ПРИРОДА
популярный ЕСТЕСТВЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ
ж * у * Р * Н * А * Л
ИЗДАВАЕМЫЕ АКАДЕМИЕЙ HAJK СССР
ПРИРОДА
популярный ЕСТЕСТВЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ
Ж * у * Р * Н * А * Л
ИЗДАВАЕМЫЙ А КАДЕ МИЕИ НАуК СССР
№ 4
ГОД ИЗДАНИЯ ДВАДЦАТЬ ВОСЬМОЙ
1939
(ЗАДЕРЖАНИЕ
Стр.
ZT-p б", н. В. П. Савич. Памяти по-
четного академика Надежды Кон-
стантиновны Крупской ............. 3
Г. И. Петров. Подъем антирасист-
ского движения за рубежом СССР б
М. Н. Гневышев. Импульсы сол-
нечной активности.................10
Акад. А. Ф. Иоффе. Полупровод-
ники в современной физике и тех-
нике .............................13
И. Н. Калитин. К вопросу об
изменении климата земли .... 20
И. А. Ефремов. Перспективы рас-
копок и поисков древних позвоноч-
ных на территории СССР .... 21
Проф. Е. Н. Мишустин. Эколого-
географическая изменчивость поч-
венных бактерий	27
Естественные науки и строительство СССР
А. Н. Путилов. О культуре быстро-
растущих и ценных древесных пород
на юге СССР ..........................37
Л. В. Арнолъди и К- Р. Фортуна-
това. О методике сбора биологиче-
ского материала морскими биологи-
ческими станциями	39
Новости науки
Физика. Соотношение между ра-
диусом электрона и комптоновской длиной
волны протона. —Новый серноталлиевый
фотоэлемент ........................... 43
X и м и я. Радиоактивность самария 45
Геология. О размыве дна у бе-
регов Мезенского залива ............... 46
Б и о х и м и я. Пол гриба и биохими-
ческие реакции. — Лишайники как вита-
миноносители. — Антидерматитный вита-
мин В, из дрожжей.—Применение искус-
ственной радиоактивности в биологии. . .	48
CONTENTS
Page
Dr. V. Р. Savicz. In Memoriam of
Nadezhda Konstantinovna Krup-
skaya, Honorary Member of the
Academy.............................. 3
G. I. Petrov The rise of antirasist
movement aboard ..................... 6
M. N. Gnevyshev. The Impulses of
Solar Activity.....................10
A. F. Ioffe, Member of the Aca-
demy. Semi-Conductors in Modern
Physics and Technology ..............13
N. N. Kalitin. Concerning the Alte-
ration of the Earth’s Climate . . 20
I. A. Efremov. Prospects of Digging
and Searching for Old Vertebrates on
the Territory of the USSR .... 21
Prof. E. 'N. Mishustin. Oecologo-
Geographical Variability of Soil Bac-
teria ....	............27
Natural Science and Building of Socialism
in the USSR
A. N. Putilov. On the Culture of
Quick-Growing and Valuable Trees
in the South of the. USSR .... 37
L.	V. Arnold! and K. R. Fortuna-
tova. On the Methods of Collecting
Biological Material by Marine Bio-
logical Stations	... 39
Science №ws
Physics. The Relationship between
the Electron Radius and Compton’s Pro-
ton Wave Length. — A New Sulpho-Thal-
lic Photo-Element....................... 43
Chemistry. The Radioactivity of
Samarium ............................... 45
Geology. Concerning the Bottom
Erosion of the Mezen Bay Shores..........46
Biochemistry. The Sex of a
Fungus and its Biochemical Reaction. —
Lichens as Vitamin-Bearers. —The Anti-
dermatitic B2 Vitamin obtained from
Yeast. — The Use. of Artificial Radioacti-
vity in Biology. . ..................... 48
Природа № 4
Стр.
Экспериментальная мор-
фология. Гипофизектомия и тирео-
идектомия на эмбриональных стадиях
развития теплокровных животных ...	50
Ботаника. Определение всхоже-
сти семян методом окрашивания. — Опы-
лители гвайюлы в СССР. — Африканское
просо — новая кормовая и продоволь-
ственная культура. — Флора антарктиче-
ского материка	....	51
Зоология. Массовое развитие
Fabricia sabella в Одесском, заливе Чер-
ного моря. — Об «узнавании» самцом
самки у высших раков. — Выбор мор-
скими рыбами определенных температур
среды. — О сезонной изменчивости пита-
ния у рыб. — Зимняя спячка ежа.—
Гнездование гоголя и лутка в низовьях
Днепра . .	........ .	59
Палеон т о л о г и я. Фауна Павлодара 64
Паразитология. Новая кок-
цидия верблюдов. — Кокцидиоз морских
свинок в СССР......................... 67
Гидробиология. Влияние тем-
пературы и солености воды на смертность
креветок. — Корненожки, обитающие
в аномальных условиях. — К изучению
биологии пелагической области Черного
моря.................................. 68
История и философия естествознания
М. И. Радовский. Вильям Гильберт —
основатель учения об электричестве . .	72
Л. Д. Максимов. Геоботанические ра-
боты XIX в. в связи с колонизацией Сиби-
ри и Дальнего Востока .................75
Юбилеи и даты
А. Смирнов. Академик Дмитрий Нико-
лаевич Прянишников. (К 50-летию на-
учной деятельности.) .................. 82
И. И. Аникин. Сокровищница куль-
туры ................................   85
Жизнь институтов и лабораторий
Проф. А. Бенинг. Севанская гидро-
биологическая станция Армянского фи-
лиала Академии Наук СССР .............. 94
Научные съезды и конференции
И. Д. Иерусалимский. Совещание по
вопросам микробиологии и биохимии бро-
дильных процессов при Академии Наук
СССР .................................. 98
Г. А. Аристов. Итоги декабрьской
сессии группы астрономии Академии
Наук СССР .	. .	...	103
Потери науки
Чл.-корр. АН СССР Л. С. Берг. Памя-
ти почетного академика Н. М. Книповича 109
Проф. И. Я. Кузнецов. Памяти акаде-
мика Н. В. Насонова .	... 112
Page-
Experimental Morpho-
logy. Hypophysectomy and Thyreoidec-
tomy at the Embryonal Stages of Develop-
ment of Warm-Blooded Animals ....	50
Botany. The Determination of the
Germinating Capacity of Seeds by the Stai-
ning Method.— The Pollinators of the Par-
thenicum argentatum in USSR.—African
Millet, a New Fodder and Grain Crop. —
The Flora of the Antarctic Continent. . .	51
Zoology. Abundant Occurrence of
Fabricia Sabella in Odessa Bay. — Concer-
ning the «Identification» of Females by
Males among the Higher Crustacea. —
Choosing Certain Temperatures of the
Medium by Sea Fishes. — On the Sea-
sonal Variability of the Food of Fishes. —
The Hibernation of the Hedgehog—The Ne-
sting of the Golden Eye and the Smew
in the Lower Course of the Dniepr...	5&
Palaeontology. The Pavlodar Fauna 64
Parasitology. A New Camel
Coccidia. — Coccidiosis of cobaya in USSR 67
Hydrobiology. The Effect of
Water Temperature and Salinity on the
Death Rate of Shrimps. — Rhizopods
Existing under Abnormal Conditions. —
Concerning the Study of the Biology of the
Black Sea Pelagic Region..............68
History and Philosophy of Natural Science
M.	I. Radouski. William Gilbert, the
Founder of the Theory of Electricity . .	72
L. D. Maximov. Geobotanial Work du-
ring the XlXth Century in Connection
with the Colonization of Siberia and of
the Russian Far East	........... 75
Anniversaries and Dates
A. Smirnov. Academician D. N. Pria-
nishnikov. (50 years of Scientific Activity.) 82
N.	/. Anikin. A Storehouse of Culture 85
Life of Institutes and Laboratories
Prof. A. Bening. The Sevan Hydrobiolo-
gical Station of the Armenian Branch of
the USSR Academy of Sciences .	. .	94
Congresses and Conferences
N. D. lerusalimski. A Conference on the
Microbiology and Biochemistry of Fermen-
tative Processes Held under the Auspices
of the USSR Academy of Sciences. ...	96
G. A. Aristov. Risults of the December
Session of the Group of Astronomy of the
USSR Academy of Sciences . . ' .	. 103
Obituaries
L. S. Berg, Corresponding Member’of
the Academy. N. M. Knipovich, Honorary
Member of the Academy.......................109
Prof. N. Y. Kuznetsov. N. V. Naso-
nov, Member of the Academy..................112
Критика и библиография
116
Reviews and Bibliography
116
НАДЕЖДА КОНСТАНТИНОВНА КРУПСКАЯ
(1869—1939).
ПАМЯТИ ПОЧЕТНОГО АКАДЕМИКА
Н. К. КРУПСКОЙ
(1869—1939)
27 февраля 1939 г. в Москве, после
тяжелой болезни, скончалась Надежда
Константиновна Крупская, почетный
член Академии Наук СССР.
Покойная являлась старейшим и пре-
даннейшим членом ВКП(б), пламенным
революционером, всю жизнь последо-
вательно боровшимся за дело проле-
тарской революции,за дело коммунизма.
Надежда Константиновна была ближай-
шим помощником и верным другом В. И.
Ленина. Она умерла, будучи членом
Центрального Комитета ВКП(б), чле-
ном Президиума Верховного Совета
СССР, заместителем Народного Комис-
сара Просвещения РСФСР, депутатом
Московского Совета РК и К депутатов.
Смерть Н. К. Крупской является
большой потерей для Советской страны.
Надежда Константиновна родилась
26 февраля 1869 г. в городе С.-Петер-
бурге; 14 лет от роду она потеряла отца.
Жить на небольшую пенсию, полу-
чаемую ее матерью, было трудно, и она
с ранних лет начала трудовую жизнь,
давая уроки уже в четырнадцатилет-
ием возрасте и в то же время учась
в гимназии. В общем она росла и воспи-
тывалась в революционной среде и
вскоре связалась с марксистскими орга-
низациями 90-х годов. Вступив в 1890 г.
в марксистские кружки, она знакомится
с учением Маркса и Энгельса, вскоре
становится образованным марксистом и
сама начинает руководить марксистским
кружком студентов-технологов. С 1891 г.
она учительствует в вечерне-воскрес-
ной Смоленской школе, за Невской
заставой; здесь она связывается с рабо-
чими фабрик и заводов и ведет пропа-
ганду марксизма и словом и распростра-
нением литературы.
В конце 1893 г. в Петербург приехал
В. И. Ленин; к 1895 г. он объединил все
марксистские кружки в «Союз борьбы
за освобождение рабочего класса».
В этой созданной Лениным организации
покойная принимала самое активное
участие, при этом были использованы
связи Надежды Константиновны с рабо-
чими; ряд ее учеников вошел в кружки,
руководимые Лениным, и умножил ряды
революционеров-марксистов (Бабушкин
и др.).
В 1895 г. Н. К. по поручению петер-
бургского «Союза борьбы» принимала
участие в попытке объединения «Сою-
зов борьбы» петербургского, москов-
ского, киевского, екатеринославского и
Бунда через Первый съезд в с.-д. пар-
тию, она участвовала в подготовке
съезда.
В декабре 1895 г. был арестован
царским правительством Ленин. Круп-
ская организовала с ним связь и доста-
вляла все нужное в тюрьму и от Ленина
из тюрьмы, чем дала возможность Ле-
нину и в тюрьме не прекращать борьбы,
писать брошюры, листовки и даже
проект программы партии.
В 1896 г. Н. К. арестовывается и,
после 7-месячного заключения, приго-
варивается к высылке на 3 года в Уфим-
скую губернию. Ей удалось, хотя и
с большим трудом, отбывать ссылку
в с. Шушенском, в Минусинском крае,
где в это время находился в ссылке
В. И. Ленин. В Шушенское она прибыла
в мае 1898 г.
В Шушенском она пишет брошюру
«Женщина-работница», переводит, со-
вместно с Лениным и под руководством
его, с английского книгу о тред-юнио-
нах и вообще является ближайшим
помощником В. И. в научной и револю-
ционной работе.
В феврале 1900 г. Ленин уезжает
из с. Шушенского, за окончанием срока
ссылки, а осенью того же года эмигри-
рует за границу для издания общерус-
ской политической газеты. Н. К. Круп-
ская в это время заканчивает ссылку
в Уфе и в то же время ведет самоотвер-
женную подпольную работу среди ра-
бочих Уфы, Златоуста, Усть-Катавы.
В марте 1901 г. она уехала к Ленину
в г. Мюнхен, в Германию, где в это время
уже находилась в действии редакция
1*
4
Природа
1939
газеты «Искра». Крупская стала секре-
тарем редакции этой основанной Лени-
ным газеты, вела конспиративные связи
с революционными организациями Рос-
сии и деятельно участвовала в под-
готовке и работах II съезда партии.
Затем она была секретарем газеты
«Вперед», участвовала в подготовке
III съезда, а также в работах этого
съезда.
В 1905 г., в ноябре, Надежда Констан-
тиновна вместе с Лениным вернулась
в Россию, чтобы принять участие в руко-
водстве начавшейся революцией. В Пе-
тербурге, будучи секретарем ЦК пар-
тии, она мужественно вела крупную
подпольно-организационную работу: ве-
дала явками, передавала партийные ди-
рективы и поручения, снабжала паспор-
тами, литературой и т. п.
В конце декабря этого же года на
Таммерфорской конференции она впер-
вые познакомилась с И. В. Стали-
ным.
В 1907 г. Крупская совместно с Лени-
ным выехала в Женеву. В это время
жестокой реакции, в обстановке прово-
каций и провалов местных организа-
ций, Надежда Константиновна продол-
жает свою революционную работу. Бу-
дучи верным помощником Ленина, Н. К.
упорно восстанавливает утерянные связи
с революционными организациями Рос-
сии и несет обязанности секретаря ре-
дакции большевистской газеты «Про-
летарий».
В 1908 г. Н. К. совместно с Лени-
ным — в Париже, тогда эмигрантском
центре, на активной работе. В 1911 г.
она работает в партийной школе, орга-
низованной Лениным для рабочих, при-
езжавших из России. В 1912 г. она с Ле-
ниным — в Кракове, ближе к русской
границе, на самой активной работе по
связи с революционными организациями
России и с большевистской фракцией
IV Государственной думы.
Надежде Константиновне принадле-
жала честь — вырвать в 1914 г. из
австрийской тюрьмы Ленина, аресто-
ванного в самом начале первой импе-
риалистической войны. Время империа-
листической войны Крупская вместе
с Лениным проводит в Швейцарии,
в обстановке энергичной работы по
организации революционных сил меж-
дународного пролетариата для борьбы
с империалистами, оборончеством, вой-
ной и для свержения капитализма.
Но вот грянула Февральская бур-
жуазно-демократическая революция, са-
модержавие свергнуто. Крупская совме-
стно с Лениным возвращается в Петро-
град и сразу окунается в огромную
работу по организации масс, мобилиза-
ции их для завершения великого дела, —
дела превращения начавшейся револю-
ции в революцию пролетарскую, со-
циалистическую.
Когда В. И. Ленин вынужден был
скрываться от сыщиков Временного пра-
вительства в шалаше у станции Разлив
и в Гельсингфорсе, покойная поддер-
живала деловую связь между ним и
ЦК партии, пробираясь к нему в одежде
крестьянки, и деятельно участвовала
в работах VI съезда нашей партии, ко-
торым непосредственно руководил тов.
Сталин.
В октябре 1917 г. Н. К. работала
в Выборгском районном комитете Пар-
тии и в Смольном. Затем Н. К. была на-
значена членом коллегии Наркомпроса,
а с 1929 г. работала заместителем нар-
кома просвещения РСФСР до дня своей
смерти. Кроме собственно революцион-
ной работы, Крупская имеет большие
заслуги по работе на культурном фронте
и по работе среди женщин, комсомола
и пионеров.
Еще в 1907 г., во время второй эми-
грации, покойная изучает постановку
школьного образования в Швейцарии,
а также изучает заграничную педаго-
гическую литературу как Европы, так
и Америки. В 1915—1916 гг. она пишет
научный труд «Народное образование
и демократия». Этот труд получил при-
знание как классический труд по марк-
систской теории педагогики. Зная
несколько иностранных языков, воору-
женная теоретическими знаниями в об-
ласти педагогики, пересмотрев их с по-
зиций марксизма-ленинизма и имея свой
собственный богатый опыт преподавания
среди петербургских рабочих в 1891—
1896 гг. и в партийной школе в Лон-
жюмо под Парижем, Надежда Констан-
тиновна после Великой Октябрьской со-
циалистической революции смогла цели-
ком отдаться плодотворной работе по
просвещению широких народных масс.
Еще в период гражданской войны она
выполнила громадную политико-просве-
№ 4
Памяти почетного академика Н. К. Крупской
5
тигельную работу, когда совместно
с тов. В. М. Молотовым совершила аги-
тационную поездку на пароходе «Крас-
ная заря» по Волге и Каме.
Она написала несколько десятков
книг, брошюр, статей по вопросам на-
родного образования, педагогике и ра-
боте среди женщин и детей. В ее орбите
были школы, массовые библиотеки, ра-
бочие клубы, избы-читальни, народные
дома, сельские театры, педагоги, комсо-
мольцы, пионеры. . .
Она воспитала многочисленные кад-
ры работников просвещения, новой
советской просветительной интелли-
генции. Люди, раз прошедшие через
ее руки, навсегда зажигались неугаси-
мым огнем борьбы за нового человека —
строителя социалистического общества;
они зажигались от того пламени, что
горел в сердце последовательного и не-
сгибаемого большевика ленинца-ста-
линца, каковым являлась покойная.
За выдающиеся заслуги в деле народ-
ного образования Крупская была на-
граждена Орденом Ленина и Орденом
Трудового Красного Знамени. Избрание
Надежды Константиновны почетным чле-
ном Академии Наук СССР явилось есте-
ственным следствием признания ее заслуг
в деле научной педагогики, в деле про-
свещения великого русского народа.
Н. К. Крупская за свою славную
жизнь провела громадную работу среди
женщин. Еще в 1914 г. она принимала
деятельное участие в легальном жур-
нале, выходившем в Петербурге, — «Ра-
ботница». В 1915 г. она была делегаткой
на Международной женской конферен-
ции в Вене, где проводила и защищала
большевистскую Ленинскую позицию
в отношении империалистической войны.
В 1917 г. она ведет огромную работу
среди работниц, крестьянства, солда-
ток, участвует в создании комсомола.
Она являлась одним из организаторов
международного женского коммунисти-
ческого движения и участвовала на
международных женских конференциях
при конгрессах Коминтерна, состояла
членом редакции журнала «Комму-
нистка».
Не покладая рук, работала она всю
жизнь для светлого будущего рабочего
класса и всего трудящегося челове-
чества, для создания коммунистического
общества; работая в передовых рядах
славной и бессмертной когорты ленин-
цев, Н. К. вложила не один прочный
камень в фундамент настоящего здания
социализма в СССР и будущего здания
коммунизма на земле.
Она познала радость победы и выра-
зила это в следующих словах: «На мою
долю выпало громадное счастье быть
членом нашей большевистской партии,
работать под руководством товарища
Ленина, работать под руководством то-
варища Сталина. . . Сейчас, когда при-
ходится присутствовать на целом ряде
собраний и видеть, как сплочены наши
массы, с какой любовью они относятся
к нашей партии, с какой любовью они
вспоминают Ленина, с какой любовью
относятся к товарищу Сталину, к руко-
водству нашей партии, — в такие мо-
менты, товарищи, я чувствую особую
радость» (Правда, 28II 1939 г.).
Светлая память о Надежде Констан-
тиновне Крупской, активном строителе
социализма, достойной подруге великого
Ленина, сохранится не только в серд-
цах ее друзей и соратников, она сохра-
нится у всех трудящихся, глубоко ее
уважавших и любивших. Дела ее будут
призывать новые и новые смены борцов
за коммунизм, к упорному социалисти-
ческому труду, к беззаветной предан-
ности стране социализма и всему делу
коммунизма. Они будут служить при-
зывом горячей любви к человеку, к пере-
довому человечеству; они будут служить
примером неугасимого желания высоко
и победоносно нести знамя Ленина-
Сталина вперед, всегда вперед!
В. П. Савич.

ПОДЪЕМ АНТИРАСИСТСКОГО ДВИЖЕНИЯ
ЗА РУБЕЖОМ СССР
Г. И. ПЕТРОВ
СССР — единственная страна мира,
в которой решена навсегда и в полном
соответствии с наукой пресловутая «ра-
совая проблема», одна из наиболее урод-
ливых «проблем», порожденных и искус-
ственно разжигаемых эксплоататорскими
классами.
СССР — единственная страна мира,
в которой не только является законом
полное равноправие рас, но где закон
карает за разжигание расовой нена-
висти и за пропаганду расовой неравно-
ценности.
СССР — единственная страна мира,
в которой конкретно претворены в жизнь
величайшие идеалы гуманизма и чело-
вечности во взаимоотношениях между
людьми, обладающими разными расо-
выми признаками.
Достижения социалистического строи-
тельства СССР навсегда опрокинули
бредни расовиков о существовании при-
родной неравноценности рас. Для совет-
ского гражданина вообще и для совет-
ского научного работника, в частности,
нет нужды искать лучших материалов
для разоблачения антинаучности, вздор-
ности и истинной классовой природы
расизма, чем простое сопоставление
культурного уровня различных нацио-
нальностей в царской России с совре-
менным культурным уровнем тех же
национальностей, строящих свою жизнь
под эгидой Великой Сталинской Кон-
ституции.
Но ни один советский гражданин и ни
один советский научный работник, в осо-
бенности, не имеют права забывать, что
за рубежами Советского Союза пропа-
ганда расизма является острейшим ору-
жием политической борьбы в руках
эксплоататоров. Жизнь капиталистиче-
ских стран за последние годы, а осо-
бенно варварская деятельность фаши-
стов наглядно это подтверждают.
Прикрываясь расистским кликуше-
ством и мракобесием, фашизм громит
мировую культуру и науку, истязает и
убивает неповинных людей, попирает
элементарные основы международного
права, топит в крови беззащитное насе-
ление миролюбивых стран, мечтает о кре-
стовом походе на СССР, ищет «очаги
Коминтерна» «в пустынях Монголии, в го-
рах Абиссинии, в дебрях испанского
Марокко».1
«Главное, чего особенно добиваются
буржуазия всех стран и ее реформист-
ские прихвостни, — это то, чтобы иско-
ренить в рабочем классе веру в свои
силы, веру в возможность и неизбеж-
ность его победы, и тем самым увекове-
чить капиталистическое рабство», — так
говорил тов. Сталин в своем докладе
на XVIII Съезде ВКП(б). Нет нужды
доказывать, что пропаганда расизма на-
ходится в прямой и непосредственной
связи с указанным стремлением буржуа-
зии, со стремлением внушить эксплоати-
руемым массам мысль об их природной—
«биологической» — обреченности на под-
невольное существование.
Разоблачая потуги буржуазии вну-
шить рабочему классу неверие в его
собственные силы, тов. Сталин говорит:
«Нельзя сказать, чтобы старания бур-
жуазии в этом направлении оставались
вполне безуспешными. Нужно признать,
что буржуазии и ее агентам в рабочем
классе удалось в известной мере отра-
вить душу рабочего класса ядом сомне-
ний и неверия».1 2 Эти слова тов. Сталина
могут быть с полным основанием отне-
сены к пропаганде расизма. И только
в этом случае станет понятным то обстоя-
тельство, что циничная, издевательская,
невежественная спекуляция фашистов
на мнимой научности расизма до самого
последнего времени, по сути дела, не
встречала массового организованного от-
пора со стороны представителей истин-
ной науки за рубежом. Как исключение
может быть названа лишь Чешская ака-
демия наук, которая, как знают чита-
тели «Природы» (см. статью непремен-
1 И. В. Сталин. Отчетный доклад па
XVIII Съезде ВКП(б).
2 И. В. С т а л и н, там же.
.№ 4
Подъем антирасистского движения за рубежом СССР
7
ного секретаря Чешской академии наук
проф. Белеградек в № 1 «Природы» за
1936 г.), с 1934 г. возглавляла борьбу
ученых Чехо-Словакии против расизма.
Комитет по изучению расовых проблем,
созданный в Англии при королевском
Антропологическом институте, после го-
рячего выступления Грэфтона Элиота
Смита против германского расизма на
Международном конгрессе в Лондоне
в 1934 г., быстро и прочно обосновался
на позициях своеобразного «невмеша-
тельства» в сколько-нибудь острую поле-
мику с расистами. Деятельность коми-
тета вылилась в сугубо академические
формы и свелась, по сути дела, лишь
к поискам объективного определения для
понятия расы.
Французская академия наук пред-
почла совершенно отмахнуться от
научно-исследовательской тематики, свя-
занной с вопросом о человеческих расах.
Президент академии проф. Leclainche
в публичном заявлении выразил это
отношение академии в следующей ори-
гинальной форме:
«Пытаясь рассматривать проблемы
расы и расизма со стороны и на почти-
тельном расстоянии, испытываешь не
совсем здоровое удовольствие, которое,
вероятно, ощущал Данте, шествуя через
круги ада, и содрогаешься от страха дать
себя завлечь в дьявольский хоровод».1
Французская академия наук таким об-
разом не попыталась возглавить борьбу
с расизмом, несмотря на то, что ряд
крупных французских ученых (Neuville,
Pittard и др.) дал очень интересные
материалы для разоблачения антинауч-
ности расизма и, несмотря на то, что
борьба с расизмом энергично популя-
ризуется антифашистским «Комитетом
спасения культуры», функционирующим
уже ряд лет во Франции.
Не многим лучше до недавнего вре-
мени обстояло дело по линии офи-
циальных научных учреждений и в США.
Выступления против расизма отдель-
ных ученых, имевшие место во всех
странах и достаточно часто, очень много
1 «On eprouve, a considerer du dehors et
a distance respectueuse les problemes de la
race et du racisme, le plaisir, peut-etre assez
malsain que Dante devait ressentir en parcou-
rant les cercles de 1’Enfer, et Гоп pergoit le
frisson que donne la crainte de se laisser entrai-
ner dans quelque ronde satanique>.
теряли в своем удельном весе именно
благодаря отсутствию организационной
связи между отдельными авторами. Та-
кие изолированные друг от друга высту-
пления, несмотря на их очень большую
политическую заостренность в отдель-
ных случаях, быстро заглушались зве-
риным рычанием фашистов.
В свете всего сказанного особенно
отрадным представляется факт крутого
перелома в антирасистском движении за
рубежом в самые последние месяцы.
Инициаторами этого перелома яви-
лись ученые США и в значительной
мере знаменитый американский антро-
полог Франц Боас, профессор Колум-
бийского университета. Боас давно из-
вестен как чрезвычайно прогрессивный
исследователь и убежденный противник
домыслов о расовой неравноценности
между людьми. Его знаменитая книга
«The mond of the primitive man» (пер-
вое издание переведено на русский язык
в 1926 г., под названием «Ум первобыт-
ного человека») справедливо считается
классической в антирасистской литера-
туре. Боас неоднократно выступал и
в самое последнее время с разоблаче-
ниями расового мракобесия, особенно
резко критикуя германских фашистов
и, в частности, бредовее идеи Гитлера,
Розенберга, Геббельса и других «теоре-
тиков» фашистского бандитизма.
Несколько месяцев тому назад Боас
выступил со специальной статьей, оза-
главленной «Кредо антрополога», в ко-
торой он дал уничтожающую критику
расизма. «Отождествление индивида
с классом только по телесным призна-
кам, по языку или по привычкам
представляется мне,—писал Боас —
пережитком варварства, или, скорее, при-
митивного способа мышления». . . «исто-
рические притязания „арийских" энту-
зиастов не имеют никаких научных осно-
ваний». . . «Мнение, что существует
связь между расовыми чертами инди-
вида и духовным развитием, совершенно
не доказуемо. . .» Подчеркивая, что наи-
более грубые формы проявления расо-
вого психоза существуют ныне в Гер-
мании, Боас отмечал в то же время, что
от этого психоза далеко не свободны
США и Англия, где также существует
тенденциозное подчеркивание расового
неравенства между белыми и неграми, бе-
лыми и монголами и т. д. Боас горячо
8
Природа
1939
призывал как можно скорее освобо-
диться от расистских пут.
В самом недавнем прошлом резкий
официальный протест против искажен-
ного толкования фактов расистами опу-
бликовал совет Американского психо-
логического общества. Протест поддер-
жали: д-р Ф. Оллпорт, Сиракузский
университет; д-р Гордон Оллпорт, Гар-
вардский университет; д-р Броун, Кан-
засский университет; д-р Кэнтрил, Прин-
стонский университет; д-р Дуб, Уэл-
ский университет; д-р Инглиш, Огайский
университет; д-р Франклин Флэринг,
Калифорнийский университет; д-р Г. Гарт-
ман, Колумбийский университет;
д-р Крижевский, университет Колорадо;
д-р Морфэй, Колумбийский универси-
тет; д-р Т. Шнирла, Ньюиоркский уни-
верситет; д-р Е. Толинак, Калифорний-
ский университет.
В протесте говорится: «Фашисты и
многие другие чрезвычайно злоупотре-
бляют термином „раса”. По выводам
антропологов термин „раса” может за-
конно употребляться только в примене-
нии к таким группам людей, которые
обладают общими сходными физиче-
скими, т. е. телесными, чертами и этим
отличаются от других групп. Невоз-
можно говорить о „германской расе” или
об „итальянской расе”, так как там и
здесь встречаются люди с весьма различ-
ными физическими чертами. Южные гер-
'манцы могут быть сходны с французами
из Оверни или итальянцами из Пьемонта
много более, чем с германцами из Ган-
новера. Северные итальянцы заметно от-
личаются от итальянцев, живущих в Си-
цилии и Неаполе» . . .«Существование
„арийской расы” не имеет никаких науч-
ных оснований, так как понятие „арий-
ский” относится к семье языков, а не к ра-
совым, т. е. физическим, особенностям».
«Что касается евреев, то научно уста-
новлено, что и среди них могут быть и
высокорослые и низкорослые, блондины
и брюнеты, круглоголовые и длинноголо-
вые. В свете этих данных о широкой
изменчивости физических признаков
почти все антропологи вне Германии и
Италии признают, что невозможно гово-
рить научно об „еврейской расе”, совер-
шенно так же, как и об „арийской расе”
и даже еще менее».
«Эксперименты, проделанные психо-
логами среди различных народов, уста-
новили, что между людьми не суще-
ствует врожденных психических раз-
личий, по которым можно было бы
различать так называемые „расы”.
и т. д. Авторы протеста горячо возра-
жают против ссылки на расовые про-
блемы при практическом разрешении
социальных и политических вопросов,
подчеркивая, что именно такое положе-
ние дела уже имеет место в Германии
и Италии и что элементы увлечения
расизмом имеются в США и в других
странах.
Недавно научная печать принесла из-
вестие об антирасистской резолюции,
принятой на годичном митинге Аме-
риканской ассоциации антропологов:
в 1938 г., происходившем в Нью Иорке.
В этой резолюции говорится: «В то
время как первоочередной задачей науки
является честное и свободное от пред-
рассудков искание истины. . .»
«В то время как антропология во мно-
гих странах порабощена и ее извращен-
ные данные обслуживают нужды анти-
научного расизма в большей степени,
чем нужды истины, мы подтверждаем,
что американская ассоциация антропо-
логов отмежевывается от расизма и
сохраняет верность следующим выводам
из фактов: 1) расы — это большие
группы людей, обладающих сходными
наследственными физическими призна-
ками, но психологическая и культурная
оценка их не входят в компетенцию'
науки; 2) термины „арийский” и „семи-
тический” не имеют абсолютно никакого
расового значения. Они обозначают лишь
языковые семейства; 3) антропологи не
располагают научными основаниями для
дискредитирования каких-либо народов
по причине их расовой неполноценности,
религиозных убеждений или родног®
языка».
Эта резолюция была принята при
участии виднейших представителей аме-
риканской антропологии.
Буквально в самые последние дни
пришло сенсационное сообщение о том,
что по инициативе проф. Боаса 1284
представителя науки в США опублико-
вали специальный «манифест» с призы-
вом к активной борьбе против фашист-
ского расизма. Среди подписавших этот
манифест ученых — 3 обладателя нобе-
левских премий, 85 директоров и дека-
нов высших учебных заведений, 64 члена.
№ 4
Подъем антирасистского движения за рубежом СССР
9
национальной Академии наук. К мани-
фесту присоединилось 167 высших учеб-
ных заведений и научно-исследователь-
ских институтов.
В манифесте резко подчеркивается,
что наука должна быть «совершенно не-
зависима от национальных, расовых и
религиозных пут и может процветать
лишь там, где царит мир и интеллекту-
альная свобода». Манифест решительно
клеймит позором фашистских погромщи-
ков науки. «Тысячи изгнанных педаго-
гов и ученых доказывают, что фашизм
и наука не совместимы», — пишут
авторы манифеста.
Манифест заканчивается следующими
словами: «Если люди, подобные Джемсу
Франку, Эйнштейну, Томасу Манну, не
могут более продолжать свою работу по
причине ссылок на их расовую принад-
лежность, . . . несет ущерб все чело-
вечество. Если мы, американские уче-
ные, хотим избежать фактов подобного
рода и желаем миру прогресса и процве-
тания, мы должны теперь же объединить
наши силы в борьбе».
Общественное значение названного ма-
нифеста американских ученых трудно
переоценить. Можно с уверенностью
сказать, что именно сейчас, когда фа-
шистские погромщики из «треуголь-
ника» Берлин—Токио—Рим уже доста-
точно ясно показали всему миру свое
кровожадное лицо, призыв американ-
ских ученых к борьбе против расового
бандитизма найдет широкий отклик
в кругах международной интеллигенции.
Тов. Сталин еще на XVII съезде
ВКП(б) дал убийственную характери-
стику фашистской «расовой теории», ука-
зав, что эта «странная теория» «так же
далека от науки, как небо от земли».
В самые последние дни — в докладе
на XVIII съезде ВКП(б) тов. Молотов
ярко вскрыл классовую природу этой
антинаучной, человеконенавистнической
«теории». «Существо же их (фашист-
ских. Г. П.) „четырехлеток",—говорил
тов. Молотов, — при проведении в жизнь
свелось к установлению порядков без-
застенчивой эксплоатации рабочих и
всей массы трудящихся во имя поддер-
жания господства капитала, особенно во
имя укрепления одной, с позволения
сказать „расы", столь близкой сердцу
фашистов „расы" финансового капитала.
Зато „расе" трудящихся живется плохо
при фашистских „четырехлетках". Фа-
шистские четырехлетки свалились на ра-
бочих, как бедствие, как новая кабала».
Подъем антирасистского движения за
рубежом с полной очевидностью свиде-
тельствует о том, что, убедившись на
практике в истинной природе и полной
антинаучности расизма, достаточно ши-
рокие круги прогрессивной интеллиген-
ции вообще и прогрессивных работни-
ков науки, в частности, начинают отме-
жевываться от стремления буржуазии
отравить трудящихся ядом неверия
в свои силы, ядом бредовых домыслов
об их «природной неполноценности».
Этот факт бесспорно не может не вызвать
чувства большого морального удовле-
творения среди советских научных работ-
ников, ибо инициатива и ведущая роль
в борьбе против фашизма и фашист-
ского расового кликушества бесспорно
принадлежат СССР и советской, мар-
ксистско-ленинско-сталинской пауке.
«Лживый с научной стороны, реак-
ционный в общественном отношении,
противный по своим притязаниям, гнус-
ный по своей жестокости, бесчеловечный
в своем фатализме — гитлеровский ра-
сизм является позорным клеймом и
угрозой цивилизации»1 — так характе-
ризуется расизм в февральской книжке
прогрессивного французского литератур-
ного ежемесячника, издающегося «Коми-
тетом спасения культуры». Эта харак-
теристика — еще лишнее доказательство
того, что подъем антирасистского дви-
жения имеет массовый и международный
характер.1 2 Это дает основания не сомне-
ваться в том, что полный разгром ра-
сизма отнюдь не за горами.
1 «Scientifiquement faux, socialement гёас-
tionnaire, ridicule dans ses pretentions, odieux
dans sa brutalite, inhumain dans son fatalisme,
le racisme hitlerien est une tare honteuse et
mena<-ante pour la civilisation».
2 Научная печать только что принесла из-
вестие о манифесте протеста против гонения
на науку в «тоталитарных» государствах, вы-
пущенном физиками США.
ИМПУЛЬСЫ солнечной активности
М. Н. ГНЕВЫШЕВ
Солнце, благодаря его очевидному
значению для жизни Земли, с давних
пор привлекало внимание исследова-
телей. Применение все более совершен-
ных наблюдательных средств, позволило
открывать на Солнце все новые и новые
явления.
К настоящему времени мы знаем уже
много разнообразных явлений, происхо-
дящих на Солнце. Это — солнечные
пятна, факелы, протуберанцы, флокулы,
яркие извержения водорода, явления
в солнечной короне и т. д.
Большое количество работ было по-
священо сопоставлению различных яв-
лений на Солнце с земными явлениями.1
В результате этих работ выяснилось,
что состояние магнитного поля Земли,
а также электризация верхних слоев
атмосферы, а вследствие этого и распро-
странение радиоволн, очень сильно за-
висят от состояния солнечной деятель-
ности. В настоящее время имеется не-
сколько теорий, объясняющих более
или менее удачно, каким образом
потоки ультрафиолетового излучения,
а может быть, и корпускул, вызванные
процессами на Солнце, производят элек-
тризацию верхних слоев атмосферы
Земли. Эти изменения в ионосфере,
вызванные изменениями на Солнце, мы
можем наблюдать в виде появления
полярных сияний, в колебаниях магнит-
ного поля Земли, в нарушениях слыши-
мости радиостанций и т. п.
Гораздо более сложным и менее оче-
видным образом обнаруживается зави-
симость от явлений на Солнце явлений
в нижних слоях атмосферы Земли.
В сделанных до настоящего времени
работах было введено большое коли-
чество различных количественных ин-
дексов солнечной деятельности. За та-
кие индексы принимаются число или
площадь, интенсивность или какие-ни-
будь другие характеристики различных
1 См. о них статью Б. М. Р у б а ш е в а
«Современное состояние наших фактических
знаний о связи солнечных и земных явлений»,
«Природа», № 5, 1938.
частных явлений на Солнце, каковы
пятна, факелы, протуберанцы и т. д.
и т. д.
Сопоставления различных индексов
солнечной деятельности между собой,
а также с явлениями на Земле, обнару-
живают очень сильную зависимость
между ними, особенно в том случае,
когда сопоставляют такие ряды, каждый
член которых есть среднее за большой
промежуток времени. Однако зависи-
мость между отдельными индексами ста-
новится все менее отчетливой и посте-
пенно исчезает, если сопоставляют яв-
ления за более короткие сроки. Отсюда
некоторыми авторами делался неверный
вывод о том, что тот или иной индекс
«плохой», т. е. что он недостаточно отра-
жает состояние солнечной деятельности.
К сожалению, изучение связи между
процессами на Солнце ограничивалось
только вычислением коэффициентов кор-
реляций. Поэтому в настоящее время,
на ряду с более или менее изученными
и иногда достаточно-сложными вопро-
сами физики отдельных солнечных об-
разований, иногда остаются почти не-
затронутыми самые основные и гораздо
более простые вопросы взаимоотноше-
ния отдельных солнечных явлений.
Кроме того, явления в основном изуча-
лись до сих пор статически, а не в их
развитии и вне связи их друг с другом.
О существовании этой связи упоми-
нается во многих работах, но исследо-
ваний, в которых основой является
изучение явлений в их развитии и во
взаимосвязи между собой, очень немного,
фактически их почти нет, и они весьма
мало известны в науке.
Как известно, все явления на Солнце
обнаруживают колебания в своей интен-
сивности с периодом, приблизительно,
в 11 лет. Однако каждая такая одинна-
дцатилетняя волна не является плавной,
а состоит из совершенно беспорядоч-
ных, на первый взгляд, колебаний.
Таким образом даже в годы максимума
солнечной деятельности бывают дни,
когда рассматриваемый индекс дает нуле-
.№ 4
Импульсы солнечной деятельности
11
вые значения. Произведенные нами
в последнее время в Пулковской обсер-
ватории статистические исследования по-
казывают, что дни с повышенной сол-
нечной активностью встречаются груп-
пами. В целом ряде работ имеются
указания на то, что пятна распреде-
ляются неравномерно по долготе, обра-
зуя особые, так называемые активные
области. Почти все эти работы посвя-
щены исследованию только одних пятен
из-за того, что только о пятнах имеется
достаточно точный и большой материал.
Фиг. 1.
Проведенные в Пулкове в 1937—1938 гг.
предварительные сопоставления дея-
тельности активных областей в пятно-
образовательном отношении со спектро-
гелиоскопическими данными о тех же
участках солнечной поверхности пока-
зывают, что область, активная по пят-
нам, является также местом особенно
энергичных изменений и всех других
солнечных явлений.
На фиг. 1 кривая I представляет
изменения общей площади пятен в не-
котором интервале гелиографических
долгот; кривая II показывает изменение
характеристики ярких водородных флок-
кул; III —темных водородных флоккул;
IV — кальциевых флоккул в тех же
интервалах долгот.
Из этого рисунка мы видим, что
в активной области изменения различ-
ных солнечных явлений связаны между
собой.
Это наводит на мысль о том, что все
эти частные явления суть лишь отдель-
ные части или отдельные проявления
какого-то большого единого процесса,
происходящего в данной области
Солнца.
Различные стадии этого процесса ха-
рактеризуются разновременными уси-
лениями различных явлений. Невиди-
мому, это обстоятельство позволит нам
в дальнейшем изучить распределение
различных солнечных индексов внутри
этого процесса.
Процесс усиления солнечной деятель-
ности в данной области в целом мы на-
зываем импульсом солнечной актив-
ности.
Имея достаточно полные сведения
о различных явлениях на Солнце,
можно достаточно точно обнаруживать
и локализовать активные области и
определять, на какой стадии развития
они находятся в данный момент. Если же
закономерности в развитии тех или иных
индексов будут нам известны, можно
предсказать дальнейшее состояние дан-
ного участка солнечной поверхности.
Как на пример такого рода законо-
мерного развития можно указать на
кривую изменения суммарных площадей
пятен в активной области (фиг. 2;
получена В. Н. Кучеровой в Пулковской
обсерватории).
Таким образом в принципе мы полу-
чаем возможность предсказывать те гео-
физические явления, которые связаны
с Солнцем. Для этого необходимо,
Фиг. 2.
прежде всего, достаточно точно уста-
новить, на какую стадию импульса
солнечной активности попадает разви-
тие явления, влияющего на Землю. Эта
точка зрения на природу солнечной
деятельности заставляет нас не связы-
вать влияния Солнца на Землю с каким-
либо одним определенным явлением на
Солнце, а сопоставлять это явление
12
Природа
1939
с определенной стадией импульса сол-
нечной деятельности, являющегося но-
вым синтетическим индексом.
В Пулковской обсерватории были про-
деланы статистические исследования, из
которых можно сделать следующие, пока
еще предварительные, выводы о разви-
тии импульса солнечной деятельности
в активной области.
Импульс солнечной активности в пер-
вой стадии проявляется в усилении
пятнообразовательной деятельности, а
также в усилении характеристики ко-
личества и интенсивности кальциевых
и светлых водородных флоккул в данной
активной области Солнца. Следующая
стадия развития импульса характери-
зуется усилением количества темных
водородных флоккулов. Имеется осно-
вание предполагать, что в это же время
увеличивается и количество протубе-
ранцев, а также и интенсивность ультра-
фиолетовой радиации.
Как известно, светлые флоккулы водо-
рода обнаруживают скорости движения,
которые направлены вверх по отноше-
нию к Солнцу, а темные флоккулы дви-
жутся вниз.
Нам кажется возможной следующая
рабочая гипотеза, которая могла бы
объяснить описанные закономерности.
Когда на некоторой глубине, по неиз-
вестной пока причине, возникает по-
вышенный поток радиации наружу, он
приводит к образованию облаков каль-
ция и водорода и может служить причи-
ной выхода на поверхность вихрей,
которые проявляются в виде солнечных
пятен. Следующей стадией является ста-
дия ликвидации возникшего процесса,
после того как глубинный источник
радиации перестал действовать. Эта ста-
дия характеризуется разрушением сол-
нечных пятен и опусканием водородных
облаков. Энергия, поглощенная в по-
верхностных слоях Солнца в процессе
образования активной области, на этой
стадии должна освобождаться и может
вызвать на Земле целый ряд явлений.
Разрешение вопроса о том, в какой
степени эта гипотеза справедлива и если
справедлива, то каковы подробности
и количественные характеристики раз-
вития процесса, есть предмет дальней-
ших исследований.
Однако эти дальнейшие, более деталь-
ные, исследования в настоящее время
очень затруднены отсутствием необхо-
димого наблюдательного материала.
Дело в том, что имеющийся огромный
наблюдательный материал о Солнце но-
сит сильный отпечаток того, что одни
явления исследовались в отрыве от
других.
Это привело к тому, что данные
о различных явлениях рассеяны по раз-
личным изданиям и почти всегда даны
в форме, которая лишь с большим тру-
дом допускает комплексное изучение
процессов в данной активной области.
Одной из первых организационных
попыток ликвидации этого недостатка
в данных о Солнце является Советская
служба Солнца, которая ставит своей
задачей дать достаточно подробный на-
блюдательный материал о развитии раз-
личных явлений на Солнце в их связи
между собой, с одной стороны, и с явле- .
ниями в различных оболочках нашей
планеты — с другой.
ПОЛУПРОВОДНИКИ В СОВРЕМЕННОЙ
ФИЗИКЕ И ТЕХНИКЕ
Акад. А. Ф. ИОФФЕ
Еще совсем недавно электротехника
применяла, а физика изучала лишь пре-
дельные по своим электрическим свой-
ствам материалы: хорошо проводящие
металлы или непроводящие тока изоля-
торы.
В начале XX в. удалось установить,
что в металле ток переносится электро-
нами, а ничтожный ток, наблюдаемый
в изоляторах, имеет электролитический
характер. Однако после первых успехов
электронной теории металлов и ионной
теории диэлектриков исследование на-
толкнулось на ряд трудностей, которые
удалось разрешить только с помощью
новой квантовой механики на протяже-
нии последнего десятилетия.
Главнейшей трудностью в теории ме-
таллов были их тепловые свойства. С од-
ной стороны, электроны свободно пере-
мещаются в металле, перенося электри-
ческий ток, выравнивая температуру,
создавая термоэлектродвижущие силы.
Это значит, что в тепловом движении
электроны участвуют как самостоятель-
ные частицы, движущиеся среди атомов
металла. Нагревая металл, нужно сооб-
щить энергию не только его атомам, но
и свободным электронам. Число их, судя
по оптическим свойствам металлов, равно
числу атомов. Электроны должны полу-
чить столько же тепловой энергии,
сколько получил бы газ, состоящий из
такого же числа молекул.
На нагревание одного грамм-атома
твердого тела на один градус требуется
около 6 кал.; на нагревание грамм-атома
газа — 3 кал. Естественно было бы ожи-
дать, что на нагревание грамм-атома
металла на Г С потребуется 9 кал.
в отличие от непроводящих тел, тепло-
емкость грамм-атома которых составляет
6 кал. В действительности, однако,
теплоемкость металлов не отличается
заметно от теплоемкости диэлектриков.
Выход из этих противоречий, как и
из ряда других трудностей, принесла
квантовая механика. Как в отдельном
атоме электроны могут занимать только
строго определенные квантовые состоя-
ния (чем и объясняется, напр., появле-
ние в спектре газов резких спектраль-
ных линий), так и в целом кристалле
существуют строго ограниченные кван-
товые состояния, в которых могут нахо-
диться электроны. Как в атоме, так и
в кристалле не может быть двух электро-
нов в одном и том же квантовом состоя-
нии. Естественно, что прежде всего
заполняются электронами состояния
с наименьшей энергией. Подсчет пока-
зывает, что при обычных температурах,
когда средняя энергия теплового дви-
жения атомов составляет около
0.03 эл.-в. (один эл.-в. — это энергия,
которую приобретает электрон, пройдя
в электрическом поле разность потен-
циалов в один вольт), электроны зани-
мают все квантовые состояния с энер-
гиями от нуля до 5—10 вольт. Поэтому
энергия теплового движения 0.03 эл.-в.
мало влияет на среднюю энергию элек-
тронов, хотя последние и находятся
в тепловом равновесии с атомами ме-
талла.
Квантовая теория выяснила также,
чем обусловлена разница между провод-
никами и изоляторами. В металлах число
возможных квантовых состояний значи-
тельно больше, чем число электронов.
Поэтому, когда в металле создается элек-
трическое поле, электроны имеют воз-
можность изменять направление своего
движения, переходя в те квантовые со-
стояния, в которых их скорость напра-
влена в сторону действующей на них
электрической силы. Электроны могут
также получать от электрического поля
работу, переходя в состояния с более
высокой энергией и отдавая потом избы-
точную энергию металлу — так проис-
ходит нагревание металла при прохо-
ждении тока.
Диэлектрики отличаются от металлов
не меньшим числом электронов — их
столько же, если не больше. Они не про-
14
Природа
1939
водят тока только потому, что число
квантовых уровней в них равно числу
электронов и нет уровней свободных.
В диэлектрике в электрическом поле
электрон не может изменить направление
своего теплового движения, не может
увеличить свою скорость, так как при
этом он должен был бы перейти в новое
квантовое состояние, которое уже за-
нято другим электроном. Поэтому поле
не может изменить теплового движения
электронов и, следовательно, не может
создать элект ронного т ока. Такова—физи-
ческая картина идеального изолятора.
Те состояния, которые мы рассматри-
вали, были нормальные состояния элек-
тронов. В отдельном атоме мы знаем и
другие (так называемые возбужденные)
состояния. Поглотив определенную энер-
гию падающего на атом света или встреч-
ного электрона, электрон может перейти
в атоме на одно из квантовых состояний
повышенной энергии. Возвращаясь об-
ратно в нормальное состояние, электрон
отдает избыток своей энергии другому
атому или испускает его в виде элек-
тромагнитной световой волны (фотона).
Аналогичными свойствами обладают и
электроны в твердом кристаллическом
теле. Кроме системы нормальных уров-
ней, которые в изоляторе заняты элек-
тронами, всегда существуют системы
возбужденных со значительно большей
энергией. Только те электроны, которые
получают достаточную энергию, могут пе-
рейти в эти состояния. Источником этой
добавочной энергии может быть тепловая
энергия или поглощенный свет (фотон
с энергией hv, где м — частота световых
колебаний, ай — постоянная, Планка,
6.61  10~27 эрг. сек.). Чем больше раз-
ность энергий возбужденных и нормаль-
ных уровней, тем меньшее число электро-
нов получает при данной температуре
возможность перейти в новые кванто-
вые состояния. При комнатной темпе-
ратуре средняя энергия теплового дви-
жения равна 0.03 эл.-в. Если наимень-
шая энергия, необходимая для перехода
в новые состояния, составляет, папр.,
1 эл.-в., то лишь ничтожная часть элек-
тронов может получить такую энергию.
При 2 эл-в. их еще меньше. Можно утвер-
ждать, что во всех диэлектриках, в кото-
рых разность энергии между нормаль-
ными и возбужденными состояниями
больше 2" эл.-в., все электроны оста-
ются в нормальных состояниях. Следо-
вательно, все такие диэлектрики не
обладают электронной проводимостью.
Но поглощение света достаточной ча-
стоты (2 эл.-в. соответствуют желтому
свету л = 600 ту.) может все же пере-
вести нормальные электроны на сво-
бодные уровни, где они будут участво-
вать в прохождении электрического тока.
Это явление называется внутренним фо-
тоэффектом, а созданный под влиянием
света ток — фотоэлектрическим током.
Определив наименьшую частоту света
фотоэффекта, мы можем узнать энергию,
необходимую для перехода из нормаль-
ных условий в возбужденные.
Помимо теплового движения и света,
электронная проводимость диэлектрика
может быть вызвана и химическими при-
месями. В кристаллической решетке, со-
стоящей из одинаковых ионов или ато-
мов, часто наблюдаются нарушения пра-
вильной структуры: иногда отсутствуют
отдельные ионы; иногда ионы решетки
оказываются замещенными ионами дру-
гих элементов или другой валентности;
в кристаллах могут размещаться и до-
бавочные атомы, включенные в нормаль-
ную решетку.
Во всех этих случаях, кроме нормаль-
ных квантовых уровней кристалла, по-
являются добавочные уровни примесей
с энергией, отличной от энергии электро-
нов решетки.
Часто энергия электронов примеси,
занимая промежуточное положение
между энергией нормальных и возбу-
жденных уровней, оказывается ближе
к свободным состояниям, чем энергия
нормальных электронов. Если тепловое
движение не дает нормальным электро-
нам достаточной энергии для перехода
в свободные состояния, то для примесей
тепловой энергии может оказаться
достаточно, чтобы перевести часть элек-
тронов на свободные уровни и вызвать
проводимость кристалла.
Примеси могут повлиять на электрон-
ное равновесие и в другом направлении:
часть нормальных электронов кристалла
может перейти на уровни энергии, созда-
ваемые примесями, освободив соответ-
ственное число нормальных состояний.
Это обстоятельство также сообщает
диэлектрику способность проводить элек-
трический ток. Рассмотрим подробнее,
как совершается в этом случае движение
№ 4
Полупроводники в современной физике и технике
15
электронов. Когда электрон, находив-
шийся прежде в нормальном состоянии,
переходит в одно из состояний, внесен-
ных примесями, и закрепляется там, то
не только появляются свободные состоя-
ния с определенной энергией и ско-
ростью, но в то же время в кристалле
с уходом отрицательно заряженного
электрона остается в определенном месте
избыток положительного заряда. Этот
заряд может потом привлечь один из
соседних электронов, на месте которого
окажется тогда избыток положительного
заряда. Такие переходы совершаются
под влиянием теплового движения в са-
мых разнообразных направлениях. Уча-
сток кристалла, где имеется недочет
электрона или, что то же, избыток поло-
жительного заряда, перемещается самым
хаотическим образом, подобно элек-
трону. участвующему в тепловом движе-
нии. Мы получаем впечатление, как
будто самый положительный заряд дви-
жется в кристалле, тогда как на самом
деле движутся электроны, замещающие
свободные места. Когда в диэлектрике
создано электрическое поле, то замеще-
ние свободного места происходит преиму-
щественно при помощи тех электронов,
которые направляются к положитель-
ному заряду электрическим полем, т. е.
в направлении от отрицательного по-
люса к положительному, а свободное
место перемещается при этом на место
ушедшего электрона, т. е. от положи-
тельного полюса к отрицательному, по
направлению, в котором двигался бы
положительный заряд, если бы он мог
перемещаться. Таким образом свободное
место, оставленное электроном, перешед-
шим на атомы примеси или в свободные
возбужденные состояния, мы можем упо-
добить свободному положительному за-
ряду. Движение электронов в диэлек-
трике может иметь двоякий характер:
1. Те электроны, которые перешли под
влиянием тепла или света в свободные
возбужденные состояния, получают воз-
можность перемещаться внутри диэлек-
трика, перенося ток и тепло.
2. Оставшиеся за удалением электро-
нов свободные места среди нормальных
квантовых состояний замещаются сосед-
ними электронами так, как будто дви-
жется свободное место со своим положи-
тельным зарядом. Часто этот второй
механизм тока называют током замеще-
ния. Мы будем его называть позитрон-
ным током (хотя свободные места имеют
лишь частичное сходство с позитронами)
в отличие от электронной проводимости
первого рода.
Разумеется, в том же диэлектрике мо-
жет одновременно существовать прово-
димость первого и второго рода в любых
пропорциях.
Как же узнать, с каким механизмом
проводимости мы имеем дело в каждом
данном случае? Простейший прием —
определение знака термоэлектродвижу-
щей силы. Если мы нагреваем конец
кристалла, обладающего электронной
проводимостью, то здесь создается боль-
шее число подвижных электронов, полу-
чивших большую кинетическую энергию.
Электроны будут уходить из этого конца
в большем количестве, чем приходят
туда более медленные электроны из хо-
лодного конца, где их меньше. Нагре-
тый конец заряжается положительно;
холодный — отрицательно, пока электри-
ческое поле в диэлектрике не скомпен-
сирует этого избыточного ухода электро-
нов, перегоняя обратно электроны из
отрицательного (холодного) конца в бо-
лее теплый. Таким образом в диэлек-
трике с электронной проводимостью на-
гретый конец оказывается длительно за-
ряженным положительно по отношению
к холодному.
При позитронной проводимости, наобо-
рот, положительные свободные места
уходят из нагретого конца быстрее, чем
они приходят из холодного. Замещающие
их электроны зарядят нагретый конец
отрицательно.
Другой прием определения механизма
проводимости — наблюдение тока в маг-
нитном поле (эффект Холла). Электри-
ческий ток отклоняется в магнитном поле
в определенную сторону перпендику-
лярно как к направлению тока, так и
к направлению магнитного поля. В эту
сторону отклоняются заряды, перенося-
щие ток. Если это — электроны, то эта
сторона диэлектрика заряжается отри-
цательно. Если же перемещаются свобод-
ные положительные места, то та сторона,
в которую отклонился ток, заряжается
положительно.
Химические примеси, введенные в ди-
электрик. могут вызывать проводимость
как первого, так и второго рода в зави-
симости оттого, являются ли они постав-
16
Природа
1939
щиками электронов на свободные уровни,
или же вносят в кристалл уровни, на
которых могут закрепиться электроны
нормальных уровней.
Это различие двух родов тока оказа-
лось весьма важным не только для иссле-
дования проводимости, но и для техни-
ческих применений электронных про-
водников.
С изложенной точки зрения мы легко
можем понять основные свойства этих
проводников:
1.	Чистые диэлектрики, в которых раз-
ность между энергией нормальных и воз-
бужденных состояний превышает 1 эл.-в.
обладают очень малой проводимостью.
Но стоит ввести в них некоторое коли-
чество примеси, как их проводимость
возрастает в тысячи и миллионы раз.
2.	Примеси, легко отдающие свои
электроны, напр. атомы металла, вызы-
вают электронную проводимость; при-
меси же, легко присоединяющие элек-
троны (кислород, сера, хлор), вызывают
позитронную проводимость.
3.	С повышением температуры элек-
тропроводимость резко возрастает и ста-
новится, наоборот неизмеримо малой
вблизи температуры абсолютного нуля.
4.	Свет, начиная с некоторой частоты,
поглощаясь в диэлектрике, создает фото-
проводимость.
5.	Мы можем также понять, что ди-
электрики, прозрачные для всех види-
мых лучей, как, напр., алмаз, каменная
соль, кварц, оказываются изоляторами.
В самом деле, наибольшая частота види-
мого фиолетового света соответствует
фотонам в 3 эл.-в.
Если этот свет еще не поглощается, это
значит, что разность между нормаль-
ными и возбужденными уровнями энер-
гии превышает 3 эл.-в., а при этих
условиях, при комнатной температуре,
только те электроны могли бы перейти
на свободные уровни, энергия которых
в 100 раз больше средней (0.03 эл.-в.).
Таких электронов — неизмеримо мало.
б.	Введением примесей можно повысить
электропроводимость этих кристаллов.
Но одновременно появляется и
окраска, так как свет меньшей частоты
может теперь поглощаться, переводя
электроны примесей на свободные уровни
или, наоборот, переводя нормальные
электроны кристалла на уровни энер-
гии, принадлежащие примесям.
7.	Материалы, непрозрачные для всех
видимых лучей вплоть до красных (фо-
тонов с энергией 1.5 эл.-в.), наоборот,
часто обладают значительной проводи-
мостью, в особенности, если в них име-
ются примеси. Возможно, впрочем, по-
глощение света и без фотоэффекта.
Таким образом, на ряду с металлами
и изоляторами, мы изучаем сейчас гро-
мадное разнообразие электронных про-
водников промежуточного типа, так на-
зываемых полупроводников.
Интерес к ним возрос не только по-
тому, что, воздействуя на них светом,
теплом, сильными электрическими по-
лями или вводя примеси, мы можем
в самых широких пределах изменить их
электрические свойства и изучать пове-
дение электрических зарядов в твердом
теле. За последние 10 лет полупровод-
ники получают все более растущие тех-
нические применения, благодаря двум
присущим им свойствам: выпрямлению
и появлению электродвижущих сил при
освещении. Эти свойства используются
в выпрямителях переменного тока и твер-
дых фотоэлементах.
Выпрямитель из закиси меди состоит
из медной пластины, на которой окис-
лением при температуре около 1000° С
создается хорошо проводящий слой за-
киси меди. Между медью и закисью
появляется при этом слой, плохо про-
водящий закиси, толщиной в миллион-
ные или стотысячные доли сантиметра.
Различие в проводимости обоих слоев
закиси вызвано тем, что в проводящем
имеется большой избыток кислорода (до
1%), который снижает его удельное со-
противление до 100 ом. см'2, тогда как тон-
кий прилегающий к меди слой чистой
закиси обладает удельным сопротивле-
нием около Ю10 ом. см2.
Сопротивление такой системы резко
меняется в зависимости от направления
тока. При одинаковой приложенной
к выпрямителю разности потенциалов
в 1, 2 или 3 в. мы наблюдаем токи в
несколько ампер, когда медь служит
отрицательным электроном, т. е. когда
электроны идут из меди сквозь тонкий
слой чистой закиси в насыщенную кисло-
родОхМ и хорошо проводящую закись
меди. В обратном направлении при тех
же напряжениях в 1—3 в. токи соста-
вляют лишь немногие миллиамперы.
Первое направление тока называется
№ 4
Полупроводники в современной физике и технике
17
пропускным, второе запорным, а тонкий
направляющий слой получил название
запорного слоя. Отношение пропускного
тока к запорному при одинаковых
напряжениях носит название коэффи-
циента выпрямления.
В хороших технических выпрямителях
оно достигает 10 000. Предложено было
несколько объяснений работы выпрями-
теля. Все они исходили из того, что
электроны легче могут проходить сквозь
запорный слой, когда они идут из ме-
талла, где их много, чем из закиси
меди, где их мало. Прохождение элек-
тронов мы с Я. И. Френкелем приписы-
вали тому, что тонкий запорный слой
становится прозрачным в сильных элек-
трических полях, создаваемых уже на-
пряжением в 1 в. В самом деле толщина
этого слоя всего несколько миллионных
сантиметра, следовательно, поле дости-
гает нескольких десятков или сотен
тысяч вольт на 1 см. Ван Геель припи-
сывает пропускной ток вырыванию элек-
тронов из металла этим сильным полем.
Однако все эти представления ока-
зались неверными при ближайшем
изучении других выпрямителей. В лабо-
ратории Ленинградского физико-техни-
ческого института созданы были искус-
ственные выпрямители, состоящие из
полупроводника, нанесенного на пего
испарением в пустоте тонкого непрово-
дящего слоя и металлического электрода.
Позже такие же опыты были развиты
в Германии.
Оказалось, что при толщине запор-
ного слоя около одной миллионной сан-
тиметра коэффициент выпрямления до-
стигает наибольшего значения; при этом
запорный слой может состоять из любого
непроводящего материала — кварца,
шеллака, тонкой слюды. Самым неожи-
данным образом выяснилось, что знак
выпрямления меняется в зависимости от
применяемого полупроводника. В закиси
меди, селене, сернистой меди пропуск-
ной ток течет, когда металл служит като-
дом. В окиси цинка, окиси алюминия,
наоборот, пропускной ток наблюдается,
когда металл служит положительным
полюсом. Первые материалы являются
полупроводниками с позитронной про-
водимостью, а вторые — обладают элек-
тронной проводимостью.
Таким образом знак выпрямления за-
висит не от металла и не от свойств
Природа № 4.
запорного слоя, а от механизма прово-
димости полупроводника. На границе
с металлом всегда имеется достаточное
число как электронов, так и свободных
положительных мест при любом напра-
влении тока. Наоборот, на границе
между полупроводником и запорным
слоем условия перехода зарядов резко
зависят от направления тока.
Если ток в полупроводнике перено-
сится электронами, то сильный ток
может поддерживаться только в том
случае, когда полупроводник служит
катодом и электроны из него поступают
через запорный слой в металл. При обрат-
ном направлении тока электроны, уходя
от пограничного слоя, создают здесь
плохо проводящую прослойку, запи-
рающую ток.
Когда мы имеем полупроводник, в ко-
тором перемещаются свободные положи-
тельные места (а такими, как оказалось,
и являются материалы технических вы-
прямителей — закись меди, селен, сер-
нистая медь), для пропускного тока
полупроводник должен быть анодом.
Тогда он доставляет к границе запор-
ного слоя положительные заряды, пере-
носящие ток в отрицательно-заряжен-
ный металл.
Существуют полупроводники, в кото-
рых мы можем по произволу создавать
электронную или позитронную прово-
димость, вводя в них те или другие при-
меси. В этих случаях и знак выпрямле-
ния меняется с изменением механизма
проводимости. В тесной связи с твер-
дыми выпрямителями стоят и твердые
фотоэлементы. Здесь также необходи-
мым условием является присутствие
запорного слоя. Но, кроме того, необхо-
димо, чтобы материал фотоэлемента обла-
дал внутренним фотоэффектом. По отно-
шению к знаку фотоэлемента, как и
в случае выпрямления, сначала суще-
ствовали неправильные представления.
Казалось, что вырванные светом элек-
троны, проникая сквозь запорный слой,
заряжают металл отрицательным заря-
дом. Этот знак и наблюдался в первых
технических фотоэлементах из закиси
меди и селена, в которых, как мы уже
знаем, имеет место ток замещения. Ока-
залось, однако, что в новых фотоэлемен-
тах из сернистого таллия, созданных
в ЛФТИ, знак фототока обратный — ме-
талл заряжается положительно. Тот же
2
18
Природа
1939
знак наблюдался в фотоэлементах из
сернистого серебра, осуществленных
в Киеве в Физическом институте Укра-
инской Академии Наук. В обоих случаях
мы имеем дело с электронным механиз-
мом проводимости. Впрочем, сернистый
таллий можно сделать и проводником
с положительными зарядами, насытив
его избытком серы; тогда металл заря-
жается при освещении отрицательно.
Разница между двумя типами фото-
элементов из сернистого таллия не огра-
ничивается знаком фотоэффекта. В то
время как при обычном знаке фотоэф-
фекта чувствительность фотоэлемента
к свету имеет такие же значения, как
и в ранее известных элементах из за-
киси меди и селена, а именно несколько
сот микроампер на один люмен падаю-
щего света, серноталлиевые фотоэле-
менты с положительным знаком фото-
эффекта дают до 8000 микроампер на
люмен и оказываются чувствительными
к невидимым инфракрасным лучам.
Каким же образом свет, вырываю-
щий отрицательные электроны, может
заряжать металл положительными заря-
дами? Это легко понять, если вспомнить,
что, вырывая электроны из полосы нор-
мальных условий, свет освобождает там
свободные места, создает положительно
заряженные подвижные участки, на кото-
рые и переходят электроны из металла.
Отдавая же свои электроны полупровод-
нику, металл заряжается положительно.
Если бы не существовало запорного
слоя, фотоэлектрический ток не мог бы
создать заметной разности потенциалов
между металлом и полупроводником.
Включение между ними такого тонкого
слоя, который, пропуская электроны,
обладает в то же время достаточно боль-
шим сопротивлением, обеспечивает раз-
ность потенциалов, равную произведе-
нию силы фототока на сопротивление
запорного слоя.
Таким образом твердый фотоэлемент
с запорным слоем создает не только ток,
но и электродвижущую силу, достигаю-
щую 0.3 в.; следовательно, такой фото-
элемент является источником электри-
ческой энергии, получаемой за счет энер-
гии поглощенного света. Каков же
к. п. д. фотоэлемента? В фотоэлементах
из закиси меди и селена он составляет
для солнечного света несколько сотых и
до одной десятой процента. В фотоэле-
ментах из сернистого таллия к. п. д.
приближается к 1%. При ярком освеще-
нии фототоки здесь достигают 0.1—
0.2 ампера. Но даже к. п. д. в 1% не
дает еще оснований для практического
использования солнечной энергии. На
1 м2 поверхности солнце дает до 1 kW
мощности; следовательно, фотоэлемент
с площадью в 1 м2 мог бы создавать
в солнечные дни ток мощностью в 10 W.
Этот выход энергии не может оправдать
громадной стоимости такого фотоэле-
мента, соответствующего 1000 обычных
элементов.
Но если на данном этапе фотоэлементы
не могут быть использованы для превра-
щения солнечной энергии в электри-
ческую, то нельзя отрицать такой воз-
можности в будущем. Дальнейшее раз-
витие фотоэлементов может довести
к. и. д. их до нескольких процентов.
С другой стороны, стоимость их изгото-
вления и устойчивость по отношению
к атмосферным влияниям могут быть
настолько улучшены, что фотоэлемент
с запорным слоем может оказаться вы-
годным. Не надо забывать, что коли-
чество солнечной энергии чрезвычайно
велико: 1 га получает 10 000 kW мощ-
ности, а 5% от них составляет 500 kW,
энергию, достаточную для большого за-
вода. Несомненно одно, что достижение
этой цели потребует еще преодоления
громадных трудностей.
Энергетическое использование солнеч-
ных лучей —: дело будущего. Но и сей-
час фотоэлементы широко применяются
в технике: звуковое кино осуществляется
при помощи фотоэлементов. Возможно,
что фотоэлементы с запорным слоем,
благодаря своей простоте, отсутствию
паразитных токов и шумов, отсутствию
высоких напряжений получат преиму-
щество перед применяемыми сейчас ва-
куумными фотоэлементами со вторичным,
усилением. Далее, фотоэлементы с успе-
хом применяются для всевозможных слу-
чаев сигнализации, для автоматического
счета, сортировки, контроля производ-
ства. Возможно, что они найдут приме-
нение также в телевидении и в самых
разнообразных измерительных приборах.
Первая система передачи изображе-
ний А. Корна была основана на внутрен-
нем фотоэффекте селена.
Во многих кристаллах из полупровод-
ников освещение создает фотоэлектродви-
№ 4
Полупроводники в современной физике и технике
19
жущую силу, достигающую нескольких
сотых вольта и без запорного слоя, роль
которого играет сопротивление самого
кристалла.
И. К. Кикоин и М. М. Носков обнару-
жили, что, помещая такие вещества
в сильное магнитное поле, можно наблю-
дать э. д. с., достигающие 20 в.,правда,
при большом сопротивлении образца и
при слабом фототоке. Практического при-
менения эти явления пока не получили.
Мало еще использованы большие тер-
моэлектродвижущие силы, возникающие
между двумя полупроводниками с раз-
ными температурами. В то время как
в металлах 1° разности температур
создает э. д. с. порядка стотысячных
вольта, в полупроводниках мы получаем
до одной тысячной вольта. Знак термо-
электродвижущей силы, как мы уже
видели, зависит от механизма проводи-
мости. Соединив два полупроводника
с противоположными механизмами тойа,
мы получаем сумму э. д. с., когда нагре-
ваем место их соединения.
Термоэлемент является прибором,
превращающим тепловую энергию
в электрическую. Благодаря неизбежным
процессам теплопроводности по тем
проводам, которые несут ток, к. п. д.
термоэлементов гораздо меньше, чем
в тепловых машинах. Термоэлементы из
металлов дают не более 1—2% электро-
энергии. Среди полупроводников можно
подобрать такие, которые дают до 4%,
и эту величину, повидимому, можно будет
еще увеличить. Даже при к. п. д. в 10%
термоэлементы не могут конкурировать
с машинами, но, благодаря крайней про-
стоте, отсутствию движущихся частей,
компактности, для определенных целей
термоэлементы могут получить значение
не только как измерители температуры
и лучистой энергии, но и как источники
тока.
Техническое значение полупроводни-
ков еще в будущем. Это — один из наи-
более молодых и быстро растущих участ-
ков технической изобретательности.
Наша промышленность уже давно про-
изводит выпрямители для целей авто-
блокировки. Сейчас по разработанному
ЛФТИ методу ставится производство
сильноточных выпрямителей на сотни и
тысячи ампер для электролиза, зарядки
аккумуляторов, производства алюми-
ния, магния и других целей, не требую-
щих высоких напряжений. Ставится про-
изводство селеновых выпрямителей,
имеющих определенные преимущества
при низких температурах и в измери-
тельной аппаратуре. Наконец, в ЛФТИ
разработаны новые серно-медные выпря-
мители с габаритами и стоимостью
в десятки раз меньше, чем у других
типов.
Селеновые фотоэлементы производятся
в Харькове и Ленинграде в количестве
нескольких десятков тысяч в год. Серно-
таллиевые фотоэлементы проходят еще
стадию испытаний, после чего можно
будет приступить к постановке произ-
водства и к широкому внедрению их
в практику.
Для физической теории полупровод-
ники имеют исключительное значение.
Здесь открывается возможность изучить
электрические и оптические свойства
твердого тела, квантовые состояния
электронов, их связь с атомами веще-
ства. И, действительно, современные
оптика и электроника твердого тела
строятся на изучении полупроводников.
Растущий технический опыт обогащает
теорию, а теория, в свою очередь, откры-
вает новые пути улучшения и применения
полупроводников. Примеры этому мы
видели на фотоэлементах и выпрямите-
лях, где технический опыт открыл явле-
ние запорного слоя и различие знака
выпрямления. А квантовая теория, объ-
яснив связь знака с механизмом выпря-
мления, указала путь рационального
усовершенствования фотоэлемента и вы-
прямителя.
В области полупроводников наглядно
проявляется взаимная обусловленность
теории и практики. Полупроводники
представляют поэтому благодарное поле
изучения для технической физики, для
изобретательства и для автоматизации
производственных процессов. Перед со-
ветской физикой, перед лабораториями,
которые заняты полупроводниками,
стоит задача быть инициаторами про-
гресса в этой области.
К ВОПРОСУ ОБ ИЗМЕНЕНИИ КЛИМАТА ЗЕМЛИ
Н. Н. КАЛИТИН
За последнее время неоднократно при-
ходится слышать о том, что меняется
климат земли в сторону потепления;
приводятся цифры, указывающие на зна-
чительное потепление, особенно в области
Арктики, и среди других высказывается
предположение, что изменения климата
нужно объяснить изменениями в коли-
честве тепла солнечной радиации, дохо-
дящем до земной поверхности (см. «При-
рода», 1938, № 4, стр. 27—33). Можно ли
заметить за последние годы увеличение
количества тепла солнечной радиации?
Так как практически солнце является
единственным источником тепла для
земли, то вполне естественно, что ука-
занная выше зависимость изменений кли-
мата земли от изменения солнечной ра-
диации напрашивается сама собою. Ко-
личество тепла солнечной радиации,
достигающей земли, будет зависеть от
излучающей способности поверхности
солнца, т. е. в основном от темпера-
туры этой поверхности, расстояния
между землею и солнцем, прозрачности
атмосферы, а для отдельных мест — от
угла падения радиации и продолжитель-
ности дня.
В актинометрии принято измерять сол-
нечную радиацию в малых калориях
в одну минуту времени на один квадрат-
ный сантиметр поверхности.
Существуют методы, которые позво-
ляют вычислить напряжение солнечной
радиации на границе атмосферы; этим
определяется так называемая «с о л-
нечная постоянная». Таким
образом величина солнечной постоянной
будет нам характеризовать величину сол-
нечного излучения. В течение года, от
зимы к лету, расстояние между землей
и солнцем меняется настолько, что это
сказывается па изменении прихода сол-
нечной радиации на 7%. Это — периоди-
ческие, регулярные, из года в год, коле-
бания солнечного тепла, доходящего до
земной поверхности.
За последние 30 лет под руководством
Смитсонилнского института в Америке
ведутся большие работы по изучению
величины солнечной постоянной и ее
колебаний. Для этих работ построен
ряд специальных актинометрических
обсерваторий на высоких горах, в ме-
стах с малой облачностью и хорошей
прозрачностью атмосферы. С помощью
сложных приборов-спектробаллографов
изучается напряжение солнечной радиа-
ции для различных длин волн, и затем
вычисляется солнечная постоянная.
Таким образом сейчас мы имеем уже
материал непрерывных наблюдений над
солнечным излучением за 30 лет и на
основании его можем судить о том,
заметно ли изменение солнечного излу-
чения за последние годы. В настоящее
время считается, что средняя величина
солнечной постоянной равняется 1940 ка-
лорий. Как эта величина менялась за
последние годы, видно из приводимой
таблички, в которой даны средние годо-
вые солнечной постоянной с 1921 по
1934 г.
Средние годовые величины солнечной
постоянной
Год	Солнечная по- стоянная (в кал.)	Год	Солнечная по- стоянная (в кал.)
1921	1947	1928	1939
1922	1928	1929	1934
1923	1924	1930	1940
1924	1944	1931	1946
1925	1946	1932	1946
1926	1939	1933	1938
1927	1943	1934	1936
Из приведенных цифр видно, что гово-
рить о систематическом увеличении ве-
личины солнечного излучения, по до-
ступным нам сейчас методам измере-
ния, — нельзя. Изучение колебания
солнечного излучения в зависимости от
деятельности солнца показывает, что
с увеличением числа солнечных пятен,
сначала солнечная постоянная увеличи-
вается, а затем начинает уменьшаться.
Весьма возможно, что наш метод опре-
деления солнечной постоянной еще не-
достаточно точен и не позволяет нам сле-
дить с необходимой точностью за дея-
тельностью солнца относительно вели-
№ 4
Перспективы раскопок и поисков древнейших позвоночных
21
чины его излучения, но это лучшее,
что мы имеем на текущий день.
Наличие в стратосфере озона обусло-
вливает поглощение значительной части
коротковолновой ультрафиолетовой ра-
диации солнца (до 3% по отношению
ко всему потоку радиации) и не позво-
ляет нам следить за колебаниями радиа-
ции в этой области спектра.
Может быть колебания интенсивности
коротковолновой ультрафиолетовой ра-
диации солнца вызывают соответствую-
щие изменения в прозрачности атмо-
сферы, а последнее влияет на темпера-
туру.
Температура у поверхности земли бу-
дет обусловлена не только количеством
приходящей солнечной радиации, но и
уходящим инфракрасным излучением от
земли в мировое пространство. На по-
следнее же очень сильное влияние ока-
зывает озон.
Надо отметить здесь, что 25% уходя-
щего излучения земли задерживается
озоном. Таким образом небольшие изме-
нения количества озона в атмосфере мо-
гут повлечь за собою значительные изме-
нения величины уходящего излучения,
а, следовательно, в конечном виде ска-
заться и на изменении температуры.
Может быть наблюдаемые изменения
в климате — временного характера и не
уходят из пределов нормальных его коле-
баний.
Вообще этот вопрос настолько важен
и интересен, что, может быть, было бы
своевременным, если бы Академия Наук
СССР организовала специальную комис-
сию для всестороннего изучения этого
вопроса.
----------
ПЕРСПЕКТИВЫ РАСКОПОК И ПОИСКОВ ДРЕВ-
НЕЙШИХ ПОЗВОНОЧНЫХ НА ТЕРРИТОРИИ
СССР
И. А. ЕФРЕМОВ
Богатство верхнепалеозойских отло-
жений нашего Союза наиболее редкими
документами истории животного мира —
остатками позвоночных, доказано много-
численными находками последних лет.
В недрах континентальных отложений
девона, перми и триаса Советской страны
находится очень много местонахожде-
ний— скоплений остатков позвоночных,
которые отличаются исключительно хо-
рошей сохранностью, позволяющей из-
учить особенности анатомического строе-
ния животных с большой детальностью
и точностью. Наличие в целом ряде,
местонахождений полных скелетов обес-
печивает пополнение наших музеев пре-
восходным выставочным материалом,
наиболее наглядно доводящим до масс
последние достижения палеонтологии.
Таким образом на настоящем этапе раз-
вития советской палеонтологии позво-
ночных мы имеем, так сказать разведан-
ными, большие запасы новых и интерес-
нейших объектов, которые подлежат
извлечению из недр.
Расширение наших знаний о фауне
палеозойских позвоночных СССР затро-
нуло круг совершенно новых вопросов,
для решения которых, на основе научных
прогнозов, необходимы поиски место-
нахождений ископаемой фауны в новых,
еще не подвергавшихся исследованию,
пунктах. Сказанное определяет два
основных пути дальнейшего изучения
палеозойской фауны позвоночных Союза.
С одной стороны, на открытых в послед-
нее время крупных местонахождениях
должны производиться большого мас-
штаба расковочные работы, которые
доставят большего объема палеонто-
логические материалы, весьма полно
и подробно характеризующие данные
фаунистические комплексы. Эти мате-
риалы позволяют чрезвычайно детально
установить строение древнейших по-
звоночных, характер их эволюционной
изменчивости, восстановить биоценозы
древних геологических эпох, охаракте-
ризовать стратиграфические горизонты
континентальных толщ и монтировать
22
Природа
1939
в музее целый ряд полных скелетов.
С другой стороны, параллельно большим
раскопочным работам должны прово-
диться систематические и планомерные
обследования ряда районов Союза, обла-
дающих выходами на дневную поверх-
ность континентальных толщ. Такого
рода поисковые работы, сопровождаю-
щиеся заложением небольших, пробных
раскопок, будут ориентированы на обна-
ружение остатков древнейших позвоноч-
ных в новых, еще не охарактеризован-
ных фаунистически, горизонтах и раз-
нообразных фациях. В случае успеха
этих работ будет уточнено стратигра-
фическое положение различных конти-
нентальных отложений; найдены совер-
шенно новые формы древнейших позво-
ночных, позволяющие установить путь
возникновения фауны и построить весьма
важные палеогеографические заключения.
Посмотрим теперь, каковы могут быть
перспективы конкретного осуществле-
ния вышеуказанных предпосылок.
Чрезвычайно интересным является
продолжение работ по раскопкам фауны
девонских панцырных рыб. В девон-
ских песчаниках Ленинградской области
(реки Сясь, Оредеж) встречаются бога-
тейшие скопления остатков панцырных
рыб, а также весьма важной группы
кистеперых рыб (Crossopterygli), из кото-
рых возникли наземные позвоночные —
древнейшие амфибии группы Embolo-
meri. В костеносных линзах на протя-
жении десятков квадратных метров
остатки этих животных залегают сплош-
ными слоями. Тысячи особей захоронены
в этих местонахождениях и предста-
вляют неисчерпаемое богатство для по-
знания этой, самой древней для СССР
в настоящее время, фауны позвоночных.
Другие богатые местонахождения пан-
цырных рыб в песчано-глинистых девон-
ских отложениях Енисейского края (реки
Бахта и Курейка) еще более интересны
для больших раскопок, так как заклю-
чают особую фауну, отличную от типич-
ных форм девонских панцырных рыб.
Европейской части СССР, Норвегии,
Европы и США. Здесь находятся совер-
шенно новые формы, свойственные осо-
бой древней палеогеографической обла-
сти — Ангарскому континенту, в со-
став которого входила в эпоху девона
область енисейских местонахождений.
При крупных раскопках в этих место-
нахождениях мы имеем много шансов
найти среди панцырных рыб и других
рыб — кроссоптеригий, которые стоят
близко к предкам наземных позвоноч-
ных. Исследование этих местонахожде-
ний прольет новый свет на вопросы раз-
вития и распространения девонских рыб.
Для изучения фауны наземных по-
звоночных верхнего палеозоя СССР мы
имеем целый ряд крупных и богатых
местонахождений.
Из них, прежде всего, нужно назвать
местонахождение пермских рептилий и
амфибий в районе с. Ишеева, Татарской
республики (Средняя Волга). В так
называемом Каменном овраге под извест-
няками и красными глинами залегают
мощные (до б м) серые и красные пески,
заключающие небывалой сохранности
полные скелеты рептилий группы Deino-
cephalia, Cotylosauria, Anomodontia
и др. (фиг. 1). Каждый год раскопок
в этих местонахождениях обогащает
науку новыми, до сих пор неизвестными,
формами, и детальное изучение захоро-
ненной фауны даст возможность, как
нигде в мире, получить наиболее полное
представление о пермских фаунистиче-
ских ко.мплексах наземных позвоночных.
По разнообразию состава фауны, пол-
ноте и сохранности остатков, а также по
большим «запасам» костеносных песков
Ишеевское местонахождение является
одним из лучших в мире. Однако все
наиболее легко доступные участки уже
взяты нашими работами, и дальнейшее
развитие их требует постановки раско-
пок уже весьма крупного масштаба
типа северодвинских раскопок Ама-
лицкого, американских работ по дино-
заврам и млекопитающим, германских
раскопок в Африке (Тендагуру) или
Бразилии (Чиниква). Произведенные
затраты щедро окупятся научным эффек-
том раскопок и получением мировой цен-
ности палеонтологического материала.
Сходную дейноцефаловую пермскую
фауну заключает Акбатыровское место-
нахождение в Малмыжском районе Ки-
ровской области. Здесь, в старом, забро-
шенном медном руднике, среди толщи
песчаников и мергелей на глубине 44 м
от поверхности, залегает огромная линза
рудного медистого серого мергеля. Этот
мергель переполнен остатками рыб, рас-
тений и костями рептилий и амфибий—
стегоцефалов Platyops и Zygosaurus. Со-
№ 4
Перспективы раскопок и поисков древнейших позвоночных
23
Фиг. 1. Общий вид раскопки в Каменном овраге, близ с. Ишеева ГАССР, 1936 г.
хранность костей еще лучше, чем в Ише-
евском местонахождении, количество (ча-
стота попадаемости) остатков значитель-
но больше. Для постановки работ на
Акбатыровском местонахождении необ-
ходимо вскрытие и закрепление старой
шахты и наклонной штольни, после
чего можно вести планомерную выемку
костеносного пласта отдельными моно-
литами в подземных работах. Несмотря
на необходимость затрат на восстановле-
ние шахты и штольни, работы здесь
обойдутся в конечном итоге дешевле,
чем на Ишеевском местонахождении,
так как будет добываться исключительно
костеносный пласт без снятия и откатки
кровли, как в ишеевских открытых
работах. Акбатыровское местонахожде-
ние, несомненно, доставит огромный ма-
териал, тем более ценный, что во всех
других местонахождениях пермского вре-
мени мы не имеем подобной, способство-
вавшей концентрации животных остат-
ков, фации озеровидного бассейна в лес-
ной области.
В сходных условиях залегают остатки
пермских рептилий и амфибий в меди-
стых песчаниках Башкирии. В Стерли-
башевском и Федоровском районах име-
ется старинные рудники неглубокого
залегания, в которых при работах
в 40-х годах прошлого столетия нахо-
дили многочисленные части скелетов
и черепа дейноцефалов и стегоцефалов.
Из них наиболее заслуживают внимание
Ключевские, Дурасовские и Сантагу-
ловские рудники, проникновение в под-
земные работы которых возможно еще
и сейчас. Вскрытие шахт при сухости
выработок, устойчивости пород и неглу-
боком залегании (10—16 м) здесь не
представляет никаких особых затрат
и затруднений. Однако во всех этих
рудниках костеносный пласт, являв-
шийся в то же время и рудой на медь,
значительно выработан, вследствие чего
на значительные количества палеонтоло-
гического материала рассчит ывать нельзя.
Очень сходно с Ишеевским другое
местонахождение пермских позвоночных
в Башкирии, близ г. Белебея, на речке
Белебейке. В верхах мощной толщи
песчаников под белыми мергелями и
кремнистыми известняками залегают
красновато-бурые и серые пески, сход-
ные с ишеевскими. В песках встре-
чаются полные скелеты стегоцефалов.1
Хотя остатки животных попадаются
довольно редко, полнота находок и
прекрасная сохранность костей обеспе-
чивает пригодность местонахождения для
разработки. При проведении раскопок
1 Работами последнего времени обнаружены
полные скелеты рептилий-котилозавров.
24
Природа
193$
методом вскрытия больших площадок
будет получен значительный и полный
материал, кроме всего важный для
подробной фаунистической характери-
стики белебеевской толщи в классиче-
ских разрезах у г. Белебгя.
Весьма важно продолжение разра-
ботки мезенских местонахождений перм-
ских рептилий, располагающихся в крас-
новатых песчанистых мергелях низовьев
р. Мезени и ее левого притока р. Кимжи.
В этих мергелях сосредоточено огромное
количество остатков мелких рептилий
групп Cotylosauria и Pelycosauria, при-
чем часто встречаются полные скелеты.
Крупные раскопочные работы на этих
местонахождениях дадут огромное коли-
Фиг. 2. Ископаемая амфибия (стегоцефал)
Benthosuchus Sushkini, Ер. (бентоэух) из
эотриасовых песчаников р. Шаршенги Николь-
ского района (верховья р. Юг, Вологодской
обл.). Череп сбоку (1/1 натур, велич.).
чество остатков новых для СССР форм
пермской фауны, весьма интересных по
своему эволюционному значению.
Также необходимо продолжение и
укрупнение раскопочных работ на место-
нахождении мелких парейазавров в верх-
непермских красных глинах р. Вятки
близ г. Котельнича. Эти парейазавры
(Anthodori) отличны от северодвинских и
встречаются здесь в виде полных скелетов.
Шнхово-Чирковское местонахожде-
ние пермских стегоцефалов и рыб в Про-
сницком районе Кировского края на
берегу р. Вятки заключает в себе
'огромные запасы остатков наземных
позвоночных. Светлосерые мергелистые
известняки, переполненные животными
остатками, легко доступны для разра-
ботки штольнями и могут быть добыты
в количестве десятков и сотен тонн.
Такие же огромные запасы песчани-
ковых конкреций с костями и полными
скелетами пермских рептилий групп
Cotylosauria, Gorgonopsia, Dicynodontia
и Theriodontia залегают в знаменитых
песчаных линзах р. М. Сев. Двины близ
г. Котласа. Очень большие раскопки
Амалицкого тем не менее не взяли и
десятой части колоссальных скоплений
остатков наземных позвоночных. Но
вследствие того, что в разных частях
линз — кости различной сохранности
и цельности, перед возобновлением круп-
ных раскопок должно быть проведено
исследование линз путем постановки
небольших раскопок и предварительно
определены наиболее выгодные для раз-
работки участки местонахождений.
Группы эотриасовых местонахождений
стегоцефалов Benthosuchus (фиг. 2) и
Wetlugosaurus рассеяны на очень боль-
шой площади северо-востока Европей-
ской части СССР, от Верхней Волги
до Тимана. Почти во всех пунктах
выходов пестроцветной толщи серых
и красных глин и мергелей залегают
прослои серых песков и конгломерато-
видных песчаников, содержащие много-
численные кости амфибий (стегоцефа-
лов) и более редкие остатки рептилий.
Сохранность костей в этих место-
нахождениях не имеет себе подобной
во всех остальных известных научному
миру местонахождениях перми и триаса
и позволяет такую же детальность изуче-
ния, как, скажем, современные скелет-
ные части животных.
Наиболее богатыми из этой группы
местонахождений будут местонахожде-
ния р. Шарженги, у с. Вахнево, р. Вет-
луги, у дер. Б. Слудка, и р. Волги, близ
г. Кинешмы. Постановка крупных рас-
копок в этих пунктах обеспечит полу-
чение огромного материала, а также, несо-
мненно, позволит обнаружить особенно
крупных особей с черепами около 1 м
в длину и мелких рептилий, от которых
пока имеются лишь небольшие обломки.
Значительный палеогеографический
интерес имеют недавно открытые место-
нахождения этой же группы в районе
Тимана, в верховьях р. Мезени и ни-
зовьях р. Цыльмы. Раскопки в этих
пунктах, несомненно, дадут новый мате-
риал по группе эотриасовых лабиринто-
донтов СССР, а также важны для ана-
лиза связей нашей фауны с шпицбер-
генской и гренландской фаунами лаби-
ринтодонтов.
№ 4
Перспективы раскопок и поисков древнейших позвоночных
25
Как видно из вышеизложенного, на-
меченные раскопки представляют собой
цикл работ громадного объема, могу-
щий быть выполненным лишь при стро-
гой планомерности и систематичности.
Не подлежит сомнению, что выполне-
ние намеченных работ сразу выдвинет
советскую палеонтологию позвоночных
далеко вперед. Собранных материалов
будет вполне достаточно для образо-
вания богатейшей в мире коллекции
палеозойских наземных позвоночных и
при выставлении их в музее — создания
действительно замечательного научного
сокровища — Союзной галлереи иско-
паемых позвоночных.
Параллельно крупным раскопкам на-
мечается очень важная серия поисковых
работ, которые могут быть разделены на
две категории.
К первой относятся работы по обсле-
дованию пунктов, где уже известны
находки фауны позвоночных, но тре-
буется еще установить, имеются ли там
действительно скопления остатков древ-
нейших позвоночных удовлетворитель-
ной сохранности, т. е. местонахождения.
К таким пунктам принадлежат те, в ко-
торых фауна найдена не в коренном
залегании, или за поспешностью иссле-
дования сборы были весьма незначи-
тельны, или для уточнения стратиграфи-
ческого положения которых необходимы
дополнительные сборы ископаемых остат-
ков. Обследование этих вероятных место-
нахождений должно обязательно сопро-
вождаться небольшими пробными рас-
копками. Путем поисково-раскопочных
работ должны быть найдены местонахо-
ждения дейноцефаловой фауны перм-
ских рептилий и амфибий на р. Каме,
по берегам которой на участке Пермь—•
Вандовка постоянно встречаются на би-
чевнике отдельные кости очень хорошей
сохранности. Пробные раскопки не-
сколько большего масштаба, заложенные
на местонахождениях девонских рыб
в зеленоватых мергелях на берегу оз. Ки-
зыл-куль (в 50 км к западу от Мину-
синска), а также на озерах Широ и
Шунет в Минусинском крае, доставят
новые материалы по девонским рыбам
центральной Сибири и, вероятно, повле-
кут за собой открытие новых форм.
Эти работы должны быть сопряжены
с обследованием и поисками новых
местонахождений девонских рыб в Ми-
нусинском крае. Очень важно прове-
дение пробных раскопок в различных
континентальных свитах Кузнецкого
бассейна. Сейчас можно с уверенностью
указать два наиболее интересных пункта.
В нижнекарбоновых мергелях реки
Н. Терсь были обнаружены неясные
остатки эмболомерных древнейших сте-
гоцефалов. В песчаниках на правом
берегу р. Томи, против дер. Шавели
(красноярская свита), найден зуб круп-
ной хищной пермской рептилии из
группы Gorgonopsia. Находки более пол-
ных остатков в указанных двух пунктах
чрезвычайно важны как для страти-
графии вмещающих толщ, так и для
истории фауны наземных позвоночных
на территории СССР, особенно если мы
вспомним, что по ту сторону Ураль-
ского хребта мы до сих пор не имели ни
одной точно определенной находки па-
леозойских четвероногих.1 Кроме ука-
занных наиболее важных пунктов, проб-
ные раскопки на территории Европей-
ской части СССР уточнят имеющиеся
сведения о местонахождениях фауны
пермских рептилий на горе Биик-тау,
у д. Заитовой, в Туймазинском районе
Башкирии, на р. Донгуз, у пос. Перов-
ского, и на р. Сакмаре, у пос. Тевкелев,
в Чкаловской области, у с.Красного,
на р. Вятке, близ г. Кирова, на берегу
р. Оки, у г. Горького, у Березовой сло-
бодки (Гремячий ключ), на р. Сухоне,
и других пунктах Чкаловской обла-
сти, Куйбышевской области, Башреспу-
блики и Свердловского округа. Срав-
нение наших местонахождений древней-
ших позвоночных с наиболее значитель-
ными местонахождениями мира даст воз-
можность построить прогнозы о возмож-
ности нахождения у нас других, еще более
древних, форм наземных позвоночных.
На основе этих прогнозов развивается
другая, совсем особая, категория поиско-
вых работ, приуроченных к районам, где
остатки наземных позвоночных ни разу
не были найдены. В областях развития
мощных континентальных палеозой-
ских отложений, обладающих благо-
приятными для захоронения животных
остатков фациями с остатками растений
и пресноводных рыб, будут проводиться
1 Пока настоящая статья находилась в пе-
чати, в низовьях р. Н. Тунгуски, в Тунгус-
ском бассейне, был найден впервые для Сибири
стегоцефал из группы Branchiosauria.
26
Природа
1939
тщательные обследования целого ряда
обнажений. Подобные работы в истории
нашей палеонтологии впервые имеют
место, ибо до сих пор палеонтологиче-
ское исследование имело необходимой
предпосылкой случайные находки фраг-
ментных остатков. Разумеется, эти ра-
боты в целом ряде случаев не будут
иметь успеха, ио так как каждая находка
в этих отложениях имеет громадный
научный интерес и сразу по-новому
осветит ряд крупнейших вопросов пале-
онтологии, такие поисковые работы
надо всемерно развивать. При их деше-
визне возможно даже на весьма скром-
ные средства за сезон охватывать зна-
чительные районы. Нужно сказать, что
с помощью такой методики американ-
ские «охотники за ископаемыми» в конце
XIX в. достигли больших успехов.
На территории СССР, в виду широкого
развития палеозойских континенталь-
ных толщ, для поисков этого типа поле
работы бесконечно велико. Поэтому необ-
ходимо отметить районы первоочеред-
ного исследования, где условия отло-
жения, возраст и географическое по-
ложение континентальных толщ наи-
более благоприятствуют нахождению
фауны.
В песчано-глинистой угленосной толще
огромного Тунгусского бассейна должны
быть произведены поиски нижнеперм-
ской фауны наземных позвоночных, до
сих пор еще не найденной в СССР.
В первую очередь поиски направляются
в южную и восточную части бассейна
по прекрасным обнажениям больших
левых притоков Енисея — всех трех
Тунгусок. Равным образом обследова-
нию должны подвергнуться нижнепер.м-
ские свиты Кузбасса. Любая находка,
хотя бы одного наземного позвоночного
в указанных отложениях совершенно
по-другому представит весь ход разви-
тия и распространения фаун древней-
ших Teirapoda на нашей планете. К крас-
ноцветной толще медистых песчаников
и в араукаритовой толще Донбасса
намечаются поиски нижнепермских сте-
гоцефалов-амфибий западноевропейского
типа. Еще более интересны, хотя и более
трудны вследствие очень большой ред-
кости находок, поиски фауны карбоно-
Палеонтологический институт
Академии Наук СССР. -«=-—1
Мос ква.
вых п девонских наземных позвоноч-
ных — стегоцефалов.
Особый интерес представляют верхне-
девонские континентальные отложения
Минусинского края, где мы имеем
фации, очень сходные с только что откры-
тым единственным в мире местонахо-
ждением девонских амфибий — стегоце-
фалов восточной Гренландии. Так же,
как и в Гренландии, отложения мину-
синской котловины показывают непре-
рывную серию континентальных обра-
зований верхов девона и низов карбона
и обладают прослоями с многочислен-
ными остатками панцырных рыб. Тща-
тельные поиски, предпринятые в наи-
более подходящих для захоронения жи-
вотных фациях, решат вопрос о центре
формообразования первых «выходцев»
на сушу — наземных позвоночных.
Подобные же исследования могут быть
проведены в карбоновых толщах Куз-
нецкого бассейна и сходных образо-
ваниях Киргизской степи. Из последних
наиболее интересна, по наличию фаций
с остатками рыб и растений, угленосная
толща р. Кендерлык в хребте Саур.
Кроме того, можно отметить континен-
тальные красноцветные серии верхов
карбона в горах Улу-тау, урочище
Корсы-гора в Атбасарском районе и
соответствующие свиты в угольных бас-
сейнах Караганды, Экибастуза и т. п.
Для установления возраста толщи и
уточнения палеогеографической связи
нашей верхнепермской фауны наземных
позвоночных с фаунами Индии и Запад-
ного Китая необходимы поиски фауны
в континентальной, верхнепермской ме-
деносной толще хребта Кара-тау, на
Мангышлаке. Предлагаемые к исследо-
ванию районы, разумеется, охватывают
лишь часть палеозойских континенталь-
ных отложений Союза, обладающих бла-
гоприятными для захоронения остатков
животных фациями.
Не подлежит сомнению, что даль-
нейшее развитие геологосъемочных и
поисковых работ на территории СССР
повлечет за собой открытие местонахо-
ждений древнейших позвоночных в це-
лом ряде новых пунктов, что суще-
ственно дополнит и изменит сегодняшние
перспективы изучения фауны.
ЭКОЛОГО - ГЕОГРАФИЧЕСКАЯ ИЗМЕНЧИВОСТЬ
ПОЧВЕННЫХ БАКТЕРИЙ
Проф. д-р Е. Н. МИШУСТИН
I.	Введение
Последний период времени знаме-
нуется крупными успехами в области
почвенной микробиологии. Особенно
широкий объем работ но этой дисциплине
отмечается в Советском Союзе, где для
развития науки созданы исключительно
благоприятные условия.
В настоящее время отдельные микробы
используются для установления потреб-
ности почв в удобрениях, широко раз-
вертывается изготовление землеудобри-
тельных бактериальных препаратов
и т. д. Однако следует признать, что
некоторые из областей почвенной микро-
биологии, как экология и география
почвенных микробов, до настоящего
времени остаются все же недостаточно
разработанными. В силу этого мы до
сих пор, наир., плохо знаем распро-
странение в почвах отдельных микро-
бов, и недостаточно выяснен характер
их изменчивости в связи с приспосо-
бляемостью к условиям окружающей
среды. Между тем эти вопросы
имеют чрезвычайно большое практиче-
ское значение. В этом нас убеждает
хотя бы опыт с бактеризацией почв.
До сих пор осуществляемое в целях
увеличения урожайности, заражение по-
севов бобовых растений клубеньковыми
бактериями производится чисто эмпи-
рически, так как нахождение в почвах
данных бактерий не обследовано. Не
изучено также изменение активности
клубеньковых бактерий при их жизни
в разных почвах.
Аналогичное же явление мы наблю-
даем и с практическим применением
культуры азотоусваивающего микроба,
Azotobacter в препаратах «азотоген».
Данная культура до сих пор вносится
в почву без достаточного учета почвен-
ного фона.
Расширение наших сведений о связи
характера микрофлоры с типом почвы
может дать для практики сельского
хозяйства ценные указания и другого
порядка. Микробы можно использовать
как индикатор на состояние почвы,
причем нужно надеяться, что этот пока-
затель окажется весьма чувствительным.
Здесь стоит хотя бы вспомнить весьма
интересные наблюдения Крючковой о
связи формы клеток Bact. globiforme
с обеспеченностью почвы азотом или
о коррелятивной зависимости между
нахождением в почве Azotobacter и обес-
печенности почвы элементами минераль-
ного питания (фосфор и кальций). От-
дельные данные, как, наир., наши на-
блюдения над целлюлозоразлагающими
бактериями, указывают на то, что в поч-
вах разного плодородия состав данных
микробов весьма специфичен.
Суммируя известные нам сведения
о распространении отдельных видов
микробов в разных почвах, мы прихо-
дим к следующим основным выводам.
Прежде всего с совершенной очевид-
ностью отмечается нахождение некото-
рых видов микробов только в опреде-
ленных почвах. Например Виноградский,
говоря о питрозных бактериях, указы-
вает, что в почвах разного плодородия
имеются различные виды этих микро-
организмов. Azotobacter встречается да-
леко не во всех почвах. Наши работы
позволяют сделать аналогичное заклю-
чение для целлюлозных и уробактерий.
На ряду с фактами, отмечающими
известную специфичность микронаселе-
ния различных почв, мы можем конста-
тировать также, что подавляющее боль-
шинство почвенных микробов является
космополитами. Их распространение
установлено от крайнего севера до тро-
пиков.
Например в почвах высокого плодоро-
дия всех почвенных зон мы найдем азот-
фиксирующий микроб Azotobacter и цел-
люлозоразлагающий микроб Cytophaga.
При анализе момента последнего порядка
невольно встает вопрос, не имеют ли
широко распространенные в природе бак-
терии определенных географических рас,
которые могли создаться в процессе
28
Природа
19391
их активного приспособления к усло-
виям окружающей среды. Данный во-
прос в микробиологической литературе
почти совершенно не затронут, и мы
поставили себе задачу проанализиро-
вать приспособительную реакцию поч-
венных бактерий к условиям климата.
Так как влажность и температура
являются основными факторами, опре-
деляющими климат, то объектом нашего
изучения и явилась температурная и
осмотическая приспособляемость поч-
венных бактерий.
Как вообще известно, микробы зна-
чительно легче высших растений при-
способляются к условиям окружающей
среды. Этим, по всей видимости, объяс-
няется то, что лишь для единичных слу-
чаев распространение микробов связы-
вается с определенными климатическими
зонами.
Подобное явление наблюдается, напр..
у розовых дрожжей (по данным, при-
водимым Б. Л. Исаченко) и у некото-
рых молочнокислых бактерий.
Относительно легкая адаптация бак-
терий к температурным условиям была
отмечена еще Dieudorme в 1894 г., кото-
рому удалось получить психрофильные
и термофильные 1 расы сибиреязвенного
бацилла и других бактерий.
Аналогичные эксперименты с Bacillus
subtilis и некоторыми другими бакте-
риями проводила Циклинская (1889 г.).
Она, между прочим, отметила, что не
все бактерии одинаково легко приспо-
собляются к новым температурным усло-
виям.
Lowenstein приучил к более низким
температурам термофильную водоросль
Hapalosipfion laminosus, имевшую макси-
мум в 52°. Продолжительная культура
этой водоросли при комнатных усло-
виях так изменила ее требования, что
она утратила способность расти при
повышенной температуре.
Акклиматизация, удающаяся в лабо-
раторных условиях, конечно, широко
осуществляется и в природной обста-
новке. Свидетельством этому могут быть
хотя бы наблюдения Еленкина, отме-
1 Психрофильпыми называются развиваю-
щиеся при низкой (оптимум 15—20°) телше-
ратуре микробы; термофилами называются
развивающиеся при повышенной температуре
(оптимум 50—55°) микробы.
чающего, что термофильные водоросли
в горячих водоемах Камчатки относятся
к формам водорослей холодных вод,
приспособившихся к высоким темпера-
турам.
Другим примером могут служить ми-
кроорганизмы арктических стран. По
исследованиям В. С. Буткевич и его
сотрудников оптимальная температур-
ная точка роста у подобных микробов
лежит весьма низко. Вообще сообщество
психрофильных и термофильных микро-
бов можно рассматривать как образо-
вавшиеся из обычных форм, путем дли-
тельного приспособления. Правда, Ар-
нольди, говоря о термофильных водо-
рослях, отмечает, что некоторые из
них все же следует рассматривать
как реликтовые формы от прежних
геологических времен, когда темпе-
ратура на земле была значительно
выше.
Весьма многие микроорганизмы легко
приспособляются и к осмотическим свой-
ствам внешней среды. Так, Рубенчик
установил превращение облигатных га-
лофильных бактерий одесских лиманов
в факультативные формы при постепен-
ном опреснении водоемов. Аналогич-
ное же явление отмечает В. Н. Люби-
менко для бурых и красных водорослей,
которые, как правило, являются оби-
тателями моря.
Следует все же отметить, что не все
микроорганизмы легко переносят изме-
нения концентрации внешнего раствора.
По наблюдениям Диановой и Вороши-
ловой морские бактерии весьма требо-
вательны к наличию в среде определен-
ного минимума солей; почвенные же
бактерии хорошо развиваются как в раз-
бавленных, так и в более концентриро-
ванных растворах. Отмеченное явление
возможно объяснить тем, что почвен-
ные микробы обитают в среде, в кото-
рой концентрация солей подвержена
большим колебаниям. Морские же мик-
робы являются аборигенами моря,
т. е. жителями такой среды, состав
которой постоянен.
В наших исследованиях, посвященных
анализу приспособительной деятельно-
сти почвенных бактерий, прежде всего
была изучена температурная приспо-
собляемость бактерий.
Полученный экспериментальный мате-
риал излагается в следующих разделах.
№ 4
Эколого-географическая изменчивость почвенных бактерий
29
II.	Температурная приспособляемость
почвенных бактерий
Для установления зависимости между
свойствами климата и температурами
развития почвенных бактерий мы про-
вели исследование с гнилостной бакте-
рией Bacillus mycoides. Этот микроб
был выделен из почв различных кли-
матических зон, причем из каждого
образца почвы получалось по несколько
рас данного микроорганизма.
Экспериментальным путем была опре-
делена температурная кривая развития
этого микроба. В этих целях мы приме-
нили метод гигантских колоний. Его
сущность состоит в том, что на пита-
тельную среду (мясопептонный агар),
находящуюся в чашке Петри, наносится
уколом эмульсия бактериальной куль-
туры. Чашка Петри ставится затем
в термостат на определенный срок,
после чего точной линейкой устана-
вливается диаметр выросшей бактериаль-
ной колонии. Совершенно очевидно, что
лучшие условия развития будут способ-
ствовать образованию более крупных
колоний. Как показали проверочные
опыты, данный метод достаточно точен
и дает хорошее совпадение со способом
подсчета размножившихся клеток в пи-
тательной среде. Последний метод,
однако, для изучения многих микробов
по ряду причин является совершенно
неприемлемым.
Во избежание возможной ошибки все
опыты проводились обычно, минимум,
с тройной повторностью.
Таким образом, проращивая бакте-
риальные колонии при разных темпе-
ратурах, можно установить кардиналь-
ные температурные точки (минимум,
оптимум, максимум), характерные для
определенного микроба. Для примера
в табл. 1 мы даем измерения гигант-
ТАБЛИЦА 1
Развитие Bacillus mycoides при различных
температурах (размер колоний в мм)
Раса Bacillus mycoides	Температура (в °C)						
	18	26	30	32	35 |37		40
I . .	13.0	31.0	45.0	28.7	0.65	0	0
2 		16.5	35 0	36.0	25.5	0.2	О'	0
3 		12.0	31.5	43.7	35.5	0.5	0	0
ских колоний, сделанные для несколь-
ких рас Bacillus mycoides, выделенных
из московской почвы.
Нетрудно определить, что оптималь-
ная точка для данных бактерий лежит
около 30°, а максимальная — около 36°.
Аналогичным способом мы установили
интересовавшие нас данные для всех
полученных рас Bacillus mycoides. На-
копленный экспериментальный материал
приводится в табл. 2. В ней указаны
сведения, характеризующие температур-
ные свойства климата отдельных геогра-
фических точек и данные по темпе-
ратурам развития бактерий. Следует
отметить, что отдельные расы Bacillus
mycoides, выделенные из какой-либо
почвы, имели иногда некоторые индиви-
ТАБЛИЦА 2
Сопоставление данных по климату отдельных местностей с температурами развития
Bacillus mycoides
Местоположение пункта	Температура воздуха (в °C)		Температуры развития бактерий (в °C).		
	средняя годовая	средняя июль- ская	оптимальная		максимальная
Архангельск.	...	0.6	10	Около 26—28		От 35
Москва	 Носовская с.-х. он. стан-	4.2	19	»	30	»	35
ция		6.4	19.6	)>	32	»	40
Сумы		6.05	20.1	1	*	32	»	40
Харьков		6.8	21	i	»	32	»	40
Ростов нД. . .	8.9	22	i	»	35	»	42
Краснодар .	. .	11.25	24	! »	35—37	»	43
Ташкент ....	13.7	27.4	। *	38	<i 43—44
30
Природа
1939
дуальные особенности. Так, напр., опти-
мальные температурные точки в отдель-
ных случаях несколько не совпадали.
Поэтому в табл. 2 приведены данные,
представляющие средние арифметиче-
ские, полученные для ряда рас интере-
совавшего нас микроба. Можно, однако,
отметить, что амплитуды отмечаемых
колебаний в общем были незначительны
для рас Bacillus mycoides, выделенных
из определенного образца почвы.
Весьма интересно было проверить на-
личие закономерной зависимости между
климатом различных мест и оптималь-
ными температурами развития почвен-
Фиг. 1. Зависимость между оптимальной темпе-
ратурой развития Вас. mycoides и средней го-
ловой температурой воздуха.
ных бактерий. При выведении отмечен-
ной зависимости правильнее, конечно,
было бы исходить из температуры почвы.
Однако, к сожалению, достаточных све-
дений -по этому вопросу не имеется,
и мы могли лишь использовать данные
по температуре воздуха. Это по суще-
ству не является, по нашему мнению,
ошибкой, так как температура почвы
стоит в прямой связи с нагревом воз-
духа. При внимательном сопоставлении
цифр, характеризующих средние годо-
вые температуры воздуха и оптималь-
ные температурные точки для разных
рас Bacillus mycoides, видно, что здесь
имеется весьма простая зависимость.
Ее особенно наглядно можно предста-
вить графически, взяв за ось ординат
оптимальные температуры развития бак-
терий, а за ось абсцисс — средние годо-
вые температуры воздуха (фиг. 1). Полу-
чается линия, чрезвычайно близкая
к прямой, изгибы которой можно игно-
рировать.
Исходя из уравнения прямой, можно
математически вычислить оптимальные
температуры развития отдельных гео-
графических рас Bacillus mycoides. Как
видно (табл. 3), получается хорошее
совпадение между экспериментально най-
денными и вычисленными величинами.
ТАБЛИЦА 3
Сопоставление опытных и вычисленных опти-
мальных температур развития Bacillusmycoides
Местонахождение	Оптимальные темпера- туры развития BaciUus mycoides (в °C.)
пункта	найденная вычислен- опытным путем	ная
'[аимен/п
Архангельск .	. i	От	27	
Москва	1	»	30	29.9
Носовка			>>	32	31.8
Сумы	!	»	32	31.6
Харьков	'	»	32	32.2
Ростов и/Д. .  . ;		35	34.0
Краснодар . . . . i	»>	35—37	35.9
Ташкент	j	»	38	
На фиг. 2 дана зависимость между
июльской температурой воздуха отдель-
ных пунктов и оптимальными темпера-
турами развития различных рас Bacillus
mycoides. Здесь наблюдается зависи-
мость, также выражаемая уравнением
прямой линии.
Что касается максимальных темпера-
тур развития у отдельных рас Bacillus
mycoides, то отмечается постепенное по-
вышение этой точки для рас более
южного происхождения по сравнению
с северными. Коррелятивной зависи-
мости с показателями климата мы здесь
установить не можем. Данное явление
Фиг. 2. Зависимость между оптимальной тем-
пературой развития Вас. mycoides и июль-
ской температурой воздух,
находит себе объяснение, но на нем
в рамках настоящей статьи мы остана-
вливаться не можем.
Приведенные данные наглядно показы-
вают, что почвенные бактерии, приспо-
собляясь к климатическим условиям,
вполне закономерно изменяют свои тре-
№ 4
Эколого-географическая изменчивость почвенных бактерий
31
бования к температурным условиям.
Таким образом формируются геогра-
фические расы микробов с довольно
устойчивыми признаками. Мы культи-
вировали отдельные штаммы Bacillus
mycoides в продолжение значительного
промежутка времени в лабораторных
условиях и периодически проверяли
температурную кривую их развития.
Она оставалась постоянной. Это пока-
зывает, что приобретенный в природ-
ных условиях признак константен, и это
дает нам право говорить о наличии
у бактерий географических рас. Инте-
ресно отметить, что прочие культураль-
ные свойства микроба при температур-
ной приспособляемости остаются без
изменений.
Полученный экспериментальный мате-
риал позволил нам применить Bacillus
mycoides, как показатель происхожде-
ния зерна. До последнего времени для
этих целей служили семена сорной
растительности, примешанные к посев-
ному материалу. Совершенно очевидно,
что при хорошей очистке зерна подоб-
ный индикатор будет отсутствовать.
Однако почвенные микробы, в том числе
и Bacillus mycoides, являются неизбеж-
ным загрязнителем зерна.
Изолируя с зерна микроб и определяя
оптимальную температуру его разви-
тия, можно достаточно точно определить
зону, из которой был получен исследуе-
мый материал. Этот анализ весьма
несложен и требует небольшого срока.
По произведенным нами подсчетам
ошибка показаний бактериального ме-
тода вряд ли может превысить в широт-
ном направлении 100—200 км, что для
практических целей является вполне
приемлемым.
Проведя работу с Bacillus mycoides,
мы имели достаточные основания пред-
положить, что температурная приспо-
собляемость должна быть явлением
общим для всего разнообразия почвен-
ных микроорганизмов. Для проверки
этого положения из различных почв
было изолировано по ряду рас весьма
разнообразных гнилостных бактерий.
Преимущественно отбирались бактерии,
обладающие диффузным ростом, что
облегчало получение гигантских коло-
ний. Ранее описанным способом, т. е.
методом гигантских колоний, были опре-
делены их оптимальные и максимальные
температурные точки. Опытный мате-
риал показал, что полной тождествен-
ности у отдельных форм бактерий в отно-
шении температурных требований не
имеется, но подавляющее большинство
из них имеют температурные точки,
весьма близкие к установленным для
Bacillus mycoides.
В табл. 4 мы приводим сведения,
отмечающие температурные данные от-
ТАБЛИЦА 4
Сопоставление данных по климату отдельных
местностей с темпера гурами развития почвен-
ных бактерий
	£	Оптималь-	Bill' i И Bl
Местоположение	£ =•	ная темпера-	и
	. - t		rS F- -
	15 d.x	тура для	i cL Н.
пункта			“	С/
	я п	бактершЧ	ак 'МГ IICI
	н й		S
		в °C	
Архангельск . . .	0.6	От 28-29	36—38
Ленинград ....	4.1	» 29—31	40—42
Москва		4.2	» 29—31	40—42
Курск		5.4	» 33-35	43—44
Синельниково . .	9.6	» 35—36	43—44
Армавир ....	8.9	» 35—36	43—44
Анапа		11.7	» 37—39	43—44
Балаклава . . .	12.1	» 37—39	43—44
Массандра ....	12.7	» 36—39	43—44
дельных пунктов нашего Союза и кар-
динальные температурные точки, уста-
новленные для почвенных бактерий.
Фиг. 3. Зависимость между оптимальными тем-
пературами развития почвенных бактерий и
средней годовой температурой воздуха.
На фиг. 3 дается сопоставление опти-
мальных температур развития почвен-
ных бактерий со средней годовой тем-
пературой воздуха.
Как видно, здесь наблюдается весьма
простая зависимость, выражаемая пря-
32
Природа
1939
мой линией, т. е. повторяется явление,
отмеченное для Bacillus mycoides. Экспе-
риментальным путем мы установили дня
ря га исследованных микробов констант-
ность их свойств в отношении темпера-
тур/. Таким образом и этот материал
подтверждает высказанное нами ранее по-
ложен е о существовали определенных
географических рас почвенных бактерий.
III.	Термофильные бактерии в почве
Изучая температурную приспособляе-
мость у почвенных бактерий, мы не-
вольно подошли к вопросу о наличии
в почве термофильных бактерий. Отме-
тим, что облигатные термофилы начи-
нают расти при температуре около 37°,
оптимум они имеют около 55° и прекра-
щают свае развитие около 75°. До сих
пор пр :нималось, что эти микробы,
весьма требовательные к температуре,
присутствуют в большом количестве
в южных почвах, сильный нагрев кото-
рых делает в известные промежутки вре-
мени нев )зможным развитие обычных
мезофильных бактерий. Однако из полу-
ченных нами данных следовало, что
температурная адоптация почвенных ме-
зофилов делает необязательным наличие
в почве термофильной микрофлоры.
Вопрос о численности и распростра-
нении термофильных бактерий в почве
считался до последнего времени откры-
тым. Недостаточно разработанная мето-
дика исследований позволяла лишь кон-
статировать факт почти повсеместного
их нахождения. Термофильные бакте-
рии были найдены рядом микробиоло-
гов в почвах разных частей света.
Их присутствие в южных почвах каза-
лось легко объяснимым, но почему они
встречаются в северных местностях,
это было не совсем понятно. Некоторые
исследователи пытались выйти из за-
труднения, указывая на то, что на
искусственных средах термофилы растут
при более высоких температурах, чем
в почвах (Koch и Hoffmann). Но это
положение, как показали наши опыты,
оказалось неправильным.
Применяя метод количественного учета
термофильных бактерий при анализе
разных почв, мы могли установить,
что отдельные почвы неодинаково бо-
гаты этими микробами. Культурные,
удобряемые навозом почвы обычно содер-
жат больше термофилов, чем целинные.
Особенно богаты этими микробами ого-
родные почвы. Обнаружилось, вопреки
утверждению ряда исследователей, что
южные почвы, не удобряющиеся наво-
зом, обычно имеют очень мало термофи-
лов. Отмеченные моменты ясно обрисо-
ваны в табл. 5, где для примера при-
водятся сведения по содержанию тер-
мофилов в различных почвах.
Как видно, почвы Крыма и Кавказа,
в том случае если они не удобрялись
навозом, почти не содержат термофиль-
ных бактерий. Обратно, северные почвы,
где навоз часто применяется, более
богаты этими микробами.
Обширный экспериментальный мате-
риал показал нам, что термофилы зано-
сятся в почву вместе с навозом, который
при созревании довольно сильно разо-
гревается и, следовательно, является
субстратом, вполне пригодным для
интенсивного размножения термофилов.
На самом деле, микробиологический
анализ навоза, произведенный нами и
сотрудниками Института сельскохозяй-
ственной микробиологии, показал содер-
жание в нем значительных количеств
термофильных бактерий.
Исходя из обычно применяющихся
доз навозного удобрения, нетрудно с по-
мощью весьма простых подсчетов убе-
диться в том, что почва заметно обога-
щается термофильным микронаселением
при унаваживании.
Мы считаем, что термофильные бак-
терии, попав в почву, там не размно-
жаются и находятся в инактивном со-
стоянии. На самом деле, для своего
развития они требуют температуру мини-
мум в 37—40°. Обычно при таком нагреве
почва столь иссушается, что развитие
микроорганизмов становится невозмож-
ным.
Наше заключение о невозможности
размножения термофильных бактерий
в почвах экспериментально подтвер-
ждается чрезвычайной бедностью тер-
мофилами южных целинных почз.
Установленный нами факт связи между
богатством почвы термофильными бак-
териями и внесением навоза позволил
разработать прием биологической диаг-
ностики степени унавоженности почвы.
Совершенно очевидно, что чем больше
будет унаваживаться почва, тем богаче
она будет термофильными микроорга-
низмами.
№ 4
Эколого-географическая изменчивость почвенных бактерий
3S
ТАБЛИЦА 5
Содержание термофильных бактерий в разных почвах
№№ п/п.	Почва	Число термофиль- ных бактерий на 1 г почвы	и/о термофилов от общего числа бактерий
1	Северный край, Усть-Цильма, целинная почва . Там же, Усть-Усса, огород	 Московская область, близ Москвы, целинное	0	0
2		440 000	9,5
3			
	поле под выпасом 		100	0.01
4	Там же, яровое поле		10 000	0.25
5	Там же, огород	 ...	45000	0.75
6	Крым, виноградник	 		0	0
7	Крым, фруктовый сад ....			215 000	3.3
8	Чаква, целинная почва .	....	0	0
9	Чаква, чайная плантация .			750	0.02
ТАБЛИЦА 6
ермофилы в различно-унавоженных почвах
Характер почвы
Количество термофилов на 1 г
почвы в слое
0—15 см	15—30 см
Целинные почвы................................
Слабо-унавоженные почвы.......................
Средне-унавоженпые почвы......................
Сильно-унавоженные почвы......................
О— 1 000
1 000— 50 000
50 000—150 000
100 000—300000
0— 1000
0— 1000
до 5 000
50 003—150 000
Исходя из этого соображения, можно
было надеяться с помощью количе-
ственного анализа состава термофилов
подойти к определению степени удоб-
ренности почвы навозом. Данный мо-
мент имеет значительный практический
интерес, так как, при анализе ряда
агрономически интересных моментов, со-
вершенно необходимо бывает подчас
устанавливать степень унавоженности
того или иного земельного угодия.
Например стахановские бригады нередко
получают огромные урожаи на одних
полях, и при равных условиях работы
значительно меньший эффект достигается
на иных угодиях.
Анализируя это явление, исследова-
тель, на ряду с другими моментами,
всегда пытается определить унавожен-
ность почвы, и при отсутствии истории
поля это является практически невоз-
можным. Для подобных случаев мы
рекомендуем пользоваться как показа-
телем обсемененностью почвы термо-
фильными бактериями.
На основании изучения большого ко-
личества различно-обрабатываемых почв
подзолистой и черноземной зон, мы
можем указать примерные нормы содер-
жания термофилов в почве, в связи
со степенью ее удобренности. Имею-
щийся в нашем распоряжении материал
суммирован в сводной табл. б.
Как видно из приведенных цифр, тер-
мофильные бактерии могут служить
весьма красочным показателем на сте-
пень унавоженности почвы.
Следует отметить, что термофильные
бактерии из пахотного горизонта посте-
пенно вымываются в более глубокие
слои почвы. Очевидно, что чем больший
срок времени проходит с момента вне-
сения навоза, тем больше термофилов
будет вынесено в низлежащие слои
почвы. Это дает возможность на осно-
вании послойного анализа почвы судить
не только о степени унавоженности поч-
вы, но и о давности внесения органи-
ческого удобрения.
Описанный нами бактериологический
метод был не без успеха применен
в работах Всес. Института удобрений
(ВИУАА) при изучении почв стаханов-
ских звеньев.
Природа № 4.
3
34
Природа
193&
IV.	Климат и осмотическое давление
у бактерий
После проведения работы по изуче-
нию температурной приспособляемости
почвенных бактерий, мы решили про-
верить наличие у этих микроорганизмов
приспособительной реакции и к другим
показателям климата. С переходом из
одних климатических зон в другие
обычно сильно меняется обеспеченность
почвы влагой. Это должно резко ска-
заться на осмотическом аппарате поч-
венных бактерий, и данное положение
мы хотели установить экспериментально.
На намеченном пути стояли большие
методические трудности, заключаю-
щиеся в том, что до сих пор не имеется
разработанной методики для определе-
ния величины осмотического давления
у бактерий. Существующие же в расти-
тельной физиологии приемы определения
интересующего нас показателя к бакте-
риям неприложимы. Например наиболее
популярный плазмолитический метод
де-Фриза не может быть использован
при работе с бактериями, во-первых,
в силу исключительно малой величины
исследуемого объекта, а во-вторых, в силу
того, что весьма многие бактерии не дают
хорошо видимой картины плазмолиза.
Фишер вообще делил бактерии на
две группы: дающих плазмолиз и не
плазмолизирующихся вообще. Ко второй
группе микробов относятся многие
спорообразующие бактерии.
В последнее время Имшенецкий уста-
новил, что считавшиеся ранее неплаз-
молизирующимися бактерии дают ясную
картину плазмолиза, но лишь в сильно
гипертонических растворах. Это, по су-
ществу, не дает возможности применять
для их изучения метод де-Фриза. Все же,
очевидно, существует ряд бактерий
(напр. Beggiatoa mirabilis), протоплазма
которых сжимается в гипертонических
растворах, не давая отслаивания от
клеточной оболочки.
Иные методы определения величины
осмотического давления, как, напр.,
объемный способ Гефлера, весовой спо-
соб Селибера, исследование точки замер-
зания растительного сока, тоже, по
ряду соображений, не могут быть исполь-
зованы при работе с бактериями.
В силу отмеченных причин, присту-
пая к работе с почвенными бактериями,
мы вынуждены были разработать со-
ответствующий метод определения вели-
чины осмотического давления в их
клетке.
Мы остановились на методике, реко-
мендованной Гедином для животных
тканей, при которой о вхождении и вы-
хождении воды составляется суждение
по изменению их объема. Данный прием
исследования с некоторыми видоизме-
нениями нами был использован для
бактерий. Обычно работа проводилась
в таком порядке: выращивались бакте-
риальная культура или на мясопептон-
ном бульоне или на агаре. Во втором
случае, перед опытом, бактериальная
масса смывалась бульоном. Для полу-
чения гомогенной взвеси бактериальная
муть профильтровывалась через бумаж-
ный фильтр. Вслед за этим в особые
пробирки типа Троммздорфа налива-
лось равное количество культуры, и
пробирки подвергались центрифугиро-
ванию в течение 10 мин. при 3 тыс.
оборотов в минуту. Бактерии при этом
оседали в капилляр, и их объем изме-
рялся.
После этого жидкость из всех про-
бирок, за исключением одной (кон-
трольной), сливалась и заменялась рас-
творами поваренной соли различной
концентрации. Бактерии продувание*м
воздуха через капилляр взмучивались
и 15 мин. оставались стоять в покое.
По истечении указанного времени про-
бирка вторично центрифугировалась,
после чего вычислялось изменение объема
бактериальной массы по отношению
к контролю. С контрольной пробиркой
проделывалась та же операция, что
и с опытными, но вместо раствора NaCl
приливался мясо-пептонный бульон.
Совершенно ясно, что гипотонические
растворы вызывали увеличение объема
бактериальной массы. Гипертониче-
ские же растворы давали более или
менее сильное сжатие объема клетки.
Отсюда нетрудно было вычислить изото-
ническую концентрацию солей.
При описываемой методике по суще-
ству определялась величина тургор-
ного давления бактериальной клетки.
Однако в том случае, если осмотическое
давление среды невелико, эта величина
практически равна величине осмотиче-
ского давления клетки. Для наших же
опытов микробы выращивались на сре-
№ 4
Эколого-географическая изменчивость почвенных бактерий
35
дах с обедненным солевым раствором,
и осмотическое давление среды по крио-
скопическому определению не превы-
шало 0.5 атмосферы.
Описанная методика была нами сопо-
ставлена с плазмолитическим методом
на дрожжах и дала хорошие показа-
тели, что позволило без всяких сомне-
ний применить ее для изучения бак-
терий.
Для дальнейшей работы была взята
серия культур Bacillus mycoides, выде-
ленных из различных почв Советского
Союза. Чтобы полученные данные были
более убедительны, из каждой почвы
обычно выделялось по несколько штам-
мов этой бактерии. Описанной выше
методикой было произведено опреде-
ление величины осмотического давления
у этих культур.
Обычно при рассмотрении и оценке
данных, мы считали раствор слабо гипер-
тоническим, если сжатие клеток было
близко к 5% по отношению к кон-
тролю. Меньшее сжатие достоверно уста-
новить при принятом методе трудно.
Следует отметить, что почти во всех
анализах, при переходе к боле? силь-
ным гипертоническим растворам, на-
блюдался ясно выраженный скачок,
в отношении сжатия объема клеток.
В настоящей статье мы не даем ана-
литического материала, полученного при
выполнении работы и ограничиваемся
лишь примерами: для расы Bacillus mycoi-
des, выделенной из московской почвы,
раствор в 0.1 моля является уже гипер-
тоническим, а для расы этой бактерии,
изолированной из почвы района Белой
Церкви, слабо гипертоническая концен-
трация соли повышается до 0.25 моля.
Здесь наглядно видно увеличение вели-
чины осмотического давления клетки
микроба, обитающего в более сухом
климате.
Сводная таблица, суммирующая экспе-
риментальный материал по определению
величины осмотического давления у раз-
личных географических рас Bacillus my-
coides приводится ниже (табл. 7).
Надо отметить, что штаммы Bacillus
mycoides, изолированные из какой-либо
почвы, показывали почти тождественные
величины.
Как видно из данных табл. 7, вели-
чина осмотического давления законо-
мерно повышается в клетке микробов
ТАБЛИЦА 7
Величина ’ осмотического давления в клетке
i.. различных рзс Baci/fuS mycoides
Местопроисхождение расы Bacillus mycoides	Величина осмоти- ческого давления (в атм.)
Иваново-Вознесенск . .	Около 2
Москва		» 2
Мензелинск		» 3.5
Калач	•	» 5.4
Попелянск		» 7.2— 9.0
Рыльск		» 5.4
Белая Церковь ....	» 9.0—10.8
Кирсанов		» 3.6
Донбасс		» 7.2
Долинская		» 9.0
Мелитополь		» 0.8
Павловск 		» 14.4
Краснодар	 Херсон		» 14.4—16.2 1
по мере перехода из северных широт
в южные, т. е. из областей, более обес-
печенных влагой — к менее обеспечен-
ным. Для того, чтобы вывести извест-
ную закономерность между величиной
осмотического давления в клетке Bacillus
mycoides и свойствами климата, нужно
было бы иметь какой-то объективный
показатель, обрисовывающий влажность
климата того или иного пункта. Такие
показатели практич:.ски отсутствуют,
если не считать условных индексов Беля-
нинова, мало пригодных для наших
целей. В силу отмеченного мы выну-
ждены были коррелировать величину
осмотического давления с тепловым ба-
лансом климата (средние годовые тем-
пературы). Допущение о том,что увлаж-
ненность разных районов более или
менее стушевывается перед значением
температурного фактора, до известной
степени произвольно, но как уже отме-
чалось, мы не имели иного выхода.
Указанного характера закономерность
приводится на фиг. 4 и, как видно,
несмотря на известную условность при-
нятого нами сопоставления, получается
довольно удовлетворительный итог.
Связь между отдельными точками выра-
жается прямой линией. Некоторые от-
клонения, как, наир., в случае мензе-
лннских рас Bacillus mycoides, вполне
понятны. Мензелинск лежит в менее
обеспеченном влагой поясе, чем Москва,
но имеет почти ту же годовую темпе-
ратуру.
3*
36
Природа
1*3*
После опытов с Bacillus mycoides мы
решили проверить реакцию на климат
в отношении изменения величины осмо-
тического давления у других микробов.
Прежде всего был взят Azotobacter chroo-
соссит, выделенный из различных почв
на кремневом геле. Были использованы
также смешанные культуры гнилостных
микробов. Их мы взяли, допуская, что
изменение осмотического давления про-
исходит однотипично у всех бактерий,
вне зависимости от их видового раз-
личия. Данные приведены в табл. 8.
t?
10
в
6
4
г
Мензелимск
о
бозчес
 О-
I г з
4 5 6 1 8 .9 Ю « IZ '?
/ одобая t ‘
Фиг. 4. Зависимость между осмотическим дав-
лением клетки Вас. mycoides и средней го-
довой температурой воздуха.
Нетрудно заметить, что получились
данные, весьма совпадающие с опреде-
лениями, имеющимися для Bacillus my-
coides. Таким образом очевидно, что
осмотическая приспособляемость у раз-
ных видов микробов определенной почвы
происходит как общее явление.
ТАБЛИЦА 8
Величина осмотического давления у различ-
ных почвенных бактерий
Местопроис- хождение бактерий	Величина осмотического давления, (в атм.)	
	Azotobacter	гнилостные микробы
Москва . .	Меньше 3.0	Меньше 3.0
Полтава . . .	—	7.6—9.4
Мариуполь . .	Около 7.2	—
Херсон . . • .	» 10.8	Около 12.6
Краснодар	» 14.4	» 18
При культуре в лабораторных усло-
виях отдельные расы микробов упорно
сохраняли свойственную им величину
осмотического давления.
Выводы
1.	Почвенные бактерии различных фи-
зиологических групп, приспособляясь
к температурным условиям климата, за-
кономерно изменяют свойственную им
оптимальную и максимальную темпера-
туры развития. Установлено, что между
средними годовыми температурами воз-
духа и оптимальными температурами раз-
вития бактерий существует простая зави-
симость, выражаемая графически пря-
мой линией.
2.	Изучение распространения термо-
фильных бактерий в почве показало,
что их количество зависит от вносимых
доз навозного удобрения.
Микробами весьма богаты огородные
почвы, значительно беднее полевые
почвы и почти совершенно не содержат
термофилов целинные почвы. Указан-
ная закономерность установлена как
для южных, так и для северных почв.
3.	Величина осмотического давления
клетки микроба стоит в непосредственной
зависимости от теплого режима климата.
Эта связь может быть выражена ура-
внением прямой линии.
4.	Признаки, связанные с температу-
рой и осмотической приспособляемостью
у почвенных бактерий, устойчиво пере-
даются по наследству, почему можно
говорить о существовании у почвенных
бактерий географических рас.
Литература
1.	Цикли некая. Ann. Inst. Pasteur,
р. 213, 1903.
2.	А. А. Им шеи ецки й. Микробиология,
т. VI, вып. 5, 1937.
3.	Е. Н. Мишустин. Почвоведение,
№ 1, 1925.
4.	Вестник Бактер.-агроном, станции
НКЗ, № 24, 1926.
5.	---Химизация соц. земледелия, № 6, 1936.
6.	--- Труды 2 Конгресса почвоведов, 1930,
3 ком., стр. 276.
7.	--- Микробиология, вып. 2, 1933.
8.	--- Там же, вып. 3, 1932.
9.	   Там же, вып. 4, 1937.
10.	Е. Н. Мишуст и н и М. А. Me с-
синева. Там же. вып. 1, 1933.
11.	Е. N. Mischustin. Centr. fiir Bakte-
riologie, II, 66, 1925/1926.
12.-----Centr.	fiir	Bakteriologie,
13.		 Centr.	fiir	Bakteriologie,
14.-----Centr.	fiir	Bakteriologie,
15.	— Centr.	fiir	Bakteriologie.
II, 86, 1932.
II, 71, 1927.
II, 93, 1936.
II, 95, 1936.
ЕСТЕСТВЕННЫЕ НАУКИ
И СТРОИТЕЛЬСТВО СССР
О КУЛЬТУРЕ БЫСТРОРАСТУЩИХ И ЦЕННЫХ
ДРЕВЕСНЫХ ПОРОД НА ЮГЕ СССР
А. Н. ПУТИЛОВ
Самые южные районы СССР — Крым,
Закавказье, горные долины Средне-
Азиатских Республик могли бы быть
районами разведения древесных пород,
не только быстрорастущих, но и дающих
древесину высшего качества для строи-
тельных целей.
Из таких пород прежде всего заслу-
живает внимания секвойя вечнозеленая
(Sequoja sempervirens) и секвойя гигант-
ская или мамонтово дерево. Эти породы
отличаются громадными размерами и
быстрым ростом. В Абхазии секвойя
вечнозеленая в 45-летнем возрасте имела
30 м высоты при диаметре в 88 см (7).
На ее родине, в Калифорнии, оборот
рубки ее — 45 лет; в это время — на
1 га она дает около 1000 м3 древесины;
для получения же стволов торговых раз-
меров (20 см на высоте груди) секвойи
вечнозеленой нужно всего 22 года (2).
Древесина ее — первоклассных строи-
тельных качеств. По стойкости против
загнивания она относится к группе
наиболее долговечных погод, как кипа-
рис, белая акация и др. Поэтому в США
она — самый распространенный мате-
риал для производства кровельного
шингла. Древесина секвойи очень лег-
кая (уд. вес 0.44), мягкая, не коробится
при сушке; ей приписывают выдающуюся
сопротивляемость против возгорания,
ради чего она пользуется большим спро-
сом в жилищном строительстве.
В Абхазии секвойя вечнозеленая ра-
стет не менее успешно, чем в США,
обильно плодоносит и может размно-
жаться порослью. В. П. Малеев пола-
гает, что секвойю можно было бы ввести
в защитные полосы для субтропических
культур на влажной низменности.
Секвойя гигантская успешно растет
в Крыму и плодоносит. Этот вид перено-
сит более сухой и холодный климат.
Исследователи считают, что ее можно
ввести в лесные посадки по склонам гор
и пустырям. В Средней Азии имеется
единственный экземпляр этого вида
в Сталинабаде. Проф. В. Д. Городец-
кий усиленно рекомендует ее для обле-
сения Средне-Азиатских Республик.
В Южном Крыму и Закавказье хорошо
растут кедры атласский и гималайский
(Cedrus atlantica и С. deodara). 30-летние
деревья атласского кедра достигают
20 м в высоту при диаметре в 50 см (7).
Древесина этих кедров относится к луч-
шим в мире лесным строительным мате-
риалам. Постройки из нее сохраняются
столетиями. Уд. вес ее 0.43—-0.55; уме-
ренно твердая, она идет для всех видов
строительных работ, очень ценится в про-
изводстве мебели, паркета, для внутрен-
ней отделки.
Атласский кедр на родине, в горах
Северной Африки,растет на высоте 1200—
2100 м, где лето сухое, а зимой снег
лежит несколько месяцев; температура
опускается до —15° С (3). Этот вид
введен в лесо-культурные посадки в Зап.
Европе, по Рейну и в Швейцарии. У нас
он плодоносит и дает самосев. Растет
на известковых почвах. Как засухо-
устойчивая порода атласский кедр
считается годным для лесомелиора-
тивных посадок на Южном берегу Крыма
в смеси с соснами и другими поро-
дами (4).
Гималайский кедр на родине, в запад-
ных Гималаях, достигает в высоту 45 м
и около 2 м в диаметре; растет на высоте
1800—2500 м, часто в чистых насажде-
ниях или с другими хвойными, особенно
с соснами или дубами и другими листвен-
ными. Лучше всего развивается на хо-
рошо дренированных глубоких, рыхлых,
плодородных землях в тенистом место-
положении. От мороза страдает редко,
но сеянцы не выносят засухи. Для луч-
ших условий требуется 1000—1750 мм
осадков при абсолютном минимуме
в —12° С (3).
38
Природа
1939
У нас в южном Крыму (500—600 мм
осадков) гималайский кедр прекрасно
растет в парках единичными экземпля-
рами, группами и в аллеях, дает всхо-
жие семена. Близ Гурзуфа первая лесо-
мелиоративная посадка на крутом ши-
ферном склоне показала более быстрый
рост этой породы, в сравнении с сосной.
В 15 лет гималайский кедр имел в вы-
соту 4 м при диаметре в 10 см (4).
В западном Закавказье гималайский
кедр растет еще лучше, чем в Крыму.
Стволы его — прямые; все деревья пло-
доносят; семена — всхожие. Есть само-
сев. Средние размеры деревьев в воз-
расте 30—35 лет — высота 17 м, диаметр
37 см. Есть экземпляры в 50—55 лет,
высотою 28—30 м и диаметром 75—
100 см (7). Древесина гималайского
кедра желтовато-коричневая, очень аро-
матичная, уд. вес 0.43—0.5, легко обра-
батывается и полируется, очень проч-
ная, при сушке не трескается. Она очень
широко применяется в строительном деле
и служит необычайно долго. В Индии,
которая так богата разными древесными
породами, древесина гималайского кедра
считается одной из самых лучших.
Наконец, последняя группа древес-
ных пород, дающих первоклассную
строительную и поделочную древесину—
это кипарисы. В США кипарис иногда
называют вечным деревом за его долго-
вечность.
Древесина кипарисов легко обраба-
тывается, имеет универсальное примене-
ние для разных строительных работ и
в деревообделочной промышленности.
В Закавказье и особенно в Крыму,
кипарис вечнозеленый настолько нату-
рализовался, что является характерной
особенностью ландшафта. В Абхазии ки-
парис вечнозеленый в 30 лет достигает
высоты 30 м, при диаметре в 45 см (7).
В Крыму обычные размеры 50-летних
кипарисов —20 м высоты при 1 м в окруж-
ности.
Особенность этого кипариса та, что
он может расти на сухих почвах. Древе-
сина его легкая (уд. вес 0.48), мягкая,
но исключительно долговечная. Цвет ее
светлокоричневый с приятным запахом;
она хорошо полируется; употребляется
как для внутренних работ, так и для
наружных, особенно для обшивки до-
мов, для кровельных шинглов, в судо-
строении и для тонких столярных работ.
Одним из наилучше растущих экзо-
тов в Абхазии считают лузитанский кипа-
рис. Родина его — горная Мексика.
В Сухуми в 30 лет он имеет высоту
в среднем 15.5 м и в диаметре 63 см. Он
неприхотлив к почве и хорошо перено-
сит засуху. Размножается легко и
обильно; дает у нас самосев. Древесина
очень прочная, идет на постройки и судо-
строение.
В Западной Европе введен в лесокуль-
турные посадки кипарисовик Лавсона.
Этот вид достигает высоты 60 см с диа-
метром около 2 м. Древесина его легко
обрабатывается, очень прочная; употре-
бляется для построек, фанеры, паркета,
для судостроения; она прекрасно поли-
руется. Кипарисовик Лавсона растет на
береговых песчаных дюнах и на сухих
песчаных буграх по долинам рек при
минимумах —12° С и осадках от 750 до
2500 мм. В Англии растет также в рай-
онах с осадками от 500 мм и выше.
В Абхазии кипарисовик Лавсона в 35 лет
имеет в высоту 24 м при диаметре в 75 см
(Вознесеновка). Он может быть продви-
нут в горы.
Вполне натурализовался на Черно-
морском побережье также гималай-
ский кипарис (Cupressus torulosa Don.).
Он размножается самосевом. Растет
быстро.
Наиболее северным по распростране-
нию является желтый кипарисовик (Cha-
maecyparis nootkaensis). В США он
растет на берегу юго-восточной Аляски
и Британской Колумбии при годовых
осадках от 500 мм и выше. Лето здесь
холодное и влажное, а зима мягкая,
но местами температура падает до —20° С.
Растет желтый кипарисовик в смешан-
ных насаждениях с ситковой елью, туей,
дугласовой пихтой и др. (3).
Желтый кипарисовик и некоторые
другие более морозостойкие виды могут
разводиться в более северных районах
и на юге. вдали от приморской полосы (5).
Что касается вечнозеленого кипариса,
то представляет интерес его пирамидаль-
ная форма — у него крона очень узкая,
сжатая, поэтому на одном га можно
поместить гораздо больше стволов, чем
при посадке других пород. В частых
посадках кипарисы высоко очищаются
от сучьев. Поэтому введение кипарисов
в лесокультурные посадки может быть
вполне целесообразным (4).
№ 4
Естественные науки и строительство СССР
39
Рассмотренные нами иноземные дре-
весные породы вполне натурализовались
у нас на юге. Они дают всхожие семена,
размножаются самосевом. Есть экзем-
пляры в возрасте свыше 50 лет. Все эти
древесные породы растут быстрее мест-
ных и дают древесину высшего качества.
И вот, несмотря на все это, указанные
породы деревьев не только не продви-
гаются в более северные подходящие
для них районы, но даже там, где они
прекрасно растут целое столетие, они
не использованы для лесных посадок.
Хотя возможный район разведения
секвойи, кедров, атласского и гималай-
ского, и кипарисов относительно неве-
лик, но хозяйственное значение их
усиливается тем, что древесина этих по-
род по своей стойкости против разруше-
ния в несколько раз превышает обыч-
ную древесину сосны и других местных
пород.
Литература
1.	В. П. Малеев. Древесные экзоты Абха-
зии. Сб. «Абхазия».
2.	Лесное хозяйство и лесоэксплоатация, 1933,
№ 9.
3.	R. S. Troup. Exotic forest trees in the
British Empire. 1932.
4.	Скоробогатый. Экзоты Южного бе-
рега Крыма. Тр. по прнкл. бот., ген. и
сел., т. XVIII, вып. 2.
5.	В. П. Малеев. Хвойные Черноморского
побережья Kai каза и Крыма. Тр. пэ прикл.
бот., ген. и сел., т. XVIII, вып 2.
О МЕТОДИКЕ СБОРА БИОЛОГИЧЕСКОГО
МАТЕРИАЛА МОРСКИМИ БИОЛОГИЧЕСКИМИ
СТАНЦИЯМИ
Л. В. АРНОЛЬДИ и К. Р. ФОРТУНАТОВА
В настоящее время группа знаний,
связанная с водой и жизнью в ней, дер-
жит суровый экзамен перед практикой.
Запросы, предъявляемые к ней со сто-
роны народного хозяйства, требуют
ясных, конкретных ответов и указаний
о путях и методах максимального ис-
пользования полезной производитель-
ности водоемов, установления промысло-
вых запасов, промысловых прогнозов на
будущее и т. д. Надо признать, что
в этом отношении наша наука в боль-
шинстве случаев экзамена не выдержи-
вает.
Эти факты заставляют критически
пересматривать установки и методы на-
ших гидробиологических и, особенно,
ихтиологических исследований. Среди
многих причин, определивших эти не-
удачи, одно из видных мест принад-
лежит, как нам кажется, отрыву науч-
ных работников от природы, от живого
объекта исследования в его естественной
обстановке. Подобный отрыв наиболее
ярко выражен, опять-таки, в ихтиоло-
гии, превратившейся за последнее время
в ихтиологическую статистику. В гидро-
биологических научных учреждениях от-
рыв этот менее выражен, но никак нельзя
отрицать его и в них.
Старейшим методом сбора гидробио-
логических (в широком смысле) мате-
риалов являются экспедиции. Основ-
ным достоинством экспедиционного ме-
тода исследования являются широта
охвата, в новых экспедициях — ком-
плексность — и часто большие мате-
риальные возможности, чем при стацио-
нарных исследованиях. Крупней-
шими же недостатками — необходимость
в сравнительно ограниченный срок уло-
жить максимальное количество разно-
образнейших сборов, невозможность об-
работки материала на месте, кроме
сугубо предварительной, невозможность
постоянной проверки сделанного на-
блюдения. Все эти недостатки делают
экспедиционный метод пригодным лишь
для изучения тех районов, где органи-
зация стационарных наблюдений по-
чему-либо невозможна, или дпя перво-
начального ознакомления и описатель-
ной характеристики. Экспедиционные
работы, производящиеся регулярно по
сезонам или ежемесячно, являются уже
как бы переходом к стационарному
40
Природа
193»
исследованию и могут быть названы
полустационарными. Однако и этот тип
экспедиционных работ не устраняет не-
достатков работ первого типа, особенно
при всякого рода циклических исследо-
ваниях и работах по динамике каких-
либо явлений в природе.
Во время больших экспедиций, пре-
имущественно рыбохозяйственного ха-
рактера, применялся комбинированный
метод сбора полевого материала: экспе-
диции организовывали наблюдательные
пункты, существовавшие иногда в тече-
ние всего периода работ данной экспе-
диции. Однако в большинстве случаев
эти пункты укомплектовывались очень
малоквалифицированным персоналом,
были снабжены лишь самым примитив-
ным оборудованием и имели весьма
односторонние и узкие задачи. По-
скольку эти задачи чаще всего своди-
лись к сбору материала по биостати-
стике промысловых рыб, значительный
объем работ по этому сбору лишал
возможности наблюдателя уделять время
на наблюдения биологического харак-
тера. Материалы, доставлявшиеся та-
кими наблюдательными пунктами, по
большей части бывают невысокого ка-
чества. В то же время на них строились
ответственнейшие выводы, часто каби-
нетным путем, причем авторы их не
всегда видели свой объект в живом виде
и, тем более, в районах его обитания.
Как можно было убедиться, выводы,
сделанные таким путем, редко отвечали
потребностям рыбного хозяйства.
Описанная печальная картина не яв-
лялась привилегией одной ихтиологии,
она наблюдается и в работе ряда гидро-
биологических учреждений.
Большинство морских станций рас-
положены в приморских городах, часто
в условиях крупного порта, и за ред-
ким исключением не имеют возможности
получать нужные материалы из непо-
средственно близких участков моря, тем
более что они лишены возможности
вести экспериментальные работы в при-
родных условиях, так как этого не до-
пускают загрязнение и движение судов
в порту. Опыты же в лабораторных
условиях на станциях еще дальше укло-
няются от природных, чем справедливо
вызывают сомнения в правильности по-
лученных данных. В силу этого морские
биологические станции вынуждены при-
бегать к экскурсионному или к экспе-
диционному методам сбора полевых ма-
териалов, которые имеют ряд недостат-
ков, указанных выше.
Не менее серьезным недостатком яв-
ляется отсутствие в огромном большин-
стве случаев последовательной комплекс-
ности в работе. Тематика чаще всего
состоит из ряда мало увязанных между
собой тем, а если они и увязаны, то не
представляют собой различных сторон
изучения одного и того же основного
вопроса. По этому же принципу по-
строены большинство экспедиционных
планов: сбор материалов идет более
или менее самотеком, в зависимости
от личной тематики отдельных участни-
ков. Даже в тех, на практике редких
случаях, когда станция стоит на неза-
тронутом портовыми или городскими
условиями берегу и тематика ее по-
строена правильно, она с неизбежностью
должна будет для решения промысловых
вопросов, связанных с миграциями, не-
рестом, питанием рыб и других мигриру-
ющих животных, переносить часть ис-
следований в другие участки моря, соот-
ветственно с миграционными путями.
Мы видим, что даже весьма серьезно
поставленные, экспедиционные работы не
могут заменить стационарные при из-
учении в море годовых циклов.
Мысль естественно снова приводит
исследователя к организации наблюда-
тельных пунктов, но не того примитив-
ного типа, который был принят до сих
пор в рыбохозяйственных учреждениях,
а типа научно-исследовательской базы,
имеющей вполне квалифицированный
штат, достаточно полное лабораторное
оборудование, которое может обеспе-
чить не только сбор ответственного мате-
риала, но его частичную обработку и,
главное, возможность критически ана-
лизировать его в процессе сбора. Это
не только уменьшит количество неполно-
ценных сборов, но и значительно сокра-
тит время, потребное на ориентировку
и методические искания.
Мысль организации подобных баз,
разумеется, не нова. В условиях Чер-
ного моря, однако, в той форме, как это
нам представляется необходимым, орга-
низация баз еще не осуществлялась
до настоящего года.
База, которую мы имеем в виду,
должна быть временной и целиком при-
№ 4
Естественные науки и строительство СССР
41
способленной к разрешению одной пла-
новой проблемы станции или института.
Все кадры ее и оборудование должны
быть рассчитаны на разрешение именно
этой проблемы, и само местоположение
базы должно соответствовать наиболее
успешному сбору материала.
Севастопольская биологическая стан-
ция Академии Наук СССР является кон-
кретным примером исследовательского
морского учреждения в условиях Чер-
ного моря, пришедшего к необходимости
переносить значительную часть сбора
полевого материала и эксперименталь-
ных работ на временные базы, находя-
щиеся вне Севастополя. Далеко зашед-
ший процесс изменения местной фауны
под влиянием загрязнения городом и
портом заставляет искать, под-час даже
самый обычный биологический материал
за пределами влияния города и порта.
Еще более затруднено в таких условиях
проведение экспериментальных работ не
только лабораторного типа, но и в море,
вблизи станции. Эти обстоятельства усу-
губляют отрыв от изучения живой при-
роды, постоянного тесного соприкосно-
вения с ней в естественных условиях
и заставляют пользоваться почти исклю-
чительно экспедиционными методами ра-
боты. В силу этого станции приходится
довольствоваться изучением, главным
образом, открытого моря или участков
его, доступных для работ судна.
Знание наше об особенностях жизни
прибрежной полосы и мелководья, не-
доступных для судоходства, очень огра-
ничены и имеют описательный характер.
В то же время влияние берегового ком-
плекса в районах обширных мелково-
дий на весь круговорот жизни в них
очень велико и во многих случаях, для
решения вопросов, связанных с выкор-
мом молоди промысловых рыб, имеет
первостепенное значение. Но не только
в районе обширного мелководья мы
должны считаться с влиянием берего-
вого комплекса на местный круговорот
живого вещества. Даже и у открытых
берегов развитие массы растительности
должно резко изменять условия суще-
ствования для прочих организмов
вблизи зарослей, внося совершенно спе-
цифические изменения в химию и фи-
зику водоема. Этого пробела в наших
знаниях совершенно не может заполнить
«большая гидрология», дающая пред-
ставление об явлениях, протекающих
в открытом море. Поэтому изучение
микрорежима береговой зоны является
первоочередной задачей и доступно
только при помощи стационарных на-
блюдений комплексного характера.
И в этом случае наиболее целесообраз-
ным и доступным является организа-
ция временной исследовательской базы
в месте, наиболее удобном для решения
поставленной задачи.
Севастопольская биологическая стан-
ция в 1938 г. провела первый опыт орга-
низации такой базы. Местом для нее
была избрана мелководная, хорошо за-
щищенная Ярылгачская бухта, распо-
ложенная в Каркинитском заливе на се-
веро-западном побережье Крыма. Бухта
является мало затронутой деятельно-
стью человека.
Основной проблемой, намечавшейся
для проработки на базе, были «пищевые
взаимоотношения организмов Черного
моря».
Разумеется из этой весьма обширной
проблемы был выделен некоторый,
сравнительно узкий, круг вопросов, раз-
решимых в условиях базы. В пробных
работах базы принимали участие ихтио-
лог, гидрохимик, гидробиолог-бентолог,
один лаборант и рыбак. Таким образом
не хватало альголога и планктониста,
которые бывали лишь наездами.
Ближайшие окрестности пункта, где
была расположена база, по экспеди-
ционным работам за прошлые годы были
известны лишь в самых общих чертах,
поэтому начинать работу на базе при-
шлось с детального ознакомления
с Ярылгачской бухтой и особенно, с бли-
жайшими окрестностями базы. Было
детально изучено распределение и со-
став группировок организмов, особенно
в количественном отношении. Был из-
учен состав местной ихтиофауны и собран
материал по питанию рыб в естествен-
ных условиях. На основании этих дан-
ных были начаты опыты по выяснению
возможностей постановки экспериментов
по количественному изучению питания
рыб. Для этой цели в море были устано-
влены плавучие ящики видоизмененного
типаСес-Грина, со сплошным дном, в ко-
торые помещались различные виды рыб.
В зависимости от биологии вида созда-
валась элементарно-сходная с естествен-
ной обстановка: найр, песок, камни,
42
Природа
1939
водоросли. Пища давалась с количе-
ственным учетом.
Для получения гидрологической ха-
рактеристики района базы вели на-
блюдения над течением, уровнем, тем-
пературой, цветом 1 воды. Параллельно
с этим велись гидрохимические наблю-
дения, включавшие определения кисло-
рода, pH, нитратов, нитритов, аммиака
и фосфатов. Кроме того, велись ежеднев-
ные трехкратные метеорологические на-
блюдения. Для сопоставления данных,
полученных в результате работ на базе,
с данными по открытому морю, были вы-
полнены разрезы в Каркинитском заливе.
Несмотря на кратковременность работ
и ограниченные возможности, опыт ра-
бот дал ценные и под-час неожиданные
результаты.
Ознакомление с фауной окрестностей
базы обнаружило существование в при-
брежном, периодически обнажающемся,
песке группировки с обильным разви-
тием крупного представителя Arenicola
(A. marina?, известная до сих пор в Чер-
ном море лишь в числе двух экзем-
пляров.).
Явление периодического обнажения
части дна было нами отмечено в пер-
вые же дни работы и в дальнейшем,
специально поставленными наблюде-
ниями, было установлено чрезвычайное
сходство этих явлений с приливами и
отливами. Отсутствие тесной связи этих
явлений со сгонными и нагонными вет-
рами было установлено метеорологи-
ческими наблюдениями. Повидимо.му, и
в Черном море в некоторых специфиче-
ских условиях (мелководный, конусо-
видный залив) можно говорить о прили-
вах и отливах, имеющих определенное
биологическое значение. Амплитуда та-
ких колебаний в среднем достигала
20 см причем, благодаря мелководью,
обнажались участки песчаного дна на
30—40 м. Эго явление вместе с сей-
шевыми и ветровыми колебаниями, вы-
зывает периодическое перемещение воды
из моря в прилежащую лагуну, связан-
ную с ним узким протоком и обратно —
из лагуны в море. Последнее обстоятель-
ство имеет большое влияние на всю
фауну в районе, подверженном влиянию
1 Прозрачность всегда была до дна.
вод лагуны, которые сильно обеднены
кислородом к концу ночи и колеблются
по величине pH в течение суток. Вся
молодь рыб, входящая в устье лагуны
для кормежки, отступает в море по мере
продвижения «желтой» воды из лагуны
и, обратно, двигается за ней при течении
с моря.
Опыты с выдерживанием рыб в пло-
ву чих ящиках показали, что все виды
местной фауны, взятые нами для экспе-
римента, хорошо выживают, сразу на-
чиная питаться.
Гидрохимические работы показали,
что даже в области чрезвычайного мел-
ководья, с обширными площадями глу-
биной меньше 1 м биогенные элементы
в летние месяцы почти нацело исполь-
зуются макрофитами. Огромное разви-
тие водорослей и в особенности цвет-
ковых (Zostera, Potamogetori) в лагуне
вызывают, под влиянием ассимиляции,
пересыщение кислородом воды днем и
почти доходящее в более глубоких ча-
стях лагуны до 0 обеднение им ночью.
Поэтому в лагуне выживают лишь
формы, переносящие периодический ча-
стичный замор.
Таким образом результаты даже весьма
кратковременной работы могут в зна-
чительной мере пополнить и даже изме-
нить наше представление о жизни при-
брежной зовы. Тем более нужно ждать
ценных результатов от работ, про-
веденных в течение нескольких сезонов,
большими силами.
В заключение нужно указать, что
такая база должна явиться прекрасной
школой для молодых кадров биологов,
которые не только познакомятся с фау-
ной, но и с жизнью ее в море и, что
самое главное, научатся самостоятельно
ставить и разрешать научные вопросы.
Выступая с настоящей статьей, мы
надеемся получить на нее отклик со сто-
роны научных работников гидробиоло-
гов и ихтиологов, которые могут поде-
литься своим опытом в об ласти поста-
новки комплексных исследований и
этим помочь нам и другим морским
биологам найти наиболее правильный
и рациональный путь к успешному нако-
плению материалов, пригодных для
широких и обоснованных теоретических
обобщений и практических выводов.
НОВОСТИ НАУКИ
ФИЗИКА
СООТНОШЕНИЕ МЕЖДУ РАДИУСОМ
ЭЛЕКТРОНА И КОМПТОНОВСКОЙ
ДЛИНОЙ ВОЛНЫ ПРОТОНА
Физик Артур Гааз (Arthur Е. Haas) опубли-
ковал любопытное сообщение о том, что им
найдено и рационально «объяснено'» соотноше-
шение между радиусом электрона и комптонов-
ской длиной волны протона 1. Как известно,
классический радиус электрона определяется
формулой:
е2
а ~ тс%'
где'е и т — заряд и масса электрона, а с —ско-
рость света. В то же время упомянутая длина
волны равна:
b = — ,
ГПрС
где тр — масса протона, й — планковская по-
стоянная. Отношение радиуса электрона и ком-
птоновской длины волны протона оказывается
равным:
ntp
а	т
b	2t:cl ’
где а - j есть обратная величина так
называемой постоянной тонкой структуры Зом-
мерфельда, равной, как это принимает А. Гааз
(согласно Birge’y) 137.06. Отношение же масс
протона и электрона А. Гааз, согласно
Birge’y же, принимает равным 1-335.
Исходя из этого, Гааз получает,
а
что — =
b
= 2.13, что (в пределах ошибок наблюдения)
3
можно заменить через (= 2.1313). А. Гааз
v 2
дает далее следующий «рациональный») вывод
этой величины, основанный на современных
спекуляциях о числе частиц в якобы конеч-
ной вселенной.
Согласно работам физиков К. Sitte и
W. Glaser, имеется соотношение: —11 — =
z • т?с
----=, где R — равнозесный радиус замк-
г' • v z
нутой вселенной, z' — полное число частиц во
вселенной (предполагаемой конечной),: —
полное число тяжелых частиц (масса которых
велика сравнительно с массой электрона).
1 Это — длина волны излучения, квант ко-
торого имеет, согласно эйнштейновскому соот-
ношению между массой и энергией, массу, рав-
ную массе протона.
Обозначая полное число электронов 1 через Р,
а полное число нейтронов через N, Гааз полу-
чает, что z = Р + N, a z' = 2Р + N.
Подставляя эти значения в только что напи-
санное уравнение, Гааз приходит к равенству:
h_________________R________
(Р + N) • трс~ (2Р 4- N) >JP"+~N
откуда, учитывая вышеприведенное значение &,
получаем:
R • VP + IV
°- 2Р + N '
Теперь А. Гааз использует полученное
раньше им и А. Эддингтоном соотношение
R- = Ра2, связывающее радиус равновесной
вселенной с радиусом электрона и общим
числом электроло; в этой замкнутой вселен-
ной. В итоге является возможность получения
а
отношения -у, которое оказывается равным:
2Р + N
b ~ \;(Р + N)P~
Если допустить, по А. Гаазу, что в состоя-
нии равновесия общее число протонов равна
общему числу нейтронов, т. е. Р = N, то из
„ ,	а 3
последней формулы получается, что — = —=
b V2.
Здесь любопытно отметить, что этот результат,
совпадающий с приведенным в начале нашей
а	. г,	а
заметки значением —, получен А. Гаазом без
о
знания абсолютного значения Р и N, исходя
лишь из (впрочем, достаточно сомнительного)
допущения одинаковости Р и N.
Курьезнее всего то, что. благодаря этому
оказывается, в сущности, что результат Гааза
мог бы быть получен при каком угодно боль-
шом абсолютном числе частиц во вселенной,
иными словами — и при допущении беско-
нечной вселенной!
Мы видим, что Гааз основывает все свои
выводы на той самой кабалистике чи-
словых совпадений, характеристику
которой мы дали в № 2 «Природы»» за 1938 г.,
каковою за последние годы так усердно зани-
мается целый ряд буржуазных физиков (такие,
как Эддингтон, Мили, Дирак и др., связываю-
щие эту мистику числовых совпадений с допу-
щением конечности вселенной и с идеями о тво-
рении мира богом). Здесь все построено па
ненаучном фундаменте: и само допущение ко-
нечности вселенной, и вывод величины R, и
соотношение между радиусом электрона и R,
также допущение равенства N и Р, д : аемое
Гаазом, и т. д. Сюда как нельзя более подходят
1 А значит, и соответствующее число прото-
нов, равное числу электронов.
44
Природа
193$
следующие слова известного немецкого физика
Эрвина Фрейндлиха, изгнанного из фашистской
Германии, сказанные им в 1933 г, по поводу
новейших космологических теорий: они «не-
сколько похожи на строительство замков, кото-
рые не только покоятся на слабом фундаменте,
но и строятся тогда, когда материал дл фун-
дамента лишь еще доставляется».
Заметим в заключение, что А. Гааз далеко
не впервые занимается этими ♦глубокомыслен-
ными» изысканиями в области числовой каба-
листики в предполагаемой конечной все-
ленной. Так, в том же 1938 г. в одном из фев-
ральских номеров «Science» А. Гааз опублико-
вал сообщение о том, что, исходя из некоторых
соотношений между радиусом конечного мира,
радиусом электрона, временем существования
вселенной, постоянной тяготения Ньютона, за-
рядом и массой электрона (и протона) и т. д.,
он получил, что тяготение двух звездных масс
средней величины на расстоянии, равном
радиусу вселенной (т. е. расположенных —
одна в центре мира, а другая — на периферии),
равно электростатической силе отталкивания
двух фундаментальных зарядов, помещенных
на расстоянии радиуса электрона друг от
друга?! Там же Гааз сообщает о получении им
(таким же методом игры в числовые совпадения)
^3
формулы: М = —q-------, выражающей зави-
к -Щр • т
симость массы М средней по величине звезды
от постоянной тяготения к и масс протона и
электрона. Подставляя сюда числовые данные,
Гааз получает для средней звездной массы
величину 4.10:*з г, что лишь в два раза превы-
шает массу нашего Солнца. Это совпадение
в порядке величины А. Гааз считает «доказа-
тельством» правильности его числовых спеку-
ляций.
Литература
1. А. Е. Haas. Science, lune 24, 1938, р. 584;
Science, Febr. 25, 1938, p. 195.
2. R. T. Birge. Phys. Rev., 49, 203, 1936.
3. K. S i t t e u. W. Glaser. Ztschr.
f. Phys., 88, 103 (1934).
4. A. S. Eddington. Proc. Roy. Soc.,
London (A), 133, 605, 1931.
5. E. F г e u n d 1 i c h. Naturwiss., 21, 54 (1933).
6. Природа, № 2, 1938, стр. 112.
Проф. В. Г. Фридман.
НОВЫЙ СЕРНОТАЛЛИЕВЫЙ
ФОТОЭЛЕМЕНТ
С каждым годом все большее и большее зна-
чение в различных областях техники приобре-
тают так называемые «фотоэлементы с запор-
ным слоем».
Если медную пластинку окислить, образо-
вав на ней слой закиси меди Си2О, а затем
нанести полупрозрачный слой какого-нибудь
металла, напр. золота, то такая система обла-
дает выпрямляющими свойствами, а именно
в направлении медь — закись меди — полу-
прозрачный слой металла идущий ток в не-
сколько тысяч раз больше тока, текущего
в обратном направлении.
Это чрезвычайно интересное явление обя-
зано наличию между медью и слоем закиси
меди очень тонкого слоя с большим омическим
сопротивлением, который и обусловливает вы-
прямляющее действие данной системы. Тол-
щина этого запирающего слоя порядка 10~5 см.
Если теперь на верхний полупрозрачный ме-
таллический электрод направить световой пучок
и всю систему замкнуть на гальванометр, то
в цепи пойдет электрический ток, причем элек-
троны будут переходить из полупроводника
закиси меди, через запорный слой, в металл.
Описанное явление и представляет собой фото-
эффект запирающего слоя.
Аналогичный вид фотоэффекта можно наблю-
дать не только у системы медь—закись меди—
полупрозрачный электрод, но и у целого ряда
других систем с тонким непроводящим «запор-
ным» слоем.
У фотоэлемента с запирающим слоем при
освещении возникает собственная электродви-
жущая сила, а, следовательно, такой фотоэле-
мент не требует дополнительного приключения
аккумуляторной батареи, как это имеет место
в случае фотоэлементов с внешним или вну-
тренним фотоэффектом.
В течение последних лет все внимание иссле-
дователей сконцентрировано на получении фото-
элементов из новых материалов, обладающих
большей чувствительностью и «чувствующих»
не только видимую часть спектра лучистой
энергии, но и невидимые инфракрасную и
ультрафиолетовую. Под общей или интеграль-
ной чувствительностью фотоэлемента следует
понимать отношение фототока к величине
падающего на него светового потока.
До настоящего времени лучшие фотоэле-
менты обладают чувствительностью, не превы-
шающей 800 микроампер (микроампер — одна
миллионная часть ампера) на один люмен падаю-
щего светового потока.
Совершенно ясно, какое колоссальное зна-
чение имеет увеличение общей и спектральной
чувствительности, т. е. чувствительности к раз-
личным областям спектра. Совершенно неогра-
ниченные возможности были бы у фотоэлемента,
чувствующего, допустим, всю инфракрасную и
ультрафиолетовую области спектра. Но, к сожа-
лению, таких идеальных фотоэлементов еще не
существует, и с этой точки зрения становится
ясной борьба ученых всего мира за расшире-
ние спектральной чувствительности и увеличе-
ние интегральной.
У нас, в Советском Союзе, также ведется
интенсивное изучение новых материалов для
получения наиболее чувствительных фотоэле-
ментов.
Интересная работа была проделана в Ленин-
градском физико-техническом институте, воз-
главляемом акад. А. Ф. Иоффе.
Под руководством А. Ф. Иоффе в Лабора-
тории фотоэлементов Ю. П. Маслаковца в тече-:
ние последних лет ведется работа по получению
новых фотоэлементов. После целого ряда изы-
сканий в этом направлении научный сотрудник
института Б. Т. Коломиец получил совершенно
новый фотоэлемент с высокими техническими
свойствами и открыл новый вид фотоэффекта
запирающего слоя — «положительный» фото-
эффект. Дело в том, что у обычных фотоэлемен-
тов с запорным слоем, под действием света,
№ 4
Новости науки
45
электроны переходят из полупроводников через
запорный слой в металл, который заряжается
отрицательно, а сам полупроводник — положи-
тельно. Такой механизм существует у всех без
исключения фотоэлементов с запирающим слоем.
При выборе нового фоточувствительного
материала Б. Т. Коломиец, по указанию А. Ф.
Иоффе, остановился на сернистом таллии,
веществе, обладающем целым рядом интерес-
ных свойств.
Полученный им фотоэлемент с запирающим
слоем был сделан следующим образом: на
подкладку наносился слой сернистого таллия.
Затем поверхность сернистого таллия покры-
валась полупрозрачным слоем металла. Этот
полупрозрачный металлический слой служил
верхним электродом фотоэлемента.
В процессе нанесения верхнего электрода
между ним и слоем сернистого таллия образо-
вывался запирающий слой. Если теперь на
поверхность такого фотоэлемента направить
световой луч, то, как и у всех фотоэлементов
этого типа, электроны, под действием излуче-
ния, должны были бы переходить из полупро-
водника сквозь запорный слой в металл, а вот
в этом случае картина резко изменилась —
электроны упорно под действием света перехо-
дили из верхнего металлического электрода
через запорный слой в сернистый таллий,
вследствие чего металлический слой заряжался
положительно, а полупроводник (сернистый
таллий) — отрицательно. Такие фотоэлементы
оказались гораздо более чувствительными
к свету.
Этот «положительный» фотоэффект никем
ранее не наблюдался и не мог быть объяснен на
основе только классических представлений.
Ю. П. Маслаковец теоретически обосновал
«положительный» фотоэффект, создав новые
представления. На основании этой теории сле-
дует, что у фотоэлемента с запирающим слоем
электроны под действием света могут итти из
металла в полупроводник или из полупровод-
ника — в металл, в зависимости от механизма
электропроводности самого полупроводника.
В полупроводниках, где ток переносится
свободными электронами, наблюдается «поло-
жительный» фотоэффект: обычный же отрица-
тельный фотоэффект возникает там, где меха-
низм тока сводится к замещению свободных
мест соседними связанными электронами. Эти
электроны освобождают свои места, которые
,в свою очередь занимаются другими электро-
нами, и т. д. Новые теоретические представле-
ния, развитые Ю. П. Маслаковцем, блестяще
подтвердились на практике.
Научная ценность открытия Б. Т. Коло-
мийца заключается не только в открытии им
нового явления, но также и в обнаружении
тех замечательных свойств, которыми обла-
дает серноталлиевый фотоэлемент с «положи-
тельным» фотоэффектом.
Полученные фотоэлементы обладают чрез-
вычайно широкой областью спектральной чув-
ствительности от 400 до 1300 ту., причем ма-
ксимум чувствительности лежит при 1000 ту.,
т. е. как раз в инфракрасной области. Интересна
его интегральная чувствительность.
При освещении искусственными источни-
ками света (лампами накаливания) этот
фотоэлемент даст фототоки, достигающие
8000 микроампер на один люмен светового
потока, в 15—20 раз больше токов, полу-
чаемых от селеновых фотоэлементов, находя-
щихся в тех же условиях освещения.
Электродвижущая сила нового фотоэлемента
достигает 0.3 V.
У обычных фотоэлементов: цезиевых, калие-
вых, меднозакисных, селеновых и др. коэффи-
циент полезного действия, т. е. коэффициент
использования лучистой энергии, обычно чрез-
вычайно мал, значительно меньше 1%; так,
напр., коэффициент полезного действия медно-
закисного фотоэлемента не превышает 0.01%
на прямом солнечном свете, а селенового —
0.1%. Поэтому важной характеристикой любого
фотоэлемента является также и его коэффи-
циент полезного действия, за повышение вели-
чины которого ведется интенсивная борьба.
Колоссальные возможности раскрылись бы
перед фотоэлементом с коэффициентом полез-
ного действия в 5%.
С этой точки зрения новый фотоэлемент
оказался на высоком уровне: его коэффициент
полезного действия превышает 0.6% на пря-
мом солнечном свете.
Испытания нового фотоэлемента в области
воспроизведения звука в звуковом кино пока-
зали не только его полную пригодность для
этой цели, но и то, что применение его вместо
употребляющихся газовых фотоэлементов зна-
чительно у прощаетзвуковоспроизводящую уста-
новку.
В лаборатории фотоэлементов Ленинград-
ского физико-технического института продол-
жаются дальнейшие работы по усовершенство-
ванию нового фотоэлемента. Сейчас имеются
все основания' полагать, что существующие
характеристики вовсе не представляют собой
предела достижимого. Что же касается уже
полученных фотоэлементов, то теперь они изго-
товляются в лаборатории в больших коли-
чествах.
М. Соминский.
ХИМИЯ
РАДИОАКТИВНОСТЬ САМАРИЯ
Самарий — редкий элемент, открытый
в 1879 г. при помощи спектрального анализа
Лекоком де Буабодран. Им же выделен из
минерала самарскита (месторождение — север-
ная Каролина), затем найден в офтиае и других
редких минералах. Самарий принадлежит
к группе редкоземельных элементов (III группа),
порядковый номер его 62, а атомный вес 150.43.
Радиоактивность самария была открыта
в 1932 г. G. Hevesy и М. РаЫ’ем. Первыми же
опытами ими было доказано, что испускаемое
самарием излучение представляет собой а-ча-
стицы. Интенсивность этого излучения осла-
блялась в два раза, слоем А1 в 1.3 микрона.
Дальнейшие опыты этих же авторов, отно-
сящиеся к 1933 г., были произведены с че-
тырьмя препаратами самария, выделенными из
минералов разного месторождения. Из всех
препаратов были химическими методами выса-
ждены: радий, торий, протактиний, свинец и
висмут. Все препараты, в пределах точности
измерений, обладали одинаковой радиоактив-
ностью. Была определена длина пробега
46
Природа
1939
а-частиц, оказавшаяся равной 1.13 ± 0.04 см
в воздухе при температуре 15° С. Была опре-
делена постоянная распада X и время полу-
распада Т, оказавшиеся равными:
л = 1.9 • 10—20 сек.-1 и Т = 1.2 • 10^ лет.
Оставалось только сомнение, что наблю-
даемая радиоактивность самария могла быть
обусловлена присутствием еще неоткрытого
элемента с порядковым номером 61.
В 1934 г. F. W. Aston’oM самарий был иссле-
дован на изотопию методом масс-спектрографа.
Было установлено наличие следующих изото-
пов самария (с соответствующей распростра-
ненностью) (в %):
144	147	148	149	150	152	154
3	17	14	15	5	25	20
что соответствует атомному весу 150.2 ± 0.2.
Казалось мало вероятным, чтобы все изо-
топы самария были радиоактивны. Решить же
вопрос, которые из изотопов обусловливают
наблюденную радиоактивность, удалось только
в 1938 г. американским ученым Демпстеру
и Вилкинсу.
Они воспользовались известным свойством
а-частиц, которые, попадая на эмульсию фото-
графической пластинки, оставляют на ней
следы своего пробега (трэки). Демпстер и Вил-
кинс произвели разделение изотопов самария
на фотографической пластинке методом масс-
спектрографа.
Произведя соответствующую” экспозицию,
они вынули фотографическую пластинку из при-
бора и, дав ей пролежать несколько месяцев
в темноте, проявили ее.
Рассматривая затем пластинку под микро-
скопом, они заметили в эмульсии пластинки
следы а-частиц, исходившие от линии изотопа
148. Около других линий следов а-частиц
замечено не было. Длина пробега обнаружен-
ных частиц, пересчитанная на воздушный
эквивалент, оказалась в точности равной 1.13см,
как и в опытах Hevesy и РаЫ’я.
Таким образом Демпстером и Вилкинсом
было однозначно установлено, что радиоактив-
ность самария обусловлена его изотопом с мас-
совым числом 148. Время полураспада, опре-
деленное из предыдущих опытов, следует теперь
исправить, так как оно определено из расчета,
что все изотопы, самария радиоактивны, а на
самом деле в процессе распада - участвуют
только 14% всего весового количества самария.
Л. Неменов.
ГЕОЛОГИЯ
О РАЗМЫВЕ ДНА У БЕРЕГОВ МЕЗЕНСКОГО
ЗАЛИВА
Во время работ на побережье Мезенского
залива в экспедиции Института географии АН
СССР (летом 1938 г.) мне удалось наблюдать
интересные образования, свидетельствующие об
интенсивном размыве дна в зоне приливо-отлива
и дающие представление о темпе этого про-
цесса.
Берега Мезенского залива характерны чрез-
вычайно широкой осушной полосой, охваты-
вающей местами зону До 5—6 км. Это связан»
с очень высокой амплитудой прилива (до 11 м>
и весьма пологим дном у берега.
Подножье абразионных обрывов сложено
здесь почти повсюду толщей плотных серых
морских глин. Сверху на них налегают пески
или торфа. Вдоль берега тянется зона пляжа,
образованная песками и щебнем и достигаю-
щая ширины от нескольких десятков до 2—3 со-
тен метров.
За зоной пляжа в сторону моря следуют
.выходы тех же серых четвертичных морских
"глин, залегающих здесь непосредственно-
на поверхности дна. Они располагаются
отдельными обширными участками и зани-
мают иногда ширину до полукилометра. В ниж-
них горизонтах осушки располагается еще более
широкая полоса аккумуляции продуктов раз-
рушения берега, в которой пески сменяются
Фиг. 1. «Глиняные грибы» литорали Ме-
зенского залива.
все более тонкими осадками, вплоть до ило-
подобной «няши».
Глины, упомянутые выше, заключают в себе
в небольшом количестве каменистый материал
(глациального происхождения), размеры кото-
рого вариируют от щебня до довольно крупных
валунов. В местах выходов глин на поверх-
ности дна в осушной полосе эти камни ско-
пляются на поверхности, а в незначительных
понижениях поверхности глины покрывают ее
иногда сплошным слоем.
Можно думать что сами по себе выходы
обнаженной коренной породы (каковой здесь
является четвертичная глина) на поверхности
дна свидетельствуют о размыве; о том же
говорит и накопление вымываемых из глины
камней, но доказать это положение, а тем более
получить представление о темпе размыва не
всегда удается.
При внимательном исследовании поверх,
ности глин, нам удалось обнаружить морфоло.
№ 4
Новости науки
47
Фиг. 2. «Ванны», окружающие «глиняные грибы» (Мезенский залив).
гические образования, связанные с процессом
размыва. А именно: во многих местах отдель-
ные валуны возвышались над общей поверх-
ностью осушки, покоясь на небольших столби-
ках из коренной глины. По виду и способу
образования это были как бы миниатюрные ана-
логи ледниковых «столов». Так же как там
камень защищает лед от таяния под лучами
солнца, так и в этом случае тело валуна защи-
щало глину от размокания и уноса течением
и волнами глинистых частиц. По мере того как
на окружающей поверхности все больший и
ббльший слой глины уносился водой, относи-
тельная высота этих столбиков все увеличива-
лась.
Мы наблюдали такие образования высо-
той до 10 см. Размер валунов вариировал от
5—6 до 20 см — и даже больше. По виду эти
образования очень напоминают грибы
(фиг. 1 и 2).
В июне и июле 1938 г. море почти все время
было очень спокойным. В середине августа
(12—14 числа) разыгрался шторм до девяти
баллов. После шторма все грибы оказались
разрушенными.
Лед в Мезенском заливе сходит в середине
мая. Естественно, что, пока он совершенно не
исчезнет и не перастанет производить на дне
свою разрушительную работу, образования
♦грибов» происходить не может. Таким обра-
зом можно считать, что их возраст не превы-
шает 3 мес. и вообще «жизненный цикл» этих
грибов заканчивается в одно лето — в периоды
между сходом льда и началом осенних штор-
мов.
Высота этих столбиков на первый взгляд
дает совершенно невероятные скорости раз-
мыва. Ведь если за лето смывается слой глины
в 10 см, то за столетие смыв этого слоя достиг-
нет 10 м, что никак не вяжется с окружающими-
условиями.
Однако здесь, нужно учитывать еще два-
обстоятельства. «Грибы» всегда располагаются
в незначительных углублениях, которые, неви-
димому, вымыты завихрениями течений, встре-
чающих и обходящих каждое препятствие.
Образование такой ложбинки вымывания видно
на фиг. 3. Поэтому абсолютная высота гриба
всегда больше, чем превышение его шляпки,
над общей поверхностью глины. По нашим
измерениям она достигает уже не 10, а всего
лишь 4—5 см.
Затем шурфовка осушной полосы показала-
нам, что пятна размыва глин постепенно пере-
мещаются. Они заносятся песками и няшей,
снова могут обнажаться, а иногда совершенно
покрываются чехлом из камней, прекращающим
размыв. По мере отодвигания берегового об-
рыва, которое в Мезенском заливе происходит
весьма быстро, зона подводного размыва также-
перемещается в сторону суши, а данный уча-
сток дна постепенно превращается в область-
аккумуляции. Таким образом этот процесс дей-
ствительно может, невидимому, итти с громад-
ной скоростью, но действие его непродолжи-
тельно.
По мере выработки профиля равновесия,
он замедляется, а затем прекращается совер-
шенно, и на данном месте дна начинается
процесс аккумуляции, «Грибы» дают нам пред-
ставление о максимальном темпе этого про-
цесса, но вовсе не означают, что дно за корот-
кий промежуток времени может размыться на
глубину десятков метров.
В. П. Зенкович.
48
Природа
1939
БИОХИМИЯ
ПОЛ ГРИБА И БИОХИМИЧЕСКИЕ
РЕАКЦИИ
Известно, что у мукоровых грибов (Мисо-
.rales) существует известная зависимость между
полом гриба и вызываемыми биохимическими
реакциями. Так, еще в 1925 г. Сатина и Блэкесли
на большом материале отметили разницу вос-
становительной способности по отношению
к КМпО4 большую у М (—) и меньшую у Ж (+).
Та же разница наблюдалась и по отношению
к другим веществам. Вообще разница между —
и 4- заметна была больше качественно, чем коли-
чественно. Теперь J. Forster и S. Waksman
указали,1 что они установили только у женских
форм Rhizopus nigricans способность образовы-
вать фумаровую кислоту в минеральных раство-
рах с сахаром; у мужских же форм эта способ-
ность совершенно отсутствует, что можно видеть
из следующих цифр (в г) для Rh. nigricans:
М. Ж.
Глюкозы потреблено (в г) 6.662	6.472
Фумаровой кислоты образо-
валось (в г)	0	2.059
Способность образовать фумаровую кислоту
является одной из специфических реакций,
свойственных этой группе грибов, и возможно,
что половое различие связано с другими физио-
логическими процессами.
Б. Л. Исаченко.
ЛИШАЙНИКИ КАК ВИТАМИНОНОСИТЕЛИ
Заведывающий кафедрой педиатрии Хаба-
ровского медицинского института д-р мед. и.
Е. Е. Гранат (7) задался целью отыскать вита-
миноносителя витамина С из растений крайнего
севера СССР. Задачей было поставлено отыскать
такое растение, которое содержало бы достаточ-
ное количество витамина С, было бы широко
распространено на севере СССР и заготовка
которого была бы легка и рентабельна.
Так как изучение литературы не давало
никаких указаний по этому вопросу, то д-р Гра-
нат стал собирать сведения у местного населе-
ния побережья Северного ледовитого океана —
якутов и эвенков. Ему удалось добыть сведе-
ния от нескольких человек о том, что при цынге
местное население с успехом употребляет ли-
шайник (ягель). Этот лишайник им был собран
и доставлен нам в Ленинград в Отдел споровых
растений Ботанического института Академии
Наук СССР, где мы и определили его как весьма
распространенный горно-арктический вид ли-
шайника Cetraria cucullata (Bell.) Ach.
Последний лишайник по традиции лихено-
логов считался не съедобным, так как обладал
желтой окраской (.?, стр. 65).
В литературе не было данных о витаминоэ-
ности лишайников, которые были бы опреде-
лены биологическим путем. Однако оказалось,
что химическим путем Шейпкер (4, стр. 76)
определил витаминозность другого лишайника
1 J. Forster and S. Waksman. Fumaric acid
formation associated with sexuality in a strain
of Rhiznpus nigricans (Связь между образова-
нием фумаровой кислоты и полом у Rh. nigri-
cans). Science, V. 89, № 2298, 1939.
Cladonia alpestris (L.) Rabenh. и нашел в нем
витамин С в размере 19 химическим единиц
в 10 г, что равняется 160 условным биологи-
ческим единицам в 1 кг (приблизительно как
у лесной земляники, вишни, шпината, зеленого
лука, выше, чем у клюквы, и др.).
Е. Е. Гранат (7 и 2) занялся изучением
витаминозности Cetraria cucullata биологи-
ческим путем, сначала на морских свинках,
а затем и на людях.
Из первой же серии своих опытов Гранат
смог сделать заключение, что лишайник С. cucul-
lata является носителем витамина С и ежеднев-
ная доза в 5 г лишайника является близкой
к минимальной терапевтической дозе для мор-
ской свинки. Таким образом в 1 кг лишайника
содержится около 200 биологических единиц
(ME). Вторая серия опытов дала проверку
витаминозности витамина С из ягеля и пока-
зала, что доза 5 г является нормой для профи-
лактического и терапевтического действия.
Для проверки лечебного действия С. cucul-
lata на людях, больных авитаминозом С,
д-р Гранат поселился в 1934 г. в рыбацком
поселке Якутрыбы Быков мыс Булунского
района Якутской АССР. В этом пункте поляр-
ная ночь длится около 2*/г мес., температура
воздуха зимой падает до—50°, сильные ветры,
вечная мерзлота, растительность состоит глав-
ным образом из мхов и лишайников, так что
имеются все условия для развития авитаминоза.
Лишайник давался больным в порошке
(измолотый в муку), без какой-либо предвари-
тельной подготовки. Он принимался больными
или непосредственно столовыми ложками и
запивался водой или клался в кушанье в ка-
честве приправы. На основании этой части
опытов д-р Гранат смог с уверенностью заклю-
чить, что лишайник, при дозировке от 100 до
150 г в день для взрослого и от 50 до 100 г для
детей, вылечивает от авитаминоза С, даже без
изменения общего режима жизни и без изме-
нения обычного для больного питания.
Д-р Гранат произвел также исследования
для решения вопроса об отсутствии побочного
вредного действия лишайника С. cucullata
и пришел к положительным результатам.
Химическое и гистохимическое исследова-
ния лишайника С. cucullata на витамин С
(1-аскорбиновую кислоту) было произведено
биохимиком (7, стр. 77) И. С. Белоносовым
(Дальневосточный медицинский институт). Ока-
залось, что 1-аскорбиновой кислоты в лишай-
нике содержится 168% в пересчете на 100 г
сухого продукта, т. е. значительно выше, чем
это следует из данных, полученных биологи-
ческим методом. Гистохимические исследова-
ния также подтвердили наличие аскорбиновой
кислоты.
Экспериментальные работы подтвердили
устойчивость витамина С у лишайника к тем-
пературе до 42°.
Таким образом открыто растение, широко
распространенное па крайнем севере, легко
добываемое в .любое время года, которое должно
быть рекомендовано к употреблению как протн-
воцынготное средство и которое можно упо-
треблять в пищу без всякой кулинарной под-
готовки.
Надо отметить, что другой лишайник Cla-
donia alpestris, у которого Шейнкер нашел
Новости науки
49
аскорбиновую кислоту химическим путем, по
опытам того же Шейнкера (5) биологическим
методом не оправдал возлагавшихся на него
надежд. Этот лишайник морскими свинками не
усваивался и вызывал у них завал желудка.
Их приходилось кормить этим лишайником
насильственно; между тем этот вид охотно
поедается оленями. Вывод Шейнкера, на основе
неудачи с Cl. alpestris, что ('очевидно, не каждый
вид ягеля может быть усвояем человеческим
организмом"), не обоснован, так как опытов
кормления этим лишайником людей поставлено
не было. Вопрос же об усвояемости лишайни-
ков человеком — очень интересный и практи-
чески важный. Он ждет еще своего разре-
шения.
Биологически на витаминозность следует
испытать всю группу оленьего лишайника
(Cladonia rangiferina, Cl. syluatica s. 1. и Cl. al-
pestris). Необходимо также испытать Cetraria
nivalis и особенно C. islandica (L.) Ach., так
как последний вид и без того имеет медицин-
ское значение (5).
Литература
1.	Е. Е. Гранат. Витамин С. Хабаровск,
Дальпевост. краев. Гос. изд., 1938, стр.
1 — 104.
2.	/Тезисы диссертации на ученую степень
доктора медиц. наук на тему: «Противо-
цынготное действие ягеля». Ленгорлит, 25 X
1933.
3.	В. П. Савич. Съедобные и кормовые лишай-
ники. В «Природных богатствах СССР».
Приложение к журн. «Вестник знания» за
1932 г.
4.	Э. П. Шейнкер. Антицынготные ресурсы
Колымского края. Сборник Санит. управл.
Дальстроя «Цынга и борьба с нею на севере».
Биомедгиз, М.—Л., 1935, стр. 67—79.
ю.------Антицынготные свойства ягеля (Clado-
nia alpestris). Прил. 84 к «Трудам по прикл.
бот., ген. и сел.», ВИР ВАСХНИЛ, Лгр.,
1937, стр. 94—95.
В. П. Савич.
АНТИДЕРМАТИТНЫЙ ВИТАМИН Вв
ИЗ ДРОЖЖЕЙ 1
При диализе лебедевского сока главная часть
активного вещества не проходит через мем-
брану. Активное вещество названо а д е р -
ми н-протеин ом (R. Kuhn, G. Wendt).
Простетическая группа легко освобождается
от белка при нагревании адермин-протеина.
Был получен растворимый в хлороформе
кристаллический ацетиладермин, а из неге адер-
минхлоргидрат в виде белоснежных призм, со-
единенных в друзы с т. пл. 204—205°. 10 ц г
этого вещества в день излечивает крыс от
дерматита. Лечебное действие усиливается при
прибавлении другого витамина, известного под
именем «фильтратного фактора»; это также
высокомолекулярное, недиализируемое веще-
ство; оно встречается в дрожжах.
Лактофлавин — пирофосфорная кислота не
оказывает ни малейшего воздействия на пел-
лагроподобный дерматит.
1 R. Kuhn, О. Wendt. Вег. dtsch.chem.
Ges., 71, 780, 1938.
Природа № 4.
Крысы, получавшие витамина Bj и В2,
а также фильтратный фактор, достигают пол-
ного роста только по прибавлении к корму
1 мг в день коэимазы, но последняя не может
заменить адермина.
В. С. Садиков.
ПРИМЕНЕНИЕ ИСКУССТВЕННОЙ
РАДИОАКТИВНОСТИ В БИОЛОГИИ
Открытие способа получения радиоактив-
ных изотопов ряда элементов (7) и изобретение
циклотрона — прибора, позволяющего полу-
чать эти изотопы почти от любого элемента
в практически применимых количествах (2)
создали совершенно новые возможности и для
исследовательских задач в биологии и для
терапевтических целей.
Десятка два работ, опубликованных с тех
пор, как впервые появились эти новые воз-
можности, правда, относятся пока лишь к на-
щупыванию путей для использования их, но
уже и это предварительное нащупывание,
чрезвычайно ограниченное трудностью полу-
чения радиоактивных изотопов и сравнитель-
ной краткостью периодов их существования,
все же успело показать немало фактов, над
которыми стоил задуматься.
Наибольшее число опубликованных до сих
пор работ посвящено фосфору. Первой задачей,
которая интересовала исследователей, было
распределение вновь поступающего в организм
фосфора между разными органами. До получе-
ния искусственно-радиоактивных элементов за-
дача эта была совершенно неразрешимой, ибо
не существовало способа отличить атомы дан-
ного элемента, уже раньше находившиеся в ор-
ганизме, от атомов вновь проникших. Радио-
активный же элемент отличается тем, что его
атомы оказываются «мечеными»: их можно
узнать по их электронному излучению, реги-
стрируемому тем или иным способом, обычно
счетчиком Гейгер-Мюллера.
Чтобы выяснить распределение вновь вве-
денного в организм фосфора между отдельными
его органами, впрыскивали кролику под кожу
фосфорнокислый натр, в котором содержался
радиоактивный фосфор в дозах, которые не
оказывали вредного действия на животное.
В течение, примерно, месяца собирались моча
и кал, с которыми, как оказалось, выделилось
за этот срок больше половины радиоактивного
фосфора. Затем животное убивалось, и опре-
делялось количество радиоактивного фосфора,
находившегося в отдельных органах. Радио-
активный фосфор был найден почти во всех
органах, по в разной пропорции к фосфору,
уже находившемуся в этих органах ранее.
Наиболее заметным это прибавление фосфора
оказалось в мышцах, крови и печени, а также
в почках, наименее заметным — в костях (3).
Дальнейшие исследования позволили полу-
чить некоторое представление уже не просто
о наличии, по и о быстроте обмена фосфора в раз-
ных органах. Это представление стало несколько
отчетливее после того, как удалось сопоставить
содержание радиоактивного фосфора в разных
органах через разные сроки после его введе-
ния. Обнаружилось, что фосфор поступает
в ткани особенно быстро уже в первые 2 часа
4
50
Природа
1939ь
и продолжает поступать еще 6—8 час., после
чего начинает понемногу убывать (4). При этом
сравнительно больше всего фосфора попадает
вначале в кости и меньше всего в мозг (считая
на единицу веса органа). Но впоследствии
картина меняется, так как из разных органов
фосфор и уходит неодинаково быстро, и, напр.,
в мозгу, в который он позже поступает, он
дольше и задерживается (5).
Особый интерес вызвал вопрос о месте и
темпе образования физиологических веществ,
содержащих фосфор, именно, фосфатидов. Эти
фосфатиды экстрагировались обычными хими-
ческими путями, и затем определялось коли-
чество радиоактивного фосфора, попавшего
в фосфатиды, найденные в разных органах.
Оказалось, что, хотя содержание липоидного
фосфора (на единицу сырого веса) больше всего
в мозгу, но радиоактивного фосфора в липоидах
мозга было меньше, чем где-либо. Больше же
всего его было в липоидах печени и кишек. Это
заставляет думать, что образуются фосфатиды
в печени и других органах и уже оттуда посту-
пают в мозг (б).
Наибольший интерес представляют иссле-
дования, попытавшиеся осветить связь скорости
накопления фосфатидов в органе с функциональ-
ной активностью этого органа. Так, оказалось,
что в яичниках и яйцеводах несущих кур
через 12 час. после впрыскивания радиоактив-
ного фосфора его оказывалось в 4 раза больше,
чем у не несущих.
С практической, точки зрения особый инте-
рес представляют исследования последствий
от введения радиоактивного вещества для дея-
тельности и состояния организма. В отноше-
нии радиоактивного фосфора исследования об-
наружили весьма важное отличие его действия
от действия Х-лучей. Именно, Х-лучи умень-
шали количество лимфоцитов у облученных ими
кур; при введении же радиоактивного фосфора
количество лимфоцитов не уменьшалось, но
происходило существенное уменьшение поли-
морфонуклеарных лейкоцитов, что связывается
с тем, что фосфор в значительном количестве
поступает в костный мозг, где эти лейкоциты
образуются (7). В этом случае радиоактивный
элемент обнаруживает то преимущество, что
он подвергает действию излучений не все ткани
без различия, но определенные ткани избира-
тельно. Это внушает очень важные надежды на
возможность более точной «адресации» радио-
активности, чем позволяют прежние ее источ-
ники.
Это преимущественное поступление элемен-
тов в определенные органы относится не только
к фосфору. Его можно ожидать в отношении
иода и брома. Что касается иода, то его преиму-
щественное поступление в щитовидные железы
было показано и в опытах с радиоактивным
иодом. Любопытно, что железа, находящаяся
в состоянии усиленного роста (под влиянием
впрыскивания гормона передней доли гипо-
физа), поглощала в несколько раз больше
радиоактивного иода, чем нормальная: явле-
ние аналогичное тому, что было выше отмечено
в отношении фосфора в яичниках несущихся
и не несущихся кур (S).
Все работы с радиоактивными элементами
в биологии проводились до сих пор почти
исключительно или в Калифорнии или в Да-
нии — вблизи от тех единственных пока учре-
ждений, где биологам удавалось получить от
физиков нужные им количества радиоактивных
изотопов. В ближайшее время число таких
учреждений возрастет, в том числе появится
несколько циклотронных установок и в СССР.
Существенно также увеличение мощности этих
установок, которое позволит получать радио-
активные изотопы от все большего количества
разных элементов.
Основная литература
1.	J.C u г i е, Р. J о 1 i о t. Compt. rend.Acad.
Sci., 198, 559, 1934.
2.	E. L awrence, D. Cooksey. Physic.
Rev., 50, 1131, 1936.
3.	L. A. Hahn, G. H e v e s y, E. Lu nd s-
g a a r d. Bioch. Journ., 31, 1705, 1937.
4.	W. Cohn, D. Greenberg. Journ. ot
Biolog. Chem., 123, 185, 1938.
5.	S. С о о k, K. Sc о 11, P. A be Iso n. Proc..
Nat. Ac. Sci. U. S. A., 23, 528, 1937.
6.	C. Artom, G. Sarzana etc. Nature,
139, 836, 1105, 1937.
7.	K. Scott, S. Cook. Proc. Nat. Acad.
Sci. U. S. A., 23, 265, 1937.
8.	S. Hertz, A. R о b e r t s, R. Evans.
Proc. Soc. Exper. Biol., 38, 510, 1938.
Ф. Дунаевский.
ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ
МОРФОЛОГИЯ
ГИПОФИЗЕКТОМИЯ И ТИРЕОИДЕКТОМИЯ
НА ЭМБРИОНАЛЬНЫХ СТАДИЯХ
РАЗВИТИЯ ТЕПЛОКРОВНЫХ ЖИВОТНЫХ
Проблема эндокринных регуляций эмбрио-
нального развития привлекала внимание
исследователей со времен первых работ по
влиянию желез внутренней секреции на эмбрио-
нальное развитие амфибий. В настоящее время
можно насчитать не одну сотню исследований,
посвященных этой проблеме. Однако трудности
экспериментирования на эмбриональных ста-
диях развития теплокровных не позволили
внести ясность в этот вопрос по отношению
к высшим позвоночным животным. Имеющиеся
в литературе мнения о работе эмбриональных
эндокринных желез у теплокровных основаны
преимущественно на изучении морфологии
эмбриональных желез и испытании их актив-
ности с помощью различных биологических
тестов. Исследований эндокринных корреляций
в зародышевом организме с помощью класси-
ческой эндокринологической методики — мето-
дики экстирпаций и пересадок желез — до сих
пор, в силу технических трудностей, произве-
дено не было.
Принимая во внимание все сказанное, нельзя
не отнестись с большим интересом к работам
страсбургской лаборатории, руководимой проф.
Апселем, по гипофизектомии и тиреоидектомни
эмбрионов кур. В 1937 г. на интернациональ-
ном коллоквиуме в College de France, посвя-
щенном проблеме половых гормонов, Ансель
выступил с докладом о достижениях его лабо-
№ 4
Новости науки
51
ратории в этом направлении.1 Анселю и его
сотрудникам удалось выработать методику по-
лучения у куриных зародышей уродств разви-
тия, обусловливающих недоразвитие гипофиза
и щитовидной железы. Эмбрионы подвергаются
рентгенизации в возрасте 36 час. инкубации.
Облучается средний мозговой пузырь. В резуль-
тате операции развитие головного мозга нару-
шается. Развиваются уроды — циклоцефалы,
анопоцефалы, отоцсфалы и триоцефалы, с недо-
развитыми частями головы. В числе прочих
дефектов отмечается у одних — недоразвитие
гипофиза, у других — недоразвитие гипофиза
и дериватов первой пары жаберных дуг и кар-
манов, и в том числе щитовидной железы.
Общее развитие эмбрионов, полностью ли-
шенных гипофиза и щитовидной железы, не
отличается от нормального. Уроды доживали
до 19 дней инкубации и, кроме ненормального
строения головы, не имели никаких признаков,
отличавших их от нормальных зародышей. Все
эндокринные железы, деятельность которых во
взрослом состоянии регулируется гормонами
гипофиза, развиваются у уродов совершенно
так же, как и у нормальных зародышей. В слу-
чае, если щитовидная железа сохраняется, она
приобретает нормальное строение из фоллику-
лов, наполненных коллоидом, и не обнаружи-
вает никаких признаков депрессии.
Все эти данные показывают, что на эмбрио-
нальных стадиях развития, корреляции между
эндокринными железами, характерные для пост-
эмбриональной жизни, отсутствуют. На этом
основании Ансель приходит к заключению, что
функционирование желез внутренней секреции
у птиц начинается только на постэмбриональ-
ных стадиях.
Не располагая экспериментальным мате-
риалом по млекопитающим, Ансель ограничи-
вается анализом известных из литературы опи-
саний аномалий развития эндокринного аппа-
рата у эмбрионов лабораторных животных и
человека. Из этих описаний явствует, что отсут-
ствие гипофиза и щитовидной железы в эмбрио-
нальном состоянии не отражается на общем
развитии. На основании этих данных Ансель
распространяет свои выводы на всех высших
позвоночных.
Небезинтересио отметить, что в прениях по
докладу Анселя выступили известные эндокри-
нологи Арон, Сели и Северингауз, которые
поддержали его точку зрения.
Развиваемые Анселом взгляды не лишены
интереса, хотя главная ценность его исследо-
ваний пока заключается в разработке нового
метода выключения эндокринных желез. Дан-
ные Анселя, несомненно, нуждаются в пере-
смотре, так как идут в разрез с многими извест-
ными в эндокринологии фактами. Разнообраз-
ными биологическими тестами обнаружено при-
сутствие гормонов в эндокринных железах
эмбрионов млекопитающих в течение первой
трети утробной жизни. Влияние эндокринного
аппарата плода на организм матери, едва ли
может вызывать какие-либо сомнения, равно
как и обратное действие желез внутренней
1 Р. А п с е 1. Sur le role de 1’hypophysc et de
la thyroi'de dans le developpement embryonnaire
de Vertebres amniotes. Conferences du College
de France, 1938, Paris.
секреции матери на организм зародыша. И, не-
сомненно, направление работ советских эндо-
кринологических лабораторий, уделяющих вни-
мание эмбриональным эндокринным корреля-
циям (лаборатории Б. М. Завадовского, А. В.
Румянцева, М. Л. Рохлиной), следует считать
считать более плодотворным.
Д-р б. н. А. Н. Студитский.
БОТАНИКА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВСХОЖЕСТИ СЕМЯН
МЕТОДОМ ОКРАШИВАНИЯ
Семена большинства древесных и кустар-
никовых пород, имеющих применение в агро-
лесомелиорации, обладают длительным семен-
ным покоем и прорастают через 1—2 года.
Оценку качества семян этих пород на контроль-
ных семенных станциях производят по состоя-
нию зародыша и эндосперма. Этот метод яв-
ляется очень грубым и не позволяет вполне
достоверно сделать заключение о жизнеспособ-
ности семян. Лабораторией физиологии БИЛ-
ЛАМИ, начиная с 1933 г., производилась раз-
работка нового метода определения всхожести
семян путем окрашивания.1 За основу был
взят метод Нелюбова, разработанный им для
семян сельскохозяйственных культур. Окра-
шиванию подвергались зародыши семян, осво-
божденные от оболочек и эндосперма. Семена
с белым и желтым зародышем окрашивались
индигокармином, семена с зеленым зароды-
шем — кислым фуксином.
Для распознавания всхожих и невсхожих
семян по степени их окрашивания применялись
проращивание различно окрашенных зароды-
шей и микроскопический анализ: нежизнеспо-
собные (мертвые) зародыши имели окрашенную
меристему, живые — неокрашенную. Парал-
лельно производилось проращивание семян, не
подвергавшихся окрашиванию, и результаты
сравнивались с проращиванием зародышей,
подвергавшихся окрашиванию.
Опыты показали, что окрашивание вполне
может заменить определение всхожести про-
ращиванием как для семян длительно прора-
стающих (ясень американский, яблоня, груша),
так и для трудно прорастающих, требующих
предварительной стратификации (ясень обык-
новенный, клен остролистный, клен татар-
ский, бересклет бородавчатый и др.). Ответ
о качестве семян при окрашивании может быть
получен в течение 2—3 дней, поэтому этот метод
особенно удобен и полезен в том случае, когда
требуется срочное заключение о качестве се-
мян. В результате четырехлетних исследова-
ний разработан метод определения всхожести
для семян 14 древесных пород. Этим методом
в настоящее время пользуются семенные кон-
трольные лаборатории ВНИЛАМИ и опытных
станций Поволжской, Азово-Черноморской и
Воронежской при выполнении производствен-
ных анализов.
С. Печникова.
1 Д. Д. Мини н. Лесное семейное дело.
Труды Всес. Научно-исследовательск. инсти-
тута агролесмелиорации, вып. XI, 1938.
4*
52
Природа
1939
ОПЫЛИТЕЛИ ГВАЙЮЛЫ В СССР
Мексиканский каучуконос гвайюла (Parthe-
nium argentatum Gray) — небольшой кустар-
ник, принадлежащий к семейству сложноцвет-
ных (Compositae), типичный ксерофит, является
растением, привлекающим к себе большое вни-
мание, и изучение его уже более 10 лет ведется
в различных точках южных районов СССР
(главным образом Закавказье и Средняя Азия).
При изучении его опылителей выявился целый
ряд особенностей, на которые мы и хотим обра-
тить внимание.
Работами многих авторов, изучающих био-
логию цветения гвайюлы (Lloyd, Mac-Callum,
Схемы корзинки Parthenium argenta-
tum Gray. — о женские цветки;
О — мужские цветки.
Калашников, Фролов, Николаев и др.), было
установлено, что она является автофертильным
растением и способна давать высокий процент
завязывания семян. Так, в условиях свободного
цветения этот процент в среднем равен 50%,
но в отдельных случаях повышается до 75%.
В то же время, в виду того что гвайюла посе-
щается различными насекомыми, которые са-
дятся на ее цветы, делаются выводы о возмож-
ности перекрестного опыления у гвайюлы. Но
во всех почти работах не указываются конкретно
виды опылителей.
Так, напр., Писарев (1930) приводит только
список насекомых, посещавших гвайюлу в Мар-
дакянах (на Апшероне), состоящий из 19 назва-
ний. Здесь, на ряду с возможными опылите-
лями, как Pyrameis cardui L., Lycaena icarus
Rott, Vespa germanica L., Eumenes coarctatus L.,
Polistes gallicus L. и т. п., встречаются типич-
ные вредители, как клопы Liorhyssus hyali-
nus F. и Spilostethus pandurus Scop., высасы-
вающие образующиеся семена. Воронов (1928)
указывает, что в Закаспии гвайюла привлекает
целые рои пчел.
Федоров (1930) отмечает, что в условиях
Крыма способствуют перекрестному опылению
пыльцееды Podontha daghestanica Reitt. и Omoph-
lus lepturoides, а также опенка Tropinota hirta
PodaA
1 Определение пыльцееда как О. lepfuroi-
des сомнительно, так как в Крыму встре-
чаются только Omoph.'us proteus Kirsch. Ped.
Аналогичные данные имеются у Фролова
(1931), указывающего, что процент завязыва-
ния семян повышается у цветочных корзинок,
посещавшихся насекомыми.
Николаев (1929) констатирует для Сухуми
ничтожную посещаемость гвайюлы насекомыми,
а также отмечает, что в условиях Средней Азии
гвайюла посещается пчелами, бабочками и му-
равьями. В Азербайджане наблюдались на цве-
тах гвайюлы пчеловидные мухи Eristalis tenax
и Eristalis equina.
Калашников (1930) указывает муравьев,
разные виды мух и небольшое количество бабо-
чек и жуков, посещавших цветущую гвайюлу
в Кара-кала (Туркмения). Он же делает сле-
дующее мало определенное (ио в то же время
очень ценное для пас) указание: «Постоянным
спутником цветущей корзинки является
какое-то мелкое (подчеркнуто нами! П. В.)
насекомое, вид которого установить еще не
удалось. Часто можно было наблюдать их по-
два, по-три на каждой корзинке, беспрерывно
снующих, залезающих почти совсем в трубку
венчика и подолгу остающихся там».
Интересно, что в своей капитальной сводке
по гвайюле Lloyd (1911) об опылителях в местах
ее естественного распространения (Мексика)
совсем не упоминает, a Mac-Callum (1926)
сообщает, что в Мексике и в Калифорнии «мел-
кие цветки гвайюлы самоопыляются с помощью
мелких (подчеркнуто нами! П. В.) насеко-
мых».
Все эти данные являются крайне отрывоч-
ными и не могут дать полной, естественной кар-
тины процесса перекрестного опыления у гвай-
юлы, происходящего в действительности.
Поэтому в условиях Маргушеван (Закав-
казье), где наблюдается обильное цветение
гвайюлы, насчитывающее минимум 2 «волны»
цветения (весенняя и осенняя), была проведена
работа по выяснению истинных опылителей
гвайюлы. Цветы гвайюлы в этом районе посе-
щает очень большое количество различных насе-
комых, среди которых имеются такие, каза-
лось бы, постоянные опылители многих расте-
ний, как различные представители пчел родов
Hal ictus и Andrena. Между тем проведенный
нами анализ лапок и ротового аппарата у всего
этого разнообразного комплекса насекомых на
присутствие на них довольно липкой пыльцы
гвайюлы в большинстве случаев дает отрица-
тельный результат. Пыльца обнаруживается
только у некоторых мелких (подчеркиваем
это! П. В.) видов, иногда почти незаметных
для глаза, которые всегда массами кружатся
над цветущей плантацией. Это в основном раз-
личные представители земляных блошек (Hal-
citini), зерновок (Bruchidae), трипсов (Thysa-
noptera) и мелких муравьев (Formicidae).
Для выяснения роли этих насекомых нами
ставились многочисленные опыты как с вос-
питанием их индивидуально, так и совместно
в изоляторах, куда заключались одна или
несколько зацветающих корзинок гвайюлы.
Кроме того, в ряде опытов в один изолятор
помещались две корзинки гвайюлы, причем из
одной предварительно удалялся весь мужской
семенной комплекс и были оставлены только
5 женских цветов. В некоторые из таких изо-
ляторов помещались или трипсы или муравьи,
часть оставлялась без насекомых. По про-
№ 4
Новости науки
53
шествии 15 дней во всех случаях, где были
насекомые, наблюдалось развитие всех пяти
семян. В изоляторах с отсутствием насекомых
завязалась только небольшая часть семян. Пол-
ное завязывание семян наблюдалось и в сле-
дующем опыте: в изолятор помещалась цветоч-
ная корзинка, содержащая только один жен-
ский комплекс, и туда же помещалось насеко-
мое, имеющее на лапках (а иногда на ротовых
органах) пыльцу гвайюлы. Этот опыт являлся
своеобразным контролем, позволяющим точно
устанавливать, имеем ли мы перед собой опы-
лителя или не имеем.
Таким образом в качестве опылителей гвай-
юлы нами в условиях Маргушеван были
установлены следующие восемь видов трипсов:
Taeniothrips frici Uzel, Taeniothrips atratus
Halid., Taeniothrips vulgatissimus Halid., Mela-
nothrips fuscus Sol., Thrips physapus L., Haplo-
thrips reuteri Karny, Frankliniella tenuicornis
Uzel., Aeolothrips fasciatus L.1
В этот список нами сознательно включается
хищный вид Aeolothrips fasciatus L., так как
для проверки роли этого вида как опылителя
нами ставились специальные опыты. Кроме
того, опылителями оказались мельчайшие мура-
вьи из рода Plagiolepis: Plagiolepis pygmae-
us Latr. и Plagiolepis pallescens For.2 Также
содействует опылению муравей Tapinoma
tauridis transcaucasicnm Kar.
Опыты с земляной блошкой Longitarsus pel-
lucidus Foud. и зерновкой Euspermophagus
sericeus Geoffr. не дали положительных резуль-
татов, так как завязывание семян наблюдалось
не полное. У этих видов вредоносная деятель-
ность доминирует над опыляющей, и хотя
с помощью их и может быть достигнут опреде-
ленный процент завязывания семян, большая
часть корзинок гибнет от подгрызания мужских
цветов этими насекомыми до момента образова-
ния ПЫЛЬЦЫ.1 * 3
Мы нарочно выделяли в приведенной выше
литературе термин «мелкое насекомое», так как,
повидимому, во всех случаях (и в СССР и в Аме-
рике) авторы имели дело с одной из устано-
вленных нами групп опылителей.
Литература
1.	F. Е. Lloyd. Guayle (Parthenium argen-
tatum Gray). A Rubber-Plant of the Chi-
chuanchum Desert. Carnegie Institution,
Washington, 1911.
2.	W. M a c - C a 1 1 u m. Botany and Cultu-
ral Problems of Guayle. Rubber Age, 1926.
3.	Ю. H. Воронов. Мексиканский каучу-
ковый куст — гуаюла. Изд. Инет, прикл.
бот. и нов. культ., Лгр., 1928.
4.	В. Ф. Н и к о л а е в. К морфологии и систе-
матике каучуконосного растения гуайюлы
(Parthenium argentatum Gray). Труды по
прикл. бот., ген. и сел., т. XXII, вып. 4,
Лгр., 1929.
5.	В. Е. П и с а р е в. Селекция и приемы куль-
туры гуаюлы. Труды по прикл. бот., ген.
и сел., т. XXIV, вып. 3, Лгр., 1930.
1 Определение О. И. Скалой.
* Определение К. В. Арнольди.
3 П. А. Вельтищев. Вредители гвай-
юлы в СССР. Сов. субтроп., № 9, М., 1937.
6.	С. М. Федоров. Вредители каучуконос-
ного растения гвайюлы Parthenium argen-
tatum Gray. Субтропики, № 3—4, Сухуми,
1930.
7.	В. М. Калашников. К биологии цве-
тения Parthenium argentatum Gray. Труды
по прикл. бот., ген. и сел., т. XXIV, вып. 3,
Лгр., 1930.
8.	Т. В. Фролов. Материалы по селекции
гвайюлы Parthenium argentatum Gray. Труды
ВНИИКиГ, 5—6, М., 1931.
П. А. Вельтищев.
АФРИКАНСКОЕ ПРОСО —НОВАЯ КОРМО-
ВАЯ И ПРОДОВОЛЬСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА
Неуклонный качественный и количественный
рост и развитие социалистического животновод-
ства предъявляютогромный спрос на высококаче-
ственные корма. Особенно это ощущается в за-
сушливых степных районах Советского Союза,
где набор кормовых культур невелик и урожай
их непостоянен. Работая с кормовыми культу-
рами, в частности по освоению новых культур,
в засушливой степи Украины, на основании
наших 4-летних данных, приходим к заклю-
чению, что одной из высокоурожайных засухо-
устойчивых и ценных кормовых и продоволь-
ственных культур является новая культура —
африканское просо Pennisetum typhoideum
Rich., известное у нас под случайным назва-
нием, принятым в Германии, — негритянское
просо.
Африканское просо происходит из засушли-
вых полупустынных районов Африки, где мест-
ное население возделывает его на зерно, из
которого готовят лепешки для пищи населения
и на зеленую массу для корма животным. Афри-
канское просо в культуре известно как одно-
летний злак со стеблями, напоминающими
сорго, доходящими в наших опытах до 335см
высоты (фиг. 1), при кустистости до 48 стеблей
на кусте. В Австралии и Азии (Месопотамия)
встречаются и многолетние формы африкан-
ского проса.
Африканское просо — перекрестноопыли-
тель, самоопыление у данного растения исклю-
чается, ибо ему свойственна протогония. Соцве-
тие представляет собою колосовидную метелку.
Зерно голое, безостое с абсолютным весом (вес
1000 зерен) 9.5—10.6 г. В 1938 г. нами обна-
ружена остистая форма. Корневая система —
мощная, мочковатая. Встречаются формы, у ко-
торых основания листьев имеют антоциановую
окраску.
Африканское просо имеет много как хозяй-
ственных, так и ботанических названий, среди
последних наиболее распространены следую-
щие синонимы: Pennisetum typhoideum Rich.,
Penicillaria spicata, Pennisetum spicatum, Pani-
cum americanum L., Pennis’tum glaucum и др.
В нашей стране африканское просо появи-
лось в 1929 г. в результате обменных опера-
ций Всесоюзного Института растениеводства.
С 1932—1933 гг. оно испытывалось в Аскании-
Нова, в Харькове, в Херсоне, в Кара-кумах.
Урожай зеленой массы получался довольно
высокий, но семян вызревало мало, благодаря
длительному вегетационному периоду, свой-
ственному данному растению. Позднеспе-
лость семян являлась тормозом введения
54
Природа
1939
африканского проса в сельскохозяйственное
производство. Неудачные попытки ввести
в производство африканское просо объясняются
тем, что отдельные исследователи работали
Фиг. 1. Африканское просо
(Pennisetumtyphoideum, Rich.)
экземпляр высотой в 315 см,
выращенный на опытных
полях УССР.Фиг. 1.
с исходным материалом, полученным из ВИРа
без всякого отбора более раннеспелых форм.
В 1934 г. нам удалось отобрать одно соцве-
тие весом 50 г семян, созревших в начале
августа; они и явились родоначальником той
формы, которая в 1939 г. будет засеяна по
Союзу на площади до 6000 га, а в 1935 г. эта
форма занимала посевную площадь 180 кв. м.
1935 и 1936 годы в условиях Мелитополя
были засушливыми. На нашем опытном поле
сорго, кукуруза, могар и даже суданская трава
пострадали от засухи. Африканское просо
легко переносило эти неблагоприятные клима-
тические условия и давало до 200 ц сена в пере-
счете на га и семян в 80 раз больше посеянного.
В 1937 г. в работу с африканским просом
включились 46 колхозных хат-лабораторий,
которым нами были посланы семена. В 1938 г.
африканское просо испытывалось в государ-
ственном конкурсном испытании. В этом же
году культура высевается, кроме прошлогод-
них точек, еще 116 колхозами и опытными учре-
ждениями страны, включая Киргизию, Узбе-
кистан, Казахстан и т. д. На 1939 г. НКЗ УССР
утвердил план посева этой культуры только
по Украине 3000 га, в том числе 2500 га в кол-
хозах.
В 1939 г., по предложению акад. Т. Д.
Лысенко африканское просо внедряется
в засушливых юго-восточных районах СССР.
Фиг. 2. Африканское просо; А — остистая
форма; В—безостая форма.
В результате колхозных испытаний мы полу-
чили целый ряд сообщений и во всех случаях
они подтверждают наши выводы о том, что
африканское просо является высокопродуктив-
ным кормовым растением, устойчивым против
засухи, вредителей и болезней, нетребователь-
ным в почве, с неосыпающимся зерном, с хоро-
шим отрастанием после укосов.
Агроном Еланского агроучастка, Телегин-
ского райзо, Тамбовской области, тов. Буда-
рин, испытывая в 1938 г. африканское просо
нашего отбора, пишет: «.. . За все время
с 15 апреля по 15 октября не выпало ни одного
хотя бы маленького дождя. Сорго, кукуруза,
чумиза, просо местное, могар и другие куль-
туры не вызрели и даже не выбросили метелок,
а большинство культур легло и совершенно
погибло. Африканское просо достигло высоты
1.25 м. По своей устойчивости к засухе оно
действительно замечательное').
Заведующий хатой-лабораторией колхоза
им. Ворошилова, Ворошиловского с. с., Арте-
мовского района (Донбасс), тов. Ю. П. Шишац-
кий пишет: «Несмотря яа неблагоприятные
№ 4
Новости науки
55
ТАБЛИЦА 1
Химический состав зерна
	Африканское просо	Обыкновенное просо	Пшеница	Кукуруза
Вода		12.5	14.0	14.4	14.4
Зола		2.03	3.0	1.5	1.5
Сырой протеин		13.6	11.7	13.0	10.0
Сырой жир		7.22	3.2	1.7	6.5
Безазотистые экстрактивные вещества	60.03	57.5	66.4	62.1
Клетчатка		4.62	9.5	3.0	5.5
метеорологические условия — отсутствие осад-
ков, высокая температура, доходившая до
38° С, суховеи, — растения африканского проса
нисколько не пострадали от засухи. Высота
травостоя на 20 VIII —два метра. Африкан-
ское просо показало себя, как засухоустойчи-
вая культура, которая может давать урожай
при самых неблагоприятных условиях два-три
укоса на сено или зеленую массу за лето».
Отрицательными качествами культуры сле-
.дует считать — неравномерность созревания
семян и выклевывание их воробьями, но послед-
ний недочет в дальнейшем устраняется: в 1938 г.
мы на своих посевах обнаружили один куст
остистого проса (фиг. 2) — шесть созревших
колосьев, имеющих жесткие ости, возвышаю-
щиеся над зерном почти на 2 см. Мы наблю-
дали, что и на эти колосья садились воробьи,
но ости длиннее клюва воробья — поврежде-
ний уже на этих экземплярах не было.
О ценности зерна и сена африканского
проса можно судить по химическому составу
их, в сравнении с другими культурами
(табл. 1).
Как видно из этих данных, зерно африкан-
ского проса по содержанию жира и белка стоит
выше всех приведенных для сравнения куль-
тур.
По содержанию клетчатки зерно африкан-
ского проса уступает только пшенице. Зато
ценность зерна значительно выше обыкновен-
ного проса не только по химическому составу,
но еще и потому, что обыкновенное просо для
употребления в пищу требует предварительной
обработки его на просорушке с отходом в ше-
луху около половины исходного материала. Из
зерна африканского проса можно приготовлять
кашу без предварительной обработки его на
просорушке, оно быстро и хорошо развари-
вается в целом виде.
Урожай зерна африканского проса в пяти
хатах-лабораториях Ново-Псковского района
(Донбасс) в 1937 г. получился свыше 40 ц с га,
а в 1938 г. в артели имени Сталина, Кишинь-
ковского района, Полтавской области, собрано
48.33 ц зерна с га, причем заведующий хатой-
лабораторией этого колхоза сообщает: «У нас
ни одна культура не дала такого высокого
урожая, как африканское просо, его надо сеять
побольше». Для характеристики сена, полу-
чаемого из африканского проса, ниже приво-
дятся данные о химическом составе его сте-
блей и листьев в сравнении с сеном других
трав (табл. 2).
Эти данные говорят о том, что сено, полу-
ченное из африканского проса, даже при созре-
вании зерна, когда обычно другие культуры
дают грубый малосъедобный корм, почти не
уступает по качеству сену сладких злаков,
могара и хорошего лугового сена, ибо при
созревании семян стебли африканского проса,
в противовес другим культурам, продолжают
оставаться зелеными и хорошо кустятся. Цен-
ность сена африканского проса еще больше
возрастает, если принять во внимание, что уро-
жай его с единицы площади превышает в 3—4
раза приведенные для сравнения культуры.
Украинский’ н.-и. институт животноводства
по вопросу кормовых достоинств культуры
пишет: «Мы даем африканскому просу весьма
положительную оценку, так как наши наблю-
дения в колхозах степной части УССР показы-
вают, что при своевременном посеве и хорошей
агротехнике можно получить очень высокий
урожай зеленой массы проса, при этом хоро-
шего кормового достоинства».
ТАБЛИЦА 2
Химический состав сена
	Африканское просо	Сладкие злаки	Сено могара	Хорошее луговое сено
Вода		12.12	14.3	13.4	14.3
Зола		10.67	5.8	5.7	6.2
Сырой протеин		8.79	9.5	10.8	9.5
'Сырой жир		3.48	2.6	2.2	2.6
Безазотистые экстрактивные вещества	33.67	39.1	38.5	39.1
Клетчатка		30.27	28.7	29.4	28.7
Примечание. Африканское просо для анализа было взято после уборки семян, осталь-
ные культуры — до выколашивания.
56
Природа
1939
В 1937 г. на широкорядном посеве мы полу-
чили за два укоса 275 ц с га несколько грубова-
того сена (1100 ц зеленой массы). В 1938 г.
на сплошном посеве на 25 сентября получено
три укоса на сено африканского проса с уро-
жаем 145 ц с га хорошего нежного сена, даль-
нейшее отрастание стеблей уже к средине
октября дало полноценный выпас.
Пожнивный посев африканского проса, про-
изведенный после уборки озимой пшеницы,
в 1937 г., дал созревшие семена и 98 ц сена с га
или 398 ц зеленой массы. Урожай зеленой
массы пожнивного посева 1938 г. доходил на
отдельных опытных участках до 409 ц с га,
а в производственных условиях составлял 216 ц
зеленой .массы с га с отрастанием отавы для
выпаса.
От всходов до уборки на сено проходит
50—65 дней, а до созревания семян 100—
120 дней. На сено африканское просо необхо-
димо убирать с началом выхолащивания. Укос
необходимо производить с таким расчетом,
чтобы стерня оставалась высотою 18—20 см;
при таком положении растения значительно
быстрее отрастают и лучше кустятся. Получе-
ние двух и даже трех урожаев сена за лето
вполне возможно. В 1938 г. мы получили за
три укоса 705 ц с га зеленой массы, и на конец
октября отросла отава для выпаса.
Агротехника этой новой культуры еще да-
леко не освоена. Больше того, культура еще
мало известна нс только колхозникам, но
и целому ряду научных работников.
Зато колхозники, которые высевали эту
культуру, дают высокую оценку ей как нетре-
бовательной к почве высокоурожайной, засухо-
устойчивой.
Лучшей системой обработки почвы для
африканского проса является следующая. Сразу
после уборки предшественника на поле необ-
ходимо произвести пожнивную лущевку диско-
вым плугом пл глубину 5—б см. В августе или
сентябре лущевку вспахивают на зябь кор-
пусным плугом с предплужником на глубину
22—25 см. Ранней весной, как только почва
про'охнет и не будет мазаться за бороной,
поле боронится тяжелой бороной в два следа
поперек или по диагонали пахоты. С просыха-
нием почвы начинают появляться всходы сор-
няков. В это время поле необходимо первый
раз закультивировать на глубину до 10 см
с немедленным боронованием. Перед самым
посевом, в конце апреля — начале мая для юга
Украины, поле вторично культивируется на
глубину 5—б см, боронится легкой бороной
и немедленно засевается. Если поле сильно
засорено, то между первой и второй весенними
культивациями необходимо дать еще одну куль-
тивацию. При культуре на сено африканское
просо на чистых почвах можно сеять даже
сплошным посевом, как зерновые хлеба. На
силос и зерно применяется широкорядный
посев 50 х 30 см. Норма высева в первом слу-
чае 12— 15 кг, во втором—6—8 кг на га. Глубина
заделки семян 4—5 см на легких почвах. Посев
необходимо прикатать ребристым катком. При-
менение фосфорно-кислых удобрений из рас-
чета 60 кг Р«О5 на га ускоряет срок созревания
семян африканского проса на 8—10 дней.
А. А. Вербин.
ФЛОРА АНТАРКТИЧЕСКОГО МАТЕРИКА
Антарктический материк по сравнению
с арктической зоной северного полушария
представляет собою в флористическом отноше-
нии почти мертвую, полярную пустыню. В то
время как в Арктике количество видов покрыто-
семянных растений исчисляется несколькими
сотнями (напр. в Гренландии их около 400),
в Антарктике до настоящего времени известны
всего два покрытосемянных растения, оба отно-
сящиеся к злакам — Coloba'ithus crassi/o!ius и
Aira antarctica, найденные на 64° ю. ш., пред-
ставляющим предел распространения на юг
покрытосемянных растений.
Но и низшие растения — мхи, лишайники
и бактерии — известны для этого громадного-
материка лишь в очень ограниченном коли-
честве — всего в несколько десятков видов.
Большинство из них, так же как и указанные
злаки были найдены на земле Грэхама (Gra-
ham Land), в западной Антарктике, к северу от
68° ю. ш., в районе Орлеанского канала. Окрест-
ности последнего представляют собою единст-
венное место, где была найдена более или менее
сомкнутая тундровая растительность, образован-
ная лишайниками и мхами, напр. Brachythecium
antarcticum или видами Andreaea и Grimmia.
Первые сборы растений на Антарктическом
материке были сделаны и опубликованы в 1845 г.
Джозефом Гукером, участвовавшим в экспе-
диции Росса в Антарктику па кораблях «Эре-
бус» и «Террор». До начала XX в. это были
почти единственные сведения о флоре Антарк-
тического материка. До последнего времени
самыми южными известными местонахожде-
ниями растений — мхов и лишайников — были:
гора Террор у моря Росса, на 78° ю. ш., мыс
Адер (Кар Adore) на земле Виктории, на
71° 18' ю. ш., и, наконец, земля Георга Нью-
нес (Sir George Newnes Land) на 74° 2Г ю. ш.
В последнее время, благодаря экспедициям
адмирала Бэрда, наши знания о флоре Антарк-
тического материка значительно расширились
как в отношении ее видового состава, так и
в отношении нахождения растений значительно
южнее, почти у самого полюса. Адмирал Бэрд
совершил две экспедиции в Антарктику: одну
в 1929—1930 гг., вторую — в 1934—1935 гг.
Во время обеих — в особенности второй —-
экспедиций, Бэрда сопровождали ученые. Науч-
ные работы во время второй экспедиции велись
по 22 дисциплинам, в том числе и по изучению
флоры Антарктики. Описание экспедиций опу-
бликовано самим Бэрдом в двух, увлекательно
написанных, книгах, переведенных и на рус-
ский язык под заглавием «Над южным полю-
сом» и (Снова в Антарктике» (Главсевморпути,
1935 и 1937 гг.).
В последнее время начинают появляться
в печати и результаты научных исследований.
В частности, в апрельской книжке 1938 г.
«Трудов ботанического сада в Миссури» (США)
Сейпл, Додж, Бакер и Бэртрам опубликовали
результаты определения ботанических сборов,
сделанных Сейплом во время второй экспеди-
ции Бэрда, из которых мы и черпаем нижесле-
дующие сведения.1
1 The Second Byrd Antarctic Expedition-
Botany: 1. Paul A. Siple. Ecology and Geogra-
№ 4
Новости науки
57
Итоги сборов лишайников на Антарктическом материке
Годы	Экспедиции	Корабли	Сборщики	Всего видов	Новых		Место сбора
					для Ант- арктики мате- риалов	ВИДОВ вообще	
1839—1843	Росса	Эребус, Террор	Гуккер	9	9	3	Кокбурн I, Земля Грейама
1897—1899	Герлах де Гоммери	Бельгика	Раковитса	55	51	29	Земля Грейама
1898—1900	Борхгрс- винка	Саусерн Кросс	Гэнсон и др.	8	4	1	Зе.мля Виктории
1901 — 1903	Дригаль- ского	Гаусс	—	3	0	0	Земля Виль- гельма 11
1901—1903	Нэрден- скиольда	Антарктик	Скоттсберг	47	19	9	Земля Грейама
1901—1904	Скотта	Дисковери	—	24	12	5	Земля Виктории
1902—1904	Бруса	Скотиа	Рудмоз- Броун	И	6	0	Земля Грейама
1903—1905	Шарко	Франсэ	Шарко и Тюркэ	16	б	4	Земля Грейама
1907—1909	Шэклтона	Нимрод	Пристли	15	1	1	Земля Виктории
1908—1910	Шарко	Пуркуа па	Гэн и Лиувиль	112	93	89	Земля Грейама
1910—1911	Скотта	Терра Нова	—	17	8	8	Земля Виктории
1933—1935	Бэрда	Рупперт и Бпр оф Оклэнд	Ссйпл и Блэкбурн	89	84	84	Земля Мэри Бэрд, Земля Эдуарда VII, Земля Виктории
Сборы Сейпла были преимущественно сде-
ланы на Земле Мэри Бэрд, открытой адмира-
лом Бэрдом в 1929 г и лежащей по 150° засад-
ной долготы. Его партия состояла, кроме него,
еще из трех человек: геолога и двух помощ-
ников. Они вышли из базы экспедиции «Малень-
кая Америка» 14 октября 1934 г. пешком, па
лыжах с тремя собачьими упряжками, вез-
шими продовольствие и снаряжение, и верну-
лись 29 декабря того же года. Сборы произво-
дились к югу от 70° ю. ш. Но, кроме того,
семь видов были доставлены Блэкбурном,
участником другой, геологической партии. Три
(из этих последних) вида были собраны на
хребте Квин Мод к югу от 86° ю. ш., всего
в 257 милях от южного полюса, на высоте,
превышающей 600 м над ур. м.
Крайние колебания температурных условий
во время экспедиции Сейпла были —40° —•
-|- 1.1°С., в среднем же температура держалась
обычно в течение целого дня на уровне пли
несколько выше —17°С. Все сборы из 215 нахо-
ждений на 12 горных воз: ышепностях дали 89
видов лишайников, из которых 84 являктся
новыми, впервые описанными, и всего 5 эпде-
pliical Distribution; 2. W. Carroll. Dodge and
Gladys E. Baker. Lichen and Lichens Parasites;
3. Edwin B. Bartram. Mosses. Annals of the
Missouri Botanical Garden, 1938, Vol. XXV,
№2, p. 455—727.
мичных видов мхов. Эти мхи относятся
к четырем радам: эндемичному для Антарктики
Sarconeurum, представленному одним видом
S. glaciate, Barbula с новым, эндемичным видом
В. Byrdii Grimmia с уже ранее собранным на
Земле Грейама видом С. antarctica, но с двумя
эндемичными разновидностями, и Вгуит, пред-
ставленный двумя видами, из которых один —
В. Siplei описывается впервые.
Экологические условия обитания этих расте-
ний описаны Сейплом. Растительность имеется
лишь на выступающих в виде нунатаков над
ледяным покровом вершинах гор. Горные
породы представлены на Земле Марии Бэрд
преимущественно двумя типами: темными, мета-
морфизованными осадочными и более светлыми
изверженными породами. Согласно произведен-
ным наблюдениям многие из собранных видов
были индифферентны к химическому составу
скал, на которых они росли. Но две трети из
найденных растений были приурочены в своем
обитании к темным горным породам. Это объяс-
няется >ем, что снег на них стаивает скорее,
чем па светлых, они более быстро поглощают
солнечные лучи и дольше сохраняют необхо-
димую для жизни растений температуру. Ок-
раска растений сильно менялась в зависимости
от типа выходящих на поверхность горных
пород, деек и пр. Так, напр., окраска двух
видов лишайника Umbilicaria (U. rugosa и
U. cerebri/or mis) совпадала по цвету с окраской
58
Природа
1939
дейки порфиритового диабаза. Тщательное ис-
следование при помощи ручной лупы обнару-
жило наличие крошечных растений-лишайни-
ков и водорослей внутри трещин кристаллов.
При удалении кристаллов кончиком ножа
лишайники и водоросли были обнаружены на
их нижней поверхности. На многих местах, где
порода была сильно выветрена, начиналось
образование почвы. С неболннимн скоплениями
песка и валунной глины были связаны нахо-
ждения мхов и лишайников; остальные же
места были совершенно голы.
Все растения были собраны между 76° 30'
и 86* 3' ю. ш., вследствие чего они в течение
4—5 мес. летом получали непрерывный солнеч-
ный свет; в течение стольких же месяцев зимой
находились в темноте; остальное время явля-
лось переходным между этими двумя периодами
года. Низкий угол падения солнечных лучей,
вызывающий прохождение их сквозь плотные
слои атмосферы, снижает интенсивность света.
Приспособление антарктических растений
к этим световым условиям выражается в их
необычно темной окраске. Большая часть ли-
шайников имела черную окраску, остальные
темнозеленую, темпосерую, темнокоричневую
или темнокрасную. Только немногие были
светло окрашены. Большей частью они имели
небольшие размеры, что давало им возможность
использовать солнечную теплоту, поглощен-
ную мхами или темными горными породами, на
которых они росли. В общем окраска антаркти-
ческих лишайников значительно темнее обыч-
ных лишайников умеренной зоны.
В распределении мест обитаний лишайников,
по отношению к свету, южное или северное
направление горного склона не имело значе-
ния. Более того, во многих местах лишайники
были найдены на нижней поверхности углубле-
ний скал, где они получали лишь отраженный
свет. Так, напр., в одной из таких маленьких
пещер, обращенной на юг, с пологим сводом,
дававшим возможность стока конденсировав-
шейся влаге, произрастала роскошная Parmelia.
Этот лишайник в большинстве случаев ассо-
циируется в своих обитаниях с растущими над
ним видами Polycaulonla или Biastenia. Послед-
ние имеют кустистую форму и окрашены
в красный цвет, тогда как Parmelia имеет
серую окраску и пластинчатое строение.
Температурные условия Антарктического
материка по наблюдениям, произведенным на
базе экспедиции, в ('Маленькой Америке» пред-
ставляются следующими. Средняя годовая тем-
пература в 1934 г. была около —24.89 С, тогда
как средний максимум —19.5° С, а средний
минимум —30.22° С. Абсолютный минимум
был —57.78° С. Летом, с появлением солнца,
температура повышается. Средняя температура
летних месяцев, с непрерывным солнечным
сиянием была около —12.84° С. Два месяца
с наиболее интенсивной инсоляцией имели
среднюю температуру —6° С. Средняя темпе-
ратура января — самого теплого месяца — рав-
нялась —4.44° С. В 1929 г. всего 18 дней,
а в 1934 г. только 11 дней имели температуру
выше точки замерзания. Только в январе 1929 г.,
всего в течение двух дней, средняя температура
была 0° и +0.56° С. Самые холодные месяцы —
июль, август и сентябрь — имели среднюю тем-
пературу около —38.61° С. Средняя месячная
температура снижалась до —44.44° С. Антарк-
тика отличается своими внезапными сменами
температур, в особенности зимой, когда в тече-
ние 24 час. они могут падать и подниматься
больше чем на 30°.
В результате приспособления к этим тем-
пературным условиям лишайники имеют такие
небольшие размеры, что с трудом различаются
невооруженным лупой глазом; темная их
окраска способствует поглощению солнечных
лучей; сожительствующие с ними водоросли
расположены глубоко внутри слоевища лишай-
ника.
Абсолютная влажность воздуха в Антарк-
тике очень низка, так как водяные пары, вслед-
ствие низкой температуры, кристаллизуются.
Таяние снега происходит главным образом на
темных горных породах, так как нагревание
их солнечными лучами дает достаточно тепла.
Вследствие этого, как мы видели, растения
приурочены в своем обитании к этим темным
горным породам, так как они получают здесь
не только тепло, по и влагу.
Условия обитания растений на Антаркти-
ческом материке являются типичными эколо-
гическими условиями полярной пустыни. Ими
обусловливаются небольшие, часто микроско-
пические размеры растений. Этим объясняется
и произрастание лишайников на поверхности
отмерших мхов, которые впитывают влагу как
губка и сохраняют ее еще тогда, когда поверх-
ность горных пород, на которых они растут,
уже совершенно высохла.
Возникает естественно вопрос о происхо-
ждении этой флоры Антарктического материка.
Для разрешения его было высказано несколько
предположений, но пи одно из них не дает на
него исчерпывающего ответа. Согласно одному
из этих предположений споры растений, во
время максимального оледенения Антаркти-
ческого материка, уцелели, сохранившись в рас-
щелинах скал заключенными в глыбы льда
или в подвешенном состоянии в воздухе. Вслед-
ствие этого развившиеся из них на горных
вершинах, после сокращения ледяного покрова,
растения представляют собою остаток древней
флоры Антарктики. Этим объясняется то об-
стоятельство, что все виды являются эндемич-
ными, но, с другой стороны, если бы эта флора
была действительно такого древнего возраста,
то эндемизм выразился бы не только в наличии
эндемичных видов, но и родов. Между тем
у лишайников нет ни одного эндемичного рода.
Обратное предположение о переносе спор с близ-
лежащих материков или островов в относи-
тельно недавнее время опровергается отсут-
ствием обычных, широко распространенных
видов и высоким эндемизмом имеющихся
видов. Быть может, большее знакомство с ли-
шайниками Анд, Австралии и Новой Зеландии,
а также лежащих между ними и Антарктикой
островов, и обнаружит наличие на них, счи-
таемых сейчас эндемичными, антарктических
видов, но пока для такого утверждения нет
оснований.
Нет никакого сомнения, что результатами
опубликованных до настоящего времени сбо-
ров, отображена лишь незначительная часть
флоры Антарктического материка. Дальнейшие
антарктические экспедиции, число которых
с каждым годом все увеличивается, дадут более
№ 4
Новости науки
59
исчерпывающие данные об этой флоре, которые
помогут установить и историю ее происхо-
ждения-	Е. Вульф.
ЗООЛОГИЯ
МАССОВОЕ РАЗВИТИЕ
FABRIC1A SABELLA (EHRENBERG)
В ОДЕССКОМ ЗАЛИВЕ ЧЕРНОГО
МОРЯ
7 декабря 1938 г. Одесский яхт-клуб сооб-
щил об интересном явлении. Произошло обра-
стание принадлежащих ему яхт организмами,
которых «'Старожилы» — работники яхт-клуба—
за последние 20 лет не замечали. Об этом инте-
ресном явлении было сообщено в Украинскую
научно-исследовательскую станцию морского
рыбного хозяйства и океанографии (УкрНИТО).
При осмотре яхт мы обнаружили следующее:
нижняя часть яхт ниже ватерлинии густо
обросла трубочками сидячих червей Polychaeta.
Плотность обрастания доходила до 500 трубо-
чек на площадке 10 см х 10 см. Обычные орга-
низмы обрастания Mytilus galloprovincialis Lam.
Bal anus improvisum Darw. были представлены
относительно небольшим количеством особей
по сравнению с новыми организмами и встре-
чались лишь местами. Организмы поселялись
как на деревянных, так и на металлических
частях, так что материал, из которого состоял
субстрат, был им совершенно безразличен.
Яхты были очищены в последний раз в сен-
тябре 1938 г. и в течение 2—3 мес. успели
густо обрасти. При определении по определи-
телю Анненковой ('Пресноводные и солоноват о-
водные Polychaela СССР» нами установлено, что
данные организмы относятся к семейству Sabel-
lidae, к виду Fabricia sabella (Ehrenberg). Дан-
ный вид червя отмечен в труде В. К. Совии-
ского ('Фауна Понто-Каспийско-Аральского бас-
сейна», где назван Amphicora sabella Ehrb.
(Записки Киевского общ. естествоисп., Киев,
1904), и в «Материалах к системе биоценозов
Одесского залива» Н. Загоровского и Д. Ру-
бинштейна (Одесса, 1916). Отмечен также в ра-
боте Виноградова (1933), но такого обильного
развития Fabruia, как осенью 1938 г., в лите-
ратуре никогда не было отмечено.
В. Глембоцкий.
ОБ «УЗНАВАНИИ» САМЦОМ САМКИ
У ВЫСШИХ РАКОВ
Общеизвестно, что у многих крабов поло-
вой акт имеет место лишь между самцом с твер-
дым панцырем (т. е. уже давно линявшим) и
самкой с мягким панцырем (т. е. только что
линявшей).
Голландский зоолог 1 в небольшой экспери-
ментальной работе, осуществленной им на Пли-
мутской морской биологической станции, опро-
G. I. Broekhuysen. Some notes
on sex recognition in Ccrcinides maenas L.
Archives Neerland. de Zoologie. T. HI, 3 Livr.,
Leiden, 1937, pp. 156—164.
вергает нередкое мнение, что самцы крабов
«узнают» готовых к оплодотворению самок.
Оказалось, что дело не в том, что самцы
распознают самок, а в том, что лишь «мягкие»
(с мягким, только что обновленным линькой,
панцырем) самки ведут себя пассивно. Это и
позволяет самцу придать им соответствующее
положение для полового акта.
 И. Тарасов.
ВЫБОР МОРСКИМИ РЫБАМИ
ОПРЕДЕЛЕННЫХ ТЕМПЕРАТУР СРЕДЫ
Реферируемое ниже американское исследо-
вание 4 рассматривает температуру как перво-
степенный фактор миграций рыб. В то же
время биологическая пластичность рыб нередко
приводит к акклиматизации тех или иных видов
в температурных условиях, дотоле несвойствен-
ных этим видам, после чего меняется и отно-
шение последних к температурному градиенту.
Поэтому уже ряд авторов высказывался за то,
что избираемый рыбами оптимум температуры
важнее для решения вопросов их акклимати-
зации, нежели для освещения механизма мигра-
ций.
Для экспериментов (осуществленных
в Скриппсовском Океанографическом институте
в Калифорнии) автор взял молодь литоральной
рыбы Girella nigricans и отчасти Fundulus раг-
uipinnis и молодь атеринид. Нельзя сказать,
чтобы этот выбор был удачен (характерен)
с априорной точки зрения, поскольку крайняя
гетероэвритермия литоральной зоны не может
не повлечь выработки у обитателей этой зоны
большого диапазона терпимости к температур-
ным колебаниям.
Довольно сложное и остроумное располо-
жение перегородок, отверстий и питающих тру-
бок в экспериментальном сосуде обеспечивало
резкий и стабильный градиент температуры (или
солености) в горизонтальном направлении при
отсутствии вертикального градиента. Так,
между двумя концами сосуда длиною в 4 м,
высотой в 22х/2 см и шириною в 20 см, разде-
ленного на 10 камер, удавалось поддерживать
разность температуры в 18° (при разности
между двумя соседними камерами в 2°).
Подопытная рыба помещалась в камеру, где
температура соответствовала «природной», т. е.
той, из которой рыба была взята; после выдер-
живания в течение 1 мин. убирались заслонки
между камерами и приступали к измерению
того времени, которое рыба проводила в каждой
из камер.
Оказалось, что при отсутствии градиента
рыбы вели себя безразлично по отношению
к тому, в какой камере им быть, а при нали-
чии градиента от 32 до 14° наибольшее время
проводили при температурах 28 —26 — 24е
(максимум на 26°), при градиенте же от 36
до 180°—при температурах 24—22—20° (макси-
мум на 22°). При 100 экспериментах с различ-
ными градиентами (обычно 14—32° или 15—
33°) оказалось, что модальной температурой
для Girella служит 26.4°.
1 Р. Doudoroff. Reactions of marine
fishes to temperature gradients. The Biologi-
cal Bulletin, vol. LXXV, № 3, Dec. 1938,
pp. 494—509, Lancaster, Pa.
60
Природа
1939
Элиминировать фактор различного абсолют-
ного содержания кислорода (при относитель-
ной насыщенности им воды во всех камерах)
удалось легко (путем соответственного умень-
шения искусственной аэрации холодных ка-
мер), и тогда оказалось, что рыбы продолжают
стремиться к теплому концу сосуда. Влияние
неравных величин СО2 или pH также удалось
исключить.
При опытах с градиентом солености от 5.6
до 29.9%ч при одинаковой температуре во всех
камерах Girella вели себя индифферентно, а при
установлении одновременно и соленостного и
температурного градиента Girella пошли в опрес-
ненную, но зато теплую воду (7.8%0 и 24.6°).
В э.ом последнем случае наиболее ярко про-
явилось с нашей точки зрения то, что для
опытов была взята литоральная рыба.
Во всяком случае, Girella выбирали темпе-
ратуры более высокие, чем те, в которых они
обитают в природе, а к изменениям темпера-
туры они были более чувствительны, нежели
к изменениям солености (в пределах, во вся-
ком случае, сроков эксперимента, измеряв-
шихся десятками минут).
Эксперименты с более тепловодной, нежели
Girella рыбой, —Fundulus дали менее нагляд-
ные результаты.
Влияние «акклиматизации», т. е. предвари-
тельного выдерживания в тех пли иных темпе-
ратурах, на последующий «выбор» температуры
было небольшим и временным.
Автор пришел к заключению, что в «выборе»
рыбами тех или иных температур проявляется
не выбор «оптимума для обитания», а эффект
быстрых изменений температуры.
Следует, однако, заметить, что подобные
миниатюрные по масштабу и по количеству
объектов опыты можно рассматривать лишь
как предварительные, ориентирующие, но от-
нюдь не как достаточные для решения столь
сложной и практически важной задачи. В связи
с этим хочется напомнить выдвигавшийся
проф. Б. С. Ильиным проект эксперименталь-
ной ихтиологической лаборатории в природной
обстановке. Только при достаточно крупных
масштабах опытов можно будет здесь говорить
о «законах подобия» и переходить к практиче-
ским выводам.
Н. И. Тарасов.
О СЕЗОННОЙ ИЗМЕНЧИВОСТИ ПИТАНИЯ
У РЫБ
Изучение питания рыб является одним из
основных вопросов при определении продук-
тивности водоемов и их рыбохозяйственного
значения. Установление состава и количества
пищи, потребляемой рыбами в течение года,
и их изменения по сезонам является новым,
недавно выдвинутым исследователями напра-
влением в изучении питания рыб. На основе
знаний всех главных пищевых цепей в водо-
еме, нх сезонных вариаций и местных различий
можно получить представление о промысловых
возможностях ихтиофауны изучаемого водоема.
Севастопольская биологическая станция
с 1935 г. начала изучение питания рыб Чер-
ного моря, в первую очередь хищников. Одним
из мало выясненных и важных вопросов яв-
ляется выяснение сезонной смены питания и ее
причины.
Сезонная изменчивость у целого ряда орга-
низмов является общеизвестным фактом. Осо-
бенно четка и последовательна смена пищевых
режимов в течение года у насекомоядных птиц,
в питании большинства которых наблюдается
переход от насекомоядной пищи (преимуще-
ственно весной) к растительной (осенью).
Аналогичная смена наблюдается и у боль-
шинства видов рыб, причем особенно часто
повторяется явление смены рыбного питания
на бентосное или планктонное Такая смена
пищевого режима наблюдается у пикши и
трески Варенцова моря, у скумбрии и став-
ридки Черного моря, у сельдей и сома Каспий-
ского моря и т. д. Такого же рода наблюдения
имеются по рыбам и других водоемов. Уже один
тот факт, что в литературе имеется ряд под-
разделений значения той или иной пищи в об-
щем спектре питания, указывает, что на это
явление было обращено внимание. Schiemenz
по характеру питания подразделяет пищу рыб
на главную, второстепенную, случайную,
вынужденную (6). То же подразделение пищи
в своем исследовании питания Pleuronectidae
Северного моря принимает и Hertling (2). Л. А.
Зенкевич, изучавший питание рыб Варенцова
моря (3) подразделяет пищу на «основную»
и «заменяющую». Колебания в пищевом режиме
у разных видов рыб приурочены к разным сезо-
нам, в зависимости от биологических особен-
ностей вида и места обитания. Аналогичное
явление наблюдалось автором при изучении
питания сома (Silurusglanis) Каспийского моря.
Весной сом, входя в реку Куру, переходит от
рыбьего питания к насекомоядному, поглощая
в массовом количестве личинок поденок (Ephe-
meridae) и медведок (Gryllotalpa). Переход на
другой пищевой режим наблюдается в мае—•
июне, причем различие в характере питания
в зависимости от возраста не наблюдалось, и
желудки сомов в 1.5 м длиной при весе в 30 кг
также были набиты личинками насекомых, как
и рыб небольшого размера. При обсуждении
этого явления в кругу ихтиологов высказыва-
лось мнение о вынужденности такого питания
в виду того, что в это время года в Куре наблю-
дается нерестовый ход половозрелой рыбы,
средн которой для питания сома нет экземпля-
ров подходящего размера. Считая такое пред-
положение натяжкой, мало соответствующей
действительным причинам, автор поставил спе-
циальный опыт. Для этого использовались вре-
менно пустующие рыбоводные пруды Куриц-
ского рыбзавода, в которые были отсажены
несколько сомов. После нескольких дней голо-
дания в пруды была пушена мелкая живая
рыба, главным образом уклейка, охотно пожи-
раемая со.мом в ахмазах (заливные водоемы
поймы Куры). Рыба осталась нетронутой, как
и брошенные рыбьи потрохи, которые в осталь-
ное время года сом подбирает вблизи про-
мысловых плотов. Решив, что сом не хочет
есть в неволе, автор для контроля произвел
вскрытие просидевших 12 дней в неволе сомов.
Во всех желудках были найдены, правда
в очень незначительном количестве, личинки
поденок и медведок, случайно упавших в воду.
В дальнейшем, работая на Севастопольской
биологической станции по экспериментальному
№ 4
Новости науки
61
изучению питания рыб Черного моря и, в част-
ности, проводя исследования биологии пита-
ния морского ерша (Scorpaena porcus), мы снова
столкнулись с аналогичными явлениями. На
этот раз мы имели возможность провести сезон-
ные параллельные наблюдения над сменой
питания как в природе, так и в эксперименталь-
ных условиях.
Ерш принадлежит к тому типу хищных рыб
(/), которые ведут донный образ жизни, отли-
чаясь исключительно малой подвижностью.
Лежа среди камней и зарослей водорослей,
благодаря своей покровительственной окраске
почти незаметный, он подстерегает добычу,
хватая ее на расстоянии, не требующем для
этого значительного перемещения. Больших
передвижений ерш не делает, ограничиваясь
лишь временными незначительными откочев-
ками от берега на большие глубины в самое
холодное и жаркое время года. Таким образом
пищевой режим ерша слагается, благодаря <-пас-
сивному» образу жизни, либо из представителей
местной фауны,1 постоянно находящейся вблизи,
либо из временно приходящих в район обита-
ния ерша мигрирующих организмов,- В спектр
питания ерша входят как различные виды рыб,
так и беспозвоночных, из которых Decapoda,
как и в питании Scorpaenidae Адриатического
моря (5), имеют доминирующее значение. Спектр
питания ерша, как и большинства других
животных, изменяется в зависимости от
возраста, места обитания и сезона. Не остана-
вливаясь на анализе двух первых вопросов,
перейдем к изложению имеющихся наблюде-
ний по изменению пищевого режима ерша
в различные периоды года.
Остановимся в нескольких словах на харак-
теристике и роли различных групп организмов,
встречающихся в питании ерша. Рыба, соста-
вляющая в питании ерша 29%, встречается
в его желудках в течение круглого года за
исключением февраля. Максимальное питание
рыбой наблюдается летом и осенью, минималь-
ное — в зимний и предвесенний период. В со-
став питания ерша входят 20 различных видов
рыб. Встречаемость отдельных видов в годо-
вом режиме ерша полностью соответствует
биологии этих видов, в данном случае времени
их подхода к берегам и откочевки, а для рыб
не откочевывающих — их общей численности
и степени активности.
Для иллюстрации приводим график встре-
чаемости в уловах и в желудках ерша двух
видов рыб: Smarts и Atherina.
Smarts, как форма мигрирующая, имеет
два максимума в подходе к берегам Севасто-
поля: весенний и осенний, находящие полное
отражение в величинах встречаемости в пита-
нии ерша. В зимнее время ни в уловах, ни
в питании ерша этот вид не встречается. Наобо-
рот, Atherina, как местная форма, ловится
у Севастополя в течение всего года. Макси-
мальные уловы приходятся на осенние месяцы:
сентябрь—ноябрь. В полном соответствии стоит
и встречаемость Atherina в питании ерша.
1 Главным образом Xantho, Pdumnus и мо-
лодь Carcinides.
8 Сюда входят: Upogebia, Caliotiassa и Pagu-
ridae.
Только в период январь—март она в нем не
встречается.
Аналогичные наблюдения имеются по встре-
чаемости в питании ерша представителей и
других отрядов, что указывает на малую изби-
рательную способность ерша и на возможность
по его питанию судить об активно-подвижной
фауне района его обитания и ее сезонной измен-
чивости. Однако в этой сезонной смене питания
нужно подчеркнуть один момент, объяснить
который только сезонной сменой фауны или
другими биологическими особенностями орга-
низмов, входящих в спектр питания ерша,
нельзя. Дело в том, что, помимо отдельных
мелких изменений в составе питания, как,
напр. только что указанная смена видов рыб
или беспозвоночных, существуют более круп-
ные, носящие характер закономерной ритмич-
ности изменения пищевого режима.
Фиг. 1.
- встречаемость в уловах.
- встречаемость в желудке ерша.
Экспериментальные наблюдения по изуче-
нию питания ерша, проведенные параллельно
с изучением питания его в море, помогли разо-
браться в полученном полевом материале.
Интенсивность питания рыб в различные
периоды года резко меняется. Наиболее интен-
сивное питание наблюдается осенью, в сен-
тябре-ноябре, когда среднее количество пищи,
поглощаемое рыбой в один день (суточный
коэффициент) равно 2.2% ее веса за тот же
период. В этот период взрослые ерши 1 пита-
ются, главным образом, рыбой, а из Decapoda
доминируют Leander и различные мелкие Вга-
chyura: Xantho, Pi/umnus и Carcinides (молодь).
В противоположность этому периоду осен-
него жора в зимнее время (февраль—апрель)
суточный коэффициент падает в среднем до
0.34% веса рыбы. Одновременно с изменением
интенсивности питания, уменьшением скорости
переваривания, которое с двух суток в осеннее
время доходит до 3—4,- наблюдается общая 1 2
1 В произведенном исследовании смены пи-
щевого режима у ерша учтены все возрастные
группы, включая и молодь, которая в основ-
ном питается представителями Schizopoda.
2 Выход последних порций экскрементов
наблюдался в зимнее время через 9—10 дней
со дня приема пищи.
62
Природа
1939
вялость и еще большая неподвижность ершей,
способных по 15—30 дней лежать на дне аква-
риума без движения и без пищи. К этому' же
периоду относится и более резкая смена пита-
ния ерша, наблюдаемого в море и нашедшая
полное отражение в опытных условиях. Пита-
ние как различными видами рыб, так и кра-
бами резко падает, хотя многие представители
местной ихтиофауны продолжают встречаться
в уловах и, в частности, Alherina, которою
ерш питается охотно в остальное время года
(фиг. 1). Значение Leander велико, хотя, по
сравнению с летним периодом сильно снижено.
Фиг. 2. Смена пищевого режима у ерша в те-
чение года, в процентах встречаемости.
№ 1
----- Pisces	-----
- - - - - Amphipoda - - - -
№ 3
-----— Leander
----- Crangon
№ 2
Brachynra
Polychaeta
Зато в это время года в спектре питания ерша
появляется Crangon, не встречающийся в пита-
нии в остальные сезоны. То же можно сказать
о появлении в питании значительного коли-
чества Polychaeta (март — 28%) и Amphipoda,
преимущественно Gammaridae, доходящее в фев-
рале до 30%. Для наглядности указанные дан-
ные приводим на графике (фиг. 2).
Появление перечисленных организмов в пи-
тании ерша в зимний период обусловлено
рядом их биологических особенностей, т. е.
или подходом этих видов к берегам, как это
наблюдается у глубинной холоднолюбивой
формы Crangon, или, наоборот, отходом от
зоны заплеска, в которой, главным образом,
обитают в теплое время года Gammaridae, или
проявлением особенной активности, в силу
которой организмы легко делаются добычей
ерша, как это и наблюдается для Polychaeta,
активно плавающих ночью в период размноже-
ния в гетеронереидной стадии.
Приведенные данные говорят о том, почему
упомянутые виды могли появиться в питании,
ерша именно в этот период, но они не могут
отрицать появления у ерша избирательной
способности, в силу которой он переходит на
другое питание, почти игнорируя обычный
состав пищи.
Наблюдения над питанием ерша в опытных
условиях подтверждают наше предположение.
С наступлением холодов, т. е. при приближе-
нии температуры воды к 10°, что в районе
Севастополя наблюдается в декабре, интенсив-
ность питания ерша резко падает. В январе
1937 г. ерши перестали питаться, отказываясь
от питания Leander и различными видами рыб.
В конце января, познакомившись с составом
питания в море, мы стали давать им Crangon.
и Polychaeta. И те и другие были съедены.
Далее, мы повторили опыты, с одной стороны,
предлагая ершам одновременно различный
корм, с другой — меняя температурные усло-
вия. В первом опыте рыбы неизменно выбирали
из заданного корма в первую очередь Poly-
chaeta, затем Crangon. Не было случая, чтобы
из одновременно пущенных в аквариум Lean-
der и Crangon был съеден Leander — всегда
безошибочно съедался 1 Crangon.
Во втором опыте мы искусственно подо-
гревали воду, доводя ее до различных темпе-
ратур. Такого рода опыт был проведен в конце
ноября, когда в связи с неожиданным резким
падением температуры воды интенсивность пита-
ния ерша в аквариуме сильно снизилась. Подо-
гревание воды на 3—4° (до 15—16°) дало
хорошие результаты: рыбы снова начали энер-
гично питаться. Такой опыт, вторично поста-
вленный в феврале, не дал никаких результа-
тов: не повлиял ни на увеличение интенсив-
ности питания, ни на смену пищевого спектра.
Рыбы продолжали питаться вяло и выбирали.
Polychaeta и Crangon. Только в конце марта —
начале апреля наблюдалась общая активиза-
ция рыб и переход их на нормальный в каче-
ственном и количественном отношениях ра-
цион.
Таким образом наблюдаемые у ерша изме-
нения в пищевом режиме в различные периоды
года носят характер закономерной ритмичности
в смене пищевых режимов.
К сожалению, мы не располагаем физиоло-
гическими данными, могущими дать нужное
объяснение указанным наблюдениям. Мы
склонны целиком присоединиться к мнению
проф. Коштоянца (4), что «смена пищевых режи-
мов в течение года вызывает параллельную
сезонную ритмичность в деятельности пищева-
рительного тракта".
В питании нужно различать два типа смены
пищевых объектов: 1) вынужденную смену под
влиянием миграции пищевых организмов или
самого потребителя и 2) сезонную смену выше-
указанного характера. Таким образом при усло-
вии наличия сезонной ритмичности в деятель-
ности пищеварительного тракта, выработав-
шейся в истории данного вида, указанное выше
постоянство в смене пищевых режимов второго
1 Подобный же опыт был нами проведен
летом при высоких температурах. Опыт не дал
никаких результатов, так как ерши съедали
без всякого выбора и Leander и Crangon.
№ 4
Новости науки
63
типа становится вполне понятным, и питание
не может оцениваться как случайное или выну-
жденное.
В заключение можно указать, что наличие
серьезного физиологического обоснования для
этих данных сделало бы их несравненно более
ценными с рыбохозяйственной точки зрения.
Использованная литература
1.	Л. В. Арнольди и К. Р. Форту ма-
това. О группировках литоральных рыб
Черного моря по биологии питания. Зоолог,
жур., XVI, вып. 4. 1937.
2.	Н. Н е г t 1 i n g. Untersuchungen tiber die
Ernahrung von Meerfischen. I Quantita-
tive Nahrungsuntersuchungen an Pleuronecti-
den. Ber. d. Wise. Kore. f. Meeresuntermmch.
N. F. 4, H. 2. 1928.
3.	Л. А. Зенкевич и др. Материалы по
питанию рыб Варенцова моря. Доклады
I сессии Гос. Океанограф, пнет., 1931.
4.	X. С. Коштоянц. Биология питания
и типы пищеварения. Природа, VII, 1937.
5.	F. S о 1 j а п und О. К а г 1 о v а с. Unter-
suchungen fiber die Ernaahung der Adriati-
schen Scorpaena-Arten. Acta Adriatica
1932.
6.	P. Sc h ie me n z. Die Nahrung unserer ge-
wohnlichen Weldfische. Ailg. Fischerei-Zei-
tung, Bd. XXX, 1905.
К. P. Фортунатова.
ЗИМНЯЯ СПЯЧКА ЕЖА
В течение зимней спячки ежей Erinaceus
europaeus наблюдается значительное понижение
содержания сахара в крови (гипогликемия);
при пробуждении животного происходит бы-
строе повышение сахарного уровня (Suomalai-
nen). Исследование содержания адреналина
в надпочечниках показало большие колебания
как в зависимости от сезона, так и от состояния,
сна или бодрствования в течение дня
При среднем весе тела ежа в 4G9 г и весе
его надпочечников в 198 мг содержание адрена-
лина в августе, при бодрствовании, было равно
0.222 мг или 112 мг % в отношении к весу
надпочечника или 0.491 мг на кг веса тела.
Во время дневного сна в августе адреналина
в надпочечниках было 91 мг %; при начале
зимней спячки (середина декабря) 70 мг %;
после пробуждения от зимней спячки (конец
декабря) 103 мг %; в состоянии зимней спячки
(начало апреля) 60 мг %; после пробуждения
от сна (конец апреля) 79 мг %; в состоянии
бодрствования (начало июня) 75 мг %. Уро-
вень гахара в крови при различных состояниях
в организме в мг % дает следующая таблица.
Эти данные являются средними из много-
численных наблюдений.
Средний вес надпочечников в отношении
к среднему весу тела в мг % обозначен циф-
рами в скобках; как видно, он согласован
с колебаниями в содержании сахара в крови
и с содержанием адреналина в надпочечниках.
Бодрственное состояние организма предста-
вляет собой функцию надпочечников, которая
испытывает периодические колебания как в те-
чение суток, так и в течение года. Деятель-
ность надпочечников управляется центральной
нервной системой. После разрушения области
центра сна в мозге ежа животное не способно
впадать в зимнюю спячку (Poetzel, Hoff).
Если эту операцию произвести на зимо-
уснувшем животном, то оно вовсе не пробу-
ждается от зимней спячки. Согласно теории
сна, высказанной Hess, как обычный сон, так
и зимняя спячка обусловлены регуляторным
(Hiberall) действием вегетативной нервной си-
стемы, в частности возбуждением ее парасим-
патического аппарата. Инъекцией атропина,
затормаживающего парасимпатикус, можно про--
будить животное от зимнего сна (Bruman).
При обычном сне, как и при зимней спячке,
симпатическая система находится в угнетении
вследствие антагонизма с парасимпатической,
которая в этих условиях испытывает расторма-
живание.
Литература
F. S и о m а 1 a i п е п. Biochem. Ztschr., 225,
145, 1938.
F. Bruman. Ztschr. vergl. Physiol., 10, 419,
1929.
H.	Ucberall. Pfl. Arch., 234, 78, 1934.
W. Fleischmann. Physiologie der inneren
Sekretion. Wien—Leipzig, 1937.
A. В e t h e. Handbuch der normalen und pa-
thologischen Physiologie, 17, 105, 1926.
В. Садиков.
ГНЕЗДОВАНИЕ ГОГОЛЯ И ЛУТКА
В НИЗОВЬЯХ ДНЕПРА
Во время двух поездок летом 1937 и 1938 гг.
с целью коллективирования птиц в низовья
Днепра, в так иаз. «Гавриловские плавни»,1
расположенные в Ново-Воронцовском районе
Николаевской области (б. Херсонской губ.),
мне пришлось сделать несколько находок, пред-
ставляющих зоогеографический интерес. О не-
1 Плавни — местное название заливных лу-
гов с массой озер, заводей и стариц, а также
богатых кустарниковой и местами древесной
растительностью.
64
Природа
1939
которых из этих находок сообщается в настоя-
щей заметке.
Гоголь [Bucepha/a c/angu/a (L.)]. Гнездова-
ние этого вида, как и следующего, в плавнях
Днепра совершенно неожиданно. Тем не менее
по моим наблюдениям гоголь оказался довольно
обыкновенным в исследованной мною части
плавень. 23 июля 1938 г. мною добыта молодая,
еще нелетная птица (шкурка в моей коллек-
ции).
Луток (Mergellus a/bdlus L.). Наблюдался
мною почти ежедневно в июле и августе.
В середине июля 1938 г. на одном озере, возле
с. Гавриловки, мне встретился выводок еще
пуховых птенцов, при котором держалась одна
старая птица. Чучела лутков, добытых здесь
в гнездовой период, я видел в небольшой кол-
лекции местных птиц, принадлежащей Гаври-
ловскому охотничьему хозяйству.
Обитание Bucepha/a dangida и Mergel/us
albellus в низовьях Днепра связано с наличием
древесной растительности, так как оба вида
птиц устраивают здесь гнезда исключительно
в дуплах старых деревьев (ив, осин, осокорей).
Гнездование этих северных уток указы-
вается для Украины впервые.
А. П. Данилович.
ПАЛЕОНТОЛОГИЯ
ФАУНА ПАВЛОДАРА
Обширная территория Сибири бедна наход-
ками третичных млекопитающих, пока извест-
ных лишь из ее западной части. После обнару-
жения Словцовым (1885) на Иртыше, в 60 км
вниз от Омска, двух зубов мастодонта (Af. tapi-
roides), упоминаемых И. Д. Черским (1888,
1891), и обломков зубов мастодонта (М. aff.
Borsoni), описанных М. В. Павловой (1910) и
происходящих с р. Дженама из Семипалатин-
ской обл., новые находки третичных млекопи-
тающих были сделаны лишь в 1925 и последую-
щих годах (Орлов, 1929, 1930, 1937). Наиболее
крупный материал был добыт раскопками Па-
леонтологического института Академии Наук
СССР на правом берегу Иртыша, в Павлодаре.
Эти сборы еще не изучены целиком; тем не
менее имеющиеся данные представляют извест-
ный интерес, и на них стоит остановиться, осо-
бенно если учесть общую бедность сведений
о третичных млекопитающих Сибири.
Берег Иртыша имеет на месте раскопок
следующее строение. На выходящий из-под
уровня воды Иртыша белый мергель (палеон-
тологически немой, предположительно no Н. К.
Высоцкому (1896)—морской верхний олиго-
цен) налегают (снизу вверх):
1.	Пески средне- и мелкозернистые, диаго-
нально-слоистые с большим количеством бле-
сток слюды (мусковит), местами образующей
сплошные прослои; до 8—10 м;
2.	Суглинистый песок с блестками муско-
вита до 11/2 м;
3.	Глина мергелистая, плотная, светлосерая
ДО П/з м;
4.	Глина мергелистая, розовая с голубыми
пятнами; ее верхний край со следами раз-
мыва 2 м.
Четвертичные отложения:
5.	Пески желтовато-бурые, горизонтально-
слоистые, немые от 1 до нескольких метров;
6.	Карбонатный горизонт вышележащей по-
гребенной почвы. Погребенная почва до П/г м;
7.	Современные образования (дюны, тонкий
слой почвы) до 1 м.
Кости залегают в слоях 1, 2 и 3; таким обра-
зом общая вертикальная мощность костеносной
толщи достигает 10—12 м. Однако главная
масса костей залегает в верхней части (1—2 м)
диагонально-слоистых песков (слой № 1), где
залегает лучший по сохранности материал и
где часто встречаются кости во взаимном сочле-
нении, в глинистом песке (слой № 2) и в ниж-
ней части мергелистой глины (слой № 3).
В этой последней, помимо разрозненных целых
костей и черепов, имеется огромное количество
местами сплошь ее заполняющих мелких облом-
ков, частично сильно окатанных, и разрознен-
ных зубов. Диагонально-слоистые слюдистые
пески тянутся по берегу Иртыша на несколько
километров и обязаны своим отложением дея-
тельности текучей воды, скорее всего — круп-
ной водной артерии, проходившей здесь в нео-
гене после освобождения от морской воды и
превращения в сушу «иртышского залива»
палеогенового моря. Сильное течение несло
и нагромождало в беспорядке тяжелые черепа
и кости носорогов и других копытных: отложе-
ние же налегающих на диагонально-слоистые
пески мергелисто-глинистых слоев, видимо, шло
уже в водоеме с илистым дном, быть может,
типа заводей или стариц. Таким образом огром-
ное скопление костей павлодарского место-
нахождения — водного происхождения, образо-
вание которого, может быть, шло не один сезон.
Количество захороненного здесь костного
материала огромно: подсчет одноименных ко-
стей одного и того же вида животного показал,
что при вскрытии сравнительно небольшой
площади местонахождения раскопками Палеон-
тологического института были обнаружены
остатки не менее 20 индивидов оленей, 40 —
жирафф, 130 — носорогов, более 200 инди-
видов трехпалой лошади (Hipparion) и т. д.
Между тем раскопкой захвачена лишь неболь-
шая часть этого кладбища, ежегодно разру-
шаемого половодьями Иртыша.
Различные животные этой фауны предста-
влены в сборах весьма неравномерно. Условия
образования местонахождения с переносом силь-
ным течением тяжелых черепов и костей носо-
рогов, жирафф и других копытных не были
благоприятны для сохранения и захоронения
мелких и хрупких костей газелей, разнообраз-
ных хищников, а тем более — грызунов и
насекомоядных. Остатки этих животных частью
подвергались раздроблению и полному разру-
шению, частью могли быть отнесены течением
дальше и погребены в другом месте. То же
относится и к пустотелым или сильно пори-
стым, легким и хрупким костям птиц. Вероятно,
именно поэтому в коллекции Палеонтологи-
ческого института на сотни индивидов копыт-
ных приходятся единицы хищников, а по гры-
зунам и насекомоядным материал совсем отсут-
ствует.
Самыми крупными животными павлодарской
фауны были хоботные. Однако по ним добыт
пока лишь незначительный материал, трудный
№ 4
Новости науки
65
для точного определения. Скудость остатков
хоботных может до известной степени стоять
в связи и с возможной относительной их мало-
численностью сравнительно с жираффами, носо-
рогами и особенно с гиппарионом, пасшимся
в миоплиоцене на просторах западно -сибирской
равнины, вероятно, такими же табунами, как
еще в недавнее время — зебра в саваннах
Африки.
Гиппарион, численно всегда сильно преобла-
дающий в пикермийской фауне, представлен
не только взрослыми индивидами, частично
старыми, с сильно сношенными зубами, но и
жеребятами,с молочными зубами и сменой зубов.
В среднем взрослое животное было ростом
с крупного домашнего осла. Немногочисленны
остатки сравнительно очень крупных индиви-
дов — ростом с небольшую домашнюю лошадь.
Носороги — главным образом из безрогого
рода Chilotherium—с очень широким симфи-
зом нижней челюсти и большими торчащими
из нее вперед и в стороны, косо сточенными
{с медиальной стороны губы) резцами. Хило-
терий принадлежит к широко распространен-
ному в миоцене-плиоцене Сев. Америки, Азии
и Восточной Европы семейству толстых, при-
земистых, коротконогих, как бегемот, носоро-
гов с зачаточным рогом на конце носовых
костей, часто — совсем безрогих. По предвари-
тельному определению Е. И. Беляевой в павло-
дарской фауне имеется Ch. Habereri Ring-
strom, известный в составе «гиппарионовой
фауны» Китая.
Имеются скудные остатки какого-то круп-
ного носорога размеров эласмотерия: воз-
можно — это остатки синотерия или ираноте-
рия, вероятных неогеновых предков эласмоте-
рия, известных из Китая (Sinotherium) и Ирана
(Iranotherium ).
Жираффы павлодарской фауны, средней
величины, обладали умеренно вытянутой шеей,
ногами лишь слегка удлиненного типа и, сле-
довательно, более или менее тем же обликом,
что и современная окапи (Okapia Johnstoni),
сравнительно недавно (1900 г.) открытая в ле-
сах Центральной Африки. Родина современ-
ных жирафф — Азия, давшая большой и разно-
образный материал по вымершим жираффам
(Китай, Индостан). Запутанная и сложная
систематика вымерших жирафф в последнее
время подтзерглась обстоятельному пересмотру
Кольберта (Е. Colbert, 1935), распределяющего
всех жирафф (ископаемых и современных) на
три подсемейства: 1) наиболее древние и архаич-
ные в своем строении Palaeotraginae, куда отно-
сится и «живое ископаемое» — окапи, в неко-
торых отношениях наиболее примитивная из
всех известных жирафф, даже сравнительно
с наиболее древними верхнемиоце.човыми;
2) Girajfinae — современные длинноногие жи-
раффы с длинной шеей и сильно-покатой назад
спиной, а так же и немногие ископаемые (Ога-
sius); 3) Sivatheriinae, куда, кроме «сиватерия»,
первоначально найденного в Сивалнкских хол-
мах Индии, а сравнительно недавно и на Бал-
канском полуострове, относятся «браматерий»,
«вишнутерий» 1 и др., в большинстве массив-
ные, буйволообразные гигантские жираффы, на
1 Сива, Брама, Вишну — божества индус-
ской мифологии.
Природа № 4.
первый взгляд не имеющие ничего общего
с жираффами в обычном понимании этого слова.
В павлодарской фауне пока обнаружены два
рода из Palaeotraginae. Один из них—само-
терий (Samotherium). К самотерию же отно-
сятся первоначально выделенные в самостоя-
тельные роды приблизительно одновозрастные
жираффы, описанные под названием Alcice-
phalus из Мараги (Иран) (Rodler und Weitho-
fer, 1890) и «херсонотерия» (Chersonotherium
eminens) из Ново-Елизаветовки в Бессарабии
(А. К. Алексеев, 1915). Другой экземпляр
павлодарской жираффы принадлежит к роду
Palaeotragus, также широко распространенному
в составе пикермийской фауны. Палеотрагус
известен в китайской фауне гиппариона (Bohlin,
1927), где имеется очень близкий к сибирскому
(если не идентичный ему) вид. На территории
СССР этот род известен под названием Achtiaria
из верхнесарматских отложений Севастополя
А. А. Борисяк, 1915) и Эльдара (Закавказье,
А. К. Алексеев, 1930).
В павлодарской фауне пока не обнаружено
следов впервые описанного из Греции элладо-
терия и других представителей подсемейства
сиватериев. Указанием на распространение
сиватериев и в Сибири является очень круп-
ный астрагал, хранящийся в Семипалатинском
музее и найденный на одном из алтайских руд-
ников. Не найдено в Павлодаре и длинноногих
жирафф из подсемейства Gira//inae, доживших
до современности, а в ископаемом состоянии
известных из Греции (Orasius) и Китая (Нопа-
notherium).
Другие парнокопытные павлодарской фауны
определены К. К. Флеровым (рукопись). Из
них олени представлены родом Procervus, впер-
вые найденным А. К. Алексеевым (1915) в Бес-
сарабии, а впоследствии и в китайской гиппа-
рионовой фауне (Зданский, 1925). Павлодарский
вид очень близок и, возможно, идентичен китай-
скому Procervus.
Из антилоп имеются остатки Tragocerus,
близкого (возможно, индентичного) Т. amal-
teus (известен из Греции и Малой Азии); из
газелей — Gazella deperdita, известная из Пи-
керми и других местонахождений Балканского
полуострова, Малой Азии, а в последнее время
и в Казахстане (К. К. Флеров, 1935).
Газель из гиппарионовой фауны Китая, по
данным К. К. Флерова, вряд ли заслуживает
выделения в особый, отличный от типичной
Gazella deperdita вид.
В павлодарской фауне не обнаружено ника-
ких следов обезьян, встречающихся в более
южных местонахождениях пикермийской фауны
(Греция, Бессарабия, Индия). Возможно, что
причина этого отсутствия кроется не только
в условиях захоронения (см. выше), неблаго-
приятных для хрупких костей обезьян, но и
в северном положении местонахождения, являю-
щегося вместе с ишимскими (у Селим-Джевара
и на р. Кара-Кол по среднему течению
р. Ишима) самыми северными местонахожде-
ниями этой фауны. Не найдены и свиньи,
в особенности обильные в ископаемом состоя-
нии в Индии.
Многочисленные растительноядные млеко-
питающие, и в первую очередь множество ко-
пытных, служили обильной пищей разнообраз-
ным хищникам. Самым грозным из них, несо-
5
66
Природа
1939
мненно, был очень крупный «саблезубый тигр».
Судя по уцелевшей от него огромной массив-
ной нижней челюсти, он крупнее всех известных
третичных махайродов. На ряду с гигантиз-
мом, павлодарскому саблезубу присущи неко-
торые черты архаического характера, напр.
меньшая, чем у других махайродов, специали-
зация зубов, что и заставило выделить его
в особый вид. Скудные остатки близкого по
размерам, вероятно, того же вида махайрода,
были найдены на р. Дженама вместе с зубом
нижпепли'оценового Mastodon Borsoni, описан-
ным М. В. Павловой. Machairodontinae, обра-
зующие особое вымершее подсемейство кошек,
невидимому, включали в себя не только очень
крупных и общеизвестных животных размеров
тигра и льва, но и меньших — величины лео-
парда и еще более мелких, подобно современ-
ным кошкам. В павлодарской фауне, кроме
огромного М. irtyschensis, была и другая
кошка, гораздо меньшего размера, величиной
примерно с рысь, и третья — величиной с ди-
кого кота.
Из других хищников наиболее крупным
была гиена Crocuta eximia, во многих отно-
шениях сходная с современной африканской
пятнистой гиеной и известная из целого ряда
местонахождений пикермийской фауны во Фран-
ции, Германии, Венгрии, Греции, Бессарабии
на Эгейских островах, в Малой Азии. С. eximia
все же во многом отлична от современных гиен.
Эти отличия, помимо тенденции к превращению
верхнего плотоядного зуба (Р4), обычно у хищ-
ников трехбугорчатого, в двухбугорчатое лез-
вие, выражаются, между прочим, и в большей
длинноногост и, меньшей укоренен-
ности задних ног сравнительно с передними, чем
у современных гиен, в значительной длине
пяючной кости, что должно было делать гораздо
более сильным сокращение икроножных мышц,
вообще — в большей стройности животного.
Известно, что современная гиена не только
поедает падаль и нападает на слабых и боль-
ных животных, но изредка не прочь, соединив-
шись в небольшие стаи, преследовать и здоро-
вую добычу. Тем более оснований считать
очень активным и подвижным хищником строй-
ную и проворную С. eximia. Несомненно, что
в лучшем случае местной расой этого же вида
является и Hyaena variabilis, описанная
Зданским (О. Zdansky, 1924) из содержащих
пикермийскую фауну красных глин Китая.
Таким образом ареал распространения С. eximia
был очень велик —от Франции до Восточного
Китая и от широты Греции до Павлодара.
Из всех остальных хищников в павлодар-
ской фауне преобладает Ictitherium hippario-
num, известный из местонахождений Западной
и юго-восточной Европы (Сицилия, Венгрия,
Балканский полуостров) и Ирана. «Иктитерии»
(греческ. ictis—лисица, ther—зверь) относятся
одними авторами к виверрам, другими —
к гиенам. Действительно, эти вымершие в плио-
цене хищники во многом промежуточны между
виверрами и гиенами. Наиболее мелкий вид
настолько «виверроидец», что его правильнее
отнести к семейству виверр; что же касается
крупного — /. hipparionum, то изучение павло-
дарского материала и других сборов (Pilgrim,
1931; Орлов, 1938) показывает с несомнен-
ностью, что /. hipparionum является, без-
условно, гиеной, но еще менее специализирован-
ной <‘па пути» к крупным гиенам типа пят-
нистой, чем вышеупомянутая С. eximia, с кото-
рой I. hipparionum обнаруживает сходство
в строении конечностей. Стройный, тонконогий
I. hipparionum достигал размеров мелкого
волка и при своей подвижности мог быть в еще
большей степени активным охотником, чем
С. eximia. На шлифах копролитов иктитерия
хорошо сохранились куски оставшихся непе-
реваренными ксстей млекопитающих с кост-
ными канальцами и щелями (заполненными
окислами железа).
Из семейства куниц в павлодарской фауне
с достоверностью найдены россомаха, барсук
и куница. Россомаха Павлодара идентична
найденной в пикермийской фауне Китая и
Индостана. Сибирский экземпляр мельче опи-
санных Зданским (1924) из Китая, но, несо-
мненно, принадлежит тому же короткомордому
роду и виду Plesiogulo brachygnathus, что и най-
денные в Китае и Индии.
Барсук павлодарской фауны тот же, что
и в пикермийской фауне Китая (Зданский,
1924) и Ирана (КИП, 1887), выделенный
Зданским в род Parataxidea в виду сходства его
короткомордого чер:па с современным северо-
американским барсуком Taxidea. В павлодар-
ском материале оказались и конечности Para-
taxidea (ранее известного только по черепу и
нижней челюсти), несущие все черты приспо-
собления к рытью, барсучьего типа, хотя и
менее специализированные, чем у современного
барсука.
Куница павлодарской фауны не отличима
от описанной Зданским из Китая в качестве
нового вида Mustela palaeosinensis. Однако
в описании Зданского нет никаких признаков,
которые подтверждали бы правильность такого
выделения в особый, отличный от современной
Martes martes вид Следует полагать, что куница
из пикермийской фауны Сибири и Китая если
и не идентична современной М. martes, то
является очень близким видом, вероятнее всего
прямым предком современной куницы.
В заключение перечня хищников, найден-
ных в Павлодаре, следует упомянуть о семан-
торе, своеобразном представителе нового се-
мейства ластоногих Semantoridae (Орлов, 1933).
От семантора найдена лишь задняя половина
скелета, изучение которой убеждает в проме-
жуточном положении этого ластоногого между
выдрообразными Mustelidae, с одной стороны,
и тюленями iPhocidae) — с другой, что подтвер-
ждает предположения Майварта (Maivart, 1862)
о возможности происхождения тюленей от ку-
ниц. Тем не менее семантор несет черту специа-
лизации, исключающую его из прямых пред-
ков тюленей, хотя в основном он мог бы слу-
жить одним из наиболее ярких примеров
«связующего звена». Семантор найден в слое
№ 1, но в стороне от главного местонахож-
дения.
В Павлодаре найдены, кроме того, остатки
черепах (невидимому, из Trionychidae) и птиц.
Из последних А. Я. Тугариновым (1935) опи-
саны скудные остатки крупного страуса, пред-
положительно одинакового со Strutio cherso-
nensis, описанным Брандтом из Бессарабии, и
нового сокола Sushkinia pliocaena, близкого
к одному из современных африканских соколов.
№ 4
Новости науки
67
Помимо основного местонахождения, затро-
нутого раскопками, имеется большое скопле-
ние той же фауны, перемешанной с комьями
вышеупомянутой мергелистой пятнистой глины,
частично включенных в нее, вниз по течению
от раскопок, во вторичном залегании.
Большое количество костного материала из
павлодарского местонахождения погибает в те-
чение многих лет при ежегодных разливах
Иртыша. Тем не менее до сих пор местонахо-
ждение не исчерпано, из обрыва торчат и выва-
ливаются черепа, зубы и кости. Таким обра-
зом общее количество скелетного материала,
захороненного в неогеновой песчанисто-гли-
нистой толще Павлодара было (и остается)
огромным и, вероятно, исчислялось многими
тысячами голов — главным образом копытных,
сделавшихся, видимо, жертвой какого-то сти-
хийного бедствия. Само местонахождение яв-
ляется лишь местом захоронения, но не гибели
всей этой массы животных. В состав этой фауны
входят и виды, широко распространенные
в Евразии в миоплпоцене (С. eximia, I. hippa-
rioaum, Gazella deperdita), и «чисто-азиатские»
(Paratoxidea) и, возможно, эндемичные (Machai-
rodus irtyschensis, Semantor). Однако общий
характер фауны очень типичен для описывае-
мого времени. Некоторые «чисто-азиатские»
представители этой фауны, повидимому, начи-
нают встречаться в Европе, а некоторые азиат-
ские виды при ближайшем рассмотрении при-
дется принять тождественными с ранее извест-
ными европейскими, а вместе с тем принять и
гораздо большее однообразие фауны на обшир-
нейших лесостепных и степных пространст-
вах Евразии, чем казалось ранее.
В целом фауна, считающаяся предковой для
современной африканской, носит лесостепной
характер; однако палеоботаника не располагает
до настоящего времени отчетливыми данными
о характере флоры Зап. Сибири в описываемое
время. Не вполне ясен и возраст фауны;
скорее всего это — понт. Кадиком (О. Kadik,
1927) была сделана попытка приурочить раз-
ные фауны гиппариона из их многочисленных
местонахождений на юго-востоке Европы и
в Малой Азии к разным по возрасту отложе-
ниям. Пилгрим (Pilgrim, 1931) указывает на
преждевременность и необоснованность этого
подразделения и на то, что пока правильнее
говорить о единой фауне млекопитающих верх-
него сармата —понта. Не совсем бесспорно и
происхождение самого гиппариона, обычно счи-
таемого потомком северо-американской трех-
палой лошади Merychippus, по мнению же
Пилгрима (1913), происходящего от более
древних лошадей Старого света (возможно,
неизвестного еще азиатского Merychippus). Про-
тив этого категорически возражают Мэтыо
(Matthew, 1929) и Кольберт (Е. Colbert, 1935),
указывающие на то, что североамериканский
Hipparion gratum, происходящий от североаме-
риканского же Merychippus, имеет все основа-
ния считаться непосредственным предком гип-
парионов Старого света. Вместе с тем, по мне-
нию последних авторов, гиппарион своим
внезапным появлением и быстрым распростране-
нием в Старом свете знаменует наступление
известного исторического момента в большей
степени, чем почти вся остальная часть фауны,
главным образом азиатского происхождения.
Таким моментом, по мнению Кольберта, яв-
ляется граница миоцена^и плиоцена. Следует
считать, что как в уточнении филогении гип-
парионов Старого света, так и в уточнении
стратиграфии его континентальных неогеновых
отложений будет играть большую роль из-
учение третичных млекопитающих территории
СССР, в частности и предпринимаемая Палеон-
тологическим институтом обработка больших
материалов по гиппариону из многочисленных
местонахождений пикермийской фауны.
 Ю. А. Орме.
ПАРАЗИТОЛОГИЯ
НОВАЯ КОКЦИДИЯ ВЕРБЛЮДОВ
Никто из исследователей не предполагал,
что у верблюда имеются в кишечнике кокци-
дии. Пишущий эти строки в средине 20-х годов
нынешнего столетия исследовал испражнения
18 верблюдов из Узбекистана и не нашел в них
кокцидий. В 1932 г. мы посоветовали нашей уче-
нице П.С.Ивановой-Гобзем,работавшей вСевер-
ном Казахстане, произвести исследования для об-
наружения кокцидий верблюдов.По произведен-
ному ею исследованию 81 верблюда у 33 (40%)
были найдены ооцисты кокцидий. Форма их
была круглая и коротко-овальная; величина
23—34 х 20 — 33 (J-, в среднем 28.3 х 25.5 ц.
В ооцисте развились 4 споры с 2 спорозоитами
в каждой. При спорулировании в ооцистах
остаточных тел не было. Эту кокцидию автор
назвал Eimeria cameh. В этом же году в Гер-
мании у того же животного нашел такую же
кокцидию N611er и дал ей то же название.
Желая проверить данные Ивановой-Гобзем,
пишущий эти строки в 1934 г. исследовал
испражнения 363 верблюдов изРеспублики нем-
цев Поволжья, Узбекистана, Казахстана, Турк-
менистана, Каракалпакии, Крыма и Азербай-
джана и нашел зараженность верблюдов
в 22.3%. Всего более были заражены животные
Республики немцев Поволжья (из исследован-
ных 115 животных заражено 39.1%) и менее
всего Казахстана (исследовано 30, заражено
6.6%). Вид кокцидий был тот же.
В 1937 г. пишущий эти строки, вместе
с своим учеником С. Н. Мачульским, исследуя
4 верблюдов из Ленинградского зоологического
сада, нашли еще новый вид кокцидий, назван-
ный ими Eimeria dromaderii. Ооцисты этой
кокцидии имели овальную форму и на одном
конце их имелась шапочка, такая же, какая
имеется у двух кокцидий овец и коз — Eimeria
arloigni и Е. intricata. При спорулировании
ооцист остаточных тел в спороцистах и ооцисте
не имелось. Эта кокцидия совершенно отлича-
лась от прежде найденной Eimeria cameli и от
обеих вышеназванных кокцидий овец и коз.
Профг Bi Jl~t Якимов-,
КОКЦИДИОЗ МОРСКИХ СВИНОК В СССР
Из лабораторных животных у кроликов кок-
цидиоз встречается очень часто. Гораздо реже
наблюдается кокцидиоз у крыс и мышей.
У морских свинок в СССР это заболевание было
найдено пишущим эти строки и В. Ф. Гусе-
5*
68
Природа
1939
вым (1935) в Ленинграде и Витебске. За гра-
ницей эта кокцидия (Eimeria caviae) была най-
дена еще Labbe (1899) во Франции, затем Bugge
и Heinke (1921) в Германии, Sheather’oM (1922).
в Англии и D. Henry (1932) в США.
Недавно эта кокцигия наблюдалась В. П.
Сенюшкиной на биофабрике № 2, на Северном
Кавказе, в Армавирском районе. В питомнике
лабораторных животных этой биофабрики на-
блюдались заболевания, сопровождающиеся по-
носом и смертными случаями, морских свинок.
В присланных в кафедру паразитологии Ленин-
градского ветеринарного института испраж-
нениях были найдены ооцисты кокцидий, ни-
чем не отличающиеся от описанных за грани-
цей и у нас Eimeria caviae.
Проф. В. Л. Якимов.
ГИДРОБИОЛОГИЯ
ВЛИЯНИЕ ТЕМПЕРАТУРЫ И СОЛЕНОСТИ
ВОДЫ НА СМЕРТНОСТЬ КРЕВЕТОК
Обилие опресненных участков моря у бере-
гов Голландии и разнообразие степеней опрес-
непности этих участков создают особенно благо-
приятную обстановку для исследований отно-
шения организмов к солености.
В то же время мелководность этого района,
на ряду и с его открытостью ветрам и с силь-
ными приливо-отливными течениями, обусло-
вливает так называемый гетероэвритермический
тип режима (см. «Известия География, общ.»,
1938, № 3, стр. 425—429), т. е. большую годо-
вую амплитуду колебаний температуры вместе
с резкими краткосрочными изменениями послед-
ней.
В недавно вышедшей работе, выполненной
на морской биологической станции Ден Гель-
дер, голландский исследователь 1 излагает ре-
зультаты своих аквариальных экспериментов
над креветкой Crangon crangon L., где живот-
ные подвергались параллельному одновремен-
ному координированному воздействию различ-
ных температур и соленостей.
Автор цитирует напечатанную в этом же
журнале за 1936 г. работу Broekhuysen’a над
развитием яиц и личинок травяного краба
Carcinides maenas L., показавшую, что при
более низких температурах развитие идет
лучше при соленостях более высоких и наобо-
рот (температурам в 9—11° отвечала оптималь-
ная соленость в 26°/йо, а температурам в 16° —
соленость в 2О%о). Broekhuysen высказывает
предположение, что опресненные воды стано-
вятся слишком пресными для развития икры
и личинок Carcinides тогда, когда их темпера-
тура низка. Иными словами, температура как
будто становится подчиненным, вторичным фак-
тором по отношению к солености, хотя и свя-
занным с последней экологической корреля-
цией. Напомним от себя, что с повышением
солености осмотическое давление растет гораздо
быстрее, нежели с повышением темпецатуры.
1 L. W. D. С a u d г i. Einfluss der Tempe-
ratur und des Salzgehalts auf die Sterblichkeit
von Qarnelen (Crangon crangon L.). Archives
Neerlandaises de zoologie, T. Ill, 1-e livr.,
Leiden, 1937, pp. 179—196, 3 figs.
Японский автор Amemiya (1928), изучав-
ший развитие личинок гигантской устрицы
Osirea gigas, нашел, что при понижении темпе-
ратуры с 23—26 до 16° нижний предел соле-
ности, при которой личинки еще развивались,
также понижался с 8 до 6"/00. Однако кажу-
щееся противоречие между экологией личинок
Osirea и личинок Carcinides устраняется, если
принять, что личинки Carcinides при темпера-
туре выше 16° и личинки Ostrea при темпера-
туре ниже 16° воспринимают повышение соле-
ности диаметрально противоположным образом.
Можно было бы еще указать на аналогич-
ные или близкие по замыслу работы Runnstrom,
Munro Fox, Sparck, не упомянутые рефери-
руемым автором.
В качестве объекта исследования была взята
молодь (не личинки) названной выше креветки.
Показателем должна была служить смертность
при различных концентрациях и температу-
рах.
Были использованы две серии аквариумов
по 8 экз. в каждой. Солености были взяты в сле-
дующей градации: 45, 40, 35, 30, 25, 20, 15
и 10°/оо- В первой серии температуры были
в среднем 18.9° (макс, суточн. средняя
22.1°, мин. суточн. средняя 17°), а во второй —
в среднем 3.6° (соотв. 5.6 и 2.4°).
Первая серия получила поэтому название
«теплой», а вторая — «холодной». Освещение
и условия кислородного режима были однород-
ными для обеих серий. Вследствие испарения
в случае «теплой» серии и вследствие конден-
сации влаги в случае «холодной» серии к концу
экспериментов соленость соответственно не-
сколько увеличилась и уменьшилась, но эти
изменения были незначительны. В «холодной»
серии креветки и ели мало и росли медленно.
Кормом служило измельченное мясо мидий.
Эксперименты, длившиеся с 5 августа по
3 октября, показали не слишком четкие резуль-
таты по «теплой» серии, где наибольшая смерт-
ность (13 особей из 25) за время с 5 августа
по 24 сентября наблюдалась, правда, при
солености в 45"/оо, н0 солености в 10 и 15°/С0
дали ближайшие к этой цифре показатели
(10 из 25 и 8 из 25 соответственно).
Гораздо более показательные результаты
дала «холодная» серия, где при солености
в 15°/оо уже к 11 сентября (т. е. через 1 месяц
и 6 дней после начала опыта) погибло 25 кре-
веток, т. е. все подопытные особи, гибель при
солености в 10 и 20°/00 была немногим медлен-
нее, а при солености в 35°/00 к концу опыта
погибло только 7 особей. Солености в 4О°/оо,
и особенно в 45п/оо, дали значительно худшие
результаты. Таким образом соленость в 35°/о»
оказалась здесь оптимальной.
Интересно, что в «теплой» серии к концу
эксперимента креветки достигли величины 23—
51 мм, а в «холодной» —только 17—32 мм.
Второй метод экспериментирования был осу-
ществлен с взрослыми креветками при темпе-
ратуре около 15° С. Была взята прямоугольная
ванна 69 х 105 см, разделенная на две поло-
вины по длине, одна из половин была разде-
лена на 7 «комнаток», соединенных неболь-
шими отверстиями с другой половиной — «ве-
стибюлем». В «комнатки» была налита вода
с соленостями в 15—45%0 (с интервалами
в 5%о), а в «вестибюль» (т. е. в неразгорожен-
№ 4
Новости науки
69
ную половину) вода с соленостью в 5%0. Кре-
ветки перед этим приучались к этой послед-
ней солености в течение 36 час. путем посте-
пенного понижения солености от ЗО°/оо, в кото-
рой они обитали в природе. Однако смерт-
ность между 10—5%о была слишком велика.
Второй раз «вестибюль» был наполнен водой
в 15"/00, а шесть «комнаток» — от 15 до 45"/Оо-
200 креветок, помещенныхв «вестибюле», должны
были делать «выбор». Однако это не дало
сколько-нибудь положительных результатов,
а соленость в «комнатках» быстро изменилась
из-за водообмена с «вестибюлем». Также не дал
положительных результатов и опыт с наклон-
ной ванной, где в нижнем ее углу была налита
стратифицированная вода с соленостями от
O.2'jl00 в верхнем слое до ЗО%о в нижнем, так
как, несмотря на то, что стратификация сама
по себе (как показали окраска слоев и пробы
микропипеткой) была устойчива, креветки
своими движениями ее моментально нарушали.1
Таким образом только «холодная» серия дала
определенные результаты. Можно уверенно ска-
зать, что соленость около 34°/оо при 3—4°
оптимальна для этих креветок. Это подтвер-
ждается и наблюдением над промыслом креве-
ток, в суровые зимы концентрирующимся
в районе моря с соленостью в 34.75°/оо и с тем-
пературой в 4°. Поскольку креветки летом при '
температурах в 16—20° держатся в соленостях
30—20°/(О и ниже, постольку можно думать,
что здесь имеет место та же закономерность,
как и при развитии Carcinides maenas, т. е.
им благоприятствует высокая соленость при
низкой температуре и обратно — низкая соле-
ность при высокой температуре. Напрашива-
ются (автор об этом не пишет) некоторые физио-
логические и биогеографические выводы, но их
лучше сделать после новых экспериментов на
большем и более разнообразном живом мате-
риале, находящемся в аналогичных или еще
более характерных природных условиях.
Н. И. Тарасов.
|КОРНЕНОЖКИ, ОБИТАЮЩИЕ
В АНОМАЛЬНЫХ УСЛОВИЯХ
Так называется небольшая, отчасти обзор-
ная, отчасти оригинальная, статья двух 1 2 гол-
ландских ученых, опубликованная в выпуске
♦Нидерландского зоологического архива», по-
священном памяти известного голландского
зоолога (малаколога и карцинолога) Нир-
штрасса.
Голые корненожки нередки в весьма соле-
ных (вплоть до насыщения) водоемах, в термах
(горячих ключах) до 56° С и, наконец, обнару-
жены в таком диапазоне концентраций водо-
родных ионов, как 2.4 (чрезвычайно кислые
горячие вулканические ключи) и до 11.0 (сильно
щелочные воды; к сожалению, авторы не ука-
1 Эту экспериментальную трудность (сохра-
нение градиента) успешно преодолел другой
исследователь (см. заметку на стр. 59).
2 J. R u i и е n and L. G. М. В a a s Be-
cking. Rhizopods living in unusual environ-
ments. Archives Neerlandaises de Zoologie,
T. Ill, SuppUment, Leiden, 1938, pp. 182—198,
figs. 1—11.
зывают конкретного случая). Фораминиферы же
в ультрагалинных водоемах ни разу не были
констатированы в живом состоянии. Они, ве-
роятно, были занесены с морской водой и затем
при повышении ее концентрации гибли.
Авторам, как ясно и из рассмотрения поме-
щенного в конце их статьи списка литературы,
осталось неизвестным интереснейшее открытие
А. Л. Бродского (1929) в колодцах Каракум-
ской пустыни целого ряда видов одно- и много-
камерных фораминифер, «родственных современ-
ным видам Средиземного моря».
Авторы располагали материалом из самых
различных мест земного шара. Наиболее ха-
рактерны и своеобразны следующие формы.
а. Соленые водоемы
1.	Amoeba salina Hamb. Впервые найденная
(1905) на соляных промыслах Кальяри (Ита-
лия), повидимому, космополит и обитает
в водах с весьма различной концентрацией
солей (до 1ОО%о)- Питается, в частности, свое-
образным жгутиковым организмом соленых
водоемов Dunaliella salina, окрашивающим воду
в период массовой вегетации в розово-фиолето-
вый цвет, а молодой (только что выпавшей) соли
сообщающим запах фиалок. На культурах
Dunaliella эту амебу удается выращивать и в ла-
бораторных условиях.
2.	Ciliophrys (infusionum Cienkowsky?) не-
редко наблюдалась на дне сосудов, содержа-
щих соленую воду из тех или иных ультрага-
линных водоемов, в виде «синцитиев» или
«сеток» из отдельных амеб этого вида, соединен-
ных своими тонкими радиальными и ветвящи-
мися псевдоподиями.
В концентрациях — от 30 до 180%о (в по-
следнем случае богатое развитие). Активное
движение не наблюдалось.	Н
3.	Raphidiophrys sp. Этот солнечник харак-
терен наличием слегка изогнутых игольчатых
кремневых скелетных элементов в эктоплазме.
Соленость 5О°/оо (Мадура, Ост-Индия).
б. Термы
4.	Limax sp. и Nuclearia sp. Обе эти амебы
в культурах развивались при температуре от
5 до 42° С, питаясь Azotobacter chroococcum на
меловом агаре. Второй вид и был обнаружен
в вулканических ключах возле Бейтензорга
(Ява) при pH 2.4.
Н. И. Тарасов.
К ИЗУЧЕНИЮ БИОЛОГИИ ПЕЛАГИЧЕСКОЙ
ОБЛАСТИ ЧЕРНОГО МОРЯ
да последние годы произошли существенные
изменения в представлениях о биологической
конституции Черного моря. Классические
представления о Черном море, как о водоеме,
обреченном на количественную бедность орга-
низмами по причине, якобы, необратимого увода
питательных веществ с «: ождем трупов» в глу-
бинные слои, не смешивающиеся с поверхно-
стными слоями, подвергнуты сильным сомне-
ниям. Было показано (2, 3), что содержание
биогенных веществ в поверхностных слоях
70
Природа
1939
Черного моря не ниже, чем в Атлантическом
океане у берегов Европы, в Ламанше и в Барен-
цевом море, гораздо выше, чем в Средиземном
море, и вообще не может считаться недостаточ-
ным для нормального развития планктона,
типичного для глубоких вод открытого моря.
При этом выяснилось, что относительные содер-
жания растворенных в воде нитратов, фосфа-
тов и аммиака в Черном море уклоняются от
обычных соотношений этих веществ в поверх-
ностных морских водах и несколько напоми-
нают их соотношения в глубинных водах Чер-
ного моря, где под влиянием восстановитель-
ных процессов нитраты переводятся в аммиак.
Вследствие этого явилось предположение, что
поверхностные слои Черного моря в своем био-
химическом цикле не являются вполне изоли-
рованными от более глубинных слоев, богатых
питательными веществами.
Тщательный анализ гидрологических дан-
ных показал (5), что вертикальное перемеши-
вание поверхностных слоев возможно в Черном
море не до 200 м, как думали ранее, а до 500 м.
Эти обстоятельства заставляют совершенно
заново приступить к изучению биологического
круговорота в водах Черного моря и, в особен-
ности, к изучению биологии пелагической об-
ласти моря. Предшествовавшее изучение планк-
тона Черного моря, преимущественно с помо-
щью дневных ловов вертикальными сетками для
этой цели недостаточно, так как не дает пред-
ставления о хорошо подвижном мезо- и макро-
планктоне, а также о личинках и мальках рыб.
С другой стороны, оставался количественно
неосвещенным для Черного моря также вопрос
о нано- и ультрапланктоне.
Вопросы эти, поставленные в 1934 г. (7),
за последнее время несколько освещены иссле-
дованиями Севастопольской биологической
станции Академии Наук СССР (5) и Азовско-
черноморского института рыбного хозяйства (4).
В связи с указанными вопросами в данной
заметке мы коснемся более подробно сведений
об ихтиопланктоне пелагической области Чер-
ного моря.
Обнаруженное исследованиями Новороссий-
ской и Севастопольской биологических станций
широкое и обильное распространение в Черном
море яиц шпрота (Spr atelia sprattus phal erica
Risso) — сельдевой рыбки, ранее считавшейся
обычной лишь для северо-западной части Чер-
ного моря, показало, что шпрот в Черном море
вообще является весьма распространенным ви-
дом и, быть может, как массовая форма играет
значительную роль в круговороте веществ
пелагической зоны (7). Это предположение
в дальнейшем было подтверждено исследова-
ниями над питанием дельфинов (6), причем был
обнаружен и другой крайне любопытный факт—
большой роли в питании дельфинов пелагиче-
ской иглы (Syngnathus schmidti Pop.). Еще
ранее Б. С. Ильин указал на нахождение в
открытом море больших стай мальков кефали.
, Исследованиями в 1937—1938 гг. Севасто-
польская биологическая станция установила,
что в составе зимнего планктона, кроме яиц и
личинок шпрота, мерланга и морского налима,
имеется весьма значительное количество маль-
ков донной рыбки Ammodites cicerellus Raf.,
которые весной большими стаями подходят
к берегам и опускаются на дно.
В июле 1938 г. экспедицией Севастополь-
ской биологической станции было обнаружено
место массового икрометания пеламиды (Pela-
mys sarda С. V.), в районе Ялты, в расстоянии
15—25 км от берега. Кроме яиц пеламиды,
добыты также в большом количестве и ее ли-
чинки в возрасте нескольких дней. В соеди-
нении с прежними наблюдениями над икроме-
танием пеламиды в районе Севастополя (7) и
Новороссийска, указанный факт окончательно
решает вопрос о массовом размножении в Чер-
ном море этой крупной пелагической скумбрие-
вой рыбы, которая встречается в открытом море
очень большими стаями.
Обнаруженное в 1934 г. в районе Севасто-
поля икрометание тунца (Orcynnus thynnus
Ltkn), подтверждено наблюдениями в после-
дующие годы. Факт этот был настолько неожи-
дан (так как тунца считали видом, лишь слу-
чайно забредающим в Черное море), что он
вызвал даже недоверие среди части ихтиоло-
гов. В данный момент и этот вопрос нужно
считать окончательно решенным.
Весьма характерно для планктона открытого
моря в летние месяцы массовое нахождение яиц
и личинок хамсы [Engraulis encrasicho/us (L.)],
мальков пелагической иглы и барбули (Mullus
barbatus). В упомянутых ловах около Ялты
в июле 1938 г. найдены также в большом коли-
честве яйца и личинки ставриды (Trachurus
trachurus L.) и яйца кефали \Mugil sp.).
Само собой разумеется, что нельзя рассчи-
тывать в любом пункте моря встретить одина-
ково обильный и однородный ихтиопланктон.
так как большинство рыб соединено в стаи.
Если почти в каждой точке моря летом можно
рассчитывать найти хотя бы редко распреде-
ленную икру хамсы, того же нельзя сказать
об икре пеламиды и, особенно, тунца, натол-
кнуться на место обильного икрометания кото-
рых является более или менее делом случая.
Во всяком случае, обнаруженные в открытом
море, в расстоянии до ЛОО км от берега, массо-
вые скопления дельфинов (б), довольно устой-
чиво держащиеся в определенных районах
в течение всего лета, показывают, что в этих
районах открытого моря закономерно имеется и
постоянное обильное рыбное население..
Прежний взгляд на Черное море как на
скудное место зимовки азовских рыб, где
последние зимой тощают без обильных азов-
ских кормов, требует теперь значительных
поправок.
Само Черное море является мощным кормо-
вым фондом и местом летнего (т. е. в период
массового развития зоопланктона) нагула ряда
рыб, не только постоянно живущих в Черном
море, но и приходящих в Черное море весной
через Босфор и уходящих осенью на зимовку
в Мраморное и Эгейское моря. Среди них
имеется такая массовая промысловая рыба, как
скумбрия (часть каковой, невидимому, остается
на зимовку в Черном море), и упомянутые
пеламида и тунцы, которых теперь нужно рас-
сматривать не как случайных гостей, спо-
радически забредающих в Черное море, а как
натурализовавшиеся здесь массовые формы.
Турецкий ихтиолог Девиджан (1924) ука-
зывает среди рыб, мигриоующих через Босфор
в Черное море, также хамсу, в которой мы
имеем основание заподозрить еще неописанную
№ 4
Новости науки
71
экологическую расу или подвид, отличный от
известных азовского и ’ черноморского подви-
дов хамсы (первый мигрирует между Азовским
и Черным морями, а второй обитает весь год
в Черном море).
Возможно, что некоторую роль в пелагиче-
ской области Черного моря играет также Тет-
nodon sa/tator Cuv. — рыба, которая сравни-
тельно мало известна у наших берегов, но
является массовым промысловым видом у запад-
ных берегов Черного моря.
Массовое развитие в Черном море планкто-
ядных рыб (хамса, шпрот, игла), из коих хамса
встречается в таких скоплениях, которые вовсе
неизвестны в других европейских морях,
а также обилие таких энергичных пелагических
хищников, как дельфины, пеламида, скумбрия
и тунец, из которых первые три могут
быть названы массовыми формами, застав-
ляют предполагать в Черном море энер-
гичное выедание зоопланктона и мелких пела-
гических рыб. В результате, вся система пище-
вых связей организмов пелагической области
Черного моря рисуется как сеть, находящаяся
в достаточно напряженном состоянии. Непо-
средственное ознакомление с биологией пела-
гической области Черного моря приводит
к выводу, что здесь, хотя возможно и не
сплошь, имеется обильное рыбное население,
базирующееся на использовании планктона.
1 В связи с этим, естественно, возникает во-
прос о размере годичной первичной продукции
органического вещества, производимого планк-
тонными организмами. До настоящего времени
отправным пунктом для суждения о подобных
вопросах гидробиологическая методика выдви-
гала учет биохимической деятельности фито-
планктонных организмов. На основании новей-
ших исследований мы должны думать, что этот
метод недостаточен и количество вещества, про-
шедшего через тела окрашенных растений, еще
не определяет сумму оформленного вещества,
доступного животным в виде пищи. Clarke and
Gellis (Woods-Hole. Col. Repr., 1935) нашли,
чТо в питании планктонных веслоногих рачков
существенную роль играют бактерии. В куль-
турах рачки длительно живутАна чисто бак-
териальном питании.
Waksman (Woods-Hole. Col. Repr., 1935,
1937), проделавший ряд весьма важных экспе-
риментальных исследований с морскими микро-
бами, даже считает, что причиной малого содер-
жания микробов в водах открытого моря
в естественных условиях является энергич-
ное выедание микробов планктонными живот-
ными .
Известно, что некоторые обильно развиваю-
щиеся грубые и щетинистые диатомеи не упо-
требляются в пищу рачками и мальками рыб и
являются потому как бы бесполезными, если
не вредными частями пищевой сети. Вместе
с тем Waksman считает, что массовое разви-
тие диатомей каким-то еще непонятным спосо-
бом стимулирует усиленное развитие морских
микробов.
Приведенный беглый обзор некоторых во-
просов, касающихся гидрологии, химии и био-
логии открытых вод Черного моря, показы-
вает, что в этой области необходимы новые
углубленные исследования как полевые, так
и экспериментальные.
Литература
1.	В. А. Водяницкий. Наблюдения над
пелагическими яйцами рыб Черного моря.
Тр. Сев. биолог, ст., 1936, т. V.
2.	----- Успехи изучения биологии Черного
моря. Изв. Акад. Наук СССР. Серия биолог.,
1937, № 5.
3.	----- К вопросу о биологической продук-
тивности Черного моря. Тр. Сев. биолог, ст.,
т. VI (в печати).
4.	С. М. М а л я т с к и й. Ихтиологические
исследования в открытых частях Черного
моря. Природа, 1938, № 5.
5.	Н. И. Ч и г и р и н. Строение водной массы
Черного моря. Рукопись.
б.	В. И. Ц а л к и н. Распределение обыкно-
венного черноморского дельфина. Тр. Аз.-
черн. научн. иссл. инет. рыбн. хоз. и
океанографии, 1938, вып. II.
В. А. Водяницкий.

ИСТОРИЯ И ФИЛОСОФИЯ
ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ
ВИЛЬЯМ ГИЛЬБЕРТ—ОСНОВАТЕЛЬ УЧЕНИЯ
ОБ ЭЛЕКТРИЧЕСТВЕ
М. И. РАДОВСКИЙ
Начало учения об электричестве отно-
сится к концу XVI в. и связывается с вы-
ходом в свет трактата знаменитого ан-
глийского ученого Вильяма Гильберта:
«О магните, магнитных телах и самозд
большом магните — земле». Как и все
ученые сочинения того времени, произ-
ведение Гильберта было написано по-
латыни. Оно издано в Лондоне в 1600 г.
Название работы Гильберта показы-
вает, что автора интересовали явления
магнитные. Им он посвятил многолет-
Вильям Гильберт (William Gillbert)
(1540-1603).
ние изыскания. Время, когда жил и-
творил английский ученый, называется
эпохой первоначального накопления.
Именно в этот период в Европе, и прежде
всего в Англии, создавались основы,
капиталистического общества. В про-
цессе становления капитализма большую-
роль сыграло образование мирового
рынка. Получило неслыханное развитие
океанское судоходство, возможное
только при наличии надежных компа-
сов. Таким образом проблема магни-
тизма приобретала исключительно
актуальное значение: несовпадение маг-
нитного и географического полюсов, вы-
зывающее магнитные склонения, при-
чиняло часто затруднения кораблевож-
дению.
Гильберт подчеркивает практическое
значение своего исследования. Как глу-
бокий ученый он подвергает всесто-
роннему изучению предмет исследова-
ния. Именно тщательный подход к иссле-
дуемому вопросу и привел его к изуче-
нию электрических явлений. Дело в том,
что эти явления, известные еще с древ-
ности, отождествлялись с магнитными,
вернее, рассматривались как разновид-
ность последних. Гильберт, изучая об-
ласть магнитизма, естественно, коснулся
и явлений электрических. Недаром он
заслужил славу отца учения об электри-
честве: он первый заложил основы
изучения этой отрасли физики. Собран-
ный им эмпирический материал и теоре-
тические его размышления и послужили
исходным пунктом развития одной из
важнейших областей современного есте-
ствознания — учения об электричестве.
Вильям Гильберт родился в 1540 г.
в Кольчестере. Учился он в Кем-
№ 4
История и философия естествознания
73
бридже. После окончания университета
он занялся врачебной деятельностью.
В 1573 г., имея все три ученые степени,
существовавшие тогда в Англии, он
переехал в Лондон, где продолжал ме-
дицинскую практику, состоя врачом ко-
ролевы Елизаветы. Даже по скудным
сведениям можно судить, что Гильберт
был выдающимся общественным деяте-
лем. Им была организована «Коллегия
врачей» — единственная ученая корпора-
ция того времени. Королевского обще-
ства (английской академии наук) тогда
еще не существовало. Три года он
состоял президентом основанного им
научного общества. В 1603 г. Гильберт
умер. Он завещал «Коллегии врачей»
всю свою научную аппаратуру, при по-
мощи которой осуществлял свои долго-
летние опыты. К сожалению, этот
ценнейший памятник истории науки до
нас не дошел: в 1666 г. во время большого
лондонского пожара коллекция сгорела,
и единственное, что дошло до нас, это —
его трактаты.
Сочинения Гильберта замечательны не
только исключительно важными резуль-
татами, которых он добился в своих
исследованиях. При их изучении перед
нами встает колоссальная научная фи-
гура.	х
Смелый экспериментатор и неуто-
мимый естествоиспытатель, он бес-
страшно выступает против рутинных, но
господствовавших воззрений. При этом
необходимо вспомнить, в каких усло-
виях развивалось тогда естествознание
в Европе. Именно к этому времени
относится разгул церковного мрако-
бесия. За пропаганду новых науч-
ных идей инквизиция расправлялась
самым жестоким образом. В том же
1600 г., когда было издано произведе-
ние Гильберта, на костер взошел Джор-
дано Бруно, а через несколько лет не
избежал застенка инквизиции и Гали-
лео Галилей, основоположник совре-
менного естествознания.
Только живя не на континенте Европы,
Гильберт мог издать свой трактат, ко-
торый поистине является манифестом
нового естествознания. Именно Гиль-
берт возвел научный опыт в единствен-
ный критерий при изучении явлений
природы. Отдавая должное теоретиче-
ским обобщениям в деле познания при-
роды, он подчеркивает: «весьма легко
людям даже с острым умом без опытов
заблуждаться и затмевать полезную
истину».
Именно эмпирический метод, по-
Гильберту, может обеспечить успех
научному исследованию; поэтому он и
ведет такую борьбу с схоластиками,
душителями живой мысли.
Вот что писал он в предисловии
к трактату «О магните»: «Зачем стал бы
я в обширном океане книг, какими
смущаются и переполняются умы уча-
щихся, какими опьяняют себя толпа
и люди грубого ума, — безумствуя, на-
дуваясь, учиняя литературные побоища,
производя себя в философы, медики,
математики, астрономы, а истинно уче-
ными людьми пренебрегая и презирая
их, зачем, говорю, стал бы сообщать
что-либо дальнейшее этой мятущейся
компании и излагать сию славную и
вследствие многого неслыханного как бы
совершенно новую и невероятную фи-
лософию людям, слепо верящим чужим
мнениям, нелепейшим исказителям,
грамматикам, софистам, придирам и из-
вращенной сволочи, излагать на осужде-
ние и терзание проклятиями. Нет, к вам
только, мужи разума и истинной фило-
софии, ищущим науку не в книгах
только, но и в самих вещах, обращаю
я эти основания магнитной науки, до-
бытые новым родом философствования».
«Новый род философствования» —
«искание истины в самих вещах» и при-
вело к тому, что он создал новую отрасль
физики, что даже и не входило в его
первоначальные планы.
С древних времен [это приписы-
вается греческому мыслителю Фалесу'
Милетскому (640—548 до н. э.)] было
известно, что натертый янтарь притя-
гивает легкие тела. Гильберт, экспери-
ментируя с огромным количеством ма-
териалов, показал, что этим свойством
обладает не только янтарь, а и много-
других тел. Далекий от понятий про-
водника и изолятора — к этому наука
пришла полтора века спустя — Гиль-
берт в ряде тел (проводниках), есте-
ственно, не в состоянии был возбудить
электрические заряды. И это привело
его к выводу, что в природе существуют
«электрические» и «неэлектрические»
тела. Это мнение долгое время господ-
ствовало в науке, пока не восторжество-
вала высказанная в XVIII в. француз-
74
Природа
1939
ским ученым Дюфе (1698—1739) мысль
об «электрической субстанции», прису-
щей всем веществам. Но тот факт, что
Гильберт обнаружил новое свойство
в огромном количестве тел, было, не-
сомненно, большим достижением.
Гильберту же принадлежит устано-
вление самого понятия «электричество»
или, как он часто выражается, «электри-
ческая сила». До него такого термина
в литературе не встречалось. Никто
до него не занимался самостоятельным
изучением электрических явлений, вне
их связи с магнитными.
Такой подход к изучению электриче-
ских явлений в свое время оказал,
несомненно, благотворное влияние на
развитие науки. Однако с накоплением
все новых и новых данных исследователи
неоднократно наталкивались на факты,
которые указывали на сходство электри-
чества и магнитизма. Но до возникно-
вения учения об электромагни-
тизме (20-е годы XIX в.) экспери-
ментально этого доказать не удавалось.
И когда датский физик Эрстед объявил
ученому миру об его наблюдении (откло-
нение магнитной стрелки под влиянием
проходящего вблизи электрического
тока), была создана объективная воз-
можность для появления «магнитной
теории» электричества Ампера. Но Гиль-
берта от Ампера отделяет промежуток
времени в два с лишним века.
Экспериментальные изыскания Гиль-
берта, по единодушному мнению истори-
ков науки, ставят его в ряд лучших пред-
ставителей опытного естествознания. Но
как высоко ни ценил Гильберт опыт
в естественно-научном исследовании,
одни голые факты сами по себе, без их
теоретического осмысления, науки еще
не составляют. И Гильберт первый де-
лает попытку обобщить добытый им
колоссальный материал.
Теория Гильберта заключается в сле-
дующем. Он допускает, что в так наз.
«электрических телах» имеется неко-
торая жидкость, которая и является
носительницей «электрической силы».
Сила эта дремлет, пока внешним воздей-
ствием — трением — ее не возбудят.
К мысли о «некоей жидкости» привели
Гильберта следующие рассуждения. Экс-
периментируя (вначале) с янтарем, он
находит, что это вещество происходит
от жидкого начала. «Янтарь, — писал
Гильберт, — по большей части происхо-
дит из моря; так, после сильнейших
бурь его находят и собирают по бере-
гам мелкими сетями и другими приспо-
соблениями крестьяне как в Пруссии,
так и на нашем британском побережье.
Он образуется в глубинах земли (так же
как и остальные земляные смолы), вы-
носится волнами из моря и под дей-
ствием морской воды и соли, сгущаясь,
затвердевает. Первоначально же бывает
мягкой и клейкой массой, поэтому
мушки, червячки, комары, муравьи, по-
павшие в маленькие комочки и в них
похороненные, содержатся вечно в про-
зрачных гробах и в том виде, как они
прилетели».
Обследование других «электрических
тел» привело Гильберта к тем же выво-
дам: все они, как считал он, имеют в своей
основе жидкое начало. Наоборот, «не-
электрические тела» этим свойством не
обладают. Воззрениями Гильберта пи-
тались многие поколения исследова-
телей. Мысль об «электрической жид-
кости» разделял даже великий Ньютон.
Как скромны ни кажутся достиже-
ния Гильберта в свете современных
успехов учения об электричестве, его
работы трудно переоценить. Корни уче-
ния об электричестве восходят к его
трудам. Хотя ни при его жизни, ни дол-
гое время после его смерти не нашлось
непосредственного продолжателя его ра-
бот, но все исследователи, трудившиеся
в XVII и XVIII вв. над вопросами
электричества, несомненно являются
его преемниками. Отправным пунктом
в их: изысканиях был тот колоссальный
для своего времени материал, который
собрал Гильберт.
ГЕОБОТАНИЧЕСКИЕ РАБОТЫ XIX ВЕКА
В СВЯЗИ С КОЛОНИЗАЦИЕЙ СИБИРИ
И ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА
Л. Д. МАКСИМОВ
Русская монархия постоянно стре-
милась к захвату новых территорий и
присоединению их к России. Захваты
и завоевания эти сопровождались и
теми или иными исследованиями, в том
числе и исследованиями растительности.
Исследования эти или предшествовали
захвату, давая те или иные сведения
о предполагаемой к захвату территории,
или проводились вскоре после захвата,
выявляя богатства захваченной терри-
тории. Первые ботанические работы в та-
ких местах носили обычно флористиче-
ский характер, последующие — более
геоботанический.1 Сюда относится це-
лый ряд работ по Кавказу, Туркестану,
Сибири и Дальнему Востоку. Большое
значение для развития геоботаники
имели работы по исследованию Сибири
и Дальнего Востока. При этом они
разделяются на два периода: 1) начало
второй половины XIX в., период при-
соединения Амурской области к России,
2) конец XIX в., период заселения края
русскими в связи с подготовкой войны
с Японией.
Наиболее важной геоботанической ра-
ботой первого периода является работа
Миддендорфа (77). Миддендорф был ко-
мандирован Академией Наук для иссле-
дования природы севера и востока Си-
бири, как мест мало исследованных.
Экспедиция эта являлась как бы продол-
жением больших академических экспе-
диций XVIII в. по исследованию Си-
бири. Несмотря на неоднократно про-
веденные исследования, Сибирь, как
очень богатая страна, попрежнему при-
влекала русские деловые и ученые
круги. Миддендорф сам пишет по этому
поводу: «Преимущественно со времени
открытия богатых сибирских приисков
всемогущего золота, даже текущая жур-
1 Термин геоботаника здесь при-
меняется равнозначно с термином б о т а н и-
ч е к а я география.
нальная литература с особенной любовью
старается приумножать число очерков
Сибирского края в разных отношениях»
(стр. 7).
Путешествие началось в ноябре 1842 г.
Миддендорф исследовал север Сибири
в части, названной им Таймырским краем
(Таймырский полуостров), затем — мест-
ность к Охотскому морю, область Амура.
Маршрут амурского его путешествия был
таков: Красноярск — Якутск — Ам-
гинск — Становой хребет — Удский
Острог — Шантарские острова и южные
берега Охотского моря — Амурский
край. На оба путешествия пошло 2 года.
Миддендорф помимо научного материала
дал много указаний о политическом
состоянии Амурского края (о неясных
границах с Китаем и пр.). Путешествием
этим (конечно, не научной его сто-
роной) заинтересовался Николай пер-
вый. «Когда Николай первый весною
1845 года, прочитав общий отчет о моем
путешествии, потребовал от меня по-
дробнейших сведений об Амурских стра-
нах, кто взялся бы предсказать, что не
далее как через 10 лет Приамурская
область откроется для всемирной тор-
говли и что дать ей значение в этом
смысле и постепенно заселить ее предо-
ставлено будет свободной деятельности
русской компании с богатым капиталом?»
(стр. 173).
Только в I860 г. Миддендорф опубли-
ковал результаты своих исследований
под названием «Путешествие на Север
и Восток Сибири». Часть I он посвя-
щает общегеографическим и ботаниче-
ским вопросам (сам он был по специаль-
ности зоолог). Эта работа уже не яв-
ляется простым дневником путешествий,
как это было у академиков XVIII в.,
а представляет сводку всех сведений,
известных к тому времени, по каждому
вопросу и критический разбор их. Автор
подробно разбирает географию, гидро-
76
Природа
1939
графию, орографию и геологию и,
особенно подробно, климат. Затем пере-
ходит к характеристике растительности.
Растительность его уже интере-
сует с точки зрения ее отношения
к внешним условиям, ее распределения
и причин, обусловливающих это рас-
пределение. При этом главное внима-
ние он сосредоточивает на древесных
породах. Различные виды имеют раз-
личные экологические свойства. Так,
«Сибирская лиственница обоих видов,
подобная европейской, водится по пре-
имуществу в горных местах, и кроме
большого света требует себе сухой
почвы» (стр. 501). Сибирская ель (Picea
obovata) «любит расти на влажной, туч-
ной почве и в закрытой местности;
выносит даже глушь и темноту на по-
дошве тесных долин и глубоких оврагов.
В этом она составляет противополож-
ность лиственнице, хотя не в такой сте-
пени, как пихта» (стр. 509); на стр. 515
дается характеристика экологических
свойств сибирской пихты. Автор наблю-
дает и отношения одних видов к другим
по их распределению. «Между Краснояр-
ском и Витимом на пути в Якутск
лиственницы занимали большею частью
второстепенное место, в виде примеси
к господствующим там соснам и другим
деревьям; только в некоторых местах
были небольшие рощи из одних листвен-
ниц. Напротив в области Станового
хребта, равно и по всем ветвям его,
лиственница имеет большой перевес над
другими деревьями» (стр. 504).
Автор разбирает северные пределы
лесной растительности и указывает, что
«линия предела лесной растительности
под различными долготами означается
никак не одною только, а различными
древесными породами» (дается соответ-
ствующий разбор древесных пород, об-
разующих границу лесной раститель-
ности). О полярном пределе лесной
растительности делается такой вывод:
«Чем более мы приближаемся к поляр-
ному пределу лесной растительности,
тем важнее для последней становится
вопрос о благоприятности или неблаго-
приятности места произрастания дерев,
о положении местности, об окрестностях
ее, о степени удобства почвы, о воде
в подпочве, даже о цвете почвы и т. п.
С другой стороны я нигде не мог заме-
тить, чтобы собственно повышение
почвы на несколько сот футов над мор-
ским уровнем оказывало значительно
влияние на древесную растительность
на далеком севере. Совокупное дей-
ствие множества мелких обстоятельств,
а в особенности более или менее полная
защита от ветров, дующих с северной
половины, решает там вопрос о жизни,
хилости и смерти дерева, тем более
что климат дальнего севера вообще
присудил к погибели уже всякую дре-
весную растительность и следовательно
все зависит там от особой защиты,
которую дерево может получить вслед-
ствие разных второстепенных условий.
«Вот почему, иногда, рядом с какой-
нибудь мелкорослой лесной окраиной,
почти внезапно, на более благоприятной
местности, вас может поразить крупный
лес. Оттого-то и предел лесной расти-
тельности в частности лишь изредка
следует направлению параллельных
кругов, а напротив очень часто выдви-
гается остроконечными углами по на-
правлению к полюсу, следовательно в ме-
ридианном направлении; известно, что
в Северной Сибири все более значи-
тельные реки текут в этом направлении,
а потому глубоко промытые речные бе-
рега очень содействуют древесной расти-
тельности отчасти уже тою защитою,
которую они ей дают, отчасти же боль-
шим постоянством температуры, с кото-
рым связаны более значительные вод-
ные поверхности. Наконец, этим объяс-
няется также и причина расположения
последних деревьев на Севере в виде
островков или лесных оазисов, которые
нередко составляют предел лесной рас-
тительности, или часто совершенно не-
ожиданно являются в виде передовых
постов, после того как вы, подвигаясь
все более к северу, уже положительно
распростились с пределом лесной расти-
тельности. Эти лесные оазисы тундры
находятся в более или менее котловид-
ных углублениях почвы» (стр. 557, 558).
Причиной безлесья тундры, по автору,
является климат, но климат в широком
смысле, а не только как действие тем-
пературы, как это часто понимали за-
падноевропейские ботанико-географы-
«Распределение и масса дождя, коли-
чество паров, содержащихся в воздухе,
движение воздуха, свет и т. п. играют,
как известно также немаловажную
роль» (стр. 643). «Между различными
№ 4
История и философия естествознания
77
составными частями климата—особенно
важно сильное движение воздуха, но
не столько само по себе, сколько ве-
роятно и преимущественно в таких
случаях, когда оно содержит слишком
малое или слишком большое количество
воздушной влаги» (стр. 646). «Губи-
тельная сила холодных и влажных
ветров, дующих с Ледовитого моря,
так велика, что плоская часть крайнего
прибрежья этого океана решительно вся
безлесна» (стр. 647).
Следуя Гризебаху, автор разбирает
линии растительности (се-
верные, южные, юго-восточные и северо-
восточные) и заключает по этому поводу:
«Нам придется еще расширить объем
понятия о климатических линиях рас-
тительности. Во-первых, количество
влаги, содержащееся в воздухе, играет
слишком важную роль и потому не
может не занять места в числе главных
деятелей, а во-вторых, самый способ,
как весною происходит возврат моро-
зов, имеет положительное значение и
потому, в отношении распространения
многих растений, часто бывает важнее
самой зимней стужи» (стр. 735).
В главе «Естественный порядок, в ко-
тором сменяются различные древесные
породы», автор описывает гибель лесов
от бурь, от пожаров и затем переходит
к вопросу, действительно ли происходит
смена пород и закономерно ли это явле-
ние? Автор констатирует, что к тому вре-
мени развились взгляды о происходя-
щей смене древесных пород во времени
и стремления лесоводов следовать этому
порядку природы. «В настоящее время
признано за факт, что в лесах природа
•следует своего рода переменному хо-
зяйству. Основываясь на раскопках,
особенно в болотах, разрытых для добы-
вания торфа, дошли до того убежде-
ния, что болота эти почти всегда лежат
над прежними лесами. Во многих местах
дознано, что под торфяным мхом по-
гребены целые поколения лесов, что
хвойные и лиственные леса следовали
друг за другом на одном и том же месте,
что различные древесные породы, при-
надлежащие к каждому из этих двух
отделов, в свою очередь опять вытесняли
друг друга, что, например, за березою
следовал бук и т. д. На основании
этих наблюдений вскоре вывели заклю-
чение, что человеку необходимо следо-
вать тому порядку, которого держится
премудрая природа, и что лесоводу
должно поступать с своим лесом подобно
тому, как земледелец поступает с своим
полем, т. е. ему необходимо ввести пло-
допеременное хозяйство, потому что пе-
ременность деревьев можно сравнить
с плодопеременностью земледелия; раз-
ница только в том, что в первом случае
эта переменность происходит в тече-
ние нескольких столетий и потому редко
заметна» (стр. 614).
Но сам автор не согласен с этим.
Он считает, что естественным путем
смены древесных пород не происходит.
В этом, как и в некоторых других во-
просах, выявляются его установки о по-
стоянстве природы. По этому поводу
он пишет: «Такая переменность вовсе
не составляет необходимого условия дре-
весных пород. Каждая порода требует
известного рода почвы, подпочвы, влаж-
ности, света, защиты как от бурь и
невзгод, так и от солнечного света,
от быстро распложающихся растений
и т. п. Каждая древесная порода успешно
размножается в ущерб всем прочим и
достигает, так сказать, единовластия
там, где она удобнее всего может удовле-
творять своим потребностям. Вот по-
чему на севере мы и встречаем такое
страшное однообразие лесов» (стр. 615).
Если же в действительности и про-
исходит смена древесных пород, то это
является, по автору, исключением из пра-
вила и происходит под влиянием дея-
тельности человека. Примером этому
может служить смена хвойных после
пожара березой и осиной, благодаря их
быстрому размножению. Но под защитой
березы хорошо развиваются всходы ели,
опять вытесняющей березу: опять вос-
станавливается хвойный лес. «Я при-
писываю их (исключения из правила.
Л. М.), главным образом вмешатель-
ству человека в действия природы»
(стр. 617).
Так в начале второй половины XIX в.
во взглядах на лес мы видим начало тех
неправильных, а в настоящее время
вредных установок, которые в начале
XX в. во всей полноте выявились в уче-
нии о лесе Морозова, установок, опре-
деляемых, как созерцательный
объективизм. Из этих же уста-
новок вытекает и заключение автора о не-
возможности разведения леса дальше тех
78
Природа
1939
пределов, которых он достиг. «Мы знаем,
что на любом клочке земли погибают
миллионы семян, не достигая роста.
Миллионы семян ежегодно рассыпаются
и за пределы древесной растительности.
Это как бы опыты разведения дерев,
делаемые природой при самых разнооб-
разных местных условиях древесной
жизни. Поэтому человек, с теми жалкими
средствами, которыми он может распо-
ряжаться, тщетно стал бы предаваться
надежде, что усилиями его различные
древесные породы, уже во множестве
растущие по направлению к полюсу,
могут быть разведены гораздо дальше
теперешних их пределов» (стр. 574).
Теперь нам не стоит большого труда
доказать, что автор в этом вопросе
ошибался: человек побеждает природу,
он в состоянии значительно расширить
пределы распространения древесных по-
род и других растений. Поэтому данная
установка автора должна быть нами
отвергнута.
Отрицая возможность расширения
предела распространения древесных по-
род, Миддендорф, однако, указал на воз-
можность разведения на севере овощей.
Следует отметить, как одно ив до-
стоинств книги, что автор стоит за точ-
ные наблюдения, за эксперимент. «Пора
перестать ограничиваться одним только
естественно-историческим наблюдением,
а следует по возможности и при есте-
ственно-исторических поездках дер-
жаться строгой методы физикальных
опытов. Впредь мы должны отправ-
ляться в путь уже не как естественно-
исторические авантюристы и застрель-
щики, не как искатели всевозможных
естественно-исторических приключений,
а для того, чтобы найти ответ на не-
сколько заранее поставленных вопро-
сов» (стр. 719).
Хотя книга эта и не имела непосред-
ственного сильного влияния на после-
дующее развитие геоботаники, все же
она является большим вкладом в геобота-
ническую литературу. Не говоря уже
о точности наблюдений и ясности изло-
жения, она была первым образцом
сводных геоботанических работ; и теперь
она имеет большое значение, как исход-
ный пункт для исследователя Сибири,
как сводка всех данных, известных
в то время, по многим вопросам.
К тому же она немало способствовала
разработке многих вопросов тундро-
ведения.
Следующими работами, относящимися
к этому периоду, являются описания
путешествий Мааком (9, 70), Пржеваль-
ским (74) и флористические работы
Максимовича (наиболее ценной из них
ботанической работой является «Амур-
ская флора» Максимовича, 78). Иссле-
дования эти интересны для нас как
материал, подтверждающий связь части
исследовательских работ определенного
периода с запросами колонизации.
Работы указанных авторов посвящены
Амуро-Уссурийскому краю. Последний
присоединен к России окончательно
в I860 г. Маак об этих местах пишет (9):
«Страны эти представляют самые выгод-
ные условия для колонизации: благо-
дарственный климат, удобство вну-
тренних сообщений, водяных и сухо-
путных, почву весьма плодородную и,
наконец, близость к центру управле-
ния восточной Сибири. Поэтому можно
быть уверенным, что ново-приобретен-
ные пространства земли, теперь почти
совершенно пустые, скоро оживятся гу-
стым, промышленным русским населе-
нием и сделаются житницею всех сосед-
них частей России. Для русской тор-
говли приобретение этой страны обещает
самые счастливые результаты. Бассейн
Амура сблизит нас, когда заселится,
с Америкой, с Японией и с богатыми
провинциями Китая. Действительно,
морские берега страны, недавно сделав-
шиеся собственностью России, изре-
заны большим числом заливов, из кото-
рых многие представляют чрезвычайно
удобные гавани. В эти-то гавани устре-
мятся, без сомнения, суда северо-аме-
риканцев, которые, конечно, не упустят
случая вступить в торговые сношения
с русским населением Амурского края;
по Амуру же, который судоходен по
всей своей длине, и по соединенным
с ним рекам, благодетельное действие
этих сношений распространится и на
другие части России. Тем же путем,
надо надеяться, пойдут японские про-
изведения в Россию и русские товары
в Японию, когда последняя империя,
наконец, вступит с нами в настоящие
торговые сношения. Еще более важен
Амур для сношений наших с китай-
цами. . . Правые притоки Амура сде-
лаются торговыми путями, по которым,
№ 4
История и философия естествознания
79
в обмен русских произведений, будут
доставляться к нам богатства целой Не-
бесной Империи и, может быть, даже
Индии» (стр. V).
Этот отрывок из работы Маака, без
сомнения, выражает те надежды рус-
ского правительства и русского капи-
тала, которые возлагались на этот край,
при выборе его как объекта для при-
соединения к России, для его коло-
низации.
Подчиненный край нужно было иссле-
довать, чтобы привести в большую яс-
ность его богатства. Деятельное участие
в исследовании присоединенных к Рос-
сии областей приняло Географическое
общество, его Сибирский отдел. К иссле-
дованиям этим деловые круги относи-
лись с большим интересом (что и по-
нятно, учитывая приведенное высказы-
вание Маака), поэтому и недостатка
в ассигнованиях для снаряжения иссле-
дований не было. Так, для экспедиции
Маака член Сибирского отдела Соловьев
дал полпуда золота и принял на себя
все издание описаний путешествия.
Пржевальскому оказывал содействие на-
чальник штаба войск в Иркутске, Мак-
симовичу содействовал царь и Петер-
бургский Ботанический сад.
После занятия Амура русскими
(с 1855 г.) началась и колонизация
этого края. Этот очень богатый, по рас-
сказам, край привлекал к себе поселен-
цев, что способствовало закреплению
края за Россией. Недостатка в поселен-
цах не было. Земельная нужда, гнет
правительственный и помещичий, осо-
бенно в центрально-черноземных гу-
бернях, гнали крестьян в поиски зе-
мель, в поиски мест для создания себе
более или менее сносной жизни. Став-
шее после реформы 1861 г. на путь
капиталистического развития, сельское
хозяйство России увеличивало рост
числа безземельных и малоземельных
крестьян, быстро пополнявших ряды
переселенцев. В. И. Л е н и н (5) ука-
зывает, что развитие капитализма вело
к увеличению подвижности населения,
увеличению количества переселяю-
щихся, что, в свою очередь, усиливало
разложение крестьянства.
«. . . развитие переселенческого дви-
жения дает громадный толчок разло-
жению крестьянства и особенно земле-
дельческого крестьянства. Известно, что
переселяются главным образом кре-
стьяне из губерний земледельческих (из
промышленных эмиграция совершенно
ничтожна) и притом именно из густо-
населенных центральных губерний. . .
из районов выселения идет главным
образом крестьянство среднего достатка,
а на родине остаются главным образом
крайние группы крестьянства. Таким
образом переселения усиливают разло-
жение крестьянства на местах выхода
и переносят элементы разложения на
места вселения (батрачество новоселов
в Сибири в первый период их новой
жизни)» (стр. 133).
Особенно количество переселенцев воз-
росло после голода 1891 г. Проблема
переселения стала важной государствен-
ной проблемой. Но в то же время она
облегчала царскому правительству за-
дачу колонизации вновь занятых обла-
стей, как, напр., Амурский край, или
мало обжитых, как Восточная и Запад-
ная Сибирь. Ведь колонизация способ-
ствовала закреплению за Россией дан-
ной территории и разрешала одну из
сторон создания рынка, для развиваю-
щегося капитализма. «. . . процесс об-
разования рынка для капитализма, —
пишет В. И. Ленин (S), — пред-
ставляет две стороны, именно: развитие
капитализма вглубь, т.-е. дальнейший
рост капиталистического земледелия и
капиталистической промышленности в
данной, определенной и замкнутой тер-
ритории, — и развитие капитализма
вширь, т.-е. распространение сферы
господства капитализма на новые тер-
ритории. . . Россия находится в осо-
бенно выгодных условиях сравнительно
с другими капиталистическими странами
вследствие обилия свободных и доступ-
ных колонизации земель на ее окраи-
нах» (стр. 464, 465). Вот почему и пере-
селение принималось правительством со-
чувственно, особенно в конце XIX в.,
и главные потоки переселенцев напра-
влялись в эти края. Уже в середине
90-х годов, как указывает Головачев (2),
в Уссурийский край переселилось 40 тыс.
человек. «Переселение в Сибирь, — по
свидетельству Кауфмана (3), — в 1889
году достигло 40 тысяч душ, в 1890—
49 тысяч душ. в 1891—87 тысяч, в 1892-м
году — 92 тыс. душ».
Исследовательские работы по описа-
нию природных условий мест, подле-
80
Природа
1939
жащих колонизации, способствовали
правильному выбору участков пересе-
ленцами. Поэтому такие работы полу-
чали поддержку от государственных
учреждений.
Уже одновременно с работами Прже-
вальского и Маака, организованными
главным образом Восточно-Сибирским
отделом Русского Географического об-
щества, Министерство гос. имуществ
в 1859 г. командировало в распоряже-
ние генерал-губернатора Восточной Си-
бири лесничего Будищева и 3 топо-
графов, которые и занимались опи-
санием лесов и мест, удобных для рус-
ских поселений по Амуру, Уссури, и
побережью Тихого океана. Экспедиция
эта работала до 1867 г., после чего участ-
ники ее, оставшись на службе по лес-
ному и межевому ведомствам, продол-
жали свои исследования и в 1883 г.
выпустили сборник своих работ (7).
В приложении к первому выпуску
этого сборника дается «ботаническое
описание древесных и кустарниковых
пород, произрастающих в Амурском,
Уссурийском и Южно - Уссурийском
краях».
Несколько затихшие в 70-е и начале
80-х годов исследовательские работы
по вопросам колонизации в начале
90-х годов получили вновь оживление.
Это опять-таки стоит в связи с огромным
интересом, который стало проявлять
правительство в своей политике по от-
ношению к Дальнему Востоку. Отчасти
отдавая дань европейскому (особенно
•французскому) капиталу, стремящемуся
на восток за большими прибылями,
главным же образом в своих империа-
листических интересах, царское пра-
вительство в конце XIX. в. повело
активную политику на Дальнем Востоке
в расчете захватить Маньчжурию и
другие части Китая, а затем и Корею.
Этим же интересам служила и постройка
Сибирской железной дороги (решена
постройка в 1887 г., закладка восточного
конца этой дороги произведена в 1891 г.).
В 1892 г. был организован комитет Си-
бирской железной дороги, на который
было возложено и «высшее заведывание
делом заселения Сибири» (Кауфман, 5).
А проблема переселения стала на службу
политики колонизации, на что, между
прочим, указывает и Кауфман в своей
работе (стр. 45).
Наиболее важными геоботаническими
работами, вызванными к жизни запроса-
ми колонизации, являются работы С. И.
Коржинского. Коржинский (6) так опре-
деляет задачи своего исследования: «Не-
смотря на то, что теперь внимание и
правительства и всего образованного
общества устремлено на переселенче-
ский вопрос, несмотря на то, что
ежегодно масса переселенцев напра-
вляется в Амурский край то морским
путем, то через всю Сибирь, несмотря
на все это, мы до сих пор решительно
не можем ответить, какие же условия
встречает переселенец в этой стране
и представляет ли она данные для раз-
вития сельского хозяйства и экономиче-
ского процветания населения.
«На это важное обстоятельство обра-
тил внимание Вост.-Сиб. Отдел Р. Г. О.,
который и проектировал снарядить це-
лую экспедицию в Амурскую область
для исследования ее в ботаническом,
почвенном, сельско-хозяйственном и эко-
номическом отношении. Я был при-
глашен к участию в этой экспедиции
в качестве ботаника и почвоведа. С боль-
шой радостью принял это предложение,
ибо оно не только давало мне случай
видеть столь отдаленный своеобразный
край, но кроме того представляло в пер-
вый раз возможность приложить свои
силы к решению вопросов, имеющих
известное общественное значение. . .
«Предполагаемая экспедиция не со-
стоялась в том виде, как она была за-
думана, и лишь я один был командиро-
ван летом 1891 г. в Амурскую область
для изучения ее почвенных отношений
и растительности» (стр. 1—2).
В этой и другой своей работе (7) он
дает описание естественных условий
исследуемой территории (климат, оро-
графия, почва, растительность) и при-
годности ее для заселения.
Этим исследованиям Коржинского
предшествовала другая его работа (5),
в которой он дает набросок программы
и методики изучения растительных фор-
маций, дав начало, таким образом, раз-
работке методики фитоценологических
исследований.
Следует отметить также, что в этой
его работе отчетливо выступает его тен-
денция социологизации отношений, су-
ществующих в растительности. Он пи-
шет: «Растительность каждой страны
№ 4
История и философия естествознания
81
не состоит из отдельных самостоятель-
ных видов растений, но распадается на
известные группы, члены которых более
тесно связаны между собою и образуют
устойчивую форму общежития, подобно
тому, как население какой-либо страны
связано между собою многоразличными
соотношениями, составляющими сущ-
ность социального и политического
строя» (стр. 3, 4). О вредности такой
аналогии нам еще придется говорить
в очерке, посвященном разбору «фито-
социологического» направления геобо-
таники.
Конечным результатом исследований,
по мнению автора, кроме описания
формаций должна быть ботанико-гео-
графическая карта формаций: «Понятно,
сколь важной является задача изуче-
ния растительных формаций Сибири и
нанесения на карту их точного распре-
деления. Такая карта была бы необ-
ходима не только для ботаника, гео-
лога, почвоведа и агронома, но и каждый
физико-географ, этнограф, археолог и
историк неизбежно б обращался к ней
при всех соображениях и выводах. По-
добная карта составляла бы вклад
огромной важности в науку отечествен-
ного землеведения» (стр. 7).
В разобранных исследованиях Кор-
жинского и в намечаемой им программе
мы видим начало геоботанических работ,
которые получили широкий размах уже
в XX в. по линии переселенческого
управления. Последние хотя и не оправ-
дали надежд, на них возлагаемых, не
дали ожидаемых результатов, но собрали
большой фактический, в частности карто-
графический, материал и много способ-
ствовали выработке методики геобота-
нических исследований (об этих рабо-
тах см., напр., Флеров, 77).
В интересах же переселения и коло-
низации велись работы Прейна (75),
Соколова (75, 16), хотя нового в науку,
По сравнению с Коржинским и Крыло-
вым, и не внесшие, но собравшие боль-
шой материал по установлению и описа-
нию растительных формаций Сибири
и способствовавшие поднятию автори-
тета и значения геоботаники в глазах
производственных учреждений того вре-
мени.
Кроме этих работ следует упомянуть
еще о работе В. Л. Комарова (4), по-
священной переселенческому вопросу.
Работа эта вызвана предполагаемым про-
ведением восточного конца Сибирской
дороги по Амурской области, но потом
замененного другим вариантом (провести
через Манчжурию). Автор пользуется
статистическим методом. Работа носит
общий характер, но опять-таки пока-
зывает на связь данного рода исследо-
ваний с непосредственными вопросами
колонизаци.
Цитированная литература
1.	Д. Анучин. Материалы по управле-
нию Восточной Сибирью. Т. V, 1883.
2.	Д. Головачев. Заметки о русской
колонизации Сибири (Землеведение, т.1,
кн. I, 1894).
3.	А. Кауфман. Переселение и колони-
зация. 1905.
4.	В. Л. Комаров. Условия дальнейшей
колонизации Амура. (Известия РГО,
т. XXXII, 1896).
5.	С. К о р ж и н с к и й. Программа для бо-
танико-географических исследований в Си-
бири. 1891.
6.	--- Отчет об исследованиях Амурской
области, как земледельской колонии. 1892.
7.	--- Амурская область, как земледельче-
ская колония, 1893.
8.	В. И. Лен и н. Развитие капитализма
в России (Собр. соч., 3-е изд., т. III).
9.	Р. Маа к. Путешествие на Амур в 1855 г.
СПб., 1859.
10.	-- Путешествие по долине реки
Уссури. 1861.
11.	А. Миддендорф. Путешествие на
север и восток Сибири. Ч. I, I860.
12.	А. П о д р у з с к и й. О восточном конце
Сибирской жел. дор. и о торговом порте
Амурского бассейна (Землеведение, т. I,
кн. 1, 1894).
13.	Я. Пре й н. Предварительный отчет о
ботанических исследованиях Балаганского
округа и окрестностей гор. Иркутска
(Изв. Вост.-Сиб. отд. РГО, т. XXIII,
№ 2, 1892).
14.	Н. Пржевальский. Путешествие
в Уссурийском крае 1867—1869 гг. (с картой
Уссурийского края). 1870.
15.	П. Сокол о в. Об организации гео-
ботанических исследований Томской губ.
Доклад Зап.-Сиб. общ. с.-х., 1900.
16.	-- Бельниковая растительная формация
Сибирской тайги и ее значение для коло-
низации. 1902.
17.	А. Ф л е р о в. О почвенно-ботанических
экспедициях Переселенческого управле-
ния. 1909.
18.	С. Max i mo v icz. Primitiae Florae
Amurensis. 1859.
Природа № 4.
6
ЮБИЛЕИ и ДА ТЫ
АКАДЕМИК ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ
ПРЯНИШНИКОВ
(К 50-летню научной деятельности)
А. СМИРНОВ
В краткой журнальной статье трудно
сколько-нибудь полно обрисовать высоко-
одаренную личность Д. Н. и его много-
гранную научно-общественную деятель-
ность за истекшие 50 лет. Для этого
необходим более обширный труд, при
этом труд нескольких лиц различных
специальностей, соответственно разносто-
роннему характеру деятельности Д. Н.
Впервые мне пришлось узнать Д. Н.
более 30 лет тому назад, когда я был
студентом московского университета, где
Д. Н. читал доцентский курс агроно-
мической химии (химию растений и уче-
ние об удобрении). В то время имя
Д. Н. уже было широко известно
в области агрохимии и физиологии рас-
тений. Уже тогда научная школа
Д. Н. окончательно выкристаллизова-
лась, и некоторые из его учеников при-
обрели известность своими работами как
в области агрономии (Р. Р. Шредер, В. В.
Винер, Н. К. Недокучаев, А. И. Лебе-
дянцев), так и в области физиологии
(В. С. Буткевич, И. С. Шулов). После-
дующая деятельность Д. Н. прочно
закрепила за ним мировое имя высоко-
принципиального человека и авторитет-
ного ученого.
В его лаборатории и под его руковод-
ством на протяжении всех лет его науч-
ной жизни горело не ослабевая пламя
исследовательской мысли и ковались
кадры высококвалифицированных спе-
циалистов.
Наше Советское правительство награ-
дило Д. Н. за его высокополезную науч-
ную и общественную деятельность Орде-
ном Трудового Знамени.
Иностранные ученые общества и уни-
верситеты отметили научные заслуги
д. Н. избранием его в свои почетные
члены и присуждением ему степени док-
тора «honoris causat.
Организация в послереволюционный
период таких известных научных инсти-
тутов в нашей стране, как Научный
институт удобрений Наркомтяжпрома
и Всесоюзный Институт удобрений и
агропочвоведения Наркомзема, происхо-
дила в значительной мере по инициа-
тиве и при активном участии Д. Hi
Его исключительные организаторские
способности уже давно и хорошо
известны по образцовой постановке ис-
следовательской и педагогической ра-
боты большого коллектива работников
на его кафедре в Тимирязевской с.-х.
академии. В нашей огромной стране
трудно указать такое место, где бы не
было работников в области сельского
хозяйства, прошедших его школу.
Еще в дореволюционный период он
создал при своей кафедре, впервые
в нашей стране, изучение отечественных
фосфоритов и положил основы их тех-
нологической переработки в продукты,
обогащенные форсфорной кислотой с по-
вышенной усвояемостью последней куль-
турными растениями. Проявляя исклю-
чительную эрудицию в теоретических
вопросах азотистого и минерального
питания ' растений, Д. Н. постоянно
использовал свое теоретическое богат-
ство для помощи в решении ряда на-
родно-хозяйственных проблем, связан-
ных с применением удобрений в нашей
стране.
С образованием Советской власти Д. Н.
одним из первых наших крупных уче-
ных привлекается правительством к ра-
боте Госплана. За эту работу он берется,
как истинный патриот, с большим вооду-
шевлением, стремясь облегчить своими
знаниями и богатым опытом дело строи-
тельства новой народно-хозяйственной
жизни родной страны. После революции
Д. Н. особенно энергично, со свойствен-
№ 4
Юбилеи и даты
83
ным ему уменьем, выступает с много-
численными статьями и докладами по
вопросам организации с.-х. образования,
научно-исследовательской работы и ис-
пользования научных знаний в практике
сельского хозяйства. Научная деятель-
ность Д. Н. все время сплетается с реше-
нием практических вопросов нашего
земледелия. В практическом земледелии
он черпает тематику для научной ра-
боты своей лаборатории, результаты
которой он использует для освещения
путей дальнейшего развития практики.
В 1929 г. Д. Н. избирается действи-
тельным членом Академии Наук СССР
по биологическому отделению. До этого
в течение ряда лет он состоит членом-
корреспондентом. С организацией С.-Х.
академии им. Ленина он входит одним
из первых в состав ее членов, где до
сих пор является деятельным предсе-
дателем секции агрохимии и химизации.
На мировых научных конгрессах, как
и на съездах и совещаниях выступления
Д. Н. постоянно привлекают всеобщее
внимание.
По глубине и мощности мысли и по
размаху своей деятельности Д. Н.,
несомненно, стоит в первых рядах бога-
тырей мировой науки. Обладая, по выра-
жению своего знаменитого учителя Кли-
мента Аркадьевича Тимирязева, «осо-
бой способностью двигать науку и учить
других, как ее двигать», Д. Н. имеет
счастливый дар привлекать к себе мно-
гочисленных учеников. Влечение людей
к Д. Н. определяется поистине чарую-
щими чертами его характера, в котором
гармонично сочетаются мягкость с на-
стойчивостью, авторитетность со скром-
ностью, терпимость к чужому мнению
со стойкостью в своих убеждениях,
всегда создающихся на основе глубо-
кого анализа действительности и строго-
критического отношения к себе.
Учителями Д. Н. являлись ботаник
Горожанкин, химики Коновалов, Марков-
ников и Густавсон, агроном Стебут,
физиолог Тимирязев, биохимик Э. Шуль-
це и экономист Фортунатов. Много-
образие интересов Д. Н. и. широкая
эрудиция пышно развиваются в его
последующей самостоятельной деятель-
ности, в результате чего среди его
учеников мы встречаем не только агро-
химиков и полеводов, но также физио-
логов и биохимиков. По словам самого
Академик Д. Н. Прянишников.
Д. Н. разносторонность его деятель-
ности всегда доставляла ему лично
большое удовлетворение в процессе
работы. Это не мешало ему, однако,
с успехом сосредоточиться на избран-
ных отраслях знания настолько, чтобы
выявить в них большую научную про-
дуктивность высокого качества.
Необходимо отметить особую склон-
ность Д. Н. к области физиолого-хими-
ческих изысканий и значение его работ
в этом направлении. Интерес к физио-
логическим исследованиям и навыки
мыслить «физиологически» были привиты
Д. Н. его блестящим учителем Климен-
том Аркадьевичем Тимирязевым. Эта
«прививка», подкрепленная биохимиче-
скими и агрохимическими познаниями
и навыками, приобретенными и отшли-
фованными в лаборатории Э. Шульце,
проявляет свое действие на протяжении
всей жизни Д. Н. Обе диссертации
Д. Н., и магистерская и докторская, по
вопросам обмена азотистых веществ у
высших растений представляли собой
исключительные по мастерству для
своего времени произведения в области
физиологии и биохимии растений. К. А.
Тимирязев, крайне требовательный в от-
ношении оценки научных работ и обычно
суровый оппонент на научных диспу-
тах, дал восторженную оценку обеим
диссертациям Д. Н. Эти работы во
84
Природа
1939
многих отношениях не утратили и до
настоящего времени своего значения.
В период моего студенчества, когда они
имели еще всю свежесть новизны, изуче-
ние этих работ доставляло большое
удовлетворение глубиной и обстоятель-
ностью содержания при крайней про-
стоте и ясности литературного изложе-
ния весьма сложных для того времени
вопросов. Этими же свойствами отли-
чались и все последующие работы Д. Н.
в области физиологических исследова-
ний и химии растений.
Физиологические работы по превра-
щению азотистых веществ у растений
и по минеральному и азотистому пита-
нию не выходят из круга интересов
Д. Н., постоянно присутствуя в тема-
тике руководимой им лаборатории, полу-
чившей мировую известность не только
своими агрохимическими исследова-
ниями, но и физиологическими. Склон-
ность Д. Н. к увязке агрономических
вопросов с физиологическими исследо-
ваниями нашла свое отражение в его
педагогической работе. В течение длин-
ного ряда лет он не только состоял
директором Высшей женской с.-х. шко-
лы в Москве (б. Голицынские курсы),
но и систематически читал там курс
физиологии растений. Высокая оценка
д. Н. как авторитетного физиолога
в ботанических кругах неоднократно
отмечалась и подчеркивалась научной
общественностью в его повторных пере-
избраниях председателем Общества бота-
ников, при Московском университете.
На этом посту Д. Н. сменил непосред-
ственно К. А. Тимирязева, бывшего до
болезни бессменным председателем Мос-
ковского общества ботаников. После
смерти акад. В. И. Палладина научная
общественность во главе с акад. И. П.
Бородиным наметила Д. Н. как первого
кандидата для возглавления работ
по физиологии растений в Академии
Наук.
Д. Н. после ряда колебаний отказался
от сделанного ему предложения, так
как по условиям того времени он должен
был бы расстаться с Москвой и Тими-
рязевской академией, а вместе с тем
и с хорошо налаженной там работой.
Просматривая монографическую и
журнальную литературу по физиологии
и химии растений за длинный ряд лет,
множо убедиться, как часто работы
Д. Н. и его учеников привлекали
внимание ряда современных фито-физио-
логов и биохимиков, какое большое
влияние эти работы оказали и оказы-
вают на исследовательскую мысль и
на расширение и уточнение предста-
влений в области превращений азоти-
стых веществ и в области минерального
питания растений. Особенно следует
упомянуть в связи с этим лейпцигскую
школу физиологов, возглавляемую В. Ру-
ландом, которая ревизовала в ряде
обстоятельных диссертаций1 положения,
выдвинутые Д. Н. в области познания
обмена азотистых веществ у растений,
в частности вопрос о физиологической
роли кислотных амидов и аммиака,
а также вопрос о влиянии запаса угле-
водов на характер и направление про-
цессов азотистого обмена. В резуль-
тате установленные Д. Н. положения
получили в основном новое подкрепле-
ние и развитие.
Помимо лейпцигской школы работы
Д. Н. в области обмена и азотистого
питания растений нашли живейший от-
клик у американских и английских
исследователей, как это отражено в мо-
нографии по биохимии растений Онслоу
и в обзорных статьях Мурнека, Викери
и Найтингаля.2
Костычев в своем известном курсе
«Физиологии» в разделе зольного пита-
ния прямо говорит, что «многочислен-
ные тома «Результатов» (трудов лабо-
ратории Д. Н.) представляют собою
«весьма ценное собрание по агрономии
и физиологии растений, а техника веге-
тационных опытов школой проф. Пря-
нишникова доведена до небывалого со-
вершенства». Однажды в разговоре
с акад. Костычевым в 1928 г. о неко-
торых его исследованиях мне пришлось
указать, что ряд вопросов следовало бы
ему проверить в культурах стериль-
ного развития растений, на что после-
довал ответ в том смысле, что не
всякий физиолог обладает такой техни-
кой, которая выработалась в лабора-
тории Прянишникова. Это является
1 См. «Planta» с 1926 г., диссертации
Mothes’a, Т. Schulze, К. Peach’a и др.
М. W. О n s 1 о w. The Principles of Plant
Biochemistry; A. E. Murneek. Plant Physio-
logy, v. 10, 447, 1935; H. B. Vickery.
Annual Review of Biochemistry, v. Ill, 475,
1934; О. T. Nightingale. Botanical Review, 3,
1937.
№ 4
Юбилеи и даты
85
характерным в том отношении, что вы-
дающимся экспериментатором в области
физиологии растений подчеркивалась
высокая техника физиологических работ
школы Д. Н.
В заключение следует сказать, что
Д. Н. своей многолетней научной дея-
тельностью представляет живой и яркий
пример осуществления идеи единства и
взаимопроникновения науки и техники,
теории и практики, подчеркивая абсурд-
ность и вредность представлений о раз-
дельном существовании чистой и при-
кладной науки. Со всей свойственной
ему убедительностью он всегда указы-
вал, что наука едина и имеется лишь
искусственное расчленение ее на дис-
циплины общетеоретического и кон-
кретно-практического значения ради тех-
нического удобства изучения, но что
отдельные части науки с успехом и поль-
зой могут развиваться лишь в том случае,
когда теоретическая и практическая
части имеют тесную и гармоническую
увязку. Это положение демонстрируется
Д. Н. на агрохимии, имеющей задачей
изучение круговорота веществ в земле-
делии и выявление тех мер воздействия
на химические процессы, протекающие
в почве и растении, которые могут
повышать урожай или изменять его
состав. В качестве одной из практиче-
ских мер для достижения стоящих перед
агрохимией задач является применение
удобрений. Но для того, чтобы это
применение удобрений было рациональ-
ным, необходима тесная увязка с почво-
ведением (поскольку действие удобре-
ний происходит через почву) и с физио-
логией растений, поскольку растения
являются объектом воздействия удобре-
ний. «В стирании границ между чистой
и прикладной наукой, в этом взаимо-
проникновении работ по основному есте-
ствознанию и его приложениям заклю-
чается особенность современного раз-
вития науки». Эти мысли Д. Н. о необ-
ходимости для успеха дела применения
удобрений тесной увязки между теоре-
тическими и практическими разделами
науки, результаты которых синтези-
рует агрохимик в интересах производ-
ства, являются тем стержнем, около
которого создавалось и росло много-
летнее творчество научной, педагоги-
ческой и общественной деятельности
Д. Н.; в этих же мыслях — ключ
к пониманию многогранности работ са-
мого Д. Н. и большого диапазона науч-
ных направлений, в которых ведется
исследовательская работа его много-
численными учениками.
СОКРОВИЩНИЦА КУЛЬТУРЫ
(К 125-й годовщине со дня основания Государственной Публичной библиотеки
им. М. Е. Салтыкова-Щедрина)
14 января 1939 г. исполнилось 125 лет со
дня открытия Государственной Краснознамен-
ной Публичной библиотеки им. М. Е. Салты-
кова-Щедрина.
Длинный, трудный, но славный путь про-
шла Публичная библиотека, прежде чем из
архивно-музейного учреждения, доступного не-
многим из привилегированной верхушки рус-
ского общества, превратилась в действительно
народную библиотеку, обслуживающую самые
широкие слои трудящихся не только Ленин-
града, но и других городов Советского Союза.
Мысль о создании публичной, т. е. откры-
той, доступной для всех, библиотеки в Москве
или Петербурге неоднократно возникала на
протяжении всего XVIII в.
Еще в 1724 г. типограф В. Киприанов пода-
вал прошение в Синод о разрешении ему за-
вести в Москве книжную торговлю и «публич-
ную всенародную библиотеку». Синод отказал.
Позже, при Екатерине II возникал проект
создания общества с добровольными членскими
взносами для организации публичной библио-
теки в Петербурге с книгами на славянском
и русском языках. Но ни один из проектов по
созданию публичной библиотеки не получил
«монаршего» одобрения. И это понятно, если
учесть, что Екатерина II, кокетничавшая
с Вольтером, Дидро и другими философами
XVIII в., об освобождении русского народа от
ярма бесправия, об его просвещении и не
помышляла, а богатое дворянство, окружав-
шее императорский двор, в библиотеках не
нуждалось. Другое дело — необходимость воз-
величения и прославления «просвещенной»
императорской власти и украшение Петербурга
как столицы могучей империи. Для достижения
этой цели строятся дворцы, памятники, музеи,
а после занятия русскими войсками в 1794 г.
Варшавы и конфискации ценной польской
86
Природа
1939
Фиг. 1. Фасад здания Публичной библиотеки (до перестройки 1835 г.).
библиотеки (собранной графами Залусскими
в первой половине XVIП в.) решено основать
в Петербурге императорскую Публичную
библиотеку.
Осенью 1795 г. тысячи ящиков с книгами
прибыли в столицу и были помещены в садовом
павильрне Аничкова дворца, где и началась
первичная разборка привезенных книг. Так,
в результате захватнической политики русского
царизма и стремления возвеличить империю
создается просветительное учреждение.
Немедленно поручается архитектору Соко-
лову начать сооружение здания библиотеки на
углу Невского и Садовой улицы, в виде роскош-
ного дворца с зимним садом, фонтаном, мрамор-
ными статуями, расписными плафонами, с ка-
бинетами — механическим, астрономическим
и физическим.
Книги должны были быть размещены «в осо-
бенном великолепном здании с присоединением
к оному для необходимой ослабы напряжения
ума при чтении глубокомысленных книг наи-
приятнейшего вертограда с водометами, вос-
хищающими и оживляющими чувства».
Проект дворца-музея книги, «вертограда
с водометами» не был полностью осуществлен
в виду смерти Екатерины 11 и нежелания
Павла I одобрить то, что намечалось его ма-
терью. Здание было достроено в 1801 г. в более
упрощенном виде, но тесное и темное, неудоб-
ное для размещения книг.
Павел I для управления библиотекой не
нашел лучшего, более подходящего человека,
чем французский эмигрант — роялист граф
Шаузель-Гуффье. Этот заброшенный в Россию
Французской революцией, «подобно сотням бег-
лецов на ловлю счастья и чинов», граф, чтобы,
избежать лишних хлопот по устройству библио-
теки, решил ее ликвидировать, передав книги
Академии Наук, Медицинской академии и уни-
верситету, а строящееся здание передать для
нужд «кабинета его величества», на что и было
получено согласие Павла 1. Однако только
часть книг успели передать Медицинской кол-
легии; Шуазель-Гуффье в 1800 г. уволили,
в заведывание библиотекой вступил гр. Стро-
ганов, и распыление книжного собрания пре-
кратилось. Книги, прежде всего, разбирали по
языкам, систематизировали и раскладывали по
полкам. Работа производилась с прохладцем и
по существу бессистемно, пока в 1808 г. помощ-
ником Строганова не был приглашен ловкий
царедворец, дилеттант-литератор и художник
А. Н. Оленин, с 1811 г. назначенный первым
директором библиотеки. В результате приня-
тых Олениным мер по упорядочению расста-
новки книг библиотека к 1812 г. была готова
к открытию, но вторжение Наполеона в Рос-
сию заставило не только отсрочить открытие
библиотеки, но после занятия Наполеоном
Москвы было признано необходимым наиболее
ценную часть книжных фондов (более 150 000
томов) запаковать в ящики и на бриге по Неве
отправить в Ладожское озеро, где они и зази-
мовали. Работа по разборке фондов пошла на
смарку и в 1813 г., по возвращении книг
в Петербург, понадобилось девять месяцев,
чтобы их сновд разобрать и привести «в доста-
точный на первый случай порядок».
2) (14) января 1814г. состоялось торжествен-
ное открытие императорской Публичной библио-
теки. На открытии присутствовали высшее
Jfe 4
Юбилеи и даты
87
Фиг. 2. Главный вход в Публичную библиотеку с площади Островского
(зодчий Росси).
духовенство столицы, министры, представители
родовитой знати, «чины 4-го, 5-го и 6-го клас-
сов, члены ученых сословий и другие любители
просвещения», в том числе Г. Р. Державин,
Д. И. Языков, О. А. Кипренский, А. X. Восто-
ков и др.
А. Н. Оленин просил известного мрако-
беса — архимандрита Филарета — произнести
на открытии библиотеки приличное случаю
слово, причем подсказал и тему слова: не
полезнее ли изучение живых языков изуче-
нию двух классических мертвых, не лучше ли
употреблять в молодости время на усовершен-
ствование в знании своего родного языка вместо
приобретения самого чистого произношения
иностранных языков, а особенно французского,
не вредно ли «для народной нравственности и
для любви к отечеству» употребление вместо
родного — чужого языка в разговоре даже
с родственниками и знакомыми?
Но хитрый поп от произнесения «слова»
на такую тему уклонился, зато И. А. Крылов
прочитал свою басню «Водолазы», в которой
ясно выразил взгляды правительства и благо-
намеренной части общества на пользу рас-
пространения просвещения в народе:
«Хотя в ученьи зрим мы многих благ
причину,
Но дерзкий ум находит в нем пучину
И свой погибельный конец;
Лишь с разницею тою,
Ито часто в гибель он других влечет с собою».
С какими же книжными фондами открылась
библиотека? В 1810 г. в ней числилось 250 000
томов (в разработанном виде 150 000 тт.), при-
чем на латинском языке — 64 480 томов, на
Французском языке — 36 101 том, на немецком
языке — 24 735 томов, на итальянском языке —
: 692 тома и т. д. Кроме того, насчитывалось
12 000 рукописей и 24 574 эстампа. На рус-
ском же и славянском языках — всего 8 книг.
Если к этому добавить, что каталогов библио-
тека не имела, просимую читателем книгу
розыскать было очень трудно, нет ничего уди-
вительного, что в первом году по открытии
библиотеку посетило всего 369 человек, затре-
бовавших 1341 книгу.
Но и в последующие годы вплоть до начала
шестидесятых годов число посетителей библио-
теки и количество выдаваемых ежегодно книг
увеличивалось крайне медленно. Так, с 1815
по 1834 г. было выдано всего 8232 читательских
билета и 41 038 книг и в дальнейшем ежегодно
выдавалось в среднем 800 чит. билетов и от
5 до 7 тыс. книг. Это застойное состояние
библиотеки объясняется тем, что фонд рус-
ской книги был еще невелик, что каталоги по
существу отсутствовали, хотя работа над ката-
логизацией производилась все время, хотя пра-
вительство требовало ускорения этой работы,
и на новый 1818 год чиновникам библиотеки
было даже отказано в наградных на том осно-
вании, что библиотека не представила катало-
гов библиотеки (до карточных каталогов тогда
еще не додумались). По свидетельству бар.
Корфа, вступившего в управление библиоте-
кой в 1849 г., «получить спрашиваемую книгу
принадлежало к редким изъятиям; общее пра-
вило состояло в отказе». Читальный зал закры-
вался в сумерки, экскурсий в библиотеку не
было, не было также и выставок, а самое зда-
ние библиотеки «представляло вид крайнего
запущения».
В начале шестидесятых годов библиотека
из ведения Министерства народного просве-
щения временно (1850—1862) переходит в веде-
ние Министерства двора «подобно музеям и
другим хранилищам, предмет, в некотором
отношении, роскоши, но роскоши госуда
88
Природа
1939
Фиг. 3» Кабинет инкунабулов или «Кабинет Фауста».
ственной, составляющей один из предметов
народной славы и гордости». Но переход в дру-
гое ведомство дал возможность библиотеке
поправить свои материальные дела, перестроить
оборудование, увеличить штат служащих, полу-
чить бблыпие средства на приобретение лите-
ратуры и пополнение своих фондов как рус-
ской, так и иностранной книгой, помимо обя-
зательного экземпляра. В эти же годы изобре-
тается новая «крепостная» расстановка книг,
т. е. прикрепление книги к определенному
месту на полке, что дает возможность проста-
новки шифра на книге и карточке каталога,
заводятся карточные каталоги, сначала в рус-
ском фонде, а потом и в иностранных, а, стало
быть, представляется возможность и быстрого
отыскания требуемой читателем книги.
Все это способствует улучшению работы
библиотеки, а, кроме того, намечается оживле-
ние общественной жизни в стране, в стенах
библиотеки появляется новый «разночинный»
читатель—в результате из года в год растет
количество читателей. Так, в 1852 г. было уже
15 ПО посещений и выдано 27 587 книг,
в 1862 г. — 33 469 посещений, выдано —
153 000 книг, в 1872 г. — 116 218 посещений,
выдано 341 178 книг и т. д.
Имеются сведения, что первые женщины-
читательницы появились в библиотеке в 1831 г.,
в 1854 г. их было зарегистрировано 23,
в 1864 г. — 260, в 1874 г. — 980, в 1884 г. —
2048^и в 1912 г. — 7319.
Фонды Публичной библиотеки
а)	Русский фонд. Мы уже говорили,
что в 1810 г. в библиотеке числилось 250 000
книг на иностранных языках и только 8 книг
на славянском и русском. Первый директор
библиотеки А. Н. Оленин добился разреше-
ния на получение бесплатно обязательного
экземпляра всей печатной продукции России.
С 1811 г. начал поступать обязательный экзем-
пляр и с этого времени непрерывно рос фонд
русской книги. В обязательном порядке в биб-
лиотеку поступают не только книги, журналы,
газеты (центральные, областные, районные,
заводские многотиражки, колхозные, военные),
но и гравюры, плакаты, карты географические,
геологические, астрономические, афиши, при-
казы, инструкции — все, что выходит в СССР
из-под печатного станка.
Кроме того, путем покупки библиотека по-
полняла русский фонд изданиями, вышедшими
до 1811 г., а также почему-либо не поступив-
шими в библиотеку. В результате Публичная
библиотека обладает теперь наиболее полным
в мире собранием русской печати. Научное
значение этого фонда огромно.
Среди этой массы русских книг имеется ряд
чрезвычайно редких изданий, как, напр., «Пу-
тешествие из Петербурга в Москву» А. Н.
Радищева (изд. 1790 г.), экземпляр, находив-
шийся при следственном деле и впоследствии
принадлежавший А. С. Пушкину, с автогра-
фом на нем великого поэта. Редкие масонские
издания XVIII в., первоиздания всех русских
классиков XVIII и XIX вв., в том числе пер-
вое запрещенное и сожженное издание «Ябеды»
Капниста 1798 г., уничтоженное Н. В. Гоголем
его первое печатное произведение «ГансКюхель-
гартен», первоиздания сочинений Маркса и
Энгельса на русском языке, первоиздания работ
В. И. Ленина и много других.
Богат также фонд старых и новых русских
периодических изданий. В нем можно найти
№ 4
Юбилеи и даты
89
все, начиная с самых первых русских журналов
и газет и кончая последними номерами колхоз-
ных газет из самых далеких окраин Советского
Союза. В газетном фонде имеются редчайшие
издания периода гражданской войны, фронто-
вые издания. К сожалению, в то время печат-
ные издания из-за многочисленных фронтов и
разрухи не могли аккуратно поступать в Пу-
бличную библиотеку, поэтому в этом фонде
вполне естественны значительные пробелы.
Кроме того, библиотека обладает большим
собранием (до 6000 единиц) так называемой
«вольной печати», т. е. собранием книг, журна-т
лов, газет, листовок, издававшихся либо неле-
гально в России, либо за границей.
Вся эта литература поступала в император-
скую библиотеку для хранения (отнюдь не для
читателей) из цензуры, с таможни (задержан-
ная на границе), из жандармских управлений
и т. п. Но были случаи, когда сами революцион-
ные издательства посылали свои издания «для
хранения» в Публичную библиотеку, как «обя-
зательный экземпляр» своей продукции.
Здесь много библиографических редкостей,
как полные комплекты герценовского «Коло-
кола», «Земля и Воля», первое издание «Былого
и дум» Искандера (Лондон, Вольная русская
типография, 1861 и 1862 гг.), Г. Плеханов,
«Социализм и политическая борьба» (Женева,
1883 г.), первые русские переводы «Манифеста
Коммунистической партии» (Женева, 1882 г.),
подбор прокламаций всех партий и т. д.
б)	Иностранные фонды. Уже при
открытии библиотеки в ней насчитывалось
250 тыс. книг на всех иностранных языках.
В дальнейшем фонд иностранной печати попол-
нялся настолько интенсивно, что в 1913 г,
(через сто лет после открытия библиотеки)
иностранных книг насчитывалось на одну чет-
верть больше, чем книг на русском языке.
В пятидесятых годах прошлого столетия весь
иностранный фонд был разбит на «отделения»:
1) истории и географии, 2) социальных и юри-
дических наук, 3) философии и педагогики,
4) искусства и технологии, 5) естественных
наук и медицины, 6) лингвистики, 7) Belles-
Lettres, 8) культов и т. д.
Среди этих отделений необходимо в первую
очередь отметить единственную в мире по вели-
чине и полноте коллекцию книг на иностран-
ных языках о России (Rossica). Эту коллекцию
начали составлять в 1850 г. и продолжали по-
полнять до 1917 г., причем в Rossica постуцали
не только все легально допускаемые в Россию
книги иностранцев о России, но и такие произ-
ведения, которые в Россию не допускались и
по приказанию правительства уничтожались.
В отдел Rossica входят также переводы русских
писателей на иностранных языках; коллекция
насчитывает более 250 000 томов.
В этом отделе интересный и полный подбор
всех изданий путешествий иностранцев в Мо-
сковию, начиная с Герберштейна «Записки
о московских делах» (1560 г.), Флетчера «О го-
сударстве русском» (Лондон, 1591 г.) и т. д.
Среди других коллекций изданий на ино-
странных языках отметим такие, как собрание
♦мазаринад» (памфлеты и листки эпохи «фронды»
во Франции в XVII в.) в количестве до 8000
номеров, издания из эпохи революций 1789 г.,
1830 г. и 1848 г. (революционные и роялист-
Фиг. 4. Подставка для инкунабул («колыбель-
ных книг»).
ские) и особенно богатую коллекцию печат-
ных произведений, вышедших в боевые дни
Парижской коммуны (газеты, каррикатуры,
воззвания, памфлеты и т. д.).
Вообще же отдел «истории и географии» (по
старой терминологии), куда входят и выше-
указанные коллекции, насчитывает до 300 000
томов исторической литературы, мемуаров, пу-
тешествий, изданий по географии, этногра-
фии и т. п.
Отделение «социальных и юридических наук»
(свыше 150 000 тт.) включает в себе классиче-
ские труды по политической экономии, подбор
произведений социалистов-утопистов: Сен-Си-
мона, Фурье, Оуэна, Кабэидр., первоиздания
сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса, своды
законов большинства западноевропейских
стран, протоколы законодательных палат, лите-
ратуру по праву и т. д.
Отделение «естественных наук и медицины»,
насчитывающее до 300 000 томов, объединяло
не только книги по отдельным отраслям есте-
ствознания, по всем разделам медицины, но
и раздел военных наук (фортификация, топо-
графия, тактика), математику, физику, химию
и т. д. В этом отделе необходимо отметить цен-
ные собрания трудов и периодических изданий
научных обществ и академий разных стран,
напр. «Труды Лондонского королевского об-
щества» (Philosophical Transactions of the Royal
Society of London), выходящие c 1665 г. до
сих дней, «Annales de chimie», выходившие под
редакцией Лавуазье с 1790 г., и др. Чрезвы-
чайно полно подобранная коллекция произ-
ведений знаменитого натуралиста Бюффона
(Histoire naturelle generate et particuliere. ..»,
1749—1804, в 45 томах), и, помимо этого изда-
ния, более десяти других изданий Бюффона
и его продолжателей, напр. издание Sonnini
в 124 томиках небольшого формата, изящных,
90
Природа
1939
Фиг. 5. Одна из зал книгохранилища Публичной библиотеки.
в красных сафьяновых переплетах с золотым
•обрезом.
Издания сочинений Линнея, Кювье, мате-
матика Эйлера, Лапласа и др. Много атласов
в роскошных изданиях по зоологии, ботанике
ит. п., напр. «The birds of America» известного
натуралиста и художника Одюбона, изд. 1827—
1838 гг. в Лондоне. Большая коллекция дис-
сертаций по естествознанию и медицине. В есте-
ственно-научном фонде имеются издания, цен-
ные только в том отношении, что они издава-
лись богатыми любителями-натуралистами
•в ограниченном количестве экземпляров, напр.
J. Bute «Botanical tables», изданные всего
в количестве 12 экземпляров, и мн. др.
Здесь же имеются чрезвычайно ценные ред-
чайшие произведения, напр. книга Везалия,
издания 1555 г., <<De humani corporis. ..», содер-
жащая более 300 художественных гравюр чело-
веческого тела, выполненных учеником Ти-
циана — Жаном Калькаром, первое издание
1598 г. книги знаменитого датского астронома
Тихо Браге «Astronomiae instaurata mechanica»
с автографом автора, издание, печатавшееся
в собственной Тихо Браге типо-
графии при его обсерватории на
о. Гвеен и предназначавшееся
длд подарков князьям и про-
чим сановникам того времени.
Нет возможности в крат-
кой статье дать хотя бы самое
беглое описание всех разде-
лов чрезвычайно богатого ино-
странного фонда. Фонд этот
непрерывно пополняется, по-
нятно, без уклона в сторону
приобретения разных уник и
раритетов, чем особенно увле-
калась Публичная библиотека
в прошлом как путем выписки
иностранных изданий из-за
границы, так и путем обшир-
ного обмена книгами и перио-
дическими изданиями между
Публичной библиотекой и
библиотеками и научными
учреждениями Европы, Азии
и Америки.
Здесь же находится личная
библиотека знаменитого воль-
нодумца XVIII в. Вольтера
в количестве 6792 томов, при-
обретенная после его смерти
в 1778 г. Екатериной II, хра-
нившаяся в Эрмитаже и пере--
данная Публичной библиотеке
в 1862 г. Интересна библиотека
сама по себе, но также чрез-
вычайно интересны сохранив-
шиеся в книгах закладки, соб-
ственноручные заметки Воль-
тера на полях («маргиналии»),
критические замечания,иногда
очень острые, ярко показы-
вающие отношение философа
к автору книги. В настоящее
время заканчивается катало-
гизация библиотеки Вольтера,
библиографическое описание,
а также работа по раскрытию
«маргиналий».
В так называемом «Кабинете Фауста» —
кабинете, изображающем келью ученого XV в.,
хранятся книги «колыбельного» периода книго-
печатания — инкунабулы, т. е. вышедшие из-
под печатного станка до 1501 г. (свыше 3500
экз.), а также превосходное собрание «альдов»
и «эльзевиров» — прекрасно изданных книг
знаменитых типографов XVI и XVII вв. Альда
Мануция в Италии и Эльзевиров в Голландии.
в)	Рукописные фонды. Уже при
открытии библиотеки было образовано «депо
манускриптов», насчитывавшее более 12 000
рукописей. Первым хранителем «депо» был
П. П. Дубровский. Это он — писец в Синоде,
церковник при посольской церкви в Париже,
затем «студент при посольстве», актуариус и,
наконец, секретарь посольства — сумел оце-
нить значение для истории документов, валяв-
шихся под ногами в дни разгрома Бастилии,
С.-Жерменского аббатства в 1789 г. П. П.
Дубровский вывез в Россию 400 рукописей и
свыше 8000 автографов.
Таким образом в Публичной библиотеке
оказалась часть архива Бастилии — этой твер-
№ 4
Юбилеи и даты
91
дыни французского абсолютизма — документы
секретных архивов, письма королевских узни-
ков, многочисленные указы с печатью короля
(lettres de cachet) на право ареста всякого, кто
вызовет немилость располагающего королев-
ским указом. Только-что закончено и подго-
товляется к печати под редакцией акад. Тарле
описание Бастильского фонда.
Более 250 000 рукописей и автографов рас-
полагает Публичная библиотека, и почти ка-
ждая из них представляет унику. Богато собра-
ние рукописных книг известных западноевро-
пейских мастеров с многочисленными, разукра-
шенными золотом, иллюстрациями, главным
образом на латинском языке. Рукописи — на
языках греческом, грузинском, армянском,
курдском, абиссинском, китайском, монголь-
ском и т. д.
Много рукописей еврейских (собрание Фир-
ковича), арабских и иранских, в том числе
несколько списков рукописей «Шах-Намэ» Фир-
доуси, один из которых (древнейший) — пода-
рок России после убийства в Тегеране А. С.
Грибоедова — цена крови великого поэта.
Но особенно ценно собрание древнеславян-
ских и русских рукописей — древнейших па-
мятников русской письменности, как Остро-
мирово евангелие, написанное дьяконом Гри-
горием для новгородского посадника Остро-
мира в 1056—1057 гг., как древнейший список
летописи Нестора («Се повесть временных лет,
откуду есть пошла Русская земля. . .»), сде-
ланный иноком Лаврентием в Суздале в 1377 г.
После Великой Октябрьской социалистической
революции Публичная библиотека получила
собрания рукописей духовной академии, Нов-
городского софийского собора, монастырей
Кирилло-белозерского, Соловецкого и др.
В рукописном отделе хранятся автографы
русских государственных и общественных дея-
телей, писателей, публицистов, композиторов,
художников ит. д., начиная с Петра I, Суво-
рова, Державина, Жуковского, Сперанского,
Лермонтова, Гоголя («Мертвые души», «Нос»),
Гончарова («Обрыв», «Обломов»), Тургенева,
Л. Толстого и др. Многочисленные автографы
А. С. Пушкина и А. М. Горького, находящиеся
в Публичной библиотеке, теперь переданы во
вновь организованные ^узеи этих великих
писателей.
Среди музыкальных рукописей сотни древ-
них русских певческих «крюкового» письма,
автографы западноевропейских композиторов
(Бах, Гайдн, Моцарт, Бетховен и др.) и рус-
ских композиторов (Глинка, Даргомыжский,
Балакирев, Мусоргский, Бородин, Римский-
Корсаков, Ипполитов-Иванов).
Еще далеко не использовано советской на-
укой это богатейшее в мире собрание рукописных
фондов Гос. публичной библиотеки, хотя
оно и теперь пользуется заслуженным внима-
нием представителей различных отраслей науки.
г)	Фонды нот, карт, эстампов.
Публичная библиотека обладает крупнейшим
собранием нот, в котором представлены рус-
ские романсы, сборники песен, русская опера,
а также разнообразные издания западноевро-
пейской нотной продукции. Всего нот насчиты-
вается более 100 000 названий.
Фонд картографии (более 65 000 листов пла-
нов, карт, атласов) включает все, что издава-
лось в России и в СССР, а также старинные
атласы XV и XVI вв.
Чрезвычайно богат и разнообразен отдел
эстампов. Сюда поступают не только гравюры,
но и литографии, лубочные картины, плакаты,
открытки, прикладная графика (рекламы,
обертки, этикетки, календари и т. п.). Здесь
находится полнейшее собрание русского лубка
XVII и XVIII вв., редчайшие гравюры знаме-
нитых русских и иностранных граверов (А. Дю-
рер, Пикар и др.).
д)Фонд литературы на язы-
ках народов СССР. В дореволюцион-
ное время этот фонд назывался «восточным» и
здесь находилась литература подвластных Рос-
сии народов на языках грузинском, армянском,
тюркском, а также на языках народов восточ-
ных зарубежных стран — иранском, турецком,
китайском, японском и монгольском.
В настоящее время здесь сосредоточены все
издания на всех языках народов СССР, кроме
русского, украинского и белорусского, т. е.
более, чем на 130 языках, в том числе и на
языках таких народов, которые до последних
лет совершенно не имели письменности.
После Великой Октябрьской социалистиче-
ской революции, когда народы СССР полу-
чили возможность свободного развития, когда
начинается расцвет национальной культуры —
национальной по форме, социалистической по
содержанию,—чрезвычайно вырос и все увели-
чивается фонд литературы на этих языках,
ежегодно увеличивается количество книг/жур-
налов, газет, выпускаемых на языках народов
СССР. Чрезвычайно полно представлено здесь
собрание книг и журналов на еврейском языке.
Здесь можно найти такие издания, как поэма
Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре»
(первое издание 1712 г.), и грузинскую газету
«Дро» за 1907 г. со статьями И. В. Сталина.
Филиалы Публичной библиотеки
Помимо основных книжно-журнальных фон -
дов, хранящихся в главном здании на углу
проспекта 25 Октября и улицы 3 Июля,
совершенно не рассчитанном на такое громад-
ное книгохранилище и в настоящее время
совершенно переполненном, библиотека имеет
отраслевые филиалы; тем самым она способ-
ствует большему раскрытию своих фондов перед
советским читателем.
1.	На проспекте Нахимсона, 20, в здании
бывш. Владимирского собора находится I фи-
лиал — антирелигиозная библиотека. В нее
входят собрание бывшего отделения культов,
собрания библиотек духовной академии, Але-
ксандро-невской лавры и др. Работник-анти-
религиозник найдет здесь много материала по
истории церкви, религий, сектантства, ересей,
новую атеистическую литературу как на рус-
ском, так и на иностранных языках.
В этой библиотеке имеются редкие изда-
ния, напр. антиклерикальный «Трактат о трех
обманщиках» (1598 г.), сочинения знаменитого
атеиста Ванини (1619 г.) и др.
2.	II филиал — библиотека местного (крае-
вого) хозяйства — организован на базе библио-
теки бывш. Вольно-экономического общества,
основание которой было положено еще в 1767 г.
Книги этой библиотеки широко использовал
92
Природа
1939
В. И. Ленин для создания своей книги «Раз-
витие капитализма в России». В зале этой
библиотеки в 1905 г. происходили заседания
Совета Рабочих Депутатов, на некоторых из
них присутствовал В. И. Ленин.
3.	На базе библиотеки при издательстве
«Всемирная литература»; основанном А. М.
Горьким в 1919 г., создана библиотека ино-
странной художественной литературы, насчи-
тывающая до 150 000 томов.
4.	Дом Плеханова — личный архив и
библиотека Г. В. Плеханова, привезенные
в СССР в 1928 г. Р. М. Плехановой, согласно
воле Георгия Валентиновича. В результате раз-
борки и обработки этого архива Институт Мар-
кса—Энгельса—Ленина ежегодно издает сбор-
ники «Литературное наследие Г. В. Плеханова».
5.	Филиал технической книги открыла Пу-
бличная библиотека при Василеостровском доме
культуры. Филиал имеет целью приближение
технической книги к массовому рабочему и
вузовскому читателю Васильевского острова.
6.	С момента организации в Ленинграде
Дворца пионеров открыт в нем филиал детской
и юношеской книги.
7.	Наконец, в помещении бывш. библиотеки
духовной академии (в Ал.-невской лавре) нахо-
дится запасный (дублетный) фонд Публичной
библиотеки и в помещении собора Петропа-
вловской крепости находится резервный фонд,
из которого идет пополнение как самой Публич-
ной библиотеки и ее филиалов, так и снабже-
ние других библиотек Ленинграда и других
городов Советского Союза. Резервный фонд
насчитывает свыше 2 миллионов книг и жур-
налов.
Таковы накопленные за время 125-летнего
существования богатейшие фонды письменности
и печати всех эпох, почти на всех языках мира
и по всем отраслям знания. Вот почему Публич-
ная библиотека является величайшей сокро-
вищницей знаний в мире.
Через сто лет по открытии, в 1914 г., фонды
Публичной библиотеки исчислялись в коли-
честве 3 425 000 единиц, в 1927 г. — 4 565 000,
в 1932 г,—5 481 000, в 1937 г,—9 414 000 и к
1939 г. — 9 895 000, причем в том числе около
2 500 000 в резервном и дублетном фондах.
Ежегодно только по обязательному экзем-
пляру библиотека получает более 200 000 экзем-
пляров советских изданий. Иностранные изда-
ния получаются по выписке и по обмену с загра-
ничными библиотеками, научными обществами
и издательствами.
Работа Публичной библиотеки
Императорская Публичная библиотека со-
здавалась как императорский музей-архив древ-
ней письменности. Даже лучший из директоров
библиотеки барон Корф рассматривал ее как
«предмет государственной роскоши», в которую
«нижних чинов вовсе не пускать, а воспитанни-
ков учебных заведений, кроме университетских
студентов, нет никакого повода впускать» (рас-
поряжение Николая I в 1851 г.). Его пред-
шественник Бутурлин считал, что являющиеся
для осмотра библиотеки посетители — это
«праздношатающиеся с Невского» и потому не-
чего устраивать экскурсии в библиотеку. Сме-
нил Корфа Делянов, впоследствии министр
народного просвещения, знаменитый своим цир-
куляром о «кухаркиных детях». Не о привле-
чении широких масс в библиотеку и раскрытии
перед ними фондов библиотеки заботились эти
царские вельможи, а главным образом об уве-
личении музейных редкостей, всевозможных
уникумов и раритетов.
Но хотели они этого или не хотели —
библиотека с ее книжными богатствами влекла
к себе русскую интеллигенцию. Книгохрани-
лище и читальные залы приходилось расширять
и трудно назвать видного деятеля русской
культуры, который не посещал бы библиотеку
и не пользовался бы ее богатыми фондами.
В Публичной библиотеке работали в ка-
честве библиотекарей баснописец И. А. Крылов
(заведывал с самого основания русским фондом
и сам выдавал книги читателям), переводчик
«Илиады» Гнедич, поэты Дельвиг и Батюшков,
романист Загоскин.
Посещали библиотеку Белинский, Некра-
сов, Добролюбов, Сеченов, Мечников, Павлов,
Горький. Чернышевский мечтал о получении
места библиотекаря в Публичной библиотеке.
В 70-х годах Плеханов, скрываясь от полиции,
целые дни просиживал в ее читальных залах
и здесь же писал прокламации. В. И. Ленин,
когда жил в Петербурге, был постоянным
посетителем библиотеки. Он хорошо знал ее,
критически относился к ее работе и потому еще
в 1913 г. в газете «Рабочая Правда»№ 5 писал:
«видеть гордость и славу публичной
библиотеки не в том, сколько в ней ред-
костей, сколько каких-нибудь изданий
XVI века или рукописей X века, а в том
как широко обращаются книги в н а-
р о д е, сколько привлечено новых читате-
лей, как быстро удовлетворяется любое тре-
бование на книгу. . .»
Он настолько ценил значение библиотек
в деле развития народного образования и роль
публичной библиотеки в частности, что в самые
первые дни после Великой Октябрьской социали-
стической революции набрасывал директивы для
дальнейшей ее работы. Он писал, что ^Публич-
ная библиотека должна немедленно перейти
к обмену книгами с другими библиотеками,
2) пересылка книг в библиотеки должна произ-
водиться бесплатно, 3) читальные залы должны
быть открыты с 8 час. утра до 11 час. вечера,
4) должно быть увеличено число служащих
в библиотеке за счет расширения женского
труда, который, кстати сказать, в император-
ской библиотеке применялся весьма мало.
Эти директивы В. И. Ленина библиотекой
неуклонно проводятся в жизнь и, как только
кончилась гражданская война и наступила
эпоха мирного социалистического строитель-
ства, — начали расти не только книжные
фондьР библиотеки, но и количество читателей,
а вместе с тем совершенствоваться формы и
методы обслуживания читателей. Если в 1913 г.
библиотека отметила 250 тыс. посещений чита-
телей и выдала 462 тыс. книг, то в 1938 г.
было 720 тыс. посещений, т. е. по 2000 посе-
щении ежедневно, и выдано 2800 тыс. книг.
В настоящее время библиотека имеет общий
читальный зал на 630 чит. мест, два зала для
научных работников, по 90 мест каждый,
газетный читальный зал на 40 мест, журналь-
ный читальный зал на 20 мест и читальные залы
№ 4
Юбилеи и даты
93
в своих филиалах. Но эти залы, открытые
теперь согласно прямого указания В. И. Ле-
нина с 9 час. утра до 12 час. ночи, все же не
в состоянии вместить одновременно всех стре-
мящихся работать в библиотеке.
Но не только в читальных залах библиотеки
используются ее фонды: более чем с 1300 библио-
теками Советского Союза связана она, и через
посредство этих библиотек читатели разных
городов Советского Союза имеют возможность
использовать для своей работы книги Публич-
ной библиотеки.
Этого вида работы — междубиблиотечного
абонемента — совершенно не знала дореволю-
ционная библиотека. И не только этим путем
получают читатели других городов литературу
библиотеки. Существующий при библиотеке
фото-кабинет выполняет тысячи заказов, посту-
пающих со всех концов нашей родины от учре-
ждений, научно-исследовательских институтов,
издательств, отдельных ученых, художников
и т. д. на производство фото-снимков и рото-
копий (безнегативная съемка белым по чер-
ному) со статей из иностранных журналов,
отдельных страниц из книг, рукописей, гра-
вюр, оглавлений вновь поступающих иностран-
ных журналов и т. д. Это один из новых видов
обслуживания иногороднего читателя, не тре-
бующий посылки самой книги, журнала.
Не знала дореволюционная Публичная би-
блиотека и справочно-библиографического об-
служивания читателя. Начатая в 1918 г., эта
работа в настоящее время носит широкий раз-
вернутый характер — от первичной устной
справки на справочном пункте читального зала
до выполнения ряда библиографических работ
большого научного значения. Консультационно-
библиографический отдел библиотеки выдает
тысячи письменных библиографических спра-
вок по запросам самого разнообразного харак-
тера на всевозможные темы, бесплатно и платно
выполняет заказы на составление библиогра-
фических списков литературы для разных учре-
ждений и предприятий, напр. для Метростроя
в Москве на тему «Метрополитены’), для Берез-
никовского химкомбината — по химии и т. д.
В плановом порядке выполняется ряд
научно-библиографических работ, как свод-
ный каталог иностранной периодической лите-
ратуры всех научных библиотек Ленинграда,
библиография русской библиографии, библио-
графия русской периодической печати XX в.,
библиография мировой художественной лите-
ратуры в русских переводах и т. п.
Ведется большая выставочная (книжно-
иллюстрационная) и экскурсионная работа.
Своими выставками библиотека отзывается на
все общественно-политические события наших
дней, отмечает даты красного календаря, юби-
лейные даты знаменитых русских и иностран-
ных писателей, поэтов, композиторов, путе-
шественников, революционных деятелей и т. д.
Чрезвычайно сложна и разнообразна работа
в таком мирового значения книгохранилище,
требователен и наш советский читатель, же-
лающий быстрого и культурного обслужива-
ния. Между тем много еще органических недо-
статков в работе библиотеки — сложны и раз-
нообразны каталоги, как результат историче-
ского напластования и смены систем каталоги-
зации — они требуют унификации. Устарела
«крепостная» расстановка книг, разложенных на
полках протяжением более 200 км, система,
при которой книги одного автора, вышедшие
в разные годы, стоят в разных залах и этажах
вперемежку с авторами совершенно других
отраслей знания. Все это усложняет, затруд-
няет обслуживание и удлиняет срок подачи
книг читателю из основного фонда.
Для устранения этих недостатков разрабо-
тан план капитальной реорганизации — инвен-
таризации фонда, систематизации его по отра-
слям знания и рекаталогиэации—работа, кото-
рая может быть осуществлена в срок 8—10 лет.
Сложность и специфичность библиотечной
работы требуют наличия квалифицированных
кадров библиотечных работников. Публичная
библиотека за советский период ее существо-
вания выпустила со своих Высших курсов
библиотековедения 529 библиотекарей, значи-
тельная часть которых разошлась по другим
научным библиотекам Ленинграда и других
городов, имеет курсы повышения квалификации
своих молодых работников и аспирантуру для
подготовки высококвалифицированных специа-
листов библиотечного дела.
Вместе со всей страной Публичная библио-
тека развивалась, с каждым годом улучшая
дело обслуживания советского читателя, при-
влекая все новые и новые слои советской
интеллигенции; за это время она превратилась
в подлинно-народную библиотеку и к своему
125-летнему юбилею указом Верховного Со-
вета СССР от 14 января с. г. «за выдающиеся
заслуги в области библиотечной работы» награ-
ждена Орденом Трудового Красного Знамени.
Эта высокая оценка работы библиотеки обя-
зывает ее к еще более энергичному изжитию
недостатков в ее работе, к еще большему раз-
витию и улучшению библиотечной работы в ин-
тересах самых широких масс трудящихся на-
шей родины.
Н. И. Аникин.
ЖИЗНЬ ИНСТИТУТОВ и ЛАБОРАТОРИЙ
СЕВАНСКАЯ ГИДРОБИОЛОГИЧЕСКАЯ СТАНЦИЯ АРМЯНСКОГО ФИЛИАЛА
АКАДЕМИИ НАУК СССР
(К 15-й годовщине ее основания)
Севанская станция была основана в 1923 г.
Идея основания станции и составление перво-
начального плана работ принадлежат нашему
известному ихтиологу и гидробиологу проф.
А. Н. Державину в Баку.
За время своего 15-летнего существования
станция три раза меняла свое местоположение.
Из Норадуза она в 1925 г. переведена была
в Еленовку, а оттуда, в 1931 г., на берег самого
озера, в настоящее свое помещение, предо-
ставленное ей Рыбтрестом. Заведывали стан-
цией за этот период В. В. Петров, М. А. Форту-
натов, И. Ф. Овчинников, Н. В. Кудрявцев,
С. А. Давыдов. В настоящее время заведует
станцией В. А. Толмачев. Всего работало на
станции 40 научных сотрудников. Результаты
ее деятельности опубликованы в пяти вышед-
ших из печати томах (Труды Севанской стан-
ции) и в двух находящихся в печати томах
(VI, а также VII), в целом ряде статей и отдель-
ных работ, опубликованных в других изда-
ниях.
Станция входила в систему сначала Нарком-
зема, затем Наркомснаба Армении; с 1932 по
1935 г. входила в число отделений Всесоюзного
Научно-исследовательского института озерно-
речного рыбного хозяйства, а с 1935 г. она
вошла в состав учреждений Академии Наук
СССР, через Армянский ее филиал.
В чем заключаются основные работы стан-
ции и что сделано ею за эти 15 лет?
Начиная с 1926 г., станция, прежде всего,
занималась выяснением метеорологического,
гидрологического и гидрохимического режимов
озера и его бассейна. Эти работы нашли свое от-
ражение в ряде статей, опубликованных
в «Бюллетенях» и «Материалах» по иссле-
дованию оз. Севан, изданных Гидрометкоми-
тетом, и в изданиях Академии Наук СССР
(Бассейн озера Севан). В настоящее время,
когда основные черты гидрологического режима
Севана в общем выяснены, эти работы про-
водятся более углубленно и, главным образом,
в отношении круговорота основных факторов
водной среды: биогенных элементов, раство-
ренных газов, солей, годичный цикл которых —
и притом во всей толще воды — еще не вполне
выяснен (хотя он имеет решающее значение
во всех вопросах, связанных с накоплением
органических веществ, вплоть до рыбной про-
дукции озера).
Изучение населения толщи воды, так назы-
ваемого планктона, т. е. всех тех микроскопи-
ческих организмов, которые всю свою жизнь
проводят в открытой части озера, до недавнего
времени было недостаточно (несколько крат-
ких, чисто академического порядка, заметок
о планктоне Брандта, Киреевой, Амелиной,
Тер-Погосяна, Дексбаха и иностранцев Пара-
вичини, Шмидле и Риша, а также незакончен-
ные работы Овчинникова и Домрачева). В то же
время планктон, как первоисточник органиче-
ского вещества в водоеме, имеет огромное зна-
чение в жизни озера: им питаются мальки
рыб, он участвует в накоплении органической
массы на дне и он же влияет на гидрохими-
ческий режим озера. Сейчас планктон изучается
монографически как в отношении водорослей,
так и в отношении животных. Проведены двух-
годичные систематические сборы, выясняющие
картину его состава, сезонных и простран-
ственных изменений, суточных миграций, вы-
ясняющие его биомассу и значение в общей
жизни озера.
Донное население озера, так называемый
бентос, куда относятся все прибрежные и дон-
ные растения и многочисленные беспозвоноч-
ные животные (черви, моллюски, насекомые
и бокоплав-гаммарус), как известно, является
основой питания рыб. Изучение бентоса на-
чато в 1927 г. и ведется также еще и в настоящее
время. Мы сейчас знаем основные группы пред-
ставленных в бентосе растений и животных,
но подробный его систематический состав
обследован только в этом году и будет закончен
изучением лишь в 1939 г. Выяснены основные
зоны-биотопы с характерными для каждого
качественным и количественным составом на-
селения. Эти зоны—береговая, прибойная
(1—3 м), нижнеприбойная (3—9 м), продуктив-
ная (9—15 м), конкрециевая (15—35 м), пере-
ходная (35—45 м), кристалловая (50—70 м),
глубинная (70—98 м) (каждая представлена
различными группами биоценозов). Общая
продуктивность дна озера в отношении живот-
ных, по последним данным, равна примерно
5400 т животной массы, что дает продукцию на
га площади дна около 40 кг. Эта продуктив-
ность указывает нам, что в настоящее время
без каких-либо весьма сложных и дорого
стоящих мелиоративных мероприятий мы
вряд ли сможем рассчитывать на больший
донный вылов, чем 5000—6000 ц в год животно-
ядной рыбы (форелей, усачей и сигов).
В отношении изучения рыбного населения
озера станция проделала значительную работу.
Первые работы были посвящены систематиче-
скому изучению севанской форели. Сейчас,
благодаря этим исследованиям, мы знаем, что
все форели Севана относятся к одному ком-
плексному виду, состоящему'из четырех рас:
зимний бахтак, летний бахтак, гегаркуни'
Ju 4
Жизнь институтов и лабораторий
95-
Фиг. 1. Остров на оз. Севан.
и боджак. То, что обычно на Севане называется
«ишханом», есть не что иное, как стадия откорма
яловых рыб (она встречается у.всех рас); это —
жирные рыбы с розовато-красным мясом и
серебристой чешуей; во время же созревания
половых продуктов и в период икрометания
форели темнеют, у них увеличивается голова
и жирность мяса падает. Помимо этих четырех
рас, работами станции выяснено еще суще-
ствование на Севане отдельных стад-биотипов,
характеризующихся также рядом признаков
и особенностей в образе жизни. Так, напр.,
у зимнего бахтака мы знаем биотип а с осен-
ним икрометанием, отличающийся особенно
быстрым ростом, и биотип 3 с зимним икроме-
танием и более замедленным темпом роста.
Также и у гегаркуни найдены .отдельные
биотипы, из которых так называемый гегар-
куни-ябани, высоко поднимающийся в реки,
отличается также быстрым ростом. В связи
с этим будет интересно вкратце остановиться
еще на одной особенности севанской фауны.
Подробные исследования ее все больше и
больше убеждают нас в том, что в Севане мы
имеем весьма значительный процент своих эн-
демичных форм. Так, все рыбы здесь предста-
влены особыми видами или подвидами. То же
самое можно сказать и про фауну беспозвоноч-
ных рачка-гаммаруса, многочисленных насе-
комых и др. Все это указывает на то, что Се-
ванское озеро должно считаться относительно
древним водоемом, существовавшим еще до
периода вулканических извержений, т. е. во
время миоцена и постмиоцена, явившись ре-
зультатом мощных тектонических процессов.
Лавовые же потоки послетретичной эпохи,
возможно, только способствовали увеличению
границ этого в основном третичного по своему
возрасту водоема.
В отношении биологии рыб станцией выяс-
нены наиболее существенные моменты для
каждого из видов: темпы роста, возраст, пло-
довитость, места нереста, питание, паразиты
и др. На основании ежегодных наблюдений
над качеством улова рыбы, станция в состоя-
нии более или менее точно определить годо-
вую продукцию озера. Возможные размеры
общего вылова определяются цифрой около
10 000 ц. Эту сумму вылова без ущерба для
нормального его восстановления можно еже-
годно брать с озера. С самого начала своей
деятельности станция принимала активное
участие в рационализации значительно уста-
ревшей техники рыбного промысла. Вопросы-
механизации неводного лова, улучшения ка-
чества ассортимента сетематериалов, консер-
вирования сетей, изучение так. называемого
«глубевого» лова (лова рыбы во время нагула
в летнее время), рационализация лова в реках
и, наконец, недавно имевшее место введение
новых типов орудия лова (алламан, трал),
сокращение рабочей силы при неводном лове —
вот ряд проблем, над которыми работала
станция и которые частью уже разрешены
и реализуются в промысловых работах Арм-
рыбы, отчасти же находятся в стадии опытов
и подготовки.
Рыболовные мероприятия, т. е. искусствен-
ное разведение форелей на двух заводах Арм-
рыбы (на Гедак-булаге' и Кявар-чае), с 1923—
1924 гг. сначала целиком проводились стан-
цией, а в настоящее время — в тесном с нею
контакте хозяйственными организациями.
Основная задача этих мероприятий состоит
в том, чтобы при интенсивном вылове нере-
стующей рыбы, главным образом входящей
в реки, использовать ее зрелую икру для полу-
чения потомства. До 1935 г. было выпущена
всего около 201.3 млн. мальков форели. Нужно1
отметить, что результаты этих мероприятий
все же оказались недостаточными. Процент
промыслового возврата выражается очень
скромной цифрой 1.0—1.1, что для замкнутого
водоема чрезвычайно недостаточно. За послед-
ние шесть лет, когда в уловах мы должны
были бы заметить увеличение как раз тех по-
род, разведением которых в основном занима-
лись заводы (напр. породы гегаркуни), мы-
видим, однако, падение по весу улова этих
пород на 2.5%, в то время как доля относи-
тельно слабо разводимого зимнего бахтака
возросла на 7%. Отсюда совершенно ясно,,
что необходимо в срочном порядке перестроить,
всю технику рыбоводства, а именно выпускать.
<96
П р и. р о д a
1939
Фиг. 2. Работы на катере Севанской станции.
«евыклюнувшуюся из икры молодь в озеро,
а выдерживать малька в специальных бассей-
нах и выпускать молодь в озеро уже в виде
вполне окрепших мальков (в стадии сеголетков).
Кроме того, необходимо сделать упор на раз-
ведение наиболее ценных пород рыбы, использо-
вав указанные выше биотипы быстро растущих
форм (зимний бахтак и гегаркуни-ябани).\
С целью использования богатых запасов
планктона (ранее здесь не имевшего своих
постоянных потребителей) в 1924—1927 гг.
на Севане были акклиматизированы ладожский
и чудской сиги. Последние исследования пока-
зали однако, что ладожский сиг-лудога (встре-
чающийся сейчас в уловах, в количестве около
30 ц за год) использует планктон только до
2—3-летнего возраста, переходя в дальней-
шем, опять-таки, главным образом на донное
питание. Поэтому пред'нами снова выступает
вопрос об акклиматизации такой рыбы, кото-
рая питалась бы в течение всей жизни исклю-
чительно за счет планктона, как, напр., ря-
пушка северных озер.
Переходим к обзору работ станции в об-
ласти изучения других водоемов в ССР Арме-
нии. Здесь необходимо, во-первых, отметить
систематическое изучение (начиная с 1926 г.
и до настоящего времени) отдельных озер Ар-
мении с целью выяснения их гидрологического
и гидробиологического режимов и возмож-
ности их хозяйственного использования в том
или ином направлении. До сего времени из-
учены следующие озера: Гцлли, Ала-гель)
Канльнгель, Кара-гель, Айгер-лич, Арпа-гель,
Парз-лич, 10 мелких водоемов Котайкского,
Нор-Баязетского и Абаранского районов. Со-
ставлены характеристики их водного режима
с указанием возможного использования.
Реки Армении стали предметом исследо-
вания станции, начиная с 1935 г. В настоящее
время изучена гидробиология р. Занги, от
истока до Еревана. По среднему и нижнему
течениям реки отмечен целый ряд характер-
ных вообще для Кавказа, типичных речных
форм, неизвестных ранее из этих мест. На осно-
вании этих данных делаются выводы о возмож-
ном населении будущих водохранилищ Севан-
зангостроя — Гюмушского, Ахпаранского и др.,
и отсюда и последующие выводы о возможном
и наиболее целесообразном использовании этих
водоемов в интересах рыбного хозяйства.
Обследованы также реки: Акстафинка, Полат-
чай, Чичханка, Базар-чай и Аринджа как в от-
ношении наличия ручьевой форели, так и в от-
ношении состава их донной фауны. Обследо-
вания Акстафинки и, особенно, верховьев
Базар-чая и Аринджи показали изобилие встре-
чающейся в них форели, достигающей */2 м
длины. Форель эта усиленно вылавливается
местным населением, к сожалению, не всегда
дозволенными способами (глушение). Эти ра-
боты имеют важное значение, потому что, во-
первых, форель Армении вообще плохо изучена,
а во-вторых, не исключена возможность, что
путем скрещивания севанских пород форели
с породами из горных рек можно будет полу-
чить новые, еще более выгодные для разведе-
ния, формы.
Наконец, начиная с 1933 г., станция про-
водит, по заданию Наркомпищепрома (ранее
Местпрома) научные изыскания с целью выяс-
нить возможность организации в Армении раз-
личных типов рыбохозяйственных комбинатов:
прудового тепловодного карпового и холодно-
водного форелевого. Эти изыскания были
проведены в районе Молла-Бодал и Кура-
Араз, в Октемберском районе, и в окрестно-
стях Налбанда, в Кироваканском районе, по
долинам рр. Памбак и Чичханки. Последний
район оказался особенно удобным для по-
стройки одновременно карпового и фореле-
вого хозяйств. Имея такие рыбохозяйства,
можно: ежегодно снабжать многочисленные
мелкие водоемы, разбросанные по всей тер-
ритории Армении, мальками карпа, которые
к осени того же года дадут колхозам или сов-
хозам готовую рыбную продукцию. Эти .мате-
риалы были переданы Наркомпищепрому и
в настоящее время от него или от Наркомэема
(который в этих работах заинтересован с точки
зрения снабжения колхозов) ожидается соста-
вление окончательного проекта первого в ССР
Армении прудового карпового хозяйства.
Все внимание работников станции в настоя-
щее время направлено на изучение тех изме-
нений, которые произойдут в результате спуска
№ 4
Жизнь институтов и лабораторий
97
части воды оз. Севан (в связи с новыми гидро-
техническими сооружениями). Имеется в виду
рациональным образом компенсировать то
уменьшение количества рыбы, которое, несо-
мненно, будет наблюдаться после осуществле-
ния этого грандиозного мероприятия. Станция
должна будет способствовать тому, чтобы
все окрестное население, а особенно непосред-
ственно связанное с рыбным хозяйством, ясно
поняло то огромное значение, которое для всего
народного хозяйства Армении будут иметь
работы Севанзангостроя. Грандиозный проект
этого строительства обещает стране около
118 000 га орошаемых земель и около 2500 млн.
киловатт-часов электроэнергии. Это — выгоды,
конечно, совершенно несравнимые с доходами
от севанского рыболовства. Но последнее
отнюдь не исчезнет, оно (и мы этого не должны
скрывать) только сократится, так как поверх-
ность озера с 1416 кв. км сократится до
240 кв. км. Вот здесь-тв станция и должна
будет способствовать тому, чтобы рыбоводными
мероприятиями в этом будущем новом Севане
поддержать основные запасы наиболее ценных
сортов рыбы (особенно форели). Одновременно
со спуском озера станция должна будет во всех
новых, возникающих в процессе строитель-
ства, водохранилищах разводить самые цен-
ные породы рыб (гегаркуни-ябани, зимний
бахтак и другие новые сорта). Наконец, стан-
ция должна будет, путем устройства прудо-
вого тепловодного карпового хозяйства и холод-
новодного форелевого хозяйства страны, не
только компенсировать уменьшение севан-
ского рыболовства, но и значительно его
увеличить.
С 1939 г. станция приступает к изучению
следующих вопросов: 1) выяснение влияния
убыли воды на донную фауну и в связи с этим
на места массового скопления рыбы; 2) выясне-
ние вопроса о нерестилищах рыб, мечущих
икру в озере, имея в виду, что эти нерестилища
должны будут меняться; 3) выяснение путей
вертикальных миграций рыб.
По отношению к остальным водоемам
ССР Армении намечено систематическое изуче-
ние основных типов горных водоемов (озера и
реки), установление возможности того или
иного вида их использования (в особенности
в отношении оз. Арпа-гель) и окончание изы-
сканий новых мест для организации прудового
хозяйства (главным образом эти исследования
будут вестись в еще неизученных районах
Араксинской низменности).
Вот вкратце основные моменты работы
станции.
Мы можем, подводя итоги, сказать, что
многое станцией сделано, но поистине огром-
ные задачи ей предстоит еще разрешить. Мы
уже указывали и сознаем целый ряд недочетов,
и промахов, которые до сего времени имели
место в деятельности станции. Но необходимо
все же отметить, в качестве особой заслуги
станции, что все ее работы, все исследования
не носили и не носят отвлеченного, оторванного
от практики, чисто академического характера.
Идя по пути научных исследований, она
всегда имела в виду непосредственную цель
этих научных работ — служение задачам со-
циалистического строительства. Эта черта в ра-
ботах станции дает нам уверенность в том,
что она справится и с новыми, весьма ответ-
ственными, задачами, выдвигаемыми перед ней
планом грандиозного проекта Севанзангостроя.
Проф. А. Бенинг.
НАУЧНЫЕ СЪЕЗДЫ
И КОНФЕРЕНЦИИ
СОВЕЩАНИЕ ПО ВОПРОСАМ МИКРОБИОЛОГИИ И БИОХИМИИ
БРОДИЛЬНЫХ ПРОЦЕССОВ ПРИ АКАДЕМИИ НАУК СССР
3, 4 и 5 февраля 1939 г. в аудитории Биоло-
гического отделения Академии Наук СССР
(Москва, Бол, Калужская, 75) происходило
Всесоюзное Совещание по вопросам микро-
биологии и биохимии бродильных процессов,
созванное Институтом микробиологии Акаде-
мии Наук и сектором науки Наркомппщепрома
СССР. На совещание собрались делегаты раз-
личных научно-исследовательских учреждений
и заводских лабораторий. Такое совещание
созывалось впервые. Повышенный интерес,
проявленный к нему со стороны научных работ-
ников и производственников, показывает, на-
сколько назрел вопрос о таком совещании.
Оно должно было объединить научную мысль
вокруг актуальнейших запросов дня, собрать
воедино опыт разрозненных научно-исследова-
тельских единиц, дать толчок к плановому
разрешению научных проблем и к организо-
ванной подготовке кадров. Первый опыт, есте-
ственно, не мог быть вполне свободен от недо-
статков: может быть, недостаточно полно были
представлены на совещании низовые научно-
исследовательские точки; может быть, не рав-
номерно были отражены в докладах те или
другие конкретные отрасли промышленной мик-
робиологии; может быть, повестка дня оказа-
лась несколько перегруженной. Но несмотря
на это, общий итог совещания таков: оно уда-
лось, оно оправдало ожидания, оно составит
эпоху в развитии нашей советской микробио-
логии.
Совещание открылось кратким вступитель-
ным словом президента Академии Наук СССР
акад. В. Л. Комарова, Он отмечает ту роль,
которую приобрели за последние годы бро-
дильные процессы в промышленности, в част-
ности в нашей стране. «Было время, когда
вопрос брожения связывался с приготовлением
пива и спирта. Сейчас мы не знаем уголка во
всех остальных областях промышленности,
где бы брожение нс использовалось. И надо
надеяться, что наша третья Сталинская пяти-
летка увидит расцвет этих производств». «Мы,
ученые, должны дать для этого новую тех-
нику», — говорит академик В. Л. Комаров. Он
указывает на важнейшие задачи микробиоло-
гии: использование непищевого сырья, разра-
ботку методов контроля, подготовку кадров
и т. д. «Мы ждем от этого совещания таких
наметок, которые бы определили работу лабо-
раторий на целый период времени».
Избирается президиум в составе президента
Академии Наук СССР акад. В. Л. Комарова,
чл.-корр. Академии Наук Б. Л. Исаченко,
В. С. Буткевича, А. И. Опарина, проф. А. А.
Кирова (Киев), В. Н. Шапошникова, предста-
вительницы Ленинградского института жиров
О. К. Палладиной, представительницы Украин-
ской Академии Наук тов. М. Л. Непомнящей
и начальника сектора науки НКПП СССР
тов. Н. Ф. Преображенского.
В своем выступлении о задачах научно-
исследовательской работы в связи с нуждами
бродильной промышленности Н. Ф. Преоб-
раженский говорит, что работа конференции
приобретает особо-серьезное значение именно
теперь, во время подготовки к XVIll Съезду
ВКП(б). На пас, советской интеллигенции,
«лежит обязанность не просто работать преж-
ними темпами, не просто медленно внедрять
паши достижения, а на нас лежит особая ответ-
ственная задача как-то качественно улучшить
наш научный труд, как-то еше больше прибли-
зить научную работу к самой практической
задаче социалистического строительства, как-то
обеспечить выполнение тех великих задач, кото-
рые тов. Молотов доложит XVIII Съезду
ВКП(б) в порядке плана 3-й Сталинской пяти-
летки». Докладчик говорит об исключительном
значении бродильной микробиологии для на-
шей пищевой промышленности, п яркими циф-
рами характеризует колоссальный темп разви-
тия в 3-й пятилетке различных бродильных
производств: пивоварения, виноделия (в част-
ности — производства шампанского), производ-
ства дрожжей для хлебопечения, производства
спирта и т. д. Такие отрасли, как производство
дрожжей для кормовых целей, будут созда-
ваться заново. Эти громадные темпы роста мы
обязаны обеспечить. Это можно сделать только
в тесном контакте между научным центром —
Академией Наук и отраслевыми научно-иссле-
довательскими учреждениями, так как эти
последние не могут сами разрешать многих
проблемных вопросов. Институт микробиоло-
гии уже положил начало такой связи. Настоя-
щая конференция является дальнейшим шагом.
Особенно нуждается в помощи Академии Наук
наиболее отстающий участок нашей пищевой
промышленности — уксусное производство. На-
меченная в плане 3-й пятилетки ориентация на
средние и мелкие заводы позволит полнее
использовать местные ресурсы, но в связи
с этим повышаются требования к советской
интеллигенции, и более остро ставится вопрос
о подготовке квалифицированных кадров.
Нужно изжить бесплановость научной работы,
ненужный параллелизм. Необходимо усилить
обмен опытом, использовать опыт заводских
лабораторий. Надо стремиться к немедленной
реализации научных достижений и к внедре-
нию их в практику. Совещание должно наметить
конкретную программу, которая покажет, как
мы включились в дело осуществления Третьей
Сталинской пятилетки.
№ 4
Научные съезды и конференции
99
С докладом о задачах микробиологии в ин-
тенсификации бродильных производств высту-
пает проф. В. Н. Шапошников (Институт мик-
роб. Академии Наук СССР). Он останавли-
вается на истории использования деятельности
микроорганизмов для промышленных целей.
Введение Ганзеном чистых культур дрожжей
в производство составило эпоху. Однако и до
сих пор встречается еще неверие в возможность
работать на чистых культурах. Необоснован-
ность этого утверждения опровергается прак-
тикой, напр. пуском уксусного завода в Ка-
зани на культуре В. сигиит. Но задача не
исчерпывается применением чистых культур.
Необходимо позаботиться о том, чтобы с по-
мощью создания соответствующих условий за-
крепить полезные свойства микробов на воз-
можно высоком уровне и тем самым стандар-
тизовать производственный процесс. Для этого
следует детально изучать физиологические осо-
бенности применяемых микроорганизмов, помня,
что часто свойства близких на первый взгляд
микробов оказываются очень различными. Это
подтверждается рядом примеров. Между тем
нередко случается, что в одну группу произ-
вольно объединяются по существу различные
микроорганизмы. Незнание специфических по-
требностей микробов приводит, как показывают
многие примеры, к утрате ими своих основных,
важных для производства, свойств. В таких
случаях обычно говорят о «вырождении», не
вдаваясь в исследование причин этого явления.
Пример с ацетоно-бутиловым брожением пока-
зывает, что ('вырождения» можно избежать.
В данном случае причиной утраты основного
свойства бактерий — способности образования
ацетона и бутанола — оказалось применение
слишком старой культуры. Пластичность мик-
робов проявляется не только в утрате, но и
в приобретении ими новых физиологических
свойств под влиянием условий! культивирова-
ния. Это обусловливает возможность интенси-
фикации производственного процесса путем
отбора новых культур микробов с более высо-
кими показателями и закрепления их свойств
на высшем пределе. Другое средство интен-
сификации — переход к непрерывному методу.
Обычно в производствах микробы работают
в условиях напряжения, неблагоприятных для
их нормального развития. Непрерывный метод
возможен лишь после создания условий, опти-
мальных для жизнедеятельности микробов. На-
конец, изменчивость биохимических свойств
микробов под влиянием внешних условий дает
возможность сдвига процесса в другую сто-
рону, как, напр., получение глицерина с по-
мощью дрожжей. Этому направлению принадле-
жит большое будущее.
В. И. Кудрявцев (Институт микроб. Ака-
демии Наук СССР) выступает с докладом
('Экспериментальное изменение физиологиче-
ских свойств у дрожжей». Он говорит, что
выведение новых, более совершенных, форм
микроорганизмов (подобно тому, как акад. Лы-
сенко выводит новые формы растений) является
одной из важнейших задач в порядке дня.
Способность дрожжей к сбраживанию тех или
иных сахаров является чрезвычайно стабиль-
ным свойством. Эти свойства развились в про-
цессе эволюции в смысле теории Дарвина. На
основании обследования большого количества
видов дрожжей, выделенных как из природной
обстановки, так и из продуктов, изготовлен-
ных человеком, была составлена схема эволю-
ции дрожжей по признаку возникновения у них
нового свойства — способности к сбражива-
нию ('культурных» сахаров (т. е. сахаров,
появление которых в больших количествах свя-
зано с определенной ступенью развития куль-
туры человечества). В лаборатории, в экспери-
ментальных условиях, удалось воспроизвести
происшедший когда-то в природе процесс
появления способности к сбраживанию одного
из культурных сахаров — мальтозы. Можно
надеяться, что в дальнейшем, идя тем же путем,
удастся вывести дрожжи и с другими полезными
для человека свойствами, напр., способные
к сбраживанию декстринов или устойчивые
к кислотам. Выступавшие в прениях делегаты
отмечали ценность такого общебиологического
подхода к изучению низших организмов, но
указывали на условность понятия «культур-
ные сахара» (Н. Н. Иванов).
Доклад А. Я. Мантейфель (Институт микроб.
Академии Наук СССР) «Применение принципа
чистых культур в производстве уксуса» и пре-
ния по нему показали, что вопрос о выработке
высококачественного биохимического уксуса
вместо грубой по вкусу «уксусной эссенции»,
получаемой при сухой перегонке дерева, яв-
ляется одной из актуальнейвгнх проблем пище-
вой промышленности. Однако до сих пор произ-
водство уксуса ведется отсталыми методами.
Чистые культуры бактерий не применяются, и
все производства загрязнены уксусными угри-
цами—мелкими червячками, портящими уксус.
Проведенное обследование заводов показывает,
что в аппаратах живет многочисленная дикая
и нежелательная микрофлора. Между тем вве-
дение чистых и активных культур в уксусные
аппараты особенно важно, так как процесс
производства — непрерывный, и внесенные бак-
терии остаются там на многие годы. Одна из
выделенных в Центр, н.-исл. лаб. брод. пром,
форм бактерий (В. сигиит), как самая актив-
ная, была применена в производстве, во-пер-
вых, на нескольких аппаратах однг го из
московских заводов и, во-вторых, при пуске
нового завода в Казани. В результате этого
в Казани получено образцовое уксусное произ-
водство, вполне свободное от угриц (пока вообще
единственное в этом отношении и у нас и за
границей). На Московском заводе, после обо-
гащения всего завода культурой из опытных
аппаратов, а также в результате детального
изучения и рационализации технологического
режима, потери снизились в 1.5 раза, и произ-
водительность возросла больше, чем в 1.5 раза,
при одновременном повышении качества уксуса.
А. А. Имшенецкий (Институт микроб. Ака-
демии Наук СССР) докладывает о выделении
термофильных целлюлозных бактерий и из-
учении их биологии. Над выделением и очисткой
этих бактерий работали многие, однако разре-
шить поставленную задачу почти никому пег
удалось. Изучив физиологические особенности
этих бактерий и разработав соответствующую
тонкую методику, докладчику с сотрудниками
удалось получить их в чистом виде. Выяснена
роль сопутствующих микроорганизмов. Чистые
культуры бактерий, разлагающих целлюлозу,
уже теперь могут применяться для испытания
7*
100
Природа
1939
прочности целлюлозных изделий, В дальней-
шем же можно надеяться на использование
бактерий для сбраживания такого дешевого
сырья, как древесные опилки и пр. Сообщение
Ю. С. Чельцовой (Н.-и. институт спиртов,
пром.) о применении неочищенных культур
целлюлозных бактерий для брожения в полу-
заводском масштабе подтверждает, что про-
мышленное использование этого процесса для
выработки спирта, уксусной кислоты и пр.
имеет перспективы. В прениях по докладу отме-
чалась ценность работы, но отдельные моменты
вызвали критические замечания.
Доклад проф. Г. Л. Селибер (Ленинград)
подводит итоги капитальной работе по изуче-
нию микроорганизмов кислого теста, прово-
дившейся в Институте им. Лесгафта, в Инсти-
туте с.-х. микробиологии ВАСХНИЛ и в лабо-
ратории l-ro Ленинградского треста хлебопече-
ния. В заквасках кислого ржаного теста суще-
ственная роль, помимо дрожжей, принадлежит
молочнокислым бактериям. Докладчик дает их
детальную характеристику. Особенно важны
бактерии группы «Ал и «В», придающие хлебу
специфический запах и вкус. Чистые культуры
этих бактерий введены и с успехом применя-
ются на хлебозаводах Ленинграда и Саратова.
И. М. Курбатов (Н.-и. институт пищев.
пром., Минск) сообщав! об исследованиях куль-
туры дрожжей «М>, состоящей из смеси трех
различных рас. Культура эта, требующаяся
в больших количествах для дрожжевых заво-
дов, импортировалась из Германии. В резуль-
тате работы отпала необходимость в импорте.
И. Я. Веселов (ЦНИЛБП, Москва) докла-
дывает о борьбе с бактериальной инфекцией
дрожжей в пивоваренном производстве. Попав-
шие в пиво бактерии к концу брожения оседают
вместе с дрожжами, и таким образом дрожжи
при последовательном использовании их в сле-
дующих брожениях все более и более обога-
щаются бактериями. Был разработан простой
метод очистки дрожжей от загрязнения бакте-
риями с помощью воздействия кислотой (сер-
ной, фосфорной, соляной).
Р. Б. Сегаль (Спиртовой институт, Москва)
в своем докладе сообщает о действии сивушного
масла на спиртовые дрожжи. Побочный про-
дукт спиртового брожения — сивушные масла—
является ценным материалом для химической
промышленности, и Спиртовой институт разра-
ботал метод для повышения их выходов. Доклад-
чик излагает результаты опытов по действию
сивушного масла и отдельных его компонентов
на форму дрожжей и на их жизнедеятельность.
Были установлены предельные концентрации,
угнетающие развитие дрожжей, переходить за
которые, таким образом, нецелесообразно.
В интересном докладе Д. А. Яковлев (Ленин-
градский маргариновый завод) рассказывает об
исследованном им бактериофаге молочнокислых
бактерий. Этот бактериофаг растворяет некото-
рых молочнокислых бактерий так же, как при-
меняемые в медицине бактериофаги растворяют
патогенных микробов. Явление это выразилось
в резких нарушениях производственного про-
цесса (иесквашивание молока), но виновник его
не сразу был найден. Таблицы и диапозитивы
докладчика отчетливо демонстрируют перед
аудиторией явление бактериофагии. К настоя-
щему моменту явление детально изучено, и
намечены средства борьбы с бактериофагом.
Этот доклад вызвал оживленный обмен мне-
ниями. Отмечался теоретический интерес сооб-
щенных фактов, но предложенные мероприятия
некоторым (Палладина) казались недостаточно
обоснованными.
С содержательным докладом о «ферментах
и химизме спиртового брожения» выступил
проф. В. А. Энгельгардт (Институт биохимии
Академии Наук СССР). Он знакомит с совре-
менным состоянием вопроса о деталях того
сложного биохимического процесса, который
представляет собою спиртовое брожение. Круп-
нейшим достижением следует считать то, что
теперь найдена возможность расчленять фер-
ментный комплекс брожения на его компоненты
и вновь составлять его из отдельных фермен-
тов. Параллельно с этим продвинулось изучение
отдельных химических этапов брожения
и их энергетики, в частности детализи-
рована связь между процессами фосфори-
лирования и оксидо-редукции. Намечена
возможность перехода и связь между веще-
ствами, из которых построены морфологические
образования внутри клетки, и веществами, вхо-
дящими в состав ферментов.
М. Н. Мейсель (Институт микроб. Академии
Наук СССР) докладывав! о перестройке прото-
пласта дрожжевой клетки в процессе броже-
ния. Доклад его отражает чрезвычайно ценное
направление — изучение связи между морфо-
логическими структурами клетки и ее физиоло-
гической деятельностью. Такому синтетиче-
скому направлению, слабо еще выраженному
в мировой литературе, в советских условиях
принадлежит несомненное будущее, как методу,
в котором форма не отрывается от содержания
и явление изучается во всей его полноте. Спе-
циальные методы покраски позволили изучить
детали строения дрожжевой клетки в различ-
ных условиях ее существования: во время
роста при широком доступе кислорода, в усло-
виях брожения и т. д. В значительной степени
выяснена роль структурных внутриклеточных
образований. Это дает возможность в произ-
водственных условиях очень легко контроли-
ровать физиологическое состояние дрожжей
с помощью специальных покрасок и микроско-
пирования.
Е. Н. Одинцова (Институт микроб. Акаде-
мии Наук СССР) выступает по вопросу о «фак-
торе/», веществе, экстрагируемом из дрожжей,
которое способно производить ускорение (акти-
вацию) спиртового брожения. Докладчик воз-
ражает против литературных данных о тожде-
стве фактора Z с «биосом» — веществом, уско-
ряющим развитие дрожжей, и приводит экспе-
риментальные доказательства в защиту своего
мнения. Активирующее действие дрожжевых
экстрактов может быть использовано в про-
мышленности при сбраживании неполноценных
углеводистых материалов. Некоторые из микро-
биологов (Медведев и др.), выступавшие в пре-
ниях по этому докладу, считают не вполне
доказанным, что вещества из экстрактов’ дрож-
жей влияют только на брожение, не отзываясь
на росте дрожжевых клеток.
Р. В. Фениксова (Всес. Н.-и. институт спир-
тов. пром.) в докладе о фосфорилирующих
свойствах дрожжевого мацерационного сока,
обычно применяемого для изучения химизма
№ 4
Научные съезды и конференции
ют
спиртового брожения, разбирает причины по-
тери активности этого сока. Опыты докладчика
показали, что степень активности сока обусло-
вливается способом его приготовления. Потеря
активности объясняется отсутствием тех или
других компонентов.
Проф. А. А. Киров (Институт пишев. пром.,
Киев) демонстрирует сконструированный им
аппарат для определения энергии брожения
дрожжей. Энергия брожения определяется тем
временем, в течение которого выделяется опре-
деленное количество углекислоты. Метод при-
годен и для лабораторных наблюдений и для
контроля производства.
О. К. Палладина (Н.-и. институт жиров,
Ленинград) в своем докладе (Изменение молоч-
нокислого брожения в зависимости от условий
среды) критически разбирает вопрос о систе-
матике молочнокислых бактерий па основании
их способности к сбраживанию определенных
углеводов и к образованию побочных продук-
тов (уксусная кислота, спирт и пр.) вместе
с молочной кислотой. Количество и состав
образующихся продуктов в сильной степени
зависят от таких условий среды, как наличие
витаминоподобных вешеств, окислительно-вос-
становительного потенциала и пр.
М. Р. Гибшман (Н.-и. институт молочн.
пром., г. Пушкин) выступает с докладом о фак-
торах, влияющих на образование ароматиче-
ских вешеств при молочнокислом брожении.
Некоторые из молочнокислых бактерий обра-
зуют вещества, обусловливающие вкус и аро-
мат высококачественных молочных продуктов.
Образование этих соединений зависит от ряда
моментов: наличия в среде тех или иных орга-
нических кислот, температуры, возраста куль-
туры и пр. На основании проведенной работы
выработан принцип для подбора культур для
маслодельных заквасок.
Выступавшие в прениях товарищи (Войтке-
вич, Беленький и др.) отмечали отсутствие
единообразия в систематике молочнокислых
бактерий у Палладиной, Гибшман и в литера-
турных источниках и говорили о насущной
потребности в создании этой систематики.
Проф. В. С. Буткевич (Институт микроб.
Академии Наук СССР) докладывает о химизме
окислительных брожений, при которых плес-
невыми грибами образуются лимонная, щаве-
левая и другие кислоты. Докладчик обращает
внимание на факты непосредственного окисле-
ния молекулы сахара без ее предварительного
расщепления. Он возражает против распростра-
ненной схемы, согласно которой молекула са-
хара сначала расщепляется на две триозы, как
в спиртовом брожении, а затем из продуктов
расщепления образуется или спирт, или те
или другие окисленные вещества (органические
кислоты) в зависимости от свойств микроорга-
низма и от условий аэрации. Докладчик на
основании своих исследований намечает иной
путь, по которому из сахаров образуется щаве-
левая и лимонная кислоты. Существует и ряд
других возможных путей возникновения орга-
нических кислот при брожении. Этот доклад
вызвал прения, в которых (Медведев и др.)
указывалось на спорность некоторых утвержде-
ний докладчика.
Проф. В. В. Первозвапский (Академия Наук
БССР) доложил об образовании органических
кислот у флюоресцирующих бактерий, этих
широкораспространепных в природе организ-
мов. В условиях аэрации и при избытке мела
из сахара могут образоваться значительные
количества глюконовой или кетоглюконовой
кислоты (в зависимости от вида бактерий). Про-
цесс может быть использован для пром:,пилен-
ного получения этих кислот для фармацевти-
ческих целей и для приготовления витамина С.
В докладе А. М. Малкова (Моск, дрожж.
завод) о роли фосфатов в окислительных про-
цессах у дрожжей отмечается важное значе-
ние, которое имеет железо для этих процессов.
Фосфаты связывают железо каталитических си-
стем и те.м самым могут тормозить окисление
сахара дрожжевой клеткой в а: робных усло-
виях. Чрезмерное окисление сахара дрожжами
(т. е. усиленное дыхание) невыгодно, так как
уменьшает прирост живого веса дрожжей.
С этой точки зрения фосфаты имеют большое
значение в качестве регуляторов интенсивности
дыхания и размножения дрожжей. Ю. С. Мед-
ведев, выступавший в прениях, критиковал
теорию докладчика о роли фосфатов.
С докладом о промышленном получении
лимонной кислоты в условиях Ленинградского
завода выступил А. П. Протодьяконов. Полу-
чение лимонной кислоты с помощью плесневых
грибов (Aspergillus nigrr) организовано лишь на
очень немногих заграничных заводах, в СССР же
это — первый завод. За несколько лет работы
производство расширилось и твердо встало на
ноги. Наибольшей трудностью является потеря
грибом активности. Причины этого не всегда
можно выяснить и устранить. Докладчик раз-
бирает различные случаи потери активности,
и описывает мероприятия, с помощью которых
завод выходит из положения. Основное — это
непрерывный отбор чистых линий грибов по
признаку наибольшей активности.
Г. Журавский, представитель того же за-
вода, сообщает о своих исследованиях по газо-
обмену у гриба Aspergillus niger. В специально
сконструированной аппаратуре было детально
изучено выделение углекислоты и поглощение
кислорода в различные моменты жизненного
цикла гриба. Выделение углекислоты обусло-
вливалось двумя процессами — дыхания и
кислотообразоваиия. Газообмен менялся в зави-
симости от состояния грибной пленки и от
условий культивирования. Можно рассчиты-
вать, контролируя газообмен, видоизменить
условия культивирования так, чтобы понизить
неэффективную трату сахара на дыхание и по-
высить кислотообразование.
Доклад о сырье для микробиологической
переработки был сделан проф. Р. В. Гивартов-
ским (Центр, лабор. брод, пром., Москва).
Докладчик указал, как на одну из важнейших
задач микробиологии, на переход от приме-
няемого теперь пищевого сырья к дешевому
непищевому сырью: картофельная мезга, свек-
ловичный жом, сульфитные щелока, гидроли-
заты древесины и сельскохозяйственных отхо-
дов и пр. Особенно большое будущее принадле-
жит производству кормовых дрожжей из суль-
фитных щелоков (отбросов целлюлозных заво-
дов) и из гидролизатов соломы. Для последних
целей очень пригоден особый дрожжеподэбпый
грибок, выделенный Е. А. Плевако, В настоя-
щее время выработка гидролизатов и произ-
102
Природ а
1939
водство дрожжей очень слабо представлены
в нашей промышленности. Выступавшие в пре-
ниях товарищи дополняли докладчика, указы-
вая на перспективы использования непищевого
сырья в тех или других отраслях бродильной
промышленности и на необходимость расши-
рения и рационализации соответствующих
производств.
Доклад Л. Г. Ноткиной (Н.-и. институт
пищевой пром., Харьков) показал возможность
сбраживания растительных отходов, богатых
пентозанами, с помощью ацетоно-этиловых бак-
терий, Это брожение, при’ котором образуется
очень нужный для нашей химической промыш-
ленности ацетон вместе с этиловым спиртом,
применялось во время войны за границей, но
у нас в промышленном масштабе пока еще не
осуществлено. Докладчик описывает резуль-
таты изучения указанных бактерии и приводит
данные по сбраживанию гидролизатов из куку-
рузных кочерыжек, из оболочек пшеницы и
необработанных отрубей. Выступавшие в пре-
ниях Зыкова (Центр, и.-и. лабор. брод, пром.)
и Иерусалимский (Институт микроб. Акаде-
мии Наук СССР) сообщили о результатах веду-
щейся в их институтах работы по тому же
брожению. Для скорейшего внедрения в произ-
водство работа в первую очередь ведется с обыч-
ным фигурирующем на рынке сырьем, так как
вопрос о массовом производстве пригодных для
этого брожения гидролиза!ов пока не решен.
Ряд докладов и выступлений в прениях был
посвящен методу непрерывного брожения.
Д. н. Климовский (Н.-и. институт спиртов,
пром., Москва) докладывает о применении
этого метода, разработанного проф. С. В. Ле-
бедевым, для получения спирта из патоки.
Метод осуществлен на одном из заводов. Он
повышает коэффициент использования бродиль-
ной аппаратуры, так как сокращает число
загрузок и разгрузок и улучшает условия жиз-
недеятельности дрожжей, в результате чего
производительность возросла на 30%. Л. И.
Чекан (Центр, н.-и. лаборатория брод, про.м.,
Москва) сообщает о приготовлении хлебного
кваса по непрерывному методу с применением
чистых культур. Выступавший в прениях И. С.
Логоткин описывает непрерывный метод для
ацетоно-бутилового производства. IO. С. Мед-
ведев упоминает о своем методе непрерывного
спиртового брожения. Все выступавшие по
этим вопросам товарищи говорили о большом
значении, которое принадлежит методам непре-
рывного брожения, и указывали на необходи-
мость дальнейшего расширения и форсирования
работы в этом направлении.
Многими из выступавших делегатов была
дана общая оценка работы совещания. Указы-
валось на ту крупную роль, которую оно
сыграет в деле объединения научных сил и
в организации обмена опытом. Приветство-
вался почин Института микробиологии Акаде-
мии Наук СССР, созвавшего совещание. С удо-
влетворением отмечалось, что в работе Инсти-
тута микробиологии Академии Наук СССР на-
ступил коренной поворот: от чистоморфологи-
ческих, оторванных от жизни исследований он
переключился на темы физиологического и био-
химического порядка, самая постановка кото-
рых диктовалась запросами промышленности.
Совещание закончилось заключительными
словами директора Института микробиологии
Академии Наук СССР дроф. Б. Л. Исаченко и
начальника сектора науки НКПП СССР тов.
Н. Ф. Преображенского, в которых были под-
ведены итоги работы совещания. Были посланы
приветствия тов. Сталину и тов. Молотову.
Совещание приняло резолюцию по вопросу
о первоочередных задачах, стоящих перед
научно - исследовательскими учреждениями
в области микробиологии и биохимии бродиль-
ных процессов.' Совещание отмечает, что для
успевдного осуществления плана З-й пятилетки
научная работа должна проводиться на высо-
ком уровне, на базе теории диалектического
материализма. Особое внимание должно быть
уделено получению новых, более ценных для
производства форм микроорганизмов и углу-
бленному изучению физиологии микробов в це-
лях направления бродильного процесса в нуж-
ную сторону. Для интенсификации бродильных
процессов следует всемерно осуществлять внед-
рение методов непрерывного брожения, при-
менять активаторы брожения и обеспечивать
производство активными культурами микро-
организмов.
Чтобы избежать перебоев в работе бродиль-
ных производств, необходимо научиться регу-
лировать процесс брожения на основе деталь-
ного изучения свойств микробов и тех биохими-
ческих превращений, которые они производят.
Необходимо шире внедрять чистые культуры,
выяснять причины их вырождения и развивать
дальше исследование по вопросу бактериофа-
гии производственных микроорганизмов.
В отношении сырья важнейшей задачей
является переключение на непищевые виды
сырья, как сульфитные щелока, гидролизаты
древесины, с.-х. отходы и торфяные очесы. Необ-
ходимо выяснять источники сырья, которые
могут быть использованы местной бродильной
промышленностью, шире использовать отходы
и побочные продукты местных производств.
Существенным условием для роста бродиль-
ной промышленности являются: усовершенство-
вание методов контроля производства, замена
органолептики объективными методами кон-
троля, проработка стандартных методов ана-
лиза с упором на экспресс-методы и внедрение
методов контроля за состоянием культуры.
Для подготовки кадров необходимо органи-
зовать: курсы по переподготовке заводских
работников, консультативную помощь им со
стороны научно-исследовательских учреждений
и практиковать прикомандирование сотрудни-
ков для поднятия квалификации к головным
институтам. Особое внимание должно быть уде-
лено подготовке высококвалифицированных
кадров в соответствующих вузах. Для обмена
опытом необходимо периодически созывать все-
союзные совещания по брожениям. Совещание
считает желательным создание печатного ор-
гана по бродильной промышленности, изда-
ние справочников и руководств по микробиоло-
гии и по методам контроля, и расширение
в журнале «Микробиология» раздела обзорных
статей по промышленной микробиологии. Сове-
щание ставит перед Институтом микробиологии
Академии Наук СССР и НКПП вопрос о создании
научного общества. н д. Иеруспммский_
.№ 4
Научные съезды и конференции
103
ИТОГИ декабрьской сессии группы астрономии
АКАДЕМИИ НАУК СССР
С 25 по 28 декабря 1938 г., в помещении
Московской обсерватории Астрономического ин-
ститута имени П. К. Штернберга состоялась
очередная сессия Астрономической группы Ака-
демии Наук.
На сессии были представлены делегаты
почти всех астрономических учреждений Совет-
ского Союза. В программе работы сессии
стояли весьма важные и актуальные вопросы,
имеющие не только большое научное, но также
немалое и философское значение. Первый
день работы сессии был целиком занят рассмо-
трением и обсуждением планов научно-иссле-
довательской работы на 1939 г. астроно-
мических институтов и обсерваторий СССР.
В основном же сессия была посвящена всесто-
роннему и детальному обсуждению космологи-
ческих и космогонических проблем.
Планы научной работы астрономических
учреждений через президиум группы предва-
рительно были направлены на рецензирование
крупнейшим специалистам в соответствующей
области астрономии, а затем эти же рецензенты
выступали с докладами на сессии. Так, по пла-
нам научной работы на 1939 г. в области астро-
метрии доклад был сделан проф. Главной
астрономической обсерватории в Пулкове (ГАО)
Н. В. Циммерманом, о планах работы в области
астрофизики доложил сессии зав. кафедрой
астрофизики Ленинградского Государственного
университета (ЛГУ) проф. В. А. Амбарцумиап,
о планах работы по гравиметрии с докладом
выступал проф. Астрономического института
им. П. К. Штернберга (ГАИШ) А. А. Михай-
лов, доклад о планах работы по небесной меха-
нике сделал проф. ЛГУ М. Ф. Субботин,
о планах работы в области кометной-, метеор-
ной и астероидной астрономии доложил проф.
С. В. Орлов (ГАИШ), доклад о планах по звезд-
ной астрономии и по переменным звездам сде-
лал проф. П. П. Парен.аго (ГАИШ); о том,
какие в 1939 г. намечены по планам астроно-
мических учреждений создать новые конструк-
ции и- написать учебники и пособия по астро-
номии и гравиметрии, сессия заслушала доклад
члена-корреспондента Академии Наук, заслу-
женного деятеля науки проф. С. Н. Блажко
ГАИШ).
Пэ всем докладам приняты соответствующие
резолюции. В частности, в резолюции по до-
кладу проф. В. А. Амбарцумиана отмечается
необходимость немедленного создания при Ака-
демии Наук комиссии по подготовке наблюде-
ния полного солнечного затмения 21 сентября
1941 г. В тематике наблюдений будущего за-
тмения Солнца, — говорится в резолюции, —
нужно отвести центральное место тем пробле-
мам, дискуссия которых с теоретической точки
зрения способна расширить наши сведения об
обращающем слое, хромосфере и т. д. В этой же
резолюции указывается на необходимость со-
зыва в 1939 г. специальной сессии при Акаде-
мии Наук по вопросам методики эксперимен-
тального исследования внегалактических ту-
манностей и по вопросам развития советской
астроспектроскопии, неразрывно связанной
с вопросом о строительстве большой южной
астрофизической обсерватории.
Сессия, —говорится в резолюции по докладу
проф. Циммермана,—приветствует организацию
большой кооперативной работы по каталогу
слабых звезд. Отмечая работу Ленинградского
астрономического института по созданию Боль-
шого советского ежегодника, сессия считает
необходимым, чтобы вопрос о содержании еже-
годника был подвергнут всестороннему обсу-
ждению на специальном совещании заинтересо-
ванных ведомств и лиц. В резолюции отмечена
также необходимость окончания в 1939 г,
кооперативной работы по составлению ката-
лога геодезических звезд. Сессия высказалась
также за созыв в текущем году специального
совещания по вопросам наблюдения широты
в СССР.
В резолюции по небесной механике как пер-
воочередные задачи ставятся: 1) проблемы, свя-
занные с построением фундаментальных таблиц,
разработка которых дает возможность нашему
Союзу достойно участвовать в деле создания
астрономических ежегодников; 2) проблемы,
связанные с геофизикой: теория приливов,
математическая разработка теории фигуры
Земли и т. п.
Сессия констатировала в резолюции по
докладу проф. П. П. Паренаго наличие опре-
деленного отставания в области теоретического
объяснения феномена переменности физических
переменных звезд и в области теории строения
и вращения Галактики. В данной резолюции
отмечена также недопустимая задержка фото-
графических измерений положений двойных
звезд (ГАИШ—проф. И. А. Казанский). Сес-
сия отметила важность постановки фотометри-
ческих измерений компонентов двойных звезд
на недостаточно загруженном 15-дюймовом
рефракторе ГАО.
По докладу проф. А. А. Михайлова в резо-
люции обращается внимание совета ОМЕН
Академии Наук на необходимость продвинуть
вопрос о создании гравиметрического совета,
так как в области теоретической гравиметрии,
а также разработки статических методов опре-
деления силы тяжести ведется работа в ряде
учреждений (а не только астрономическими,
представленными в Астрогруппе), но из-за
отсутствия соответствующего центра (грави-
метрического совета) у них нет достаточного
контакта между собой и обмена накопленным
опытом.
Сессия отмечает необходимость созыва кон-
ференции по вопросам определения фигуры
геоида и новых методов определения силы
тяжести. В резолюции указывается также, что
при составлении гравиметрической карты Ук-
раины должны быть учтены все имеющиеся на
соответствующей территории гравиметрические
определения, а не только работы Полтавской
гравиметрической обсерватории.
104
Природ. а
1939
2G декабря сессия на своих утреннем и
вечернем заседаниях заслушала доклад комсо-
мольца-аспиранта Астрономического института
имени П. К. Штернберга (ГАИШ) А. Л. Зель-
манова на тему: «Космология обшей теории
относительности» и его же доклад «О некото-
рых ошибочных взглядах и извращениях в во-
просах космологии»; доклад только что защи-
тившего докторскую диссертацию научного
работника Главной астрономической обсерва-
тории в Пулкове (ГАО) М. С. Эйгенсона «О бес-
конечности Вселенной. История и современное
состояние вопроса» и его же доклад «О поверх-
ностной яркости ночного неба., в связи.с вопро-
сом о бесконечности Вселенной»; доклад аспи-
ранта-докторанта ГАО А. Ф. Богородского на
тему: «К вопросу о природе красного смешения
внегалактических объектов»; доклад научного
сотрудника ГАИШ А. Б. Северного «О теории
гравитационной неустойчивости» и доклад
проф. ГАИШ Б. А. Воронцова-Вельяминова
«О происхождении диффузной материи».
А. Л. Зельманов в начале своего первого
доклада рассказал о постановке проблем кос-
мологии в рамках классической физики; им
подробно были разобраны: проблема энтропии
Вселенной, проблема светимости ночного неба,
проблема космического гравитационного поля,
проблема структуры Большой Вселенной и
проблема геометрических свойств мирового
пространства.
Залем докладчик перешел к рассмотрению
современных космологических построений, ос-
нованных на релятивистских гравитационных
уравнениях Эйнштейна; докладчик указал на
существование двух направлений в релятивист-
ской космологии: 1) направление, представи-
тели которого строят модели однородной Все-
ленной, удовлетворяющие некоторым, заранее
поставленным, требованиям (Эйнштейн — осно-
ватель направления, Де-Ситтер, Вейль,Ланцош,
Эддингтон, Леметр), 2) направление, разрабо-
тавшее общую теорию однородной Вселенной,
удовлетворяющее гравитационным уравнениям
Эйнштейна (советский математик А. А. Фрид-
ман — основатель направления, американская
школа: Толман, Робертсон и Уорд, а также
Геккманп).
Далее докладчиком был разработан вопрос
об относительности инерции, по которому в ли-
тературе были высказаны четыре точки зрения:
1) Эйнштейна, 2) и 3) Де-Ситтера, 4) Эддинг-
тона.
Докладчиком довольно подробно было изло-
жено содержание основных результатов работ
обоих направлений (теория статической и неста-
тической Вселенной, термодинамическая кос-
мология Толмана), а также затронут вопрос
о наблюдательной проверке релятивистской
космологии. Доложены были также результаты
работ Милна и Милна—Мак-Кри (от 1934 г.),
касающихся связи между релятивистскими кос-
мологическими и классическими уравнениями.
Дана интерпретация этих результатов в том
смысле, что источником парадокса Зеелигера
в классической механике является апелляция
к абсолютным движениям; отсутствие же подоб-
ного парадокса и нестатичность моделей Все-
ленной в релятивистской космологии объяс-
няются тем, что она рассматривает совокуп-
ность относительных движений во Вселенной.
Затем докладчиком подробно были ра-
зобраны термодинамические работы Толмана,
показывающие, что: 1) возможен обратимый
переход лучистой энергии в потенциальную
энергию космического гравитационного поля
и обратно; 2) подобные обратимые процессы
могут играть преобладающую роль в физиче-
ском балансе Вселенной; 3) следовательно,
возрастание энтропии во всяком случае неиз-
меримо меньше, чем это следует из классиче-
ской термодинамики; 4) не существует опре-
деленного максимума энтропии для Вселенной,
что вообще устраняет вывод о «тепловой смерти»
Вселенной.
Докладчиком отмечена также зависимость
кривизны трехмерного пространства отсчета от
характера движения системы отсчета.
Во втором своем докладе А. Л. Зельманов
сначала разобрал некоторые общие вопросы:
о Mec’ie космологии в астрономии, о различных
этапах развития космологии и их характерных
особенностях, о соотношении классической и
современной релятивистской космологии.
Затем докладчик остановился на упрощен-
ных представлениях в вопросе о соотношении
метрики и связности пространства, приводя-
щих к идеалистическим выводам о конечности
пространства. Далее докладчик говорил: о дей-
ствительном смысле смещающего пространства
и извращениях в этом вопросе; о ложности
мнения, будто существуют какие-то «теорети-
ческие аргументы» в пользу предположения
о конечности Вселенной»; о необходимости
с точки зрения теории относительности рас-
смотрения вопроса о бесконечности материаль-
ной Вселенной, а не вопроса о бесконечности
чистого пространства; о смысле расширения
пространства, как расширения трехмерной
координатной сетки с течением времени, и об
извращениях в этом вопросе; об ошибках в во-
просе о скорости света, а также об извраще-
ниях в вопросе сб «особых состояниях» и
о смысле «однородности» Вселенной.
Рассматривая вопрос о шкале времени,
докладчик указал, что смысл этого вопроса
заключается в том: существует ли универсаль-
ная шкала времени, или же космические объекты
различных порядков (планеты, звезды, Галак-
тика, Метагалактика и т. д.) имеют различные
шкалы времени. Материалистическая наука,
говорит докладчик, отвечает на вопрос во вто-
ром смысле, представители космологического
фидеизма — в первом.
Переходя к вопросу о космологическом фиде-
изме, докладчик напомнил слова В. И. Ленина
в «Материализме и эмпириокритицизме»
о двух причинах «физического» идеализма и
разобрал вопрос о связи этих причин с «космо-
логическим» фидеизмом. Докладчик указал на
особую необходимость базировать космологию
на единственно правильном диалектико-мате-
риалистическом фундаменте, ибо в космологии
чрезвычайно далеко идущие обобщения играют
большую роль, чем где бы то ни было и поэтому
игнорирование этого обстоятельства является
одной из причин «космологического» фидеизма.
В заключение докладчик останавливает вни-
мание сессии на одной линии вредительства на
космологическом фронте, характеризуемой тем,
что релятивистская космология отождествля-
лась врагами народа с «космологическим» фи-
№ 4
Научные съезды и конференции
105
деизмом, что имело целью протащить послед-
ний под флагом теории относительности. К со-
жалению, говорит докладчик, некоторые това-
рищи, не сумев разоблачить идеалистический
вредительский тезис о тождестве «космологи-
ческого» фидеизма с релятивистской космоло-
гией, допустили ряд механистических ошибок.
М. С. Эйгенсон в своем первом докладе
довольно подробно рассказал об античной фазе
истории вопроса о бесконечности Вселенной
и о разрыве между господствовавшим геоцен-
трическим учением о конечности мира и антич-
ным учением о бесконечности Вселенной. До-
кладчик особенно подробно остановился на
специально-идеологических причинах упомяну-
того разрыва.
Далее докладчик осветил Аристотелеву уче-
ние о пространстве и его отношении к геоцентри-
ческой космологии, а также средневековую кос-
мологию. Говоря о коперниканстве и космоло-
гии XV111 в., М. С. Эйгенсон особое внимание
уделил вопросам субъективистско-идеалистиче-
ского извращения в интерпретации простран-
ства и времени. Затем докладчик подробно
остановился на толковании вопросов про-
странства, времени и движения с позиций
диалектического материализма, указав вместе
с тем на социально-исторические причины совре-
менного кризиса буржуазной космологии.
В докладе «о поверхностной яркости ноч-
ного неба в связи с вопросом о бесконечности
Вселенной», М. С. Эйгенсон остановился на
истории вопроса о согласовании конечной по-
верхности. .й яркости ночного неба с идеей беско-
нечности Вселенной и критике предположенных
схем. Далее, остановившись на «оптическом
барьере» экранирования и «болометрическом
барьере» красного смещения, М. С. Эйгенсон
подробно остановился на вопросе о разделении
наблюдаемой светимости ночного неба на ком-
поненты и на вопросе о различии между экспан-
сионной и не-экспансионной схемами критерия
поверхностной яркости ночного неба.
В заключение докладчик обратил внимание
на теоретическое вычисление внегалактической
составляющей светимости ночного неба и на ее
сравнение с наблюдениями.
На этом же заседании заслушан был доклад
А. Ф. Богородского (ГАО).
В своем докладе А. Ф. Богородский указал,
что «производившиеся до настоящего времени
попытки применить общую теорию относитель-
ности для объяснения так называемого крас-
ного смещения недостаточно учитывали физи-
ческую структуру лучистой энергии, что сооб-
щало этим попыткам в значительной степени
формальный характер».
«Одной из важнейших особенностей фо-
тона, — заявляет докладчик, — является сов-
падение его скорости со скоростью распростра-
нения гравитационных воли. Это совпадение
определяет основную специфику фотона, как
гравитирующей частицы. В отличие от обычных
частиц, скорости которых отличаются от фун-
даментальной скорости, фотон производит гра-
витационное действие не только па внешние
по отношению к нему объекты, но также на
самого себя».
Далее докладчик указал, что «Гравитацион-
ное действие фотона на себя представляет воз-
можную причину его внутренней неустойчи-
вости. При длительном распространении лучи-
стой энергии эта неустойчивость фотона про-
является в его гравитационном вырождении».
В заключение своего доклада А. Ф. Бого-
родский отметил, что «гравитационная неустой-
чивость фотона является одним из возможных
источников красного смещения. Однако в на-
стоящее время невозможно произвести коли-
чественную оценку роли этого источника, так
как подобная оценка требует знания некото-
рых свойств внутренней структуры фотона».
Выступая с докладом «б происхождении
диффузной материи» проф. ГАИШ Б. А. Ворон-
цов-Вельяминов напомнил собравшимся това-
рищам, что еще «7 лет тому назад он (Воронцов)
впервые указал на вероятный источник проис-
хождения диффузной материи в результате
пыброса материн звездами. Произведенные под-
счеты, говорит докладчик, показывают, что
новыми звездами и родственными им объектами
выбрасывается масса, достаточная для образо-
вания диффузных туманностей и межзвездной
среды, независимо от того, какую шкалу вре-
мени мы примем для возраста Галактики.
С другой стороны, эти подсчеты показывают,
что масса звезд теряется, главным образом, за
счет выбрасывания вещества с поверхности
звезд. В настоящее время, — указывает доклад-
чик, — пути возникновения диффузной мате-
рий яснее, чем пути возникновения звезд. Воз-
можно, что укоренившаяся идея о происхожде-
нии звезд из туманностей является своеобраз-
ным тормозом в космогонии в том смысле, что
опа отвлекала от поисков иного происхождения
звездных образований».
А. Б. Северный (ГАИШ) свой доклад «О тео-
рии гравитационной неустойчивости» формули-
ровал в тезисах в виде следующих 5 пунктов:
«1. Исследования Джинса, помимо крайне
упрощающих предпосылок, положенных им
в основу анализа феномена гравитационной
неустойчивости, не имеют достаточно актуаль-
ного' космогонического значения.
2.	Большую актуальность, нежели случай
плоскопараллельных материальных слоев, рас-
смотренный Джинсом, имеет вопрос о грави-
тационной неустойчивости материальной сферы
с произвольным распределением плотности.
3.	Нами показано, что материальная сфера
в покое, находящаяся в поле сил собственной
гравитации, гравитационно-неустойчива, если
ее радиус превышает некоторое критическое
значение, зависящее от распределения и значе-
ний плотности внутри сферы. Напротив, сфера
с радиусом, меньшим некоторого другого кри-
тического значения (меньшего критического
значения, отвечающего неустойчивости), будет
гравитационно-устойчива.
4.	Изотермическая материальная сфера гра-
витационно-неустойчива при тех же условиях,
если в центре сферы в рассматриваемый момент
отсутствует сильная конденсация материи. Если
в центре сферы в рассматриваемый момент
имеется ядро конденсации, то сфера неустой-
чива при любом значении радиуса.
5.	Показано, что сфера, вращающаяся с по-
стоянной и малой угловой скоростью, обладает
меньшим запасом устойчивости, чем не вра-
щающаяся сфера».
27	декабря на утреннем заседании сессии
был заслушан доклад В. А. Крата (ГАО)
106
Природа
1939
«О плане работы Главной астрономической
обсерватории по вопросам космологии», доклад
проф. В. А. Амбарцумиана (ЛГУ) на тему
«Эволюция звезд и звездных систем»; доклад
проф. К. Ф. Огородникова (Ленинград) на
тему: «Опыт гидродинамической теории галак-
тики»; доклад проф. П. П. Паренаго (ГАИШ) на
тему: «Распределение визуально-двойных звезд
по периодам»; доклад кандидата наук, сотруд-
ника ГАИШ Н. Ф. Рейн «О плане учебника по
динамической космогонии».
Содержание двухчасового доклада проф.
В. А. Амбарцумиана, который он доложил на
сессии, формулирован им в тезисах, предста-
вленных президиуму группы Астрономии в виде
следующих 14 пунктов:
«I. Современная наблюдательная астрофи-
зика накопила огромный фактический материал,
относящийся к развитию звезд и звездных
систем. Буржуазная наука оказалась не в со-
стоянии подняться до теоретического обобще-
ния накопленного материала и построения пра-
вильной теории развития космических объек-
тов. Эта задача стоит в настоящее время во весь
рост перед советской астрономией.
2.	В связи с этим советская астрономия
должна уделить большое внимание не только
освоению и расширению упомянутого наблю-
дательного материала, но и критическому ана-
лизу сделанных до сих пор попыток построе-
ния космогонической теории. При этом нужно
иметь в виду, что чем ближе мы подходим
к нашему времени, тем меньше (как правило)
становится в работах буржуазных космого-
нистов удельный вес прогрессивных моментов
и тем больше влияние реакционных и анти-
научных тенденций. Так, напр., если космо-
гоническая гипотеза Лапласа, хотя и механи-
ческая по существу, а также неправильная по
своему конкретному содержанию, основыва-
лась на передовой (в особенности для того
времени) идее о том, что образование солнеч-
ной системы есть естественный результат вну-
треннего развития первоначальной звезды,
окруженной протяженной атмосферой, — то
людная в настоящее время (хотя и опровергну-
тая научно) теория Джинса предполагает, что
образование солнечной системы есть по суще-
ству дело случая. Что касается скачкообраз-
ности развития в космогонии Джинса, то она
появляется извне и не является результатом
накопления внутренних противоречий, как это
должно быть в научной космогонии.
3.	С особой силой упадок буржуазной кос-
могонии выражается в вопросе о шкалах вре-
мени эволюции космических объектов различ-
ного порядка. Так, согласно некоторым авто-
рам (Эддингтон, Леметр, Джинс), в то время
как Метагалактика (совпадающая по их мне-
нию со всей Вселенной) имеет возраст порядка
109 лет, галактики и звезды имеют возраст
порядка Ю19 лет, а образование планетной
системы (согласно теории Джинса) требует
1018 лет.
4.	Этой идеалистической «перевернутой пи-
рамиде шкал» советская наука должна противо-
поставить пирамиду шкал, приведенную в ее
нормальное положение, когда средний возраст
космической системы высшего порядка превос-
ходит возраст системы низшего порядка, что
является обязательным условием возможности
какого бы то ни было развития системы низ-
шего порядка.
5.	Применение статистической механики
к изучению звездных систем дает возможность
оценить верхний предел их возраста и возраста
отдельных звезд, входящих в эти системы.
В частности, применение этих критериев к от-
крытым скоплениям в нашей Галактике при-
водит к возрасту этих скоплений и среднего
возраста входящих в них звезд порядка Ю9—
10'0 лет. Применение этих же методов к сово-
купности визуально-двойных звезд приводит
к оценке возраста этой совокупности также
порядка 1010 лет.
б.	Изучение галактического распределения
селективно поглощающей материи в Галактике
приводит к возрасту порядка 1010 лег для
современной мелкой космической пыли в нашей
звездной системе.
7.	Эти факты, будучи сопоставлены с фак-
тами, касающимися шарообразных звездных
скоплений, приводят к выводу, что продолжи-
тельность современного этапа развития нашей
Галактики — порядка 101и лет. Это, однако,
не означает, что возможные дозвездные фазы
развития Галактики не были гораздо более
продолжительными.
8.	Применение методов статистической меха-
ники к скоплениям Галактик, входящих в нашу
Метагалактику, дает для возраста этих скопле-
ний цифру порядка 1012 лет. Иными словами,
мы имеем долгую шкалу для Метагалактики
и короткую шкалу для звезд и современного
этапа развития Галактики.
9.	Прежнее представление о том, что масса
звезды не может заметно измениться в рамках
короткой шкалы и что, следовательно, приня-
тие короткой шкалы эволюции для возраста
звезд ограничивает возможности развития звезд,
основано на механистическом представлении
о медленной потере массы через излучение.
Исследование процессов непосредственного вы-
брасывания материи из звезд приводит к вы-
воду, что в общем и среднем эти процессы дают
гораздо большую потерю массы, чем излуче-
ние.
10.	В результате изучения непосредствен-
ного испускания массы можно утверждать, что,
хотя средний возраст звезды в Галактике заклю-
чен между 109 и 1010 лет, отдельные стадии раз-
вития протекают гораздо быстрее. В частности,
нужно думать, что В-звезды проходят через
свою фазу развития (т. е. через стадию В)
в срок, меньший 10° лет.
11.	На ряду с этим существуют критические
стадии в развитии звезд, когда это развитие
протекает чрезвычайно быстро и когда проис-
ходит переворот, связанный с разрешением
накопившихся внутренних противоречий.
Сверхновые, новые звезды, новоподобные пере-
менные, -ввезды Вольфа-Райе, планетарные ту-
манности и т. д. представляют собой различные
случаи таких критических стадий. Результатом
этих критических стадий является скачкооб-
разный переход звезд из одних состояний в со-
стояния совершенно другого типа (с другими
массой, радиусом и т. д.).
12.	Чрезвычайно важный вопрос о том,
являются ли вспыхивающие переменные звезды
Вэльфа-Райе и т. д. различными критическими
стадиями объектов разного типа или различ-
Nb 4
Научные съезды и конференции
107
ними фазами одной критической стадии —
остается пока нерешенным. Предстоит также
исследовать вопрос о возможности других форм
протекания критических стадий в развитии
звезд и, в частности, роли пульсирующих пере-
менных.
 а 13. Поскольку двойные звезды, так же как
и солнечная система, являются продуктом
закономерного внутреннего развития, несо-
мненно связанного с фактом осевого вра-
щения звезд, представляет особый интерес тот
факт, что попытки построения чисто механиче-
ских теорий образования этих систем в обоих
случаях натолкнулись на одну и ту же труд-
ность в объяснении момента количества
движения. Изучение физических про-
цессов, совершающихся в ядрах звезд, при-
ведет, несомненно, к устранению этой труд-
ности. Как рабочую гипотезу можно было бы
выдвинуть предположение о действии звездно-
ядерных сил неныотоновского типа в централь-
ных частях звезд.
14. При таком предположении процесс дро-
бления звезды нужно представлять себе как
некоторую критическую стадию, когда враща-
тельный момент звездного ядра меняется скач-
кообразно. Представляет интерес выяснить, не
связаны ли пульсирующие переменные с этой
стадией».
Доклад В. А. Амбарцумиана вызвал много
вопросов и весьма оживленные прения участ-
ников сессии.
28 декабря на утреннем заседании сессии
было заслушано небольшое сообщение аспи-
ранта Ленинградского Государственного уни-
верситета Г. И. Русакова «Об остывании массы,
состоящей из вырожденного газа»; сообщение
проф. Ленинградского астрономического инсти-
тута В. П. Цесевича на тему: «Массы затмен-
ных звезд и вопрос об эволюции тесной двой-
ной звезды», и доклад акад. В. Г. Фесенкова
«О строительстве Государственного астрономи-
ческого института имени П. К. Штернберга».
В основном же данное заседание было запол-
нено выступлениями в прениях по докладам
на космологические и космогонические темы.
Только что закончившаяся сессия по своему
содержанию была одной из наиболее содержа-
тельных среди проводимых до сего времени
сессий группы астрономии Академии Наук.
Сессия поставила перед научными работни-
ками астрономических институтов и обсервато-
рий СССР ряд весьма острых и актуальных
вопросов; в частности, данная сессия показала,
что советские астрономы до настоящего вре-
мени еще довольно слабо ведут работу по ра-
зоблачению антинаучных, реакционных идеа-
листических теорий в области космологии и
космогонии. Необходимо отметить, что. к сожа-
лению, среди широких слоев населения до
сего времени пропагандируется отжившая идеа-
листическая теория Джинса о происхождении
солнечной системы. Задача советских астроно-
мов на базе единственно правильной, един-
ственно научной марксистско-ленинской фило-
софии разработать строго научную космологию
и космогонию. Приходится с горечью отметить,
что в планах научной работы большинства
астрономических учреждений отсутствует тема-
тика научных работ по вопросам космологии и
космогонии. Следует, пожалуй, указать, что
очень много специалистов-астрономов зани-
мается весьма узкими специальными вопросами,
не делая каких-либо обобщений.
Выступления в прениях вместе с тем с доста-
точной убедительностью показали, что работ-
никам астрономических институтов и обсерва-
торий, имеющим нередко прекрасную подго-
товку в своей специальной области, необхо-
димо более серьезно и настойчиво заняться
повышением своего философского образования.
Вечернее заседание 28 декабря было цели-
ком занято утверждением резолюций по раз-
личным докладам, сделанным на сессии. По
докладам на космологические и космогониче-
ские темы была принята следующая резолюция:
«I. Заслушав и обсудив доклады тг. М. С.
Эйгенсона, А. Л. Зельманова, А. Ф. Богород-
ского и В. А. Крата по космологическим про-
блемам, сессия группы Астрономии Академии
Наук констатирует, что:
1) современная буржуазная космология на-
ходится в состоянии глубокого идейного кри-
зиса, выражающегося в основном в отказе от
единственно правильной диалектико-материали-
стической идеи о бесконечности Вселенной
в пространственном и временном отношениях;
2) что вражеская работа агентов фашизма,
пробравшихся одно время к руководству неко-
торыми советскими астрономическими и дру-
гими учреждениями и органами печати, привела
к возмутительной пропаганде в печати этой
контрреволюционной буржуазной идеологии;
' 3) что имевшиеся отдельные советские мате-
риалистические работы по космологическим
проблемам оставались до последнего времени
изолированными и преследовались врагами на-
рода ;
4)	что научную общественность воспитывали
в лучшем случае в духе индифферентизма к идео-
логической стороне ходячих буржуазных кос-
мологических теорий, вреднтельски извращали
как истинный характер теории относительности,
с одной стороны, релятивистской космологии —
с другой, так и характер связи между ними.
На ряду с этим сессия отмечает факты упрощен-
чества и вульгаризации в изложении этих
вопросов, что приводило подчас к их механи-
стической трактовке.
5)	Сессия группы Астрономии констатирует,
что разоблачение советским народом его вра-
гов создало необходимые условия для широкого
развертывания работы по созданию новой совет-
ской материалистической космологии. Сессия
констатирует, что советские астрономы вплот-
ную взялись за эту важнейшую работу и что
в настоящее время в ГАО и ГАИШ уже есть
налицо первые советские специалисты по этим
вопросам.
б)	Отмечая первые успехи наших кадров
в деле овладения большевизмом, сессия обра-
щает внимание на необходимость дальнейшего
идейно-научного роста астрономических кад-
ров, занимающихся вопросами космологии.
Вместе с тем сессия отмечает количественную
недостаточность этих кадров, и для подготовки
новых кадров, компетентных в вопросах космо-
логии, необходимо введение в учебные планы
астрономической и физической специальностей
университетов критически поданного курса
теории относительности и ее астрономических
приложений.
108
Природа
1939
7)	Необходимо развернуть широкую науч-
ную пропаганду и популяризацию правильных
взглядов по вопросам космологии и борьбу
с лженаучными идеологическими извращениями
в этих вопросах. В частности, сессия считает
необходимым, чтобы центральный философский
журнал <'Под знаменем марксизма» занимался
освещением этих вопросов, поручая эту ответ-
ственную работу достаточно компетентным
в научном и методологическом отношениях
специалистам.
8)	Сессия считает необходимым выход со-
ветской науки со своими конкретными космо-
логическими достижениями и со своей фило-
софской методологической установкой на широ-
кую международную арену.
9)	В планы научной работы астро-учрежде-
ний космологические темы должны быть офи-
циально введены в явном виде. Сессия считает,
что советские работы по созданию марксистско-
ленинской космологии должны вестись на базе
всех позитивных достижений мировой науки,
диалектико-материалистически понятых. Не-
обходимо всемерно повышать астрономическую
и философскую квалификацию кадров, ведущих
у нас педагогическую работу, и устную и печат-
ную популяризацию космологии.
10)	Сессия полностью одобряет постановле-
ние ОМЕН АН о созыве в конце 1939 г. кон-
ференции по внегалактической астрономиии
и космологии; для подготовки этой конференции
сессия выделяет оргбюро в составе тг. В. А.
Амбарцумиана, А. Л. Зельманова, В. А. Крата
и М. С. Эйгепсопа.
II.	Заслушав и обсудив доклады тТ. В. А.
Амбарцумиана, Б. А. Воронцова-Вельяминова,
К. Ф. Огородникова, П. П. Паренаго, Г. И.
Русакова, А. Б. Северного и В. П. Цесевича
по вопросам космогонии сессия Астрономиче-
ской группы констатирует:
1)	в результате вредительства подлых вра-
гов народа работа по космогонии была забро-
шена в наших институтах и обсерваториях,
а те работы, которые в этой области велись, не
получали надлежащей поддержки и развития;
2)	сессия с удовлетворением констатирует,
что на базе роста марксистско-ленинского обра-
зования среди советских астрономов в послед-
нее время в области материалистической кос-
могонии видны значительные сдвиги. Особен-
ного внимания заслуживает развитие космо-
гонии на базе астрофизики, выразившееся
в работах тт. В. А. Амбарцумиана (ЛГУ), В. А.
Крата (ГАО), Б. А. Воронцова-Вельяминова и
А. Б. Северного (ГАИШ) и других работах,
стоящих в основном, несмотря на отдельные
ошибки, па правильных материалистических
позициях. Однако в этом направлении необ-
ходимо дальнейшее повышение философского
образования астрономов, которое поможет
устранить возникающие иногда ошибки методо-
логического характера.
3)	Сессия группы Астрономии приветствует
развитие космогонических работ в секторе
астрофизики ГАИШ, но вместе с тем отме-
чает, что специалисты по небесной механике
того же института ослабили свое участие в этой
работе.
4)	Сессия особо подчеркивает необходимость
привлечь внимание Павлах астрономических
учреждений к разработке вопросов космогонии
солнечной системы.
5)	Сессия считает весьма необходимым
в 1939 г. созвать совещание по вопросу массо-
вой пропаганды астрономических знаний, и
в частности космогонии, среди широких слоев
населения.
III. Сессия приветствует инициативу пре-
зидиума группы Астрономии Академии Наук
по созыву настоящей сессии для обсуждения
космолого-космогонических вопросов и, учи-
тывая ее важные позитивные результаты, счи-
тает необходимым издание трудов данной
сессии.
Г. А. Аристов.
ПОТЕРИ НАУКИ
ПАМЯТИ ПОЧЕТНОГО АКАДЕМИКА
Н. М. КНИПОВИЧА
(1862—1939)
Чл.-корр. АН СССР Л. С. БЕРГ
23 февраля,1939 г.после припадка сер-
дечной болезни, скончался в исходе 77-го
года жизни почетный академик Николай
Михайлович Книпович. Покойный на
протяжении всей своей жизни отличался
завидным здоровьем, и только с осени
1938 г. он начал жаловаться на сердце.
Еще накануне смерти Н. М. чувствовал
себя таким бодрым, что 26 февраля
собирался ехать в Москву, но судьба
решила так, что 26 февраля мы прово-
дили этого замечательного ученого в мо-
гилу.
Вклад Н. М. в мировую науку грома-
ден: достаточно сказать, что он является
общепризнанным авторитетом в двух
областях знания — в зоологии и в гидро-
логии, и в каждой из них он сделал
столько, что этого хватило бы на несколь-
ких первоклассных ученых. Напомним,
что трудами этого человека исследованы
моря: Белое, Баренцево, Балтийское,
Каспийское, Азовское и Черное. Если бы
Николай Михайлович опубликовал
только одну свою классическую моногра-
фию по Каспийскому морю, то и то мы
сказали бы, как выразился проф. Прав-
дин в своем надгробном слове, что
Книпович в XX в. сделал для Каспия
столько же, сколько Бэр в XIX в.
Но Н. М. написал еще три таких же
капитальных монографии — по Варен-
цову, Азовскому и Черному морям,
не говоря уже о великом множестве
других работ. Оценить в кратких словах
сделанное покойным совершенно невоз-
можно. Это был человек изумительной
энергии, несравненной работопособности
и всеобъемлющих знаний.
Широта научного горизонта Н. М.
не менее изумительна, чем его спо-
собность давать синтез зоологии и гидро-
логии в виде научно-промысловых иссле-
дований, с одной стороны, обогативших
наше познание природы, а с другой —
давших мощный толчок к использо-
ванию естественных производительных
сил наших морей. Все, конечно, при-
знают, что следует соединять науку
и практику воедино, что научные дости-
жения необходимо продвигать в хозяй-
ство, что самые исследования морей
должны быть так построены, чтобы они
давали полезные практические резуль-
таты. Но только Н. М..умел в совер-
шенстве осуществлять этот синтез науки
и практики.
Сообщим краткие биографические све-
дения о покойном. Отец его — из литов-
ских крестьян Ковенской губ., был воен-
ным врачом.
Будущий исследователь морей ро-
дился 25 марта 1862 г. на берегу
Финского залива, в крепости Свеаборге.
Окончив русскую гимназию в Гельсинг-
форсе, Книпович в 1880 г. поступает
на физико-математический факультет
Петербургского университета, где спе-
циализируется по зоологии.
В 1885 г. Н. М., под руководством
О. А. Гримма, работает в дельте Волги
над изучением сельдей. С этого времени
главным делом всей его жизни сделались
морские научно-промысловые исследо-
вания, каковыми он и занимался в бук-
вальном смысле слова вплоть до того
последнего дня, когда уже не был
в состоянии подняться с постели.
Н. М. был не только ученый; он был ре-
волюционер и боец. За участие в кружке
Благоева он был в 1887 г. арестован,
отдан под суд, отчислен от университета
и посажен в тюрьму. Но и здесь Н. М.
не прерывает научной работы, так что,
отбыв тюремное заключение, он в 1892 г.
сдает магистерские экзамены и защищает
по
Природа
1939
Академик Н. М. Книпович.
диссертацию о замечательных усоногих
рачках Ascothoracidae, паразитирующих
в Белом море в теле морских звезд.
В 1894 г. Н. М. поступает на службу
в Зоологический музей Академии Наук;
с этим учреждением, где покойный рабо-
тал по моллюскам и рыбам, он был
связан в течение всей своей остальной
жизни. В 1911 г. Н. М. был приглашен
на кафедру зоологии в женский меди-
цинский институт, где он состоял в тече-
ние около двух десятилетий. Но, кроме
того, Н. М. преподавал зоологию во
многих высших учебных заведениях:
на курсах Лесгафта, в Педагогическом
институте имени Герцена и др. Перу
его принадлежит прекрасный «Курс
общей зоологии», выдержавший три изда-
ния (последнее в 1924 г.). С основания
Гидрологического института в 1919 г.
и по день своей смерти Н. М. работал
в этом учреждении, где он в продолжение
ряда лет заведывал морским отделом.
В 1929 г., по инициативе покойного,
был организован Всесоюзный Институт
рыбного хозяйства, первым директором
которого он состоял некоторое время.
Я имел тогда счастье работать в том же
учреждении, все сотрудники которого
сохранят навсегда благодарную память
о Н. М., как о замечательном ученом,
совершенно исключительней директоре
и благородном человеке.
В 1935 г. Н. М. был избран почет-
ным академиком, и ему было поручено
заведывание Архангельским филиалом
Академии. В последние годы Н. М.
состоял также во Всесоюзном Инсти-
туте рыбного хозяйства и океанографии.
Осенью 1938 г. это учреждение выпу-
стило в свет последний обширный труд
покойного: «Гидрология морей и соло-
Еноватых вод в применении к промысло-
вому делу», который должен служить
руководством для морских научно-
промысловых работников и для студен-
тов соответственных высших учебных
заведений.
Следует еще прибавить, что когда
в 1901 г. был организован в Копенга-
гене международный совет по исследо-
ванию морей, Н. М. вошел в его со-
став в качестве официального пред-
ставителя нашего государства. В этой
организации Н. М. состоял до 1914 г.,
когда деятельность совета, в связи с вой-
ной, прекратилась.
Переходим теперь к краткому изло-
жению экспедиционной деятельности по-
койн го.
Исследования на севере, именно на
Белом море, Н. М. начал болёе полу-
века тому назад, именно в 1887 г.,
а в 1893 г. он перенес их на Барен-
цево море. Прошло сорок лет, и Кни-
пович снова был призван руководить
научно-промысловыми исследованиями
на том же море — факт, вероятно, един-
ственный в истории науки.
Результаты своих работ, произведен-
ных в конце XIX и начале XX вв. на
Баренцовом море, Н. М. изложил в клас-
нической монографии «Основы гидро-
логии Европейского Ледовитого океана»,
вышедшей в свет в 1906 г. Здесь впервые
выяснены разветвления Гольфштрома
на пространстве между Мурманом и
Новой Землей, и установлена связь
распространения многих промысловых
рыб с теплыми струями этого течения.
Громадные практические результаты
экспедиции для научно-промысловых
исследований у берегов Мурмана на-
столько общеизвестны, что на этом нет
нужды останавливаться. Книпович был
первым, обратившим внимание на заме-
№ 4
Потери науки
111
чательное явление потепления Арктики:
основываясь на гидрологическом раз-
резе, произведенном вдоль Кольского
меридиана в мае 1911 г., он в том же
году указал, что воды Варенцова моря
заметно потеплели — по сравнению
с первыми годами XX в. Работы на Кас-
пийском море Н. М. начал в 1904 г.
и продолжал их вплоть до самого
последнего времени, состоя деятельней-
шим членом Каспийской комиссии Ака-
демии Наук. Как и для Варенцова
моря, он и здесь суммировал свои наблю-
дения в капитальной монографии «Гидро-
логические исследования в Каспийском
море в 1914/15 г.», изданной в 1921 г.
Относительно этой работы нужно ска-
зать, что история исследования Каспия
делится на два периода — до Книпо-
вича и после Книповича. Здесь, как
и для Варенцова моря, Н. М. дал нам
точную картину течений, которая по-
зволила организовать на научной основе
лов сельдей в открытом море. Но по-
мимо этого, монография о Каспийском
) море есть образец того, как надо обра-
батывать гидрологические и гидробио-
логические материалы.
В 1922 г. Н. М. переносит свою
деятельность на Азовское и Черное
моря, становясь во главе организо-
ванной им научно-промысловой экспе-
диции. Результаты этой экспедиции опу-
бликованы в виде 10 выпусков «Трудов»,
из которых два посвящены капитальным
трудам Н. М. — монографиям по гидро-
логии и гидробиологии морей Азовского
(1932г.) и Черного (1933 г.), каждая из
коих по своим достоинствам не уступает
упомянутым выше монографиям по Ва-
ренцову и Каспийскому морям.
Из не столь крупных по объему,
но тем не менее весьма важных гидро-
логических работ Н. М. следует отме-
тить его исследование о гидрологии
солоноватых вод (Изв. Гидрол. инет.,
№ 24, 1929).
Перейдем теперь к краткому обзору
работ Н. М. по зоологии. Даже если
откинуть гидробиологию, то круг инте-
ресов Н. М. в области зоологии чрез-
вычайно велик: его привлекают и общие
проблемы зоологии, и морфология усо-
ногих ракообразных, и ихтиология —
теоретическая и прикладная, и систе-
матика моллюсков и брахиопод, и био-
логия тюленей, и распространение му-
равьев и многое другое. В области
ихтиологии, помимо многочисленных спе-
циальных работ, посвященных преиму-
щественно рыбам нашего Севера, перу
Н. М. принадлежат два определителя —
для Черного (с Азовским) и Ледовитого
морей.1 Не менее обширен список работ
Книповича, касающихся рыбных про-
мыслов б. Архангельской губ. (1895,
1897), Варенцова, Каспийского и Азов-
ского морей.
Ряд работ написан Н. М. по па-
леонтологии в результате изучения по-
слетретичных моллюсков нашего Се-
вера. Особое исследование посвятил Н. М.
геологическим климатам. Все эти работы
весьма высоко ставятся специалистами.
Имя Книповича пользуется широкой
известностью не только у нас, но и за
границей. К. Ф. Дрексель, ныне покой-
ный секретарь Международного совета
по исследованию морей, пишет сле-
дующее: «Высокие научные познания
проф. Книповича, энергия и интерес,
какой он проявлял к задачам совета,
его авторитет в вопросах рыболовства
и морских исследований — все это имело
громадное влияние на работы совета»
(из статьи в Сборнике в честь Н. М. Кни-
повича, 1927 г.).
В 1935 г. был отпразднован 50-летний
юбилей научной деятельности Н. М.;
несмотря на свои годы, он был тогда
в расцвете своей продуктивности. Ег»
последние большие работы по Черному
и Азовскому морям, по детальности
анализа и остроте проникновения в слож-
ные проблемы гидробиологии, нисколько
не уступают его знаменитым моногра-
фиям Каспийского и Варенцова морей.
Н. М. был общепризнанный патриарх
и учитель наших гидрологов, ихтиоло-
гов и научно-промысловых исследовате-
лей, краса и гордость нашей науки. Это
был крупнейший исследователь моря,
ученый мирового масштаба, и имя его
навсегда останется записанным в исто-
рию изучения наших вод.
В лице Книповича сошел в могилу
один из замечательнейших людей нашей
великой родины.
1 Николай Михайлович имел намерение вы-
пустить в свет 2-е переработанное издание опре-
делителя рыб Ледовитого океана. Осуществить
это весьма нужное начинание есть дело сотруд-
ников Зоологического института Академии
Наук СССР.
112
Природа
1939
ПАМЯТИ АКАДЕМИКА Н. В. НАСОНОВА
(1855—1939)
Н. я. КУЗНЕЦОВ
В лице скончавшегося 10 февраля
текущего года академика Николая Вик-
торовича Насонова навсегда прекратил
работу один из самых выдающихся
и влиятельных зоологов Союза. Его
смерть завершила замечательную и бле-
стящую главу в истории русской науки,
в частности зоологии. Обширную стра-
ницу в этой главе занял Н. В., дея-
тельность которого охватила многие
области зоологии и оказала благотвор-
ное влияние на общее развитие этой на-
уки в нашей стране. Это влияние, продол-
' жавшееся около полувека, основано на
совершенно исключительных свойствах
покойного.
Время Н. В. может быть охарактери-
зовано как время уже полного и прочно-
го установления в русской биологической
науке идей эволюции, а вместе с тем
и сознания необходимости самой разно-
сторонней зоологической работы на
основе эволюционного учения.
Покойный относится к той весьма
активной группе талантливых биоло-
гов, в частности зоологов, которая обра-
зовалась в середине прошлого столетия
в Москве и дала многих исследователей
и профессоров, разошедшихся по всему
государству. Н. В. принадлежит к зоо-
логической группе А. П. Богданова,
положившего, между прочим, основание
прочной связи зоологии с хозяйствен-
ными потребностями страны.
Родился Н. В. в Москве 14 (26) фев-
раля 1855 г.; поступил в Московский
университет в 1874 г., где стал учени-
ком А. П. Богданова; по окончании
курса был ассистентом при зоологиче-
ском музее университета; в 1884 г.
-работал в Одессе у А. О. Ковалевского;
в 1885 г. защитил магистерскую дис-
сертацию, посвященную развитию низ-
ших ракообразных и морфологии низших
же насекомых, и стал доцентом Мос-
ковского университета; в 1888 г. рабо-
тал на морских станциях в Марселе
и Триесте; в 1889 г. назначен доцентом
Варшавского университета; в 1890 г.
защитил докторскую диссертацию, по-
священную морфологии и географи-
ческому распространению муравьев;
в 1897 г. избран членом-корреспонден-
том Академии; в 1891 г. совершил
путешествие в Египет, в 1894 г. — на
Синайский полуостров; в 1905 г. был
командирован в Западную Европу дчя
осмотра зоологических музеев; в 1906 г.
избран действительным членом Акаде-
мии и назначен директором ее Зоологи-
ческого музея (ныне института); в 1913 г.
работал в Британском музее в Лондоне
и в Зоологическом в Берлине; в 1919 г.
жил в г. Орлове бывшей Вятской губ.
и организовал там Народный музей;
в 1921 г. стал директором Особой зоо-
логической лаборатории Академии, кото-
рую к 1925 г. преобразовал в Лабора-
торию экспериментальной зоологии
и морфологии; с 1921 по 1928 г. совер-
шил ряд научных поездок: на Кольский
полуостров и Мурман, Байкал, Кавказ,
в Закавказье, Крым, Южно-Уссурий-
ский край и Японию; в 1935 г. переехал
в Москву и оставил директорство над
Лабораторией экспериментальной зооло-
гии, ограничив себя небольшой лабора-
торией при квартире.
Первое, что обращает на себя внима-
ние при обзоре научной деятельности
Н. В.,—это многообразие и разно-
сторонний характер его интересов в зоо-
логии. Перед взором читателя прохо-
дят работы Н. В. как морфолога, срав-
нительного анатома, гистолога, эмбрио-
лога, систематика, фауниста, зоогео-
графа и экспериментатора с физио-
логическим направлением. По объектам
исследования Н. В. охватывают очень
многие и разнообразные группы.
Весьма значительный труд положен
им на изучение строения сверлящих
губок и процессов их сверления1 (1881,
1883, 1886, 1924, 1925).
Огромный вклад внесен Н. В. в изуче-
ние анатомии, систематики и, особенно,
фаунистики ресничных червей; им лично
1 Числа в скобках указывают годы выхода
работ в свет.
№ 4
Потери науки
113
при многочисленных путешествиях и
лоездках исследована фауна этих червей
под Москвой (1877) и Ленинградом
(1922, две работы 1924, 1925), на Коль-
ском полуострове (1923, 1925), в восточ-
ных областях Европейской части Союза
и на Кавказе (1921), в Крыму (три
работы 1923), на Байкале (1926, две
работы 1930), в Финляндии (1917) и
Японии (1928, 1929, 1932); сводная ра-
бота касается географического распро-
странения их в Союзе (1924) и одна —
их гелиотропизма (1935).
Своеобразны и весьма важны работы
Н. В. на круглых червях. Н. В. изучил
гисто- и цитологически-экскреторные
явления, главным образом у аскариды
(две работы 1897, пять— 1898, одна —
1900). Ряд работ Н. В. посвящен ана-
томии некоторых других круглых червей
(1898, 1899).
Очень многое сделал покойный в обла-
сти энтомологии. Анатомо-морфологиче-
ские его исследования по насекомым
посвящены гомологии выделительных
органов (1886), анатомии кишечника
(две работы 1899), наружным покровам
(1900), морфологии кожных желез (1903).
Обширные морфологические и анатомо-
гистологические материалы своих иссле-
дований Н. В. изложил в первой части
«Курса энтомологии» (1901), посвящен-
ной описанию покровов и, к сожалению,
единственной части этого издания, вы-
шедшей в свет. Прекрасно и много-
сторонне разработал Н. В. морфологию
и, отчасти, систематику бескрылых Apte-
rygota (1887); две другие, менее значи-
тельные работы (1888) посвящены фауне
этих насекомых в Московском районе.
Три работы (1908—1910) посвящены чер-
вецам, одна — морфологии океаниче-
ского клопа Halobates (1893), одна —
морфологии термитов (1893) и две —
постройкам одиночных пчел (1892, 1894).
Большое значение сохраняют до сих пор
содержательные и основные работы Н. В.
по веерокрылым (Strepslptera) — их мор-
фологии, биологии и систематике (семь
работ 1891—1893, 1897). Ряд исследо-
ваний посвящен муравьям: их анатомии
и развитию (1879, 1880, 1886) и рас-
пространению в пределах Московского
района (1888), а затем различных мест
России (1889, 1892). В своих работах
по москитам вообще (1926, 1929) и,
в частности, по москитам Крыма (1926,
Академик Н. В. Насонов.
1927) Н. В. один из первых поднял
вопрос о роли этих кровососов как
переносчиков специфических южных
заболеваний и образцово положил на-
чало борьбе с ними.
В области практической энтомологии
покойный уделил в свои молодые годы
значительное внимание анатомии пчелы
(три работы 1885) и разным техническим
вопросам пчеловодства (десять работ
1880, 1883, 1885, 1887, 1896, 1897).
Из других важных в хозяйственном
отношении насекомых одна работа Н. В.
посвящена гессенской мухе в б. Туль-
ской губернии (1881), а другая — фил-
локсере в Крыму (1886).
О других беспозвоночных класса ра-
кообразных имеются три работы Н. В.:
две — эмбриологии и биологии Balanus
(1885, 1926) и одна — Artemia (1887).
В двух работах изучены процессы
зимовки и регенерации у мшанки
Arthropodarta (1926); в двух же работах
описана морфология моллюска Den-
talium (1890, 1891). Наконец, одна
работа посвящена анатомии оболочни-
ков (1877).
Весьма значительное число ценных
и оригинальных исследований Н. В.
относится к позвоночным. Рыб касаются
Природа № 4.
8
114
Природа
1939
лишь две небольшие статьи приклад-
ного значения (1879, 1887). Очень много
ценного для орнитологов дал Н. В.
в своих девяти работах и заметках по
эмбриологии и органогенезу африкан-
ского страуса (1894—1897). Еще больше
работ посвящено млекопитающим: височ-
ной железе слона (1886, 1888), биологии
дамана (1895), паразитам последнего
(1897), его анатомии и эмбриологии
(две работы 1897, одна 1898) и, наконец,
длинный ряд исследований по морфо-
логии и систематике баранов (1909—
1911, по две 1913 и 1914, по одной
1915 и 1916, 1921, 1922), закончившийся
монографией их географического рас-
пространения по Старому свету (1923).
Совершенно особое, эксперименталь-
ное, направление приняла исследователь-
ская работа покойного в последние годы
его жизни: Н. В. увлекся изучением
многосложных явлений регенерации;
в этой области он сразу проявил необы-
чайную осведомленность и компетен-
цию; им исследованы процессы регене-
рации органов, вызванные наложением
лигатур (1928, 1930), получение доба-
вочных образований (1936), образование
хряща (1935) и формообразование при
подкожном введении разных вложений
(три работы 1934, две—1936 и три—1938).
Эти работы особо интересны и многозна-
чительны: в них исследованы многие слу-
чаи регенерации органов без их ранения,
даны выводы означении при регенерации
распада тканей, о морфогенетическом
значении самих тканей, и открыт ряд
факторов («организаторов»), вызывающих
регенерационные процессы.
За последние годы своей жизни Н. В.—
старейший из современных академиков
и старейший из советских зоологов —
скромно замкнулся в тихое лабораторное
исследование этих сложных проблем,
в сферу еще не разгаданных наукой
биологических явлений — явлений ре-
генерации органов и регуляции про-
цессов формообразования.
Общий список работ Н. В. со вклю-
чением в него отчетов, отзывов и некро-
логов достигает 170 названий.1
1 Полный список трудов Н. В. Насонова
по 1936 год включительно дан И. Г. Соколовой
в Сборнике, посвященном Н. В. по поводу его
80-летия (1937, стр. 23—32). Прекрасный очерк
жизни и деятельности Н. В. дан Д. М. Федо-
товым в том же сборнике (стр. 5—20).
Все исследования покойного Н. В.
отличаются своей прочной обоснованно-
стью, а выводы — доказательностью.
Поэтому значительная часть его наблю-
дений, описаний и опытов вошла в учеб-
ники, русские и зарубежные; между
прочим его исследования над веерокры-
лыми насекомыми подверглись даже
полному переводу одним из германских
энтомологов (Hofeneder) на немецкий
язык. Характерной чертой работ Н. В.
является еще и та особенность, что
почти все они посвящены или группам,
до него почти не затронутым, каковы,
напр., Slrepsiplera, либо трудным, ка-
ковы, напр., бараны, или вопросам
сложным и требующим долгих предва-
рительных исследований, какова, напр.,
область явлений регенерации. Техника
исследований Н. В. всегда точна и стоит
на уровне современных исследованию
требований; осведомленность в теме
исследования всегда полная.
Нельзя не отметить при этом той
искренней и непосредственной любви
к живой природе, которою проникнуты
все исследования Н. В.
В общем научный облик Н. В.
характеризуют: огромное трудолюбие,
истинно-деловая, спокойная, не шумя-
щая предприимчивость и созидатель-
ность, глубоко серьезное отношение
к науке и ее делу, необыкновенная
многосторонность в своей области —
зоологии — и совершенная скромность
и непритязательность истинного ученого.
Организаторские способности у Н. В.
были очень развиты, и его инициативе
и руководству обязаны многие научные
начинания, в старой России, и в СССР.
Будучи назначен в Варшавский универ-
ситет, Н. В. организует там образцовые
музей и лабораторию и прочно основы-
вает кафедру. Избранный академиком,
он реорганизует и весьма сильно рас-
ширяет Зоологический музей Академии
в Ленинграде. Современный Зоологиче-
ский институт Академии обязан ему
более чем удвоением своей рабочей
территории, достигнутым путем над-
стройки обширного третьего этажа и,
благодаря этому, спасением бесценных
научных материалов от наводнения
1924 г. Отойдя от заведывания музеем,
Н. В. организует блестяще оборудован-
ную лабораторию для целей экспери-
ментальной зоологии и стоящих в связи
№ 4
Потери науки
115
с нею проблем морфогенеза и биохимии.
Эта лаборатория, которую можно поста-
вить в ряд лучших заграничных учре-
ждений того же направления, перено-
сится им же в Москву. Многое сделал
Н. В. также и для процветания Биоло-
гической станции Академии Наук в Сева-
стополе. В 1913 г. по инициативе Н. В.
была образована при Академии комиссия
по изучению оз. Байкала и органи-
зована Байкальская биологическая
станция. Наконец, в экспедиционную
деятельность Зоологического музея Ака-
демии и связанное с нею собирание мате-
риалов из самых разных стран нашего
Союза Н. В. первый внес значительные
упорядочение и планомерность.
Вместе с организацией учреждений
Н. В. основывал или реорганизовывал
и ряд научных изданий. Среди них на
первое место должна быть поставлена
основанная им «Фауна России и сопре-
дельных стран» (с 1919 г. «Фауна СССР»),
давшая под его редакцией 25 томов;
затем «Труды Зоологической лаборато-
рии Варшавского университета», «Труды
лаборатории экспериментальной зооло-
гии», «Труды Севастопольской биоло-
гической станции Академии Наук».
Со времени окончания курса в уни-
верситете до отъезда в Варшаву Н. В.
вел деятельную работу в московских
естественно-исторических обществах и,
в частности, энергично работал по
практическому пчеловодству, устраивая,
между прочим, передвижные пчеловод-
ные выставки (пловучие по Москве-реке
лаборатории).
Оказываясь в положении администра-
тора или занимаясь общественной дея-
тельностью, Н. В. никогда не ослаблял
при этом своей научной деятельности
и продуктивности. Неотрывная научно-
исследовательская работа, вплоть до
дня смерти, представляет его отличи-
тельнейшую и высокую черту. В этой
безусловной преданности научному делу
Н. В. проявлял чрезвычайную твердость
воли.
Эта черта сказалась также в обеспече-
нии заведуемых Н. В. учреждений доста-
точными штатами и в подборе соответ-
ствующих кадров из среды только еще
намечавшихся ученых специалистов;
последних он умел выбирать лично.
Твердость воли была у Н. В. тесно
связана с высоко развитым чувством
долга. Взятое на себя дело он вел,
отдавшись одному этому делу совершен-
но. Уверенность в правоте научного
дела позволяла Н. В. твердо удержи-
вать свои позиции при самых различ-
ных обстоятельствах и вести работу
в разных направлениях и разными мето-
дами исследования. В разнообразии
методики исследований Н. В. является,
пожалуй, никем не превзойденным зоо-
логом.
Строгий к себе, Н. В. был требовате-
лен и к работе сотрудников; он был
всегда хозяином учреждения. Эта тре-
бовательность выражалась, прежде все-
го, в постоянном внимании к их работе
и в полном знании ее. Н. В. следил за
работой окружающих пристально, но
благожелательно.
Среди лиц, получивших через Н. В.
широкую возможность к научной рабо-
те и создавших себе почетное имя в био-
логии, можно назвать в первую очередь
А. К. Мордвилко, А. В. Мартынова,
Г. Ю. Верещагина, Д. Ф. Синицына,
В. М. Рылова, А. Н. Бартенева, П. И.
Слащевского, К. В. Кульвеца.
КРИТИКА и БИБЛИОГРАФИЯ
За высокое качество учебника
Н. М. Страхов. Историческая
геология. Учебник для высших педаго-
гических учебных заведений. 2-е изд., испр.
и доп., Учпедгиз, 1938.
Л. Я. Бляхер. Курс общей био-
логии для медицинских инсти-
тутов. 3-е перераб. изд., Медгиз, 1938.
И. И. Шмальгаузен. Основы
сравнительной анатомии по-
звоночных животных. 3-е j изд.,
испр, и доп., Учпедгиз, 1938.
Гигантский рост культуры в Советском
Союзе, напряженная борьба Партии и Прави-
тельства за создание высококвалифицирован-
ных кадров советской интеллигенции исклю-
чительно остро ставят вопрос об учебнике.
«Нам нужен учебник, отвечающий совре-
менным требованиям. Он должен быть на
уровне современной науки и вполне доступен
учащимся по своему языку» 1 (Молотов). Луч-
шие представители советской науки отдали
свои силы на создание учебников, достойных
нашей эпохи, и действительно обогатили науку
ценнейшими работами. Но, к сожалению,
имеют место и отдельные неприятные исключе-
ния. К числу их относится рецензируемый
учебник Н. М. Страхова в части, касающейся
вопросов антропологии.
Совершенно естественно, когда учебник
для высших учебных заведений не вполне рав-
ноценен во всех своих частях. Современное
состояние науки таково, что один человек не
может быть одинаково глубоко компетентен
во всех вопросах данной отрасли наших зна-
ний, поэтому и та группа вопросов учебника,
которая наиболее близка к исследовательским
темам его автора, всегда будет ярче и образ-
нее изложена в книге. Но вполне закономерно
и бесспорно, чтобы и другие разделы были
изложены «на уровне современной науки».
Против этого требования грешит учебник
Н. М. Страхова.
Излагая курс исторической геологии, автор
не мог не остановиться на палеоантропологиче-
ском материале, появление которого в четвер-
тичных отложениях не раз давало основание
геологам говорить о необходимости выделения
последнего периода жизни земли даже в особую
эру (антропоген). Мы не можем требовать от
Fl. М. Страхова личного участия в антропо-
логических исследованиях, но он обязан был,
работая над антропологическими абзацами
учебника, пользоваться новейшей литературой.
Между тем Н. М. Страхов предпочел огра-
ничиться в использовании источников русским
изданием 1924 г., (а не 1926 г., как указано
1 В. М. Молотов. О высшей школе
(Речь на Первом Всесоюзном совещании ра-
ботников высшей школы 15 мая 1938 г.) За
передовую науку, 1939, Изд. Акад. Наук
СССР, стр. 84.
в библиографической справке учебника), не
только идеологически неприемлемой, но
и сильно устаревшей книги Осборна. Русский
перевод этой книги сделан с американского
издания 1916 г. (Н. F. Osborn. Men of the old-
stone age. New York, 1916), следовательно,
«современность» материала определяется бо-
лее чем двадцатилетней давностью. А за по-
следние двадцать лет наука в области палео-
антропологии обогатилась многочисленными
исключительной важности открытиями. На
первом месте среди последних надо поставить
открытие синантропа, позволившее притти к ре-
шению проблемы питекантропа, дискутиро-
вавшейся на протяжении сорока лет. Для раз-
решения вопроса о систематическом положении
неандертальцев имеет огромное значение от-
крытие эрингсдорфского, штейнгенмского,
нгандонских и палестинских черепов, про-
исшедшее в период 1925—1936 гг. Ограничив-
шись старой компилятивной работой, Н. М.
Страхов совершенно естественно ни одним зву-
ком не обмолвился об этих находках и не
учел их в своих обобщениях. К этому времени
относится и солидная работа Вейнерта, по-
священная старой палеоантропологической на-
ходке, известной под именем пильтдаунской.
В результате тщательного изучения сохранив-
шихся фрагментов, миф об эоантропе, принятый
в учебнике Н. М. Страхова за абсолютную
истину, оказался окончательно развенчанным.
Правда, в библиографическом указателе
«главнейшей литературы», приложенном к учеб-
нику, под № 25 называется книга М. Ф. Не-
стурха «Человек и его предки» (а не «Предки
человека», как написано Н. М. Страховым),
изданная в 1934 г., но в тексте учебника эта
солидная сводка не получила абсолютно ника-
кого отражения. Таким образом учебник исто-
рической геологии Н. М. Страхова в части
антропологической не стоит на
уровне современной науки, а преподносит
студенту устаревшие и тенденциозно осве-
щенные факты.
Но наши требования к учебнику не ограни-
чиваются только этим. Одновременно с тем,
что учебник «должен быть па уровне современ-
ной науки», он должен также «отвечать задачам
идейно-политического воспитания молодежи»
(Молотов).1 Последнее в полной мере воз-
можно лишь при соблюдении первого условия—
соответствия современному уровню науки. А по-
скольку оно в учебнике Н. М. Страхова не
выполнено, нельзя говорить и о выполнении
второго. Но в данном случае мы сталкиваемся
с еще более худшим явлением: с полным от-
сутствием критического отношения к написан-
ному Осборном. При чтении относящейся
к антропологии части книги создается впечат-
ление, что она сделана исключительно при
помощи ножниц и клея, без всякого вмешатель-
ства автора учебника.
1 Там же, стр. 85.
№ 4
Критика и библиография
117
Никто не может возражать против исполь-
зования фактического материала, собранного
хотя бы и в книге Осборна, но при подаче
этого материала в учебнике необходимо его
критически освоить. Н. М. Страхов этого не
сделал, превратившись, вследствие этого, в про-
пагандиста лженаучных и враждебных идео-
логии пролетариата взглядов в наиболее ак-
туальных и острых вопросах современной
политической жизни. И хотя в данном случае
Н. М. Страхов почти не вносит ничего своего,
слепо следуя за реакционером от науки Г. Ос-
борном, необходимо подробно остановиться
на изложенных в учебнике взглядах, чтобы
предупредить их распространение в практике
преподавания при пользовании рецензируе-
мой книгой.
Прежде всего — небольшое замечание,
чтобы избежать чисто формальных возражений
на критические замечания настоящей статьи.
Антропологические вопросы затрагиваются
Н. М. Страховым в связи с описанием явлений
четвертичного периода на территории
Европы. Ис этой стороны автор учебника
формально прав, умалчивая, напр., о син-
антропах. Однако в плане развития своих
(точнее — Осборна) идей он оперирует и вне-
европейскими находками (см. стр. 424, 425,
436), т. е. совершенно правильно устанавли-
вает невозможность понять процесс антропо-
генеза только на основе наших ограниченных
знаний о прошлом человечества, почерпнутых
на столь небольшой части ойкумены, как Запад-
ная Европа. Поэтому и мы позволяем себе
в дальнейшем ссылаться на палеоантрополо-
гические находки, сделанные за пределами
Европы. После этого необходимого отступле-
ния перейдем к разбору соответствующих
страниц учебника.
Две основные проблемы привлекают наше
внимание в рецензируемой его части: первая —
проблема становления современного типа, и
вторая — проблема равноценности современ-
ных рас человечества. Именно вокруг этих двух
вопросов и идет сейчас ожесточенная борьба
не только среди «присяжных антропологов»,
но и в широких общественных кругах. Именно
эти проблемы служат водоразделом, которым
все человечество резко дифференцируется на
два непримиримых лагеря. И, к сожалению,
некритически-раболепное преклонение перед
авторитетом буржуазного ученого, с одной
стороны, и пренебрежительно-барское отно-
шение к работам советских антропологов —
с другой, привело Н. М. Страхова в лагерь
наших врагов.
Первая из названных проблем может быть —
правда, несколько упрощенно — сформулиро-
вана в виде вопроса: знаем ли мы что-нибудь
о том, как развивался современный тип чело-
века? И Н. М. Страхов, вслед за Осборном,
отвечает: «Не знаем». Этот ответ ясно звучит
из всего контекста и неоднократно четко фор-
мулируется Н. М. Страховым. Так, по его
словам, мы лишены возможности «выяснить
генетические связи (гейдельбергского чело-
века. А. Ю.) с другими формами гоминид,
например питекантропа и с последующими —
европейскими расами человека» (стр. 424.)
А так как гейдельбергская находка является
пеовым достоверным документом сущее гвова-
ния четвертичного человека (там же), то ясно,
что предыдущим тезисом ставится под сомнение
животное происхождение не только его самого,
но и неандертальцев. В отношении же послед-
них Н. М. Страхов не менее безапелляционно
заявляет, что «большинство антропологов в на-
стоящее время склоняется к отрицанию прямых
связей неандертальской и пильтдаунской рас
с кроманьонской и прочими расами конца
ледниковой эпохи» (стр. 436). Другими словами,
мы не знаем, откуда, из какой более примитив-
ной формы развились как первые представи-
тели человечества на земле — гейдельбержцы,
так и последующие—неандертальцы, равно как
ничего не знаем и об исходных формах совре-
менного типа. Г. Осборн логически продол-
жает свою мысль, утверждая, что современная
форма человечества, обладающая большим,
прекрасно сформированным мозгом, «по-
движная и искусная в изготовлении орудий»,
в глубокой древности отделилась от глав-
ного ствола и на всем протяжении тре-
тичного периода развивалась независимо от
остального животного мира. Перекликаясь
с Осборном, другой антиэволюционист Вуд-
Джонс «уточняет» вопрос, говоря, что челове-
ческий ствол отделился от каких-то неизвест-
ных еще тарзиоподобных животных начала
третичного периода. Получается действительно
«стройная» концепция, очень приятная сердцу
пасторов и епископов: науке не известны не
только ближайшие предки современных людей,
но даже и те примитивные млекопитающие
начала третичного периода, от которых мог
отделиться человеческий ствол. Естественно
в таком случае спросить — отделялся ли он
вообще-то когда-нибудь? Не проще ли при-
знать, что человек никогда не имел ничего
общего с животным миром?
Подобные вопросы были бы абсолютно
невозможны, если бы Н. М. Страхов учел от-
крытие синантропа, указывающее на принад-
лежность питекантропов — синантропов — гей-
дельбергцев к первой, наиболее примитивной
стадии человеческой эволюции; описание на-
ходок из Нгандонга, Родезии, Палестины,
Штейнгейма и Эрингсдорфа указало бы ему
на наличие бесспорных генетических связей
между неандертальцами и питекантропами —
синантропами, с одной стороны, и «расами»
конца ледниковья — с другой. В свете этих
находок появление в конце ледникового пе-
риода современного типа человека не было бы
случайным, непостижимым чудом, а естественно
вытекало бы из всей предыдущей истории раз-
вития органического мира.1
Резюмируя, надо признать, что благодаря
некритическому отношению к книге Г. Осборна
и пренебрежению новыми работами, Н. М.
Страхов оказался на явно лженаучных, идеа-
листических, враждебных пролетариату по-
зициях при решении вопроса о предках
человека.
Чтобы покончить с этой группой вопросов,
необходимо вернуться к цитированному уже
утверждению, что большинство антропологов
отрицает генетическую связь неандертальцев
1 Подробнее об этом см. статью А. Н. Юзе-
фовича «Синантроп и его положение в системе
гоминид», «Природа», 1939, № lj
118
Природа
1939
с «расами» конца ледниковой эпохи. Это утвер-
ждение является явно клеветническим. Отри-
цание генетических связей неандертальцев
с Homo sapiens действительно свойственно
Осборну и некоторым наиболее реакционным
антропологам, но ни в коей мере не отражает
взглядов советских антропологов, давно уже
разоблачивших лженаучность этой концепции
и отмежевавшихся от нее. Советские антро-
пологи не стоят особняком в этом вопросе.
Можно бы назвать целую плеяду известных
ученых капиталистического мира, выступающих
против проповедывавшейся Г. Осборном кон-
цепции, и среди них Вильяма Грегори —
ученика Г. Осборна, известного советскому
читателю по прекрасной книжке «Эволюция
лица от рыбы до человека», направленной
против антнэволюционистских взглядов своего
учителя и его идеологических друзей. Н. М.
Страхов в данном случае сделал на основании
собственного отношения к Осборну излишне
поспешное обобщение.
Вторая проблема — равноценности совре-
менного человечества — приобрела особую
остроту в последние годы в результате фа-
шистской практики в «расовом вопросе». «Ан-
тропологи» фашистской Германии ищут вся-
ческих путей, не останавливаются ни перед
подлогами, ни перед фальшивками, чтобы
обосновать тезис о неравноценности челове-
ческих рас, чтобы оправдать канибальскую
практику фашистских заправил. Нет ни одной
области антропологии, где бы мы не столкну-
лись с сознательным извращением антропо-
фашистами фактов с целью подведения «науч-
ной» базы под расовую теорию. Наблюдается
это и в вопросах палеоантропологии.
Антропологическая часть учебника Н. М.
Страхова определенно льет воду на фашист-
скую мельницу. Ничем не обоснованное упо-
требление термина «р а с а» в отношении
ископаемых остатков человека (гейдельберг-
ская раса, неандертальская раса, пильтдаун-
ская раса и т. д.) дает нашим врагам основание
утверждать извечность существования
расовых различий у человека.
Утверждение, что верхнепалеолитические
расы «пришли в Европу уже окончательно
сложившимися, со всеми характерными для
них психическими и физическими
признаками, обладая наклонност ью
к совершенно различному р а з-
в и т и ю» (стр. 437. Курсив мой. А. Ю.),
является ведь не чем иным, как простым пере-
певом расистского тезиса о внутренней связи
между расой и культурой, расой и психикой.
Слепо следуя за Г. Осборном, Н. М. Страхов
заявляет, что «с концом вюрмского ледника
исчезает и неандертальская раса. На
смену ей в эпоху отступления ледника при-
ходит уже не одна, а целых пять рас» (стр. 436.
Курсив мой. А. Ю.). Перепечатывая затем из
Г. Осборна рис. 300, он «уточняет» свою мысль,
объясняя это исчезновение неандертальцев
их в ы м и р а н и е м. Что же обусловило
«вымирание» неандертальцев? Их слабость
в борьбе с пришельцами: иного ответа быть не
может. Ну а подобная борьба между людьми
называется войной. Следовательно, война —
извечное явление, корни ее — в расовом ан-
тагонизме, и вся история есть не что иное,
как борьба рас между собою; борьба, победи-
телем из которой выходит высшая раса, уничто-
жающая низшую. Таковы логические выводы
из только что цитированных положений Н. М.
Страхова. А под ними с полной готовностью
подпишется самый правоверный фашист.
К этой же категории фактов относится
и пресловутая «пильтдаунекая раса», жившая
в Европе раньше неандертальцев и обладавшая
мозгом современных людей. Описывая все
палеоантропологические находки, нельзя, ко-
нечно, не упомянуть и пильтдаунской,
но это совершенно не обязательно в такой
книге, как учебник Н. М. Страхова, так как
с первых дней открытия этих фрагментов они
вызвали многочисленные возражения специа-
листов. Широкая известность находки объяс-
няется только исключительной активностью
реакционнейших «ученых» и усердием падких
до сенсаций журналистов. В настоящее время
пильтдаунская находка интересна только как
один из примеров того, как лженаука исполь-
зует каждую лазейку для антинаучной про-
паганды. Пильтдаунская находка дает в руки
буржуазии наукоподобное оправдание коло-
ниальной политики и практики эксплоатации,
угнетения и уничтожения «цветных» народов.
Ведь не случайно, что именно Англия является
родиной эоантропа (Eoanthropus — заря чело-
вечества; так был назван человек, остатки
которого найдены в Пильтдауне), а англий-
ские ученые — наиболее горячими и много-
численными его адептами.
Правда, Н. М. Страхов, в конце абзацев,
посвященных пильтдаунской находке, пишет
об отсутствии единодушия в ее оценке, но делает
это в такой форме, что у читателя не остается
никакого сомнения в реальности «пильтдаун-
ской расы».
Коротко говоря, описание Н. М. Страховым
палеоантропологических фактов дано с лже-
научных идеалистических и расово-фашистских
позиций. Оно совершенно извращенно ориен-
тирует читателя в актуальнейших проблемах
антропологии и тем самым наносит колоссаль-
ный вред не только студентам, но и миллионам
советской детворы, которая позднее пройдет
через уроки учеников Н. М. Страхова
(учебник для высших педагогических
учебных заведений!).
Приведенные примеры не исчерпывают всех
случаев извращения Н. М. Страховым объектив-
ных фактов палеоантропологии, равно как
в рецензируемом разделе имеют место, на ряду
с лженаучным освещением этих принципиаль-
ных проблем, некоторые уже второстепенные
ляпсусы, из числа которых остановимся на
двух.
Вторым, после Г. Осборна, и последним
«авторитетом» для Н. М. Страхова является
в области антропологии проф. Капитанский.
В учебнике цитируется утверждение послед-
него, что неандерталец обладал «слабо развитой
речью» и что его «голова была все время запро-
кинута назад» (стр. 426).
Представление о неандертальце, как об
очень несовершенном существе, широко рас-
пространено. И в свете такого представления
заявление о «слабо развитой речи» вполне
понятно. Но верно ли само-то представление?
Есть все основания утверждать обратное.
№ 4
Критика и библиография
119
Неандертальцы существовали на протяжении
многих десятков тысячелетий в исключительно
трудных условиях окружающей среды и почти
безоружными; Если мустьерский наконечник
был уже страшным оружием в его руках, то
объяснить это надо высокой приспособлен-
ностью самого человека к окружающей при-
роде. Другими словами, неандертальцы пред-
ставляются нам существами высоко совер-
шенными в тех условиях жизни. Соответ-
ственно с этим неприемлемым для нас является
и положение о слабом развитии у них речи.
Речь — могучее орудие общения между людьми.
Никакая общественная жизнь немыслима без
наличия подобных средств общения. Весь
вопрос может заключаться лишь в ступени их
развития. Говоря о «слабо развитой речи»,
надо иметь в виду ее эволюцию, установленную
в трудах акад. Н. Я. Марра и его учеников.
В свете нового учения о языке можно утвер-
ждать, что неандертальцы вообще не обладали
членораздельной речью, ибо по-
явилась таковая, невидимому, лишь в самом
конце существования этой стадии. Но кине-
тическая речь, речь жестов достигла
высокого развития именно у неандертальцев.
Бесспорно, членораздельноя речь является
высшей ступенью по сравнению с кинетической
речью, но это не дает еще права называть высо-
кое развитие речи жестов — слабым развитием
речи вообще.
Вторая часть цитаты, рисующая нам не-
андертальца вечно считающим галок, просто
абсурдна. Это заявление сделано на основе
сильного развития затылочного валика (Torus
occipitalis transversus) на черепе неандертальца,
свидетельствующего о мощной выйной муску-
латуре. Но мощная шейная мускулатура была
обусловлена более сильным, чем у совре-
менных людей, развитием лицевого отдела
черепа и обеспечивала устойчивое равновесие
головы на позвоночнике, но вовсе не запроки-
дывала ее назад. Впрочем, процитировав это
легкомысленное утверждение проф. Калитин-
ского, Н. М. Страхов приводит фотографию
реконструкции неандертальца, наглядно опро-
вергающую слова Калитинского.
Такое сочетание на одной странице цитаты
о запрокинутой голове и фотографии довольно
правдоподобной реконструкции лишний раз
свидетельствует о недопустимо некритическом
отношении автора учебника к используемому
им материалу.
Заканчивая критический разбор антропо-
логической части учебника Страхова, необ-
ходимо еще раз подчеркнуть, что настоящая
статья пи в какой степени не пытается на-
бросить тень па весь учебник Н. М. Страхова.
Она касается только небольшой, ио исключи-
тельно важной, по нашем}' мнению, части
книги. И эта часть представляет собою сплош-
ной брак, невежественна, антинаучна, поли-
тически вредна.
Значительно меньше внимания уделяет во-
просам происхождения человека «Курс общей
биологии» Л. Я. Бляхера, хотя эта тема и вы-
делена в нем в особую (XXVIII) главу, а от-
дельные, связанные с этой проблемой вопросы
затрагиваются и в других главах.
В общем, можно считать, что Л. Я. Бляхер
удачно справился с первой ступенью темы,
убедительно обосновав тезис животной природы
человека и эволюции его от обезьяньих предков,
но проблемы антропогенеза в целом, что мы
вправе требовать от учебника общей биологии,
он не развернул. Больше того, он сознательно
сузил даже круг тех вопросов, которые затро-
нуты в учебнике. Обзор палеоантропологиче-
ских находок Л. Я. Бляхер прерывает на
неандертальской стадии, считая, что «изучение
последующей истории человечества как сово-
купности особей, сохраняющих биологические
особенности отряда приматов, но подчиняю-
щихся закономерностям общественного раз-
вития, выходит за пределы биологических
наук» (стр. 483). В результате такого ограни-
чения вопрос появления ископаемых форм
современного типа человека остался совершенно
незатронутым в учебнике. Между тем как про-
цесс преобразования неандертальского типа
в современный — явление чисто биологиче-
ского порядка, хотя и протекавшее в социаль-
ной среде и под ее влиянием. В социальной же
среде, правда менее совершенной, формиро-
вался и неандерталец. Л. Я. Бляхер, однако,
счел возможным сказать об этом, а потому
умолчание о дальнейшей эволюции человека
представляется совершенно нелогичным.
Вместе с тем, как сказано выше, вокруг
проблемы происхождения современного типа
развертывается особенно напряженная борьба
между материалистическим и идеалистическим
мировоззрением. Обойти в этих условиях дан-
ный вопрос молчанием — значит смазать его.
Некоторое недоумение вызывает само опи-
сание палеоантропологических находок. Читая
посвященные им две страницы, невольно при-
ходишь к мысли, что автор — в данном, по
крайней мере, вопросе — не отрешился еще
от метафизического взгляда: natura non tacit
saltum. Л. Я. Бляхер хочет убедить своего
читателя в существовании непрерывного ряда
последовательно формирующихся звеньев от
обезьяны до совершенного человека через
питекантропа, стоящего «несколько выше» его
синантропа, и, наконец, гейдельбергского чело-
века, непосредственного предка неандертальца.
Такая трактовка названных находок при-
водит к совершенно недопустимой формули-
ровке: «Потомком гейдельбергского человека
был, повидимому, неандертальский человек,
остатки которого были найдены. .. в долине
реки Неандер» (стр. 480). Из нее явствует,
что индивид, кости которого были най-
дены в 1856 г. в пещере близ д. Неандерталь,
является потомком индивида, чья ниж-
няя челюсть была обнаружена в песках Мауэра.
Вряд ли надо доказывать вздорность подобного
утверждения! Кстати, пора положить конец
мифу, широко распространенному в нашей
литературе, о существовании легендарной
«реки Неандер». Вблизи исторической пещеры
протекает река Дюссель. Название же свое
долина получила в 1850 г. в память Иохима
Неандера, поэта и композитора немецкой
реформистской церкви, который любил посе-
щать эту местность в 1674—1679 гг. Деревня
Неандерталь, равно как и близлежащая желез-
нодорожная станция носят свое название уже
по имени долины.
Стремясь показать непрерывность
развития от обезьяны до неандертальца, Л. Я.
120
Природа
1939
Бляхер допускает фактическую неточность,
называя для вместимости черепа питекантропа
цифру 850 см3, а для синантропов — 900—
1150 см3 (стр. 479 и 480). Наиболее близкое
к истине вычисление емкости черепа пите-
кантропа, произведенное Вейнертом, дало вели-
чину около 1000 см3, емкость же черепов синан-
тропа колеблется от 850 до 1200 см3. Неверно
и утверждение о том, что «вместимость черепа
самца гориллы не превышает 600 см3»
(стр. 480. Курсив мой. А. Ю.), ибо известен
мозг гориллы объемом в 655 см3, а средний
объем мозга самца — 500 см3. И совсем непо-
нятно утверждение, что «вместимость черепа
самых малоголовых рас человека не
бывает менее 900 см3» (там же. Курсив мой.
А. Ю.). Индивидуальная вариация
объема мозга человека колеблется от 1050 до
2000 см3; по одному этому не может быть расы
со средним объемом мозга в 900 см3; и
вообще наука не знает никаких «малоголовых
р а с». Цитированное же выше утверждение
Л. Я. Бляхера является вредной выдумкой,
отражающей лженаучные тенденции расистов.
Обоснование животной природы человека
сравнительно с другими вопросами темы осу-
ществлено Л. Я. Бляхером наиболее удачно,
но не свободно от существенных недостатков.
Так, совершенно не чувствуется, что «отличия
человека от человекообразных обезьян» обу-
словлены его трудовой деятельностью и отра-
жают приспособленность всей нашей мор-
фологии к трудовым функциям. Вслед за
своими предшественниками Л. Я. Бляхер
повторяет, что выступающий вперед подбо-
родок имеет «значение для развития члено-
раздельной речи», а в чем это «значение»
выражается — не объясняет, хотя сделать это
следовало бы уже потому, что связь этих двух
явлений до сих пор еще не может считаться
доказанной.
В заключение остановимся еще на двух
моментах. Чтобы иллюстрировать отношение
человека к приматам, Л. Я. Бляхер приводит
схему родословного древа приматов, опубли-
кованную в 1924 г. Ч. Зонтагом (The morpho-
logy and evolution of the apes and men by
Ch. Sonntag. London, 1924). Враг народа
Вишневский совершил в 1933 г. плагиат,
опубликовав ее в т. II «Общей биологии»
Шелла с припиской: «По Вишневскому». Л. Я.
Бляхер не поконсультировался с товарищами
антропологами МГУ, и на страницах много-
тиражной книги, хотя бы и невольно, рекла-
мирует плагиатора и врага народа.
Если в предыдущем примере проявилась
переоценка Л. Я. Бляхером своих сил, то
в списке литературы «для дополнительного
чтения» сквозит пренебрежение к студенту.
Здесь автор называет четыре книги, относя-
щиеся к гл. XXVIII: Энгельс, «Диалектика
природы», Энгельс, «Анти-Дюринг», Дарвин,
♦Происхождение человека» и Вейнерт, «Про-
исхождение человечества».
Никто не станет спорить, что углубленное
изучение «Диалектики природы» и «Анти-
Дюринга» ничего кроме пользы не даст сту-
денту. Больше того, студент неизмеримо шире
воспримет курс общей биологии, если пред-
варительно серьезно проработает все фило-
софские работы Энгельса. Но странное дело,
Л. Я. Бляхер рекомендует читать «Диалектику-
природы» только в связи с двумя главами
своего курса, а «Анти-Дюринг» — даже с од-
ной. И студент, заинтересовавшийся, положим,,
проблемой смерти, просмотрев список реко-
мендуемой литературы, увидит, что с Энгельсом,
ему делать нечего. Наоборот, справившись по
списку, что ему прочесть по теме «Происхожде-
ние человека», он, чего доброго, испугается,,
увидя здесь две капитальные философские
работы. Между тем ведь для студента, при его
ограниченном бюджете времени, вполне до-
статочно внимательно проработать очень не-
большую часть «Диалектики природы»: «Роль
труда в процессе очеловечения обезьяны»
и «Старое введение», и даже не касаться «Анти-
Дюринга». Отсутствие четкого указания на
то, что же конкретно наиболее близко отно-
сится к данной теме из данной работы, способно-
только отпугнуть студента, а не помочь ему
углубить свои знания.
Аналогичное положение с Дарвином. Л. Я.
Бляхер дважды (только дважды!) рекомен-
дует его «Происхождение видов» и оба раза
в издании Госиздата 1926 г. «Происхождение
человека» же почему-то указано в издании-
Лепковского, являющемся библиографической
редкостью и часто отсутствующем в библио-
теках.
Помимо классических работ, Л. Я. Бляхер-
почему-то называет только переводную книгу
Вейнерта, совершенно умалчивая о книгах,
советских авторов (М. Ф. Нестурх. Человек
и его предки; М. А. Гремяцкий. Эволюция чело-
века, и др.). Вряд ли такое явление заслуживает
одобрения, тем более что развиваемая Вей-
нертом в его книге «теория» антропогенеза не
только сугубо идеалистична, но явно противо-
поставляется теории Энгельса.
Резюмируя, нужно пожелать, чтобы перед
выпуском нового издания курса Л. Я. Бля-
хер внимательно пересмотрел главу о про-
исхождении человека и проконсультировал,
ее со специалистами-антропологами.
Совершенно иное впечатление производят
несколько страниц (430—437), посвященных
в конечном итоге вопросам антропогенеза,
в «Основах сравнительной анатомии» акад.
И. И. Шмальгаузена. Они убедительно дока-
зывают, что при известном желании автор
учебника способен дать прекрасное изложение-
вопроса, даже очень далекого от его иссле-
довательской тематики.
Но, несмотря на бесспорно огромное пре-
восходство в изложении вопросов, связанных
с освещением темы происхождение человека,
сравнительно с предыдущими учебниками,
автору «Основ» не следует успокаиваться на
достигнутых результатах и в новом издании
внести некоторые, правда весьма незначитель-
ные, коррективы в соответствующий раздел
своей книги. Очень неприятно, напр., читать,
что значение австралопитека «могло бы, од-
нако, быть полностью оценено только в том
случае, если бы был известен череп
взрослого животного» (стр. 433. Курсив мой.
А. Ю.). Ведь в 1936 г. такой череп найден
и опубликован даже в советской прессе. Про-
смотрев «Антропологический журнал» за 1936 г.,
акад. И. И. Шмальгаузен более уверенно на-
№ 4
Критика и библиография
121
писал бы об исключительной ценности этой
находки.
Несколько устарелыми сведениями пользо-
вался И. И. Шмальгаузен, когда писал о «но-
вейших находках» синантропа, датируя их
1928 г. (стр. 435). В конце 1936 г. в пещере
Чу-Ку-Тьен сделаны действительно «новейшие
находки», сообщение о которых было напе-
чатано в № 1 «Антропологического журнала»
за 1937 г., а в № 2 того же журнала помещена
обстоятельная статья Вейденрейха.
Наше третье замечание относится к рис. 432,
где изображена родословная человека и выс-
ших обезьян, заимствованная у Грегори. По-
следний, бесспорно, является крупнейшим спе-
циалистом в области палеонтологии прима-
тов. Но в построении родословных схем он все
еще находится в плену реакционных установок
и всегда рисует ископаемые формы человека
в виде боковых тупиковых ветвей основного
ствола. Антинаучная и реакционная сущность
таких построений в свое время была вскрыта
автором этой статьи, поэтому здесь можно
лишь указать, что, цитируя без всяких огово-
рок данную схему, автор «Основ» повторяет
ошибку Н. М. Страхова.
Этим и ограничиваются промахи, замеченные
нами в «Основах». Они кажутся совсем незна-
чительными на фоне прекрасного — в целом —
освещения вопроса. Ценность изложения И. И.
Шмальгаузена интересующего нас вопроса тем
более велика, что он сумел заострить внимание
студента на лженаучных извращениях фактов
Вуд-Джонсом, Осборном, Ранке (стр. 433—434),
перед которыми так раболепно расшаркивается
Н. М. Страхов.
Заканчивая, мы должны еще раз подчерк-
нуть, что настоящая статья ни в какой мере
не ставит себе задачи дать оценку названных
книг в целом. Она касается только небольших
их частей, и поэтому будет неправильно распро-
странять нашу оценку на всю книгу.
А. Н. Юзефович.
М. М. Тетяев. Геотектоника
СССР. Утверждено Всесоюзным Комитетом
по делам высшей школы при СНК СССР в ка-
честве учебника для высших учебных заведе-
ний. Гл. ред. горно-топл. и геол. разв. лит.,
1938. 298 стр. с 61 рис. в тексте и на вкл. листах
и 8 табл, приложений. Ц. 8 р. 10 к.
В аннотации этой книги сказано, что она
впервые в геологической литературе дает
исторический анализ структуры территории
СССР в целом. Это утверждение не согласно
С истиной: анализ структуры территории Союза
в качестве части земного шара дал уже Зюсс
в своем сочинении «Лик Земли» в 1901 г. Основы
строения Европейской части Союза набросал
в существенных чертах еще А. П. Карпинский
в 1883 г., а подробно изложил ее Бубнов
в последнее время. Строение Азиатской части
позже рассматривали Делонэ, А. А. Борисяк,
В. А. Обручев, а всего Союза в последнее вре-
мя—А. Д. Архангельский в одном сочинении до
р. Енисея и с участием других авторов на всем
протяжении в 1937 г. в специально составленном
труде. Схемы тектоники дали также А. Д.
Архангельский и Н. С. Шатский, Д. В. Налив-
кин и М. М. Тетяев в 1933 г. Но если принять
во внимание, что М. М. Тетяев не признает ни-
каких геотектонических теорий н школ, кроме-
своей собственной, то аннотация будет пра-
вильна, так как исторический анализ струк-
туры СССР на основании этой теории дается
действительно впервые.
Геотектоника этого автора построена свое-
образно; он начинает анализ структур не
с древнейших форм, т. е. докембрия, а с новей-
ших и рассматривает сначала альпийский
комплекс, затем герцинский, каледонский и,
наконец, карельский (докембрийский). Он счи-
тает, что нужно начинать анализ с самых моло-
дых форм, внутри которых включены и более
ранние, более или менее измененные новыми
движениями. Абстрагируя эти изменения, мы
получаем возможность восстановить первичный
характер более древних форм и выявить от-
дельные этапы исторического развития струк-
тур. Он отвергает весьма распространенное
мнение о существовании жестких массивов,
т. е. участков земной коры, испытавших од-
нажды сильную складчатость и интрузии и
позже уже не реагирующих на горообразова-
тельное давление, и утверждает, что последую-
щие движения могут даже всецело перестроить
древнюю складчатость. Это нужно считать
таким же преувеличением, как и мнение, что
жесткие массы совсем не реагируют на позд-
нейшие движения. Они реагируют, но только
в некоторой степени, в зависимости от слож-
ности своего строения; но новые движения не
могут перестроить старые складки по новым
направлениям, а могут выразиться в усилении
старых складок, в создании складчатости отло-
жений из более молодого материала, в кли-
важе и разных смещениях в жестких массах.
Все это можно выявить при тектоническом
анализе и нет настоятельной надобности выво-
рачивать на изнанку историю земли.
М. М. Тетяев также признает только два
основные структурные элемента земной коры —
геосинклиналь и платформу, причем послед-
нюю считает даже чем-то в роде придатка к гео-
синклинали, что выражается в обозначении:
«геосинклиналь и ее платформа». История
земной коры в основном складывается по М. М.
Тетяеву 1 из таких этапов: первый этап состоит
в колебательных движениях земной поверх-
ности (геоморфологических) и земной коры
(геотектонических), действующих по напра-
влению земного радиуса.1 2 Он
характеризуется спокойным эволюцион-
ным развитием ранее созданного рельефа
в виде последовательного замещения его основ-
ных форм переходной формы шельфа и созда-
нием слоистой структуры осадоч-
ных пород (в виде толщ на суше, в шельфах и
геосинклиналях) без изменения их первичного
залегания и при отсутствии магматических
пород.
На следующем этапе происходит изменение
залегания осадочных толщ из горизонтального
в складчатое путем складчатой формы,
геотектогенеза, которая приходит на смену ко-
лебательной и противоречива ей по существу;
она выражается в общем движении масс в г о-
ризонтальном направлении. Ее со-
1 Основы геотектоники.	М.—Л.,	1934...
стр. 268—270.
2 Разрядка наша. В. О.
122
Приро'да
1939
провождает магматическая форма геотектоге-
неза, выражающая взаимодействие земной коры
и внутренности земли в виде и н т р у з и й,
участвующих в складчатой структуре, что
обнаруживает внутреннюю связь этих форм,
которыми начинается революционный
период истории земли.
Затем эти формы сменяются особой формой
колебательных движений в виде макро-
колебаний, идущих на основе общего
восхождения масс с раскалыва-
нием земной коры. Выражая движение масс
по радиусу без изменения их внутренней струк-
туры, она резко противоречива складчатой
форме, но глубоко отлична и от колебательной
формы ориентированностью своего движения
и развитием сбросовой структуры.
Одновременно с ней развивается и магма-
тическая форма геотектогенеза в новом эффу-
зивном проявлении, резко противоречивом
предыдущему интрузивному типу. Эти две
формы, сравнительно слабо изменяя внутрен-
нюю структуру земной коры, качественно
изменяют земную поверхность, создают новый
расчлененный рельеф с новыми формами океа-
нических впадин и континентов.
Ими заканчивается революционный период
в истории земли. Далее следует опять эволю-
ционный этап, описанный выше.
С эволюционным периодом связано образо-
вание и заполнение осадками геосинклиналей,
с революционным — превращение их в склад-
чатые зоны.
В этой схеме, которая преподносится чита-
телю в категорической форме, причины как
медленных колебательных движений эволю-
ционного периода, так и быстрых революцион-
ного, связанных с восхождением масс и раска-
лыванием земной коры, объясняются очень
туманно сменой притяжения отталкиванием
в стадиях развития земли. Складчатую форму
геотектогенеза автор не рассматривает как
результат бокового давления (подобно кон-
тракционистам, теорию которых он отвергает);
он говорит, что явления сжатия в складча-
тости конкретизируются в общем сжимании
масс в вертикальном направлении, при котором
и происходит их горизонтальное движение
в форме складок, надвигов и послойного пере-
мещения вещества (Основы геотектоники, 271).
Понять этот процесс в таком изложении по
моему невозможно и дальнейшие рассуждения
автора (на стр. 272—276) не помогают его
уяснению.
В введении к «Геотектоника СССР» М. М.
Тетяев, вместо того чтобы повторить эти основ-
ные положения своей теории в ясной и четкой
форме, очень расплывчато полемизирует с авто-
рами других тектонических схем, особенно
с акад. А. Д. Архангельским, доказывая
ошибочность их взглядов и правильность своих
и необходимость начинать изложение геотек-
тоники и анализ структуры с самых молодых
форм.
(Гл. 1 посвящена рассмотрению структуры
территории СССР по таким отделам: основные
формы рельефа и их генезис; рельеф кон-
тинентальной части территории (общий харак-
тер, области оседания, выводы); магматические
явления четвертичного времени, сейсмичность
территории; расположение движений четвер-
тичного периода по отношению к предшество-
вавшей структуре; общий ход геотектониче-
ского процесса в течение четвертичного периода
и пути развития современного рельефа терри-
тории СССР. Это рассмотрение приводит к вы-
воду, что на территории Союза уже закон-
чился революционный этап макроколебаний и
восхождения масс и магмы с ее излиянием на
поверхность и начался этап эволюции с вырав-
ниванием созданных форм рельефа, образова-
нием шельфа и отмиранием вулканизма.
Относительно этой главы, занимающей
25 страниц, можно заметить, что все ее содер-
жание можно было бы изложить вдвое короче
и яснее, избегая многочисленных повторений
и длинных рассуждений. Имеются и очень
спорные и недоказанные утверждения как то,
что в четвертичное время Енисей захватил
Минусинскую котловину и затем Танну-
Тувинскую, Иртыш — Зайсанскую, а Обь —
Телецкое озеро (стр. 40), что долина Амура
является очень молодой среди окружающего
рельефа (стр. 29), что молодые мезозойские
и третичные отложения не ограничиваются
современными впадинами, а покрывали в боль-
шинстве случаев в виде обширных формаций
прежние равнины (стр. 26), и др.
Гл. 2 описывает структуру альпийского
комплекса на территории СССР. После пред-
варительных замечаний рассмотрены контуры
складчатой зоны и платформы и последова-
тельно структура альпийской складчатой зоны
в областях Черноморско-Каспийской, Средне-
азиатской, Среднесибирской, Дальневосточной
и Северовосточной с общими выводами, затем
структура альпийской платформы и полезные
ископаемые альпийского комплекса (нефть,
уголь и магматические). Эта глава занимает
105 страниц.
Нужно отметить, что М. М. Тетяев катего-
рически отвергает предлагаемое рядом геоло-
гов деление альпийского геотектонического
цикла на два — мезозойский (тихоокеанский)
и третичный (собственно альпийский), что
особенно необходимо для материка Азии, где
эти циклы отчетливо разделены во времени
и в пространстве. М. М. Тетяев придержи-
вается единого и непрерывного альпийского
комплекса. При взгляде на его схему структуры
этого комплекса (табл. V книги) мы увидим,
что его платформа занимает большую часть
территории СССР, кроме крайнего юга с Кав-
казом, Средней Азии, южного Забайкалья,
всего Амурского бассейна, всего северо-востока,
к востоку от нижних течений Лены и Алдана,
и, наконец, Таймырского полуострова. С юга,
востока и севера эта платформа опоясана склад-
чатой зоной, в которую таким образом по-
падают Крым, Кавказ с Предкавказьем,
включая Донбас, Уст-юрт, Кара-кумы и Копет-
даг, Кызыл-кумы, Тянь-шань и Памир, Джун-
гарский Алатау и хребты Джунгарии, Саур,
Южный Алтай, Монгольский Алтай, Танну-
Тува, Западный и Восточный Саян, юг Прибай-
калья и западное Забайкалье, восточное Забай-
калье, весь Дальний Восток, Яно-Колымский
край с Камчаткой, Новосибирские острова, Тай-
мырский полуостров и Северная Земля. Все эти
горные цепи самой разнообразной высоты и
формы, плоскогория и низменности предста-
вляют складчатую зону, в которой в г е о с и н-
№ 4
Критика и библиография
123
кливальных условиях развилось
горообразование альпийского цикла. Едва ли
найдутся еще тектоники, которые согласятся
объединить в одну структурную зону такие
разнородные элементы, как Крым и Кавказ
с их мощной свитой мезо- и кайнозоя и слож-
ной 1ектоникой; затем цепи Тянь-шаня и Джун-
гарии, где породы этого возраста залегают
главным образом в предгориях и в между-
горных долинах, достигают меньшей мощности
и дислоцированы часто слабо; далее Алтай
и Саяны, где мезозоя вообще нет, а кайнозой
встречается редко и небольшими клочками
в долинах; южное Забайкалье с его узкими
юрскими бассейнами в грабенах; наконец,
восточное Забайкалье с мощным и сложно
дислоцированным мезозоем и почти горизон-
тальным кайнозоем. Едва ли кто-нибудь согла-
сится с тем, что мезо- и кайнозойские породы
Тянь-шаня и Джунгарии, третичные Алтая,
юрские западного Забайкалья отлагались в гео-
синклинали, что оба Саяна и Таймырский
край представляли в мезо- и кайнозое геосин-
клиналь.
М. М. Тетяев, впрочем, не стесняется
в заявлениях, которые должны подтвердить
геосинклинальные условия в прошлом. Так,
он уверяет, что современная нагорная область
Средней Азии некогда была перекрыта мезо-
кайнозойскими образованиями, уничтоженными
размывом при ее поднятии (стр. 87). Его не
смущает мысль, что в таком случае полу-
чается огромный водный бассейн (и не только
в средней, но и в центральной Азии, где усло-
вия аналогичны), чему противоречит грубый
состав отложений, требующий близости суши
в качестве источника материала. Нужно отме-
тить и в этой главе сильную расплывчатость
изложения, неоднократные повторения и вместе
с тем отсутствие точных ссылок на первоисточ-
ники (за редкими исключениями), скудость
иллюстраций в виде хороших карт и разрезов
для многих районов и частую неопределенность
в описании складчатых структур, в котором
характер складок далеко не всегда указан,
а для простираний и падений цифровые данные
всегда отсутствуют. В качестве примера не-
определенности приведу следующее место
(стр. 102): <то же самое можно сказать и о рас-
положенной к северу Джунгарии, где также
.мезо-кайнозой имеет складчатую структуру,
являющуюся продолжением структуры Джун-
гарского Алатау».
Между тем вполне точные данные о струк-
туре мезо-кайнозоя М. М. Тетяев мог найти
в моих напечатанных в 1912—1914 гг. дневни-
ках путешествия по Джунгарии и убедился бы,
что юра здесь местами складчата, но чаще
только слабо наклонна, а третичные отложе-
ния нарушены еще слабее, что эти осадки обра-
зовались в озерах между хребтами и доказа-
тельств геосинклипальных условий отложе-
ния в мезо-кайнозойское время и восхождения
масс с интрузиями здесь, как и дальше в Цен-
тральной Азии, не имеется.
Гл. 3 (77 стр.) посвящена структуре гер-
ципского (варисского) комплекса; описаны
контуры герцинской складчатой зоны и ее
платформы на западе и па востоке СССР, итоги
оконтуривания герцинской складчатости, вну-
тренние структуры складчатой зоны в ветвях
черноморской, урало-алтайской и дальне-
восточной, общие результаты анализа этой
структуры, внутренняя структура платформ
европейской и сибирской с общими выводами
и полезные ископаемые комплекса (уголь,
соль, нефть, руды).
На табл. VI, представляющей схему струк-
тур герцинского комплекса, мы видим указан-
ные две платформы — европейскую и сибир-
скую и вокруг них складчатые зоны. К уди-
влению, украинский докембрийский щит боль-
шею частью попадает вместе с Донбассом
в складчатую зону, а платформа длинным вы-
ступом покрывает северную часть Каспий-
ского моря, бассейн р. Урала, Мугоджары,
часть Уст-юрта, Аральское море и низовье
Сыр-дарьи. В Сибири к другой платформе
присоединены Кузнецкий Алатау, Минусин-
ская впадина, Западный и Восточный Саян
(в пределах СССР) и большая часть Таймыр-
ского полуострова. Верхоянский хребет Тас-
каяхтах и часть хр. Черского, в которых между
прочим сильно дислоцирован верхний палео-
зой, все-таки присоединены к платформе, что
мотивировано неубедительно (стр. 160). С дру-
гой стороны, Кольский полуостров включен
в складчатую зону, несмотря на то, что он
сплошь состоит из докембрия, на котором
только в одном месте залегает девон, дислока-
ция которого может быть объяснена интру-
зией нефелинового сиенита. Столь же странно
проведение восточной границы складчатой зоны
через Кузнецкий бассейн у Кемерова так, что
большая часть бассейна попадает в плат-
форму, а западная вместе с Салаиром —
в складчатую зону; таким образом бывшая
герцинская геосинклиналь шла наискось через
угленосный бассейн и захватывала Салаир
(стр. 157). С таким толкованием строения Куз-
басса едва ли согласится кто-нибудь из сибир-
ских геологов. Минусинская впадина на осно-
вании будто бы куполообразных структур
девонских складок попала в платформу, в пере-
ходную область к геосинклинали, для которой,
по М. М. Тетяеву, характерна такая структура,
хотя мощность девона достигает нескольких
тысяч метров. В платформу попал и соседний
к югу Западный Саян, хотя в его составе есть
складчатый девон, а сам хребет всей массой
надвинут на верхний палеозой впадины. В гео-
синклинали, очевидно, должна находиться
Танну-тува, хотя в тексте об этом ничего нет.
Вообще проведение границы между платфор-
мами и складчатыми зонами во многих случаях
выполнено сугубо субъективно по признакам,
которые допускают различное толкование.
Странное впечатление производят антикли-
нали складчатой зоны, которые не обтекают
границу платформы, а упираются в нее; та-
ковы антиклинали канинская, тиманская, се-
верного Урала и две загадочные по низовьям
р. Томи и между Обью и Енисеем (объяснения
которых я нс заметил). М. М. Тетяев, впрочем,
считает, что направление складок не зависит от
очертаний платформ; но в таком случае зачем
говорить «складчатая зона и ее платформа».
Изложение и в этой главе расплывчатое,
с частыми повторениями, с неточным описа-
нием структур (без азимутов и углов падения)
и без таких ссылок на литературу, но которым
можно было бы проверить данные автора.
124
Природа
1939
Гл. 4 (40 стр.) рассматривает каледонскую
структуру — контуры каледонской складча-
тости, внутренние структуры складчатых зон
южной и арктической и каледонской платформы
южной и арктической и каледонской плат-
формы — восточной и западной частей ее, на-
конец полезные ископаемые каледонского ком-
плекса. Табл. VII дает схему структуры этого
комплекса. На ней мы видим огромную плат-
форму, протягивающуюся от западной гра-
ницы СССР до Тихого океана, окаймленную
складчатыми зонами; северная, надвигаясь
с Новой и Северной Землиз, ахватывает Мур-
ман, Канин, Пай-хой, Ямал и берег Таймыра;
южная, начинаясь на Кавказе, врезывается
в платформу большим заливом от южного
Урала до Енисея и менее крупным — в районе
верхней Лены, Байкала и Забайкалья. На край-
нем юге на месте Копет-дага, Кара-кум и юга
Средней Азии вырисовывается вторая плат-
форма.
Изложение страдает теми же недостатками,
как и в двух рассмотренных главах. В качестве
примеров достоверности тектонических сообра-
жений М. М. Тетяева приведем некоторые
факты.
В складчатой зоне к ЮЗ от иркутского
выступа платформы он рисует восточносаян-
скую складку (антиклинорий), западнее по-
казывает второй антиклинорий от верхнего
Енисея к Красноярску, о котором в тексте
ничего не говорит, а на месте Западного Саяна,
где по всем имеющимся данным мы имеем кале-
донские складки, карта является пустой и ано-
мальное для каледонских антиклинориев по-
перечное простирание его на ВСВ М. М. Тетяев
старается объяснить тем, что альпийская склад-
чатость совершенно перестроила кембро-силу-
рийские толщи, хотя оставляет решение этого
вопроса будущим исследователям (стр. 248).
В Забайкалье совершенно произвольно вы-
ход кембрия на верхнем Витиме, где найдены
археоциаты (что еще не подтверждено ни отче-
том, ни определением форм), связан в качестве
несомненного продолжения с выходом кембрия
на р. Джиде, отстоящим от Витима на 600 км,
причем в тот же складчатый комплекс в каче-
стве очевидного члена включены расположен-
ные в промежутке контактово-измененные
известняки, песчаники и сланцы и конгломе-
раты Курбинского района, и вдоль р. Селенги,
кембрийский возраст которых никем еще не
доказан и простирание которых режет наме-
чаемый огромный антиклинорий наискось
(стр. 231). А в другом месте (стр. 243) тот же
антиклинорий описан как состоящий из пород,
несомненно, докембрийского возраста, но при-
числяется к каледонским на основании про-
явления типичных для каледонской структуры
слюдоносных гранитов. Не менее странным
является следующий к северу антиклинорий,
пересекающий оз. Байкал от Ольхона к Свя-
тому Носу; хотя он весь состоит из докембрия
(точнее — из архея), но причислен к кале-
донским потому, что будто бы разделяет ниж-
ний кембрий Верхней Ангары от нижнего
кембрия Ципикана. Хотя кембрийский воз-
раст ни тут, ни там не доказан фауной, но это
не смущает М. М. Тетяева, который тянет свои
антиклинории по породам разного возраста
и простирания и режет ими даже обширные
массивы гранитов. Следующий к северу Чуй-
ский антиклинорий на левом берегу Витима
показан там, где по имеющимся данным зале-
гает большой докембрийский синклинорий слю-
доносных пегматитов в р. Мамы; на правом
берегу Витима он режет наискось докембрий-
ские (по М. Тетяеву кембрийские) складки
и массивы гранита.
Еще один факт. М. М. Тетяев пишет
(стр. 246), что около Иркутска, в истоке-
Ангары, нижнепалеозойские отложения в р е-
зультате крупного надвига
альпийской структуры отсут-
ствуют совершенно, будучи пере-
крыты породами докембрий-
ского ядра, ложащимися прямо на юру.
В действительности же здесь никакого палео-
зоя нет, он был размыт еще в юрский период
и замещен юрскими песчаниками, глинами и
конгломератами, на которые и надвинут
докембрий. Так не только передаются фактиче-
ские данные.
Заметим кстати, что это нарушение, ко-
торое теперь скромно именуется надви-
гом, не очень давно тот же автор называл гро-
мадным шариажем со стороны восточного
Саяна, находил его чешуйчатые покровы еще
дальше на севере и думал о корнях лежачей,
складки, из которой этот шариаж возник,
далеко на юге (см. полемику о сибирских ша-
риажах в «Геол, вести.» 1928 и 1929 гг.).
Примеров такого вольного обращения
с фактическими данными можно было бы на-
метить еще немало. Отмечу еще, что, превращая
весь юг Сибири, от Енисея до Амура, в склад-
чатую каледонскую эону, т. е. в геосинклиналь,
и зная, что окружающая ее платформа тоже
была покрыта морем, причем породы нижнего
и верхнего кембрия являются ярко терриге-
новыми, М. М. Тетяев обходит полным молча-
нием вопрос, где же была суша, которая дала
материал для этих отложений.
Этот важный вопрос о суше он вообще
игнорирует при рассмотрении структур раз-
ных комплексов.
Гл. 5 (20 стр.) посвящена карельской струк-
туре. В виду сравнительно редкого проявления
докембрийских образований на поверхности
и нередкой спорности их возраста разграниче-
ние складчатых зон и платформ допускает,
конечно, еще больше вольного толкования.
Отметим только некоторые странности. М. М,
Тетяев, который вообще не признает жестких
глыб, не поддающихся перестройке при болер
молодых движениях, указывает, что в Ени-
сейском .кряже древняя структура сохрани-
лась нетронутой, несмотря на наложение на
нее каледонской складчатости и движений
альпийского этапа, и старается объяснить это
«периферическим, а потому более слабым ха-
рактером» этих движений. Между тем в кале-
донском поясе на восточной стороне кряжа
мы знаем и опрокинутые складки, и многочис-
ленные крупные сбросы, противоречащие сла-
бости движений. В Прибайкалье он не решается
проводить карельские складки в виду недо-
статочной изученности докембрия, хотя сам
изучал большую площадь последнего в районах
Тыи и Горемыки и смело проводил там складки
разного возраста (стр. 280). К востоку от Бай-
кала, где известно обширное поле докембрия
№ 4
Критика и библиография
125
и где сам М. М. Тетяев проводил антиклинории
докембрия в качестве ядер каледонских скла-
док, он теперь проводит только одну складку
в Слюдянском районе и меридиального, а не
северо-восточного простирания, очевидно счи-
тая, что весь остальной докембрий подвергся
складчатости уже в каледонском цикле.
Полезными ископаемыми карельского цикла
М. М. Тетяев считает только железистые квар-
диты и магнезит, тогда как многочисленные
месторождения слюды и золота (за исключе-
нием, может быть, золота Енисейского кряжа)
относит огульно к каледонским, с чем не согла-
сятся многие сибирские геологи.
Гл. 6 (стр. 10) рассматривает общий ход
развития структуры от протерозоя до четвер-
тичного времени. И здесь немало спорных или
произвольных утверждений. Отметим, что
здесь впервые вскользь упоминаются некото-
рые фазы каледонского и альпийского цикла,
тогда как раньше при описании структур гово-
рилось только вообще о складчатых зонах
и платформах циклов без указания развития
структур по фазам. А так как фазы циклов
проявлялись вообще далеко не одинаково на
территории СССР (в разных частях ее они имели
разную силу, некоторые местами совсем не
проявлялись), то глубокий тектонический ана-
лиз структур, на который претендует М. М.
Тетяев, должен был бы учитывать роль, силу
и место проявления всех фаз, в особенности
в альпийском цикле.
В заключение нашей, поневоле очень длин-
ной, рецензии приходится высказать недоуме-
ние по поводу того, что это сочинение утвер-
ждено в качестве учебника для высшей школы.
Учебник должен давать знание предмета в чет-
кой и вполне усвояемой форме, должен быть
написан хорошим языком, без расплывчатости,
повторений, излишних деталей, в особен-
ности по спорным и мало изученным вопросам.
Сочинение М. М. Тетяева этим требованиям не
удовлетворяет; оно написано тяжеловесно,
иную фразу приходится перечитывать не-
сколько раз, чтобы уяснить себе, что хочет
сказать автор, что не всегда даже удается;
оно содержит много повторений и еще больше
спорных или произвольных, ничем не подтвер-
ждаемых положений и много излишних для
учебника подробностей.
Критика не в состоянии проверить все утвер-
ждения автора, который на всю книгу дает
ссылки только на 55 первоисточников, при-
надлежащих 40 авторам, причем все ссылки без
указания соответствующих страниц источника,
поэтому нужно затратить много времени, чтобы
найти соответствующие места в первоисточнике.
Основные положения о последовательности
и характере движений в течение разных эта-
пов земной истории, которые мы привели
в начале рецензии и которые М. М. Тетяев
высказывает в категорической форме, требуют
еще очень серьезного критического разбора
и их нельзя не назвать очень и очень спорными.
Утверждая книгу в качестве учебника, Комитет
по высшей школе как бы признал, что геотек-
тоническая теория этого автора является един-
ственно правильной и заслуживающей усвое-
ния всеми учащимися, с чем едва ли согласится
большинство наших геологов.
Акад. В. А. Обручев.
В. В. Алехин. Методика поле-
вого изучения растительности
и флоры. 2-е изд., 1938, 203 стр.
Реферируемая работа представляет собою
второе, значительно переработанное, испра-
вленное и дополненное, издание. Как указы-
вает сам автор в предисловии ко 2-му изданию,
главы «Задачи и методы фенологических ис-
следований» и «Задачи охраны природы» до-
бавлены вновь, глава о полезных растениях
написана заново и сильно расширена. Сильно
увеличено количество иллюстраций. Работа
состоит из 12 глав, алфавитного указателя
ботанических и геоботанических терминов,
оглавления и 52 рисунков.
Гл. I — «Значение растительных ресурсов
СССР в социалистическом строительстве и
задачи ближайшего времени» дает краткое,
четкое и достаточно правильное представле-
ние об огромных растительных ресурсах на-
шей страны, о необходимости наиболее полной
и всесторонней инвентаризации флоры и ра-
стительности и о коренной переделке далеко
не совершенных природных растительных
УГОДИЙ.
Автор смело ставит вопрос о продвижении
земледелия и более ценных кормовых угодий
на север за счет сведения мелколесья. Реши-
тельно высказывается за облесение более юж-
ных районов, страдающих во многих отноше-
ниях (засухи, суховеи, недостаток древесины)
из-за отсутствия леса.
Гл. II—«Флористические исследования —
основные методы» дает краткое популярное
изложение предмета и методики изучения
флоры, ее систему. Кратко перечислено поле-
вое оборудование, снаряжение флориста, ска-
зано, как надо составить маршрут, что необ-
ходимо наблюдать и регистрировать в поле.
Даны правила сбора растений.
Гл. III — «Геоботанические исследования.
Основные понятия и методы». В этой главе
автор ясно знакомит читателя с основными
геоботаническими понятиями, умышленно из-
бегая дискуссионных положений. Затем пере-
числяются типы геоботанических исследований,
их содержание и объем. Автор подробно оста-
навливается на методике описания ассоциа-
ций по методу пробных площадок и экологи-
ческих рядов. Пробные площадки он рекомен-
дует закладывать размером 100 м® (10 х 10 м)
с дополнительными площадками размером в 1 м2.
Если описание ведется по экологическим
рядам, то площадки рекомендуется заклады-
вать по профильной линии, причем в зависи-
мости от характера экологического ряда можно
закладывать площадки не равносторонние,
напр. 20 х 5 м; 40 х 21'2 м> или 50 х 2 м.
Далее автор дает краткий перечень снаряже-
ния геоботаника.
Гл. IV является продолжением предыдущей
и посвящена разъяснению методики описания
пробных площадок, при этом автор постепенно
развертывает последовательный процесс опи-
сания ассоциаций. Затем автор делает очень
ценные указания для составления названий
ассоциаций, приводя при этом несколько спо-
собов и подробно их объясняя.
Гл. V «Задачи и методы изучения лугов,
степей и пастбищ». В начале главы, автор дает
краткое определение понятий степь, луг и де-
126
Природа
1939
лает основные подразделения их на типы.
Далее идет методика описания ассоциации
и количественного учета травянистой массы.
Автор рекомендует брать три пробных
площадки на укос размером в 1 м2, затем эти
три пробы смешивать и брать из смешанного
снопа J/3—среднюю пробу, для детального
весового и видового (или группового) анализа.
Затем автор кратко останавливается на спе-
цифических моментах описания заливных лу-
гов, пастбищ и степей, сроках сенокошения
и учете сенокосных угодий.
Гл. VI «Задачи и методы изучения лесов». —
В этой главе 1 дается представление о наших
лесных богатствах эксплоатационного, водо-
охранного, местного, курортного и т. д. зна-
чения.
Автор отмечает слабую изученность и лесо-
устроенность наших лесов. Далее он пере-
числяет основные типы лесонасаждений Со-
ветского Союза и указывает полезные свойства
как самых насаждений, так и древесины раз-
личных пород. Затем автор останавливается
на специфических моментах методики иссле-
дования лесов.
Гл. VII посвящена задачам и методам изу-
чения болот. Имеется таблица распростране-
ния болот по областям. Даны основные типы
болот и их классификация. Указаны приемы
описания болот, исследования торфа, карти-
рования, определения прироста торфа.
Гл. VIII «Задачи и методы изучения сорня-
ков». В ней автор останавливается на эколо-
гии и биологических особенностях главнейших
сорняков, на специфике меюднки исследова-
ния сорной растительности и засоренности
почв семенами сорняков.
Гл. IX посвящена изучению полезных
растений. Автор различает среди растений
следующие группы:
А.	Полезные растения: 1) пищевые, 2) крах-
мале- и сахароносные, 3) лекарственные,
4) масличные, 5) каучуко- и гутаперченосы,
6) дубильные, 7) текстильные, 8) эфироносные,
9) красильные, 10) кормовые и др. (всего
около 40).
Б. Вредные растения: 1) ядовитые,
2) сорные.
В.	Растения индифферентные (не полез-
ные, но и не вредные).
Автором перечислены главнейшие предста-
вители упомянутых групп, с указанием частей,
содержащих те или иные полезные вещества,
времени сбора и способа сушки и храпения.
Для главнейших групп полезных растений
отдельно указана необходимая литера-
тура.
Гл. X посвящена задачам и методам фено-
логических наблюдений.
В гл. XI «Методы геоботанического карти-
рования» автор перечисляет различные типы
ботанических карт, указывает способы картиро-
вания и обозначения растительности (на гео-
ботанических картах) и отдельных растений
(на флористических картах). Автор остана-
вливает внимание на восстановленных и совре-
менных картах.
Гл. XII посвящена задачам охраны природы.
В ней перечислены наиболее крупные заповед-
ники. Почти ко всем главам имеются повероч-
ные вопросы, рекомендуемые задачи и список
необходимой литературы.
В заключение можно сказать, что рефери-
руемая работа является прекрасным методи-
ческим пособием для начинающих исследова-
телей геоботаников и краеведов. Материал
изложен кратко, четко, отсутствуют дискус-
сионные моменты, обычно путающие начинаю-
щих. С предельной четкостью сказано, что
и как надо делать в поле молодому исследо-
вателю. Большой интерес для начинающих
имеет глава о полезных растениях. Некото-
рым недостатком является неполнота охвата
частных исследований. Так, нет указаний по
специфике исследования тундровой раститель-
ности, песчаных пустынь и т. д. Затем не-
сколько схематичны и спорны определения
понятий луг, болото и т. д. Однако сделан-
ные нами замечания ни в коей мере не снижают
исключительной методической ценности рефе-
рируемой работы, выгодно отличающейся
в этом отношении от программ геоботанических
исследований, изданных Академией Наук.
Е. П. Матвеева.
ОБЩАЯ БИБЛИОГРАФИЯ
МАТЕМАТИКА
A. Albert. Modern higher algebra. Cam-
bridge, University press, 1938, XIV + 319 p.—
С. E- Weatherburn. An Introduction to Rie-
mannian Geometry and the tensor calculus.
Cambridge, at the University press, 1938,
189 p. —Д. А. Граве, акад. Трактат по алге-
браическому анализу. Т. 1. Начала науки.
Инет, математики. Изд. Акад. Наук УССР,
Киев, 1938, 210 стр., с черт. Ц. 6 р.; пер. 2 р.—
J. Malengreau. Essai sur les fondements de la
gdometrie Euclidienne. Lausanne-Geneve. Lib-
rairie Payot &. C-ie, 1938, 311 p. — H. Mineur.
1 В основном сделана А. П. Шиманюком.
Technique de la methode des moindres carr6s.
Monographies des probability publiees sous
la direction de M. Emile Borel. Fascicule II.
Paris, Gauthier-Villars, 1938, 92 p. — W. L.
Ferrar. A Text-book of convergence. Oxford,
at the Clarendon press, 1938, 192 p.
ФИЗИКА
Albert Einstein and Leopold Infeld. The
evolution of physics. The growth of ideas from
the early concepts to relativity and quanta.
Cambridge, at the University Press, 1938,
319 p., with ill.—Лагранж. Аналитическая
механика. Перев. с франц. Под ред. и с примеч.
Л. Г. Лайцянского и А. И. Лурье. ГОНТИ.
№ 4
Критика и библиография
127
Ред. техн.-теоретич. литер. (Классики естество-
знания. Физика. Механика. Математика. Астро-
номия). М.—Л., 1938, т. I. Пер. В. С. Гохман.
348 стр., 1 вкл. л. портр. Ц. 10 р. 50 к.;
пер. 1 р. 50 к. — С. А. Соболев. Современное
состояние математической теории малых коле-
баний. [АН СССР. Тр. Сейсмологического
инет. № 79 (8)]. Изд. Акад. Наук СССР, М.—Л.,
1938 (81—97) стр., с черт. Ц. 1 р. 25 к. —
С. А. Христианович, С. Г. Михлин и Б. Б.
Девисон. Некоторые новые вопросы механики
сплошной среды. Неустаповившееся движение
в каналах и реках. Математическая теория
пластичности. Движение грунтовых вод. Под
ред. Н. Е. Кочина. АН СССР. Математич.
инет. им. В. А. Стеклова. Изд. АН СССР,
М.—Л., 1938, 407 стр. с черт. Ц. 17 р. 50 к.;
пер. 2 р. 50 к. — Д. И. Шерман. Плоская
задача теории упругости со смешанными пре-
дельными условиями. АН СССР. Тр. Сейсмо-
логии. инет. № 88. Изд. АН СССР, М,—Л.,
1938, 32 стр., с черт. Без т. л. Ц. 1 р. 35 к.
химия
N. V. Sidgwick. The organic chemistry of
nitrogen. New ed., revised and rewritten by
T. W. J. Taylor and Wilson Baker. Oxford,
at the Clarendon Press, 1937, XIX + 590 p.—
W. R. Schoeller. The analytical chemistry of
tantalum and niobium. The analysis of their
minerals and the application in gravimetric
analysis with a foreword by G. Roche
Lynch. London, Chapman u. Hall, LTD, 1937.
XVI + 198 p., with tabl. — C. Falconer
Flint. The Chemistry and technology of rubber
latex with a foreword by B. J. Eaton. London,
Chapman <£. Hall, LTD., 1938, XX + 715 p„
with ill.
СЕЙСМОЛОГИЯ
Г. П. Горшков. О сейсмическом райониро-
вании Средней Азии. АН СССР. Тр. Сейсмо-
логии. инет. № 79 (6). Изд. АН СССР, М.—Л.,
1938, 67—71 стр., без т. л., 1 вкл. л. карт.
Ц. 50 к. — Ф. А. Кириллов. О смещении
понвы при подольском взрыве. АН СССР.
Тр. Сейсмологии, инет. № 79 (10). Изд. АН
СССР, М.—Л., 1938, 155—161 стр., с граф.
Ц. 50 к. — Д. П. Кирнос. О некоторых част-
ных слунаях вынужденного движения маят-
ника. АН СССР. Тр. Сейсмологии, инет.
№ 79 (2). Изд. АН СССР, М,—Л., 1938,
5—13 стр., с нерт. Ц. 50 к. — Е. А. Кори-
далин. О распространении упругих волн в зоне
выветривания. АН СССР. Тр. Сейсмологии,
инет. № 79 (12). Изд. АН СССР, М.—Л.,
1938, 145—154 стр., с нерт. Ц. 50 к. — В. В.
Попов. Сейсмииность УССР и Бессарабии и
связь с землетрясениями юго-запада СССР
с карпатскими очагами. АН СССР. Тр. Сейсмо-
логии. инет. № 79 (7). Изд. АН СССР, М.—Л.,
1938, 73—79 стр., со схем. Ц. 50 к. — Н. В.
Райко и Е. А. Толмаиева. Сейсмологическая
лаборатория в Пасадине. АН СССР. Тр. Сейсмо-
логия. инет. № 79 (5). Изд. АН СССР, М.—Л.
1938, 35—48 стр., с илл. Ц. 1 р. — М. А.
Садовский. Прибор для измерения ускорений
при землетрясениях. АН СССР. Тр. Сейсмо-
логии. инет. № 79 (3). Изд. АН СССР, М.—Л.,
1938, 15—24 стр., со схем. Ц. 50 к. — Д. А.
Харин. Определение первой амплитуды коле-
баний истинного движения почвы. АН СССР,
Тр. Сейсмологии, пнет. № 79 (4). Изд.
АН СССР, М,—Л.,	1938, 25—34 стр.,
с граф. Ц. 50 к. — Г. Л. Шнирман. Устойчи-
вый вертикальный сейсмограф без темпера-
турной компенсации. АН СССР. Тр. Сейсмо-
логии. инет. № 79 (1). Изд. АН СССР, М.—Л.,
1938, 4 стр., с черт. Ц. 25 к.
ГЕОЛОГИЯ
Академику В. А. Обручеву. К пятидесяти-
летию научной и педагогической деятельности.
Том I. Изд. Акад. Наук СССР, М.—Л., 1938,
347 стр., с илл. Ц. 20 р. — Г. П. Воларович.
К геологии и металлогении Верхне-Мынского
района. (Верхняя Селемджа.) Дальне-Восточ-
ный филиал Акад. Наук СССР. Материал.!
по геологии ДВК, вып. 2. Изд. Акад. Наук
СССР, Владивосток, 1938, 72 стр., с карт,
и схем. Ц. 4 р. — А. Н. Криштофович. Краткий
очерк орографии, тектоники, стратиграфии
ДВК и связь с ними полезных ископаемых.—
Б. М. Штемпель. Материалы по стратиграфии
мезозоя ДВК. (Верхний Амур, Тырма,
Бурея). — Л. Н. Маркова. К петрографиче-
ской характеристике углей Деп-Новоямполь-
ского месторождения. — П. С. Бернштейн и
А. А. Леонтович. К геологии и петрологии
кристаллического комплекса Верхнего Амура.
Дальне-Восточный филиал Акад. Наук СССР.
Материалы по геологии ДВК. Вып. 1. Изд.
Акад. Наук СССР, Владивосток, 1938,
104 стр., с илл. Ц. 6 р. — Сборник ин-
струкций и программных указаний по изуче-
нию мерзлых грунтов и вечной мерзлоты.
Академия Наук СССР, Комитет по вечной мерз-
лоте совместно с Гл. Упр. Сев. морск. пути,
с Фундаментстроем и Главн. Геолог, упр.
НКТП. Изд. Акад. Наук СССР, М.—Л.,
1938, 272 стр., с илл. Ц. 9 р.; пер. 1 р. —
Alex. L. du Toit. Our Wandering Continents,
an hypothesis of continental drifting. Oliver
and Boyd. Edinburgh—London, 1937, 366 p.,
with 48 ill. — С. M. Ткалич. Геологический
очерк Сучанского каменноугольного место-
рождения. Дальне-Восточный филиал Ака-
демии Наук СССР. Материалы по геологии
ДВК, вып. 3. Изд. Акад. Наук СССР, Влади-
восток, 1938, 60 стр., со схем. Ц. 3 р. —
П. П. Чуенко. Геологическое строение Южного
Дарваза. Академия Наук СССР, Тадж.—
Памирская экспедиция. Тр. ТПЭ, вып. 100.
Изд. Акад. Наук СССР, М.—Л., 1938, 40 стр.,
со схем., 1 вкл. л. карт. Ц. 2 р.
ПАЛЕОНТОЛОГИЯ
А. В. Мартынов. Очерки геологической
истории и филогении отрядов насекомых
(Pterygota) Академия Наук СССР. Тр. Палеон-
толог. инет. Т. VII, вып. 4, ч. I. Palaeoptera
и Neoptera polyneoptera. Изд. Акад. Наук
СССР, М —Л , 1938, 149 стр., с илл., 1 вкл. л.
схем. Ц. 14 р.
ПОЧВОВЕДЕНИЕ
Борьба с эрозией почв в СССР. Материалы
1 Всес. совещания по борьбе с эрозией почв.
Москва 4—7 марта 1936 г. Академия Наук
128
Природа
1939
СССР. Почв. инет. им. В. В. Докучаева.
Сов. секция Междунар. ассоц. почвоведов.
Изд. Акад. Наук СССР, М.—Л., 1938, 386 стр.,
с илл. Ц. 16 р. 25 к. в пер. — Исследования
по вопросам плодородия почв и удобрений.
(Сборник статей.) Ред. проф. д-р с.-х. наук
А. Т. Кирсанов. Тр. Почв. инет. им. В. В.
Докучаева. Т. XVIII. Изд. Акад. Наук СССР,
М.—Л., 1938, 218 стр., 1 вкл. л. Ц. 9 р.—
А. И. Читчян. Почвы плодовых совхозов
Армконсервтреста (Гечерлю — Совхоз № 3 —
Ацик) и их освоение. Под ред. проф. Н. А.
Димо. Изд. Акад. Наук СССР, Армянок, фил.,
Ереван, 1938, 154 стр., с илл., 3 вкл. л. план.
•Без цены.
ГЕОГРАФИЯ
L. Brontman. On the Top of the World.
The Soviet expedition to the north pole 1937.
Edited and with a Foreword by academician
O. J. Schmidt. London, Victor Gollancz, LTD,
1938, XIII + 287 p., with ill. and map. —
H. T. Kimble. Geography in the middle ages.
London, Methuen &. Co, LTD, 1938, 272 p.,
with Ill. — W. W. Jervis. The world in Maps.
A study in map evolution. Second edition.
London, 1938, 208 p., with ill. in black and
white and twenty-four maps in colour.
БИОЛОГИЯ
Биохимия
Irvine H. Page. Chemistry of the Brain.
Bailliere, Tindall <£ Cox, London, 1937,
XVII + 444 p., with tabl.
Ботаника
Зб!рник праць присвячений пам’яп ака-
дем!ка В. М. Любименка (Сборник трудов,
посвященный памяти академика В. Н. Люби-
менка). АН УРСР. 1нст. ботанжи. Вид.
АН УРСР, Ки1в, 1938, 478 стр., с илл.,
1 вкл. л. портр. Ц. 20 р. —М. В. Культиасов.
Тау-Сагыз и экологические основы введения
его в культуру. Под ред. акад. Б. А. Кел-
лера и акад. Н. И. Вавилова. АН СССР. Лабо-
ратория эволюционной экологии растений АН
и Всес. Инет, каучука и гутаперчи НКТП.
Изд Акад Наук СССР, М.— Л., 1938, 314 стр.,
с илл., вкл. л. схем и илл. Ц. 12 р. — Опре-
делитель паразитных грибов по питающим
растениям флоры БССР. Паразиты злаков
Под ред. проф. В. Г. Траншеля, В. Ф. Купре-
вича. Акад. Наук БССР. Инет, биологии,
лаборатория фитопатологии. Изд. Акад. Наук
БССР, Минск, 1938, 298 стр., с илл. Ц. 7 р.
в пер. — Растительность СССР. (Сборник ста-
тей.) Акад. Наук СССР. Ботан. инет. Том I.
Л. С. Берг, Б. Н. Городков, Б. А. Келлер
и др. (Краткие очерки климата, геологич.
строения, почв и истории растительности
СССР, растительность тундровой зоны, болот
и лугов СССР.) Изд. Акад. Наук СССР, М.—Л.,
1938, VII + 664 стр., с илл., 3 вкл. л. схем
и карт. Ц. 27 р. 50 к.
ФИЗИОЛОГИЯ
С. Judson Herrick. An introduction to
neurology. Fifth ed. tho roughly revised. Phi-
ladelphia and London, Saunders company, 1938,
417 p., with 140 fig.
зоология
W. B. Scott. A history of land mammals
in the western hemisphere. Revised ed. rewrit-
ten throughout. New York. TheAMacmillan
Company, 1937, 786 p., 420 fig.
Председатель редакционной коллегии академик С. И. Вавилов.
Ответственный редактор д-р б. н. В. П. Савич.
Члены редакционной коллегии:
Акад. С. Н. Бернштейн (ред. отд. математики, акад. А. А. Борисяк (ред. отд. палеонтологии, акад. Н. И.
Вавилов (ред. отд. генетики и растениеводства), акад. С. И. Вавилов (ред. отд. физики и астрономии),
акад. |_И^И^Губщщ_| и акад. А. Е. Ферсман (ред. отд. природных ресурсов СССР), акад. С. А. Зернов
(ред. отд. зоологии), чл.-корр. АН СССР Б. Л. Исаченко (ред. отд. микробиологии), акад. В. Л. Комаров
(ред. отд. ботаники), акад. Н. С. Курнаков (ред. отд. общей химии), акад. В. А. Обруче (ред. отд.
геологии), акад. Л. А. Орбсли (ред. отд. физиологии), акад. А. Д. Сперанский (ред. отд. медицины)
акад. А. И. Фрумкин (ред. отд. физической химии), акад. И. И. Шмальгаузен (ред. отд. общей биологии)
Ответственный секретарь редакции К. К. Серебряков.
Технический редактор А. В. Смирнова. — Корректор А. А. Мирошников.
Обложка работы М. В. Ушакова-Поскочина.
Сдано в набор 13 III 1939 г. — Подписано к печати 27 V 1939 г.
Бум. 70X 105 см. — 8 печ. листов. — Уч.-авт. л. 13,18-1-1 вкл. — 64960 тип. зн. в л. — Тираж 9150.
Ленгорлит № 2649. — АНИ № 1105. — Заказ № 237.
Типо-литография Издательства Академии Наук СССР. В. О., 9 линия, 12.

Дена 3 руб