ами
Франции;
по
словам
Бе­
ранже,
Манюэль
«всецело принадлежал народу
—
сердцем,
ру­
кою,
умом».
Деятельность
Ма нюэ ля
вызывала
к
себ е
интерес
среди
воль­
нолюбивой
молодёжи,
—
декабрист
П.
Г.
Каховский,
указывая
в
тюремном
письме
Ник ол аю
I факты реакционной политики
Священного
союз а,
заставлявшие
его
возмущаться,
отметил:
«Конституция Франции нарушена в самом своём основании:
Манюэль,
пред ст авит ель
наро да,
из
пал аты
депутатов
извлечён
жандармами!»
Ещё
читал
Онег ин
французского
поэта
Парн и
(1753—
1814).
Так
как
этот
автор
стоит
в
ряду
с
карбонарами,
после
Ба й рона
и
Бенжамена,
то
«мужественные споры», очевидно,
ве­
лись
не
и з-за
любовной
лирик и
Парни,
а
по
поводу
более
содер­
жательных
и
значительных
тем.
В
годы
расцвета
«Сионского
вестника» (1817),
наполненного
пер евод ам и
мистиков
Бема,
Эккартсгаузена
и
п р.;
в
годы
разгу л а
це рк овной
«инквизиции»,
когда
в
1816 г.
подвергались
со жжению
тру ды
харьковского
пр о­
фессора
Ша да
за
подрыв
«основ св.
пис а ния »; когда светская
знать
увл ек ала сь
(с 1817 г.)
радениями
Кондратия
Селиванова


Глав а
первая
53
(«Горный Сион») и «Б р атст во м
во
Христе»
Татариновой;
когда
сановные
ханжи
приветствовали
мероприятия
Магницкого
по
реорганизации
^Казанского университета,
чт об
«тень Брутов ис­
чезла
в
ж итиях
с вя тых »; когда учинялся разгром Петербургского
университета,
из
кот орого
выг онял ись
профессора,
якобы
сеяв­
шие
«лжемудрие германской и английской философии»; когда
цензура
всюду
видела
дух
«вольнодумства,
неверия
и
неблаго-
честия», —
в
эту
м ра чную
пору
деят ел ьно сти
Рунич а
и
Магниц­
кого,
Фотия
и
Стурдзы
поэт
Парни
ч итал ся
как
автор
антире­
лигиозных
поэ м,
на сыщ е нных
вольтеровским
см ехом
и
с арк аз­
мом
против
католицизма,
всяческой
поповщины
и
предрассуд­
ко в.
«Война древних и новых богов», «Библейские
приключе­
ния», «Потерянный рай»
отвечали
интересам
и
характеру
Евге­
ни я,
любившего
«шутку с желчью пополам».
Религиозное
вольнодумство
шло
рядом
с
политическим
воль ­
но мысл ием.
Молодой
человек
20-х
годов
в
характеристике
верноподдан­
ного
той
эп охи
«должен толковать о конституциях,
па лата х,
вы­
борах,
па рла мента х,
казаться
не ве ру ющим
христианским
догма­
там».
Бенжамен
Констан
с
его
«Курсом конституционной поли­
ти ки » (1818—1820) или «Р ас суж де ние м
о
конституциях
и
об
их
г ара н тия х» (1814),
с
одно й
стороны ,
кощунст в енн ые
поэмы
Парни,
—
с
другой,
давали
тот
терпкий
«лицейский дух», следы
которого
обнаруживаются
на
умственном
облике
пушкинского
ге роя31.
Круг
интересов
«жарких спорщиков»
Пушкин
заключил
име­
нем
генерала
Ж
о
м
и
н
и.
Автор
специальных
работ
по
военному
и скус ств у,
барон
Жомини
(1779—1869) вызывал вни­
м ание
к
себе
в
военной
среде
как
своей
жизненной
судьбой,
так
и
некоторыми
темами
своих
т ру дов:
быв ший
офицер
француз­
ской
армии,
губернатор
Вил ьны
и
Смоленска
в
кампанию
две­
надцатого
года,
он
перешёл
в
стан
союзников,
в
1813 г.
был
пр и­
нят
на
рус скую
службу,
изме нив
Наполеону,
ко тором у
помогал
при
отст упл ени и
через
Бер езин у.
В
ранних
сочинениях
Жомини
превозносил
во енный
гений
Наполеона,
а
к
низложенному
фран­
цузскому
императору
в
годы
торжества
Священного
с оюза
ве р­
нулись
симпатии
мн оги х,
увидевших,
что
«самовластие (в
Ев­
ропе)
ст ало
ещё
т я го ст ней». (Рылеев).
Образ
Наполеона
в
трудах
Жомини
вызывал
ср ав нение
с
Александром
I, далеко
не
лестное
для
«главы царей», интересовавшегося « фрун том а ни е й,
со лдатск ой
выт яжк ой,
единичным
учени ем
и
про ч.,
несмотря
на
то,
что
опыт ы
двухлетней
жестокой
вой ны
с
неприятелем,
са мым
иск у сным,
могли
бы,
кажется,
убедить
Ал ексан дра^
что
не
от
эт их
ме л очей
за вис ит
победа» (М.
А.
Фон в изин
—
де ка бри ст).


54
Евгений
Онегин
Имя
Жо мини
в
1817 г.
попало
в
«Песню старого гусара»
Д.
Давыдова:
А
теп ерь
что
вижу?
—
Страх!
И
гусары
в
модном
свете,
В
вицмундирах,
в
башмаках,
Вальсируют
на
паркете!
Говорят,
ум ней
они...
Но
что
слышим
от
любова?
Жомини
да
Жомини!
А
об
водке
—ни
полслова!
Имя
эт ого
военно-исторического
писателя
как
будто
вры­
в ается
в
строфу
из лиш ним,
нео жид анны м,
но
Пушкин,
вообще
ск упой
на
биографические
подро бнос ти,
строя
первую
главу
без
точной
хронологизации
жизни
своего
героя,
однако
отметил
од ин
любопытный
факт,
бросающий
свет
на
интерес
Онегина
к
имени
военного
специалиста:
И
хоть
он
был
повеса
пылк ой,
Но
ра злюб ил
он
наконец
И
брань,
и
саблю,
и
с винец.
Эти
с троки
в
XXXVII строфе,
сочетание
бр ани
(ср .
«По­
сл ание
к
Юд ину »: «Трепещет бранью грудь моя ...
ле чу
на
гибель
суп ос тата»), сабли
(ср .
там
ж е: «Нашед на поле битв
и
чести
од ни
болезни,
кос ты ли,
навек
ос тави л
саблюмест
и»)
и
свинца
характеризуют
в оен ную
обстановку,
военную
среду.
Евгений
вступил
в
свет
лет
16—17 (см.
варианты
к
III и
IV строфам), в эпоху Отечественной войны.
Подобно
Чацкому,
Евгений
мог
увлечься
«расшитым и красивым мундиром»
и
д аже
носить
его
некоторое
время,
как
это
б ыло
в
жизни
Гр и­
боедова
и
д р.,
не
вс тре чаясь
с
«свинцом» « на
поле
битв» (на
пол е
брани).
Но
так
как
в
биографии
п ушки нс кого
героя
нет
точного
указания
на
его
военную
службу,
то
признание,
что
Онегин
когда-то
любил
«брань,
саблю
и
св ин ец», может быть
истолковано
как
указание
на
св язи
статского
молодого
человека
с
во енны ми,
на
его
тяготение
к
кружку
во енно й
м олодёжи .
Отрывок
н еок онче нной
пьесы
Пуш ки на
1821 г.
(так называе ­
мой
«Комедии
об
игр оке »)
превосходно
комментирует
XXXVII строфу:
брат
о тв ечает
на
вопрос
се стры ,
почему
она
не
видит
его
в
свете:
.. .мы
жит ь
привыкли
на
свободе,
Не
ездим
в
общество,
не
знаем
наших
да м,
Мы
вас
ос тави ли
на
жертву
[старикам],
Любезным
баловням
осьмнадцатого
века...
А
в про чем,
не
найдёшь
живого
человека
В
отборном
об щ естве. ..


Глава
первая
55
Далее
из
их
ди алог а
мы
узнаём,
в
чьём
об ществ е
проводили
время
те,
ко му
надоели
«важны вздоры»:
—
Хвалиться
ест ь
ли
чем !
Что
тут
х оро шего.
Ну,
я
прощаю
тем,
Кот орые ,
пустясь
в
пятнадцать
лет
на
волю,
Привцкли
—
как
же
быт ь?
—
лишь
к
пороху
[да к]
по лю.
Казармы
нравятся
им
больше
наших
зал
—
Но
ты,
который
вве к
в
бива ка х
не
жи вал,
Кот оры й
не
видал
п ох одной
п ыли
срод у,—
Зачем
перенимать
у
них
пустую
моду?
Какая
нужда
в
т ом?
—
В
кругу
сво ём
они
О
дельном
говорят,
ч итают
Ж омини.
Артель
передовой
офицерской
молодёжи,
той,
которая
вхо­
ди ла
в
состав
Со юза
сп асения ,
не
была
чуждой
Онегину.
Из­
вестно,
какие
изменения
произошли
п осле
европейских
походов
«в укладе жизни,
в
речах
и
да же
в
поступках»
гвардейских
о фице ров,
к оторы е
«обращали на себя внимание свободой своих
сужд ений
и
см ело сть ю,
с
к оторой
они
высказывали
их,
ма ло
заботясь
о
том ,
говор ил и
ли
они
в
публичном
месте
или
в
ч аст­
ной
г ост иной,
слушали
ли
их
с то ронн ики
или
противники
их
воззрений»32.
Но
Онег ин
разл юби л
«и брань,
и
саблю,
и
св инец »,
т.
е.
перестал
бывать
и
на
собраниях
в оен ной
молодёжи.
При­
чины
этого
перелома
указаны
в
рома не :
в
Онегине
«чувства
остыли», он «к
жиз ни
вовсе
ох л а дел » (XXXVIII строфа).
Совершенно
оч еви дно,
что
рассказ
о
том,
как
Евгений, «то­
м ясь
душевной
пустотой,
читал,
читал,
а
всё
без
толк у» (XLIV
ст ро фа), относится к иному периоду,
чем
то т,
когда
он
участво­
вал
в
«жарком споре»
о
Жо мини,
толковал
об
Юв ен але
и
т.
п.
Эти
разговоры
Онегин
вёл
не
тотчас
по
окончании
курса
св оих
наук,
а
позже,
когда
политические
интересы
стали
преобладаю­
щими
в
среде
дворянской
молодёжи,
пришедшей
к
выводу
о
необ­
ходи м ости
преобразований
в
кре постн иче ской
стране.
Если
бы
Пушки н
оставил
в
осно вно м
тексте
V строфу в её первоначальном
виде,
то
перед
читателем
романа
пре дста ла
бы
та
картина
о жив­
лённой
умственной
ра бо ты,
которая
велась
на
собраниях
у
Н.
И.
Тургенева,
сред и
участников
Союза
сп асени я,
«Зелё­
ной
лампы»33.
В
первой
главе
ро мана
на
переднем
плане,
особенно
в
на­
ча ль ных
строфах,
вы ступает
светское
времяпровождение
Оне­
гин а,
кр у жение
в
вихре
разнообразных
развлечений.
Но
«наука
ст раст и
не жно й », которой отдавался с таким усердием молодой
Евгений,
со ед инял ась
у
него
и
с
театральными
вле че ния ми,
и
с
чтением
знаменитой
книг и
а нглийс ко го
экономиста,
и
с
лю­
бов ью
к
с атири чес ким
сочинениям
в
стиле
Юв ена ла.
Сравнение
Онегина
с
Кавериным,
Чаадаевым
заст авля ет
видеть
в
пушк и н­
ско м
герое
п ортрет
тех
м олоды х
люд ей,
ко торы е
были,
по
выр а


56
Евге ни й
Онегин
жен ию
историка
В.
О.
Ключе в ско го,
т и пи ческим
ис клю­
чением
в
дворянском
обществе,
котор ые
был и
охвачены
идео­
логическим
дв иж ени ем,
приведшим
мно гих
из
них
к
декабризму.
Пер вая
глава
романа
рисует
формирование
м олодого
чело­
ве ка
между
1812 и 1819 годами,
т.
е.
в
то
время,
когда,
по
позд­
нейшей
ха ракте ристи ке
Пу шкин а
(в сожжённой главе романа),
«не входила глубоко в сердца мятежная наука», когда «д р уже­
ски е
сп оры»
вели сь
«между лафитом и клико», когда брожение
мысли
выливалось
в
«разговоры»:
[Всё это было только]
скука,
Безделье
молод ых
умов,
Забавы
взрослых
шал унов.
«Тоскующая лень»
О не гина
в
с ое дин ении
с
его
«учёными
спорами»
—
это
как
раз
те
кр аски ,
к оторы е
Пушк ин
собирался
в
1830 г.
по ло жить
на
кар ти ну
пр еддекабр ьс ких
настроений
дворянского
либерализма,
которы е
он
пом нил
по
личным
пе тер­
бургским
впечат лен ия м,
по
засед ан иям
«Зелёной лампы», где
собирались
«рыцари лихие любви,
свободы
и
вина»; эти на­
строения
он
с ильно
затушевал
в
первой
главе
р ом ана,
но
сохра­
нил
настолько,
что
чи тат елю,
если
бы
роман
зако н чил ся
деся­
той
гла во й,
бы ло
бы
п он ятно,
поче му
Онегин
мог
вс туп ить
в
об­
щество
декабристов.
Собрания
«лампистов»
изображались
Пушкиным
как
вечера,
где
«своенравный произвол»
Ме нял
б ут ылки,
ра зго вор ы,
Рассказы,
песни
ша лун а;
И
разг орались
наш и
споры
От
искр
и
шуток
и
вина.
(«Cthhçh Я.
Толст ом у», 1821)
«Льются пунш и эпиграммы» . ..
В
этих
спорах
чл ены
фи­
лиала
Союза
бл аг оденст вия
ка сал ись
злободневных
политиче­
ских
вопросов,
ве ли
раз говоры
Насчёт .. .
вельможи
злого,
Насчёт
неб есно го
царя,
А
иногда
насчёт
земного.
А
среди
п есен
могла
зву ч ать
петая
в
обществе
офицеров:
Отеч ество
наше
страдает
Под
и гом
твоим,
о
злодей!
Коль
нас
дес по тизм
угнетает,
То
свергнем
мы
трон
и
царей.
Сво бода!
Свобод а!


Глава
первая
57
Да
помнил,
хот ь
не
без
греха,
Из
Энеиды
два
стиха.
«Эиеида»
—
п оэма
из
12 песен,
рассказывающая
л егендар­
ную
историю
Эн ея,
кот орый
пос ле
п аде ния
Трои
прибыл
в
Ита­
лию
и
у тв ерд ился
там
после
упорной
борьбы
с
туземными
пл е­
мен а ми.
Автором
поэмы
был
Вергилий
Марон
(70—9
гг.
до
н.
э. ).
Но
дн ей
минувших
анекдоты,
От
Ромула
до
н аших
дней,
Хранил
он
в
памяти
сво ей.
Во
вр емена
Пуш к ина
а нек дот
был
ос обым
литературным
жанром.
Это
был а
краткая
«прозаическая повесть»
о
ма лб из-
в ест ном
истор и ческо м
явл ении,
с ообщ аю щая
какую-либо
харак­
терную,
своеобразную
черту
исторического
деят ел я.
Историче­
ские
труд ы
в
Евро пе
и
у
нас
нередко
представляли
собою
со­
брания
анекдотов.
В
1790 г.
вышла
книжка
под
названием
«Анекдоты любопыт ­
н ые».
В
предисловии
к
ней
читаем: «Сии две повести были в на­
чале
сего
века.
Чте ние
их
может
бы ть
лю бо пытно
и
пол езн о:
любопытно
—
по
особенности
случаев;
по л езно
—
в
р ассужд ении
чувствительных
примеров,
кото рые
здес ь
п ред став ляю тся
и
кото­
рые
пронзают
ду шу.
Вп роче м,
ис тина
д ейств ий
даёт
им
пр аво
преимущества
пред
романами».
Таким
образом,
термин
«анекдот»
р анее
им ел
другой
смысл,
чем
в
наш е
время
(ср.
р ас­
суждения
Бел кин а
в
«Истории села Горюхина»).
В
библиотеке
Пушкина
были
книги
С.
Н.
Гли нки
—
«Русские анекдоты воен­
ные
и
гражданские,
или
П ов еств ование
о
народных
доб родете лях
россиян
др е вних
и
но вы х» (1822) и Якова Штелина
—
«Подлин­
ные
анекдоты
о
Петре
Ве ликом » (изд .
3-е , 1830).
Онег ин ,
хранивший
в
памяти
огром ны й
запас
исторических
анекдотов,
ве роят но,
зн ал
анекдоты
из
современной
жиз ни,
по­
добно
декабр ис ту
Завалишину,
который,
как
показывал
на
сл ед­
ствии
по
делу
14 декабря лейтенант Арбузов, «при каждом сви­
дании
рассказывал
новости:
то
новая
республика
в
Америке
образовалась
или
какой-нибудь
анек до т
из
Испании
или
Гре­
ции»34.
В
вари ант е
к
VI строфе Пушкин указал,
что
Онег ин
«знал,
что
значит
Рубикон».
Из
романа
исчез,
из-за
це нз урных
опасений
автора,
намёк
на
полит ичес кое
пр име не ние
либеральной
молодёжью
знаменитого
э пиз ода
из
ж изни
Цезаря,
с
р ус ским
осмыслением
ла тинск ого
слова
Рубикон.
А.
Бесту ж ев
на
следственной
ко мисси и
сообщил: «Я сам при
многих,
п е реша гнув
через
порог
Рылеева
кабинета,
сказал,


58
Евгений
Онегин
с мея с ь : «Переступаю через Рубикон,
а
Рубикон
значит
руби
ко н,
т.
е.
в сё,
что
п оп адёт ся,
но
я
никак
не
ра зумел
под
сим
цар ­
ствующей
фамили и» 35.
VII
Бранил
Гомера,
Феокрита,
За то
читал
Адама
Смита...
Как
мы
вид ел и,
Онегин
интер есо вался
современными
по
тому
времени
проблемами;
по лит ическ ая
пуб лици ст ика
и
экономиче­
ские
тра кта ты
эпо хи
победы
буржуазии
над
феодализмом
прежде
всего
привлекали
его
внимание.
П оэтом у
его
критический,
«резкий охлаждённый ум»
вид ел
в
«Одиссее»
и
в
«Илиаде»
—
поэмах
легендарного
гре че ск ого
поэт а
Гомера
—
картины
ра бо­
владельческого
общества,
того
стр оя,
который
нап ом инал
по­
р ядки
в
некоторых
отсталых
странах
XIX в.
Купля
и
пр о­
д ажа
людей;
ц ари,
всю
жизнь
воюющие
и
грабящие
мирное
на­
селение;
пр имит ивные
формы
хозяйства
—
всё
это
был о
не
по
душ е
молодому
смитианцу.
Идилл ич ески е
зарисовки
пастухов
и
пастушек
с
«козочками»
и
«овечками»
на
лон е
природы,
чув­
ствительные
картинки
гре чес кого
поэ та
Феок рит а
также
шли
вразрез
с
представлениями
горожанина
Онегина,
к оторо го
ли шь
два
дня
мо гли
занимать
У еди нён ные
поля,
Прохлада
сумрачн ой
дубровы,
Журчанье
тихого
ручья.
(LIV строфа)36
Адам
См ит
(1723—1790) —ан гли йск ий
эк оно мис т,
р анний
идеолог
про мышл енно го
ка питал изма,
ав торит етны й
в
передовых
слоях
дворянства,
считавших
оче ред ной
за да чей
в
России
ломку
к реп ост нич ества.
Он
по дсказы в ал
Он еги ну
на
многочисленных
примерах
эко номиче с к ой
жиз ни
в
п рошл ом
и
настоящем
критику
хозяйственной
культуры
д ревней ,
«гомеровской»
Г ре ции.
Вот
что
Е вге ний
мог
п рочес ть
в
классическом
труде
Адама
Смита
«Исследование о природе и причинах богатства народов»
(1776), впервые переведённого на русский язык в 1802—1806 гг.:
«Политика древних республик Греции и политика Рима,
хотя
она
более
ценила
зем л едел ие,
чем
мануфактурную
п р омыш­
ленн ость
или
в неш нюю
торг ов лю, ; всё же,
повидимому,
скорее
затрудняла
эти
п ослед ние
занятия,
чем
непосредственно
или
сознательно
поощряла
п ерв ое.
В
некоторых
из
древних
госу­
дарств
Греции
вне шняя
торговля
бы ла
совершенно
запрещена,
а
в
не котор ых
других
про мыс ел
ремесленников
и
мануфактури­


Глава
первая
59
стов
считал ся
вредным
для
силы
и
ловкости
человеческого
тела,
поскольку
он
дел ал
его
неспособным
во сп ринима ть
те
на­
выки,
которые
старались
ра звить
в
нём
при
помощи
военных
и
гимнастических
у пр ажнений,
а
п отому
и
неспособным
в
бол ь­
шей
или
меньшей
степени
переносить
утомление
и
опа сно сти
войны.
Эти
промыслы
считались
при годн ы ми
только
для
рабов,
а
св ободн ым
гражданам
государства
запрещалось
заниматься
ими.
Даже
в
тех
г осу дар ст вах,
где
не
существовало
такого
запрещения,
ка к,
наприм ер ,,
в
Риме
и
Афинах,
масса
народа
фактически
была
отстранена
от
всех
тех
промыслов,
какими
в
настоящее
в ремя
зани маю тся
об ычно
низшие
слои
населе­
ния
город ов.
Всеми
эти ми
промыслами
в
Афинах
и
Риме
зани­
мались
рабы
богачей,
причём
занимались
они
ими
в
пользу
своих
хо зя ев,
которые
своим
богатством,
могу щест в ом
и
влия­
ние м
делал и
по чти
невозможным
для
свободного
бе дн яка
найти
рын ок
для
п родукта
своего
труда,
ког да
последнему
приходи­
лось
конкурировать
с
продуктами
труда
рабов
богатого
чело­
век а.
Но
рабы
ре дко
проявляют
изобретательность;
все
более
важные
улучшения
в
орудиях
труда
или
в
порядке
и
распреде­
лении
работы,
которые
облегчают
и
уменьшают
труд,
являлись
открытиями
свободных
людей.
Е сли
бы
даже
раб
предложил
к ак ое-ли бо
улучшение
п одобн ого
рода,
его
хозяин
был
бы
скло­
нен
счесть
это
предложение
внушённым
леностью
и
желанием
ра ба
со кр атить
свой
труд
за
с чёт
хозяин а.
Бедный
раб
вместо
наг рад ы
полу чил
бы,
вероятно,
на
свою
долю
град
ругательств,
а
может
быть,
и
подвергся
бы
н аказанию .
Поэтому
в
ман уф ак­
турах,
в
которых
работают
рабы,
обычно
требуется
больше
труда
для
вы по лнени я
тог о
же
количества
раб от ы,
чем
в
пред­
приятиях,
где
пр им еняет ся
труд
свободных
ра боч их.
Тру д
пер ­
вых
должен
в
вид у
этого
об ход итьс я
до рож е,
чем
труд
послед­
них»37.
Некоторые
герои
гомеровской
«Илиады»
могли
дават ь
повод
к
гневным
со по ставл ения м
с
политической
жизнью
тогдашней
Рос сии .
В
1818—1823 гг. ,
когда
«исчезли юные забавы», когда
ца рь
Ал ексан др ,
разъезжая
по
конгрессам
европейских
дипломатов,
обнаружил
по длинное
нутро
«кочующего деспота», в разговорах
мо ло дёжи,
ожидавшей
«минуты вольности святой», гомеровский
Агамемнон
мог
ра ссматр ив ат ься
как
прообраз
ненавистного
ду­
шителя
свободы
на
русском
престоле.
Греческий
ца рь
был
ти пич ным
де сп отом.
Эт от
«пастырь на ­
родов»
был
зол
и
мстителен,
надменен
и
не
терпел
противоре­
чий,
он
яр ос тно
про гн ал
жреца
Храза,
любимца
Аполлона;
му д­
рый
Калхас
говорит
о
нё м : «Слишком могуществен царь,
на
м ужа
подвластного
г нев ный:
вспыхнувший
гн ев
он
на
первую


60
Евгений
Онегин
п ору
хот я
и
смиряет,
но
с крыт ную
злобу,
доколе
её
не
исполнит,
в
сердце
хранит».
Мол оды м
либералистам,
мечтавшим
на
месте
деспота
видеть
кон сти туц ион ного
мо нар ха,
ограниченного
за коном
и
уп ра­
вляющего
страною
во
имя
просве щё нной
свободы,
про сл ав ленный
Г оме ром
герой
должен
был
казаться
заслужи­
вающим
уничт о жени я,
а
не
преклонения.
О
том,
что
какие-то
критические
голоса
раздавались
в
20-х
годах
о
Гомере,
его
ми ров оззре ни и^
картинах
быта
в
его
поэмах
и
пр. ,
можно
судить
по
следующим
ф а ктам.
В
«Московском телеграфе» 1829 г.
по
повод у
второго
из д ания
Iглавы «Евгения
Онегина»
писалось,
что
у
Пушкина
—
клас­
си ческо го
писателя
—
«для русского читателя нрав­
ств енно сти
более,
нежели
во
всех
поэтах
Греции
и
Рима,
у
ко­
т орых
везде
или
я зыч еские
причуды,
или
сладострастные
и
часто
без н равст венны е
картины,
и ли,
наконец,
ре зня
наповал.
Вспом­
нит е
о
Гом ере. ..
у
н его
герои
—
драчуны,
и
вся
«Илиада»
—
нас то ящая
бойня,
в
сравнении
с
котор ою
наши
романтические
кровавые
сцены
—
бой
петухов»38.
З ато
чита л
Адама
Смита,
И
был
глубокий
эконом,
То
ес ть
умел
суд ить
о
то м,
Как
государство
богатеет,
И
чем
живёт,
и
почему
Не
ну жно
зол ота
ему,
Когда
простой
продукт
имеет.
Н.
В.
Святловский
ука зы ва ет,
что
«по точному смыслу сти ­
хов
Пушкина
пер ед
на ми
ха ракте ристи к а
физиократизма,
а
не
смитианства,
придававшего
з нач ение
«свободе», а не «прос том у
продукту»
зе мл и»39.
Это
указание
не
совсем
точно.
В
рассуждениях
Евге ния ,
действительно,
встречается
тер ми­
нология
физиократов.
Французские
экономисты-физиократы40
(Кене,
Тюрго,
писа вш ие
перед
французской
буржуазной
револю­
ци ей
XVIII в. ), выражавшие идеологию
дворян-землевладель­
цев,
мечтавших
путём
на са жде ния
крупнокапиталистической
куль туры
предотвратить
аго нию
сельского
хозяйства,
учили,
что
единственным
и сточн иком
богатства
яв ляе тся
земл я,
что
только
земля
даёт
чист ый
п
р
о
д
у
к
тr (produit
net), «только земля доставила все капиталы,
кото р ые
образуют
общую
массу
всех
затрат
на
обработку
и
на
промыслы»
(Тюрго),-только
труд
в
с ельс ком
хозяйстве
даёт
избыток
цен­


Глава
первая
61
ности,
которы м
землевладелец
може т
свободно
распоряжаться.
В
поисках
нако пл ения
чис то го
дохо да
физиократы
выдвигали
теорию
вложения
капиталов
не
в
промышленность,
а
в
з емл еде­
ли е: «Единственным источником доходов земледельческих стран
являются
зем ли
и
ка пит алы
п ред пр инимат ел ей», но необходимо
«сочетать браком денежные богатства,
сам и
по
себ е
бесплодные,
с
земельными».
Теоретики
аграрного
капитализма
считали,
что
деньги,
зо­
ло то,
сами
по
се бе
не
представляют
ос обе н ного
богатства,
на­
оборот,
из
всех
видов
ка питал а
день ги
отличаются
на иб ольш им
бе сплод ие м,
пр едста вл яют
из
себ я
лишь
з наки
употребления
для
пр од ажи
и
п ок упки.
«Вы могли бы,
—
писал
Кене,
—
без
большого
ус илия
воображения
пр е дстав ить
себ е
эти
кус очк и
металла
наподобие
биле тов,
которые
о бо зн ачают
часть,
какую
каждый
может
име ть
в
е же годном
р ас­
пред ел е нии
произведе ний,
так
как
производитель­
ный
класс
регулярно
возвращает
те
же
самые
би ле ты,
чтобы
снова
об ес пе чить
р аспр ед еление
сл еду ю щего
год а» 41.
Ита к,
Онегин,
на
первый
взгляд,
как
буд то
развивает
в
своём
кр угу
осно вы
учения
физиократов,
уче ни я,
к лассо во
близкого
той
части
р усск ого
дворянства,
которое
иск ало
«спасения»
и
«благоденствия»
в
борьбе
с
трудностями
помещичьего
хозяй­
ствования
п осле
наполеоновских
вой н.
Но
де ло
в
то м,
что
Адам
Смит
разделял
многие
по ло жения
шк олы
физиократов,
и
Пуш­
кин
был
пр ав,
характеризуя
рассуждения
своего
героя
как
см и-
тианство.
По
словам
проф.
В.
М.
Шт е йна,
несмотря
на
то,
что
«источником богатства у Смита является труд» («годичный труд
каждой
нац ии »), «это не мешает ему быть сторонником физио ­
кратического
мнения
об
особой
производительности
земледель­
чес кого
труда,
бла год аря
способности
почвы
давать
чистый
из­
быток»42.
К.
Маркс,
касаясь
этой
сто ро ны
в
учении
Смита,
утв ерж дал ,
что
А.
Смит
впадает
в
«иллюзию физиократов,
будто
земельная
рента
вырастает
из
земли,
а
не
из
об щ ест ва» («Капи­
т ал», кн.
1) 43.
Что
ка сае тся
смитовской
теории
денег,
то,
по
мн ению
А.
См и­
та,
деньги
—
мёртвый
капитал,
ничего
не
производящий,
они
составляют
ничтожную
часть
народного
капитала: «Армии и
флоты
со держ атс я
предметами
по т реб ления,
а
не
золот ом
и
се­
ре бром »; «если мы нередко выражаем доход какого -ниб у д ь
че­
ловека
числом
п олуча ем ой
им
ежегод н о
металлической
мо неты,
то
это
потому,
что
количеством
последней
определяются
размеры
возможности
для
него
покупать
или
ценность
ежего д но
по­
требляемых
им
товаров.
Однако
мы
тем
не
менее
оцениваем
его
доход
этою
возможностью
для
него
покупать
или
потреблять,
а
не
монетою,
которая
слу жит
только
оруд и ем
э той
способ-'
н о сти»44.


62
Евгений
Онегин
А.
Сми т
—
пламенный
защи тник
б ер ежливо сти ,
накопления,
подлинно
буржуазных
добродетелей
в
феодальном
о бщест ве
—
и
русский
дв о р ян и н, «порядка враг и расточитель», «забав и
р оск оши
д ит я», убивающий свою «то ск ую щую
лень»
на
всяче­
ские
забавы,
требующие
денег
и
денег,
—
трудно
придумать
большее
несоответствие
между
шотландским
экон ом ис том
и
пе­
тербургским
«глубоким экономом».
Но
придёт
черёд
—
Е вге ний
з абу дет
физиократа
м ар киза
Ми ра бо,
запре щав ш его
«вместе со
скупостью
и
а скетизм о м
сбережения
и
уме ре ннос ть
в
потребле­
нии», и •
сделает
оп ыт
прим ене ния
хозяйствования
в
духе
б ур­
жуазной
экономии
Ад ама
См и та : «бережливый хозяин стано­
витс я
идеалом
даже
для
богачей
с
тех
пор ,
как
они
пре вра ти­
лись
в
бур жуа » 45.
Учение
А.
С мита
бы ло
известно
Пушкину
по
лицейским
лек­
ци ям
проф .
Ку ниц ына,
по
книге
хорошо
знакомого
ему
Н.
И.
Тургенева
«Опыт теории налогов» 46.
Н.
Тургенев,
в
предисловии
к
«Опыту»
отметив,
что
«в на­
шем
отечестве
св едения
по
части
политической
экономии
начали
рас простра нять с я
с
очевидным
у спех ом », выступил горячим про­
пагандистом
«изучения
науки
государственного
хоз яйств а»,
«благотворной в своих действиях на нравственность политиче ­
скую».
Чтобы
п онят ь,
как
воспринимали
передовые
д во ряне
раз­
лич ные
системы
буржуазных
экономистов,
что
выч итыв али
они
из
тра кта тов
по
п оли тэк ономи и,
как
п римен яли
усвоенные
идеи
к
политическому
и
хозяйственному
строю
в
феодально-крепост­
нической
Ро с сии,
достаточно
пр иве сти
страничку
из
тургенев­
ского
п реди сл ов ия: «Занимающийся политическою экономиею,
рассматривая
систему
меркантилистов,
невольно
привыкает
не­
навидеть
всякое
насилие,
самовольство
и,
в
особенности,
методы
физиократов,
он
приучается
любит ь
правоту,
свободу,
уважать
кл асс
зе мледе льц ев ,
—
столь
дос тойны й
уважения
сограждан
и
особенной
попечительности
пр авит ельст ва,
—
и
потом,
вид я
пол ьзу ,
принесённую
сею,
вп рочем ,
неосновательною,
системою,
убеждается,
чт о,
при
самых
великих
заблуждениях,
действия
людей
м огут
быть
благодетельны,
когда
имеют
источником
же­
лание
добра,
чи стот у
намерений
и
бл аго во ление
к
ближнему.
Сис те ма
физиократов
и
происхождением
и
дух ом
сво им
прина д­
л ежит
XVIII веку.
Тогда
каждая
идея
о
свободе
принималась
с
вос х ищение м
и
быстро
проникала
в
умы
людей,
особенно
во
Франции.
К
несчастию,
такой
энтузиазм
не
допускал
строгого
разбора,
и
вредное
редко
бы ло
р а зли чаемо
от
п оле зно го.
Фи­
зиократы
о дним
из
г лав ных
правил
представляли
свободу
совме-
стничества
в
промышленности
на родной :
система
их
необходимо
долженствовала
пл е нить
современников,
утомлённых
иг ом
ме р­
кантилизма.
Наконе ц,
з анимаю щ ийся
пол ити че скою
экономиею,


Глава
первая.
63
п роход я
си сте му,
называемую
смитовою,
или
к ритич е­
скою,
нёучается
верить
одним
только
и ссл едо в аниям
и
с ообра ­
жениям
рассудка,
п рост ому
зд равому
смыслу
и
всему,
что
есте­
ственно,
не
принуждённо.
Он
и
здесь
увидит,
что
всё
благое
основывается
на
свободе,
а
злое
про ис хо дит
от
того,
что
неко­
торые
из
людей,
обманываясь
в
своём
предназначении,
берут
на
себ я
д ерз кую
обязанность
за
других
смот ре ть,
дума ть,
за
других
действовать
и
прилагать
о
них
самое
мелочное
и
всегда
тщетное
по пече ни е.
Вместе
с
сим
изы скив ающ ем у
пр ич ины
и
свойства
богатств
нар одн ых
представится
нео т рицаем ый
опы т
времён
про тек ши х,
и
он
удовлетворится,
что
свобода
новейших
народов
рождалась
и
ук реп ляла сь
вместе
с
их
благоденствием
и
основывалась
на
в нутре нне м
устройстве,
на
ф ин ансах
и
что
сии
финансы,
служа
основанием
свободе,
бы вали
также
и
ору­
ди ем
он ой».
В
«Отрывках из романа в письмах» (1829) герой,
Владимир
Z.,
вспоминает
об
эт их
года х: «...
умозрительные
и
важ ные
р ас­
суждения
принадлежат
к
1818 году .
В
то
время
строгость
п ра­
вил
и
политическая
эко ном ия
бы ли
в
мо де.
Мы
являлись
на
балы,
не
снимая
шпаг :
нам
было
неприлично
танцовать
и
не­
когда
з ан има ться
дамами...
Это
всё
переменилось:
французская
кад рил ь
заменила
Адам а
Смита...»
О
Пушкине
и
об
его
отношении
к
Адаму
Смиту
по
VII строфе
романа
упо мина ют
К.
Маркс—в
своих
записях
и
пис ьм ах
и
Ф.
Эн гел ьс
—
в
письме
к
русск ом у
корреспонденту
Н.
Ф.
Да­
ниэльсону
29—31 октября 1891 г.
К.
Маркс
привё л
цитату
из
эт ой
же
строфы
об
отношении
О негина
к
теории
См ита
в
од­
ном
из
п риме чан ий
«К критике политической экономии».
Гово р я,
что
у
Ри кар до
«смехотворным образом обнаруживается смеше ­
ние
де нег
и
то вар а », Маркс
пис а л: «В поэме Пушкина отец
гер оя
н икак
не
может
понять,
что
товар
—деньги.
Но
что
деньги
представляют
собою
товар,
это
рус с кие
понял и
уже
давно,
что
доказывается...
вс ей
историей
их
тор гов ли» .
В
указанном
письме
Ф.
Энгельса
читаем: «Когда мы изу­
чаем.
..
реальные
эконо миче ски е
от ноше ния
в
различных
стр ана х
и
на
различных
ступенях
ц ивилиза ции,
то
какими
странно
оши­
бо чн ыми
и
н едос тат очны ми
к аж утся
нам
р ацио налист ич еск ие
обобщения
XVIII века
—
хот я
бы,
напри мер ,
доброго
ст аро го
Адама
Сми та,
который
пр иним ал
условия,
господствовавшие
в
Эдинбурге
и
в
окрестных
шотландских
г раф ств ах,
за
н ормал ь­
ные
для
це лой
вселенной.
Впрочем,
Пушкин
уже
з нал
э то,
как
и
то,
.. .и
почему
Не
ну жно
золота
е му,
Когд а
простой
продукт
имеет.
От ец
понять
его
не
мог
И
зем ли
отдавал
в
залог47.


VIII
..
.Наука
страсти
не жно й,
Которую
воспел
Назон,
За
что
страдальцем
кончил
он
Свой
век
блестящий
и
мятежный
В
Молдавии,
в
глуши
степей,
Вдали
Италии
свое й.
Овидий
Назон
—
ри мс кий
п оэт,
живший
во
второй
по­
ло вине
Iв.
до
нашей
эры
и
в
начал е
новой
эры,
автор
к ниг
«Искусство любви» («Ars amatoria»), «Метаморфозы»
и
д р.,
был
сосл ан
императором
Августом
в
Том ы
при
ус тье
Дуная
(в Доб-
рудже).
Пушкин
в
декабре
1821 г.
ездил
к
Дунаю,
п ос ещал
Из­
ма ил
и
Аккер м ан,
где
искал
следов
пр ебы вания
Овидия.
В
ссылке
Пушкин
сравнивал
свою
судьбу
с
суд ьбой
Овидия
(см .
письма
к
Гн ед ичу
от
24 марта 1821 г.;
эпизод
об
Овидии
вст реч аем
в
рассказе
ста р ика
в
поэме
«Цыганы», 1824).
В.
Ф.
Рае вск ий
называл
Пу шк ина
«Овидиевым племянни­
ко м»; в беседах они не раз возвращались к вопросу о месте
ссылки
ри мс кого
поэта.
В
приме ча ниях
к
пер во му
изданию
Пуш­
кин
полемизировал
с
В ольт ером
по
п оводу
его
м нения
о
при­
чинах
ссылки
Овидия.
Словом,
тема
О видия
сильно
занимала
поэта.
«Блестящий и мятежный век»
автора
«Искусства любви»
и
«Метаморфоз»
—
превосходная
характеристика,
основанная
на
изучении
биографии
Овидия
и
его
эпохи.
Овидию
ра но
выпала
слава
пер вок л ассно го
м астер а:
ещё
учеником
он
уже
был
зна<
менит,
п амять
о
его
им пров из ациях
до лго
с охран ялась
сре ди
ри­
торов .
20-ле тний
юноша,
он
уже
с опе рнича л
с
Горацием
и
Ве р­
гилием;
римский
св ет
вн и мате льно
следил
за
новым
поэтом.
«Мне посчастливилось,
—
г овор ит
сам
Овидий,
—
приобрести
при
жиз ни
ту
славу,
которая
обыкновенно
выпадает
на
долю
ли шь
ме ртв ецов ». «Мужч ины
и
женщин ы
искал и
знак о мств а
со
мною»,
признавался
автор
про с ла вле нных
«Amores» («Любов­
ных
пе се н»).
Внучка
Августа
Юлия
и
зна тный
Силан
ис кали
дружбы
с
поэтом.
Вн езап ная
ссылка
лишила
Овидия
всех
б лаг.
Император
Август
в
последние
годы
и
его
пре е мник
Тиверий
вызывали
недовольство
своей
политикой,
что
дав ало
пр аво
на­
зывать
век
по стр ад авш его
Овидия
«мятежным».
Пушк ин
упоминанием
о
римском
поэте,
попавшем
в
ссылку
за
стихи,
неугодные
Августу,
бросал
читателю
намёк
из
Бесса­
рабии
о
себе,
о
св оей
с удь бе:
в
с тихотв оре ни и
«К Овидию»
(1821),
уже
известном
п оклон ни кам
п ушкин ск ой
музы,
он
заявлял:
Как
част о,
увл ечён
уны лых
струн
игрою,
Я
сердцем
следовал,
О в идий,
за
тобою...


Глава
пе рвая
65
Как
ты,
враждующей
покорствуя
судьбе,
Не
славо й,
участью
я
равен
был
тебе.
Пушкин,
находясь
в
той
же
стр ане,
где
«грустный век не­
ког да
влачил»
Ов идий,
писавший
«песни робкие»
Октавию,
—
гор до
з аяв лял
о
своей
независимости:
В
стр ан е,
где
Юли ей
венчанный
И
хитрым
Авг уст ом
изгнанный,
Овидий
мрач но
дни
влачил;
Где
элегическую
лиру
Глу хом у
своему
кумиру
Он
малодушно
посвятил...
Всё
тот
же
я,
как
был
и
пр ежде ,
С
поклоном
не
хожу
к
невежде...
Окта вию4 3, в слепой надежде,
Мо леб нов
лести
не
пою...
(«Послание к Гнедичу», 1821)
XII
Фобласа
давний
ученик,
Ф
о
б
л
а
с
—
герой
французского
романа
«Похождения кава­
ле ра
Фобласа»
Лув е-д е- Кув ре
(1760—1796).
В
предисловии
ав­
тора
(русский перевод романа 1792—1796 гг. )
дана
следующая
характеристика
героя,
типичного
для
дворянской
молодёжи
второй
половины
XVIII в .: «Я старался,
чтоб
Ф облас ,
ветреной
и
влюбчивой,
как
и
нация,
для
кое й
и
у
которой
он
на
свет
вы­
шел ,
и мел
бы,
так
ск азать ,
французскую
лич ину .
Я
старался,
чтоб
при
вс ех
его
недостатках
мо жно
бы ло
узнать
поступки,
на речи е
и
развращённые
нра вы
мо лод ых
люде й
моего
отече­
ства.
Во
Фран ци и,
в
одной
только
Франции,
должно
искать
по­
до бных
подлинников,
кои х
столь
слабые
представил
я
ко­
пии.
..»49
XV
Покамест,
в
утреннем
уборе,
Надев
широкий
бо лив ар,
Онегин
едет
на
бульвар,
И
там
гуляет
на
пр ост ор е...
Пр име ча ние
Пушки н а: «Шляпа à la Bolivar».
Либерализм
Он ег ина
подчёркнут
этой
деталью
в
его
наря д е:
шляпа
(с боль -


66
Евге ни й
Онегин
Невский
проспект.
Худ.
Гор ностае в,
трав.
Гобсрт, 1834.
шими
полями,
кверху
р асш ир я вшийся
цилин др )
в
честь
де я­
те ля
национально-освободительного
движения
в
Южной
Аме­
р ике,
Симона
Боливара
(1783—1830), была модной в той среде,
которая
сл едил а
за
политическими
с обы ти ями,
к отор ая
сочув­
ствовала
борьбе
за
н езависимо ст ь
маленького
на род а.
Когд а
молодые
ли бера лы
20-х
годов
в.
интимных
зап исо чк ах
клялись
«во имя Боливара,
и
Вашингтона,
и
Л аф айэта », когда Н.
Полевой
и
его
приятель
С.
Полторацкий
в
издававшейся
ими
рукописной
газете
поме ща ли
э пи граф : «Боливар
—
великий
человек»,
то
на
э том
фоне,
а
также
на
фон е
газетных
и
журнальных
заметок,
восхвалявших
Бо лив ара
и
«старания его правительства о благо­
денствии
жит ел е й» 50, шляпа à la Bolivar означала не просто го ­
ловной
убор,
—
она
указывала
на
определённые
общественные
настроения
её
вла дел ьца ,
подучала
в
известном
см ысле
тот
же
характер,
какой
придавали
тогдашние
л иберал ист ы
фригийскому
колпаку
па трио тов
французской
революции51.
В
«Московском телеграфе» 1825 г .,
в
отделе
«Летописи мод»,
я
нашёл
з ам ет ку : «Чёрные атласные шляпы,
н аз ываем ые
Бол и­
вар ам и,
выходят
из
употребления» (No2,5 января,
стр .
37), но
о
Боливаре
п ечат ало сь
в
жу рна ле
в
1825 г. ,
No
19ив1828г., No 16.


Гл аза
первая
Онегин
едет
на
бул ьв ар.. .
Онег ин
гулял
и
кат алс я
в
санках
(см .
строфу
XVI) по Нев­
скому
п рос пе кту,
в
то
время
по
сер еди не
обсаженному
рядами
деревьев
(«тощими липами») для удобств пешеходов .
В
мае
1820 г .,
по-
свидетельству
П.
Свиньина
в
«Отечественных запи­
сках»
то го
же
года, «исчез высокий бульвар,
раздел яв ши й
его
[Невский проспект]
на
две
равные
половины,
и
теперь
уже
на
месте
сем
разъезжают
эки п ажи
по
гладкой
мостовой.
С
бу ль ва­
ром
исчезнет
любопытная
отличительность
сей
улицы,
нередко
случа вша яся
в есно й,
т.
е.
что
по
одн ой
с торон е
ка тал ись
ещё
в
санках,
а
по
другой
неслась
пыль
с то лбом
от
каре т
и
др о жек» 52.
XVI
/С Talon помчался:
он
ув ер ен,
Что
там
уж
жд ёт
его
*** [Каверин]. ..
В
примечании
к
слов у
Talon Пушкин отметил:
известный
ре с торат ор.
П рим еча ние
бы ло
вы зван о
тем ,
что
к
моменту
выхода
в
св ет
первой
главы
ресторан
Талона
дился
на
Нев с ком
проспекте
в
б.
Куракинском
до ме
(ны ­
не
дом
No
15).
Весной
1825 г.
в
га зет ах
поя вил ась
публи­
кация
о
предстоящем
отъез­
де
за
гр ани цу
«Петра Тало­
на,
повара,
французского
подданного
из
Парижа»53.
В
р уко писи
романа
было
К.
В
нов ых
изда ниях
обыч но
в о сстана вл ив ается
полностью
фа м илия
Кав ер ина.
П.
П.
Ка­
вер
ин
(1794—1855) был
в
1816—1823 гг.
офицером
лейб-гусарского
полка;
П уш­
кин
сб лиз ился
с
ним,
ещё
бу­
д учи
ли це ис том.
В
1817г.
поэ т
посвятил
ему
два
стихотворе­
ния : «К портрету Каверина»
(«Внём пунша и войны кипит
уже
не
существовал.
Он
н ахо
П.
П.
Каверин.


68
Евгений
Онегин
всегдашний
жар») и «К
П.
П.
Каверину», в котором
находятся
строки,
характеризующие
его
«любезного»
приятеля,
в
1810—
1812 гг .
слушавшего
л екции
в
Ге ттингенс ко м
у н иве рсите те:
Пока
живё т ся
нам,
живи,
Гуляй
в
моё
вос пом ин ан ье;
Усе рд ствуй
Вакху
й
любв и
И
черни
презирай
ревнивое
роптанье;
Она
не
ведает,
что
дру жно
м ожно
ж ить
С
Киферой
54, с Портиком 55, и с книгой,
и
с
бокалом;
Что
ум
высокий
можно
скрыть
Безумной
ша ло сти
под
лёгким
покрывалом
Ч
Вошёл:
и
пробк а
в
потолок,
Вина
кометы
брызнул
то к...
Выражение
«вина кометы брызнул ток»
находит
объяснение
в
следующем:
в
1811 г.
был
н еобы чай ный
урожай
винограда
на
юге
Фр а нции,
осенью
т ого
же
год а
появилась
исключительной
яркости
к омет а.
По
народному
поверью,
хорошее
качество
вино­
градного
вина
урожая
1811 г.
приписывалось
влиянию
этой
кометы.
Вот
почему
в
эпоху
Пу шк ина
славились
вина
1811 г .,
известные
под
названием
vins de la comète.
Ср.
ещё
в
послании
Я.
Н.
Толстому
(1822):
Нале й те
мне
в ина
кометы...
Выражение
«вина кометы»
является
в
языке
Пушкина
г ал­
ли цизм ом
(см .
заметку
H.
Н.
Кузнецова
в
XXXVIII—XXXIX
вы п.
«Пушкин и его современники»).
Пред
ним
roast-beef окровавленный,
И
т рю фли,
роскошь
юных
лет,
Французской
к ухни
лучший
цв ет,
И
Страсбурга
пирог
нетленный
Меж
сыром
лимбургским
живым
И
ананасом
золотым57.
Все
эти
яс тва
ос обен но
ценились
гастрономами
и
долго
были
в
ходу.
В
No
15 «Московского телеграфа» 1832 г.
расска­


Глава
первая
69
зывается,
что
для
денежных
людей
дельцы
«мелкой торговли
.и
промышленности»
мигом
доставят
«пироги из Страсбурга,
сыр
*из Лимбурга», «горы ананасов»; «с благодарных полей Шампани
польются
реками
вина»
—
и
«всё дадут вам напрокат;
угоще­
ние.
..
будет
вам
стоить
только
то,
что
надобно
за плат ить
за
л ист
вексельной
бумаги
—
если
вы
бе сспор ны й
насл ед ник
дя­
дюшки,
который
еле
дышит»58.
XVII
Театра
злой
з ак онод ате ль,
Непостоянный
обожатель
Очаро вате льн ых
актрис,
Почётный
гражданин
кулис,
Онегин
поле те л
к
театру,,.
В
характеристике
Онегина-театрала
обращает
внимание
то,
что
он
назв ан: «театра злой законодатель».
Онегин
не
из
чис ла
рядовых
зрителей,
которые
ли шь
«обшикивают»
иль
«охлопы ­
в ают»
в
те атр ах.
Он
и
не
только
«почётный гражданин кулис»,
т.
е.
постоянный
завсегдатай
театра,
из
тех,
кто
был
на
корот­
кой
ноге
с
актёрским
цехом
и,
пользуясь
связями
с
дирекцией,
и мел
право
с в ободного
входа
за
кулис ы.
Дв о р янская
молодёжь
любила
в
те
го ды
теа тр
и
в
ли це
чле нов
«Зелёной лампы»,
Я.
Толстого,
Н.
Всеволожского
и
других
театралов
др ужила
.с
д рама тург ами ,
бывала
на
ве чер ах
у
кн.
Шаховского,
участво­
вала
в
составлении
«куплетов», водевилей,
в
домашних
спек ­
так л ях,
одновременно
по-барски
расценивая
«очаровательных
.актрис»
как
на ложниц,
с
беспечным
цинизмом
мечтая
об
амур­
ных
похождениях
с
во спит анницами
Театрального
училища.
В
этой
среде
некоторые
выделялись
своей
теа трал ьн ой
куль­
турой,
кри ти ческ им
вкусом,
эрудицией
в
вопросах
теат р аль­
н ого
маст ерс тва.
То гда
шли
го ря чие
споры
об
актёрской
т ех­
нике,
системах
д еклама ци и;
приёмы
иг ры
заезжих
иностранных
артистов
выз ыва ли
сравнение
с
м естным и
корифеями
сцены;
среди
русских
актёров
пробивалась
яркая
струя
сценического
р еали зма,
пер е бив аемая
напевной,
классической
шко лой
в ре­
мён
Дмитревского,
ученика
Сумарокова.
На
заседаниях
«Зелё­
ной
лампы»
ч ит ались
доклады
Д.
Баркова
о
театрал ь н ых
поста­
новках
(за апрель
—
май
1819 г.).
Пу шкин
писал
критические
за мет ки
о
театре
(«Мои замечания» 1819—1820 гг. ), полные
тонких
соображений
о
различных
методах
актёрской
игры.
Ник и­
та
Вс ев олож с ки й, «амфитрион весёлый», был страстным театра­
лом,
знатоком
драматической
литературы.
Офицер
П.
Катенин
славился
св оими
суждениями
о
театр е;
пер евид авший
в
1814 г.


70
Евгений
Онегин
Каменный
Больш ой
т еатр
в
Петербурге.
Из
собрания
гравюр
из д.
1834.
в
Париже
все х
знаменитостей
то го
времени:
Тальма,
Марс,
Дю ше нуа
и
других,
сам
драматург
и
декламатор,
этот
полков­
ник
Преоб раж ен ског о
полка,
злой
и
рез кий
на
язык,
проявлял
с ебя
в
театре
как
авторитетный
театральный
рецензент,
шёл
иногда
наперек ор
мн ен иям
толпы.
По
словам
генерал-губерна­
тора
Мило рад ов ича,
Катенин
—
«дерзок и подбирает в партере
партии,
дабы
господствовать
в
оном
и
заставлять
актёров
и
актрис
искат ь
его
пок ро вит ел ьст ва».
Онегин
среди
зр ител ей
кресел
з ан имал
эту
своеобразную
«катенинскую»
позицию.
Не
с лучай но
в
черновом
наброске
по­
слания
«Я.
Н.
Т олс том у» (1822) Пушкин обратился к одному из
«лампистов»
с
теми
же
строками,
какими
он
оха ракте ри зов ал
Онегина:
Пр ид и , [счастливый царь]
кулис,
Театра
злой
летописатель,
Очаровательных
[Младых трагических]
акт рис
Непостоянный
об о жатель !
/—
...
Онегин
полетел
к
театру,
Где
к ажды й,
вольностью
дыш а,


Глава
первая
71
Г отов
охлопать
entrechat,
Обшикать
Федру,
К леоп атру ,
Моин у
вызва ть
(для того,
Ч тоб
только
слышали
е го).
Александра
Михайловна
Колосова
в
ро ли
Гермионы.
Онегину
с
друзьями
звон
бр егет а
доносит, «что новый на­
чался
балет ».
Но
кон ец
ст рофы
и
след у ющ ая, XVIII, строфа,
посвящённая
театру
вооб щ е,
да ют
право
предполагать,
что
Федра
—
гер оин я
из
оперы
Штейбельта
(на сюжет
трагедии
Р аз ина),
шедшей
в
1819 г., '59 Клеопатра
—
имя
г ер оини
из
пьесы,
до
сих
пор
не
установленной.
Моина
—
героиня
тра ­
гедии
Озерова
«Фингал»,
впервые
поставленной
с
шум ным
ус п ехом
в
Петер­
б урге
18 декабря 1805 г .
В
этой
рол и
в
п уш кин скую
по«ру
славилась
артистка
А.
М.
Колосова,
кот ор ую
Пушкин
называл
«Мойной
нашей
сцены»
(1820).
О
её
первом
вы ст уплен ии
в
театре
Пушкин
сохра ­
нил
за мет ки
(1819 г. ):
«В скромной одежде Ан­
тигоны,
при
плесках
пол ­
но го
те атр а,
молодая,
ми­
лая,
робкая
Колосова
яви лас ь
н ед авно
на
по­
прище
Мельпомены.
Се м­
надцати
лет,
пр екр асные
глаза,
прекрасные
зу бы
(следовательно
—
частая
при ят ная
ул ы бка),
неж­
ный
нед остат о к
в
выговоре
об вор ож или
суд ей
трагических
талантов.
П риго вор
почти
единогласный
назвал
Сашень к у
Колосову
над ёжной
наследницей
Семёновой.
Во
всё
продол­
жение
игр ы
её
рукоплесканья
не
прерывались.
По
оконч ан ии
трегедии
она
была
в ыз вана
криками
исступления»60.
В
дальней-'
ших
ст рок ах
э той
зам етк и
Пушкин
подвергает
игру
Колосовой
в
новых
ролях
строгой
кр итик е.
В
том
же
1819 г.
он
н аписал
на
артистку
эпиграмму:
Всё
пленяет
нас
в
Эс фири :
У п оител ьная
речь,


72
Ев ге ний
Онегин
Поступь
ва жная
в
пор фи ре,
Кудри
чёрные
до
пле ч;
Голос
н ежны й,
вз ор
любови...
Набелённая
рук а,
Размалёванные
бр ови
И
шир о кая
нога!
Впоследствии
Пушкин
п ри знал
св ою
неп раво ту
перед
А,
М.
Ко­
лосовой
и
в
послании
к
П.
Кат енину
(1821) писал:
Талантов
обожатель
с трас тны й,
Я
п режде
был
её
п оэт.
С
досады,
може т
быть,
н еправо й,
Когда
одна
в
дыму
кадил
Красавица
блистала
славой,
Я
свистом
г имны
заглушил.
Погибни
злобы
миг
единый,
Погибни
ли ры
ложный
звук:
Она
в ино вна,
милый
друг,
Пред
Селимено й
и
Мойной...
XVIII
Волшебный
край!
Там
в
стары
годы ,
Са тиры
смелый
влас т елин ,
Блистал
Фонвизин,
друг
с вободы ,
И
переимчивый
К няжни н;
Там
Озеров
не вол ьны
д ани
Народ н ых
слёз,
рукоплесканий
С
младой
Семёновой
де лил;
Там
наш
Катенин
воскресил
Корнеля
гений
велич авый ;
Там
в ывел
колкий
Шаховской
Своих
комедий
шумный
рой;
Там
и
Дидло
ве нчал ся
славой;
Там,
там,
под
сению
кул ис,
Младые
дни
мои
неслись.
Д.
И.
Фонвизин
(1745—1792)—а вт ор
комедий
«Брига­
д ир » (1766) и «Н е д ор ос ль» (1782), сатирически изображавший
быт
и
нра вы
помещиков
XVIII века.
«Другом свободы»
назван
за
критику
р а бства
в
«Недоросле», за смелые выпады против
самовластья
в
«Вопросах автору «Б ыле й
и
Небылиц» (т.
е.
Е ка­
терине
II).
Эти
«вопросы»
вызвали
недовольство
Екатерины
за
воль нод ум ств о.
См .,
например,
его
размышления
о
вольности:
«Вольность есть первое право человека,
право
повиноваться
еди ным
зако н ам
и
кроме
них
ничего
не
бояться.
Г оре
рабу,
ст ра-


Глава
первая
t
73
шащ ем уся
произносить
её
им я!
Г оре
той
стране,
где
изречение
его
в мен яется
в
преступление!» и пр.
(переводное с француз ­
ского
языка
«Похвальное слово Марку Аврелию», 1777).
Я.
Б.
Кня жнин
(1742—1791)—ав т ор
трагедий
(«Дидо­
на», «Росслав», «Вадим») и комедий («Хвастун», «Чудаки»), в
которых
много
з аимст во ванно го
из
европейской
драматургии.
«Переимчивый»
К няжнин
в
одной
комедии
И.
А.
Кры ло ва
был
назван
«Рифмокрадовым».
В.
А.
Озеров
(1770—1816)—ав тор
трагедий
(«Дмитрий
Дон ск ой », «Эдип в Афинах», «Фингал»
и
д р. ), имевших шумный
успех
у
тогдашней
теат р аль­
ной
п уб лики
(главным обра­
зом
высшей
знати
и
люд ей
со
«средним состоянием»)
благодаря
консервативно­
патриотическому
и
сен ти­
мен та льн ому
содержанию.
“
~
Семёнова
—
знаменитая
ак тр иса,
дочь
о
ней
во стор -
—
в
Екатерина
Семёновна
Семёнова.
С
портрета
К.
Брюллова.
Е.
С.
(1786—1849)
тр аг и ческая
крепостной;
женно
писал
Пушкин
1819 г.
в
статье
«Мои заме ­
ча ния
об
русском
театре»:
«Говоря об русской траге­
д ии,
гов оришь
о
Семёно­
вой
—
и,
може т
бы ть,
только
об
ней.
Одарённая
талантом,
кра со тою,
чувством
живым
и
верным,
она
образовалась
сам а
собою.
Семёнова
ни­
когда
не
имела
подлинника.
Бездушная
французская
а кт­
риса
Жорж
и
вечно
вост о р­
же нный
поэт
Гнеди ч
могли
тольк о
ей
намекнуть
о
тай­
нах
искусства,
которое
по­
ня ла
она
откровением
души...
Семенова
не
имеет
со пер ницы .
Пристрастные
толки
и
минутные
жертвы,
принесённые
но вос ти
прекратились,
она
ос тал ась
единодержавною
царицею
трагиче­
с кой
сцены» (т.
VI, стр .
9—10).
Когда
в
начал е
20- х
годов
Пу шкин
получил
известие
об
у хо­
де
Семёновой
из
театра,
он
набросал
начальные
строки
стихо­
творения:
Ужель
умолк
во лшеб ный
глас
С емёнов ой,
сей
чудной
музы,
И
славы
ру сск ой
луч
угас?.


74
Евгений
Онегин
А.
А.
Шаховской
(1777—
1846)— плодовитый
драматург,
осмеивавший
в
своих
комедиях
ра зн ооб раз ные
быт о вые
явле­
ния
и
отдельных
лиц
(напри­
мер ,
Ка рам зина
в
«Новом
С те рне », Жуковского
в
обра­
зе
Ф иалк ина
в
ко ме дии
«Урок
кокеткам,
или
Липецк ие
во­
д ы»).
Пушкин
не ред ко
б ывал
в
кружке
Шаховского,
где
со­
бирались
актёры
и
многочис­
ленные
п очит ат ели
театр а,
др а­
м ат ургии.
П.
А.
К атени н
(1792—
1853) перевёл в 1822 г.
ст иха­
ми
трагедию
Корнеля
«Сид»
(1636 г.).
До
этого
он
перевёл
та кже
трагедию
Корн е ля
«Ар-
A.
А.
Шаховской.
кад ия ». 19 июля 1822 г-
Пу ш­
кин
писа л
ему
из
Кишинёва:
«Ты*
перевёл
Сида;
п озд рав ляю
тебя
и
ст аро го
моего
Корн е ля.
Сид
кажется
мне
лучше ю
его
тра геди е ю»-
Пер ев едён ная
Кат е ни­
ным
трагедия
французского
драматурга
была
пр ед ст авлена
в
Петербурге
14 декабря 1822 г .
в
бенефис
В.
А.
Каратыгина
и
в
том
же
году
изд ан а.
Комплимент
по
адресу
Катенина:
Там
наш
Кат ени н
воскресил
Корнеля
гений
величавый
—
был
у
Пушкина
готовой
с ти ховой
ф ормул ой.
В
1821 г.
(24 мар ­
та)
Пушкин
(как отметил Ю .
Тыняно в)
то чно
та кой
же
к ом пли­
мен т
преподнёс
Н.
И.
Гн еди чу,
переводчику
«Илиады»:
О
ты,
который
воскресил
Ах илла
п ризра к
ве личав ый .
Катенин,
ч лен
Союза
спасения,
был
изве стен
своим
во льно­
думс тв ом,
чис лилс я
в
списке
«неблагонамеренных людей»; по
словам
дон осчи ка,
офицеры
с чита ли
его
гени ем
—
так
он
выде­
лялся
своим
блестящим
умом,
по знан ия ми
в
разнообразных
об­
л а стя х; «он был вреден своим влиянием и распространением
вольтерианства»-
Вынужденный
о ставит ь
в о енную
службу
в
сентябре
1820 г. ,
Катенин
вскоре
и з-за
демонстративного
поведения
в
театре,
когда
он
выз ыва л
Каратыгина
(втрагедии «Поликсена») в то
время,
как
публика
хл оп ала
Семёновой
и
Азаревичевой
(послед­


Глава
первая
75
ней
покровительствовал
М илорад ови ч), на основании официаль­
ного
рапорта
генерал-губернатора
был
подв ер гнут
с уров ой
каре.
Александр
I воспользовался случаем наказать бывшего офицера,
который
«неоднократно замечен был с невыгодной стороны»
(Катенина,
между
прочим,
подозревали
в
причастности
к
делу
о
прокламациях,
по явив ших ся
осенью
1820 г.
среди
солдат
в
ка­
зармах
Преображенского
п о лка), и приказал выслать его из Пе­
тербурга
«с запрещением въезжать в обе столицы без высочай­
шегон а
то
р аз реш ения».
В
1822 г.
Катенин
п оки нул
столицу
и
на
много
лет
засел
в
глуши
костромской
усадьбы.
Пушкин
познакомился
с
Ка те ниным
в
июле
1817 г.
Как
от­
носился
юноша-Пушкин
к
этому
о фицеру -лит ер ато р у,
красно­
речиво
гов ори т
оп иса ние
первой
вс треч и
поэта
с
Катениным
в
казармах
Пре ображ е нско го
полка:
Пушк ин
«встретил меня
в
дверях
(рассказывает Катенин* в
своих
воспоминаниях), пода­
вая
в
руки
тол сты м
к онцом
свою
палку
и
гов оря : «Я пришёл к
ва м,
как
Диоген
к
Ан ти сфе ну:
побей,
но
выучи». — «Учёного
учить
—
портить»,
отвечал
я,
вз ял
его
за
рук у
и
повёл
в
ком­
нат ы.
..»61
Пушкин
на
юг е,
с
з апоз дан ием
узнав
о
высылке
Кат енина,
тревожно
за пр ашива л
своих
друзей
о
его
судь бе:
«Правда ли,
что
говорят
о
Кат ени не?
мне
никто
нич его
не
пишет
—
Москва,
Пе тербур г
и
Арзамас
совершенно
забыли
м е ня .. .» (Письмо Вяземскому, 5 апреля 1823 г . )
Эмоциональная
окраска
в
упоминании
о
Катенине
в
э той
строф е
(наш Катенин)
в полне
объяснима:
сс ыль ный
Пушкин
пуб лич но
выражал
своё
сочувствие
т акже
пострадавшему
от
«кочующего деспота»
Александра
I.
Бесс ар абск ий
ссыльный,
неуимчивый
П ушки н,
ока зал ся
«бе­
сом
арабским»
и
тогда,
когда
в
XLVIII строфе упомянул о
Мильонной
улице:
Всё
было
тихо;
ли шь
ноч ные
П ерек лик ались
часовые;
Да
дрожек
отд алён ны й
с тук
С
Мильон ной
раздавался
вдруг.
К азармы
Пре обра же н ского
полка,
где
проживал
Катенин,
на­
ходились
на
углу
Мильо нной
улицы
(теперь ул.
Ха лту рин а).
Здесь
Пушкин
вп ервые
познакомился
с
Катениным,
здес ь
он
п ровод ил
вечера
в
литературных
бе седа х
и
спорах
с
учёным-ар­
хаистом.
Катенин,
п рочи тав
в
1825 г.
пе рвую
гл аву
«Онегина»,
понял
намёк
Пушк ин а
и
бл аг од арно
от к ликну лся : «Кроме пре ­
лестных
с ти хов,
я
наш ёл
тут
теб я
самого,
тв ой
разговор,
т вою
весёлость
и
вспомнил
наши
казармы
в
Мильонной» (письмо Ка­
тенина
Пушк ин у
от
9 мая 1825 г.).


Евгений
Юнегин
К.
Ди дло.
К.
Дидло
(1767—1837) —
знам ениты й
балетмейстер:
о
нём
Пушкин
в
примечаниях
в
XXI
строфе
по
поводу
с лов
Онегина
«но и Дидло мне надоел»
отме­
т ил: «Балеты Дидло исполнены
жив ости
воображения
и
преле­
сти
н еоб ыкно ве нн ой».
Дидло
по­
ста вил
два
балета
по
произве­
дениям
Пу шк ина:
«Кавказский
пленник»
(15 января 1823 г . )
и
«Руслан и Людмила» (8 де­
к абря
1824 г.). 30
янв.
1823 г.
Пушкин
просил
своего
брата
Л ьва
С ерг ееви ча
(из Кишинёва): «Пи­
ши
мне
о
Дидло».
Последние
две
строчки
XVIII
стр офы ,
свидетельствующие
о
т еат ральны х
увлечениях
Пушкина,
н а ходят
комментарий
в
его
пись­
мах: «Мы не забыли тебя (пишет
он
П.
Б.
Мансурову
27 октября 1819 г. )
и
в
7часовсЧ2
кажды й
ден ь
поминаем
в
театре
р у коп лес ка ниям и»; «Что Катенин?
что
Шаховской?
..
Что
Семёнова?..
Что
весь
театр?»—
спрашивал
он
Я.
Н.
Толстого
в
к ишинёв с ком
письме
от
26 сентября 1822 г.
Г оголь
в
числе
особенностей
художественного
та ла нта
Пу ш­
кина
отмечал
его
«необыкновенное искусство немногими чер ­
там и
означить
весь
предмет:
эпитет
[Пушкина]
так
отчётист
и
с мел,
что
иногда
оди н
з аменя ет
цело е
оп иса н ие».
Э питеты
к
встречающимся
в
этой
строфе
писателям
име нно
таковы:
о д ним-д вумя
словами
характеризуется
Фо нв изин,
Княж­
ни н,
Шаховской,
Кор нель .
Пр исо е диним
с юда
Гомера,
Руссо,
Гримма,
Бейля,
Б а йрона,
Парни;
героев
из
романов
Ричардсона,
Руссо,
Нодье;
Жуковского,
Дмитриева,
Баратынского,
Языкова
и
других,
о
кот оры х
в
разных
м естах
ро мана
поведал
автор,
—
перед
нами
в
эп итетах
своеобразная
и стори я
мировой
лит ера ­
туры.
Гениальный
ум ница
и
глубокий
знато к
искусства
наглядно
проступает
через
эту
манеру
в
сжатой
словесной
ф орме
очерт ит ь
большое
явление,
схватить
существенное
в
творческом
облике
мастеров
по эзии.
XX—XXI
Зр ит е льный
зал
театра
пушк инс ко й
по ры
отвечал
сословно­
классовым
отн оше ни ям:
за
орк ест ром
шло
несколько
рядо в
кресел,
затем
б ыла
обширная
площадь
партера,
где
могло
раз ­


Глава
первая
71
меститься
свыше
тысячи
зрителей;
над
партером
возвышались
ложи
(три или четыре яруса); верхний этаж
—
раёк
(галерея).
В
к рес лах
сидела
знать,
ари сток ратия
(Онегин « ид ёт
меж
кресел
по
н ог а м»); в партере,
где
публика
стояла
(ср.
par terre —
в
европейских
театрах
XV—XVI
вв.
зр ите ль
победней
стоял
н
а
зем ле,
под
откр ыты м
н еб ом ), преимущественно находилась та
часть
общества,
к оторую
мо жно
назвать
«средним состоянием»,
буржуазной
инт ел лиге нцией ;
лож и
пр ед назнача ли сь
для
ж енщин
и
их
с путн иков
(Онегин «дв ойн ой
ло рнет ,
ск ося сь,
наводит
на
ложи
незнакомых
да м»), в райке
—
де мократ ичес кая
публика,
«чернь».
Спектакли
обычно
шли
между
шестью
и
де вять ю
ч асами
вечера.
Пушкин
ост авил
нам
характеристику
современных
ему
зри­
телей.
В
уже
цитированных
его
за мечан иях
об
рус ском
театре
он
н амеч ал
разные
т ипы
театральных
любителей.
«Что такое наша публика?
Пер ед
началом
опе ры,
трагедии,
балета
м олод ой
человек
гуляе т
по
всем
де сяти
р ядам
кресел,
хо­
дит
по
всем
ногам,
разговаривает
со
всеми
знакомыми
и
незнако­
мыми.
«Откуда ты?» — «О т
Семёновой,
от
Сос ниц кой,
от
Коло­
совой,
ог
Истоминой».
—
«Как ты счастлив!» —
Сегодня
она
иг рает
—
она
танц уе т
—
похлопаем
ей
—
вызовем
её!
она
так
мила!
У
ней
такие
гл аза!
так ая
ножка!
такой
талант!!!
—
З ан авес
подымается.
М олодой
человек,
его
приятели,
переходя
с
места
на
место,
восхищаются
и
хл опают62.
Не
хочу
здесь
об вин ять
пыл­
кую,
ветреную
м олодос ть,
знаю ,
что
она
требует
снисходитель­
ности.
Но
мо жно
ли
пола гат ься
на
мнения
таковых
судей?
Част о
певец
или
певица,
заслужившие
любовь
йашей
пуб ­
лики,
фальшиво
дотягивают
а рию
Боэльдьэ
или
della Maria.
Зна то ки
прим е чают,
любители
чувствуют,
они
молчат
из
уваже­
ния
к
таланту.
Прочие
х ло пают
из
доверенности
и
кричат
форо63
из
приличия.
Тра гиче с кий
актёр
зар евё т
гром че, -
сильнее
обы кн ове нн ого;
оглушённый
раёк
приход ит
в
исступление,
театр
трещит
от
руко­
плесканий.
Акт р иса.. .
Но
довольно
буд ет,
если
скажу,
что
не во зм ожно
ценить
тал анты
наш их
актёров
по
шумным
одобрениям
нашей
публики.
Ещё
з аме чание .
Значительная
часть
нашего
партера
(т.
е.
кресел)
слиш к ом
занята
с удьбою
Европы
и
отечества,
слиш ком
утом лен а
трудами,
с лиш ком
глубокомысленна,
с ли шком
ва ж­
на,
сл и шком
осторожна
в
и зъяв лен ии
ду ше вных
д виже ний,
дабы
принимать
какое-нибудь
участие
в
достоинстве
драматического
искусства
(к тому же русского).
И
ес ли
в
половине
седьмого
ч асу
одни
и
те
же
ли ца
яв л яются
из
казарм
и
совета
занять
пер­
вые
ряды
абонированных
кресел,
то
это
более
для
них
условный
э тикет,
нежели
при ятн ое
отдохновение.
Ни
в
каком
случае
не-


Общ ий
вид
зри те ль ного
зал а
петербургского
Большого
те ат ра.
С
рисунка
худ.
Садовникова, 1830.


Глава
первая
79
возможно
требовать
от
холодной
их
рассеянности
зд равы х
п оня­
тий
и
сужд ений
и
т ого
менее
движения
како го -ни бу дь
чу вст ва.
Следовательно,
они
служат
только
почтенным
украшением
Большого
каменного
театра,
но
вовсе
не
принадлежат
ни
к
толпе
любителей,
ни
к
чи слу
просвещённых
или
п рист раст ных
судей.
Ещё
о дно
зам еч ание.
Сии
ве лик ие
люди
нашего
времени,
носящие
на
лице
св оём
однообразную
печать
скуки,
спеси,
забот
и
глупости,
неразлучных
с
образом
их
занятий,
сии
всег да шн ие
передовые
зрители,
нах му ре нные
в
комедиях,
зевающие
в
траге­
диях,
дремлющие
в
операх,
внимательные,
может
быт ь,
в
одни х
только
балетах,
не
должны
ль
н еобход и мо
охлаждать
игру
са­
мых
рев ност ны х
наших
артистов
и
наводить
лень
и
томность
на
их
души,
если
природ а
одар ила
их
душ ою ?» (т.
VI, стр .
7—9).
XX
Блистательна,
полувоздушна,
Смычку
во лше бно му
послушна,
Толпою
н имф
окружена,
Стоит
Истомина...
Бутаф ория
б алет ов
пушки н ской
по ры
насыщ ена
была
фанта­
стикой
античной
м иф ологи и;
б алет мейст ер
Дидло
славился
по­
становкой
«мифологических балетов» («Амур и Психея», «Ацис
и
Г а лат ея», «Зефир и Флора»).
Нимфы
и
ам уры
(см .
XXII стро ­
фу)
—
воспитанницы
театральной
школы,
одетые
в
трико
и
газо­
вые
туни ки,
пле няли
воображение
з рите л ьного
зала,
где
в
пу ш­
кинскую
пор у
ещё
сидели
«погружены умом в зефирах и аму­
ра х»
владельцы
кр епо ст ных
балетов,
вы нужд енные
иногда
«распродавать поодиночке»
своих
амуров
и
зефи ров
(см.
«Горе
от
ум а»).
А.
И.
И стомина
(1799—1848) —
знаменитая
балерина.
Ме жду
прочим,
исполняла
роль
черкешёнки
в
балете
Дид ло
«Кавказский пленник,
или
Т ень
н ев ест ы», представленном в
Петербурге
15 января 1823 г.
30 января того же года Пушкин
в
пись ме
к
брату
Л.
С.
назвал
её
«Черкешенкой- Ист ом ино й».
Эпизод
дуэли
из-за
неё
между
двумя
представителями
петер­
б ургс кой
«золотой»
молодёжи,
дуэли,
кончившейся
трагически
для
одного
из
них,
Пушкин
вспомнил
в
работе
над
романом
«Рус ­
ский
Пе лам».
XXIII
В сё,
чем
для
прих от и
обильной
То рг ует
Лондон
щепетильный
И
по
Балт ичес к им
волнам


Евгений
Онегин
За
лес
и
сало
возит
н ам,
В сё,
что
в
П ариже
в кус
голодный,
Полезный
промысел
из бра в,
Изобретает
для
забав,
Для
роскоши,
для
неги
модной,
—
Всё
украшало
кабинет
Философа
в
ос ьмна дца ть
ле т.
А.
И.
Ист ом ина
в
роли
Флоры
(балет
«Зефир и Флора»).
С
гравюры
Ф.
Иор д ан а, 1825.
В
п оэ тиче ской
форме
изложен
экскурс
из
ист о рии
рус ск ой
промышленности
и
то ргов ли
начала
XIX в.
Слово щепетильный
введе­
но
был о
в
русс кую
литера­
туру
писателем
Вл.
Л ук иным
в
1768 г.
Этим
словом
он
пе­
ревёл
французский
термин
«Bijoutier» и пояснил сле­
дующим
образом: «Невзи­
рая
на
то,
что
подвергнуся
хуле
несметному
чис лу
м ни­
мых
в
н ашем
язык е
знато­
ков ,
в зял
я
к
тому
старинное
слов о
«щепетильник»,
пото­
му
что
все
н аши
ку пцы,
тор­
гующие
перстнями,
серьгами,
кольцами,
запонками
и
про­
чим
мелочным
товаром,
на-
зыв аются «щеп етил ь ника м и» .
Очевидно,
слово
это
в
эп оху
Пушкина,
как
предполагает
Б.
Томашевский,
не
потеряло
ещё
того
оттенка,
который
ныне
св язы в ается
с
поня­
тием
«галантерейный»64. Де й­
ствител ьн о ,
А.
А.
Бесту же в
в
письме
к
ца рю
1826 г.
го во-
цыгане,
занимаясь
щ
е
п
е-
как
ри л: «У нас мещане кочуют,
ти ль ною
перепродажею»65.
Онегин
—
«философ в осьмнадцать лет».
Пушк ин
в
«Посла­
нии
к
Юдину » (1815), описывая своё житьё-б ыт ь ё
в
сел ьце
За-
..
И
снова
я,
фил ософ
ск ром ный,
Ук ры лся
в
м илый
мне
пр иют . ..66
харове,
писал:
.. .Живу
с
природной
простотой,
С
философической
забавой
И
с
музой
резвой
и
младой...


Гла ва
первая
81
Английская
набережная
в
Петербурге.
С
рисунка
худ.
С адов ник ова, 1833.
К
лиц ейск о му
товарищу
А.
М.
Горчакову
Пушкин
обра­
щает ся
в
послании
1819 г.:
О
ты,
харит
любовник
с воеволь ны й,
Приятный
льс тец ,
язвительный
бо лту н,
Попрежнему
остряк
небогомольный,
Попрежнему
ф илос оф
и
ш алун.
Я.
Толстому, «ламписту», в «Стансах» 1819г.
он
пишет:
Фи лософ
р а нний,
ты
бежишь
Пиров
и
наслаждений
жизни...
Наз вав
Оне гин а
фи лософ ом ,
автор
романа
ничуть
не
ирони­
зировал,
а
лишь
отм ети л
в
это м
дэн ди
наряду
с
его
светскими
забавами
привычку
размышлять
и
рассыпать
блёстки
ума
в
стиле
с ал онного
острословия,
которым
отличались
многие
из
дво­
рянского
круга
той
эпохи.
Л юбопы тно
признание
В.
Ф.
Одоев­
ского
(в « Мнем оз ине»): «До сих пор философа не могут себе
представить
иначе,
как
бы
в
обра зе
французского
говоруна
XVIII века,
посему-то
мы
для
отличия
и
называем
и стинн ых
фи­
л ос офов
любомудрами».
XXIII—XXIV
К аби нет
Онегина
описан
пр иём ом
каталога
вещей.
Эпитет
чувств
изнеженных
отр ада
характеризует
«духи в гранёном хру ­
стале»
в
отношении
к
ним
человека.
Такой
эмоциональный
при­


82
Евгений
Онегин
вк ус
вообще
присущ
пуш кин ски м
образам-вещам.
Ра сс ыпа нные
в
романе
простые
определения:
пи лоч ки
стальные;
прямые
нож­
ницы,
кр ивые ;
пол
дубовый;
кровать,
покрытая
ковром;
манеж­
ный
хлыстик,
лаковые
доски,
мраморные
ступени
и
г.
п.
не
обна­
руживают
в
авторе
ст рем ления
к
натуралистическим
подробно­
стям:
вещи
только
обрамляют
чел ов ека,
привлекаются
поэтому
п ост ольк у,
поскольку
помо га ют
уя сни ть
психологический
образ
их
владельца,
привычки
ж изни
или
ми мол ё тные
настроения
их
собственников.
Тафт а,
которой
Онег ин
задёрнул
п олку
пыльных
книг,
на зв ана
траурной
(XLIV).
Размышления
героя
по
поводу
содержания
книг
мрачные,
мертвящие
д ушу:
Там
скука,
там
об ман
и
бред;
В
том
совести,
в
том
смысла
нет;
На
всех
различные
вериг и;
И
устарела
старина,
И
ст арым
бредит
новизн а.
Н айденно е
Пушк ин ым
оп ред ел ение
своей
внутренней
каче­
ственностью
делает
более
ярким
в
во о б ражении
читателя
образ
того,
кто
«к жизни вовсе охладел» (XXXVIII).
Диван
пу хо вый
(гл .
II) —
мет ко
определяет
ста ри ка,
д ядю
Евгения,
деревен­
ского
старожила
облом о вс кой
складки;
ду шис тый
ча й,
бегу­
щий
тёмною
ст руёю
по
чашкам
из
кит айс к ого
чайника
(гл.
III,
строфа
XXXVII), —
рисует
ид иллич ес кую
обстановку
в
по ме­
щи чьем
гнезде
(«простая,
ру сск ая
сем ья») летним вечером;
услужливые
кости
профессионального
игрока
на
ярма рке;
утих­
нувший
в
Новгороде
Ве л иком
мятежный
колокол;
величавые
парики
—
все
эпитеты,
ка ждый
по-своему,
подчёркивают
в
пре д­
мете
п сихо логи чес кую
нас ыщен нос ть,
обусловленную
бытием
общественного
человека.
В
том
же
н аправ лении
толкают
вооб­
ражение,
осложняя
его
характерными
п одр обно ст ями,
другие
описания,
встречающиеся
в
романе
(например, «модная келья»
Евгения,
гла ва
VII, строфа XIX).
Пушкин
иногда
употребляет
картинные
определения,
но
они
не
и меют
самодовлеющего
живо­
п исно го
назначения:
они
иск лючи тель но
с мыс лов ого
характера
(жёлтая шаль семинариста,
красные
ка бл уки
вель мо жи
XVIII в.,
красный
кушак
ямщика
и
т.
д.).
Пушк ин ски й
эпитет
в
обра зах -
ве щах
обыч но
эмо циона ле н;
в
вещи
отражается
психологическая
настроенность
чел ов ека
в
данное
мгновение:
бл аго сло венно е
вино ;
борд о
благоразумный;
высокопарный,
но
голодный
прейс­
курант;
молчаливый
кабинет;
лор нет
—
разочарованный,
рев­
нивый,
невнимательный,
не от вязчивы й,
разыскательный;
дрожки
уда л ые;
пос лу шная
кукла;
ящик
боевой;
памя тн ик
ун ылый,
сми р енны й;
за бве нью
брошенный
возок;
дерзостные
своды;
не­
ут о мимы
наш и
трой ки
и
т.
д.
В
ро мане
з ам етно
ска зы в ается,
как
отражение
бытовой
об­
становки
разных
классов,
различие
в
количественном
соотноше­


Глава
первая
83
нии
предметов
материальной
культуры:
пёстрый
лапоть
па ха ря,
зво нк ие
кувшины
же нщин,
рожок
пастуший,
лу чи нка
—
зимний
друг
ночей
в
крестьянской
избушке,
салазки
дворового
мальчика,
бумажный
колпак
немца-хлебника
—
совершенно
то нут
среди
фарфора
и
бронзы,
янтаря
на
т ру бках
Цареграда,
гранёного
хрусталя,
зеркал,
што ф ных
обоев,
пор тре тов
на
ст енах
модных
и
старинных
з ал,
каминов,
биллиарда,
кан апе ,
манежного
хл ы­
стика,
ок ованн ых
позолоченным
серебром
альбомов,
лорнетов,
золотых
серёг,
пушистого
боа,
малинового
берета,
бобрового
во­
рот ник а
на
шубе,
мягких
к овров,
шёлковых
занавесей
и
прочей
собственности,
принадлежавшей
владельцам
дворянских
г нёзд
(в городе и усадьбе).
XXIV
Русс о
(замечу мимоходом)
Не
мог
понять,
как
важный
Грим
См ел
чистить
ног ти
перед
ни м,
Красноречивым
сумасбродом.
Защитник
вольности
и
пр ав
В
сем
случае
с овсем
не пр ав.
Ж ан-Ж ак
Руссо
(1712—
1778)—фр а нцу з ск ий
писатель
и
мыслитель,
представитель
демо­
кратического
радикализма
«эпохи
просвещения», автор романа «Но­
вая
Эло иза » (см.
уп оми нан ие
о
нём
в
III главе,
строфы
IXиX),
многих
трактатов
обще ств е нног о
и
п ед агогиче с кого
содержания,
оказавших
мощное
воздействие
на
разнообразные
с оциа льные
группы.
«Защитник вольности и
прав»
Ру ссо
в
«Общественном
дог овор е» (1762) выставил зна ­
мен ит ое
п олож е ние : «Человек .р о-
дится
на
свет
свободным,
а
ме­
жду
тем
он
везде
в
оковах».
Этот
тра кта т,
сожжённый
в
Жене ве ,
с
энтузиазмом
читался
на
улицах
Парижа
п еред
революционно
на­
строенной
массой
«другом наро­
да»
Маратом.
Председатель
На­
ц ион альн ого
со бр ания
Бр оми
ук а­
Ж. -Ж.
Руссо.
С
гравюры
Обей,
из
изд. 1801
г.


84
Евг ен ий
Онеги н
зы вал,
что
«французы сознают,
чем
они
обязаны
тому,
кто
в
своём
«Общественном договоре»
вернул
людям
равенство
прав,
а
народам
—
узурпированный
у
них
с уве ре ните т» (см.
комме н ­
тарий
к
VI строфе II
глав ы ).
Пушкин
рано
познакомился
с
со­
чинениями
Ру ссо
и
у пом инает
о
нём
в
стих.
«К сестре» (1814),
в
«Первом послании к цензору» (1822) и т.
д.
В
этой
стро фе
он
имеет
в
вид у
эпизод,
рассказанный
Руссо
в
«Исповеди»
(см.
6-е
примечание
П ушкина ): «Войдя однажды утром в ком ­
на ту
[Гримма], я застал его за чисткой ногтей щёточкой,
нарочно
для
того
сделанной
—
труд,
который
он
г ордо
продолжал
пе­
р едо
мною».
Пушкин
называет
Руссо
«красноречивым сумасбродом»
за
его
ошибоч ны е
взгляды,
под обн ые
с ледующим : «Вечно рассу ­
ждать—
это
м ания
мелких
ум о в»; «науки и искусства совершен­
ствуются,
а
люди
ста но в ятся
хуже...
Люди
п орочны ,
они
были
бы
ещё
хуже,
если
бы
он и,
по
несч асть ю,
родились
у ч ёными»
и
пр.
Ф ре де рик -Ме льхиор
Гри мм
(1723—1807)— уч а ст ­
ник
«Большой Энциклопедии»,
идейного
органа
французской
предреволюционной
буржуазии;
литературный
кор рес пон де нт
европейских
монархов
(в частности,
Екатерины
II).
XXV
Быт ь
мо жно
дельным
человеком
И
думать
о
красе
ног те й:
К
че му
бе сплодн о
сп орит ь
с
век ом?
Обычай
деспот
меж
людей.
К
эт им
стихам
сохранился
черновой
набросок:
Во
всей
Европе
в
н аше
время
Между
вос пит анны х
люд ей
Не
п оч итае тся
за
бр емя
Отд ел ка
нежная
ногтей.
И
ны не
воин
и
при дворны й,
[Поэт]
и
либерал
задорный,
И
с ла дко гла сный
дипломат
—
Готовы
.
.........................
А.
Ф.
Вельтман,
встречавшийся
с
Пушкиным
в
20-х
годах
в
Кишинёве,
вспо м инал
об
одной
«странности»
поэта:
он
носил
ногти
д л иннее
ногтей
«китайских учёных».
Ту
же
черту
отм ет ил
В.
Да ль
в
1833 г.
(в Оренбурге): «Пушкин носил ногти необык­
но венно й
длины:
это
была
причуда
е го» 67.
К.
Пол ев ой
описал
в ст речу
с
Пушкиным
в
Петербурге
в
1828 г .: «Он жил в гости-
у
н ице
Демута.
Когда
к
нему
п риходи л
гость,
он...
усаживался
за
с толик
с
туалетными
пр ин ад лежност ям и
и,
разговаривая,
об ык­


Глава
первая
85
но вен но
чистил,
обтачивал
св ои
ногти,
такие
д линные ,
что
их
можно
назвать
когтям и » 68.
XV—XXVIII, XXXV—XXXVI
Образ
жиз ни
Онегина
зарисован,
как
это
было
уже
указано
Б.
Л.
Мо дз алев ски м69, сходно с описанием времяпровождения
петербургского
щёголя
в
«Послании к петербургскому жителю»
Я.
Н.
Т ол стого
(автора сборника «Моё
праздное
время», СПБ
1821); Толстой был приятелем Пушкина по кружку «З ел ёна я
л ампа », в котором собиралась богатая светская молодёжь ( Все­
во ло жск ий,
Щербинин,
Юрьев,
Энгельгардт,
Каверин)
для
«сладкого безделья»
и
для
разговоров
о
театральных,
литера­
турных
и
политических
вопросах.
«Евгений Онегин»
Бывало
он
ещё
в
п ост еле:
К
нем у
записочки
несут.
Что?
Приглашенья?
В
само м
деле,
Три
дома
на
вечер
зовут...
«Послание»
Я.
То лстог о
Проснувшись
поутру
с
обедн ей ,
К
полудню
кончишь
туалет;
Меж
тем
ле жит
уже
в
пер ед ней
Зазывный
на
веч ер
билет .
;. .Онегин
едет
на
бульвар
И
там
гуляет
на
прос то ре,
Пока
недремлющий
б регет
Не
прозвонит
ему
обед.
Сп ешишь ,
как
будто
при нев оле н,
Шагами
мерить
булевар.
Прогулку
к ончивш и,
в
к ари кле
На
званый
завтрак
ты
спешишь,
Но
час
обеденный
уж
близок.
;. .Но
зв он
б ре гета
им
доносит,
Что
новый
начался
балет.
Онеги н
по лете л
к
театру...
Двойной
л орн ет,
ск осясь ,
наводит
На
ложи
н езна ко мых
дам...
Пора ,
одна коже ,
карету
Тебе
закладывать
велеть;
П ора
в
театр:
туда
к
балету,
Я
знаю,
хочешь
ты
поспеть.
И
во т,
чрез
п ять
мин ут
в
спектакле
Ты
в
ложах
лорнируешь
дам.
А
уж
Онегин
выш ел
вон;
Домой
одет ь ся
едет
он.
Мы
лучше
по сп ешим
на
ба л,
Куда
стремглав
в
ямской
карете
Уж
мой
Онег ин
поскакал.
Вошёл.
Полна
народу
зала...
Музыка
уж
грем еть
устала;
Толп а
маз ур кой
заня та..,
Тебя
зовут
уже
на
танцы,
И
ты
приехать
сло во
д ал;
На
лицах
не жные
румянцы
Тебе
сулят
вес ёлый
бал.
Домой
заехавши,
фигурке
С воей
ты
придал
лучший
т он,—
И
вот
уж
прыгаешь
в
мазурке.


86
Евгений
Онегин
Что
ж
мой
Он еги н?
По лусо нны й
В
п ост елю
с
бала
едет
он...
Но,
шумом
бала
утомленный,
И
ут ро
в
по лн очь
об рати ,
Спо койн о
спит
в
тен и
блаженной
Забав
и
ро ск оши
дитя.
Проснётся
за-полдень,
и
сн ова
До
утр а
жи знь
его
г от ова,
Однообразна
и
пестра,
И
завтра
то
же,
что
вч ера.
С
восходом
солнц а
кончиш ь
день,
Ж ивя
по
модному
уста ву,
Тог да
усталость,
скука,
лень,
Снесут
в
карету
полумертва,—
И
ты
до
пол дня
крепко
спишь,
На
завтра
ж
сн ова,
моды
жертва,
Вес ель ю
в
сретенье
летишь ,
И
снова
н ачин аешь
то
же,
И
так
пр ох одит
круглый
год.
Пушкин
идёт
по
следам
автора
«Послания», повторяя под ­
робности,
их
порядок,
но,
ви ртуоз но
играя
планом
Я.
Толстого,
д аёт
бл ест ящий
показательный
урок,
как
одинаковый
материал
в
руках
двух
стихотворцев
может
жит ь
разной
жизнью .
Пушкин
намеренно
пр име нил
это т
приём
литературной
игры
и
блестяще
в ыиг рал
п обе ду.
Когда-то
Я.
Толстой
просил
Пу шк ина
написать
ему
послание,
чтоб
новое
творение
«владыки рифмы и размера»
п ом огло
ему
освободиться
от
недостатков
его
Музы:
Открой
и скус ство
мне
столь
сладко
Писать,
как
вечно
пишешь
ты,
Что б
мог
изображать
я
кратко
И
сохранял
бы
к расот ы,
Ч тоб
нежность,
вку с,
вити йст ва
сила,
Что
от
богов
тебе
даны
И
коими
Руслан,
Людмила
Удачно
так
облечены,
В
моих
стихах
являлись
с
блеском
Таким
же
точно,
как
в
т воих.
Пушк ин ,
стил изу я
и
преобразовывая
«Послание»
Я.
Толстого,
демонстрировал
товарищу
по
«Зелёной лампе»
св ою
поэтиче­
скую
манеру,
кот орой
тот
хотел
подражать:
Во
вкусе
м едленн ом
немецком.
Отвадь
ме ня
низать
мой
сти х,
В
моих
с тр офах
из лишст во
слога
Резцом
своим
ты
отколи
И
от
таланта
хоть
немного
Ты
св оего
мне
удели!
«Послание»
Я.
Толстого»
характеризовало
св ет скую
жи знь
пе­
тербургского
щёголя
20-х
годов.
Ев ген ий
отдавался
ей
с
16—
17 лет со всем пылом юности:
Бол ьш ого
св ета
бле ск
и
шум
Давн о
пл еня ли
ю ный
ум.
Пуш к ин,
до
ссылки
вращаясь
в
этом
свете,
имел
пер ед
собою
множество
жив ых
люде й,
припомнившихся
ему
при
создании
ро мана.
В
Оне гин е
—
св ет ском
дэнди
—д о лжны
были
узнать
се бя
м ногочи слен н ые
представители
дворянской
молодёжи.
Не­
обход им о,
однако,
отм ети ть,
что
эта
шумна я
и
пёстрая
жизнь
не


Глава
первая
87
Фасад
манежа
в
Петербурге.
Худ.
Горностаев,
грав.
Гоберт, 1834.
мешала
известным
слоям
дворянства
соединять
её
с
умственной
раб отой,
с
книжными
увл ече ниям и,
с
уча сти ем
в
бесе дах
на
серьёзные
темы
об ществ е нно го
содержания.
А.
И.
Одоевский,
кото ром у
постоянно
читал
н отаци и
за
его
светское
круженье
его
д во юродны й
бра т,
шеллингианец-любомудр
В.
Ф.
Одоевский;
А.
А.
Бе сту же в, «беззаботная жизнь которого,
—
по
сл овам
его
биографа,
—
несл ась
среди
смотров,
учений,
дежурств,
балов,
салонных
разговоров,
театральных
з рел ищ,
обедов,
уединённых
занятий,
а
та кже
и
шумный
бесед
о
во прос ах
и
делах,
которые
сами
же
спорящие
называли
«тайными»70 —
вот
два
ис тори че­
ских
лица,
которые
н екоторы й
пе риод
сво ей
жизни
жили
по-
о нег инск и.
Наиболее
б лиз кой
к
пушкинскому
дэнд и
была
фигура
П.
Я.
Чаадаева
(1794—1856), друга Пушкина,
автора
«Филосо ­
фических
пис ем ».
Пушкин
со здал
его
знаменитый
п ортре т: «муд­
р ец,
мечтатель
и
ве трен ой
толпы
бесстрастный
н аблюд ате ль »,
гусарский
офи ц ер,
кот орый
«в Риме был бы Брут,
в
Афинах
Пе-
рик лес »
и
к оторый
в
то
же
время
по
внешнему
облику,
стилю
жизн и,
пр ояв ле ниям
характерных
о со бенно стей
натуры
в
первом
периоде
его
жи зни
был
ро дств енным
оне гинс ком у
тип у.
Мо жно


88
Евгений
Онегин
с
уверенностью
пр едпол агать ,
что
овеянный
легендарной
славой
«неподражательного»
д энди
П,
Я.
Чаадаев
дал
немало
ма те­
риала
Пу ш кину
для
зарисовки
светского
м ол одого
человека
1819—1820 годов71.
XXV
Второй
Чад ае в,
мой
Евгений,
Боясь
ревнивых
ос ужде н ий,
В
своей
одежде
был
педант
И
то,
что
мы
на зв али
ф рант.
П.
Я.
Ч аада ев
славился
своим
дэндизмом.
М.
Жих ар ев,
вспо­
мин ая
о
«необычайном изяществе одежды»
Чаадаева,
расска­
з ывал: «Одевался он,
можно
по ложит ел ьно
сказать,
как
никто.
Нельзя
сказать,
чт обы
одежда
его
б ыла
дорога
(хотя разным
портным,
сапожникам,
из ящ ных
дел
ма ст ерам
и
том у
подобным
лицам
он
платил
оче нь
много
и
гораздо
бо льше ,
нежели
следо­
вало,
беспрестанно
м еняя
платье,
а
и ногда
и
просто
по
привычке
без
всякого
тол ка
тр атить
д ен ьг и); напротив того,
никаких
др а­
гоценностей,
всего
того,
что
зовут
«bijou», на нём
никогда
не
бы ло.
Очень
мно го
я
видел
людей,
одетых
несравненно
богаче,
но
никогда,
ни
после,
ни
прежде,
не
вид ел
никого,
кто
был
бы
о дет
прекраснее
и
кто
умел
бы
с
таким
достоинством
и
гр а цией
своей
особы
придавать
знач ен ие
своему
платью.
Я
не
знаю,
как
одевались
мистер
Бреммель
и
ему
п одобны е,
и
потому
удержусь
от
всякого
сравнения
с
этими
исполинами
всемирного
дэндизма
и
франтовства,
но
заключу
тем,
что
искусство
одеваться
Ча ад аев
воз вёл
почти
на
степень
историче­
ского
значения»72.
До
какой
щепетильности
доходил
Чаад аев ,
требовательный
в
соблюдении
«правил»
ту але та
и
в
этом
смысле
педант,
показы­
в ает
следующий
факт
из
биографии
пушкинского
друг а : «Грибое­
дов ,
уже
назначенный
в
Персию,
перед
тем
как
идт и
к
министру
иностранных
д ел,
за беж ал
к
Чаадаев у
в
у сах
и
на
его
вопрос,
«не сошёл ли он с ума,
со бир аясь
к
графу
Нессельроде
в
таком
вид е ?» отвечал:
—
Что
же
тут
удивительного?
В
Персии
все
носят
у сы.
—
Ну,
так
ты
в
Персии
их
и
о тпу стишь ,
а
теперь
сбрей:
дипломаты
в
у сах
не
хо дя т»73.
Но
Чаадаев
не
только
э той
стороной
своей
личности
послужил
натурой
литературному
портрету
ге роя
пушкинского
романа,
«примерному воспитаннику мод».
Петербургское
знакомство
с
блестящим
офицером
оставило
в
Пу ш кине
п амять
о
психологи­


Глава
первая
89
П.
Я.
Чаад аев.
С
портрета
1818 г.
ческом
недомогании,
разо­
чарованности
и
ск учающе й
пресыщенности
этого
св ет­
ск ого
франта
и
«милого до­
моседа». 6
февраля
1823 г.
Пушкин
писал
Вяземскому:
«Видишь ли ты иногда Чаа­
даева?
Он
в ымыл
мне
голову
за
пленника.
Он
находит,
что
он
недовольно
blasé74, Чаа­
дае в,
по
н ес ча стью,
з наток
по
этой
части;
ож иви
его
прекрасную
душу,
п оэт!»
Брат
Чаадаева,
получив
от
него
известие
о
ра дост и,
которую
он
ис пыта л
по
п ри­
езде
в
Англию
(в 1823 г. ),
встретил
это
известие,
как
неожиданное,
непривычное:
«С тобой это редко бывает,
мо жет
быть,
несколько
лет
этого
с
тоб ой
не
было.
Ги-
похондрия!
Мел анх ол ия!
Поч ему,
прочитав,
что
ты
[возликовал],
и
я
с
р ад ости
[возликовал].
Стало
быть,
ты
ожил
или
начи­
наешь
о жива ть
к
радостям
земным...
Е сли
ты
из
ч ужих
краёв
с юда
приедешь
такой
же
б ольной
и
горький,
как
был,
то
те бя
н адо
будет
по сл ать
уж
не
в
Англию,
а
в
Сиб ирь »75.
XXVI
ч.
.Я
мог
бы
пред
учёным
светом
Здесь
описать
его
наряд;
Конечно
б
это
было
смело,
Описывать
моё
же
де ло:
Но
панталоны,
фрак,
жилет,
Всех
этих
сл ов
на
ру сско м
нет;
А
виж у
я,
винюсь
пред
вами,
Что
уж
и
так
мой
бедный
сло г
Пестреть
гораздо
меньше
б
мог
'Иноплеменными словами,
Хоть
и
заглядывал
я
встарь
В
Академический
Словарь.
Пушкин
указывает,
что
он
встарь
заглядывал
в
Акад е­
мический
Словарь.
Та м,
действительно,
этих
с лов
нет.


90
Евгений
Онегин
Шеститомный
«Словарь Академии российской» 1789—1794 гг .
не
включал
иностранных
сл ов,
отражая
тенденции
консерва­
тивных
кругов
дворянства,
нас т ро енных
п ротив
языковых
ново­
введений.
Автор
романа
сто ял
за
обогащение
яз ык а, 3à расширение «ино ­
племенными
словами»
разговорной
и
к нижной
речи,
есл и
не
б ыло
соответственных
слов
в
коре нн ом
рус ск ом
языке.
Ирония
заключалась
в
том,
что
ревнители
отечественного
язы ка
употреб­
ля ли
названные
сло ва
на
французском
диалекте
и
на ходи ли
их
непр исто йн ыми
при
разговоре
на
р усс ком
языке.
Эти
важные
судьи-пуристы
п оход или
на
институток,
которые
были
в
восторге,
когда
преподаватель
Пл етнёв
читал
им
«Евгения Онегина», но
когда
он
сказ ал : «Панталоны,
фрак,
ж ил ет», они решили: «Ка­
кой ,
однако,
П ушкин ,
индес Д» (от французского слова indécent —
непр исто йн ый») 76.
Подчёркнутые
Пу шкин ым
слова
дав но
уже
вош ли
в
печатный
обиход:
в
с тихот во рени и
И.
И.
Дмитриева
«Путешествие NN
в
Париж
и
Лон дон » (1808),
написанном
с
шутливыми
намёками
на
дядю
поэта,
племянник
В.
Л.
Пушкина,
ко неч но,
з на вший
эту
шалость
пера,
чит ал:
Я
в
Лондоне,
друзья...
Я
вне
себя
от
восхищенья.
В
ка ких
явлюсь
я
сапогах!
Ка кие
фраки,
па нтал оны !
Вс ему
но вей шие
фасон ы.
Отсутствовавшие
в
Академическом
с лова ре
эти
три
слова
задолго
до
ро мана
был и
включены
в
тр ёхт омны й
«Новый слово-
толкователь,
расположенный
по
ал фав ит у» (СПБ.
1803, 1804,
1806).
И
рёв ом
скрипок
заглушён
Ревнивый
шоп от
модных
жё н.
Выражение
модная
ж ена
уже
в
XVIII в .
получило
опреде­
лённую
окраску,
приме ня лос ь
к
замужним
женщ инам,
ветреным
и
раз вр ащ ённым .
В
сатирическом
ж ур нале
Новикова
«Трутень»
(1769 г. ,
ч.
I, лист 29) есть небольшое стихотворение под назва­
нием
«Быль.
Модная
жена» .
Любя,
суп руг у
муж
избаловал
потачкой,
Хотя
и
не
был
тр ус;
Одна ко
им
же на
и гра ет,
как
собачкой:
Страдает
муж
горячкой
—


Глава
Первая
91
Жена
о
сем
ничуть
не
дует
в
ус,
И мея
с
малых
лет
она
в
амурах
вк ус.
В
бо лезн и
стонет
муж:
ж ена
х охочет ,
Вдовой
быт ь
хоч ет
И
му жу
гов орит : «Когда,
мой
свет,
у мрё шь?»...
и
т.
д.
В
1792 г.
в
«Московском журнале»
появилась
сказка
И.
И.
Дмитриева
«Модная жена», в которой в стиле новелл
Боккаччо
рассказан
был
эпизо д,
как
«пригожая,
умная
и
ловк ая»
молодая
женщ ина
сделала
рогон ос це м
своего
м ужа , «старика
с
кривым
глазом»
Пролаза,
к оторы й
«в течение полвека всё полз
да
полз,
да
бил
челом
и,
на ко нец,
та ким
невинным
ремеслом
до­
полз
до
с теп ени
известна
человека,
то-есть
стал
с
им енем
—
я
говорю
ведь
так,
как
гов орит ся
в
свете,
то-есть
стал
ездить
он
шес тёрк ою
в
ка рете », и который
.. .х отя
пролаз,
но
му ж,
как
и
другой,
И
так
же,
как
и
все,
ценою
дорогой
Платил
же не
за
нежны
ласки.
Бегло
брошенным
образом
«модной жены»
Пушкин
подчерк­
нул
разл оже ние
семейных
уст оев
в
том
светском
кругу,
где
«рогоносцы величавые», «блаженные мужья»
оставались
друзья­
ми
лю бо вни ков
их
жён, «кокеток записных» (XII строфа), где
«суровое поведение»
пр ич удниц , «самолюбиво- ра в нод уш ных
для
в зд охов
страстных
и
пох в ал», оказывалось маской,
приёмом
иг ры
в
любовной
авантюре
(строфа XXIII
гл авы
III) 77.
XXX
Люблю
я
бешеную
младость,
И
тесноту,
и
блеск,
и
радость...
.У
Пушк ин а
с
младостью
обычно
было
св яз ано
представление
о
р адо сти,
о
сладости.
Рифмы:
младость
—
радость
—
сладость
в
его
поэзии
часты.
В
главе
II (строфа XIX) встречаем:
За то
и
пламенная
младость
Не
может
ничего
скрывать:
Вра ж ду,
любов ь,
печаль
и
радость
Она
готова
разболтать.
Глава
IV, строфа XXIII:
Здоровье,
жизни
ц вет
и
сладость,
Ул ыбки,
девственный
покой.
Пропало
всё,
что
звук
пу сто й,
И
ме ркн ет
милой
Та ни
младость.
См.
ещё
в
главе
V, строфа VII.


92
Евгений
Онегин
В
VI главе (с троф а XLIV) Пушкин,
прощаясь
с
своей
мо­
лодостью
(«ужель мне скоро тридцать лет?»), воскликнул:
Мечт ы,
мечты,
где
в аша
сладость?
Где
вечная
к
ней
рифма
—
младость?
Здесь
поэт
вспомнил
своё
стихотворение
«Пробуждение»
(1816):
Мечты,
мечты,
Где
в аша
сладость?
Где
ты,
где
т ы,.
Ночная
радост ь ?
Измен ял ис ь
наст ро ения
поэта,
изм енял ось
и
отн ош ение
к
«вечной»
рифме:
она
ещё
раз
будет
употреблена
в
романе,
но
уже
в
другом
применении:
старуху,
тётку
Татьяны,
при
встрече
с
родственниками
поэт
заставит
риф мов ат ь:
Ох,
силы
нет...
устала
грудь...
Мне
тяже ла
теперь
и
радость...
Под
старость
жиз нь
такая
гадость...
Рифма
мл адо ст ь-ра дос ть
была
традиционной
у
поэтов
XVIII в .
и
у
современников
П уш кина
(Жуковский,
Дельвиг,
Вяземский
и
др .).
XXXII
Лю блю
её,
мой
друг
Эльвина...
Эльвина
—
одн о
из
условных
поэтических
имён,
которые
часто
встречались
в
про изв ед ения х
поэтов
конца
XVIII—
на­
чала
XIX в.
Имя
это
мо жно
найти
в
ряде
стихотворений
Пуш­
ки на
(«К ней», 1816; «Наездники», 1816); чаще всего оно приме­
нялось
поэтом
к
тем,
к
к ому
он
обращался
в
XLIII строфе:
И
вы,
красотки
молодые,
Ко торы х
позднею
порой
Уносят
дрожки
удалые
По
петербургской
мостовой.
XXXIII
Я
помню
море
пр ед
гро зою;
Как
я
завидовал
волнам,
Бег ущ им
бурной
че редою ,
С
лю бо вью
лечь
к
её
ног ам!
Как
я
желал
тогда
с
во лна ми
Коснуться
милых
ног
у ст ами!..


Гла ва
пе рвая
93
Мария
Н икол аев на
Раевская-Волконская,
до чь
генерала
H.
Н.
Рае вско го ,
в
семействе
котор ого
Пушкин
провёл
время
на
Кав каз е
и
в
Кры му
летом
1820 г. ,
в
св оих
«Записках»
оставила
пр изна ние ,
что
эта
строфа
навеяна
ею: «Пушкин был принят
моим
отцом
в
то
время,
ко гда
его
преследовал
император
Ал е­
ксандр
I за стихотворения,
считавшиеся
революционными.
Отец
когда-то
при нял
уча сти е
в
это м
бедн ом
молодом
человеке
с
та­
ким
огром ны м
тал анто м
и
взя л
его
с
собою
на
Кав каз с кие
воды,
так
как
здоровье
его
бы­
ло
сильно
п одорв ано.
Пушкин
никогда
этого
не
забывал;
св я­
занный
дружбою
с
моими
бр а­
тьями,
он
питал
ко
в сем
нам
чув ств о
глубок ой
преданности.
Как
поэт,
он
считал
св оим
долгом
быть
в люблё нн ым
во
всех
хор ошен ьки х
же нщин
и
м олоды х
девушек,
с
ко торы ми
он
вст р ечался .
Мне
вс по ми­
нает ся,
как
во
время
э того
путешествия,
н еда леко
от
Та­
ганрога,
я
ехала
в
карете
с
Соф ьей
[сестра М.
Н.
Раев­
с ко й ], нашей англичанкой,
рус­
ско й
няней
и
ко мп ан ьон кой.
Завидев
море,
мы
приказали
остановиться,
вы шли
из
ка ре­
ты
и
в сей
гу рьб ой
бросились
любоваться
морем.
Оно
бы ло
зр ева я,
что
п оэт
шёл
за
нами,
гала
за
во лно й,
а
когда
она
настигала
ме ня,
я
убегала
от
неё;
кончилось
тем,
что
я
пром очи ла
ноги.
Пон ятн о,
я
никому
ничего
об
э том
не
сказала
и
вернулась
в
карету.
Пушкин
н ашёл,
что
эта
ка ртин а
был а
оч ень
г р ацио зна,
и,
поэтизируя
детскую
шалость,
н аписал
пре ле с тные
стихи;
мне
было
то гда
л ишь
15 лет.
М.
Н.
Раевская-Волконская.
п окрыто
волнами
и,
не
подо-
я
стала
забавляться
тем,
что
бе-
Как
я
завидовал
волнам ,
Бегущим
бурной
че ред ою
С
люб овь ю
ле чь
к
её
ногам !
Как
я
жел ал
то гда
с
в олн ами
Косн ут ься
милых
ног
устами!
Позже
в
поэме
«Бахчисарайский фонтан»
он
сказал :
.. .её
очи
яснее
дня,
темнее
но чи.


94
Евгений
Онегин
В
сущности,
он
обож ал
только
св ою
му зу
и
поэтизировал
всё,
что
видел»78.
Лобзать
ус та
млйдых
Армид...
А
р
м
и
д
а
—
имя
ге ро ини
по эмы
Торквато
Тассо
«Освобож­
дённый
Иерусалим»: красавица-сарацинка
полюбила
христиан­
с кого
рыцаря-крестоносца
Ринальдо
и
увезла
его
на
да лёки й
остров,
откуда
тот
бежал,
но
п осле
долгих
странствий
признался
Армиде
в
св оей. люб ви
и
объявил
себя
её
рыцарем.
Имя
Армиды
пр им еняло сь
в
поэтическом
язык е
современников
Пушкина;
см.
у
Батюшкова
«Ответ А.
И.
Турге не ву » (1813), «К Д.
В.
Даш ­
кову» (1812):
А
гы,
мой
друг,
товарищ
мо й,
Ве лишь
мне
пет ь
любовь
и
радость...
Мне
пе ть
коварные
забавы
Ар мид
и
ве трен ых
Цирцей.
«Младые Армиды»
упом ян уты
Пушкиным
в
сти хотв орен ии
«Осень» (1830); в послании «К
ве л ьмо же » (1830) Армидой на­
звана
королева
Мария -Ант уанет та.
XXXIV
Опять
кипит
воображ е нье ,
Опять
её
Зажгло
в
прикосновенье
увядшем
сердце
кровь...
П уш кина
для
изображения
процессов
метафоры
из
об лас ти
кипения,
гор е-
В
п оэт ичес ком
язы ке
ду ше вной
ж изни
обычны
ния
или
растительного
мира.
П р имеры
в
романе:
.. .Средь
пылк их
д ней
Ки пящей
младости
мое й
(гл.
I, строфа XXXIII).
Ки пя щий
Ленский
(гл.
VI).
С
его
озлобленным
умом,
Кипящим
в
дей ств ии
пустом
(гл.
VII).
Ревнивым
ожи вим
огнём
(гл.
III).
Го рел
досадой
вз ор
его
(гл.
VII из рукописных вариантов).
Как
пламенно
красноречив
(гл.
I).
Погасший
пепел
уж
не
вс пы хнет
(гл .
I),
Зато
и
пламенная
младость
(гл.
II).
Когда
б
он
зн ал,
какая
рана
Мое й
Та тья не
сердце
жгла
(гл.
VI).
Кто
знает,
пламенной
тоскою
Сг орит е,
может
быт ь,
и
вы
(гл.
III из рукописных
вар иа нт ов).


Глава
пер вая
95
Питая
жар
чистейшей
страсти
(гл.
III).
Когда
стр асте й
угаснет
пла мя
(гл.
II).
Нас
пыл
серд ечный
р ано
мучи т
(гл .
I из рукописных
вари ан т ов).
По эт
в
ж ару
св оих
суждений
(гл.
II).
Не
вспыхнет
мысли
в
ц елы
сутки
(гл.
VII).
К
ж изни
вовсе
охладел
(гл.
I).
Ра но
чу вс тва
в
нём
ост ыли
(гл.
I).
И
резкий,
охлаждённый
ум
(гл.
I).
В
обоих
сердца
жар
погас
(гл.
I).
Ср.
в
«Руслане и Людмиле»:
Ты
сохранила
мне
сво бо ду,
Кипящей
младости
кумир.
Поэтика
романа
сходна
с
поэтикой
лир ическ их
стихотворе­
ний
и
по эм
Пушк и на.
В
«Кавказском пленнике»
вст реч аем
вы­
р аж ени я: «пламенная младость», «увядшее
с ер дце », «охолодев
к
мечтам
и
лире », «погас печальной жизни пламень», «угасший
взо р », «не вдруг увянет наша младость», «я вяну жертвою стра­
ст ей », «моей души печальный хлад», «и гасну я,
как
пламень
дымный»
и
др.
В есь
этот
метафорический
сл овар ь
выр аст ал
на
почве
поэти­
ческо й
традиции
русской
лир ики .
Дос таточно
у каз ать
на
пред­
шественника
Пушк ин а,
Батюшкова,
чтоб
убедиться,
что
по эти ка
романа
в
указанном
в ыше
о тно шении
не
бы ла
оригинальным
за­
воеванием
Пушки на .
Уже
до
Пу ш кина
в
лирике
Батюшкова
вст реч ал ись
п одоб ные
речения:
И
в
пламенной
душе
навеки
начерталась...
Ещё
в
душ е
его
огонь...
Но
сердца
тихий
жар...
Я
вяну,
но
ещё
так
пламенно
люб лю. ..
Тебя,
младый
Рин ал ьд,
кипящий,
как
Ахилл...
Изнемогает
жизнь
в
груди
моей
ос тыл ой ...
Хладн ы е
сер дц а...
XXXV
Что
ж
мой
Онегин?
Полусонный
В
постелю
с
ба ла
едет
он:
А
Петербург
неугомонный
Уж
ба рабан ом
пробуждён.
Встаёт
купец,
идё т
разн ос чик,
На
биржу
тянетс я
извозчик,
С
кувшином
охтенка
сп еши т,
Под
ней
с нег
утренний
хрустит. \.


96
Е вгени й
Онегин
П и рожник
(слева); разносчик с книгами и сочинитель ( спр а в а).
С
оф орт ов
из
«Волшебного фонаря», изд .
1817 г.
Образ
«неугомонного Петер­
бурга»
на
фон е
предшествую­
щих
ст роф
(рисующих «заба ­
вы»
модных
чудаков
и
модных
жён
больш ого
света )
и
следующей
XXXVI
строфы
выступает
в
тех
п ро­
тиво ре чия х,
к оторы е
при сущ и
был и
кру пно му
городскому
ц ен­
тру
того
времени:
автор
романа
рано
утром
з амеч ает
купц а,
ра зносчика ,
изво зчика,
охт ен ку
-
молочницу,
немца-хлебник
а,—
пр ед­
став ителей
городского
труда,
в
то
время
как
«забав и роскоши
д ит я», «шумом бала
утомлен­
ный»
Онегин
«спокойно спит в
т ени
б л аженно й».
Куче р
и
блинник.
С
офорта
из
тог о
же
издани я.


Глава
первая
9?
XXXVII—XXXVIII; XLIII—XLV
В
эт их
ст ро фах
образ
О нег ина
раскрывается
с
тем
комплек­
сом
ид ей,
чувств,
переж иваний,
который
тяне тся
к
ге рою
«Кав­
казского
пленника » (1822) и поэтическому образу в пушкинской
лирике
до
на пис ания
романа.
Сам
автор
в
предисловии
к
первому
изданию
романа
указывал,
что
«дальновидные критики . ..
стану т
осуждать
и
ан типо эт ичес кий
характер
главного
лица,
сбивающе­
гос я
на
К а вказск ого
пленника,
та кже
некоторые
строфы,
писан­
ные
в
утом и те льном
роде
н ове йших
эл е гий,
в
ко их
чувство
уны­
ния
погл отил о
все
пр оч ие».
Сопоставляя
образы
О не гина
и
плен­
ни ка,
можно
ус тан ов ить,
что
происхождение,
о браз
жиз ни
и
ду­
шев ный
мир
обоих
вскрывают
в
какой-то
мере
единый
социаль­
ный
тип,
обрисованный
од нород ным и
приёмами:
«Евгений Онегин»
«Кавказский пленник»
Страстей
игр у
мы
знали
об а...
Страстями
се рдце
пог уби. ..
Он
в
п ервой
юности
своей
Я
вя ну
жерт в ою
с трас тей ...
Был
жертвой
бурных
заблуждений
Где
бурной
жизнью
погубил
И
необузданных
страстей.
Надежду,
радость
и
же лань е. ..
Отступник
бу рных
на сла ждений. ..
Ему
наскучил
света
шум...
Отступник
св ета ...
Мечтам
невольная
пред анн ос ть ...
В
те
дни,
как
верил
я
надеж де
И
упоительным
мечтам...
Кра савицы
не
долго
были
Предмет
его
п ривычных
дум;
Из мены
утомить
усп ели ;
Друзья
и
дружба
надоели...
И
хот ь
он
был
по веса
пы лко й,
Но
раз люб ил
он
наконец
И
бр ань,
и
сабл ю,
и
свинец.
Людей
и
свет
изв едал
он
И
зна л
неверной
ж изни
цену.
В
сердцах
друзей
на шед
измену.
В
ме чтах
любви
безумный
сон...
Любил
он
прежде
игры
славы
И
жаждой
гибели
горел.
Невольник
чести
беспощадной,
Вблизи
видал
он
с вой
конец,
На
поединках
твёрдый,
хла дны й
Встречая
гибе ль ный
свин ец.
Как
он,
отс тал
от
суеты .. .
Н ет:
р ано
чу вств а
в
нём
остыли...
Но
к
жизни
вовсе
о хла дел. ..
В
обоих
сердца
жар
погас ...
Наскуча
жертвой
быть
привы чной
Давно
презренной
суеты...
Мое й
д уши
печальный
х л ад...
Но
по зд но:
уме р
я
для
счастья.
Для
нежных
чувст в
окаменел.
У снув
бесчувственной
душою...
И
гасну
я,
как
пламень
дымный,. <
Погас
печальной
жизни
пл а мень. ..


98
Евгений
Онегин
Ничто
не
трогало
его,
Не
замечал
он
нич е го.
Та ил
в
молчаньи
он
глубоком
Дви жень я
сердца
с вое го,
И
на
ч еле
его
высоком
Не
изменялось
ничего.
Тот
же
круг
пер еж ив аний,
к отором у
Пушкин
дал
в
романе
название
«русской хандры»,
вст р ечается
в
лирике
поэт а
до
ссылки
и
на
юге.
См.
ос обе нно
«Погасло дневное светило»
(1820), «Ты прав,
мой
др у г» (1821).
Выражение
в
XLIV строфе:
Томясь
душевной
пустотой
—
заставляет
вспомнить
стихотворения
«К моей чернильнице»
(1821) и «Эле ги ю» (1822):
Остались
мне
одни
страданья,
Плоды
сердечной
пу сто ты
79.
XXXVIII
Недуг,
которого
прич ин у
'
Д авно
бы
отыскать
пора,
Подобный
английскому
сплину,
Короче:
русская
хандра
Им
овладела
понемногу...
«Хандра», «скука»
и
«тоска»—ти пи ч но е
для
Онегина
ду­
шевное
с остоя ни е.
Восемь
л ет,
проведённых
им
в
свете
«среди
блистательных
поб ед,
среди
вседневных
н асл а ждений », напол ­
нен ных
разнообразными
впечатлениями
жизни,
сменились
го­
да ми
о дно тонн ой
скуки,
ст авшей
его
сп утни ком
на
пр о тя жении
всего
ро мана:
Хандра
жд ала
его
на
страже,
И
бегала
за
ним
о на,
Как
тень
иль
верная
жена.
Скука
преследовала
его
везде
—
в
с толиц е
и
в
деревне,
среди
«громад Кавказских»
и
на
«брегах Каспийских вод».
Это
ду ш евное
состояние,
застав ив шее
Онегина
покинуть
свет,
вес ти
уединённую
жизнь,
не
б ыло
внез а пн ым,
оно
подготов­
лялось
по сте пенно: «хандра им овладела понемногу» .
Пушкин
указал
с лож ный
клубок
пр ич ин,
приведших
его
героя
к
это му
горь кому
чувству
охл аж де ния
к
жиз ни,
отм ет ив
даже
случай­
ные,
временные
при чины
(«не всегда же мог [Онег ин].. .
сыпать
острые
слова,
когда
болела
го лова ») и не придавая последним,


Глава
первая
99
разумеется,
существенного
з начени я.
Вн ешне
праздная
жизнь,
«безделье», привычка жить без труда («труд упорный ему был
т оше н»),
в есь
этот
груз
векового
барства,
пит авш его ся
об ще­
ственным
строем
кр епост ничест ва,
обеспеченной
и
беззаботной
жизни
за
счёт
ба рщ инно го
и
об рочн ого
к р есть янств а,
должны
б ыли
создавать
предпосылки
для
ощущения
«душевной пу­
ст оты », для
оне ги нс кой
«зевоты».
Но
вед ь
како е
же
мн ожест во
бы ло
разных
NN среди «че рни
светской»
—
Кто
в
двадцать
лет
был
франт
иль
хват,
А
в
тридцать
выгодно
женат...
и
т.
д .—1
кто
не
испы тыв ал
ни
в
мал ей шей
степени
то го
«сплина», кото ­
рый
преследовал
Онегина!
Творческий
труд
писателя
в
известной
мере
мог
бы
освобо­
дить
Е вгения
от
его
тоскливого
недомогания,
но,
во-первых,
его
попытка
заняться
писат ел ьск им
делом
кончилась
неудачей
из- за
оче ви д ного
отсутствия
призвания
к
литературному
труду,
а,
во-
в торы х,
как
увидим
ниже ,
онегинские
настроения
не
бы ли
чужды
и
некоторым'
за мечател ь ны м
писателям
э той
эпохи;
сл едо ва­
те льно,
ес ли
бы
Онегин
и
по пал
в
«цех задорный», к которому
принадлежал
Пушк и н,
ег о,
как
и
ав тора
романа,
по
каким-то
причинам
посещала
бы
та
же
«скука» .
Попытка
чте ни ем
запо л нить
чувство
«душевной пустоты»
была
яв но
несостоятельной;
то,
что
читал
Он ег ин,
лиш ь
углу б­
л яло
его
переживания;
в
тех
книга х,
какие
п оп адал ись
ему,
он
на ход ил
«обман и бред;
в
том
сов ес ти,
в
том
смысла
нет;
на
всех
различные
вериги».
Пропаг а нди ст
Ада ма
Смита,
он
не
мог
удовлетворяться
«стариной» («и устарела старина»); читая «н о­
виз ну », приходил к выводу,
что
«старым бредит новизна», что
с мен яют
одн а
другую
различные
идейные
с ист емы
и
в
э том
ве ч­
ном
круговороте
бред
старины
прорывается
через
«новизну»,
создавая
вп еч атл ение
безвыходности,
бесцельности
жи зни.
Чте­
ние
не
давало
Он еги ну
«толку»,
не
выводило
его
из
круга
пр ивыч ных
настроений
ск уки
и
хандры.
Он
«из о-палы
исключил»
нескольких
авторов,
но
в
их
творениях
он
чи тал
свою
собственную
исп ов едь,
вст р ечал
своё
лицо ,
сво и
раздумья
и
чувства.
Характеризуя
того
литературного
героя,
который
был
близок
Евгению,
Пушкин
среди
других
че рт
отмечает
в
нём
безмерную
склонность
к
мечтанью
и
оз лоб ле нный
ум,
кип ящ ий
в
действ ии
пустом
(XXII строфа главы VII).
Мы
приб лизил ис ь
к
отгадке
г лав ной
причины
онегинской
«скуки».
То,
что
он
видел
в
жиз ни,
не
соответствовало
его
ме ч­
там;
его
ум
озл обл ял ся
и
охлаждался,
анализируя
окружавшую
действительность;
кипен ью
сил
мешала
та
же
действительность,
ставя
п реград ы,
превращая
личну ю
жизнь
в
нечто
пустое.
«Оне-


100
Евгении
Онегин
гин
мог
б ыть
счастлив
или
несчастлив
только
в
дейст в ит ельност и
и
через
дейс тв ите ль­
ность»
—
так
понял
Белинский
п ричин у
о негинск о го
недуга
как
след ств ия
«некоторых неотразимых и не от нашей воли завися ­
щих
обстоятельств» (1844).
Не дуг ом,
п одоб ным
английскому
сплину,
оне ги нством ,
поражены
были
мн огие
из
дворянского
круга,
близкого
Пуш­
кину.
К.
Н.
Батюшков
в
1811—1812 гг.
в
отрывке
«Прогулка по
Москве»
рисовал
почти
автобиографический
портрет
г ероя,
Кот оры й
посреди
рассеянной
ст олиц ы
Тихонько
зам ечал
характеры
и
лицы
Забавных
м оскв ич ей;
Который
с
год
зевал
на
балах
бо гачей,
Зевал
в
концерте
и
в
собранье,
Зевал
на
ск ачк е,
на
гулянье,
Везде
равно
зевал...
В.
Ф.
Одоевский
в
«Дневнике студента»
признавался: «Жизнь
мне
снова
становилась
скуч ною ,
тяг ос тною ».
О
М.
А.
Щербинине,
уч астнике
«Зелёной лампы», приятеле
Пушкина,
его
мать
писала
вскоре
пос ле
выхода
его
в
отставку
(1821): «От души желаю,
чтобы
он
свою
хандру
оставил
бы
в
Моск ве »; приехав в деревню,
он
продолжал
скучать: «Мне
здесь
скучно...»80
Если
эти
меланхолические
пр изн ания
выр ывались
у
людей,
не
обнаруживавших
с клонн ост и
к
общественному
делу,
пассив но
выражавших
лиш ь
св оё
о тв ращ ение
к
пошлости
обыденной
жизни,
то
та
же
объективная
жи знь
в
её
ко сной
стихии
вызы­
вал а
более
об острё нн ое,
более
едкое
чувство
ску ки,
хан дры
в
той
среде,
которая
мечта ла
о
сд виг ах
и
переменах
в
обществен­
ной
жиз ни,
которая
и ногда
попадала
в
ст р ад ающее
положение,
слышала
окрик
ч ино вных
Скалозубов,
ощущала
тяжёл у ю
и
да­
вящую
ла пу
деспотического
строя.
У
Пушк ин а
в
поли тиче ской
ссылке
то
и
д ело
прорывались
с т он ы: «мне скучно»; «у меня хандра»; «скука смертная везде»;
«тебе скучно в Петербурге,
а
мне
скучно
в
д ере в не »; «скучно
—
вот
и
вс ё »; «часто бываю подвержен так называемой хандре»;
«скука есть одна из принадлежностей мыслящего человека» .
Н.
И.
Тургенев
в
1814 г.
завёл
«Книгу скуки», и когда в 1820 г.
закончилась
неудачей
его
попытка
обратиться
к
правительству
с
предложением
начать
освобождение
ст раны
от
рабства,
он
писал
в
д невнике
1 июня: «Безнадёжность моя достигла высо­
чайшей
степени...
Скучная,
мрачная
будущность,
оди но кая
ст а­
рость,
мо ро зы,
э гоис ты
и
бедствия
непрерывные
отечества
—
вот
что
для
м еня
остаётся!» Его братС.
И.
Т урге нев
в
связи
с
той
же


Глава
первая
101
неудачей
писал
15 июля 1820 г .: «Теперь всё веселье моё ис­
чез ло.
Наши
противники
обдали
ме ня
хо ло дной
водой,
их
люби­
мым
элементом,
и
я
проснулся
п оне в оле».
П.
А.
Вяземский,
подписавший
вместе
с
Тур ге не вым
за пи ску
к
царю
(см .
ниже ), в конце июня того же 1820 г .
писал
С.
И.
Т ур­
г ен еву : «Нельзя жить для пользы,
то
хотя
жи ть
надобно
на
ра до сть
и
перенести
то,
что
живого
есть
в
душе,
в
какое-нибудь
быт ие
поэтическое,
а
не
то
совсем
протухнешь.
По ка
ещё
вооб­
ражение
не
увяло
и
сердце
не
обв етш ало ,
е сть
где
уйти
от
скуки.
Но
что
п ред стои т,
когда
баснословная
эпоха
ж изни
издержится
и
придёт
время,
что
надоес т
ходить
по
об лак ам,
а
рассудком
и
душою
потребуется
поверять
очевидностью
следы,
означенные
по
дороге
перешедшей?
Тогда-то
р усск ая
жизнь^во
в сей
своей
худощавой
н аготе,
во
вс ей
своей
п лоск ой
безобразности
пред­
ставится
взору,
и
дли нн ый
ряд
нулей
окажется
в
и тоге
бытия
про­
мотанного».
И
вновь
возвращаясь
к
эт ой
теме
бессилия
что-либо
сд ела ть
среди
«злобы,
гл уп ости
и
г ну сно сти», Вяземский прихо ­
дил
к
мрачной
оценке
р усс кой
жиз ни.
«На нас от рождения на­
шёл
убийственный
столбняк:
ни
век
Екатерины,
со
в сей
уродл и ­
востью
своею,
ве к,
мно го
обеща
вший,
ни
1812 год,
—
ничто
не
могло
нас
расшевелить.
Пошатнуло
немно го ,
а
тут
опя ть
эта
прокл ятая
Медузина
голова,
т.
е.
неве жест в о
гражданское
и
по л итич еско е,
окаменило
то,
что
нач инал о
со гр еват ься
чув ­
ством».
Пушкин
тон ким и
намёками
пок аз ал,
что
и менно
эта
Ме ду­
зина
голова
была
гл авно й
пр ич иной
онегинской
ску ки
как
факта
общественной
п си хол огии
в
известных
кругах
дворянского
к л асса.
Его
прозвали
«опаснейшим человеком» .
Мы
знаем,
какое
содержание
вкладывали
в
эти
слова
хозяева
положения
в
го­
ро де
и
в
усадьбе:
точ но
так
же
прокламировали
в
1820 г.
всю
группу
мо лоды х
либералистов
п етер бур гск ие
крепостники-вель­
мож и,
соединяя
с
«опасным человеком»
представление
о
«яко­
бинца х» (см .
комментарий
к
II главе).
Онег ин
не
служил,
и
это
б ыло
его
фро ндё рс тв ом,
своеоб­
раз ной
формой
дворянской
оппоз и ции
против
режима,
где
над о
было
«прислуживаться», как отвечал Чацкий Фамусову.
Так
же
поступили
Вяземский
и
Чаадаев ;
так
сделал
Батюшков,
сказав­
ш ий: «К службе вовсе не гожусь»; так сделали Я.
И.
Сабуров,
«избалованный светским воспитанием и лёгкими успехами», по ­
том
бросивший
службу
в
гусарском
пол ку
и
светский
б леск
для
чтения
книг
и
изучения
рус ской
жиз ни,
и
В.
А.
Ушак ов ,
из
гвар­
дейского
офице ра ,
«самого щеголеватого и притом мечтателя,
«романической головы», прёвратившийся в обложенного книгами
д еревенск ог о
анахорета»81.
Пушкин
не
раз
отмечал
в
св оём
гер ое
честь
и
гордость,
качества,
считавшиеся
поэтом
обязательными
для
независимого


102
Евгений
Онегин
дворянина.
Но
мы
зн аем
от
того
же
Пу шк ина,
как
«без гордости
спесивые»
ба ре
ценили
больше
«почести», чем «че с т ь», как всё
трепетало
перед
те м,
кто
«полон злобы,
полон
мести», был «без
у ма,
без
чувств,
без
ч ест и», как вельможи вроде Воронцова -
«полуподлеца»
третировали
поэта.
Чес ть
Оне гина
приходилась
не
ко
дв ору
т ам,
где
главенствовали
«почётные подлецы»
и
«хо­
лопья
добровольные»82.
Онегин
жил
без
дел,
«ничем заняться не умел».
Бы ть
офицером,
чиновником,
деловым
помещиком,—эти
три
един­
ственные
возможные
форм ы
деятельности
в
то
вр емя
не
могли
прельстить
его .
На
об вине ния
в
лени ,
в
бездействии
со
стороны
тех ,
кто
занимал
вышеуказанные
ме ста
и
должности,
Онегин
мог
бы
повторить
слова
Б атюшко ва : «Что значит моя лень?
лень
человека,
ко торы й
читает
или
рассу жд ает!
Нет...
есл и
бы
я
с троил
мельн иц ы,
пивова рни,
обманывал
и
исповедывал,
то
в ер­
но
б
прослыл
че ст ным
и
притом
деят ел ьным
человеком».
Вяземский
в
1824 г.
на
упрёк
в
лени
ответил,
что
ску ка
скоро
осадит
«усталого зрителя людских проказ»:
Поспешно
отворотишь
вз оры
От
н аших
бы лей- неб ыли ц,
Кляня
действительные
вздор ы
Не сч а стных
действующих
л иц;
Тогда
раскаешься
в
уп рёке,
Прибегнешь
к
праздности
м ое й...83
Да
и
самый
ум
Онегина,
который
нр авил ся
поэту
сво им
«рез­
ким,
охлаждённым»
ха ракт ер ом,
разве
не
был
причиной
«миль -
она
т ерз аний»
у
некоторых
его
современников? «Горе от ума»
выпало
на
долю
Чацкого,
ум
доводил
ины х
до
безумия,
бе зумн ым
про сл ави ли
в
20-х
год ах
героя
пье сы
Грибоедова
его
вр аги,
несколько
позже
безумным
прозвали
пу шки нско го
друга
Чаада ев а,
сам
автор
«Онегина», почти всю жизнь « г он и­
мый
само власт ьем », должен был с горечью воскликнуть: «Чорт
догадал
ме ня
родиться
в
России
с
душ ою
и
с
талантом!» «Ум,
любя
простор,
теснит», —
гов орил
Пушкин
в
той
с троф е,
где
за­
щи щал
своего
ге роя
от
«неблагосклонных»
от з ывов
о
нём
в ся­
ческих
NN.
Эти
многочисленные
представители
«посредствен ­
ности»
дружным
хором
гов ори ли
о
«странностях»
Онегина.
«Пасмурный чудак»
мог
бы
их
спросить,
как
Чацкий
Софью:
Я
странен?
А
не
с тран ен
кто
ж?
Тот,
кто
на
всех
гл упц ов
по хож,
Молчалин,
на прим ер ?..
Есть
в
романе
ещё
один
на мёк
на
гнетущее
воздействие
со­
циально-политической
действительности
как
фактора,
соз дав­
ше го
н едуг
онегинства.
Этот
намёк
ме льком
брошен,
но
см ысл


Глава
первая
103
его
на
фоне
общественных
я влений
того
в реме ни
лег ко
раскры-
в ае тся:
Обоих
ожи да ла
злоба
Слепой
Ф ортун ы
и
люд ей
На
самом
утре
н аших
дней .
(XLV строфа)
Фортуна,
рок,
судьба
—
в
пушк инс кой
поэтике
об ыч­
ный
символ
ко сной
стихии
объективного
мира,
символ
з ла,
н аси­
лия,
гнёта,
анчаровского
начала
в
исторической
жиз ни
народа.
Мы
знаем,
как
«роковая власть»
цар ско й
деспотии
расправи­
лась
с
автором
романа,
но
нам
неизвестны
факты
пр оя вле ния
зл обы
слепо й
Фортуны
в
биографии
его
друга,
его
до б­
рого
приятеля.
Остаётс я
пред поло жит ь,
что,
по
за мысл у
Пу ш­
кина,
злобные
проявления
поли ти чес кого
порядка
или
ожидали
О не гина
или,
во
всяком
случае,
от рав ляю ще
и
охлаждающе
дей­
ств ов али
на
мечтательного
юношу,
способствовали
его
«угрю­
мости».
Вспомним,
кстати,
булгаринскую
аттестацию
мо лоды х
либералов
с
«лицейским духом»: «какая -то
насмешливая
угрю ­
мость
(morgue) вечно затемняет чело сих юношей,
и
оно
прояс­
няется
тол ько
в
ч асы
буйной
ве с ёлос ти» 84.
Угрюмость
так
въелась
в
Оне гина
с
той
поры,
как
он
«к жизни вовсе охладел», что
он
появ лялся
уг рюм ый
и
в
го ст и ны х, «не замечая ничего», и даже тогда,
ко гда
встречался
с
з аму жнею
Татьяной:
% .. .угрюмый,
Неловкий,
он
едва- едва
Ей
отвечает...
(Гл .
VIII, строфа XXII)
Злоба
людей
по
адресу
м олод ого
Онегина
осталась
в
романе
нераскрытой.
Пуш кин
п одме нил
воздействие
людей,
власть
имущих
(см.
фа кты
в
биографии
Ч ацкого ), бытовым воз­
действием
среды,
чт о,
конечно,
з ат ушева ло
в
читательском
вос­
приятии
мрачный
образ
«Медузиной головы»; но это в конце
концов
не
сним ает
вопр оса
о
существенном
влиянии
на
развитие
онегинства
общественных
отношений85.
В
воспоминаниях
Оне­
г ина
об
его
ра нних
впечатлениях
от
большого
св ета
главное
ме­
сто
зан имае т
именно
общественная
среда,
её
специфические
фо рмы
пр оявл е ния:
То
видит
он
врагов
забвенных,
Клеветников
и
трусов
злых,
И
рой
изменниц
молодых,
И
к руг
товарищей
презренных...
(Гл.
VIII, строфа XXXVII) 86


104
Евгений
Онегин
«Медузина голова»
полит иче с к ого
строя,
дав шег о
торжество
«изношенным глупцам,
святым
невеждам,
почётным
по дле ца м»,
д олжна
бы ла
ок аме нять
(по выражению Вяземского)
особ енн о
тех ,
в
чьих
жилах
те кла
«холодная,
ленивая»
кров ь,
кому
в
удел
был
дан
не
восторженный
энтузиазм
стремления
к
подвигу
борьбы ,
а
скептицизм,
склонность
к
же лч ным
выходкам,
кто
в
холоде
жизни
приобретал
привычку
«презирать людей» .
Онегин
—
сложная
и
противоречивая
натура;
в
приё ма х
об­
рисовки
его
мы
должны
видеть
одн о
из
первых
при мен ени й
в
художественной
ли те рат уре
то го
творческого
метода,
который
впоследствии
так
мощно
ра зве рнулс я
у
Л.
Тол с того
и
который
Чернышевским
был
определён
как
уменье
художника
по казат ь
«диалектику души».
Евгений
—
мечтатель
с
резким
умом,
пыл кий
и
охлаждённый,
чувствительный
и
угрюмый,
сни ­
сходительный
и
злой,
томный
и
проворный, «од­
ним
на
время
очарован,
разочарованный
д ругим»; «в нём души
прямое
благородство»
и
мстительное
чувство,
побуждавшее
шеп­
тать
Ольге
«какой- т о
пошлый
мад ри гал »; «он презирал вообще
людей»
и
в
то
же
время
«иных он очень отличал и вчуже чув­
ст во
уважал»
—
и
вся
эта
амаль г ама
различных
настроений
и
наклонностей
преломляется
(особенно в ранней молодости)
через
своеобразную
форму
а ристок ратизма
—
капризного
э го цен­
тризма,
неб режно й
повадки
дэнди,
барственной
пренебрежитель­
ности
к
тому,
что
требовало
серьёзного
и
внимательного
отноше­
ния;
именно
так,
барственно,
глядя
на
всё
сверху
вни з,
Онег ин
«задумал
порядок
но вый
(в деревне)
учредить»
—
чтоб
только
время
проводить;
играя
чувствами,
ст ра шась
по-светски
«ложного стыда»,
оказался
ра бом
общественного
мнения
им
же
презираемых
людей
и
убил
друга,
которого
любил.
В
э том
п ротив оречи во м
характере,
развивавшемся
в
м ало­
подвижном
общественном
бы ту
(в сравнительно узкой социаль­
ной
прослойке)
без
зам етн ых
потрясений
и
угроз
бли зк ой
ка та­
строфы
—
черты
холод нос ти ,
«души ленивой»
в
соед инени и
с
«резким охлаждённым умом»
игр али
большую
роль
в
развитии
т ого
н ед уга,
к оторы м
был
п ораж ён
О негин.
Он
«застрелиться,
слава
богу,
попробовать
не
з ах о тел», но среди Онегиных были
лю ди,
к оторые
находили
выход
из
своего
недомогания
в
са мо­
убийстве:
так ,
один
молодой
офицер
оставил
письмо,
в
котором
заявляет,
что
«застрелился потому,
что
надоело
ему
жи ть» 87.
Автор
«Горя от ума», испытавший « м ил ьо н
терзаний»
от
того
п ол ити че ского
строя,
в
котором
обречены
были
на
онегинство
многие
передовые
дворяне,
обращался
к
своему
другу
со
сло­
вами,
полными
предчувствия
страшного
конца.
«Я с некоторых
пор
мрачен
до
кра йн ости ,
—
писал
12 сентября 1825 г.
Гри ­
бо едов
С.
Бегичеву.
—
Мой
бесценный
Степан...
сделай
одол­


Глава
пе рвая
105
же ние,
подай
совет,
чем
мне
избавить
себ я
от
сумасшествия
или
пистолета,
а
я
чувствую,
что
то
или
другое
у
м еня
впереди!»
Скука ,
хандра
упорно
преследовали
этого
«пламенного меч­
тате ля
в
краю
вечных
сн его в» (см.
письмо
к
Бегичеву
от
9 де­
кабр я
1826 г.) .
В
пер еписк е
Гриб о ед ова,
как
и
у
многих
его
со­
вре ме нник ов,
то
и
д ело
встречаются
пр изнан ия: «К моей скуке
я
умел
примешать
разнообразие...
скучаю
попеременно
то
с
деловыми
безде ль ями,
то
в
разговорах
с
това рищами .
Весёло сть
утрачена» (1820,
фе вр а ль); «Налегла на меня необъяснимая
мр ачн ос ть» (1823, январь); «Со временем у тебя поищу прибе ­
ж ища
не
от
бурь,
не
от
угрызающих
скорбей,
но
р ешит ель но
от
пустоты
душевной» (из письма С.
Н.
Б егич еву, 4 января 1825 г.);
«Мне невесело,
ск учно ,
отвратительно,
н есно сно» (9 сентября
1825 г. ); «Так скучно!
Так
грустно!
Дум ал
помочь
тебе,
взялся
за
пе ро,
но
пиш етс я
нехотя...
Скажи
мне
что-нибудь
в
отраду...
Пре дста вь
с ебе,
со
мной
повторилась
ипохондрия,
но
теперь
в
такой
усиленной
с тепе ни,
как
ещё
ник ог да
не
бы ло»
(12 сентября 1825 г. ) 88.
Пушкин
з ако нчил
первую
и
вторую
гл авы
романа
в
1823 г. ;
Онегин
был
представлен
в
них
вп олне
сложившимся
характером.
Пу шк ину
на
юге
о ст авались
неизвестными
те
обстоятельства,
ко торы е
п риве ли
к
перестройке
в
рядах
членов
Союза
благоден­
ствия,
к
организации
Северного
и
Южного
обществ;
в
ссы лке
он
хо тя
и
вращался
с реди
буд ущих
декабристов,
но
внешне
он
слы шал
о дни
л ишь
разговоры
св оих
«демократических друзей»;
конспирация
ю жан,
за крыва вша я
перед
не пос вя щё нным
неясные,
но
революционные
перспективы
будущего,
вызывала
у
Пушкина
горький
осадок
политического
одиночества:
Я
пережил
свои
желанья,
Я
разлюбил
свои
мечты;
Ос тались
мне
одни
страданья,
Плоды
сер деч ной
пустоты...
Жив у
печ ал ьны й,
од иноки й,
И
жду:
придёт
ли
мой
конец?
89
Внутренняя
политика
в
стране
в
годы
р еакции
усиливала
среди
те х,
кто
не
был
св язан
с
тайной
организацией,
тоскливые
на­
строения.
На
Западе,
который
привлекал
пристальное
вним а ние
дворянской
интеллигенции,
пот ер пели
поражение
революцион­
ные
по пыт ки
в
ряде
стра н
(в Испании,
Ит алии
и
д р.), раздавлен ­
ные
Священным
сою зом
мон архов ,
что
также
во зб ужд ало
среди
русс ки х
либералов
безнад ёж ные
чув с тв а: «Народы Европы вме ­
сто
обещанной
сво бо ды
увидали
се бя
утеснёнными,
просвеще­
ние
—
сж аты м.
Тюрьмы
Пьемонта,
Сардинии,
Неа пол я,
вообще
вс ей
Ит а лии,
Германии
наполнились
скованными
гражданами.


106
Ев гений
Онегин
И
судьба
народов
ст ала
столь
тягостной,
что
они
пожалели
время
про ш лое
и
благословляют
память
завоевателя
Наполеона!..
Не кая
тишина
л ежит
тепер ь
на
пространстве
твёрдой
земли
пр о­
свещённой
Ев ро пы.. .»
Так
характеризовал
П.
Каховский
то
по­
ло жение
дел
на
Западе
в
эпоху
реставрации,
ко торо е
вы зв ало
у
Пушкина
в
ко нце
ноября
1823 г.
трагедийное
сти хотв оре ни е
«Свободы сеятель пустынный» .
В
тако й
атмосфере
начат
был
ром ан
на
тему
о
молодом
чел о­
век е
20- х
годов.
Онег ин
первых
глав
отражал
один
из
моментов
общественной
жизни
этой
эпохи,
когд а
ещё
не
настала
пора
для
выхода
на
историческую
сцену
об ще с тве нного
героя
из
лагеря
декабристов
с
рылеевским
па фос ом
рев олю цио нно го
действия,
хо тя
бы
и
о бр еч ённого
на
г ибель .
Но
если
скептицизм
холо дн ого
ума
О нег ина
не
тянул
его
к
активным
людям,
да же
идейн о
близ ким
ему
(впрочем,
его
дру­
гом
был
то т,
кому
поэт
п ророчил
судьбу
Рылеева
на
виселице), то
это
не
значит,
что
типом
того
времени
был
декабрист,
а
не
О неги н,
как
думал
в
60- х
годах
Ге рцен ,
в
стать е
«Ещё раз База ­
ров» .
Именно
Он егин
был
типичной
ф и гурой
того
времени.
Ал е­
ксандр
Раевский,
пушкинский
«демон»,
о дин
из
прототипов
Евгения,
был
в
это м
смысле
характерной,
далеко
не
единствен­
ной
фи гурой
среди
«охлаждённых»
дворян
20-х
год ов
(ср .
Ча а­
даева,
Вяземского,
Грибоедова).
Но
Он егин ,
как
правильно
было
указано
Б елинск им ,
лучше
всего
познаётся
через
д ейст ви­
тельность.
Мы
должны
сказать ,
что
при
известных
об сто я­
тельствах
перед
Онегиным
его
же
ум
и
«роптанье вечное души»
мо гут
поставить
на
очередь
не обходи мос ть
перестроить
его
обыч­
ную
жиз нь,
м огут
выдвинуть
то
чувство
дол га,
когда
личное,
дос еле
эгоис тич ес кое ,
бу дет
понято
им,
как
ли чн ое,
связанное
с
общественным
делом.
Пушкин
так
и
собирался
ко нч ить
био­
гра фию
Оне гина .
Но
для
т ого,
чтобы
во зник
план
в к лючить
Евге­
ния
в
ряды
декабристов,
т реб о вались
предпосылки
в
самом
интел­
лекте
и
мировоззрении
пуш ки нс кого
героя.
В
пушк ин ск ом
пони­
мании
Он еги на
они,
оче ви дно,
были.
Это
авторское
понимание
мы
не
должны
сб расы ва ть
со
счетов
при
суждении
об
обществен­
ном
типе
Онегина,
при
суждении
об
общественном
значении
онегинской
скук и
в
преддекабрьскую
э поху.
XLII
Хо ть,
может
быть,
иная
дама
Толкует
Сея
и
Бентама,
Но
вообще
их
разговор
—
Н есно сны й,
хоть
невинный
вз дор.


Глава
первая
107
Сэй
(Say) — фр анцуз ск ий
либеральный
б урж уазны й
эко но­
ми ст
(1767—1832).
Некоторые
его
сочинения
был и
изданы
в
рус­
ском
переводе,
в
их
числе
«Сокращённое учение о государствен­
ном
х оз я йст ве», 1816 (на французское издание «Traité d’écono­
mie politique», 1803, дважды ссылался NN
в
статье
«О деньгах»
в
«Вестнике Европы», 1824, No 2).
С
именем
Сэя
в
рус ски х
чит ател ь ских
кругах
бы ли
с вязан ы
факты,
о
к отор ых,
действительно,
могли
зн ать
«иные дамы».
Сэй
вскоре
после
вступления
русских
войск
в
Париж
(1814) вы­
пустил
2-е
и здание
своего
«Трактата политической экономии»
(1- е
изд.—
1803 г .), не пропущенное наполеоновской цензурой,
с
посвящением
Ал екса ндр у
I.
Несколько
лет
спустя
между
тем
же
С эем
и
немцем
Ш торхом ,
преподававшим
политическую
эко ­
номию
великим
кн язь ям
Ник ол аю
и
Мих аилу
Павловичам,
раз­
горелась
полемика
по
по воду
парижского
и зда ния
курс а
лекций
Шторха
с
прим ечания ми
Сэ я,
где
издате л и
указали
на
все
заим­
ствования
автора
из
сочинений
С эя,
Смита,
Бентама
и
других
экономистов.
Шторх
выступил
проти в
С эя,
об виняя
его
в
кра же
литературной
собственности;
Сэй
в
сво ю
очередь
в
особом
письме
в
редакцию
французского
журнала
(январь 1825 г . )
док азы вал ,
что
3/4 сочинений Шторха
—
«текстуальная копия»
других
авт о­
ро в,
в
частности
«Трактата»
Сэ я90.
Б ентам
(1748—1832) —
а нглийс кий
учёный-юрист,
теоре­
тик
промышленной
буржуазии,
её
морали
—
главенства
лич ного
интереса,
в
оценке
К.
М ар кса,
«педантически-т р ез вый ,
болтли­
вый
оракул
ограниченного
со з нания
буржуа».
Оба
писателя
был и
п опуля рны
среди
б удущи х
декабристов;
Розен
в
своих
записках
п ис ал: «С 1822 года между офицерами
всё
чаще
слышны
бы ли
суждения
о
п олити ческ ой
экономии
Сэя».
Пестель
советовал
читать
Сэя,
Ад ама
Смита;
в
Южном
обществе,
по
словам
А.
Поджио,
м ногие
читали
Сэя
и
Бентама,
причём
оди н
из
ни х,
Н.
Крюков,
начал
пер ев о дить
Сэя
и
выпи сал
из
его
сочинения
сл ед ую ще е: «Революции нового времени,
разру­
шив
известные
предрассудки,
изо щ рив
умы
и
опрокинув
неудоб­
ные
преграды,
повидимому,
б ыли
скорее
благоприятны,
чем
вредны,
для
ус п ехов
развития
бо гат ства»; в библиотеке декабри ­
ста
Шаховского
бы ли
со ч инения
Сэ я,
Бентама,
А.
Смит а 91.
XLV—XLVI
Образ
О негина
и
характеристика
взаимоотношений
меж ду
ним
и
автором
романа
заставляют
пр ипо мнит ь
ст ихо т во рение
Пушкина
«Демон» (1823).
Сходство
содержания
ещё
более
у си­
ливается
при
сопоставлении
че рновы х
набросков
«Демона»
с
ва­
риантами
к
XLV строфе:


108
Евг е ний
Онегин
«Д е м о н» (черновики)
Таков
он
был...
Моё
с покойное
[беспечное]
незнанье
Он
[размышленьем]
возмущал,
И
я
его
существованье
С
своим,
невинным,
со чета л.
Я
видел
мир
его
г лазам и ...
Непостижимое
волненье
Меня
к
лукавому
влекло...
Я
ст ал
взирать
его
глазами,
Мне
жизни
дался
бедный
клад,
С
его
неясными
словами
Моя
ду ша
звучала
в
лад.
Н аброски
из
черновиков
Iглавы «Евгения
Онег ина »
Мне
б ыло
г рустн о,
тяжко,
больно,
Но,
одолев
[мой ум]
в
б орь бе,
Он
со че тал
мен я
невольно
Своей
таинственной
суд ьб е.
Я
стал
взи рать
его
очам и,
С
его
печальными
р ечами
Мои
слова
звучали
в
ла д...
Мою
задумчивую
младость
Он
для
мечтаний
охладил
—
Я
неописанную
сладость
В
его
беседах
находил.
Я
ст ал
взирать
его
очами,
[Открыл]
я
жизни
бедный
кл ад
В
замену
пр е жних
заблуждений,
В
замену
вер ы
и
надежд
Для
легкомысленных
невежд.
Таким
образом,
Демон
как
бы
объединяется
с
Он ег иным
(см .
ещё
XII строфу VIII
главы).
Современники
Пушкина
узна­
вал и
в
Демоне
Ал е ксан дра
Николаевича
Раевского,
с
которым
поэт
путешествовал
в
20-х
годах
по
Кав каз у
и
встречался
в
Одессе.
Оди н
из
знакомых
Раевского
го вор ил
о
нем: «Этот
Раевский
действительно
имел
в
себе
что-то
такое ,
что
придавли­
вало
душу
други х.
Сил а
его
обаяния
заключалась
в
резком
и
язвительном
отрицании».
Пушкин
собирался
печатно
возразить
против
подобного
отож де­
ствления
его
Демона
с
ре­
ал ьной
ли чн остью: «Иные
А.
Н.
Раевский.
даже
указ ы вали
на
лицо,
ко­
торое
Пушкин
бу дто
бы
хо­
тел
изоб рази ть
в
своём
странном
стихотворении,
но,
кажется,
они
неправы;
по
крайней
мере
я
ви жу
в
Де­
моне,
—
читаем
мы
в
его
за­
метке,
—
цель
иную,
бо лее
нр авс тве нну ю. ..»
Близость
соде ржа ни я
«Демона»
с
д а нными
строфами
романа
привела
одн их
ис следо в ате­
лей
к
заключению,
что
в
ч ис­
ле
п ротот ипов
Онегина
мог
быт ь
А.
Н.
Раевский;
другие
указывали,
что
«демониче­
ское»
настроение,
в
котором
сам
Пушкин
вид ел
отра -
жение
характерных
особен­
ностей
дворянской
моло-


Глада
первая
1Ö9
дё жи
его
вр емен и,
представляет
собой
один
из
моментов
в
ра з­
вит ии
мир ово зз ре ния
поэта.
> Если припомнить признание В.
Ф.
Одоевского
в
св язи
с
«Де ­
моном»
Пу шк ина : «С каким сумрачным наслаждением читал я
произведение,
где
поэт
России
так
жи во
олицетворил
те
не по­
нятные
чувствования,
которые
хо лод ят
наш у
душу
п осре ди
во­
с торгов
самых
пла м енных »92,
ес ли
прис ое д инить
приз на ние
Пушкина
в
связи
с
«Кавказским пленником», что «р авно д уш ие
к
жизни
и
к
её
на сл а жде ниям,
преждевременная
старость
души
сдел ал ись
отличительными
чертами
молодёжи
XIX века», то сле­
ду ет
признать,
что
в
«демонизме»
Онеги на
Пушкин
отразил
од ну
из
особенностей
общественной
п сих ологии
того
круга,
к
к оторо му
принадлежали
А.
Р аевск ий,
В.
Одоевский,
П.
Я.
Чаадаев,
сам
ав тор
и
многие
др уг ие93.
Воспомня
прежних
лет
романы,
Воспомня
прежнюю
любовь...
«Воспомня ...».
Пушкин
дважды
употребил
эту
фо рму
цер­
ковно-славянского
происхождения.
В
романе
церковно-славяниз-
мы
—
оди н
из
элементов
русского
литературного
язы ка
—
весьм а
заметны: 1)влексике
—
употребление
т аких
слов,
как
хладный,
младой,
зл ат ой,
драгой,
власы,
вежды,
град,
жребий,
с ей,
на
бре­
га х,
мгла
др ев ес;
сени
сада,
гробницы;
подъемлют,
стократ,
ны не,
доле
и
т.
п.,
2) в фонетических особенностях —ра с пу ше нн ые
власы,
запущ ён н ый
са д,
—
иногд а
отра жа ющи хся
на
рифменной
огласовке:
Под
сению
смир ен ной
Цвела,
как
ландыш
пот аён ный.
На
ветви
сосны
преклонённой...
Над
этой
урною
с мир ен ной.
Эта
цер ко вно -книжная
струя
в
яз ыке
Пу шк ина,
как
и
у
д ру­
гих
его
современников,
пер емеж алась
с
живы м
говором,
с
обы­
денной
речью:
славянская
форма
в оспомн я
существовала
у
Пуш­
к ина
вместе
с
русской
формой
вспомнил
(глава IV,
стр.
XI);
молодой
(глава I, стр.
II и др.)
и
младая
(глава I, стр .
XXXIII
и
др .), чувствий (г л ав а IV, стр.
XI) и чувств (гл ава I, стр.
XXIV),
змия
(стр .
XLVI) и змей (с тр.
XXII) и т.
д.
Лексическая
неустой­
чивость,
придавая
язы ку
ро мана
характер
пестроты,
см еси
раз­
нородных
эле ме нто в,
соответствовала
состоянию
литературного
язы ка
первых
десятилетий
XIX в.


ПО
Евгений
Онегин
Пушкин
и
Оне гин
на
набер еж но й
Не вы.
Зарисовка
Пу шкин а
в
пис ьме
к
брату
(нач.
ноябр я
1824 г.).
XLVin
С
душою,
полной
сож ал ен ий,
И
опе ршис я
на
гранит,
Стоял
задумчиво
Евгений,
Как
описал
себ я
пиит .


Глава
перв ая
111
Пушкин
в
примечании
указывает
на
строфу
из
стихотворе­
ния
М.
Н.
Муравьёва
(1757—1807) «Богине Невы»:
В ъявь
богиню
благосклонну
З рит
восторженный
п иит,
Что
проводит
ночь
бессонну,
Опер шися
на
гр ан ит.
В
нач але
ноября
1824 г.
Пушкин
пис ал
брату
Льву
Се рге ев ичу : «Брат,
вот
те бе
картинка
для
«Онегина»
—
на йди
и скус ный
и
быст р ый
карандаш.
Ес ли
и
будет
дру­
г ая,
так
чтоб
всё
в
том
же
местоположении.
Та
же
сцена,
с лыш ишь
ли?
Это
мне
ну жно
непременно».
На
оборот е
лис тка
н ачерч ены
карандашом:
креп ос ть,
лод­
ка
на
Heeei,
набережная
и,
опершись
на
грани т,
двое
му жчи н.
Над
каждым
пред­
метом
цифры,
а
внизу
напи­
са но: «1.
Хорош.
2.
Должен
бытьопершися
на
гра нит .
3.
Лодка.
4.
Крепость
Петро­
павловская».
В
полов ине
ноября
1824 г.
Пушки н
спрашивал
брата:
«Будет ли картинка у Оне­
гин а?»
Первое
и здание
романа
вышло
без
картинки.
Она
была
перерисована
А.
Нот-
Онегин
и
Пушкин,
бе ком
И
приложена
В
гра-
С
ри с’
А‘
Но тбек ’
гравюра
Е.
Г ей тман , 1829.
вюр е
Е.
Гейтмана
к
«Нев­
скому
альманаху»
на
1829 г.
вместе
с
другими
рисунками
к
«Онегину» .
Рис уно к
Н отб ека
вызвал
эпиграмму
Пушкина:
Вот
перешед
чрез
мост
Кокушкин,
Опёрш ись
задом
о
гр ан ит,
Сам
Александр
Сер геи ч
Пушкин
С
мосье
Оне ги ным
стоит.
Не
удост оивая
взглядом
Тверды ню
вл асти
роковой,
Он
к
к репост и
стал
гордо
задом:
Не
плю й
в
ко лод ец,
милый
мой.


112
Евгений
Онегин
И
нас
пле нял и
вдалеке
Рожок
и
песня
удалая.
Здесь
имеется
в
виду
роговая
му з ыка,
оркестровая
заба ва
рус ск ого
дворянства,
а
вовсе
не
«мелодия пастушьего рожка»,
как
это
думает
А.
Труш ки н,
автор
книжки
«К вопросу о классо­
вой
сущности
пушкинского
творчества» (1931).
Ср.
«рожок па­
сту ш ий», глава III, строфа XXXII
и
гл ава
IV, строфа XLI.
Отли чи тель но й
че ртой
роговой
музыки
б ыло
то,
что
каждый
музыкант
в
оркестре
мог
и звле кать
из
своего
инструмента-рога
зв ук
только
одного
то на.
Но
сл аще
средь
ночных
забав
Напев
Торкватовых
октав.
Ок тава
—
строфа
из
8 стихов рифмовки abababcc.
Один
из
современников
Пу шкин а,
С.
Р аич,
пере во дч ик
«Освобождённого
Ие р уса ли ма», так характеризовал этот размер итальянской поэ­
зи и : «Октава состоит из 8
о д иннад цатисло жных
стихов;
первый
имеет
рифму
с
третьим
и
пятым,
второй
с
четвёртым
и
шестым,
седьмой
с
ос ьм ым.
Стихи
не
п од чинены
с трого й
ц езуре
—
она
может
иметь
место
после
4,6 и8
с лога.
До лгие
слоги
перемеши­
ваются
с
коротк им и
музыкально,
по
за кон ам
утончённого
звука,
ил и,
если
можно
так
выразиться,
по
т акту
сердца...
Каждая,
или
почти
каждая
ок тава ,
разделяясь
на
две
равновесные
части,
имеет
какую-то
округлость,
симмет р ию,
полноту,
словом
—
это
отдельно
взятое
небольшое
сочинение,
в
к отором
есть
нач ало ,
середина
и
конец...» (С.
Р
а
и
ч,
О
переводе
эпиче с ких
по эм
юж­
ной
Европы
и
в
ос обе ннос ти
итальянских.
«Сочинения в прозе
и
стихах.
Т руды
Об ществ а
любителей
Российской
Словесности
при
Мос ков ско м
университете», ч.
Ill, М.
1823, стр .
209).
У
Пу ш кина
" октавами
написаны
«Домик в Коломне»
и
«Осень».
Ещё
в
1814 г.
в
стихотворении
«Городок»
на ходи м
признание
Пушкина
о
его
люб ви
к
Тасс о:
На
полке
за
Вольтером
Вергилий,
Т асс
с
Гомером,
Все
вместе
предстоят.
В
час
у трен ний
досуга
Я
част о
д руг
от
друга
Л юблю
их
отрывать.
В
1827 г .,
пр ипо мина я
переданное
Байроном
в
одном
из
при­
мечаний
к
IVпесне «Чайльд-Гарольда»
пр ёд ание,
что
венециан­
ские
гонд ольер ы
(лодочники)
поют
октавы
Т ассо
из
«Освобож­
дённого
Ие р уса л има», Пушкин называет главных героев поэмы


Н очь
в
Вен еци и.
Х уд.
А.
Тоссини,
грав.
А.
Ла цц ари.


114
Евгений
Онегин
(стих.
«Близ мест,
где
царствует
Венеция
златая»); в том же
году
он
вновь
вспомнил
«волшебный край»
—
Италию,
Где
пел
Торквато
в ели чав ый,
Где
и
теперь
во
мгле
ночной
Адриат и ческ ой
волной
Повторены
его
ок та вы.
XLIX
Адр иатиче с кие
волны,
О
Бр ен та !94 нет,
увижу
вас,
И
вдохновенья
снова
полный,
Услышу
ваш
волшебный
глас!
На
юге
у
Пу шкин а
б ыла
мы сль
бежать
за
гр а ницу.
В
январе
1824 г.
из
Одессы
он
писал
брату,
что
его
ходатайство
об
отпуске
два жды
б ыло
отк лонен о: «Осталось одно.. .
взя ть
тихонько
трость
и
шляпу
и
поехать
пос мо трет ь
на
К онс тан тин ополь. . .»
Ес ть
указание,
что
В.
Ф.
Вязе мска я,
же на
пр иятел я
Пушкина,
пыта­
лас ь
содействовать
побегу
Пушкина
из
Оде сс ы, «искала ему де ­
нег,
гре б ное
судно»95.
Накануне
ссылки
и
в
первые
г оды
жизн и
на
юге
Пушкин
чув­
ствовал
временную
утрату
поэтического
вдохновенья.
Так,
в
эп и­
логе
к
«Руслану и Людмиле»
нах од им
следующие
стр оки :
Душа,
как
прежде,
каждый
час
Пол на
т ом ит ельною
думой
—
Но
ог нь
по эзии
погас.
Ищу
на пр асно
впечат лений;
Она
пр ошла,
п ора
стихов,
П ора
любви,
весёлых
снов,
Пора
серд ечных
вдохновений!
В
стихотворениях:
И
ты,
моя
задумчивая
лира...
На йдё шь
ли
вновь
ут раче нны е
звуки...
(Черновой вариант стих .
«Кто видел край. . .», 1821)
Предметы
гордых
пе с ноп ений
Разбудят
мой
уснувший
гений.
(«Война», 1821)
По
гордой
лире
Аль бион а
Он
мне
знаком,
он
мне
родной.
Альбион.—
древнее
наименование
А нгл ии;
слово
кельтско­
го
пр оисх ож д ения
(происходит,
по
одной
гипотезе,
от
с лов
Alb —


Глава
пе рвая
115
высокий
и
in, ion —
остров ;
след., Albion— «высокий
ос тров »,
«горный остров»; название сохранилось доныне у шотландцев:
Albain — «горная
стр ана»); выражение «горд ый
Альбион»
с тало
господствующим
во
Фра нции
с
1793 г.
(см .
«Meyers Lexicon»,
I Bd., 1924, стр .
296).
Здесь
Пушкин
приме нил
эпитет
гордый
к
поэзии
Байрона.
С
ней
обр ет ут
уста
мои
Язык
Петрарки
и
любви,
П ет рарка
(1304—1374) —
ит ал ь янский
поэт,
известный
сонетами
и
ка нцо нам и,
в
которых
воспел
с вою
воз люб ле нную
Лауру.
Пушкин
ещё
раз
припомнил
этого
м астер а
лю бов ной
ли­
рики
в
LVIII строфе I
главы;
из
к а нцоны
Пе тра рки
он
взял
две
строчки
для
эпигр аф а
VI главы романа .
Фр.
Петрарка.
С
миниатюры
1400 г.


116
Евгений
Онегин
Пушк ин
ц енил
лирику
Пе тра рки
как
поэ ти че скую
исповедь
«высших радостей любви» .
В
1830 г., перечисляя
творцов
со не­
та,
Пушк ин
писал:
Сур овы й
Д ант
не
презирал
сонета;
В
нём
жар
люб ви
Пет рар ка
и зли вал.. .
(«Сонет»)
L
Под
небом
Африки
моей .. ;
В
первом
издании
романа
Пушкин
давал
к
этому
стиху
при­
ме ча ни е: «Автор,
со
стороны
матери,
происхождения
африканско­
го ».
Надеж да
Осиповна,
его
мать,
был а
дочерью
к апит ана
мор­
с кой
артиллерии
Осипа
Абрамовича
Ганнибала
(1744—1806) и
М.
А.
Пушкиной.
Очерк
жизн и
прадеда
поэ та
А.
П.
Га нн ибал а,
полный
неточностей,
был
пр иложен
к
пер во му
изданию
романа
в
1825 г.
Б.
Л.
Модзалевский
в
статье
«Род Пушкиных»
устанавли­
вает ,
что
А.
П.
Ганнибал
род илс я
в
Аб иссинии,
мальч ико м
в
ка че­
стве
заложника
пр ожил
более
года
в
Константинополе
в
султан­
ском
серале
и
по
поручению
Пе тра
I был вывезен русским послан­
ником
в
Москву.
Пу шкин
пристально
инт ер есо вался
историей
своих
предков
Ганнибало в
и
в
сво их
сочи не ниях
нередко
вспоми­
нал
об
этом
(«Воспоминания в Царском Селе», «Ф.
Ф.
Юрьеву»,
«Арап Петра Великого», «Моя родословная»).
В
по сл ании
Язы­
ков у
(Михайловское, 20 сентября 1824 г. )
он
писал:
Услышь,
поэт,
моё
призванье,
М оих
надежд
не
обм ани .
В
деревне,
где
Петра
пит ом ец,
Царей,
цариц
л юб имый
раб
И
их
за быт ый
о днод ом ец,
Скрывался
прадед
мо й,
арап,
Где,
позабыв
Елизаветы
И
двор
и
пыш ные
обеты,
Под
сенью
липов ых
аллей,
Он
думал
в
охлажденны
л еты
О
да льней
Афр ике
своей,—
-
Я
жду
те бя ...
Вз дых ать
о
сумрачной
России,
Где
я
страдал,
где
я
л юбил,
Где
серд це
я
похо ронил.
В
лирических
ст ихот во рен иях
за
разные
год ы
поэт
час то
по­
вторял
этот
мотив,
стилизуя
итог
личн ого
опы та
в
форме
сенти­
ментально-романтических
элег ий .
(См .,
например,
в
1816 г .—


Глава
пе рвая
117
«Желание», «Элегия», «Наслажденье»; в 1819 г.
—
«К А.
М.
Гор­
чакову»; в1820г.
—
«Мне вас не жаль,
года
весны
м оей », «Эле­
ги я», «Погасло дневное светило»).
Последнее
стихотворение
те­
матически
особенно
сходно
с
L строфой.
LI
Но
скоро
бы ли
мы
судьбою
На
долгий
срок
разведены.
Т ема
судьбы
—
о дна
из
ха ракт ерны х
в
поэзии
Пушкина.
Об ыч ное
определение
её
в
лирике
Пу шкин а:
жестокая,
гневная,
гр озная ,
злая,
горькая,
тёмная,
несправедливая,
завистливая.
Так
как
Пушкин
был
сослан
на
юг
весной
1820 г.,
то
оче ­
видно,
что
Евгений
Онегин,
в
это
же
время
п олуч ив
из вести е
о
кон чи не
дя ди,
сделался
«сельским жителем»
с
ле та
1820 г.
(см .
LUI, LIV строфы).
С
этого
моме нт а
над о
хронологизировать
со­
бытия,
происшедшие
в
да ль ней ших
гл ава х;
во
II,III иIV
главах
время
действия
—
лет о
1820 г.; XL и XLI
строфы
IV главы
—
осень
1820г.;VиVI
г лавы
—
ян варь
1821 г .; VII глава начинает­
ся
описанием
весны
то го
же
год а
(см.
далее
комментарий
к
«Отрывкам из путешествия Онегина»).
LV
•
Я
был
рожд ён
для
жизн и
мирн ой,
Для
деревенской
тишины:
В
глуши
з вуч нее
голос
лирный,
Живее
тв о рчес кие
сны.
Начальные
ст роки
обнаруживают
мотив,
сх одн ый
с
стихотво­
рением
«Деревня» (1819):
Оракулы
веков,
здесь
вопрошаю
вас!
В
уединенья
велич ав ом
Слы шн ее
ваш
отрадный
гла с;
Он
г онит
лени
сон
уг рюм ый,
К
трудам
рож дает
жар
во
мне ,
И
ваш и
творческие
ду мы
В
д ушев ной
зреют
глубине.
Поэзия
«жизни мирной», «деревенской тишины»
—
один
из
наиб о лее
повторных
м оти вов
в
творчестве
П уш кина.
О
«деревен ­
ско й
св обо де»
в
«отдалённой сени» «от
су еты
столицы
праздной»,
«под сенью дедовских лесов», «с цевницей,
него й
и
природой», о


118
Евгений
Онегин
«поместье мирном»
в
«наследственной сени»
с
особым
чувством
умиленья
го вор ит
в
сво ей
лирике
Пу шкин
(см. ,
на прим е р, «Уеди­
нение»,«В.
В.
Энгельгардту», «А.
О рлов у», «Домовому»
—
стих о­
тв ор ения
только’
за
од ин
1819 г . ); и позже поэт мечтал спасти
Болдинское
поместье,
бездоходное
и
перезаложенное.
Il far nlente —
мой
закон.
Ilfarhiеnte—
итальянское
выражение,
обозначает
н
и-
чегонеделание.
Образ
жиз ни,
дал ее
изображённый,
был
свойственен
той
классовой
груп пе,
которая
имела
возможность
жить
«для сладкой неги и свободы» .
Вот
картинка
од ного
дня
жизни
близкого
поэту
человека
(из письма К .
Н.
Батюшкова
Н.
И.
Гнедичу, 30 сент.
1810 г. ):
«.. .Пра здн ость
и
бездейст в ие
ест ь
мать
всего,
и
между
тем
и
прочим,
болезней».
Вот
что
ты
мне
п иш ешь,
трудолюбивая
пче­
ла.
..
Смысл
грешит
против
ист ины,
первое
—
потому,
что
я
пре­
бываю
не
п разден.
В
су тках
24 часа .
Из
он ых
10 или 12
пребываю
в
пос тел и
и
за нят
сном
и
снами.
1 час курю табак.
1—
одеваюсь.
3 часа упражняюсь в искусстве убивать время,
называемом
il dolce far niente.96 .
1—
обедаю.
1—
ва рит
желудок.
М4
ч аса
смотрю
на
з акат
с ол неч ный.
Это
время,
скажеш ь
ты,
потерянное?
Неправда!
Озеров
всегда
про во жал
солнце
за
гори­
зо нт,
а
лучше
мо его
пишет
стихи,
а
он
деятельнее
и
меня
и
тебя.
3/4 часа в сутках должно вычесть на некоторые естественные
нужды,
которые
г-жа
пр ирод а,
как
будто
в
наказание
за
излиш­
нюю
деятельность
геро ям,
вра гам
челов е чес тв а,
бездельникам,
судьям
и
дурным
писателям,
для
блага
человечества
присудила
п ровож д ать
в
прогулке
вперёд
и
назад
по
лестнице,
в
г ард еробе
и
проч.
О , humanité!97
1 час употребляю на воспоминание друзей,
из
кот орых
по­
мышляю
о
тебе.
1 час занимаюсь собаками,
а
они
суть
жива я
практическая
дружба,
а
их
у
ме ня,
по
м и лости
неб ес,
три:
две
белых,
одн а
чёр н ая.
1/2 часа читаю Тасса.
V2—
раскаиваюсь,
что
его
пере в оди л.
3 часа зеваю в ожидании ночи .


Глава
первая
119
За меть,
о
мой
др уг,
что
все
люди
ожидают
ночи,
как
блага,
все
вообще,
а
я
—
че лов ек!
Ито го
24 часа .
'
Из
всего
следует,
что
я
не
пр а зде н... »98
Дж.-Г.
Ба йр он.
С
литографии
Ж юлье н,
принадлежавшей
А.
С.
Пушкину.
LVI
Как
Байрон ,
гордости
поэт .. .
Байрон
(1788—1824)—в
оценке
Пу ш кина
«властитель
дум»
современного
ему
поко ле ния
либеральной
дворянской
моло­
дё жи.
Пушкин
познакомился
с
его
с очине ния ми
ещё
до
ссылки
и
особенно
на
юге
(1820),
при
посредстве
H.
Н.
Раев­
ского,
и,
по
словам
поэта,
«сошёл с ума от Байрона . ..»
В
Байроне
и
его
героях
поэта
пр ивлекл и
черты
н еза­
висимости,
образы
людей,
дорожащих
честью
и
личным
достоинством.
Г
ордость
Онегина
и
Ленского
(см .
в
вариантах:
гордый
Лен­
ский)
выделяет
их
из
круга
«холопьев
д обр ов ольных »,
каких
было
большинство.
Пушкин
в
мае—июне* 1825г.
писал
Бестужеву: «Так!
мы
можем
праведно
горд итьс я:
наш а
словесность
не
носит
на
себ е
п ечати
ра бс кого
у ни­
жения.
Наши
таланты
б ла­
городны,
независимы...
П од­
лец
Воронцов...
в ообра ­
жает,
что
р ус ский
по эт
яв ит­
ся
в
его
передней
с
по с вяще­
нием
или
с
одо ю
—
а
тот
яв­
ляется
с
требованием
на
уважение,
как
шестисотлетний
дворянин.
Дьявольская
ра з­
ница!
..»
Когда
Ры леев
указал
П ушки ну,
что
ему
не
к
л ицу
чв а­
ниться
600- ле тн им
дворянством,
Пушкин
вновь
ста л
за щи щать
своё
право
на
не за в ис им ос ть: «Мы не можем подносить наших
со чи нений
вел ьм ож ам,
ибо
по
своему
рождению
почитаем
себя
ра вным и
им.
Отселе
гордость
etc.».
А.
М.
Горький
превосходно
разъяснил
пр ич ины,
побуждавшие
Пушкина
горди ться
своим
«древним происхождением»; «Очень


120
Е вген ий
Онегин
вероятно,
что
частые
указания
Пушкина
на
св оё
дво р ян ство
вы­
зывались
сле дующи ми
причинами:
1.
В
ту
п ору
Александр,
п осте пен но
отдаляя
от
себя
ру сских ,
заменял
их
немцами
—
во
глав е
государства
становились
лю ди
с
именами
Клейнмихель,
Адлерберг,
Бенкендорф
и
т.
д.
По
свиде­
тельств у
Якушкина
и
д ругих
декабр ист ов ,
это
явление
тревожило
дв орян
и
сливалось
с
общим
оппозиционным
настроением
мо­
лодёжи.
Вспомните:
они
см от рели
на
себя,
как
на
победителей
Ев роп ы,
а
их
ст авили
под
команду
немцев.
2.
Не
ме нее
вероятно
и
то,
что
лично
Пушкин
вкладывал
в
понятие
дворянства
чув ст во
соб ств ен ного
достоинства,
сознание
св оей
человеческой
ценно ст и
и
в ну тр енней
свободы».99
В
романе,
по мимо
I главы,
упоминания
о
Байроне
и
его
сочи­
нениях
в
главе
III, строфа XII; главе IV, строфы XXXVI, XXXVII;
главе
V, строфа XXII; главе VII, строфы XXII, XXIV; главе VIII,
строфа
VIII.
Эти
нередкие
упоминания
о
Байроне
в
романе
—
черта,
харак­
терная
для
читательских
ин тере сов
современников
поэт а.
Но
не­
обходимо
отметить,
что
Пушкин
и
по
своему
мировоззрению
и
творческому
методу
ложно
понима лс я
т еми
его
почитателями,
ко­
то рые
видели
в
нём
«северного Байрона» . Ав т ор
романа
«Евгений
Онегин»
исторически
правильно
был
о ценен
Белинским,
который
в
вос ьм ой
пу ш кин ской
статье
п ис а л: «При сравнении «О не ги на»
Пушкина
с
«Дон-Хуаном», «Чайльд-Гарольдом»
и
«Беппо»
Бай ­
рона
нельзя
найт и
ничего
обще го,
кроме
формы
и
манеры.
Не
только
содержание,
но
и
дух
по эм
Байрона
уничтожает
всякую
возможность
сущес тв ен ного
сходства
ме жду
ими
и
«Онегиным»
Пушкина.
Байрон
писал
о
Европе
для
Европы...
Пушкин
писал
о
России
для
Рос сии ,
—
и
мы
видим
п риз нак
его
самобытного
и
ге­
ниального
таланта
в
том,
что,
верный
своей
натуре,
с ов ершен но
противоположной
натуре
Байрона,
и
своему
художническому
инстинкту,
он
дал ёк
был
от
того,
что бы
со бл азнить ся
со зда ть
что -
нибудь
в
байроновском
ро де,
пи ша
ру сский
роман...
Он
заботился
не
о
том,
чт об
походить
на
Байрона;
а
о
том,
чтоб
быть
самим
соб ою
и
быт ь
верным
той
действительности,
до
нег о
ещё
непоча­
той
и
н етрон утой,
которая
просилась
под
пер о
ег о...»
Доб ави м
к
этому
признанию
ориги нально сти,
народности
р усск ого
гения,
данному
Б ели нск им,
с толь
же
ценное
в
историческом
плане
суж ­
ден ие
другого
революционного
демократа
—
Г ерцен а,
кот о рый
чётко
вскрыл
осн овн ое
различие
между
Пу шкины м
и
Байроном:
«Пушкин знал все страдания цивилизованного человека,
но
у
него
бы ла
вер а
в
будущее,
которой
человек
Запада
уже
лишился.
Байрон,
в ели кая
свободная
личность,
че лов ек,
уединяющийся
в
своей
независимости
и
всё
более
и
более
зак уты ва ющийся
§ своё


Глава
первая
121
высокомерие,
в
свою
горд ую
скептическую
ф ило со фию,
становит­
ся
все
более
мра чны м
и
непримиримым.
Он
не
видел
никакого
бли з кого
будущего...»
XVII
Так
я,
беспечен,
воспевал
И
де ву
г ор,
мой
идеал,
И
пленниц
берег ов
Салгира.
Пушкин
имеет
в
виду
с вои
поэмы
«Кавказский пленник»
и
«Бахчисарайский фонтан»: «дева гор»
—
чер к ешенка, «пленницы
бе регов
Салгира»—Мария
и
З ар ема.
Сал гир
—
в
пушкинском
сло вар е
означал
крымскую
реку
вообще
10°.
Од ин
из
современников
поэта,
В.
И.
Туманский,
передавая
св ои
впечатления
от
зна ко мст ва
с
семейством
Рае вс ких,
с
кото­
ры ми
Пушк ин
пут еш ест во вал
в
Крыму
и
на
Кавказе,
писал
5 де­
кабр я
1823 г.
своей
сестр е: «Мария [ Р аев ск ая]
—идеал
пушкин­
ской
черкешенки
[собственное выражение поэта]» 101.
LIX
Перо,
забывшись,
не
рисует
Бл из
неоконченных
стихов,
Ни
женских
но жек,
ни
го лов ...
Чер новые
тетр ади
Пу ш кина
испещрены
такими
рисунками.
I глава романа оканчивалась в Одессе;
по
на блюден ию
П.
В.
Ан­
ненкова,
пе рво го
исследователя
пу шкин ск их
р уко пи сей, «много ­
численные
про фи ли
п рек расно й
женс ко й
головы,
спокойного,
б ла­
городного,
ве лич аво го
типа,
и дут
почти
по
все м
бумагам
из
оде с­
ского
пе рио да
жизни
[Пушкина]».
Предполагают,
что
это
про фил и
же ны
новороссийского
генерал-губернатора
Воронцова
Е.
К.
Воронцовой,
которой
Пушкин
был
увлечён
в
годы
пребы­
ван ия
в
Одессе.


ГЛА ВА
ВТОРАЯ
О
rus!
Ног.
О
Русь!
О
rus! буквально
—
«О деревня!» Выражение взято из VI
са­
ти ры
римского
поэта
Горация
(65—8
гг.
до
н.
э.)
и
в
сопоставле­
нии
с
соз вучны м
русс ким
словом
представляет
игру
слов,
даю­
щую
горький
нам ёк
на
те
вп ечат ления ,
которые
вы но сил
поэ т
от
русской
жизни
за
годы
ссылки
в
деревню
(с9
августа
1824 г.
по
4 сентября 1826 г .).
В
письме
от
13 августа 1824 г.
кн.
П.
Вя зем­
ский
так
пис ал
А.
И.
Т ур геневу
о
ссылке
Пу шк ина : «Как можно
такими
крут ым и
м ерами
поддразнивать
и
вызывать
отчаяние
че­
ловека!
Кто
творец
этого
бесчеловечного
убийства?
Или
не
убий­
ство
—
заточить
пылкого
юно шу
в
деревне
русской?
..
Неужели
в
столицах
нет
людей
более
виновных
Пушкина?
Сколь ко
вижу
из
них
обрызганных
грязью
и
кро вью !
А
тут
за
необдуманное
слово,
за
неосторожный
ст их
предают
человека
на
жертву...
Да
и
постигают
ли
те,
которые
вовлекли
власть
в
эту
меру,
что
есть
ссылка
в
дер ев не
на. Рус и?
Должно
т очно
бы ть
богатырём
духов­
ным,
что бы
у ст оять
проти в
э той
пытки.
Ст раш усь
за
Пушкина!»1
Дер евня ,
где
скучал
Евгений,
Была
прелестный
уголок;
Там
друг
не ви нных
наслаждений
Б лаго слов ить
бы
небо
м ог.
Дру г
не винных
наслаждений
—
опять-таки
’(как и
в
эпиг ра фе)
иро нич ес кое
отн ошени е
к
сентиментально-идилличе­
ски м
зар исо вка м
деревенской
при роды
и
жиз ни,
характерным
для
дворянско-усадебной
лирики
к онца
XVIII и начала XIX
века.
Пушкин
и
сам
отд ал
дань
эт им
настроениям.
См .,
например,
ст и­


Глава
вторая
123
хотворение
«Дубравы,
где
в
т иши
свободы...» (1818);илипосла­
ние
В.
В.
Энгельгардту
(1819):
Меня
зовут
холмы,
л уга,
Тенисты
к лёны
ог оро да,
Пуст ы нной
речк и
берега
[вариант: «Озёр пустынных берега»]
И
деревенская
сво бо да.
Е щё : «Орлову» (1819), «Домовому»
(1819),
«Деревня»
(1819) —пе р ва я
половина
с тихотв ор ени я.
Сел о
Михайловское.
С
литографии
1837 г.
Усадебный
пейза ж
это й
строфы
несомненно
отражает
в пе чат­
ления
поэ та
от
«владений дедовских»
—
с.
Михайловского.
Так
как
II глава была окончена в южной ссылке Пушкина в Одессе
8 декабря 1823 г.,
то
эт о,
н есомне нно ,
в печат л ения
от
посещений
Михайловского
в
1817 г.
(лето по окончании лицея)
и
в
1819 г.
(28 дней после горячки
—
тифа ).
Ср.
пейзаж
в
стих.
«Деревня»;
сход ную
кар т ину
даёт
H.
М.
Язы ков
в
стих.
«На смерть няни Пуш­
кину
XI830):
< Там,
где
на
дол
с
горы
от лог ой
Ра знообразн о
сходит
бор
В
виду
р еки
и
дв ух
озёр
И
нив
с
из вилист ой
доро го й,


124
Евгений
Онегин
Где,
древним
сад ом
окружён,
Г ос подс кий
дом
уед иненны й
Дряхлеет,
памятник
поч тенн ый
Елизаветинских
в ремён,
—
Нас
полных
юности
и
воль ных
Там
было
трое...2
«С площади [г д е
стоял
прежде
барс кий
дом]
открывается
прекрасный
в ид,
ки лом е тров
на
12, на долину,
по
которой
вьётся
Общий
вид
уса дьб ы
в
се ле
Тригорском.
С
фото гра фи и.
серебристая
лента
рек и. ..
Прямо
перед
зр ит елем,
на
противопо­
ложном
берегу
Сороти,
на
холмах
—
деревня
З имар и,
левее
на
плоском
месте
—
Де довц ы... »3
.
Пушкин
оче нь
люб ил
св ой
«малый сад» (см .
стих.
«Домово­
му»,
где
также
отразились
черты
Михайловского
пейзажа),
огромный
п арк
(10 десятин) . «Замеча тел ь н а
въе зд ная
аллея
из
гигантских
еле й,
которым
в
сре днем
200—250 лет» (Устимо -
вич).
В
1825 г.
на
прогулке
из
Тр игорс ког о
в
Михайловское
Пушкин
в едёт
А.
П.
Керн,
не
в ходя
в
д ом , «прямо в старый,
за­
пущенный
с а д , «приют задумчивых дриад»
с
длинными
а лле ями
старых
дерев,
корни
которых,
сплетаясь,
вилйсь
по
дорож кам,
что
заставляло
меня
спотыкаться,
а
мое го
спутника
[Пушкина]
рздрагивать.
Тётушка
[П.
А.
Осипова,
вла делиц а
Тригорского],


Глава
вторая
125
приехавши
туда
вслед
за
нами,
с к азала : «Mon cher Pouchkin,
faites les honneurs de votre jardin à Madame» [Милый Пушкин,
будьте
лю бе зны
показать
ваш
сад
г оспо же
Ке рн ]»4.
О
с.
Михайловском
и
Тригорском
см.
та кже
пропущенные
строфы
из
«Путешествия Онегина»
и
ст их.
«Вновь я посетил .. . »
(1835).
II
По чтенн ый
зам ок
был
построен,
Как
замки
строиться
должны:
От мен но
прочен
и
спокоен
Во
вкусе
умной
старины.
В
июньском
письме
1825 г.
Пушкин
пишет
П.
А.
Осиповой,
уехавшей
из
св оего
имения
Тр и гор ск ог о: «Вчера я посетил Три-
горский
замок,
сад
и
библиотеку...»
Возможно,
что ,
оп исывая
«почтенный замок», Пушкин имел в виду именно Тригорский бар­
ский
д ом,
но
тогда
название
за мка,
п риме нён ное
к
деревянному
дому
из
10 комнат с 32 окнами 5, надо рассматривать только как
отзвук
феодальной
фразеологии.
«Господский дом»
Плюшкина
был
назван
так
же : «дряхлым инвалидом глядел сей странный
замок,
длинный
непом ер но » («Мёртвые души», глава VI).
III
Он
в
том
покое
поселился,
Где
деревенский
старожил
Лет
с орок
с
ключницей
бра нил ся,
В
окн о
смотрел
и
мух
давил.
«Деревенский старожил», волей или неволей засевший в своей
крепостной
вотчине,
пос ле
манифеста
Петра
III (18 февраля
1762 г .), давшего служащим дворянам право отставки по их усмо ­
трению,
становился
явлением
типическим,
на д олго
сохранившим­
ся
в
б арс кой
усадебной
жизн и
(ср .
Обломов-отец
у
Гончарова).
Позднее
(в 30-х
годах)
Пушкин
выдвигал
по ло жите ль ные
ст о­
рон ы
этого
образа
(старик Дубровский,
Андрей
Петрович
Гр и­
нёв ); здесь же им дана сатирическая зарисовка «с куп о го
дяд и-
бо гач а»,
давно
бр осив шего
ч тение.
Трудн о
сказ ать ,
какими
непо ср едстве нными
впе ча т ления ми
подсказывался
поэту
этот
художественно
о бо бщённы й
образ.


126
Евге ни й
Онегин
И
календарь
осьмого
года...
Возможно,
что
это
«Месяцеслов на лето от Р .
Хр.
1808, кото ­
рое
есть
высокосное,
содержащее
в
себ е
366 дней,
сочинённый
на
знатнейшие
м еста
Российской
Империи
в
СПБ
при
имп.
Акад.
Наук».
Кроме
общекалендарных
сведений,
сод ерж ал
в
се бе
под ­
ро бный
пер еч ень
«достопамятнейших происшествий в 1806 и
1807 годах».
Ср.
Гринёва-отца,
который
«по целым часам»
читал
«Придворный календарь»
из д ания
Академ ии
наук;
в
нём
печа­
та лся
список
кавалеров
всех
рос си йск их
орде но в.
IV
Яре м
он
барщины
старинной6
Об ро ком
лёгким
заменил...
Ба рщин а
—
од на
из
форм
кр епос тни чес кой
организации
кр е­
с тьянс кого
труд а:
крестьянин
был
обязан
част ь
своего
вре м ени
за трачи в ать
в
барском
производстве,
на
барской
«хлебной фаб­
р ике».
Так
как
за кон
долгое
время
не
определял
точно
ни
род а
раб оты,
ни
ч исла
рабочих
дн ей,
то
всё
зави сел о
от
произвола
по­
мещика;
д аже
пос ле
закона
1797 г.
(о трёхдневной барщине и
досуге
в
праздничные
д ни)
крестьяне
иногда
работали
на
поме­
щика
целую
неделю,
а
в
страдную
п ору
и
по
ночам.
При
оброчн ой
сист ем е
крестьянин
об языва лс я
вносить
пом е­
щик у
или
известное
ко личе с тво
п родук тов
своего
хозяйства
или
определённую
сумму
денег.
При
полной
беззащитности
крестьян
перед
законом
(«крестьянин в законе мёртв», —
говорил
ещё
Радищев
в
«Путешествии из Петербурга в Москву») и здесь не
бы ло
границ
произволу
бар ина-к репост ник а.
Барщина
и
оброк
как
форм ы
эксплоатации
помещиком
кре­
постного
хозяй с тва
противопоставляются
в
этой
стр офе
романа.
Дядя
О негина
обрабатывал
землю
даровым
крепостным
тру дом
в
фо рме
ба рщ ины.
В
конце
XVIII и в начале XIX
в.
в
поме­
щичьих
имениях
барщина
была
господствующей
формой
эксплоа­
тации
зе млед ель че ско го
труда,
как
наиб ол ее
доходная
сравни­
тельно
с
оброчн ой
(в последней четверти XVIII
в.
об рок
—
7 руб.
серебром,
бар щина —
14 руб.
сер ебр о м).
Но
барщинное
хозяй­
ст во,
вызывая
крестьянское
малоземелье,
тол кает
крепостных
крестьян
к
отходу
на
сторону,
к
завед ению
разных
пром ыс ло в,
с лово м,
обусл ов л ив ает
р азв итие
другой
формы
—
крестьянской
промышленности.
«С ростом барщинного хозяйства число отходя­
щих
на
промыслы,
по
статистическим
данным,
непрерывно
рас тёт.
По ме щик
и
сам
это
поощряет
как
но вую
доход ную
ста тью
в
сво ём
хозяйстве.
Оброк
в
кре пос тном
хозяйстве
становится
формой
обложения
про мыш л енной
деятельности
крестьянства»7.


Гла за
вторая
127
Дя дя
Онегина
применял
крепостной
тр уд
на
своей
дворян­
ской
ф аб рике
(унегобыли «заводы»).
Но
с
течением
времени
дворянская
фа бри ка
не
могла
уже
конкурировать
с
крестьянской
промышленностью;
из
крестьянской
м астер ки
и
крестьянского
торга
вырастал
молодой
русс кий
кап итал и зм,
требовавший
«осво­
бождения
от
с оци аль ных
и
п олит ичес ких
феодальных
пут,
искав­
ший
оф ор мле ния
в
капиталистическом
буржуазном
с трое» 8.
Евгений,
некогда
чита в ший
Адама
Сми та,
своей
агр арн ой
ре­
формой
осуществлял
и нте ресы
нового
класса,
моло дой
буржуа­
зии .
Его
«расчётливый сосед»,
увидевший
«страшный вред»
в
учреждении
Онегиным
«нового порядка»
эк сплоата ци и
крепост­
но го
труда,
принадлежал
к
той
помещичьей
группе,
которая
за­
щищала
систему
дворянского
натурального
хоз яй ства ,
требовала
от
правительства
дальне йш его
упроч ения
крепостного
права,
до­
би в алась
дворянского
главенства
в
разнообразных
обл а стях
эк о­
н оми че ской
деятельности.
Евгений
был
в
глазах
соседей-помещи­
ков
«опаснейшим чудаком», так как его реформа раскрепощения
крестьянского
пром ысл а
(ср .
«И раб судьбу благословил»), кло ­
н ив шаяся
к
освобождению
личности
кр естья ни на,
подтачивала
феодальные
осно вы
помещичьего
хо з яйст ва,
стояла
в
пр от ивор е­
чии
с
крепостнически-дворянскими
интересами.
Итак,
дворянин
Евгений
Онеги н
осуществлял
недворянскую
программу?
Как
могло
это
случи тьс я?
При ме няя
эт от
вопрос
к
декабристам,
которые,
будучи
дворянскими
революционерами,
выра жал и
программу
нарождавшегося
промышленного
капита­
лизма,
ст али
н осите лям и
как
будто
социально
чуждой
п рогр аммы ,
Н.
Рубинштейн
дал
ответ,
объясняющий
и
общественное
поведе­
ние
Евгения
в
IV строфе: «В процессе хозяйственного кризиса и
эволюции
новых
соц иа льно- эк ономи че ск их
отношений
исторически
из живаю щ ий
себя
кл асс
переживает
процесс
внутреннего
разло­
жения
и
р ас пада.
В
этом
процессе
передовые
груп пы
пос т епенно
отходят
от
своей
классовой
по зиции
и,
подчиняясь
историческому
дв ижению
эпохи,
начинают
о существ ля ть
программу
нового,
гр я­
дущего
кл асса» 9.
По
словам
Пушк ин а,
Е в ге ни й, «порядка враг и расточитель»,
учр ежд ает
«новый порядок», «чтоб только время прово­
дит
ь », но это не исключает возможности считать пушкинского
героя
примыкающим
к
либеральным
течениям
в
дв орян ств е
20-х
годов
(см.
комме нта ри й
к
IиX
г лавам) .
Либеральный
о пыт
дворянина-помещика
Онегина
и
отношение
к
не му
пом ещ и чьей
среды
находят
аналогии
в
бл изк ом
Пушк и ну
кругу
дворянской
и нте ллиг енц ии.
Ник ол ай
Тургенев,
подавший
в
1819 г.
Александру
I записку о крепостном праве «Не ч то
о
кр е­
постном
сос то янии
в
Рос си и », ещё в сентябре 1818 г.
уничтожил
у
себя
в
имении
барщину
и
п осад ил
крестьян
на
оброк,
о
чём
бр ат
е го,
Александр,
писал
П.
Вяз емск о му
18 сентября того же


128
Евгений
Онегин
го д а : «Брат возвратился из деревни и тебе кланяется.
Он
привёл
там
в
действие
либерализм
сво й:
уничт ожил
барщину
и
посадил
на
оброк
мужиков
наших,
уменьшил
через
то
доходы
наш и.
Но
пос туп ил
справедливо,
следовательно,
и
согласно
с
нашею
по ль­
зо ю».
В
мае
1818 г.
Н.
И.
Тургенев,
пос ыла я
П.
В язе мско му
жур нал
«Сын отечества», обращал его внимание на No 17, где была напе­
чата на
статья
Куницына
(лицейского учителя Пушкина)
против
крепостного
права.
Вяземский
«тотчас бросился на указанную
статью
и
про чёл
её
с
удовольствием».
Поддерживаемый
«судо­
ро жными
порывами
либеральности»
передовых
с лоёв
дворянства,
Вяземский
стал
обдумывать
пл ан
освобождения
своих
крестьян.
В
начале
1819 г.
он
встречается
в
Петербурге
с
Н.
И.
Тур ге не вым
и
заводит
с
ним
разговор
о
попытке
литовских
дворян
освободить
кре пос тны х,
а
в
январе
1820 г.
он
уже
сообщает
брату
Ни кол ая
Т ур ген ева,
Сергею
Ивановичу,
с вой
пла н
освобождения
крестьян.
Так
в
кругу
Турге не в ых
и
Вяземского
воз ник ла
идея
составить
«общество помещиков разного мнения,
но
ед инод ушн ого
с тре мле­
ния
к
добру
и
польз е»
и
при
сод ейс тв ии
прав ит ель ст ва
приступить
к
«уничтожению рабства».
Чрезвычайно
характерны
мотивы,
кот орые
привели
князя
Вяземского
к
идее
подобной
ор га низа ции:
страх
перед
к р естьян­
ским
восстанием,
желание
сохранить
с вои
классовые
привилегии
в
бу д ущ е м, «свободном»
общественном
строе,
реформированном
«по манию царя», опирающегося на просвещённую верхушку дво­
рянства
10.
Вот
что
он
писал
6 февраля 1820 г.
Александру
Турге­
нев у: «Святое и великое дело было бы собраться помещикам раз­
но го
мн ени я,
но
е дин одушного
стремления
к
добру
и
пользе,
и,
без
всякой
огласки,
без
всяких
наступательных
предположений,
рассмотреть
и
раз вит ь
по дро бно
сей
ва жный
запрос,
домогаться
средств
к
лучшему
пр исту пу
к
действию
и
то гда
у же,
так
или
сяк,
обнародовать
его
и
мысль
поставить
на
но ги.
Правительство
не
могло
бы
видеть
х удым
оком
такое
нам е рени е,
ибо
в
состав
та­
кого
общества
вошли
бы
люди
и
ему
пр иве р ж енные,
и
непримет­
ным
образом
имели
бы
мы
своё
пра вое ,
левое
и
ср ед нее
отде ле ­
ние.
Подумайте
об
э том,
а
я
взя лся
бы
пояснить
свою
мысль
и
по­
становить
некоторые
основы,
на
к оих
должно
бы
утвердиться
та­
кое
общество;
означить
грани,
за
кои
не
могло
бы
оно
видов
своих
перенести,
и
прочее.
Поверьте,
если
мы
ч его-н ибудь
такого
не
сде­
лаем,
то
придётся
нам
отвечать
перед
совестью.
Мы
призваны,
по
к р айней
мере,
слегка
перебрать
стихии,
в
к оих
таится
наше
буду­
щее.
Такое
приготовление
ум ерит
с трем и тельн ость
и
свирепость
их
опрокидания.
Правительство
не
даёт
ни
привета,
ни
ответа;
народ
завсегда,
пока
не
взбесится,
дремлет.
Ком у
же,
как
не
тем,
к оторы м
да но
прозрение
неминуемого
и
средства
действовать
в
смысле
этого
грядущего
и
тем
самым
угладить
ему
дороги
и


Глава
вторая
129
устранить
препятствия,
пагубные
и
для
ездоков
и
для
пе ше ходо в,
ком у
же,
как
не
тем ,
при ст упи ть
к
де лу
ил и,
по
крайности,
к
рас­
смотрению
дела,
ко его
событие
неотменно
и,
так
сказать,
в
е сте­
ственном
ходе
вещей?
Ибо
там,
где
у чат
гра мо те,
там
от
б ольшого
количества
народа
не
скроешь,
что
рабство
—
уродливость
и
что
свобода,
ко ей
они
лише ны,
так
же
неотъемлемая
собственность
человека,
как
воздух,
вод а
и
с олнц е.
Тиранство
могло
пу стить
по
ми ру
одного
Велизария,
но
выколоть
глаза
целому
народу
—
вещ ь
невозможная...
Раб ств о
на
теле
г осуд арст ва
российского
на рост ;
не
закидывая
взоров
вдаль,
по ло жим
за
истину,
что
нарост
этот
подлежит
срезанию,
и
начнём
толковать
о
сред ст вах ,
как
его
сре­
за ть
вернейшим
образом,
и
так,
чтобы
р ана
затянулась
скорее...
Рабство
—
одна
р ево лю цион ная
с тих ия,
которую
имеем
в
Рос сии .
Уни чтож им
его,
уничтожим
всякие
предбудущие
з амысл ы.
Ко му
же,
как
не
нам,
приступить
к
этому
де лу ?..
Кор ыс ть
на­
личная,
обеспечение
настоящего,
польза
будущего,
—
всё
от
эт ой
мер ы
зависит.
Без
сомнения,
начнём
разом,
более
п ят ид есяти
че­
ловек,
которые
охотно
запи шу тся
в
это
общество
п.
Против
моло ды х
«либералистов»
друж но
восстали
крепост­
ни ки -п о ме щ ик и: «Со всех сторон все на нас вооружились,
оде р­
жимые
хамобесием,
—
записывает
в
дневнике
Н.
Тургенев
7 июня 1820 г., —
публика
восстаёт
в
особенности
против
н аших
имён.
Пре те кст
её
—
небогатство
наше,
ма лое
число
наших
крестьян.
Я
полагал,
что
этого
претекста
н е доста точно.
Ис кал
его
в
аристократическом
образе
мыслей
наших
богатых
или
з на тных
люде й
—
если,
впрочем,
эти
архи-хамы
и меют
чт о-н иб удь
обще го
с
ка кою
бы
то
ни
было
аристократией.
Нак онец,
слышав
и
то,
и
д ругое ,
я
покуда
уверился,
что
негодование
проти в
нас
происхо­
дит
от
того,
что
о
нас
разумеет
эта
пу бл ика
как
олюд ях
опас­
ны х,
о
я кобинцах.
Во т,
как
мне
теперь
кажется,
вся
за­
гадка»12.
V
«Сосед наш неуч,
сумасбродит;
Он
фармазон;
он
пь ёт
одн о
Стаканом
красное
в ин о...»
Таков
был
«общий глас»
с осед ей
Евге ния
Онегина.
Ср.
голос а
м оск ов ского
дворянства
о
Ч ацк ом:
Чт о?
к
ф а рмазона м
в
клоб?
Пошёл
он
в
бу сурм аны?..
.. .В
его
лета
с
ума
сп ры гн ул!..
Шампанское
стаканами
тянул.
—
Бутылками-с
—
и
пребольшими.
<—
Нет -с,
бочками
с орок овы ми.. .


130
Евгений
Онегин
Фармазон
—
и скажё нное
фр анкм асо н,
чл ен
та йной
л ожи
масонов.
Масонство
—
со циал ь но-к онсер ват ив ное,
на
рели­
гиозно-мистической
основе,
течение
среди
рус ск ого
барства
XVIII в. ,
сл аг авш ееся
под
воздействием
западноевропейских
образцов
и
служившее
с во еобраз ным
п роте стом
против
косной
церковной
ортодок си и
и
поверхностных
про я влений
французской
просветительной
мысли
на
р усск ой
почве.
О бы в ательск ая
масса
соединяла
в
одн ом
л ице
масо на
и
вольтерьянца,
а
последний
каз ал ся
разрушителем
всего
священного.
Графиня-бабушка
так
обе ими
кличками
и
на зыва ет
Ч ац ко г о : «окаянный вольтерьянец»,
он
в
то
же
время
«фармазон».
В
10-х
годах
XIX в.
либерально
н астр о енная
дворянская
молодёжь
пыталась
испо льз о вать
в
сво их
целях
масонские
л ожи.
Многие
из
бу дущих
декабристов
прошли
через
эту
фор му
ор ганиз ации
собирания
общественных
сил.
Пуш­
кин
сос тоял
членом
кишинёвской
ложи
О вид ия,
память
о
которой
звучит
в
его
п ослани и
к
П.
С.
Пу щину
(1821):
И
скоро,
скоро
смолкнет
брань
Средь
рабского
народа,
Ты
молоток13
возьмёшь
во
дла нь
И
во з зо вёш ь : «Свобода!»
Х валю
те бя,
о
верны й
бр ат,
О
каменщик
почтенный!
О
Кишинёв,
о
тё мный
град!
Лик уй,
им'
про свещ енн ый!
В
1821 г.
масонские
ложи
б ыли
запрещены
и мп ер атором
Александром.
«Он дамам к ручке не подходит;
Всё
да,
да
не
т;
не
скажет
д
а
-
с
Иль
нет
-
с »...
Онегин
не
соблюдал
обычая
провинциального
барст ва
и
по­
то му
заслужил
название
неуча.
В
альманахе
на
1832 г.
«Эли ­
зиу м»
ест ь
следующее
пр име ча ние
к
одному
эпиз од у
романа
«Траурный билет»,
где
г ово ритс я,
что
Трелин
целовал
поп ер е­
мен но
ручки
то
у
матери,
то
у
доче ри: «Здесь надобно за­
метить,
что
в
п ров инци ях
про исх оди т
непрестанное
целование
д ам­
ских
руче к
и
что
м ужчина ,
п ропус тив ший
хоть
один
раз
сие
обык­
но вен ие,
поч ит ает ся
бол ьш им
невежею.
Эта
ст ро гая
обязанность
пре дставл я ет
весьма
забавную
картину,
когда
муж чина
приходит
в
дом
и
находит
много
знакомых
дам .
Он
обязан
непременно
пр и­
ложиться
к
каждой
из
них,
чтобы
ни
кот орую
не
ос корби ть
и
не
на вле чь
га
себя
упрёка
в
н еве жестве
и
даже
грубости».


Глава
вторая
/?/
Пушкин
в
Михайловском.
С
рисунка
В.
Серо в а, 1899 г.
Чванливое
дворянство
ож ид ало
от
м олодо го
ч еловек а
почти­
тельности,
угод лив ости ,
—
вспомним,
что
ре чь
Молчалива
была
уснащена
речениями: «я-с», «с
бумагами-с», «два-с», «нет-с»,
«попрежнему -с ».
Онегин
предпочёл
од ино чест во
встречам
с
сосе­
дями;
те
в
св ою
очередь
«все дружбу прекратили с ним» .
Люб о­
пытно
к
этому
добавить,
чго
в
первой
половине
октября
1824 г.
Пушкин
писал
из
Михайловского
В.
Ф.
В я зе мс к ой: «Что касается
моих
сос еде й,
то
сперва
я
давал
себе
труд
тол ько
не
принимать
их;
они
не
надоедают
мн е;
я
пользуюсь
среди
них
репутацией


132
Евге ни й
Онегин
Онегина...»
Роман
Пу шкин а
в
1824 г.
ещё
не
был
известен
в
п ро­
винциальной
глуш и;
Пушкин
пользуется
образом
Онегина,
уже
знакомым
его
адресату,
для
определения
отношения
к
н ему
сосе­
дей-дворян.
VI
По
имени
Владимир
Ленский;
С
душою
прямо
геттингенской,
Красавец,
в
полном
цвете
лет ,
Поклонник
Канта
и
поэт.
Он
из
Герм ан ии
т ума нной
Привёз
уч ёнос ти
плоды:
Вольнолюбивые
мечты,
Дух
пылкий
и
д овольн о
странный,
Всег да
восторженную
речь
И
куд ри
чёрные
до
плеч .
Геттинтен
—
не ме цкий
го род
—
славился
своим
ун иве рсит е­
том
(основан в 1737 г .) .
Пушкин
отметил
з десь
тягу
рус ск ого
дв о р янства
к
европей­
ско й
вы сшей
школе,
послав
Владимира
Ленского,
юношу
из
бо­
га той
дворянской
семьи,
учиться
в
Г еттин генс кий
университет.
Кант
(1724—1804) —
один
из
основоположников
идеалисти­
ческой
философии
в
Гер ман ии,
оказал
вл ия ние
на
профессоров
Г етти нг ен ского
университета,
а
через
них
был
усвоён
и
русскими
«геттингенцами».
Таким
образом,
Пушкин
не
и скази л
исторической
перспективы,
назвав
Ленского
«поклонником Канта».
Сам
Пушкин
всегда
был
равнодушен
к
«туманной Германии», т .
е.
немецкой
идеалисти­
ческой
фи ло соф ии,
что
и
нашл о
отражение
в
иронической
обри­
совке
«плодов учёности»
Ленс ко го
в
Г е ттинге нс ком
университете.
Один
из
сов р емен ни ков
П уш кина,
П.
А.
Плетнёв,
утверждал,
что
в
Л енско м
мастерски
обрисован
лице йс кий
др уг
поэта
В.
Кю­
хельбекер.
Варианты
к
VI строфе устанавливают колебания Пушкина в
обрисовке
Ленского
и
д ают
пов од
к
это му
утверждению.
К
стр о ке:
Поклонник
Канта
и
поэт ...
имеются
ва рианты :
Крик ун,
мятежник
И
п оэт. ..
Душой
мечтатель...


Глава
вт орая
133
См.
т акже
в
черновой
рук опи си
VII строфы:
Его
ду ша
была
сог рет а
И
пылкой
вер ою
свободе...
Он
ведал...
Стр асте й
кипящих
бурн ый
мир.
В
XXXIV строфе четвёртой главы:
Поклонник
славы
и
свободы
(с вариантом в черновой рукописи:
Поклонник
Слав ы,
д руг
[сын]
Свобо ды).
Эти
черты
б иогра фиче с ки
с ход ств уют
с
Кюхельбекером,
кото­
рый
путешествовал
в
Германии
и
по
своему
характеру
каз алс я
по хо жим
на
«женевского чудака» (Руссо)
—
таково
был о
вп еч ат­
ление
Баратынского;
Кюхельбекера
действительно
отличал
«дух
пылкий
и
дов оль но
с тран ны й».
Ю.
Ты нян ов
правильно
указал,
что
восторженный
Ленский,
в друг
вспыхнувший
«в негодовании рев­
нив ом » (конец V
гла вы
)и решивший только дуэлью рассчитаться
с
оскорбителем
(«кипя враждой нетерпеливой»
к
вче р ашне му
д р уг у ), имел прообразом Кюхельбекера,
ещё
в
лицее
обнару­
жившего
«бреттёрство», вспыльчивость
и
оби дчи в ость,
чер ты
и
впоследствии
в
нём
не
исчезнувшие»14.
Свидетельство
Павлищева,
приведённое
исследователем,
очень
по к азате ль но : «Обидчивость Кюхельбекера порой в самом деле
была
не вынос има. ..
Та к,
например,
ра ссер дил ся
он
на
мою
мать
за
то,
что
она
на
т анцов аль ном
веч ере
у
Трубецких
выбрала
в
ко­
ти льон
не
е го,
а
Дельвига;
в
другой
же
раз
на
приятельской
пирушке
у
Кат ени на
Кю хе ль бекер
то же
вломился
в
амбицию
пр о­
тив
хозяина,
к огда
Катенин,
без
всякой
зад ней
мысли,
на лил
ему
бокал
не
пе рвом у,
а
четвёртому
или
шестому
из
гостей»15.
Но
внешний
портрет
Ленск о го
в
окончательном
тексте
уже
не
имел
по чти
ничего
об щего
с
Кюхлей.
Облик
восемнадцатилетнего
поэ та
только
в
некоторой
степени
отражал
воспоминания
П уш­
к ина
о
лицейском
друге,
в
о сно вном
же
он
напол нился
типиче­
скими
че рт ами
поэта-элегика,
рус ск ого
романтика,
антагониста
Оне г ина
и
ме чт ат ельно го
помещика
с
н еопред ел ивш ейся
жизнен­
ной
дорогой.
IX
Под
небом
Шилле ра
и
Г ёте,
Их
поэтическим
огнём
Душа
воспламенилась
в
нё м.


134
Е вгени й
Онегин
И.-Ф .
Ш илл ер.
Р ис.
Бех егел ь,
гра и.
Массоль.
С'
портрета,
подаренного
Пушкиным
в
1833 г.
се стре
О.
С.
Павлищевой.
И.-В .
Гё те.
С
гравюры
Райта.
В
образ
Ленского,
воспитанного
«под небом Шиллера и Гёте»,
Пушкин
вложил
характерную
для
немецких
поэтов
эпохи
бури
и
натиска
вер у
в
с родст во
душ,
в
предустановленную
гармонию:
Он
верил,
что
ду ша
родная
Соединиться
с
ним
должн а ,
Что,
бе зо т радно
изнывая,
Его
вседневно
ждё т
она...
Г ерои
романа
Гёте
«Избирательное сродство» (1809) Эдуард
и
От т илия
с
непреодолимой
силой
тяну тс я
друг
к
другу,
охвачен­
ные
какой-то
с тран ной
сило й
взаимной
с им па тии: «Они оказы ­
вали
д руг
на
друг а
неописуемое,
почти
магическое
притягатель­
ное
д ейств ие;
они
жил и
под
одной
кровлей,
но,
д аже
не
думая
друг
о
друге,
зани ма ясь
чем-нибудь
посторонним,
отрываемые
и
отвлекаемые
обществом
др уг их,
невольно
приближались
друг
к
другу.
Если
они
находились
в
о дной
зал е,
то
вскоре
оказывались
си­
дящи ми
рядом.
Их
могла
успокоить
т олько
взаим на я
бли зос ть,
и
уже
одна
эта
близость
успокаивала
их
в по лне,
не
нужно
был о
взоров,
слов,
движений,
прикосновений;
для
них
бы ло
до ста точн о
бы ть
вместе.
В
такие
минут ы
они
пер естав ал и
быт ь
двумя
людьми
и
становились
од ним
ч елов е ком,
испол ненным
совершенного
до­


Глава
вто рая
135
вол ьс тва
собо й
и
окружающим
миром.
Ма ло
того,
е сли
б
одного
из
них
удерживали
на
одном
ко нце
до ма,
то
другой
постепенно,
сам
собою,
бессознательно
стал
бы
к
нему
подвигаться».
Он
верил,
что
друзья
готовы
За
честь
его
принять
оковы,
И
что
не
дрогнет
их
ру ка
Разбить
сосуд
клеветника.
..
Ленск и й
(см.
в
XX строфе VI
гл а вы : «При свечке Шиллера
от кр ыл») в шиллеровской балладе « По р у ка» (1798) читал,
как
Дамон,
п ригов орё нны й
к
казни
за
по куш ение
на
жизнь
тирана
Ди ониси я,
умолил
отсрочить
казнь
на
три
дня
для
ус тро йс тва
до­
машних
дел,
уверенный,
что
его
друг
Пифиас
сог ласи тся
пробыть
эти
три
дня
вместо
него
в
тюрьме.
Так
и
с лучил ось:
Пифиас
был
готов
«принять оковы»
за
чест ь
своего
д руга.
Ра зно обр аз ные
пр е­
пятствия
на
об рат ном
пут и
Дамона
чуть
б ыло
не
привели
к
ужас­
ной
катастрофе.
Но
Да мон
по спел
во-время.
Пиф и аса
уже
в ели
на
казнь.
Друзья
у
эшафота
встретились,
бросились
друг
др угу
в
о бъ ятия.
Тира н,
убедившись
в
и сключ ите льной
сил е
друж бы ,
п рост ил
Дамона
и
стал
пр о сить
друзей,
чтоб
они
включили
его
тр ет ьим
в
их
верный
союз.
...
Что
ест ь
избранные
судьбами,
Людей
священные
друзья»
Что
их
бессмертная
семья
Неотразимыми
лучами
Когда-нибудь
нас
озарит
И
мир
блаженством
одарит.
(Вариант окончания VIII
строфы)
Стихотворение
Кюхельбекера
«Поэты» (1820) объясняет эти
загадочные
ст роки
(сопоставление впервые было указано Ю.
Ты­
няновым
в
статье
«Пушкин и Кюхельбекер», «Литературное на­
следство»
No
16—18, стр.
360—361).
Че лове к
был
некогда
сча­
стлив
и
бе ссм ерт ен,
но,
влюбившись
в
призрак
суе тн ого
на сл ажде­
ния,
.. .вдруг
отяжелел
И
смертным
на
землю
сп усти лся ;
И
ныне
рв ётся
он,
бе жит
И
наслажденья
вечно
жажд ет»


Страница
из
ч е рновой
рукописи
IIглавы «Евгения
О нег ина » (1823;.
Двер ху
профиль
Пуш кин а,
под
ним
профил ь
М.
Н.
Р аевск ой,


Г лава
вторая
137
И
в
наслажденьи
вечно
страждет,
И
в
пресыщении
грустит.
Кр они он
из
жалости
посылает
на
з емлю
поэтов,
созданных
им
из
духов.
В
страстях
и
радостях
минутных
Для
неба
умер
человек,
И
будет
дух
его
вовек
Раб
перст и,
раб
желаний
мутных.
И
только
ест ь
ему
о дно
От
жадной
гибели
спасенье,
И
вам
во
власть
оно
дано:
Так
захотело
Провиденье!
Когда
из б ранник и
из
вас»
С
бессмертным
счастьем
разл у час ь»
Оставят
жребий
свой
высокий,
Слетят
на
смертных
шар:
дал ё кий
И,
в
те ло
смертных
облачась,
Напо мня т
братьям
об
отчизне,
Им
пу ть
укажут
к
новой
жизни:
Тогда»
с
прекрасным
примирён»
Род
смертных
будет
искуплен.
Пере чис л яя
тем ы
поэзии
Ленского,
Пушкин
подбирал
детали
из
об ширн ого
литературного
материала
своего
и
чуж ого:
тем ы
любви,
разлуки
и
печали
широко
бы ли
ра зработан ы
в
ранней
лирике
самого
поэт а;
в
лирике
Жуковского
часто
можно
встретить
сходные
с
X строфой формулы:
Он
пел
любовь...
(«Певец», 1811)
Кто
люби т,
тот
душой,
Как
де нь
весенний,
яс ен.. .
(1812)
Стремленье
вдаль,
лю бви
тоска,
Томление
разлуки...
Смотрю
ль
в
туманну
д аль
Вечерн ею
поро й
—
Во
всём
печальных
д ней
Конец
воображаю.
(1809)
Твоё
блаженство
там ,
В
т уманн ой
сей
дали.
(1812)
Это
словосочетание
(Ленский пел.. .
«туманну даль») особен­
но
часто
вст р ечал ось
в
элегиях:
у
Батюшкова
в
«Воспоминании»
(1809);
И
ратн ик ,
опершись
на
копие
сталь но е,
См отре л
в
туманну
даль...
в
журнале
«Благонамеренный» (1820,
декабр ь ,
No
23и24,
стр.
327), в элегии « К
Дел ии» (подражание Мильвуа):
О
мил ом
п ризра ке
меч ты,
Являйся
в
т уман ной
да ли. .,


138
Евгений
Онегин
в
«Московском телеграфе», 1825, No 12, в элегии «Ве чер» (пере­
вод
Н.
Гр ек ова
из
Ламартина):
.. .отрадный
луч
Сокрылся
вдруг
в
да ли
туман но й.
По
поводу
«нечто»
в
стихах
Ленского
напомню
иронические
строки
Кюхельбекера
о
тогдашних
элег и ках,
у
к оторы х
критик
«Мнемозины»
постоянно
вст реч ал
«всё только.
..неч то
и
что -
то ».
Грибоедов
вы смея л
сочинителя
Удушьева,
о
котором
Репе-
т илов
восторженно
восклицал:
В
журналах
можешь
ты
однако
отыскать
Его
от ры вок,
взгляд
и
нечто.
Об
чём
бишь
нечто?
—
обо
всём...
Романтические
розы.
Роза
была
л юби мым
сравне­
нием
ром ант ико в.
Роза
в
романтической
с имво лике
представлена
в
с ти хотво ре­
нии
Жуковского
«Мечта» (1818):
Ах!
если
б
мой
милый
был
роза-цветок,
Его
унесла
бы
я
в
свой
уголок;
И
там
укра ш ал
бы
моё
он
окно;
И
с
ним
я
душой
бы
жи ла
заодно.
Сильфиды
бы
лёгкой
слетелись
т олпой
К
не му
любоваться
его
красотой;
И
мне
бы
ш епнули ,
целуя
лист ы:
Мы
любим,
что
мило,
мы
люби м,
как
ты.
Тог да
б
вс треп ену лся
мой
милый
цветок,
С
цветка
сорвался
бы
румяный
лис ток ,
К
мо ей
бы
ще ке
распалённой
пристал
И
пурпур ным
жар ом
по
ней
заиграл.
Родная
б
сп роси ла:
чт о,
д руг
мой ,
с
т обой?
Ты
вся
разгорелась,
как
де нь
молодой.
«Родная,
родная, —
с ка зала
бы
я,—
Мне
в
д ушу
с вой
запах
льёт
роза
мо я».
Он
пел
поблеклый
жиз ни
цвет
Без
малого
в
ос ьмн адц ать
лет.
Эти
стихи
сто ят
в
прямой
свя зи
с
н екот орым и
м оти вами
в
«Послании кн.
А.
М.
Горчакову» (1,816):
Вс треч аю сь
я
с
осьмнадцатой
весной...
Моя
стез я
печальна
и
темна...
Вся
жизнь
моя
—
печальный
мра к
ненастья...
Я
слёзы
лью,
я
тра чу
век
напрасно,
Муч ит ель ным
желанием
горя ...
Мне
кажется:
на
жизненном
п иру


Глава
вторая
139
Од ин,
с
т оск ой,
явлюсь
я,
гост ь
уг рюмы й,
Явлю сь
на
час
—
и
оди нок
умру...
Че рта
опять-таки
не
лично
пу шк инская ,
а
т ипич ная
для
поэти­
ческой
школы,
современной
Пушки ну.
Кюхельбекер
вспоминал
в
1824 г.
о
русских
поэтах-элегиках: «С семнадцати лет у нас начи­
на ют
рассказывать
про
свою
отцветшую
м олодос ть » 16.
В
пор у
написания
романа
Пушкин
уже
п а роди ровал
эту
ман е­
ру
элегического
кукования
(см.
«Соловей и кукушка», 1825), а
есл и
и
писал
э леги и,
с тили сти ческ и
сходные,
то
умные
со врем ен­
ники
слышали
в
лирических
п ризна ниях
Пу ш кина
не
сентимен­
тальное
всхлипывание
и
вос поми на ния
о
проше д ше м,
а
мятежную
неудовлетворённость
настоящим
во
имя
нового
будущего,
могучие
зов ы
мужественной
личности.
Уместно
напомнить
свидетельство
П.
Вяземского
об
от лич ии
пушкинского
творчества
от
поэзии
других
литераторов,
т ематиче ­
ски
близ ки х
поэту.
24 января 1824 г .
П.
А.
Вяземский
писал
А.
А.
Бестужеву
по
поводу
альманаха
«Полярная звезда»: «Сти ­
хи
Пушкина
прелесть!
точн о
с ве жий,
со чны й,
души ст ый
персик!
Но
мал о
в
них
питательного17.
Прочие
стихотворения,
пр и­
зн аю сь,
до в ольно
бле дны ,
одноцветны,
одн озв учны .
Всё
один
на­
пе в!
Ко нечно ,
и
в
них
можно
до искать ся
отпечатка
времени,
и
потому
и
они
не
без
цены
в
глазах
наблюдателя;
но
мало
призна­
ков
искусства.
Эта
тоска,
так
сказать,
то шнот а
в
с ти хах,
без
сомнения
пок азы вает ,
что
нам
тошно:
мы
мечемся,
чего-то
ждём,
и
вы
очень
удачно
намекнули
об
э том
в
своём
предисловии.
Но
со
в сем
тем
здоровое
сложение,
крепость
не
по д даётся
нр авст вен­
ной
немочи.
См отри те
на
Пуш кина!
И
его
грызёт
червь,
но
всё-
таки
жиз нь
вы бр асы вает
из
н его
отп ры ски
цветущие.
В
други х
эт ого
не
вижу:
ими
овл ад евае т
ма разм,
и
сетования
их
за­
мирают»18.
XII
..
.И запищит она
(бог мой!):
Приди
в
чертог
ко
мне
з лато й!,.
В
примечании
Пушкин
от м ет ил: «Из первой части Днепров­
ской
Русал ки» .
Дуня
пела
под
гитару
песню
русалки
Лесты
из
опе ры
«Днепровская русалка» (переделка Краснопольского из
пьесы
Г енслера
«Das Donauweibchen», 1792—1797), представлен­
ной
в
первый
раз
на
петербургской
сце не
26 октября 1803 г .
и
пользовавшейся
шумным
усп ехом .
По
словам
историка
русского
те атра , «в Петербурге только что и говорили об опере «Рус алк а»
и
пел и
по всюд у
из
неё
а рии
и
куп л еты : «Приди в чертог ко мне
з л а то й!»; «Мужчины на свете,
как
мух и,
к
нам
льн ут».
П ере шед­
шая
через
п есенники
X1809, 1817 и др .)
в
про винциа льну ю
гущу,


140
Евг ен ий
Онегин
эта
лю бима я
песня
бы ла
убита
пу шки нск ой
с троф ой.
В
книге
Н.
Маркевича
«Украинские мелодии» (М.
1831) сохранилось
любопытное
с виде т е льс т во: «Днепровская русалка,
к отор ая
столько
лет ,
или
де сятков
лет,
увеселяла
на шу
публику,
пр иня ла
бытие
своё
от
Дне пра ;
если
устарел а
опера,
то
воспоминание
уд овол ьс твий,
к от орые
она
нам
когда - то
доставляла,
пр ид аёт
ей
боль шую
цену;
только
недавно,
благодаря
А.
С.
Пушк ин у,
пере­
стал и
пе ть
наши
п ро винциальн ые
красавицы
арии
из
Днепров­
ск ой
р усал ки».
XIV
Но
дру жбы
нет
и
той
меж
нами:
Все
пре драсс удки
истребя,
Мы
почитаем
всех
—
нулями,
А
един ицами
—
себ я;
Мы
все
глядим
в
Наполеоны,
Двуногих
тва рей
ми лли оны
Для
нас
оруд ие
од но;
Нам
ч ув ство
дико
и
с мешн о.
За
э той
строф ой
до лжна
бы ла
в
бел овой
рукописи
след о вать
строфа,
крайне
важна я
для
понимания
смысла
приведённого
отрывка,
но
выпу щ енная
поэт о м:
[Евгений]
думал,
что
добро,
за кон ы,
Любовь
к
от ечест ву,
права,
О дни
условные
слова
[Для оды звучные слова]. . .
Пушкин
выступил
обличителем
общественных
нра в ов,
подверг
критическому
ан али зу
быт
той
дворянской
мо лод ёжи
20- х
го дов,
кото рая
в
с то лицах
п ов ер хност но, «чему-н ибуд ь
и
как-нибудь»
у ч ила сь , «однообразно и пестро»
проводила
врем я
на
вечерах,
ба лах, «детских праздниках», в ресторанах,
в
балетных
ув л ече­
ни ях
и
п рочи х'
ж изн енных
заба ва х.
По
мнению
поэта,
ч увс тво
дик о
и
смешно
в
этой
общественной
среде.
Лирика
Пушкина
и
ром ан
постоянно
подчёркивают
«измены»
в
отношениях
меж ду
л юдьми
дворянского
круга;
дружба,
лю­
б овь,
родство
—
это
всё
сло ва,
потерявшие
какое-либо
п оло­
жительное
содержание: «Враги его [Евгения], друзья его (что
м ожет
бы ть
одно
и
то
же)», —
восклицает,
п оэт,
рисуя
резкими
штрихами
образ
друга,
родных
людей,
верной
подруги,
скептиче­
ски
с пр аш ив ая: «Кого ж любить?
Ко му
же
в ерит ь?
Кто
не
и зме­
нит
нам
один?» —
утве ржд ая ,
что
от
мол одого
поколения
невоз­
мо жно
требовать
чувс тв
глуб о ких
и
страстей
(IV глава). «Но


Глава
вторая
141
ди ко
све тска я
вражда
боится
ложного
стыда», —
и
те,
кто
ещё
вчера
«часы досуга,
трапезу,
мысли
и
дела
делили
дружно», —
вд руг
превращались
в
своего
рода
«наследственных врагов».
Как
непрочны,
ми ну тны
ч увс тва
д аже
между
лучшим и
из
э той
моло­
д ёжи,
ду мает
автор,
рисуя
в
дал ь не йшем
ссору
между
Лен ски м
и
Онег ины м,
характеризуя
О неги на, «с первого движенья»
согла­
сившегося
на
дуэль:
Он
мог
бы
чувства
обнаружить,
А
не
щетиниться,
как
зверь.
Изображая
Ленского,
«кипящего враждой нетерпеливой»,
Пушкин
не
щадит
молодого
поколения
своего
кл асса ,
отмечая
в
нём
высокомерное
презрение
к
лю дям
иного
социального
по ло­
жения:
Мы
по чита ем
вс ех
—
нулями,
А
единицами
—
себя.
В
1826 г.
в
зап иске
«О народном воспитании»
Пушкин
указы­
вал
Ник ола ю
I, что молодые дворяне вследствие «са м ого
недо­
статочного,
самого
безнравственного»
домашнего
воспитания
не
получают
«никаких понятий о справедливости,
о
вз а имных
отно­
шениях
людей,
об
ист инно й
ч ест и».
Исповедь
поэ та
в
XIV строфе
II главы романа подтверждает искренность этих его суждений.
Ка кую
черту
французского
императора
имел
в
виду
поэт,
ко­
гда
бросал
по
адресу
своего
по ко ле ния:
Мы
все
глядим
в
Наполеоны?
Припомним
в
стихотворении
«Наполеон» (1821) строки:
Ты
человечество
презрел...
Среди
рабов
до
упоенья
Ты
жажду
власти
у тол ил...
Пушкин
сар к аст ическ и
приме нил
образ
Наполеона
ко
всем
т ем,
кто
претендовал
на
власть,
на
силу,
на
вл ияние
в
обществе,
«в большом свете» .
Беспринципный
амо р а ли зм, «презренный роб ­
кий
эгоиз м »,
лишён н ый
со циал ьног о
пафо са
просветителей
XVIII в., —
вот
что
видел
Пушкин
за
блестящим
лоском
д во­
рянской
молодёжи.
Двуногих
тварей
м иллион ы
Для
нас
орудие
одно,—
восклицает
поэт,
памятуя
либер альны е
урок и
лиц е йск ого
про ­
фессора
Куницына,
кото р ый
в
своём
труде
«Право естественное»
(1818) учил обратному пониманию социальных связей между
лю дь ми: «Человек имеет право на все деяния и
состояния,
при
к оторы х
сво бода
других
людей
по
общему
закону
разума
сохранена
быть
мо­
жет .
Пок ол ику
чрез
нарушение
св об оды
мы
доказываем
неува­
же ние
к
другим
людям,
поступая
с
ними
самопроизвольно
против


142
Евгений
Онегин
их
воли,
или
употребляем
их
как
простые
оруд ия
для
наши х
целей,
то
главное
начало
права
м ожно
такж е
выразить
отрица­
те льн ым
образом:
Не
употребляй
других
люд ей
как
сре дство
для
сво их
целе й» (ч.
I, стр.
34—35 19; «никто
не
имеет
пр ава
употреблять
к ого- либо
из
сограждан
как
средство
или
простую
вещь
для
себя» (ч.
II, стр.
105).
Повторяя
всё
вр емя
«мы», «меж нами», «мы все», «для нас»,
«нам», Пушкин произносил приговор над молодым поколением
того
кл асса ,
к
которому
сам
принадлежал
по
происхождению,
воспитанию,
образу
жизни,
привычкам,
нас тр ое ниям,
в зг лядам.
Резкость
оценки
свидетельствовала
о
кризисе
соз нан ия
э того
кл асса.
Чу вс тво
недовольства,
освещение
теневых
с торон
г ово­
рил о
об
э н ергичн ой
ломке
старозаветного
мировоззрения,
о
на­
чавшихся
сдвигах
в
мировоззрении.
Выделяя
своего
героя
из
общей
массы
—
«Сноснее многих
был
Ев гени й. ..
[он]
вчуже
чув ст во
уважал»20, —
автор
на
протя­
жении
романа,
нач иная
с
первой
главы,
утверждал
чи тат еля
в
мысли,
что
все
чувства,
все
поступки
Он егина
—
результат
тех
«предрассуждений», которые он получил или от всех своих род ­
ных,
или
в
р ез ульта те
в ос пита ния,
образа
жизни,
обус лов ле нн ого
со сто ян ием
общественных
нравов
и
пол и тиче ского
строя.
За
уничтожение
э тих
«предрассуждений»
и
общественных
по­
рядков,
кот орые
калечат
челов е чес кую
личность,
убивая
в
ней
моральную
ус тойч ивос ть,
к р епкие
с о циал ьные
чувства,
ратовал
Пушкин,
на брасы в ая
в
XIV строфе обличительную характеристи­
ку
дворянской
молодёжи.
Право
на
подобную
оценку
п од сказы­
вало
ему
соз нание
кризиса
родной
ему
общес тве нн ой
сти хии,
жажда
найти
вы ход
в
сложной
ткани
социальных
противоречий
современной
ему
э похи.
XVI
Меж
ими
все
ро ж дало
споры
И
к
размышлению
влекло:
Племён
минувших
дого воры,
Плоды
наук,
добро
и
зло,
И
предрассудки
вековые,
И
гроба
тайны
рок овы е,21
Судьба
и
жизнь
в
свою
чреду,
—
Всё
подв е рг алось
их
суд у.
На
бытовом
фоне
провинциального
дворянства
в
обществе
Пустяковых
и
Петушковых,
среди
«господ соседственных селе -


Онегин
и
Лен ски й.
С
рисунка
И.
Е.
Репина, 1893.


144
Евгений
Онегин
н и й», которые
в
бе седах
шумных
вед ут
«благоразумный раз­
говор»
О
сенок осе ,
о
вине,
О
псарне,
о
своей
род не,
—
Онег ин
и
Л енски й
с
их
культурными
инт е рес ами,
с
их
м но госто­
р онним и
вле че ния ми
интеллектуального
по р ядка
должны
были
чувствовать
се бя
чуждыми
и
о дино кими.
Они
оба
могли
сказать
о
себе
то
же,
что
сказал
Як ушкин
по
во зв ращ ении
из-за
границы,
присмотревшись
к
консервативному
укладу
п ете рб ургск их
сатра­
по в: «Мы ушли от них на сто лет вперёд».
Пушкин
п од черк нул,
что
его
герои,
рассу ждая
о
значительных
воп роса х,
серьёзно
относятся
к
обсуждаемым
проблемам.
Те мати ка
их
бесед
пол ­
ностью
совпадает
с
кругом
тех
вопросов,
к оторы е
стояли
перед
наиболее
передовыми
люд ьми
того
времени.
Пушкин
включил
в
ром ан
картину
тех
горяч их
споров,
кото­
рые
велись
в
Ка мен ке,
в
декабристской
среде,
которые
он
сам
вёл
с
крупнейшими
деятелями
общественного
д вижения,
ко торы е
кипели
в
кружках
тогдашней
во енно й
молодёжи,
готовившейся
к
бою
с
«Медузиной головой».
Племён
минувших
д огов оры.
—
«Общественный
д огов ор» («Contrat sociale») Жан -Жак а
Руссо
читался
в
декаб­
р истски х
кругах
как
т р актат
о
взаимоотношениях
верховной
вла­
сти
и
народа,
выдвигавший
и дею
народовластия
и
признававший
пра во
народа
на
уничтожение
правит ель ст ва,
есл и
оно,
до лж ен­
ст вуя
быть
только
посредником
между
на род ом
как
сувереном,
и
н а родом
как
под д а нным,
н аруш ит
д огов ор,
сою з
власти
и
общины
свободных
граждан.
В.
Ф.
Р аев ский,
с
к оторы м
в
Киши нёве
П уш­
кин
вёл
горячи е
беседы
по
историческим
и
другим
вопросам,
при ­
зн ав а лся: «Contrat sociale» Руссо я вытвердил,
как
азбуку»22.
Заслуживает
в ним ания
замечание
П.
Бартене в а,
много
з нав шего
о
Пушкине
от
близких
л иц.
На
обложке
«Русского Архива»,
1904,
No
1,
рецензируя
первый
выпуск
из д ания
«Пушкин и его
сов рем е нн ик и» (1903),
он
п ис ал: «Всего важнее восстановить
произведения
поэта,
как
они
были
приго тов лены
им
самим
к
оглашению
или
как
он
что
написал,
но
не
мог
напечат ать
по
условиям
цензурным
или
каким
ин ым.
Так,
например,
Онегина
и
Ленского
в
их
де рев енс ких
б есед ах
зани мали ,
конечно,
не
пл е­
мён
ми нув ших
д огов оры,
а
заговоры:
тогдашнее
юноше­
ст во
знало
все
под робн ос ти
французской
ре во л юции,
а
дог ов оры
политические
не
могли
зани мать
молодых
д рузе й».
Пл оды
наук.
—
Тема
о
практическом
п ри мен ении
научной
теоретической
мысли
стояла
перед
теми
кругами
дворянства,
ко­
торые
в
20-х
годах
искал и
выхода
из
тупика
к реп ост ного
хозяй­
ства,
которые
пы тали сь
применением
машинной
техники
поднять
собственное
хо зяй ств о23.
Он еги н,
владелец
заводов
и
вод,
и
«богатый»
пом ещ ик
Л енски й
должны
были
думать
над
этими
во­


Глава
вторая
145
просами:
помещики
20-х
го дов
вводили
в
своих
именьях
усовершенствованные
приёмы
з емлед елия;
опыты
помещиков
Полторацкого,
Шелехова,
Са мари на
и
других,
с
ус пе хом
ввод ив­
ших
чет ы рёхп олье ,
обсуж д ал ись
в
з емл едел ьч еских
жу рна лах
24.
Добро
и
зло
—
эт ическ ие
проблемы
—
зан имал и
место
как
в
разговорах
Пу ш кина
с
А.
Н.
Р аев ским
(см.
в
черновике
«Демона»: «И я желал...
разгадать
добро
и
зло»), так и в бесе­
дах
с
Пестелем.
В
кишинёвском
дн евн ике
(апрель 1821 г. )
Пуш­
кин
записа л: «Утро провёл я с Пестелем;
у мный
человек
во
в сём
смысле
этого
слова ...
Мы
с
ним
им ели
разговор
метафизический,
по ли т ически й,
нравственный
и
п ро ч.».
В
ту
же
о б ласть
философ­
ско-моральных
размышлений
вх оди ли
И
предрассудки
век овы е,
И
гроба
та йны
рок овые.
На
те
же
темы
ве лись
беседы
в
кишинёвском
доме
члена
Союза
благоденствия
М.
Ф.
Ор ло ва,
где
Пушкин
бывал
почти
ежедневно,
встречаясь
с
В.
Ф.
Раевским,
Охотниковым
и
другими
радикально
настроенными
л юдьм и;
о
них
злобно
писал
реакцио­
нер
Ф.
Вигель
в
с воих
«Записках»: «Два демагога,
два
изувера,
адъютант
О хотн иков
и
майор
Раевский,
с
жаром
витийствовали...
На
беду
поп алс я
тут
и
Пушкин,
которого
сама
судьба
всегда
со­
вала
в
сре ду
недовольных».
Есл и
предположить
вместе
с
IO.
Тыняновым,
что
«споры»
и
«размышления»
Онегина
и
Ленск о го
окрашены
воспоминаниями
о
лицейских
беседах
Пушкина
и
Кюхельбекера,
составившего
«Словарь»
с
выписками
по
фи лосо фс ким,
пол ити чес ким
й
другим
в опроса м
из
Руссо,
его
ученика
Вейса,
Вольтера
и
т.
д.,
то
в
п они­
мании
сп орщ иков
добро
и
зло
(по формуле Вейса: «Добро
м ожет
бы ть
то,
что
споспешествует
общему
благополучию...
зло
ест ь
то,
что
вредит
общему
благу») —слова
гражданского,
точ­
нее ,
якоби нск ого
смысла
и
зна ч е ния25.
Точно
так
же
и
тем а
о
«предрассудках вековых», т .
е.
о
религиозных
суевериях
в
усло­
виях
заси ль я
церковно-мистического
м рак об есия
20-х
годов,
при­
обретала
политический
отт енок
26.
Я
не
думаю,
что
Пушк ин
в
этой
строфе
вспоминал
ис клю чи­
тельно
с вои
лицейские
споры
с
Кюхельбекером.
Современность
20- х
год ов
ключом
бь ёт
в
спорах
обоих
героев
романа,
и,
конечно,
моральные
проблемы
д обра
и
зла
могли
ставиться
в
беседах
Пушкина
с
Раевск им,
П ест елем
как
филос о фс кие
(«метафизиче­
с ки е») проблемы,
но
в
об ъ яс нении
их
содержания
и
з начен ия
у ка­
з ывал ись
причины
полити чес кие ,
коренившиеся
в
общес тве н ном
строе.
В
черновике
XVI строфы вместо «с удь ба
и
жизнь»
б ыла
фор­
мул а: «царей судьба».
Це нзурны е
опасения
заста вил и
выбросить


146
Е вген ий
Онегин
из
рассказа
о
беседах
моло дых
л юдей
политическую
тему:
суд ьба
Павла,
ге р цога
Беррийского,
судьба
Цезаря
(«Кинжал»), испан ­
ско го
короля
Фердинанда,
при гов орён ного
к
смерти
и
подло
по­
ступившего
со
своим
спаси телем
благородным
Риего,
судьба
Наполеона,
—
всё
это
было
на
памяти
Пу шкин а,
ове янн ого
впе­
чатлениями
сов ре мен нос ти
или
разговорами
о
соб ыти ях
и
лицах,
всплывавших
по
ан алог ии
с
современностью
(см. ,
например,
письмо
П.
Каховского
к
Николаю
I из крепости,
24 февраля
1826 г.,
и
другие
де ка брис тски е
мате риалы ).
«Всё подвергалось их суду», —
заканчивает
Пуш­
кин
оп иса ние
мн огост оронни х
у мс тв енных
интер есо в
обоих
ге­
роев,
переходя
пос ле
указания
на
литературные
увлечения
Л ен­
с кого
(которому Онегин « приле жно
внимал»,
хо тя
«немного
понимал»
в
«отрывках северных поэм»27) к ещё одной большой
теме,
также
за ним авш ей
м олоды х
людей.
XVIII
Но
чаще
занимали
страсти
Умы
пустынников
моих.
Страсти
(passions).
—
Терми н
у пот реблё н
Пушкиным
в
его
заметках
о
вечном
ми ре
в
широ ко м
см ысле; «страсть нежная»
—
лю бо вь 28 входила в богатый мир человеческих,
земных
чувс тв ,
эмоций
различного
вида.
Философы-просветители
XVIII в.
Г оль­
бах,
Маб ли,
Руссо
трактовали
о
страстях
и
добродетельных
и
порочных,
об
их
борьбе
и
св язи,
о
борьбе
страстей
с
разу мом
и
пр.,
ви дя
в
стр аст ях
могучий
стиму л
жизни
по
естественным
за­
конам
природы.
За щита
земных
страстей,
признание
физ иче ­
ского
человека
с
его
ощущениями,
органами
чувств
—
исходным
пунктом
этических
построений
—
разрушали
христиан­
скую
мораль
у мер щ вления
плоти,
защищали
право
человека
на
борьбу
за
земное
счастье.
Эти
ид еи
воспринимались
у
нас
пере­
довыми
умами
в
конце
XVIII в.
(Пнин и др . ), материалистами
20-х
год ов
из
лагеря
де каб рист ов 29.
Г ольбах,
Руссо
и
Ма бли
на­
ходились
в
би бли оте ке
Онег ин а.
Но
противоречивый
склад
личности
пу шкинско го
героя
тянул
его
и
к
д ругим
с очине ни ям
о
страстях;
охлаждённый
опытом
жизни,
и зв едав
горе чь
и нт имных
стра сте й,
Оне гин
мог
с
особым
вниманием
читать
в
книге
Сталь
«Страсти» («Passions»), произ­
ведшей
громадное
в печат л ение
на
современников,
горь ки е
ра з­
мы шл ения
о
том,
что
страсти,
д аже
вы сшие,
представляют
«истинное препятствие к счастью как личному,
так
и
политиче­
скому».
Смысл
книги
сводился
к
слов ам : «Полная нравственная
независимость
ест ь
пор аб ощ ение
в сех
с трас тей », но это невозмож ­


Г лаза
вторая
147
ное
д ело : «От меня,
—
го во рит
Сталь,
—
далеки
эти
неосуществи­
мые
а кси омы
холодных
душ
и
посредственных
умов
—
бу дто
всегда
можно
победить
себя,
все гда
можно
в л адеть
собо й» .
Так,
ст рас ти
в
теории
Стал ь
одновременно
—
и ст очник
полноты
жизни
и
разрушительницы
с ча стья3 0.
Мы
увидим
ниже,
как
Онегин
ра с­
суж дал
о
счаст ь е
и
независимости,
про т иво по лагая
их
друг
другу,
как
он
пытался
во
имя
св об оды,
покоя
ун ичто жи ть
один
вид
стра­
ст ей
и
как
земное,
чувственное
на чало
прорвалось
в
нём,
очистив,
преобразив,
толкнув
в
спасительные
воды
на сто ящей
жиз ни,
пол­
ной
движения,
борьбы,
напря же ния
всех
сил.
XVIII—XIX
Во
вз аи моо тно ш ениях
Оне гина
и
Ленск ого
раскрывается
тема
наперсничества.
Ана логич ны е
мысли
на ходим
в
ст ихот во рен ии
Пушкина
«Алексееву» (1821), где поэт,
ра сск аз ывая
своему
ки­
шинёвскому
п рият елю,
что
он,
«равнодушный и
./ге ни вый», уж
«позабыл любви призывы», заявляет:
Оставя
счастья
при зрак
ло жны й,
Без
упоительных
стр асте й,
Я
стал
наперсник
осторожный
Моих
неопытных
друзей.
Когда
любовник
исступленный
Тоскуя,
плачет
предо
мной
И
для
красавицы
над ме нной
Кл янё тся
жертвовать
собой,
Когда
в
жару
своих
желаний
С
восторгом
изъясняет
он
Неясных,
тёмных
ожиданий
Обма нчив ый,
но
сладкий
сон ,
И,
крепко
рук у
сж ав
у
друга,
Клянёт
ревнивого
су пр уга
Или
докучливую
мать,
—
Его
б езумн ым
увереньям
И
поминутным
повтореньям
Люблю
с
участием
внимать;
Я
лыцу
слепой
его
на дежде ,
Я
моло д
юностью
чужой
И
г оворю :
так
б ыло
прежде
Во
вр емя
оно
и
со
мн ой.
В
том
же
послании
пер вона чаль но
было
четверостишие,
п оз днее
и склю чён ное
по эт ом:
... Вдали
штыков
и
барабанов
Так
т очно
старый
инва л ид
Встречает
мо лоды х
ула нов
И
им
о
битвах
го ворит .
В
переработанном
виде
это
срав нен ие
вошло
в
XVIII строфу .
Сти хи
—
Мы
любим
слушать
иногда
Страстей
чужих
язык
мятежный
—


148
Е вген ий
Онегин
впо сл едстви и
откликнулись
в
сти хотв орен ии
«Наперсник» (1828):
Твоих
признаний,
жа лоб
нежных
Люблю
я
жадно
каждый
крик:
С тра стей
безумных
и
мят еж ных
Так
упоителен
язык!
Тип
Онегина
с
его
с кукой ,
разочарованием,
уходом
в
уединён­
ную
жиз нь
вне
обычных
светских
раз вл ечений
намечался
в
ли те­
ратурных
зарисовках
уже
с
ко нца
XVIII в .
Карамз и н
уже
знал ,
что
ест ь
л юди,
к от орые
«наказаны скукой,
всегдашним
беспокой­
ным
чувством,
котор ое
тревожит,
томит,
изнуряет
их
и
которое
можно
н азв ать
душевною
чахотк ой» («Разговор о счастии», 1797).
Эраст,
герой
повести
«Бедная Лиза» (1792), был первым блед­
ным
наброском
с
к ое-как ими
чертами,
р о дственны ми
Онег ину :
«Сей молодой человек был довольно богатый дворянин,
с
и зряд­
ным
раз ум ом
и
добрым
сердцем,
добрым
от
пр ир оды,
но
слабым
и
ветреным.
Он
вёл
рассеянную
жизнь,
ду мал
только
о
своём
удо­
вольствии,
искал
его
в
светских
забавах,
но
ча сто
не
находил:
скучал
и
жаловался
на
судьбу
свою...
Он
решился
—
по
край­
ней
ме ре
на
вр емя
—
оставить
большой
с вет ...»
Н.
О.
Лер нер
указал
на
близкий
Онегину
со ци аль ный
харак­
тер
в
герое
рассказа
Рылеева
«Чудак»,
в
«Невском зрителе»,
1821, февраль31.
Гор а здо
явственнее
связь
Онегина
с
Аристом
в
очерках
В.
Ф.
О дое в ского
«Дни досад» («Вестник Европы», 1823, No 18,
сен тяб р ь ), но эта связь лишь указывает на тождественность на­
блю дений
обоих
писателей.
Арист
ре шил
п окину ть
Мо ск ву: «Чего
мне
видеть
ещё
более?
Я
прошёл
все
мытарства,
обыкновенно
встречающие
м олод ых
люд ей
в
свете!
Я
на чал
праздностию;
за
нею
следовала
головная
боль,
пустота
г олов ы;
от
нечего
делать
—
я
принуждён
был
гл азе ть
на
люд ей
и
отгадывать
их
—
по
наруж­
ности;
от
любопытства
—
сл ушат ь
Танкр е да,
по ющег о
ек осс ез,
сопровождаемого
ру к опл еск ания ми,
и
слу ша ть
терпеливо;
сп о­
рить
с
невеждою
—
и
не
доказать
ему
ничего;
познакомиться
с
да мами
не
по
сердцу;
бе з винно
быт ь
жертвою
городских
слух ов
и
неумышленного
зложелательства
тё ту шек;
от
тщеславия
же­
ст око
оши бит ься
в
л юдск ом
мнении
и,
жертвуя
оному,
быт ь
осмеянным
на
балах,
ск уч ать
ими
и
невольно
не
п ропус ка ть
ни
одного
из
ни х;
наконец,
бы ть
об ыгра нн ым
—
и
кем
же?
отцом,
жел авшим
ме ня
женит ь
на
своей
дочери...
К огда
прибавлю
к
тому,
что
все
сии
обстоятельства
были
приправлены
кучею
сл ов
бессмысленных,
суждений
неоснователь­
ных,—
то
моё
трёхнедельное
здесь
пре б ыва ние
представит
по л­
ный
чертёж
свет ско й
ж изн и».


Глав а
вторая
149
При
коренном
ра з личии
характера
сравнительно
с
Он ег иным
молодой
каз ак
в
отрывке
из
неоконченной
поэмы
Рылеева
«Хмель­
н иц кий » (1825) носит на себе отпечаток онегинства.
Поэт-дека­
бри ст
модернизировал
об раз
гайдамака,
наделив
его
признаками
«охлаждённого»
м олод ого
человека
20-х
годов.
Оба
поэта
одно­
временно
подошли
к
одной
из
ти пич ных
ф игур
их
социального
круга:
Непринуждённый
разговор,
Движенья,
поступь,
гордый
вз ор,
«Черты,
жупан
—
всё
род
высоки й
Изобличало
в
пришлеце...
Но
зрелся
сл ед
т оски
глубокой
На
молодом
его
лице...
Был
дружбы
чужд,
был
ч ужд
любови...
Чужд ая сь
всех,
всегда
уг рюмо й,
И
н ыне
бр одит ,
как
п орок,
В
местах
г лухих
он
с
тай ной
думой.
Печ ал ь,
как
чёрной
н очи
мгла,
Его
на
сердце
налегла.
О на,
жестокая,
тревожит
Его
повсюду
и
всегда,’
Ничем,
н игде
и
никогда
Её
рассеять
он
не
може т ...
Дав но
он
—
по
всему
п риметн о
—
Остыл
бесчувственной
ду шо й. ..32
Одновременно
с
Пушки ны м
автор
«Горя от ума»
закончил
ра­
боту
над
Ч ацким ,
которого
многое
сбл иж ает
с
Онегиным:
харак­
тер,
взгляды,
по ло жение
в
обществе
и
отношение
к
нему.
Соп о­
ставления
обоих
ге роев
уже
делались
(далеко не полно)
В.
В.
Си-
повским
в
статье
«Пушкин и романтизм» («Пушкин и его совре­
м е н н ик и », выпуск XXIII—XXIV).
XXI—XXII
Сре ди
че рнов ик ов
П уш кина
е сть
набросок
стихотворения
(В.
Е.
Як ушки н
относит
его
к
1819 г. ):
... Она
при
мне
Кра сою
нежной
расцветала
В
у единён ной
тишине .. .
В
т ени
пленительных
дубрав
Я
был
свидетель
ум иленн ый
Её
[младенческих]
заба в. ..
Она
цвела
передо
мною,
Её
чуде с ной
к расот ы
Уже
отгадывал
мечтою
Ещё
неясные
черты.
И
мы сль
об
ней
одушевила
Мо ей
ц евни цы
перв ый
звук.. t


150
Евге ни й
Онегин
Отдельные
стихи
и
выражения
этого
набр оск а
звучат
в
XXI—
XXII строфах с переключением субъективно - лир ич е ск ой
тем ы
на
Ленского.
Любовь
Ленск о го
изображается
так
же,
как
Пушкин
изобра­
жал
с вою
«поэтическую»
любовь
в
лицейском
стихотворении
«Уныние» (1816):
Блес нёт
ли
де нь
за
синею
горою,
Взойдёт
ли
ночь
с
осен нею
луною,
Я
всё
те бя,
да лё кий
друг,
ищу;
Одну
тебя
везде
воспом инаю,
*
Од ну
т ебя
в
неверном
вижу
сне;
Задумаюсь
—
невольно
призываю,
Заслушаюсь
—
твой
голос
слы шен
мне.
Так им
образом,
личные
переживания
молодого
Пушкина
объективировались
частично
в
Ленском,
в
его
отношении
к
Ольге,
к
поэзии.
И
мысль
об
ней
одушевила
Его
це вн ицы
первый
стон.
Цевница,
или
свирель,
—
ряд
тростниковых
дудочек,
одн а
короче
другой,
с кр епл ённых
поперечинами.
Слово
церковно-
слайянского
пр ои схо жд ения
(ср .
у
Д аля
пример
из
Иеремии:
«Сердце моё яко цевница звяцати будет»).
Цевница,
св и­
рель
—
о бы чные
принадлежности
поэта
в
ра нней
лирике
П уш­
кина,
та
условная
—
с
переводом
образности
античной
поэтики
(лира)
на
язы к
слав яно- ру сско й
книжности
—
символика,
кото­
рая
в
ч исле
других
деталей
характеризовала
старинную
дворян­
ску ю
ли ри ку.
См.
«соломенна свирель»
в
стих.
«К сестре», 1814,
«К другу стихотворцу», 1814; «цевница»
вместе
с
«лирой»
в
стих.
«К Батюшкову», 1814; «семиствольная цевница»
в
стих.
«Муза», 1821, «Чаадаеву», 1821 («Цевницы брошенной уста мои
к ос ну лис ь»); «Городок»,
1814, «Наперсница
волшебной
ст а­
рины», 1821, и др.
XXIII
Всегда
скромна,
всегда
послушна,
Все гда
как
у тро
весела,
Как
жизнь
поэта
простодушна,
Как
поцелуй
любви
мила,
Глаза
как
не бо
голубые;
Улыбка,
лаканы
льняные,


Глава
вторая
151
Движенья,
голос,
лёгкий
стан
—
Всё
в
Ольге...
но
любой
роман
Возьмите,
и
найдёте
верно
Её
портрет...
По ртр ет
ге роев
в
романе
Пуш кина
от ли чает ся
некоторыми
особенностями:
поэ т
почти
не
д аёт
внешних
черт,
наружного
вид а,
сосредоточивая
внима ние
на
психологической
характери­
стике,
указывая
с
помощью
эпитетов
существенные
стороны
ду­
шевного
облика.
Начав
описание
О льги
деталями,
слишком
общ им и,
лишёнными
и ндивид у али за ции
(скромна,
послушна,
про­
стодушна,
ве села ,
мила),
Пушкин
перешёл
к
её
наружности:
глаза
г олу бые,
локоны
л ьня ные
и,
пе ре чис лив
улы бк у,
движенья,
голос,
лёгкий
стан,
оборвал
описание,
заявив,
что
портрет
такого
рода
ему
«надоел безмерно».
Бедный
внутренним
со д ержанием ,
обра з
Ольги
не
требовал
угл ублё нн ого
раскрытия.
Но
зато
пере­
чень
в нешних
черт
у
неё
разнообразнее,
чем
у
других
ге рое в:
мы
узнаём,
что
у
неё
был
звонкий
голос,
что
она
б ыла
ре звая ,
что
у
неё
развитой
локон,
что
она
Аврор ы
северной
алей
и
л егче
ласточки,
что
у
неё
р у мяная
свежесть,
что
она
кругла,
красна
лицом.
Внешняя
п ортре тнос ть
вообще
отличает
в
романе
малозамет­
ных
л иц:
Трике
показан
в
очках
и
в
рыжем
парик е,
он
ложится
спать
в
фуфайке,
в
старом
колпаке,
а
об
Он ег ине
сказано
только,
что
он
острижен
по
пос лед ней
моде,
как
дэн ди
лон дон ский
од ет33, да вскользь брошено указание на его широкий боливар и
бобровый
воротник.
Отсутствие
в нешних
че рт
заменено
богат­
ством
п си хологиче ского
со дер жани я:
образ
Онегина
в
I главе
це лик ом
построен
на
них.
«Мне нравились его черты», —
говорит
автор
романа
и
рисует
в ну тренний
об лик
Онег ина ,
не
перечислив
ни
одной
черты
его
внешности,
кроме
по зы:
н очью
над
Невою
стоял
Ев гений,
опершись
на
г ран ит;
но
и
здесь
автор
выделяет
его
п с ихологи чес кое
сос тояни е:
с
душою,
полн ой
сожалений,
за­
думчиво
34.
Эмоциональной
насыщенностью
хара ктери зуетс я
п ортр ет
це нт ра льных
ге ро ев:
Евгений,
на
мертвеца
похожий,
с
больным,
угасшим
взором,
молящим
видо м
в
после дн ей
встрече
с
Татьяной
ей
внятно
говорит
о
своих
ст рад ания х,
св оей
страсти.
Ленского
мы
видим
только
с
одной
в неш ней
деталью:
кудри
чёрные
до
плеч.
Сли ш ком
обща,
мало
выразительна
его
хара к­
теристика
—
хорош
собой,
красавец.
Все
другие
подробности
описания
напр ав ляю т
внимание
на
его
пс ихоло гиче с кую
обри­
совку:
веч но
вдохновенный
взор,
всегда
восторженная
речь
и
пр.
VI, VII, VIII, IX, X
и
др угие
ст рофы
II главы, XXXVI,
XXXVII, XXXIX строфы VI
глав ы
посвящены
почти
ис клю чи’
тельнр
психологическому
облику
Ленского,
Куд а
боль ше
рнс ш-


/52
Е вген ий
Онегин
них
подробностей
в
зарисовке
мимолётного
образа
«горожанки
м олод ой » (XLI строфа VI
главы)
или
кре пост ного
слуг и
в
мо­
сковском
доме
княжны
А лины:
Им
настежь
отворяет
дверь
В
очках,
в
изорванном
кафтане,
С
чулком
в
руке,
седой
калмык.
По
контрасту
с
Ол ьгой,
Тат ь яна
зари сова на
с
бл едн ым
цве­
том
лица,
бледная,
х уда я. 35 Есть указание на ее распущенные
власы,
кудри,
на
её
м алин овый
бере т*.
Вот
и
весь
за пас
красок
для
внешнего
изображения
девушки
и
поз дн ее
замужн е й
же н­
щи ны.
Портрет
Татьяны,
кото рую
не
раз
автор
называл
милой,
по
богатству
пси хологич еск ого
рисунка
ср авнит ьс я
может
тол ь­
ко
с
Онегиным,
побеждая
его
разнообразием
деталей.
Всякий
раз,
когда
по эт
начинает
рис ов ать
от дельн ые
чер ты
наруж­
ности
своей
«мечтательницы нежной», он прибегает к эмоцио ­
нальным
эпитетам:
изнеженные
пальцы,
п рел естн ое
плечо,
пре-
лестный
пальчик;
бесчувственная
ру ка
(в последнем свидании
с
Онег и ны м ); своенравная голова,
томн ая
головка,
том ный
взор
и
т.
д.
В
эпитете
темнеющих
оче й
[она не подымает]
рас ­
крыт
признак
не
цве та
глаз,
но
вн утре нне го
волнения
героини.
Милая
—
в
оценке
поэта
—
Татьяна
наделена
многообразными
и
всегда
э мо цио нал ьными
определениями:
дика,
печальна,
мол­
ч али ва,
боязлива,
доверчива,
послушная
вле чен ью
чу вс тв;
од а­
ре на
воображением
мятежным,
умом
и
воле ю
живой
и.
сердцем
пламенным
и
неж ным ;
девочка
несмелая,
влюблённая,
н ежн ая,
бедная
и
простая;
внимательная
девица;
в
с вои
мечты
по гру­
жена;
смела,
неприступная
богиня
роскошной,
царственной
Невы,
величавая,
небрежная
законодательница
зал.
Таков
да­
леко
не
полный
список
эпитетов,
характеризующих
Та тьян у.
Ав тор
не
скрывает
своего
эм оц ион альн ого
отношения
к
ге роя м:
«Я так люблю Татьяну милую мою» (ср.
ещё
«Татьяны милой
ид е а л»), «я сердечно люблю героя моего» (Евгения).
Мир
мелкопоместного
дворянства
ему
чужд,
—
поэтому
для
Пус тяк ова
с
женою
он
нашё л
только
внешний
признак:
э тот
помещик
толстый,
тяжёлый,
его
же на
—
т яжёл ая
половин а
—
дородная
супруга,
оба
храпят;
гневный
тон
звучит
в
репликах
против
«большого света», и сарказмом дышат портреты пожи*
лых
злы х
дам
в
чепцах
и
в
розах,
ба льно го
диктатора,
сто яв­
ше го
картинкою
ж урна ль ной:
Румян,
как
вербный
херувим,
Затянут,
нем
и
недвижим.
Душ евна я
ж изнь
цен тр ал ьных
ге роев
—
Евгения,
Ленского,
Татьяны
—пр и
в сём
их
различии
разработана
богато
и
много­


Гла ва
вт орая
153
образно.
Это
л учшие
лю ди
дворянского
кл асса,
им
авт ор
о тдаёт
свои
симпатии.
В
этой
социаль ной
среде,
в
её
лучших
пре дст ав и­
телях,
по
его
убеждению,
хр анится
огром н ый
матер иа л
тончай­
ших
ду ш евных
н астр ое ний,
с ло жне йших
пер еживаний.
Отсюда
его
пристрастие
к
геро ям ,
прист ал ьное
внимание
к
ним,
любова­
ние
ими,
за щита
их.
Отсюда
тяготение
к
предельной
насыщен­
ности
эм оциона ль ным
содержанием
порт ретов
наиб олее
зна чи­
тельных
героев.
Какая,
например,
щедрость
в
з арис овке
вз ора
(взгляда,
гла з): он быстр и нежен,
стыдлив
и
дерзок.,
чудно
нежен,
ч уд­
ный,
чуд есны й,
том н ый,
пронзительный,
туманный,
вечно
вдох­
новенный,
зо ркий,
праздный,
милый,
угасший,
больной,
усталый,
у ныл ый,
пламен н ый,
в есёлый,
гордый,
насмешливый,
влюблённый,
умилённый,
ясный,
пристрастный,
холодный,
суровый.
Ли ри че­
с кие
ноты
харак те риз уют
лю бим ые
по ртреты ,
эпитет
милый
гл авенст ву ет
в
р о мане: «Довольно,
милый...
Ах,
милый...
Как
ты
ми л!
Милее
мне
домашний
круг»
—
это
из
лексикона
Лен­
с к ог о; «милая старушка»
—
называет
Ларину
«угрюмый»
Он е­
гин;
он
вспомнил
«Татьяны милой и бледный,
цвет
и
вид
уны ­
л ы й»; Татьяна шепчет наизусть письмо для милого героя,
где
п иш е т : «Незримый ты мне был уж мил», «милое
виденье»;
называет
милой
свою
няню
и
получает
в
ответ:
милая
моя.
«Милая!
кузина»
—
воск л ицает
Ларина
по
адр есу
«княжны,
п рост ёртой
на
ди ване »; Татьяна меняет « м ил ый,
тихий
свет
на
шум
блистательных
сует », «мечтательница милая.. .
Пог иб н ешь,
милая», —
обращается
автор
к
ге ро ине,
пр ед авш ейся
любви,
как
милое
дитя;
Он егин
гов орит
Та т ья не : «Мне ваша искренность
мила».
Ребёнок
был
резов,
но
мил...
Свет
решил,
что
он
у мён
и
очень
мил...
Пор трет
милой
О льги
о чень
мил...
Милая
суета,
м илые
му чен ья,
милый
взгляд,
милая
простота,
милые
жёны,
милые
но ги
(любимой), милые предметы,
милый
пол,
«милей «кош урк а»
сердцу
де в », «он сердцем милый был
невежда», —
неустанно
повторяет
а вт ор; «милый мой», —
взы вает
он
к
автору
«Пиров»; «милые друзья», «милые мои», —
обра­
щается
он
к
читателям
романа,
припоминая
милые,
ласковые
речи
друзей,
признаваясь,
что
«теперь ему мила балалайка»,
что
ему
«галлицизмы будут милы», убеждая
чит ат еля
романа,
что
«очень мило поступил с печальной Таней наш приятель» . . .
XXIV
Её
сестра
зва лас ь
Татьяна...
Впервые
именем
таким
Страницы
нежные
ром ана
Мы
своевольно
освятим.


154
Евгений
Онегин
И
что
ж?
оно
приятно,
зву чно ^
Нос
ним,
я
знаю,
нер аз лу чно
Воспоминанье
старины,
Иль
девичьей!.,
В
при ме чан ии
Пу шкин
отм е тил,
что
«сладкозвучнейшие гре -г
ческие
имена,
каковы,
например,
Агаф о н,
Филат,
Фе дор а,
Фё кла
и
пр оч.,
употребляются
у
нас
только
между
пр о сто л юдина ми».
С
именем
Татьяны
у
Пу ш кина
связывалось
«воспоминанье ста ­
рины»:
одн а
из
моск ов ск их
барынь
старого
поколения
—
Тать яна
Юрьевна
в
«Горе от ума», другая
—
в
романе
А.
Измай­
л ова
«Евгений,
или
Пагубные
следствия
дурного
сообщ е ст ва
и
вос пи та ни я» (1799—1801)—по дтв ерж даю т
это
наблю дение .
В
го ды
написания
романа
это
имя,
видимо,
употреблялось
пре ­
имущественно
«между простолюдинами», было редким в барской
ус адьбе
(ср.
в
черновом
в ар ианте
баллады
«Жених»
купеческая
дочь
носит
имя
Татьяны).
П уш кин,
давая
св оей
гер о ине
это
«звучное и приятное»
имя,
о ч евидно,
хоте л
на ряду
с
ино земн ой
с тихи ей
в
её
воспитании
подч еркн ут ь
коренную
особенность
её
личности
—
почвенность,
связанность
с
прос тон ародн ы м
бытом
(«русская душой»), с русским фольклором,
с
«мирной стариной»,
не
ун ичтож ен ной
в
дворянской
девушке
ни
«дурой английской
породы,
ни
своенравною
ма мзе лью ».
Напомним
позднейшую
характеристику
«уездных барышень»
в
по вес ти
«Барышня- кр ес ть янка»; она полностью приложима и
к
Татьяне,
ран нем у,
но
з ато
наиболее
яркому
образу
сре ди
дво­
рян ск их
девушек,
которых
П ушкин
любил
живописать
в
пр о заи­
ческих
п роиз в ед е ниях: «Те из моих читателей,
к оторы е
не
жи­
вали
в
деревнях,
не
могут
се бе
вообразить,
что
за
п релес ть
эти
уездные
б ар ышни!
Воспитанные
на
чистом
воздухе,
в
те ни
своих
садовых
яб лон ь,
они
знание
света
и
жизни
почерпают
из
книжек.
У единение ,
свобода
и
чтение
ра но
в
них
ра зви­
вают
чувства
и
страсти,
неизвестные
рассеянным
нашим
краса­
вицам.
Для
барышни
з вон
колокольчика
есть
уже
приключение,
п оезд ка
в
б лижа йший
город
полагается
э похою
в
жизни,
и
посещение
гостя
оставляет
долг ое,
и ногда
и
вечное
воспоми­
нание.
Конечно,
всякому
в ольно
смеяться
над
некоторыми
их
странностями;
но
шутки
пов ерхнос тн ого
н абл юдате ля
не
могут
уничтожить
их
существенных
достоинств,
из
ко их
главное:
особ еннос ть
хара ктера ,
самобытность
(individua­
lité), без чего,
по
мне нию
Жан-Поля,
не
существует
и
челове­
че ского
величия,
В
столицах
жен щи ны
п олуч ают,
может
быть,
лучшее
образование;
но
на вык
света
скоро
с гла живае т
ха рак­
тер
и
делает
душ и
с толь
же
однообразными,
как
и
головные
уборы».


Гл ава
вторая
155
Выросшая
в
обстановке
уса де бн ого
бы та
Татьян а,
однако,
представлена
без
характерных
для
того
вр еме ни
бытовых
дета­
ле й:
Её
изнеженные
пальцы
Не
зн али
игл ;
склонясь
на
пяльцы,
Узором
шёлко вым
она
Не
ож ивляла
полот на.
(XXVI строфа)
Автор
романа
выделяет
в
св оей
героин е
черты
её
само быт ­
ног о
характера,
её
своеобразия:
ей,
ребёнку,
был и
чу жды
«дет ­
ские
проказы», «она в горелки не играла»
с
маленькими
подру­
гами
Ольги:
Ей
ск учен
был
и
звонк ий
см ех,
И
шум
их
вет рены х
уте х.
Это
чувство
с куки
—
признак
неудовлетворённости
окружав­
шей
сре дой
—
соединяется
у
неё
с
чув ств ом
одиночества
(«я здесь одна,
никто
меня
не
по ним а ет »), которое она стремится
ск рас ить
ч т ением
кн иг,
европейских
романов
по
преимуществу,
и
благотворительной
деятельностью,
помощью
бедным
кре­
стьянам.
Автор
чрезвычайно
искусно,
не
подчёркивая
э того
каким-либо
особым
приёмом,
рисует
образ
девушки,
сотканный
из
не которы х
п сихологи чес ких
о со бенно ст ей,
к отор ыми
отличался
Оне гин :
её
са моб ытн ость
и
его
неподражатель­
ная
с траннос ть;
его
хандра
и
её
уныние;
её
мечтательность
и
его
мечт ам
не вол ьная
пре ­
данность;
он
нелюдим ,
разорвавший
свя зи
с
соседями,
—
Гостей
не
сл уш ает
она
И
проклинает
их
дос уг и,
Их
не ожид ан ный
приезд
И
продолжительный
присест.
Его
мероприятия,
направленные
к
смягчению
кр еп остн ого
рабства,
и
её
помещичья
филантропия
в
деревне,
—
всё
эт о,
не
говоря
об
их
у ме,
сближает
обоих
ге ро ев.
Всё
это
могло
прив е­
сти
к
сч аст ливо й
развязке
«нежного романа»:
А
сч асть е
было
так
воз мож но,
Так
близ к о!..
Эта
л ир иче ская
тем а
п розв учит
в
ко нце
романа
трагически
Скорбно.
Судьба
разведёт
в
разные
стороны
Татьяну
и
Евгения,
/1ишив обоих интимного счастья.
Но
до
IV главы сюжетная нить оставалась интригующе не­
ясной,
держала
чи тате лей
в
том и тельной
неопределённости,
в
спо р ных
га дани ях
о
судьбе
героев.


156
Евгений
Онегин
XXVIII
И,
ве с тник
у тра,
ветер
в еет. .,
Од ин
из
п риме ров
звукописи
в
романе.
Доро жа
по
преиму­
ществу
см ы слом
сло ва,
Пушкин
не
всегда
стремился
изобре­
та ть
нео жид анны е
музыкальные
с озв учия
в
своём
поэтическом
языке.
Данный
вид
сл ов есной
инс трум е нтов ки
встречался
у
Дер ­
жа вина : «попутны ветры в парус веют» (Соч . ,
т.
III, стр .
167);
у
Ка ра мзи н а : «веют осенние ветры» («Осень», 1789); у Батюш­
кова
в
с тих о тво ре нии* «На развалинах замка в Швеции», 1814:
О
ве й,
попутный
ветр,
Вей
тихими
уст ами
В
ветрила
кораблей.
У
Баратынского:
р аз веял
буйный
в ет ер» («Финляндия», 1820);
у
Ф.
Гл инки: «От тебя,
как
* от младой весны,
мне
веет
негой
неземной»
(«К Дориде», 1823).
Сам
П ушкин
повторил
его
в
VII главе (II строфа): «в лицо мне веющей весны» .
XXIX
Ей
рано
н рав ились
ром аны;
Они
ей
заменяли
вс ё;
Она
влюбилася
в
обман ы
И
Ричардсона
и
Руссо.
(См .
также
стро фу
XXXI)
Ричардсон
(1689—1761)—ав тор
романов
«Памела»,
«Кларисса Гарлоу»
и
«Грандисон», представитель английского
семейного
се нти мен тальн ого
романа
(см .
комме нт ари й
к
X строфе
III главы)к
XXXII
..
.Вела
расходы,
б рила
лбы,
Ходила
в
б аню
по
субботам...
Бри ла
лбы
—
выражение,
связанное
с
рекрутчиной:
при
определении
годности
рекрута
в
с олда тск ую
службу
раздавался
кри к: «лоб», и тотчас у рекрута подбривали часть волос,
спадав­
ших
на
лоб.
(Если рекрута признавали негодным,
ему
под бри­
вали
волосы
на
зат ыл ке.)


Г лава
в торая
157
XXIX—XXXIII
Жена
Ларина
когда-то
б ыла
«без ума от Ричардсона», писала
«кровью в альбомы нежных дев», вздыхала о том,
кто
был
«слав­
ный
франт,
игрок
и
гва рд ии
сержант », была поклонницей «ч ув­
ствительных
с тиш ко в», рвалась и плакала по выходе замуж за
нелюбимого
—
поме щик а,
который
«был добрый малый,
в
про ­
шедшем
в еке
запоздалый».
Но
очень
с коро
она
изменилась, «до­
вол ьна
стал а»
своей
жизнью
в
д ер евне:
Она
езж ала
по
раб о там,
Солила
на
зи му
грибы,
Ве ла
расходы,
брила
лбы,
Ходи ла
в
ба ню
по
субботам,
Служанок
би ла
осердясь;
Всё
это
мужа
не
спросясь.
Не
без
иронии
Пушкин
описал
это
превращение
«Pachette»
в
Прасковью
Лар ин у36 и двумя штрихами включил помещичьи
«затеи»,
больно
отражавшиеся
на
личной
судьбе
к реп ос тных
—
дворни
и
барщинных
крестьян.
Нельзя
не
припомнить
здесь
известных
строк
Белинского,
давшего
м етко е,
но
неполное,
огра нич енно е
о б ъя снение
классовой
идеологии
Пушкина
в
рома н е: «Везде видите вы в нём [ Пу шк ине]
человека,
душ ою
и
те лом
принадлежащего
к
основному
прин­
ципу,
со став ля ющ ему
сущно сть
и зоб раж аемог о
им
к л асса;
ко­
р оче,
везде
видите
русс кого
помещика...
Он
нападает
в
это м
классе
на
всё,
что
противоречит
гума ннос ти;
но
принцип
класса
для
нег о
—
вечная
истина...
И
потому
в
самой
сатире
его
так
много
любви,
сам ое
от рица ние
его
так
часто
похоже
на
одобре­
ние
и
на
л юб о вание. ..»
Р е во лю ционный
демократ
Белинский
в
своей
страстной
и
не­
примиримой
б орьбе
с
и д еологие й
господствовавшего
в
его
время
дворянского
класса
допустил
бесспо рн ое
пре ув ел иче ние
в
оценке
социального
мировоззрения
Пушкин а.
Автор
«Евгения Онегина»
с
таким
осуждением
гов ори т
о
крепостниках-барах,
высшей
знати
командующей
групп е
дворянского
кл асса,
о
владельцах
дворянских
гнёз д,
что
видеть
в
нём
«везде русского помещика»
не
пр е дста вл яется
ист о рич ески
верной
хар ак те рист ико й,
объяс­
няемой
в
конц еп ции
великого
кр ит ика
лишь
исторической
обста­
новкой,
к огда
«гоголевская»
сатира
и
лермонтовское
«отрицание»
должны
были
в
40-х
годах
п рошл ого
века
казаться
более
дей­
ственным
оружием
в
борьбе
за
кр итич еский
реал изм ,
чем
п уш­
к инск ий
гуманизм,
и
к огда
Белинский
ещё
не
из жил
с вой
взгляд
на
Пу ш кина
как
преимущественно
поэта-художника.
В
приведённое
сужд ение
Белинского
внёс
существенную
по­
правку
А.
М.
Го р ький,
который
в
св оих
ка при йс ких
л екц иях
на
во пр ос: «Что же даёт Пушкин читателю- проле та рию?» ответил


158
Евгений
Онегин
с
наибольшим
приб лиже ние м
к
ис торичес ки
верному
пониманию
Пушкина:
«Несомненно,
что
Пушкин
—
д во рянин,
он
сам
одно
время
ки­
чилс я
этим,
но
нам
важно
знать,
что
уже
в
юности
своей
он
по­
чувствовал
тес ноту
и
духоту
дворянских
традиций,
пон ял
интел­
лектуальную
нищету
своего
к ласс а,
его
к ультур ную
слабость
и
отразил
всё
эт о,
всю
жизнь
дворянства,
все
его
пороки
и
с ла­
бости
с
поразительной
верностью.
В
прим ере
Пуш к ина
мы
имеем
писател я,
к оторы й,
будучи
переполнен
впе ча т ле ниями
бытия,
стремился
отразить
их
в
ст и­
хах
и
прозе
с
наибольшей
правдивостью,
с
на и больши м
ре али з­
мом ,
чего
и
достигал
с
гениальным
умением.
Его
произведения—драгоценное
свидетельство
умного,знающе­
го
и
пр ав диво го
чело века
о
нравах,
обычаях,
понятиях
известной
эпохи;
все
они
суть
ге ниа л ьные
иллю ст ра ции
к
русс кой
истории.
Писатель
классовый,
групп ир уя
свои
наблюдения
по
ша блону
интересов
св оего
к л асса,
гов орит
нам:
—
Вот
ис т ина,
извлечён­
ная
мною
из
наблюдений
над
жизнью
человеческой,
—
ин ой
истины
не т,
не
мо жет
быть!
Это
превращение
тен ден ции
одного
класса
в
догмат,
обяза­
тельн ы й
для
всех
други х,
это
проповедь
н е обход им ости
подчи­
нения
вс ей
ма ссы
народа
моральным
и
правовым
нормам,
вы­
годным
только
командующей
сил е.
Здесь
искусство
прин осит ся
в
жертву
интересам
воинствующей
политики,
низводится
до
ор у­
дия
борь бы
и
—
не
убеждает
нас,
ибо
мы
видим
или
чувствуем
в
нём
в ну тр еннюю
фальшь.
«.. .От
кого
бы
я
ни
п роис ходил,
—
гов ори т
Пу шкин ,
—
..
.образ
м ыслей
моих
от
этого
ника к
бы
не
за ви сел.. .»
Это
слова
человека,
кото р ый
чувствовал,
что
для
него
ин те­
ресы
вс ей
нации
выше
интер есо в
одного
дворянства,
а
гово ри л
он
так
потому,
что
его
л ичный
о пыт
был
шир е
и
глубже
опы та
дворянского
класса
37».
XXXV
В
день
Тро иц ын,
ког да
н арод
Зевая
слушает
м о лебен,
Умильно
на
пучок
за ри
Они
роняли
слёзки
три...
Настроение
Л а риных,
хранивших
«привычки милой старины»,
о б ъяс няется
н ародны м
поверьем:
слёзы
Лар ины х
в
весенний
праздничный
де нь
б ыли
выз ва ны
вос пом ин ан ием
об
их
у мерш их
родителях.
Эт ногра ф
и
цензор
И.
М.
Снегирёв
записал
в
своём


Глаза
вторая
159
У
У тро
пом ещ ицы.
С
к арти ны
А.
Г.
Вен ециа нов а.
дневнике
24 сентября 1826 г . : «Был А.
Пушкин,
который
привёз
мне
как
ц енз ору
св ою
пье су
Онег ин,
ч.
II...
сказывал
мне ,
что
здесь
в
некоторых
м естах
обычай
Троицкими
цветами
обметать
гробы
р о дител ей,
чтобы
прочистить
им
глаз а» 38.


160
Е вгени й
Онегин
XXXVII
«Poor Yогlek!»—
м олвил
он
уныло...
В
пр име ча нии
(18) Пушкин отметил литературный источник
восклицания
Ленск ого : «Бедный Йорик!
во с клица ние
Гамлета
над
черепом
ш ута
(см.
Шекспира
и
Стер на)».
В
сцене
на
кладб ище
(трагедия «Га м ле т», д .
V, явл.
I) шут
подаёт
череп
Гамлету;
тот ,
вспоминая
умершего
королевского
шу та,
гов ори т: «Увы!
бедн ый
Йорик...
Я
зн ал
его...
Он
тысячу
раз
носил
ме ня
на
спине...
А
теперь...
У
меня
к
гор лу
подсту­
пает
при
одной
мысл и».
У
пуш кин ско го
героя
пам ят ник
Д.
Ларина
на
кл адби ще
вы­
звал
схо дны е
нас т рое ния:
И
долго
сердцу
грустно
было...
Он
на
руках
м еня
держал...
С сылко й
на
Стерна,
автора
«Тристрама Шенди» (1760) и
«Сентиментального путешествия» (1767), Пушкин тонко раскры­
вал
с воё
ир они чес кое
отношение
к
Ленскому
в
его
не уме с тном
применении
имени
английского
шута
к
бригадиру
Л арин у.
Гер ой
Стерна,
пастор
Йорик,
попал
в
Версаль
к
г рафу
и
за­
с тал
тог о
за
чтен ие м
Шекспира.
На
вопрос
г рафа
об
имени
ан­
глийского
путешественника,
пастор
в зял
со
ст ол а ^ «Гамлета»
и,
пок аза в
графу
сцену
с
могильщиками,
поставил
палец
на
Йорика: «Вот я!
сказ ал
он.
—
Как,
сударь,
вы
—ЛТорик?
—
вскричал
граф.—Да,
Йорик.
—
Вы?
—
Да,
я..
.Боже
мой,
вы
—
Йорик?»—Граф
быс тро
д о ставил
пас тору
паспо р т: «Будь это
для
кого
другого,
а
не
для
королев ск ого
шута,
я
б
не
пол учи л
паспорта
за
эти
два
ча са... »
Тщетно
пастор
Йорик
доказывал,
что
он
не
загробная
тень
королевского
шута
из
трагедии
Шекс ­
пи ра.
Фр ан цу зский
граф
снабдил
его
документом,
навязавшим
ему
по
сходству
имени
титу л
шекспировского
персонажа
(«Сен­
тиментальное
пут ешес тв ие », главы «Па с порт.
Вер с ал ь»).
Шутка
Пушкина,
запрятанная
в
прим е чани и,
на пра вляла сь
одновременно
и
на
манеру
некстати
применять
к нижны е
штампы,
поэтические
клише
и
на
тех
современных
по эту
критиков,
которые,
об виня я
Пушкина
в
литературных
заимствованиях,
при н яли
за
чистую
монету
во ск лицание
Л енско го
и
не
заметили
иронической
направленности
цитаты
из
Шекспира.
XXXVIII
Увы !
на
ж изне нных
браздах,
Мгновенной
жатвой
поколенья,
По
тайн ой
во ле
провиденья,
Восходят,
зр еют
и
падут;


Глава
в торая
161
Другие
им
вослед
ид ут, ..
Так
наш е
ветреное
племя
Растёт,
волн уе тс я,
к ипит
И
к
гро бу
прадедов
теснит.
Пр и дёт,
придёт
и
наш е
время,
И
н аши
внуки
в
добрый
час
Из
мира
вытеснят
и
н ас!
Мировоззрение
р ацио нал ист а,
чуждого
всякой
романтиче­
ско й
и
религиозной
мисти ки,
отчётливо
скво з ит
в
эт ом
отрывке*
...Да
здравствуют
музы,
да
здравствует
разум !
Ты,
солнце
св ято е,
гори!
Как
эта
лам пад а
бледнеет
Пред
ясным
в осходо м
зари,
Так
ложная
муд р ость
мерцает
и
тлеет
Пре д
солнцем
бессмертным
ума.
Да
здравствует
со лнце,
да
скроется
ть ма!
—
восклицал
Пушк ин
в
«Вакхической песне» 1825 г .
Чуждый
ст раха
смерти39,
весь
з ем ной40,
утверждавший
полноту
бы тия
в
пр едел ах
человеческой
жиз ни
и
за щищав ший
за
человеком
пра во
на
обладание
максимальным
коли чес тв ом
многообразных
впечатлений,
инт ерес ов ,
жел ани й,
стремлений,
незадолго
до
своего
конца
Пу шкин
набр о сал
с трок и,
полные
жаж ды
жиз ни:
О
не т,
мне
жиз нь
не
надоела,
Я
ж ить
хочу,
я
жизнь
люблю!
Душа
не
вовсе
ох лад ела.. .
Зачем...
Могилу
тёмную...
Что
в
смерти
доброго?
41
И
в
1829 г.
(26 декабря)
он
повторил
тот
же
мотив,
что
в
XXXVIII строфе,
принимая,
как
не изб е жный
закон,
индиви­
дуальную
смер ть
и
вечность
вселенной
с
бесконечно
тянущимся
потоком
человеческой
жизни:
И
пусть
у
гро бов ого
входа
Младая
будет
жизнь
играть
И
равнодушная
природ а
Красою
вечною
сиять.
(«Стансы»)
Тог
же
мотив
утверждения
себ я
—
«частицы бытия»
—
звучит
в
XLV строфе VI
главы,
где
поэт,
чув ств уя
пол де нь
своей
жиз ни,
прощается
с
юн ост ью
и
благодарит
её
«за наслажденья,
за
грус ть,
за
милые
мученья...
за
пиры».
Естественно,
что


162
Евгений
Онегин
раздумья
о
загробной
жизни
(ср.
и
«гроба тайны роковые»,
гл.
II, строфа XVI) решались Пушкиным под знаком рациона ­
лизма.
По тус торо нн ий
мир
в
глазах
п оэта
—
«вечность глухая»
(гл.
VII, строфа XI); те из людей,
кто
был
близок
к
ушедшему
из
м ира
навсегда,
занятые
своими
делами,
н ер едко
«непристой ­
ными», забывают его:
Так!
рав нод ушн ое
забвенье
За
гр обом
ожид а ет
на с.
Вр агов,
друзей,
люб овниц
глас
Вдруг
мо л кнет ...
XL
И
сохран ён н ая
судьбой,
Быть
может,
в
Л ете
не
по т онет
С т рофа,
слагаемая
мной...
С трофа
—
основная
ритмическая
е д иница
п ушк ин ского
ро­
м ана,
состоящая
из
трёх
четв е ростиши й
и
заключительного
дву ­
стишия
(кода); в первых двух четверостишиях по -р азно му
чере­
дуются
по
две
ж енски х
и
две
мужских
рифмы,
а
в
шес ти
заклю­
чительных
стихах
—
две
жен ски е
и
четыре
му жски е
р ифмы
(по
схеме:
ababccddeffegg).
Форма
под обн ой
че тыр над ца тис тро чной
с трофы
была
на й­
де на
поэтом
весной
1822 г.
в
ст ихот ворен и и
«Таврида», первая
строфа
кот орого
вошла
в
текст
«Евгения Онегина» (глава I,
строфа
XXX).
Несмотря
на
единство
м етри чес кого
размера
(четырёхстоп ­
ный
я мб), онегинская строфа отличается исключительной музы­
ка льн ос тью.
Ритмическое
разнообразие
почти
ка ждо го
отдель­
ного
ст иха
превращает
строфу
в
музыкальный
э тюд
с
различной
мелодией.
В
ст ихот ворной
стр оке
обычно
два
основных
ударных
пункта
—
вторая
и
четв ёр тая
стопа,
но
в
пределах
каждого
двухстопного
раздела
Пушкин
в и ртуозно
играет
ямбом
с
его
ударным
и
безударным
слогами.
Сложность
рифмовки
(рифмы
па рные ,
опоясанные,
пер екр ёстны е), разнообразие приёмов ор­
ганизации
стиха:
р ифмы
гла гол ьны е,
из
отглагольных
сущ ест ви­
те ль ных
и
п р.;
рифмы-омонимы;
рифмы
«богатые»
и
даже
«бога­
тейшие»:
Гр им
—
перед
ним,
Гораций
—
акаций,
синий
—
Рос сини,
Чильд-Гарольдом
—
со
льдом,
—
всё
это
создавало
музыкально-речевое^
разнообразие.
Мело ди ­
ческое
начало
в
строфе
поддерживается
интонационной
систе­


Глава
вторая
163
мой:
восклицания,
вопросы,
обращения
прида ю т
роману
особый
напевный
тон:
Придё т
ли
час
моей
своб оды ?
Пора,
по ра!
—
взываю
к
ней!..
Ку да,
ку да
вы
удалились,
Весны
моей
златые
дни? ..
Прости
ж
и
ты,
мой
сп ут ник
ст ранный. . .
Звук ообра зы
и
зв укоп и сь,
зву кова я
инструментовка
я вст венно
сл ышим ы
в
строфах
романа.
Л.
П.
Гроссман,
автор
специального
этюда
об
оне ги нс кой
строфе,42 тонко
зам етил ,
что
«эта теку ­
честь,
изм енч иво с ть,
гибкость
и
зву кова я
впечатлительность
оне­
гинской
строфы
словно
со зданы
для
передачи
особ ых
рит м иче­
ск их
движений
—
для
изображения
т анца»,
и
сред и
ряда
примеров
(мазурка,
вальс
и
др .)
ук азал
на
искусную
инстру­
ментовку
народного
танца
на
п,
т
и
к:
Да
пьяный
топот
т реп ака
Перед
п орог ом
кабака...
«где скопленье губных и гортанных согласных создаёт слухо­
вую
иллюзию
тяжёлого,
грузного
пьян ого
п ляса
по
утоптанной
пыли» (стр.
107).
Ра зл ичны ми
звуковыми
фигу р ами
полны
строф ы
романа:
О
Бр ент а!
Нет ,
увижу
вас...
Но
и
Дпдло
мне
надоел.. «
Мой
людный
дом...
Кто
ст ра нным
снам
не
предавался...
Почтил
он
пр ах
патриархальный...
Трибун
трактирный...
Д ухи
в
гранёном
хрустале...
Китайский
чайник
нагревая...
Две
строфы
I главы (XXXII и XXXIII) инструментованы на
звуках
р
и
л;
другие
строф ы
по строен ы
при ём ом
анафоры:
Как
рано
мог
он
лицемерить.. *
Как
томно
был
он
мол чали в,
Как
пламенно
красноречив...
Как
он
умел
забыть
себя!
Как
вз ор
его
был
быстр
и
нежея.. <
Исс л едо вате ли
(В.
Брюсов,
О.
Брик,
М.
Рыб ни ко ва,
Л.
Грос­
сман)
соб рал и
значительный
мат ери ал
наблюдений
над
з ву­
ками
он еги нс кой
строфы,
её
музыкально-лирической
стихией.
Но
онегинская
строфа
—
пу шки нс кая
строфа.
Можно
подражать
роману
(есть немало опытов вплоть до наших дней)
в
соблюде­
нии
всех
ритмических
ход ов
строфы,
всех
с ло жных
п острое н ий


164
Евгений
Онегин
её
внешней
формы.
Но
не
получится
«онегинской строфы», потому
что
над о
быт ь
Пушкиным,
чтоб
эта
строфа
ж ила
столетия,
вечно
жив ая,
дейст венная,
волнующая.
Один
с тих
не
п охож
на
др угой
своим
ритмическим
уз ором.
Но
главное
то,
что
мысль
поэта,
смысловое
нач ало
офо рми ло
с троф у;
и сключ ите льны м
обилием
тем,
ид ей
ярчайщие,
блещущие
мастерством
отделки
ф ормаль ­
ные
элементы
строф ы
скованы
в
совершеннейшее
создание
сло­
ве сн ого
ис кусс тв а.
-,.. явилась
Муза,
И
прояснился
тёмный
ÿM.
Сво боде н,
вн овь
ищу
союза
Волшебных
звуков,
чувст в
и
дум .
Чудесный
с оюз
звуков,
чувств
и
дум
и
хар акт ери ­
зуе т
о негин ску ю
строфу
как
конструктивную
ед ин ицу
рома н а.
Философские
раздумья,
сатирические
зарисовки,
лит ера ту рные
оце нк и,
политические
интересы,
пейзажи
и
быт,
современное
и
прошлое,
и стори чес кие
деятели
и
пу стые
су щест во ваг ели,
с тари ки
и
дети,
арист о крат ия
и
уез д ные
«в прошедшем веке»
запоздалые
помещики,
инт е ллигенция
и
зуб ры
Гвоздины,
город
и
усадьба,
столичный
театр
и
сонная
ску ка
по лец,
автобиографическое
и
объективное,
внеличное
—
всё
это
в
поэтических
картинах
и
об­
разах
св е ркает
у мом
первоклассного
художника-эрудита;
всё
это
горит
пе ре лива ми
разнообразнейших
чув ств ,
эмоций
поэта-
мыслителя;
всё
это
пол но
движ ен ия,
уст рем л ения
вперёд;
на
всё м
печать
к рити ческ ого
проникновения
в
глубины
обществен­
ной
действительности.
...
Чья
благосклонная
рука
Потреплет
лавры
старика!
Пушки н
вспомнил
выражение
своего
лице йс ког о
учи те ля
проф.
Галича,
который,
временно,
вместо
заболевшего
Кошан-
ского,
преподавая
латинский
язык,
часто
отв лекалс я
от
своего
де ла
разговорами,
а
потом
возвращался
к
одному
из
классиков
со
словами: «Ну,
теперь
потре плем
ст ари ка!» В сибирской
ссылке
Кюхельбекер
также
в спом нил
это
выражение
своего
учи­
теля,—
в
его
д невнике
2 февраля 1832 г.
ч ит аем : «Примусь
опять
за
Гомера;
п ора,
как
говаривал
Га лич,
потрепать
ст а­
рик а» 43.
После
э той
строф ы
в
рукописи
была
ещё
од на
заключитель­
ная
с троф а.
Пе рв онача льн ая
мысль
о
невысоком
уровне
читате­
лей ,
кр итики ,
в
разные
годы
овладевавшая
поэтом,
сменилась


Глава
вторая
163
в
момент
сдачи
гл авы
в
печать
более
справедливой
оценкой
м не­
ния
о
себе
современных
читателей
и
читательниц,
которы е
выучивали
наизусть
строфы
пе рвых
гл ав
«Евгения Онегина» 44.
Пушкин
не
мог
э того
не
знать
и
потому
не
в кл ючил
в
печатный
те кст
строфу:
Но
може т
быть
—
и
это
даже
Правдоподобнее
сто
раз,
Изо р ва нный,
в
п ыли
и
в
саже,
Мой
[напечатанный]
рассказ,
Служанкой
из гнан
из
у борн ой,
В
передней
к ончит
век
позорный,
Как
И нвал ид
иль
К алендар ь
Или
затасканный
букварь.
Но
что
ж:
в
гостиной
иль
в
передней,
Рав но
чи тател и
[черны],
Над
книгой
их
п рава
равны.
Не
я
первой,
не
я
п оследни й
Их
суд
услы шу
над
собой,
Ревнивый,
стр огий
и
тупой.
Ср.
п оздн ей ший
нез ако нч енны й
вар иант :
И
э тот
юный
ст их
небрежный
Переживёт
мой
век
мятежный.
Могу
ль
во скл икну ть
[о друзья]
—
Воздвигнул
памятник
[и]
я.


ГЛАВА
ТРЕТЬЯ
Elle était fille, elle était amoureuse.
Malfilâtre.
Эпиграф
«Она была девушка,
она
б ыла
вл юб ле на », вероятно,
был
за имствов ан
Пу ш киным
из
хорош о
известного
ему
фран­
цузского
«Лицея»
Лагарпа
х,
где
б ыла
приведена
эта
цит ата
из
«Нарцисса»
—
поэмы
Мальфилатра
(1733—1767).
II
... — «Опять
эклога!
Да
полн о,
милый,
ра ди
бога.
Ну
что
ж?
ты
ед ешь:
очень
жаль.
Ах,
слушай,
Ленский;
да
нельзя
ль
Увидеть
мне
Фил лид у
эту...»
Эклога
—
греческое
на зва ние
пр оизв е де ния,
идиллически
описывающего
сел ьски е
нравы;
эклога
от но сила сь
к
так
на зы­
ваем ой
пасторальной
(пастушеской)
по э зии.
В
античной
литера­
туре
наибо лее
известными
п р едстав ите лями
этого
жанра
был и
Феокрит
и
Ве ргил ий.
На
рус с ком
язы ке
первый
начал
писать
эклоги
А.
П.
Сумароков.
Филлида
—
об ычн ое
имя
ге роин и
в
ант ич ных
эклогах:
на­
пр име р,
в
3-й
эклоге
Вер гилия
(стихи76 и78)2; в «Словаре
древней
и
новой
поэзии»
О сто лоп ова
(ч.
1, 1821, стр .
351) при­
ведена
эклога
Мило на
в
переводе
В.
Панаева,
нач инаю щая ся
сти х ом:
Как
я
обрадую
Филлиду
дорогую...
Это
имя
было
популярно
в
рус ской
по эзии,
например,
у
Су­
марокова,
И.
Дми триев а .
В
пе ре вод ном
стихотворении
Батюш­
кова
«Радость» (1810) читаем:
Сегодня
— день
радости
—
Филлида
суровая,
Сквозь
слёзы
сты длив ос ти,
«Люблю!» мне промолвила.


Глава
третья
167
III
Конец
эт ой
с трофы ,
в
печати
заменённой
то чка ми,
сохранился
в
черн ов ой
рукописи:
В
деревне
день
ест ь
цепь
обеда
—
П оджа вши
руки,
у
дверей
Сбежались
девки
из
сеней
См отр еть
на
нового
соседа,
А
на
дворе
толпа
людей
Критиковала
их
коней.
К акая
обильная
мет кими
наблюдениями
бытовая
картинка!
И
сколько
их
осталось
в
черновых
тетрадях
романа! «Взыска­
тельный
художник»
не
включал
в
роман
множества
подробно­
ст ей
в
совершенстве
из уч ен ного
им
усадебного
быта:
потому
ли,
что
он
не
хот ел
загромождать
ими
п сих ологич ес кого
стержня
романа;
п отому
ли,
что,
переполненный
до
края
мы сл ями
и
эмо ­
циями,
лирически
вз волно ва нный,
хот ел
приковать
преимуще­
ственное
вним а ние
к
зар исо в кам
индивидуального
я
сво их
гл ав­
ных
героев
и
св оего
собственного
(ведь Пушкин и в романе
остаётся
по эт о м-лир ик ом ); во всяком случае, «Евгений Онегин»
с
ещё
бо льши м
правом
мог
бы
быт ь
назван
Белинским
«энци­
клопедией
р усс кой
жи зни», если б гениальный критик знал со­
вершенно
отделанные
поэтом
строфы
в
че рнов ых
т етра дях,
л ишь
впоследствии
опу бл ико ванны е
и,
глав н ым
образоц,
советскими
пушкиноведами
пра виль но
прочитанные.
Предлагаем
читателю
не
ограничиваться
только
основным
корп усом
р о мана,
а
продолжать
чтен ие
романа
в
так
на зы вае­
мых
приложениях
к
нему,
пом ня
пушкинский
аф ор изм: «Следо­
ват ь
за
мыс л ями
великого
человека
ест ь
наука
самая
за ни ма­
тель на я» («Арап Петра Великого», глава III).
IV
Скорей!
Пошёл,
пошёл,
Ан дрю шка!
Ларина
звала
кре пост ную
дев уш ку
Акулькой
(гл .
II,
строфа
XXX); Онегин кричит:
Андрюшка;
в
варианте
XXXVII строфы III
главы
мальчик,
по да ва вший
сливки,
назван
Тришкой.
Ли шь
к люч нице
Оне гин а
дано
имя
Анись и.
Есл и
припомнить,
что
Татьяна
на
слова
няни: «уж я стара;
тупеет
ра­
з ум », эгоистически бросает: «что нужды мне в твоём уме?», что
«докучны ей. . .
и
вз ор
заботливой
п рис луги»; если собрать
рассыпанные
в
романе
к ар тинки
отношений
«простых и добрых
ба р»
к
кре пос тны м
слу гам
(Ларина «служанок
била
осер­
дяс ь»—гла ва
II, строфа XXXII), то помещичья подкладка этих


168
Евг ен ий
Онегин
кличек
становится
вполне
п онят ной,
как
понятно
и
п озд не йшее
возмущение
разночинца-плебея
Б елинск о го
той
Россией,
«где
люд и
сами
себя
называют
не
именами,
а
кличками:
Ваньками,
Васьками,
Стешками,
П ала ш кам и» (из письма к Гоголю 3 (15)
и юля
1847 г.).
Х отя
у
ня ни
нет
им ени:
«Филипьевна
седая»
(строфа XXXIII), но в этом обращении звучит нежная любовь
к
старушке,
выходившей
обеих
сестёр
в
семье
Лариных
(ср .:
Савель ич
в
«Капитанской дочке», Егоровна
в
«Дубровском»).
По эт
выделил
кре пост ную
же нщин у
из
р яда
других
прозваньем
по
отчеству
—
знаком
почёта
в
крестьянской
среде,
отметил
особое
место
этой
преданной
рабы
в
быт у
дворянского
семейства
(см .
комм,
к
XVII—XXI
и
XXXIII—XXXV
строфам
III главы).
V
«Скажи,
которая
Татьяна?»—
«Да та,
которая,
грустна
И
молчалива,
как
Свет л ана,
Во шла
и
се ла
у
окна».
Светлана
—
герои ня
одноим ё нн ой
баллады
В.
А.
Жуков ­
ского,
которую
автор
оха ракте ризов ал:
Молчалива
и
гр уст на
Мил ая
Светлана.
В
чертах
у
Ольги
жизни
н ет.
То чь
в
точь
в
Ван диковой
Мадоне:
Кругла,
красна
ли цом
она,
Как
эта
глупая
луна
На
этом
глупом
небосклоне.
Картина
фламандского
художника
Ван-Дейка
(1599—
1641)—«М ад онн а
с
куропатками»
—
находилась
в
Эрмитаже.
Изображение
Ма дон ны
носило
слащавый,
сентиментальный
ха­
рактер.
Один
из
религиозно
настроенных
кри тико в
наш ёл
в
по сл еднем
стихе
нечто
а нт ире лиг ио зн ое: «Глупый небосклон!!!
Едва
смеешь
верить
глазам
своим,
что
видишь
это
в
печатной
книге
и
притом
в
со ч инении
хороше го
писа теля!..
Стараясь
сколько
возможно
более
оправдывать
в
св оих
мыслях
П уш кина,
мы
должны
пола­
гать.
что
под
словом
небосклон
он,
вероятно,
р азу меет
что-


С
акварели
1820- х
годов.
В
дво ря нск ой
гостиной.


170
Евгений
Онегин
ни будь
д ругое ,
а
не
то,
что
мы
все
понимаем
под
сим
выражением.
Невзирая
на
всё
на ше
уважение
к
его
да ро ва нию,
мы
не
можем
дат ь
сим
дв ум
ст ихам
другого
п рили чного
эпитета,
кроме
того,
кот орый
два
раз а
употреблён
в
ни х» («Северная звезда», 1829).
По сле
V строфы по первоначальному замыслу Пушкина сле­
довала
с троф а,
в
кот орой
Онегин
из обр аж ался
вл юблённ ым
в
Татьяну
и
начавшим
чуть
не
ежед невно ,
подобно
Ленскому,
по­
сещать
с осе док:
В
по ст еле
лёжа
—
наш
Евгени й
Глазами
Бай рон а
чи тал,
Но
да нь
вечерних
размышлений
В
уме
Та ть яне
посвящал.
Проснулся
он
де нни цы
ра не,
И
мысль
была
всё
о
Татьяне.
Вот
новое ,
—
подумал
он,
—
Неужто
я
в
неё
вл юбл ён?
Ей-богу,
это
было
б
сл авн о,
Се бя
уж
то-то
б
одолжил,
Посмотрим,
—
и
тотчас
ре шил
Соседок
навещать
испр авно ,
Как
можно
чаще
—
всякой
день:
[Ведь]
им
досуг,
а
нам
не
лень.
Начало
следующей
ст роф ы:
У жель
Онегин
в
сам ом
де ле
Влюбился?
сразу
перечеркнуло
это
сюжет ное
движение
романа
и
оставило
Онегина
с
«давно умолкнувшими чувствами», «на
мину ту »
вспыхнувшими
при
первых
встречах
с
Татьяной,
на мер енно
за­
мороженными
и
вновь
с
и склю чите льной
силой
воскресшими
в
Онегине
в
к онце
ро мана.
IX
Теперь
с
каким
она
вниманьем
Чи тает
сладостный
р оман,
С
к аким
живым
очарованьем
Пь ёт
обольстительный
обма н!
Счастливой
силою
мечтанья
Одушевлённые
созданья,
Любовник
Ю лии
Вольмар,
Мале к-Ад ель
и
де-Линар,
И
Вертер,
мученик
мят еж ный,
И
бесподобный
Гр анд ис он,
Кот ор ый
нам
наводит
со н,
—
Все
для
меч тат ель ницы
нежной


Глава
третья
171
В
единый
образ
облеклись,
В
одн ом
Онегине
слились.
Пушкин
почти
во
всех
произведениях,
где
касался
культур­
ного
б ыта
своего
класса,
рисовал
героев
и
ге роин ь,
воспитанных
на
ром а нах.
Ср.
в
выпущенной
IX строфе 1
главы:
Любви
нас
не
природа
учи т,
А
Сталь
или
Шатобриан.
Мы
алчем
жизнь
узнать
заране,
И
узнаем
её
в
романе.
М арья
Гав рило вна
и
Бурмин
(«Мятель»), Маша Троекурова
(«Дубровский»), Полина («Рославлев»), Лиза («Роман в пись ­
мах »), Сильвио («Выстрел») и др.
—
все
о ни,
п одоб но
Татьяне,
в
романах
находили
«свой тайный жар,
с вои
мечты».
Образ
Татьяны
с
э той
стороны
почти
повторён
в
«Романе в письмах»
(1829—1830): Маша
—
«стройная,
меланхолическая
де ву шка
лет
сем над цати,
воспитанная
на
романах
и
на
чистом
воздухе.
Она
целый
де нь
в
са ду
или
в
поле
с
кн игою
в
руках,
окруж е на
двор-
ным и
собаками,
гов ор ит
о
погоде
нараспев
и
с
чувством
п отчует
вареньем.
У
неё
нашла
я
це лый
ш кап,
на пол не нный
старинными
ром ан а ми».
Л юбо вник
Ю лии
Вольмар
—
Се н-Пр ё,
возлюблен­
ный
героини
романа
Жан-Жака
Ру ссо
«Новая Элоиза» (1761).
Роман
написан
в
форме
писем.
Юл ия,
дочь
аристократа
барона
д’Эта нж,
и
бедный
её
учитель
Сен-Прё
полюбили
друг
друга.
На
их
пути
встали
сословные
предрассудки
отца,
общества,
но
си ла
ст раст и
всё
преодолела.
В
первой
части
романа
яр ко
вскрыты
противоречия
меж ду
общественной
тр ад ицие й,
косной
средой
и
потребностями
се р дца,
правом
на
свободное
чув ст во.
Но
Юли я
вынуждена
б ыла
покориться
воле
от ца.
Сен-Прё
уехал.
Он а,
про­
должая
его
л ю бить,
вышла
з амуж
за
Вольмара,
человека
д ру­
гого
ск лада
и
характера,
чем
её
во з люб ле нный.
Во
второй
поло­
вине
романа
рисуется
семейная
жиз нь
Вольмаров
на
л оне
дере­
венской
природы.
Сен-П рё
приезжает
погостить
у
них.
Вольмар
з нает
о
прежней
св язи
Юлии
и
Се н-Пр ё,
на
время
покидает
семью
и
оставляет
их
одних.
Но
Юл ия
теперь
на
страже
се мей­
ной
мо ра ли,
остаётся
верной
своему
мужу.
Малек-Адель
—
ге рой
«посредственного»,
по
выраже­
нию
Пу шк ина,
романа
французской
писательницы
Кот те нь
(1770—1807) «Матидьда,
или
Крестовые
походы».
По
свиде­
тельству
Загоскина
(в романе «Р осл ав ле в»), «русские дамы бре­
дили
Мале к- Ад елем,
искали
его
вез д е».
В
послании
«К В.
П.
Уша ков ой
и
П.
А.
Х и лко во й» (1823) Жуковский пере­
даёт,
как
у в лекал ись
его
гатчинские
соседки
«розовым рома­
н ом », в котором повествовалось о
разных
похождениях
на
Во­
стоке
Малек-Аделя,


т
Евгений
Онегин
О
длительной
популярности
этого
героя
сви дет ель ств ует
И.
С.
Т ур генев:
пр овинци ал ь ный
дворянин
Чертопханов
назвал
своего
любимого
к оня
Малек-Аделем
(«Конец Чертопханова»).
Де- Лин ар
—
герой
«прелестной», по
выражению
П уш­
кина,
повести
«Валерия,
или
П исьма
Густава
де-Линара
к
Эр­
нест у
де- Г.»
б ар онессы
Крюднер
(1764—1824).
В
это м
романе
изображается
любовь
молодого
человека
к
замуж н ей
ж енщи не
из
светского
круг а.
Вертер
—
герой
романа
Гёте
«Страдания молодого Вер­
тера» (1774).
Роман
на пис ан
в
форме
дневника.
Вертер
—
один
из
носителей
мировой
скорби
в
европейской
литературе.
Мятеж­
ный
инд ивид уали ст ,
исполненный
ме лан холии ,
он
не
мог
ужиться
в
обществе
и
за стрелилс я
из-за
любви
к
Лотте,
остав­
шейся
верной
долг у
замужней
женщины.
Роман
произвёл
силь­
нейшее
впечатление
на
современников.
В
начале
20-х
годов
в
просёлочных
го ст иница х
рус ски х
захолустий
висели
картинки,
изображавшие
«Историю Шарлотты и Вертера».
X
В оображ аясь
героиней
Своих
возлюбленных
творцов,
Кларисой,
Юлией,
Д ел ьфин ой,
Та тья на
в
тишине
лесов
Од на
с
опасной
книгой
бр одит ,
Она
в
ней
ищет
и
находит
Св ой
тайный
жар,
свои
мечты,
Плоды
сердечной
полноты,
Вздыхает
и,
с ебе
присвоя
Чужой
восторг,
ч ужую
г руст ь,
В
забвеньи
шепчет
наизусть
Письмо
для
милог о
героя...
Кларисса
—
ге р оиня
романа
Рич ар дсо на
«Кларисса Гар­
лоу» (1748).
Де ву шка
из
патриархальной
буржуазной
семьи
стала
жертвой
ари стократа ,
красавца
и
распущенного
повесы
Ловласа;
не
в
силах
п ереж ить
у нижения
и
п озо ра,
она
умирает.
Ловлас
погибает
на
поединке
с
одним
из
род ств ен н иков
Кл а­
риссы.
В
1824 г.
Пушкин
читал
этот
роман
в
Михайловском
и
писал
б ра ту : «Читаю Клариссу:
м очи
не т,
какая
скучная
ду р а!» Более
подробная
оценка
романа
и
его
героини
дана
в
отрывках
из
«Романа в письмах» (1829—1830), где Лиза по поводу Ричард ­


Г лава
третья
173
сон а
п исал а : «Надобно жить в деревне,
чтоб
иметь
возможность
прочитать
хвалёную
Кл ариссу .
Я,
благословись,
начала
с
преди­
словия
пер евод ч ика
и,
увидя
в
нём
уверение,
что
хотя
перв ые
шес ть
частей
скучненьки,
за то
последние
шесть
в
полной
мере
вознаградят
терпение
читателя,
храбро
принялась
за
дело.
Читаю
том,
другой,
тре тий
—
скучно,
мочи
нет
—
наконец
добра­
лась
до
ше стого
—
ску ч но,
мо чи
не т.
—
Ну,
думала
я,
—
теперь
бу ду
я
на гра жд ена
за
труд.
Что
же?
читаю
смерть
Клариссы,
смерть
Ловласа
—
и
конец!
Каждый
том
заключал
в
себе
две
части,
и
я
не
заметила
перехода
от
ш ести
скучных
к
шести
зани­
мательным.
Ч тение
Ричардсона
дал о
мне
п овод
к
размышлениям.
Какая
ужасная
разница
между
ид еал ами
бабу шек
и
внучек!
Что
есть
общего
ме жду
Лов лас ом
и
Адо льф ом? 3 Между тем роль жен ­
щин
не
из меняет ся .
Кларисса,
за
исключением
церемонных
приседаний,
всё
же
п оход ит
на
ге роиню
новейших
романов,
потому
ли,
что
спо собы
нравиться
в
му жчине
зав ися т
от
мод ы,
от
минутного
в лияни я,
а
в
женщ инах
они
основаны
на
чувстве
и
при роде ,
к оторы е
вечны?»
Ср.
также
«Мысли на дороге» (1833—1835): «Понятие о скуке
весьма
относительное.
К нига
скучная
может
быт ь
очень
хоро­
ша.
..
Многие
читатели
со г ла сятся
со
мн ою,
что
Кларисса
очень
утомительна
и
с куч на,
но
со
все м
тем
р оман
Ричардсонов
имеет
необыкновенное
дос то инс тв о».
Юлия
—
героиня
романа
Руссо
«Новая Элоиза».
Пушк ин
говорит,
что
Та тьян а
«с опасной книгой бродит» .
В
жур нале
«Аврора» (1806) автор статьи « О
сказ ках
и
романах»
писал:
«При образовании девиц нет ничего важнее,
как
предохранять
фантазию
от
вредных
внушений
чув ст вен н ости;
потому-то
(что бы
Руссо,
в проч ем,
ни
гов орил
в
своё
защищ ен и е)
чтение
«Новой
Элои зы »
ес ть
и
буд ет
всегда
опасно
для
мо лоды х
девиц»4.
Мы
увидим
ниже,
какой
при нцип
поведения
извлекла
Та тьян а
из
опыта
Юлии,
как
Пушкин
о пасн ую
кн игу
прев ра тил
в
урок
морали
в
момент,
опасный
для
замужней
Татьяны
(см.
комм,
к
XLIV строфе VIII
гл. ).
Дельфина
—
гер оин я
одноимённого
романа
французской
писательницы
Сталь
(1802).
Д ейст вие
романа
п рои схо дит
в
высшем
французском
обществе
кон ца
XVIII в .
Дельфина
по­
любила
Леонс а
д е-Монд еви лля ,
человека,
пропитанного
свет­
ски ми
предр ассу дк ам и
и
неспособного
пон ять
глубину
чувства
пол юби в шей
его
женщины.
Он
женился
на
Мат иль де
де-Вер­
нон;
веря
всевозможным
спле т ням
по
адресу
Дельфины,
вст у­
пившей
в
бо рьбу
с
окружающей
её
средой
за
права
серд ца ,
Леоне,
однако,
продолжает
лю бить
Дельфину.
Тя жёл ая
се мей­
ная
жизнь
мо гла
бы
быт ь
из ме нена
им,
так
как
законом
р азре­
шён
был
развод.
Но
аристократические
предрассудки
не
разре-


174
Евгений
Онег ин
Щают
ему
этого
сделать.
Дельфина
уходит
в
мон а сты рь.
Смерть
Матильды
освободила
Леонса
от
несчастного
брака.
Но
он
не
м ожет
теперь
Жениться
на
мо нахине .
Ле оне
вскоре
был
ар ест о­
ван
революционерами,
Де льф ина
спешит
к
н ему
на
помощь.
У знав
о
смертном
приговоре
Леонсу,
она
приняла
яд.
Эпиграф
романа
вскрывал
его
идейный
замы сел : «Мужчина должен
уметь
бороться
с
общественным
мнением,
а
женщина
д олжна
уметь
ему
п одчи нят ься ».
В
ст ихе: «чужой восторг,
чужую
грус ть»
дв ук ратн ое
потреб­
ление
од ного
и
того
же
прилагательного
(определение при раз ­
ных
существительных
(определяемых)
—
приём,
часто
применяе­
мый
Пушк ин ым
и
др.
(Жуковским,
Баратынским).
См.
во
Храпит
тяжёлый
Пу стя ков
С
своей
тяжёлой
полови ной . ..
II главе:
П рости м
горя чке
юных
лет
И
ю ный
жар
и
юн ый
бред.
В
III главе:
Как
эта
глупая
луна
На
этом
глупом
не бос клон е.
В
IV главе:
Люблю
я
дружеские
враки
И
д ружес кий
бокал
вина.
В
VI главе:
Красавиц
модных
модный
враг.
XI
Свой
слог
на
важный
лад
настроя,
Бывало,
пламе нн ый
творец
Яв лял
нам
своего
героя
Как
совершенства
образе ц,
.
Он
одарял
предмет
любимый,
Всегда
неправедно
гонимый,
Ду шой
чувствительной,
умом
И
привлекательным
лицом.
Питая
жар
чистейшей
страсти,
Всегда
восторженный
герой
Готов
был
жертвовать
собой,
И
при
конце
пос ледн ей
части
Всегда
нак а зан
был
порок,
Добру
дос тойны й
был
венок.
В
э той
строфе
прево схо д ная
хара ктерис тика
нравоучитель­
но го
романа
XVIII в.,
его
образов,
поэтики.
В
неоконченной


Гла ва
третья
176
повести
Карамзина
«Рыцарь нашего времени» (1799—1802)
под росток
Л еон
ст ал
читать
ром аны .
«Дайра,
восточная
по­
весть
5, Селим и Дамасина 6, Мирамонд 7, история Лорда N .8 —
всё
бы ло
прочтено
в
одн о
л ето
с
люб оп ытс тв ом,
с
ж ивым
удоволь­
с твием .
..
Ду ша
Леонова
п лав ала
в
книжном
свете,
как
Хри­
с тофор
Коломб
на
Атлантическом
море,
для
открытия...
сокры­
того.
Сие
чтение
не
только
не
повредило
его
юной
душе,
но
был о
ещё
весьма
п олез но
для
образования
в
нём
нравственного
чув­
ства.
В
Дайре,
Мирамонде,
в
Селиме
и
Дамасине,
одним
сл ово м,
во
все х
ро м анах
жёлтого
шкафа
ге рои
и
героини,
несмотря
на
многочисленные
искушения
ро ка,
остаются
добродетельными;
все
злодеи
описываются
самым и
чё рны ми
красками:
первые,
на­
кон ец,
торжествуют,
последние,
наконец,
как
прах,
и сче зают.
В
нежной
Леоновой
душе
не пр име тным
образом,
но
бу к вами
неизгладимыми,
начерталось
следствие: «и так,
любезность
и
добродетель
одно!
и
т ак,
зло
безоб разно
и
гнусно!
и
так ,
добро­
детельный
всегда
побеждает,
а
злодей
гибнет!»9
Одни
заглавия
романов
к онца
XVIII в.
по ка зы вают
мет­
кост ь
п уш кин ской
х ар а кт ер исти ки: «Постоянство,
торжествую­
щее
над
пре пятс т виям и» (1786). «Луи за
Г.,
или
Торжество
не­
винности,
истинная
повесть,
со дер ж ащая
в
себ е
чувствитель­
ные
и
редкие
приключения,
научающие
нас
быт ь
доброд етел ь ­
ными
и
уб егат ь
порок ов» (1788). «Торжествующая
добродетель,
или
Ж изнь
и
пр икл юч ения
гонимого
Фортуною
Сел им а,
истин­
ная
пов ест ь »; «Любовь Кариты и Полидора,
или
Редкие
п ри­
ключения
дв ух
язычников,
с
описанием
быв ших
с
ними
чрезвы­
чайных
несчастий,
ве ликих
перемен,
у дивит ель ных
оборотов,
и
с
изъяснением,
что
добродетель,
сколько
бы
ни
имела
зл обн ых
гонителей,
остаётся
всегда
торжествующей
и
достойною,
нако­
нец,
венчает
наградою
своих
любителей» (1790)ит.
д.
XII
А
нынче
все
умы
в
тумане,
Мораль
на
нас
наво дит
со н,
Порок
любезен
и
в
романе,
И
там
уж
торжествует
он.
Британской
музы
небылицы
Тревожат
сон
отроковицы,
И
ст ал
теперь
её
ку мир
Или
задумчивый
Вампир,
Или
Мельмот,
бродяга
мрачный,
Иль
вечный
жид,
или
Корсар,
Или
таинственный
Сбогар.


176
Евге ни й
Онегин
Лорд
Бай рон
прихотью
удачной
Облёк
в
унылый
ро мант изм
И
безнадёжный
эгоизм.
Начальные
с троки
характеризуют
новый
тип
романа,
пришед­
шего’на
смену
«нравоучительному»
роман у
XVIII в .
Литера­
турны е
пр от ивн ики
Пушкина,
расценивая
тематику
ром а нт ичес кой
европейской
лите ра т уры,
с
возмущением
писали
о
«торжестве
п орок а»
в
романах
первых
д есят илет ий
XIX в .: «Составилась
словесность
чудовищ,
гнус нос тей
и
ме рзос те й,
исключительно
на з ывае мая
романтизмом.
Довольно
взять
заглавия
и
содержа­
ние
знатнейших
произведений
сей
школы,
чтобы
содрогнуться
и
спр о сить,
куда
хочет
так ая
словесность
зав есть
наш
в кус
и
ра­
зум?
Посмотрим:
Разбой ники 10.
Сод ержание
—
убий ств а,
преступления,
разврат,
Паризина11.
Содержание
—
п релю бо­
деяние,
разврат.
Авель
и
К
а
и
н
12.
Со дер жан ие
—
крайнее
п ре­
зрение
к
человеческому
род у.
Цыгане.
Содержание
—
пороки,
невежество,
беспорядок.
Иан
из
Исл анд ии13.
Содержание
—
пр еступ лени я ,
ужасы,
палачи,
трупы,
кости,
черепа,
кровь,
пен а,
мерзость,
см рад
и
мерзость»14.
В
переведённой
с
французского
статье
15 к числу первых,
кто
ввё л
в
«поэтический мир цинизм
картин
и
в с якого
рода
нра вс тв енные
м ер зо ст и», были отнесены
Ба йро н,
автор
«Корсара», и Шарль Нодье,
автор
«Жана Сбо -
гар а».
«Вампир»
—
«повесть,
н епра ви льно
приписанная
лорду
Бай­
рон у» (примечание Пушкина) .
А в тором
по вест и
был
доктор
По лид ори,
кот о рый,
путешествуя
в
Швейцарии
с
Байроном,
слышал
его
устный
рассказ
и
напеча­
тал
в
виде
повести.
В
переводе
с
а нглийс ко го
на
русский
язык,
выполненном
в
1828 г.
П.
В.
Киреевским
(под инициалами П.
К), озаглавлено:
«Вампир», повесть,
рассказанная
лор дом
Байроном,
с
пр ило же­
нием
отрывка
из
одного
незаконченного
со ч инения
Байрона».
В
эт ом
романе
фантастическое
сущ ест во
—
Ва мпир
—
появ­
ляется
под
разнообразными
именами;
в
начале
рома на
он
носит
имя
лорда
Ро тв ена.
Он
в
а нгли йс ком
высшем
свете
«среди раз­
лич ных
партий
законодателей
светского
тон а»; он равнодушно
см отр ит
на
весёлые
забавы
окружающих;
его
мёртвые
сер ые
глаза
выз ыва ют
какие-т о
тревожные
чув с тва
у
знакомых
и
не­
знакомых
с
ним;
он
ра звр аща ет
нев инных
д ев ушек
и
п ользует ся
исклю ч ит ель ным
усп ехом
у
светских
к р асавиц.
С
ним
ед ет
п уте­
шествовать
молодой
ч ело век
О брио,
но
расстаётся,
убедясь,
что
в
лорде
Ро тв ене
нет
ниче го
хорош е го.
В
Греции
Обрио
п олю бил
девушку;
она
ему
рассказывает
легенду
о
вам пир е,
в
образе
ко­
торог о
он
узнаёт
лорда
Ротвена.


Глаеа
третья
177
Одн ажды ,
возвращаясь
домой
из
путешествия,
он
слышит
крики
в
хижине
на
дороге,
узнаёт
голос
своей
возлюбленной
Ианфы,
спешит
к
ней
на
помо щь
и
вид ит
её
искусанной.
Его
кто-то
пора ж ает
кинжалом,
он
смутно
чувствует,
что
удар
ему
нанесён
Ротвеном.
Ианфа
умирает.
Раненого-
Обрио
выхаживает
ло рд
Ро т вен.
Чем
успешнее
ид ёт
выздоровление
Обрио,
тем
больше
угасает
жиз нь
Ротвена.
Перед
смертью
он
берёт
клятву
с
мо лодо го
человека,
чтобы
тот
в
течение
некоторого
вр емен и
сохранял
тайну
его
конца.
Гр еки
положили
его
на
вершине
скалы,
но
когда
Обрио
пришёл
туда,
трупа
Ро тв ена
там
не
оказалось.
Через
несколько
лет
в
Англии
Обр ио
услышал
от
своей
се стры ,
что
она
выходит
замуж
за
одного
герцога.
На
б алу
Обрио
сл ы­
шит
за
со бою
гол ос: «помните Вашу клятву,
я
Ротвен!» Обрио
умоляет
сестру
не
выходить
замуж
за
герцога,
в
кот ором
он
уз нал
Ро т вена.
В
де нь
свадьбы
сестра
Обр ио
ги бнет,
иск у санн ая
мужем-вампиром.
Роман
о
«задумчивом Вампире»
по лон
подобными
«небыли­
ц ам и», которые тревожили сон «от рок ов иц»
то го
вр емени.
«Мельмот»
—
«гениальное произведение Матюрина» (по
словам
Пушкина).
Матюрин,
или
Матюрэн
(1782—1824), в своём
романе
«Мельмот-ск ит алец» (1820), характерном для так назы ­
ваемой
«ужасной»
бе лле т ристик и,
изобразил
дв ух
Ме льм отов :
Джона
Мельмота
и
его
пр едк а,
необычайная
жизнь
к от орого
гла вн ым
обра зо м
о писыва ется
в
романе.
Ро ман
начинается
с
того,
что
осенью
1816 г.
Джон
Мельм от ,
во спи тан ник
коллегиума
в
Дублине,
прервал
на
некоторое
время
св ои
у ч ебные
занятия,
чтоб ы
посетить
умирающего
дядю,
от
ко торого
зависели
все
его
надежды.
По т еряв
своих
род ит елей ,
ко г да-то
состоятельных,
он
ед ва
ра с пол агал
возможностью
оп ла­
чивать
св оё
образование.
Дядя
был
стар,
холост
и
бог ат.
«С са­
мого
м лад енчест ва
Мельмот
при вык
смотреть
на
дяд ю
с
тем
странным
чувством,
которое
одновременно
привлекает
и
оттал­
кивает,
с
почтением,
смешанным
с
жел анием
нравиться
и
всегда
питаемым
нами
к
человеку,
от
которого
зав иси т
наша
уча сть» .
По
дороге
Джон
размышлял
г ла вным
образом
о
своём
будущем:
«причудливый и тяжёлый нрав дяди,
с тра нные
слухи,
в озб уждё н­
ные
его
уеди нё нной
жиз нью ,
кот орую
он
вёл
в
про д ол жение
мн о­
гих
ле т;
наконец,
бы ть
в
з ависимо ст и
от
этого
странного
чело­
века,
—
всё
это
тяготило
его
д ушу».
Он
вспоминал
своё
воспитание
у
с купого
дяди,
вс помина л
его
кабинет,
где
хр ани­
лось
много
старых
газет,
были
бут ылк и
с
та баком ,
вспоминал
его
старую
уп рав ит ельни цу.
По
п риез де
к
дяде
Джон
обратил
внимание
на
странный
портрет,
поме че нн ый
1645 годом.
На
вопрос
об
оригинале
этого
портрета
дядя
ск аза л: «он ещё жив»; в тот же вечер он умер.
Джо н
сделался
наслед ник ом
имения
своего
дяди .
Многие
хотели


178
Евге ни й
Онегин
завязать
с
ним
знакомство,
но
он
отверг
все
предложения
учтиво
и
твёрдо.
Джон,
жи вя
в
обветшалом
доме
дяди,
предался
г руст­
ным
мечт ам.
Скука
овладела
им.
Он
нашёл
рукопись,
в
которой
из ла гала сь
и стори я
его
пр едк а,
Мельмота-скитальца;
оригиналом
п ортре та
был
этот
са мый
Мельмот-скиталец.
О
нём
р ассказы­
вался,
например,
следующий
эпиз од :
в
од ном
доме
на
похо рона х
собралось
м ного
людей,
среди
них
находился
и
он
в
к ач естве
английского
путешественника.
Ник то
не
знал,
откуда
он
прибыл;
давно
уже
зам етили
его
молчание,
его
стра нную
у лыбк у.
Св ящен­
ник
с ка з ал: «Я не могу молиться в его присутствии. ..
Земля,
им
попираемая,
с охнет
под
его
нога ми;
воздух,
кот оры м
он
дышит,
жж ёт,
как
огонь...
Взгляд
его
поражает,
как
молния.
Кто
между
н ами?
Кто?» Никто его не знал.
• Автор рукописи,
не кто
Ст а нтон,
гов орит
о
Мельмоте: «Это
воплощённый
демон,
ко торый
издевается
над
благочестием
душ и
на шей
и,
окружая
нас
ис ку сс тв енными
зв ук ами,
н азна чает
её
в
жертву
а дс кого
п ла м ени ». «Выражение
лиц а
Мельм о та
бы ло
строго,
холодно,
жёстк о », глаза его метали яркий,
адский
блеск;
он
с трашн о
с покое н,
как
будто
сме ял ся
над
тем и
ужасами,
ко то­
рые
он
в нуш ал».
Дж он
Мел ьмо т,
п рочита в
рукопись
Стантона,
которому
около
1676 г.
в
Ис па нии
яв лял ся
таинственный
Мель­
мот ,
уничтожает
портрет.
В
ту
же
ночь
к
не му
яв ляетс я
его
п ре­
д ок.
Даль н ейше е
содержание
романа
пос вящ ено
фантастическим
приключениям
М ел ьмота -ски тал ьца ,
обреч ён ного
против
сво ей
вол и
причинять
зл о.
Перед
трагической
см ер тью
он
сказал: «Я
ценил
од ин
разум
и
смеялся
над
всем
святым...
Я
обошёл
весь
свет;
я
искал,
но
не
нашёл
никого,
кто
бы
согласился
для
здеш­
нег о
мира
отказаться
от
благ
будущего
мира
и
погубить
с вою
Л уш у». (Русский
пе ре вод
романа
появился
в
1833 г .)
«Вечный ж и д».
По
пр ед пол оже нию
Н.
О.
Лернера,
Татьяна,
у вл ечённая
«британской музы небылицами», читала один из по­
пулярных
романов
анг лий ско й
«школы ужасов»
—
роман
^Мэтью
Льюиза
«Амврозио,
или
Мона х» (1795), переведённый в начале
XIX в.
в
России
как
ром ан
А.
Радклиф,
под
заглавием
«Мо­
нах
францисканской,
или
Пагубные
следствия
пылких
страстей».
Здесь
эпизодически
изображался
м о лодой
человек
с
таинствен­
ной
чёрной
повя з кой
на
го лове ;
под
этой
бархатной
пов я зкой
на
лбу
был
зна к
кр еста;
л ицо
е го,
полное
меланхолии
и
отчаяния,
невольно
вызывало
чувство
содрогания
у
собеседника.
О
нём
хо­
дил и
странные
слухи;
он
освобождал
силой
зак л инания
от
мрач­
ных
сновидений;
он
и скал
смерти
и
не
мог
ум е реть,
преследуемый
роком ;
убийства
и
прочие
«ужасы»
были
фоном
жизни
это го
«веч­
ного
ж ида»,
как
он
был
назван
в
романе
о дним
кардиналом,
когда
тому
рассказали
его
н еобы чай ную
историю.
«Корсар»
—
поэм'а
Б айро на.
Пушкин
имеет
в
виду
Конрада,
ге роя
эт ой
поэмы,
м ра чного
разбойника,
нах одив шег ося
«в борьбе


Глава
третья
179
с
людьми
и
во
вражде
с
небо м», «проклявшего
добродетель
как
источник
зл а», таившего в себе роковую силу:
Его
дела
внушали
изумленье,
А
имя
—
скорбь...
Иллюстрация
к
роману
Ш.
Но дье
„Жан
Сбо гар “
из
издания
1820 г.
Сбогар
—
герой
романа
Ш.
Нодье
«Жан Сбогар» (1818).
Сбогар
стоит
во
главе
шайки
«des Frères du bien Commun», члены
к ото рой
были
«решительными врагами общественного порядка и
открыто
стремились
к
раз­
ру шени ю
существующего
стр оя.
Провозглашали
сво ­
бо ду
и
сч асть е,
но
их
пут ь
сопровождали
пожары,
г раб ежи
и
убийства».
Сбо­
гар
«становится самим со­
бой
только
тогда,
ког да
переступает
за
пределы
общества,
когда
оди н
с
при ро дой
или
бли зки м
че­
ловеком
он
даёт
полную
свободу
своим
мыслям,
туманным,
но
э нер гич ным,
искренно
ве личе ств ен ным
и
диким..
.». «Ещё
моло­
д ым,
—
го вор ит
он,
—
я
с
раздра жен и ем
ощущал
язвы
общества,
к ото рые
возмущали
мою
д ушу,
толкая
её
на
крайности...
Скорее
повинуясь
ин стинк ­
ту,
чем
разуму,
я
бежал
из
городов
и
от
н асел яв­
ших
их
л юде й...
Горы
Карниола,
ле са
Кроа ти и,
дикие
берега,
почти
не
за­
селённые
бе дны ми
да л матами ,
п ооче рёдн о
оста на вли вали
мой
беспокойный
бег .
Я
не
оставался
подолгу
там,
где
про ст ирал ась
власть
общества,
всегда
отступал
пе ред
прогре с сом ,
который
приводил
мен я
в
негодование,
стесняя
свободу
моего
сердца».
В
его
д невник е
соб ра ны
мысли ,
ра зобл ачаю щие
основы
б ур­
жуазного
общества.
На п рим ер : «Однажды все земные голоса
возгласили
смерть
В ел икого
Па на.
Это
б ыло
освобождение
ра­
бов.
Когда
вы
услышите
их
во
в торой
р аз,
то
произойдёт
осво­
бо ждение
бед ных ,
и
тог да
снова
начнётся
захват
мира». «Если,
рассматривая
случай,
когда
бедный
крадёт
у
богатого,
добраться
до
самого
н ачал а,
то
в
конечном
результат е
окажется,
что
мы


180
Евгений
Онегин
имеем
дело
с
возмещением,
т.
е.
с
справедливым
и
взаимным
пе­
реходом
денежного
знака
или
куска
хлеба,
кот оры е
в озв ра­
щаются
из
рук
вор а
в
руки
обокраденного». «Если
бы
обще­
ственный
договор
очутился
в
моих
руках,
я
бы
в
нём
ничего
не
изм енил ,
я
бы
его
ра зо р в ал». «Ужасно
подумать,
что
равенство,
которое
ест ь
це ль
всех
н аших
ж ел аний
и
наших
рев олю ци й,
на
деле
достигается
только
в
двух
сос тоя ни ях
—
в
рабстве
и
смерти».
Р оман
Н одье
и з-за
его
пол ит иче ской
идеологии
не
мог
по­
яв ить ся
в
России
в
переводе.
Французский
эк зем пляр
расходился
среди
русских
чит ателей
не
без
труд ност ей:
продажная
цена
его
была
7р.
50 к.,
однако
Тургенев
писал
Вяземс ко му
(30 октября
1818 г. ): «Jean Sbogarj» я читал и заплатил 10 р .
за
чтение,
но
экземпляр
не
име ю:
п ри шли».
Вяземский
несколько
раньше
(20 октября 1818 г . )
сообщил,
что
о н , «не охотник до романов,
проглотил
[роман Нодье]
разом».
У
Пу ш кина
в
библиотеке
имелся
французский
«Jean Sbogar» в издании 1832 г .
О
популяр­
ности
романа
гов орит
следующее:
в
«Барышне-кр ес т ь янке»
Ал е­
ксей
прика з ыва ет
с об а к е: «Tout beau, Sbogar, ici» 16.
Критическая
оценк а
новой
рома нти че ской
литературы,
да н­
ная
в
XII строфе,
совпадает
с
точко й
зрения
многих
близких
Пушк и ну
писателей.
Кюхельбекер
в
«Мнемозине» 1824 г .
(ч.
2,
стр.
58) иронизировал по адресу поэтов,
повторяющих
одни
и
те
же
картины
—
«в особенности же туман:
туманы
над
вод а ми,
туманы
над
бором,
ту маны
над
полями,
туман
в
голо ве
сочи ни­
теля»; В.
Одоевский
в
той
же
«Мнемозине»
1824 г.
(ч.
2, стр.
129), говоря о различных
г рупп ах
чит ате ле й,
отнёс
к
самому
немногочисленному
разряду
т е х, «кои осмелились ...
разогнать
густые
т уманы »; «многочисленная [ же]
дружи н а
п еревод ч и­
ко в»
—
это
те,
кбторые
«глаз не сводят с туманной дали».. .
XIII
Быть
может,
в олею
неб ес,
Я
п ере стану
быть
поэтом,
В
меня
в сел ится
новый
бе с,
И,
Феб овы
п ре зрев
угрозы,
Уни жус ь
до
смиренной
прозы...
В
1821 г.
П ушкин ,
обра щаясь
к
поэту
Дени су
Да выд ову,
вы­
пустившему
кни гу
«Опыт теории партизанского действия»
(М.
1821), воскликнул:
Как
мог
унизиться
до
про зы
Венча нны й
Музою
п оэт?


Глава
третья
181
В
«Наброске предисловия к Борису Годунову» (1827) он пи ­
с ал: «В некоторых сценах унизился даже до презрен ­
ной
проз
ы».
В
«Истории села Горюхина»
он
опя ть
употребил
то
же
вы ра­
жение: «Всероды поэзии (ибо
о
смиренной
прозе
я
ещё
и
не
по­
мы шлял), были мною разобраны ...
Я
почувствовал,
что
не
р ож­
дён
бы ть
поэтом...
Я
хотел
низойти
к
п ро зе».
Таким
образом,
Пушкин
резко
разграничивал
форм ы
ст ихо­
вой
и
прозаической
ре чи
(ср.
в
XII строфе II
г лавы
по
поводу
«взаимной разноты»
Он егин а
и
Ленского:
Стихи
и
проза,
лёд
и
пламень
Не
ст оль
различны
меж
с обой .)
«Поэтическая ( ил и
риторическая)
пр оз а»,
за имс твую щая
у
стиха
его
«обветшалые украшения» («метафоры и дополнения»),
Пушкиным
отвергалась. *
Поэт
на
язык е
Пушкин а
20-х
годов
обычно
—
«Муз и Феба
крестник»
или
«сын Феба вдохновенный», чем и объясняется ука ­
зание
на
угрозы
Феба,
ес ли
поэт-стихотворец
начнёт
писать
про­
зой .
Тем
не
менее
Пушкин
уже
в
1824 г.
выс ка зыва л
предположе­
ние,
что
ему
придётся
«унизиться до смиренной прозы» .
Изменения
в
социальном
состав е
писателей
и
читателей,
разложение
по­
ме ст ного
уклада
и
уси лени е
буржуазно-демократических
те нд ен­
ций
в
русской
л итерат ур е
толкали
клас сов о
близких
Пуш кину
литераторов
к
реформе
литературного
язы ка.
Марлинский,
указы­
вавший
в
1823 г.
на
«степь
р усск ой
пр озы»
—
до казат ель ст во
«младенчества просвещения»; Вяземский,
заявлявший
в
1824—
1825 гг.,
что
«стихи потеряли для него это очарование,
это
очаро-
вательство
невыразимое», что он
«совсем отвык от
стихов»;
О.
Сомов,
утверждавший
в
1828 г.,
что
«направление умов,
во­
лею
и
неволею
увлекаясь
за
сво им
веком,
требует
от
нас
более
положительного,
более
существенного»
и
пот ому
чи таю щая
пуб­
л ика
наша
требует
«хорошей прозы»
—
всё
это
совпадало
со
взглядами
самого
Пушкин а,
что
«просвещение века требует
пищи
для
размышления,
умы
не
мо гут
до вольс твова тьс я
одними
играми
гармонии
и
воображения» (1825)ичтопотому «смирен­
ная
проза»
должна
воссоздавать
в
фор ме
«простых речей» «п ре­
данья
рус ског о
семейства
да
нравы
нашей
ста рин ы ». XIII—XIV
стр офы
чёт ко
определяют
ст иль
дворянского
романа,
нашедшего
после
Пушкина
художественное
за вер ше ние
в
творчестве
Тург е­
нев а
и
Л ьва
Толстого
(первого периода) .


182
Ев гени й
Онегин
Т огда
роман
на
стар ый
лад
Зай мёт
весёлый
мой
закат.
Не
м уки
тайные
з лоде йст ва
Я
грозно
в
нём
изображу,
Но
прост о
вам
перескажу
Преданья
русского
семейства,
Любви
пленительные
сны,
Да
нравы
нашей
старины.
Намечая
тематику
романа
в
прозе,
Пушкин
признавал
во з­
можность
сохранить
пос троен ие
романа
XVIII в.,
произведя
в
нём
л ишь
некоторые
изменения.
В
«Романе в письмах», можно
д умать,
Пушкин
о став ил
собственные
раздумья
по
поводу
до­
стоинств
и
н е доста тков
старинного
романа.
В
письме
Лизы
чи­
таем: «Ты не можешь вообразить,
как
странно
читать
в
1829 г.
роман,
писа нн ый
в
775-м .
Кажется,
будто
вдруг
из
своей
гос ти­
ной
входим
мы
в
ст ари нную
залу,
обитую
што фом ,
садимся
в
атласные
пу хо вые
кресла,
в идим
о коло
себя
странные
пл ать я,
однакож
знакомые
л ица
и
узнаём
в
них
своих
дядю ше к,
бабу­
ше к,
но
помолодевшими.
Больше ю
частию
эти
романы
не
имеют
другого
достоин ств а
—
происшествие
занимательно,
положение
хорош о
запу тано ,
но
Белькур
гов ори т
косо,
но
Шарлотта
от ве­
чает
криво.
Ум ный
че лове к
мог
бы
в зять
зд есь
готовый
план,
готовые
характеры,
исправить
слог
и
бессмыслицы,
дополнить
недомолвки
—
и
вышел
бы
прекрасный,
оригинальный
роман.
Скажи
это
от
меня
моему
неблагодарному
Р
*...
Пусть
он
по
старой
ка нве
вышьет
но вые
узоры
и
представит
нам
в
мал ень ­
кой
раме
картину
света
и
людей,
кот оры х
он
так
хорошо
з нает» .
Ха рак териз уя
старинный
«нравоучительный роман»
и
но вый
жа нр
так
называемой
«неистовой французской
слов ес н ости »,
Пушкин
в
сво их
кр ити чес ких
заметках
вскрыл
св оё
отношение
к
обоим
видам
европейского
романа.
Он
считал
положительным
фактом,
что
новые
романисты
«почувствовали,
что
ц ель
худо­
жест ва
ес ть
идеал ,
а
не
нравоучение», что «мелочная
и
ложная
теория,
утверждённая
старинными
риторами,
будто
бы
польза
е сть
условие
и
цель
и зящной
с лов еснос ти,
сама
соб ой
уничтожилась».
Но,
по
мн ению
Пушкина,
в
одинаковую
крайность
впали
как
пре жние ,
так
и
но вые
ром ан ис ты : «Прежние рома­
нисты
пр едстав лял и
человеческую
природу
в
какой-то
жеманной
напыщенности;
награда
добродетели
и
наказание
порока
бы ли
не­
пременным
условием
всякого
их
вымысла:
н ынешни е,
напротив,
л юбят
выставлять
порок
всегда
и
везде
торжествующим,
и
в
сердце
человеческом
обретают
только
две
ст р уны:
эгои зм
и
тщ е­
с лав и е» («Мнение М,
Е.
Л обанов а
о
духе
сл о весно ст и. . .», 1836).


Глава
третья
183
XVII—XXI; XXXIII —XXXV
В
декабре
1824 г.
Пу шкин
пис ал
из
Михайло вск ог о
Д.
М.
Кн я-
же в ичу: «.. .Вечером
слушаю
сказки
м оей
ня ни,
ори гина ла
няни
Татьяны».
Таки м
о бразом,
прототи пом
старой
няни
Филипьевны
является
зн амени тая
Ар ина
Родионовна,
крепостная
крестьянка
с.
Кобрина,
принадлежавшего
Га нниба ла м—д еду
и
б абу шке
поэта;
она
полу чила
в
1799 г.
«вольную», но не захотела восполь­
зов ат ься
ею
и
до
смерти
(1828) оставалась в семье Пушкиных .
Известно,
как
часто
поэт
вспоминал
ня ню
в
своих
стихотворе­
ния х
(например, «Сон», 1816, «Зимний вечер», 1825, «Няне», 1827,
и
многие
другие).
Её
образ,
историю
её
жизни
включил
он
в
роман.
Поэт
скупо
бросает
отдельные
штрихи,
но
из
них
слагается
об раз
кре пос тно й
женщины,
талантливой
ск аз ит ель ницы
(«Я,
бы ва ло,
хранила
в
п амяти
немало
старинных
былей,
небылиц
про
злых
духов
и
про
дев иц»), беспредельно преданной своим
гос под ам
(«бывало,
слово
барской
во л и»), с загубленной личной
жизнью.
На
э той
с торон е
её
жизни,
когда,
по
словам
Н.
Ф.
Сум-
цова,
и
«молодость и любовь были взяты у неё чужими людьми,
без
спроса
у
ней », автор не останавливается,
п редоста вл яя
чи та­
те лю
дорисовывать,
что
должна
была
пе ре жи вать
в ыданн ая
за­
муж
девочка
13 лет с мужем,
Ваней,
кот орый
был
ещё
моложе,
в
«чужой семье», где за любовь свекровь бы « с ог на ла
со
св е­
та.
. . » 17 Зато автор даёт читателю почувствовать чудесную до­
броту
и
л асков ост ь
няни,
«старушки в длинной телогрейке с
платком
на
голов е
с едой» .
Как
она
любит
Та тьян у! «Дитя моё»,
«красавица», «пташка», «мой
др уг », «милая моя», «родная»,
«сердечный друг», «душа моя»
—
вот
её
об ычн ые
обращения
к
своей
воспитаннице.
Та тьян а
в
Петербурге
умилё нно
будет
вспо ­
минать
... смиренное
кладбище.
Где
нынче
крест
и
тень
вет вей
Над
б едной
нянею
моей.
Пушкин
запомнил
склад
речи
няни: «И,
полно,
Таня!»;
«Пришла худая череда!
З аш и бло»; «Вечор уж как боялась я»;
«Лицо твоё,
как
маков
цв ет», —
ре чь
няни
пестрит
простонарод­
ными
выражениями,
она
певу ча,
поэтична.
Любовь
Пуш к ина
«к Татьяне милой»
передаётся
им
в
тех
же
словах,
что
и
лю бовь
ня ни
к
н ей,
—
он
так
же,
как
и
«Филипь -
евна
седая», называет её «моя
душа»:
Татьяна
пред
окном
стояла,
На
стёкла
хладные
дыша,
Задумавшись,
моя
дусиа,
Прелестным
пальчиком
писала
На
от ум анен ном
стекле
Заветный
вензель:
О
да
Е.
(XXXVII строфа)


184
Евгений
Он егин
Народное
просторечье
н яни
звучит
в
ав то рском
описании:
К
п лечу
головушкой
склонилась.
(XXXII строфа)
В.
Ф.
Одоевский
на звал
Савельича
подлинно
трагическим
лицом.
Т р агедию
кре пос тн ой
же нщины
П ушкин
даёт
почувство­
вать
сквозь
призму
переживаний
Та тья ны:
выйдя
замуж
без
любви,
она
вспомнила
судьбу
своей
няни;
ей
раскрылась
вся
др ама
ж изни
няни
—
с
младых
лет
до
старости
в
чужой
семье.
«Бедная няня!» —
вырвалось
у
неё
невольное
признание
тяжё­
лой
д оли
Филипьевны.
В
печатном
из да нии
1826 г.
помещица
Ларина
сравнивалась
с
Простаковой;
Филипьевна
могла
быть
в
положении
Еремеевны...
Пушкин
в
образе
ня ни-р абы
раскрыл
глубок о
человечные
че рты,
пока з ал
во
весь
рос т
человека.
«Друг человечества», вели­
кий
поэт,
по
прекрасному
выражению
Белинского,
обладал
с по­
собностью
«развивать в людях чувство гуманности,
разумея
под
этим
слов ом
бесконечное
ув аж ение
к
достоинству
человека
как
человека» (1846).
Образ
к репо стн ой
Филипьевны
оди н
из
тех,
в
ком
эта
способность
поэзии
Пушкина
сказал ась
с
большой
художественной
сил ой.
Свою
ня ню
п оэт
ещё
раз
вспомнил
в
XXXV строфе IV
главы.
Бе линс к ий,
пр ив едя
в
д евя той
п ушки нск ой
статье
рас сказ
ня ни
об
её
жиз ни,
о
раннем
замужестве,
кончающийся
сло ва ми:
... и
наконец
Благо слов ил
меня
отец .
Я
горько
плакала
со
страха,
Мне
с
плачем
косу
распл ели,
И
с
пеньем
в
церковь
повели.
И
вот
ввели
в
семью
чужу ю...
замыкал
эт от
отрывок
из
романа
примечательным
признанием
н а родн ости
и
гуман но ст и
по эта : «Вот как пишет истинно народ­
ны й,
ист инно
национальный
поэт !
В
сло вах
няни,
пр ос тых
и
на­
родных,
без
тривьяльности
и
пошлости,
зак люча ется
полная
и
яркая
картина
внутренней
домашней
жи зни
народа,
его
взгляд
на
отн ошени я
полов,
на
любовь,
на
брак.. .
И
это
сд елано
вели­
ким
поэтом
одною
чертою,
в ск ользь,
мимоходом
брошенною!..»
XVIII
В
рукописи
было
примечание,
не
появившееся
в
печати:
«Кто- то
спрашивал
у
старухи:
по
с тра сти
ли,
баб у шка,
вышл а
ты
замуж?
—
По
страсти,
родимый,
—
отвечала
он а,
—
приказчик
и
ст а­
роста
обещались
ме ня
до
п олусм ерт и
прибить.
—
В
старину
свадьбы,
как
су ды,
обыкновенно
б ыли
пр ис трастны» .


Глава
третья
185
XXII
..
.И,
мнится,
с
ужасо м
читал
Над
их
бро вями
надпись
ада:
Ост авь
надежду
навсегда!
В
примечании
Пушкин
привёл
итальянский
тек ст
«славного
стиха»
из
«Бож,ес тве нн ой
комедии»
Да нте
(1265 — 1321), писа­
теля,
в
его
оц енк е , «мрачного и сурового».
Этот
стих
находится
в
первой
ч асти
«Комедии» («Ад», песня 3, стих 9
с
выпущенным
у
Пушкина
ок он чан ие м: «сюда идущий»).
XXVI
Ещё
предвижу
затрудненья:
Родной
земли
спасая
честь,
Я
должен
буду,
без
сомненья,
Письмо
Тать я ны
п ерев есть .
Она
по- русск и
плохо
знала...
Один
из
исследователей
по
этому
поводу
заяв ил,
что
это
«даже несколько неправдоподобно,
ес ли
вспомнить
о
нян е
Фи-
липьевне,
взлелеявшей
Татьяну».
Но
недоумение
это
быстро
р асс еи в ается,
есл и
п рин ять
во
внимание
д аль н ейшие
стихи:
Д оныне
дамск ая
любовь
Не
и зъяс ня лася
по-русски...
Та т ьяна
хорошо
вла де ла
о быде нной ,
ра з гов орной
речью,
но
ей,
как
и
мно гим
другим
её
сверстницам
(см.
XXVII строфу),
приходилось
с
тру дом
выражаться
«на языке своём родном»,
когд а
на до
было
прибегать
для
выражения
с лож ных
чувств
и
мыс лей
к
формам
п ис ьме нной
речи.
Доныне
гордый
наш
язык
К
почт овой
прозе
не
привык.
В
св язи
с
этим
любопытны
замечани я
В язе мс кого: «Автор
сказывал,
что
он
до лго
не
мог
решиться,
как
зас тави ть
писать
Татьяну
без
нарушения
женской
личности
и
правдоподобия
в
слоге:
от
страха
сби ться
на
академическую
оду
дума л
он
напи­


186
Е вген ий
Он егин
сат ь
письмо
прозой,
думал
да же
напи сать
его
по-французски;
но
наконец,
сч астл ивое
вд о хно вение
приш ло
кс тат и,
и
сердце
жен­
ск ое
запросто
и
св обод но
заг ов орил о
русс ким
языком»18.
XXVII
Я
зн аю:
дам
хотят
заставить
Читать
по-русски
19.
П раво,
страх!
Могу
ли
их
себ е
представить
С
«Благонамеренным»
в
руках!
«Благонамеренный»
—
жур нал,
издававшийся
в
1816—
1826 гг .
А.
Е.
Измайловым
(1779—1831), автором романа «Евг е ­
ний,
или
Пагубные
след ств ия
дурного
воспитания
и
сообщества»
и
многочисленных
басен,
отличавшихся
такой
натуралистической
сти листи ко й,
которая
была,
по
мн ению
поэта,
не
для
дам.
А.
Ф.
Во ей ков
в
своём
«Доме сумасшедших» (1814) так изобра­
зил
Измай ло в а:
Вот
Измайлов
—
автор
басен,
Рас су жд ений,
эпиграмм,
Он
пищ ит
м не: «Я согласен,
Я
писатель
не
для
дам!
Мой
п ред мет:
носы
с
пры щами;
Ходим
с
м узою
в
тр а ктир
Водку
пить,
ест ь
лук
с
сельдями...
Мир
квартальных
—
вот
мой
мир.
XXVIII
Не
дай
мне
бог
сойт ись
на
ба ле
Иль
при
разъезде
на
крыл ьце
С
семинаристом
в
жёлтой
шале
л
Иль
с
академиком
в
че пце!
В
связи
с
рассуждениями
о
«русской речи»
выпад
Пуш к ина
против
«семинариста»
и мел
смысл
крит иче ского
отн оше ния
поэта
к
той
книжной,
цер ко вн о-сл авянс ко й
стихии,
которая
пи­
тала
русскую
ре чь
—
с тихо тв орную
и
прозаическую.
Ему
каза­
лись
«однообразными и стеснительными»
господствовавшие
со
времён
кл асс ици зма
формы
«полуславянской- пол ул а тинс кой»
речи.
«Убедились ли мы,
что
сл ав ян ский
язык
не
е сть
язык
рус ­
ский
и
что
мы
не
мож ем
смешивать
их
своенравно?
Что
если


Глава
третья
187
многие
слова,
многие
о борот ы
счастливо
мо гут
бы ть
заимство­
ва ны
из
церковных
кни г
в
н ашу
литературу,
то
из
с его
не
сле­
дует,
что бы
мы
могли
писать:
да
лобзаешь
мя
лобзанием
вместо:
целуй
ме ня
etc».
Таким
образом,
П ушки н,
ир ониз ир уя
над
«семинаристом»
(проф .
Надеждин)
и
«академиком»^ выражал своё отношение
к
«славенщине», поддерживаемой выходцами из духовенства и
защи щае м ой
по
консервативным
мотивам
также
пред ст авит еля ми
дво р янст ва,
в
чь их
руках
находилась
Рос си йск ая
Ак ад ем ия20.
Говоря
в
следующей
строфе
о
«неправильном,
небрежном
лепете,
Неточном
выговоре
р ечей »,
о
«милых галлицизмах»,
Пушкин
о тм ечал
ос обенно сти
того
светского
разговорного
языка,
который
ле жал
в
основе
языка
самого
романа
Пушкина.
..
.Иль
с
академиком
в
чепце!
Этот
стих,
по
словам
современницы
Пушкина
А.
А.
Анд ро
(рожд.
О лениной), относили к княгине Голицыной,
которую
на­
зывали
«Princesse nocturne» ввиду того,
что
она
н очь
пре ­
вращала
в
д ень
и
об рат но:
она
вставала
в
12 часов ночи и сади ­
лас ь
за
различные
зан яти я,
бо льше й
частью
литературные,
а
при
наступлении
утра
ложилась
опят ь
спать.
«Академиком в чепце»
Пушкин
её
потому
и
назвал
21.
По
поводу
формы
в
ш
а
л
е
кн язь
Ш али ков
у каз ал,
что
Пуш­
кин
«по гениальной небрежности»
допустил
грамматическую
ошиб ку
(«Дамский журнал» 1827) 22.
Без
грамматической
ошибки
Я
русской
речи
не
люблю.
Это
признание
становится
по ня тным
при
сопоставлении
с
пись мо м
Пу шк ина
к
М.
П.
Погодину
(ноябрь 1830) по поводу
его
драмы
«Марфа Посадница,
или
Славянские
женщины»
(1830): «Одна беда:
с лог
и
яз ык.
Вы
не пра виль ны
до
бесконеч­
ности
—
ис
языком
поступаете,
как
Иоанн
с
Но вы м город ом.
Ошибок
грамматических,
противных
духу
его
—
у сеч ений,
со­
кращений—
тьм а.
Но
знаете
ли?
И
эта
бе да
—
не
беда.
Яз ыку
нашему
н ад обно
во ли
дать
более,
—
ра зумеется,
сообразно
с
ду­
хом
его .
И
мне
ва ша
свобода
более
по
сердцу,
чем
чопорная
наша
п ра виль ност ь».
Таким
образом,
Пушкин
ра злич ал
грамматические
ошибки,
противные
«духу»
язык а,
от
ош ибок,
не
противных
ему .
По
по-


188
Евгений
Онегин
во ду
первых
он
писал
в
своих
«Критических заметках» (1830—
1831): «Вот уже 16 лет,
как
я
печатаю,
и
кр ит ики
зам етил и
в
моих
стихах
пять
грамматических
ошибок
(и справедливо) .
Я
всегда
был
им
искренно
бл а года рен
и
всегда
поправлял
за-
меченное
место».
XXIX
Раскаяться
во
мне
нет
с илы,
Мне
галлицизмы
буду т
милы,
Как
прош лой
юности
грехи,
Как
Богдановича
стих и.
Язы к
Пу шкина ,
как
и
мног их
современных
ему
писателей,
начитанных
во
французской
литературе,
не
был
свободен
от
галлицизмов.
Одним
из
пр имер ов
мн огочи слен ных
галлицизмов
в
романе
являе тс я
выражение
в
XLVII строфе IV
глав ы : «Пора меж вол­
ка
и
собаки» (франц.:
entre chien et loup) —т .
e.
сумерки.
И.
Ф.
Б о гдан ович
(1743—1803) —
автор
шутливой
поэ мы
«Душенька» (1775—1778), которая представляет собой изложе­
ние
античного
мифа
об
Амуре
и
Психее.
О
нём
Пушкин
писал
в
«Городке» (1815):
Но
вот
наперсник
милый
Психеи
златокрылой!
О
добрый
Лафонтен23,
С
тобой
он
смел
ср аз итьс я...
Ко ль
можешь
ты
дивиться,
—
Див ись :
ты
п обежден !
XXX
Пев ец
Пиров
и
грусти
том ной,
Когда
б
ещё
ты
был
со
мн ой,
Я
ст ал
бы
прос ьбою
нескромной
Т ебя
тревожить,
милый
мой:
Чт об
на
волш ебн ые
напевы
Пе рел ожил
ты
страстной
девы
Иноплеменные
слова.
Где
ты?
приди:
с вои
права
Передаю
те бе
с
п ок лоном ...
Но
посреди
печальных
скал,
Отвыкнув
сердцем
от
похвал,
Один,
под
фи нски м
небосклоном,


Гл ава
третья
Î89
Он
бро дит,
и
ду ша
его
Не
слышит
г оря
моего.
Баратынский
Е.
А.
(1800—1844) —
поэт,
глубоко
це ни­
мый
Пушки ны м;
так,
2 января 1822 г .
он
п исал
Вяземскому:
«Но каков Баратынский?
Пр изнай ся,
что
он
пре вз ойд ёт
и
Парни
и
Батюшкова
—
есл и
впредь
за­
шагает,
как
ша гал
до
сих
пор.
Ведь
23 года счастливцу!
Оста­
вим
все
ему
эротическое
попри­
ще
и
кинемся
каж дый
в
св ою
с торон у,
а
то
спасенья
нет».
В
послании
«Алексееву» (1821)
он
за имствов а л
два
с тиха
из
ст их отво рен ия
Баратынского
«H.
М.
К[ оншину]»,
напеча­
танного
в
1821 г.:
Как
Баратынский,
я
твержу:
«Нельзя ль найти подруги нежной?
Нельз я
ль
найти
люб ви
надежной?»
«Пиры»
—
поэма,
вышед­
шая
вместе
с
другой
поэмой
«Эда»
отд ельн ым
изданием
в
1826 г.
С
1820 по 1826 г.
Бара-*
тынский
служил
унтер-офице­
ром,
потом
п рап орщи ком
в
Фи н­
ля нд ии,
тяготясь
своей
жизнью
Е.
А-
Баратынский.
С
п ор трета
А.
Лебедева,
лит .
А.
Мюнстера.
вдали
от
друзей,
—
«в переме­
нах
рока»,
«невнимаемый»,
«в безвестности» (стих .
«Фин­
л янди я», 1820).
См.
упоминание
о
Баратынском
как
поэ те,
нередко
писавшем
ст их отво рен ия
под
за глав иям и
«В альбом», «В
альбом
отъез­
жающей», в XXX
строфе
IV главы.
Из
поэмы
«Пиры»
в зят
эпи­
граф
к
VII главе .
XXXI
..
.Но
вот
Неполный,
слабый
перевод,
С
живой
картины
список
бледный,
'Или разыгранный Фрейшиц '
Перстами
робких
учениц.


190
Е вген ий
Онегин
«Ф р е й ш ю ц» («Волшебный стрелок»)—р о м ан тичес кая
оп ера
в
3 действиях,
музыка
К арла- Марии
Вебера
(1786—1826), впер­
вые
представленная
в
Берлине
в
1821 г.
Опера
была
оче нь
п опу­
лярна.
Она
создала
Веберу
ми ро вое
имя.
На
страницах
русс ки х
журналов
непрестанно
мелькали
изве с тия
о
парижских
спе к­
таклях
Фрейшюца.
По
словам
А.
Хохловкиной, «мода на Фрей-
шюца
заполняет
Москв у» 24. 24
марта
1824 г.
Вязем ский
из
Мо­
сквы
писал
А.
И.
Т у рг енев у: «Пришли жене все,
что
е сть
для
фортепиано
из
оперы
«Der Freischütz»: вальсы,
м арши,
увертюру
и
проч ее» 25.
ПИСЬМО
ТАТЬЯНЫ
К
ОНЕГИНУ.
По
наблюдению
В.
В.
Виноградова,
в
письме
Тат ья ны
«те
форм ы
словоупотребления,
к оторы е
в осходи ли
к
французской
семантической
системе
(«никому на свете не отдала бы сердца
я», «слова надежды мне шепнул»
и
др .), в начале XIX
в.
уже
во шли
в
сост ав
лексических
ша блоно в
л ите ратурной
рус ск ой
речи.
Следовательно,
это
уже
не
бы ли
«галлицизмы»
да же
в
шишковском
см ы сле.
Другие
сло ва
и
выражения
пись ма
Татьяны
колеблются
меж ду
стилями
разговорного
просторечья
(напри ­
м ер: «нелюдим», «ничем
мы
не
бл е сти м», «как знать?», «вся
обомлела,
зап ыл ал а», «это всё пустое»
и
д р.)
и
литературно­
книж ног о,
славянского
языка
(например: «то в вышнем суж­
дено
со вет е», «незримый», «тоску волнуемой души», «ангел ли
х ран и тел ь», «рассудок мой изнемогает»
и
т.
п.) 26
«Где умел он [П уш кин]
на йти
эти
стр астны е
выражения,
кото­
р ыми
изобразил
томление
первой
л юбви?
Как
постиг
он
про­
стоту
невинного
девичьего
сердца,
рассказал
нам
признание
Татьяны
в
ночном
её
разговоре
с
няней
и
в
письме
к
Оне ­
гину !
сии
стих и,
можн о
сказать,
жгу т
ст ран иц
ы !»27 «Нужно
ли
гов ор ить
о
том,
как
вместе
с
ним
[с Пушкиным!
зр еет
яз ык
ег о,
или
язык
рус ски й?
—
Мы
удивляемся,
как
наши
дамы,
про­
читав
письмо
Та т ьяны
и
всю
третью
песнь
Онегина,
ещё
до
сих
пор
не
о тказы в аются
в
обществе
от
яз ыка
французского
и
как
будто
всё
ещё
не
смеют
или
стыдятся
гов ори ть
языком
отече­
ственным»28.
«Самобытность»
языка
Та т ьяны
в
её
лирическом
послании
к
Онегину
вполне
гармонирует
с
«самобытным характером»
этой
девушки.
Реш ит ься
в
бы тов ых
условиях
того
времени
первой
написать
письмо
любимому
—
это
зн ачи ло
нарушить
обще п рин я­
тые
«приличия»,
смело
высказать
с вою
нез ависим ую
и
гордую
личность,
заявить
о
своём
праве
на
с во бодное
выражение
чу в­
ства.
Критик
«Атенея» (1828) осуждал Татьяну,
наз ыва л
её


Глава
третья
191
любовь
«легкомысленной»
и
уд цвл ял ся,
как
«печальная Татьяна,
раз,
и
то
мельком,
видевши
м ол одого
му жчину,
пишет
ем у,
спустя
полгода,
самое
жалкое
письмо,
уверяя,
что
Онегин
послан
ей
богом!—естественно
ли
всё
это?»29
Белинский,
развивая
философско-романтическую
теорию
о
родных
душах
(с некоторым отличием от Ленского) 30, писал
М.
А.
Бакунину
в
1837 г. : «Меня всегда смущала любовь Татьяны
к
Онегину,
как
любовь
г лубрк ая
и
возвышенная,
но
не
разд е­
лённая:
теперь
я
уверился,
что
она
не
была
неразделённою.
Онег ин
че лов ек
не
по шл ый,
но
о по шле нный,
и
’ потому не уз­
нал
своей
ро дной
души ;
Татьяна
же
узнала
в
нём
свою
ро д­
ную
душу ,
не
как
в
полном
её
проявлении,
но
как
в
воз мож­
ности.
..»
Г лубокая
и
сильная
любовь
девушки,
пов ери вш ей
в
сво ю
ме чту
и
остающейся
ей
верной,
незадолго
до
рома на
уже
был а
изоб р аже на
поэт о м:
че р кешенка
в
«Кавказском пленнике»
—
первый
набросок
татьянинского
типа.
Когда
Т ат ьяна
п ишет
Онегину:
Другой!..
Нет ,
никому
на
св ете
Не
отдала
бы
сердца
я!
То
в
вышнем
суждено
совете...
То
в оля
неба:
я
тв оя ...
Незримый,
ты
мне
был
уж
м ил,
Твой
чудный
взгляд
меня
томил...
при п оми на ются
п риз нанья
«девы гор»
русскому
пленнику,
кото-
рыи
давно
м ен ел»:
«отвык от сладострастья,
для
нежных
чувств
ока-
Скрываться
рада
я
в
пустыне
С
тобою,
царь
д уши
м ое й!..
Неп ост иж имо й,
чудной
силой
К
тебе
я
вся
привлечена;
Люблю
тебя,
невольник
милый,
Д уша
т обой
упоена...
Ср.
признанье-исповедь
О негина
с
отв е том
пленника:
«Евгений Онегин».
z. .Я
верно
б
вас
о дну
избрал
В
подр уг и
дн ей
мо их
печальных...
Но
я
не
со зд ай"
для
блаженства;
Ему
чужд а
душа
мо я;
Напрасны
ва ши
со верш ен ства: ‘
Их
во все
недостоин
я...
Мечтам
и
год ам
нет
возврата;
Не
об н овлю
ду ши
м о ей...
Послушайте
ж
ме ня
без
гн ева:
Сменит
не
раз
младая
дева
М еч тами
л ёгкие
мечты...
«Кавказский пленник».
За будь
меня:
твоей
люб ви,
Твоих
восторгов
я
не
стою.
Бесценных
дней
не
тр ать
со
мною;
Другого
юношу
зо ви.
Его
любовь
тебе
замени т
Моей
ду ши
печальный
хл ад,
Он
б удет
верен,
он
оценит
Тво ю
красу,
тво й
милый
взгляд...
... Зачем
не
прежде
Явилась
ты
мои м
оч ам,
В
те
дни,
как
верил
я
надежде


192
Е вген ий
Онегин
Так,
в идно,
небом
суж де но.
Полюбите
вы
сн ова. ..
И
уп оит ельн ым
мечтам!
Но
поз дно:
умер
я
для
счас тья .
Над еж ды
призрак
улетел...
Оставь
же
мне
мои
железы,
Уед инённы е
мечты,
Воспоминанья,
грусть
и
слезы:
Их
разделить
не
можешь
ты.
Ты
сердца
слышала
признанье;
Прости...
дай
руку
на
прощанье.
Не
долго
женскую
любовь
П е чалит
х лад ная
р азлука:
Пройдёт
любовь
—
настанет
скука,
Красавица
по люб ит
вновь.
XXXVIII
И
между
тем,
ду ша
в
ней
ныла ,
И
с лёз
был
полон
томный
взор.
Вдруг
топ от!..
кровь
её
застыла.
Вот
б лиже!
скачут...
и
на
двор
Евгений! «Ах!»—
и
легче
тен и
Татьяна
пры г
в
другие
сени,
С
кр ыл ьца
на
двор,
и
прямо
в
сад ;
Летит,
летит;
вз гляну ть
назад
Не
смеет;
мигом
обежала
Куртины,
мостики,
лужок,
А ллею
к
оз еру,
лесок,
Кус ты
сирень
пер елом ала,
По
цветникам
ле тя
к
ручью
И
задыхаясь,
на
скамью
XXXIX
Упала...
«Здесь он!
зд есь
Евгений!
О
боже!
что
подум ал
он!»
XXXVIII строфа вся в движении;
автор
насытил
её
дра мати­
ческим
напряжением
в
так ой
высочайшей
ме ре,
что
д ейст вие
не
м огло
ути хн уть
к
концу,
к
п ослед ним
стихам
строфы,
а
перенес­
лось
в
с меж ную
строфу
исключительным
по
выразительности
enjambement31.
Тоскливые
ожидания
влюблённой
Татьяны
пр еры ваю тся
в
на­
чале
с троф ы : «Вдруг топот!. .», и с восклицанием « Ах!» она


Глава
третья
193
выбежала
в
сени,
пр от ив опо ложные
тем,
к
которым
прискакал
Евгений.
Её
ст рем ител ьное
движение
п оэт
п ере дал
метким
на­
родным
выражением
«прыг» (что так мастерски применял в
своих
ба снях
Кры лов ).
Пушкин,
кроме
того,
воспользовался
приёмом
повторения
гла го ла
«летит,
летит»
и
накоплением
имён
сущ ест вит ель ных
(«мигом обежала куртины,
мо ст ики,
луж ок»
и
т.
д .); предметы
как
буд то
с кач ут,
их
движение
даёт
ощущение
летящей
девуш­
ки,
вдруг
п одкоше нной ,
упавшей...
Пушкин
сразу
в
XXXIX
строфе
переходит
к
др а мат ическо му
действию:
Здесь
он!
здесь
Евг ений!
Гениальный
мастер
слова,
п оэт
п осле
этого
на пряж ения
дейст­
вия
нарочито
затягивает
изложение
перед
окончательным
у да­
ром,
вводит
народную
пес ню,
звонкому
напеву
к оторо й
Та тьян а
внимает
с
небреж еньем .
Тревога
Т ать яны
растёт.
Р азв язка
близится.
Во т-в от
грянет
уда р:
состояние
Т ать яны
сравнивается
с
моментом,
когда
... зайчик
в
озими
трепещет,
Увидя
вдруг
издалека
В
кусты
припадшего
стрелка.
Но
эт от
«удар»
не
был
нанесён
в
III главе,
сам ой
маленькой
по
числу
с троф
в
романе.
Пушк ин
прерывает
действие,
з ака нчив ая
гл аву
подчёркнуто
неб р ежным
о бр ащ ением
к
читателям:
Но
следствия
нежданной
вс треч и
Сегодня,
м илые
друзья,
П ерес казат ь
не
в
силах
я;
Мне
дол жно
по сле
долгой
ре чи
И
погулять
и
от дохнут ь :
Докончу
п осле
как-нибудь.
Пер ене ся
дальнейшее
развитие
д ейств ия
в
следующую
главу,
Пушкин
стремится
довести
до
предела
к ом по зиционный
приём
за медл ени я.
И
л ишь
п осле
р аз мыш ления
Евгения
о
женщинах
и
о
люб ви
(первоначально замедление было ещё продолжитель ­
нее:
в
окончательный
текст
Пушкин
не
вк люч ил
цел ых
четыре
стр о ф ы ), наконец- то,
на чина я
с
XII строфы IV
главы,
рассказано
бы ло
о
свидании
в
са ду
Татьяны
с
Онегиным.
XXXIX
В
ней
сер д це,
полное
мучений,
Х ранит
надежды
тёмный
сон...
В
понимании
Пу шк ина,
наряду
с
обы чным
словоупотребле­
ни ем, «сон»
—
своеобразное
душевное
состояние,
по лное
вну т­


194
Евгений
Он егин
ренней
уг лублё нн ос ти.
В
его
произведениях
обычны
словосо-
четания:^
*
Обманчивей
и
снов
надежды,
Что
слава?
(«Разговор книгопродавца с поэтом»)
Неясных
тёмных
о жи даний
Обманчивый,
но
сл адки й
со н...
(«Алексееву»)
Ср.
та кже
в
рома н е:
Она
поэт у
подарила
Младых
восторгов
первый
сон
(гл.
II).
Любви
пленительные
сны
(гл .
III).
Как
сон
люб ви
(гл .
IV).
И
сн ов
зад умчив ой
душ и
(гл.
VI).
Сон
мо ей
души
(гл .
VI).
Вы,
сны
поэзии
святой
(гл.
VI).
Средь
поэтического
сна
(гл.
VII).
И
сердца
трепетные
сны
(гл.
VIII).
Промчалось
много,
много
дней
С
тех
пор,
как
юная
Т ать яна
И
с
ней
Онег ин
в
сму тн ом
сне
Я вил ися
впервые
мне
(гл.
VIII).
ПЕСНЯ
ДЕ ВУШ ЕК
В
че рн овой
р уко писи
вместо
песни
«Девицы,
красавицы»
была
другая
песня:
Выш ла
Дуня
на
д орогу ,
Помолившись
богу.
Ду ня
п лач ет,
завывает,
Друга
провожает.
Др уг
поехал
на
чуж бин у,
Да льну ю
сторонку.
Ох,
уж
эта
мне
чужбина,
Горькая
кручина...
На
чужбине
молодицы,
Красные
девицы;
Осталась
я,
молодая,
Г орь кою
вдо вицей.
Вспомяни
меня,
млад ую,
Аль
я
п риревн ую;
Вспомяни
м еня
за очно,
Хоть
и
не на рочно.
III глава была окончена в Михайловском.
«Михайловские»
главы
романа
(III, IV, V, VI) насыщены «п рост она родн ост ью»:
крестьянские
песни,
об ыча и,
поверья,
ск азки
на
фоне
картин
типичной
севернорусской
природы
придают
этим
главам
нацио­
на ль ный
колорит
в
определённую
и стори ческ ую
эпоху.


Г лава
третья
195
Крестьянский
фоль кл ор
им енно
в
эти
годы
нап ита л
по этиче ­
ский
г ений
Пу шкин а
вековым
богатством
н ародн ой
речи,
звон ­
ко-буйной
и
протяжно-унылой
песни.
Известное
п ушки нс кое
«хождение в народ»,
когда
он,
по
рассказам
современников,
пер еод ет ый
в
простонародное
платье,
записывал
на
ярмарке
д ух овные
стихи ,
заслушивался
сказок
Ар ины
Родионовны,
запи сы вал
песни
в
Псковской
губернии,
падает
на
Михайловский
пе риод
его
жи зни.
Обострился
инт ер ес
поэта
к
на родн о- поэт иче с кому
творчеству
с
1820 г.:
в
по езд ке
с
Н.
Раевским
по
До нс кой
области
в
разгар
аграрных
во лне ний
казачества
Пушкин
услышал
песни
о
Раз ине ,
о
понизовой
во ль­
нице.
Тема
о
народе
помимо
её
политического
и
социально-эко­
номического
н апол нения
вс тала
пер ед
художником
ещё
с
новой
стороны
—
со
стороны
духов но й
жизни,
поэтического
тво р че ства
народных
масс.
На
юге,
в
скитаниях
по
разноплеменным
ра йо­
нам ,
он
слышал
своеобразное
звучание
нацио нал ьных
песен
—
русских
и
черкесских,
румы нс ких
и
сербских,
цыганских,
татар­
ск их
32.
Чтение
этнографических
к ниг
расширяло
круг
его
непосред­
ственных
впе ча т лений,
записей,
подражаний.
Идея
народности,
особенно
пос ле
наполеоновских
в ойн,
бы ла
чрезвычайно
дей­
ственной
в
декаб ри стск их
кругах.
Пу шкин
и
в
отн ош ении
этой
злободневной
темы
своего
времени
был
на
передовом
посту.
Некоторые
из
современников
Пушкина
и
не
подозревали
о
су ще­
ствовании
сборника
песе н
Ки рши
Данилова,
а
у
Пушкина
он
—
наст оль ная
книга,
читана
и
перечитана,
служит
боевым
оружием
против
литературных
староверов
в
борьбе
за
введение
в
литера­
турн ую
речь
п ростон а родн ых,
старинных
и
современных,
рече­
ний.
Пушкин
пора жа л
собеседников
своим
з нанием
устной
п оэ зи и: «Кто из знавших коротко Пушкина не слыхал,
как
он
прекрасно
ч иты вал
рус ск ие
песни?
Кто
не
пом ни т,
как
он
любил
ловить
жив ую
ре чь
из
уст
простого
народа?»—
писал
в
своих
воспоминаниях
о
Пушкине
С.
Шевырёв.
Известно,
что
Пушкин
пер еда л
п ачку
записанных
им
песен
известному
собирателю
народного
творчества
П.
В.
Киреевскому,
сказ ав
ему : «Вот эту пачку когда -ниб уд ь
от
нечего
дел ать
разб е­
рите-ка,
—
ко то рые
поё т
на род
и
ко тор ые
смастерил
я
сам».
Киреевский
рассказывал
Ф.
И.
Бусл а еву,
что
как
он
ни
ст ар ался
разгадать
эту
за г адку,
ник ак
не
мог
слад ить : «Когда это моё
собрание
будет
напечатано,
песни
Пу шк ина
пой дут
за
народ­
ны е».
Замечательная
проникновенность
П уш кина
в
пло ть
и
кровь,
в
сердцевину
н ародн о- поэ тиче ского
творчества
отме чал ас ь
вс еми
знатоками
рус ского
фольклора.
Песня
«Девицы,
кр асави ц ы», по
мнен ию
академика
В.
Ф.
М ил л ера, «сочинённая,
но
впо лне
на-


196
Ев гений
Онегин
Русские
пля ск и.
С
лит ограф ии
Мартынова
1820- х
годов.
родная
по
духу,
очевидно,
н авеянн ая
складом
пе сней,
подслушан­
ных
поэтом
у
нар од а»33.
На родна я
песня,
песенная
обрядность
нашли
отражение
в
романе
в
разных
местах,
причём
Пушкин
отметил,
что
деревен­
ски е
песни,
ск азк и,
поверья
в ходи ли
т акже
в
бытовую
ж изнь
дворянской
усадьбы.
В
романе
пес ни
по ют
кр ес тьян ская
девушка
за
прялкой,
пастух,
ямщики,
бурлаки,
дворовые
девушки, «сби­
рая
яго ды
в
к у стах »; подблюдные песни и хороводы
бы ли
люби мы
в
усадьбе;
Тат ьяна
возвращалась
после
п рогулк и
в
именье
Онегина,
когда
в
деревне
Уж
расходились
хорово ды.
(см .
гл.
IV, V, VI, VIII, «Путешествие Онегина»)
XLI
Блистая
взорами,
Евгений
Стои т
под обн о
грозной
тен и ...
Идеализированный
п ортр ет
ге роя
(в романтическом стиле)
п оказан
п утём
антитезы
признаков
блеска
и
тени
и
э мо­


Глава
третья
197
ционального
э пите та
грозный.
Ср.
Е вгения
в
последней
вст р ече
с
Татьяной:
Его
больной,
угасший
в зор,
М оля щий
ви д,
нем ой
укор...
Тень
довольно
часто
пр именя ется
в
романе
в
приёме
срав­
нения:
хандра
бегала
за
ни м,
как
т ень
(I, LIV); Татьяна бледна,
как
тень
(III, XXXVI); «легче тени Татьяна прыг в другие сени»
(III, XXXVIII); «меркнет милой Тани младость:
так
одевает
бу ри
тень
е два
рождающийся
д е нь » (IV, XXIII); «как тень,
она
без
цели
б роди т » (VII, XIII); «за ней он гонится,
как
тень»
(VIII, XXX); «мелькают мельком,
бу дто
тени,
пре д
ним
Валдай,
Торжок
и
Т ве рь» («Путешествие Онегина»).


ГЛА ВА
ЧЕТВЁР ТАЯ
La morale est dan's la nature des choses.
Necker.
«Нравоучение в природе вещей .
Не кк ер».
В
эпиграфе
Пуш ­
кин
пр ивёл
сло ва
французского
государственного
деятеля
Не к-
кера
в
его
беседе
с
Мирабо
из
книги
m-me de Staël «Considé­
rations sur la Révolution Française» (1818).
IV глава начинается VII
строфой.
Первые
четыре
строфы
не
включались
Пу ш киным
в
печатные
издания
«Онегина»,
они
бы ли
напечатаны
в
«Московском вестнике» 1827 г.
под
загла­
вием
«Женщины.
Отрывок
из
«Евгения Онегина».
Две
строфы
не
вошли
в
чистовую
рукоп ись.
Печ ат ая
IV главу,
поэт
начал
её
с
V строфы,
назвав
её
VII
с троф ой
и
пос та вив
пер ед
ней
шесть
рим ск их
цифр,
обоз на чав ­
ших
пропуск
шести
строф.
В
строфах,
не
в ошедших
в
роман,
дано
бы ло
бо льшо е
лири­
ческое
отс туп ле ние;
п оэт
гов ори л
о
своей
любви,
о
быстро
про­
текших
радостях,
о
том ,
что
в
нём
«уж сердце охладело,
закры­
лось
для
любви
он о,
и
всё
в
нём
пусто
и
те м но»1 (см.
приложе­
ния
к
роману).
VII
Чем
меньше
жен щин у
мы
лю бим,
Тем
легче
нравимся
мы
ей
И
тем
её
вернее
губим
Средь
обольстительных
сетей .
..
.Но
эта
важная
забава
Достойна
старых
обезьян
Хвалёных
дедовских
вре мя н.
Ср.
в
письме
Пу шкин а
к
брату
1822 г. : «Чем меньше любишь
же нщин у,
тем
верней
овладеешь
ею.
Но
это
удовольствие
до-


Глава
четвертая
199
стойно
старой
обезьяны
18- го
столетия».
В
IX строфе читаем:
«Так точно думал мой Евгений».
По
поводу
формы
времян
критик
«Атенея» (1828), «учив­
ши йся
по
старым
гр амм ати ка м» (как он себя аттестовал), при ­
помнил
правильную,
по
его
мнению,
форму
у
Державина
—
гл агол
времён.
Проф.
Е.
Ф.
Будде,
сс ы лаясь
на
«Критические
заметки»
Пу шк ина,
который
встретил
ту
же
форму
времян
у
Батюшкова,
пишет : «Конечно,
эта
форма
не
искусственная,
а
бывшая
действительно
в
языке»2.
В
XXXVII строфе VI
главы
п оэт
уп отре бил
обычную
форму:
ги мн
времён.
XII—XVI
Исповедь
О н егина
«Татьяне милой», разбившая её мечты и
закончившаяся
разрывом
между
героем
романа
и
п олюби в шей
его
девушкой,
находит
дополнительные
разъяснения
в
пропу­
щ енных
строфах
романа.
Мы
знаем,
что
Онегин
в
юности
был
жертвой
«необузданных страстей»,
что
любовь
играла
в
его
жиз ни
бол ьш ую
роль
(«воспомня прежних лет романы,
воспом-
ня
прежнюю
любов ь»
—
XLVII строфа I
г лавы ), что он любил
беседовать
с
Л енским
о
страстях:
Уш ед
от
их
мятежной
в ласти ,
Онегин
говорил
об
них
С
невольным
вздохом
сожаленья.
(Гд.
II, строфа XVII)
Мы
зн аем
также,
что
«страстей игра»
была
им
о ст авл ена,
что
в
любв и
он
ста л
считать
се бя
«инвалидом», что
В
красавиц
он
уж
не
в любл ялс я,
А
волочился
ка к- ниб удь;
Откажут
—
ми гом
утешался;
Изменят
—
рад
был
отдохнуть.
Он
их
искал
без
упоенья,
А
оставлял
без
со жалень я.. .
(X строфа)
Одн ой
* из причин такого охлаждения к «иг ре
стра ст ей»
был
о пыт
жизни,
приво дивш ий
к
встречам
с
«причудницами
большого
света»
с
их
быстро
менявшимися
привязанностями,
к
вс тр ечам
с
«модными жёнами», «молодыми одалисками», «за­
писными
кокетками».
Кого
не
утомят
угрозы,
Моленья,
клятвы,
мнимый
страх,
З аписки
на
ше сти
листах,
О бм аны,
спле тни,
кол ьца,
слёзы,
Надзоры
тёто к,
матерей
И
дружба
тяжкая
му жей!
(VIII строфа)


200
Евг ен ий
Онегин
Но
среди
эт их
встреч
была
одн а,
которая
наложила
г лубо-
кий
отпечаток
на
душевный
склад
Евгения:
большое
чувство,
ис пыт анное
Онегиным,
не
встретило
отклика,
осталось
нераз­
делённым.
Мелан холичес кая
ок ра ска
его
эмо цио на л ьных
пер е­
живаний
отч ас ти
свя з ана
с
его
н еуда чной
любовью,
о
чём
в
ро-
м ане
сказано
дважды:
Кто
чувствовал,
того
тревожит
Призрак
невозвратимых
дн ей:
Том у
уж
нет
очарований,
Того
змия
восп оми на ний.
Того
р аскаянь е
гры зёт.
(Гл .
I, строфа XLVI)
В
беловых
рукоп и сях
II главы глубже раскрывается тема не ­
разделённой
любви
Онегина.
Он
гов орил
о
страстях,
Как
о
знакомцах
изм е нивш их,
Давно
мо гилы
сном
почивших
И
коих
нет
уж
и
следа,
Но
вырывались
иногда
Из
уст
его
такие
звук и,
Такой
глубокий,
чудный
сто н,
Что
Ленскому
к азался
он
Приметой
незатихшей
муки;
И
точно:
страсти
были
ту т;
Скрывать
их
был
нап расны й
труд.
Какие
чувства
не
кипели
В
его
измученной
груди?
Давно
ль,
надолго
ль
пр исми рели ?
Проснутся
—
только
погоди.
Незатихшая
му ка
ут а ённой
от
читателя
романа
люб ви
Евгения,
утомление
от
лёгких
по бед
и
увлечений
«младыми из­
мен н и цами », признание бесполезности искать «глуб ок их
чувств
или
страстей
от
мотыльков
иль
от
лилей »
и
встреча
с
Та тьян ой
Лари н ой
в ызв али
в
О не гине
сложную
реакцию.
Т ать яна
произ­
ве ла
на
н его
с
первой
же
встречи
с ил ьное
впечатление.
Мы
не
знаем,
о
чём
он
гов орил
с
ней,
долго
ли
пробыл
у
Л арин ых
в
лет ­
ний
ве чер.
Но,
возвращаясь
из
г ост ей,
он
прежде
всего
осведом­
ляется
у
Ленского: «Скажи,
которая
Т ать яна?» И,
с
недоуменьем
с пр а ши ва я: «Неужто ты влюблён в меньшую?», говорит: «Я вы­
брал
бы
др угую,
когда
б
я
был ,
как
ты,
поэт».
Мы
слышим
ха­
рактерное
признание
О негина: «В чертах у Ольги жизни нет», —
сл едо ват ель но,
лицо
Т ать яны
показалось
ему
полным
жизни,
иг ры
ума,
чувств,
о ригина ль ным,
не
похож и м
на
примелькав­
шиеся
в
свете
л ица.
Не
больше
двух
раз
был
Онег ин
у
Л арины х,
но
образ
Татьяны
запечатлелся
я рко,
поразил
его
сходством
ç


Глава
четвёртая
201
то й,
к оторую
он
некогда
любил.
Онегин
в
сад у
(третья встреча)
прямо
гов о рит
Татьяне:
Наше д
мой
пре ж ний
идеал,
Я
верно
б
вас
одн у
избрал
В
п одр уги
дней
моих
печ аль ных ,
Вс его
прекрасного
в
залог,
И
был
бы
счастлив...
ск оль ко
мог!
Онег ин
н ашёл
в
Татьяне
св ой
пре ж ний
иде ал,
воплоще­
ние
всего
прекрасного
в
женск ом
образе,
перед
кот орым
когда-
то
он
преклонялся,
как
перед
своим
идеалом.
Т атьян а
—
«всего
прекрасного
зало г»; её душа чистая,
пл ам енна я;
Евгению
дороги
её
ум
и
простота,
склонность
к
мечте.
«Онегин был так умён,
тонок
и
опы т ен,
так
хо рошо
понимал
лю­
дей ,
их
сердце,
что
не
мог
не
понять...
что
[Татьяна]
нисколько
не
похожа
на
тех
кокеток,
которые
так
надоели
ему
с
их
чув ­
ствами,
то
л ёгким и,
то
поддельными», —
эти
слова
Белинского,
дав шег о
до
сих
пор
непревзойдённый
по
глубине
психологиче­
ского
ри с унка
анализ
душевной
жиз ни
героев
романа,
мы
мо­
жем
п одкре п ить
пр из нание м
полной
тождественности
характери­
стики
Татьяны
у
Евге ния
и
у
самого
автора
романа,
который,
как
известно,
считал
её
сво им
«милым идеалом»; ум,
сердце
пламенное,
милая
простота,
вер а
изб р анной
мечте,
—
так
описывает
Та тьяну
Пушкин
в
XXIV и XXV
строфах
III главы.
Онегин
зн ает,
что
она
любит,
знает ,
как
и
автор
романа,
что
«послушная влеченью чувства,
Т ать яна
лю бит
не
шутя».
Её
пись мо
привело
его
в
в олн енье,
оно
во зму тило
в
нём
«давно
умолкнувшие
чувства».
Но
Онегин
привычке
мил ой
не
дал
х о ду : «перегоревший в страстях,
изведавший
жиз нь
и
людей,
ещё
кипевший
к акими-т о
самому
ему
нея сны ми
стр е мле­
н и ям и » (по словам Белинского), он решил погасить начавшее
разгораться
чувство,
отв е сти
от
себя
поток
н овой
стр ас ти,
он
предпочёл
с ча стью
люб ви
вольность
и
покой.
Свою
пост ылую
свобод у
Я
потерять
не
захотел
—
так
о б ъяснял
впоследсгвии
Онегин
пр ич ину
своего
«охлади­
тельного»
ответа
Татьяне.
Он
с лишко м
зна л
м учит ел ьную
отраву
страстей,
безумие
любв и,
чтоб
вновь
в
26 лет предаться «горя чке
ю ных
дней»:
Что
было,
то
прошло...
Онегин
думал:
вол ьность
и
по кой
—
замена
счастью.
Эта'
антитеза
покоя,
свободной,
независимой
жизни
и
счастья
инт имных
пе ре жива ний,
любви,
страстей
—
од на
из
устойчивых
в
мировоззрении
по эта.


202
Евгений
Онегин
Уже
в
ранней
лирике
мы
то
и
дело
чита ем : «любовь дарит
о дин
лишь
миг
отрадный,
а
горестя^м
не
виден
и
ко нец»; «страш­
ное
безумие
любв и »; «довольно я любил,
отдайте
мне
п
о
к
о
й».
Герман
в
«Пиковой даме»
ищет
по коя
и
не зави симос ти
и
погибает
в
рез ул ьтате
конфликта
эт ого
ст ре мления
с
любовью
(может быть,
мнимой)
к
воспитаннице
графини.
Накануне
женитьбы
Пушкин
в
1830 г.
писал
П лет нёву : «Чорт меня дога­
дал
бредить
о
счастьи,
как
бу дто
я
для
не го
созд а н.
Должно
было
мне
довольствоваться
незав исимос тью» .
В
одном
из
последних
с ти хотв орен ий
поэ т
призна в ал с я: «На свете счастья
нет,
но
есть
поко й
и
вол я».
Привычка
свыше
нам*
д ана:
Замена
сч асти ю
она
—
г овори л
автор
романа
во
II главе,
ука зы вая
в
примечании
ли­
тературный
и сточн ик
этой
фор му лы
и,
следовательно,
подчёрки­
вая
распространённость
это й
житейской
муд рости
3.
Так,
счастье
признавалось
изменчивым,
капризным,
с вя­
зывалось
с
утратами;
сч аст ье
бы ло
синонимом
любви
(«любви
нет
боле
счастья
в
м ире », 1814); любовь,
ст раст ь
р асцени вал ась ,
как
бе зум ие,
тяжкий
опыт,
полный
наслажденья
и
ст рад ань я,
как
чув ст во
«мучительное и жестокое», особенно «н а
повороте
наших
ле т,
в
в озра ст
поздний
и
бе сплодн ый ».
Онегин
хот ел
на­
сыщенное
горечью
и
мукой
счастье
«страсти нежной»
з амени ть
бесстрастием
покоя
вольной,
ни
с
кем
не
связанной
личной
жизни.
Женитьба,
бр ак
ему
казал ись
могилой
счастья,
любви.
Г име­
ней
пр едст ав лялс я
ему
таким
же,
как
Пу шки ну,
усвоившему
по
книжным
источникам
в
само й
ранней
юности
такой
образ
антич­
ног о
бога
бра чн ой
жизни:
А
что
так ое
Гименей?
Холодный,
грустный,
молч аливы й,
Ворчит
и
д ремлет
целый
век ,
А
в про чем
— добрый
человек,
Да
нрав
имеет
он
ревнивый .
(«Амур и Гименей», 1816)
Онег ин
рисует
Тать яне
перспективу
их
буду щей
семейной
жизни:
Что
может
быт ь
на
свете
хуж е
Семьи,
где
бедная
жена
Грус ти т
о
недостойном
муже
И
днём
и
веч еро м
одна;
Где
с ку чный
му ж,
ей
ц ену
зная,
(Судьбу однако ж проклиная),
Всегда
нахмурен,
мо лчали в,
Сердит
и
холодно-ревнив!
Таков
я...


Глава
четвёртая
203
В
п ушкинс ком
кругу
подобная
оценк а
роз
Гименея
б ыла
распространённой:
Властительней
и
хладный
Гименей,—
писал
Пл етнё в
в
послании
«Климене» («Полярная звезда»
на
1823 г. ,
стр.
313).
Теме
брака
и
любви
в
её
ко нфл икта х
посв ящ ены
романы
Гёте
—
«Страдания молодого Вертера»
и
«Избирательное срод­
с тв о», романы де Сталь.
В
эпоху
борьб ы
общественных
классов
ко нца
XVIII в.
и
первых
д еся тил етий
XIX в.,
когда
наст упл ение
европейской
буржуазии
на
вс ех
фро нтах
прот ив
феодального
строя
бы ло
ре­
шающим,
и де ологи
и
художники
третьего
сословия
энергично
выступили
в
разных
с транах
с
критикой
дворянской
семейной
жизни
и
с
красноречивой
проповедью
новых
принципов
семе й­
ног о
быта,
п ол ожения
же нщи ны
в
обществе,
её
взаимоотноше­
ний
с
членами
семьи,
с
ид еал ами
нов ой
матери,
нового
воспита­
ния
дете й
и
пр.
Люди
пере ходн ой
пор ы
испыт ыва ли
п ро тивор е чивые
течения
ломавшегося
быта.
Картины
р аз лаг авшейс я
семьи
выз ыва ли
у
чутких
и
ум ных
люде й
в ы сшего
класса
о тв ра щение,
но
привычки
той
общес тв ен ной
сре ды,
в
кот орой
приходилось
вращаться,
вы­
нуждали
или
к
компромиссам,
или
к
эгоис ти чн ому
воззрению
на
семью,
или
к
вре ме нному
уходу
в
мир
индивидуалистических
эмоций,
случайных
ск реп
чувства
без
договора,
без
обязательств.
Гимена
хлопот ы ,
печали,
Зевоты
хла дна я
чреда
Ему
[Ленскому]
не
с нил ись
ник огд а,
Меж
тем
как
мы,
враги
Ги мен а,
В
до машне й
жиз ни
зрим
оди н
Ряд
утомительных
к арти н,
Роман
во
вкусе
Лафонтена...
(Гл.
IV, строфа L)
В
этих
стихах
—
чётк ое
определение
семь и
с
точки
зр ения
человека,
счит ав шего
«игру страстей»
важнейшей
принадлеж­
ностью
мужской
природы
и
не
признававшего
любви
в
домашней
жиз ни.
Эгоистическая
натура
собственника,
рассматривающего
ж енщи ну
как
оруди е
наслаждения
и
не
допускающего
м ысли
о
праве
ж енщ ины
на
свободное
выражение
её
чувств,
дик ту ет
Алеко*его
поведение
по
отношению
к
Земфире;
та
же
собствен­
ническая,
эгоистическая
с ущност ь
скр ы вае тся
в
са м опр изна нии
Евгения: «холодно-ревнив...
таков
я»,
Супружество
нам
будет
мукой.
Я,
сколько
ни
любил
бы
в ас,
Прив ык ну в,
разлюблю
то тчас ;
На чн ёте
плакать:
в аши
сл ёзы
Не
тронут
сердца
моего,
А
бу дут
лишь
бесить
е го.


204
Евгений
Онегин
«Я»
ж енщи ны
отсутствует
в
оне гин ском
с оюзе
муж а
и
жены,
только
одн о
мужское
«я»
главенствует
в
семье;
он
—
господин,
она
гаремная
принадлежность
иль
докучная
«верная жена»
—
си но ним
«хандры» (I гл ., LIV строфа).
Мечтам
и
годам
нет
возврата;
Не
обновлю
душ и
моей...
Онегин,
любя
Тать ян у
«ещё нежней»
любов и
бр ата,
отбросил
казавшуюся
ему
утомительной
перспективу
брачной
жизни
с
Татьяной.
Но
он
не
пов торил
с
ней
тог о
опыта,
к оторы й
он
обычно
раньше
проводил
в
своей
донжуанской
практике.
Учит есь
властвовать
собою;
Не
всякий
вас ,
как
я,
поймёт;
К
бед е
нео пыт ност ь
ведёт,
—
поучал
девочку-мечтательницу
Е в гений,
зна я,
что
на
его
месте
другой,
бы ть
может,
ра зыгр ал
бы
один
из
тех
легкокрылых
ро­
манов,
кото рым и
была
п олна
его
юность
(см .
XI строфу I
гл ав ы).
Автор
от мет ил
в
Онегине
«души прямое благородство» . Т ать яна
впоследствии
т акже
скажет
Е в гению:
Вы
пост уп или
благородно,
Вы
был и
правы
предо
мной:
Я
благодарна
всей
душой...
Чтобы
понять
превосходство
О н егина
над
людьми
его
круга,
развивавшими
с ходн ую
с
ним
теорию
любви
и
брака,
я
приведу
эпизод
из
п ове сти
Карамзина
«Юлия» .
Князь,
увлёкший
моло­
дую
Юлию,
жел ал
поиграть
с
не й,
но
встретил
сопротивление,
когда
де в ушка
«почувствовала опасность»
от
«некоторых воль­
ностей
его
обхождения», когда «бывали
минуты,
в
кот оры е
одна
богиня
невинности
могла
спасти
Юлиину
невинность».
Князь
увидал,
что
он
«лишился быть счастливо -д е рз ки м
без
имени
су пр уг а »; тогда этот светский победитель женских сердец на ­
пи рал
Юлии
пись мо : «Вы любезны,
но
что
л юб езнее
в ольн ости ?
Мне
г орес тно
р асстать ся
с
вами;
но
мысль
о
вечной
обязанности
ещё
горе стне е .
Сердце
не
знае т
зак о нов
и
перестаёт
любит ь,
когда
захочет:
что
ж
будет
супружество?
несно сно е
бремя.
Вы
не
хотели
любить
по-моему,
люб ить
тольк о
для
удовольствия
любв и,
любить,
пока
лю бишь :
ит ак
—
простите:
назы ва йте
м еня
вероломным,
е сли
угодно;
но
да вно
го вор ят
в
свете,
что
кл ятва
лю бо вников
пишется
на
песке
и
что
са мый
лёгкий
вете­
рок
завевает
её.
Впрочем,
с
таки ми
милыми
свойствами,
с
та­
кими
пр елест ям и
вам
не
трудно
найти
дост ойного
супруга...
мо­
жет
быт ь,
в ерн ого,
постоянного!
Ро дят ся
Фе ник сы
—
но
я,
в
сем
смысле,
не
Феникс
—и
потому
оставляю
вас
в
поко е. .. »4


Глава
четвертая
205
Язык
пош ло сти
в
письме
князя;
че стн ое
и
прямое
призна­
ние
немедленного
разрыва,
без
надежд
на
«стерпится - сл ю бит с я»
в
исп ов еди
Он егин а.
Ч ерез
несколько
лет
он
дорогой
ценой
ра с­
плати тся
за
эту
«суровость»
своей
р ечи
«милой Татьяне» .
XIX
Я
только
в
скобках
замечаю,
Что
нет
презренной
кл еве ты,
На
черд ак е
вралём
рождённой
И
све тско й
чернью
ободрённой,
Что
нет
нелепицы
так ой,
Ни
эпиграммы
площад н ой,
Которой
бы
ваш
друг
с
улыбкой,
В
кругу
порядочных
людей,
Без
всякой
злобы
и
затей,
Не
повт орил
сток р ат
ошибкой...
Непонятное
на
перв ый
взгля д
со ед ине ние
чердака
и
светской
чер ни
объясняется
справкой
из
б иог рафии
Пуш­
кина.
Враль,
распространитель
клеветы
на
своего
дру г а—это
Ф.
И.
Толстой-американец5;чердак
—
место
вс треч
петербург­
ск ой
молод ёжи
у
князя
А.
А.
Шаховского,
упомянутого
в
I главе
романа.
1 сентября 1822 г .
поэт,
объясняя
причины,
которыми
б ыла
в ызв ана
его
эпигр амм а
на
Толс того
(«В жизни мрачной и
презренной», 1820)излыестрокипоадресутогожелицавпо­
слании
к
Ч аадаеву
1821 г.6, писал П.
А.
Вя зем ско м у: «Ты гово­
риш ь,
что
ст ихи
мои
никуда
не
год ятс я.
Зн аю,
но
моё
нам ере ние
б ыл о...
рез кой
обидой
отплатить
за
тайные
о биды
человека,
с
которы м
ра ссталс я
я
пр ият елем
и
кот орого
с
жаром
защищал
всякий
раз ,
как
представлялся
том у
случай.
Ему
показалось
за­
б авно
с дел ать
из
м еня
непри ят еля
и
смешить
на
мой
счёт
пись­
мами
че рдак
—
к[н яз я]
Шаховского
7, я узнал обо всём,
буду чи
уже
со слан,
и,
почитая
мщ ение
одной
из
первых
христианских
доб род ете ле й,
—
в
бессилии
своего
бешенства
закидал
издали
Т олстого
журнальной
грязью ».
Толстой
пустил
среди
«светской черни»
с лух,
приводивший
Пушкина
в
беш енст во ,
будто
он
был
вы се чен
в
тайной
канцеля­
рии
за
свои
вольнолюбивые
ст ихи.
Оби ду,
нанесённую
Толстым,
поэ т
чувствовал
так
остро,
что
в
ссылке
готовился
к
дуэли
с
ав тор ом
клеветнических
слухов.


206
Евгений
Онегин
XXVI
Он
иногда
читает
Оле
Нравоучительный
ром ан,
В
котором
автор
зн ает
боле
Природу,
чем
Шатобриан.
Ша тобриан
(1768—1848) —
представитель
дворянского
романтизма
во
Франции.
В
его
пр оизв е д ениях
м ного
места
зани­
мали
ка р тины
п рироды .
Хар а ктер исти ку
«нравоучительных романов»
см.
в
коммента­
рии
к
XI строфе III
гл авы.
XXVIII—XXX
В
эт их
стр о фах
то
само е
противоположение
альбома
«уездной
барышни»
«великолепному альбому»
столичной
«блистательной
дам ы », которое встречаем в стих .
«И.
В.
Сле ни ну» (1828):
Я
не
люблю
альбомов
м одны х:
Их
ослепительная
смесь
Аспа зий
н аших
благородных
П ровозг лашает
только
спесь.
Ал ьбом
красавицы
уез дной ,
Аль бом
домашний
и
простой,
Ми лей
болтливостью
любезной
И
безыскусной
пестротой.
Ни
здесь,
ни
т ам,
скажу
я
смело,
Являться,
впрочем,
не
хочу...
Распространённость
это й
мо ды
на
а льбом ы
в
провинции
и
в
столице
подтверждается
многочисленными
св ид ет ельст вам и.
В
жу рн але
«Благонамеренный», изд.
А.
Измайловым,
встречаем,
например,
стате йку
Н.
Виршевского
«О Альбомах». « К аж дая
наш а
дама
непременно
желает
иметь
а льбом .
На
ул ицах ,
в
ка­
бинетах,
в
спальнях
—
в езде
вы
у в идите
альбомы...
Маленькие
альбомы,
заключённые
в
ри ди кюлях,
странствуют
везде
с
на­
шим и
госп од ам и,
точно
так,
как
у
шк ольн и ков
азбуки
в
их
су м­
ках.
..
«Неужели вы не сделаете чего-н ибуд ь
для
мое го
альбо­
ма?—
Многим
вы
написали
т акие
пре мил еньк ие
ст ишки !» Вот
как
приветствуют
теперь
каждого,
кого
чуть
подозревают
в
ум е­
нии
читать
или
пи с ать» (1820, апрель,
No
7, стр.
27—28).
См.
ещё
в
том
же
журнале,
в
сентябрьской
кн ижке
(No 18), заметку
«О альбомах»
не кое го
Я.,
защи ща вшег о
а льбо мы: «Альбом так
необходим
для
жен щин
и
молодых
людей,
особливо
для
женщ ин
чувствительных,
образованных,
как
для
педан та
Арис то те ль»
(стр* 377—378).


Гла ва
четвёртая
207
Некоторые
из
дошедших
до
нас
альбомов
той
поры
хранят
произведения
самых
к рупн ых
поэтов,
иногда
вы ну жденн о,
иногда
добровольно
писавших
посл ания,
эпиграммы
и
т.
п.
Альбом
Оне гина
(см .
пр ил о жение
к
VII главе романа)
но­
сил
другой
характер,
чем
те
альбомы,
о
которы х
в
эт их
строфах
упомянул
П ушкин .
Герой
р ом ана,
подобно
Н.
Тургеневу,
са­
мому
поэту
и
др .,
вёл
д нев ник - ис по ве д ь , «искренний журнал,
в
к оторы й
ду шу
изливал».
Дневник
м ечт аний
и
проказ.
«Он был исписан,
изрисован
р укой
О не гина
круг ом».
Меж
непонятного
маранья,
Мелькали
мысли,
замечанья,
Портреты,
числа ,
им ена,
Да
буквы,
тай ны
письмена,
Отрывки,
письма
черн о вые. .,
Онегин
нача л
вести
свой
дне вни к
«в дни свои младые».
Но­
вое
дока зат ельств о
недюжинной
нат уры
Евге ния ,
его
развитого
чувства
личности.
Пушкин
к
то му
же
заставил
своего
героя
за но­
си ть
в
д нев ник
те
н
а
б
л
юд
е
н
и
я
ума
и
заметы
сердца,
которые
он
сам
в ына шив ал.
Кое - что
из
альбома
О нег ина
Пуш­
кин
включил
в
IX строфу VIII
главы.
В
одной
заметке
наблюде­
ние,
что
«ветреный и пылкий нрав мертвеет в волненьи жизни»,—
наблюдение
автобиографического
порядка:
Онегин,
«повеса
п ыл к ий », охладел к жизни,
зако ва нно й
тр а дициям и
и
од н ообраз ­
ной
чинност ь ю.
В
другой
записи
метк ая
ха рак терис ти ка
одн ого
из
представи­
т елей
«судей решительных и строгих»:
Сег од ня
был
я
ей
представлен,
Глядел
на
му жа
с
полчаса:
Он
важен,
красит
вол оса
И
чином
от
ума
избавлен.
,
В
бол ьш ой
з аме тке
те ма
о
шишков и ст ах
и
об
их
противниках
с
резкой
оценкой
«переводов одичалых»
и
«сочинений запоз­
дал ы х»,
Где
русск ий
ум
и
русский
дух
Зады
твердит
и
лжёт
за
дв ух.
Пушкинские
темы
в
онегинском
аль бо ме
лишний
раз
рас­
крывают
отношение
автора
к
герою
романа
как
ли чнос ти
ему
близкой
н екоторы м и
сторонами
мировоззрения,
складом
ума .
Не ли шне
отметить,
что
внеш ни й
вид
а льбо ма
Онегина
(«в сафьяне») похож на те тетради «в
чёрном
саф ь яне », которые
А.
Н.
Вуль ф
видел
у
П уш кина
в
деревне8.


208
Е вген ий
Онегин
XXX
Вы,
ук рашён н ые
проворно
Толстого
кистью
чудотворной.
Ф.
П.
Толстой
(1783—1873)— изв ес тный
художник,
гра­
вё р,
медальер.
Пушкин
ме чтал ,
чтобы
Тол с той
иллюстрировал
собрание
его
с ти хотворе н ий,
но
тотчас
отбросил
этот
пла н,
боя сь
дорогой
оплаты
«волшебной кисти».
Критик
«Атенея» (1828) обратил внимание на неправильную
акц ен то вку
слова
«украшённые: «Тут должны пострадать или
словоударение
или
стопосложение:
жертва
для
спасения
стиха
н еи збеж на».
XXXI
..
.И
полны
истины
жив ой
Текут
элегии
рек ой.
Так
ты,
Языков
вдохновенный,
В
порывах
сердца
св оего,
Поёшь,
бог
ве да ет,
кого,
И
свод
элегий
драгоценный
Представит
некогда
тебе
Всю
повесть
о
твоей
судьбе.
Н.М.
Языков
(1803—
1846),
ещё
будучи
ст у ден­
том
Дерптского
университе­
та,
писал
стихотворения-эле­
гии;
например:
Ме ня
любовь
преобразила:
Я
ста л
задумчив
и
у ныл;
Я
но чи
бл едные
светила,
Я
сумрак
ноч и
по люби л. ..
(1825)
Пушк ин
приглашал
его
к
себе
в
Михайловское
в
1824 г.
(послание «К
Язы ков у»), но
познакомился
с
ним,
«род­
нёй
по
вдохновению», лишь
л етом
1826 г.
Впечатления
э того
ле та
Языков
в ыр азил
в
бол ьш ом
послании
к
Пуш­
кину
«Тригорское»,
которое
Пушкин
по
приезде
в
Мо­
скву
в
том
же
году
«с востор­
гом
читал»
в
дружеском
кругу.
В
ответном
посла­
нии
Пушкин
наз ывае т
по­


Глава
четвёртая
209
эзию
Языкова
«хмельною брагой» («Какой избыток чувств и сил,
какое
буйство
молодое!»);вотэта-то
струя
в
творчестве
Яз ык ова
не
позволила
бы
Пушки ну
пер вое
и здани е
стихотворений
Яз ы­
ко ва
1833 г.
счи та ть
«сводом элегий», тождественным по на­
строению
с
элегиями
Лен ск ого.
Но
IV глава романа писалась в
1825 г .,
и
Пушкин
по-своему
был
пр ав
в
своём
приговоре.
XXXII
Но
т ише!
Слышишь?
Критик
строгий
Пов ел евае т
сб росит ь
нам
Элегии
венок
убог ий
И
на шей
брать е
рифмачам
К р и чи т: «Да перестаньте плакать,
И
всё
одно
и
то
же
квакать,
Жалеть
о
прежнем,
о
былом:
Довольно,
пойте
о
другом!»
—
Ты
прав,
и
вер но
нам
укажешь
Труб у,
личину
и
кинжал,
И
м ыслей
мёртвый
к апит ал
Отвсю ду
воскресить
прикажешь:
Не
так
ли,
друг?
—
Ничуть.
Куда!
«Пишите оды,
гос пода,
XXXIII
Как
их
пис али
в
мощны
г оды,
Как
бы ло
встарь
заведено...»
К ритик
строгий,
напад авши й
на
элегию
и
защ ищав ши й
оду,
—
это
Кюхельбекер.
Пушкин
и мел
в
виду
его
статью
в
«Мнемозине» 1824 г .
«О направлении нашей поэзии,
о со бенно
лирической,
в
последнее
десятилетие» (ч.
2, стр.
29—44), где
Кюхельбекер,
определяя
ли риче с кую
поэзию
как
«необыкновен­
но е,
т.
е.
сильное,
сво бо дно е,
вдохновенное
изложение
чувств
самого
писателя»,
возвышающегося
«над событиями ежеднев­
ными,
над
низким
языком
черни,
не
з наю щей
вдохновенья», заяв­
ляет,
что
ода
вполне
уд овл ет воря ет
всем
эти м
требова­
ни ям
и
«посему без сомнения занимает первое место в лириче­
ско й
п оэ зии,
и ли,
лучше
сказать ,
одн а
совершенно
заслуживает
название
поэ зии
лир ич еской»; по мнению Кюхельбекера,
.в
«эле­
гии
но вейше й
и
древнейшей
стихотворец
го вори т
об
самом
себе,


210
Е вгени й
Онегин
и
призрак,
все
мнится
и
кажется
В.
К.
Кюхельбекер.
об
с воих
ско р бях
и
наслаждениях.
Элегия
почти
ни ко гда
не
окрыляется,
не
ликует:
она
должна
быт ь
т иха,
плавна,
обдумана;
д олжна ,
ибо
кто
слишком
восторженно
раду ет ся
собственному
счастью
—
смешон;
печаль
же
неистовая
не
ес ть
поэз ия,
а
бе­
шенство».
Кри тик
не
видит
ни
«силы», ни «б о гат ст ва
и
разно­
образия»
в
рус ск их
элегиях,
этих
«мутных,
ничего
не
определяю­
щих ,
из неженн ых ,
бесцветных
про изв ед е ниях»: «У нас всё мечта
и
ч уди тся,
всё
только
будто
бы,
как
бы,
нечто
и
что-то.
Прочитав
лю бую
элегию
Жуковского,
Пушк ина
или
Баратынского,
знаешь
всё.
Чувств
у
нас
уже
дав но
нет:
чувство
уныния
поглотило
все
прочие.
—
Все
мы
взапу­
ски
то ску ем
о
св оей
пог иб шей
мо ло до сти;
до
бесконечности
жуё м
и
пер ежёвыв аем
эту
тоску...
Ка рти ны
везде
одни
и
те
же:
луна,
—
которая
—
разумеется
—
уныла
и
блед­
на,
скалы
и
дубравы,
где
их
н ико гда
не
бывало,
лес,
за
которым
сто
раз
представля­
ют
зах о дящее
солнце,
вечер­
няя
звезда;
из ред ка
длинные
тени
и
привидения,
что-то
не­
в идимо е,
что-то
не ведо мо е,
по шлые
иносказания,
бле д­
ны е,
безв к усны е
олицетворе­
ния
Труда,
Неги,
Покоя,
Ве­
селия,
Печали,
Лен и
писа­
т еля
и
Ск уки
читателя;
в
ос о­
бенно ст и
же
тума н:
туманы
над
водами,
туманы
над
бором,
ту­
маны
над
по лям и,
туман
в
голове
сочинителя».
Эта
ст атья
произвела
заметное
впечатление
на
Пушкина:
в
конце
1824 г.
в
предисловии
к
I главе романа он сочувственно
цитировал
Кюхельбекера
(«станут осуждать. ..
не кот орые
стро­
фы,
писанные
в
утомительном
р оде
новейших
элег ий ,
в
ко их
чувс тво
уны ния
поглотило
все
проч ие »), но реши­
тел ьно
высказался
против
предпочтения
жанра
оды
перед
дру­
гими
видами
лирич ес к ой
поэ зии
в
замечательной
заметке
«О вдох­
н ов ении
и
в ост орге» (1824), где прямо заявил,
что
«ода стоит на
низших
степенях
поэм,
—
трагедия,
ком еди я,
сатира
—
все
более
её
требуют
творчества
(fantaisie) воображения,
ген и альн ого
зна ­
ния
п рироды .
Но
п
л
а
н
а
нет
в
оде
и
не
может
быть!»


Глава
четвертая
211
Перечисление
в
этой
заметке
таки х
литературных
видов,
как
трагедия,
ко
ме ди
я,
сатира,
приводит
на
п амять
их
сим ­
в оли ческ ое
изображение
в
XXXII строфе:
труба,
личи на
и
кин жа л.
XXXIII
Припомни,
что
сказал
сатирик!
Чужого
толк а
хитрый
л ирик
Ужели
для
те бя
сносней
Унылых
н аших
рифмачей?
Пушкин
и мел
в
виду
И.
И.
Дмитриева
(1760—1837), напи ­
савшего
в
1795 г.
сатиру
«Чужой толк», в которой осмеял одопис ­
цев,
преимущественно
из
числа
те х,
кто,
принад ле жа
к
служи­
лому
люду
невысокого
чин а
(«лейб -г вар д ии
капрал,
а сес сор,
офиц ер ,
какой-нибудь
п одьячи й
иль
из
кунсткамеры
а нтик,
в
пыл и
х одячи й,
уродов
ст р аж»), писали « то р жест венные
оды
—
иная
в
двести
строф»
по
правилам
п иит ики
(«сперва прочтёшь
вступленье,
тут
пре д ложе ние,
а
там
и
заключенье»), имея одну
ли шь
це ль
—
«награда перстеньком,
нередко
сто
рублей
иль
дру­
жество*
с
князьком,
который
отроду
не
ч итыва л
дру гого,
кроме
придворного
подчас
месяцеслова,
иль
похвала
сво их
приятелей;
Аа
им
печатный
всякий
л ист
быт ь
кажется
святым».
Хитрый
ли рик
—
тот
изображённый
в
сати ре
Дмитриева
«стихотворитель»,
который,
считая
себя
«природным поэтом»,
обладающим
всем ,
ч то,
по
его
мнению,
нуж но
для
поэ зии
—
«отвага,
рифмы,
жар», —
сочинял
оду
«в один присест»
такими
приёмами:
«Пою!..
Иль
не т,
уж
это
старина!
Не
л учше
ль:
Дож дь
мне
Феб !..
Иль
т ак:
Не
ты
од на
Попала
под
пяту,
о
чалмоносна
Порта!
Но
что
же
мне
прибрать
к
ней
в
риф му
кроме
чорта?
Так ому
поэту
казалось,
что
«начало никогда певцов не устра­
ша ет:
что
хочешь,
то
мел и!» А дальше надо хвалить: «ликуй,
гер ой!
ликуй,
ге рой,
т ы!» Потом надобен восторг.
Скажу:
кто
зав есу
мне
веч ност и
раст орг ?
Я
в ижу
молний
блеск!
Я
слышу
с
горня
света
И
то,
и
то...
А
там...
из вест но:
многи
лета!
Бра вис сим о:
и
план ,
и
мысли
—
всё
уж
есть!
Да
здравствует
поэт!
Осталося
присесть,
Да
только
написать,
да
и
печатать
смело!
Дмитриев
в
св оей
сатире
говори л,
что
так
«пиндарйли»
мн о­
гие
одописцы.
Пушкин
иронически
спрашивал
«строгого критика»,.


212
Евгений
Онегин
неужели
автор
од,
под об ный
описанному
в
«Чужом толке»
«хитрому лирику», для него ценнее, «сноснее»
у
н
ы'л
ы
х
э
ле­
ти
к
о
в?
Так
как
в
20-х
годах
в
св язи
со
с ме ртью
Байрона
(7 апреля
1824 г. )
вновь
вспыхнуло
одопарение
в
русской
лирике
и,
в
ча ст­
ности,
Кюхельбекер
н ап исал
с
со блюд ением
в сех
«правил»
оду
«Смерть Байрона» (1824), а Пушкин пародировал одописцев в
св оей
«Оде его сиятельству графу Хвостову» (1825), то острота
иронического
вопроса
Кюх ель беке р у,
с чит авш ему
и
пушк ин ски е
элег ии
«слабыми», становится вполне ясной.
В
связи
с
пол ем и­
кой
о
гос под ст вова вш их
жанрах
ум ест но
напомнить
стихотво­
ре ние
Баратынского
«Богдановичу», 1824 г .,
где
поэт
в
полном
согласии
с
Кюхельбекером
и
Пушкиным
зло
отзывался
об
эл е-
гиках,
твердивших
одни
и
те
же
«задумчивые враки» («д у ш а
увянула
и
сердце
от цв е ло»).
XXXIII
...
Тут
бы
М ОЖНО
'
П осп орить
н ам,
но
я
молчу,
Два
ве ка
с с орить
не
хочу.
Ода
—
по
«Словарю»
О с толопо ва
(ч.
2, стр.
231 и далее):
песнь
«тогда только может быть хороша,
ко гда
в
ней
соед ине­
ны
бывают
избранные
выражения
с
ве личе ств ен нос тью
мыслей,
пламенное
воображение
с
основательным
рассудком,
кр асо та
и
разнообразность
предметов
с
искусством
в
воо б ра жении
и
да же
наконец
правильность
с тихов
с
плавностью
и
при ят нос тью
з ву­
ков».
Ода
б ыла
наиб о лее
характерным
ви дом
лирической
поэзии
рус ск ого
дворянства
XVIII в. , «высоким штилем»
воспевавшей
зна т ных
ос об
и
т ор жест венны е
с
точ ки
зрения
дворянского
кл асса
соб ыти я
п рид во рной
и
государственной
жизни.
Правда,
для
выражения
интимной
жизни,
тех
переживаний,
кот орые
воз­
никали
на
п очве
светских
развлечений,
одновременно
с
о д опис­
ца ми
существовали
лирики
—
авторы
лю бов ных
элегий
(ср.
Ло­
моносов
и
С ума роков ).
К
начал у
XIX в.
элегический
жа нр
с
разнообразной
тематикой
при
усложнении
ку льтурн ы х
запросов
дворянства
ст ал
преобладать.
Поэтому,
несмо т ря
на
существо­
вание
оды,
жанра,
во скр есавшег о
с
особой
силой
в
так ие
моменты,
когда
разнообразные
группы
д во рян ства
монолитно
спл а­
чивались
для
защиты
своих
классовых
ин тере сов
(например,
одо-
писный
поток
в
Отечественную
во йну
1812 г.), несмотря на тра ­
диционные
убеждения
всяческих
староверов,
доказывавших
и
в


Глава
четвертая
213
20-х
года х,
что
«в одной только оде совершенно исполняет поэт
св оё
з в ани е» (Остолопов,
стр.
232), не этому жанру принад ­
ле жало
первенство.
«Элегическое куку»
гром че
одоп ис ног о
ви­
т ийс тва
звучало
в
дворянской
л ирик е,
штампованностью
поэти­
ческих
красок
уже
вызывая
возражения
со
сторон ы
разнообраз­
ных
(не только прогрессивных)
общественных
и
литературных
групп,
б оров ши хся
за
но вое
содержание
в
поэзии.
Пушкин
хбтя
и
сказал,
что
не
хочет
«два века ссорить», но,,
сознавая
сво ю
связанность
с
литературными
течениями
XVIII в.
(элементы лексики,
классической
символики,
образности
в
лирике
и
поэм а х,
в
р ома не ) 9 и припоминая свой собственный
«венок элегий», по содержанию некогда близкий к опытам Лен­
с кого
и
других
«унылых рифмачей», тем не менее решительно
восстал
в
XXXII—XXXIII
строфах
ро мана
проти в
«мёртвого ка­
пит ала»
мы с лей,
обле чённ ых
в
обв етш алы е
ли терату рны е
формы.
Следует,
однако,
помнить,
что
Пу шкин
прибегал
к
форме
од ы,
когда
ему
н адо
был о
пер едат ь
в
стихах
важную,
и м еющую
в
его
глазах
б оль шое
идейное
значение
тему .
Так,
о дой
называл
он
стихотворение
«Наполеон», начатое в 1821 г .;
но
де ло
в
том,
что
это
с тихотв оре ни е,
законченное
в
1825 г .,
и
своей
иде йно й
на­
строенностью,
и
стилистикой
нахо д ил ось
в
резком
противоречии
с
«мёртвым капиталом»
архаической
од ы;
в
черновых
набросках
его
вскрывается
громадная
работа
П уш кина,
усиленно
устраняв­
шего
рит ориче скую
условность
ка нониче с ког о
жанра.
XXXV
Но
я
плоды
моих
ме чт аний
И
гармонических
затей
Читаю
только
ст арой
няне,
Подруге
юности
моей,
Да
после
скучного
обеда
Ко
мне
забредшего
сос е да,
Поймав
нежданно
за
полу ,
Ду шу
трагедией
в
углу...
Известно,
что
Ари на
Родионовна
рассказывала
поэ ту
сказки,
пе ла
песни, «занимала (е го
и
друзе й)
про
ст аро да вних
бар
пл е­
нительным
рассказом».
Пушкин
п ов едал
в
э той
с троф е,
что
сам
читал
ей
в
Михайловском
св ои
поэтические
произведения.
На­
звание
ня ни
«подругой юности»
повторяется
в
одновременно
на­
писанном
стихотворении
«Зимний вечер».


214
Ев ген ий.
Онегин
«Душу трагедией в углу» . —
Летом
1826 г.
Пушкин
читал
«Бориса Годунова»
А.
Н.
Вул ьфу,
сыну
П.
А.
Осиповой,
владелицы
Тригорс кого.
Или
(но это кроме шуток),
Тоской
и
рифмами
томи м,
Бродя
над
озе ром
м оим,
Пугаю
ста до
диких
уток:
В няв
пенью
сладкозвучных
строф,
Они
сле та ют
с
берегов.
Горько-ироническое
«снижение»
томящимся
в
ссылк е
поэтом
идиллической
картинки,
стилизованной
в
античном
духе,
с
ко­
торо й
в
1821 г.
обратился
к
П ушки ну
Баратынский,
приглашая
его
вместе
с
Дельвигом
«под мирный кров»:
Очаровательный
пев ец
Любви,
св о боды
и
забавы,
Ты,
П уш кин,
—
ве тре ный
м удр ец,
Наперсник
ш алост и
и
славы,
—
Молитву
радости
запой,
Запой:
с оседст венн ые
боги,
Сатиры,
фа вны
козлоноги,
Сбег ут ся
слуш ать
голос
твой,
Певца
вни мат ел ьно
обстанут
И,
ги мн
весёлы й
затвердив,
Им
оглашать
наперерыв
Мои
леса
не
пе рест анут .
(«Пиры»)
XXXVI—XXXVII
Онегин
жил
анах оре т ом;
В
седьмом
часу
вЬтавал
он
летом
И
отправлялся
налегке
К
бе гу щей
под
горо й
реке;
Певц у
Гюльнары
подражая,
Сей
Ге ллесп он т
переплывал,
П отом
св ой
кофе
в ыпив ал,
Плохой
журнал
перебирая,
И
одевался...
А на хоретом,
т.
е.
уединённо.
Сл ово
анахорет
—
гре­
ческого
происхождения;
так
назывались
отш ельн ики
во
вр емена
расп ро ст ранени я
христианства,
покидавшие
г орода
и
селившиеся
в
пустынных
местах
(первоначально в Египте).


Пушкин
И
Пу щин
В
С.
Михайловском.
с
ка ртин ы
Н.
Н.
Е.


216
Евгении
О негин
Г
юльнара
—
героин я
поэмы
Байрона
«Корсар» .
Г
ел
л
е
сп
о
нт
—
старинное
название
Дарданелльского
пролива.
В
ант ич ной
мифологии
ра сск азы ва лось,
как
де ти
ца ря
Афаманта
и
ним фы
Нефелы
(т.
е.
Тучи)
—
м аль чик
Фрике
и
зла ­
т окудра я
Гелла
—
плы ли
по
Понту
Евксинскому
(нынешнему
Чё рно му
морю)
на
ве лика не- бара не
с
золотым
руном
и
как
ос ла­
бе вшая
Гелл а,
соскользнув,
п отонул а
в
проливе;
по
её
имени
и
был
наз ван
пролив
Геллеспонтом,
т.
е.
«морем Геллы».
В
биографиях
Байрона
передавалось,
что
3 июля 1810 г.
он
пере­
плыл
в
т ече ние
часа
и
10 минут Дарданелльский пролив.
В
ру коп иси
строфа
и мела
оконч ан ие :
Только
вр яд
Носили
вы
такой
наряд.
За
этим
следовала
выпущенная
XXXVIII строфа,
где
чи т аем:
Н осил
он
р усску ю
руб ашк у,
Платок
шелк ов ый
кушаком,
Ар мяк
татарский
на
распашку
И
шапку
с
бе лым
козырьком
—
И
только...10
Б.
М од зале вский
указал
на
одн о
свидетельство,
подтверж­
дающе е,
что
им енно
такой
наряд
(«убор») был у Пушкина в Ми­
хайловском,
когда
п исал ась
IV глава.
Секретный
агент
Бош-
н як,
командированный
начальством
для
собирания
св едени й
о
Пушкине,
дон осил : «В Новоржеве от хозяина гостиницы
Катосова
узнал
я,
что
на
я р манке
Святогорского
У спенс ког о
мо­
настыря
Пушкин
был
в
рубашке,
подпоясан
розов ою
лентою,
в
соломенной
широкополой
шляпе
и
с
же лезно й
трос ть ю
в
р уке ...»11
XXXVI—XXXIX
В
о писании
образа
жизни
Онегина
Пушк ин
зарисовал
своё
«житьё-б ы тьё», как сам он сообщил об этом Вяземскому в июнь­
ском
письме
1826 г.; «В IV
песне
Оне гина
я
изобразил
свою
жизнь».
XLI
В
изб ушк е
распевая,
де ва
Пр я дёт,
и,
зимних
друг
ночей,
Трещит
лучинка
перед
ней.
К
э тим
стихам
Пушки н
пом ес тил
примечание: «В журналах
удивлялись,
как
можно
был о
назвать
девою
простую
кре ­


Глава
четвёртая
217
с тьян ку,
между
тем
как
благородные
б а рышни
немного
ниже
наз ва ны
д евчо нк ам и!» В связи с упомянутым здесь стихом
«Девчонки прыгают заране» (гл.
V, строфа XXVIII) Пушкин
з ам ет ил: «Наши критики,
верные
почитатели
пр ек расног о
пола,
сильно
осуждали
не пр илич ие
сего
с тиха ».
Враждебные
Пушкину
выпады
консервативной
кри т ики
против
«неприличных»
стихов
появились
в
1828 г.
в
журналах
«Атеней»
и
«Санктпетербургский зритель» .
XLIII
В
глуши
что
делать
в
эту
пору?
Гулять?
Деревня
той
порой
Невольно
докучает
взору
Однообразной
наг от ой.
В
бе лов ой
рук опис и
был
ва риа нт:
В
глу ши
что
делать
в
это
время?
Гу лят ь?
—
Но
голы
все
места,
Как
лысое
Сатурна
темя
Иль
крепостная
ни щет а,
В
черновике
последний
ст их
пер во нач ал ьно
был
написан:
И
скучно
всё
(как)
нище та
—
с
вариантом:
Как
крепостная
нищета
Иль
крепостная
нищ ет а.
По
цензурным
причинам
Пу шкин
не
мог
в ключи ть
в
печат­
ный
текст
своих
раздумий
о
кре пост ной
де рев не.
Автор
«Де ­
р ев ни» (1819) за годы скитаний по Руси накопил много мате­
риала
для
описания
ж изни
«рабства тощего», но политическая
реакция
в
царствование
Ни колая
I вынуждала поэта приглу­
шать
его
социально-протестующие
чувства,
не
дават ь
им
места
в
его
художественном
творчестве.
Так,
в
V главе вместо « ло­
шадки»
крестьянина
в
первоначальном
черновом
варианте
было:
И
то щий
к онь
его
почуя...
И
старая...
С иди
под
кровлею
пустынной,
Читай:
вот
Прадт,
вот
W. Scott.
Прадт
(1759—1837)— фра нцу зск ий
пуб лицис т,
пользовав­
шийс я
успех о м
среди
читателей
благодаря
злободневности
и
са­
т ири че ским
выпадам.
Его
книга
«Европа и Америка»
упом и­


218
Евгений
Онегин
нается,
между
прочим,
П.
А.
Вяземск им
(Соч. ,
т.
VII, стр .
81).
В
св оих
сочинениях
аббат
Прадт
обычно
указывал
Европе
на
русс кую
оп ас нос ть;
А.
И.
Тургенев
28 апреля 1815 г .
писал
Вя­
з е мс к ому : «Английские газеты всё прадствуют,
всё
стра ­
шат
нам и» 12.
Вальтер
Скотт
(1771 —1831)— зна ме нитый
шотландский
писатель,
автор
ист ориче ских
романов,
высоко
цен имый
Пушки­
ным
(«Вальтер Скотт
—
это
пищ а
души», —
писал
Пушкин
брату
в
1824 г. ).
О
Вальтер*Скотте
го вор ят
Саша
и
Лиза
в
«Ро­
мане
в
п ис ьма х»; граф Нулин «в
Петрополь
едет»
«с романом
новым
Валь т ер
С к отт а » (ещё:, «в постеле лёжа,
Вальтер
С котта
глазами
пробегает
о н»).
XLIV
Пр ямым
Онегин
Чильд
Гарольдом
Вдался
в
за думч ив ую
лень...
Прямой
в
смысле
«настоящий,
по длинн ый »; слово с таким
значением,
часто
употреблявшееся
поэтом
в
его
произведениях,
пе ре шло
к
Пу шки ну
из
кн ижно го
язы ка
XVIII в.;
ср.
у
Де р­
ж ави н а: «путь добродетели прямой» («Фелица», 1783).
XLV
Вдовы
Клико
или
Моэта
Благословенное
вин о
В
бут ыл ке
мёрзлой
для
поэ та
На
стол
тотчас
принесено.
Оно
св ер кает
Иппокреной;
Оно
сво ей
игрой
и
пеной
(Подобием того-с ег о)
Ме ня
пл ен ял о...
Клико,
Моэ т,
А
и
(XLVI строфа)—на иб оле е
известные
марки
шампанского
—
французского
игристого
ви на,
которое
вы­
д ел ывает ся
в
провинции
Шам пань .
Иппокрена
—
Крылатый
кон ь
—
Пегас
(рассказывается
в
одном
из
мифов
античной
Греции)
—с пус тил ся
на
склон
горы
Геликон,
где
обитали
богини
покровительницы
искусства
—
Му зы
(их было девять),
ударил
коп ытам и
по
су хой
земле
—
бры зн ул
источник
вод ы
—
Гиппокрена
(буквально значит:
конс ки й
источник),
откуда
черпали
своё
вдохновенье
поэты.
Другой
горой,
где
обитали
Музы,
был
Парнас;
здесь


Глава
четвёртая
219
протекал
Кастальский
ис точник
(ср .
у
Пушкина
«Три
кл ю ча», 1827).
Пу шкин
сравнивает
вино
с
поэтическим
вдохно­
вением;
в
стихо тв ор ении
«К Языкову» (28 августа 1826 г. ), ха ­
рактеризуя
муз у
сво его
нового
приятеля,
Пушкин
сравнивал
Иппо кре ну
с
вином
—
«напитком
б ла­
го р одным »:
Нет ,
не
кастальскою
водой
Ты
воспоил
свою
Камену ;
Пегас
иную
Иппокрену
Копытом
вы шиб
пр ед
тобой.
Она
не
хла д ной
льётся
вл агой,
Но
пенится
х мельн ою
браг ой.
Примечание
Пушки на
(No 25) раскрывает содер­
жание
ст иха:
подобием
того-сего.
В ино
(п о-
этически
А
и) «своей
игрой
и
пеной»
казалось
«подобием любви или
юности
бе зум но й»;
теперь,
когда
поэ т
к
Аи
«больше неспособен» . ..
Во
мне
уж
сердце
охладело.
Закрылось
для
лю бви
оно,
И
всё
в
нём
пусто
и
темно.
(III строфа IV
главы ,
иск люч ённ ая
поэтом)
Онег ин
и
Ленский.
С
ри с.
А.
Нотбек,
грав.
Е.
Ге йтма н, 1829 г.
В.
Не чаев а
указала,
что
для
э той
с трофы
Пу шкин
использовал
по этич еский
м ат ериал
Вяземского
и
Ба раты нск ог о.
У
п е рвого
в
стихотворении
«К партизану- по эту » (1815) читаем:
Дар
благодатный,
дар
в олш ебный ,
Благословенное
Аи
Кипи т,
бь ёт
искрами
и
пен ой
—
Так
жизнь
к ипит
в
мл адые
дни!
Так
за
столом
непринуждённо
Родятся
ис кры
острых
слов.
Баратынский,
следуя
Вяземскому,
писал
в
своих
«Пирах»
(1826):
4. Любимое
Аи.
В
нём
укрывается
отвага,
Его
з вездя щая ся
влага
Ду ши
божественной
пол на,
Свободно
и ск рится
она ;
[Вариант:
оно
и
блещет
и
кипит]


220
Ев гений
Онегин
Как
гордый
ум
не
терпит
плён а,
Рвёт
пробку
рез вою
волной,
—
И
брызжет
радостная
пена,
Подобье
жизни
мо лод ой ...
И
в
другом
месте
э той
же
поэмы:
В ино
лилось,
ви но
сверкало,
Сверкали
блёстки
острых
сло в ...
Однако,
во спо льз о вав шись
готовыми
поэтическими
сре д­
ствами,
Пушкин
вложил
в
их
трактовку
нечто,
совершенно
меняющее
общее
впечатление.
Торжественность
Вяземского,
вдохновенную
во ст ор женност ь
Б арат ынск ого
он
подменяет
на­
смешливой
снисходительностью,
звучащей
почти
сознательной
пародией:
Оно
св оей
игрой
и
пеной
(Подобием того -с его )
Ме ня
пленя ло .. .
Его
волшебная
струя
Рождала
глупостей
не
мало.. ,13
Меж
тем
как
мы,
враги
Гимена,
В
домашней
жизни
зрим
один
Ряд
утомительных
ка рти н,
Роман
во
вкусе
Лафонтена...
В
примечании
Пушк ин
с ообщи л: «Август Лафонтен,
автор
множества
семейственных
рома н ов».
В
журн ал е
«Благонамерен­
ный» (1818, ч.
3) в переведённой с немецкого статье об этом
немецком
романисте,
в ы разител е
вкусов
растущей
европейской
буржуазии,
был о
ск азан о: «Сочинения его,
с кольк о,
с
одной
ст о­
роны,
обнаруживают
в
превосходных
чертах
глубок ое
знание
че­
лов ече с кого
сердца
и
отличаются
многими
обдуманными
и
весьма
основательными
рассуждениями
(наиболее относительно воспи­
тан ия
де т ей), столько же,
с
др угой,
содержат
в
себе
многие
не­
нужн ые
п овторе н ия,
несообразности
в
самом
пл ане
и
ходе
пьесы»
(и т.
д.) .


ГЛАВА
ПЯТА Я
in
Но,
может
быть,
такого
ро да
Карт ины
вас
не
прив ле кут :
Всё
это
низкая
природа;
Изящн ого
не
много
тут.
Согретый
вд ох нов енья
б огом,
Другой
п оэт
роскошным
слогом
Живописал
нам
первый
снег
И
все
о ттенки
зимних
нег.
Он
вас
пл ени т,
я
в
том
у вере н,
Рис уя
в
пламенных
стихах
Прогулки
тайные
в
санях;
Но
я
бороться
не
н аме рен
Ни
с
ним
покамест,
ни
с
тобой,
Певец
Финляндки
молодой!
Рисуя
в
предшествующей
строфе
картины
з имы
с
такими
п одроб нос тям и,
как
«крестьянин на дровнях», «ямщик в тулупе»,
«дворовый мальчик»,
Пушкин
предвидел,
что
для
об ши рного
круга
дворянских
чита телей
вроде
тех ,
кто
оскорбился,
что
п оэт
назвал
девою
«простую крестьянку», а « б лаг ор о дн ых
бары­
ше нь
де вч онка ми» (см.
в ыше,
ком м,
к
XLÎ строфе IV
г ла­
вы), эти картины покажутся «н изкой
п ри родой ».
Не
считаясь
с
этими
вр ажд еб ными
отзывами,
Пушкин
смело
вводил
в
сво й
ро­
ман
реалистические
описания
русской
природы
и
бы та.
Указывая
на
другого
поэта,
который
«роскошным слогом жи­
вописал
нам
первый
сн ег
и
все
отт ен ки
зимних
н е г», Пушкин
н аме кал
на
следующий
отры в ок
в
с тихот во рени и
Вяземского
«Первый снег» (1819):
Лазурью
свет лою
го рят
неб ес
ве рш ины,
Блестящей
скатертью
подёрнулись
до л ины,
И
ярким
бисером
усея ны
поля;


222
Евгений
Онегин
На
празднике
зимы
красуется
земля
И
нас
приветствует
жи ви тельн ой
улыбкой;
Зд есь
снег,
как
лёгкий
п ух,
повис
на
ели
г иб кой;
Там ,
тёмный
изумруд
посы пав
серебром,
На
мрачн ой
он
сосне
разрисовал
узо ры.
Р ассея лись
пар ы,
и
засверкали
горы,
И
солнца
шар
в спыл ал
на
свод е
голубом.
Вол шебн иц ей
зи мой
весь
мир
преобразован;
Цепями
льдистыми
покорный
пруд
окован
И
синим
зеркалом
сравнялся
в
берегах.
Забавы
ожили;
пренебрегая
страх,
Сбежались
смельчаки
с
брегов
толпой
и гри вой
И,
празднуя
зим ы
ожиданный
возврат,
По
льду
св ист я щему
кружатся
и
скользят.
Там
ловчих
полк
готов;
их
взор
н етерп елив ый
Допр аш ивает
сл ед
добы чи
т оро пливой:
На
бегство
роб ког о
нескромный
сн ег
д онёс;
С
неволи
спу щенн ый,
за
же ртвой
хищный
пёс
Вверяется
стремглав
предательскому
следу,
И
довершает
нож
кровавую
победу.
Покинем,
мил ый
друг,
темницы
м рачны й
кро в!
Красивый
вы ходец
кипящих
табунов,
Ревнуя
на
бегу
с
крылатоногой
л анью,
Т опоча
хру пки й
снег,
нас
по
п олю
помчит.
Украшен
твой
наряд
лесов
сибирск их
данью,
И
соболь
на
теб е
чернеет
и
блестит.
П р езрев
мороза
гне в
и
тщетные
угрозы,
Румяных
щёк
т воих
свежей
алеют
розы
И
лил ия
свежей
белеет
на
челе,
Как
лучшая
вес на,
как
лучш ей
жизни
младость,
Ты
улыбаешься
утешенной
з емле.
О
пламенный
восторг!
В
ду ше
блеснула
радость,
Как
искр ы
яркие
на
снежн ом
хрустале.
Счастлив,
кто
исп ытал
прогулки
зимней
слад ост ь!
В
о б ещанное
состязание
с
Вяземским
Пушкин
вступил,
как
указывал
И.
Н.
Розанов,
в
н екоторы х
стихотворениях
1829—
1830 гг.
—
«Зимнее утро», «Зима»
—
и
о собе нно
в
«Осени» *.
«Певец Финляндки
молодой»
—
Е.
Баратынский,
автор
«финляндской повести» « Эд а»,
от рыв ок
из
кот орой
-г-
«Зима»
—
был
напечатан
в
«Полярной звезде»
на
1825 г.
(стр .
372—373):
Сковал
потоки
зим ний
хлад,
И
над
с трем ни нами
своими
С
гранитных
гор
уже
висят
Они
горами
ледя ными .
Из-под
сугробов
снеговых,
Кой-где
вставая
г оловам и,
Скалы
черн еют ;
сн ег
б уграм и
Лежит
на
со снах
вековых.
Кругом
всё
пусто
—
заш умел и,
Завыли
зимние
метели.. «


Глаза
пя тая
223
V—VI
Та тья на
верила
преданьям
Простонародной
старины,
И
снам,
и
карточным
гаданьям,
И
пре дск аза ния м
луны...
Далее
приводится
д линный
перечень
су евер ий,
связанных
с
разнообразными
явлениями
п рироды .
Стихотворение
1829 г.
«Приметы»
повторяет
предчувствия
Татьяны
—
как
отраж ен ие
л и чного
опыта
поэта:
Так
суеверные
приметы
Сог ласн ы
с
чувствами
души.
Пушкин
не
. пыт ался
объяснять
с транн ого
соединения
в
своём
мировоззрении
элементов
мате риал изм а
с
тё мны ми
суеве-
риямй;
в
«Капитанской дочке»
по
поводу
«пророческого сна»
Гринёва
(ср .
сон
Та тья ны: «Евгений хватает длинный нож
—
и
вмиг
повержен
Ленский»; ср.
сны
Руслана,
Марьи
Гавриловны
в
«Метели», Григория Отрепьева в « Бо р исе
Г одун ов е») он про­
сто
констатировал
на личи е
и
распространённость
самого
факта:
«Читатель извинит меня:
ибо ,
вероятно,
зн ает
по
опыту,
как
сродно
человеку
предаваться
суеверию,
несмотря
на
всевоз­
можное
презрение
к
предрассудкам».
VII
Что
ж?
Т айну
прелесть
нах од ила
И
в
самом
ужа се
она :
Так
нас
природа
сотворила,
К
противоречию
скло нн а.
Эта
те ма
сто яла
пер ед
поэтом
ещё
в
1820 г. ,
когда
он
писал:
Перед
собой
кто
смерти
не
вид ал,
Тот
полного
веселья
не
вкушал
И
милых
жён
лобзаний
не
дост оин
—
й
нашла
с воё
завершение
в
«Пире во время чумы» (1830) в сле­
ду ющих
строках:
Всё,
всё,
что
г и белью
грозит,
Для
сердца
смертного
т аит
Неизъяснимы
наслажденья.


224
Евгений
Онегин
Ср.
признание
Татьяны:
Пог иб ну,
—
Та ня
го ворит ,
—
Но
гибель
от
нег о
любезна.
Я
не
ропщу:
зачем
роптать?
Не
может
он
мне
счастья
дать.
(Гл.
VI, строфа III)
Отзвук
этой
темы
находим
в
стилистических
деталях
рома-
на:
например,
злобное
веселье
(в письме Онегина) .
VIII
..
.И
в ын улось
колечко
ей
Под
песенку
старинных
дней:
«Там мужички- то
все
богаты,
Гребут
лопатой
серебро;
К.
ом.
у
поём,
т ому
добро
И
сла в
а!» Но сулит утраты
Сей
п есни
жалостный
напев;
Милей
кошурка
сердцу
дев.
В
примечании
Пушкин
отм ет ил: «Зовёт кот кошурку в пе­
чур ку
спа ть.
Предвещание
свадьбы;
первая
песня
пр ед рек ает
смерть».
В
э той
строфе
оп иса но
сохранявшееся
в
пушкинское
время
как
в
деревне,
так
и
в
дворянской
уса дь бе
святочное
гадание
посредством
колец
и
под б люд ных
песе н.
Полные
тексты
о беих
песен
с ледую щие :
1.
У
Спаса
в
Чигасах
за
Яузою
Живут
мужики
богатые,
Гребут
золот о
лопатами,
Чист о
сер еб ро
лукошками.
2.
Уж
как
кличет
кот
кошурку
в
печурку
спать:
Ты
поди,
моя
кошурка,
в
пе ч урку
спат ь;
Е сть
скляница
вина
и
к онец
пирога;
У
ме ня,
у
кота,
и
п ос теля
мя гка.
Припев
ко
в сем
п одбл юдн ым
пе еням :
Да
кому
мы
спели,
т ому
добро;
Ком у
вынется,
тому
сбудется,
Тому
сбудется,
не
минуется.
К
каж до му
стиху
подблюдных
песен
припевается
слово
«слава»:
У
Спа са
в
Чигасах
за
Яузою,
с лава,
и
т.
д.2


Глав а
пятая
225
Пе рвая
песня
(«у Спаса в Чигасах»
и
т.
д.)
приведена
сре ди
прочих
п одблю д ных
песен
в
«Словаре»
Ос толо пов а
(ч.
II, стр. 476,
изд.
1821 г . ); там сказано,
что
когда
вынимают
из
блюда ,
по­
крытого
плат ком,
кольца
п рису тств ую щих
во
время
гада­
ния-игры
и
по ют
пес ни,
из
содержания
ко их
заключают,
что
впредь
с лучит ся:
п рибы ль,
свидание,
вступление
в
брак
и
п р.,
то
эта
песня
п редв ещает
п
р
и
б
ы
ль,
тогда
как,
по
Пу шки ну, «су­
лит
утр аты
сей
песни
жалостный
на пев ».
По
песеннику
1819 г.
значение
первой
песни: «Пожилым
—
к
см е рти,
а
нез аму жним
—
к
бра ку»; значение второй
—
то,
кот орое
указано
Пушкиным.
X
..
.Но
стало
страшно
вдруг
Татьяне...
Ия
—
при
мыс ли
о
Светлане
Мне
стало
ст р ашно
—
так
и
быть...
С
Татьяной
нам
не
в орож ить.
Татьяна
поясок
шелковый
Сняла,
разделась
и
в
постель
Легла.
Над
нею
вьётся
Лель,
А
под
подушкою
пу хо вой
Дев ич ье
зеркало
лежит.
Утихло
в сё.
Татьяна
спит .
В
б алла де
Жуковского
«Светлана», начинавшейся описанием
гадания
(«Раз в крещенский вечерок девушки гадали»), героиня
«с тайной робостью»
садит ся
к
зеркалу
гадать;
автор
то
и
дело
подчёркивал
чу в ство
страх а,
овл а девш ее
е ю: «страх туманит
очи...
занялся
от
страха
д ух»
и
т.
д.
(см.
эпиг р аф
к
V главе) .
Ле ль
—
заимствованное
из
к нижны х
источников
пр е дста­
вление
о
я кобы
существовавшем
в
славянской
мифологии
бог е
любви
(Пушкин вспоминает Леля в « Р у сла не
и
Людмиле»:
«ночную лампу зажигает Лель», «и Лелем свитый им венок»).
XI—XXI
Сон
Та ть яны
находится
в
тесной
свя зи
с
«простонародной
с ка зкой », балладой Пушкина «Ж ених», черновые наброски ко ­
торой
находятся
как
раз
среди
ч ернов и ков
IV главы романа,
законченной
3 января 1826 г. ; V глава,
как
известно,
б ыла
начата
4 января 1826 г.
Общая
схема,
отдельные
подробности,
даже
вы ражен ия
(ср.,
например,
в
«Женихе»: «вдруг слышу крик и
конский
топ»
и
в
XVII строфе: «людская молвь и конский топ»)


226
Евге ни й
Онегин
настолько
близ ки ,
что
заставили
одного
из
исследователей,
Н.
Сумцова,
назвать
сон
Ната ши
(«Жених») «любопытной лите­
рат урн ой
параллелью
ко
сну
Т а тья ны» (Харьковский сборник
в
памя ть
Пушкина,
стр.
277), а другого
—
прийти
к
выв о ду,
что
Пушкин,
вплетя
в
сновидения
дворянской
девушки
песенно-ска­
зочный
материал,
ходивший
«среди простолюдинов»,
им ел
в
виду
выпуклей
оче ртит ь
образ
Татьяны
—
не
то й,
которая
в
III главе являлась «уе зд н ой
барышней
с
французской
кн и жкою
в
р ука х», а другой Татьяны,
п роник нутой
деревенской
стихией
в
больш е й
мере,
чем
сама
она
пр е дп о л ага ет; «её подсознатель ­
ный
мир
полон
теми
образ ами,
что
и
подсознательный
мир
дев у­
шек,
ле том
распевавш их
в
саду
Ларин ых
песню
про
молодца.
И
хотя
офранцуженная
Та тьяна
внимала
песне
с
небре­
женьем
—
«молодец»
близок
ей
до
того,
что
она
его
в идит
во
сне»3.
Но
вдруг
сугроб
зашевелился,
И
кто
ж
из-под
него
яв ил ся?
Б оль шой
взъерошенный
ме двед ь. ..
В.
Ф.
Миллер
в
статье
«Пушкин как поэт- э тн огра ф» (1899)
п ис ал: «Художественной реминисценцией русских сказок яв­
ляется
в
сне
Та т ьяны
услужливый
медведь,
унос ящ ий
Татьяну
в
лесную
избушку
и
заговоривший
с
ней
че л овеч ьим
голосом:
Зд есь
мой
ку м:
Погрейся
у
н его
немножко.
В сяки й,
несколько
знако м ый
со
взг л ядами
кре стьян
на
м ед­
ведя,
с
поверьями
о
нём
и
с
его
ролью
в
с казка х,
невольно
по­
чу в ств ует,
откуда
появился
медведь
в
воображении
Пушкина
и
затем
в
сне
Татьяны,
заснувшей
с
зеркалом
под
под ушко й,
пос ле
святочных
гаданий,
настроивших
её
воображенье
в
духе
народных
по в ер ий» (стр.
45—46).
Чудовища
в
сне
Т атья ны
(строфы XVI —XVII; XIX), видимо,
не
бы ли
только
«миром карикатур мечтательных», как отмеча­
лось
уже
в
современной
Пу шки ну
к рити ке.
В
пе рв опе чатн ом
тексте
бы ли
строчки
—
Там
сует ит ся
ёж
в
ливрее...
Там
мельница
в
мундире
пляшет,—
кот оры е
заставляют
предполагать,
что
автор
романа
мет ил
в
ка­
кие- то
живы е,
конкретные
лица
4.
Во
всяком
с лучае ,
бесспо р но ,
как
от м етил
один
из
пушкинистов,
подхватив
мнен ие
современ­
н ого
Пу шк ину
критика,
что
в
описании
ч у до вищ , «адских приви­


Глава
пятая
227
де ний»
в
сне
Татьяны
и
в
описании
соседей-гостей,
съ ехав ши хся
на
семе йны й
праздник
к
Лар ины м
(строфы XXV
и
сл.), есть па­
раллельные
черты.
«В сне Татьяны
—
в
н арочи том
искажении,
в
чудовищных
гротесках
по эт
зарисовывает
то
же
мелкопомест­
ное
дв оря нст во,
котор ое
несколькими
строками
позднее
предъ­
являет
в
его
собственном,
почт и
не
уступающем
сну,
виде
—
в
шумной
«галерее карикатур», съехавшихся «це лы ми
семьями»
на
«весёлый праздник именин»
к
Л ариным » 5.
Эта
догадка
нахо­
дит
под т вер жд ение
в
текстовых
сопоставлениях,
сделанных
Д.
Д.
Благим:
Лай,
хохот,
пенье,
сви ст
и
хлоп,
Люд ска я
молвь
и
ко нс кий
топ!
(Сон Татьяны)
Лай
мосек,
чмоканье
девиц,
Шум,
хохот,
давка
у
порог а ...
(Приезд гостей)
В.
Ф.
Бо цянов с кий
указал,
что
хар актер
изображения
«чу­
дов ищ»
в
сне
Татьяны
напоминает
ру сск ую
л убочн ую
картинку
конца
XVIII века «Бесы
искушают
св.
Антония»
и
картину
Иеронима
Босха
«Искушение св .
А нт они я»6.
Исследователю
ост алос ь
неизвестным,
что
ко пия
с
ка ртин ы
М уриль о
на
эту
тему
находилась
в
с.
Михайловском
(см.
«С.-Петербургские
ведомо­
ст и», 1866, No 139).
Помимо
ук азанно г о
материала
источником
сна
Татьяны
мо­
гли
слу жить
кн ижны е
впечатления.
Поэту
бы ли
известны
«Рус ­
ски е
сказки»
Ч улков а
(1783); в одной из них автор описал соб ­
рание
фантастических
чудо вищ ,
кое
в
чём
напоминающее
в
де­
талях
и
в
тон е
п уш кин скую
ка рти нку: «Вся комната наполнилась
дьяволами
ра з личн ого
вида.
Иные
име ли
р ост
исполинский,
и
потол ок
тр еща л,
когда
они
умещались
в
комн ат е;
другие
были
так
малы,
как
во роб ьи
и
жук и
с
кры льями ,
без
крыльев,
с
ро­
гами,
ко мо л ые 7, многоголовые,
безголовые,
пох ожие
на
зверей,
на
птиц
и
всё,
что
е сть
в
п ри роде
ужасного.
Все
ревели/страш­
но
выли,
сипел и,
скре же тал и
и
бросались
на
богатыря»8.
Припо­
мнился
Пушкину
и
сон ,
выдуманный
Софьей
Фамусовой:
Мы
в
тёмной
комнате...
Тут
с
громом
распахнули
двери
Какие-то
не
люди
и
не
звери...
Нас
провожает
сто н,
рёв,
хохот,
свист
чудовищ!
Он
вслед
кричит!..
По
поводу
осуждения
в
жур нала х
слов:
хлоп,
мо лвь
и
топ
как
н еуд ачно го
нововведения
Пу шкин
в
примечании
(30) писал:


228
Евгений
Онегин
«Слова сии коренные русские.
«Вышел Бова из шатра прохла­
диться
и
услышал
в
чистом
поле
люд ску ю
мо лвь
и
ко нский
т оп»
(«Сказка о Бове Королевиче»).
Хлоп
употребляется
в
просторе­
чии
вместо
хлопание,
как
шип
вместо
шипение.
Он
шип
пустил
по-зм еи но му.
(«Древние русские стихотворения»)
[Кирши Данилова]
Не
должно
мешать
свободе
нашего
б огат ого
и
п рек рас ного
язы ка ».
В
«Критических заметках» (1830) Пушкин вновь вернулся
к
этой
тем е
защиты
п рос тор ечья
в
литературном
языке: «Более
вс его
раздражал
его
[критика Надеждина]
стих:
Людскую
молвь
и
ко нс кий
то п.
«Так ли изъясняемся мы,
учившиеся
по
старым
граммати­
кам,
можно
ли
так
коверкать
р у сский
язык?» Над этим стихом
жест о ко
потом
посмеялись
и
в
«Вестнике Европы».
Мо лвь
(речь)
слово
к орен ное
русское.
Топ
вместо
топот
ст оль
же
употреби­
те льн о,
как
и
шип
вместо
шипение
и
хл оп
вместо
хлопание
(след­
ственно
вовсе
не
противно
духу
русского
я зы ка)...
На
ту
беду
и
с ти х-то
весь
не
мо й,
а
взят
целиком
из
русской
сказки:
«И вышел он за ворота градские,
и
услышал
кон ский
топ
и
людс кую
мо лв ь » («Бова Королевич»).
Изучение
старинных
пе сен,
сказо к
и
т.
п.
необходимо
для
сов ерше н ного
з нания
свойств
ру сског о
язы ка.
Критики
наши
напрасно
ими
п р езира ют».
XXII
Хо ть
не
являла
книга
эта
Ни
сладких
вымыслов
поэта,
Ни
муд рых
истин,
ни
картин,
Но
ни
Виргилий,
ни
Расин,
Ни
Скотт,
ни
Байрон,
ни
Сенека,
Ни
даже
Да мски х
Мод
Жу рнал
Так
никого
не
занимал:
То
был,
друзья,
Мартын
Задека,
Глава
халдейских
мудрецов,
Гадатель,
толкователь
сн ов.
Расин
(1639—1699) —
францу з ск ий
др амат ург,
автор
тра­
г едий
«Федра», «Гофолия»
и
д р.,
в
оценке
Пушкина,
«певец


Гл ава
пятая
229
влюблённых
женщ ин
и
ц а рей »; стихи Расина,
по
его
сл овам ,
полны
«смысла,
точности
и
гармонии».
Сенека
(умер в 65 году I
в.
н.
э.)
—
римский
ф илос оф
и
дра матург ;
пр опов ед ник
стоицизма
—
строгих
принципов
мо ра ли,
основанных
на
раз у ме;
о
нём
поэт
упомя нул
в
вар и анте
к
X строфе VIII
главы:
«Мы рождены», сказал Сенека,
«Для пользы ближних и своей» .
Нельзя
быть
пр още
и
ясн ей.
Д амс ких
мод
журнал
—
в ер оятн о, «Дамский журнал»,
издаваемый
с
1823 г.
кн.
П.
И.
Шаликовым.
.Мартын
За де ка.
Полное
за гла вие
«толкователя снов»
было
т ак ово : «Древний и новый всегдашний гадательный ора­
кул,
найденный
п осле
смерти
одного
сташестилетнего
старца
Мартина
З адека,
по
кот ором у
узн а вал
он
судьбу
ка ждо го
чр ез
к руги
счастия
и
несчастия
че лов е чес кого,
с
присовокуплением
Волше бн ого
Зеркала
или
то лк ов ания
с нов;
т акже
прав ил
Фи-
зио гн омии
и
Х ир о мантии,
или
Наук,
как
узнав ать
по
сложению
Титульный
лист
и
модная
картинка
из
«Дамского журнала» 1823 г.


230
Евгений.
Онегин
тела
и
расположению
руки
или
чертам,
свойства
и
участь
м уже­
ского
и
женск ог о
пола ,
с
прило же ние м
его
ж
Задека
предсказа­
ния
любопытнейших
в
Европе
происшествий,
событием
оправ­
дан но е,
с
прибавлением
Фоку с- Поку с
и
забавных
Заг адо к
с
От­
гадками» (3-е
издание,
М.
В
т ипогр афии
Реш етн ико ва.
1821. 8°.
256 стр. ).
ДРЕВК1Й
И
НОВ ЫЙ
ВСЕГДАШН1Й
ГА ДАТ ЕЛЬНЫ Й
О
Р
А
К
У
Л
Ъ,
И
А
Й
Д
К
Н
И
Ы
Й
ПОС Л»
СМЕРТИ
ОДНОГО
С ГО-Ш вСТ ИИ 1ГНЯ ГО
СТАРЦА
МАР Т ИНА
З АД ЕКА,
но
которому
улк ижа дЪ
оиЪ
судьбу
«аждпго
• »ptïb круги счаспня и иссчаспйя чедоаЬчегка*
rv, сЪ лрисомэкуилеюсмЬ Волдоебнаго Зеркал«
мам
шоАкопашя
сне вЪ
: также праамлЪ физ»*
oiuomîm и Хиромантии,
или
НаукЪ,
кл к ’1> у:*>««♦
а эть
по
сло жен !» тпЬлл и расположен!» руки
«ли чертамЪ,
саоЗсшпа
и
упасть
в .у жескаго
и
жснскэго
пола,
сЪ
нриложетемЪ
егожЪ
Заде,
а
пр едс каз али
лю боаы тя Ьйш ихЪ
«ЪЕгропЬ про»
•ишесаинй,
собыпнемЪ
епраяданное, <,Ъ прибг -
алеи>емЪ
ф охусЪ -Пок усЪ,
и
зэбаанылЬ
Змга-
д «>кЪ t'b Отгадка ми.
Т
р
е
т
i g издание.
М ОСК ВА,
вь
типогглф:и pt. ни:iниковл.
I82J.
Т иту льный
ли ст
«Гадательного оракула>
Мартина
За дек а, 1821 г.
XXIII
Сие
глубокое
творенье
Завёз
кочующий
куп ец
Од нажд ы
к
ним
в
уединенье
И
для
Татьяны
наконец


Глава
пя тая
231
Его
с
разрозненной
Мальвиной
Он
ус ту пил
за
три
с
полтиной,
В
придачу
взяв
ещё
за
них
Собранье
басен
пл ощад н ых,
Грамматику,
две
Петриады,
Да
Ма рмон те ля
третий
том .
«Мальвина»
—
рома н
в
6 частях писательницы Коттэнь
(перевод на русский яз. , 1816—1818).
«Петри а да»
—
героическая
п оэма
в
10 песнях А .
Грузи н-
цева,
СПБ
1812 и 1817 гг.
Другие
поэмы
о
Пет ре
принадлежали
кн.
С.
А.
Шихматову
(1810) и Сладковскому (1803).
О
Ма рмон -
теле
см.
ком м,
к
VI строфе I
гл авы.
Перечень
книг ,
завезённых
«кочующим купцом»
к
Ла рины м
«в уединенье», говорит об авторах,
да вно
уже
потерявших
пре­
лест ь
нов из ны
в
столичном
к ульт урн ом
читательском
Кругу:
не­
кто
В.
Дмитриев,
рекомендуя
в
1825 г.
мол оды м
людям
читать
Сте рна ,
Сервантеса,
у тве ржд ал : «Мой Виктор после такого
чтения
сч итает
стыдом
взя ть
в
ру ки
слез ливы й
роман
Лафон­
те на.
..
неестественные
характеры
Коттэнь...»9.
XXV
Но
вот
багряною
рукою
Заря
от
утренних
долин
Выводит
с
солнцем
за
собою
Весёлый
праз дни к
именин.
В
примечании
No
34 Пушкин указал,
что
первые
строчки
па­
родируют
«известные стихи Ломоносова» (начало оды 1746 г.
«На день восшествия на престол Елизаветы Петровны») 10.
Бу­
дучи
л иц еис том,
он
у чени чес ки
следовал
п оэ тиче ской
традиции
XVIII века,
бросая
в
ст ихот воре нии
«Кольна» (1814) образ:
Денница
красная
вывод ит
Златое
у тро
в
небеса.
В
«Сражённом рыцаре». (1815):
Но
утр о
денница
выво ди т ...
Ср.
также
в
«Кавказском пленнике» (1821):
Заря
на
зно йный
небосклон
За
дн ями
но вы
дни
возво дит .
Тот
же
об раз,
без
всякой
пар одии
на
Ломоносова,
ветре-


232
Евгений
Онегин
чае тся
в
с тихотв оре ни и
Д.
П.
Го рч ако ва,
поэта,
цени мо го
Пуш­
кины м:
Меж
тем
Аврора
выходила
И
тихо-тихо
выводила
Из
моря
солнце
за
собой.
(«Соловей») u
XXVI
Выделяя
«простую,
рус ск ую
семью»
Лариных
из
об едн ев шего
дворянства,
зарис овы ва я
её
иногда
с
сочувствием,
иногда
с
доб­
родушной
усм ешко й,
Пуш кин
не
щ адит
красок
в
изображении
мелкопоместного
дво р янст ва,
не культ урн ого , «дикого» (ср.
в
«Де­
рев н е»: «барство дикое»
и
в
«Романе в письмах»: «Эти господа
не
служат
и
сами
зан им ают ся
у пр авлени ем
сво их
деревушек;
но,
признаюсь,
дай
бог
им
промотаться,
как
нашему
брату!
Ка­
кая
дико сть!
Для
них
ещё
не
прошли
времена
Фонвизина,
между
ними
процветают
Простаковы
и
С к от ин ины»); кратко,
но
метко
и
зло
обнаруживает
он
изн анку
кр епос тно й
дей ств и тель ност и,
выводит
вс ех
э тих
«господ соседственных селений»:
Гвоздин,
хозяин
превосходный.
Владелец
нищих
мужиков;
«толстый Пустяков»; «Скотинины,
че та
се дая», неспроста нося­
щие
фа милию
ге роя
фонвизинской
ком еди и
«Недоросль», про ­
славившегося
во
всём
околотке
тем,
что
«мастерски оброк соби ­
рает»
с
своих
крестьян,
с
ко торых
«сдирает всякий убыток»;
отставной
советник
Лян ов
—
«тяжёлый сплетник,
дамский
шу т,
обжора,
рос тов щик
и
пл ут .. .» (в беловой рукописи).
Буя нов
—
герой
шутливой
по эмы
«Опасный сосед» (1810—
1811), написанной дядей Пушкина,
Ва с илием
Львовичем
Пушки­
ным,
и,
вследствие
н еск ром ного
содержания,
ходи вш ей
в
спи­
сках.
Буянов
сделался
в
литературных
кругах
т ипич ес ким
обра­
зом
одного
из
тех
людей ,
кто
впоследствии
нашёл
мастерское
воплощение
в
гого лев ск ом
Ноздрёве;
Буянов а ,
например,
вспо­
минает
Батюшков
в
пос лани и
«Князю П.
И.
Ша лик ов у» (1818):
.. .в
стране
иной,
Где
ввек
не
повстречаюсь
с
вами:
В
пыли,
в
грязи,
на
тряс кой
мостовой,
«В картузе с козырьком,
с
небритыми
усами...»
Как
Пушкина
герой,
Восп еты й
им
сто ль
с ильн ыми
ст ихам и.
Ха ра ктеризующа я
Буянова
строчка: «В пуху,
в
ка ртузе
с
ко­
зырьком»
находится
в
поэме
В.
Л.
Пу шкин а
в
с лед ующем
кон­
тексте,
дающем
возможность
более
полно
узнать
облик
одного
из
гостей
в
доме
Л ариных :


Гл а&а
пятая
233
... Буянов,
мой
сосед,
Имение
с воё
проживший
в
восе мь
лет
С
цыг ан кам и,
с
...,
в
трактирах,
с
ямщ ика ми,
Пришёл
ко
мне
вчера,
с
небритыми
усами ,
Растрёпанный,
в
пуху,
в
карт узе
с
козырьком,
Пришёл,
—
и
понесло
п овсюду
каб ако м.
Среди
гостей
ещё
н амеча ли сь
«Кирин важный», «Лазор-
кина
—
вд ов а-во с тру ш к а» («сорокалетняя вертушка»), «толстого
Пустякова»
заменял
«толстый Тумаков», Пустяков был назван
«тощим»; Петушков был «отс та в ным
к анцеля ри стом ».
XXVII, XXXII
Песенк а-к упл ет ,
прив ез ён ный
и
спет ый
мосье
Трике,
—
одно
из
поп уля рн ей ших
произведений
Дюфрени
(1648—1724), драма­
т урга
и
автора
нескольких
известных
в
своё
врем я
ром ан сов
и
к упле тов
(«Пушкин и его современники»,
вып.
28; здесь на
стр .
68, 70 приведены текст и мотив куплета).
XXX—XXXI
В
XXX строфе автор,
изображая
смятенье
Тат ьяны ,
нео жи­
д анно
увидевшей
вместе
те х,
чья
судьба
в
её
с но виде нии
в
эту
но чь
мелькнула
в
таком
у жасном ,
трагическом
исх о де,
—
гов о­
р ит,
что
она
бы ла
«уже готова в обморок упасть,
но
в оля
и
рас­
суд ка
власть
пр ево зм ог ли».
Меж ду
тем
в
следующей
(XXXI)
с трофе
говор ит ся,
что
Евгений
дав но
терпеть
не
мог
«девичьих
обмороков,
слёз», —
как
бу дто
Тать яна
на
самом
деле
упал а
в
обморок.
Объяснение
этому
месту
даётся
первоначальным
ва­
риантом
XXX строфы:
Она
при ветс твий
двух
друзей
Не
слышит
—
слёз ы
из
очей
Хот ят
уж
хлынуть
—
вдруг
упала
Бедняжка
[в обморок]
—
тотчас
Её
выносят,
суетясь.
Толпа
гостей
залепетала.
Все
на
Евгения
гл ядя т,
Как
бы
во
всём
его
винят.
В
свете
этого
отрывка
более
понятно,
почему
Он ег ин, «попав
на
пир
огромный,
уж
был
сердит...
надулся»
и
пр.
XXXII
Да
в от,
в
бутылке
засмолёной,
Между
жарким
и
блан - ман же,
Цимлянское
не сут
уже;


234
Евгений
Онегин
За
ним
строй
рю мок
узких,
длинных,
Подобно
талии
твоей,
Зизи,
кристал
ду ши
моей,
Предмет
стихов
мо их
нев инны х,
Любви
приманчивый
фиал,
Ты,
от
ко го
я
пьян
бывал!
Бал
у
Лариных.
С
рисунка
П.
Соко л ова.
Зиз и
—
Евпраксия
Николаевна
Вуль ф
(1810—1883), сестра
пушкинского
приятеля
А.
Н.
Ву ль фа,
принимала
д ея тель ное
уч а­
ст ие
в
пирушках
в
Михайловском
и
в
Тригорском,
мастерски
ва­
ри ла
жжёнку;
ей
Пушкин
по св ятил
стихи
«Вот,
З ина,
вам
совет»
(1826), ей написал в альбом знаменитое « Есл и
ж изнь
те бя
обма­
не т» (1825).
XXXV
С толы
зелёные
раскрыты:
Зовут
задорных
игроков
Бостон
и
ломбер
стариков,


Глава
пятая
235
И
ви ст,
доныне
знаменитый,
Однообразная
семья.
Все
жадной
с куки
сыновья.
Карточные
иг ры
«зовут задорных игроков»; Пушкин,
назвав
их
«однообразной семьёй», указал причину тяготения к бостону,
ломберу
и
вист у: «жадная скука», по
его
мнению ,
пор о­
дила
эти
игры.
Есл и
отсутствие
значительных
умственных
инте­
ресов
в
среде
провинциального
дв орян ств а
(см .
те мы
их
разго­
воров
в
XI строфе II
гл авы,
в
I строфе III
главы)
заставляло
«героев виста»
тратить
время
на
«робберы», то и столичная либе­
ральная
молодёжь,
задыхаясь
в
у сло виях
политической
реакции
арак ч еевско г о
р ежим а,
видела
в
б остоне
средство
уби ть
свою
«жадную скуку» . 30
се нтябр я
1820 г.
Н.
И.
Тургенев
зап ис ал
в
сво ём
д нев н ик е: «Жить тяжело...,
всякий
де нь
слышишь
что-
нибудь
н епри ятное .
Тут
н евеж ды
со
всех
сторон
ставят
преграды
просвещению,
там
усиливают
шпионство...
Бостон
есть
л уч­
ший
опиум
и
действует
вер нее
всех
других
ме р.
Душно,
душно!»
XL
В
начале
моег о
романа
(Смотрите первую тетрадь)
Хотелось
в
ро де
мне
Альбана
Бал
петербургский
описать...
Ал ьбани
(1578—1660)—ит аль янск ий
ж иво пис ец,
упоми­
наемый
поэтом
в
лицейских
стихотворениях
«К живописцу»,
«Сон», в поэме « Мо на х», славился изображением мифологиче­
ских
сюжетов.
В
послании
А.
Ф.
Во ейко ва
к
Жуковскому
(1813) упоми­
нается
Альбани
с
той
ос обен нос тью
приё мо в
его
раб оты ,
к ото­
рая,
по
пре дп олож ен ию
Н.
О.
Лернера
(«Звенья», V, стр .
77),
создала
ему
ходовую
репутацию
именно
жив описц а
«мелочей».
Воейков
хвалит
Жуковского
за
то,
что
он
Превосходен
и
в
бе зде лица х,
Кисть
Альба на
в
са мых
ме ло чах.


ГЛА ВА
ШЕСТАЯ
Là, sotto I giornl nubllo'sl e bnevt,
Nasce una gente a cut I’morlr non dole.
Petr.
Эпиграф
из
к анц оны
Петрарки:
Там,
где
дни
облачны
и
крат ки,
Родится
племя,
ко то рому
умирать
не
больно.
II
Одна,
печальна
под
окн ом,
Озарена
лучом
Дианы,
Та тья на
бедная
не
спи т
И
в
поле
т ёмное
глядит
—
повторение
темы
из
XX строфы III
главы.
Ср.
пар о дийн ый
тон
в
«Домике в Коломне» (1830):
...
Блед ная
Диана
Гля де ла
долго
девушке
в
окно.
(Без этого ни одного романа
Не
обойдётся:
так
за вед ен о!)
IV—VIII
Обра з
Зарецкого
зарис ован
в
дв ойно м
плане:
он
был
«кар­
тёжной
ша йки
ата ма н,
гл ава
повес,
триб ун
трактирный», —
те­
пе рь
«в философической пустыне»
он
«надёжный друг,
п ом ещик
ми рный
и
даже
ч ест ный
человек»; его «здравый
тол к»
в
бе сед ах
доставлял
удовольствие
Онегину;
он
был
«истинный мудрец»,
о пыт ный
хозяин
с
разносторонними
п ракти чес ким и
з на ниями
(см .
XXVI строфу: «.. .ме ха ни к
деревенский,
Зарецкий
жорн ов
ос уж да л»).


Гла ва
шестая
237
Предположение,
что
в
образе
Зарецкого
Пушкин
вывел
из­
вестного
Ф.
И.
Толстого-американца,
тр ебу ет
некоторых
ог ра ни­
чений.
Пушк ин
собирался
вывести
его
в
IV главе ( ср.
в
письме
к
брату
в
апреле
1825 г. : «Толстой явится у меня во всём блеске
в
4 песне Онегина»), которую писал в 1825 г.
и
в
которой
перво­
начально
должны
бы ли
находиться
сатирические
картинки
мо­
сковского
общества.
Ф.
И.
То лс той
получил
бы
м есто
среди
др у­
гих
«оскорбительных личностей», среди тех,
о
ком
Пушкин
в
том
же
1825 г.
писал:
О,
сколько
лиц
бесстыдно-бледных,
О,
сколько
лбов
ши рок о- медн ых
Готовы
от
ме ня
пр ин ять
Неизгладимую
печать!1
Искать
в
Зарецком
портретного
сходства
с
Ф.
И.
Толстым
бесполезно,
но
материал
для
образа
Зарецкого
Пушкин
бесспор­
но
брал
с
на туры,
вкрапливая
отдельные
штрихи
из
жиз ни
того,
кто
и
в
ком ед ии
Гриб оед ов а
был
зло
и
метко
закл е ймён
(см.
в
монологе
Репетилова
—
IV действие, 4
я вле ние : «Ночной раз­
бойник,
дуэлист,
в
К амчатку
сослан
был,
вернулся
алеутом
и
крепко
на
руку
нечист»).
Ф.
И.
Толстой
(1782—1846) ещё
в
1821 г.
в
по сла нии
к
Чаадаев у
был
рез ко
очерче н
Пушкиным.
Впоследствии
Пушкин
по мир ился
с
Толст ым ;
оба
они
встр е­
чал ись
в
одно м
литературном
и
светском
кругу.
*
В
характеристике
Зарец ког о
следующие
черты
напоминают
Ф.
И.
Т ол ст ого: «Некогда буян,
картёжной
ша йки
ата ман ,
глава
повес,
трибун
трактирный»
—
всё
это
подтверждается
в ос по мина­
ния ми
многих
ли ц,
его
знавших;
например,
Булгарин
рассказы­
ва ет
о
Толстом,
что
тот
«постоянно выигрывал огром ­
ные
суммы,
кото р ые
тратил
на
кутежи...
человек
эксцентриче­
ский,
Т ол стой
во
всём
любил
одни
крайности...
В сё,
что
делали
др уг ие,
он
делал
вдесятеро
сильнее.
Тогд а
б ыло
в
мо де
моло­
дечество,
а
То лст ой
довёл
его
до
о тча янно сти» .
Прото­
тип
Зарецкого,
действительно,
име л
репутацию
шулера,
нечест­
ного
игрока
в
карты.
«Старый дуэлист», —
Толстой,
под обн о
За­
рецкому,
нередко
«ставил на барьер друзей»
и
сам
дрался
на
дуэлях,
от пра вив
на
тот
свет
не с кол ьких
человек,
будучи
прево­
сходным
стрелком
(ср .
«в туз из пистолета в пяти саженях по­
п адал»).
О
его
«злой храбрости»
ходи ли
легендарные
рассказы.
Зарецкий
«был не глуп»
—
и
Пушкин
в
1821 г.
писал
Гречу,
из­
менившему
стих
в
по сла нии
к
Чаадаев у
(вм.
«или философа»
—
«глупца философа»): «Зачем глупец?
Стихи
относятся
к
аме ри­
кан цу
Толстому,
который
вовсе
не
г лупец» .
Вяземский
на зы вал
Толст ого
«человеком интересным и лю­
б о пыт ным». «Он
речист», —
Гоголь,
давая
совет,
как
играть
Петр а
Петровича
в
«Развязке Ревизора», писал актёру Щепкину
в
1846 г .: «Играющему Петра Петровича нужно выговаривать


238
Ев гений
Онегин
Ф.
И.
Толстой-амсрикансц.
С
по рт рета
Рейхеля.
с вои
слова
особ енн о
круп но,
отчётливо,
зернисто.
Он
д ол­
жен
скопировать
того,
ко то­
р ого
он
зн ал
[как]
говоря­
ще го
лучше
вс ех
по- русс ки .
Хорошо
бы,
ес ли
бы
он
мог
не ско лько
придерживаться
амер ика нца
Толстого».«Отец
семейства
х олос той » —намёк
на
св язь
Толстого
с
цыган­
кой
ТугЬевой.
Толстой
не
«достался в плен францу­
зам»
—
он
был
только
ранен
в
б ород инск ом
ср аже нии.
Заре цкий
умел
«порой рас-
счётливо
смолчать»—харак­
теристика
применима
к
Тол­
стому.
Когда
Жихарев
в
его
пр ису тствии
несколько
раз
д екла миров ал
известные
сти­
хи
в
мон ологе
Репетилова,
Толс то й
вместе
с
д руги ми
весело
смеял ся,
не
показы­
вая
виду,
что
гриб ое дов ск ие
строки
к
нем у
отн ос ят ся.
«Надёж­
ный
д руг»
—
ср.
выражение
Жуковского
о
Т олс то м: «добрый
приятель
сво их
друзей».
О
Ф.
И.
Толстом,
его
отн оше н иях
с
П уш­
ки ным,
о
его
за рис овка х
в
художественной
литературе
см.
бро­
шюру
С.
Л.
Т олс того
—
«Фёдор Толстой-а м ер ик а не ц», М.
1926.
VII
Под
сень
черёмух
и
ак аций...
Пародийное
пр име не ние
к
Зарецкому
стиха
Батюшкова
из
«Беседки муз» 1817 г .:
Пускай
и
в
сединах,
но
с
бодрою
душой,
Беспечен
как
дитя
всегда
беспечных
гра ций,
Он
некогда
придёт
вздохнуть
в
сени
густой
Свои х
черё му х
и
ак аци й.
IX
То
был
при ятны й,
благородный,
Короткий
вы зов
иль
картель:
Учтиво,
с
ясностью
холо дн ой
Зв ал
друга
Ленский
на
дуэль.


Глав а
шестая
239
Дуэль
—
порождённый
фео д аль но -р ыцарс ким
обществом
обычай
кр овав ой
расправы-мести,
сохраня лся
в
дворянской
среде,
видевшей
в
этом
сп особ е
защит ы
чест и
одну
из
форм,
вы­
делявших
«благородное»
сословие
от
прочих.
«Кто тогда не
вызывал
на
п оед инок
и
кого
тогда
не
вызывали
на
него?»—
пи­
шет
П.
В.
А нненко в,
первый
био гра ф
Пушкина.
Пушки н
по гиб
на
дуэли,
истерзанный
мукой
об ид
и
оскорб­
лений;
он
не
был
сражён
п улей
вра га
мгновенно,
как
Лен ский ,
он
ещё
пы тался
слабеющей
рукой
выстрелить,
защитить
своё
право
на
человеческое
достоинство
хоть
на
э том
пол е
чести...
Общественное
сознание
по эта
задолго
до
сме рти
переросло
со­
словные,
кастовые
п оня тия
о
чест и;
он
дав но
критически
от но­
сился
к
«пружине чести»
светской
молодёжи,
за ст авил
«мужа
с
ч есть ю», Онегина,
соз нать ся
в
о шибоч ном
шаге
и
содрогнуться
при
в иде
уб итог о
друга.
Пе ревод я
читателя
от
одного
душевного
состояния
к
другому
в
XXXIII и XXXIV
строфах,
он
гневно
наносит
удар
по
устано­
вившемуся
обычаю
и
морально
его
осуждает,
рисуя
страшную
картину
перед
возможным
уби йц ей
на
дуэли:
Скажите:
вашею
душ ой
Какое
чувство
овладеет,
Ког да
недвижим,
на
земле
Пред
вам и
с
смер т ью
на
челе ,
Он
постепенно
к осте неет ,
Когда
он
гл ух
и
молчалив
На
ваш
отчаянный
призыв?
2
X
В о-перв ых,
он
уж
был
неправ,
Что
над
любовью
робкой,
н ежно й,
Так
подшутил
вечор
небрежно.
Ср.
в
XIV строфе: «Зачем вечор так рано скрылись?»
Пушки н
нере д ко
употреблял
это
слово,
взятое
из
русс кого
п рос торе чья
(вечор
—
в
смысле
«вчера вечером»
или
во обще
«вчера»):
Вечор,
когда
туманилась
лун а ...
(«Эвлега>, 1814)
Вечор
она
мне
вели чаво
Кля лась ...
(«Паж,
или
Пятнадцатый
го д », 1830)
Вечор
я
снёс
последнюю
бут ы лку
Больному
куз нецу .. .
(«Скупой рыцарь», 1830)
Ц вёл
юноша
вечор,
а
нынче
умер...
(Там ж е)


240
Евгений
Онегин
Ср.
заме чани я
поэта
(1830): «Разговорный язык простого на­
рода
(не читающего иностранных книг и,
слава
богу,
не
выра­
жающего,
как
мы,
своих
мыслей
на
французском
языке)
до­
стоин
т акже
глуб очай ших
исследований».
XI
И
вот
общественное
мненье! ..
Стих
из
комедии
Грибоедова
«Горе от ума» (из монолога
Чацкого
в
IV действии,
яв ле ние
10); Пушкин его употребил как
п огов орку,
как
одно
из
«крылатых слов», во множестве разле­
тевшихся,
как
известно,
по
стране
через
рукописные
спис ки.
Прослушав
«Горе от ума», Пушкин сразу определил действен ­
ную
р оль
словесных
формул
ком едии: «Половина [ст и хов]
дол­
жна
войти
в
пословицы».
Автор
романа
был
одним
из
первых,
кто
печатно
цитировал
запрещённую
ко меди ю.
XX
Владимир
книгу
закрывает;
Берёт
пе ро;
его
стихи,
По лны
люб овной
ч епухи,
Звучат
и
льются.
Их
читает
Он
вслу х,
в
лир иче ском
жару,
Как
Д[ ельвиг\
пьяный
на
пиру.
Пушкин
нередко
образом
потока
представлял
тв орчес ки й
труд
поэта:
.. .Мои
стихи,
сливаясь
и
журча.
Текут ,
ручьи
лю бви,
текут
полны
тобою.
(«Ночь»)
И
полны
истины
живой,
Текут
элегии
рекой.
(«Евгений Онегин»,
гл.
IV, строфа XXXI)
Всё
вмест е
ожи ло;
и
сердце
пон есло сь
Далече...
и
стихов
журчанье
излилось...
(«Андрей Шенье»)
И
пробуждается
поэзия
во
м не:
Д уша
с тесн я ется
лириче с ки м
во лнен ь ем,
Трепещет
и
звучит,
и
ищет,
как
во
сн е,—
Излиться,
наконец,
свободным
проявленьем...
(«Осень»)


Глава
шестая
241
Барон
А.
А.
Дельвиг
(1798—1831) —
лицейский
друг
Пушкина;
о
нём
поэт
говори л : «Никто на свете не
был
мне
ближе
Дел ь ви га».
Пушкин
до лжно
быть
вспо­
мнил
манер у
св оего
друга
на
пирушках,
например,
в
кружке
«Зелёная лампа»,
где
тот
читал
«республи ­
канские»
ст ихи.
XXI—XXII
Элегия
Ле нс кого
«Куда,
куда
вы
удалились»
пред­
ставляет
собою
опы т
ст и­
лизации
рус ской
элегии
ко н­
ца
XVIII —
начала
XIX века .
Пушкин
широк о
ис поль­
A.
А.
Дельвиг.
С
литографии
Бореля.
зов ал
основные
мотивы
тр а­
диционной
элеги и.
О чень
сходна
с
э легие й
Ленского
элегия
поэта
Ту-
майского
(1800—1860) «Вертер к Шарлотте» (1819):
Светильник
дн ей
моих
печальных
угасает,
Шарлотта!
чувствую:
мой
тихий
час
настал;
В
последн ий
раз
твой
верный
дру г
взирает
На
те
места,
где
счастье
он
вк у шал.
Но
ты
моя !
Ду ша
в
оч аро вань и
Сей
мыслью
сладост но й,
пр елестн ою
полна;
Я
видел
на
ус тах
твоих
люб ви
признанье,
И
жизнь
моя
с
судьбой
при мире на.
Ко гда
луна
дрожащими
лучами
Мой
памятник
простой
озолотит,
Приди
мечтать
о
мне
и
горькими
слезами
Ту
у рну
окропи,
где
друга
прах
сокрыт.
В
1827 г.
Туманский,
одновременно
с
Ленским,
пишет
сонет :
Она
п рошла,
моя
ве сна
злат ая :
-
И
ра дос ть
к
ней
уж
не
придёт..
у
Ещё
в
1820 г.
Кюхельбекер
писа л
в
стихотворении
«Пробу ­
ждение»:
...
Что
несёт
мне
де нь
гря д ущий?
От цвели
мои
цветы,
Слышу
го лос
нас
зовущ ий ,
Вас,
душ и
моей
мечты!


242
Евгений
Онегин
.. .Но
не
ты
ль,
люб овь
святая,
Мне
хранителем
дана!
Так
ле ти
ж,
мечта
златая,
Увядай,
моя
весна!
В
No
8 «Цветника»
за
1808 г.
е сть
стихотворение
«Утро»
(автор,
по
предположению
В.
Гиппи ус а,
—
В.
М.
Перев ощи ков);
в
нём
находятся
такие
строки:
Дни
первые
любви!
Дни
сл адо стнцх
мечтаний..,
...
как
быст ро
вы
сок рылись .
Куда,
куд а
вы
удалились
И
с коро
ли
придёте
вновь?
3
В
л ицейск их
и
позд н ейши х
стихотворениях
Пу шк ина
т акже
вст реч аю тся
элементы
стиля
элегии
Ленского.
В
сти хотв орен и и
«Гроб юноши» (1821):
Напрасно
блещет
луч
д енн ицы
Иль
ход ит
меся ц
сред ь
небес,
И
вкруг
бесчувст венн ой
г робн ицы
Ручей
журчит
и
шепчет
л ес.
В
стих о тв ор ении
«Умолкну скоро я» (1821):
У м олкну
скоро
я. ..
Но
есл и
я
любим,
по зволь,
о
милый
друг,
Позволь
одушевить
прощальный
лиры
з вук
Заветным
именем
любовницы
прекрасной.
Когд а
меня
на век
обы мет
смер тн ый
со н,
Над
урною
моей
[вариант:
над
ранней
урною]
пром олви
с
у мил ень ем:
Он
мно ю
был
люб им;
он
мне
был
одолжён
И
песен
и
любви
последним
вдохн овень ем.
В
элегии
Ленского
—
привычные
для
Пушкина-лицеиста
рифмы:
день—сень;
эпитеты:
зла тые
дн и;
в
ст их е: «рассвет
печальный
жизн и
бурной»
уп отреб ле ны
давние
выражения:
во л­
ненье
«жизни бурной» (1821), «бурной жизнью погубил наде­
жду», погас «печальной
жизни
пла м ень » («Кавказский пленник»)
и
т.
д.
Т аким
образом,
предсмертная
элегия
Ленского
—
стилизо­
ванный
«портрет элегического поэта,
к аких
бы ло
много
в
дни
юности
Пу ш кина
и
его
св ерс тни ков», «достойное
завершение
длинно й
литературной
традиции»4.
XXIII
Так
он
писал
темно
и
вя ло
(Что романтизмом мы зовём,
Хот ь
романтизма
тут
ни
мало
Не
вижу
я,
да
что
нам
в
том ?)...


Глава
шестая
243
Дуэль
Онегина
и
Ленского.
С
рис ун ка
И.
Е.
Репина, 1899.
Ещё
в
1825 г.
Пушкин
пис ал
Вяземскому: «Я заметил,
что
все
(даже и ты)
имеют
у
нас
самое
тёмное
п оня тие
о
роман­
тиз ме.
Об
э том
н адо бно
будет
на
досуге
пот ол ков ат ь. ..» (Михай­
лов с кое, 25 мая).
В
1830 г.
Пушкин
считал
неправильным
мне ­
ние
французских
критиков,
к оторы е
относили
к
рома н ти зму
«все произведения,
носящие
на
себе
печать
у ныния
и
мечтатель­
но с ти». «Таким
образом
Андрей
Шенье,
поэт,
напитанный
древ­
ностью.
..
попал
у
них
в
романтические
поэты»,—
писал
он.
«Под романтизмом у нас разумеют Ламартина», —
заявлял
Пу шки н,
отзываясь
однажды
об
это м
фр анцуз ск ом
элегике:
«то-т о
че пуха ,
должно
быт ь »,, и сходясь в этом вопросе с Кюхель ­
бекером,
писавшим
в
1825 г .: «Но что же зато и романтизм всех
их,
пиш ущ их
и
не п иш ущих.
Вы
обыкновенно
останавливаетесь
на
Ла-Мартине...»
Пушкин
не
разделял
м не ния,
что
«произведения,
н осящи е
печать
у ныния
или
ме чтат ел ьнос ти », суть романтические,
и
в
на­
б рос ках
предисловия
к
«Борису Годунову»
высказал
с воё
ориги­
н аль ное
определение,
которым
из
понятия
о
романтизме
беспо­
вор от но
и сключ ало сь
всё
то,
о
чём
можно
бы ло
ск аза ть: «темно


244
Евгений
Онегин
и
вя ло».
Он
называл
сво ю
трагедию
ис тинно
рома нтиче­
с кой,
потом у
что
в
ней
бы ло
«верное изображение лиц,
в ре­
мени,
развитие
исторических
характеров
и
событий», т.
е.
то,
что
мы
теперь
н азы ваем
реализмом
в
и скус ств е.
XXXI
Его
уж
нет.
Младой
певец
Нашёл
безвременный
конец!
Дохнула
буря,
цвет
прекрасный
У вял
на
утр енн ей
заре,
Потух
ого нь
на
алтаре!..
Пушкин
обычно
представлял
поэта
жр ецо м,
возжигающим
огонь
на
алтаре.
Ср.
в
с тих отв орени и
«Поэту»:
.. .Так
пускай
толпа
его
бранит
И
плюет
на
алтарь,
где
твой
о гонь
горит,
И
в
де тск ой
резвости
колеблет
твой
тре нож ник .
В
его
произведениях
часты
в ы р аж ени я: «огонь поэзии» (эпи­
лог
поэмы
«Руслан и Людмила»; «Гр .
О лиза ру »), «поэтическим
о г нём» («Евгений Онегин», гл.
II).
Стихи:
Дохнула
буря,
цвет
прекрасный
Увял
на
утренней
заре,—
вяж ут ся
со
II строфой « Элегии» (1821):
Под
бурями
судьбы
жестокой
Увя л
ц ветущ ий
мой
венец
—
и
со
сти хом
в
эле гии
«Гроб юноши» (1821):
А
он
увял
во
цвете
лет .
XXXII
А
где,
бог
весть.
Пропал
и
след .
Оборот
р ечи
нередко
употреблялся
поэ то м:
Княжна
ушла,
пропал
и
сл ед.
(«Руслан и Людмила»)
И
всё
пр ош ло,
пропал
и
след.
(«Кавказский пленник»)


Глава
шестая
245
Иду,
зову
—
пропал
и
след.
(«Цыганы»)
И
след
её
существованья
П ропа л.
(«Полтава»)
XXXIII
Приятно
дерзкой
эпиграммой
Взбесить
оплошного
врага;
Приятно
зреть,
как
он,
упрямо
Склонив
бо дл ивые
рога,
Невольно
в
з ерк ало
глядится
И
узнавать
себя
сты д ится;
Приятней,
если
он,
друзья,
Завоет
сдуру:
это
я!
Завоет
сдуру
—
один
из
фактов
сн ижен ия
литератур­
но го
языка
в
ли риче с ком
романе,
ввода
тех
«прозаизмов»
(ср.
в
V главе: «обжора»
и
др. ), которые привносили в языковую
тка нь
романа
элементы
просторечья,
обыденной
простоты.
Акад.
Ф.
Е.
Корш
давно
у каз ал,
что
употребление
в
других
про из вед ения х
Пушкина
подобных
с лов
и
выражений
не
было
чем-то
из о лиров анным
в
тогдашней
литературе
(сам Пушкин,
между
прочим,
ссылал ся
на
Фонвизина,
К атен ина,
писавших
ин огда
языком
«низким,
бу рлац ким »
и
заявлял,
что
писателю
в
случае
не обходи мос ти
нет
нужды
избегать
«грубых шуток,
сцен
простонародных»).
XXXVI
Друзья
мои ,
вам
жаль
поэта.. ;
Вяземский
рассказал
следующий
эпиз од : «Когда Пушкин
читал
ещё
неизданную
тогда
главу
поэмы
своей,
при
стихе:
Друзь я
мои,
вам
жал ь
поэта
—
о дин
из
приятелей
его
сказал: «Вовсе не жаль!» — «Как
так ?»
сп роси л
Пушкин,— «А
потому,
—
отвечал
приятель,
—
что
ты
сам
выв ел
Ленского
более
см ешны м,
чем
привлекательным.
В
порт р ете
его,
тобою
нарисованном,
встречаются
чер ты
и
от­
тен ки
карикатуры».
Пушкин
добродушно
за сме ялс я,
и
см ех
его
б ыл,
повидимому,
выр а же нием
согласия
на
сделанное
зам е­
чание»5,


246
Ев гений
Онегин
Со хр анил ся
ещё
рассказ
Н.
П.
Новосильцевой
о
впечатлении,
какое
производила
на
м ол одых
читателей
романа
сцена
дуэли
Ленского
и
Онег ин а,
и
об
оценке
Пушкиным
Ленского:
«Приехал в Апраксино Пушкин,
сидел
с
барышнями
и
был
скучен
и
че м-то
недоволен
—
так
го во рила
Настасья
Петровна.
Разговор
не
клеился,
он
всё
о тм алч ивал ся,
а
мы
болтали.
Пер ед
ним
леж ал
мой
альбом,
говорили
мы
об
«Евгении Онегине»,
Пушкин
молча
рисовал
что-то
на
листочке.
Я
говорю
ему :
зачем
вы
убили
Ленского?
В аря
в есь
день
вчера
плакала!
Ва рва ре
Петровне
тогда
было
лет
шестнадцать,
собой
бы ла
недурна.
П ушки н,
не
поднимая
головы
от
альбома
и
оттушёвы­
вая
набросок,
с проси л
её:
«Ну,
а
вы,
Варвара
Петровна,
как
бы
ко нчили
эту
дуэль?»
«Я бы только ранила Ленского в руку или в плечо,
и
тог да
Ольга
ходила
бы
за
ним,
перевязывала
бы
ра ну,
и
они
друг
друга
ещё
бол ьше
бы
по люб или» .
«А знаете,
где
я
его
уб ил?
Вот
где», —
протянул
он
к
ней
сво й
ри сун ок
и
показал
место
у
опу шки
леса.
«А вы как бы кончили дуэль?» —
обратился
Пушкин
к
На­
стась е
Петровне.
«Я ранила бы Онегина;
Татьяна
бы
за
ним
ходила,
и
он
о це­
нил
бы
её,
и
полюбил
её».
«Ну,
н ет,
он
Тат ьян ы
не
стоил», —
отв ет ил
Пушкин»6.
...
Где
жаркое
волненье,
Где
благородное
стр емл ень е
И
чувств
и
мысле й
молодых,
Высок их,
неж ных ,
удалых?
Где
бурные
любви
желанья,
И
жажда
знаний
и
труда,
И
страх
порока
и
стыда,
И
вы,
заветные
мечтанья,
Вы,
пр изра к
жизни
неземной,
Вы,
сны
поэзии
с вя той!
В
эти х
стихах
дан
т ипичный
образ
вольнолюбивого
поэта
20-х
годов.
В
сти хотв оре нии
«Жуковскому» (1818) встречаем:
Бла жен,
кто
знает
сладострастье
Высоких
мы слей
и
стихов...


Глава
шестая
247
В
сти хотв орени и
«Война» (1821):
И
всё
умр ёт
со
мной:
надежды
юных
дней,
Свя щенн ый
сердца
жар,
к
высокому
стремленье,
Воспом инан ие
и
брата
и
друзей,
И
мыслей
творческих
напрасное
волн ен ье,
И
ты,
и
ты,
люб ов ь?.,
XXXVII—XXXIX
В
двух
строфах
Пушкин
на мечал
две
возможных
дороги
жизни
Ленского:
одна
—
путь
ве лико го
п оэта
или
крупного
об­
щественного
деятеля7, другая
—
«обыкновенней удел»
помещи­
ка
маниловского
типа.
’Та
или
и ная
дорога
оп ред еляла сь
хо­
дом
общ естве нно й
жизни.
Эпи гр аф
к
VI главе намечал гибель
Ленского.
Герцен
испол ьз о вал
в
1851 г.
тот
же
э пигр аф
(в статье « О
развитии
революционных
ид ей
в
Р о сси и»), как сим­
вол
«ужасной,
чёрной
су дьбы»; выпадавшей в царской России
на
долю
в ся кого,
кто
осмелится
по дня ть
голову
выше
уровня.
И
в
той
же
статье
писал,
что
Левскому
нечего
был о
делать
в
Ро ссии.
Я
приведу
это
мнение
Искандера,
как
голос
читателя,
выну­
жденного
перенести
дело
своей
жиз ни
за
пределы
родной
страны
и
остро
чувствовавшего
политическую
правду
пушкин­
ского
эпиграфа
с
её
живой
иллюстрацией
—
трагическим
концом
«задумчивого мечтателя»: «Рядом с Онегиным Пушкин поставил
Владимира
Ленского
—
другую
жер тву
русс кой
жизни ,
Онегина
vice versa 8.
Это
—
острое
страдание
ряд ом
со
ст р адани ем
хро­
ническим.
Это
—
одна
из
тех
девственных,
чистых
на тур,
кото­
рые
не
могут
акклиматизироваться
в
развращённой
и
безу мн ой
среде,
к оторы е
п ринял и
жизнь,
но
не
мо гут
ничего
более
п ри­
н ять
от
нечистой
поч вы,
кр оме
смерти.
Я вл яясь
искупительными
жер т вами,
эти
юно ши
проходят
молодыми,
бледными,
отмечен­
ными
роком
на
ч еле,
как
упрёк,
как
р аскаян ие,
и
пос ле
них
ночь,
в
которой
«мы движемся и существуем», остаётся ещё более
мрач но ю:
Пушкин
изобразил
характер
Ленского
с
нежностью,
ка кую
человек
питает
к
мечтам
своей
юности,
к
воспоминаниям
о
том
вр еме ни,
когда
чел ов ек
полон
над ежд ,
чистоты
и
неведения.
Ленский
—
по сл едний
крик
сов ес ти
Оне гина ,
потому
что
это
он
сам,
это
—
идеал
его
юности.
Поэт
видел,
что
такому
человеку
нечего
делать
в
Ро ссии,
и
он
уб ил
его
рукою
Онегина,
ко то рый
его
любил
и,
целяс ь
в
н его,
не
хотел
да же
ра нить .
Пушкин
сам
испугался
этого
трагического
ко нца:
он
спешит
у те шить
чита*
теля,
изображая
ту
пошлую
жиз нь,
которая
ожида л а
бы
моло­
д ого
поэта»9,


248
Евгений
Онегин
Белинский,
задыхаясь
в
цар ст ве
«мёртвых душ», не видя
к ругом
нич его ,
кроме
степи
с
разбросанными
там
и
сям
к ост ями
погибших,
с
другой
стороны,
стоя
ли цом
к
лиц у
с
«прекрасно­
душными»
идеалистами-либералами,
развил
в
св оей
статье
мысль,
что
Ленского
должна
была
з ас осать
«пошлая жизнь»:
«в нём было много хорошего,
но
лучше
вс его
то,
что
он
был
мо­
лод
и
во-в ре мя
для
своей
репутации
уме р.
Это
не
б ыла
одна
из
тех
натур,
для
кот оры х
жить
—
значит
развиваться
и
ид ти
впе­
рё д.
Это,
повт ор яе м,
был
романтик,
и
больше
ничего.
Останься
он
жив,
Пу ш кину
не чего
был о
бы
с
ним
дел ать ,
кроме
как
распространить
на
целую
главу
то,
что
он
так
полно
выска­
зал
в
одной
ст роф е.
Люди,
под обн ые
Ленскому,
при
всех
их
неоспоримых
достоинствах,
нехороши
тем,
что
они
или
перерож­
да ются
в
со вер ше нных
филис те ро в,
и ли,
есл и
сохранят
нав сег да
с вой
пер вон ачаль ный
т ип,
делаю тся
этими
устарелыми
мистиками
и
меч т ателя ми,
ко тор ые
так
же
непр ия тны,
как
и
старые
идеаль­
ные
девы,
и
которые
больше
враги
в сяк ого
прогресса,
нежел и
люди
просто,
без
пре т енз ий,
пош лые.
Вечно
ко паяс ь
в
самих
себ е
и
становя
себ я
центр о м
мира,
они
сп окойн о
смотрят
на
вс ё,
что
делается
в
мире,
и
тве рдят
о
то м,
что
счастие
внутри
нас,
что
должно
стремиться
д ушою
в
н адз вёздн ую
с торо ну
ме чта ний
и
не
ду мать
о
суетах
э той
з ем­
ли,
где
ест ь
и
го лод,
й
нужда,
и.. .
Ленские
не
перевелись
и
теперь;
они
только
переродились.
В
них
уже
не
осталось
ничего,
что
так
обаятельно-прекрасно
был о
в
Ленском;
в
них
нет
де в­
ственной
чистоты
его
се рдц а,
в
них
только
претензии
на
вели­
кос ть
и
страсть
марать
бумагу.
Все
они
поэты,
и
стихотворный
б алл аст
в
жур на лах
доставляется
одними
им и.
Словом,
это
те­
пе рь
самые
несно сные ,
самые
пустые
и
пошлые
л юди» 10.
XL
Есть
место:
в лево
от
селен ь я,
Где
жил
питомец
вдохновенья,
Две
со сны
корнями
срослись;
Под
ними
струйки
извились
Ручья
с осед ств енно й
долины.
Там
пахарь
лю бит
отдыхать,
И
жницы
в
волны
погружать
П рих одят
звонкие
кувшины;
Там
у
ручья
в
т ени
густой
Поставлен
па мят ник
пр ост ой.


Глава
шест ая
249
Описание
могилы
Ленского
(см .
ещё
VII главу,
VIиVII
строфы)
выдержано
в
т р ад иционном
элегическом
ст иле;
в
сти­
хотворении
«Гроб юноши» (1821) находим сходные образы:
Там
на
кра ю
бо льш ой
дороги,
Где
л ипа
старая
шумит,
Забыв
сердечные
тр ево ги,
Наш
бе дный
юноша
лежит.
Напрасно
блещет
луч
денницы,
Иль
ход ит
мес яц
средь
небе с,
И
вкруг
бесчувственной
гробницы
Руч ей
журчит
и
шепчет
лес;
Напрасно
утром
за
малиной
К
ручью
красавица
с
корзиной
Идёт
и
в
хо лод
ключевой
Пугливо
ногу
опускает:
Ничто
его
не
вызывает
Из
мирной
се ни
гр обовой .
XLI
Пастух,
плетя
свой
пёстрый
лапоть,
Поёт
про
волжских
рыбарей...
По
поводу
эт их
с трок
В.
Чернышёв
высказал
следующие
со об р ажения: «Не знаем,
какую
п есню
и
как их
рыбарей
имел
здесь
в
в иду
П ушкин .
Волжские
п ромы слы
был и
ос обог о
род а:
портные
там
шил и
д убов ой
иглой
(разбойничали), а волжские
ры боло вы
ре ко менд уют
себ я
та к:
,
Ах,
мы
ли
не
воры,
ах,
мы
да
рыбо ловы #
Ах,
мы
да
рыболо вы,
государевы
л овцы,
Ай,
мы
рыб очку
ловили
по
хлевам,
по
кл етям,
По
к летя м,
да
по
хлевам,
по
новым
дворам!
11
В.
Я.
Брюсов
привёл
эти
два
стиха
в
своей
статье
«Звукопись
Пушкина»
как
оди н
из
м ногочи сл енн ых
пр име ров
му зык аль­
но го
п ос троен ия
п ушк инс кого
поэт иче ско го
язык а,
так
называе­
мой
евфонии
—
благозвучия;
пятикратное
повторение
в
начале
с лова
одного
и
того
же
з вука
П
—
приме р
анафоры.
(См .
другие
примеры
звуковой
гармонии
в
язык е
романа
в
той
же
статье,
в
сборнике
В.
Брюсова
«Мой Пушкин», Гиз, 1929.)
XLVI
А
ты,
младое
вдохновенье,
Волнуй
моё
в оображе н ье,
Дремоту
сердца
оживляй,
В
мой
угол
чаще
прилетай,


250
Ев гений
Онегин
Не
дай
остыть
душе
поэта,
Ожесточиться,
очерстветь,
И
наконец
окаменеть
В
мертвящем
упоеньи
света,
В
сем
омуте,
где
с
вами
я
Купаюсь,
ми лые
д ру зья!
Ср.
резкую
характе ристик у
«большого света»
в
стихотворе­
нии
«А.
М.
Го р ча к ову » (1819), «пустого света»
—
в
VIII главе.
О
тяготении
Пушкина
к
том у
же
светскому
обществу
и
о
дво й­
ном
плане
за рис овок
«большого света»
см.
ниже,
в
коммента­
рии
к
VIII главе.
В
первом
из д ании
VI глава заканчивалась следующим обра­
зом
(см.
40-е
пр им ечание
Пушки на ):
А
ты,
младое
в дохн овенье,
Вол нуй
моё
воображенье,
Дре мот у
сердца
оживляй,
В
мой
уг ол
ча ще
п риле тай,
Не
дай
остыть
душ е
поэта,
Ожесточиться,
очерст вет ь ,
И
наконец
ок амен еть
В
мертвящем
упоеньи
свет а,
Среди
б ездуш ных
гордецов,
Среди
б лис тател ьн ых
г лупцов,
Среди
лукавых,
малодушн ых,
Шальных,
балованных
детей,
Зло деев
и
смешных
и
скучных,
Тупых,
привязчизых
суден,
Среди
ко ке ток
богомольных,
Среди
холоп ьев
доб ров оль ны х,
Среди
вседневн ых,
модных
сцен,
Учтивых,
ласковых
измен,
ч
Среди
холод ных
приговоров,
Жестокосердой
суеты,
Среди
досадной
пустоты
Расчётов,
дум
и
разговоров,
В
сем
омуте,
где
с
вами
я
Ку паюс ь,
милые
друзья.
В
экз е мпл яре
шестой
главы
в
подготовленном
в
1829 г.
к
пе­
ч ати
отд ельн ом
изд а нии
первой
ча сти
романа
(из шести глав)
Пушкин
исправил
бывшу ю
в
первом
изд а нии
опечатку
в
стихе:
расчётов,
дум
и
разговоров
и,
приписав
слово:
душ ,
з ам енил
данный
стих
сти хо м:
расчётов
душ
и
р азг оворов.
Однако
во
всех
изда ниях
романа
до
пос ле дне го
времени
опечатка
сохранялась;
редактор
акад еми ческ ог о
из д ания


Г лава
шестая
251
«Евгения Онегина»
по
досадному
н едос м отру
исказил
смысл,
напе чат ав:
расчётов,
душ
и
разговоров
12.
Ес ли
«досадной пустоте»
противоречило
слово
«думы», то
слово
«душ»
здесь
совсем
не
вяжется.
П ушкин
в
характеристике
светского
«омута»
под че р кнул
его
крепостническую
подкладку.
«Важные»
бар е,
«злодеи»
вели
расчёт ы
крепостных
ду ш,
торговались
о
ц ене
«крещёной собственности»
в
своих
раз­
говорах
о
купл е-п родаж е
кре пост ны х;
п о добно
Фамусову
и
Хлё -
стовой
сп орили ,
у
кого
сколько
душ
(см .
«Горе от ума», действие
III, явление 21 - е).
Пушкинское
исправление
опечатки
в
эт ом
стихе
—
лишний
штрих
для
понимания
социального
мировоззрения
автора
«Де ­
р евн и», «Истории села Горюхина» .
Нельзя
не
пожалеть,
что
ярко
сатирическая
концовка
XLII строфы обычно печатается среди
вариантов,
а
не
в
основном
корп усе
романа.


ГЛ АВА
СЕД ЬМАЯ
I
Гонимы
вешними
лу ча ми,
С
окрестных
гор
уже
снега
Сбеж а ли
му тны ми
ручьями
На
потопленные
луга.
У лыбко й
ясною
п рир ода
Сквоз ь
сон
встречает
утро
год а;
Си нея
блещут
небеса.
Ещё
про зрачн ые,
леса
Как
бу дто
пухом
зеленеют.
Пчела
за
данью
полев ой
Летит
из
кельи
восковой.
Долины
сохнут
и
пестреют;
Стада
шумят,
и
соловей
Уж
пел
в
безмолвии
ночей.
В
о пис ании
в есны
встречаются
призна ки,
устойчивые
в
поэ-
зии
Пуш кина .
Первые
же
строчки
за ста вляю т
припомнить
из
IIпесни «Руслана
и
Людми лы »:
Весной
рас то плен ног о
снега
Потоки
мутные
те кли
И
рыли
влажну
груд ь
земли.
О браз
пче лы,
л етящей
из
кельи
восковой
за
данью
полевой,
повторяется
в
п есне,
близ кой
по
ст илю
к
фол ьк лор у:
Только
что
на
проталинах
весенн их
По казались
ранние
цветочки,
Как
из
царства
воскового,
Из
душистой
к елейки
медовой
Вылетает
первая
пчёлка.


Гла ва
седьмая
253
II
Ка к.
г ру стно
мне
твоё
явленье,
Весна,
весна!
по ра
любви!
К акое
томное
во лне нье
В
моей
ду ше,
в
мо ей
крови!
С
к аким
т яжёл ым
умиленьем
Я
нас ла ждаюс ь
дуновеньем
В
лиц о
мне
веющей
весны
На
лоне
сельской
тишины!
Пушкин
и
в
годы
юно сти
признавался,
что
весна
«обыкно­
ве нно
наво д ит
на
н его
тоску
и
да же
вредит
его
здоровью», и в
1833 г.
(стихотворение «Ос е нь») восклицал:
...Я
не
люблю
весны;
Скучна
мне
оттепель:
вонь,
грязь;
весной
я
болен;
Кровь
б род ит;
чувства,
ум
тоскою
ст еснен ы;
Су рово ю
зи мой
я
более
доволен
IV
В
поля,
друзья!
скорей,
скорей,
В
каретах,
тяжко
нагруженных,
На
долгих
иль
на
почтовых
Тянитесь
из
застав
г радс ких.
На
долгих.
См.
об
эт ом
медленном,
т ипич ном
для
эпохи
отсутствия
железных
дорог
передвижении
хар акте рны е
стр ани цы
в
«Отрочестве»
Л.
Н.
Т олс того.
П ередви жен ию
на
долгих
(в собственном экипаже,
на
своих
лошадях,
с
д лите ль ными
ос та­
н овк ами), описанному дальше в XXXV
с троф е,
противополага­
л ась
езда
на
почтовых,
связанная
с
«дорогими прого­
нам и».
VII
На
вет ви
сосны
преклоненной.. ;
Ударение
в
слове
сосны
(форма род .
па д.
ед.
ч.)
диалектоло­
гического
происхождения;
такое
п роизн ошение ,
по
наблюдению
проф.
Е.
Ф.
Будде,
по
преимуществу
принадлежит
северн о-вели ­
кор усс ком у
говору.
Ср.
Две
сосны
корнями
срослись...
(Гл.
VI, строфа XL)


254
Евгений
Онегин
VIII—X
Мой
бедный
Ленски й !
изнывая,
Не
долго
плакала
она.
У вы!
н евес та
молодая
Своей
печали
неверна.
Другой
увлёк
её
вниманье,
Другой
успел
её
страданье
Любовной
лестью
усыпить,
Ула н
у мел
её
пленить,
Ула н
л юбим
её
душою...
В
последний
раз
мелькнул
образ
Ольги.
Ленский
«сердцем
милый
был
нев ежд а»; он не был в состоянии понять свою невесту.
Меткую
ха р актер исти ку
сестры
Татьяны
оставил
Белинский:
«Он [Ленский]
полюбил
Ольгу;
—
и
что
ему
бы ла
за
нужда,
что
она
не
поним ала
е го,
что,
вышедши
замуж,
она
сдел ал ась
бы
вторым,
исправленным
из д анием
своей
маме ньк и,
что
ей
всё
ра вно
было
выйти
—
и
за
поэта,
тов ари ща
её
детских
и гр,
и
за
доволь­
н ого
собою
и
сво ею
лошадью
ул ан а?—Л енский
украсил
её
до­
стоинствами,
приписал
ей
чувства
и
мысли,
которых
в
ней
не
было
и
о
которых
она
и
не
заботилась.
Существо
доброе,
милое,
весё­
лое
—
Ольга
б ыла
очаровательна,
как
и
все
«барышни», пока они
ещё
не
сделались
«барынями», а Ленский видел в ней фею,
си ль­
фиду ,
р ом ан тичес кую
мечту,
ни
мало
не
подозревая
буд ущ ей
ба­
р ын и» («Сочинения Александра Пушкина», статья VIII).
XV
Был
вечер.
Небо
меркло.
Во ды
Струились
тихо.
Жук
жужжа л .
Уж
расходились
хоров о ды ;.
Уж
за
рекой,
дым ясь ,
пылал
Огонь
ры ба чий. ..
«Северная пчела»
Бул г ари на,
злобно
напавшая
на
VII главу
в
цел ом
(«Ни одной мысли в этой водянистой VII
главе,
ни
од­
но го
чувствования,
ни
од ной
ка р тины,
достойной
воззрения!»),
и здев ал ась
над
этим
описанием
ве ч е ра : «Вот является новое
действующее
ли цо
на
сцену :
ж ук!
Мы
р асска жем
читателю
о
его
подвигах,
когда
дочитаемся
до
этого.
Может
быть,
хоть
он
обна­
ружит
какой-нибудь
х ар актер ».
Булгаринское
балагурство
п од­
хвачено
был о
Над ежд иным
в
«Вестнике Европы», который
ни­


Глава
седьмая
255
чего,
кро ме
заб авной
болтовни
и
картинок
не
уви­
де л.
Пу шкин
в
«Критических заметках»
откликнулся
на
булга-
ри нск ое
з у б оск ал ьст во: «Критику VII
п есни
в
«Северной пчеле»
пробежал
в
гос тях
и
в
таку ю
минут у ,
когда
было
мне
не
до
Онегина...»
Указанные
кр ити ки
восставали
п ротив
пушк инс к ого
п рос то­
речия,
п ротив
его
л итер ат ур ного
новаторства,
которое,
в
частно­
с ти,
выражалось
в
том ,
что
он
вносил
н изкую
природ у
в
поэтические
картины,
что
для
него,
по
словам
Белинского,
где
жизнь,
там
и
поэзия;
что
в
действительности
он
не
видел
предметов,
н едос тойны х
художественной
кисти.
Жу р­
нал
«Санктпетербургский зритель»
считал
недостойным
Пу ш­
кина,
что
в
романе
встречаются
стихи:
Не
гонят
уж
коров
из
хлева,
—
что
в
романе
находятся
такие
слова,
как
н адул ся,
пьян,
в
его
душ е
родили
жалость,
де вчонк и,
пакостный
и
пр.
Булгарин
издевался
по
поводу
описания
с боров
Лар ино й
в
Мо скв у : «Вот это поэтическое описание, à la Байрон,
вы ез да:
' Осмотрен,
вновь
обит,
упроч ен
Забвенью
б рошенны й
возок.
Обоз
обычный,
три
киб ит ки
—
Везут
дом а шние
пожитки,
Кастрюльки,
стулья,
сундуки,
Варенье
в
банках,
тюфя к и,
Перины,
клетки
с
п ет ухами,
Гор шки ,
таз ы
et cetera, —
Ну,
много
вс як ого
добра.
Мы
нико г да
не
думали,
чтоб
сии
предметы
могли
со ставл я ть
пре лес ть
поэ зии
и
чт об
кар тина
горшк ов
и
кастрюль
et cetera
б ыла
так
приманчива.
Н ако нец
п ое хали!
По эт
уведомляет
чита­
теля,
чт о:
На
станциях
кл опы
да
блохи
Заснуть
минуты
не
дают.
..
.Больно
и
жалко,
но
должно
сказать
пра в ду.
Мы
в идели
с
радостью
п од облачн ый
по лёт
пе вца
Руслана
и
Лю д милы
и
те­
пер ь
с
со жалением
в идим
печальный
поход
его
Онегина,
тихим
шагом,
по
большой
дороге
нашей
Словесности»
(«Северная
пче л а», 1830).
Синтаксическая
краткость,
упор
на
гла гол ьнос ть,
пр о стота
в
описании
предметных
пр изнако в
—
те
к ачест ва
пуш кинс ког о
языка,
к оторы е
сл ива ют
стихотворную
и
прозаическую
речь
поэ та
в
нечто
неразличимое,
—
бросаются
в
глаза
при
чтении
XV стро ­
фы.
Язык
Пуш к ина
рез ко
отличен
от
манерной,
густо
нас ыщ енно й
различными
стилистическими
украшениями
ре чи
карамзинистов.
Ср авнив ая
строй
языка
в
начальных
стихах
это й
строфы
с
описа­


256
Евгений
Онегин
тельными
частями
в
«Капитанской дочке», замечаешь синтакси ­
ческое
единство
п ушкин ск ой
п розы
и
п ушки нск ого
стихотворного
яз ык а: «Лошади бежали дружно. ..
Пошёл
мелкий
снег
и
вдруг
по вал ил
хл опья ми.
Ветер
завыл,
сделалась
м ет ель...
Всё
и счез ло».
Эта
лаконичность
и
быстрота
те мпа
речи
встречаются
по здн ее
в
описаниях
у
Л.
Т олс того
(«Казаки», XXIX
гла ва;
народные
рассказы)
и
особенно
у
Чехова.
XIX
..И
лорда
Байрона
портрет,
И
столбик
с
куклою
чугунной
Под
ш ляпой,
с
пасмурным
челом,
С
руками,
сжатыми
крестом.
«Столбик с куклою чугунной»
—
статуэтка
Напо­
леона.
В
с тихот во рени и
«К морю» (1824) Пушкин также вместе со ­
единил
воспоминания
о
Байроне
и
Наполеоне:
Там
угасал
Наполеон.
Там
он
по чил
среди
мучений.
И
вслед
за
н им,
как
б ури
шу м,
Д ругой
от
нас
умчался
гений,
Другой
властитель
н аших
дум .
XX
Татьяна
долг о
в
келье
модной
Как
очарована
стоит.
См.
ещё
в
I строфе VIII
глав ы: «моя студенческая келья».
Пушкин
с
лицейской
поры
пр ивык
к
этому
ср ав нению :
в
сти­
хотворениях
«К сестре» (1814), «К
А.
И.
Гал ич у» (1815),
«К Юдину» (1815), «Мечтатель» (1815) и др.
ке льей
н азы вал
он
с вою
ко мн ату.
XXII—XXIII
Хо тя
мы
знаем,
что
Е вге ний
Издавна
чтенье
раз люб ил,
Однако
ж
несколько
т вор ений
Он
из
опалы
исключил:


Глава
с едьма я
257
Певца
Гяура
и
Жуана
Да
с
ним
ещё
дв а-три
романа,
В
которых
отразился
век
И
современный
человек
И зображё н
довол ь но
верно
С
его
безнравственной
душой,
Себялюбивой
и
сухой ,
Ме ч танью
преданной
безмерно,
С
его
озлобленным
у мом,
Кип ящ им
в
действии
п усто м.
Хотя,
по
словам
Пушк ин а,
в
XLIV строфе I
главы,
Как
жен щин ,
он
оставил
книг и,
И
полку,
с
пыльн ой
их
с ем ьёй,
Задёрнул
траурной
тафто й ,
—
но
умственные
инт ер есы
тянули
Онегина
к
к нижной
полке.
Живя
в
усадьбе,
он
утром
«перебирал плохой журнал»; чтенье было
органической
ча стью
его
обычного
в ремяп ровож де ния
(глава IV,
строф ы
XXXVI—XXXIX).
Татьяна,
знакомясь
с
его
библиотекой,
видела,
что
«хранили многие страницы отметку резкую ногтей»,
«черты карандаша»
Евге ни я
—
внимательного
читателя,
нев о ль­
но
выражавшего
се бя
(по-п ушки нс ки)
То
кратким
словом ,
то
крестом,
То
вопроси тель ным
крючк ом .
В сех
более
был
читан
«певецГяураиЖуана»
—
Ба й­
рон.
В
романе
Пушкина,
кстати
ск азать,
названы
по чти
все
главнейшие
его
произведения:
«Чайльд-Г ар о л ьд», «Корсар»,
«Гяур», «Дон-Жу ан» .
В
чи сле
ром ан ов,
ко то рые
Онегиным
был и
«исключены из
опалы»
и
ко тор ые
«довольно верно»
изображали
«современного
человека»,
на
первом
месте
н адо
поставить
роман
Бенжамен
Ко нст ана
«Адольф» (1816).
Сам
Пушки н,
п редув едом ляя
в
No
1
«Литературной газеты» 1830 г.
читателей
о
скор ом
выходе
это го
романа
в
переводе
Вяземского,
у казал ,
что
«славный роман
Бенж.
Констана
Адольф
принадлежит
к
чи слу
двух
или
трёх
романов,
в
кот орых
отразился
век.
.. »и
пр и­
вёл
зат ем
ту
стихотворную
характеристику,
которая
имеется
в
XXII строфе VII
глав ы
(тогда ещё не вышедшей в свет) .
Адольф
—
аристократ,
пресыщенный
жизнь ю,
скучающий,
лю­
бит
одиночество.
Начитанный
(«читал много,
но
всегда
не
после­
довательно»), он
при обрё л
репутацию
«насмешливого и злого


258
Евгений
Онегин
человека», причем его «горькие
с лова
пр иним ал ись
как
доказа­
тел ьст во
души ,
пропитанной
ненавистью,
шутки
—
как
посяга­
тель ств о
на
всё
наиболее
священное».
Адольф
«был очень молча­
лив
и
каз ал ся
п еча льн ым».
В
свете
его
не
понимали,
называли
«странным и диким», и даже объявили «б ез нравс тв енным
и
веро­
ломным
человеком».
Серд це
Ад ол ьфа , «чуждое всем интересам
общества», было
«однако посреди людей и однако ж страдало
от
одиночества,
на
к оторое
оно
обречено».
«Общество
надоело»
Бенжамен
Констан.
1 Адольфу, «одиночество удру­
чало»
его.
«В доме своего от ­
ца
Ад ольф
воспринял
по
от­
ношению
к
женщинам
«тео ­
рию
фатовства».
Он
знако­
мится
с
Эл е онорой ,
в о злюб­
ленной
его
приятеля,
ищ ет
* случая объясниться ей,
но,
вялый,
бесхарактерный,
от­
кладывает
де нь
объяснения,
воображая,
что
вед ёт
слож­
ную
и
хитрую
игру.
На ко­
нец,
он
написал
ей
письмо.
Вс трет ив
со
стороны
Элеоно­
ры
отпор,
он
реши л
до бить ­
ся
победы.
Получив
власть
над
Эле он орой,
Адольф
по­
чувствовал
скуку
и
пресыще­
ние
(«Конечно,
любов ь
Эле он оры
внесла
радость
в
моё
существование,
но
она
не
могл а
быт ь
для
ме ня
С
ли тогра ф ии
ко нца
1830- х
годов.
СМ ЫСЛО М
ЖИ ЗНИ
И
Пр евр аТИ-
лась
в
стеснение»).
Тем
не
менее
он
не
прерывает
связи
с
ней,
мучает
её: «я убил суще­
ство,
к оторое
меня
люб ил о.. .»
Но
отт олк нув
от
себя
существо,
к ото рое
его
любил о,
он
не
стал
менее
бес покойн ы м,
ме нее
т ре­
в ожн ым-
и
недовольным;
он
не
сд елал
никакого
употребления
из
свободы,
завоёванной
им
ценою
стол ьких
горестей
и
стольких
сл ёз,
и,
ставший
вп олне
дост о йным
порицания,
он
ст ал
достой­
ным
т акже
и
жал ост и».
«Адольф был наказан за свой характер своим же характером,
не
пошёл
ни
по
какой
оп реде лённ ой
дор оге,
не
исполнил
ни ка­
ког о
полезного
наз нач ения ,
расточил
свои
способности,
следуя
только
за
св оим
капризом,
без
в с якого
другого
побуждения,
кроме
раздражения».
Повесть
об
Адо льфе
предана
гласности
ав тор ом
«как довольно правдивая история ничтожества челове­


Глава
седьмая
259
че ск ого
сер д ца.
Если
в
ней
заключается
поуч ите льны й
урок,
то
он
направляется
по
адресу
к
му жчина м:
он
доказывает,
что
это т
ум,
к оторы м
столь
гордятся,
не
служит
ни
к
том у,
чтобы
найт и
счастье,
ни
к
тому,
чт обы
дат ь
ег о;
он
доказывает,
что
характер,
твёрдость,
до брот а
сут ь
дары ,
о
нис пос лании
которых
надо
мо­
л ить
небо».
Н.
П.
Дашкевич
предполагал,
что
вторым
из
романов,
в
кото­
рых
«отразился век и современный человек»
мог
бы ть
«Мельмот»
Ма тюр ина
(см.
ком м,
к
XII строфе III
гла вы ).
Это
пр ед по ложе ние
п одтве ржд ается
черновым
авт о гр афом
с т рофы:
Мельмот,
Ре не,
Адольф
Констана.
Третьим
ром ан ом
был
повествовательный
эпизо д ,
вставлен­
ный
в
соч ине ние
Ша тобр и ана
«Гений христианства»
под
назва­
ние м
«Рене» (1802).
Герой,
разочарованный
жизнь ю ,
странствует.
В
Америке
он
ср еди
индейцев
рассказывает
исповедь
своей
жизни
Шактас у
и
в
письме
к
моло дой
дикар ке
Селюте
о писы вает
сво и
нас т рое ния,
ти пич ные
для
байронических
героев: «С первых
дней
м оей
жизни
я
не
перес та в ал
вз ра щи вать
в
се бе
печаль;
я
но сил
в
своей
груди
её
зародыш,
так
же
как
дерево
носит
з аро­
дыш
своего
плода.
Неведомый
яд
примешивался
ко
всем
мо им
чувствам...
Я
пред ст авля ю
собою
тя жё лый
сон. ..
Мне
наскучила
жизнь;
с кука
всегда
пожирала
меня;
но
что
инт ересу ет
других
людей,
не
тр ога ет
меня...
В
Европе
и
Америке
общество
и
пр и­
род а
утомили
меня».
XXIV
Чу дак
печальный
и
опас н ый,
Созданье
ада
иль
небес,
Сей
анге л,
сей
надменный
бе с,
Что
ж
он?
Ужели
подражанье,
Ничтожный
призрак,
иль
еще
Мо скви ч
в
Гарольдовом
плаще,
Чужих
прич уд
истолкованье,
Слов
модных
полный
лексикон?
..
Уж
не
пародия
ли
он?
Кто
ст авит
во просы,
пол ные
раздумья
об
Онегине,
—
автор
романа
или
Татьяна?
Спорные
недоумения
разъ ясн яю тся
с
по­
мощью
соответственных
мест
в
романе,
приво д я щих
к
выводу,
что
вопросы
э т и, «загадки»
ставит
себе
Тать яна,
желающая
по­
нять
образ
Евге ния
при
помощи
тех
романов,
где
отразился
«современный человек».
Спр аши вая:
что
ж
он
—
«чудак,
п
е-


260
Евгений
Онегин
чальный
и
опасны
й?» Татьяна повторяла слышанные ею
толки
соседей,
ко то рые
видели
в
Евгении
«опаснейшего чудака»
(II глава).
Колеблясь
в
опредёлении
его
характера: «созданье
ада
иль
неб ес,
сей
ангел,
сей
надменный
бе с», Татьяна повто­
ряла
сво и
давние
«сомненья»:
Кто
ты:
мой
ан гел
ли
х ра нител ь?
Или
коварный
иску сит ель?
(гл .
III)
Пу ш кин,
от меч ав ший
в
Он еги не
его
«неподражательную
странность», не мог видеть в своём герое «подражанье», «паро­
дию»,
не
мог
считать
его
«ничтожным призраком» .
Вся
сумма
во прос ов
в
ко нце
ст рофы
как
бы
предвосхищает
те
«шумные
с уж ден ья», которые Татьяна
ус лыш ит
в
великосветском
об ще­
стве,
когда
«благоразумные люди»,
считая
О не гина
«притвор­
ным
чудаком,
печальным
с умас б родо м», будут ставить вопросы:
Чем
ны не
явится?
Мель мот ом ,
Косм опол ито м,
па три отом ,
Гарольдом,
квакером,
хан жо й,
Иль
ма ской
щегольнёт
иной? ..
Довольно
он
морочил
свет...
(гл.
VIII)
Пушкин
тогда
же
в зял
под
защиту
своего
ге роя:
Зачем
же
так
не благо ск лон но
Вы
отзываетесь
о
нём?
XXVI
В
Москву,
на
ярманку
не вест!
Ещё
в
1819 г.
в
посла ни и
к
Всеволожскому
Пушкин
отметил
бы тов ую
ос обе ннос ть
столицы:
Москва
премилая
старушка,
Разнообразной
и
живой
Она
пле няе т
пе ст рот ой,
Ст арин ной
роскошью,
п ирами ,
Невестами,
колоколами...
В
30- х
годах
он
характеризовал
Москву
по
прежним
св оим
воспоминаниям
и
рассказам
ст аро жило в: «Некогда Москва была
сб орн ым
местом
для
всего
русс ког о
дво р янст ва,
которое
изо
в сех
провинций
съезжалось
в
неё
на
зи му.
Блестящая
гвардейская
молодёж ь
налетала
туда
же
из
Петербурга.
Во
всех
концах
д р евней
столицы
гремела
му зы ка,
и
в езде
была
толпа.
В
зале
Благородного
собрания
два
ра за
в
неделю


Гла ва
сед ьм ая
261
было
до
пя ти
тысяч
н ароду .
Тут
моло ды е
люди
знакомились
между
собою;
улаживались
свадьбы.
Москва
сл авил ась
н еве­
стами,
как
В язьма
пря ника ми» (Сочинения,
т.
VI, стр.
109).
«Ох,
мой
отец!
доходу
мало».
Указания
на
материальный
недостаток
семьи
Л а риных
в
че р­
новом
тексте
романа
были
ус илены ,
—
про
Ольгу
во
II главе
бы ло
ск аза но:
Ме нь шая
дочь
сос ед ей
бе дных .
Татьяна
противопоставляет
«модному дому»
в
Петербурге
—
«наше бедное жилище»; мать,
«боясь прогонов дорогих»,
е дет
с
Т аней
в
Москву
«на своих»,
в
возке,
з апр яжё нном
«то­
щими
кл яч ам и» (XXXI—XXXII, XXXV строфы).
XXVIII
Простите,
мирные
долины,
И
вы,
знакомых
гор
вершины,
И
вы,
знакомые
леса;
Прости,
небесная
кр аса,
Прости,
весёлая
пр ирод а...
Вес ь
отрывок
по
лирическому
т ону
п ере клика етс я
со
стихо­
творением
1817 г.
«Прощанье с Тригорским»:
Простите,
верные
дубравы!
Пр ости ,
беспечный
мир
поле й,
И
л егко кр ылые
забавы
Сто ль
быстро
улетевших
дне й!
Прос ти ,
Тригорское,
где
радость
Ме ня
встречала
столько
раз...
На
шум
блистательных
су ет!. .
Пушкин
повторил
выражение
Батюшкова
в
его
с ти хотвор ен ии
«Мои пенаты»:
Фортуна,
прочь
с
д арами
Блистательных
сует.


262
Е вгени й
Онегин
XXIX
Настала
осень
зол от ая.
Природа
трепетна,
блед на ,
Как
жертва
пышн о
убрана...
Сход ны й
образ
в
с ти хотв орени и
«Осень» (1833):
Дни
по зд ней
осени
бранят
обыкновенно,
Но
мне
она
мила,
ч ит атель
дорогой,
Красою
тихою,
б листа ющей
смир ен но. ..
Как
это
объяснить?
Мне
нравится
она,
Как ,
вероятно,
вам
чахоточная
де ва
Порою
нравится.
На
смерть
осуждена,
Б ед няжка
клонится,
без
р опот а,
без
гн ева.
Улыбка
на
устах
увянувших
вид на...
Унылая
по ра!
оч ей
очарованье!
Пр ият на
мне
т воя
прощальная
кр аса
—
Лю блю
я
пышное
п рироды
увяданье,
В
багрец
и
в
золото
одет ые
леса...
XXX
Пришла,
рассыпалась;
клоками
П ови сла
на
суках
дубов;
Ле гла
волнистыми
коврами
Среди
полей,
вокруг
холмов;
Брега
с
недвижною
рекою
Сра вня ла
пухлой
пеленою;
Блеснул
мороз.
И
рады
мы
Проказам
ма тушк и
зим ы.
В
оп иса нии
зимы
встречаются
припоминания
из
II песни
«Руслана и Людмилы»: «снежные равнины коврами яркими
л егл и».
Тот
же
образ
снега-ковра
вст р ечает ся
в
I строфе
V главы:
И
мягко
устланные
го ры
Зи мы
б листа тель ны м
ковром.
В
стихотворении
«Зимнее утро» (1829):
Под
голубыми
неб есам и,
Ве лик олеп ны ми
к овр ами,
Блес тя
на
солнц е,
сн ег
лежит.


Отъезд
Лар иных
в
Москву.
С
ри сун ка
П.
Соколова.


264
Евг ен ий
Онегин
Нейдёт
она
зиму
встречать,
Морозной
пылью
подышать
И
первым
снегом
с
кровли
ба ни
Умыть
лиц о,
пле ча
и
груд ь...
Форма
плеча
была
употребительна
в
п росторе чье:
ни
с
п леч,
ни
на
плеча,
воз ьм ижа
на
св ои
пле ча;
эта
э панча
на
оба
п ле ча2.
Кол иче ств о
диа лект и змов
вообще
невелико
в
романе;
ср.
чи сло
галлицизмов
и
цер ко вн о славянизм о в.
Со циа льн ые
пр ич ины
п одобн ого
соотношения
языковых
ср едст в
вполне
понятны.
Но
не обход им о
подчеркнуть,
что
Пушкин
вообще
любил
слоЕечки
из
различных
диалектов
и
вводил
их
в
речь
своих
героев,
—
да же
аристократических
«модников»; так,
например,
Евгений
употребляет
форму
живо го
гов ора
нет у,
вместо
к нижног о
и
об ще приня то го
в
его
кругу
нет:
«Представь меня»
—
Ты
шутишь!
—
«Нету»
(гл.
III, строфа II)
XXXIV
Теперь
у
нас
дороги
плохи,
Мосты
забытые
гниют,
На
станциях
кл опы
да
блохи
Зас ну ть
мину ты
не
дают...
В
примечании
(No 42) Пушкин привёл стихотворение Вязем ­
ского
«Станция», в котором также сказано,
что
по
р ус ским
до­
рогам
«проезда нет подчас» .
Жалоба
типичная,—декабрист
П.
Каховский
по
поводу
отягот ит ельн ой
«дорожной повинности»
писал
в
1826 г .: «У нас не соображаются ни с климатом,
ни
с
обычаями:
покатые
д ороги
на
ман ер
шо ссе,
теперь
пролагаемые,
красивы
на
взг ляд ,
но
неу до бны.
Зимой
делаю тся
раскаты,
наши
о бо зники
и
земледельцы
не
имеют
саней
с
подрезами,
без
под­
резов
сан и
р ас катыв аю тся
и
воз ы
бьются».
Ср.
в
«Горе от ума»
с лова
Чацк ого :
Вёрст
больше
се мис от
пронёсся,
ветер,
буря,
И
растерялся
весь,
и
падал
сколько
раз...
По
словам
П.
В я зе мс ко го , «в Московской губернии в осен ­
нюю
и
дождливую
пору
дор оги
был и
совершенно
нед о сту пны.
Подмосковные
помещики
за
20и30
вёрст
отправлялись
в
Москву
в ерхом » («Старая записная книжка», 1929, стр.
89).
В
XXXIII строфе Пушкин скептически отнёсся к работам
ме ст ных
властей,
отодвинув
улуч шен ие
шо ссейн ых
доро г
на
500 лет .


Гла ва
седьмая
265
XXXV
И
в ёрсты ,
т еша
праздный
взор,
В
глазах
мелькают,
как
забор.
Пушкин
в
при меч ани и
(43) отметил,
что
это
ср авнение
заим­
ствовано
«у К**, столь
известного
игривостию
воображения.
К**
рассказывал,
что
будучи
о дн ажды
послан
курьером
от
кня зя
Потёмкина
к
императрице,
он
ех ал
так
скоро,
что
шпага
его,
вы­
сунувшись
концом
из
тележки,
стучала
по
вёрстам,
как
по
часто ­
колу».
Б.
Л.
Модзалевский
высказал
пр е дпо лож ение,
что
этот
К**
не
кто
ин ой,
как
князь
Д.
Е.
Цицианов
(ум .
в
1835 г.), про­
славившийся
лгун-анекдотист3.
К
несчастью
Ларина
тащилась,
Боясь
прогонов
дорогих,
Не
на
почтовых,
на
своих...
Ударение
обы чного
гов ора
—
ср.
в
I главе,
строфа: «летя в
п ыли
на
почтовых» (см.
т акже
«не хвастал дружбой почтовою»
—
Московская
за става.
Со
с тари нн ого
рисунка.


Евгений
Онегин
Петровский
замок
под
Москвой.
Со
старинного
рисунка.
в
«Путешествии Онегина»),
В
романе
нередки
д войны е
формы
у дар ения : «Как в наши лета»
и
«Ни долгие лета разлуки»
(II, XX); «для призраков» (II, XXXIX), «вы,
при зрак
жиз ни
неземной» (VI,XXXVI) и «призрак
невозвратимых
дн е й» (I, XLVI), «призрака
с уетн ый
ис ка т е ль» (IV, XXII);
встречаются
слова
с
и ным
у д арением ,
чем
в
общеп ри нят ом
лите­
ра турн ом
говоре:
«Судьбы нас снова разлучили», «запозда ­
лые
о тзы вы», «Татьяна,
смотря
на
лун у»
и
пр.
Эта
разно-
ударность
не
всегда
о бъ ясняет ся
п рин уди тельн ост ью
ст ихот в ор­
но го
ритма;
чащ е
п рич ина
данного
явления
коренится
в
раз но­
составноеTM
эл емент ов
к нижног о
л итер ат ур ного
язык а,
в
отс ут­
ствии
в
языке
Пушкина
и
его
современников
устойчивого
согласия
этих
эле мен тов :
церковнославянизмы
и
ди ал ектизмы
неизбежно
придавали
ф онети чес кую
пестроту
тогдашней
речи
(тожеидля
поэтов
XVIII в.).
XXXVI
Но
вот
уж
близко.
Перед
ними
Уж
белокаменной
Мо ск вы,
Как
жар,
крестами
золотыми
Горят
старинные
гл авы.


Глава
седьмая
267
Ах,
братцы!
как
я
был
доволен,
Когда
церквей
и
колоколен,
С адов,
че рт огов
полу к руг
Открылся
предо
мною
вдруг!
Как
часто
в
горестной
разлуке,
В
моей
блу жда ющ ей
суд ьб е,
Мос кв а,
я
дум ал
о
тебе!
,
Москва...
как
много
в
этом
зв уке
Для
сердца
ру сс кого
слилось!
Как
много
в
нём
отозвалось!
Пушкин
описывает
въ езд
в
Москву
Татьяны
Лариной
и
её
ма­
тери.
П оэт
передаёт
св ои
пат р иот ич еские
чу вст ва
и
ли рич ес кую
взволнованность
при
воспоминании
о
люби мой
им
с т олице
своей
родины.
Б ольшой
тр уд
был
вложен
поэтом
в
написание
этой
строфы.
Творческая
лаборатория
Пу шки на
раскрывает
наглядно,
как
«взыскательный художник»
стремился
найти
са мое
точное
выражение
для
своих
м ы слей,
настроений.
В
че рнов ой
рукописи
вт орой
ст их
был
.н апи сан
с
в ари антам и:
Ив ан
Великий
заб ли стал
Блестит
великая
Москва
Первопрестольная
М оск ва.
Третий
стих
т акже
нелегко
дал ся:
И
Кремль
главами
золотыми
Её
крестами
золотыми
Блестя
крестами
золотыми.
Пу шкин
пише т,
остав л яя
промежуток
после
первых
двух
слов.
М осква!
Как
в
этом
звуке
Все
чу вства
ру сск ого
слил ись .
Затем
он
заполняет
свободный
промежуток
в
первом
стихе
словом
сильно.
В
стихе:
М осква!
Как
сильно
в
этом
звуке
зачё р ки вает
сильно,
заменяя
словом
мно го.
Зачёркивает:
все
ч увств а
ру сс кого
сверху
пишет:
для
сердца
моего
и
в
слове:
сл ились
—
заменяет
и
на
о.
В
бело ву ю
рукопи сь
вместо
личн ого
моего
впи сывает
слово,
подчёркивающее
св язь
поэта
с
на род ом:
русского.


268
Евгений
Онегин
Так
получились
стихи:
Москва!
Как
много
в
это м
звуке
Для
сердца
рус ск ого
с лилос ь!
Сразу
бы ла
н апис ана
третья
строка:
Как
сильно
в
нём
ото зв алось !
Дале е
следовали
стихи:
В
изгнаньи,
в
го рест и,
ра злуке
Москва!
Как
пом нил
я
Св [я тая]
родина
мо я.
В
этом
к уске
в
первом
сти хе
он
зачёркивает
всё,
кроме
пос ле д­
него
слова.
Во
втором
стихе
вм е сто:
помнил
сверху
пише т:
Жаждал
и
любил
тебя.
Все
три
ст иха
зачёркивает.
Сбоку
написано:
Итак
предчувствия
сбы[лись]
Москва
сбы лос ь
Как
жаждал
П осл едние
две
ст роки
зачёркнуты.
Пушки н
нарисовал
Кр е мль,
собор
с
«крестами золотыми»'.
Вписав
в
бе лов ую
рук опи сь
три
стих а:
Как
часто
в
горестной
разлуке,
В
моей
блуждающей
судьбе,
Мо скв а,
я
думал
о
тебе!
—
по эт
зако нч ил
XXXVI строфу стихами:
Москва!..
как
много
в
эт ом
звуке
Для
сердца
ру сск ого
слилось!
Как
много
в
нём
отозвалось!
Так
Пушкиным
были
соз д аны
ге ниа л ьные
стихи,
волнующие
нас
па три оти чес ким
чувством
безграничной
любви
нашего
нацио­
нального
п оэта
к
на шей
родине.
XXXVII
Вот ,
окр ужё н
своей
дубравой,
Петровский
замок.
Мрачно
он
Недавнею
го рдит ся
славой.
Напрасно
ждал
Наполеон,
Последним
сча стьем
упоенный,
Москвы
коленопреклоненной


Глава
седьмая
269
С
к люч ами
старого
Кремля;
Не т,
не
пошла
Москва
моя
К
нему
с
повин н ой
головою.
Не
праздник,
не
приёмный
дар,
Она
готовила
пожар
Нетерпеливому
герою.
Отселе,
в
дум у
пог руж ён,
Глядел
на
грозный
пламе н ь
он.
В
э той
строфе
Пу ш кин-па т риот
гордится
Москвой,
которая
в
1812 г.
«не дань и не ключи», а «го лод
и
п ожа р» 4 готовила Напо­
леону.
В
Петровском
замке,
построенном
при
Екатерине
II архи ­
тектором
К азак о вым,
«нетерпеливый герой», «баловень», до
Бородинского
сражения
считавшийся
непобедимым
полководцем,
тщетно
ожидал
парламентёров
из
Москвы;
дворец,
где
он
жил ,
ст ал
«свидетелем падшей славы»
французского
императора.
XXXVIII
..
.вот уж
по
Тверской
Возок
н есё тся
чрез
ухабы.
М ел ькают
мимо
будки,
баб ы...
Балконы,
львы
на
во рот ах
И
стаи
галок
на
крестах.
До
сих
пор
сохранилось
украшение
на
воротах
быв шег о
А нг лий ского
клуба
на
Тверской
улице
(теперь Музей революции
на
улице
Гор ьког о)—л ьвы
на
воротах.
В
п ушки нс кую
п ору
эта
московская
мода
б ыла
распространённой.
В
романе
«Дым»
Тур ген ев
поместил
кн язей
Осининых
«около Собачьей
площадки,
в
одноэтажном
деревянном
домике,
с
полосатым
па­
радным
кр ыле чком
на
улицу,
с
з елёными
львами
на
во рот ах
и
прочими
дворянскими
з ат ея ми» (VII гл.).
Некрасов
описал
т ипичн ый
стародворянский
дом
(«Секрет»,
1846):
В
счаст ливо й
Мо скв е,
на
Нег линной ,
Со
львами,
с
решёткой
к ру гом,
Стоит
о дино ко
ст ари нн ый,
Ге рб ами
украшенный
д ом.
О тго лос ком
старой
Москвы
звучат
для
нас
названия
ул иц
и
переулков
по
пр их о дским
цер кв ам:
уХаритонья
в
переулке,
живёт
у
Симеона
(строфы XL —XLI).


270
Ев гений
Онегин
Картинка
московского
дворика
в
Харитоньевском
переулке,
ко торую
наблюдала
Таня
(XLIII) :
Садится
Таня
у
о кна.
Редеет
сумрак;
но
она
С воих
полей
не
различает:
Пр ед
нею
не знако м ый
двор,
Конюшня,
к ухня
и
забор
—
эта
картинка
пр ипомнил ас ь
Пушки ну
по
его
детским
вос п омина ­
ниям.
В
1803 г.
Пушки ны
ж или
в
приходе
Харитония
во
дв оре
графа
Санти.
Дво р
был
тесно
застроен
деревянными
сл уж бами
и,
повидимому,
обходился
без
садик а
и
огород а.
Теперь
на
этом
«Сантиевом дворе»
но вый
дом
по
Б.
Харитоньевскому
переулку
под
No
8, а также постройки под No 2
по
Мыльникову
пе ре ул ку5.
Цен зор
Никитенко
в
своём
«Дневнике»
рас ск азы вае т,
что
в
последнем
ст ихе
э той
строфы
м ит ропол ит
Фил ар ет
нашёл
оскорб­
ление
святыни.
Цензор,
к оторого
призывали
к
ответу
по
этому
пов оду ,
сказал,
что
галки,
с колько
ему
известно,
действительно
садятся
на
кр ест ах
м осков с ких
церквей
и
что,
по
его
мнению,
виноват
зд есь
бо лее
всего
московский
п олиц мей ст ер,
доп уска ю­
щий
э то,
а
не
п оэт
и
не
цен зор.
Бенкендорф
учтиво
отвечал
Фил а­
рет у,
что
д ело
не
с тоит
т ого,
чтобы
вмешиваться
такой
поч те н­
ной
особе.
XLV
У
Пелагеи
Николав н ы
Всё
тот
же
дру г
мосье
Финмуш,
И
тот
же
шпиц,
и
тот
же
муж;
А
он,
всё
клуба
чл ен
исправный,
Всё
так
же
смирен,
так
же
глух,
И
так
же
ест
и
пь ёт
за
двух.
Английский
клуб
в
Москве
был
местом
встреч
богатого
и
ро­
дов и того
барства.
Особенно
сл ави лся
он
своими
изысканными
обедами.
Ср.
Ча цкий
о
Фамусове:
Ну
что
ваш
батюшка?
всё
Английского
клоба
С тарин ны й,
верный
член
до
гроба?
Строфа
написан а
в
сти ле
монологов
Чацк ого ,
зло
осмеивав­
ших
московских
бар
(см.
комментарий
к
«Отрывкам из путеше­
ствия
Он еги на»).
XLIX
Архивны
юноши
толпою
На
Таню
чопорно
глядят,
И
про
неё
между
собою
Неблагосклонно
го во рят.


Гл ава
седь ма я
271
В
московском
архиве
государственной
ко ллеги и
иностранных
дел
служили
преимущественно
представители
дворянской
моло­
дёжи ;
од ин
из
современников
писал
об
их
сл ужебны х
за нят иях:
«Молодые люди ( в
архиве)
балуются
и
не
привыкают
к
тр уду» .
В
20-х
год ах,
т.
е.
в
то
само е
время,
когда
Тат ьяна
появилась
в
московских
гостиных
6, в архиве составился кружок любомуд ­
ров,
к
которому
принадлежали
В.
Ф.
Одоевский,
братья
Киреев­
ски е,
Д.
В.
Веневитинов,
А.
И.
Кошелев
и
др.
В
кружке
господ­
ствовали
философские
интересы,
увлечение
теориями
Канта,
Фихте,
Шеллинга.
Прозв ище
«архивные юноши»
было
прид у­
мано
С.
Соболевским,
входившим
в
этот
кружок.
А.
И.
Кошелев
в
своих
«Записках»
писал: «Архив прослыл сборищем блестящей
московской
молодёжи,
и
зв ание
«архивного юноши»
сделалось
весьма
по чётны м,
так
что
впоследствии
мы
даж е
попали
в
стихи
начинавшего
тогда
вх од ить
в
большую
сл аву
А.
С.
Пуш к ина».
У
скучной
тё тки
Т аню
встретя,
К
ней
как-то
В[яз ем ски й]
по дсел
И
душ у
ей
за нять
успел.
Князь
П.
А.
Вяземский
(1792—1878) —
од ин
из
б лизк их
друзей
П уш кина,
п оэт
и
литературный
кри тик.
Пушкин
в
1822 г.
в
«Надписи к портрету кн.
П.
А.
Вяземского»
дал
с леду ющую
характеристику
е го:
Судьба
свои
д ары
яв ить
жел ала
в
не м.
В
сч астли вом
баловне
соед инив
ош ибк ой
Богатство,
знатный
род
с
возвы ш ен ным
умом
И
пр остод уши е
с
язвительной
ул ыбк ой.
Пушкин
не
раз
брал
для
своих
произведений
эп игр афы
из
стихотворений
Вяземского:
эпиграф
к
«Кавказскому пленнику»
из
пос ла ния
«Графу Ф .
И.
То л сто м у» (потом выпущенный);
эпиграф
к
I главе «Е вгения
Онегина»
из
стихотворения
«Первый
сн е г» (1819); эпиграф ( с легка
изменённый)
к
«Станционному
смотрителю»
из
стихотворения
«Станция» .
См.
т акже
27-е
и
42- е
примечания
Пушкина
к
рома н у.
L
Но
там,
где
Мельпомены
бурн ой
Протяжный
раздаётся
вой,
Где
машет
мантией
мишурной
Она
пр ед
хладною
толпой,
Где
Талия
тихонько
дремлет
И
плескам
дружеским
не
внемлет,


272
Ев гений
Онегин
Где
Терпсихоре
лиш ь
одной
Дивит ся
зритель
мо ло дой
(Что было также в прежни леты,
Во
время
ваш е
и
мо ё),
Не
обратились
на
неё
Ни
дам
ревнивые
лорнеты,
Ни
трубки
модных
знатоков
Из
лож
и
кресельных
рядов.
Мел ьп омена,
Талия
и
Терпсихора—в
античной
мифологии
му зы
—
бо гини
искусств:
первая
—
трагедии,
в то­
рая
—
комедии,
третья
—
танцев
(хореографического
и ск усств а).
Этот
условный
яз ык,
выкованный
на
основе
античной
поэзии
в
литерату­
ре
пер ио да
классицизма,
густо
насыщавший
раннюю
лирику
Пушкина,
продолжал
питать
пушкинское
лириче­
ско е
творчество
и
в
30- х
го­
д ах.
В
1822 г.
Пу шкин
писал
в
своей
статье
«О слоге»;
«Что сказать об наших писа ­
П.
А.
Вяземский.
С
портрета
Рейхеля, 117,
телях,
которые,
почитая
за
н изос ть
изъяснить
просто
вещ и
самые
о быкно ве нные,
думают
оживит ь
де тск ую
прозу
дополнениями
и
вя­
лы ми
метафорами!
Эти
люди
н ик огда
не
скажут
дружба
—
не
пр иб авя: «сие священное
чувство,
коего
благородный
плам ень
и
проч.» —
Должн о
бы
ска зать :
р ано
поутру,
—
а
они
пишу т : «едва первые лучи вос­
ходящего
солнца
оз ар или
восточные
края
лазурного
небц». —
Как
это
всё
н ово
и
свежо,
раз ве
оно
лучше
потому
тол ьк о,
что
длиннее?
Читаю
отчёт
какого-либо
любителя
театр а: «сия юная пито­
мица
Тали и
и
Мельпомены,
щед ро
одарённая
Апо лл о ном ». «Боже
мой !
да
п ост ав ь: «эта молодая хорошая актриса», и продолжай
—
а
будь
ув ер ен,
что
никто
не
заме ти т
твоих
вы ражени й
—
ни кто
спасибо
не
ск ажет ».
Осуждая
эту
ман еру
речи,
этот
перифрастический
стиль,
по­
нятный
для
немногих,
Пушкин,
од на ко,
в
данной
стр офе
писал


Глава
седьмая
273
им енно
эт им
языком,
вводя
«протяжный вой бурной Мельпо ­
м е н ы», Талию и Терпсихору.
Т аким
с тилем
писал
гл ава
се н­
тименталистов
Карамзин,
продолжая
традицию
классицизма
XVIII века;
в
его
«Письмах русского путешественника»
встре­
чаем
подобное
в ы р аж ени е: «целый месяц быть всякий день
в
спектаклях!
Быть
и
не
насытиться
ни
смехом
Талии,
ни
сл е­
з ами
Ме льп омен ы».
Пушкин
уже
в
«Руслане и Людмиле»
преодолевал
старомод­
ный
стиль;
в
св ой
роман
он
в вёл
немало
«прозаизмов», элемен­
тов
п рост оречь я, «нагой простоты»
об ыдё н ного
языка,
—
и
тем
не
менее
п родолж ал
ча сти чно
пользоваться
к ниж ным
языком
той
дворянской
групп ы ,
среди
ко то рой
в раща лся7.
Пушкин
сам
ч ув ств овал
на лич ие
п ротив оре чий
в
сво ём
лите­
ра турн ом
языке.
В
ноябре
1823 г.
он
писал
из
Одессы
Вязем­
ско м у: «Я желал бы оставить русскому языку некоторую библей­
скую
похабность.
Я
не
люблю
видеть
в
п ерв обы тном
нашем
языке
с леды
европейского
жеманства
и
французской
утончённости.
Г ру­
бость
и
п рост ота
более
ему
прис та ли.
Проповедую
из
внутреннего
у бежден ия,
но
по
привычке
пиш у
и наче ».
Эти
ст илевы е
пр от иво­
реч ия,
чё тко
сознаваемые
Пушки ны м
(см .
«Путешествие Оне­
г ин а»),
со с тавл яют
особенность
пушкинского
стиля,
который
получает
предельно
чё ткое ,
законченное
выражение
в
ром а не.
Язы к
поэта
—
отражение
живого
говора
классово
бл из­
кой
ему
групп ы
—
вто
же
время,
в
рез ульта те
борьбы
за
«про ­
стоту»
и
«грубость»
организовывал
литературную
речь
других
общественных
груп п,
превращался
в
фактор
огромного
обще­
ственного
значения.
Читатели,
современники
Пушкина,
за
вы че­
том
«учившихся по старым грамматикам», в общем единогласно
отмечали
«особое достоинство пушкинского языка [в
романе]
—
ве рност ь
и
точн ость
в
ы
р
а
ж
е
н
и
я », исключительную
с во боду
и
непр ину ждённо сть :
«Пушкин,
—
писал
«Московский вестник» 1828 г ., —
рассказывает
вам
ром ан
пе р­
выми
сл ов ами,
которые
срываются
у
нег о
с
языка,
и
в
эт ом
отношении
Онегин
ест ь
ф ен омен
в
истории
русского
языка
и
ст и­
хосложения».
L1I
У
но чи
много
звёзд
прелестных,
Красавиц
много
на
Мо ск ве,
Но
ярче
в сех
подр уг
небесных
Л уна
в
во зду шной
синеве.
Эти
строки
восходят
к
стихам
С.
Боброва,
автора
«Тавриды»
(1798), поэмы,
ко торую
Пушкин
п росил
переслать
ему
в
1821 г.
в
К иши нёв:


274
Е вген ий
Онегин
О,
миловидная
Зарен а!
Все
звёзды
в
севере
бл естящ и,
Все
дщери
севера
пр екр а сны;
Но
ты
одн а
средь
их
луна.
Твои
небесны
очи
Влажны
Блестя т
—
как
утренние
звёзд ы.. .
Но,
назвав
звёзды
прелестными,
Пушкин
создал
интересней­
ший
приём
игр ы
различных
ос мы слен ий
эт ого
термина,
приём
каламбурного
применения
церковнославянизма
пут ём
отоже­
ст вле ния
его
с
соответствующими
русскими
«омонимами»8.
В
«Словаре Академии Российской» (1809) было сказано:
«Звезда прелестная .
То
же,
что
звезда
бл у дящая»,
планета.
А.
Шишков
в
«Рассуждении о старом и новом слоге»
писал:
«Прелестными звёздами называются те воздушные
огни,
кото р ые,
доколе
сия ние
их
.продолжается,
каж утся
нам
быт ь
ниспадающими
звёздами,
кои
потом
исчезают...»
(Ср.
«Послание Иуды», гл.
I, где нечестивые
люди
сравниваются
с
«звёздами прелестными,
которыми
блюдётся
м рак
тьмы
в о веки».
«В противомыслие сему под именем непрелестных звёзд разу­
меются
настоящие,
не
об ма нчи вые
з вёз ды»).
Таким
образом,
при ­
ме нением
к
мос ков ск им
кра сав и цам
выражения
прелестная
звезда
Пу шкин
д авал
современному
читателю
наряду
с
общепри­
нятым
пониманием
—
прекрасная
звезда
—
красавица
—
другое
осмысление:
прелестная
звезда
—
коварная,
изменчивая
краса­
вица
(см.
об ычн ое
у
П уш кина : «младые изменницы»).
Но
та,
которую
не
сме ю
Тревожить
лирою
мое ю,
Как
величавая
луна,
Средь
жён
и
дев
б лест ит
одна.
П.
А.
Вяземский
дважды
выс ка зал
предположение,
что
Пуш­
кин
воспел
в
эт ой
ст рофе
Алексан дру
Корсакову.
В
доме
М.
И.
Римской-Корсаковой
Пушкин
б ывал
зим ой
1826/27 и
1827/28 гг.
С
А.
А.
Корсаковой
были
у
поэта
какие-то
сложные,
близкие
к
в люблё ннос ти
отнош е ни я.
У
Пу ш кина
остался
план
«романа на кавказских водах»,
где
в
числ е
персонажей
бы ла
А.
Корсакова
—
«девушка лет 18, стройная и высокая,
с
бледным,
прекрасным
лиц ом
и
ч ёрны ми
о г ненными
гл аз а ми»9.


Гла да
седьмая
Z73
LV
..
.Чтоб
не
забыть,
о
ком
пою...
Да
кстати,
зд есь
о
том
два
слова:
Пою
приятеля
младого
И
множество
его
причуд.
Бл аг осл ови
мой
долгий
т руд,
О
ты,
эпическая
му за!
И
верный
посох
мне
вру чив ,
Не
дай
блуждать
мне
вкось
и
в
крив.
Довольно.
С
плеч
дол ой
обуза!
Я
классицизму
отдал
честь:
Хоть
поздно,
а
всту пле нье
ес ть,
«Эпическая муза»
эпох и
кл асси ци зма
XVIII века,
ещё
имев­
шая
своих
последователей
среди
писателей
пу шкин ско й
по ры,
для
Пушкина
давно
уже
б ыла
«обузой», преодолённой им в пер­
вой
же
поэ ме
(хотя отголоски стиля классической поэмы встреча­
лись
у
Пушкина
не
только
в
эпилоге
«Кавказского пленника»,
но
и
в
«Полтаве»).
З десь
он
пародировал
сти лист ику
классиче­
ской
поэмы
(традиционное вступление
—
обращение
к
музе)
при ёмо м
писат еля
XVIII века В.
И.
Майкова,
автора
«ироико -
мической
поэмы»
«Елисей» (1771):
Пою
стаканов
звук,
пою
того
героя..-,
О
муз а,
ты
сег о
отнюдь
не
умолчи...


ГЛАВА
ВОСЬМАЯ
Fare thee well, and if for ever,
Still for ever fare thee well.
Byron.
Э пигр а ф: «Прощай
—
и
ес ли
на всег да,
то
навсегда
п ро­
щай »
—
начало
ст ихот во рени я
Байрона
из
цик ла
«Стихи о раз ­
вод е», 1816 г.
(указание Г«
О.
В и н окура).
Э пигр аф
может
быт ь
пон ят
трояко.
По эт
гов ори т
«прости»
Онегину
и
Т ать яне
(см.
L строфу); Татьяна посылает прощаль­
ный
привет
О не гину
(продолжение в стихотворении Байрона:
«даже если ты не простишь меня,
моё
сер дце
н и когда
не
будет
восставать
против
т е бя»); Онегин этими словами шлёт последний
привет
лю бимо й.
I
В
те
дни,
когда
в
садах
Лицея
Я
безмятежно
расцветал...
Пу шкин
поступил
в
Царскосельский
лицей
в
1811 г.
и
окончил
это
учебн ое
зав еде ние
в
1817 г.
В
вариантах
было
рассыпано
множество
подроб нос тей ,
рисующих
жизнь
поэта
в
лицее;
из
них
в
окон ча тельн ы й
текст
лопали
немногие
(см.
приложения
к
ро­
ман у).
Читал
охотно
Апулея,
А
Цице рон а
не
читал.
В
рукописи
это
двустишие
был о
в
другой
редакции:
-
Читал
охотно
Елисея,
А
Цице р она
проклинал.
.или:
Читал
украдкой
Апулея ,
А
над
[Виргилием] [урока м и]
зевал.
Юн оша -Пушк ин
«забывал латинский класс для
...
прок аз *,
предпочитая
Цицерону,
красноречивому
ора т ору
Р има
и
образ-


Глава
восьмая
277
П ушки н-ю ноша .
С
гравюры
Е.
Гейтмана,
приложенной
к
первому
изд анию
«Кавказского пленника», 1822.
новому
прозаику,
рус ск ого
автора
бурлескной
по эмы
с
пародий­
ным
изображением
классического
О лимпа,
с
грубоватыми
быто­
вы ми
сценками,
с
сочным
пр ост ор еч ьем^
В.
Майков,
автор
«Елисея», нравился поэту и позже реалистическими описаниями,
вызывавшими
здоровый
смех.
Апулей
—
ри мск ий
п оэт
II в.
н.
э.,
автор
романа
«Золотой
осё л», возбуждал воображение пылкого
лице ис та
мифологиче­
ским и
эпизодами
(например,
мифом
об
Аму ре
и
Психее).
В
те
дни
в
таинственных
долин ах ,
Весной,
при
кликах
лебединых,
Близ
вод ,
сиявших
в
тишине,
Являт ьс я
муз а
стала
мн е.


278
Евгений
Онегин
Моя
студенческая
келья
Вдр уг
озарилась:
муз а
в
ней
Открыла
мир
младых
затей,
Воспела
детские
веселья,
И
славу
нашей
старины,
И
сердца
трепетные
.сн ы.
Пушкин
в
лицее
стал
поэтом;
лицеистом
стал
печататься:
пер ­
вое
его
печатное
стихотворение
«К другу стихотворцу»
появилось
в
«Вестнике Европы» 1814 г .,
No
13.
Пер ечень
тематики
лицей­
ск их
ст ихотв оре ни й,
данный
поэтом
в
к онце
1-й
строфы,
если
не
охватывает
п олност ью
всего
сод ержа ния
ранней
лирики,
то
всё
же
вскрывает
ха рак терны е
для
неё
мотивы:
эпикурейские
(«мла­
дые
за т е и»), патриотические («слава нашей старины») и те, «где
серд ца
т реп етные
сны»
рисовали
пёстрый
свиток
нас т ро ений
п оэ та , «невольника мечты младой» .
II
Ус пех
нас
перв ый
окрылил;
Старик
Державин
нас
заметил
И,
в
гроб
сходя,
благословил.
Лиц ейс кие
товарищи
Пушкина
быстро
п очув ст вов али
буду­
щую
литературную
славу
е го:
Де л ьвиг
гов орил
о
нём
в
1815 г .:
Пушк ин!
Он
и
в
лесах
не
укроется;
Лир а
выдаст
его
громким
пе ние м,
И
от
смерт ны х
восх ити т
бе ссмер тн ого
Аполлон
на
Олимп
торжествующий.
На
всю
жизнь
Пушк ин
сохранил
воспоминание
о
лицейском
экзамене
8 января 1815 г.,
когда
в
присутствии
Державина
он
прочитал
своё
стихотворение
«Воспоминания в Царском Селе».
Об
этом
чтении
сохранился
расс каз
И.
И.
Пущина
(лицейского
товарища
поэт а): «Державин державным своим благословением
увенчал
юного
поэта.
Мы
вс е,
друзья-товарищи
его>
гордились
э тим
торжеством.
Пушкин
тогда
читал
. свои
«Воспоминания в
Царском
Селе».
В
эти х
ве лико ле пных
стихах
затронуто
всё
жи­
вое
для
русс кого
сер д ца.
Читал
Пушкин
с
не обы кно венны м
оживлением.
Слушая
знакомые
стихи,
мороз
по
коже
пробегал
у
меня.
Когда
же
патриарх
н аших
пев цо в,
в
восторге,
со
сл езам и
на
глазах,
бросился
целовать
поэта
и
осенил
куд ряв ую
его
го­
лову ,
—
мы
вс е,
под
к аким -то
неведомым
влиянием,
благоговейно
молчали.
Хотели
са ми
обнять
нашего
певца,
—
его
уж
не
было,
он
у б ежал!» (И.
Пущин,
Записк и
о
Пушкине.)


Ц арск о сельск ий
лицей
(в глубине,
справа
от
арки).
С
лит огра фи и
1820- х
г одов.
Я
«


280
Евгений
Онегин
Сам
Пушкин
впер вые
р ассказ ал
об
этом
эпи зо де
в
1817 г.
(«К Жуковскому»).
Мне
жре бий
в ынул
Феб
—
и
лира
мой
удел...
И
слав ный
старец
на ш,
царей
певец
избранный,
Крылатым
Гением
и
Грацией
вен чанный ,
В
слезах
обнял
м еня
дрожащею
рукой
И
счастье
мне
пре др ек,
незнаемое
мной.
Любопытен
позднейший
расс каз
Пу шкина
о
том
же
эпизоде:
«Державина видел я только однажды в жизни,
но
н ик огда
того
не
позабуду.
Это
б ыло
в
1815 году,
на
публичном
экзамене
в
Лиц ее.
Как
узнали
мы,
что
Державин
будет
к
на м,
все
мы
взвол­
новались.
Дел ьв иг
вышел
на
лестницу,
что б
дождаться
его
и
поцеловать
ему
руку,
ру ку,
написавшую
«Водопад».
Державин
приехал.
Он
вошёл
в
сени,
и
Д е львиг
усл ыш ал,
как
он
сп роси л
у
шве йц ара : «где,
бр ате ц,
зде сь
н ужн ик ?» Этот прозаический
вопрос
разочаровал
Дельвига,
который
отменил
св оё
намерение
и
возвратился
в
залу.
Д е львиг
это
рассказы в ал
мне
с
удивитель­
ным
п ростод ушием
и
весёлостию.
Державин
был
очень
стар.
Он
был
в
м унд ире
и
в
плисовых
сапогах.
Эк за мен
наш
очень
его
утоми л:
он
сидел,
п одпе рши
голов у
рукою:
лицо
его
было
б ес­
смысленно,
гл аза
мутны,
губ ы
отвислы;
по ртре т
его,
где
пред­
став л ен
он
в
колпаке
и
ха ла те,
очень
похо ж.
Он
дремал
до
тех
пор ,
п ока
не
начался
э кзаме н
по
русской
слов ес ност и.
Тут
он
ожи­
вился,
глаз а
забл иста ли ;
он
преобразился
весь .
Разумеется,
чи­
таны
б ыли
его
ст ихи,
раз бира ли сь
его
стихи,
поминутно
х вал или
его
ст ихи.
Он
слушал
с
живостию
нео быкно в енно й.
Наконец,
вызвали
ме ня.
Я
п рочёл
мои
«Воспоминания в Царском Селе»,
сто я
в
двух
шаг ах
от
Дер жав ина.
Я
не
в
силах
описать
состояние
души
моей:
когда
я
дошёл
до
стиха,
где
упоминаю
имя
Держа­
вина ,
голос
мой
отроче ск ий
за зве нел,
а
сердце
моё
з аб илось
с
упоительным
восторгом...
Не
помню,
как
я
кончил
св оё
чтение;
не
помню,
куд а
убежал.
Державин
был
в
восхищении;
он
меня
тре бова л,
хо тел
меня
обнять...
Ме ня
и с кали,
но
не
нашли...»
В
рукописи
вторая
строфа
оканчивалась
воспоминанием
поэта
о
И.
И.
Дмитриеве, H.
М.
Карамзине
и
В.
А.
Жуковском:
И
Дмитрев
не
был
наш
хулитель;
И
быт а
русского
хранитель,
Скрижаль
оставя,
нам
вн имал
И
музу
робкую
ласкал.
И
ты,
глубоко
вдохновенный,
Всего
прекрасного
пев ец,
Ты,
ид ол
де встве нн ых
серд ец,
Не
ты
ль,
пристрастьем
увлеченный ,
Не
ты
ль
мне
рук у
подавал
И
к
славе
чистой
призывал
*.


Пушкин
на
лицейском
экзамене
1815 г.
С
картины
И.
Е.
Репина.


282
Евге ни й
Онегин
III
..
Я
музу
резвую
привёл
На
шум
пиров
и
буйных
с поров,
Грозы
полуночных
дозоров2;
И
к
ним
в
бе зум ные
пиры
Она
несла
св ои
да ры
И
как
вакханочка
резвилась,
За
чаш ей
пела
для
гос т ей,
И
моло дёжь
минувших
дне й
За
нею
буй но
волоч илас ь ,
А
я
гордился
меж
друзей
П одр угой
вет рено й
моей.
В
этой
строфе
ярко
характеризуется
пушкинская
муза-«вакха-
ночка»
лицейской
и
в
ос обен нос ти
пос лели це й ской
поры
(1817—
1820).
Пос лан ия
к
Эн ге ль гардт у,
Всеволожскому,
Чаадаеву,
К аве­
рину,
в есь
ц икл
стихотворений,
связанных-
с
кружком
«Зелёной
л а мпы», рисуют молодого Пушкина,
кот о р ый, «усердствуя Вакху
и
любви», в «приютах
любви
и
вольных
му з», разгорался вместе
с
друзьями
в
спорах
Насчёт
глупца-вельможи
зл ого,
Насчёт
холопа
записного,
Насчёт
небесного
царя,
А
иногда
насчёт
земного.
Понятно,
почему
либерально
настроенная
молодёжь
«буйно
волочилась»
за
муз ой
Пушкина.
Его
эпиграммы
на
царя,
на
ми­
нистров,
на
князей
церкви,
такие
стихотворения,
как
«Вольность»,
«Деревня», расходившиеся во множестве списков,
пр евр ащал и
Пуш к ина
в
эхо
и
организатора
общественных
идеалов
передовых
слоёв
дворянства,
революционно
настраивали
также
мелкобур­
жуазную,
ра зн очин ную
инт ел ли ген цию
20-х
годов.
О
популяр­
нос ти
Пушкина-поэта
со хр анило сь
множество
свидетельств:
он,
по
словам
Ал ексан др а
I, «наводнил
возмутительными
стих ам и
всю
Ро сс ию »; «в бумагах каждого из действовавших [д ек абр и­
стов]
находятся
стихи
твои», —
писал
Пушки ну
Жуковский
12 апреля 1826 г. ;
пушкинское
с тихот во рени е
«Noël», по призна ­
нию
Я к уш кина , «все знали наизусть
и
ра спев али
чут ь
не
на
ули це », как и другие стихотворения,
к оторы е
«везде ходили по
рукам,
переписывались» (Пущин).
Декабрист
Д.
И.
Завалишин
в
своих
во сп оми нан иях
пи са л: «Можно наверное сказать,
что
по
крайней
мере
9/ю,
если
не
"/юо тогдашней молодёжи первые по ­


Г /.ава
восьмая
283
н ятия
о
безверии,
кощунстве
и
крайнем
пр ил оже нии
прин ци па,
что
«цель оправдывает средства»,
т.
е.
кр айн их
революционных
ме р,
п олучи ли
из
его
стихов.
Самое
достоинство
стиха,
легк о
удер­
живаемого
в
памяти,
содейство­
вало
распространению
кощун­
ственных
революционных
идей;
и
если
не
все
прилагали
их
к
делу,
то
всё-таки
з нако мы
были
с
ни­
ми
по
Пушк ин у.
Мы
знал и
впо­
следствии
н екоторы х
весьма
по­
жилых
людей
и
в
высо к ом
уже
з ва нии,
к оторы е,
по
доб рой
ли
во ле
или
по
случайным
обст оя ­
тельствам,
не
были
п рич астны
ни
кощунству,
ни
революционным
мерам,
а
меж ду
тем
твёрдо
по м­
нил и
наизусть
все
ст ихотв оре ния
П уш кин.
А втопорт ре т
1823 г.
Пушкина,
запе чатл енны е
этим
на пра вл ен ием.
А
в
наше
время
едва
ли
был
какой
взрослый
воспитанник,
к оторы й
не
списы­
вал
и
не
выуч ивал
наизусть
э тих
с ти хотв оре н ий » («Литературный
Ленинград», 1934, No 62).
IV—VI
В
этих
строфах
поэт
пр од олж ает
рисовать
св ой
жизненный
путь:
ссылка
на
юг,
путешествие
по
Кавказу,
Крыму
(«брега Тав­
р ид ы»), Бессарабия («в глуши Молдавии печальной»), уездная,
пр овинц иа ль ная
глушь,
столичная
жи знь
—
везде
за
ним
образ
его
муз ы,
ме н яющей
сво й
облик:
то
Ленора
(героиня романтиче­
ской
бал ла ды
Бюргера)
пер ио да
«Кавказского пленника»,
то
«ласковая»
дева
гур зуфс к ого
периода
(стихотворения «Н ере и­
да », «Редеет облаков летучая гряда»
и
д р.), то одичавшая среди
шатров
«племён бродящих» («Цыганы»),
то
бар ыш ня
уездная
«с печальной думою в очах,
с
французской
книжкою
в
руках,
то
«впервые»
показавшаяся
на
«светском рауте» .
В
V строфе есть
замечате ль н ые
ст ро ки,
которыми
Пушкин
намекал,
что
тема тика
его
творчества
мог ла
бы
ста ть
ино й,
ес ли
б
не
соб ыти я,
и змен ив­
шие
его
жизнь,
пов ерн увши е
общественную
ж изнь
страны
на
друг ую
до рогу.
Муза
поэта
в
«глуши Молдавии печальной»
.. .позабыла
речь
богов
Для
ску дны х
странных
языков,
Для
песен
степи,
ей
любезной...


284
Е вгени й
Онегин
В
беловой
руко пис и
читаем:
Для
странных
новых
языков,
Для
писем
вольн ост и
любезной...
Для
пен ья
степи
ей
любезной...
Бесспорно,
Пушкин
хоте л
ск азать ,
что
р ев ол юционна я
стихия
порабощённых
народов
на
ближнем
Востоке,
п роры ва вша яся
восстаниями,
подготовкой
к
ним,
нашла
в
нём
поэта,
выз вала
в
нём
в ольно люб ивую
эне р гию.
Ки ши нёв
и
Од есса
бы ли
наполнены
в
эпоху
Пушкина
разноязычными
н ос ите лями
национальных
(буржуазных и крестьянских)
движений;
повстанцы
на
«новых
(для поэта)
и
стра нн ых
языках »
—
греки,
албанцы,
ру­
мыны,
се рбы
—
шумно
заявляли
о
сво ём
праве
на
с в ободу.
В
тво р чес тве
Пу шки на
н ашло
отражение
это
освободительное
движение.
Он
верил,
что
его
муза
будет
продолжать
пет ь
о
«воль ­
ности
любезной».
«Но дунул
ветер,
грянул
гром».
—
В
издании
VIII главы 1832 г.
и
в
первом
и зда нии
ро мана
1833 г.
цензура
за­
менила
этот
ст их
нейтр а ль ным : «Вдруг изменилось всё кругом» .
Ветер,
гр ом
—
это
слова
из
т ого
семантического
ря да,
которым
Пушкин
н еред ко
сигнали з ир о вал
о
в ольн олюби в ом
по­
рыве,
о
восстании,
мяте ж е,
революционном
движении,
вообще
о
катастрофе,
выходящей
за
п реде лы
личного,
интимного
к ру­
шения.
«Под ризой бурь»
мечтал
сс ыль ный
п оэт
начать
«вольный
бе г»
«по вольному распутью моря» (L строфа I
гл ав ы). «Ви хорь
шу мн ый», «гроза»
—
символ
декабрьского
восстания
(«Арион»,
1827). «Туч и», «буря»
стоят
в
связи
с
уг ро зой
беды,
нависшей
над
поэтом
по
п ол ити чес кому
де лу
в
1828 г.
(«Предчувствие»).
«Новы тучи и ураган их. .. »
—
образы
европейских
революций
30-х
годов
(«Была пора», 1836).
«Грянул гром»
—
разразилось
14 декабря .
«Пенье вольности
люб езн ой »,
мы
зна ем,
осталось
пре жней
внутренней
потреб­
ностью
поэта,
но
в
изменившейся
политической
обстановке
уж
не
было
пр осто ра
для
пре жних
песен.
VII—XII
Но
это
кто
в
толпе
избранной
С тоит
безмолвный
и
ту манный ?
Для
всех
он
кажется
чуж им.
Ср.
в
бе лов ой
рукописи:
Кто
т ам,
меж
ними
в
о тда ленья,
Как
нечто
л ишне е,
стоит?


Глав а
восьмая
285
Ни
с
кем
он,
мнится,
не
в
сношеньи,
Почти
ни
с
кем
не
говорит3.
[Меж молодых аристократов]
[Между налётных дипломатов]4
Везде
он
кажется
чужим .
Обрисованное
в
эт ой
строфе
положение
Онегина
в
свете
со­
вершенно
не
похоже
на
то,
каким
он
являе тся
там
в
г оды
ран­
ней
м олод ости .
П рошл о,
нем ног о
лет,
но
он
уже
ни
с
кем
не
имеет
св язей ,
он
—
ли шни й,
чужой.
Всё
тот
же
ль
он
иль
ус мир и лся?
Иль
корчит
так
же
чудака?
По
кр айне й
м ере
мой
совет:
Отс тать
от
моды
об ве тшало й.
Довольно
он
морочил
свет...
(VIII строфа)
Когда-то
Онегин-чудак
не
каза лся
столь
чу жим,
—
О нег ины
были
заметной
группой;
теперь
он
в
глазах
светских
люд ей
чело­
век
минувшей
эпохи,
его
облик
—
«обветшалая мода», следова­
те льн о,
что-то
изменилось
в
самой
общественной
среде,
в
ней
произошли
ка кие-то
пе регр уп пир ов ки.
Думается,
на
этой
главе
Вид
с
д ворцо вой
набережной
на
Неву.
Из
собрания
гра вюр
1830 г.


28$
Евгений
Онегин
преимущественно
леж ит
отпечаток
по с ле декабр ь ских
ле т,
отр а­
жение
новой
общественной
обстановки,
кот орую
наблюдал
Пу ш­
кин
в
высшем
свет е.
Его
м лад ший
со вр еме нник
Гер цен,
истори­
ч ески
то чно
описал
эту
перемену
в
той
самой
среде,
к уда
попал
Онегин,
где
вращался
и
автор
р ом ана.
«Пушкин возвратился
[из ссылки в 1826 г. ]
и
не
узнал
ни
м ос ков ского,
ни
петербургского
общества.
Он
не
нашёл
бо льше
своих
друзе й,
—
не
с мели
даже
произносить
их
имена;
только
и
гов ори ли,
что
об
арестах,
об ы­
ск ах
и
ссылке;
все
были
мрачны
и
устрашены».
Онегин
—
сре ди
«молодых аристократов»,
т.
е.
той
новой
знати,
которая
окружила
двор,
которая
вы д вину лась
после
по беды
над
участниками
восстания.
Что
представляла
собой
эта
новая
молодая
аристократия?
Герцен
так
писа л
о
ней : «Высшее
общество
при
первом
ударе
грозы ,
разразившейся
над
головой
после
14 декабря,
потеряло
ед ва
перед
тем
приобретённые
поня ­
тия
о
чести
и
достоинстве.
Русская
аристократия
уже
не
подня­
ла сь
при
Николае
—
она
отцвела;
в сё,
что
имелось
в
её
среде
благородного
и
ве ликод ушного,
находилось
в
рудниках
или
в
Си­
бири.
Всё,
что
оставалось
или
держалось
в
благоволении
госпо­
дина,
пало
до
той
с тепен и
низо ст и
и
раболепия,
которая
известна
по
картине,
нарисованной
де-Кюстином
5.
Затем
следовали
гвардейские
офицеры;
из
блестящих
и
обра­
зо ва нных
чле нов
общества
они
становились
всё
бо лее
и
более
шаблонными,
рутинными
унтерами...
Обстоятельства
из ме ни­
ли сь,
гвардия
разделила
участь
аристократии:
лучшие
офицеры
б ыли
сосланы,
многие
оставили
службу,
не
будучи
в
состоянии
выносить
грубый
и
наглый
то н,
введённый
Николаем»6.
Пу шки н,
презиравший
«молодых аристократов»
и
«напыщен­
ных
магнатов»
николаевской
реакции,
в зял
под
защиту
Онегина,
ког да
«благоразумные люди»
в
искреннем
страдании
Онегина
ув ид ели
прит ворст в о,
когда
«самолюбивая ничтожность»
стала
неблагосклонно
отзываться
о
нё м.
Чем
ныне
явится?
Мельмотом,
Космополитом,
патриотом,
Гарольдом,
квакером,
ханжой,
Иль
маской
щегольнёт
и но й?..
«
Большой
свет
ище т
в
О н егине
раз лич ные
маски:
Мельмота,
Демо на .
М
ел
ь
м
от7
—
э тот
дух
от рица ния ,
ир онии,
неверия,
демонизма
—
был
близок
ох лаж дён ным
скептикам
20- х
годов,
Мельмотом
называли
А.
Н.
Р аевско го .
См.
в
письме
С.
Г.
Вол­
кон ского
к
Пушкину
от
18 октября 1824 г .: «Посылаю я вам


Глав а
восьмая
287
письмо
от
Мельмота...
Н епр авил ьно
вы
сказали
о
Мельмоте,
что
он
в
п риро де
ниче го
не
благословлял,
прежде
я
был
с
Вами
со­
глас е н,
но
по
опыту
з наю,
что
он
имеет
ч увс тва
друж бы
—
благо­
родной
и
неизменной
обстоятельствами».
Совершенно
не
разбираясь,
тупые
невежд ы
при кл еивал и
Оне­
гину
маску
то
Г арольда,
то
ханжи,
квакера
—
религиозного
сек­
танта
из
п рид во рной
сре ды
Ал екса ндр а
18.
Рядом
с
кли чк ой
космополита
Онегину
ещё
приписывают
кличку
патриота.
Онегин
не
был
ни
квакером,
ни
ханжой,
но
начала
Мельм ота,
Гарольда,
всего
т ого,
что
ве ло
к
отрицанию
смысла
жизн и
«посредствен­
н ос ти », у него сохранялись .
Чт об
ясней
стало,
кого
называли
ник о лаевск ие
голуб ы е
му н­
дир ы
патриотами,
пр ипо мним ,
что
Радищев
в
с татье
«Беседа
о
том,
что
ест ь
сын
отечества
или
ист инный
п атриот » (1790) назы­
вал
п ат риотом
«свободного»
человека,
готового
вступить
в
борьбу
с
«притеснителями,
злодеями
человечества».
Известно,
что
Па­
вел
I запретил употребление слова «о т еч ест в о»
как
революцион­
ного
те р мина.
Слово
«патриот»
сохраняло
в
либёр альн ых
кру­
гах
20-х
годов
этот
о ттен ок
вражды
к
рабству,
тирании.
Н.
И.
Т урген ев
в
1818 г .,
пос ле
беседы
с
С.
Трубецким,
заявившим
о
своём
желании
дать
свободу
крестьянам,
сказал
о
нём: «Этот
чел ов ек
по
наш им
теперешним
обстоятельствам
—
полезный,
—
тольк о
честный
и
ревностный
пат р иот
полезным
быт ь
може т».
Директор
к анце ляр ии
III отделения собств.
е.
и.
в.
канцелярии
М.
Я.
Фон-Фок,
составлявший
по
поручению
шефа
жандармов
Бенкендорфа
всеподданнейшие
отчёты
за
1827—1830 гг .,
к
чис лу
недовольных
пра вит ель с тве нным
режимом
о т носил
группу
рус ски х
пат риото в
в
разных
слоях
общества;
дворянская
молодёжь
в
э той
группе
—
«настоящие карбонарии»; «в этом
раздражённом
с лое
общества
мы
сно ва
н аход им
ид еи
Рылеева...
три
чет вер ти
у
них
л и бер ал ы »; «банкротство дворянства,
пр о даж­
ность
правосудия
и
кре пос тн ое
право
—
вот
элементы,
которые
русские
патриоты
считают
воз можны м
использовать
в
п одход ящи й
мо мен т,
чтобы
возбудить
волнения
в
п ользу
кон ст и­
ту ции» 9.
XIII
И
путешествия
е му,
Как
всё
на
свете,
надоели;
Он
возвратился
и
попал,
Как
Чацк ий,
с
ко рабл я
на
бал.
Герой
ком едии
Грибоедова
«Горе от ума»
три
год а
ст ран ств о­
вал
за
границей
и
в
первый
д ень
пр иез да
в
Москву
попал
на
б ал.


288
Ез гени й
Онегин
Ср авнение
с
Чац ким
подчёркивает
трудное
положение
Оне­
гина
в
общественной
среде:
оба
од ино ки,
о боих
влечёт
в
чужды й
им
мир
люд ей
бол ь шого
свет а
любовь
к
женщ ине,
обо их
ожидает
разрыв
с
люби м ой,
тому
и
другому
Н есно сно
видеть
пред
собою
О дних
обедов
дли нны й
ря д,
Г ля деть
на
жизнь,
как
на
обряд,
И
вс лед
за
чинною
то лпою
Идти,
не
разделяя
с
ней
Ни
общ их
м не ний,
ни
страстей.
(XI строфа)
Чацкий
разоблачал
реп ет и ловщ ин у, «разговорный»
характер
та йных
заседаний
—
и
р еп ликой: «Шумите вы
—
и
только»
—
на­
мечал
не обходи мос ть
перехода
к
активному
вмешательству,
к
делу.
Онег ин, «томясь в бездействии
досуга»,
заняться,
трудиться,
быть
чем-то
захотел,
быть
че м-
нибудь
д авно
хоте л
(см.
черновик
V строфы).
Защищая
своего
героя,
Пушкин
бросил
намёк
на
одну
из
причин
неблаго­
склонных
толков
об
О нег ине:
.. .слишком
ча сто
разговоры
Принять
мы
рады
за
дела.
Онегина
упрекали
за
его
«резкий разговор,
за
к олкое
пр е­
зренье
ко
в сем», за то,
что
он
вскрывал
ва жное
безде лье
важных
людей
и
заме ну
де ла
разговорами.
Онегина
и
Ч ац­
кого
сближает
беспокойная
Охота
к
перемене
мест
(Весьма мучительное свойство,
Не многих
добровольный
к рест ).
Чац кий
и
Онегин
—
родные
братья
в
характеристике
Герцена:
«(Чацкий,
это
рез он ёрс тв ующий
О нег ин,
его
старший
брат.
«Герой
на шего
времени»
Лермонтова
—
его
мла д ший
бр ат» 10.
XIV
Но
вот
толпа
заколебалась,
По
з але
июп от
пробежал...
Д'
хозяйке
дам а
приближалась,
За
нею
важный
генерал.
Она
была
нетороплива,
Не
холод н а,
не
го вор лива,
Без
взора,
наглого
для
всех,
Без
притязаний
на
успех,


Глава
восьмая
289
Без
э тих
м але ньких
у жимок ,
Без
подражательных
затей..
*
Всё
тихо,
просто
было
в
не й.
Она
казалась
верный
снимок
Du comme II faut...
По
свидетельству
П.
А.
Плетнёва,
ссылав шего ся
на
слова
Пушкина,
в
этих
стихах
изображена
гр.
Н.
В.
К очуб ей
(1800—
1855) , дочь министра внутренних дел,
лиц ейско е
увлечение
поэта;
с
ней
он
встречался
позже
в
Петербурге;
она
бы ла
замужем
за
графом
А.
Г.
Строгановым.
Таким
образом,
для
зарисовки
Татьяны
в
петербургском
св ете
Пушкин
воспользовался
живой
н ат у ро й, «красивой Натали», как называла её жена Николая I .
Du comme il faut— фр ан цу зско е
выражение,
обозна-
ча ло
сочетание
таких
качеств,
которые
казались
в
дворянском
обществе
присущими
наиболее
совершенным
его
предст ави теля м ,
которыми
они,
как
китайской
сте но й,
отделялись
от
других
смер тных
и
от сутс тв ие
ко торы х
считалось
признаком
принад­
лежности
к
н едос таточ но
высокому
род у
или
просто
к
людям
«чёрной кости» .
Классовое
сод ерж ан ие
этого
выражения
з амеча­
тельно
раскрыто
в
XXXI главе повести Л .
Н.
Толст ог о
«Юность»:
«Главное зло состояло в том убеждении,
что
Comme il faut есть
самостоятельное
положение
в
обществе,
что
человеку
не
нуж но
ст арат ься
быть
ни
чиновником,
ни
каретником,
ни
солдатом,
ни
учёным,
к огда
он
comme il faut; что,
дос тигнув
э того
пол оже ния ,
он
уже
исполняет
своё
н азн ачен ие
и
даже
становится
выше
боль­
шей
ч асти
л юдей ».
Для
Л ьва
Толстого,
поражённого
кризисом
феодально-бар­
ского
с троя
жиз ни
в
50-х
го дах
XIX века,
это
понятие
comme
il faut казалось «па губ ны м», «ложным», привитым ему воспита­
нием
и
обще ств ом ,
но
вместе
с
тем
оно
с рос лось
с
ним
и
в
го ды
юности
был о
для
н его
«не только важной заслугой,
прекрасным
качеством,
совершенством,
которого
он
желал
до сти гн уть,
но
это
был о
необходимое
условие
ж изни,
без
которого
не
могло
быт ь
ни
счастия,
ни
сл авы,
ничего
хороше го
на
св ет е».
Она
казалась
верный
снимок
Du comme il faut. ..***, прости:
,
Не
знаю,
как
перевести.
В.
Кюхельбекер,
перечитывая
VIII главу,
увидел
в
трёх
зв ёздо чк ах
«полемическую выходку»
Пу шкин а: «Нападки на ***
не
слишком
кста ти .
Мне
бы
э того
и
не
следовало,
бы ть
может,


290
Е вген ий
Онегин
говорить,
потому
что
оч ень
хорошо
узнаю
самого
себя
под
гиеро-
глифом
тр ёх
звёздочек,
но
скажу
стихом
Пу ш кина
же »:
Мне
и стина
всего
дороже
н.
В.
Кюхельбекер,
очевидно,
читал
это т
ст их
та к:
...
Ви льгел ьм,
прости.
Не
знаю,
как
п ере вести .
Обычная
в
и здания х
романа
расшифровка
трёх
зв ёздо чек
фамил ией
Шишкова
со от вет ств ует
замыслу
по эта,
который
в
бе­
ловой
рукописи
н ап исал:
Ш
*; П.
А.
Вяземский,
перечитывая
роман,
сделал
на
берлинском
из да нии
его
1863 г.
зам ет ку
против
э того
с тиха : «вероятно,
Шишков ».
XIV—XVI
Образ
Тат ь яны
—
великосветской
дамы
Пушкин
х отел
бы
видеть
в
сво ей
ж ене : «Ты знаешь,
как
я
не
люблю,
—
пи сал
он
ей
30 октября 1833 г ., —
в сё,
что
пахнет
мос ков ск ой
барышнею,
всё,
что
не
comme il faut, всё что vulgar...
Ес ли
при
моём
воз вра ще­
нии
я
найду,
что
тв ой
милый,
про ст ой,
аристократический
тон
изменился,
разведусь,
вот-те
Хр ист ос,
и
пойду
в
с олда ты
с
горя ...»
По
п оводу
превращения
Тат ь яны
Лар ино й
—
провинциальной
девушки
—
в
зак онода те л ьни цу
св етс кого
салона
ещё
при
жизни
поэт а
П.
А.
Катенин
указывал,
что
«переход от Татьяны
—
уезд­
ной
б ары шни
к
Т ать яне
—
зна тн ой
даме
слишком
неожидан
и
не об ъяс н им ». «Замечание
оп ытн ого
художника», —
печатно
за­
яви л
П ушкин
в
1832 г .,
выпуская
VIII главу отдельным изданием.
Современные
исслед о ват ели
расходятся
ме жду
соб ой
по
этому
в опрос у:
Н.
К.
П ик санов
счит ает
«неясностью», «недоработан -
но ст ью », «натянутым
художественно-психологическим
парадок­
сом»
этот
вне за пный
переход,
превращение
Тат ьян ы;
указывая,
что
«сам Пушкин охарактеризовал всю внезапность перерождения
Татьяны»:
Как
изменилася
Татьяна!
Как
твёрдо
в
ро ль
свою
вошла!
Как
утеснительного
са на
Приёмы
скоро
приняла!
Кто
б
смел
искать
девчонки
нежно й
В
сей
величавой,
в
сей
небрежной
Законодательнице
з ал?
—
комментатор
ро мана
зая вл я ет : «действительно,
трудн о
угадать
уездную
ба ры шню
в
величавой
законодательнице
за л,
действи­
те льн о,
Та тьян а
с коро,
слиш ком
скоро
пр иня ла
приёмы
придвор­
ног о
са на»12.
Д.
Д.
Благой,
напротив,
утверждает,
что
«вступле ­
ние
Та ть яны
в
свет
было
в
с ущн ости
возвращением
её
в
привыч­


Глава
в осьм ая
291
ную
обстановку,
в
кот орой
ж ило
и
действовало
несколько
п око­
ле ний
её
пре д ко в» («Социология творчества Пушкина», изд.
2- е,
стр.
149).
Последний
аргумент
отводится
самой
Татьяной,
которая
об
этом
яко бы
«отчем доме», «привычной обстановке»
отзывается
весь ма
пр енебрежит ель но ; «постылой жизни мишура», «ветошь
ма ска рада », вот как она называет и свой «м одны й
дом»
и
«весь
этот
блеск
и
шу м,
и
ча д»
светской
и
придворной
жиз ни.
Образ
Татьяны,
п одоб но
обра зу
Онегина,
показан
в
романе
в
ра з витии.
Путь
от
«девчонки»
к
«величавой и небрежной»
светской
жен­
щи не,
пользующейся
ус пехо м
«в вихре света», Татьяна прошла
не
без
надлома,
пережив
жизненное
потрясение,
освободившее
её
кое
в
чём
от
привычек
и
склонностей
«уездной барышни»
и
давшее
ей
в
рук и
более
критическое
отношение
к
жизни,
большее
уменье
владеть
собой,
чув с тво
реальной
почвы
под,собой.
П ри­
обрести
то,
что
в
облике
светской
женщ ин ы
казалось
Пушк и ну
наиболее
ценным:
Всё
тихо,
просто
б ыло
в
н ей.
Она
казалась
верный
сн имок
Du comme il faut... —
Т ать яне
не
представляло
никакого
труда:
п оэт
от мет ил
её
«милую
простоту»
тогда,
когда
она
была
ещё
Т аней
Лариной.
«Небреж­
ность
з ак оно д ател ьницы
за л»
была
л ишь
вариацией
той
«любез­
ной
н еб ре жн ос ти», с которой она,
по
словам
поэта,
бросала
не ж­
ные
сл ова
в
девичьем
письме
к
О нег ину.
«Ум и воля живая»
п ом огли
ей
в
искусстве
тв ёрдо
усвоить
роль
и
«приёмы утеснительного сана»
в
новых
условиях
жизни.
Опыт
неу дач ной
любв и
и
р асшир ение
душевного
'кругозора н
св язи
с
чте ни ем
«странного выбора книг»
в
биб лио тек е
уехав­
шего
Онегина
оставили
глубокие
с леды
в
душ е
Татьяны,
уб или
в
ней
«девочку»:
И
ей
от кр ылся
мир
иной...
Как
и
в
других
случаях,
проникновенные
слова
Белинского
являются
самым
над ёжны м
клю чом
к
уяснению
причин
п си холо­
гического
пер ер ожд ения
п ушки нс кой
гер о ин и: «Итак,
в
Тать ян е
наконец
совершился
акт
со знани я;
ум
её
п рос нулс я.
Она
по няла
наконец,
что
ес ть
для
человека
интересы,
есть
страдания
и
с корб и,
к роме
интереса
ст радани й
и
скорби
любв и.
Но
поняла
ли
он а,
в
чём
именно
с ост оят
эти
другие
интересы
и
страдания,
и
ес ли
по няла ,
послужило
ли
это
ей
к
облегчению
её
собственных
ст ра даний ?
Конечно,
по нял а,
но
только
умом,
головою,
потому,
что
есть
идеи,
кот оры е
надо
п ереж ить
и
д ушою
и
телом,
чтоб
по­
н ять
их
в по лне,
и
кот оры х
нельзя
и зучи ть
в
книге.
И
потому
к нижно е
знакомство
с
э тим
новым
миром
скорбей
ес ли
и
б ыло
для
Та ть яны
откровением,
—
это
откровение
произвело
на
неё
*


292
Евге ни й
Онегин
тя жёл ое,
безотрадное
и
бесплодное
впечатление;
оно
испугало
её,
уж ас нуло
и
заставило
смотреть
на
страсти,
как
на
гибель
жизни,
убедило
её
в
необходимости
п окори ть ся
действительности,
как
она
есть,
и
ес ли
жить
жизнию
се рдц а,
то
про
себя,
в
глуб и не
своей
души,
в
тиши
у ед инения,
во
мр аке
н очи,
посвящённой
тоске
и
р ыдания м.
По сеще ние
дома
О негина
и
чтение
его
кни г
пр игото­
в или
Та тьян у
к
перерождению
из
деревенской
девочки
в
свет ­
ску ю
да му,
которое
так
удивило
и
поразило
О не гин а » (статья IX).
XVI
Она
сидела
у
стола
С
блестящей
Нин ой
Вороненою,
Сей
Кл еопат рою
Нев ы,
И
вер но
б
согласились
вы.
Что
Нина
мраморной
красою
Затмить
соседку
не
могла,
Х оть
ослепительна
была.
Поэт
называет
Ни ну
Во ронс кую
«блестящей», «Клеопатрою
Не вы », «ослепительной».
Пушкин
им ел
в
в иду
гра фи ню
Е.
М.
За-
вадовскую
( 1|807—1874), в честь
которой,
по
предположению
М.
А.
Цявловского,
н ап исал
стихотворение
«Красавица».
Зава-
до вс кая
славилась
своей
«мраморной красотою»
н ас только,
что
од на
из
петер б ур г ских
светских
же нщ ин,
описывая
бал
у
кн.
Юсуповых
в
1836 г. ,
говорила:
З ав ад ов ск а я, «как всегда убивала
вс ех
своею
царственной,
хо ло дной
кра сотою ».
Вяземский,
Козлов
сла г али
стихи
в
честь
эт ой
кр асави цы ,
с
которой
современники
сравнивали
только
жену
Пу шкина
13.
Вяземский
в
одном
из
писем
к
жене
п росил
прислать
обра зцы
материи
для
Нины
Воронской:
«так названа Завадовская в Онегине»
(«Лит.
наследство»
No
16—18, стр.
558).
XXIII—XXVI
Между
XXIII и последующими строфами явное противоречие:
в
XXIII строфе гостиная Татьяны освещена благожелательно
(«без глупого жеманства», «разумный толк
без
пошлых
тем»
и
т.
д .), но в следующих строфах светское общество этой гости­
ной
зарисовано
с
уничтожающей
ре зк остью ;
эт от -«ц вет
столицы»
с остои т
с плошь
из
глупцов,
злых,
«известных низостью души»
представителей
«знати».
Первоначально
Пушки н
собирался
да ть
описание
гостиной,
где
Со
все ю
вольностью
дворянской
Чуждались
ще гол ьс тва
речей


Глава
восьмая
293
И
ще кот ливо сти
мещанской
Жур на льны х
чопорных
судей.
В
гостиной
светской
и
свободной
Был
принят
слог
простонародный
И
не
пугал
ничьих
уше й
Живо ю
странностью
своей...
*
Ни кто
насмешкою
холодной
Встречать
не
думал
старика,
Заметя
воротник
не
модный
Под
бант ом
ше йно го
пла т ка.
И
зе мля ка - прови нциа ла
Хозяйка
спесью
не
смущала,
’Равно для всех она была
Неп рину ж дённ а
и
мила.
Л ишь
путешественник
залётный,
Блестящий
лондонский
нахал,
Полу-улыбку
возбуждал
Свое й
осанкой
б ез забо тной*;
И
быстро
обменённый
вз ор
Ему
был
общ ий
приговор.
Во
в сей
этой
кар т ине
только
последняя
черточка
(«Лишь пу ­
тешественник
за лё тны й... ») нарушает общий благожелательный
тон.
В
окончательном
т ексте
возобладала
сат ирич еск ая
струя,
и,
на чи ная
с
XXIV строфы,
п одбор
ха ракт ери сти к
«цвета столицы»
дан
был
в
с ове ршен но
про тиво по лож ном
направлении.
История
переработки
э тих
с троф,
изученная
М.
Гофманом
(«Пропущен­
ные
строфы
«Евгения Онегина», П.
1922), Д.
Д.
Благим
(«Социо­
ло гия
творчества
Пушкина») и Н.
К.
Пиксановым
(«На пути к
г ибе ли»
в
сб.
«О классиках», М .
1933), наглядно обнаруживает
колебания
и
п ротив ореч ия
П уш кина,
за ст а влявшие
его
тянуться
к
большому
свету
и
одновременно
задыхаться
в
сем
«омуте» .
Сид я
в
Бо лди не
(1830), идеализируя «м одны й
дом
и
вечера»
петербургского
высшего
света,
эти
«яркие и богатые залы»
с
«не­
приступными
богинями
рос кош ной
царственной
Невы», он набра­
сывал
у казанн ый
в ыше
пер во нач аль ный
текст;
но
он
давно
уже
враждебно
настроен
был
по
отношению
к
«новой знати», клеймил
в
стихах
«злодея иль глупца в величии неправом»,
видел
в
«кругу большого света»
...
важное
безделье,
Жеманство
в
тонких
круж ева х,
И
г лупост ь
в
зо ло тых
очках,
И
тучной
знатности
похмелье,
И
ск уку
с
ка рта ми
в
руках...
Ещё
в
1819 г.
он
помнил
петербургских
«вельмож»
—
«сих де­
тей
честолюбивых,
зл ых
без
ума,
без
горд ост и
сп ес ив ых», «укра­
шенных
глупцов,
святых
невежд ,
почётных
подлецов» (А.
М.
Го р­
ча кову) .


294
Е вген ии
О негин
Пребывание
в
1831 г.
(по возвращении из Болдина)
в
ар исто ­
кратическом,
придворном
обществе
(в Петербурге и в Царском
Селе)
у с илило
давно
знакомые
впечатления,
—
в
итоге
светский
«омут», который совсем недавно был заклеймён поэтом в конце
VI главы романа,
был
оче рче н
резко
отрицательно
в
XXIV—
XXVI строфах с сатирическими зарисовками « в езде
встречаемых
лиц» .
Над
светскими
предрассудками
взял
перевес
голос
в озму­
щения
художника-публициста,
кот ором у
чем
дальше,
тем
б ольше
Невский
проспект.
С
рис ун ка
А.
Гампсльиа.
становилось
очевидным,
что
ок онча тельн ый
разрыв
да же
во
внеш-
них
отношениях
с
э той
сред ой
неизб е же н.
В
беловой
рукописи
с
замечательной
яркостью
б ыли
представлены
де ятел и
в ысшег о
дворянства,
его
командующей
верхушки:
Тут
был
[К.
М.], фра[ нцу з]
женатый
На
кукле
чахлой
и
горбатой
И
сем и
тысячах
душах;
Тут
был
во
всех
своих
звездах
[Правленья цензор]
непрек лонный
(Недавно грозный сей Катон
За
взятки
места
был
л ишё н);
Тут
был
ещё
сена т ор
сон ны й,
Проведший
с
кар там и
свой
век,
Для
Еласти
нужный
человек.


Глава
восьмая
295
В
чет вёрт ом
черновом
наброске
читаем:
Тут
Лиза
Лосина
была,
—
Уж
так
жеманна,
так
мала,
Так
неопрятна,
так
писклива,
Что
по нев оле
каждый
гость
Предполагал
в
ней
ум
и
злость...
[В углу важна и молчалива]
К
н екоторы м
из
светских
гостей
исследователями
указаны
прототипы.
На
всё
сердитый
господин...
На
вензель,
двум
сестрицам
да нный
—
э то,
по
сло вам
А.
О.
Смирновой-Россет,
хорошо
зн ав шей
«цвет
столицы», —
некто
гр.
Мод ен
Г.
К.
(1774—1833), крупный чинов­
ник ,
зав идо ва вший
тому,
что
во
дворец
бы ли
взяты
две
дочери
умершего
генерала
Бороздина
и
п олучили
зн ак
от личи я,
вы да­
вавшийся
фрейлинам
14.
Дал ее
Пушкин
у пом инает
сына
фр ан­
цузского
эмигранта
Э.
К.
Сен-При
(1806—1828),
известного
светского
карикатуриста.
П утеше ственн ик
залётный
—
по
догадке
С.
Гл ин ки,
Тома с
Рейкс,
англичанин,
бывший
в
Пе тербург е
в
1829 г.,
в ра щавши йся
в
высшем
свете
столицы
и
описавший
в
письме
к
своему
другу
(от 24
ноября
1829 г .)
своё
знакомство
с
Пу шк и н ым4 («Пушкин и его современники», вып .
XXXI—XXXII,
стр.
Н О).
Н.
О.
Лернер
предполагает,
что
в
числе
«пожилых и
с
виду
злых
дам
в
чепцах
и
в
розах»
был а
Н.
П.
Го лицы на
—
прообраз
«Пиковой дамы» («Рассказы о Пушкине», стр .
154).
Что
касается
быт ов ых
крас ок
для
«истинно дворянской гости ­
н ой », исследователи указывают,
между
прочим,
на
петербургский
сал он
г ра фини
С.
А.
Бобринской,
по
словам
П.
А.
Вяземского,
«женщины редкой любезности,
спо ко йно й,
но
неотразимой
очаро­
вательности», в доме которой «дипломаты,
просвещённые
путе­
шественники
н аходи ли
осуществление
преданий
о
том
госте­
приимстве,
о
тех
сало нах,
которыми
не ког да
славились
западные
столицы»15.
Заслуживает
особого
внима ния
указание
Пушкина,
что
в
«истинно дворянской гостиной»
был
п ринят
«слог простонарод­
ный», отличавшийся «ж ив ою
с тра нн остью ».
Автор
романа
бо­
ролся
за
этот
слог
с
журналистами
вроде
Н.
Полевого,
кот орый
в
своих
ста ть ях
и
беллетристике
отражал
язы к
буржуазной
полу­
интеллигенции
с
н алётом
вульгарной
книжности,
на пыще нной
фразистости,
щеголеватой
кудрявости.
В
п ам ятниках
древнерус­
ск ой
сл ов есно сти,
в
устной
поэзии,
в
говоре
московских
про св и­
рен
и
крестьянства
Пушкин
черпал
основу
для
уст ано вления
ли­
тературного
яз ыка.
«В зрелой словесности приходит время,
когда
ум ы,
наскуча
однообразными
произведениями
искусства,
ограни­


296
Е вгени й
Онегин
ченным
кругом
языка
ус лов ле нн ого,
изб ра нног о,
об раща ются
к
све жим
вы мыслам
народным
и
странному
прос торе чию », писал
Пушк и н,
считая
«нагую простоту», «краткость и дйже грубость
вы ра жен ия», живой драматизм
отличи тельны м и
особенностями
разговорного
языка
«простолюдинов».
Расширение
к нижно го
язык а
п росторе чьем
прос того
нар од а,
что
за щища л
Пушк ин ,
не
встречало
в
жур на ле
Полевого
одобре­
ния .
В
рецензии
на
повесть
Погодина
«Чёрная немочь»
Полевой
пи са л : «Говорят,
что
язык
действующих
лиц
в
«Чёрной немочи»,
картины
и
мелочные
п одробн ости
взяты
с
при роды .
Очень
может
быть,
что
чёрный
народ
наш
говорит,
думает
и
живёт
почти
та к,
как
описыв ает
это
г-н
Погодин.
Но
где
границы
вкуса?
Всё
ли
существующее
в
п риро де
и
в
обществе
дос той но
бы ть
пер ено ­
симо
в
изя щну ю
словесность?» «Язык [в
пов ест и]
вообще
дурен,
и
во
многих
местах
действующие
л ица
и
автор
говорят
одинакими
выражениями.
Мы
д у маем,
что
первые
должны
гов орит ь
св ой­
ственным
им
языком,
напротив,
ав тор
о бязан
выражаться
языком
хор оше го
общества
и
выдерживать
тон
своего
рассказа»16.
Зде сь
б ыло
расхождение
Пушкина
с
«журнальными судьями»:
то,
что
в
«Московском телеграфе»
признавали
«языком хорошего
общества», —
по
мн ению
Пуш кина , «просто принадлежит языку
дурного
общества».
В
проти в ов ес
Полевому
Пушкин
подчёркивал
свя зь
«простонародного»
и
«истинно дворянского»,Л светского в
бы ту
и
в
литературном
яз ык е: «откровенные оригинальные выра­
жения
п ростолюди н ов
повторяются
и
в
высшем
обществе,
не
оскорбляя
слуха».
Рук о пись
ро мана
хра нил а
следы
борьбы
Пушкина
с
враждеб­
ной
ему
жу рн алист ико й.
В
пе чатн ом
тексте
конец
XXIII строфы
лишь
приглушённо
на мека л
на
публицистические
высказывания
поэт а
об
язы ке
и
его
элементах.
ПИСЬМО
ОНЕ ГИНА
К
ТАТЬЯНЕ
К
письму
Оне гин а
относится
ещё
с лед ующий
набросок
в
чер­
новой
рукописи:
Я
п оз абыл
ваш
образ
милый,
Речей
стыдливых
нежный
зв ук.
И
жизнь
сносил
душ ой
унылой,
Как
искупительный
недуг...
Т ак,
я
без уме ц,
—
но
уж ели
Я
слиш ко м
многое
прошу?
Когда
б
хоть
т ень
вы
разумели
Того,
что
в
сердце
я
нош у!
И
что
же...
Вот,
че го
хочу:
Пройду
—
немного
—с
вами
рядом,
Упьюсь
по
капле
с ла дким
я дом
И,
благодарный,
замолчу...


Глава
восьмая
297
.
Онегин
«как дитя,
в люблё н»
в
Татьяну;
незамечаемый
Татья­
но й,
Онегин
«бледнеть начинает»:
Онегин
сохнет
и
едв а
ль
Уж
не
чахоткою
ст рад ает ...
«Сердечное страданье пришло ему не в мочь», —
так
не­
сколько
раз
Пу шкин
подчёркивал
серьёзность
чувства
своего
ге­
роя,
ставшего
«на мертвеца похожим»
от
страданий
неразделён­
но й,
как
ему
казал ось ,
любви.
Пр ав
был
Белинский,
когда
писа л : «Письмо Онегина к Татьяне
гори т
страстью;
в
нём
уже
нет
иро нии,
нет
светской
умеренности,
светской
м аск и...
В
глазах
Оне гина
любовь
без
борьбы
не
имела
никакой
прелести,
а
Татьяна
не
обещала
ему
лёгкой
победы.
И
он
бросился
в
эту
борьбу
без
наде ж ды
на
п обед у,
без
расчёта,
со
вс ем
безумством
искр енней
ст рас ти,
которая
так
и
дышит
в
ка­
жд ом
с лове
его
пись ма » 17.
Гл уби на
п ереж ив ания
вспыхнувшего
чувства
у
О н егина
раскрывается
при
сопоставлении
его
письма
с
письмом
к
нему
Татьяны:
оба
пис ьма
с ознучн ы
друг
другу,
а
вед ь
в
пи сьме
Тат ьяны ,
ко то рое
п оэт
«свято берёг», выражение*
подлинной
л ю бв и, «безумный сердца разговор» (ср .
у
Онегина:
«своё безумство проклинает»
—
XXXIV строфа) .
Оба
письма
пе­
рекликаются,
повторяют
друг
друга
с
тем
ли шь
отличием,
что
герои
по ме нялис ь
м естами ,
и
слова
Онегина
звучат
мо льбой
по­
беждённого
муж чины ,
охваченного
безнадёжной
страстью
к
лю­
бимой.
Письмо
Онегина
явл яетс я,
по
сло вам
исследователя, «сим­
вол ичес ки м
от ра же нием
письма
Татьяны»:
В
письме
Татьяны:
Т еперь,
я
знаю,
в
вашей
воле
Меня
презреньем
наказать.
—
в
письме
О неги на:
Какое
го рьк ое
презренье
Ваш
гордый
взгляд
изобразит!
В
письме
Татьяны:
Когда
б
на де жду
я
и мела
Х оть
ред ко,
хот ь
в
неделю
раз
В
деревне
нашей
видеть
вас ,
Чтоб
только
слышать
в аши
речи,
Вам
с лово
молвить...
—
в
пись ме
Онегина:
Не т,
поминутно
вид еть
вас ,
Повсюду
следовать
за
вами ,
Ул ыбку
уст,
д виже нье
гла з
Ловить
влюбл ённы ми
глазами.
Внимать
вам
до лго.. .


298
Евгений
Онегин
В
письме
Татьяны:
Я
никогда
не
зна ла
б
вас,
Не 'знала
б
горького
мученья,
Ду ши
неопытной
волнен ья
См ирив
со
в ременем
(как знать) ...
—
в
пис ьме
Онег ина :
Когда
б
вы
знали,
как
ужасно
Томиться
жаждою
любви,
Пылать
—
и
р азу мом
всечас но
Смирять
во лне ние
в
кров и...
В
письме
Татьяны:
То
в
вышнем
суж де но
совете...
То
во ля
неба:
я
тво я...
Но
так
и
быть!
Судьбу
мою
Отныне
я
тебе
вручаю...
—
в
пис ьме
Он еги на:
Но
так
и
быть!
я
сам
себе
Противиться
не
в
силах
боле;
Всё
реш ено:
я
в
вашей
воле
И
предаюсь
моей
судь бе
18.
XXXV
Стал
вновь
читать
он
без
разбора.
Прочёл
он
Гиббона,
Руссо,
Манзони,
Гердера,
Шамфора,
Madame de Staël, Биша,
Тиссо,
Прочёл
скепт ичес ког о
Бе ля,
Прочёл
творенья
Фонтенеля,
Прочёл
из
наших
кой-кого,
Не
отвергая
ничего:
И
аль м анах и,
и
журн алы ,
Где
поученья
нам
твердят,
Где
нын че
так
меня
бранят...
Перечень
авторов
говорит,
что
Евгений
продолжал
сле ди ть
за
разнообразными
течениями
европейской
науки
и
литературы:
присоединив
сюда
ту
беллетристику,
которую
Татьяна
нашла
в
к аби нете
Онегина,
мо жно
с казать ,
что
гер ою
Пушкина
были
знако м ы
последние
произ ве де ния
иностранной
литературы,
а


Глава
восьмая
299
выбор
к ниг
обнаруживал
во
всех
пер ио дах
его
жиз ни
не­
изменное
пристрастье
к
пе­
редовым
темам.
Но
весь
этот
к ультурн ы й
багаж,
как
ни
ве лик
он
был,
ос тав ался
бе сп лодн ым
в
вы­
ну жд енно
бесцельной,
празд­
ной
жи зни
Оне гина .
и
б
бон
(1737—1794)
англиискии
истор ик ,
автор
«Истории упадка и разру ­
шения
Рим ско й
им пери и»
(1782—1788).
Интерес
Он е­
гин а
к
этой
книге,
некогда
п рочи тан ной
Н.
И.
Тургене­
вым,
гов о рит
о
его
полит и­
ческих
интересах,
о
стрем-
лении
ра зо бра ться
в
причи­
нах
гибели
государственных
организмов
и
в
истории
ре­
лигиозных
д в ижений.
Он е-
Эд*
Г иббо н-
гин
жил,
ко гда
к огда
Игралища
таинственной
игры,
М етал ися
см ущ ённые
народы;
И
высились,
и
пада ли
цар и;
И
кровь
люде й
то
Славы,
то
Своб оды,
То
Г ордост и
ба г рила
алтари
—
Дрожали
трон ы,
алтари...
.. .тревожились
цари,
Толп а
своб одой
волновалась...
Движения
народных
масс
стали
очере дн ой
исторической
те­
мой
в
Евр опе
и
в
Ро сс ии.
Наз ван ный
далее
писатель
давал
мате­
риал
для
размышлений
на
тему
о
народных
мятежах.
М анзо ни,
или
Манцони
(1784—1873) —
гла ва
итальянского
ро мант изм а,
автор
ро мана
«Обручённые,
миланская
бы ль
XVI века».
Онегин
мог
читать
тр аг едии
М а нцони,
напри­
мер , «Адельгиз» (1823); если же он читал роман «Обр учён н ые»,
то
Пу шкин
допус тил
ошибку:
итальянский
роман
появился
в
1827 г .,
а
действие
пушкинского
романа
закончилось
весно й
1825 г.
Пу шк ину
был
изв ес тен
фр анцуз ск ий
перевод
«Обручён­
н ых » (вышедший в 1828 г. ); в октябре
—
ноябре
1831 г.
он
упо ­
мина л
о
Ма нцо ни
в
пис ьме
к
Е.
М.
Хитрово,
им ея
в
виду ,
оче­
видн о,
итальянский
ориги нал.
Ест ь
предположение,
что
востор­
женный
отзыв
об
этом
романе
в
«Литературной газете»
мог
быт ь


300
Евгений
Онегин
нап иса н
Пу шкин ым : «Сочинитель с большим искусством привя­
зал
внима ние
и
участие
читателя
к
судьбе
«обречённых», кото­
рых
взял
он
из
звания
мирных
пос елян
и
бр осил
в
самый
вихрь
мятежей
и
со быт ий
исторических,
покрыв
сов е рше нной
неизвест­
ностью
буд ущую
судьбу
своих
героев
и,
можно
ск аза ть,
затеряв
их
на
вре мя,
чтобы
по сле
обрадовать
чит ат еля
нечаянною
с
ни ми
в стре чей » (ср.
схему
«Капитанской дочки»).
Г
е
р
д
е
р
(1744—1803) —
немецкий
мыслитель
и
уч ёны й,
п од­
няв ший
воп рос
о
ценности
уст ной
народной
поэзии
как
основы
под ли нн ого
искусства,
исследователь
религии,
язык а
и
истории.
Ему
п рин адлеж а т: «Голоса народов в их песнях», «Очерки новой
немецкой
л ите р а тур ы» (1767), «О происхождении языка» (1770),
«Идеи к философии истории человеч’ ес тв а» (1784—1791) 19.
Шам
фор
(1714—1794)—з на ме ниты й
французский
остро-
слов,
кот орого
люби л
цитиро ва т ь
Пушк ин
(Полное собрание со­
чинений
Шамфора
и м елось
в
библиотеке
Пушкина).
Ме жду
прочим,
ему
принадлежит
а фор из м: «Мир хижинам,
во йна
дв орц ам » (указание Л.
П.
Гроссмана
в
«Этюдах о Пушкине»,
с тр.
52).
О
ма дам
де
Сталь
см.
вы ше,
комм,
к
X стр.
III гл.
Биша
(1771—1802) — з наме ни ты й
французский
врач,
автор
многих
тру дов
по
анатомии
и
фи зиоло гии.
Ме жду
прочим,
один
из
его
трудов
(«Recherches phisiologiques sur la vie et la mort»,
1800) был переведён в 1865 г.
П.
А.
Бибиковым
под
наз ванием
«Физиологические исследования о жизни и смерти»
с
обширными
примечаниями
переводчика
о
Биша.
1
Т иссо
(1728—1797)—ш вейца рс к ий
врач,
автор
популяр­
ных
медицинских
сочинений.
Скеп т ический
Бе ль
(Bayle, 1647—1706)—фра н ц уз­
ск ий
ф илософ ,
автор
«Словаря исторического и критического»
(1696).
Его
скептицизм,
со мнение ,
критика
христианства,
ка то­
лицизма
с ыгр али
огромную
роль
в
дел е
разрушения
церковной
орто докс ии
и
этики,
ос нов ан ной
на
теол огии .
К.
Маркс
в
след у ю­
щих
словах
определил
з нач ение
Бэ йл я: «Пьер Бэйлъ не только
разруш ил
мет афиз ик у
с
помощью
скептицизма,
очищая
тем
са­
мым
почву
для
усвоения
матери ал и зма
и
философии
здравого
смысла
во
Франции,
он
возвестил
по яв ление
атеистического
об­
щес тва ,
которое
вскоре
де йс твит ель но
начало
существовать,
посредством
доказательства
того,
что
возможно
с ущ еств ов ание
общества,
с ост ояще го
из
а теисто в,
что
атеист
может
бы ть
п очт ен­
ным
че лов е ком,
что
человека
у нижают
не
атеизм,
а
предрассудки
и
ид олопо кло нс тв о» («Святое семейство»,
Собр.
соч.,
т.
III,
ст р.
156).
Фонтенель
(1657—1757) —
автор
«Бесед о множествен­
ност и
м ир ов » (1686), «Истории
оракулов» (1687) влёгкойи
ос троум н ой
форме
защищал
ос новы
рационализма,
учи л
«ничему


Глава
вос ь мая
3ÔÎ
не
верить
без
доказ ате льс тв ,
уметь
сом невать ся
и
уметь
не
знать»
(Лансон).
Вместе
с
Бэйлем
вёл
атаку
против
х рист иан ств а,
против
чудес,
суеверий,
подготавливая
почву
для
просветителей
XVIII в.
П уш кин,
как
и
в
других
случаях,
приписал
Онегину
со б­
ственные
читательские
интересы:
в
его
библиотеке
нахо д или сь
труды
Гиб б она,
Фон тен е ля,
Бэйля.
Альманахи
—
сборники
прозы
и
стихов,
критических
с та­
тей;
в
20- х
и
30-х
годах
служили
форм ой
выражения
в зглядо в
круж к ов
и
са ло нных
об ъед ине ний
писа т ел ей.
Пушкин
замечает,
что
в
альманахах
и
журналах
«нынче ( т.
е.
в
конце
20-х
годов
и
в
1830—1831 гг.)
его
бранят».
Действительно,
в
1828 г.
«С .- Петер ­
бургс к ий
зр ит е ль », «Атеней», в 1828 г.
и
в
1830 г.
«Московский
т еле г р аф», «Вестник Европы»
недоброжелательно,
резко
и
на­
смешливо
вы ст авл яли
разнооб разны е
«недостатки»
в
романе
Пушкина
(«нет характеров», «нет действия», «повторения», «не ­
точные
выражения»
и
т.
д.
и
т.
д.) .
XXXVII
И
постепенно
в
усыпленье
И
чувств
и
дум
в пада ет
он,
А
перед
ним
воображ ен ье
Свой
пёстрый
м ечет
фараон .
Когда-то
бывшему
и гроком
(в вариантах II
главы)
Онегину
яв лен ия
жизни
рисуются
картиной
ка рт очного
поля.
Фараон
—
азартная
карточная
и гра;
сохранился
любопы тн ы й
вариант
в
черновой
рукописи:
...ив
усыпленье
И
чувств
и
дум
впадает
он,
И
перед
ним
воображенье
Св ой
пёст рый
м ечет
фараон.
Ви ден ья
быстрые
лукаво
Скользят
налево
и
направо,
И
будто
на
см ех
—
ни
одно
Ему
в
отраду
не
дано,
И
как
отчаянный
и грок
Он
жадно
проклинает
рок ...
Всё
те
же
сып лют ся
в ид енья
Пр ед
ним
упрямой
черед ой;
За
ними
с
скрежетом
мученья
Он
слабой
следует
душой.
[Отрады нет.. .
он]
[Все ставки жизни проиграл]. . .
Безнадёжный
ито г,
подведённый
Онегиным,
не
входил
в
окон­
чательный
план
автора
р ом ана:
для
Е вге ния
ещё
не
были
пр о­
играны
«все ставки жизни», ещё должна была загореться высо­
кая
це ль
жиз ни.


302
Евгений
Онегин
XXXVIII
И
он
мур л ыка л: Benedetta,
Иль
Idol into, и ронял
В
ого нь
то
туфлю,
то
журнал.
А.
П.
Ке рн
в
своих
воспоминаниях
рассказывает: «Во время
моего
пр ебы вания
в
Триг орс ком
я
пела
Пу ш кину
стихи
Козлова:
Ночь
весенняя
дышала
Светлоюжною
красой,
Тихо
Брента
протекала,
Серебримая
лу ной
(и проч.) .
Мы
пели
эт от
романс
Козлова
на
голос
Benedetta sia la madré,
б ар ка роллы
венецианской.
Пушкин
с
бо льши м
удовольствием
слушал
эту
м узы ку».
Другая
и тальян ская
песенка
тож е,
видимо,
была
п опу лярн ой
в
пушкинском
кругу,
где
итальянской
музыкой
увлекались
мно г ие,
на чин ая
с
самого
автора
романа
(Пушкин,
живя
в
Михайлов­
ском,
п росил
выслать
ему
ноты
Россини;
в
Три гор ск ом
в
1824 г.
дочери
П.
Осиповой
«разыгрывали ему»
то го
же
итальянского
композитора).
Н.
О.
Лернер
указал,
что
«idol mio» —
припев
из
дуэтино
итальянского
композитора
Габусси
(«idol mio, piu расе
non ho» —
идо л
мой,
я
п окоя
ли шён )20.
XXXIX
Дни
мчались;
в
в оз духе
нагретом
Уж
разрешалася
зим а.. .
Весна
живит
его:
впервые
Св ои
покои
запертые,
Где
зимовал
он
как
сурок,
Двойные
ок на,
камелёк
Он
ясным
утром
оставляет,
Не сётс я
вдоль
Н евы
в
санях.
На
синих,
иссечённых
льдах
Играет
солнце;
грязно
та ет
На
улицах
разрытый
снег.
’В последний раз прерывает Пушкин своё повествование кар ­
тиной
природы.
Пейз аж
з анима ет
скромное
место
в
романе.
В
центре
его
человеческие
хара ктеры ,
инд ивид уаль но е
я
героев
и
самого
авт о ра,
постоянно
вплетающего
в
ткань
романа
св ои
ли­


Гл ава
восьмая
303
рические
излияния.
Городские
и
дер евенс ки е
пейзажи
ч ереду ют ся
с
пр ео б лад анием
последних:
в
усадьбе
п ротекал а
бол ьшая
часть
событий
и
жизни
почт и
всех
нарисованных
ли ц.
Летн ие
и
зим ние
но чи,
вечер,
утро
в
городе,
в
д еревне;
осень ,
зим а,
весна
(по два
оп и сан ия), долина,
липо вы й
лесок,
северное
ле то,
Кр ым,
Кавказ,
Поволжье,
—
всё
это
оче рче но
поэтом
бегло,
скупо,
без
лишних
п одробн ос тей .
Кр аски
поэт а
точно
и
просто
обозначают
предмет,
они
обобщённо
схватывают
я в ления
природы:
голубое
(синее)
Вид
на
Н еву
и
Петропавловскую
крепость.
С
рисунка
С адов ни ко ва, 1830.
небо,
з елё ный
луг ,
по бе ле вший
двор
(всё бело кругом), бледный
не бос кл он,
голубой
с толб
дыма,
н ебо
тёмное,
лес
зелёный,
свет­
лая
река
(ручеёк), нивы золотые,
вечер
синий.
Ли шь
изредка
встречаются
инди виду а лиз иро ва нные
образы:
полосатые
холмы,
бразды
пушистые,
волн
края
жемчужны,
сиянье
ро зовы х
снегов;
к ипу чий,
тёмный
и
седой
поток;
иссечённые
льды,
отуманенная
л уна
(река), рыхлый снег,
нагие
липы.
Иногда
поэт
бросает
по­
стоянные
эпи т еты
устной
народно-поэтической
традиции:
чистое
поле
(дважды), красные майские дни.
Пушкин
не
с только
видит
и
слышит
п рироду,
сколько
её
пере­
ж ив ает.
Лирическая
н аст роен нос ть
так
сильна
в
нём,
что
он
ина­
че
не
гов орит
о
п рирод е,
как
пр оецир уя
её
сквозь
призму
личных
настроений.
Поэтому
пейзажные
образы
романа
так
насыщены


304
Ев гений
Онегин
эм оциона л ьными,
но
не
картинно
живописными
эпи те та ми.
Пу ш­
кинские
пейзажи
не
бл естят
множеством
красок
(ср.
Тургенева),
но
поражают
богатством
психологических
нюансов,
их
меткой
направленностью.
Автор
не
скрывает
св оего
субъективного
отно­
шения
к
явл ен иям
природы,
вр емен ам
года:
ра ды
мы
проказам
матушки-зимы;
деревня
зимой
докуч ае т
однообразной
наг о­
т ой;
наше
северное
ле то
—
карикатура
южных
зим .
Как
грустно
мне
тв оё
явленье,
весна,
весна!
пора
любви! (ит.
д.
—
глава
VII, строфа II —III).
Приближалась
д оволь но
скучная
пора:
стоял
ноябрь
уж
у
двора.
Я
пом ­
ню
мо ре
пр ед
грозою:
как
я
завидовал
в ол нам,
бег ущи м
бурн ой
ч еред ою
с
любов ью
лечь
к
её
ногам!
Как
часто
летнею
порою...
дыханьем
но чи
благосклонной
бе змолв но
упивались
мы!(ит.
д.;
см.
ещё
в
«Путешествии Онегина»).
Подбор
эпитетов
убедительно
доказывает
пс ихол оги зм
п уш­
кинского
пейзажа:
улыбка
ясная
природы,
весёлая
природа,
пр о­
х лада
сумрачной
дубравы,
то мный
свет
лу ны,
печальная
лу на
(мгла), печальные скалы ( Фи н ля н ди и,
где
скучал
автор
«Пи­
ров»—
Е.
Ба раты нс ки й),
вес ёл ый
первый
снег ,
таинственная
сень
л есов
с
печальным
шум ом
обнажалась
(ср.
таинственные
д о ли ны ), нахмуренная краса сосен,
соблазнительная
ночь,
север­
ный
печальный
снег,
утра
шум
приятный,
полудикая
равнина,
гордые
волжские
берега,
величавая
луна,
вод
ве с ёлое
с текло ,
степь
с уров ая
(любезная),
неверный
лё д,
Терек
своенравный,
пустынный
сн ег,
фи л осо фич еская
пус ты ня,
со нная
скука
пол ей
(в выпущенной строфе), пустыни неба безмятежны и т.
д.
Пу ш­
кин
вскрывает
с вой
субъективизм
в
о тно шении
природы
такж е
с
помощью
срав н ен ий,
заим ств уя
соответственные
признаки
из
жиз ни
че ло ве к а: «природа трепетна,
бледна,
как
жертва
пышно
убрана»...
Чаще,
одн ако,
обратный
приём:
образ
п рирод ы
пр и­
меняется
по
а с со циации
к
какому-либо
переживанию,
состоянию
человека:
•.. .Наши
свежие
ме чтан ья
Истлели
быстрой
черед ой,
Как
листья
осенью
гнилой.
(VIII, XI)
И
в
сердце
д ума
заронилась;
П ора
пришла,
она
влюбилась.
Так
в
землю
падшее
зерно
Весны
огнем
оживлено.
(III, VII)
См енит
не
раз
младая
дева
М еч тами
лёгкие
мечты;
Так
деревцо
с вои
лист ы
Меняет
с
каждою
весною.
(IV, XVI)


Глава
восьмая
305
На
груд ь
кладёт
тихонько
рук у
И
падае т.
Тум анн ый
в зор
Изображает
см ерт ь,
не
муку.
Так
медленно
по
ск ату
гор*
На
сол нце
искрами
бл ист ая*
Спадает
гл ыба
снеговая.
'
(VI, XXXI)
По эта
память
пронеслась,
Как
дым
по
н ебу
голуб ом у.
(VII, XIV)
В
выборе
я в лений
п рир оды
для
сопоставления
с
человече­
ским
миром
Пушкин
обыч но
исходил
из
простейших
на блю де­
н ий;
в
его
ре чев ом
об иходе
наход и м
самое
обыденное,
бывшее
уже
и
в
современной
ему
поэзии
не
новым:
она
увяла,
как
лан­
дыш;
её
глаза,
как
не бо,
гол убы е;
встречаются
ср авнени я
с
ланью,
сурком,
мотыльком,
зайчиком,
зверем
(наиболее рас­
пространённые
по
фо рме
сравнения
с
волк о м,
кот ом
вы пу щены).
Столь
же
просты
пушки н ские
метафоры:
ув ядш ее
се рдц е,
плоды
мечтаний,
розы
пламенных
ланит,
жизни
цвет,
ув ял
венец
мл а­
дос т и; «пред вами в муках замирать,
бледнеть
и
гаснуть
—
вот
блаженство»
и
пр.
Единственный
пример
сложного
по
форме,
одновременного
ввода
метафор
и
сравнений
в
XXIX строфе
VIII главы:
Любви
все
возрасты
по корны ;
Но
юным,
д евс твен ным
сердцам
Её
порывы
благотворны,
Как
бу ри
вешн ие
полям :
В
дожде
ст раст ей
они
свежеют,
И
обновляются,
и
зреют,
—
И
жизнь
могу щая
д аёт
И
пышный
цвет,
и
сладкий
пло д.
Но
в
возраст
поз дний
и
бесп лодный ,
На
поворо те
наш их
лет,
Печален
ст раст и
мё ртв ый
с лед:
Так
бури
осени
холодной
В
болото
обращают
луг
И
обнажают
лес
вокруг.
В
пейз ажных
зарисовках
романа
чрезвычайно
редки
условно­
поэтические,
к нижные
обороты
европейского
классицизма:
луч
Дианы,
лик
Дианы;
сад
—
приют
задумчивых
дриад;
шум
м орс кой
—
немолчный
шопот
Нереиды;
без ы менная
речка
—
Ге ллес пон т,
—
вот
и
весь
запас
традиционной
ми ф ологи ческ ой
с тил ист ики21 .
Север но р усск ая
природ а,
окружавшая
обитателя
села
Михайловского,
дав ала
скромный,
но
устойчивый
ма те­
риал;
социальное
самочувствие
Пу шк ина,
бившегося
в
тиск ах
поли це й ского
пор ядк а,
заставляло
его
воскликнуть:
Воображать
я
вечно
бу ду
Вас,
тен и
прибережных
ив,
Вас,
мир
и
сон
Триг ор ских
нив,


306
Евгений
Онегин
И
берег
Сороти
отлогий,
И
полосатые
холм ы,
И
в
роще
скрытые
дороги...
Пушкинский
пейзаж
всегда
«жанровый»,
он
обычно
свя ­
зывается
с
обр аза ми
человека,
жи в отн ого,
птицы.
Рису ет
ли
поэ т
ос ень
и
з иму
в
IVиV
гл авах ,
долину
в
VI главе,
лицей­
ски й
сад
в
VII главе,
петербургскую
но чь,
н очь
в
Венеции
(I глава)
и
д р.,
пе йзаж
оживлён
присутствием
«осторожного
путника»
на
кон е;
девы,
распевающей
в
избушке;
крестьянина,
ямщи ка,
дворового
мальчика,
«голодной волчихи»,
каравана
«гусей крикливых», тяжёлого гуся на
красных
ла пка х;
то
го­
ворливой,
то
немо й
венецианки
моло дой
и
т.
д.
Пейз аж
романа
в
большинстве
примеров
зарисован
любо вн о,
весело:
ве сёл ые
сороки;
зима,
крестьянин,
торжествуя;
лет ит
кибитка
уда ­
лая
22, дворовому
мальчику,
заморозившему
пальчик,
и
больно,
и
смешно;
весёлая
пр ир ода,
неб есная
краса;
проказы
мат ушк и
зимы;
вёрсты,
теш а
пра зд ный
в зор;
зи мы
поро й
холод ной
езда
при ятна
и
легка;
в е сёлый
мелькает,
вьётся
первый
снег;
маль­
чишек
радостный
народ
коньками
звучно
режет
лё д;
всегда
как
утро
весела;
деревня,
где
скучал
Евгений,
была
п рел естны й
уго л ок;
тепер ь
то
холмы,
то
ручей
остановляют
пон ев оле
Тать яну
прелестью
св оей;
п руд
под
сень ю
ив
густых—раздолье
yioK молодых.
Заслуживает
внимания
од на
де тал ь,
упо рно
повторявшаяся
поэтом;
из
зрительных
впечатлений
он
ос обен но
час то
выбирал
пр изн ак
блеска,
—
солнышко
блистало,
л уна
блестит,
бли­
стает
речка,
зи мы
блистательный
ков ёр;
синея
бле щут
небеса;
блеснул
мороз;
глыба
снеговая,
на
сол нце
искрами
блистая;
брега
Т ав рид ы...
вы
мне
предстали
в
блеске
брачном;
всё
блещет
югом;
при
блеске
фонарей
и
зв ёзд;
везде
блистают
фо­
нари,
бле сти т
великолепный
дом
и
др.;
ср.
также:
лунн ого
луча
сиянье
гаснет...
приют,
сияньем
муз
одетый...
поток
засере­
брился
..
.се реб р ятся
сре дь
по лей ...
деревья
в
зимнем
серебре
(всё ярко,
всё
бело
в ок руг )...
при
свете
серебристом
луны...
бли з
вод ,
сиявших
в
т ишине,
и
др.
Несмотря
на
то,
что
количественно
усадебные,
деревенские
пей заж и
преобладают
в
романе,
город ск ой
пейзаж
зани мае т
достаточное
место,
и,
главное,
он
д ина миче н,
заключает
в
се бе
характерные
особенности
город ск ого
уклада
жизни.
В
се льск их
зари совк ах
с ове ршен но
тонет
вскользь
брошенное
у казан ие:
на
нивах
шум
ра бот
умолк,
тогда
как
города
—
Петербург,
Москва,
Макарьев,
Одесса
—
показаны
Пушкин ым
с
тем и
кл ас­
совыми
противоречиями,
кот орые
придавали
буржуазным
цент­
рам
движение,
борьб у
и нте ресов .
В
I главе Петербург назван
неугомонным
(см .
также
в
VII главе:
град
неугомонный);автор
романа
вслед
за
этим
пишет:
проснулся
утра
шум
прият ны й


Гла ва
восьмая
307
(ср .
дереве н ская
ти мин а;
сонная
скука
полей)...
Город
даже
ночью
полон
зв ук ов:
стук
дрожек,
перекликались
часовые,
ро жок
и
песня
удалая;
ра но
утром
Петербург
«уж барабаном
пробуждён»..
.
Ночью
в
городе
есть
по м еркшие
д ома,
но
на
с он­
ной
улице
к ругом
вел ико л епно го
дома
горят
пл ошк и, «двойные
фонари
карет
весёлый
изл ив ают
свет
и
радуги
на
сн ег
наводят»,
По
цельным
окнам
те ни
ходят.
Мелькают
профили
голов
И
дам
и
модных
чудаков...
П оэт
любит
«тесноту,
шум,
б лес к»... «Ах,
бра тцы !
как
я
был
дов оле н», —
восклицает
он,
увидев
«белокаменную Москву»,
часто
думая
о
ней
в
годы
Михайловской
ссылк и.
XXXVIII стро­
фа
VII главы даёт детальное перечисление подробностей,
в
итоге
сл аг ающ ихся
в
ярк ую
карти ну
боль ш ого
города,
где
д ворцы
и
лачужки,
лавки
и
купцы,
мужики
и
ог ород ы,
бухар цы
и
магазины
мо ды,
монастыри
и
каз аки ,
апт еки
и
сады
чё тко
раскрывали
всю
пестроту
об щ еств ен­
но го
уклада,
со циа л ьных
п ротив оре чий ,
богатство
и
нищету,
охранителей
порядка,
ку льт у рные
вкусы.
Ещё
ярче
зарисована
Одесса,
где
всё
Ев ропой
дышит,
где
чуть
свет
«площадь
запестрела,
всё
о живилос ь ,
здесь
и
там
бегут
за
делом
и
без
дела,
однако
б ольше
по
дел ам», где торговые корабли
с
«но­
вым и
т ов ар а ми», где тон жизни даёт «дитя
расч ёта
и
отваги»
—
заботливое
куп еч ест в о23, где ночью блеск
фонарей,
где
ш ум,
с поры,
множество
всяческих
очарований...
Пуш­
кин,
по
его
п ризн ан ию, «повесил звонкую свирель ветру в дар,
на
тёмну
ел ь», но та же звонкая мелодия звучит в его романе
в
чес ть
город а
как
хозяйственного
и
культур ного
очага.
Сти­
листика
пушкинского
пейзажа,
вскрывающая
то
ко л ебан ия,
то
предпочтения,
то
равные
симпатии
поэта
по
адресу
«города»
и
«деревни»24, отражала социальные противоречия в мировоззре­
нии
Пушкина
в
эпох у
б орьбы
и
смены
общественных
классов.
XLIV
Тог да
—
не
правда
ли?
—
в
пу стын е,
Вда ли
от
суетной
молвы,
Я
вам
не
нравилась...
Ф.
Е.
Корш
указал,
что
в
пустыне
имеет
з десь
значение
solitude (уединение).
В
тако м
смысле
и
в
других
местах:
Оставь
мен я
пустыне
и
сл ез ам.
(«Элегия», 1816)


308
Евгений ,
Онегин
Свободы
сеятель
пустынный...
(1823)
В
своей
глуши
мудрец
пустынный..
.
(гл .
II, строфа IV) 25
Подобное
сло во упот р еб ление
встречалось
и
у
др угих
писате­
лей,
например
у
В.
А.
Жуковского,
Е.
А.
Баратынского.
..
.Ч то
ж
ны не
Ме ня
преследуете
вы?
Зачем
у
вас
я
на
примете?
Не
потому
ль,
что
в
высшем
свете
Т еперь
являться
я
должна;
Что
я
бог ата
и
знатна,
Что
муж
в
сраженьях
изувечен,
Что
нас
за
то
ласкает
двор?
Слов а
Та ть яны
о
её
муже
—
«в сраженьях изувечен»
—
в
связи
с
тем,
что
к
нему
будто
бы
отн ос ится
выражение
«важ­
ный
г ене ра л », дали повод ещё Достоевскому в его
известной
реч и
о
Пуш к ине
(на пушкинских празднествах 1880 г.)
с чита ть
его
«стариком», «старцем».
Н.
О.
Лернер
в
заме тке
«Муж
Т а ть ян ы» («Рассказы о Пушкине», Л .
1929) доказывает,
что
большой
во зра стн ой
разницы
нет
меж ду
Онегиным
(которому
было
лет
28—29 в VIII
главе)
и
мужем
Та тьян ы
(ведь они
«друзья»). «Из ув ече н»
не
зн ачит
ни
калека,
ни
развалина,
а
просто
человек
был
несколько
раз
ранен,
и,
гов оря
это
—
обратите
внимание
—
Онегину,
Татья на
(замечает Н.
О.
Лер ­
н е р), бессознательно подчиняясь лишь женскому инстинкту,
под­
чёркивает
мужество
и
му жеств енно сть
своего
генерала
пе ред
изне ж е нным
сибаритом,
видевшим
кровь
с луча йно,
не
в
герои­
ческой
обстановке
сражения,
а
только
на
поединке
с
Ленским
(стр .
214).
Возражая
М.
Л.
Гофману,
допускавшему,
что
муж
Татьяны,
г енерал ,
родня
и
д руг
Он егина ,
с
п ослед ним
«вспоминает про­
казы
пре жних
лет», Н.
К.
Пиксан ов
считает
«невероятным»,
что б
важный
г енер ал
был
сверстником
мол одого
Евгения,
и
видит
неку ю
«неясность»
в
этой
подробности
романа26.
Но
Н.
О.
Лер нер
пр ивёл
убедительные
фа кты
(например,
друг
Пушкина,
Раев ск ий,
в
29 лет был генералом)
для
до каз ат ель­
ства,
что
в
пуш кин с кую
эпоху
м олод ые
лю ди
раньше,
чем
в по­
следствии,
могли
достигать
видного
положения
в
общес тв е.


Глава
восьмая
309
Оперные
пос та нов ки
«Онегина» (музыка П.
И.
Чайковского)
закрепили
в
сознании
чи тате лей
«старость»
князя
—
му жа
Та ть яны
(с фамилией Гремина,
придуманной
автором
либретто
М.
И.
Чайковским).
XLVII
Я
вас
л юблю
(к чему лукавить?),
Но
я
другому
отдана;
Я
буд у
век
ему
верна.
Образ
замуж н ей
Татьяны,
как
идеальное
выражение
«истин­
но
дворянской»
чести,
семейных
усто ев,
Пушкиным
противо­
пост ав ля лся
распространённому
ти пу
«модной жены» (ср.
«Граф
Н ул ин»).
В
борьбе
любви-страсти
и
до лга
Пушкин
отвёл
подчинённое
место
влечению
к
лично му
счастью
(ср.
с
Татьяной
М ашу
Трое­
курову).
Тать яна
в
выборе
между
ве рно стью
долгу
и
чувством
любви
отдала
перевес
моральному
пр инципу .
Этой
чертой
ге­
роини
романа
(верностью долгу)
Пушкин
отражал
жизненный
опы т
лучш их
женщин
сво его
круга:
ему
была
известна
история
жизни
М арии
Раевской,
вышедшей
замуж
(за князя Волкон­
ского)
без
любви,
но
верной
ем у;
он
зна л,
как,
несмотря
на
чи нив шие ся
препя тст в ия
официальными
властями,
родственни­
ками,
многие
жён ы
де каб ристов
по ехал и
к
своим
м ужья м-к а тор­
жанам
во
имя
долга.
В
образе
Татьяны
Пушкин
зап ечатл ел
характерную
особ енн ос ть
ис торич еск ого
ти па
рус ск ой
же нщи ны
в
его
идеальном
выражении:
Ярославна
в
«Слове о полку Иго-
р еве», Юлиания Лазаревская в старинной повести своим цело ­
мудренно-строгим
отношением
к
жиз ни,
св оим
пониманием
мо­
ра льн ого
долг а
прина д леж ат
к
то му
же
ти пу,
что
и
пушкинская
Татьяна.
Отношение
к
Тать я не
с
её
ответом-
Онегину
был о
р аз­
личным
в
общественном
сознании
читателей
разных
историче­
ских
периодов.
Критик
—
революционный
разночинец
Белинский
(в своей девятой пушкинской статье),
считая
Татьяну
«типом
русской
же нщи н ы», «созданной как будто вся из одного цель­
н ого
куска,
без
всяких
переделок
и
примесей», в то же время
заявлял,
что
в
«Онегине» «м н огое
у ста рело
те пе рь» (в 1845 г.),
и
в
частности,
как
по
поводу
письма
Татьяны,
которым
он
сам
когд а- то
вместе
с
д ругими
во схищ ался, «думая в нём видеть вы­
сочайший
образ ец
откровения
женского
сердца»,
пи сал:
«но
с
тех
пор
много
вод ы
ут ек ло»..
, так по поводу последних слов
Т ат ьяны
Онегину
в
их
последней
вс тр ече
он
негодующе
во ск ли­
ца л : «Но я другому отдана
—
именно
отда на ,
а
не
о
т
д
а
л
а
с
ь!
Вечная
верность
—
кому
и
в
чём ?
Верность
т аким
от нош е­


310
Евгений
Онегин
ниям,
кото рые
составляют
профанацию
чувства
и
чистоты
жен ­
ственности.
..»
После
того
как
демократическая
молодёжь
с
60-х
годов
стала
проявлять
в
разнообразных
формах
(фиктивные браки
и
п р.)
протест
п ротив
освящённых
тр а дицией,
ц ерк овью
взгля­
дов
на
поло же ние
ж енщины
в
семье,
обществе
и
стала
строить
бытовые
отношения
на
основе
своего
понимания
прав
и
об я­
занностей,
писа те ль,
враждебный
и деологи и
революционных
демократов,
Достоевский,
в
зн ам енит ой
пушкинской
речи
8 июня
1880 г.
по
поводу
признания
Т ать яны
назвал
её
«типом положи ­
те льно й
красоты,
апофеозой
рус ской
ж ен щины »27.
Тат ья на,
по
его
с ло вам , «это тип твёрдый,
стоящий
твёрдо
на
св оей
п очв е»,
«тут целое основание,
тут
не что
незыблемое
и
неразрушимое.
Тут
соприкосновение
с
родиной,
с
родным
народом,
с
его
св яты­
не ю».
Онегину-скитальцу
(«у него никакой почвы,
это
былинка,
несомая
в е тро м ») она не могла иначе сказать .
«Скажите,
мог ла
ли
ре шить
иначе
Т ат ьяна
с
её
высо кою
душо й,
с
её
сердцем,
с только
пострадавшим?
Нет:
чистая
русская
душа
ре­
ш ает
вот
к а к: «пусть,
пусть
я
од на
лишусь
счастья,
пусть
моё
несчастье
безмерно
сильнее,
чем
несчастье
э того
старика
(её
м у жа), пусть,
наконец,
никт о
и
никогда,
а
это т
старик
тоже,
не
узнают
моей
жертвы
и
не
оценят
её,
но
не
хочу
быт ь
счастли­
во ю,
заг уб ив
д руго го!» Тут трагедия,
она
и
совершается...»
Достоевскому
тогда
же
ответил
Г.
У спе нск ий,
назвав
его
аргументацию
«заячьей идеей»
и
отдав
п редп очтени е
Маше
Бу­
лато во й, «нынешней курсистке»,
которую
её
родная
тётка, «со­
старившаяся
Т ать яна»,
хочет
«упечь замуж за очень богатого
человека»
и
которая
заявляет,
что
«она хочет есть трудовой
хлеб,
учиться,
зна ть,
учить
друг и х...
хочет
отдаться
служе­
нию
на
родной
ниве.
Ей
нич его
не
н ужно,
ни
женихов,
ни
ка­
рет,
ни
б ог атств ...»
Г.
Успенский
выр а зил
мнение
демокра ти ­
ческой
интеллигенции,
когда
в
сво ём
отв ете
Достоевскому,
увидевшему
апофеоз
русской
женщины
в
её
жертвенности:
«Я другому отдана!», —
р езко
с ка за л: «Вот к какой проповеди
тупого,
п од нев ольного,
груб ого
жертвоприношения
привело
автора
об илие
заячь их
идей» 28.
Резкий
тон
Г.
Ус пе нск ого
в
известной
м ере
о бъ яснял ся
общи м
со дер ж анием
ре чи
Достоевского
с
реакционной
пропо­
ве дью
смирения.
Как
ни
менялось
восприятие
о браза
Татьяны
в
зависимости
от
общественных
взглядов
чи тат елей ,
судьба
п ушки нс кой
г ер оини
п родолж ала
волновать,
в
её
тип е
читатели
продолжали
нах од ить
п олож ит ельно е,
ценное ,
черты
поведения,
достойные
уважения.
В
ан кет е,
проведённой
«Изве ­
стиями
ЦИК
СССР
и
ВЦИК»
в
1937 г.
на
вопрос
«Чем дорог
Пушкин
советскому
читателю?»,
сре ди
мног их
сотен
отк лик ов
был
один,
непосредственно
относящийся
к
н ашей
те ме.
В
1918 г.


Глав а
восьмая
311
в
таёжном
посёлке,
н едал еко
от
Енис ея ,
расположился
ш таб
и
п олито тде л
партизанской
армии.
В
один
из
ве че ров
бойцы,
командиры,
работники
ор у жейных
мастерских
и
сёстр ы
госпи­
таля
соб р ались
послушать
доморощенного
сказителя-поэта
Ра­
гоз ин а,
по
профессии
ма ляра .
В
ка рман е
своей
холщёвой
пи­
жамы
он
все гда
нос ил
то мик
П ущ кина.
Партизанский
по эт
н ачал
декламировать
«Евгения Онегина», «Полтаву».
По
словам
бывше г о
к расно го
партизана
П.
Петрова,
после
прочтения
ук аз ан­
ных
произведений
«суровые бойцы сидели с улыбающимися,
умилёнными
лицами,
вздыхали,
смотрели
на
чтец а
с
открытыми
ртами.
З амети в
слёзы
у
же нщ ин,
кто-то
спросил:
—
Чего
вы
размокли?
—
Оттого,
что
всё
правда,
—
от ве тило
ср азу
несколько
го­
лосов.—
Жалко
Таню
и
Марию...
Такой
же
об ман
и
куражи
бывают
и
среди
нас...
Подметил
—
лучше
н ел ьзя.
В
развернувшейся
беседе
пар тиз анки
не
ста ли
на
путь
ос у­
ждения
Та т ьяны
и
М арии,
не
нашли
в
их
поведении
писаревского
мещанства.
Чистая
любовь
девушек,
слад ки е
муки
ож ида ний,
п си хол огия
влюб лё нных
и
обма нут ых
в
сво их
надеждах
жен ­
щин
б ыли
бли зки ,
понят ны
и
г орячо
пережиты
же нщ ина ми,
за­
калёнными
в
боевой
обстановке.
Горд ос ть
Татьяны
вызва ла
похв а лы
мужч ин
и
ж е нщин.
Неважно,
что
она
стал а
дамой
«большого света», важно,
что
она
показала
харак те р,
серьёзный
взгляд
на
супружество,
сум ела
пос тоят ь
за
чес ть
женскую.
В
с лов ах: «Но я другому отдана»
—
для
женщин
тай ги
пр о­
звучало
не
робк ое
пре кл о нение
перед
долгом
и
судьбой,
а
цель­
ность
личности,
характер
принципиальной
нату р ы,
умеющей
подчинить
страсти
велению
с трогог о
разума.
Это
было
созвучно
партизанской
п с ихолог ии
того
времени.
Ве дь
люди
покинули
севши,
хозяйства,
л ишилис ь
д ороги х
б ли зких,
и
всё-таки
крепко
д ер жали
в
руках
винтовки,
крепко
верили
в
побе ду .
Понятно,
что
в
их
глазах
Татьяна
отказом
Онегину
сдел ал а
героический
поступок.
—
Я
так
же
бы
погнала
его,
—
з аяв ила
од на
из
сестёр...
О
благородном
облике
Татьяны
и
об
его
о тр ажении
во
мн о­
гих
ж енс ких
образах
нашей
художественной
литературы
гово­
рил
К.
М.
Симонов
в
своем
докладе
о
Пу шк ине
на
торжествен­
ном
з аседании
в
Б ольшом
те атре
Со юза
ССР
6 июня 1949 г.:
«разве можно себе представить более чистый и сильный образ
замечательной
ру сско й
женщины,
чем
тот,
который
он
создал
в
«Евгении Онегине»
в
ли це
своей
Татьяны?
Пушкин
был
реалистом
и
пок аз ал
современное
ему
общество
в
его
реальной
жиз не нной
обстановке.
Его
Т ать яна
не
р евол ю­
ционерка,
но
разве
она
не
н есёт
в
сво ём
образе
зада тков
вс его
того,
что
так
безгранично
красиво
развилось
в
русской
ж енщ ине
в
го ды,
когда
она
выш ла
на
борьбу
за
с воб оду
народа?


312
Евгений
Онегин
Разве
мыслимы
без
своей
предистории
—
без
Татьяны
—
рус ск ие
же нщ ины
Не крас ов а,
женские
образы
Тургенева,
Чер ­
нышевского,
Толстого,
Г орького?»
.
XLVIII
Она
уш ла.
С тоит
Евгений,
Как
будто
гро мом
поражён.
В
какую
бур ю
ощ ущени й
Теперь
он
сер д цем
погружён!
Ещё
Белинский
спр ашивал : «Что сталось с Онегиным потом?
Воскресила
ли
его
страсть
для
но вог о,
более
с ообра зн ого
с
че­
ловеческим
дос тоин ств ом
с тр ада ния?
Или
убила
она
все
силы
душ и
его,
и
бе зотра дна я
тоска
его
обратилась
в
мёртвую,
холод­
ную
ап а тцю?
—
Не
знаем ,
да
и
на
что
нам
зн ать
эт о,
когда
мы
знаем,
что
силы
э той
бог атой
н атуры
остались
без
приложения,
жи знь
без
смысла,
а
ром ан
без
конца?
Довольно
и
этого
знать,
чтоб
не
захотелось
больше
нич его
знать...»
Гениальный
критик
не
имел
сведений
о
X главе,
в
котор ой
Онегин
должен
был
вы­
ст упа ть
или
в
роли
участника
декабрьского
восстания
или
з амеш анно го
по
де лу
14 декабря 1825 г. ;
не
зна л,
что
авто р
ро­
ма на
предполагал
закончить
жизне нны й
путь
«праздного»
ге­
роя
общественной
бор ь бой.
Но
замечательная
проникновен­
ность
в
«пафос»
тв ор чест ва
Пушкина
п одск азала
ему
возмож­
ность
под обно го
и сход а,
возможность
воскрешения
к
«новому
страданию,
сообразному
с
человеческим
до сто и нств о м»29/
Пушкин
неоднократно
рисовал
образ
мужчины,
в
неудач­
ной
любви,
в
неудовлетворённой
с тра сти
н аходи в шего
стимул
к
общественной,
п олити ческ ой
деятельности.
Онег ин
дожил
до
26 лет без цели.
Бес ц ель ная
жизнь
его
том и ла.
«Ни ­
чем
заняться
не
умел,
томясь
в
бездействии
до суга ».
Он
искал
сча стья
и
не
нашёл
его .
Но
вот
Татьяна
живёт
без
с ча стья
интимной
жизни,
живёт
с
нелюбимым
мужем,
и
что
же?
—
она
покойн а
и
вольна
(XXII строфа).
В
«буре ощуще­
ний»
Онег ин
должен
был
прочувствовать,
про дума ть
причину
такого
состояния
Татьяны
и
прийти
вслед
за
Пу шки ным
к
вы­
воду,
что
его
Тать я на
наш ла
це ль
своей
жиз ни
—
с лу жение
долгу,
при няты м
на
себ я
по
своему
реш ению
обязательствам
же ны,
матери,
ус трои т ельни цы
семейного
очага,
одной
из
ячеек
общественного
б ыта.
До
сих
пор
—
так
д умал
Е вг ений
—
вся
его
жизнь
бы ла
исканием
то
миража
л и чного
с час тья,
то
жажды
вольности
и
по коя.
Но
последнее
решение
также
не
дав ало
удовлетворения.
В
его
жи зни,
если
б
счастье
л юбви
по­


Глава
во сь мая
313
сетил о
е го,
ск оро
наступили
бы
дни
с куки : «привыкнув,
раз­
люб лю
тотча с».
Заполненная
только
интимными
переживаниями
жиз нь
Оне гина
прошла
бы
неудачливой,
раз
она
не
бы ла
ос вя­
щена
внеличным
идеа ло м,
раз
она
не
имела
целив
какой-либо
ино й
сфере,
кроме
ли чн ого
я.
Та
об ществ ен ная
среда,
с
которой
он
был
св язан
иде йно ,
стала
жить
раскалённой
атмосферой
ст р емл ения
к
делу,
к
п од­
вигу.
Его
идейные
ед ином ышле нники
вследствие
известных
обс тоят ельс тв
шли
к
делу,
так
как
пер ед
ними
был а
цель
—
слу жени е
долгу
для
кла сса,
для
с тра ны.
Онег ин
через
ст раст ь
к
Тат ьян е,
отринутый
ею,
должен
был
пойти
к
декабристам,
оду­
хотворённый
цель ю,
какая
одушевляла,
например,
Пущина,
Якуш ки на
и
других
дружески
бл изк их
Пу ш кину
людей
этого
типа,
целью,
которая
стояла
перед
самим
Пушкиным,
когда
в
Кам енк е
на
собрании
у
В.
Л.
Давыдова
он
думал,
что
участвует
в
тайном
обществе
и
будет
принят
его
членом: «Я уже видел
жизнь
мою
облагороженною
и
высо кую
цел ь
перед
со б ою».
В
замысле
автора
романа
(в последней главе)
лежа ла
идея
воз­
рожд е ния
к
жизни
Он ег ина
через
выстраданную
им
цел ь
жизн и,
чере з
приобщение
его
к
общественному
делу.
Так
Пушк ин
ув одил
каж дог о
из
центральных
героев
своего
романа
к
де лу
их
жизни:
од ного
—
на
заседания
сев еря н,
по­
свящённые
общественным
интересам,
друг ую
—
к
семейным
обязанностям
и
к
роли
организатора
общественного
мнения
в
светском
салоне.
О
том,
почему
в
1830 г. ,
когда
п исал ась
X глава «Е вге ния
Он ег ина», роман оборвался на весне 1825 г .,
на
крахе
инт имных
волнений
героя,
см.
ни же.
LI
Но
те,
которым
в
дру жн ой
в стре че
Я
строфы
первые
читал...
Иных
уж
нет,
а
те
дал еч е,
Как
Сади
некогда
сказал.
Пушкин
ссыл ал ся
на
з наменит ог о
перс идс кого
поэт а
XIII в.
С а’ди (Саад и).
Впервые
нам е тил ась
эта
фо рм ула
как
эп игр аф
к
поэме
«Бахчисарайский фонтан»: «Многие,
так
же,
как
и
я,
по­
сещали
сей
фонтан;
но
иных
уж
нет ,
другие
странствуют
далече».
Источник
данн о го
эпиграфа
ук азан
в
поэме
«Бустан»,
причём
п е рев одчик
С аади,
К.
И.
Чайк ин ,
пр ед пол агает ,
что
Пушк ин
пользовался
или
французским
переводом,
или
русским
перево­
дом
с
французского
перевода,
но
не
непосредственно
с
персид­
ского
ор игина ла .
В
поэме
С аади
чи та ем: «Я услышал,
что
благо­


314
Евгений
Онегин
родный
Джемшид
над
не кот орым
источником
напис а л
на
одном
ка мн е: «Над этим источником отдыхало много людей подобных
нам.
Ушли,
как
будто
м игн ули
очами,
т.
е.
в
мгновение
ока ».
По
объяснению
К.
И.
Чайкина,
бе
рэф тэнд
(букв, «они ушли») соот­
ветствует
«странствуют далече», а чэшм
бэр
хэм
зэдэнд
(букв,
«мигнули оком») понято было как « смежили
глаза»
и
отсюда:
«иных уж нет». «П ушкин .
Временник
Пу шк инск ой
ко ми ссии, 2»,
изд .
Академии
на ук
СССР, 1936, стр .
468.
З апом нивш ееся
в
начале
20- х
годов
изречение
пр име нено
было
в
1830 г.;
роман
дописывался
тогда,
когда
«рок отъял»
из
круга
Пу шк ина
многих
из
тех ,
кому
поэт
«в дружной встрече
строфы
пе рвые
чи тал. ..»
Достаточно
указать
на
друзей-декабри­
стов,
томившихся
в
ссылке
или
в
креп ости,
—
Пущ ина
и
Кюхель­
бекера,
на
пов еше нн ого
Рыл ее ва.
В
1828 г.
п оступ ил
донос
на
«Московский телеграф», в пер ­
вой
книжке
кот орого
об ратил а
внима ние
статья
«Взгляд на
русскую
литературу
1825—1826 годов.
Письмо
в
Нью-Йорк
к
С.
Д.
П. ».
По
словам
до нос чик а , «желание издателя 30
да ть
по­
чувствовать
читателям,
что
письмо
сие
пи шетс я
Ни кол аю
Тур­
геневу
под
вымышленными
буквами,
явный
ропот
противу
п ри­
теснения
пр осв ещ ения,
ко торо е
называют
запретною
ро­
зою,
и
сожаление
о
п огибших
др узьях
на
ст р.
9 31 было всем
пон ят но
и
доставило
бо льш ой
ход
журналу.
В
статье
все
жа­
луются
на
два
последние
года,
т.
е.
1825 и 1826 —
время
отлучки
Тургенева
и
ссылки
бун тов щик ов.
Всё
так
яс но
изъяс­
нено,
что
не
тр ебу ет
пояснений»32.
Пу шки нск ий
эпиграф
к
«Бахчисарайскому фонтану»
был
ис по льзов ан
в
жу рн але
с
п оли тиче скою
целью,
до но счик
ра с­
шифр ова л
это
нелегальное
применение.
Пушкин,
конечно,
знал
хот я
бы
через
Вяземского
о
московских
'Толках по поводу ука­
занной
с татьи
и,
по
вполне
основательному
предположению
Н.
О.
Ле рне ра,
поместил
в
изменённой
фор ме
тот
же
эпиграф,
получивший
политическое
и но ск азание,
как
зн ак
открытого
изъявления
сочувствия
декаб рист ам.
В
начале
1832 г.
появи­
ла сь
VIII глава романа;
П ушкин ,
оканчивая
роман,
демонстри­
ровал,
что,
вспоминая
погиб ш их
14 декабря,
он
«гимны преж­
ние
поёт», что он оставался «Арионом»
декабризма
33.
А
та,
с
которой
образован
Татьяны
милой
идеал...
Современники
романа,
мемуаристы
и
исследователи
указы­
вали
на
многих,
кто
был ,
по
их
мнению,
прообразом
Татьяны;


Глава
восьмая
315
Е.
Н.
Ву ль ф-Вр евск ая,
А.
П.
Керн,
графиня
Е.
К.
Воро нц ова ,
М.
Н.
Раевская-Волконская,
Е.
А.
Стройновская,
Н.
Д.
Фо н­
визина
и
другие
встречаются
в
э том
перечне
п рототи п ов
гер о ини
романа,
но
совершенно
я сно,
что
Тат ьян а,
«верный идеал»
Пушкина,
не
мог ла
б ыть
п ортрет ом ,
точным
снимком
с
ког о-
либ о
из
знакомых
ав тора
романа;
она
б ыла
сгущён н ым
отра­
ж ением
тех
быто вых
деталей
в
окружавшей
его
общественной
среде,
ко то рые
слагались
в
его
сознании
в
желанный, «идеаль­
ный»
тип
подл инн ой
дворянки,
способной
оздоровить
дворянскую
семью,
и
вооб ще
хорош ей
русской
ж енщины.
t
К
лит ерат у ре
о
п рототи па х
Татьяны,
ука за нной
Н.
К.
Пик-
са нов ым
в
его
«Пушкинской студии» (П .
1922, стр.
49), можно
добавить
стать и
Н.
О?
Лернера,
О дин
из
прообразов
Та т ьяны
(в «Рассказах
о
Пушк ин е», 1929) и С.
П.
Шесте­
ри
ко
в
а,
Одна
из
вос п етых
Пуш киным
(«Пушкин», I, Одесса
1925).
В
L—LI
с троф ах
Пушкин
прощается
с
своим
«странным спут­
ни к ом », Евгением;
говорит,
что
«расстался»
с
Онегиным.
Авт ор
романа,
од нак о,
пытался
продолжить
своё
произведение;
не
го­
в оря
о
переработках
VIII главы и работе над письмом Онегина
в
1831 г.,
Пушкин
осенью
1833 г.
набрасывал
строфы,
г де,
удовлетворяя
просьбы
друзей
«продолжать рассказ забытый»,
ссы лаясь
на
голос а
др у зей,
что
«странно,
да же
не учти во
роман
не
ко нчив
пе р ер ва т ь», собирался вернуться к своему многолет­
не му
труду.
Но
как
в
этом
году,
так
и
в
1835 дальше набросков
работа
не
пошла.
В
1833 г.
в
«Медном всаднике»
Пушкин
напомнил
чи та телю
о
своём
герое:
.
В
то
вре мя
из
гостей
домой
Пришёл
Евг ен ий
молодой...
Мы
будем
нашего
героя
Зв ать
эти м
именем.
Оно
Звучит
прия т но;
с
ним
дав но
Моё
перо
к
тому
же
дру жн о.
Но
эт от
Евгений
уже
принадлежал
к
другому
классу,
чем
Онег ин ;
его
с оц иаль ное
полож е ние ,
интересы,
мечты
—
всё
было
иным
сравнительно
с
г ероем
романа.
В
30-х
года х
изме­
нилась
общественная
атмосфера;
выросли
нов ые
классовые
группы;
Пушкин
н апр авил
св оё
в нима ние
на
художественное
и з обр ажение
этих
нов ых
побегов
с о циал ьной
жизни.
Кар­
тин ы
пр ежне й
жизни,
казалось,
ещё
такой
недавней,
уже
отхо­
дили
в
ст ар ину.
По эт
вращался
в
кругу
злободневных
тем
жив ой
современности.
О дной
из
так их
тем,
поставленных
на


316
Е вгени й
О негин
очередь
русс кой
и
европейской
историей,
б ыла
тема
рев ол ю­
ции.
Перед
э той
стихией,
готовой
смыть
до
основания,
разрушить
до
последнего
к ирп ича
здание
цивилиза ции
господствовавших
классов-эксплоататоров,
бледнела
вое нная
революция
д ворян - де­
кабристов.
Восст ани е
14 декабря казалось эпизодом не столь
з нач итель ны м,
как
«трагедии»
муж ицк ой
ж акер ии
и
«судороги»
революционного
движения
в
Европе.
Пушкин
бросил
наме р е­
ние
дописать
роман
об
Онегине-декабристе
не
потому,
что
опасался
царской
ценз уры ,
которая,
р азу меет ся,
не
пропустила
бы
уже
первых
стихов
пред по лагаем ой
нами
первой
стр офы
X главы,
—
этот
мотив
я
сч итаю
внешним,
второстепенным.
Тема
«Медного всадника», «Дубровского», «Капитанской
д оч­
ки»
—
т ема
классовой
бор ь бы,
тем а
антидворянского
фронт а ,
тем а
гражданской
во йны
осн ов ных
классов
тогдашней
России
—
крестьянства
с
примыкавшей
мелкобуржуазной
городс кой
и
сельской
инт ел лиге нцие й
против
помещичьей
усадьбы,
против
дворянского
с амо вла сти я,—э та
тема
зас лон яла
в
сознании
Пушкина
во енное
п ро н унц и ам ен то34 на Сенатской площади
1825 г.
Роман
должен
был
остаться
без
конца,
так
как
в
полити­
ческой
обстановке
страны
Пушкин
ув и дел,
что
на
смену
Онеги­
ным
п ришли
иные
с оциал ьные
типы,
что
жизнь
выдвигала
иные
темы.
Начи н ая
со
II главы,
ром ан
вы ходи л
уже
после
гибели
де­
кабристов.
Мрачный
отсвет
ст рашн ого
десятилетия
наложил
сво и
кр аски
на
п ушк ин ского
геро я:
поэту
ничего
иного
не
оста­
валось
д ела ть,
как
продолжать
биографию
с куч ающе го, «празд­
н ого»
Онегина;
сама
действительность
санк цио ниро вал а
необ­
ходимость
быть
образованному
дворянину
Онегиным,
если
«не гибнуть в публичных домах или казематах какой- ниб удь
кре п ости » (по выражению Герцена).
Онег ин
ст ал
сим в олом
л ишних
лю дей,
типом
«умной
ненужности»
в
николаевскую
э поху,
к огда
вся
дря нь
алексан­
дровского
врем ени
вылезла
нар уж у,
заняла
вы шки
государ­
ственной
жизни.
Скучал
М.
Ф.
Орлов,
скучал
Чаадаев,
скучало,
задыхаясь
с
платком
во
рту,
образованное
меньшинство
дво­
рянского
круга.
«В толпе избранной для всех Онегин кажется
чужим», —
таких
чужих
сре ди
своих
б ыло
немало
в
ру сс ком
дворянстве
по сле
14 декабря.
«Онегина постоянно видишь около
себя
и
в
себ е
са мо м», признавался в 1851 г.
Г ер цен,
испытавший
гнёт
ник ол аевск о го
режима,
когда
«казарма и канцелярия сде­
лались
осно вания ми
полит ичес кой
нау ки»,
когда
«на поверх ­
ности
официа льн ой
России,
«фасадной империи»,
виднелись
только
о дни
пот ери,
свир епая
р еак ция,
бесчеловечные
преследо­
вания», когда «ничего
не
просить,
оставаться
независимым,
не
искать
м ест»
—
зн ач ило
«делать оппозицию» . « П ра вит ел ь ст во
додозрительно
смотрело
на
эти х
«бездельников»
и
б ыло
ими


* Глава восьмая
317
недовольно.
Они,
действительно,
со ста вляли
ядро
образованных
и
дурно
отн осив шихс я
к
петербургскому
пе риод у». « Факт
тот,
что
все
мы
—
боле е
или
менее
Онегины,
раз
только
мы
не
пред­
п о читаем
быт ь
чиновниками
или
помещиками», —
так
характе­
ризовал
Герцен
общественное
значени е
п ушки н ского
героя
для
определённых
с лоёв
дворянского
класса
в
николаевской
Рос си и.
«Онегин,
кот орый
вступал
в
жизнь
с
улыбкой
на
устах,
с
ка­
ждо й
песнею
становится
всё
более
и
более
мрачным
и
кончает
тем ,
что
исчезает,
не
оставив
н икаког о
следа,
никакой
мыс ли.
Тон
был
н айде н,
и
с
тех
пор
каждый
роман,
каж дая
поэма
имела
своего
Он еги на,
т.
е.
человека,
осу жд ённог о
на
праздность,
бес­
п олез ног о,
сбитого
с
пути,
человека,
чужого
в
своей
семье,
ч ужого
в
своей
стране,
не
желающего
делат ь
зло
и
бе сс ильн ого
делать
добро,
не
делающего
в
конце
концов
ничего,
хотя
и
бе­
руще гос я
за
всё ,
исключая,
вп рочем ,
двух
вещей:
во
1-х ,
он
ни­
когд а
не
становится
на
с торону
правительства,
и
во
2-х,
он
ни­
когда
не
умеет
стать
на
сто рону
нар о да» 35.
Критик-публицист
рев олюц ионн ой
демократии
Н.
А.
Добро­
люб ов
не
от рица л
инди вид у ал ьной
значительности
Онегина:
«Онегин не просто светский фат;
это
человек
с
большими
си­
лами,
че лов ек,
понимающий
пустоту
той
ж изни,
к
которой
при­
зв ан
он
судьбою,
но
не
имеющий
довольно
си лы
ха ракт ера,
чтобы
из
неё
выбраться»36.
Но
ког да
онегинством
ст али
прикрываться
представители
дворянской
кул ьтуры ,
как
ис тори ко- бы тов ым
и
эстетическим
знаком
оправдания
своей
нерешительности,
своего
либерального
поведения
в
момент
на р аста ния
классовых
противоречий
нака­
нуне
1861 г .,
в
пе риод
ре в олюц ион ной
ситуации,
когда
крестьян­
ст во
ростом
св оих
волнений
вызывало
н адеж ды
на
близость
революционного
вз ры ва,
когда
революционная
интеллигенция
видела
в
п ерехо де
к
д
е
л
у,
т.
е.
к
ре во лю ции,
очере дн ую
за­
да чу
для
в сех
по дл инно
горе в ших
мыслью
о
благе
трудящихся,
тогда
величайшему
из
отрицателей
«старого порядка»
дорефор­
менной
России
пришлось
выступить
против
классового
врага
—
либерального
барства
с
уничтожающей
критикой
Онегина
и
его
наследников,
включить
в
один
р яд,
несмотря
на
дей ств и­
тельные
отл ич ия
межд у
ними,
п ушки нс кого
героя
и
Печорина,
Рудина
и
Тентетникова,
н азв ать
их
вс ех
об л омов цами:
«Раскройте «О неги на», «Героя нашего времени», «Кто виноват».
«Рудина», «Лишнего
чел ов ека»
или
«Гамлета
Щи гров с кого
уезда», —
в
каждом
из
них
вы
найдёт е
черты,
почти
буквально
сходн ы е
с
че ртам и
Обломова...
Над
всеми
эт ими
лицами
тяг о­
тее т
одна
и
та
же
обломовщина,
которая
кладёт
на
них
неизгла­
димую
печать
бездельничества,
дармоедства
и
совершенной
ненужности
на
свете...
У
них
у
всех
одна
общая
черта
—
б ес­
плодное
стремление
к
деятельности,
сознание,
что
из'них
многое


318
Ев гений
Онегин
могло
бы
выйти,
но
не
выйдет
ничего...
В
этом
они
поразительно
с хо д ятс я » («Что такое обломовщина?», 1859).
> Одновременно с Чернышевским,
разоблачавшим
в
статье
«Русский человек на rendez-vous» дворян-л ибер а ло в ,
трусивших
в
ре шит ельн ую
минуту
жиз ни,
Добролюбов
образом
Онегина-
Обломова
характеризовал
тех
же
либеральных
деятелей,
вы­
пол няя
политическую
задач у
разоблачения
современных
врагов
из
дворянского
лагеря,
метя
своими
гневными
сопоставлениями
раз ноха рак терны х
и
вы рос ших
при
разных
исторических
усло­
ви ях
литературных
героев
в
жив ых
представителей
дворянского
либерализма.
«Как изменилась точка зрения на образованных
и
хорошо
рассуж да ющих
лежебоков,
которых
прежде
прини­
ма ли
за
настоящих
общественных
деятелей!»—
восклицал
от
имени
р ев олюци онн ой
демократии
Добролюбов.
В
пушки нск ом
герое
прежде
все го
каралось
отсугс тв и е
в
его
ж изни
такого
«дела,
кот орое
бы
был о
для
него
жизненной
необ­
ходимостью,
сердечной
святыней,
р ел игией,
которое
бы
органи­
чес ки
срослось,
так
что
отнять
его
значило
бы
лишить
жи зни ».
Добролюбов
не
отрицал,
что
О негин
«имеет понятие и о высших
вопросах,
имеет
некоторые
чес тны е
понятия,
способен
не
пр и­
дав ать
особен н ой
ц ены
сво им
светским
ус пе хам». «Он
выше
окружающего
его
светского
общества
на ст оль ко,
что
дошёл
до
сознания
его
пустоты», но он,
как
и
другие
облом овц ы ,
не
до­
шёл
до
той
гран и , «где слово становится делом,
где
принцип
сливается
с
внутренней
п отребн ость ю
душ и,
и сч езает
в
ней
и
делается
единственной
сило й,
д вигаю щей
челов ек ом ». «Теперь
все
эти
герои
отодвинулись
на
второй
пла н», —
з акл ючал
Добро­
люб ов
свой
анализ
онегинства,
как
отражения
н енав истно й
ему
обломовщины,
т.
е.
кре пос тн иче с кого
ст р оя , «азиатского»
поме ­
щ ичье го
порядка,
негодуя,
что
Облюмовка
продолжает
быть
«нашей прямой родиной», признаваясь в порыве самобичевания,
что
«в каждом из нас сидит значительная часть Обломова».
Вы­
сок ое
пре дст авление
о
типе
обще ств е нн ого
деятеля,
спо со бног о
двинуть
«вперёд»
страну,
находившуюся
в
кон це
50-х
годов
в
состоянии
м учи тел ьного
брожения,
да ло
Добролюбову
право
на
су ровы й
приговор
об
Онегине,
но
не
уничтожило
признания
в
герое
романа
ряда
ценных
качеств
и,
следовательно,
сохранило
конкретные
че рты
художественного
ти па
в
исторической
раме
37.
Остроумная
статья
Писа рев а,
и де олога
р адик аль ной
интел­
лигенции
60-х
годов
—
«Пушкин и Белинский» (1865), —
ли­
шен а
и менно
и с торич ес кого
при нци па
в
ан ализ е
Онегина
и,
я вляяс ь
замеча тел ьн ым
д окум ент ом
в
ист ории
общественной
мысли,
представляет
собо ю
ряд
пар адо к сальн ых
утверждений,
чуждых
тому
пониманию
пушкинского
г ероя,
к оторое
было
установлено
Белинским,
Герценом
и
Д об ролюбо в ым.
Статья


Глава
восьмая
319
Писарева
сы гр ала
большую,
но
от рица те л ьную
роль
в
критиче­
ских
оценках
романа
пос ле дую щими
пок ол ениями.
Снижение
и нт еллек та
Онегина,
взгляд
на
него
как
на
поверхностного
мо­
лодого
франта,
и гно риро ва ние
авторских
характеристик
г ероя
романа
и
пр.
надолго
утвердились
в
читательском
сознании.
Исследовательская
работа
над
р оман ом
нако пил а
много
инте­
ресных
ч астич ных
наблюдений;
немало
н аучн ых
раб отни ков
посвящало
спе циал ьные
этюды
роману
(В.
О.
Ключевский,
Д.
Н.
Овсянико-Куликовский,
Н.
А.
Котляревский,
Н.
К.
Пик-
санов,
Д.
Д.
Благой
и
др.), но «Евгений
Он егин »
до
сих
пор
не
имеет
монографического
ис сл едо ва ния,
к отор ое
с
н ад лежа щей
полнотой
р аскр ыло
бы
зна чение
это го
ве рши нно го
памятника
художественной
литературы
первой
п олов ины
XIX в.;
герой
ром а на, «странный спутник»
ге ниа льно го
автора,
до
сих
пор
не
получил
истор и чески
прав ил ьно й
оц енк и,
до
сих
пор
окружён
про т иво р еч ивыми,
антиисторическими
суждениями
литературных
критиков
и
ряд ов ых
читателей.
Над ёжно й
базой
для
н ауч ного
п ос тиже ния
«Евгения Оне­
гина»
м огут
с лу жить
статьи
Белинского.
Углублённая
конкре­
тизация
о ценки,
сделанной
в
1844 г.
Белинским,
с
необходи­
мы ми
поправками,
с
включением
всех
достижений
современной
научной
мысли
на
основе
марксистско-ленинской
методологии,
—
одна
из
зад ач
советского
пу шкино вед е ния.


ОТРЫ ВК И
ИЗ
ПУТЕШЕСТВИЯ
ОНЕ ГИН А
Пушкин
указывает
мот и вы,
почему
Онегин
решил
п уте ше­
ствовать.
Ге рой
романа
«быть чем- ни бу дь
дав но
хотел»; он«то­
мился
в
о бъ ятиях
досуга»
и
«переродиться захотел».
За
ка жу­
щейся
иронической
форм ой
(«Проснулся раз он патриотом»)
в
дал ь нейшем
раскрывается,
как
«полурусский»
по
во спит ан ию
молодой
д во рянин,
«влюблённый»
в
Русь
и
скепт ич ески
на­
строенный
по
адресу
Западной
Европы,
—
Уж
Русыо
только
бредит
он,
Уж
он
Евр опу
ненавидит
С
её
полит икой
сухой,
С
сё
развратной
суетой
—
как
Оне гин
в
сво их
наблюдениях
над
современным
бытом
его
родины
пришёл
к
горьким
р аз мы шле ния м : «святая Русь», «Оте ­
чество!
Русь,
Р усь», —
повторял
он,
полный
«светлой мыслью»
у в идеть , «узнать Русь»,
... её
поля,
Селенья,
град ы
и
мор я.. .1
В
итоге
его
впечатлений
и
раздумий
над
тем,
что
он
видел,
тоска
стал а
его
пресл едо ват ь,
тоска
зазвучала
лейт-мотивом
в
строфах
«Путешествия Онегина», отражая
настроения
и
са­
мо го
Пушкина,
задыхавшегося
ср еди
те х,
ког о
он
заклеймил
в
ко нце
VI главы своего романа .
{Он собрался
—
и
слава
богу.
Июля
треть его
чис ла
К ол яска
лёгкая
в
дорогу
Его
по
почте
понесла.')2
Оне гин
н ачал
сво и
странствования
в
1821 г.
Путешествовал
он
более
трё х
лет
и
ве рнул ся
в
Петербург
осенью
1824 г.


Отрывки
из
путешествия
Онегина
321
'{Среди равнины полудикой
Он
ви дит
Новгород-великой;
Смирились
пло щад и
—
сре дь
них
Мятежный
колокол
утих,
Но
бродят
те ни
великанов:
З авое вате ль
Скандинав,
Законодатель
Ярослав,
С
ч етою
гроз ных
Иоаннов,
И
вкруг
поникнувших
ц ерк вей
Кипит
народ
минувших
дней.}
Т ема
Новгорода
Ве лико го
с
вечевым
«мятежным»' колоколом
занимала
Пушкина
ещё
в
южной
ссыл ке
(кишинёвский период).
Образ
л егенд арно го
защитника
нов город ской
вольности
Вадима
и
его
противника,
«завоевателя Скандинава»
Рюр и ка,
—
це н­
тральные
образы
в
заду ман но й
Пушк ины м
драме
«Вадим»
(отрывки из неё и из поэмы о Вадиме относятся к 1822 г .), вновь
замел ь кал и
пер ед
ав тор ом
р о мана:
в
че рнов ой
рукописи
на­
званы
Рюрик-скандинав
и
Вадим.
Мысли
о
ве чев ом
строе
древнего
Новгорода
волновали
де­
кабристские
круги.
Арестованный
6 февраля 1822 г .
В.
Ф.
Раев­
ский,
с
кот ор ым
Пушкин
вёл
в
К ишинё ве
о живлён ные
беседы
на
исторические
темы,
прислал
из
Тираспольской
крепости
ст и­
хотв оре ни е
«Певец в темнице»,
где
вст реч ались
упоминания
о
Новгороде,
Пскове,
Вадиме,
дышавших
«жизнью свободной»
и
погибших
под
ударами
московского
самовластья:
Погибли
Новгород
и
Пск о в...
Но
там
бес смер тны х
и мена
З лат ыми
буквами
сия ли...
Борецкая,
Вад им
—
вы
пали:
С
тех
пор
исчез,
как
тень,
народ.. J
На
площади
он
не
сбирался...
(и т.
д.)
По
в оспо ми нанию
Липранди,
это
стихотворение
Раевского
произвело
си ль ное
впечатление
на
Пушкина,
кото р ый
был
осо­
бенно
пор ажён
строками:
Как
ист укан,
немой
народ
Под
и гом
дремлет
в
тайном
страхе:
Над
ним
бичей
кро ва вый
род
И
мысль
и
взор
казнит
на
п лахе.
Обр аз
Вадима,
легендарного
новгородского
республиканца,
стоял
пер ед
Кюхельбекером,
Ры лее вым
(дума «Ва ди м» 1823—


322
Ев гений
Онегин
1824 гг. ).
Новгород
—
очаг
древнерусской
вольницы—рассматри­
вал ся
декабристами
как
прообраз
близких
им
общественных
идеалов.
Когда
Н.
Бестужев
сказал
однажды
Рылееву,
что
«Кронштадт есть наш Леон» (остров,
с
к оторого
в
январе
1820 г.
испанский
революционер
Кв иро га
с
двумя
б аталь онам и
начал
в о сстан ие ), то Батеньков отвечал,
что
«напротив того,
наш
остров
Леон
должен
бы ть
на
Волхове,
ли бо
на
Ильмене»3.
С.
Вол ко н­
ск ий
18 октября 1824 г,
писал
Пу шкину,
находившемуся
в
ссылке
в
с.
Мих айлов ск ом
(Псковской губ.): «Соседство и воспомина­
ния
о
Великом
Новгороде,
о
вечевом
колоколе
и
об
осаде
Пскова
будут
для
вас
предметом
п ии тичес ких
занятий,
а
сооте­
чественникам
ва шим
тр уд
ваш
—
па мя тник ом
славы
п ред ков
и
современника».
Поэтическим
от голоск ом
интереса
к
эт ой
те ме
социально
близких
Пу ш кину
кругов
является
данная
строфа
«Путешествия
Он ег ин а»4.
Пре дстав ле ние
о
гиб ели
«мятежной»
вольности
Новгорода
в
ре зультате
по лити ки
московских
князей
Иоанна
III
и
Ио анна
IV («чета грозных Иоаннов») усиливалось у Пушкина
книгой
Радищева
«Путешествие из Петербурга в Москву», где
он
мог
встретить
следующее
рассуждение: «Сей государь [царь
Ив ан
Василье вич ]
с тольк о
успел
в
св оём
предприятии,
что
в
новгородцах
не
осталося
ни
малейшей
искры
духа
св о боды,
за
кот орую
они
с
толиким
сражалися
жаром.
С
вещевым
5 колоко­
лом
руши ло сь
в
них
даже
и
зыбление,
так
сказать,
—
вольности,
•нередко по усмирении бури остающееся .
И,
действительно,
не
видно,
что бы
после
того
н овгородцы
делали
какое
пок ушени е
на
возвращение
своей
св о боды.
Вот
почему
Нов гор од
принадле­
жал
царю
Ив ану
Васильевичу.
Вот
для
че го
он
раз ор ил
и
ды­
мя щ иеся
его
остатки
себе
присвоил»6.
«Тоска,
тоска!»—
так
начинается
следующая
с троф а,
рисую­
щая
Оне гина ,
который
«спешит скорее далее»
от
тех
мест,
где
некогда
звучал
«мятежный колокол»
и
где
теперь
тишина,
с ми­
ренные
пл оща д и, «поникнувшие церкви».
Вокруг
них
—
в
вооб­
р ажен ии
поэта
—
«кипит народ минувших дней» 7.
Размышления
Он егина
о
нов городск ой
вольности,
уни что­
женной
московскими
самодержцами,
т ипи чные
для
декабрист­
ских
к ругов ,
подтверждают
наш
вывод,
что
в
лице
Онегина
Пушкин
зарисовал
образ
пер ед ов ого
дворянина,
разделявшего
политические
идеалы
декабр ис то в,
хот я
и
не
связанного
с
де­
кабристскими
организациями.
«Тоска»
Онегина
была
пережива­
нием
всех
те х,
которые,
видя
ра з ницу
между
воображаемым
прошлым
и
реальной
действительностью,
тосковали
под
пятою
петербургского
самовластия.
В
письме
Кате нина
Анне нко ву
24 апреля 1853 г.
по
поводу
«Путешествия Онегина» (первоначально VIII
главы
романа)


Отрывки
из
путешествия
Он егин а
323
е сть
интереснейшее
свидетельство
о
творческих
замыслах
Пу ш­
кин а,
неосуществлённых
по
ви не
п олити ческ ой
системы
бенкен-
дорфов,
фон-фоков,
дуббельтов
и
т ому
подобных
охранителей
са моде рж ави я.
Ка тен ин
пис ал : «Об осьмой главе Онегина
слышал
я
от
покойного
в
1832 году,
что
сверх
Нижегородской
ярманки
и
Одесской
пристани,
Е вге ний
видел
военные
по­
селения,
заведённые
гр.
Аракчеевым,
и
тут
бы ли
заме­
чания,
суждения,
выражения,
с лишком
р езкие
для
обнародова­
ния,
и
потому
он
рассудил
за
б лаго
пре дать
их
вечному
забве­
нию,
и
вместе
выкинуть
из
п ов ести
всю
главу,
без
них
сли шк ом
короткую
и
как
бы
оскудевшую»8.
Т аким
образом,
вы ясня ет ся
главная
пр ичин а,
почему
Пушкин
лишён
был
возможности
до*
нести
до
читателя
свои
вольнолюбивые,
антикрепостнические
суждения,
почему
сл ом ана
бы ла
ко мпо зи ция
романа,
почему
из
дв ена дц ати
глав
романа
в
трёх
предполагаемых
частях
не­
сколько
глав
не
могло
быт ь
написано,
—
в
том
числе
восьмая
с
резко
выр а женно й
п олити чес кой
тематикой.
Очевидно,
эту
главу
поэт
читал
А.
И.
Тургеневу,
кот оры й
в
1832 г.
сообщал
своему
брату
Николаю
в
Париж,
что
Пу шкин
«не мог издать
одной
час ти
своего
Он егин а,
где
о писывает
путешествие
его
по
Рос си и».
Текст
начальной
стр офы
с
описанием
древнего
Новго­
рода
лишён
политической
ост роты ,
современной
для
чита­
т елей
пу шки нск ой
пор ы,
кот оры е
знал и
об
ужасах
военных
по­
селений,
о
восстании
крестьян
и
ж есто ких
наказаниях,
выпав­
ших
на
до лю
восставших
п ротив
аракчеевского
реж има 9.
<. . .Теперь
М ельк ают
мельком,
будто
тени,
Пред
ним
Валдай,
Торжок
и
Тверь.
Тут
у
привязчивых
крестьянок
Берёт
три
связк и
он
баранок?)
Ср.
в
пись ме
Пушкина
к
Соболевскому
от
9 ноября 1826 г. :
У
податливых
крестьянок
(Чем и славится Валдай)
К
чаю
нак упи
баранок
И
скорее
поезжай.
Картинка
типич ная,
—
в
январ е
1829 г.
А.
Н.
Вульф,
ех ав­
ший
вместе
с
Пушкиным
в
П ет ербу рг,
за пис ал
в
своём
дневнике:
«Пользовавшись всем достопримечательным по дороге от Торжка
до
Петерб.,
т.
е.
к упив
в
Валдае
баранок
(крендели неболь­
шие)..
.
приехали
мы
на
третий
д ень
в
Петербург»1Э.


324
Евгений
Онегин
{Москва Онегина встречает
Св оей
спесивой
сует ой,
Своими
девами
прельщает,
Стерляжьей
по тч ует
ухой;
В
палате
Английского
клоба
(Народных заседаний проба),
Безмолвно
в
дум у
погру жё н,
О
каш ах
пренья
слышит
он.)
Ироническая
ха ракте ристи к а
членов
московского
Англий­
ск ого
клуба,
в
к оторо м
консервативная
дворянская
фронда
ви­
д ела
нечто
вроде
а нглийс ко й
палат ы
лордов: «Тузы»—дворяне
вроде
грибоедовского
Мак сим
Петровича
—
з ада вали
тон
«обще­
ственному
мнению».
Но
да же
чуждые
вся ч еско му
либерализму
чиновники
не
м огли
не
отметить
в
э том
«клобе»
туп ост и
и
пошлости.
«Член московского Английского клуба!
О,
это
суще ­
ство
совсем
ос обого
рода...» —
во ск лиц ает
Ф.
Ф.
Вигель
в
своих
м ем у ар ах : «Главною отличительною чертою его характера
е сть
уверенность
в
своём
в с ев ед ен ии »; при всём невежестве
«необдуманное самолюбие. ..
Ве сто вщ ики,
едуны
составляли
замечательнейшую,
интереснейшую
часть
клубного
с ос ло вия».
Первые
распространяли
«нелепости,
спл етни», «им верили,
их
слушали».
Читались
в
А нглий ско м
клубе
только
«военные при ­
казы
о
производстве
или
объ яв л ения
о
продаже
просроченных
им ений
или
крепостных
д ево к» («Записки Ф.
Ф.
Ви ге ля»,
ч.
VI, стр.
29).
Насмешливая
ха ракте ристи к а
А нгл ий ского
клуба
в
этой
строфе
соперничает
с
резким
отз ыв ом
П уш кина
о
том
же
учреж­
дении
в
его
московском
письме
к
Е.
М.
Хитрово
(от 21
авг ус та
1830 г.).
Выражая
признательность
за
сообщения
и
г азе ты,
посвящённые
событиям
И юльс кой
революции
в
Париже,
П уш­
кин
писал
е й: «Здесь никто не получает французских газет,
и
в
о б ласти
политических
м нений
оценка
в сего
происшедшего
сводится
к
мнению
Английского
клуба,
ре шивше го,
что
князь
Дмитрий
Голи цы н
11 был неправ,
з апрет ив
орд он ан сом
12 экарте ,3.
И
среди
эти х- то
орангутангов
я
принуждён
ж ить
в
самое
инте­
ресное
время
нашего
век а!» 14
Член
мос ков с кого
Английского
клуба
с
1829 г .,
Пушкин,
вспомнив
о
н еобхо дим ос ти
возобновить
св ой
би лет,
писал
жен е
из
Мос квы
27 августа 1833 г .: «Надобно будет заплатить 300
руб­
лей
штрафу,
а
я
ве сь
А нгли йски й
кло б
готов
продать
за
200».


Отрывки
из
путешествия
О нег ина
325
.
............................ перед
ним
Макарьев
суе тно
хлопочет,
Кипит
обилие м
с воим.
Сюда
жемчуг
привёз
индеец,
Поддельны
ви на
евро пеец.
Табун
брак ованн ых
ко ней
Пригнал
заводчик
из
ст еп ей,
И грок
привёз
св ои
колоды
И
горсть
услужливых
ко сте й,
Помещик
—
спелых
дочерей,
А
дочки
—
прошлогодни
моды.
Вся к
суетится,
лжёт
за
дву х,
И
всюду
ме рк антильный
дух .
Макарьевская
яр мар ка,
Н ижний
Новгород
—
центры
тор­
говой
и
п ромы шлен ной
буржуазии,
того
класса,
который
при
жиз ни
автора
романа
з аме тно
бо г ател
настолько,
чт о,
по
с об­
ственному
свидетельству
Пушкина,
«начинал селиться в пала­
та х,
по кид аемы х
д вор янс тво м».
Подбор
штрихов,
характери­
зующих
деятельность
э того
кл асса ,
—
«поддельны вина», «бра­
кованные
к о ни»; психологический облик всех вовлечённых в бур­
ж уазн ую
сутолоку
—
«всяк суетится,
лжёт
за
двух»
—
д аёг
п оня ть,
что
дух
тор гов ой
денежно й
на живы,
меркантиль­
ный
дух15,
антипатичен
не
только
ге рою
р ом ана,
на
ли ч­
ном
о пыте
испытавшему
впеч атл ения
от
«жадного полка заимо ­
давцев» (ср.
LI строфу I
гла вы ).
Подобные
переживания
испы­
тывали
и
некоторые
близкие
Пу ш кину
поэты,
например,
Б ара­
тынский,
от ме ча вший
в
«железном веке»
п обе донос но
растущего
капитализма
«в сердцах корысть», «бесстыдное»
торжество
«насущных и полезных»
интересов,
забвение
поэзии
(«поэзии
младенческие
с ны ») поколениями,
уше дшими
в
новые
«промыш­
ленные
з а б от ы» (стихотворение «П ос л е дний
п оэт », 1834).
Напомним
р езко
отрицательное
отн ошен ие
Пушкина
к
капи­
талистической
действительности
Англии
и
Америки.
Интересно
сопоставить
с
э той
с трофо й
положительную
оценку
деятельности
п ром ышленн ой
буржуазии,
данную
с
д во­
рян с кой
точки
зрения
в
«Журнале мануфактур и торговли»
1829 г.
по
поводу
первой
выставки
рос си йск их
ма нуфак т ур ных
из д е лий: «Смотря на сии прелестные материи,
с
таким
вкусом
и
искусством
сотканные,
на
сии
ос троу мны е
машины,
на
драго­
ценнейшие
издел ия
фарфоровые,
хрустальные
и
проч,
и
проч.,
и
потом
на
сих
почтенных
и
скромных
фабрикантов,
кто
бы
по-


Макарьевская
яр марк а
в
Нижнем
Новгороде.
Со
старинной
литографии.


О тры зки
из
путешествия
О неги на
327
думал,
что
сии
простолюдины
имеют
ст оль ко
вкуса,
образован­
ности,
п онятли вос ти
и
ума
изобретательного!»16
<.. .Бурлаки,
Опер шис ь
на
б агры
стальные,
Уны вн ым
голосом
по ют
Про
тот
разб ой ничи й
приют,
Про
те
разъезды
удалые,
Как
Стенька
Разин
в
ст арину
Кровавил
волжскую
волну.}
Пушкин
называл
Разина
«единственным поэтическим лицом
русской
исто р ии»
и
записал
несколько
устных
на родн ых
п есен
о
нём.
Вероятно,
он
име л
здесь
в
вид у
ту
песню,
где
Разин
Подхватил
персидскую
царевну,
В
волны
бросил
кр асн ую
дев иц у,
Волге-матушке
ею
по кло нилс я.
Он
видит,
Те рек
своенравный
Крутые
роет
берега;
Пред
ним
парит
орё л
дер жавн ы й,
Стоит
олень,
склонив
рога;
Верблюд
лежит
в
те ни
утеса,
В
лугах
несётся
конь
черк ес а,
И
вкруг
ко чу ющих
шатров
Пасутся
овцы
калм ыков ,
В
дали
—
Кавказские
громады...
(и т.
д.)
Пушкин
пер ед ал
в
двух
строфах
св ои
кавказские
впечатле­
ния
(ср.
его
стихотворение
«Кавказ», 1829).
В
черновых
вариантах
встречается
указание,
что
Онег ин
Авось
их
дикою
красою
Сл уч айно
тронут
будет...
В
д али
—
Кавказские
гром ады ...
—
Изображение
гор
в
в иде
громад
было
по сто я нным
у
Пушкина:
... Неприступных
гор
Над
ним
воздвигнулась
громада...
Вперял
о_н.
н епод виж ный
вз ор


328
Евгений
Онегин
На
о тда л ённые
громады
Седы х,
румяных,
с иних
гор.. ;
В
д али
прозрачной
означались
Громады
светлоснежных
гор...
(«Кавказский пленник».)
Теснят
его
грозно
немые
гро мад ы.
(«Кавказ» .)
Уже
пустыни
сторож
веч ный ,
Стеснённый
холмами
вокруг,
Стоит
Бешту
остроконечный...
Ср.
в
«Кавказском пленнике»:
Где
пасмурн ый
Беш ту,
пустынник
вели чав ый
Аулов
и
полей
властитель
пятиглавый...
... —
Ах,
создатель!
Я
молод,
жизнь
во
мне
крепка;
Че го
мне
ждать?
Тоска,
тос к а!..
М рач ное
настроение
это й
строфы
в
зн ачи тельн ой
мер е
обусловлено
впе ча тле ниями
общественно-политической
жизни
в
пер иод
николаевской
реакции,
когда
у
Пушкина
вырывались
горькие
строки:
Цели
нет
передо
м ною,
Сердце
пусто,
празден
ум,
И
томит
меня
тоскою
Од нозвуч но й
жи зни
шум
п.
Младшие
современники
Пу шкин а
—
Бе линс кий,
Герцен
и
дру­
ги е,
которым
пришлос ь
жит ь
в
«железном веке», в страшные
год ы
пол и тиче ского
безвременья,
испытывали
с
осо бен ной
остро­
той
те
чувства
и
м ысли,
которые
возникали
у
пушкинского
ге роя.
Превосходным
комментарием
этой
строфы
(«питая горьки
р азм ы шлен ь я») могут служить слова Белинского:
«Какая жизнь!
Вот
оно,
то
стр ада ние,
о
котором
так
много
пишут
и
в
стихах
и
в
п розе,
на
ко тор ое
столь
многие
жалую т ся,
как
будто
и
в
самом
деле
зна ют
ег о;
вот
оно,
страдание
ист ин­
ное,
без
котурна,
без
ход уль,
без
драпировки,
без
фраз,
страда­
ни е,
которое
ча сто
не
о т нимает
ни
сн а,
ни
аппетита,
ни
здоровья,
но
кот ор ое
тем
уж асне е! ..
Спать
ночью,
зевать
днём,
видеть,


Отрывки
из
путешествия
О неги на
329
что
все
из
чего-т о
хлопочут,
чем-то
занят ы,
од ин
деньгами,
д ру­
гой
же н итьбою ,
третий
—
болез ни ю,
четвёртый
—
н уждою
и
кровавым
потом
раб оты,
—
видеть
вокруг
себя
и
веселье
и
пе­
ча ль,
и
см ех
и
слёзы,
видеть
всё
это
и
чувствовать
себя
чуждым
всему
этому,
п одобно
Ве чном у
Жиду,
который,
ср еди
во лну ю­
щейся
вокруг
не го
жиз ни,
со знаё т
себ я
чуждым
жизни
и
ме чт ает
о
смерти,
как
о
ве лич айш ем
для
нег о
блаженстве;
это
ст рада -
К авк аз.
Набег.
С
рисунка
Г.
Гаг ар ина, 1834.
ние
не
в сем
п онятн ое,
но
оттого
не
меньше
ст р ашно е...
Моло­
дос ть,
здоровье,
богатство,
соединённые
с
умом,
сердцем:
чег о
бы,
ка жетс я,
больше
для
жи зни
и
сч астия ?
Так
думает
туп ая
чернь
и
называет
п одоб ное
страдание
модною
причудою.
И
чем
естественнее,
про ще
страдание
Онегина,
чем
дальше
оно
от
всякой
эффе к тнос ти,
тем
оно
менее
могло
бы ть
понято
и
оценено
большинством
п ублик и.
В
двадцать
шесть
лет
так
много
пере­
жить,
не
вкусив
жиз ни,
так
изнемочь,
ус та ть,
ничего
не
сд ела в,
дойти
до
такого
безусловного
отрицания,
не
перейдя
ни
ч ерез
как ие
убеждения:
это
смерть.
Но
Онегину
не
суждено
бы ло


330
Ев ге ний
Онегин
ум е реть,
не
от вед ав
из
чаши
жизни:
стр асть
сильная
и
глубокая
не
за медли ла
возбудить
дрем ав шие
в
то ске
силы
его
духа»
(«Сочинения Александра Пушкина», ст.
VIII).
Вооб ражен ь ю
к рай
священный:
С
Ат рид ом
спорил
там
Пилад,
Там
закололся
М итрид ат,
Там
пел
Мицкевич
вдохновенный
И
посреди
прибрежных
ск ал
Св ою
Литву
воспоминал.
В
письме
к
брату
24 сентября 1820 г .
Пушкин
рассказывал
св ои
крымские
впе ча т ле ния: «С полуострова Таманя,
древнего
Тмутараканского
кн яже ст ва,
открылись
мне
берега
Крыма.
Море м
приехали
мы
в
Керчь.
Здесь
увижу
я
развалины
Митри-
датова
гроба,
здесь
увижу
я
следы
Пант икап еи ,
ду мал
я,
—
на
ближней
горе,
посереди
кл адб ища,
увидел
я
груду
кам ней ,
ут ё­
со в,
грубо
высеченных,
заметил
несколько
ст упеней ,
де ло
рук
челов ече ски х.
Гро б
ли
это,
дре в нее
ли
основание
башни,—не
знаю...» (см.
также
в
письме
к
Дельвигу,
декабрь
1824 г.) .
Поэт,
овеянный
во сп оми нан иями
о
ст оль
знакомом
ему
ещё
по
лиц ею
классическом
мире,
п осе тил
храм
Дианы
(Артемиды)
на
м ысе
Ф иолен те
(недалеко от Севастополя), где,
по
миф оло­
гическому
преданию,
Ифиге ни я,
жрица
храма,
ед ва
не
принесла
в
жертву
своего
брата
О рест а,
связан но г о
тесной
дружбой
с
Пиладом,
пр ие ха вшим
за
кум иром
Артемиды
в
страну
дикого
народа
тавров
(по имени которого названа Таврида).
Митри дат
( 132—63 гг.
до
н.
э.)
—
царь
Понта
и
Бос фо ра,
знаменитый
завоеватель.
Близ
г.
Ке рчи
на
вос точ ной
о кон еч­
ности
Крыма
находится
гора,
н о сящая
его
им я.
На
ней,
по
пр е­
данию,
сохранились
развалины
гр о бницы
Митр ида т а.
П ольс кий
поэт
Мицкевич
в ыпу стил
в
кон це
1826 г.
сбо р­
ник
со нето в,
во
второй
части
кот орого
были
«Крымские сонеты».
Пушкин
имеет
в
в иду
с онет
«Аккерманские степи», где Мицке ­
ви ч,
между
пр оч им,
вспоминает
Литв у
на
«просторе сухого
ок еана»
ст епей,
а
не
ср еди
прибрежных
ск ал.
В
сонете
«Суро­
вый
Дант» (1830) Пушкин также вспомнил о пребывании Миц ­
кевича
в
Крыму:
Под
сень ю
гор
Тавриды
от д алённ ой,
Певец
Литвы
в
размер
его
[сонета]
стеснённый
Свои
меч ты
м г новенно
заключал.


Отрывки
из
путешествия
О негина
331
А.
Мицк евич.
С
п ортре та
Ванковича, 1828.
Эпитетом
вдохновенный
П ушкин
отметил
исключительный
дар
импровизации,
которым
владел
п ольский
поэт.
Пушкин
с
восхищением
слушал
эти
импровизации
Мицк е вича .
Прекрасны
вы,
брега
Тавриды,
Когда
вас
видишь
с
к ора бля
При
свете
утр енн ей
Киприды,
Как
вас
в перв ой
увидел
я...
(и т.
д.) .
Эти
строфы
воспроизводят
реальные
впечатления
поэта,
подъезжавшего
на
бр иге
к
Г урзуф у
в
августе
1820 г.: «Из Фео ­


332
Евг е ний
Онегин
досии
до
само го
Юрзуфа
ех ал
я
морем.
Всю
ночь
не
спал.
Лу ны
не
было,
звё зды
блистали;
пер едо
мною,
в
тума не
тянулись
пол уд ё нные
горы...
«Вот Чатырдаг»,
сказал
мне
капитан.
Я
не
р азли чил
его,
да
и
не
любопытствовал.
Перед
светом
я
за­
снул.
Ме жду
тем
корабль
остановился
в
виду
Юрзуфа.
Про­
снувшись,
увидел
я
картину
п ле н ите льную:
р азн оцвет ные
го ры
сияли;
плоские
кровли
хижи н
татарских
издал и
казались
ул ья ми,
приле пленн ы ми
к
горам;
тополи,
как
зелёные
колонны,
Вид
на
Г урзуф
и
Аю -Да г.
Со
старинной
литографии.
с трой но
возвышались
м ежду
ими;
справ а
огромный
Аю-Даг .. .
и
кругом
это
синее,
чистое
небо,
и
свет лое
море,
и
блеск,
и
воз­
дух
полудённый...» (Письмо к А.
Дельвигу,
де ка брь, 1824).
«При свете утренней Киприды» . —
Пл ан ета
Ве­
нера
в
августе
—
сентябре
1820 г.
была
утре нн ей
звездой.
Ещё
П.
Б арте нев
отм е тил,
что
в
стих е
«а там,
меж
х ижинок
татар...»
подразумевается
воспоминание
о
доме
Раевских,
пребывание
в
ко тором
поэт
н азыв ал
«счастливейшими минутами»
своей
жизни.
Конец
э той
строфы
и
начало
следующей
строфы
да ют
возможность
предполагать
о
длительности
и
глуби н е
чувств,
испытанных
поэтом
к
одной
из
до чере й
Раев ског о ,


Пушкин
на
берегу
Ч ё рного
моря.
С
ка рти ны
И.
Айвазовского
и
И.
Ре пина.


334
Евг ен ий
Онегин
В
ту
по ру
мне
казались
нужны
Пуст ын и,
вол н
к рая
жемчужны,
И
моря
ш ум,
и
груды,
скал,
И
гордой
девы
идеал,
И
без ыме нн ые
страданья...
Другие
дни,
другие
сны;
Смирились
вы,
мо ей
весны
Высокопарные
мечтанья,
И
в
поэтический
бокал
Воды
я
много
подмешал.
(См.
та кже
сл еду ющую
строфу.)
В
э тих
строфах
вск р ыта
эволюция
поэтического
творчества
Пушкина
за
1820—1830 гг .—изм енен ие
иде й,
тематики
и
с ти­
листики
от
пе риод а
«Кавказского пленника»
до
бо лдин ско й
«Шалости» (1830) и «И с тори и
се ла
Г орюхин а » (начатой в
1830 г. ).
Повторность
деталей
в
э той
строфе,
в
стихотворении
«Шалость», в черновых
набросках
к
«Станционному смотри ­
те лю»
указана
Д.
Благим
(«Социология творчества Пушкина»,
с тр.
243—244). « Иде ал»
по эта
также
п ов торён
в
мечтах
Евгения
в
«Медном Всаднике» (1833):
Кровать,
два
стула,
щей
г орш ок,
Да
сам
бо льш ой
—
чего
мне
боле.
Ме чты
о
независимой
жи зни
в
усадьбе,
в
поместье
—
«оби­
тели
тр удов
и
чистых
нег», в 30- х
год ах
п олучи ли
у
Пушкина
устойчивую
форму.
Но
бе зн адё жн ость
эт их
мечтаний
б ыла
ясна
и
сам ому
поэту.
Ненависть
к
бюрократическому
ре жиму ,
к
пе­
тербургскому
двору
была
настолько
сильной,
что
Пушкин
рв ался
в
имение,
н адеясь
в
своей
п ом ещичь ей
усадьбе
найт и
спасение
от
отвратительных
картин
петербургской
полицей­
щи ны,
освободиться
от
наглого
в м ешател ь ства
даже
в
личную
жизнь
со
стороны
Бенкендорфа
и
других
пр ис пеш ников
венце­
носного
хозяина
З имне го
дворца;
но
разорённое
им ение
(отраже­
ние
к риз иса
дворянского
з емлевл ад ени я),
признание
важности
в
капитализирующейся
стран е
город ских
центров,
н еоб ходи­
мость
ж ить
литературным
заработком
и
ма териа л ьная
зависи­
мость
от
город а
с
его
развивающейся
ку льтур ой,
с
его
журна­
лами,
газетами,
государственными
ар хив ами;
жи вое
чув ств о
со­
временности,
жажда
о бщения
с
людьми,
горе н ие
тв ор ческ ой
мысли
художника-публициста,
п оэта
и
историка-государствоведа
с
политическими
пл анам и,
—
всё
это
н еобхо ди мо
уче сть,
чтобы
признать
утопичность
мечтаний
Пу ш кина
о
бо л динско м
рае.


Отрывки
из
путешествия
Он еги на
,
335
Г
i
I
Сад
и
пр уд
в
се ле
Бол ди не.
С
фотографии.
Не
заб уд ем,
что
к
конц у
ж изни
Пушкин
уже
выше л
из
класса
помещиков-душевладельцев,
отказав шис ь
от
ничтожных
дохо­
дов
Кистенёвки
в
пользу
сестры
и
брата.
Он
хотел
купить
небольшой
участок
земли
у
однодворцев
С авки на,
т.
е.
усадьбу
без
кре пост ных,
но
и
из
этого
плана
ничего
не
вышло.
И ные
нужны
мне
ка рт ины ...
Эта
строфа
давно
признана
ма нифе ст ом
пушкинского
ху до­
жественного
реализма.
Предельная
п рост ота
формы
была
за­
во ёвана
Пушкиным
в
длительном
процессе
творческого
труд а.


336
Евгений
Онегин
М астер
слова,
он,
п од обно
другим
художникам,
з нал
«муки
с ло ва », приходил к итогу после долгих поисков .
Я
приведу
эту
строфу
по л ностью
в
окончательном
и
в
пер ­
воначальном
виде;
перед
читателем
наглядно
выступит
твор­
ческая
л абора тория
поэта:
Иные
нужны
мне
картины:
Люблю
п есчан ый
косогор.
П еред
избушкой
две
ря бин ы,
Калитку,
сломанный
забор,
На
н ебе
серенькие
тучи,
Перед
гумном
соломы
куч и
Да
пр уд
под
сенью
ив
густых,
Раздолье
уток
м олоды х;
Теперь
ми ла
мне
б алалай ка ,
Да
пья ный
топот
трепака
Перед
порогом
кабака.
Мой
идеал
теперь
—
хозяйка,
Мои
жел а ния
—
покой,
Да
щей
горшок,
да
сам
большой.
Мне
мил ы
скромные
карт ин ы
Люблю
песчаный
к осо гор
Пер ед
избушкой
две
р ябины
[Ручей среди долины]
[Избушку]
сло манн ый
забор
—
[Ручей,
обрушенный
забо р]
[Да]
через
[светлую]
по ля нку
[Да с вёдрами]
В
дали
бегу щую
крестьянку
[К ручью бегущую крестьянку]
За
нивой
дымные
овины
[Солому дымную в овине
Со лому
свежую
в
овине]
Да
стройных
[прачек]
у
плотины
[Под коромыслом
Веселых
прачек
на
(плотине)]
Мой
идеал
теперь
хозяйка
[Теперь мой идеал хозяйка]
Простая,
ти хая
же на
[Простая добрая жена]
Подруга
трудов
и
сна
Теперь
мила
мне
б ал алайк а,
Иль
колокольчик
ямщика
[Иль песня или]
Пре д
вет хой
дверью
кабака
[На лавке ветхой кабака]
Последняя
строка
(«да щей горшок,
да
сам
бол ьш ой ») заим­
ствована
из
н арод ного
п росторе чья.
Тьфу!
прозаические
бредни,
Фламандской
школы
пёстрый
сор!
Пушкин
им еет
в
в иду
художников
фл амандск о-г олл андско г о
напр ав ления
в
живописи
XVI—XVII
в.,
рис о ва вших
житейские
сценки
город ски х
низо в
и
крестьянства,—таковы
худ ожни ки
Ост аде,
кот ором у
прина дл ежа т
картины
«Шинок», «Деревен­
ский
пр аз д ник», «Крестьянское угощенье», «Пирушка», Пот­
тер
(«Ферма»), Кейп
(«Коровница»), Теньер и др .
(ука­
занные
картины
находились
в
Эрмитаже).
В
рукописи
к
существительному
сор
был
эпитет
—
гадкий.
«Пёстрый и гадкий сор»
пр оз аическ их
п одробно стей ,
рассыпан­
ных
в
романе
(например:
сосед
сопит
перед
соседом,
храпит
тя жё лый
Пустяков,
—
чут ь
с
ума
не
своротил)
картинок
«низ­


Отрывки
из
путешествия
О неги на
337
кой
при род ы» (которых было ещё больше в выпущенных стро -
ф а х), противопол;аг аетсл
автором
романа
прежн ему
романтиче­
скому
стилю*
По
пов оду
прозайзмов
в
романе
вообще
ум ест но
напомнить
замечание
Пушкина
в
наброске
«О драме» (1830): «Если иногда
ге рой
выражается
в
его
[Шекспира]
т ра ге диях,
как
конюх,
то
нам
это
не
ст раш но,
ибо
мы
чувствуем,
что
и
з нат ные
должны
вы ра жать
прос тые
п онятия ,
как
пр ост ые
люд и»*
Скажи,
фонтан
Бахчисарая!
Такие
ль
мысли
мне
на
ум
Навёл
твой
бесконечный
шу м,
Когда
безмолвно
п ред
тобою
Зарему
я
воображал...
Сред ь
пышных,
опустелых
зал ,
Спустя
три
го да,
в след
за
мн ою,
Скитаясь
в
той
же
стороне,
Онегин
вс пом нил
обо
мне.
Пу шкин
был
в
Бахчисарае
в
с ентябр е
1820 г.
В
письме
(1824) Дельвигу он вспоминал о посещении полуразрушенного
Гробница
Марии
в
Бахчисарае.
С
гравюры
М.
Дараган.


338
Евг ен ий
Онегин
ханского
дворца
и
ф о нтан а: «Я прежде слыхал о странном па­
мятнике
влюблённого
ха на
18.
К.
п оэ тиче ски
опис ыв ала
мне
его,
называя
la fontaine des larmes19.
Вошед
во
дв ор ец,
увидел
я
испорченный
фо нта н:
из
заржавой
железной
труб ки
по
кап­
лям
падала
вода.
Я
обошёл
дворец
с
бол ьшой
досадой
на
не­
брежение,
в
ко тором
он
ис тле ва ет,
и
на
полуевропейские
пер е­
делки
некоторых
к о мнат» 20.
Итак ,
Ев ге ний
Онег ин
был
в
Бахчи­
сар ае
в
1823 г.
Я
жил
тогда
в
Одессе
пыльной...
Там
долго
ясны
небеса,
Там
хлопотливо
торг
обиль н ый
Свои
подъ ем лет
паруса;
Там
всё
Ев ропо й
дышит,
веет,
Всё
бле щет
югом
и
пестреет
Разнообразностью
живой.
Яз ык
Италии
златой
Звучит
по
улице
весёлой,
Где
ходит
гордый
славянин,
Француз,
испанец,
армянин,
И
грек,
и
молдаван
тяжёлый,
И
сын
ег ип етско й
земли,
К орсар
в
отставке,
М орали.
Пушкин
жил
в
Одессе
с
начала
июля
1823 г.
до
конца
ию ля
1824 г.
В
Одессе
20- х
годов
XIX в.
почти
пол овина
город ск ого
насе­
ления
состояла
из
итал ь янц ев.
Пушкин
в
Оде ссе
сб лизил ся
с
каким-то
неизвестного
происхо­
ждения
че лов ек ом,
о
ко тором
в
Одессе
по го ва рива ли,
что
он
из
разбогатевших
е гипе тс ких
пиратов.
Об
э том
ара бе
Морали
рассказывал!
Ли п ранд и: «Проходя мимо номера Пушкина,
за­
шёл
к
нем у.
Я
застал
его
в
самом
весёлом
расположении
духа,
без
с юртука ,
сид ящ им
на
коленях
у
мавра
Али.
Этот
мавр,
ро­
дом
из
Туниса,
был
к апи тано м,
т.
е.
шкипером
к омм е рчес кого
или
своего
судна,
человек
оче нь
весёлого
характера,
лет
т ри­
дцат и
пяти,
среднего
роста,
пл от ный,
с
ли цом
загорелым
и
не­
сколько
рябоватым,
но
оче нь
п ри ятной
фи зион оми и.
Али
очень
полюбил
Пушкина,
ко торы й
не
и наче
называл
его,
как
корсаром.
Али
говорил
несколько
по-французски
и
очень
хорошо
по-
итальянски.
Мой
приход
не
переменил
их
пол ож е ния.
Пушкин


Со
старинной
литографии.
Одесский
порт
в
1832 г.


Част ь
страницы
черновой
рукописи
«Отрывков из путешествия
Онегина» (1825).
Сре ди
профилей
—
араб
в
чалм е
и
бур н усе
и
П,
Вя зе мск ий.


Отрывки
из
путешествия
Онегина
341
мне
рекомендовал
е го,
присовокупив: «У меня лежит к нему
душа:
кто
знает,
мож ет
бы ть,
мой
дед
с
его
предками
был и
близкой
р о днёй».
Одессу
звучными
стихами
Наш
др уг
Туманский
описал,
Но
он
пристрастными
глазами
В
то
время
на
неё
взирал.
Приехав,
он
прямым
поэтом
По шёл
бродить
с
своим
лорнетом
О дин
над
морем
—
и
по том
Очаровательным
пером
Сады
одесские
прославил.
Всё
хорошо,
но
дел о
в
т ом,
Что
степ ь
на гая
там
круг о м;
Кой-где
недавний
тр уд
заставил
Младые
ве тви
в
знойный
день
Давать
насильственную
те нь.
В.
И.
Туманский
(1802—1860),
состоявший
одновре­
менн о
с
Пушкиным
при
генерал-губернаторе
Воронцове,
в
1824 F.
написал
сти хот вор ен ие
«Одесса»:
В
с тра не,
прославленной
м олвою
бранных
дней,
Где
долго
небеса
—
отрада
для
очей,
Где
тополи
шумят,
синеют
грозны
воды,
ч
Сын
хл ада
изумлён
си яни ем
природы.
Под
лёгкой
сепию
вечерних
облаков,
Здесь
упоительно
дыхание
садов,
Зде сь
ночи
тёп лые ,
луной
и
негой
полны,
На
злачные
брега,
на
серебрянны
волны
Сзывают
юнош ей
весёлые
рои...
И
с
пен ой
по
м орю
расходятся
л адьи.
Здесь,
ти хой
о сени
над ежд а
и
усл ада,
Холмы
увенчаны
кистями
винограда.
И
девы,
томные
н апер сни цы
заб ав,
Потупя
быстрый
взор
иль
очи
приподняв,
Рав но
прекрасные,
сгорают
наслажденьем
И
душу
странника
томят
недоуменьем.
Пушкин
последними
строками
своей
строфы
«снизил»
идил­
лическое
описание
Ту манск ог о,
подмешал
«воды»
в
«поэтиче­
ский
бокал»
лорнирующего
поэта,
не
заме т ившег о
ни
«насиль­
ст венн ой
тени»
«младых ветвей в знойный день»,
ни
«нагой
степи»
кругом
Одес сы.


342
Евгений
Онегин
Иду
гулять.
Уж
бл аго ск лонный
Открыт
Casino; чашек звон
Там
разд аёт с я;
на
балкон
Маркёр
вых од ит
полусонный
С
метлой
в
руках,
и
у
крыльца
Уже
с ошлис я
два
купца.
Одесса.
С
рисунка
П.
Свиныша, 1839 г.
Клуб,
игорный
дом,
находился
в
пу ш кинск ую
п ору
на
уг лу
б.
Ришельевской
и
Ланжероновской
ули ц;
там
игроки
«скры­
вались
в
подвалах
к офейн и;
между
ними
и
богатые
него­
цианты,
и
моло ды е
люд и,
и
чи нов ник и,
и
заезжие
помещики;
в
продолжение
одной
только
но чи
де сят ки
тысяч
рублей
пере­
ходили
из
рук
в
ру ки»21.
Эта
и
сл еду ющая
строфы
живо
и
по лно
воспроизводят
«мер ­
кантильный
дух»
то ргов ой
Одессы.
В
п ис ьмах
П.
Д.
Киселёва,
бывшего
тогда
начальником
шт аба
2-й
армии
в
Тульчине,
к
И.
С.
Ризничу,
крупному
одесскому
коммерсанту,
обычно
говорится
о
п оручени ях
«по очистке пошлиной и пересылке
заграничных
товаров,
по
получению
из
цензуры
выписанных
из
Парижа
книг ,
о
ценах
на
хлеб,
о
прих од ящих
из
Констан­
т инопо ля
судах
и
о
получаемых
при
их
п осред ств е
вестях
о
ходе
греческого
восстания,
о
туре цких
делах,
об
эпидемии
чумы».


Отрыв к и
из
путешествия
О негина
343
Шум,
сп оры
—
лёгкое
вино
Из
погребов
принесено
На
сто л
услужливым
Отоном;
Часы
летят,
а
грозный
счё т
Меж
тем
не в идимо
растёт,
Цезарь
О
т
о
н
в
20-х
го дах
содержал
в
Одессе
небольшую
г о ст иницу,
где
Пушки н
жил
первое
время
по сле
своего
пе ре езда
в
Одессу .
Безденежье
Пуш ки на
в
Одессе,
получавшего
700 руб ­
лей
жалованья
в
год
(см.
в
варианте: «Я жил поэтом
—
без
дров
зимой,
без
дрожек
ле то м»),
отразилось
в
упоминании
«грозного счёта» 22.
Но
уж
те мне ет
ве чер
синий,
Пора
нам
в
Оперу
с ко рей:
Там
у поите льный
Россини,
Евр опы
ба лов ень
—
Орфей.
Пушкин
в
Одессе
был
постоянным
посетителем
Итальян­
ской
оперы.
«Я нигде не бываю,
кроме
в
театре», —
сооб ща ет
он
в
одном
из
писем,
а
16 ноября спрашивает Дельвига:
«Правда ли,
что
ед ет
к
нам
Россини
и
Итальянская
опера?
—
Б оже
мой,
это
представители
рая
небесного»
(ср .
в
письме
к
Вяземскому
15 августа 1825 г .: «твои письма.. .
ож ивляю т
меня,
как
умный
разговор,
как
музыка
Ро с с ини.. .»).
В
одес­
ско м
театре
ст ави лись
оп еры
«Севильский цырюльник», «Сорока -
воровка»
и
д р.23.
Россини
(1792—1868) —
итальянский
композитор
—
на­
зв ан
Ор феем
по
имени
мифологического
ге роя,
укрощавшего
сво им
пением
з вер ей,
приводившего
в
движение
неодушевлённые
предметы,
вы зв авш его
из
царства
теней
с вою
возлюбленную
Эвридику.
А
ложа,
г де,
красой
блистая.
Н егоциан т ка
молодая,'
Самолюбива
и
томна.
Толпой
рабов
окружена?
Она
и
внемлет
и
не
внемлет
И
каватине,
и
м оль бам,
И
шутке
с
лестью
поп олам ...
А
муж
—
в
угл у
за
нею
дремлет,


344
Евгений
Онегин
В
пр осон ках
ф ора
закричит,
Зевнёт
—
и
снова
захрапит.
П ред по ло жение,
что
ук аз ание
на
«негоциантку молодую»,
окружённую
толпою
рабов,
и
её
муж а
отн оси тся
к
Амалии
Ризнич,
же не
одесского
коммерсанта
И.
С.
Ризнич,
отвергается
Н.
Л ернеро м
(см.
указанную
статью
во
II т.
сочинений
Пу ш-
Одес с а.
Бульвар
и
дом
М.
С.
Воронцова.
Со
ста рин ной
литографии.
кина,
изд.
Брокгауза-Эфрона)
и
новейшим
исследователем
А.
А.
Сиверсом
(этюд «Семья
Р из нич»
в
XXXI—XXXII
выпу ске
«Пушкин и его современники»; здесь приведены данные,
что
И.
С.
Ри зни ч,
образованный
человек,
был
бо ль шим
люб ит елем
театра
и
Итальянской
оперы).
По
поводу
возгласа
«фора»
у
театральной
публики
20- х
го­
дов
имеется
любопытная
сп рав ка
В.
Ф.
Одоевского
в
«Москов ­
ско м
т ел еграф е», 1825, No 4, февраль: «Нельзя не отметить
странного
обыкновения,
у
нас
существующего:
жел ан ие,
чтобы
актёры
повторили
по нр ави вшееся
место,
у
нас
объявляется
в ос­
клицанием
форо ,
когда
это
слово
со всем
не
означает
повторе­
ния .
..
Сло во
форо,
или
фо ра,
п ро исх одит
от
латинского


Отрывки,
из
путешествия
Онег ин а
345
foras...
однозначущее
с
нашими
выражениями:
чре з
м еру
или
выходящее
за
пределы...
Следовательно,
ф
о
р
о
по- ру сски
з начит
только:
п ре кра сно,
несравненно,
ибо
произносят
сие
слово,
же лая
вы зват ь
актёров
не
для
по­
вто р ения,
но
изъявления
благодарности;
жела я
же
заставить
п овтори ть,
итальянцы
и
фра нцу зы
употребляют
технический
те р мин: bis; предлагаем это слово и нашим люби­
телям » 24.
Но
предложение
Одоевского
не
прививалось
долго;
по
крайней
мере
в
одной
пов ес ти
Вельтмана
(1835) провинциаль­
ные
зрители
нагр аж дали
актёров
возгласом
ф
о
р
о
(см .
сбор­
ник
«Старинная повесть», изд.
1929 г.,
ст р.
289, 292); Белинский
то же
по
пово ду
игры
Асенковой
в
1839 г.
пи сал: «Каждый её
жест,
каждое
слово
возбуждали
гр о мкие
и
восторженные
руко­
плескания;
куплеты
вст р ечае мы
и
провожаемы
был и
кликами
«форо» 25.
Сыны
Авзонии
счастливой
Слегка
поют
мотив
игривый...
А
в
з
о
н
и
я
—
Итал и я.
Так
у
О вид ия,
Вергилия
назывался
в есь
п олуостров
Италии
по
им ени
одного
из
латинских
народов
(авзоны); так же Италия именовалась в поэтическом языке
и
современников
Пушкина.
По
поводу
ст роф,
описывающих
О д ессу,
К.
З ел енецк ий,
живший
там
в
30-х
годах,
писал
в
1854 г .: «Описание Одессы,
оставленное
Пу ш киным
в
его
«Онегине»,
чрезвычайно
верно
и
дышит
поэтическим
впечатлением
действительности...
Я
б
мог
сказать:
в
Одессе
грязной.
В
1824 г .,
даже
позднее,
разные
мес та
на
одесских
у лиц ах,
где
можно
бы ло
погря зну т ь
по
шею,
бы ли
огораживаемы
для
пр ед ост ер ежения
пешеходов
и
экипажей.
О собе нно
топко
было
низменное
место
ме жду
л ицеем
и
Казённым
садом,
место,
по
которому
П уш кину
ча сто
приходилось
п роходит ь
от
себя
в
дом
графа
[Воронцова] .
Л ишь
на
ходулях
пешеход
По
улице
дерзает
в
бр од.
В
то
вр емя
многие
дамы,
да
и
мужчины
во
время
грязи,
но­
сили
на
ногах
род
котурнов,
так
назы ва емы е
галензи.
Но
уж
дро бит
к ам енья
молот.
С
первого
же
своего
пр иезд а
в
Одессу
в
1823 г.
М.
С.
Ворон­
цов
п рика зал
мостить
улицы
Одессы
туземным
известняком,
по
с ист еме
[английского инженера]
М ак-Адам а.


346
Евгений
О негин
Ещё
ес ть
недостаток
важный;
Чего
б
вы
думали?
—
воды!
Потребны
тяжкие
труды...
В
то
время
по
улицам
Одессы
беспрестанно
разъезжали
вод ов озы
с
к рик ом:
во ды,
воды!
Особ енно ,
когда
вино
Без
по шлин ы
привезено.
В
Одессе
в
то
время
много
бы ло
греческих
и
молдавских
в ин.
Бы вал о,
пушка
заревая
Л ишь
то лько
грянет
с
кора б ля
—
с
брандвахты,
которая
каждой
ве сной
приходит
в
О дессу
из
Севастополя,
чтобы
содержать
караул
между
Практической
и
Карантинной
г авань ю,
и
ухо дит
поздней
осенью/
С
крутого
берега
сбегая,
Уж
к
морю
отправляюсь
я.
В
то
время
купальня
п омеща л ась
у
«Камней».
Теперь
камн и
срыты,
сде л ана
набережная,
а
ку пал ьни
перенесены
под
буль­
вар.
К
купальне
ходили
по
к рутой
п риб ре жной
отлогости...
A prima donna? а балет?
При
Пуш к ине
на
одесской
сцене
отличалась
Каталани,
се стра
знаменитой
певицы.
Толпа
на
пло щ адь
побежала...
на
Театральную,
вблизи
которой
жи ла
тогда
большая
часть
пос ети теле й
театра.
А
мы
ревём
речитатив.
Слова,
буквально
верные
в
отношении
ко
многим
из
нашей
немузыкальной
молодёжи»26.
Ср.
в
письме
М.
П.
Розб е рга
(одесского литератора)
от
5 декабря 1830 г .
П уш кину: «Надо вам сказать,
что
Одесса
со­
вс ем
уже
не
та кова ,
как
была
при
вас.
Правда,
здесь
та
же
пыл ь,
хотя
ме нее
грязи;
те
же
очаровательные
звуки
Россини
кип ят
и
блещут
в
опере;
те
же
сл авян е,
греки ,
итальянцы,
турк и
на
улицах;
тот
же
От тон;
та
же
зо лот ая
луна
по
вечерам
рисует
светлый
столб
в
я сном
зеркале
моря,
но
м ало
жизни,
де й­
стви я.
..»


Отрывки
из
путешествия
Оне гин а
S47
{Как Цицероновы авгуры,
Мы
рассмеялися
тишком..
.>
Насколько
Пушкин
был
н ачи тан
в
античной
литературе
и
как
точ но
передавал
«анекдоты»
в
сочинениях
античных
пи­
сат ел ей,
подтверждает
это
ср авнение.
У
Цицерона
в
его
со чи­
нении
«О гадании» (книга 2, глава 24) Пушкин запомнил ука­
за ние
ри мс кого
п исате ля: «Давно известно замечание Катона
(старшего), который удивлялся,
что
два
авгура
27 могут глядеть
друг
на
друга
без
смеха».
{Недолго вместе мы бродили
По
берегам
Эвксинских
в од.)
Так
называлось
у
античных
гре ков
Чёрное
море;
Э
в
к
с
и
н-
с
к
о
е
море
—
в
переводе
на
рус с кий
яз ык
Гост еприи мное
море.
{Судьбы нас снова разлучили
[И нам назначили]
поход.
Онегин,
очень
охлаждённый,
И
те м,
что
вид ел,
насыщенный.
Пу стил ся
к
не вск им
берегам,
А
я
от
милых
южных
дам,
От
[жирных]
устриц
черноморских,
От
опе ры,
от
тёмных
лож
И
—
слава
б огу
—
от
ве льмож ,
Уехал
в
те нь
лесов
Тригорских,
В
да л ёкий
северный
уезд.
И
был
печален
мой
прие зд .)
Пушкин
из
Одессы
уехал
30 июля 1824 г.
и
9 августа прибыл
в
с ело
Михайловское
(Псковской губернии,
Опочецкого
уе зда) .
Здесь
он
попал
помимо
надзора
ме стных
вл аст ей
—
светских
и
духовных
—
ещё
под
специал ьно е
наблюдение
от ца
своего.
—
Это
привело
к
резким
вспышкам
и
ссорам
в
семье,
закончив­
шимся
отъездом
родителей
и
одиночеством
поэта.
«Затворник
опальный»
нашёл
приют
в
Три горс ком,
имении
П.
А.
Осиповой
(находившемся верстах в трёх от Михайловского), в
много-


348
Евгений
Онегин
численном
женском
обществе,
в
обществе
её
сына
А.
Н.
Вульфа
и
товарища
Вульфа
—
H.
М.
Языкова,
студентов
Дерптского
университета.
Вельможа
—
граф
М.
С.
В оронцо в
(1782—1856), ново­
российский
генерал-губернатор,
по
доносу
кот орого
Пушкин
был
выслан
из
Одессы.
По
адресу
это го
«просвещённого вель­
можи »
п оэт
бросал
ре зкие
с ло ве чк и: «Придворный хам и мелкий
эгоист»
и
эпигр а ммы
вроде
следующей:
Полу-герой,
полу-невежда,
К
т ому
ж
ещё
п олу-п од лец.
Но
тут
однако
ж
есть
надежда,
Что
полный
бу дет
н акон ец.
<0, где б судьба не назначала
Мне
без ымен н ый
уголок,
Где
б
ни
был
я,
куда
б
ни
мчала
Она
смиренной
мой
челнок;
Где
поздний
мир
мне
б
ни
сулила,
Где
б
ни
жд ала
меня
мог ила,
—
Везде,
везде
в
душе
м оей
Благословлю
моих
дру зе й.
Нет ,
нет !
Нигде
не
позабуду
Их
милых,
ласковых
речей,
—
Вд али,
один,
сре ди
людей,
Воображать
я
вечно
б уду
В ас,
тени
прибережных
ив,
В ас,
мир
и
сон
Т риг орск их
ни в,
*
И
бере г
Сороти
от лог ий,
И
полосатые
холмы,
И
в
р още
скрытые
доро ги,
И
дом,
где
пировали
мы
—
Приют,
сияньем
Муз
одетый,
Младым
Яз ык овым
воспетый,
Когда
из
капища
наук,
Явл ялся
он
в
наш
сельский
кр уг,
—
И
нимфу
Сороти
прославил
И
огласил
поля
кругом


О тр ывки
из
путешествия
О неги на
349
Очаровательным
ст ихо м.
Но
там
и
я
мой
след
оставил,
Там
ветру
в
да р,
на
тёмну
ель
Повесил
звонкую
свирель.
Ср.
в
пос ла нии
«П.
А.
Осипо во й»:
Но
и
в
да ли,
в
кра ю
чуж ом,
Я
бу ду
мыслию
всегдашней
Бродить
Тр игор ск ого
кругом,
В
лугах,
у
речки,
над
холм ом ,
В
саду
под
сенью
лип
домашней.
Когда
померкнет
ясный
день,
Одна
из
глубины
могильной
Так
иногда
в
родну ю
с ень
Летит
тоскующая
т ень
На
милых
бр осит ь
взор
ум ильны й.
(Село Михайловское, 25 июня 1825
г.)
С
о
р
о
т
ь
—
ре ка
в
том
п ушки нск ом
уголке
б.
Опочецкого
уезд а
Псковской
губ .,
где
был и
име ния
Михайловское,
Т риг ор-
ск ое,
воспетые
поэтом.
Языков
в
1826 г.
посвятил
П.
А.
Оси­
по вой
стихотворение
«Тригорское», в котором находятся,
между
пр оч им,
сл еду ющие
строки:
В
ст ран е,
где
Со роть
голубая,
Подруга
зеркальных
озёр,
Разнообразно,
между
гор,
Свои
изгибы
расстилая,
Вод ами
ясными
поит
Поля,
украшенные
нивой,
—
Там,
у
раздолья,
горделиво
Гор а
трехолмная
стоит;
На
той
горе,
сред и
лощи ны ,
Пер ед
лазоревым
пр удом ,
Белеется
весёлы й
дом ,
И
сада
тёмные
к урти ны.
Село
и
па жити
кру гом.
При ют
своб одног о
поэта,
Не
побеждённого
су дь бой,
Благоговею
пред
тобой,
И,
дар
божественного
св ета,
Краса
и
радость
луч ших
л ет,
Моя
надежда
и
забава,
Моя
любовь
и
честь
и
слава,
Мои
стихи
—
те бе
пр ивет .
Туда ,
туда,
друзья
мои!
На
скат
горы,
на
брег
зелёный,
Где
дремлют
Сорот и
студёной
Г ост еп риим ные
струи;
Где
под
кустарником
тенистым
Ду гою
выдалась
она


350
Евгений
Онегин
По
гл ади
выгну тог о
д на,
Песк ом
усыпанн ой
сребристым.
Одежду
прочь!
Перед
челом
Протянем
руки
удалые
И
бух!
—
блистательным
дождём
Взлетают
брызги
водяные.
Какая
сильная
волна!
Какая
свежесть
и
прохлада!
Как
сладострастна,
как
нежна
Ме ня
обнявшая
Наяда.
Д ышу
во ль нее,
све тел
взор,
В
холодно й
неге
ожива ю,
И
бод р
и
весел
вы бе гаю
Травы
на
бархатный
ковёр.
Что
вос хит ит ельн ее,
краше
Св обо дн ых,
дружеских
бесед,
Когда
за
пенистою
чашей
С
поэтом
г овори т
поэт.
Жрецы
высокого
искусства,
Пророки
воли
божества,
—
Как
н езав ис имы
их
чув ства,
Как
пол нове с ны
их
слов а!
Как
быст ро
мыслью
вд охн ов енно й,
Мечты
на
радужных
крылах,
Они
летают
по
вселенн ой
В
былых
и
бу ду щих
веках!
Прекрасно
радуясь,
играя,
Над еж ды
смелы е
кипя т,
И
грудь
трепещет
молодая,
И
гордый
вспыхивает
вз гл яд.
Певец
Руслана
и
Людмилы,
Бы ла
счастливая
п ора,
Когда
так
весе лы ,
так
мил ы
Не сл ися
наши
веч ер а,
Там,
на
горе,
под
мирным
кровом
Старейшин
с ада
век овых,
На
дё рне
мягком
и
шелковом,
В
виду
окрестностей
живых...


ГЛАВА
ДЕСЯТАЯ
(СОЖЖЁННАЯ)
Летом
1829 г.
на
К авказе
Пушкин
ра с ска зывал
своему
брату
и
ад ъюта нту
Н.
Раевского
М.
В.
Юзефовичу,
что
по
первона­
чальному
плану
«Онегин должен был или погибнуть на Кав ­
ка зе
или
по паст ь
в
ч исло
декабристов».
П.
А.
Вяземский
19 декабря 1830 г.
записал
в
д невник е,
что
поэт
третьего
дня
чит ал
ему
«строфы о 1812 годе и следующих»
из
«предполагае­
мой
X главы»,
и
отметил,
подчеркнув,
следующие
слова:
«У
вдохновенного
Никиты,
у
осторожного
Ильи».
В
1832 г.
А.
И.
Тургенев
передавал
в
письме
из
Мю н­
хена
своему
брату,
Ник ола ю
Ивановичу,
в
Па риж : «Александр
Пушкин
не
мог
издать
о дной
части
своего
Онегина,
где
опис ы­
вает
путешествие
его
по
Рос с ии,
во з му щение
1825 года и упоми­
нает,
между
прочим,
и
о
тебе:
О дну
Ро ссию
в
ми ре
вид я,
Преследуя
свой
идеал,
Хромой
Тургенев
им
внимал
И,
плети
рабства
ненавидя,
Предвидел
в
сей
т олпе
дворян
Ос воб оди т елей
крестьян.
В
э той
ча сти
у
него
ест ь
прелестные
характеристики
русских
и
Ро сси и,
но
она
останется
надолго
под
спу дом ».
Сам
Пушкин
21 ноября 1830 г.
в
предполагаемом
предисло­
вии
к
из д анию
двух
последних
глав
романа
(VIII и IX: VIII
называлась
«Странствие Онегина», IX — «Б оль шой
с в ет») писал:
«Вот ещё две главы Евгения Онегина,
последние,
по
кр ай ней
мере
для
п еча ти»
По
указанию
Н.
О.
Лернера,
на
последней
с т ранице
«Метели» (в черновой тетради «П ов е стей
Белкина»)
сохранилась
заметка,
сделанная
п ушк инск ой
ру ко й: «19 окт.
сожж.
X песнь» .
Это
аутодафе
бы ло
совершено
в
болдинскую
осень
1830 г.
Но
Пушкин,
несмотря
на
опасения,
что
отрывки
из
де сято й
главы
м огут
попасть
в
ж анд армские
руки,
за пис ал
их
о собым
приёмом.
Опасения
б ыли
основательны: X глава
вся
насыщена
была
политическим
содержанием,
что
Пушкин


352
Е вгени й
Онегин
для
себ я
подчеркнул
п оме ткой
на
листе
со
стр офой
«Путеше­
с тв и я» («Наскуча или слыть Мельмотом»), на полях стиха «С
её
п олит икой
сухой»: «в X
песни».
В
1910 г.
П.
О.
Морозов
расшифровал
сохранившиеся
от­
рывки,
отдельные
стихи
из
э той
сожжённой
главы
(«Пушкин
и
его
сов рем е нн ики»,
выпуск
XIII).
Целый
ряд
позднейших
исследователей
внёс
поправки
в
чтение
П.
О.
Морозова:
Н .О.
Лернер,
Д.
Н.
С околов ,
М.
Л.
Гоф ман ,
С.
М.
Бонди
и
др.
Но
несколько
кус ков
до
сих
пор
остались
неразобранными,
а
главное,
в
их
расположение,
порядковое
размеще ние
внесён
был
неправильный
пр инци п,
приведший
пушкиноведов
к
ло жному
истолкованию
и дей ного
смысла
наиболее
значительных
строф,
к
ложному
пониманию
вопроса
об
отношении
Пу ш кина
к
де­
каб ризму
в
1830 г.
Здесь
пре длага етс я
ино е,
сравнительно
с
общепринятым,
р азмеще ние
н екот орых
стр оф,
в
итоге
чего
читатель
п риходи т
к
другим
выводам,
более
соответствующим
мировоззрению
Пушкина
и
современной
поэту
исторической
действительности.
Ещё
в
1913 г.
Н.
О.
Лернер
у казал
на
ис тори чес кую
и
ло ги­
чес кую
несообразность
заключать
Xглаву строфой «Сначала
эти
заговоры»; но,
пом ес тив
её
меж ду
строфами: «У них свои
бывали
схо дки ...
Витийством
резким
знамениты»
и
строфой
«Друг Марса,
Вакха
и
В ен ер ы », исследователь ошибочно понял
эту
с трофу
как
«жестокий приговор»
поэта
Северному
обществу
декабристов.
Н.
О.
Лернер
не
замети л ,
что
содержание
этой
строфы,
относящееся
к
Со юзу
благоденствия,
заставляет
по­
ме ст ить
её
ра ньше ,
перед
описанием
«тайной сети»
декабрист­
ск их
организаций
2.
Последующие
редакторы
X главы
—
М.
Гофман
в
гизовском
издании
«Евгения Онегина», 1919 (см.
его
.же
«Пропущенные
строф ы
«Евгения Онегина», П .
1922), Б .
Томашевский
в
шести­
томнике-приложении
к
«Красной ниве» (и в последующих
изданиях)
и
те,
кто
приго то влял
к
печати
рома н
в
разных
изданиях
в
гизовской
«Дешёвой библиотеке классиков», —
все
утвердили
в
общественном
мнении
п рин ятую
П.
О.
Морозовым
систему
чи тать
X главу с концовкой «Сн ача ла
эти
за гов оры »,
на
основании
кот орой
прочно
осело
в
разных
учебных
руковод­
ствах
и
исслед о ват ель ск их
работах
представление,
что
в
оценке
Пу шк ина
1830 г.
«вообще декабризм»
был
делом
несерьёзным,
что
отры вк и
X главы
—
«иронические,
порой
почти
издеватель­
ские» 3 и пр.
Как им
образом
мо гла
сложиться
эта
традиция?
Николаевский
жа нда рм,
ра збир ав ший
посмертные
бум аги
Пушкина,
на
том
черно вом
листке,
которы й
у
Пушкина
на
одной
сто роне
начинался
стихом
«Сначала эти заговоры», а на другой
сто роне
«Друг Марса,
Вакха
и
Венеры»,
поставил
клеймо
—
дифру
55 на страничке,
начинавшейся
стихом
«Друг Марса ..


Глаза
десятая
(сожжённая)
353
Этому
неизвестному
жандарму
пушкиноведение
об язан о
при ­
знанием,
что
основна я
стр ан ичка
пушкинского
автографа
—
та,
которая
на чин ае т ся : «Друг Марса,
Вакха
и
Венеры»,
а
оборотная
—
та,
которая
н ачина ется
ст ихо м : «Сначала эти
заговоры».
П.
О.
М орозов ,
не
разбираясь
в
эволю ции
декабрист­
ского
движения
и,
в
пол ном
согласии
с
господствовавшей
в
буржуазной
науке
эстетической
критикой,
полагая,
что
«его
[Пушкина]
общественные
убеждения
бы ли
сбивчивы,
лишены
про гра ммно й
прямолинейности...
что
Пушкин
был
прежде
всего
и
боль ше
всего
поэт,
т.
е.
человек
вп ечат ления
и
чувства,
воплощаемых
в
художественном
творчестве,
а
не
мыслитель
и
публицист»4, —
П.
О.
Морозов
авторитетно
утвердил
случайную
ж ан дармскую
помету.
Так
основная
ст рани чка
Пушкинского
автографа
была
признана
оборотной;
так
возникла
пресловутая
трад иц ия
печатать
п уш ки нскую
строфу
в
конце
X главы вопреки историче­
ск ому
содержанию-,
заключённому
в
ней,
вопреки
элементарной
логике
чтения
по
'связи с предыдущими и последующими стро­
фами;
так
благ ода ря
текстологам-пушкинистам,
игнорировавшим
историю
дворянского
движения
20- х
годов
XIX в.,
не
взявшим
на
учёт
ко нкре тн ую
ис тори чес кую
обстановку
поэтической
раб оты
Пушкина
над
его
романом,
утв ерд илас ь
неверная,
ложная
кон­
цепция
социального
мировоззрения
Пушкина,
механически
раз ­
рывавшая
автора
X главы по дробным хронологическим клеточ­
кам ,
подменявшая
ко нкре тны й
анализ
общественных
мнений
поэ та
ссылк ами
на
их
изменение
под
влиянием
прочитанных
поэтом
в
промежутке
меж ду
1830 и 1834 гг.
книг
по
русс кой
истории.
Комментатору
романа
ва жно
уяснить
и део логиче с кий
смысл
данной
стр офы
(«Сначала эти заговоры»); правильный анализ
её
политической
те мати ки,
проливая
св ет
на
идей ный
комплекс
X главы,
пом ог ает
раскрыть
осн ов ную
тенденцию
р о мана,
его
публицистическую
подоснову,
его
и део логич еск ую
направлен­
ность,
ме сто
Пушкина-художника
в
к лассов ой
борьбе
20-х
и
30-х
год ов.
Признавая
ан тии стори чны м
заканчивать
X главу
строфой,
изображающей
Сою з
бл аг о денств ия,
совершенно
не
относящейся
к
по дл инно
декабристским
о р ган изац иям,
мы
пред­
лагаем
новую
ком пози цио нную
перестановку
строф,
вследствие
че го
с даё тся
в
архив
н а чатая
П.
О.
Морозовым
и
поддержанная
неко то р ыми
пушкинистами
традиция
видеть
в
Пу шк ине
пр от ив­
ника
иде ологии
дв ор янс ких
революционеров
20-х
годов.
Считается
(впредь до новых находок автографов X
главы)
установленным,
что
Пушкин
з аписа л
особым
приёмом
первые
чет в ерос ти шия
16 строф и что печатать основной корпус
X главы необходимо согласно тому порядку,
какой
указан
по­
этом.
Но
вар иант ы
отде льн ых
стих о в,
проп уски
меж ду
строфами,


354
Ев гений
Онегин
стихи,
не
укладывающиеся
в
общ ую
концепцию
главы,
—-
всё
это
свидетельствует
про тив
утверждения,
что
перед
нам и
зав ер­
ш ённая
художественная
работа.
П.
Вяз ем ск ий,
прослушав
отры в ки
X главы,
зап и сал
в
днев­
н и ке : «Славная хроника» .
У
не го
осталось
впечатление,
что
стр офы
э той
главы
связаны
исторической
нитью,
дают
своего
ро да
историческое
обозрение.
Мы
располагаем
с трофы
и
отдель­
ные
ст ихи,
напечатанные
в
современных
и здани ях
в
случайных
связях,
руководствуясь
хрон оло гиче ски м
стер жнем
событий,
входивших
в
пл ан
X главы.
При
таком
порядке
устраняется
непонятность
двустиший
и
едини чных
стихов,
восстанавливается
их
необходимость
в
общей
смысловой
ко мпози ци и
главы.
В
таком
ли
порядке
находились
эти
стр офы
в
последней
ре дакц ии
X главы,
—
вопрос
при
современном
состоянии
пушкинских
фрагментов
неразрешимый
и,
следовательно,
беспо­
лезный.
До
сих
пор
наши
литературоведы
в
большинстве
сл у чаев
пр и­
ходили
к
выводу
об
от рица те льно м
о тно шении
к
де ка бризм у
Пушкина
в
30- х
годах,
и
лишь
сравнительно
недавно
наметился
ре шит ельн ый
отход
от
это й
а нтии с тори чес кой
точки
зрения.
Вопрос
о
правильном
прочтении
эт ой
главы
и
об
о см ысле нии
её
строф
имеет
ис ключи те льн о
важное
з начение
для
определения
политической
поз иции
Пу шк ина
после
крушен ия
декабрьского
дви ­
жения .
Необходимо
твёрдо
порвать
с
рутиной
и
остановиться
на
мнении,
соответственном
и стори че ском у
положению
де л.
Мы
полагаем,
что
таковым
должно
служить
следующее
утверждение:
строфа
«Сначала эти заговоры»
характеризует
период
дворянского
либерализма
до
о р га низации
конспира­
тивных
тайных
обществ;
ею
нельзя
заканчивать
X*главу после
характеристики
Северного
и
Южного
об щес тв
(с упоминанием
Общества
соединённых
славян);еёместо
—
в
ком п озиц ии
главы
пер ед
стр о фо й : «У них свои бывали сходки» .
Логика
и сто рич еск ого
дв иж ения
в
зарисовке
Пушк ин а,
мыслившего
исторически
и
собиравшегося
в
X главе дать исто ­
риче скую
хрон ику,
ди ктует
этот
вывод
как
наиб ол ее
отвечаю­
щий
п оли ти чес кому
мировоззрению
поэта,
про д о лжавш его
и
в
30- х
годах
о став ать ся
вер ным
декабристской
идеологии,
продолжавшего
бороться
с
самовластием
Николая
I, с абсолю ­
тистско-бюрократической
монархией,
как
он
боролся
в
одних
рядах
с
дек абри стами
в
эпо ху
аракчеевщины,
возглавлявшейся
«кочующим деспотом».
В
тот
го д,
ког да
Пу шкин
читал
X главу
П.
А.
Вяземскому
и
д ру гим,
он
писал
замечател ь ны е
строки:
«Дух века требует великих перемен» .
Декабрист­
ская
гла ва
«Евгения Онегина», если б она
бы ла
окончена
по­


Глав а
десятая
(сожжённая)
355
это м
и
н апеча та на,
вновь
напоминала
бы
его
читателям,
что
идеи
д ек абр истов
о
бо рьбе
с
самовластьем
и
крепостничеством
бы ли
вызваны
ис тори чес кой
действительностью
и
что
их
реализация
должна
стать
и сто ричес кой
задачей
«николаевской»
современ­
ности,
ес ли
по след няя
не
хочет
п оги бнуть
от
на дви га ющейся
бури
—
крестьянского
движения,
гро зо вые
ра ска ты
кот орого
уже
бы ли
слышны
и
ско ро
ра з ра зились
«трагедией» (по выражению
Пушкина)
в
восстании
1831 г.
I
В л[ ас тит ель]5 слабый и лукавый,
Плешивый
щёголь,
враг
труда,
Нечаянно
пригретый
славой,
Над
нам и
царствовал
тогда.
Вн ешний
облик
Ал екса нд ра
I метко схвачен в двух словах.
Отношение
поэта
к
внутренней
политике
«плешивого щёголя»
дано
в
1830 г.
с
той
же
направленностью,
которая
бы ла
пр ис уща
Пушкину
и
«либералистам» 20- х
годов
6.
Ко гда-т о
в
юности
воспевавший
императора,
в
полном
со гла­
сии
с
патриотическим
одушевлением
дворянской
массы
(«Вос­
пом ина ния
в
Цар ско м
С еле », 1815, «На возвращение государя
императора
из
Парижа
в
1815 г.», «Принцу Оранскому», 1816),
по эт
в
изменившейся
общественной
атм о сфере
стал
«подсвисты ­
вать»
Ал ександр у
I,и
свист
эт от
раздавался
не
только
«до
самого
гро ба » (как писал Пушкин Жуковскому), но и значи ­
тельно
позже.
«Noël», «Воспитанный под барабаном», эпиграм­
матические
зарисовки
(«венчанный солдат»
и
пр .), «К бюсту
завоевателя» (1829), —
все
эти
ст ихотв оре ни я
по
адресу
«кочую ­
щ его
деспота», «в лице и
в
жиз ни
ар л екина », ярко свиде­
тельствовали,
что
Пушкин,
действительно,
«с своим тёзкой не
л ад ил », что он выражал и организовывал недовольство против
«лукавого властителя», обещавшего в 1818 г.
ввести
в
России
«законно- с в об од ные
учреждения»
и
ставшего
душителем
евро­
пейских
революционных
дв иже ний
и
столпом
поли ти чес кой
р еакц ии
своей
стра ны .
Властитель
[владыка?] слабый и лукавый.
Ис то­
р и ческая
в ерн ость
этой
х ар актер истик и
п одтв ерж дает ся
П. В.
Дол­
горук ов ы м,
кото р ый
на
основании
исторических
документов
и
бы тов ого
п ред ания
писал
об
А л ександ ре
I: «Ум имел он не­
дальний
и
не высо ки й,
но
хитрый
до
край нос ти;
лукавый
и
скрыт­
ный,
он
вполне
зас лу жил
сказанное
об
нём
Н апол ео ном
I:


356
Евгений
О негин
«Александр лукав,
как
г рек
виз ант ийс к ий».
Слабый
хара ктером,
он
с кр ывал
эту
слабость
под
величавостью
своей
осанки.
Его
постоянною,
но
глав н ою
забо то ю
бы ло
привлечь
и
удержать
на
своей
с тор оне
общественное
мне ние
Европы,
и
в
этом,
равно
как
в
хи трост и
и
в
лукавстве
своего
характера,
он
был
достойным
внуком
Екатерины,
хотя
весьма
да лёк
был
от
неё
умом»
(«Петербургские очерки», М .
1934, стр .
413).
Вра г
труда.
Ср.
в
с тихот в орени и
1818 г.
«Noël»: «И де ­
лом
не
изм уче н».
Не чаян но
пригретый
славой
—
в
этой
оценке
Пу шки на
Ал е кс анд р—п олное
ничтожество,
незаслуженно
и
случайно,
благодаря
грандиозным
и сторич еск им
событиям,
прио б рев ший
славу.
.
II
Его
мы
очень
с мирн ым
знали,
Когда
не
на ши
повара
Орла
двуглавого
щипали
У
Бонапартова
шат ра.
Ук аз ание
на
поражение
армии
Ал екса нд ра
I при Аустерлице
(в Моравии)
в
1805 г.
Этот
эпизод
из
неудачной
борьбы
А ле­
ксандра
с
На пол ео ном
был
отм е чен
Пушки ны м
в
эпиграмме
1824 г. :
Воспитанный
под
барабаном,
Наш
ца рь
лих им
был
капитаном,
Под
Австерлицем
он
бежал,
В
двенадцатом
году
дрожал...7
Пу шкин ская
хара ктерис тика
Ал ександ р а
I относилась и
к
следующему, 1806г.,
когда
русский
император
был
исп уг ан
неудачами
его
армии,
у част во вавш ей
в
п русск ом
походе
против
Наполеона.
Пушкин
весьма
н епоч тите льно
отзывается
о
государственном
гербе
ро сси йс кой
импе рии.
В
1830 г.
эт от
ге рб
выз ывае т
в
нём
те
же
п ротес тующие
размышления,
ко то рые
во зни кали
у
него
и
у
буд ущи х
декабристов
в
начале
20-х
годов.
На
заседании
«Зелё ­
ной
лампы»
читался
«Сон», произведение утопического содержа­
ния ,
где
на ходи м
сле дующ ую
с це н ку : «Мы находились посреди
Дворцовой
площади.
Старый
фл аг
вился
над
чё рны ми
от
ве т­
хости
стенами
дво р ца,
но
вместо
двуглавого
орла
с
молниями
в
когтях
я
увидел
феникса,
парящего
в
облаках
и
держащего
в
клюве
венец
из
оли вк овых
ветвей
и
бессмертника.
—
Как


Г лава
деся та я
(сожжённая)
357
видите,
мы
изменили
ге рб
империи,
—
сказал
мне
мой
спут­
н ик.
—
Две
голов ы
орла,
которые
обозначали
деспотизм
и
су е­
верие,
бы ли
отрублены,
и
из
пр ол ивш ейся
кро ви
выше л
феникс
свободы
и
истинной
веры»8.
Воль нол юбив ы й
поэт,
в
юности
бичевавший
«кочующего
деспота», в
1830 г.
продолжал
отрицательно
отн осит ься
к
дес­
пот иче ском у
режиму
абсолютистской
монархии
Ник олая
I.
Пушкин
во
все
п ериод ы
своей
жиз ни
сохранял
враждебное
отно­
ше ние
к
п ол ити чес кому
строю,
с имв олом
которого
был
двугла­
вый
ор ёл.
III
Гроза
две н адцатог о
год а
Настала
—
кто
тут
нам
помог?
Остервенение
народа,
Барклай,
зи ма
иль
русский
бог?
Первый
ст их
был
п ов торён
в
ст ихотв оре нии
«Была пора»
(1836):
Тогда
гроза
двенадцатого
го да
Ещё
спала...
В есь
фрагмент
—
прямая
ан титеза
официальной,
казённо­
па три оти чес кой
ист ори и
Отечественной
войны.
Неподготовлен­
ность
страны
к
войне,
всяческая
расхлябанность,
случайности
вроде
зимы,
бескультурье
и
азиатчина
полити чес кого
строя,
символизируемые
«русским богом» 9, —
иронически
приводятся,
как
пр ич ины
спасения
в
войне
с
На поле оно м.
«Остервенение
народа»
н адо
понимать
так
же,
как
у
Грибоедова
в
плане
др амы
«1812 год»:
н арод ная
масса
—
единственная
сила,
с
страшным
на пря жен ием
в ын есшая
не взг оды
войны
и
нанес­
шая
сокрушительный
удар
врагу.
«Сам себе преданный,
—
что
бы
он
[т.
е.
народ]
мог
произвести?»—
спрашивает
герой
драмы,
разм ышл яя
«о юном,
первообразном
сем
на роде ». «Всеобщее
ополчение
без
д в орян».
См.
ещё
комментарий
к
следующему
фра гме н ту.
Барклай
де
Толли
был
пр ив лек ател ен
Пушкину
как
исторический
де яте ль
со
«стоическим сердцем»,
как
человек,
«несмотря на вражду и злоречие,
убеждённый
в
самого
себ я,
мо лча
идущий
к
сокровенной
це ли » («Полководец», 1835, и
«Объяснение»
к
нему).
План
бо рьбы
с
наполеоновскими
армиями
путём
отступления
внутрь
страны,
признанный,
по
сло ­
вам
Пу ш к ина , «ныне ясным и необходимым действием», вызвал
нарекания
на
Бар кл ая
и
обвинения
его
в
измене.


358
Евгений
Онегин
Пушки н
на зы вал
Б арк лая
«высоко поэтическим лицом»
и
в
применении
к
во енны м
событиям
1812 г.
придавал
ему
огром­
ное
значение:
Народ,
таинственно
спасаемый
тобой...
О браз
Барклая
в
ст ихотв о рен ии
«Полководец»
явно
ид еал и­
зирован.
В о енные
и ст орики
—
русские,
как
Д.
В.
Давыдов,
и
М.
Б.
Барклай-де-Толли.
С
портрета
Да у.
европейские,
как
прусский
офи цер ,
участник
бородинского
сражения
в
русской
армии,
Клаузевиц,
—
иначе
расценивали
главнокомандующего
русск ой
армией:
первый
говорил,
что
«эта
высокая
личность...
им ела,
од нак о,
слабые
стороны...
малую
природную
сметливость
к
окружающим
и
по дчин ённым»; второй
пис а л: «Простой,
че ст ный,
дельный,
но
умственно
убогий
Бар­
клай
был
не сп ос обен
просмотреть
до
дна
обстановку
в
цел ом
и


Гл ава
десятая
(сожжённая)
359
был
подавлен
м оральн ой
потенцией
французских
побед». «На
его
траурном
и
глубоко
озабоченном
лице
каждый
солдат
мог
про чит ат ь,
что
по ло жение
армии
и
государства
—
отчаянное».
Впрочем,
Пушкин
и
сам
зн ал
о
теневых
сторонах
Барклая: «не
знаю,
можно
ли
вполне
оправдать
его
в
отношении
военного
искусства», отвечал он в октябре 1836г.
Н.
Гречу
на
письмо
по
поводу
«Полководца» .
IV
Но
бог
пом ог
—
стал
ро пот
ниже,
И
скоро,
силою
вещей,
Мы
очутилися
в
Париже,
А
русский
царь
—
гла вой
царей.
Декабристы,
участники
войны,
указывали
на
огро м ное
воз­
буждение,
вызванное
событиями
дв енад цато го
года.
По
словам
декабриста
Якушкина,
«война двенадцатого года пробудила
народ
р ус ский
к
жизни
и
составляет
важный
период
в
его
поли­
тическом
существовании.
Все
распоряжения
и
уси лия
прави­
тел ь ства
были
бы
недостаточны,
чтобы
изг нат ь
вторгшихся
в
Рос ­
сию
галлов
и
с
ними
двунадесять
языцы,
е сли
бы
народ
по-
прежнему
остался
в
оце пен ен ии.
Не
по
распоряжению
началь­
ства
жители
при
приближении
французов
удалялись
в
л еса
и
болота,
оставляя
свои
жилища
на
сожжение.
Не
по
распоряже­
нию
нач аль с тва
выступило
всё
нар од о насел ение
Москвы
вместе
с
армией
из
древней
с то лицы» 10.
А.
Бесту ж ев
писал
из
кре по сти
Николаю
I: «Наполеон
вт ор гся
в
Россию,
и
тогда-то
н арод
рус ски й
впервые
ощутил
сво ю
силу;
то гда- то
п робуд ило сь
во
в сех
с ердца х
чувство
нез а­
виси мо ст и,
сперва
п ол итиче ской ,
впоследствии
народной.
Вот
начал о
свободомыслия
в
Р осс ии.
Пр а вите ль ство
сам о
произ­
не сло
с л ова : «свобода,
о св обо ж д ение!» Само рассевало сочи­
нени я
о
злоупотреблении
власти
Наполеона,
и
к лик
русского
монарха
огласил
берега
Рейна
и
Сены.
Ещё
война
длилась,
когда
р атни ки,
возвратясь
в
дом ы,
первые
р азне сли
ропот
в
классе
народа.
«Мы проливали кровь»,
г овор или
они, «а нас
опять
заставляют
потеть
на
барщине.
Мы
избавили
родину
от
тирана,
а
нас
опять
ти ран ят
го спо да».
Война
1812—1815 гг .
повлекла
за
собой
тяжёлые
эк оно мич е­
ские
последствия:
разорение
крестьянских
хозяйств,
расстроен­
ных
ре к виз иция ми,
гра беж ами,
призыв а ми
многочисленных
опол че ни й,
ро ст
на логов
и
разнообразных
государственных
по­
вин но ст ей,
дороговизна
товаров,
обесценение
рубля,
сокращение
то рго вых
операций,
сожжение
м оск ов ских
ф абр ик,
уничтожение


360
Евге ни й
Онегин
живой
человеческой
си лы
(по указанию историка той эпохи,
одно
крестьянство
потеряло
более
миллиона
человек,
т.
е.
не
менее
6°/о всей земледельческой массы страны); всё это вызы­
ва ло
ро пот
в
разнообразных
сл оях
населения.
«Вопиющие язвы
самодержавно-крепостного
п орядка
об нажи ли сь
с
особенной
резкостью.
Уже
в
начале
1813 г.
до вер е нный
корреспондент
сооб щал
А р ак чееву : «Чем далее идут военные действия,
тем
чувствительнее
становятся
общие
тягости.
Со
всех
мест
пишут
и
говорят
со
вздохом».
Не мно го
позднее
по лицейс кий
чи нов ник,
соб ир авш ий
пете рб у р гские
с лухи,
дон ос ил
уже
о
критике
недо­
вольных,
ко то рые
действуют
против
правительства
сатирою
и
насмешками.
Недовольство
накап ли вал о сь
на
обоих
пол юсах
русского
общества:
крестьянские
ма ссы
нач ина ли
открыто
сопро­
тивление
вотчинной
власти,
помещичье
дворянство
прониклось
г лухой
оппозицией
против
правительственной
бюрократии...
П ослев оенный
кризис
затянулся
на
н еск олько
лет;
в
экономиче­
ской
сфере
он
с коро
сменился
торгово-промышленным
и
сель­
скохозяйственным
о живлен ием ,
но
в
социальной
и
политиче­
ск ой
области
ещё
долго
звучали
отголоски
всеобщего
во з­
буждения.
Крестьянство
бродило
и
волновалось
надеждою
на
близкое
освобождение;
консервативное
дворянское
большин­
ство
нападало
на
ч ас тност и,
но
ох ран яло
незыблемые
устои
существующего
порядка;
прогрессивные
дворянские
группы
пер е нос или
св ою
кр ит ику
на
самы е
основы
политического
по­
рядк а.
Так
настроение
послевоенного
кри зис а
сд ела лось
исход­
ным
моментом
широкого
либерального
те чен ия»
и.
«М ы очутилися в Париже».
—
Союзные
в ой ска,
дей­
ствовавшие
проти в
Напо л ео на,
вместе
с
русской
армией
всту­
пи ли
в
Париж
в
1814 г.
(19 марта) .
По
ука зани ю
редакции
«Пушкин и его современники» (вып.
XVI, стр .
7), прозвание Александра I «главой царей»
не
приду­
м ано
Пушк ины м,
а
про исх оди т
из
стихотворения,
пропетого
со
сцены
Большой
оперы
в
Париже
20 марта 1814 г.
актёром
Лаисом
(Lays) и начинавшегося стихами (н а
мотив
бурбон-
чского
ги мна
«Vive Henri Quatre»):
Vive Alexandre,
Vive le roi des rois...
V
Сей
муж
судьбы,
сей
странник
бр ан ный,
Пред
кем
унизились
цари,
Сей
всадник,
папою
венчанный12,
Исчезнувший,
как
тень
зари,
Из муч ен
казнию
пок оя.. ,


(Глава десятая (с о жж ё нна я)
361
О браз
Наполеона
сходно
был
зарисован
в
с ти хотв оре нии
1823 г.
«Недвижный страж дремал на царственном пороге»:
То
был
сей
чудный
муж,
посланник
провиденья,
Свершитель
рок ов ой
безвестного
веленья,
Сей
всадник,
перед
кем
с кл онил ися
цари,
Сей
царь,
ис чезн увший ,
как
сон,
как
те нь
за ри
13.
Т ожд ест венн ая
зари сов ка
в
стихотворении
«Герой», 1830:
Всё
он,
всё
он
—
пр и шлец
сей
бранный,
Пред
кем
смири лися
цари,
Сей
рат ни к,
воль нос т ью
венчанный,
Исчезнувший,
как
тен ь
зари.
В
э том
же
стих отв оре нии
ст их:
Сей,
мучим
казнию
пок оя
—
тянется
из
отрывка
1823 г.:
... не
обличали
в
нём
изгнанного
героя,
Мучением
покоя,
В
морях
казнённого
по
манию
царей.
Корсиканский
оф ице р,
ставший
императором
буржуазной
Франции,
зас тав ил
тр епет ать
охранителей
феод аль ных
поряд­
ков
на
конт инент е:
Пушкину,
коне чно,
известны
были
с лучаи
унижений,
которым
Наполеон
под верг ал
европейских
мон ар хов
(например,
пригл а ше ние
Наполеоном
пру сс кого
короля
охот ит ься
в
тех
местах
под
Иеной,
где
он
нанёс
сок руши те льны й
удар
прусской
армии ).
Сочувствием
к
Наполеону
дышат
строки,
по­
свящённые
его
жиз ни
в
ссылке
на
острове
св.
Елены,
где
он
провёл
п оследн ие
г оды
(с 1815 по 1821), где
«угас великий
человек», искупив «стяжания
и
зло
Воинственных
чуд ес
тоскою
душ н ого
изг на нья
под
сень ю
чуждою
не бес ».
VI
Моря
достались
Альбиону.
Англия,
разбившая
в
1805 г.
французский
и
и спанс кий
флоты
в
бою
при
Т рафа льга ре
(у берегов Испании), содействовавшая
заточению
Наполеона
на
острове
св.
Елены,
торжествовала
с вою
п обеду ,
но,
—
вид имо ,
тако в
был
ход
мыслей
Пушкина,
—
францу з с кий
им пе рато р, «сей ратник,
во льн остью
венч ан­
ны й», недаром был детищем
французской
революции;
борьба
с
идеями
это й
ре во л юции,
занесё нн ы ми
в
разнообразные
уголки
Европы
наполеоновскими
во йск ами,
была
н еле гка
для
защит н ы-


362
Ев гений
Онегин
ков
реакции.
Вс юду
возникали
рев олю ци онн ые
восстания,
в
ру­
ках
отдельных
лиц
в спыхи вало
лезвие
«карающего кинжала».
Пр ипо м иная
собственные
на ст ро ения
в
эти
годы,
автор
«Вольности», «Кинжала», естественно,
должен
был
дать
ши ро­
кую
кар ти ну
западноевропейского
общес тв е нн ого
дви жен ия,
за
всеми
перипетиями
кото рого
он
сам
и
его
современники,
как
известно,
жад но
следили.
Немецкий
студент
Занд,
заколовший
23 марта 1819 г.
реакционного
деятеля
Коц ебу,
раб очи й
Лувель,
заколовший
13 февраля 1820 г .
гер цо га
Беррийского,
претен­
де нта
в
королевском
род е
Бурбонов
на
фра нцуз с кий
трон,
встре­
чали
яр кий
отклик
в
поэзии
Пуш кина .
На
листке,
где
сохранились
шифрованные
отрывки
X главы,
имеется
ст их
с
чё тко
написанным
первым
словом
Ки н жал;
в
чте­
нии
последующих
сл ов
исследователи
разошлись:
Н.
О.
Лернер
читает: «Л.
пел
Б.», М.
Л.
Го фма н: «Л.
тень
Б.», Д.
Н.
Сок ол ов
весь
ст их
предлагает
чи тать:
Кинжал
Лувеля
пел
Бирон.
Н.
О.
Лернер
сч ит ает
это
чт ение
«довольно вероятным».
Не
вы­
зывает
воз раж ен ий
чтение
первых
д вух
слов.
Тре тье
с лово
—
тен ь
должно
быть
пр из нано
наиболее
точным
(у П.
О.
Морозова
тем ).
В
стихотворении
«Кинжал» (1821) Пушкин,
об ращая сь
к
Занду,
восклицал:
О
Зан д,
т вой
век
уг ас
на
плахе;
Но
добродетели
святой
Остался
глас
в
казнённом
прахе.
*
Твоей
Германии
он
вечно
те нью
стал,
Грозя
бедой
преступной
си ле
—
И
на
торжественной
могиле
Гори т
без
над писи
кинжал.
(Курсив наш.
—
Н.
Б.)
Итак,
кинжал
Лувеля
—
те нь,
угрожающая
«преступ ­
ной
силе ».
Такой
«силой»
был
продолжавший
существование
род
Бурбонов,
олицетворение
Фра н ции
«старого порядка».
Так
как
больш и нст во
исследователей
согласно
читают
начальную
букву
посл ед нег о
слова
(Б), а чтение Бирона можно признать
несостоятельным
и з-за
отсутствия
у
Байр о на
поэтического
от­
кли ка
на
«кинжал Лувеля», то остаётся возможность прочитать
шифр
это го
стиха;
Кинжал
Лувеля
тень
Бур бо ну.
Время,
когда
Пушкин
пис ал
X главу,
подчёркивало
тем у
о
непрочности
ди наст ии
Бурб он ов.
Июльская
бу ржуа зна я
рево­
люц ия
1830 г.
в
Париже
п ривел а
Ка рла
X к отречению от пре­
стола
и
оставлению
Фр ан ции
(19 августа) .
Лозунг
«долой Бур­
бонов»
р аз дав ался
на
парижских
у лиц ах.
Революционные
д ви­
жени я
в
том
же
году
в
Бе ль гии
(август), Дрездене (сен тябрь),
в
Дармштадте
(2 октября)
падают
на
месяцы,
предшествующие


Глава
десятая
(сожжённая)
363
сожжению
X главы .
Мы
не
зн аем,
когда
Пушкин
стал
восстано-
влять
сожжённую
гла ву,
но
движение
н арод ной
массы
в
Париже
в
связи
с
очередным
выступлением
монархистов
и
реакционного
духовенства
в
д ень
годовщины
убийства
принца
Беррийского
Лув еле м
(13 февраля 1831 г. )
вызвало
уничтожение
герба
Бур­
бонов,
что
могло
б ыть
изве с тно
П ушк ину,
проявлявшему
зна­
чител ьн ый
интерес
к
ф ранцу зск им
событиям.
В
лицейскую
го­
д ов щину
1831 г.
по эт
отметил:
С
п ресто ла
пал
другой
Бурбон
14.
Воспоминание
о
ки нжал е,
карающем
монарха,
стояло
перед
Пушкиным
и
в
1835 г .,
когда
Фиески
покушался
на
жизнь
преемника
Ка рла
X, представителя Орлеанской
ветви,
короля
Лу и-Фил иппа,
выдачи
которого
французский
пролетариат
тре­
бовал
ещё
в
октябрьские
(17—18) дни 1830 г .
В
вышеприведённой
строке
о дин
из
исследователей,
предла­
гая
читать:
Кинжал
Лувеля,
тень
Бурбона,
видит
криптограмму
поэтической
ф орм улы,
в
к оторую
Пушкин
вк лад ывал
политиче­
с кий
смысл,
н амере ваясь
его
раскрыть
(или раскрыв в не дошед­
шей
до
нас
с троф е!) приблизительно в таком направлении:
Але­
кс андра
I—
д есп ота,
опирающегося
на
такого
«преданного»
ему
слугу,
как
Ар ак чеев,
—
ожидает
или
гибель
от
кинжала
Л
у-
вел я
(т.
е.
цареубийство,
свершённое
кем-либо
индив и­
д уа льно), или вследствие суда
ре в олюци он ного
народа
тень,
т.
е.
призрак
(например,
Людовика
XVI).
VII
Тря слис я
грозно
Пирин ёи,
Волкан
Неаполя
пылал,
Безр уки й
князь
друзьям
Морей
Из
Кишинёва
уж
миг ал.
В
январе
1820 г.
вспыхнула
революция
в
Испании,
временно
зако н чив ша яся
п обедо й
инс урге нтов
под
предводительством
Кви-
ро ги
и
Рафаэля
Риеги,
воспетого
Пушкиным,
Рылеевым
и
д р.;
революция,
кот орую
восторженно
встретили
Ч аадае в,
Н.
Турге­
нев
и
другие
декабристы,
о
которой
при ход ил
беседовать
с
П уш­
киным,
сидевшим
под
арестом,
даже
старик
Инзов,
кишинёвский
начальник
поэта.
Неапо л итанско е
восстание
в
июле
1820 г. ,
вскоре
з ад уш енное
австрийскими
войсками,
также
вы зва ло
отклик
Пушкина.
В
на­
ча ле
1821 г.
в
послании
к
В.
Л.
Давыдову,
вспомийая
ита лья н­
ских
карбонаров,
за
здоровье
которых
п оэт
и
его
«демократиче­
ские»
д рузья
в
Кам енк е
«спасенья чашу наполняли беспенной,


364
Евгений
Онегин
мёрзлою
водой»
и
«до дна,
до
капли
выпивали»,
Пушкин,
не
желая
пр имирить с я
с
мыслью,
что
исчез
«луч надежды»
на
победу
народов,
восклицал:
Но
—
н ет!
мы
сч асть ем
насладимся,
Кровавой
чашей
причастимся...15
Особенно
гор ячо
Пушкин
и
его
либеральные
современники
встретили
известие
о
революционном
движении
в
Греции.
«Без ­
рукий
к ня зь » (упоминаемый в том же послании 1821 г. ), лишив­
ш ийся
под
Дрездоном
руки
16
г енер ал
князь
Ал ексан др
И пси­
ланти
(1783—1828), 22 февра­
ля
(6 марта) 1821 г.
перешёл
русскую
границу
и
поднял
восстание
в
Молдавии
против
турок.
Он
жил
в
Кишинёве,
откуда
подготовлял
к
нацио­
н альн ому
д в ижению
греческих
ге терис тов
с
полуострова
Мо­
рей
17, на этом полуострове для
руководства
восстанием
в
июне
1821 г.
высадился
один
из
братьев
А.
Ипсиланти.
По
пов о­
ду
греческого
восстания
Пу ш­
кин
в
марте
1821 г.
писал
В.
Л.
Давыдову
(?): «Восторг
умов
дошёл
до
в ы соча йшей
с теп ени;
все
мыс ли
[греков]
у ст ремл ены
к
одному
п ред­
мету
—
на
независимость
древ­
н его
о тече ства.. .. ... .. .
В
ла вк ах,
на
у лица х,
в
трактирах
—
вез де
собирались
толпы
гре­
ков,
все
продавали
за
ничто
сво ё
им ущ ес тво,
покупали
сабли,
ружья,
п ист олет ы;
все
говорил и
об
Ле о ниде
18, о Фемистокле 19,
все
шли
в
войско
сч аст ливца
Ипсиланти:
жизнь ,
имения
греков
в
его
распоряжении!..
Первый
шаг
Ипсиланти
прекрасен
и
бли ста ­
телен!
Он
счастливо
н ачал
—
28 лет,
о т ор ванная
рука,
ц ель
ве­
ликодушная!
Отныне
и
мё ртв ый
или
победитель,
он
принадле­
жит
ист ор ии!»
К.
Ф.
Рылеев
откликнулся
двумя
стихотворениями
(1821) на
греческое
движение,
выражая
со жаление,
что
не
может
лететь
туда,
в
Море ю;
Пушкин ,
пер ежив
в
той
же
Одессе
разочарова­
ние
в
«современных Леонидах»20,
мно го
лет
спустя
называл
Грецию
«страной героев и богов», вновь обращался к ней с при­
з ывом
рас тор гнуть
«рабские вериги» («Восстань,
о
Греция,
во с­
стань!
. .»).


Гл ава
десятая
(сожжённая)
365
VIII—IX
«Я всех уйму с моим народом!» —
Наш
царь
в
конгрессе]
говорил.
И
чем
жи р нее,
тем
т яжел е.
О
русский
глупый
наш
н арод,
Скажи,
зачем
ты
в
самом
дел е
«Двуязычный»
Александр
п ока зан
Пушкиным
путём
ан ти­
тезы :
активный
политик,
содействовавший
торж ест ву
на
Западе
ре ак цио нного
С вя щенн ого
союза 21 *и вялый,
ленивый,
жирею­
щий
ца р ь22.
У вел ич ение
тучности
цар я
—
иронизирует
поэт
—
шло
параллельно
с
ростом
в
Рос сии
общественно-политической
тяжес ти,
испытываемой
в семи
кл асс ами
и
общественными
груп­
пами,
ос обен но
крестьянской
кр епос тн ой
м ассой .
X
Потешный
пол к
Петра
Т итана ,
Др ужи на
старых
усачей,
Предавших
некогда
тирана
Свирепой
ш айке
палачей.
Организованный
из
по т ешных
при
Петре
I Семёновский гвар­
дейский
полк ,
в
солдатской
массе
на сч итыва вший
немало
героев
военных
п оходов ,
в
октябре
1821 г.
в
зн ак
протеста
прот ив
нев ы­
носимых
ус лов ий
службы
при
командире
Шва рце
отказался
под ­
чин ит ься
приказам
н ачал ьст ва
и
был
по дв ер гнут
жестоким
на­
казаниям
(военному суду было предано 802 человека) .
Бо ль­
ши нств о
солдат
был о
разослано
по
другим
полкам.
Они
были,
по
сви д етел ьств у
декаб р иста
Горбачевского, «ревностными аген­
тами
Тай ног о
общества,
возбуждая
в
своих
тов ари щах
ненависть
и
презрение
к
правительству».
В
том
же
Семёновском
полк у
с лу­
жи ли
будущие
деятели
Юж ного
общества
—
С.
И.
Муравьёв-
Апостол,
М.
П.
Бестужев-Рюмин.
Дв иж ение
нижних
чинов
Семёновского
полка
б ыло
первой
репетицией
того
военного
восстания,
котор ое
в
1825—1826 гг.
б ыло
св яз ано
с
Черниговским
п олком
под
начальством
С.
И.
Му­
равьёва-Апостола.
Это
движение
в
п ушк инск ой
концепции
сви­
детельствовало
о
непр оч ност и
самодержца
Александра:
во сс та­
ние
вспыхнуло
в
том
полку,
шефом
к оторого
был
Александр
I
в
бы тн ость
наследником
престола,
караула
которого
доживался


366
Евгений
Онегин
он,
чтобы
дать
ра зрешени е
на
убийство
Пав ла
—
тирана,
увенчанного
зл одея ,
павшего
под
«бесславными уда­
рами»
«вином и злобой упоенных»
уби йц,
вторгшихся
11 марта
1801 г.
во
д во р ец , «как звери» («Вольность»
—
стихотворение;
написанное
на
квартире
Н.
И.
Тург ен ев а).
XI
Россия
присмирела
снова
И
пущ е
царь
пошёл
кутить,
Но
иск ры
пла мени 23
ино го
Уже
издавна
может
быть
В нешним
поводом
пере м ены
п олити ческ ого
настроения
Ал е­
ксандра
I было восстание в Семёновском полку и целый ряд
военных
восстаний
в
Западной
Европе
(в Испании,
Неаполе,
Пь е мо нте).
Реакционная
внутренняя
политика
с
1821 г.
оконча­
тельно
стал а
определять
сис тем у
управления
в
России.
Пу шки н,
исторически
точно
указывая
на
более
ранние
побеги
либера­
лизма
в
стране,
чем
в
эп оху
господ ст ва
аракчеевщины,
подошёл
к
из о б ражению
оп пози ци онн ых
т еч ений
русс кой
общественности.
Где
же
и
как
первоначально
све рка ли
эти
«искры пламени»
дво­
рян ск ого
либерализма?
XII
Сначала
эти
за[ го воры]
Всё
это
были
разговоры
Между
лафитом
и
клико
[Куплеты,
дружеские
с пор ы]24
/Гне[входила]25глубоко
В
сердца
мяте жна я
наука.
[Всё это было подражанье]25
[Всё это было только]25 скука,
Безделье
молодых
умов,
Забавы
взро с лых
шалунов.
К аза лось
[пал]25
Но
[Везде беседы недовольных]25
Уз лы
к
узлам
26


Глава
десятая
(сожженная)
367
[И постепенно сетью тайной]27
[Россия]
Наш
ц[арь]
дремал
В
начальных
стихах
эт ого
фрагмента
обычно
видят
ирониче­
ск ое
отношение
Пушкина
к
либеральным
за го ворщи кам
20- х
го­
дов.
Н е обходи мо
указать,
что
пуш к инска я
терминология
пол на
иного
осмысления,
чем
наша
современная:
забавы
у
Пуш­
кина
означают
и
светский
образ
жизни
(милые забавы
света, 1819), и чувство любви:
Что
ж
ис ти нно?
—
О дна
з абав а,
Пов ер ь:
одна
люб овь
не
сон.
(1816)
и
тв орче скую
работу
(«но скрылись от меня парнасские з а-
бавы», 1816; «душе наскучили парнасские забавы», 1825;
роман
«Онегин»
—
«небрежный плод моих з а б а в»).
В
поэтиче­
ск ом
язы ке
Пу шкин а
вст реч аем: «философическая забава»
(1815), «площадная
за бав а» (1830), «гармоническая
за­
б ав а» (1820), «суровой простоты
з абав
ы», «сии кровавые
забавы » (1820—1821), «исчезли
юные
за бавы »
(1818).
Во
вс ех
эт их
словосочетаниях
выражение
за бава
приме­
няется
с
различной
и
со ве рше нно
иной ,
чем
теперь,
семанти­
ческой
наполненностью.
В
«Первом послании к цензору» (1822) Пушкин писал:
... Поверь
мне ,
чьи
забавы
Осме ивать
закон ,
пр авите ль ство
иль
нравы,
Тот
не
подвергнется
взысканью
твоему...
Радищев,
раб ст ва
враг,
ц ензу ры
и збеж ал,
И
Пушкина
стихи
в
печати
не
бывали...
Шал ун
(шалость,
шалить)
в
язы ке
Пушкина
и
его
современников
об ычно
в
той
или
ино й
степени
и
форме
на­
р ушит ель
пор ядк а,
чинной
ж изни,
п ротес тан т.
Вольтер
—
«седой шалу н» («Городок», 1814) ; шалун
м ожет
быть
и
философом,
остряком
не бог омоль ­
ным
(А.
М.
Гор ч ак ов у, 1819).
Дельвиг
—
одновременно
«муз
во зв ышен ный
про рок»
и
«шалун,
мой
брат
по
крови,
по
ду ше » («К Языкову», 1824).
Шалу н
—
участник
«Зелёной
лам пы »:
Вот
он
приют
гост еп риим ный ,
Приют
любви
и
вольных-муз,
Где
с
ними
клятвою
взаимной,
Скрепили
вечный
мы
со юз.. .
Где
своенравный
произвол
Менял
бут ылк и,
разговоры,
Рассказы,
песни
шалуна...
(«Я .
Н.
Толстому», 1822)


368
Евгений
Онегин
Ср.
е щё:
Тог да,
мой
друг,
з абы тых
ша луно в
Свобода,
Вакх
и
муз ы
уго щаю т.
(1818)
Ср.
ещё:
Мне
ль
был о
сетовать
о
толках
шал уно в? (1821)
Граф
М.
С.
В оронцо в
на зыва л
Пу шкин а
шалуном,
узнав
о
попытках
его
бегства
из
Одессы
за
гр ани цу
пе ред
ссыл ко й
в
Михайловское
(в письме 24
де кабр я
1824 г.
А.
Булгакову).
Сооб­
щая
об
э том
своему
брату,
А.
Булгаков
также
назвал
Пушк и на
п оэтом- ша луном
(12 июня 1825 г.).
Пу шкин
демонстратив­
ными
выходками
протцв
церковных
лиц
и
п олицей ско го
стр оя
за­
служил
то
же
прозвание
шалуна
у
своего
киши нёвс ког о
на­
чальника
Инзова,
у
своего
приятеля
П.
А.
Вяземского,
который
при
известии
о
сс оре
поэта
с
Воронцовым
в ос клик нул: «эх,
он
шалун!..
Гре шно
тем ,
которые
не
уважают
дарования
да же
и
в
безумном».
Пушкин
сам
назы вал
се бя
ещё
в
лице е
шалу но м,
а
Булгарин
в
п олити ческ ом
доносе
1826 г.
(«Нечто о Царскосель­
ско м
лицее
и
о
духе
он ог о ») писал о лицеистах: «Молодые люди,
жел ая
дат ь
доказательства
своего
вольнодумства,
начали
писать
пасквили
и
эпиграммы
про тив у
правительства,
ко торы е
приносили
гром кую
славу
мол оды м
шалуна
м».
Об
итальянских
революционерах
Пушкин
писал:
Но
те
в
Н еап оле
шал ят,
(«В .
Л.
Давыдову»)
Раненны й
на
площади
14 декабря граф Милорадович, «когда
ему
вырезывали
из
р аны
пулю,
то
он,
не
смотря
на
оную,
сказал:
«Я уверен был,
что
в
меня
выст р елил
не
солдат,
а
какой-нибудь
шалун,
потому
что
эта
пуля
не
руже йн а я» («Смерть Милора-
довича»).
М арлинск ий
(Бестужев),
вс помина я
о
возвращении
гвардии
из
Парижа,
п^сал
в
1829 г. ,
что
оф ице р,
который
мет ил
в
генералы,
пр ивоз ил
оттуда
«чугунную статуйку Наполеона и
то мы
Жо мини»,
а
«ветреник для шалунов -п ри ят е лей
песни
Б е ра нже ра » («Альциона», Альманах на 1832 г .,
П.
1832,
стр.
4).
Шало с тью
Вяземский
на зыва л
«Гавриилиаду»
и
одн у
из
политических
эпигр амм
Пу шки на;
шалостью
назывались
«Бесы»
и
«Румяный критик мой»; ср .
«в архиве шалости мла ­
до й» (1818), «сладкие тревоги любви таинственной и шалости
мла дой » (1818);
И
мы
не
так
ли
дни
ведём,
Щербинин,
резвый
друг
-забавы,
С
Амуром,
шалостью,
ви ном? (1819)


Глава
десятая
(сожжённая)
369
В
набросках
к
«Капитанской дочке»: «Башарин за шало­
сти
послан
в
га рниз он». 13 октября 1824 г.
С.
М.
Салтыкова,
прия т ель ница
Ол ьги
Сергеевны
Пушкиной,
писала
подруге: «До­
рог ой
наш
Пушкин
выс лан
в
деревню
к
своему
от цу
за
новые
шал ости ».
Бу л гарин
считал
шалостью
п оступ ок
во спит ан­
ника
виленской
гимназии,
выразившийся
й
том,
что
тот
написал
на
дос ке : «Виват,
да
зд равс твуе т
К онс тит уция
3 мая», за что был
сослан
в
солдаты.
Пу шкин
писал
о
«студенческих шалостях»
Радищева
и
его
товарищей,
ко т орые
«проказничали и вольнодум­
ствовали».
П.
А.
Вяземский
12 июня 1826 г.
со вет овал
ссыльному
Пуш к ину
соз нат ься
Ник ола ю
Iв «шалостях
языка
и
пер а»,
что бы
п олучи ть
скорейшее
о сво бо жд ение.
Батюшков
вспоминал
в
письме
к
Жу ко вско му
от
3 ноября 1814 г.
московские
в ечера
с
ним
и
Вяземским: «и споры,
и
шалости,
и
проказы».
В
1825 г.
Баратынский
писал
Дельвигу
перед
его
же н итьб ой:
Так
распрощался
с
братством
шумным
Б есст ыд ных,
б ешен ых,
но
добрых
шалунов;
С
бесчинством
др уж еским
весёлых
их
пи ров
И
с
на шим
сч асть ем
во льн од умн ым.
Е вг ений
Онег ин
в
характеристике
Полевого
—
«шалун
с
умом» (1825, в «Московском
телеграфе»).
Шалостью
н азыв ал
А.
И.
Одоевский
либеральные
кружки:
«Эти общества для многих одна только шалость,
но
ш ало сть
до
случая,
как
это
о ка зал ось »; следственной комиссии он рассказал,
что
14 декабря после подавления восстания он зашёл к П .
Н.
Че­
бышеву
и,
передавая
подробности
«безумного и преступного воз­
мущения,
употребил
слово
тогда
шалости!
но
теперь
не
смею
и
повторить
такое
н еприс тойн ое
слово,
когда
де ло
идёт
о
зло­
деяни ях » 28.
В
«Алфавите членам бывших злоумышленных тайных обществ
и
лицам
при косн ове нн ым
к
делу,
произведённому
Высочайше
учреждённою
17 декабря 1825 г .
следственною
Ком и сс и ею» (1827)
ест ь
указание,
как
п одпор учи к
Вилламов
вместе
с
прочими
отка­
зы ва лся
от
присяги
Николаю,
как
офицеры
кричали
сол д атам:
«Ребята!
из ме на!
вас
обманывают,
Ко нст анти н
Павлович
не
отка­
зывается,
у ра,
К о нст ант ин!» Когда полковник Гербель приказал
схватить
их,
то
Малиновский,
обн аж ив
саблю,
ударил
одн ого
ча­
сового
в
л ицо
и
все
ра збеж алис ь.
По
возвращении
в
казармы
они
был и
арестованы.
Николай,
по
донесению
об
он ом , «повелеть со­
изволил
ос воб одит ь
их
с
тем,
что
не
желает
зн ать
и
им ени
сих
ша л унов» («Восстание декабристов», т .
VIII, стр .
53—54).
Герцен
в
1862 г.
п иса л: «И прежде были шалуны .
14 декабря
они
доигрались
до
в ис ел иц ы» (Сочинения,
т.
XV, стр .
114).
Поэтому,
в
забавы
взрослых
ша лун ов
могло
бы ть
отнесено
и
демонстративное
показывание
молодым
Пу ш киным
в


370
Евгений
Онегин
театре
портрета
Лувеля
и
политические
разговоры
молодых
умов
из
«Зелёной лампы», которых скука,
порождённая
бе з­
действием
(ср.
ум,
кипящи й
в
действии
пустом),
в
скованной
аракчеевщиной
стране,
толкала
на
разнообразные
шал ост и,
кос о
в стр ечав шие ся
благонамеренным
обществом.
Скучающий,
без'
де ла,
умный
вз рослы й
шалун,
д ело
за меняющ ий
з абавами
—
разного
рода
выходками
против
Мак сим
Петровичей,
Скалозубов
вся ч еских
рангов
—
ти­
пич ный
м олод ой
либералист
из
п ушкин с кого
к руга
пер ед
ссыл ко й
поэ та
на
юг.
Ес ли
припомнить
высказывания
декабристов
о
внутренней
жизни
Союза
сп асения
(1817),Союза благоденствия (1818—1821),
ес ли
представить
з аседан ия
«Зелёной лампы»
—
филиала
Союза
благоденствия,
то
характеристика
ра н него
пе рио да
декабрист­
ского
движения,
набросанная
в
пу ш кинск ом
отрывке,
су ще­
ственно
не
отклонялась
от
оценки
и
восприятий
исторической
действительности
у
целого
ряда
общественных
деятелей
той
эпохи.
Один
из
активных
участников
движения,
Н.
И.
Тургенев,
17 апреля 1826 г .,
узнав
за
границей
о
привлечении
его
к
след­
ственному
де лу,
высказал
резкое
суждение
о
тайном
обществе:
«Моё убеждение всегда было,
и
есть,
и
бу дет,
что
все
эти
о бще­
ств а
и
так
называемые
заговоры
—
вздор.
Думая
об
этом,
идя
по
у лице,
н ев ольно
«Ребятишки!» —
сорвалось
с
языка.
Это т
упрёк
жест о к,
ибо
они
теперь
н ес час тн ы ». Так думал Тургенев,
припоми­
ная
дел а,
преимущественно
в
Со юзе
благоденствия: «Было вос­
стание,
бунт.
Но
в
какой
св язи
наши
фразы
—
может
бы ть,
две
или
три
в
течение
неск ол ьк их
лет
про изне с ё нные
—
с
этим
б ун­
том?
Какое
правосудие
может
требовать
отчёта
в
разгово ­
ра х,
между
п р иятел ями
бывших?
А
что
было,
кроме
разго во­
ров?
И
мо жно
ли
судить
за
м н ения ?» Умеренный либерал,
принципиальный
противник
П естел я,
аграрный
проект
кот орого
показался
ему
доказательством
«необыкновенного невежества»,
оставаясь
в
рядах
даже
Северного
общества,
упорно
держался
с
1823 г.
мы сли
о
практической
бе сп олезн ости ,
бездейственности
общества
29.
Пушкинская
оценка
ранних
общественных
организаций
на­
столько
совпадает
с
точкой
зрения
Н.
И.
Т ур генева,
из лож ен ной
им
во
второй
оправдательной
«Записке» (18 октября 1826 г . ), что
возникает
пр ед по л ожение,
не
был
ли
известен
этот
мат ери ал
П уш­
кин у,
кот орого
мог
познакомить
с
ним
Жуковский,
подавший
Ни ко лаю
I в конце декабря 1827 г.
вместе
с
своим
письмом
о
по­
мил ов ании
Тургенева
его
«Записку»
о
тайном
обществе?
Изве­
стно,
как
це нил
Пушкин
этого
общественного
деятеля,
выделив
его
в
своей
«Записке о народном воспитании» (1826).
Оценка
Союза
бл аг оденств ия
в
«Записке»
Н.
И.
Тургенева
должна
была


Глава
десятая
(сожжённая)
371
казаться
Пушкину
а вт орит етной .
Т ур генев
со зна ётся
царю,
что
он
«теперь видит всю опасность существования каких бы то ни было
тайных
обществ,
видит,
что
из
тайных
разговоров
дел о
могло
обратиться
в
заговор
и
от
заговора
перейти
к
бун­
там
и
убийствам».
Но,
по
его
убеждению,
в
первой
стадии
т айно го
общества,
в
С оюзе
благоденствия,
по
преимуществу,
бы ли
только
раз говоры .
«Все сии толки,
все
разговоры
между
чл е­
нами
общества
не
могли
удивлять
меня,
не
могли
каз ать ся
осо­
бенно
значительными,
в
како м
бы
то
ни
б ыло
отношении,
ибо
я
то
же
самое
слыхал
и
от
людей
п осторон них,
к
о бщ еству
не
пр и­
надлежащих.
..
Собирались
(у Муравьёва)
на
со веща ния .
Жало­
вались
на
худое
ус тройс тв о
общества,
но
так
как
никто
не
мог
придумать
лучшего,
то
скоро
разговоры
об
обществе
п рек ра­
щались
и
переходили
к
общим
предметам:
о дин
со обща л
новости
о
камере
депутатов
во
Франции,
хвалил
новую
книгу
Прадта,
Ко нст ана,
другой
чи тал
н овые
ст ихи
Пушкина,
третий
смеялся
над
цензурою
журналов
и
театров
и
пр.
Бывали
р
аз
г оворы
общие
о
различных
формах
правления.
Я
не
один
раз
мог
участво­
в ать
в
сих
разговорах...
Пу стослов ные
совеща­
ния
в
Петербурге...
Всё
и
везде
ограничивается
одними
словами...»
Т ак,
постоянно
повторяясь,
Тургенев
настойчиво
доказывал
«разговорный»
характер
Союза
бл аг оден стви я
(См.
«Красный архив», т.
XIII, стр .
74, 78, 81, 84, 99, 105, 131, 135).
Со б ирал ись
для
по добн ых
разговоров
«несколько молодых
л
юдей» (там же,
стр.
99).
Отстраните
от
тайных
обществ
всё
злодейское,
и
что
оста­
нется?
Ч то,
кроме
заблуждения?
Чт о,
кроме
ребячества?
—
спрашивал
Тургенев
(стр .
ПО)
и
вновь
подчёркивал,
сс ы лаясь
на
мнение
Ник иты
М у рав ь ёв а, «ничтожность общества,
реб яч е­
ст во
(его)
чл ен ов» (стр.
134, 135).
Из
той
же
«Записки»
П уш­
кин
мог
п оче рп нуть
сведения
о
«цареубийственных замыслах»
некоторых
членов
та й ного
общества
(стр .
78; ср.
ниже
у
П уш­
ки на
: цареубийственный кинжал).
Оценочный
мат ери ал
собраний
Союза
б лаг од енст вия
Пушкин
мог
п олучи ть
от
Жуков­
ского,
Вяземского,
знавших
содержание
первой
оправдательной
з аписк и
Н.
И.
Тургенева
(май 1826 г.), а также и от А.
И.
Турге­
нева.
В
бездействии
у прек али
чле нов
Союза
благоденствия
Пестель
и
Лунин;
С.
П.
Труб ец кой
в
своих
записках
гов о рит
о
ра зв але
эт ой
организации.
У
П уш кина
споры
в
Ка мен ке
с
«демократиче­
скими
др у зь ями» (Раевские,
М.
Ф.
Орлов,
Давыдов)
р исов али сь
в
такой
специфически
барской
обстановке:
... В
беседе
шумной
За
ужином
с
бутылками
Аи
Сидят
Раевские
мои30.


372
Евгений
Онегин
Политические
беседы
в
кружке
«Зелёной лампы»
обычно
ра з­
горались
«между лафитом и клико».. .
Но
все
эти
аморфные
об ъед инен ия
(от Союза спасения до Союза благоденствия с его
филиалами)
ни
в
какой
мер е
не
характеризуют
де кабр и стски х
за­
говорщических
организаций.
Настоящий
заг ов ор
возник
с
мо­
мента
ликвидации
Союза
б л агод енс твия32.
Пушкин
и
не
смешивал
ранней
эпохи
дворянского
ли бер а­
лизма
с
заговором
дека брист ов .
Там
были
«куплеты и дружеские
споры», но «мятежная
нау ка»
ещё
не
з абир ала
глуб око
об ще­
ственную
сердцевину.
Лиш ь
тогда,
к огда
«везде [стал и
звучать]
беседы
не дов ольны х», когда экономические и политические фак­
торы
стали
вызывать
быструю
и
сло жну ю
реак цию
в
о б щест вен­
ной
пс ихол огии
разнородных
классовых
группировок,
Россия
стала
пок ры ват ься
се тью
тайных,
конспиративных
организаций.
Пушкин
совершенно
точно
констатировал
состояние
страны
во
второй
половине
20-х
годов:
везде
недовольные.
Доста­
точ но
пр ив ести
несколько
строк
из
письма
декабриста
А.
А.
Бе сту­
жева
к
Н ико лаю
I, чтоб
убедиться
в
тождественности
оценок
тогдашнего
настроения
в
общественных
кругах,
сдел анных
поэтом
декабристов
и
поэтом-декабристом: «Во всех углах виде­
лись
не доволь ные
лица;
на
улицах
пожимали
плечами,
везде
шептались
—
все
гово рили, «к чему это приведёт?», все эле­
мен ты
были
в
бр оже нии».
П ушкин
св оими
зари сов ками
Север­
но го
и
Южного
обществ
дал
ответ,
к
чему
шли
идеологи
ре в олю­
ционного
дворянства,
обе
фракции
дворянской
интеллигенции
20-х
годов
в
нам еч ав шейся
перестройке
поли тич еск ой
и
эк оно ми­
чес кой
жиз ни
страны
под
н ап ором
роста
капитализма
и
крестьян­
с кого
движения.
Наш
царь
дремал.
Ал ександ р
I знал о существовании тайных обществ .
В
1821 г.
Бенке ндо р ф
пред ст авил
ему
о бширн ую
за пи ску
Гри бов с кого
о
Союзе
б л агод ен ствия
с
перечнем
уча стн иков
и
характеристикой
некоторых
лиц
(Н.
Т ур генев а,
Муравьёвых
и
др у ги х), но записка
эта
ос та вал ась
без
движения.
Бенкендорф,
и зв ещая
о
закрытии
Союза
б лаг од енст вия,
выс ка зал
предположение,
что
активные
член ы
его,
освободившись
«от излишнего числа с малым разбо­
ром
навербованных,
коим
н еос торож но
о ткр ыли
в сё », пожелают
составить
«скрытнейшее общество и действовать под завесою без­
опаснее».
Действительно,
в
1821 г.
вместо
Союза
благоденствия
возникли
к онс пир а тивные
ор га низа ции
ю жан
и
сев ерян .
Алекс андр
I получил донос от Шервуда и также не дал ему
ход у.
Орг аны
власти
не
могли
не
знат ь
о
широком
разливе
в
дво­


Глава
десятая
(сожжённая)
373
рянских
кругах
либеральных
настроений.
В
«Записках одного не-
де кабр и ста»
переданы
любопытные
п одробнос ти
о
то м,
насколько
распространено
бы ло
д вор янск ое
фр онд иро ва ние
в
20- х
годах:
«Кто не знал о донкихотских выходках Якубовича [к от о рый
хвастался,
что
хоч ет
уб ить
Александра
I]? В то время жалобы на
правительство
возглашались
громко.
Все
желали
перемены,
но
не
на деясь
на
великого
к нязя
Ко нстан тина
Павловича
и
не
по нима я
характера
Николая,
предавались
всяким
предположениям
и
ме ч­
таниям.
Если
бы
сослать
всех
те х,
ко торы е
слышали
о
необычай­
ных
замыслах
и
планах
тог о
вр емен и,
не
нашлось
бы
места
в
Си­
бири.
..
Эти
в ольны е
разговоры,
пе ние
не
революционных,
а
сати­
рических
песен
и
т.
п.
б ыло
дело
очень
обыкновенное,
и
никто
не
обращал
на
то
внимания.
Однажды
Булгарин
давал
нам
уж ин.
Собралось
человек
п ятнадц ать .
После
шампанского
дав ай
читать
стихи,
а
там
и
пе ть
рылеевские
песни.
Не
все
б ыли
либералы,
а
все
слушали
с
удовольствием
и
искренно
смеялись.
Помню
ант и­
либерала
В.
Н.
Верха,
как
он
заливался
с мехо м.. .»
XIII
У
них
свои
бывали
сходки,
Они
за
ч ашею
вина,
Они
за
рюмкой
русской
водки
Витийством
резким
знамениты,
Сбирались
члены
сей
с емьи
У
беспокойного
Никиты,
У
осторожного
Ильи.
XIV
Друг
Марса,
Ва кха
и
В енер ы,
Им
резко
Лу нин
предлагал
Свои
решительные
меры32
И
вдохновенно
бормотал,
Читал
св ои
ноэли
Пу шки н33,
М ел[ а нхо ли чески й?~\
Я[кушкин],
Казалось,
молча
об наж ал34
Ц[ареубийственный\
кинжал.
О дну
Россию
в
м ире
в идя
35,
Лаская
в
ней
свой
идеал36,


374
Евгений
Онегин
Хромой
Тур г енев
им
внимал
И,
с лов о37
рабство
—
ненавидя,
Предвидел
в
сей
толпе
дворян
Освободителей
крестьян.
Таково
был о
в
изображении
Пуш кина
Северное
общество,
возникшее
в
то
время,
когда
он
находился
в
юж ной
ссылке,
в
его
отсутствие
развивавшее
свою
ра бот у.
Историк
найд ёт
в
этой
кар ­
ти не
ряд
неточностей:
пору­
чик
Илья
Долгоруков,
как
указано
в
«Алфавите дека­
брис то в», после ликвидации
Союз а
благоденствия
«не
только
не
принадлежал
ни
к
какому
обществу,
но
и
не
по­
дозревал
существования
оно ­
го
и
ни
с
кем
из
бывших
членов
не
и мел
никакого
сно ше ния ».
«Осторожный»
князь,
некогда
принима в­
ший
уч асти е
в
выработке
уст ава
Сою за
благоденствия,
не
по ст рад ал:
следственная
комиссия,
судившая
дека­
бристов,
признавала,
что
он
«заслужил при милостивом
пр ощ ении
совершенное
за б­
вение
кратковременного
за­
блуждения,
извиняемого
от-
m.
С.
Лунин.
менною
молодостью».
с
литографии.
Включив
себя
в
декаб-
ристскую
организацию
севе­
ря н,
Пушкин
доп уст ил
другую
ошиб ку
против
исторической
прав­
ды:
он
не
был
членом
та йног о
общества,
как
ни
стремился
к
этому
(см.
воспоминания
Якушкина,
Пущина).
Тем
не
менее
поэт
исто­
ри че ски
точно
обозначил
своё
место
среди
декабристских
ор га­
низаций:
Северное
общество
соответствовало
его
социальной
и де ологи и.
Автор
про е кта
конституции,
Никита
Муравьёв,
пр о­
тивник
«крепостного состояния и рабства»,
но
оставлявший
«земли помещиков за ними»,
при зна вавш ий
«право собствен ­
ности,
заключающее
в
себе
о дни
вещи ,'св яще нны м
и
непр ико сно ­
в енным»; Н .
И.
Тургенев,
Л унин
и
Якушкин,
ст ор о нники
консти­
туционной
мон ар хии
и
освобождения
кр ес тьян
38, —
все
эти
пере­
численные
Пушкиным
члены
Се в ерного
общества,
выступая
про­
тив
феодально-крепостнического
строя,
выражали
точк у
зрения


Глава
десятая
(сожжённая)
375
той
передовой
п ом ещи чьей
групп ы ,
которая
расчи щал а
дорогу
промышленному
капитализму.
Их
взгля ды
в
отношении
к
«само­
вл асть ю»,
к
«рабству»
н арода
разделял
Пу шки н;
но
одновре­
менно
реалистическим
изобра же нием
современной
ему
жиз ни
поэт
преодолевал
с вою
кл ассов ую
огра нич ен нос ть,
художествен­
ной
и
п ублици сти чес кой
критикой
господствовавшего
помещичье-
крепостнического
строя
переходил
на
п озиц ии
демократического
фронта
от
Бели нск ого,
ещё
не
ставшег о
ре во люц ион ным
демо­
кратом,
до
представителей
«крепостной интеллигенции».
Исторически
верно
Пушкин
подчеркнул
н а личие
среди
декаб­
ристов
идеи
цареубийства39.
И.
Д.
Якушкин,
одним
из
первых
предложивший
эту
ид ею
(см.
в
его
«Записках», изд.
2-е,
стр.
14),
Якубович,
Каховский,
Рылеев
и
други е
север я не,
не
говоря
уже
о
Пестеле,
С.
Муравьёве-Апостоле,
не
раз
ставили
воп рос
о
«царе ­
уби йствен но м
кинжале».
Припоминая
собственную
настроенность
20- х
годов,
Пушкин,
воспевавший
в
1821 г.
«свободы тайный
страж»
—
кинжал
40, конечно,
без
всякой
иронии
р исов ал
образ
Лунина
(1787—1845),
предлагавшего
«решительные меры»41.
Гвардейский
оф и цер,
проделавший
во е нные
походы
своего
вре­
мени
(«друг Марса»), отличавшийся исключительной храбростью,
Лунин,
несмотря
на
бреттёрские
выходки
и
разные
молодечества
(друг«Вакха
и
В е нер ы»), выделялся своим оригинальным харак­
тером,
умственными
способностями,
поражавшими,
между
пр о­
чим ,
французского
мыслителя
Сен-Симона42,
он
принадлежал
к
числу
тех
людей
п ушки нск ого
круг а,
о
которых
по эт
сказал,
что
«дружно можно жить с Киферой,
с
пор тиком ,
и
с
книг ой
и
с
бок ал ом,
что
ум
высо кий
м ожно
скрыть
безумной
шал ос ти
под
лё гжим
покрывалом».
Л ично
известный
Пушкину43,
сохранив­
шему
много
лет
спустя
после
последней
встр еч и
с
Луни ным
(1825) впечатление о нём как о подлинно выдающемся человеке
(в 1835 г.
на
б алу
у
кн.
С.
Го лицына
Пушкин
сказ ал
п лем янни ку
Л унина ,
А.
Ф.
Ув а рову: «Michel Lounin est un homme vraiment
remarquable»—Ми ха ил
Лу нин
человек
действительно
вы даю­
щий ся), Лунин схвачен поэтом в наиболее
характерной
черте
его
личности,
пр оя вля в шейся
и
в
его
п олити чес ких
высказыва­
ния х
на
з асед аниях
декабристов.
Рылеев
показывал
на
с лед­
с т ви и: «О Лунине...
слышал
я
от
Никиты
Муравьёва,
что
он
чел о век
ре шительн ый4 4
и
исполненный
любовью
к
оте­
честву.
Причём
Муравьёв
заме ти л : «Жаль;ч то
его
н ет,
он
был
бы
пламенный
член
общес тв а» 45.
Пушкин,
помимо
личны х
впечатлений,
как
спр авед ливо
пред­
полагает
С.
Гессен,
в
1830 г.,
ко гда
писа л
X главу,
мог
п очерп н уть
следующее
примечание
о
Лунине
из
«Донесения Следственной
к о мисси и»: «Пестель утверждает,
что
ещё
прежде
(вызова на
цареубийство
Якушкина), в том же 1817г.,
Лу нин
гов орил ,
что
есл и
«при начале открытых действий Общества»
решатся
убить


376
Евгений
Онегин
императора,
то
можно
бу дет
для
сего
выслать
на
царскосельскую
дорогу
несколько
человек
в
м асках .
Лу нин
приз наёт ся ,
что
он,
между
прочим,
го во рил
это».
Од ин
из
первых
директоров
Северного
общества,
Лу нин
в
1821 г.
снова
з авёл
разговор
о
поку­
шени и
на
Ал екса ндра.
Сергей
Мура в ьёв - Апос тол,
Б ест ужев-
Рюмин,
А.
Поджио
и
други е
показывали
на
следствии,
что
в
1823 г .,
обсуждая
с
Пес теле м
вопрос
о
цареубийстве,
предпола­
гали
с
этой
целью
организовать
специальную
группу
под
наз ва­
нием
«garde perdue» 46, под начальством Лунина.
Лун ину
прина д ­
лежала
идея
з авест и
литограф­
ский
станок
для
р аз мн ожения
уставов,
воззваний..
Коммента­
тор
пуш ки нского
отрывка
о
Лу­
нине
по
поводу текстологических
исправлений
поэта
верно
отме­
ти л: «осуждающий эпитет гу­
бительные
мер ы
по эт
за­
менил
нейтральным
—
реши­
тельные,
который,
в
общ ем
конте ксте ,
окрашивается
в
я вно
по ложи те ль ный
тон»47.
Читал
свои
ноэли
Пушкин.
—
Но эль
(Noël) —
святочная
( рождественская )
песенка
сатирического
содер­
жания.
П уш кину
принадлежало
несколько
таких
песен.
Одна
из
них
до
нас
дошла
(«Ура!
В
Рос сию
ск ачет
кочующий
деспот», 1818); о другой из­
вест но
из
письма
поэта
бра ту
Ль ву
(Михайловское,
в
дека­
бре
1824 г . ) : Пушкин опасался,
как
бы
его
письмо,
где
бы ла
в ложен а
«святочная песенка»,
не
б ыло
з атер яно
«ветреным
юношей»
Рокотовым
(соседом по имению)
—
«ничуть не за ­
бавно
мне
п опа сть
в
крепость
pour des chansons».
В
паск ви ль­
ном
сти хот воре ни и
на
Пу шки на
одного
его
современника,
А.
Род ­
зянко,
чита ем :
И
все
его
права:
иль
два
иль
три
Ноэля,
Гимн
Зан ду
на
устах,
в
руках
пор трет
Лувеля.
«Noël» 1818 г .,
по
словам
И.
Д.
Як ушкин а, «распевали чуть не
на
улице»48.
Беспокойный
Никита.
—
Пушкин
чрезвычайно
точно
подметил
в
Н,
Мл
Муравьёве
ту
о со беннос ть
м олод ого
офицера,
Пушкин.
Автопортрет
1823 г.


Глава
десятая
(сожжённая)
полного
тревожных
и скани й,
которую
близко
з на вший
Никиту
Муравьёва
Батюшков
вк люч ил
в
своё
по слание
будущему
де­
кабристу-северянину:
Твой
дух
встревожен,
беспокоен,
Он
рвётся
лав ры
пожинать.
И.
Д.
Якушкин.
Мела нхоли че ский
Я
к
у
ш
к
и
н.
—
Пушкин
указал
в
м ол одом
Якушкине
характерную
че рту
его
личности.
В
1821 г.
Якушк и н
писал
Чаадаеву:«Ах,
бог
мо й,
ты
позволяешь
се бе
слишком
быстр о
ос уди ть
чело­
века,
к ото рого
не
знаешь.
Вы­
нести
приговор,
ме ня
не
выслу­
шав,
припис ат ь
мне
лишё нн ое
любв и
се рдце
и
ом ертв е вшую
душу!
Но
если
бы
это
и
было
так,
разве
ты
зн ае шь,
что
меня
таким
сделало?
Пр ич ина
—
в
п еча льной
уч асти
не
имет ь
сер ­
деч ного
друга,
ни ког да
не
слы­
шат ь
слова
п риязн и.
Правда,
моя
ду ша
утр а тила
часть
своей
энергии,
она
устала
от
ст р ада­
ний
и
разбилась,
она
не
хотела
принять
жиз нь,
полную
гор е чи,
и
ослабела
в
бор ь бе.
Я
выно­
сил
бремя
существования
од и­
ноким.
Время
от
вре м ени
встречалась
душа,
способная,
может
быть,
симпатизировать
мне,
—
но
судьба,
обстоятельства,
я
уж
не
зн аю,
что
имен­
но
—
нас
всякий
раз
разл учал и,
и
я
о ка зыва лся
более
оди­
ноким
и
обособленным,
чем
раньше.
Над
жиз нью
мо ей
тя­
готели
годы
разочарований,
го рь кие
слёзы
жгли
мне
лицо,
лишённый
утеш е ния
молитвы,
я
был
предоставлен
се бе.
Не
су ди
же
мен я
по
наружности,
будь
настолько
проницателен,
чтобы
понять,
каков
я
на
самом
д еле;
мне
тяжело
видеть,
что
и
ты
ра з­
де ляе шь
суждение
обо
мне
т олпы,
полагающей,
бу дто
душа,
сл о­
жившаяся
в
та ком
ми ре,
к оторы й
несколько
возвышается
над
людс кой
по шло ст ью,
ничего
иного,
кроме
одиночества,
и
не
за­
служивает.
С лишко м
дл инно
то,
что
я
тебе
написал;
взгляни
на
эту
полуис п ов едь
как
на
одн у
из
редких
минут
излияний,
кот о­
рым
подвержены
люд и,
всегда
с осре доточе нны е
и
замкнутые
в
се бе
самих»49.
Они
за
рюм кой
русской
водки.
—
Указ ание
на
зна­
менитые
«русские завтраки»
на
собраниях
у
Рыле ева .
Р усска я


378
Е вгени й
Онегин
капуста,
ру с ская
водка,
русское
платье,
рассуждения
о
р ус ских
названиях
государственных
учреждений
(после будущей рево­
лю ции)
—
всё
это
бы ло
отражением
своеобразного
национального
чувства
первых
дворян-революционеров.
Поместив
себя
рядом
с
Луни ны м
и
Якушк ины м ,
Пушкин
со­
хранил
в
от рывк е
1830 г.
свой
п сихологи че ский
облик
начала
20-х
годов ,
когда
темы
«кровавых чаш», «карающего кинжала»,
«вольнолюбивого Брута»
особ ен но
волновали
поэта.
Из
всех
дек абри стов
только
Н.
И.
Тургеневу
он
придал
че рты
общественного
деятеля
с
определённой
соц и альн ой
про­
граммой:
Тургенев
—
пропагандист
иде и
«уничтожения рабства»,
крепостного
состояния.
Сам
Тург ене в
именно
в
преданности
э той
иде е
ви дел
пафос
своей
жиз ни,
называл
её
своей
«нравственной
боле зн ью,
какой-то
лихорадкой,
которая
мучила
[его]
беспре­
ст анно
и
не
позволяла
[ему]
хладнокровно
видеть
вещи
в
настоя­
щем
их
в и де» («Красный архив», т .
XIII, стр.
123).
В
своей
«За ­
писк е», текст которой мог быть известен Пушкину,
Тургенев
п ро­
странно
р асс уж дал:
«Одна главная мысль владела и направляла моими поступ­
ками
во
всю
мою
жизнь,
—
мысль
уничтожения
кре по стног о
со­
стояния
в
Ро ссии.
Сия
ц ель
к азал ась
мне
священною
и
достойною
целью
вс ей
жизни.
В
стремлении
к
ней
я
вид ел
все
мои
обязан н о­
сти
и
иногда
п очит ал
се бя
каким-то
миссионером
в
святом
деле.
Я
поч ит ал
для
себ я
не пре м енным
до лгом
всегд а
и
ве зде
содей­
ство в ать
к
до с тиже нию
сей
цели ,
цели
моего
существования.
На
все
обстоятельства,
на
все
де ла,
на
все
происшествия
я
смотрел
с
одно й
и
той
же
точки
зр ения.
Везде
и
во
в сём
я
иск ал
од но го.
При
всяком
случае
я
спрашивал
самого
себя:
нельзя
ли
из
это го
извлечь
чего- либо
для
освобождения
крестьян?
Эта
мысль,
нако­
нец,
так
сильно
овладела
мною,
что
всё
прочее
казалось
мне
не­
заслуживающим
вн имания .
Просвещение,
законодательство,
о дним
словом,
всё
казалось
мне
ничтожным
в
сравнении
с
осво­
бождением
крестьян.
Эту
мысль,
это
у беж дение
я
всегда
желал
сообщить
и
др угим
чле нам
и
не
член ам
общества.
Я
сол гал
бы,
ес ли
б
с каз ал,
что
ник огд а
не
люб ил
конституции
вооб щ е.
Нет,
я
в
сем
отношении
мог
разделять
мн ения
других.
Но
в
от нош е­
нии
к
России
все
мои
мысли,
все
желания
были
по дч инены
усло­
вию,
в
мо ём
м нении
го р аздо
важнейшему,
—
уничтожению
р аб­
ства.
В
разговорах
о
предметах
пол ит ич еских
и
с
членами
обще­
ства
и
с
посторонними
лицами
я
всегда
п редс тавл ял
освобож­
дение
крестьян
самою
глав н ою
нео бхо дим ост ь ю» (там же,
с тр.
96—97).
Тургеневу
казалось,
чт о,
пр опага нд иру я
в
тайном
обществе
св ои
идеи ,
он
имел
дело
с
людьми,
к оторы е
или
его
не
понимают
или
не
хотят
п онять,
но
он
«старался извлечь из них пользу для
дела,
ему
с в ящен ного »; «они молоды,
необразованы,
думал
я,
но


Гл ава
де с ятая
(сожжённая)
379
они
помещики,
им еют
кре пост ных
людей.
Раз го вар иват ь
с
ними
для
ме ня
ску ч но,
но
разговоры
мои
могут
иметь
последствием
несколько
отпускных!»—
писал
он
в
своей
«Записке», несколько
раз
повт ор яя
ту
же
тем у
(стр .
123, 78) 50, которую Пушкин схва -
тил
в
дв ух
строчках:
[Тургенев]
предвидел
в
сей
толпе
дворян
О своб од ит елей
крестьян.
Когда
пуш кинс кие
строк и
до шли
до
декабриста-эмигранта,
он
написал
(20 августа 1832 г. )
брату,
А.
И.
Тургеневу,
что
стихи
Пушкина
«заставили [ е го]
пожать
п лечами .
Судьи,
ме ня
и
д ру­
гих
осуд ив шие,
делали
сво ё
дело:
де ло
ва рв аров,
лишённых
вся ­
ког о
свет а
гражданственности,
цив ил изации.
Это
в
натуре
в ещей.
Но
вот
яв л яются
др угие
су дьи!
..
Можно
иметь
талант
для
поэ ­
зии,
—
много
ум а,
во обр аж ения
и
при
всём
том
бы ть
варваром.
А
Пушкин
и
все
ру сс кие
—
ко нечн о,
в арв ары ... » («Журнал Мин.
на роди ,
п ро ев .», 1913, март,
стр.
17).
Раздражение
Н.
И.
Тургене­
ва,
мир но
проживавшего
в
Париже,
м ожно
объяснить
только
те м,
что
пушкинские
стихи
на пом нили
ему
содержание
той
«Записки»,
которую
он
со гл аси лся
п ослать
цар ю
Николаю,
наполнив
её,
по
совету
Александра
Тургенева,
лживыми
вставками
и
такими
репликами
по
адресу
казнённых
и
ссыльных
товарищей
по
общему
дел у,
как
«настоящее скопище разбойников», «истинные
зл одеи », «адское дело
со
всеми
под робн ос тями
бе сп ри мерн ого
разврата
и
беш ено й
к ро в о ж адно ст и»... («Красный архив»,
т.
XIII, стр.
73).
Вклю ч ив
себ я
в
группу
северян
ра нне го
призыва,
выд ел ив
Н.
И.
Ту рген ева
как
ми рно го
защитника
идеи
о
«рабстве пад ­
ше м», зная принципиальную вражду последнего против бунта,
против
революционного
насилия,
его
и скон ное
у беж дени е,
что
«волею правительства», опирающегося на просвещённую
груп пу
передового
дворянства,
могут
быт ь
разрешены
в
России
основные
вопросы
общественной
жизни,
Пушкин
выразил
опр ед елив шиеся
у
нег о
к
30-м
годам
симпат и и
тому
крылу
дворянской
оппозиции,
к ото рое
14 декабря пыталось произвести гос уд арственный
переворот.
(К концу жизни Пушкин отрицал реформатор­
скую
роль
современной
ему
государственной
власти
в
лице
Н ик олая
I и думы,
считая,
что
не
од но
«просвещённое»
д вор ян­
ство,
а
более
ш ир окие
общественные
круги
пр имут
участие
в
преобразовании
страны,
в
борьбе
с
самовластьем
и
крепостни­
чеством.)
Самое
же
Северное
общество
в
его
оц енке
было
организа«
ц ией,
где
уча стн ики
имели
больш ую
склонность
к
«витийству рез­
ко му », к теоретическим анализам проектов конституций и всяче­
ских
законоположений
(Н.
Муравьёв
и
Н.
Тургенев)
б1,


380
Евгений
Онегин
XV
Так
было
над
Нево ю
льдистой.
Но
там,
где
ранее
весна
Бл ест ит
над
Каменкой
тенистой
И
над
холмами
Тульчина,
Где
Витгенштейновы
дружины
'Днепром подмытые равнины
И
степи
Б уга
облегли,
—
Д ела
[иные уж]
пошли52.
Там
П[ естел ь]
—
ки нжа л53
И
рать...54
набирал55
Холоднокровный
генерал56
Там
Р [ю ми н]...57.
В
сою з
славянов
вер бов ал
58.
Его ...6 9
И
Муравьёв
его
склонял,
Исполнен
де рзос ти
и
сил,
Союза
[вспышку]#5 торопил .
наз ван ы
главные
центры
заговорщиков
из
Южного
Зде сь
общества
—
Каменка,
имение
П.
И.
Пестель.
В.
Л.
Давыдова
в
Чигиринском
уез де,
Киевской
губернии,
и
Т уль чин
(Подольской губ.),
где
был
штаб
2-й
армии,
кото­
рой
командовал
генер ал
граф
П.
X.
Витгенштейн;
на зва ны
к рупн ей шие
представители
юж­
но го
за гов ора
—
командир
Вят­
с кого
полка
полковник
Пе­
стель;
по дпол ковн ик
Чернигов­
ского
полк а
С.
И.
Муравьёв-
Апостол;
п одп оручик
Полтав­
ского
пехотного
полка
М.
П.
Бестужев-Рюмин.
Первый
из
них ,
автор
«Рус­
ской
Пр а вды », в оценке Пуш­
к ина
—
«один из самых ориги ­
нальн ых
умов»,
которых
зн ал
по э т: «Только революционная
голова,
подобная
Пестелю,
мо­
жет
любить
Россию
так,
как


Глава
десятая
(сожжённая)
381
С.
И.
М уравь ёв-А пост ол.
писат ел ь
то лько
может
лю­
бить
её
яз ык», —
читаем
в
заметках
Пушкина
1822—
1823 гг. 61
С.
И.
Муравьёв-Апо­
стол
—
а к тивне йший
чл ен
Юж ного
общества,
глава
Василь к о вск ой
управы,
.ав ­
тор
агитационного
«Катехи­
зиса»,
собиравший
солдат
из
разных
п олков ,
в
том
чис ле
ссыльных
из
Семёнов­
ско го
пол ка,
и
ск лон яв ший
их
к
возмущению,
открыв­
ший
сноше ни я
с
самым
ра­
дикальным
из
де каб рист ­
ских
круж ков,
Обществом
соединённых
сл авян,
—
п од­
нял
27 декабря 1825 г.
свой
пол к
и
двинулся
на
соеди­
нен ие
с
другими
полками
в
цел ях
захвата
власти.
М.
П.
Бестужев-Рюмин
(как
сказано
о
нём
в
«Алфавите декабристов») «действовал и даже
мыслил
нераздельно
с
С.
Мура в ьё в ым- Апос то лом», между про ­
чим,
пропагандировал
ср еди
офицеров
из
Общества
соединённых
славян
и дею
цареубийства
п ушк инс ким
стихотворением
«Кин ­
ж ал» 62.
Все
четыре
декабр иста
были
личн о
известны
Пушкину.
Трое
из
них
были
по вешены
13 июля 1826 г.63
Можно
ли
на
осн ова нии
отрывков
X главы говорить,
что
Пуш­
кин
в
1830 г.
н еглубок о
и
несерьёзно
отнёсся
к
«декабризму во ­
о бще » 64, что только после 1830 г .
в
и тоге
своих
«исторических
раз ыск аний
и
размышлений
над
и стори ческ им и
событиями»
Пушкин
увидел
в
декабристском
движении
«трагический социаль­
ный
к он флик т», «убедился в классовом характере 14
декабр я »
и
п р. ?65 Наш комментарий приводит к совершенно противопо­
ложному
выводу.
Пушкин
и тоги
своего
классового
самосознания
чётко
вскрыл
в
«декабристских»
отрывках
X главы романа:
он
—
за
«декабризм»,
за
освобождение
народа
от
р аб ства,
от
«самовластья», за
нов ый
п рогрес сив н ый
пут ь
развития
стр аны.
В
1830 г .,
так
же
как
и
в
1834 г.
во
время
беседы
с
ве л.
кн.
Ми­
хаилом
Павловичем,
Пушкин
с
полной
политической
ясностью
понимал
прич ины
«страшной стихии мятежей»
в
России,
зн ал,
ка кие
важн ые
общественные
п рич ины
при ве ли
на
Сенатскую
площадь
14 декабря и к военному восстанию на юге,
вызвали


382
Ев гений
Онегин
к
жизни
Никиту
Муравьёва
и
Пес теля ,
Тургенева
и
Сер гея
Муравьёва-Апостола.
Нам
неизвестно,
как
Пушки н
развернул
бы
канву
X главы,
каковы
бы ли
бы
его
«лирические отступления»
по
поводу
де ка­
бри с тско го
движе ния6 6.
Бесспорным
о ста ётся
ф акт:
Пушкин
в
1830 г.
достиг
наивысшей
объективной
правды
в
из о б ражении
общественного
движения
своего
кл асс а,
обнаружил
ту
в ысоку ю
степень
политической
зрелости,
которая
соответствовала
его
и сто­
рическому
пониманию
об ще ств енн ого
дел а
«дворянских револю­
ционеров»67.
XVI
А
про
тебя
и
в
ус
не
д ует,
Ты,
А[лександровский?]холоп...
Пушкин
имел
в
вид у
всесильного
при
Александре
I времен­
щика
Аракчеева
68, которого Николай не приблизил к себе после
подавления
восстания;
пос ле
1825 г.
Аракчеев
быс тро
с ошёл
на
нет
как
государственный
деятель69.
XVII
Авось,
о
Ши бол ет
народный,
Теб е
б
я
оду
посвятил,
Но
стихоплёт
ве ликородн ый
Меня
уже
предупредил.
Сл ово
шиб ол ет
—
по-еврейски
к олос
—
в стр еча ется
в
библей­
с ком
повествовании
о
то м,
как
муж и
галаадские,
истребив
по­
чти
всё
племя
Ефраима,
заня ли
проходы
у
Иордана,
чтоб
не
п ропус ти ть
у целевш их
ефраимитов,
и
спрашивали
каждого:
«А вы не из Ефраимова племени?» — «Н е т»
—
от в ечали
те.
—
«А скажите:
шибболет!
—
Те,
затрудн яясь
произнести
правильно,
о тв ечали
«сибболет»
и
таким
об ра зом
выдавали
своё
п роис хо­
ж дение .
И
брали
ег о,
и
з акал али
его
у
пер епр авы
ч ерез
Иор да н. ..»
Это
слово
в
литературном
язы ке
современников
Пушкина
игра­
ло
роль
признака,
к оторым
от лича ли сь
люд и,
принадлежавшие
к


Г лава
десятая
(сожжённая)
383
определённому
к ругу,
па р­
ти и,
от
инакомыслящих;
так ,
в
1833 г.
в
«Москов ­
ском
телеграфе»
Бесту-
жев-Марлинский
писал
(о
к арамзи н ис тах) : «И слова:
чув
ствительность,
несча ст на я
любовь
стали
шиб боле том,
лозун­
гом
для
входа
во
все
об­
щества»70 (Марлин-
ский,
Полное
собр.
со ч.,
т.
XI, стр .
282).
Особен­
но стью,
определяющей
по­
литическую
действитель­
ность
тогдашней
Рос ­
с ии,
лишён ной ,
по
мн ению
Пушкина,
твёрдого
осно­
ван ия
за кона,
был о
слово
авось,
в
чём
п оэт
соглашался
со
сво им
предшественником-поэтом.
Авось
как
глав ная
пру жина
правительствен­
ной
п олити ки
б ыло
отме-
А.
П.
Юшневский.
чено
в
сатире
кн язя
П.
Вяземского
«Сравнение Петербурга с
М ос кво ю» (1811), где Москва говорила Петербургу:
У
вас
аво сь
—
России
ось
—
Крут ит ,
вертит,
А
кучер
спит.
XVIII
Авось,
аренды
забывая,
Ханжа
запрётся
в
монастырь,
Авось,
по
манью
[Николая?]
Семействам
в озвр атит
[Сибирь?]...
Авось,
дороги
нам
исправят...
Д.
Н.
Сок олов
на пом нил
п ушки н ское
пос ла ние
к
Н.
И.
Гнеди-
чу
(1821), где известный реакционер александровского времени
(«холопская душа», «просвещения гонитель») и член следствен­


384
Е вгени й
Онегин
ной
комиссии
по
де лу
о
декабристах,
к нязь
А.
Н.
Голицын,
был
назван
ханжой:
...сп асая сь
от
гон ен ья
Ханжи
и
гор д ого
глупца.
Пуш кин
надеялся,
что
Нико л ай
«простит»
декабристов,
томив*
шихся
«в пропастях земли», в сибирской ссылке.
Ещё
в
январе
1826 г .,
до
известия
о
при гов оре ,
он
писал
А.
А.
Дельвигу: «Твёр­
до
надеюсь
на
великодушие
молодого
нашего
царя »; 20 февраля
писал
ему
же : «Что Иван Пущин?
Мне
ск азы вали,
что
20-го,
т.
е.
сегодня,
участь
их
должна
р ешитьс я
—
сердце
не
на
месте,
но
крепко
надеюсь
на
милость
царскую».
Пр игов ор
В ерхов н ого
суда
и
дальнейшая
судьба
декабристов
в
связи
с
г орьки ми
эпизодами
собственной
ж изни
поэта
подтачивали
эти
надежды
на
«милость
царскую», и в год написания X
г лавы
Пушкин,
судя
по
тому
с мы­
словому
отт енк у,
который
ле жал
в
сл ове
«авось», иронически
относился
к
св оим
б ылым
на ст ро ениям
71.
Общие
жалобы
на
бездорожье,
мешавшее
хозяйственному
ра з витию
страны,
н ашли
отклик
в
п ра вител ь стве
Ник ол ая
I:к
1830чг.
б ыла
закончена
п остро йка
первой
шоссейной
до­
рог
и
—
между
Москв ой
и
Пет ербу р го м72.


ПРИМЕЧАНИЯ
РО МАН
ПУ ШКИНА
1 См.
письмо
А.
Тургеневу
от
1 декабря 1823
г.
2 См.
че рно вое
письм о
Бестужеву
от
8 февраля 1824
г.
3 Белинский по цензурным условиям не мог сказать,
что
этим
«момен ­
том»
были
годы
общественной
борьбы
внутри
дворянского
класса,
которая
п ривела
к
декабризму
и
после
поражения
«дворянских революционеров»
к
глухой
реакции
никол а евс ко го
царствования.
4«В «Анне
Ка рен ино й»
и
в
«Онегине»
не
реш ён
ни
о дин
вопрос,
но
они
Вас
вп олне
удовлетворяют
потому
только,
что
все
вопросы
поставлены
в
них
п ра вил ьно» (из письма А.
П.
Чехова
к
А.
Суво рину
от
27 октября
1888 г) .
5 Указание Д.
Д.
Благого
в
его
статье
«Великий мировой поэт» («Ли­
тературная
газета», 1949, No 47).
6 См.
статью
Вл.
Нейштадта
«Пушкин в мировой литературе» («Крас­
ная
Новь», 1937, No 1).
7 Из воспоминания С.
Сенькина,
Ленин
в
коммуне
Вхут ем ас, «Мо ­
лодая
гвардия», 1924г.,
No
2—3 .
8М.
Горький,
О
литературе,
М.
1935.
9 Павловское
—
и мение
П.
И.
Вуль ф
в
Тв ерск ой
губ.
ПУШКИН
ОБ
«ЕВГЕНИИ ОНЕГИНЕ*
1 Включены также письма корреспондентов Пушкина с их отзывами
о
ром ан е.
2 Ср.
ч ерно вое
пи сь м о: «Первая песнь или глава кончена
—
я
тебе
её
доставлю.
Пишу
его
с
упо енье м,
что
уж
да вно
со
мн ой
не
бы ло... »
3 Не в Петербурге .
4И.
В.
Слен ин
—
книгопродавец
и
издатель.
515маяА.
Н.
Г о лицын
был
отс тавле н
от
Министерства
нар одн ого
просвещения:
А.
А.
Шишков
был
назначен
министром.
6 См.
V строфу гл .
II «Евгения Онегина».
7 См.
строфу
XXVIII гл.
I.
8 См.
18-й
стих
письма
Тать я ны
в
гл.
III.
9 Воронцов.
10 См.
строфу
LVI гл.
I.
11 «Неистовый Роланд»,
поэма
итальянского
автор а
Ариосто
(1474—
1533).
12 «Сэр Гудибрас»
поэма
в
3 частях (1663, 1667, 1678) английского поэта
Са мюэля
Ботмера
(1612—1680), осмеивавшая ханжество пуритан,
насыщена


386
Евгений
Онегин
намёками
на
л ица
и
события,
которые
р исуют ся
в
карикатурной
форм е;
его
г ерои
—
рыцарь
Гуд иб рас
и
оруженосец
его
Ральф.
13 «Орлеанская дева»
—
поэма
Вольтера,
о
которой
Пушкин
писал
в
стихотв.
«Бова» (1814):
.. .вчер а,
в
архивах
рояся,
Отыскал
я
книжку
славную,
Золо тую ,
нез абв ен ную,
Катехизис
ост р оуми я,
Словом
—
Жанну
Орлеанскую.
14 Vert-vert —
французская
поэма
Ж.
Б.
Гре ссе
(1709—1777),
ост роу мно
изображавшая
трагическую
смерть
«благочестивого»
попугая,
воспитанного
в
женском
монаст ыр е,
а
потом
по павше го
в
ве сёл ое
общество.
15Поэмав8
песнях
Гёте,
написана
в
1793 г.;
сатирическая
перера­
ботка
сказаний
из
устного
жив от ного
эпоса.
16 Французский писатель (1621—1696).
17 Цензор Бируков подписал 29 декабря 1824
г.
разрешение
I главы
ро ман а.
18 В No 23 «Северной Пчелы» 1825 г., 21 февраля,
было
объявление,
что
книж ка
(романа)
продаётся
по
5 руб.
в
книжном
магазине
И.
В.
Слен ина.
19 Н.
И.
Хм ельн ицк ий
(1789—1845) —
драматург
и
перево дчик .
20 Буквально: «улыбка читателя мне улыбается» .
21 Е.
И.
Голицына,
в
салоне
кот оро й
бывал
поэт
и
в
честь
которой
написал
в
1817 г.
ст ихо т ворение
(«Краёв чужих неопытный любитель»),
22 Ф.
И.
Толстой-американец.
23 См.
к омм ента рий
к
XIX строфе гл.
IV.
24 См.
гл.
III, строфы XX—XXI.
25 Имеется в виду статья А.
А.
Бест у жева
в
«Полярной звезде»
на
1825 г.
«Взгляд на русскую словесность в течение 1824
и
начале
1825 годов»
(о воспитании,
стр.
7 и др.).
В
эт ой
статье
Бестужев
п исал
о
роман е: «Пер­
вая
глава
стихотворного
ром ана
Онегин,
недавно
появившаяся,
есть
заманчивая,
одушевлённая
к ар тина
неодушевлённого
н ашего
свет а.
Везде,
где
говорит
чувство,
везде,
где
мечта
уносит
поэта
из
проз ы
описываемого
об ще ства
—
стихи
загораются
поэ тичес ким
жа ром
и
звучн ей
текут
в
душ у»
(стр.
14).
26 См.
XVIII строфу гл .
I.
27 Журнал «Мос ковс к ий
те ле гра ф».
28 Плетнёв просил переписать « Бо р ис а
Году нова»
и
пр ислат ь.
29 Отрывок из VII
глав ы
«Евгения Онегина», потом вошедший в « Пу те­
шестви е
Онег ина», был напечатан в «Мо сковск ом
Вестнике» (вVI
книжке
без
по дпис и
им ени
Пушкина).
30В «Московском
Вестнике» 1827и 1828
гг.
по мещ али сь
от ры вки
«Ев­
ге ния
О нег ина».
31 Соболевский печатал II
гл.
«Онегина»
по
поручению
Пушкина
в
М оскве,
а
III гл.
печаталась
Плетнёвым
в
Петербурге,
как
это
вид но
из
предыдущего
письм а.
32 В No 1 «Московского Вестника», 1828 г .,
был
помещён
отры вок
из
«Евгения Онегина»: описание Москвы,
гл.
VII, строфы XXXVI, XXXVIII
и
XLI—XLIII.
33 Письмо Е.
М.
Хитрово
Пуш ки ну
с
замечаниями
на
IVиV
главы
«Евгения Онегина»
неизвестно.
34 IV—V (вместе)
и
VI главы.
35 На этом экземпляре (IV—V
главы)
Пушкин
сделал
н адпись : «Евпрак -
сии
Николаевне
Вульф
от
А вт ора.
—
Твоя
от
твоих.
22 февраля 1828».
36 Отрывок из VIII
глав ы
(«Прекрасны вы,
брега
Тавр иды», кончая
стихом
«я воображал») в No 1 «Литературной газеты», 1 января 1830
г.


Примечания
387
X
37 Речь идёт о гл.
VIII.
38 В февральской книге «Ат енея»
была
напечатана
мелочно-придирчи­
вая
статья
Вое йкова ,
на
которую
Пушкин
отвечал
в
с воих
«Критических
з ам ет ках » (1830), появившихся в « Д енни це», 1831 г.
39 Сотрудник «В естн ик а
Е вр оп ы », писавший против Карамзина - ис торик а .
40 Известный в то время московский шут.
,
41 Ив.
Ерм .
Великопольский
(1797—1868), автор стих . : «К Эрасту.
Са­
т ира
на
иг р о ко в », хотел напечатать в «Северн ой
Пчеле»
Булгарина
от вет
на
стих .
Пушкина
к
нему,
где
Пушкин
шу тли во
упрекнул
его
в
том,
что
он
пишет
сатиры
на
игро ко в,
а
сам
готов
понтировать
всю
ночь.
В
ответе
своём
П ушки ну
Великопольский
написал,
что
да вно
знаком
с
автором
по­
слани я
и
Очень
п ом нит,
как
сменяя
Былые
рублики
в
кисе,
Г лава
О неги на
вторая
Съезжала
ск ро мно
на
туз е.
42 Имение Н.
И.
Вульф
в
Тверской
гу б.,
где
вр емен но
го стил
Пушк ин .
43 В Малинниках Пушкин однакоже написал несколько строф VII
гл.
«Онегина».
44 Восьмая глава при печатании была выпущена,
а
д евя тая
обращена
в
восьмую.
ГЛАВА
ПЕРВАЯ
1 Белинский,
Сочин ени я
Ал екс анд ра
Пушкина,
статья
8-я .
2В «Трутне» (1769) Н.
И.
Новикова,
в
«Смеси»,
было
напечатано
письмо
к
издателю,
где
встречается
это
в ыр аж е ние: «Вы выводите пороки
без
околичности,
осмеиваете
грубость
нравов
исп орченны х
и
тем
показы­
вает е,
что
вы
прямой
др уг
истинного
человечества»; в «Беседующем
гр а ж данине» (1789, ч .
1, стр . 23): «Сколь счастлив народ,
управляемый
др у­
гом
чел ов ечеств а»; в романе Этина «Р о за» (1786), в комедии того же
автора
«Мнимый мудрец» (1786) к некоторым героям также было приме­
нено
выражение
«друг человечества».
Этим
указанием
я
обязан
Л.
В.
Кре­
стовой.
3Е.
Ф.
Будде,
О пыт
грамматики
языка
А.
С.
Пушкина, 1904, стр.
19,,
ср.
т акже
комм,
к
XXXV строфе VII
главы.
4 Карамзин,
С очин ения ,
т.
VII, изд.
3-е, 1820, стр.
91.
5 См.
LIII строфу:
.. .досель
Порядка
в раг
и
расточитель.
6Д.
Бла г ой,
Социология
тво рч ества
Пушки на,
и зд.
2-е,
с тр.
115.
7 Ср.
выводы
историка
Романовича-Славатинского: «Большая часть
великорусских
п омещик ов.. .
новейшего
происхождения: XIX и уже никак
не
далее
XVIII столетия .
Поместья
весьма
редко
задерживались
в
т рёх­
чет ыр ёх
генерациях
одной
и
той
же
дворянской
-фа ми лии» («Дворянство
в
России
от
на чала
XVIII в.
до
отмены
к репос тн ого
права», Киев 1912,
стр.
170).
'
8В «Отрывке
из
Пу теш е ств и я» («Мнемозина», 1824),
Кюхельбекер
сообщил,
что
он
в
Дрездене
«много рассказывал ( по эту
Тидге)
о
молодом
творце
«Руслана и Людмилы» (ч .
2, стр.
57).
9 «Русский архив», 1901, No 5, стр .
55.
10 «Из писем и показаний декабристов»,
под
ред.
А.
К.
Бороздина,
П.
1906, стр.
9и39.
11 См.,
н априм ер, «Недоросль»
Ф онвиз ина, «Горе от ума»
Гри бо едо ва.
Ин ой
образ
гувернёра
дан
Гер цен ом
в
«Былом и думах».


388
Евгений
Онегин
12 «Записки Ф .
Ф.
В игеля », М.
1892, ч .
1, стр.
128.
13 «Полярная звезда», «Карманная книжка на 1825
год », изд.
А.
Бесту­
жевым
и
К.
Рылеевым,
СПБ
1825, стр.
7—8.
14 Л.
П о лива нов,
Вступит,
статья
к
«Евгению Онегину»,
Соч.
Пу ш кина,
и зд.
Л.
Поливанова,
т.
IV, М.
1894, стр .
38.
В
эт ой
стать е
автор
применил
к
Онег и ну
оценк у,
да нную
декабристам
в
манифесте
Николая
I
13 июля 1826
г.
(в день казни пятерых вождей восстания).
15 «Дни досад», «Вестник Европы», 1823, No 18, сент.,
ст р.
113—114.
16 Цитата по автографу В.
Одоевского
в
книге
П.
H.
С
а
к
у
л
и
н
а.
Из
и сто рии
русского
идеализма.
Кн язь
В.
Ф.
Од оевски й.
Мыслитель-писа­
тель,
т.
I, ч.
1, М.
1913, стр.
550.
17См», ещё в «Горе
от
ума »:
А
дамы!
—
Сунься
кт о,
попробуй,
овлад ей,
Судьи
всему,
везде,
над
ни ми
нет
судей.
«Зловещие»
и
«вздорные»
ста рух и,
вроде
Татьяны
Юрьевны,
гра фин и-
ба бушк и,
Княгини
и
п р.,
называют
Чацкого
безумным,
фармазоном,
яко­
бинце м .
Он ег ина
те
же
«судьи»
та кже
называют
с умас брод ом,
фа рмаз оном
(см.
ниж е
комм,
к
V строфе II
г л.).
18 Никола- Ан туа н
Буланже
(1722—1759),
автор
«Разоблачённой древ ­
ности» (1766) и «Разысканий
о
начале
восточного
дес по тизма » (1761) (обе
книги
были
изданы
Гольбахом),
был
религиозным
вольн одум цем ,
р ассм а­
тривал
би блию
как
собрание
астрономических
символов.
Участ ник
Энцикло­
педии,
Бу ланж е
ста вил ся
Карамзиным
в
одном
ряд у
с
атеистом
Ламетри
и
зна мени ты м
разрушителем
церковных
верований
Вольт ером .
19 Эпиграмма
—
в
современном
Пу шк ину
«Словаре древней и но­
вой
п оэ зии»
Н.
Ос толоп ов а
(1821 г .,
ч.
1, стр.
386—387) дано следующее
об ъяс нен и е: «Краткие стихи сатирического содержания,
к он чаю щиеся
ост­
рым
сло вом,
укоризной
или
шуткой».
20 «Русская старина», 1877, т .
XVIII, «Нечто о Царскосельском лицее
и
о
духе
оного».
21 «Записки Якушкина», М.
1925, стр.
26.
22 См.
у
Рылеева
—
«К временщику», 1820, «Гражданское мужество»,
1824; у Пушкина
—
«Кинжал», 1821.
23 См.
ещё
«К Батюшкову», 1821.
24Вповести «Безонские
рыбаки»
рассказывалось
даже
о
жизни
геро я
в
Росси и,
о
«самовластном господине»
и
пр.
(Переводы Карамзина,
т.
II,
стр.
5, 18—19, изд.
3- е, 1820.)
25 В.
С
е
м
е
в
с
к
и
й,
Политические
и
об щест венн ые
иде и
декабристов,
стр.
364—365,
26 Из писем и показаний декабристов,
под
ред.
А.
Бороздина,
СПБ
1906, с гр.
76.
27 «Русский архив», 1901, No 5, стр.
59—60.
28 Студент Карл Занд убил в марте 1819 г.
К оцебу ,
немецкого
чи нов­
ника,
агента
рус ск ого
правительства
(см .
«Кинжал»
Пу шкина); парижский
раб очи й
Лув ель
заколол
в
ф еврале
1820 г.
герцога
Беррийского.
29 «Русская старина», 1896, октябрь,
стр.
136—137.
30 «Голос минувшего», 1916,, октябрь,
стр.
154.
31 См.
замечания
Пушкина
в
его
«Записке о народном воспитании»:
«Мы увидели либеральные идеи необходимой вывеской хорошего воспита ­
ния ,
разговор
иск лючи т ельн о
пол ит ичес ки й,
литературу...
пр евр ати вшую ся
в
рукописные
пасквили
на
правительство».
32 Н.
И.
Тургенев,
Россия
и
русск ие.
33 См.
§ 26 «Законоположения Союза благоденствия»: «Всякий член
Со юза...
должен
для
подавания
примера
согражданам: 4)нерасточатьпо­
пусту
вре мя
в
мнимых
удовольствиях
б ол ьшого
свет а,
но
досуги
от
ис пол­
не ния
обязанностей
посвящать
полезным
занятиям
или
бе седа м
люд ей
бла ­


П ри мечан ия
389
гом ысл ящи х»; в § 51 рекомендовалось убеждать,
что
«сила и прелесть
ст ихо т воре ний
не
состоит...
в
созвучии
с лов», но. ..
«более всего в непри ­
тво рно м
изложении
чувств
высоких
и
к
добру
увлекающих».
34 «Восстание декабристов», т.
II, стр.
60.
35 Там же,
стр.
451.
36 Однако,
поживя
в
усад ьб е,,
он
привык
к
п омещ ичь ей
жиз ни:
И
нечувствительно
он
ей
Предался,
кр асн ых
летн их
дней
В
беспечной
н еге
не
считая,
Забыв
и
гор од
и
друзей
И
с куку
пра зд нич ных
затей.
(XXXVIII—XXXIX
стро фы ,
гл.
IV)
37 Адам Смит,
Исследование
о
природе
и
причинах
богатства
н аро­
д ов,
т.
II, М.—
Л.
1935, стр.
228.
:
38 См.
у
В.
Ф.
Одоевск ог о
в
его
«Психологических заметках» 30- х
годов.
«Если б перенести героев древних во всей их полноте в наше время,
они
были
бы
вел ича йшим и
злодеями,
а
н аши
преступники
были
бы
героями
в
дре вн ости» (П.
H.
С
а
кулин,
цит.
соч.,
т.
I, ч.
1, стр.
546—547).
Остро­
ум ная
пародия
(«Циклоп») на одну из идиллий Феокрита была написана
в
1813 г.
Н.
И.
Гнедичем,
большим
поклонником
античных
поэ т ов,
перевод­
чиком
Гом ера
(с 1807 г.)
и
авт ор ом
идиллии
«Рыбаки» (1822). С м.
Н.
И.
Гне-
дич.
С оо бщил
П.
Тиха нов,
П.
1884, стр.
21—23 (оттиск из Сборника Отд.
р усск.
яз.
и
слов есн ости
Академии
наук,
т.
XXXIII, No 3).
39 Н.
В.
С
в
я
т
л
о
в
с
к
и
й,
История
экономических
ид ей
в
Ро сси и,
1923, стр.
130.
40 Составлено из двух греческих слов:
фюзис
—
природа,
кратос
—
в ласт ь.
41 Проф.
В.
М.
Ште йн,
Раз вит ие
экономической
мысли,
т.
I, «Физио­
краты
и
классики», Л.
1924, стр.
32—33, 34, 40—41, 45—46, 50, 56—66 .
42 Проф.
В.
М.
Штейн,
ц ит.
соч.,
стр.
99—100 .
Про ф.
Штейн
в
дока­
зательство
эт ой
мысли
при водит
сл едую щую
цитат у
из
А.
Сми т а: «Люди
и
рабочий
скот,
употребляемые
в
земледелии,
не
только
возвращают,
подобно
фабричным
работ н икам,
це нност ь,
равную
их
содержанию
или
ка пи талу,
затраченному
на
них
с
присоединением
к
ней
прибыли
владель­
ца
капитала,
но
производят
ещё
б оль шую
ценн ос ть» (стр .
101).
См.
ещё.
на
102 и 104
стр.
характерные
выдержки
из
А.
Смита
в
типично
ф изио­
кратическом
дух е.
43Тамже,
ст р.
101.
44Тамже,
стр.
125—126.
45 Проф.
В.
М.
Штейн,
цит.
со ч.,
стр.
122—123.
Ср.
любопытное
письмо
пр ика з чика
помещику-декабристу
М.
С.
Лунину: «Зная вашу един­
ствен ную
цел ь
—
по
уплате
долгов
накопить
и
приумножить
су мму
капитала
и
тем
обезопасить
себя
и
имение
на
будущее
время,
сколько
можн о,
буду
способствовать
ваше му
ж ела нию»
и
т.
д.
(Б.
Д.
Греко
в,
Хозяйственное
состояние
России
накануне
выступления
декабристов.
Сборник
«Бунт дека­
бристов», Л.
1926, стр.
16).
46 Не из этой ли книги Пушкин усвоил мнение Смита о значении зо­
лота.
На
337-й
с тр.
1- го
изд.
«Опыта теории налогов» (1818) Тургенев при ­
вёл
эпиграф
из
Адам а
С мит а: «Золотые и серебряные деньги,
о бр ащаю­
щи еся
в
государстве,
могут
весьма
справедливо
быть
уподоблены
бол ьшой
дороге,
кото р ая,
доставляя
на
рынок
сено
и
хл еб,
не
про изв о дит
с ама
ни
малейшего
к оли чес тва
ни
того,
ни
другого»
(проф.
Е.
И.
Т арасов,
Декабрист
Николай
Иванович
Тургенев
в
александровскую
эпоху.
Очерк
по
истории
либерального
движения
в
Р осси и,
Самара
1923, стр .
149).
47 К.
Маркс
и
Ф.
Энгельс,
Соч.э
т.
XII, ч.
I, стр.
160.


390
Евгений
Онегин
К.
Маркс
и
Ф.
Энгельс,
Избранные
п ись ма,
Гос.
изд .
по лит и ческой
литературы, 1948, стр.
441.
48 Т.
е.
Александру
I.
49 В.
В.
С ипов ск ий,
Из
истории
ру сско го
романа
и
повести,
ч.
1,
СПБ
1903, стр. 199.
50 Н.
П ол евой,
Ред акц ия
В.
Ор ло ва,
стр.
44—45 .
51 Ср.
«Послание к Я.
Н.
Толстому»
от
26 сентября 1822
г.,
где
ссыль­
ный
Пушкин
вспоминал
собрания
«Зелёной лампы»:
В
изгнаньи
скучном,
каждый
час
Го ря
завистливым
желаньем,
Я
к
вам
ле чу
воспом инан ьем ,
Воображаю,
вижу
вас:
Вот
он,
п риют
гостеприимный,
Пр иют
любви
и
вольн ых
муз...
.
Где
в
ко лпак е
за
круглый
с тол
Садилось
милое
равенство...
62 Н.
О.
Лернер,
Пушкинологические
этюды,
«Звенья», V, 1935,
стр.
63—64.
63 А.
Яцевич,
Пушкинский
Пете рб ург,
Л.
1935, стр.
292.
64 Богиня любви ( К иприд а).
65 Место учёных собраний в античной Греции.
56 Ср.
к онец
послания
в
соч.
Пуш кина,
т.
1, М.
1934, стр.
244.
67 См.
в
послании
к
Щ ерб инину
1819 г. : «И жирный страсбургский
пир о г».
Страсбургские
пироги
—
пироги
с
изрубленной
гусиной
печёнкой,
привозимые
из
Страсбурга
в
запаянных
жестяных
коробках.
Лимбург
—
город
в
Бельгии,
славился
п роизво дст вом
ос обог о
сорта
сыра.
Живым
эт от
сыр
назван
потому,
что
вследствие
бро жен ия
он
н асы щен
был
бродящими
бактериями.
Трю фли
—
со рт
г ри бов.
58 «Московский телеграф»,
ст р.
314—315,
отдел
«Камер-о б с кур а »,
статья
«Мелкая промышленность,
шарл ата нст во
и
диковинки
московские».
59 Балет Дидло «Ф едр а
и
Ипполит»
был
представлен
в
сентябре
1825 г.,
т.
е.
спустя
два
год а
после
на пи сания
первой
главы
романа.
60 Пушкин,
Мои
замечания
о
русском
те атр е,
Со ч.,
т.
VI, М.
—
Л.
1934, стр.
10.
61 «Литературное наследство», No 16 —18, стр.
635.
62 Ср.
у
В.
Ф.
О дое вск ого : «Хотя уже пробило семь часов,
но
театр
был
ещё
почт и
пуст,
когда
я
пришёл
к
креслам;
тут
я
вспомнил,
что
же рт­
вующие
хо рошему
тону
наперерыв
стараются
как
возможно
позже
п ри­
ехать:
м ужч ины
—
для
того,
чтобы,
тор опливо
пр обега я
ряды
кресел,
на
вопр осы
знакомых
отв еч ать
с
лицом
будто
бы
не год ующим: «я обедал
у
кн язя
Знатова,
он
задержал
ме ня»
и
проч.
А
дамы
для
того,
что бы,
вход я
в
ложу,
иметь
удовольствие
застучать
стульями,
оборотить
на
себя
несколько
лорнетов
и
про из вест и
в
т еатре
маленький
шопот,
который
жен­
ск ое
самолюбие
толкует
в
свою
пользу» (В.
Ф.
Одоевский,
Дни
досад,
«Вестник Европы», 1823, август,
No
15, стр.
220—221).
63 См.
ко мм,
к
«Отрывкам из путешествия Онегина».
64 «Пушкин и его современники», вып.
XXXVI, стр .
84.
65 Пушкин в письме к С.
А.
Соболевск ом у
от
1 декабря 1826
г.
назвал
мелк их
литературных
торгашей-издателей
«щепетильными литературщиками» .
66 «Философом ленивым. ..
жи ву
я
в
г о ро дк е» («Городок», 1814), Ба­
тюшков—
«мечтатель юный», «философ
р езвый
и
пи ит» (1814), «уж
я
не
тот
ф ило соф
с трас тны й» (1815); в поэтическом языке юного Пушкина
фавн
—
«философ козлоногий» (1816).
67 Л.
Майков,
Пушк ин,
П.
1899, стр.
124, 418.
68 «Записки Ксенофонта Алексеевича Полевого», стр.
273.
69 «Русская старина», 1899, сентябрь,
стр.
602—603 .


Примечания
$91
70 Н.
Котл яре в ский ,
Декабристы
А.
Од оевск ий
и
А.
Бестужев,
П.
1907, стр.
116.
Ср.
ещё
образ
жизни
М.
А.
Щербинина
(Ю.
Щерба-
ч ёв,
Приятели
Пушкина
М.
Щербинин
и
П.
Каве ри н,
М.
1913, стр.
36).
71 П.
Ча ада ев
вы шел
в
отставку
в
1821 г .;
знакомство
Пу шк ина
и
Чаадаева
со сто яло сь
в
1816 г.
72 М.
Жихарев,
П.
Я.
Чаада ев,
Из
в оспом инаний
современника,
«Вестник Европы», 1871, июль,
стр.
182—183 .
73 «Мелочи о П.
Я.
Чаадаеве».
Из
рукописи
Ж их арева , «Вестник Ев­
ро пы», стр.
398.
Вра жде бный
Чаадаеву
по эт
Языков
в
40-х
годах
н азы вал
ег о: «.. .красивый
идол
с т ропт ивых
душ
и
слабых
жё н».
См.
ещё
«Записки
Вигеля», ч.
6, М.
1892, стр.
20.
74 Т.
е.
пресыщенный
чело век .
75 М.
Ге ршен зон ,
П.
Я.
Чаадаев,
П.
1908, стр.
36.
76 А.
О.
Смирнова-Россет,
Автобиография,
изд.
«Мир», 1931,
стр .
120.
77 См.
в
ранней
лирике
Пушкина:
Ког о
жена
по
моде
Рогами
убрала.
(«Городок», 1814)
И
мужа
модные
рога.
(Послание « К
В.
Л.
Пушк ину », 1817)
78 «Записки кн .
М.
Н.
Волк онской », изд.
2-е, 1914, стр.
61—62 .
Ср.
по
этому
поводу
критические
замечания
Б.
Недзельского
«Пушкин в Крыму»,
Си м ферополь
1929, стр.
85.
79 Ср.
в
III главе, X строфа,
о
Та тьяне:
Она
с
опасной
книгой
бродит,
Она
в
ней
и щет
и
находит
Свой
тайный
жа р,
св ои
мечты,
Плоды
серд ечн ой
полноты.
80 Ю.
Н.
Щ
е
р
б
а
ч
ё
в,
Приятели
Пушкина.
Михаил
Андрееви ч
Ще р;
бинин
и
П ётр
Павлович
Каверин,
М.
1913, стр.
31.
81 Н.
Р ожк ов,
Русская
история,
т.
X, стр.
117—118.
82 Ср.
запись
Н.
Тургенева
в
дневнике
1818 г .: «Как посмотришь,
в
как их
ру ках
управление,
в
каки х
руках
финансы,
торговля
и
промыш­
ленность,
пол ици я,
правосудие,
законодательство!
Что
после
этого
остаётся
для
честных
людей?»—«У
нас
всякий
день
оскорбляется
человечест во,
сп ра­
ведли во ст ь
самая
простая,
просвещение
и,
одни м
с ловом ,
всё,
что
не
позво-,
л яет
земле
превратиться
в
пространную
пустыню
или
верт еп
разбойников!»
83 Ср.
замечания
Белинского
о
«страдающем эгоисте»
Онег ине: «Его
можно
назвать
эгоистом
по невол е;
в
его
эгоизме
должно
вид еть
то,
что,
древние
называли
«fatum».
Бла гая,
благотворная,
полезная
деятельность!
Зач ем
не
предался
ей
Онегин?
Зачем
не
искал
в
ней
своего
уд овл ет во рен ия?,
Зачем?
—
затем,
ми лости вы е
госу да ри,
что
пустым
лю дям
легче
с пр аши­
вать,
нежели
дельным
отвечать...»
84 Ср.
в
стих.
«Поэт», 1830 г. :
.. .Но
ты
останься
Т вёрд,
с покое н
и
угрюм.
85 В первоначальном замысле поэта тема: «рано чувства в нём [Он е ­
гине]
остыли»
раск ры валась
на
фоне
политической
жизни;
онегинская
охлаждённость,
его
мрачн ый
скептицизм
были
прямым
отве т ом
на
пол ит и­
ческую
реакцию
в
Европе
и
в
России;
в
1823 г.
идейны й
кризис
переживали
в
итоге
крушения
на
западе
ре волю ци онн ого
движения
Пестель,
Н.
Тур;
генев
и
др.
После
XXXVI строфы I
гл .,
п исав шейс я,
как
и звест но,., в.
1823 п


392 ,
Е в гений
Онегин
(«Но был ли счастлив мой Евгений?»), в
рук оп иси
романа
находится
отр ы вок
незаконченного
стихотворения:
Кто,
волны,
вас
остановил,
'
Кто
оковал
ваш
бег
могучий,
Кто
в
пруд
б езм олвн ый
и
дремучий
’
Поток
мятежный
обратил? (и т.
д.)
«Остановка»
в
политической
жизни
нар о дов
была
причиной,
что
у
Оне ­
гина
«сердца жар погас», что он стал « у г р юм».
Сми
конец
XLVII строфы
I гл.,
где
б ро шено
ук азан ие
на
первоначальные
мечты
О не гина
и
обра­
зом
колодника
из
тюрьмы
подчёркнута
безысходность
положения
в
изме­
ни вшихс я
общественных
условиях:
Как
в
лес
зе лён ый
из
тюрьмы
Перенесён
колодник
сонный,
Так
уносились
мы
мечтой
К
началу
жизни
молодой.
86 Ср.
в
по слан ии
«Чаадаеву» (1821): «В изгнании моём. ..
врагов
мо их
предал
проклятию
з а бве нья».
87 Н.
Дашкевич,
Стат ьи
по
новой
ру сск ой
лит ер атур е,
П.
1914,
стр.
212—213 .
:
88 Ср.
высказывания
о
Грибоедове
Пу шки н а: «Я познакомился с Гри­
боедовым
в
1817 г.
Его
меланхолический
характер,
его
озлобленный
ум,
его
добродушие,
самы е
сл або сти
и
порывы,
неизбежные
спутники
челове­
чест ва,
всё
в
нём
б ыло
необыкновенно
привлекательно».
89 См.
комментарий
к
ст ихо тво рению: «Я пережил свои желанья»
в
этюде
С.
Гессена,
Пушкин
в
Каменке
(«Литературный современник»,
1935, No 1).
90 Проф.
В.
М.
Ш
т
е
й
н,
Ра звит ие
эк оно мич еск ой
мысли,
т.
I,
стр.
141—142.
91 В.
И.
С
е
м
е
в
с
к
и
й,
Политические
и
общественные
иде и
декабри­
стов,
П.
1909; А .
Н.
П
ы
п
и
н,
Русские
от нош ения
Бентама,
в
сборн.
«Очерки литературы и общественности при Александре I», П .
1917.
92 «Мнемозина»,
изд.
В.
Од оевск им
и
В.
Кюх ель бек ер ом,
ч.
IV, М.
1825, стр .
35— «Ещё
два
аполога.
I.
Новы й
д ем он».
93 См.
Л.
И.
Поливанов,
Демон
Пушкина,
«Русский вестник»,
1886, август;
В.
В.
С
и
п
о
в
с
к
и
й,
Пу шки н.
Жизнь
и
творчество,
1907,
стр.
598—600; Н .
О.
Лернер,
Примечания
к
т.
II Сочинений Пушкина,
изд.
Брокгауз
—
Эфрон,
стр.
618—623.
91 Река в Италии,
впадающая
в
Адриатическое
море.
95 «Русский архив», 1901, No 6, стр.
187.
96 Приятное безделье.
97 О,
челов ечест во!
98 Сочинения К.
Н.
Батюшкова,
СПБ
1886, т.
III, стр .
101—103 .
99 М.
Горький,
История
русской
литературы.
Гослит и здат ,
1939,
ст р.
88.
100 Б.
Недзельский,
Пушкин
в
Крыму,
стр.
54.
101 Вопросу об утаённой любви Пушкина к М.
Н.
Раевской
посвящены
этюды
П.
Е.
Щёголева
в
сборн.
«Пушкин»,
изд.
2- е,
и
Б.
М.
Сок олова
«Кн.
Мария
Волконская
и
Пуш ки н», М.
1922.
F
ГЛАВА
ВТОРАЯ
1 «Остафьевский архив», III, 1899,
стр.
73—74.
2 Пушкин,
Языков
и
Вуль ф.
3П.
М.
Устимович,
Михайловское,
Тригорское
и
м огила
Пуш кин а,
очерк,
из д.
А кад емии
н ау к, 1927.


Примечания,
393
4А.
П.
Керм,
Восп ом инан ия ,
изд.
«Academia», 1929, стр .
254—256 .
6 По словам П.
М.
Устимовича, «на барский дом он
не
пох одил,
так
как
был
приспособлен
под
господский
из
заводского
строения».
6 Ср.
в
«Деревне»: «Там тягостный ярем до гроба все влекут».
7Н.
Руб инште йн,
Эк он омич еск ое
развитие
России
в
начале
XIX в.
как
ос нова
дви жени я
декаб рист ов ,
журн.
«Каторга и ссылка», 1925, No 8»
стр.
22—23 .
8Н.
Руб инште йн,
Цит.
соч .,
журн.
«Каторга и ссылка»,
1925,
No
8, стр.
33.
9Н.
Рубинштейн,
Ци т.
соч .,
журн.
«Каторга и ссылка»,
1925,
No
8, стр.
33.
10 Ср.
показания
декабриста
А.
А.
Бестужева: «А как ропот народа,
от
истощения
и
злоупотребления
земских
и
гражданских
властей
проис­
шедший,
грозил
кровавою
революцией,
то
[тайные]
общества
вознамери­
лись
отвратить
меньшим
злом
большее
и
начать
свои
действия
при
первом
удобном
случае» . «Мы
более
всег о
боялись
нар одн ой
ре волюц ии », заявил
Бестужев,
объясняя,
почему
он
с
Рылеевым,
н апи сав
народным
языком
либеральную
песню
(«Ах,
скучно
м не ») для распространения в народной
масс е,
быстро
«одумались»: «народная революция не может быть не крово­
пролитна
и
не
долговременна,
а
подобные
песни
могли
бы
о ную
при бли­
зить »
и
потому
«в народ и между солдатами никогда их не пускали» («Вос­
стание
дека брис то в», т.
I, стр.
458).
В
том
же
направлении
думал
о дин
из
влиятельных
деятелей
Северного
общества,
С.
Труб ецкой: «Должно*
представить
помещикам,
что
рано
или
поздно
крестьяне
бу дут
свободны,
что
г ора здо
полезнее
помещикам
самим
их
освободить,
потому
что
тогда
они
мог ут
заключить
с
ними
выгодные
для
себ я
условия,
что
если
помещики
буд ут
упорствовать
и
не
согласятся
добровольно,
то
крестьяне»
могут
вырвать
у
них
себе
своб оду ,
и
тогда
от е­
чество
может
быт ь
на
краю
без дны .
С
во сстан ием
кр е стьян
неминуемо
будут
ужасы,
к оторы х
никакое
вооб ра же ние
представить
себе
не
может.
Государство
сделается
жер твой
раздоров
и,
может
быть,
добычею
често­
любц ев.
..
Вся
слава
и
си ла
России
может
по ги бнут ь,
если
не
навсегда,
то
на
многие
лета.
Члены
общества
б ыли
мо лод ые
л юди,
не
и ме вшие
ещё
собственных
по м ест ьев,
они
не
могли
д ать
примера
согражданам
освобо­
ждением
собственных
крестьян,
и
потому
им
предстоял
о дин
только
сп особ
действия
—
убеждение
словом».
11 «Остафьевский архив», т.
I, стр.
14—17.
12 Н.
К.
Кульман,
Из
и ст ории
об ще стве нн ого
дви же ния
в
России
в
царствование
императора
Александра
I,
П.
1908,
оттиск
из
Известий
Отделения
русск ог о
яз ыка
и
сло вес ности
Академии
на ук,
т.
ХЩ,
1908,
кн.
1.
13 Молоток
—
один
из
си мвол ов
масонства.
Франкмасоны
—
по-фран­
цузски
означает
«вольные каменщики».
14 Ю.
Тынянов,
Пуш кин
и
Кюхельбекер,
жу рн.
«Литературное
наследство», No 16—18, стр.
368.
15Тамже,
стр.
369.
16 «Мнемозина», ч.
2, стр.
150.
17 «К друзьям», «Нереида», «Редеет
облаков
летучая
г р яда », «Домо­
вому»
и
др.
в
«Полярной звезде»
на
1824 г.
(цензурное разрешение
книги
—20
декабря
1823 г.) .
18 «Русская старина», 1888, ноябрь,
ст р.
327s
19 Подчёркнуто автором.
20 См.
в
варианте:
Он,
впрочем,
уважал
решимость,
Гонимой
славы
нищету,
Талант
и
сердца
п рав оту,
Го ни мый
г ений,
пр ос тоту ...


394
Евгений
Онегин
21 Варианты:
И
мира
[жизни]
тай ны
роковые...
Вселенной
тайны
рок овы е.
22 П.
Щ ёгол ев,
Исторические
этюды,
изд.
2- е,
ст р.
167.
23 См.
рассуждения
п роф.
Павлов а: «Теории от практики никак отде­
л ить
нел ьз я:
о дна
н емину емо
предполагает
др угую.
Пра кти ка
есть
тео рия
в
действии,
а
теория
есть
практика
в
мы с ли » («Земледельческий журнал»
1823, кн.
VII).
24 Ср.
указание
Пуш кина
(в VII
главе)
на
В.
А.
Ле в шина,
тульского
помещика,
автора
мног очи слен ны х
работ
по
сельскому
хозяйству
(«Полная
хозяйственная
книга», М.
1813—1815).
25 «Литературное наследство», No 16 —18, стр .
362—363.
26 Там же,
стр.
364.
27 To-ест ь
р одны х,
русских.
В
черновой
р укоп иси
в
споре
с
Ленским
о
ру сск их
по этах
Евгений
«венчанных наших сочинений,
достойных
по­
хва л,
немилосердно
поражал».
В
той
же
те тр ади,
через
одиннадцать
ли­
ст ов,
т.
Зенгер
об нару жи ла
конец
окончания
этой
стро фы ,
где
Онегин
на зы­
вал
Жуковского
—
«Парнаса чудотворца»
—
«царедворцем»,
а
о
Крылове
говорил,
что"
тот
«разбит параличом».
Коммен т ат ор
этого
фрагмента
у ка­
зывает,
что
точка
зрения
Онегина
на
Жуковского
была
отголоском
мне ния
декабристски
настроенных
кругов,
где
бы ла
распространена
эпиграмма
А.
Бест у жева
(«Из савана оделся он в ливрею»
и
т.
д.); о поражённом
в
1823 году параличом Крылове ходила молва,
что
он
перестал
писать
басни;
Рылеев
написал
эпиграмму:
Нет
одобрения
талантам
никакого:
В
России
г лушь
и
дич ь.
О
даровании
Крылова
Едва
напом ни л
паралич.
См.
сб ор ник
«Пушкин
—
родоначальник
нов ой
р усск ой
литературы», 1941,
стр.
43—47.
28 Выражение «с тр аст ь
не жна я» (см.
VIII строфу I
гл.)
б ыло
ходовым'
уже
в
XVIII в.
В
«Собрании разных песен»
М.
Д.
Чулкова,
ч.
I—III,
1770—1773 (в академич .
из д.
1913 г.,
стр.
737), в отделе
«Театральных
песен»:
Любовь
сер д цам
уг од на,
Страсть
нежная
природна.
У
Пушкина
встречаем
в
лицейских
стихотворениях:
Восторги
стр асти
нежной...
О
жертва
стр ас ти
неж ной.
В
поэме
«Руслан и Людмила»:
Так,
сердце
я
теперь
узнала,
Я
вижу,
верны й
д руг,
оно
Для
не жной
страсти
рождено.
29 Мы не должны забывать,
что
тема
о
стр ас тях
занимала
значитель­
ное
место
в
сочинен иях
Карамзина
и
Жуковского,
ко торы е
от ражали
и нте­
рес
к
ней
известных
кругов
дворянства
в
г оды
перелома
и
изме нени я
общественной
пси хологи и.
См.
с ти хот ворени е
Ка ра мзина
«Страсти и бес ­
страстие»:
ч
Как
б еден
человек !
нам
страсти
—
горе,
мука;
Без
стра сти
жи знь
—
не
жизнь,
а
скука.


П ри меча ния
395
См.
также
«Рыцарь нашего времени», «Разговор о счастье»
Карам«-
зина;
см.
стате йк у
Ж уко в ск ог о: «Жизнь и источник» (1798), его же сти­
хо тво рен ия
«Мир» (1800), «К человеку»
и
др.;
речь
о
страстях
в
Друже­
с ком
литературном
обществе
(«Что мы получим от бесстрастия?
Мы
то лько
вооружимся
против
радостей
жизни...
пускай
страсть
по ви ну ется
р ас­
судку»
и
п р.).
30 Софья Вайнштейн,
Госпожа
Ста ль.
Мыслитель
передовой
эпохи,
П.
1902, стр.
24—26.
31 Н.
О.
Лернер,
Расск азы
о
Пу шки не,
1929, «У
возможных
и сто­
ков
«Евгения Онегина».
32 Рылеев,,
Полное
собр.
соч .,
под
ред.
А.
Г.
Це йтл и на , «Academia»,
М.
—
Л.
1934, стр.
256—257.
33 Ср.
о
Т ать ян е: «с утра одета»; «в открытом платьице».
34 См.
та кже
гл.
III, строфа XII.
Для
Ле нско го
—
XXVI строфа, VI гл .
35 В черновой рукописи первоначально было:
Вы
м ож ете,
друзья
м ои,
С ебе
[её лицо]
пр едст ав ить
сам и,
Но
толь ко
с
чёр ны ми
глазами.
36 Судя по XLI
стр офе
гл.
VII, так звали жену Дмитрия Ларина.
37 М.
Горький,
И стори я
русс ко й
литературы,
Гослитиздат,
1939,
стр.
103, 104.,
38 Н.
О.
Л
е
р
н
е
р,
Из
«Журнала»
И.
М.
Снегирёва
о
Пу ш кине,
П уш­
кин
и
его
совр емен ник и ,
выпуск
XVI, стр.
47.
39 Ср.
в
ром ан е: «Весёлый мой закат» (III, XIII).
40 Ср.
в
ст ихот вор ении
«К вельможе» (1830):
Ты
понял
жизни
цель:
счас тли вы й
человек,
Для
жизни
ты
живёшь.
41 Ср.
в
ром ане: «На что грустить?» (VII, XIV).
42 Л.
П.
Г россман ,
Борьба
за
ст иль,
М.
1927.
43 «Дневник Кюхельбекера»
и зд.
«Прибой», Л.
1929, стр.
39.
44 Ср.
страничку
восп ом и наний
восхищённого
читателя
пушкинского
ро м ана : «С появлением I
главы
«Онегина»
все
читали
и
перечитывали
эту
поэм у,
многие,
не
уч'ив,
знали
наизусть
эти
лёгкие
и
п рек расны е
стихи.
Картины,
мысли,
остроты
и
умн ые
замечания
из
обыкновенной
жиз ни
в
ней
так
вер ны
пр ироде,
что
всякому
при
вс тр ече
с
милым
существом
или
с
человеком
смешным
и;
порочн ым
невольно
приходили
на
ум
стихи
из
«Онегина» .
Это
учеб ник
свет ски й,
не
всегда
нравственный,
но
столь к о
пол­
ный
по
всем
п ред метам,
что
многие
ж или
умом
Онегина,
и
те,
которые
хотели
ска зат ь
или
написать
что -ли бо
с воё
в
том
же
роде,
никогда
и
ни­
че го
не
сказали
лу чше
Пушкина» (М.
М.
П оп ов , «Русская
старина»,
1874, август,
стр.
698).
ГЛАВА
ТРЕТЬЯ
1 «Лицей,
или
К урс
литературы
древней
и
новой»
был
издан
Л агар-
пом
в
1799 г.
2 76: Phillida mitte mihi; 78: Phillida amo ante alias.
3 Герой романа Бенжамен Констана ( с м.
ниже,
комм,
к
XXII—XXIII
строфам
VII гл.) .
4В.
В.
Си по вски й,
Из
и ст ории
русского
романа
и
по вести ,
ч.
1,
П.
1903, стр.
254.
.
_
5 Перевод с французского Н ..
Данилевского, 4 части, 1766.
6 Перевод с французского, 1761.


396
Ев гений
Онегин
I «Непостижимая фортуна,
или
Похождения
Ми ра монд а»,
роман
в
3 частях Ф.
Эмина,
СПБ
1763.
В
п ред ислов ии
ав тор
ук азы вал,
что
главной
причиной,
п об уди вшей
его
издать
св оё
сочинение,
б ыло
«подвергнуть неж ­
ные
сердца
к
соболезнованию
о
наших
несчаст ия х».
8 По предположению Л.
Поливанова,
«Приключения Милорда,
или
Жизнь
молодого
человека,
бывшего
игралищем
л юбв и», пер.
с
ф ранц ., 1771.
9 Карамзин,
Соч. ,
т.
IX, стр.
22—24.
10 Трагедия Ф .
Шиллера.
II Поэма Байрона .
12 «Каин»
—
мист ери я
Байрона.
13 «Ган Исландец»
—
ро ман
В.
Гю го.
14 «Северная Минерва», 1832, ч.
3, «О нынешних писателях».
15 «Сын Отечества», 1833.
16 См.
подробности
в
ста тье
М.
Н.
Мотовиловой.
Нодье
в
рус с кой
журналистике
пуш ки нской
эпохи,
сб орн ик
«Язык и литература»,
т.
V,
Л.
1930.
17 H.
С
у
м
ц
о
в,
«Стихи об Арине Родионовне»,
в
«Харьковском уни­
верситетском
сборнике
в
память
А.
С.
Пуш кина», 1900.
18 П.
Вяземский,
Соч .,
т.
II, стр.
23.
19 Предполагая издать отдельной книгой первые шесть глав,
Пушкин
в
1829 г.
в
своём'
экзе мп ля ре
исправил:
читать
жур нал ы,
20 По словам П.
А.
Вяземского,,
вместо
стиха
Иль
при
разъезде
на
крыльце
прежде
бы ло;
Иль
у
Шишкова
на
кр ыль це.
21 П.
Уст и
мо
в
ич,
К
XXVIII строфе III
гл.
«Евгения Онегина», «Рус­
ская
ст ар и на », 1886, ноябрь,
стр.
610.
22 Другое указание критики ( у
Пушкина
первоначально
в
III главе,
V строфе,
бы ло:
как
у
Ва нди к овой
М ад оне)
было
принято
им
во
внима­
ние.
Т аким
образом,
по эт
выбросил
диалектическую
форму
(ср .
у
Грибое­
до ва
в
«Горе от ума»: у вдове), сделав этим уступку общепринятому лите­
ратурному
г ово ру.
23 Богданович использовал в своей поэме роман французского писа­
теля
Лафонтена
«Любовь Амура и Психеи» .
24 «Русская книга о Бетховене», М .
1927, стр .
114.
25 «Остафьевский архив», П .
1899, т.
III, стр .
24.
26 В.
Вино гра до в,
Язык
Пушкина,
ст р.
225—226.
27 «Северная пчела», 1827, No 24, «Новые книги».
28 «Московский вестник», 1828, ч.
7,No1.
29 Г.
И.
Со ко лов
рассказ ыв ал
М.
П.
Пог одину
в
письме
от
4 февраля
1829 г.
об
украинской
дворянке-старушке,
ок р ужён ной
полдюжиной,
воспи­
танниц,
ко торы е
зачитывались
новейшими
сочинениями
и
особ енн о
Пу шки­
ным.
Старушка,
вслушиваясь
в
их
беспрестанные
разговоры
о
текущей
словесности,
получила
также
охоту
к
литературе
и
заставила
их
громко
читать
себ е
всё,
что
ни
вы ходи ло
новенького.
Дело
дош ло
до
письма
Татья­
ны;
тогда
оскорблённая
чест ност ь
её
громко
возоп ила,
и
она
с
сердечным
негодованием
ск а за ла : «Ека проклята дивка!
Нехай
си би
писа­
ла,
да
в
свит
бы
не
в ыд авал а!» И ещё очень сердилась:
зачем
Та тья ну
в
с вит
выв езли».
30 «Прежде наша ошибка состояла в том,
что
мы
думали,
что
для
каждой
души
есть
только
одна
родная
ей
душа,
и
потому
сбились
на
фатализм.
Н ет,
у
миродержавного
пр омы сла
нет
лабораторий
для
п одоб ных
двойчаток,
нет
эт ой
аккуратной
и
отчё т ливой
э коном ии.
Для
ка жд ого
из
нас
существует
множ ество
род ных
душ ,
стоящих
в
от нош ении
к
нам
на
большей
или
меньшей
степени
родс т в а...
Первая
вс тре ча
решает
нашу


П рим е чания
397
судьбу,
и
сч астл ив ая,
разд елённая
любовь
ест ь
встр еча
с
род ной
в полне
душой,
а
несча ст ная ,
н еразделён ная
—
с
душою,
которая
с тоит
в
отн оше ­
нии
к
нашей
душе
только
на
некоторой
ст еп ени
родства
и
которая
только
т ревож ит
нас,
но
не
удовлетворяет.
Такого
рода
любовь
продолжается
только
до
встречи
с
вполне
родной
ду шо й» (из письма к Бакунину, 1837 г.).
31 Enjambement (франц. ) —
несовпадение
рит мичес ко й
и
син так сич еск ой
единицы,
перенесение
части
фразы
из
одного
стиха
в
другой.
32 См.
отражение
этих
песен
в
юж ных
поэмах:
черкесская
п есня
в
«Кавказском пленнике»; песня Земфиры в « Цыгана х»
и
др.
33 В.
Ф.
Ми лле р,
Пушкин
как
поэт-этнограф,
Д?. 1899, стр.
45.
ГЛАВА
ЧЕ ТВЁР ТАЯ
1 Ср.
XXXII строфу VI
гл.
2Е.
Ф.
Будде,
О пыт
гра мма ти ки
яз ыка
Пушкина,
ст р.
101.
3Карамзин писалвэтюде «Чувствительный
и
холодный.
Два
харак­
тера »: «Давно уже сравнивают любовь с розою,
которая
п лен яет
обоняние
и
глаза,
но
колет
руку:
к
несч аст и ю,
терние
долговечнее
цвета!..
Эрас т,
наслаждаясь
восторгами,
испытывал
и
неудовольствия:
иногда
сам
ск уч ал,
иногда
им
с кучали ;
иногда
ст радал
от
своей
верн ост и,
иногда
мучи лся
от
непостоянства
любовниц.
Надобно
за метить ,
что
и
самые
блестящие
мол о­
дые
лю ди
по
боль шей
част и
входят
в
связи
с
женщинами
ветре ны ми,
кото­
рые
избавляют
их
от
тр уд ного
искания:
муд ре но
ли,
что
любовь
и
непосто­
янство
имеют
почти
о дно
значение
в
с вет е?..
Одним
словом,
Эраст
или
блаженствовал,
или
терзался,
или
в
отсутствии
жив ых
чувств
то мил ся
нес но сною
скукою.
Леонид
не
знал
счастья,
но
не
искал
его
и
был
дов олен
мирным
спокойствием
ду ши
ясн ой
и
кроткой.
Первый
умом
обожал
свободу,
но
сердцем
зависел
всегда
от
других
людей;
второй
соглашал
волю
свою
с
порядком
вещей
и
не
знал
тяго ст и
принуждения*
(Карамзин,
Соч.,
М.
1820, т .
IX, стр.
263—265).
4 Карамзин,
Со ч.,
т.
VI, стр.
63—64.
6 См.
ниже
к о ммен тарий
к
образу
Зарецкого
(IV—VIII
стр офы
VI гл.) .
6 Уж голос клеветы не мог меня обидеть:
Что
ну жды
б ыло
мне
в
торжественном
суде
Холопа
знатного,
невежды
при
звезде,
Или
философа,
к от орый
в
прежни
лет а
Развратом
изумил
четыре
части
света,
Но,
просветив
себя,
загладил
свой
по зор.
О тв ыкнул
от
ви на
и
ст ал
картёжный
вор.
7 Ср.
та кже
в
письме
Пушкина
к
К атен ину
14 сентября 1825
г.,
где
п оэт
вспом инал
один
из
лучших
вечеров
своей
жизни
на
чердаке
кн.
Ша­
х овско го.
8Л.
Майков,
Пу шки н,
П.
1899, стр.
177.
9 См.,
на прим ер,
паф ос
торжественной
оды
в
эпилоге
«Кавказского
п лен ни ка».
10 Вариант для двух последних стихов:
И
шля пу
с
к ро влею
как
дом
Подвижный...
11 Б.
Л.
Модзалевский,
Пушк ин
под
т айным
надзором,
1925.
12 «Остафьевский архив», т .
III, стр.
117.
13 В.
С.
Нечаева,
Из
архива
Ба р атынс ког о,
«Утренники», I,
ст р.
70—71.


Езг ений
Онегин
ГЛАВА
ПЯТ АЯ
1 См.
эт юд
«Кн.
Вяземский
и
Пушк ин »
в
сборнике
«Беседы», М.
1915.
2 Со ссылкой на « Новейший
все общи й
и
полный
песен ни к», СПБ 1819,
В.
Че рныше в,
А.
С.
Пушкин
сред и
тво рц ов
и
но сит елей
русской
песни,
«Пушкин и его современники», вып .
XXXVIII—XXXIX.
3М.
П.
Самарин,
Из
ма р гина лий
к
«Евгению Онегину».
Место
и
рол ь
сна
Та тья ны
в
ком поз ици и
«Евгения Онегина».
Оттиск
из
«Наукових записок
наук оводо слщч оТ
катедри
icTopii украТнсько!
к ульт ури », 1927, No 6, стр.
310.
4 «Череп на гусиной шее в красном колпаке...»
Не
был о
ли
намёка
на
какого-нибудь
реакционера
с
подоб ной
на ружн о стью,
к ото рому
Пушкин
для
пущей
иронии
н адел
головной
убор
французских
революционеров?
Известно,
что
с
1792 г.
«красный колпак»
во шёл
в
моду
в
Париже
среди
членов
Обще­
ст ва
друзей
конс т ит уции.
Ср.
в
стих.
В.
Филимонову
(1828):
...Но
старый
мой
колпак
изношен,
Хоть
и
любил
его
п оэт.
Он
по нев оле
мно й
заброшен:
Не
в
м оде
нынче
красный
цвет.
5Д.
Д.
Благой,
С оциолог ия
творчества
Пушкина,
и зд.
2- е.
Изд .
«Мир», стр.
133.
6В.
Ф.
Боцяновский,
Незамеченное
у
П у шк ин а, «Вестник литера­
туры», 1921, No 6—7.
7 To-есть
безрогие.
8В.
Сиповский,
Пушк ин ,
ст р.
470.
9В.
Сиповский,
Из
ист ории
русского
романа
и
пов ест и,
ч.
I,
XVIII век,
СПБ
1903, стр.
291.
10 Заря багряною рукою
От
ут ренн их,
спокойных
вод
Вы води т
с
Солнцем
за
собою
Твоей
державы
новый
го д.
11 Ср.
по
поводу
п ервого
ст иха
ло мон осо вск ой
оды
признания
П.
А.
Вя­
земского:
Я,
старожил
былого
век а,
Н ер едко
старца
стих
твержу,
Но
каюсь,
гр ешны й,
не
без
смеха
Я
на
зарю
его
гляжу.
«Заря багряною рукою»
Напоминает
прачку
м не,
Которая
бе льё
зимою
Полощет
в
ледяной
волне.
(«В дороге и дома», М .
1862, стр .
319)
ГЛАВА
ШЕСТАЯ
1 См.
заметки
С.
Бонди
в
«Пушкинском сборнике памяти С.
А.
Венге­
ров а», стр.
47—49.
2 Ср.
пародийный
тон
в
описании
дуэли
в
«Капитанской дочке» (1836).
3 Ср.
в
стихотворении
И.
А.
Крылова
«К реке М.»:
Куда
же
дни
златые
скрылись?
4С.
Савченко,
Элегия
Ленского
и
французская
эл ег ия,
сборник


П рим еча ния
399
«Пушкин в мировой лцтературе», М .
1926; В .
Гиппиус,
К
вопросу
о
Пуш ­
кинск их
п ла г иа т а х, «Пушкин и его современники», вып.
XXXVIII—XXXIX.
5 «Полное собрание сочинений П.
А.
Вяземского», т.
VII, П.
1882, стр. 320.
6 «Разговоры Пушкина» .
Собрали
С ергей
Г ессен
и
Лев
Модзалевский.
И зд.
«Федерация» .
М.
1929, стр.
154—155.
7 В варианте
—
политическая
деятельность
с
кон цом
Кондратия
Ры лее ва
(Ленский мог быть « п ове шен,
как
Ры л еев»).
8 Наоборот .
9А.
И.
Г ер цен,
Соч.,
т.
VI, П.
1919, стр.
357.
10 В.
Г.
Белинский,
Соч ине ния
Александра
Пушкина,
статья
VIII.
11 «Пушкин и его современники», выпуск XXXVIII—XXXIX, стр .
87.
12 Пушкин,
Полное
собрание
сочинений,
т.
VI, изд.
Ак ад емии
наук
ССС Р, 1937, стр.
651.
ГЛАВА
С ЕДЬ МАЯ
1 См.
ещё
«Воспоминания об А.
С.
Пушкине»
Л.
Павлищева,
стр .
ИЗ—
115, М.
1890.
2В.
Даль,
Толковый
с лова рь
живого
великорусского
языка ,
т.
III,
1882, стр.
127.
3 «Дневник Пушкина», под ред.
Б.
Л.
Модзалевского,
стр.
101.
4 Варианты к XXXVII
с троф е.
6 «А.
С.
Пушк ин
в
Москв е», М.
1930, стр.
31-^33.
6 Ларины приехали в Москву в конце 1822
г.
7 В этой же строфе выражение «п лес кам
дружеским» (см.
ещё
в
XXXIII строфе V
гл.
—
пл ес ки,
клики;
при
гр оме
пл есков
—
гл.
VI; лебединые клики
—
VII гл .) вновь
уводит
к
поэтическому
словарю
XVIII в. :
Л ом оно сов,
Херасков,
Капнист ,
Николев,
Державин
применяли
и
плески
и
клики.
8 См.
В.
Виноградов,
Язык
Пушкина,
стр.
182—183 .
9 «Пушкин и его современники», вып.
XXXVII, статья Н.
В.
Измайлова,
ст р.
90—92.
Ср.
у
М.
Гершензон а,
Грибоедовская
Мо скв а,
и зд.
2-е,
ст р.
122—135 .
ГЛАВА
ВО СЬМ АЯ
1 Оба поэта уже были упомянуты в романе;
из
стари нн ого
стихотворе­
ния
И.
И.
Дмитр ие ва
«Освобождённая Москва» (1795) двустишие было даже
взято
в
виде
одного
из
эпиграфов
к
VII гл.
По это му
не
представляется
во з­
можным
со гла сить ся
с
объяснением,
что
Пушкин
пот ом у-де
не
вк лю чил
в
ок ончат ельн ый
текст
упоминаний
о
Дмитр ие ве
и
Жуковском,
что
эти
пи­
сат ели
были
ещё
ж ивы.
2П.
А.
Вяземский
з а м ет ил: «Вероятно,
у
Пушкина
было:
полночных
з агов оров ;
а
то
нет
смы сла ».
3Варианг:
О дин
за теря н
и
забыт.
4 Чужой в толпе (в
кругу)
(средь)
тех
и
других.
6 Де-Кюстин
—
французский
авт ор
мемуаров
о
н ик олаевск ой
России.
6 Герцен,
Соч.,
том
VI, стр.
358, 360.
7 О Мельмоте см .
выше,
комм,
к
XII строфе III
гл.
8 Ср.
у
Пушкина
сатирические
строки
ещё
до
ссы лк и : «и мистика при­
дворно го
кривлянья» (квакер—трясущийся).
9 «Красный архив», т.
37, стр.
144, 145, 150, 159, 165, 166.
10 Герцен,
т.
XVIII, стр .
228.
11 Дневник Кюхельбекера, 1929, стр.
43.
12 «А.
С.
Пуш ки н», изд.
«Никитинские субботники», стр .
197.


400
Евге ни й
Онегин
13 «Московский Пушкинист», II, стр .
175—181.
14 А.
О.
Смирнова,
Записки,
дневник,
воспо м инания ,
пи сь ма,
С
при-
ме ч.
Л.
В.
Кре стово й, 1929, стр.
203, 414.
15 Н.
К-
П
и
к
с
а
н
о
в,
Из
ан а лизов
«Онегина», сборник « А .
С.
Пуш к ин»,
из д.
«Никитинские субботники», стр .
198—200 .
16 В.
Виноградов,
Язык
Пушкина,
стр.
332.
17 Белинский повторял в статье свои давние мысли,
ещё
в
1837 г.
выра­
женные
им
в
письме
к
М.
Ба ку нину : «Онегин презирал женщин,
победа
без
борьбы
для
него
не
имела
цены.
Он
п олюб ил
Татьяну,
как
скоро
для
его
чув ства
предстало
препятствие,
борьба.
И
его
люб овь
была
глубока»
(«Письма», т .
I, стр.
164).
18 В.
Виноградов,
Язык
Пу шк ина, 1935, стр.
226—227.
Ср.
П.
А.
Вя­
з емск ий
против
последних
дв ух
ст ихов
в
письме
О негин а
сделал
отметку:
«Почти то же,
что
в
кон це
письма
Татьяны».
19 Об интересе к Гердеру в конце 20 - х
го дов
свид ет ель ств ует ,
например,
пере в одн ая
его
статья
в
«Московском Телеграфе», 1828, ч .
20, а также пе­
рев од
книги
Гердера,
сделанный
М.
П.
П ог од ин ым: «Мысли,
относящиеся
до
философии
ист ории
ч ело вече ства», М.
1829.
20 Н.
О.
Л
е
р
н
е
р,
Пушкинологические
этюды,
сб.
«Звенья», V, стр.
104.
21 См.
ещё
славяно-русскую
условность: «Над нею [Татьяной]
вь ётся
Лель».
22 Ср.
вар иант
II строфы V
гл .:
Ям щик
весёлый,
сто я
пр ав ит,
И
колокольчик
удалой...
Грем ит
под
новою
д угой.
23 Основная масса русского экспортного хлеба шла за границу через
Одессу.
24 Эти территориальные термины употреблены здесь в том условном
смысле,
какой
он
и мел
с
конца
XVIII в .
в
совр емен но м
Пуш ки ну
дворянском
о бщ естве
(ср .
у
Пушкина
в
«Мыслях на дороге»
противопоставление
«поме­
стья»
«столице»).
В
плане
со циа ль ном
и
гор од
и
деревня
тогда
уже
входили
в
кру г
капиталистических
от но ш ений.
26 Ф.
Е.
Кор
ш,
Р азбор
в оп роса
о
п одлиннос ти
окон чания
«Русалки»
А.
С.
Пу ш кина
по
записи
Д.
П.
Зуева,
П.
1899, стр.
83.
26 Н.
К.
П
и
к
с
а
н
о
в,
«Из анализов Онегина»,
сб.
«А.
С.
Пушкин»,
изд.
«Никитинские субботники», стр .
189—190.
27 Раньше Достоевского ту же оценку Татьяны, «самого полного очерка
русског о
женственного
идеала», дал в 1864
г.
А.
Гри горь ев
в
статье^Пара-
до ксы
органической
кр ит ики».
28 Г.
У сп енск и й, «Праздник Пушкина», Собр.
соч .,
изд.
А.
Ф.
Ма ркс а,
т.
VI, стр.
599—603 .
29 Ср.
у
Г е рце на : «Онегин,
нач иная
с таре ть,
м ол одеет
через
любовь».
30 Т.
е.
Полевого.
31 «Смотрю на круг друзей наших,
прежде
ож ивлё нны й,
весёлый,
и
часто
с
грустью
повторяю
слова
С ади
или
Пушкина,
который
нам
пе ред ал
слова
С ади : «Иных уж нет,
другие
странствуют
далече».
32 М.
К.
Лемке,
Николаевские
жандармы
и
литература
1825—
1855 гг .,
из д.
2-е ,
стр.
258.
33 «Звенья», т.
V, стр.
111.
34 Пронунциаменто (ис п.) —
госу дар стве нны й
пер еворот ,
произве­
дё нный
в
ре зульт а те
военного
заговора.
35 Герцен,
Полное
собр.
соч.,
под
ред.
М.
К-
Лемке,
т.
XVII,
стр.
229—277, т .
VI, стр.
355—357. 360, 363.
36 Добролюбов,
Пол ное
собр.
со ч.,
под
общ ей
редакцией
П.
И.
Ле­
бедева-Полянского,
т.
I, М.
1934, стр.
117.
37 Ср.
м нение
А.
П.
Щапова
об
Онегине
(Сочинения,
т.
III, стр.
367—368).


Примечания
401
ОТРЫВКИ
ИЗ
ПУТЕШ Е СТВ ИЯ
ОНЕГ ИНА
1 Вариант:
Дубравы,
степи
и
моря.
Дуб равы ,
горы
и
моря.
2 Включены выпущенные поэтом отрывки и почти законченные черновые,
дающие
маршрут
путе шестви я
Онег ина.
Знаком
( > обозначены строфы,
выпущенные
Пушкиным
из
первопе­
чатного
текста.
3В.
И.
Масло в ,
Ли терат урная
деятельность
К-
Ф.
Рылеева,
Ки ев
1912, атр.
200 (со ссылкой на В.
И.
С
ем
ев
с
кого,
Политические
и
обще ­
ст вен ные
иде и
декабристов,
ст р.
176).
В
черн ово й
строфе
уп омин ае тся
Вол ков
с
мостом .
4Упоминание о «законодателе
Ярославе», с именем
которого
связано
бы ло
представление
о
памятнике
древнерусского
п рава
—
«Русской правде»,
не
шло
ли
по
ассоциации
от
труда
Пестеля,
и мевш его
то
же
заглавие
—
«Русская правда»? Ср .
в
показаниях
Пе с те л я: «История Великого Новгорода
ме ня
также
утверждала
в
республиканском
образе
мы слей» (Н.
Павлов-
Сильванский,
Декабрист
Пестель
перед
Верховным
уг ол овным
судом,
стр.
29).
6 To-есть
с
вечевым.
6 Ср.
отр ыв ок
из
поэмы
«Вадим» .
7 Ср.
в
отрывке
из
драмы
«Вадим»:
Младые
граждане
кипят
и
не годую т...
8П.
А.
Попов,
Новые
материалы
о
жизни
и
творчестве
А.
С.
Пушкина.
«Литературный критик», 1940,
No
7—8, стр.
231.
9 Ср.,
например,
признания
Г.
С.
Батенкова
(декабриста),
который
в
20- х
годах
был
чл еном
совета
военных
поселений,
что
«военные поселения
п ред став или
(ему)
стр ашн ую
картину
несправедливостей,
притеснений,
на­
ружного
об ма на,
низ ост ей
—
все
виды
деспотизма».
10 Дневник А .
Н.
В ул ьфа , 1915, стр.
52.
11 Московский генерал- гу бер нат о р.
12 Ироническое применение акта короля Карла X: 6 ордонансами
26 июля 1830
г.
был а
нарушена
конституционная
хартия,
что
послужило
к
общ ест венном у
движению
против
династии
Бурбонов.
13 Карточная азартная игра.
14 Письма Пушкина к Е.
М.
Хитрово
1827—1832
гг.
Труды
Пушкинского
дома,
вып.
XLVIII, Л .
1928.
15 Меркантилизм
—
торговая
си сте ма
(наибольший вывоз своих обрабо­
танных
изде лий
и
н аимен ьш ий
вво з
чужих)
в
за па дных
государствах
XVI—
XVIII вв.,
возникшая
в
эпоху
евро пей ск их
в оенны х
грабеж ей
в
Новом
свете,
отличалась
циниз мом ,
всяческим
надувательством
эксплоатируемых.
У
П уш­
к ина
«меркантильный»
в
смысле
— торгашеский
(ср.
у
Гоголя
в
«Невском
проспекте»).
16 М.
Балабанов,
Очерки
по
истории
рабочего
класса
в
Рос с ии,
ч.
1,
стр.
22.
17 По словам Е.
Н.
У шак овой
(в письме к брату от 26
мая
1827 г.),
«любимое слово Пушкина
—
т оска ».
18 Крым- Ги рей -хан
люб ил
г рузин ку
Дилару,
умер шую
в
1764 г.
Сохра ­
нилось
пр едан ие,
которым
воспользовался
в
своей
поэ ме
Пуш кин,
что
воз­
любленной
хана
была
польская
княжна
Мария
Пот оцка я.
19 Фонтан слёз.
20 Дворец перестраивался в 1783 г.
для
Екатерины
II.
То гда
и
был
со­
оружён
фонтан.
21 Н.
О.
Лер нер ,
Пу шкин
в
Одессе,
Соч .
Пушкина
под
ред.
Венге­
ро ва,
т.
II, стр.
272.


402
Евг е ний
Онегин
22 Об Отоне см.
«Пушкин,
Статьи
и
ма те ри ал ы», III, Одесса 1927.
23 См.
в
«Вестнике Европы», 1824, No 6, стр .
158—159: «В Одессе (пи шут
в
одном
немецком
жур нале)
существует
несколько
уже
лет
И тал ьянски й
театр,
имеющий
та ких
актёров,
ко торы е
смело
могут
явиться
на
вся ком
театре
Евр оп ы.
Директор
тамо шне й
труппы
ес ть
г.
Б он авол ио,
сочи нит ель
текста
в
опере
Аргеса.
Репертуар
сост ои т
из
множества
п ьес
разнообразных,
и
Р осси ни
в
Одессе,
как
и
везде,
есть
любимец
пуб лики .
Его
«Севильский
ц ырю льни к », «Сорока -в о р ов ка », «Черентола»
и
мн.
др.
обык нове нно
напол­
няют
театр
лю бител ями
му зы ки».
24 Н.
П.
Кашин,
Два
столетних
юбиляра,
оттиск
из
«Известий по
русск.
яз ыку
и
сл овесн ост и»
Академии
наук
СССР.
25 В.
Г.
Белинский,
Со чинения ,
т.
IV,
под
редакцией
Ве нгер ов а,
стр.
439.
26 М.
А.
Ц
я
в
л
о
в
с
к
и
й,
Книга
в осп омин аний
о
Пуш кин е,
изд.
«Мир»,
1931, стр.
256—260.
27 Римские жрецы- га да т е ли.
ГЛАВА
ДЕСЯТАЯ
(сожжённая)
1 В первом издании романа (1833), поместив отрывки из VIII
гл .,
он
заявил,
что
«решился выпустить эту главу по причинам важным для него,
а
не
для
п ублик и».
2Н.
О.
Л
е
р
н
е
р ,* Пушкин
о
дек абри стах
(необходимая поправка),
«Речь», No 155, 1913, 10 июня («Литературная неделя», стр .
3).
Его
же,
Примечания
к
X гл.
в
т.
VI сочинений Пушкина,
под
ред
С.
А.
Ве нгер ова ,
СПБ
1915.
3 «Московский Пушкинист», II, 1930, стр.
44.
4П.
Морозов,
Минувший
век.
Литературные
очерки,
П.
1902, стр . 391.
6 Может быть,
владыка?
Ср.
«Недвижный страж дремал»,
где
Але­
ксандр
I дважды был назван « вла д ы кой
севера».
6 См.,
например,
в
письме
П.
А.
Вяземского
к
А.
И.
Тургеневу
от
19 фев­
рал я
1821 г. ,
где
Алек са ндр
I противопоставляется Наполеону: «Наполеон,
ополчённый
богатырскою
решимостью
в
достижении
це ли
своей,
некраснею­
щим
лбом
встречал
все
преграды,
противопоставленные
ему
истиною,
и
ш па­
гою
несок руш им ою
запечат лев ал
свои
политические
парадоксы.
Но
мы,
к от орые
утра
свои
п ров одим
в
манежах
и
на
парадных
площадках,
к от орые
хотим
слы ть
либ ерал ами
при
женских
туалетах
и
деспот ам и
перед
миллио­
нам и
штыков,
которые
не
имели
ни
од ной
мысли,
а
мн ого
лиш них
со лда тов,
что,
к роме
ст ыда
настоящего
и
бледного,
но
многими
пя т нами
оз начен ног о
листа
в
истории,
ожидает
нас
в
награду
за
двуличное
пове дени е
и
за
всегда
зыблющееся
направление
мыслей
и
пр ав ил?» («Остафьевский архив», т .
II,
стр.
166).
7 См.
та кже
приписываемую
Пуш ки ну
эпиграмму
«Двум Александрам
Павловичам».
8Б.
М одз але вски й,
К
истории
«Зелёной лампы», сб .
«Декабристы
и
их
время», т.
I, стр.
56.
9 См.
п ись мо.
П.
В язе мс кого
к
А.
И.
Тургеневу
от
13 октября 1818
г.
(«Остафьевский архив», т. I, стр.
130) и его стихотворение «Р усск ий
бог» (1828).
10 «Записки И .
Д.
Якушкина», М.
1925, стр.
11.
11 Н.
Дружинин,
Дек абри ст
Никита
Муравьёв,
Москва, 1933, стр.
76.
12 Папа Пий VII
принимал
у час тие
в
церемонии
к оронов ан ия
Наполеона
(1804).
13 Ср.
в
сти хотв оре ни и
«Воспоминания в Царском селе» (1815): Наполеон
«исчез,
как
утром
страшный
сон ».
14 Из зачёркнутой в рукописи строфы.


Примечания,
403
15 В июле 1820
г.
было
восстание
в
Сицилии;
в
августе
1820 г.
—
в
П ор­
тугалии;
в
марте
1821 г.—
революция
в
Пьемонте.
16 В сражении с французами 5
октября
1813 г.
17 Южная оконечность Балканского полуострова.
18 Спартанский царь,
погибший
в
битве
с
персами
при
Фе рмопи лах
(480 г.
до
н.
э .).
19 Афинский вождь,
разбивший
перс ов
при
Са ла мине
(480 г.
до
н.
э .).
20 «Я негодую,
видя,
что
на
долю
этих
жалких
людей
выпала
священная
обязанность
быть
защитниками
свободы»,
писа л
Пушкин
В.
Л.
Давыдову
в
1824 г.
21 Александр принимал участие на конгрессах европейских государей:
Ах енск ом
(1818), в Троппау (1820), в Лайбахе (1821), в Вероне (1822), по ­
ставивших
своей
задачей
бороться
с
«преступной заразой»
р ево люци й.
Все
комментаторы
X главы печатали;
Наш
ц арь
в
покое
го вори л.
Про ф.
H.
Н.
Фатов
предложил
чте ние,
более
соответственное
историче­
ской
действительности.
Ознакомившись
с
рукописью
X главы,
я
со глашаюс ь
с
э тим
новым
чтением,
так
как
в
рук оп иси
совершенно
точно
написано:
конгр.
22 Ср.
в
стихотв.
«Noël»:
Я
сы т,
здоров
и
тучен...
23 Ср.
в
стихотв.
H.
М.
Языкова
памяти
Р ыл еева
(7 августа 1826
г.)
свободы
искры
ог нев ые,
и
в
ответн ом
послании
Пушкину
А.
И.
Одоевск ог о
(1827):
*
Наш
скорбный
труд
не
пропадёт,
Из
ис кры
воз го ри тся
пл а мя...
24 Этот стих зачёркнут.
Над
с ловом
куплеты
зачёркнуто:
за
вистом.
25 Зачёркнуто .
26 Вариант:
у злы
с
узл ам и.
Пушкин
для
обрисовки
конспиративных
яч еек
тайного
об щес тва
выбирал
подходящее
выражение
среди
смежных
слов:
петли,
узлы,
сеть.
27 Вариант:
и
ск оро
се т ью...
(зачёркнуто) .
28 «Восстание декабристов», т.
II, стр.
255; см .
также
стр.
256—257, 263.
29 А.
Ш
е
б
у
н
и
н,
Н.
И.
Тургенев
о
тайном
обществе
декабристов,
статья
в
сб.
«Декабристы и их время», изд.
общества
политкаторжан.
30 См.
в
Записках
Ба с а рг ина : «Мы много говорили между собою всякого
в здора
и
нер едк о
в
дружеской
беседе
за
бокалом
шампанского,
особенно
когда
доходил
до
нас
слух
о
ка ко м-л ибо
самовластном
жестоком
поступке
высших
власт ей ,
выражались
неу мер енн о
о
го суд аре ».
Раевские
(Александр
и
Н ико лай), будучи привлечены к следствию по делу восстания 14
декабря,
вскоре
(17 января 1826
г.)
б ыли
освобождены
с
оправдательными
аттеста­
тами.
М.
Ф.
Орлов,
вышедший
в
1821 г.
из
Союза
благоденствия,
более
не
входил
в
тайн ое
об ще ство
и,
арестованный
21 декабря 1825
г.,
в
июл е
1826 г.
был
выпущен
из
крепости,
полу чив
от ста вку
от
воен ной
служб ы.
Из
переч ислен ных
Пуш кин ым
лиц
только
В.
Л.
Да вы дов
был
член ом
т айн ого
общества
и
пострадал
за
принадлежность
к
декабристам.
31 Сам Николай I
в
1831 г.
писа л
о
Союзе
благоденствия:
М.
Ф.
Орло в
«сделался главой заговора,
хот я
вначале
не
сто ль
преступного,
как
впослед­
с тв и и» («Красный архив», т .
VI, стр.
231).
32 Первоначально:
Тут
Лунин
рез кий
предлагал
Св ои
губител ьн ы е
меры .


404
' Евгений Онегин
На
другом
листе:
77/т Лунин дерзко предлагал.
33 Варианты:
им
развивал...
Стихи
читал...
Чи тал
св ою
сатиру
Пу[шкин].
34 Зачёркнуто:
Как
обречённый
пре дла гал ,
35 Варианты:
В
своей
России
счастье
видя.
Кумир
в
сво ей
России
видя.
36 Вариант:
Боготворя
свой
идеал.
Стихотворная
строка
Одну
Россию
в
мире
видя,
по
указанию
Б.
С.
Мей-
лах а,
повторяет
слова,
которые
Н.
И.
Тургенев
избрал
в
ви де
лозунга
для
предполагавшегося
в
1819 г.
политического
журн а ла
«Есть только одна Рос-
тия
в
м ире», (Б.
Мейлах,
А.
С.
Пуш кин , 1949, стр.
83).
37 Зачёркнуто:
цеп и.
38 Н.
И.
Тургенев
в
1827 г.
писал
брату,
что
если
не
предлагал
никому
освобождения
крестьян
с
з емл ёю,
то
потому,
что
бо ялся
испугать
пом ещик ов
и
«отдалить от освобождения крепостных»
их
мысли.
Ср.
в
«Записках»
Як уш-
кин а : «Благомыслящие люди или,
как
называли
их,
либералы
того
вре мен и
бол ее
все го
желали
уничтожения
к репост ног о
состояния
и,
при
европейскомч
своём
воззрении
на
это т
п ред мет,
были
увер ен ы,
что
человек ,
никому
лично
не
при на дле жа щий,
уже
свободен,
хот я
и
не
имеет
никак ой
собст венн ост и».
Декабрист
Лунин
в
своём
духовном
завещании
1819 г.
требовал
(не без
в лиян ия
Никиты
Муравьёва)
от
своег о
двоюродного
брата,
которому
отка ­
зы вал
и ме ние : «В течение пяти лет со дня моей смерти,
в ойдя
в
подробное
рассмотрение
сво йст в
оного
имен ия
и
с ред ств
получения
доходов,
непр еме нно
уничтожить
в
оном
кр епо стн ое
право
над
крестьянами
и
дворовыми
л юдьми ,
не
к асая сь
земель,
лесов,
строений,
им уще ств
вооб ще
и
прочих
уг оди й;
при
эт ом
неоднократно
подч ёр кив ал
пункт
о
необходимости
«оставить именье
нераздельным
в
н ашем
роде».
Характеризуя
роль
декабристов
в
крестьянском
воп рос е,
Лунин
в
своём
«Взгляде на тайное общество»,
нап исан но м
в
Си­
бири ,
в
ссы лк е,
п иса л: «Тайное общество всеми средствами боролось за
освобождение
крестьян.
Помещикам
оно
доказывало,
что
освобождение
кр е­
стьян
приведёт
не
только
не
к
разорению
их,
но,
наобо рот ,
п ослу жи т...
к
приращению
их
дох одо в» (см.
С.
Я.
Гессен
и
М.
С.
Коган,
Дека­
брист
Лунин
и
его
время,
Л.
1926).
В
свете
эт их
признаний
бросается
в
глаза
яв ная
не состо ят ельн о сть
и зоб ра­
жения
Пу ш кина
якобы
и рони зи ру ющим
в
X главе романа над Н.
И.
Турге­
н е вым : «Пушкину,
—
пишет
Н.
О.
Лернер,
—
в
1830 году казалась смешной
на ив ная
вера
фа нат ика
в
готовность
целог о
с ословия
сознательно
п ожерт во­
ва ть
материальными
инте реса ми» («Сочинения Пушкина», под ред .
С.
А.
Вен­
герова,
т.
VI, стр.
315).
39 О причинах,
вызвавших
эту
идею,
см.
фактический
материал
в
сб.
«Бунт декабристов», Л.
1926, стр.
147—154.
40 В черновике прошения к Александру I
об
освобожд ении
его
из
ссылки
в
Михайловском
(октябрь
—
ноябрь
1825 г. )
читаем: «Мне было 20
лет
в
1820 г.
Необдуманные
об молвк и,
сатирические
стихи...
Разнёсся
слух,
будто
я
был
отвезён
и
высечен
в
тайной
канцелярии...
я
почёл
себ я
опозоренным
перед
свет ом .
Я
был
в
от чая ни и...
я
размышлял,
не
приб ег ну ть
ли
мне
к
самоубийц


П рим ечан ия
405
ству
или
умертвить
Вас ...
я
не
м стил
бы
за
себя ,
так
как
никакого
оск ор бле­
ния
не
бы ло:
я
только
совершил
бы
преступление
и
пожертвовал
бы
обще­
ст венн ому
мнению,
которое
презирал,
чел овек ом ,
от
которого
всё
зависело
и...
кот оро му
я
против
моей
воли
у дивл ял ся».
Юнкеру
Зубову,
написавшему
«наполненные злобой против правительства стихи»
и
по
высо чайше му
по ве*
лени ю
посаженному
в
дом
умалишённых
в
ноябре
1826 г. ,
бы ло
предъявлено
о бвин ение,
что
он
декламировал
стихи,
с очинён ные
Пу шки ным
на
пок ойног о
государя:
В
ст оли це
он
—
капрал,
В
Чугуеве
—
Нерон ,
К инж ала
Зан до ва
ве зде
д ост оин
он.
С
авто ром
«Кинжала»
совр еменни к и
связывали
стихи
на
тему
о
царе*
уб ийст ве;
Пушкину
же
приписывали
и
д ругую
эпигра м му
(её декламировал
и
Зубов):
И
у
фонарного
сто лба
По па
последнег о
кишкой
Ца ря
п ослед нег о
удавим.
См.
«Красный архив», т .
XVI, стр.
193 (в статье В .
Ганцовой-Бер-
никовой,
Отголоски
декабрьского
во сстан ия
1825 г. ); о литературных
источниках
последней
эпиграммы
(в другом варианте)
—
у
Н.
О.
Лернера
(«Каторга и ссылка», 1925, No 8, стр.
238—241).
41 Ср.
у
Н.
О.
Л ерн ера: «Отзыв Пушкина о Лунине проникнут явной иро­
нией.
Каких
решительных
дей ст вий,
кр оме
слов,
можно
б ыло
ожидать
от
друга
Вакха
и
Вен еры ?»
42 Декабрист Оболенский называл Лунина « з ам еч ат ел ьне йш е й
лично­
с тью
замечательной
эпохи » («Каторга и ссылка», 1930, No 4, стр.
101).
43 По указанию С .
Гессена„
Пуш кин
и
Лунин
встречались
в
Петербурге
у
Тур генев ых ,
Муравьёвых;
в
октябре
1819 г.,
на
проводах
боль ног о
Б атюш­
ко ва,
уезж авш его
за
гр ани цу,
сре ди
тесного,
м алолю д ного
кружка
бл ижай­
ших
друзей
нах о дил ись
Пушкин
и
Лу нин
(«Каторга и ссылка», кн .
55, стр.
88,
этюд
«Лунин и Г1ушк ин»).
44 Выделено нами .
—
Н.
Б.
45 С 1822
г.
Лу нин
служил
в
Варшаве,
где
и
был
ар есто ван ,
хотя
и мел
возможность
бежать
за
г раницу.
46 «Отряд обречённых» .
Ср.
об
Якушкине
в ар иант:
Как
обречённый
(и т.
д. ).
47 С.
Гессен,
Лунин
и
Пушк ин ,
ст р.
94.
48 К 1816—1817 гг.
исследователи
предположительно
относят
«Ноэль на
Лейб-гусарский
по лк».
49 «Декабристы и их время», т.
II, стр.
167—168 .
50 «А без помещиков нельзя произвести дело осво­
бождения»,—
писал
Тур генев
в
дневнике
1821 г.
(проф.
Е.
И.
Тара­
со в,
Декабрист
Н.
И.
Тург енев,
Самара
1923, стр.
317).
51 Ср.
показание
Бестужева-Рюмина:
Никита
Муравьёв
и
Н.
И.
Тургенев
«проводили время в беспрерывных политических прениях и тем связывали
руки
Оболенскому
и
Рылееву».
52 Вариант:
Де ла
другим
порядком
шли.
53 Ход мысли Пушкина мог быть таков:
Пестель
возбуждал,
торопил
обнаж ить
кинжал.
В
докладе
Верховн ог о
уго ловно го
суд а
о
Пе сте ле
было
ска за но : «Имел умысел на цареубийство;
изыскивал
к
тому
средства,
и зби­
рал
и
назначал
лиц
к
совершени ю
оного;
умышлял
на
ист ребл ени е
импе ра ­
торской
фамилии
и
с
хладнокровием
исчислял
всех
её
ч ленов,
на
жертву
об речённых ,
и
возбуждал
к
тому
други х».
54 Зачёркнуто:
торопил.
55 Первоначально:
собирал.


406
Е вгени й
Онегин
66 Пушкин «х олод н ок ров ным
гене ра лом »
н азы вал
А.
П.
Юш невско го
(1786—1844) —
генерал-интенданта
2-й
армии,
б ыв шего
о дним
из
директоров
Южного
общества.
На
одном
из
заседаний
Юшне вск ий , «братски обняв»
Бестужева-Рюмина,
благодарил
его
от
имени
Дире к то рии
за
энергичную
де я­
тельность
(см.
«Алфавит декабристов»).
67 В рукописи:
там
Р.
зачёркнуто.
58 П.
О.
Морозов
и
др.
о шибо чно
чи тали :
в
союз
свободы...
М.
П.
Бесту­
жев-Рюмин
осенью
1825 г.
организовал
присоединение
к
Южному
об щес тву
Об щес тва
соединённых
славян.
-
69 Зачёркнуто .
В
шестом
томе
«Полного собрания сочинений А.
С.
Пушкина» (1937, изд.
Академии
наук
ССС Р)
ре дак тор
Б.
В.
Томашевский
неправильно
в
вар иа н­
тах
(стр.
525) поместил двустишие:
Холод нокро вный
генерал
В
со юз
славянов
вербовал
—
чем
н аруш ил
историческое
положение
де л,
приписа в
Юшн евскому
то,
что
сделал
Бестужев-Рюмин,
а
об
этом
оф ицере,
сыгравшем
важную
ро ль
в
деле
ус илен ия
Южного
общества
путём
привлечения
новой
группы
членов,
по­
чему-то
напечатана
стро чк а:
Там
Р—
' отдалил.
Предлагаемое
мной
расположение
стихов
восстанавливает
точную
картину
жизни
Южного
общества.
60 Зачёркнуто .
Варианты:
порывы,
минуту.
61 Читая в рукописи эту заметку Пушкина,
я
пришёл
к
зак лю чени ю,
что
нет
твёрдой
ув ере нно сти
в
чтении
только:
Пестелю.
Слово
так
неясно
написано,
что
можно
прочи т ат ь:
Петру,
т.-е.
Петру
I.
62 Поручик Громнитский рассказал на следствии: «Бестужев в разговорах
своих
выхвалял
сочинения
Александра
Пушкина
и
прочитал
наизусть
одно,
приписывая
оное
ему,
х отя
мен ее
д е рзкое
(чем стихотворение штабротмистра
М.
Н.
Паскевича
на
см ерть
принца
Беррийского,
убитого
Лувелем.
—
Н.
Б.),
но
не
мен ее
воль нод умно е.. .
Произнесши
стихи
си и,
Бестужев
спросил:
«Не желает ли кто иметь их?» и,
немед ленно
переписав,
вручил
их
Спиридо­
нову,
у
которого
я
после
бр ал
с
тем,
чтоб
переписать» (и т.
д.).
Арестован­
ный
Бестужев-Рюмин
на
коро тк ом
п ерегон е
от
деревни
Тр илесы ,
близ
ко то­
рой
был
раз бит
восставший
п олк,
до
Белой
Церкви
раз го вари вал
с
конвоиро­
вав шим
его
офицером
Ракшаниным...
о
«вольнодумческих»
ст ихот ворен иях
А.
Пушкина.
В
сл едс твенн ой
комиссии
он
показывал,
что
«часто читал
наизусть
стихи
Пушкина», что «вольнодумческие
с тихи
Пуш кина
в
рукописях
распространялись
по
всей
а рм ии» (см.
М.
Нечкина,
О
Пушкине,
декабри­
с тах
и
их
общ их
д р у з ьях , «Каторга и ссылка», 1930, No 4).
63 В бумагах Пушкина сохранилось начало повести о прапорщике Черни­
говского
полка.
В
центре
повести,
повидимому,
стояла
тем а
победы
чу вст ва
родины
над
чув ство м
любви
к
девушке.
64 Ср.
в
письме
к
А.
И.
Дельвигу
(около 15
фе врал я
1826 г .,
из
Михай­
ло вск о го): «С нетерпением ожидаю участи несчастных и обнародование за­
говора.—
Не
будем
ни
суеверны ,
ни
одн ост оронни ,
как
французские]
трагики;
но
вз глян ем
на
трагедию
взглядом
Ш експ ира» .
Ср.
в
известном
«Послании в Сибирь» (1826):
Не
пропадёт
ваш
скорбный
труд
И
дум
высок ое
стремленье.
См.
такж е
сти хотв орен и е
«Арион» (1827).
65 Д.
Благой,
С оци олог ия
творчества
Пушкина,
изд.
2- е,
с тр.
266—267.


Примечания.
407
66 В 1830
г.,
с
сожалением
вспоминая
о
то м «, что вынужден был в конце
1825 г., «при открытии несчастного заговора», сжечь свои записки, «которые
могли
замешать
им ена
многих,
а
може т
быть,
и
умножить
число
жертв»,
Пуш кин
называл
декабристов
«историческими лицами»; в своих записках
по эт
г ово рил
о
них
«с откровенностью дружбы или короткого знакомства» .
07 Тема декабристов должна была войти в роман « Рус ск и й
Пелам»
(1834—1835).
Пушкин
предполагал
о пи сать
«Общество умных»
с
И.
Долгору­
ким,
Н.
Муравьёвым,
С.
Трубецким
и
др.
Таким
об ра з ом «, после сожжения
X главы автор «Ев ге ния
Он егин а»
не
отказывался
от
мысли
об
изображении
декабристского
движения.
Декабрист
А.
И.
Якубович
входил
в
число
героев
«Романа на Кавказских водах» (1831).
68 См.
эпиграмму
Пуш кина
на
Аракчеева
(«Всей России притеснитель»).
69 Перед этим отрывком должны были находиться строфы,
посвящённые
декабрьскому
восстанию
и
новому
цар ю
Николаю.
Приведём
здесь
приписы­
ваемую
П ушк ину
эпигр а мм у:
Едв а
царём
он
ст ал,
То
разом
н ач уд есил:
Сто
двадц ать
человек
тотчас
в
Си бирь
послал
Да
пятерых
по весил.
В ыст упая
в
X главе историком -хр он и кёр ом ,
Пушкин
не
пропустил
бы
эпизодов
смерти
Александра
I и междуцарствия.
Ему
п рип исы вае тся
эп и­
гра мма
на
смерть
Александра:
Всю
жи знь
провёл
в
дороге
—
И
умер
в
Таганроге.
Б.
Л.
Модзалевский
привёл
донесение
агента
тайной
полиции,
драма­
турга
С.
П.
Висковатова,
в
ф евр але
1826 г.
сообщавшего
по
начальству:
«Прибывшие на сих днях из Псковской губ .
достойные
вероятия
особы
удо­
стоверяют,
что
известный
по
воль нодум ны м ,
вр едн ым
и
развратным
стихотво­
рения м
Александр
Пуш ки н...
и
ныне
открыто
проповедует
безбожие
и
непо­
виновение
вл ас тям
и
по
п олучении
горе стней шего
для
всей
Р оссии
известия
о
ко нчине
государя
императора
Александра
Павловича,
он,
Пуш ки н,
изрыг­
нул
с ледующи е
адские
сл ов а: «Наконец не стало тирана,
да
и
оставший
род
его
не
долго
в
живых
ос тане тся !» («Пушкин .
Пи сьма », т.
II, стр.
135).
70 П.
Лав ров
в
1879 г.
п римен ил
это
с лово: «для новой рабочей партии
(во Франции)
—отношение
к
ко ммун е
1871 г.
является
шиболетом,
отделяю­
щим
своих
от
чужих,
друзей
от
в р аго в » («Парижская коммуна»,
изд.
2-е, 1919, стр .
240).
71 Ср.
в
письме
к
Вяземскому
от
5 ноября 1830
г .: «Каков государь Мо­
лодец!
того
и
гляди,
что
на ших
каторжников
простит...»
72 Общество по постройке первой русской железной дороги
—
от
Петер­
бу рга
до
Царского
(ныне Детского)
села
—
б ыло
основано
в
год
смерти
П уш­
кина
(1837).
ЛИТ ЕР АТУРА
О
XГЛАВЕ «ЕВГЕНИЯ
ОНЕГИНА»
П.
О.
Морозов,
Шифрованное
стихотворение
Пушкина, «Пушкин и
его
современники», вып.
XIII, 1910.
Д.
H.
С
о
к
о
л
о
в,
По
повод у
шифрованного
с т ихот ворен ия
П ушк ина,
«Пушкин и его современники», вып.
XVI, 1912.
Н.
О.
Лернер,
Новые
приобретения
пушкинского
текста
и
до по лнени я
из
дес я той
(сожжённой)
главы
«Евгения Онегина», «Пушкин», изд .
Брокгауз-
Ефрон ,
П.
1915, т.
VI.


408
Евгений
Онегин
М.
Л.
Гофман,
Пропущенные
строфы
«Евгения Онегина», П.
1922.
С.
Я.
Гессен,
Источ ник и
X главы «Евгения
Онегин а», «Декабристы й
их
врем я», т.
II.
Б.
Томашевский,
Де сятая
глава
«Евгения Онегина», «Литературное
н ас ледст во», 1934, No 16 —18.
С.
В.
О
б
р
у
ч
е
в,
К
расшифровке
десятой
главы
«Евгения Онегина»,
Пуш кин ,
Временник
пушк ин ско й
комиссии,
No
4—5, М.—
Л.
1939.
С.
М.
Бонд и,
Де сята я
г лава
«Евгения Онегина», «Пионер», 1949, No 5.
H.
Н.
Фатов,
Н овый
пу шк ински й
однотомник
«Советская книга»,
1949, No 6, стр.
101—102.
Библиография
те мы
Пушкин
и
декабристы
—
в
книге
H.
М.
Ч
е
н
ц
о
в
а,
Восстание
декабристов.
Библиография,
ред.
Н.
К-
Пикса-
нова,
Гиз , 1929, стр .
233—241 .
А.
Н.
Ш
е
б
у
н
и
н,
Пушкин
и
декабристы,
Обзор
литературы
за
1837—
1937 гг .
Пушк ин ,
Временник
пу шкин ской
к ом иссии,
No
3, М.
—
Л ., 1937.
М.
В,
Нечкина,
Пушкин
и
декабристы,
Столетие
со
дня
смерти
А.
С.
Пушкина,
Труды
п ушк ин ской
сессии
Академии
наук
СССР,
М.
—
Л.,
1938.
М.
В.
Нечкина,
Пушкин
и
декабристы,
Всесоюзное
общество
по
ра с­
п ростр анен ию
политических
и
на учны х
зна ний,
Издательство
«Правда», 1949.
СОДЕРЖ АНИЕ
Предисловие
............................................................
3
Роман
Пушкина......................................................
5
Пушкин
об
„Евгении Онегине“........................
17
Глава
первая............................................................
30
Глава
вторая............................................................
122
Глава
третья............................................................
166
Г лава
четвёртая......................................................
198
Глава
пятая
............................................................
221
Глава
шестая
.........................................................
236
Г лава
седьмая.............................................
252
Глава
восьмая.........................................................
276
Отрывки
из
п утеш ест вия
Онегина..................
320
Гла ва
д еся тая
(сожжённая)................................. 351
Иллюстрации
к
д анном у
изд анию
подобраны
М.
Д.
Ицехозской.
Редактор
П.
Ф.
Ро щин.
Те хн,
редактор
Н.
П.
Цирульницкий.
Подписано
к
печати
23/1 1950 г.
А-01515. Тираж 50 тыс.
эк з.
Печатны х
лис тов
2ôi/84-i/8 л .
вк л.
Учётно-издат.
л . 2 2,4340,05 вкл.
З ак.
No
214.
Це на
без
переп лёт а
6р.
СО
к.,
п ереп лёт
1р. 50к.
2-я
т ипог р афия
„Печатный Двор*
им.
А.
М.
Гор ьк ого
Главполиграфиздата
при
Совете
Министров
СССР.
Ленинград,
Гатчинс кая , 26.