История рабочего класса России (1861—1900 гг.) - Волин М.С., Иванов Л.М.

Начало борьбы за общие экономические требования

Политика царизма и буржуазии в рабочем вопросе

Распространение идей научного социализма

Ленинский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса»

Царизм и буржуазия в борьбе с рабочим движением

Автор: Волин М.С. Иванов Л.М.

Теги: рабочий класс история россии история российского государства история рабочего движения

Год: 1972

Похожие

Рабочий класс России от зарождения до начала ХХ в

Положение рабочего класса России в 1900-1914 гг

Условия труда и быта рабочего класса России в 1900-1914 годах

Освободительное движение в России 1825-1861 гг

Текст

АКАДЕМИЯ наук СССР
Институт истории СССР

ИСТОРИЯ
РАБОЧЕГО
КЛАССА
РОССИИ
1861 — 1900 гг.
ИЗДАТЕЛЬСТВО
НАУКА
Москва 1972

В коллективном труде «История рабочего класса России
(1861—1900)» прослеживаются положение и начало борьбы проле¬
тариата в пореформенный период — от стихийных выступлений до
появления первых рабочих организаций и I съезда партии. В ра¬
боте последовательно освещены все стороны рабочего движения,
показана роль В. И. Ленина в подготовке слияния рабочего дви¬
жения с социализмом, зарождающаяся связь с борьбой междуна¬
родного пролетариата, влияние рабочего движения на демократи¬
ческое движение в стране.
Редколлегия:
Л. М. ИВАНОВ (отв. редактор),
М. С. ВОЛИН
45—БЗ—32—71
1—6-4

ПРЕДИСЛОВИЕ
В Октябре 1917 г. была открыта новая страница истории.
Ее открыли воодушевленные идеями мира и социализма рабо¬
чие России. С тех пор Советская Россия весь свой опыт и зна¬
ния направляет на завершение строительства коммунистическо¬
го общества.
Коммунизм родился в трудной и сложной борьбе с силами
прошлого. Еще более ста лет назад «Союз коммунистов» про¬
возгласил лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Про¬
тив него объединились все силы реакции, используя в борьбе с
молодым рабочим движением, только что вступившим на рево¬
люционный путь, и прямое физическое истребление лучших пред¬
ставителей рабочего класса и интеллигенции, и методы идей¬
ного развращения рабочих и их подчинения своему влиянию.
Коммунизм — объективный результат исторического разви¬
тия, когда создаются материальные и социальные предпосылки
для перехода от частной собственности к собственности кол¬
лективной. Историческая миссия пролетариата как разрушителя
буржуазной собственности, творца коммунистического общества
также является объективным результатом исторического разви¬
тия. «Дело не в том, в чем в данный момент видит свою
цель тот или иной пролетарий или даже весь пролетариат.
Дело в том, что такое пролетариат на самом деле и что он,
сообразно этому своему бытию, исторически вынужден будет
делать. Его цель и его историческое дело самым ясным и не¬
преложным образом предуказываются его собственным жизнен¬
ным положением, равно как и всей организацией современного
буржуазного общества» L
Борьба рабочих в буржуазном обществе за улучшение свое¬
го положения, начавшаяся с первого же дня появления про¬
летариата, неизбежно сталкивала их с буржуазией, располагаю¬
щей властью и всем аппаратом угнетения. Требования улучше-
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 2, стр. 40.
5

ния своего положения, борьба за выгодные условия продажи
своей рабочей силы на том или ином предприятии или в той
или иной отрасли промышленности первоначально не задевали
еще основ политического и экономического господства буржуа¬
зии, велись на почве существующего строя и не выходили за
рамки капитализма.
Экономическая борьба рабочих, приобретающая с развитием
капитализма массовый размах и определенную остроту, • хотя
она велась, по словам К. Маркса, лишь против следствий, «а не
против причин, порождающих эти следствия», консолидировала
рабочих, подготавливала их к борьбе против всей системы наем¬
ного труда. Этот опыт стихийно подводит рабочих к социал-де¬
мократическому сознанию, пониманию того, что ему противо¬
стоит не отдельный капиталист, а все буржуазное общество с
его политической и экономической системой угнетения и зависи¬
мости. Осознав ограниченность экономической борьбы и вступив
на путь политической борьбы за претворение своих историче¬
ских задач, пролетариат превращается из «класса в себе» в
«класс для себя», класс, выступающий как прогрессивная, ре¬
волюционная сила, преобразующая мир на новых началах.
Переход от борьбы тред-юнионистской, ограниченной целя¬
ми улучшения своего положения в рамках существующего
строя, к борьбе политической за социалистические идеалы —
результат сравнительно длительного развития, завершающего-
ся соединением социализма с рабочим движением. «Марксизм
связал в одно неразрывное целое экономическую и политиче¬
скую борьбу рабочего класса, и стремление авторов «credo», —
говорил В. И. Ленин по адресу русских оппортунистов — «эко¬
номистов»,— отделить эти формы борьбы принадлежит к самым
неудачным и печальным отступлениям их от марксизма»2.
Осознание пролетариатом своей всемирно-исторической роли как
борца за построение нового общества совершается не автома¬
тически. Оно приходит в итоге борьбы с буржуазным влиянием
и социал-реформизмом внутри самого рабочего движения, в ито¬
ге объективных и субъективных факторов: «... только социал-
демократический пролетариат есть пролетариат, сознавший свои
классовые задачи»3. Слияние рабочего движения с социализ¬
мом— поворотный пункт в истории социализма и пролетариата.
Оно означает возникновение пролетарской партии, ставящей
своей задачей борьбу за социализм: «...стихийная борьба про¬
летариата,— писал В. И. Ленин,— и не сделается настоящей
«классовой борьбой» его до тех пор, пока эта борьба не бу¬
дет руководима крепкой организацией революционеров»4. Со¬
2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 170.
3 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 12, стр. 118.
4 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 135.
6

циал-демократия поднимает рабочее движение от стихийного,
ограниченного рамками экономических нужл, до движения по¬
литического, классового.
Путь рабочих России от стихийных выступлений, «бунтов»,
не освященных идеями социализма, до сознательной политиче¬
ской борьбы, возглавляемой революционной социал-демократи¬
ей, проходил в обстановке, отличной от развития рабочего
движения в западноевропейских странах. Соединение рабочего
движения с социализмом произошло в России до буржуазно¬
демократической революции, что объясняется особенностями по¬
литического и экономического строя страны. Развитие капита¬
лизма шло бурно, но на его пути стояли не ликвидированные
до конца остатки феодального наследия. Самодержавие как
форма государственного управления, сословные привилегии од¬
них, отсутствие политических прав у народа все более прихо¬
дили в противоречие со всем ходом исторического развития.
Отсюда — острота социально-экономических противоречий, тя¬
желое положение народных масс. В стране назревала буржуаз¬
ная революция, дыхание которой стало ощутимым уже с кон¬
ца 90-х годов; но не буржуазия, а пролетариат оказался в
роли зачинщика революции, заинтересованного в полной ее по¬
беде как этапе борьбы за социализм.
Рабочее движение в России, при всех его особенностях и
отличительных чертах, являлось составной частью международ¬
ного рабочего движения. «Международное революционное дви¬
жение пролетариата не идет и не может идти равномерно и в
одинаковых формах в разных странах. Полное и всестороннее
использование всех возможностей на всех поприщах деятель¬
ности складывается лишь в итоге классовой борьбы рабочих
различных стран. Каждая страна вносит свои ценные, ориги¬
нальные черты в общий поток...»5 Единство целей и общих
исторических задач воодушевляло рабочих и сплачивало их в
армию мирового рабочего движения. Буржуазные социологи и
историки вкупе с социал-реформистами пытаются опровергнуть
марксистскую теорию классов и учение о всемирно-историче¬
ской роли пролетариата, подменить их буржуазно-реформист¬
скими взглядами о социальном партнерстве, о техническом раз¬
делении ролей в производстве, о равных возможностях и т. д.
Опыт рабочих России, отражающий конкретные формы раз¬
вития революционного движения, есть опыт применения марк¬
сизма в истории одной страны. В. И. Ленин отмечал, что марксо¬
ва «...теория дает лишь общие руководящие положения, которые
применяются в частности к Англии иначе, чем к Франции,
к Франции иначе, чем к Германии, к Германии иначе, чем к 6
6 В. И, Ленин. Полн. собр. соч., т. 17, стр. 182.
7

России»6. Вместе с тем опыт рабочих России является достоя¬
нием мирового рабочего движения, убеждающим в справедли¬
вости революционной марксистской теории о роли рабочего
класса как единственно способного, присоединяя к себе средние
слои и крестьянство, пойти на решительную, бескомпромиссную
борьбу, направленную на слом буржуазной системы эксплуата¬
ции и замены ее новым общественным строем.
В. И. Ленин неоднократно указывал на необходимость изу¬
чить опыт борьбы пролетариата и революционной социал-де¬
мократии и сам много сделал для этого. Его труды содержат
анализ истории российского пролетариата, в них прослеживают¬
ся этапы развития революционного движения, раскрывается
деятельность социал-демократии по руководству рабочим дви¬
жением. В некрологе, посвященном одному из героев борьбы
с самодержавием — И. В. Бабушкину, В. И. Ленин призывал
рабочих писать воспоминания, собирать материал о революции,
об участниках баррикадных боев против старого строя. Он писал:
«Для сознательных рабочих нет важнее задачи, как задача
познать движение своего класса, его сущность, его цели и за¬
дачи, его условия и практические формы» 6 7.
История пролетариата — живое, немеркнущее прошлое. Зна¬
ние этой истории обогащает нашу память, вселяет уверенность
в конечную победу коммунизма. Настоящая книга, подготов¬
ленная коллективом авторов, является попыткой раскрыть исто¬
рию пролетариата России и его героической борьбы, показать
путь, который прошел рабочий класс в борьбе за свое социаль¬
ное освобождение, за освобождение народа.
Научно-вспомогательная работа проведена С. А. Лившиц, ил¬
люстрации подобраны Н. А. Курашовой.
6 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 184.
1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 25, стр. 244.

Глава первая
ВОЗНИКНОВЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА
ЧИСЛЕННОСТЬ И СОСТАВ РАБОЧИХ
От мануфактуры к фабрике
Россия, вырвавшаяся в 60-х годах XIX столетия из тисков
крепостного права, стала на путь капиталистического развития.
Развивались промышленность и торговля, росли города, строи¬
лись железные дороги, соха и ручной ткацкий станок заменя¬
лись плугом и паровым ткацким станком, подтачивались средне¬
вековые устои в деревне, сословные противоречия все более
сменялись классовыми. За 40 пореформенных лет Россия сдела¬
ла громадный скачок вперед. Общая продукция промышленно¬
сти увеличилась в 7 с лишним раз, выплавка чугуна — в 8,7
раза, добыча каменного угля — в 54 раза, обработка хлопка —
в 5,7 раза. Железные дороги связали между собой почти все
промышленные районы страны. Население за этот период вырос¬
ло с 73,6 млн. до 132,2 млн. чел. Это развитие происходило
в обстановке всесилия помещиков, неограниченной монархии,
отсутствия политических свобод. В этих противоречивых соци¬
ально-политических условиях сложился рабочий класс, экономи¬
чески окрепла буржуазия, рабочее движение из разрозненных
и стихийных выступлений выросло в массовое, превратилось в
ведущую политическую силу. В конце века в освободительном
движении рабочий пришел на смену разночинцу.
Начало капиталистического развития России относится еще
к дореформенному времени, когда довольно значительно были
развиты ремесло и мелкая промышленность. С начала XVIII в.
растет мануфактура. В основе ее лежал принудительный труд
крепостных крестьян, а сами предприятия в большинстве воз¬
никли на базе помещичьих имений. Эта особенность развития
промышленности не могла не оказать влияния на ее органи¬
зацию и техническую оснащенность. Крупная промышленность,
слабо развитая, в основном была представлена текстильными
(2/з рабочих обрабатывающей промышленности), металлурги¬
ческими, свеклосахарными предприятиями.
Переход от мануфактуры к фабрике, а тем самым от ма¬
нуфактурного рабочего к фабрично-заводскому, начался лишь
9

во второй четверти XIX в. и проходил не одновременно во
всех отраслях. Наиболее интенсивно перестройка, сопровождав¬
шаяся широким применением машин, шла в хлопчатобумаж¬
ной промышленности, по существу новой для страны отрасли,
наиболее связанной с широким рынком. В этой отрасли в боль¬
ших размерах находил применение купеческий капитал. Новая
техника довольно быстро внедрялась в сахарной и бумажной
промышленности, также сравнительно новых отраслях. В шер¬
стяной, шелковой, льняной и металлургической промышленно¬
сти, где в широких размерах применялся принудительный труд
крестьян, перестройка проходила значительно медленнее L Рост
промышленности и ее техническая перестройка вызвали появле¬
ние отечественного машиностроения. Промышленный переворот
в добывающей промышленности начался значительно позднее,
уже в пореформенное время.
Переход промышленности от мануфактуры к фабрике сопро¬
вождался увеличением применения вольнонаемного труда. Если
в 1825 г. из 210—211 тыс. рабочих обрабатывающей промышлен¬
ности вольнонаемные составляли несколько больше половины,
то в 1860 г. из 505—510 тыс. их было уже около 80% 1 2. Боль¬
ше всего вольнонаемных оказалось в хлопчатобумажной про¬
мышленности. В горнозаводской промышленности к моменту па¬
дения крепостного права таких рабочих было примерно около
20%. Это не был еще вольнонаемный труд в полном смысле:
подавляющую часть рабочих составляли крепостные оброчные
крестьяне, отрывавшиеся на время от своих привычных сель¬
скохозяйственных занятий. Их связь с земледелием объясня¬
лась не только слабым развитием промышленности, но в первую
очередь — с5гществованием крепостного права, личной зависимо¬
стью от помещика. Однако процесс превращения их в постоян¬
ных рабочих, ускорявшийся с ростом промышленности и ее тех¬
нической перестройкой, был необратим. Уже сам факт оттесне¬
ния труда посессионных и вотчинных рабочих трудом
вольнонаемных рабочих был знаменателен и принял широкие
масштабы в условиях кризиса феодально-крепостного хозяйст¬
ва и начавшегося перехода от мануфактуры к фабрике.
Падение крепостного права разорвало юридическую связь
крестьян с их бывшими владельцами в лице помещиков и го¬
сударства, создало иные условия для развития капитализма
в стране. Процессы, которые наметились еще до этого — диф¬
ференциация крестьянства, развитие капиталистического рынка,
рост техники и употребления машин, формирование промышлен¬
1 В. К. Яцунский. Промышленный переворот в России.— «Вопросы истории»,
1952, № 12, стр. 60—61.
2 «Очерки экономической истории России первой половины XIX века». М.,
1959, стр. 163, 213, 215.
10

ного пролетариата — теперь получили стимул к дальнейшему
развитию. Отмена крепостного права не только ускорила разви¬
тие крупной промышленности, но и способствовала дальнейшему
росту мелких промыслов, ремесел и кустарной промышленности
в городе и деревне. В земледельческих районах и на окраи¬
нах развитие капитализма вело к превращению домашней про¬
мышленности (обработка сырья для личного потребления) в
торгово-промышленные занятия, а в промышленных центрах и
в районах, где и до этого были значительно развиты промыс¬
лы, наблюдалось их дальнейшее расширение и образование но¬
вых производств. Одновременно в убыстряющемся темпе шло
развитие фабрично-заводской промышленности и образование
постоянного рабочего населения: «...капитализм в более раз¬
витой области страны или в более развитой области промыш¬
ленности прогрессирует тем, что стягивает мелких кустарей на
механическую фабрику, тогда как в захолустных местностях
или в отсталых отраслях промышленности процесс развития ка¬
питализма только начинается, проявляясь в возникновении но¬
вых производств и промыслов» 3.
В пореформенное время развивалась и мануфактура, базой
которой как раз и была мелкая промышленность. Мануфактура
превалировала в обработке волокнистых веществ, дерева, кожи,
металлов, минеральных продуктов.
Распространение мелкой промышленности и мануфактуры
объясняется слабым экономическим развитием страны, незавер¬
шенностью процесса разрушения полунатурального крестьянского
хозяйства. Живучести этих начальных стадий промышленности
при параллельном развитии фабричной машинной индустрии
способствовали остатки крепостничества, насильственное при¬
крепление крестьян к земле, сохранение сословных ограничений
для массы не только сельского, но и городского населения.
Росту промышленности в ее разных формах— от мелких про¬
мыслов до фаорики — способствовало улучшение транспортных
связей, в первую очередь строительство железных дорог. Втор¬
гаясь в веками сложившиеся районы с их замкнутым хозяй¬
ством, железные дороги расширяли сферу товарно-денежного
производства, обостряли конкуренцию, усиливали общественное
разделение труда. Другим следствием строительства железных
дорог оыло расширение подвижности населения, переход избы¬
точной раоочей силы из сельскохозяйственных районов в города
и промышленные центры.
Эволюция мануфактуры в фабрику тем не менее соверша¬
лась быстро. Анализируя развитие капитализма в промышлен¬
ности от мелкого товарного производства к мануфактуре, а за-
3 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 2, стр. 345.
11

гем и к фабрике, В. И. Ленин пришел к выводу, что «... ма¬
нуфактура на наших глазах с громадной быстротой перерастает
в крупную машинную индустрию»4. Он писал, что в начале
пореформенной эпохи текстильная промышленность представ¬
ляла собой мануфактуру, начинающую переходить в фаб¬
рику 5.
Переход к фабрике в основных отраслях обрабатывающей
промышленности завершился к началу 80-х годов. Только за
70—80-е годы было построено 3385 фабрик и заводов, т. е. в
1,6 раза больше, чем их было к моменту падения крепостного
права (2177) 6. Строились более крупные и более технически
оснащенные фабрики и заводы. В хлопчатобумажной промыш¬
ленности ручной труд в прядении в основном был вытеснен
механическим еще до реформы, в ткачестве замена ручного
труда завершилась позднее, в начале 80-х годов7 К этому же
времени в шерстяной и льняной промышленности механический
станок почти полностью вытеснил ручной. Всего в текстиль¬
ной промышленности в 1866 г. было 13 221 механических стан¬
ков, а в 1879 г.— уже 50 296. Выработка на механическом стан¬
ке была в 6 раз выше — 202',1 куска материи в год на одного
ткача против 34,1 куска на ручном станке8.
К 80-м годам завершается техническая перестройка в ме¬
таллургии: кричный способ выплавки металла сперва заменяет¬
ся пудлингованием, а затем, со второй половины 70-х годов,
бессемеровскими конверторами и мартеновскими печами. В ка¬
честве двигательной силы водяное колесо сменяют паровые ма¬
шины, дающие 2/з энергетических мощностей, которыми распо¬
лагала в 80-х годах промышленность. За это же время значи¬
тельно выросла добыча каменного угля. В. И. Ленин писал,
что «... преобладание лесопромышленности над' каменноуголь¬
ной промышленностью в деле доставки топлива соответствует
малоразвитому состоянию капитализма... Лесопромышленность
означает самое примитивное состояние техники, эксплуатирую¬
щей первобытными способами природные богатства; каменно¬
угольная промышленность ведет к полному перевороту в техни¬
ке и к широкому употреблению машин» 9.
Развитие фабричной промышленности и ее техническое пе¬
ревооружение происходили на почве, подготовленной мелкими
промыслами и мануфактурой. Немалое значение имела подго¬
4 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 542.
5 См. там же, стр. 592.
6 А. В. Погожев. Учет численности и состава рабочих в России. СПб., 1906,
стр. 76.
7 В. К. Яцунский. Указ, соч., стр. 62—63.
8 П, А. Хромов. Экономическое развитие России в XIX—XX веках. М., 1950,
стр. 175.
9 В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 3, стр. 529.
12

товка мануфактурой квалифицированных рабочих, не одним по^
колением связанных с работой в промышленности. «Крупная
машинная индустрия не могла бы так быстро развиться в по¬
реформенный период, если бы позади нее не стояла продолжи¬
тельная эпоха подготовки рабочих мануфактурой» 10.
Переход от ручного труда к механическому повлек за собою
сокращение сезонных (летних) колебаний производства и уве¬
личение среднегодовой продолжительности работы промышлен¬
ности.
В середине 80-х годов завершается формирование пролета¬
риата как класса капиталистического общества, начавшееся еще
в дореформенный период, это находит свое выражение в уско¬
рении разрыва с землей и создании кадров постоянных рабо¬
чих, всецело связанных с работой в промышленности, прежде
всего в ведущих ее отраслях, наиболее технически оснащенных
и крупных по объему производства (машиностроение, метал¬
лообработка, металлургия, хлопчатобумажная и некоторые дру¬
гие), а также в центрах и городах с развитой фабрично-за¬
водской деятельностью.
Развитие капитализма шло во все убыстряющемся темпе,
прерываясь в 70-х годах, а затем в 80-х годах кризисами и
депрессиями. Капитализм проникал во все отрасли народного
хозяйства — в промышленность, сельское хозяйство, торговлю.
Увеличилась емкость внутреннего рынка как на предметы по¬
требления, так и на средства производства. Капитализм рас¬
пространялся на захолустные районы, области, находившиеся
вдали от центра,— Закавказье, Среднюю Азию, Сибирь, север¬
ную часть Европейской России, везде, но с разной интенсив¬
ностью, вовлекая в товарно-денежные отношения массы населе¬
ния, преобразуя хозяйство на новых, капиталистических на¬
чалах.
Наиболее глубокие изменения произошли в неземледельчес¬
ком центре страны и Польше, где торгово-промышленные заня¬
тия получили развитие еще задолго до 1861 г., в Прибалтике,
Донбассе, где интенсивно развивалась промышленность и в из¬
вестной мере шла перестройка сельского хозяйства на капитали¬
стический лад. Росли крупные города и поселки, увеличивалось
городское население, в первую очередь за счет промышленных,
торговых и портовых центров.
Продолжала расти текстильная промышленность, прежде
всего хлопчатобумажная. Возникли и бурно развивались новые
отрасли — каменноугольная, нефтяная, строительная. Металлур¬
гическая промышленность Урала, где ее расцвет в XVIII в. был
обусловлен подневольным трудом крепостных, отставала по тем¬
пам и технической организации в своем развитии. Зато в Дон¬
10 Там же, стр. 429.
13

бассе и Польше она развивалась более быстрыми темпами. Ма¬
шиностроение, несмотря на растущий спрос на машины, оста¬
валось слаборазвитым, за исключением паровозостроения и в
некоторой мере сельскохозяйственного машиностроения. Фео¬
дально-крепостнические остатки давили на сельское хозяйство,
задерживая расслоение крестьянства и развитие внутреннего
рынка, и косвенно сказывались на промышленности, консерви¬
руя ее первоначальные формы, тормозя техническую реконст¬
рукцию. Низкая зарплата при наличии огромных масс, жаж¬
дущих применения своего труда, и длинный рабочий день
приглушали стимулы к техническому перевооружению промыш¬
ленности.
Тем не менее капиталистическое развитие продолжалось во
всех отраслях народного хозяйства, но наиболее заметно в про¬
мышленности, где в 90-х годах темпы развития значительно
возросли, в первую очередь в тяжелой индустрии. В последнее
пятилетие 90-х годов было построено 3524 предприятия (не
считая горнозаводских), что составляло почти V4 всех фабрик
и заводов страны, а за все десятилетие — 5788 предприятий
(40%) и. Строительство фабрик и заводов шло как в старых
промышленных районах — Центральном, Польском, Петербург¬
ском, Уральском, так и в новых, где складывались крупные
промышленные комплексы: Донбасс с его металлургическими
заводами и каменноугольными шахтами, Баку — район добычи
и переработки нефти. Среди фабрик и заводов преобладали
мелкие и средние предприятия, но по объему валовой продук¬
ции и числу занятых на них рабочих — крупные.
Росли вложения в промышленность, увеличивался основной
капитал: за время с 1885 по 1895 г. он возрос примерно в
2 раза. К 1900 г. он также увеличился в 2 раза, достигнув
более 2 млрд, руб.11 12 Соответственно росту капиталовложе¬
ний и технической оснащенности промышленность непрерывно
увеличивала объем производства. По подсчетам В. И. Ленина,
с 1864 по 1890 г. валовое производство по 34 отраслям про¬
мышленности выросло в 2,9 раза при росте числа рабочих в
1,8 раза 13. Такое увеличение объема производства происходи¬
ло в первую очередь за счет крупной промышленности при бо¬
лее высоком органическом составе капитала. О росте промыш¬
ленности и ее концентрации свидетельствуют и данные за 1887—
1897 гг., когда сумма производства выросла в 2 раза — с
1,5 млрд, до 3 млрд, руб., а число занятых рабочих — почти
в 1,7 раза — с 1,4 млн. до 2,4 млн. чел., при этом сумма про¬
11 А. В, Погожев. Указ, соч., стр. 76, 79.
12 С. Г. Струмилин. Избранные произведения, т. I. Статистика и экономика.
М, 1963, стр. 327, 330.
13 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 603.
14

изводства текстильной промышленности увеличилась на 104,4%,
горнозаводской—на 152,4%, машиностроительной—на 175,8% 14.
Росла техническая оснащенность производства—уходило в
прошлое водяное колесо, служившее основным источником
энергии на мануфактурной стадии промышленности. В 1866 г.
47,7% крупных фабрик и заводов имели паровые двигатели,
а в 1879 г.— уже 64,4%, что свидетельствует о росте техниче¬
ской вооруженности промышленности в первые десятилетия пос¬
ле падения крепостного права 15. Темпы этого роста в дальней¬
шем еще более увеличились: в 1875—1878 гг. в русской про¬
мышленности было 6353 паровых машин, а в 1892 г.— 13 085.
При этом за тот же промежуток времени мощность паровых
машин увеличилась почти в 3 раза 16, иначе говоря, рост шел
за счет более современных и более мощных машин. В 1900 г.
в промышленности, не считая предприятий, обложенных ак¬
цизом, и горнозаводских, насчитывалось 11 692 паровые машины
в 792 492 лошадиные силы. При этом, если в 1892 г. каж¬
дая паровая машина в среднем обладала мощностью в 24 ло¬
шадиные силы, то в 1900 г.—68. В черной металлургии с 1895
по 1900 г. число двигателей выросло с 1794 до 2307, а мощность
их выросла с 97 925 до 319 214 лошадиных сил17. Одновре¬
менно на предприятиях все более увеличивалась численность
механических станков и машин.
Повышение энерговооруженности промышленности и рост
станочного парка требовали квалифицированного труда для об¬
служивания паровых котлов, двигателей, станков и машин. Про¬
мышленность во все большем масштабе предъявляла спрос на
постоянных рабочих с навыками управления машинами и уме¬
нием решать технические задачи.
Индустриализация страны в условиях России не получила
своего завершения. Тяжелая промышленность развивалась бы¬
стрее легкой, однако в совокупном продукте доля легкой про¬
мышленности преобладала и в конце 90-х годов. Сельское хо¬
зяйство по-прежнему опережало промышленность не только
по числу занятого в нем населения, но и по сумме произве¬
денной продукции. Преобладание сельского хозяйства, наличие
многомиллионных масс мелких крестьянских хозяйств, сохране¬
14 П. И. Лященко. История народного хозяйства СССР, т. II. М., 1948,
стр. 148—150.
15 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 510.
16 Там же, стр. 507.
17 «Динамика российской и советской промышленности в связи с развитием
народного хозяйства за сорок лет (1887—1926 гг.), т. I, ч. 1. Промышлен¬
ность. 1900 г.» М.— Л., 1929, стр. 124; «Сборник статистических сведений о
горнозаводской промышленности России в 1895 заводском году». СПб.,
1897, стр. 230; «Сборник статистических сведений о горнозаводской про¬
мышленности России в 1900 г.» СПб., 1903, стр. 264.
15

ние в значительном объеме мелкой промышленности и ремесла,—
все это дало возможность В. И. Ленину сказать, что Россия
«... наиболее мелкобуржуазная, наиболее мещанская из капи¬
талистических стран» 18.
Численность фабрично-заводских рабочих
Развитие капитализма привело к серьезным изменениям в
численности, территориальном размещении и структуре рабоче¬
го класса.
Количество рабочих до реформы росло сравнительно быстро
в обрабатывающей промышленности. В этой отрасли в 1830 г.
работало 252,3 тыс., а в 1860 г.— 505,4 тыс. чел.19 Здесь были
преимущественно мелкие и средние предприятия с небольшим
числом рабочих и незначительных объемом производства.
В 1830 г. их было 5312, а в 1860 г.— 9562, т. е. на одно
предприятие в среднем приходилось соответственно 48, и 53 ра¬
бочих. Однако уже и тогда были фабрики и заводы, значи¬
тельные по своим размерам, главным образом хлопчатобумаж¬
ные, суконные, полотняные и металлургические, насчитывав¬
шие по 500 и более рабочих.
Изменения в структуре трудящихся за этот период были не¬
значительные. На текстильных фабриках в 1830 г. находилось
74%, в 1860 г.— 61,1% всех рабочих в стране. Падение удель¬
ного веса текстильщиков объясняется более быстрым ростом
численности рабочих в других отраслях промышленности: в свек-
ло-сахарной — с 1,7 тыс. до 64,8 тыс., в машиностроении — с
19.9 тыс. до 54,8 тыс. чел.
В текстильной промышленности, хотя ее доля в общем про¬
изводстве страны несколько снизилась, число рабочих также
увеличилось. В 1830 г. в этой отрасли было занято 187,1 тыс. ра¬
бочих, в 1860 г.— 309,2 тыс. Наибольшее увеличение при этом
дали хлопчатобумажное и шерстяное производства — соответст¬
венно на 76 тыс. и на 52,8 тыс. рабочих.
В отличие от обрабатывающей, горнозаводская промышлен¬
ность находилась в застойном состоянии; численность рабочих
не увеличивалась, а, наоборот, имела тенденцию к сокращению.
Накануне реформы 1861 г. в России насчитывалось всего
3.9 млн. рабочих. Из них в фабрично-заводской и горной про¬
мышленности было занято 800 тыс., примерно столько же — в мел¬
кой и домашней, строительных рабочих было 350 тыс., транспорт¬
ных— 510 тыс., чернорабочих, поденщиков, прислуги — около
800 тыс. чел. и сельскохозяйственных рабочих — около 700 тыс.20
18 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 25, стр. 101.
19 А. Г, Рашин. Формирование промышленного пролетариата России. М., 1940,
стр. 31.
20 А, Г. Рашин. Формирование рабочего класса России. М., 1958, стр. 172.
16

В первые годы после отмены крепостного права число фаб¬
рично-заводских рабочих несколько сократилось прежде всего
там, где промышленность базировалась на применении труда
крепостных,— на горнозаводском Урале, суконно-шерстяных
фабриках, в металлургии Центра страны. Падение численности
рабочих было временным явлением, отразившим процесс пере¬
стройки промышленности и ее приспособления к новым усло¬
виям. Вскоре число рабочих стало расти. По сведениям о 34
отраслях производства (текстильная промышленность, машино¬
строение, чугунолитейное дело и ряд мелких отраслей), с 1864
по 1879 г. число наемных рабочих увеличилось с 272 385 до
466 515 чел.21 В горнозаводской промышленности в 1865 г.
было занято 165 тыс., а в 1880 г.— 283,4 тыс. чел.22 Числен¬
ность рабочих росла, несмотря на то, что это был период тех¬
нической перестройки промышленности, перехода от мануфак¬
туры к фабрике, когда замена ручного труда механическим при¬
водила к высвобождению немалого числа рабочих.
В 1893 г., накануне промышленного подъема, насчитывалось
1884,2 тыс. фабрично-заводских рабочих, а в 1900 г.— 2909 тыс.,
т. е. за сравнительно небольшой промежуток число рабочих
увеличилось более чем на 1 млн. чел.23 Причем в промыш¬
ленности, подчиненной надзору фабричной инспекции, числен¬
ность рабочих увеличилась с 1121,4 тыс. до 1692,2 тыс. чел.;
в горнозаводской — с 461,5 тыс. до 662,2 тыс. чел., а на желез¬
нодорожном транспорте — с 301,3 тыс. до 554,4 тыс. чел.
Общая численность наемных рабочих в конце XIX в. по
сравнению с 60-ми годами значительно выросла. В начале 90-х
годов, по подсчету В. И. Ленина, произведенному по ряду источ¬
ников, их было в России около 10 млн. чел. Из них фабрич¬
но-заводских, горных и железнодорожных — около 1,5 млн. чел.,
сельскохозяйственных — около 3,5 млн., строительных — около
1 млн., лесных, землекопов и занятых на разгрузке — около
2 млн. и около 2 млн. были заняты на дому и в мелкой про¬
мышленности 24. Если же учесть рабочих, занятых в торговле,
и прислугу, то можно предположить, что общая численность
рабочих была еще больше. К началу XX в. количество фабрич¬
но-заводских, горных и железнодорожных рабочих увеличилось
по сравнению с 60.-ми годами в 3,6 раза, а рабочих в мелкой и
домашней промышленности — в 2,5 раза. Приведенные данные
показывают, что промышленность в ее начальных формах не
только продолжала сохраняться, но и росла, хотя и меньшими
темпами. Она росла и в промышленных центрах, где машинная
индустрия оттесняла мелкое производство, интенсивно стягивая
21 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 603.
22 А. Г, Рашин. Формирование рабочего класса России, стр. 20.
23 Там же, стр. 25, 30, 117, 119.
24 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 582.
17

рабочих на фабрики и заводы, но особенно в отдаленных мест¬
ностях.
По другим данным, в основе которых лежали материалы пе¬
реписи населения 1897 г., отчетные данные по фабричной и
горнозаводской промышленности и земские источники, всего на¬
емных рабочих было 14,2 млн. чел., в том числе про¬
мышленных рабочих—1,9 млн. чел., сельскохозяйственных —
3,7 млн. чел., кустарно-ремесленных — 4,6 млн. чел. и 3,7 млн.
отходников 25. Если данные о фабрично-заводских рабочих пре¬
уменьшены, то о кустарно-ремесленных преувеличены за счет
включения примерно около 1 млн. промышленных рабочих.
Остальные 3,6 млн. чел. были заняты в домашней промыш¬
ленности и мелком ремесле. Вычтя из этой суммы 2 млн. «ка¬
питалистически употребляемых» рабочих (подсчеты В. И. Лени¬
на), получим 1,6 млн. чел., которых можно отнести к кустарям и
ремесленникам.
Рост количества рабочих, наблюдавшийся в пореформенное
время буквально во всех отраслях промышленности, не мог
быть покрыт притоком рабочей силы из подрастающего поко¬
ления в фабричных семьях. В эти годы увеличилась перекачка
трудовых сил из мелкой и домашней промышленности, из пред¬
приятий, находившихся в сельских местностях, убыль в которых
покрывалась в свою очередь за счет пролетаризировавшихся
масс деревни и разорявшихся крестьянских семей. Как ни бы¬
стро развивалась промышленность, однако она не могла погло¬
тить резервы рабочей силы, в том числе скрытые резервы де¬
ревни, где в 90-х годах процесс «раскрестьянивания» шел зна¬
чительными темпами. В города и промышленные районы наряду
с обученными рабочими, прошедшими школу профессионально-
технической выучки в мелкой промышленности, попадали и
крестьяне из деревни. По подсчетам начала 80-х годов, избы¬
ток рабочей силы в деревне достигал 8,5 млн., а в 1900 г.—
23,0 млн. чел.26
Наиболее значительные излишки рабочей силы наблюдались в
Центрально-промышленном, северо-западном и части Цент¬
рально-черноземного районов. Эти более чем примерные под¬
счеты, построенные без учета характера сельского хозяйства в
разных районах, тем не менее интересны, так как показывают,
25 «Материалы высочайше учрежденной 16 ноября 1901 г. комиссии по иссле¬
дованию вопроса о движении с 1861 по 1900 г. благосостояния сельского
населения среднеземледельческих губерний, сравнительно с другими мест¬
ностями Европейской России», ч. I. СПб., 1903, стр. 218.
26 С. А. Короленко, Вольнонаемный труд в хозяйствах владельческих и пере¬
движение рабочих в связи с статистико-экономическим обзором Европей¬
ской России в сельскохозяйственном и промышленном отношениях. СПб..
1892, табл. III, стр. 59; «Материалы высочайше учрежденной 16 ноября
1901 г. комиссии...», ч. I, стр. 249.
18

насколько велик был потенциальный запас рабочей силы, скры¬
той армии труда.
Процесс формирования пролетариата в пореформенной Рос¬
сии проходил интенсивно, но неравномерно. Наиболее глубоко
он протекал в фабрично-заводской, горной промышленности и
среди железнодорожников. Именно в этих отраслях прежде все¬
го сложились индустриальные рабочие, источником жизни кото¬
рых являлась исключительно продажа своей рабочей силы.
Увеличение армии наемного труда говорит о социальных
процессах, шедших в стране. К концу XIX в. пролетарское и
полупролетарское население России достигло 63,7 млн. чел., т. е.
несколько более половины всех жителей27. Капитализм все
глубже раскалывал общество на два класса: буржуазию и про¬
летариат. Этот процесс далеко еще не был закончен. Россия
превратилась в капиталистическую страну, но все еще отсталую
по уровню экономического развития.
Отраслевой состав армии наемного труда не был стабиль¬
ным. Он изменялся, отражая в целом перемены в структуре
промышленности (см. табл. 1).
Таблица 1
Рост численности рабочих по отраслям производства *
Отрасль
Численность рабочих, тыс.
Рост с 1865 по
1900 г.
1865 г.
1880 г.
1900 г.
Текстильная
239,5
334,9
675,3
2,8 раза
Горнозаводская
165,0
283,4
662,2
4,0 »
Машиностроительная
17,8
43,9
240,9
13,5 »
Пищевкусовая
—
205,2
275,3
1,3 »
(1887 г.)
* См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 498; А. Г. Рашин. Формирование ра¬
бочего класса России, стр. 13; «Горнозаводская промышленность в 1880 году». СПб.,
1882, стр. 127; «Сборник статистических сведений о горнозаводской промышленности
России в 1900 г.», стр. LX; «Статистические сведения о фабриках и заводах по
производствам, не обложенных акцизом за 1900 год». Спб., 1903, стр. VIII.
Таблица показывает значительный рост числа рабочих в тя¬
желой промышленности уже к 1880 г. Однако и в конце XIX в.
значительная часть рабочих была занята в текстильном и пи¬
щевкусовом производствах. При этом сведения о пищевкусо¬
вой промышленности не полны, так как мелкие в своем боль-
27 См. В. И, Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 505.
19

шинстве предприятия не всегда учитывались. Основное ядро в
этой отрасли составляли рабочие свеклосахарных предприятий.
В 1862/63 производственном году их было 57,9 тыс., а в
1899/900 г.— 105,1 тыс. чел.28
За пореформенное время значительно увеличилась числен¬
ность рабочих черной металлургии и каменноугольной промыш¬
ленности. С 1885 по 1900 г. в металлургии число рабочих уве¬
личилось с 192,3 тыс. до 278,7 тыс. При этом основная масса
рабочих находилась на Урале (соответственно 139,4 тыс. и
172,1 тыс.), но центр выплавки металла благодаря постройке
более современных и более мощных заводов переместился на
Юг России (рабочих соответственно 7,3 тыс. и 53,4 тыс.). В ка¬
менноугольной промышленности за то же время число рабочих
возросло с 31,2 тыс. до 109,2 тыс. Основная масса шахтеров
находилась в Донбассе — 84,9 тыс. в 1900 г. В нефтяной про¬
мышленности, приобретавшей все большее значение с переходом
фабрик и заводов на двигатели внутреннего сгорания, только
за период промышленного подъема 90-х годов количество ра¬
бочих увеличилось с 7,4 тыс. до 25,2 тыс.29
Приведенные данные характеризуют быстрый рост числен¬
ности и существенные изменения в составе рабочих. Преиму¬
щественное увеличение удельного веса рабочих машиностроения
и металлургии — отраслей наиболее технически оснащенных и
работающих в течение всего года — повышало долю пролета¬
риата наиболее постоянного, наиболее оторванного от земли.
Вместе с ростом промышленности росла концентрация ра¬
бочих на крупнейших предприятиях. Машинная индустрия объе¬
диняла и сплачивала рабочих в крупные пролетарские колллек-
тивы. По данным о 71 производстве с числом рабочих более
100 чел., на крупных фабриках и заводах в 1866 г. сосредо¬
точивалось 52,9% рабочих, а в 1890 г.— уже 66,2% 30. По све¬
дениям за 1900 г., которые охватывают более 1571,8 тыс. рабо¬
чих всех отраслей промышленности, на 589 крупнейших пред¬
приятиях трудилось 780 тыс. рабочих, т. е. 49,6% общего их
числа31. Из этого числа 373 фабрики и завода насчитывали
от 500 до 999 рабочих, 216 фабрик и заводов имели более
1 тыс. рабочих. Кроме того, с числом рабочих от 100 до 499 чел.
было 2006 фабрик и заводов. На остальные 12 467 фабрик и за¬
водов приходилось 345,2 тыс. рабочих, т. е. в среднем по 28 чел.
Наиболее высокой концентрацией рабочих выделялась тек¬
стильная, преимущественно хлопчатобумажная, и металлургиче¬
ская промышленности. Несколько ниже она была в машино¬
строительной, сахарорафинадной и каменноугольной отраслях.
28 П. А. Хромов. Указ, соч., стр. 192, 194.
29 А. Г. Рашин. Формирование рабочего класса России, стр. 35.
30 См. В, И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 510.
31 А. В. Погожев. Указ, соч., Приложение. Табл. I, стр. 17.
20

Другие отрасли — пищевкусовая, кожевенная, силикатная, дере¬
вообрабатывающая — были представлены как среднекапитали¬
стическими по объему производства и числу рабочих, так и ог¬
ромным количеством мелких предприятий.
Территориальное размещение.
Пришлые и местные рабочие
Быстро растущий пролетариат распределялся по обширной
территории страны неравномерно.
В центре страны — в Москве и в прилегающих к ней гу¬
берниях, прежде всего Тверской, Костромской, Ярославской,
Владимирской и Нижегородской,— основная масса пролетариата
была занята на текстильных фабриках, находившихся преиму¬
щественно вне больших городов. Другие отряды рабочих — ма¬
шиностроители, химики, пищевики — были менее значительны.
Машиностроители находились в Москве, Коломне, Сормове и на
ряде предприятий Нижегородской губернии. Всего в этом райо¬
не число рабочих с середины 80-х годов до начала XX в. уве¬
личилось примерно с 330—350 тыс. до 550—580 тыс.
Другим промышленным центром был Петербургско-Прибал¬
тийский район. В Петербурге, где рабочие были заняты в основ
ном на машиностроительных и хлопчатобумажных предприяти
ях, численность рабочих с 80—82 тыс. в 80-х годах выросла
до 160—180 тыс. к концу XIX в. В Прибалтике промышлен
ный центр складывался вокруг Риги. Всего в Латвии к 1900 г.
число рабочих достигало 140 тыс., в Эстонии (к 1894 г.) —
25,9 тыс.32
Особым районом с «оригинальным строем промышленно¬
сти», унаследованным от крепостных .времен, и замкнутостью на¬
селения являлся Урал. Известная оторванность его от страны,
наследие крепостничества наложили отпечаток на организацию
труда. «Средством приобретения рабочих рук является на Урале
не только наем, но и отработки»33. Количество рабочих на
Урале росло медленнее, чем в других промышленных районах.
С 1861 по 1900 г. число горнозаводских рабочих увеличилось
с 134,3 тыс. до 272,9 тыс.34 Основная масса была занята в
металлургии, на добыче железной руды и золота. В силу более
слабой технической оснащенности металлургических заводов
Урала (в сравнении с другими районами) и использования ими
древесного угля очень велика была доля вспомогательных ра¬
бочих (заготовители леса, углежоги, возчики), мало чем отличав¬
32 «История Латвийской ССР», т. II. Рига, 1954, стр. 84; «История Эстон¬
ской ССР», т. II. Таллин, 1966, стр. 141.
33 В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 3, стр. 486.
34 «История Урала», т. I. Пермь, 1963, стр. 305; «Сборник статистических све¬
дений о горнозаводской промышленности России в 1900 г.», стр. LX.
21

шихся от лесных рабочих, которых В. И. Ленин относил к чис¬
лу рабочих с наделом. На вспомогательных работах здесь было
занято более 60% общего числа рабочих отрасли. Всего к кон¬
цу XIX в. на Урале, вместе с занятыми в обрабатывающей
промышленности и на железнодорожном транспорте, насчиты¬
валось 318 тыс. рабочих.
Польский промышленный район выделялся значительными
массами рабочих, сосредоточенных в текстильной и горнозавод¬
ской промышленности. В 1870 г. в Польше было около 70 тыс.
рабочих, а в 1895 г.— 250 тыс., не считая значительного отряда
железнодорожников. Основной костяк пролетариата составляли
текстильщики — 121 тыс., углекопы и металлурги — 42 тыс. чел.
В машиностроительной промышленности насчитывалась 31 тыс.
рабочих 35.
Быстрыми темпами росла промышленность на Украине. Здесь
сложился крупнейший металлургическо-каменноугольный ком¬
плекс, развитие которого особенно обозначилось с промышлен¬
ным подъемом 90-х годов. Вместе с тем это был крупнейший
район обработки продуктов сельского хозяйства с ее ядром —
сахарорафинадной промышленностью, в основном расположен¬
ной на Правобережной Украине. Всего в 1864—1866 гг. на Ук¬
раине было 73,8 тыс.36, в 1892 г.— 142,6 тыс.37, а в 1900 г.,
не считая железнодорожников,— 368,6 тыс. рабочих38. Из них
в 1900 г. в каменноугольной промышленности работало 58,4 тыс.,
в металлургии — 45,9 тыс., на железных рудниках—10,8 тыс.,
в сахарорафинадной промышленности — 69,8 тыс. чел. Осталь¬
ные рабочие приходились на машиностроение, пищевкусовую,
деревообрабатывающую, кожевенную и кирпичную отрасли про¬
мышленности.
В Литве и Белоруссии преобладали мелкие, главным образом
обрабатывающие предприятия. В Белоруссии общая числен¬
ность промышленных рабочих в конце 90-х годов достигла,
исключая занятых в мелких и полукустарных заведениях,
37,8 тыс. чел.39
35 «История Польши», т. II. М., 1955, стр. 202; «Сборник статистических све¬
дений о горнозаводской промышленности России в 1900 г.», стр. LX.
36 Подсчитано по «Ежегоднику Министерства финансов», вып. I (СПб., 1869)
и «Сборнику статистических сведений по горной части на 1865 г.» (СПб.,
1865).
37 Подсчитано по «Своду данных о фабрично-заводской промышленности в
России за 1892 г.» (СПб., 1895).
38 Подсчитано по «Сборнику статистических сведений о горнозаводской про¬
мышленности России в 1900 г.»; «Своду отчетов фабричных инспекторов
за вторую половину 1900 г.» (СПб., 1902); «Статистике Украины», се¬
рия III. Статистика промышленности и труда, т. I, вып. 7. Производства,
обложенные акцизом (Харьков, 1922, табл. 1, стр. 3).
30 «Экономика Белоруссии в эпоху империализма». Минск 1963, стр. 28.
22

На базе переработки местного сырья (шелк, табак), добычи
ископаемых (марганцевая руда, нефть) и небольших машино¬
строительных и металлообрабатывающих предприятий склады¬
вались кадры фабрично-заводских рабочих в Закавказье. Наи¬
более крупный отряд рабочих находился в Баку, где в конце
XIX в. их насчитывалось 42—45 тыс. чел.
Остальные районы страны были промышленно слабо раз¬
виты и имели незначительные отряды пролетариата. На Севере
Европейской России преобладали рабочие деревообрабатываю¬
щей и лесопильной промышленности, отчасти горнозаводской.
В Сибири и на Дальнем Востоке больше всего рабочих было
занято в золотопромышленности и на железной, дороге, в Сред¬
ней Азии и Казахстане — на обработке сельскохозяйственного
сырья, в горнозаводской промышленности, а также на железно¬
дорожном транспорте.
Существенное значение для формирования пролетариата
имело местонахождение фабрик и заводов: в городах и круп¬
ных центрах с издавна сложившейся промышленностью и зна¬
чительным рабочим населением или в сельских местностях сре¬
ди крестьянского населения, далеко не всегда имевшего дело
с промыслами и работой по найму в промышленности. По под¬
счетам В. И. Ленина, около трети всех рабочих в 1890 г. раз¬
мещалось вне городов40. По более поздним данным, относя¬
щимся к 1902 г., только 41,1% рабочих находились в'городах41.
Крупные предприятия, насчитывавшие по нескольку тысяч ра¬
бочих, главным образом текстильные и металлургические, и на¬
ходившиеся вне городов, постепенно обрастали населением. Об¬
разовавшиеся таким образом поселки по существу превраща¬
лись в промышленные города. Но и с учетом этого данные о
территориальном размещении промышленности показывают, что
значительная часть предприятий, а следовательно, и рабочих,
находилась вне промышленных центров и городов — в сельских
местностях, в окружении крестьянского населения. Такие
предприятия, обеспечив минимум необходимых квалифициро¬
ванных рабочих путем привлечения их со стороны, остальную
массу работников набирали из окрестного, а также из пришло¬
го населения.
Вне городов, возле, источников сырья, возникали металлур¬
гические, каменноугольные, железорудные и другие предприя¬
тия добывающей промышленности, а также сахарные заводы и
иные предприятия по переработке сельскохозяйственных про¬
дуктов. Рабочие на них в большинстве были из разных районов
страны. Среди них было немало рабочих, прошедших уже шко¬
лу фабрично-заводского труда на капиталистических предприя¬
40 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 521.
41 А. В. Погожев. Указ, соч., стр. 56.
23

тиях, но еще больше было впервые узнавших организованный
на капиталистических началах промышленный труд. «Мужик
не имеет полной свободы (благодаря круговой поруке и стес¬
нениям выхода из общины) искать себе самого выгодного на¬
нимателя, а наниматель прекрасно умеет отыскивать самого де¬
шевого рабочего»,— писал по этому поводу В. И. Ленин42. Этот
дешевый рабочий оказывался связанным с землей, со своим до¬
мом, хозяйством, и нужно было время, чтобы он втянулся в
промышленный труд и превратился в пролетария, не имеющего
ничего, кроме своей рабочей силы.
Развитие капитализма разрушало ранее сложившиеся эконо¬
мические связи, замкнутость и оседлость жителей, вызывало
подвижность населения, переход в районы с более высокой
конъюнктурой и большими требованиями на рабочую силу. Это
прогрессивное явление сопутствовало развитию капитализма
«вширь», нивелировало местные особенности, втягивало насе¬
ление в бурный водоворот экономической жизни: Наплыв рабо¬
чих из неместных уроженцев был значителен в промышленных
центрах и крупных городах, притягивавших к себе огромные
массы населения оседавших здесь. Приток увеличился в период
промышленного подъема, когда бурно растущая промышлен¬
ность предъявила спрос на рабочую силу, трудно удовлетвори-
мый за счет местных трудовых ресурсов, особенно в таких но¬
вых промышленных районах, как Донбасс и Баку.
В 1897 г., по данным переписи населения, неместных урожен¬
цев среди всех жителей страны насчитывалось 9,4% 43. В то же
время среди рабочих и прислуги (9,2 млн. чел.) их было 27,6%,
а среди 3,2 млн. фабрично-заводских, горных, транспортных и
торговых рабочих — 36,3% 44.
В Европейской России неместных уроженцев среди рабочих
было 35,5%, в Польше — 30,3, в Сибири более 60, на Кавказе —
46,3, в Средней Азии — 37,9%. Большинство рабочих Петербур¬
га, Москвы, Баку, Донбасса состояло из пришлых. Много не¬
местных уроженцев было в Прибалтике — Эстляндской и Лиф-
ляндской губ., в районах издавна сложившейся текстильной
промышленности — Московской, Владимирской и Ярославской
губ., в Польше — Варшавской и Петроковской губ.
В среде только промышленных рабочих доля неместных уро¬
женцев (как показало обследование 1902 г., охватившее 1,5 млн.
42 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 524.
43 «Общий свод по империи результатов разработки данных первой всеобщей
переписи населения, произведенной 28 января 1897 г.», т. I. Приложения.
СПб., 1905, стр. 58.
44 «Численность и состав рабочих в России на основании данных первой
всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г.», т. I. СПб.,
1906, стр. XV; «Распределение рабочих и прислуги по группам занятий и
по месту рождения на основании данных первой всеобщей переписи на
селения Российской империи 28 января 1897 г.». СПб., 1905, стр. VIII.
24

рабочих Европейской России) была еще выше — 52,4%. При
этом в тяжелой индустрии неместные уроженцы составляли зна¬
чительную часть рабочих: химия —74%, обработка металла —
64,4, горные заводы — 53,2%. В текстильной промышленности
доля пришлых рабочих также была значительна, но меньше, чем
в тяжелой,— 49,1 % 45
В фабрично-заводские районы рабочие стягивались со всей
огромной территории страны, но основной их поток шел из
губерний промышленного и земледельческого центров и По¬
волжья.
Одновременно шли и перекрещивающиеся потоки. На Юг
России, в бурно растущую металлургическую и горнодобываю¬
щую промышленность, особенно начиная с 80-х годов, рабочие
приходили из великорусских губерний, Белоруссии и Прибал¬
тики. В свою очередь с Украины, хотя и в меньшем объеме,
в поисках работы местные жители уходили на промышленные
предприятия Центра страны, на Кавказ, Среднюю Азию и даже
в Сибирь. Из Белоруссии и Литвы рабочие шли не только на
Украину, но и в Прибалтику, Петербург и другие места. При¬
балтика же не только поглощала рабочих, прибывавших сюда, но
и сама служила источником пополнения пролетариата многих
районов, в первую очередь Петербурга. Поволжские губернии
давали значительную массу рабочих на нефтепромыслы Баку,
предприятия Кавказа и Средней Азии. С Кавказа в поисках
работы шли в портовые города Украины. В Польском промыш¬
ленном районе приток рабочих шел преимущественно из мест¬
ного населения.
Состав рабочих
В Петербурге, Центрально-промышленном районе, на Украи¬
не, в Польше, Прибалтике, Белоруссии, Литве, Баку — во всех
районах, где развивалась машинная индустрия, формировались
отряды фабрично-заводского пролетариата. В зависимости от
темпа развития промышленности, ее отдельных отраслей, место¬
нахождения предприятий менялся национальный, возрастной и
половой состав рабочих. Развитие промышленности и подвиж¬
ность населения — этот непременный спутник капитализма —
способствовали тому, что в ряды пролетариата все более вли¬
вались представители разных национальностей.
Учета национального состава рабочих в России не велось, а
имеющиеся данные не полны. Лишь перепись 1897 г. впервые
учла национальный состав населения в масштабах страны.
Однако в основу этого учета был положен только языковый приз-
45 А. В. Погожев. Указ, соч., стр. 92—93.
25

йак. Промышленное население учитывалось не Но отраслям
производства, а по профессиям, поэтому, сведения переписи не
всегда сопоставимы с другими материалами. Но все же данные
переписи позволяют выявить, хотя и приблизительную, картину
национального состава «промышленного населения», равного, по
подсчетам В. И. Ленина, 5,2 млн. человек46 (сюда вошли рабо¬
чие, кустари, ремесленники, владельцы предприятий и не вош¬
ли чернорабочие, «прислуга», крестьяне, занятые в промышлен¬
ности). Эти данные свидетельствуют о том, что «промышленное
население» состояло из представителей почти всех национально¬
стей страны, но, естественно, что по численности преобладали
русские. Так, в обработке волокнистых веществ из 959,6 тыс. чел.
насчитывалось русских 625,9 тыс., украинцев — 30,9 тыс., бело¬
русов — 5,5 тыс., поляков — 68,1 тыс., латышей — 8,2’ тыс., литов¬
цев— 6,3 тыс., эстонцев — 14,3 тыс., армян — 2,7 тыс., грузин —
2,9 тыс.; в обработке животных и растительных продуктов из
343,8 тыс. чел. русских было 174,2 тыс., украинцев — 31,3 тыс.,
белорусов — 5,6 тыс., поляков — 31,5 тыс., латышей—3,8 тыс.,
литовцев—1,0 тыс., эстонцев — 3,8 тыс., армян — 3,7 тыс., гру¬
зин— 2,2 тыс.; в обработке металлов из 624,9 тыс. чел. русских
было 383,5 тыс., украинцев — 44,5 тыс., белорусов — 6,5 тыс., по¬
ляков — 61,6 тыс., латышей — 13,7 тыс., литовцев — 3,6 тыс., эстон¬
цев — 7,9 тыс., армян — 5,6 тыс.47
Сведения эти можно расширить, включив представителей
других народов — азербайджанцев, евреев, казахов, узбеков,
киргизов, туркмен, башкир, поволжских татар, чувашей, карелов,
коми,, кумыков.
На золотых приисках, каменноугольных шахтах, медных и
свинцово-серебряных заводах Казахстана наряду с казахами
работали русские рабочие. В Туркестане состав рабочих был
многонациональным. На Среднеазиатской железной дороге,
в железнодорожных мастерских преобладали русские рабочие,
на горных и фабрично-заводских предприятиях работали рус¬
ские, узбеки, таджики, туркмены, казахи, на нефтепромыслах,
кроме того, и азербайджанцы.
Такая же картина была и в Баку — крупнейшем промыш¬
ленном центре Закавказья. С развитием промышленности в Баку
число рабочих-азербайджанцев увеличивалось и абсолютно и от¬
носительно, как в нефтедобыче, так и на нефтеперерабатываю¬
щих заводах и в механических мастерских. В 1900 г. в нефтя¬
ной промышленности удельный вес рабочих-азербайджанцев
поднялся до 33,8%. Наряду с ними трудились армяне (25,3%),
русские (19,5%). Значительную группу среди рабочих состав-
46 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 501.
47 «Общий свод по империи результатов разработки данных первой всеоб¬
щей переписи населения, произведенной 28 января 1897 г.», т. II. СПб.,
1905, табл. XXI и XXII.
26

Паковочная мастерская Куваевской мануфактуры в г. Иваново-Вознесенске, 1895 г.
ляли дагестанцы. На грозненских нефтепромыслах работали
русские, украинцы, чеченцы, ингуши, кабардинцы, армяне, тата¬
ры, дагестанцы47а.
На заводах Прибалтики рабочие были из латышей и эстон¬
цев, а также немало их было из числа уроженцев великорусских
губерний, Литвы и других районов.
Так, на заводе «Проводник» работали латыши (1267 чел.),
литовцы и поляки (1254 чел.), русские (177 чел.), немцы (59 чел.),
эстонцы (18 чел.); такая же картина наблюдалась на вагоно¬
строительном заводе «Феникс» и других предприятиях48. На
Кренгольмской мануфактуре русские в 1880 г. составляли при¬
мерно третью часть, а на Нарвской льняной и суконной фабри¬
ках— около двух третей всех рабочих49.
47а И. В. Стригунов. Из истории формирования бакинского пролетариата
(70—90-е годы XIX в.). Баку, 1960, стр. 144—145; Л. Н. Колосов. Первое
поколение пролетариата Чечено-Ингушетии (1893—1917 годы). Грозный,
1965, стр. 62, 63.
48 «История Латвийской ССР», т. II, стр. 82.
49 «История Эстонской ССР», т. II, стр. 142.
27

На Украине с ее быстро растущей промышленностью трудился
большой многонациональный отряд рабочих. Вместе с украинца¬
ми на фабриках и заводах, каменноугольных и железорудных
шахтах работали русские, белорусы, поляки, немцы, евреи, по¬
волжские татары. Часть этих рабочих являлась коренными жи¬
телями, другие прибыли сравнительно недавно, но связь их с
промышленностью не была случайной, эпизодической — они все
более втягивались в местную жизнь, прочно оседая. Рабочие
разных национальностей распределялись неравномерно по фаб¬
рикам и заводам, но были представлены во всех отраслях про¬
мышленности. Всероссийской переписью 1897 г. в тяжелой про¬
мышленности Украины учтено 144,9 тыс. «промышленного насе¬
ления», из них 55,2 тыс. русских, 44,5 тыс. украинцев, 17,6 тыс.
евреев, 6,6 тыс. поляков. 5,2 тыс. немцев, 2,1 тыс. белорусов.
В легкой и пищевкусовой промышленности было занято 127,6 тыс.
украинцев, 110,1 тыс. евреев, 57,3 тыс. русских и т. д.50
В промышленности Москвы и особенно Петербурга наряду
с русскими, составлявшими, основной костяк рабочих, труди¬
лись рабочие многих национальностей. На заводах и фабриках
Петербурга работали карелы, финны, латыши, эстонцы, укра¬
инцы, белорусы, татары. Пролетариат России складывался как
многонациональный по своему составу, связанный общностью
положения и интересов.
Капиталистическая промышленность, вовлекая в фабрично-
заводской труд широкие массы трудящихся, поглощала прежде
всего молодых, физически крепких рабочих, способных вынести
тяжесть продолжительного рабочего дня. Основная масса рабо¬
чих находилась в самом расцвете сил — от 17—18 до 40—45 лет.
Материалы переписи 1897 г. показывают, что 54,7% рабочих и
48,5% работниц были в возрасте от 20 до 39 лет. Значительно
было количество 17—19-летних женщин—18,3% 51, что было
связано с широким применением женского труда в текстиль¬
ной промышленности.
Механизация промышленности отразилась на составе проле¬
тариата двояким образом: с одной стороны, она повышала
спрос на обученных и квалифицированных рабочих, а с дру¬
гой, вела к привлечению малолетних к операциям, не требо¬
вавшим большого физического напряжения. Закон 1882 г. в из¬
вестной мере ограничил безудержное применение труда детей
и подростков. Тем не менее они широко использовались в про¬
мышленности. Это объясняется политикой предпринимателей,
50 «Первая всеобщая перепись населения империи, произведенная 28 января
1897 г.», т. VIII, XIII, XVI, XXXII, XXXIII, XLI, XLVI, XLVII, XLVIII.
СПб, 1904—1905.
51 «Численность и состав рабочих России...», т. I, стр. X.
28

оплачивавших таких рабочих ниже, чем взрослых, а также нуж¬
дой рабочих, вынужденных отдавать своих детей «в люди».
Применение детского труда хотя и сократилось в процент¬
ном отношении, но в абсолютных размерах продолжало расти.
По данным переписи 1897 г., малолетних и подростков было
410,0 тыс. чел., или около 12,7% трехмиллионного фабрично-за¬
водского пролетариата52. Рост численности детей и подростков
был связан со значительным применением их труда в текстиль¬
ной, швейной и инструментальной промышленности, в торговле
и полиграфии.
Увеличивалось и применение труда женщин. В 1900 г. среди
рабочих обрабатывающей промышленности женщины составляли
27,1%, или 344,8 тыс. чел.53 В горнозаводской промышленно¬
сти их было намного меньше. Более всего женский труд нахо¬
дил применение в текстильной и швейной промышленности.
В 1887 г. на обработке волокнистых веществ трудилось 160,7 тыс.,
в 1900 г.— 271,5 тыс. работниц, что соответственно составляет
38,3 и 44,3% всех рабочих этой отрасли54. Рост числа женщин-
работниц обгонял общий рост численности рабочих этой отрасли
промышленности. Вовлечение женщин в работу промышленно¬
сти вместе с тем, способствовало расширению их кругозора, учас¬
тию в общественно-политической жизни.
ОСЛАБЛЕНИЕ СВЯЗИ С ЗЕМЛЕЙ
«Отсутствующие» хозяйства
Источники формирования пролетариата были многообразны.
Рабочий класс непрерывно пополнялся за счет все возрастав¬
шего притока из фабричных семей. Он поглощал рабочих мел¬
кой промышленности. Генетически пролетариат связан с кре¬
стьянством и теми городскими слоями, существование которых
непрерывно подтачивалось капитализмом. Этот процесс перехо¬
да в ряды промышленных рабочих начался еще в дореформен¬
ное время, на первой стадии развития промышленности. Он про¬
должался и после реформы 1861 г., когда для развития промыш¬
ленности создавались новые условия. Падение крепостного права
ускорило ход промышленного переворота и перекачку в инду¬
стрию трудовых масс, начавших свой фабрично-заводской труд
отходниками, соединяя на первых этапах работу на фабрике
с трудом в своем хозяйстве.
Реформа 1861 г. обезземелила многих крестьян: дворовые
не получили наделов, у части крестьян земли оказалось намно-
52 Там же.
53 А. Г. РаишН' Формирование рабочего класса России, стр. 224.
54 Там же. стр. 216, 217, 224.
29

го меньше, чем ранее. По некоторым расчетам, масса обез¬
земеленных крестьян составляла до 4 млн. чел.55 Промышлен¬
ность не могла поглотить такое огромное количество рабочей
силы. К тому же в первые годы после реформы общее число
рабочих не увеличилось, а даже сократилось ввиду общей пе¬
рестройки промышленности.
Основная масса рабочих, примерно до 80—90%, продолжала
и после реформы 1861 г. работать в промышленности, став¬
шей для них главным источником существования. Получив юри¬
дическую свободу, рабочие из крестьян на деле оказались при¬
вязанными сословными ограничениями к наделу и не могли
полностью порвать с земледелием. Среди них оказались и те,
кто уже до реформы работал на фабрике, имел производствен¬
ную квалификацию.
Рабочие должны были (исключая тех, кто происходил из
городских сословий,— мещан, цеховых) обрабатывать свои на¬
делы и держать для этого свои семьи в деревне, периодически
уходить с фабрики для неотложных сельскохозяйственных работ.
Многие предприятия в первые десятилетия после реформы ле¬
том закрывались или вынуждены были сокращать объем ра¬
боты. Это породило официальную версию об отсутствии в Рос¬
сии рабочего класса, подкрепляло народнические взгляды на
русских рабочих как крестьян-отходников, отдающих промыш¬
ленности лишь свое свободное от сельскохозяйственных работ
время, а на мелкое крестьянское производство — как устойчивое
и успешно противостоящее «инородному» началу — капитализму.
Этим воззрениям В. И. Ленин противопоставил другой
взгляд: «...к индустриальному населению должна быть отнесена
не малая часть сельского населения, добывающая себе средства
к жизни работой в промышленных центрах и проводящая в
этих центрах часть года» 56.
Деревня длительное время оставалась основным источни¬
ком рабочей силы для промышленности.
Фабрика привлекала к себе крестьянина, вырабатывала из
него постоянного пролетария, уход которого в деревню и пре¬
вращение в земледельца, о чем писали народнические эконо¬
мисты и статистики, был практически невозможен.
Разорившиеся деревенские массы — это прежде всего кре¬
стьяне, которые еще до ухода в город были связаны с мелким
промышленным производством, с мануфактурой. Именно это
имел в виду Ленин, когда писал, что развитие домашней ра¬
боты на капиталистов связано с наличием «массового сельско¬
го пролетариата», образовавшегося в результате расслоения
крестьянства. В. И. Ленин отмечал, что «домашние рабочие
55 77. И. Лященко. Указ, соч., стр. 25.
56 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 569.
30

доставляют едва ли не самую крупную Часть нашей «резерв¬
ной армии» капитализма»57. Таких домашних рабочих и вооб¬
ще занятых вне фабрично-заводских предприятий, по подсчетам
В. И. Ленина, было около 2 млн. чел.
Ленинский вывод о домашних рабочих и их роли построен
на материале русской промышленности. К. Маркс указывал, что
с развитием капитализма растет относительное перенаселение
за счет рабочих, выталкиваемых по мере увеличения примене¬
ния машин из земледелия и работы на дому, жизненный уро¬
вень которых характеризуется максимумом рабочего времени
и минимумом заработной платы 58.
Признание рабочих первых ступеней промышленности круп¬
ной «резервной армией» капитализма отнюдь не исключает воз¬
можности ухода крестьян в город, минуя эту переходную сту¬
пень. Отхожие промыслы в деревне, особенно в центрально¬
промышленных губерниях, были развиты и до реформы. После
1861 г. отходничество продолжало расти, распространяясь на
новые районы. В среднем ежегодная выборка паспортов и би¬
летов достигла в первое пореформенное десятилетие 1,3 млн.,
во второе — 3,6 млн., третье — 4,9 млн. и, наконец, в последнее
десятилетие XIX в.— 7,1 млн.59 В числе отходников были
сельскохозяйственные, строительные, лесные рабочие, а также,
особенно в первые десятилетия, фабрично-заводские и представи¬
тели других категорий наемного труда (чернорабочие, прислуга).
Паспортная система, обставленная многочисленными препятст¬
виями и затратой денежных средств, вынуждала уходящих из
деревни брать билеты на короткие сроки и в случае необходи¬
мости их неоднократно обменивать. В конце 90-х годов эта
система была изменена и сборы снижены, что привело к паде¬
нию выборки билетов на короткие сроки, резкому увеличению
выборки паспортов годовых и на более длительные сроки.
В деревне все больше становилось так называемых «отсут¬
ствующих» хозяйств, особенно в районах с фабрично-заводской
промышленностью и издавна сложившимся неземледельческим
отходом. В 1880—1900 гг., по данным земских переписей, по
117 уездам насчитывалось примерно 240 тыс. «отсутствующих»
хозяйств с населением 982,5 тыс. чел.60 Многие из них сдава¬
ли землю в аренду, не имели изб, хозяйственных построек, скота.
Это были семьи, которые по тем или иным причинам порвали
связь с деревней, с ее кругом занятий и интересов, ушли в
город или переехали в другие районы.
67 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 446.
58 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 657—658.
59 «Материалы высочайше учрежденной 16 ноября 1901 г. комиссии...», ч. 1,
табл. XX.
60 Подсчитано по «Земским подворным переписям 1880—1913 гг. Поуездные
итоги» (М., 1926).
31

Не все «отсутствующие» хозяйства были связаны с рабо¬
той в промышленности, но факт все увеличивавшегося отлива
из деревни говорит о направлении отхода. В Московской губ.
в конце 90-х годов насчитывалось 47,4 тыс. «отсутствующих»
хозяйств, что составляло 19,3% крестьянских дворов, и около
300 тыс. отхожих промышленников, из них 2/з (около 200 тыс.)
отсутствовало круглогодично, проживая преимущественно в Мо¬
скве61. Владимирская губ. дала меньше «отсутствующих» хо¬
зяйств— 29,9 тыс., или 11% крестьянских дворов и 171,3 тыс.
отхожих промышленников. Основная их масса приходилась на
Шуйский, Ковровский и Вязниковский уезды с развитой тек¬
стильной промышленностью. Земские обследователи утвержда¬
ли, что уход из деревни вызван развитием фабрично-заводской
промышленности: фабрика не довольствуется рабочим, который
отдает ей часть труда, она требует всего рабочего62.
В 5 уездах Орловской губ. в середине 80-х годов насчиты¬
валось 32,7 тыс. отсутствующих жителей обоего пола, часть из
них уходила на шахты Донбасса. Такой отход имел место в
Тамбовской, Курской, Черниговской и ряде других губерний.
Обычно считалось, что этот отход носил сезонный характер, глу¬
боко не затрагивал строй крестьянской жизни. Отход в Донбасс
возник давно, вовлекая все более широкие круги крестьян, и труд¬
но предположить, что на всем протяжении второй половины XIX в.
он сохранил ритмичный характер отлива зимой и возвращения
в деревню летом. В Моршанском уезде Тамбовской губ. отхо¬
жий углекопный промысел возник в 50-х годах, и это, по мне¬
нию земских обследователей, отчасти объясняет, почему зна¬
чительное число крестьян в некоторых селениях оставили хле¬
бопашество63. В Тульской губ. в 1899 г. среди выправивших
паспорта 4282 чел. не вернулись обратно; при этом считалось,
что они ушли «в шахты»64.
Об уходе из деревни свидетельствует и увеличивавшаяся
выборка так называемых семейных паспортов. Так, в Твер¬
ской губ. с 1884—1890 по 1895 г. число выданных семейных
паспортов возросло с 12716 до 1752065. В Ярославской губ.
61 «Московская губерния по местному обследованию 1898—1900 гг.», т. IV
Земледельческое хозяйство и промыслы крестьянского населения, вып. 2.
Промыслы. М., 1908, стр. 19, 27, 34, 65.
62 «Календарь и памятная книжка Владимирской губ. на 1913 г.» Владимир,
1912, стр. 115—117; «Материалы для оценки земель Владимирской губер¬
нии», т. X. Шуйский уезд, вып. II. Сведения о крестьянском хозяйстве.
Владимир, 1905, стр. 6—7; вып. III. Промыслы крестьянского населения.
Владимир, 1908, стр. 4 и др.
63 «Сборник статистических сведений по Тамбовской губернии», т. III. Мор-
шанский уезд. Тамбов, 1892, стр. 214, 248.
64 М. Кашкаров. Статистический очерк хозяйственного и имущественного по¬
ложения крестьян в Орловской и Тульской губерниях.— «Русское эконо¬
мическое обозрение», 1902, № 10, стр. 19.
65 «Сводный сборник статистических сведений по Тверской губернии», т. XIII,
вып. 1. Тверь, 1897, стр. 63.
32

Расчетная книжка рабочего Дедюхинского солеваренного завода П. П. Богомолова (Перм¬
ская губ.), 1895 г.
в 1897 г. таких паспортов было взято 9389, в 1901 г.— 17 290.
«Семейный отход в большинстве случаев свидетельствует о пол¬
ной оторванности промышленников от земледелия. Поэтому рост
этого отхода знаменует собою постепенно возрастающее выде¬
ление из среды деревенского населения особой его группы, за
счет которой прежде всего и пополняются кадры городского
рабочего населения» 66.
Материалы земских обследований также показывают, что
наряду с отхожими промыслами были значительно развиты «до¬
машние промыслы» — ткачество, прядение, вязание, обработка
кожи, дерева и т. д., под которыми нередко скрывалась рабо¬
та в промышленности от раздаточных контор, фабрик.
В конце 70-х годов во Владимирской губ. было 88,8 тыс.
домашних ткачей, а в Московской губ. насчитывалось 64 разда¬
точные конторы и 45 595 ткацких станков у крестьян^7. Не
66 Кл. Воробьев. Отхожие промыслы крестьянского населения Ярославской
губернии. Ярославль, 1903, стр. 5.
67 «Труды комиссии по исследованию кустарной промышленности в России»,
вып. XIV. СПб., 1885, стр. 456—457, 460—461.
2 Заказ № 2671
33

удивительно, что текстильные предприятия широко использовали
труд этих крестьян. Так, по сведениям управления фирмы С. Мо¬
розова, Никольская, Вауловская и Московская текстильные фаб¬
рики прибегали к услугам 100 мастерков, которые в свою оче¬
редь раздавали пряжу для тканья 25,7 тыс. рабочих на дому
во Владимирской, Московской, Рязанской, Тульской, Смолен¬
ской и Калужской губ.68.
В конце 90-х годов в Московской губ., кроме 62 938 тка¬
чей «фабричной системы», насчитывалось 57 603 ткача «домаш¬
ней системы»69. Это были в своей массе «капиталистически
употребляемые» рабочие. Рабочие таких «домашних промыс¬
лов», еще соединявшие работу на дому с обработкой надела,
составляли массовую армию, из которой рекрутировался фаб¬
рично-заводской пролетариат. «Домашние промыслы» не только
во Владимирской и Московской губерниях, но и во всем Цент¬
рально-промышленном районе существовали с XVIII в.
Уходя из деревни на фабрику, работая там десятки лет,
рабочий по-прежнему продолжал числиться по своей сослов¬
ной принадлежности крестьянином. Фактически он ничего об¬
щего не имел с землей, общиной, но юридический разрыв со
своим крестьянским происхождением для него был труден. Кро¬
ме затраты большой суммы денег, рабочий должен был полу¬
чить согласие общины на уход, а у городских властей — на
приписку к городским сословиям. Уходили в промышленность
не только главы семей, оставляя хозяйство на попечение остав¬
шихся в деревне членов семей. По данным описания крестьян¬
ских хозяйств Ильинской вол. Юрьевецкого уезда Владимир¬
ской губ., многие крестьяне в начале 80-х годов работали на
текстильных фабриках Юрьева, Зуева, Ярославля или «на сто¬
роне», причем около половины их ушло вместе с семьями, обра¬
батывая землю наймом или сдавая ее в аренду. Другие, как
правило, из числа многонадельных совмещали работу в про¬
мышленности с ведением хозяйства в деревне. Это же обследо¬
вание отметило уход на фабричные работы значительной части
молодого поколения крестьян70. Разрыв таких рабочих с зем¬
лей, поскольку они юридически не являлись ее владельца¬
ми, был более доступен.
Такая картина наблюдалась повсеместно. «Более половины
мужчин и много женщин живут круглый год вне дома, испол¬
няя разные работы на фабриках... Многие из молодых крестьян
в настоящее время не умеют ни орать, ни косить, ни жать,
68 «Мануфактура и фабрики торгового дома под фирмою «С. Морозов и
С».— «К Всероссийской выставке 1870 г.», изд. 2-е. М., 1914, стр. 33.
69 «Московская губерния по местному обследованию 1898—1900 гг.», т. IV,
вып. 2. М., 1908, стр. 453.
70 В. С. Пругавин. Сельская община, кустарные промыслы и земледельческое
хозяйство Юрьевецкого уезда Владимирской губ. М., 1884. Приложение.
34

ни молотить»,— писали обследователи крестьянских хозяйств
Вичугского района Костромской губ. в 1881—1882 гг.71 В Ме-
ленковском уезде Владимирской губ. до 75% молодежи уходи¬
ло на фабрики. В Ковровском уезде «фабрика не только за¬
хватила здесь все насление, но мало-помалу совсем уводит его
в город, в фабричные казармы или в тесные наемные ка¬
морки» 72.
Крестьянин, прошедший путь от «домашних промыслов» до
фабрично-заводского рабочего, стремился порвать узы, связы¬
вающие его с землей. Рабочий не собирался вернуться в де¬
ревню и вновь стать мелким хозяином, он представлял собою
не потенциального крестьянина, а пролетария, опутанного еще
остатками крепостничества.
Города и крестьянское население
Города с развитой торговлей и промышленностью, такие, как
Петербург, Москва, Рига, Варшава, Екатеринослав, Одесса,
Нижний Новгород, притягивали к себе население со всех концов
страны. Промышленность, торговля, транспорт, мелкие ремесла,
различные виды обслуживания предъявляли повышенный спрос
на рабочую силу. С 1858 по 1897 г. городское население стра¬
ны выросло в 3 раза73 — с 5,6 млн. до 16,8 млн. чел., глав¬
ным образом за счет переселения крестьян, которых на первую
дату было 1,1 млн., а на вторую — 6,5 млн., т. е. в 5,9 раза
больше. В Москве только с 1871 по 1882 г. число крестьян по
сословной принадлежности возросло с 260,4 тыс. до 370,7 тыс.,
а в процентах ко всем жителям города — с 43,2 до 49,2. Мас¬
совый наплыв крестьян в Москву имел место и в последующий
период, достигнув к 1902 г. 789,3 тыс., или 67,2% к общему чис¬
лу населения города 74. Не меньший приток выходцев из дерев¬
ни наблюдался и в Петербурге, где доля крестьян с 1869 по
1900 г. выросла с 31,1 до 63,3%, а в абсолютных цифрах — с
207 тыс. до 908,8 тыс. чел. 75
Среди крестьян, массами вливавшихся в города, были не
только искавшие здесь источник для поправки пошатнувшегося
положения в деревне. Многие крестьяне, забрасывая хозяйство
в деревне, навсегда связывали свою судьбу с городской жизнью.
Крестьяне по паспорту, по сословному признаку, все более ста¬
новившемуся анахронизмом, на деле были в большинстве наем-
71 «Материалы для статистики Костромской губернии», вып. VI. Кострома,
1884, стр. 10.
72 «Материалы для оценки земель Владимирской губернии», т. VII. Ковров¬
ский уезд, вып. II. Сведения о крестьянском хозяйстве. Владимир, 1904,
стр. 7.
73 Л. Г. Рашин. Население России за 100 лет. М., 1956, стр. 121, 123.
74 Там же, стр. 125.
7Б Там же, стр. 129.
85
2е

Распределение рабочих по отраслям производства и времени проживания
В том
родившиеся в Москве
Отрасль производства
Всего
рабочих
рабочих %
Всего
212 317
18 038
8,5
В том числе
Обработка металлов
16 832
2 328
13,8
Машиностроение
8 645
1070
12,4
Полиграфия
4 066
865
21,3
Обработка волокнистых веществ
50 893
1519
3,0
Обработка дерева
11472
1186
10,4
Писчебумажная и кожевенная
8 083
903
11,2
Пищевкусовая
12 944
589
4,6
Одежда
40 417
6 288
15,6
Строительная
8 040
304
3,8
Торговля
17 741
1382
7,8
* «Перепись Москвы 1882 г.», вып. II. Нас
еление и занятия.
М., 1885,
табл. XIII,
ними рабочими в промышленности, на транспорте, в торговле.
Многие крестьяне десятки лет проживали в городах, полностью
включившись в городскую жизнь.
Процесс оседания в городе захватывал все большую массу
пришлого населения. В 1890 г. в Петербурге насчитывалось
154,2 тыс. крестьян, проживших в нем более 10 лет, а в 1900 г.
их стало 255,3 тыс. Учитывая также и крестьян, родившихся
в Петербурге, в 1890 г. их было 242,1 тыс., а в 1900 г.—
445,7 тыс. чел.76, что составляло почти половину так называемо¬
го крестьянского населения столицы. Крестьян с длительным
сроком проживания в Одессе было 15,2 тыс., а вместе с родив¬
шимися в городе — 34,3 тыс., или 42,5% всех крестьян, зарегист¬
рированных переписью 1892 г.77 Такая же картина наблюдалась
и в Москве, где в 1902 г. было 130,7 тыс. крестьян, родив¬
шихся здесь, и 231,1 тыс., проживших в городе более 10 лет,
а всего 361,8 тыс.78, или несколько менее половины всего
76 «С.-Петербург по переписи 15 декабря 1900 г. Население», вып. 1, СПб.,
1903, табл. ХХШа, стр. 168—171; «С.-Петербург по переписи 15 декабря
1890 г.», ч. I. Население, вып. 1. СПб., 1891, табл. X, стр. 84—85.
77 «Результаты однодневной переписи г. Одессы 1 декабря 1892 г.», ч. I. На¬
селение. Одесса, 1894, стр. 20.
78 «Перепись Москвы 1902 г.», ч. I. Население, вып. 1. М., 1904, табл. 5,
стр. 11.
36

в Москве*
Таблица 2
числе
живущие более
10 лет
живущих менее
10 лет
рабочих
%
рабочих
%
63 067 29,7 131 212 61,8
крестьянского населения горо¬
да. Не менее активно оседание
шло и в других городах.
Крестьяне, родившиеся в го¬
роде или прочно осевшие в нем,
численно превышали фабрич¬
но-заводских рабочих. Следо¬
вательно, городской пролетари"
5 017
29,8
9 487
56,4
1768
20,5
5 807
67,1
1925
47,4
1276
31,3
21 022
41,3
28 352
55,7
4 660
40,6
5 626
49,0
1642
20,3
5 538
68,5
2 783
21,5
9 572
73,9
10 778
26,7
23 351
57,7
3 795
47,2
3 941
49,0
5 965
33,6
10 394
58,6
74д—77з.
было 182,3 тыс., или 69,3% 79.
ат не мог состоять только из
крестьян-отходников. Промыш¬
ленными рабочими станови¬
лись те, кто длительно жил в
городе и собственно перестал
быть крестьянином, продолжая
лишь числиться им в силу со¬
словно-податной политики са¬
модержавия. В 1882 г. в Моск¬
ве самодеятельного населения,
занятого в промышленности,
торговле, транспорте и обслу¬
живании, насчитывалось 262,9 *
тыс. чел. Среди них крестьян
Особенно много крестьян было
занято на обработке волокнистых веществ — 82,2%, в строи¬
тельной промышленности — 81,4% и значительно меньше — в
обработке металла, машиностроении, полиграфии. Однако если
взять не сословный признак, а данные о месте рождения и
времени проживания в Москве, то картина будет иной (см.
табл. 2).
Приведенные сведения показывают, что среди рабочих по
обработке волокнистых веществ, в пищевкусовой и строитель¬
ной промышленности, наименее технически оснащенных и с наи¬
более низкой оплатой труда, было и наименьшее число корен¬
ных москвичей. В других отраслях этот показатель был более
высоким, видимо, не только за счет крестьян, но и городских
сословий. При этом в обработке волокнистых веществ, строи¬
тельной промышленности, а также в полиграфии больше всего
оказалось рабочих, длительно — более 10 лет — живущих в го¬
роде. В Петербурге удельный вес родившихся в городе рабо¬
чих был значительно выше, чем в Москве. Так, в 1881 г. из
112,6 тыс. рабочих в городе родилось 18,5 тыс., или 16,4%.
В то же время в обработке металла таких рабочих было 14,6 %,
машиностроении — 13,6, обработке волокнистых веществ—10,2,
79 «Перепись Москвы 1882 г.», вып. II. Население и занятия. М., 1885,
стр. 305—314.
37

пищевкусовой промышленности 10,5, полиграфической 33,2% 80-
Огромную массу населения в городах поглощала не только про¬
мышленность, но и работа в извозном промысле, в торговле, в
качестве прислуги и т. д. Это были преимущественно неквали¬
фицированные рабочие, впервые появившиеся в городе. Пройдя
школу городской жизни, они в свою очередь становились источ¬
ником рабочей силы для машинной индустрии.
Превращение рабочих, вышедших из крестьянского сосло¬
вия, в городских жителей было явлением повсеместным. На
Ярославской Большой мануфактуре в 1867—1868 гг. было всего
145 рабочих из г. Ярославля, а через 30 лет, в 1896—1897 гг.,
их стало уже 94781. Такое увеличение в 6,5 раза вряд ли
могло произойти за счет вовлечения в промышленность мещан
и других групп городского населения. В Ярославском уезде
в середине 90-х годов значилось 4683 рабочих, ушедших преи¬
мущественно в Ярославль82 и на Норскую (Ярославский
уезд) текстильную фабрику. Уходило в основном избыточное
население и лишь немногие из них возвращались на летние
сельскохозяйственные работы. Остальные стали постоянными
жителями фабричных поселков.
Интересны данные об оседании рабочих в промышленных
центрах по Кохме, Тейкову и пригороду Иваново-Вознесенска
«Ямы». В конце 90-х годов XIX в. 45,1 % рабочих жили в этих
местечках более 11 лет, а вместе с жившими более 6 лет их
было 65,8% 83. Это были рабочие, прочно осевшие в городе,
сменившие свою крестьянскую профессию на фабрично-завод¬
скую. Об этом говорит и длительность их стажа работы и в
общем слабая связь с сельским хозяйством. Так, в «Ямах»
более 80% рабочих не посылали денег в деревню, многие не
имели надела или обрабатывали его наемной рабочей силой.
Это наблюдение подтверждает и тот факт, что многие рабо¬
чие жили в «Ямах» вместе с семьей.
Рабочие и хозяйство в деревне
Сфера крестьянских интересов у рабочих не была и не мо¬
гла быть постоянной. Связь с землей уже к моменту ухода в
промышленность становилась непрочной, и чем слабее она
80 «С.-Петербург по переписи 15 декабря '1881 г.», т. I. Население, ч. 2. СПб.,
1884, табл. 1, стр. 303—307.
81 Б. Н. Васильев, К характеристике формирования промышленного проле¬
тариата в России (По материалам Владимирской, Костромской и Ярослав¬
ской губерний).—«Ученые записки Шахтинского гос. пед. ин-та», т. II,
вып. 2. Шахты, 1957. Приложение, стр. 233.
82 «Обзор Ярославской губернии», вып. 2. Отхожие промыслы крестьян Яро¬
славской губернии. Ярославль, 1896, табл. 3, стр. 16, 17.
83 А. Г, Рашин, Формирование рабочего класса России, стр. 512.
38

была, тем легче совершался окончательный разрыв с деревней.
В первые десятилетия после реформы, когда промышленность
еще начинала набирать темпы, а капитализм только начал ра¬
боту по разрушению в деревне средневековых хозяйственных
форм, рабочие, покинувшие свои родные места, вынуждены были
сохранять связь с землей. На лето многие рабочие покидали фаб¬
рику не только в захолустных местах, но и в городах. Тек¬
стильные предприятия, и не только они, летом значительно со¬
кращали по этой причине свою работу, — сокращали, но не
прекращали. Промышленность к тому времени создала кадры
постоянных рабочих, прежде всего из числа тех, кто был свя¬
зан с наймом еще в дореформенное время. Это были рабочие
бывших вотчинных и казенных предприятий, вольнонаемные,
уходившие в город. Они только номинально числились кре¬
стьянами, уже длительно работая на фабриках, где жили вме¬
сте со своими семьями.
Фабричная промышленность не мирилась с остатками патри¬
архальщины, требуя рабочего, свободного от уз прошлого и
связи с землей. Она вызвала, не в пример мануфактуре, под¬
вижность населения, создавая спрос на рабочую силу неза¬
висимо о тех или иных местных условий. Однако сохранение
остатков крепостничества, связь крестьян с землей и слабая
еще втянутость крестьянского хозяйства в капиталистическое
развитие приводили к тому, что даже у кадровых рабочих
связь с деревней в разных формах сохранялась длительное
время. Наиболее прочная связь была у рабочих мелких пред¬
приятий с большой долей ручного труда, находившихся вдали
от крупных промышленных центров, а также на предприятиях,
работавших сезонно,— свеклосахарных и винокуренных заводах,
табачных фабриках и т. д. Но и здесь складывался контин¬
гент постоянных рабочих, прежде всего среди персонала по
обслуживанию машин и их ремонту.
Связь с землей у фабричного рабочего была иного типа,
чем у мануфактурного, являясь пережитком прошлого, хотя
и оказывавшим влияние на быт, культуру, сознание и орга¬
низацию рабочего класса. Фабричный рабочий всем своим су¬
ществом, укладом жизни и образом мыслей был связан с про¬
мышленностью и работой по найму. Его основные интересы
были связаны с фабрикой, с положением дел в фабрично-за¬
водской промышленности.
По обследованию 1897 г., во Владимирской губ. среди ра¬
бочих крестьянского происхождения 72,2% (43,7 тыс.) оказа¬
лось владельцами наделов 84. На текстильной фабрике Цинделя
84 «Отчет чинов фабричной инспекции Владимирской губернии. 1894—1897.
Вторая специальная часть». Владимир, 1899, стр. 203, 204. В подсчет вошли
только рабочие мужского пола как носители права на землю.
39

их было еще больше — 90,8% 85. Рабочих с наделом можно было
найти не только в текстильной, одной из наиболее «крестьян¬
ских» отраслей промышленности. Значительна была доля та¬
ких рабочих в уральской горнозаводской промышленности, ка¬
менноугольной и железорудной промышленности Донбасса и
во многих других отраслях. Если в отношении казенных и
бывших вотчинных предприятий Урала это можно объяснить ус¬
ловиями реформы 1861 г., а в Донбассе сравнительной моло¬
достью промышленности, то в целом это объясняется не стрем¬
лением сохранить свое крестьянское происхождение, а социаль¬
но-экономическими условиями, сложившимися в стране. Вла¬
дельцами наделов числились не только рабочие, сравнительно
недавно попавшие в орбиту крупной машинной индустрии, но
и те, у кого отцы, а иногда и деды были рабочими. Среди
владельцев наделов в Владимирской губ. было 31,6% потом¬
ственных рабочих, а на фабрике Цинделя — 55,6%. Такая же
картина, с отклонениями в ту или другую сторону, была об¬
щей для всей русской промышленности.
Наделы вынуждали рабочих держать семьи в деревне, ухо¬
дить на летние сельскохозяйственные работы, посылать деньги
домой, нести подати. Однако, как ни крепко держала земля
крестьянина, эта связь слабела по мере развития промышлен¬
ности. Выше, на примере Ильинской волости, мы видели, что
около половины рабочих — юридических собственников наде¬
лов— перебрались с семьей на фабрику, ликвидируя свое
хозяйство. Так же поступали и крестьяне «отсутствующих» дво¬
ров. Обработка наделов наемной рабочей силой или сдача их
в аренду является одним из путей этого процесса.
Параллельно оседанию рабочих шло сокращение сезонного
отлива из промышленности в деревню. Во Владимирской губ.
в конце 90-х годов на полевые работы уходило 3,4 тыс., или
7,8% рабочих, родители которых работали на фабрике. Всего
же на полевые работы уходило 12,5 тыс. рабочих, или 10,8%
пролетариата этого текстильного края 86. «Преобладающая часть
рабочих, с которыми мы имеем дело, представляет собою уже
типичных фабричных рабочих, порвавших всякую связь с зем¬
лею, и лишь меньшая часть рабочих находится как бы в пе¬
реходном состоянии», — таков был вывод Гвоздева, одного из
фабричных инспекторов Владимирской губ.87
По сведениям 1884—1885 гг., в трех уездах Московской
губ.— Серпуховском, Коломенском и Бронницком — на поле¬
вые работы в среднем уходило 14,1% рабочих старше 18 лет.
85 П. М. Шестаков. Рабочие на мануфактуре т-ва «Эмиль Циндель» в Мо¬
скве. М., 1900, стр. 19, 26.
86 И. М. Козьминых-Ланин. Фабрично-заводской рабочий Владимирской губ.
(1897). Владимир, 1912, стр. 33.
87 С. Гвоздев. Записки фабричного инспектора. М.— Л., 1925, стр. 36.
40

В основном уход касался мелких предприятий, применявших
ручной труд, и раздаточных контор, где он колебался в пре¬
делах 30,7—72,5% 88. Причем уход с фабрик вызывался не
только необходимостью работы в своем хозяйстве. Нередко
уходили на сравнительно короткие сроки — для отдыха, на празд¬
ники. На механизированных предприятиях отход был значи¬
тельно меньшим, колеблясь в пределях 2,3—13,8% 89. Данные
об уходе рабочих по Московской губ. В. И. Ленин обобщил
в виде вывода: «...именно механическое производство отрыва¬
ет рабочих от земли» 90. Различия рабочих по месту рождения,
сословные и другие различия не оказывали решающего воз¬
действия на разрыв с землей — все они стушевываются «...пе¬
ред влиянием основного фактора: перехода ручного производ¬
ства в механическое»91.
Формирование постоянных рабочих и разрыв их с землей
прямо связаны со степенью механизации и продолжительностью
работы предприятия, иначе говоря, зависели от степени и хода
промышленного переворота, от превращения мануфактуры в фаб¬
рику. Чем выше применение механических орудий производ¬
ства, чем меньше применение ручного труда, тем быстрее шла
перековка новичка, недавно поступившего на предприятие, в по¬
стоянного рабочего. Это было подмечено обследователями рабо¬
чих по Московской губ.: «Чем больше в производстве ручной
труд отходит на второй план, чем больше рабочий превраща¬
ется в автомат при машине, чем более требует он специа¬
лизации, тем меньше рабочих, сохранивших связь с землей»92.
Обследователи Владимирской губ. не менее категорично форму¬
лировали свои наблюдения: «Рабочий, интересы которого раско¬
лолись между городом и деревней, одинаково ненадежен и в
деревне у земли, и на фабрике у станка. Он хорош только
в одном отношении: он нетребователен, он довольствуется низ¬
ким заработком, не способен к защите своих интересов, к ус¬
воению воззрений своего класса» 93.
Свои наблюдения земские обследователи дополнили стати¬
стическими материалами, из которых видно, что фабричные ра¬
бочие рекрутировались из безземельных и малоземельных кре¬
стьянских хозяйств, и, наоборот, нефабричные рабочие принад¬
лежали к земледельческому населению. Разрыв фабричных ра¬
бочих с сельским хозяйством начался еще на стадии промы¬
сла, фабрика его завершила. Большинство фабричных рабочих
88 Е. М. Дементьев. Фабрика, что она дает населению и что она у него бе¬
рет, изд. 2-е. М., 1897, стр. 3, 36.
89 Там же, стр. 11, 36.
90 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 538.
91 Там же, стр. 539.
92 Е. М. Дементьев. Указ, соч., стр. 36.
93 «Материалы для оценки земель Владимирской губернии», т. X. Шуйский
уезд, вып. III, стр. 4, 40—41.
41

Комната семейного рабочего. 1900 г.
Владимирской губ., в первую очередь из беспосевных и мало¬
посевных хозяйств, в 90-х годах работали круглый год на фаб¬
рике (88—96,5% среди рабочих и 92,2—95,7% среди работниц),
порывая с земледелием (80,1—98,4% среди рабочих и 84,9—
96,1% среди работниц). Это были настоящие пролетарии, пред¬
ставители наследственного фабрично-заводского труда 94.
Рабочий с наделом, рабочий, делящий время между про¬
мышленностью и сельским хозяйством, зимой на фабрике, ле¬
том в деревне, относится не к фабрично-заводскому пролета¬
риату — подобными определениями пестрит литература о кресть¬
янских промыслах, почти вся не считавшая эти типы рабочих
фабрично-заводским пролетариатом. Это были рабочие мелкой
промышленности, домашние ткачи, рабочие на дому, раздаточных
контор. Отчетливо это прослеживается в Иваново-Вознесенском
текстильном районе, сапожном промысле с. Кимры и его ок¬
рестностей (Тверская губ.), Павловском районе по обработке
металлов (Нижегородская и Владимирская губ). В. И. Ленин
относил перечисленные промыслы к типичной капиталистиче¬
ской мануфактуре95. Первоначально промыслы здесь были сое¬
динены с земледелием, составляя неразрывное целое. Позднее
94 «Материалы для оценки земель Владимирской губернии», т. X. Шуйский
уезд, вып. III, стр. 46, 48, 51.
95 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 409—411, 414—418.
42

с возникновением фабричного производства, в одних районах,
как, например, в Иваново-Вознесенске, промыслы и земледелие
оказались разорванными, в других фабрика хотя и подорвала
веками сложившуюся систему, но до конца ее не разрушила.
Так, в Павлове и Вормсе кустари перестали заниматься зем¬
леделием, в остальных же селениях этого района по-прежнему
работа на фабрике соединялась с работой в своем хозяйстве 96.
В с. Кимры еще в 70-х годах подавляющая часть жителей
забросила хлебопашество, зато другая, меньшая часть, занима¬
лась сельским хозяйством, а не сапожным делом 97. То же наблю¬
далось иве. Великом Ярославского уезда, где переворот в жиз¬
ни населения произошел с постройкой еще в 50-х годах льноткац¬
кой фабрики Локалова 98. Села Кимры, Павлово и другие были
типичны для мануфактуры: «...наиболее типичным для русской
капиталистической мануфактуры является неземледельческий
центр, притягивающий к себе население из окрестных деревень,—
жители которых полуземледельцы, полупромышленники,— и
главенствующий над этими деревнями» ".
Данные об уходе на сельскохозяйственные работы по всей
России были собраны за 1886—1893 гг. Они неполны, так как
не включают сведений о горнозаводских, железнодорожных и
рабочих других категорий. Они неточны также и потому, что
собраны не путем специального обследования, а через рассыл¬
ку анкет предпринимателям. Но и при всех этих недостатках
полученные материалы свидетельствуют о ложности утвержде¬
ний, что русский рабочий есть в то же время крестьянин. Из
763 тыс. рабочих, о которых были получены сведения, на лет¬
ние сельскохозяйственные работы уходило всего 28%. Больше
всего постоянных рабочих было на предприятиях по обработ¬
ке металла — 88,9% и в текстильной промышленности — 83,5%.
На последнем месте стояли пищевкусовые предприятия — 34,6%,
в своей массе работавшие сезонно и находившиеся, как пра¬
вило, вне крупных промышленных центров 10°. Менее всего
связь с землей сохранилась у рабочих Петербургского, Вилен¬
ского, Петроковского, Варшавского, Московского и Владимир¬
ского фабричных округов: здесь было больше всего постоянных
рабочих (80,2—89,2%) 101. Именно эти районы, прежде все¬
го Московский, Петербургский и Польский, имели развитую про¬
мышленность, где наиболее полно выразился процесс перехода
96 М. А. Плотников. Кустарные промыслы Нижегородской губернии. Н. Нов¬
город, 1894, стр. 181.
97 «Доклад высочайше учрежденной комиссии для исследования нынешнего
положения сельского хозяйства и сельской производительности в России».
Приложение I, отд. II. СПб., 1873, стр. 153.
98 «Труды комиссии по исследованию кустарной промышленности в России»,
вып. VI. СПб, 1880, стр. 671, 673.
99 В. И. Ленин. Полн. собр. соч, т. 3, стр. 433.
100 А. В. Погожев. Указ, соч, стр. 100.
101 Там же, стр. 101.
43

в машинную индустрию. Сильнее была связь с землей у рабочих
Воронежского, Киевского и Харьковского округов, где промыш¬
ленность была моложе по времени своего возникновения и где
преобладали пищевкусовые отрасли. Но и в этих условиях шел,
хотя значительно медленнее, процесс создания постоянных рабо¬
чих, полностью связанных с фабрично-заводским трудом.
В Петербурге при переписи населения в 1900 г. опрос
2600 рабочих костеобжигального завода, Резиновой мануфакту¬
ры, Калинкинского и Путиловского заводов обнаружил, что
многие имеют надел, посылают деньги домой. Однако ездили
в деревню немногие, преимущественно с костеобжигального
завода, при этом не на полевые работы, а на праздники и
«на побывку», и среди них было немало живших в столице
более 10 лет102. При опросе выяснилась и такая подроб¬
ность: из 140 рабочих Резиновой мануфактуры жили в столице
вместе с семьей 115 чел., посылали деньги в деревню 77 чел.
Кроме посылки денег родителям «на хозяйство», многие из них
посылали их в счет уплаты податей. Как писали обследовате¬
ли, обладание собственностью в деревне вело не к получению
дохода, а к уплате за нее «ренты». Такие расходы ограничи¬
вали бюджет рабочих, заставляли на многом экономить. Сом¬
нительная возможность возврата к земле если и существова¬
ла для небольшой доли рабочих, то это достигалось сокраще¬
нием бюджета в настоящем, для всех же остальных это был
не больше, чем мираж — дома в лучшем случае ожидало раз¬
рушенное хозяйство, где все надо было начинать сначала.
Современники в своем большинстве, как это было при об¬
следовании московских рабочих в 1879—1885 гг., отмечали как
разрыв их с землей, так и нежелание рабочих из крестьян
возвращаться в деревню. Тимофеев, инженер по специальности,
свое впечатление о рабочих Петербурга сформулировал пример¬
но таким же образом, как и счетчики при переписи 1900 г. Он
писал, ссылаясь на свой опыт знакомства с машиностроитель¬
ными предприятиями, что рабочие, имеющие землю, как прави¬
ло, считают ее для себя лишней, что у мастеровых связь с де¬
ревней сводится к выборке паспортов 103.
Павлов, работавший техником на одном текстильном пред¬
приятии под Москвой в 90-х годах, вспоминает, что на механиче¬
ских ткацких фабриках до 90% рабочих работают круглый год,
не превращаясь на лето в землепашцев104. При посещении
стекольного завода он, обращаясь к рабочим, шутя заметил:
«Да вы здесь и пашню завести можете». Полученный ответ
102 М. и О. Цифры и факты из переписи С.-Петербурга в 1900 г.— «Русская
мысль», 1902, кн. 2, стр, 87—89; П. П. Маслов. Аграрный вопрос в России,
т. I. М., 1917, стр. 282.
103 П. Тимофеев. Чем живет заводской рабочий. СПб., 1906, стр. 8.
W4 ф Павлов. За десять лет практики. М., 1901, стр. 96, 123—124.
44

был ясен и не оставлял никаких сомнений: «Мы — заводские».
На попытку Павлова продолжить разговор в том же тоне: «А
разве хлеб сеять плохо?», один из пожилых рабочих ответил:
«Плохо — не плохо, а не наше дело. Вот у меня и отец и дедуш¬
ка мастеровыми были, так мне уж за соху не браться»»105.
Своеобразный тип рабочих сложился в горнозаводской про¬
мышленности Урала, где еще в* XVIII в. среди огромной мас¬
сы работных людей стал выделяться слой квалифицированных
постоянных рабочих, что было законодательно оформлено в
1807 г. выделением так называемых «непременных работников»,
обязанных круглый год находиться на заводских работах 106.
Реформа 1861 г. закрепила за ними землю, в основном покосы
и огороды. Они имели скот и жилые дома. В отличие от ра¬
бочих других районов они сами обрабатывали свои участки,
используя для этого «гулевые дни» — явление, характерное
только для Урала, порожденное, с одной стороны, необходи¬
мостью отпускать рабочих на сельские работы, а с другой —
излишком рабочих. Они, как правило, были оседлы, связаны
с работой на определенном заводе. Уральские рабочие имели
почти двухвековую фабрично-заводскую генеалогию и дорожи¬
ли работой на заводах.
Еще более отчетливо это прослеживается по другим райо¬
нам. Казенная администрация, которой был отдан в опеку об¬
ширный Мальцевский промышленный район с 30 тыс. рабочих
(на стыке Орловской, Калужской и Смоленской губ.), в связи
с резким сокращением работ на металлургических и других
заводах проектировала в середине 80-х годов наделение быв¬
ших мастеровых по 4,5 дес. земли на душу, но потерпела не¬
удачу. Здешние рабочие, которые, как и уральские, имели по¬
лученные по реформе 1861 г. покосы и огороды, отказались
от перехода в крестьянское сословие. До 4 тыс. рабочих, труд
которых на заводах стал наследственным, предпочли уйти в
Бежицу на паровозостроительный завод, в Екатеринослав, Ро¬
стов-на-Дону и другие города107. Так же поступили и ра¬
бочие трех металлургических заводов Темниковского уезда Там¬
бовской губ. После их закрытия в 80-х годах одни перебра¬
лись на Сулинский металлургический завод, другие — в Бежицу,
третьи — в Коломну на паровозостроительный завод, четвер¬
тые— в Орехово-Зуево, Вязьму, Муром 108.
105 Там же, стр. 96.
106 В. В. Адамов. Особенности формирования горнозаводского пролетариата
Урала.—В сб. «Рабочий класс и рабочее движение в России». М., 1966,
стр. 167.
107 А. П. Субботин. Мальцевский заводской район. СПб., 1892, стр. 50, 52, 57.
61, 72, 76, 86, 91.
108 «Сборник статистических сведений по Тамбовской губернии», т. IV. Темни-
ковский уезд. Тамбов, 1883, стр. 198, 203, 216, 221.
45

В Донбассе, как и во всем горнозаводском районе Юга
России, где промышленность была молода и не связана с оп¬
ределенным кругом населения, все находилось в движении. Ра¬
бочие в массе были пришлыми, подчас впервые попадали в
обстановку индустриального труда. Сезонные колебания числен¬
ности рабочих на рудниках и шахтах достигали трети их со¬
става. При изменении конъюнктуры в поисках более высоких
заработков рабочие переходили с шахты на шахту, с завода
на завод. В урожайные годы часть рабочих уходила работать
в помещичьи экономии, где заработок был не ниже.
Вокруг заводов, шахт и рудников росли поселки рабочих
живших с семьей, хотя еще и числившихся тульскими или ор¬
ловскими крестьянами. Работа в промышленности постепенно
вела к разрыву рабочих со своим прошлым, с деревней и на¬
делом. Обследователи середины 80-х годов Бахмутского и Сла¬
вяносербского уездов, где сосредоточилась основная масса ка¬
менноугольных шахт и находился Юзовский металлургический
завод, признавали, что постепенно вырабатывался, прежде все¬
го среди пришлых рабочих, тип чисто горнозаводского рабо¬
чего 109. «У занимающихся рудничным делом 5—10 лет связь с
прежним занятием и прежним бытом почти порвана; если толь¬
ко они не принадлежат к числу местных жителей, тут, одна¬
ко, еще можно найти лиц, ведущих сношения со своим перво¬
начальным гнездом. Среди группы работающих на руднике бо¬
лее 10 лет изредка можно встретить таких, которые не пор¬
вали связи с общинным бытом, надельной землей и более или
менее оседлой жизнью земледельца» 110 В. В. Вересаев, быв¬
ший в Донбассе в 1890 г. в связи с вспышкой холеры, вы¬
нес впечатление, что среди шахтеров налицо «уже целое по¬
коление, родившееся и выросшее на здешних рудниках... Эти
рабочие и дают тон оседающим здесь пришлым элементам»111.
В Польше формирование пролетариата шло интенсивно,
и связь его с землей была менее заметна, что определялось ря¬
дом причин: 1) быстрыми темпами перехода от мануфактуры к
фабрике, завершившимся в текстильной промышленности еще
в 70-х годах; 2) меньшими остатками крепостничества в дерев¬
не, откуда уходили в промышленность преимущественно сель¬
скохозяйственные рабочие, уже потерявшие землю; 3) более
широким притоком ремесленников. И. И. Янжул, считавший ра¬
бочих России «номадами», кочующими между городом и дере¬
вней, при знакомстве в середине 80-х годов с польской про¬
мышленностью признавал, что в Сосновце (район горной про¬
109 «Сборник статистических сведений по Екатеринославской губернии», т. 11.
Бахмутский уезд. Екатеринослав, 1886, стр. 240.
110 «Сборник статистических сведений по Екатеринославской губернии»,
вып. 3. Славяносербский уезд. Екатеринослав, 1886, стр. 391—392.
111 С. И. Потолов. Рабочие Донбасса в XIX веке. М.—Л, 1963, стр. 122.
46

мышленности) рабочие земли не имеют и поэтому на сельские
работы летом не уходят, а в Лодзи вообще с давних пор об¬
разовался свой самостоятельный рабочий класс, исключитель¬
но занятый фабричной работой 112 113. Через 10 лет, в начале
90-х годов, Бертенсон, врач по профессии, член ученого гор¬
ного комитета, обследовавший горные предприятия Польши, пи¬
сал, что среди рабочих частных металлургических заводов и
шахт в отличие от казенных почти нет земледельческих кре¬
стьян из. В 90-х годах потомственные рабочие составляли пре¬
обладающую часть промышленного пролетариата Польши114.
Примерно в таких же условиях происходило формирование
пролетариата в Прибалтике за счет батраков и бобылей, от¬
части бывших крестьян и ремесленников 115.
ФОРМИРОВАНИЕ ПОТОМСТВЕННЫХ РАБОЧИХ
Стаж работы
Машинная индустрия не могла базироваться на случайных
рабочих, время от времени появлявшихся у станка. Ей нужны
были обученные, квалифицированные и хорошо натренирован¬
ные рабочие. Таких рабочих могла создать постоянная, изо дня
в день повторяющаяся работа в промышленности, среднегодо¬
вая продолжительность функционирования которой с переходом
в стадию фабрики значительно возросла. Укрепление связи ра¬
бочих с промышленностью находило выражение в увеличении
стажа работы на фабриках и заводах.
Уже в 8.0-х годах стаж работы в промышленности основ¬
ной массы фабрично-заводского пролетариата почти достиг сво¬
его предела, максимум возможного в условиях капитализма.
В Москве в 1881 г. рабочих со стажем до 3 лет было 22,8%, от.
4 до 6 лет—12,6, от 6 и выше — 64,6%, а в Московской губ.
(1879—1884 гг.) из 54,9 тыс. рабочих, вошедших в подсчет,—
соответственно 22,4, 14,1 и 63,5%. При этом рабочих со стажем
свыше 25 лет, т. е. начавших свой трудовой путь еще до ре¬
формы 1861 г., в Москве оказалось 18,9%, а в Московской губ.—
13%. Это средние данные, охватывающие все предприятия, не¬
зависимо от их величины и технической оснащенности. Продол¬
жительность труда у рабочих крупных предприятий была зна¬
чительно выше. Это видно из табл. 3.
112 «Отчет И. И. Янжула по исследованию фабрично-заводской промышленно¬
сти в Царстве Польском». СПб., 1888, стр. 49, 102.
113 Л, Б. Бертенсон. Санитарно-врачебное дело на горных промыслах Царства
Польского. СПб., 1893, стр. 2, 34.
114 «История Польши», т. II. М., 1955, стр. 196, 201.
115 Б. Я- Вилкс. Формирование поомышленного пролетариата в Латвии во
второй половине XIX в., Рига, 1957, стр. 98, 119.
47

Стаж работы на предприятиях Московской губернии в 80-х годах
Из них заняты на произодстве
СО
03
X
ч
\о
03
Н

Режевский завод (Урал). Литейные печи. 1880 г.
На крупных предприятиях доля рабочих со стажем работы
свыше 10 лет, как показывает таблица, была велика, дости¬
гая 39,6—49% от общего состава работающих. Исключение со¬
ставляли три бумаготкацких и отделочных фабрики, где та¬
кие рабочие составляли 18—22%. Эти фабрики были пущены
в ход позднее остальных, в 1866—1869 гг.
Производственный стаж рабочих-мужчин был значительно
выше, чем у женщин. Однако и среди работниц почти поло¬
вина (49,2%) имела стаж свыше 7 лет, а 15,1%—свыше
16 лет 116. Аналогично складывались постоянные кадры и на руч¬
ных бумагопрядильных, шелкоткацких фабриках и красильных
заведениях, рабочие которых больше всего были связаны с де¬
ревней. Так, среди 9 тыс. красильщиков Московской губ. ра¬
бочих со стажем свыше 7 лет было 59,4%, а свыше 16 лет —
29,5%; среди 9,5 тыс. рабочих прядильных и отделочных отде¬
лений— соответственно 53,7 и 25,3% 117.
116 «Сборник статистических сведений по Московской губернии». Отдел са¬
нитарной статистики, т. IV, ч. 1. М., 1890, стр. 287.
117 Там же, стр. 282, 283.
49

Еще выше был стаж работы у ткачей, особенно у работав¬
ших на механических ткацких станах, рабочих механических
мастерских текстильных предприятий и механических заводов.
Слесари, кузнецы, токари, работавшие в мастерских текстиль¬
ных фабрик Москвы, имели в своем составе 65,8% рабочих
со стажем свыше 6 лет и 35,1% со стажем свыше 15 лет. В
Московской губ. из 7,9 тыс. рабочих этих профессий стаж свы¬
ше 7 лет имели 69,5%, а свыше 15 лет — 35,6% 118.
В конце 90-х годов во Владимирской губ., где преобладала
текстильная промышленность и где около 40% трудящихся со¬
ставляли женщины, общий стаж работы был ниже. Но и при
этом удельный вес проработавших 10 и больше лет достигал
43,9%, причем со стажем свыше 20 лет было 16,9% 119 120.
Несомненно, общий стаж работы в промышленности у ра¬
бочих Владимирской губ. был несколько выше. Земские обсле¬
дователи отмечали в конце 90-х годов значительную циркуля¬
цию рабочих, их переход, особенно одиночек, с одной фабрики
на другую, из одного промышленного местечка в другое. Так,
в «Ямах» только за год переменила место работы примерно
пятая часть рабочих, причем некоторые из них поменяли 2—3
хозяев 12°. Циркуляция рабочих внутри больших городов, подоб¬
ных Москве и Петербургу, несомненно была более значительной,
она имела место также между промышленными центрами.
Общие сведения о стаже работы рабочих Московской и
Владимирской губ. можно подкрепить данными по отдельным
предприятиям. На Кренгольмской мануфактуре уже в 1872 г.
со стажем от 5 до 10 лет было 17,1%, а вместе с теми, кто
проработал более 10 лет,—26,4%, т. е. свыше четверти всех 4644
рабочих. При этом стаж работы у мужчин был намного выше,
чем у женщин. Мужчин, проработавших более 5 лет, было
37,5%, в том числе свыше 10 лет,— 14,5%. Ярцевская бумаго¬
прядильная и ткацкая фабрика (в Смоленской губ.) возникла
в 1872 г., и обследование, произведенное в 1894 г., выявило,
что более 29,2% рабочих работает на ней свыше 10 лет,
27,5 — от 5 до 10 лет, и только 10,5% — менее 1 года. Проводив¬
ший обследование земский врач Жбанков пришел к следующему
выводу: «Первое время пришлось приглашать рабочих из дру¬
гих губерний; многие из них основались со всей семьей на
фабрике и сделались постоянными жителями, так что имеется
уже два поколения рабочих, родившиеся и выросшие на фабри¬
118 «Сборник статистических сведений по Московской губернии», т. IV, ч. I,
стр. 285; П. А. Песков. Санитарное исследование фабрик по обра¬
ботке волокнистых веществ в г. Москве, вып. 1. М., 1882, стр. 109.
119 «Отчет чинов фабричной инспекции Владимирской губернии. 1894—1897».
Вторая специальная часть, стр. 213.
120 «Материалы для оценки земель Владимирской губернии», т. X. Шуйский
уезд, вып. III. Промыслы крестьянского населения, стр. 112.
50

ке» 121. Такая же картина обнаружилась и среди 5026 рабочих
спичечных, кирпичных, винокуренных, стекольно-фарфоровых
заводов губернии, с небольшой поправкой на увеличение числа
рабочих со стажем до 10 лет122.
В Москве, на кондитерской фабрике Эйнем к 1900 г. почти
половина рабочих имела стаж работы более 15 лет, а 150 чел.—
25 лет 123. На Трехгорной мануфактуре в 1854—1859 гг. рабочих
с пятилетним стажем и выше было 9,2%, в 1881 —1886 гг.—
15,7, в 1895—1900 гг.— 28,9%. В граверном и механическом це¬
хах этого предприятия таких рабочих в 1872—1876 гг. было
24,7%, в 1895—1900 гг.—42,1 % 124. Это позволило составите¬
лям юбилейного издания о Прохоровской мануфактуре сказать,
что хотя рабочие ц состояли преимущественно из крестьян, од¬
нако около половины их представляли собой оторванную от
земли массу, связанную с деревней только по паспорту, при¬
сылаемому из волостного правления 125.
При обследовании в 1900—1902 гг. ряда текстильных фаб¬
рик и типографий Петербурга 35,8% рабочих и 35,9% работ¬
ниц имели стаж работы более 6 лет. Кроме того, более по¬
ловины мужчин и около трети женщин до поступления на пред¬
приятие, где их застала перепись, работали на других фабри¬
ках и заводах126. Следовательно, общий стаж работы был
выше.
Складывались постоянные кадры с длительным стажем ра¬
боты и в других отраслях промышленности, в том числе в ка¬
менноугольной и нефтяной, где рабочих обычно относили к
временным, сочетавшим работу на своем наделе в сельском
хозяйстве с работой в промышленности. Уже в 1884 г. в Дон¬
бассе рабочих со стажем более 5 лет было 36,9%, а свыше
10 лет—14,9% 127. В Баку, по данным, относящимся к кон¬
цу 90-х годов, рабочих, имевших стаж работы в нефтяной про¬
мышленности более 5 лет, насчитывалось 17,4%. При этом, как
и в каменноугольной промышленности, наиболее низкий стаж
был у рабочих неквалифицированного труда. Иная картина на¬
121 Д. Н. Жбанков. Санитарное исследование фабрик и заводов Смоленской
губ., вып. II. Смоленск, 1896, стр. 307.
122 Там же, стр. 469.
123 В. И. Ромашова. Образование постоянных кадров рабочих в пореформен¬
ной промышленности Москвы.— В сб. «Рабочий класс и рабочее движе¬
ние в России», стр. 162.
124 М. К. Рожкова. Рабочие Трехгорной мануфактуры во второй половине
XIX в.— «История пролетариата СССР». М., 1930, стр. 222.
125 «Материалы к истории Прохоровской трехгорной мануфактуры и торгово-
промышленной деятельности семьи Прохоровых. Годы 1799—1915». М.,
1915, стр. 395.
120 W. Leontiew. Die Lase der Baumwollarbeiter un St. Petersburg. München,
1906, S. 62-63.
127 «Сборник статистических сведений по Екатеринославской губернии»,
вып. 3. Славяносербский уезд, стр. 350—351.
51

блюдалась среди рабочих с технической выучкой. Так, на неф¬
тепромыслах Баку среди кузнецов со стажем более 5 лет было
36,3 %, помощников машинистов — 48,9 %, машинистов —
65,9% 128. В тифлисских железнодорожных мастерских и депо
при большей текучести к концу XIX в. из 4 тыс. рабочих со
стажем свыше 10 лет насчитывалось 16,7%, а со стажем от
5 лет и выше — 30% 129.
Сведения о стаже, приведенные по разным отраслям про¬
мышленности и за разные годы, свидетельствуют, что уже в
80-х годах, с завершением промышленного переворота, в про¬
мышленности сложились постоянные рабочие с длительным ста¬
жем работы. Это были не случайные, эпизодические рабочие,
видевшие в промышленности отхожий промысел, занимающий
свободное время и свободные руки, а пролетарии, труд и
жизнь которых были полностью связаны с фабрично-заводской
деятельностью.
Рабочие семьи
Параллельно росту в промышленности постоянных кадров
с большим стажем работы увеличивалось число рабочих семей.
В таких семьях работали и родители, и дети. Препятствием
на пути создания фабричных семей было крестьянское хозяй¬
ство, пусть разоренное, слабое, но ликвидировать его сразу
не было возможности. Да и трудно было перевести семью в
город — квартиры были дороги, а фабричные жилые здания
перенаселены и не могли вместить всех желающих.
Рост промышленности вызвал увеличение женского труда
на предприятиях, и это является одним из свидетельств созда¬
ния фабричных семей, где муж и жена были заняты на про¬
изводстве. Обследование московской промышленности в 1879—
1885 гг. выявило, что 71,3% женщин-работниц старше 18 лет
были замужем 13°. Трудно предположить, что их мужья ос¬
тавались в деревне; они, несомненно, как и женщины, работа¬
ли в промышленности. Об этом свидетельствуют, например,
данные по Владимирской губ. конца 90-х годов, где из 47,7 тыс.
женатых мужчин 35,4 тыс. (74,2%) жили вместе с семьями,
а из 24,2 тыс. замужних женщин — 21,5 тыс. (почти 89%) 131.
128 «Труды комиссии, избранной XIII съездом нефтепромышленников для раз¬
работки вопросов об обеспечении пострадавших рабочих, о горных посел¬
ках и подъездных путях». Баку, 1900, отд. II, стр. 19—20.
129 А. И. Местиришвили. Формирование тифлисского пролетариата (1880—
1900). Автореф. канд. дисс. Тбилиси, 1966, стр. 12.
130 «Сборник статистических сведений по Московской губернии». Отдел сани¬
тарной статистики, т. IV, ч. I, стр. 271.
131 «Отчет чинов фабричной инспекции Владимирской губернии. 1894—1897».
Вторая специальная часть, стр. 207, 218—219.
52

По данным всероссийской переписи 1897 г., женатых рабо¬
чих, живших вместе со своими семьями, было всего 48%, при
этом в городах их было еще меньше 132. В таких отраслях
промышленности, как металлургическая, машиностроительная,
химическая и текстильная, рабочих, живших со своими семья¬
ми, было больше, чем в среднем по России. Иная картина
была в строительстве и особенно в торговле и извозе, что в
значительной степени объясняет низкий процент рабочих, жи¬
вущих вместе с семьями в городах. При исчислении семейных
рабочих также надо принять во внимание вызванную разви¬
тием капитализма подвижность населения, приводившую к пе¬
редвижке огромных масс рабочих, уходивших с насиженных
мест в поисках более благоприятных условий работы. Как из¬
вестно, металлургические заводы на Юге России комплектовали
рабочих из других мест или переселяли их со старых заво¬
дов. Помимо этого, на Юг России и вообще в районы разви¬
вающейся промышленности рабочие переселялись и самотеком,
а затем выписывали семьи. На металлургическом заводе Юза,
например, были рабочие, приехавшие из Петербурга, Шепелев-
ского завода Нижегородской губ. и Подмосковья, на Луган¬
ском пороховом заводе — из Петербурга и других мест.
В середине 80-х годов в Бахмутском уезде насчитывалась
6051 семья, постоянно проживающая при каменноугольных
шахтах, Юзовском металлургическом заводе, железной дороге,
на каменоломнях, причем большинство приехало из других гу¬
берний. Так, на шахтах из 1471 семьи 1065 были из централь¬
ных, южных и западных губерний, в поселке при заводе Юза
из 1955 семей 1257 также прибыли из тех же губерний 133.
«Женатые рабочие, принятые на работу на фабрику, ста¬
раются выписать своих жен и вообще семьи из деревни, что¬
бы потом пристроить к работе и остальных членов семьи», —
говорится в описании Ярославской Большой мануфактуры 134.
На Реутовской мануфактуре с постройкой жилых корпусов сра¬
зу же увеличилось число семейных. В итоге в начале 80-х го¬
дов 2/з рабочих считались уже постоянными, длительное время
живущими на фабрике135. «На нашей фабрике, — писал в 80-х
132 «Численность и состав рабочих в России на основании данных первой
всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г.» т. I. СПб., 1906,
табл. II.
133 «Сборник статистических сведений по Екатеринославской губернии», т. II.
Бахмутский уезд, стр. 128, 232, 276.
134 «Ярославская Большая мануфактура». М., 1900, стр. 37.
135 «Фабричный быт Московской губернии. Отчет за 1882—1883 гг. фабрич¬
ного инспектора над занятиями малолетних рабочих Московского округа
И. И. Янжула». СПб., 1884, стр. 121—122; «Сборник статистических сведе¬
ний по Московской губернии». Отдел санитарной статистики, т. III, вып. V,
ч. II. Санитарное исследование фабричных заведений Московского уезда.
М., 1882, стр. 15.
53

годах владелец суконной фабрики в Москве,— рабочие прибы¬
вают преимущественно из Тульской губернии, из бывших фаб¬
ричных, которые земли, а некоторые и домов вовсе не имеют;
проживают они целыми семьями... у многих по нескольку че¬
ловек детей, которые тоже работают» 136. На Кренгольмской
мануфактуре в начале 70-х годов подавляющая часть рабочих
жила с детьми в казармах и семейных домах 137.
Такая картина наблюдалась повсеместно. Во Владимирской
губ. в конце 90-х годов у рабочих насчитывалось 100 357 де¬
тей, из которых 69 715 жили с родителями 138. Они росли
в фабричных поселках, с детства впитывали обстановку фабрич¬
ной жизни, и путь их на фабрику был определен положением
их родителей. Фабричных семей, где родители были старше
40 лет, в той же губернии было 13 188, в 7571 семействе дети
уже работали на фабрике; в 2368 семьях, кроме детей, в про¬
мышленности продолжали трудиться родители их родителей 139.
На бумагопрядильной и ткацкой фабрике в Ярцево вместе с
3012 рабочими жило в фабричных казармах 1217 детей, ча¬
стично уже работавших на этом же предприятии 14°. В Пе¬
тербурге обследование 1900—1902 гг. установило, что у 2506
женатых рабочих семьи в большинстве случаев находились вме¬
сте с ними и только у 787 чел. (31,4%) —в деревне 141. На
Богородско-Глуховской мануфактуре под Москвой из 8805 ра¬
бочих в конце XIX — начале XX в. мужчин было 4233, жен¬
щин— 4572. Большинство (6671 чел.) жило в казармах вместе
с 5530 членами семей. Члены семей состояли главным образом
из детей (4939), остальные — женщины — были заняты домаш¬
ней работой и уходом за детьми 142.
Потомственные рабочие
Крупная машинная индустрия превращает наемный труд из
побочного в единственное занятие рабочего, требует постоян¬
ных кадров, обладающих производственной выучкой, навыками
обращения с машинами. «Теперь тот, кто родился рабочим,
не имеет иных перспектив, как остаться им навсегда» 143, —
136 Е. Андреев. Работа малолетних в России и Западной Европе, вып. I. СПб.,
1884. Приложение, стр. 29.
137 «Рабочее движение в России в XIX в.», т II, ч. 1. М., 1950, стр. 379.
138 «Отчет чинов фабричной инспекции Владимирской губернии. 1894—1897».
Вторая специальная часть, стр. 207.
139 Там же, стр. 217.
140 Д. Н. Жбанков. Указ, соч., вып. II, стр. 327.
141 W. Leontiew. Ор. cit., S. 62—63.
142 С. М. Богословский. Заболеваемость фабричных рабочих Богородско-Глу¬
ховской и Истомкинской мануфактур Богородского уезда за 1896—1900 гг.
М., 1906, стр. 8, 23, 24.
143 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 2, стр. 257.
54

говорил Ф. Энгельс, имея в виду промышленный переворот и
производимую им ломку общественных отношений.
Промышленный труд привязывал к фабрике не только са¬
мого рабочего, но и его семью. Дети шли по стопам своих
родителей — на фабрики и заводы, шахты и рудники. Иного
пути в условиях капитализма у них не было. Приток в про¬
мышленность подрастающего поколения пролетарских семей да¬
вал не спорадический, зависимый от привходящих обстоятельств,
а постоянный приток рабочей силы. Это оказывало влияние
не только на изменение состава рабочих: в промышленность
приходил человек с другими жизненными представлениями, с
другой психологией, нежели у того, кто только что приехал
из деревни, пусть и прошедший там школу работы в мелкой
промышленности или потерявший землю батрак.
Такие потомственные рабочие были во всех отраслях про¬
мышленности, в первую очередь издавна возникших, где меха¬
нический труд вытеснил ручной: в горнозаводской промышлен¬
ности Урала, на текстильных фабриках Центрально-промышлен¬
ного района, ‘Петербурга и Польши, в машиностроении Пе¬
тербурга, Польши, Прибалтики, в металлургии и каменно¬
угольных шахтах Донбасса, пищевкусовых предприятиях страны,
нефтепромыслах и заводах Баку. Многие из них были потом¬
ками рабочих дореформенного периода. Эта преемственность
рабочих была подмечена при обследовании московской промыш¬
ленности в 80-х годах: «В коренном фабричном населении...
занятие фабричной работой переходит по наследству от деда
к отцу и от последнего к сыну, так что при объективном ис¬
следовании... рабочих на той или другой из вотчинных фабрик
приходится иметь дело обыкновенно с 2 последними поколе¬
ниями бывшего крепостного фабричного»144. Вывод этот о
преемственности труда относится к рабочим бывших вотчинных
фабрик, но его можно распространить также на рабочих ка¬
зенных предприятий и на всю массу вольнонаемных дорефор¬
менного времени, составивших основной костяк промышленного
пролетариата первых 10—15 пореформенных лет.
В середине 80-х годов потомственные рабочие составляли
значительную часть пролетариата страны. Так, среди рабочих-
текстильщиков Москвы в 1881 г. их насчитывалось 42,8%, среди
рабочих названных выше трех уездов Московской губернии —
55% 145. На Урале потомственных рабочих было еще больше.
На типичном для Урала Верхне-Салдинском заводе рабочие из
144 «Сборник статистических сведений по Московской губернии». Отдел са¬
нитарной статистики, т. III, вып. III. Санитарное исследование фабричных
заведений Верейского и Рузского уездов. М., 1882, стр. 14.
145 П. А. Песков. Указ, соч., стр. 134; Е. М. Дементьев. Указ, соч., стр. 47.
55

«заводских крестьян» и их семей, работавших еще при крепо¬
стном праве, составляли во второй половине XIX в. основное
ядро рабочей силы (76%), прежде всего среди квалифициро¬
ванных рабочих 146.
Во Владимирской губ. рабочие, вышедшие из фабричных
семей, в конце 90-х годов составляли 37,2% общего их числа, в
том числе среди мужчин — 37,7%, а среди женщин—36,4% 147.
На Московской текстильной фабрике Цинделя потомственных
было 55% рабочих. Материалами Нарвского переписного уча¬
стка Петербурга было учтено всего 18% потомственных рабо¬
чих 148. Эти сведения отражают преимущественно положение на
костеобжигательном и Калинкинском пивоваренном заводах.
Иная картина была на Путиловском заводе, находящемся в
том же Нарвском районе, где к началу 90-х годов основную
массу рабочих составляли кадровые. Из поколения в поколение
на заводе работали семьи слесарей, токарей, прокатчиков, по¬
томки крепостных рабочих казенного завода и тульских ку¬
старей 149.
Еще в 1874 г. известный экономист Ю. Э. Янсон пришел
к выводу, что в Петербурге имеются рабочие, живущие вместе
с семьями десятки лет на фабриках и что «выросло и пошло
по дороге отцов не одно поколение фабричных рабочих» 15°.
Эти наблюдения подтвердил хорошо знавший фабрично-завод¬
ской Шлиссельбургский район врач Никольский, который писал,
что рабочие, особенно семейные, навсегда остаются на фабри¬
ке и «немало есть семейств рабочих, которые на ней родились,
выросли и сделались рабочими» 151.
Приведенные сведения, при их колебании относительно раз¬
ных предприятий, в целом свидетельствуют об устойчивости
этого источника пополнения рабочих и глубине связи фабрич¬
ных семей с промышленностью. Они охватывают преимущест¬
венно текстильную промышленность, возникшую давно и, ес¬
тественно, одной из первых создавшую кадры постоянных ра¬
бочих. В Московской губ. на предприятиях по обработке во¬
локнистых веществ в начале 80-х годов кадры потомственных
рабочих составляли 70,4%, по красильно-отбельным и ситцена-
146 Т. К. Гуськова. Материалы заводских архивов о формировании горнозавод¬
ского пролетариата Урала.— В сб. «Рабочий класс и рабочее движение в
России», стр. 365.
147 И. М. Козьминых-Ланин. Указ, соч., стр. 32.
148 М. и О. Цифры и факты из переписи С.-Петербурга в 1900 г., стр. 91.
149 М. Мительман, Б. Глебов, А. Ульянский. История Путиловского завода.
1801-1917. М., 1961, стр. 45.
150 «Труды комиссии по техническому образованию при императорском Рус¬
ском техническом обществе за 1874 г.» СПб., 1874. Приложения, стр. 15.
151 Д. П. Никольский. Шлиссельбургский пригородный участок в санитарном
отношении.— «Вестник общественной гигиены, судебной и практической
медицины», 1901, август, стр. 1141.
56

Рабочие и работницы Прохоровской Трехгорной мануфактуры. 1898 г.
бивным фабрикам — 66,4, на кожевенных и фарфоровых пред¬
приятиях— 54,4, а на всех остальных — 43,7%. При обследо¬
вании были выделены специальные группы мастеровых (слеса¬
ри, кузнецы, молотобойцы) и рабочие так называемой общей
службы — сторожа, кочегары, чернорабочие. Среди первых по¬
томственных было 30,9%, а среди вторых — всего 15%.
Иная картина сложилась во Владимирской губ., где обсле¬
дование было проведено на полтора десятка лет позже. По¬
томственных среди рабочих на хлопчатобумажных предприяти¬
ях было 35,4%, на льняных — 30,3, на предприятиях по обработ¬
ке металла — 43 и на стекольно-фарфоровых заводах — 66,4% 152.
Такие изменения удельного веса потомственных рабочих в раз¬
ных отраслях связаны с бурным развитием промышленности в
90-х годах, в том числе и текстильной, когда фабричные семьи
как источник кадров оказался недостаточным и рабочая сила
широко черпалась за счет других слоев населения.
152 «Отчет чинов фабричной инспекции Владимирской губернии. 1894—1897».
Вторая специальная часть, стр. 205.
57

Материалы по Владимирской губ. показывают, что больше
всего потомственных (52,9%) было среди рабочих из ме¬
щан 153. Вообще рабочих из мещан было немного — во Вла¬
димирской губ. они составляли примерно десятую часть всех
рабочих, в других районах еще меньше. Но, несмотря на свою
относительную малочисленность, они представляли собой наи¬
более квалифицированных и обученных потомственных рабочих.
Об этом говорят и данные по Московской губ., где среди ме¬
щан чернорабочих было всего 11,9%, а все остальные относи¬
лись к мастеровым и профессиональным рабочим 154.
Потомственные рабочие составляли основное ядро рабочего
класса. Значение потомственных рабочих не исчерпывается их
численностью и производственно-профессиональной квалифика¬
цией. Это были кадровые рабочие с психологией сознательного
пролетария. Они несли на своих плечах основную тяжесть борь¬
бы с буржуазией и политическими порядками в стране.
Кадровые рабочие выделялись из всей массы работников
наемного труда. «Бойкие и речистые, умеющие постоять за себя
и критически отнестись к окружающему, они были горожанами
в лучшем смысле этого слова», — писал Г. В. Плеханов о пе¬
тербургских рабочих конца 70-х годов. Плеханов же подметил,
что заводской рабочий представляет собою что-то среднее меж¬
ду «интеллигентом и фабричным», тянется к знанию, к обра¬
зованию; фабричный — что-то среднее между крестьянином и
заводским рабочим. Прожив несколько лет в городе, и фаб¬
ричный приобретал привычки и взгляды горожанина 155.
Промышленные рабочие рано начинали свой трудовой путь.
В подавляющем большинстве они шли на фабрики в 10—16 лет.
«Мы здесь имеем дело, в огромном большинстве случаев, с
настоящим рабочим сословием, так сказать, с исконными, а не
случайными фабричными рабочими»,— писали обследователи
промышленности Московской губ., где 75,6% рабочих поступило
на фабрики до 17 лет 156. В раннем возрасте начинали рабо¬
ту рабочие прежде всего текстильных предприятий, где выра¬
ботался, по словам тех же обследователей, тип настоящего фаб¬
ричного рабочего, родившегося на фабрике, выросшего в
фабричных казармах и ни к чему, кроме фабричной работы,
не приспособленного 157.
Приток молодого поколения фабричных семей в промышлен-
153 «Отчет чинов фабричной инспекции Владимирской губернии. 1894—1897».
Вторая специальная часть, стр. 204.
154 «Сборник статистических сведений по Московской губернии». Отдел сани¬
тарной статистики, т. IV, ч. I, стр. 305.
155 Г. В. Плеханов. Соч., т. III. М.— Л, 1923, стр. 133, 135—136.
156 «Сборник статистических сведений по Московской губернии». Отдел сани¬
тарной статистики, т. IV, ч. I, стр. 288—289.
157 Там же, стр. 292.
58

Вид женского общежития Прохоровской Трехгорной мануфактуры. 1898 г.
ность, особенно значительный в ранних возрастах, свидетель¬
ствовал, что на смену старшему поколению, в основном вы¬
шедшему из полукрестьянской среды, приходили новые рабо¬
чие, выросшие и воспитанные в другой обстановке, в условиях
городов и фабричных поселков. Этот процесс происходил во всех
отраслях промышленности и во всех районах страны. В Москов¬
ской губ. начала 80-х годов потомственные рабочие составляли
55% всех рабочих, а среди 12—15-летних тружеников выходцы из
фабричных семей составляли 64,1%, 16—17-летних — 62,4 и 18—
19-лётних — 59% 158. Удельный вес потомственных среди рабо¬
чих младших возрастов на машиностроительных предприятиях
был несколько ниже, колеблясь в пределях 31—43,7%, но и
здесь обнаружилась общая тенденция значительного повышения
доли потомственных рабочих среди малолетних и подростков по
сравнению с рабочими старших возрастов. Такая же картина
наблюдалась и во Владимирской губ., где потомственные сре¬
ди 12—17-летних составляли большинство, в пределах 52,3 —-
67,9% 159.
*
В России с завершением промышленного переворота сфор¬
мировался кадровый пролетариат. Отрицание этого в народни¬
ческой литературе, правительственными и промышленными кру-
158 Е. М. Дементьев. Указ, соч., стр. 47.
159 И. М. Козьминых-Ланин. Указ, соч., стр. 32.
59

гами объясняется различными мотивами. «Рабочего класса, по¬
добно западноевропейскому, нет в России»,— утверждало пра¬
вительство и буржуазия. Народники считали развитие капита¬
лизма наносным явлением, разрушавшим исконно сложившиеся
формы хозяйства. «Рабочий есть крестьянин, — говорили они, —
который «одним боком вываривался в фабричном котле, а дру¬
гим потел на пашне»; такой рабочий во что бы то ни стало
стремится сохранить свое хозяйство 160.
По своему положению и месту в капиталистическом обще¬
стве пролетариат выделялся из общей массы населения в са¬
мостоятельный класс и выступал как сила, противостоявшая
этому обществу. Состав фабрично-заводских рабочих был неод¬
нороден. Наряду с быстро растущей машинной индустрией со¬
хранились мелкотоварное производство и мануфактура, особен¬
но на окраинах страны. Не только рабочие начальных форм
промышленности, но частью и рабочие машинной индустрии
сохраняли связь с землей. В годы подьема промышленности
усиливался приток на предприятия рабочих из мелкобуржуаз¬
ных слоев населения, прежде всего из крестьянства. Но факт
образования пролетариата как класса капиталистического об¬
щества, значительную и все растущую часть которого пред¬
ставляли потомственные рабочие, был налицо.
Рабочий класс России выступил на исторической арене еще
в дореформенный период, пройдя за сравнительно короткий
срок путь от стихийных, разрозненных, не связанных между
собою выступлений к стачкам конца 70-х — начала 80-х годов,
возвестившим появление пролетариата и, наконец, к массовому
движению второй половины 90-х годов, положившему начало
соединения социализма с рабочим движением. В ходе этой
борьбы шел процесс превращения пролетариата из «класса в
£ебе», класса, выступающего на почве существующего строя,
в класс «для себя», осознающий свои исторические задачи.
160 Л4. И. Туган-Барановский. Статистические итоги промышленного развития
России. СПб., 1898, стр. 33, 76; А. Пешехонов. Крестьяне и рабочие в
их взаимных отношениях.— «Русское богатство», 1898, № 9, стр. 74.

Глава втор ая
НАЧАЛО ПУТИ
НА ПЕРЕЛОМЕ
Положение рабочих
после отмены крепостного права
До отмены крепостного права рабочие России не были защи¬
щены законами от произвола фабрикантов.
Реформа 1861 г. внесла изменения в положение рабочих.
Она освободила от крепостной зависимости рабочих вотчинных,
посессионных и казенных предприятий. Свободными стали и по¬
мещичьи крестьяне, работавшие по найму на промышленных
предприятиях. Так произошла ликвидация личной зависимости
бывшего крепостного работника. Теперь капиталистический найм
стал единственной и законной формой отношений между работо¬
дателем и работником. Юридическое освобождение, однако, не
означало полного освобождения рабочих от крепостнических от¬
ношений. Сложной системой земельных наделов, платежей за
землю в форме оброка и выкупа бывшие крепостные рабочие ока¬
зывались привязанными к своим прежним владельцам. Важно
учитывать и то, что рабочий, оторванный от хлебопашества, не
всегда порывал окончательно со своим крестьянским прошлым.
Недостаток средств к жизни заставлял укреплять свое хозяйство
(усадьба, огород, покос и Др.)» чтобы сводить концы с конца¬
ми. Освобожденные от крепостного права рабочие оказались
неполноправными и в юридическом отношении: они были свя¬
заны круговой порукой в выплате платежей, режим паспорт¬
ной системы затруднял их передвижение по стране.
Безграничная эксплуатация, длинный рабочий день, низкая
заработная плата, отсутствие техники безопасности, тяжелые
жилищные условия — обстоятельства, характерные для предре-
форменного времени, — существенно не изменились и в первые
пореформенные десятилетия. Рабочий день на большинстве
предприятий достигал 12—14 часов. Цены на продукты пита¬
ния в 60—70-х годах стали подниматься, опережая рост заработ¬
ной платы, что снижало и без того нищенскую оплату труда.
Как правило, заработная плата выдавалась нерегулярно, что вы¬
нуждало рабочих к покупке продуктов в фабричных лавках,
61

где цены обычно были выше, а качество товаров хуже, чем
на вольном рынке.
Часть рабочих, связанных с владением в деревне надела и
другого имущества, в летнее время оставляла работу в городе.
Поэтому многие предприятия во время сельскохозяйственной
страды значительно сокращали объем работы. Сложившаяся на
этой почве еще в крепостное время практика найма рабочих
на срок с осени до весны, а затем с весны до осени, сохра¬
нялась долгое время и после 1861 г. На предприятиях, где
происходил сезонный отлив рабочих — прежде всего таких, как
текстильные, — имел место различный уровень оплаты труда:
более низкий — на осенне-зимний период, несколько более вы¬
сокий, с целью удержания рабочих, — на весенне-летний период.
Предприниматели стремились найти дешевую рабочую силу,
вербовали темных и забитых рабочих, используя для этого
специальных агентов. К их услугам прибегали владельцы свек¬
лосахарных, спичечных, кирпичных предприятий, каменноуголь¬
ных шахт Донбасса и др. «Об эту пору (весной.— Ред.) — при¬
знавался один из таких агентов, работавший на московских
фабрикантов, — приедешь в деревню — мужик тощ, как моль:
наголодался за зиму. Тут он сам тебе в руки лезет, только
бери, ради Христа: ни за что пойдет работать» !.
Рабочий, пришедший на заработки в город из деревни, не¬
требовательный и готовый на любой труд, попадал в цепкие
лапы капиталистов. Он не имел права ухода с предприятия до
истечения срока договора, который обычно был устным. Введен¬
ные с 1835 г. расчетные книжки не имели силы обязательного
документа для обеих сторон: фабрикант мог уволить рабочего
в любое время, так же, как изменить заработную плату. Мас¬
совый характер носили случаи травматизма. Рабочий, получив¬
ший увечье и ставший нетрудоспособным, выгонялся или,
в лучшем случае, получал нищенскую денежную подачку. Пред¬
приниматели в погоне за прибылью довольно широко приме¬
няли труд малолетних рабочих до 12 лет, плата которым была
ничтожной. Ниже,чем мужской, оплачивался труд женщин. Тя¬
желые условия работы и материальная необеспеченность рано
подрывали здоровье рабочих. «Видим еще детей, мальчиков
и девочек, которые подметают около машин, и частью ползая, вы¬
тирают рваной пряжею грязь с шестерен и колес и т. п.,—
писал современник об одной из текстильных фабрик Иваново-
Вознесенска в 1872 г.— Все, как взрослые, так и дети, рабо¬
тают стоя в продолжении двенадцати часов в сутки... и ни
на минуту не присядут под опасением штрафа: работают они
без обуви, разувшись, и голыми ногами ходят по каменному
1 М. Балабанов. Очерки по истории рабочего класса в России, ч. II. Киев,
1924, стр. 77.
62

Шрапнельно-сборочная мастерская Общества Путиловских заводов. 1886 г.
полу...» Он же на вопрос, обращенный к фабриканту, что «за
люди выходят» из малолетних рабочих, получил ответ: «Бог
знает, куда они у нас деваются, мы уж как-то их не видим пос¬
ле.— Как не видите? Да так, высыхают они»2.
С падением крепостного права и ускорившимся процессом
промышленного развития значительно быстрее происходило вы¬
деление рабочих из общей массы населения в особый класс
капиталистического общества. Рабочих становилось все больше
и больше. Они начинали концентрироваться на крупных пред¬
приятиях. Все острее рабочие воспринимали социальное угне¬
тение. Стало расти сопротивление эксплуатации, которая в Рос¬
сии тех лет имела свои особенности. Они заключались в том,
что капитализм еще только возникал, на его пути стояли до¬
капиталистические порядки, в ряде отраслей хозяйства держа¬
лись отсталые способы производства. Все это порождало не
только «социальную», но и физическую нищету3, заставляло
широкие массы недовольных рабочих вступить на путь борьбы
со своими угнетателями.
2 П. М. Экземплярский. История города Иванова, ч. I. Иваново, 1958,
стр. 142—143.
3 См. В. И. Ленин. Полн, собр., соч., т. 4, стр. 208—209, 217—218.
63

Волнения рабочих в крепостную эпоху
Процесс формирования рабочих кадров в дореформенной
России сопровождался борьбой с предпринимателями приписы¬
ваемых к заводам крестьян и наемных работных людей. За¬
чатки этой борьбы относятся еще к XVII в.— времени зарож¬
дения в стране крупной промышленности мануфактурного типа.
Источники XVIII в. дают представление о нарастании протеста
рабочих. Наиболее массовыми и бурными среди «фабричных
бунтов», были волнения крепостного горнозаводского населе¬
ния Урала в ходе крестьянской войны 1773—1775 гг. под пред¬
водительством Е. И. Пугачева. Участие рабочих в «пугачев¬
щине» содействовало расширению района восстания и укреп¬
лению его материальной базы: они снабжали пугачевские от¬
ряды оружием и боеприпасами.
Еще больший размах борьба рабочих принята в первой по¬
ловине XIX в. По явно не полным подсчетам, за период 1800—
1860 гг. в стране было более 200 волнений и стачек промыш¬
ленных и строительных рабочих. Количество случаев пассивного
протеста (самовольный уход с работы, побеги, подача жалоб
и т. п.) превышает это число в несколько раз4. Динамика
рабочего движения за эти 60 лет свидетельствует о том, что
рост его был обусловлен общим кризисом крепостнической си¬
стемы. Одним из проявлений этого кризиса был упадок вот¬
чинных и посессионных мануфактур, рост капиталистических
отношений в промышленности.
Не случайно на два последних перед реформой 1861 г. де¬
сятилетия приходится почти половина всех известных нам вы¬
ступлений. Самый же значительный подъем борьбы рабочих
приходится на конец 50-х годов — период складывания первой
революционной ситуации в России, годы крайнего обострения
кризиса крепостнической системы. 35 выступлений — этот коли¬
чественный показатель одинаков и для десятилетия 1846—
1855 гг., и для вдвое более короткого периода 1856—1860 гг.5.
Движение рабочих в то время не было единым по своей
социальной сущности явлением. В нем различаются два пото¬
ка: движение вольнонаемных рабочих капиталистических ману¬
фактур и движение крепостных рабочих вотчинно-посессион¬
ной и казенной промышленности.
Подавляющую часть волнений представляют выступления
крепостных рабочих. Каковы бы ни были причины волнений —
жестокое обращение заводовладельцев и насильственный отрыв
4 «Хроника рабочего движения в России».— В сб. «Рабочее движение в Рос¬
сии в XIX в.», т. I, ч. 1—2. М, 1955. Неполнота данных хроники обуслов¬
лена прежде всего узостью ее документальной базы: не были изучены ма¬
териалы многих местных архивов.
5 Подсчитано по «Хронике рабочего движения в России».— В сб. «Рабочее
движение..,», т. I, ч. 2, стр. 631—649.
64

ит земли, низкая задельная плата или невыдача положенного
рабочим натурального пайка6, каторжные условия труда или
работы в праздничные дни и т. д.,— основным лейтмотивом
всех требований подневольных рабочих был протест против фео¬
дальной эксплуатации и крепостнических порядков на предприя¬
тиях. Их движение вливалось в общий поток антикрепостниче¬
ской борьбы. Это явилось следствием того, что все обществен¬
ные вопросы накануне реформы «... сводились к борьбе с кре¬
постным правом... FloBbie общественно-экономические отношения
и их противоречия тогда были еще в зародышевом состоя¬
нии»7. В условиях крепостного строя, отмечал В. И. Ленин,
«...о выделении рабочего класса из общей массы крепостно¬
го ...сословия не могло быть и речи» 8.
В предреформенный период началась борьба и вольнонаем¬
ных рабочих, которая выражала протест против капиталистиче¬
ской эксплуатации. В этой борьбе следует искать проявление
«крайности общественных противоположностей», т. е. антаго¬
низма между трудом и капиталом в той степени, в которой
он характерен для капиталистической мануфактуры9. Однако
не эти сравнительно редкие выступления вольнонаемных ра¬
бочих определяли характер движения в целом. Острие его было
направлено против крепостнической эксплуатации — подавляю¬
щее большинство наемных рабочих дореформенного периода
были оброчными крепостными крестьянами, сохранявшими тес¬
ную связь с патриархальной деревней. Это накладывало отпе¬
чаток на характер борьбы рабочих капиталистических ману¬
фактур.
Основным очагом рабочих волнений дореформенного перио¬
да 'был Урал — цитадель русской крепостной промышленности.
В конце XVIII — начале XIX в. обозначились и другие круп¬
ные центры движения — Московский и Петербургский промыш¬
ленные районы, где наемный труд преобладал над подневоль¬
ным. Здесь движение отличалось большим, по сравнению с
Уралом, удельным весом волнений вольнонаемных рабочих;
в выступлениях крепостных рабочих значительно реже, чем
на Урале, звучат земельные требования и, наоборот, чаще
выдвигаются требования, связанные с условиями фабрично-
заводского труда, — повышение заработной платы, сокраще¬
ние рабочего дня и т. п.
В формах фабричных «беспорядков» тех лет было много об¬
щего с крестьянским протестом. Преобладали пассивные дей-
6 В крепостной промышленности, особенно горнозаводской, широко практи¬
ковались и были узаконены царским правительством натуральная и ком¬
бинированная (денежно-натуральная) формы оплаты труда.
7 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 2, стр. 520.
8 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 25, стр. 93.
9 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 544—545.
3 Заказ № 2671
65

ствия: бегство с заводов, подача прошений и жалоб хозяину
предприятия, административным властям и царю, посылка хо¬
доков и т. п. Формой активной борьбы были волнения-бунты
нередко принимавшие характер вооруженных столкновений ра¬
бочих с воинскими командами. На отдельных предприятиях бро¬
жения и волнения были систематическими, они то вспыхивали,
то затухали на протяжении нескольких предреформенных деся¬
тилетий. Однако Россия первой половины XIX в. знала и та¬
кие выступления рабочих, которые приняли форму стачек10 11.
Но и эти стачки, как и волнения, были «...гораздо более прояв¬
лением отчаяния и мести, чем борьбой»и. Их характеризова¬
ли бунтарские тенденции — разрушение машин, избиение ма¬
стеров, поджоги фабричных зданий и т. п.
И все же значение этих стачек-бунтов велико: в них стали
пробиваться первые ростки будущего пролетарского движения.
Они свидетельствовали о том, что уже на первом, раннем эта¬
пе формирования рабочего класса появилась новая форма про¬
теста—стачка, которая, утратив со временем черты примитив¬
ного бунта, выкристаллизовывалась в специфически пролетар¬
ское средство классовой борьбы.
Выступления рабочих в 60-х годах
Сколько же выступлений рабочих произошло в 60-х годах?
Каковы их формы? Как распределяются эти выступления по
годам, районам, отраслям труда? Обратимся прежде всего к
статистике 12 (табл. 4).
Приведенные данные свидетельствуют, что рабочее движе¬
ние 1860-х годов по своей интенсивности и масштабам было
весьма слабым. Причину этого следует искать в социально-
экономических условиях России.
На ранней стадии капиталистической индустриализации
страны и формирования пролетариата, когда «...капитализм в
России был еще весьма слабо развит»13 не только в сель¬
ском хозяйстве, но и в промышленности, а перелом в жизни,
психическом укладе и действиях рабочего только начинался,—
иначе и не могло быть. Движение 60-х годов — это цепь ло¬
кальных, разобщенных, в большинстве мелких по масштабу
стихийных выступлений, в которых, как правило, принимают
участие группы наиболее жестоко эксплуатируемых рабочих.
10 Подробнее об этом см.: «Рабочее движение...», т. I, ч. 2, стр. 325—326,
511—513, 587—588.
11 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 30.
12 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1. М., 1950, стр. 35. Имеются и другие
подсчеты, дающие большие цифровые показатели (особенно по Уралу), но
они не всегда обоснованы документальными материалами.
13 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 1, стр. 413.
66

Таблица 4
Рабочее движение в России в 1861 —1869 гг.
Год
Стачки
Волнения
Всего
Год
Стачки
Волнен ия
Всего
1861
4
12
16
1866
—
3
3
1862
—
6
6
1867
—
2
2
1863
3*
4
7
1868
—
1
1
1864
2
5
7
1869
1
2
3
1865
__
6
6
—
Итого 10
41
51
• Исправлена неточность, допущенная в сборнике «Рабочее движение в России в XIX ве¬
ке». Стачка на фабрике Акчурина в Симбирской губ. произошла не в 1864, а в 1863 г.
(И. С. Ромашин. Начало формирования, положение рабочего класса и классовая
борьба на суконных фабриках Симбирской губернии в пореформенный период. —
«Ученые записки Ульяновского гос. пед. ин-та им. И. Н. Ульянова»., вып. VIII,
1956, стр. 198—199).
Остальная масса еще неподвижна, она лишь инстинктивно за¬
щищается от наступления капитала. Ее недовольство, протест
чаще всего проявляются в скрытых, крайне примитивных фор¬
мах, лишь время от времени выливаясь в столь же стихий¬
ные, но уже активные действия — волнения и стачки.
Статистические данные свидетельствуют также о том, что
первые пореформенные годы не внесли резких перемен и в со¬
отношение форм движения. Удельный вес стачек по сравнению
с ничтожными показателями предреформенных десятилетий,
правда, заметно повысился, но еще не настолько, чтобы изме¬
нить общую картину. Преобладающая часть активных выступ¬
лений, как и до 1861 г., приходилась на волнения — бунты.
Основная масса волнений и стачек этого периода падает
на 1861 —1864 гг.; подавляющая часть их была связана с реа¬
лизацией реформы 1861 г. в промышленности. Последующие
изыскания, очевидно, уточнят статистику борьбы и позволят,
возможно, обнаружить в ее динамике совпадения с капитали¬
стической конъюнктурой тех лет. Но общая хронологическая
картина, убедительно подтверждающая факт непосредственной
связи волнений и стачек 60-х годов -с антикрепостническим
движением предреформенного периода, от этого существенно
не изменится.
Реформа непосредственно не внесла существенных перемен
в положение рабочих на фабрике, хотя и наложила глубокий
отпечаток на условия, формы и темпы процесса пролетариза¬
ции. В первые пореформенные годы общая обстановка в боль¬
шинстве отраслей 'капиталистической промышленности в целом
67
3*

складывалась в пользу квалифицированного труда. В то вре¬
мя поднялись цены на рабочие руки, так как многие рабочие
стремились уходить из фабричных центров в деревню. Фабри¬
канты, пытаясь удержать их, увеличивали заработную плату,
но это не могло удержать рабочих: даже некоторые из прора¬
ботавших по 10 и 15 лет на фабрике уезжали в деревню14.
Такое положение продолжалось недолго. С 1863 г. «сельское
население, вновь и в большей против прежнего степени нача¬
ло обращаться к фабричному труду, отчего произошло пони¬
жение заработной платы» 15 . Но втягиваемая в орбиту город¬
ской жизни, забитая, беззащитная перед лицом непомерной
эксплуатации капитала крестьянская отходническая масса на¬
ходилась еще всецело в плену деревенского образа жизни, пе¬
реживала лишь самую первую стадию «выварки в фабричном
котле»—'своего рабочего бытия и воспитания. Весь этот люд,
отмечал современник, «спал и видел, как бы получше устроить
житье свое в деревне: все горести и радости деревни 'считал
своими родными горестями и радостями»16. Отношение его
к непривычным условиям труда неосознанно, зачастую полно
безразличия, нарушаемого главным образом лишь тогда, когда
фабрикантская прижимка касалась того основного, ради чего
крестьянин-«промышленник» шел в отход и чего от него ждали
в деревне,— заработка. «Редко в чем другом бывают столкно¬
вения, кроме платы за труд», — констатировала правительст¬
венная комиссия по пересмотру промышленного устава 17. Кре¬
стьянская психология в сознании такого рабочего тесно пе¬
реплеталась, а нередко и преобладала над взглядами фабрич¬
ного пролетария, которому был одинаково ненавистен и по¬
мещик и фабрикант.
В центре России — основном очаге капиталистической про¬
мышленности— превращение фабричного рабочего в «чистого»
пролетария шло намного интенсивнее, чем на полукрепостниче-
ском Урале. Стачки и волнения быстрее приобретали здесь
черты движения городского индустриального пролетариата, а в
70-х годах, с нарастанием капиталистических отношений, Мо¬
сковский и Петербургский промышленные районы заняли доми¬
нирующее положение в рабочем движении России. Но в годы
реализации реформы главный фронт борьбы еще проходил по
линии старых антагонизмов, и это определяло географию ра¬
бочих бунтов: подавляющая часть волнений и стачек, как и
14 «Историко-статистический обзор промышленности России», т. II, вып. I.
СПб., 1883, стр. 97—98.
15 Там же.
16 С. Синегуб. Воспоминания чайковца.— «Былое», 1906, № 8, стр. 51.
17 Цит. по ст.: Г. И. Ионова. Рабочее движение в России в период револю¬
ционной ситуации.— В сб. «Из истории рабочего класса и революционного
движения». М., 1958, стр. 197.
68

в дореформенный период, приходится на вотчинно-посессион¬
ную и казенную промышленность, и прежде всего на ее глав'
ный район — Урал.
Отмена крепостного права вызвала здесь резкий перелом
во всем строе заводской жизни и мастерового, и вспомогатель¬
ного работника. При сохранении остатков крепостничества,
в обстановке глубокого кризиса уральской промышленности, тя¬
жесть которого заводчики и царские чиновники переложили на
плечи горнозаводского населения, перелом этот носил крайне
болезненный характер. Рабочие оказались крепко привязанными
к заводам, земельные наделы не могли обеспечить их хозяй¬
ственную самостоятельность и представляли реальную ценность
только в дополнение к заводской заработной плате. Но те¬
перь заводской заработок был обеспечен далеко не всем. Ос¬
вободив рабочего от обязательного заводского труда, реформа
не дала ему права стать свободным рабочим.
Особенно тяжелым положение уральских рабочих было в
первые пореформенные годы. Многие заводы сокращали или
вовсе прекращали производство, в результате от V3 до !/2
заводского населения осталось без работы и средств к жизни 18.
«Куда,— признавали в 1862 г. уральские мировые посредники,—
идти мастеровому искать работы? — На золотые промыслы, на
рудники или наниматься в батраки?... Действительно, в ны¬
нешнем году народ массами двинулся с заводов во все уголки,
где можно было найти работу, и возвратился домой на зиму, не
только не приобрев ни копейки запасной, но разорившись вко¬
нец... Масса свободных рук понижает плату до невозможности» 19.
Не удивительно, что именно Урал явился главным районом
рабочего движения 60-х годов. Здесь произошла почти поло¬
вина (24 из 51) волнений и стачек 1861 —1869 гг. Фактиче¬
ски же доля Урала, как свидетельствуют новейшие исследо¬
вания, была еще выше — не менее 3/4 общего числа фабрич¬
ных «беспорядков» по всей России20. Борьба против граби¬
тельских условий отмены крепостного права не прекращалась
здесь в течение долгих лет, но наибольший размах ее, как и
во всей стране, наблюдался в 60-х годах в связи с обнаро¬
18 А. С. Кривощеков. Законодательные материалы по вопросам, относящимся
к поземельному устройству горнозаводского населения. СПб., 1911,
стр. 167.
19 Цит. по кн.: М. А. Горловский, А. Н. Пятницкий. Из истории рабочего
движения на Урале. Свердловск, 1954, стр. 326—327.
20 Изыскания последних лет по материалам Московского и некоторых дру¬
гих районов Центральной России не внесли значительных поправок в
подсчеты составителей сборника «Рабочее движение в России в XIX в.»,
тогда как углубленная разработка уральских архивов (исследования
Ф. С. Горового, А. А. Мухина, В. Е. Четина и др.) вскрыла немало данных
р неучтенных ранее выступлениях рабочих.
69

дованием манифеста и принудительным введением уставных
грамот.
Первые признаки глубокого недовольства пожалованной
«волей» обнаружились сразу же после обнародования (март
1861 г.) документов реформы. Начали зарождаться семена со¬
мнения: а настоящая ли воля объявлена? Наивный монархизм
приводил к примитивному ответу: господа скрыли истинный
указ царя о «полной воле», подменив его своим, «обманным».
Появились «возмутители», рассказывавшие о содержании
«скрытого» царского указа, по которому «заводские люди не
должны... оставаться в работах, а должны воспользоваться ныне
же свободою от работы» с тем, «чтобы не иначе продолжать
оную, как только по своему желанию и добровольному усло¬
вию с конторою»21. На многих заводах рабочие собирали
деньги и посылали ходоков к губернским властям, чтобы про¬
верить подлинность прочитанных документов.
Манифест и особенно «дополнительные правила» были труд¬
ны для понимания. Это давало повод к различным толкова¬
ниям тех или иных статей закона. Власти арестовывали и су¬
рово наказывали тех, кто вольно толковал документы. Но та¬
кие действия оказались безуспешными. «Раздражение народа
так велико, — доносил из Оренбургской губернии один из чи¬
новников горного департамента, — что один неосторожный шаг,
и вся эта буйная толпа поднимется!»22.
Недовольство, глухое брожение перерастали в активные вы¬
ступления. Уже в марте — апреле 1861 г. произошли крупные
волнения рудокопов на Каргалинских медных рудниках Орен¬
бургской губ. Здесь работало более 3000 крепостных, прислан¬
ных -с Архангельского, Верхотурского, Воскресенского заводов
и подзаводских деревень. По объявлении манифеста почти все
они в конце марта самовольно покинули рудники и ушли по
домам. До того как бросить работу, рудокопы потребовали
повысить заработки, ликвидировать задолженность конторы ра¬
бочим, которая достигла к тому времени 40 тыс. рублей, нала¬
дить снабжение продуктами. Требования были отвергнуты ад¬
министрацией. Когда рудокопы пришли на Преображенский за¬
вод, к ним присоединилось около 100 цеховых рабочих, которые
прекратили работу, настаивая на «выдаче провианта сверх за-
дельной платы». Через 4 дня местным властям и полиции уда¬
лось вернуть рабочих-преображенцев на завод; возвратились
на рудники и рудокопы. При этом администрация обещала им
удовлетворить часть претензий. Однако обещание не было вы¬
полнено. Это вызвало новую вспышку волнений.
21 Цит. по кн.: Ф. С. Горовой. Падение крепостного права на горных за¬
водах Урала. Пермь, 1961, стр. 355—356.
22 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 141.
70

16 апреля многие из каргалинских крестьян-рудокопов вновь
ушли с рудников. Свой уход они обосновывали ссылкой на
«Дополнительные правила» 19 февраля 1861 г., которые не раз¬
решали заводчикам во время, необходимое для обработки по¬
лей, посылать подзаводских крестьян на отдаленные (далее
25 верст от места жительства) заводские работы без их со¬
гласия. Волнения продолжались до 5 мая. «Улаживание» кон¬
фликта не обошлось без вызова войск и применения к рабо¬
чим «полицейских наказаний» (порки). Вопреки закону ру¬
докопов вынудили вернуться на работу; однако заработки их
были повышены на 5—6 копеек серебром в день23.
Последующие события первых пореформенных месяцев были
отмечены более резкими проявлениями протеста против граби¬
тельских условий «освобождения» и крепостнических заводских
порядков.
1 мая 1861 г. не вышли на работу рабочие Березовских
казенных золотых приисков, расположенных в 12 верстах от Ека¬
теринбурга. На этот день было назначено освобождение от обя¬
зательного труда тех березовских мастеровых, которые ко вре¬
мени реформы прослужили на казенных заводах 20 лет24.
К данному разряду могли быть отнесены кадровые рабочие, но
оказалось, что, согласно «Положению», в расчет выслуги не
принимается служба, проведенная мастеровыми до 18-летнего
возраста. Березовцы не верили в такую несправедливость цар¬
ского закона, они говорили, что «манифест читан не тот, ко¬
торый прислан от царя... и что священники вместе с начальством
скрывают от них настоящий манифест»25.
Рабочих безуспешно пытались утихомирить. Мастеровые
Н. Трапезников, Г Чубаров, М. Мазеин, И. Семенов и другие
призывали товарищей: «Доищемся же мы правды». Испугав¬
шийся управитель завода предложил рабочим послать своих
выборных в Екатеринбург, к окружному горному начальнику.
2 мая около двухсот рабочих отправились в Екатеринбург.
Они заявили начальнику Екатеринбургских заводов, что недо¬
вольны тем, как исчисляется стаж их обязательной заводской
службы, говорили, «что им объявлены, должно быть, не на¬
стоящие царские указы», жаловались «на малую плату... и про¬
сили по случаю необыкновенной дороговизны... чтоб всем им
дозволили работать, назначив цену с золотника золота, так
называемою старательскою работою, кто где хочет и когда хо¬
23 Подробнее о волнениях каргалинских рудокопов (некоторые исследовате¬
ли необоснованно называют их стачкой) см.: «Рабочее движение...», т. 11,
ч. 1, стр. ПО—114; «Крестьянское движение в 1861 г. после отмены кре¬
постного права», ч. 1—2. М.— Л., 1949, стр. 130—135; Ф. С. Горовой.
Указ, соч., стр. 356—358.
24 М. А. Горловский, А. Н. Пятницкий. Указ, соч., стр. 310.
25 Там же, стр. 311.
71

чет», т. е. по вольному найму. Горный начальник отверг со¬
мнения, касавшиеся документов реформы, но обещал «ходатай¬
ствовать у высшего начальства о дозволении им работать по
вольной плате»26. Ходоки вернулись в Березовский поселок.
Однако вслед за ними на прииск был направлен казачий отряд,
а вскоре и специальная следственная комиссия. Началось до¬
знание, к которому было привлечено 32 человека. «Главные
подстрекалыцики» (7 чел.) были приговорены к наказанию роз¬
гами. Приговор требовал также разослать активных «бунтов¬
щиков» по другим заводам под'строгий надзор полиции.
Другим крупным выступлением рабочих Урала в связи с
обнародованием манифеста были волнения на Лысьвенском чу¬
гуноплавильном заводе княгини Бутеро-Родали в Пермской губ.,
которые переросли в стачку.
Лысьвенские рабочие еще накануне реформы неоднократно
жаловались на низкие заработки. В конце концов им было
обещано, что с 1 мая 1861 г. на заводе будет проведено уве¬
личение платы за труд. Однако это обещание не было выпол¬
нено под тем предлогом, что реформенное законодательство
запрещает изменять условия расчета до введения уставных гра¬
мот. 8 мая рабочие вновь потребовали от заводоуправления
увеличения заработной платы с угрозою, что в случае отказа
удовлетворить их просьбу к 15 мая они прекратят работу27.
Обстановка быстро накалялась. Рабочие освободили из-под
ареста одного из инициаторов волнения — М. Баландина и на¬
правили в Пермь к прибывшему из Петербурга генерал-майо¬
ру князю Багратиону своих ходоков-жалобщиков.
Наступило 15 мая — ответа от заводоуправления не после¬
довало. Не получила удовлетворения жалоба мастеровых Баг¬
ратиону. Вожаки рабочих М. Баландин, Ф. Сушин, И. Мозго-
тин, И. Шатов и другие начали агитацию среди товарищей за
прекращение работы.
Через 3 дня в Лысьву прибыли представители горных и гу¬
бернских властей и главноуправляющий имением в сопровож¬
дении команды казаков. Представителей лысьвенцев вызвали
для переговоров, но требования их вновь были отклонены.
Тогда 503 рабочих (фактически весь завод) прекратили рабо¬
ту. Началась забастовка, которая продолжалась с 18 по 22 мая
1861 г.28 Через своих вожаков рабочие заявили заводскому
исправнику, что угроза расправы не страшит их: «Мы хоть под
26 М. А. Горловский, А. Н. Пятницкий. Указ, соч., стр. 312—313.
27 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 127.
28 Подробнее о лысьвенской стачке см.: М. В. Нечкина. Рабочие волнения в
связи с реформой 1861 г.— «История пролетариата СССР», сб. 1. М., 1930,
«Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 126—140.
72

пушки станем, а без прибавки платы на работы не пойдем».
Но затем среди мастеровых произошел раскол29.
23 мая собравшиеся на площади рабочие прислали к пред¬
ставителю горного правления делегацию, которая заявила, что
рабочие «повинуются и готовы работать, если не будут их на¬
казывать за прежнее ослушание»30. Вслед за этим они со¬
гласились выдать главных зачинщиков стачки.
Последовала обычная для крепостных порядков расправа.
Руководители стачки были присуждены к наказанию розгами
от 60 до 70 ударов каждому, после чего они передавались
под особый надзор горнозаводского общества на 2—3 года.
Лысьвенскую забастовку от многих других выступлений от¬
личают «чисто» рабочий состав участников (мастеровые, непо¬
средственно занятые на заводе), некоторые элементы стачечной
организации, профессионально-рабочий характер требований и
т. д. Но тем резче выступают и ее теневые стороны, подчеркиваю¬
щие низкий уровень сознательности и пролетарской сплоченно¬
сти уральских рабочих в 60-х годах XIX в.
В мае — июле 1861 г. произошли также волнения углежогов
Катавских заводов (Оренбургской губ.), подзаводских крестьян
и горных работников на Кизеловских копях в Пермской губ.,
рабочих Белорецкого, Тирлянского, Верхотурского и других за¬
водов Южного Урала31. Рабочие и крестьяне настаивали на
повышении заработной платы, отказывались работать в воскрес¬
ные и праздничные дни. В ряде случаев волнения сопровож¬
дались избиением приказчиков, писарей и других представи¬
телей заводской администрации, почти каждое выступление —
подачей просьб и жалоб начальству. Наиболее активную роль
в большинстве этих волнений играли не кадровые мастеровые,
а вспомогательные рабочие из крестьян (углежоги, рудокопы
и др.), стремившиеся полностью освободиться от выполнения
заводских работ.
Новая волна выступлений рабочих и горнозаводского на¬
селения на Урале прокатилась в 1862 и 1863 гг. в связи с
введением уставных грамот. Рабочие, выяснив, что уставные гра¬
моты лишают их части земли и обязывают нести денежный об¬
рок, отказывались от их подписания и выполнения повинностей.
Так было в 1862 г. на Богоявленском и Воскресенском за¬
водах Оренбургской губ., в 1863 г.— на Рождественском заво¬
де Демидова в Пермской губ., Благовещенском заводе Орен¬
бургской губ. и на ряде других заводов и рудников.
В Центральном промышленном районе в мае — июне 1866 г.
прошли волнения на Гусевском чугуноплавильном заводе Вла¬
29 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 130, 137.
30 Там же, стр. 131-
31 Там же, стр. 114—115, 120—125, 140—142; Ф. С. Горовой. Указ, соч.,
стр. 368—372.
73

димирской губ. и Дугненском чугунолитейном заводе Калуж¬
ской губ. Причиной этих выступлений явилась низкая заработ¬
ная плата. В следующем году волнения рабочих на этих за¬
водах повторились.
Наиболее крупное выступление рабочих произошло в 1863 г.
в Орехово-Зуеве, на Морозовской мануфактуре. На этом пред¬
приятии работали 1700 рабочих, ^которых подвергали незакон¬
ным штрафам, задерживали заработную плату, избивали. 2 ав¬
густа к директору фабрики пришли 34 ткача и стали просить
прибавки или дать расчет. Им было заявлено, что по усло¬
виям договора они обязаны работать до 1 октября. На другой
день эти рабочие пришли вновь и теперь уже от имени всех
350 ткачей ткацкого отделения, бросивших работу, повторили
свои требования.
Тогда владельцы фабрики обратились за помощью к мест¬
ным властям. Явился пристав и начал допрос стачечников.
Наиболее активного рабочего Е. Артемьева пристав пытался
арестовать, но другие ткачи бросили клич: «не давай!»32.
Стачечники ходили в Москву и жаловались губернатору.
Все же 14 августа, в результате полицейского давления, 158 тка¬
чей прекратили стачку и начали работать. Остальные продол¬
жали отстаивать свои требования, выражали возмущение царив¬
шими на фабрике порядками. 30 августа пристав приказал ста¬
чечникам не отлучаться с фабрики. На это из толпы ткачей
вышла Екатерина Игнатьева с ребенком на руках и заявила:
«Я умираю с голоду сама четверта с семьею. Правильно ли
вы это судите? Как же нам не отлучаться, когда нам на фаб¬
рике хлеба не дают и есть нечего и я с детьми умираю го¬
лодная» 33.
Глумления над стачечниками продолжались в сентябре и
в начале октября месяца. 13 октября полицейское управление
потребовало от администрации фабрики оплатить рабочим за
стачечные дни (1 месяц 29 дней). Но фабричное начальство де¬
нег не заплатило, а стачечников выгнало из казарм. Мытар¬
ства стачечников кончились тем, что их этапным порядком от¬
правили на родину.
Упорные выступления рабочих произошли в начале и сере¬
дине 60-х годов в Калужской губ. на Людиновском горном
заводе Мальцова. Началось с того, что 5 апреля 1861 г. ра¬
бочие не допустили наказания розгами их товарища — Григория
Кучерова. Тогда исправник арестовал и посадил в заводскую
полицию рабочего И. М. Равского, который был во главе это¬
го выступления. Такой шаг вызвал возмущение 100 рабочих,
32 А. М. Панкратова, В. М. Соколов. Предшественница Морозовской стачки
(Стачка ткачей на Морозовской мануфактуре в Орехово-Зуеве в 1863 г.).-
«Исторический архив», 1951, т. VII, стр. 134,
33 Там же, стр. 171.
74

явившихся на квартиру исправника и настойчиво потребовав¬
ших освобождения Равского. С таким же требованием вы¬
ступили рабочие соседнего Сукрёменского завода. Тогда в дело
вмешался сам С. И. Мальцов. Он распорядился расправиться
с наиболее активными рабочими: 8 человек были закованы
«большею частью попарно, нога с ногою, в кандалы, которые
оказались заклепанными наглухо». Такое самоуправство яви¬
лось предметом рассмотрения калужского губернского по кре¬
стьянским делам присутствия. Оно признало необходимым осво¬
бодить закованных рабочих и приняло решение, в котором
отмечалось, что такая жестокость «может довести заводское
население до крайности и до более серьезных проявлений,
а волнение этого многочисленного населения весьма опасно для
общественного спокойствия»34. Так, боязнь массового протеста
трудящихся заставила власти оставить это выступление рабо¬
чих без последствий.
В 1865—1866 гг. волнения на заводах Мальцова вспыхнули
вновь. Рабочие были недовольны низкими заработками, различ¬
ными притеснениями со стороны «конторы Мальцова». Рабочий
В. Вьюшкин, активно участвовавший в заводском волнении еще
в 1861 г., и теперь стал руководителем рабочих, которые из¬
брали его волостным старшиной, а Я. И. Дарочкина — сель¬
ским старостой. Эти двое рабочих призывали своих товарищей
добиваться отмены казенных податей, рекрутской повинности,
не идти на соглашение с предпринимателями35. Власти пыта¬
лись сместить Вьюшкина и Дарочкина, но рабочие на воло¬
стном сходе отказались выполнить это.
Волнение мальцовских рабочих оказало влияние на окрест¬
ное сельское население, которое также стало выражать непо¬
виновение местным начальникам. Для подавления волнения
5 сентября 1866 г. на Людиновский завод прибыли 6 рот Бо¬
родинского полка. Началась расправа: наиболее активные участ¬
ники волнения подверглись наказаниям; Вьюшкин и Дароч-
кин были сосланы на поселение.
На Украине в 60-х годах борьба рабочих выражалась в са¬
мых начальных формах протеста— самовольных уходах с пред¬
приятий и строек. В апреле 1863 г. на Грудецком сахарном
заводе в знак протеста против решения администрации в дни
праздников не давать выходных дней рабочие бросили работу
и разошлись по домам36.
В 1867 г. на строительстве железной дороги Киев — Балта
началось волнение нескольких тысяч рабочих, требовавших оди¬
34 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 83, 84.
35 Там же, стр. 220.
36 О. А. Парасунько. Положение и борьба рабочего класса Украины (60—
90-е годы XIX в.). Киев, 1963, стр. 232.
75

наковой оплаты труда, улучшения питания. Рабочие прекраща¬
ли работы и уходили со строительства37.
Более 1000 рабочих забастовали в июне 1869 г. на фабрике
Коншина в Серпухове. Стачечники, возглавляемые рабочими
Н. Егоровым, В. Герасимовым, В. Сидоровым, требовали повы¬
шения заработной платы. Стачка вызвала тревогу властей. Мос¬
ковский губернатор в связи с этим выступлением рабочих пред¬
писывал местным начальникам не допускать недовольства рабо¬
чих, так как стачки «весьма часто влекут за собой потерю
доверия и весьма значительные убытки по приостановлению про¬
изводства» 38.
У истоков пропаганды
В связи с подъемом революционно-демократического движе¬
ния передовая интеллигенция начала вести пропаганду среди
рабочих. Ее истоки берут начало со времени возникновения
в России воскресных школ. В 1862 г. благодаря инициативе
демократической интеллигенции в разных городах России
функционировали 274 воскресные школы. В ряде школ во время
обучения грамоте, арифметике, географии и другим предметам
революционно настроенная интеллигенция знакомила рабочих с
социальными учениями, атеизмом, читала революционные про¬
кламации.
Особенно активно велась пропаганда в Сампсоньевской и Вве¬
денской школах Петербурга, где среди учащихся тягой к зна¬
ниям и революционным идеям выделялись молодые рабочие
К. Андреев, И. Антонов, Е. Коненков, М. Митрофанов, В. Три¬
фонов, М. Федоров39. Рабочий М. Федоров показывал на след¬
ствии, что студент Медико-хирургической академии В. X. Хох¬
ряков читал всем учащимся прокламации «Что нужно народу?»
и «Что надо делать войску?»40, при этом он разъяснял:
«...несправедливо, что одни богаты, а другие бедны и что не¬
справедливость эта от правительства; что нужно порешить пра¬
вительство, а 'составить из простых людей, т. е. из народа,
с председателем по выбору, чтобы было равенство». Пропаган¬
да В. X. Хохрякова рабочими В. Трифоновым и М. Митрофано¬
вым понималась как призыв к войску для поддержки народно¬
го восстания: войско должно поддержать это «святое» дело,
«держаться народа и помогать ему»41.
37 О. А. Парасунъко. Указ, соч., стр. 229.
38 А. Трофимов. Рабочее движение в России 1861 — 1894 гг. М., 1957, стр. 53.
39 Р. А. Таубин. Революционная пропаганда в воскресных школах России в
1860—1862 годах.— «Вопросы истории», 1956, № 8, стр. 87.
40 Прокламация «Что нужно народу?» написана Н. П. Огаревым («Колокол»,
1 июля 1861 г., л. 102). Авторы прокламации «Что надо делать войску?»
Н. П. Огарев и Н. Н. Обручев («Колокол», 8 ноября 1861 г., л. 111).
41 Р. А. Таубин. Указ, соч., стр. 87—88.
76

Пропаганда возымела действие. В конце мая 1862 г. дирек¬
тор тюлевой фабрики доложил министру внутренних дел, что
рабочие этого предприятия Федоров и Трифонов распространяли
между своими товарищами антирелигиозные и антиправи¬
тельственные идеи, давали читать прокламации. При обыске
у рабочих были найдены «Колокол», прокламация «Молодая
Россия», «Революционный словарь», в котором давались объяс¬
нения понятиям «Революция», «Конституция», «Либерал», «Ан¬
тагонист», «Нация» и др. Так в воскресных школах началось
приобщение рабочих к революционным действиям.
В середине 60-х годов демократическая интеллигенция стала
привлекать рабочих к созданию производительных ассоциа¬
ций — кооперативных предприятий, широко распространенных
в странах Западной Европы. В России эта идея стала особен¬
но популярной после опубликования романа Чернышевского
«Что делать?».
Попытки организации ассоциаций русскими рабочими отно¬
сятся к 60-м годам. В январе 1864 г. в Саратове по инициа¬
тиве землевольца А. X. Христофорова столяры В. Федотов,
М. Федотов, С. Тимофеев, А. Михайлов и другие сняли помеще¬
ние и начали работать на артельных началах. После того как
к ним присоединились сапожники и портные, образовался свое¬
образный комбинат, который, просуществовав менее года, рас¬
пался 42.
Много энергии потратили члены Ишутинской подпольной ор¬
ганизации, стремясь создать ряд производительных ассоциаций.
Осенью 1864 г. они организовали в Москве переплетную артель,
в которой вели «социалистическую» пропаганду среди рабочих.
Один из инициаторов этой артели, Д. Л. Иванов, показывал на
следствии, что работникам говорили о принципах ассоциации,
но они не хотели «слушать и не могли себе представить житья
без хозяина...» Между тем рабочие вносили свой пай в это
дело и являлись, таким образом, равноправными членами ас¬
социации. Они должны были, по мысли ишутинцев, понять «вы¬
году артельного производства» и пропагандировать принципы
ассоциации среди своих товарищей43. В Москве же в начале
1865 г. возникла швейная мастерская, в которой, по примеру
мастерской из романа Чернышевского «Что делать?», с работ¬
ницами проводились занятия по физике и географии, читались
журналы «Современник», «Русское слово», произведения Гер¬
цена, Михайлова, Помяловского и др.44
42 ЦГИА СССР, ф. 1282 (ф. Министерства юстиции), оп. I, 1864 г., д. 233,
лл. 156—160.
43 Э. С. Виленская. Революционное подполье в России (60-е годы XIX в.).
М., 1965, стр. 264—265.
44 Там же» стр. 275—276.
77

Наиболее крупной акцией ишутинцев явилась попытка ос¬
новать в Жиздринском уезде Калужской губ., по соседству с
заводом Мальцова, чугуноплавильный завод на артельных на¬
чалах. Этот замысел созрел в связи с тем, что демократиче¬
ски настроенная интеллигенция решила воспользоваться недо¬
вольством рабочих тяжелыми порядками на заводе Мальцова.
При этом предполагалось, что на новом заводе будут созданы
хорошие условия для рабочих, что приведет к переходу в ар¬
тельное предприятие мальцовских рабочих. Сами же рабочие
во главе с уже упомянутыми старостой Дарочкиным и
волостным старшиной Вьюшкиным проявили большую настой¬
чивость в делах организации артельного предприятия, рассчи¬
тывая избавиться таким образом от произвола заводчика и
улучшить свое экономическое положение. Так наиболее пытли¬
вые рабочие начали искать пути социального переустройства,
обращаясь к новейшим, «социалистическим», начинаниям.
БОРЬБА РАЗГОРАЕТСЯ
В 70-х — начале 80-х годов основной формой борьбы рабочих
становятся стачки. В отличие от выступлений 60-х годов, рабо¬
чее движение последующего десятилетия характеризовалось
усилением пролетарских требований, ростом классового созна¬
ния, расширением районов борьбы, подъемом стачечной волны.
Если, по далеко не полным данным, в 1861 —1869 гг. было
51 выступление рабочих, то с 1870 по 1884 г. зарегистрирован
471 случай стачек и волнений45.
Динамика рабочих выступлений в России в 70-х — начале
80-х годов представлена в табл. 5.
Таблица 5
Рабочее движение в 70-х — начале 80-х годов
Год
Стачки
Волнения
Всего
Год
Стачки
Волнения
Всего
1870
17
3
20
1878
37
16
53
1871
14
7
21
1879
51
9
60
1872
21
8
29
1880
23
10
33
1873
17
12
29
1881
14
13
27
1874
23
11
34
1882
18
8
26
1875
13
13
26
1883
20
И
31
1876
19
13
32
1884
19
9
28
1877
12
10
22
Итого
| 318
153
471
45 «Рабочее движение...», т. Л, ч. 1, стр. 35, 45, 46.
78

Приведенные данные свидетельствуют, что наивысший подъ¬
ем выступлений рабочих приходится на 1878 и 1879 гг.— время,
■связанное с промышленным подъемом и обострением нужды на¬
родных масс, вызванным русско-турецкой войной. В эти годы
в стачечной борьбе намечается качественный сдвиг: в выступле¬
ниях рабочих усиливается идея солидарности, возникают одно¬
временные стачки нескольких предприятий, движение пролета¬
риата поддерживается революционно-демократической интел¬
лигенцией.
Борьба рабочих в рассматриваемое время во многом еще
имела переходный характер. Интересы городских рабочих, еще
не полностью порвавших с деревней, были сосредоточены не
только вокруг вопросов, связанных с классово-пролетарским бы¬
тием, но и определялись надеждами на улучшение крестьян¬
ской жизни. Только узкий круг передовых рабочих выражал
более или менее классовые интересы пролетариата.
Стачечное движение 70-х — начала 80-х годов было разроз¬
ненным, продолжало носить главным образом оборонительный
и стихийный характер. Однако «стихийный элемент» движения
представлял в сущности «зачаточную форму сознательности», так
как рабочие начинали «...чувствовать необходимость коллектив¬
ного отпора, и решительно порывали с рабской покорностью
перед начальством»46. Стачки формировали, усиливали дух про¬
теста в среде рабочих, укрепляли пролетарскую солидарность
и классовое самосознание. Истоки классового самосознания ко¬
ренятся в начальном этапе рабочего движения. «Было время,—
писал В. И. Ленин,— когда вражда рабочих против капитала
выражалась только в смутном чувстве ненависти против своих
эксплуататоров, в смутном сознании своего угнетения и раб¬
ства и в желании отомстить капиталистам. Борьба выражалась
тогда в отдельных восстаниях рабочих, которые разрушали зда¬
ния, ломали машины, били фабричное начальство и т. п. Это
была первая, начальная форма рабочего движения, и она была
необходима потому, что ненависть к капиталисту всегда и вез¬
де являлась первым толчком к пробуждению в рабочих стрем¬
ления к защите себя»47.
Первые крупные стачки
начала 70-х годов
Большим событием в истории российского пролетариата яви¬
лась стачка на Невской бумагопрядильной фабрике в Петербур¬
ге. 22 мая 1870 г. 63 прядильщика потребовали от администра¬
ции увеличения заработной платы. Получив отказ, 800 рабочих
46 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 29-—30.
47 В, И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 2, стр. 102—103.
79

предприятия прекратили работу. Полицейские власти пыта¬
лись уговорить стачечников возобновить работу, но они дружно
отказались: Тогда петербургский обер-полицмейстер Ф. Ф. Тре¬
пов, решив подавить выступление «со стороны рабочих в самом
начале», передал дело для разбирательства в суд. В этой связи
он докладывал 27 мая царю: «Можно надеяться, что впечат¬
ление, которое немедленное наказание виновных произведет на
всю массу столичного рабочего населения, будет благодетель¬
но» 48.
Судебный процесс над стачечниками, происходивший в пе¬
тербургском окружном суде, показал, что жесточайшая эксплуа¬
тация вынудила рабочих вступить в конфликт с администрацией.
Наиболее активную роль в стачке играл рабочий С. Владими¬
ров. На замечание председательствующего, что Владимиров
«заварил все это дело», последний ответил: «как я не за¬
варил, так и другой не заварил; на харчи мало, другому об¬
рок надо платить, мы и должны идти в контору просить при¬
бавки» 49.
Окружной суд ограничился приговором к семидневному за¬
ключению при полиции четырех «зачинщиков» стачки — рабо¬
чих С. Владимирова, Ф. Петрова, Б. Потапова и В. Акулова;
остальных — к трехдневному аресту.
Стачка рабочих Невской бумагопрядильни ознаменовалась
резким повышением общественного интереса к «рабочему вопро¬
су» в России. В 1870 г. открылась мануфактурная выставка и
происходил Первый всероссийский съезд фабрикантов и заводчи¬
ков, на котором наряду с техническими и производственными
вопросами рассматривался вопрос о политике по отношению к
рабочим.
Усиление внимания к рабочему вопросу было вызвано так¬
же Парижской Коммуной. Самоотверженная борьба рабочих
Парижа заставила представителей имущих классов России об¬
ратиться к оценке «рабочего вопроса» своей страны, опреде¬
лить потенциальные возможности российского пролетариата.
Стачка на Невской бумагопрядильной фабрике получила ши¬
рокий отклик на страницах легальной печати. Либеральная га¬
зета «Русские ведомости» писала: «Рабочие стачки — явление
еще новое в России и в таком размере, как стачка невских
рабочих, можно сказать, небывалое». Газета далее отмечала,
что основной причиной стачек является недостаточность возна¬
граждения рабочих, которые вынуждены требовать повышения
заработной платы50.
48 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 239.
49 «С.-Петербургские ведомости», 17 (29) июня 1870 г. Подробные материалы
об этой стачке были опубликованы в газете «Неделя» 21 июня 1870 г.
50 «Русские ведомости», 31 мая (12 июня) 1870 г.
80

После Невской стачки в прессе и правительственных кругах
стали выяснять, есть ли «рабочий вопрос» в России. Реакцион¬
ный журнал «Русский вестник» по этому поводу высказывался
таким образом: «Говорят, новый дух носится над всею Запад¬
ною Европою... Четвертое сословие стучится в дверь.— Какое
же это сословие? Сословие работников-пролетариев ... Проле¬
тариев! Но их вовсе нет в России: наши крестьяне-землепаш¬
цы имеют собственность, а число фабричных работников пока
еще ничтожно у нас, да и те состоят главным образом из
крестьян-собственников, которые, следовательно, отнюдь не на¬
ходятся в рабской зависимости от капитала. У нас никто «не
стучится в дверь» и нет повода предвидеть, чтоб образовался
у нас хоть й не в близком будущем рабочий пролетариат»51.
Демократические «Отечественные записки» указывали, что
«рабочий вопрос» в Европе является вопросом революционным,
так как он требует экспроприации собственников. Рабочий во¬
прос в России проявляется как вопрос консервативный: «ибо
тут требуется только сохранение условий труда в руках ра¬
ботника, гарантия теперешним собственникам их собственно¬
сти» 52.
Следовательно, органы печати различного политического на¬
правления сходились в основном в оценке, что в России рабо¬
чий вопрос не может стать революционным вопросом, подоб¬
но Западной Европе.
Проницательнее оказался московский губернатор А. А. Ли¬
вен, который после стачек, происшедших в июле 1871 г. в Мос¬
ковском уезде, пришел к другому выводу. Он считал, что хотя
рабочие России связаны с землей и в этом смысле «пролетариа¬
та у нас нет», все же благодаря быстрому развитию промыш¬
ленности наступит момент, «который может прозвучать над
нами рабочим вопросом, вопросом антагонизма между трудом
и капиталом»53.
В 1872 г. разразилась стачка рабочих на одной из крупней¬
ших бумагопрядильных фабрик в России — Кренгольмской ману¬
фактуре. Администрация этого предприятия осуществляла зача¬
стую судебно-полицейскую власть над рабочими. Впоследствии,
рассматривая причины этой стачки, прокурор Эстляндской губ.
докладывал в Министерство юстиции: «Находясь вне всякого
контроля, пользуясь своей властью, а также беспомощным со¬
стоянием рабочих и рассчитывая на свои связи и знакомства,
г. Кольбе управлял фабрикою в течение многих лет совершен¬
но самовластно; он был и судьею в своих собственных де¬
лах с рабочими и исполнителем своих решений. Неограничен¬
51 П. К. Щебальский. Наш умственный пролетариат.— «Русский вестник»,
1871, № 8, стр. 646.
52 «Отечественные записки», 1872, № 8, стр. 395.
53 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 282.
81

ный произвол г. Кольбе ложился тяжелым бременем на рабо¬
чее население; злоба и ненависть к Кольбе накипала в
нем...»54
В начале 70-х годов на фабрике уменьшили заработную пла¬
ту и увеличили рабочий день. Невыносимое положение рабочих
усугубилось тем, что летом 1872 г. на фабрике вспыхнула хо¬
лера. В августе ткачи и прядильщики предъявили администра¬
ции экономические требования: сокращение рабочего дня, отме¬
на штрафов за поломку машин и др. Администрация вынуждена
была 21 августа пойти на переговоры с рабочими и сделать
некоторые уступки. Выступление рабочих было приостановле¬
но, но 9 сентября оно возобновилось вновь, приняв бурный ха¬
рактер. Власти арестовали некоторых рабочих, пришедших для
переговоров с администрацией, подвергли избиению женщин и
детей, а затем посадили их в подвалы. «Это,— вспоминал уча¬
стник стачки Василий Герасимов,— возмутило нас всех до край¬
ности, и мы, не помня себя от гнева, начали бить все, что
только попалось под руки. Первым пострадал карцер, потом
подвалы, где были посажены женщины, затем мы проникли в
хозяйский дом и переломали там мебель, выбили окна. Мы ис¬
кали хозяина, но не могли найти; как потом мы узнали, он
спрятался в городе»55.
Царские власти послали войска для усмирения стачечников.
Бастующие продолжали борьбу и вначале сковали действия
солдат. Но вскоре безоружные и слабо организованные рабо¬
чие прекратили стачку. Наступила суровая расправа: 27 рабо¬
чих были присуждены к каторжным работам, либо высланы
или посажены в тюрьму.
Кренгольмская стачка явилась первым массовым совмест¬
ным выступлением русских и эстонских рабочих, объединивших¬
ся в борьбе с предпринимателями за свои классовые интересы.
Борьба кренгольмских рабочих оказала влияние на трудящихся
Петербурга. «О нарвских беспорядках и бессилии войск толки
ходят в столице, что весьма вредно действует на фабричных ра¬
бочих»56,— доносил обер-полицмейстер Трепов в III отделение.
Развитие стачечной борьбы
В 70-х годах стачечная борьба начала охватывать разные
районы Российской империи. В этой борьбе принимали участие
рабочие различных отраслей промышленности.
В Центрально-промышленном районе во главе стачечного
движения находились текстильщики. В начале 70-х годов заба¬
стовки и волнения произошли на московских фабриках Щенкова,
54 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 346.
55 В. Г. Герасимов. Жизнь русского рабочего. Воспоминания. М., 1959, стр. 43.
66 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 329.
82

Шибаева, Носовых, Кузнецова. В декабре 1871 г. выступили
рабочие Реутовской мануфактуры Мазуриных в Московской губ.
В 1873—1874 гг. против попыток предпринимателей уменьшить
заработную плату выступали рабочие текстильных предприя¬
тий Серпухова.
В стачках текстильщиков проявлялась часто наивная вера
в справедливость местных властей, в возможность найти у них
защиту от притеснения фабрикантов. Так, в апреле 1874 г.
600 рабочих ткацкой фабрики Шибаева в Богородском уезде
Московской губ. отправились в Богородск, чтобы обратиться
в полицию с жалобой на фабричную администрацию, которая
уменьшила расценки и повысила штрафы. Местным властям уда¬
лось запугать часть стачечников — 200 ткачей возвратились на
фабрику, единодушное выступление было сломлено.
Но не всегда наивность и вера в добрые намерения властей
руководили рабочими. С 24 июня до 4 июля 1875 г. бастова¬
ли 2500 рабочих серпуховской фабрики Н. Коншина. Стачечники
требовали сокращения работ накануне праздников на два часа,
протестовали против снижения заработной платы в связи с вы¬
работкой новых сортов тканей. В ответ на требования москов¬
ского вице-губернатора прекратить стачку, так как рабочие ни¬
чего от фабриканта не добьются, стачечники ответили: «Не бой¬
ся, добьемся; вон по соседству есть фабрика, так там допреж
было тоже так, а теперь... стребовал народ. Вот и мы побун-
туем, и у нас это будет»57. Упорство стачечников принесло
успех: фабрикант удовлетворил требования бастующих и даже
уплатил за дни забастовки.
Ареной выступления рабочих с начала 70-х годов стано¬
вится Петербург. В столице в борьбу вступают рабочие-метал¬
листы с Путиловского, Невского механического, Александров¬
ского заводов. В стачках участвуют рабочие и других отраслей
промышленности: текстильщики, строительные и портовые рабо¬
чие. Стачки и волнения столичных рабочих произошли в 1875—
1877 гг. На Путиловском заводе 10 февраля 1875 г. вспыхнуло
волнение 3200 рабочих из-за больших вычетов и штрафов. На
Невском механическом заводе волнение 2500 рабочих в апреле
того же года было вызвано задержкой заработной платы. Ле¬
том 1876 г. произошла стачка рабочих на четырех кирпичных
заводах, причиной которой явились тяжелые условия труда, низ¬
кая заработная плата. В декабре 1877 г. забастовали 800 ра¬
бочих Александровского механического завода, требуя повыше¬
ния заработной платы.
В борьбу втянулись и рабочие некоторых предприятий Ни¬
жегородской губ. Осенью 1876 г. на Сормовском заводе вспых¬
нула стачка в связи со снижением заработной платы.
67 А. Трофимов. Указ, соч., стр. 70.
83

Из 2000 рабочих завода в стачке приняли участие 500 чело¬
век. Это было стихийное оборонительное выступление против
усиления капиталистической эксплуатации, сопровождавшееся
битьем стекол в заводских помещениях. Стачка оказалась без¬
результатной— администрация все же снизила заработную пла¬
ту рабочим 58.
Борьба рабочего класса Украины в 70-х — начале 80-х го¬
дов носила еще во многом полупролетарский характер. Прав¬
да, в 70-х годах увеличился размах стачечного движения —
на Украине в это время произошло 64 выступления рабочих59
Но сам характер борьбы и контингент ее участников говорят
о том, что это во многом еще не было сформировавшимся про¬
летарским движением. В борьбу были вовлечены главным обра¬
зом разнорабочие, занятые на -строительстве железных дорог,
рабочие сахарных заводов и лишь в небольшой мере — рабо¬
чие чугунолитейных и машиностроительных предприятий.
Летом 1870 г. в Екатеринославе вспыхнула стачка времен¬
ных рабочих, занятых сплавом леса. Рабочие требовали повы¬
шения заработной платы, обращались с жалобами в суд. Упор¬
ная десятидневная стачка заставила лесопромышленников Пой¬
ти на уступки и повысить заработную плату.
В первой половине 70-х годов произошли стачки рабочих на
участках Киево-Балтийской, Ковельской, Тираспольской, Киши¬
невской, Лозово-Севастопольской, Киево-Брестской железных
дорогах. Рабочие требовали повышения и своевременной выда¬
чи заработной платы, улучшения бытовых условий. Они часто
обращались в суд, думая найти там защиту от угнетателей.
Но не находя заступничества, самовольно уходили на поиски
более выгодной работы.
В этот период в борьбу вовлекаются рабочие сахарных за¬
водов. Условия их труда являлись особенно тяжелыми. Многие
рабочие сахарных заводов были связаны общинным землеполь¬
зованием и должны были ежегодно вносить выкупные платежи
за землю и платить другие налоги. Рабочих часто лишали эле¬
ментарной свободы, держали взаперти на территории заводов.
Все это вызывало гневный протест, ненависть к эксплуататорам,
приводило к выступлениям рабочих.
Стачки рабочих-сахарников охватили в основном Киевскую
губ. В 1870 г. произошла стачка на Хохотвенском заводе Канев¬
ского уезда, где вожаками были рабочие П. Кривой и А. Илюш¬
кин, в 1874 г.— на Александровском сахарном заводе Чигирин¬
ского уезда. В 1878 г. на Бабинском сахарном заводе в ответ
на избиение приказчиком артельного старосты А. Бакулы за¬
58 А. И. Парусов. Первые шаги рабочего движения в Нижегородской губер¬
нии.— «Ученые записки Горьковского гос. ун-та им. Н. И. Лобачевского
(Серия историко-филологическая)», вып. XLIII, 1957, стр. 71.
59 О. А. Парасунько. Указ. соч. стр. 281.
84

бастовали 394 человека, требовавшие, «чтобы никто из приказ¬
чиков завода не смел толкать и бить рабочих», чтобы рабочих
«лечили в заводской больнице без вычета рабочих дней...»60
Вторым очагом рабочего движения на Украине была Ека-
теринославская губ. В 1874—1875 гг. выступили рабочие пред¬
приятий Новороссийского металлургического общества (Бах-
мутский уезд). В феврале 1874 г. рабочие-шахтеры потребовали
повышения заработной платы. Не добившись удовлетворения
своих требований, 500 шахтеров начали стачку.
В стачечную борьбу втягивались и квалифицированные рабо¬
чие Одессы. Успешно завершилась в конце 1875 г. стачка на¬
борщиков типографии А. Бирукова — они добились повышения
заработной платы. Организованно прошла в этом же году стач¬
ка рабочих на машиностроительном заводе Беллино-Фендериха,
где участниками «Южнороссийского союза рабочих» были рас¬
пространены печатные воззвания, направленные против сниже¬
ния заработной платы рабочих. Стачка эта окончилась безу¬
спешно. Но вторая стачка, организованная этим же «Союзом»
в августе 1875 г. на машиностроительном заводе Гулье-Бланшар-
да, привела к частичному удовлетворению требований рабочих61.
Первым открытым протестом пролетариата Грузии явилась
стачка 1872 г. на бумагопрядильной фабрике Мирзоева, вызван¬
ная сокращением заработной платы62. В 1877 г. на этой фаб¬
рике вновь вспыхнула стачка, так как фабрикант нарушил обя¬
зательства, данные русским рабочим, приехавшим на заработ¬
ки в Тифлис. Семьи русских ткачей, оказавшись в тяжелом по¬
ложении, потребовали от фабриканта денег для возвращения на
родину. Мирзоев отказался удовлетворить эту просьбу. Это воз¬
мутило всех рабочих фабрики и они объявили стачку, которая
явилась актом классовой солидарности русских и грузинских
рабочих. Выступление оказалось настолько единодушным, что
фабрикант вынужден был выдать русским ткачам деньги для
возвращения на родину63.
Одним из первых выступлений рабочих Азербайджана яви¬
лась стачка рабочих Кедабекского медеплавильного завода
в мае 1872 г. Стачечники требовали повышения и своевремен¬
ной выдачи заработной платы, улучшения жилищных условий
рабочих.
К 1870 г. относится начало стачечной борьбы польского про¬
летариата: рабочие одной из фабрик Варшавы объявили стачку,
потребовав возвращения им незаконных вычетов. В 1871 —
60 Там же, стр. 270.
61 Б. Итенберг. «Южнороссийский союз рабочих» — первая пролетарская ор¬
ганизация в России. М., 1954, стр. 75—77.
62 Н. А. Чахвашвили. Рабочее движение в Грузии (1870—1904 гг.). Тбилиси,
1958, стр. 91.
63 Там же, стр. 91—92.
85

1872 гг. бастовали рабочие суконной фабрики в Згерже, текстиль¬
щики Лодзи, горняки Милевиц. В 1874 г. рабочие Згержа вы¬
ступили более сплоченно — стачечной борьбой были охвачены
четыре суконные фабрики34. 2 февраля 1876 г. вспыхнула заба¬
стовка на одном из крупнейших варшавских предприятий — за¬
воде Лильпопа, Рау и Левенштейна64 65.
В рабочем движении на Урале все более проступали черты
пролетарских требований, хотя в некоторых выступлениях до¬
минировали еще крестьянские мотивы борьбы за земельный на¬
дел. Недовольство рабочих выливалось в стихийные формы, по¬
дачу прошений, жалоб, уход с работы. Однако на некоторых
заводах были проведены более или менее организованные
стачки.
Весной 1871 г. произошла месячная стачка 1500 рабочих
Холуницких железоделательных заводов (Вятская губ.), вы¬
званная отказом предпринимателей выдать аванс перед пасхой.
Рабочие требовали улучшения условий труда и повышения за¬
работной платы. Одним из наиболее активных руководителей
стачки был рабочий Я. Захваткин, призвавший к единодушному
выступлению стачечников. Властям удалось арестовать некото¬
рых стачечников. Это вызвало гневный протест бастующих:
«Как могли взять этих людей! Почему и за что хотите отпра¬
вить их в город? Мы ни за что не дадим их отправить»66.
Все же репрессиями удалось подавить стачку. В Вятской же губ.
произошли в 1872 и 1874 гг. стачки на заводах Ушакова67.
Одним из наиболее крупных выступлений на Урале была
стачка на заводе Демидова в Нижнетагильском округе в 1874 г.
Поводом для нее послужила попытка администрации ввести
расчетные книжки для рабочих. Это породило опасение, что
рабочие лишатся земельного надела. Рабочий П. Арамильцев
в своем прошении писал, что местное население боялось полу¬
чать расчетные книжки, так как предполагало, что этим ак¬
том оно превратится из «сельских работников», которым по за¬
кону полагается земельный надел в 5 десятин земли, в «мас¬
теровых», имевших право на надел в одну десятину68.
Но стачка эта была связана не только с крепостнически¬
ми пережитками. Отказ от расчетных книжек знаменовал со¬
бой и новый этап борьбы. Дело в том, что в расчетных книж¬
64 /У. Пухлое. Начало рабочего движения в Польше (70—80-е годы XIX в.).—
«Вопросы истории», 1951, № 12, стр. 157.
65 И. Волковичер. Начало социалистического рабочего движения в бывшей
русской Польше, ч. I. М.— Л., 1925, стр. 4.
66 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 252.
67 Там же, стр. 501—506; А. А. Мухин. Рабочее движение в Вятской губер¬
нии в 1859—1883 гг.— «История СССР», 1960, № 4, стр. 31—36.
68 Я. Б. Рабинович. Стачка на заводах Нижнетагильского округа в 1874
году.— «Ученые записки Пермского гос. ун-та им А. М. Горького», т. XVII,
вып. 4. Пермь, 1961, стр. 132.
86

ках содержались условия найма, носившие кабальный харак¬
тер, предусматривались различные штрафы «по усмотрению пра¬
вителя завода»69. Нормы же оплаты труда не указывались,
что открывало простор произволу администрации.
Активную роль в стачке играли рабочие Арамильцев, участ¬
вовавший еще в стачке начала 60-х годов, А. Островский,
А. Оносов, А. Бабкин, А. Субботин. «Особой смелостью» вы¬
делялся среди них энергичный 40-летний рабочий Островский,
пользовавшийся большим уважением местного населения70.
В 1874—1875 гг. произошли длительные и упорные стачки ра¬
бочих на Павловском, Добрянском и Очерском заводах Урала,
участники .которых требовали повышения заработной платы.
Таким образом, в эти годы в стачечное движение втяги¬
ваются рабочие Центрального и Северного промышленных рай¬
онов, пролетариат Украины, Кавказа, Польши. Требования ста¬
чечников не отличались большим разнообразием. Борьба раз¬
горалась главным образом в связи с попытками снизить зара¬
ботную плату, из-за задержек выплаты зарплаты, непомерных
штрафов и вычетов, тяжелых условий труда. Стачки в основном
носили оборонительный характер.
Стачки 70-х годов были для рабочих первой школой проле¬
тарского движения. Они способствовали выявлению и воспи¬
танию организаторов борьбы, вышедших непосредственно из
среды трудящихся, формированию участников первых рабочих
кружков и союзов.
Рабочие и революционная интеллигенция
В начале 70-х годов в России стали возникать рабочие
кружки, активную роль в организации которых играли рево¬
люционные народники. Рабочие же стремились сблизиться с
интеллигенцией, чтобы приобрести знания.
Зимой 1871/72 г. демократическая интеллигенция Петер¬
бурга- усердно вела легальные общеобразовательные занятия
с рабочими. Их обучали грамоте, знакомили с первоначальными
сведениями по истории, географии, физике. В начале 1873 г. за¬
нятия особенно оживились. В Выборгском районе, за Невской
заставой и в других районах столицы успешно действовали вид¬
ные народники П. Кропоткин, Д. Клеменц, С. Синегуб, С. Пе¬
ровская и др.71Познакомившись ближе с рабочими, пропаган-
69 Там же, стр. 133.
70 Там же, стр. 137; см. также кандидатские диссертации: В. Е. Четин. Рабо¬
чее движение в Пермской губернии в 1861 —1870 гг. М., 1953; С. С. Саф¬
ронов. Положение и борьба рабочих металлургических заводов Пермской
губернии после отмены крепостного права (1860—1880). М., 1954.
71 Ш. М. Левин. Кружок чайковцев и пропаганда среди петербургских рабо¬
чих в начале 1870-х годов.— «Каторга и ссылка», 1929, № 12 (61).
87

диеты постепенно стали переходить от общеобразовательных за¬
нятий к объяснению причин общественного неравенства, к во¬
просам социальной борьбы, к призывам объединиться против
угнетателей.
Осенью 1873 г. народники намеревались соединить наибо¬
лее активных рабочих Петербурга в федеративную организацию
с кассой и библиотекой. Участники этой организации должны
были впоследствии развернуть пропаганду в провинциальных
городах и сельской местности 72.
Так стали формироваться рабочие кружки, участники которых
пытливо искали причины тяжелой жизни трудящихся, стреми¬
лись найти выход из нужды и бесправия. Рабочие не сразу
осознали классовые задачи пролетариата. Они во многом еще
были связаны с крестьянской идеологией. Фабричных рабочих
К. Абакумова, Г. Крылова и Н. Шабунина интересовали в
первую очередь вопросы крестьянского «мира». Они задумыва¬
лись над тем, «где искать настоящую правду и как избыть
горе и нужду крестьянскую?». Рабочий Е. Воронов обращал
внимание на тяжелое положение крестьян, на непосильные на¬
логи 73. Но постепенно крестьянская идеология разрушалась,
из фабричных рабочих вырастали такие выдающиеся революци¬
онеры, как П. Алексеев, В. Герасимов, П. Моисеенко и др.
Народники многое рассказывали рабочим и о непосредствен¬
ной подготовке народного восстания. И. Чарушин объяснял, что
восстание нужно начать в отдаленных губерниях, а затем, ког¬
да царские войска будут туда оттянуты, организовать выступ¬
ление в столице 74. А. Сердюков говорил рабочим, что в резуль¬
тате восстания на развалинах царской России должно быть
построено новое общество на основе общинного владения зем¬
лей и промышленных ассоциаций 75.
Революционная пропаганда народников велась и на Юге
страны: Киеве и Одессе. В этих городах так же, как и в Пе¬
тербурге, пропаганде предшествовали общеобразовательные за¬
нятия. Однако результаты здесь были менее утешительны. Мно¬
гие артельные рабочие Киева оказались невосприимчивы к
социальной пропаганде. Несколько активнее протекала работа
в Одессе. В 1873 г. участники кружка Ф. Волховского охватили
пропагандой пять рабочих артелей (200 чел.). Рабочие с вни¬
манием и интересом относились к занятиям, часть из них ус¬
ваивала революционные идеи. Но бывало и такое. Однажды
72 Н. А. Чарушин. О далеком прошлом, ч. I—II. М., 1926, стр. 152—153.
73 Б. С, Итенберг. К вопросу о формировании революционных взглядов пер*
вых русских рабочих-революционеров.— «Вопросы истории», 1958, № 10,
стр. 48.
74 Б. С. Итенберг. Движение революционного народничества. М., 1965,
стр. 189.
75 «Процесс 193-х». М., 1906, стр. 6.
88

Желябов после очередной революционной пропаганды в одной
из артелей спросил рабочего: «Ну, что, брат, если бы теперь
тебе кто-нибудь дал 500 рублей, что бы ты сделал?» Ответ
оказался неожиданным: «Я? Я бы пошел в свою деревню и
снял бы лавочку» 76.
Такой образ мысли артельного рабочего был присущ и мно¬
гим другим рабочим 70—80-х годов, думавших не о социаль¬
ном перевороте, а о том, как бы улучшить свое экономиче¬
ское положение. Но это отнюдь не значит, что революционная
пропаганда народников не коснулась рабочих. Она оказала воз¬
действие на формирование взглядов молодого российского проле¬
тариата, просветила и приобщила наиболее пытливых рабочих
к революционному движению.
Вместе с тем и рабочее движение оказывало влияние на
развитие русской революционной мысли. Оставаясь на почве
народнического социализма, революционная интеллигенция тем
не менее не оказалась глухой к борьбе фабрично-заводских ра¬
бочих и стремилась к общению с их передовыми представи¬
телями.
Совместная деятельность революционной интеллигенции и
рабочих не ограничилась кружками. Она продолжала разви¬
ваться, принимать более сложные формы, организационно укреп¬
ляться. Это проявилось при создании «Всероссийской социально¬
революционной организации».
В конце 1874 г. группа народников объединилась в Москве
с передовыми рабочими и создала единую организацию, актив¬
ную роль в которой играл Петр Алексеев.
Алексеев вырос в семье бедного крестьянина Смолен¬
ской губ. Еще мальчиком нужда заставила его работать на фаб¬
рике. Тогда это был безграмотный, но любознательный деревен¬
ский парень. Пытливый ум и страстная жажда знаний определи¬
ли дальнейшую судьбу Алексеева: он самоучкой овладел грамо¬
той, пристрастился к чтению. Алексеев вошел в один из народни¬
ческих кружков в Петербурге и с тех пор целиком посвятил
себя борьбе с бесправием и угнетением народа. Переехав в кон¬
це 1874 г. в Москву, П. Алексееву удалось привлечь к организа¬
ции рабочих Н. Васильева, С. Агапова, Ф. Егорова, П. Нико¬
лаева и др. В Замоскворечье (затем в Сыромятниках) Алек¬
сеевым и его товарищами были сняты квартиры, на которых
конспиративно собирались рабочие и революционно настроен¬
ные интеллигенты; они беседовали, читали нелегальную литера¬
туру, завязывали новые связи.
Передовые рабочие, Алексеев, Баринов, Васильев и др., во¬
шедшие во «Всероссийскую социально-революционную органи¬
зацию», развернули пропаганду на фабриках и заводах Москвы.
76 А. И. Желябов. Женева, 1899, стр. 73—74.
89

Они обращались к своим старым фабричным знакомым, вовле¬
кали в свою деятельность и незнакомых рабочих, распростра¬
няли пропагандистские брошюры. Особенно активно действовал
32-летний ткач Н. Васильев. Участник «Организации» народник
A. Лукашевич свидетельствовал в своих воспоминаниях: «Нико¬
лай Васильев скоро выказал себя чрезвычайно энергичным, не¬
утомимым агитатором — имел огромный успех между фабричны¬
ми... Его уверенность основывалась на отчетливом знании лю¬
дей, с которыми приходилось иметь дело. Будучи неграмотным,
он, однако же, умел различать по внешнему виду и ему одному
известным приметам книжки, несколько раз прочитанные вслух
в его присутствии,— мог отличить, например, книжку «про Пу¬
гача» от «Хитрой механики» и т. д. Отправляясь на пропа¬
ганду в ту или иную артель, он всегда знал, какими книжка¬
ми следовало в данном случае запастись, и требовал из на¬
шего маленького склада именно их. Он раздал таким образом
массу книжек» 77.
Вскоре пропагандой были охвачены рабочие текстильных
предприятий Носовых, Гучкова, Лазарева, Гюбнера, Механиче¬
ского завода Дангауэра и др. На ряде фабрик были созданы
небольшие кружки рабочих, связанные с центром «Организа¬
ции» 78.
«Всероссийская социально-революционная организация» рас¬
пространила свою деятельность и за пределы Москвы — в Ива¬
ново-Вознесенск, Тулу, Киев. В Иваново-Вознесенске вели про¬
паганду московские рабочие С. Агапов и И. Баринов. Во вре¬
мя их ареста местные рабочие выразили им свою солидарность,
угрожали жандармам и полиции. Участие рабочих в составе
организации революционных народников придавало пропаганде
более действенный характер. Пропаганда передовых рабочих
была значительно эффективнее, чем у демократической интелли¬
генции, двинувшейся в народ весной 1874 г.
Активно вели пропаганду в Петербурге в 1875 г. ткачи
B. Герасимов и Д. Александров, окончательно приобщившиеся
К революционной деятельности в кружке студента Петербург¬
ского университета В. М. Дьякова. Эти рабочие пропаганди¬
ровали среди ткачей фабрики Чешера и солдат лейб-гвардии
Московского полка. «Александров рассказывал солдатам, что
в России скоро произойдет революция, так как «мужиков боль¬
ше, чем солдат: солдат 800 тыс., а мужиков 82 млн.; да сол¬
даты и не пойдут против отцов и матерей, а перейдут на их
сторону»»79. Герасимов читал солдатам революционную прокла¬
мацию «Чтой-то, братцы, как тяжко живется нашему брату на
11 А. О. Лукашевич. В народ! —«Былое», 1907, № 3, стр. 39.
78 Н. С. Каржанский. Московский ткач Петр Алексеев. М., 1954, стр. 43.
79 В. Г. Герасимов. Указ, соч., стр. 9.
90

русской земле», в которой содержался призыв к трудящимся
объединить свои силы и расправиться с царем и его слу¬
гами. Рабочий-пропагандист объяснял солдатам причины тяже¬
лой жизни угнетенных и убеждал их не выступать против на¬
рода, а перейти на его сторону.
Круг чтения
К революционной борьбе 70-х годов приобщилась небольшая
часть передовых рабочих. Основная же их масса в то время
была малограмотной, глубоко верила в царя и бога, мало ин¬
тересовалась политической жизнью страны. Но сознательные ра¬
бочие стремились к просвещению, к знаниям.
В знаменитой речи Петра Алексеева на суде есть такие
дышащие гневом слова: «Разве у нас есть полезные и доступ¬
ные книги для работника? Где и чему они могут научиться?
А загляните в русскую народную литературу! Ничего не может
быть разительнее того примера, что у нас издаются для народ¬
ного чтения такие книги, как «Бова королевич», «Еруслан Ла¬
заревич», «Ванька Каин», «Жених в чернилах и невеста во щах»
и т. п. Оттого-то в нашем рабочем народе и сложились такие
понятия о чтении: одно — забавное, а другое — божествен¬
ное» 80.
Действительно, в среде малоразвитых рабочих пользова¬
лись популярностью произведения лубочной литературы. Напи¬
санные вульгарным языком, с подделкой под народность, в форме
дешевого балагурства, они не могли удовлетворить сознатель¬
ных рабочих.
Читались рабочими и такие периодические издания, как
газета «Мирское слово» (1863—1879), журнал «Народный лис¬
ток» (1876—1879) и др., которые были призваны воспитывать
народ в духе покорности, уважения и любви к престолу. Боль¬
шое место в этих изданиях отводилось публикации религиозных
проповедей, рассказам о представителях царской фамилии. По¬
мещались в них и небольшие статьи общеобразовательного ха¬
рактера, печатались народные поговорки.
Увлекались некоторые рабочие журналом «Библиотека для
чтения» (1875—1885), в котором публиковались переводные ро¬
маны о необыкновенных приключениях. Более начитанные и
развитые рабочие читали либеральные газеты «Голос», «Бир¬
жевые ведомости», «С.-Петербургские ведомости» и др.
Разумеется, значительно шире был круг чтения пытливых
рабочих-революционеров. Они воспитывались на демократиче¬
ской литературе, на статьях журналов «Современник» и «Оте¬
чественные записки», на естественнонаучных произведениях, на
80 «Революционное народничество 70-х годов XIX века», т. I. М., 1964,
стр. 365.
91

многочисленных народнических нелегальных изданиях, на рабо¬
тах европейского социализма: от Ф. Лассаля до К. Маркса.
В списках книг библиотеки рабочих Петербурга, составлен¬
ных в 1873—1874 гг., значились естественнонаучные работы:
«Физиология» Сеченова, «Химия» Малиньи и Фабра, «Популярная
гигиена», «Элементарная физика». Были и произведения Добро¬
любова, Чернышевского, Шелгунова, Флеровского. Упоминались
два тома Лассаля, работы Бокля, переводная революционная
беллетристика («Эмма» Швейцара, «Один в поле не воин»
Шпильгагена, «Франц фон-Зиккинген» Лассаля и др.). Рабочие
читали «Очерки фабричной жизни» Голицинского, «Путешествие
из Петербурга в Москву» Радищева, «Капитанскую дочку» Пуш¬
кина, пропагандистские народнические брошюры, произведения
Лаврова и Бакунина 81.
Рабочий М. Малиновский интересовался работами Михай¬
лова: «Пролетариат во Франции» и «Об ассоциациях». Он чи¬
тал своим товарищам судебные речи Лассаля, указывая, что
Лассаль вступил в борьбу с прусским правительством, которое
не могло его победить82. Петр Моисеенко вначале увлекался
пропагандистскими брошюрами. Затем он приобщился к чте¬
нию трудов С. М. Соловьева и Н. И. Костомарова, прочитал
роман Л. Н. Толстого «Война и мир». Особое впечатление оста¬
лось у Моисеенко от книги А. Н. Радищева «Путешествие из Пе¬
тербурга в Москву». «Я не знаю,— вспоминал он,— как выра¬
зить то чувство, которое на меня произвела эта книга. Я пла¬
кал, злился, возмущался... Ведь я хорошо помнил крепостное
право и сам был бит барином, хотя тогда мне и было не бо¬
лее пяти лет. Все это я помнил. И вот — книга, которая вско¬
лыхнула во мне всю горечь и ненависть против помещиков» 83.
Необычайную любознательность проявил петербургский слесарь
Антон Городничий. «Чем только пе интересовался этот человек,
в детстве научившийся грамоте! Политическая экономия и хи¬
мия, социальные вопросы и теория Дарвина одинаково привле¬
кали к себе его внимание, возбуждали в нем одинаковый ин¬
терес, и, казалось, нужны были десятки лет, чтобы при его
положении хоть немного утолить его умственный голод»84.
Широкое распространение среди рабочих получили народни¬
ческие пропагандистские издания, призывающие к народному
восстанию против царя, фабрикантов, помещиков. Они были про¬
никнуты оптимизмом, верой в торжество революции: народ под¬
нимется и раздавит «всех грабителей, всех мучителей безжа-
81 Э. А. Корольчук. Северный союз русских рабочих. Л., 1946, стр. 47—49;
О. Д. Соколов. На заре рабочего движения в России. М., 1963, стр. 188—
281.
82 А. Файнштейн. Марк Малиновский — рабочий-пропагандист начала 70-х го¬
дов. М., 1923, стр. 17.
83 П. А. Моисеенко. Воспоминания старого ревлюционера. М., 1966, стр. 47,
84 Г. В. Плеханов, Соч., т. III, стр. 132.
92

лостных ... В городах все заводы и фабрики во владения рабо¬
чим достанутся ... И не будет тогда ни царя, ни помещиков,
ни хозяев, ни начальников»85. В популярном среди революци¬
онного подполья сборнике стихов содержались призывы к на¬
родному восстанию.
«Нет, довольно страдать,
На людей работать!
Кликну я кузнецов,
Пик, ножей накуем,
Пушек, ядер нальем,
И густою толпой
За свой труд вековой
Мы на битву пойдем —
Все вверх дном повернем!» 86
Многое для понимания социального неравенства, необходи¬
мости борьбы трудящихся с угнетателями давала народниче¬
ская газета «Работник», рассчитанная на крестьянина и рабо¬
чего.
Газета пропагандировала идею солидарности трудящихся всех
стран, писала об одинаковой судьбе рабочих: от берегов Вол¬
ги до берегов Сены, от Каспия до Белого моря — везде работ¬
ники становятся рабами, им «слезы и горе, господину — смех
да веселье» 87. Выход для трудящихся различных национально¬
стей газета видела в объединении. «И стали французские рабо¬
чие,— писалось в статье «Сговор»,— сговорившись между собой,
сговариваться и с немецкими, и с итальянскими, и с испан¬
скими, и с английскими; разрастается сговор рабочих по всей
земле» 88.
Первое знакомство передовых рабочих с произведениями
К. Маркса и Ф. Энгельса произошло благодаря пропаганде ре¬
волюционных народников. Одним из популярных изданий, рас¬
пространяемых среди рабочих, была работа К. Маркса «Граж¬
данская война во Франции», переведенная с немецкого языка
на русский в 1871 г. «чайковцем» С. Клячко89. Сила воздей¬
ствия этого произведения заключалась, в частности, в том, что
оно раскрывало роль рабочих Парижа в революционном дви¬
жении. В рабочих кружках изучался и «Капитал» К. Маркса.
С ним в конце 1872 г. познакомились рабочие Петр Алексеев
85 «Где лучше? Сказка о четырех братьях и об их приключениях». М., 186ö
(выходные данные вымышленные), стр. 64.
86 «Сборник новых песен и стихов». [Женева], 1873, изд 5, стр. 32.
87 «Работник» (1875—1876). М., 1933, стр. 49.
88 Там же, стр. 38,
89 Н. А. Троицкий. Об авторе первого русского перевода «Гражданская вой¬
на во Франции» К. Маркса.—«Новая и новейшая история», 1964, № 1,
93

П. А. АЛЕКСЕЕВ
и Марк Малиновский. Народ¬
ник С. Е. Лион популярно
разъяснял рабочим некоторые
разделы «Капитала». Рабочие,
несмотря на то, что это проис¬
ходило после утомительной ра¬
боты, «слушали с величайшим
интересом, с жадностью и на¬
слаждением» 90.
Симптоматично, что некото¬
рые рабочие стремились, опи¬
раясь на экономическое учение
К. Маркса, объяснить явления
российской действительности.
Рабочего «Тимофеича» волно¬
вал, например, такой вопрос:
«Как выделить то, что называ¬
ется прибавочной ценностью в
сельских работах, продолжаю¬
щихся чуть ли не целые сут¬
ки»91. В дальнейшем с «Капи¬
талом» К. Маркса знакомили
рабочих и народовольцы. Не
все рабочие могли сами читать и понимать этот труд. В москов¬
ских кружках слушатели во время устных бесед получали пред¬
ставление о теории ценности К. Маркса92. В железнодорожных
мастерских Ростова «Капитал» изучался по статьям Зибера, на¬
ибольшей популярностью из которых пользовалась его статья
«Рабочий день по Марксу»93.
В начале 80-х годов в Ростове-на-Дону выходил гектогра¬
фированный журнал «Рабочий». В статьях этого журнала, напи¬
санных рабочими (А. Карпенко, В. Кудряшов и др.), наряду
с народовольческими и лассальянскими идеями, много места
уделялось и учению К. Маркса. Особенно убедительно это об¬
наруживается в статье «Записки по политической экономике».
В ней указывалось, что происходит процесс пробуждения соз¬
нания рабочих, нарастание социального протеста. «Сквозь гнет
политического и экономического насилия и порабощения все
чаще и чаще вспыхивают схватки тружеников-пролетариев с
эксплуатацией капитала, все громче и громче раздаются среди
90 С. Е. Лион. От пропаганды к террору (Из одесских воспоминаний семиде¬
сятника).—«Каторга и ссылка», 1924, № 5 (12), стр. 17.
91 С. А. Викторова-Вальтер. Из жизни революционной молодежи второй по¬
ловины 1870-х годов.— «Каторга и ссылка». 1924, № 4 (11), стр. 72.
92 Н. Волков (И. Майков). Народовольческая пропаганда среди московских
рабочих в 1881 г.— «Былое», 1906, № 2, стр. 180.
93 В. С. Панкратов. Воспоминания. М., 1923, стр. 66.
94

рабочих Масс всех стран и йациойальностей требования эко¬
номических и политических прав, а это все указывает на то,
что прочность современного экономического порядка является
только вопросом времени»94. Статья свидетельствует, что к се¬
редине 80-х годов передовые рабочие были подготовлены для
восприятия и популяризации идей марксизма.
Знакомство
с международным социалистическим движением
Революционные взгляды передовых представителей россий¬
ского пролетариата формировались в то время, когда рабочий
класс Европы накопил богатый опыт борьбы со своими клас¬
совыми врагами. Чартистское движение в Англии, революция
1848—1849 гг. во Франции, Германии, Австрии, деятельность
I Интернационала, Парижская Коммуна, развитие социал-демо¬
кратического движения в Германии в 70-х годах — все это вы¬
зывало интерес у наиболее сознательных рабочих-революционе¬
ров России, которые после падения крепостного права вступи¬
ли на путь борьбы за социальное освобождение.
Первое знакомство передовых российских рабочих с между¬
народным движением пролетариата произошло благодаря ре¬
волюционным народникам, которые с начала 70-х годов рас¬
сказывали в рабочих кружках об Интернационале и Париж¬
ской Коммуне. Рабочие с,глубоким интересом изучали, как уже
указывалось, работы К. Маркса, произведения Ф. Лассаля о ра¬
бочем движении в Германии, многочисленные статьи о борьбе
пролетариата в Европе, опубликованные в народнических неле¬
гальных изданиях «Работник», журнале и газете «Вперед!»,
«Земля и воля» и др.
Разумеется, многие произведения, читаемые рабочими, трак¬
товали проблемы революции с позиции утопического социализ¬
ма. Но знакомство с борьбой европейского пролетариата ук¬
репляло у рабочих России мысли о международной солидар¬
ности трудящихся, усиливало понимание важности изучения
опыта борьбы своих братьев по классу.
В конце 1874 г. студент Петербургского университета В. Дья¬
ков начал занятия с рабочими фабрики Чешера. В программе,
составленной для этих занятий, говорилось о том, что капи¬
талистическое общество состоит из «людей не работающих и
людей работающих», что, несмотря на различие государствен¬
ного устройства многих стран, везде существует «бедствие ра¬
бочих масс». Программа предусматривала изучение стачечной
94 «Рабочий». Ростовский журнал 1883 г.» (Послесловие С. Валка).—«Лите¬
ратурное наследство», 1932, № 2, стр. 98.
95

борьбы рабочих Западной Европы, деятельности I Интернацио¬
нала 95.
Орган «Северного союза» газета «Рабочая заря» сообщала,
что рабочие Англии, Франции, Германии, Америки и других го¬
сударств объединились в союзы и представляют грозную силу.
Этому примеру должны последовать и рабочие России 96.
Среди событий международного революционного движения
особое влияние оказывала на рабочих Парижская Коммуна. Ак¬
тивность коммунаров привлекала рабочих-революционеров Рос¬
сии, стремившихся в практической борьбе решить социальный
вопрос. На митинге, собравшемся 18 марта 1878 г. в Одессе,
был принят адрес рабочих России к пролетариату Франции, в ко¬
тором говорилось: «Мы работаем на своей родине для той же
великой цели, для достижения которой погибло в 1871 г. на
баррикадах Парижа столько ваших братьев, сестер, отцов, сы¬
новей, дочерей и друзей» 97.
Борьба европейского пролетариата, его активная роль в со¬
циальном движении вызвала у передовых рабочих России по¬
требность изучить этот опыт, познакомиться с жизнью и дея¬
тельностью зарубежных товарищей. Для этого необходимо было
самим рабочим предпринимать поездки в передовые страны
Европы. Это было трудно, но отдельные рабочие уезжали за
границу. Среди них был и Виктор Павлович Обнорский.
В. П. Обнорский родился в семье унтер-офицера. Ему уда¬
лось окончить Вологодское уездное училище, а затем овладеть
слесарным мастерством. Семнадцатилетним парнем, без паспор¬
та, не имея средств, он приехал в Петербург и начал рабо¬
тать на Патронном заводе Нобеля.
С начала 70-х годов Обнорский приобщился к революцион¬
ной деятельности, которую развернули народники в столице.
Весной 1874 г. он из Одессы, где вел пропаганду среди рабо¬
чих, пароходом, устроившись смазчиком, отправился в Лондон,
затем был в Париже и Женеве. В ноябре 1876 г. он совершил
вторую зарубежную поездку. Обнорский на этот раз изучал по¬
ложение и революционное движение пролетариата в Женеве,
Берлине, Париже и Лондоне. Весной 1877 г. он избирается в
Женеве членом комитета «Общества пособия политическим из¬
гнанникам из России» и занимается подысканием работы на
предприятиях Женевы политическим эмигрантам. Осенью
1877 г. В. Обнорский возвратился из второй заграничной поезд¬
ки в Петербург, а через год вновь (с паспортом на имя дво¬
рянина Дмитрия Зайдера) прибыл в Лондон, затем в Париж.
При возвращении в Россию умелый конспиратор завязывает
95 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 57.
96 Там же, стр. 274.
97 Там же, стр. 234.
96

связи с деятелями польского рабочего движения98. Непосред¬
ственное знакомство с развитием борьбы европейского проле¬
тариата способствовало возникновению у Обнорского стремле¬
ния к созданию рабочей организации в Петербурге.
В 1874 г. отправились за границу петербургские рабочие
С. Виноградов и К- Иванайнен. С большими трудностями уст¬
роившись на работу в Цюрихе, они изучали немецкий язык,
знакомились с социалистическим движением местного пролета¬
риата. Рабочие из России сблизились с Г. Грейлихом, рабочим-
переплетчиком — основателем секции Международного Товари¬
щества Рабочих в Цюрихе. Весной 1875 г., при возвращении
в Россию, Виноградов и Иванайнен были арестованы, находи¬
лись около двух лет в заключении. После освобождения они
приняли участие в организации «Северного Союза русских ра¬
бочих».
ПЕРВЫЕ ПРОЛЕТАРСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ
Под влиянием стачечной борьбы в России и пролетарского
движения на Западе происходил процесс создания первых не¬
легальных рабочих союзов, которые в ряде принципиальных
вопросов начали расходиться с народнической программой. Это
проявилось при возникновении «Южнороссийского союза рабо¬
чих» и «Северного союза русских рабочих», которые «...стоя¬
ли в стороне от направления русских социалистов; эти рабочие
организации требовали политических прав народу, хотели вести
борьбу за эти права, а русские социалисты ошибочно считали
тогда политическую борьбу отступлением от социализма»99.
«Южнороссийский союз рабочих»
«Южнороссийский союз рабочих» был основан весной 1875 г.
в Одессе. Одесса быстро развивалась как торгово-промышлен¬
ный город, в котором сосредоточивалось большое число рабо¬
чих из различных районов России. Кроме кадровых пролетари¬
ев, работающих на промышленных предприятиях, здесь были
значительные группы сезонников — каменщики, штукатуры,
плотники, портовые грузчики. В город, благодаря его порто¬
вому положению, быстро проникали сведения о революционном
движении в Европе, через Одессу просачивалась в Россию лите¬
ратура русской революционной эмиграции.
«Союз» стал формироваться из рабочих кружков заводов
Беллино-Фендерих, Гулье-Бланшарда, Зебека и фон Валя и дру¬
гих предприятий города. Вначале рабочих привлекала идея ко-
98 И. Волковичер. Указ, соч., стр. 75—77.
99 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 4, стр. 245.
4 Заказ № 2671
97

оперативных предприятий, которые, как им казалось, должны
были улучшить их экономическое положение. Но вскоре выясни¬
лось, что деятельность в этом направлении не дает ожидаемых
результатов (рабочие пытались организовать баню на коопе¬
ративных началах), что идеи создания производительных ассо¬
циаций являются утопичными и не могут способствовать орга¬
низации рабочего союза.
В начале 1875 г. на заводе Гулье-Бланшарда организуется
ссудо-сберегательная касса рабочих, которая привлекла рабочих
и других предприятий Одессы. Касса должна была способство¬
вать борьбе пролетариата: имея средства, рабочие могли ак¬
тивнее выступать в стачечной борьбе. В «Уставе братской кассы
одесских рабочих» указывалось на необходимость борьбы с
«привилегированными классами». В дальнейшем касса одесских
рабочих стала превращаться в революционную организацию ра¬
бочих. Это отчетливо выразил Е. О. Заславский, руководитель
«Союза», заявивший на одной из сходок, что необходимо «учре¬
дить общество, которое действовало бы против правительства,
что ссудо-сберегательную кассу, в которую уже поступили взно¬
сы, нужно обратить в кассу этого противоправительственного
общества, а для того, чтобы правительство не открыло этого
общества, нужно выбрать от каждой фабрики и каждого завода
депутатов, которые собирали бы с членов общества деньги, вно¬
сили бы их в кассу и сообщали бы членам общества, какие
нужны будут сведения» 10°.
После многочисленных обсуждений проекта устава органи¬
зации, в ходе которых проявилось творчество наиболее актив¬
ных рабочих, в апреле—мае 1875 г. был принят устав «Южно¬
российского союза рабочих». Это очень краткий документ, ко¬
торый не дает возможности полностью выяснить идеологию уча¬
стников «Союза». В уставе имеется вступительная часть, кото¬
рую, по словам его участника М. П. Скверн, «можно назвать
политическим «Credo» «Союза»»100 101, сжатой программой рабо¬
чей организации. В ней говорится: «Сознавая: что установив¬
шийся ныне порядок не соответствует истинным требованиям
справедливости относительно рабочих; что рабочие могут до¬
стигнуть признания своих прав только посредством насильствен¬
ного переворота, который уничтожит всякие привилегии и пре¬
имущества и поставит труд основою личного и общественного
благосостояния...» 102
Некоторые идеи этой части устава не были новыми для ре¬
волюционно-демократического движения 70-х годов. Мысль о
том, что следует бороться за справедливый социальный поря¬
100 Б. Итенберг. «Южнороссийский союз рабочих» — первая пролетарская ор¬
ганизация в России, стр. 36—37.
101 «Южнороссийский союз рабочих». Николаев, 1924, стр. 26.
102 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2. М., 1950, стр. 104—105.
98

док, содержалась в программе журнала «Вперед!» (1873 г.).
В ней указывалось, что задачей движения является «борьба ра¬
бочего против классов, его эксплуатирующих, борьба свобод¬
ной ассоциации против обязательной государственности,— коро¬
че говоря, строя общества» 103. Что же касается призыва к «на¬
сильственному перевороту», то такой призыв пронизывал всю
пропагандистскую литературу революционных народников раз¬
личных идейных оттенков. Правда, в приведенном отрывке ус¬
тава чувствуется понимание главной роли рабочих в движении
за справедливый строй. Этот акцент заметно усиливается в
дальнейшем изложении программных положений «Союза». При¬
знается, что насильственный переворот «может произойти только
при полном сознании всеми рабочими своего безвыходного по¬
ложения и при полном их объединении,— мы, рабочие Южно¬
российского края, соединяемся в один союз под названием:
«Южнороссийского союза рабочих», поставляя себе целью во-
первых: пропаганда идеи освобождения рабочих из-под гнета
капитала и привилегированных классов; во-вторых: объедине¬
ние рабочих Южнороссийского края; в-третьих: для будущей
борьбы с установившимся экономическим и политическим по¬
рядкам]» 104.
Эта часть «Credo» «Союза» выражает собственные настрое¬
ния участников рабочей организации, которые стремятся к клас¬
совой солидарности, к объединению пролетариата целого края
для борьбы с «экономическим и политическим порядком». Осо¬
бенно следует отметить постановку участниками первой рабочей
организации вопроса о борьбе с царившими политическими по¬
рядками в России. Это требование расходилось с аполитиз¬
мом, господствовавшим во взглядах революционных народников
70-х годов до возникновения «Народной воли». Показательно и
то, что на устав «Союза» оказали влияние «Временный устав
Международного товарищества рабочих», написанный К- Марк¬
сом, и устав «Международной ассоциации рабочих Центральной
Женевской секции».
«Южнороссийский союз рабочих» объединял 50—60 пролета¬
риев, активных членов организации. Вокруг них группировалось
около 200 рабочих, которые в той или иной мере разделяли воз¬
зрения участников «Союза», хотя и не являлись членами ор¬
ганизации.
Познакомимся с наиболее деятельными членами «Союза».
Слесарь железнодорожных мастерских Ф. Кравченко с 11 лет
начал тяжелую жизнь рабочего. К революционной деятельности
он приобщился после того, как в 1873 г. прослушал лекции За¬
славского по политической экономии.
103 П. Л. Лавров. Избр. соч., т. II. М., 1934, стр. 25.
104 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 104—105.
99
4*
А Зак. 2671

Е, О. ЗАСЛАВСКИЙ
Сын солдата П. Силенко
остался сиротой после эпиде¬
мии холеры. «Я видел и испы¬
тал всю неустойчивость поло¬
жения рабочего и знал, что ему
нет выхода из этого положения,
что он обречен всю жизнь свою
влачить полусытым, полуголод¬
ным бездомником»,— объяснял
он суду мотивы своего участия
в «Союзе».
М. Курганский из-за недо¬
статка средств не мог окончить
уездного училища и стал рабо¬
тать учеником кузнеца. Затем
он был кочегаром на парохо¬
дах, а потом поступил сле¬
сарем в мастерскую Одесской
железной дороги, где стал чле¬
ном «Союза».
Рабочий завода Гулье-
Бланшарда С. Лущенко провел
свою молодость матросом на
флоте, был в Китае, Японии. Трудная жизнь закалила его, при¬
вела к пониманию необходимости борьбы с социальной неспра¬
ведливостью.
С. Наумов с 10 лет начал обучаться типографскому делу в
г. Умани. После 6 лет непосильного труда он бежал из города и
поселился в Одессе, где7 в 1874 г. поступил на работу в типо¬
графию Заславского.
Зрелым рабочим-революционером показал себя Н. Наддачин.
Это был образованный рабочий, изучавший «Капитал» Маркса,
работы Бокля и Луи Блана, читавший роман Чернышевского
«Что делать?» В мае 1875 г. он организовал в Ростове-на-Дону
отделение «Южнороссийского союза рабочих».
Члены «Союза» активно выступали на сходках, распростра¬
няли нелегальные издания, вовлекали в революционную деятель¬
ность наиболее подготовленных рабочих. «Южнороссийский союз
рабочих», просуществовав менее года, не имел возможности в
полной мере развернуть свою деятельность. Вместе с тем ему
удалось организовать две стачки рабочих, начать работу по
объединению пролетариата Южнороссийского края, откликнуть¬
ся на борьбу славянских народов на Балканском полуострове,
завязать связи с русской революционной эмиграцией, получать
из Лондона нелегальные издания. Но в «Союз» проник преда¬
тель, который донес о существовании рабочей организации.
В декабре 1875 г. начались аресты участников «Союза». Жан¬
100

дармское дознание показало, что «в Одессе образовалось в сре¬
де рабочих фабрик и заводов тайное сообщество, имевшее целью
ниспровергнуть существующий государственный и социальный
порядок» 105.
Дело о «Южнороссийском союзе рабочих» рассматривалось
в Петербурге в мае 1877 г. в Особом присутствии Правитель¬
ствующего сената. Это был первый политический процесс в Рос¬
сии по делу рабочих-революционеров, выступивших с програм¬
мой борьбы за свое освобождение. Рабочий Силенко напомнил
на процессе о бедственном положении пролетариата, об эксплуа¬
тации их хозяевами, о безработице, «когда рабочих рассчитыва¬
ли сотнями» 106.
27 мая 1877 г. состоялся приговор суда. Руководитель «Сою¬
за» Е. О. Заславский был приговорен к 10-летней каторге;
Я. Рыбицкий и Ф. Кравченко — к 5 годам каторги; С. Наумов,
П. Силенко, М. Ляхович, В. Мрачковский— к поселению в Си¬
бирь с лишением всех прав состояния 107. Осуждены были и
другие участники «Союза».
«Северный союз русских рабочих»
Стремление к созданию самостоятельных организаций, к ак¬
тивному политическому протесту сказалось и среди петербург¬
ских рабочих.
С 18 по 25 января 1877 г. в Особом присутствии Прави¬
тельствующего сената рассматривалось дело о демонстрации на
Казанской площади в Петербурге 6 декабря 1876 г. Товарищ
прокурора К. И. Поскочин обратил внимание суда на необыч¬
ное явление — на скамье подсудимых находились вместе с рево¬
люционной интеллигенцией и рабочие. В связи с этим он спра¬
шивал: «Есть ли у них общие интересы? Одни из них должны
работать, трудиться, зарабатывать насущный кусок хлеба, тогда
как другие заняты интересами более высшими, интересами нау¬
ки. Что же это за связь?» 108
Между тем участие рабочих в судебном процессе революци¬
онных народников явилось отражением усиления активности пе¬
редовых пролетариев. В конце 1876 г. пропаганда среди рабочих
Петербурга успешно развивалась. Кружки действовали в Галер¬
ной Гавани на Васильевском острове, на Обводном канале за
105 Там же, стр. 128.
108 «Южнорусские рабочие союзы». М., 1924, стр. 133.
107 Л. П. Рощевская. Члены Южнороссийского союза рабочих в Тобольской
ссылке.— «Ученые записки Тюменского гос. пед. ин-та». Исторический
сборник, т. 33, вып. 1 (6). Тюмень, 1967, стр. 133—165.
108 «Государственные преступления в России в XIX веке», т. II. Ростов-на-
Дону, [б. г.], стр. 78.
101

Невской заставой, в Колпино и других местах города. Еще
весной 1876 г. учащаяся молодежь организовала демонстрацию
во время похорон студента П. Ф. Чернышева, умершего в тюрь¬
ме от туберкулеза. Эта демонстрация не прошла бесследно.
«Наше настроение увлекло, наконец, и рабочих» — вспоминал
по этому поводу Плеханов109. Рабочие решили организовать
«свою демонстрацию, и притом такую, которая своим резко¬
революционным характером совершенно затмила бы демонстра¬
цию «интеллигентов» »110 111.
Демонстрации предшествовала предварительная подготовка.
По свидетельству Плеханова, вечером 4 декабря члены «Земли
и воли» и влиятельные рабочие различных предприятий Петер¬
бурга устроили собрание и решили провести демонстрацию,
«если на нее соберется хоть несколько сот человек» ш. 6 декаб¬
ря, около часу дня, у Казанского собора собралось несколько
сот человек революционной интеллигенции и рабочих. Они ре¬
шили почтить память погибших борцов за народное дело и за¬
явить свою солидарность с теми, кто томится в тюремных за¬
стенках, на каторге, в ссылке за преданность интересам трудя¬
щихся.
С краткой речью на демонстрации выступил Плеханов:
«Друзья! Мы только что отслужили молебен за здравие Нико¬
лая Гавриловича (Чернышевского) и других мучеников за на¬
родное дело... Таких людей — не один Чернышевский,— их было
и есть много: декабристы, петрашевцы, каракозовцы... они стоя¬
ли и стоят за народное дело; я говорю — народное, потому что
оно начато было самим народом. Припомните Разина, Пугаче¬
ва, Антона Петрова!...» Свою речь Плеханов закончил словами:
«Мы собрались, чтобы заявить здесь перед всем Петербургом,
перед всей Россией нашу полную солидарность с этими людьми;
наше знамя — их знамя; на нем написано «Земля и воля кре¬
стьянину и работнику!»»112 113. В это время 17-летний рабочий
Яков Потапов развернул над толпой красное знамя с надписью:
«Земля и воля». Это знамя с возгласами «Ура» переходило из
рук в руки, развеваясь над головами демонстрантов.
Демонстрация была разогнана, многие ее участники были
заключены в тюрьму, отправлены на каторгу. По мнению совре¬
менника, неизвестного автора рукописи «По поводу собрания рус¬
ской народной партии 6 декабря 1876 года», вовлечение город¬
ских рабочих в Казанскую демонстрацию свидетельствовало о
начале «активного вмешательства нового, необыкновенно важно¬
го элемента в ход политической жизни России» нз.
109 Г. В. Плеханов. Соч., т. III, стр. 150.
110 Там же.
111 Там же, стр. 151.
112 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 189.
113 Э. А. Корольчук. Указ, соч., стр. 276.
102

В. П. ОБНОРСКИЙ
Еще более активно высту¬
пили рабочие на демонстрации
в Петербурге в декабре 1877 г.,
вызванной гибелью во время
взрыва их товарищей с Пат¬
ронного завода. Попытка поли¬
ции разогнать демонстрантов
не имела успеха: рабочие
дружно и решительно дали от¬
пор. Это произвело сильное
впечатление на участников ре¬
волюционной борьбы и, как от¬
мечал Плеханов, доказало, что
«даже незатронутые пропаган¬
дой рабочие вполне способны к
решительному и единодушному
действию» 114.
Середина 70-х годов озна¬
меновалась стремлением петер¬
бургских заводских рабочих к
созданию самостоятельной ор¬
ганизации. Зимой 1875 г. соби-
раются сходки рабочих на
квартире у слесаря Д. Н. Смирнова. Одно из собраний рабочих
состоялось 12 февраля 1876 г. в комнате Плеханова на Петер¬
бургской стороне. Собрание началось без всяких формальностей,
с частных бесед, превратившихся в общий разговор. «Благодаря
этому,— вспоминал Плеханов,— прения много теряли в смысле
порядка, но, с другой стороны, немало выигрывали в смысле за¬
душевности» 114 115. Время, когда собралась сходка у Плеханова, ха¬
рактеризовалось усилением бунтарской тактики, многие народ¬
ники считали, что силы революционеров должны быть направле¬
ны на агитацию в народной среде. К этому на собрании и при¬
зывали рабочих революционные интеллигенты. Но на эти доводы
рабочие поддавались «довольно туго». «Когда бунтари,— свиде¬
тельствовал Плеханов,— излагая перед ними свои взгляды, вы¬
разили ту мысль, что «пропаганда» не имеет никакого револю¬
ционного значения, рабочие горячо запротестовали»116. Затянув¬
шийся спор кончился в конце концов тем, что было найдено
компромиссное решение: «не пренебрегать пропагандой, но в то
же время не упускать удобных случаев для агитации»117.
114 Л В. Плеханов. Соч., т. III, стр. 160—161.
115 Там же, стр. 130; Э. А. К о р о л ь ч у к. Указ, соч., стр. 103.
116 Г. В. Плеханов. Соч., т. III, стр. 130.
U7 Там же, стр. 131.
103
О Зак. 2671

С мая 1876 г. центром пропаганды становится квартира на
15-й линии Васильевского острова, специально для этого снятая
рабочим завода Макферсона А. С. Карповым. Эту квартиру по¬
сещали рабочие заводов Макферсона, Путиловского, Семянни-
ковского и др.118 Все это свидетельствовало, что в среде рабочих
во второй половине 1876 г. происходило зарождение ядра рабо¬
чей организации, послужившей в дальнейшем основой для фор¬
мирования «Северного союза русских рабочих».
Окончательное оформление «Северного союза русских рабо¬
чих» произошло на собрании петербургских рабочих 23 и
30 декабря 1878 г.; 12 января 1879 г. подпольная народническая
типография «Земли и воли» по просьбе рабочих отпечатала
программу «Союза».
Программа «Северного союза» по своему идейному содер¬
жанию, по широте вопросов, нашедших в ней отражение,— до¬
кумент несравненно более зрелый, чем устав «Южнороссийско¬
го союза рабочих». Если члены «Южнороссийского союза ра¬
бочих» ставили задачу объединения рабочих только южной
России, то рабочие Петербурга во время обсуждения програм¬
мы «пришли к мысли об организации общерусского союза ра¬
бочих, который, сплачивая разрозненные силы городского и
сельского рабочего населения и выясняя ему его собственные
интересы, цели и стремления,— служил бы ему достаточным оп¬
лотом в борьбе с социальным бесправием и давал бы ему ту
органическую внутреннюю связь, какая необходима для успеш¬
ного ведения борьбы»119 120. «Северный союз» не ограничивал
свою деятельность одним Петербургом. По свидетельству Плеха¬
нова, название «Северный союз русских рабочих» было приня¬
то временно, «лишь до тех пор, пока не пристанут к нему рабо¬
чие провинциальных городов. Идеалом вожаков Союза была
единая и стройная всероссийская рабочая организация» 12°.
«Северный союз русских рабочих» ставил своей целью «ни¬
спровержение существующего политического и экономического
строя государства как строя крайне несправедливого». Ниспро-
верженный государственный строй предлагалось заменить уч¬
реждением свободной народной федерации общин. Приведенные
программные установки были сформулированы под влиянием
народнической идеологии.
Большим достижением членов «Союза» явилось то, что они,
вслед за участниками «Южнороссийского союза рабочих», более
определенно поставили задачу борьбы за политическую свободу.
Они заявили, что так как «политическая свобода обеспечивает
118 Э. А. Корольчук. Указ, соч., стр. 107, 111—112.
119 «Программа «Северного союза русских рабочих».— «Былое», 1906, № 1,
стр. 175; «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 239.
120 Г В. Плеханов. Соч., т. III стр. 189.
104

за каждым человеком самостоятельность его убеждений и дей¬
ствий» и определяет решение социального вопроса, то «Союз»
должен требовать свободы слова, печати, права собраний, унич¬
тожения сыскной полиции. Он должен добиваться обязательного
бесплатного обучения, уменьшения количества постоянных войск,
ограничения рабочего дня, запрещения детского труда и др.121
Степень зрелости программы рабочего союза определяется
тем, насколько его участники уяснили себе значение пролета¬
риата как класса капиталистического общества. В уставе «Юж¬
нороссийского союза рабочих», как уже отмечалось, этот вопрос
даже не был поставлен.
В программе «Северного союза» пролетариат не выделяется
как единственный класс, способный возглавить революцию, а го¬
ворится лишь о сплочении для борьбы разрозненных сил «город¬
ского и сельского рабочего населения». Такое утверждение во
многом не было принципиально новым в общественном движе¬
нии России, так как в той или иной мере и народники указы¬
вали на необходимость объединения крестьян и рабочих в рево¬
люционной борьбе.
В программе «Северного союза» одновременно сильно чувст¬
вуется тенденция к постановке самостоятельных классовых за¬
дач. Весьма симптоматично, что большинство уставных пунктов
программы были заимствованы из Эйзенахской программы со¬
циал-демократической рабочей партии Германии, вошедшей в
I Интернационал 122. В данном случае мы имеем развитие и обо¬
гащение опыта «Южнороссийского союза рабочих»: члены рабо¬
чей организации, вырабатывая уставные положения, обращают¬
ся к программным документам западноевропейского социал-де¬
мократического движения, к своим в то время более опытным
братьям по классу, имеющим большие революционные традиции.
Осознание роли рабочих убедительно раскрывается в за¬
ключительных словах программы «Северного союза»: «Знайте,
что в вас заключается вся сила и значение страны, вы — плоть
и кровь государства, и без вас не существовало бы других
классов, сосущих теперь вашу кровь. Вы смутно сознаете это,
но у вас нет организации, нет идеи, которой бы вы руководи¬
лись, нет, наконец, нравственной поддержки, столь необходимой
для дружного отпора врагу. Но мы, рабочие — организаторы
Северного союза, даем вам эту руководящую идею, даем вам
нравственную поддержку в сплочении интересов и, наконец,
даем вам ту организацию, в какой нуждаетесь вы. Итак, за
вами, рабочие, последнее слово, от вас зависит участь великого
Союза и успех социальной революции в России!» 123
121 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 240—241.
122 Э. А. Корольчук. Указ, соч., стр. 210—211.
123 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 242.
105

Программа «Северного союза русских рабочих» заявляла,
что она по своим задачам примыкает «к социально-демократи¬
ческой партии Запада». Она указывала: «Наши западные братья
уже подняли знамя освобождения миллионов — и нам остается
только примкнуть к ним. Рука об руку с ними пойдем мы вперед
и в братском единении сольемся в одну грозную боевую
силу» 124.
Согласно уставным положениям программы, во главе рабо¬
чей организации находился «Комитет выборных» из 10 человек.
На него возлагались обязанности руководить делами «Союза»,
кассой и библиотекой. «Северный союз» был обширной для того
времени организацией. В него вошли около 200 наиболее дея¬
тельных рабочих-социалистов Петербурга. Столько же было со¬
чувствующих, представлявших собой резерв для роста рабочей
организации. По свидетельству народника С. Ширяева, «Север¬
ный союз» распадался на несколько групп (так же, как и «Юж¬
нороссийский союз рабочих»), расположенных в рабочих райо¬
нах Петербурга: за Невской и Нарвской заставами, на Обводном
канале, на Васильевском острове, на Петербургской и Выборг¬
ской сторонах 125. В этих группах имелись свои комитеты, чле¬
ны которых являлись участниками «Комитета выборных» 126.
Возникновение и деятельность «Северного союза» свидетель¬
ствовали о крупном успехе на пути развития рабочего движения
в России.
Ширяев в письме к П. Л. Лаврову от 8 (20) февраля 1879 г.
указывал, что участники «Северного союза» составляют, «цвет
пролетариата», народ начитанный и развитой, «усвоивший
оч[ень] многие качества западного рабочего». «Вы видите,— про¬
должал Ширяев,— что интеллигенция изъята от участия в Сою¬
зе. Это отчасти, по некоторому чувству тщеславия, что мы-де
«сами», отчасти же вследствие некоторых столкновений между
представителями той и другой стороны» 127.
Самостоятельность рабочих проявилась и в том, что они по¬
ставили и защищали идею необходимости борьбы за политиче¬
ские свободы. Против этого выступили народники. Передовая
статья газеты «Земля и воля» (№ 4) 20 февраля 1879 г. отмети¬
ла важное значение самостоятельных действий членов «Северно¬
го союза», которые подтверждают на практике «великую исти¬
ну»: «Освобождение рабочих должно быть делом самих рабочих»,
но упрекнула составителей программы в том, что они «вопросу
124 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 240—241.
125 «Автобиографическая записка С. Ширяева».— «Красный архив», 1924,
т. VII, стр. 88.
126 Э. А. Корольчук. Указ, соч., стр. 221.
127 ЦГАОР СССР, ф. 1762, оп. 4, д. 565, лл. 9 об.— 10. На это письмо обра¬
тила наше внимание К. Г. Ляшенко.
106

о влиянии политической свободы» уделяют «слишком много вре¬
мени» и решают его «слишком категорически» 128.
Тогда члены «Союза» опубликовали в № 5 «Земли и воли»
свой ответ, в котором указывали, что политическая свобода мо¬
жет гарантировать рабочую организацию от произвола властей,
дозволит им «правильнее развить свое мировоззрение и успеш¬
нее вести дело пропаганды». Политическая свобода, отмечали
далее рабочие, является очень важным условием «для скорейше¬
го переворота и более или менее осмысленного решения со¬
циального вопроса; а осмысленность в движении... есть в свою
очередь опять весьма важное условие для желанного исхода
революции» 129 130.
В Петербурге в рассматриваемое время сформировалась за¬
мечательная плеяда деятелей пролетарского движения.
Едва ли не самым популярным рабочим-революционером яв¬
лялся Степан Николаевич Халтурин. Это был грамотный рабо¬
чий-столяр, обучавшийся в уездном, а затем в Вятском земском
училищах. Халтурин много читал и обладал широкими познания¬
ми. Его необычайная энергия и оптимизм свидетельствовали о
его уверенности в победе дела, которому он отдавал себя цели¬
ком. Халтурин постоянно общался с рабочими, учил их, объяс¬
нял задачи движения. «Тайна огромного влияния,— вспоминал
Плеханов,— своего рода диктатуры Степана, заключалась в не¬
утомимом внимании его ко всякому делу. Еще задолго до сход¬
ки он переговорит со всеми, ознакомится с общим настроением,
обдумает вопрос со всех сторон, и потому, естественно, оказы¬
вается наилучше подготовленным. Он выражал общее настрое¬
ние» 13°.
Умелым организатором рабочих проявил себя слесарь Дмит¬
рий Николаевич Смирнов. Сын крестьянина Костромской губ.,
он с 14 лет стал учиться слесарному делу в Петербурге. Еще в
начале 70-х годов он активно действовал среди заводских рабо¬
чих, был организатором кассы взаимопомощи, рабочие избрали
его библиотекарем. Смирнов распространял книги, выработал
устав ссудо-сберегательной кассы, много сил отдал созданию
рабочей организации.
Сборщик машин на фабрике Торнтона И. Т. Смирнов более
двух лет вел революционную пропаганду на этом предприятии,
был связан с петербургскими народниками. Когда нависла угро¬
за ареста, он переехал в Москву; в августе 1875 г. Смирнов был
арестован, а затем выслан в Повенец Олонецкой губ. Репрессии
не сломили 25-летнего рабочего: на лодке, через Онежское озеро
он бежит из ссылки и продолжает борьбу. В ноябре 1878 г.
128 «Революционная журналистика семидесятых годов». Ростов-на-Дону, [б. г.],
стр. 200.
129 Там же, стр. 258.
130 Г. В. Плеханов. Соч., т. III, стр. 198.
107

Смирнов был арестован вторично и сослан в Восточную Си¬
бирь.
«Северный союз» не смог полностью развернуть свою дея¬
тельность. В начале 1879 г. были арестованы В. Обнорский и не¬
которые другие участники «Союза». Отошел от рабочей организа¬
ции С. Халтурин, вступивший на путь террористической борьбы.
В марте 1880 г. была разгромлена типография, выпустившая
первый номер «Рабочей зари» — органа «Союза», и арестованы
последние, оставшиеся на свободе, его руководители. После это¬
го «Северный союз русских рабочих» прекратил свое существо¬
вание.
Первые рабочие союзы были этапным событием в револю¬
ционно-освободительном движении России. «Южнороссийский
союз рабочих» и «Северный союз русских рабочих» выставили в
своих программах требования борьбы за политические свободы,
стремились направить свою деятельность в русло международ¬
ной пролетарской солидарности, искали пути борьбы рабочего
класса с существующим строем.
Передовые рабочие и революционные народники
в конце 70-х — начале 80-х годов
Связи рабочих с революционными народникамд во второй
половине 1870-х годов расширились. Большую работу среди го¬
родских рабочих вели землевольцы. Особенно активно они дей¬
ствовали в Петербурге, где усилилось революционное брожение
среди рабочих, активизировалось стачечное движение. «Рабочая
группа» народнической организации «Земля и воля» создавала
кружки рабочих, доставала нелегальную литературу, помогала
в устройстве конспиративных квартир, принимала участие в про¬
паганде. «Рабочая группа» наблюдала за настроениями рабочих
фабрик и заводов, «не упускала случая протянуть руку помощи
тем из них», где вызревало недовольство и открытый протест.
Она собирала средства для стачечников, публиковала прокла¬
мации и требования рабочих в нелегальной типографии. Так
действовала «Рабочая группа» во время стачек 1878—1879 гг.
на Новой бумагопрядильне, на фабриках Шау, Максвеля
и др.131
Рабочие кружки, связанные с землевольцами, функциониро¬
вали (на заводах Весберга и Рыжова) в Харькове, в Ростове-
на-Дону. С конца 1879 — начала 1880 г. в Петербурге начи¬
нают устанавливаться связи рабочих с народовольцами. Этим
занимались А. И. Желябов, С. Л. Перовская, рабочие-народо¬
вольцы Тимофей Михайлов, Андрей Пресняков. Зимой 1880—
131 А. П. Прибылева-Корба, В. Н. Фигнер. А. Д. Михайлов. Л.—М., 1925,
стр. 125.
108

1881 гг. на Семянниковском, Александровском, Обуховском за¬
водах, Новой бумагопрядильной фабрике, Резиновой мануфак¬
туре заметно оживляются рабочие кружки, оставшиеся после
разгрома «Земли и воли» и «Северного союза русских рабочих»,
возникают и новые группы рабочих.
Кружки, организованные народовольцами, делились тогда
на два типа. В первых занимались главным образом началь¬
ным образованием. В кружках второго типа собирались те рабо¬
чие, которые уже получили предварительную подготовку. Им рас¬
сказывали о революционной борьбе в России и Западной Европе,
читали народовольческие издания, объясняли программу «На¬
родной воли» 132. На практике часто получалось так, что руко¬
водитель кружка вначале вел общеобразовательные занятия, а
затем переходил к чтению нелегальной литературы, к револю¬
ционной пропаганде.
Сеть народовольческих кружков среди рабочих охватила,
кроме Петербурга, многие города России: Москву, Нижний Нов¬
город, Саратов, Казань, Пермь, Киев, Одессу. Всего по стране
в начале 80-х годов имелось до полутора тысяч рабочих, приоб¬
щенных народовольцами к революционной деятельности 133.
В начале 80-х годов в Петербурге наряду с «Народной во¬
лей» сравнительно успешно действовали чернопередельцы среди
рабочих Васильевского острова и Нарвской заставы. На правом
берегу Невы устраивались сходки. Происходили собрания на
квартирах рабочих, где говорилось о необходимости передачи
фабрик и заводов в руки рабочих, о преимуществе артельного
производства134. Чернопередельцы занимались революционной
пропагандой и среди московских рабочих: вели занятия, рас¬
пространяли прокламации на фабриках и заводах, собирали ма¬
териалы о положении рабочих 135.
Общение передовых рабочих с революционными народника¬
ми привело к просвещению многих представителей российского
пролетариата, к усилению их идейных запросов, к расширению
кругозора. Разумеется, революционная пропаганда народников
среди рабочих непосредственно не способствовала формирова¬
нию пролетарской идеологии. Вместе с тем она развивала рево¬
132 С. С. Волк. Деятельность «Народной воли» среди рабочих в годы второй
революционной ситуации (1879—1882)«Исторические записки», т. 74,
стр. 202.
133 В. И. Невский. «Народная воля» и рабочие.— «История пролетариата
СССР», сб. 1. М., 1930, стр. 58.
134 И. И. Миндлина. Деятельность революционных народников среди рабочих
Петербурга и Москвы (1879—1882).— «Ученые записки 1-го Московского
гос. пед. ин-та иностранных языков им. Мориса Тореза». М., 1965, стр. 198;
Е. Р. Ольховский. К истории «Черного передела» (1879—1888).—
В сб. «Общественное движение в пореформенной России». М., 1965,
стр. 147—148.
135 Е. Р. Ольховский. Указ, соч., стр. 169.
109

люционно-демократическое сознание у рабочих, призывала к
борьбе с самодержавным строем. Передовые рабочие видели в
демократической интеллигенции своих друзей, товарищей по
борьбе за улучшение жизни народа.
Подпольная печать стремилась объяснить народу значение
самоотверженного подвига революционной интеллигенции. Орган
«Северного союза русских рабочих» газета «Рабочая заря» пи¬
сала, что правительство стремится «затуманить глаза» рабочим,
представить революционную интеллигенцию «злодеями». «Это
наши единственные друзья, единственные борцы за нас... И что
мы видели от них худого? Они хотели, видно, нам говорить
правду — хотели нам помочь, и за это правительство их гонит,
арестует, вешает, мучит в тюрьмах и на каторге» 136.
Ярче всего роль «интеллигентной молодежи» в борьбе за сча¬
стье народа раскрыл Петр Алексеев в своей знаменитой речи
на суде: «русскому рабочему народу остается только надеяться
самим на себя и не от кого ожидать помощи, кроме от одной
нашей интеллигентной молодежи. И она одна неразлучно пойдет
с нами до тех пор, пока (говорит, подняв руку) подымется
мускулистая рука миллионов рабочего люда... и ярмо деспо¬
тизма, огражденное солдатскими штыками, разлетится в
прах...» 137
Революционно-демократическая интеллигенция, стремившая¬
ся к организации народной революции в России, много внима¬
ния уделяла вопросу объединения сил трудящихся в борьбе с
существующими порядками. Передовая «Земли и воли» (1879 г.,
№ 4) указывала, что «Совместная борьба рабочих с хозяевами
развивает в них способность к согласному, единодушному дей¬
ствию. Рабочие разных губерний, иногда разных наречий, в
спокойное время чуждавшиеся друг друга, сплачиваются и объе¬
диняются во время стачки» 138. Наряду с этим газета выража¬
ла озабоченность тем, что рабочие-социалисты находятся изоли¬
рованными от остальных рабочих, которые называют их «сту¬
дентами» 139. Народовольцы считали своей задачей сплотить
промышленных рабочих, «развить в них сознание единства и со¬
лидарности интересов» 14°. «Плохо рабочему! Что же ему ос¬
тается делать? Соединиться. Стать грозой для своих недру¬
гов...»,— писали чернопередельцы 141.
136 «Рабочая заря», 15 февраля 1880 г.— «Красная летопись», 1922, № 2-3,
стр. 286—287.
137 «Революционное народничество 70-х годов XIX века», т. I, стр. 366—367.
138 «Революционная журналистика семидесятых годов», стр. 197.
139 Там же, стр. 195.
140 «Литература партий «Народная воля»», М., 1930, стр. 308.
141 «Революционное народничество 70-х годов XIX века», т. II. М., 1965,
стр. 154.
ПО

Идея солидарности глубоко пронизывает издания, предназ¬
наченные для рабочих. В марте 1878 г. землевольческая про¬
кламация призывала рабочих Петербурга «помогать друг дру¬
гу», действовать совместно. В газете «Зерно» чернопередельцы
рассказывали, что в европейских странах рабочие научились
совместно выступать против капиталистов 142. Эта же мысль вы¬
сказывается и в «Рабочей заре»: «пока мы разобщены, пока мы
не соединены... мы ничего не в состоянии будем сделать... сила
наша в нашем единодушии, в нашей сплоченности» 143.
Народники призывали рабочих России принять активное уча¬
стие в революционном перевороте. При этом демократическая
интеллигенция под «рабочими» подразумевала обычно всех тру¬
дящихся города и деревни, не видя принципиального различия
между пролетариатом и крестьянством 144.
Народники стремились объяснить трудящимся необходи¬
мость и закономерность совместного выступления крестьян и ра¬
бочих, имеющих одну цель — избавление от эксплуататоров.
«Как землю,— писала газета «Работник»,— надо крестьянству
от помещиков в общину отобрать, так и городским фабричным
да заводским работникам надо все мастерские, фабрики и за¬
воды в рабочие артели отобрать» 145.
Газета «Земля и воля» причины активного выступления го¬
родских рабочих видела в другом. Она доказывала, что тру¬
дящиеся города являются крестьянами, фабрика для них лишь
вид отхожего промысла, который не уничтожает их связей с
деревней. «Вопрос аграрной, вопрос общинной самостоятельно¬
сти, земля и воля, одинаково близки сердцу рабочего, как и
сердцу крестьянина. Словом, это не оторванная от крестьянства
масса, а часть того же самого крестьянства» 146. Придавая, та¬
ким образом, наибольшее значение роли крестьянства в револю¬
ции, газета отводила трудящимся города вспомогательную роль.
«Как бы ни было единодушно восстание деревень,— писала
«Земля и воля»,— оно, однако, рискует быть подавленным цент¬
рализованными силами государства, если только не будет под¬
держано восстанием в самом центре, в самом средоточении пра¬
вительственной власти» 147.
В «Уставе дружины (подгруппы) рабочих» отмечалось, что
народовольцы считают одной из задач партии развитие рабочих
142 В. И. Невский. От «Земли и воли» к группе «Освобождение труда». М.,
1930, стр. 396.
143 «Рабочая заря», 15 февраля 1880 г.— «Красная летопись», 1922, № 2-3,
стр. 288.
144 «Революционное народничество 70-х годов XIX века», т. I, стр. 89, 93.
145 «Работник», январь 1875 г. Передовая: «Почему мы печатаем газету».—
«Работник». М., 1933, стр. 15.
146 «Революционная журналистика семидесятых годов», стр. 156.
147 Там же.
111

С. Н. ХАЛТУРИН
дружин: «Дружины ставят сво¬
ею целью привлечь лучших ра¬
бочих своей фабрики, завода и
т. д. к организации, а осталь¬
ных подготовить к массовому
вооруженному восстанию»148.
В этом «Уставе» далее говори¬
лось, что деятели «Народной
воли» должны пропагандиро¬
вать социалистические убеж¬
дения среди рабочих, знако¬
мить их с задачами партии, ор¬
ганизовывать забастовки и
уличные демонстрации, вовле¬
кать в террористические пред¬
приятия. Таким образом, и зем-
левольцы, и народовольцы от¬
водили видное место в рево¬
люции городским рабочим,
рассматривали их как одну из
важных сил социального пре¬
образования.
К началу 80-х годов революционная интеллигенция заметно
усиливает свое внимание к городским рабочим — им отводится
значительная роль в проведении восстания. «Рабочее восстание
в городах должно быть поддержано крестьянским восстанием в
деревнях, притом по возможности в большем количестве мест¬
ностей. Помните это, рабочие-социалисты! Знайте, какое громад¬
ное значение для общенародного дела имеет ваш союз с дере¬
венскими крестьянами»,— писалось в газете «Зерно»149.
«Городское рабочее население,— отмечается в народовольче¬
ском документе,— имеющее особенно важное значение для рево¬
люции, как по своему положению, так и по относительно боль¬
шей развитости, должно обратить на себя серьезное внимание
партии. Успех первого нападения всецело зависит от поведения
рабочих и войска. Если партия заранее заручится такими связя¬
ми в рабочей среде, чтобы в момент восстания, имела возмож¬
ность закрыть фабрики и заводы, взволновать массы и двинуть
их на улицы ( с сочувственным, конечно, отношением к восста¬
нию),— это уже наполовину обеспечит успех дела...» 150
В нелегальной печати рассматривались не только проблемы
148 «Исторический архив», 1962, № 3, стр. 136.
149 «Зерно», 1881, № 4. Цит. по кн.: В. И. Невский. «От Земли и воли» к груп¬
пе «Освобождение труда», стр. 425.
150 «Подготовительная работа партии».— «Литература партии «Народная воля»,
стр. 308.
112

революции, но и определялись
пути построения нового общест¬
венного строя. В «Рабочей за¬
ре» выражалось требование:
народ должен «получить в об¬
щее пользование» те земли, ко¬
торыми владеют помещики и
правительство: рабочие — фаб¬
рики и заводы, на которых
«подло воровали и воруют их
труд» 151.
В прокламации Исполни¬
тельного комитета «Народной
воли», обращенной к русским
рабочим, говорилось, что цар¬
ское правительство будет низ¬
вергнуто, вместо него будет
выбрана новая власть из кре¬
стьян, рабочих и всего народа.
Новое правительство должно
будет «наделить крестьян зем- д. н. Смирнов
лей, а фабрики и заводы от¬
дать рабочим артелям» 152.
Таким образом, передовые рабочие, соприкасаясь с рево¬
люционно-демократической интеллигенцией, заражались пафо¬
сом борьбы с самодержавной Россией, проникались идеями объ¬
единения трудящихся, усваивали первые представления о рево¬
люции. Правда, они уясняли народническое понимание револю¬
ции, в которой ошибочно отрицалась роль пролетариата как ге¬
гемона движения. При всем этом познания, получаемые рабочи¬
ми, о необходимости революционной борьбы открывали даль¬
нейшие пути для поисков правильного направления движения и
верной революционной теории.
«Рабочее движение,— отмечается в «Истории КПСС»,— по¬
лучившее в исходной стадии сильный толчок со стороны народ¬
ничества, развивалось по своим собственным законам» 153. Свое¬
образие заключается в том, что для рабочих России народниче¬
ские положения явились начальной формой пролетарского дви¬
жения 154.
151 «Рабочая заря», 15 февраля 1880 г.— «Красная летопись», 1922, № 2-3,
стр. 287—288.
152 «Революционное народничество 70-х годов XIX века», т. II, стр. 239.
153 «История КПСС», т. I. М., 1964, стр. 80.
154 В этой связи следует вспомнить статью В. И. Ленина «Маркс об амери¬
канском «Черном переделе»», где развивалась мысль о том, что движение
за освобождение земли может при известных условиях стать первоначаль¬
ной формой пролетарской борьбы (см. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 10.
стр. 57).
113

НОВОЕ В СТАЧЕЧНОЙ БОРЬБЕ
С 1878 г. в России наступили новые моменты в развитии ста¬
чечного движения. Это особенно заметно проявилось в Петер¬
бурге.
Стачки в Петербурге
Стачки в Петербурге в 1878—1879 гг. характеризовались за¬
метным обогащением форм борьбы, усилением массовой солидар¬
ности, связью участников стачечных выступлений с деятельно¬
стью революционных народников и влиянием со стороны «Се¬
верного союза русских рабочих». Но и эти стачки еще во многом
отражали политическую незрелость рабочих, носили на себе пе¬
чать стихийности. Они возникали в ответ на притеснения со сто¬
роны предпринимателей.
По годам стачки и волнения рабочих Петербурга распростра¬
нялись следующим образом 155:
1878
г.
— 14
стачек
1882
г. — 5
стачек
1879
г.
— И
»
1883
г.—5
»
1880
г.
— 9
»
1884
г. — 5
»
1881 г. — 8 »
В январе 1878 г. прошла 4-дневная стачка рабочих Екате-
рингофской бумагопрядильной мануфактуры, вызванная непо¬
мерными штрафами. В том же месяце возникли волнения среди
рабочих из-за задержки заработной платы на Путиловском за¬
воде. В начале февраля рабочие ситценабивной фабрики Паля
отказались работать в праздничные дни.
Эти выступления, не крупные по своим масштабам, явились
отражением нарастания недовольства рабочих, что особенно
ясно проявилось в стачке на Новой бумагопрядильной фабрике.
27 февраля 1878 г. рабочим прядильного и ткацкого отделе¬
ний этой фабрики объявили о понижении расценок. В ответ на
это 2000 рабочих прекратили работу. Стачку возглавили С. Ва¬
сильев, А. Федотов, П. Моисеенко, которые вселяли уверенность
в успех движения. Но стачечники решили обратиться с жалобой
к градоначальнику, а затем к наследнику престола. Было состав¬
лено прошение, одобренное рабочим кружком, а затем прочи¬
танное бастующим на центральном дворе фабрики. В нем гово¬
рилось, что рабочие получили плохие земли и страдают от ма¬
лоземелья, тяжелых податей, вынуждены идти в город, а здесь
их «на каждом шагу притесняют фабриканты и полиция». Далее
рассматривались причины, вызвавшие стачку, а затем следовало
155 «Ленинград». Энциклопедический справочник. М.— Л., 1957, стр. 364—367.
114

заключение: «не видя ниоткуда защиты, рабочие ждут ее от на¬
следника престола, но, если и он не обратит внимания на их
просьбу, то ясно будет, что им остается надеяться только на
самих себя» 156.
Рассматриваемый документ наглядно отразил политическую
незрелость рабочих-текстильщиков, еще не порвавших связей с
деревней, не отрешившихся от крестьянской идеологии. Но вме¬
сте с тем в этой массе вчерашних крестьян вырисовываются
черты пролетариев, начинающих осознавать классовые задачи,
понимать идеи солидарности рабочих.
Землевольцы решили использовать опыт стачки на Новой
бумагопрядильной фабрике. Они выпустили написанную Плеха¬
новым прокламацию, в которой революционные народники, об¬
ращаясь «к рабочим всех фабрик и заводов», заявляли: «Поку¬
да рабочие не поймут, что они должны помогать друг другу,
по[куд]а они будут действовать врозь, до тех пор будут они в
кабале [у] хозяина. А когда они будут стоять друг за дружку,
когда во время [ста]чки на одной фабрике рабочие других фаб¬
рик станут помогать им, тогда не страшен им будет ни хо¬
зяин, ни полиция. Вместе вы — сила, а в одиночку вас обидит
каждый городовой» 157.
Стачка на Новой бумагопрядильной мануфактуре, начав¬
шаяся в феврале, продолжалась с перерывами до 20 марта.
Рабочим удалось добиться некоторых уступок в отношении из¬
менения оплаты труда, но администрация предприятия не спе¬
шила их выполнить, что привело к новому выступлению рабочих
8—10 мая.
Стачка рабочих на Новой бумагопрядильне наглядно показа¬
ла значение солидарности рабочих, понимания важности сое¬
динения сил трудящихся против эксплуатации. Эти идеи охваты¬
вали в то время многих рабочих-революционеров. Особенно по¬
казательны в этом отношении намерения С. Халтурина органи¬
зовать всеобщую стачку петербургских рабочих. Он тщательно
исследовал потенциальные возможности для организации такой
стачки: обращался за помощью к народникам, собирал материал
о положении рабочих столицы, интересовался численностью ра¬
бочих на отдельных предприятиях, изучал уровень заработной
платы, продолжительность рабочего дня и т. д. Надежды заме¬
чательного рабочего-революционера в какой-то мере осуществи¬
лись — в начале 1879 г. в Петербурге произошло одновременное
выступление рабочих нескольких предприятий.
Началось с того, что рабочие той же Новой бумагопрядиль¬
ной фабрики в ответ на увольнение 44 ткачей в середине янва¬
ря объявили стачку. Петр Моисеенко, Л. Иванов, Я. Коняев и
156 Г. В. Плеханов. Соч., т. III, стр. 166.
157 «Историко-революционный сборник», т. II. Л., 1924, стр. 324.
115

другие организаторы стачки обратились ко всем рабочим горо¬
да с прокламацией, в которой изложили свои требования: вос¬
становление на работе уволенных ткачей, уменьшение рабочего
дня, сокращение штрафов и др. Прокламация заканчивалась
призывом: «Поддержите нас — соберите у себя сбор, кто что мо¬
жет; мы назначим у себя выборных и дадим кому победней...
Когда до вас коснется, мы поддержим вас — и ваши требования
будут уважены! Так и будет всегда! Все за одного, один за
всех!» 158
С братской поддержкой выступили рабочие фабрики Шау,
заявившие, что плохо придется угнетателям, когда рабочие за
ум возьмутся, когда все будут «стоять друг за друга...» 159
Стачечная борьба, проникнутая классовой солидарностью полу¬
чила поддержку и других рабочих Петербурга: «Встанем же
подружней... будем говорить посмелей! Братцы! все за одного,
один за всех!»160,— заявляли в своей прокламации рабочие бу¬
магопрядильной и ткацкой фабрики Максвеля.
В солидарном выступлении столичного пролетариата актив¬
ную роль играл «Северный союз русских рабочих» 161. 24 янва¬
ря 1879 г. была выпущена прокламация «Рабочим от Централь¬
ного комитета Северного союза русских рабочих», в которой
рассказывалось о стачках на фабриках Шау и Новой бумаго-
прядильне, говорилось о необходимости оказать поддержку
своим братьям, собирать для них деньги. Прокламация заканчи¬
валась обращением к стачечникам: «Братья, боритесь и стойте
за свое дело, насколько хватит ваших и наших сил... Знайте,
что мы, рабочие Союза, готовы помочь вам всем, чем можем,
и до последней крайности. Вы не одни — мы с вами и всегда за
вас, а нас здесь теперь уже целые сотни» 162.
В начале 80-х годов в Петербурге снизилась стачечная волна.
Не было и того единодушия, которым отмечались выступления
рабочих Петербурга в конце 70-х годов. Но борьба не прекра¬
щалась. В июне 1880 г. 700 рабочих Петровской бумагопря^
дильной фабрики потребовали оплаты 8-дневного простоя фаб¬
рики. Осенью 1882 г. разразились стачки на Невской бумаго¬
прядильной фабрике и Обуховском сталелитейном заводе.
Стачки происходили в Петербурге и в 1883 г. во время экономи¬
ческого кризиса.
158 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 307.
159 Там же, стр. 310.
160 «Былое», 1906, № 1, стр. 182.
161 Подробнее об этом см.: Э. А. Корольчук,. Указ. соч. стр. 186—190.
162 «Былое», 1906, № 1, стр. 178—179.
116

Стачечная борьба в центральных районах России
Среди рабочих центральных районов России наиболее актив¬
но выступали текстильщики Московской губ.
Большую настойчивость и упорство проявили серпуховские
рабочие. В 1878—1879 гг. на фабрике Коншина вспыхивают три
стачки: рабочие протестуют против работы в праздничные дни,
выступают против снижения расценок. В апреле 1879 г. потребо¬
вали повышения заработной платы рабочие одной из смен Реу¬
товской мануфактуры. Духом солидарности были проникнуты
стачки ткачей Серпухова в 1879 г. 5 июля рабочие фабрик
Ильиной и Третьяковых (1600 чел.) объявили забастовку, тре¬
буя увеличения заработной платы. Одновременное выступление
этих предприятий подействовало и на рабочих других фабрик и
вызвало тревогу у местных властей: «Стачка,— доносили из Сер¬
пухова московскому губернатору,— поддерживается всеми фаб¬
риками. Третьяковские, ильинские — пробные камни» 163.
Возглавили эти стачки рабочий фабрики Ильиной Г. Михай¬
лов и А. Хапков, популярный среди текстильщиков фабрики
Третьяковых. Особенно влиятельным среди рабочих был умелый
организатор Михайлов, который участвовал в стачках с 1873 г.
Стачечники держались дружно и добились успеха — заработная
плата была повышена. Эта победа повлекла за собой стачку на
бумаготкацкой фабрике Мараева, также окончившуюся удовлет¬
ворением требований рабочих о повышении заработной платы.
Следовательно, стачечная борьба серпуховских ткачей была
знаменательна не только единодушным выступлением трудящих¬
ся, но и наступательным характером требований. В июне 1878 г.
начали стачку 3 тыс. рабочих бумагопрядильной фабрики А. Ка¬
ретникова в г. Шуе, добиваясь увеличения заработной платы.
Упорством отличалось выступление ткачей на фабрике в
Иваново-Вознесенске летом 1879 г. Стачечники требовали повы¬
шения заработной платы до пасхи следующего года, а хозяева
соглашались сделать прибавку в размере 10% лишь до октября.
Тогда 700 рабочих прекратили работу, фабрика остановилась.
Никакие уговоры и даже вмешательство полиции не смогли по¬
действовать на рабочих, которые держались стойко. Среди ста¬
чечников были рабочие Н. Михайлов, В. Александров, Ефрем и
Дмитрий Гавриловы, которые еще раньше участвовали в стачке
на фабрике в с. Тейкове. Жандармские власти, боясь распрост¬
ранения стачечной борьбы на другие предприятия, предложили
фабричной администрации приступить к массовому расчету ра¬
бочих 164.
163 А. Трофимов. Указ, соч., стр. 111.
164 «Рабочее движение....», т. II, ч. 2, стр. 392; И. С. Куликова. Рабочее дви¬
жение во Владимирской губернии в 60—70-х годах XIX века.— «Ученые
117

В начале 80-х годов страну охватил промышленный кризис.
Понизилась заработная плата, уменьшилась продолжительность
рабочего дня, усилились штрафы. На предприятиях происходили
массовые расчеты рабочих, обширные размеры приобрела безра¬
ботица. Годы кризиса совпали с политической реакцией, насту¬
пившей после 1 марта 1881 г. Все это прервало сравнительно
бурное развитие стачечной борьбы в конце 70-х годов. Выступ¬
ления рабочих были значительно затруднены. Недовольство про¬
рывалось лишь в отдельных стачках, имеющих в основном обо¬
ронительный характер.
В 1882—1884 гг. стачки рабочих, вызванные понижением за¬
работной платы и усилением штрафов, произошли на фабриках
бр. Гарелиных и Дербенева в Иваново-Вознесенске, заводах
Бромлея и Давидсона, платочной фабрике Длугач в Москве, в
железнодорожных мастерских Борисоглебска и др. Осенью
1883 г. часть рабочих (около 700 чел.) Ярославской Большой
мануфактуры выступила с требованиями отмены штрафов и не
работали в течение дня.
На Вознесенской мануфактуре (Дмитровский уезд Москов¬
ской губ.) стачки рабочих прошли в 1879 и 1883 гг. и, наконец,
в 1884 г. Поводом к первым двум было снижение расценок.
Стачка 1884 г. была вызвана тем, что администрация фабрики
объявила об уменьшении рабочих дней в неделе с 6 до 4. Это
лишало рабочих трети заработка. Протесты не возымели дейст¬
вия, тогда рабочие начали стачку. На фабрику прибыл москов¬
ский губернатор в сопровождении казаков. Рабочие продолжа¬
ли настаивать на своем — работать 6 дней в неделю. Губернатор
вызвал из Москвы три батальона пехоты и расправился с бас¬
тующими, отправив 115 чел. пришлых рабочих в Московскую пе¬
ресыльную тюрьму, а остальные были рассчитаны 165.
В мае 1883 г. рабочие Сормовского завода начали стачку
из-за задержки заработной платы за три месяца. Они потребо¬
вали от администрации выдачи заработной платы за эти меся¬
цы, но получили отказ. Тогда утром 24 мая 1500 сормовских ра¬
бочих направились в Нижний Новгород к губернатору генерал-
майору Н. М. Баранову, который, увидев солидарность и настой¬
чивость рабочих, был вынужден принять меры: по его настоя¬
нию требование рабочих было частично удовлетворено — они
получили заработную плату за один месяц 166.
Бурная стачка произошла в 1880 г. в с. Ярцево Смоленской
губ. на бумагопрядильной фабрике Хлудова. На этой фабрике
царили произвол и беззаконие, неимоверно низкий заработок и
записки Московского обл. пед. ин-та», т. CXXVII. История СССР, вып. 7.
М., 1963, стр. 112—113.
166 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 371—372, 510—513, 574—582.
166 А. Я. Парусов. Указ, соч., стр. 74—75.
118

большие штрафы делали жизнь ткачей невыносимой. Стачка на¬
чалась из-за снижения заработной платы. Выступление носило
стихийный характер, сопровождалось поломкой инструмента,
разгромом харчевой лавки, битьем стекол. На место прибыл гу¬
бернатор, который вступил в переговоры с бастующими. Воз¬
бужденные рабочие объяснили ему, что хозяин фабрики неза¬
конно объявил понижение заработной платы на 10%, хотя дого¬
ворный срок найма еще не истек. Они жаловались, что их
обременяют штрафами, произвольно рассчитывают с работы
и т. д.167
Размах борьбы заставил фабриканта удовлетворить требова¬
ния ткачей. После этого стачечники выдвинули новые требова¬
ния. Тогда власти перешли к репрессиям: 500 солдат подавили
стачку; около 2 тыс. рабочих получили расчет, «зачинщики»
были заключены в тюрьму.
Рассмотренные нами стачки в Центрально-промышленном
районе свидетельствуют об их оборонительном характере. Глав¬
ной причиной, вызвавшей их, явилась борьба рабочих за сохра¬
нение заработной платы, за отмену штрафов. Важным шагом
в развитии стачечной борьбы стало одновременное выступление
рабочих нескольких предприятий, появление рабочих-вожаков,
способных воодушевить своих товарищей на борьбу.
Рабочие Украины, Польши, Кавказа, Урала
в стачечной борьбе
В конце 70-х годов усилилось стачечное движение и на
Украине. Идеями классовой солидарности была приникнута стач¬
ка литейщиков железнодорожных мастерских Одессы, вспыхнув¬
шая в 1878 г. В ответ на снижение заработной платы литей¬
щики прекратили работу. Тогда администрация пыталась при¬
гласить на работу литейщиков местного завода Фендериха, но
последние под влиянием железнодорожников отказались. Около
месяца продолжалась забастовка, вынудившая администрацию
железнодорожных мастерских пригласить литейщиков из Херсо¬
на 168.
В первой половине 80-х годов на Украине продолжались
стачки железнодорожников. В феврале 1880 г. началась стачка
рабочих Киевских железнодорожных мастерских. Около 2 тыс.
стачечников требовали от начальства прекращения издевательств
над рабочими. Рабочие Полтавских железнодорожных мастер¬
ских в апреле 1884 г. объявили стачку из-за несвоевременной
выдачи заработной платы. Продолжали бастовать и рабочие
сахарных заводов Украины. В начале 1880 г. произошла стачка
167 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 444.
168 «Община», 1878, № 3-4, стр. 31.
119

на Цибулевском сахарном заводе в Липовецком уезде Киев¬
ской губ. В ответ на избиение директором завода одного из
рабочих осенью 1883 г. вспыхнула стачка на Степановском са¬
харном заводе Брацлавского уезда Подольской губ.
Стачечная борьба на Украине показывает, как активно втя¬
гивались в движение различные отряды рабочих. Среди бастую¬
щих были сплавщики леса, строители, шахтеры, рабочие сахар^
ных заводов, наборщики, рабочие машиностроительных заводов.
Но наибольшее число стачек приходилось на долю малоквали¬
фицированных рабочих, еще не порвавших связей с деревней.
Всего на Украине в 1878—1884 гг. произошли 44 стачки, в основ¬
ном на мелких предприятиях 169.
Так же, как и в центральной России, стачки в Польше но¬
сили стихийный характер: рабочие требовали повышения зара¬
ботной платы, улучшения условий труда.
Начальный этап польского рабочего движения характеризо¬
вался и возникновением рабочих кружков. Их руководителями
выступили главным образом представители польской револю¬
ционно-демократической молодежи, многие из которых револю¬
ционную закалку получили в России. К числу таких деятелей
относится Л. Варыньский, который в 1877—1878 гг. активно ра¬
ботал в Варшаве. Он организовывал кружки, конспиративные
квартиры, кассы взаимопомощи. Польские социалисты были свя¬
заны с «Северным союзом русских рабочих», посылали его уча¬
стникам приветственные письма, пронизанные чувством интерна¬
циональной солидарности.
Крупная стачка произошла в апреле 1883 г. на Жирардов-
ской мануфактуре в предместье Варшавы. Рабочие требовали
сохранения прежней оплаты труда и уменьшения штрафов. Стач¬
ка 8 тыс. рабочих заставила власти принять энергичные меры:
прибыл губернатор, были подтянуты войска. Но рабочие оказа¬
ли сопротивление войскам. Выступление стачечников было на¬
столько единодушным, что администрация фабрики была вы¬
нуждена согласиться с их требованиями.
Во второй половине 70-х годов в Баку бастовали рабочие
нефтяных промыслов. Стачечники добивались прежде всего по¬
вышения расценок. Весной 1881 г. объявили забастовку рабочие
5 бакинских табачных фабрик. 14 апреля того же года началось
массовое стихийное выступление рабочего люда Баку, вызван¬
ное сокращением работы. Арест полицией 75 рабочих подогрел
недовольство. Возмущенная толпа начала громить полицейское
управление, требуя выдачи арестованных. Волнение, продолжав¬
шееся до 18 апреля, заставило власти освободить арестован¬
ных 17°.
169 О. А. Парасунько. Указ, соч., стр. 283, 391, 393.
170 В. Ю. Самедов. Распространение марксизма-ленинизма в Азербайджане.
Баку, 1962, стр. 127—131.
120

Одна из крупнейших стачек первой половины 80-х годов
происходила в начале августа 1882 г. на Кренгольмской ману¬
фактуре в Нарве. Рабочие прекратили работу, требуя повыше¬
ния заработной платы, уменьшения штрафов, улучшения усло¬
вий труда и быта. Одновременно в Нарве забастовали рабочие
и суконной фабрики 171.
Анализ борьбы рабочих в первые пореформенные десятиле¬
тия показывает тенденцию рабочего движения. В 60-х годах оно
сосредоточивалось в центре страны и на Урале. Затем распро¬
странилось на окраины и национальные районы. Основная мас¬
са стачек падала на текстильную промышленность (40,7% всех
стачек) 172. По другим подсчетам, из 329 выступлений рабочих
в 70-х годах, 129 (39,2%) стачек и волнений произошло в лег¬
кой промышленности, 116 (35,2%)—в тяжелой, 35 (10,7%) —
на стройках, 22(7%) на транспорте 173.
Стачечная борьба происходила в это время главным образом
вокруг вопросов оплаты труда: сохранения или повышения за¬
работной платы (36,2% стачек); неправильного расчета, за¬
держки выплаты заработанных денег (12,7%); требования сни¬
жения штрафов, вычетов (10,5%) 174. Стачки, волнения, жало¬
бы возникали и из-за тяжелого положения рабочих, неудовлет¬
ворительных условий труда.
ЦАРИЗМ, БУРЖУАЗИЯ И РАБОЧИЕ
Законы дореформенного времени
Развитие промышленности заставило правительство обратить
внимание на законодательное регулирование труда и опреде¬
лить характер взаимоотношений между владельцами предприя¬
тий и рабочими. Первоначально правительство относилось к ра¬
бочему вопросу лишь как к части более общего вопроса о
крестьянах.
В 1835 г. было издано «Положение об отношениях между
хозяевами фабричных заведений и рабочими людьми». Этот за¬
кон был вызван ростом столкновений на предприятиях между
фабрикантами и вольнонаемными рабочими, составлявшими в
это время уже более половины всех фабрично-заводских рабо¬
171 «История Эстонской ССР», Таллин, 1952, стр. 236; «Рабочее движение...»,
т. II, ч. 2, стр. 469—496.
172 В. И, Невский. К вопросу о рабочем движении в 70-е годы.—«Историк-
марксист», 1927, № 4, стр. 151—152.
173 О. Д. Соколов. На заре рабочего движения в России. М., 1963, стр. 59.
174 А. М. Панкратова. Особенности формирования и борьба пролетариата
России в 60—80-х годах XIX века.— В сб. «Рабочее движение...», т. II, ч. 1,
стр. 46.
121

чих. Фабрикантов обязывали заключать с рабочими письменный
договор об условиях найма или выдавать им расчетные книжки.
По «Положению» рабочие не могли уйти с предприятия ранее
обусловленного в договоре срока, требовать изменения заработ¬
ной платы, они не могли быть вытребованными своими вла¬
дельцами-помещиками. Владелец же предприятия мог уволить
рабочего «с предупреждением об этом за две недели», если он
находил, что тот не выполняет своих обязанностей или прояв¬
ляет «дурное поведение» 175.
Подавляя выступления рабочих, власти широко прибегали к
использованию военных команд, порке наиболее активных уча¬
стников выступлений, а то и отдаче их на каторжные работы.
В 1845 г. при подготовке нового издания «Уложения о наказа¬
ниях» в него были внесены статьи о мерах борьбы с рабочими
волнениями. В «Уложении» отмечалось, что «в случае явного
неповиновения фабричных или заводских людей владельцу или
управляющему заводом, оказанного артелью или толпой, винов¬
ные подвергаются наказаниям, определенным за восстание про¬
тив властей». Устанавливались наказания за участие в стачке:
зачинщики —• к арестам от 3 недель до 3 месяцев, а осталь¬
ные — от 7 дней до 3 недель. Первая мера наказания, явно но¬
сившая крепостнический характер, после 1861 г. была изъята176,
вторая же вошла затем в закон 3 июня 1886 г.
Ни строгие правила «Уложения», ни экзекуции не могли, ра¬
зумеется, снять вопрос о тяжелых условиях труда на промыш¬
ленных предприятиях. В конце 50-х годов под влиянием роста
недовольства рабочих, участившихся травм и массового приме¬
нения детского труда^ создаются правительственные комиссии
для обследования положения на фабриках Петербурга и Моск¬
вы. Выработанные комиссиями правила, вопреки сложившейся
практике работы на предприятиях детей с 8 лет, разрешали
найм только с 12 лет и ограничивали их труд 10 часами в
сутки, при запрещении ночной работы малолетних до 16 лет. Бо¬
лее широкий проект был представлен комиссией Министерства
финансов, созданной в 1859 г. Напряженная обстановка в стра¬
не, чреватая народным взрывом, рельефно отразилась на работе
этой комиссии. Она пересмотрела все существующие законода¬
тельные акты о труде и составила проект «Устава о промыш¬
ленности».
По этому проекту ограничивалось применение детского труда
и запрещалась ночная работа для рабочих, не достигших 18 лет;
владельцы предприятий обязаны были вознаграждать рабочих
175 М. Балабанов. Очерки по истории рабочего класса в России, ч. I, Киев,
1924, стр. 151.
176 Н. Н. Полянский. Стачки рабочих и уголовный закон. СПб., 1907, стр. 363,
365—366.
122

за увечье, а на крупных предприятиях иметь врачебный персо¬
нал. В случае же потери трудоспособности рабочий должен
был за счет предприятия обеспечиваться средствами к сущест¬
вованию. Для наблюдения за выполнением «Устава» должна
была быть введена фабричная инспекция. Наиболее существен¬
ным положением «Устава» являлся пункт о промышленных су¬
дах, ведавших разбором всех спорных вопросов, возникающих
во взаимоотношениях между рабочими и фабрикантами (рас¬
четы по найму, условия труда и т. д.). Этим же судам долж¬
ны были быть подведомственны вопросы о вознаграждении ра¬
бочих за увечье, дела о стачках и др. Предусматривался
смешанный состав промышленных судов — наполовину от пред¬
принимателей, наполовину от рабочих. Представители власти в
состав суда не вводились 177.
Проект «Устава», составленный комиссией Министерства фи¬
нансов и открывавший для рабочих путь к вмешательству в
условия труда, встретил резкие возражения фабрикантов, орга¬
нов Министерства внутренних дел и не был принят.
Вокруг законодательства по рабочему вопросу
60—80-х годов
Реформа 1861 г. освободила от крепостной зависимости по¬
сессионных и вотчинных рабочих, а также крепостных рабочих
казенных предприятий — всего около 300 тыс. человек. При вы¬
ходе из крепостного состояния они получали земельные угодья —
усадьбы и покосы, а частью — пахотную землю. Это прикрепляло
их к земле, затрудняло миграцию в другие районы. Получив
личную свободу, бывшие крепостные рабочие оказались опутан¬
ными остатками феодальных отношений.
8 марта 1861 г. был издан закон, которым предписывалось
на казенных горных заводах иметь школы для обучения детей
мастеровых, содержать больницы, а также образовать горноза¬
водские товарищества. Состоящие при них вспомогательные кас¬
сы были обязаны выделять средства на лечение рабочих, выда¬
вать пенсии получившим увечья и длительно работавшим 178.
Законом 4 июня 1862 г. положение о горнозаводских товари¬
ществах было распространено на частные горные заводы и руд¬
ники, с оговоркой, что организация их зависит от обоюдного со¬
глашения владельцев и рабочих.
Издание этих законов было признанием со стороны прави¬
тельства особо тяжелых условий труда в горнозаводской про¬
177 «Труды комиссии, учрежденной для пересмотра уставов фабричного и ре¬
месленного», ч. 1. СПб., 1863, стр. 495—543.
178 «Труды комиссии, учрежденной московским генерал-губернатором В. А. Дол¬
горуковым для осмотра фабрик и заводов».— «Сборник русских фабричных
законов», ч. 1. М., 1885, стр. 335—345.
123

мышленности. Но оно не решилось придать обязательную силу
закону 4 июня 1862 г. и заявило, что регулирование условий
труда всецело зависит от доброй воли предпринимателей. Прав¬
да, в 1866 г. было принято решение (в связи с опасением рас¬
пространения холеры) о том, чтобы на предприятиях были заве¬
дены больницы из расчета 10 кроватей на 1 тыс. человек 179.
Выполнение постановления 1866 г. зависело от самих фабрикан¬
тов и легко предположить, как они к этому отнеслись. До закона
3 июня 1866 г., когда этот пункт был вновь подтвержден, только
на единичных предприятиях были оборудованы медицинские
пункты и больницы. Закон 1886 г., имевший уже обязательнук
силу, изменил положение. В 1897 г. из 1,5 млн. рабочих, под
чиненных надзору фабричной инспекции, около 1 млн. было ох
вачено медицинской помощью, преимущественно в ее первичных
формах и при этом главным образом на крупных предприя¬
тиях 18°. Аналогичная картина к этому времени сложилась и
в горнозаводской промышленности.
Стачка рабочих на Невской бумагопрядильне в 1870 г. при¬
вела, с одной стороны, к усилению репрессивных мер против
рабочих, а с другой,— заставила обратить внимание на выработ¬
ку общих законодательных мер. Приговор по делу о Невской
стачке, ограничившийся минимальным наказанием, не удовлет¬
ворил правительство, и 6 июня 1870 г., с одобрения Александ¬
ра II, появился циркуляр Министерства внутренних дел, реко¬
мендовавший местным властям усилить наблюдение за фабрич¬
ным и заводским населением, особенно за «неблагонамеренными
личностями», которые имеют на рабочих вредное влияние. Мест¬
ным властям было предложено, не доводя дело до судебного
разбирательства, немедленно высылать зачинщиков стачек в ок¬
раинные губернии страны 181. Этот циркуляр наряду с высыл¬
кой рабочих за участие в стачках на родину стал нормой отно¬
шения правительства к рабочим. Только за октябрь-ноябрь
1871 г. из С.-Петербурга и Москвы было выслано 100 чело¬
век 182.
Вслед за этим циркуляром 23 октября 1870 г. была образо¬
вана комиссия под председательством члена Государственного
Совета П. Н. Игнатьева для подготовки правил о найме на фаб¬
рики и заводы. Ее материалы были переданы в 1874 г. другой
комиссии, под председательством министра внутренних дел
П. А. Валуева. В работе второй комиссии, кроме представителей
179 Е. М. Дементьев. Врачебная помощь фабричным рабочим. СПб., 1899,
стр. III.
180 Там же, стр. 83, 84.
181 «Рабочее движение...», т. II, ч. 1, стр. 242—243.
182 В. В. Сорокин. О некоторых полицейских мероприятиях царизма в рабо¬
чем вопросе первой половины 70-х годов XIX в.— «Ученые записки Смо¬
ленского гос. пед. ин-та им. К. Маркса», вып. II. Смоленск,, 1953, стр. 28.
124

различных министерств и местной администрации, участвовала
группа петербургских и московских фабрикантов. Это было вы¬
звано тем, что проект «Устава о личном найме рабочих и при¬
слуги», составленный комиссией Игнатьева, подвергся нападкам
со стороны буржуазии. В проектах Устава комиссии наряду с
вопросами относительно мер пресечения самовольного ухода с
работы, введением рабочих книжек, усиления карательных мер
предлагалось установить пределы использования детского труда.
Обе комиссии предлагали допустить наем малолетних на фабри¬
ки и заводы лишь с 12 лет. Рабочий день для малолетних огра¬
ничивался 6—10 часами, в зависимости от возраста.
Проект комиссии Валуева также не удовлетворил буржуа¬
зию, в первую очередь текстильных фабрикантов Центрально¬
промышленного района, которые широко применяли труд мало¬
летних и труд женщин и не хотели поступиться источниками
своего дохода.
Вопрос о труде женщин и детей в промышленности в те
годы широко дебатировался. Раздавались голоса в пользу огра¬
ничения использования их труда. Сторонники этого ограничения
обычно обходили социальную сторону вопроса, выдвигая мо¬
ральные и медицинские соображения. Вопрос о детском труде
обсуждался на Первом съезде фабрикантов и заводчиков
(1870 г.), в комиссии Русского технического общества (1874г.)
и на съезде главных по машиностроительной промышленности
деятелей (1875 г.). Их предложения шли значительно дальше,
чем правительственные проекты. На съезде фабрикантов и за¬
водчиков было выдвинуто предложение о допуске к работе в
промышленности малолетних лишь с 15—17 лет183. На этих
съездах был поднят вопрос и о повышении квалификации рабо¬
чих, путь к которому видели в обучении малолетних рабочих в
школах, создаваемых при фабриках за счет буржуазии, а взрос¬
лых —• в воскресных школах и вечерних курсах. Эти съезды
отражали настроения части буржуазии, преимущественно петер¬
бургской и польской, которая поднимала вопрос вообще с сокра¬
щении рабочего дня на предприятиях 184.
В кругах, близких к московской буржуазии, возник проект
создания «Общества попечения о рабочих», которое должно
было заниматься устройством школ, читален, открытием теат¬
183 «Протоколы и стенографические отчеты заседаний первого всероссийского
съезда фабрикантов, заводчиков и лиц, интересующихся отечественной
промышленностью 1870 года». СПб., 1872, стр. 75 и др.
184 Там же, стр. 113; «Труды высочайше утвержденного съезда главных по
машиностроительной промышленности деятелей», вып. I. СПб., 1875,
стр. НО—111, 199, 269—274, 355; вып. II, стр. 38—48; «Труды комиссии,
учрежденной при императорском Русском техническом обществе для ис¬
следования положения в России машиностроения и отраслей промышленно¬
сти, имеющих к нему непосредственное отношение». СПб., 1875, стр. 123—
124, 130.
125

ров, ссудо-сберегательных касс. Цель этого проекта заключа¬
лась в том, чтобы предупредить сближение рабочих «с испор¬
ченными классами... населения», «отстранить в будущем попыт¬
ки самих рабочих составить ассоциации для взаимной поддерж¬
ки в материальном отношении» и, опираясь на эту поддержку,
проводить стачки против хозяев185. Аналогичные предложе¬
ния, предусматривающие устраивать для рабочих ссудо-сбере¬
гательные кассы, общества потребителей, товарищества взаим¬
ного кредита, выдвигались и на съезде фабрикантов и завод¬
чиков. Проект московских предпринимателей, поданный вла¬
стям в 1870 г., заинтересовал Министерство внутренних дел и
III отделение. Правда, его новизна вызывала опасение, что в
«общество попечения могут проникнуть,— как писал начальник
III отделения Шувалов,— размножившиеся в последнее время
последователи учения Флеровского, Щапова и Лассаля и ис¬
пользовать его в своих целях, и тогда образуется пропасть
между трудом и капиталом, как это имеет место на Западе».
Тем не менее III отделение до 1873 г. пыталось использовать
эту идею, чтобы «овладеть рабочим движением, низвести со¬
циалистические стремления на почву реальных потребностей» 186.
Сопротивление буржуазии задерживало введение фабричных
законов. Но новая волна стачек конца 70-х — начала 80-х годов
заставила правительство обнародовать 1 июня 1882 г. закон о
детском труде. Для наблюдения за выполнением этого закона
создавалась фабричная инспекция. Однако и в этом случае под
давлением буржуазии его введение было отсрочено до 1 мая
1884 г. Закон вышел в урезанном виде по сравнению с перво¬
начальными наметками. Он устанавливал, что найм малолетних
для работы в промышленности может производиться с 12 лет,
а время работы 12—15-летних — равным 8 часам только в днев¬
ную смену. Во вредных производствах труд несовершеннолетних
не допускался. Но и из этого закона делались многочислен¬
ные изъятия. Так, например, временно разрешалась работа де¬
тей до 10 лет в тех производствах, где это уже имело место.
Речь шла в данном случае о текстильных предприятиях Цент¬
рально-промышленного района. Еще более снисходительно отно¬
силось правительство к обучению малолетних. Закон не обязы¬
вал, а лишь рекомендовал фабрикантам не препятствовать ма¬
лолетним рабочим, не имеющим образования, поступать в
школы. Между тем, по сведениям фабричной инспекции, за
1885 г. из 15,3 тыс. опрошенных малолетних рабочих только
5,3 тыс. было отнесено к числу грамотных, но из них лишь
500 чел. закончили школы, а все. остальные были по-существу
185 П. Парадизов. Рабочий вопрос в России в начале 70-х годов XIX в.— «Исто¬
рия пролетариата», 1932, № 10, стр. 85, 86.
186 В. В. Сорокин. Указ, соч., стр. 39—40.
126

полуграмотными, их образование ограничивалось умением чи¬
тать. В 1885 г. при предприятиях насчитывалось всего 163 шко¬
лы и обучались в них преимущественно дети служащих187.
Практически мало изменилось положение и в дальнейшем.
В конце XIX в. (1899 г.) фабричных школ стало 446 с 44,4 тыс.
учащимися 188.
Политика правительства и буржуазии в рабочем вопросе
складывалась в условиях неразвитой общественной жизни в стра¬
не и слабости рабочего движения. Правительство рассматривало
себя верховной властью, призванной опекать своих подданных.
Это положение уходило своими корнями в крепостные отношения
и получило выражение во всей внутренней политике страны.
Сглаживая наиболее острые противоречия, возникающие между
рабочими и буржуазией, правительство стремилось предстать
в роли попечителя, укрепить иллюзии монархизма, лишить поч¬
вы рабочее движение. Репрессивные же меры против стачечни¬
ков должны были послужить средством устрашения наиболее
активных рабочих.
Буржуазия, отстаивавшая принцип свободы предпринима¬
тельства и договорных отношений, стремилась поставить все
стороны жизни рабочих в зависимость от собственных действий,
усиленно выдавала себя за заботливого опекуна. Расхождения
в осуществлении политики правительства и буржуазии не имели
принципиального характера, вызывались тактическими и конъ¬
юнктурными соображениями.
Выступление на политической арене рабочего класса приве¬
ло к появлению в России рабочего законодательства, которое,
с одной стороны, в какой-то мере регулировало условия труда и
ограничивало эксплуатацию, с другой — защищало интересы
предпринимателей, устанавливало карательные меры в борьбе с
растущим движением российского пролетариата.
♦
Первые шаги рабочего движения в России сопровождались
стихийными выступлениями, поломкой машин, избиением адми¬
нистрации. В борьбе с фабричным начальством участвовали
лишь отдельные группы рабочих. Среди участников движения не
было единодушия.
С 1870 г. борьба рабочих стала расширяться. Начали дейст¬
вовать рабочие кружки, возникали одновременные стачки ряда
предприятий, рабочие начинали понимать значение солидарно¬
сти, предъявлять согласованные требования своим угнетателям.
187 А. В. Погожев. Школьно-фабричные нужды России.— «Русская мысль»,
1894, кн. IX, стр. 24, 25.
188 «Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона», т. XXXV, стр. 201.
127

Выступления пролетариата, общение революционно-демокра¬
тической интеллигенции с наиболее сознательными и пытливыми
рабочими привело к появлению первых рабочих-революционеров.
Это были грамотные, иногда сравнительно хорошо начитанные
люди, начинавшие понимать необходимость объединения сил
трудящихся в борьбе с фабрикантами. Они хорошо знали нуж¬
ды, чаяния и настроения рабочих, обладали способностью спло¬
тить вокруг себя своих товарищей, вселить им уверенность в
свои силы. Начинания передовых рабочих-революционеров нахо¬
дили поддержку среди более широких пролетарских слоев.
В. И. Ленин, высоко оценивая деятельность Петра Алексеева,
Степана Халтурина и других революционеров 70-х годов, отме¬
чал, что им «...доступны политические задачи в самом действи¬
тельном, в самом практическом смысле этого слова, доступны
именно потому и постольку, поскольку их горячая проповедь
встречает отклики в стихийно пробуждающейся массе, посколь¬
ку их кипучая энергия подхватывается и поддерживается энер¬
гией революционного класса» 189 190.
Передовые рабочие-революционеры были активными практи¬
ками движения. Они являлись застрельщиками стачечной борь¬
бы, умели настойчиво отстаивать требования трудящихся перед
фабрикантами, многие из них прошли начальную школу конспи¬
рации в рабочих кружках. Первые рабочие союзы явились важ¬
ным итогом деятельности пионеров рабочего движения.
Процесс формирования взглядов рабочих-революционеров,
происходивший в период господства идей революционного на¬
родничества, был сложным и противоречивым. Приобщение пе¬
редовых рабочих к революционному движению произошло под
воздействием демократической интеллигенции, которая призыва¬
ла к борьбе с царизмом. Но не понимая исторической роли
пролетариата в революционной борьбе, народники не могли
раскрыть задачи классовой борьбы пролетариата, хотя они и
призывали к солидарности всех трудящихся. Передовые рабочие
под воздействием тяжелого экономического положения и поли¬
тического бесправия, стачечной борьбы в России и пролетарско¬
го движения в Западной Европе во многом самостоятельно на¬
чинали стремиться к классовой солидарности, осознавали необ¬
ходимость политической борьбы.
Передовые пролетарии-революционеры «показали себя, как
великие деятели рабочей демократии» 19°. Уже тогда прозвучало
великое пророчество В. И. Ленина об исторической роли рабочего
класса в революции.
189 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 106.
190 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 22, стр. 72.

Глава третья
НА ПУТИ СОЕДИНЕНИЯ С СОЦИАЛИЗМОМ
ПОЛОЖЕНИЕ ПРОЛЕТАРИАТА
Обострение нужды рабочих
в годы экономического кризиса
Предельно сжатая, но охватывающая важнейшие стороны
характеристика положения пролетариата России за три десяти¬
летия после отмены крепостного права была дана В. И. Лени¬
ным в начале 90-х годов XIX в.: «... положение рабочего по
мере роста капитализма все ухудшалось. Заработки если и уве¬
личились кое-где после освобождения крестьян, то очень не¬
много и ненадолго, потому что масса приливающего из деревни
голодного народа сбивала цены, а между тем съестные и жиз¬
ненные припасы все дорожали, так что даже при увеличившей¬
ся плате рабочим приходилось получать меньше средств к жиз¬
ни; заработок найти становилось все труднее и труднее, и рядом
с роскошными палатами богачей... росли лачуги рабочих, при¬
нужденных жить в подвалах, в переполненных сырых и холод¬
ных квартирах, а не то и прямо в землянках около новых про¬
мышленных заведений. Капитал, становясь все крупнее, сильнее
давил на рабочих, превращая их в нищих, принуждая отдавать
все свое время фабрике, загоняя на работу жен и детей рабо¬
чих» L
Развитие капитализма в стране с обильными остатками кре¬
постнических отношений определяло особо тяжелое положение
пролетариата. Капиталистическая эксплуатация, которая стала
широко распространяться после падения крепостного права, до¬
полнялась могучей силой внеэкономического принуждения. Пол¬
ное политическое бесправие народа обрекало пролетариат на
почти неограниченный произвол фабрикантов и заводчиков, ко¬
торые стремились к извлечению максимальных прибылей за счет
хищнической эксплуатации труда рабочих и их семей.
Внедрение машин использовалось капиталистами для широ¬
кого применения дешевого женского и детского труда и увели¬
чения рабочего дня для всех категорий рабочих. (Детский труд
1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 2, стр. 89—90.
5 Заказ № 2671 129

был незначительно ограничен законом 4 июня 1882 г.) Рабочий
день, который в начале XIX в., согласно ремесленному закону
Екатерины II, находился в пределах 10 часов, увеличился в
80-х годах до 12—15 часов (за исключением машиностроитель¬
ных предприятий).
Наиболее продолжительным рабочий день был на предприя¬
тиях текстильной, пищевой и горнозаводской промышленности.
На машиностроительных и других предприятиях по обработке
металла рабочий день обычно составлял 10—12 часов. Но здесь
он часто увеличивался сверхурочными работами.
Следовательно, до 1897 г., когда пролетариат России в ре¬
зультате крупных стачек середины 90-х годов вырвал у царского
правительства закон о сокращении рабочего дня до 11,5 часа,
продолжительность рабочего дня в русской промышленности не
только не уменьшилась со времени падения крепостного права,
но даже увеличилась.
Общие данные о заработной плате рабочих России за 80-е
годы, как и предшествующие им десятилетия, крайне скудны.
Исследователями установлено, что в Московской губ. средний
месячный заработок взрослого рабочего равнялся примерно
14 руб.; в Петербургской—15—17 руб. Заработок же квалифици¬
рованного заводского рабочего в столице достигал 25—30 руб.,
а в провинции (например, на Коломенском заводе) — 22 руб.
В Донбассе месячная плата в среднем составляла на крупных
шахтах примерно 20—27 руб., а на мелких была ниже2. Ра¬
ботница текстильной фабрики получала на 3—4 рубля меньше
взрослого рабочего той же фабрики, подросток — половину зар¬
платы взрослого мужчины, малолеток — половину заработка ра¬
ботницы 3.
Заработная плата русского рабочего была в два раза ниже,
чем у английского. Но и эту плату рабочие получали не пол¬
ностью. Их особенно донимали штрафы, не говоря о других
вычетах. В 80-х годах скудность заработков, особенно в тек¬
стильной промышленности, доходила до крайних пределов. Са¬
нитарный врач Е. М. Дементьев, подробно исследовавший в этот
период положение рабочих Центрально-промышленного района,
открыто признавал, что заработная плата рабочего «есть мини¬
мум, обеспечивающий от голода, когда заработок дает только
возможность существовать полуживотною жизнью» 4.
Рабочие семьи систематически недоедали. Санитарный врач
Ф. Ф. Эрисман установил, что на предприятиях Московской губ.
2 М. Балабанов. Очерки по истории рабочего класса в России, ч. II. М.,
1925, стр. 190.
3 Там же, стр. 127—128, 129.
4 Е. М. Дементьев. Фабрика, что она дает населению и что она у него бе¬
рет. М., 1897, стр. 182.
130

рабочие, не имея возможности купить масла и мяса, питаются
почти исключительно хлебом и кашей, даже сахар не всегда
им доступен. «Далеко не все рабочие,— писал он,— в особен¬
ности малолетние и женщины, могут себе позволять роскошь
ежедневного чаепития»5.
Обследования русских санитарных врачей раскрывают по¬
трясающие картины антисанитарных условий труда и быта ра¬
бочих. «Нечистоплотность и отсутствие необходимой вентиляции
воздуха,— писал фабричный инспектор Янжул,— составляют
обычное явление на большинстве наших фабрик... все это вле¬
чет за собой сильную болезненность рабочих и частые случаи
несчастий на фабриках, сколько-нибудь точной регистрации ко¬
торых почти нигде не существует»6.
Для подростков и детей, занятых на производстве, эти усло¬
вия были особенно губительными.
Условия труда и быта рабочих были еще хуже в возник¬
ших после падения крепостного права новых промышленных
районах на Юге России: на угольных шахтах Донбасса и неф¬
тяных промыслах Баку. Рабочая сила набиралась здесь в по¬
давляющем большинстве из пришлого населения, гонимого сюда
безземельем и острой нуждой. Русские и особенно иностран¬
ные капиталисты извлекали из этих новых тогда для России от¬
раслей промышленности колоссальные прибыли и совершенно
не интересовались условиями труда рабочих.
Статистики Екатеринославской губернии дали яркие карти¬
ны тяжелых и опасных для жизни и здоровья условий труда
на шахтах и заводах Донбасса. «Нужно,— писали они,— не до¬
рожить совсем жизнью, чтобы решиться на рудничный труд,
где малейшая оплошность рабочего, недосмотр администрации
и т. п. могут окончиться смертью или погребением заживо»7.
Промышленный травматизм был главным бичом рабочих Дон¬
басса. По числу несчастных случаев со смертельным исходом
Донбасс занял в 80—90-х годах одно из первых мест в Евро¬
пе8. Условия работы нефтяников и рабочих золотых приисков
Сибири также были крайне тяжелыми.
Ужасающими были жилищные условия рабочих. В старых
промышленных центрах фабриканты и заводчики строили громад¬
ные фабричные казармы с общими спальнями, а для семейных —
каморками, которые в силу крайней перенаселенности были на¬
5 Ф. Ф, Эрисман. Пищевое довольствие рабочих на фабриках Московской
губернии. М., 1893, стр. 47—49.
6 И. И. Янжул. Фабричный быт Московской губернии. СПб., 1884, стр. 142.
7 «Сборник статистических сведений по Екатеринославской губернии»,
вып. III. Екатеринослав, 1886, стр. 383; см. также: О. А. Парасунько. По¬
ложение и борьба рабочего класса Украины (60—90-е годы XIX в.). Киев,
1963; С. И. Потолов. Рабочие Донбасса в XIX веке. М.— Л., 1963.
8 О. А. Парасунько. Указ, соч., стр. 185.
131
5*

столько убоги и грязны, что вызывали ужас и содрогание даже
у некоторых предпринимателей9.
Гнет капитала в России, исключительный по своей тяжести
и безобразным формам, особенно резко обострялся при экономи¬
ческих кризисах. Кризисы в России в силу пережитков крепост¬
ничества еще больше увеличивали и обостряли нужду и бед¬
ствия трудящихся масс, прежде всего промышленного пролета¬
риата.
Самым глубоким из кризисов второй половины XIX в. был
кризис первой половины 80-х годов. В России он начался в
1880—1881 гг. и продолжался до 1886 г., захватив вначале наи¬
более развитую отрасль русской промышленности — текстиль¬
ную, а с 1882 г. распространился на другие отрасли и стал
всеобщим.
Впервые в эти годы в России отчетливо проявились про¬
тиворечия капиталистического способа производства. Промыш¬
ленный кризис переплетался с аграрным, что обусловило его
длительность и обострение нужды широких трудящихся масс.
Кризис породил прежде всего невиданную до тех пор в
России по своим масштабам безработицу в среде промышлен¬
ного пролетариата. Отсутствие в царской России учета безра¬
ботных, как в целом по стране, так и в отдельных районах,
особенно за этот период, затрудняет анализ размеров этого са¬
мого тяжелого для трудящихся социального бедствия. По офи¬
циальным данным, число рабочих в 34 отраслях фабрично-завод¬
ской промышленности Европейской России (в которых было за¬
нято приблизительно немногим более 7з общей численности
фабрично-заводских рабочих) сократилось на 30 тыс. чел.
На механических и машиностроительных заводах число рабочих
в 1885 г. сократилось на 6 тыс. по сравнению с 1880 г.10
Массовые увольнения рабочих были особенно сильны в пер¬
вые годы кризиса. Легальные «Русские ведомости», «Биржевые
ведомости» и нелегальная народовольческая «Рабочая газета»
сообщали о многих случаях сокращения производства, закрытии
фабрик и заводов и увольнении рабочих. «Ткацкая фабрика Во¬
ронина и Александрова, что на острове, остановлена, на сукон¬
ной фабрике Торнтона (за Невской заставой) рассчитано
1800 человек, на миткально-ткацкой наследников Голенищева
(Митрофаньевской) уменьшено на два часа рабочее время...
плата же поштучная осталась прежняя... у Растеряева работают
1500 чел. вместо 3000». Еще раньше сообщалось о закрытии
завода Берда, сокращении производства на Путиловском и дру¬
9 К. А. Пажитнов. Положение рабочего класса в России, т. II. Л., 1924,
стр. 93.
10 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 603; А. Г. Рашин. Формирова¬
ние рабочего класса России. М., 1958, стр. 13.
132

гих заводах11. В 1883 г. продукция важнейших отраслей про¬
изводства в 50 губерниях Европейской России упала на 15% 12.
Последствия кризиса для положения пролетариата особенно
остро сказались к середине 80-х годов. О степени падения за¬
работной платы рабочих можно судить по следующему при¬
меру: на фабриках Хлудовых в Егорьевске рабочие в 1885 г.
при пятидневной рабочей неделе зарабатывали в два с по¬
ловиной раза меньше, чем в конце 70-х годов. Либеральная
газета «Неделя» сообщала: «Плотники, получавшие прежде
1 рубль в сутки, теперь довольствуются полтиной, каменщик
берет вместо 70 коп. 40 и т. д.» 13
Капиталисты увольняли рабочих разными способами. Часто
они маскировали массовые увольнения, налагая на рабочих гро¬
мадные штрафы и вычеты, заставляя их тем самым покинуть
фабрику, сокращали рабочий день при еще большем сокращении
заработной платы и т. п.
Острее всего кризис сказался на положении рабочей массы
Центрально-промышленного района. В этом исконном центре
экономической и общественной жизни России была сосредото¬
чена треть всех фабрично-заводских рабочих, сконцент¬
рировано почти все текстильное производство страны.
Сложившийся еще в крепостную эпоху Центрально-промышлен¬
ный район был местом самой кабальной, хищнической эксплуа¬
тации и почти неограниченного произвола фабрикантов. Своеоб¬
разие исторического развития текстильной промышленности это¬
го района — ее происхождение из крестьянских промыслов и
эволюция через мануфактуру и мелкие «светелки» к крупному
машинному производству — обусловили некоторые особенности
формирования и положения пролетариата.
Текстильная промышленность возникла здесь по преимуще¬
ству в сельских местностях, в центрах капиталистической ману¬
фактуры, подчинив себе огромные массы мелких ткачей. Здесь
не деревня шла к фабрике, как в крупных городах, а фабрика
приходила в деревню. «Превращая сразу захолустного мужика
в рабочего,— писал В. И. Ленин,— фабрика может на некоторое
время обеспечить себя наиболее дешевыми, наименее развитыми
и наименее требовательными «руками»» 14.
В этом районе был самый длинный рабочий день, крайне
низкая заработная плата, самая грубая эксплуатация женского
11 М. Балабанов. Указ, соч., стр. 263; см. также: Л. М. Клейнборт. История
безработицы в России 1857—1919 гг. М., 1925, стр. 45; В. С. Панкратов.
Из деятельности среди рабочих в 1880—1884 гг.— «Былое», 1906, № 3,
стр. 230.
12 Л. Мендельсон. Экономические кризисы и циклы XIX века. М., 1949,
стр. 596.
13 Там же, стр. 597.
*4 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 525.
133

и детского труда, широко применялись ночные работы, исклю¬
чительно тяжелыми были бытовые условия. В годы кризиса
здесь на многих предприятиях увольняли до 7з рабочих15.
Кризис вынудил часть рабочих, которые еще не до конца
порвали связь с землей, вернуться в деревню. В условиях, когда
сложились кадры постоянных фабричных рабочих, деревня уже
не могла служить для основной массы пролетариата прибежи¬
щем в годы промышленных кризисов. В то же время оттуда
шел неизмеримо более сильный встречный поток в фабричные
центры, что привело к крайнему обесцениванию труда.
Политическое бесправие рабочих и слабость рабочего дви¬
жения были причиной того, что ни в одной другой европей¬
ской стране капиталисты так открыто и бесцеремонно не пере¬
кладывали все тяжести кризиса на плечи рабочих, как в Рос¬
сии. Пользуясь безработицей, фабриканты снижали расценки, по¬
вышали цены на продукты в фабричных лавках, прибегали к
массовому штрафованию рабочих, достигавшему иногда 30—50%
заработка.
Все это привело к тому, что в годы промышленного кри¬
зиса характерная для капитализма тенденция к абсолютному
обнищанию рабочего класса стала действительностью. Исклю¬
чительно тяжелое положение рабочих вынуждено было признать
даже царское правительство. Докладывая Александру III о при¬
чинах стачек, происходивших в конце 1884 г. и в начале 1885 г.,
министр внутренних дел Д. А. Толстой объяснял их ухудшением
положения рабочих. «Если же принять во внимание,— отмечал
он,— общее падение цен на рабочие руки..., то, естественно, ра¬
бочие часто поставлены не только вне возможности уплачивать
повинности и содержать свои семейства, но даже не могут за¬
работать на свое личное пропитание... нередко рабочий вместо
чистого дохода остается еще должным фабриканту» 16.
Ухудшение положения пролетариата России в середине 80-х
годов нашло отражение в многочисленных жалобах рабочих
местным властям, в требованиях стачечников, в показаниях,
которые давали рабочие, привлеченные к суду за участие в
стачках: «Нашего положения на здешней фабрике,— говорил сле¬
дователю участник стачки 1885 г. на фабрике Морозова ткач
Ф. Л. Козлов,— не может быть хуже... Рабочий хороший и трез¬
вый бьется изо всех сил, и в конце концов настоящего куска
хлеба ему не заработать... Стало невозможно жить» 17. Об этом
же говорили рабочие Никольской, Тверской и многих других
фабрик18.
15 Л4. Балабанов. Указ, соч., стр. 264.
16 «Рабочее движение в России в XIX в.», т. III, ч. 1. М., 1952, стр. 703.
17 Там же, стр. 146, 147.
18 Там же, стр. 146, 150, 154, 172, 318—320, 323-329.
134

Экономический кризис повсюду в той или иной мере ухуд¬
шил положение пролетариата. На Украине, бывшей русской
части Польши, Прибалтике, где жизненный уровень рабочих
был несколько выше, чем в Центрально-промышленном райо¬
не, кризис также тяжело сказался на их положении. В одной
лишь Варшаве летом 1882 г. было 20 тыс. безработных19.
В крупнейших городах Украины — Киеве, Екатеринославе, Харь¬
кове, Одессе, Полтаве—тысячи рабочих были выброшены за
ворота фабрик, заводов, железнодорожных мастерских. Жандарм¬
ские власти Екатеринославской губ. сообщали о закрытии Лу¬
ганского чугунолитейного завода и о предстоящем увольнении
рабочих, а также о росте недовольства среди них20.
Повсюду снижалась заработная плата рабочих. В 1883—
1889 гг. часть рабочих заводов Юга зарабатывала по 7—10 руб.
вместо обычных 25—30 руб.21 Особенно тяжело приходилось
рабочим угольных копей. Здесь работали преимущественно
пришлые рабочие из Курской, Орловской, Тульской и Смолен¬
ской губерний. Подрядчики доставляли рабочим продукты пло¬
хого качества, штейгеры неправильно браковали добытый ра¬
бочими уголь и недобросовестно оценивали их труд, а контора
обсчитывала рабочих. Шахтеры фактически не получали заработ¬
ной платы до окончания срока найма. Выдача ее происходила
нерегулярно и не полностью, штрафы урезывали и без того скуд¬
ный заработок. Значительно ухудшилось в годы кризиса по¬
ложение рабочих Урала, где крепостнические пережитки на за¬
водах были особенно сильны.
Находясь под постоянным тяжелым гнетом капиталистиче¬
ской эксплуатации и политическим произволом царизма, рабо¬
чие в 80-х годах на себе испытали особо резкие колебания эко¬
номической конъюнктуры, которая необычайно обостряла нужду
пролетариата.
НАЧАЛО БОРЬБЫ ЗА ОБЩИЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ТРЕБОВАНИЯ
Морозовская стачка.
Выступления рабочих Центрально-промышленного района
За четверть века после падения крепостного права состав
пролетариата существенно изменился. Народилось новое поко¬
ление фабрично-заводских рабочих, связанное преимущественно
с крупным (капиталистическим производством, выросли их жиз¬
ненные потребности, поднялось сознание человеческого достоин¬
19 Л. Мендельсон, Указ, соч., стр. 597.
20 <Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 713.
21 С, И. Пот о лов. Указ, соч., стр. 158.
135

ства и стремление к улучшению условий труда и быта. Это
вело к обострению противоречий между рабочими и капи¬
талистами. Крупнейшим проявлением этих противоречий была
знаменитая стачка рабочих на Никольской мануфактуре в Оре¬
хово-Зуеве— по числу рабочих самого крупного из всех месте¬
чек и -сел22, каких было 'много в Центрально-промышленном
районе, особенно в Московской, Владимирской и Костромской
губерниях23. Большинство из них образовалось на базе тек¬
стильных фабрик.
Возникшая в 1797 г. в Орехово-Зуеве Никольская мануфак¬
тура превратилась к середине 80-х годов в крупнейшее текстиль¬
ное предприятие страны. Оно принадлежало Морозову. В 1884 г.
на фабрике трудились (вместе с занятыми на подсобных рабо¬
тах вне ее стен) 17 783 рабочих24. В подавляющем большин¬
стве это 'были выходцы из крестьян Владимирской, Московской
и Рязанской губ. Значительную часть рабочих представляли
потомственные пролетарии, отцы и деды которых работали у
Морозова25.
В целях расширения круга постоянных, опытных рабочих
владелец фабрики построил многоэтажные жилые казармы, боль¬
ницу, библиотеку. Поступив на фабрику, рабочий всецело попа¬
дал под контроль фабричной конторы, которая ведала всеми сто¬
ронами жизни рабочих.
Морозовская мануфактура -славилась особо строгим фабрич¬
ным режимом. Владелец — известный в России миллионер — по
существу был бесконтрольным хозяином предприятия. Рабочие,
выражавшие протест или подававшие жалобы, немедленно уволь¬
нялись. По числу рабочих дней в году фабрика стояла на пер¬
вом месте в губернии. Праздники произвольно сокращались.
На фабрике процветала губительная для здоровья система ко¬
ротких смен: рабочий после 6-часовой работы получал на столь¬
ко же часов отдых, затем снова работал 6 часов и вновь такой
же отдых. Часть рабочих работала сменами по 12 часов. Сред¬
ний заработок опытного ткача равнялся 12—15 рублям. Жен¬
щины за ту же работу получали на 30% меньше. Подростки —
около половины заработка взрослого рабочего. С наступлением
промышленного кризиса заработная плата резко понизилась.
На положении рабочих особенно сказались штрафы и всевоз¬
можные вычеты.
22 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 607.
23 В Центрально-промышленный район дореволюционной России входили
Московская, Владимирская, Костромская, Нижегородская, Тверская и
Ярославская губ. (Д. И. Скворцов. Хозяйственные районы Европейской
России, ч. 1. СПб., 1914, стр. 19).
24 <Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 824.
25 Н. И. Толоконский. Орехово-Зуевская стачка 1885 года. М., 1956,
стр. 20—22.
136

П. А. МОИСЕЕНКО
Рабочая масса возмуща¬
лась глухо, но еще был жив
дух покорности и нерешитель¬
ности. Осенью 1883 г. в Орехо¬
во-Зуево появились, отбыв за¬
ключение в тюрьмах и ссылке
за участие в петербургских
стачках, бывшие члены «Се¬
верного Союза русских рабо¬
чих» П. А. Моисеенко и Л. И.
Иванов. Они поступили ткача¬
ми на Никольскую мануфакту¬
ру. Вокруг Моисеенко и Ива¬
нова стала группироваться ра¬
бочая молодежь, среди кото¬
рой выделялся любимеп. мест¬
ных рабочих В. С. Волков, то¬
же ткач по профессии. Време¬
нами они собирались для чте¬
ния литературы. Сильное впе¬
чатление на рабочих произве¬
ла прочитанная Моисеенко
драматическая хроника «Стень¬
ка Разин», опубликованная в легальном журнале «Вестник Ев¬
ропы». Впервые Стенька предстал перед слушателями не раз¬
бойником, а защитником крестьян и рабочего люда26.
Беседы о необходимости отпора растущему гнету и безгра¬
ничному произволу предпринимателей вызывали живой интерес у
рабочих. Но поднять на борьбу сразу всю многотысячную за¬
битую массу было, однако, нелегко. Как и большинство других
фабрик, Никольская мануфактура до этого знала лишь споради¬
ческие, разрозненные выступления рабочих.
«С трудом,— вспоминал Моисеенко,— приходилось уговари¬
вать людей, что в таком положении, в таких условиях жить
никак невозможно»27. Моисеенко подавал личный пример со¬
противления произволу фабричной администрации. При каждой
попытке наложить незаконный штраф он протестовал, публично
разоблачал грабительский характер этих штрафов. Это подни¬
мало его авторитет в глазах рабочей массы. В конце 1884 г.
фабричная администрация, уже не в первый раз с начала кри¬
зиса, снизила расценки. Возмущение рабочих достигло предела.
Моисеенко, Волков и их единомышленники повели агитацию
26 П. А. Моисеенко. Воспоминания старого революционера. М., 1966, стр. 72—
74.
27 «Морозовская стачка. 1885—1935». Сб. статей, документов и воспоминаний.
М., 1935, стр. 63.
137

за стачку. Перелому в настроении рабочих Никольской ману¬
фактуры содействовала бурная 3-тысячная стачка на Вознесен¬
ской фабрике под Москвой в декабре 1884 г.28
5 января 1885 г. 19 рабочих, по инициативе Моисеенко и
Волкова, на тайном собрании решили начать стачку. На дру¬
гой день собралось уже 50 человек от разных групп рабочих.
Таким образом, в подготовку стачки был втянут довольно ши¬
рокий круг рабочих. Заранее подготовленная, она не была все
же гарантирована от случайностей, тем более что о подготовке
к ней узнала администрация. Организаторы стачки направи¬
лись прямо в цеха. По их призыву ткачи остановили станки.
Ткачей поддержали прядильщики, а за ними и все рабочие.
Стычка между фабричной охраной и рабочими закончилась бег¬
ством охранников от многотысячной возбужденной толпы.
Известие о том, что фабричная администрация прекратила
отпуск продуктов питания из фабричных лавок, привело к раз¬
грому возмущенными рабочими продовольственной лавки и
квартир особенно ненавистных им директора фабрики и мастера
Шорина. Ненависть, накапливавшаяся годами, вылилась нару¬
жу. Однако усилиями руководителей стачки удалось остановить
стихийные выступления.
Произошли волнения на отдельных предприятиях и в со¬
седних с Орехово-Зуевом местностях29.
В Орехово-Зуево спешно прибыл губернатор Владимирской
губернии. Его попытка заставить стачечников приступить к ра¬
боте на прежних условиях не удалась. По настоянию властей
Морозов согласился удовлетворить минимальное требование —
вернуть штрафы с 1 октября 1884 г., но при условии расчета
всех рабочих со дня стачки, после чего будет организован но¬
вый прием. Фабричная администрация надеялась таким образом
избавиться от наиболее активных участников стачки.
Утром 11 января было вывешено окончательное объявление
администрации фабрики, в котором говорилось, что хозяин пред¬
лагает немедленно приступить к работе на прежних условиях
либо получить полный расчет30.
Возмущенные рабочие сорвали объявление. Моисеенко и
Волков выработали «Требование по общему согласию рабочих»:
«1. По изданному государственному закону хозяин не дол¬
жен производить чрезмерных штрафов, которыми обременяет
своих рабочих. Мы, рабочие, требуем и просим, чтобы штрафы
не превышали пяти % заработанного рубля, и чтобы рабочий
был предупрежден о его плохой работе, и вызывался не бо¬
лее двух раз в течение месяца.
28 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 195.
29 Там же, стр. 138, 303, 304, 771.
80 Там же, стр. 135—136.
138

2. Вычет за прогул чтобы не превышал более одного руб¬
ля, но с тем, чтобы и хозяин также был бы обязан уплатить ра¬
бочему за прогул, происходящий по вине хозяйской...
3. Полное изменение условий найма между хозяином и ра¬
бочими по изданному государственному закону, чтобы каждый
рабочий мог получить полный расчет без всякого вычета и за¬
держки по заявлению рабочим за 15 дней о нежелании про¬
должать работу. Также и хозяин обязан объявить рабочему
за 15 дней о его расчете, и все это записывалось бы в рас¬
четные тетради...»31.
Кроме того, рабочие требовали, чтобы оценки качества по¬
ступающих для обработки материалов, от которых зависели за¬
работки рабочих, происходили бы при свидетелях от рабочих.
В случае, если рабочие и администрация не могут прийти к
общему соглашению, был бы учрежден «государственный конт¬
роль». Они требовали также не задерживать выдачу заработной
платы далее Г5-го числа каждого месяца, возвратить штрафы,
удержанные хозяином с пасхи (апрель) 1884 г., вернуться к
расценкам, существовавшим до кризиса, свободно выбирать ста¬
рост в артелях, переизбирать их каждые три месяца, уволить
тех служащих и мастеров, которых они найдут нужным32.
Требования касались важнейших сторон взаимоотношений
рабочих с предпринимателем. Рабочие добивались издания госу¬
дарственного закона, призванного ограничить произвол капита¬
листов над рабочими.
Характерной чертой стачки была возросшая организован¬
ность, сплоченность, классовая солидарность рабочих. Неодно¬
кратные попытки администрации противопоставить одну часть
рабочих другой и сорвать тем самым стачку кончались прова¬
лом. Новой чертой была также тесная взаимная связь руково¬
дителей и рабочей массы.
Убедившись в неуступчивости рабочих, власти решили по¬
давить стачку силой. Они стянули 1500 солдат и окружили ра¬
бочие казармы. Руководители выступления и сотни рабочих были
арестованы. Стачка была сломлена, главные ее участники за¬
ключены в тюрьму и преданы суду. Суд, по мысли правитель¬
ственных властей, должен был взвалить вину за события на
Никольской мануфактуре на рабочих и скрыть от общественного
мнения истинные причины этой громадной стачки.
Было организовано два процесса. Первый начался во Влади¬
мире в феврале 1886 г. в окружном суде без присяжных за¬
седателей33. Приговор суда был предопределен. Организаторы
31 Там же, стр. 132—134.
32 Там же.
38 По уставу судебного производства дело о стачках подлежало рассмотре¬
нию суда присяжных. Опасаясь, что суд присяжных может оправдать
подсудимых, власти решили судить стачечников в окружном суде.
139

стачки Моисеенко и Волков вскрыли на процессе тяжелое по¬
ложение рабочих и доказали полный произвол фабричной адми¬
нистрации. Но суд приговорил Моисеенко и Волкова к трем
месяцам тюремного заключения, а остальных — до двух ме¬
сяцев.
В мае того же года предстала уже перед судом присяжных
вторая группа обвиняемых — 33 участника стачки. На второй
процесс явилось более ста свидетелей. Громадное большинство
их подтвердило показания обвиняемых о невыносимых условиях
труда на фабрике Морозова. Под тяжестью неоспоримых фак¬
тов суд присяжных вынужден был оправдать подсудимых.
Стачка продолжалась с 7 по 17 января 1885 г. В ней
участвовало 8 тыс. рабочих. В своем развитии стачка прошла
ряд этапов. По длительности и числу участников на одном пред¬
приятии Морозовская стачка не имела себе равных ни в прош¬
лом, ни в 80-х годах XIX в.
Морозовская стачка и процессы над ее участниками полу¬
чили широкий резонанс. Легальная печать, обычно замалчивав¬
шая борьбу рабочих, живо откликнулась на стачку. «Рабочий
вопрос» становился предметом открытого обсуждения в разных
слоях русского общества. Реакционная печать, стремясь повли¬
ять на судебный процесс, пыталась всю вину за стачку взва¬
лить на кризис и на «злонамеренную агитацию».
Стачка свидетельствовала, что с развитием капиталистиче¬
ской промышленности антагонизм между трудом и капиталом
становится серьезным фактором общественной жизни страны.
Это было первое сознательно подготовленное и организованно
проведенное массовое выступление рабочих в крупном промыш¬
ленном центре России, первая крупная стачка, руководимая еди¬
ничными рабочими-социалистами34.
Требования стачечников носили не только экономический,
но и в определенном смысле политический характер, поскольку
они выражали общие интересы рабочих России и были направ¬
лены против остатков крепостничества в промышленности и са¬
мых грубых форм эксплуатации рабочих.
Стачка была серьезной школой для рабочих и их руково¬
дителей. Кругозор их расширился. От обороны они переходили
в наступление, от отдельных мелких требований, которые ка¬
сались только рабочих их предприятия, к составлению общей
программы требований рабочих, направленной против сущест¬
вующих в промышленности порядков. Противоположность ин¬
тересов пролетариата и буржуазии, пропасть между ними ни¬
когда ранее не проявлялась в такой степени. Перспектива ро¬
ста рабочего движения в России стала признаваться возможной
всеми течениями общественной мысли, от монархистов до на¬
34 См. В. И, Ленин. Полн. собр. соч., т. 9, стр. 250.
140

родовольцев. Стачка ускорила начавшийся поворот революцион¬
ной интеллигенции от народничества к марксизму.
В отличие от других крупных выступлений, произошедших
до нее, Морозовская стачка не осталась изолированной. Она
стала исходным пунктом новейшей истории российского рабо¬
чего движения35. Это было первое событие в истории проле¬
тариата России, получившее отклик за границей. Французская
рабочая газета «Социалист» поместила о ней статью, оценив
выступление орехово-зуевских рабочих как начало новой фазы
в развитии русского рабочего движения36.
Морозовская стачка знаменовала начало массовой пролетар¬
ской борьбы в важнейшем промышленном районе России.
Почти одновременно со стачкой в Орехово-Зуево прошло
выступление (14—18 января 1885 г.) рабочих Измайловской ма¬
нуфактуры,, в котором участвовало до 1 тыс. рабочих. 12 февраля
того же года вспыхнула стачка 1850 рабочих Вознесенской ману¬
фактуры Дмитровского уезда Московской губ. Причинами стачек
на этих предприятих были увольнения рабочих, снижение за¬
работной платы, большие штрафы и вычеты, высокие цены в
фабричной лавке и принуждение хозяев пользоваться ею37.
Попытка властей уговорить рабочих Измайловской мануфак¬
туры возобновить работу успеха не имела. Вызванная на фаб¬
рику воинская часть арестовала активных участников стачки,
некоторые рабочие были рассчитаны, остальные приступили к
работе после нескольких мелких уступок хозяина. В 1885 г.
в Москве и Московской губ. произошло 45 стачек и волнений
рабочих.
В феврале 1885 г. забастовало более четырех тысяч рабочих
Тверской мануфактуры и бумаготкацкой фабрики Залогина в
Твери. Они требовали повысить расценки, уменьшить на 3Д
штрафы, вернуть удержанные администрацией с рабочих в тече¬
ние трех лет деньги за челноки, уволить мастеров, которые
притесняют рабочих38.
Власти предъявили рабочим ультиматум: приступить к рабо¬
те на прежних условиях или в течение трех дней, начиная с
1 марта, получить расчет и очистить фабричные жилые помеще¬
ния. Стачечники проявили выдержку и упорство в своих тре¬
бованиях, и администрация решила их выселить силой. Рабо¬
чим перестали выдавать продукты, жилые помещения и вся тер¬
ритория фабрики были окружены войсками. Выходивших за пре¬
делы фабричной территории обратно не пускали. Этими мерами
администрация добилась того, что к 8 марта более 2 тыс. че¬
35 Там же.
36 Г. В. Плеханов. Соч., т. II, изд. 3-е. Л.— М., 1925, стр. 390—392.
37 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 303—312, 771—772.
38 Там же, стр. 321—322.
141

ловек покинули фабрику. Оставшиеся, не выдержав блокады и
голода, приступили к работе.
Новым явлением в пролетарской борьбе были стачки соли¬
дарности, совместные выступления рабочих нескольких пред¬
приятий. Впервые такое выступление произошло осенью 1885 г.
в Иваново-Вознесенске, когда забастовали 6 тыс. рабочих семи
фабрик города.
Иваново-Вознесенская стачка возникла под непосредствен¬
ным влиянием Морозовской. «Слухи о Зуевской (Морозовской —
ред.) стачке докатились и до нас, для нашего горюче¬
го материала они явились запалом, искрой»,— писал участник
этой стачки39.
Главной причиной стачки послужило объявление о новых ус¬
ловиях найма рабочих в связи с применением закона о запре¬
щении ночных работ для женщин и подростков. До этого фаб¬
рики работали круглосуточно в две смены по 12 часов. Теперь
же фабриканты потребовали, чтобы впредь мужчины работали
только ночью. Рабочие возмутились, заявив, что они не в со¬
стоянии будут работать каждую ночь. Тогда фабриканты уста¬
новили 9-часовой рабочий день для мужчин и женщин при
сдельной оплате. Это привело к снижению заработка на 25%.
Крайне тяжелое положение рабочих вынужден был признать
даже прокурор Московской судебной палаты, который сообщал
министру юстиции: «Нужда их ужасная, ибо при возвышающей¬
ся дороговизне на съестные припасы им положительно нечем
кормить семью на ежемесячный заработок от 6 до 7 рублей»40.
Рабочие потребовали увеличения заработной платы на 50%.
Фабриканты решили прибавить лишь 5%. Тогда к забастовав¬
шим первыми ткачам Вознесенской мануфактуры присоедини¬
лись рабочие фабрики Гарелина, а затем рабочие еще пяти
фабрик.
Забастовщики вели себя с достоинством, не давали повода
к эксцессам. «При всех объяснениях с начальством,—сообщал
прокурор,— рабочие ведут себя крайне сдержанно и вполне веж¬
ливо, выражая только удивление, что ни губернатор, ни прочие
власти ничего не могут сделать к ограждению их от фабрикан¬
тов» 41. Стачка продолжалась с 23 сентября до 6 октября
1885 г. Рабочие добились незначительного повышения зарплаты.
Менее организованно, при столкновениях с полицией, про¬
шла стачка в Шуе, где в сентябре 1888 г. забастовали 1500 ра¬
бочих фабрики Терентьева. Они потребовали установления 9-ча¬
сового рабочего дня, уничтожения ночных работ и отмены
39 «Иваново-Вознесенский губернский ежегодник», Календарь-справочник на
1921 г. Иваново-Вознесенск, 1921, стр. 35.
40 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 403.
41 Там же.
142

снижения заработной платы. К ним присоединились рабочие
других фабрик. Всего в забастовке участвовало 6 тыс. рабочих.
В этом выступлении активную роль играли некоторые участ¬
ники Морозовской стачки. Местный нелегальный кружок учите¬
лей решил оказать помощь стачечникам. Члены кружка от име¬
ни стачечников составили воззвание, в котором говорилось о ре¬
шимости рабочих добиваться исполнения своих требований42.
Весной 1889 г. бастовали почти все ткацкие фабрики Шуи,
Коврова и Иваново-Вознесенска. Забастовки были вызваны ре¬
шением фабрикантов ввиду застоя в промышленности сократить
на лето объем производства и вместо двухсменной работы по
12 часов ввести односменную по 13 часов в сутки. Около
6 тыс. рабочих этих городов оставались таким образом без
работы и лишались средств к существованию. Рабочие Шуи и
других городов добивались возвращения к двухсменной работе.
Большими группами они собирались у ворот фабрик, требуя вос¬
становления всех уволенных на работе и призывали рабочих,
оставшихся на производстве, прекратить работу. Только после
угрозы призвать воинские части рабочие начали возвращаться
к работе. Оставшиеся без работы вынуждены были покинуть
Шую43.
Подобные стачки происходили и на других предприятиях
Центрально-промышленного района. Вместе с тем в 1885—
1889 гг. произошел ряд бурных стихийных волнений, сопровож¬
давшихся повреждениями фабричных зданий, контор, лавок и из¬
биением отдельных представителей фабричной администрации44.
Эти волнения обычно кончались поражением рабочих и жесто¬
кими репрессиями против многих активных участников выступ¬
лений.
«Стачек-бунтов» во второй половине 80-х годов было, од¬
нако, значительно меньше, чем в 70-х годах, что свидетельство¬
вало о росте организованности рабочих-текстильщиков.
Борьба текстильщиков была главным, но не единственным
проявлением пролетарской борьбы в Центральной России во
второй половине 80-х годов. Здесь произошли также выступ¬
ления в металлургической и машиностроительной промышлен¬
ности, на кирпичных заводах, торфоразработках.
Большинство этих выступлений носило характер волнений.
Они отражали процесс вовлечения в борьбу новых слоев про¬
летариата.
42 Там же, стр. 626, 627; С. П. {Пестернин. Пережитое. Иваново, 1940,
стр. 39—45.
43 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 660—669.
44 Подобные выступления в Центрально-промышленном районе происходили
на фаянсовой фабрике Кузнецова в Тверской губ. в ноябре 1886 г. (там же,
стр. 418—433), бумагопрядильной фабрике И. Коншина и в г. Серпухове
в мае 1887 г. (там же, стр. 515—516).
143

Стачки текстильщиков Центрально-промышленного района
в 1885—1889 гг. были проявлением ширившегося рабочего дви¬
жения в России. Если в целом в России, по нашим подсчетам,
за это пятилетие произошло в два раза больше выступлений
рабочих, чем за предыдущее время (1880—1884 гг.), то в Цент¬
рально-промышленном районе их было больше в четыре раза.
Стачка — специфическое пролетарское средство борьбы —
получила сравнительно широкое распространение. В движение
включалось все больше новых участников. Но при этом
протест рабочей массы нередко выливался в стихийные «стач¬
ки-бунты». Вместе с тем учащаются повторные стачки на одних
и тех же предприятиях. Например, в конце 1884 — начале
1885 г. произошли крупные выступления рабочих фабрики За-
логина близ г. Твери, на Рождественской мануфактуре в том же
городе, на Никольской мануфактуре в Орехово-Зуево, на Возне¬
сенской мануфактуре в Иваново-Вознесенске, на Измайловской
мануфактуре в Москве45. В марте 1885 г. вновь возникла стач¬
ка рабочих фабрики Залогина и произошли волнения на бумаго¬
прядильной фабрике т-ва Никольской мануфактуры46. Повторные
стачки с большим разрывом произошли на фабрике Коншина в
Серпухове и некоторых других предприятиях. В январе и июне
1888 г. дважды бастовали рабочие Рождественской мануфакту¬
ры в Твери47.
Всего в Центрально-промышленном районе в 1885—1889 гг.
произошло 147 стачек, в которых участвовал 82201 рабочий,
и 112 других выступлений (волнения, жалобы и т. п.) с 22 375
участниками48. Таким образом, за эти годы здесь состоялось
259 выступлений рабочих с 104 576 участниками. Общее число
фабрично-заводских и железнодорожных рабочих района состав¬
ляло примерно 370 тыс.49 Следовательно, в стачках и волне¬
ниях участвовала почти треть рабочих этого района. Вплоть
до первой русской революции Центрально-промышленный район
не знал такого широкого размаха стачечного движения50.
По неполным данным, всего в России в 1885—1889 гг. про¬
изошло 385 выступлений, в которых участвовало 161 176 чел.
45 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 239.
46 Там же, стр. 774.
47 Там же, стр. 792, 794.
48 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1—2; Л. М. Кресина. Рабочее движение
во Владимирской губернии в конце XIX — начале XX в. Владимир, 1959;
«Очерки истории Горьковской организации КПСС», ч. 1. Горький, 1961,
стр. 22; Ев. Дюбюк, Очерки по истории рабочего движения в Костромской
губернии, вып. I. Кострома, 1926, стр. 33—36.
49 А, Г, Рашин. Формирование промышленного пролетариата в России. М.,
1940, стр. 128.
50 Следует иметь в виду, что в 70 случаях выступлений нет данных о числе
рабочих. Следовательно, общее число рабочих — участников борьбы —
было еще больше.
144

Таким образом, примерно 2/з выступлений и более 3/б участ¬
ников по стране падает на один Центрально-промышленный
район. Кроме того, в этом районе произошли не только наи¬
более организованные, но и самые крупные выступления в
стране.
В подавляющем большинстве это были стачки. Школу про¬
летарской борьбы рабочие Центрально-промышленного района
проходили в основной своей массе в крупных социальных столк¬
новениях с капиталом, что имело серьезные последствия для
последующей массовой революционной борьбы пролетариата.
Морозовская стачка и последовавшая за ней волна стачек
во всем Центрально-промышленном районе была единым дви¬
жением рабочих, главным образом текстильщиков, против гос¬
подствовавшего до этого почти неограниченного произвола ка¬
питалистов. Главным поводом к выступлениям были штрафы и
другие формы скрытого и открытого снижения и без того низ¬
кого заработка. Вопрос о заработной плате в конечном счете
стоял в центре борьбы рабочих.
Стачки в других районах
Рабочее движение в разных формах развивалось и в других
районах страны. В Петербурге подъем рабочего движения кон¬
ца 70-х годов сменился в годы кризиса некоторым затишьем.
Но открытая и скрытая борьба между рабочими и капитали¬
стами не прекращалась. По неполным данным, за 1885—1889 гг.
в Петербурге произошло 18 выступлений рабочих. Из них ста¬
чек— 7, волнений и жалоб — 11. Основным требованием было
повышение или сохранение уровня заработной платы.
Наиболее крупным и сравнительно организованным выступ¬
лением второй половины 80-х годов была стачка более 3 тыс.
петербургских текстильщиков в ноябре 1886 г.51 Начали ее
600 рабочих ткацкого отделения Невской мануфактуры. Ввиду
отказа управляющего отменить понижение заработка рабочие
прекратили работу и обратились с прошением к министру внут¬
ренних дел, требуя воздействовать на администрацию. Одно¬
временно стачечники убедили рабочих Спасской и Петровской
мануфактур присоединиться к ним, выдвинув общее требование
повышения заработной платы. Это была одна из тех стачек
петербургских рабочих, в которых сказался рост классовой соли¬
дарности. Она служила предвестником одновременных стачек
нескольких предприятий, а затем и общих стачек.
В следующем, 1887 г., рабочие Спасской и Петровской ма¬
нуфактур снова забастовали, вновь требуя повышения зарпла¬
51 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 434—456.
145

ты. Но и на этот раз стачка не увенчалась успехом52.
В условиях кризиса и депрессий, особенно в текстильной про¬
мышленности, рабочим было трудно добиться повышения за¬
работной платы.
Крупнейшим выступлением петербургских металлистов была
стачка рабочих Путиловского завода в 1885 г. 7 марта 2 тыс.
рабочих собрались на заводском дворе и заявили, что они бас¬
туют в связи с объявлением о снижении заработной платы и
не приступят к работе, пока администрация не откажется от
этого снижения. Вмешательство властей привело к взаимным
уступкам и стачка вскоре прекратилась 53.
Не выделяясь такими массовыми стачками, как в Централь¬
но-промышленном районе, рабочее движение Петербурга этих
лет знаменовалось ростом нелегальных рабочих кружков, в ко¬
торых наряду с продолжением революционной пропаганды на¬
родовольцами началась деятельность первых социал-демократи¬
ческих групп. В 1889 г. представители рабочих кружков уча¬
ствовали в похоронах известного русского писателя М. Е. Сал¬
тыкова-Щедрина 54.
Серьезный шаг вперед сделало в это время рабочее дви¬
жение в промышленных центрах Запада и Юга России.
В 80-х — начале 90-х годов значительно выросла угольная, ме¬
таллообрабатывающая и другие отрасли тяжелой промышлен¬
ности в Царстве Польском. Важнейшими промышленными цент¬
рами Польши являлись Лодзинский район (главным образом
текстильная промышленность), Варшавский (металлообрабаты¬
вающая промышленность), Домбровско-Сосновицкий (угольно¬
металлургическая промышленность).
Уже к концу 70-х годов рабочее движение в Польше про¬
явилось не только в стачках и других формах массового про¬
теста, но и в возникновении революционных кружков.
С 80-х годов польское рабочее движение начало быстро раз¬
виваться55. Стачки и волнения рабочих становились постоянным
явлением общественной жизни Польши.
Ряд крупных выступлений польских рабочих был вызван
высокими штрафами и снижением заработной платы в годы эко¬
номического кризиса. За первой массовой (8 тыс. рабочих) и
успешно проведенной стачкой на Жирардовской мануфактуре
52 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1. стр. 524—527.
53 Там же, стр. 351—353.
64 В. С. Голубев. Страничка из истории рабочего движения.— «Былое», 1906,
№ 12, стр. 109—110.
БВ Я. Пухлое. Начало рабочего движения в Польше (70—80-е годы XIX
века).— «Вопросы истории», 1951, № 12, стр. 161—164; «Рабочее движе¬
ние...», т. III, ч. 1, стр. 611—612, 681—692; Л. Е. Волькович. Рабочее и
социалистическое движение в Королевстве Польском во 2-й половине 80-х
гг. XIX в. Автореф. канд. дисс. Львов, 1968.
146

(Варшавская губ.) в 1883 г. последовал ряд стачек во вто¬
рой половине 80-х годов. В 1885 г. состоялась демонстрация
безработных в Варшаве. Во главе борьбы, как и прежде, шли
текстильщики. Вместе с ними все чаще стали выступать гор¬
норабочие. Вторая половина 80-х годов в польском рабочем
движении была временем роста нелегальных кружков и их объе¬
динения в рабочую социалистическую организацию «Пролета¬
риат».
Развивалось рабочее движение и на Украине. До 80-х го¬
дов впереди шли Киевская, Херсонская и Подольская губер¬
нии, где бастовали преимущественно рабочие мелкой промышлен¬
ности. С середины 80-х годов выдвигается Екатеринославская
губерния — новый, быстро растущий центр угольной и метал¬
лургической промышленности России.
Борьба расширилась прежде всего среди рабочих Донбасса,
особенно Юзовки. В связи с быстрым ростом промышленности
Донецкого бассейна с конца 80-х годов значительно увеличива¬
ется и стачечное движение. Крупнейшим выступлением здесь была
бурная стачка в мае 1887 г. 1500 рутченковских рабочих,
которая потрясла весь Донецкий бассейн. Стачка была выз¬
вана полным произволом шахтовладельцев и лавочников. Гро¬
мадные штрафы, обсчеты, кабальные условия кредита в фаб¬
ричной лавке, задержки в выдаче зарплаты — все это вызывало
недовольство рабочих. На их протесты администрация, состояв¬
шая в основном из иностранцев, отвечала увольнениями или
угрозами. Возмущение рабочих достигло предела после объяв¬
ления о снижении зарплаты. Шахтеры прекратили работу и
предъявили согласованные требования: повысить заработную
плату, удалить подрядчика и ряд лиц, отличившихся грубым
произволом по отношению к рабочим.
Управляющий копями сначала обещал выполнить все эти
требования, но затем отказался, и тогда полуторатысячная тол¬
па рабочих двинулась ночью с зажженными шахтерскими лам¬
пами к Юзовскому заводу. Администрации завода удалось, во¬
оружив 50 мастеров огнестрельным оружием, рассеять толпу
и арестовать несколько десятков рабочих 56.
Крупная стачка вспыхнула в 1887 г. в Екатеринославе на
Брянском заводе. Она сопровождалась столкновениями рабочих
с полицией. Рабочие разнесли несколько лавок и кабаков,
оттеснили и смяли полицейских. Стачка была подавлена воору¬
женной силой. Несколько рабочих было ранено57.
Стачки рабочих Донбасса второй половины 80-х годов были
первыми крупными выступлениями горнозаводских рабочих
66 Подробнее об этом см.: С. И. Потолов, Указ, соч., стр. 199—203.
67 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 493—514.
147

Юга России. Отдельные стачки произошли в Одессе, Киеве,
Харькове.
Характерной чертой движения рабочих Украины 80-х годов
была стихийность борьбы. Рабочие того или иного предприя¬
тия боролись за удовлетворение лично их касающихся нужд,
хотя Морозовская стачка уже дала пример борьбы за требо¬
вания общеклассового характера. В специфических условиях
этого быстро растущего промышленного района громадные мас¬
сы рабочих еще в большей мере, чем в центре России, зави¬
сели от предпринимателей, которым принадлежали фабричные
лавки и жилье. Многие рабочие, особенно на шахтах, представ¬
ляли собою недавно оторвавшихся от земли крестьян, что так¬
же накладывало печать на характер движения горнорабочих.
Всего в 1885—1889 гг. на Украине произошло 45 выступле¬
ний рабочих, из них 39 стачек58. Стачки и волнения стали
почти постоянным явлением общественной жизни Украины и
свидетельствовали о неуклонном росте пролетарской борьбы.
Впереди по числу выступлений шли рабочие горной промыш¬
ленности, за ними железнодорожники, металлисты, пищевики.
Расширилась в эти годы борьба рабочих в Белоруссии и
Прибалтике. К середине 80-х годов относятся первые крупные
стачки железнодорожников Белоруссии. В 1886 .г. 500 рабочих
железнодорожных мастерских в Гомеле объявили стачку, тре¬
буя улучшения условий труда. В 11887 г. забастовали рабочие
слесарной мастерской Минска, требуя сокращения рабочего дня
до 12 часов59. Отдельные стачки в эти годы произошли в
Вильно и Каунасе, Риге и Лиепае. В 1888 г. произошла стачка
портовых рабочих Таллина, вызванная попыткой капиталистов
снизить зарплату, пользуясь запоздалой навигацией. Зачинате¬
лями были 150 рабочих, увлекших за собой всех портовиков.
Стачка была подавлена местными властями, 10 активных ор¬
ганизаторов ее было арестовано. В то же году произошла стачка
300 рабочих в г. Пярну. В 1889 г. произошла первая в Эстонии
стачка рабочих-лесорубов60.
Выступления рабочих во второй половине 80-х годов проис¬
ходили и в Закавказье. В Грузии в 1886—1887 гг. впервые
забастовали железнодорожники — наиболее многочисленный в
этом районе отряд рабочего класса. В 1889 г. рабочие Главных
мастерских Закавказских железных дорог объявили стачку. Это
было первое массовое выступление рабочих Тифлиса, потребо¬
вавших отмены несоразмерных штрафов, восстановления сокра¬
щенного рабочего дня по субботам, отмены сдельной работы,
58 О. А. Парасунько. Указ, соч., стр. 383.
59 «Очерки истории Коммунистической партии Белоруссии», ч. I, Минск, 1961,
60 «История Эстонской ССР», т. И. Таллин, 1966, стр. 212.
148

невыгодной рабочим, увольнения наиболее грубых мастеров. Ре¬
шительное отстаивание рабочими своих требований заставило
администрацию пойти на уступки. Отдельные стачки произошли
и в других местностях Грузии (стачка рабочих в Батуме, вол¬
нение рабочих на постройке железнодорожного тоннеля через
Сурамский перевал) 61. Впервые забастовали в Баку перевоз¬
чики нефти, требовавшие улучшения условий труда, работницы
табачных фабрик, протестовавшие против крайне низкой оплаты
труда и обысков при выходе с фабрики 62.
Движение рабочих в национальных районах Европейской
России носило в основном тот же характер, что и в Центре.
Оно было преимущественно стихийным, но сыграло определен¬
ную роль в пробуждении новых слоев местного пролетариата,
в развитии классового сознания рабочих.
Рабочее движение в национальных районах проявило себя,
как и в Центре, не только стачкамл и волнениями, но и ор¬
ганизацией нелегальных рабочих кружков самообразования и
активным участием отдельных передовых рабочих в революци¬
онных подпольных организациях.
На Урале и в Сибири борьба рабочих по размаху и фор¬
мам отставала от рабочего движения центральных районов.
Длительный застой в промышленности, обусловленный особо
сильными пережитками крепостничества, и отдаленность от цент¬
ров технического и общекультурного прогресса тормозили ра¬
бочее движение. Но и здесь с 80-х годов, с усилением темпов
развития капитализма, рабочее движение стало расти быстрее.
Промышленный кризис и его социальные последствия — без¬
работица, понижение жизненного уровня рабочих, усиление
эксплуатации — проявились здесь особенно резко в 1885—
1887 гг. На этой почве в эти годы произошел ряд крупных ста¬
чек и волнений на Нижне-Туринском, Лайском, Верхне-Сергин-
ском, Нижне-Тагильском, Добрянском и некоторых других ме¬
таллургических заводах Урала63. Всего на Урале в 1885—
1889 гг. состоялось 21 выступление рабочих, из них 17 стачек.
В предшествовавшем пятилетии произошло всего 6 выступлений
рабочих, из них 3 стачки и 3 волнения 64.
В отличие от выступлений рабочих Урала 60—70-х годов,
характерных переплетением пролетарских и аграрных требова¬
61 «Очерки истории Коммунистической партии Грузии», ч. 1. Тбилиси, 1957,
стр. 20; Н. А. Чахвашвили. Рабочее движение в Грузии (1870—1904 гг.).
Тбилиси, 1958, стр. 94—100.
62 «Очерки истории Коммунистической партии Азербайджана». Баку, 1963,
стр. 21.
63 Д. В. Гаврилов. Рабочее движение и первые социал-демократические ор¬
ганизации на Урале в конце XIX века (1885—1900 гг.).— «Ученые записки
Шадринского гос. пед. ин-та», вып. VII, ч. 1. Курган, 1963, стр. 19—27.
64 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2. М., 1950, стр. 662—673.
149

ний, в 80-х годах в выступлениях стали усиливаться чисто
рабочие требования. Борьба на Урале приобретала характерные
черты пролетарского движения. В отдельных стачках (как, на¬
пример, стачка рабочих Медноруднянских рудников Нижнего
Тагила в 1889 г.) рабочие проявили единство и стойкость, зна¬
менуя начало первых организованных выступлений на Урале65.
Широко распространенной формой выступлений рабочих
Урала была подача коллективных прошений. Характер требо¬
ваний отражал возросший уровень сознания рабочей массы.
Рабочие добивались повышения заработков, вежливого обраще¬
ния заводской администрации, улучшения условий труда66. Ха¬
рактерной чертой движения уральских рабочих, как и рабочих
Сибири, в прошлом были наряду со стачками массовые и по¬
рой очень бурные волнения. В данный период подобных вол¬
нений почти не было. С новой силой они вспыхнули позднее,
в 1890—1894 гг.
Волнения рабочих в этот период происходили на золотых
приисках Сибири. Они были вызваны главным образом исклю¬
чительно тяжелыми условиями труда и бесчеловечным обраще¬
нием администрации и властей, вплоть до избиения рабочих в
случае попыток бегства с рудников. В одних случаях волне¬
ния были вызваны усилением эксплуатации, выдачей негодных
продуктов питания и большими штрафами, в других, как на
золотом прииске Бодайбинской К0 в Якутии,— протестом про¬
тив нахождения на приисках казачьих команд, присланных для
наблюдения за рабочими 67. Всего в Сибири произошло 28 вы¬
ступлений рабочих, из них 6 стачек. Волнения, жалобы — не¬
развитые средства борьбы — продолжали быть самыми рас¬
пространенными в этом сравнительно отсталом крае царской
России.
В целом по стране за эти годы, по неполным данным, про¬
изошло 385 выступлений рабочих, в том числе 226 стачек. Стач¬
ка — специфическое средство пролетарской борьбы — повсюду,
за исключением Сибири, становится господствующей формой
движения рабочих. Однако значительное еще количество волне¬
ний рабочих как в Центре, так и на окраинах отражало во¬
влечение в борьбу под влиянием стачечного движения новых,
ранее вовсе «спавших», не участвовавших ни в какой форме
протеста масс рабочих.
Новым явлением в рабочем движении России явились вы¬
ступления безработных. В феврале 1885 г. на Замковой пло¬
65 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2. стр. 33—38.
66 Т. К. Гуськова. Рабочие Урала в пореформенный период (60—90-е годы
XIX в.) (По материалам Нижне-Тагильского горного округа). Канд. дисс.
Нижний Тагил, 1964, стр. 361—364.
67 В. И. Семевский. Рабочие на сибирских золотых промыслах, т. И. СПб.,
1898, стр. 649-703.
150

щади в Варшаве произошла демонстрация безработных, тре¬
бовавших работы и хлеба. Такая же демонстрация состоялась
в Бердичеве в 1886 г. В октябре 1889 г. произошли волне¬
ния пяти тысяч безработных в Крыму. Прибыв сюда по при¬
зыву администрации строительства Лозово-Севастопольской же¬
лезной дороги и не найдя работы, они потребовали отправки
их на родину68.
В целом борьба рабочих во второй половине 80-х годов
еще оставалась стихийной, неразвитой, локальной и возникала
на почве протеста против наступления капиталистов на жиз¬
ненный уровень, против тяжелых условий труда, штрафов и низ¬
ких заработков. Рост пролетарской борьбы проявился наряду
со стачками в увеличении количества волнений, жалоб и дру¬
гих пассивных форм протеста. Рабочие в массе своей не име¬
ли опыта борьбы, еще сильна была вера в царя, в попа, в по¬
мощь начальства и фабричного инспектора. Стачки часто со¬
провождались разгромом фабричных лавок, контор, квартир
фабрикантов и их прислужников.
Но борьба рабочих значительно расширилась и укрепилась.
Новое ;в рабочем движении этого пятилетия состояло прежде
всего в том, что после Морозовской стачки крупные, относи¬
тельно организованные стачки стали нередким явлением общест¬
венной жизни не только в Петербурге, но и в Центрально-про¬
мышленном районе, Польше и на Юге Европейской России.
Борьба рабочих оставалась тред-юнионистской, не выходив¬
шей за рамки экономических требований улучшения условий
труда. Вместе с тем стачки, систематически возникавшие уже
с 70-х годов, в первую очередь Морозовская, свидетельствовали
о появлении в России нового класса капиталистического об¬
щества — пролетариата.
Рабочая масса, выдвигая своих руководителей, делала пер¬
вые шаги в борьбе против буржуазии, поддерживаемой госу¬
дарственной властью. Стихийная борьба рабочих не прошла бес¬
следно. Именно она содействовала классовому сплочению рабо¬
чей массы. Сотни рабочих, выброшенных с фабрик и заводов
за участие в стачках, десятки рабочих, побывавших в тюрьмах
и ссылке за организацию или активную роль в стачках, посту¬
пая на другие предприятия, передавали опыт стачечной борьбы.
Росло число рабочих, активных участников стачек. В итоге этой
еще стихийной борьбы рабочая масса накапливала первый
опыт коллективного отпора своим угнетателям. Постепенно про¬
исходили малозаметные, но глубокие изменения в ее сознании
и психике, подготавливавшие почву для следующего шага
вперед.
68 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 772, 784, 801.
151

ПОЛИТИКА ЦАРИЗМА
И БУРЖУАЗИИ В РАБОЧЕМ ВОПРОСЕ
Фабричные законы 80-х годов
Небывалый до этого размах стачечной борьбы в 1885—
1886 гг. побудил царское правительство более решительно, чем
прежде, вмешаться в отношения капиталистов с рабочими.
В своих политических обзорах уездные и губернские полицей¬
ские власти сообщали правительству о наступлении капитали¬
стов на жизненный уровень рабочих, о росте возмущения в сре¬
де рабочих и необходимости в целях обуздания растущего ра¬
бочего движения ограничить произвол капиталистов.
Морозовская стачка ускорила решение вопроса о ночном
труде женщин и подростков. Закон 3 июня 1885 г. в виде опы¬
та запрещал использование ночного труда женщин и подро¬
стков, не достигших 17 лет, на хлопчатобумажных, полотняных
и шерстяных фабриках. Ночным временем считалось время с
9 часов) вечера до 5 часов утра, а при двухсменной работе
с 10 часов вечера до 4 часов утра. Таким образом, полного
запрещения ночной работы закон не устанавливал. Этот закон
постепенно был распространен на все предприятия текстильной
промышленности.
Владельцы текстильных предприятий Центрально-промыш¬
ленного района, где ночной труд был наиболее распростра¬
нен, в ответ на издание закона первоначально пытались пере¬
вести работниц в дневные смены, а мужчин в ночные. После
того, как рабочие ответили на это стачками, на предприятиях
с двухсменной работой была введена 9-часовая работа в две
смены, одновременно произошло сокращение заработной платы.
Однако царизм не мог уже ограничить трудовое законода¬
тельство только вопросом о труде женщин и детей. 14 февра¬
ля 1885 г. была учреждена правительственная комиссия,
которая спешно, уже 14 мая, подготовила проект закона, ох¬
ватывающего все стороны взаимоотношений рабочих с фабри¬
кантами. Но правительство и на этот раз решило предвари¬
тельно ознакомить с ним промышленников. В результате изда¬
ние его задержалось более чем на год, и только 3 июня
1886 г. закон «О надзоре за заведениями фабричной промыш¬
ленности и о взаимных отношениях фабрикантов и рабочих» 69
получил силу. Подготавливая закон, правительство рассчиты¬
вало, как писал министр внутренних дел Д. А. Толстой, до¬
биться устранения «на будущее время фабричных забастовок
69 «Полное собрание законов Российской империи». Собр. 3, т. VI, стр. 262—
269.
152

и беспорядков» и «упорядочения взаимных отношений» фабри¬
кантов и рабочих70.
При выработке закона правительство не решилось вторг¬
нуться в основы капиталистической эксплуатации. Вопрос о про¬
должительности рабочего дня и минимума заработной платы
обходился. Основное внимание было уделено фиксированию до¬
говора о найме, имевшего своей целью как ограничение произ¬
вола капиталистов, так и закрепление обязательств рабочего
перед ними и контроль за их выполнением как средства преду¬
преждения стачек.
По закону 1886 г. вводилась обязательная выдача рабо¬
чему, не позднее, чем через 7 дней после начала им работы,
расчетной книжки, в которую вносились все условия найма.
Эти условия диктовал предприниматель. При отсутствии рабо¬
чих организаций не могло быть и речи об «обоюдном согла¬
сии». Гонимый нуждой и голодом, рабочий принимал продик¬
тованные хозяином условия.
Закон обязывал обе стороны исполнить взятые на себя по
«договору» обязательства. До окончания срока договора или
без предварительного предупреждения за две недели воспре¬
щалось снижать зарплату, изменять расценки, сокращать рабо¬
чую неделю или число рабочих часов в сутки. Предусматри¬
валось составление на фабриках и заводах правил внутрен¬
него распорядка, утвержденных фабричной инспекцией. Фабри¬
кант мог делать вычеты из заработной платы за пользование
квартирой, столовой, баней и т. п. только по утвержденной
фабричной инспекцией таксе.
Причиной стачек до середины 80-х годов во многих слу¬
чаях была не только низкая зарплата, но и полный произвол
капиталистов в выдаче ее. На Западе давно уже была уста¬
новлена выдача зарплаты два раза в месяц и даже еженедель¬
ная выплата. В России же зарплата выдавалась в большинстве
случаев, неопределенно, по усмотрению хозяина, часто раз в
месяц, нередко от 8 до 2—3 раз в год71.
Зацоцом 3 июня 1886 г. впервые был установлен порядок
расчета с рабочими не реже двух раз в месяц при найме на
неопределенный срок и не реже одного раза в месяц, если
договор заключен на срок не более месяца. Запрещалась вы¬
дача зарплаты купонами, условными знаками и товарами вме¬
сто денег. Закон запрещал взимать плату за врачебную по¬
мощь, за освещение мастерских и за пользование «при рабо¬
тах для фабрики орудиями производства». Фабричные лавки,
служившие дополнительным источником прибыли буржуазии и
средством закабаления рабочих, отныне могли открываться
70 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 703—704.
71 И. И. Янжул. Указ, соч., стр. 90—91.
153

только с ведома фабричной инспекции с продажей продуктов
по утвержденной инспекцией таксе.
Непосредственным поводом массовых стачек 1885—1886 гг.
были произвольные вычеты из заработной платы и особенно
штрафы. Штрафы — не только способ понижения заработной
платы, но и средство наказания. По новому закону капитали¬
сты могли штрафовать рабочего только в трех случаях: неис¬
правная работа, прогул, нарушение порядка. Особенно строги¬
ми были взыскания за прогул. В случае прогула более трех
дней хозяин имел право уволить рабочего. Капиталисты полу¬
чили право штрафовать рабочего на сумму до 7з его зара¬
ботка. Это был очень высокий размер штрафа по сравнению с
тем, что взималось до закона 3 июня на большинстве фабрик
и заводов.
До издания закона штрафные деньги шли в карман фабри¬
канта, а теперь они составляли особый фонд, призванный «слу¬
жить нуждам призрения рабочих». Из этого фонда фабрикан¬
ты обязаны были выдавать пособия рабочим, потерявшим тру¬
доспособность по увечью или болезни, работницам по беремен¬
ности, на погребение и в других случаях.
Закон 3 июня 1886 г. стал основой фабрично-трудового за¬
конодательства царской России. В нем были сведены воедино
многие стороны взаимоотношений между трудом и капиталом.
Содержание статей закона ясно показывает, что он был связан
с требованиями, выдвинутыми участниками Морозовской стачки
о поводах штрафования, о создании из штрафных денег осо¬
бого фонда, о регулярной выдаче зарплаты, о необходимости
предупреждать рабочего об увольнении за две недели и т. п. Од¬
нако царское правительство постаралось свести все к минималь¬
ным уступкам.
Закон не ликвидировал остатки крепостничества в промыш¬
ленности, так была сохранена уголовная ответственность рабо¬
чего за отказ от работы. «За самовольный отказ от работы
до истечения срока найма,— говорилось в законе,— виновный
в том фабричный или заводской рабочий подвергается аресту
не свыше одного месяца» 72. За нарушение правил внутреннего
распорядка фабрикант имел право налагать денежные взыска¬
ния или совсем уволить рабочего; в то же время рабочему
строго воспрещалось до окончания срока найма просить об
увольнении, требовать повышения зарплаты или самовольно ос¬
тавлять работу.
Эксплуататорский характер закона ярко выражен в «прави¬
лах», касавшихся причин неявки рабочих на фабрику. «...Прави¬
ла эти,— отмечал В. И. Ленин,— так суровы, как будто бы
72 «Рабочее движение...», т, III, ч. 1, стр. 761.
154

они относились к солдатам в казарме, а не к свободным лю¬
дям» 73.
Законом были значительно увеличены по сравнению с прош¬
лой практикой наказания за стачки. Была установлена сложная
система кар в зависимости от характера выступлений рабочих.
Для участника стачки предусматривалось тюремное заклю¬
чение от 2 до 4 месяцев, а для «зачинщика» — от 4 до 8 ме¬
сяцев. В случае же понуждения других к стачке «зачинщики»
приговаривались к тюремному заключению от 8 месяцев до
1 года 4 месяцев.
Фабричные законы в царской России не сразу вводились
по всей стране и во всех отраслях промышленности. Охраняя
интересы капиталистов, царское правительство крайне медлен¬
но отказывалось от старых фабричных порядков. Закон
от 3 июня* 1886 г. был введен в действие с 1 октября того же
года вначале только в трех губерниях: Петербургской, Мос¬
ковской и Владимирской. Лишь через пять лет, после крупных
выступлений рабочих Польши, он был распространен на Вар¬
шавскую и Петроковскую губернии, с 1894 г.— еще на 12 гу¬
берний, а в 1897 г.— на остальные. Лишь с 1892 г. закон был
распространен на горнозаводскую промышленность.
Эта постепенность распространения закона находилась в не¬
разрывной связи с ростом пролетарской борьбы. Фабричным
законом царское правительство пыталось остановить или хотя
бы ослабить растущее рабочее движение, сочетая некоторые
законодательные уступки с усилением полицейской опеки и
репрессиями.
Размах рабочего движения вынудил правительство несколь¬
ко ограничить произвол капиталистов. Рабочие имели теперь
законный повод предъявлять капиталистам свои требования,
отстаивать свое толкование закона. Организация фабричного
надзора была возложена на губернские власти и практически
осуществлялась губернскими по фабричным делам присутствия¬
ми, фабричными инспекторами и полицией. Надзор имел целью
не столько контроль за выполнением закона фабрикантами,
сколько наблюдение за поведением рабочих, внушение им идеи
о «попечительстве» и «заботе» правительства. Стремясь «сгла¬
живать» конфликты между рабочими и предпринимателями,
фабричная инспекция вынуждена была нередко толкать послед¬
них к улучшению жилищных и бытовых условий трудящихся.
Рост пролетарской борьбы заставлял правительство усовер¬
шенствовать орудия проведения своей политики по «рабочему
вопросу».
Министерство внутренних дел еще в конце 80-х годов вы¬
двинуло план передачи фабричной инспекции из Министерства
73 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 2, стр. 29.
155

финансов в департамент полиции. Но капиталисты, не имея
ничего против «усовершенствования» фабричной инспекции в
их пользу, выступили против передачи ее в полицейское ве¬
домство.
Выход был найден в еще большем сочетании полицейских
функций фабричной инспекции с защитой интересов предприни¬
мателей. Правительственным постановлением от 14 марта
1894 г. фабричная инспекция была численно значительно уве¬
личена и поставлена в тесную связь с полицией.
Фабричное законодательство коснулось также казенных
предприятий. На заводах военного ведомства еще в 1870 г.
был установлен 10-часовой, а на некоторых предприятиях во¬
енно-морского— даже 8-часовой рабочий день74. В 1887 г.
были введены в действие правила о выдаче пособий рабочим
и служащим казенных железных дорог. Закон 30 мая 1888 г.
обязал учредить пенсионные кассы на частных железных до¬
рогах для выдачи пособий по болезни и пенсий при уходе с
работы по потере трудоспособности. Средства этих касс состав¬
лялись из взносов рабочих и служащих и железнодорожных
обществ.
Политика «попечения» сочеталась с грубым насилием над
рабочим классом. Рассматривая даже чисто экономические стач¬
ки как уголовное преступление, царское правительство приме¬
няло судебные и внесудебные репрессии против стачечников,
использовало армию, полицию, все силы военно-полицейского
аппарата. От судебных процессов над стачечниками, привле¬
кавших внимание общественности и иногда кончавшихся призна¬
нием невиновности рабочих, правительство перешло к админи¬
стративным высылкам стачечников в отдаленные губернии или
«на родину».
С ростом рабочего движения царское правительство все
чаще стало прибегать к идейному воздействию на рабочих, ор¬
ганизуя «чтение» для рабочих по заранее разработанной про¬
грамме, используя в этих целях церковь, а также издавая спе¬
циальную литературу. С 80-х годов усилилась деятельность мно¬
гочисленных церковных братств, в частности в Центрально-про¬
мышленном районе. В 1881 г. в Петербурге было создано
«Общество распространения религиозно-нравственного просве¬
щения в духе православной церкви».
Ещё в середине 70-х годов Петр Алексеев с сарказмом го¬
ворил о книгах для «народного чтения»75. В 80-х — начале
90-х годов «забавное» и «божественное» чтение все более по¬
ощрялось, чтобы отвлечь внимание передовых рабочих от де¬
мократической и особенно социалистической литературы.
74 Н. М. Лисовский. Рабочие в военном ведомстве. СПб., 1906, стр. 28, 44.
75 «Рабочее движение...», т. II, ч. 2, стр. 45.
156

Буржуазия и фабричное законодательство
Выступление пролетариата России внушало страх не только
царизму, но и буржуазии. Длительное господство крепостниче¬
ских отношений в промышленности, со свойственным им пол¬
ным и безграничным произволом хозяина над рабочими, сде¬
лало русскую буржуазию консервативной. Самые ничтожные ус¬
тупки, на которые вынужден был идти царизм, чтобы преду¬
предить рост недовольства в среде рабочих, встречали сопро¬
тивление большинства промышленников.
Буржуазия Центрально-промышленного района всячески со¬
противлялась введению фабричного законодательства. Она до¬
бивалась отсрочки его применения, несмотря на то что оно
содержало минимум уступок рабочим. Когда это законодатель¬
ство все же вступило в силу, буржуазия стремилась трактовать
его в своих интересах.
Как только миновал экономический кризис, промышленники
начали добиваться пересмотра фабричных законов о труде ма¬
лолетних, ночном труде женщин и подростков и особенно за¬
кона от 3 июня 1886 г. В их ходатайствах содержалось также
требование отменить такие функции фабричной инспекции, как
утверждение условий найма, величины заработной платы, конт¬
роль за аккуратной ее выдачей и т. д.76 В «Записке», подан¬
ной в Министерство финансов собравшимися в 1887 г. на Ниже¬
городскую ярмарку промышленниками, говорилось: «Русские
промышленники, оглядываясь на долгое, спокойное и патриар¬
хальное прошлое русских производств, смеют думать, что они
заслуживают у власти большего доверия, чем то, какое им ока¬
зано введением стесняющего как их, так и их рабочих, нового
фабричного закона, отдающего часто целое предприятие на ми¬
лость и немилость лица, в фабричном деле совершенно неком¬
петентного и не имеющего ничего общего ни с интересами го¬
сударства, ни с нуждами промышленности» 77.
Либеральная печать («Русские ведомости», «Вестник Евро¬
пы»), отражавшая взгляды более умеренного круга промышлен¬
ной буржуазии и широких слоев либеральной интеллигенции,
опасаясь еще большего обострения отношений между трудом и
капиталом, с некоторой тревогой следила за походом фабри¬
кантов Центрально-промышленного района против фабричного
законодательства. «Вряд ли какой из законов встретил у нас
такое дружное и организованное противодействие»78,— писали
«Русские ведомости» по поводу отрицательного отношения мос¬
ковских фабрикантов к закону от 3 июня 1886 г.
76 «Русское обозрение», 1893, т. XX, стр. 1091 — 1094.
77 «Московские ведомости», 18 августа 1887 г. Цит. по дисс.: С. И. Лерман.
Законодательство о фабричном труде в России. М., 1950, стр. 332—333.
78 «Русские ведомости», 13 мая 1887 г.
157

«Вестник Европы» также осуждал московских фабрикантов,
нападавших на закон. «Русский фабричный мир, замкнутый и
глухой, слишком долго оставался во власти принципа «нраву
моему не препятствуй»,— писал орган либералов, намекая на
назревшую, даже с точки зрения общеклассовых интересов
буржуазии, необходимость ограничить произвол промышленни¬
ков.— «Агитация против новых фабричных порядков скорее уси¬
ливается, чем ослабевает, и средоточием ее по-прежнему являет*
ся Москва» 79.
Либеральная печать время от времени выдвигала свой план
овладения рабочим движением, ссылаясь при этом на опыт за¬
падноевропейских стран. Этот план предусматривал участие
рабочих в прибылях предприятий, страхование рабочих от не¬
счастных случаев и болезней 80.
Исходя из интересов предпринимателей, царское правитель¬
ство приступило к «исправлению» фабричных законов 80-х го¬
дов. Принятое Государственным советом в апреле 1890 г. по¬
становление объединило фабричные законы от 1 июня 1882 г.
и 3 мая 1885 г., изменив самым существенным образом в поль¬
зу капиталистов их основное содержание81.
Опасаясь новой волны стачек, правительство, однако, не ре¬
шалось не пересмотр закона от 3 июня 1886 г., но признало
целесообразным усилить меры надзора за рабочими.
Внесенные в него в начале 90-х годов изменения увеличи¬
вали власть капиталистов над рабочими, снижали их ответ¬
ственность за нарушение закона. В фабричной конторе храни¬
лись теперь паспорта всех рабочих, а не только живущих на
территории фабрики. Тем самым рабочий попадал в большую,
чем раньше, зависимость от фабриканта. Другие изменения ка¬
сались условий расторжения «договора» найма, погашения за¬
долженности рабочего фабриканту, размера штрафа.
Наряду с фабричным законодательством все большее вни¬
мание как печати, так и самих промышленников привлекал во¬
прос о страховании рабочих и обеспечении их по старости. Еще
в 1881 г. Московский биржевой комитет и «Общество для со¬
действия русской промышленности и торговли» выступили со
своими проектами по этому вопросу. «Общество» предлагало
учредить государственную кассу страхования рабочих от не¬
счастных случаев, функционирующую на средства фабрикантов,
и государственную пенсионную кассу трудящихся, капитал ко¬
79 «Вестник Европы», 1887, т. IV, кн. 7, стр. 379—380.
80 Л. Е. Шепелев. Копартнершип и русская буржуазия.— В сб. «Рабочий
класс и рабочее движение в России». М., 1966, стр. 287—288; «Новые фор¬
мы вознаграждения рабочих».— «Юридический вестник», 1888, апрель,
стр. 660—662; Г-р. Страхование рабочих.— «Русская мысль», 1887, кн. VII,
стр. 1—34.
81 «Полное собрание законов...», Собр. 3, т. X, отд. 1, стр. 309—310.
158

торой составляется из взносов самих страхующихся 82. Москов¬
ский биржевой комитет, со своей стороны, рекомендовал в этих
же целях обложить фабрикантов специальным сбором83. Гор¬
нопромышленники Царства Польского в начале 90-х годов по¬
дали правительству проекты уставов больничных, ссудо-сбе¬
регательных и пенсионных касс84. За государственное обяза¬
тельное страхование увечных рабочих высказался торгово-про¬
мышленный съезд 1896 г., заседавший в Нижнем Новгороде85.
Вопрос об обеспечении рабочих, получивших увечье, обсуждал-
ся долго, но бесплодно, и не только в силу различия позиций
отдельных групп буржуазии. Правительство со своей стороны
с самого начала обсуждения этого вопроса настаивало на прин¬
ципе индивидуальной ответственности предпринимателей,
и в этом духе составленные проекты вносились Министерством
финансов в Государственный совет вначале в 1889 г., а затем
в 1893 г. Министерство земледелия и государственных иму-
ществ, единственное из всех правительственных ведомств, не со¬
глашалось с этим принципом, считая его «не отвечающим
современному положению дела», и предлагало в отношении
горнозаводских рабочих применить государственное страхо¬
вание 86.
Наиболее остро вопрос об обеспечении увечных рабочих сто¬
ял в горнозаводской промышленности, где травматизм дости¬
гал значительных размеров. Но именно горнопромышленники
были наиболее неподатливы. Уральские горнопромышленники
ограничивались выдачей мизерных пособий за увечье и выслу¬
гу лет. Так, например, было на предприятиях Абамелек-Лазаре-
ва, Строганова, на Нижне-Тагильских и Луньевских заводах87.
Горнопромышленники Юга, столкнувшись с нехваткой рабочих
и текучестью рабочей силы, в целях закрепления кадров соз¬
дали «Общество пособий увечным горнорабочим Юга России»,
утвержденное правительством в 1884 г. На ряде металлурги¬
ческих предприятий (Гданцевском, Макеевском и др.) в 90-х го¬
дах были созданы вспомогательные кассы рабочих88. В 1895 г.
была образована вспомогательная касса на Бакинских нефтя¬
ных промыслах, прекратившая свое существование через
82 «Труды общества для содействия русской промышленности и торговли»,
отд. 1, ч. 12. СПб., 1881, стр. 110—115.
83 Ив. Чистяков. Страхование рабочих в России. М., 1912, стр. 28—36.
8* Там же, стр. 61—64.
85 «Труды высочайше учрежденного Всероссийского торгово-промышленного
съезда 1896 г. в Нижнем Новгороде», т. 1. СПб., 1897, стр. 17.
88 Ив. Чистяков. Указ, соч., стр. 26—27, 48—49, 55, 198—201.
87 «Положение рабочих Урала во второй половине XIX — начале XX в.»
М.—Л., 1960, стр. 575, 577, 583, 585, 593—594.
88 «Русское горное законодательство с разъяснениями», ч. 1. Устав горный«
СПб., 1905, стр. 932-933.
159

несколько лет. В середине 90-х годов возникли кассы и на ряде
других предприятий.
Эти кассы существовали на вычеты из зарплаты рабочих
и взносы заводов. Количество выдаваемых пособий «Обществом
пособия' увечным горнорабочим» и кассами было ничтожно.
С 1888 г. под влиянием роста недовольства рабочих и участив¬
шихся обращений их в суды с исками по поводу полученных
ими увечий промышленники, прежде всего петербургские, на¬
чали страховать своих рабочих в частных страховых обществах.
В Царстве Польском (Петроковская губ.) еще с конца 60-х
годов на горнозаводских предприятиях стали возникать боль¬
ничные кассы (Krankenkasse), число которых в середине 80-х
годов достигло 29. Большая часть из них существовала на сбо¬
ры с рабочих, некоторые — с доплатой владельцев предприятий.
Эти кассы оказывали медицинскую помощь и выдавали пособия
на время болезни 89.
В начале 90-х годов в связи с распространением на губер¬
нии Царства Польского действия закона 1886 г., по которому
больничная помощь должна оказываться фабрикантами бес¬
платно, большая часть больничных касс свернула свою деятель¬
ность.
РАСПРОСТРАНЕНИЕ ИДЕЙ НАУЧНОГО СОЦИАЛИЗМА
Рабочий класс
и первые социал-демократические организации
Среди русских революционеров начала 80-х годов первые
шаги рабочего движения наряду с другими процессами, порож¬
денными развитием капитализма и его противоречиями, вызва¬
ли стремление произвести коренной пересмотр народнического
мировоззрения и прежде всего изменить взгляд на рабочий
класс России и его роль в освободительном движении. В пер¬
вую очередь это относится к Плеханову и его единомышлен¬
никам по «Черному переделу». Чернопередельцы еще в кон¬
це 70-х годов вели агитацию и пропаганду среди рабочих Пе¬
тербурга, Киева, Саратова. В Петербурге они были связаны
с «Северным союзом русских рабочих». Уже в конце 1881 г.
Плеханов в качестве очередной задачи русских социалистов
выдвигает деятельность по «пробуждению и созданию рабочего
движения» 90.
На поворот русских революционеров к рабочему классу ока¬
зало влияние рабочее социал-демократическое движение в Ев¬
89 «Отчеты членов комиссии по исследованию фабрично-заводской промыш¬
ленности в Царстве Польском», ч. 1. СПб., 1888, стр. 52, 55, 62—63.
90 «Черный передел». М.,Л92Э, стр. 325.
160

ропе. Это были годы быстрого
роста социализма во всех ев¬
ропейских странах. Учение
К. Маркса одержало победу над
анархизмом и другими мелко¬
буржуазными западноевропей¬
скими течениями. В большинст¬
ве европейских стран сложи¬
лись пролетарские по своей ос¬
нове социалистические партии,
создавались профессиональные
союзы, рабочая печать, рабо¬
чие кооперативы, рабочие куль¬
турные и просветительные ор¬
ганизации. Особенно значи¬
тельными были успехи рабоче¬
го социал-демократического
движения в соседней с Россией
Германии.
Летом 1883 г. Плеханов и
его единомышленники заявили
о своем окончательном разры- г’ в> ПЛЕХАН0В
ве с народничеством и образо¬
вали первую русскую социал-демократическую группу — «Осво¬
бождение труда». Свою деятельность она начала с перевода на
русский язык и издания под общим названием «Библиотека со¬
временного социализма» важнейших произведений К- Маркса и
Ф. Энгельса91, которые распространялись в России и сыграли
большую роль в повороте русской революционной молодежи к
марксизму. Члены группы «Освобождение труда» выступили и
со своими оригинальными работами, где излагались основы уче¬
ния Маркса в применении к России. Подвергнув критике на¬
родническую теорию об «особом» пути исторического развития
России, Плеханов и его друзья противопоставили народническо¬
му учению теорию научного социализма.
Неудачи прошлого революционного движения первые рус¬
ские марксисты усмотрели прежде всего в том, что его уча¬
стники не понимали законов общественного развития, игнори¬
ровали факт вступления России на путь капитализма, не ви¬
дели в рабочем классе самую передовую революционную силу.
91 Еще в 1882 г. Плеханов перевел на русский язык «Манифест Коммунисти¬
ческой партии». В дальнейшем, в 1883—1884 гг., группой были переведены
на русский язык и изданы следующие работы К. Маркса: «Наемный труд
и капитал», «Речь о свободе торговли», «Нищета философии», «Восемна¬
дцатое брюмера Луи Бонапарта»; а также труды Ф. Энгельса: «Развитие
социализма от утопии к науке», «Людвиг Фейербах и конец классической
немецкой философии», «Социальные отношения в России».
б Заказ № 2671
161

Признание передовой роли пролетариата в революции, борьба
за создание рабочей социалистической партии путем организа¬
ции подпольных пропагандистских рабочих кружков выдвига¬
лись теперь как важнейшие задачи русского революционного
движения. Члены группы утверждали, что борьба за социализм
будет успешной только тогда, когда социалисты станут опирать¬
ся на рабочий класс, жизненные интересы которого связаны с
борьбой за социализм. Революционная интеллигенция должна
усвоить идеи научного социализма и нести их в рабочий класс,
содействовать развитию классового сознания пролетариата,
объединить и организовать его, «подготовить его к самостоя¬
тельной роли в общественной жизни России»92. Победа ре¬
волюционного движения в России в борьбе за свержение ца¬
ризма, а затем и власти капитала отныне ставилась в зави¬
симость от успеха организации рабочего класса.
Группа «Освобождение труда» отвергла народовольческое
понимание политической борьбы как заговора кучки револю¬
ционеров, отбросила надежду на возможность крестьянского
восстания путем революционного заговора. Она доказывала на
опыте истории, что самодержавие может быть свергнуто только
силой движения народных масс.
Задача, по мнению группы «Освобождение труда», состояла
в том, чтобы внедрить в пролетариат сознание необходимости
свержения царизма и завоевания политической свободы как
важнейшего условия дальнейшего развития рабочего движения
и борьбы за социализм. При этом было решительно отверг¬
нуто как анархистское, так и либеральное противопоставление
демократии социализму. Борьба за социализм, доказывали Пле¬
ханов и его единомышленники, немыслима без борьбы за де¬
мократию. Группа «Освобождение труда» проложила путь со¬
циал-демократическому движению в России и вместе с тем
«...сделала первый шаг навстречу рабочему движению» 93.
Группа организовала в Женеве издание «Рабочей библиоте¬
ки». В заявлении «Об издании «Рабочей библиотеки» говори¬
лось, что брошюры и книги этой серии рассчитаны главным
образом на более или менее подготовленных читателей из рабо¬
чих. Такое ограничение мотивировалось не только отдаленностью
от родины и громадными трудностями, связанными с жестокими
полицейскими преследованиями, но и отсутствием еще спроса
в рабочей массе на социал-демократическую литературу. Таким
образом, группа «Освобождение труда» обращалась с самого
начала своего возникновения к передовым рабочим России.
Первым выпуском «Рабочей библиотеки» была брошюра
П. Аксельрода «Рабочее движение и социальная демократия»
92 Г. В. Плеханов. Соч., т. II, стр. 84—85.
93 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 25, стр. 132.
162

(Женева, 1885). В популярной форме в ней изложены марксист¬
ские взгляды на положение пролетариата как класса, на между¬
народный характер рабочего движения, на эксплуататорскую
сущность капиталистического способа производства, неизбежно
порождающего классовую борьбу. В заключение говорилось об
исторической роли пролетариата и конечной цели рабочего дви¬
жения.
Вслед за тем вышла брошюра видного деятеля польской со¬
циал-демократической организации «Пролетариат» С. Дикштей-
на «Кто чем живет?» (ранее изданная на польском языке).
В доступной для рабочих литературной форме автор излагал
сложные вопросы учения Маркса о прибавочной стоимости, до¬
казывал необходимость революционной борьбы за уничтожение
капитализма и построение социалистического общества. Брошю¬
ра имела большой успех среди рабочих и много раз переиздава¬
лась в 80—90-х годах рабочими кружками в России и Польше.
В это же время был выпущен сборник «Песни труда» с преди¬
словием Г В. Плеханова (Женева, 1885), в котором он пред¬
сказывал наступление эры пролетарской литературы.
В 1889 г. была издана знаменитая речь Петра Алексеева на
суде. В предисловии к речи Плеханов писал, что слова П. Алек¬
сеева: «Русскому рабочему народу остается надеяться только на
самого себя» — полностью соответствуют марксистскому поло¬
жению — освобождение рабочих должно быть делом самих ра¬
бочих. Он призывал рабочих к созданию своей рабочей пар¬
тии 94.
Группа «Освобождение труда» много сделала для ознаком¬
ления передовых рабочих России с рабочим движением и дея¬
тельностью социал-демократических партий Германии, Франции,
Англии и других стран.
«Рабочая библиотека» не была еще рабочей печатью в соб¬
ственном смысле слова. «Рабочая библиотека» получила рас¬
пространение среди революционеров, передовых рабочих, но до
широких масс она еще не доходила. Однако эта первая попытка
создания марксистской литературы для рабочих, как и вся дея¬
тельность группы «Освобождение труда», сыграла большую
роль в идейной подготовке рабочего социал-демократического
движения в России.
Перелом во взгляде на роль рабочего класса наметился не
только в русской эмиграции, но и в самой России. Он произо¬
шел прежде всего среди революционной интеллигенции Петер¬
бурга. Здесь в 1883 г. возникла первая в России социал-демок¬
ратическая группа. Она была создана несколькими революцион¬
ными студентами Петербурга во главе с Д. Н. Благоевым,
впоследствии организатором болгарской коммунистической пар-
84 «Речь П. А. Алексеева». С предисловием Г» Плеханова. Женева, 1889.
163
6*

X’“'-,
P«W О !L t(? '
P y^WU^cA f ■ f
Iwlina,, Ot^K^aaX l1^(^''ja^a^Citl/iM^ njionwi шй« wU-
«AucluucK«^ одеО'Abftoaiu> кШра^о'ра« 3- <4иЖ|е(ь ллА, о^щ.
KvxyujtU JUjCCKcÄ fUX5<Xttt toVv^Au^xitKCU лмцоЛм.
Цикады ex fec шШ<м оао<и<Цч, oh^ U-<|«>Kf.Ka. M бш-
a^KuuiXt, ^иш^ич< tuмШШаЛЖ ■
Г $KmW<4UUA£«W^ |uJ^WO K.UlC’Xt й^.;-1ИК|г
am n^^44xnyii4<3uaz ?'uK*>dvaK^u6^icex>X( VtCHiwtfb
^uxüdCÄz ri|wu^c-4lto.^< t>wM
я О^Ш^ОМталиП^^Нл? ^u<tH47y,<yUl $QVU
t^yiadAjH^^S^VWvUU^LCA^üÄ СИСи^ИА^. V Jf
BD C<<«jtu ljехнмжka 4 < • iu£ щдн /o|*a и нл-uu^ f^ce^
рыл Kt'4|O<UfK0 KU’|/4^4i ЬИеИАЛйНЭЭ^ЗГ’иЖниСтб ^WX)U CHdtUtUjtlgAj
[Mu <|tlohM4 йьиаецннт к н&пзб^жнон?
ршлЬо^^ш hit*K< йнед4| л< Ълг^р^ен^е^
Au ’ l К' Js H U D * 4 •
ЙЬЭ^л |va^u4<kUtHftS Эмн0ашшк«Л/иЬл.ио^х
i П/ИШЛ{‘ . , ■ i.i 'i.r иш., нлминаС^Л'ь metafluM&ä-•'^C?-
>a,^<uv '. рнк,<> !u vi vauwzij«u4ä£]tA :кмш шг-нН7о fCbui<4jW<. j’u
I4QKUWWL WlUkhuJMU^L HUKXUvutb lzi£#HH.4rt’ WLUtrt<H wW-W-
л1%Л\?,Ндлурс'Лш^>,,лм'гс'|йьь >wan«. 0^нй, feawüÜ ПетцгЙК«,^
|л«м; (?MV (ц юаоШсрИйШ. t.; И<4Hw*<tv Н<;н.МГЛл^ Кл t« ; нагоа)”
М>1Мл4МЪЦЦ.ТМйиЖс|« (t |^'!|(! / f*R j "'< (i-i \U. Ut CH«tv ;< i«JÄ. {. KUh
Wj¥-Пу Xfc ПОЧрц Ш • •'.*«, Utf Ц| И!«' ;7GM^>"to.»cO(*4TUv Сл'ЦцьлщХ^
Программа социал-демократической группы «Освобождение труда». 1883 г.

Д. Н. БЛАГОЕВ
тии. Некоторые из студен¬
тов— П. А. Латышев, В. Е.
Благославов — вели пропаган¬
ду на крупных заводах еще в
1881—1882 гг. как чернопере-
дельцы. Под влиянием запро¬
сов передовых рабочих они
изучали рабочее движение в
России и на Западе, и это со¬
действовало наряду с другими
причинами их повороту к марк¬
сизму.
Петербургская группа наз¬
вала себя «Партия русских со¬
циал-демократов». Развитие ее
взглядов — сложный, мучи¬
тельный процесс формирова¬
ния пролетарской идеологии в
России. У группы в момент ее
возникновения не было ясного
понимания коренного различия
между социальным положени¬
ем городского рабочего и кре¬
стьянина. В понимании благоевцев «союз крестьян с город¬
скими рабочими» — это не политический союз социально раз¬
нородных трудящихся классов, а союз политически и идейно
однородного «рабочего народа». Вместе с тем благоевцы под¬
черкивали особое место в этом союзе промышленных рабочих
как «лучшей части рабочего народа». «Мы должны,— говори¬
лось в программе группы,— обратить особое внимание на их
политическое воспитание, так как они представляют для этого
элемент, наиболее подходящий». При этом группа выделяла
рабочих, связанных с деревней, и постоянных рабочих. Пер¬
вых группа предполагала использовать для пропаганды среди
крестьян, кадровые же рабочие «должны послужить ядром
политичекой силы народа»95.
Во взглядах группы сочетались, таким образом, старые на¬
роднические представления о крестьянстве как преобладающей
части «рабочего народа» с марксистским пониманием роли
фабрично-заводских рабочих как растущей и решающей револю¬
ционной силы.
Группа установила связь с передовыми рабочими Васильев¬
ского острова, Невской заставы, Петербургской и Выборгской
сторон. «Сюда,— писал Благоев,— были устремлены все ее уси¬
95 «Проект программы русских социал-демократов».— «Былое», 1918, № 13,
стр. 42.
165

лия, и здесь в течение 1884 г. она успела развить еще при
мне 96 довольно широко свою пропаганду и агитацию» 97.
Почва для пропаганды идей научного социализма была под¬
готовлена здесь деятельностью «Северного союза русских рабо¬
чих» и рабочими кружками, продолжавшими в той или иной
мере его деятельность в начале 80-х годов.
Для кружковой работы и индивидуального чтения рабочих
группой Благоева была составлена «Программа для чтения»,
которая предусматривала овладение элементарными знаниями
по истории развития общественных формаций, особенно знаком¬
ство с историей развития капитализма, борьбой пролетариата,
а затем и с основами научного социализма.
Петербургские социал-демократы издавали нелегально лист¬
ки за подписью «Санкт-Петербургская рабочая группа партии
русских социал-демократов». Сохранился один листок, изданный
весной 1885 г. и посвященный состоявшемуся в Швейцарии
празднику в память мартовской революции 1848 г., Парижской
Коммуне, событиям 1-го марта 1881 г. в России и второй годов¬
щине смерти Маркса. «Рабочая группа русских социал-демокра¬
тов,— говорилось в этом листке,— шлет со своей стороны загра¬
ничным товарищам сочувственный адрес»98 99 100.
Не удовлетворившись спорадическими листками, группа ре¬
шила издавать свой печатный орган — газету «Рабочий». В соз¬
дании «Рабочего», кроме Благоева и других организаторов
группы, принимал активное участие наборщик А. М. Колодонов,
стоявший во главе рабочего кружка, связанного с благоевца-
ми ". Вышло всего два номера этой газеты — в начале 1885 г.
и летом того же года. Основная идея первого номера — перво¬
степенное значение овладения рабочими основами обществен¬
ных знаний как решающего условия сознательной борьбы за ре¬
волюционное преобразование России. «Распространить это зна¬
ние на весь рабочий народ газета не может,— говорилось в пе¬
редовой,— но распространить его на лучшую часть рабочего
народа, которая вследствие своей честности и более высокого
развития пользовалась бы доверием рабочих и могла бы явить¬
ся вождем их в борьбе с неправдой,— это насущная цель га¬
зеты» 10°.
Необходимости овладения знаниями посвящены в первом но¬
мере также статья «Знание и критика» и статья Благоева «Чего
не достает рабочему народу?». В другой статье Благоева —
96 В феврале 1885 г. Д. Н. Благоев был арестован и выслан из Петербурга.
97 Д. Благоев. Мои воспоминания. М., 1928, стр. 38—39.
уа Ю. 3. Полевой. Зарождение марксизма в России. М., 1959, стр. 303—304.
99 Сб. «От группы Благоева к «Союзу борьбы»». Ростов-на-Дону, 1921,
стр. 70.
100 Н. Л. Сергиевский. «Рабочий». Газета партии русских социал-демократов
(благоевцев) 1885 г. Л., 1928, стр. 28.
166

«Чего добиваться рабочему народу?» — излагалась политическая
программа группы: завоевание политических свобод, демократи¬
ческие преобразования как условие перехода к социализму.
Газета «Рабочий» откликнулась и на стачечное движение,
освещая ход стачек на Вознесенской и Никольской мануфакту¬
рах. Отмечая рост недовольства рабочих, автор статьи «По по¬
воду фабричных волнений» обращал внимание на ограниченность
стачек как средства борьбы, на необходимость создания полити¬
ческой рабочей партии.
Более конкретно проблемы рабочего движения изложены в
опубликованной в № 2 статье Г. В. Плеханова «Современные
задачи русских рабочих. Письмо к петербургским рабочим
кружкам». Рабочий класс, говорилось в статье, может добиться
своего освобождения только силой. Эта сила зависит от трех
условий: сознательности рабочего класса, его сплоченности,
его тактики. Статья обстоятельно разъясняла каждое из этих
условий 101.
Дело, начатое группой Благоева, продолжило «Общество со¬
действия поднятию морального, интеллектуального и материаль¬
ного положения рабочего класса в России», которое вскоре ста¬
ло называться «Товарищество С.-Петербургских мастеровых».
Его организатором был П. В. Точисский. Порвав с интеллигент¬
ской семьей, он в 19 лет стал рабочим. В 1884 г., приехав с
Урала в Петербург, он оказался в гуще революционных собы¬
тий. Большую роль в «Товариществе С.-Петербургских мастеро¬
вых» играли передовые рабочие Н. Васильев, Е. Климанов,
В. Шелгунов, М. Стефаненков, В. Фомин, И. Тимофеев. «Товари¬
щество С.-Петербургских мастеровых» организовало рабочие
кружки в ряде районов Петербурга, где изучались общеобразо¬
вательные предметы и отдельные произведения марксистской
литературы 102. Новое в деятельности «Товарищества С.-Петер¬
бургских мастеровых», по сравнению с группой Благоева, было
не столько в том, что оно концентрировало все силы на пропа¬
ганде среди рабочих, но и что сами рабочие привлекались к ак¬
тивной организационной и пропагандистской работе.
«Товарищество С.-Петербургских мастеровых» создало кассу
взаимопомощи, целью которой была помощь стачечникам, поли¬
тическим ссыльным и заключенным. Значительная часть средств
кассы предназначалась на создание библиотеки «Товарище¬
ства».
«Партия русских социал-демократов» (1883—1886 гг.) и «То¬
варищество С.-Петербургских мастеровых» (1885—1888 гг.)
101 «Литературное наследие Г. В. Плеханова», сб. VIII, ч. I. М., 1940, стр. 55—
62.
102 В. Шелгунов. Рабочие на пути к марксизму.— В сб. «Старый большевик»,
1933, №2 (5), стр. 101.
167

В. А. ШЕЛГУНОВ
оставили заметный след в ра¬
бочем движении, содействова¬
ли его идейному формированию.
В них прошли первую школу
революционной деятельности
такие передовые рабочие, как
Е. А. Климанов, В. А. Шелгу¬
нов, В. В. Буянов, игравшие за¬
тем активную роль в рабочем
движении России.
После первых социал-демо¬
кратических групп в Петер-
* бурге в 1888—1889 гг. сложи¬
лась марксистская группа в
г. Казани, созданная Н. Е. Фе¬
досеевым — одним из пионеров
марксизма в России. В казан¬
ских кружках начал в 1887 г.
свой революционный путь
В. И. Ленин. Казанские марк¬
систы уделяли большое внима¬
ние изучению положения рабо¬
чего класса в России и на За¬
паде и положению крестьянства. Группа готовилась развер¬
нуть пропаганду марксизма в рабочей среде, но вскоре была раз¬
громлена царскими властями, и ее деятельность прекратилась.
К середине 80-х годов относится первая попытка распростра¬
нения социал-демократической литературы среди рабочих Киева.
Ее предприняли прибывшие в 1886 г. на практику в Киев¬
ский Арсенал ученики петербургской технической школы, свя¬
занные с группой Благоева 103. Начало пропаганды идей марк¬
сизма среди рабочих Киева было положено весной 1889 г.
В возникший социал-демократический кружок было вовлечено
30 рабочих, главным образом железнодорожников и типограф¬
ских рабочих. Руководителем кружка был врач Э. Абрамович,
прибывший из Минска. В 1883—1884 гг., будучи за границей,
он стал марксистом. Члены кружка изучали общеобразователь¬
ные предметы, читали нелегальную революционную литературу
и пытались распространить ее среди рабочих. При кружке суще¬
ствовала нелегальная библиотека. В конце того же 1889 г. кру¬
жок был разгромлен властями, а его руководитель арестован.
С конца 80-х годов в Киеве существовали также социалистиче¬
ские кружки польских рабочих.
В этот же период рабочие кружки социал-демократического
направления стали появляться в Минске и Вильно.
103 Ю. 3. Полевой. Указ, соч., стр. 44.
168

Еще раньше, чем в Петербурге,— в конце 70-х годов — сло¬
жилась рабочая социалистическая организация в Варшаве, на¬
ходившаяся в связи с «Северным союзом русских рабочих». В ее
программе сочетались элементы народничества и научного со¬
циализма.
Быстрый рост промышленности, жестокий национальный
гнет, непосредственная близость к Западной Европе обусловили
ускоренное развитие рабочего движения в Польше и появление
в 1882 г. первой политической организации польских рабочих
«Пролетариат», которая имела тесные связи с русскими револю¬
ционными организациями. Ее идейным вождем и организатором
был выдающийся революционер Людвик Варыньский.
Программа организации «Пролетариат» исходила из призна¬
ния классовой борьбы, необходимости развития классового само¬
сознания у рабочих и организации их в самостоятельную поли¬
тическую силу. Таким образом, был отброшен националистиче¬
ский лозунг о единстве интересов польского рабочего класса
с польской буржуазией и помещиками, усиленно пропаганди¬
ровавшийся в то время польскими буржуазными организа¬
циями.
Важнейшими принципами освободительного движения Поль¬
ши были признаны единство с революционным движением России
и интернациональная солидарность с рабочим движением всех
стран. «Пролетариат» тем самым впервые внес в польское рабо¬
чее движение принципы научного социализма, обосновал необ¬
ходимость создания польской социал-демократии. Эта организа¬
ция имела кружки в Варшаве, Лодзи, Жирардове, Згерже,
Томашове, Радоме, Ченстохове и других городах.
«Пролетариат» положил начало рабочей социалистической
литературе в Польше. На польском языке были изданы важ¬
нейшие произведения основоположников научного социализ¬
ма — «Манифест Коммунистической партии»; труды К. Маркса:
«Капитал» (т. I) и «Гражданская война во Франции»; работы
Ф. Энгельса: «Развитие социализма от утопии к науке» и
«Происхождение семьи, частной собственности и государства».
Кроме того, распространялась популярная литература для рабо¬
чих— «Кто чем живет?» С. Дикштейна, «Степан Халтурин —
рабочий революционер».
Центральный Комитет «Пролетариата», располагая подполь¬
ной типографией, издал пять номеров газеты под тем же назва¬
нием. В ней разъяснялись задачи польской рабочей социалисти¬
ческой организации, сообщались сведения о революционном
движении в Польше, России и других странах.
С января 1884 г. в Париже стал выходить теоретический
орган «Пролетариата» «Walka klass» («Борьба классов»). Жур¬
нал тайно перевозился из Парижа и распространялся в рабочих
центрах Польши, а также в России. Издававшийся в Женеве
169

журнал «Przedswit» («Рассвет») был преобразован в популяр¬
ный орган для рабочих «Robotnik» («Работник»).
В 1884—1885 гг. царское правительство беспощадно рас¬
правилось с «Пролетариатом». Ряд его деятелей были казнены
(С. Куницкий, М. Оссовский, П. Бардовский и Я. Петрусинь-
ский), а Людвик Варыньский был заточен в Шлиссельбургской
крепости, где вскоре умер. В 1886 г. были разгромлены послед¬
ние кружки «Пролетариата». Многие участники организации
были сосланы на каторгу в Сибирь. Но неумолимый рост рабоче¬
го движения породил в Польше новые рабочие социал-демокра¬
тические организации.
В 1887 г. в результате объединения нескольких уцелевших
от разгрома кружков «Пролетариата» возникла новая рабочая
организация — второй «Пролетариат». Организатором и видней¬
шим деятелем ее был М. Каспшак. Эта политическая организа¬
ция польского рабочего класса просуществовала с 1887 по
1891 г и проделала большую работу. Каспшак и его едино¬
мышленники вели непримиримую борьбу с польскими социали¬
стами, стоявшими на буржуазно-националистических позициях
и стремившимися оторвать польское рабочее движение от рус¬
ского. Основным содержанием деятельности второго «Пролета¬
риата» была организация рабочих кружков и пропаганда в них
революционных социал-демократических идей. Деятели второго
«Пролетариата» делали первые шаги навстречу рабочей мас¬
се. 1 мая 1890 г. ими была выпущена прокламация, в которой
разъяснялось значение праздника международной пролетарской
солидарности и выдвигалось требование 8-часового рабочего
дня.
Летом 1889 г. в Варшаве в результате объединения рабочих
кружков и группы интеллигентов возник «Союз польских рабо¬
чих». Организаторами его были интеллигенты Ю. Мархлевский
и А. Варшавский (Барский), слесарь Я. Ледер, наборщик
Г Вилькошевский. Ближайшими целями «Союза» были социа¬
листическая пропаганда в рабочих кружках и развитие эконо¬
мической борьбы.
Рабочие и народовольцы в 80-х годах
Распространение марксистских идей в 80-х годах шло доволь¬
но медленно. Петербург, Варшава оставались почти единствен¬
ными центрами социал-демократической пропаганды.
Процесс высвобождения революционеров из-под влияния на¬
родничества был трудным и долгим. Нелегко было русским ре¬
волюционерам порвать с доктриной, сулившей прямой и быст¬
рый скачок в царство социализма. В 80-х годах многие, в том
числе даже Ф. Энгельс, еще допускали возможность возрожде¬
ния «Народной воли». В действительности эта самая значитель¬
но

Пая организация русской революционной демократии к середине
80-х годов была уже разгромлена и перестала существовать как
боевое централизованное целое.
Остатки народовольческих групп безуспешно, как это пока¬
зал опыт 1 марта 1887 г., пытались осуществить свою заговорщи¬
ческую тактику. Движение идейно мельчало. Нелегальной на¬
родовольческой литературы становилось все меньше. Вместо
цельной хотя и ошибочной программы в ряде кружков появи¬
лись эклектические проекты программ, смесь народничества и
либерализма или народничества с элементами социал-демокра¬
тизма. Однако до конца 80-х годов народничество оставалось
все же самым распространенным течением в революционном
подполье.
Народовольцы второй половины 80-х— начала 90-х годов
продолжали рассматривать политический заговор кучки хорошо
законспирированных революционеров как главное орудие госу¬
дарственного переворота. Чтобы иметь при совершении заговора
и после его осуществления опору в «народе», они стремились
к деятельности в разных слоях населения, прежде всего среди
городских рабочих.
В середине 80-х годов деятельность народовольцев среди ра¬
бочих приняла размеры, которых не добилась ни одна из преж¬
них народнических организаций. Их успех на первых порах был
облегчен тем, что специфические народнические лозунги были
отодвинуты на второй план, а выдвижение на первый план
лозунга свержения • самодержавия импонировало передовым
рабочим.
Вовлекая в революционное движение рабочих, ранее этим
движением не затронутых, народовольцы в условиях, когда со¬
циал-демократические группы еще насчитывались единицами,,
а в большинстве городов их еще вовсе не существовало, в из¬
вестной мере сыграли положительную роль.
Почти повсюду, где возникали социал-демократические груп¬
пы, находились рабочие, прошедшие благодаря народовольцам
элементарную школу общего и политического образования и
имевшие опыт революционного подполья. Но оставшись в плену
старых представлений, народовольцы, стремясь поднять рабочих
на борьбу с царским самодержавием, на деле отвлекали их от
основного условия борьбы, от их прямой задачи — организации
рабочей социалистической партии. По словам Плеханова, наро¬
довольцы продолжали считать, что «не революция нужна для
рабочих, а рабочие нужны для революции» 104. Не признавая
историческую роль пролетариата России как самой передовой
массовой революционной силы и естественного носителя социа¬
лизма, народовольцы обращались к рабочему лишь как к более
104 Г, В. Плеханов. Соч., т. II, стр. 332.
171

страдающему от произвола царизма. «Но это и будет значить,—
писал В. И. Ленин в 1894 г.,— заставлять его тащиться в хвосте
буржуазных радикалов, не желающих видеть антагонизма бур¬
жуазии и пролетариата за солидарностью всего «народа» про¬
тив абсолютизма» 105.
Во второй половине 80-х годов это еще не было так ясно
для передовой революционной молодежи и передовых рабочих
России, как стало ясно к середине 90-х годов.
Крупные стачки середины 80-х годов в сочетании с другими
факторами дали толчок к эволюции взглядов революционной
интеллигенции на рабочий класс и его роль в революции.
Наиболее ярко эта эволюция взглядов части народовольцев
выражена в составленной А. И. Ульяновым в 1886 г. программе
петербургской народовольческой группы. Программа представ¬
ляла собою крупный шаг вперед не только по сравнению с про¬
граммой «Народной воли», но и «Программой рабочих — членов
партии «Народная воля». Программа А. И. Ульянова призна¬
вала, что «рабочий класс будет иметь решающее влияние не
только на изменения общественного строя, борясь за свои эко¬
номические нужды, но и политической борьбе настоящего он
может оказывать самую серьезную поддержку, являясь наибо¬
лее способной к политической сознательности общественной
группой. Он должен поэтому составить ядро социалистической
партии, ее наиболее деятельную часть, и пропаганде в его сре¬
де и его организации должны быть посвящены главные силы
партии» 106.
Оставаясь еще в основном на позициях народовольчества,
автор программы в отношении к пролетариату делал шаг вперед
от ортодоксального народничества к марксизму. Эта тенденция
развития русской революционной мысли от народничества к
марксизму проявилась не только в подпольных интеллигентских,
но и рабочих кружках разных городов России второй половины
80-х годов.
На пути от революционного демократизма
к научному социализму
Кроме социал-демократических кружков и кружков народо¬
вольцев, во второй половине 80-х годов стали возникать рабочие
самообразовательные кружки с целью усвоения социалистиче¬
ских идей.
Некоторые кружки петербургских рабочих действовали са¬
мостоятельно, без помощи интеллигенции. Характерна в этом от¬
ношении деятельность рабочего Н. Д. Богданова, игравшего
105 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 1, стр. 304.
106 «1 марта 1887 года». М.— Л., 1927, стр. 374—375.
172

в 80-х — начале 90-х годов видную роль в рабочем движении
Петербурга.
В 1884 г. подростком Богданов поступил учеником в петер¬
бургские мастерские Варшавской железной дороги, где вскоре
был приобщен к чтению нелегальной народовольческой литера¬
туры. В 1886 г. ему удалось составить небольшой кружок моло¬
дых рабочих мастерских для приобретения и совместного чтения
книг.
Для формирования общественно-политических взглядов уча¬
стников рабочих самообразовательных кружков важное значе¬
ние имел выбор книг. Книжный рынок был заполнен «благона¬
меренными» и «патриотическими» журналами: «Родина»,
«Нива», «Север» и т. п., не говоря уже о религиозной и просто
реакционной литературе. Для начинающего революционно мыс¬
лить молодого рабочего громадную роль продолжала играть
демократическая литература 60—70-х годов. Из скудных зара¬
ботков Н. Богданов ,и его товарищи скопили небольшую сум¬
му и приобрели журналы «Современник», «Отечественные запи¬
ски», «Дело» и «Слово». Так они познакомились с запрещенными
тогда произведениями Чернышевского, Добролюбова, Салтыко¬
ва-Щедрина, Писарева, Шелгунова, писателей-народников
80-х годов 107.
«Занимались мы одни,— писал Богданов,— без руководства
извне, и потому без программы и без направления» 108. Только
осенью 1888 г. ему удалось связаться с социал-демократами.
С конца 80-х годов в рабочих кружках ряда городов на За¬
паде и Юге России усиливается интерес к социал-демократиче¬
ской литературе. Под влиянием группы «Освобождение труда»
в Киеве, Минске, Харькове, Ростове-на-Дону пропаганда среди
рабочих постепенно приобретала социал-демократический ха¬
рактер, но в ней все же продолжали сочетаться народовольче¬
ские и социал-демократические идеи. В 1887 г. в Минске возник¬
ла группа (Г Поляк, А. Павловский и др.), которая повела
пропаганду среди рабочих фабрик и ремесленных мастерских.
Идеология этой группы представляла смесь марксизма с лав-
ризмом. Лишь после знакомства в 1887 г. с «Нашими разно¬
гласиями» Плеханова пропагандисты этой группы начали созна¬
вать идейную пропасть между народничеством и марксизмом 109.
Начало пропаганды идей марксизма среди рабочих Вильно
положили в конце 80-х годов Л. Иогихес (Я. Тышко), В. Селоиц-
107 М. Ольминский. О воспоминаниях Н. Д. Богданова.— В сб. «От группы
Благоева к «Союзу борьбы»», стр. 40.
108 Там же.
109 И. Гурвич. Первые еврейские рабочие кружки.—«Былое», 1907, Кг 6,
стр. 66.
173

кий и Т. Копельзон, связанные с польскими социал-демократа¬
ми и0.
Среди рабочих организаций 80-х годов выделяется возник¬
ший в 1885 г. харьковский «Социально-революционный кружок
рабочих» (1885—1889 гг.), объединивший передовую рабочую
молодежь. Организаторами и главными пропагандистами этого
кружка кроме интеллигента Д. Бекарюкова были рабочие ма¬
стерских Харьковско-Азовской железной дороги Ю. Мельников,
В. Перазич, вскоре ставшие марксистами, а также Я. Рябоконь,
А. Кондратенко, И. Веденьев, А. Филипченко, оставшиеся на
народовольческих позициях 1Н. Отдельные члены харьковского
кружка были знакомы с «Капиталом» К. Маркса и Уставом
Интернационала. Они читали «Программу работников» Ф. Лас¬
саля, брошюру В. Либкнехта «В защиту правды» и нелегальную
народническую литературу, которая еще преобладала над со¬
циал-демократической 110 111 112 113. Этот кружок представляет интерес
как попытка незнакомых еще с литературой группы «Осво¬
бождение труда» рабочих самостоятельно найти новый, отлич¬
ный от народовольческого путь развития русского революцион¬
ного движения. Член кружка Перазич позднее писал: «Это была
пора теоретических исканий в связи с выяснявшимся крушени¬
ем народовольчества, пора первого размежевания в Харькове
ощупью, без знакомства с произведениями Плеханова» из.
Выработанный кружком «Опыт программы русской социаль¬
но-революционной группы рабочих» 114 отражал переходный пе¬
риод, когда народовольчество уже умирало, а новое, маркси¬
стское направление начинало привлекать русских революционе¬
ров не только в столичных городах, но и в провинции. Члены
кружка провозглашали свою принадлежность к социалистиче¬
скому движению. «Мы социалисты,— говорилось в программе,—
потому что считаем наилучшим устройством общества то, при
котором орудия труда составляют собственность производителей
и распределение продуктов труда совершается соразмерно уча¬
стию каждого в общественном производстве». Переход к социа¬
лизму в отличие от ортодоксального народничества они пред¬
ставляли себе через «целый ряд крупных изменений, которые
приблизят нас к социализму и при своем осуществлении значи¬
тельно поднимут благосостояние большинства населения, т. е.
110 Р. Шармайтис. Первые шаги рабочего движения в Литве.—«Коммунист»
(Вильнюс), 1959, № 9, стр. 30—38.
111 Н. И. Веденьев. В харьковских революционных кружках 1882—1889 гг.—
«Летопись революции», 1923, № 5, стр. 98.
112 «Красная летопись», 1922, № 4, стр. 21—27; В. Невский. Харьковское дело
Ювеналия Мельникова и других.— В сб. «От группы Благоева к «Союзу
борьбы»», стр. 97—116.
113 В. Перазич. Ювеналий Мельников и харьковский рабочий кружок.— «Еже
недельник Правды», 1920, № 14, стр. 25.
1,4 «От группы Благоева к «Союзу борьбы»», стр. 117—118.
174

рабочих классов» 115. В кружке читались нелегальные издания,
преимущественно народовольческие, началось изучение полити¬
ческой экономии (примечания Чернышевского к книге
Д. С. Милля «Основания политической экономии»).
Члены кружка пытались повлиять на рабочую массу печат¬
ным словом. Они издали листок для рабочих «Голь на выдумки
хитра» 116. В листке разоблачалось царское самодержавие как
власть господствующих классов, направленная против интересов
трудящихся. Социально-революционный кружок имел связи с
рабочими кружками Ростова-на-Дону, Александровска, Белго¬
рода и Одессы 117.
Важным очагом революционной пропаганды среди рабочих
в этот период являлся Ростов-на-Дону. В первой половине
80-х годов местные рабочие сами основали «Центральный кру¬
жок». Пропаганду в нем вели чернопередельцы братья Пешеке-
ровы. «Главной целью нашей,— по словам руководителя кружка
П. Пешекерова,— было выработать из них агитаторов, которые
могли бы вести на фабриках и заводах пропаганду и агитацию
среди широкой массы рабочих, недоступной при тогдашних ус¬
ловиях для всех нас» 118.
Речь шла о пропаганде и агитации народовольческих идей,
однако уже смешанных с идеями пролетарского движения. Ру¬
ководители кружка стремились готовить из рабочих пропаган¬
дистов и агитаторов не для деревни, а для «широкой массы
рабочих». Литература, которой они идейно вооружали участни¬
ков кружка, была преимущественно народническая, но значи¬
тельное место занимали уже книги и статьи по рабочему вопро¬
су. Читали и обсуждали произведения Чернышевского, Флеров-
ского, Лассаля, В. Либкнехта, а также статьи из легальных
журналов и газет, разбирающие положение рабочих в различ¬
ных районах России. Члены кружка были знакомы с отдельны¬
ми произведениями К. Маркса и Ф. Энгельса («Манифест Ком¬
мунистической партии», 1-й том «Капитала»), О Марксе они
знали также из работ Н. И. Зибера, в частности из его статьи
«Рабочий день по Марксу».
Из этого кружка вышли видные рабочие — революционеры
А. Карпенко, В. Кудряшев, Т. Романченко, Г. Рудометов. Наи¬
более авторитетным и культурным из них был Карпенко. По сло¬
вам современника, Карпенко «не уступал по своему развитию
многим интеллигентам» 119. Он стремился к насаждению рабочих
кружков по всему Югу России. Хорошо начитанный, блестящий
115 Там же, стр. 117.
116 Там же, стр. 118—120.
117 Там же, стр. 106—109.
118 П. К. Пешекеров. Пропаганда народовольцев среди рабочих в Ростове.—
В сб. «Народовольцы после 1 марта 1881 года». М., 1928, стр. 124.
119 Там же, стр. 120—122.
175

оратор, он внушал рабочим необходимость большей самодеятель¬
ности. «Мы все хотим взвалить на интеллигентов: они придут,
разжуют и в рот положат... Мы сами,— убеждал он,— должны
работать над собой и над своими товарищами, с которыми бы¬
ваем каждый день... Рабочие должны привыкать самостоятельно
работать, не дожидаясь подталкиваний» 120.
«Центральный кружок» ростовских рабочих имел связи со
многими городами Северного Кавказа — Новочеркасском, Ей¬
ском, Екатеринодаром, Ставрополем и др. 121 В конце 1883 г.
члены кружка издавали журнал «Рабочий». Это было одно из
первых самостоятельных литературных выступлений рабочих
России. Все статьи этого толстого литографированного журна¬
ла были написаны исключительно рабочими. Он вышел единст¬
венным номером. В журнале был отражен глубокий интерес
к рабочему движению других стран. Отдельные рабочие, уча¬
стники кружка (например, Кудряшев), позже стали марксиста¬
ми, другие остались на позиции народовольчества. Кружок
в 1884 г. был разгромлен, но оставил глубокий след в револю¬
ционном движении Ростова-на-Дону. Пропаганда среди рабочих
возобновилась здесь в 1886 г. благодаря усилиям Карпенко и
других революционеров.
С 1888 г. в Ростове с появлением высланного сюда из Каза¬
ни члена федосеевского кружка Н. Мотовилова начинается со¬
циал-демократическая пропаганда. Был создан «Кружок глав¬
ных пропагандистов», в котором изучалась социал-демократиче¬
ская литература. Народовольчески настроенная часть членов
кружка заявляла, что «с лассалями да Марксами далеко не
уедешь» и что следовало бы выработать более рациональную
программу. Большинство же участников рабочих кружков Росто¬
ва с конца 80-х годов тяготело к марксистам 122.
Таким образом, тенденция передовых рабочих—участников
революционных кружков — выделиться из общего потока на¬
родничества в самостоятельную пролетарско-демократическую
струю, тенденция, которая в зародыше наметилась в столице
еще в конце 70-х годов (программа и практическая деятельность
«Северного Союза русских рабочих»), сказалась в 80-х годах в
большинстве рабочих кружков различных городов России. По¬
явление первых социал-демократических групп интеллигенции
120 В. С. Панкратов. Указ, соч., стр. 250.
121 В. П. Крикунов. Из истории рабочего движения на Юге России в 80-х го¬
дах XIX в.— «Известия АН Армянской ССР. Серия общественных наук»,
1962, № 7, стр. 67—68.
122 И. И, Комиссаров. Ростовская рабочая социал-демократическая группа Мо¬
товилова.— «Тезисы докладов Научной сессии, посвященной истории рабо¬
чего класса России в период капитализма». Ростов-на-Дону, 1963, стр. 47—
48.
176

способствовало усилению этой тенденции в кругах передовых
рабочих.
Стремление рабочих к созданию своих организаций в 80-х го¬
дах проявилось в ряде мест и в организации ими производст¬
венных мастерских. Такие «артели» существовали в городах
Запада и Юга России: Харькове, Киеве, Одессе, Ростове-на-
Дону, Екатеринодаре, Тифлисе, Вильно, Минске и некоторых
других. Эту форму рабочих организаций в начале 90-х годов
использовали в ряде городов социал-демократы, в частности
Ю. Д. Мельников в Киеве.
В 80-х годах’ рабочие кружки, создававшие мастерские, еще
находились под влиянием народовольцев или стояли на пути от
народовольчества к марксизму. Такой была «Слесарная мастер¬
ская», организованная в 1886 г. передовыми ростовскими рабо¬
чими—участниками нелегального кружка (Г Рудометовым,
Д. Лапкиным, Ф. Гузенко и др.).
Значительную роль сыграла «Социалистическая слесарная
мастерская» в Екатеринодаре, организованная в том же году
рабочим Т. Романченко. В Екатеринодарском рабочем кружке
хорошо знали роман Н. Г. Чернышевского «Что делать?». Это,
видимо, сказалось на идее организации «Социалистической сле¬
сарной мастерской» и на быте ее участников. В кружке преоб¬
ладала народническая литература, главным образом издания
«Народной воли» и произведения П. Лаврова. Имелась также
и работа Плеханова «Социализм и политическая борьба».
Мастерская просуществовала около года и служила местом
встречи революционеров и складом нелегальной литературы.
Члены рабочего кружка, организовавшие мастерскую, жили в
ней коммуной. По словам следователя, «не столь усердно рабо¬
тали они в своей мастерской, сколь настойчивы были в дости¬
жении своей основной цели — пропаганды» 123.
К рабочим кружкам Юга России следует отнести и «Рабо¬
чий союз» в Тифлисе (1887—1888 гг.). Его организаторами были
ростовские рабочие Ф. Гузенко и П. Шафранов. Кружок возник
в целях «саморазвития путем чтения книг». Набросок програм¬
мы Тифлисского рабочего кружка предусматривал устройство
групповых касс и центральной кассы, организацию в разных го¬
родах рабочих кружков и главного рабочего центра, основание
рабочей боевой дружины, организацию сходок и занятий, фор¬
мулировал условия приема новых членов в рабочие организа¬
ции 124.
123 В. П. Крикунов. Из истории рабочего движения в России в 80-е годы
XIX в.—«Научные доклады Высшей школы. Исторические науки», 1961,
№ 4, стр. 59.
124 В. П. Крикунов. «Рабочий союз» в Тифлисе.— В сб. «Общественное дви¬
жение в пореформенной России», М., 1965, стр. 305—306.
177

Создатели кружка еще не решались на разрыв с «Народ¬
ной волей». Вместе с тем они указывали на упадок после 1 мар¬
та сил народовольческой интеллигенции, на отрицательные по¬
следствия тактики террора и требовали сосредоточить главные
силы на «умственном развитии рабочих» как решающем усло¬
вии дальнейшего роста революционного движения в России.
Участники кружка проявили глубокий интерес к произведе¬
ниям, которые касались «рабочего вопроса», положения и борь¬
бы рабочего класса в странах Западной Европы. 3 октября
1887 г. деятели кружка от имени рабочих Тифлиса составили
адрес писателю Глебу Успенскому по случаю двадцатипятиле¬
тия его литературной деятельности. В письме рабочие выразили
свой гнев против высокомерного отношения власть имущих к ра¬
бочему классу. «Пора перестать говорить,— писали они,— что
мы не нуждаемся в образовании и не нуждаемся в дешевых
умных развлечениях в праздничные дни, и что мы не любим
читать хорошие, дельные книги и газеты. Пора перестать гово¬
рить нам, что мы должны думать только о еде и работе» 125.
Письмо тифлисских рабочих позволило Успенскому поздра¬
вить русский народ с появлением нового читателя, «читателя
из народа». Значение этого факта было сразу оценено первыми
русскими марксистами как признак роста общественных духов¬
ных запросов в рабочем классе России 126. Стремление передо¬
вых рабочих 80-х годов в разных концах России к созданию
самостоятельных от народовольческой интеллигенции рабочих
кружков было этапом на пути их слияния с марксистскими
интеллигентскими кружками в единые социал-демократические
организации.
РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ В НАЧАЛЕ 90-х ГОДОВ
Выступления рабочих в 1890—1894 гг.
В начале 90-х годов, после многих лет политической реакции,
началось оживление общественного движения. Непосредствен¬
ным толчком к нему послужил голод 1891 г., наглядно обнару¬
живший все язвы самодержавного строя. Голод обострил про¬
цесс массового разорения крестьянства.
Буржуазия, используя появление на рынке труда крестьян,
бежавших в города в поисках хлеба и работы, повелй наступ¬
ление на заработную плату и стремилась ликвидировать те не¬
многие уступки, которые были завоеваны рабочими в крупных
стачках 80-х годов.
125 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 563.
126 Г. В. Плеханов. Соч., т. III, стр. 211.
178

В Центрально-промышленном районе движение рабочих в
начале 90-х годов не было таким бурным, как в 1885—1889 гг.
Но по числу стачек и волнений он продолжал идти впереди
других районов страны. Крупные выступления происходили на
Прохоровской мануфактуре и ряде других текстильных фабрик
Москвы и губернии, а также на Большой мануфактуре в Ярос¬
лавле, текстильных предприятиях г. Шуи. Отдельные стачки на¬
чала 90-х годов в этом районе были вызваны снижением зар¬
платы или угрозой предпринимателей закрыть фабрику в связи
с кризисом сбыта товаров. Выступления рабочих происходили
на тех предприятиях, которые в предшествующем периоде либо
лишь частично были затронуты движением, либо вовсе в нем
не участвовали.
По числу стачечников, по их организованности и сплоченно¬
сти выделяется стачка на Егорьевской мануфактуре братьев Хлу¬
довых в г. Егорьевске Рязанской губ. (5 тыс. рабочих). Волне¬
ния начались здесь в марте 1893 г. и к концу мая перешли
в полуторамесячную стачку. Рабочие требовали повышения за¬
работной платы, снижения штрафов, отмены ночных работ на¬
кануне праздников и удаления директора фабрики, англичани¬
на Ригга, чинившего грубый произвол и издевательства над
рабочими 127. В ходе стачки выдвинулась группа передовых ра¬
бочих (А. Ф. Белов, С. А. Костылевский, Г. Михайлов, Е. Тимо¬
феев, И. Тимофеев и др.), которые пытались придать выступле¬
нию возможно более организованный характер.
С помощью войск стачку удалось подавить. 28 наиболее
активных ее участников были приговорены к тюремному заклю¬
чению на разные сроки.
Ненависть рабочих к владельцам фабрики и их прислужни¬
кам с новой силой вспыхнула в повторной стачке, которая про¬
должалась со 2 по 11 октября того же года 128.
В ряду крупных выступлений рабочих первой половины
90-х годов в этом районе выделяется стачка 4500 рабочих ткац¬
кой фабрики т-ва Тверской мануфактуры близ г. Твери. Стачка
была вызвана введением администрацией новых правил внутрен¬
него распорядка, ухудшивших положение рабочих. Рабочие тре¬
бовали найма на определенные сроки, увольнения мастеров,
грубо обращавшихся с рабочими, снижения штрафов и прочих
взысканий. Забастовщики упорно отстаивали свои требования.
Однако власти вызвали войска, арестовали организаторов стач¬
ки и заставили рабочих приступить к работе 129.
В декабре 1894 г. произошла стачка 2000 рабочих т-ва Пе¬
реяславской мануфактуры в г. Переяславле-Залесском (Влади¬
127 «Рабочее движение в России в XIX в.», т. III, ч. 2. М., 1952, стр. 301—340.
128 Там же, стр. 340—350.
129 Там же, стр. 352—359.
179

мирская губ.). Рабочие выступили против систематического
ухудшения их положения, невыполнения администрацией пункта
устава товарищества о выдаче наградных. Это была первая
крупная стачка в этом городе.
Кроме текстильщиков — основного отряда пролетариата
Центрально-промышленного района — в стачках и волнениях
участвовали металлисты. Стачки металлистов в большинстве
случаев вызывались требованиями повышения заработной пла¬
ты, соблюдения праздничных дней, отмены штрафов, улучшения
санитарных условий. Ряд стачек и волнений произошел на кир¬
пичных заводах. Главным требованием рабочих было повышение
заработной платы. В отдельных случаях причиной выступлений
служила несвоевременная выдача зарплаты 130.
Выступления рабочих в Центрально-промышленном районе
в большинстве случаев продолжали быть стихийными и носили
преимущественно оборонительный характер.
Новым в рабочем движении начала 90-х годов по сравнению
со второй половиной 80-х годов был рост стачечной борьбы
металлистов, горнорабочих, железнодорожников.
Усиление борьбы металлистов проявилось прежде всего в
Петербурге, где из 19 выступлений петербургских рабочих
в 11 случаях выступали металлисты131. В 1890 г. забастовали
рабочие механической мастерской Адмиралтейских Ижорских
заводов. Они требовали уменьшить работу накануне праздни¬
ков 132. Администрация пошла на уступки, но уволила много
рабочих. В начале 90-х годов бастовали рабочие Александров¬
ского механического, и Путиловского заводов, выступившие про¬
тив снижения расценок. Обе стачки окончились победой рабочих.
400 рабочих судостроительного завода «Новое Адмиралтейство»
в 1891 г. сплоченно боролись против снижения заработной пла¬
ты и введения новых штрафов.
Борьба металлистов по сравнению с текстильщиками отли¬
чалась большей организованностью и наступательным характе¬
ром. Их требования были продуманны. Они первые стали наряду
с обычным и почти единственным тогда требованием повышения
зарплаты добиваться сокращения рабочего дня, первоначально
хотя бы накануне праздничных дней.
В начале 90-х годов в Петербурге прошло несколько стачек
рабочих порта. В 1891 г. новый командир порта уменьшил зара¬
ботную плату рабочим и стал донимать их штрафами, что вы¬
звало сильное брожение, перешедшее в стачку. Военно-мор-
(30 «Рабочее движение в России в XIX в.», т. III, ч. 2, стр. 622, 626, 631,
640—642.
131 С. С, Скробот. Стачечная борьба петербургских рабочих в 1891—1895 гг.—
«История СССР», 1958, № 6, стр. 106—113.
132 И. А. Бакланова. Рабочие судостроители России в XIX в. Л., 1959, стр. 209.
180

Ская администрация ответила обычным приемом — немедленным
расчетом всех, не пожелавших приступить к работе. Местная
социал-демократическая группа издала листовку с призывом
к пролетарской солидарности. Однако стачка не увенчалась ус¬
пехом, а ее активные участники были высланы из Петербурга 133.
Отдельные стачки прошли на текстильных фабриках Петер¬
бурга (Митрофаниевская мануфактура, фабрика Торнтона). Ра¬
бочие добивались повышения заработной платы. В эти же годы
в Петербургской губ. прошла волна стачек рабочих кирпичных
заводов, вызванная низкими заработками. Стачки отличались
большим упорством, в результате чего предприниматели вынуж¬
дены были частично удовлетворить требования рабочих 134.
В начале 90-х годов произошли качественные изменения в ра¬
бочем движении Украины. Число стачек и волнений рабочих
в 1890—1894 гг. несколько уменьшилось по сравнению с предше¬
ствующим пятилетием. Всего за эти годы произошло 39 выступ¬
лений, из них 32 стачки (8696 участвовавших) против 45 вы¬
ступлений (из них 29 стачек и 11180 участников) в 1885—
1889 гг. 135 Однако значительно повысилась роль металли¬
стов и горнорабочих, их выступления носили несколько более
зрелый характер. Некоторые стачки (в Киеве, Одессе) возника¬
ли под влиянием агитации местных социал-демократических
кружков.
Наиболее бурными были выступления шахтеров Донбасса.
Эти выступления были слабо организованы, носили бунтарский
характер. Условия труда и быта этого молодого, но быстро ра¬
стущего отряда пролетариата были очень тяжелы. Хищническая
эксплуатация рабочих, особенно иностранными капиталистами,
вызывала уже в тот период острое столкновение между трудом
и капиталом. В большинстве случаев непосредственным пово¬
дом к стачкам была несвоевременная выдача заработной пла¬
ты. Стачки шахтеров происходили в Бахмутском уезде на шахте
«Ветка» (май 1890 г.), в Славяно-сербском уезде (октябрь
1890 г.) 136.
Особенно широкие размеры приняли волнения на заводах
и шахтах Юзовки в августе 1892 г. Черствое, бездушное отно¬
шение капиталистов к тяжелым условиям жизни и быта шахте¬
ров ярко проявилось в связи с эпидемией холеры. Вспыхнули
«холерные бунты», которые были вызваны эпидемией холеры,
а также невыносимыми условиями труда, жизни и быта горно¬
рабочих, жестоко эксплуатируемых шахтовладельцами и завод¬
чиками и обираемых подрядчиками, артельщиками, лавочника¬
133 Там же, стр. 210.
134 «Рабочее движение...», т. III, ч. 2, стр. 520—524.
135 О. А, Парасунько. Указ, соч., стр. 385—403.
136 С. И. Потолов. Указ, соч., стр. 210—211.
181

ми 137. В воскресенье 2 августа группа рабочих Юзовки оказала
сопротивление отправке в холерный барак больной жены од¬
ного из своих товарищей. Вечером, собравшись большой толпой,
рабочие двинулись громить холерные бараки. По дороге по¬
дожгли лавки и питейные заведения местного базара. Казаки
пустили в ход оружие. Несколько десятков рабочих было убито,
многие ранены. Рабочих охватило возмущение: утром 3 авгу¬
ста Юзовка была в руках рабочих, которых собралось до
15 тыс. человек. Казаки охраняли главные административные
учреждения, ожидая прибытия войск. Попытки несознательных
элементов разгромить заводскую контору были пресечены са¬
мими же рабочими. С прибытием из Екатеринослава войск на¬
чались повальные аресты и массовая порка рабочих и работниц.
Четырех рабочих, обвиненных в «подстрекательстве», в руковод¬
стве волнениями, приговорили к смертной казни, замененной
позднее пожизненной каторгой 138.
Растущее движение в Донбассе внушало страх местным вла¬
стям, которые все чаще стали прибегать к помощи войск для
подавления возникавших здесь бурных массовых выступлений
рабочих. Донбасс становился очагом непрерывных острых стол¬
кновений между рабочими и капиталистами, поддерживаемыми
царскими властями.
Обострению борьбы рабочих Украины, как и других про¬
мышленных районов, способствовал также голод 1891 г. Массы
разоренных крестьян двинулись в города и на промышленные
предприятия Юга России. Капиталисты воспользовались этим и
снижали зарплату занятых в производстве рабочих. По этой при¬
чине в 1892 г. произошла стачка рабочих-металлургов в с. Ка¬
менском на Днепровском металлургическом заводе. В том же
году забастовали рабочие Брянского завода, требуя повышения
заработной платы.
В 1891—1894 гг. организовали стачки рабочие киевских и
полтавских железнодорожных мастерских, которые добились по¬
вышения зарплаты и сокращения рабочего дня, а также рабочие
мелких предприятий Киева, Одессы, Харькова, Екатеринослава.
Характерной чертой стачечного движения рабочих Украи¬
ны конца 80-х— начала 90-х годов было усиление в нем роли
рабочих угольной, металлургической, машиностроительной про¬
мышленности и рабочих-железнодорожников, которые стали за¬
певалами пролетарской борьбы. Одновременно ширилось движе¬
ние рабочих легкой промышленности.
По массовости, организованности и сознательности выступ¬
лений в эти годы выделялось рабочее движение Польши. Оно
137 С. И. Потолов. Указ, соч., стр. 210—211.
138 Там же, стр. 212—215; «Рабочее движение...», т. III, ч. 2, стр. 206—215,
631.
182

проявило себя несколькими крупными стачками не только эко¬
номического, но и политического характера.
В 1891 г. разразилась стачка 9000 рабочих Жирардовской
полотняной мануфактуры близ Варшавы. Накануне 1 Мая на
фабрике были разбросаны в большом количестве листовки ме¬
стной рабочей организации «Пролетариат», в которых рабочие
призывались ознаменовать международный пролетарский празд¬
ник прекращением работы. Инициаторы стачки обходили фаб¬
рику, предлагая прекратить работу. Забастовка продолжалась
два дня. Власти арестовали некоторых наиболее активных уча¬
стников стачки, а других выслали на родину 139.
В ряду крупных экономических стачек текстильщиков, ха¬
рактерных ростом элементов сознательности и организованно¬
сти, была стачка 5000 рабочих фабрики «Заверце» Петроковской
губ. в 1894 г. Причиной ее было невыполнение администрацией
обещания повысить зарплату. Стачке предшествовали собрания
представителей рабочих. В дни стачки рабочие, по сообщению
жандармских властей, вели себя с достоинством, спокойно. Вла¬
стями тем не менее была вызвана сотня казаков и драгунский
полк. Рабочие продолжали держаться стойко. Администрация
фабрики вынуждена была снова обещать повышение зарплаты.
Рабочие приступили к работе, но готовились к новой стачке
на случай, если обещания не будут выполнены. Они провели ряд
собраний, а когда при выдаче зарплаты убедились, что их снова
обманули, прекратили работу. 31 марта рабочие расклеили воз¬
звание с призывом к стачке. Все 5000 рабочих не вышли на
работу. Три недели длилась борьба рабочих, пока не была
подавлена военной силой.
Стачки рабочих-текстильщиков прошли в Варшаве и Лод¬
зи — главных центрах рабочего движения. Здесь также бастова¬
ли металлисты, строители и рабочие других отраслей промыш¬
ленности. Большинство стачек произошло на крупных предприя¬
тиях.
Наряду с Варшавой и Лодзью крупным центром рабочего
движения все более становится Домбровский угольный бассейн.
1890—1891 гг. отмечены крупными стачками горнорабочих, тре¬
бовавших повышения заработной платы и улучшения условий
труда.
Стачки польских рабочих отличались большим упорством,
многие были продолжительны, заранее готовились при участии
социал-демократов. По неполным данным, в Польше в 1890—
1894 гг. произошло 58 выступлений рабочих, из них 57 стачек.
Новое в движении состояло не только в невиданном до этого
размахе борьбы, когда в отдельных выступлениях участвовали
по нескольку тысяч рабочих, но и в том, что ряд крупных ста¬
139 «Рабочее движение...», т. III, ч. 2, стр. 66—68.
183

чек носил не только экономический, но и ярко выраженный по¬
литический характер. Стачки рабочих в ознаменование между¬
народного дня солидарности трудящихся 1 Мая в 1891 г. про¬
изошли в Лодзи и Жирардове, в 1892 г. состоялась всеобщая
первомайская стачка 30 000 рабочих Лодзи и стачка солидар¬
ности с ней в городах Згерже, Пабианицы.
Стачечное движение усилилось и в городах Западного края:
Вильно, Минске, Гомеле, Гродно, Сморгони, Пинске, Витебске.
Это было движение преимущественно рабочих мелкой промыш¬
ленности. Их положение было еще тяжелее, чем индустриальных
рабочих: рабочий день длиннее (Г4—16, а нередко и 18 часов
в сутки), а заработная плата едва достигала 2—3 руб. в неделю.
Особенно низким был заработок работниц, подростков и мало¬
летних, труд которых широко применялся в местной табачной
и спичечной промышленности. Например, на спичечных фабри¬
ках работницы получали 6 руб. в месяц, а малолетние 2—
4 руб. Примерно так же оплачивался труд на гильзовых и других
фабриках. Условия труда на табачных фабриках и в типогра¬
фиях были особенно трудными и вредными. Табачная и свин¬
цовая пыль при отсутствии элементарных мер по охране здоровья
губительно действовала на рабочих, особенно малолетних140
Рабочие этих отраслей промышленности были менее организо¬
ванны, более инертны, поднять их на борьбу за свои права
было значительно труднее, чем рабочих крупных предприятий.
Тем не менее рабочее движение в этом крае в 90-х годах стало
быстро нарастать.
Значительно усиливается в первой половине 90-х годов рабо¬
чее движение в Литве, Латвии, Эстонии, что было связано с раз¬
витием капитализма и обострением классовых противоречий. На
рабочих этих районов воздействовала борьба пролетариата цен¬
тральной России, а также рабочее движение в Германии
и Польше.
Сопротивление рабочих растущему гнету капитала усили¬
лось также и в далекой Сибири. По имеющимся данным, в 1885—
1894 гг. здесь произошло 50 выступлений рабочих, из них 13 ста¬
чек и 37 волнений. Среди рабочих золотых приисков — основно¬
го контингента рабочих Сибири — волнения значительно преоб¬
ладали над стачками 141.
Рабочее движение в Сибири и в этот период продолжало
находиться на том уровне, на котором находилось рабочее дви¬
жение Центра России в 60—70-е годы. Отдаленность от центра,
разбросанность предприятий, примитивность техники, забитость
140 «История Белорусской ССР», т. 1. Минск, 1961, стр. 402.
141 «Рабочее движение...», т. III, ч. 2, стр. 625—629; С. Ф. Хроленок. Положе¬
ние рабочих и рабочее движение на Ленских золотых приисках (1861 —
1900 гг.). —«Ученые записки Иркутского гос. пед. ин-та», вып, XVIII, Ир¬
кутск, 1961.
184

местного населения и особый режим на золотых приисках — все
это отражалось на рабочем движении. Серьезный перелом про¬
изошел здесь в конце 90-х— начале 900-х годов, после завер¬
шения строительства транссибирской железной дороги.
Рабочее движение первой половины 90-х годов отмечено зна¬
чительным усилением стачечной борьбы железнодорожников, ко¬
торые стали одним из крупнейших отрядов пролетариата России.
В 1894 г. на железных дорогах насчитывалось более 320 тыс. ра¬
бочих и служащих 142. Их роль в общем движении пролетариата
с начала 90-х годов заметно возрастает. Особенно велика была
роль рабочих железнодорожных мастерских и депо, представляв¬
ших кадры квалифицированных металлистов.
Положение разных групп железнодорожников было различ¬
но. Рабочий день не был нормирован. На железных дорогах су¬
ществовала система 24-часовых дежурств. Заработная плата
была незначительной и понижалась штрафами за малейший
проступок.
В первых рядах стачечного движения идут рабочие ведущих
железнодорожных мастерских Петербурга, Москвы, Ростова-на-
Дону. Основным центром движения железнодорожников с нача¬
ла 90-х годов становится Москва — крупнейший транспортный
узел страны. Мастерские Московско-Казанской, Московско-Кур¬
ской, Московско-Николаевской, Московско-Брестской желез¬
ных дорог насчитывали по 700 и более рабочих.
Стачки железнодорожников в начале 90-х годов часто вызы¬
вались вычетами из заработной платы в пенсионные или сбере¬
гательные кассы без ведома рабочих. На этой почве произошли
стачки рабочих мастерских Московско-Курской железной доро¬
ги, Ковровских мастерских Владимирской губ., Борисоглебских
мастерских Юго-Восточной железной дороги, Уфимских, Гомель¬
ских, Тифлисских и других мастерских. Эти стачки отмечены
серьезным ростом организованности и сознательности по срав¬
нению с «бунтами» строителей железных дорог в 60—80-х
годах.
Характерна в этом отношении стачка рабочих харьковских
железнодорожных мастерских в 1892 г. Поводом к ней послу¬
жило введение новых расчетных книжек и новых правил в связи
с переходом дороги из частных рук в казну. Рабочие избрали
на собрании 10 делегатов, которые, собрав новые книжки, вер¬
нули их администрации. Рабочие были недовольны узаконением
новыми правилами 12-часового рабочего дня, больших штрафов,
а также грубым обращением мастеров. Организаторы стачки
распространяли рукописные прокламации. Прибывшему губер¬
натору и начальнику дороги рабочие предъявили требование
142 А. Г. Рашин. Формирование рабочего класса России. М., 1958, стр. 117.
185

удалить ненавистного им мастера и устранить «арестантский ре¬
жим из расчетных книжек» 143.
Администрация согласилась заменить мастера, но рабочие
этим не удовлетворились и продолжали требовать изменения
правил. Создалась угроза расширения стачки. Паровозные
бригады по всей линии разносили весть о стойкой борьбе харь¬
ковских железнодорожников. Забастовали рабочие отдельных
станций на Курско-Харьковско-Севастопольской дороге. Адми¬
нистрация дороги и власти вынуждены были уступить. Стачка
окончилась победой рабочих.
Элементы сознательности и организованности характерны
для рабочих Тифлисских мастерских Закавказской железной до¬
роги, которые в начале 90-х годов не раз выступали против вы¬
соких штрафов, низких расценок и увеличения рабочего дня.
Организованно прошла стачка рабочих-железнодорожников Ро¬
стова-на-Дону в 1894 г. Ряд стачек и волнений в первой полови¬
не 90-х годов произошел на строительстве железных дорог.
Выступления железнодорожников в 90-х годах были предве¬
стником их быстро растущей роли в общероссийском массо¬
вом рабочем движении.
Пролетарская борьба в первой половине 90-х годов характе¬
ризуется, таким образом, дальнейшим расширением ее геогра¬
фии и вовлечением в движение новых слоев рабочего класса.
Некоторое представление о динамике рабочего движения в
России в эти годы дает сопоставление выступлений рабочих
по важнейшим отраслям промышленности в сравнении с пред¬
шествующим пятилетием (см. табл. 6). В 1890—1894 гг. всего по
стране произошло 67 стачек и волнений текстильщиков против
173 в 1885—1889 гг., горняков соответственно — 52 против 35,
металлистов — 28 против 22, железнодорожников — 21 против
8, строителей — 37 против 24.
Усиление удельного веса в пролетарской борьбе рабочих тя¬
желой промышленности и железнодорожного транспорта имело
важное значение для судеб рабочего движения в России.
Наряду с дальнейшим развитием рабочего движения в Пе¬
тербургской губернии и Центрально-промышленном районе,
пролетарская борьба приобретает более зрелый характер на За¬
паде и Юге России, в Варшаве, Лодзи, где массовое движение
рабочих начинает испытывать влияние социал-демократической
агитации, на время оказавшись впереди центра России. В целом
борьба остается стихийной, экономической, затронувшей незна¬
чительную часть всей рабочей массы России.
143 О. А. Парасунько. Указ, соч., стр. 373.
186

Зарождение нелегальных стачечных касс
Рабочее движение вызвало к жизни новую организацию — не¬
легальные стачечные кассы. Борьба рабочих за улучшение усло¬
вий труда порождала потребность в создании элементарных
средств для ведения стачек. В обстановке полного политическо¬
го бесправия народа каждый акт протеста даже на экономиче¬
ской почве был большим испытанием для рабочего и его семьи.
Голод нередко заставлял рабочих капитулировать перед хозяе¬
вами. С появлением рабочих кружков при них стали возникать
нелегальные кассы. Такие кассы имелись еще в 70-х годах при
«Южнороссийском» и «Северном» союзах и в первых социал-
демократических группах 80-х годов. Подобные кассы существо¬
вали и в некоторых рабочих кружках начала 90-х годов.
Представление о задачах таких касс дает «Устав кассы»,
составленный членом первой петербургской группы русских со¬
циал-демократов П. Шатько: «1. Помощь лицам, пострадавшим
за дело, и их семействам; 2. Пособие лицам, зарекомендовав¬
шим себя полезною деятельностью в пользу дела, в случае если
они лишатся работы». Кроме того, предусматривались пособия
на снятие квартиры для занятий кружка; рабочим, не вышед¬
шим на работу вследствие занятости делами организации144.
Группа Точисского учредила кроме «кассы помощи ссыльным и
заключенным рабочим» кассу, средства которой шли на куль¬
турно-просветительные цели. Такие кассы существовали среди
рабочих и в других городах.
В проекте устава кассы рабочих кружков в Ростове-на-Дону
(1893 г.) говорилось: «Цель кассы — в объединении рабочих
групп на почве коллективного приобретения библиотеки и вспо¬
моществования как членам рабочих групп, так и не членам,
а также лицам или учреждениям, заявившим себя в том или
другом отношениях противниками существующего порядка ве¬
щей» 145.
Петербургский «Рабочий союз» (группа Бруснева) организо¬
вал сеть касс по районам города. На больших предприятиях
рабочие кружки имели даже свои отдельные кассы. «Рабочий
союз» создал Центральную кассу, связанную с районными и за¬
водскими кассами.
Кассы призваны были служить стачечным фондом и вообще
источником денежных средств организации. Основной фонд касс
составлялся из членских взносов (50 коп. от каждого члена
кассы в месяц) 146. «Союз» обладал значительными по тому вре-
144 «Рабочее движение...», т. III, ч. 1, стр. 373—374.
145 Там же, ч. 2, стр. 594.
146 Р. А. Казакевич. Социал-демократические организации Петербурга конца
80-х — начала 90-х годов. Л., 1960, стр. 153—154»
187

HfWJH
#ИЛ4,1тМ>Ш) ilf
t yy*rA f на «oU^ -
/u/tA.i*>AU МОЛА U fafoitMl*'-''
.44 ft/ AUlHßUU^ f *-
34* <Л i<4 i<u 44 UAÄ, ££&&--
>*П/-Н4«Я
/*ЮЦ»Л» fbU^VCi/U,k рЛ)1(^4)Л44^
♦Hou^»e* ш^шл</Ь шил
К hwuxA, /u-u^
eytuiw* ia<>cu|<Hv
/S^AU)tЛU)fl^LfЛ^lcЯ>CUUf f A /U/^
UA0t^Hff>V0«U4M>ÖtuA3 MUH4J4 Ю4144.4 е|/ЛW<MIO<41Л- f
44 А
l4JU4Vl4tU^Xt44V UACUAAII 4> 4И444Л 4ЭГ14РЛ AU
njt-^iUZ^ #KOtr?A
^yiAOl.4y/4<4 «X »4-<A
fU>tuA) ^HtnZ)«4£<tO4«X-l>
AWJUA^W ifU^U< •
£4314 l с Ял> U14 t ,4 t 04A. -y 0410
№0141444 ^0U1<»*VU<4
)АгШ Ш <U> (44X44
npytHiA> f wot»^ jioUbw tf ш n^AUuniuf^^u^f ra4
<^p^»>vatoA> f Mo. h> «MtotoA» 4и>емИун<«44.Л» f
Амеем 4<eXl MZ< -
M
35
SD
St)
£■?■*
e£^uuf
НЛ MO
MbO (£41441 144<!4>UOtA 4ÄOf f 1ЛА
r|14^t»vM€< Wl«-U4 ei'eviWf/ucAiXJWM 4/^l>
fj KtAUI^U^ /ъш>-
ui\ ^4 ^т«44/4^Л |ел*А *tc^yuuxA*^<yA
ПИЛ^Ш
<>MJ /<4
цаЛми/шсие
Из проекта устава кассы Ростовских-на-Дону рабочих групп. 1892 г.

мени средствами. Например, в Центральной кассе, согласно от¬
четам, составленным казначеем кассы рабочим Е. А. Климано¬
вым, к 1891 г. денежные средства составляли 1400 руб. Часть
средств ушла на помощь стачечникам порта, другая часть — на
поддержку безработных, помощь политическим заключенным и
высланным, ,а также на покупку книг. Из средств кассы пе¬
тербургского «Рабочего союза» было израсходовано 600 руб. на
издание протоколов Парижского международного социалистиче¬
ского конгресса. Таким образом, кассы использовались не
только для помощи стачечникам, но и для других целей рабочих
кружков и организаций. Как организационная форма борьбы
рабочих за улучшение их экономического положения стачечные
кассы получили распространение в Польше, Литве и Латвии.
Возникшие поначалу как кассы взаимопомощи, они с конца
80-х — начала 90-х годов стали превращаться в «кассы сопро¬
тивления» или «кассы борьбы», т. е. стачечные кассы. В них
входили обычно члены рабочих социал-демократических круж¬
ков и другие наиболее сознательные рабочие. Взносы членов
кассы давали возможность хотя бы в течение короткого време¬
ни поддерживать стачечников или в случае необходимости ока¬
зать кому-либо единовременную помощь. В кассе сопротивления
варшавского «Союза польских рабочих» насчитывалось до
600 человек 147.
Деятельность стачечных касс в Польше дала толчок к росту
таких же касс в соседних с ней местностях Западного края.
Цеховые кассы взаимопомощи существовали здесь до начала
90-х годов, но носили узкоцеховой характер. Под влиянием ме¬
стных социал-демократов они были преобразованы в «кассы со¬
противления», органы борьбы с хозяевами. Кассы организовыва¬
лись по профессиям. В 1894—1895 гг. в Вильно существовало
23 профессиональные кассы, в которых состояло 850 (а по дру¬
гим данным 1000) организованных рабочих и работниц148.
В Минске членами «касс сопротивления» состояло 870 организо¬
ванных рабочих. Такие же кассы существовали в Белостоке, Ви¬
тебске, Гомеле, Сморгони, Брест-Литовске, а также в Ковно и
некоторых городах Литвы. В отдельных местностях социал-де¬
мократы делали попытки использовать в интересах рабочих ле¬
гальные кассы взаимопомощи, а также больничные кассы, воз¬
никшие еще в 60—70-х годах. В Латвии в некоторых кассах
147 Там же, стр. 154; А. М. Орехов. Участие польских студентов в социал-де¬
мократической пропаганде в Петербурге.— В сб. «Революционная Россия
и революционная Польша». М., 1967, стр. 375—376; он же. Русско-поль¬
ские революционные связи в период возникновения марксистских рабочих
организаций в России (1887—1893 гг.). М, 1970, стр. 272 (рукопись канд.
дисс.).
148 Э. В. Гришкунайте. Кассы борьбы рабочих Литвы в 1888—1897 гг.— «Тру¬
ды Академии наук Литовской ССР», 1961, № 1, стр. 87—99; Ю. Мартов,
Записки социал-демократа. М., 1924, стр. 250.
189

число членов достигало 1000 и более человек. Эти общества и
кассы способствовали началу объединения рабочих и повышения
их культурного уровня. В 1886 г. Рижское общество взаимопо¬
мощи стало издавать газету демократического направления
«Диенас лапа» («Ежедневный листок»), которая сыграла боль¬
шую роль в пропаганде демократических и социалистических
идей 149 150.
Невозможность создания легальных союзов толкала рабочих
к организации нелегальных стачечных касс, которые были за¬
родышами и прототипом возникших позднее профессиональных
рабочих организаций.
Итоги экономической борьбы рабочих в 1885—1894 гг.
Вторая половина 80-х — начала 90-х годов — период непо¬
средственной подготовки соединения рабочего движения с со¬
циализмом в единое рабочее социалистическое движение. Борь¬
ба рабочих масс против стремления капиталистов снижать и
без того низкий уровень жизни, за улучшение элементарных
условий труда и быта остается, как и в предшествующий период,
главной и почти единственной целью.
За десятилетие 1885—1894 гг. пролетарская борьба делает,
однако, серьезные шаги вперед, приобретает небывалый до это¬
го размах, в ней появляются новые черты. Всего по России за
эти годы учтены 844 выступления промышленных рабочих 15°.
149 «Очерки истории Коммунистической партии Латвии», ч. I. Рига, 1962,
стр. 20—21.
150 Подсчитано автором, которым учтены не только выступления рабочих
в основных промышленных районах России (табл. 6), но и в менее
развитых тогда промышленных местностях (в Прибалтике, Белоруссии,
Закавказье), а также во всех остальных губерниях Европейской России,
где происходили в это время отдельные выступления фабрично-заводских
рабочих. Эти выступления выявлены преимущественно местными исследо¬
вателями. Приводимые данные основаны на следующих источниках: «Хро¬
ника рабочего движения в России (1885—1894 гг.).».—В сб. «Рабочее дви
жение...», т. III, ч. 1, стр. 772—802; ч. 2, стр. 620—645; Л. М. Кресина.Указ.
соч., стр. 90—98; Я. А. Балагуров. Фабрично-заводские рабочие дореволю¬
ционной Карелии. Петрозаводск, 1968, стр. 84—91; «Очерки истории Горь¬
ковской организации КПСС», ч. 1, стр. 22; «Очерки истории Московской
организации КПСС». М., 1966, стр. 7—9; Ев. Дюбюк. Указ, соч., стр. 33—
36; С. С. Скробот, Указ. соч. стр. 106—113; О. А. Парасунъко. Указ, соч.,
стр. 387; Н. Пухлое. Указ, соч., стр. 166; он же. Рабочее движение в
Польше в 90-е годы.— В кн. «Из истории польского рабочего движения».
М., 1962, стр. 34—58; Д. В. Гаврилов. Указ, соч., стр. 19—38; Т. К. Гусь¬
кова. Указ, соч., стр. 361—364; С. Ф. Хроленок. Указ, соч.; «История Эстон¬
ской ССР», т. II, стр. 212—213; «Очерки истории Коммунистической партии
Латвии», ч. I, стр. 20—21; «Очерки истории Коммунистической партии Азер¬
байджана», стр. 21—22; «Очерки истории Коммунистической партии Гру¬
зии», стр. 20—21; «Очерки истории Коммунистической партии Белорусии»,
ч. I, стр. 25—26, 35; «Очерки истории большевистских организаций Допа».
Ростов, 1965, стр. 34—35; «Очерки истории Калужской организации КПСС».
Калуга, 1967, стр. 11 — 12.
190

По важнейшим промышленным районам количество выступле¬
ний видно из следующей таблицы (табл. 6).
Таблица 6
Рабочее движение в 1885—1894 гг. в основных промышленных
районах России *
Район
Число
выступ¬
лений в
1885—
1889 гг.
Из них
стачек
Число
выступ¬
лений
в 1890—
1894 гг.
Из них
стачек
Общее
число
выступле¬
ний
в 1886-
1894 гг.
Из них
стачек
Центрально-промышлен¬
ный район
259
147
91
61
350
208
Петербургская губ.
21
8
32
26
53
34
Украина
45
39
39
32
84
71
Польша
И
9
58
57
69
66
Урал
21
17
43
15
64
32
Сибирь
28
6
22
7
50
13
Всего
385
226
285
198
670
424
* Подсчеты автора. Таблица составлена на основании указанных выше источников.
В других районах — Прибалтике, Белоруссии, Закавказье —
число выступлений рабочих было незначительно. Единичные
стачки и волнения имели место в непромышленных губерниях
и Средней Азии.
Всего по России в 1885—1894 гг., по далеко не полным дан¬
ным перечисленных выше источников, в стачках и волнениях
участвовало 234 629 рабочих. Следует учесть, что из общего
числа учтенных выступлений нет данных о числе участников
более чем 200 выступлений. Следовательно, размах движения в
действительности был более широким.
К концу 80-х годов XIX в. в России насчитывалось около
полутора миллиона рабочих, занятых в крупных капиталисти¬
ческих предприятиях. Следовательно, в 1885—1894 гг. в раз¬
личные формы пролетарской борьбы было втянуто менее !/6 ча¬
сти общего числа рабочих крупной промышленности.
Рабочее движение, сосредоточиваясь прежде всего в Цен¬
тре, постепенно захватывало и другие районы, распространяясь
на самые отдаленные уголки страны, вовлекая рабочих мелких
предприятий. Это свидетельствует о растущем обострении проти¬
воречий между рабочими и буржуазией.
Почти половина всех выступлений рабочих произошла в
Центрально-промышленном районе. Подавляющее большинство
из них приходится на 1885—1889 гг. и были следствием рез-
191

кого ухудшения положения пролетариата, вызванного экономи¬
ческим кризисом. Впервые в истории этого района сравнитель¬
но широкие массы рабочих, примерно 7з занятых в
производстве, оказались втянутыми в упорную борьбу за эле¬
ментарные жизненные права. Рабочее движение в этом районе
было движением рабочих-текстильщиков и направлено оно было
против системы штрафов, понижения заработной платы. В на¬
чале 90-х годов стало больше выступлений с требованиями
повышения заработка. Однако наряду с экономическими стач¬
ками в этот период все еще значителен удельный вес (пример¬
но 7з) стихийных волнений.
В рассматриваемый период самые крупные в России вол¬
нения произошли на заводах и фабриках Мальцевского торгово-
промышленного т-ва (Калужская и Орловская губ.). На десяти
заводах этого товарищества (чугунолитейном, машинострои¬
тельном, литейном, стекольном, фарфоровом, железоэмалиро¬
вочном и других) было занято 35 тыс. рабочих 151. Волнения,
чаще всего происходившие на Людиновском заводе, были выз¬
ваны тяжелыми материальными и бытовыми условиями, сниже¬
нием заработной платы, частыми и длительными задержками в
выдаче заработка. Волнения продолжались с середины марта по
июнь 1885 г. и, повторно,— с февраля 1887 г. по май 1888 г. 152
Если в Центрально-промышленном районе рабочее движение
в первой полсвине 90-х годов пошло на убыль, как бы на вре¬
мя исчерпав свои силы, то иную картину представляли Петер¬
бургская губ. и Польша. В Петербургской губ. число выступле¬
ний в 1890—1894 гг. по сравнению со второй половиной 80-х
годов выросло в полтора раза, при этом число стачек — более
чем в 3 раза, число же волнений сократилось в 2 раза. Это
говорит о быстром росте сознательности и организованности
петербургских рабочих.
Еще больше были размах и организованность пролетарской
борьбы в Польше. Стачки почти полностью вытеснили здесь
волнения. Польские рабочие первыми организовали первомай¬
ские стачки, ознаменовавшие начало перехода от экономиче¬
ской борьбы к политической.
Центр рабочего движения на Юге России с ростом тяжелой
промышленности постепенно перемещался в район Донбасса.
В движение вступали рабочие Ростова-на-Дону и Тифлиса, осо¬
бенно рабочие железнодорожных мастерских. Произошли неор¬
ганизованные и стихийные выступления рабочих-нефтяников
Баку.
К середине 90-х годов борьба рабочих стала важным фак¬
тором общественной жизни также в Белоруссии, Латвии, Лит¬
151 «Рабочее движение...», т. III. ч. 1, стр, 354—355.
152 Там же, стр. 357—367, 470—477.
192

ве, Эстонии. В Белоруссии и Литве борьба развертывалась пре¬
имущественно в мелкой промышленности, которая там преоб¬
ладала.
Все еще слабо давало себя знать рабочее движение на
Урале, хотя выступления рабочих начала 90-х годов уже отме¬
чены ростом элементов организованности и сознательности.
В движении участвовали почти исключительно квалифицирован¬
ные рабочие. Главным требованием рабочих Урала было тре¬
бование повышения заработной платы и улучшения условий
труда.
Стачечная борьба конца 80-х — начала 90-х годов сопро¬
вождалась повышением сознательности рабочего класса. Лич¬
ная ненависть к капиталисту сменялась пониманием антагони¬
стичности интересов класса рабочих и класса эксплуататоров.
Неясное чувство угнетения уступало место конкретному пред¬
ставлению о том, как и чем угнетает их капитал. Конечно,
у значительной части рабочих еще сильно было чувство покор¬
ности, убеждение, что хозяин — благодетель, и другие пережит¬
ки патриархальщины. На характер пролетарской борьбы в Рос¬
сии в 80-х —• начале 90-х годов, как и в последующие периоды,
серьезное влияние оказывал непрерывный и все усиливающий¬
ся приток в промышленные районы громадных масс обеднев¬
шего крестьянства. Вливаясь в ряды пролетариата, оно вносило
элементы стихийности в рабочее движение. Но рабочая масса
пробуждалась. Она стала протестовать против различных форм
гнета и ставить предел безграничной алчности хозяев. От
стихийной неосмысленной борьбы она стала переходить к борь¬
бе за конкретные и даже общие для всех рабочих требования
улучшения условий труда. Рабочие начали понимать силу про¬
летарской солидарности, необходимость организованного отпо¬
ра хозяевам. Местные власти Владимирской губернии отмечали
как новое то обстоятельство, что «существуют очень последо¬
вательные отношения между фабриками, и рабочие одной фаб¬
рики отлично знают все происходящее на другой» 153. Стачка
на одной фабрике уже нередко вызывала волнения на других
предприятиях.
Борьба за экономические нужды коснулась, однако, лишь
части рабочих. Большинство рабочих России еще не участво¬
вало в движении, оставалось пассивным, отягощенным патриар¬
хальными пережитками и предрассудками, зараженным царист¬
скими иллюзиями.
Характерной чертой всего периода оставалось, как и преж¬
де, раздельное существование рабочего движения и социализма.
Однако рядом со стихийным рабочим движением имелись уже
не только группы революционной народнической интеллигенции,
153 Там же, ч. 2, стр. 615.
7 Заказ № 2671
193

но и группы социал-демократической интеллигенции и социал-
демократов рабочих, которые ставили своей целью пробуждение
рабочего класса к самостоятельному, классовому, политическо¬
му движению.
Первые попытки участия социал-демократов
в рабочем движении
До середины 90-х годов стачечное движение в целом оста¬
валось вне влияния социал-демократов. Но и в первой половине
90-х годов предпринимались отдельные попытки установить
связь не только с передовыми рабочими, но и в ряде случаев
непосредственно с рабочей массой.
В Польше, как отмечалось выше, руководство стачками со
стороны социал-демократов становилось все более частым яв¬
лением уже с конца 80-х годов. В Петербурге попытки свя¬
заться со стачечниками в целях оказания им помощи были
сделаны группой Бруснева. Не ограничиваясь пропагандой в
узком круге передовых рабочих, группа впервые приняла учас¬
тие в стачках рабочих фабрики Торнтона и судостроительного
завода «Новое Адмиралтейство» в 1891 г. Брусневцы издали
две листовки и организовали сбор средств в пользу стачечни¬
ков 154. Попытку сближения с рабочей массой предпринял со¬
циал-демократический кружок в Киеве (А. В. Луначарский,
Д. Н. Неточаев и другие). Во время стачки 2000 рабочих киев¬
ских железнодорожных мастерских в 1893 г. кружок организо¬
вал сбор средств в пользу стачечников и издал листок «Письмо
К стачечникам», в котором рабочие призывались к борьбе с
существующим строем 155.
Активное участие социал-демократы приняли в стачке рос¬
товских железнодорожников в марте 1894 г. Волнения в мас¬
терских начались еще осенью 1893 г. Поводом послужило из¬
биение мастером рабочего паровозоремонтного цеха. Местная
социал-демократическая группа призвала к стачке всех рабочих
и выработала требования, главными из которых были: сокра¬
щение рабочего дня перед праздниками до 9 часов, увеличе¬
ние заработной платы на 10%, полная отмена штрафов, вежли¬
вое обращение администрации с рабочими, выплата 50% зара¬
ботка за время болезни и 100% —при несчастных случаях.
Во время стачки, в которой участвовало 1800 рабочих и
которая продолжалась 12 дней, была проявлена исключитель¬
ная организованность. «Стачечники,— писал наказной атаман
Войска донского Н. И. Святополк-Мирский военному мини¬
154 «От группы Благоева к «Союзу борьбы»», стр. 59; Р. А. Казакевич. Указ.
соч., стр. 156; «Рабочее движение...», т. III, ч. 2, стр. 51—52.
155 В. Перазич, Ю. Д. Мельников. На заре социал-демократического движения
Украины. Харьков, 1930, стр. 182—183.
194

стру,— решили... держать себя так, чтобы не было никакого
повода к осложнениям, так как, по их мнению, осложнения и
безобразия могут совершенно испортить начатое ими дело» 156.
Выступление ростовских /железнодорожников в марте
1894 г. — один из примеров начала участия отдельных социал-
демократических кружков в стачечном движении.
В попытках пробудить к борьбе рабочие массы отдельные
социал-демократические группы решили использовать даже не¬
которые формально действующие законы крепостной эпохи. Так,
например, социал-демократы Вильно использовали в начале 90-х
годов неотмеченный закон времен Екатерины II, который уста¬
навливал, что для ремесел «рабочие часы в сутках суть: от 6 ча¬
сов утра до 6 часов вечера с двумя часами на обед». Так как
рабочий день, особенно среди ремесленников, составлявших
большинство рабочих Вильно, был непомерно большим, то
даже этот призыв к борьбе за восстановление давно забытого
закона имел успех. Началось массовое движение рабочих мел¬
кой промышленности за его восстановление. В городскую и ре¬
месленную управы, губернатору и фабричному инспектору пос¬
тупило много коллективных прошений о сокращении рабочего
дня. Хозяева вынуждены были уступить. Это движение дало
толчок борьбе рабочих Вильно за улучшение условий труда.
Ярким проявлением революционных настроений в рабочей
среде были первые майские сходки, стачки и демонстрации.
Трудно переоценить значение маевок в росте социалистического
сознания рабочих. Хотя русское рабочее движение было молодо
по сравнению с западноевропейским, празднование 1 Мая на¬
чалось почти одновременно на Западе и в России. В условиях
полного политического бесправия и жестоких репрессий за ма¬
лейшее проявление политического протеста празднование 1 Мая
в России с самого начала приобрело революционный характер.
Постановление Международного социалистического конгрес¬
са в Париже о праздновании 1 Мая было принято в июле
1889 г., а в 1890 г. 1 Мая вместе с рабочими Запада уже от¬
мечали рабочие Варшавы. Праздник вылился в мощную мани¬
фестацию, организованную совместно социал-демократическими
организациями «Пролетариат» и «Союз польских рабочих», вы¬
пустившими воззвание с призывом отметить 1 Мая. В этот день
произошла 10-тысячная политическая стачка. За ней последо¬
вали экономические стачки в Лодзи, Варшаве, Домбровском
бассейне 157.
В следующем, 1891 г., 1 Мая бастовало до 30 тыс. рабо¬
чих Варшавы, Лодзи, Жирардово. Произошли столкновения ра¬
156 «Рабочее движение...», т. III, ч. 2, стр. 480.
157 Н. Пухлое. Рабочее движение в Польше в 90-е годы.— В сб. «Из истории
польского рабочего движения». М., 1962, стр. 34—58.
195
7*

бочих с полицией. В 1892 г. первомайские выступления со¬
стоялись в Варшаве и Лодзи 158.
Перед 1 Мая 1892 г. «Союз польских рабочих» выпустил
воззвание, в котором наряду с экономическими содержались
политические требования. Маевке предшествовала стачка, ох¬
ватившая ряд лодзинских фабрик. 2 мая в Лодзи прошла не¬
виданная ранее в России демонстрация 60—70 тыс. чел. Рабо¬
чие требовали повышения заработной платы и сокращения ра¬
бочего дня. 5 мая в результате столкновения с полицией,
которая пыталась арестовать активных участников стачки, трое
рабочих были убиты. Весть эта всколыхнула весь лодзинский
пролетариат. Огромная толпа рабочих приступом взяла тюрьму
и солдатские казармы. Стачка перерастала в восстание. Город
оказался в руках рабочих. Царское правительство стянуло
40-тысячное войско и окружило восставшую Лодзь. Выступле¬
ние лодзинских рабочих царизм потопил в крови. 108 человек
были убиты, многие ранены. Лодзинская первомайская стачка
нашла живой отклик в рабочих кварталах Варшавы, Ченсто¬
хова, Домброва, в ряде других городов Польши и у рабочих
России 159.
Маевка стала входить в быт и сознание российского про¬
летариата. В 1891 г., кроме Варшавы и Лодзи, 1 Мая было от¬
мечено петербургскими рабочими. В 1892 г., кроме указанных
городов, 1 Мая отмечалось в Вильно, в 1893—1894 гг.— в Москве,
Киеве, Риге, Минске, Одессе, Екатеринославе, Ченстохове, Дом-
брове.
Маевки начала 90-х годов были зародышем революционно'
го творчества рабочих. Рабочие социал-демократы вместе с
марксистской интеллигенцией активно участвовали в обсужде¬
нии планов организации маевок, намечая место и время их про¬
ведения, выдвигая из своей среды ораторов, а также группы
по охране первомайских собраний. Почти всюду на маевках ра¬
бочие — участники социал-демократических организаций — вы¬
ступали с политическими речами, которые отразили становление
революционной марксистской идеологии у наиболее сознатель<
ных пролетариев России.
Маевки начала 90-х годов были вместе с тем предвестни¬
ками широких политических выступлений рабочих. Но до сере¬
дины 90-х годов они лишь в единичных случаях, как это имело
место в отдельных городах Польши, сопровождались стачками
и демонстрациями. Майские выступления рабочего класса Рос¬
сии стали принимать широкий характер во второй половине
90-х и в начале 900-х годов, когда установилась тесная связо
социал-демократии с массовым’ рабочим движением.
158 Н. Пухлое. Указ, соч., стр. 34—58.
159 Там же.
L9G

Рост культурного и интеллектуального уровня
передового слоя рабочих
Борьба рабочих в защиту своих жизненных нужд сопровож¬
далась «умственным пробуждением» (Плеханов) и явилась
источником роста их самосознания. Современники отмечали в
рабочей среде небывалый рост стремления к знанию, к культу¬
ре. Рост культурных и общественных запросов рабочего клас¬
са порождался как революционной борьбой, так и развитием
крупной машинной индустрии. Крупная промышленность, стя¬
гивая рабочих из разных концов страны, не мирилась с остат¬
ками патриархальности и личной зависимости, толкала вперед
развитие пролетариата, вела к изменению духовного облика,
предъявляла спрос на грамотных и профессионально обучен¬
ных рабочих, повышала их самостоятельность, общий кругозор,
создавала условия жизни, стоявшие несравненно выше условий
патриархальной неподвижности мелкого производства.
В страхе перед ростом сознания народа, особенно рабочего
класса, царское правительство вынуждено было, хотя и мед¬
ленно, расширять школьную сеть. Царизм стремился ввести в
определенные рамки культурные запросы рабочих, запрещая ли¬
тературу, пробуждавшую свободолюбивые идеи, и наоборот, по¬
ощряя распространение книг, где прославлялось самодержавие,
церковь.
Приостановить рост общественных запросов пыталось
и духовенство, распространяя в рабочей среде религиозную ли¬
тературу, захватывая в свои руки начальное школьное образо¬
вание. Требовались огромные усилия самих рабочих и демо¬
кратической интеллигенции, чтобы вырваться из темноты и не¬
вежества, добиться роста грамотности и распространения
передовой литературы в рабочей среде.
К середине 90-х годов всего лишь немногим более полови¬
ны рабочих были грамотными. Но в тогдашних условиях это
имело огромное значение для умственного и нравственного раз¬
вития рабочего класса, для будущего его освободительного дви¬
жения. Жажда знаний, небывалый наплыв рабочих в народные
библиотеки начинают отмечаться в печати. Даже такая реак¬
ционная газета, как «Новое время», признавая, что число на¬
родных библиотек ничтожно в сравнении с миллионным насе¬
лением столицы, писала: «Зайдите в одну из них и посидите
там. Вы наглядно увидите, как велика охота к чтению в среде
простого класса... Главный контингент посетителей в читаль¬
нях —■ рабочие, мастеровые, фабричные и их дети...» 160
Известный русский библиограф и деятель культуры Н. А. Ру-
бакин приводит много отзывов «читателей из народа», которые
160 «Новое время», 18 октября 1890 г.
197

показывают, как разнообразны были стремления рабочих к зна¬
ниям. Вот один из характерных примеров запросов такого чи¬
тателя, который желал бы знать, как образовалась земля и
появился человек и какую жизнь он вел? «Затем жизнь исто¬
рическая, и развитие как умственное, так и нравственное,
и появление литературы и поэзии главных народов — мне же¬
лательно знать хорошо и понятно. Но, кроме того, мне жела¬
тельно узнать многое другое»161. Растущее стремление рабо¬
чих к чтению серьезных книг, критические рассуждения о со¬
держании прочитанного показывают общий культурный рост
рабочих 162.
Орган первой русской марксистской группы «Социал-демок¬
рат» в 1892 г. отмечал: «В среде рабочего класса замечается
сильное умственное возбуждение. Рабочие люди... проявляют
теперь такую жажду знания, каких никогда прежде не бывало
в русском народе... можно сказать без преувеличения, что ра¬
бочий класс—это тот класс, который всего прилежнее учится
в современной России» 163.
Господство религиозной и монархической идеологии над ума¬
ми фабрично-заводских рабочих, вышедших в массе своей из
крестьян, было тогда почти безраздельным. Сознание рабочих
отставало от их положения фабрично-заводских пролетариев.
Предрассудки, тормозившие развитие классового самосознания
рабочих, были еще живы и в тех слоях, которые уже участво¬
вали в борьбе и выдвигали из своей среды передовых борцов.
Главным фактором изживания предрассудков была классо¬
вая борьба. Сталкиваясь с соединенными силами капитала,
государства и церкви, рабочие постепенно постигали истинную
роль самодержавия, буржуазии и духовенства.
Жажду знаний, тягу к культуре в среде рабочих ярко об¬
рисовал Н. Е. Федосеев. В начале 90-х годов он писал
Н. К- Михайловскому: «У весьма многих рабочих (я говорю
об одном известном мне крупном промышленном районе) 164
большое стремление к знанию. Они сами обращаются к нам с
настоятельными просьбами указать источники для решений тех
или других интересующих их вопросов, требуют ответов на воз¬
никающие у них насущные вопросы. Зачастую на фабриках,
бог весть каким образом, организуются кружки (без руководи¬
тельства интеллигентов), достаются книги, выписываются га¬
зеты, происходят дебаты, ведется агитация, устраиваются сно¬
шения с рабочими других фабричных районов и деревнями...
161 Н. А, Рубакин. К характеристике читателя и писателя из парода.— «Се¬
верный вестник», 1891, № 5, стр. 57.
162 Там же, стр. 58—62.
163 Г. В. Плеханов. Соч., т. IV, стр. 96, 118.
164 Речь идет об Орехово-Зуеве.
198

Надо добавить, что среди мыслящих рабочих (больших цен¬
тров) складываются различные направления: тут можно встре¬
тить и нигилистов-естественников (у читающих рабочих — боль¬
шое стремление к знакомству с химией, физикой и пр.);
у нигилистов-рабочих в большинстве базаровская личная и се¬
мейная этика, но общественные убеждения социалистические.
Есть среди рабочих и толстовцы; но в общем толстовское
учение и молоканство встречают энергичный отпор со стороны
большинства мыслящих рабочих» 165.
Стремление к знаниям в рабочей среде рождалось мечтой
о лучшей жизни. Передовые рабочие той эпохи — П. А. Моисе¬
енко, В. А. Шелгунов, И. В. Бабушкин, М. А. Фишер,
А. С. Шаповалов, К. М. Норинский и многие другие — отра¬
зили это стремление в своих мемуарах. Они подробно расска¬
зывали о жажде знаний и о том, как превращались из самых
заурядных молодых людей без строгих взглядов и убеждений
в людей, глубоко проникшихся социалистическими убеждения¬
ми, разрушающими все старые предрассудки, которые веками
упрочивались господствующими классами и духовенством в на¬
роде 166.
Рост интеллектуальных запросов передового слоя городских
рабочих ярко сказался в их отношении к воскресным школам 167.
В 80-х —• начале 90-х годов среди демократической интел¬
лигенции, отчасти и промышленников, началось движение по
организации воскресных, вечерних и ремесленных школ. Из раз¬
ных городов поступали ходатайства об их открытии. И хотя
правительство всемерно затягивало открытие таких школ, число
их постепенно увеличивалось. С 1888 по 1895 г. было открыто
146 школ, а к концу 90-х годов их насчитывалось 283 в 175 го¬
родах страны. Это было ничтожно мало. Об учениках этих
школ историк писал: «Эти люди, работающие целую неделю с
раннего утра и до позднего вечера, находят возможным отда¬
вать школьному учению не только единственный свободный
день в неделю, но и те вечерние часы, которые они должны
были бы отдать уже сну» 168.
Воскресные и вечерние школы стали использоваться
165 Н. Федосеев. Статьи и письма. М., 1958, стр. 128—129.
166 П. А. Моисеенко. Указ, соч., стр. 15—65; «Воспоминания Ивана Василье¬
вича Бабушкина». М., 1951, стр. 15—59; «От группы Благоева к «Союзу
борьбы»», стр. 7—38, 39—46, 52—59; Е, И. Немчинов. Воспоминания ста¬
рого рабочего.—В сб. «На заре рабочего движения в Москве». М., 1932,
стр. 155—160; М. А. Багаев. Моя жизнь. Воспоминания ивановца больше¬
вика-подпольщика. [Иваново], 1949, стр. 3—65; А. И. Шаповалов, По до¬
роге к марксизму. М., 1922, стр. 63—74.
167 Я. В, Абрамов. Наши воскресные школы. Их прошлое и настоящее. СПб.
1900, стр. 283.
168 Там же, стр. 107.
199

марксистски настроенной мо¬
лодежью для приобщения ра¬
бочих к идеям научного социа¬
лизма. П. Н. Лепешинский от¬
мечал, что в середине 90-х го¬
дов вечерняя воскресная шко¬
ла «была огромным фактором
революционной работы среди
рабочих... Под невинным соу¬
сом преподавания географии
по какому-нибудь Смирнову
или истории по Иловайскому,
пробравшаяся в эту школу учи¬
тельница-социалистка давала
рабочим элементы материали¬
стического миросозерцания и
гражданской грамоты»169 170. Так
подготовлялось пополнение в
нелегальные рабочие кружки.
Существенную роль в этом
сыграла Смоленская вечерняя
школа за Невской заставой в Петербурге, где много лет учитель¬
ствовали Н. К. Крупская, 3. П. Невзорова-Кржижановская,
Л. М. Книпович, П. Ф. Куделли, А. М. Калмыкова.
«В те времена,— вспоминала Н. К- Крупская,— вечерне-вос¬
кресная школа была прекрасным средством широкого знаком¬
ства с повседневной жизнью, с условиями труда, настроением
рабочей массы» 17°.
Другим проявлением культурных и общественных запросов
рабочих был рост нелегальных рабочих кружков самообразо¬
вания. Возникали они обычно на крупных предприятиях. Пер¬
вичной формой были кружки совместного чтения произведений
художественной литературы. В дальнейшем участники нередко
переходили к знакомству с нелегальной литературой.
В 1885—1894 гг. такие кружки существовали почти во всех
промышленных городах России. Вначале большинство кружков
находилось под влиянием народовольчески настроенной интел¬
лигенции, но постепенно в них развертывалась борьба передо¬
вых рабочих за новое, марксистское мировоззрение. К концу
этого периода они, как правило, испытывали влияние растущего
социал-демократического движения.
169 П. Н. Лепешинский. На повороте. М., 1955, стр. 31.
170 Н. К. Крупская. Воспоминания. М.— Л.., 1926, стр. 12—13; она же. Вос¬
поминания о Ленине. М., 1957, стр. 12—14; А. М. Калмыкова. Обрывки
воспоминаний.— «Былое», 1926, № 1, стр. 46—80.
200

Сближение передовых рабочих
с марксистской интеллигенцией
Рост культурных и общественных потребностей пролетариа¬
та усиливал в передовом его слое тенденцию к сближению с
марксистской интеллигенцией. Усиление темпа развития капи¬
тализма, расслоения крестьянства, рост буржуазии и пролета¬
риата делали все более очевидным несостоятельность народни¬
ческой теории социализма и старых методов революционной
борьбы. Не только в крупных городах, но и в провинции воз¬
никали социал-демократические организации, которые ставили
своей главной задачей распространение идей научного социа¬
лизма в рабочем классе.
В 1890 г. в Петербурге группа передовых рабочих и груп¬
па марксистски настроенной интеллигенции объединились в ор¬
ганизацию, названную «С.-Петербургским Рабочим Союзом».
В литературу она вошла под названием «Группа Бруснева»,
по имени одного из ее организаторов.
Многие члены этой группы — рабочие Е. А. Климанов,
Ф. А. Афанасьев («Отец»), И. В. Бабушкин, В. А. Шелгунов,
Н. Д. Николаев, В. И. Прошин, В. В. Буянов, А. Болдыре¬
ва — стали организаторами кружков на фабриках и заводах.
Главной задачей группы являлось воспитание из наиболее пе¬
редовых рабочих вожаков рабочего движения. «Мы хотели из
своих слушателей — рабочих выработать будущих российских
Бебелей»171,—-вспоминал М. И. Бруснев. Основной формой по¬
литического просвещения рабочих оставались нелегальные круж¬
ки, которыми руководили студенты, а нередко и сами рабочие.
Кружки были разных типов. В низших кружках участни¬
ков учили читать, писать и считать, знакомили с популярными
брошюрами. Пропагандистами здесь были рабочие. В круж¬
ках среднего типа участники знакомились с основами естест¬
венных наук, политической экономией, с вопросами о положе¬
нии пролетариата и состоянии рабочего движения. В кружках
высшего типа занимались уже подготовленные рабочие, кото¬
рые выполняли или готовились к выполнению роли организа¬
торов и пропагандистов. В группе Бруснева впервые приобщи¬
лись к социал-демократическому движению женщины-работни¬
цы— В. М. Карелина, Н. А. Григорьева, Н. Кейзер. В апреле
1891 г. рабочие-брусневцы обратились с приветственным ад¬
ресом от имени петербургских рабочих к известному писате¬
лю-демократу Н. В. Шелгунову, в котором выражали ему
признательность за сочувствие положению рабочих. «Мы по¬
няли, что нам, русским рабочим, подобно рабочим Западной
171 Л4. И. Бруснев. Возникновение первых социал-демократических организа¬
ций.— «Пролетарская революция», 1923, № 2 (14), стр. 20.
201

М. И. БРУСНЕВ
Европы, нечего рассчитывать
на какую-нибудь «внешнюю
помощь» помимо самих себя,
чтобы улучшить свое положе¬
ние и достигнуть свободы» 172.
Рабочие группы Бруснева
участвовали в демонстрации —
похоронах Н. В. Шелгунова.
Руководители не решились вы¬
вести на нее сразу всех участ¬
ников организации. В процес¬
сии участвовали не более 100
кружковцев, но к ним в ходе
демонстрации присоединились
многие рабочие с разных фаб¬
рик и заводов. Рабочие несли
венок с надписью: «Н. В. Шел-
гунову, указателю пути к сво¬
де и братству, от петербург¬
ских рабочих». Эта демонстра¬
ция была первым открытым
выступлением русских рабочих
социал-демократов.
По своей численности, по размаху деятельности бруснев-
ская группа была самой крупной и значительной русской ра¬
бочей организацией начала 90-х годов. Она была и наиболее
зрелой по своим политическим взглядам. Брусневцы имели связь
со многими социал-демократическими организациями Москвы,
Казани, Нижнего Новгорода, Костромы, Тулы, а также Киева,
Харькова, Риги, Тифлиса. Но создать общерусскую организа¬
цию, к которой они стремились, им не удалось ввиду общей
слабости движения в тот период. В 1892 г. группа была раз¬
громлена.
Возникшие в конце 80-х годов в Москве интеллигентские
социал-демократические кружки некоторое время не имели свя¬
зи с передовыми рабочими. Рабочие кружки существовали сами
по себе. С начала 90-х годов начинается их сближение с со¬
циал-демократическими кружками, возникают первые рабочие
социал-демократические кружки на заводах и фабриках Москвы,
появляются деятели рабочего социал-демократического движе¬
ния.
Организатором первого рабочего социал-демократического
кружка на машиностроительном заводе Вейхельдта был токарь
К. Бойе. В мастерских Брестской железной дороги в Москве
172 «Рабочее движение...», т. III, ч. 2, стр. 129.
202

Н. Е. ФЕДОСЕЕВ
организатором кружка был по¬
мощник машиниста С. И. Про¬
кофьев. Среди ткачей пропа¬
ганду вел ткач Ф. Поляков.
Эти рабочие вместе с интел¬
лигентами-марксистами стали
видными деятелями «Рабочего
союза», созданного в 1894 г. и
объединившего все московские
социал-демократические груп¬
пы и кружки в одну организа¬
цию 173.
Большую роль в подготовке
образованных социал-демокра¬
тов— деятелей рабочего дви¬
жения — сыграл самарский
марксистский кружок во главе
с В. И. Лениным. В. И. Ленин
установил тесный контакт с
передовыми рабочими, читал в
рабочем кружке железнодо¬
рожников реферат о сельской
общине, о ее судьбах, о путях
русской революции.
Большое влияние на передовых рабочих Центрально-про¬
мышленного района оказал выдающийся русский марксист
Федосеев. Отбыв в Петербургской тюрьме срок заключения
по делу казанских кружков, Федосеев прибыл в начале 1892 г.
в г. Владимир, где организовал кружок марксистов, который
стал вести пропаганду среди передовых рабочих. Федосеевым
была составлена «Программа действий рабочих» 174 — замеча¬
тельное произведение русской марксистской литературы начала
90-х годов. «Программу» пронизывала идея необходимости раз¬
вития классового самосознания рабочих, идея классовой орга¬
низации, создания рабочим классом России своей партии.
Под непосредственным влиянием Федосеева развернулась
деятельность рабочего кружка в Орехово-Зуеве. Несмотря на то,
что в сентябре 1892 г. он был разгромлен, пропаганде идей
научного социализма в Центрально-промышленном районе было
положено прочное начало.
В крупнейшем центре текстильной промышленности Ивано¬
во-Вознесенске социал-демократическая пропаганда среди ра¬
бочих началась в 1891 г., когда сюда прибыл из Петербурга
173 А. Н. Винокуров. О возникновении Московской партийной организации.—
В сб. «На заре рабочего движения в Москве», стр. 33—34.
174 Н. Федосеев. Указ, соч., стр. 267—273.
203

член брусневской организации Ф. А. Кондратьев. Им был соз¬
дан кружок передовых рабочих, ранее находившихся под влия¬
нием народовольцев. В этот кружок вошли рабочие Н. Н. Куд¬
ряшев, М. А. Багаев, Е. В. Новиков, А. Д. Трегубов, К. Н. Отро¬
ков. На конспиративной квартире происходили читки и беседы
о положении рабочих, о пролетарской борьбе. Большой инте¬
рес был проявлен к западноевропейскому рабочему движению.
В 1892—1894 гг. количество кружков увеличилось. Были орга¬
низованы кружки на крупных фабриках, установлены связи с
рабочими кружками Шуи и Кохмы. Социал-демократический
кружок Иваново-Вознесенска послужил основой созданного в
1895 г. «Иваново-Вознесенского рабочего союза».
В начале 90-х годов появляются первые социал-демократи¬
ческие рабочие кружки на крупнейших предприятиях Нижнего
Новгорода. Организовала их нижегородская марксистская
группа, сложившаяся из прибывших сюда из Казани участ¬
ников кружка Федосеева, высланных из Петербурга бруснев-
цев и представителей местной учащейся молодежи. Уже в са¬
мом начале своей деятельности (1891 —1892 гг.) члены группы
связались с передовыми рабочими механических заводов Кур¬
батова, Доброва-Набгольца, типографии, химического и других
заводов Канавина и создали здесь первые рабочие социал-де¬
мократические кружки. Позднее, в 1893—1894 гг., такие же
кружки были организованы в Сормове.
Из рядов нижегородской марксистской организации вышли
видные деятели социал-демократического движения России —
А. А. Ванеев, М. А. Сильвин, И. П. Машковский, М. Ф. Вла¬
димирский, а также рабочие социал-демократы, игравшие ак¬
тивную роль в рабочем движении Нижнего Новгорода 90-х го¬
дов: образованный рабочий-марксист, слесарь Курбатовского
завода Я. С. Пятибратов, неутомимый организатор рабочих
марксистских кружков механик А. Парфенов, искусный под¬
польщик токарь М. М. Громов 175.
В Туле первые попытки пропаганды социал-демократиче¬
ских идей среди рабочих были предприняты в 1891—1892 гг.
высланными сюда из Петербурга брусневцами: рабочим Г Ме-
фодиевым и студентом В. Буяновым. Оба они поступили рабо¬
тать на Патронный завод, где вскоре наладили связи с участ¬
никами нелегальных кружков.
По примеру петербургской организации Бруснева они соз¬
дали в Туле центральную группу, в которую вошли по одно¬
му представителю от пяти кружков, действовавших в желез¬
нодорожных мастерских, на Патронном и Оружейном заводах,
в городском районе и техническом училище. Эта центральная
группа руководила деятельностью всех рабочих кружков. Заня¬
175 «Очерки истории Горьковской организации КПСС», ч. 1, стр. 31—33.
204

тия кружков происходили на квартире рабочего Г. П. Можай¬
ского, высланного из Петербурга за участие в стачках. Можай¬
ский в 70-х годах был членом «Северного союза русских ра¬
бочих». Позднее он принимал участие в работе первых марк¬
систских групп в Петербурге. Это один из примеров преемст¬
венности революционных рабочих организаций: от «Северного
союза» до марксистских групп и кружков.
В крупных городах Украины местные социал-демократиче¬
ские группы стали приобщать передовых рабочих к идеям науч¬
ного социализма с начала 90-х годов. В Киеве большую роль
в этом сыграл выдающийся деятель рабочего движения рабо¬
чий-марксист Ювеналий Мельников.
В 1891—1892 гг. он вместе со студенческой марксистской
группой (Я. М. Ляховский, И. И. Чорба, Д. К. Лаврентьев)
направил деятельность местных кружков на пропаганду среди
фабрично-заводских рабочих. Мельников организовал «школу-
мастерскую», ставшую клубом рабочих социал-демократов176.
Начало социал-демократической деятельности среди рабо¬
чих Одессы положила в 1892—1893 гг. группа местных социал-
демократов (Ю. Стеклов, С. Волошкевич, Г. и М. Циперович
и И. Калашников). Они установили связь вначале с ремеслен¬
никами, а затем ,и с передовыми фабрично-заводскими рабо
чими, рабочими порта, матросами торгового флота, машиниста¬
ми, кочегарами 177.
В Екатеринославе идеи марксизма стали распространяться
среди рабочих с начала 90-х, особенно с 1893—1894 гг. К это¬
му времени установилась более тесная связь передовых рабо¬
чих с местной интеллигентской социал-демократической груп¬
пой (П. В. Точисский, Г. Лейтейзен, сестры С. и Л. Заслав¬
ские). С 1894 г. марксистская группа, состоявшая из интел¬
лигентов и рабочих, вела большую работу на заводах Ека-
теринослава. Наряду с пропагандой в рабочих кружках она
начала вести агитацию за экономические требования, что вызва¬
ло живой отклик в рабочей среде. В 1894 г. на крупнейшем
заводе города — Брянском — возник рабочий социал-демократи¬
ческий кружок. Участники кружка установили тесную связь с
Г Лейтейзеном, А. Винокуровым и другими социал-демократа¬
ми, которые вели пропаганду и агитацию на этом заводе. Чле¬
ны кружка—Д. Ефимов, М. Мазанов, Б. Афанасьев, И. Гу¬
динов, А. Смирнов — были первые рабочие социал-демократы
в этом крупнейшем промышленном центре Юга России.
В середине 90-х годов сближение передовых рабочих с ин¬
теллигенцией наблюдалось уже во многих городах. Это нашло
176 «Очерки истории Коммунистической партии Украины». Киев, 1961, стр. 24.
177 Там же, стр. 26.
205

свое реальное выражение в создании единых совместных Со¬
циал-демократических групп и кружков, в возникновении (под
влиянием марксистской пропаганды революционной интеллиген¬
ции) социал-демократических кружков на фабриках и заводах,
в попытках передовых рабочих при помощи интеллигенции
организовать первомайские стачки, митинги и демонстра¬
ции, в стремлении выйти за пределы узкой кружковой пропа¬
ганды.
Рабочие кружки, находившиеся раньше под влиянием наро¬
довольцев, также сближались с социал-демократической интел¬
лигенцией, которая обеспечивала их литературой, пропаган¬
дировавшей идеи научного социализма.
В 1893—1894 гг. рабочие кружки социал-демократического
направления имелись в Петербурге, Москве, Варшаве, Лодзи,
Иваново-Вознесенске, Киеве, Минске, Вильно, Риге, Тифлисе,
Одессе, Ростове-на-Дону. В Риге, Либаве, Екатеринославе, Харь¬
кове, Нижнем Новгороде, Орехово-Зуеве, Владимире, Казани,
Полтаве, Самаре, Туле, Херсоне, Екатеринбурге рабочие круж¬
ки, сближаясь с марксистской интеллигенцией, также прочно
становились на позиции рабочего социал-демократического дви¬
жения. Сближение передовых рабочих с социал-демократиче¬
ской интеллигенцией наиболее ярко, как мы видели, прояви¬
лось в деятельности «Союза польских рабочих».
Нелегальные кружки, «кассы сопротивления», стачечные
кассы были созданы «Союзом» с конца 80-х годов почти во
всех промышленных центрах Польши. «Союз польских рабочих»
руководил всеми первомайскими массовыми выступлениями
польского пролетариата. Он сыграл большую роль в истории
польского рабочего движения. Его более чем трехлетняя дея¬
тельность подготовила возникновение польской социал-демок¬
ратической партии.
Повсюду растет спрос на марксистскую литературу, в ра¬
бочих кружках формируется первое поколение рабочих социал-
демократов, которое вместе с марксистской интеллигенцией
положило начало слиянию рабочего движения с социализмом.
Идеология первого поколения
рабочих социал-демократов
С появлением русской социал-демократии передовой слой
рабочих России стал проникаться идеями научного социализма.
С начала 90-х годов марксистская литература стала пре¬
обладающей в революционном подполье, в том числе в рабо¬
чих кружках. Рабочие знакомились с историей общественных
формаций, политической экономией, историей и теорией социа¬
лизма, положением рабочего класса в России и на Западе, ис¬
торией рабочего движения. Первостепенное значение в изуче¬
206

нии этих вопросов имела литература группы «Освобождение
труда», в первую очередь изданные ею произведения К. Марк¬
са и Ф. Энгельса. Живо обсуждались труды Плеханова «Все¬
российское разорение» (1891), «О задачах социалистов в борь¬
бе с голодом в России (Письма к молодым товарищам)» (1892).
В этих работах в полемике с народовольцами, с одной -сторо¬
ны, и той частью интеллигенции, которая предлагала «на вре¬
мя оставить социализм», с другой, Плеханов указывал на вред,
наносимый революционному движению отказом признать пере¬
довую роль пролетариата.
В России, где ряд поколений революционеров десятилетия¬
ми считал крестьянство главной революционной силой и но¬
сителем социализма, учение об исторической роли пролетариа¬
та сыграло особую роль в победе марксистского направления.
Вытеснение народнической идеологии идеологией социал-де¬
мократической происходило в процессе острой борьбы между
марксистами и народовольцами. Почти до конца первой поло¬
вины 90-х годов народовольцы сохраняли известное влияние на
рабочих. Критика народнических теорий и заговорщической
тактики народовольцев, в которой активное участие принимали
рабочие социал-демократы, имела первостепенное значение для
усвоения учения об исторической роли рабочего класса в
России. «Мне,— писал известный рабочий-революционер А. Ша¬
повалов, перешедший от народничества к марксизму,— все бо¬
лее начинала не нравиться скромная роль, отводимая «Народ¬
ной Волей» рабочему классу ... Самый вопрос об осуществлении
социалистического строя, окутанный народовольческой туман¬
ной фразой, в объяснении, даваемом марксистами, выступил в
ясных отчетливых формах» 178.
Положения научного социализма о решающей роли проле¬
тариата в революции, о политической самостоятельности ра¬
бочего класса, о революционной партии находили живой отклик
в передовом слое рабочих. «Многие из них,— писал В. И. Ле¬
нин,— даже лично принимали участие в тех спорах между на¬
родовольцами и социал-демократами, которые характеризовали
переход русского революционного движения от крестьянского
и заговорщицкого социализма к социализму рабочему» 179.
Стремление к самостоятельной роли рабочего класса, стИ”
хийно проявившееся в передовых кругах рабочего класса еще
в 70—80-х годах, получило теперь целеустремленное ясное по¬
нимание. «Идея, что освобождение рабочего класса есть дело
рук самих рабочих,— писал Бруснев,— проводилась нами во
всех рабочих кружках и была уже твердо усвоена нашими
178 А. И. Шаповалов. Указ, соч., стр. 63, 65.
179 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 247.
207

рабочими, даже не занимавшими руководящего положе¬
ния» 186
Усвоение рабочими идей научного социализма нашло свое
отражение в речах ораторов на первых празднованиях между¬
народного дня пролетарской солидарности 1 Мая. Речи петер¬
бургских рабочих на этой маевке свидетельствовали о нарож¬
дении в России рабочего — социал-демократа. Широта поста¬
новки политических задач, стремление к овладению револю¬
ционной теорией, глубокий интерес к опыту классовой борьбы
своих собратьев на Западе, ясное понимание цели борьбы —
таковы характерные черты выступлений петербургских рабочих
на маевке 1891 г. Сопоставляя развитое рабочее движение на
Западе с зарождающимся рабочим движением в России, ора¬
торы выражали уверенность в том, что российский пролета¬
риат заимствует опыт своих западноевропейских братьев. Ре¬
волюционная сила в России есть, ее нужно только пробудить
к сознательной классовой борьбе,— говорили они 180 181.
Первое поколение рабочих социал-демократов считало себя
прямыми преемниками революционеров 60—80-х годов. «Они,—
говорил Н. Богданов,— всюду откликались на народный стон
и давали руку для помощи, но народ не признал в них дру¬
зей и смотрел на них с недоверчивостью. Так понесем же мы
теперь, товарищи, свое скромное знание в народ; не сумеем
ли мы передать его народу и не поймет ли он теперь нас,
потому что мы ближе стоим к нему, чем интеллигенция»182.
Богданов, Афанасьев, Прошин в своих взволнованных ре¬
чах указывали, на невыносимо тяжелое положение пролетариа¬
та России, на низкий уровень его жизни, его полное поли¬
тическое бесправие. Ненавистью к капиталистам, царским вла¬
стям, чиновникам и попам звучали эти речи. Ближайшая зада¬
ча,—• говорили они,— состоит в том, чтобы пробудить в народе
сознание своего тяжелого униженного положения и необходи¬
мость борьбы с источником страдания рабочего класса и всего на¬
рода— с существующим политическим и экономическим строем.
Требование политических прав звучало во всех выступле¬
ниях- При этом рабочие выдвинули программу политических
свобод, во многом сходную с программой группы «Освобожде¬
ние труда»: «учреждение конституции, основанной на общем и
прямом избирательном праве»; «чтобы депутатами могли быть
люди не богатые, а преданные делу народа и вполне способ¬
ные для этого» 183; на всех высших государственных должно¬
180 М. И. Бруснев. Первые революционные шаги Л. Б. Красина.— «Леонид
Борисович Красин» («Никитич»). Сб. воспоминаний, статей и документов,
М.—Л., 1928, стр. 69.
181 «От группы Благоева к «Союзу борьбы»», стр. 121 —127.
182 Там же, стр. 122.
18? Там же, стр. 124
208

стях чиновники должны быть сменяемы; должны быть обеспе¬
чены свобода слова, собраний, сходок и организаций, свобода
религии, бесплатное широкое образование для народа и т. д.
Свержение самодержавия рассматривалось как необходимейшее
условие борьбы с «существующим экономическим строем». За¬
мена капиталистического строя социалистическим выдвигалась
как заветная цель освободительной борьбы пролетариата 184.
Первое поколение рабочих социал-демократов России готови¬
лось к роли вожаков революционного рабочего движения. Дея¬
тельность массовых пролетарских партий в странах Запада
убеждала в возможности создания широкого рабочего социа¬
листического движения и в России. Это была не «рабочая
элита», занятая узкими интересами собственного совершенство¬
вания в целях улучшения своего личного положения. Такая
тенденция проявилась лишь среди отдельных участников круж¬
ков рабочих-ремесленников.
Подавляющее большинство участников нелегальных рабочих
социал-демократических кружков начала 90-х годов стали ор¬
ганизаторами массовой пролетарской борьбы.
Характерной чертой идеологии первого поколения рабочих
социал-демократов России было сочетание революционного оп¬
тимизма с трезвым учетом больших трудностей, стоящих на
пути освобождения рабочего класса. Им были близки и понят¬
ны задачи пролетарского движения. В сознании этого слоя
рабочих прочно утвердилась идея необходимости классового
объединения пролетариата, идея борьбы за создание рабочей
социалистической партии. «Будем учиться объединяться сами,
и, товарищи, будемте организовываться в сильную партию!
Будемте, братья, сеять это великое семя с восхода и до за¬
хода солнца во всех уголках нашей Русской земли» 185. Этими
словами заключил свою рочь Афанасьев на маевке 1891 г. 186
Появление в начале 90-х годов рабочих социал-демократи¬
ческих кружков и их деятельность во многих городах ярко
свидетельствовали о том, что идея создания рабочей социали¬
стической партии в России получила живой отклик в передо¬
вом слое пролетариата. Призыв к объединению в «сильную
партию», который исходил теперь и от сознательных рабочих,
открывал реальную перспективу соединения рабочего движения
с социализмом.
Рабочее движение в России с самого начала своего воз¬
никновения проявило тенденцию к слиянию с международным
рабочим движением. Идея международной революционной со¬
лидарности, получившая распространение в демократическом
184 Там же, стр. 123—124.
185 Там же, стр. 127.
186 С. Н. Валк. Материалы к истории 1 Мая в России.— «Красная летопись».
1922, №4, стр. 274.
209

лагере до появления рабочего движения, подготовила почву глу¬
бокому и прочному проникновению идей пролетарского интерна¬
ционализма в рабочий класс России. Эта идея, нашедшая отра¬
жение уже в идеологии первых рабочих организаций 70-х годов,
была ярко выражена во всей русской марксистской литературе
80—90-х годов.
С большим интересом передовые рабочие России следили за
развитием немецкого рабочего движения, которое шло тогда в
авангарде борьбы международного пролетариата. Изучение
опыта «Международного товарищества рабочих» и последующе¬
го западноевропейского рабочего движения занимало большое
место во всей деятельности рабочих социал-демократических
групп и кружков. В «Программе для занятий с рабочими»,
составленной группой Бруснева, видное место занимали темы:
«Положение рабочего класса в России и на Западе» и «Исто¬
рия рабочего движения».
Участники рабочих кружков Петербурга и Харькова отклик¬
нулись на созыв первого международного рабочего социалисти¬
ческого конгресса II Интернационала в Париже (1889 г.) 187.
Духом пролетарского интернационализма проникнуто «Откры¬
тое письмо петербургских рабочих к польским рабочим», напи¬
санное в связи с майскими стачками 1892 г.: «Шлем вам, братья,
польские рабочие Лодзи и других городов, свой горячий от
глубины души привет и сочувствие в вашей борьбе с этим
подлым капиталистическим строем...— писали рабочие Пе¬
тербурга.— Когда погибнет царь, мы докажем вам, что между
народом русским и польским нет вражды, а была только меж¬
ду барами, капиталистами и чиновниками... скоро уже насту¬
пит последний час наших врагов и заблестит солнце социа¬
листического строя» 188.
Рабочих социал-демократов волновал вопрос о духовном и
моральном облике деятеля рабочего социалистического движе¬
ния. Ф. А. Афанасьев в своей речи 1 Мая 1891 г. призывал
«умственно и нравственно развивать себя и других и более
энергично действовать для того, чтобы окружающие нас люди
смотрели на нас, как на людей умных, честных и смелых и
потому с большим доверием относились бы к нам и ставили
бы нас в пример себе и другим» 189.
Высокий духовный и нравственный уровень рабочего социал-
демократа как важнейшее условие его авторитета и влияния
187 От рабочих кружков Петербурга на Парижском конгрессе 1889 г. пред¬
ставителем была участница русской секции I Интернационала Е. Г. Бар¬
тенева (Г. С. Жуйков. Новое о деятельности русской секции I Интерна¬
ционала.— «История СССР», 1964, № 4, стр. 87—88). Харьковские рабочие
послали конгрессу приветственный адрес (В. С. Голубев. Указ, соч,,
стр. 109).
188 «Рабочее движение...», т. III, ч. 2, стр. 130—131.
189 Там же, стр. 63.

на массы выдвигался в. ряде программных документов социал-
демократических групп и организаций 80-х — начала 90-х го¬
дов 190.
В отдельных рабочих кружках наряду с разъяснением тео¬
ретических основ социализма вели «пропаганду души». Одно¬
временно с беседами о рабочем движении проводились бесе¬
ды о вреде пьянства, о нравственном облике рабочего-социа¬
листа. Передовые рабочие верно полагали, что борьба с опас¬
ностью нравственного вырождения рабочего класса при капи¬
тализме,. поднятие его морального уровня составляют одно из
важнейших условий его политического и социального освобож¬
дения. Об этом свидетельствуют воспоминания выдающегося
революционера И. В. Бабушкина. «Мы были того мнения, что
ни один сознательный социалист не должен пить водку и даже
курение табака мы осуждали... В это время мы проповедовали
также и нравственность в строгом смысле этого слова. Словом,
мы требовали, чтобы социалист был самым примерным чело¬
веком во всех отношениях и сами старались всегда быть при¬
мерными» 191.
Великим примером морального облика пролетарских ре¬
волюционеров служила жизнь и деятельность основоположни¬
ков научного социализма К. Маркса и Ф. Энгельса, героизм
парижских коммунаров, жизнь и деятельность русских рабочих
революционеров П. Алексеева и С. Халтурина.
О том, как высоко стремились держать имя рабочего-со¬
циалиста на воле, в тюрьмах и ссылке, какое значение это
имело в формировании идеологии ряда поколений борцов за
рабочее дело, вспоминали многие деятели той эпохи 192.
Участие передовых рабочих вместе с революционной интел¬
лигенцией в создании и деятельности социал-демократических
кружков и организаций, в формировании их идеологии было не¬
обходимым условием подготовки соединения социализма с мас¬
совым рабочим движением.
В результате длительных и громадных усилий, стоивших в
условиях царизма многих жертв, к сознательной классовой борь¬
бе были подняты сотни передовых рабочих. Задача состояла
теперь в том, чтобы пробудить к организованной сознательной
борьбе широкие массы рабочего класса России.
190 Н. Л. Сергиевский. Указ, соч., стр. 21—48; «Рабочее движение...», т. III,
ч. 1, стр. 373.
191 «Воспоминания Ивана Васильевича Бабушкина», стр. 50.
192 А. С. Шаповалов. В борьбе за социализм. М., 1957, стр. 48—52; А. Бол¬
дырева. Минувшие годы. Воспоминания работницы.— «Текстильщик», 1923,
№ 1-2 (43—42), стр. 117; В. Шелгунов. Указ, соч., стр. 99—102; М. А. Ба¬
гаев. За десять лет. Москва — Иваново-Вознесенск, 1930, стр. 143—145;
К. М. Норинский. Мои воспоминания.— В сб. «От группы Благоева к
«Союзу борьбы»», стр. 7—38; М. П. Петров. Мои воспоминания.— В сб.
«На заре рабочего движения в Москве», стр. 180—184.
211

Глава четвертая
ВОЗНИКНОВЕНИЕ МАССОВОГО
СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОГО РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ
РАБОЧИЕ МАССЫ В 90-е ГОДЫ
Положение пролетариата
Промышленный подъем 90-х годов усилил спрос на рабочую
силу. Это благоприятствовало борьбе рабочих за улучшение ус¬
ловий труда. Развернувшаяся в эти годы наступательная борь¬
ба пролетариата была, однако, сильно затруднена массовым
притоком рабочих рук из деревень. Помещичье землевладение,
обрекавшее громадное большинство крестьян — основную массу
населения России — на нищету и разорение, продолжало сдер¬
живать развитие производительных сил страны, от чего стра¬
дал весь народ и прежде всего пролетариат и крестьянство.
Волна крестьян, ищущих заработка, была особенно сильна в
неурожайные 1897—1898 гг. К тому же промышленный подъем
продолжался с 1893 по 1899 г., после чего начался новый эко¬
номический кризис.
Борьба рабочих все же привела к некоторому повышению
заработной платы. Данные о заработной плате рабочих Рос¬
сии еще менее точны, чем о рабочем дне. Тем не менее об¬
щее представление об уровне заработной платы в конце 90-х го¬
дов (по сравнению с серединой 80-х годов) можно составить
по различным источникам.
На основании сопоставления данных о заработной плате в
отдельных отраслях промышленности и на ряде предприятий
разных отраслей видно, что за 15 лет (с 1885 по 1899 г.)
заработная плата выросла примерно на 15—20% Эти данные
подтверждаются анализом динамики заработной платы рабочих
в отдельных промышленных губерниях и на некоторых крупных
предприятиях. В наиболее промышленных губерниях Централь¬
но-промышленного района—Московской и Владимирской —
плата фабричных рабочих с 1883 по 1896 г. повысилась в
среднем на 10—15% 1 2. Так, например, на крупной текстильной
1 АГ. Балабанов. Очерки по истории рабочего класса в России, ч. III, М.,
1926, стр. 134.
2 М. Туган-Барановский. Русская фабрика. М., 1922, стр. 336.
212

фабрике Коншина (Московская губ.) средняя дневная ставка с
1885—1886 по 1895—1896 гг. увеличивалась на 1—4% в год2 3.
На мануфактуре Э. Цинделя в Москве средняя дневная заработ¬
ная плата рабочих с 1880 по 1900 г. выросла на 34,3%, причем
повышение фактически приходилось на годы промышленного
подъема 4. На Трехгорной мануфактуре за эти годы зарплата
ткачей поднялась почти на 15%.
В Центрально-промышленном районе, где преобладала тек¬
стильная промышленность и где рабочие еще во многом были
связаны с землей, заработная плата была значительно ниже,
чем в Петербурге. В 1900 г. средний годовой заработок ра¬
бочего составлял в Петербургской губ. 299 руб., в Москов¬
ской— 197,7, во Владимирской — 153 руб.5 Еще ниже были за¬
работки в Черниговской, Пензенской, Симбирской, Витебской
и многих других губерниях, где преобладала мелкая, по пре¬
имуществу пищевкусовая, промышленность. При этом на мно¬
гих предприятиях, особенно в текстильной и свеклосахарной
промышленности, рабочие часто получали заработную плату не
деньгами, а продуктами.
Средний месячный заработок ткачей Петербурга в 1896 г.,
по официальным данным, составлял 18—20 руб., а прядиль¬
щиков 35—40 руб. Эти данные относятся к наиболее квали¬
фицированной части рабочих-текстилыциков, основная же масса
рабочих получала еще меньше, примерно от 10 до 16 руб. Зна¬
чительно больше зарабатывали рабочие машиностроительной
промышленности. За последнее десятилетие XIX в. на 15 ма¬
шиностроительных заводах Петербурга у квалифицированных
рабочих заработная плата поднялась на 26%, у чернорабочих
тех же заводов — на 12,5%. Квалифицированные рабочие-метал¬
листы зарабатывали до 40 и более руб. в месяц, а менее ква¬
лифицированные — от 16 до 22 руб.6 При этом следует иметь
в виду дороговизну жизни в столице. Более высокой, чем в
Центрально-Промышленном районе, кроме Петербурга, заработ¬
ная плата фабричных рабочих была в Донбассе и Баку, где
промышленность бурно развивалась .и испытывала известную
нехватку рабочей силы, а также в Прибалтике и губерниях
Царства Польского. С 1884 по 1900 г. среднегодовая заработная
плата шахтеров Донбасса выросла с 234 до 343 руб., а забой¬
щиков еще больше: с 251 до 425 руб., 7 Этот рост заработной
2 М. И. Гильберт. Движение заработков рабочих в конце XIX в.— В сб.
«Из истории рабочего класса и революционного движения». М., 1958,
стр. 325—326.
4 Там же, стр. 329.
5 М, Балабанов. Указ, соч., стр. 127—128.
6 «Продолжительность рабочего дня и заработная плата рабочих в 20 наи¬
более промышленных губерниях Европейской России». СПб., 1896
стр. 221—222.
7 С. И. Потолов. Рабочие Донбасса в XIX в. М.— Л., 1963, стр. 152, 154.
213

Жалобы рабочих-текстильщиков фабричному инспектору. Петербург, 1896 г.

платы частично связан с увеличением числа рабочих дней в го¬
ду. В нефтяной промышленности Баку среднегодовой заработок
рабочих в 90-х годах был подвержен колебаниям в пределах от
268 до 293 руб. 8
Заработная плата на мелких предприятиях, где преобладал
ручной труд, была намного ниже, чем на механизированных
крупных предприятиях. Так, по данным за 1897 г., на пред¬
приятиях по обработке волокнистых веществ с числом рабочих
до 16 человек годовой заработок составлял 120 рублей, в пред¬
приятиях с числом свыше 16 рабочих—160 руб.; в мукомоль¬
ном производстве — соответственно 186 и 192 руб.; на других
предприятиях по производству пищевых продуктов — 146 и
173 руб. На предприятиях по обработке дерева с числом ра¬
бочих. до 16 годовой заработок составлял 148 руб., а с числом
рабочих, более 16—194 руб., в химическом производстве —
171 и 222, керамическом—125 и 174. На предприятиях по об¬
работке металлов с числом рабочих до 16 годовой заработок
составлял 198 руб., свыше 16 рабочих — 282 руб.8а
Эти данные показывают, что наиболее низкая заработная
плата была на текстильных предприятиях, где насчитывалась
почти третья часть всех рабочих страны, а наиболее высокая —
на машиностроительных и металлообрабатывающих предприя¬
тиях.
Как известно, в силу объективных экономических законов
развития капитализма, накопление богатства в руках эксплуа¬
таторских. классов идет параллельно уменьшению доли рабочего
класса в национальном доходе. Тенденция к абсолютному об¬
нищанию действует также постоянно. Она превращалась в дей¬
ствительность там, где отсутствовала борьба пролетариата про¬
тив этой тенденции, или там, где, в силу особых условий,
рабочие не могли оказать действенное сопротивление. По по¬
воду попыток бернштейнианцев опошлить марксистское пони¬
мание обнищания рабочего класса В. И. Ленин писал: «Маркс
говорил о росте нищеты, унижения и проч., указывая наряду
с этим и противодействующую тенденцию и те реальные об¬
щественные силы, которые одни только и могут порождать эту
тенденцию»9. Этой противодействующей тенденцией является
борьба пролетариата. Абсолютное обнищание пролетариата, пря¬
мое снижение его жизненного уровня особо заметно во време¬
на промышленных кризисов. Оно выражается в росте безра¬
ботицы и падении реальной заработной платы. Безработица не
только обрекала на голод и нищету как выброшенных с про¬
8 И. В. Стригунов. Из истории формирования бакинского пролетариата (70—
90-е годы XIX в.). Баку, 1960, стр. 217, 219.
8а С. Г. Струмилин. Очерки экономической истории России. М., 1966,
стр. 93.
9 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 208.
215

изводства, так и покинувших деревню в поисках заработка,
но и ухудшала положение занятых рабочих, вела к снижению
их заработной платы и ухудшению условий труда, порождала
неуверенность в завтрашнем дне.
В России тенденция к абсолютному обнищанию до появле¬
ния массового сознательного рабочего движения сказывалась
с громадной силой. В стране, где крупное капиталистическое
производство только складывалось, встречаясь с докапиталисти¬
ческими порядками, нищета рабочих масс приняла массовые
размеры10. Это касалось прежде всего выброшенных из де¬
ревень неквалифицированных и малоквалифицированных фаб¬
рично-заводских рабочих, а также массы рабочих мелкой про¬
мышленности, жизненный уровень которых был ниже уровня
постоянных квалифицированных рабочих. С 1861 г. до конца
века капитализм в России сделал большие успехи в ряде об¬
ластей, но серьезных сдвигов в динамике реального уровня за¬
работной платы рабочих и вообще в положении рабочего клас¬
са он не дал.
Большинство рабочих России не могло добиться жизненного
уровня, необходимого для нормального воспроизводства рабо¬
чей силы.
Уровень потребностей рабочих определяется не только фи¬
зическими границами, необходимыми для воспроизводства ра¬
бочей силы и содержания семьи, но и социальными. Эти гра¬
ницы подвижны, особенно вторая. Развитие промышленности,
сопровождавшееся техническим прогрессом и интенсификацией
труда, вызывало рост культурных запросов рабочих, усили¬
вало их стремление к повышению материальных условий жизни.
В 90-х годах, однако, мы встречаем в России еще немало
черт кабального существования рабочего, характерных для пер¬
вых пореформенных десятилетий.
Рабочий день до середины 90-х годов оставался почти не¬
изменным. На крупных предприятиях, работавших круглосу¬
точно, он составлял 12 час. На предприятиях с одной сме¬
ной— от 12 до 15 час.11, в редких случаях — меньше 12 час.
В середине 90-х годов рабочий день менее 12 час. был лишь на
металлообрабатывающих заводах и отчасти текстильных фаб¬
риках Петербургской губ., Польши и Прибалтики. Наиболее
продолжительным был рабочий день в мелкой промышленно¬
сти — примерно до 16 часов.
Исключительно тяжелыми были жилищные условия промыш¬
ленного пролетариата в России. Эти условия обострил огром¬
ный прилив, особенно в 90-х годах, сельского населения
10 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 218—219.
11 «Продолжительность рабочего дня и заработная плата рабочих...», стр. 74—
75; С. Гвоздев. Записки фабричного инспектора. М.— Л., 1925, стр. 59—69.
216

нвннннвн

в промышленные города, что вело к острой нехватке жилищ, уси¬
лению скученности в рабочих казармах, к резкому повышению
квартирной платы.
Развитие машинного производства, расширявшего возмож¬
ности применения детского и женского труда, а также строи¬
тельство при крупных предприятиях казарм позволяли части
рабочих переводить свои семьи из деревни в город, а владель¬
цам окончательно привязать их к фабрике. Многоэтажные ка¬
зармы делились на каморки для семейных и общие помещения
для холостяков. Такую каморку громадной фабричной казармы
в столице ярко описал И. В. Бабушкин. «Нашим глазам пред¬
ставилась вся картина размещения и обстановки этой комна¬
ты. По правой и левой стороне около стен стояло по две кро¬
вати, заполнявшие всю длину комнаты почти без промежутка...
у окна между кроватями стол и невзрачный стульчик, этим и
ограничивалась вся обстановка такой каморки... Все каморки
были похожи одна на другую и производили угнетающее впе¬
чатление... Все это было слишком ужасно и подавляло меня,
заводского рабочего, живущего более культурной жизнью, с бо¬
лее широкими потребностями» 12.
В казармах жили преимущественно рабочие текстильных п
других фабрик легкой промышленности, а также чернорабочие.
Квалифицированные заводские рабочие жили менее скученно.
Но громадное большинство их также находилось в тяжелых
условиях. Жили они обычно в домах местного мещанства. Квар¬
тирная плата составляла от 2 до 4 руб. за угол для холо¬
стого и от 8 до 11 руб. за комнату для семейного рабочего
в месяц. Петербургский рабочий вынужден был тратить на жи¬
лище от У4 до Уз заработка. Квартиры рабочих столицы
отличались, по общему признанию, антисанитарными условия¬
ми, недостатком света, воздуха, хорошей воды и т. д.13 В Цен¬
трально-промышленном районе рабочие большей частью жили
в казармах. Жилье стоило дешевле, но скученность была
страшная.
Важнейшую статью расходов рабочих составляло питание.
Даже при том скудном питании, которое было характерно для
пролетариата царской России, рабочие тратили на пищу значи¬
тельную часть своего заработка. Чем беднее была рабочая се¬
мья, тем большая часть заработанных средств уходила на пищу
и жилище. На одежду оставалось уже совсем мало, а на куль¬
турные нужды средств почти не было.
Несмотря на быстрый рост крупного машинного производ¬
ства, в охране труда почти ничего не изменилось. Большинство
12 «Воспоминания Ивана Васильевича Бабушкина». М., 1951, стр. 40—41.
13 «Петербургские рабочие и их экономическое положение».— «Вестник Евро¬
пы», 1899, т. II, стр. 327—328.
217

фабричных и заводских зданий не соответствовало элементар¬
ным требованиям гигиены труда. Нечистоплотность, отсутст¬
вие необходимой вентиляции воздуха составляли обычные явле¬
ния .на большинстве фабрик и заводов. Отсутствие правильного
удаления отбросов и вообще недостаточность мер к устране¬
нию вредных условий производства влекли за собой массовые
заболевания рабочих. Техника безопасности игнорировалась
владельцами предприятий даже тогда, когда она требовала нич¬
тожных затрат. Из года в год на фабриках и заводах воз¬
растало количество несчастных случаев. Отсутствие огражде¬
ний опасных механизмов, нормального технического надзора,
рациональной спецодежды, чистка и смазка машин на ходу —
вот основные причины фабричного травматизма. Медицинская
помощь на громадном большинстве предприятий фактически от¬
сутствовала.
Безмерно длинный рабочий день, скудное однообразное пи¬
тание, скверные жилищные условия обессиливали рабочих, спо¬
собствовали увеличению числа несчастных случаев на фабриках
и заводах. Изнурительный труд быстро старил рабочих. «После
45-летнего возраста работать на обычных фабричных работах
способны из 100 человек рабочих только четверо, остальные или
сходят в могилу, или возвращаются доживать свой век в родную
деревню» — такой вывод сделали земские статистики 14.
На Юге с его молодой промышленностью в 90-х годах еще
сохранялись подрядная и артельная системы найма. Это была
по существу двойная эксплуатация рабочих: шахтовладельцами,
с одной стороны, подрядчиками и артельщиками — с другой.
Широко практиковались кабальные формы расчета с рабочими,
у которых удерживали часть заработка за выданные продукты
из хозяйских лавок. Обычным явлением была задержка выдачи
заработной платы, что невольно заставляло рабочих кредито¬
ваться у предпринимателей или подрядчиков, брать продукты
и товары в хозяйской лавке по повышенным ценам.
На шахтах Донбасса и нефтепромыслах Баку самые трудо¬
емкие работы производились в значительной мере вручную. При
отсутствии элементарной техники безопасности травматизм ра¬
бочих стал массовым и все возрастал. По неполным официаль¬
ным данным, за 1885—1900 гг. в Донбассе на шахтах погибло
1288 и было искалечено 2179 рабочих, на металлургических и
металлообрабатывающих заводах — соответственно 147 и 1882 че¬
ловека 15. В Баку только за 1894—1895 гг. произошло 4460 уве¬
чий рабочих 16. Всего по России в 90-х годах ежегодно про¬
14 А. Смирнов. Фабрика и фабричный рабочий.— «Русская мысль», 1902, № 5,
стр. 160.
15 С. И. Потолов. Указ, соч., стр. 168.
16 И. В. Стригунов. Указ, соч., стр. 196.
218

исходило в среднем 56 тыс. случаев производственного трав¬
матизма 17.
Яркая картина положения и быта рабочих Донбасса 90-х го¬
дов нарисована в докладе «Социал-демократического союза
горнозаводских рабочих Юга России» II съезду РСДРП. «Кто
знает даже теперешний быт шахтера и заводского рабочего в
Донецком бассейне; кто видал те ужасные «каютки» и «бала¬
ганы», в которых ютятся шахтеры; те казармы-остроги, в кото¬
рых расквартированы заводские; те землянки, в которых долж¬
на жить менее требовательная часть рабочих; кто знает, какие
системы расплаты с рабочими царили и отчасти царят..., кто
знает, в какой страшной кабале вследствие этого у лавочника
и кабатчика находился шахтер и металлургический рабочий;
кто знает, как на каждом шагу жестоко попирается человече¬
ское достоинство и личность горнозаводского рабочего на нашем
Юге,— тот поймет, какая бездна ненависти и озлобления нако¬
пилась в груди этой 160-тысячной армии, тот поймет все те не¬
удержной волной прокатившиеся после 1892 г. по горнозавод¬
скому Югу бунты» 18.
Положение рабочих Урала определялось своеобразием про^
мышленного развития этого старого центра русской металлур¬
гии крепостной эпохи. Непосредственные остатки крепостни¬
ческих порядков, отсталость техники, преобладание ручного про¬
изводства, низкая производительность труда, замкнутость и
оторванность края от общего промышленного прогресса, низкая
заработная плата—-таковы характерные черты промышленно¬
сти пореформенного Урала и положения его рабочих.
Положение это не осталось неизменным к концу 90-х годов.
Усиление капиталистического развития Урала при сохранении
кабального положения уральского рабочего, имевшего в лице
владельца предприятия не только капиталиста, но и помещика,
еще больше обостряло классовые противоречия и в этом крае.
Капиталистическая эксплуатация в ее самых грубых формах
имела место и в Сибири, и на Дальнем Востоке,— во всех
концах России, но степень обострения социальной борьбы не
была повсеместно одинаковой. Более быстрыми темпами и в
более развитых формах она проявилась в районах с наиболее
передовой крупной капиталистической промышленностью.
90-е годы XIX в. были временем наиболее интенсивного чис¬
ленного роста фабрично-заводских рабочих за всю историю рус¬
ского капитализма. В промышленную армию вливались сотни
тысяч человек, совсем недавно или даже вовсе еще не порвав¬
ших с деревней, с мелким производством, не изживших еще
мелкособственнической индивидуалистической психологии.
17 «Литература Московского «Рабочего союза»». Материалы и документы. М.,
1930, стр. 57.
18 «Второй съезд РСДРП. Протоколы». М., 1959, стр. 534—535.
219

Социальный облик рабочего
С победой капиталистического способа производства окон¬
чательно сложился и стал доминирующим фактором в общем
составе армии наемных рабочих постоянный фабрично-завод¬
ской пролетариат.
Его появление как особого класса стали признавать и пред¬
ставители технической интеллигенции. «И где бы вы ни путе¬
шествовали по нашей необъятной России,— говорил в своей
речи на торгово-промышленном съезде в 1896 г. инженер
А. Г. Голгофский,— везде, где только существует фабрика, вы
встретите один и тот же тип людей — тип фабрично-рабочего.
Он, этот фабрично-рабочий, так сформировался и обособился
в среде других классов населения России, что вы сразу узнае¬
те его между сотнями и тысячами других людей. Вы узнаете
его на севере и западе, на юге и востоке России» 19.
Вместе с тем имелись существенные различия в уровне со¬
циального и культурного развития и степени классовой созна¬
тельности отдельных групп пролетариата.
Значительное различие в уровне жизни, культуре, быте, пси¬
хологии существовало, в свою очередь, между рабочими, заняты¬
ми в мелкой ремесленной и кустарной промышленности, широко
развитой в царской России, и рабочими крупной фабрично-за¬
водской промышленности.
Часть рабочих, занятых в крупной промышленности, но еще
связанная с землей, также отличалась от постоянных фабрич¬
но-заводских пролетариев. Многие рабочие, сохранившие связь
с землей, жили и трудились артелями. Народники находили в
этом признак «общинного духа». В действительности же артель¬
ное общежитие было порождено общим нищенским уровнем жиз¬
ни, экономией за счет отказа от самых элементарных жизнен¬
ных потребностей, а также сезонным характером работы этого
слоя рабочих.
Пролетарская солидарность еще мало коснулась их, против
хозяев они выступали неохотно, робко и лишь под влиянием
постоянных рабочих. Они еще не избавились от ограниченности
крестьянской психологии, сохраняли покорность, нравы и при¬
вычки патриархального деревенского быта. Уровень материаль¬
ных и культурных запросов был низкий. Их сознание отяго¬
щалось религиозными предрассудками, царистскими иллюзиями.
Предприниматели пользовались этой отсталостью для усиления
эксплуатации, для срыва борьбы наиболее сознательной части
рабочих, уже пробуждавшихся к организованному отпору угне¬
тателям.
19 «Труды высочайше учрежденного Всероссийского торгово-промышленного
съезда 1896 г. в Нижнем Новгороде», т. III, вып. V, СПб., 1897, стр. 19.
220

Среди постоянных фабрично-заводских рабочих также суще¬
ствовали некоторые различия. Заводские рабочие выделялись
не только общим развитием. Это были уже типичные горожане.
Фабричные рабочие, прежде всего текстильщики, еще многое
сохраняли от нравов и привычек деревенского быта, даже по
одежде напоминали сельских жителей 20. Хотя к середине 90-х го¬
дов фабричные рабочие значительно отдалились от деревни,
по по уровню материальной жизни, культуре и быту они про¬
должали существенно отличаться от заводских.
В такой громадной стране, как Россия, не могло не быть
различия в степени консолидации пролетариата в отдельных
районах. По численности промышленных рабочих, однородно¬
сти социального состава, общему уровню культуры и классово¬
го сознания выделялся пролетариат Петербурга. Но и в столице,
где ярче, чем где бы то ни было, к 90-м годам проявились
характерные черты пролетариата крупной промышленности, так¬
же были заметны различия между так называемыми заводски¬
ми и фабричными.
Рабочие Центрально-промышленного района, где преоблада¬
ли текстильщики, по жизненному и культурному уровню отли¬
чались от питерских пролетариев и близких к ним по уровню
городских рабочих Польши и Прибалтики. Связь с деревней
у рабочих Центрально-промышленного района была теснее, об¬
щий уровень жизни и культуры несколько ниже. Однако анта¬
гонизм между трудом и капиталом в силу особо грубых форм
эксплуатации, существовавших издавна в этом районе, достиг
большой остроты. Социальные противоречия здесь были резко
выражены. «Классовые противоречия,— писал современник из
Иваново-Вознесенска,— здесь обнажены до мозга костей; рабо¬
чие, угнетенные до последней степени, с одной стороны, и ка¬
питалисты, фабриканты, пропитанные самыми грубыми эксплу¬
ататорскими инстинктами, с другой, не имеют между собой
никаких переходных слоев, какие существуют в культурных
центрах в лице «общества», «интеллигенции», учащейся моло¬
дежи. В Иваново-Вознесенске нет интеллигенции: многочислен¬
ная дипломированная фабричная администрация всецело стоит
на стороне своих патронов. Рабочий остается лицом к лицу со
своим эксплуататором — фабрикантом»21. Эта особенность
фабричных городов и фабричных сел Центрально-промышлен¬
ного района была отмечена в 1895 г. В. И., Лениным после
посещения им Орехово-Зуева 22.
20 «Воспоминания Ивана Васильевича Бабушкина», стр. 37—43.
21 Н. Воробьев. Из жизни иваново-вознесенских рабочих.— «Образование»,
1906, № 3, отд. II, стр. 23.
22 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 46, стр. 8—9.
221

Подъем, в 90-х годах металлургической, топливной и маши¬
ностроительной промышленности привел к повышению удельно¬
го веса заводских рабочих, которые вместе с железнодорожни¬
ками стали определять лицо всероссийского пролетариата. Но
и в их среде сохранялось различие в материальной обеспечен¬
ности, уровне культуры и сознательности между квалифициро¬
ванными рабочими и чернорабочими, между кадровыми рабо¬
чими и новым пополнением. В условиях бурного промышлен¬
ного строительства в ряде мест только складывалась заводская
жизнь и формировались крупные рабочие коллективы. «Что за
разнообразие племен, наречий, настроений,— вспоминал совре¬
менник, описывая вступавший в строй Мариупольский метал¬
лургический завод.— Здесь и оторванный от земли великорус¬
ский мужичок... и ремесленник из соседнего города... и забред¬
ший с севера, пропившийся мастеровой... и казак с Дону и
солдат-машинист с запечатлевшимся в его мозгу солдатским
катехизисом. Что за разговоры, что за курьезные столкновения
понятий, представлений... Жизнь еще не ассимилировала их...
не вложила в их нервную организацию сознание общности их
интересов...» 23
Процесс образования индустриального пролетариата шел
исключительно быстрыми темпами. Освобождение сотен тысяч
людей от мелкой собственности, от патриархального быта за¬
холустья, превращение их в индустриальных рабочих содейство¬
вало преодолению ими былой крестьянской ограниченности, рас¬
ширяло их кругозор и потребности, создавало предпосылки для
формирования пролетарской солидарности и психологии коллек¬
тивизма. Быстрее, чем в провинции, шел этот процесс в горо¬
дах. «Мы имеем здесь дело с рабочим населением, отличаю¬
щимся сравнительно высоким культурным уровнем,— говорилось
в отчете Харьковского комитета РСДРП в конце 90-х годов.
Это... особенно относится к коренным городским рабочим. Вы¬
ражением этой культурности может служить широкое распро¬
странение среди них чтения книг, газет и журналов, посещение
воскресных школ, публичных лекций и пр... Рабочий, являющий¬
ся на групповые занятия с номером журнала в одном кармане
и столичной газетой в другом, сделался типичным для высшего,
более развитого слоя здешних рабочих» 24.
Следует учесть и многонациональный состав рабочего класса
России, необходимость преодоления языковых барьеров, религи¬
озных, националистических и расовых предрассудков, поддержи¬
ваемых официальной властью и духовенством разных веро¬
ваний.
23 П. Г. Смидович. Рабочие массы в 90-х годах.— «Пролетарская революция»,
1925, № 1, стр. 167.
24 «Рабочее движение в Харькове». Женева, 1900, стр. 13.
222

Капитализм вел к ассимиляции пролетариев различных на¬
циональностей. В. И. Ленин отмечал прогрессивность этого яв¬
ления. «Капитализм,— писал он,— ставит на место тупого, за¬
скорузлого, оседлого и медвежьи-дикого мужика великоросса
или украинца подвижного пролетария, условия жизни которого
ломают специфически национальную узость как великорусскую,
так и украинскую»25. Этот процесс касался всех националь¬
ностей Российской империи. Объективный процесс ассимиляции
пролетариев создавал возможность пролетарского единства. Его
превращение в действительность требовало огромных усилий
сознательных рабочих всех национальностей.
Рабочие Урала, в громадном большинстве русские, отлича¬
лись более однородным составом. Особенности развития Урала
наложили, однако, свой отпечаток на облик уральского рабочего
пореформенной эпохи, связанного еще в известной мере с сель¬
ским хозяйством. Процесс вызревания чисто пролетарского ха¬
рактера борьбы рабочих здесь шел медленнее, чем в Центре
и на Юге России. Различия, существовавшие между отдельны¬
ми слоями рабочих, создавали трудности для развития созна¬
тельной классовой борьбы пролетариата.
К середине 90-х годов произошли изменения и в общеобра¬
зовательном уровне рабочего класса России. Развитие крупного
машинного производства неизбежно влекло за собой рост по¬
требности в грамотных квалифицированных рабочих. В стране,
где в середине 90-х годов почти 80% населения было безгра¬
мотным, спрос на квалифицированных грамотных рабочих при
наличии огромной резервной армии труда преобладал над
предложением.
В страхе перед ростом самосознания народа, особенно ра¬
бочего класса, царское правительство медленно расширяло
школьную сеть. Открываемых на средства фабрикантов школ
было явно недостаточно. Царизм стремился ввести в опреде¬
ленные рамки культурные запросы рабочих, запрещая литера¬
туру, пробуждавшую свободолюбивые идеи, и, наоборот, поощ¬
ряя распространение книг, в которых прославлялось самодержа¬
вие, церковь. Требовались огромные усилия самих рабочих и
демократической интеллигенции, чтобы вопреки всем препонам
добиться, хотя и медленного, но неуклонного роста грамотно¬
сти в рабочей среде. В 1897 г. число грамотных рабочих со¬
ставляло 51,9% по всей Российской империи и 59,9% —по Ев¬
ропейской России26. Для сопоставления укажем, что среди
населения всей страны грамотных насчитывалось всего 21,1%.
25 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 24, стр. 128.
26 «Численность и состав рабочих в России па основании данных первой все¬
общей переписи населения Российской империи 1897 г.», т. I. СПб., 1906,
стр. XIV, таб. III.
223

Различия в уровне грамотности рабочих наблюдались и меж¬
ду мужчинами и женщинами, между рабочими отдельных про¬
фессий и разных возрастов. Резкое расхождение по уровню об¬
разования между мужчинами и женщинами к концу 90-х годов
несколько сгладилось, хотя еще и сохранялось. Если в середине
80-х годов, по сведениям о рабочих Москвы и Московской губ.,
доля грамотных работниц составляла 2,2—5,8%, то к концу
века она поднялась по стране до 28,4—30,5% 27. По профессиям
грамотностью выделялись машиностроители (более 60%) и по¬
лиграфисты (более 80%). Меньше всего грамотных было среди
текстильщиков (около 40%), горнорабочих (менее 40%) и ра¬
бочих по обработке продуктов животноводства (более 40%) 28.
Грамотность рабочих различалась и в зависимости от воз¬
раста. Среди подростков от 13 до 16 лет насчитывалось около
70% грамотных. В среде рабочих от 40 до 59 лет грамотных
было всего 40%, а в возрасте от 60 лет и старше грамотных
было немногим более 30%.
Подавляющая масса грамотных рабочих была сосредоточена
в крупных промышленных центрах и городах, что указывает
на непосредственную связь крупной индустрии с уровнем гра¬
мотности рабочих. С другой стороны, постоянные и потомствен¬
ные рабочие —• наиболее квалифицированная часть пролетариа¬
та—«имели больше возможностей дать образование своим детям.
Основная масса грамотных рабочих получила лишь элемен¬
тарные знания по чтению и письму. Многие приобрели знание
самоучкой. Несмотря на это, часть рабочих, прежде всего ква¬
лифицированных, упорными усилиями, путем самообразования
или в результате посещения воскресных и вечерних школ, по¬
лучали разносторонние естественные и общественные знания и
выделялись своей образованностью.
В общем итоге в середине 90-х годов всего лишь немно¬
гим более половины рабочих были грамотными. Но в тех ус¬
ловиях это имело огромное значение для умственного и нрав¬
ственного развития рабочего класса. Вместе с грамотностью
росли культурные и общественные запросы рабочих, пробужда¬
лось их стремление к организованной борьбе, создавались воз¬
можности для проникновения социалистических идей в широ¬
кие круги пролетариата, для роста его классового самосознания.
К 90-м годам сложились три основных слоя рабочих по
уровню их классового сознания.
1. Передовые «наилучше поставленные слои рабочих», из
которых главным образом выделялась «рабочая интеллиген¬
ция», «рабочие-передовики» 29.
27 А. Г. Рашин. Формирование рабочего класса России. М., 1958, стр. 585,
588.
28 Там же, стр. 593.
29 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 268, 269.
224

Вечерняя школа для взрослых. 1900 г.
2. «Широкий слой средних рабочих».
3. «Масса низших слоев пролетариата» 30.
Передовой слой рабочих характеризовало сознание классо¬
вой солидарности, чувство собственного достоинства, стремле¬
ние к знанию и свободе. Они первыми восприняли идеи социа¬
лизма. «Из них главным образом,— писал В. И. Ленин в
1899 г.,— берутся те рабочие-передовики, которых выдвигает
всякое рабочее движение, рабочие, умеющие приобретать пол¬
ное доверие рабочих масс, рабочие, которые посвящают себя
всецело делу просвещения и организации пролетариата, рабочие,
которые вполне сознательно воспринимают социализм и которые
даже самостоятельно вырабатывали социалистические теории»31.
Средний, наиболее многочисленный слой фабрично-завод¬
ских рабочих стремился к борьбе за улучшение условий тру¬
да, к освобождению от гнета капитала. Лучшие представители
этого слоя также тянулись к свету, знанию, демократии и
социализму.
Новые слои рабочих, только что вытолкнутые нуждой из
деревни, принесли с собой и пониженные потребности, и кре¬
стьянскую пассивность. Но условия фабрично-заводской жизни
постепенно разрушали пережитки крестьянских настроений. Под
30 Там же, стр. 269, 270.
81 Там же, стр. 268.
8 Заказ № 2671
225

влиянием передовых слоев пробуждались и эти низшие слои
пролетариата. «Развитие городской жизни, рост промышленно¬
сти, распространение грамотности,— писал В. И. Ленин,— все
это заронило и в темные массы стремление к лучшей жизни
и сознание человеческого достоинства...»32.
Развитию революционной социалистической тенденции в рус¬
ском рабочем классе содействовало и то, что в России в силу
особенностей ее капиталистического развития не было объек¬
тивных условий для создания сколько-нибудь значительного
слоя «рабочей аристократии», представлявшей в странах Запада
серьезный оплот буржуазии в рабочем движении. В царской
России «рабочая аристократия» имела специфический облик. По
своему культурному уровню, а нередко и по своей квалифика¬
ции она стояла ниже ядра потомственных фабрично-заводских
рабочих. Это были мастера, монтеры, старшие рабочие, а так¬
же представители некоторых высоко оплачиваемых профессий
среди полиграфистов, отчасти металлистов. Этот слой рабочих
составлял даже перед первой мировой войной не более 4% всего
состава пролетариата. К 90-м годам этот слой уже зародился,
но серьезного влияния на ход развития революционного рабо¬
чего движения, на слияние его с социализмом он не оказал.
Первые проявления его как особого слоя следует отнести к на¬
чалу 90-х годов в связи с экономизмом, зубатовщиной и гапо¬
новщиной.
ЛЕНИНСКИЙ «СОЮЗ БОРЬБЫ
ЗА ОСВОБОЖДЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА»
На подступах к массовому рабочему движению
Уже к концу первой половины 90-х годов наметилось ожив¬
ление стачечного движения в разных концах страны. Навстречу
растущей борьбе рабочих масс за улучшение условий труда
шли нелегальные группы и кружки социал-демократической ин¬
теллигенции и передовых рабочих. Начало их слияния в едином
русле рабочего социал-демократического движения обусловило
коренной перелом в рабочем и во всем освободительном дви¬
жении России.
«Революционное движение никогда еще не было таким силь¬
ным за последнее десятилетие... В России становится жарко.
«Со to bgdzie, со to b§dzie»» 33. Так в июне 1895 г. взвол¬
32 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 416.
83 Цитата из «Dziady» А. Мицкевича: «Что-то будет, что-то случится».— «Пе¬
реписка К. Маркса и Ф. Энгельса с русскими политическими деятелями»,
изд. 2-е. М., 1951, стр. 345.
226

нованно писал Ф. Энгельсу Плеханов в связи с первыми сиг¬
налами наступившего подъема пролетарской борьбы в России.
Русские марксисты, имея перед собой опыт западноевропей¬
ского рабочего движения, с самого начала своей деятельно¬
сти жили идеей тесной связи с рабочей массой. Пропаганди¬
стскую работу, воспитание «рабочей интеллигенции» в узких
подпольных кружках они считали подготовительным этапом к
созданию рабочей партии, способной руководить классовой борь¬
бой пролетариата. Наступившее в начале 90-х годов оживление
общественного движения еще более приблизило эту перс¬
пективу.
«История делается не кружками, а массами. Рабочие-социа¬
листы будут наилучшими руководителями революционной мас¬
сы, самыми надежными офицерами и унтер-офицерами револю¬
ционной армии. Но откуда возьмется такая армия? Ее не
создашь кружковой пропагандой»34. Так в 1892 г. ставил во¬
прос Плеханов. Решение вопроса он видел в переходе от круж¬
ковой пропаганды к массовой агитации. Но как осуществить
этот переход — Плеханов конкретно ответа не дал.
Социал-демократы по-прежнему по инерции продолжали со¬
средоточивать все свои силы на пропаганде в рабочих круж¬
ках. Они считали, что рабочее движение будет развиваться пу¬
тем расширения пропаганды социал-демократических идей,
вовлечения нового числа рабочих в существующие кружки и
образования новых. Обращение к широким слоям рабочих каза¬
лось им преждевременным.
Однако стачечная борьба рабочих ширилась, что заставляло
социал-демократов определить свое отношение к этому про¬
цессу. Это пытался сделать Н. Е. Федосеев в написанной
им «Программе действия рабочих». «Руководители рабочего
класса и в настоящее время не должны противиться стачкам
рабочих. Они не должны сами возбуждать к стачке, потому
что стачка в настоящую минуту бесполезна почти; но раз ра¬
бочие вступили в стачку, руководители должны указать им на
самые важные требования, которые они должны выставить, и на
необходимость постоянного союза между ними для того, чтобы
борьба с хозяевами была возможно успешнее. Наконец, раз
стачка началась, руководителям следует разъяснять рабочим,
что разгром и грабеж положительно вредят делу, и вместе с
тем привлекать рабочих к широкому обсуждению их интересов» 35.
Как первая конкретная постановка в России вопроса об отно¬
шении марксистов к стачкам этот документ представляет собой
шаг вперед. Вместе с тем он показывает, что роль стачек как
школы классовой борьбы, их особое значение для связи со¬
34 Г. В. Плеханов. Соч., т. III. М., 1928, стр. 416—417.
35 И. Федосеев. Статьи и письма. М., 1958, стр. 273,
227
8*

циал-демократии с рабочей массой были в начале 90-х годов
еще не вполне ясны.
Другим документом, в котором отразились споры о переходе
от узкой кружковой пропаганды к широкой массовой агитации,
было «Предисловие к брошюре «Основные положения Эрфурт¬
ской программы К- Каутского»»36, изданной киевской социал-
демократической группой и датированной июлем 1893 г. Авторы
этого документа не имели ясного представления о том, как на¬
чать практическую деятельность в рабочей массе, чтобы она не
носила чисто экономического, тред-юнионистского характера.
В определении общей задачи революционного движения России
авторы «Предисловия» следуют за группой «Освобождение тру¬
да»: «Мы, социал-демократы в России, стремимся к созданию
рабочей партии, первой политической задачей которой будет
ниспровержение абсолютизма»37 38. Вместе с тем они полагали,
что «лучшим и кратчайшим путем для достижения этой цели
является организация рабочего класса на почве его экономиче¬
ских потребностей». К идее политической борьбы рабочий класс,
по их мнению, придет стихийно, через опыт экономической
борьбы.
Более обстоятельная программа перехода к деятельности в
рабочей массе вскоре была изложена в брошюре «Об агитации»
(1894 г.), составленной участниками социал-демократического
кружка в Вильно. «Задачей социал-демократов,— говорилось в
ней,— является постоянная агитация среди фабричных рабочих
на почве существующих мелких нужд и требований. Вызванная
такой агитацией борьба приучит рабочих отстаивать свои ин¬
тересы, поднимет их мужество, даст им уверенность в своих
силах, сознание необходимости единения и, в конце концов, по¬
ставит перед ними более важные вопросы, требующие разреше¬
ния. Подготовленный таким образом к более серьезной борьбе
рабочий класс приступит к решению своих насущных вопросов
и агитация на почве этих вопросов должна иметь целью выра¬
ботку классового самосознания. Классовая борьба в этом более
сознательном виде создает почву для политической агитации,
целью которой будет изменение существующих политических ус¬
ловий в пользу рабочего класса» 28.
Но брошюра «Об агитации» вместе с полезными указаниями
содержала глубоко ошибочные положения. Прежде всего в ней
отразилось неверие в возможность сочетания с самого начала
экономической и политической агитации. Она догматически де¬
лила рабочее движение на фазы и стадии, в соответствии с чем
агитация должна была носить вначале чисто экономический,
36 «Пролетарская революция», 1928, № 10, стр. 149—151.
37 Там же, стр. 150.
38 «Об агитации». Женева, 1896, стр. 16—17.
228

затем смешанный и, наконец, чисто политический характер. Эту
«теорию стадий» подхватили реформисты — «экономисты».
Появилась также тенденция противопоставить практическую
деятельность в рабочей массе идейно-политической борьбе со¬
циал-демократов. «Как мне известно,— писал один из практи¬
ков рабочего движения весной 1895 г.,— в настоящее время в
России нет ни одного более или менее промышленного центра,
где не было бы более или менее значительных рабочих групп.
Итак, главная роль интеллигенции уже выполнена: она при¬
готовила рабочих агитаторов, теперь весь центр тяжести успе¬
ха в борьбе зависит от более или менее успешной деятель¬
ности агитаторов-рабочих... В настоящее время издание литера¬
туры для рабочих несравненно важнее хотя бы блестящей кри¬
тики либеральных предрассудков» 39.
Перспектива связи с рабочей массой увлекала социал-де¬
мократов и вместе с тем порождала тенденцию к чисто эконо¬
мической агитации и суживанию идейной борьбы во имя прак¬
тического движения. Соединение идей научного социализма с
рабочим движением требовало преодоления как сопротивления
«книжников», которые, опасаясь за судьбу пропагандистских
кружков в случае перехода к массовой агитации, считали ее
преждевременной, так и увлечения тех «массовиков», которые
рвались к агитации, но были склонны отложить политическую
борьбу во имя успехов экономической борьбы, не понимали
особой важности идейной борьбы в связи с нарастанием мас¬
сового рабочего движения.
Начало слияния рабочего движения с социализмом
Соединение научного социализма с рабочим движением, ко¬
торое находит свое реальное выражение в создании рабочей
социалистической партии, руководящей классовой борьбой про¬
летариата, предполагало прежде всего идейную победу марксиз¬
ма в передовом общественном мнении России.
К середине 90-х годов идеи марксизма получили распрост¬
ранение в разных концах страны. Передовые представители ра¬
бочих и интеллигенции проявили повсюду исключительный ин¬
терес к учению Маркса и применению его к русской действитель¬
ности. Необычайно вырос спрос на марксистскую литературу.
Возникали тайные кружки по изучению марксизма. Марксизм
проникал в легальную литературу.
Поворот общественного мнения к марксизму вызвал реши¬
тельное сопротивление народников, среди которых в это время
господствовало либеральное течение. Теоретики либерального
59 Из письма В. Д. Перазич к Г. В. Плеханову.— В сб. «Группа «Освобож¬
дение труда»», № 6. М.— Л., 1928, стр. 165.
229

народничества пытались доказать, что в России нет перспектив
для развития крупной капиталистической промышленности и,
следовательно, для роста фабрично-заводского пролетариата и
его классовой борьбы, что промышленность развивается на ос¬
нове «народного производства».
Давний спор о том, кому принадлежит будущее в России —
крестьянину или рабочему,— спор, возникший еще в начале 80-х
годов, вступил в новую и решающую фазу. Ранее русские марк¬
систы, в том числе и Плеханов, концентрировали все внимание
на доказательстве возможности применения общих положений
теории К. Маркса к анализу русской действительности. Теперь
перед русскими марксистами встала задача определения, в све¬
те учения К. Маркса, особенностей развития капитализма, изу¬
чения своеобразия соотношения классовых сил и особых задач
пролетариата в России. В решении этой задачи основная роль
принадлежала В. И. Ленину. Главное внимание В. И. Ленина
в борьбе с народничеством в 90-х годах было обращено не
только на доказательство несостоятельности их отказа от при¬
знания факта вступления России на путь капитализма, но и на
анализ своеобразия капиталистического развития России и вы¬
движения пролетариата как главного определяющего фактора
освободительного движения, как гегемона нараставшей буржу¬
азно-демократической революции. Соединение социализма с ра¬
бочим движением в России предполагало идейное поражение
той части интеллигенции, которая под флагом социализма пыта¬
лась проводить буржуазное реформаторство, отвлекая трудя¬
щиеся массы от классовой борьбы.
Соединение рабочего движения с социализмом в России про¬
исходило в условиях, отличных от Западной Европы. В России
не было буржуазных свобод. Массовое рабочее социалистиче¬
ское движение развивалось в условиях господства царизма. Ког¬
да в стране нарастала демократическая революция, на Западе
существовало уже развитое рабочее социалистическое движение.
Первые русские марксисты утверждали, что самой передо¬
вой, массовой силой революции будет пролетариат. Но может ли
он превратиться в руководящую силу, в гегемона буржуазно¬
демократической революции? На это возглавляемые Г В. Пле¬
хановым русские марксисты 80-х — начала 90-х годов ясного
ответа не давали. Их оценки других классов, заинтересован¬
ных в буржуазной революции,— крестьянства, буржуазии —
были противоречивы.
Учение о гегемонии пролетариата России в революции, раз¬
витое В. И. Лениным, позволило точно определить классовую
позицию и место в ней буржуазии и крестьянства. В отличие
от западноевропейской, русская промышленная буржуазия не
имела революционного прошлого. Зависимая от царизма, напу¬
ганная первыми схватками с пролетариатом своей страны и
230

широким рабочим социалистическим движением на Западе, она
была неспособна к революционной борьбе с самодержавием. Что
касается крестьянства, то положение самого многочисленного
трудящегося класса России, жестоко эксплуатируемого помещи¬
ками, политически полностью бесправного, делало его союзни¬
ком пролетариата.
Для того чтобы обеспечить руководящую роль пролетариа¬
та в предстоящей революции, необходимо было прежде всего
внести социалистическое сознание в его среду. Задача соедине¬
ния научного социализма с рабочим движением была впер¬
вые, как отмечалось, поставлена группой «Освобождение труда»
еще в 80-х годах. Заслуга В. И. Ленина состояла в том, что
он первый указал на особенность соединения социализма с ра¬
бочим движением в России, где пропаганда социалистических
идей могла достичь успеха лишь при сочетании ее с пропа¬
гандой демократических идей, поскольку пролетариат был при¬
зван стать передовым борцом за демократический переворот, без
которого невозможна была борьба за социализм. В сочетании
социалистических и демократических задач пролетариата
В. И. Ленин видел главное условие успешного развития рабо¬
чего движения в России. Вооружение этими ленинскими идеями
деятелей рабочего движения определило дальнейшее направле¬
ние всего освободительного движения в России.
Исключительно важное значение для соединения российско¬
го рабочего движения с научным социализмом имела борьба
В. И. Ленина, русских революционных марксистов с так назы¬
ваемым «легальным марксизмом». Это течение русской обще¬
ственной мысли 90-х годов отражало идеологию той части ин¬
теллигенции, для которой разрыв с народничеством означал пе¬
реход от крестьянского социализма не к пролетарскому
социализму, а к буржуазному либерализму40.
Особая опасность этого течения для рабочего движения со¬
стояла в том, что это была первая попытка буржуазии под
флагом марксизма подчинить пролетариат своему идейному и
политическому влиянию.
Научному обоснованию идеи гегемонии пролетариата России
в буржуазно-демократической революции посвящены все основ¬
ные произведения В. И. Ленина 90-х годов, особенно книга
«Развитие капитализма в России» (1899). В этом громадном
исследовательском труде была доказана экономическая основа
руководящей роли пролетариата и то, что «его сила в истори¬
ческом движении неизмеримо более, чем его доля в общей массе
населения»41. Это было подтверждено всем развитием русской
революции.
40 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 16, стр. 96.
41 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 13.
231

Легальные марксисты, виднейшими представителями которых
были П. Б. Струве, М. И. Туган-Барановский, С. Н. Булгаков
и Н. А. Бердяев, отражая идеологию растущей буржуазии,
выступали против народничества с его теорией об особом эко¬
номическом пути развития России. В полемике с народниками
они также опирались на экономическую теорию К. Маркса. Но
революционную сущность марксизма — учения об исторической
роли пролетариата как передового борца за социализм, о про¬
летарской революции и диктатуре пролетариата — «легальные
марксисты» отбрасывали. Они признавали, по словам
В. И Ленина, марксизм, очищенный от всякой революционно¬
сти. Фактически они отстаивали гегемонию буржуазии в пред¬
стоящей революции.
Будучи известным этапом в развитии буржуазной идеологии,
«легальный марксизм», поскольку он прикрывал свою буржуаз¬
ную сущность марксистской фразеологией, был вместе с тем
проявлением ревизионизма, первой исторической формой соци¬
ал-демократического оппортунизма в России. Борьба В. И. Лени¬
на с «легальным марксизмом» имела значение не только для
развития рабочего социалистического движения в России. Стру-
визм был тем течением, которое до появления на Западе клас¬
сического социал-демократического оппортунизма в лице берн-
штейнианства стремилось ревизовать теорию научного социализ¬
ма. Борьба с ним В. И. Ленина имела международное значение.
«Литературные выступления русских марксистов,— писал
В. И. Ленин об этом периоде,— были непосредственным пред¬
шественником выступлений на борьбу пролетариата, знамени¬
тых петербургских стачек 1896 года, которые открыли эру не¬
уклонно поднимавшегося затем рабочего движения,— этого са¬
мого могучего фактора всей нашей революции» 42.
Образование петербургского «Союза борьбы»
К середине 90-х годов наиболее благоприятные условия для
соединения рабочего движения с социализмом сложились в Пе¬
тербурге. Рабочие столицы стояли во главе пролетарской борь¬
бы в России с начала ее зарождения. С середины 80-х годов
в их среде непрерывно велась пропаганда идей научного со¬
циализма.
Прибыв осенью 1893 г. в Петербург, В. И. Ленин застал
там разветвленную сеть рабочих кружков. Занятия в них ве¬
лись абстрактно, вне связи с практическими нуждами рабочих,
с конкретными задачами рабочего движения. «Вспоминая,— пи¬
шет Г. М. Кржижановский,— как терзали мы наших первых
друзей из рабочего класса «сюртуком» или «холстом» из первой
42 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 16, стр. 95.
232

главы «Капитала», я и по сие время чувствую угрызения со¬
вести» 43.
Под влиянием В. И. Ленина пропаганда идей научного со¬
циализма в кружках стала связываться с вопросами повседнев¬
ной жизни и борьбы рабочего класса. Деятели социал-демо¬
кратического движения были призваны не только уметь излагать
основы научного социализма, но и знать условия труда и быта
рабочих, их настроения и нужды, быть готовыми сформулиро¬
вать конкретные требования от лица рабочих того или иного
предприятия, уметь выбрать из занимающихся в кружках спо¬
собных рабочих агитаторов, организаторов стачек, людей, могу¬
щих улавливать настроения рабочих и вести их за собой.
В агитации, начатой зимой 1894—1895 гг. петербургскими
социал-демократами, много внимания уделялось «законным тре¬
бованиям», т. е. требованиям соблюдения капиталистами уже
существующих фабричных законов. Такая агитация придавала
рабочей массе, еще не обладавшей достаточным опытом органи¬
зованной сознательной борьбы, решимость отстаивать уже за¬
воеванные ею, хотя бы и мизерные уступки, отраженные в фаб¬
ричном законодательстве. Это с самого начала сталкивало ра¬
бочую массу не только с хозяевами, но и с царским прави¬
тельством, с его законами и политикой.
Непосредственная связь с рабочей массой вызвала ин¬
тенсивную подготовку активных деятелей движения из среды
самих рабочих. Более 200 молодых рабочих — цвет рабочей мо¬
лодежи Петербурга — стали участниками и организаторами ра¬
бочих кружков, районных групп, распространителями, а в ряде
случаев и составителями агитационных листков. Из петербург¬
ских рабочих, активно действовавших в то время, В. И. Ленин
назвал в первую очередь И. В. Бабушкина и В. А. Шелгунова.
Вступив на путь сознательной пролетарской борьбы с нача¬
ла 90-х годов в рабочем кружке, которым руководил В. И. Ленин,
молодой рабочий Бабушкин проявил себя способным учеником,
а вскоре сам повел революционную работу на Семянниковском
заводе, где работал слесарем, а также на Александровском и
Стекольном заводах Петербурга, где организовывал рабочие
кружки и подпольные библиотеки. Впоследствии он стал вид¬
ным участником созданного В. И. Лениным петербургского
«Союза борьбы за освобождение рабочего класса».
Большую роль в практическом осуществлении соединения
социализма с рабочим движением в 90-х годах играл Шелгу¬
нов. Начав свою революционную деятельность еще в середине
80-х годов, Шелгунов был первым рабочим Петербурга, с кото¬
рым познакомился В. И. Лепин по прибытии в столицу.
43 Г. М. Кржижановский, О Владимире Ильиче.— В сб. «Воспоминания о Вла*
димире Ильиче Ленине», т. I. М., 1956 стр. 150—151,
233

И. В. БАБУШКИН
Шелгунов активно участво¬
вал в создании и деятельности
петербургского «Союза борь¬
бы», в выпуске и распростране¬
нии листовок, в организации
рабочих кружков.
О рабочих, подобных Ба¬
бушкину и Шелгунову, В. И.
Ленин писал после первой рус¬
ской революции: «Это — люди,
которые не год и не два, а це¬
лые 10 лет перед революцией
посвятили себя целиком борьбе
за освобождение рабочего клас¬
са. Это — люди, которые не
растратили себя на бесполез¬
ные террористические пред¬
приятия одиночек, а действова¬
ли упорно, неуклонно среди
пролетарских масс, помогая
развитию их сознания, их ор¬
ганизации, их революционной
самодеятельности» 44.
Среди горячих энтузиастов рабочего дела был Б. И. Зи¬
новьев— 20-летний рабочий Путиловского завода, организа¬
тор революционной работы в Нарвско-Путиловском районе. Это
была на редкость одаренная натура, настоящий вожак рабочих,
прирожденный агитатор, умевший зажигать сердца остроумной
и темпераментной речью. Зиновьев, Бабушкин, Шелгунов были
наиболее деятельными, но не единственными рабочими — участ¬
никами перехода к массовой агитации. В марксистских круж¬
ках, на рабочих сходках, в распространении листовок «Союза
борьбы» выделялись рабочие Путиловского завода П. С. Гриба¬
кин, Д. С. Демичев, И. В. Ефремов, Н. Я. и К. Я. Ивановы,
Н. Е. Константинов, А. С. Мухин; Б. С. Жуков с Семянни-
ковского завода; М. И. Ильин с Балтийского завода; В. А. Кня¬
зев и Н. Е. Меркулов с Ново-Адмиралтейского завода;
П. К. Давыдов с Обуховского завода; М. А. Кирилов, М. Л. Ру¬
даков, А. И. Смирнов, А. С. Шаповалов с Александровского
завода.
Это был новый тип рабочего социал-демократа, организато¬
ра масс, рожденного новым этапом пролетарского движения.
Именно появление таких передовых рабочих сделало возможным
создание прочной связи социал-демократии с рабочей массой.
С их помощью В. И. Ленин и его единомышленники стали
44 В, И, Ленин. Полн. собр. соч., т. 20, стр. 82.
234

практически осуществлять переход к массовой агитации среди
рабочего класса.
Перестройка работы кружков и переход к широкой агита¬
ции вызвали необходимость централизации руководства всей
деятельностью в рабочей массе. Старая структура социал-де¬
мократических групп периода пропаганды в кружках себя ис¬
черпала.
В 1894—1895 гг. сложилось основное ядро петербургской
организации, принявшей позднее название «Союза борьбы за
освобождение рабочего класса». Организация состояла из сле¬
дующих звеньев: центральная группа, три районных группы и
кружки. В центральную группу (комитет) входила руководящая
«тройка»: В. И. Ленин, Г. М. Кржижановский и В. В. Стар¬
ков. Новое звено — районные группы — возглавлялись районны¬
ми организаторами. Ими были в разное время рабочие Пути-
ловского завода Б. И. Зиновьев, Н. Я. Иванов, И. И. Яков¬
лев; И. И. Кейзер с Ижорского завода, В. А. Шелгунов с
Обуховского завода; организатором за Невской заставой был
И. В. Бабушкин. Видными деятелями петербургского «Союза
борьбы» были молодые учительницы Н. К. Крупская и 3. П. Нев¬
зорова, студенты А. А. Ванеев, П. К- Запорожец, С. И. Рад¬
ченко, М. А. Сильвин, Ю. О. Мартов.
Неуклонный рост рабочего движения отразился на петер¬
бургской группе народовольцев. По инициативе В. И. Ленина и
его единомышленников споры с народниками были перенесены
из интеллигентской среды в рабочую. Рабочие — участники марк¬
систских кружков — принимали живое участие в этих спорах.
В результате петербургская группа народовольцев распалась,
а некоторые из ее участников перешли на позиции марксизма.
Зимой 1894 г. «Союз борьбы» в связи с волнениями на Се-
мянниковском (Невском) механическом заводе, вызванными за¬
держкой выдачи заработной платы накануне рождества, выпу¬
стил листовку45. Листовка была написана В. И. Лениным при
участии работавшего на Семянниковском заводе И. В. Бабуш¬
кина.
К рабочим Семянниковского завода «Союз борьбы» вновь
обратился в январе 1895 г. Написанная в связи с возникшей
там стачкой листовка призывала рабочих к организованной
борьбе с капиталистами, указывая: «Заводчики и полиция и
вся государственная власть — все они заодно»46. Так с самого
начала агитация «Союза борьбы» характеризовалась сочетани¬
ем призыва к борьбе против капиталистической эксплуатации с
обличением самодержавного строя.
45 Об этой стачке см.: «Воспоминания Ивана Васильевича Бабушкина»,
стр. 67—74.
46 «Листовки Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего клас¬
са». 1895—1897». М., 1934, стр. 1.
235

Иногда рабочие — члены «Союза борьбы» — сами являлись
инициаторами проведения стачек. В июле 1895 г. путиловец
Зиновьев выступил как организатор стачки рабочих в стале¬
прокатной мастерской этого завода, предварительно проведя
агитационную работу. Но это были пока еще единичные слу¬
чаи связи «Союза борьбы» с рабочим движением.
Осенью 1895 г. рабочее движение в Петербурге усили¬
лось, На суконной фабрике Торнтона и табачной фабрике Ла-
ферм вспыхнули стачки, вызванные снижением расценок и тя¬
желыми условиями труда. «Союз борьбы» ознакомился с поло¬
жением рабочих на этих предприятиях и выпустил две листовки
к рабочим фабрики Торнтона и одну листовку к работницам
фабрики Лаферм. Популярность «Союза борьбы» быстро росла.
О его прокламациях и листовках заговорили повсюду — на фаб¬
риках и заводах, в рабочих кварталах, в особняках петербург¬
ской знати, в редакциях легальных газет и журналов, в высших
правительственных сферах. Массовые выступления рабочих, ко¬
торые в конце 1894 — начала 1895 г. носили стихийный харак¬
тер, теперь направлялись в русло организованной борьбы. На¬
пуганное невиданным размахом деятельности социал-демокра¬
тов и подъемом стачечного движения, царское правительство
обрушило новую волну репрессий на борцов за рабочее дело.
В декабре 1895 г. были арестованы В. И. Ленин и другие
деятели «Союза борьбы». Это нанесло сильный удар по рабо¬
чему движению Петербурга. Правительство оказалось, однако,
бессильным остановить начавшийся подъем пролетарской
борьбы.
ПОДЪЕМ МАССОВОГО РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ
Петербургская «промышленная война»
Успешные стачки в столице и широкое распространение аги¬
тационных листовок способствовали подъему настроения рабо¬
чей массы, росту уверенности в своих силах и действенности
организованных выступлений. На борьбу за улучшение условий
труда и быта поднимались широкие массы столичных рабочих.
В феврале 1896 г. вновь возникло брожение на фабрике Ла¬
ферм. «Союз борьбы» воспользовался этим, чтобы вовлечь в
движение рабочих всех табачных фабрик столицы. Изданный
«Союзом» листок «Ко всем петербургским папиросницам» полу¬
чил широкое распространение, вызвал в этой отсталой, за¬
битой массе разговоры о «Союзе борьбы», новые запросы и
интересы 47. Еще большее впечатление произвела первомайская
47 М. А. Сильвин. Ленин в период зарождения партии. Л., 1958, стр. 136.
236

листовка 1896 г., впервые объяснившая значение международ¬
ного дня пролетарской солидарности.
Непосредственным поводом к стачке петербургских текстиль¬
щиков в мае 1896 г. послужили так называемые «коронаци¬
онные дни». Фабриканты, показывая свой «патриотизм» в связи
с коронацией Николая II, объявили три дня праздничными,
закрыв на это время предприятия без оплаты рабочим. Это
вызвало брожение среди низко оплачиваемых текстильщиков.
Первыми прекратили работу, требуя уплаты за эти дни, моло^
дые рабочие — подручные Калинкинской (Российской) бумаго¬
прядильной фабрики. Фабриканты отвергли их требование. Воз¬
мущенные рабочие бросили работу. Быстрота, с которой рас¬
пространилась стачка (с 23 по 31 мая ею были охвачены почти
все текстильные фабрики Петербурга, до 30 тыс. рабочих), и ор¬
ганизованность рабочих явились для всех неожиданностью.
«Хотя замечались признаки пробуждения сознательности рабо¬
чих,— писал участник движения А. С. Шаповалов,— увеличи¬
лось требование на листки, на фабриках усилилось недоволь¬
ство, однако никто не предполагал, что ткачи и прядильщики
окажутся способными проявить такую выдержанность и стой¬
кость, какая необходима для проведения массовой стачки. Зна¬
комые мои прядильщики и ткачи уверяли, что у забастовщи¬
ков есть свой подпольный стачечный совет представителей от
фабрик, который организовал и объявил забастовку» 48.
На следующий же день после начала стачки, 24 мая, «Союз
борьбы» выпустил листовку «К рабочим Калинкинской бумаго-
прядильни», в которой формулировались требования рабочих49.
30 мая в Екатерингофском парке состоялось организованное
«Союзом» собрание более ста представителей от бастующих фаб¬
рик. Такое собрание было для царского Петербурга, да и для всей
России, совершенно необычным явлением. Выработанные на нем
требования, из которых главным было сокращение рабочего дня
до 10V2 часов, составили содержание листка «Союза борьбы»
«Чего требуют рабочие петербургских бумагопрядилен?»50
В начале июня сходки рабочих становятся все более часты¬
ми. Рабочие собирались в Петергофском парке, на Волковом
кладбище, на Смоленском поле. Возникая вначале стихийно,
в ходе стачек, они стали затем заранее намечаться как форма
организации рабочих.
«Союз борьбы» пытался превратить стачку текстильщиков
в общую стачку петербургского пролетариата. Он обратился с
листовками «Ко всем рабочим Петербурга», «Ко всем рабочим
48 А. С. Шаповалов. По дороге к марксизму. М., 1922, стр. 78.
49 Ф. М. Суслова. Петербургские стачки 1895—1897 гг. и их влияние на раз¬
витие массового рабочего движения.— В сб. «История рабочего класса Ле¬
нинграда», вып. II. Л., 1963, стр. 67.
50 «Рабочее движение в России в XIX в.», т. IV, ч. 1. М., 1961, стр. 219—220.
237

петербургских заводов». В ответ на эти обращения на некото¬
рых механических предприятиях начались волнения и частич¬
ные стачки. Среди металлистов и рабочих других профессий
шли сборы средств в пользу стачечников. Но привлечь к уча¬
стию в стачке широкие массы металлистов не удалось. Ос¬
новное требование текстильщиков — сокращение рабочего дня
до IOV2 часов — не могло заинтересовать металлистов. В ряде
случаев они уже требовали введения 8-часового рабочего дня.
Другие категории рабочих (пищевики, кожевники), еще слабо
затронутые агитацией, не были готовы к борьбе. В начале июня
отдельные группы текстильщиков под давлением нужды стали
колебаться. Средства, собранные «Союзом борьбы» и присланные
из других мест, были недостаточны. «Будь у нас хлеб,— го¬
ворил один рабочий,— мы не прекратили бы стачки». Стачка
продолжалась более трех недель, с 23 мая по 18 июня 1896 г.51
Как только кончилась стачка, правительство начало массо¬
вую «чистку» на фабриках и заводах. До тысячи рабочих было
уволено или выслано из Петербурга. Впервые среди арестован¬
ных были уже не единицы, а десятки рабочих-социалистов, ак¬
тивных участников «Союза борьбы», организаторов рабочих
кружков. Именно их энергии летняя стачка обязана своим раз¬
махом. В распространении литературы и в сходках деятельное
участие приняли А. С. Шаповалов, Н. Я. Иванов, Ф. Г. Га¬
лактионов, М. Л. Рудаков, М. М. Фельдшеров. Рабочий
В. А. Щеглов написанной им самим листовкой содействовал
присоединению к стачке Петровской и Спасской мануфактур —
самых крупных фабрик Невского района. Рабочий А. О. Коро¬
лев выступал на рабочих сходках с политическими речами,
призывая стачечников к стойкой борьбе 52.
Активно помогали в организации стачечной борьбы члены
«Союза борьбы» интеллигенты С. И. Радченко, Н. К. Крупская,
М. А. Сильвин, Ф. В, Ленгник, Л. К. Мартенс, Б. И. Горев.
«Союз борьбы» подвел итог стачечному движению лета 1896 г.
в листовке «К царскому правительству», написанной В. И. Ле¬
ниным в тюрьме. Главное внимание рабочих в ней обращалось
на политическое значение стачек, на политику царского прави¬
тельства по отношению к рабочему движению.
Летняя стачка петербургских текстильщиков вызвала живой
отклик по всей стране и за рубежом. Рабочие Москвы, Иваново-
Вознесенска, Нижнего Новгорода, Костромы, Киева, Вильно,
Риги и других городов откликнулись стачками солидарности
с рабочими Петербурга. Петербургская стачка были крупней¬
шей вехой рабочего движения России в XIX в.
51 К. М. Тахтарев. Очерк петербургского рабочего движения 90-х годов. Пг.,
1921, стр. 56.
52 Ф. М. Суслова. Указ, соч., стр. 71.
238

В начале 1897 г. петербургские рабочие вновь поднялись
на борьбу. На этот раз вместе с текстильщиками выступили
и металлисты.
1 января по всем районам столицы распространялось об¬
ращение «Союза борьбы» «К рабочим петербургских бумаго¬
прядильных и ткацких фабрик» 53. «Союз» напоминал, что хотя
после летней стачки прошло полгода, правительство не вы¬
полняет обещания сократить рабочий день. Он призывал рабо¬
чих к продолжению борьбы, указывал на громадную силу ор¬
ганизованных выступлений, обращал внимание на необходимость
добиться права стачек. «На Западе,— говорилось в листовке,—
рабочие тоже не имели ранее никаких прав, но долгой и упор¬
ной борьбой они добились 10-ти и даже 8-ми часового рабо¬
чего дня, а в некоторых странах они добились участия в со¬
ставлении законов» 54 55.
2 января рабочие Петровской и Спасской ткацко-пря¬
дильных мануфактур объявили забастовку, требуя сокращения
рабочего дня до IOV2 часов и повышения расценок. Через два
дня прекратили работу около 4 тыс. рабочих Александровского
механического завода, также требуя сокращения рабочего дня.
Назревала новая стачка. Чтобы избежать ее, 7 января пе¬
тербургские текстильные фабриканты объявили, не дожидаясь
издания общего закона, о введении с 16 апреля 11 72-часового
рабочего дня. Это не удовлетворило рабочих. Стачки охватили
многие фабрики и заводы Петербурга.
9—10 января состоялись собрания представителей рабочих
текстильных предприятий, где они условились требовать неза¬
медлительного введения сокращенного рабочего дня или допол¬
нительной оплаты за лишнее время сверх 1072 час. Однако
рабочие не имели материальных средств для борьбы, действо¬
вали не единодушно, допускали, как это было на Екатерин-
гофской мануфактуре, эксцессы, выразившиеся в поломке машин,
и не смогли добиться существенных уступок со стороны фаб¬
рикантов
Под влиянием выступления петербургских рабочих усили¬
лась борьба и в других промышленных центрах страны. Со¬
кращение рабочего дня стало всеобщим требованием рабочих
России. Длившаяся почти год упорная борьба рабочих Петер¬
бурга была по своему характеру революционной борьбой. Дея¬
тельность ленинского «Союза борьбы» и выступление петербург¬
ских рабочих дали лучший для того времени образец установ¬
ления связи с рабочей массой и руководства ею. Они оказали
53 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 542—546.
54 Там же. Имелось в виду завоевание всеобщего избирательного права и
участие представителей рабочего класса в парламенте Англии и Германии.
55 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 565—566.
239

заметное влияние на дальнейшее развитие рабочего движения
во всей стране.
Петербургские стачки вдохнули новые силы в социал-де¬
мократическое движение России. Они убедительнее всего де¬
монстрировали несостоятельность народнической доктрины со¬
циализма и правоту взглядов русских марксистов на задачи
революционного движения. Выступление питерских рабочих по¬
казало, какие еще непочатые силы таит в себе пролетариат
России, какие широкие перспективы открывает рабочее движе¬
ние перед социал-демократией, перед всеми противниками цар¬
ского самодержавия. Стало очевидным, что главную роль в
революционном движении играет пролетариат. Петербургские
стачки 1895—1897 гг. знаменовали начало нового, пролетарского
периода освободительного движения в России.
Рабочее движение в Центрально-промышленном районе
В такой необъятной стране, как Россия с ее различными
по уровню социально-экономического развития районами, рабо¬
чее и социал-демократическое движение не могло развиваться
равномерно. Но тенденция к их слиянию, подготовленная всем
предшествующим революционным движением, развитием проле¬
тарской борьбы и пропагандой идей научного социализма, была
всеобщей.
К концу XIX в. Москва стала крупнейшим железнодорож¬
ным узлом страны, в связи с чем больший удельный вес в
пролетарском движении приобрели рабочие-железнодорожники.
Но основную массу стачечников по-прежнему составляли рабо¬
чие-текстильщики. Вместе с тем участились забастовки рабо¬
чих машиностроительных заводов.
Первую попытку обращения к раоочей массе Москвы сде¬
лала социал-демократическая группа «Рабочий союз» весной
1894 г. В выпущенных листках — «Разговор двух фабрикан¬
тов» и «Столковались три фабричных инспектора» — кратко и
популярно излагалась суть капиталистической эксплуатации и
задачи классовой борьбы пролетариата. В 1895 г. была впер¬
вые издана первомайская листовка, призывавшая объединяться
вокруг «Рабочего союза».
Первые листовки московского «Рабочего союза» носили об¬
щий пропагандистский характер; связи с конкретными требова¬
ниями рабочих в них еще не было. Они отражали постепен¬
ный переход от пропаганды в кружках «избранных» к пропа¬
гандистским листкам и брошюрам, рассчитанным па более
широкий круг рабочих. Переход к массовой агитации на почве
конкретных требований наступил в 1896 г. под влиянием летне¬
го выступления петербургского пролетариата.
240

В Москве и Московской губ. в 1895 г. прошел ряд стачек
на крупных предприятиях: на шерстопрядильной фабрике Дю-
фермантеля, на ткацкой фабрике Занегина, Прохоровской ману¬
фактуре, чаеразвесочной фабрике Попова, на бумагопрядиль¬
ной фабрике Мазурина, Реутовской и Зуевской мануфактурах.
Основной причиной стачек было недовольство рабочих расцен¬
ками и низкой заработной платой. Однако стачки 1895 г. в Мос¬
кве прошли вне влияния социал-демократической организации.
В следующем, 1896 г., несмотря на попытки московского
«Рабочего союза» поднять рабочих на борьбу, широкого движе¬
ния организовать не удалось. 16-го и 23 июня состоялись
сходки, на которых обсуждался вопрос, чем Москва может под¬
держать петербургских рабочих. Было решено начать подготов¬
ку стачки5б. Мелкими уступками и, главное, репрессиями и
арестами наиболее активных рабочих буржуазии и властям уда¬
лось предотвратить ее. Только в железнодорожных мастерских
Московско-Курской железной дороги и на машиностроительном
заводе «Перенуд» в начале июля прошли кратковременные стач¬
ки с требованием оплаты за коронационные дни и повыше¬
ния расценок, а в декабре — на машиностроительном заводе
Бромлея под лозунгом борьбы за сокращение рабочего дня.
Начало 1897 г. в Москве и Московской губ. ознаменова¬
лось рядом стачек. На машиностроительном заводе «Добров и
Набгольц» рабочие выдвинули требование сокращения рабоче¬
го дня и выдачи заработной платы не менее двух раз в месяц.
Выступления рабочих текстильных предприятий (мануфактуры
Коншина — в январе, Рябковской мануфактуры — в мае и июле,
фабрики Моргунова — в июне) были вызваны низкими рас¬
ценками.
В ходе этих стачек крепли связи «Рабочего союза» с рабо¬
чими массами. К лету 1896 г. московские социал-демократы
установили связи с 55 заводами и фабриками. Наладились кон¬
такты с социал-демократическими организациями Иваново-Воз¬
несенска, Нижнего Новгорода, Костромы, Тулы. Особенно тес¬
ной была связь с рабочими Иваново-Вознесенска — «Русским
Манчестером», как тогда нередко называли этот крупнейший
центр текстильной промышленности России.
Стачки рабочих еще в 70—80-х годах стали обычным яв¬
лением в жизни этого центра. К середине 90-х годов здесь
сложилась социал-демократическая группа, в состав которой
вошли местные передовые рабочие. 30 апреля 1895 г. за горо¬
дом, втайне от шпиков и полиции, состоялась первая маевка,
на которой присутствовало 30 человек. Во время маевки по
инициативе рабочего социал-демократа К. Н. Отрокова рабочие
56 Там же, стр. 404—406.
241

кружки объединились в «Иваново-Вознесенский рабочий союз».
Устав «Союза» — «Практическое обоснование рабочего дви¬
жения, выработанное согласно с условиями данного момента» —
так определил конечную цель движения: «А. Конечная задача
союзов: 1) отнять накопленный труд из рук частных лиц и
сделать его собственностью общества, 2) выработать способ
пользования этим сокровищем»57. Для достижения этой цели
предусматривалось объединение рабочих кружков в местные
союзы, а этих последних — в рабочую партию. Авторы устава,
местные социал-демократы, еще не имели ясного представле¬
ния о различии задач и характера деятельности профессио¬
нальной и партийной организаций. Рабочие союзы, по их мыс¬
ли, выполняют задачи профессиональных союзов, вместе с тем
они подготавливают рабочих к объединению в рабочую партию.
Устав формулировал следующие требования, предъявляемые
правительству: «1) Признание законом рабочих союзов, касс,
библиотек, без контроля правительственных чиновников; 2) До¬
зволение рабочим совещаться о своих делах и бороться с фаб¬
рикантами путем стачек; 3) Неприкосновенность без суда лич¬
ности рабочего и всякого члена государства; 4) Установление
законом 8-часового рабочего дня; 5) Полнейшая свобода слова
и печати; 6) Контроль над фабричными работами». Исполне¬
ние этих требований даст рабочим такую силу, отмечалось в
уставе, «для которой изменить существующий строй на нача¬
лах братского труда будет возможно без пролития крови»58.
Нетрудно заметить, что устав «Иваново-Вознесенского рабо¬
чего союза» отражал идейно-политическую незрелость и «ку¬
старничество», характерные для некоторых социал-демократиче¬
ских организаций 90-х годов. Тем не менее после образования
«Рабочего союза» деятельность иваново-вознесенских социал-
демократов стала более планомерной.
В 1895 г. прошли крупные стачки в Тейкове и Иваново-
Вознесенске, в 1896 г.— в Коврове, в 1897 г.— в ряде других
фабричных местностей. Стачки проходили бурно, особенно в
Тейкове, сопровождаясь столкновениями с полицией и войсками.
Некоторые из них были длительными: так, стачка на бумагопря¬
дильной мануфактуре Каретниковых (Тейково) продолжа¬
лась с 5 по 12 мая 1895 г., на бумаготкацкой фабрике Ганду-
'риных в Иваново-Вознесенске — с 7 по 13 июня, на Ивано¬
во-Вознесенской мануфактуре — с 4 по 18 октября. В 1896 г.
стачка на бумаготкацкой фабрике Треумова в Коврове происхо¬
дила с 3 по 13 октября. Основным поводом для выступления
рабочих было недовольство низкими расценками и тяжелыми
57 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 122.
58 Там же, стр. 123—124.
242

условиями труда, а в одном случае они добивались сокраще¬
ния рабочего дня.
Брожение среди рабочих усиливалось вестями о петербург¬
ской и московских стачках, а также в связи с оживлением дея¬
тельности «Иваново-Вознесенского рабочего союза». Этому со¬
действовало прибытие в Иваново-Вознесенск выдающегося ра¬
бочего социал-демократа Ф. А. Афанасьева — пионера рабочего
движения Петербурга 80-х — начала 90-х годов, а также вовле¬
чение в организацию нового пополнения рабочей молодежи.
В конце 1897 — начале 1898 г. на почве применения закона
2 июня 1897 г. в Иваново-Вознесенске произошло крупнейшее
после петербургских стачек выступление рабочих. Стачка нача¬
лась 23 декабря на фабрике Гарел ина, а к 30 декабря остано¬
вились почти все крупные предприятия города. 15-тысячная
армия забастовщиков единодушно выдвинула следующие требо¬
вания: восстановление прежнего числа праздничных дней; окон¬
чание работ накануне всех праздников в 18 час. вместо 22 час.;
освобождение арестованных во время стачки товарищей; выда¬
ча зарплаты за все время стачки; освобождение женщин на
месяц от работы во время родов с выдачей пособия в 8 руб.
из штрафного капитала.
Слух об общей стачке распространился по всей округе. За¬
волновались рабочие Шуи, Тейково, Кохмы. Иваново-Возне¬
сенск принял вид военного лагеря. По улицам шагали патрули
солдат и казаков. У ворот всех фабрик и заводов стояли ка¬
раулы. Полиция шныряла в толпе рабочих, отмечая тех, в ком
подозревала участников рабочих кружков.
Большую работу вели участники «Иваново-Вознесенского
рабочего союза». Они устраивали сходки стачечников, добива¬
лись единства требований рабочих всех бастующих предприя¬
тий, поддерживали в стачечниках дух борьбы, обращаясь к
ним, за неимением печатных средств, с рукописными воззва¬
ниями.
Фабриканты и местные власти пытались сломить сопротив¬
ление бастующих. 2 января 1898 г. предприниматели начали
рассчитывать рабочих и выселять их с семьями из фабричных
казарм. Часть рабочих, не выдержав крайне обострившейся
нужды, с 8 января приступила к работе, но большинство про¬
должало стачку. Фабриканты пошли на уступки; восстановили
прежнее число праздничных дней, сократили на некоторых пред¬
приятиях рабочее время накануне праздников, удовлетворили
ряд мелких требований.
Стачка сплотила рабочих, вселила в них уверенность в свои
силы. Вырос престиж «Рабочего союза», увеличилось доверие
масс к социал-демократам. Шире стал круг рабочих социал-
демократов. «После великой С.-Петербургской стачки, 3-недель¬
ная Иваново-Вознесенская займет, несомненно, почетное место
243

в истории русского рабочего движения»,— так характеризовала
эту стачку местная социал-демократическая группа 59.
В январе того же 1898 г. в связи с введением нового рас¬
порядка работы применительно к закону от 2 июня 1897 г.
прошли стачки в Судогде на прядильной фабрике Голубева,
на красильно-набивной фабрике Рубачевых в Шуе, на ткацкой
фабрике Пашкова и прядильной фабрике Балина в с. Юже 60.
В конце 1894 г. в Нижнем Новгороде произошли волнения
и стачки на Сормовском и других заводах. В связи с этим
местные социал-демократы впервые обратились к рабочим с ли¬
стовками. В этих листовках указывалось на допускаемые пред¬
принимателями злоупотребления при наложении штрафов и со¬
держался призыв бороться с этим61.
Все же случаи обращения социал-демократов к рабочей мас¬
се были редкими. С 1896 г. под влиянием петербургских ста¬
чек и деятельности петербургского «Союза борьбы» и москов¬
ского «Рабочего союза» агитация в рабочей массе стала и здесь
непрерывной. Большую роль наряду с социал-демократической
интеллигенцией играли члены рабочих кружков первые рабо¬
чие — социал-демократы. Рабочие Я. С. Пятибратов, А. И. Бро¬
нин, В. Ф. Шишкин, И. М. Любимцев, Н. С. Лукомский
«...представляя собой сознательных членов кружка,— писали
жандармы,— они путем бесед о положении рабочего и раздачи
для чтения запрещенных книг привлекали к участию в кружке
новых лиц, которые распространяли на заводах воззвания, хра¬
нили нелегальную литературу, доставляли сведения об усло¬
виях заводской и фабричной работы и предоставляли свои квар¬
тиры для сходок и сборищ главных кружковых деятелей»62.
Первая дошедшая до нас листовка, составленная видным
деятелем нижегородской социал-демократической организации
А. С. Розановым, обращалась к рабочим машиностроительного
завода «Добров и Набгольц». Используя брожение среди рабо¬
чих в связи с притеснениями администрацией завода, социал-
демократы горячо призывали к объединению сил, к организо¬
ванной борьбе. По содержанию нижегородская листовка очень
сходна с первыми агитационными листками московского «Ра¬
бочего союза».
В начале апреля начались волнения рабочих машинострои¬
тельного завода Курбатова из-за удержания администрацией
части их заработка. Депутаты рабочих не были достаточно тре¬
бовательны в переговорах с администрацией. Выводы из этого
Нижегородская социал-демократическая организация сделала в
59 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2. М., 1963, стр. 122.
60 Там же, стр. 90—104.
61 Там же, стр. 478.
62 Там же, ч. 1, стр. 478—479.
244

листовке «К рабочим завода Курбатова». «Мы просили — ив
этом была наша ошибка, мы должны были требовать. Пока
рабочие будут просить, ничего, кроме оскорблений, они не полу¬
чат...». Требовать же рабочие смогут,— говорилось далее,— ког¬
да они станут силой, а чтобы стать силой, необходимо объеди¬
ниться в один «братский рабочий союз. Итак, да здравствует
«Рабочий союз»»63.
1 Мая 1896 г. было отмечено листовкой «Всем рабочим Ниж¬
него Новгорода». Политический характер носит и другая ли¬
стовка, изданная в конце июля в связи с арестами местных
социал-демократов, среди которых было много рабочих. «Может
быть, вы думали раньше,— говорится в этой листовке,— что у
нас только один враг — хозяева? Так знайте теперь, что за
этим врагом стоит еще другой, который помогает ему бороть¬
ся с нами,— это правительство. И нам предстоит теперь борь¬
ба с обоими врагами»64.
Листовка призывала рабочих к объединению в «Рабочий
союз» для борьбы за свои интересы. Призыв к образованию
«Рабочих союзов» был общим для социал-демократических ор¬
ганизаций России середины 90-х годов. Не всегда, однако, было
ясно: призывают ли авторы листовок к созданию тайных ра¬
бочих профессиональных союзов или нелегальной рабочей пар¬
тийной организации. Листовки Нижегородской организации так¬
же страдали этим недостатком.
На летнюю стачку петербургских ткачей 1896 г. местные
социал-демократы откликнулись листовкой «Письмо к нижего¬
родским рабочим». Разъясняя значение петербургской стачки,
авторы призывали последовать примеру петербургского проле¬
тариата и вступить на путь организованной классовой борьбы 65.
Рабочее движение Костромы также испытало влияние стач¬
ки петербургских текстильщиков. Осенью 1896 г. забастовали
ткачи фабрики братьев Зотовых, предъявив требования о сокра¬
щении рабочего дня до десяти часов, уравнении зимнего и лет¬
него заработка, плате за действительно вытканное количество
полотна, уменьшении штрафов.
Угрозы фабричного инспектора и прибывших с ним поли¬
цейских не испугали рабочих. Когда полицмейстер заявил, что
если рабочим не выгодно работать, они могут уйти с фабрики
и искать себе лучших условий, из толпы вышел рабочий и ска¬
зал: «Уйти, г-н полицмейстер? Уйти после того, как мы растра¬
тили здесь свои силы, сгубили все свое здоровье? Уйти чуть не
нищими, без копейки денег и с голодной семьей на руках?
Куда нам идти?» На реплику полицмейстера: «Ну, здесь, видно,
63 Там же, стр. 467—468.
64 Там же, стр. 472.
65 Там же, стр. 473—475.
245

петербургские агитаторы действовали», рабочий ответил: «Нет,
г-н полицмейстер, не петербургские агитаторы, а голод нас
гонит на это дело. Если бы вы зашли ко мне на квартиру
да увидели в какой грязи и вони живу я с семейством из че¬
тырех маленьких ребятишек да жены, беременной пятым, не
сказали бы этого»66.
На помощь рабочим Костромы пришли петербургский «Союз
борьбы» и московский «Рабочий союз». В пользу стачечников
поступила значительная по тому времени сумма денег от раз¬
ных организаций. Это было яркое проявление роста классо¬
вой солидарности пролетариата России. Петербургский «Союз
борьбы» в листовке «К рабочим бумагопрядильной фабрики
Зотова в Костроме» писал: «Товарищи! Петербургская рабочая
организация «Союза борьбы за освобождение рабочего класса»,
считая стачку костромских рабочих делом всего рабочего клас¬
са, шлет вам первую помощь и предлагает дальнейшую под¬
держку» 67.
Стачка продолжалась две недели, после чего рабочие стали
постепенно приступать к работе. Несмотря на то, что главные
требования рабочих не были удовлетворены, все же стачка сыг¬
рала положительную роль. Все местные фабриканты были вы¬
нуждены пойти на некоторые уступки.
Длительные выступления рабочих на почве недовольства ус¬
ловиями труда и низкими расценками прошли и на бумаго¬
ткацкой фабрике Клементьевой в сельце Киселево Костромской
губ. (с 21 июня по 12 июля 1896 г.), на Волжской мануфак¬
туре в с. Наволоках (с 14 мая по И июня 1897 г.), на бумаго¬
ткацкой фабрике Горбунова в сельце Киселево (с 3 по 17 июня
того же года). В Тверской губ. в январе 1897 г. забастовали
рабочие прядильной фабрики «Тоболка» (Вышний Волочек),
в июне — Тверской мануфактуры Морозовой и Рождественской
мануфактуры Берга в Твери.
В Ярославле весной 1895 г. бастовали рабочие одной из
крупнейших текстильных фабрик России — Большой Ярослав¬
ской мануфактуры, где было занято 42 тыс. человек, из кото¬
рых почти половину составляли женщины и подростки. Стачка
была вызвана снижением расценок, произвольными штрафами
и грубым обращением фабричной администрации. В ходе этой
стихийно возникшей стачки выдвинулись вожаки, стойко отстаи¬
вавшие требования рабочих. Для подавления стачки власти на¬
правили солдат Фанагорийского полка. Расстрел стачечников
получил «высочайшее» одобрение в известной фразе Нико¬
лая II: «Спасибо, молодцы фанагорийцы».
Рабочее движение в Центральном районе приобрело в 1895 —
66 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2. М., 1963, стр. 456—457.
67 Там же, стр. 454.
246

1897 гг. наиболее широкий размах за весь период, начиная
от знаменитых стачек середины 80-х годов до первой русской
революции. За эти три года в районе произошло 212 выступ¬
лений рабочих, из них 159 стачек68. Рабочая сходка по не¬
скольку десятков, а иногда сотен рабочих, первомайские стач¬
ки и собрания становились и здесь, как в Петербургском райо¬
не и Польше, обычным явлением.
Борьба рабочих на Украине и в Закавказье
Быстрое развитие капиталистической промышленности на
Юге России сопровождалось дальнейшим расширением классо¬
вой борьбы.
Число стачек и волнений на Украине в 1895—1897 гг., по
сравнению с предшествующим трехлетием, выросло почти в
3 раза. В стачки и иные формы пролетарской борьбы вовлека¬
лись все новые массы рабочих. Впереди по размаху движе¬
ния, по числу наиболее крупных выступлений шли рабочие ме¬
таллургической, машиностроительной и угольной промыш¬
ленности.
Большинство выступлений рабочих Украины было вызвано
требованием повысить заработную плату. Острые конфликты
происходили также в связи с требованием сокращения рабоче¬
го дня. Рабочие, особенно шахтеры Донбасса, добивались улуч¬
шения условий труда и быта.
Подавляющее большинство выступлений продолжало проис¬
ходить вне влияния социал-демократических организаций, ко¬
торые во многих местах только складывались. Движение рабо¬
чих носило еще преимущественно стихийный характер. В круп¬
ных же городах социал-демократические организации по примеру
петербургского «Союза борьбы» начали руководить массовым
движением пролетариата.
Главными очагами социал-демократической агитации на
Украине были Киев, Одесса, Екатеринослав. В Киеве, где зна¬
чительны были массы ремесленного пролетариата, рабочее дви¬
жение еще слабо давало себя знать. 1895 г. был отмечен
лишь волнениями в железнодорожных мастерских и стачкой
портных. И все же именно здесь социал-демократы впервые на
Украине перешли к массовой агитации. Их вдохновил та¬
лантливый рабочий социал-демократ Ю. Мельников. «Лучше
поднять массу на один дюйм, чем одного человека на второй
этаж»69,— так отвечал он ревнителям кружковой пропаганды.
68 Подсчет стачек и других форм выступлений рабочих по Центрально-про¬
мышленному и другим районам сделан нами по «Хронике рабочего дви¬
жения».— В сб. «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2.
69 «Очерки истории Коммунистической партии Украины». Киев, 1961, стр. 34.
247

Б. Л. ЭЙДЕЛЬМАН
Созданная по его инициа¬
тиве социал-демократическая
группа «Рабочее дело» издала
в январе 1896 г., во время стач¬
ки в пароходных мастерских,
листовку, призывая рабочих
города объединиться для борь¬
бы за лучшую жизнь. Вслед
затем группа издала еще не¬
сколько листовок70.
В марте 1897 г. на город¬
ской конференции социал-де¬
мократические группы и круж¬
ки объединились в единый
централизованный киевский
«Союз борьбы за освобожде¬
ние рабочего класса», ставший
самой значительной организа¬
цией после петербургского и
московского «Союзов борьбы».
Киевский «Союз» горячо
откликался на события в жиз¬
ни рабочих города и всей России и оказывал всемерную помощь
рабочим в организации стачек. В своих листовках «Союз» зна¬
комил рабочих Киева с опытом борьбы петербургских рабочих
и по примеру петербургских социал-демократов звал рабочих к
организованной борьбе. Его представители Б. Л. Эйдельман,
С. В. Померанец и другие помогали рабочим разных предприя¬
тий формулировать конкретные требования, призывали к взаим¬
ной поддержке рабочих различных профессий, к общей борьбе,
к классовой солидарности. С 1896 по март 1898 г. киевские соци¬
ал-демократы издали около 40 листовок, три номера газеты
«Вперед»71. Листовки были основным видом литературы киев¬
ского «Союза борьбы». Они оказали влияние на рост и характер
рабочего движения Киева. Впереди по организованности и соз¬
нательности шли рабочие железнодорожных мастерских и маши¬
ностроительных заводов, которые были первыми участниками
первомайских стачек в этом городе (1897—1898 гг.).
В 4895—1897 гг. в Киевской губ. произошла 21 стачка ра¬
бочих, из них 19 — в Киеве. Подавляющая часть их состоя¬
лась на ремесленных и кустарных предприятиях. Ряд стачек
провели рабочие машиностроительных заводов. В большинстве
случаев требования рабочих касались заработной платы.
70 «Листовки революционных социал-демократических организаций Украины.
1896—1904 гг.» Киев, 1963, стр. 20—28.
71 Там же.
248

Крупнейшим центром рабочего движения на Юге России ё
90-х годах стала Екатеринославская губ. Здесь с необычайной
быстротой развивалась металлургическая промышленность. Воз¬
никли громадные заводы, множилось число рудников и шахт.
А вокруг них вырастали новые рабочие поселки и города. Мас¬
сы ищущих заработка, главным образом из центральных гу¬
берний, стекались в Екатеринослав и его окрестности. «Здесь,—
писали екатеринославские социал-демократы,— сталкиваясь ли¬
цом к лицу с крупным капиталом, они теряют свою заби¬
тость и духовное убожество, в котором их держала деревня,
постепенно проникаются общими интересами рабочего класса и
пополняют собою ряды борющегося пролетариата» 72.
В Екатеринославе и его окрестностях было занято до 25 тыс.
рабочих, преимущественно металлистов. До конца 1897 г. дви¬
жение носило стихийный характер. Совсем молодое, оно «еще
не успело создать передового слоя рабочей интеллигенции, ко¬
торый мог бы взять на себя организацию рабочей массы на
борьбу против эксплуататоров и руководительство этой
борьбой» 73.
В конце мая 1897 г. в железнодорожных мастерских Ека¬
теринослава произошла стачка рабочих в связи с задержкой
зарплаты. В ней участвовало 500 человек. Администрация вы¬
нуждена была уступить. Участие социал-демократического круж¬
ка в этой стачке — первая попытка связи местных марксистов
с рабочей массой.
С приездом в город в 1897 г. И. В. Бабушкина начался
новый этап в рабочем движении Екатеринослава. Прекрасный
организатор и отличный конспиратор, Бабушкин сплотил вокруг
себя группу рабочих, высланных сюда в административном по¬
рядке из центральной России, вовлек ее в организацию пере¬
довых рабочих. Среди этой группы был и Г. И. Петровский.
Усилиями Бабушкина и его единомышленников были орга¬
низованы рабочие кружки на крупнейших предприятиях Ека¬
теринослава, Нижнеднепровска, на Каменском заводе. В конце
1897 г., в результате объединения действовавших в Екатерино¬
славе социал-демократических групп и кружков, образовался
екатеринославский «Союз борьбы за освобождение рабочего
класса».
Систематическая социал-демократическая агитация в Екате¬
ринославе развернулась с начала 1898 г. Изданные «Союзом
борьбы» листовки к многотысячному коллективу рабочих Брян¬
ского завода, к рабочим железнодорожных мастерских, Камен¬
ского завода, завода Гентке и других напоминают листовки
петербургского «Союза борьбы». Понятным каждому рабочему
72 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 363.
73 Там же.
249

языком в них говорилось о тяжелой доле рабочих, их жесто*
кой эксплуатации капиталистами. «В общем,— вспоминал Ба¬
бушкин,— было что-то около восьми разных листков, и каждый
отражал всевозможные злоупотребления и беспощадное обира¬
ние рабочих на том заводе, куда попадал» 74.
Екатёринославский «Союз борьбы» оставил глубокий след
в истории пролетарской борьбы на Украине. Его деятельность
способствовала развитию рабочего движения и появлению со¬
циал-демократических групп в Донбассе — в Юзовке, Мариупо¬
ле, Алчевске.
В Донбассе в середине 90-х годов происходили частичные,
локальные и почти исключительно стихийные стачки. Возникали
они преимущественно на почве задержки зарплаты. Отдельные
выступления были вызваны требованием повышения заработка.
Большинство стачек не дало результатов.
Наиболее крупными выступлениями рабочих Донбасса в се¬
редине 90-х годов были стачки металлургов и шахтеров. В их
числе стачка 1700 рабочих на заводе «Никополь» в Мариуполе.
Стачка началась 1 мая 1896 г. Рабочие боролись за повышение
заработной (платы в летнее время. В течение четырех дней ра¬
бочие упорно добивались удовлетворения их требований. Ад¬
министрация вынуждена была уступить, и тогда 5 мая рабочие
приступили к работе 75.
На рудниках Донбасса наиболее крупным выступлением
была стачка 1500 рабочих шахт «Иван», «Сергей» и «Капи¬
тальная» Русско-Донецкого общества 5—6 июля 1897 г. В от¬
вет на требования рабочих повысить заработную плату и улуч¬
шить снабжение продуктами владельцы обратились к властям
с просьбой прислать войска, объявив стачку бунтом, так как
были разбиты несколько стекол. Стачка была подавлена. 22 ра¬
бочих были арестованы 76.
На отдельных предприятиях борьба рабочих за улучшение
условий труда приняла характер длительных выступлений. Так,
рабочие машиностроительного завода в г. Харькове забастовали
в ноябре 1896 г., выступив против увеличения рабочего дня.
Администрация ответила угрозой расчета рабочих. Но вопреки
ожиданиям хозяев все рабочие организованно явились за расче¬
том. Заводчики вынуждены были уступить и отказаться от уве¬
личения рабочего дня. Рабочие прекратили стачку, но в 1897 г.
вновь выступили против новой попытки увеличить рабочий день.
Несмотря на аресты активных участников стачки, рабочие не
согласились с требованием хозяев, и многие ушли с завода 77.
74 «Воспоминания Ивана Васильевича Бабушкина», стр. 106.
75 О. А. Парасунько. Положение и борьба рабочего класса Украины (60—
90-е годы XIX в.). Киев, 1963, стр. 472.
76 С. И. Потолов. Указ, соч., стр. 229—230.
77 О. А. Парасунько. Указ, соч., стр. 473—475.
250

В другом крупном городе Юга России, Одессе, рабочее и
социал-демократическое движение также характеризовалось ро¬
стом стачечной борьбы и первыми попытками слияния социа¬
лизма с рабочим движением. В 1895—1897 гг. произошли стач¬
ки рабочих, занятых на табачных фабриках, мельницах и кир¬
пичных заводах. Рабочие в большинстве случаев требовали по¬
вышения заработной платы и сокращения рабочего дня.
В 1896 г. рабочие социал-демократические кружки Одессы
объединились в «Южнорусский рабочий союз». Деятели «Сою¬
за» организовали сбор средств в пользу бастующих рабочих
Петербурга, распространяли листовки петербургского «Союза
борьбы», призывали одесских рабочих к поддержке грандиоз¬
ной стачки петербургских рабочих.
В листовке «Рабочий праздник 1 Мая» «Южно-русский ра¬
бочий союз» призывал пролетариат Одессы к организации своих
сил для завоевания политических прав и улучшения положе¬
ния рабочих. В канун нового, 1897 г. «Союз» издал листовку
«Ко всем рабочим и работницам», в которой призывал к спло¬
чению и решительной борьбе за дело рабочего класса. В нача¬
ле 1897 г. «Союз» был разгромлен местными властями78.
Рабочее движение на Украине в середине 90-х годов сде¬
лало, таким образом, шаг вперед, но оно носило еще пре¬
имущественно стихийный характер. Лишь в наиболее крупных
городах — Киеве, Екатеринославе, где имелись уже сравнитель¬
но устойчивые социал-демократические организации, было поло¬
жено начало организованной и сознательной борьбе пролета¬
риата.
В Закавказье середина 90-х годов XIX в. была отмечена
подъемом стачечного движения в Тифлисе. Стихийные стачки
произошли в железнодорожных мастерских и на табачных фа¬
бриках. Рабочие требовали отмены штрафов, повышения зара¬
ботной платы, сокращения рабочего дня. В это же время в
городах Грузии (Тифлис, Батум, Кутаис) возникли первые со¬
циал-демократические кружки.
В Закавказье вскоре после появления первых марксистских
кружков местные социал-демократы по опыту Петербурга и
Центра России стали переходить от пропаганды к массовой
экономической и политической агитации. Уже в марте 1896 г.
в Тифлисе распространялась листовка местной социал-демокра¬
тической организации к мастеровым и рабочим Главных мастер¬
ских Закавказской казенной железной дороги с призывом под¬
няться на борьбу за свое освобождение79. Ряд стачек желез¬
нодорожных рабочих произошел в Закавказье в конце 90-х го¬
дов. В 1897 г. возникли широкие волнения среди рабочих Вла¬
78 «Из истории Одесской партийной организации». Одесса, 1964, стр. 33—35.
79 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 713.
251

дикавказских железнодорожных мастерских в г. Ростове-на-
Дону. Рабочие требовали повышения зарплаты, увольнения ма¬
стера 80.
В Баку в 1895—1897 гг. были отмечены отдельные стихий¬
ные стачки рабочих-нефтяников, требовавших улучшения ус¬
ловий труда.
Пролетарская борьба
в Польше, Литве, Белоруссии и Прибалтике
Борьба промышленного пролетариата за улучшение жизнен¬
ных условий получила в западных районах страны значитель¬
ное развитие. Стачечное движение в Польше охватило широкие
массы рабочих. Экономическая борьба ширилась также в Литве,
Белоруссии, Прибалтике. Социал-демократические группы, воз¬
никшие здесь (за исключением Польши) в конце 80-х годов, к
середине 90-х годов делали первые практические попытки руко¬
водить стачечным движением.
Царизм тормозил экономическое и культурное развитие уг¬
нетенных народов, натравливал одну нацию на другую, пре¬
пятствуя сплочению пролетарских элементов в единую револю¬
ционную силу.
Буржуазия угнетенных наций пыталась подчинить себе ра¬
бочее движение, заражая его идеей буржуазного национализ¬
ма, отвлекая пролетариат от классовой борьбы, от идеи клас¬
сового единства, от международной пролетарской солидарности.
Этот социальный заказ национальной буржуазии выполняли
мелкобуржуазные партии, выступавшие под флагом социа¬
лизма.
Наиболее ярко это сказалось в Королевстве Польском, где
Польская партия социалистов (ППС) стремилась зачеркнуть
давние традиции сотрудничества передовых людей России и
Польши в освободительной борьбе, разрушить революционные
связи, уже сложившиеся между русскими и польскими рабо¬
чими, утверждая, будто рабочий класс России не способен к
борьбе с царизмом за свободу польского народа и не может
поэтому быть его союзником.
Соединение социализма с рабочим движением происходило
в Польше в борьбе с национализмом ППС. Рабочее движение
росло, преодолевая и внутренние распри, и жестокие пресле¬
дования царизма. Важную роль сыграл I съезд социал-демо¬
кратии Королевства Польского (СДКП), состоявшийся в 1894 г.
Съезд объявил первоочередными задачами партии пропаганду
идей научного социализма, укрепление интернациональных про¬
80 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 740.
252

летарских связей, создание массовой рабочей социалистической
партии.
Съезд подчеркнул, что в борьбе за свержение царизма про¬
летариат Польши имеет сильного союзника в лице братского
рабочего класса России. Главными демократическими требова¬
ниями, выдвинутыми съездом, были: введение конституции, все¬
общее и равное избирательное право, самоопределение народов,
полное равноправие национальностей, политические свободы.
В качестве ближайших экономических требований выдвигалось
введение 8-часового рабочего дня, ограничение применения жен¬
ского и детского труда, повышение заработной платы, введе¬
ние социального страхования. Съезд принял устав цеховых сою¬
зов, т. е. нелегальных профсоюзов. На них возлагалось прак¬
тическое руководство экономической борьбой рабочего класса
и воспитание его в духе пролетарской солидарности.
Широкий отклик в польском рабочем классе нашло выступ¬
ление петербургских рабочих 1896 г. «Поведение этих рабо¬
чих масс изумительно,— писал орган СДКП,— порядок спокой¬
ствие и уверенность в себе характеризуют каждый шаг этих
смельчаков»81. В статье подчеркивалось политическое значе¬
ние стачки: «Петербургская стачка — есть только начало, массы
разбужены для борьбы, движение будет все более расширять¬
ся, охватывая с каждым разом все более дальние районы
Российского государства, и от петербургских товарищей вся
Россия научится ставить требования, бороться и побеждать» 82.
«Мы можем говорить с полной уверенностью о факте истори¬
ческого значения, ибо с этой стачки начинается новая фаза в ми¬
ровом рабочем движении, фаза, с которой русский пролетариат
в огромной массе выступил на арену»83. Орган польских со¬
циал-демократов приветствовал деятельность ленинского «Сою¬
за борьбы», его линию на сочетание экономической и поли¬
тической агитации, на слияние рабочего движения с социализ¬
мом.
Движение середины 90-х годов стало важным этапом в
укреплении единства рабочего класса России и Польши в борь¬
бе против царизма и буржуазии. Это единство выковывалось
в процессе общей борьбы за великие идеалы социализма. Про¬
летариат Польши переживал в эти годы новый подъем стачеч¬
ной борьбы.
В легкой промышленности выделилась борьба рабочих-су¬
конщиков Белостока. В августе 1895 г. здесь разразилась все¬
общая стачка, охватившая почти 15 тыс. человек. Поводом к
ней послужило внесение в расчетные книжки пунктов о кара¬
81 «Справа работница» («Рабочее дело>), 1896, № 24, VI. s. 3.
82 Там же.
83 Там же, s. 2.
253

тельных мерах. Рабочие отказались взять книжки и начали
стачку. Следующий год прошел спокойно, но уже летом
1897 г. стачка вспыхнула вновь. На этот раз текстильщикам
удалось добиться уменьшения рабочего дня и некоторого по¬
вышения расценок 84.
Важным очагом рабочего движения Польши все больше ста¬
новился Домбровский угольный бассейн. В 1895—1897 гг. здесь
произошел ряд выступлений рабочих.
Царское правительство жестоко расправлялось с растущим
рабочим движением Польши. Общественное мнение России по¬
трясла расправа с участниками стачки на сталелитейном за¬
воде «Гута Банкова» в сентябре 1897 г. Стачка была вызва¬
на произвольным обращением директора завода с деньгами ра¬
бочей кассы взаимопомощи. Стачке предшествовали сходки ра¬
бочих, на которых они обсуждали свое положение и догова¬
ривались о способах действия. 16 сентября 4000 рабочих за¬
вода потребовали от директора возвратить деньги, взятые им
в «братской» кассе. Прибывшие на завод войска стреляли в
рабочих. Было убито 3 и ранено 4 человека. Кроме того,
были арестованы 50 рабочих. Рабочих «Гуты» поддержали за¬
бастовкой рабочие двух цинковых заводов85. Исключитель¬
ная жестокость властей еще более усилила глубокую ненависть
польских рабочих к царскому режиму.
Борьба свидетельствовала о высокой зрелости польского
пролетариата. В 1895 г. польская социал-демократия в перво¬
майской листовке призвала трудящихся к борьбе за 8-часо¬
вой рабочий день, за политическую свободу, выдвинула
лозунг «Долой самодержавное царское правительство» 86.
Несмотря на частые полицейские разгромы, социал-демок¬
ратические организации Варшавы, Лодзи и других городов
Польши продолжали руководить классовыми выступлениями
пролетариата. СДКП издавала свой орган «Справа работнича»,
листовки, первомайские прокламации, оказывая влияние на по¬
литическое воспитание польских рабочих. Все новые массы ра¬
бочих становились под знамя революционной польской социал-
демократии.
В сложных условиях устанавливались связи социал-демок¬
ратии и массового рабочего движения в Литве и Белоруссии.
Фабрично-заводская промышленность здесь была развита срав¬
нительно слабо, преобладал ремесленный труд. В крупнейшем
центре Литвы — Вильно в середине 90-х годов существовал ряд
рабочих кружков и несколько «Касс борьбы» литовских ремес¬
ленных рабочих. Более широкое массовое движение началось
84 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 804—809.
85 Там же, стр. 815—820; ч. 2, стр. 756.
86 Там же, ч. 1, стр. 181.
254

лйшь с 1895 г., «когда подготовительная работа в кружках
создала целый ряд интеллигентных рабочих агитаторов, и двух¬
летняя практика выяснила главные основания тактики для
агитации в массах» 87. В Вильно особенно часто бастовали ра¬
бочие мелких ремесленных предприятий. Лишь в одном 1895 г.
здесь произошло 56 стачек. Рабочие выдвигали требования со¬
кращения рабочего времени, повышения заработной платы и
др.88
При подготовке к I съезду Литовской социал-демократии
в ее среде выявились глубокие разногласия. Большинство скло¬
нялось к сближению с буржуазными, националистическими эле¬
ментами. На съезде в апреле 1896 г. эта часть социал-де¬
мократов образовала Литовскую социал-демократическую пар¬
тию (ЛСДП). Принятая съездом программа была проникнута
духом национализма.
Почти одновременно, в мае 1896 г., другая часть литов¬
ских социал-демократов созвала свой съезд и создала «Рабо¬
чий союз Литвы». «Союз» стоял на позициях интернациональ¬
ного единства всего пролетариата Российской империи. Рево¬
люционная часть Литовской социал-демократической партии, во
главе которой стоял Ф. Э. Дзержинский, вела борьбу против
реформистов и сепаратистов. Петербургские стачки нашли жи¬
вой отклик среди рабочих Литвы. Социал-демократические
группы в литовских городах развили энергичную деятельность
по изданию агитационных листков. Наиболее последовательно
сочетал экономическую агитацию с политической «Рабочий союз
Литвы».
Обострение социального гнета национальным угнетением вы¬
зывало значительный размах стачечного движения и рост со¬
циал-демократических кружков среди еврейских рабочих, заня¬
тых преимущественно в мелком производстве. В 1897 г. пред¬
ставители еврейских социал-демократических кружков ряда го¬
родов Юга и Запада России собрались на съезд в Вильно,
на котором образовали «Всеобщий еврейский рабочий союз в
России и Польше», известный под названием «Бунд» («Союз»).
Деятели «Бунда» мотивировали необходимость отдельной рабо¬
чей организации наличием у еврейского пролетариата специ¬
фических интересов, требующих специальной защиты 89. С мо¬
мента зарождения «Бунда» выявились его националистические
и оппортунистические тенденции.
В Белоруссии социал-демократическое рабочее движение
развивалось в тех же примерно формах, как и в Литве.
87 «Литовское рабочее движение*.— «Работник». Непериодический сборник.
Женева, 1899, № 5-6, отд. 2, стр. I.
88 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 710.
89 «Доклад о русском с.-д. движении международному социалистическому
конгрессу в Париже. 1900 г.» Женева, 1901, стр. 78—80.
255

В 1895 г. дважды бастовали рабочие Минских железнодорожных
мастерских. Они требовали возврата денег, которые были удер¬
жаны в пенсионную кассу, организованную по закону 1894 г.
В том же году произошла стачка трикотажниц Сморгони, до¬
бивавшихся повышения заработной платы. С теми же требо¬
ваниями в 1897 г. выступали рабочие столярных мастерских
и обувных фабрик Гродно, Минска, Витебска, Гомеля, Орши.
На почве роста рабочего движения в середине 90-х годов
возникают социал-демократические группы и рабочие кружки
во многих городах Белоруссии. С конца 1896 г. на промыш¬
ленных предприятиях Минска, Гомеля, Витебска стали появ¬
ляться гектографированные социал-демократические листовки
и брошюры на русском, польском и еврейском языках. В этих
листовках рабочие призывались к единению, к стачкам, к празд¬
нованию 1 Мая, борьбе за 8-часовой рабочий день, повыше¬
нию заработной платы, сокращению рабочего дня и к завоева¬
нию политической свободы 90.
Близость Петербурга благотворно сказалась на развитии
рабочего социал-демократического движения Латвии и Эстонии.
Из столицы сюда проникала марксистская литература. Газета
латышских социал-демократов «Диенас лапа» в 1896—1897 гг.
напечатала ряд статей о рабочем движении Петербурга. Рабо¬
чий социал-демократ Д. Бунджа в статье «Русские рабочие и
забастовка», опубликованной в латвийском социал-демократи¬
ческом журнале «Аусеклис» («Утренняя звезда») (1898 г., № 6,
7), знакомил рабочих с опытом петербургского «Союза борьбы
за освобождение рабочего класса», высоко оценивал его дея¬
тельность91.
В 1895 г. произошло несколько небольших стачек в Риге;
в следующем году — в Риге, на Балтийском вагоностроитель¬
ном заводе (из-за понижения расценок) и выступление доко¬
вых рабочих Лиепаи с требованием повышения зарплаты. Но¬
вую страницу в рабочем движении Латвии открыл 1897 г.
В день 1 Мая Рижский рабочий комитет издал первую агита¬
ционную листовку на латышском языке. Она была отпечата¬
на также на русском и немецком языках. В тот же день на
машиностроительном заводе Рихарда Поле в Риге была про¬
ведена первомайская стачка, в результате которой рабочие до¬
бились сокращения рабочего дня на 1 час 92.
Крупнейшим выступлением середины 90-х годов в Эстонии
была стачка 1500 ткачих Кренгольмской 'мануфактуры. Пово-
90 «Хроника важнейших событий истории КПБ». Минск, 1962, стр. 21—22;
«Очерки истории Коммунистической партии Белоруссии», ч. II. Минск, 1961,
стр. 36.
91 «Очерки истории Коммунистической партии Латвии», ч. I. Рига, 1962,
стр. 39.
92 Там же, стр. 41.
256

дом к ней послужило снижение заработка работниц. Власти
установили, что рабочие Кренгольмской мануфактуры связаны
с петербургскими рабочими93.
Рабочее движение на Урале и в Сибири
Подъем рабочего движения середины 90-х годов коснулся
Урала и Сибири. Рабочие все чаще стали выступать против
произвольных увольнений, штрафов, грубого обращения.
В 1895—1897 гг. на Урале и в Сибири произошло 19 ста¬
чек94. Эти выступления имели место на ряде крупных заводов
Уфимской и Пермской губ., Нижне-Тагильского горного округа
и других районов Урала. Борьба рабочих проводилась на эко¬
номической почве, но в ней проявились элементы организован¬
ности и классовой солидарности.
Показателем роста классового сознания рабочих Урала было
сравнительно частое повторение стачек на одних и тех же пред¬
приятиях. Более половины всех стачек завершилось полной или
частичной победой рабочих.
Характерны для Урала волнения рабочих в конце 1896 — на¬
чале 1897 г. в связи с проведением первой всероссийской пе¬
реписи населения: многие рабочие, особенно нерусского проис¬
хождения, с недоверием относились к переписи, опасаясь, что
она будет использована для прикрепления их по месту работы,
в целях увеличения налогов.
Знаменательным событием в истории рабочего движения
Урала были стачки рабочих на Златоустовском заводе весной
1896 г. Впервые в пролетарской борьбе Урала рабочие вместе
с требованием повышения зарплаты заявили об установлении
8-часового рабочего дня. Рабочие добились лишь некоторого
повышения зарплаты. Через год они вновь забастовали, вы¬
двинув те же требования. Стачка продолжалась несколько ме¬
сяцев, и рабочие добились установления в прокатном и ряде
других цехов 8-часового рабочего дня и повышения заработ¬
ной платы 95.
Успех стачек рабочих Златоустовского завода был в зна¬
чительной мере подготовлен деятельностью нелегального рабо¬
чего кружка, который придал их борьбе определенную орга¬
низованность. В конце 1897 г. разрозненные силы одино¬
чек социал-демократов были объединены в «Уральский рабочий
союз». Этим было положено начало первой рабочей социал-де¬
93 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 793—795.
91 «История Урала», т. I. Пермь, 1963, стр. 315; «Рабочее движение...», т. IV.
ч. 2, стр. 700, 702, 707, 714-716, 719, 729, 731, 739, 745, 749, 751, 752, 757.
95 «Очерки истории большевистских Организаций на Урале». Свердловск, 1951,
стр. 23—24.
9 Заказ № 2671
257

мократической организации на Урале. Однако через полгода
организация была разгромлена96.
С конца 80-х — начала 90-х годов оживилась борьба рабо¬
чих Сибири. Протесты в форме волнений, жалоб, а иногда и
стачек участились. Неявки на работы — специфическая форма
борьбы рабочих Сибири — стали приобретать широкий харак¬
тер. В ряде случаев, покидая прииски, рабочие создавали артели
и явочным порядком захватывали золотоносные площади. С се¬
редины 90-х годов главным очагом движения стала строившая¬
ся сибирская железнодорожная магистраль. Известную роль в
этом сыграли ссыльные социал-демократы, в том числе рабо¬
чие Петербурга и других крупных центров страны, которые
внесли оживление в пролетарское движение Сибири.
В целом по стране рабочее движение получило небывалый
размах и качественно новые черты.
В главнейших промышленных центрах Европейской России
начала устанавливаться связь рабочего движения с социал-де¬
мократией. Стачечное движение необычайно расширилось и ста¬
новилось непрерывным. Борьба рабочих стала приобретать об¬
щероссийский характер. Начавшееся слияние социал-демократи¬
ческих организаций с движением рабочих масс открывало ши¬
рокие перспективы борьбе пролетариата в России.
ЦАРИЗМ И БУРЖУАЗИЯ
В БОРЬБЕ С РАБОЧИМ ДВИЖЕНИЕМ
Закон 2 июня 1897 г.
Десятилетие от Морозовской стачки до петербургских ста¬
чек середины 90-х годов почти не изменило взгляда царского
правительства на «рабочий вопрос». Этот традиционный взгляд
на взаимоотношения рабочих и капиталистов ярко выражен в
секретном циркуляре министра финансов Витте фабричным ин¬
спекторам от 5 декабря 1895 г. в связи с начавшимся подъе¬
мом стачечной борьбы. «В нашей промышленности, — писал ми¬
нистр, — преобладает патриархальный склад отношений между
хозяином и рабочими. Эта патриархальность во многих случа¬
ях выражается в заботливости фабриканта о нуждах рабочих
и служащих на его фабрике, в попечении о сохранении лада и
согласия, в простоте и справедливости во взаимных отношениях.
Когда в основе таких отношений лежит закон нравственный
и христианские чувства, тогда не приходится прибегать к при¬
96 «Исторический архив», 1955, № 6, стр. 6—7; И. И. Годлевский. Из воспоми¬
наний о первом Уральском рабочем союзе.— «Каторга и ссылка», 1928,
№ 8-9, стр. 8—9.
258

менению писаного закона и принуждения»9/. «Беспорядки»
на фабриках в 1895 г., по мнению министра, были вызваны
либо теми рабочими, которые «по своим нравственным каче¬
ствам» не приобрели «себе прочного положения», либо людь¬
ми, «стремящимися искусственно создать у нас ту печальную
рознь, которая возникла между фабрикантами и рабочими на
Западе»97 98. Витте решительно предостерегал от каких-либо
уступок требованиям рабочих, призывал фабричных инспекто¬
ров пропагандировать «попечительную» роль правительства и
широко рекламировать примеры «заботливости» фабрикантов
о рабочих.
Петербургские стачки 1896—1897 гг. нанесли чувствитель¬
ный удар по «патриархальному» фабричному строю, заставив
буржуазию и царское правительство уступить в таком важном
вопросе, как продолжительность рабочего времени. Правящие
круги, конечно, стремились выдать сокращение рабочего дня за
«доказательство высочайшей милости и заботливости правитель¬
ства». Но рабочие понимали, что не будь петербургских ста¬
чек, не было бы и речи о сокращении рабочего дня.
Случаи требования рабочими сокращения рабочего дня на¬
блюдались еще в 70—80-х годах. С начала 90-х годов они
стали более частыми. Предприниматели упорно сопротивлялись
этим требованиям. Даже в условиях буржуазных свобод на
Западе сокращение рабочего времени достигалось пролетариа¬
том огромными усилиями лишь в результате крупных классо¬
вых боев.
В царской России сокращение рабочего дня в общенацио¬
нальном масштабе тем более не могло быть завоевано без
упорной организованной борьбы, поддержанной самоотвержен¬
ной деятельностью социал-демократии.
2 июня 1897 г. был издан закон «О продолжительности и
распределении рабочего времени в заведениях фабрично-завод¬
ской промышленности». Первоначальный его проект шел на¬
встречу пожеланиям петербургских и польских промышленни¬
ков и предусматривал установление 11-часового рабочего дня,
но он встретил резкое сопротивление буржуазии Центрально¬
промышленного района. Разногласия по вопросу о сокращении
рабочего дня проявились и внутри правительства, между Ми¬
нистерством финансов и Министерством внутренних дел. Послед¬
нее более решительно настаивало на сокращении рабочего дня,
стремясь этим в будущем устранить поводы к «недоразумениям
между рабочими и капиталистами». В итоге 2 июня 1897 г.
был издан закон, согласно которому работа в дневную смену
ограничивалась 11,5 час., а работа, захватывавшая хотя бы
97 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 824.
98 Там же, стр. 824.
259
9*

частично ночное время (от 9 час. вечера до 5 час. утра), не
должна была превышать 10 час. Накануне праздников рабочий
день устанавливался равным 10 час. Было узаконено обяза¬
тельное соблюдение воскресных и праздничных дней, но вместе
с тем число нерабочих дней сокращалось. Закон содержал ряд
оговорок и отступлений. Глава 9-я закона предоставляла праве
«подлежащим министрам» по соглашению с министром внутрен¬
них дел издавать инструкции и допускать, «когда сие призна¬
но будет необходимым», отступление от требований «настоя¬
щего узаконения» ".
«Правила» по применению закона и инструкция чинам фаб¬
ричной инспекции, опубликованные в октябре 1897 г., допуска¬
ли разного рода изъятия из установленных норм. Все они были
в пользу капиталистов, против рабочих.
Таким образом, закон от 2 июня 1897 г. стали урезывать
сразу, и только решительное сопротивление рабочих помогло
им отстоять добытые в борьбе улучшения. Более того, рост
рабочего движения, упорная, непрерывная и все усиливаю¬
щаяся борьба рабочих привели к дальнейшему, хотя и незна¬
чительному, сокращению рабочего дня. В 1900 г. средний ра¬
бочий день в обрабатывающей промышленности фактически со¬
ставил уже 11,2 часа 10°.
«Закон 2-го июня 1897 г., — писал В. И. Ленин в том же
году,— как торопливостью его проведения, так и своим содержа¬
нием наглядно показывает свое значение как вынужденной ус¬
тупки пролетариату, как отвоеванной позиции у врага русского
народа» 101.
Эта уступка была незначительна. Но она имела большое
значение для развития дальнейшей борьбы пролетариата. Про¬
должительность рабочего дня отражается на многих других
сторонах жизни рабочих. При 13—14-часовом, а иногда и боль¬
шем рабочем дне рабочий почти не имел времени для удовлет¬
ворения своих культурных и общественных потребностей. Со¬
кращение рабочего дня неумолимо сопровождалось как неко¬
торым повышением расценки единицы труда, так и ростом
духовных и общественных запросов рабочего класса. Но глав¬
ное— эта уступка показала значение такой организации рабо¬
чего класса, как созданный В. И. Лениным петербургский
«Союз борьбы». Успех вдохновлял рабочих на продолжение
борьбы, он убеждал их в том, что только организованной и
целеустремленной борьбой можно добиться дальнейших усту¬
пок со стороны самодержавия.
Сокращение рабочего дня сопровождалось повышением про¬
изводительности труда, причем оно покрыло в текстильной
99 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 828.
100 С. Г. Струмилин. Избр. произв., т. 3. М., 1964, стр. 363.
:о1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 2, стр. 460.
260

промышленности около половины, а в остальных отраслях —
около двух третей ожидаемого понижения выработки 102.
Увеличение производительности труда было достигнуто за ко¬
роткий срок, в несколько месяцев. При этом заработная пла¬
та на многих фабриках и заводах при введении сокращенно¬
го дня была урезана, что в известной мере определило в пе¬
риод, непосредственно последовавший за введением закона
1897 г., характер борьбы рабочих.
«Этот закон — как бы ни были велики его недостатки —
останется навсегда достопамятным доказательством того могу¬
щественного давления, которое оказывают на законодательную
и иную деятельность правительства соединенные усилия рабо¬
чих»,— так оценил значение закона от 2 июня I съезд РСДРП 103.
Репрессии против участников рабочего движения
Вынужденное к уступке рабочему классу по такому важ¬
ному вопросу взаимоотношения между трудом и капиталом, как
продолжительность рабочего времени, царское правительство
одновременно усилило репрессии, направленные против социал-
демократических организаций и участников массовых выступ¬
лений. Разумеется, царизм не оставлял в покое и другие ре¬
волюционные и оппозиционные группы. Он подавлял выступле¬
ния крестьян, боролся с революционно настроенным студенче¬
ством, с оппозиционными кругами демократической и ли¬
беральной интеллигенции, душил национально-освободительное
движение внутри империи. Но с начала царствования Николая II
главное место заняла борьба с рабочим движением. Из¬
вестно, что уже в эпоху народничества и народовольчества в
тюрьмах и ссылках томилось много рабочих. Это были не
только участники стихийных вспышек возмущения и неоргани¬
зованных стачек. Уже судебные политические процессы 70—80-х
годов выявили целую плеяду первых жертв царизма из среды
городских фабрично-заводских рабочих. Достаточно напомнить
о процессах, связанных с «хождением в народ» (процессы
«50-ти», «193-х» и др.), с деятельностью первых рабочих орга¬
низаций, народовольческих и рабочих кружков 70—80-х годов,
первых социал-демократических групп. Промышленные рабочие
уже в 1884—1890 гг. составляли 15% привлеченных за так на¬
зываемые государственные преступления 104.
В 90-х годах среди политических осужденных в царской
России особенно много было социал-демократов. Первая груп¬
102 С. Г. Струмилин. Статистико-экономические очерки. М., 1958, стр. 211—212.
103 «Первый съезд РСДРП». Документы и материалы. М., 1958, стр. 80.
104 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, стр. 398.
261

па привлеченных по делу петербургского «Союза борьбы»
(1894—1895 гг.) насчитывала 50 рабочих и 26 интеллигентов.
Это были деятели центральной рабочей группы «Союза борьбы»
и члены рабочих кружков крупнейших предприятий Петербурга.
Почти все они обвинялись, кроме участия в тайных сходках
и собраниях, в хранении и распространении революционной
литературы, а некоторые и в ее составлении.
Из 61 участника первой нижегородской социал-демократи¬
ческой организации, преданного суду летом 1896 г., было 29
рабочих, 26 интеллигентов и 6 служащих105. В дальнейшем
удельный вес рабочих, привлеченных по политическим делам,
все более возрастал. Среди привлеченных в середине 90-х го¬
дов по делу «Иваново-Вознесенского рабочего союза», киевского
и екатеринославского «Союзов борьбы» и других социал-демок¬
ратических организаций подавляющее большинство составляли
рабочие. Это свидетельствует о том, что рабочий начинает за¬
нимать основное место в освободительном движении.
В 1893 г. к политическим дознаниям было привлечено 303
человека, в 1894 г.— 679, а в 1897 г.— уже 1984 106. Боль¬
шинство привлекалось за пропаганду в рабочей среде. В от¬
чете министра юстиции за 1897 г. говорится: «Обращаясь к
общей характеристике производившихся за последнее время в
различных местностях Империи дознаний о государственных
преступлениях, необходимо признать, что противоправительст¬
венная пропаганда в 1894—1897 гг. направлялась преимущест¬
венно в среду рабочего класса, как наиболее подготовленного,
по мнению агитаторов, к восприятию социалистических
идей»107. Министр вынужден был признать, что «пропаганда
эта не прошла бесследно» 108. Не случайно, как только нача¬
лась массовая агитация в рабочей среде, правительство пыта¬
лось изолировать социал-демократов от такого важного источ¬
ника пополнения рабочих кружков и социал-демократических
организаций, каким были воскресные школы. Их лекторы и
преподаватели подвергались особой проверке с целью не до¬
пустить революционной пропаганды, за учениками школ была
усилена слежка 109.
В августе 1897 г. министр внутренних дел Горемыкин спе¬
циальным циркуляром, в котором признал подъем стачечного
движения и деятельность нелегальных социал-демократических
105 М. Ф. Владимирский. Очерки рабочего и социал-демократического движе¬
ния. М, 1957, стр. 54.
106 «Революционное движение в России в докладах министра Муравьева», т. 2.
СПб, Гб. г.1, стр. 4, 16—18.
107 Там же, стр. 4, 21.
108 Там же, стр. 21.
109 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч, т. 2, стр. 77—80; «Рабочее движение...»,
т. IV, ч. 1, стр. 821—824.
262

организаций, предложил местным властям усилить борьбу с
опасными для государственного порядка действиями рабочих.
Он в расширенном виде воспроизводил циркуляр 1870 г. о высыл¬
ке стачечников без суда в отдаленные районы империи. Местным
властям циркуляр одновременно предписывал усилить наблю¬
дение за рабочими и особенно за появлением в их среде ин¬
теллигентов и распространением воззваний, воспрещать сходки
рабочих и арестовывать их организаторов, в случае возникно¬
вения стачек предлагать рабочим немедленно встать на ра¬
боту или получить расчет, а всех иногородних удалять на ро¬
дину. Этот циркуляр сразу повлек за собою резкое усиление
расправы с рабочими. В сибирскую и архангельскую тундру
потянулись вереницы сосланных рабочих. При этом они были
лишены даже того ничтожного денежного пособия, которое по¬
лагалось административно-политическим ссыльным.
Во время стачек власти принимали всевозможные меры, что¬
бы заставить рабочих приступить к работе на условиях, диктуе¬
мых капиталистами. В ряде случаев (в Ярославле, Домброве,
Мариуполе) они пустили в ход оружие 110.
Подобного рода политика царского правительства не могла
остановить роста рабочего движения. Репрессии вызывали воз¬
мущение рабочих и приводили к усилению политического эле¬
мента в рабочем движении. Престиж царизма падал, а влия¬
ние социал-демократии в рабочей среде росло.
Политика буржуазии по отношению к рабочему классу
Как мы видели, в правительственных кругах начинали по¬
нимать, что «рабочий вопрос» — не искусственное порождение
«тайных сообществ», что он коренится в самом положении про¬
летариата, а рабочее движение не может быть искоренено од¬
ними мерами полицейского насилия. После закона 2 июня
1897 г. правительство издало закон от 7 июня 1899 г., со¬
гласно которому было образовано Главное по фабричным и гор¬
нозаводским делам присутствие, на которое было возложено на¬
блюдение за выполнением законов о найме, взаимоотношением
между промышленниками и рабочими. В исполнение этого
Главное присутствие издало многочисленные инструкции, ка¬
савшиеся обеспечения рабочих жильем, санитарных норм рабо¬
чих жилищ, организации фабричной медицины и т. д. Эти ин¬
струкции в большинстве случаев оставались на бумаге, в целом
отразив стремление правительства смягчить остроту недоволь¬
ства рабочих.
На примере первых шагов фабричного законодательства мы
видели, что «верхи» буржуазии — магнаты русского промыш-
110 А. Ф. Возник. Политика царизма по рабочему вопросу в предреволюцион¬
ный период (1895—1904). Львов, 1964, стр. 52—74, 250—313.
263

Воззвание, написанное неизвестным рабочим. Орехово-Зуево, 1895 г.
ленного капитализма — проявили себя по отношению к элемен¬
тарным экономическим нуждам рабочих масс еще более кон¬
сервативно, чем царское правительство. Во второй половине
90-х годов, вовремя «промышленной войны» рабочих за со¬
кращение рабочего дня вновь ярко сказалось стремление капи¬
талистов к безграничной эксплуатации рабочего класса.
Не только правительство, но и буржуазия использовала
против рабочих полицию, заводя на свои средства на фабри¬
ках и заводах коннополицейские отряды, как это было в Ива¬
ново-Вознесенской губ., Донбассе, Баку. Буржуазная интелли¬
генция, близкая к промышленной жизни страны, более широко
понимала интересы русского капитализма. Оглядываясь на опыт
рабочей политики на Западе, эта интеллигенция стремилась
кое-что перенять из нее в целях отвлечения рабочих от рево¬
люционной классовой борьбы.
С начала 90-х годов усилилось стремление к устройству в
промышленных центрах касс взаимопомощи. В 1893 г. Лод-
зинское отделение «Общества для содействия русской промыш¬
ленности и торговле» ходатайствовало о том, чтобы возложить
на всех фабрикантов и заводчиков, имеющих более 50 рабо¬
чих, обязанность создать на предприятиях кассы взаимопомощи
рабочих. Фабрично-заводские кассы взаимопомощи, существова¬
вшие до этого преимущественно в Польше и Прибалтике, стали
возникать при поддержке буржуазии на отдельных предприя¬
тиях и в других районах страны.
264

В 1896 г. во время нижегородской ярмарки состоялся все¬
российский торгово-промышленный съезд, где наряду с обсуж¬
дением нужд промышленности и торговли был поставлен во¬
прос о мерах «по улучшению быта рабочих». Основное место
заняли вопросы об обеспечении рабочих на случай увечья и об
оказании врачебной помощи. Считая, что получившее распро¬
странение страхование рабочих в страховых обществах имеет
коммерческий характер, съезд высказался за страхование, ко¬
торое находилось бы в ведении государства и предусматривало
случаи увечья и создание специальных касс с взносами от рабо¬
чих и фабрикантов, обеспечивающих врачебной помощью и вы¬
дающих пособия по болезни 1И.
Развитие крупной промышленности и массовый разрыв ра¬
бочих с деревней, переселение рабочего на фабрику вместе с
семьей привело к тому, что на многих предприятиях, особен¬
но находящихся вне городов, капиталисты стали строить жи¬
лища, казармы для рабочих, а также школы, больницы. В ряде
случаев владельцы фабрик отпускали рабочим средства в кре¬
дит для постройки жилых домов. Этим они пытались их опу¬
тать системой зависимости, прикрепить их к предприятиям. Тем
же целям, по расчетам буржуазии, должны были служить со¬
зданные в ряде районов (Донбасс, Иваново-Вознесенский про¬
мышленный район, Баку, Прибалтика) разного рода вспомо¬
гательные кассы, выдававшие пособия увечным рабочим и сред¬
ства на проведение культурно-просветительных мероприятий.
Эти действия буржуазии шли в плане так называемой патри¬
архально-попечительной политики, тесно переплетавшейся и ни¬
сколько не противоречившей мерам репрессивного характе¬
ра. В. И. Ленин, говоря о политике правительства, писал:
«Нет, правительству никогда, конечно, не надоест повторять
свои попытки запугать непримиримых рабочих и подманить к
себе какой-либо подачкой тех, кто послабее, поглупее и потрус¬
ливее»111 112. Эта оценка В. И. Ленина политики царизма в ра¬
бочем вопросе полностью приложима к политике русской бур'
жуазии.
РАБОЧИЙ КЛАСС НА ПОРОГЕ XX ВЕКА
I съезд РСДРП — веха в рабочем движении России
С появлением в 80-х годах первых социал-демократических
групп идея создания рабочей социалистической партии стала
овладевать сознанием передовых рабочих. В начале 90-х годов
111 «Труды высочайше учрежденного Всероссийского торгово-промышленного
съезда 1896 г. в Нижнем Новгороде», т. 1. СПб., 1897, стр. 17, 24—25.
112 В. И. Ленин. Полн, собр. соч., т. 5, стр. 76.
265

социал-демократы разных городов все чаще устанавливали
связь с целью обмена опытом, координации усилий в деле
приобретения и распространения нелегальной литературы. Это
был шаг вперед в развитии рабочего социал-демократического
движения.
Среди социал-демократических групп по идейному уровню
и опыту практической деятельности выделялась петербургская
организация, ставшая благодаря В. И. Ленину центром идей¬
ной и политической жизни русских марксистов. Связи петер¬
бургского «Союза борьбы» с деятелями рабочего движения раз¬
ных районов, выпуск общерусского непериодического сборника
«Работник», подготовка газеты «Рабочее дело», выработка про¬
екта программы партии (1895—1896 гг.) —таковы первые прак¬
тические шаги, предпринятые петербургскими марксистами для
собирания сил российской социал-демократии.
Передовые рабочие крупнейших социал-демократических ор¬
ганизаций приложили много сил для созыва съезда и образо¬
вания партии. Успеху их исторического дела содействовал подъ¬
ем пролетарской борьбы.
I съезд РСДРП состоялся нелегально в Минске в марте
1898 г. На нем были представлены четыре «Союза борьбы»:
петербургский, московский, киевский, екатеринославский, а так¬
же группа «Рабочей газеты» и «Бунд». Всего присутствовало
9 делегатов.
Принятый съездом «Манифест Российской социал-демокра¬
тической рабочей партии» сформулировал основные задачи пар¬
тии и принципы ее деятельности, определил историческую роль
пролетариата в освободительном движении России: «Русский
пролетариат сбросит с себя ярмо самодержавия, чтобы с тем
большей энергией продолжать борьбу с капитализмом и бур¬
жуазией до полной победы социализма» 113.
«Манифест» проводит идею политической самостоятельности
пролетариата в революционной борьбе и признает, что рабочее
движение в России достигло той степени развития, когда «на¬
стала пора объединить местные силы, кружки и организации
русской социал-демократии в единую «Российскую социал-де¬
мократическую рабочую партию»» 114.
В решениях съезда отражены основные принципы пролетар¬
ского интернационализма. Он поставил задачу построить пар¬
тию не по узко национальному признаку, а объединить в еди¬
ную организацию рабочих всех национальностей России. Съезд
высказался за признание права каждой нации на самоопре¬
деление и подчеркнул, что рабочее социал-демократическое дви¬
жение в России — составная и нераздельная часть международ-
нз «Первый съезд РСДРП», стр. 80.
114 Там же, стр. 80—81.
266

ного рабочего социалистического движения115 116. В заключение
«Манифест» указал на преемственность рабочего социал-демо¬
кратического движения России с предшествующим революцион¬
ным движением против царизма. Съезд положил начало суще¬
ствованию рабочей марксистской партии в России. Он утвер¬
дил ее основные программные и уставные положения, но не
обеспечил создание централизованной, идейно сплоченной все¬
российской организации. «...Единства партии не было,— писал
В. И. Ленин: — оно осталось лишь идеей, директивой» И6.
Все же отныне социал-демократические организации стали
превращаться в комитеты РСДРП, объявлять себя частями еди¬
ной Российской социал-демократической рабочей партии, ча¬
стями организованного российского пролетариата. «Мы, — пи¬
сал В. И. Ленин в 1899 г., — признаем себя членами этой
партии, вполне разделяем основные идеи «Манифеста» и при¬
даем ему важное значение, как открытому заявлению ее це¬
лей» 117.
Образование РСДРП — важная веха в процессе слияния со¬
циализма с рабочим движением.
I съезд РСДРП был крупным шагом на пути консолидации
пролетариата России как самостоятельной политической силы.
В отличие от пролетариата Западной Европы, у которого поли¬
тическое сознание пробудилось значительно позднее, чем у бур¬
жуазии, политическое пробуждение рабочего класса России про¬
изошло раньше, чем у буржуазии. Образованием партии про¬
летариат первым из общественных классов России оформился
политически как класс.
I съезд РСДРП положил начало общенациональному россий¬
скому рабочему движению под знаменем социал-демократии.
Сознательная часть рабочего класса с гордостью и радостью
приветствовала появление своей самостоятельной партии. Это
было крупнейшее завоевание на пути классового самосознания
пролетариата. Отныне и в социалистическом Интернационале
стали рассматривать рабочее движение в России как организо¬
ванную общероссийскую силу.
Появление рабочей печати
В условиях революционного подполья связь социал-демокра¬
тии с рабочим движением осуществлялась главным образом по¬
средством рабочей печати. Первоначальной формой ее в тот пе¬
риод были нелегальные агитационные листовки, большей частью
115 Там же, стр. 79, 81.
116 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 16, стр. 100.
117 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 356
267

отпечатанные на гектографе. Посвященные острым вопросам
экономических и политических условий жизни пролетариата,
проникнутые духом борьбы, на которую поднялся в середине
90-х годов рабочий класс России, листовки распространялись по
всей стране, от Петербурга до Кавказа, от Польши до Сибири.
В создании и распространении этого вида рабочей литературы
вместе с социал-демократической интеллигенцией участвовали
передовые рабочие.
Воздействие на массы социал-демократическая агитация
оказывала прежде всего тем, что касалась всех сторон жизни
рабочего класса. Листовки освещали систему капиталистической
эксплуатации, особенно жестокой в условиях царского само¬
державия. Они систематически напоминали, что гнет капитала в
России имеет опору в политическом произволе самодержавного
правительства, что в этих условиях рабочим угрожает опас¬
ность физического и морального вырождения, если они не по¬
кончат с покорностью и не вступят на путь организованной
борьбы. Вместе с программой экономических требований на¬
стоятельно звучали призывы к политической свободе как ре¬
шающему условию борьбы за социализм.
В рабочей среде распространялись произведения В. И. Лени¬
на «Объяснение закона о штрафах, взимаемых с рабочих на
фабриках и заводах», «Новый фабричный закон», «Задачи рус¬
ских социал-демократов», листовка «Царскому правительству».
Это были лучшие произведения массовой рабочей печати 90-х
годов; они органически сочетали экономическую и политическую
агитацию 118.
Вслед за агитационными листками начали появляться не¬
легальные рабочие газеты. Первую попытку создания рабочей
политической газеты под названием «Рабочее дело» предпри¬
нял петербургский «Союз борьбы» осенью 1895 г. О ее содер¬
жании В. И. Ленин писал: «Передовая статья этой газеты...
обрисовывала исторические задачи рабочего класса в России и
во главе этих задач ставила завоевание политической свобо¬
ды»119. «Рабочее дело», задуманное как орган петербург¬
ского «Союза борьбы», должно было в будущем стать печат¬
ным органом Российской социал-демократической рабочей пар¬
тии. Арест В. И. Ленина и группы руководящих деятелей
«Союза» помешал этому.
Первой рабочей газетой, вышедшей в свет, был орган ки¬
евских социал-демократов «Вперед». Ее первый номер датиро¬
ван 8 декабря 1896 г. Всего вышло три номера газеты, по-
118 Написанные В. И. Лениным статьи для массового рабочего читателя
«О промышленных судах», «О стачках» не были тогда изданы.
119 В, И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 32. Весь материал первого номера
газеты был захвачен полицией во время арестов в декабре 1895 г.
268

£ледний— в январе 1898 г. Девиз газеты: «Счастье рабочих ё
их собственных руках. Сила рабочих — в союзе» 12°.
Газета «Вперед» сочетала экономические требования рабо¬
чих с политическими требованиями. «Чтобы рабочее движе¬
ние привело к победе рабочего класса,— писала газета,— не¬
обходимо, чтобы оно соединяло борьбу за сокращение рабо¬
чего дня и увеличение заработной платы, борьбу экономическую
с борьбой политической, т. е. с борьбой за свободу союзов,
стачек и слова, за право участвовать в управлении государ¬
ством. Чтобы рабочие правильно понимали свое дело, у них
должно быть ясное сознание того, что правительство — такой
же враг рабочего класса, как и капиталисты» 120 121.
Среди органов марксистского направления второй половины
90-х годов видное место заняла киевская «Рабочая газета».
Ее первый номер вышел 22 августа 1897 г., второй (и послед¬
ний) — в декабре того же года. Газета много внимания уделяла
положению и борьбе пролетариата в России и за рубежом.
Она подчеркивала необходимость объединения местных орга¬
низаций в единую рабочую социал-демократическую партию для
борьбы за социализм. Ближайшей задачей ставилось сверже¬
ние царизма, завоевание политической свободы 122.
Революционное марксистское направление в рабочей печати,
начатое листовками петербургского «Союза борьбы», было про¬
должено газетой «С.-Петербургский Рабочий листок» 123, издавав¬
шейся также «Союзом борьбы». Всего вышло два номера
«Петербургского листка»: в январе — феврале, а затем в сентяб¬
ре 1897 г. Основное внимание газета уделяла задаче создания ра¬
бочей партии для борьбы за свержение самодержавия и капита¬
лизма: «только организовавшись в сильную партию, рабочие
освободят себя и всю Россию от всякого политического и эконо¬
мического гнета» 124.
В. И. Ленин считал, что с «Петербургского листка» берет на¬
чало существование местных социал-демократических газет в
России 125.
Во второй половине 90-х годов (кроме Польши, где рабо¬
чая печать издавалась еще в 80-х годах) стали появляться
органы рабочей печати на русском и на других языках наро¬
дов России. Нелегальная рабочая печать уже в этот период
получила распространение в Польше, где, как отмечалось, вы¬
ходил ряд органов.
120 «Большевистская печать», вып. 1. М., 1959, стр. 80—82.
121 Там же, стр. 95.
122 «Первый съезд РСДРП», стр. 241—302.
123 «Большевистская печать», вып. 1, стр. 72.
124 Там же, стр. 77.
125 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 25, стр. 96—97.
269

Большую роль в политическом воспитании рабочих в
90-х годах сыграл журнал польской социал-демократии «Спра¬
ва работнича» («Рабочее дело»). Он высоко держал знамя про¬
летарской классовой борьбы, пролетарского интернационализма,
вел последовательную борьбу с польскими националистами, про¬
возгласил принцип теснейшего союза польского и русского ра¬
бочего класса в их борьбе против царизма и буржуазии.
В середине 90-х годов, с появлением литовской социал-де¬
мократии, начинает развиваться рабочая печать Литвы. Одно¬
временно с агитационными листками в 1896 г. стал выходить
журнал «Литовский рабочий» на литовском и польском языках.
Всего в 1896—1899 гг. вышло три номера. Журнал содержал
много статей агитационного характера, рисующих положение и
борьбу пролетариата как в различных районах Литвы, так и
в других местностях России и за границей.
В 1896 г. в Ковно (Каунасе) вышел единственный номер
подпольной газеты «Ковенский рабочий», напечатанной на гек¬
тографе. Ее издал Ф. Э. Дзержинский. Газета состояла из че¬
тырех написанных Ф. Э. Дзержинским статей и корреспонден¬
ций 126 и представляла собой яркий пример стремления
сочетать листковую агитацию с более совершенным видом
пролетарской публицистики — рабочей газетой. Большинство
статей написано в форме воззваний. В первой из них содержит¬
ся призыв к объединению и организации сил рабочих как един¬
ственному средству их политического и социального освобож¬
дения. В связи с этим разъясняется значение рабочей печати
в классовой борьбе пролетариата.
Появление местных социал-демократических газет было при¬
знаком роста рабочего движения. Но при отсутствии единого
центра, организационной раздробленности социал-демократиче¬
ских комитетов, царившей среди них идейной разноголосицы,
общей чертой всех газет было кустарничество, отсутствие про¬
думанного плана. В течение двух с половиной лет, предшест¬
вовавших выходу «Искры», местные комитеты России, вместе
взятые, выпустили всего 30 номеров газет. При этом в боль¬
шинстве случаев они были в идейном отношении, с точки зре¬
ния революционного марксизма, неустойчивыми, лишенными се¬
рьезного политического значения, со стороны расходования
революционных сил — непомерно дорогими, ибо стоили многих
жертв, в техническом же отношении — крайне неудовлетвори¬
тельными 127.
Вместе с первыми рабочими социал-демократическими газе¬
тами во второй половине 90-х годов появился ряд рассчитан¬
ных на рабочих сборников и другие непериодические издания.
126 Ф. Э. Дзержинский. Избр. произв., т. I. М., 1957, стр. 4—6.
127 См. В. И Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 145.
270

Важную роль сыграл сборник «Работник». Он был создан в
результате поездки В. И. Ленина летом 1895 г. за границу и
его переговоров с группой «Освобождение труда». Первый
сдвоенный номер («Работник», № 1—2) вышел в 1896 г.
В статье «От издателей» об этом сборнике говорилось: «Мы
целиком посвятили его интересам рабочего класса. Страницы
нашего непериодического издания,— если ему суждено продол¬
жаться,— будут открыты всем рабочим, желающим воспользо¬
ваться им для обсуждения своих задач и выражения своих
стремлений...»128 В этом сборнике была напечатана статья-
некролог «Фридрих Энгельс», написанная В. И. Лениным. «Ра¬
ботник», издававшийся в Женеве, получил значительное распро¬
странение в кругах передовых рабочих России.
Кроме этого непериодического сборника, «Союз русских со¬
циал-демократов за границей» пытался создать нечто вроде ра¬
бочей газеты, которая выходила бы чаще. Эту роль выполнил
«Листок Работника», первый номер которого вышел в ноябре
1896 г. В «Листке Работника» большое внимание уделялось
стачечному движению, помещались сообщения о революционных
выступлениях в разных концах России, об арестах и ссылках
участников революционного движения. Много места в «Листке
Работника» уделялось и сообщениям о рабочем движении за
границей. Номера 1—8 «Листка Работника» (1896—1898 гг.)
вышли под редакцией группы «Освобождение труда». Послед¬
ние номера (9—10) были выпущены «экономистами».
«Работник» и «Листок Работника» сыграли немалую роль в
пропаганде идей марксизма, а также в расширении социал-
демократической агитации в рабочей массе.
Рабочая социал-демократическая печать в России была яр¬
ким проявлением связи социал-демократии с рабочим движе¬
нием. Благодаря ей стихийная экономическая борьба рабочих
стала направляться на путь сознательной политической борьбы.
Сочетание экономических и политических требований — ха¬
рактерная черта революционной рабочей печати России
90-х годов. Другая отличительная черта рабочей печати — обще¬
демократический, народный характер требований рабочих — оп¬
ределялась переплетением капиталистической эксплуатации с ос¬
татками крепостничества. Литература марксистских организа¬
ций содержала протесты против произвола фабричной админи¬
страции и властей, против унижения и надругательства над
личностью.
Пробуждение достоинства рабочего человека и гражданина
было первым шагом на трудном пути выработки классового
социалистического сознания. Рабочая социал-демократическая
литература не только клеймила каждый случай оскорбления и
128 «Работник», 1896, № 1—2. стр. XIII—XIV.
271

унижения рабочих и работниц, но использовала эти случаи для
того, чтобы выставить требования свободы личности и других по¬
литических свобод.
Социал-демократическая литература разрушала веками вну¬
шавшееся угнетенным массам господствующими классами убеж¬
дение в незыблемости существующих порядков. Она воспиты¬
вала у рабочих сознание их творческой роли в истории,
развивала революционную активность и классовое самосозна¬
ние, призывала к борьбе, внушала волю к победе, мужество
и смелость, пробуждала чувства пролетарской солидарности,
классового единства. Невозможно переоценить ее роль в рас¬
пространении идей международной революционной солидарно¬
сти, пролетарского интернационализма, в освещении опыта меж¬
дународного рабочего движения.
Две тенденции в рабочем движении
С самого начала слияния рабочего движения с социал-де¬
мократией наметилась борьба двух тенденций: революционной
и реформистской. Первая отражала коренные классовые инте¬
ресы фабрично-заводского пролетариата. Вторая — недавно
влившихся в промышленность рабочих, сохранивших еще черты
крестьянской ограниченности в психологии и сознании, а также
рабочих мелкой промышленности и нарождавшегося слоя при¬
вилегированных высокооплачиваемых рабочих, так называемой
«рабочей аристократии».
Революционно-марксистское направление в рабочем движе¬
нии России нашло наиболее полное выражение в деятельно¬
сти В. И. Ленина и созданного им петербургского «Союза
борьбы» (1894—1897 гг.). Это направление представляли так¬
же группа «Освобождение труда», московский, киевский и ека-
теринославский «Союзы борьбы», польская социал-демократия,
революционное крыло многих местных организаций. Револю¬
ционная тенденция выражалась в живом отклике рабочих масс
на призывы социал-демократических организаций к борьбе про¬
тив экономического и политического гнета. Она сказалась в
росте социал-демократических организаций за счет сознатель¬
ных рабочих, в растущем престиже социал-демократии, в рас¬
ширении круга сочувствующих ей в пролетарской среде.
На развитие революционного марксистского направления в
рабочем движении России решающее влияние с середины 90-х
годов оказывал В. И. Ленин, его труды, в которых творчески
развивалась теория и практика научного социализма. Уже в
первых своих крупных произведениях «Что такое «друзья на¬
рода» и как они воюют против социал-демократов?» (1894) и
«Экономическое содержание народничества и критика его в
книге Г Струве» (1897) Ленин выдвинул идею гегемонии про¬
272

летариата России в демократической революции. В работе «За¬
дачи русских социал-демократов» (1897), исходя из опыта ра¬
бочего движения 1895—1897 гг., он доказал, что поскольку
рабочий класс России больше всех других слоев населения стра¬
дает от политического гнета царизма, он особенно заинтере¬
сован в демократизации страны как решающем условии борь¬
бы за социализм. «...Только пролетариат способен до конца до¬
вести демократизацию политического и общественного строя,
ибо такая демократизация отдала бы этот строй в руки ра¬
бочих» 129 130.
Проблема соотношения экономической и политической борь¬
бы разрешалась русскими марксистами с учетом опыта между¬
народного рабочего движения. Этот вопрос был поднят, как
отметил В. И. Ленин, еще на Женевском конгрессе I Интер¬
национала, который отдавая должное экономической борьбе,
предостерегал от преувеличения ее значения, заметного у
английских рабочих, а с другой стороны, от недооценки ее
роли, что имело место у французских и немецких рабочих,
особенно у лассальянцев 13°. Для рабочего класса России,
стоявшего перед буржуазно-демократической революцией, эта
проблема имела особое значение. Пролетариат мог выступить
как передовой борец за демократию лишь на основе правиль¬
ного решения этой жгучей проблемы. Не все действовавшие в
рабочем движении признавали необходимость сочетания
экономической борьбы с политической и превращения рабочего
класса в гегемона нараставшей в стране революции.
С переходом социал-демократов России к деятельности в
рабочей массе возникло тред-юнионистское, оппортунистическое
направление, получившее название «экономизм». В зародыше¬
вой форме оно выступало еще в 1894 г. среди части социал-
демократов в Польше, Вильно, Киеве. В 1894—1895 гг. оно
сказалось в Петербурге и Москве. Печатными органами этого
течения стали петербургская газета «Рабочая мысль» и жур¬
нал «Союза русских социал-демократов за границей» — «Рабо¬
чее дело».
«Экономизм» как направление складывался постепенно.
Массовая агитация привела социал-демократов в соприкосно¬
вение с широкими, в том числе и наименее развитыми слоя¬
ми рабочих. Контакт с этими слоями толкал к постановке на
первый план требований и интересов данной минуты. Идеалы
социализма и политической борьбы понемногу отодвигались.
Этому способствовал раздробленный, кустарный характер дея¬
тельности социал-демократии в рабочей массе, крайне слабая
связь между организациями разных городов, между молодыми
129 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 2, стр. 455.
130 См. В, И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 4, стр. 170—171,
273

участниками движения и старыми деятелями, обладавшими со¬
лидными знаниями, широким политическим кругозором и бога¬
тым революционным опытом. Эти деятели большей частью на¬
ходились в тюрьмах и ссылках, жили в эмиграции за грани¬
цей. Успехи экономических стачек породили увлечение именно
этой формой борьбы. В результате необходимая, но не един¬
ственная сторона работы социал-демократов — организация
повседневной борьбы пролетариата за насущные экономические
нужды —• стала безмерно преувеличиваться, а революционные
классовые интересы рабочего класса предаваться забвению.
Раздались голоса о нецелесообразности сочетания экономиче¬
ской и политической агитации, о незрелости рабочего класса для
политической борьбы, о необходимости прохождения в начале
стадии экономической борьбы и т. д. Часть социал-демократов
отразила таким образом мелкобуржуазные настроения тех слоев
рабочего класса, которые впервые вступали в движение. Скла¬
дывалась идеология и практика оппортунизма, далекого от це¬
лей и задач пролетарского социализма.
В. И. Ленин определял «экономизм» как «первую истори¬
ческую форму российского с.-д. оппортунизма»131. «Эконо¬
мизм» возник почти одновременно со струвизмом и был идейно
связан с ним. Политическое кредо «легальных марксистов», как
и «экономистов», выражалось в формуле: «рабочим — экономи¬
ческая, либералам — политическая борьба». Открытым рупором
«экономизма» — «попятного направления», по определению Ле¬
нина, выступила осенью 1897 г. газета «Рабочая мысль».
«Экономисты» утверждали, что интеллигенция, внося в движе¬
ние социалистическое сознание и политику, приносит вред рабо¬
чему делу. Они проповедовали, что рабочие должны вести
борьбу, «зная, что борются они не для каких-то будущих по¬
колений, а для себя и своих детей»132. «Это было, — писал
В. И. Ленин, — полным подавлением сознательности стихийно¬
стью ...стихийностью тех рабочих, которые поддавались тому
доводу, что копейка на рубль ближе и дороже, чем всякий со¬
циализм и всякая политика» 133.
Увлечение «чисто рабочим» движением сопровождалось на¬
падками на революционную социал-демократию и заявлениями,
что политическая партия рабочего класса — выдумка револю¬
ционного интеллигента 134. Классовый смысл этого увлечения
состоял в подчинении рабочего класса буржуазной идеологии
и политике. В этом направлении шли и попытки «экономистов»
подменить «организацию революционеров» «организацией рабо¬
чих», и ориентация на создание возможно более широкой про¬
131 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 15, стр. 185.
132 «Рабочая мысль», 1897, № 1, стр. 7.
133 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 36.
134 «Рабочая мысль», 1897, № 1.
274

фессиональной организации и, следовательно, возможно менее
конспиративной.
«Экономизм» нашел свое выражение в «Уставе рабочей кас¬
сы», который, по мысли петербургских «экономистов», должен был
стать основой для создания широкой рабочей организации135,
а также в «Манифесте комитета социал-демократического сою¬
за рабочих Русского Манчестера», содержавшем призыв к ор¬
ганизации Всемирного конгресса рабочих как организации «чи¬
сто рабочей», без участия интеллигенции. Та же мысль про¬
водилась в сборнике «Пролетарская борьба» 136, изданном
Уральской социал-демократической группой, где отрицалась не¬
обходимость политической партии пролетариата, утверждалось,
что революцию можно совершить посредством всеобщей стачки.
Плодотворный период в развитии рабочего социал-демокра¬
тического движения, связанный с деятельностью петербургского
«Союза борьбы», сменился после I съезда РСДРП полосой
разброда и шатаний, вызванных распространением «экономиз¬
ма». Арест избранного на съезде Центрального комитета, про¬
валы большинства местных организаций не могли не отразить¬
ся на состоянии социал-демократического движения. На сме¬
ну старым руководителям пришли новые, воспитанные на ли¬
тературе «легального марксизма».
Борьба двух тенденций в рабочем движении развернулась
повсеместно. Слияние социализма с рабочим движением сопро¬
вождалось острой идейной борьбой, от исхода которой зави¬
село, какая тенденция станет господствующей — революционная
или реформистская, интернационалистская или националисти¬
ческая.
К концу 90-х годов в социал-демократических комитетах
верх брали «экономисты». Кризис в социал-демократии был
по существу кризисом руководства: комитеты РСДРП явно от¬
ставали от растущего рабочего движения.
Бесчисленными струйками экономистское направление рас¬
текалось к концу 90-х годов по всей России. Вред, приноси¬
мый этим направлением, особенно усилился в связи с появле¬
нием на западе ревизионизма, близкого по своим установкам
«экономизму»,— бернштейнианства, ставшего главной опасно¬
стью в международном рабочем движении.
Выступление Бернштейна в Германии окрылило оппортунис¬
тическое направление и в российском рабочем движении. За
границей против бернштейнианцев выступал Г В. Плеханов,
который в ряде своих трудов показал несостоятельность реви¬
зионизма.
Выдающийся вклад в борьбу с оппортунизмом не только
в русском, но и в международном рабочем движении внес
135 Там же, 1900, № 8.
136 «Пролетарская борьба», 1899, № 1, стр. 17—18.
275

В. И. Ленин. В своих работах конца 90-х годов В. И. Ленин
вскрывал идейные корни ревизионизма, показывал его буржу¬
азное происхождение, его теоретическую немощь. В написан¬
ном В. И. Лениным «Протесте российских социал-демократов»
(1899 г.) была объявлена решительная война всему кругу идей
ревизионизма. В этом замечательном документе В. И. Ленин
шаг за шагом вскрывает фальсификацию «экономистами» ис¬
тории рабочего движения на Западе и в России, беспочвен¬
ность буржуазных утверждений о кризисе теории научного
социализма. «Говорить о «кризисе марксизма», — писал В. И. Ле¬
нин,—значит повторять бессмысленные фразы буржуазных
писак, усиливающихся раздуть всякий спор между социали¬
стами и превратить его в раскол социалистических партий» 137
С большой силой В. И. Ленин подчеркнул в этой работе зна¬
чение партии как руководителя рабочего класса в борьбе за
завоевание политической власти. В. И. Ленин решительно от¬
верг фальшивые утверждения «экономистов» о незрелости ра¬
бочего класса России для политической борьбы.
Стачки конца 90-х годов
Борьба рабочих ширилась, захватывая новые районы и но¬
вые отряды пролетариата. К старым причинам, порождавшим
стачки, прибавилась новая — борьба в связи с проведением в
жизнь закона 2 июня 1897 г. Сокращение количества празднич¬
ных дней, снижение на многих предприятиях заработной пла¬
ты, попытка удлинить рабочий день там, где раньше он был
ниже одиннадцати с половиной часов,— все это вызывало про¬
тесты рабочих. Поскольку закон распространялся на всю Рос¬
сию, то и обострение борьбы между рабочими и предпринимате¬
лями приняло повсеместный характер. В 1898—1900 гг. количест¬
во стачек и число стачечников было больше, чем в 1895—1897 гг.,
хотя, как уже отмечалось, в целом стачки были менее мас¬
совыми и продолжительными, чем в предыдущее трехлетие.
Произошли изменения в структуре стачечного движения: на¬
ряду с выступлениями текстильщиков заметно увеличилось чи¬
сло забастовок металлистов и строителей.
В крупнейших промышленных районах страны — Петербург¬
ском и Московском — движение в конце 90-х годов не отли¬
чалось таким широким размахом и упорством, как в 1895—
1897 гг. В Петербурге в 1898 г. прошла волна стачек глав¬
ным образом на текстильных фабриках, вызванная сокращением
количества нерабочих дней 138 и уменьшением заработков. На
137 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 170.
138 В 1900 г. Комитет министров вынужден был увеличить число праздничных
дней на три.
276

механических заводах ряд стачек был вызван требованиями
сокращения работы в предпраздничные дни. В начале мая
вспыхнули волнения на Ижорских судостроительных заводах,
где рабочие требовали введения 8-часовых смен и повышения
расценок. В следующем году прошли волнения строительных
рабочих этих же заводов, добивавшихся повышения заработной
платы и сокращения рабочего дня.
Особенно выделилась стачка 4 тыс. рабочих бумаготкацкой
фабрики Паля, Петровской и Спасской мануфактур в декабре
1898 г. Рабочие упорно добивались повышения расценок, унич¬
тожения грабительской системы расчета, удаления мастеров,
грубо обращавшихся с рабочими, устройства вентиляции. «Со¬
юз борьбы» выпустил в связи с этой стачкой прокламацию,
из которой «экономисты», по признанию журнала «Рабочее
дело», исключили требования свободы стачек и собраний, вы¬
двинутые забастовщиками. Это вызвало большое недовольство
рабочих139. Полиция зверски расправилась со стачечниками.
В Центрально-промышленном районе стачечное движение в
конце 90-х годов развивалось неравномерно. Наибольшее число
выступлений рабочих приходится на 1898 г., наименьшее — на
1900 г. Бастовали преимущественно текстильщики, требуя по¬
вышения заработной платы, восстановления отмененных зако¬
ном 2 июня 1897 г. нерабочих дней, сокращения работы в
предпраздничные дни.
Крупные выступления, охватившие не менее 1000 рабочих,
имели место на отдельных предприятиях, расположенных, как
правило, вдали от городов. Они носили, хотя и упорный, но
стихийный характер. Чаще всего подобные стачки возникали на
текстильных предприятиях Московской губ.
Стихийным взрывом возмущения было выступление рабочих
Сормовского завода в 1899 г. На этом крупнейшем предприя¬
тии господствовал полный произвол хозяев. Фабричные зако¬
ны игнорировались. Рабочих вынуждали по-прежнему пользо¬
ваться «кредитом» в фабричной лавке. Вместо денег им выда¬
вали записки в лавку, где они переплачивали за товары. Из
причитавшихся рабочему 253 руб. в год он получал «запи¬
сками» 220 руб., а деньгами 33 руб. Записками выдавали
также водку. Кроме того, выдача денег часто задерживалась,
расценки на работы не вывешивались, плату выдавали нере¬
гулярно. 24 июля тысячная толпа собралась у заводской кон¬
торы, полетели камни. В цехах рабочие разбросали инструмен¬
ты, конторские книги, документы; другая часть стачечников гро¬
мила полицейский участок и винный склад.
Стачка была неожиданной для местной социал-демократиче¬
ской организации, которая лишь после ее окончания обрати¬
139 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 43—47.
277

лась к рабочим с листовкой. Оценив это выступление как пер¬
вый массовый отпор сормовских рабочих эксплуататорам, со¬
циал-демократы указали на связь хозяев с властями, сформу¬
лировали основные требования рабочих: выдавать зарплату два
раза в месяц «по закону» и деньгами, а не принуждать брать
«записки», вывешивать точные расценки, «утвержденные по за¬
кону фабричным инспектором», не принуждать работать в во¬
скресенье и праздничные дни. Рабочие призывались действо¬
вать организованно, избегая погромных действий 140.
Самое крупное выступление рабочих в центре России прои¬
зошло на Брянском рельсопрокатном и механическом заводе
при ст. Бежица Орловской губ. Бурное выступление 11 тыс. рабо¬
чих в июне 1898 г.— яркий пример переплетения сознательного и
стихийного начал в борьбе рабочего класса. Незадолго до собы¬
тий появились две прокламации, которые в связи с приближе¬
нием 25-летия завода призывали рабочих постоять за свои инте¬
ресы. Рабочим разъяснялось, что «для успешной борьбы с
капиталистами необходима свобода собраний и печати и пред¬
ставительное управление страной» 141. Непосредственным пово¬
дом к волнениям послужило случайное убийство заводским
сторожем мальчика—сына одного из рабочих. Когда рабочие
обратились к местному приставу, тот заявил: «Ну что же!
Убили, так похороним». Глубоко возмущенные рабочие стали
ломать ворота завода, портить станки, громить механические
мастерские, заводские магазины. Большинство рабочих было
против бунта. Передовая часть рабочих все же сумела под¬
чинить своему влиянию всю массу. От ее имени были предъявле¬
ны требования 9-часового рабочего дня, отмены штрафов, сни¬
жения платы за квартиру. Власти вызвали войска и арестовали
60 рабочих, принудив остальных приступить к работе. В сен¬
тябре 1898 г. вновь начавшаяся стачка прошла более организо¬
ванно. Однако рабочим не удалось добиться удовлетворения
своих требований 142.
Рабочее движение на Украине в последнее трехлетие XIX в.
значительно выросло. Изменился и состав участников борьбы.
Раньше первое место занимали шахтеры. Теперь впереди шли
рабочие металлургической и металлообрабатывающей промыш¬
ленности. В Екатеринославе с ростом авторитета местного
«Союза борьбы» его агитация начинала выходить за рамки
того или иного предприятия. В апреле 1898 г. «Союз» издал
листовку «Ко всем екатеринославским рабочим» с призывом
бороться за 8-часовой рабочий день143. Экономические требо¬
140 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 308—311.
141 Там же, стр. 155.
142 Там же, стр. 156—158, 669.
143 Там же, стр. 201—203.
278

вания стали сочетаться с политическими требованиями, что
впервые сказалось в первомайских стачках.
Поворотным моментом к более организованной массовой
борьбе была стачка рабочих Юзовки в 1898 г. Владельцы
Юзовского металлургического завода сохранили 11,5-часовой
рабочий день и после издания закона от 2 июня 1897 г.
Между тем на многих металлургических заводах как в столице,
так и на Юге действовал 11- и даже 10-часовой рабочий день.
Металлурги потребовали сокращения рабочего дня на один час.
После отказа администрации они с 16 января 1898 г. явочным
порядком стали прекращать работу на час раньше. Попытки
владельцев завода уговорить рабочих ни к чему не привели.
Перед организованным и стойким выступлением рабочих за¬
водчики отступили—с 1 февраля 1898 г. на Юзовском заводе
был установлен 10,5-часовой рабочий день144.
В октябре того же года на шахтах Новороссийского обще¬
ства и Юзовском заводе вновь произошла стачка. Причиной
ее было снижение расценок и ухудшение условий труда рабо¬
чих. На стачку известное влияние оказала социал-демократиче¬
ская листовка «Письмо ко всем юзовским рабочим», призывав¬
шая рабочих организованной борьбой добиться улучшения своего
положения. Организаторами стачки выступили рабочие П. Аге¬
ев, Ф. Иванов, К. Севриков, А. Анищенко.
Заметно возросли стачки строительных рабочих Украины.
Весной 1898 г. бастовали каменщики на строительстве До¬
нецко-Юрьевского завода, весной 1899 г.— на строительстве
металлургического завода Алмазного общества в Донбассе. На
стройке царила самая жестокая эксплуатация, рабочий день
превышал 12 час., заработная плата была непомерно низкой.
После того, как администрация отвергла требование рабочих сок¬
ратить рабочий день, 700 каменщиков и чернорабочих прекрати¬
ли работу. Их стойкость и единодушие заставили предпринима¬
телей отступить — сократить рабочий день до 10 час. Успешно
завершились и стачки осенью 1899 г. на строительстве Белянских
копей и Краматорского металлургического завода.
В Закавказье наиболее зрелыми были стачки рабочих же¬
лезнодорожных мастерских в Тифлисе в 1898 и 1900 гг.
В декабре 1898 г. до 2 тыс. рабочих собрались перед зданием
главной конторы, протестуя против введения новых правил вы¬
дачи пособий. Стачка продолжалась с 14 по 21 декабря, и ра¬
бочие добились своего — министр путей сообщений распорядил¬
ся оставить старые правила. В организации стачки активное
участие принимали члены рабочего социал-демократического
кружка 145.
144 С. И. Потолов. Указ, соч., стр. 230—232.
145 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 184—190.
279

Организованно прошла стачка рабочих тифлисских железно¬
дорожных мастерских в августе 1900 г. Рабочие составили требо¬
вания, которые включали отмену вечерних сверхурочных работ,
увеличение заработной платы, выдачу денег два раза в месяц,
улучшение условий труда, запрещение грубого обращения, отме¬
ну штрафов, освобождение арестованных товарищей146. Со¬
циал-демократический кружок мастерских, во главе которого
стояли М. И. Калинин, В. Н. Мещерин, М. К- Савченко,
И. Ф. Стуруа, Н. Г. Домостроев, В. К. Курнатовский, в своих
листовках призывал рабочих к единству и стойкости в борьбе,
подчеркивая значение классовой пролетарской солидарности 147.
В Баку — крупнейшем центре нефтяной промышленности —
рабочее движение во второй половине 90-х годов было слабым
и не выходило за пределы стихийных, чисто экономических
стачек и волнений.
Пропаганда идей марксизма среди бакинских рабочих на¬
чалась в 1898 г. Возникли социал-демократические кружки
в железнодорожном депо и на некоторых предприятиях. Орга¬
низаторами первых кружков были московский рабочий, токарь
А. М. Попов и слесарь И. П. Вацек, чех по национальности,
позднее один из руководителей бакинского пролетариата. Актив¬
ное участие в организации кружков принимал Н. П. Козеренко.
Помощь в постановке пропаганды марксизма оказывали тифлис¬
ские социал-демократы. Большое внимание уделялось работе сре¬
ди местных рабочих-азербайджанцев. В первых марксистских
кружках начали свою революционную деятельность будущие
видные большевики Азербайджана: Мамед Мамедьяров, Бала-
Али Дадашев, 1Мир-Башир Касумов 148.
Усилилось в конце 90-х годов рабочее движение в Прибалти¬
ке. В Литве стачки рабочих 1898—1900 гг. были наиболее упор¬
ными и принесли, хотя и незначительное, улучшение положения
рабочих. На некоторых предприятиях был сокращен рабочий
день и несколько повышена заработная плата. В 1898—1900 гг.
состоялись маевки рабочих в Вильно и Вилейки, несмотря на
скопление в эти дни полиции и воинских частей.
Значительно усилилась стачечная борьба рабочих в Латвии.
Стачки стали более упорными. Самого большого подъема рабо¬
чее движение достигло здесь в мае 1899 г. В Риге произошли
бурные стихийные выступления рабочих. Одновременно в горо¬
де происходила десятитысячная демонстрация. Город был навод¬
нен войсками. Полиция, а затем и воинские части пустили в
ход оружие. Пролилась кровь. 5 человек были убиты и 21 ранен,
146 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 550—551.
147 Там же, стр. 551—552; Н. А. Чахвашвили. Рабочее движение в Грузии
(1870—1890 гг.). Тбилиси, 1958, стр. 145—159.
148 «Очерки истории Коммунистической партии Азербайджана». Баку, 1963-
стр. 28—29,
280

что вызвало огромное возмущение рабочих. В последующие дни
произошли новые столкновения между рабочими и войсками.
Последовали новые расстрелы. Борьба продолжалась до 18 мая.
Всего в Риге было убито 93 человека и 68 тяжело ранено.
В Либаве (Лиепая) 3 мая 1899 г. стачку начали рабочие
проволочного завода Беккера и чугунолитейного завода
Штруппа. К ним на другой день, 4 мая, присоединились рабочие
железнодорожных мастерских, пробочной фабрики и грузчики
товарной станции. Накануне стачки в разных местах 'были
расклеены листовки местной социал-демократической организа¬
ции, призывавшие рабочих дружно отпраздновать 1 Мая с тем,
чтобы доказать свою солидарность с пролетариями других городов
и свою силу149. Общая стачка рабочих различных профессий
и разных отраслей промышленности свидетельствовала о росте
классовой солидарности, о сознании силы объединенного отпо¬
ра эксплуататорам. После бурных майских дней 1899 г. в Риге
в Латвии наступил на время спад рабочего движения. С новой
силой оно разгорелось в начале XX века.
В Эстонии в 1898—1900 гг. произошел ряд стачек, вызван¬
ных тяжелым положением рабочих (стачки на суконной фабри¬
ке, заводе «Двигатель», Балтийской хлопчатобумажной ману¬
фактуре и других). На отдельных предприятиях под напором
рабочих хозяевам частично пришлось удовлетворить выдвину¬
тые требования 15°.
Значительно усилилось в 1898—1900 гг. рабочее движение
на Урале. За это время здесь произошло более 20 стачек. Движе¬
ние приобрело систематический характер и охватило все районы
этого промышленного края.
Попытки руководства рабочим движением местными социал-
демократическими группами стали более частыми. Центром
деятельности стал Екатеринбург. Местные социал-демократы
начали вступать на путь широкой экономической и политиче¬
ской агитации. Они установили связь с заводами и издали к
маевке 1898 г. прокламацию. В ней разъяснялось значение
1 Мая и указывалось на необходимость политической борьбы.
После этой прокламации появился ряд других.
В 1899 г. группа вновь издала первомайскую проклама¬
цию— «Воззвание к рабочим Урала», в котором рабочие при¬
зывались к объединению и солидарности в борьбе за полити¬
ческие права 151.
В числе массовых выступлений конца 90-х годов отметим
стачку 1000 рабочих снарядного цеха Пермских пушечных заво¬
149 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 406—423; «Очерки истории Комму¬
нистической партии Латвии», ч. I, стр. 43—46.
150 «История Эстонской ССР», т. II. Таллин, 1966, стр. 373—374.
151 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 311—313.
281

дов на Урале. Рабочие протестовали против снижения заработ¬
ной платы в связи с переходом ст 10- к 8-часовому рабочему дню.
Стачки рабочих произошли в эти годы на Чусовском заводе и
некоторых других предприятиях 152.
Зарождение рабочих профессиональных организаций
В условиях политического бесправия и запрещения легаль¬
ных рабочих организаций социал-демократические группы и
кружки неизбежно брали на себя многое в руководстве эконо¬
мической борьбой рабочих. Но они не могли полностью заменить
профессиональные организации. Уже в конце 80-х — начале
90-х годов по инициативе самих рабочих стали возникать неле¬
гальные стачечные кассы, прежде всего в Польше, Литве,
Латвии. Во второй половине 90-х годов на почве роста ста¬
чечной борьбы и при содействии социал-демократических орга¬
низаций они стали появляться во многих городах России. Осо¬
бенно ускорилось возникновение таких касс после петербургской
стачки 1896 г. Средства кассы составляли, как правило, взносы
рабочих данного предприятия. Источником иногда служили сбо¬
ры, устраиваемые студентами или сочувствующими интеллиген¬
тами.
В Петербурге с 1896 г. «Союз борьбы» организовывал ста¬
чечные кассы как на отдельных предприятиях, так и в масшта¬
бах района153. И. В. Бабушкин свидетельствовал, что вопрос
о стачечных кассах обсуждался на одном из собраний рабочих
вожаков: «Хорошо помню предложение об общей петербургской
кассе рабочих, которая должна была явиться главным органом
всех касс и составлялась бы из процентов, вносимых всеми
«порайонными» кассами, цель этой кассы заботиться о переда¬
че денег арестованным и при нужде — пополнять истощение
какой-либо местной «Районной кассы»» 154.
Идея стачечной кассы получила распространение и в
Москве. Деятельностью кассы много занимался московский
«Рабочий союз»155. Еще на маевке 1895 г., в присутствии
200 рабочих встал этот вопрос и тогда же была высказана
мысль об организации «боевой рабочей кассы». В следующем
году на рабочих сходках рассмотрели Устав кассы и решили,
что она должна быть единой для всех. Вслед за этим в июне
1896 г. рабочие по предприятиям выбрали кассиров и определи¬
ли способы собирания денег. По Уставу средства кассы должны
были использоваться на нужды рабочих кружков, приобретение
152 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 313—323.
153 К. М. Тахтарев. Указ, соч., стр. 69.
154 «Воспоминания Ивана Васильевича Бабушкина», стр. 63—64.
155 «Первый съезд РСДРП», стр. 139—142.
282

литературы, издание брошюр и листков, на помощь стачечникам
и их семьям 156.
Большое внимание уделял стачечным кассам Иваново-Воз¬
несенский «Рабочий союз». «Рабочая касса» существовала и
в Костроме. Ее организатором был рабочий Д. А. Семенов,
активный деятель рабочего социал-демократического движения
в Костроме 157.
Стачечные кассы в тех или иных видах существовали также
на Украине. В Екатеринославе, как говорилось в отчете мест¬
ного социал-демократического комитета, рабочие «везде тол¬
куют об организации, об устройстве касс борьбы». Среди
заводских рабочих существовала библиотечная касса, цель кото¬
рой, кроме приобретения книг, состояла в оказании помощи
арестованным товарищам. Такие же цели ставила перед собой
касса рабочих нескольких заводов Е|катеринослава, возникшая
осенью 1899 г. под названием «Начало»158.
Корреспондент из Киева сообщал в «Работнике», что «ввиду
учащающихся стачек в Киеве был издан и распространен среди
рабочих «Устав кассы сопротивления», принятый рабочими очень
сочувственно»159 160. В Харькове, согласно отчету комитета
РСДРП, в конце 90-х годов стали обычными попытки создания
«местных, заводских, чисто рабочих организаций в форме не¬
больших касс с несколькими десятками членов» 16°, -библиоте¬
чек, рабочих комитетов и пр. Ряд касс существовал среди ти¬
пографских рабочих. Возникли кассы в Одессе, Николаеве,
Херсоне и в других городах.
Революционные марксисты России во главе с В. И. Лениным
ценили интерес рабочих к этим кассам и откликались на него
в агитационных листовках. В подавляющем большинстве слу¬
чаев нелегальные стачечные кассы создавались при социал-де¬
мократических организациях как, хотя еще и слабые, центры
объединения передовых рабочих по предприятиям или по
профессиям.
Точка зрения В. И. Ленина на нелегальные стачечные кассы
и профессиональные организации изложена в работе «Что де¬
лать?». Показав несостоятельность плана «экономистов» до¬
биться при царизме легализации рабочего движения и тем
самым решить вопрос о создании широкой рабочей организа¬
ции, В. И. Ленин писал: «Остается путь тайных профессиональ¬
ных организаций, и мы должны оказать всяческое содействие
рабочим, которые уже вступают (как нам доподлинно известно)
на этот путь. Профессиональные организации не только могут
156 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 397, 402—404; л IV, ч. 2, стр. 70—71.
157 Там же, т. IV, ч. 2, стр. 523.
158 Там же, стр. 372.
159 Там же, ч. 1, стр. 491.
160 Там же, ч. 2, стр. 618.
283

принести громадную пользу в деле развития и укрепления эко¬
номической борьбы, но и стать весьма важным пособником
политической агитации и революционной организации»161.
Революционные марксисты никогда не смешивали полити¬
ческую партию пролетариата с профсоюзной организацией. На
примере составленных «экономистами» двух уставов профессио¬
нальных организаций — «Устава рабочей кассы» (июль 1897 г.) и
«Устава союзной рабочей организации» (1900 г.) —В. И. Ленин
показал, что попытки «экономистов» создать оформленные рабо¬
чие организации с уставом, выборами и т. д. будут выгодны толь¬
ко жандармам. «Маленькое, тесно сплоченное ядро самых надеж¬
ных, опытных и закаленных рабочих,— писал В. И. Ленин,—
имеющее доверенных людей в главных районах и связанное, по
всем правилам строжайшей конспирации, с организацией револю¬
ционеров, вполне сможет выполнить, при самом широком содей¬
ствии массы и без всякого оформления, все функции, которые ле¬
жат на профессиональной организации, и кроме того выполнить
именно так, как это желательно для социал-демократии. Толь¬
ко таким путем и можно достигнуть упрочения и развития,
вопреки всем жандармам, социал-демократического профессио¬
нального движения» 162.
Главный вывод В. И. Ленина состоял в том, что если на¬
чать со строительства революционной марксистской партии, то
можно будет «... обеспечить устойчивость движения в его целом,
осуществить и социал-демократические и собственно тред-юнио¬
нистские цели» 163.
Политические выступления рабочих в 1895—1900 гг.
В развитии революционного массового рабочего движения
России большую роль сыграли маевки. Попытки передовых ра¬
бочих России отмечать день международной пролетарской соли¬
дарности в условиях царского самодержавия беспощадно по¬
давлялись. Поэтому празднование 1 Мая превращалось в акт
политической борьбы. Переход от пропаганды в рабочих круж¬
ках к массовой агитации сказался и на праздновании 1 Мая.
В 1895 г. маевки еще продолжали носить в большинстве случаев
характер загородных нелегальных и немноголюдных сходок пе¬
редовых рабочих.
Более массовыми выступлениями 1 Мая отмечалось в неко¬
торых городах Польши. В Радоме день международной проле¬
тарской солидарности был отмечен стачкой рабочих кожевен¬
ных заводов. В Лодзи и Варшаве, где еще в начале 90-х
годов маевка сопровождалось стачками, власти приняли меры
предосторожности и в 1895 г. 1 Мая произошли лишь сходки
161 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 116.
162 Там же, стр. 119.
163 Там же, стр. 120.
284

рабочих. Кроме того, в этот день были распространены перво¬
майские листовки.
Сходки рабочих в день 1 Мая 1895 г. произошли в Одессе,
Екатеринославе, Киеве, Москве, Иваново-Вознесенске, Нижнем
Новгороде, Гомеле, Минске. В Москве распространялась перво¬
майская прокламация «Рабочего союза». В ней рабочие призы¬
вались к организации своих сил и к борьбе за политическую
свободу, за 8-часовой рабочий день. Эти требования выдвигались
и рабочими Польши.
Начиная с 1896 г. в маевках участвуют уже значительно более
широкие группы рабочих. Маевки приобретают характер рабо¬
чих массовок, на которых выдвигаются экономические и поли¬
тические требования. В 1896 г. 1 Мая было отмечено в разных
формах—сходками, стачками, .собраниями или распростране¬
нием листовок — в Петербурге, Москве, Киеве, Варшаве, Лодзи,
Радоме, Ченстохове, Белостоке, Вильно, Ковно, Минске, Гродно,
Риге, Либаве, Екатеринославе, Одессе, Самаре, Нижнем Новго¬
роде, Иваново-Вознесенске. Почти во всех крупных промышлен¬
ных центрах Европейской России выпускались листовки, а в
некоторых городах (Москве, Нижнем Новгороде, Киеве) на
маевках провозглашалось образование социал-демократических
организаций и «Рабочих Союзов» 164.
День 1 Мая требовал больших жертв от рабочего социал-
демократического движения России. Тюрьмами, ссылками, из¬
биениями рабочих, а иногда и расстрелами были отмечены дни
праздника. Но никакие силы не могли преградить дорогу идее
международной пролетарской солидарности. С 1897 г. праздно¬
вание 1 Мая широко распространилось по всей стране. В 1897—
1900 гг. первомайские дни были отмечены проведением тайных
собраний и распространением листовок в Петербурге, Москве,
Варшаве, Лодзи, Радоме, Домброве, Иваново-Вознесенске, Ниж¬
нем Новгороде, Воронеже, Самаре, Саратове, Риге, Двинске,
Либаве, Митаве, Вильно, Ковно, Вилейке, Креславке, Минске,
Гомеле, Витебске, Орше, Гродно, Белостоке, Казани, Киеве,
Одессе, Харькове, Екатеринославе, Черкассах, Фастове, Тараще,
Кременчуге, Жмеринке, Полтаве, Ростове-на-Дону, Таганроге,
Мариуполе, Луганске, Николаеве, Александровске, Дебальцово,
Кривом Роге, Тифлисе, Баку, Томске, Екатеринбурге 165.
Установление связи социал-демократии с массовым рабочим
движением придало силу и размах празднованию 1 Мая. Со¬
циал-демократические организации, накопив опыт, стали тща¬
тельно готовиться к проведению этого дня. Они заранее издава¬
164 «Первое Мая в царской России». М., 1939, стр. 286; «Рабочее движение...»,
т. IV, ч. 2, стр. 715—718.
165 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 744, 772—774, 793—797, 820—825;
И. В. Стригунов. Указ, соч., стр. 284; «Хроника важнейших событий исто¬
рии КПБ», стр. 24—29.
285

ли и распространяли листовки и брошюры, напоминавшие
рабочим о приближении 1 Мая, намечали места рабочих сходок
и демонстраций, подготавливали стачки с экономическими и
политическими требованиями. Маевки отразили общий уровень
рабочего социал-демократического движения России того време¬
ни. Большинство листовок, выпущенных к майским дням 1898 г.,
носит четкий политический характер.
Несмотря на усилившиеся репрессии правительства, на за¬
силье «экономистов» в местных организациях и их стремление
ограничиться чисто тред-юнионистскими требованиями, маевки
все более выливаются в серьезные политические выступления.
Наиболее яркую политическую окраску они приобрели в Варша¬
ве, Лодзи, Домброве и других городах Польши, где первомайские
стачки и демонстрации проводились систематически. Лозунг
«Долой царское самодержавие» встречается в первомайских ли¬
стовках польской социал-демократии начиная с 1895 г.166
Празднование 1 Мая все чаще сопровождалось стачками.
В 1898—1900 гг. впервые первомайские стачки прошли в Екате-
ринославе, Николаеве, Риге, Митаве, Вильно, Витебске, Ивано¬
во-Вознесенске, Харькове и ряде городов Польши167. Все
сильнее звучали призывы к борьбе за политическую свободу,
за 8-часовой рабочий день. Социал-демократические органи¬
зации Украины, Польши, Литвы и Латвии выдвигали, кроме
того, требование равноправия национальностей.
Политический характер носит первомайская листовка
1898 г., выпущенная «Рабочим союзом» Литвы. «Союз» начал
готовиться к празднику еще в начале апреля, заранее распро¬
странив в Вильно, Ковно, Риге, Либаве обращения к рабочим
на литовском и польском языках с призывом мирно отметить
свой праздник. В ряде городов Литвы состоялись загородные
сходки рабочих.
К широкому празднованию 1 Мая призывал Рижский коми¬
тет РСДРП. В 1899 г. 1 Мая забастовали рабочие джутовой
фабрики, к которым впоследствии присоединились рабочие мно¬
гих предприятий города. Во время стачки произошли крова¬
вые столкновения с войсками, оставившие глубокий след в рабо¬
чем движении Латвии.
В Киеве за несколько дней до маевки 1899 г. начались по¬
вальные аресты и обыски. Число арестованных достигло почти
200 чел., из них около 50 рабочих. 1 Мая днем и ночью по
городу разъезжали воинские патрули. Несмотря на это, май¬
ские листовки были распространены почти на всех фабриках
и заводах. Вопреки всему рабочие сумели отпраздновать 1 Мая
за городом.
166 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 179—181.
167 Там же, ч. 2, стр. 746—747.
286

В Екатеринославе 1 Мая 1899 г. около всех заводов были
расставлены полиция и казаки. На мосту через Днепр располо¬
жился отряд полицейских, чтобы не допустить рабочих в город.
Рабочие Брянского завода заявили администрации, что они
после обеда работать не будут, и, несмотря на угрозы, на работу
не вышли. Рабочие железнодорожного цеха того же завода свой
заработок за день 1 Мая пожертвовали в пользу голодающих.
В 1900 г. власти во многих городах произвели накануне
1 Мая повальные обыски и аресты. Они наводнили промышлен¬
ные центры полицейскими, казаками, войсками, готовыми по
первому приказу стрелять в рабочих. Но помешать рабочим
отпраздновать 1 Мая правительство было бессильно. Междуна¬
родный день пролетарской солидарности отмечался во многих
городах. Массовые демонстрации прошли в Варшаве, сопровож¬
даясь столкновениями с полицией и арестами участников; в
Вильно, где на улицы города вышли до 1,5 тыс. чел., в Креслав¬
ке (Виленская губ.), Домброво. В Ростове-на-Дону состоялась
сходка, на которую в степи группами собрались до 600 рабочих.
Такие же сходки и маевки с участием значительных групп рабо¬
чих произошли в Лодзи, Белостоке, Гродно, Херсоне.
Самым крупным после петербургских стачек 1896 г. собы¬
тием в истории рабочего движения России была первомайская
стачка 1900 г. в Харькове и связанная с ней рабочая демон¬
страция. Выступление пролетариата организовал Харьковский
комитет РСДРП, .который заранее провел ряд сходок рабочих
и распространил первомайскую листовку, содержавшую требо¬
вания политических свобод, 8-часового рабочего дня, восстано¬
вления праздников, сокращенных законом 2 июня 1897 г., рас¬
пространения фабричного законодательства на казенные и ре¬
месленные предприятия и обязательного государственного стра¬
хования. Комитет призывал рабочих организованно выступить
в день 1 Мая с этими требованиями, не страшась репрессий
царского правительства 168.
В стачке приняли участие все рабочие харьковских механи¬
ческих заводов и часть рабочих других профессий — печатники,
булочники, -столяры, мебельщики, портные, заготовщики, реме¬
сленники. Ведущую роль играли металлисты и железнодорожни¬
ки. С красными флагами, с пением революционных песен
2000 рабочих вышли на площади Харькова, увлекая за собой
массу собравшихся на улицах рабочих. Стачка переросла в
мощную политическую демонстрацию, отражавшую уже не ог¬
раниченные экономические требования отдельных групп рабочих,
а общий протест против политического и экономического гнета,
168 «Листовки революционных социал-демократических организаций Украины»
(1896—1904). Киев, 1963, стр. 90—92; «Майские дни 1900 г. в Харькове».
[Харьков], 1930.
287

общепролетарокие требования политических свобод и 8-часово¬
го рабочего дня. «Долой самодержавие!» — таков был главный
лозунг этой исторической демонстрации. В. И. Ленин высоко
оценил значение майских дней в Харькове 1900 г. для истории
рабочего движения России. «Сказка о том,— писал он,— будто
русские рабочие не доросли еще до политической борьбы,
будто их главное дело — чисто экономическая борьба... эта
сказка решительно опровергается харьковской маевкой» 169.
В Екатеринославе полиция перед 1 Мая 1900 г. арестовала
более 40 рабочих и интеллигентов. Войска стояли наготове. От
подготовленной демонстрации пришлось отказаться, но сотни ра¬
бочих не вышли на работу и мирно на глазах у всех прогули¬
вались по бульвару.
Екатеринославокий комитет РСДРП в первомайской листов¬
ке ярко отразил политический характер требований междуна¬
родного и русского рабочего движения. «Долой милитаризм!
Долой бессмысленные войны между народами! Долой угнетение
народа штыками отнятых у него же сынов! Долой порабоще¬
ние рабочих капиталистами! Да здравствует международная
пролетарская солидарность!.. Да восторжествует социа¬
лизм!..»170. Впервые в этом обращении выдвинут лозунг:
«За демократическую республику».
Кроме первомайских праздников, в подготовке перехода ра¬
бочего класса от экономической к политической борьбе опреде¬
ленную роль сыграли демонстрации рабочих, вызванные
жертвами жестокой капиталистической эксплуатации или поли¬
цейского произвола. В январе 1899 г. в Витебске состоялась
демонстрация около тысячи рабочих во время похорон работни¬
цы 171. В июле вновь состоялась демонстрация в связи с похо¬
ронами убитого полицией рабочего 172. Летом в Варшаве состоя¬
лась большая демонстрация во время похорон видного
социал-демократа Януша Танского. Крупный инженер, вы¬
дающийся математик' Я. Танский был горячим борцом за
единство польского и русского рабочего движения и стремился
к объединению в один общий союз рабочих всех национально¬
стей. Танский поплатился за свою политическую деятельность
тюрьмой, которая свела его в могилу.
Центральный орган немецкой социал-демократии «Vorwärts»
подробно описал эту демонстрацию: «Процессия эта, состояв¬
шая из тысячной толпы рабочих и работниц, потянулась от
одного из местных госпиталей. Не видно было ни креста, ни
духовенства, ни свечей; не слышно было церковного пения. Гроб
169 В. И Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 364.
170 «Листовки революционных социал-демократических огранизаций Украи¬
ны», стр. 88.
171 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 787.
172 Там же, стр. 804.
288

несли рабочие, а катафалк был накрыт венками, многие с
красными лентами... Тысячная толпа с обнаженными головами
тянулась по улицам Варшавы; недалеко от кладбища, но все
еще в городе, рабочие сняли венки с катафалка и несмотря
на энергичные протесты полиции понесли их впереди гроба.
Вскоре раздались звуки боевой песни пролетариата...» 173
Две многотысячные демонстрации рабочих состоялись в
Варшаве в начале 1900 г. во время похорон товарищей, за¬
мученных в царских казематах. В феврале рабочие Вильно про¬
вели уличную демонстрацию во время отправки партии за¬
ключенных из пересыльной тюрьмы. В марте 2000 рабочих
Белостока собрались во время похорон товарища, погибшего
от туберкулеза. Такая же демонстрация произошла в апреле
в м. Сморгони 174.
Первомайские стачки и демонстрации 90-х годов открыли
рабочим путь к политическим стачкам и политическим демон¬
страциям, ознаменовавшим в начале нового века переход рабо¬
чего класса России к массовой политической борьбе.
ОБЩИЕ ИТОГИ ПРОЛЕТАРСКОЙ БОРЬБЫ
Перелом в развитии массового рабочего движения России,
наступивший в середине 90-х годов, проявился прежде всего
в том, что благодаря связи с социал-демократией борьба рабо¬
чих за улучшение условий труда и жизни стала приобретать
общероссийский характер. Стачечное движение становилось
непрерывным. Промышленная конъюнктура и агитация способ¬
ствовали наступательному порыву рабочих, что вело к обостре¬
нию противоречий между ними и предпринимателями, поддер¬
живаемых царизмом.
Данные официальной статистики о количестве стачек и числе
участников в них во второй половине 90-х годов приведены
в табл. 7. Главным недостатком официальной статистики,
кроме преуменьшения сведений о числе бастующих, было то,
что она охватывала только рабочих в заведениях, подчиненных
фабричной инспекции. Рабочие горной и горнозаводской про¬
мышленности, железнодорожного и водного транспорта, строи¬
тельные и некоторые другие группы рабочих не входили в эту
статистику.
По уточненным данным, которые также неполны, но значи¬
тельно расширяют представление о размахе и характере рабоче¬
го движения, число выступлений рабочих (стачки, демонстра¬
ции, сходки и т. д.) и число участников в них по годам
представляются следующим образом (см. табл. 8).
173 Там же, стр. 459—461.
174 Там же, стр. 817-819, 825.
10 Заказ № 2671
289

Таблица 7
Стачечное движение в 1895—1900 гг. *
Год Число стачек
Число участников
1895
68 л
31195 л
1896
118 1 331
29 527 1 120 592
1897
145 )
59 870 J
1898
215 л
43150 л
1899
189 1 529
57 498 [ 130 037
1900
125 )
29 389 J
Всего
860
250 629
См. В. И. Ленин.
Полн. собр. соч.,
т. 24, стр. 214.
Таблица 8
Рабочее движение в 1895—1900 гг.
(по уточненным данным) *
Число
Год
тупл
Выступления, в кото¬
рых известно число
участников
Число
участников
1895
1141
86
59 707 ]
1896
141 471
120
100 060 246 461
1897
216 J
161
86 694)
1898
198 j
138
84 018 |
1899
237 552
203
80 090 215 968
1900
117]
87
51 860 j
Всего
1023
795
462 429
* «Рабочее движение . . . », т. IV, ч. 2, стр. 695—842.
В 228 случаях выступлений рабочих в 1895—1900 гг. све¬
дений о числе участников не имеется. Большинство этих слу¬
чаев относится к низшим формам пролетарской борьбы (волне¬
ниям, жалобам, подачам коллективных прошений и другим
видам протеста рабочих).
Специальные исследования последних лет по отдельным рай¬
онам также свидетельствуют о том, что число стачек и рабочих,
участвовавших в них, было значительно больше приведенных
данных. Во всяком случае не менее полумиллиона рабочих уча¬
ствовало в стачечной борьбе второй половины 90-х годов. По от¬
290

ношению к общей численности фабрично-заводских рабочих тех
лет это составляло менее Vs части промышленного пролета¬
риата России. Но по сравнению с 80-ми и первой половиной
90-х годов стачечное движение ушло далеко вперед.
Произошли существенные изменения в размахе и характере
рабочего движения, в распространении его по громадной тер¬
ритории, вовлечении новых слоев пролетариата в стачки и дру¬
гие формы борьбы, в усилении роли рабочих ведущих отраслей
промышленности.
Впереди крупных городов по уровню пролетарской борьбы
и по числу стачек шел Петербург. В 1895—1900 гг. в нем
произошло 150 выступлений рабочих. Первенство среди про¬
мышленных районов по числу стачек занимал Центрально-про¬
мышленный район, где в это время произошло более !/з всех
выступлений по России. Быстро стало развиваться рабочее
движение на Юге России (Украина, Закавказье, Донская об¬
ласть), где состоялось около трехсот выступлений рабочих.
Число выступлений рабочих в Польше в 1895—1900 гг. со¬
ставляло примерно 160, а в Прибалтике и Западном крае —
около 200. Качественные изменения в формах борьбы нашли
отражение в резком уменьшении числа стихийных волнений,
подачи жалоб. В 1895—1900 гг. был всего 151 случай таких
выступлений.
Рекордным по числу участников стачечной борьбы был 1896 г.
Лишь один Петербург дал тогда более 50 000 стачечников.
Стачки рабочих середины 90-х годов были направлены глав¬
ным образом против непомерно длинного рабочего дня. Это
движение носило общенациональный характер и переплеталось
с борьбой против низкой оплаты труда. Движение приобрело
невиданный ранее размах, возросла степень организованности
и сознательности выступавших. Но вместе с тем, оно остава¬
лось неравномерным и сохраняло еще в массе своей стихийный
характер. По сравнению с уровнем пролетарской борьбы в
Петербурге, в других районах оно было менее организованным.
В Петербурге выступления рабочих происходили на наиболее
крупных предприятиях под преобладающим влиянием социал-
демократии и носили организованный характер.
В Москве, Иваново-Вознесенске, Нижнем Новгороде, Кост¬
роме социал-демократическая агитация стала оказывать влия¬
ние на значительную часть рабочих. В крупных городах Юга
России — Киеве, Екатеринославе, Одессе, Харькове, Ростове-
на-Дону, Тифлисе — борьба рабочих впервые начинает про¬
текать под влиянием социал-демократических организаций.
В городах Польши, Прибалтики, Белоруссии выступления рабо¬
чих во многих случаях проходили под руководством социал-
демократических организаций.
На Урале и особенно в Сибири и на Дальнем Востоке мас¬
291
10*

совое движение рабочих остается еще вне связи с социал-де¬
мократией. Первые попытки перехода к массовой агитации
здесь относятся к самому концу 90-х годов. Но сюда донес¬
лись отзвуки грандиозных петербургских стачек.
Важной чертой массовой борьбы второй половины 90-х годов
является последовательное нарастание наступательных стачек.
В 1895 г. значительно преобладают оборонительные стачки, т. е.
имеющие своей целью противодействие уменьшению заработной
платы и увеличению рабочего дня. С 1896 г. проявляется тен¬
денция к преобладанию наступательных стачек, т. е. стачек с
требованиями повышения заработной платы и сокращения рабо¬
чего дня.
Начавшийся в 1899 г. экономический кризис отразился на
росте совместных стачек. По данным официальной статистики,
процентное отношение участников групповых совместных ста¬
чек на ряде предприятий к общему числу составило в 1895 г.
41%, в 1896 — 67%, в 1897 — 73%, в 1898 — 76%, в 1899 — 54%,
в 1900 — 36% 175.
Волна стачек, начавшись в 1895—1897 гг., не ослабла до конца
десятилетия. В 1898—1900 гг. произошло 552 выступления ра¬
бочих, т. е. больше, чем в 1895—1897 гг. Число участников
было несколько меньше, чем в середине 90-х годов, но геогра¬
фия пролетарской борьбы значительно расширилась, а формы
ее становились более развитыми. Кроме стачек, к концу 90-х го¬
дов распространение получили сходки рабочих и рабочие де¬
монстрации. Во второй половине 90-х годов отмечено 160 схо¬
док рабочих фабрик и заводов. Эта новая по тому времени
форма рабочего движения была порождена возросшими потреб¬
ностями пролетарской борьбы, руководимой социал-демократи¬
ческими организациями. В большинстве случаев это были тай¬
ные первомайские сходки рабочих (от нескольких десятков до
нескольких сотен человек) за городом, где обсуждалось поло¬
жение трудящихся и произносились политические речи. Вместе
с тем многие сходки представляли собой собрания рабочих по
подготовке стачек или обсуждение хода уже возникших стачек.
Главными очагами рабочих сходок и собраний были Петербург,
Москва, Киев, Варшава, Лодзь, т. е. те города, где рабочее
движение было наиболее развито. Отдельные сходки рабочих от¬
мечены в Белостоке, Вильно, Минске, Одессе, Ростове-на-Дону,
Тифлисе. С 1897 г. распространение получают первомайские
стачки рабочих.
В самом конце 90-х годов в ряде городов Польши (Варшава,
Лодзь, Домброво, Белосток), а также на Западе России (Виль¬
но, Минск, Креславка, Сморгонь) прошли уличные демонстра- 176
176 «Статистические сведения о стачках рабочих на фабриках и заводах за
десятилетие. 1895—1904 годы». СПб., 1905, стр. 21—24.
292

ции рабочих. С февраля по декабрь 1900 г. по всей России
отмечено 20 таких демонстраций. Харьковская маевка была са¬
мой крупной 'среди них. Первомайские стачки, рабочие сходки
и демонстрации конца 90-х годов были симптомом наступления
нового этапа в развитии рабочего движения — перехода от эко¬
номической к политической борьбе.
Результат начавшегося соединения социал-демократии с
борьбой пролетарских масс сказывался на рабочем движении
всей страны.
Сочетание экономической агитации с политической и соб¬
ственный опыт рабочих масс делали для многих понятными связи
правительства с капиталом. Тем самым экономические стачки,
по словам В. И. Ленина, научили рабочих «...понимать полити¬
ческое положение и политические нужды рабочего класса»176.
Слияние социал-демократии с рабочим движением привело
к тому, что оно «получило широкое политическое значение» 176 177.
Подъем рабочего движения под руководством социал-демо¬
кратии сопровождался серьезными сдвигами в идеологии основ¬
ной массы промышленного пролетариата. Как отметил Ф. Эн¬
гельс, в условиях безжалостной эксплуатации и громадных ма¬
териальных лишений единственной ареной проявления человече¬
ских чувств рабочих оставался протест против их положения.
В моменты этого протеста обнаруживались их самые благород¬
ные, самые человеческие черты 178.
Для основной массы рабочих 90-е годы — время перехода от
покорности и обреченности, от примирения с жестоким социаль¬
ным гнетом к сознанию необходимости борьбы за улучшение ус¬
ловий труда, за насущные экономические требования. Склады¬
валась традиция стачечной борьбы, особенно на крупных пред¬
приятиях, где стачки происходили чаще, чем на мелких. К концу
90-х годов не было промышленной губернии, где бы ежегодно
не произошло несколько стачек. В 70—80-х годах отдельные ра¬
бочие или группы рабочих боролись с отдельным буржуа; те¬
перь начиналась борьба класса против класса.
Связь социал-демократии с рабочей массой ускоряла вовле¬
чение в борьбу новых, ранее не затронутых ею слоев. Сдвиги в
идеологии трудящихся сказывались также в росте классовой со¬
лидарности. Стачка, возникшая на одном предприятии, находи¬
ла отклик на других, за борьбой рабочих в одном городе вни¬
мательно следили их товарищи в других городах. В общую борь¬
бу одновременно вступают десятки тысяч рабочих одного или
нескольких производств, как это было в Петербурге, Лодзи,
Иваново-Вознесенске, Риге. Широкие массы начинали сознавать,
176 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 2, стр. 116.
177 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 247.
178 См. К. Маркс и Ф, Энгельс. Соч., изд. 2-е, т. 2, стр. 438.
293

что громадной силе капитала и государственной власти можно
противопоставить лишь объединенные силы рабочих.
Рост классового сознания ярко выразился в борьбе за сокра¬
щение рабочего дня. Стачечное движение середины 90-х годов по¬
казало, что в массе своей рабочий класс осознал необходимость
борьбы за более короткий рабочий день, чтобы получить время
для отдыха, удовлетворения культурных запросов и общественной
деятельности.
Сдвиги в идеологии рабочей массы видны на ее отношении
к социал-демократии. Каких-нибудь 10 лет назад рабочие
еще были почти целиком в плену предрассудков о «социали¬
стах» как «врагах народа». Большинству рабочих даже в горо¬
дах сущность социал-демократического движения оставалась
еще неясной. В 90-х годах передовой слой городских пролета¬
риев уже вступал в социал-демократические организации, вы¬
двигая из своих рядов многих деятелей рабочего движения. Быст¬
ро росло число сочувствующих, не входивших в организации.
Десятки и сотни фабрично-заводских рабочих всячески помога¬
ли социал-демократическим организациям. Не только передовые
слои, но и рабочая масса все больше интересовалась задачами
движения, ролью социал-демократии, что отчетливо выразилось
в росте спроса на агитационные листки.
Разнородность состава пролетариата определила неодинако¬
вые темпы развития классового сознания и различный его уро¬
вень в отдельных слоях. Однако сознание необходимости борь¬
бы и готовность к борьбе за улучшение условий жизни уже
затронули основную массу фабрично-заводских рабочих, преж¬
де всего в городе. В рабочих кварталах, на фабриках и заво¬
дах разговоры о стачках, о листках социал-демократов, о ста¬
чечных кассах, о нелегальных и легальных собраниях, о требо¬
ваниях рабочих становились обычным явлением. Однако созна¬
ния непримиримой противоположности интересов рабочего клас¬
са всему политическому и общественному строю помещичье-бур-
жуазной России, т. е. социал-демократического сознания, у ос¬
новной массы рабочих еще не было.
Пробуждение готовности рабочих масс к борьбе шло при жи¬
вом участии социал-демократических революционных организа¬
ций. Стихийному подъему рабочего движения они придали орга¬
низованный и осмысленный характер. Социал-демократические
организации повсюду помогали рабочим согласованно выражать
свое недовольство, формулировать требования и объединять
разрозненные силы. Марксистские организации России тем са¬
мым облегчали рабочим массам тот долгий и мучительный путь,
по которому в других странах совершался переход от стихий¬
ных бунтов к сознательной классовой борьбе.
В рабочем движении России 90-х годов мы видим новые яв¬
ления, свидетельствующие о его дальнейшем развитии. Созна¬
294

ние общности интересов без различия профессий, пола, вероис¬
поведания и национальности, необходимость ликвидации былой
разобщенности и создания прочного единства для борьбы с
эксплуатацией и бесправием получили широкое распространение
в рабочем классе.
Несмотря на идейный разброд и шатания, царившие в это
время в русской социал-демократии, идеи политической борьбы,
классовой солидарности и пролетарского интернационализма
продолжали завоевывать умы пролетариев. «Экономисты» пос¬
ле I съезда РСДРП преобладали во многих местных организа¬
циях. Но добиться полного, безраздельного господства они не
могли. С самого начала они встретили решительный отпор со
стороны В. И. Ленина и его единомышленников. Против эко¬
номизма выступили передовые рабочие, прошедшие школу ле¬
нинского «Союза борьбы» и других социал-демократических ор¬
ганизаций. Заграницей против «экономистов» борьбу повел Пле¬
ханов и группа «Освобождение труда». Несмотря на репрессии,
в ряде городов (Москве, Харькове, Екатеринославе) револю¬
ционно-марксистское направление сохранилось в виде отдель¬
ных групп и лиц, которые вели борьбу с «экономистами».
«Старые деятели социал-демократического движения, избе¬
жавшие арестов, оставались верны традициям ленинского «Сою¬
за борьбы за освобождение рабочего класса», они боролись с от¬
ступничеством «экономистов» от принципов марксизма»179. Их
деятельность позволила сохранить преемственность революцион¬
но-марксистского направления в РСДРП.
Пролетариат и демократическое движение
Массовое движение пролетариата оказывало влияние на
рост оппозиционных настроений в демократических слоях насе¬
ления. «Время нытья революционной интеллигенции и ее плача
на реках вавилонских прошло. В центрах рабочего движения
жизнь забила ключом» 18°. Долгие споры в революционном под¬
полье о судьбах капитализма и рабочего движения в России
закончились идейной победой русской социал-демократии над
народничеством. Остатки народовольческих групп частью пере¬
шли в лагерь марксизма, частью составили зародыш новой пар¬
тии «социалистов-революционеров». Первые программные вы¬
ступления этой организации — эклектическая смесь народни¬
ческих и социал-демократических идей — отразили влияние на
нее рабочего движения 181.
179 «История КПСС», т. 1. М., 1964, стр. 290.
180 П. Н. Лепешинский. На повороте. Пг., 1922, стр. 29.
181 «Отрывок программы Полтавского съезда П. С.-Р.» — «Историко-револю¬
ционный сборник», т. III. М,— Л., 1926, стр. 290—295.
295

Интерес к марксизму стал характерной чертой идейной жиз¬
ни передовой интеллигенции. Это вызвало к жизни не только
большую нелегальную агитационную и пропагандистскую лите¬
ратуру, но и легальное издание марксистских книг, журналов,
газет и брошюр.
Пролетарская борьба под руководством социал-демократии
начала влиять на развитие массового демократического движе¬
ния. Это прежде всего сказалось на революционно настроен¬
ной части учащейся молодежи. Студенчество, являясь «самой
отзывчивой частью интеллигенции»182, как и прежде, остава¬
лось неоднородным: были в нем элементы, стоявшие в стороне
от движения, были элементы, реакционно настроенные, наконец,
была активная политическая группа, которая стремилась свя¬
зать студенческое движение с общедемократическим и проле¬
тарским движениями. Эта часть студенчества все более откры¬
то выражала свое недовольство царским самодержавием, все ре¬
шительнее подымалась на политический протест. Студенческие
землячества революционизировались, в них стали проникать
марксистские идеи. Передовое студенчество стремилось к выра¬
ботке цельного социалистического мировоззрения, к связи с ра¬
бочими. Почти во всех университетских городах существовали
студенческие кружки марксистского направления. В Москве и
других университетских центрах России в 1896—1897 гг. вспых¬
нули студенческие волнения.
В связи с требованиями изменить реакционный университет¬
ский устав социал-демократические организации усилили попыт¬
ки привлечь на сторону рабочих студенческую молодежь. «Мо¬
сковский рабочий союз» через студентов социал-демократов
Д. И. Ульянова (младшего брата В. И. Ленина) и Л. П. Радина
связался с «Союзным советом объединенных землячеств».
Осенью 1896 г., в связи с волнениями в Московском универ¬
ситете, «Рабочий Союз» обратился с воззванием к московскому
студенчеству. Отдав должное долголетней героической борьбе
передовой русской интеллигенции с царским самодержавием,
«Союз» указывал на ограниченность академических требований
студенческой молодежи. Будущее России, говорилось в воззвании,
связано с борьбой рабочего класса, и задача студентов — все¬
мерно содействовать его освободительному движению. «Пусть они
смело идут рука об руку с нами в борьбе. Ведь только в единении
с нами они достигнут осуществления своих идеалов и добьются
свободы нации, к которой тщетно стремились до сих пор» 183.
Влияние социал-демократии на студенчество отразилось в
работе съезда представителей объединенных землячеств, кото¬
рый собрался в Москве в 1896 г. На съезде обсуждался вопрос
182 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 7, стр. 343.
183 Ю. 3. Полевой. Из истории Московской организации ВКП(б). 1894—
1904 гг. М., 1947, стр. 47—48.
296

об отношении к пропаганде идей социализма. В выступлениях
высказывалось пожелание, чтобы «...возможно большее число
участников студенческих групп переходили в ряды рабочей пар¬
тии» 184.
Рабочее движение влияло не только на часть студенчества,
сочувствующего социал-демократии, но и на широкие его круги.
Оставаясь преимущественно академическим, студенческое дви¬
жение постепенно принимало политический характер. В конце
1896 — начале 1897 г., в разгар петербургских рабочих стачек, во
многих высших учебных заведениях происходили политические
демонстрации студентов, вызванные известием о самосожжении
заключенной в тюрьме курсистки Марии Ветровой.
С 1899 г. студенчество стало применять стачку как средство
протеста и борьбы против реакционного режима. Первыми стач¬
ку применили петербургские студенты в ответ на избиение по¬
лицией их товарищей. Эта дикая расправа вызвала новый подъ¬
ем студенческого движения по всей стране. Студенческие заба¬
стовки, которые сопровождались закрытием университетов,
уличными демонстрациями, столкновениями с полицией и вой¬
сками, становились известными в рабочих кварталах.
Харьковский комитет РСДРП в 1899 г. так характеризовал
отношение рабочих к студенческим выступлениям: «Демонстра¬
ции студентов, взбудоражившие весь город и вызвавшие общее
сочувствие харьковского населения, нашли особенно живой от¬
клик в рабочей среде. Аресты сотен демонстрантов и препро¬
вождение их под конвоем в тюрьмы, проводы высылаемых сту¬
дентов, дышавшие бодростью и призывом к борьбе, речи, произ¬
носимые студентами на вокзале,— захватывали рабочих, и сре¬
ди 2—3-тысячной толпы... всегда были многие сотни рабочих,
открыто выражавших свое сочувствие студентам... Среди рабо¬
чих поговаривали о необходимости освободить арестованных,
необходимости поддержать с своей стороны движение, поднятое
студентами» 185.
Подобный отклик студенческое движение нашло и среди ра¬
бочих Петербурга, Москвы и других крупных городов. В том же
1899 г. во время волнений петербургского студенчества рабочий
Балтийского завода передал студентам записку, в которой рабо¬
чие советовали студентам выпустить листок с изложением своих
требований ввиду распространения ложных слухов о характе¬
ре их движения 186
В рабочей массе пробуждался интерес к студенческим волне¬
ниям и другим проявлениям демократического протеста. Сбли¬
184 С. Мельгунов. Студенческие организации 80—90-х годов в Московском уни¬
верситете. М., 1908, стр. 100.
185 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 2, стр. 617.
186 Н. И. Иорданский. Миссия П. С. Банковского.— «Былое», 1907, № 9 (21),
стр. 102-
297

жение рабочего класса с демократическим движением студен¬
чества имело важные последствия для утверждения ведущей ро¬
ли рабочего класса в борьбе против царизма.
Освободительная борьба рабочего класса России с 90-х го¬
дов стала сказываться и на движении крестьянства. В. И. Ле¬
нин выдвинул идею союза рабочего класса и крестьянства как
решающего условия борьбы за уничтожение царизма и поме¬
щичьего землевладения, а затем и за ликвидацию капитализ¬
ма. Условия этого союза были особенно благоприятны в Рос¬
сии, где крестьянство выступало единственным массовым носи¬
телем революционно-демократических идей, поскольку русская
буржуазия уже не способна была играть ту роль по отноше¬
нию к крестьянству, которую играла буржуазия на Западе в
XVIII —начале XIX в.
Развитие капитализма в промышленности и сельском хозяй¬
стве создало многомиллионную армию полупролетариев и наем¬
ных рабочих. Движение этих масс на заработки сталкивало их
в городе с новыми жизненными отношениями, расширяло их кру¬
гозор, делало более требовательными, устойчивыми в борьбе за
существование, менее покорными.
Десятки и сотни тысяч деревенских жителей, прибыв в горо¬
да на сезонные работы или для продажи продуктов своего тру¬
да, становились свидетелями непрерывных рабочих стачек и
столкновений рабочих с государственной властью. С интересом
они стали присматриваться к борьбе рабочих масс и разносили
весть о ней в разные концы страны.
Тенденция русской промышленности приближаться к источ¬
никам дешевой рабочей силы, к обоснованию вне городских
центров, наличие в конце XIX в. в России более половины
фабрично-заводских рабочих вне городов, в непосредственном
окружении сельского населения, также открывали возможность
внесения в массу крестьянства идей борьбы за демократическое
и социалистическое преобразование России.
Местные власти стали замечать влияние растущей проле¬
тарской борьбы на крестьянство. Распространение слухов о
предстоящем разделе земли и усиление волнений среди 'крестьян¬
ства они связывали с агитацией «неизвестных людей, будто ра¬
бочих» 187. Это были лишь первые симптомы влияния пролетар¬
ской борьбы на крестьянство, которое приобрело с начала XX в.
решающее значение для исхода демократической революции в
России.
Рост рабочего класса и рабочего движения, поворот общест¬
венного мнения к марксизму оказали влияние на развитие ли¬
тературы и искусства, на появление новой тематики — тематики
о рабочем классе, его положении и быте, его жизни и борьбе.
187 «Крестьянское движение в России в 1890—1900 гг.» М., 1959, стр. 44.
298

Новатором в освещении жизни и борьбы русского рабочего,
его роли и места в общественной жизни России конца XIX —
начала XX в. выступил М. Горький. О романтике М. Горького
90-х годов А. Луначарский писал: «Горький отражал тогда пер¬
вые шаги растущего пролетариата. Уходили серые сумерки вось¬
мидесятых годов, разразились освежающие грозы годов девяно¬
стых... Горький был первым из писателей, кто почувствовал ве¬
личие надвигающихся событий. Он был взволнован и волновал
других» 188. Это было начало пролетарской литературы в России.
Вызванное к жизни первыми серьезными действиями проле¬
тарских масс, 'связанных с социал-демократией, новое направле¬
ние в литературе, представленное М. Горьким, А. Серафимови¬
чем и другими писателями, стало с 90-х годов в свою очередь
оказывать влияние на развитие самосознания рабочих.
Связь социал-демократии с рабочим движением, образова¬
ние политической партии пролетариата начали сказываться та¬
ким образом на всем общественном движении, подготовляя не¬
обходимые условия для гегемонии рабочего класса России в
освободительном движении.
Международный пролетариат
и рабочее движение в России
Поражение революционной народнической интеллигенции в
борьбе с абсолютизмом, торжество реакции, политическое бес¬
силие буржуазии, наконец, отсутствие достаточных сведений о
борьбе рабочих России,— все это до середины 90-х годов XIX в.
питало на Западе скептическое отношение к возможности в
близком будущем революционных изменений в России. Высту¬
пая в конце 80-х — начале 90-х годов на международных рабо¬
чих социалистических конгрессах, Г. В. Плеханов говорил с
перспективах роста пролетариата в России, но при этом подчер¬
кивал молодость и слабость русского рабочего движения189.
Массовая борьба русских рабочих, руководимая социал-демо¬
кратией, представлялась лишь в самой отдаленной перспективе.
Тем более неожиданными для всех зарубежных наблюдате¬
лей оказались мощные выступления петербургских рабочих в
1895—1897 гг. и другие факты, свидетельствовавшие о росте ра¬
бочего движения во многих городах России. Август Бебель,
Вильгельм Либкнехт, Франц Меринг, Клара Цеткин, Карл Каут¬
188 А. В. Луначарский. Статьи о Горьком. М., 1938, стр. 130.
189 Г. В. Плеханов. Речь на Парижском международном социалистическом
конгрессе 1889 г.; он же. Доклад, представленный редакцией русского
журнала «Социал-демократ» международному рабочему социалистическому
конгрессу в Брюсселе в августе 1891 г.— «Литературное наследие
Г. В. Плеханова», сб. VIII, ч. 1. М., 1940, стр. 83—98.
299

ский с громадным интересом следили за пробуждением рабоче¬
го класса России к массовой сознательной борьбе.
Лучших представителей рабочего класса Германии той эпо¬
хи глубоко радовало не только проявление русскими рабочими
стойкости в борьбе за насущные экономические интересы, но и
восприятие ими идей научного социализма. «Петербургские со¬
бытия,— писал центральный орган немецкой социал-демокра¬
тии — «Vorwärts» («Вперед»),— свидетельствуют о победном
проникновении социализма в массы. Главная заслуга в этом
принадлежит петербургскому «Союзу борьбы за освобождение
рабочего класса», который неутомимо работает над делом рас¬
пространения основ социализма в России» 190.
Живо откликнулась на стачку петербургских рабочих вен¬
ская «Arbeiterzeitung» («Рабочая газета»). «Мы едва отдаем
себе отчет,— писала газета в 1897 г.,— какой огромный про¬
гресс произошел в развертывании событий в России. Разве мож¬
но было полгода тому назад считать возможным подобное» 191.
Газета восхищалась героизмом рабочих Петербурга, которые,
несмотря на жестокие полицейские преследования, проявили та¬
кую решительность в борьбе за свои права.
События в России привлекли внимание болгарских револю¬
ционных социал-демократов. Их печатные органы — «Социа¬
лист», «Работнически вестник», «Ден», «Ново време» и др.—
откликнулись на подъем рабочего движения в России многими
корреспонденциями и статьями 192.
Журнал «Ден» писал: «В общественных отношениях Рос¬
сии, вследствие развития капитализма и индустрии, появилась
новая революционная сила — пролетариат, который сбросит не
только русский абсолютизм, но и русский капиталистический
класс» 193.
Газета «Социалист» отмечала, что петербургская стачка бы¬
ла организована и руководилась «Союзом борьбы»: «Организа¬
ции и классовому сознанию русских городских рабочих очень
много содействовала социалистическая пропаганда. Последние
два года наши товарищи сделали большие успехи» 194.
О росте рабочего движения в Петербурге в связи с деятель¬
ностью «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» писа¬
ла венгерская рабочая социал-демократическая газета «Nepsa-
wa» («Голос народа»). 6 марта 1896 г. в ней был помещен
большой обзор рабочего движения в России за 1895 г. Газета
190 «Vorwärts». Berlin, 1896, 27 mai.
191 «Arbeiterzeitung», Wien, 1897, 28 januar.
193 А. M. Шнитман. Болгарская рабочая печать 90-х годов XIX века о начале
революционной деятельности В. И. Ленина, о русском освободительном
движении. Мурманск, 1961, стр. 16—32.
193 Там же, стр. 17.
194 Там же.
300

сообщала о стачках рабочих в разных концах России, особенно
о стачках в Петербурге, и обстоятельно освещала деятельность
петербургских марксистов по руководству классовой борьбой
пролетариата 195.
Живой отклик вызвало начало массового рабочего движения
в России, руководимого социал-демократами, в рабочем классе
Румынии. Ежедневная газета румынской социал-демократии
«Lumia попе» («Новый мир») 1 июня 1896 г. писала: «Видимо
мы находимся накануне великого исторического явления в
России. Нигилистические покушения не могли уничтожить ца¬
ризм, а подобное выступление рабочих Петербурга является по¬
литическим событием огромной важности... Эти и все последние
забастовки показывают то, что нас радует, а именно, что в
России в рядах городского пролетариата существует сильное
революционное движение» 196. Автор статьи «Русские рабочие»,
опубликованной 19 июня 1896 г. той же газетой, писал: «Хоро¬
шо, чтобы наши рабочие видели, что можно сделать самоот¬
вержением и энергией в борьбе за достижение более человеч¬
ной социальной организации. Пусть этот пример будет поощре¬
нием к организации по кружкам и к созданию сильной партии
рабочих. Эта организация является альфой и омегой, началом
и концом...» Автор противопоставлял боевую рабочую органи¬
зацию типа петербургского «Союза борьбы» анархистам и по¬
добным им «социалистам». Он приводил конкретные примеры
деятельности «Союза борьбы» и закончил статью знаменатель¬
ным вопросом: «Если так можно бороться в России, почему
нельзя в Румынии, где больше свобод?» 197.
В социалистической рабочей печати Европы подчеркивалась
политическая направленность движения петербургских рабочих
и международное значение освободительной борьбы пролета¬
риата России. Так, орган французской рабочей партии «Le
petit Republicain» («Маленький республиканец») оценил подъем
массового рабочего движения и появление рабочей печати в
России, как «событие огромной важности, отражающее один из
главных этапов социалистического движения не только в Рос¬
сии, но и во всем мире... Русский царизм отныне имеет врага,
который грозно встает перед ним во весь рост и кончит тем,
что уничтожит его...» 198.
Английская рабочая газета «Justice» («Справедливость»)
писала зимой 1897 г. о стачках в Петербурге: «В результате
этого движения могут возникнуть обстоятельства, которые изме¬
нят все положение дел в России и будут иметь огромное зна¬
чение для международной социал-демократии. Поэтому разви¬
195 «Nepsawa». Budapest, 1896, 6 märz.
196 «Lumia noue» («Новый мир»), 1896, 1 juni.
197 Там же, 19 июня.
198 «Le petit Republicain». Paris, 1897, 22 april.
301

тие событий в России должно привлечь самое пристальное вни¬
мание рабочего класса всех государств Европы... Русский рабо¬
чий класс — носитель всех элементов прогрессивной революци¬
онной силы, которая скоро будет достаточно сильна для того,
чтобы смести с лица земли позор цивилизации мира — русский
абсолютизм» 199.
Но не только через печать выражали пролетарии зарубеж¬
ных стран свою солидарность с рабочим классом России. В от¬
дельных странах были организованы митинги солидарности и
сбор средств в пользу стачечников. «Пишу вам в большом во¬
сторге,— сообщала В. И. Засулич в июне 1896 г. Г В. Плеха¬
нову,— сейчас, вернувшись с митинга делегатов всех тред-юнио¬
нов и социалистических организаций, где обсуждалось и реша¬
лось насчет петербургской стачки. Резолюция будет в газетах,
но общий смысл: рабочие Англии должны поддерживать своим
сочувствием и деньгами русских рабочих в их справедливых
требованиях условий труда» 200.
9 июля (н. ст.) 1896 г. на заседании Лондонского рабочего со¬
вета было решено образовать «Соединенный комитет по делам
русской стачки». Комитет составил обращение к обществу о сбо¬
ре денежных средств в пользу стачечников и разослал его 850 ра¬
бочим союзам, 150 рабочим клубам и ряду других организаций 201.
13 августа 1896 г. Лондонский рабочий совет обратился с
письмом к петербургскому «Союзу борьбы за освобождение ра¬
бочего класса», в котором писал: «Соединенный комитет, орга¬
низованный здесь для собирания денег в помощь великой С.-Пе¬
тербургской стачке, шлет вам свои братские поздравления и вы¬
ражает свое сердечное удовольствие по поводу результатов,
достигнутых вашими усилиями» 202.
В декабре того же года петербургский «Союз борьбы» в от¬
вет на это письмо издал листовку, в которой выражал от лица
петербургского пролетариата горячую признательность англий¬
ским рабочим: «Британские рабочие показали нам великий при¬
мер международной солидарности рабочего класса. Спасибо им
за это. Русский рабочий не забудет дружеской руки, протяну¬
той ему в минуту борьбы, в решительный момент его выступле¬
ния на сцену всемирной истории» 203.
Солидарность международного пролетариата с рабочим дви¬
жением в России нашла яркое выражение на интернациональ¬
ном рабочем социалистическом конгрессе в Лондоне летом
199 «Justice». London, 1897, 6 february
200 «Группа «Освобождение труда»», сб. 5. М,— Л., 1926, стр. 163.
201 «Рабочее движение...», т. IV, ч. 1, стр. 844.
202 Там же, стр. 307. Сбор денежных средств для поддержки питерских рабо¬
чих, кроме Англии, проводился также в Германии, Франции, Бельгии,
Швейцарии и США.
203 Там же, стр. 309—310.
302

1896 г. В состав делегации России входили три члена группы
«Освобождение труда» и четыре других русских социал-демокра¬
та, находившиеся за границей 204. Эта делегация представляла
рабочие социал-демократические организации Петербурга, Мос¬
квы, Иваново-Вознесенска, Нижнего Новгорода, а также органи¬
зации городов Юга и Запада России 205.
Делегация представила обстоятельный доклад, опублико¬
ванный на английском и немецком языках и розданный участ¬
никам конгресса. Доклад знакомил делегатов конгресса с дея¬
тельностью «Союза борьбы» по руководству стачечным движе¬
нием, излагал главные этапы петербургской стачки 1896 г.,
освещал ход рабочего движения в других центрах России.
Русскими социал-демократами, говорилось в заключение
доклада, сделаны лишь «первые, правда, самые трудные шаги
на пути тайной организации революционных сил русского про¬
летариата... шаги в создании революционной организации про¬
летариата... Основание в России единой и нераздельной социал-
демократической организации — должно составить главную
цель наших усилий в ближайшем будущем». В докладе выра¬
жалось убеждение в дальнейшем росте рабочего движения,
несмотря на громадные трудности 206.
Делегаты конгресса с глубоким вниманием и большим инте¬
ресом выслушали доклад, представленный русскими социал-де¬
мократами. Восторженно и единогласно было принято следую¬
щее обращение к социал-демократам России: «Конгресс считает
нужным указать на чрезвычайно важный и небывалый до сих
пор факт присутствия представителей от русских рабочих орга¬
низаций на Международном съезде. Он приветствует пробужде¬
ние русского пролетариата к самостоятельной жизни и от имени
борющихся рабочих всех стран желает русским братьям муже¬
ства и непоколебимой бодрости в их тяжелой борьбе против
политической и экономической тирании. В организации русского
пролетариата конгресс видит лучшую гарантию против царской
власти, являющейся одной из последних опор европейской
реакции» 207.
Признание международным пролетариатом революционных
возможностей рабочего класса России и мирового значения его
освободительного движения вдохновляло его на дальнейшую
героическую борьбу против царизма и буржуазии.
204 Русская делегация на Лондонском конгрессе 1896 г. была представлена
Г. Плехановым, П. Аксельродом, В. Засулич, Р. Плехановой. Б. Гинсбург-
Кольцевым, А. Парвусом и В. Бухгольцом.
205 В. Невлер. Лондонский конгресс II Интернационала (1896 г.).—«Новая и
новейшая история», 1965, № 4, стр. 93»—94.
206 «Доклад, представленный делегацией русских социал-демократов между¬
народному рабочему социалистическому конгрессу в Лондоне в 1896 г.»
Женева, 1896, стр. 21.
207 Там же, стр. 2,

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Рабочий класс России прошел в своем развитии те же ос¬
новные этапы, что и пролетариат в других капиталистических
странах. Его борьба была составной частью международного
рабочего движения.
В России процесс формирования пролетариата и его борьба
ускорялись рядом особенностей экономического развития стра¬
ны. Падение крепостного права в 1861 г. и вступление Рос¬
сии на путь индустриального развития, быстрые темпы роста
крупной фабрично-заводской промышленности и завершение в
сравнительно короткий срок промышленного переворота,— все
это сказалось на процессе и темпах образования класса индуст¬
риальных рабочих.
К концу XIX в. фабрично-заводской пролетариат России
сложился как класс, в основной своей массе оторванный от
земли, всецело связанный с работой в промышленности и имев¬
ший в значительной части своей фабрично-заводскую генеало¬
гию. Пролетариат крупной промышленности, прежде всего цен¬
тра страны, состоял примерно на 2/б из потомственных рабо¬
чих. Существование рядом с крупной машинной индустрией оби¬
лия зачаточных форм капитализма создавало множество пере¬
ходных ступеней от мелкого производителя к индустриальному
пролетарию. В общей массе наемного труда пролетариат круп¬
ной промышленности составлял меньшинство. Эта особенность
социально-экономического развития России осложняла классо¬
вую борьбу рабочего класса. В то же время она тесно сближа¬
ла пролетариат с многомиллионными массами крестьянства,
что имело важные последствия для дальнейшего развития
освободительного движения пролетариата и его конечной по¬
беды.
Экономическая и политическая обстановка второй половины
XIX в., в которой протекал процесс образования рабочего
304

класса, обусловили не только его бурный количественный рост.
Исключительно тяжелые условия жизни и труда, обостренные
остатками крепостничества, особенно полным политическим бес¬
правием народа, наличие в Западной Европе сравнительно раз¬
витого пролетарского движения — все это ускоряло процесс раз¬
вития рабочего движения России.
Превращение рабочего класса из «класса в себе» в «класс
для себя» шло в России более интенсивными темпами, чем в
Англии, Франции, Германии. Путь от примитивных форм про¬
теста против социального гнета до первых политических стачек,
пройденный рабочими Запада в течение многих десятилетий, ра¬
бочий класс России прошел за 30—35 лет.
В 60-х годах движение рабочих еще мало отличалось от
форм протеста дореформенной эпохи. Стачки со специфически
пролетарскими требованиями были еще редким явлением. Ка¬
чественные изменения в характере движения, в формах борьбы
сказались в выступлениях рабочих Петербурга, Москвы и дру¬
гих городов в начале 70-х годов.
Морозовская стачка и последовавшая за ней волна крупных
стачек в Центрально-промышленном районе в середине 80-х го¬
дов знаменует начало перехода от спорадических стихийных
стачек с ограниченными требованиями рабочих данного пред¬
приятия к массовым, организованным, экономическим стачкам
с выставлением общих для всех рабочих России требований
улучшения условий труда.
Новыми чертами рабочего движения этого периода являлись
рост классовой солидарности рабочей массы, усиление элемен¬
тов организованности, выделение из среды рабочих организато¬
ров стачечной борьбы не только в крупнейших городах, но и в
провинции.
Инициаторами и главными участниками стачечной борьбы
выступали в России передовые потомственные фабрично-завод¬
ские рабочие, своим примером и самоотверженными действиями
вовлекавшие в революционную борьбу широкие слои пролета¬
риата.
Время от середины 80-х до середины 90-х годов было за¬
ключительным этапом развития рабочего класса в разночин¬
ский период освободительного движения. Это годы окончатель¬
ной победы крупного промышленного производства над мелким
и завершения процесса консолидации пролетариата как «клас¬
са в себе», время непосредственной подготовки рабочего дви¬
жения к слиянию с зародившейся социал-демократией в единое
рабочее социал-демократическое движение.
Экономическая борьба пролетариата России в пореформен¬
ный период была серьезной школой на пути его сознательной
классовой борьбы. «Добиваясь улучшения условий жизни,— пи¬
сал В. И. Ленин,— рабочий класс поднимается вместе с тем и
305

морально, и умственно, и политически, становится более спо¬
собным осуществлять свои великие освободительные цели»1.
Как и в других капиталистических странах, рабочее социа¬
листическое движение в России сложилось из двух долгое время
развивавшихся независимо друг от друга, глубоких обществен¬
ных течений: стихийной борьбы наемных рабочих за повышение
жизненного уровня и движения передовой мысли к идеям со¬
циальной справедливости, к поискам научной теории социализма.
Своеобразие развития в России этих двух общественных те¬
чений состояло, во-первых, в том, что оно протекало не после
буржуазно-демократической революции, как на Западе, а до нее,
в условиях господства царского самодержавия и полного поли¬
тического бесправия народа. Во-вторых, как социалистическое,
так и рабочее движение в России появилось позднее, чем на
Западе, в условиях, когда уже возник научный социализм и на¬
чалось (с 60-х годов) слияние социализма с рабочим движе¬
нием. В России еще социалистически-утопическая мысль испы¬
тала влияние западноевропейского социалистического движения.
Ее представители пытались в 60—80-х годах сблизиться с фаб¬
рично-заводскими рабочими как частью народа.
Революционно-народническая интеллигенция 60—70-х годов
XIX в. проделала значительную работу по приобщению передо¬
вых рабочих к революционному движению. Однако народниче¬
ская теория о возможности для России миновать капиталисти¬
ческий путь развития исключала перспективу самостоятельного
рабочего социалистического движения.
Создание первых политических рабочих организаций в сере¬
дине 70-х годов знаменовало зарождение в недрах общедемо¬
кратического потока освободительного движения пролетарской
струи, тенденцию к созданию собственной рабочей организации.
Степан Халтурин, Виктор Обнорский и другие деятели рабоче¬
го движения 70—80-х годов сделали шаг вперед от народниче¬
ского социализма к социализму пролетарскому. Но они не мог¬
ли без помощи социал-демократической интеллигенции выде¬
литься в самостоятельное идейное течение.
Возникновение в 80-х годах русской социал-демократии, пре¬
жде всего группы «Освобождение труда», как идейного направ¬
ления в русском освободительном движении означало появление
в России идеологии, соответствующей коренным интересам про¬
летариата как класса. Тем самым создались условия для вы¬
деления пролетарско-демократического течения из общедемо¬
кратического потока.
Рабочее движение, со своей стороны, сделало в 80-х — нача¬
ле 90-х годов серьезный шаг вперед. Рост рабочего движения
был важнейшим фактором, определившим окончательный пово¬
1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 21, стр. 319.
306

рот русской революционной интеллигенции к марксизму и сбли¬
жению ее с рабочими. С другой стороны, в передовом слое
рабочих росла тенденция к сближению с социал-демократиче¬
ской интеллигенцией.
Характерной чертой возникновения в России рабочего со¬
циалистического движения было живое и непосредственное уча¬
стие в нем, вместе с марксистской интеллигенцией, передовых
рабочих. Десятки и сотни рабочих уже в 90-х годах были ор¬
ганизаторами рабочих кружков, агитаторами. Высланные из
крупных промышленных центров в провинцию, рабочие — участ¬
ники движения — начинают повсеместно распространять идеи
социализма.
Без непосредственного участия передовых рабочих России в
создании и деятельности социал-демократических организаций
создание рабочей социалистической партии было бы
невозможно.
Пробуждение рабочих масс происходило при участии социал-
демократических организаций, в которых передовые рабочие
с середины 90-х годов играли все более активную роль. Своей
неустанной агитацией и пропагандой социал-демократические
организации привносили в рабочую массу классовое сознание.
Стихийному подъему рабочего движения они стремились при¬
дать организованный и осмысленный характер. Повсюду, где
оно возникало, социал-демократические организации помогали
рабочим правильно выражать свое недовольство, формулиро¬
вать свои требования и объединять свои разрозненные силы.
Они укрепляли в рабочих сознание необходимости борьбы за
улучшение условий жизни и тем самым проложили дорогу раз¬
витию их классового самосознания.
Пролетарское движение 90-х годов, возглавляемое социал-
демократическими организациями, привело к столкновению ра¬
бочих с правительственной властью. Каждая крупная стачка
превращалась в политическое событие. В этих условиях неиз¬
бежно росло гражданское и классовое сознание рабочих масс.
Втягиваясь в экономическую борьбу и сталкиваясь с капиталом
и поддерживающей его государственной властью, рабочая мас¬
са начинает чутко реагировать на окружающую действитель¬
ность.
Перерастание экономических стачек в политические в 90-х го¬
дах отразило главное направление развития рабочего движе¬
ния России по пути революционной классовой борьбы. Про¬
тивоположная тенденция ограничить рабочий класс задача¬
ми чисто профессионального движения отражала интере¬
сы «низших» и отсталых слоев пролетариата. Поскольку эта
тенденция отражала буржуазную политику в рабочем движе¬
нии, она угрожала делу создания революционной марксистской
партии в России.
307

Решающую роль в борьбе с опасностью поворота русского
рабочего движения по пути реформистского тред-юнионизма
играла теоретическая и практическая деятельность В. И. Лени¬
на и его соратников. Деятельность ленинского «Союза борьбы» и
других революционных социал-демократических организаций
второй половины 90-х годов знаменовала начало слияния социа¬
лизма со стихийно растущей массовой борьбой пролетариата
России против экономического и политического гнета.
Социалистическое сознание к концу 90-х годов проникло в
передовой слой рабочих, преимущественно городских. Потребу¬
ются еще большие усилия революционных марксистов и собствен¬
ный опыт рабочих, чтобы идеи демократии и социализма проник¬
ли в толщу рабочего класса.
Рабочее социал-демократическое движение в России носило
с самого начала многонациональный и интернациональный ха¬
рактер. Уже в начальной стадии борьбы пролетариата, в сти¬
хийных стачках 70—80-х годов мы наблюдаем солидарность
между русскими, украинскими, польскими, эстонскими, латыш¬
скими, финскими и рабочими других национальностей. Вместе
с тем передовые пролетарии России со времени первых рабочих
союзов 70-х годов рассматривали русское рабочее движение как
часть международного рабочего движения. С появлением
социал-демократии рабочее движение в России идейно, а с
середины 90-х годов практически слилось с международным
пролетарским социалистическим движением. Международный
пролетариат уже тогда высоко оценил деятельность ленинского
«Союза борьбы» и первое грандиозное выступление рабочих Пе¬
тербурга середины 90-х годов, которое послужило исходным
пунктом пролетарского периода освободительного движения, за¬
вершившегося Великой Октябрьской социалистической револю¬
цией.

УКАЗАТЕЛИ
УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН *
Абакумов К. 88
Абамелек-Лазарев С. С.
159
Абрамович Э. 168
Агапов С. 89, 90
Агеев П. 279
Аксельрод П. Б. 162
Акулов В. 80
Александр II 124
Александр III 134
Александров 132
Александров В. 117
Александров Д. 90
Алексеев П. А. 88, 89, 91,
93, ПО, 128, 156, 163,
211
Андреев К. 76
Анищенко А. 279
Антонов И. 76
Арамильцев П. 86, 87
Артемьев Е. 74
Афанасьев Б. 205
Афанасьев Ф. А. 201,
208—210, 243
Бабкин А. 87
Бабушкин И. В. 8, 199,
201, 211, 217, 233-235,
249, 250, 282
Багаев М. А. 204
Багратион 72
Бакула А. 84
Бакунин М. А. 92
Баландин М. 72
Балин А. Я. 244
Баранов Н. М. 118
Бардовский П. Г70
Баринов И. 89, 90
Бебель А. 299
Бекарюков Д. 174
Беккер 281
Белов А. Ф. 179
Берг П. В. 246
Берд Д. 132
Бердяев Н. А. 232
Бернштейн Э. 275
Бертенсон Л. 47
Бируков А. 85
Благоев Д. Н. 163, 165—
168
Благославов В. Е. 165
Блан Л. 100
Богданов Н. Д. 172, 173,
208
Бойе К. Ф. 202
Бокль Г. Т. 92, 100
Болдырева А. 201
Борст А. 86
Бромлей (бр.) 118, 241
Бронин А. И. 244
Бруснев М. И. 187, 194,
201, 202, 204, 207, 210
Булгаков С. Н. 232
Бунджа Д. 256
Бутеро-Родали 72
Буянов В. В. 168, 201,
204
Валуев П. А. 124, 125
Ванеев А. А. 204, 235
Варшавский (Барский) А.
170
Варыньский Л. 120, 169,
170
Васильев Н. 89, 90, 167
Васильев С. 114
Вацек И. П. 280
Веденьев И. 174
Вейсберг 108
Вейсхельт К. А. 202
Вересаев В. В. 46
Ветрова М. Ф. 297
Вилькошевский Г. 170
Виноградов С. 97
Винокуров А. Н. 205
Витте С. Ю. 258, 259
Владимиров С. 80
Владимирский М. Ф. 204
Волков В. С. 137, 138, 140
Волошкевич С. 205
Волховский Ф. В. 88
Воронин И. А. 132
Воронов Е. А. 88
Вьюшкин (Вьюшин) В. Н.
75, 78
Гаврилов Д. 117
Гаврилов Е. 117
Галактионов Ф. Г. 238
Гандурины Н. М. и Л. М.
(бр.) 48
Гантке 249
Гарелин И. Н. 118
Гвоздев С. 40
Герасимов В. Г. 76, 82,
88, 90
Герцен А. И. 77
Голгофский А. Г. 220
Голенищева 132
Голицинский А. П. 92
Голубев К. Л. 244
Горбуновы (бр.) 246
Горев Б. И. 238
Горемыкин И. Л. 262
Городничий А. 92
Горький А. М. 299
Грейлих Г. 97
Грибакин П. С. 234
Григорьева Н. А. 201
Громов М. М. 204
* Указатели составлены В. В. Шелохаевым.
309

Гудинов И. 205
Гузенко Ф. 177
Гучков Е. 90
Гюбнер А. 90
Давыдов П. К. 234
Дадашев Бала-Али 280
Дангауэр А. К. 90
Дарвин Ч. 92
Дарочкин Я. И. 75, 78
Дементьев Е. М. 130
Демидов А. 73
Демидов П. П. 86
Демичев Д. С. 234
Дербенев 118
Дзержинский Ф. Э. 255,
270
Дикштейн С. Р. 163, 169
Добролюбов Н. А. 92, 173
Домостроев Н. Г. 280
Дьяков В. М. 90, 95
Дюфермантель К. 241
Егоров Н. 76
Егоров Ф. 89
Екатерина II 130, 195
Ефимов Д. 205
Ефремов И. В. 234
Жбанков Д. Н. 50
Желябов А. И. 89, 108
Жуков Б. С. 234
За йдер Д. 96
Залогин И. В. 141, 144
Занегин В. В. 241
Запорожец П. К. 235
Заславские С. и Л. (сест¬
ры) 205
Заславский Е. О. 98—100,
101
Засулич В. И. 302
Захваткин Я. 86
Зибер Н. И. 94, 175
Зиновьев Б. И. 234—236
Зотовы (бр.) 245, 246
Иванайнен К. 97
Иванов Д. Л. 77
Иванов К. Я. 234
Иванов Л. И. 115, 137
Иванов Н. Я. 234, 235,
238
Иванов Ф. 279
Игнатьев П. Н. 124, 125
Игнатьева Е. 74
Иловайский Д. И. 200
Ильин М. И. 234
Ильина Е. И. 117
Илюшкин А. 84
Иогихес Л. (Ян Тышко)
173
Кейзер И. И. 235
Кейзер Н. 201
Калашников И. И. 205
Калинин М. И. 280
Калмыкова А. М. 200
Карелина В. М. 201
Каретников А. 117, 242
Карпенко А. 94, 175, 176
Карпов А. С. 104
Каспшак М. 170
Касумов Мир-Башир 280
Каутский К. 228, 299
Кирилов М. А. 234
Клементьева А. А. 246
Клеменц Д. А. 87
Климанов Е. А. 167, 168,
189, 201
Клячко С. 93
Книпович Л. М. 200
Князев В. А. 234
Козеренко Н. П. 280
Козлов Ф. Л. 134
Колодонов А. М. 166
Кольбе 81, 82
Кондратенко А. 174
Кондратьев Ф. А. 204
Константинов Н. Е. 234
Коншин Н. Н. 76, 83,
117, 144, 213, 241
Коняев Я. 115
Копельзон Т. 174
Королев А. О. 238
Костомаров Н. И. 92
Костылевский С. А. 179
Коненков Е. 76
Кравченко Ф. И. 99, 101
Крестовниковы (бр.) 48
Кржижановский Г. М.
232, 235
Кривой П. 84
Кропоткин П. А. 87
Крупская Н. К. 200, 235,
238
Крылов Г. 88
Куделли П. Ф. 200
Кудряшов В. 94, 175, 176
Кудряшов Н. Н. 204
Кузнецов М. С. 83
Куницкий С. 170
Курбатов В. П. 204, 244,
245
Курганский М. 100
Курнатовский В. К. 280
Кучеров Г. 74
Лаврентьев Д. К. 205
Лазарев 50
Лапкин Д. 177
Лассаль Ф. 92, 95, 126,
174, 175
Латышев П. А. 165
Ледер Я. 170
Лейтейзен Г. 205
Ленгник Ф. В. 238
Ленин В. И. 6-8, 12, 14,
16—18, 22-24, 26, 30,
31, 41, 42, 65, 79, 128,
129, 133, 154, 168, 172,
203, 207, 215, 221, 223,
225, 226, 230-233,
235, 236, 238, 260, 265—
269, 271—274, 276, 283,
284, 288, 293, 295, 296,
298, 305, 308
Лепешинский П. Н. 200
Либкнехт В. 174, 175,
299
Ливен А. А. 81
Лион С. Е. 94
Локалов А. А. 43
Лукашевич А. О. 90
Лукомский Н. С. 244
Луначарский А. В. 194,
299
Лущенко С. 100
Любимцев И. М. 244
Ляхович М. 101
Ляховский Я. М. 205
Мазанов М. 205
Мазеин М. Н. 71
Мазурин К. М. 241
Малиновский М. 92, 94
Мальцов С. И. 74, 75, 78
Мамедьяров М. 280
Мараев В. А. 117
Маркс К. 6, 31, 92—95,
99, 100, 161, 163, 166,
169, 174, 175, 207, 211,
215, 229, 230, 232
Мартенс Л. К. 238
Мартов Ю. О. 235
Мархлевский Ю. Ю. 170
Машковский И. П. 204
Мельников Ю.Д. 174, 177,
205, 247
Меринг Ф. 299
Меркулов Н. Е. 234
Мефодиев Г. 204
Мещерин В. Н. 280
Милль Д. С. 175
Мирзоев 85
Митрофанов М. 76
Лавров П. Л. 92, 106, 177 Михайлов А. 77
310

Михайлов А. 77, 92
Михайлов Г. 117, 179
Михайлов Н. 117
Михайлов Т. 108
Михайловский Н. К. 198
Можайский Г. П. 205
Мозготин И. 72
Моисеенко П. А. 88, 92,
114, 115, 137, 138, 140,
199
Моргунов В. 48, 241
Морозов В. Е. 74
Морозов С. В. 34, 134,
136, 138, 140
Морозова В. 134, 141,
179, 246
Мотовилов Н. 176
Мрачковский В. 101
Мухин А. С. 234
Наддачин Н. 100
Наумов С. 100, 101
Невзорова-Кржижанов¬
ская 3. П. 200, 235
Неточаев Д. Н. 194
Николаев Н. Д. 89, 201
Николай II 237, 246, 261
Никольский Д. П. 56
Новиков Е. В. 204
Норинский К. М. 199
Носовы (бр.) 83, 90
Обнорский В. П. 96, 97,
108, 306
Оносов А. 87
Оссовский М. 170
Островский А. 87
Отроков К. Н. 204, 241
Павлов Ф. 44, 45
Павловский А. 173
Парфенов А. 204
Пашков И. И. 244
Перазич В. Д. 174
Петров А. 102
Петров Ф. 80
Петровская С. Л. 87, 108
Петровский Г. И. 249
Петрусиньский Я. 170
Пешекеров П. К. 175
Писарев Д. И. 173
Плеханов Г. В. 58, 102—
104, 107, 115, 160—163,
167, 171, 173, 174, 177,
197, 207, 227, 230, 275,
299, 302
Поляк Г. 173
Поляков Ф. 203
Померанец С. В. 248
Помяловский Н. Г. 77
Попов А. М. 280
Поповы К. и С. (бр.) 241
Поскочин К. И. 101
Потапов Б. 80
Потапов Я. 102
Пресняков А. 108
Прокофьев С. И. 203
Прошин В. И. 201, 208
Пугачев Е. И. 64, 102
Пушкин А. С. 92
Пятибратов-Рогин Я. С.
204, 244
Равский И. М. 74, 75
Радищев А. Н. 92
Радин Л. П. 296
Радченко С. И. 235, 238
Разин С. Т. 102, 137
Растеряев 132
Ригг 179
Розанов А. С. 244
Романченко Т. 175, 177
Рубакин Н. А. 197
Рубачевы В. и М. В. 244
Рудаков М. Л. 234, 238
Рудометов Г. 175, 177
Рыбицкий Я. 101
Рыжов 108
Рябоконь Я. 174
Савченко М. К. 280
Салтыков-Щедрин М. Е.
146, 173
Святополк-Мирский Н. И.
195
Севриков К. 279
Селоицкий В. 173
Семенов Д. А. 283
Семенов И. 71
Серафимович А. С. 299
Сердюков А. И. 88
Сеченов И. М. 92
Сидоров В. 76
Силенко П. 100, 101
Сильвин М. А. 204, 235,
238
Синегуб С. С. 87
Скверн М. П. 98
Смирнов 200
Смирнов А. И. 205, 234
Смирнов Д. Н. 103, 107
Смирнов И. Т. 107, 108
Соловьев С. М. 92
Старков В. В. 235
Стеклов Ю. 205
Стефаненков М. 167
Строганов 159
Стуруа И. Ф. 280
Струве П. Б. 232
Субботин А. П. 87
Сушин Ф. 72
Танский Я. 288
Терентьев И. М. 142
Тимофеев Е. 179
Тимофеев И. 167, 179
Тимофеев П. 44
Тимофеев С. 77
Толстой Д. А. 134, 152
Толстой Л. Н. 92
Точисский П. В. 167, 187,
205
Трапезников Н. Т. 71
Трегубов А. Д. 204
Трепов Ф. Ф. 80, 82
Третьяковы (бр.) 117
Треумов И. А. 242
Трифонов В. 76, 77
Туган-Барановский М. И.
232
Ульянов А. И. 172
Ульянов Д. А. 296
Успенский Г. И. 178
Ушаков П. К. 86
Фабр Ж. А. 92
Федоров М. 76, 77
Федосеев Н. Е. 168, 198,
203, 204, 227
Федотов А. 114
Федотов В. 77
Федотов М. 77
Фельшеров М. М. 238
Филипченко А. 174
Фишер М. А. 199
Флеровский Н. (Берви
В. В.) 92, 126, 175
Фомин В. 167
Халтурин С. Н. 107, 108,
115, 128, 169, 211, 306
Хапков А. 117
ХлудовА. И. 50, 118, 133
Хохряков В. X. 76
Христофоров А. X. 77
Чарушин Н. А. 88
Чернышев П. Ф. 102
Чернышевский Н. Г. 77,
92, 100, 102, 173, 175,
177
Чорба И. И. 205
Чубаров Г. Е. 71
Шабунин Н. 88
Шаповалов А. С. 199, 207,
234, 237, 238
311

Шатов И. 72
Шатько П. 187
Шафранов П. 177
Швейцер И. Б. 92
Шелгунов В. А. 92, 167,
168, 199, 201, 233—235
Шелгунов Н. В. 92, 173,
201, 202
Шибаев С. М. 83
Ширяев С. 106
Шишкин В. Ф. 244
Шорин 138
Шпильгаген Ф. 92
Шувалов П. А. 126
Щапов А. П. 126
Щеглов В. А. 238
Щенков 82
Щербаков И. И. 48
Щербаков П. 48
Цеткин К. 299
Циперович Г. 205
Циперович М. 205
Эйдельман Б. Л. 248
Энгельс Ф. 55, 93, 161
169, 170, 175, 207, 211
227, 271, 293
Эрисман Ф. Ф. 130
Яковлев И. И. 235
Янжул И. И. 46, 131
Янсон Ю. Э. 56
УКАЗАТЕЛЬ ПРЕДПРИЯТИЙ
Абамелек-Лазарева С. С. железодела¬
тельные и чугунолитейные заводы
(Пермская губ.) 159
Александрова бумагопрядильная ма¬
нуфактура (г. Петербург) 132
Александровский (Брянский) металлур¬
гический завод об-ва Брянского заво¬
да (г. Екатеринослав) 147, 182, 205,
249, 287
Александровский механический завод
Главного об-ва российских железных
дорог (г. Петербург) 83, 109, 180,
233, 234, 239
Александро-Невская мануфактура
«К. Я. Паль», бумагопрядильная и
ситценабивная фабрики (с. Смолен¬
ское, близ Петербурга) 114, 277
Александровский сахаро-рафинадный
завод (Чигиринский у. Киевской
губ.) 84
Алмазного каменоугольного об-ва ме¬
таллургический завод (Екатерино-
славская губ.) 279
Архангельский медеплавильный завод
(Оренбургская губ.) 70
Бабинский свекло-сахарный завод см.
Товарищество Бабинских свекло-са-
харных заводов
Бакинские нефтяные промыслы 25,
120, 131, 159, 218
Балашинская бумагопрядильная ма¬
нуфактура, т-во (с. Балашиха Мос¬
ковской губ.) 48
Балина А. Я. т-ва мануфактур бумаго¬
прядильная и ткацкая фабрика
(с. Южа Вязниковского у. Влади¬
мирской губ.) 244
Балтийская хлопчатобумажная ману¬
фактура К0 Балтийской холщевой
мануфактуры, акц. об-во (г. Рига)
281
Балтийский судостроительный и меха¬
нический завод Морского министер¬
ства (г. Петербург) 104, 234, 297
Беккера проволочный завод, акц. об-во
Либавских железоделательных и
сталелитейных заводов, бывш. Бек¬
кер и К° (г. Либава) 281
Беллино-Фендериха чугунолитейный
и машиностроительный завод (г.Одес-
са) 85, 97, 98, 119
Белорецкий чугуноплавильный и же¬
лезоделательный завод (Оренбург¬
ская губ.) 73
Белянское Бельгийское акц. об-во ка¬
менноугольных рудников (Екатери-
нославская губ.) 279
Берда Д. чугунолитейный завод
(г. Петербург) 132
Березовский золотопромывательный
завод и прииски (Пермская губ.) 71
* Принятые сокращения:
Акц. — акционерное, бр. — братья, бывш.—бывший, г.— город, губ.— губер¬
ния, дер.— деревня, ж.д.— железная дорога, ж.- д.— железнодорожный, об-
во — общество, пос.—поселок, с.— село, ст.— станция, т-во — товарищество,
у.— уезд.
312

Бирукова А. типография (г. Одесса) 85
Благовещенский (Потехинский) меде¬
плавильный завод (Оренбургская
губ.) 73
Богородско-Глуховской К0 бумагопря¬
дильная и ткацкая мануфактура
(с. Глухово Богородского у. Мо¬
сковской губ.) 54
Богоявленский медеплавильный завод
(Оренбургская губ.) 73
Бодайской К0 золотой прииск (Якутия)
150
Борисоглебские железнодорожные мас¬
терские Грязе-Царицынской линии
об-ва Юго-Восточных железных до¬
рог (ст. Борисоглебск Тамбовской
губ.) 118, 185
Борста А. суконная фабрика в Згерже
(Лодзинский у. Петроковской губ.)
86
Бромбей (бр.) чугунолитейный завод
(г. Москва) 118, 241
Брянский завод см. Александровский
металлургический завод об-ва Брян¬
ского завода
Брянский рельсопрокатный и механи¬
ческий завод акц. об-ва (близ ст.
Бежицкая Брянского у. Орловской
губ.) 278
Вауловская фабрика см. Никольская
мануфактура т-ва С. Морозова сын и
К°.
Вейхельта К. А. машиностроительный
завод (г. Москва) 202
Верхне-Салдинский чугуноплавиль¬
ный и железоделательный завод
(Пермская губ.) 55
Верхне-Сергинский чугуноплавиль¬
ный и железоделательный завод
(ст. Товолуй Пермской губ.) 149
Верхотурский чугуноплавильный и
железоделательный завод (Оренбург¬
ская губ.) 70, 73
Вейсберга и Рыжова заводы (г. Харь¬
ков) 108
«Ветка», рудник Новороссийского об-ва
I [ (Бахмутский у. Екатеринославской
губ.) 181
Владикавказские ж.- д. мастерские
(г. Ростов-на-Дону) 94, 185, 192, 252
Вознесенская бумагопрядильная и
ткацкая мануфактура «Бер, Прове и
Кнопп», бывш. Лепешкина (с. Муром-
цево Дмитровского у. Московской
губ.) 118, 138, 141
Вознесенская мануфактура см. Ивано¬
во-Вознесенской бумаготкацкой ма¬
нуфактуры т-во
Волжская мануфактура бумажных и
льняных изделий П. Миндовского и
И. Бакина, т-во (с. Новолоки Кине¬
шемского у. Костромской губ.) 246
Воронина А. И. бумагопрядильная ма¬
нуфактура (г. Петербург) 132
Воскресенский медеплавильный завод
(Оренбургская губ.) 70, 73
Гандуриных Н. М. и Л. М. ткацкая
фабрика (г. Иваново-Вознесенск
Владимирской губ.) 242
Гантке см. Нижнеднепровский меха¬
нический завод акц. об-ва Русской
железной промышленности
Гарелина И. Н. ситценабивная фабри¬
ка (г. Иваново-Вознесенск Влади¬
мирской губ.) 118, 142, 243
Гданцевский металлургический завод
акц. об-ва Криворожских железных
руд (пос. Кривой Рог Александров¬
ского у. Херсонской губ.) 159
Главные мастерские Закавказских
ж.д. (г. Тифлис) 52, 148, 185, 186,
192, 251, 279, 280
Главные мастерские Курско-Харьков-
ско-Азовской ж.д. (г. Харьков) 174
Голенищева миткально-ткацкая фаб¬
рика см. Митрофаньевская бумаго¬
прядильная и ткацкая мануфактура
Голубева К. Л. льнопрядильная фаб¬
рика (г. Судогда Владимирской губ.)
244
Гомельские ж.-д. мастерские 185
Горенская бумагопрядильная ману¬
фактура (Московская губ.) 48
Горбуновых (бр.) т-во бумаготкацкой
мануфактуры (с. Киселеве Нерехт-
ского у. Костромской губ.) 246
Грудецкий сахарный завод (Каменец¬
кий у. Подольской губ.) 75
Гусевский (Гусковский) чугунопла¬
вильный и железоделательный завод
(Владимирская губ.) 73
Гулье-Бланшарда металлургический
завод (г. Одесса) 85, 97, 98, 100
Гучкова шелковых и шерстяных изде¬
лий фабрика (г. Москва) 90
«Гута Банкова» чугуноплавильный,
железоделательный и рельсопро¬
катный завод, акц. об-во (с. Домбро-
во Бендинского у. Петроковской
губ.) 254
Гутуевский костеобжигательный завод,
акц. об-во (г. Петербург) 44, 56
Гюбнера А. т-во ситценабивной ману¬
фактуры (г. Москва) 90
313

Дангауэра А. К. и Кайзера В. В. меха¬
нический завод (г. Москва) 90
Даниловская бумагопрядильная и
ткацкая мануфактура т-ва В. Е. Ме¬
щерина (близ Даниловской слободы
Московского у. и губ.) 48
«Двигатель», вагоностроительный и ме¬
ханический завод (г. Рига) 281
Демидова П. П. Тагильский Нижний
чугуноплавильный, железоделатель¬
ный и золотопромывательный завод
(Нижне-Тагильский округ Пермской
губ.) 86
Демидова П. П. и кн. Сан-Донато
Руднянский медный рудник (Ниж¬
ний Тагил Верхотурского у. Перм¬
ской губ.) 150
Дербенева Н. сыновей т-во бумаго¬
ткацкой мануфактуры (г. Иваново-
Вознесенск Владимирской губ.) 118
Длугач платочновязальная и ткацкая
фабрика (г. Москва) 118
Днепровский металлургический завод
Южнорусского Днепровского метал¬
лургического об-ва (пос. Каменское
Екатеринославского у. и губ.) 182,
249
«Добров и Набгольц» т-ва чугунолитей¬
ный и машиностроительный завод
(г. Москва) 241
Добровых и Набгольца машинострои¬
тельный завод (г. Нижний Новгород)
204, 244
Добрянский чугунолитейный и желе¬
зоделательный завод (Пермская
губ.) 87, 149
Донецко-Юрьевский чугуноплавиль¬
ный и железоделательный завод До¬
нецко-Юрьевского металлургическо¬
го об-ва (пос. Дружковка Славяно¬
сербского у. Екатеринославской
губ.) 279
Дугненский чугунолитейный завод
В. М. Ковригина (с. Дугно Калуж¬
ского у. и губ.) 74
Дюфермантеля Ф. и К0 шерстопрядиль¬
ная фабрика (г. Москва) 241
Егорьевская бумагопрядильная фаб¬
рика т-ва братьев А. и Г. Хлудовых
(г. Егорьевск Рязанской губ.) 133,
179
Екатерингофская бумагопрядильная
мануфактура т-ва Кнопп и К0 (дер.
Волынкино Петербургской губ.)
114, 239
Екатеринославские ж.-д. мастерские
249
314
Жирардовская полотняная мануфакту¬
ра Гилля и Дитриха (пос. Жарардово
Блонского у. Варшавской губ.) 120,
146, 183
«Заверце» (Заверецкая) акц. об-ва хлоп¬
чатобумажная фабрика (дер. Заверцы
Бендинского у. Петроковской губ.)
183
Залогина И. В. бумаготкацкая фабри¬
ка (близ г. Твери) 141, 144
Занегина В. В. бумаготкацкая фабри¬
ка, «Завидовская мануфактура»
(близ ст. Завидово Калининского у.
Московской губ.) 241
Заславского Е. О. типография (г. Одес¬
са) 100
Зебека и Валя чугунолитейный завод,
бывш. Фалька (г. Одесса) 97
Златоустовский чугуноплавильный
и железоделательный завод (Орен¬
бургская губ.) 257
Зотовых (бр.) льнопрядильная фабри¬
ка (г. Кострома) 245, 246
Зуевская красильная и ситценабивная
мануфактура И. Н. Зимина, т-во
(с. Зуево Богородского у. Москов¬
ской губ.) 241
«Иван», шахта Рутченковских камен¬
ноугольных копей об-ва «Русский
Провиданс» (Бахмутский у. Екате¬
ринославской губ.) 250
Иваново-Вознесенской бумаготкацкой
мануфактуры т-во (г. Иваново-Воз¬
несенск Владимирской губ.) 142,
144, 167, 242
Ижорские адмиралтейские машино¬
строительные заводы (с. Колпино
Царскосельского у. Петербургской
губ.) 235, 277
Измайловская бумагопрядильная ма¬
нуфактура Гилля (с. Измайлово,
Московского у. и губ.) 141, 144
Ильиной Е. И. бумаготкацкая фабри¬
ка (дер. Скрылья Серпуховского у.
Московской губ.) 117
«Императорский стекляной завод»
(г. Петербург) 233
Калинкинский пиво-медоваренный за¬
вод, т-во (г. Петербург) 44, 56
Каменский чугунолитейный завод
см. Днепровский металлургический
завод Южнорусского Днепровского
об-ва
Каменноугольные шахты Донбасса 62
«Капитальная», шахта № 6 Марков¬
ского рудника об-ва «Унион» (пос.
Макеевка Таганрогского округа
Области Войска Донского) 250

Каргалинские медные рудники (Орен¬
бургская губ.) 70
Каретникова А. бумагопрядильная фаб¬
рика (с. Тейково, Шуйского у. Вла¬
димирской губ.) 117, 242
Катав-Ивановский (Катавский) чугу¬
ноплавильный и железоделательный
завод (Оренбургская губ.) 73
Кедабекский медеплавильный завод
(Бакинская губ.) 85
Киевские железнодорожные мастер¬
ские 119, 182, 194, 248
Киевского Арсенала мастерские 168
Кизеловские каменноугольные копи
(ст. Кизел Соликамского у. Перм¬
ской губ.) 73
Клементьевой А. А. бумаготкацкая
фабрика (с. Киселево Нерехтского у.
Костромской губ.) 246
Ковровские ж-д. мастерские (Влади¬
мирская губ.) 185
Коломенский машиностроительный за¬
вод, бывш. Струве (с. Боброво, Коло¬
менского у. Московской губ.) 48, 130
Коншина Н. Н. бумагопрядильная и
ткацкая фабрика (г. Серпухов Мос¬
ковской губ.) 76, 83, 117, 144, 213,
241
Краматорский металлургический завод
Краматорского металлургического
об-ва (г. Краматорск Изюмского у.
Харьковской губ.) 279
Кренгольмская бумагопрядильная и
ткацкая мануфактура (с. Кренгольм,
близ г. Нарвы Эстляндской губ.) 27,
50, 54, 81, 121, 256, 257
Крестовниковых (бр.) бумагопрядиль¬
ная фабрика (с. Поляна Московской
губ.) 48
Кузнецова М. С. белильно-красильно-
печатно-аппретурно -хлопчатобумаж¬
ная тканевая фабрика (г. Москва) 83
Курбатова В. П. механический завод
(г. Нижний Новгород) 204, 244, 245
Лазарева бумагопрядильная фабрика
(г. Москва) 90
Лайский чугуноплавильный и железо¬
делательный завод (Пермская губ.)
149
«Лаферм», табачная фабрика, т-во
(г. Петербург) 236
«Лильпоп, Рау и Левенштейн» механи¬
ческий и вагоностроительный завод
акц. промышленного об-ва механиче¬
ских и горных заводов (г. Варшава)
86
Локалова льноткацкая фабрика (Ярос¬
лавский у. и губ.) 43
Луганский чугунолитейный завод
(Славяносербский у. Екатеринослав-
ской губ.) 135
Луганский пороховой завод (Екатери-
нославская губ.) 53
Луньевские чугуноплавильные и желе¬
зоделательные заводы (Пермская
губ.) 159
Лысьвенский чугуноплавильный и же¬
лезоделательный завод (Пермская
губ.) 72
Людиновский чугунолитейный и маши¬
ностроительный завод Мальцовского
торгово-промышленного т-ва (с. Лю-
диново Жиздринского у. Калужской
губ.) 74, 75, 78, 192
Мазурина К. М. бумагопрядильная
фабрика (с. Кусково Московской
губ.) 241
Максвеля бумагопрядильная и ткац¬
кая фабрика см. Петровская бума¬
гопрядильная и ткацкая мануфак¬
тура
Макеевские сталелитейные и труболи¬
тейные заводы «Русский горный и
металлургический «Унион» (пос. Ма¬
кеевка Таганрогского округа обла¬
сти Войска Донского) 159
Макферсона завод см. Балтийский судо¬
строительный и механический завод
Морского министерства
Мальцовское торгово-промышленное
т-во; заводы в Калужской губ.:
1) Ивано-Сергиевский чугунопла¬
вильный, 2) Людиновский чугуно¬
плавильный и машиностроительный,
3) Песоченский доменно-литейный,
4) Песоченский железо-эмалирован¬
ный, 5) Песоченский посудный,
6) Песоченский фарфоровый,
7) Погребовский лесопильный,
8) Сукременский чугуноплавильный;
в Орловской губ.: 1) Дядьковский
хрустальный, 2) Знеберский лесо¬
пильный, 3) Знеберский стекольный,
4) Ивановический лесопильный,
5) Ивотский стекольный, 6) Любо-
хонская бумагопрядильная фабрика,
7) Любохонский чугунолитейный,
8) Сергиево-Радицкий паровозостро¬
ительный и вагоностроительный,
9) Радицкий стекольный, 10) Чер-
нятинский стекольный; в Смолен¬
ской губ.: 1) Щеткинский стеколь¬
ный 192
Мараева В. А. бумаготкацкая фабрика
(г. Серпухов Московской губ.) 117
315

Мастерские Варшавской ж. д. (г. Пе¬
тербург) 173
Мастерские Московско-Брестской ж.д
(г. Москва) 185, 202
Мастерские Московско-Казанской ж.д.
(г. Москва) 185
Мастерские Московской-Курской ж.д.
(г. Москва) 185, 241
Механическая мастерская Ижорских
адмиралтейских заводов (с. Колпино
Царскосельского у. Петербургской
губ.) 180
Медноруднянские рудники см. Деми¬
дова П. П. и кн. Сан-Донато Руднян-
ский медный рудник
Минские ж.- д. мастерские 256
Минские слесарно-кузнечные мастер¬
ские 148
Мирзоева бумагопрядильная фабрика
(г. Тифлис) 85
Митрофаньевская бумагопрядильная
и ткацкая мануфактура т-ва Вонляр-
лярского (г. Петербург) 132, 181
Моргунова В. прядильно-ткацкая фаб¬
рика, т-во (с. Озерцы Коломенского
у. Московской губ.) 48, 241
Морозова Викулы с сыновьями бума¬
гопрядильная и ткацкая фабрика
(близ ст. Орехово Покровского у.
Владимирской губ.) 74
Морозовой В. тверская мануфактура,
см. Тверской бумагопрядильной и
ткацкой мануфактуры т-во
Морозовская мануфактура см. Николь¬
ская мануфактуры С. Морозова сын
и К°.
Московская бумагопрядильная фабри¬
ка С. Морозова 34
Московские ж.- д. мастерские 185
Нарвская суконная фабрика, бывш.
Штиглица (близ. г. Нарвы Ямбур-
ского у. Петербургской губ.) 27
Невская бумагопрядильная фабрика
(г. Петербург) 79, 80, 116, 124, 145
Невский механический завод Русского
об-ва, бывш. Семянникова (г. Пе¬
тербург) 83, 104, 109, 233—235
Нижне-Тагильский чугуноплавильный
и железоделательный завод (Перм¬
ская губ.) 149, 159
Нижне-Туринский чугуноплавильный
и железоделательный завод (Перм¬
ская губ.) 149
Нижнеднепровский механический за¬
вод акц. об-ва Русской железной
промышленности, бывш. Гантке
(пос. Нижнеднепровск Новомосков¬
ского- у. Екатеринославской губ.)
249
Николаевской ж. д. паровозные ма¬
стерские (г. Москва) 185
Никольская мануфактура т-во С. Мо¬
розова хсын и К0 (с. Никольское
Покровского у. Владимирской губ.)
34, 74, 134, 136—139, 144, 167
Никольская бумаготкацкая фабрика
Чешера (г. Петербург ) 90, 95
Никополь-Мариупольский металлурги¬
ческий завод Никополь-Мариуполь-
ского горного металлургического об-
ва (г. Мариуполь Мариупольского
у. Екатеринославской губ.) 222, 250
Новороссийского об-ва рудники (пос.
Юзово Бахмутского у. Екатерино¬
славской губ.) 279
Нобеля патронный завод см. Петер¬
бургский патронный завод Артил¬
лерийского ведомства
Новая бумагопрядильная и ткацкая
мануфактура (г. Петербург) 108, 109,
114—116
Нового Адмиралтейства судостроитель¬
ный завод (г. Петербург) 180, 194,
234
Норская прядильная мануфактура,
т-во (с. Норский посад Ярославского
у. и губ.) 38
Носовых суконная мануфактура
(г. Москва) 83, 90
Обуховский сталелитейный з д Мор¬
ского ведомства (с. Александров¬
ское Петербургской губ.) 109, 116,
234, 235
Одесские ж.-д. мастерские 100, 119
Очерский чугуноплавильный и железо¬
делательный завод (Пермская губ.)
87
Павловский чугуноплавильный и желе¬
зоделательный завод (Пермская
губ.) 87
Паля ситценабивная фабрика см.
Александро-Невская мануфактура
«К. Я. Паль»
Пашкова И. И. бумаготкацкая фабри¬
ка (Владимирская губ.) 244
«Перенуд», механический и чугуно¬
литейный завод, акц. об-во (г. Моск¬
ва) 241
Пермские пушечные заводы (с. Мотови¬
лиха Пермской губ.) 281
Переяславской бумагопрядильной ма¬
нуфактуры т-во (г. Переяславль За¬
лесский Владимирской губ.) 179
Петербургские ж-д. мастерские 185
316

Петербургский патронный завод Артил¬
лерийского ведомства, бывш. Нобеля
(г. Петербург) 30, 96, 103
Петровская бумагопрядильная и
ткацкая фабрика Губбарта и К0,
бывш. Максвел я (г. Петербург) 108,
116, 145, 238, 239, 277
Полтавские ж.-д. мастерские 119, 182
Поповых К. и С. (бр.) чайные склады и
магазины, т-во чайной торговли и
складов (г. Москва) 241
Преображенский медеплавильный за¬
вод (Оренбургская губ.) 70
«Проводник», т-во Русско-Французских
заводов резиновых, гуттаперчевых и
телеграфных производств (г. Рига) 27
Прохоровская Трехгорная бумаготкац¬
кая и ситценабивная мануфактура,
т-во (г. Москва) 51, 179, 213, 241
Путиловский механический завод
(г. Петербург) 44, 56, 83, 104, 114,
132, 146, 180, 234, 235
Реутовская бумагопрядильная ману¬
фактура Мазурина и К0 (с. Реутово
Московского у. и губ.) 48, 53, 83,
117, 241
«Рихард Поле», литейный завод (г. Ри¬
га) 256
Рождественская бумагопрядильная ма¬
нуфактура т-ва П. В. Берга
(г. Тверь) 144, 246
Рождественские (Верхний, Нижний и
Средний) железоделательные заводы
(Пермская губ.) 73
Российская бумагопрядильная ману¬
фактура (г. Петербург) 237
Российско-Американская резиновая ма¬
нуфактура, т-во (г. Петербург) 44,
109
Русско-Балтийский вагонный завод,
акц. об-во (г. Рига) 256
Рубачевых В. и М. В. красильно-на¬
бивная фабрика (г. Шуя Владимир¬
ской губ.) 244
Рябковская бумагопрядильная и ткац¬
кая фабрика, т-во мануфактур
(г. Серпухов Московской губ.) 241
Семянниковский завод см. Невский ме¬
ханический завод Русского общества
«Сергей», шахта Рутченовских камен¬
ноугольных копей об-ва «Русский
Провиданс» (Бахмутский у. Екате-
ринославской губ.) 250
Сормовский механический завод Бе-
нардаки (с. Сормово Балашихин¬
ского у. Нижегородской губ.) 83,
118, 244, 277
Спасская бумагопрядильная и ткац¬
кая мануфактура Габбарда и К0
(г. Петербург) 145, 238, 239, 277
Степановский сахарный завод (Брац¬
лавский у. Каменец-Подольской
губ.) 120
Строганова чугуноплавильные и желе¬
зоделательные заводы в Пермской
губ.: Бибимбаевский, Добрянский
Верхний и Добрянский Нижний,
Кыновский, Очерский и Павловский
159
Сукременский чугуноплавильный за¬
вод (Калужская губ.) 75
Сулинский чугунолитейный, железо¬
делательный и труболитейный завод
акц. об-ва Сулинского завода (пос.
Сулин Черкасского округа Области
Войска Донского) 45
Тверской бумагопрядильной и ткац¬
кой мануфактуры т-во (близ г. Твери)
134, 141, 179, 246
Терентьева И. М. бумаготкацкая фаб¬
рика (г. Шуя Владимирской губ.)
142
Тирлянский чугуноплавильный и желе¬
зоделательный завод (Оренбургская
губ.) 73
«Тоболка», бумагопрядильная и ткац¬
кая фабрики т-ва Прохорова и К0
с сыновьями (Тоболка, близ Вышнего
Волочка Тверской губ.) 246
Товарищество Бабинских свекло-са-
харных заводов (Липовецкий у. Ки¬
евской губ.) 84
Торнтона суконная фабрика (г. Петер¬
бург) 107, 108, 132, 181, 194, 236
Третьяковых бумаготкацкая фабрика
(г. Серпухов Московской губ.) 117
Треумова И. А.бумаготкацкая фабрика
(г. Ковров Владимирской губ.) 242
Трехгорная мануфактура см.Прохоров¬
ская Трехгорная бумаготкацкая и
ситценабивная мануфактура
Тульский оружейный завод Главного
артиллерийского управления (г. Ту¬
ла) 204
Угольные шахты Донбасса 131, 218
Уфимские ж.- д. мастерские 185
Ушаков П. К. и К0 т-ва химических
заводов (Вятская губ.) 86
«Феникс» вагоностроительный и меха¬
нический завод (г. Рига) 27
Фендериха завод см. Беллино-Фендери-
ха чугунолитейный и машинострои¬
тельный завод
317

Харьковские ж,- д. мастерские 185
Хлудова А. И. бумагопрядильная фаб¬
рика см. Ярцевская бумагопрядиль¬
ная фабрика А. И. Хлудова
Холуницкие чугуноплавильные и же¬
лезоделательные заводы Пономарева
в Вятской губ.: 1) Главно-Холуниц-
кий и вспомогательные к нему Бого¬
родские железоделательные; 2) Чер-
но-Холуницкий чугуноплавильный и
железоделательный; 3) Климков-
ский чугуно-плавильный и железные
рудники; 4) Залазнинские чугуно¬
плавильные (Верхне-Залазнинский,
Нижне-Залазнинский, Белорецкий)
86
Хохотвенский сахарный завод (Канев¬
ский у. Киевской губ.) 84
Чешера фабрика см. Никольская бума¬
готкацкая фабрика
Чусовской чугуноплавильный и желе¬
зоделательный завод Камского фран¬
цузского акц. об-ва (Урал) 282
Шау бумаготкацкая фабрика г. Петер¬
бург) 83, 108, 116
Шепелевский завод (Нижегородская
губ.) 53
Шибаева С. М. бумаготкацкая фабри¬
ка (Богородский у. Московской
губ.) 83
Штруппа чугунолитейный завод (Эст-
ляндская губ.) 281
Щенкова суконная фабрика (Верей¬
ский у. Московской губ.) 82
Щербакова М. И. бумагопрядильная
и отделочная фабрика (Московская
губ.) 48
Щербакова Ф. бумаготкацкая и отде¬
лочная фабрика (Московская губ.) 48
Цибулевское т-во сахарных заводов
(Липовецкий у. Киевской губ.) 120
Цинделя Эмиля т-ва красильно-набив¬
ная фабрика (г. Москва) 39, 40, 56,
213
«Эйнем», кондитерская фабрика, т-во
(г. Москва) 51
Юзовский металлургический завод
Новороссийского об-,ва (пос. Юзово
Бахмутского у. Екатеринославской
губ.) 46, 53, 147, 279
Ярославская Большая мануфактура
Корзинкина (г. Ярославль) 38, 53,
118, 179, 246
Ярцевская бумагопрядильная фабрика
А. И. Хлудова (с. Ярцево Духов-
щинского у. Смоленской губ.) 50, 118

ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие 5
Глава первая
Возникновение рабочего класса. Иванов Л. М 9
Численность и состав рабочих 9
Ослабление связи с землей 29
Формирование потомственных рабочих 47
Глава вторая
Начало пути. Иванов Л. М., Итенберг Б. С., |Шебалдин Ю. Н.| 61
На переломе 61
Борьба разгорается 78
Первые пролетарские организации 97
Новое в стачечной борьбе 114
Царизм, буржуазия и рабочие 121
Глава третья
На пути соединения с социализмом. Полевой Ю. 3 129
Положение пролетариата 129
Начало борьбы за общие экономические требования 135
Политика царизма и буржуазии в рабочем вопросе 152
Распространение идеи научного социализма 160
Рабочее движение в начале 90-х годов 178
Глава четвертая
Возникновение массового социал-демократического
рабочего движения. Полевой Ю. 3. 212
Рабочие массы в 90-е годы 212
Ленинский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» .... 226
Подъем массового рабочего движения 236
Царизм и буржуазия в борьбе с рабочим движением 258
Рабочий класс на пороге XX века 265
Общие итоги пролетарской борьбы 289
Заключение 304
Указатель имен 309
Указатель предприятий 312

История рабочего класса России
1861—1900 гг.
Утверждено
Институтом истории СССР
Редакторы издательства: Г. Д. Капустина, В. Е. Древлянский
Художник Г. И. Кудрявцев
Художественный редактор В. И. Тикунов
Технический редактор Л. В. Каскова
Сдано в набор 3/VIII 1971 г. Подписано к печати 23/ХП 1971 г.
Формат 60 X90716. Бумага № 2.
Усл. печ. л. 20. Уч.-изд. л. 20,6. Тираж 2300 экз.
Т-19893. Тип. зак. 2671
Цена 1 р. 47 к.
Издательство «Наука»
Москва К-62, Подсосенский пер., 21
2-я типография издательства «На>ка»
Москва Г-99, Шубииский‘пер., 10

СПИСОК ОПЕЧАТОК
Стр.
Строка
Напечатано
Должно быть
128
4 сн.
великое пророчество
В. И. Ленина
«великое пророчество»
(В. И. Ленин)
226
23 св.
90-х
900-х
290
Табл. 8,
2 колонка
число тупл
число выступлений
311
21 св.
Ульянов Д. А.
Ульянов Д. И.
Вак. 2671