/
Теги: журнал журнал америка
Год: 1970
Текст
* В ЭТОМ НОМЕРЕ: НА НОВЫХ КОСМИЧЕСКИХ РУБЕЖАХ
Иллюстрированный журнал Апрель 1970 г. • № Иллюстрированный журнал Апрель 1970 г. •№ ж Америко1о2 1еловек высадился на Луне. Пройдут годы, а то и десятилетия, пока мы полностью не осознаем величие этих простых слов, пока полностью не поймем, каким последствиям приведет этот первый скромный шаг, сделанный в преддверие Вселенной. Но какое бы будущее ни готовили необъятные ко- мические дали и как бы грандиозность дальнейших полетов ни умаляла этого короткого лунного рейса, первые шаги человека на нашем ближай- 1ем соседе навсегда останутся самым беспримерным событием во всей истории человечества. Конечно, корабль лунопроходцев был оснащен такой ложной техникой, о которой и не мечталось великим мореплавателям, открывавшим новые земли на нашей планете. Но помимо этого имеется су- щественная разница между открывателями новых земель и прорывом человека в космос: первые были одиночками, а сейчас непосредственными частниками этих событий становятся миллионы и миллионы людей — будь то жители Нью-Йорка, собравшиеся в Центральном парке (фото на этих границах), или бесчисленные телезрители, сидящие у себя дома в любом уголке земного шара. Мы прекрасно помним тот исторический день, когда сего 12 лет назад на орбиту вышел первый ИСЗ; не забудем мы и того волнения, с которым весь мир следил за полетом Юрия Гагарина. И нам эудно смириться с мыслью, что наши дети, родившиеся после первого полета человека в космос, воспринимают космические исследования как ечто само собой разумеющееся. Для них высадка на Луну — всего лишь одно из очередных достижений человека. Они не разделяют волнения стар- ых. «А как же иначе? — удивленно спрашивают они. — Почему же человеку не летать на Луну?» Однако люди постарше навсегда сохоанят в памя- 4 волнующий полет «Аполлона-11». С неослабевающим интересом они и в дальнейшем будут следить за каждым полетом на Луну и будут говорить зоим внукам: «Мы видели, как Нил Армстронг впервые ступил на Луну». В США успешное завершение полета «Аполлона-11» было, среди прочего, гмечено выпуском моделей лунной кабины, значков, жетонов и колец для ключей с изображением космического корабля и его экипажа — и спе- иальными номерами ведущих журналов. Воспользовавшись материалами этих журналов (в особенности «Лайфа»), «Америка» помещает в этом но- ере снимки и статьи, рассказывающие об этом знаменательном событии. Описание полета начинается на стр. Q . Дальше на стр. р'-39 мы П0‘ ещаем фоторепортаж о запуске корабля, о лунной разведке, о благополучном возвращении на Землю — и описание последних драматических инут перед прилунением. На стр. 40 мы пРеД°ставляем слово самим астронавтам, а на стр. ДД начинается календарь космических поле- эв, включая полет «Аполлона-12». Далее на стр. 52 мы рассказываем о научном значени». экспедиции, а на стр. 54 идет описание ком- пекса Лунной приемной лаборатории, где астронавты и доставленные ими образцы лунных пород отбывали карантин. Как подготавливают астро- автов? Об этом говорится на стр. 56 . Наконец, мы приводим заявления, которые астронавты сделали представителям прессы по возвращении э Землю (стр. (§Q) и фоторепортаж о том, как американцы встретили своих сынов, впервые в истории посетивших иное небесное тело. Гровный редактор ДЖОН ДЖЕКОБС Зам. главного редактора МАРДЖОРИ ЯРЕС Зав. редакционным отделом РОБЕРТ ГИЛКИ Зав. отделом иллюстраций ЛИ БАТТАЛЬЯ Художественный редактор ДЭВИД МОР Редоктор русского издания ГАРАЛЬД ЛИНДЕС Зов. производством ЭЛЛЕН УОЛИ Секретарь редакции БЛАНШ ЭДИНГТОН Журнал «Амерпо» издаете* Правитель- ством США по заключенному с Правитель- ством СССР на основе взаимности соглашению, предусматривающему распространение журнала «Soviet Life» в США, а журнала «Америко» — в СССР. Подписка на журнал «Америка» принимаете* в СССР отделами Союзпечати в пределах обусловленного соглашением тиража. ЖУРНАЛ «АМЕРИКА» ПРОДАЕТСЯ В СЛЕДУЮЩИХ ГОРОДАХ Приводим список лиц и учреждений, лобезно предоставивших иллюстрации нашему журналу: Photographs in this issue ore reproduced from о special edition of Lite. To the Moon and Back with the exception of: Front cover, Neil Armstrong, courtesy National Aeronautics and Space Administration (NASA); inside front cover-1, Don McCoy, Black Star; 2, US<$ Copenhagen; Lee E. Battaglia; 3, USIS Dakar; Wide World; 5, Ron Fett, 6-7, USIS Tel Aviv; Ron Fett; USIS Oslo; George Ceollo; USIS Paris,- USIS London; USIS Canberra; USSIS Rabat; United Press International (UPI); 16-17, 20-21, 26-27, NASA; 40-41, Ralph Morse, Life; 44, left, third from top — Lee E Battaglia; 52, NASA except left, top to bottom - UPI; Scvfoto,- Wide World; 53, NASA; R.chord Pipes. Bill Clark, University of Maryland- 56, courtesy RCA Electronic Age; 58-59, UPI; 60-61, New York Doily News,- Larry Riordan,- Chicago Tribune; 62-63, Gene Daniels, Block Star (2); right, top to bottom — Jerry Click, The Houston Post, Fred Bunch, The Houston Post,- Wide World; 64-inside back cover. Wide World; LeRoy Woodson, Jr., The Washington Post. Yukio Kun.yuki (2] Отзывы и пожелания просим направлять по адресу: John Jacobs, Editorin-Chief, «America Illustrated», Washington, D.C. 20547, U.S.A, или Американское посольство, Москва, ул. Чайковского, д. 19-21. Алма-Ата Архангельск Астрахань Ашхабад Боку Барнаул Брест Брвнск Вильнюс Витебск Владивосто» Волгоград Воронеж Горький Днепропетровск Донецк Душанбе Ереван Запорожье Иваново Иркутск Казань Калинин Калининград Каменск- Шахтинский Караганда Каунас Кемероео Киев Киров Кировоград Кишинев Краснодар Красноярск Куйбышев Курск Кустанай Ленинград Луганск Львов Магадан Минск Москва Мурманск Николаев Новосибирск Одесса Омск Орел Оренбург Павлодар Пенза Пермь Петрозаводск Петропавловск Полтава Псков Рига Ростов-на-Дону Рязань Саратов Свердловск Симферопспь Смоленск Ставрополь Таллин Тамбов Ташкент Тбилиси Томск Тула Ужгород Ульяновск Усть-Каменогорск Уфа Фрунзе Хабаровск Харьков Херсон Целиноград Челябинск Чернигов Чита Южно-Сахалинск Ярославль
Копенгаген: газеты подробно М сообщали обо всех этапах полета. Ж~.' и обратно Это описание полета «Аполлона-11» основано главным образом на ежедневных сообщениях двух корреспондентов газеты «Нью- Йорк тайме» — Джона Нобла Уилфорда с мыса Кеннеди (Фло- рида) и из Хьюстона (Техас) и Джемса Т. Вутена с авианосца «Хорнет» в Тихом океане. Статья эта заимствована из книги «„Аполлон-11 но Луне», изданной журналом «Лук», с сопро- водительным текстом из газеты «Нью-Йорк тайме». Варшава: модель лунного отсека, выставленного в Посольстве США, привлекла толпы людей. ВТОРНИК, 15 ИЮЛЯ 1969 г. Канун запуска. Огромная ракета, космический корабль и эки- паж — все готово к одному из самых грандиозных путешест- вий в истории человечества — к первому полету людей на Луну. «Подготовка «Аполлона-11» к старту, назначенному на зав- тра в 9.32 по вашингтонскому времени, проходит успешно», — сообщил заместитель главного администратора программы «Аполлон» Джордж X. Хейдж, когда технический персонал приступил к последней, самой ответственной фазе подготовки. Астронавты Нил Армстронг, Эдуин Олдрин и Майкл Коллинс были совершенно здоровы, преисполнены бодрости и уверен- ности в успехе. Большую часть дня астронавты отдыхали усебя в комнатах или в последний раз мысленно отрабатывали во всех деталях предстоящее путешествие. Они собирались рано лечь спать: встать они должны в 4.15 утра, затем им предстоит медос- мотр, завтрак, поездка на пусковую площадку 39-А и размеще- ние в кабине — их жилище в течение следующих восьми дней. Пока астронавты спали, 110-метровую ракету-носитель «Са- турн-5» заправили топливом и подвергли последней проверке с помощью различного рода компютеров. Никогда еще отсчет времени не проходил так гладко. Все были уверены в том, что запуск пройдет благополучно, и все же где-то глубоко в сердцах таились опасения: с воз- можностью неудачи всегда ведь нужно считаться. Неудача, конечно, отодвинула бы сроки выполнения американской про- граммы. Никто, впрочем, не сомневался, что Соединенные Штаты предпримут новую попытку — вероятно, в сентябре, так как подготовить новый корабль раньше вряд ли удастся. Простая задержка — это еще полбеды, могло быть и хуже: полная катастрофа. Опасности подстерегали астронавтов на всем протяжении их пути, и запуск был лишь одним из наи- более ответственных моментов. Авт. права: изд-ва «Нью-Йорк тайме компами». 1969 г. Переведено с разрешения изд-ва. «Представьте себе космический корабль с миллионом уз- лов и деталей, — говорил Хейдж. — Правильная работа Целого зависит от правильности работы всего множества частей. Но мы сделали все, что было в человеческих силах, чтобы свести вероятность неполадок к минимуму». «В каждом полете наиболее опасны еще не испытанные ма- невры, — сказал Нил Армстронг за несколько дней до стар- та. — В нашем случае это будет спуск на Луну, выход на по- верхность Луны и взлет». СРЕДА, 16 ИЮЛЯ Оседлав гигантскую огнехвостую ракету «Сатурн-5», Арм- стронг, Олдрин и Коллинс оторвались от пусковой площадки и понеслись через черную бездну межпланетного простран- ства к Луне, удаленной от Земли на 385 000 км. Запуск сопровождался грохотом, сотрясшим землю и-об- давшим волнами воздуха миллионную толпу людей, которые собрались под флоридским солнцем, дабы своими глазами увидеть начало самого дерзновенного — покамест! — пред- приятия эпохи космических завоеваний. Благодаря спутникам связи миллионы людей во всем мир$ следили за этим событием по телевидению. Этот факт отметил** и Президент Никсон в своем обращении: «В прошлые века, — сказал он, — участники всякого путеше- ствия были и его единственными свидетелями. Но сегодня чу- десам космических полетов сопутствуют чудеса космической связи: даже с далекой Луны телевидение приносит в наши дома новые открытия в момент их свершения, делая всех нас свидетелями и участниками происходящего». Не прошло и двенадцати минут после старта, как одна за другой сработали все три ступени ракеты-носителя, и-^Апбл^ лон-11» вышел на околоземную орбиту. На ней он должен был оставаться два с половиной часа — пока астронавты не убе-_ дятся, что корабль готов к далекому путешествию. В 12.16 опять включился двигатель третьей ступени> ©Ще не отсоединившейся от корабля, и «Аполлон-11» перешел с околоземной орбиты, державшей его на расстоянии 190 км от Земли, на лунную трассу: начальная скорость его была 38 945 км/час. «Теперь у вас прямая дорога на ЛУНУ*’ “ со- общил экипажу по радио Центр управления в Хьюстоне- За следующие два часа, продолжая удаляться от емл^» ас- тронавты отсоединили основной блок корабля от тРетьеи СТУ пени ракеты с лунным отсеком. 2
Затем основной блок корабля, с Коллинсом у приборов, по- вернулся на 180 градусов и, сдвинувшись назад, состыковался с лунным отсеком, укрепленным на верхней части третьей ступени, Полковник Коллинс сообщил, что израсходовал на этот маневр больше топлива, чем рассчитывал. Земля ответи- ла, что повода для беспокойства нет. Астронавты сообщили Центру управления, что похожий на какое-то членистоногое чудище лунный отсек благополучно перенес температурную и вибрационную нагрузки, возникшие • при запуске. Примерно через час оба состыкованных отсека — команд- ный и лунный — окончательно отделились от третьей ступе- ни. По радиосигналу с Земли включился двигатель третьей ступени, и она унеслась вдаль по вытянутой гелиоцентриче- ской орбите. К этому времени «Аполлон-11» уже удалился от Земли больше чем на 80 000 км. Астронавты могли теперь более удобно расположиться в корабле. Впереди были три дня сво- бодного полета в направлении Луны с постепенно уменьшаю- щейся скоростью: притяжение Земли исподволь тормозило ко- смический корабль, состоявший теперь из командного и лун- ного отсеков. Некоторое время тройка астронавтов практико- валась в наблюдениях за звездами в навигационных целях. Во время сложных маневров экипаж редко переговаривал- ся с Землей, если не считать лаконичных передач техниче- ских показателей. И только когда основная часть дневной ра- боты уже была позади, командир корабля Армстронг сообщил Центру управления: «Сатурн прокатил нас на славу. Все три ступени сработали как нельзя лучше. Все прошло прекрасно». ЧЕТВЕРГ, 17 ИЮЛЯ «Аполлон-11», не сворачивая с намеченной лунной трассы, уже давно миновал среднюю точку пути. Вся аппаратура на борту работала безукоризненно, и надежда на успех первой высадки человека на Луну крепла с каждым часом. Астронавты на короткое время включили маршевый двига- тель корабля для увеличения точности прицела и проверки двигателя, который должен был вывести корабль на окололун- ную орбиту и впоследствии увести его обратно на Землю. В 19.35, когда астронавты были в 238 000 км от Земли, Армстронг, Олдрин и Коллинс организовали первую из запла- нированных цветных телепередач. Их бодрые голоса и непри- нужденный вид свидетельствовали о том, что летят они в спокойной обстановке и чувствуют себя превосходно. Через иллюминатор виднелась лазурная с прозеленью Зем- ля, частично покрытая облачностью. Собственно, это была «полуземля» — нечто вроде полумесяца, лишь значительно цветистее. «Сейчас краски не так сочны, как с расстояния в 80 000 км»г — заметил Армстронг, рассказывая, чтб он видит дале- * ко внизу: синеву Тихого океана, зелень северо-западного по- бережья США, шторм юго-западнее Аляски и серовато-корич- невые массы на континентах обеих Америк. В Вашингтоне Президент Никсон объявил, что астронавты оставят на Луне пять медалей советских и американских ис- следователей космоса, погибших при выполнении заданий. . «Медали, — сказал Президент, — выражают нашу призна- тельность преданности и жертвенности храбрецов различных рстрана подчеркивают значение примера, который мы надеем- ся доказать: если мы можем достигнуть Луны, человечество может достигнуть соглашения». Затем он добавил: «Двое смельчаков, которые, как мы надеемся, ступят на поверхность Луны, представляют все человечество». Американские медали, диаметром в несколько сантимет- ров, изготовлены в честь полковника Вирджила Гриссома, пол- ковника Эдуарда Уайта и капитана 3-го ранга Роджера Чаф- фи, погибших при наземных испытаниях на мысе Кеннеди в 1967„году, когда в кабине «Аполлона» возник пожар. Советские медали изготовлены в честь полковника Юрия Гагарина, первым летавшего в космос и погибшего в 1968 го- ду в авиационной катастрофе, и полковника Владимира Кома- рова, разбившегося в 1967 году, когда при спуске не раскрыл- ся парашют его космического корабля «Союз». Эти медали были переданы вдовами астронавтов полковнику Франку Бор- ману, командиру «Аполлона-8», облетевшего Луну, во время пребывания Бормана в Москве в июле 1969 года. Вдовы вы- разили желание, чтобы экипаж «Аполлона-11» оставил эти медали на Луне. В 11.25 двухблочный космический корабль — командный отсек, состыкованный нос к носу с лунным отсеком, — мино- вал среднюю точку своей лунной траектории. К этому времени «Аполлон-11», покинувший околоземную орбиту со скоростью 38 945 км/час, сбавил скорость до 5935 км/час. Замедление было вызвано земной гравитацией, игравшей роль тормоза. Но, войдя в сферу лунного притяжения, корабль должен был опять увеличить скорость. ПЯТНИЦА, 18 ИЮЛЯ В сферу лунного притяжения астронавты попали на третий день путешествия в 23.12 — за 62 760 км от цели. Космиче- ский корабль, до этого находившийся под влиянием притяже- ния Земли, все время сбавлял скорость, приближаясь к Луне. Но когда экипаж проснулся в субботу утром, Луна уже переси- лила Землю. «Аполлон-11»начал набирать скорость. Астронавты покончили с бытовыми вопросами — зарядили аккумуляторы, выплеснули грязную воду, проверили запасы топлива и кислорода — и приступили к осмотру лунного отсека. Этот осмотр, переданный по телевидению, показал, что в лунном и командном отсеках все в полном порядке. «Здесь все выглядит как нельзя лучше», — сказал Олдрин, пробрав- шись по внутреннему лазу в лунный отсек. Олдрину предшествовал Армстронг; Коллинс оставался в командном отсеке, который он должен был пилотировать в воскресенье, пока его товарищи будут знакомиться с Луной. Для этого астронавты открыли люк на вершине конусооб- разного командного отсека. Затем Армстронг протиснулся че- рез внутренний лаз диаметром 75 см и открыл люк с другой стороны, подготовив таким образом путь для Олдрина. Экипаж только начал эту процедуру, как ее стали переда- вать на Землю по телевидению — то была одна из лучших по четкости цветных телепередач из космоса. Она началась в 16.44 и продолжалась 1 час 36 минут; за это. время «Аполлон-11» приблизился к Луне на 3700 км. На глазах миллионов телезрителей Нил Армстронг в белом ком- бинезоне пробрался через внутренний лаз и вытащил фикси- рующий стержень, используемый при стыковке основного бло- ка корабля с лунным отсеком. «Майк провел стыковку чистень- ко, — сказал Армстронг. — На стержне ни царапинки». Он говорил о Майкле Коллинсе, который пилотировал ко- мандный отсек в среду, когда его нужно было повернуть и со- единить с лунным отсеком, прежде чем отправляться на Луну. Лунный отсек представляет собой неуклюжее с виду пятнадцатитонное сооружение примерно 7 м высотой и 4,2 м в поперечнике, не считая посадочной ступени. Он служит средством доставки астронавтов на Луну и со- стоит из двух ступеней. Нижняя ступень — посадочная — снаб- жена запасом топлива и тормозным двигателем, необходи- мым для мягкой посадки на Луну. Верхняя ступень — взлет- ная — содержат, помимо кабины, стартовый двигатель и топ- ливо для подъема с лунной поверхности, полета и состыковки с командным отсеком, продолжающим обращаться вокруг Лу- ны. Поверхность ЛО защищена слоями изоляционной фольги, превращающей отсек в своеобразный термос и предохраняю- щий его от резких температурных колебаний. СУББОТА, 19 ИЮЛЯ «Аполлон-11», перейдя на окололунную орбиту, с нетерпением ожидал кульминационного пункта космического путешествия — высадки двух человек на пустынную лунную равнину. Дакар: выставка «Аполлон-11» в библиотеке Информационной службы США. Москва: лунная прогулка на телеэкране в столице СССР.
Родные астро- Центр управления сообщил, что все системы корабля про- должают функционировать нормально и никаких технических НЭВТОВ СЛбДИЛИ препятствий к прилунению нет. После того как корабль вышел на селеноцентрическую ор- по телевидению биту, Армстронг радировал с расстояния 385 000 км: «Все за полетом лунных разведчиков прошло безукоризненно». Командир сообщил, что маршевый двигатель корабля с си- лой тяги 9300 кг включился вовремя и работал б минут 2 секун- ды — как ему и полагалось. После этого скорость корабля сни- зилась, и он был захвачен полем лунного тяготения. Двигатель включился в 13.22, после того как «Аполлон-11», обогнув край Луны, скрылся за ней от наземных станций на- блюдения. Радиосообщение с Землей прервалось на 33 минуты. В Центре управления напряженно ждали все: и хозяева — работники Центра, — и гости, прибывшие сотрудники Нацио- нального управления по аэронавтике и исследованию космо- са. Если бы двигатель не включился, «Аполлон-11» должен был бы, облетев Луну, направиться к Земле. Если бы двигатель включился, но вовремя не выключился, корабль мог бы раз- биться о поверхность Луны. Но двигатель сработал почти идеально — так же, как на «Аполлоне-8» и «Аполлоне-10» — единственных до этого ко- раблях, облетевших с людьми вокруг Луны. На начальной селеноцентрической орбите корабль не под- ходил к Луне ближе чем на ИЗ км и не удалялся от нее боль- ше чем на 314 км. После двух облетов Луны двигатель включили еще на 17 секунд, чтобы перевести корабль с эллиптической на почти круговую орбиту, удаленную от Луны на 100 км, максимум — на 121 км. Такая орбита была необходима для прилунения. На окололунной орбите астронавты опять проверили ис- правность всех систем как командного, так и лунного отсеков. Центр управления тщательно записывал все сведения, посту- павшие с корабля по радио. Обнаружена была только одна маленькая неполадка: по- ступавшие во время работы двигателя данные указывали на утечку азота, используемого для открывания клапанов, кон- тролирующих состав горючей смеси. «Насколько можно сей- час судить, никакими неприятностями это полету не угро- жает», — сказал руководитель полета. Жена и дочери Коллинса (вверху). Рикки Армстронг и его мать (справа). Родители Нила Армстронга (внизу). Энди Олдрин (крайнее фото справа). Он пояснил, что почти все ус- тройства в двигателе, располо- женном на заднем блоке оборудо- вания, снабжены запасными ус- тройствами. Когда настанет вре- мя включить двигатель, чтобы уве- сти астронавтов с окололунной орбиты, можно будет, если пона- добится, использовать запасное устройство. Астронавты собирались сделать вокруг Луны тринадцать витков, прежде чем начать маневр прилу- нения. Каждый виток занимал два часа. Поэтому Армстронг и Олдрин должны были совершить свою историческую посадку на следующий день, когда в Соединенных Штатах настанет воскресенье. Выбранное для посадки место находилось в юго-западной части Моря Спокойствия — большой равнины, которая кажет- ся с Земли темным пятном на правой стороне Луны. Это одно из мест у лунного экватора с наиболее ровной по- верхностью — потому-то на нем и остановились в поисках по- садочной площадки. Время прилунения было выбрано так, чтобы Солнце находилось над горизонтом за спиной астронав- тов: оно не будет бить им в глаза, а наоборот — длинные тени помогут пришельцам своевременно обнаружить валуны и дру- гие неровности рельефа. ВОСКРЕСЕНЬЕ, 20 ИЮЛЯ «Хьюстон, говорит База Спокойствия. «Орел» прилунился», — такими словами Нил Армстронг объявил о создании первого предмостного укрепления землян на Луне. Это событие про- изошло в 16 ч. 17 мин. 43 сек. по вашингтонскому времени. Армстронг и Олдрин благополучно совершили мягкую посадку, и четвероногий отсек оказался на равнине недалеко от юго- западного «берега» безводного Моря Спокойствия. Примерно через шесть с половиной часов Армстронг от- крыл люк лунного отсека и осторожно спустился по трапу. Опуская ногу с последней ступеньки, чтобы запечатлеть пер- вый след человеческой ноги на Луне, командир «Аполлона-11» произнес: «Этот маленький шаг одного человека означает ги- гантский прыжок человечества». Человек впервые ступил на Луну в 22 ч. 56 мин. 20 сек. по вашингтонскому времени. Выдвинувшаяся из лунного отсека телекамера передавала каждое движение лунопроходца. Первые шаги Армстронг производил для того, чтобы опре- делить, насколько прочен лунный грунт и как он сможет пе- редвигаться в громоздком скафандре с ранцевой системой жизнеобеспечения за плечами в условиях притяжения, в шесть раз меньшего, чем на Земле. «Грунт на поверхности мягкий и сыпучий, — сообщил Арм- стронг. — Я легко поднимаю пыль носком башмака. Она пристает слоями к подошве и бокам обуви, как истолченный в порошок древесный уголь. Я погружаюсь всего на какую- нибудь восьмую дюйма, и я вижу следы моих ног». Через несколько минут Нил Армстронг остановился и описал открывшийся его гла- зам пейзаж. «Суровая, непов- торимая красота. Словно вы- сокогорная пустыня в Соединенных Штатах. Очень своеоб- разно и очень красиво». Через 19 минут Армстронг закончил разведку, и к нему присоединился Олдрин. Вдвоем они сняли с лунного отсека телекамеру и установили ее неподалеку, а затем укрепили в лунном грунте древко государственного флага Соединенных Штатов Америки. После этого они стали брать пробы грунта, собирать камни, проводить научные экс- перименты, слегка подпрыгивать, чтобы показать, как уверен- но они чувствуют себя на Луне. Работа на Луне оказалась ме- нее утомительной, чем опасались. Армстронг сказал, что они не ощущают никакого неудобства. Зрителям на Земле черно-белые снимки лунного отсека и бродящих вокруг него человеческих фигур казались далеки- ми от реального мира. То были, чудилось всем, не люди, а ме- ханические роботы. Затем астронавты сделали перерыв; их вызвали по телефо- ну с Земли. Их поздравил Президент Никсон из своего каби- нета в Белом Доме; то был, как выразился Президент, безус- ловно самый исторический телефонный разговор. Армстронг и Олдрин возвратились в кабину и закрыли люк в 1.12 — через 2 часа 21 минуту после того как открыли его. И пока Коллинс бессменно нес свою орбитальную вахту, двое луноходцев погрузились в заслуженный сон. Сам рейс происходил в чрезвычайно напряженных усло- виях: это был один из самых критических моментов (см. стр. 14). Хотя высказывания Нила Армстронга отличались лако- низмом, учащенный пульс его красноречиво говорил об испы- тываемом волнении. В момент включения тормозной ракеты
пульс у него участился до ПО ударов в минуту (нормальный пульс Армстронга — 77), а в момент прилунения подскочил до 156 ударов. Но уже через несколько секунд после прилунения состо- яние и Армстронга и Олдрина показало всему миру, что чело- век может жить на другом небесном теле. Дыхание астронав- тов было затрудненным, пульс учащенным, но показатели ра- боты и сердца и легких отклонялись от нормальных не боль- ше, чем предполагалось, и не давали повода к опасениям. «Физическое состояние астронавтов превосходное», — за- ключили врачи через три часа после прилунения. Непрекра- щающиеся на Луне разговоры свидетельствовали о том, что астронавты хорошо перенесли физическую нагрузку во время посадка, несмотря на то, что перед этим более ста часов на- ходились в состоянии невесомости. «По-моему, мы приспособились к одной шестой «g» без всяких трудностей», — радировал Нил Армстронг, судя по го- лосу, сам, видимо, удивленный. В Центре управления доктор Чарлз А. Берри, главный врач астронавтов, с довольным ви- дом кивал головой в знак согласия с Армстронгом, глядя на десяток приборов, сообщавших ему, что почти за 400 000 км отсюда оба его «пациента» находятся в добром здравии. Выход астронавтов из лунного отсека несколько задержал- ся из-за мелких неполадок со снижением давления внутри ка- бины. Прежде чем открыть люк, необходимо было откачать весь кислород. Только когда стрелка манометра сдвинулась на ноль, они открыли люк, и Армстронг выполз, пятясь, на верхнюю площадку 9-ступенчатого трапа. «Окей, Хьюстон, я уже вышел на крыльцо», — сообщил он и стал спускаться. На второй, считая сверху, ступеньке он потянул трос, осво- бодивший на стенке лунного отсека «багажное отделение», где хранилось оборудование. Из отделения выдвинулась теле- камера, которая и передала на Землю драматические кадры появления ноги Армстронга на Луне. На поверхности Луны Армстронг и Олдрин поначалу пере- двигались с большой осторожностью, но вскоре, убедившись в своей способности двигаться, начали ходить большими плав- ными шагами. Сперва им было, видимо, трудновато приспособить глаза к резким лунным теням, но стереоскопичность зрения не на- рушалась, как не пострадало и восприятие видимого. Астронавты очутились в унылом очаровании лунного ланд- шафта. Время было предрассветное, солнце вот-вот должно было взойти над горизонтом на востоке — у них за спиной. В валунах, кратерах и холмах перед ними еще таился холод долгой лунной ночи. «Пустынное великолепие», — такими словами охарактери- зовал Олдрин открывшийся перед ними ландшафт. Видны, сказал он, буквально тысячи мелких кратеров и вдали — не- высокий холм. Но больше всего его с самого начала поразило разнообразие форм, угловатостей и разнозернистостей кам- ней и грунта у Базы Спокойствия. «Окраска меняется в значительной степени в зависимости от того, под каким углом смотришь. Общего тона, по-видимо- му, почти не существует. Кое-какие валуны и камни — а их тут поблизости предостаточно — окрашены, кажется, в весьма ин- тересные цвета». Вскоре Армстронг уже «плыл» по поверхности Луны боль- шими медленными прыжками, как обленившийся кенгуру. Тя- желый скафандр и ранцевая система жизнеобеспечения поч- ти не стесняли его движений. «Нужно только внимательно следить за тем, где находится ваш центр тяжести», — сказал Армстронг, пройдя с десяток метров. Хотя на безвоздушной Луне царило безмолвие и даже шаги астронавтов не были слышны, их переговоры друг с другом и с Землей не давали, видимо, возникнуть чувству одиночества. Они называли темно- и светло-серые тона как основные, но не единственные краски ландшафта. На экране телевизора были видны черные тени и слепящий солнечный свет. На Луне нет атмосферы, и потому там ничто не смягчает блеска и яркости Солнца и действия его ультра- фиолетовых лучей. По словам Армстронга, он с трудом при- способил зрение к окружившей его темноте, когда он шел к теневой стороне лунного отсека. Скафандры с водяным охлаждением хорошо защищали ас- тронавтов от нагрева, и все же они чувствовали разницу тем- ператур, когда переходили из света в тень или наоборот. Направляя камеру к горизонту, астронавты показали зри- телям окружающий ландшафт. То была, как и предполагалось, почти плоская, слегка волнистая поверхность, сплошь изры- тая кратерами. Ни на одном снимке не появилось ни лунной горы, ни горного хребта. Американский флаг, поддерживаемый в развернутом поло- жении протянутой по верхнему краю полотнища проволокой, застыл под палящим солнцем. Без труда передвигаясь по ярко освещенной поверхности, астронавты приступили к выполнению заданий: взятию образ- цов лунного грунта и проведению ряда научных опытов, кото- рые, надо надеяться, помогут ученым ответить на некоторые спорные вопросы о Луне. Легко и ловко они отнесли миниатюрный сейсмический де- тектор на почтительное расстояние от «Орла», где его и уста- новили. Задача детектора — регистрировать лунотрясения и передавать на Землю полученные сведения. Детектор немед- ленно заработал. Затем они установили лазерный отражатель. Этот прибор, надеются физики, поможет решить спор о постоянстве грави- тации: есть предположение, что она постепенно слабеет. С по- мощью отражателя ученые надеются обнаружить изменения расстояния от Земли до Луны с точностью до 15 см. Такие изме- рения можно использовать для наиболее точной (покамест) проверки общей теории относительности. Спустившись на лунную поверхность, Олдрин первым делом развернул лист алюминиевой фольги и установил ее против Солнца. Этот солнечно-ветровой коллектор должен был захва- тывать ядра атомов, долетающих с Солнца до Луны с потоком «солнечного ветра». Анализ фольги предполагалось провести в одной швейцарской лаборатории; в первую очередь ученых интересовало, будут ли обнаружены ядра инертных газов — неона, криптона, аргона и т. д. Важнейшим заданием астронавтов был сбор образцов лун- ных пород. После многих лет безрезультатных споров о проис- Весь мир следил, как Армстронг спускался по лестнице на Луну. 5
Элкхарт, Айова. Миллионы телезрителей по всему миру были свидетелями исторического полета «Аполлона-11» Тель-Авив. Вашингтон — База Спокойствия. Рабат. Канберра. г-> Париж. 6
Осло. Лондон. Токио. хождении Луны стало ясно, что решить вопрос можно лишь после ознакомления с образцами лунных камней и грунта. Неожиданнее всего было то, что поверхность Луны оказа- лась твердой. Ее, правда, покрывал порошкообразный слой, но неглубокий — «ноги» лунного отсека погрузились в него только на несколько сантиметров. Покрывающий поверхность порошок казался черным, напоми- нающим измельченный уголь. Даже камни были покрыты им и в безвоздушном пространстве были поэтому скользкими на- ощупь. Их оказалось не так легко ухватить щипцами, предназ- наченными специально для этой цели. За первой геологиче- ской разведкой в небесах следили миллионы телезрителей на Земле. Когда Олдрин брал пробы, ясно были видны инстру- менты с длинными ручками — щипцы и черпак. Собранные образцы были уложены в два герметически за- крывающихся контейнера, чтобы доставить их в сохранности на Землю. Контейнеры должны были предохранить образцы от действия кислорода в корабле и от действия воздуха на Земле; в таком девственном состоянии их и предполагалось распределить между учеными всего мира. Одним из последних заданий экипажа было взятие более глубоких проб с помощью загоняемых в грунт трубок; так мож- но было получить образцы, не подвергшиеся воздействию га- зов ракеты, спустившей астронавтов на поверхность Луны. Эти же образцы могли дать представление о тонкослойной структуре прилегающего к поверхности грунта. Олдрин обра- тил внимание телезрителей на то, что загнать трубку ему удается с большими усилиями — настолько тверд лунный грунт. ПОНЕДЕЛЬНИК, 21 ИЮЛЯ Через 21 час и 37 минут после посадки Армстронг и Олдрин были готовы к отлету с Луны. «Взлет разрешаю», — радиро- вал астронавтам Центр управления, когда время приближа- лось к 14.00. «К старту готовы! На взлетной полосе никого, кроме нас, нет!» — ответил Армстронг. На далекой Земле телезрители затаили дыхание. Ведь если стартовый двигатель в верхней части ракеты, развивающий тягу в 1587 kf, не сработает, астронавты застрянут на Луне с трехдневным запасом кислорода. «Окей, считаю, что мы го- товы приступить к взлету», — донеслось с Луны. Через несколько мгновений последовало: «Девять, восемь, семь, шесть, пять, первая ступень двигателя включилась на подъем. Продолжаем. Прекрасно. Скорость 8-11 м/сек. Лег- кий крен, вообще очень тихий, очень спокойный взлет». На Земле напряжение ослабело. Стартовый двигатель вклю- чился в 13.55 — вовремя и в полную силу. Лунный отсек взле- тел с поверхности и вышел на удлиненную орбиту для встречи с Коллинсом в командном отсеке. «Орел, ваша высота 790 метров, — сообщил Центр управ- ления Армстронгу и Олдрину. — Прошла^одна минута, и у вас все в порядке. Скорость вертикального подъема 40 м/сек». Вскоре «Орел»радировал: «Мы сейчас как раз над США-1». (Так астронавты окрестили одно ущелье вблизи лунного эква- тора.) Через восемь минут после старта «Орел» уже вышел на орбиту. А в 17.35 в 100 км над поверхностью Луны Коллинс состыковал нос своего командного отсека с верхним люком «Орла». Состыковка не обошлась без волнений. «Это была за- бавная состыковка, — сообщил Коллинс Земле. — Я не разо- брал, когда отсеки соприкоснулись, и решил, что все идет гладко. Тут-то и началась свистопляска». Очевидно, оба отсе- ка сблизились с неточным «прицелом». «Мы как-то сдвину- лись с правильной позиции, — объяснял Армстронг. «Несколь- ко секунд был какой-то зажим», — говорил Коллинс. В Цен- тре управления не могли найти причину неполадок. Но вскоре оттуда сообщили, что оба отсека наконец состыковались — с трехминутным опозданием. Затем Армстронг и Олдрин пробрались по внутреннему ла- зу в командный отсек к Коллинсу. Люк захлопнулся, и лунный отсек, отслуживший свою службу, был отсоединен и превра- тился в спутника Луны. Тройка астронавтов сняла доспехи и приготовилась вклю- чить маршевый двигатель, чтобы вырваться из поля лунного тяготения и устремиться домой, к родной Земле. Далеко за ними на лунной поверхности осталась посадоч- ная ступень лунного отсека, растопырившая четыре ноги на поверхности Луны. На передней ноге красовалась табличка с надписью, сообщающей о том, что здесь побывали земляне. За время между окончанием прогулки и началом подъема луноходцы успели сообщить некоторые подробности о месте вылазки. Армстронг сказал, что собрал более двадцати кило- граммов камней и образцов грунта с разных мест в районе прилунения. Большинство образцов он подобрал прямо с по- верхности, но некоторые взял с семисантиметровой глубины. Никаких значительных изменений в составе грунта на такой глубине не было обнаружено. На твердую породу Армстронг не наткнулся. Осматривая лунный отсек снаружи, Олдрин увидел, что при спуске реактивная струя двигателя сдула и разметала пыль под соплом. Теперь там был лишь неглубокий кратер. «По- верхность была словно прокалена мгновенной вспышкой», — сказал Олдрин, описывая это углубление под соплом. Далее Олдрин сообщил, что, загоняя молотком трубку в грунт для получения глубинных проб, он встречал незначи- тельное сопротивление, пока не достигал глубины пяти-семи сантиметров. Но дальше приходилось «забивать вовсю». Взлет с поверхности Луны был первым запуском космиче- ского корабля с астронавтами, совершенным без всех обыч- ных вспомогательных устройств — бетонных опор и стальных каркасов. Стартовой площадкой при взлете служила посадоч- ная ступень лунного отсека. От основного блока отсека ее от- делили перед взлетом, высвободив соединительные стержни. После этого лунный отсек, весивший при подъеме с Земли 15 000 кг, стал весить 2600 кг; ббльшая часть топлива была израсходована, и посадочная ступень осталась на Луне. ВТОРНИК, 22 ИЮЛЯ Усталые и счастливые, астронавты устремились домой. Нахо- дясь по другую сторону Луны, в самом начале своего седьмо- го дня в космосе, Армстронг, Олдрин и Коллинс включили маршевый двигатель командного отсека, чтобы перевести ко- рабль с селеноцентрической орбиты на траекторию полета к Земле. Две с половиной минуты работы двигателя были нача- лом их обратного путешествия, которое должно было продол- жаться 60 часов и закончиться приводнением в Тихом океане. «Открывайте дверь, ЛПЛ», — радировал Армстронг, когда космический корабль после включения двигателя вышел из-за Луны и связь с Землей возобновилась. ЛПЛ (Лунная приемная лаборатория) — это изолированное здание, в котором астро- навты должны были после своего возвращения выдержать ка- рантин — вдруг они занесли с Луны какие-нибудь микроорга- низмы тамошнего происхождения, против которых у нас, зем- лян, не выработался иммунитет! «Двигатель сработал превосходно, лучше быть не может», — прокомментировал Армстронг работу двигателя. И как толь- ко двигатель выключился, Самуэл Филлипс, главный админи- стратор программы «Аполлон», подтвердил его слова: «Эки- паж и оборудование «Аполлона-11» функционировали безуп- речно. Именно безупречно». Хотя официальные представители программы «Аполлон» и предупреждали всех, что до приводнения в Тихом океане по- лет нельзя считать оконченным, никто не скрывал чувства об- легчения и гордости, когда корабль пустился в обратный путь. В тот же день д-р Джордж Мюллер, один из ответственных работников программы, подкрепил оптимистические высказы- вания Самуэла Филлипса. «Теперь совершенно ясно, — сказал он, — что планеты Солнечной системы стали доступны для ис- следований с помощью полетов как людей, так и приборов». Президент Никсон, тоже в приподнятом настроении, объя- вил группе студентов, собравшихся на лужайке у Белого До- ма: «К 2000 году мы, жители Земли, побываем уже на тех но- вых мирах, где существует какая-нибудь форма жизни». Выключив двигатель и оказавшись на пути к Земле, астро- навты, наконец, могли отдохнуть. В этот день они долго спали и мало разговаривали. Вскоре после девяти часов вечера астронавты передали по цветному телевидению 20-минутную программу, закончив ее картиной Земли, представлявшейся с расстояния 280 000 км небольшим полушарием. Нил Армстронг показал два контейнера с образцами лун- ных пород, которые астронавты везли для ученых. Эдуин Олд- рин продемонстрировал, как легко делается сандвич с вет- чиной, если куски хлеба берешь прямо с воздуха. Майкл Кол- линс пил воду необычным способом: он держал водяной пи- столет в нескольких сантиметрах от лица и вбрызгивал воду прямо в рот. Заканчивая передачу, Армстронг сказал: «Как в гостях ни хорошо, а дома лучше». Почти до самого приводнения у астронавтов на обратном пути было не слишком много работы и хлопот — только наблю- дение за приборами да мелкие домашние дела. Центр управ- 7
ления позволил уставшим космонавтам как следует выспаться и разбудил их только в 13.00. Так начался их первый полный день обратного пути. СРЕДА, 23 ИЮЛЯ С каждой минутой увеличивая скорость, «Аполлон-11» при- ближался к концу своего исторического полета. В 15.58 ко- рабль миновал среднюю точку возвратного пути с Луны. Вы- спавшись после двух напряженный дней работы, астронавты теперь отдыхали в спокойной атмосфере свободного полета с выключенным двигателем. Они наблюдали за состоянием корабля и аппаратурой, делали снимки и отмечали свой путь по звездам. Авианосец «Хорнет» в Тихом океане стоял начеку, готовый подобрать возвратившихся путешественников и драгоценный груз лунных пород. Но метеостанции предупреждали о воз- можности сильного шторма в районе приводнения, находив- шемся примерно в 2000 км к юго-западу от Гонолулу. Поэтому руководители полета решили спустить «Аполлон-11» в дру- гом месте. «Погода баламутит воду, в районе приводнения грозы одна за другой; мы не собираемся с ними тягаться», — уведомил Центр управления астронавтов. Экипаж получил новые указания о маневре приводнения: потребовалось несколько изменить положение корабля, чтобы он прошел через атмосферу по слегка приподнятой тректо- рии и приводнился на 400 км ближе к Гавайским островам. «Хорнет» полным ходом устремился к новому месту. На его полубе красовался блестящий карантинный фургон из нержа- веющей стали: в нем астронавты должны были прожить три дня после своего возвращения на Землю. Они должны были пройти карантин, чтобы не занести в наш мир каких-нибудь «лунных микробов». В этом жилище астронавтов, их вещи и образцы лунного грунта собирались доставить сперва на ко- рабле, а затем на самолете, в Лунную приемную лабораторию в Хьюстоне. В 19.03 состоялась последняя цветная передача из космо- са, астронавты поделились со зрителями своими впечатле- ниями о пережитом. «Наше путешествие может показаться со стороны простым и легким, — сказал Майкл Коллинс. — Смею вас уверить, что в действительности дело обстояло совсем не так просто». Он воздал должное безупречной работе всего сложного оборудования, без которого нельзя было бы выполнить зада- ние, — от ракеты-носителя «Сатурн-5» и до внушительной ЭВМ, обладавшей словарем в 38 000 слов и осуществлявшей руководство полетом. Поблагодарил он и тысячи американ- ских рабочих, инженеров и ученых за их самоотверженную работу. «Сейчас вы видите только нас, — сказал, обращаясь к зри- телям, Коллинс. — Но за нами тысячи и тысячи других, кото- рым я бы хотел сказать: «Большое вам спасибо!». Затем на экране появился Олдрин. Он сказал: «Мы пришли к заключению, что это было больше, чем просто полет трех людей на Луну. Это было больше, чем результат усилий одно- го правительства и одного промышленного комплекса. Даже больше, чем усилие одной нации. Мы прониклись убеждением,, что этот полет стал символом неукротимого стремления всего человечества разгадать тайны неизвестного». Далее Олдрин сказал, что полет напомнил ему Восьмой Псалом. И он процитировал: «Когда взираю я на небеса Твои, — дело Твоих перстов, на Луну и звезды, которые Ты поставил, то что есть человек, что Ты помнишь его?» В заключение передачи слово взял Нил Армстронг. «Всем американцам, которые строили этот космический корабль, ко- торые конструировали, планировали- и испытывали его, кото- рые вложили всю душу и все свои способности в этот корабль — всем им нам хочется выразить особую признательность и благодарность. Всем людям, которые сейчас слушают нас и смотрят на нас, я говорю от имени «Аполлона-11»: «Храни вас Бог и спокойной ночи!» ЧЕТВЕРГ, 24 ИЮЛЯ Со скоростью, в тридцать раз превышающей скорость звука, «Аполлон-11» подлетел к Земле, обогнул Австралию и тогда отделился от отсека обслуживания. В 12.35 командный отсек с экипажем и грузом лунных пород пронесся на северо-восток, на высоте 130 км над островами Гильберта, вошел в атмосфе- ру и, оставляя, словно метеор, огненный след, устремился к месту приводнения в растилавшемся внизу океане. Еще через 15 минут три парашюта командного отсека рас- крылись, и он мягко (со скоростью 34 км/час) опустился в во- ды Тихого океана; в 1530 км к юго-западу от Гавайских остро- вов — в 4,3 км от намеченной точки приводнения и в 22 км от спешившего к нему авианосца «Хорнет». Первая экспеди- ция людей в другой мир благополучно закончилась. Президент Никсон наблюдал за возвращением астронавтов с одного из мостиков «Хорнета». Он видел вспышку при вхож- дении корабля в земную атмосферу, но, подобно экипажу «Хорнета» и миллионам телезрителей всего мира, был разоча- рован, что самого приводнения с авианосца видно не было. Попав в воду, командный отсек сперва перевернулся вверх дном, но выровнялся после того, как были надуты под водой прикрепленные к нему резиновые мешки. Как только кабина выровнялась, астронавты радировали: «Мы все трое в прекрасном состоянии, не торопитесь». Одна- ко спасательная команда быстро приступила к вылавливанию кабины из воды — за последние три недели водолазы репети- ровали эту процедуру 18 раз. На все ушло 3 часа 3 минуты — рекорды репетиций были побиты. Президент Никсон наблюдал с мостика, как вертолет с ко- смонавтами подлетел к авианосцу и опустился на палубу. Во- енно-морской оркестр заиграл «Колумбия, жемчужина океа- на». На подъемнике вертолет спустили в находящийся под летной палубой ангар, где астронавтов ждал карантинный фургон. На летной палубе астронавты не выходили из верто- лета, теперь же, когда приоткрылись двери кабины вертоле- та, они оказались в нескольких метрах от фургона. Помахав руками, один за другим они быстро прошли в фургон. Там они должны были жить вместе с д-ром Уилльямом Кар- пентиром и Джоном Хирасаки, назначенным к ним в помощ- ники, пока «Хорнет» не прибудет в Перл-Харбор. Там воен- ный транспортный самолет С-141 примет на борт карантин- ный фургон и доставит его на Эллингтонскую базу ВВС в Те- хасе, неподалеку от Центра управления пилотируемыми поле- тами в Хьюстоне. Тогда тройка астронавтов вместе с д-ром Карпентиром и Хирасаки войдут в Лунную приемную лабора- торию для окончательного своего 18-суточного карантина. Всего же карантин будет продолжаться три недели, считая с момента взлета с Луны. Во многих европейских городах благополучное завершение полета на Луну отмечали колокольным звоном. Французский город Амьен, родина Жюля Верна, присвоил трем астронав- там звание почетных граждан города. За 104 года до полета «Аполлона-11» Жюль Верн, как известно, написал свой про- роческий роман «С Земли на Луну». В этом романе трое пу- тешественников отправляются на Луну из Флориды, а затем возвращаются в Тихий океан, где их подбирает американский военный корабль. Громкие похвалы раздавались и в Советском Союзе. Общий интерес к полету был так велик, что советское телевидение уделило 12 минут своего времени для транслирования пере- дачи европейских станций о приводнении космонавтов — не- бывалый случай в истории советского телевидения. Московское радио объявило: «Окончен первый полет чело- века на Луну. Сбылась заветная мечта фантастов и ученых». Председатель Президиума Верховного Совета СССР Н. В. Подгорный послал Президенту Никсону поздравительную те- леграмму и от себя лично прибавил лучшие пожелания му- жественным астронавтам. В ресторане «Арагви» какой-то тол- стяк, который еще даже не слышал о благополучном возвра- щении астронавтов, подошел к американскому туристу, по- жал ему руку и сказал: «Колоссально!» Но вернемся на авианосец «Хорнет». Трое астронавтов сия- ли с себя защитную одежду и сгрудились у окошка фургона, чтобы слушать Президента Никсона, стоявшего в нескольких шагах. Загоревший, счастливый Президент сказал астронавтам, что выглядят они замечательно. Действительно, они были вег селые и довольные. Майкл Коллинс отрастил за восемь дней путешествия усы. «Фрэнк Борман говорит, что вы все чуть-чуть помолодели, слетав в космос, — сказал Президент. — Это правда? Вы чув- ствуете себя моложе теперь?» — «Мы все и так моложе Фрэн- ка Бормана», — съехидничал Коллинс. Затем, уже серьезным тоном Президент сказал, что «эта неделя — величайшая в истории со дня сотворения мира», и продолжал: «Во время предстоящей поездки по Азии и Евро- пе я, несомненно, увижу, что ваше достижение сблизило стра- ны всего мира. Теперь мы тоже можем, как сделали вы, по- пытаться совершить то, что раньше казалось невозможным». 8
о старта оставались секунды. Глаза всех устремлены на «Аполлон-11» в космические дали. К месту запуска съехалось ок самых обычных американцев. Но в толпе были и конгрессмены, и Президент Линдон Джонсон. Зсе они навсегда сохранят в памяти рассказывать своим потомкам, что они были свидетелями отпраь прекрасно сознавали, с какой опасностью связан запуск космичес С самого начала запусков космических кораблей американское т с места. И вот сейчас многие из собравшихся невольно вспоминал запуски первых космических кораблей. Но на этот раз все шло б привык к подобным зрелищам, не без труда сдерживали свои эм журналиста, который поначалу почти совсем не волновался. «Н пламени, — писал он позже, — когда заклубились облака дыма, к огненный столб, я поймал себя на том, что, как и остальные, шеп1 стало столь ослепительным, что на него нельзя было смотреть, кс наши лица, — тогда мы все почувствовали, что никогда не видели
Район прилунения (вверху посередине) с высоты 100 км над лунной поверхностью; черное пятно слева — очертания двигателя.
До прилунения 40 минут Джон Холуэй «Говорит База Спокойствия. «Орел» прилунился!». «Отлично, База Спокойствия, — слышится ответ с Земли, и в каж- дом слове чувствуется большое об- легчение. — Тут у нас от волнения дыхание перехватило. Но теперь ничего, дышим. Спасибо!». До этого первого обмена не- сколькими словами — первого меж- ду человеком на Луне и челове- ком на Земле — прошли 13 самых напряженных минут в истории, ко- гда Нил Армстронг и Эдуин «Баз» Олдрин вели лунный отсек на по- садку. Позднее главный администратор программы «Аполлон» Самуэл Филлипс признался: «Мы чуть бы- ло уже не отменили посадку. Но все обошлось благополучно. Вот что значит безупречно налажен- приближаться к лунной поверхно- сти, Олдрин передавал на Землю данные: «Апогей — 92 километра, периселений — 14,6 километра». В Хьюстоне руководитель поле- та «Аполлона-11» Джин Кранц слу- шал спокойно. Потом, обращаясь к шестерке диспетчеров, сгорбив- шихся над полукруглым столом, сказал: «Окей! Начали хорошо. Бу- дем продолжать в том же духе». На стенах высились огромные таб- ло, где отмечалось все, что проис- ходило на «Орле»: работа его ра- кет, поведение его компютера, ча- стота пульса у членов экипажа, высота над поверхностью Луны, скорость и местоположение в про- странстве и т. п. Каждый диспет- чер управлял своим сектором. В последующие несколько минут таб- ло должны были от обилия инфор- мации засверкать огнями, словно рождественская елка. На противо- положной стене большие часы 14 показывали 14 часов 52 минуты. Менее чем через минуту Хью- стон вдруг потерял радиосвязь с астронавтами — как раз перед тем, как на борт «Орла» предстоя- ло передать важные данные. По- ложение усложнилось: раз нару- шена радиосвязь, от посадки сле- дует отказаться. На вынесение этого ответственного решения у Кранца оставалось всего четыре минуты. Но еще до их истечения вдруг снова послышался голос Олд- рина, словно ничего не случилось: «Я не знаю почему, — сказал он, — но антенна вдруг стала раскачи- ваться во все стороны». Диспетче- ры сразу сгрудились вокруг Кран- ца. «Скажите ему, — сказал кто-то из них, — взять на десять градусов вправо». Стрелка на часах показывала Чарли Дюку. «Начинайте посад- ку!» — передал тот «Орлу». Спустя четыре минуты, когда Олдрин читал длинный перечень проверочных данных, радио снова внезапно замолкло. Прошла ров- но 51 секунда. Хьюстон ждал, за- таив дыхание. И вот тут наступи- ли 13 самых тревожных минут в истории человечества. «Волнова- лись мы здорово, — вспоминает один из сотрудников Центра. — Если бы радио продолжало без- действовать, посадку пришлось бы прекратить». Но вот опять раздал- ся голос Армстронга: «Орел» на- чал прилунение». Часы показывали 15 часов 5 минут. Диспетчеры обнаружили новую неполадку — компютер «Орла» в навигационных расчетах ошибался на 22,5 км/час. Было ли это ошиб- кой компютера, или он получил неверную информацию? Если оши- бается компютер, посадку нужно прервать. «Если дойдет до 38 км/час, — сказал Стив Бейле, 26-летний сотрудник службы наве- дения, — то снижения продолжать нельзя, и корабль придется вер- нуть на лунную орбиту». Делая расчеты, Бейле с беспо- койством поглядывал на компютер. «Держимся на 6 метрах в секун- ду... Теперь опустились до 5,5 ме- тра... Справимся!» — сказал он Кранцу. В 15.07 Армстронг почувствовал что-то неладное: кратеры под ко- раблем появлялись с запозданием на две-три секунды против поло- женного. По-видимому, догадался он, во время расстыковки с «Ко- лумбией» два часа тому назад произошло отклонение от графика на несколько секунд. Армстронг сообщил об этом в Центр, посадочной ступени, и ему приш- лось бы воспользоваться двигате- лями взлетной ступени, что очень осложнило бы управление кораб- лем. Улыбаясь, руководитель про- граммы «Аполлон» Кристофер Крафт, хорошо знавший своих дис- петчеров, что-то написал крупными буквами на листе бумаги и прило- жил его к звуконепроницаемому стеклу, чтобы написанное увидел его начальник Томас О. Пэйн: «Не пугайтесь, — гласила надпись, — когда Бейле скажет свое «да». Ко- гда он говорит «да», его слышно за 15 километров». «Окей, диспетчеры полета, — сказал Кранц, — спрашиваю вас по очереди о решении — «да» или «нет». Когда подошла очередь Бейлса, он гаркнул «да!», и Крафт улыбнулся через плечо Пэйну. Чарли Дюк включил микрофон. «Орел», — сказал он, — выполняй- те задание!» «Вас понял, — послышался спо- койный голос с «Орла». — Земля прямо перед нашими глазами в переднем иллюминаторе». Было 15 часов 8 минут. За 350 000 километров от Зем- ли Олдрин нажал кнопку и ввел данные посадочного радиолокато- ра в компютер. И тут-то — как мно- гие потом вспоминали — «нача- лась чертовщина». «Тревога!» — закричал кто-то по внутренней линии в Хьюсто- не. — Тревога 1202!» Ярко мигающий сигнал тревоги на приборной доске космического корабля означал, что компютер не принимал новых входных данных — он до того был загружен наве- дением и управлением, что не мог обрабатывать информацию, посту- павшую из радиолокаторов со ско- ростью 6400 единиц в секунду, ске. Эта тревога была жг часами денной. Однако знаток компюте- ров Бейле решил, что информация радиолокатора для основного за- дания — прилунения — в данном случае несущественна. «Продол- жаем снижение несмотря на тре- вогу», — сказал он Кранцу. «Орел» к этому времени нахо- дился в 10 210 метрах от лунной поверхности. Через две минуты, в 15.10 по хьюстонскому времени, раздалась вторая тревога. «Мы интуитивно догадывались, что означала эта тревога, — рас- сказывал Бейле. — У меня даже отлегло от сердца: ведь могло слу- читься гораздо худшее, могла раз- рушиться память компютера. То- гда была бы крышка. Если бы объем его работы повысился на 10 процентов, у него не осталось бы времени для наведения. Он не пе-
рестал бы работать, но не знал бы, где находится». Чтобы снять часть рабочей на- грузки, Бейле попросил Дюка пе- редать на «Орел», чтобы там не загружали компютер вычислением уже совершенной ошибки, — Бейле мог это сделать на Земле. Армстронг и Олдрин принялись анализировать тревожные сигналы компютера, но Дюк их успокоил: «На восьмой минуте у вас выгля- дит все хорошо, — сказал он. — А к девятой минуте вы подходите просто замечательно...» Часы показывали 15.14. До при- лунения оставалось менее четырех минут. Кранц опросил своих дис- петчеров в последний раз. «Окей, — сказал он твердо. — 20 секунд н^ размышления: да или нет?», по- за другим диспетчвзслышалось: свое мнеьревога 1201». Теперь шяютер говорил, что его запоми- .ающее устройство полностью за- гружено. Он не только был не в остоянии обрабатывать новые Днные, но даже не мог хранить их. В ечение последующих 40 секунд кмпютер дважды подавал такие ж тревожные сигналы. Бейле был оабочен, но он знал, что по мере нижения «Орла» нагрузка компю- ера будет уменьшаться. «Держи- тесь, — передал он Кранцу. — Мы аем разрешение на посадку». Олдрин на «Орле» тоже знал, то тревоги эти неопасны. «К не- частью, — объяснял он позднее,— ни начались в тот момент, когда ам просто было совсем не до них, ам хотелось смотреть в иллюми- атор». Хотя Армстронг об этом умалчи- i ал, однако частые тревоги рас- раивали астронавта. Пульс его одпрыгнул до 156 ударов в мину- Армстронг тут же перенял у ком- пютера управление. «Я не исклю- чал всякого рода локальных кор- рекций», — рассказывал он потом. И, действительно, астронавт за- тратил больше времени на трени- ровку с ручным управлением, чем с автоматическим. Правда, при- знается Армстронг, во время ре- ального прилунения управление вручную оказалось гораздо слож- нее, чем он предполагал. Понизив скорость спуска с трех метров в секунду до примерно од- ного, Армстронг повел лунный от- сек вперед над самой лунной по- верхностью, стараясь отыскать бо- , место для посад- ли небольшое пространство (пло- щадью в 300—400 кв метров), ог- ражденное с одной стороны крате- рами, а с другой — валунами. Это было лучшее из всего, что они ви- дели, и Армстронг направил туда лунный отсек. Тем временем голос Олдрина продолжал спокойно называть ци- фры для Армстронга, который во все глаза смотрел в иллюминатор. (Эту процедуру он без конца репе- тировал на Земле.) «107 метров, скорость один...» Затем: «Вижу нашу тень». Это Олдрин увидел тень «Орла», бегущую вниз по кра- терам и валунам. Они снизились до 67 метров, продолжая двигать- ся вперед. «Спуск идет хорошо, — передал он Хьюстону, — до цели остается метров 30». Тут снижение замедлилось сно- ва. «Мы все недоумевали, что там творит Нил, — вспоминает Крафт. — Мы не могли понять, что он де- лал на высоте 30 метров». Крафт не знал, что перед Арм- стронгом встало новое препят- ствие: струя газов из сопла рабо- тающего двигателя подняла лун- ту _ вдвое быстрее нормального. «Мы очень благодарны Центру уп- равления, — рассказывал он по- том. — Они сказали нам: продол- жайте посадку». Интересно, если бы Земля не помогала, он все рав- но пошел бы на посадку? «Да, до тех пор, пока траектория выгля- дела безопасной. Посадка была бы осуществлена, но уверенности бы поубавилось». «Орел» стал быстро снижать- ся... 490 метров... 430... Олдрин отмечал высоту: «228, скорость спуска 7 м/сек... 213, скорость 6,4... 183, скорость 5,7... 165 мет- ров, скорость 9». Внезапно спуск замедлился: «122 метра, скорост^ 2.7... 2,4...» ...» И сам я Почему В Хьюстоне не знали, что Арм- стронг наконец-то смог хорошо разглядеть вид за иллюминатором. То, что он увидел, испугало даже его — бывалого летчика-испытате- ля. Они спускались не на плоскую поверхность, как было предусмот- рено и многократно отрепетирова- но, а прямо на дно кратера вели- чиной с футбольное поле, усеян- ное огромными валунами. Позже он вспоминал, что «эти валуны надвигались на нас с неимоверной быстротой; правда, в подобной си- туации время бежит в три раза быстрее». В какое-то мгновение Армстронг подумал о попытке по- садить «Орел» среди валунов, ибо эти огромные камни, несомнен- но, были выброшены ближайшим кратером и были бы ценнейшей находкой для ученых. «Соблазн был велик, — рассказывал он поз- же,—но благоразумие взяло верх». За валунами виднелся Западный кратер — зияющая дыра шириной в 25 метров. Не тратя времени, ную пыль, которая мешала видеть район посадки. «Орел» сдвинулся несколько вправо. В отличие от пыли на Земле, которая кружится в воздухе, а затем оседает, лунная пыль разлетается во все стороны по безвоздушной Луне, словно медленно летящие пули. «Но все же кое-что я разглядел, — расска- зывал позже Армстронг. — Я ви- дел кратеры и валуны, но каза- лось, что мы спускаемся в быстро движущемся тумане». Тут вмешался Дюк: «60 се- кунд», — предупредил он, имея в виду, что горючего у тормозного двигателя «Орла» осталось всего на одну минуту. Предельный мини- I мум запаса — 20 Предвидел ли Армстронг когда- нибудь такое положение? Во вре- мя тренировок он не раз репети- ровал отмену посадки, так что эта фаза была для него легче самого прилунения. Однако позже он го- ворил: «И все же, несмотря ни на что, мы всегда старались продол- жать выполнение задания». «Давай, давай! — подбадривал Олдрин. — Хорошо. 12 метров, скорость 75 сантиметров...» «30 секунд», — настойчиво на- помнил Дюк. До критического уров- ня оставалось 10 секунд, и тогда придется отказаться от посадки. Пока Дюк говорил, в кабине «Орла» вспыхнул свет. Подобно голубю с Ноева ковчега, «Орел» щупами своих неуклюжих ног кос- нулся почвы. «Есть лунный кон- такт! — закричал Олдрин. — Окей. Выключить двигатель...» — «Дви- гатель выключен». В Хьюстоне было 15 часов 17 минут 43 секунды. И вот раздал- ся взволнованный голос Армстрон- га: «Хьюстон, говорит База Спо- койствия. «Орел» прилунился!» 15
Как только «Орел» прилу- нился, астронавты Арм- стронг и Олдрин попросили разрешения выйти из лунно- го отсека. По графику им полагался отдых. Но разве можно было уснуть в подоб- ной обстановке? Врачи, оз- накомившись с телеметри- ческими данными, разреши- ли выход. Помогая друг дру- гу, астронавты облачились в скафандры и приступили к разгерметизации кабины. Если бы они этого не сдела- ли, а открыли дверь сразу, их выбросило бы на лунную поверхность, словно пробки от шампанского. Разгерме- тизация заняла больше вре- мени, чем было предусмот- рено планом, но телезрите- ли во всех концах земного шара терпеливо ждали. И наконец, спустя пять с поло- виной часов после посадки, астронавты доложили о сво- ей готовности к выходу на лунную поверхность. Первым покидает капсулу Армстронг. Он выходит из кабины задом на четверень- ках. Олдрин корректирует его движения: «Возьми не- много в мою сторону, под- винься влево, окей, теперь все в порядке!» Наконец Армстронг оказывается на платформе «Орла». Он тя- нет за кольцо, и из нижнего люка корабля опускается те- лекамера. Кроме того, съем- ку ведет сверху Олдрин. Армстронг медленно и осто- рожно начинает спускаться вниз по лестнице. Вот, нако- нец, астронавт становится на лунную поверхность и со- вершает знаменитый «ги- гантский прыжок человече- ства». Спустя девятнадцать минут на лунную поверхность спускается Олдрин: теперь на Луне уже стоят два чело- века. На сей раз съемку ве- дет Армстронг, а Олдрин на небольшом штативе вешает лист фольги, предназначен- ный для улавливания частиц, излучаемых солнцем. После этого оба астронавта уста- навливают на лунной поверх- ности сейсмограф, амери- канский флаг и отражатель лучей лазера. Затем они на две минуты прерывают ра- боту — следует разговор с Президентом Никсоном, по- сле которого астронавты вновь приступают к делу: исследуют камни и собирают образцы грунта. Всего вне кабины астро- навты провели около двух часов, после чего последо- вал приказ из Хьюстонского центра вернуться в кабину: руководители полета забо- тились о том, чтобы в систе- ме жизнеобеспечения оста- вался солидный запас кисло- рода. Поэтому, когда Арм- стронг и Олдрин укладыва- ли последние образцы кам- ней, приказ из Центра про- звучал категорически: «По- торапливайтесь... Иначе мы не уложимся в график». По- следний камень Армстронг сунул в карман Олдрину, ко- торый, помахав на прощание рукой телезрителям, напра- вился к лестнице. Стоя на ступеньках, он помог Арм- стронгу поднять наверх ящи- ки с образцами породы. Арм- стронг последовал за ним. Закрыв за собою люк, ас- тронавты установили нор- мальное давление в кабине и сняли гермошлемы. Их ли- ца озарились улыбками. Те- перь можно и отдохнуть. В холодной кабине было тесно и неудобно, но это не поме- шало первым лунопроходцам поспать перед выходом на лунную орбиту. После 21 часа 37 минут пребывания на Луне, Арм- стронг бодро вызвал Хью- стон: «К старту готовы! На взлетной полосе никого, кро- ме нас, нет!» Нажатием кнопки он включил двига- тель взлетной ступени, и «Орел» устремился ввысь. Взлет прошел безупречно. Астронавты бросили послед- ний взгляд на удаляющуюся Базу Спокойствия и пошли на соединение с основным блоком «Колумбия». Последний шаг перед «гигантским прыжком человечества».
Слушая указания Армстронга, Эдуин Олдрин спускается по 18 лестнице лунного отсека.
На последней ступеньке Олдрин на какой-то миг оста- навливается л .затем прыгает на лунную поверхность. На следующей странице: Олдрин удаляется от лунного отсека, чтобы установить отражатель лазерного луча и сейсмограф.
Установка сейсмографа, с помощью которого ученые надеялись узнать, существуют ли лунотрясения. 22
фольги предназначен для изучения воздействия на Луну частиц солнечного ветра.
Ступив на лунную поверхность, астронавт первым делом проверил опоры шасси. К одной из ног лунного отсека была прикреплена та.бличка с надписью: «Здесь люди с планеты Земля впервые ступили ногой на Луну. Июль, год 1969 от Р. X. Мы пришли с миром от всего человечества».
Такой вид открылся из «Орла» перед его подъемом с лунной поверхности.
Опять на орбите 28
Старт прошел безупречно — «Орел» покинул лунную поверх- ность и вышел вновь на орбиту Луны (см. снимки на этих и предыдущих страницах). Сначала Хьюстонский центр дал раз- решение на взлет, и приблизительно через пятнадцать минут после этого с борта лунной кабины доложили: «Орел» вновь вышел на орбиту Луны. Затем после целого ряда маневров Армстронг и Олдрин пошли на встречу с основным блоком «Колумбия», которым управлял Майкл Коллинс. «Ну, нача- лась свистопляска!» — послышался его голос в эфире. И толь- ко на следующий день, когда вся тройка взяла курс на родную планету, из Центра управления полетом спросили, что послу- жило поводом к такому возгласу. Коллинс ответил, что когда он ввел нос «Колумбии» в стыковочное кольцо лунной каби- ны, защелки сработали как полагалось. Тогда он нажал соот- ветствующую кнопку, чтобы ввести фиксирующий стержень и таким образом завершить стыковку. «И тут, — рассказывает Коллинс, — началось вращение. Я подумал, что стержень не вышел и поэтому не произошло жесткого соединения». Оба астронавта, Коллинс в основном блоке и Армстронг в «Орле», привели отсеки в устойчивое положение посредством вклю- чения бортовых двигателей. Специалисты не видели в этом никакой опасности, но для миллионов телезрителей, наблю- давших за стыковкой командного блока с лунным отсеком, это был крайне напряженный, полный драматизма момент.
Среди туманностей цепных, Галактик здешних и иных, Спиральных и дискообразных, Комет, как скука, ледяных, Пространств, прилежных или праздных, Среди орбит, среди лучей, Среди отсутствия вещей, Среди космической глуши, Среди кладбищенской тиши, Среди молчанья мирового, Ни с кем страданья не деля, Летит, кружит, поет Земля, Окутанная дымкой Слова. И мнится мне, что ей одной Но долю выпал звонкий жребий: Быть первой клеточкой живой, Стать Вифлеемскою звездой В еще бездушном, косном небе. Николай Моршен Усталый, но безмерно счастливый, Армстронг готовится в обратный путь. Возвращение 31
Слева: гористые лунные дали, какими их видел Майкл Коллинс из основного отсека «Колумбия». Справа: перед глазами экипажа 32
33
Салютует отсек обслуживания К.огда астронавты приблизились к Земле, отсек обслуживания, снабжавший их энергией, водой и кислородом, отделился от «Аполлона-11», а потом отсалю- товал героическому экипажу ог- ненной вспышкой. Отделение его от капсулы с астронавтами про- изошло на высоте 8500 км над Землей; когда отсек обслужива- ния проходил плотные слои ат- мосферы, температура его дости- гла почти 3000°. На этих сним- ках, сделанных с самолета фото- камерой (фокусное расстояние 508 см), которая управляется при помощи радара, показаны послед- ние полторы минуты его сущест- вования. На крайнем фото слева отсек находится почти в 100 км над Землей и в 550 км от само- лета с камерой; скорость его в это время достигла 40 000 км/час. Сгорел отсек в 56 км над земной поверхностью (справа). 34
Вверху: восторженно была встречена в Хьюстоне весть о приводнении астронавтов; Пат Коллинс угощает друзей шампанским. 36
Внизу: Джан Армстронг у телевизора; трудно описать ликование жены Олдрина Джоан, когда она услыхала о возвращении мужа. 37
Слева направо: водолазы выровняли кабину с помощью резиновых мешков и 38
дезинфицирующей жидкостью; астронавты направляются к карантинному фургону и затем, улыбающиеся, появляются в его окне.
9 «
Наша недосягаемая цель □ Когда в январе 1969 го- да нас отобрали для этого Нам хотелось доказать, полета, его цель казалась нам почти недосягаемой. Много было здесь неизве- стного, много недоказан- ных теорий, неопробован- что можно достичь недосягаемого НИЛ А. АРМСТРОНГ ной техники. Лунный отсек никогда еще не покидал Земли. Мы многого еще не знали о лунной поверхности. Нужно было выяс- нить, сможет ли Земля поддерживать связь одновременно с дву- мя кораблями в космосе. Честно говоря, я порой вообще сомне- вался, удастся ли «Аполлону-11» совершить посадку на Луну. Уж слишком многому надо было научиться, уж слишком много было нерешенных проблем. Но вот настало время полетов «Апол- лона-9» и «Аполлона-10», и они прошли удивительно успешно. Тут нам начало казаться, что мы все-таки сможем добраться до Луны. С того момента наша подготовка приобрела интенсивный характер. Нас особенно не беспокоили вопросы безопасности полета, и больше всего волновал успех самой миссии, для вы- полнения которой нас выбрали. Высадка человека на Луну, ду- малось мне, сумеет убедить людей всего мира в том, что и не- возможное в конце концов оказывается достижимым, она дока- жет, что существуют реальные возможности разрешения и других про- □ Обстановка на Луне бы- ла вполне естественной и Мы чувствовали приемлемой для работы. Почти полное отсутствие силы тяготения давало нам много преимуществ: наши движения требовали сов- сплоченность народов всего мира ЭДУИН Ю. ОЛДРИН сем небольших усилий. Однако, должен признаться, что чувство ориентации и собственной силы частенько подводило. Трудно было определять углы наклона вперед и назад. Ранцевая систе- ма жизнеобеспечения весила на Луне около 9 кг (на нашей родной планете она весила 56 кг), но даже этот вес оттягивает назад, так что нам, естественно, приходилось немного накло- няться вперед, чтобы сбалансировать свое положение. Кто-то сравнил это с позой «уставшей обезьяны» — стоишь прямо, но немного подаешься вперед. Тут, как мне кажется, следует заме- тить, что вообще на Луне можно наклоняться в любом направ- лении гораздо ниже, чем на Земле, не теряя притом равнове- сия. Мы чувствовали, что было бы довольно легко опуститься на колени, а затем вновь подняться. Мы уронили одну касету с пленкой, но □ Я видел многое, что очень редко предстает пе- Я думал о том, ред человеческим взором. Но из всего этого самым замечательным зрелищем для меня был старт «Орла» с лунной поверхности. Я был тогда крайне взволно- ван, ибо в первый раз мне стало совершенно ясно, что как великолепна наша Земля и какой у нее спокойный вид МАЙКЛ КОЛЛИНС моим товарищам это удалось. Они действительно совершили по- садку на Луну и старт с Луны! Был приятный, ясный лунный день, если такой, конечно, там существует. Луна не казалась мрачной или грозной, как это бы- вает при очень косых солнечных лучах. Но в тот день Солнце стояло высоко, и Луна выглядела приветливо. Вообще все скла- дывалось замечательно: лунная кабина становилась больше и больше, У глобуса Луны собрались чле- ны экипажа «Аполлон-11» со своими близкими. Вверху: Майкл и Пат Коллинс и их де- ти — Майкл (6 лет), Кейт (10 лет) и Анн (7 лет); справа Нил и Джан Армстронг и их сыно- вья Рикки (11 лет) и Марк (6 лет); слева Эдуин и Джоан Олдрин и их дети — Майкл (13 лет), Джан (11 лет) и Энди (10 лет). Фото Ралфа Морса.
НИЛ А. АРМСТРОНГ блем человечества. Мы хотели, чтобы кодовые назва- ния, которые мы выберем для связи, звучали одновременно гор- до и символично — и, конечно, отчетливо и ясно слышались по радио. Название «Орел» для лунного отсека мы выбрали после того, как была утверждена эмблема полета. Это название отра- жало и идею эмблемы, и национальную гордость, которая заклю- чалась во всем предприятии. Название командного отсека «Ко- лумбия» тоже таит в себе национальный характер, а также пере- кликается с книгой Жюля Верна, который в какой-то степени предсказал полет «Аполлона-11». Но для нас оно, пожалуй, бы- ло воплощением того бесстрашия, той жажды поиска и той целе- устремленности, которые в свое время руководили Колумбом. Выход из «Орла» занял у нас немного больше времени, чем мы рассчитывали, но задержка эта не дала мне возможности, 'как полушутя предполагает моя жена и кое-кто еще, размышлять над тем, что я скажу, ступив на лунную поверхность. Об этом я успел подумать еще до полета, главным образом потому, что так много людей придавали моим словам на Луне такое большое значение. На пути к Луне я тоже думал о них, но так, между прочим. И только после посадки я наконец решил, что сказать: «Этот маленький шаг одного человека означает гигантский пры- жок человечества». И, насколько мне помнится, после этих слов я не испытывал никаких особых чувств, кроме, пожалуй, осто- рожности и желания перенести свой вес на лунную поверхность без всяких неожиданностей. Из кабины «Орла» небо казалось черным, но на Луне было светло, как днем, и поверхность ее была рыжевато-коричневой. На Луне наблюдается загадочное явление: цвет ее поверхности меняется. Я полностью еще не постиг этого. Если вы смотрите в направлении вашей тени, стоя спиной к Солнцу, или смотрите на Солнце, — поверхность выглядит коричневой. Если вы смо- трите перпендикулярно солнечным лучам — поверхность тем- неет, а если вы смотрите прямо себе под ноги, особенно в тени, поверхность кажется очень, очень темной. Когда вы берете в руки образцы пород, они тоже темные, серые или черные. Как правило, структура пород сыпучая, почти как мука, но встре- чаются и более грубые частицы, похожие на песок. На Луне у меня была только одна настоящая проблема — бы- ло слишком много мест, которые хотелось бы исследовать. Ну хотя бы просто узнать, что скрывается за следующим холмом. Я думал, мне удастся увидеть за лунным отсеком кромку Западно- го Кратера, но резкий изгиб лунного горизонта помешал этому. Я смог дойти до 25-метрового кратера, который мы видели и сфотографировали во время заключительной фазы прилунения. То, что мы оставили на Луне, уже всем хорошо известно. Мы были особенно счастливы тем, что доставили на Луну эмблему ЭДУИН Ю ОЛДРИН к счастью, она упала близко от подножия лестницы, недалеко от опоры одной из ног отсека. Нил без всякого тру- да наклонился, держась одной рукой за опору, и поднял касету. Нил и я ни разу не почувствовали усталости во время работы на Луне. Нам ни разу не захотелось остановиться и передохнуть. По мере того как мы осуществляли наши опыты, нам приходи- лось освобождаться от некоторых вещей, как, например, привязоч- ных ремней и т. д. В целом ряде случаев мы их отбрасывали в сторону. Предметы отлетали замедленным, очень, очень плав- ным движением. Глубина, на которую проваливались наши ноги на этой странной, порошкообразной поверхности, была каждый раз различной. Во многих местах наши ноги утопали только на долю дюйма, но края и склоны небольших трещин и кратеров имели, кажется, более глубокий рыхлый покров: наши сапоги погружались на 8-10 сантиметров. Когда же, наконец, наши но- ги касались чего-то твердого, начиналось скольжение, поэтому мы старались больше находиться на ровных местах, избегая впа- дин. Мы также старались не наступать на камни, которые, каза- лось, были способны двигаться. Но, несмотря на рыхлость и сы- пучесть грунта, на глубине всего лишь нескольких сантиметров МАЙКЛ КОЛЛИНС ярче и ярче. Она шла правильным курсом. Все сложные маневры сближения остались позади, и нам оставалось лишь со- стыковаться и лететь домой. Я еще до сих пор вижу устремлен- ные на меня из лунного отсека две пары глаз, а вот кто из них первый оказался со мной в «Колумбии» — не помню. Я встретил их обоих во внутреннем лазу, мы крепко пожали друг другу ру- ки, и это было все. Они передали мне ящики с образцами лун- ных пород, и я держал их так, словно ящики были доверху на- полнены редчайшими драгоценными камнями. Должен сказать, что полет в целом был просто великолепен. Сначала меня немного озадачила ракета-носитель «Сатурн-V». Первые 15 секунд, или что-то вроде того, прошли не совсем гладко. Я думаю, ракеты «Сатурн», как и все люди, очень не схо- жи между собой. Наша мне показалась слишком озабоченной. Она походила на нервную леди, которая ведет автомобиль по уз- кой дороге и не может решить, какой стороны следует держать- ся — левой или правой, — вот она и крутит руль во все стороны. ощущалась солидная сопротивляемость. Однако ничто не указы- вало на то, что под верхним слоем были скалистые породы. Это просто было постепенное затвердевание второго слоя на глуби- не 12-15 сантиметров. Поражало также и то, что в твердом слое сопротивляемость была лишена всякой поддержки по сторонам. Вбивая в лунную поверхность стержень прибора для взятия проб грунта, я чувствовал сопротивление снизу, но стоило мне вбить прибор на необходимую глубину, как он начинал раскачи- ваться из стороны в сторону.. Образцы, которые я, наконец, с трудом добыл, как бы налипли на трубку прибора и поэтому ка- зались мне влажными. На Луне никакие запахи не проникали в наши скафандры и гермошлемы, но когда, вернувшись на борт «Орла», мы сняли гермошлемы, то вдруг почувствовали запах. Он был очень свое- образный, но мне он напоминал едкий запах пороха или исполь- зованного пистона. Сейчас мне трудно выразить свои мысли относительно значе- ния и важности этого полета. На первый взгляд ничего особен- ного: летят три человека — и точка. Но на деле, конечно, все обстояло гораздо сложнее. Рано или поздно человек все равно Через 15 секунд включилась вторая ступень, и все пошло как по маслу. Мы ощутили необычайную легкость. Просто не вери- лось, что позади пышут пламенем огромные тяжелые двигатели. Любой подобный полет состоит из удивительной, длинной и тонкой цепи событий. Неполадка с одной из тысяч деталей бло- ков и узлов может погубить все дело. И вот я вообразил себе, что любая цепь такой длины и такой тонкости обязательно долж- на иметь слабое звено. Поверьте, мне доставило это нема- ло волнений. Я все думал: «Где же может быть это слабое зве- но? Может быть, это я сам?» Но все прошло отлично, хотя карантин после полета был не- много тягостным. Мы были действительно рады услышать, что мыши остались здоровыми и не подцепили никаких дурных ми- кробов. Я стоял около них внутри карантинного блока и готов был всем своим существом прийти к ним на помощь в случае необходимости, сделать что угодно, лишь бы мыши уцелели. Меня все еще спрашивают, чувствовал ли я себя одиноким на С разрешения журнала «Лайф». Авт. права: изд-ва «Тайм», 1969 г. 42
«Аполлона-1» в память о наших друзьях астронавтах Вирджиле Гриссоме, Эде Уайте и Рождере Чаффи, а также медали космо- навтов Юрия Гагарина и Владимира Комарова. Я верю, что они и все их товарищи и близкие разделяли наши надежды и мечты о лучшем мире. И эту веру укрепила поздравительная телеграмма, ожидавшая нас в Лунной приемной лаборатории после возвращения. Она начиналась словами «Дорогие коллеги» и была подписана все- ми советскими космонавтами, участвовавшими в полетах. Самым потрясающим впечатлением на Луне было то, что Эдуин и я фотографировали непрекращающийся процесс, про- цесс, в котором некоторые породы на поверхности Луны посто- янно исчезают, а другие появляются в результате новой деятель- ности, происходящей поблизости или где-то далеко. Так что, в сущности, вопрос о том, когда человек впервые попал сюда — тысячу ли лет или сто тысяч лет назад или даже через миллион лет после нас — не имеет значения, ибо все в основном здесь будет выглядеть так же, как сейчас. Из того, что мне довелось увидеть, я заключил, что большинство процессов образования пород являются внешними (как, например, бомбардировка ме- теоритами), но некоторые материалы указывают на то, что воз- можны и внутренние процессы. Из всего полета самое сильное впечатление на меня произ- вела посадка на Луну. Следующее сильное впечатление — старт нашей взлетной ступени. Я много думал о двигателе нашей взлетной ступени, думал, как много зависит наш полет от него, но он не подвел нас, все прошло великолепно. Он не только до- ставил нас к месту назначения, но и позволил обозреть в по- следний раз всю красоту Базы Спокойствия, которую мы покида- ли. Из всех захватывающих видов, которые открывались перед нами, самым впечатляющим был для меня вид на пути к Луне, когда мы пролетали через ее тень. Мы еще были за тысячи ки- лометров от нее, но уже достаточно близко, так что она почти заполнила собой наш иллюминатор. Луна затмевала собой Солн- це, и вокруг нее сияла солнечная корона; свет огромной силы разбегался на несколько лунных диаметров. Это было велико- лепно, но еще великолепнее была сама Луна. В тот момент мы находились в ее тени, и нам была видна только неосвещенная Солнцем сторона. Но Луна светилась, она была освещена Зем- лей, земным сиянием. Это делало ее голубовато-серой, и все вокруг определенно представало в трех измерениях. Я действительно видел, видел собственными глазами, что Лу- на имеет сферическую форму, а не форму диска. Казалось, она показывала нам свою округлость, схожесть с Землей, она как бы приветствовала нас. Тогда я поверил, что она будет гостепри- имной хозяйкой. Она уже давно ждала своих первых гостей. достиг бы Луны, это было ему на роду написано. С тех пор как человек впервые взглянул на Луну, она волновала его вообра- жение, она бросала ему вызов. И человек этот вызов принял. Символическое значение, которое мы хотели придать нашему полету и которое интересовало меня лично, выходило, казалось, за рамки современности. Я пытался подыскать соответствую- щее слово или символ, отражающие неустанное стремление че- ловека к познанию. Там, на Луне все вокруг было таким странным и даже, если хотите, мистическим. Нил и я, мы оба — люди довольно сдер- жанные. Мы редко чем-нибудь открыто восторгаемся. Но на Лу- не наступил такой момент, совсем-совсем короткий, когда мы взглянули друг на друга, похлопали друг друга по плечу (един- ственное место, по которому можно было похлопать) и сказали: «Ну вот, свершилось! Здорово!» — или что-то в этом роде. Я ду- маю, еще никогда два человека не были так физически удалены от остального мира, как были удалены мы, и в то же время ни- когда еще не были так тесно объединены с миром через посред- ство тех людей на Земле, которые поддерживали с нами связь и которые так много сделали, чтобы помочь нам достичь Луны и борту «Колумбии», когда Нил и Эдуин были на Луне. Нет, не чувствовал. Я летал один на самолетах в течение 17 лет, и мысль об одиночестве в полете ничуть меня не беспокоила. Бо- лее того, иногда я предпочитаю одиночество. Я много думал о моей семье, думал о нашей планете — о том, как она великолеп- на и какой у нее спокойный вид с такого огромного расстоя- ния. Я думал, как чудесно будет вернуться на Землю и вновь увидеть лазурные воды, а не этот абсолютно безжизненный, без- воздушный мир, по которому я кружил, Я надеюсь, что одним из побочных продуктов космической программы станет использование наших технических достиже- ний для сохранения и защиты Земли, что космос заставит лю- дей осознать, как замечательна их планета и что пора, наконец, взяться за ум. Нам несказанно повезло, хотя бы просто потому, что у нас есть воздух, которым мы дышим, и океан, водой кото- рого мы можем пользоваться. Поэтому загрязнение воды и воз- духа больше, чем трагедия — это страшное преступление. Мы са- вернуться обратно. В тот момент мы чувствовали — честное сло- во, чувствовали! — эту почти мистическую сплоченность наро- дов всего мира. На Луне я сподобился причастия. Дома, во время церковной службы за две недели до полета, мой пастор дал мне миниатюр- ный потир, который я захватил с собой в лунный отсек вместе с небольшим количеством хлеба и вина. Как только Майкл сде- лал над нами один оборот после нашего прилунения, и мы зна- ли, что пробудем на Луне еще некоторое время, я извлек потир и разложил все на маленьком столике перед компютером. Я не был в ту минуту столь эгоистичен, чтобы молиться только за мою семью, но и не был столь широк душою, чтобы молиться за судь- бы всего человечества. Я больше думал о нашей непосредствен- ной задаче и о возможностях, которые нам были предоставлены. Я просил людей по-своему вознести свои благодарственные мо- литвы, и я надеюсь, что люди будут помнить это событие и ви- деть в нем не только отдельные эпизоды и технические дости- жения, а вызов, поиск, самоутверждение, человеческую по> требность в созидании, необходимость признать, что все мы — одно человечество под Богом. ми лишаем себя удовольствия наслаждаться дарами природы. Я предпочитаю людей машинам, но бывают моменты, когда холодные бездушные предметы заслуживают восхищения, когда от них зависит жизнь. Это чувство я испытал 24 июля в «Колум- бии». Она пронесла нас через суровое, черное пространство на другое небесное тело, а затем назад к нашей планете, где с нежностью опустила в самые лазурные воды в мире. Было бы несправедливо бесцеремонно покинуть ее обгорелый каркас, опустошенный и беспризорный. Необходимо было как-то отме- тить ее заслуги, как-то выделить их. Той ночью, на авианосце «Хорнет», я вновь забрался на «Ко- лумбию» с шариковой ручкой в руке, сел к пульту управления, смотря на пустое место на серой обшивке. Я долго не мог по- добрать слова, которые достаточно красноречиво передали бы мои чувства, но наконец я написал: «Космический корабль 107, или «Аполлон-11», он же «Колумбия». Самый лучший корабль из всех построенных кораблей. Да благословит его Бог!» 43
I КАЛЕНДАРЬ ПОЛЕТОВ: ПОДГОТОВКА К ВЫСАДКЕ Проверка корабля «Восток-1» НА ЛУНУ Первые полеты человека в космос по сегодняшним масштабам выглядят весьма скромно. Заключенные в тесные капсулы смельчаки совершали пятнадцатиминутные суборбитальные полеты или делали несколько витков вокруг Земли и, не в силах преодолеть гравитацию, возвращались обратно. Эти попытки проникнуть в космос сейчас кажутся довольно робкими, но в то время они сильно волновали воображение. Начиная с полета корабля « Восток-1» в 1961 году, каждое новое путе- шествие в космос давало толчок следующему, вносило свою лепту в технику космических полетов и выдвигало перед нами новые цели. Повышались размеры и мощность ракет, на смену скромному «Редстону» пришел гигант «Сатурн-5», с помощью v которого был осуществлен запуск корабля «Аполлон-11». Возрастала дальность и продолжительность полетов, человек впервые вышел в открытый космос и ступил ногой на поверхность Луны. Все это требовало немало труда и усилий. В разработке программы завоевания космоса принимали участие тысячи специалистов. Велики были и финансовые расходы: до настоящего времени Соединенные Штаты затратили более 50 миллиардов долларов: вероятно, примерно столько же затратил и Советский Союз. Не обошлось и без человеческих жертв: четыре человека погибли во время испытаний технических средств и оборудования. С 1961 до конца 1969 года обе страны осуще- ствили запуск 37 кораблей: в этих полетах участвовало 46 космонавтов, чьи фото мы здесь помещаем. Из «урчало .<Лайф-> (июль 196° г) А»г про»а иэдю «Тайм 1969 г Гагарин на пути к стартовой площадке Борман на могиле Гагарина в Москве |УУУУ| 12 АПРЕЛЯ 1961 г. Первым человеком, побывавшим в космосе, был советский летчик Юрий Гагарин. 38-метро- вая ракета вывела его корабль на орбиту высо- той 320 км, и космонавт со скоростью 27 358 км/час облетел Землю. Пробыв на орбите 89 минут, Гагарин включил тормозные ракеты, и « Восток-1» взял курс на Землю. Парашюты смягчили приземление, и первый космонавт вышел из корабля целым и невредимым. восток Алан Шепард в капсуле «Меркурий» Первый американский космический полет был суборбитальным: пилот Алан Шепард взлетел в космос и возвратился оттуда по баллистиче- ской траектории. Ракета «Редстон» сообщила капсуле весом в 1934 кг скорость 8200 км/час и подняла ее на высоту 185 км. Капсула Шепарда «Фридом-7» (астронавты программы «Меркурий» выбрали для своих первых капсул эту цифру) приводнилась в Атлан- тическом океане в 556 км от мыса Канаверал (теперь мыс Кеннеди), где располо- жен космодром. Полет продолжался 15 минут. 5 МАЯ 1961 г. МЕРКУРИЙ Извлечение Гриссома из воды Осмотр Гриссома на борту авианосца Суборбитальный полет Вирджила Гриссома проходил так же, как и полет Алана Шепарда, с той разницей, что капсулу Гриссома спасти не удалось. Сразу после приводнения открылся один из запас- ных люков, и капсула («Либерти-Белл-7») стала наполняться водой. Гриссом успел выпрыгнуть и был подобран в море вертолетом. Капсула со всем оборудованием затонула. 21 ИЮЛЯ 1961 г. МЕРКУРИЙ 4
Титов после 17 витков вокруг Земли Запуск «Меркурия-6» Карпентер надевает костюм Титов в полете на телеэкране Старт корабля «Восток-2» Нью-Йорк встречает Гленна Наземная подготовка Карпентера Приводнение вдали от заданного района • Разговор с Президентом Кеннеди Второй пилотируемый советский космический корабль совершил 17 витков вокруг Земли. Пилот Герман Титов пробыл в космосе 25 часов. Он спал в течение восьми часов, три раза принимал пищу, дважды пользовался ручным управлением, чтобы изменить угол движения корабля. Он был очарован красками нашей планеты с космической высоты. К тому времени, когда «Френдшип-7» с Джоном Гленном на борту благополучно привод- нился, имена корабля и астронавта уже были знакомы каждому во всех уголках страны. Дело в том, что в течение двух месяцев первый амери- канский орбитальный полет откладывался десять раз. Корабль был выведен на орбиту с помощью более мощной ракеты «Атлас». Гленн трижды облетел Землю. Астронавта встретили как героя, в честь его были устроены парады в Нью-Йорке и Вашингтоне. Он выступил с речью в Конгрессе Соединенных Штатов. Путешествие Скотта Карпентера было похоже на полет Гленна — три витка вокруг Земли примерно за пять часов. Как и Гленн, Карпентер видел яркие «светлячки» кристалликов льда, но, в отличие от Гленна, полет Карпентера проходил не совсем удачно. Перегрелся костюм, приборы давали неправильные показания, и кораблю не хватило горючего. Тормозные ракеты для вхождения в атмосферу включились с опозданием, а когда они заработали, кабина пилота наполнилась дымом. Потеряв связь со спасательной служ- бой, Карпентер приводнился в 402 км от заданного района и пробыл почти три часа на спасательном плоту в ожидании вертолета. 20 ФЕВРАЛЯ 1962 г. МЕРКУРИЙ 24 МАЯ 1962 г. МЕРКУРИЙ Командир «Востока-3» А. Николаев Командир «Востока-4» Павел Попович ! L^. и 12 АВГУСТА 1962 г. приземлились в одном из центральных районов СССР. Два советских космонавта, стартовавших в космос с интервалом в 24 часа, осуществили первый в мире групповой полет. После того как Андриян Николаев 16 раз облетел Землю, на орбиту, близкую к его орбите, был выведен Павел Попович, который приблизил свой корабль к кораблю Николаева на расстояние 4,9 км (оба пилота могли видеть друг друга и вести разговор по радио). Совершив несколько витков, корабли разошлись и тремя днями позже благополучно ВОСТОК восток 45
Астронавт Ширра в полете Старт последнего корабля «Меркурий» Капсула на борту авианосца «Кирсардж»» Встреча Ширра на авианосце «Кирсардж»» Уолтер Ширра в «Сигме-7 »> облетел Землю почти шесть раз за девять часов и затем успешно приводнился в Тихом океане. Он двигался по эллиптиче- ским орбитам с наиболь- шим удалением от Земли 283 км и наименьшим — 160 км. Ширра совершил посадку в 7,2 км от авианосца «Кирсардж», и капсула с астронавтом была извлечена из воды и поднята на борт посредством огромного крана. Полет проходил нормально. 3 ОКТЯБРЯ 1962 г. МЕРКУРИЙ Купер после 22 витков вокруг Земли Купер на борту авианосца «Кирсардж» Быковский перед пятидневным полетом Быковский и Терешкова после полета Валентина Терешкова перед стартом Единственная женщина-космонавт Последний полет серии «Меркурий» был совер- шен Гордоном Купером, который в капсуле «Фейт-7» сделал 22 витка вокруг Земли за 34 часа. Купер держался удивительно спокойно — он даже умудрился вздремнуть перед самым стартом. Полет его прошел чрезвычайно успешно. Купер произвел цветные фото- и киносъемки нашей планеты и впервые с борта американского космического корабля передал на Землю телеснимки. Когда при- боры для автоматиче- ского вхождения в плотные слои атмосферы отказали, Купер использовал ручное управление и благопо- лучно достиг Земли, 15 МАЯ 1963 г. МЕРКУРИЙ а Советский космонавт Валерий Быковский провел почти пять дней в космосе, изучая дей- ствие продолжительного состояния невесомости на человеческий орга- низм. За это время он сделал 81 виток вокруг Земли. Подобно ряду других советских космо- навтов, Быковский, пройдя плотные слои атмосферы на высоте нескольких километров от Земли, катапульти- ровал и приземлился на парашюте. Двадцатишестилетняя Валентина Терешкова первой — и пока уЛЛЛ/1 16 ИЮНЯ 1963 г. единственной — среди женщин совершила полет в космос. Выве- денная на орбиту спустя 48 часов после старта корабля «Восток-5», она провела в космосе три дня, установив при этом связь с Быковским. Ее приземление на парашюте прошло так же благополучно. В начале ноября Терешкова вышла замуж за командира корабля «Восток-3» Андрияна Николаева. Летом следующего года у них родилась дочь. ВОСТОК 46
Леонов и Беляев в кабине «Восхода-2» Эд Уайт в открытом космосе В скафандре работать неудобно Первая космическая прогулка Леонова 12 ОКТЯБРЯ 1964 г. Первый полет серии «Восход», в котором участвовало три космо- навта, продолжался 24 часа. Кабина экипажа на корабле была герме- тизирована и снабжена кондиционерами воздуха. Члены экипажа были одеты в легкие шерстя- ные комбинезоны вместо громоздких скафандров, в которых летали их предшественники. На протяжении всех 16 витков кораблем управлял Владимир Комаров, а врач Борис Егоров и физик Констан- тин Феоктистов проводили научные эксперименты. А Космонавт Алексей Леонов через двойной люк корабля вышел в открытый космос, став таким образом первым человеком, совершив- шим космическую «прогулку», которая продолжалась 10 минут. Внутри герметизирован- ной кабины командир корабля Павел Беляев следил за прогулкой и возвращением Леонова ВОСХОД 18 МАРТА 1965 г. на борт по телеэкрану. Космонавты завершили свой полет на 17-м витке. Проскочив намеченный район посадки, они приземлились в Ураль- ских горах, где спаса- тельные группы нашли их только на третий день. ВОСХОД Запуск «Титаном-2» первого «Джемини» Янг и Гриссом в ожидании старта Первый полет серии «Джемини» с двумя пилотами на борту. Космический корабль вывела на орбиту новая ракета «Титан-2». Ветеран космоса Вирджил Гриссом и новичок Джон Янг совершили три витка вокруг Земли. Во время пятичасового полета Гриссом с помощью ручного управления трижды изменял пара- метры орбиты корабля. До него этого еще никто не делал. 23 МАРТА 1965 г. ДЖЕМИНИ Астронавта с кораблем соединяет фал На высоте 200 км над Калифорнией Уайт и Макдивитт на борту авианосца <Уосп» На третьем витке астронавт Эдуард Уайт через люк вышел в открытый космос, став первым американцем, совершившим космиче- скую прогулку. В отличие от полета корабля «Восход-2» тремя месяцами раньше, люк «Джемини» во время прогулки не закрывался; поэтому пилот Джемс Макдивитт должен был облачиться в скафандр. Уайт плавал в космосе в течение 20 минут. С кораблем его соединял восьмиметровый фал, по которому осуществля- лись снабжение кисло- родом и связь с кораб- лем. Маневрируя в космическом простран- стве, Уайт пользовался реактивным пистолетом. 3 ИЮНЯ 1965 г. ДЖЕМИНИ 4
Наземная подготовка Конрада и Купера Фото «Джемини-7 с борта «Джемини-6» Астронавты засняли облачный покров Конрад и Купер после приводнения Стаффорд и Ширра отвечают репортерам I I ’ 21 АВГУСТА 1965 г. ДЖЕМИНИ Третий полет пилоти- руемого корабля серии «Джемини» в основном предусматривал испы- тание выносливости пилотов. Чарлз Конрад и Гордон Купер провели в космосе восемь дней, сделав 120 витков вокруг Земли. Астронав- ты отрабатывали технику наведения на вообража- емую цель. Неполадки, возникшие с ракетными двигателями, вынудили их отказаться от ряда других маневров. Оба пилота потеряли в весе (ежедневно они худели в среднем на полкило- грамма) и отрастили густые бороды. А I .к «Джемини-7» был запущен первым. Пилоты его Фрэнк Борман и Джемс Ловелл устано- вили рекорд продолжи- тельности полета, облетев Землю 206 раз. К середине их пребыва- ния в космосе был запущен «Джемини-6», которому предстояло встретиться с «Джемини-7» и вести парный полет на высоте 298 км. Уолтер Ширра и Том Стаффорд прибли- зились к «Джемини-7» на 1,8 м. Парный полет продолжался шесть часов. 4 и 15 ДЕКАБРЯ 1965 ДЖЕМИНИ ДЖЕМИНИ «Джемини-8» перед стыковкой с «Адженой» Скотт и Армстронг в ожидании старта Из-за неполадки полет окончен досрочно л Следуя указаниям второго пилота Дэвида Скотта, командир корабля Нил Армстронг сумел установить место- нахождение восьми- метровой ракеты-мишени «Аджена», подвести к ней «Джемини-8» и произвести стыковку, но через несколько минут, в результате короткого замыкания, произошло зажигание одной из ракет стабили- зации. Корабль и «Аджена» потеряли устойчивость, началось вращение. Армстронг отделился от «Аджены», выключил ошибочно сработавшую ракету и закончил полет досрочно. 16 МАРТА 1966 г. ДЖЕМИНИ Стаффорд и Сернан на мысе Кеннеди Стыковку осуществить не удалось Стаффорд и Сернан говорят с Президентом А л л Том Стаффорд и Юджин Сернан должны были произвести стыковку в космосе, но, прибли- зившись к трехметровой ракете-мишени, обнару- жили, что ее щит, прикрывавший пазы для стыковки, не отделился. Эксперимент пришлось отменить. Позднее во время трехдневного полета Сернан покинул борт корабля и установил рекорд пребывания в открытом космосе — два часа. По плану, Сернан должен был частично пользоваться ранцевыми ракетными двигателями. Но астро- навт устал, а ранцевый приемник перестал работать, поэтому полностью выполнить программу не удалось. 3 ИЮНЯ 1966 г. ДЖЕМИНИ
«Джемини» и «Аджена» состыковались Экипаж «Джемини»: Янг и Коллинс I Во время этого полета корабль «Джемини» быстро отыскал цель — беспилотную «Аджену» — и превосходно совершил стыковку. В состыкован- ном положении «Джемини» использовал все еще работающие двигатели «Аджены» и изменил высоту орбиты, достигнув рекордного апогея — 764 км. Затем произошла встреча с другой «Адженой». Джон Янг пилотировал корабль, а Майкл Коллинс дважды выходил в космос, чтобы взять съемное измери- тельное устройство со второй «Аджены». 18 ИЮЛЯ 1966 г. ДЖЕМИНИ 10 Конрад и Гордон направляются к старту «Аджена» в 30 м от корабля Олдрин ведет съемку у открытого люка Чаффи. Уайт и Гриссом в кабине «Аполлона» Кабина «Аполлона» после пожара Выход Гордона в открытый космос На первом витке Пит Конрад и Ричард Гордон произвели стыковку с ракетой «Аджена». Затем Гордон покинул борт корабля «Джемини» и, находясь в открытом космосе, соединил 30-метровым тросом «Аджену» с кораблем. Прогулка в космосе была прервана из-за крайней усталости Гордона. Позднее «Джемини» отделился от ракеты, отошел назад, натянул трос и начал кружить вокруг «Аджены», пока оба не стали вращаться на вертикальной оси, создавая временную гравитацию в пространстве. 12 СЕНТЯБРЯ 1966 г. ДЖЕМИНИ Ловелл, командир корабля «Джемини-12» п Я Программа этого послед- него полета серии «Джемини» включала несколько стыковок с ракетой «Аджена» и несколько экспериментов в открытом космосе, которые успешно провел второй пилот корабля Эдуин Олдрин. Астронавт работал, стоя в открытом люке, а также на продолжи- тельное время покидал корабль. 11 НОЯБРЯ 1966 г. ДЖЕМИНИ^ Трагическая гибель трех астронавтов на мысе Кеннеди, за три недели до запуска корабля «Аполлон» с тремя пилотами, серьезно отразилась на американской программе освоения космоса. Пожар, по-видимому, был вызван коротким замыканием; наличие чистого кислорода в кабине корабля способствовало вспышке. Смерть наступила мгновенно, застав Вирджила Гриссома, Эда Уайта и Роджера Чаффи на рабочих местах. Трагедия вынудила специалистов заново пересмотреть конструкцию «Аполлона» и ввести соответствующие изменения во всю программу. 27 ЯНВАРЯ 1967 г. ПОЖАР В КАБИНЕ «АПОЛЛОНА»
Владимир Комаров готов к старту Донн Эйзел улыбается фотографам Каннингам проверяет оборудование «Союз-3» на пути к стартовой площадке Уборка парашютов после приземления Вид нашей планеты с Луны Похороны героя-космонавта в Москве А Полет нового советского космического корабля серии «Союз» также окончился трагично. Корабль весом около семи тонн был выведен на околоземную близкую к круговой орбиту для испытания всех его систем. После заверше- ния программы Комарову было предложено прекратить полет. В шести километрах над Землей запутались стропы парашюта, и корабль камнем упал на Землю. Командир корабля Уолтер Ширра /______________________I IIIIIIIIIIIIIIIIIIIII I Первый космический полет после трагедии с «Аполлоном» совер- шили Уолтер Ширра, Донн Эйзел и Уолтер Каннингам. За 11 дней они 163 раза облетели Землю (несмотря на неважное физическое состояние, вызванное сильным насморком, которым заболели все трое сразу после запус- ка). Экипаж выполнил несколько сложных маневров сближения и провел семь телевизионных сеансов. Генерал-майор Георгий Береговой А За время своего четырех- дневного полета Георгий Береговой дважды производил сближение с беспилотным кораблем «Союз-2», выведенным на орбиту ранее, но попыток состыковаться не делал. Совершив 64 витка, он вернулся на Землю (при вхождении в плотные слои атмо- сферы Береговой для смягчения входа использовал аэродина- мическую конструкцию корабля). Парашюты затем осторожно опустили корабль на Землю. 47-летний Береговой — самый старший из космонавтов. Подъем капсулы на борт «Йорктауна» с Президентом Основной целью полета было исследование Луны и проверка надежности всех систем корабля для лунного рейса. Кроме того, это было первое испытание гигантской ракеты «Сатурн-5». Космический . корабль с Фрэнком Борманом, Джемсом Ловеллом и Уилльямом Андерсом на борту 10 раз облетел Луну и затем вернулся на Землю. С окололунной орбиты экипаж произвел поиски подходящего района для посадки на Луну, провел несколь- ко телевизионных сеансов и Рождествен- скую передачу. АПОЛЛОН ШИНН ? F////W 21 ДЕКАБРЯ 1968 г.
Сближение и стыковка «Союза-4» с «Союзом-5» Первым был выведен на орбиту «Союз-4». Корабль пилотировал Владимир Шаталов. Вторым был запущен «Союз-5», его экипаж состоял из трех человек — Бориса Волынова, Алексея Елисеева и Евгения Хрунова. После ряда маневров оба корабля состыковались. Елисеев и Хрунов через открытый космос перешли из «Союза-5» в «Союз-4». Затем корабли отдели- лись: впервые на орбите оказалось два пилоти- переход космонавтов из одного корабля в другой. 14 и 15 ЯНВАРЯ 1969 г. руемых космических корабля, впервые в космосе произошел СОЮЗ союз Астронавты Швейкарт, Макдивитт. Скотт Самостоятельный полет лунного отсека Скотт в иллюминаторе корабля «Аполлон» Первое испытание лунного отсека в усло- виях космоса на около- земной орбите. В то время как Дэвид Скотт пилотировал командный отсек «Аполлона», Джемс Макдивитт и Расселл Швейкарт перешли в лунный отсек, отделились от команд- ного блока и начали самостоятельный полет, длившийся шесть с половиной часов. Лунный отсек удалился на 160 км от командного; испытания его прошли вполне успешно. АПОЛЛОН Г///////М 3 МАРТА 1969 г. * I! космосе. S; * Поверхность Луны, вид с лунного отсека Сернан, Янг, Стаффорд («Аполлон-10») Это была генеральная репетиция перед высад- кой человека на Луну. Астронавты Томас Стаффорд и Юджин Сернан отделили лунный отсек от командного блока, в котором оставался Джон Янг, и совершили несколько облетов Луны, прибли- зившись к ее поверхности на 15 км. С борта «Аполлона-10» было проведено 19 цветных телевизионных сеансов; экипаж умудрился побриться в /ШИШ F///////M 18 МАЯ 1969 г. АПОЛЛОН 10 >(ЛС 16 ИЮЛЯ 1969 г.
Лунный отсек и антенна В карантинном фургоне Старт «Союза-8» в Байконуре Крупнейший групповой полет по количеству как кораблей, так и экипажей, находившихся одно* временно в космосе. Сначала стартовал «Союз-6» с Георгием Шониным и Валерием Кубасовым на борту. Менее чем через сутки на орбиту Земли вышел «Союз-7», в котором находились Анатолий Филипченко, Владислав Волков и Виктор Горбатко. На следующий день стартовал «Союз-8» с Владимиром Шата- ловым и Алексеем Елисеевым на борту. В ходе полета был выполнен ряд научно- технических экспери- ментов, в том числе сварка в космосе. 11,12 и 13 ОКТЯБРЯ 1969 Пасмурным утром 14 ноября в лунный рейс отправились астронавты Чарлз (Пит) Конрад, Ричард Гордон и Алан Бин. Во время взлета корабль попал в грозовое окружение, и в капсулу, по-види- мому, ударила молния. Но полет закончился успешно, лунный отсек прилунился в 180 метрах от «Сурвейера», совершившего мягкую посадку в 1967 году. Конрад и Бин пробыли на Луне дольше своих предшественников, они провели ряд научных экспериментов, собрали образцы лунного грунта и захватили с собой некоторые части «Сурвейера». союз союз союз 14 НОЯБРЯ 1969 г. АПОЛЛОН Дайте * S мне небольшой кусочек Луны, и я, пожалуй, смогу поведать вам историю Солнечной у системы мм ГАРОЛЬД К. ЮРИ, ПРОФЕССОР КАЛИФОРНИЙСКОГО УНИВЕРСИТЕТА И ЛАУРЕАТ НОБЕЛЕВСКОЙ ПРЕМИИ елание профессора сбылось, и сейчас в 140 лабораториях различных стран ученые с энтузиазмом исследуют не- большие кусочки Луны — камни и пыль, которые доставили на Землю Нил Армстронг и Эдуин Олдрин. Ученый мир с нетерпением ожи- дает, что поведают нам установленные на лунной поверхности сейсмограф и лазерный отражатель. Тонкий луч лазера из обсерватории имени Мак- дональда в Техасе направлен на Луну (фото спра- ва). Преодолевая космические дали, он достигает 15-сантиметрового диска из плавленого кремния. В течение последующих восьми лет с помощью это- го луча ученые составят точную карту Луны, точно определят центр ее гравитации, размеры и радиус. Луч также определит с точностью до 15 см рассто- яние от Земли до Базы Спокойствия. И, наконец, луч позволит установить, насколько изменяется угол земной оси и с какой скоростью «расползают- ся» континенты на нашей планете. Данные сейсмографа оказались обильными и за- гадочными (фото крайнее справа). Так как сигналы были слабыми, ученые высказали догадку, что в нед- рах Луны должно быть много трещин, достигающих глубины порядка сотен километров, вследствие че- го она и является таким плохим передатчиком. «Это, конечно, только догадка, — говорит профес- сор Ламонтской обсерватории (штат Нью-Йорк) Гари Латам. — Но если там действительно суще- ствуют трещины, это будет интереснейшее от- крытие для планетологов». Однако до сих пор самые волнующие результаты дали исследования лунных камней и пыли (верхнее фото). Ученым уже удалось получить кое-какие, правда еще не окончательные, ответы, касающиеся трех основных гипотез о происхождении Луны: 1. Наш ближайший спутник является осколком Земли, отколовшимся где-то в районе Тихого океа- на и выброшенным в космос. 2. Луна представляет собой такое же тело, как и наша планета, и обра- зовалась она в результате тех же космических про- цессов. 3. Луна — маленькая планета Солнечной системы, захваченная земным притяжением. Вот предварительное заключение американских ученых, опубликованное в январе этого года по- сле шести месяцев исследований: по своему хими- ческому составу лунные камни существенно отли- чаются от всего, что мы раньше думали о строении лунных пород. В них не обнаружено никаких при- знаков, свидетельствующих о наличии на Луне жизни или воды за всю историю ее существования. Не обнаружено в них также присутствия платины и серебра (правда, были найдены следы золота). Однако ученые обнаружили кое-что гораздо более ценное: оказалось, камням этим, по-видимому,четы- ре с половиной миллиарда лет. Вот какие бесцен- ные экспонаты сохранились для нас в музее Сол- нечной системы! «Это был действительно сюрприз, небывалая удача», — говорит профессор Колум- бийского университета Поль Гаст. Многие из камней вулканического происхожде- ния; образовавшиеся из расплавленной лавы, они напоминают наш земной базальт. Интересно отме- тить, что лунные образцы содержат в себе больше титана, хрома и других металлов с высокой темпе- ратурой плавления и совершенно незначительное количество свинца, поташа и других элементов с
низкой температурой плавления. Они скорее похо- жи на метеориты, чем на материалы земного про- исхождения. Этот факт как будто опровергает гипо- тезу о том, что Луна — осколок, оторвавшийся от Земли. Образование лунной «лавы» нельзя объяс- нить известными на Земле процессами. Во многих случаях лунная пыль состоит из мель- чайших частиц стекла. Стеклянные крупицы также свидетельствуют о перегреве при бомбардировках Луны в ее далеком и неизвестном прошлом. Воз- можно, что из-за наличия в пыли стекла лунная поверхность показалась Олдрину скользкой. На по- верхности лунного камня были замечены малень- кие выемки, как бы заполненные расплавленным стеклом; появились они, по-видимому, в результа- те бомбардировки породы микрометеоритами. Края лунных пород сглажены и имеют округлен- ную форму, что говорит о происходящей на лунной поверхности эрозии, вызванной то ли воздей- ствием солнечного излучения в течение сотен лет, то ли бомбардировкой микрометеоритов. К удивлению ученых, многие камни лежали на Луне, выступая острой поверхностью, а их закруг- ленная сторона была зарыта в грунте. Поэтому уче- ные предполагают, что лунные камни, в результате падения метеоритов, перемещались и что они ле- жат на лунной поверхности более продолжительное время, чем мы думали. Один из камней по под- счетам пролежал там 200 миллионов лет, пока его не подобрал Армстронг. В настоящее время большинство ученых считают Луну «мертвым» телом. Но была ли наша космиче- ская соседка всегда мертвой? Была ли она когда- нибудь «горячей», были ли здесь вулканы, извер- гающие лаву, которая заливала ее безжизненную поверхность? Или Луна всегда оставалась «холод- ной», и единственное, что тревожило ее поверх- ность, было падение метеора раз в сто лет? По мнению некоторых, тепло от падения метеоров бы- ло способно расплавить лаву. Вот что говорит про- фессор Гарвардского университета Клиффорд Фрондел: «Полученные данные довольно убеди- тельно свидетельствуют о том, что лава образова- лась на Луне в результате действия вулканов». Од- нако профессор Гарольд К. Юри по-прежнему про- должает оставаться приверженцем теории «холод- ной» Луны, и большинство его коллег склонны предполагать, что до известной степени он прав, то есть что Луна является планетой Солнечной си- стемы и что ее кратеры в общем не претерпели ни- каких изменений с тех пор, как Луна была захва- чена силой земного притяжения. Если это так, то тогда действительно, как гово- рит профессор Гаст, «Луна является именно тем объектом, который поможет нам изучить историю Солнечной системы. Этот факт вызвал необычайно большой интерес, гораздо больший, чем все осталь- ное, установленное в предварительных исследова- ниях. Все это требует колоссальной работы, так что в будущем нам предстоит немало потрудиться. Но уже сейчас можно сказать, что мы находимся на пороге новых поразительных открытий».
После успешного завершения полета экипаж «Аполлон-11» был направлен в карантин. Это было сделано, чтобы оградить нашу планету от опасности заражения лунными бакте- риями. Итак, астронавты вместе со своим драго- ценным грузом оказались в Лунной приемной ла- боратории (ЛПЛ). Здесь ученые намеревались также произвести первый анализ лунных пород. На плане красным обозначены проходы в изоли- рованные секторы ЛПЛ. Вверху слева: лунные по- роды, пройдя через вакуумную систему, на лифте опустились в радиационную лабораторию (синий цвет). Другие проходы предназначены для астро- навтов, командного отсека, для пищи и белья. Вверху справа указан путь обслуживающего пер- сонала, проходящего через ультрафиолетовые разделительные камеры (лиловый цвет). РАДИАЦИОННАЯ ЛАБОРАТОРИЯ Здесь, под зданием, на глубине 15 м проходила провер- ка лунных камней на радиоактивность. ПРИЕМНЫМ ПУНКТ ЛУНОПРОХОДЦЕВ ЛАБОРАТОРИЯ ДЛЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ЛУННЫХ ПОРОД 15 16 17 18 Здесь образцы лунных пород изучало свыше ста научных сотрудников (рай- он лаборатории обозначен зеленова- тым цветом). 3 Вакуумная система, где проходила об- работка лунных пород. Контейнеры для хранения и перевоз- ки пород. Управление вакуумной системой. Оборудование для предполетной сте- рилизации инструментов. ' 3 Лаборатория для анализа газа. 6 Система стерилизации воздуха (перед входом и выходом). 7 Лифт. Q Галерея для научных сотрудников. 9 Насосы и электрооборудование ваку- умной системы. Ю Соединительные трубы для переправ- ки образцов. j j Физико-химическая лаборатория. 1Q Лаборатория, где образцы пород под- готавливаются к распределению. 4Q Биоаналитическая лаборатория для Ю наблюдений за мышами. 1И Лаборатория, где содержатся стериль- • ’ ные мыши. 19 Лаборатория, где содержатся обычные мыши. Микробиологическая лаборатория для возможной изоляции лунных микроор- ганизмов. Спектрографическая лаборатория и темная комната. Лаборатория, где испытывалось воз- действие лунных пород на рыб, птиц и беспозвоночных животных. Микробиологическая лаборатория для исследования лунных пород и выделе- ний астронавтов. — ~ Лаборатория для получения культур 2\J лунных микроорганизмов на тканях и яйцах. Вирусная лаборатория для послепо- летных исследований экипажа. Лаборатория, где испытывалось воз- 22 действие лунных пород на морские во- доросли, споры, семена и сеянцы. OQ Вход в сектор обработки лунных по- род. ОД Автоклав для стерилизации поступаю- » щих и убывающих материалов. Qp- Лаборатория биологической безопас- но ности для наблюдения над работой всех систем. 26 Подсобные службы. Q*y Вход в лабораторию по измерению ра- диации. приемный пункт астроиды он В карантинные секторы (желтый цвет) в случае необхо- димости надлежало отправлять и научных сотрудников. ] Приемная. 2 Медицинский и зубной кабинеты. 0 Кабинет для медицинского осмотра. 4 Операционная. 5 Кабинет для физиологической про- верки. 6 Пункт связи для передачи инфор- мации в некарантинный сектор. 7 Комната для физических упражнений. О Лаборатория для химических исследо- ваний и иммунологии астронавтов. 9 Помещение для опроса экипажа со стеклянной стеной, выходящей в ком- нату для посетителей. Ю Спальное помещение для обслуживаю- щего персонала. 11 Кабинеты астронавтов и врачей. *|2 Спальни астронавтов и трех врачей. "|0 Салон и столовая. "|4 Кухня. "|0 Приемная для пищи и белья. Компютерная для регистрации лабо- ГО раторных данных. уу Помещение для командного блока «Колумбия». Микробиологические лаборатории для |Q исследований персонала, находящего- ся в карантинном секторе. |9 Рентгеновский кабинет. 54
<0 подсобный сектор И АДМИНИСТРАЦИЯ За пределами биологически изолированных секторов приемной лаборатории расположен подсобный сектор (на плане вверху справа). На площади, окрашенной в светло-зеленый цвет, находятся подопытные растения и животные. В других секциях после снятия карантина происходила упаковка и отправка образцов лунных по- род в университеты и научно-исследовательские инсти- туты различных государств для детального изучения. 55
ПОДГОТОВКА Медико-инъекционный диск АВТА Гермошлем Ранец системы жизнеобеспечения Система радиосвязи Измеритель давления Электропровод Источник электроэнергии Крепления подвесной системы Стяжка башмака Стяжка ладони Уплотнительный манжет башмака Штуцер системы водоохлаждения Перчатка Штуцер для поступления кислорода Вывод отработанного газа Клапан для понижения давления Устройство для передачи биологи—ких Данных АСТР Наушники, микрофоны Аварийный запас кислорода Замкнутые кислородная и водяная системы Управление ранцевой системой жизнеобеспечения Филип Эйзенберг Шейное кольцо Рука После двух лет интенсивной тренировки готовый к высадке на Луну астронавт облачается в свой лунный скафандр. И сколько бы времени он ни оставался на лунной поверхности — часы или минуты, — этот громоздкий на вид костюм обеспечит ему и тепло, и кислород, и связь с Землей.
Они входят в лекционный зал с энтузиазмом первокурсников, но в то же время с некоторой растерянностью, ибо не совсем представляют себе, что ожидает их впереди. Все они молодые и статные, как на подбор, у многих по-военному коротко подстриженные волосы. Однако на студентов они не похожи. Это зрелые люди и опытные пилоты, прошедшие суровую подготовку в воздухе. У каждого за плечами свыше 1800 летных часов на реактивных самолетах. Нил Армстронг, например, был летчиком-испытателем без мало- го десять лет. Летая на экспериментальной модели ракетоплана «Х-15», он поднимался на высоту 60 000 метров и развивал скорость до 6500 км/час. Майкл Коллинс, военный летчик, руководил программой испытательных по- летов при летно-испытательном центре ВВС в Калифорнии. Кандидаты в астронавты только что успешно преодолели первый барьер — семидневное медицинское обследование при Институте авиационной и ко- смической медицины в Техасе, где их поворачивали во все стороны в затем- ненной камере, вертели на центрифуге, погружали в резервуар с водой, де- лали рентгеновские снимки, кололи и брали на исследование кровь. Но гор- сточка счастливцев, отобранная из нескольких тысяч желающих, ни на что не роптала. Каждый горел желанием поскорее начать курс обучения и тре- нировок. Многие из будущих астронавтов уже были обладателями по крайней мере одной ученой степени в той или иной отрасли естественных или тех- нических наук. Эдуин Олдрин, например, успешно защитил докторскую дис- сертацию в Массачусетском технологическом институте по вопросам сты- ковки кораблей в космосе. Однако программа, которую им предстояло оси- лить, чтобы стать членами экипажа кораблей «Аполлон», была посложнее университетских занятий. Учебный день в Центре управления пилотируемыми космическими поле- тами в Хьюстоне начинается ровно в восемь утра. Четыре часа теоретиче- ских занятий, в полдень — двухчасовой обеденный перерыв, во время кото- рого астронавты выполняют и целый ряд физических упражнений. А с двух до четырех опять занятия. Два раза в неделю теоретическая подготовка до- полняется учебными экскурсиями. В программу также входят полеты, они необходимы пилотам: иначе может понизиться уровень их летного мастер- ства. Весь курс подготовки длится 18 месяцев. Первые четыре месяца по- свящаются интенсивному изучению наиболее основных отраслей науки и тех- ники: астрономии, геологии, метеорологии, биоастронавтике, космической физике, вычислительной и космической технике, механике полета, устрой- ству космических летательных аппаратов и систем ракетных двигателей и т. д. Преподавательский персонал состоит частично из сотрудников Центра, а частично из профессоров различных университетов и колледжей страны, крупнейших специалистов в своей области. Кроме того, астронавтам по ходу занятий приходится прочитывать горы различных книг. Формальной оценки успеваемости не существует, но зато постоянно проводятся проверочные ис- пытания. Самый длинный курс — геологии — рассчитан на 112 учебных часов и по- тому иногда занимает до восьми месяцев. Д-р Тед Фосс, руководитель геоло- гического и геохимического отделения Центра космических полетов объяс- няет это так: «Столь продолжительный срок занятий по геологии с астронавтами, ото- бранными для полетов на Луну, объясняется двумя причинами. Во-первых, большинство из них с геологией встречаются впервые, в отличие от астроно- мии или механики полета, которые им, как опытным летчикам, хорошо зна- комы. Во-вторых, мы хотим настолько обогатить их знания по этому предме- ту, чтобы они могли на лунной поверхности выполнять функции полевых гео» логов». Помимо теоретических занятий по геологии, астронавты в течение курса совершают десять учебных экскурсий, продолжительностью в среднем по три дня, в такие с геологической точки зрения интересные районы, как Гранд-Каньон в Аризоне, Долина десяти тысяч дымов на Аляске, Вальес Кальдера в Нью-Мексико, Гавайские острова и другие районы, напоминаю- щие своей топографией поверхность Луны. После первых четырех месяцев в программу курса вводится ряд новых мероприятий. Помимо геологических экскурсий, устраиваются информацион- ные беседы и посещения различных космических служб в целях ознакомле- ния астронавтов с работой этих организаций. Для подготовки к любым неожиданностям, вплоть до вынужденной посад- ки, астронавты проходят тренировку по освоению аварийной техники и отра- ботке приемов по сохранению жизни в географических районах с неблаго- приятными климатическими и природными условиями: для условий тропи- ков — в Панаме, для условий пустыни — в западных районах США, а для ус- ловий открытого моря — в Мексиканском заливе. Каждая из этих программ делится на три фазы: лекции и инструктаж по технике сохранения жизни, демонстрация практических приемов и тренировка в применении получен- ных знаний и отработке рабочих навыков. Астронавты также в деталях изучают каждую из систем космического ко- рабля «Аполлон», включая различные агрегаты и узлы командного, обслужи- вающего и лунного отсеков. Знание в совершенстве всех систем корабля по- может астронавтам следить за их работой и в случае любой неполадки при- нять соответствующие меры по ее устранению. Ввиду постоянного совершенствования космических кораблей и их много- численных и сложных бортовых систем, астронавты не в силах уследить за всеми происходящими изменениями, а потому каждый из них специализи- руется в какой-либо определенной области — командный и обслуживающий отсеки, ракета-носитель, системы спуска и посадки, ракетные двигатели и т. д. В связи с этим им приходится посещать целый ряд предприятий для не- посредственного ознакомления с различными компонентами корабля. Так, например, астронавт, специализирующийся на ракетных двигателях, стано- вится частым гостем завода «Рокетдайн дивижон» фирмы «Норт американ авиэйшн», где осуществляется постройка двигателей ракеты-носителя Ф-1 и верхней ступени Дж-2. Каждый астронавт внимательно следит за всем, что происходит в отведенной ему области, и периодически информирует осталь- ных членов экипажа о всех переменах и достижениях. _ И вот, наконец, будущие астронавты приступают к новой фазе обучения: они попадают в мир тренажеров — замечательных устройств, создающих на Земле условия, близкие к космическим. Здесь астронавты подвергаются воз- действию перегрузок, возникающих при ускорении и торможении, невесомо- сти, силы лунного притяжения, вибрации и шума и прочих факторов косми- ческой среды. Так, например, для имитации силы лунного притяжения ис- пользуется устройство, снимающее с астронавта пять шестых его веса, так что у него создается впечатление, будто он весит лишь одну шестую часть своего нормального веса. С состоянием невесомости знакомятся в самолете при полетах по параболической дуге. На этом этапе тренировки астронавты учатся маневрировать в пространстве, принимать пищу, пить, управлять сво- ими движениями, преодолевать инерционное кувыркание и вращение. Тут также происходит и детальное знакомство со скафандром. Астронавты изу- чают его конструкцию и форму, надевают и снимают его — словом, привы- кают к своей будущей одежде. На этой же стадии подготовки астронавты продолжают изучение косми- ческих кораблей и ракет-носителей, сидят долгие часы над справочника- ми и руководствами. С астронавтами проводят инструктажи специалисты из Национального управления по астронавтике и исследованию космоса, а также представители фирм, занятых в строительстве кораблей. Астронавты присутствуют на инженерно-конструкторских совещаниях и при проверочных испытаниях ракет и кораблей. В эту стадию подготовки включено освоение специального снаряжения: ручного инструмента, ранцевой системы жизне- обеспечения, реактивного пистолета и другого снаряжения, связанного с пребыванием в открытом космосе. Основная часть тренировки проводится в тренажере космического корабля «Аполлон». Здесь созданы все условия настоящего полета, это — новый дом астронавтов. По сравнению с тем, что их ожидает впереди, кабина «Апол- лона» — вещь сравнительно простая, это лишь небольшая часть целого ком- плекса, состоящего из отсека экипажа, инструкторского пульта управления, счетно-вычислительных машин, иллюминатора с космической панорамой, дающего возможность следить за движением корабля в межпланетном про- странстве. Именно здесь астронавт по ходу занятий постепенно отрабаты- вает взлет, включение тормозных двигателей перед входом в плотные слои атмосферы и стыковку с основным блоком на орбите. Этот тренажер пользует- ся наибольшей популярностью у астронавтов, они заглядывают туда даже в свободное время. Отработка маневров по стыковке космических кораблей — следующий этап тренировки — происходит в слабо освещенном, обширном помещении. Капсула движется то впереди воображаемого объекта, с которым надлежит произвести стыковку, то над ним, то под ним, причем оба кажутся свободно парящими в условиях невесомости. Астронавт наводит капсулу на цель и осуществляет стыковку, затем капсула возвращается в исходное положение, и вся процедура повторяется снова. Стыковка в тренажере значительно труднее, чем в условиях открытого космоса. Тренировка в космических кораблях дополняется практикой управления скоростными реактивными самолетами: каждый астронавт должен налетать по крайней мере сто часов в год, а также пройти курс управления вертоле- том, так как техника посадки вертолета сходна с посадкой кабины на лун- ную поверхность. Ввиду крайне ограниченной возможности реальных поле- тов в космическом пространстве, такого рода тренировка особенно необхо- дима для поддержания «летной готовности» астронавтов. За шесть-девять месяцев до назначенной даты запуска экипаж, отобран- ный для определенного полета, приступает к программе интенсивных трени- ровок. Много времени при этом уделяется имитации полета, повторению от- дельных этапов обучения и детальной отработке предусмотренных програм- мой экспериментов. Главное ударение делается на изучение всего корабля в целом. С момента назначения экипажа к полету все его члены вниматель- но следят за финальными фазами постройки своего корабля, присутствуют при многочисленных заводских испытаниях, дополнительных испытаниях, проводимых на мысе Кеннеди при монтаже корабля на ракету-носитель, и при заключительных комбинированных испытаниях на стартовой площадке пе- ред запуском. Тренировка членов экипажа не прекращается и по завершению полета. Дальнейшие полеты, в которых астронавты могут принять участие, предъяв- ляют к ним новые требования, вызывающие необходимость дополнительной подготовки. Астронавт должен бесперерывно учиться и тренироваться, ибо, по роду своих занятий, он постоянно находится на пороге новых знаний. КАК СТАТЬ АСТРОНАВТОМ Общий курс подготовки (18 месяцев) Учебная программа (лекции, инструктаж, учебные экскурсии и экспедиции) Отработка приемов по защите от воздействия окружающей среды и на слу- чай возникновения аварийных ситуаций Изучение конструкций и устройств космических кораблей Программа летной практики на самолетах Физическая тренировка Тренировка экипажа Тренировка на тренажере, имитирующем условия полета Тренировка по отработке маневров на стыковке Подготовка к высадке Тренировка в астронавигации (посещение планетариев)
12 августа 1968 года, спустя сутки после окончания карантина, состоялась пресс-конференция Армстронга, Олдрина и Коллинса. Астронавты ответили на целый ряд технических вопросов и рассказали о своих личных переживаниях во время пребывания на Луне. Приводим выдержки из этой конференции. ВСТРЕЧ ВОПРОС: Сколько времени могла еще проработать ва- ша ранцевая система жиз- необеспечения после того, как вы вернулись в лунный отсек? АРМСТРОНГ: Я еще не ви- дел результатов анализа данных нашего полета. У нас оставалась приблизи- тельно половина запаса кислорода и несколько меньше половины воды, ко- торая использовалась для охлаждения. Но вообще, принимая во внимание то, что ранцевой системой жизнеобеспечения мы поль- зовались впервые, в наших интересах было сохранить солидный резерв на случай возникновения трудностей при задраивании люка, гер- метизации кабины или при других операциях до взле- та с Луны. ВОПРОС: Полковник Олд- рин и мистер Армстронг, были ли у вас на Луне та- кие моменты, когда вы чув- ствовали себя очарованны- ми всем происходившим? АРМСТРОНГ: Мы оставались очарованными приблизи- тельно все два с полови- ной часа. ВОПРОС: Я хотел бы спро- сить Нила Армстронга: ко- гда он начал обдумывать, что он скажет, ступив но- гой на лунную поверхность, как долго он обдумывал свои слова о маленьком шаге человека и гигант- ском прыжке человечества? АРМСТРОНГ: Что и гово- рить, я думал об этом. И слова мои не были экс- промтом, но не были они и задуманы заранее. Фраза пришла мне голову во время полета, и я решил, что скажу ее, когда мы очу- тимся на поверхности Лу- ны, — решил как раз перед тем, как покинуть лунный отсек. ВОПРОС: Я бы хотел спро- сить Нила Армстронга и База Олдрина, но не знаю, как мне лучше сформули- ровать вопрос. Когда вы сделали первый шаг на Лу- не, показалось ли вам, что вы ступаете по Земле?.. Словом, какое было у вас ощущение: казалось ли вам, что вы стоите где-то в пу- стыне или что вы действи- тельно попали в иной мир? Что вы чувствовали в тот момент? ОЛДРИН: О том, где мы на- ходимся, у нас сомнений не было. Мы пробыли на лунной орбите довольно продолжительное время. Пейзаж нам был знаком, освещение, которое мы там увидели, также в какой-то мере было нам привычно. Лично мне, во всяком слу- чае, показались невероят- но странными резкие кон- трасты света и темноты. Не забывайте: ступив на Луну, мы оказались в тене- вом районе. АРМСТРОНГ: Это безмолв- ное и странное место. Но оно мне показалось друже- любным, и, действительно, оно оказалось вполне дру- желюбным. ВОПРОС: Кое-кто критикует программу освоения космо- са, считая, что ей придают слишком большое значе- ние и что в национальном масштабе есть дела по- важнее. Мне хотелось бы спросить астронавтов: как вы оцениваете исследова- ние космического простран- ства по сравнению с други- ми насущными проблема- ми нашего общества и че- ловечества вообще? АРМСТРОНГ: Мы, конечно, понимаем, что человече- ство всегда сталкивается с огромным количеством са- мых различных проблем. Но мне кажется, что ре- шать их следует одновре- менно. Ни одну из них нельзя игнорировать, и мы, разумеется, отнюдь не счи- таем, что следует позабыть о космических исследова- ниях. ВОПРОС: Теперь вам пред- стоит поездка по разным странам. Не кажется ли вам, что это будет самой трудной частью вашей мис- сии? Что вы думаете об этой поездке? АРМСТРОНГ; Пожалуй, это будет та часть нашей мис- сии, к которой мы меньше всего подготовлены. ВОПРОС: Не мог бы полков- ник Олдрин объяснить бо- лее подробно, что он под- разумевает, когда говорит, что на Луне нужно наперед рассчитывать три-четыре своих шага, вместо одного или двух, как на Земле. Из- за кратеров и ям или по другой причине? ОЛДРИН: Видите ли, в дан- ном случае я имел в виду инерцию нашего тела при ходьбе со скоростью от восьми до десяти километ- ров в час, которая оказа- лась для нас наиболее при- емлемой на Луне. При на- личии меньшей силы при- тяжения вы ступаете ре- же, приходится заранее предвидеть все наперед и управлять движением тела. Так как при каждом шаге нога не касается поверхно- сти в течение сравнитель- но продолжительного про- межутка времени, то не- возможно быстро менять направление и замедлять ход. Вот мы и пришли к вы- воду, что надо предвидеть три-четыре шага, вместо одного или двух шагов, как это делается на земной по- ьерхности. ВОПРОС: Вы провели не- сколько недель в изоляции в Лунной приемной лабо- ратории, где имели время подумать обо всем пережи- том. Как вы себя чувству- ете, став национальными героями? Повлияет ли это на ваш образ жизни? Пред- ставится ли вам случай вновь отправиться на Луну, или вы будете слишком за- няты своим положением героев? АРМСТРОНГ: Пожалуй, лег- че было подготовиться к полету на «Аполлоне-11», чем обдумать ответ на ваш вопрос. В Лунной прием- ной лаборатории времени на размышление у нас бы- ло маловато. Мы были сли- шком заняты нашими по- слеполетными делами: со- ставляли расписание опро- сов, писали летный отчет, записывали все важные факты, которые понадобят- ся для будущих полетов. ВОПРОС: На ваших сним- ках и фильмах меня пора- зила разница между суро- вым видом Луны, когда вы находились на лунной ор- бите, и более теплыми то- нами и сравнительно — именно, сравнительно — более приветливым видом, когда вы оказались на ее поверхности. Мне хотелось бы спросить полковника Коллинса: создавалось ли у него такое же впечатле- ние? И затем у вас обоих, побывавших на Луне: что вы можете сказать по это- му поводу? КОЛЛИНС: Видите ли, надо сказать, что вид Луны из- меняется в зависимости от угла солнечного освеще- ния. Когда Солнце ближе к лунному терминатору рас- света или сумерек, пейзаж становится суровым и не- привлекательным, как мы часто видим на снимках. С другой стороны, когда Солн- це ближе к зениту, в поло- жении полудня, лунные краски приобретают теп- лые коричневые тона. То- гда Луна кажется почти ро- зовой, приветливой. Так что с рассвета до сумерек можно увидеть весь облик Луны: вначале она суровая и угрюмая, затем более дружелюбная и, наконец, по мере того как заходит Солнце, снова мрачная. ВОПРОС: Мистер Армстронг, На пресс-конференции Олдрин, Армстронг и Коллинс дают были ли такие моменты, когда вас охватывала тре- вога и вам приходили мрач- ные мысли — о досрочном прекращении полета и то- му подобное? АРМСТРОНГ: Я должен ска- зать, что при моделирова- нии различных фаз полета на Земле мы создавали много аварийных ситуаций и научились реагировать на них моментально. В дан- ном случае, во время ре- ального полета мы также были начеку. Мы, конечно, были готовы продолжать полет на Луну, пока это было безопасно. Но если бы поступили тревожные сигналы с Земли или из компютера, полет пришлось бы прекратить. Однако во время наших наземных ис- пытаний мы всегда стара- лись продолжать выполне- ние задания, чтобы в буду- щем научиться справлять- ся с разными проблемами. ВОПРОС: Если не возража- ете, я хотел бы задать два вопроса. Во-первых, когда вы совершали эту неверо- ятную прогулку, была ли лунная поверхность повсю- ду одинаковой плотности, или вы заметили места бо- лее мягкие и более твер- дые? Во-вторых, когда вы смотрели на небо, видели ли вы звезды в солнечной короне, несмотря на осле- пительный блеск? ОЛДРИН: Отвечаю на пер- вый вопрос. Твердость лун- ной поверхности не везде одинакова. Иногда, на бо- лее ровных местах, следы наших ног были немного глубже одного сантиметра, иногда около полсантиме- тра — там, где явно ощу- щалась сопротивляемость грунта. В других местах, у краев кратеров, было за- метно, как нога погружа-
С ПРЕССОЙ зои комментарии к фильму о прогулке на Луне. лась сантиметров на пять, на семь, а может быть и на десять. На склонах же глу- бина следов доходила до 15-18 сантиметров, и при нажиме нога сдвигалась несколько в сторону. По- этому мы считаем, что труд- но определить прочность грунта, пока не ступишь на него ногой и не почувству- ешь его твердость. Вот по- чему на Луне нужно ходить очень осторожно. АРМСТРОНГ: Мы не могли видеть звезды с лунной по- верхности или с дневной стороны Луны простым гла- зом, без помощи оптики. Я не помню, какие звезды были видны, когда мы фо- тографировали солнечную корону. Я не помню, виде- ли ли мы вообще звезды. ВОПРОС: Мистер Армстронг, вы раньше говорили, что кратер Маскелайн показал- ся на три секунды позднее, чем предполагалось, из че- го вы поняли, что посадка происходит с запоздани- ем. Случилось ли это до того, как вы начали спуск, и, следовательно, не имело ничего общего с маневри- рованием в поисках подхо- дящего места для посадки? Интересно, чем было выз- вано запоздание на три се- кунды? Именно это вынуди- ло вас взять управление отсеком в свои руки или что-нибудь другое? АРМСТРОНГ: Видите ли, ко- гда мы взяли управление в свои руки и начали спуск, все шло точно по графику. Но весь вопрос в том, над какой точкой лунной по- верхности вы находитесь в момент включения тормоз- ного двигателя. Местона- хождение этой точки во многом определяется длин- ной цепью предшествующих событий: обследованием лунной поверхности с око- лолунной орбиты; несколь- кими небольшими манев- рами для проверки систе- мы управления; отсоедине- нием от основного блока и способностью последнего, следуя указаниям компюте- ра, находиться в заданном месте и, конечно, незначи- тельными отклонениями во время маневров, которые не были достаточно точно учтены системой управле- ния (наведения). Так вот, накопление подобных ме- лочей приводит к ошиб- ке — к включению марше- вого двигателя не в задан- ной точке. И уж тут ничего не скорректируешь, пока дело не дойдет до конеч- ной фазы. ВОПРОС: Я хотел бы вер- нуться к тому, о чем Нил Армстронг говорил несколь- ко раньше, — что там, на Луне, вам хотелось бы сде- лать гораздо больше. Од- нако вам не удалось уло- житься в график, и вы за- кончили программу с опо- зданием в несколько минут. Объясняется ли это загру- женностью программы или, очутившись впервые на Лу- не, вам захотелось побыть там как можно дольше? АРМСТРОНГ: Это была наша вина. Мы, действительно, слишком увлеклись. Поэто- му хотелось бы порекомен- довать, чтобы в будущем работы на лунной поверх- ности начинались с 15-20- минутной фазы, чтобы ос- мотреться, привыкнуть ко всему, что видишь вокруг, приспособиться к одной шестой земного притяже- ния и к передвижению. Что касается нас, то в первую фазу можно было включить немного больше, чем мы фактически сделали. ВОПРОС: Этот вопрос я ад- ресую мистеру Армстронгу. Вы собирались перейти на полуавтоматическое управ- ление при посадке или вы- нуждены были сделать это из-за сложившейся обста- новки? АРМСТРОНГ: Переход на полуавтоматическое управ- ление предусматривался в данном случае независимо от ситуации, в которой мы оказались. Но дело в том, что мы потратили больше времени, чем полагалось на эту фазу управления ко- раблем из-за поисков бо- лее подходящего места для посадки. ВОПРОС: Многие уже вы- сказывали свое мнение как у нас, так и за рубежом, о значении первой высадки человека на другом небес- ном теле. Мне бы хотелось узнать точку зрения каждо- го из вас по этому поводу. ОЛДРИН: Я полагаю, что следует осуществлять то, что безусловно рано или поздно будет осуществле- но, независимо от постав- ленной перед самим собой цели. Я думаю, еще в са- мом начале космических полетов мы продемонстри- ровали свой потенциал к осуществлению подобного рода миссии — весь вопрос был только во времени. Мне кажется, что та срав- нительная легкость, с кото- рой мы смогли совершить наш рейс — а ему, само со- бой разумеется, предше- ствовала в логической по- следовательности серия ус- пешных полетов — эта лег- кость доказывает, что мы были на правильном пути, когда взяли на себя ответ- ственность предпринять пу- тешествие на Луну. Мне ду- мается, что подобным спо- собом можно будет решать и многие другие проблемы. Нужно лишь взять на себя ответственность, и со вре- менем это станет возмож- ным. В этом я вижу основ- ное значение нашего поле- та. Мне кажется, что наше решение взять на себя от- ветственность посылки че- ловека на Луну было свое- временным. Может быть, сейчас как раз настало время подумать о многих других областях и об дости- жении в них соответствую- щих целей. КОЛЛИНС: Мне кажется, что существуют ближайшие, непосредственные аспекты и аспекты далекого буду- щего. Ближайшие годы — это технический триумф нашей страны, ибо несколь- ко лет тому назад мы зая- вили, чего намереваемся достичь в будущем, и доби- лись всего того, о чем го- ворили. В этом я вижу не столько чисто технический прогресс, сколько вообще триумф нашей страны в це- лом, нашей воли, нашей экономики, нашего умения сосредоточиваться на лю- бых деталях и много друго- го, ставшего неотъемлемой частью общего дела. Это, так сказать, непосредствен- ный аспект. Что же касает- ся далекого будущего, то тут, я думаю, перед челове- ком впервые открылась возможность выбора — хо- дить ли ему по этой плане- те или по какому-нибудь другому небесному телу, будь то Луна, Марс или я уж не знаю что. Я считаю себя недостаточно компе- тентным, чтобы опреде- лить, куда все это может нас привести. АРМСТРОНГ: Я вижу в этом только начало. Я имею в виду не только наш полет, но всю программу, которая представляет собой лишь маленькую частицу челове- ческой истории — один миг в истории. Программа в целом — это начало новой эры в истории. ВОПРОС: Нил, сколько у вас оставалось горючего для двигателя спуска, когда вы прилунились? АРМСТРОНГ: Мои приборы показывали, что горючего оставалось меньше, чем на 30 секунд, может быть — секунд на 15-20. Но, ка- жется, замер, сделанный здесь, на Земле, показал, что горючего оставалось на чуть-чуть больше времени. Звучит как будто маловато, но на деле это довольно внушительный запас. ВОПРОС: Вопрос мистеру Армстронгу и полковнику Олдрину. Могли бы вы рас- сказать несколько подроб- нее о ваших переживаниях, о ваших чувствах, вашей реакции в течение послед- них сотен футов, когда уже был включен двигатель по- садочной ступени, особен- но с того момента, когда вы обнаружили, что перед вами оказался кратер, сплошь усеянный камнями, и что необходимо менять место посадки? АРМСТРОНГ: Начнем с то- го, что я не исключал вся- кого рода локальных кор- рекций в поисках подходя- щего места для посадки. Мне казалось сомнитель- ным, что нам сразу пове- зет и мы попадем на ров- ненькое место. И мы все это учли. Но на деле нам пришлось, как вы знаете, маневрировать на близком расстоянии от лунной по- верхности. Гораздо ближе, чем мы предполагали. И конечный этап был очень напряженным: мне приш- лось во все глаза смотреть в иллюминатор, а Базу — на компютер и на показа- ния приборов внутри каби- ны и повторять их мне. Другими словами, работы было предостаточно. ОЛДРИН: Моя роль на по- следних трехстах-двухстах футах сводилась к тому, чтобы передать как можно больше данных. Я имею в виду показатели высоты, скорость движения и т. п. Я должен был передавать эти данные Нилу, чтобы ничто не отвлекало его от иллюминатора.
Горячо приветствовали астронавтов миллионы жителей Нью-Йорка (слева) и Чикаго (справа). В ООН их тепло встретил генеральный секретарь У-Тан (вверху). г. I Для Нила Армстронга, Эдуина Олдрина и Майкла Коллинса тот памятный день начался в Хьюстоне. Рано утром они вылетели специальным самолетом в Нью-Йорк, оттуда в Чика- го и, наконец, в Лос-Ан- желес. Всего они прове- ли в воздухе двенадцать с половиной часов, покрыв за это время расстояние в 6235 км. В Лос-Анжеле- се астронавтов ждал бан- кет, устроенный в их честь Президентом Никсоном. Подводя итог своим впе- чатлениям, Армстронгска- зал: «Возможно, в тре- тьем тысячелетии какой- нибудь межпланетный странник увидит и проч- тет на Базе Спокойствия надпись на табличке. И она поведает ему, что в нашем веке там побывали земляне. Утром в Нью- Йорке мне бросился в гла- за самодельный плакат с надписью: «Благодаря вам мы соприкоснулись с Лу- ной». Сегодня нам посча- стливилось вновь сопри- коснуться с Америкой. Мне кажется, что ее горя- чими приветствиями и, особенно, ее радостными улыбками страна переда- ла нам свои самые теп- лые, самые искренние чувства. Мы надеемся, что все наши соотечест- венники разделяют с на- ми веру в то, что это на- чало новой эры, когда че- ловек начнет понимать Вселенную, когда начнет понимать самого себя».
«Встречи с миллионами соотечественников будут наиболее трудной частью нашей миссии» После карантина, выступая на пресс-конференции, Нил Армстронг сказал, что наибо- лее трудной частью всей ко- смической миссии будут встречи с широкой обществен- ностью и публичные выступ- ления. Возможно, для Арм- стронга, Олдрина и Коллинса это и было самым трудным. Но тем не менее, во время триумфальной поездки по стране неподдельная скром- ность и шарм астронавтов завоевали им бесчислен- ное множество поклонников. Встречая астронавтов в ООН, генеральный секретарь У-Тан говорил в своем приветствен- ном обращении об «общно- сти всех обитателей нашей планеты». В Чикаго гул мил- лионной толпы вдруг обор- вался, когда в громкоговори- телях вновь зазвучал при- зыв Президента Джона Ф.
Кеннеди о высадке человека на Луну до конца 1960-х го- дов. На торжественном бан- кете в Лос-Анжелесе, на кото- рый съехалось около полуто- ра тысяч выдающихся деяте- лей страны, Президент Ник- сон поздравил астронавтов с выдающимся достижением и вручил каждому из них выс- шую гражданскую награду США — «Медаль свободы». Целый день астронавты оста- вались приветливыми и спо- койными, как, впрочем, и во время всего полета. Так за- кончился день, но астронав- тов ожидали другие встречи. Бурными овациями приветствовали астронавтов общественные деятели, члены Конгресса и Кабинета и представители восьмидесяти с лишним стран на банкете в Лос-Анжелесе (фото слева), где Президент Никсон вручил героям медали (фото вверху слева). Астронавтам предстояли новые чествования. На фото: Коллинс с семьей (верхний снимок) и Олдрины (в центре) на параде в Хьюстоне. Армстронг с семьей на параде в городе Уапаконета, Охайо. 63
Конгресс, а вместе с ним и вся страна рукоплещут Официальное чествование астронавтов достигло куль- минационной точки в Ва- шингтоне, когда они высту- пили перед обеими палата- ми Конгресса (фото внизу). В своем обращении Арм- стронг сказал: «Наш полет, по сути, начался в кулуа- рах этого здания». Взывая о дальнейшей поддержке программы космических исследований, Коллинс от- метил, что «конечно, мы не можем запускать наши межпланетные корабли с трамплина бедности, дис- криминации и волнений,
кантастическому подвигу и отваге героического экипажа «Аполлона-11» но мы также не можем и ждать до тех пор, пока не разрешим наши земные проблемы». Представляя астронавтов, спикер Пала- гы Представителей Джон Маккормик сказал: «Люди эти олицетворяют лучшее, что есть в Америке. Благо- даря их умению, сработан- ности, фантастической от- ваге и целеустремленности человечество достигло важ- нейшего поворотного пунк- та на своем пути». Астро- навты вручили спикеру Маккормику и Вице-прези- денту Спиро Агню миниа- тюрные американские фла- ги, побывавшие с ними на Луне (нижнее фото слева). В тот же день астронавты посетили министра почт Уинтона Блаунта, показав- шего марку, которая была выпущена в память посад- ки на Луну (верхнее фото слева), и еще раз полюбо- вались образцами лунной породы (слева в центре).
ГАБОН ЧЕХОСЛОВАКИЯ ИРАН ФУДЖЕЙРА Аполлон-11 ВЕНГРИЯ Очень многие страны отметили исторический по- лет «Аполлона-11» выпуском юбилейных марок. Здесь мы помещаем образцы этих марок (марки Венгрии. МНР и султаната Рас-эль-Хайма не- сколько уменьшены). Эти выпуски были с энтузи- азмом встречены не только филателистами, но и многими американцами, не собирающими марки. РАС-ЭЛЬ-ХАЙМА МНР