Башкирское восстание 1735–1736 гг. Учебное пособие к спецкурсу „Классовые и национально-освободительные движения в России в конце XVII — первой трети XVIII в.“ - Акманов И.Г.

Автор: Акманов И.Г.

Теги: история россии освободительное движение история башкортостана

Год: 1977

Похожие

История Башкортостана с древнейших времен до наших дней Т.1. История Башкортостана с древнейших времен до конца XX века

История международного рабочего и национально-освободительного движения. Часть 1 (XVIII в.-1917 г.)

Национально-освободительное движение в Алжире (1939-1962 гг.)

Национально освободительное движение в Индонезии 1942-1965

Текст

АКМАНОВ И. Г.
БАШКИРСКОЕ ВОССТАНИЕ
1735—1736 гг.
Учебное пособие к спецкурсу
„Классовые и национально-освободительные
движения в России в конце XVII — первой трети
XVIII в.“
УФА—1977
МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕГО СПЕЦИАЛЬНОГО
ОБРАЗОВАНИЯ РСФСР
БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ИМЕНИ 40-ЛЕТИЯ ОКТЯБРЯ
АКМАНОВ И. Г.
БАШКИРСКОЕ ВОССТАНИЕ
1735—1736 гг.
Учебное пособие к спецкурсу
„Классовые и национально-освободительные
движения в России в конце XVII—первой трети
XVIII в.”
УФА—1977
Печатается по постановлению редакционно-издательского
Совета Башкирского государственного университета
от 21 марта 1977 года
Учебное пособие посвящено истории башкирского восста-
ния 1735—1736 гг. В нем рассматриваются социально-эконо-
мические и политические отношения в Башкирии в конце
XVII — первой трети XVIII в., политика царизма, причины,
ход и историческое значение восстания. Большое внимание
уделено важным и сложным проблемам, как состав движу-
щих сил, требования повстанцев, формы и методы борьбы,
применяемые ими, сущность и характер восстания.
На основе марксистско-ленинской методологии и исполь-
зуя богатый фактический материал, автор приходит к об-
щему выводу о том, что данное восстание было широким на-
родным движением трудовых масс края, направленным про-
тив усиления феодального и национального гнета царизма,
русского дворянства и башкирских, мишарских и татарских
феодалов.
Ответственный редактор — доц. Янгузии Р. 3.
ИРЕК ГАЙСИЕВИЧ АКМАНОВ
БАШКИРСКОЕ ВОССТАНИЕ 1735-1736 гг.
Учебное пособие
Темплан 1977, поз. 10
Ст. редактор Абдуллина А. А.
Тех. редактор Лю хина Л. М.
Корректор Муфазалова Р. М.
Сдано в набор 18IV-77 г. Подписано к печати 30|ХП-77 П0002! вфоР“«
Бумага типографская № 2. Физ. печ. л. 5,25 Усл. печ. л. 5,25 У*. изд. л. 5 Заказ 589
Тираж 500 вкз. Цена 55 коп.
Уфимский полнграфкомбннат Управления по делам издательств, " к«иж-
ной торговли при Совете Министров Б АССР. Уфа, проспект Октября, 2.
© Башкирский госунивсрснтет, 1977
ВВЕДЕНИЕ
Крупным событием в истории народов дореволюционной
России являются башкирские восстания — вооруженная
борьба широких масс края против русского царизма, дворян-
ства и поддерживающих их башкирских феодалов. Башкир-
ские восстания не были выступлением против присоединения
к России, не означали борьбу коренных жителей против тех
или иных народов, а являлись активным и массовым протес-
том против усиления феодального и национального гнета рус-
ского царизма, дворянства, их местной опоры — верных баш-
кирских феодалов.
Несмотря на неравноправный характер борьбы, башкир-
ские массы сумели свыше 200 лет оказывать открытое воору-
женное сопротивление эксплуататорам. Имеющие мало пре-
цендентов в истории феодальной России, эти движения не
могли не влиять самым серьезным образом на дальней-
шее социально-экономическое и политическое развитие баш-
кирского общества, всего Южного и Ср. Урала, на политику
правительства в крае и соседних районах. В ходе упорной
и длительной борьбы восставшие понесли большие человечес-
кие жертвы и материальный ущерб, лишились значительной
части своих земель. Однако башкирские массы не были поко-
рены. Они не сделались крепостными и отстояли свою лич-
ную свободу. Они сохранили дух непокорности царизму и
господствующим классам, непримиримость ко всякому гнету
и насилию.
Башкирские восстания вынуждали правительство и гос-
подствующие классы вести осторожную политику не только
в отношении башкир, но и других народов Урала и При-
уралья. Они мешали феодально-крепостническому государ-
ству угнетать и грабить трудовые массы всего края. Башкир-
ские восстания постепенно сближали трудовые массы различ-
ных народов края, которые стали поддерживать друг друга
з
в борьбе против общего врага — царизма; в конце же XVIII в.
борьба башкирских, русских и других масс слилась в одну
мощную крестьянскую войну под предводительством Е. И. Пу-
гачева, Салавата Юлаева и других народных вождей.
Во всем этом заключается важное историческое значение
башкирских восстаний XVII—XVIII вв.
Научная значимость истории башкирских восстаний бес-
спорна. Не случайно даже дворянско-буржуазные историки,
известные своим пренебрежительным отношением к классо-
вым и национально-освободительным движениям, оказались
не в состоянии совершенно обойти этот вопрос. Многие из
её представителей, правда, в связи с описанием политики ца-
ризма в крае интересовались башкирскими восстаниями, стре-
мились выяснить их причины, сущность и характер Некото-
рым из них удалось сделать отдельные верные наблюдения.
Так, известный историк-краевед Р. Г. Игнатьев впервые в
историографии связал башкирские восстания с политикой
царизма1 2. Пермский историк А. А. Дмитриев, верно назвав
основные причины восстаний, сделал важный вывод об
их неизбежности3. Большой интерес представляет книга
А. И. Добросмыслова «Башкирский бунт в 1735, 1736 и
1737 гг.», являющаяся единственным специальным исследо-
ванием в дореволюционной историографии по башкирским
восстаниям. Общие причины движения в ней определены вер-
но, хотя допущены при этом неточности. Автор, в частности,
не видит принципиальной разницы между правительственно-
дворянской и крестьянской колонизацией, неверно пишет, что
башкиры были недовольны всеми пришлыми людьми. Ход
восстания им дан односторонне, в основном в плане освеще-
ния мероприятий властей по подавлению движения. Неверен
его вывод о характере восстания как выступления башкир
против всех русских, а также общая оценка движения как
бунта♦.
В целом же дореволюционным историкам не удалось соз-
дать научную концепцию башкирских восстаний.
1 П. Рычков. Топография Оренбургская, то есть обстоятельное опи-
сание Оренбургской губернии, ч. I—II. СПб, 1762; Его же. История
Оренбургская (1730—1750). Оренбург, 1896; С. М. Соловьев. История
России с древнейших времен. Кн. VIII, т. 15. М.» 1963; кн. X, т. 20. М.»
1963. В. Н. Витевский. И. И. Неплюев и Оренбургский край в преж-
нем его составе до 1758 г. Вып. I—V. Казань, 1889—1895, и др.
2 Р. Г. Игнатьев. Карасакал — лжехан Башкирии. «Труды научи,
общ-ва по изучению быта, истории и культуры башкир при Наркомпросе
БАССР, вып. II. Стерлитамак, 1922, стр. 39—40.
3А. Дмитриев. К истории зауральской торговли. Башкирия при
начале русской колонизации. «Пермская старина», вып. VI11. Пермь, 1900,
Р 4 * * А. Добросмыслов. Башкирский 6vht в 1735, 1736 и 1737 гг.
«Труды Ореиб. учен. арх. комиссии», вып. VIII. Оренбург, 1900,стр. 1—Ю4.
4
В советской историографии проблема башкирских восста-
ний сразу заняла одно из центральных мест. В трудах иссле-
дователей 20-х гг. показана несостоятельность дворянско-
буржуазных представлений о сущности и характере башкир-
ских восстаний XVII—1 пол. XVIII в. Ш. Типеев и другие
авторы справедливо оспаривали их вывод об исключительно
антирусской направленности башкирских движений 5.
Исследования 30—50-х гг. знаменовали собой новый важ-
ный этап в освещении данной проблемы. Глубокое изучение
трудов классиков марксизма-ленинизма и расширение источ-
никоведческой базы за счет привлечения новых архивных ма-
териалов позволили советским историкам создать научную
концепцию истории башкирских восстаний XVII — 1 пол.
XVIII вв.
Известный исследователь истории народов СССР А. П. Чу-
лошников в статье «Феодальные отношения в Башкирии и
башкирские восстания XVII и первой половины XVIII вв.»,
показав несостоятельность положения старой историографии
о господстве в башкирском обществе кочевого хозяйства и
родовых отношений, пришел к важному выводу о том, что в
указанные века башкиры вели полукочевое хозяйство и пере-
живали феодальный строй 6. Не менее глубокие заключения
им сделаны относительно политики царизма в Башкирии, о
сущности, характере и историческом значении башкирских
восстаний. Совершенно справедливо он писал, что нельзя рас-
сматривать «...башкирские восстания как сплоченные и ус-
тойчивые выступления всего башкирского народа во главе со
своими феодалами-тарханами и батырями... Но вместе с тем
это не были и классово выдержанные выступления одних не-
посредственных производителей, которые плохо разбирались в
своих действительных союзниках и подлинных классовых вра-
гах»7. Автор обращает внимание и на то, что борьба была
небезрезультатной, что восстания «...задержали распростране-
ние общего закрепощения и на Башкирский край»8. Давая
же общую оценку восстаниям XVII — 1 пол. XVIII в., Чу-
лошников пишет: «А в конечном итоге во всех этих волнениях
мы встречаемся с типичным колониальным движением, на-
правленным против гнета метрополии и руководимым на из-
вестном этапе борьбы также и собственными эксплуататор-
8 Ш. Типеев. Очерки по истории Башкирии. Уфа, 1930, стр. 38—
47. М. Н и к и т и и. Основные моменты колонизации Башкирии. «Хозяй-
ство Башкирии», 1928, № 6—7, стр. 19, 72—77.
8 А. Чулошников. Феодальные отношения в Башкирии и баш-
кирские восстания XVII и первой половины XVIII вв. — «Материалы по
истории Башкирской АССР», ч. I. М.-Л., 1936, стр. 5—7, 20.
'Там же, стр. 63.
•Там же, стр. 64.
5
скими классами. Но при всем этом никогда не следует отри-
цать прогрессивного и революционного значения башкирских
восстаний... Они все же были, несомненно, крупным и поло-
жительным фактором в общем развитии России и её коло-
ниальных районов»
Однако не все положения автора бесспорны. Не прав был
Чулошников, отрицая добровольный характер присоедине-
ния Башкирии к Русскому государству и соответственно оце-
нивая восстания последней четверти XVI в. как сопротивле-
ние русскому завоеванию *°. Далее, он несколько преувеличи-
вает политическую определенность башкирских восстании
XVII — 1 пол. XVIII в., рассматривая их как борьбу за неза-
висимость
В целом же, несмотря на эти недостатки, исследования
А. П. Чулошникова сыграли важную роль в создании марк-
систской концепции истории Башкирии в целом, башкирских
восстаний, в особенности.
Указанные годы были важными и в плане разработки
фактической истории башкирских восстаний. Исследования
видных русских советских ученых В. И. Лебедева и
Н. В. Устюгова явились серьезным вкладом в изучение исто-
рии отдельных движений *2.
В то же время в изучении данной проблемы были опре-
деленные недостатки и трудности. В конце 40 — нач. 50-х гг.
появилось мнение, которое стало оспаривать основные выво-
ды советской историографии о башкирских восстаниях XVII—
1 пол. XVIII в. В кандидатской диссертации Н. Ф. Демидо-
вой, посвященной башкирскому восстанию 1735—1736 гг.,
последнее оценивается реакционным движением башкирских
феодалов и отрицательным событием в истории края * 10 * 12 13. Та-
кой же подход к истории восстаний XVII — 1 пол. XVIII в. на-
блюдается в «Очерках по истории Башкирской АССР». Воз-
никновение этих восстаний авторы «Очерков...» объясняют
недовольством политикой царизма лишь со стороны башкир-
ских феодалов, а восстания квалифицируют «бесперспектив-
ными» и «реакционными», «антинародными» движениями
•А. Чулошников. Феодальные отношения в Башкирии и башкир-
ские восстания XVII и первой половины XVIII вв. — «Материалы по исто-
рии Башкирской АССР», ч. I. М.-Л., 1936, стр. 64.
10 Та м же, стр. 23—25.
"Там же, стр. 29, 43. 60.
12 В. И. Лебедев. Башкирское восстание 1705—1711 гг. «Истори-
ческие записки», 1937, №1. Н. В. Устюгов. Башкирское восстание
1662—1664 гг. «Исторические записки», 1947, № 24; его же Башкирское
восстание 1737—1739 гг. М.-Л., 1950.
,s Н. Ф. Демидова. Башкирское восстание 1735—1736 гг. Авторе-
ферат канд. дисс. М., 1956, стр. 15—16.
6
башкирских феодалов, направленными против всех русских 14 * 16.
Тем самым авторы «Очерков...» по существу пришли к отри-
цанию исторического значения башкирских восстаний указан-
ных веков.
Эта точка зрения была выражена еще резче в статье
Н. В. Устюгова «О характере башкирских восстаний XVII —
1 пол. XVIII вв. » '5.
Необходимо сказать, что не все историки согласились с
данной концепцией. Не случайно в ряде научных сессий исто-
риков Башкирии неоднократно поднимался и обсуждался во-
прос о сущности и характере башкирских восстаний |6.
Новый период в изучении истории восстаний начался пос-
ле XX съезда КПСС. В ряде работ концепция Н. В. Устюго-
ва и его сторонников была подвергнута серьезной критике *7.
В последние годы уделяется внимание и разработке
фактической истории восстаний 18.
Итак, советская историческая наука проделала значитель-
ную работу по данной теме. Важным её достижением было
создание научной концепции проблемы, а также разработка
фактической истории ряда восстаний.
Однако изучение истории башкирских восстаний далеко
еще от завершения. Прежде всего к ряду принципиальных во-
просов проблемы среди советских исследователей до сих пор
нет единого подхода. Не закончено и исследование фактиче-
ской истории восстаний.
К числу недостаточно разработанных вопросов относится
история восстания 1735—1740 гг. — крупнейшего из башкир-
ских движений XVII — 1 пол. XVIII в. К настоящему времени
специально изучен лишь одни из его этапов — ход борьбы в
1737—1739 гг. Без детального рассмотрения истории всех эта-
пов данного движения невозможно понять его сущность, ха-
рактер и историческое значение, получить полное представ-
ление о борьбе масс в эти годы, а также определить его место
в цепи движений XVII — 1 пол. XVIII в.
14 «Очерки по истории Башкирской АССР», т. 1, ч. 1. Уфа, 1956,
стр. 106, ПО, 163, 171, 123, 169, 186.
16 Н. В. Устюгов. О характере башкирских восстаний XVII — пер-
вой пол. XVIII в. «Материалы научной сессии, посвященной 400-летию при-
соединения Башкирии к Русскому государству». Уфа, 1958, стр. 93—126.
'• Научные сессии Института истории, языка и литературы БФАН
СССР состоялись в Уфе в 1953, 1957, 1961 гг.
17 3. И. Сираев. О характере башкирских восстаний XVII — первой
половины XVIII вв. «Из историк Башкирии (часть вторая)». Уфа, 1963,
стр. 5—23; С. Н. Нигматуллин. О характере башкирского восстания
1735—1740 гг. — «Из истории Башкирии (часть вторая)», стр. 44—58.
И. Г. Акманов. Башкирское восстание 1704—1711 гг. «Из исто-
рии Башкирии. Дореволюционный период». Уфа, 1968; его же. Башкирское
восстание 1681—1684 гг. Учен, записки. Серия ист. наук, № 12, вып. 54.
Уфа, 1970.
7
Данное исследование посвящено истории восстания 1735—
1736 гг., являющегося начальным этапом и составной частью
всего движения 1735—1740 гг. Целью работы является по-
пытка на основе изучения предпосылок и причин, а также
конкретного хода и итогов борьбы понять сущность, характер
и историческое значение восстания 1735—1736 гг., чтобы тем
самым способствовать прояснению спорных и нерешенных
вопросов всей проблемы башкирских восстаний.
Работа написана на базе неопубликованных документов,
извлеченных автором в архивах Москвы, Ленинграда, Орен-
бурга и Уфы, а также опубликованных материалов и лите-
ратуры.
1. Башкирия в конце XVII — первой трети XVIII в.
Политика царизма и причины восстания.
В конце XVII — нач. XVIII в. Башкирия занимала обшир-
ную территорию. На западе она почти простиралась до Волги
в районе Саратова и Самары, на востоке — до р. Тобол в её
среднем течении (к югу от устья р. Исеть до устья р. Уй).
На юге пределы башкирских земель простирались до р. Илек,
на северо-западе примерно до нижнего течения рр. Шешмы
и Зая, на севере — до р. Камы от устья рр. Ик и Белой до.
Осы и далее до среднего течения рр. Сылва и Чусовой.
Население Башкирии в это время состояло из коренных
жителей — башкир и переселившихся туда русских, татар, ма-
ри, чувашей, удмуртов, мордвы и мишарей. Точных сведений о
численности населения края за XVII—XVIII вв. не сохрани-
лось. Однако по ряду данных можно придти к выводу, что
в конце первой трети XVIII в. в Башкирии было всего около
400—450 тыс. человек обоего пола, в т. ч. около 350—400 тыс.
башкир, 30 тыс. пришлого нерусского населения, 20 тыс. рус-
ских (без учета русского населения Зауральской Башкирии) ”.
Основная территория Башкирии составляла Уфимский
уезд. Кроме того, сохранилось старое деление края на «доро-
ги» (области), которых было 4 — Ногайская, Сибирская, Ка-
занская и Осинская. «Дороги» в свою очередь делились на
«волости». Сколько было волостей в это время, неизвестно,
ибо никто из историков не пытался определить их числен-
ность; к тому же, количество волостей с течением времени
менялось ввиду дробления крупных волостей на более мел-
кие. и наоборот. В начале XVIII в. Уфимский уезд был пере-
именован в Уфимскую провинцию.
” Подробнее о границах н численности населения края см.: И. Г. Ак-
маков. Башкирское восстание 1704—1711 гг. «Из истории Башкирии (до-
революционный период)». Уфа, 1968, стр. 28—30.
8
Основная масса коренных жителей занималась полукоче-
вым скотоводством. Известных успехов башкиры достигли и
в земледелии, в частности, в пределах Осинской дороги. Зна-
чительную роль в хозяйстве играли бортничество, охота, рыб-
ная ловля.
Башкирское общество состояло из двух классов: феодалов
и рядовых общинников. Основным средством производства
являлись земля и скот. Земля находилась в общинной, скот —
в частной собственности. Имелись и элементы частной собст-
венности на землю. В классовом обществе и общинное земле-
владение приводило к фактическому неравенству. Башкир-
ские феодалы, владеющие основной массой скота, не только
пользовались большой долей общинной земли, но и распоря-
жались землей всей общины. Право распоряжения общинной
землей являлось одной из форм феодальной эксплуатации
рядовых башкир. Феодалы отвечали за уплату податей и не-
сение повинностей общинниками, что также способствовало
усилению их власти.
В крае, как сказано выше, кроме башкир, жили русские,
татары, мари, чуваши, мишари, удмурты и мордва, которые
на различных условиях селились на башкирских землях. Не-
смотря на политику царизма и господствующих классов «раз-
деляй и властвуй», между трудовыми массами различных
народов в крае постепенно устанавливались и укреплялись
добрососедские отношения.
Особо тяжелое положение трудовых башкир объясняется
тем, что они терпели двойной гнет: феодальный — от «своих»
башкирских феодалов, феодальный и национальный гнет — от
русского царизма и дворянства.
Формы феодальной эксплуатации масс башкирскими фео-
далами раскрыты нами в предыдущем разделе. Сейчас необ-
ходимо рассмотреть политику феодального государства в
крае, выяснить содержание и формы феодального и нацио-
нального гнета царизма.
Земельный вопрос, налоги и повинности, отношение к ре-
лигии и традициям коренного населения, формы и методы
управления приказной администрации — вот аспекты, где
сталкивались интересы башкирских масс и царизма.
Одним из главных условий добровольного присоединения
Башкирии к Русскому государству было согласие царского
правительства сохранить вотчинное право башкир на их зем-
ли 2°. Вполне в соответствии с этим условием в течение XVII и
первой трети XVIII в. оно неоднократно заверяло башкир о
* «Очерки по истории СССР. XVII век». М., 1955, стр. 798; А. Н. У с-
манов. Присоединение Башкирии к Русскому государству. Уфа, 1960,
стр. 137—139.
9
своей верности этому принципу. Об этом говорилось в Со-
борном Уложении 1649 г., в наказе правительства уфимскому
воеводе Сомову в 1664 г., в правительственных грамотах к
башкирам от 1682 и 1694 гг. и решении Сената от 1734 г.
в ответ на челобитные башкир 2*.
Таким образом, царское правительство официально про-
водило политику сохранения вотчинных прав башкир на их
земли до принятия указа от 11 февраля 1736 г.
Важно выяснить, соответствовала ли практическая поли-
тика царизма по земельному вопросу в крае этой проводимой
официальной линии.
Земельная политика правительства в Башкирии bXVII —
начале XVIII в. прослежена в ряде работ. В них делается вы-
вод о том, что царизм проводил двойственную политику. Не-
смотря на официальную политику сохранения земель в руках
коренных жителей, феодальное государство на деле само на-
рушало свои же указы, что оно проводило политику постепен-
ного захвата башкирских земель21 22.
Какая же политика проводилась в последующее время,
т. е. в первой трети XVIII в.?
Как известно, после восстания 1704—1711 гг. царское пра-
вительство обещало покончить с нарушениями земельных
прав башкир. Однако не прошло и 10 лет, как власти повели
прежнюю политику.
В 1719 г. феодальное государство указом «О воспрещении
рубки годного на кораблестроение леса, об охранении онаго
и о наказаниях за недозволенную порубку лесов» ввело серь-
езные ограничения в пользовании лесными угодьями. Это
решение было ударом по таким важным отраслям башкир-
ского хозяйства, как бортничество и охота.
Указ поэтому вызвал сильное недовольство башкирских
масс. Они стали добиваться его отмены*. После некоторого
колебания, правительство в 1720 г. подтвердило основные по-
ложения указа 1719 г.23 Приняв в 1724 г. специальный указ
«О нерубке башкирцам заповедных лесов», правительство
еще раз продемонстрировало свое намерение игнорировать
вотчинные права башкир на землю, когда этого требуют ин-
тересы феодального государства, дворянства 24.
21 ПСЗ, т. I, № 1; т. IX. № 6581; ЦГАДА, ф. 248, кн. 132. лл. 19. 93
об; кн. 821, лл. 400—401; «Материалы...», ч. I, № 13. Н. В. Устюгоп.
Башкирское восстание 1662—1664 гг. «Исторические записки», 1947, т. 24,
стр. 106—107.
22 А. Ч у л о ш и и к о в. Указ, соч., стр. 28, 36,40,56.; И. Г. А к м а и о в.
Башкирское восстание 1704—1711 гг. «Из истории Башкирии. Дореволю-
ционный период», стр. 53—63.
23 ПСЗ. т. VI. №№ 3552, 3593.
24 ПСЗ. т. VII, Xs 4510.
10
Последнее подтверждается и возобновившимся строитель-
ством заводов на территории Башкирии. В пределах Сызгин-
ской волости Сибирской дороги в 1718—1724 гг. казной был
основан Полевский медный завод. В Салжиутской волости
той же дороги в 1723—1725 гг. появляется Верхне-Уктусский
железный, в 1732 г. — Сысертский железно-медный заводы25.
В эти же годы в строительство заводов включаются и ча-
стные предприниматели. В пределах названных волостей воз-
никли в 1726—1727 гг. Нижне—Шантанский завод Н. Н. Де-
мидова, в 1726—1729 гг. — Уткинский железный завод Ак.
Демидова, в 1728—1730 гг. Иргинский (Шуртанский) медно-
железный завод П. Осокина, в 1733—1734 гг. — Билимбаев-
ский железный завод Строгановых26. В 1732— 1734 гг. в Ай-
линской волости Сибирской дороги основал Ревдинский же-
лезный завод Ак. Демидов27. Как видно, заводы строились в
Зауральской Башкирии. Но они появлялись и в других райо-
нах края. Так, в 1731—1734 гг. в Гиреевской волости Казан-
ской дороги дворянин Небогатов основывает Шильвинский
медный завод28.
Объективно возникновение заводов в Башкирии означало
развитие производительных сил края. Правда, возникающие
новые производства главным образом служили интересам
господствующих классов, царизма в целом. Коренные жители
в свою очередь сталкивались пока лишь с одним следствием
этого процесса — захватом земель. На самом деле, строитель-
ство заводов привело к крупным изъятиям башкирских вот-
чин. Каждому возникающему предприятию казна предостав-
ляла земли и леса на много верст кругом, иногда до 20—30
верст29. Следовательно, появление названных 9 заводов не
могло не вызвать недовольства башкирских масс.
В начале 30-х гг. XVIII в. возобновилось также приоста-
новившееся было в связи с восстанием 1704—1711 гг. стро-
25 В. де-Г е и и н. Описание уральских и сибирских заводов. М., 1937,
стр. 507. 508, 511, 512.
Д. А. Кашиицев. История металлургии Урала, т. I. М.-Л., 1939,
стр. 107, 276. А. И. Павленко. Развитие металлургической промышленнос-
ти в России в первой пол. XVIII в., М., 1953, стр. 146.
26 Б. Б. Кафенгауз. История хозяйства Демидовых в XVIII —
XIX вв., т. 1. М.-Л., 1949, стр. 224, 186. Металлургические заводы на тер-
ритории СССР с XVIII в. до 1917 г. М.-Л., 1937, стр. 373; С. Г. Струми-
лин. История черной металлургии СССР, т. 1. М„ 1954, стр. 106—108.
27 Д. А. Кашиицев. Указ, соч., стр., 280. Б. Б. Кафенгауз. Указ,
соч., стр. 80, 198, 224.
“Там же.
22 Б. Б. Кафенгауз. Указ, соч., стр. 141.
11
ительство крепостей в Башкирии. В 1731 г. правительство
принимает решение об основании Новой Закамской укреп-
ленной линии. Она должна была пройти восточнее Закамской
линии, построенной еще в середине XVII в.30 Основанные в
начале XVIII в. Алексеевск и Сергиевск стали исходными
пунктами новой линии. Были построены крепости Красный
Яр и Черемшан31 32. Но в связи с организацией Оренбургской
экспедиции дальнейшее строительство Новой Закамской ли-
нии было приостановлено, а затем и совсем прекращено.
Итак, вскоре после движения 1704—1711 гг. возобновилась
политика захвата башкирских земель.
Башкирские массы были сильно возмущены этим, и в
20-х гг. они пытались поднять новое восстание. Но властям
удалось его предотвратить. Пойманные организаторы восста-
ния в числе главных причин своего недовольства назвали на-
рушение их вотчинных прав на землю, запрещение рубить
дубовые леса в частности м.
Таким образом, на этот раз дело не дошло до вооружен-
ной борьбы. Однако недовольство осталось. Об этом свиде-
тельствуют участившиеся со второй половины 20-х гг. жало-
бы башкир. Основное содержание челобитных, поданных при-
ехавшими в 1728 г. в Санкт-Петербург представителями во-
лостей, составляют жалобы по земельному вопросу.
В ряде этих челобитных башкиры продолжали проявлять’
недовольство по поводу бортных, рыбных и других угодий,
взятых в казну еще в начале XVIII в. и требовали их возвра-
щения. Об этом говорится в челобитных жителей Булярской,
Енейской, Иланской, Каршинской и Дуванской волостей Ка-
занской дороги33.
Жители Салжиутской волости Сибирской дороги жалова-
лись, что, хотя Полевское урочище взято для строительства
завода, с них попрежнему за ту землю требуют уплаты
ясака 34.
В общей же челобитной башкир всех 4-х «дорог» от 1728 г.
земельный вопрос ставится более широко. В ней, в частности,
говорится, что пожалованы они были «...местами и угодьями
по реке Каме и по другим речкам, лесами, сенными покосами,
и рыбными и бобровыми ловлями, и озерами, и таких пожа-
лованных наших мест и угодий владели мы с крепостями,
30 ПСЗ, т. VIII, № 5808.
31 П. И. Рычков. История Оренбургская, стр. 25.
32 АВПР, ф. 108, on. 1, д. б/н, 1728, л. 82; Материалы, ч. 1., №№ 132,
33 «Материалы...», ч. 1, № 25; ЦГАДА, ф. 248, кн. 821, л. 400.
34 «Материалы...», ч. 1, № 27.
12
иные и бес крепостей по старине, а уфинские, сараполские, бу-
ринские, каракульские, дуванские, також и ченцы (здесь, воз-
можно, чернцы, т. е. монастыри и их служители — И. А.) и
откупщики владеют насильно же, а нам владеть не дают; а
самарские обыватели наших ясашных земель владеют насиль-
но же, из которых земель вашему и. в. мы и ясаку платим...
тако же тобольские и чимкинские народы нас обижают, во
озерах и на горах соли брать нам не дают, бьют и мучат, в
наших дачах нам же воли не дают» 35.
Затем челобитные указывают, что их земли захватывают-
ся «по фальшивым записям», а также под видом «пустых на
оброк»36. Жалоба завершается просьбой положить конец за-
хватам земель: «Того ради вашего и. в. всенижайше просим,
чтоб наших земель милостиво повелеть нам отдать и налог
таких не делать»37.
Таким образом, приведенные материалы свидетельствуют
о том, что в первой трети XVIII в., как и в предыдущие века,
царизм вел двойственную политику по земельному вопросу.
С одной стороны, правительство признавало вотчинные пра-
ва башкир на землю. С другой стороны, при участии и содей-
ствии правительства продолжались захваты башкирских вот-
чин. Правда, после восстания 1704—1711 гг. наступил неко-
торый перерыв в этом деле. Но с конца второго десятилетия
захваты земель возобновились. Началась новая волна наступ-
ления на башкирские земли. Притом, земельные изъятия
становились более крупными и обширными. В этой обстанов-
ке любое незначительное мероприятие властей, задевавшее
земельные права коренных жителей, могло привести к взрыву
возмущения и вооруженной борьбе.
Не менее важным аспектом политики царизма в Башки-
рии являются налоги и повинности.
Общеизвестно, что башкиры, за исключением тарханов, со
своих земель платили налог, именуемый ясаком и исчисляе-
мый в куницах и лисицах. По этому поводу в «Очерках по
истории Башкирской АССР» говорится: «Ясак обычно исчис-
лялся в куницах. Иногда ясак платили и другими мехами.
Допускался платеж ясака и медом»38. Итак, авторы «Очер-
ков...» считают, что ясак явлйлся единственной поземельной
податью башкир в пользу феодального государства и он пла-
тился иногда мехами, иногда медом.
Однако пристальное изучение сохранившихся источников
позволяет внести некоторые коррективы в эти выводы. Баш-
35 «Материалы...», ч. 1, № 22.
* ЦГАДА, ф. 248, кн. 821, л. 400.
37 «Материалы...», ч. I, № 22.
“ «Очерки по истории Башкирской АССР», т. 1, ч. 1, стр. 140.
13
кирскпе общинники в XVII —нач. XVIII в. платили казне
2 вида поземельных налога: первый, основной налог — ясак,
который являлся прямой податью с земельных владений, вто-
рой, дополнительный налог, который платился с особо вы-
годных угодий — с бортных лесов, с бобровых гонов, с рыб-
ных ловель. Собственно ясак исчислялся в куницах и лиси-
цах и платился в первое время шкурками куниц и лисиц,
позже, в описываемое время, — деньгами в соответствии с
установленной казной ценами на эти меха. Вторая подать,
вернее оброк, вносилась за бортные угодья — медом, за боб-
ровые гоны — мехами бобров, за рыбные ловли — деньгами.
Причем оброк платился лишь в случае наличия названных
выгодных угодий39.
Если наличие 2-х видов поземельной подати выясняется
по источникам достаточно четко, то гораздо сложнее обстоит
дело с определением их размеров. По сохранившимся источ-
никам совершенно невозможно определить сколько на каж-
дый двор падали ясак и оброк40 41.
Усилению тяжести названных налогов способствовало то,
что в условиях Башкирии должность сборщика ясака счита-
лась как бы жалованьем за службу, и уфимские дворяне
за службу феодальному государству назначались сборщика-
ми ясака4|. Следовательно, налоги собирались с башкир зна-
чительно больше, чем полагалось по книгам. Этот произвол
был санкционирован самими властями.
На этом фоне понятны постоянные жалобы башкирских
общинников на тяжесть поземельных налогов, на произвол
сборщиков42.
В начале XVIII в. в связи с реформами и Северной вой-
ной в стране были введены новые налоги. В челобитной от
начала 1706 г. башкиры жаловались, что прибыльщики Жи-
харев и Дохов обложили их несколькими десятками новых
налогов, что они не в состоянии их платить. Как известно,
деятельность прибыльщиков привела к восстанию 1704—
1711 гг. и царское правительство было вынуждено отменить
новые налоги43.
Помимо названных податей, башкиры платили косвенные
налоги, а также выполняли подводную гоньбу и несли воен-
м См. подробнее: И. Г. Лк капов. Башкирское восстание 1704—
1711 гг., стр. 63—67.
40 Та м же; «Материалы по истории Башкирской АССР», т. IV, ч. 2.
М., 1956, стр. 430—431.
41 И. Г. А к м а и о в. Указ, соч., стр. 66—67.
42 «Материалы...», ч. 1, Ns№ 1, 3; ЦГАДА, ф. 1173, дд. 559, 1005,
1195, 1236 и т. Д.
43 «Материалы...», ч. 1, № 119; И. Г. Акманов. Указ, соч., стр. 117—
118.
14
ную службу. В архивах сохранилось множество челобитных
о злоупотреблениях представителей местной царской админи-
страции при сборе косвенных налогов и выполнении подвод-
ной гоньбы. Много жаловались башкиры и на тяжесть воен-
ной службы Ч
Итак, башкирские массы несли в пользу феодального го-
сударства прямые и косвенные налоги, выполняли ряд по-
винностей. Подати и повинности были очень тяжелы. А в со-
четании с произволом и злоупотреблениями местной царской
администрации они превращались в непосильное бремя и
вызывали постоянное недовольство масс.
Обострению обстановки способствовала политика цариз-
ма в отношении религии нерусского населения края. Башки-
ры были мусульманами, следовательно, их религия не совпа-
дала с господствующей в стране религией, что лежало в
основе притеснения коренного населения на религиозной
почве.
Марксизм-ленинизм учит, что религия была одним из важ-
нейших средств давления на массы, средством усиления фео-
дального гнета в средние века. Кроме того, по отношению к
нерусским народам христианская религия в руках царизма
приобретала и другое назначение: она была одним из основ-
ных средств их русификации.
Формы и методы христианизации были различны в зави-
симости от конкретных условий и особенностей развития не-
русских народов. Иногда правительство применяло мирные
средства, призывая их добровольно принимать христианство
и предоставляя им за это те или иные льготы (сохранение
земли в руках крещенных, освобождение на некоторое время
от налогов и т. д.).
Иногда оно проводило насильственную христианизацию.
В целом политика христианизации то активизировалась, то
ослаблялась.
В последней четверти XVII в. наблюдается значительная
активизация этой политики, которая коснулась и башкир.
Именно с усилением внимания к крещению было связано наз-
начение в 1681 г. особого епископа в Уфу Ч Серьезные шаги по
христианизации встревожили башкир и послужили непосред-
ственной причиной восстания 1681—1683 гг. Подобное ак-
тивное сопротивление вынудило правительство на время от-
казаться от своих планов по христианизации башкир. * *
° ^Материалы...», я. 1, №№ 8, 22, 30, 66—70; ЦГАДА, ф. 248, кн.
132, лл. 33—34.
45 Акты Исторические, т. 5, № 75, стр. 109.
Дополнение Актам Историческим, собранный и изданный Археографиче-
скою Комнссиею, т. 8. СПб., 1862, № 89, стр. 310 — 311; ПСЗ, № 867.
15
Но в начале XVIII в. правительство вновь попыталось
провести в жизнь те же планы. Видя, что открытое требование
перейти в христианство вызывает сопротивление, правитель-
ство решило действовать обходными путями. В 1704 г. оно
потребовало от башкир, чтобы они свои мечети строили по
образцу христианских церквей, а религиозные обряды приб-
лизили к христианским. При совершении обрядов, наряду с
муллой, должен был присутствовать и поп. Наложение нало-
гов на верующих за каждое посещение мечети, обложение на-
логами служителей культа, а также мечетей — все это сви-
детельствовало о новом наступлении царизма на башкир как
на мусульман 46. Бежавшее со среднего Поволжья нерусское
население своими рассказами о причинах своего бегства из
родных мест (насильственное крещение, лишение земли в
случае отказа креститься и т. д.) также- помогало башкирам
понять тяжелые последствия принятия христианства.
С конца второго десятилетия усиливается внимание свет-
ских властей к христианизации мусульман, и дело заметно
активизировалось. С 1719 по 1724 г. в Казанской епархии бы-
ло крещено 3200 человек; 1419 из них были обложены подуш-
ной податью47.
В 1731 г. для руководства ходом христианизации нерус-
ского населения Ср. Поволжья была создана «Комиссия для
крещения Казанских и Нижегородских мусульман и других
инородцев». Для новокрещенных началось строительство
церквей 48.
Эта волна христианизации дошла до Башкирии в середи-
не 30-х гг. Но уже в конце 20 — начале 30-х гг. башкиоы и
другие массы края начали проявлять серьезное беспокойство
этой политикой.
Как же управлялась Башкирия? Добровольное присоеди-
нение Башкирии к Русскому государству в известной мере
влияло на формы и методы управления краем. Было сохране-
но традиционное деление Башкирии на 4 крупные области —
«дороги», а также на волости.
Местная царская администрация до начала XVIII в. слабо
вмешивалась во внутреннюю жизнь башкирских волостей.
Волости управлялись башкирскими феодалами в лице тар-
ханов, старост и сотников. Продолжали функционировать
йыйыны (народные собрания), в которых решались наиболее
важные для населения волостей и «дорог» вопросы. Споры
по семейным делам рассматривались шариатским судом во
главе с муллой. Башкиры имели право обращаться с чело-
битной о своих нуждах непосредственно к главе государст-
« ЦГАДА, ф. 108, on. 1, д. 2. 1706 г., л. 3 об.
47 Е. Малов. О Новокрещенской конторе. Казань, 1878, стр. 15.
44 Там же, стр. 3, 12.
16
ва — царю. Таким образом, в XVII — нач. XVIII в. у башкир
сохранилось известное внутреннее самоуправление. Естест-
венно, им в первую очередь пользовались башкирские фео-
далы.
Однако не следует преувеличивать роль и значение само-
управления в крае. Оно носило относительный характер. Вся
реальная власть над населением находилось в руках царских
воевод, которые являлись и администраторами, и судьями, и
военачальниками.
В течение XVII в. воеводы Уфы подчинялись Приказу Ка-
занского дворца. В 1704—1708 гг. общий контроль над управ-
лением Башкирии осуществляли канцелярии князя А. Д. Мень-
шикова. В связи с образованием губерний Башкирия стала
Уфимской провинцией и вошла в состав Казанской губернии.
В 1728 г. Уфимская провинция составила «особливое ведом-
ство» и была подчинена непосредственно Сенату 49.
Основной опорой царских воевод по управлению Башки-
рией были уфимские дворяне и дети боярские, а также кре-
пости и их гарнизоны. Как видно из приведенных выше ма-
териалов, в течение XVII—первой трети XVIII в. постепенно
и неуклонно укреплялось русское дворянство в крае, увели-
чивалось количество крепостей и острогов, численность их
гарнизонов.
Самой сильной крепостью была Уфа, которая, по росписи
1728 г., была ограждена 2 рядами деревянных укреплений и
имела гарнизон из 2 рот дворян (всего 200 человек), роты ино-
земцев (28 человек), отряда конных казаков (308 человек) и
группы пушкарей (32 чел.), всего 568 военных людей. Кроме
того, в городе, не считая посадских людей, проживали отстав-
ные солдаты (100 чел.) и приказные служители (41 чел.). На-
ряду с ручным огнестрельным оружием, крепость имела в во-
оружении 31 пушку и 10 затинных пищалей60. В борьбе за
укрепление позиций правительства в крае власти использова-
ли монастыри, заводы, дворцовые села и слободы, расположен-
ные на территории Башкирии. Эти пункты были по существу
укрепленными пунктами и имели значительное вооружение.
В случае проявления неповиновения со стороны башкир-
ских масс, уфимские и другие воеводы края широко применяли
репрессии. Когда осенью 1704 г. представители башкирских
волостей, узнав от прибыльщиков Жихарева и Дохова о на-
ложении на них новых налогов, о переходе части их рыбных
ловель в ведение казны, о переписи населения, усомнились в * 34
4в «Очерки по истории Башкирской АССР», т. 1, ч. 1. стр. 84—86;
34. Г. А км а нов. Башкирское восстание 1704—1711 гг, стр. 31; ПСЗ.
т. VIII, № 5316, 5318.
*> ЦГАДА, ф. 452, on. 1, л. 1.
17
подлинности прочитанной им правительственной грамоты и от-
казались выполнить эти требования, то казанские и уфимские
власти вместо разъяснения положений царской грамоты ввели
в Мензелинск и другие закамские крепости дополнительные
войска и потребовали от башкир подтвердить свою покорность
отдачей заложников в Казань от всех 4-х «дорог». Получив
отказ, власти направили в центр Башкирии состоящую из 6
полков карательную экспедицию во главе с комиссаром А. Сер-
геевым. Последний, желая запугать башкир, начал жестокую
расправу с ними. В ответ на подобные акции властей, башкир-
ские массы взялись за оружие 5|.
Описанные действия представителей царской администра-
ции в крае не являлись отдельными исключениями. Подобная
картина по существу повторилась в 1735 г. Башкиры, обес-
покоенные приездом И. К. Кирилова со значительным вой-
ском в Уфу, собрались несколько сот человек и обратились
к уфимским властям за разъяснениями. Эти действия башкир
были почтены последними за неповиновение и бунт, и пред-
ставители башкир, приехавшие в Уфу, были жестоко наказа-
ны. После этого вооруженное выступление масс стало неиз-
бежным. Так местные власти своим нетактичным поведением
ускорили взрыв массового недовольства и начало крупней-
шего из восстаний в крае — движения 1735—1740 гг.
Наряду с военным подавлением и террором, власти ши-
роко применяли такие формы и методы управления Башки-
рией, как «разделяй и властвуй» натравливание одного на-
рода на другой.
Серьезное недовольство у башкир вызывало существова-
ние института заложников (аманатство). Обеспечить спокой-
ство в крае власти пытались и тем, что от каждой «дороги»
брали определенное количество жителей, преимущественно из
богатых и влиятельных семей, в качестве заложников (ама-
натов) и держали их в аманатских дворах, которые были по
существу тюрьмами. Известно, что во второй половине XVII—
первой трети XVIII в. башкирские аманаты содержались в
Уфе, Казани, Мензелинске, Бирске, Каракулине и др. кре-
постях 52. Точная численность аманатов неизвестна. Так пос-
ле восстания 1662—1664 гг. башкиры вынуждены были дать
по 12 человек с каждой «дороги», 2 аманатов—с Ицкнх
(Тамьянской и Кипчакской) волостей. В 1708 г. в Уфе и Бир-
ске было 50 аманатов из башкир и других нерусских наро-
61 «Материалы...», ч. 1, № 21, стр. 108—122; И. Г. Акманов. Указ,
соч., стр. 77—81.
и Н. Ф. Демидов а. Управление Башкирией в повинности населе-
ния Уфимской провинции в первой трети XVIII в. «Истор. записки», 1961,
т. 68, стр. 232-233; ЦГАДА, ф. 248, кн. 11131, л. 103; ЛОИИ, ф. 75,
т. III, № 14.
18
дов53 54. Условия содержания аманатов были тяжелые: их пло-
хо кормили, заставляли работать на воевод и приказных лю-
дей. Некоторые из них умирали от голода, болезней и же-
стокого обращения. Если начиналось восстание, то власти
расправлялись с аманатами. Например, когда началось вос-
стание в 1662 г., то башкирских амантов «...на Уфе и на до-
роге перевешали» м. Власти нередко задерживали в качестве
аманатов башкир, приезжавших в города по своим делам,
или посылали в волости вооруженные отряды, чтобы насиль-
но взять аманатов55. Все это делало аманатство тяжелой
повинностью, и от второй половины XVII — первой трети
XVIII в. сохранилось много челобитных с просьбой отменить
этот институт56. Но правительство не вняло просьбам баш-
кир и аманатство без существенных изменений просущество-
вало до середины XVIII в.
Особо следует сказать о прямом грабеже и взяточничест-
ве воевод и приказной администрации, а также произволе
их в судопроизводстве. Произвол и взяточничество местной
власти вызывали постоянные жалобы башкир. Так, в своей
челобитной от 1706 г. к Петру I последние жаловались на
грабежи комиссара А. Сергеева, его помощников С. и
Л. Аристовых, Пальчикова и других. В 1721—1722 гг. по это-
му делу было произведено расследование, которое раскрыло
вопиющее нарушение законов, факты насилия, произвола и
вымогательства со стороны местных царских властей 57. След-
ствие тянулось долго, чем оно завершилось, данных не сох-
ранилось. Известно только, что А. Сергеев в 1726 г. нахо-
дился в тюрьме58.
Имеющие место нередкие случаи досрочного смещения с
постов уфимских воевод также подтверждают сделанный вы-
вод о том, что произвол и насилия были постоянным спут-
ником в деятельности царских властей в Башкирии. Так,
правительство вынуждено было снять с воеводских постов в
1664 г. князя А. М. Волконского, в 1682 г. — князя А. Корко-
динова, в 1708 г. — казанского дворянина Л. Аристова59.
Башкирские челобитные и отдельные мероприятия цен-
тральной власти по обузданию зарвавшихся представителей
Уфимской администрации мало меняли положение. Произвол,
53 «Материалы...», ч. 1, № 60, стр. 192; ПСЗ, т. VIII, № 5334.
54 «Материалы...», ч. 1, № 48.
58 «Материалы...», ч. 1, № 119.
54 «Материалы...», ч. 1, №№ 45, 46, 23; ЦГАДА, ф 1173. д. 774.
87 «Материалы...», ч. 1, № 21; АВПР, ф. 108, оп. 2, д. 4. лл. 5—13:
“ ЦГАДА, ф. 248, кн.
и «Очерки по истории Башкирской АССР», т. 1, ч. 1, стр. 115:
П. П. П е к а р с к ий. Известия об уфимских дворянах Пекарских. «Сира-
ночная книжка Уфимской губернии». Уфа, 1883, стр. 301; И. Г. Акм.ч-
:пов. «Башкирское восстание 1704—1711 гг.», стр. 31.
19
насилия, взяточничество процветали в Башкирии и в первой
трети XVIII в. Население по прежнему жаловалось на злодея-
ния своих правителей. Так, в 1728 г. башкиры жаловались на
воеводу князя Шаховского и его помощников асессоров Тю-
менева и Лихачева: «наши дела случаемых в городе Уфе че-
лобитчику одному дал больше, надобно и другому дать то-
же, и таким образом между ими судьями несогласием дела
наши волочили и скоро не решили, и оттого нам чинитца не-
сносная обида и разорение»60. Когда недовольные пытались
по поводу этих беспорядков обратиться с жалобой в Мос-
кву, то воевода запретил им ехать туда61. После отъезда
Шаховского и Тюменева, в Уфе остался Лихачев, который,
по словам башкир, делал им «...великие обиды и разорения,
виноватых оправил, правых обвинял для своих бездельных
корыстей»62. Ни к каким результатам не привели попытки
башкир найти управу на Лихачева у уфимского фискала Ер-
шова и казанского губернатора Зотова 63.
Данная характеристика о беспорядках в управлении Баш-
кирией в первой трети XVIII в. подтверждается и высказыва-
ниями видных представителей царской администрации этого
времени. Волокита и взяточничество уфимских властей удиви-
ли даже видавшего виды бывшего обер-секретаря Сената
И. К. Кирилова, приехавшего в 1734 г. в край во главе Орен-
бургской экспедиции. Познакомившись с порядками в Уфе,,
он доносил в кабинет: «Суд застал по здешнему народу весь-
ма обидной»64.
Кирилову вторит уфимский вице-губернатор П. Д. Акса-
ков, который в своем «Краткое известие о народе башкир-
ском», характеризуя и методы управления краем, писал:
«В город Уфу просить же приезжали (речь идет о башки-
рах—И. А.), по которым прошениям странности безчеловеч-
ные бывали лихоимственные с великим им отягощением, ви-
ня правых для одного только достатку ево, что есть с ково-
взять. А порядок приказной тогда бывший и по самый приезд
покойного стацкого советника Кирилова такой был, что ни-
где такова безпутства найтить невозможно, крайне о том
только тщались, что наживать, а что до правосудия им и
удовольствия б в пользу казенную касалось, того никогда
думано не бывало»65.
Вряд-ли можно дать более убийственную оценку деятель-
ности уфимских властей, чем эта.
м «Материалы...», ч. 1, № 22, стр. 123.
11 Та м же.
"Там же.
“Там же.
м «Материалы...», т. III, № 548, стр. 491.
* «Материалы...», т. III, № 568, стр. 526.
20
Хорошо знакомый с обстановкой в Башкирии по ролу
своей службы Аксаков даже считает, что произвол и злоупо-
требление властью со стороны местной администрации явля-
ются главной причиной недовольства башкир и их восста-
ний: «И хотя, как здесь видно по делам, что бывали их смя-
тение, якобы от их своевольств, только я по предупоминае-
мым и нижеписанным безчеловечным поступкам нахожу за
первую вину злоумышленное лихоимство, как корень всего
зла, и несносные им озлоблении...»66.
Итак, несмотря на сохранение известного внутреннего
самоуправления башкир, реальная власть находилась в руках
местных царских воевод, дворян и приказной администрации.
Формы и методы правления воевод и их помощников были
тяжелы, грубы и обременительны для башкирских масс. При-
веденные материалы позволяют сделать вывод о том, что
острое недовольство населения вызывало не только содержа-
ние политики царизма, но формы и методы их проведения
в жизнь.
Произвол и насилие, грабеж и взяточничество, допускае-
мые местными властями были не менее важной причиной
недовольства башкирских масс царизмом.
Изучение политики царизма в Башкирии во второй поло-
вине XVII — первой трети XVIII в. показывает, что она но-
сила двойственный характер. С одной стороны, правительство'
официально придерживалось основных условий присоедине-
ния Башкирии к Русскому государству, отсюда неоднократ-
ное подчеркивание им своего признания вотчинных прав
башкир на землю, сохранение в основном традиционных их
податей и повинностей, внешнее соблюдение линии невме-
шательства в их религиозные дела, сохранение остатков мест-
ного самоуправления. Эта сторона царской политики в из-
вестной мере имела положительное значение, ибо в отстаива-
нии своих прав башкиры опирались на нее, временами
добивались удовлетворения своих требований. Но в то же вре-
мя из изложенного достаточно ясно, что по основным аспектам
своей политики в Башкирии правительство допускало серь-
езные отклонения от провозглашенной линии. С середины
XVII в. начались систематические захваты башкирских зе-
мель. С каждым десятилетием они приобретали более широ-
кий характер. Именно фактическая земельная политика ца-
ризма, постоянные нарушения вотчинных прав башкир на
“Там же.
21'
землю лежали в основе недовольств последних царизмом. Не-
однократные попытки казны обложить башкир новыми на-
логами и повинностями и активизировать перевод мусульман
в христианскую веру не были проведены в жизнь только из-
за решительного сопротивления масс. Тем не менее в описы-
ваемое время подати и повинности фактически увеличивались
за счет произвола и злоупотреблений представителей при-
казной администрации, покрываемых центральными и мест-
ными властями. Формы и методы управления уфимских вое-
вод и их помощников были таковы, что во многом шли враз-
рез с традиционными правами башкир.
После каждого из восстаний XVII — нач. XVIII в. цар-
ское правительство заверяло башкирских повстанцев о своей
верности к традиционной политике, к условиям, на которых
они вошли в состав Русского государства. Однако обещания
забывались быстро, и возобновлялась прежняя ненавистная
башкирам политика. Как видно из приведенных материалов,
так было и после массового движения 1704—1711 гг. С конца
второго десятилетия возобновился захват башкирских земель.
Притом, само феодальное государство одним из первых при-
ступило к изъятию земель в Башкирии. Башкиры были недо-
вольны тяжелыми налогами и повинностями, также утесне-
нием их религии. По прежнему в крае процветали произвол,
насилия и взяточничество. Все это привело к новому обостре-
нию обстановки в Башкирии. В 20-х гг. XVIII в. башкиры
дважды пытались поднять восстание. В первый раз, в начале
20-х гг. они вели переговоры о совместной борьбе против ца-
ризма с казахами и кара-калпаками 67, во второй раз, в сере-
дине 20-х гг. они пытались найти союзников в лице народов
Северного Кавказа ®8. В силу ряда причин вооруженное вы-
ступление не состоялось. Организаторы восстания, попавшие
в руки властей, были наказаны69. Однако царское правитель-
ство из этих фактов сделало определенные выводы. Оно реши-
ло уступками успокоить недовольных. Правительство еще
раз заверило башкир о своей верности к традиционной поли-
тике, приняло в столице их представителей и пошло на ряд
существенных уступок: башкиры не были обложены подушной
податью, Уфимская провинция была выведена из-под власти
казанских губернаторов и поставлена в непосредственное ве-
дение Сената и т. д.70
Однако в начале 30-х гг. XVIII в. царизм повел политику,
вызвавшую массовое недовольство коренных жителей и став-
67 «Материалы...», ч. 1, № 132.
« АВПР, ф. 108, on. 1, д. б/н, 1728, лл. 79—82; «Материалы...», ч. 1,
№ 133.
•* «Материалы...», ч. 1, № 133.
70 ПСЗ, т. УП, № 4533; т. VIII, №№ 5316, 5318, 5334.
22
шую непосредственной причиной одного из самых крупных
выступлений в крае — восстания 1735—1740 гг. Речь идет об
организации Оренбургской экспедиции и связанных с ней ме-
роприятий, означавших для башкирских масс невиданное до-
селе резкое усиление феодального и национального гнета.
Оренбургская экспедиция положила начало принципиально
новой политике царизма в Башкирии.
Несмотря на всю внешнюю нелогичность этого изменения
политики правительства в Башкирии, оно вполне закономер-
но вытекало из социально-экономических и политических про-
цессов, происходивших в крае и стране в целом в это время.
II. Организация Оренбургской экспедиции
и начало вооруженной борьбы
В первой четверти XVIII в. наметились серьезные сдвиги
в социально-экономической жизни края. Здесь начинается
усиленная разработка железных и медных руд. Возникает
множество заводов, в развитии которых в первую очередь
были заинтересованы само феодальное государство и господ-
ствующие классы. Молодая горная промышленность края в
свою очередь не могла развиваться без притока из централь-
ных районов мастеровых и работных людей, которые обслу-
живали возникшие заводы и крестьян земледельцев, произ-
водивших хлеб для заводского населения. Заводская колони-
зация неизбежно тянула за собой крестьянскую колониза-
цию. Заводчики нуждались также в свободе хозяйственной
деятельности в Башкирии, чтобы они могли искать руду и
заводить предприятия в любом уголке края и т. д.
Таким образом, развитие горной промышленности и свя-
занных с ней процессов было невозможным без значительных
изъятий башкирских земель, а также без усиления позиций
правительства в крае.
Не менее важным было и то, что в связи с завершением
к концу первой четверти XVIII в. русской феодальной колони-
зации Ср. Поволжья усиливается интерес дворянства цен-
тральных районов к Башкирии, к башкирским землям.
Они начали требовать от правительства пополнить свои по-
местья за счет башкирских вотчин.
Наконец, в это время соседние казахские ханства и госу-
дарства Ср. Азии переживали военно-политический кризис,
что создавало благоприятные условия для усиления влияния
России в Казахстане и Ср. Азии, вплоть до постепенного их
присоединения в состав государства.
_ Однако наметившиеся тенденции встречали много пре-
пятствий на своем пути. Пожалуй, одними из главных в этом
отношении были особенности социально-экономических и по-
23
литических отношений края, а именно официально призна-
ваемое самим правительством вотчинное право башкир на
землю, внутреннее самоуправление в волостях, относительная
слабость позиций правительства в крае и т. д. Башкиры уме-
ло использовали эти моменты и успешно сопротивлялись
активизации угнетательской политики царизма. Иными сло-
вами, условия, на которых башкиры вошли в состав Русского
государства, пришли в противоречие с интересами русского
дворянства, нарождающейся буржуазии, феодального госу-
дарства.
Условиями дальнейшего развития наметившихся социаль-
но- экономических сдвигов и реализации новых задач в Баш-
кирии, на юго-восточной окраине в целом были отказ от тра-
диционной политики относительно коренных жителей края,
усиление здесь позиций правительства, широкая русская ко-
лонизация Башкирии. Русский царизм в первой половине
30-х гг. приступил к осуществлению именно этого курса. Об
этом свидетельствует организация Оренбургской экспедиции.
Еще в начале 20-х гг. XVIII в. наиболее дальновидные
представители господствующих классов России задумывались
над этими проблемами. Так, по версии А. И. Тевкелева, одно-
го из руководителей Оренбургской экспедиции, после окон-
чания Северной войны император Петр I «изволил особливое
попечение иметь... своевольный башкирский народ на вечное
время.обуздать»71 и превратить Башкирию в плацдарм для
наступления на Казахстан и Ср. Азию.
Далее эти общие соображения получили более детальную
разработку в ряде проектов. Так, начальник главного прав-
ления Сибирских и Казанских казенных заводов В. Н. Тати-
щев в 1724 г. обратился к правительству с проектом по баш-
кирскому вопросу. Для ослабления башкир, их сопротивления
царизму и усиления позиций правительства в крае он пред-
лагает покрыть Башкирию сетью крепостей, изменить управ-
ление коренными жителями, усилить их христианизацию
и т. д.72
Во второй половине 20-х гг. аналогичный проект был по-
дан правительству тогдашним казанским губернатором
А. П. Волынским. Наряду со строительством крепостей и уве-
личением регулярных полков в Башкирии, автор самым серь-
езным образом рассуждает об уменьшении численности баш-
кир в крае наполовину каким-нибудь политическим способом,
например, путем переселения их на другую территорию, об
организации войны башкир против их соседей—каракалпа-
ков, казахов, калмык, и наоборот73.
71 П. И. Рычков. История Оренбургская, стр. 4.
п «Материалы...», т. III, № 545.
73 «Материалы...», ч. I, № 134.
24
Представленный в 1734 г. в правительство проект обер-
секретаря Сената И. К. Кирилова являлся синтезом и даль-
нейшим развитием охарактеризованных выше планов.
Этот проект имел широкий характер и формулировал за*
дачи политики царизма на юго-восточной окраине. В нем по-
ставлена прежде всего задача присоединения и удержания
Казахстана и Ср. Азин, завязывания устойчивых торгово-
экономических связей с ними, превращения их в рынок сбыта
и источники сырья для развивающейся русской промышлен-
ности.
Большое внимание в проекте уделено башкирскому во-
просу. Освещая задачи относительно Башкирии, Кирилов ут-
верждал, что необходимо решительно укрепить здесь позиции
правительства, сделать невозможными башкирские восстания
и организовать широкое использование природных богатств
края. Автор при этом особо подчеркивает наличие в Башки-
рии богатых месторождений медных и других руд, слюды, ка-
менной соли, благоприятных условий для развития земледе-
лия, а также больших возможностей для развития торговли
с центральными районами страны74.
Для выполнения намеченных задач, в частности, относи-
тельно Башкирии предлагается целая система мероприятий:
основание города на р. Орь, на южной границе башкир с ка-
захами, и других крепостей в Башкирии, военно-политическое
ослабление и уменьшение численности башкирского населе-
ния путем широкого использования их в войнах царской Рос-
сии, в реализации политических и торгово-экономических
планов правительства в Казахстане и Ср. Азии в особенности,
разжигание национальной вражды между башкирами, каза-
хами и калмыками, натравливание их друг на друга, создание
широкой опоры властей в Башкирии в лице башкирских фео-
далов путем мелких подачек и подкупа, христианизация му-
сульман, колонизация края земледельческим и торгово-про-
мышленным населением центральных районов75.
Эти мероприятия должны были изменить соотношение сил
в Башкирии в пользу феодального государства, привести к пе-
рестройке всей системы управления краем, к пересмотру всей
прежней традиционной политики царизма, и феодальное го-
сударство, господствующие классы получили бы возможность
по своему усмотрению распоряжаться природными богатства-
ми и людскими ресурсами Башкирии.
Намечаемые в проекте Кирилова мероприятия, с одной
стороны, способствовали развитию производительных сил
74 «Материалы по истории России». Составил А. И. Добросмыслов,
т. 1. Оренбург, 1900, стр. 19—28, 44—48 (Далее — «Материалы по истории
России»),
75 «Материалы по истории России», т. 1, стр. 19—28, 37—38, 47—48.
25
края, которые, правда, при существующих социальных поряд-
ках в первую очередь служили интересам дворянства и на-
рождающейся буржуазии, укрепляли их господство над тру-
довыми массами края и страны в целом; с другой стороны,
означали усиление в Башкирии феодально-колониального
гнета. Это было типичной для феодализма формой развития
производительных сил, когда любой прогресс достигается
усилением угнетения низов. В данном случае в жертву приво-
дились главным образом интересы широких масс башкирского
народа. Неслучайно они оказали ожесточенное сопротивле-
ние реализации проекта.
Высочайшей резолюцией императрицы Анны Ивановны от
1 мая 1734 г. правительство одобрило предложения И. К. Ки-
рилова. В ней говорилось об апробации «Проекта», а «К от-
правлению вышеописанных всех дел определить обер-секре-
таря Ивана Кирилова и с ним быть мурзе Алексею Тевкелеву,
которых туда отправить немедленно и дать полную инструк-
цию и указы»7в.
Итак, «Проект» Кирилова лег в основу юго-восточной по-
литики России, и правительство приступило к претворению
его в жизнь.
Указом от 18 мая 1734 г. И. К. Кирилов был пожалован
в статские советники, А. И. Тевкелев — в полковники. Кроме
того, первый получил в награду 3000 р., второй — 1000 р 76 77.
Основные положения «Проекта» получили дальнейшее разви-
тие в разработанных правительством «Инструкции стат, совет-
нику Ивану Кирилову, отправленному для постройки города
при устье р. Орь» и «Привилегии городу Оренбургу». Оба эти
документа были собственноручно подписаны императрицей 78.
В последнем из этих документов новый город по имени реки
получил наименование «Оренбург» 79 80 81.
Сейчас предстояло в короткий срок сформировать личный
состав «Известной экспедиции»ю, обеспечить ее всем необ-
ходимым и двинуться к месту назначения.
Правительство во всем шло навстречу Экспедиции. 18 мая
состоялся указ императрицы, обязывающий все учреждения
и должностные лица государства «всякое надлежащее вспо-
можение чинить» Кирилову и Тевкелеву ”.
В мае — августе 1734 г. Сенат принял ряд решений и рас-
поряжений о включении в состав Экспедиции офицеров, сол-
76 «Материалы по истории России», т. 1, стр. 48—49.
77 Та м же, стр. 58.
78 ПСЗ, т. IX, №№ 6576, 6584.
78 Т а м ж е, № 6584.
80 В первое время для секретности так называли Оренбургскую экспе-
дицию.
81 «Материалы по истории России», т. I, стр. 60—61.
26
дат, геодезистов, рудознатцев, артиллеристов и других спе-
циалистов и служителей, о выделении денег, пушек, ружей,
инструментов и обязывает соответствующие коллегии и канце-
лярии скорее исполнить эти дела82. Было решено выделить
в распоряжение Кирилова половину гарнизонного полка из
Уфы, 1—2 полка из Казани, половину уфимских дворян и ка-
заков. Заводы Екатеринбурга должны были изготовить 50—
60 пушек, 20 малых мортир, «на суды фальконет 150 с при-
надлежностями» 83.
В июле Экспедиция находилась в Москве, где продолжа-
лось её пополнение людьми, вооружением и инструментами.
В итоге было завершено оформление личного состава Экспе-
диции. Она состояла из 130 военных, морских, горных и дру-
гих специалистов и служителей8*.
В начале октября Экспедиция прибыла в Казань, где она
была пополнена Пензенским пехотным полком, состоящим из
1223 солдат, а также артиллерией85. 10 ноября Экспедиция
добралась до Уфы, где находилась св. 7 месяцев.
В течение этого времени Кирилов и его помощники гото-
вились к походу на р. Орь. Необходимо было собрать здесь
все выделенные для похода силы. Кроме собственно персона-
ла Экспедиции и Пензенского полка, в походе должны были
участвовать дворяне Уфы, Бирска, Мензелинска, а также ка-
заки, башкиры, мишари и служилые татары.
Сложным оказалось обеспечение Экспедиции продоволь-
ствием. Решено было закупить хлеб в сибирских слободах,
довезти его до верхнего течения р. Яик, завести там пристань
и на судах сплавить продовольствие до нового города.
Однако намерение властей построить пристань на Яике
вызвало недовольство башкир Сибирской дороги. Но все же
башкирские феодалы той дороги во главе с тарханом Тайма-
сом Шаимовым отвели место при впадении р. Урляды в Яик
под пристань м.
В конце февраля 1735 г. из Уфы в верховья Яика для
строительства пристани была отправлена рота капитана Ува-
рова. В середине марта туда же отправилась рота капитана
Корягина87.
Одним из важных условий успеха Экспедиции являлось
спокойствие в Башкирии. Ради этого власти готовы были
пойти и на некоторые уступки местному населению. Лежав-
“Там же. стр. 53—58, 217—227, 239—242, 245.
“Там же, стр. 52.
м П. И. Рычков. История Оренбургская, стр. 14. П. В. Жуков-
ский. — Дополнения к «Истории Оренбургской» П. И. Рычкова. «Труды
Оренб. уч. арх. комиссии», вып. 33, Оренбург, 1916, стр. 102.
м П. В. Жуковский. Указ, соч., стр. 102—103.
м ЦГАДА, ф. 248, кн. 1133, лл. ПО, 190.
“Там же, лл. 148. 151—152.
ЧТ
шие без движения с 1733 г. челобитные башкир были удовлет-
ворены после принятия решения об организации Оренбург-
ской Экспедиции88. В инструкции от 18 мая 1734 г. «О рас-
поряжениях по устройству и населению сего города и по сно-
шениям с окрестными народами» правительство обязало ру-
ководителей Экспедиции осторожно обращаться с местным
населением, а оказавших им различные услуги башкирских
и казахских феодалов награждать именными саблями 8У.
Прибыв в Уфу, Кирилов действовал в духе этих решений.
Он пытался, пресекая наиболее вопиющие злоупотребления
местной администрации, завоевать расположение башкир.
Особое внимание было уделено укреплению связей с верхами
башкирского общества. Этому должна была способствовать
объявленная регистрация тарханов.
Приезжающим в Уфу тарханам Кирилов давал мелкие
подарки и обещания. Те в свою очередь должны были пока-
зать службу, в частности, принять участие в походе на р. Орь.
В донесении в Кабинет от 28 марта Кирилов писал, что
«...ныне объявилось 773 тархана и запись продолжается»90.
С другой стороны, власти не исключали возможности со-
противления со стороны башкир, и на этот случай предпри-
няли некоторые шаги. Прежде всего они старались скрыть от
населения цель и сущность Экспедиции, основания города на
р. Орь в особенности. Различными путями велось наблюдение
за настроением коренных жителей. Большое внимание уделя-
лось увеличению в крае вооруженных сил и крепостей. Кири-
лов, считая одного Оренбурга недостаточным, обратился в
правительство с предложением основать ряд крепостей во
внутренней Башкирии. Так, он предложил построить крепости
на месте Соловарного городка, разрушенного башкирами в
ходе восстания 1704—1711 гг., и между Уфой и Верхотурьем,
ближе к башкирской Тайнинской волости, а также превратить
в крепость новую пристань на верхнем течении Яика 91. Как
известно, половина уфимских дворян и служилых людей края
была включена в состав Экспедиции. А за счет другой их
половины Кирилов поднимает вопрос об учреждении 10 дра-
гунских рот, чтобы усилить ими военную мощь гарнизонов
Уфы и других крепостей 92.
Начальник казенных заводов В. Н. Татищев в своем доне-
сении в Кабинет предложил от верховьев р. Яик до р. Течь
основать 5 крепостей и ввести в них по 2 роты солдат. Кроме
м «Материалы по истории России», т. 1; стр. 108—109; ПСЗ, т. IX.
№ 6581.
•» ПСЗ. т. IX, № 6576.
•° НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 6.
»' НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 20—21.
и Там же, лл. 17—19.
28
того, он считает, что необходимо учредить 2 лондмилицких
полка за счет сибирских рекрутов и поместить их в районе
новых крепостей * 93.
Как видно, Кирилов и Татищев в своих донесениях раз-
вивают и конкретизируют положения «Проекта» относительно
Башкирии. Они еще до начала восстания башкирских масс
предлагают покрыть край сетью крепостей. Это лишний раз
свидетельствует о несостоятельности выводов дворянско-бур-
жуазных авторов, объясняющих резкое увеличение крепостей
в Башкирии как вынужденное мероприятие в обстановке вос-
стания. Подобные выводы были несостоятельной попыткой
задним числом оправдать новое усиление угнетательской по-
литики царизма в 30-х гг. XVI11 в.
К весне 1735 г. были закончены основные подготовитель-
ные работы. В команду, подлежащую к отправлению на р.
Орь во главе с И. К. Кириловым, включили 9 рот казанского
и уфимского батальонов, состоящих из 1389 рядовых и коман-
диров, 3 роты казанского драгунского полка, 3 новые драгун-
ские роты, состоящие из уфимских и бирских служилых лю-
дей, 250 уфимских и яицких казаков, 15 человек добровольцев
из крещенных калмык и татар, 600 мещеряков, 148 артилле-
рийских служителей, всего около 3150 человек. Команда Ки-
рилова имела 29 пушек различного калибра и 4 гаубицы и
мортиры 94.
Временно оставались в Уфе 2 новые драгунские роты,
учрежденные из мензелинских служилых людей. Кроме того,
2 роты солдат находились в Верхояицке, как стала называться
новая пристань, капральство — в Табынске, в крепости возве-
денной на месте бывшего Соловарного городка, полроты сол-
дат и 100 казаков — в Сакмарске. В пути к Экспедиции при-
соединилось около 150—160 башкирских феодалов95.
Таким образом, безопасность Экспедиции обеспечивалась
4-х тысячным войском, что было внушительной силой для то-
го времени. Кроме того, в случае необходимости были готовы
прийти ей на помощь гарнизоны Уфы, Бирска, закамских
крепостей и сибирских острогов и слобод.
Руководители Экспедиции решили как можно скорее вы-
ступить в путь, чтобы в летнее время успеть основать город
Оренбург. 27 марта по льду через р. Белую перевезли артил-
лерию, другие тяжести и 2 роты солдат, которые выступили
в путь. Дойдя до деревни Чесноковка, что находится в
10—15 верстах от Уфы, солдаты устроили лагерь. В середине
апреля туда прибыла основная команда во главе с Кирило-
вым. Здесь Экспедиция должна была находиться до середи-
93 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, лл. 139 об. —140.
м ЦГАДА. ф. 248, оп. 106, д. 1236, лл. 34—35 об.
93 П. В. Жуковский. Указ, соч., стр. 104.
29
ны мая, пока не высохнет земля. Кроме того, должен был по-
дойти и присоединиться к ней Вологодский драгунский
полк ".
Каково же было отношение башкирских масс к Оренбург-
ской Экспедиции, как они реагировали на намерение пра-
вительства основать на их земле новый город, на другие-
предполагаемые мероприятия?
Земельный вопрос вновь обострился в крае в начале
20-х гг. О недовольстве башкир земельной политикой цариз-
ма, об их неоднократных жалобах на земельные захваты са-
мой казны, заводчиков и дворян говорилось уже выше.
В 1732 г. феодалы Бурзянской волости Ногайской дороги во
главе с тарханом Алдаром Исянгильдиным продали большой
лесной массив солепромышленнику и купцу Утятникову. На
этот же лес претендовали башкиры Кипчакской волости, и
они не хотели мириться с этой сделкой. Они обратились за
помощью к жителям соседних волостей, чтобы «... каким бы
образом оного не уступить». Дело получило большой резо-
нанс. Собравшиеся по призыву кипчакцев представители
Усерганской, Тангаурской, Юрматынской, Катайской, Тамь-
янской и других волостей Ногайской дороги положили «...чтоб
того лесу Утятникову и соляному заводу не давать»97. Кро-
ме этого конкретного случая, они приняли общее решение
«...тако же ежели и другие кто приедут строить на их землях
заводы ж и городы, до того не допущать, в чем и подписа-
лись все»98.
Не успел разрешиться этот конфликт, из столицы были
получены вести, подтверждающие опасения башкир насчет их
земельных прав. Это были сведения об организации Орен-
бургской экспедиции, о намерении властей построить на баш-
кирских вотчинах Оренбург и другие крепости. Башкиры
сразу поняли суть и последствия для себя этой новой поли-
тики царизма в крае. Они, по словам участника Экспедиции
П. И. Рычкова, опасались, что «...якобы всеми их землями
хотят завладеть, и того бы ради всеми силами противиться
и город Оренбург строить не давать, толкуя, что из-за того
им никакой воли не будет»". Сказанное подтверждается и
материалами агитационной деятельности башкирских пов-
станцев. 28 августа 1735 г. пленный повстанец ясашный та-
тарин Зюрейской дороги Казанского уезда Арслан, объясняя
мотивы присоединения к восстанию, показал на допросе, что
башкиры Дрюк Аймяков «с товарищи», приехав в их дерев-
ню, созвали жителей и говорили: «...ежели де они, башкирцы,
* ЦГАДА. ф. 248. кн. 1236. лл. 24. 34 об.; кн. 1131, л. 155.
и НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 43, л. 835.
* НА БФАН СССР. ф. 3. оп. 12. д. 43. л. 835.
и П. В. Жуковский. Указ, соч., стр. 104—105.
30
бунтовать не будут, то де будет с них, против казанских та-
тар, забирать подушние деньги и рекрут, а Ея Императорского
Величества об оном будет неизвестно; и для того притом го-
ворили, чтоб бунтовать с ними и их деревни татаром и итти
на статского советника и не допускать бы его до строения
нового города. И по тем словам оне с ними, башкирцы, о
злом намерении и согласились» |0°.
Услышав о прибытии Экспедиции с войском в Уфу, пред-
ставители волостей Ногайской дороги в декабре 1734 г. соб-
рались «...в Азиеву мечеть для совета... и положили, ежели
из Уфы он, Кирилов, или провиант так же и протчня коман-
ды и казенныя обозы пойдут, не пропущать и чинить бой, в
чем и подписались все и присягою утвердили»* 101 *. Собрав-
шиеся поставили в известность об этом и другие «дороги» и
призывали их быть с ними в одном согласии». Вскоре были
получены «...изо всех дорог от знатных башкирцев письма,
что они все с ними согласны» *02.
Таким образом, инициаторами организации вооруженного
сопротивления выступили башкирцы Ногайской дороги, на
землях которых должен был возникнуть новый город. Осталь-
ные «дороги» поддержали их.
Весной 1735 г., когда Экспедиция делала последние при-
готовления к походу, «всех дорог старшины положили, чтоб
конечно им где ни есть видитца самим, и о том намерении
персонально еще говорит» 103 *. Этот йыйын (совет) состоялся,
повидимому, в мае. На нем присутствовали представители
всех 4-х « дорог». Точно известны имена выборных людей из
7 волостей Ногайской дороги во главе с Кильмяком Нуруше-
вым, из 6 волостей Казанской дороги во главе с Акаем Кусю-
мовым, из 1 волости Сибирской дороги ,04. Относительно пред-
ставителей других волостей данных не сохранилось.
. Первым делом «обще все советовали, что конечно стац-
мо НА БФАН СССР, ф. 3. 12, д. 39, л. 56.
101 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 836.
,и Т а м ж е, лл. 836—837.
103 Там же, л. 837.
,м Там же. Представители Юрматынской волости Кильмяк Нуру-
шев и Тамьянской волости Акай Кусюмов стали главными предводителями
восстания 1735—1736 гг. Если учесть участие Кильмяка в восстании
1704—1711 гг. и поездку в 1706—1707 гг. в составе посольства башкир
в Крым, то можно предположить, что сейчас ему было около 50—55 лет.
Он не являлся тарханом, но если судить по косвенным данным (его попу-
лярность в Башкирии, его грамотность, его называли обызом и т. д., то
он принадлежал, повидимому, к мелким и средним феодалам. (Там же,
лл. 835, 844—847). Социальное положение Акая было примерно такое.
Он был наследственным участником восстаний в Башкирии, ибо его дед
и отец принимали руководящее участие в движениях 1681—1684 и 1704—
1711 гг. (Там же, л. 829).
31
кого советника в Оренбурх не пропущать»105 *. Был решен
вопрос, кто первым нападает на команду Кирилова: «А по-
неже ему, стацкому советнику, ехать надлежит через Юрма-
тынскую волость, того ради прежде б напасть на команду
ево, ему, Кильмяку, с собранием, и потом во всех местах на-
чнут бунтовать и разорять деревни» 10в. Далее состоялся раз-
говор о том, чтобы «...наперед привратить к себе к воровству
чуваш, черемис и мещеряков; кто в бунт не склонен, тех ру-
буть» *°7. Также важны данные о том, что на том сборе «...на-
писали башкирцы письмо и послали к стацкому советнику,
чтобы им, башкирцам, отдали Алдара и других башкирцов
12 человек, которые были в Москве с ним, Алдаром, для то-
го, что оные ездили в Москву с мурзою без ведома их баш-
кирского» 108.
Таким образом, этот йыйын имел важное значение в под-
готовке сопротивления. Принципиальным является решение
выступить не против русских вообще, а против правитель-
ственных мероприятий, конкретно — против Экспедиции, про-
тив сторонников Экспедиции независимо от их национальной
принадлежности, в том числе и против башкирских феодалов,
которые содействовали организации Экспедиции. Важно так-
же стремление организаторов восстания привлечь на свою
сторону все нерусское население края.
Что касается состава йыйына, то это было собранием вы-
борных представителей волостей, притом он был многдчис-
ленным, участвовали и феодалы, и рядовые общинники. Но
руководящая роль принадлежала феодалам как наиболее
развитым элементам башкирского общества.
Далее предстояло самое серьезное — реализация приня-
тых решений. Участники всебашкирского йыйына разошлись
по домам, и в «пределах «дорог» и волостей, в местных сове-
тах и съездах с участием жителей волостей и аулов оконча-
тельно решался вопрос об отношении к Экспедиции, о фор-
мах и методах сопротивления.
Башкиры старались раньше времени не обнаружить
свое истинное отношение к Экспедиции. Однако власти еще
в начале 1735 г. узнали об этом. В. Н. Татищев поделился
своими опасениями с казанскими властями. Те донесли обо
всем в Кабинет |09. Но Кирилов, глава Экспедиции, не хотел
замечать брожения в Башкирии и в этом духе информировал
правительство.
105 Т а м же.
вое т'ам же
107 ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. IV, л. 35 об.
108 ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. III, л. 37.
»» НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, лл. 1—2. ЦГАДА, ф. 248.
кн. 1131. л. 141.
32
Чем же объясняется, что Кирилов сознательно вводил
центр в заблуждение? На то были веские причины. Зная о
недовольстве среди башкир, допуская даже мысль о попыт-
ках их сопротивления, он надеялся без особого труда распра-
виться с ними войсками Экспедиции. Главное заключается
в том, что Кирилов опасался как бы правительство, узнав
об отрицательном отношении местного населения к намечае-
мым мероприятиям, не отказалось от реализации его «Проек-
та». Это опасение было небеспочвенным. В Кабинете были
и противники «Проекта». Первая реакция правительства в
связи с получением сведений о начале восстания — повеление
Кирилову вернуться в Уфу со всей своей командой или оста-
новиться при Сакмарске или где в другом удобном месте —
также свидетельствует о том, что колебался сам Кабинет и
судьба Экспедиции висела на волоске и0.
В конце мая — начале июня 1735 г. канцелярия Экспеди-
ции разослала указы по волостям, чтобы записанные в служ-
бу башкиры присоединились к команде. Тогда башкиры Ка-
занской и Ногайской дорог, человек с 500 во главе с Акаем
Кусюмовым, Кильмяком Нурушевым, Умером Тохтаровым,
Мясогутом, Султанмуратом и другими, собрались на р. Чес-
ноковке, около дер. Альшеевой, и послали в Уфу 2-х своих
представителей с известием, что они приехали «для слушания
указу», т. е. собравшиеся пытались получить официальное
разъяснение от властей о целях и сущности намеченных ме-
роприятий. Однако власти не намеревались согласовать свои
действия с мнением коренных жителей и круто расправи-
лись с послами. Последние были избиты и заключены в тюрь-
му. Башкиры проявляли терпение и вновь послали в Уфу
2-х своих людей. На этот раз послы должны были добивать-
ся паспорта для поездки в столицу, чтобы подать императ-
рице челобитную. Но посланцев ожидал еще более жестокий
прием: один из них был убит, другой высечен кнутом и бро-
шен в тюрьму.Кроме того, власти во главе с Кириловым при-
казали своим сторонникам из башкирских и мишарских фео-
далов ловить тех, кто был на этом сборе 1П.
Этими действиями власти еще раз продемонстрировали
свои методы управления краем, нежелание считаться с мне-
нием коренных жителей, и тем самым еще более обострили
без того острую обстановку. Компромисс между сторонами
был исключен, и башкиры вынуждены были избрать край-
нее средство в борьбе за свои права.
Собравшиеся башкиры еще раз подтвердили прежнее ре- * * *
110 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 209.
1,1 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43 ,лл. 830-831; д. 39, лл.
30—31.
2 Заказ 580
33
шение о сопротивлении Экспедиции и обсудили детали пред-
стоящей борьбы. Говорилось там о том, что прежде чем вы-
ступить против команды Кирилова, нужно расправиться с
верными властями башкирами, мишарями, чувашами, мари,
для чего «...съезжатца де предложили к Акаю Кусюмову и
собратца б им человек з 10 тысяч и болыпи, а главным де
чтоб быть оному Акаю» *12.
Итак, обстановка в Башкирии складывалась явно не в
пользу Экспедиции. Были и другие трудности: прошел наз-
наченный срок, никак не прибывал Вологодский драгунский
полк, включенный в команду Экспедиции.
Однако отмеченные неувязки не остановили Кирилова. Он
принимает решение начать поход на р. Орь. 15 июня коман-
да снялась с лагеря в Чесноковке и медленно двинулась на юг
Башкирии. В конце месяца Экспедиция достигла урочища
Бугульчан, где р. Белая делает резкий поворот к северу.
Собирали силы и повстанцы. Первым сумел организовать
большой отряд предводитель ногайских башкир Кильмяк Ну-
рушев. Однако он и его товарищи ждали прибытия башкир
Казанской дороги во главе с Акаем Кусюмовым, чтобы об-
щими силами напасть на силы Экспедиции. Пока Кильмяк
двигался за Кириловым и вел наблюдения. Повстанцы в это
время прервали связь Кирилова с Уфой. Они схватывали
всех тех, кто направлялся в корпус Кирилова, или оттуда в
Уфу. Так, в конце июля в их руках оказались многие башкир-
ские феодалы, ехавшие на службу в Экспедицию, в част-
ности, тарханы Кидряс Муллакаев, Мряс Юлумбетов с 2
братьями, «лучшие» башкиры Аскар Курманаев, Муса Кош-
колтаев, Юлыш Токаев, а также татарский мулла Уразмет,
русский крестьянин Лошкин, отставной казак Полозов с
«товарыщи» пз.
Позже, когда эти пленники вырвались на свободу, они со-
общили интересные подробности о предводителях, о числен-
ности и организационной структуре повстанцев Ногайской
дороги. По данным Кидряса Муллакаева, главными предво-
дителями были юрматынцы Кильмяк Нурушев, Суяргул Че-
ремшаков и бурзянец Рысай Игимбетов. Кроме них, в числе
предводителей названы Куян Кизенгулов, Кулчюков.^ Сафар
Суверов, Сеит Карабалыков, Кусяк Ишмеков, Хусейн Уте-
кеев, Шугур батыр, Шал батыр и Утягул Чангырчины, Дю-
мей и Кашип Солтанов, Алгашай Назаров, чуваш Аитбай из
Телтим-Юрматынской, Бакый-Юрматынской, Тамьянской, Ги-
рей-Кипчакской, Чанким-Кипчакской, Усерганской волостей
Ногайской дороги. Наряду с названными предводителями. * 113
*•« ЦГАДА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. IV. л. 19 об.
113 ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. IV, лл. 6, 9—11 об.
34
были и есаулы, которые сюяли во главе сотен. Каждая сот-
ня имела свое знамя 1Н.
Уразмет мулла говорил, что в отряде были и башкиры
Меркит-Минской, Минской и Дуванейской волостей, а также
мишари 114 1IS * 117.
Итак, видно, что данный отряд в основном состоял из жи-
телей 10 волостей Ногайской и 1 волости Казанской дороги.
Среди повстанцев, кроме башкир, были мишари и чуваши.
Повстанческому отряду была характерна определенная орга-
низованность и порядок.
В это время в волостях Казанской и Ногайской дорог
развернулась открытая борьба между повстанцами и сторон-
никами властей. Поскольку широкие массы общинников стоя-
ли за восстание, то немногочисленные сторонники властей —
в основном феодалы и муллы с их приспешниками — оказа-
лись в изоляции. Последние жаловались, что им угрожают
расправой. Они старались укрыться с семьями в царских
крепостях. Татарские феодалы Казанской дороги сотник На-
дыр Уразметов и Алмет мулла обратились к коменданту
Шешминской крепости полковнику И. Н. Татищеву с этой
просьбой |1в. В начале июля, боясь расправы, бежал с семь-
ей в лес башкирский феодал Енейской волости Казанской
дороги Апас мулла Тетеев, который отправил для службы в
Экспедиции родного сына Муртазу и регулярно доносил в
Мензелинск об обстановке в волости. Все же через несколько
дней он был убит повстанцами 1|7.
Обострение борьбы внутри башкирского общества в это
время отмечали и представители властей. Так, полковник
И. Н. Татищев 13 июля 1735 г. доносил: «...уже начали чинить
смертные убивства тем, кои были из башкирцев в Санкт-Пе-
тербурге и кои к злому обращению не примешиваются и со-
бираются к обозу стацкого советника Кирилова» *18.
Известно, что из записавшихся в службу св. 770 башкир-
ских тарханов в походе на р. Орь участвовали лишь около
160 человек. Если одни из них сами отказались от похода,
то многие в создавшейся обстановке под давлением масс не
смели присоединиться к Экспедиции. Некоторые из них в пу-
ти попали в руки повстанцев.
Подобное развитие событий в крае, разногласия и борьба
между самими башкирами свидетельствуют о том, что нака-
нуне восстания ярче проявились классовые противоречия
114 ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. IV, лл. 6, 9-11 об; НА БФАН
СССР, ф. 3, оп. 12. д. 43, л. 837.
'•» ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. V, л. 34 об.
"• ЦГАДА, ф. 248, кн. 169, лл. ПО, 113.
117 ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. II, лл. 116 об, 120; ч. III, л. 57.
111 Таи же, ч. II, л. 25.
2»
35
башкирского общества, что развертывающееся движение с
самого начала носило не только антиколониальный, но и
классовый характер.
К концу июня в Казанской дороге было создано 3 повстан-
ческих отряда, во главе которых стояли Акай Кусюмов, Умир
Тохтаров и Тевеней. Всего в них было около 10 тыс. чело-
век119. Им предстояло объединиться с повстанцами Ногай-
ской дороги, которые шли следом за командой Кирилова.
В это время произошли некоторые изменения в обстанов-
ке. 19 июня в Уфу из Закамской линии прибыл Вологодский
драгунский полк. 24 июня 5 рот вологодцев и несколько де-
сятков уфимских дворян и казаков, всего 700 человек, с не-
сколькими пушками, под командованием подполковника Чи-
рикова вышли из Уфы и направились на соединение с коман-
дой Кирилова 12°.
В течение недели драгуны шли спокойно, пройдя около
150 верст, дошли до горы Зирган.
В этой обстановке повстанцы Ногайской дороги решили
помешать соединению вологодских рот с Кириловым. Выде-
лив для наблюдения за последним небольшие отряды, Киль-
мяк и его товарищи основные силы свои направили против
вологодцев.
В течение нескольких дней повстанцы незаметно следили
за продвижением вологодских рот и 1 июля в лесисто-пересе-
ченной местности напали на них. Вологодцы понесли серьез-
ные людские потери, в том числе в самом начале сражения
был убит их командир Чириков. Сражения с перерывами про-
должались до 6 июля. Последние 3—4 дня башкиры держали
драгун в осаде, не давая им продвигаться вперед. Повстанцы
решили взять их измором. Но Кирилов, узнав о случившемся,
приостановил продвижение своего корпуса и послал в помощь
сильную команду.
Отряд Кильмяка был не в состоянии одновременно сра-
жаться и с вологодцами, и с командой Кирилова. Повстанцы
Казанской дороги, которые должны были соединиться с Киль-
мяком, до сих пор не прибывали. В данной ситуации 6 июля
Кильмяк вынужден был снять осаду с драгун и отступить 121.
Правда, через несколько дней появились повстанцы Казан-
ской дороги во главе с Акаем и устремились за вологодскими
ротами. 9 июля они догнали драгун и завязали бой. Но было * 111
1,8 Т а м ж е, лл. 34—34 об.
'» ЦГВИА, ф. 20 оп. 1/47, д. 61, ч. 11, л. 29.
111 См. подробнее ход сражения: А. И. Д о б р о с м ы с л о в. Башкир-
ский бунт в 1735. 1736 и 1737 гг. «Труды Оренб. уч. арх. ком.», вып. VIII.
Оренбург, 1900; И. Г. А к м а н о в. Организация Оренбургской Экспеди-
ции и начало восстания 1735—1740 гг. «Очерки истории дореволюцион-
ной России», вып. 11. Уфа, 1975, стр. 130—135.
36
уже поздно. Вологодцы с боями продвигались вперед и соеди-
нились с основными силами Экспедиции. Тогда повстанцы Ка-
занской дороги повернули обратно. Уже на обратном пути
они встретили несколько отрядов, состоящих из башкир Но-
гайской дороги, шедших им на помощь. Это был отряд Киль-
мяка, в котором было 1 тысяча человек, и отряд «верхне-
бельских башкирцов, которых было 2000, у коих были стар-
шины Сент Алкалов, Салават Елаткуров» |22.
Так закончилось первое крупное сражение повстанцев с
царскими войсками.
Как говорилось выше, еще до нападения башкир на коман-
ду Экспедиции, в волостях началась открытая борьба между
повстанцами и сторонниками властей. Она еще более обо-
стрилась в начале июля, в дни сражений с вологодскими ро-
тами.
Под Уфой повстанцы открыто разъезжали по волостям,
создавали отряды и расправлялись со сторонниками властей.
4—5 июля «...Минской же волости башкирцы и нагайцы, со-
гласись на воровство и в бунт», по сведениям верных башкир-
ских феодалов, «...ездили близ города Уфы со знамян
красным кумышным, их братью башкирцов добрых людей, не
желающих быть с ними в одном согласии, призывают к себе
под неволею и стращают всяким разорением, чтоб быть им
вместе в одном согласии воевать государевых русских людей,
також и иноверцев, которые будут со стороны ЕИВ, рубить и
жилища пустошить» 123 * *.
Повстанцы напали и разорили башкирских феодалов Уму-
тея Тимербулатова « с товарищи», Еная Шелтыкова «с това-
рищи», держали их «в осаде одни сутки» *24. Башкирские
феодалы Каршинской волости Шарип Мряков «с товарыщи»,
приехав 12 июля в Уфу, сообщили, что неделю тому назад
жители Кульминской волости «человек с 40, вооружась, езди-
ли по многим русским и иноверческим деревням и грабили,
скот отгоняли» *25.
В эти дни от нападений повстанцев пострадали располо-
женные под Уфой деревни дворян Колокольцева, Волкова,
Муравина и Сударенина. Дворяне и их крестьяне бежали в
Уфу *26.
Следующим очагом активизации повстанцев были окрест-
ности Табынской крепости, основанной Кириловым весной
1735 г. Коренное население было недовольно ее появлением.
9 июля в Табынске было получено следующее известие о на-
,и НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, лл. 832, 838.
123 ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. IV, л. 16—16 об.
125 ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. V, л. 25.
*» ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. И, лл. 41—43 об.
37
мерениях окрестных башкир: «...съежаются воровать Юрма-
тынской, Меркицкой, Табынской, Кси-Табынской, Калчирской
волостей башкирцы, а дума де их всех: прежде вырубить
вновь построенный городок, а потом де итти за стацким со-
ветником Иваном Кириловым» |27. На самом деле, через не-
сколько дней они напали на Табынск и разорили соляной за-
вод ,28.
Примерно подобная же обстановка сложилась в волостях
Казанской и Осинской дорог. Там также формировались по-
встанческие отряды, шла борьба между повстанцами и сторон-
никами властей. В повстанческие отряды, кроме башкир,
входили массы других народов. Пленный повстанец — та-
тарин Арслан говорил на допросе, что согласились с башки-
рами «...в том злом намерении Казанского уезду татары
14 деревень» *29. >
Продолжали свои антиповстанческие дела и противники
восстания. Интересна в этом отношении активность мулл ряда
волостей Казанской дороги. Катка мулла, Бикмет мулла,
Юсуп мулла и Девлекей мулла систематически информиро-
вали уфимские власти об обстановке в волостях. В Шемша-
динской волости они устроили тайный совет, где решили
собрать «от каждой деревни по человеку на караул». В слу-
чае отказа дать людей, они пугали жителей аулов тем, что
напишут об этом в Уфу |3°.
Различная позиция трудящихся масс и феодалов Осин-
ской дороги относительно восстания проявилась в неодинако-
вом отношении их к официальным представителям Уфы после
начала движения. Когда в начале июля в Тайнинскую волость
приехал уфимский дворянин Ф. Жилин, то «добрые» башкиры
Илеш Аднашев «с товарыщи», дав подводы, проводили era
до Осы, а простые жители Бятик Сабанеев, Кусюм Иткинин,
Чюрагул Шигаев «с товарыщи» гнались за ним, хотели era
«побить до смерти» * 128 * * 131.
Эти материалы показывают, что сражения повстанцев с
командами Экспедиции способствовали дальнейшему росту
активности восставших в волостях. Примечательно то, что па
мере усиления восстания обострилась борьба между ними
и верными башкирами. Последние, как видно, преимуществен-
но были из феодалов и мулл.
Таким образом, в конце XVII—первой трети XVIII в.
башкирские массы были недовольны всей совокупностью по-
литики царизма в крае. Их недовольство вылилось наружу
1,7 ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. V, л. 33.
128 ЦГВИА. ф. 20. оп. 1/47, д. 61, ч. IV. л. 36.
1М НА БФАН СССР. ф. 3. оп. 12. д. 38, лл. 43—44.
ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. V, л. 52.
131 Там же, л. 51.
38
в связи с организацией Оренбургской экспедиции, означавшей
резкое усиление феодального и национального гнета. Глухое
брожение среди населения появилось уже в конце 1734— нач.
1735 г., вскоре после приезда Кирилова с командой в Уфу.
Весной недовольство резко усилилось, а в июне оно начало
перерастать в открытое выступление. Правда, среди башкир
не было единства относительно Экспедиции: если многие
крупные феодалы — тарханы поддерживали властей, то по-
давляющее большинство башкир — рядовые общинники и
часть феодалов — были решительно настроены против. При-
мерно с середины июня в волостях Ногайской, Казанской и
Осинской дорог повстанцы начали расправляться с башкир-
скими, татарскими и мишарскими феодалами, сторонниками
Экспедиции. Одновременно создавались повстанческие отря-
ды. Когда начался поход корпуса Кирилова на р. Орь, то
повстанцы в начале июля напали на них.
В вооруженной борьбе, начавшейся в июне — начале ию-
ля, приняли участие жители Ногайской, Казанской и Осин-
ской дорог. Из приведенных материалов видно, что только в
сражениях с вологодскими ротами участвовали башкиры
14 волостей Ногайской, 7 волостей Казанской дорог. Но эти
цифры не являются исчерпывающими, ибо в начале июля,
кроме этого сражения, активные действия развертываются и
во многих волостях указанных «дорог». Несколько отрядов
не успело прибыть к тому же к месту боев с командами Экс-
педиции. Все это позволяет сделать общий вывод о том, что
восстание с самого начала носило массовый характер.
Инициаторами вооруженного сопротивления мероприятия
правительства выступили жители Ногайской дороги, на зем-
лях которых должен был возникнуть город Оренбург. Их под-
держали башкиры других «дорог». В движении прослежи-
вается участие и других народов края — татар, мишарей и
чуваш.
Массовый характер борьбы, многочисленность повстан-
ческих отрядов показывает, что борьбу вели главным обра-
зом рядовые общинники. Но в движении участвовала и часть
башкирских феодалов. Из феодалов, повидимому, были глав-
ные организаторы восстания — Кильмяк Нурушев, Акай Ку-
сюмов и некоторые другие. Однако показательно, что среди
предводителей этого периода не было тарханов. Тарханы —
самые знатные и крупные башкирские феодалы — либо рьяно
служили царскому правительству, помогая Кирилову в под-
готовке Экспедиции и подавлении начавшегося восстания, ли-
бо стояли в стороне от вооруженной борьбы масс. Характер-
но также, что многие муллы усердно помогали властям. Все
это позволяет сделать заключение, что данное движение с са-
39
мого начала носило характер массовой народной борьбы.
Лишь незначительная часть феодалов шла вместе с народом.
Повстанцам не удалось предотвратить соединение воло-
годских рот с корпусом Кирилова. Но, начав вооруженную
борьбу, они серьезно осложнили задачи Экспедиции. Дело
здесь заключалось не только в людских и материальных поте-
рях, понесенных властями, но и в замедлении движения Экс-
педиции к месту назначения, а также в выяснении истинного
отношения коренного населения к этому мероприятию пра-
вительства.
III. Борьба продолжается. Первые мероприятия властей
по подавлению движения
В середине июля на р. Белой, возможно, в пределах Юр-
матынской волости восставшие устроили совет. В нем, кроме
главных вождей Акая Кусюмова и Кильмяка Нурушева,
участвовали предводители отдельных отрядов из Ногайской
и Казанской дорог, а также рядовые повстанцы. Пленный
участник восстания Мансур Биккулов говорил позже на до-
просе относительно решений совета следующее: «...по напа-
дении в драгунской вологоцкой полк все разъехались в домы,
токмо при разъезде предложили тот же совет: сперва превра-
щать чуваш, черемис и вотяков, потом русских людей рубить,
а именно — вору Келмяку — вверх по Белой, Екату — около-
города Уфы, Акаю — вниз по Белой и около Мензелинска.
А как оные народы превратят, Келмяку предложено своими
людьми обще с Сибирскою дорогою итти за стацким совет-
ником Кириловым» |32. Показания Биккулова подтверждают-
ся и материалами допроса самого Кильмяка Нурушева, ко-
торый в более общей форме говорил то же самое |33.
Итак, можно заключить, что повстанцы не собирались по-
кориться. Наоборот, чувствуется их стремление шире развер-
нуть вооруженную борьбу. Они продолжали деятельность по
созданию новых отрядов и вовлекали на свою сторону трудо-
вые массы края. Решено было в ближайшее время действо-
вать вокруг Уфы, Мензелинска и других крепостей; притом
всю эту огромную территорию европейской Башкирии разде-
лили на районы, где должны были сражаться отряды того или
иного предводителя. Главный удар восставших был направ-
лен против царских крепостей и войск и их сторонников из
среды местных народов. Повстанцы не упускали из поля зре-
ния и команду Экспедиции, которая в это время приближа-
лась к месту назначения — к р. Орь. Осенью восставшие на-
132 ЦГВИА, ф. 20. оп. 1/47, д. 61, ч. IV, л. 35 об.
133 НА БФАН, СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, лл. 832, 838.
40
меревались выступить против неё. В этой акции должны были
участвовать и жители Сибирской дороги.
Дальнейшему расширению движения в волостях Ногайской
и Казанской дорог способствовало возвращение повстанцев-
участников боев с вологодскими ротами. Не менее важно бы-
ло и то, что власти оказались не в состоянии сразу организо-
вать борьбу с развертывающимся восстанием.
В середине июля отряды из башкир ряда волостей Казан-
ской и Ногайской дорог во главе с Тевяком, Ишалеем Кайда-
линым и Азнакаем Явгильдиным «человек с 1000 воинским
наступлением» напали на мишарей дер. Калтаево, Токмаклы,
Мамяково, Курмышево, расположенных в 50—80 верстах се-
веро-западнее Уфы и разорили их. Спасшиеся мишари укры-
лись в Калиновской крепости 134. Верные башкиры и мишари
в свою очередь передавали сведения о повстанцах в Уфу и
другие крепости. Кроме того, они нападали на мелкие группы
восставших и разоряли их аулы.
Вооруженная борьба шла и в западной Башкирии. В се-
редине и конце июля нападению восставших подверглись
Кондурча, Алексеевск и другие крепости Новой Закамской
линии 135.
С первых чисел июля было неспокойно в районе Старой
Закамской линии. С середины месяца под Мензелинском,
Заинском, Новошешминском развернулись сражения между
повстанцами и гарнизонами этих крепостей. Восставшие так-
же разоряли те аулы, жители которых отказались присоеди-
ниться к восстанию. Были разорены, в частности, несколько
деревень новокрещенных, а также чувашские, мишарские и
мордовские деревни.
В этих акциях, наряду с башкирами, приняли активное
участие ясашные татары, в т. ч. татары Зюрейской и Арской
дорог Казанского уезда. Среди повстанцев были мишари, чу-
ваши и мордва.
В 20-х числах июля под Мензелинск во главе отряда, со-
стоящего из 1000 человек, прибыл Акай Кусюмов. В состояв-
шемся вблизи города совете повстанцев было принято реше-
ние «...раззорять русские городы, села и деревни, а полков
в Башкир не пропущать» 136. Интересна мотивировка приня-
того решения. Получается, что действия восставших в райо-
не закамских крепостей не являлись самоцелью. Повстанцы
своей активностью должны были сковать гарнизоны этих
крепостей и тем самым лишить Кирилова их помощи.
134 ЦГВИА, ф. 20. оп. 1/47, д. 61, ч. V, лл. 73, 68—68 об.
'» ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. 11, л. 26; ч. 111, лл. 45, 47; ч. IV.
лл. 46 об —47.
•* ЦГВИА, ф. 20, оп. 1/47, д. 61, ч. V, лл. 85—85 об.; ч. Ill, л. 112 об.
41
26 июля повстанцы Акая напали на Мензелинск, но взять
его не могли. Однако борьба за город продолжалась.
В августе борьба стала еще более активной. В середине
месяца восставшие неоднократно совершали нападения на
Новошешминск, Заинек, Кичуевск. 1 сентября башкиры и та-
тары, человек «1000 и болыпи», вновь пошли приступом на
Мензелинск. Взять его не сумели, но повстанцы и после этого
сражения оставались вблизи города. О дальнейших планах
восставших, об их союзниках любопытные вести рассказал
повстанец Абатай Бегенеев, пойманный 4 сентября: «...баш-
кир де в зборе 1000 с 4 и хотят итти под Мензелинск и до Ка-
зани... уже с ними в согласии до самой Казани татары и баш-
кирцы... Тако ж и казанския слободския татары к ним, баш-
кирцем, письма о том злом согласии прислали» 137.
Итак, под Мензелинском находились основные силы вос-
ставших Казанской дороги. Здесь, как и вблизи других кре-
постей Закамской линии, прослеживаются совместные дейст-
вия башкир с другими нерусскими народами края. Важно
и то, что население, живущее западнее Камы, сочувствовало
движению.
В первой половине сентября бон в районе Закамской ли-
нии продолжались. 6 сентября, в частности, из Мензелинска
с тревогой доносили, что «от воров-башкир непрестанно бы-
вают подъезды» 138.
С конца июля — начала августа восставшие начали опе-
рации у самой р. Камы. 4—5 августа они разорили дворцовые
села Челны, Пьяный Бор, Тихие горы, монастырские деревни
Калинов починок, Ветки, вотчину архиерея. Активность пов-
станцев в этом районе прослеживается и в начале сентября.
Повстанческие отряды начали действовать к западу от р. Ка-
мы, в Байлярской и Енейской волостях. Казанский губернатор
забеспокоился за судьбу Елабуги, ибо восставшие стояли в
20 верстах от города ,39.
Что же происходило в это время в других районах края?
Выше говорилось о действиях восставших вблизи Уфы в се-
редине июля. В августе здесь крупных событий, невидимому,
не было, хотя внутренняя борьба в волостях не прекраща-
лась. Новая активизация повстанцев относится к сентябрю.
В самом начале месяца башкиры Чубиминской, Кульмин-
ской, Кыркулиминской, Кипчакской волостей Ногайской до-
роги, Кыр-Канлинской, Дуванской, Каршинской волостей Ка-
занской дороги, а также татары из дер. Кадряево, Досметево,
чуваши из деревни Улу арема, всего человек «с 1 000 и боль-
ши», возглавляемые Ишалеем Кайдалиным, Токчура муллой,
137 ЦГАДА, ф. 248, кн. 169, лл. 581—582 об.
'“Там же.
*“ «Материалы по истории России», т. И, стр. 89.
42
Тевяком, Ишелевым, Рысмекеевым, Колчуриным, разорили
башкирские аулы Мамяково, Акбашево, татарские аулы
Чишма, Аднашево, Болдино, мишарские аулы Калтаево,
Токмаклы, Салтанаево и0. 17—18 сентября повстанцы «в со-
брании с 1 000 человек с полтретью» разорили верных баш-
кирских феодалов старосту Каршинской волости Шарила
Мрякова и сотника Ибака Умирова. Первый жаловался, что
восставшие взяли в его доме «денег 100 рублев, да всякого
ножитку, отогнали лошадей и коров, всего по цене на 300 Руб-
лев, сожгли деревню и хлеба, хотели его самого убить до
смерти. Мряков спасся от смерти только тем, что его в это
время не было дома» Н|.
В сентябре повстанцы проявляли активность и вблизи Та-
бынска. Они, по словам Кирилова, «...многим собранием... мно-
гократно приступали, но ничего зделать не могли, больше
тритцати человек потеряли»
В 20-х числах сентября значительные силы повстанцев Но-
гайской и Казанской дорог под предводительством Кильмяка
и Акая стали скапливаться под Уфой. Восставших, по одним
данным, было 2000, по другим — 3000. Они напали на миша-
рей, которые укрылись было в лесу на р. Уршаке. Затем вос-
ставшие действовали вблизи Уфы и заняли село Вознесенское,
принадлежащее Уфимскому Успенскому монастырю, а также
мишарские, татарские и башкирские аулы — Алмантаево, Ки-
ишки, Тимошкино, Ибраево, Нижегородку, Ильтуганово, Тим-
кино нз.
Возможно, что повстанцы далее намеревались напасть на
Уфу, о чем в' общем плане велись разговоры еще с июля. Но
в это время стало известно, что из Оренбурга идет Кирилов с
командой. В последней было 1 000 солдат и драгун, 710 каза-
ков, мишарей и башкир. Сколько она имела пушек, неизвест-
но Н4.
В этой обстановке первоочередной стала борьба с основ-
ными силами Экспедиции. Повстанцам за короткий срок уда-
лось создать большой отряд. Правда, его точная численность
неизвестна. Источники называют цифры от 3 до 5 тысяч чело-
век И5.
2 октября, когда команда Кирилова подошла к р. Ашка-
дар, восставшие напали на нее. Ход сражения известен лишь
по словам самого Кирилова и в самом общем плане. По его
•« НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12. д. 39, лл. 87—89.
’«• Там же, лл. 94, 88, 102.
’« ЦГАДА, ф. 248, кн. 1236, л. 52.
»« ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, лл. 325-327.
144 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 83—84; ЦГАДА, ф. 248,
кн. 134, лл. 13—13 об.
»« НА БФАН СССР, 83, оп. 12, д. 43, л. 839; ЦГАДА, ф. 248, кн.
1131, лл. 333.
43
данным, нападающие «провождали идущих с ним команду
4 дни», пытаясь ее остановить. В сражениях Кирилов во всю
использовал все имеющиеся пушки ,46.
Как бы то ни было, ясно одно: восставшим не удалось ос-
тановить и разбить эту команду.
Эта неудача была серьезным ударом для повстанцев. Но
жители Ногайской дороги продолжали борьбу. В первой по-
ловине октября их нападению подверглись расположенные
под Уфой мишарские и татарские аулы Федосеево, Сасык,
Байгильдино, Арсланово, дворцовое село Юрмаш, поместья
уфимских дворян Ногашева и Третьякова, башкирские аулы
Сабырово и Сауккулово. По данным уфимских властей, в этих
акциях участвовали башкиры 8 волостей и татары нескольких
деревень Ногайской дороги И7. Отдельные действия просле-
живаются и в пределах Казанской дороги.
Но перечисленные акции были последними действиями
восставших. Примерно в середине октября в европейской
Башкирии наступило затишье.
Таким образом, с первых чисел июля, одновременно с на-
падением на вологодские роты, повстанцы еще более расши-
ряли свои действия, начатые еще в середине июня. Эта актив-
ность была характерна прежде всего для волостей вблизи
Уфы и Табынска. Затем широкое движение развертывается на
западной окраине Башкирии в районе закамских крепостей н
р. Камы, которое продолжалось до середины сентября. Резко
усилилось восстание с середины августа в окрестностях Уфы,
Бирска и Табынска, шедшее почти непрерывно до середины
октября. Инициаторами и главными движущими силами вос-
стания выступили башкирские общинники. Их борьба нашла
понимание и поддержку со стороны трудящихся татар, мари
и чуваш. В отдельных случаях повстанцев поддерживали
мордва и мишари. В восстании участвовала и часть башкир-
ских феодалов. Из них, повидимому, были многие предводи-
тели. Позже на допросе старшинами Кильмяк Нурушев кро-
ме Акая Кусюмова и себя, назвал Умера Тохтарова, Мясогута
Уразаева, Султанмурата Дюскеева, Тевяка, Ишалея Кайда-
лина, Екая Биккулова, которые летом и осенью 1735 г. воз-
главляли отдельные повстанческие отряды. Это позволяет
отнести их к разряду случших» людей, т. е. феодалов. Правда,
старшинами могли назвать любого предводителя более или
менее крупного отряда, независимо от его социального поло-
жения. Социальное положение ряда активных деятелей неиз-
вестно. В этой связи можно назвать прежде всего Куразмана
Макарова, кстати, так и не явившегося в Мензелинск с повин-
'« НА БФАН, ф. 3, оп. 12, д. 43. л. 839; ЦГАДА, ф. 248, кн. 1236, л. 51.
»« ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 327.
44
ной, Байсяка, Аскара Рысмекеева, Азнакая Явгильдина, Ас-
кара Солтанбекова и т. д. Возможно, что среди них были и ря-
довые башкиры.
Если говорить о формах и методах борьбы, а также ее на-
правленности, то повстанцы в первую очередь расправлялись
с верными правительству мишарскими, татарскими, марийски-
ми, чувашскими и башкирскими феодалами, разоряли их
аулы, угоняли скот, самих брали в плен.
Необходимо отметить, что особенно серьезно от повстанцев
пострадали мишари. Это объясняется тем, что значительная
часть мишарей оказалась на стороне властей и помогла им в
реализации мероприятий Оренбургской экспедиции. Это зна-
чит, что мишарским феодалам удалось повести за собой часть
рядовых общинников и превратить их в орудие царской
политики в крае. В ответ на это восставшие разоряли их.
Не избежала этой доли и часть русского населения края. Од-
нако число разоренных русских деревень неизмеримо меньше
по сравнению с нерусскими аулами. Кроме того, среди разо-
ренных русских поселений преобладали деревни уфимских
дворян и чиновников, а также монастырские владения. Удар
восставших был направлен не против тех или иных народов,
а против верных правительству групп населения, независимо
от их национальной принадлежности. Главное место в дей-
ствиях восставших занимали нападения на царские крепости
и города — опорные пункты властей, а также сражения с пра-
вительственными войсками в открытом поле.
Несмотря на отдельные неудачи, в течение лета и осени
1735 г. инициатива в целом принадлежала восставшим. Мест-
ные гарнизоны и команда Экспедиции оказались не в состоя-
нии подавить движение, за это дело пришлось взяться цен-
тральной власти.
Какова же была реакция властей на начавшееся воору-
женное выступление башкирских масс?
Как отмечено выше, руководителям Экспедиции и местным
властям хорошо было известно отрицательное отношение баш-
кир к намечаемым мероприятиям. Однако когда началось вос-
стание они не сумели сразу заняться его подавлением.
Правда, власти уже через 2—3 дня узнали о нападении
повстанцев на вологодские роты. Наиболее боеспособные ко-
манды из имеющихся в крае военных сил в это время в соста-
ве Экспедиции во главе с Кириловым двигались на р. Орь.
Кирилов выручил вологодцев из окружения, но не стал ввя-
зываться в сражения с повстанцами, а спешно повел свой
корпус к месту назначения. Он торопился основать новый
город, но до середины сентября сзавяз» на р. Орь.
В Уфе же в связи с отъездом Экспедиции осталось мало
войск. К тому же вблизи города с первых дней июля дейст-
45
вовали восставшие. С трудом осуществлялась связь с цен-
тром. Уфимские власти со страхом ожидали нападения по-
встанцев па город.
Гарнизоны закамских крепостей с первых дней восстания
сами оказались на положении обороняющихся.
О начале восстания в Башкирии в столице узнали 17 июля
из донесения командира Закамских крепостей, отправленного
25 июня. Но буквально накануне там были получены рапорты
Кирилова о полном спокойствии в крае ив. Эта неопределен-
ность не могла не влиять на первые решения правительства.
19 июля Кабинет Ея Императорского Величества обязал
Кирилова срочно и обстоятельно <...о всех башкирских проис-
хождениях и намерениях, розведав подлинно, донесть» через
специально посланного к нему курьера. В случае подтвержде-
ния сведений о восстании, Кирилов должен был «вначале до-
брым способом» стараться его прекратить, «отнюдь ни до ма-
лого разширения не допустить, употребляя к тому все те спо-
собы, которые по тамошнему состоянию для скорейшего оных
успокоенья запотребно» И9.
В конце июля — начале августа были получены новые до-
несения, не оставляющие сомнений относительно начала дви-
жения башкир. В этой обстановке 5 августа состоялась сов-
местное совещание Кабинета и Правительствующего Сената
по башкирскому вопросу. В правительственном определении
Говорится, что необходимо послать в Башкирию «персону
знатную и надежную, которому дать полную мочь и власть,
чтоб в усмирении тех башкир поступать по тамошним обстоя-
тельствам». Все имеющиеся в крае военные и гражданские ко-
мандиры были подчинены его власти. Главный командир дол-
жен был вначале употреблять «добрые способы». Приехав в
Башкирию, он обязан был известить восставших, что специ-
ально послан императрицей, чтобы разобраться в происходя-
щем, и предложить им, прекратив выступление, прислать сво-
их людей с письмом с изложением причин их недовольства.
Если повстанцы не откликнутся на эти призывы, то командиру
вменялось в обязанность поступать с ними как с бунтовщика-
ми и направить против них войска. В распоряжение главного
командира выделялись 3 регулярных полка, 500 яицких каза-
ков, 3000 калмыков, волжских казаков — сколько наберет |5°.
В данном определении поднимался и вопрос о судьбе Эк-
спедиции Кирилова. Если вести о восстании окажутся верны-
ми, то главный командир должен был Кирилова «...остановить
и того походу к Орь реке продолжать ему не велеть», а кор-
|а ЦГАДА, ф. 248, кн. 169, лл. 105—105 об. 124 об, 129.
'• ЦГАДА, ф. 248, кн. 1236, лл. 36 об —37.
«• ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, лл. 212—214 об.
46
пус возвратить в Уфу или остановить в каком удобном месте,
чтоб сохранить его от разгрома ,SI.
Это решение свидетельствует о том, что правительство
было очень серьезно озабочено вестями о начале восстания.
Ввиду неполноты сведений, оно еще колебалось между уступ-
кой повстанцам и военным подавлением движения. Об этом
же говорят неопределенные суждения о будущем Экспедиции.
13 августа 1735 г. на пост главного командира с чрезвы-
чайными полномочиями для подавления восстания в Башки-
рии правительство назначило известного военного деятеля ге-
нерал-лейтенанта А. И. Румянцева, который незадолго до
этого был возвращен из опалы и послан губернатором в Ас-
трахань 152.
24 августа Кабинет получил первые донесения от Кирило-
ва после начала восстания. В нем говорилось, что потери во-
логодских рот невелики, что они соединились с основной ко-
мандой, скоро Экспедиция дойдет до р. Орь и приступит к
строительству города. В связи с этим, правительство 31 авгус-
та еще раз вернулось к рассмотрению вопроса об Экспедиции
и одобрило намерение Кирилова. Последнему было велено,
что «...уже того строения оставлять вам не надлежнть» *53. Это
означало, что правительство покончило с колебаниями отно-
сительно Экспедиции и подтвердило прежнее решение о реа-
лизации проекта Кирилова.
Итак, правительство санкционировало основание Оренбур-
га, несмотря на вооруженный протест коренных жителей, а
последние не могли примириться с намечавшимися массовыми
изъятиями земель, с политикой ликвидации остатков их ста-
ринных прав. Следовательно, это решение правительства сде-
лало невозможным мирное разрешение конфликта между сто-
ронами. Собственные рекомендации правительства о приме-
нении «добрых способов» для успокоения повстанцев поэтому
могли иметь лишь временный эффект.
19 сентября в Мензелинск приехал главный командир
А. И. Румянцев и обратился к восставшим Казанской и Но-
гайской дорог с универсалом. В нем говорилось, что генерал
Румянцев специально послан императрицей «для справедли-
вого наследования обид и притеснений», которые башкиры,
возможно, терпели от здешних командиров, что он имеет
полную власть «...правосудие показать и виноватых по досто-
инству иаижесточайше наказать». Главный командир предло-
жил повстанцам прекратить восстание и прислать к нему 5—6
выборных людей. Последние должны были привезти «на пись-
,SI ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 213 об.
•“ ЦГАДА, ф. 248, кн. 169, лл. 215, 241—242.
ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 210.
47
ме обстоятельное известие, от чего вышепомянутое возмуще-
ние учинилось или от кого имяны здешних командиров какие
вам обиды учиняли». От имени правительства он обещал про-
стить повстанцев за восстание, учинить правосудие и оказать
милость. В случае отказа принять эти предложения Румянцев
грозил применить военную силу *54.
Главный командир также обратился с указом к повстан-
цам — ясашным татарам Казанского уезда, ушедшим в Баш-
кирию. Он обещал им прощение в случае немедленного воз-
вращения в прежние места жительства. Правда, генерал на-
меревался переписать их, чтобы наказать потом |55.
Румянцев отправил специального нарочного с универсалом
к башкирам Осинской и Сибирской дорог. Похвалив «за вер-
ность», он призвал их и впредь жить спокойно и предложил
прислать к нему в Мензелинск несколких знатных башкир для
обстоятельного разговора «обо всем» |56. Это свидетельствует
о том. что генерал еще не знал об участии некоторых жите-
лей Осинской дороги в восстании, а также о нападении баш-
кир Сибирской дороги на продовольственный обоз и на Верхо-
яицкую пристань.
Чтобы заставить повстанцев быстрее принести повинную,
Румянцев использовал демонстрацию силы. Имеющиеся вой-
ска он расположил поближе к башкирам. Однако он не наме-
ревался начать военные действия.
Итак, главный командир взял линию на мирное успокоение
восстания. Поступая так, он руководствовался прежде всего
правительственным определением от 5 августа. Ознакомление
с реальной обстановкой на месте еще более убедило его в пра-
вильности намеченного курса. Он увидел, что движение носит
массовый характер и повстанцы полны решимости бороться.
30 сентября он писал в своем донесении, что необходимо ус-
покоить восставших, не применяя оружие, а их наказание от-
ложить, пока «оное успокоится», Оренбургская крепость по-
строится, закамские линии отделаются, назначенные войска
соберутся |57.
Получив универсал, в конце сентября в Мензелинск прие-
хали 8 башкир, которые представляли в основном повстанцев
ряда западных волостей Казанской и 1 волости Осинской до-
рог во главе с Умером Тохтаровым и Мясогутом Уразаевым.
Они известили Румянцева, что согласны начать переговоры и
принести повинную» 15в.
Это было успехом главного командира. Но большинство * 155 * * *
,и НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, лл. 75—76.
155 Также 79.
««• ЦГАДА, ф. 248,' кн. 1131, лл. 348—349
•» НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12. д. 39, л. ! |А
“ ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 304.
48
повстанцев Казанской и Ногайской дорог, возглавляемых
Акаем и Кильмяком, продолжали борьбу.
Отправляя обратно представителей западных башкир, Ру-
мянцев предложил им, чтобы они составили «повинную чело-
битную» и прислали к нему в Мензелинск «лутчих старшин»
50—60 человек. Кроме того, через этих представителей, он
послал особое письмо к Кильмяку и Акаю и звал последних
приехать к нему «без всякого страха» *59.
Примерно в это время в поход против повстанцев Ногай-
ской дороги выступил глава Экспедиции И. К. Кирилов. Выше
уже было сказано, что в июле-августе в связи с движением
на р. Орь и строительством там Оренбурга он не смог вести
борьбу с восстанием. Правда, с первых дней восстания он
раздумывал меры борьбы с ним. Еще в донесении в Кабинет
от 23 июля он предлагал совершить военный поход против
восставших, уничтожить их с женами и с детьми, а их земли
роздать русским, татарским и верным башкирским феода-
лам |6°. Дальнейшим развитием и углублением этих предло-
жений является его представление в Сенат от 16 августа. Ки-
рилов советует правительству, мобилизовав имеющие в крае
регулярные и ландмилицкие полки, а также казаков, окру-
жить восставших, казнить «заводчиков», остальных участни-
ков сослать в ссылку, а жен и детей их роздать в крепостное
рабство жителям центральных городов. На землях повстанцев
он предлагает основать крепости с гарнизонами, а вокруг по-
селить служилых мишарей. Если в ответ на эти жестокости
поднимется весь башкирский народ, то по мнению Кирилова,
нужно с ними расправиться посылкой регулярных войск 159 * 161.
Сознавая, что рекомендованные им средства могут приве-
сти к заметному уменьшению численности башкирского насе-
ления, Кирилов утверждал, что «...тужить не о ком, службы от
них было немного». Когда их земли будут розданы русским и
мишарям, то башкиры будут перемешаны с ними и не сумеют
поднять восстание 162. Итак, руководитель Экспедиции высту-
пил с предложениями подавить восстание «огнем и мечом» и
изменить всю систему управления башкирами, положив в ее
основу террор и насилие.
В духе указанных предложений Кирилов и Тевкелев разра-
ботали конкретный план подавления восстания. Кирилов с
основными силами должен был подавить повстанцев Ногай-
ской дороги, Тевкелев — контролировать башкир Сибирской
дороги. Подполковник Чемодуров с остальной командой, на-
ходясь в Оренбурге, угрожал башкирам с тыла. Кроме того,
159 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 109.
1,0 «Материалы по истории России», т. II, стр. 98.
1,1 Также, стр. 83—86.
1,2 «Материалы по истории России», т. II, стр. 82—83.
Кирилов приказал уфимскому воеводе разорять повстанцев-
по Деме и Уршаку и совершить поход в направлении Табын-
ска 163 * 165 * *.
7 сентября Кирилов выступил из нового города в поход.
В Сакмарском городке он совершил суд над 9 пленными баш-
кирскими повстанцами. Своею властью он 1 повстанца посадил
на кол, второго четвертовал, 5 человек повесил. 2 повстанцев-
оставил временно в живых «для очной ставки» ,в4.
23 сентября войско Кирилова выступило из Сакмарска.
Кирилов намеревался в первую очередь расправиться с жите-
лями Юрматинской и Тамьянской волостей, из которых выш-
ли главные вожди движения Кильмяк и Акай.
В начале октября каратели подверглись нападению вос-
ставших, о чем выше уже была речь.
После этого Кирилов приступил к заранее задуманной
операции разорения мирных башкирских аулов. Примерно за
10 дней каратели разорили 21 аул |в®. Это было, по признанию
самого Кирилова, лишь началом широких карательных дей-
ствий. Он был намерен «перешед Белую реку, до конца оныя
волости разорить» 16в. Но 6 октября, когда команда достигла
Табынска, Кирилов получил распоряжение главного коман-
дира, в котором предписывалось привести башкир к повино-
вению «...добрым порядком, не употребляя оружия» ,в7. В этой
обстановке Кирилов был вынужден приостановить намечен-
ный поход.
Однако он, где возможно, продолжал реализовать свои
планы. Когда к нему явились представители повстанцев для
переговоров о принесении повинной, то Кирилов самовольно-
предъявил к ним ряд новых, не встречающихся до сих пор в
подобных случаях требований. Он отобрал у них все оружие-
и стал требовать с каждого повстанца по 1 драгунской лошади-
в виде штрафа 168. Наконец, Кирилов приступил к грабежу
жителей волостей. Пришедшую из Уфы в Табынск команду
полковника Анненкова, придав ей еще 150 казаков, направил
в ближние башкирские деревни, чтобы «...хлеб молоченый и
немолоченый свесть в городок» 189.
Глава Экспедиции изрядно поработал и пером, чтобы убе-
дить правительство в правильности его предложений. В ряде
донесений в Кабинет в сентябре и октябре он отстаивал свою-
'« ЦГАДА, ф. 248, кн. 134, лл. 13—14.
1М НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, лл. 84, 105.
165 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1236, л. 51 об.
|И Т а м же.
1,7 Та м же.
‘“Там ж е, л. 52.
•“Там же, л. 52 об.
50
тактику ,7°. На свой лад он пытался настроить и главного ко-
мандира. В письме к нему от 28 сентября Кирилов поднял во-
прос об основании нескольких крепостей между Уфой и Мен-
зелинском и об организации этой зимой похода против пов-
станцев. Он навязывал Румянцеву также свое мнение о поряд-
ке принятия повинной от повстанцев П|.
Внесли свою лепту в борьбе с восставшими и верные баш-
кирские феодалы. Тарханы Алдар Исянгильдин, Таймас Шаи-
мов и другие феодалы содействовали правительству еще в
присоединении казахов Младшего Жуза. Около 160 башкир-
ских феодалов сопровождали Кирилова во время похода на
р. Орь. В условиях начавшегося восстания феодалы оказыва-
ли властям неоценимые услуги. Связь между корпусом Кири-
лова и Уфой поддерживалась исключительно через этих баш-
кир. Многие башкирские феодалы, оставаясь в волостях, вы-
полняли роль осведомителей, сообщая в Уфу и другие кре-
пости планы и мероприятия повстанцев. Кроме того, они вели
среди восставших агитацию, толкали их к компромиссу с вла-
стями. Некоторые из них организовывали нападения на пов-
станческие аулы и ловили отдельных повстанцев.
Таким образом, почти одновременно и главный командир,
и глава Экспедиции приступили к борьбе с восстанием. Но их
подход к решению вопроса был прямо противоположным. Ес-
ли первый стоял за успокоение повстанцев без применения
•оружия, путем переговоров и обещаний, то второй ратовал за
применение к ним политики ничем не ограниченного террора
и насилий, вплоть до физического уничтожения не только пов-
станцев, но и членов их семей. Не менее тяжелым для башкир
было его предложение лишить их права владеть своими вот-
чинами за участие в восстании. Если линия Румянцева по су-
ществу являлась продолжением традиционных форм и методов
управления краем, то Кирилов выступал глашатаем проведе-
ния принципиально новой, жестокой политики в Башкирии в
целом, в отношении повстанцев в особенности. Предложения
Кирилова вполне соответствовали духу его проекта об органи-
зации Оренбургской экспедиции и своеобразным дальнейшим
развитием применительно к обстановке восстания.
Естественно, более приемлемой для повстанцев была ли-
ния Румянцева. Выше уже говорилось о том, что часть пов-
станцев начала с ним переговоры. Во второй половине октября
решила установить контакты с главным командиром основная
масса повстанцев во главе с Акаем и Кильмяком. Тем более
в начале октября они потерпели неудачу в попытках остано-
вить продвижение Кирилова в Уфу.
"« ЦГАДА, ф. 248, кн. 1236, л. 53; НА БФАН СССР. ф. 3. оп. 12,
д. 39. лл. 105—106.
171 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 128.
51
В конце октября 1735 г. вблизи Мензелинска состоялся
йыйын повстанцев, где участвовали, по неполным данным,,
представители 11 волостей Ногайской, 10 волостей Казанской
и 3-х волостей Сибирской дорог, а также главные вожди дви-
жения Акай Кусюмов и Кильмяк Нурушев. Была составлена
челобитная, в которой отрицательное отношение к мероприя-
тиям Оренбургской экспедиции выражалось осторожно, в са-
мой общей форме |72.
Румянцев потребовал личной явки к нему в Мензелинск
предводителей восстания и принесения ими присяги верности.
Он хотел воспользоваться этим и арестовать наиболее круп-
ных деятелей движения. Таким путем генерал намеревался
обезглавить борьбу масс. По этому поводу в данном собрании
возникли разногласия. Но после некоторого колебания тре-
бование главного командира выполнили все предводители, за
исключением Кильмяка и его сторонников. Чтобы не отпуг-
нуть последних, Румянцев вынужден был пока оставить пла-
ны ареста и других предводителей *73.
Постепенно у повстанцев росло доверие к деятельности Ру-
мянцева. В начале ноября они составили новую челобитную,
в которой полно и откровенно изложили причины своего не-
довольства и восстания. Они были недовольны главным обра-
зом начавшимся строительством городов, крепостей и церквей
в крае и просили правительство отозвать Оренбургскую эк-
спедицию, отказаться от планов основания городов и крепо-
стей. Затем челобитчики жаловались на жестокости и произ-
вол командиров Экспедиции, Тевкелева в особенности, а так-
же на насилия верных башкирских феодалов. Челобитная под-
писана 38 представителями 27 волостей Казанской, Ногайской
и Сибирской дорог, в т. ч. Кильмяком и Акаем *74. Из это га
видно, что восставшие, продолжая верить в доброту централь-
ной власти, попытались добиться уступок путем подачи чело-
битных. В итоге в конце октября — начале ноября в европей-
ской Башкирии наступило спокойствие.
Таким образом, власти не сумели сразу подавить восста-
ние в Башкирии, что объясняется массовостью движения и
отсутствием в крае достаточных военных сил. В условиях вой-
ны с Турцией правительство было заинтересовано в скорей-
шем прекращении восстания и послало с этой целью в Башки-
рию «знатную персону» в лице генерал-лейтенанта А. И. Ру-
мянцева с черзвычайными полномочиями. Используя мирные
способы, обещая, в частности, рассмотреть их жалобы, ему
удалось добиться успокоения повстанцев. Совер.шенно другой
тактики придерживался глава Оренбургской экспедиции стат-
172 ЦГАДА, ф. 248, кн. 134, лл. 48—49.
173 НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 39, л. 149.
ЦГАДА, ф. 248, кн. 1236, лл. 57—59.
52
ский советник И. К. Кирилов, который был сторонником при-
менения самых суровых мер в отношении восставших, вплоть
до физического уничтожения последних и их семей. Таким
путем Кирилов пытался отбить охоту башкир выступать против
правительственных мероприятий и получить свободу деятель-
ности в Башкирии.
Временно восторжествовала точка зрения главного коман-
дира, которая была проявлением старой, традиционной поли-
тики в Башкирии, но Кирилов активно отстаивал свое мнение.
Правительство же еще колебалось. Правда, подтвердив, во-
преки восстанию коренных жителей края, свое решение об ос-
новании города на их земле, оно подорвало основу деятель-
ности главного командира. Ближайшее будущее должно было
дать ответ, какой тактике будет дано предпочтение, линии ус-
тупок и мира, или линии военного подавления и террора, ав-
тором которой выступил И. К. Кирилов.
IV. Восстание в Зауральской Башкирии
Об отрицательном отношении жителей Сибирской дороги
к организации Оренбургской экспедиции, о присутствии их
представителей в первых йыйынах башкир Ногайской и Ка-
занской дорог, об участии башкир отдельных волостей Сибир-
ской дороги в июле в сражениях с командой Экспедиции ска-
зано выше.
Представители Сибирской дороги также участвовали в
йыйыне, который состоялся сразу после сражения с вологод-
скими ротами. В нем было принято решение: <...положили
ехать в юрты свои и где кому будет способно, раззорять рос-
сийский жилища и верных иноверцов, почему и действова-
ли» *75. Итак, в соответствии с этим решением, основной зада-
чей повстанцев Зауралья являлась организация борьбы в пре-
делах своего местожительства.
Правда, помешать основанию Верхояицкой пристани они
не сумели. Но это привело к сильному недовольству масс и
послужило непосредственной причиной возникновения воору-
женной борьбы в данном обширном регионе Башкирии. Поз-
же на допросах повстанцы в один голос заявляли, что они вос-
стали потому, что на их земле, помимо их воли, строятся
Верхояицк, Оренбург и другие крепости П6.
Начало массового движения в европейской Башкирии на-
страивало жителей Зауралья на переход к более решитель-
ным действиям. Намерение же властей об отправке хлеба из
Теченской слободы в Верхояицк, далее в Оренбург стало пос-
175 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, лл. 832, 838.
176 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 697.
53
ледним толчком, приведшим их непосредственно к вооружен-
ному выступлению.
Примерно с середины июля начали формироваться пов-
станческие отряды, во главе которых встали башкиры Тюбе-
ляской волости Сибирской дороги Байрас Енурусов, специаль-
но ездивший в пределы Ногайской дороги для встречи с
Кильмяком Нурушевым, и Киргиз-Табынской волости той же
«дороги» Юсуп батыр Арыков *77.
Продовольственный обоз был отправлен из Теченской сло-
боды в начале 20-х чисел июля на 1084 крестьянских подво-
дах под охраной полроты сибирских драгун. Начальником
обоза являлся уфимский дворянин прапорщик Гладышев.
240 верст с начала марша обоз шел спокойно. Но около 3—4
августа, когда караван достиг озера Уклы-Карагай и до Вер-
хояицка осталось 30 верст, восставшие напали на него. Ход
сражения известен лишь в общем плане. По данным пов-
станцев, они отбили «...телег с 30 и больши, побили 3-х чело-
век и взяли некоторое число лошадей» *78.
Параллельно с выступлением против обоза, восставшие
готовили нападение на Верхояицкую пристань. 5 августа они
напали на солдат, рубивших лес вблизи крепости, и убили
15 человек. В тот же день башкиры напали на табун и ото-
гнали 87 казенных лошадей 179. Затем они окружили Верхо-
яицк и держали его в осаде около месяца ,8°.
В крепости трудно стало с провольствием. В этой обста-
новке серьезную поддержку оказали верные башкирские фео-
далы окрестных волостей Сибирской дороги, которые тайно
от восставших привозили и продавали крупу 181. Есть сведения
об участии некоторых из них в боях против повстанцев. Во
время одного из сражений повстанцы ранили тархана Тай-
маса Шаимова 182.
В действиях против обоза и крепости известно, по непол-
ным данным, участие жителей Киргиз-Табынской, Телевской,
Куваканской, Айлинской, Иудейской и Тюбеляцкой волостей
Сибирской, Кубеляцкой, Телевской и Табынской волостей Но-
гайской дорог. Однако численность восставших точно неиз-
вестна. В своих показаниях сами повстанцы говорили, что в
•отряде, напавшем на обоз, было 400 человек, на крепость — * 171
177 «Материалы по истории России», т. II, стр. 132—133; 139—140;
Гос. архив Оренбургской области, ф. 1, on. 1, д. 4, лл. 258—259, 271 (Да-
лее— ГАОО).
171 «Материалы по истории России», т. II, стр. 132, 134.
17» ГАОО, ф. 1, on. 1, д. 4, лл. 291—294.
'•° НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 73.
1,1 Там же, д. 40, л. 449.
,м Т а м ж е, д. 39, л. 50.
54
150 *83. Эти цифры, по всей вероятности, несколько преумень-
шены, ибо размах движения позволяет предполагать участие
в нем более многочисленных отрядов.
Предводителями повстанцев источники единодушно назы-
вают Юсуп батыра Арыкова и Баюраса Енурусова. Конкрет-
ных данных об их социальном положении нет. Если исходить
из того, что Юсуп батыр был довольно известной фигурой в
Зауралье, то можно предположить, что он по крайней мере
происходил из феодализирующейся верхушки общинников.
Относительно второго нет даже подобных материалов.
В первой половине августа заметно также некоторое бро-
жение в волостях Сибирской дороги, прилегающих к юго-во-
сточной окраине Кунгурского уезда. Власти стали получать
сведения о каких-то собраниях и советах среди этих баш-
кир 183 184. Правда, дело до открытого выступления пока не
дошло.
Состояние источников не позволяет выяснить, когда и как
обоз вырвался из окружения, когда восставшие прекратили
нападения на Верхояицк. Возможно, получив сведения о на-
чале похода Тевкелева из Оренбурга в Зауралье, восставшие
переключили всё внимание к нему. В конце первой декады
сентября они пытались устроить пожар в степи, чтобы остано-
вить Тевкелева 185.
Итак, восстание охватило и пределы Зауральской Баш-
кирии.
Однако среди жителей не было единства. Значительная
часть башкирских феодалов заняла антиповстанческую пози-
цию. Одни из них, как тархан Т. Шаимов и его сторонники,
с самой организации Оренбургской экспедиции верно служи-
ли властям. Другие феодалы Сибирской дороги перешли на
сторону властей в июле-августе 1735 г., когда началось
восстание в Зауралье. К ним относятся башкиры Салжиут-
ской волости Ятимак Туйгунов, Баскан Байгильдин. Шумыш
Маметов, Мятокинский волости Янгильде Бигишев, Катай-
ской волости Кармыш Карабашев, Шуранской волости Рах-
мангул Кутанов, которые в июле-августе по первому тре-
бованию В. Н. Татищева, приехав в Екатеринск, дали подпи-
ску о своей верности и обязались бороться с повстанцами 18в.
Волнения и восстание в Зауралье не были неожидан-
ностью для властей, и они приняли ряд срочных мер для по-
давления движения. Начальник заводского ведомства
В. Н. Татищев за короткий срок укрепил пограничные с баш-
183 ГАОО, ф. 1. on. 1, д. 4, л. 258; «Материалы по истории России»,
т. II, стр. 132, 135, 141.
1М ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, лл. 111, 146.
,ю «Материалы по истории России», т. II, стр. 122.
«•» НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, л. 39, лл. 47, 54, 55.
5S
кирами заводы, крепости и слободы. Кроме того, он проде-
лал значительную работу по мобилизации верных башкир-
ских феодалов.
20 сентября из Оренбурга в Верхояицк прибыла команда
полковника Тевкелева, состоящая из 687 человек регуляр-
ных и нерегулярных, в т. ч. 26 верных башкир, с 7 пушка-
ми 187. Но, учитывая малочисленность команды, её усталость
в походе, падеж лошадей, нехватку продовольствия, а также
необходимость срочной организации нового обоза из сибир-
ских слобод в Оренбург, Тевкелев решил отложить каратель-
ную экспедицию против восставших до подходящего момента.
Пока ограничился тем, что башкцр, пришедших с повинной,
стал отпускать под поручительство верных феодалов, взяв
предварительно с каждого человека по 1 лошади в виде штра-
фа *88.
Таким образом, начавшееся движение в Зауралье еще не
охватило все волости. Восстали пока главным образом жите-
ли волостей, интересы которых были непосредственно задеты
основанием Верхояицка. Значительные массы башкир, хотя
были недовольны организацией Оренбургской экспедиции,
еще не взялись за оружие. Они выжидали дальнейшее разви-
тие событий.
После охарактеризованных выше активных действий на
время прекратили борьбу и восставшие. Дальнейшее поведе-
ние восставших и всех недовольных Зауралья зависело от
того, какую линию поведут власти, учтут ли они в своей по-
литике мнение башкирских масс относительно намеченных
мероприятий в крае.
Как сказано выше, правительство после некоторого коле-
бания подтвердило свое решение о реализации мероприятий
Оренбургской экспедиции. В этой обстановке одной из важ-
ных задач местных властей стала доставка закупленного в си-
бирских слободах хлеба в Оренбург, который с сентября ис-
пытывал продовольственные затруднения.
Продовольственный обоз выступил из Теченской слободы
2 декабря 1735 г. Кроме хлеба, в нем везли военное снаряже-
ние и другие инструменты, необходимые для Оренбурга.
Охрану осуществлял конвой под командой майора Шкадера,
состоящий из 3 рот солдат и драгун, 100 вооруженных чуваш,
татар и русских крестьян. В состав конвоя входили 40—50 че-
ловек «верных» башкир из Кара-Табынской, Айлинской, Кук-
зюрганской, Сынрянской и Терсятской волостей Сибирской
дороги во главе с тарханом Таймасом Шаимовым 189.
Организация этого обоза ясно показала башкирам, что
,от ГАОО, ф. 1, on. I, д. 4, лл. 239, 243.
1М «Материалы по истории России», т. II, стр. 129—131.
>« ЦГАДА, ф. 248, кн. 1525, лл. 25, 342.
«6
власти не отказались от своих планов. Тогда они решили во-
зобновить борьбу. В ряде советах и собраниях башкиры при-
няли решение помешать доставке хлеба в новые города, а
также начать борьбу с верными властями мишарями, татара-
ми и башкирами.
22 декабря, когда продовольственный обоз находился в
60 верстах от Верхояицка, на него напали повстанцы «...чело-
век 1000 и больши» и остановили продвижение. Первые 3 дня
охрана делала отчаянные усилия, чтобы боем вырваться из
окружения и добраться до пристани. Однако эти усилия ни
к чему не привели. В ходе боев окруженные, по неполным
данным, потеряли 3 человека убитыми, 11 ранеными, а также
100 лошадей. Вскоре они начали испытывать недостаток фу-
ража |90.
Для спасения обоза были направлены значительные силы.
4 января из Теченска вышел под командой полковника Ар-
сеньева Сибирский драгунский полк, состоящий из 507 драгун
и 98 вооруженных крестьян. Несколькими днями позже из
Бирска в Зауралье направилась команда полковника Тевке-
лева, состоящая из 6 рот солдат, 400 мишарей, 100 мари и чу-
вашей всего 1068 чел., с легкой артиллерией ,91. Кроме того,
по призыву Татищева обещали выступить против восставших
60 верных башкир во главе с феодалами Арыком Исенбае-
вым, Ахметом и Рахмангулом Киянбетовым ,92.
Обострилась внутренняя борьба в волостях. Если верные
башкиры пытались выполнить свои обещания, данные вла-
стям, то повстанцы не менее активно отстаивали свою линию.
Феодал Кушннской волости Рахмангул Киянбетов со своим
сыном Кузяшом, который впоследствии стал одним из ярых
врагов восстания, собрал с разных волостей 40 человек, чтобы
пойти на выручку обоза. Узнав об этом, повстанцы разогна-
ли их. Однако верные башкиры продолжали антиповстанче-
ские дела: перевозили почту властей, сообщали последним
планы восставших *93.
Поход команды Арсеньева не остался тайной для восстав-
ших. 12 января, когда команда находилась в 15 верстах от
осажденного обоза, они напали на неё и остановили продви-
жение. По одним данным, повстанцев было 1000 человек, по
другим — 1500 *94. Место для нападения на Арсеньева было
выбрано очень удачно: команда шла по тесному проходу меж-
ду высоких гор. Каратели не могли использовать свое глав-
ное преимущество — артиллерию. 13 января подошли основ-
190 НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 39, лл. 193, 249, 250.
191 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1525, л. 48; кн. 1131, л. 557.
192 ЦГАДА. ф. 248, кн. 1525, лл. 24—24 об.
193 Та м же, л. 94.
194 Т а и ж е, л. 43.
57
ные силы повстанцев: 5 тыс. человек во главе с Юсуп батыром
Арыковым и Жиянбаем *95. Бой продолжался.
Вечером 13 января восставшие предъявили Арсеньеву
ультиматум: Если он со своей командой и продовольственным
обозом пойдет обратно к сибирским слободам, то они выпу-
стят их из окружения. В противном случае повстанцы грози-
ли разгромом ,96.
Положение команды Арсеньева было очень тяжелым: лишь
за первый день сражения она потеряла 7 человек убитыми,
40 — ранеными; окруженная со всех сторон, она не могла
двигаться ни вперед, ни назад |97. Долго оставаться на месте
команда не могла ввиду недостатка фуража и продоволь-
ствия. Ей угрожали и голод, и холод.
В этой обстановке Арсеньев и его помощники вынуждены
были принять требования восставших. О своем решении они
известили начальника обоза Гладышева. Правда, последний
категорически отказался следовать их примеру *98.
После отступления Сибирского полка восставшие основ-
ной удар вновь направили против обоза. Не имея возможно-
сти далее сопротивляться, 16 января Гладышев принял пред-
ложение башкир, и продовольственный обоз повернул обратно
в сибирские слободы
Итак, восставшие вынудили продовольственный обоз
и Сибирский драгунский полк вернуться в сибирские слободы.
Это было их большим успехом. Они выполнили одну из важ-
ных тактических задач — оставили без продовольствия Вер-
хояицк и Оренбург, что позволило приступить к реализации
основной задачи — ликвидации самих этих крепостей.
Вдохновленные этими успехами, повстанцы повели наступ-
ление на Верхояицк и за короткий срок его заняли. Этому
в значительной степени способствовало тяжелое продоволь-
ственное положение последнего. Уже в начале января гарни-
зон испытвал недостаток продовольствия, и солдаты, несмотря
на запрещение командира, меняли порох и патроны на съест-
ные припасы у башкир. Были случаи бегства солдат к пос-
ледним. Так, в середине января к ним перебежал солдат Сте-
пан Спрык * 199 200. Получается, что повстанцы приняли и укрыли
у себя солдата гарнизона, окруженного ими. Подобные факты
очень важны. Они свидетельствуют о том, что даже во время
восстания между башкирами и простыми русскими людьми
'* ЦГАДА, ф. 248, кн. 1133, л. 224.
'* ЦГАДА, ф. 248, кн. 1525, л. 44.
1W Т а м ж е, л. 43 об.
'* НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 212.
199 т з м ж С Л 217
200 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, л. 3.
58
не было той вражды, о которой писали дореволюционные
историки.
В конце января 1736 г. крупный повстанческий отряд во-
главе с Юсупом Арыковым обложил Верхояицк и вынудит
гарнизон оставить крепость 20*.
Одновременно с действиями против Верхояицка восстав-
шие развернули не менее важный аспект своих акций — борь-
бу с верными башкирами, мишарями и др. В конце января
они разорили башкирские аулы Козыбаево, Сергеево, Рах-
мангулове, татарские аулы Кыйгы и Атау, чувашскую дерев-
ню Мунчаш 201 202. Притом, эти действия развернулись на обшир-
ной территории. 26 января служилый мишар Мряков известил
майора Шкадера о том, что «...башкирцы воры Юсуп с товари-
щи мещеряков и ясашных татар по Аю, по Юрезани, на Ерал-
баше и на Ерелтамаке реках всех разорили и вырубили, а
именно деревни Юкалыкул, Атайвайлы, Явгилды и прот-
чие» 203. В конце января-начале февраля восставшие также
действовали на северо-западной окраине Сибирской дороги.
Здесь они южнее Ачитской крепости разорили несколько .ма-
рийских и чувашских деревень 204.
Были приняты специальные меры против тех, кто инфор-
мировал местные царские власти о делах и намерениях пов-
станцев, перевозил письма и распоряжения первых. В начале
февраля башкирский феодал Бугушев извещал в этой связи
Татищева: «...вор Юсуп на Кунгурскую, Екатеринскую и
Уфимскую дороги разослал для караулу человек з 200, чтоб
русских, башкирцов, ясашных татар и протчих, которые пое-
дут с указами, ловить и письма у них отбирать и жечь, а их
рубить» 20S.
Как видно из приведенных материалов, развернувшееся
движение носило массовый характер. Об этом же свидетель-
ствуют неоднократные признания повстанцев на допросах,
что к восстанию «...вся Сибирская дорога согласны», что «по
согласию все башкирцы Сибирской дороги разоряют...» 206.
Наряду с башкирами, в восстании определенное участие при-
няли и другие нерусские жители Зауралья.
Татары Кунгурского уезда передавали сведения об обста-
новке в крепостях, служили проводниками повстанческих
отрядов, когда последние появлялись здесь, и входили в их
состав 207.
201 Там же, лл. 450—451.
а» ЦГАДА, ф. 248, кн. 1525, лл. 70—70 об.
»’ НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 249.
м Т а м ж е, л. 257.
205 Там же, л. 251.
206 Т а м же, лл. 236, 276.
“'Там же, лл. 238, 257.
Восстание в Зауральской Башкирии в значительной сте-
пени было направлено против верных башкирских, мишар-
ских, татарских и чувашских феодалов. Мотивы выступления
против них в целом те же, что и в европейской Башкирии:
поддержка мероприятий царизма, борьба против восстания.
Пленные повстанцы на допросах неоднократно показывали,
что «...оной бунт начался на черемис, чюваш и мещеряков,
кои давали подводы под правиант, отправленный в Орен-
бург», что они разоряют верных башкир, мишар, татар и ма-
ри за то, что последние «...склонны ко всякой помощи к пол-
ковнику Тевкелеву» 208 209.
Необходимо при этом отметить и то, что выступление по-
встанцев против верных башкир было в известной мере про-
явлением классовых противоречий башкирского общества;
тем более на стороне царизма в основном оказались башкир-
ские феодалы. Поэтому накопившееся до восстания недоволь-
ство башкирских общинников «своими» феодалами резко вы-
ступало наружу в ходе движения, и первые разоряли по-
следних.
Не позже середины января 1736 г. восставшие получили
сведения о выступлении против них команды Тевкелева. Его
жестокость в отношении к повстанцам была хорошо известна
жителям Зауралья. Первой их реакцией была челобитная
уфимским властям с просьбой отменить карательный поход.
Жалоба подписана 17 представителями 10 волостей Сибир-
ской дороги 20Э. Здесь мы впервые встречаемся с такими дея-
телями, как Юлдаш мулла Суярембетов из Иудейской, Бе-
пеня мулла Труп-бердин из Куваканской волостей, которые
впоследствии играли известную роль в движении. В челобит-
ной их подписи стоят на первом месте. Пока они занимали
весьма пассивную позицию, еще надеялись, повидимому, на
уступки властей. Кстати, в челобитной нет подписи предво-
дителя повстанцев — Юсупа батыря Арыкова. Поэтому мож-
но предположить, что челобитная эта была делом рук не
повстанцев, а тех башкир, которые хотя и были недовольны
организацией Экспедиции, но еще не включились в борьбу.
Более существенной была деятельность повстанцев по ор-
ганизации масс для сопротивления Тевкелеву. Они сумели
сформировать крупные отряды. Пленный повстанец башкир
Айлинской волости Минликаев говорил на допросе, что в
Кущинской волости восставших «...было в собрании тысяч с
6... ,а хотели иттить против полковника Тевкелева и в свои
башкирские улусы ево не пропустить» 21°. Вести о боевом
настроении повстанцев относительно этой карательной экспе-
208 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, лл. 236, 252, 276.
209 Там же, лл. 219—221.
2,0 Т а м же, л. 257.
60
дицин власти получали и через верных мишар и татар21 *.
Во главе повстанческих отрядов стояли Юсуп /Хрыков и
Тюлькучура Алдагулов, башкир Кудейской волости. Был со-
ставлен план разгрома команды Тевкелева вблизи р. Ай, на
стыке Балыкчинской и Мурзаларской волостей, где дорога
пролегала по узким проходам между высоких гор, покрытых
лесом. В операции должны были участвовать и жители этих
волостей 211 212.
Однако намерению повстанцев не суждено было осущест-
виться. 19 января команда Тевкелева достигла дер. Сеянту-
сы Балыкчинской волости. Карателям случайно удалось уз-
нать о намерении восставших, о причастности жителей де-
ревни к предполагаемым операциям и Тевкелев осуществил
дикую расправу над населением. «Видя тех деревенских жи-
телей явное возмущение, — доносил Тевкелев Румянцеву, —
показанной деревни жителей... на страх другим бунтующим
ворам и чтоб от них, ежели их далее удерживать, большаго
вреду не воспоследовало, з женами и з детьми, окроме тех,
которые заранее в леса разбежались от команды, переколоты
и деревню их велено выжечь до подошвы»213 214.
Другой очевидец событий П. И. Рычков следующим обра
зом описывает эту жестокость карателей: «...близ 1000 чело-
век с женами и детьми их в этой деревне перестрелено и от
драгун штыками, а от верных башкирцев и мещеряков копья-
ми переколото; сверх того, 105 человек собраны были в один
амбар и тут огнем сожжены. Понеже все сие ночью случи-
лось, и деревня вся зажжена была, то от великого их вопля
и оружейной стрельбы самое ужасное было тогда позори-
ще» 2U. Он был удивлен мужеством башкир, которые нахо-
дясь в горящем амбаре, продолжали сопротивляться: «...при-
чем всего удивительнее, что многие из тех воров, будучи в
огне имевшихся в амбаре копья со многими хульными и
бранными словами на стоящих тут драгун выбрасывали и
нескольких тем поранили»215.
Итак, каратели расправились не только с повстанцами, но
и с женщинами и детьми, которые ни в чем не были повинны.
Весть об этом злодеянии карателей вызвала всеобщее
возмущение в крае. На их зверства восставшие отвечали мас-
совыми операциями против регулярных царских команд и
верных башкир, мишарей и других. Борьба приобрела оже-
сточенный, истребительный характер.
В этой обстановке Тевкелев вынужден был отказаться от
211 Там же, лл. 247, 249.
2,2 Т а м ж е, лл. 223—224.
213 Т а м ж е, л. 228.
214 П. И. Рычков. История Оренбургская, стр. 20.
215 Т а м ж е.
попыток прорваться в Зауралье. В своем донесении от 27 ян-
варя он известил главного командира об этом. Это было по
существу признание своего бессилия бороться с основными
силами повстанцев во главе с Юсупом и Тюлькучурой. Доне-
сение завершается просьбой прислать дополнительные
силы216 *.
Не сумев продвигаться вперед, каратели начали срывать-
всё зло на жителях близлежащих волостей. Был взят курс на
расправу со всем населением, не разбирая ни возраста, ни
пола. Злодеяние, совершенное в Сеянтусах, стало применять-
ся повсеместно. Притом, Тевкелев в своем донесении откро-
венно признавался, что это делается, чтобы напугать повстан-
цев: «...пошли для искоренения и выискивания воров в речен-
ную Балыкчинскую волость, и с чего может и то воспоследст-
вовать, что, оные с ворами Юсупом и Тюлькучурой бунтую-
щия согласными, могут притить в страх и в разделение, ибо
принуждены будут своих жен и детей охранять, а не соеди-
ненно воровать» 2П.
Около 15—20 февраля в помощь к Тевкелеву подошел
полковник Мартаков с командой, состоящей из 4 драгунских
рот218. Они приняли также активное участие в расправе с
башкирами.
В результате карательных акций команд Тевкелева и Мар-
такова в Балыкчинской, Унларской, Карт-Таныпской и дру-
гих волостях Сибирской и Осинской дорог был разорен и
сожжен 51 аул, убито 2 тыс. человек взрослых и детей219.
Но карателям не удалось запугать повстанцев. Наоборот,
весть об их злодеяниях подняла и те аулы и волости, которые
до сих пор еще колебались.
Повстанцы действовали 2 крупными отрядами. Восстав-
шие во главе с Юсупом Арыковым «...в 3-х тысячах пошли
на полковника Тевкелева», а Тюлькучура Алдагулов с дру-
гой частью повстанцев направился в район г. Уфы 22°. Юсуп
следовал за командой Тевкелева, которая из Сибирской до-
роги отступала в пределы Осинской дороги. Восставшие пе-
решли рр. Ай и Сим и разорили мишарские деревни. Около
дер. Богдан Кощи восставшие уничтожили драгунскую роту
во главе с поручиком. Кроме того, состоялся ряд ожесточен-
ных сражений повстанцев с командами, посланными от Тев-
келева 221.
216 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 229.
817 Тз м же
2" ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 579.
2,9 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, лл. 640—641; П. И. Рычков. История
Оренбургская, стр. 20.
220 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 264.
221 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 259; П. И. Рычков.
История Оренбургская, стр. 20.
62
Не менее крупные столкновения происходили вблизи
г. Уфы, где действовало около 4000 восставших под предво-
дительством Тюлькучуры. 10 февраля в 30—40 верстах от го-
рода они разорили аулы верных татар и мари. Ставка вос-
ставших находилась в дер. Кубово, в 47 верстах от Уфы.
14 февраля Тюлькучура в ожесточенном бою разбил команду,
состоящую из 450 солдат, дворян и казаков, перебив при этом
свыше 100, по словам Рычкова, «лучших из уфимских дворян
и казаков.»
После этого успеха, восставшие еще более расширили
свои действия. Как пишет Рычков, «...воры к наибольшим там
злодействам ободрились и премногие пакости около Уфы де-
лали» 222 223.
Как видно, ни поход Сибирского драгунского полка, ни
беспрецедентные карательные акции команд Тевкелева и Мар-
такова не привели к прекращению восстания. В связи с этой
неудачей главный командир Румянцев предпринимает новые
усилия. Он добивался, чтобы регулярные команды Тевкелева,
Мартакова, Арсеньева, а также служилые люди и крестьяне
сибирских слобод, действуя одновременно, подавили восста-
ние. Он предложил Татищеву действовать совместо с те-
ми силами. Румянцев обратился с письмом к Сибирскому гу-
бернатору, чтобы он «чинил тем командам вспоможение»224.
Однако и этот план быстрого подавления восстания ока-
зался нереальным. Поняли это и командиры и внесли необхо-
димые коррективы в свои соображения.
Поскольку Тевкелев не сумел прорваться в Зауралье, то
общее руководство подавления там восстания Румянцев воз-
ложил с 1 февраля на начальника казенных заводов В. Н. Та-
тищева 225.
Власти опасались возобновления восстания в европейской
Башкирии. Румянцев со специальным воззванием обратился
к башкирам Казанской и Ногайской дорог, призывая их к
сохранению спокойствия. В противном случае он грозил им
жестокими карами 226. Не менее важным среди мероприятий
было решение еще более шире привлекать гражданское насе-
ление Ср. Поволжья и Урала к борьбе с повстанцами.
А. И. Румянцев как губернатор Казанской губернии 1 февра-
ля повелел мобилизовать казанских, свияжских и симбир-
ских дворян, которые должны были явиться со своими кре-
стьянами, а также служилых татар Казанского уезда. К по-
222 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12. д. 39, л. 262—263; П. И. Рычков.
Указ, соч., стр. 21.
123 П. Рычков. Указ, соч., стр. 21.
м ЦГАДА. ф. 248. кн. 1131, л. 579.
225 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 39, л. 232.
339 Т а м ж е, л. 233.
63
ходу обязали готовиться государственных и дворцовых рус-
ских и нерусских крестьян губернии 227. Наконец, главный
командир обратился в Кабинет с просьбой выделить еще
2—3 регулярных полка 228.
Необходимо отметить, что под влиянием охарактеризован-
ной обстановки начало меняться отношение генерала Румян-
цева к формам и методам борьбы с восстанием. Если осенью
он был сторонником успокоения повстанцев мирными сред-
ствами, то сейчас Румянцев склонялся к подавлению восста-
ния силой. Кроме того, он не только одобрил жестокости
Тевкелева, но и рекомендовал другим командирам следовать
примеру последнего 229.
Итак, главный командир наметил целую серию мероприя-
тий. Но для их реализации требовалось значительное время.
Поэтому в феврале они не успели проявиться на деле. Вос-
стание не было подавлено. Во второй половине февраля пов-
станцы сами приостановили свои действия.
Таким образом, мы рассмотрели восстание в Зауралье во
второй половине 1735 — начале 1736 г. Брожение и недоволь-
ство, вызванное организацией Оренбургской экспедиции, пе-
реросло в начале августа в восстание, когда территория Си-
бирской дороги-была использована для перевозки продоволь-
ствия в новый город. Когда в начале декабря башкиры убе-
дились, что правительство, вопреки их недовольству, не
собирается отказаться от планов строительства в крае кре-
постей, то они начали широкое движение, продолжавшееся
до второй половины февраля 1736 г. На этот раз большинство
башкирских масс взялось за оружие. Широкий территориаль-
ный размах восстания, то, что борьба охватила пространство
от сибирских слобод до Уфы, от Оренбурга до южной окраи-
ны Кунгурского уезда, еще раз подтверждает сделанный вы-
вод о массовом характере движения.
Восстание в Зауралье, как и в европейской Башкирии, не
было общим выступлением всех слоев населения башкирского
общества. Часть башкир в нем не участвовала. Это — так
называемые «верные» башкирские феодалы, которые не толь-
ко не примкнули к борьбе, но и с оружием в руках боролись
с повстанцами и выполняли роль осведомителей властей.
Что касается пришлого нерусского населения, то оно раз-
делилось: значительная часть мишарей, татар, чуваш, мари
оказалась на стороне правительства. Это объясняется тем,
что властям удалось использовать сложные взаимоотношения
между ними и коренными жителями в свою пользу. Но не- * 224
227 Т а м ж е, л. 232.
224 ЦГАДА, ф. 248. кн. 1131, л. 579.
222 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1525, л. 101; кн. 1131, л. 620.
64
которые из мишарей и татар сочувствовали повстанцам и уча-
ствовали в восстании.
Главным предводителем восстания источники единодушно
называют Юсупа батыра Арыкова, жителя Киргиз-Табын-
ской волости. Появившись в документах как один из организа-
торов сопротивления еще в августе 1735 года, он фигурирует
в них в течение всего описанного периода как главный пред-
водитель и организатор борьбы. В начале движения как ак-
тивного организатора восстания, наряду с Юсупом Арыко-
вым, источники выделяют Баюраса Енурусова из Тюбеляской
волости. Но в декабрьских материалах и далее о нем ничего
нет. Возможно, он погиб в бою. Начиная с декабря в качестве
одного из главных предводителей и практических организа-
торов борьбы выдвигается мощная фигура Тюлькучуры Ал-
дагулова из Кыр-Кудейской волости, который занял такое же
важное место в движении, как и Юсуп Арыков. Затем можно
назвать Аипа из Кущннской волости, который был, по-види-
мому, менее активен, чем Тюлькучура или Юсуп.
Конкретных материалов об их социальном положении нет.
Известно только, что они не принадлежали к тарханам, т. е.
крупным феодалам. Возможно, что они относились к мелким
и средним феодалам или феодализирующейся верхушке об-
щинников.
Восставшие добились крупных успехов в борьбе с регу-
лярными командами и верными башкирскими, мишарскими
и татарскими феодалами. Они по существу очистили терри-
торию башкирских волостей Сибирской дороги от каратель-
ных команд. В течение всего описанного периода инициатива
находилась в их руках. Все это выгодно отличает восстание
в Зауралье от действий повстанцев в европейской Башкирии,
где их успехи были более скромными. Власти не сумели пода-
вить движение. Оно во второй половине февраля временно
приостановилось. Повстанцы Зауралья выступали одновре-
менно и против феодального государства и господствующего
класса дворянства, и против башкирских, мишарских и та-
тарских феодалов, которые являлись их классовыми врага-
ми — эксплуататорами и союзниками царизма. Восстание не
было направлено против того или иного народа, оно было вы-
ступлением против феодально-колониальных порядков п их
защитников. Особенности тактики восставших подтверждают
этот вывод. Они в начале борьбы поставили перед собой
ограниченную задачу — не допустить продовольственный
обоз в новые крепости, чтобы тем самым добиться от прави-
тельства отзыва Оренбургской экспедиции. Отсюда нх так-
тика: они ограничились возвращением обоза и отступлением
Сибирского полка, хотя имели реальную возможность нанести
з Заказ 589
65
им более серьезный урон, разгромить их. Вот почему потерн
обоза и драгун были относительно небольшие.
Однако власти начали осуществлять жестокую расправу
не только с повстанцами, но и мирными жителями башкир-
ских аулов. Первый массовый пример в этом отношении пока-
зала команда Тевкелева. Башкирские массы не только навеч-
но заклеймили Тевкелева как кровавого палача, но и на же-
стокости должны были ответить тем же. Не случайно именно
после злодеяний карателей в дер. Сеянтусы восставшие За-
уралья начали более решительные и бескомпромиссные дей-
ствия. Они начали истребительную войну против царских
команд и отрядов верных мишарских, татарских, башкирских
феодалов. Запылали аулы последних.
Когда началось широкое движение в Зауралье, власти
забеспокоились, не имеют ли повстанцы связей с соседними
народами и государствами, не вызвано ли оно происками
внешних сил, «не хотят ли они совсем отложиться от россий-
ской власти и каким порядком». Так, пленным повстанцам
Шигирской волости Б. Кулышеву и Е. Апакаеву в Екатерин-
ске в присутствии советника А. Ф. Хрущева были заданы все
эти вопросы. Б. Кулышев ответил, что восстание подняли
Юсуп батыр, Тюлкучура и Аип, что с ними согласна вся Си-
бирская дорога, что «...по вырубке чуваш, мещеряков и чере-
мис хотели быть по-прежнему в подданстве и дать аманатов
и ясак платить» 230. Власти допытывались, кто с ними «...в
согласии посторонние, яко кубанские и крымские татара или
Казачья орда и Каракалпаки и от их собрания не посылыван
кто к оным, не прислан ли к ним от оных и где ныне, или при-
сылают письма и через кого». Пленный сказал, что «...оных
орд никаких в согласии не было, никто не посылыван, писем
не было, только в том во всем заводчики одни они с Юсуп
с товарыщи» 231. Второй повстанец дал также аналогичные
ответы 232. Допрошенный 16 марта заложник от Сызгинской
волости Аднагильде Давлетов на подобные вопросы отвечал,
что от них «...в Киргиз-Кайсацкую или в Кара-Калпакн никто
для подзыва в общее согласие не ходил, и оттуда тоже никого
не было» 233. Итак, эти материалы вполне согласуются со
сделанным выше выводом, что восстание было борьбой масс
против социальной и национальной несправедливости, а не
инспирировано внешними врагами России.
Во второй половине января 1736 г. правительство узнало
о начале массового движения в Зауральской Башкирии. Во-
зобновление восстания в крае умело было использовано нахо-
** НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 39. лл. 237—238.
Там же.
“* НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, л. 301.
66
дящнмся в это время в столице И. К. Кириловым, чтобы убе-
дить Кабинет о том, что единственно верным решением баш-
кирского вопроса является военное подавление недовольных,
что уступка ведет к продолжению сопротивления башкир.
Составленный И. К. Кириловым и одобренный главным
командиром А. И. Румянцевым проект подавления башкир-
ского восстания и дальнейших мероприятий по Оренбургской
экспедиции «Покорнейшее рассуждение к рассмотрению...»
лег в основу знаменитого указа правительства от 11 февраля
1736 г.
В указе уделено большое внимание подавлению восстания
и наказанию его участников. Но главное его назначение за-
ключалось в том, чтобы не допустить восстаний в Башкирии
в будущем, ликвидировать условия, позволявшие башкирам
сопротивляться политике царизма. Для достижения этой зада-
чи предусматривалась целая серия мероприятий военного,
политического и экономического характера, означавших офи-
циальный отказ от условий, на которых башкиры вошли в
состав России. Необходимо особо подчеркнуть, что указ от-
крыл дорогу для «законного» перехода башкирских земель
в руки дворянства и других представителей господствующего
класса страны и провозгласил линию на ослабление башкир-
ского народа путем уменьшения его численности и широкой
колонизации Башкирии 234.
Итак, если организация Оренбургской экспедиции озна-
чала фактическое нарушение условий присоединения Башки-
рии к Русскому государству, то этот указ явился официаль-
ным оформлением этой новой, открыто колониальной поли-
тики.
Одобренный принятием указа от 11 февраля 1736 г., Ки-
рилов 13 февраля обратился в Кабинет с донесением, где
изложил свои соображения по борьбе с восстанием. Это до-
несение легло в основу указа от 16 февраля 1736 г. В нем
правительство официально провозгласило курс на самое же-
стокое подавление восстания и наказание повстанцев. В соот-
ветствии с указом св. 22 тыс. регулярных и нерегулярных
военных людей и вооруженных крестьян должны были в
марте — апреле 1736 г. со всех сторон обрушиться на восстав-
ших и расправиться с ними 235.
27 февраля 1736 г. возвращающийся из столицы Кирилов
в г. Елабуге встретился с Румянцевым, и в течение недели они
на основе указа от 16 февраля совместно разработали кон-
кретный план разгрома восстания. Румянцев и Кириллов долж-
ны были руководить подавлением движения в Ногайской и Ка-
«♦ ПСЗ. т. IX, №6890.
235 «Материалы по истории России», т. II, стр. 199.
Ч, 3*
67
занской, Тевкелев и Мартаков— в Осинской, Татищев, Ар-
сеньев и Толбузин — в Сибирской дорогах. Был взят курс на
поголовное уничтожение повстанцев и их семей. Попавшие
в плен предводители восставших подлежали казни, рядовые
участники — к отправлению в ссылку или в службу в остзей-
ские полки, их жены и дети—либо в ссылку, либо в раздачу
желающим с условием поселения в центральных русских го-
родах и уездах. Имущество и скот повстанцев отбирались в
пользу казны и участников похода. Жилища и аулы сжига-
лись 236.
Командиры приступили к реализации намеченных планов.
Большую активность и оперативность в этом проявил В. Н. Та-
тищев, который первым выступил в поход. Подготовку к нему
он начал еще в феврале. В помощь к регулярным командам он
широко привлек отряды «вольницы», которые шли в поход
главным образом из-за добычи и пленных.
В начале марта отряды «вольницы» вторглись в пределы
волостей Сибирской дороги. Они начали расправляться со
всеми башкирами, не разбирая ни повстанцев, ни верных жи-
телей.
Основной ударной силой Татищева являлась команда пол-
ковников Арсеньева и Толбузина. Она состояла из 2000 сол-
дат и драгун, тобольских и тюменских дворян, а также
1200 вооруженных крестьян сибирских слобод. Команда вы-
ступила из Теченской слободы 13 марта и, расправляясь с
восставшими, разоряя и сжигая их аулы, уничтожая скот,
дошла до озера Чебаркуль. Основав там крепость под тем же
названием, также с боями она вернулась 8 мая на свою базу.
В ходе этой карательной операции, по неполным данным,
было убито 384 повстанца, взято в плен 162 человека, отогна-
но или переколото 1247 лошадей, 850 голов крупного рогатого
скота, сожжено 90 деревень. Сюда не входят разорения, со-
вершенные отрядами «вольницы» 237.
Поход команды Кирилова в центральную часть Ногайской
дороги продолжался с 24 марта по 20 мая. На юге этой «до-
роги» свирепствовал объединенный отряд яицких казаков и
драгун под общей командой майора Останкова. В итоге
1658 башкирских повстанцев было убито, 360— взято в плен,
разорено и сожжено 313 башкирских деревень 238.
С повстанцами Казанской и Ногайской дорог, укрывши-
мися в бассейне р. Демы, расправлялся генерал Румянцев со
своими полками. В результате, по его донесению, было убито
236 НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 39, лл. 282—283.
237 НА БФАН СССР, ф. 8. оп. 12, д. 40, лл. 315—326.
238 Т а м же, лл. 353, 422.
68
1000 башкир взрослых и детей, сожжено около 100 дере-
вень 239.
Итак, в результате комбинированного похода карателей
с марта по май восставшие потеряли убитыми 3042 человека,
не считая жертв, понесенных от отрядов «вольницы». Велик
был и материальный урон. Каратели сожгли 503 деревни,
отогнали и перекололи только в Сибирской и Казанской доро-
гах св. 3200 лошадей, св. 1000 коров, около 1500 овец. Цифр
о материальном уроне по Ногайской и Осинской дорогам не
сохранилось.
Подобную жестокость царизма башкирские массы испы-
тали впервые со времени присоединения к России, и она явля-
лась тяжелым ударом по восстанию. Тем не менее, как пока-
зало будущее, каратели своих целей не достигли.
V. Восстание 1736 г. и его подавление
Главные каратели Румянцев, Кирилов и Татищев были
уверены, что основное дело по подавлению движения сделано,
башкиры разбиты и деморализованы, и в этом духе они ин-
формировали правительство 24°.
В соответствии с подобной оценкой обстановки командиры
решили закрепить достигнутое успокоение и приступить к ре-
организации управления краем.
В конце мая Румянцев и Кирилов встретились в Уфе и
обсуждали эти вопросы. Они пришли к выводу, что наступил
момент для реализации указа от 11 февраля 1736 г. Из много-
численных его аспектов первоочередными были признаны
следующие: обезоружение башкир и усиление контроля над
их повседневной жизнью путем определения в волости стар-
шин вместо прежних старост; укрепление существующих и
основание новых крепостей в различных районах Башкирии,
увеличение военных сил в крае; усиление колонизации Баш-
кирии и противопоставление пришлого населения коренным
жителям; реализация положения о свободной продаже баш-
кирских земель дворянам, офицерам и служилым мишарям 241.
Однако этим решениям на этот раз не суждено было осу-
ществиться; друг за другом вновь поднялись на борьбу баш-
киры всех 4-х «дорог», и этим они спутали карты карателей
Рассмотрим ход восстания по основным районам. Первым
возобновилось движение в Зауральской Башкирии.
Еще в период похода команды Арсеньева и отрядов «воль-
ницы» восставшие напали на мелкие отряды солдат и драгун.
™ НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, л. 333.
240 Та м же, лл. 336, 355, 373.
241 Там же, лл. 357—365.
3 Заказ 189
69
перехватывали людей, которые посылались от команды с до-
несениями. Но эти действия носили эпизодический характер.
Тем более основная масса жителей, услышав о походе цар-
ских солдат, уходила в глубь уральских гор и лесов.
Массовое же выступление башкир Сибирской дороги на-
чалось во второй половине апреля. В конце апреля — первой
половине мая восставшие, создав небольшие отряды из 5—
50 человек стали нападать на русские и мишарские деревни
вблизи Катайского и Окуневского острогов, Барневкой и Пе-
щанской слобод и Долматовского монастыря и отгонять ло-
шадей. В отдельных случаях они разоряли деревни, расправ-
лялись с жителями, уводили их в плен.
Примерно с середины мая восставшие начали выступать
более многочисленными отрядами. Последние действовали
в обширном районе бассейнов рр. Исеть, Миасс и Теча. Вре-
менами они доходили до окрестностей Царева городища на
р. Тоболе. Повстанцы штурмовали слободы, остроги и заводы,
разоряли села и деревни вокруг них, угоняли скот. Так, в ука-
занное время их нападению и приступу подверглись Утяцкая
и Крутихинская слободы, Окуневский острог, заводы имени
импер. Анны и Полевский и др. 241 242.
Это массовое движение продолжалось до второй полови-
ны июня. Основную силу в нем составляли рядовые башкиры.
В движении участвовала часть башкирских феодалов. Но
многие из них, как и в предыдущее время, оказались на сто-
роне властей. Это признавали и представители царской адми-
нистрации. В частности, В. Н. Татищев говорил, что «лучшие»
башкиры, «особливо богатые, а паче старики «умные» к вос-
станию не пристали, «разве по нужде в обсчестве находи-
лись» 243.
Во главе движения по-прежнему стоял Юсуп батыр Ары-
ков. Предводителями повстанцев близких к сибирским слобо-
дам волостей были Кутукай батыр, Исянгул Мамбетев, Сабан
Севергулов и др. В качестве предводителей также известны
Карашай бай, Кинзекей бай, Аккужа батыр, Кутлугужа ба-
тыр.
По сравнению с восстанием первого года в движении вес-
ны и лета 1736 г. повстанцы Зауралья, наряду со сражениями
с царскими отрядами, осадой крепостей, начали разорять
русские деревни и села, угоняли скот. Эти новые оттенки в их
действиях объясняются не особой враждой к русскому насе-
лению сибирских слобод, а были своеобразным ответом на
жестокости команд Тевкелева, Арсеньева и отрядов «воль-
241 ЦГАДА, ф. 248, кн. 135, лл. 573—573 об; ЦГВИА, ф. 20. оп. 1/47.
д. 63. лл. 111—111 об; 130—130 об; 133—133 об; НА БФАН СССР. ф. 3,
оп. 12. д. 40. лл. 375, 396, 397.
243 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, л. 583.
70
ницы», совершенные во время зимнего и весеннего походов
в банкирские волости. По данным источников, нападению вос-
ставших подверглись 5 слобод, 2 села, 32 деревни, из которых
были разорены 1 село и 14 деревень. В столкновениях убито
152 крестьянина, ранено 67, взято в плен — 12; угнано лоша-
дей—1141 голов. Итак, восставшие нанесли чувствитель-
ный урон населению сибирских слобод. Но этот ущерб зна-
чительно уступает потерям башкир во время похода Арсенье-
ва, не считая жертв зверств команды Тевкелева и отрядов
«вольницы».
Широкое восстание развернулось на территории и северо-
западных волостей Сибирской и Осинской дорог.
В конце марта — начале апреля здесь начали формиро-
ваться повстанческие отряды. Один из них, состоящий из
1000 человек, находился в Иудейской волости, другой — из
500 человек, стоял в Дуванской волости 244. В начале мая
восставшие башкиры и кунгурские татары разорили дер. Мо-
сино, затем напали на село Богородское 245. Во второй поло-
вине мая — начале июня башкиры и татары разорили в пре-
делах Осинской и Сибирской дорог 15 марийских, чувашских
и мишарских деревень 246. В начале июня восставшие Иудей-
ской, Дуванской и др. волостей Сибирской дороги под пред-
водительством Тюлькучуры Алдагулова напали на верных
башкир Унларской волости во главе с Якупом Чинмурзиным,
затем на мишарей из команды Муслюма Кудабердина. От
полного разгрома последних спас лишь приход отряда капи-
тана Голчина 247. В конце месяца эти же повстанцы вновь
перешли р. Уфимку и напали на аулы верных башкир, ми-
шарей, татар и мари Осинской дороги 248.
В середине июня крупные силы повстанцев действовали
вблизи г. Осы и доходили до владений Строгановых. Они раз-
громили «осинских обывателей, человек с 800 с ружьем» и
заставили отступить с потерями отряд «вольницы», состоя-
щий из 1500 крестьян. Вся Осинская дорога оказалась охва-
ченной борьбой. Город Оса оказался в осаде249.
В июне на северо-западной окраине Сибирской и Осин-
ской дорог борьба продолжалась. В середине месяца отряд
Тюлькучуры около новой крепости Кр. Яр нанес поражение
команде полковника Мартакова. Сам полковник в бою был
ранен 25°.
244 ЦГАДА. ф. 248, кн. 1133, л. 266 об.
245 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1525, л. 562.
244 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, лл. 433—434.
242 Там же, лл. 423—424.
242 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 616.
НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, лл. 505—506, 569, 572.
3* 71
Как видно, на указанной территории шло массовое дви-
жение. Восставшие одержали ряд побед над царскими коман-
дами и отрядами «вольницы». Серьезный удар они нанесли
верным мишарям, башкирам, мари и чувашам.
Как же власти Зауралья боролись с движением народных
масс? Основные силы Сибирского драгунского полка были по
частям размещены по слободам и острогам для их защиты.
Территория заводского ведомства охранялась несколькими
ротами солдат и служителями заводов, а также вооруженными
крестьянами приписанных слобод. Однако они оказались не в
состоянии противостоять напору повстанцев. Тогда Татищев
принимает решение, собрав силы, организовать поход в баш-
кирские волости, «чтоб именем в. и. в. и разглашением ве-
ликого войска их в страх и покорность привести»251.
Команда Татищева состояла из 278 офицеров и солдат,
1200 заводских крестьян, 200 мишарей, татар и мари, всего
1678 человек. При команде было 7 пушек252. 13 июня Тати-
щев выступил из Екатеринбурга и 25 июня прибыл на озеро
Кызылташ. Идти дальше в глубь башкирских волостей было
опасно, и каратели остановились здесь 253.
Татищев со специальной грамотой обратился к повстан-
цам с призывом придти с повинной. В случае отказа он грозил
им карательным походом. Пришедшие с повинной должны
были возвратить захваченные во время борьбы казенное и
частное имущество и, лично явившись в команду или кре-
пость, дать присягу верности. Лишь после принесения прися-
ги всеми участниками движения он обещал принять их че-
лобитную для рассмотрения254.
Чтобы заставить восставших придти с повинной, Татищев
использовал самые разнообразные средства — обещания, об-
ман, подкуп и угрозу. Серьезную помощь ему в этом деле
оказали верные башкирские феодалы, которые уговаривали
восставших, обманывавших их, вносили в их ряды раскол и
разложение.
Особенно повстанцев не устраивало требование личной
явки в команды для присяги. Они считали, что это является
ловушкой, чтобы задержать наиболе активных из них.
Вся эта деятельность властей принесла определенные пло-
ды: восставшие прекратили активные действия, начались пе-
реговоры. После некоторого колебания часть повстанцев при-
няла условия Татищева. В июле-августе к нему пришли с
повинной 1399 человек во главе с Кутукай батыром 255. В ос-
251 Там же, лл. 560—561.
я| Та м же, л. 564.
253 Т а м ж е, лл. 563—564.
“* Та м же, лл. 406—409.
235 Т а м ж е, л. 636.
72
новном это были жители ближних к сибирским слободам во-
лостей. Они прежде всего опасались, как бы власти не на-
правили против них карательные отряды. Кроме того, они, по-
видимому, наивно полагали, что после принесения ими повин-
ной власти удовлетворят их челобитную.
Однако большинство восставших Зауралья пока отказы-
валось принести повинную на условиях Татищева. Они до-
бивались, чтобы их простили безо всяких условий и не требо-
вали личной явки в команды для присяги.
Находясь в лагере около озера Кызыл Таш, Татищев и
его помощники принимали мероприятия по усилению пози-
ций правительства в Зауральской Башкирии. В этой связи они
обращали внимание на основание крепостей (было построе-
но 2 новых крепости), на увеличение военных сил в крае, на
усиление контроля над повседневной жизнью башкирского
населения путем введения старшин в волостях вместо преж-
них старост. Старшин определяли из верных башкирских фео-
далов.
К осени в башкирских волостях начался голод. Этим уме-
ло воспользовался Татищев. Он обещал повстанцам разре-
шить купить хлеб в русских селениях, если придут с повин-
ной. Тогда новая значительная группа восставших была вы-
нуждена принести повинную. В сентябре — начале октября
принесли присягу верности 1860 человек, в т. ч. главный
вождь движения Юсуп Арыков и один из предводителей Са-
бан Севергулов. Юсуп и Сабан были взяты под караул 256.
Значительную роль в покорении Юсупа и Сабана сыграли
верные башкирские феодалы во главе с тарханом Таймасом
Шаимовым и бывшие видные повстанцы Кутукай батыр и
Абадан Уразаев, которые по существу уговорили тех совер-
шить этот шаг.
Но значительная часть восставших по-прежнему отказы-
валась дать присягу на условиях Татищева. Это — в первую
очередь жители Кудейской, Айлинской, Дуванской, Туркмен-
ской, Мурзаларской, Кубелякской и других дальних волос-
тей Сибирской дороги, которые действовали под предводи-
тельством Тюлькучуры Алдагулова. Кроме того, не хотели
повиноваться властям многие повстанцы, которые сражались
в отряде Юсупа Арыкова. В частности, не пришли с повинной
башкиры Куваканской и других волостей во главе с Бепеней
абызом Трупбердиным 257.
Во второй половине сентября эти повстанцы во главе с
Тюлькучурой возобновили борьбу. Главный свой удар они
направили против верных башкир, мишарей и других сторон-
«• БФАН СССР. ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 652.
757 НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 43, лл. 650—651.
73
ников властей. В частности, в Кущинской волости восставшие
разорили 3 аула верных башкир, в т. ч. аул рьяного сторон-
ника правительства феодала Рахмангула и его сына 258.
Тюлькучура далее намеревался напасть на команду Тевкеле-
ва. Известно, что он с 1000 человек поехал в направлении
Чебаркульской крепости 259. Однако сведений о самом напа-
дении нет. Возможно, оно не состоялось.
Эти факты явились последними сведениями об активных
действиях восставших в Зауралье в 1736 г. В крае наступило
относительное спокойствие.
Итак, восстание в Зауральской Башкирии, возобновившее-
ся весной 1736 г., с некоторыми перерывами шло ко конца
сентября того же года. Оно охватило всю территорию Сибир-
ской и Осинской дорог. В нем участвовало большинство баш-
кирских масс этих «дорог». Их поддержала часть татар Кун-
гурского уезда. Восставшие действовали решительно и ожес-
точенно. Наряду со сражениями с царскими командами, они
разоряли деревни верных мишарей, мари, чувашей, а также
русские селения. Это было своеобразным ответом на жесто-
кости царских карателей. Кроме того, известная часть кресть-
янского населения Зауралья поддалась агитации властей и
участвовала в составе царских команд или отрядов «вольни-
цы» в разорении башкирских аулов. Все это не могло не при-
нести к некоторому обострению отношений между различны-
ми народами Зауралья. Описанное явление в конечном итоге
было результатом проводимой царизмом политики «разде-
ляй и властвуй».
Местная администрация во главе с Татищевым не сумела
осуществить военный разгром восстания. Ей пришлось опери-
ровать в основном мирными средствами. Опираясь на верных
башкирских феодалов, она добилась определенных результа-
тов: восставшие прекратили активные действия, а затем их
значительная часть принесла повинную.
Однако многие повстанцы не покорились. Необходимо под-
черкнуть, что даже принесшие повинную остались недоволь-
ными из-за того, что власти, несмотря на обещания, не шли
на реальные уступки. Кроме того, продолжалась реализация
мероприятий Оренбургской Экспедиции. Следовательно, оста-
лись причины, вызвавшие восстание.
Все это говорит о том, что достигнутое спокойствие было
ненадежным.
Неустойчивость спокойствия понимали и представители
царской администрации. На Совете, который состоялся в се-
редине ноября 1736 г., Татищев и его помощники еще раз об-
ш Та м же, л. 643.
Т а м ж ё, л. 643.
74
судили обстановку в крае. На нем приняли решение весной
следующего года организовать поход против восставших, не
принесших повинную. Кроме того, было признано необходи-
мым усилить позиции правительства в крае путем увеличения
крепостей и военных сил, активизации политики «разделяй и
властвуй» в целом и принятия специальных мер для сохра-
нения враждебных отношений между повстанцами и миша-
рями в особенности2®0.
Вслед за башкирами Зауралья взялись за оружие и жи-
тели европейской Башкирии, хотя в ходе карательных экспе-
диций они понесли более тяжелые потери.
Одним из первых акций повстанцев Ногайской дороги бы-
ло нападение на обоз, отправленный ранней весной 1736 г.
из Табынска в Оренбург.
В мае, восставшие, узнав, что Кирилов с командой наме-
ревается идти из Уфы в Оренбург, решили помешать этому
походу. К первой половине июня в пределах Юрматынской
волости собралось множество восставших. По признанию
Кильмяка Нурушева, возглавлявшего данное собрание, в нем
было около 8 тыс. человек
Главный командир Румянцев направил к Кильмяку Сул-
танмурата Дюскеева, одного из содержащегося у него в за-
ложниках «лучших» башкир, с предложением придти с по-
винной. Приезд Дюскеева с предложением генерала вызвал
возмущение повстанцев. Они отвергли мысль о принесении
повинной и приняли решение внезапно напасть на лагерь Ру-
мянцева, разбить его команду и освободить содержащихся
под караулом активных участников движения во главе с
Акаем Кусюмовым2®2.
Во второй половине июня восставшие во главе с Кильмя-
ком скрытно перебрались из среднего течения р. Белой в пре-
делы Казанской дороги, в бассейн р. Ик, где со своей коман-
дой находился главный командир. В команде было около
2 тыс. человек. Ночью 29 июня, когда царская команда справ-
ляла праздник святых апостолов Петра и Павла, восставшие
напали на нее. Каратели понесли тяжелый урон. Они потеря-
ли убитыми 180 чел., ранеными свыше 60 263.
Восставшим не удалось разгромить войско главного ко-
мандира и освободить Акая с товарищами. Однако это сме-
лое нападение, которое, несомненно, является одним из самых
крупных сражений в ходе движения 1736 г., подняло их бое-
вой дух. Оно стало как бы сигналом для развертывания мас-
™ Т а м же, лл. 675, 680, 685—687.
*' Там ж е, л. 840.
«“ ЦГАДА, ф. 248, кя. 1183. лл. 195—195 об.
** П. И. Р ы ч к о в. История Оренбургская, стр. 24.
75
совой борьбы во всей европейской Башкирии. Румянцев н
его помощники на время даже растерялись.
Восставшие Казанской дороги в первую очередь расправ-
лялись с верными башкирами и татарами. Характеризуя об-
становку, 5 августа 1736 г. Румянцев доносил в Кабинет, что
«...воры многих доброжелательных и знатных башкир поби-
ли, домы их без остатку разорили»264.
Повстанцы нападали на царские команды, стали угрожать
Мензелинску и другим закамским крепостям. С трудом Ру-
мянцев осуществлял связь со своей базой — Мензелинском 265.
Движение шло и в Ногайской дороге. Во второй половине
июля башкиры неоднократно нападали на команду Кирило-
ва, шедшего из Уфы в Оренбург. В свою очередь, Кирилов
широко развернул действия против них. В конце месяца юж-
нее Табынска его войско разорило 29 башкирских аулов 266.
После отъезда Кирилова в Уфе осталось мало войск. Вос-
пользовавшись этим, повстанцы активно действовали вблизи
Уфы, разоряли «верных подгородных башкирцев, побили их,
ясырь побрали и скот отогнали» 267.
Восставшие и их предводители понимали, что продолжать
борьбу становится все труднее, чем дальше, тем яснее чув-
ствуется неравенство сил. Власти к тому же не шли ни на
какие уступки. В этой обстановке повстанцы для продолже-
ния сопротивления пытались найти союзников и обратили свои
взоры к своим южным соседям — к казахам. После сражения
с командой Румянцева они послали своих людей к казахам
Ср. Орды для переговоров о помощи. Однако казахи не
только отказались поддержать башкир, но и через некоторое
время внезапно напали на Ногайскую дорогу, нанесли жите-
лям южной Башкирии серьезный урон 268.
Таким образом, царская политика «разделяй и властвуй»
влияла и на отношения казахов с башкирами. С самого на-
чала восстания Кирилов и другие командиры действовали на
ханов и феодалов Малой и Ср. Орд, натравливали их на баш-
кир, не жалея при этом ни подарков, ни обещаний. Проявле-
нием подобной политики и было это нападение на повстан-
цев Ногайской дороги.
Какие же меры против восстания предпринимали коман-
диры?
После нападения Кильмяка на свой лагерь, Румянцев с
командой вернулся в Мензелинск. Направленные от него от-
ряды действовали в разных районах Казанской дороги. Так,
264 НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 40, л. 556.
245 Т а м ж е, лл. 464, 466.
™ ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 863.
262 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 639.
268 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 842.
76
сильная команда подполковника Есипова подавляла повстан-
цев в бассейне р. Ик. Однако каратели ощутимых успехов не
добились. Башкирские конники летом для царских солдат и
драгун были неуловимы. Не изменил положение и поход са-
мого генерала в волости Казанской дороги, совершенный в
августе 269. Главный командир приходит к выводу, что имею-
щиеся силы недостаточны для подавления движения, и он не-
однократно обращался в правительство за помощью. 20 июля
он просил дополнительно направить в Башкирию 3 драгун-
ских полка и нерегулярных сил — сколько возможно 270.
О походе Кирилова против восставших сказано выше.
В помощь к нему с юга шел крупный отряд яицких казаков,
нанося удары по повстанческим отрядам 271.
Наряду с организацией карательных походов, Кирилов
уделял большое внимание укреплению существующих и стро-
ительству новых крепостей в Башкирии. Летом 1736 г. по его
распоряжению в Ногайской дороге было основано 6 новых
крепостей 272. Наконец, Кирилов стал использовать и мирные
средства для прекращения движения. Известно, что в мае он
направил I верного башкира к жителям Демских волостей.
По его приказанию уфимский дворянин Калтыманов в июле
побывал в ряде волостей Ногайской дороги, попозже — у пов-
станцев Сибирской дороги, которые отказались придти с по-
винной по призывам Татищева 273.
Командиры систематически извещали правительство о хо-
де подавления движения, все свои серьезные мероприятия
согласовывали с ним. В свою очередь, центр давал большую
свободу действий командирам, одобрял их предложения и
удовлетворял просьбы. После нападения башкир на лагерь
Румянцева указом от 6 августа правительство направило про-
тив восставших дополнительные военные силы, в т. ч. астра-
ханский гарнизонный драгунский полк. 27 сентября оно при-
нимает решение отправить в Башкирию еще 2 драгунских
полка 274. В том же указе правительство, выражая свое отно-
шение к формам и методам борьбы с повстанцами, еще раз
одобрило жестокое военное подавление восстания, курс на
уничтожение повстанцев и их семей 275.
Итак, восстание в европейской Башкирии, начавшись вес-
ной, шло все лето. Восставшие не только сумели возобновить
«• НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, л. 466.
270 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, л. 466.
271 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 863.
272 П. И. Рычков. История Оренбургская, стр. 25—26; ЦГАДА,
ф. 248, кн. 1131, лл. 863—864.
273 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 865; НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12,
д. 40, лл. 355, 458.
274 «Материалы по истории», т. П, стр. 253—254.
275 Там же.
77
борьбу, но и нанести карателям серьезные удары. Румянцев
и Кирилов провели против восставших целую серию меро-
приятий.Среди них преобладали военно-карательные способы.
Центральное правительство целиком и полностью одобряло
все мероприятия командиров по борьбе с движением, систе-
матически подтверждало их линию на жестокое подавление
повстанцев, увеличивало военные силы в крае.
Военные и другие мероприятия властей не остались без
последствий. К тому же во многих волостях вследствие унич-
тожения карателями скота начался голод. В итоге во второй по-
ловине августа массовое восстание в Казанской и Ногайской
дорогах прекратилось. Восставшие начали приносить по-
винную. К началу сентября пришли с повинной 2403 человека
м. и ж. п. 276. Однако покорились не все. В Казанской дороге
последние сгруппировались вокруг Султанмурата Дюсеева и
Абдуллы Акаева, сына Акая Кусюмова. Они действовали на
юго-западной окраине Казанской дороги, в верховьях рр. Ки-
нель и Ток 277.
В Ногайской дороге на условиях властей отказывалась
принести повинную значительная часть восставших во главе
с Кильмяком. Они настаивали, чтобы были прощены за вос-
стание без взимания штрафных лошадей и личной явки участ-
ников движения для присяги в царские команды 27в.
В это время произошла смена главного командира. Ука-
зом Кабинета еще от 13 июля генерал Румянцев был назна-
чен в действующую армию на Украину, а на его место был
определен бригадир и майор гвардии М. С. Хрущев. Послед-
ний прибыл в Мензелинск 5 сентября и принял дела у Румян-
цева, который 12 сентября отправился через Казань в месту
нового назначения 27#.
21 сентября М. С. Хрущев обратился с универсалом к
восставшим Ногайской и Казанской дорог, в котором содер-
жался призыв принести повинную. В противном случае он
грозил им жестокой расправой 28°. Но эти призывы мало ме-
няли положение, ибо в них, как и в указах прежнего коман-
дира, не было никаких уступок. Поэтому отмеченные группы
восставших не спешили с повинной.
В этой обстановке Хрущев стал делать главный упор на
военные мероприятия, на военный разгром непокорных. Тем
более в его распоряжении были достаточные для этого силы.
Ко времени приезда Хрущева в Башкирию повстанцам здесь
противостояли около 15 тыс. человек регулярных солдат, дра-
™ ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 924.
т Там ж е, Л. 819 об.
т НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 43, л. 759.
т ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, лл. 701, 838, 839.
»» НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12. д. 43, лл. 622—623.
78
гун и ландмилиции, не считая казаков и отрядов «вольни-
цы»281. Часть из них вела против восставших боевые опера-
ции. Так, в Казанской дороге действовала команда подпол-
ковника Есипова, состоящая из 1000 драгун и солдат, 250 ка-
заков, в Ногайской дороге — полк полковника Протасова.
В конце сентября главный командир выделил для этой цели
•еще 2 команды. Верным башкирским феодалам также было
велено «ловить воров», разорять их деревни» 282.
Он обратился и к В. Н. Татищеву, чтобы тот активизиро-
вал военные мероприятия, направил свои команды и верных
башкир и мишарей против восставших 283.
Продолжалось наказание пойманных участников движе-
ния. Со времени приезда Хрущева до середины декабря пре-
дали мучительной казни 13 предводителей (колесовали, ве-
шали за ребра, шеи, ноги, сажали на кол), 144 человека со-
слали в Остезею (в работу и солдаты), 505 женщин и детей
роздали Желающим с условием поселения в центральных
районах страны 284. Энергично с башкир собирали штрафные
лошади. Так, за указанное время с них было взято, по непол-
ным данным, 2000 лошадей285 *.
Правда, когда башкиры узнали о приезде нового коман-
дира, у них появилась надежда, что он пойдет на уступки.
Главный предводитель повстанцев Кильмяк в середине сен-
тября обратился к нему с письмом возвратить карательные
команды 28в. В конце месяца Кильмяк и Султанмурат от име-
ни повстанцев Ногайской и Казанской дорог обратились к
Хрущеву с новым письмом, в котором добивались прощения
их по-старому, без уплаты штрафных лошадей и личной яв-
ки для присяги в команды 287. Однако эти надежды не оправ-
дались. Повстанцы очень быстро убедились, что новый коман-
дир повел еще более жесткую линию.
В этой обстановке меняется поведение повстанцев. Среди
них усилились настроения продолжения борьбы. Это хорошо
видно из челобитной восставших, составленной в первой по-
ловине декабря 1736 г. Они в ней еще раз выразили свое
отрицательное отношение к мероприятиям Оренбургской экс-
педиции, к строительству в крае крепостей и церквей, к жес-
токости царских команд и новым условиям принесения по-
винной, а также к поведению верных башкирских феодалов.
Далее в челобитной говорится о решимости продолжать со-
2,1 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1164, л. 14.
ж НА БФАН СССР, ф. 3. оп. 12, д. 40, л. 631.
223 Т а м ж е, д. 43, л. 750.
224 ЦГАДА, ф. 248. кн. 1131, лл. 987—987 об.
225 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 781.
222 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1131, л. 914 об.
222 НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43. л. 665.
79
противление до тех пор, пока об их тяжелом положении, о-
нарушении их прав не узнает сама императрица. Письмо под-
писано 53 представителями башкир из 17 волостей Ногайской
и 4 волостей Казанской дорог 288.
Итак, приезд нового командира, его жесткие мероприятия
мало способствовали успокоению восставших Ногайской и
Казанской дорог. Наоборот, они усилили настроение недо-
вольства и стремление продолжать борьбу.
Правительство требовало от Хрущева и Кирилова быстро-
го и окончательного подавления восстания. Оно предложило-
им выработать меры по выполнению поставленной задачи.
При этом правительство подсказало основную линию дей-
ствий: делать упор на военный разгром повстанцев 289.
Во второй половине декабря 1736 г. в Мензелинске состоя-
лось совещание бригадира Хрущева и статского советника
Кирилова. Командиры решили организовать весной 1737 г.
поход против башкир дальних волостей Ногайской и Сибир-
ской дорог, которые отказались принести повинную, и унич-
тожить их поголовно. В этой карательной экспедиции должны
были участвовать все имеющиеся в крае военные силы — ре-
гулярные и ландмилицкие полки, казаки и мобилизованные
крестьяне, всего св. 18 тыс. человек. Кроме непосредственной
задачи подавления не принесших повинную повстанцев,,
намеченный поход должен был навсегда отбить у башкирских
масс охоту поднять восстание 29°.
Решение Мензелинского совещания было одобрено пра-
вительством 29 *.
С самого начала борьбы с восстанием власти уделяли
особое внимание поимке предводителей, считая, что если те
будут пойманы, то это наверняка приведет к прекращению
движения. По существу всё сведя к деятельности предводи-
телей, власти допустили явную недооценку решающей роли
широких масс в возникновении и развитии восстания.
Как видно из изложенного, к концу 1736 г. в руках кара-
телей оказались многие видные участники движения: боль-
шинство предводителей восставших Казанской дороги во
главе с Акаем Кусюмовым, крупнейший деятель движения
Зауралья Юсуп батыр Арыков с частью своих сподвижников.
Большие усилия прилагали командиры, чтобы поймать
Кильмяка Нурушева, одного из вождей движения 1735—
1736 гг. В конце 1736 г. новый главный командир даже наме-
ревался направить для его поимки в Юрматынскую волость
Нижегородный пехотный батальон. Затем этот поход был
НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 764.
«Материалы по истории России», т. II, стр. 279.
ЦГАДА, ф. 248, к. 1164, лл. 3—12.
»• НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 43, л. 865.
80
признан нецелесообразным 292. Власти поручили верным баш-
кирским феодалам во главе с тарханом Кадрясом Муллакае-
вым и Аиткулом Илимбетовым добиться прихода Кильмяка
с повинной. В начале 1737 г. они поехали к нему и пробыли
там около месяца. В итоге 5 февраля 1737 г. Кильмяк Нуру-
шев приехал в Табынск 293. Так Кильмяк оказался в руках
властей.
Не совсем ясно, почему Кильмяк пошел на этот шаг. Воз-
можно, понимая неравенство сил, он считал, что единствен-
ным выходом из создавшегося тяжелого положения является
принесение повинной и попытка добиться уступок от властей
путем подачи челобитных. Не исключен и вариант, что Киль-
мяк, узнав о решениях Мензелинского совещания, пошел на
принесение повинной, чтобы предотвратить карательную экс-
педицию.
Независимо от мотивов, приход одного из ведущих деяте-
лей восстания с повинной был серьезным успехом команди-
ров.
Считая, что основное в подавлении восстания уже сделано,
командиры в соответствии с указами Кабинета решили каз-
нить пойманных предводителей.
28 февраля 1737 г. В. Н. Татищев осуществил казнь не-
скольких предводителей: Сабан Севергулов был колесован,
Бокшурга Назаров — четвертован, Исянгул Мамбетов — обез-
главлен 294.
Не менее ужасную казнь заготовил бригадир Хрущев кля
8 предводителей во главе с Кильмяком и Акаем: к середине
февраля по его приказанию в Мензелинске были сделаны ка-
менные столпы, чтобы посадить тех на кол. Но в связи с новым
назначением и отъездом из Башкирии он не успел казнить
названных лиц 295.
Итак, многие из видных деятелей восстания оказались в
руках властей. Часть их была казнена. Но эти казни, как по-
казало будущее, не оправдали надежд карателей.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В конце XVII— первой трети XVIII в. Башкирия представ-
ляла собой многонациональный край, где наряду с коренными
жителями — башкирами, составлявшими большинство населе-
ния, проживали русские, татары, мари, мишари, чуваши, уд-
мурты и мордва. Несмотря на политику «разделяй и властвуй»,
222 Там же, л. 811.
2,3 Там же, лл. 874, 876, 887.
2,4 Там же, лл. 871—873.
225 ЦГАДА, ф. 248, кн. 1164, л. 228 об.; НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12,
д. 43, л. 828.
81
проводимую царизмом и господствующими классами, между
трудовыми массами различных народов края в целом суще-
ствовали добрососедские отношения.
Башкирское общество переживало феодальный строй, где
сохранились некоторые пережитки патриархально-родовых
отношений. Рядовые башкиры жестоко эксплуатировались
башкирскими феодалами — тарханами, старостами, сотника-
ми, «лучшими» людьми, мусульманским духовенством.
Башкирские общинники терпели также тяжелый феодаль-
ный и национальный гнет русского царизма, дворянства, мест-
ной воеводской администрации, который выражался в захвате
земель, в непосильных налогах и повинностях, в насильствен-
ной христианизации, в произволе воевод и чиновников. Первая
треть XVIII в. характеризуется постепенным усилением фео-
дального и национального гнета царизма и дворянства, а так-
же обострением классовых противоречий внутри башкирского
общества.
Организация Оренбургской экспедиции означала резкое
усиление феодального и национального гнета в крае. С этого
времени политика царизма в Башкирии приобретает ярко
выраженный колониальный характер. Правда, в конечном
итоге мероприятия Экспедиции должны были способствовать
и развитию производительных сил края. Но для народных
масс она сразу принесла отрицательные результаты: массовые
захваты земель, усиление власти царской администрации
и т. д.
Непосредственной причиной и поводом восстания стали
приезд Кирилова с Экспедицией в Уфу и начало реализации
ее мероприятий.
Движение началось в волостях Казанской и Ногайской
дорог выступлением повстанцев против башкирских, мишар-
ских и татарских феодалов — сторонников царизма. Затем
восставшие, пытаясь помешать основанию Оренбурга, напали
на команды Экспедиции. В это время продолжалась борьба
на территории Казанской, Ногайской и Осинской дорог, осо-
бенно вокруг Уфы, Табынска, закамских и других крепостей.
С августа восстание развернулось в Зауральской Башкирии,
где с декабря оно превратилось в массовое движение.
Весной 1736 г. восстание возобновилось и охватило все
4 «дороги» Башкирии. Восставшие дейстовали на обширной
территории от р. Камы до р. Тобол, от среднего течения
р. Янка до Кунгура. В ходе восстания можно выделить не-
сколько этапов: начало борьбы (середина июня — середина
июля, массовое движение в европейской Башкирии (середи-
на июля — начало октября 1735 г.), восстание в Зауральской
Башкирии (август 1735 — февраль 1736 г.) массовая борьба
во всей Башкирии (весна — осень 1736 г.).
82
Главной движущей силон восстания 1735—1736 гг. яви-
ДЦсь башкирские рядовые общинники, которые выступали
Инициаторами вооруженной борьбы и составили основную
боевую силу во всех этапах движения.
Среди башкирских феодалов не было единства: одни из
ИИХ, преимущественно крупные, будучи в союзе с царизмом,
содействовали реализации мероприятий Оренбургской экспе-
диции и активно участвовали в подавлении движения; другие,
представлявшие в основном мелких и средних феодалов, при-
вяли участие в борьбе народа.
Часть трудящихся татар, чуваш, мишарей поддержала
движение башкирских масс и участвовала в восстании.
Главными вождями восстания были Кильмяк Нурушев,
Акай Кусюмов и Юсуп батыр Арыков, которые, повидимому,
принадлежали к феодалам. Из других предводителей можно
выделить Ишалея Кайдалина, Суяргула Черемшакова, Сул-
танмурата Дюскеева в европейской Башкирии, Тюлькучуру
Алдагулова, Кутукая батыра, Сабана Севергулова в Зауралье,
которые были, повидимому, из мелких феодалов или феодали-
зирующейся верхушки общинников.
Необходимо подчеркнуть, что восставшие вначале высту-
пили против местных феодалов — союзников царизма, а затем
развернули борьбу с царскими командами и крепостями. На-
чиная борьбу, восставшие имели конкретную цель — поме-
шать строительству Оренбурга и других крепостей на своих
землях, добиться от властей отзыва Оренбургской Экспеди-
ции. Этим определялась их тактика: не разгром правитель-
ственных команд, а возвращение туда, откуда они вышли.
Вот почему, имея возможность разгромить вологодские роты
и уничтожить продовольственные обозы, шедшие из сибирских
слобод в Верхнеяицк, восставшие останавливали их и доби-
вались возвращения назад. Более решительно повстанцы вы-
ступили против верных башкирских, мишарских и татарских
феодалов, считая их инициаторами организации Экспедиции:
разоряли их аулы, отнимали имущество и скот, брали в плен
или убивали. Когда же царские команды и отряды «вольни-
цы» проявили исключительную жестокость к повстанцам и их
семьям, то последние в ответ на это повели истребительную
войну с карателями, начали массовые нападения и разорения
сел и деревень.
Анализ предпосылок и причин движения, форм и методов
борьбы, требований и челобитных восставших позволяет прид-
ти к выводу, что башкирские массы боролись против феодаль-
ного государства, его мероприятий, русского дворянства, вое-
вод и приказной администрации, а также против собственных
эксплуататоров — башкирских, мишарских и татарских фео-
далов. Восстание не было направлено против русского или
83.
какого-либо другого народа, не было движением феодалов за
отрыв Башкирии от России, а являлось вооруженным про-
тестом трудовых масс края против усиления феодального и
национального гнета, широким народным движением.
В борьбе с восстанием власти избрали политику «меча и
огня», политику уничтожения и выселения из Башкирии пов-
станцев и их семей, всех тех, кто прямо или косвенно был
связан с движением. Правительство в широком плане повело
линию натравливания трудовых масс пришлого населения на
коренных жителей и в этом деле достигло определенных ус-
пехов. Это привело к некоторому обострению отношений
между повстанцами — башкирами и другими народами края.
В итоге всей этой политики царизма восставшие понесли
очень большие людские потери. Они потеряли, по данным
В. Н. Татищева, к концу июня 1736 г. убитыми, повешенными,
сосланными в ссылку, розданными для поселения в централь-
ных городах, более 15 тыс. человек взрослых и детей 2Э6.
Подобной беспрецедентной жестокостью царизм и господ-
ствующие классы пытались запугать башкирские массы, на-
всегда отбить у них охоту сопротивляться угнетательской по-
литике и поднимать восстания. Однако власти не добились
поставленных целей. Хотя активные действия прекратились,
большинство предводителей схвачено, часть повстанцев при-
несли повинную, но восставшие не были покорены. Через не-
которое время они вновь взялись за оружие.
Восстание 1735—1736 гг. стало одним из важных этапов
в общей героической борьбе масс против гнета и насилия,
шедшей с 1735 по 1740 г.
ж НА БФАН СССР, ф. 3, оп. 12, д. 40, лл. 406—407.