И.В. Вачков, А.Е. Наговицын,
В.И. Пономарева

Жила-была Баба Яга…
Психологические и культурологические
аспекты образа

«Академический проект»
Москва , 2023

УДК 159.9
ББК 88
В 22

В 22

Вачков И.В.
Жила-была Баба Яга... Психологические и культурологические аспекты
образа / И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. — 2‑е изд. — М.:
Академический проект, 2023. — 375 с. — (Психологические технологии:
Сказкотерапия).
ISBN 978-5-8291-3842-4
Книга известных отечественных специалистов по сказкотерапии И.В. Вачкова,
А.Е. Наговицына и В.И. Пономаревой посвящена исследованию и описанию атрибутов Бабы Яги как архетипического персонажа фольклорных текстов. Подробно
рассмотрено также пространство ее обитания, взаимоотношения с главными героя­
ми волшебных сказок, ее спутники, помощники и слуги. В приложениях анализируется потенциал этого архетипа при психотерапевтическом лечении, приводятся
авторские и народные сказки с участием Бабы Яги.
Книга рассчитана на специалистов-сказкотерапевтов, а также на всех интересующихся вопросами фольклора и персонажами волшебных сказок.

УДК 159.9
ББК 88

ISBN 978-5-8291-3842-4

© Вачков И.В., Наговицын А.Е.,
Пономарева В.И., 2022
© Оригинал-макет, оформление.
«Академический проект», 2023

Предисловие
В русском сказочном фольклоре имеются традиционные, часто встречающиеся персонажи: Иван-царевич, Иван-дурак, Василиса Премудрая,
царь, Змей Горыныч и многие другие. Однако самым загадочным персонажем русского (и шире — с​ лавянского) фольклора для многих является
Баба Яга.
«Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается» — к
​ то не знает
это традиционное присловье, рефреном проходящее через волшебные сюжеты. Что касается «дел» Бабы Яги, то за многовековую историю участия
этого колоритного образа в сказках он приобрел противоречивые, с точки
зрения современного читателя/слушателя/зрителя, черты.
Уникальная психологическая способность человека хранить социокультурную память прошлых поколений, порой (даже и чаще всего) автономно от рассудка, никогда не пропадает бесследно, а может всплывать
вроде бы спонтанно, но на самом деле — в​ необходимый момент. Ухватить
смысл, задачи и перспективы этого феномена помогает символическое сознание, то есть сфера, находящаяся вне рамок рационального контроля.
Это — з​ она действия психологии и сказкотерапии как в целях профилактики, так и психокоррекции, а также развития личности.
Сказочное пространство велико и многогранно. В нем переплетается множество смыслов, которые с течением времени наслаиваются
друг на друга. Выявление их необходимо психологу вовсе не для того,
чтобы «алгеброй гармонию поверить», а затем, чтобы обеспечить поддержание здоровой психологической настройки и успешного взаимодействия внут­риличностных структур клиента, как индивидуального,
так и группового.
Когда мы в детстве знакомились со сказками, где появлялась Баба Яга,
то реагировали на этот образ скорее эмоционально, чем рационально. Мы
не задумывались над особенностями ее поведения и внешними чертами,
которые часто повторялись.
Но взрослых, вернувшихся к знакомым сказкам, безусловно, поставит
в тупик множество странных деталей в текстах.
Начнем хотя бы с имени. Оно и в современном написании отличается:
то Баба Яга, то Баба-Яга, то Баба-яга, а то и баба-яга. Даже в словарях
отсутствует полное единодушие. Полагаем, что правильнее форма Баба
Яга, поскольку соответствует фольклорной традиции «прирастания»
прозвища к имени персонажа: Змей Горыныч, Кощей Бессмертный, Илья
Муромец, Алеша Попович. К тому же в разных сказаниях хозяйка из-

6

Предисловие

бушки на курьих ножках называется или просто Яга, или Ягинишна,
Егинишна.
А кроме того, у этой старухи и прозвище ведь имеется: Баба Яга-костяная нога. Это как? Вместо обычной ноги просто кость торчит? Совершенно непонятно! Кстати говоря, среди огромного количества кукол
Бабы Яги, встречавшихся авторам этой книги, не оказалось ни одной,
у которой была бы костяная нога. Видимо, авторы этих кукол тоже не
слишком понимали, что стоит за этим прозвищем.
Живет Баба Яга в избушке на курьих ножках (или подпертой блинами), да еще и окруженной забором из человеческих костей с черепами.
Жилище очень странное, особенно если учесть, что оно имеет способность
вертеться вокруг своей оси. Интересно, где строители этой удивительной
избушки добыли курицу таких размеров, что на ее ногах легко удерживается вес жилища со всякой утварью, его обитательницей и частыми гостями? Правда, курьи эти ножки не бегают, а топчутся на одном месте.
Почему эта избушка стоит в темном дремучем лесу (часто на опушке,
то есть на окраине, этого жуткого леса)? И людей, очевидно, поблизости
нет, не селятся они в тех краях. Хотя, впрочем, это-то и понятно: неуютно
жить рядом с домом, вокруг которого частокол с насаженными на него
человеческими черепами, у которых жутко горят глаза. Не придают оптимизма и кости, разбросанные вокруг.
Баба Яга заманивает к себе добрых молодцев и маленьких детей якобы для того, чтобы их съесть. И в то же время к ней приходят за советом
и помощью сказочные герои и богатыри. Впрочем, манера общения Бабы
Яги вызывает недоумение, поскольку, мягко говоря, оказывается весьма
противоречивой. Посудите сами. Приходит Иван-царевич (или Иван-дурак, в нашем случае это почти синонимы) к избушке Бабы Яги и видит:
стоит перед ним дом «без окон, без дверей», да еще на курьих ногах.
Однако Иван откуда-то знает, что надо в этой ситуации делать: он произносит сакраментальную фразу: «Избушка, избушка, повернись к лесу
задом, а ко мне передом». Передом — ​надо полагать, это тем местом, где
все-таки дверь в избушку обнаруживается. Непонятно почему, избушка
этого невесть откуда взявшегося проходимца слушается и поворачивается. Хотя, казалось бы, что ему, молодому, трудно самому дом обойти? Нет,
почему-то, видимо, нельзя. Забирается Иван в избушку и… Тут возможны
варианты. Первый: хозяйки дома нет, и гость ее дожидается. Второй: она
на месте. Но вот что интересно: диалоги почти всегда и в том, и в другом
случае разворачиваются по одному и тому же сценарию. «Фу-фу! Русским
духом пахнет!» — ​голосит Баба Яга. Снова вопрос: то ли русские пахнут
как-то особенно ядрено, то ли тут скрытый подтекст? Опять же, почему
она только запах чует, хотя Иван-то вроде бы перед ней находится?

Предисловие

7

В какой-то момент Баба Яга грозится Ивана съесть. Вот тут случается очередная неожиданность. Иван, вместо того чтобы испугаться, вдруг совершенно нахальным образом требует: «Ты меня сначала
напои, накорми, в баньке попарь, спать уложи, а уж потом разговоры
разговаривать будем». Удивительно, но Баба Яга слушается его так же,
как избушка, и выполняет все капризы. А наутро ее отношение к Ивану кардинально меняется. Превратившись в заботливую старушку, она
интересуется: «Дело пытаешь или от дела лытаешь? Рассказывай!» Выяснив подробности злоключений Ивана, как правило, разыскивающего
свою похищенную невесту или жену, Баба Яга отказывается от желания
его съесть и говорит о том, что без ее помощи ему не справиться. С чего
вдруг она решила ему помогать? Мало этого — ​от слов она переходит
к делу, и Иван получает волшебные подарки: путеводный клубок, мечкладенец или коня богатырского, а то и все вместе.
Более того, в некоторых сказках Баба Яга дает ему ценные советы
о том, как погубить Кощея Бессмертного, который, судя по некоторым
источникам, является ее близким родственником, или Змея Горыныча,
подсказывает координаты их местонахождения. Почему?!
По-разному относится Баба Яга к персонажам мужского и женского пола. Иванам она, как правило, помогает и отправляет в тридевятое
царство, а вот Василису, изрядно помучив, в лучшем случае отправляет
домой, но чаще девушек преследует, когда те от нее сбегают.
В славянском фольклоре Баба Яга обладает несколькими устойчивыми
атрибутами: умеет колдовать; летать в ступе, погоняя ее пестом и заметая
след помелом или метлой… Правда, и здесь нелогичными кажутся действия Бабы Яги в некоторых сказках. Например, в сказке, которая так
и называется «Баба Яга», наша героиня преследует девочку, убежавшую
из ее избушки. Девочка бросает волшебный гребень — ​вырастает дремучий лес. Казалось бы, какие проблемы для Бабы Яги — ​она же на ступе
летает. Набрать высоту — и вперед! Ан нет! Она вынуждена по каким-то
непонятным причинам ломать и прогрызать лес. Затем девочка бросает
полотенце — п
​ оявляется река. Опять — н
​ у почему бы не перелететь такую
несущественную преграду? Невозможно почему-то. Баба Яга вынуждена
вернуться, пригнать быков и заставлять их выпить воду — ​безуспешно,
правда. После чего — ​тоже тщетно — ​пытается выпить реку сама. Ну где
логика?
Все перечисленное — ​это далеко не полный перечень загадок Бабы
Яги, над которыми не одно десятилетие ломают головы специа­листы:
культурологи, фольклористы, психологи.
Эта книга — ​попытка разгадать их. Каждый секрет Бабы Яги имеет
разные версии ответов. Какие-то более убедительны, какие-то менее.

8

Предисловие

Может возникнуть вопрос: а зачем психологу нужно знать так много
и в таких подробностях о Бабе Яге и ее окружении? Не достаточно ли обращения непосредственно к сказкам как первоисточнику? Но, во‑первых,
каждому специалисту полезно знать предмет, которым он занимается,
и чем доскональнее, тем лучше; во-вторых, Баба Яга как персонаж чрезвычайно интересна.
Правда, по целому ряду вопросов среди исследователей нет единого
мнения. Авторы предприняли попытку обширного анализа имеющихся
подходов, высказав собственное мнение, и снабдили его научно-методическим материалом в виде психологических практик, а также авторскими
и народными психологическими сказками.
Надеемся, после прочтения этой книги образ Бабы Яги станет вам
ближе и понятнее.

Глава 1. Психологические
и культурно-исторические
корни образа Бабы Яги
Психологические ресурсы образа Бабы Яги
Психологическое значение образа Бабы Яги до сих пор вызывает споры.
К. Г. Юнг, проявлявший огромный интерес к сказкам и сказочным
персонажам, отмечал, что в мифах и сказках, как и в сновидениях, душа
высказывается о себе самой, и архетипы становятся откровенными в их
естественной игре друг с другом как «творенье, перетворенье, вечного
духа вечное развлеченье» 1. В качестве архетипа Баба Яга выступает как
яркий пример трикстера, проявляющего трудносовместимые черты 2.
Опираясь на разработки представителей юнгианской психологии, можно
утверждать, что этот образ является одним из самых мощных архетипических образов сказок.
Однако ряд других исследователей видят в Бабе Яге исключительно
воплощение злой колдовской силы, изначально враждебной человеку.
Так, Е. М. Мелетинский пишет: «Ясно, что за Бабой-ягой некогда скрывался древний могущественный дух, что она — о
​ бобщение демонических
сил, противостоящих сказочному герою» 3.
Соглашаясь с Е. М. Мелетинским в том, что Баба Яга есть проявление древних хтонических сил, А. Е. Наговицын вместе с тем указывает:
«По аналогии с другими мифологическими системами (в вавилонской —​
богиня Тиамат, этрусской — ​Медуза и т. д.) Яга может олицетворять
первоматерию, из которой все возникло и попадание в которую является
полной аннигиляцией (съедание). Как правило, она то добрая, то злая,
в одних случаях помогает герою, способствуя его преобразованию, воцарению, в других пытается героя съесть. Но даже попытка съедания —​
способ своеобразного перевоплощения героя» 4.
1

Юнг К.Г. К феноменологии духа в сказках // Дух Меркурий. М.: Канон, 1996. С. 199–

252.
2
Юнг К.Г. Психология образа трикстера // Юнг К.Г. Душа и миф. Шесть архетипов.
Минск: Харвест, 2004. С. 338–358.
3
Мелетинский Е.М. Герой волшебной сказки. М.; СПб.: Академия исследований культуры; Традиция, 2005. С. 168.
4
Наговицын А.Е. Тайны мифологии славян. М.: Академический проект; Традиция,
2009. С. 71.

10

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

На этот же факт указывают авторы энциклопедии «Русская мифология»: «В рамках мифологического сознания прообраз Бабы-Яги не
мог квалифицироваться как положительный или отрицательный в современном понимании этих признаков. И в сказках, отражающих элементы мифологического мировосприятия, Баба-Яга представляет собой
и страшную старуху, полновластную “хозяйку леса”, грозного и всемогущего стража входа в потусторонний мир, и мудрый, вещий персонаж,
покровительницу и советчицу, но только того героя, который знает, как
нужно себя вести с ней» 1.
По всей видимости, категоричное отнесение этого персонажа
к единственной, определенной категории не является правомерным.
В образе Бабы Яги при психологическом анализе сказок выделяются
самые разные ее качества, имеющие амбивалентный характер: злобность и готовность помочь, стремление уничтожить героя и способность его вознаградить, коварство и искренность.
Такая многоаспектность образа Бабы Яги делает его чрезвычайно
привлекательным для сказкотерапевтической работы. Ведь практически
каждый из клиентов воспринимает его по-своему. Разные люди при
рассмотрении сказок с участием Бабы Яги «высвечивают» (или, возможно, правильнее сказать, для них «высвечиваются») разные эпизоды
сказок и разные качества ее сложной личности. При этом очевидно, что
трактовки клиентами этого образа говорят больше о самих клиентах,
чем о Бабе Яге. Фактически ее образ становится великолепным стимулом для получения проективного материала от клиента, так важного
для понимания сказкотерапевтом его отношения к миру и к людям,
важных для него человеческих качеств, базовых для него жизненных
принципов и проч. Однако психологическая значимость образа Бабы
Яги этим не исчерпывается. Будучи эмоционально насыщенным и мало
кого оставляющим равнодушным, этот двойственный образ полезен
для активизации социально-психологических процессов в групповой
работе. Он становится своеобразным стартером для запуска групповой
динамики, превращая обычные упражнения в увлекательное действие
и мотивируя участников к самораскрытию. Мало имеется других сказочных образов, сопоставимых по эффективности в этом отношении
с образом Бабы Яги.
Кроме того, не следует забывать, что ядром вообще всех сказок и сказок о Бабе Яге в частности является метафора, обладающая рядом характеристик, которые делают ее едва ли не универсальным инструментом
психологической и психотерапевтической работы, в том числе со взрос1

Русская мифология. Энциклопедия. М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2005. С. 479–480.

Глава 1. Психологические и культурно-исторические корни…

11

лыми людьми 1. Использование метафорически насыщенных эпизодов из
сказок с участием Бабы Яги способствует решению различных сказкотерапевтических задач.

Происхождение образа Бабы Яги
Образ Бабы Яги многократно исследовался под разными ракурсами, в том числе в фундаментальных научных трудах А. А. Потебни
и В. Я. Проппа. В частности, А. А. Потебня, П. А. Лавровский и А. Н. Афанасьев связывали образ Бабы Яги с олицетворением враждебных зимних
бурь, аргументируя свой подход присущими ей атрибутами, в первую
очередь костяной ногой. Понятие костенеть означает омертвение, а вся
природа, замирая, будто бы мертвеет именно зимой. В. Я. Пропп считал,
что в нем запечатлен трансформированный образ архаического божества,
возможно, женщины-животного.
Д. К. Зеленин в предисловии к сборнику «Великорусские сказки Вятской губернии» (1915) отмечает, что распространителями их чаще всего
оказывались солдаты 2. Нетрудно предположить, что именно первопроходцы, преимущественно военного звания (новгородские вольные уйшкуны, казаки, ратники), и могли принести в Россию из своих походов первые
упоминания о Бабе Яге, причем доставили их из Сибири.
Английский поэт и дипломат Дж. Флетчер, побывавший на Урале
и в Сибири в конце XVI века, по возвращении на родину написал книгу
«О государстве Русском», в которой упоминал о нашей героине:
«Что касается до рассказа о Золотой Бабе или Яге-бабе, о которой
случалось мне читать в некоторых описаниях этой страны, что она есть
кумир в виде старухи, дающей на вопросы жреца прорицательные ответы
об успехе предприятия или о будущем, то я убедился, что это простая басня»3. Однако его мнение на настоящее время уже устарело, что нисколько
не принижает заслуг автора.
Существуют и другие весьма экзотические версии. По одной из них,
этот ярчайший сказочный персонаж был перенесен в русские народные
сказки из индийских повествований, в которых она была наставником/
учителем йоги; по другой — и
​ з Центральной Африки, где проживало племя людоедов ягга, возглавлявшееся королевой.
1
Вачков И.В. Возможности метафоры в сказкотерапевтической работе со взрослыми // Клиническая и специальная психология. 2015. Т. 4. № 1. C. 75–88 // URL: http://
psyjournals.ru/psyclin/2015/n1/Vachkov.shtml
2
Великорусские сказки Вятской губернии: с приложением шести вотяцких сказок. Сб.
Д.К. Зеленина. Пг., 1915.
3
Цит. по: Веселовский Н. Мнимые каменные бабы // Вестник АИ. Вып. 195. СПб., 1915.

12

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

В отношении славянской традиции примечательным является тот
факт, что возникший на обширном историческом пространстве образ
Бабы Яги трансформировался в северных и южных регионах. Так, у северян она прежде всего — к
​ олдунья и повелительница природных царств
(приоритетно — ​лесных), причастная к инициационным ритуалам, оказывающая помощь и одаривающая достойных. Отметим, что речь идет
о колдунье — ​хозяйке зверей, прародительнице всего живого, ведающей
судьбами людей и наделяющей шаманов их сверхъестественной силой.
Связь Яги со смертью также может объясняться этим ее прообразом,
поскольку «…смерть на некоторой стадии мыслится как превращение
в животных».
Но так как смерть есть превращение в животных, то именно хозяин
животных охраняет вход в царство мертвых (то есть в царство животных)
и дает превращение, а тем самым власть над животными, а в более позднем
осмыслении «дарит волшебное животное».
Вероятно, такая женщина символически представляла все ту же Великую Мать, богиню — ​повелительницу и прародительницу животных,
связанную с потусторонним миром мертвых.
У южан — ​это в первую очередь воительница, выступающая в двух
ипостасях. В качестве противника героя, с которым сражается (во многих случаях — ​победоносно), одолеть ее может лишь богатырь, обладающий особыми качествами не только силы, но и ума. В другой — к
​ ак
степная богатырша-всадница, противостоя нагрянувшим в ее земли
захватчикам-богатырям, во главе несметного войска, которое «как
бы облако катится по краю неба» 1. По предположению академика
Б. А. Рыбакова, в основу сказок-легенд о воинственной Яге-богатырше, которая обитает где-то «за степной рекой среди шелковых трав,
у криничной воды возле моря», возможно, легли сказания о войнах
с царством амазонок, которые жили у Меотиды и при этом имели
вполне исторические корни и основания 2. Потерпев поражение, Яга
проваливается в подземелье, то есть Нижний мир, что нетрудно сопрячь с идеей связи ее со смертью. Таким образом, вкупе все аспекты «южного пути» этого сказочного персонажа также обращают его
к древнейшему происхождению от Великой Матери.
Однако следует признать, что задача исследования культурно-исторических корней происхождения и трансформации образа Бабы Яги актуальна до сих пор, поскольку имеющиеся на сегодняшний день взгляды
и подходы во многом разнятся.
1
2

Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М.: Наука, 1994. С. 586.
Там же. С. 587.

Глава 1. Психологические и культурно-исторические корни…

13

Этимология имени
В этом вопросе у филологов, лингвистов, славистов и даже писателей тоже наблюдается широчайший спектр мнений. По одной из
версий, имя Бабы Яги обозначает ее как хозяйку подземного ада. Так,
в словацкой сказке она обращается к жертве со словами: «Ты хочешь
идти в пекло? Я — Е
​ жи-ба-ба».
Но прежде чем соглашаться или опровергать эту точку зрения, как,
впрочем, и другие, было бы, на наш взгляд, необходимо совершить хотя
бы самый беглый языковой экскурс, чтобы взглянуть, как называют эту
сказочную особу в разных славянских языках. Итак:
– – в русском: Яга, яга-баба, еги-баба, ягая, Ягишна, Ягабова, Егибаба;
–– украинском: Баба-Язя, Язя, Язі-баба, то есть ведьма (или волосатая
гусеница), Гадра;
–– польском: jędza, babojędzа — ведьма, злая баба (поскольку jędzić
się — ​означает злиться);
–– чешском: jezinka, Ježibaba — в​ едьма, лесная баба;
–– сербском: баба jега — у
​ жас (jeз̀ ив значит опасный);
–– словенском: jaga baba, ježi baba — ​гневная (jezíti в переводе — ​сердить),
–– болгарском: еза́ — мука, пытка.
Праславянское (j)ęgа исследователи сближают с литовским ìngis (лентяй), латышским îgt, îgstu (исходить, чахнуть, досадовать), îdzinât (вызывать
досаду, раздражать, дразнить, делать противным). По поводу возможной
связи с древнеиндийским yák ṣmas (болезнь, истощение) имеются разногласия,
как и относительно схожести с албанским ídhëtë (горький).
Еще бол
́ ьшие споры у ученых вызывает возможность успешно реконструировать праформу *jěgа и допускать связь имени Бабы Яги со значениями с яга́ть (кричать) и егоза.́ Встречаются даже предложения определять слово яга́ в качестве заимствования от тюркского *ämgä (страдать)
или финского äkä (гнев). Однако гораздо чаще специалисты сближают
православное яга (*ega) с обозначениями змей, гадов, что указывает на
хтонические истоки образа. Примечательно, что гадами в сказках называют детей Бабы Яги. Однако при этом не стоит забывать, что в русском
языке имеется когнат — о
​ днокоренное слово, имеющее общее происхождение и близкое звучание в нескольких славянских языках, а именно язва.
Кроме того, можно предположить переосмысление древнего заимствованного названия, которое привело к появлению в праславянской форме
(j)ęgа вариантов с -z- и -ž- в западнославянских языках, а при отсутствии
переосмысления — с​ охранение в ней -г- в русском.

14

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Примечательно, что на языке народа коми яг означает сосновый лес,
бор, а баба — женщина. Тогда оказывается, что Баба Яга — ​лесная женщина. Выдающийся русский филолог-славист П. А. Лавровский считал,
что значение имени Бабы Яги нужно воспроизводить, отталкиваясь от
санскритского корня ah, auh (идти, двигаться).
Такой авторитетный автор, как М. Фасмер, этимологически сближает
слово как со славянскими языками, так и с прибалтийскими, а также анг­
лийским и исландским, но не признает подобной близости в отношении
тюркских, индийского, албанского, латинского 1.
Нетрудно заметить, что все приведенные трактовки так или иначе связаны с болью и ужасом. С точки зрения исторической психологии это понятно, так как все перечисленные народы были давно
христиа­низированы. Дело в том, что как православные, так и католические священники рассматривали все дохристианское как зло и явное
проявление сатаны. Поэтому Баба Яга стала рассматриваться как нечисть и зло в различных, порой нелепых формах. Например, в одной
из северных сказок она каждый день летает для того, чтобы испражняться в том месте, где женщины стирают белье (!). Как будто делать ей
больше нечего… Кроме того, приводится ассоциативная связь ее имени
с прозвищем мертворожденных детей — и
​ гоша 2, отношение к которым
среди православных в России было крайне негативным, и секте хлыстов даже приписывался ужасный обряд ритуального умерщвления
младенца для кощунственного причастия с использованием действий
и атрибутов, присущих Бабе Яге: тельце несчастного запекали в печке,
а затем толкли пестом в ступе.
И при всем при том известны случаи прямого указания на ее православие и даже религиозность. Так, в «Сказке об Игнатье-царевиче
и о Суворе-невидимке мужичке» она предлагает герою помолиться
на ночь:
«— О! Игнатий-царевич, — ​молвила Ега-Баба, — ​далеко еще тебе
ехать, однако молись богу и ложись спать, утро вечера мудренее.
Поутру, лишь чуть стало рассветать, Ега-Баба начала будить Игнатия-царевича:
— Вставай, Игнатий-царевич, пора тебе, доброму молодцу, в путь
ехать» 3.
1
Фасмер М.Р. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. М.: Прогресс, 1964–
1973. Т. 1.
2
Журавлев А.Ф. Наивная этимология и кабинетная мифология: (Из наблюдений над
мифологизмом А.Н. Афанасьева) // Язык как средство трансляции культур. М., 2000.
3
Сказка о Игнатье-царевиче и о Суворе-невидимке мужичке // URL: http://feb-web.
ru/feb/skazki/texts/srz/srz‑094-.htm

Глава 1. Психологические и культурно-исторические корни…

15

Новым ресурсом подхода к этимологии имени Бабы Яги является авторский метод ритмофонетического анализа А. Е. Наговицына. С этой
точки зрения получается:
Б — ​берегущая;
А — ​значальное.
При этом удвоение (БА) дает усиление смысла (например, мама) или
умножение. Подобный прием удвоения присущ многим языкам.
Я (ЙА) — о
​ плодотворяющий мужской принцип (Й) изначального (А),
Г — ​глагол
А—и
​ значального.
Имя «Яга» недвусмысленно указывает на эгоцентризм (перенос на
себя) глагола великого, то есть использования божественных сил в личных
интересах; на ее связь с родами и припеканием — ​излечением больного
или слабого ребенка указывает то, что диалектное слово ягать (орать
при родах). Поэтому ее имя Яга обозначает, что она — ​старая матерая
баба-повитуха, которая посвящает дитя в ребенка определенного пола,
погружая его в печь — ​символ материнского лона, после чего, как бы родившись заново, это дитя и становится человеком. То же касается и процессов инициации ребенка во взрослый возраст.
Еще В. Даль трактовал Яга как аналог сибирского и оренбургского
слова яргак/ергак, означающего шубу мехом наружу из жеребячьих шкур
или неблюя — ш
​ кур оленят в возрасте до года. Известно, что в некоторых
регионах, например в Тобольском, такую шубу шили из козьих шкур 1.
Нам представляется, что имя Яга этимологически более всего близко
как раз к козлиной шкуре. Во-первых, имеет место полное совпадение
звучания. Кстати, в крымско-татарском и уйгурском языках jаɣа — это
воротник, а воротник по-татарски и по-турецки — j​ aka.
Во-вторых, и это тем более важно, козел исстари понимался в традиции индоевропейцев как проводник в иные миры. Достаточно вспомнить,
что германский бог-громовник Тор ездил сразу на двух козлах, аналогичный транспорт предпочитал и литовский бог-громовержец Перкунас. А древнегреческий верховный бог Зевс (разумеется, тоже любивший
и умевший погромыхать), который был вскормлен на Крите козой Амальтеей, имел в качестве атрибута эгис (или эгиду) — ​козью шкуру. Так что
когда в современной речи используется словооборот «под эгидой», то
подразумевается, что под прикрытием этой самой вещи.
Откуда же такая приверженность небожителей? Дело в том, что козел
связывает громовержца с подземным миром, чтобы тот имел власть над
ним и мог преследовать и наказывать служителей темных сил. Он является
1

Живая старина. 1899. Вып. 4. С. 518.

16

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

для небесного божества проводником, оружием и оберегом в подземном
царстве.
Подводя итоги, можем сформулировать несколько выводов.
1. Разнообразие взглядов и подходов к происхождению имени Бабы
Яги свидетельствует о неугасающем интересе к этому сказочному персонажу и необходимости скоординированности дальнейших исследований,
которые не могут быть ограничены представителями филологического
направления научной мысли.
2. По нашему мнению, истоки этимологии имени Яга обусловлены
в первую очередь традиционными верованиями наших предков, а именно
с идеей трех миров мирозданья и способности оборотничеством в козла.
Это связано с природными способностями этого животного, которое может забираться на самую высокую гору и опускаться в самое глубокое
ущелье. Иными словами, метафизически ему доступны все три мира: небесный, земной и подземный.
Одевшись в козлиные шкуры, древние жри́цы и шаманки могли как
бы перемещаться между мирами. Такая шкура во время камлания, или
обряда, вызывала у окружающих само собой психологическое ощущение
перемещения, а зачастую перемещение с самим шаманом в иные миры
через соответствующие видения. Скотоводческие народы испокон века
знали, что в отаре овец всегда ведущим является козел. Без такого проводника подслеповатые овцы разбрелись бы во все стороны.
3. Эпитеты «ужасная», «страшная», «злая» и т. д. по отношению к Бабе
Яге появляются после победы христианства над многобожием, и подобные
негативные характеристики присваивались не только ей, но и другим дохристианским мифологическим, религиозным и даже большинству сказочных иномирных персонажей или тех образов, которые не имеют прямых
аналогов в современном священнику мире. Одновременно служители побежденных религиозных культов получали клеймо колдунов и ведьм.
4. Этимологическое соотнесение имени Бабы Яги с козлиной шкурой
может весьма плодотворно использоваться в психологической практике, в частности, в области личностного роста и успешной коммуникации,
построении медитативных методик. Трехмирье при этом может представляться, например, уровнями развития личностных качеств человека,
дистанцирования в общении и др.

Аналоги Бабы Яги в мировом фольклоре
Не задавались ли вы вопросом: Баба Яга — ​она одна такая? В самом
деле, неужели только у славян есть такой нестандартный и загадочный
персонаж, а остальные народы оказались в этом отношении обделены?

Глава 1. Психологические и культурно-исторические корни…

17

Оказывается, нет. Хотя абсолютно идентичных Бабе Яге персонажей отыскать вряд ли удастся, но «близкие родственники» в мифологии все-таки
имеются.
Можно провести определенные параллели образа Бабы Яги с персонажами мифов других народов, опираясь на ряд признаков. Так, Ю. С. Степанов указывает тех персонажей, чье имя, как и у Яги, имеет похожий
корень -ie. Это древнеиндийский бог загробного мира Яма, латинский
Янус — б
​ ог входов и выходов, греческая Иасо́ — б
​ огиня исцеления и греческий же герой Ясон — ​буквально целитель. У Януса есть жена Iana
(иног­да встречается вариант Диана), являющаяся его женской ипостасью.
Однако созвучие имен — н
​ е слишком надежный признак для установления прямых связей. Поэтому Ю. С. Степанов, анализируя образ Януса, использует еще один признак — ​принадлежность обоих персонажей
к «двум мирам». Двуликий Янус является богом перехода между двумя
мирами. Избушка Бабы Яги, как известно, служит переходом между обычным миром и миром Смерти.
Также, по мнению автора, сближает этих персонажей и сюжет ловли детей. В некоторых мифах Янус (точнее, не Янус, а его женская ипостась — ​Диана или Карда) то охраняет детей от вампиров, то, наоборот,
допускает кровососов к детям, спящим в доме. Сходную противоречивость
поступков наблюдаем и в поведении Бабы Яги: то она сажает детей на
лопату, чтобы сунуть в печь, то позволяет им сбежать.
Помимо созвучия имени Бабу Ягу и древнеиндийского бога Яму, например, сближает такой нестандартный признак, как наличие костяной
ноги.
Нельзя не отметить и родство Бабы Яги с греческими эмпусами.
Кто такие эмпусы? Эти не слишком симпатичные мифические девушки
(у каждой из них одна нога была ослиная, другая — ​бронзовая) являлись суккубами-вампирами, способными еще и оборачиваться в собак.
Наверняка вы помните, что у Бабы Яги тоже в некоторых сказках нога
не костяная, а металлическая, или ноги разные — ​«одна нога говенна,
другая наземна». Эмпусы были дочерями и спутницами мрачной богини
Гекаты, которая, кстати, как и супруга Януса Диана, любила появляться
у кладбищ и перекрестков, при этом из обуви предпочитала бронзовые
сандалии.
Видимо, богиня Геката и Баба Яга — н
​ аиболее близкие «по духу» персонажи. Стоит вспомнить, что Геката — ​скотья богиня, «вместе с Гермесом на скотных дворах она множит скотину…» 1. Яга, согласно русским
сказкам, владеет стадом кобылиц (вариант — ​коров или овец), которых
Гесиод. Теогония (о происхождении богов) // URL: https://drevniebogi.ru/wp-content/
uploads/2014/02/gesiod-teogonia.htm
1

18

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

в качестве испытания дает пасти Ивану-царевичу, то есть она тоже «множит скотину». Говоря о Гекате, Гесиод пишет: «Вверил ей Зевс попеченье
о детях, которые узрят после богини Гекаты восход многовидящей Эос» 1.
Иными словами, Геката впускает в этот мир рождающихся детей. Русская богиня Макошь на вышивках изображена женщиной в окружении
рожениц — ​Лосих.
Изучение микенских эпиграфических и иконографических памятников показывает, что в сферу влияния великой богини Матери Атаны (прообраза Афины) входили природа, рождение и смерть, владычество над
зверями. У этрусков ее полномочия были распределены между богиней
жизни Минервой и царицей смерти Медузой (так же как у древних греков
и римлян). Мы полагаем, что в древнейшие времена они рассматривались
как ипостаси одной богини-матери.
Ю. С. Степанов указывает, кроме того, на сходство Бабы Яги с германскими фрау Холле, или Гольдой, владычицей Царства мертвых, и Бертой, или Перхтой, связанной с плодородием земли и прядением. Функции
этой Перхты фактически совпадают с функциями Макоши. Отметим, что
Перхта-Хольда обитает под землей — ​в колодцах. Как и Баба Яга, она
повелевает дождем, снегом и вообще погодой 2.
При внимательном рассмотрении описания внешности Перхты опять
натыкаемся на тот же признак: у нее, как у Бабы Яги, уродливая нога.
А Берта оказывается еще и обладательницей железного носа (видимо,
произошло смещение атрибута во внешности персонажа).
Интересно, что существует третий германский аналог Бабы Яги —​
Штампа, чье имя переводится как «толочь, мять» и «тяжело ступать, топать ногами» и связано со словами «ступа» и «ступать». Ну как тут не
вспомнить о том факте, без своего неизменного атрибута — с​ тупы — Б
​ аба
Яга или плохо передвигается или не передвигается вообще! В колодахступах на Руси некогда хоронили покойников. Существовало поверье, что
некоторые, в основном «незалежные покойники» 3, могли летать в своих
гробах, то есть ступах.
По мнению А. А. Королева, существует связь Берты и Перхты —​
относительно добрых аналогов Бабы Яги — ​с кельтской богиней Бригиттой 4.
Гесиод. Теогония (о происхождении богов).
Степанов Ю.С. Константы: Словарь русской культуры. Опыт исследования. М.: Языки русской культуры, 1997. С. 89–91.
3
Незалежные покойники — э​ то умершие колдуны и злые ведьмы, а также люди, умершие злой, то есть неправильной смертью: самоубийцы, висельники, утопленники, сгоревшие
заживо, некрещеные дети. Иными словами, все, кто умер без отпевания и исповеди.
4
Степанов Ю.С. Константы: Словарь русской культуры. Опыт исследования. С. 92.
1
2

Глава 1. Психологические и культурно-исторические корни…

19

Можно найти параллели между образом Бабы Яги и образами литовской богини Раганы, баскской богини Мари — х
​ озяйки горы Амбото, греческой нимфы-волшебницы Калипсо, старухи Лоухи карельского эпоса
Калевала, латышской Лаумы и персонажей других мифологий.
Кроме того, Баба Яга многими чертами напоминает неких старых женщин, которые занимались колдовством, ведовством, магическим излечением, пророчествами и т. д. в древнем Хеттском царстве, современнике
Древнего Египта, располагавшемся на территории современной Турции,
Кавказа, Сирии и Израиля 1.
Кеты, или енисейские остяки, почитали три женские божества, трех
Великих богинь-сестер. Первая сестра — э​ то вредоносная Хосэдем, живущая под землей или в скале. По своим функциям она напоминает карелофинскую старуху Лоухи, и явно ее корни тянутся в каменный век. Можно
предположить, что она также соответствует темной ипостаси образа Бабы
Яги. Вторая богиня — ​жизненосная Хаседбам. Ее образ перекликается
с ипостасью Бабы Яги как подательницы жизни, плодородия и родо­
вспоможения. Третья богиня — ​это лебединая богиня ­Томэм — Мать
жара, олицетворяющая огонь и солнце. Она соответствует тому аспекту
образа Яги, который отражает ее как хозяйку зари и хода солнца, смены
дня и ночи. Эта же Мать-Томэм весной выходит на берег Енисея и потрясает рукавами над рекой. Пух, сыплющийся из рукавов, превращается
в гусей, лебедей, уток, которые летят на север. То есть Томэм отвечает за
пропитание и является хозяйкой птиц, по крайней мере водоплавающих.
Любопытно, что в русских сказках довольно часто встречаются три
сестры, имеющие одно и то же имя — ​Баба Яга. По всей видимости, эти
сестры — ​различные ипостаси одной и той же древней богини, которые
могут рассматриваться как в единстве, так и раздельно. Кетские богини относятся к Нижнему, Земному и Небесному мирам соответственно.
Можно предположить, что и три сестры Бабы Яги делят между собой
ответственность за миры сходным образом. При этом старшая из них,
относящаяся к Нижнему миру, — ​самая мудрая, и именно она помогает
герою в решении проблем, напрямую связанных с ее Нижним миром.
От Бабы Яги зависит судьба героя так же, как от древнегреческих
мойр, которые пряли судьбы людей. Повышенный интерес Макоши (русского аналога Бабы Яги) к прядению льна связан с судьбоносной функцией богини.
Итак, с позиций этнопсихологии и исторической психологии в самых
различных культурах несложно обнаружить персонажей, по своим психологическим характеристикам, признакам и функциям аналогичных Бабе
1

Наговицын А.Е. Магия хеттов. М.: Академический проект, 2004.

20

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Яге. Это может указывать как на существование некого общего древнейшего прообраза, так и на сходные историко-культурные и психологические закономерности развития различных народов.
В других главах книги будут подробно рассмотрены инициационные
функции Бабы Яги в славянском фольклоре, а в данном параграфе мы
остановимся на отражении их в мировой культуре.
Согласно указателю сюжетов сказок в мире очень распространен сюжет, сходный с сюжетами сказок о Бабе Яге 1.
Персонажами, аналогичными Бабе Яге, в сказках выступают: русский
Морозко, немецкая фрау Холле или госпожа Метелица, тоже являющаяся
«матерью ветров», а также шведская «Лесная хозяйка» и другие духи
предков. Многие ученые полагают, что в сказках с этими героями нашел
отражение древний обряд возрастной инициации юношей и девушек. При
проведении такого обряда после ряда испытаний инсценировалась символическая смерть героя, например, прохождение через огонь, в частности,
через печь Бабы Яги. После осуществления обряда испытуемый как бы
рождался в новом, взрослом, качестве, иным человеком. Если в большинстве сказок о Бабе Яге инициацию проходит персонаж мужского пола,
то, например, в сказке «Морозко» — ​это падчерица, при том что родная
дочь мачехи оказывается неспособной выдержать инициационные испытания и погибает.
Другим сюжетом, также популярным во всем мире, является сюжет
про маленького мальчика, который побеждает людоедку или людоеда.
Этот сюжет очевидным образом тоже связан с обрядом посвящения ребенка в мужчину. Самой известной сказкой с таким сюжетом является
французская сказка «Мальчик-с-пальчик» в обработке Шарля Перро.
Среди других похожих сказок и мифов можно назвать такие: «Баба Яга
и Заморышек», «Лихо», миф о циклопе Полифеме и Одиссее. Их сюжеты
тоже связаны с возрастной инициацией. Несмотря на некоторые существующие различия между ними, во всех вариантах речь идет о проявлении смелости и находчивости в экстремальной ситуации. Поэтому данный сюжет
попал и в эпическое произведение Гомера о хитроумном Одиссее.
Многие фольклористы отмечают, что Баба Яга, фрау Холле, Морозко,
людоеды, колдуны и многие другие сказочные старики и старухи оказываются персонажами, охраняющими вход в мир мертвых. Функцию прохода
в этот мир выполняют избушка Бабы Яги и пещера госпожи Метелицы.
Некоторые исследователи считают их символами древних мест захоронений 2.
Указатель А. Аарне–С. Томпсона (АТ). Сюжет 480. Мачеха и падчерица.
Если с пещерами все ясно, поскольку они тысячелетиями использовались для захоронений, то по поводу избушки см. раздел «Избушка на курьих ножках».
1
2

Глава 1. Психологические и культурно-исторические корни…

21

Согласно одной из версий, восточнославянским мужским аналогом Бабы Яги является Кощей Бессмертный. Его имя связано со словом
«кость», а сам персонаж несет в себе идею циклически умирающего и воскресающего божества. При этом если в сказке присутствует Кощей, то
Баба Яга предстает его матерью, теткой или другой родственницей, а
иног­да и женой.
Авторы с этой точкой зрения не согласны, поскольку Кощей никогда
не являлся дарителем и в отличие от Бабы Яги является воплощением
чистого зла. Кроме того, никакие инициации героя с ним не связаны, он
не обладает никакими волшебными свойствами, кроме сомнительного бессмертия. Он не владеет волшебными предметами и помощниками, кроме
волшебного коня, которого, кстати, получает от той же Бабы Яги 1.

1

См. раздел «Кощей Бессмертный».

Глава 2. Характерологические
свойства Бабы Яги

Эта сказочная персона обладает незаурядным и, по мнению многих,
непредсказуемым характером. Но если разобраться во всем, что делает
либо не делает, о чем говорит или молчит, наконец, как выглядит Баба
Яга, есть свой резон. Уловить и понять ее характер — ​задача столь же
многосложная, сколь и увлекательная. На наш взгляд, принимаясь за ее
решение, следует опираться в первую очередь на символизм характерологических свойств нашей героини.

Особенности внешности Бабы Яги
Внешность Бабы Яги, по фольклорным описаниям, весьма непрезентабельна. Например, в сказке «Иван Быкович»: «Добрые молодцы
входят в избушку — ​на печке лежит Баба Яга костяная нога, из угла
в угол, нос в потолок» 1. В одном из вариантов «Царевны-лягушки»: «На
печи, на девятом кирпичи лежит баба-яга, костяная нога, нос в потолок
врос, сопли через порог висят, титьки на крюку замотаны, сама зубы
точит» 2. В «Сказке о Василие-королевиче»: «…лежала из угла в угол
Баба Яга, костяная нога, нос в потолок, губы на притолоке висят» 3. По
другим источникам:
«…ноги на порожке, губы на сошке, руки из угла в угол, нос в потолок» 4;
«сидит там Баба Яга — ​костяная нога, ноги из угла в угол, губы на
грядке, а нос к потолку прирос»5;
«сидит в избе на печном столбе, ноги на лавках, груди на полках, голова на какухе»6;
1
Афанасьев А.Н. Народные русские сказки: В 3 т. М.: Художественная литература,
1957. Т. 1. С. 279.
2
Там же. Т. 2. С. 336.
3
Старая погудка на новый лад. Сб. сказок. М.: Типография А. Решетникова, 1794–1795.
С. 64 // URL: http://feb-web.ru/feb/skazki/texts/psrs/spl/spl‑164-.htm
4
Цит. по: Пухова Т. Русская сказочная традиция в творчестве А.Н. Корольковой //
URL: http://podyom.ruspole.info/node/5379
5
Там же.
6
Энциклопедия русских суеверий / Сост. М. Власова // URL: https://religion.
wikireading.ru/74208

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

23

«Кости у нее местами выходят наружу из-под тела; сосцы висят ниже
пояса» 1.
«…Баба Яга, глаза оловянны, зубы железны»;
«…руками она «печку садит вместо лопаты, ногами уголье выгребает,
языком печку лижет»2;
«костяная нога, железные зубы, длинные седые волосы, отвислые
груди, способность чуять запах чужого и т. п.»3;
«…она простоволоса и в одной рубахе без опояски: то и другое — в​ ерх
бесчиния» 4.
Примечательно, что на лубочных картинках Баба Яга выглядит более
опрятно, чем в текстовых описаниях: при подчеркнутой горбатости «волоса седые старые», как поется в старинной народной песне, убраны под
кичку или повойник — ​вполне «почтенные» головные уборы; костяная
нога никак не просматривается (правда, иногда в надписи указывается,
что она деревянная). Лишь на иллюстрации В. Я. Билибина к сказке «Василиса Прекрасная» (1900) она выглядит изрядно растрепанной и облаченной в заплатанную одежду, а на обложке книги «Сказки избы» (1931)
изображена с выглядывающими из-под платка седыми прядями и с ногами
в лаптях без признаков какой-либо ущербности в конечностях. Зато на
иллюстрации к «Сказке о трех царских дивах и об Ивашке, поповском
сыне» Баба Яга — ​сущее страшилище: горбунья с едва заметными глазами, почти отсутствующим лбом, длиннющим носом довольно странной
формы, костлявыми руками чуть не до пола и ногами, напоминающими
копыта; и при всем при том, видимо, для контраста — в​ нарядном красном
кокошнике.
Если обобщить внешний облик этой старушки и ту позу, которую
отмечают при входе в избушку герои сказочных повествований, то она
кажется противоестественным существом. На самом деле речь идет о глубоком символизме любой и каждой детали образа, сакральный смысл
которого в настоящее время во многом утерян. Тем не менее, для его понимания чрезвычайно важно восстановить, насколько это возможно, хотя
бы отголоски изначальных значений, обратившись к мировому наследию
мифологической культуры.
1
Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. СПб.: Диамант,
1996. Т. 4. С. 672.
2
Черепанова О.А. Мифологическая лексика русского Севера. Л., 1983. Цит. по: Герои
славянской мифологии. Герои сказаний. Баба Яга // URL: http://slavyans.myfhology.info/
herous/baba-yaga.html
3
Петрухин В.Я. Человек и животное в мифе и ритуале: мир природы в символах мира,
культуры // Мифы, культы, обряды народов зарубежной Азии / Отв. ред. Н.Л. Жуковская.
М., 1986. С. 614.
4
Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

24

Так, по описаниям внешности Баба Яга — ​горбунья. Издревле образ
горбуна был амбивалентным, ему приписывали как добро, так и зло. Характерная выпуклость на спине в людском восприятии вызывала одновременно и страх от «инакости», и презрение к физической ущербности
ее носителя. В отношении горбатого человека в обществе сложился определенный стереотип. Так, И. Е. Репин, работая над полотном«Крестный
ход в Курской губернии» (1880–1883), трижды принимался за портрет
горбатого юноши; описывая созданный образ, художник отмечал: «Как
все почти горбатые, он необыкновенно умен и скрытен» 1.
В мифах и сказках горбуны могут обладать таинственной силой. Например, по преданиям юкатекских майя, маленькие могущественные человечки-горбуны, обитавшие когда-то на земле, были хозяевами воды, могли
заставить ее течь в указанном направлении и переносить горы с места на
место; они же берегли старые кладбища с гробницами, в которых устанавливали большие каменные глыбы. Отсюда следует, что эти персонажи связаны с миром смерти. Согласно французской легенде, Екатерину
Медичи преследовал призрак-горбун после казни некоего мясника Жана,
ведавшего королевскими секретами и поклявшегося вернуться из мертвых;
он же появлялся во дворце и в дальнейшем перед страшными событиями,
якобы даже представал перед Наполеоном Бонапартом.
Из притчи суфия Абд ар-Рахмана Джами сквозит недобрый взгляд
на мир горбуна, который пожелал у Всевышнего сделать всех горбатыми, чтобы смотреть на них так же, как они смотрят на него. При этом
у разных народов мира существует легенда о том, что в горбу спрятаны
сложенные крылья. А Конек-Горбунок из русской сказки, блистательно
обработанной П. Ершовым, оказывается верным и незаменимым помощником Иванушки.
Таким образом, горбатость Бабы Яги является признаком ее «инакости», возможной связи с миром смерти и имеющегося потенциала чудесной силы-помощи.
В колоритном портрете нашей героини обращает на себя ряд деталей.
Во-первых, выдающийся, прямо скажем, нос до потолка (с «соплями через
порог» или без таковых), во‑вторых, большущие губы (точнее — ​длиннющие, до самой притолоки) и отвислые груди «на грядке» (на полке,
на порожке) или ниже пояса. На том, почему ее дыхательно-нюхательный орган, который весьма чувствителен («Фу-фу-фу, русским духом
пахнет!»), потянулся так высоко, зачем губам повисать на притолоке,
а соплям перекидываться через порог, мы подробно остановимся в главе
«Пространство обитания Бабы Яги и сказочное время», а применительно
Цит. по: Аникеев Е. Горбун. О работе Репина над картиной «Крестный ход в Курской
губернии» // URL: http://hotkovo.net.ru/main.php?id=187
1

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

25

к описанию внешности уточним, что намек на сильную простуженность
нашей героини, о чем свидетельствует носовая слизь (на медицинском
языке — ​муконазальный секрет), перетекающая даже за порог избушки,
может восприниматься как попытка десакрализации образа, но также
и свидетельствовать о хозяйском контролирующем охвате всей площади
дома. Кстати, по другим описаниям, через порог перекидываются груди,
которые также могут располагаться на полке/полках или на «грядке»
(не огородной, разумеется, а на шесте, жерди или перекладине для полотенец), накручиваться на крюк или забрасываться обладательницей за
спину. Нелишним будет заметить, что фантастических размеров женская
грудь, как и многогрудие, была присуща, начиная с неолита, древним богиням, олицетворявшим принцип материнства и плодородия. Так что эта
примета напрямую связывает нашу героиню с ними. Примечательно, что
помимо гигантских размеров, молочные железы Бабы Яги иногда характеризуются как железные. Впрочем, и зубы у нее — ​из этого же металла.
И речь идет не просто о прочности материала.
Кстати, что касается зубов (которые по воле рассказчиков иногда
перекочевывают изо рта Яги на полку или на печь), то они в качестве знака
нападения и обороны использовались с древнейших времен. В некоторых
архаических обществах при обрядах посвящения инициируемый должен
был проглотить собственный зуб, специально удаленный заранее. Это
символизировало его смерть в прежнем статусе и возрождение в новом.
В ряде традиционных культур зубы считаются олицетворением жизненных сил и размножения, а также власти (отсюда — ​зубчатые короны).
В античности им приписывалось оккультное значение; в мифах они упоминаются в качестве атрибутов греческой Деметры и римского Марса,
встречаются сюжеты о прорастании из посеянных зубов дракона вооруженных воинов (например, в походе Ясона за золотым руном). В иудаизме
материнская буква алфавита шин (зуб, звериный клык) соответствует
стихии огня; в Ведах зуб связывается с огненным Агни; в индуизме бог
Вишну, превратившись в вепря, мощными клыками поднял Землю из Нижнего мира.
Но почему зубы, а иногда и груди или ноги Бабы Яги называются
железными? Дело в том, что этот металл издревле имел значительный
сакральный смысл. В частности, его обработка соотносилась с творением мира. Закаленное железо в народной культуре обретает магическую
силу. Прочность, долговечность и причастность к стихии огня обеспечили
ему капитальное место в защитной и целительской практиках. Например, железо использовалось для придания силы и здоровья как людям,
так и домашней скотине, а также для отведения злого глаза, порчи и т. д.
Правда, по некоторым поверьям, существовало табу на пользование же-

26

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

лезных предметов при совершении ряда действий. Считалось, что играть
ножом — к
​ ссоре; поднимать лежащий на дороге нож — ​к смерти и т. д.
Однако статус универсального оберега этот металл получил по принципу подобия, как материал холодный и статичный, а потому «мертвый»,
то есть способный для использования нечистью. Железными зубами обладают в русских поверьях черт и колдун, встающий по ночам из могилы,
в сербских — в​ ила (самовила, самодива) и святочный демон караконджул
(одно из его названий «гвоздензуб»). В турецких, греческих, македонских
и болгарских преданиях караконджул тоже упоминается.
Несмотря на изображения Бабы Яги в головном уборе (кичке или
повойнике, на худой конец — к
​ окошнике), принято считать, что обычно
она простоволоса и лохмата. Обращая на это внимание, следует иметь
в виду, что волосы на голове во всех традиционных культурах имели
очень важное значение, прежде всего как средоточие духовной энергии
и жизненной силы, проводник космической энергии. Вспомним хотя бы
историю Самсона, густая шевелюра которого была вместилищем его
богатырской мощи. Индейские воины, снимая скальп у врагов, рассчитывали именно на лишение их силы и перенос ее на себя. Любопытно, что
более гуманная, но все же — ​аналогия имела место в Древнем Египте,
где царь демонстрировал победу над противником, держа его за волосы.
Длинные волосы у многих народов считались отличительным признаком
свободы, независимости, власти. Облысение, по мифам, являло собой
лишение божественных воспроизводящих сил и отсюда — м
​ атериальное
бесплодие.
Распущенные волосы женщины означали либо ее девственность, либо
покаяние, либо то, что она не замужем. Кроме того, они воспринимались
в качестве признака представителей нечисти вроде русалок, вил, самодив, ведьм. Остригание допускалось при уходе в монастырь (принятие пострига), но иногда также служило наказанием за недостойное поведение.
У славян (и не только) считалось, что непокрытые женские волосы могут
стать причиной вреда хозяйству, окружающим и самой их обладательнице, которую может похитить дворовой, съесть волк, разразить гром.
А после смерти ее прическа превратится в змей. Как тут не вспомнить
змее­волосых персонажей типа античных фурий, этрусского демона смерти Хару и самой знаменитой в этом ряду — М
​ едузу Горгону.
В заместительной магии отрезанные или выпавшие при расчесывании
волосы выступали двойником человека, поэтому отношение к их хранению
было очень ответственным, как и к процессам ухода: мытью, стрижке,
укладыванию. Так, детей запрещалось стричь до года или до семи лет
во избежание задержки речевого развития или даже интеллектуального роста вообще. У восточных славян было принято класть отрезанные

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

27

пряди умершего в гроб, женщинам-покойницам расплетали косы, чтобы
«отпустить» в загробный мир, у греков — ​отрезать прядь волос с головы
усопшего с той же целью.
Обобщая эти поверья, применительно к образу Бабы Яги можно уверенно утверждать, что ее космы — п
​ ризнак связи с потусторонним миром.
Важной характерологической чертой Бабы Яги является нарушенное
зрение, слепота вообще или на один глаз, а иногда одно или оба ока называются «оловянными» (как в некоторых заговорных текстах Полесья).
Общеизвестно, что «оловянные глаза» — «
​ осоловелые», источающие тусклый, замутненный взгляд. Между тем подобную характеристику да еще
вкупе с «зубами железными» имеет некая «щука-белуга, воде подруга»,
которую призывали знахарки на Руси для исцеления от недугов, прежде
всего женских, и избавления от полосы невезения.
На слепоту Бабы Яги указывает то, что она в русских сказках обычно «не видит» героя, а узнает его «по духу», то есть по запаху или по
голосу. И это, казалось бы, является значительным негативным обстоятельством, поскольку глаза — ​зеркало души, а также инструмент
воздействия на окружающий мир «силой мысли» как одухотворенной
(«око господне», око Ра и т. д.), так и разрушительной («дурной глаз»).
В.Я. Пропп совершенно справедливо протестует против того, чтобы слепота Бабы Яги воспринималась исключительно с точки зрения физического отсутствия зрения 1, и выдвигает идею, что под нею «может быть
вскрыто понятие некоторой обоюдности невидимости. По отношению
к яге это могло бы привести к переносу отношения мира живых в мир
мертвых: живые не видят мертвых точно так же, как мертвые не видят
живых» 2. Соотнесение слепоты в земном мире связывалось в народной
традиции с подземным, ночным, иным миром по вполне объяснимым
причинам. Подземный житель крот по причине особенностей зрения
предпочитает ночную пору суток для активной деятельности; совы,
филины, летучие мыши днем слепы. В христианской традиции нечисть
бессильна (слепа) под светом Божьим, а до распространения христианства языческие представители хтонического подземного мира тоже
обладали ночным зрением, и поэтому победившая религия их поголовно
причислила к слугам дьявола.
Единственный глаз как аномалия парного органа зрения является
в традиции многих народов мира признаком анормальности, связи с демоническим миром. В русском фольклоре это присуще либо существам,
вредоносным «на постоянной основе» (Лихо Одноглазое), либо высту1
2

Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. М.: Лабиринт, 1984. С. 165.
Там же. С. 166.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

28

пающим в этом качестве не всегда (Баба Яга) 1. В более архаичных традициях сибирских и центральноазиатских народов тоже присутствуют
одноглазые духи, например, монгольская ведьма Алмас с единственным
оком и единственной грудью, которую она закидывает за спину; хромой
одноглазый перевозчик в загробный мир из маньчжурского шаманского
предания 2. В европейских мифах таковых тоже немало: гигантские лешие
у норвежцев имеют один глаз на всех, передаваемый поочередно каждому
из них «во временное пользование»; у древнегреческих грай — ​одно око
на троих.
Кроме того, слепота считалась наказанием за серьезные грехи, действительные или мнимые. В мировой мифологии самым известным сюжетом такого рода является ослепление одноглазого циклопа в «Одиссее».
Но ведь в некоторых сказках и Бабу Ягу ослепляют, заливая глаза смолой!
Однако не стоит забывать, что в обережных целях у славян, в частности,
имело место ритуальное завязывание или замазывание глаз (или их заместителей-двойников), имитирующее незрячесть. Например, во время
посевной страды — ч​ тобы по аналогии с невидящим поле сеятелем птицы
не видели и не поклевали семена (Забайкалье). В так называемые «мышиные» и «волчьи» дни заделывали щели в стенах, приговаривая, что таким
образом залепляют зрение этим расхитителям хозяйства (Македония).
Искусственное ослепление практиковалось в обрядах инициации.
Со слепотой связан сюжет гоголевского «Вия», созданного на основе народных преданий: черти не видят Хому и зовут страшного персонажа с убийственным взглядом, погубившим героя. Зато Иван Быкович
в одноименной сказке выдерживает смертоносный взгляд Старого Старика (Вия), чем доказывает свою божественную природу.
С психологической позиции представляется интересным, что в таких
сказках, как «Терешечка» и др., где Яга представлена как людоедка, практически нет описаний ее жутковатой внешности, а там, где она помогает
герою/героине, представляется в безобразном обличье. Видимо, ее изначально устрашающий образ — ч​ асть инициации героя, который должен
не испугаться либо преодолеть страх и разрешить данную ситуацию.
Правда, в некоторых случаях Яга превращается в красавицу и спит со
смелым визитером. Представляется весьма существенным выдвинутый
В. Я. Проппом, но, к сожалению, в недостаточной степени разработанный им тезис: «Специальное изучение слепоты, может быть, покажет,
почему пророки и провидцы (Тиресий), освободители народа (Самсон),
праотцы (Яков, Исаак), вещие поэты (Гомер) часто представляются сле1
2

Наговицын А.Е., Пономарева В.И. Типология сказки. М.: Генезис, 2011. С. 75.
Там же. С. 76.

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

29

пыми» 1. Уилбер Кент 2 фактически подошел к концепции внутреннего
(интегрального) видения, все более активно используемого в настоящее время в психологической, психотерапевтической и медицинской
практике (метод Бронникова и др.) и объясняющего феномены творения
музыки при утраченном слухе (Бетховен) и др.

Связь Яги с другими персонажами
русского фольклора
Ягой Бабой (Егибовой, Егибицей, Ягибишной) именовали ведьму за
внешнее сходство и подобие «занятий». Прежде всего, это произошло потому, что «с появлением земледелия и земледельческой религии вся «“лесная” религия превращается в сплошную нечисть, великий маг — ​в злого
колдуна, мать и хозяйка зверей — в​ ведьму, затаскивающую детей на вовсе
не символическое пожирание» 3.
В. Даль прямо указывает, что яга — ​«род ведьмы или злой дух под
личиною безобразной старухи» 4. И В. Я. Пропп приводит сравнительную
характеристику этих персонажей, отмечая, что и у Бабы Яги, и у ведьмы
длинные, косматые волосы; колдунья, ведьма, так же как яга, может быстро перемещаться, летать на помеле, ухвате; подобно бабе-яге, ведьма
связана с очагом, часто колдует возле печи или на печном шестке; она
наделена способностью оборачиваться в птиц, животных, деревья различные предметы и т. п .5 Хрестоматийными примерами являются сюжеты
сказок «Иван Быкович»,«Иван — коровий сын» и т. д. Да и людей оборачивать оба персонажа тоже могут, обладают способностью «испортить»
их и даже лишить жизни.
Весьма любопытным персонажем среди ведьмаческого сонма является Чувилиха, косматая злая лесная колдунья, крадущая детей, которая обретается в избушке на курьих ножках. В северном фольклоре
она именуется Бабой Чувилихой и считается супругой Деда Чувахлая,
немолодой женщиной. Аналогичная супружеская пара известна из народных преданий Поволжья (Плёс, Иваново), где уточняется место их
жительства: в Чувиле, «под-над долгими плесами чевылецкими в Птичьем царстве». Примечательно, что волжане издревле называли чувильней птичку, ритуальное «жаворонковое» печенье к встрече весны,
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 168.
Уилбер К. Интегральное видение / Пер. А. Нариньяни. М.: Ipraktik, 2014 // URL:
http://detectivebooks.ru/book/36795673/?page=4
3
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 201.
4
Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 4. С. 672.
5
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 201.
1
2

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

30

глиняную свистульку в форме уточки. Это дает повод предположить,
что изначальный образ Чувилихи никоим образом не был связан с темными силами, а стал таковым в результате позднейшей профанизации
при установлении христианства.
Лешачихой, а в региональных наречиях — л
​ ешей, лешухой, по утверждению В. Даля, часто называли женщину, браня ее 1. И Ягишною зовут
злую, бранчивую бабу. Существовало даже выражение: «Яга-баба — ​лешачиха». Но нередко Бабе Яге придавали статус супруги лешего — м
​ ифологического лесного духа восточных славян, которого считали нечистым
и называли также лесовиком, леманом, ламоном, лемором, лесманом,
лехманом (порой и вовсе соотносили с чертом). Так и Ягу ведь считали
хозяйкой леса. Впрочем, П. Н. Рыбников отличал лембоев от леших и считал, что это особое сословие чертей 2. На Вологодской земле бытовали
поговорки: «Леман тебя возьми»;«Леман с тобой!». А слово леший как
прилагательное употреблялось в значении лесной или дикий. Так, лешая
земля — ​это пустошь, то есть дикая, невозделанная.
Что касается сопоставления Бабы Яги с полуденницами/полудницами,
то в пользу этого говорит одна лишь фольклорная фраза: «Во ржи, говорят, тоже баба-яга бегала, волоса у нее распущены». Но дело в том, что
традиционный образ полуденниц чаще всего представляет собой красивых
рослых девушек в белых платьях, основной функцией которых является
обход полей во время жатвы и контроль за тем, чтобы в полдень никто
не работал. Нарушитель этого правила подлежал суровому наказанию.
В принципе, они достаточно доброжелательны по отношению к людям
и даже защищают от палящего солнца, укрывая хлеб и травы огромной
сковородой. Считалось, что полуденницы причиняют вред только «по
делу», то есть провинившимся.
Иногда Бабу Ягу связывают с кикиморой, которая может проживать
в доме в качестве жены домового, а может обитать на болоте. Она способна пугать детей, причинять всяческие неудобства мужчинам и путать
пряжу женщинам, забывавшим благоразумно убрать ее на ночь. А наша
героиня, наоборот, — л
​ юбительница прясть, да к тому же, судя по всему,
мастерица в этом деле, коли дарит героям, посетившим избушку на курьих
ножках, путеводные клубки.
Н. И. Толстой, ссылаясь на Д. К. Зеленина, отмечал общее свойство ряда
персонажей: «Леший, полудница, шиликун, водяной, домовой, бука, нежить, кикимора, яга-баба, обмены, [могли] вспометовать все их действия3.
Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 4. С. 672.
Цит. по: Власова М. Энциклопедия русских суеверий.
3
Толстой Н.И. «Очерки русской мифологии» Д.К. Зеленина и развитие русской мифологической науки. М.: Индрик, 1995. С. 11.
1
2

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

31

Как справедливо отмечал Б. А. Рыбаков, «трансформировавшиеся в сказочном образе Бабы Яги представления о древнем, наделенном универсальной властью божестве отразились в обликах и целого ряда более
“специализированных” мифологических персонажей, вера в реальность
которых сохранилась в XIX веке» 1. Такое обстоятельство сформировало
психологический ресурс восприятия Яги не как исключительно мифологического/сказочного персонажа, а как существа, являющего собой
насущную реальность, существующую где-то и в настоящее время.
Яга зачастую соотносилась с образом змеи. М. Власова выстроила
ряд научных позиций отечественных исследователей, обосновывающих
правомерность такого соотнесения:
–– полеты во внешнем пространстве, подобно мифическому змею/
дракону (В. Я. Пропп);
–– одноногость либо хромота как признак связи со змеей во многих
мифологиях мира (К. Д. Лаушкин);
–– возможная этимологическая близость либо идентичность слов
«змея» и «яга» (О. А. Черепанова) 2.
Отметим, что, действительно, возникновение образа смешанной природы — ​верхняя часть фигуры от человека, а нижняя от змеи — ​имеет
древние корни: Ехидна и гиганты в Древней Греции; этрусские и римские
лары; ирландские фоморы; китайские Нюй Ва и Фу Си. В древнеславянских текстах встречаются поименования «Яга Змиевна», а на Украине
«поедучую ведьму» Бабку называли змеей. Ей приписывали, как и змеям,
способность сосать белые груди красавиц, а также выступать сторожевыми источников живой и мертвой воды.

Функциональная триада образов Бабы Яги
(по В. Я. Проппу)
Образ Бабы Яги в сказках слагается из разных деталей, которые, обрамляя его подробностями, не только «украшают» сюжет, но и создают
эмоциональный фон, запуская механизмы восприятия как сознательного,
так и подсознательного. Тем не менее эти детали должны нанизываться
на некий каркас. Отсюда важность типологии образа нашей героини. Разрабатывая ее, В. Я. Пропп выделяет три основных вида, заявляя: «Сказка
знает три разные формы Яги» 3.
1
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М.: Язычество древних славян, 2016 // URL:
http://sueverija.narod.ru/Muzei/Jaga.htm
2
Власова М. Энциклопедия русских суеверий.
3
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 146.

32

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Первый тип — я
​ га-дарительница. В этом качестве старушка выступает,
когда в избушку на курьих ножках по разным причинам попадает герой
или героиня. Как правило, такими причинами являются поиски невесты
(«Лягушка-царевна») либо жениха («Перышко Финиста — Ясна Сокола»), блуждание «куда глаза глядят» после изгнания из дома («Василиса
Прекрасная»). Баба Яга выспрашивает их и вручает волшебные предметы:
–– путеводный клубок;
–– чудесного коня;
–– серебряное блюдечко и золотое яичко;
–– серебряные пяльцы, золотую иголочку;
–– серебряное донце, золотое веретенце;
–– способность совершать волшебные действия и т. д.
Таким образом, она наставляет гостей на путь к обретению счастья
и своими подарками и советами дает импульс к пробуждению самосознания, помогая пройти предстоящие трудные испытания:
–– башмаки железные износить, посохи железные изломать, колпаки
железные порвать («Перышко Финиста — Ясна Сокола»);
–– перемахнуть через высокую-превысокую стену («Сказка о молодильных яблоках и живой воде») и др.
Фактически это вариант обряда посвящения, когда в результате
успешного прохождения испытаний персонажи получают новый социальный статус.
На наш взгляд, тип «дарительница» было бы точнее определить как
«покровительница», поскольку Баба Яга не только одаривает героя/
герои­ню сказки, но и дает советы, направляет в пути к искомой цели.
К тому же и дары — ​не просто ценности сами по себе, а передаваемые
для помощи в преодолении препятствий.
Второй тип — я
​ га-похитительница, крадущая детей, чтобы изжарить
и съесть. С этой целью она чаще всего уносит несчастных в свою знаменитую избушку, но иногда бросает умерщвленными на крышу их родного
дома. Как правило, детям удается спастись бегством. Эта вариабельность
финала, между прочим, отражает генезис обряда инициации, при котором
испытуемый должен был «умереть» в прежнем качестве и «возродиться»
в новом. Если первоначально в ритуал включались весьма жесткие, если не
сказать жестокие, действия (вплоть до пускания крови, отрубания пальца, выбивания зуба), то постепенно в процесс включались заместители«двойники» (как в описанном выше примере «замазывания глаз») и имитацией проведения процедуры.
Третий тип — я
​ га-воительница. Она сражается с богатырями, как правило, безуспешно. В других случаях герой борется с «лесной хозяйкой»,
защищаясь от ее нападения с целью вырезать у него со спины кожаный

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

33

ремень. В этих битвах «не на жизнь, а на смерть», герой сказки переходит
к иному уровню зрелости. При этом злобность и агрессивность Бабы Яги
не являются ее доминантными чертами, но лишь проявлениями иррацио­
нальной, недетерминированной натуры 1.
При всей стройности типологии образа Бабы Яги по В. Я. Проппу, приходится констатировать, что в ней обойден вниманием еще один аспект,
а именно: эротический. Существует целый корпус сказок, в первую очередь северных, в которых наша героиня из старухи с безобразной внешностью превращается в писаную красавицу и проводит ночь в постели
с посетившим ее героем. Распространенность этой фабулы подтверждается и другими фольклорными источниками, например, старинными
песнями о Егибихах:
Егибихи старые травы собирали,
егибихи старые зелие варили,
мужиков поили,
им умы мутили.
Мужики дурели, жинок не хотели,
к егибихам бегали, жарко их любили,
злато им дарили,
да дрова пилили.
Егибихи старые травы собирали,
зелья сотворяли,
молодцов поили,
младость с них доили.
Молодцы дурели, к егибихам бегали,
жарко их любили, молодость дарили… 2

В ряде сюжетов с эротической ролью Яги она фигурирует в трех возрастных ипостасях: младшая и средняя сестры превращаются в красавиц,
а старшая — ​нет. Причем после ночи любви герой повествования уже
не обращает внимания на внешность Яги. Таким образом, наша героиня в «сказках для взрослых» выступает как обольстительница. Между
тем в данном случае мы имеем дело не с просто десакрализованным, но
и искаженным до скабрезности отражением древнего обычая отправлять
юношей, прошедших инициацию, в уединенное место, где их специально
назначенная наставница обучает тайнам сексуальности. К слову сказать,
слабые отголоски этого обычая присутствуют в «Белоснежке и семи гномах», «Сказке о мертвой царевне и семи богатырях».
1
Артемов В. Баба Яга. Славянская энциклопедия // URL: https://sites.google.com/site/
kokorinva/Home/b/baba-aga
2
Старинные песни (под балалайку) // URL: http://docplayer.ru/41312278-Starinnyepesni-pod-balalayku.html

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

34

При всей специфичности каждой из поведенческих моделей нашей
героини можно выделить наиболее характерные черты.
Так, сказки с участием Бабы Яги — д
​ арительницы/покровительницы,
похитительницы и воительницы сохранили не только следы представлений о смерти, но и отголоски «некогда широко распространенного
обряда, тесно связанного с этими представлениями, а именно: обряда
посвящения юношества при наступлении половой зрелости (initiation,
rites de passage, Pubertatsweihe, Reifez-eremonien)» 1, во время которого
воспроизводилась так называемая временная смерть. И наша героиня выполняет в нем роль проводника в потусторонний мир, а значит, связана
с этим миром. Отметим, что М. Забылин считал ее «адской богиней»:
«Под этим именем почитали славяне адскую богиню, изображаемую
страшилищем в железной ступе, имеющей железный посох. Ей приносили кровавую жертву, думая, что она питает ею двух своих внучек,
которых ей приписывали, и услаждается при этом, пролитием крови» 2.
Психологически это объясняется крайней степенью демонизации образа Яги в период христианизации Руси, когда был внедрен постулат
о неизбывности смерти при встрече с ней. На самом деле, в большинстве
сказок она даже если заявляет о том, что съест героя, в конечном счете
либо, накормив-напоив, отпускает его, давая с собой клубок или некие
сокровенные вещи, либо герой убегает сам.
Имеет смысл говорить о дуальности внутренней природы образа
нашей героини в общепринятом восприятии. С одной стороны, позитивный вектор: хозяйка волшебной избушки на курьих ножках, которую
можно задобрить или с которой просто правильно поговорить, проявив
знание и соблюдение традиций и обычаев, чтобы получить деятельную
помощь. С другой — негативный: злобное существо, сажающее отроков
на лопату, чтобы отправить в печь и зажарить; сладостратная вампирша,
вытягивающая из жертв мужскую силу. Однако и в последнем случае образ связан с функцией жрицы, либо проводящей подростков через обряд
инициации, либо испытывающей моральную стойкость мужчин, а также
прививающей культуру близких межполовых отношений. В любом случае имеет место явный намек на матриархальную систему представлений
о социальном мироустройстве. По нашему мнению, дуальный подход
страдает некоторой неполнотой, поскольку опускает столь важную ипостась Бабы Яги, как могущественного, притом вещего и прозорливого
стража земного мира и «иного царства», царства смерти, проводника
душ в потусторонний мир. Вот потому-то у нее одна нога костяная (для
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 147.
Мифы и предания славян. Баба Яга // URL: http://www.e-reading.mobi/chapter.
php/1034505/52/Artemov_-_Mify_i_predaniya_slavyan.html
1
2

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

35

того чтобы стоять в мире мертвых), другая — ч​ еловеческая (чтобы иметь
возможность присутствовать в мире живых).

Семья Бабы Яги
Чаще всего по сюжету сказки Яга предстает одинокой дамой, но встречаются все же и упоминания о семье. Какова же она, эта полуземная-полузагробная «ячейка общества»? Попробуем разобраться. И начнем с того,
что поскольку сказочному жанру (а также мифам и легендам) в принципе
присуще утроение либо совершаемых действий, либо возникающих ситуаций и даже желаний, то подобное своеобычие не обошло стороной и нашу
героиню. Кстати, три — о
​ дно из самых положительных чисел во всех ветвях символогии как отражение совершенства, будь то религиозная мысль,
эзотерика, фольклор, искусство и т. д. Но возвращаясь к семейству нашей
героини, напомним, что и сама Баба Яга бывает троична: герою случается
наносить визиты поочередно двум ее одноименным сестрам, отличающимся от нее по возрасту, опыту и характерным внешним признакам. У младшей — ​«деревянная нога, оловянный глаз»; у средней — ​«костяная нога,
серебряный глаз»; у старшей — ​«стальная нога, золотой глаз». Правда,
иногда они по образу и подобию не отличаются. Но в любом случае при
встрече с ними нельзя проявлять страх, иначе взамен одаривания и покровительства можно получить все более сложные испытания. Кстати,
имеется в сказках еще одна сестричка Бабы Яги — ​злая мачеха, которая
падчерицу послала к своей близкой родственнице.
«Раз отец уехал куда-то, мачеха и говорит девочке:
— Поди к своей тетке, моей сестре, попроси у нее иголочку и ниточку
тебе рубашку сшить.
А тетка эта была баба-яга костяная нога 1.»
В сказке «Иван Быкович» 2 иногда фигурирует старая ведьма в качестве жены Старого старика — ​аналога Вия. На самом деле, речь идет
о Бабе Яге, поскольку там же она оказывается матерью Змеев: единственного Чуда Юда или не только его, но и еще двух огромных змеев:
Идолища и Издолища (либо Змеев Горынычей по другой версии), которых убивает герой сказки. Например, у Б. А. Рыбакова читаем: «В ряде
сказок, где происходит бой на мосту, место Змеихи-матери занимает
Баба-Яга…» 3. Такого же мнения придерживаются многие специалисты,
начиная с В. Даля.
Баба Яга // URL: http://oskazkax.ru/read/rusnarod/18-baba-yaga.html
Сказки. Иван Быкович // URL: http://vseskazki.su/narodnye-skazki/russkie-narodnieskazki/ivan-bykovich.html
3
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян.
1
2

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

36

К слову сказать, у нашей героини имелось прозвание Яга Виевна, отчество указывает на то, что в данном случае Яга — д
​ очка Вия. Кроме того,
в старину слово «Виевна» могло означать не только отчество, связь и принадлежность Вия, например, как жены. Поэтому сочетание Яга Виевна
могло указывать на их брак. Строгое соотнесение подобных словосочетаний, как указание на отцовство, появляется только после введения паспортов Петром Первым. Тем не менее в ряде фольклорных источников
эта дама именуется Усоньшей Виевной — Б
​ урей-Ягой и считается дочкой
Вия, но женой Велеса.
Заодно с Бабой-Ягой действуют ее дочери или три жены ее сыновей:
стремясь отомстить героям за смерть супругов, они напускают на богатырей голод, жажду и сонливость, а сами перекидываются «кроваткой
тисовой и периной пуховой», «колодцем, ключевой водой и чарочкой
золотой», «кустиком ракитным и ягоды изюмны» 1, — ​кто прикоснется,
тот враз погибнет. Невесток может быть не только трое, но и шестеро,
девятеро или даже двенадцать — ​по числу выращенных Бабой Ягой потомков мужского пола. Правда, бывает, что таковой — е​ динственный, тогда, разумеется, и невестка одна. Зато количество дочерей колеблется от
одной до сорок одной, причем она их превращает то в змей, то в кобылиц,
то в коров — ​для сражения с богатырями или для того, чтобы погубить
Иванушку, которого наряжает пасти табун. Но не только превращала
Баба Яга ближайших родственников в конское племя. Так, в сказке «Баба
Яга» одна из кобылиц, дочерей ее, рассказывает герою о чудесном жеребенке, своем брате: «А есть у нас брат, в конюшне лежит в гною и на ем
шкура сосьмула, ну, нас баба-яга бье и силу вынимая, а яму укладая» 2.
Иногда дочка нашей героини — ц
​ аревна, чудесная невеста героя либо
племянница, но обязательно по женской линии, и ни в коем случае не по
мужской. В этом, конечно, слышатся отголоски матриархата. Но следует признать, что наследницы нашей бабули были весьма незадачливыми
особами, поскольку позволяли себя зажарить или погубить не только
подросшим отрокам («Иван-дурак» и Баба Яга») 3, но даже мальчишкампострелятам («Баба Яга и Заморышек» 4 и др.).
В общем, родня у Бабушки Яги довольно разношерстная, но вся волшебная и связанная с Нижним миром. В психологическом плане информацию о ней можно использовать в интеллектуальном и этическом развитии,
Баба Яга // URL http://starina-rus.ru/onchukov/27.php
Русская мифология. Энциклопедия. Баба Яга // URL: http://sv-scena.ru/Buki/Russkayamifologiya-Entsiklopyediya.81.html
3
Русская старина. Сайт сказок. Иван-дурак и Баба Яга // URL: http://starina-rus.ru/
zelenin-p/86.php
4
Баба Яга и Заморышек // URL: http://oskazkax.ru/read/detskie/49-baba-yaga-izamoryshek.html
1
2

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

37

а также в решении вопросов, связанных с самосознанием и избавлением
от страхов.
В наше время существует расхожее мнение о том, что именно Баба Яга
то и дело пытается посадить на лопату и сунуть в печь бедных детишек.
Это, конечно, наводит на мысль об акте вопиющей жестокости. Но ведь
нет ни одной сказки, в которой старуха кого-нибудь съела! И дело тут не
в хитрости и ловкости потенциальных жертв. На самом деле, в подобных
повествованиях содержится отголосок старинного обряда «перепекания ребенка», который, несмотря на свою древность, был очень живуч
и в иных местах сохранялся вплоть до XX века, а то и дольше. Помимо записей этнографов и историков, сохранились и литературные упоминания
об этом действе, которое было весьма распространено у наших предков.
Например, по свидетельству биографов, ему подвергался в детстве «певец
Фелицы» Гавриил Романович Державин: «Поэт наш родился таким малым,
слабым и тощим, что сочли нужным, по местному обычаю, запекать его
в хлебе» 1.
Что важно: если в одних местах к этому знахарскому обряду прибегали для недоношенного, хилого младенца, болеющего рахитом («собачьей
старостью»), атрофией и проч., то в других отправляли в печь всех подряд
новорожденных. Зачем же? Вопрос, заслуживающий объяснения. Считалось, что если ребенок появился на свет раньше времени, если он слаб или
болен, то это значит, что «не дозрел» в материнском чреве. А раз так, то
нужно довести его до «нужной кондиции» с тем, чтобы он не только выжил, но и обрел необходимые жизненные силы. К здоровым же младенцам
эту процедуру применяли в «профилактических целях».
Если учесть, что печка в традиции древних славян представляла собой своего рода отражение вселенной как триединого мира: небесного,
земного и загробного, равно как и место общения с предками, то становится понятным, почему к ее помощи обращались, чтобы спасти недужное
дитя или поддержать его здоровье. При этом рождение ребенка уподоб­
ляли выпечке хлеба («хлеб — ​всему голова»), а потому в классическом
варианте «перепекания» младенца предварительно обмазывали ржаным
(и только ржаным) тестом, оставляя свободными только рот и ноздри.
Тесто, к слову сказать, тоже было не простое, а на воде, принесенной на
рассвете из трех колодцев, желательно — ​бабкой-знахаркой. Обмазанное тестом дитятко укладывали на хлебную лопату, привязывали к ней
и трижды отправляли на короткое время в теплую (не горячую!) печь,
в которой нет огня.
Брилиант С.М. Г.Р. Державин. Его жизнь, литературная деятельность и служба //
URL: https://biography.wikireading.ru/234025
1

38

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

В одних местах это поручалось бабушке-повитухе, в других — ​самой
матери, в третьих — ​самой старой женщине в селении, но желательно
было участие местной знахарки. Никогда «перепекание» не проводилось
в одиночку и всегда сопровождалось особыми речами. Но если бабушкеповитухе (при которой состояла помощница, чтобы снять ребенка с лопаты), достаточно было побормотать что-нибудь вроде: «Припекись, припекись, собачья старость», то в других случаях предполагался обязательный
диалог участниц процесса. Смысл его заключался не только в произносимых словах-иносказаниях, но и ритме, в котором надо было отправлять
и возвращать из печи ребенка, чтобы он не задохнулся. Например, если по
ритуалу полагалось действовать лопатой матери, то у дверей могла стоять
свекровь. Входя в дом, она спрашивала: «Что ты делаешь?» Невестка отвечала: «Хлеб пеку» — и с этими словами двигала лопату в печь. Свекровь
говорила: «Ну, пеки, пеки, да не перепеки» — и выходила за дверь, а родительница доставала лопату из печи. Этот диалог произносился трижды.
Аналогично можно было перекликаться с женщиной, которая, трижды
обойдя избу по ходу солнца, вставала под окно и проводила ту же беседу.
Кстати, часто под окном вставала мать, а у печки орудовала знахарка.
Так проходил целительский процесс. Зачем же он понадобился сказочным детишкам? Во-первых, как сообщает сказка, они почему-то все
свое время проводили, плавая в лодочке, домой даже покушать не приходили. А ведь лодка, как известно — ​символ переправы из одного мира
в другой. Достаточно вспомнить Харона, перевозчика через пограничную
реку Стикс. Во-вторых, надо обратить внимание на то, чем кормили матушки деток-рыболовов: молоко, творог, блины, — ​трудно не заметить
близость этих продуктов к поминальной пище. Таким образом, мальчики находились между жизнью и смертью. Но и это еще не все. Баба Яга
(в некоторых поздних вариантах — ​замененная на ведьму) обращалась
за помощью и получала ее от кузнеца, а это как-никак образ, который
в народной традиции связывался с идеями олицетворения творца, обладателя сокровенных способностей, носителя высшего знания и сверхъестественной силы. Причем, что важно, такое восприятие кузнеца как символа
характерно для абсолютного большинства мировых культур. Правда, имеются сюжеты о связи кузнеца с нечистой силой, в том числе взаимодействии с ней. Они являются результатом профанизации начального этапа
установившейся христианской религии, которая в дальнейшем признала
за образом кузнеца исключительно позитивное значение. Неужели же
такой-то персонаж стал бы помогать представительнице темных сил?!
Вот и получается, что наша героиня осуществляла благородную миссию, возвращая к жизни безнадежно больных детей. А уж появление
фрагмента с прогрызанием ею дубов в самых что ни на есть плотоядных

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

39

целях можно отнести ко временам утверждающегося христианства. Но
в подсознательной народной памяти сохранилось обращение за помощью
к Бабе Яге, пусть и переиначенное в якобы принцип магии подобия. Например, среди заговорных текстов Полесья встречаются:
«В чистом поле стоит дуб, в нем сидит Баба Яга, глаза оловянны, зубы
железны, я покорюсь, помолюсь: заешь, загрызи у моего раба Божья младеня… грыжу».
Или:
«Лесовы деды и бабы, ого-го! Баба Яга, угу-у! Берите криксы и несите
в лес» 1.
Криксы — ​это безудержный детский плач по ночам.
Пожалуй, стоит еще отметить, что наша героиня — ​не просто Яга,
а Баба — ​поименование, принятое у древних русичей не для всех подряд
женщин, но только для старших в роду, для знахарок и повитух; и бабничать тогда означало «принимать роды, лечить, ворожить».
Так что вовсе не случайно в ряду аналогов нашей героини в мировом
фольклоре (см. главу 1) — г​ реческая Иасо́ — б
​ огиня исцеления и ее сооте­
чественник Ясон, античный герой, чье имя переводится как «целитель».

Магия превращения
Магия как совокупность обрядов и действий, связанных с возможностью влияния на что-либо или на кого-либо посредством сверхъестественных сил, представляет собой одну из форм древней духовной культуры.
Фольклорные источники содержат богатый материал о достижении посредством магии всевозможных превращений, то есть чудесных изменений объекта воздействия, касающихся его структурных свойств и(или)
качественных сторон. Таким объектом могут выступать сам волшебник
и другие живые существа, а также неживые предметы.
Баба Яга в этом смысле — ​безусловный мастер экстра-класса. Вопервых, она блестяще владеет искусством оборотничества, превращаясь
в различных животных. При этом, как водится в оккультной сфере, ее
личностное ядро внутри приобретенного образа сохраняется, то есть,
представая, например, совой, Яга остается самой собой, она не думает и не
чувствует так, как сова, и может держать ситуацию под контролем. Своих
дочерей она тоже при случае превращает, например, в кобылиц 2. Такая
1
Виноградова Л.H. Мифологический аспект полесской «русальной» традиции // Славянский и балканский фольклор. Духовная культура Полесья на общеславянском фоне. М.:
Наука, 1986. С. 306–307.
2
Марья Моревна — ​русская народная сказка // URL: http://narodstory.net/russkieskazki.php?id=62

40

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

трансфигурация в корне отличается от шаманских практик превращения
в дикое животное посредством надевания его шкуры с целью «выхода за
пределы себя» 1 и от воинской ритуальной ликантропии (экстатического
«превращения» в волка с избавлением от любого человеческого проявления), имевшей распространение в тайных североамериканских и африканских сообществах, а также у германцев, греков, иранцев и индийцев 2.
Баба Яга способна перемещаться в пространстве в облике вихря или
бури, представать тучей, горой, стеной, приобретать чудовищные размеры: «раззявив рот так, що одна губа по-пид облаками, а друга по земли
волочется», она проглатывает богатырей с их конями 3.
Кроме того, наша героиня способна изменить облик на красавицу либо
нищенку. Здесь речь идет об иллюзии превращения, когда для окружающих она внешне выглядит иначе, чем на самом деле, по сути не меняя в себе
ничего. Наконец, при отсутствии прямого контакта с тем, кого собирается
превращать, могущественная колдунья может использовать кого-нибудь
или что-нибудь в качестве посреднического носителя магии, например,
воды, испив которую, Иванушка стал козленочком.
Эту же роль выполняют неодушевленные вещи, которым Баба Яга магическим способом придает чудесные свойства. Их только не надо путать
с тотемами, то есть природными объектами — ​покровителями конкретного социума (племени, рода). А у Бабы Яги — целая кладовая волшебных предметов, изначально имеющих вполне обиходное предназначение.
В самом деле, тот же клубок — ​материальная вещь, имеющаяся у любой
рукодельницы; но для того, чтобы проявился ее древний символизм, необходимо магическое воздействие. Или череп, как и три пары рук, не говоря
уже о воротах, в принципе не-живой, но приобретает сверхъестественную
способность зажигаться, переданную ему волей Бабы Яги. И не просто зажигаться, а отличать добро от зла и огнем вершить суд над недостойными
(мачехой с ее дочками). Не менее яркими примерами служат дары, врученные героине «Финиста — Ясна Сокола»: блюдечко с яичком, пяльцы
с иголочкой, донце с веретенцем.
В. Я. Пропп отмечал, что для героя сказки волшебные предметы «представляют собой лишь частный случай помощника» 4. Совершенно верно.
И передаются они сказочным героям от ясновидящей знахарки Бабы Яги
в качестве носителей ее покровительственной магии превращений в преде1
Элиаде М. Шаманизм. Архаические техники экстаза // URL: http://www.e-reading.
club/bookreader.php/69785/Eliade_-_Shamanizm__Arhaicheskie_tehniki_ekstaza.html
2
Элиаде М. От Залмоксиса до Чингиз-хана // URL: http://e-libra.ru/read/83473-otzalmoksisa-do-chingiz-xana.html
3
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. С. 586.
4
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 276.

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

41

лах тех символических значений, которые этим вещам издревле присущи.
В этом аспекте воплощается древняя концепция верования в так называемых хозяев, сформулированная Л. Я. Штернбергом: «Каждый предмет
есть не только предмет сам по себе, но имеет еще своего хозяина, своего
духа, который в нем живет» 1.

Хозяйка животных, стихий воды и воздуха
Лесная хозяйка воистину правит миром животных, которые неукоснительно являются на ее зов и беспрекословно ей подчиняются.
Правда, в тех случаях, когда в сказке фигурируют три сестры-яги, лишь
старшей удается, обратившись в приказном порядке к «ответчикам» —
обитателям водного, наземного и воздушного пространств 2, получить
ответ, где искать Ивану-царевичу Ненаглядную Красоту. Откуда же
у нашей героини такая безграничная власть над ними? На этот вопрос
можно было бы ответить очень коротко: из глубины веков. Но вряд ли
этого будет достаточно для понимания коренных причин, обусловивших
статус Бабы Яги — п
​ овелительницы животного царства.
Современные исследователи сходятся во мнении, что в древнейшие
времена смерть воспринималась как превращение усопшего в животное:
«Почти все животные с древнейших времен рассматривались либо как
проводники, сопровождающие души на том свете, либо как новая форма
умершего. Независимо от того, является ли животное “предком” или
“руководителем посвящения”, оно символизирует настоящую и непосредственную связь с потусторонним миром. В значительном количестве
легенд и мифов всего мира героя переносит в иные миры животное» 3.
На данном представлении основано, в частности, и «уподобление инициатических испытаний поглощению и перевариванию посвящаемых
чудовищем» 4. Это обстоятельство как нельзя более кстати соотносится
с образом Бабы Яги — с​ тража пограничья земного и подземного миров.
Кроме того, сама Яга время от времени проявляет зооморфные
признаки: «визжит по-змеиному», «ревет по-звериному» 5. В ипоста1
Штернберг Л.Я. Эволюция религиозных верований // Вопросы религии и религиоведения. Вып. 4. Кн. 1. Ч. I. М.: МедиаПром, 2010. С. 28.
2
Афанасьев А.Н. Кощей бессмертный // Народные русские сказки: В 3 т. М.: Художественная литература, 1957. Т. 1. С. 364.
3
Элиаде М. Шаманизм. Архаические техники экстаза // URL: http://modernlib.ru/
books/eliade_mircha/shamanizm_arhaicheskie_tehniki_ekstaza_2/read
4
Элиаде М. Инициация: общий обзор / Пер. с англ. и прим. И.С. Анофриев // URL:
http://religious.life/2012/11/eliade-initiation-obshhiy-obzor/
5
Мадлевская Е. Русская мифология. Энциклопедия // URL: http://e-libra.ru/
read/205171-russkaya-mifologiya. — y
​ enciklopediya.html

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

42

си вои­тельницы она может приобретать облик гигантского животного
(например, змеи или кошки) и демонстрировать фантастическую силу,
а также чрезвычайную устойчивость к ударам, получаемым от противника. В связи с этим уместно вспомнить, что еще Л. Я. Штернберг,
отмечая эволюционный характер развития учения о божествах, подчеркивал универсальность и разнообразие культа животных как наиболее раннего среди всех прочих верований. Но с изменением условий
жизни и усилением власти человека над природой теротеизм (поклонение животным, зоолатрия) сменяется антропотеизмом: боги-звери
превращаются в богов-людей 1.
Остаточные следы указаний на древний зооморфный вид Яги и ее
повелевание животными в сказочных повествованиях связано не только
с идеей восприятия мира как цельности природы и человека в древнейшие времена, но и с принципом матриархального устройства социальной
жизни. На это откровенно намекают гипертрофированные женские
формы в фигуре этой дамы и ее почтенный возраст, в силу которого она
должна была обладать достаточным жизненным опытом и мудростью,
быть «старшей», то есть иметь права и полномочия для поучения и наставления окружающих.
Поскольку в первобытном обществе благополучие существования
племени в решающей мере зависело от животных, добытых на охоте, постольку власть над ними во многом определяла судьбы людей и уровень
рождаемости, а стало быть, прообразом Бабы Яги могло быть только
существо всемогущее, обладающее волей несравненно большей, чем
у любого члена племени. В эпоху матриархата таковым могла быть,
вероятнее всего, Великая Мать. По мысли В. Я. Проппа, «Яга представляет стадию, когда плодородие мыслилось через женщину без участия
мужчин» 2. По этой причине ученый «отказывает» нашей героине в любой вероятности брачной жизни. Однако напомним, что в сказке «Иван
Быкович» она иногда упоминается в качестве жены Старого старика —​
аналога Вия, поскольку является матерью змеев. Кроме того, иногда
встречаются утверждения о замужестве ее то с Кощеем, то с Велесом,
однако у нас нет достаточных оснований ни поддержать, ни опровергнуть эти мнения.
По справедливому утверждению В. Я. Проппа, Баба Яга «представляет собой явление, известное в этнографии под названием хозяи­
на» 3. И действительно, при матриархате мать — ​это и властительница. Но в качестве хозяйки животных она была связана со стихиями
1
2
3

Штернберг Л.Я. Первобытная религия в свете этнографии. Л., 1936. С. 23.
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 267.
Там же.

Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги

43

и, соответственно, природными явлениями, обладая широкими полномочиями в управлении ими. Например, в ее подчинении находились волшебные кони, такие как Сивко-Бурко, которого она в сказке («Иванцаревич в подземном царстве») вызывает для ускорения в пути Ивануцаревичу:«Сивко-бурко, доброй конь-воронко, явись передо мной, как
лист перед травой». Прибежал сивой конь, баба-яга писемчо написала,
коню в ушко запихала. «Садись, Иван-царевич, на моего коня, а твой
пускай отдыхат…» 1. Владение такими конями указывает, помимо прочего, на ее связь с вод­ной стихией. В индоевропейской традиции волшебные кони обитают, как правило, под водой. Наиболее явно эта мифологема сохранилась у кельтов. Античный бог вод и морей Посейдон
одновременно покровительствовал и коням, а иногда и сам представал
в конском обличье. Согласно мифу, он подарил волшебных коней царю
Главку. И заметьте, наша героиня в сказках проявляет полную осведомленность в вопросах, касающихся волшебных вод: живой и мертвой,
сильной и слабой, глазной (возвращающей зрение).
Судя по ряду сказок, Бабе Яге подвластны ветры, то есть стихия
воздуха. Так, в сюжете «Заколдованная королевна» солдат спрашивает
у нее, где найти свою венценосную жену, и она отвечает: «Подожди
немножко; вот я созову всех своих ветров и у них спрошу. Ведь они
по всему свету дуют, так должны знать, где она теперь проживает».
И тотчас, выйдя на крыльцо, «крикнула громким голосом, свистнула
молодецким посвистом; вдруг со всех сторон поднялись-повеяли ветры
буйные, только изба трясется!» 2 Примечательно, что и в этом диалоге,
и в последующем обращении к ветрам старушка называет их своими:
«Ветры мои буйные, по всему свету вы дуете, не видали ль где прекрасную королевну»? 3 В тексте «Смирный мужик и драчливая жена» герою
в самой чаще дремучего леса, куда «мало птица залетает и редко зверь
забегает», встречается некая старуха (по мнению специалистов — ​не
поименованная Баба Яга), которая называет себя матерью ветров 4.
В славянском фольклоре встречаются упоминания о том, а то, что
наша героиня летает в железной или огненной ступе в паре с бурей,
погоняя свой транспорт пестом-молнией, а иногда метафора молний,
соотносится с ее огненными пальцами, так же как грозовые тучи —​
с растрепанными волосами. А проказников-ребятишек, дабы не портили
полевой урожай, стращали тем, что, когда ветер гуляет по ниве, это значит, что Баба Яга гоняется за детворой, чтобы задушить, истолочь и т. п.
1
2
3
4

Северные сказки. Сб. Н.Е. Ончукова // URL: http://starina-rus.ru/onchukov/8.php
Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 2. С. 351.
Там же.
Там же. Т. 3. С. 341–342.

44

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Существует устойчивое мнение, что повелевание стихиями и животным царством указывает на следы почитания богини плодородия.
Не опровергая эту точку зрения, отметим, что полномочия Бабы Яги
простираются гораздо шире и соотносимы с образом Великой Матери
(Макоши/Мокоши). И в данном случае речь идет об аспекте души природы как функции хозяйки Вселенной.

Глава 3. Традиционные атрибуты
Бабы Яги
Прежде чем перейти к непосредственному рассмотрению содержания
и специфики образа Бабы Яги, имеет смысл обратиться к ее атрибутам
с точки зрения культурно-исторической и социокультурной традиции
народов. Такой научный подход вполне обоснован и широко используется в разных отраслях знания, в том числе мифологами, культурологами,
социальными антропологами, этнопсихологами и т. д. И если идти по порядку, то следует в первую очередь обратиться к символическому смыслу
костяной ноги.
Пожалуй, стоит начать с того, что при всей безусловной распространенности костяной ноги как первого признака в характеристике Бабы
Яги, встречаются сказки, в которых одна из ее нижних конечностей —
золотая. В поздних сказочных текстах, особенно на Русском Севере, она
объявляется деревянной, железной, глиняной и даже… говенной. Иногда,
в частности в белорусском фольклоре, у Бабы Яги оказываются железными обе ноги, которыми она, зловредная, валит деревья.
В связи с этим стоит отметить, что все сюжеты с некостяной ногой
являются довольно поздними переложениями ранее имевшихся сказочных
повествований. Вполне возможно, это отражение попытки рассказчиков
усилить психологическое воздействие на слушателей либо их желание
внести свою лепту в детали известной им сказки, либо придать этим деталям характер, более близкий к бытовому.
Как бы то ни было, подобные частности не повлияли на неотъемлемость именно костяной ноги у нашей героини. Для того чтобы понять,
в чем заключается суть всеобщего признания этого факта, следует найти
ответы на несколько вопросов.

1. Что символизирует кость в традиционной
культуре разных народов?
Согласно верованиям многих народов, в костях сохраняется дух живого существа, поэтому существовал обычай сохранения и перезахоронения костей как гарантии возможного перерождения. Так что народная
поговорка «были бы кости, а мясо нарастет» в своей принципиальной
основе имеет неоднозначный смысл. Это верование нашло отражение
в мифах и сказках. Так, в германо-скандинавской мифологии верховный

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

46

бог-громовник Тор кормил гостей мясом козлов из своей упряжки, но
при этом просил не трогать и не разгрызать кости. На следующий день
съеденные животные были опять живы, и только когда один из участников божественной трапезы разгрыз кость, ездовой козел начал хромать.
А в русской народной сказке «Крошечка-Хаврошечка» корова просит
девочку захоронить кости после того, как ее зарежут, и из них впоследствии вырастает чудесная яблоня.
Если с кровью связывали семейное родство и родовые признаки, то
кости как часть тела ассоциировались с личностью человека: понятиями
«крупной кости», «мелкокостный» обозначали стать конкретного человека; «белой костью» называли знатного человека из благородного
рода, а «черной» — ​худородного. С костью связано и понятие скелета,
известного символа смерти. Пляска смерти — о
​ дин из распространенных
западноевропейских средневековых образов, в том числе христианского мира. Это и символ второго пришествия, когда «кости поднимутся из
могил на Страшный суд».
Зороастрийцы помещали посмертное ложе таким образом, чтобы
плоть умершего склевали птицы, а похоронный обряд совершали лишь
с оставшимися после этого частями скелета 1. Этот обычай сохранился
до сих пор у их потомков — ​современного индийского народа арьев.
В некоторых районах Северной Японии в древние времена (а кое-где
и в настоящее время) умершего человека хоронили, а через два года эксгумировали, чтобы перезахоронить кости. В ряде провинций Вьетнама
существует женская профессия чистильщиц костей от истлевшей плоти
у ранее похороненных покойников для обрядового перезахоронения.
В отдельных провинциях Мексики через несколько лет после похорон
достают кости умерших и помещают в специальные открытые колумбарии, где по праздникам поминовения предков проводят обряды почитания. В Монголии также до тридцатых, а кое-где до сороковых годов
ХХ века выделялась специальная природная площадка для укладывания
покойников на съедение хищникам, после чего устраивался погребальный ритуал костей.
Почти во всех шаманских традициях Урала, Сибири и Дальнего Востока шамана положено хоронить дважды. В ряде случаев усопшего шамана или шаманку (именно в силу того, что они живут на границе между
живым и мертвым мирами) сначала укладывали на высоком помосте или
привязывали головой вверх к верхней части ствола дерева, а через три
года собирали кости и хоронили в кургане (реже — с​ жигали).
Здесь и далее: Пономарева В. Почему у Бабы Яги костяная нога? Поверья наших предков // Школа жизни // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/37950/
1

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

47

По другим обычаям первичное захоронение проводилось в специальной постройке, иногда на сваях — ​ножках; через определенный срок
(от пяти–десяти и более лет) истлевшее тело хоронили в кургане под горой, сопкой или другой священной возвышенностью. У шаманов до сих
пор считается очень важным, чтобы погребение производилось без плоти,
а в его скелетную часть вносились изменения, например, в позвоночник
добавлялся хрусталик или особая косточка.
Кости рядовых членов племени после истлевания тел на открытом
воздухе переносили либо туда, где они жили раньше, либо в небольшую
пристройку из коры, расположенную поблизости, а через некоторое время их хоронили в общей могиле. Любопытно, что аналогичный обычай
существовал и у ряда североамериканских индейцев, также практикующих шаманизм.
Нганасаны хоронили детей и подростков завернутыми в шкуру или
положенными в деревянный ящик и помещали на вершину столба высотой в человеческий рост. После того как плоть истлевала, кости перезахоранивали в земле.
Наконец, в древнерусской и даже средневековой традиции подобный
обычай тоже имел место. Тела погибших на чужбине воинов в ряде случаев не отправляли домой, а дожидались, пока птицы и звери эти кости
не очищали от плоти, а затем тщательно собирали и увозили. Это обусловливалось и практической ситуацией: в одних случаях, дальностью
расстояния до родины, в других — о
​ пасностью осквернения и разграбления захоронений при контролировании ближайших территорий врагом,
поскольку для посмертного существования погибших полагалось закладывать ценные ритуальные предметы.
В условиях сегодняшнего мира подобные погребальные обряды могут
показаться не только странными, но и кощунственными либо дикими.
Однако не надо сбрасывать со счетов, что они имели под собой как идео­
логию, так и философию. В древние времена люди иначе воспринимали
понятия бренности существования и соотношение ее со своим антиподом — ​вечностью. Плоть для них по их искреннему и глубокому убеждению являлась временной оболочкой, а кость, в противоположность этому,
была связана с понятиями воскрешения и перерождения души.

2. Почему у Бабы Яги костяной была нога?
На этот вопрос с позиции современного эрудированного и здравомыслящего человека можно было бы ответить максимально кратко: поскольку скелет в нашем сознании и восприятии ассоциируется со смертью, то
костяная, то есть не облеченная плотью, конечность является признаком

48

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

мертвого. И это было бы даже отчасти верно, но повлекло бы за собой
следующий вопрос: почему у этой, если так можно выразиться, особы
плоть отсутствовала именно на ноге, а не на руке, к примеру, или на шее,
или на любой иной части тела? Прагматик отмахнулся бы, конечно, мол,
случайность. А на самом деле — ​нет.
Дело в том, что, согласно древнейшим поверьям индоевропейцев,
в стопе ноги заключалась живая душа человека, точнее, в особой маленькой косточке, расположенной там и спрятанной под плотью. Так что бытующая до сих пор расхожая поговорка «душа в пятки ушла» имеет не
просто утилитарный смысл, то есть не просто иносказательно выражает
психологическое состояние страха человека; как, впрочем, и абсолютное
большинство изречений из сокровищницы народной мудрости.
Существо с отсутствующей плотью на ноге, в отличие от одноногого субъекта, означает, таким образом, что это не только не инвалид, но
даже не человек, а скорее — ​дух. В частности, интересен пример такого
персонажа, как медведь с деревянной ногой, поскольку в ряде случаев
упомянутая конечность называется костяной как раз для того, чтобы подчеркнуть связь этого персонажа с загробным миром, кстати, обладавшего
полномочиями жестоко карать за недостойное поведение всех людей, от
мала до велика.

3. В чем состоит мистический потенциал костяной
ноги Бабы Яги?
Обладая костяной ногой, Баба Яга имеет возможность обеспечить
не только переход между мирами живых и мертвых, но и провести погребальный обряд согласно древним традициям. Не менее значимо и то,
что она отвечает за покойника до его похорон и должна обеспечить его
соответствующей охраной, поскольку, согласно верованиям наших предков, в период от момента смерти человека до захоронения душа его оказывается наиболее уязвимой для темных сил, так как ей не могут помочь
ни боги мира жизни, ни боги мира смерти. Вполне вероятно, что зловещее
обещание съесть героя на пограничье этих миров означает очищение его
основы — ​кости от плоти, а «покататься-поваляться на костях» — ​это
отголосок существования и защиты внутренней сущности человека в этом
междумирье.
Кроме того, костяная нога Бабы Яги (как и упоминание, что у нее кости местами выходят наружу из-под тела) есть не что иное, как демонстрация причастности к вечному, а не только отражение противоположности
жизни и смерти, ведь наши предки верили в посмертное существование,
иначе не оказались бы столь живучими предания о реках, разделяющих

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

49

мертвый и живой миры, — ​Стикс и Смородина. Древнейшим способом
такого очищения могло быть кремирование костей умершего. Такой ритуал существовал как на Руси, так и практически у всех древних индоевропейцев, включая как хеттов, этрусков, древних греков, индийцев-ариев
и т. д. Например, на Русском Севере несколько лет назад археологи обнаружили курган, в котором обгоревшие костные останки человека были
расположены внутри, как бы во чреве, обгоревшей до углей деревянной
женской фигуры гигантских размеров — д
​ линой около 4 мет­ров.
Итак, резюмируя, в качестве основных выводов отметим следующее:
1. Костяная нога — ​своего рода манифест, объявляющий Бабу Ягу
стражем границы между мирами живых и мертвых, в славянской традиции — ​между Явью и Навью. В этом качестве она символизирует связь
между жизнью и смертью, находясь «одной ногой здесь, а другой —​
там».
2. Не облеченная плотью нога как вместилище души, согласно древнейшим верованиям — п
​ оказатель причастности ее обладательницы к вечности и наличия полномочий по спасению душ умерших в их земном присутствии до перехода в мир мертвых, то есть до погребения.
3. Психологически костяная нога Бабы Яги в сказочном сюжете воспринимается как признак инакости, несхожести с обычными людьми,
отсюда вытекает требование особого подхода в обращении. Это обстоятельство содержит в себе достаточно широкие возможности в сфере
психологии общения, в частности, в формировании и развитии коммуникативных умений и навыков, а также коммуникативной терпимости.

Избушка на курьих ножках
В сказочных текстах встречаются различные описания этого удивительного строения, в том числе весьма неожиданные для современного
читателя. Например, в сказке «Перышко Финиста ясна сокола» из сборника А. Н. Афанасьева она названа чугунной 1. В пушкинском «Руслане
и Людмиле» избушка «стоит без окон, без дверей», а во всем известной
сказке «Гуси-лебеди» она «на курьей ножке, об одном окошке» 2. Перед
Иваном-царевичем жилище Бабы Яги предстало «на курьих ножках,
об одном окошке, на сыром говешки» 3, а перед Иваном-дураком — ​«на
курьих ножках, на петушьей голяшке» 4. Иногда, правда, упоминается
Заветные русские сказки // Сост. А.Н. Афанасьев // URL: https://librolife.ru/g2777860
Толстой А.Н. Гуси-лебеди // URL: http://narodstory.net/skazki-tolstoy.php?id=17
3
Северные сказки // Сост. Н.Е. Ончуков // URL: https://www.booksite.ru/fulltext/sev/
ern/yye/3.htm#15
4
Русские народные сказки // URL: http://www.ru-skazki.ru/ivan-the-fool‑4&p4.html
1
2

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

50

избушка «на турьей ножке, на веретенной пятке» 1, что откровенно намекает на то, что само жилище связано с прядением, а значит — ​с феноменами судьбы и времени. К тому же и сама его хозяйка «прядет,
сидя на брусу» 2.
В разных сюжетах избушка поставлена то на сорочью, то на баранью
ногу, а то даже и на собачьи пятки. И вот что любопытно: петушья, сорочья и даже мышиная нога фигурирует не только в описании сказочной
недвижимости нашей героини, но и… дворца волшебного Змея.
Примечательно также, что если чаще всего различные герои сказок
видели лишь просто необычную избушку в лесу, то Василиса Прекрасная
узрела на лесной поляне среди бела дня поистине жутковатое зрелище:
«забор вокруг избы из человечьих костей, на заборе торчат людские черепа с глазами; вместо дверей у ворот — ​ноги человечьи, вместо запоров — ​руки, вместо замка — ​рот с острыми зубами». А когда стемнело,
«у всех черепов на заборе засветились глаза». Пожалуй, это описание
напоминает даже не вполне жилье, поскольку имеет очевидные признаки
организма, да еще и явленные во множественном числе, что несомненно
усиливает трепет восприятия.
В связи с этим стоит обратиться к наблюдению столь авторитетного
ученого, как Мирча Элиаде, который, описывая многочисленные сибирские, австралийские, американские и иные практики возрастных инициаций, указывал, что посвящаемых во взрослое состояние детей прогоняют
через строение, которое выглядит как пасть и тело некоего огромного
чудовища. Очень похоже, что и Василиса проходит такую инициацию.
Неслучайно по возвращении домой после своих злоключений она избавляется от недоброй мачехи и в скором времени выходит замуж.
Иногда в сказках сообщается, что избушка Бабы Яги подперта
блинами. На первый взгляд — ​сущая нелепица, но это только на первый взгляд, поскольку блины на Руси всегда были поминальным угощением, и в пограничье между мирами жизни и смерти они вполне
уместны. Особо скрупулезный читатель может возразить, мол, печь
блины принято на Масленицу — ​праздник встречи весны. Однако это
и проводы зимы, которая уходит («умирает»). Вот ее-то и поминают
блинами. Баба Яга как страж на границе миров непосредственно связана с миром смерти, а следовательно, и с зимой, во время которой
вся природа, засыпая, временно умирает. Как тут не предположить,
что после «блинного» антуража героиня или герой обрекается на временное «умирание» для живых и у него остается два пути: попасть
в тридевятое царство для последующих испытаний или «победить»
1
2

Новиков Н.В. Образы восточнославянской волшебной сказки. М., 1974. С. 136.
Власова М. Энциклопедия русских суеверий.

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

51

Бабу Ягу с помощью чудесных вещей, которые находятся у нее. Некоторые исследователи даже сравнивают это… со сдачей экзаменов
экстерном, — ​не правда ли, забавно! 1
Наконец, Баба Яга иногда вовсе не обитает в избушке на курьих ножках. Так, некоторые белорусские заговорные тексты начинаются словами:
«В чистом поле стоит дуб, в нем сидит Баба Яга». Очень может быть,
что здесь прослеживается относительная аналогия с уже упоминавшейся историей замены погребальных обрядов после христианизации Руси
и установлением обычая хоронить умерших в дубовых колодах. С другой
стороны, эта аналогия прослеживается в заговорных текстах на приворот
полюбившегося молодца.
Как бы то ни было, при всем различии в описаниях внешнего вида
жилища Бабы Яги в народном сознании укоренился устойчивый образ,
главными примечательными особенностями которого являются: курьи
ножки; отсутствие или слабая освещенность; способность поворачиваться
минимум на сто восемьдесят градусов (чтобы встать к лесу задом, к герою
передом), а то и на все триста шестьдесят. Возникает вопрос: являются ли
эти приметы абсолютно вымышленными или существовали их реальные
прототипы в архитектурных сооружениях наших предков? Чтобы ответить на него, рассмотрим эти особенности по порядку.

Курьи ножки и есть ли свет в окошке?
При упоминании о небывалом постаменте избушки перед мысленным
взором практически любого современного человека предстают огромные
куриные лапы. Так изображается обиталище Яги во всех детских книжках.
И это вновь наводит на мысль об отголосках связи постройки с инициациями, поскольку ноги являются частью тела, а при таких их размерах
курица целиком должна была бы выглядеть сущим монстром.
Интересно и другое обстоятельство. Баба Яга передвигается в ступе — ​предмете, который в обиходном плане статичен и никак не связан
с движением, зато ни в одном источнике не упоминается, что избушка
на курьих ножках может куда-то идти, тогда как на ногах обычно ходят, будь то люди, звери или птицы. С одной стороны, это подчеркивает
инакость персонажа, наличие в его атрибутах «наоборотных» свойств
(что в реальности неподвижно — ​двигается, что передвигается — ​стоит).
С другой стороны, то, что избушка может лишь поворачиваться вокруг
своей оси, означает, что под ножками здесь понимаются некие опоры.
В противном случае куриные лапы должны были бы переступать с одной
Бычковская Е. Женские архетипы нулевой чакры. Баба Яга // URL: http://www.proza.
ru/2014/02/07/1564
1

52

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

на другую, что создало бы немыслимую тряску внутри, вряд ли приемлемую для хозяйки жилища.
По одной из версий, эти опоры преобразились в куриные лапы в результате потери понимания старинной и даже древней терминологии,
а изначально курьи были аналогом курных, то есть окуриваемых/окуренных особыми обрядовыми составами1. Подобным образом действительно
поступали когда-то в погребальных ритуалах: сжигая умерших, помещали
их прах в прочные постройки на высоких опорах, у основания которых
воскуривали подобающие случаю травы и т. п. Иногда там помещали
тело покойного целиком, но в любом случае оставляли пищу и ритуальные предметы. Таким образом обеспечивался проход покойного в мир
мертвых, так как попасть туда можно было только изнутри избушки. Поскольку Баба Яга являлась стражем и проводником в мир иной, то опоры
ее жилища должны были пройти соответствующий обряд окуриваний.
По той же причине сказочный герой, оказавшись на поляне перед
избушкой Яги, обнаруживал, что входа в него нет, так как он был расположен с обратной стороны, со стороны леса, символизировавшего иномирье — м
​ ир смерти. Похоронные избушки, стоящие на четырех довольно
высоких сваях, не имели окон, в курсе чего был, очевидно, А. С. Пушкин.
Существенным является и то, что вокруг ритуального захоронения
«на курьих/курных ножках» ставили в качестве жертвоприношения
умершему и его душе колья с черепами животных, а в древние времена,
возможно, что и с людскими. Кстати, в ряде вариантов сказок на столбах
вокруг избушки Бабы Яги насажены черепа коней. Отметим, что конь —​
солнечное и световое животное, поэтому исходящий из глаз черепа коня
свет имеет более логичное объяснение, чем льющийся из глазниц черепа
человека, как это описывается в «Василисе Премудрой».
По мнению писателя-историка А. Иванова, происхождение избушки Бабы Яги связано с традицией уральских финно-угров, у которых на
тайной поляне в лесной чаще располагалась священная постройка сомъях
на высоких обрубленных пнях 2. В нее помещали деревянную куклу (иттарма) — в​ местилище души предка в национальном наряде, включавшем,
среди прочего, шубу-ягу. По мнению автора концепции, образ Бабы Яги
в русских сказках является примером слияния культур.
Однако подобные постройки имелись также у северных и тверских
финно-угров — ​вепсов и карел, а также у русских северян. Кроме риту1
Пономарева В. Избушка Бабы Яги: откуда у нее курьи ножки и поворотное устройство? Поверья наших предков // Школа жизни // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/
articles/37948/
2
Иванов А.В. Message: Чусовая // Электронная библиотека book-online.com.ua // URL:
http://book-online.com.ua/read.php?book=8544&page=69

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

53

ального назначения они ставились и для хозяйственных целей — ​в качестве житниц, сараев, мельниц и т. д. Высокие опоры служили защитой от
непрошеных лесных гостей и разлива воды. В традиции северного быта
широко распространены до сих пор лесные лабазы чамья, которые имеют
две-три опоры, однако у них входная дверь всегда располагается со стороны тропы, то есть «к лесу задом». Для случайного путника здесь всегда
(как и по обычаю других мест) оставляется съестной припас (а в сказках
герой говорит Яге: «Сначала накорми, потом расспрашивай»). В подобных
строениях, от житниц до лабазов, всегда предусматривалось окошко, как
правило, одно.
Наконец, дома на опорах широко распространены по всему миру.
Так, в Японии они служат для защиты от наводнений и паводков. При
строительстве эти опоры издревле окуривали смолой или ею же обмазывали, предохраняя от гниения. В тропических странах это также принято и отмечено в фольклоре и как защитное средство от наводнений
и хищников, и как укрытие от всевозможных темных сил, включая ведьм,
чаще всего, лесных, но не только. В этих случаях окно тоже обязательно
вырубается.
Наконец, курьи ножки могли не иметь никакого отношения к опорам,
если учесть, что для благополучия семьи и ублажения невидимых обитателей под порогом нового дома (как и бани) хоронили задушенного черного
петуха или, в крайнем случае, черную курицу. Этим, в частности, можно
объяснить, откуда в некоторых сказках упоминается о наличии у избушки
не только курьих ножек, но и петушьей голяшки. В иных местах могли закапывать тела или фрагменты тел других животных: собаки — д
​ ля охраны
дома, сороки — ​защиты от воров и т. д. В любом случае проживание Яги
в такой избе означало бы, что она ведает и чтит древние обычаи.
Следует остановиться и на поворотных свойствах избушки на курьих
ножках. При всем колорите инженерного устройства этого жилища следует хотя бы вскользь упомянуть, что дворец Змея в славянских народных
сказках тоже способен к вращательному движению, при котором, ко всему прочему, из его резиденции «видна вся вселенная — ​все государства
и земли, как на ладони». Но у Бабы Яги имелась своя миссия, для осуществления которой подобный обзор ей был не нужен.
Вспомним, что герой сказки умел приказать волшебной постройке:
«Избушка, избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом». В переводе с метафорического языка это означает: отвернись от мира смерти
(леса) к миру жизни (герою). У дотошного читателя могут возникнуть
вопросы: почему бы Иванушке или другому персонажу, оказавшемуся
волей судьбы в этом месте, самому не обойти избушку в поисках входа?
Для чего он дает ей приказания? Дело в том, что поворот этой строитель-

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

54

ной конструкции приводит к перемещению входной двери, находящейся
в мире мертвых, на сторону мира живых. Если бы герой обошел избушку,
то попал бы в мир мертвых, то есть просто умер. Это и было его первым
на первый взгляд незаметным испытанием, ценой которого была — ​ни
много ни мало — ​собственная жизнь. Именно поэтому избушка и слушалась Иванушку (Ивана-дурака, Ивана-царевича и т. д.). Кроме того,
если бы герой все-таки вошел к Яге со стороны леса, то есть загробного
мира, то мог быть принят ею за неупокоенного мертвеца, стремящегося
вырваться в мир жизни, а когда он появляется со стороны мира жизни,
то принимается как человек, который «дело пытает или от дела лытает».
Однако в мизансцене имеется и другой, не менее важный аспект — г​ ендерный. Если приглядеться повнимательнее, то можно заметить, что переговоры с избушкой в сказках ведут исключительно мужские персонажи,
тогда как женские видят перед собой входную дверь (Василиса Прекрасная,
Аленушка в «Финисте — Ясном Соколе», девочка в сказке «Гуси-лебеди»
и т. д.). Их испытания в разных сюжетах связаны с качествами добродетели,
терпеливости, трудолюбия и хозяйственности. А вот Ивану-дураку, Ивану
Быковичу, Ивану-царевичу и иным героическим персонажам предстояло войти в мир мертвых (тридевятое царство — ​тридесятое государство)
и совершить там смертельно опасные подвиги, то есть проявить храбрость
и доблесть. Совет, подсказка или дар от Бабы Яги, получаемые в избушке,
фактически являются для них благословением.
Способность избушки на курьих ножках крутиться вокруг своей оси,
да еще и реагируя на голосовое управление, подобно последним достижениям современной техники, конечно, удивительна. Но только ли чудом
ее можно объяснить? Оказывается, не только. В фольклоре вообще нередко случается, что волшебные свойства возникают из вполне реальных
прообразов. Так и в нашем случае. Вращающиеся строения были не просто известны нашим предкам, а сооружались довольно часто. Речь идет
о ветряных мельницах, многообразие конструкций которых можно разделить на два основных типа: столбовки (северный вариант) и шатровки
(распространенные в средней полосе России) 1. Столбовки под влиянием
ветра вращались на врытом в землю столбе, кроме которого имелись и дополнительные опоры — т​ е же столбы, а также рама или клеть в форме пирамиды. У шатровок нижняя часть самой клети оставалась неподвижной,
а поворачивалась только верхняя, собственно крыша строения. Нетрудно
заметить, что жилищу Бабы Яги по конструкции ближе именно северные
столбовки. Кстати, многое, связанное с Ягой, в наиболее архаичной форме
относится к Северу, Сибири и Уралу.
1

Пономарева В. Избушка Бабы Яги.

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

55

Остается еще один существенный вопрос: нет ли противоречия в соединении конструктивных качеств мельницы и погребального домика? Нам
представляется, что такового нет. Во-первых, в сказке возможно все: там
существует другая действительность, другое пространство и другое время.
Во-вторых, мельники и мельничихи всегда связывались в народе с особыми
качествами, замешанными на магии, к тому же их довольно часто, как и кузнецов, считали колдунами и наделяли властью над чертями и всякой прочей
нечистью. Достаточно вспомнить гоголевского кузнеца Вакулу из «Вечеров
на хуторе близ Диканьки», летавшего верхом на черте в Санкт-Петербург1.
Суммируя рассмотрение народных традиций, обусловивших особенные
приметы избушки на курьих ножках, можно сделать следующие выводы.
1. С психолого-исторической и этнопсихологической точки зрения ее
характерные качества могут меняться в зависимости от времени и места
создания и пересказа сказочного сюжета, с учетом условий и традиций
жизненного уклада.
2. Избушка на курьих ножках является своего рода форпостом, пограничной заставой на рубеже миров Яви (жизни) и Нави (смерти) и соответственно — м
​ естом временного пристанища души перед переходом в загробный мир. Баба Яга в ней выступает в качестве стража, охраняющего переход
между мирами и присматривающего за бессмертными душами умерших.
3. Жилище Бабы Яги в народных сказках выполняет инструментальную
роль в возрастной инициации. Оно оформляет ритуальное умирание ребенка, после которого рождается взрослый член общества; фиксирует испытательный процесс завершения (отмирания) холостой жизни и зарождения
семейной. И в том и в другом случае речь идет о выявлении и общественном
признании достоинства испытуемых (с учетом их гендерных ролей), то
есть соответствия качеств их характера принятым устоям, прежде всего
нравственным. Поэтому в психологической практике этот образ может
использоваться как ресурс для оценки социальной мобильности и готовности к саморазвитию.

Ступа и пест
Вспомним знаменитую пушкинскую фразу «Там ступа с Бабою Ягой
идет-бредет сама собой» и попробуем представить себе способ передвижения персонажа по этому образцу. Вращательный принцип здесь был
бы вряд ли приемлем, переступательный — ​выглядел бы комично и тоже
был бы неудобен. Единственное, что остается — ​скользящее перемещение, причем, скорее всего, по твердой, то есть по земной, поверхности,
1

Гоголь Н.В. Ночь перед Рождеством // URL: http://lit-classic. ru/?fid=1&sid=7&tid=16&re=1

56

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

с возможным перелетанием через препятствия. Нам представляется, что
А. С. Пушкин основывался на известных ему более ранних преданиях,
иначе он с легкостью гения мог заменить «идет-бредет» на «летит-гудит»
или что-либо в этом роде. К тому же по народным сказочным сюжетам
Баба Яга не только «ездит в ступе, пестом погоняет…», но и «пестом упирается», а в воздушном полете это оказывается проблематичным, если
вообще достижимым. Да и в конце концов, когда мы говорим «идет автобус», то не сопоставляем его движение ни с человеческой походкой,
ни тем более с полетом.
Полагаем, что изначально Баба Яга в ступе именно ездила, а ее полеты
в ней — ​более позднее нововведение в сказках, возможно, в результате наложения на этот уникальный персонаж расхожего образа ведьмы.
Об этом свидетельствует и то, что в фольклоре встречаются упоминания
о Бабе Яге, летающей на метле, подобно ведьмам. К тому же и В. Я. Пропп
отмечает, что по некоторым фольклорным источникам железную ступу
с Бабой Ягой везут черти. Впрочем, и без чертей ее ступу в сказках порой
называют железной, то есть весьма прочной, основательной.
Возможно, преображение образа в упрощенно негативный случилось
вследствие того, что после христианизации Руси по настоянию заезжих
священников было запрещено погребение умерших по прежним обрядам,
и примерно с XII века установилось правило хоронить их в долбленых дубовых колодах, которые населению напоминали ступы, а потому получили
такое же название 1. Между прочим, расхожему выражению «дуба дать»
мы обязаны именно этому обычаю, который сохранился до той поры,
пока Петр I не издал указ, объявивший наказание в виде смертной казни
за рубку дубовых рощ. После этого и стали сколачивать гробы из досок.
Но за шесть веков существования колод-ступ за Бабой Ягой укоренилась слава, что передвигается она в гробовой колоде. И это не могло не
способствовать трансформации образа лесной хозяйки в отрицательную
сторону. Но погребальные колоды не имеют ровным счетом ничего общего
с той ступой, в которой она передвигалась изначально.
Необходимо подчеркнуть, что в исконной славянской традиции (и не
только) ступа все же менее всего соотносилась с нечистью и вообще
воспринималась не просто как предмет обихода, а в качестве глубоко
символической вещи, обладающей массой чудесных свойств, вплоть до
целительских. Поэтому она имела серьезную обрядовую роль и использовалась в важнейших житейских событиях от свадьбы до похорон. При
этом, как правило, вместе с пестом 2.
1
Пономарева В. Почему Баба Яга каталась в ступе? Поверья наших предков // Школа
жизни // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/37944/
2
Там же.

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

57

По магии подобия она считалась олицетворением женского лона,
тогда как пест — ​мужского. В свадебных действах ступу даже иногда
рядили в женскую одежду, а пест — ​в мужскую, как бы ни трудно
было вообразить этот предмет облаченным в порты. Новобрачную
(где-то — по приезде свадебного поезда жениха в дом невесты, в иных
местах — ​в первый понедельник после свадьбы) заставляли… толочь
воду в ступе, пока не выплещется вся вода. В наши дни высказывание
о подобном занятии означает его бессмысленность, а в прежние достославные времена оно не только служило испытанием необходимых
в семейной жизни качеств: усидчивости, терпеливости и работоспособности молодой жены, но и имело сакральный смысл связи с зачатием
и оплодотворением.
Что касается традиционных установлений, связанных с похоронами, то здесь тоже имелись такие, что были связаны со ступой. У поляков, например, запрещалось использовать ее в качестве кухонной
утвари, то есть по прямому хозяйственному назначению, в течение
трех дней после смерти человека. Такое табуирование было вызвано
убеждением, что в этот период здесь, как в магическом двойнике женского лона, обретается душа человека, готовясь к новому рождению
и перерождению.
В повседневности в ступе пестом (напомним — ​фаллическим символом) толкли жито — ​олицетворение жизни. В этой связи примечательно, что ступа была неотъемлемой принадлежностью мельничного
хозяйства, а мельница, как известно, в народных поверьях, с одной
стороны, ассоциировалась с чертовщиной, но с другой — я
​ влялась местом выработки муки как основы хлеба, отношение к которому было
сакральным, то есть священным.
В быту существовал целый ряд специфических правил обращения
со ступой. В частности, не дозволялось оставлять ее с пестом внутри
на ночь, «чтобы не дать толочь нечистой силе», способной, таким образом, породить нечто злое или нанести порчу на членов семьи. Возбранялось оставлять ступу открытой, поскольку эту сулило мрачную
перспективу не закрыть рта перед смертью, что означало возможность
похищения нечистью бессмертной души человека.
Немаловажным является то обстоятельство, что в древние времена
духи стихий также связывались со ступой и пестом. В частности, ей
уподоблялись грозовые облака, а ему — м
​ олнии. Кстати, на Руси и Бабу
Ягу считали причастной к грозовым явлениям. Возможно, она была
связана с предшественницей громовника Перуна при матриархальном
укладе жизни? И ведь, кстати, в русском фольклоре имеются неоднократные указания на Перуниц, которые или являются женской ипо-

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

58

стасью Перуна, или приходятся ему родственницами. Примечательно
и то, что ступа является одним из атрибутов богини Макоши, к образу
которой нам еще придется вернуться 1.
В заключение разговора о ступе и песте как символических атрибутах Бабы Яги можно сделать выводы о том, что уникальность ее
транспортного средства заключается в его глубоком символизме.
1. Поскольку ступа и пест являлись магическими инструментами
помощи в браке и зачатии, постольку Баба Яга как их владетельница
является причастной к этим процессам, а в более широком представлении — к
​ плодородию в принципе.
2. Сакральный смысл ступы как символа, имеющего стойкую связь
с душой, в частности, посредством предоставления ей пристанища обитания перед перерождением, усиливает аргументацию в пользу участия
Бабы Яги в защите души умершего человека на границе миров жизни
и смерти, которое было выделено в качестве символического значения
костяной ноги.

Помело и метла
В большинстве сказок, где упоминается полет Бабы Яги в ступе, указывается не только пест, но и помело, которым она «следы заметает».
А поскольку на метле, как известно, летают ведьмы, то безвестные авторы,
сажая на нее Бабу Ягу, провозглашают эту сказочную особу царицей или
прародительницей всех ведьм.
Сразу же подчеркнем, что помело и метла при всей их схожести — в​ овсе не одно и то же. Причем в русской традиции в магических обрядах
чаще все-таки применялось помело, а в европейской — ​метла. В народном фольклоре и то и другое символизировало фаллос. Так в чем же
заключается разница? Всем известно, что метла служит для подметания
какой-либо поверхности (а веник, к слову сказать — ​всего лишь ее укороченный вариант). Помело — э​ то пучок хвойных веток, соломы, мочала
либо тряпка на длинной деревянной рукояти тоже для подметания, но не
всего подряд, а подовой части печи, это орудие очищения от угля и золы
перед посадкой нее хлебов. Сакрально оно связано с огненной стихией и подземным, но порождающим уровнем Нижнего мира, в котором
хранятся зародыши всего живого, — ​подобные представления имеются
у всех индоевропейских народов, согласно традиции которых Нижний
мир имеет многоуровневую структуру и не ограничивается только пристанищем мертвых и обиталищем нечисти.
Пономарева В. Почему Баба Яга каталась в ступе? Поверья наших предков // Школа
жизни // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/37944/
1

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

59

Помело, таким образом, является инструментом подготовки к сотворению хлеба как символа жизни. Кроме того, существовали обычаи (например, в Карелии) бросать хвойные ветви с него (чаще всего — м
​ ожжевеловые)
в подол молодой хозяйке «для семейного счастья и рождения здорового
потомства». Считалось также, что если после подметания пода в печи отнести хвойные ветки с помела в хлев, то овцы начнут хорошо ягниться.
В свадебной обрядности Курской губернии отец жениха или выбранный им сват связывали помело с кочергой перед сватовством как
залог того, что ожидаемый свадебный союз будет крепким и надежным.
Веником или помелом расчищали путь свадебному поезду или невесте,
которую вели в баню, чтобы оградить ее от порчи. Использовали помело
в свадебном обряде и во время так называемых «умывок», когда сваха, наряженная чучелом, вымазанная сажей и с помелом в руках (иногда пешая,
иногда верхом на лошади), совершала обход деревни с кличем: «Идите
нашу молодую умывать!» А в первый послесвадебный день обоих молодых
хлестали помелом в бане.
В европейских странах в брачных обрядах фигурировала, как уже
отмечалось, метла. Так, в Германии на повозке с приданым иногда везли петуха, привязанного к метле и к тому же напоенного водкой, чтобы
он кукарекал — ​для отпугивания злых духов. Для того чтобы состоялась
цыганская свадьба, брачующимся полагалось перепрыгивать через метлу.
Любопытно, что схожий обычай существовал и среди коренного населения
Уэльса: березовую метлу устанавливали во входных дверях родительского
дома невесты в положении наискосок, и жених должен был запрыгнуть
в дом поверх нее. В том случае, если ему удавалось не коснуться ни метлы,
ни притолоки, молодые признавались официально женатыми.
Помело и метла считались сильными семейными оберегами, в первую
очередь для рожениц и младенцев. Например, в русской традиции прут
от помела или метлы под подушкой роженицы, как и веник, положенный
в изголовье ее постели или под колыбель младенца, надежно защищали от
нечистой силы (впрочем, в славянской традиции и части европейской —​
помело или веник под подушкой вообще защищает от ведьм и ночных злых
духов). Не только в народных поверьях, но и в современной психологии
и медицине признается, что младенцы и маленькие дети сильнее всего
реагируют на психические воздействия, например, вспышки агрессии,
гнева и т. п. Наши славянские предки, предохраняя их от этого, да заодно
и всех домочадцев, подвешивали или прибивали гвоздями к входной двери две скрещенные метлы. Другие народы, например, британцы, верили,
что таким же защитным свойством обладает метла, положенная на пороге дома. Защитным приемом от призраков и привидений являлся акт
перешагивания через метлу, чего не дозволялось делать только молодым

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

60

девушкам, поскольку считалось, что это может привести к появлению
у них внебрачного ребенка.
Поскольку веник и метлу использовали для «собирания» ими на себя
вредоносных духов, а все болезни или лихорадки и считались как раз такими духами и даже имели собственные имена, то эти предметы широко
использовались в целительской магии. Например, в лечебных целях больных стегали веником, «обметали» их или прикладывали к больному месту;
укладывали на веник, перебрасывали его через хворающего человека или
заставляли его перешагнуть через метлу; процеживали через веник воду
и обмывали ею заболевшего и т. п.
Прутиком от метлы избавляли от бородавок: им измеряли их в поперечнике, а потом замеренный кусочек отламывали и закапывали в земле;
считалось, что как только он сгниет, бородавка пропадет. В Мезенском
уезде Архангельской губернии существовал обычай «наговаривания болезней на помело». На Русском Севере помелом лечили детей от бессонницы, используя заговорный речитатив:
Она помелом в печи пашет,
потом полуночну дерет:
— Что делаешь?
— Полуночну деру.
— Так дери, чтобы век не была.

Белорусы Виленской губернии выставляли новые «ивановские» веники или метлы1 на высоких шестах возле дома, чтобы защитить детей от
сглаза. В Чувашии и Татарстане знахари от сглаза практиковали сбрызгивание воды через метлу в лицо исцеляемому с наговором:
Это старуха Аша Патман прибыла,
Она лечит, она исцеляет,
Золотой шпагой отрезает,
Золотой метлой выметает.

Кто такая старуха Аша Патман, в настоящее время до конца не определено. Предположительно это имя древней шаманки, что определенным
образом сближает ее с Бабой Ягой, но в ее тюркском, а впоследствии
в мусульманском варианте.
Согласно электронной Чувашской энциклопедии, Ашапатман (ажабатман) — ​мифологический персонаж <…>, обожествленное лицо или
канонизированный образ (подвергшийся в древние времена историзации).
В нем содержится имя конкретного деятеля или человека знатного рода,
«Ивановские» веники и метлы — связанные на Иванов день, то есть на Ивана Купалу,
праздник летнего солнцестояния.
1

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

61

преданно распространявшего учение, основанное на триаде народной
этики: «благие мысли, благие речи, благие дела» — ​слова или мысли благопожелания, бытующие в устной форме, речь и желаемое или свершившееся дело. Ашапатман карчăкĕ — а​ нтропоморфич. мифич. существо, используемое в текстовой формуле наговора ăрăмăç и юмăç, <…> является
издалека: из-за морей, лесов и гор). В создании Добра ей помогают Мать
огня, Мать воды и т. д.1
На полях и в огородах также устанавливали метлы или веники, полагая, что это убережет урожай от порчи и стихийных бедствий. В сербской традиции ритуальными функциями и магической силой наделялась
метла, которой подметали гумно. Косовские земледельцы по окончании
молотьбы украшали «стожер» (столб в центре гумна) прутьями метлы или
укрепляли ее целиком на его навершии со словами: «Дай Бог в будущем
году еще больше!» Прутья этой метлы после проведения обряда опускали
в воду и лечили ею детей от ночного плача.
Аналогичные меры предпринимались для защиты хозяйской живности: косовские сербы втыкали веник в коровнике, полесские крестьяне
подвешивали, а силезские укладывали метлы крест-накрест в дверях хлева
в особенно опасное время разгула нечисти — ​перед Юрьевым днем или
в канун ночи на Ивана Купалу.
Кстати, фиксированные даты проведения обережных обрядов существовали повсеместно. Так, по завершении святок в ряде регионов,
например в Полесье, тем, кто нарушил запрет работать в этот период,
полагалось разрубить топором специальный «колядный» веник, чтобы
снять с себя грех, а в начале святочных празднеств обнаженная женщина,
чаще всего хозяйка дома, должна была ранним предрассветным утром
верхом на помеле объехать вокруг избы, чтобы защитить семью от нечисти, а заодно — о
​ т клопов, тараканов и блох. У южных славян ритуальное
очищение жилища от нежелательных соседей в виде змей и насекомых
проводилось несколько раз в году и приурочивалось ко дню Мары Марены
(1 марта), на Тодорицу (первая неделя Великого поста) и Благовещение
(7 апреля). Оно предусматривало поджигание старых веников на манер
факелов с последующим обходом с ними двора и призывными кличами:
«Вон, блохи!», «Убегайте, змеи!»
В любые календарные сезоны метлой/веником били по орудиям
и средствам труда, если работа не клеилась, причиной чего считались
козни шкодливых духов. Чтобы их прогнать, хлестали по маслобойке —​
при плохом сбивании масла, по дну квашни — ​если не подходило тесто
и т. д. Кстати, опричники Ивана Грозного носили при себе метлы, руко1

Чувашская энциклопедия // URL: http://enc.cap.ru/?t=publ&lnk=854

62

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

водствуясь девизом аналогичного характера: «Выгрызть и вымести измену».
Прутья помела/метлы издавна считались защитой от непогоды, для
чего их помещали на коньках крыш, называя «ведьмиными метлами». Вместо громоотвода ставили соединенные крест-накрест лопату и метлу снаружи дома у входной двери. В Вологодской губернии помело выкидывали
во двор для защиты от града. В засуху во многих регионах проводился
обряд вызывания дождя с приглашением ведьмы, которая должна была
во дворе дома поднять над головой метлу и крутить ее посолонь, то есть
по часовой стрелке, со специальным заклинанием. А у мореплавателей
существовали суеверные приметы, согласно которым, с одной стороны,
для призывания попутного ветра в пути необходимо еще перед отплытием помахать метлой за бортом, а затем держать ее в укромном месте на
корабле до возвращения в родной порт. С другой стороны, если уронить
такую метлу за борт, то это будет знаком неудачного морского похода.
Обережные свойства помела и метлы/веника были обусловлены тем,
что каждая их веточка способна была что-то ухватить, в особенности
некое зло или магический сор. Кроме того, поскольку помело и метла в
традиционном дохристианском мировоззрении связывались с различными духами, то их использовали в самых различных случаях для общения
с иномирными силами, и прежде всего с незримыми домашними обитателями. В частности, с домовыми. Например, по северорусским поверьям,
излюбленное место домового — ​в углу под веником, поэтому при переезде в новый дом хозяева брали с собой старый веник, чтобы не оставить
«дедушку» в прежнем жилье. Это распространено практически до наших
дней в ряде сельских местностей, например, Нижегородской области, где
домового перевозят в новое жилище именно на помеле. А «чужого» домового прогоняли посредством обряда, в ходе которого женщина верхом на
метле обходила углы дома и стегала по ним кнутом с соответствующими
заговорными словами.
Как помело, так и метлу молодежь использовала в гаданиях «на суженого» в качестве символических предметов, связанных с семьей и деторождением. Так, на святки девушки могли насыпать горсть овса под помело у печки со словами: «Суженый-ряженый, приди во сне наряженный».
Или, подметя «колядным» веником пол в избе, можно было подбросить
его во дворе вверх, примечая, в какую сторону прутьями он упадет, чтобы
оттуда и ждать жениха. Или бросить такой веник на дорогу, а затем подглядывать, кто его поднимет. Казалось бы, зачем кому-то поднимать на
дороге веник? Помимо хозяйственной рачительности можно назвать еще
две причины. Во-первых, желание неженатого парня заполучить невесту,
во‑вторых, истолкование любым случайным прохожим поверья о том,

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

63

что летящая/прилетевшая метла — з​ нак заведомого получения богатства
в скором будущем.
Однако нельзя обойти вниманием и тот факт, что у славян и других европейских народов метла и веник ассоциировались с «нечистым», демоническим началом. Это подтверждается не только тем, что верхом на метле,
по поверьям, летают ведьмы (а также колдуньи, босорки, стриги и другие
зловредные персонажи). По преданиям, они пользуются этим предметом
в своих «нечистых» действиях. Так, будто бы метлой или веником ведьма
сбивает росу на пастбище, чтобы отобрать у коров молоко. Якобы роса,
собираясь на каждую ветку или прут, колдовским образом «обменивается» на молоко от чужих коров по принципу «капля на каплю».
Полагали, что старый веник, метла или помело могли «насобирать» на
свои многочисленные прутья всякие болезни, несчастья и т. д., которые,
в свою очередь, как напрямую, так и в силу магии подобия соотносились
с различным мусором и грязью. Поэтому старый веник или метлу как свое­
образный «контейнер» несчастий и болезней использовали в черной магии. Во вредоносном колдовстве восточных славян для наведения порчи,
болезней, несчастий и ссор недобрым людям достаточно было подбросить
старый веник или метлу под порог дома или в огород либо перекинуть
через крышу жилья или запустить вслед идущему человеку.
Во избежание всякого рода неприятностей предписывалось аккуратное обращение с этими предметами, соблюдение целого ряда строгих запретов. Так, ни в коем случае нельзя:
–– выбрасывать старый веник или метлу вблизи дома, чтобы на него не
наступили домочадцы или скот, что грозило им болезнями;
–– бить метлой или веником детей (да и вообще любого человека) и погонять ими домашних животных, иначе они сильно заболеют и даже могут
умереть;
–– держать в доме старую метлу, если приобретена новая, иначе не
избежать в доме конфликтов и взаимного непонимания;
–– мести пол по направлению к порогу, иначе семье грозят финансовые
трудности;
–– сжигать старый веник в своей печи, так как это могло вызвать бурю,
сильный вихрь или нашествие насекомых (вшей, клопов, тараканов);
–– оставлять в комнате умирающего метлу, чтобы после кончины он
не вернулся в виде призрака.
Кроме того, по понятным причинам не разрешалось брать метлу взаймы или одалживать ее кому-либо, а также класть на стол. Существовал
также запрет на то, чтобы в мае вязать метлы (к несчастью) или покупать
(друзей потерять). Это связанос тем, что в этом месяце, соотносившемся
с триумфом возрождения природы, по всей Европе отмечался праздник

64

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Майского дерева, и мертвить его обрезанием прутьев либо приобретать
мертвые ветви считалось дурной приметой: поскольку помело, метла и веник связывались с Нижним миром, их изготовление или приобретение
в мае как бы поворачивали вспять («выметали») все нарождающееся.
Уничтожение старого и заготовка новых инструментов для подметания обычно приурочивались к Иванову дню, когда оканчивался разгул
темных сил и они уже не могли вселиться в эти изделия. Старые метлы
и веники выбрасывали в овраг или в воду, сжигали в ритуальном костре
подальше от «своего» житейского пространства.
Уже упомянутая устойчивая символическая связь помела и метлы
с многоуровневым Нижним миром включала и загробный его аспект, то
есть души умерших. Неслучайно в болгарском проклятье «пусть заметет
его черная метла» метла и действие метения являются метафорой смерти.
Во многих славянских местностях считалось, что в метле может прятаться
душа покойного. Поэтому «покойницкий» веник, которыми подметали
пол после выноса из дома умершего, выбрасывали подальше от дома или
бросали в проточную воду, или ритуально сжигали, подобно тому, как
поступали с любым, пришедшим в негодность. В польской Силезии это
делали, чтобы «покойник не вернулся в дом». У сербов было принято
относить такой веник/метлу на кладбище, чтобы «душа умершего там
и осталась». Украинцы Покутья считали, что «покойницкий» веник следует выбрасывать в отдаленных местах, «чтобы не затоптать покойника».
Согласно славянской традиции считается, что если положить метлу
поперек двери, то это позволит общаться с душами умерших, если они
того пожелают. В этой практике, очевидно, важную роль играет дверь,
ведь она связывает различные миры. По греческим обычаям, во время
праздника душ (антестерий) в гости к живым приходили тени умерших,
которых полагалось сначала угостить, а затем отправить восвояси, выметая метлой.
Анализ обширной фактологии, касающейся символических значений помела и метлы, позволяет выявить смысловую связь этих образов
с Бабой Ягой.
1. Помело как атрибут Бабы Яги в очередной раз подтверждает ее причастность к процессам зарождения и перерождения, а также плодородия
в принципе. Особая роль его в защите рожениц и младенцев указывает на
возможное сближение этой сказочной персоны с деятельностью древней
славянской богини Макоши.
Учитывая ранее выявленную связь Бабы Яги с Нижним миром и защитой душ умерших, можно предположить, что наличие помела позволяет ей, цепляя ветками/прутьями, собирать неупокоенные души, чтобы
предотвратить их превращение в упырей и вурдалаков. Такое предпо-

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

65

ложение подкрепляется еще и тем, что, по некоторым текстам, Яга совершает облет земли совместно со смертью, а поскольку праведные души
не витают здесь, то остаются в первую очередь незалежные покойники,
представляющие опасность для всего живого: злые колдуны и ведьмы,
не сумевшие перед смертью передать свою силу другому человеку; самоубийцы и люди, умершие «нехорошей смертью» (сгоревшие заживо,
висельники, утопленники; мертворожденные и некрещеные дети, умершие от горя или «присухи» — ​энергетического вампиризма). Кстати, по
поверьям Ярославской и Владимирской земель, часто посещает людей,
тоскующих по покойнику, Огненный Змей — Н
​ алёт, нечистая сила в виде
огненной метлы длиной «аршинов в шесть». После его визитов они постепенно высыхают и умирают.
2. Обережные силы помела и метлы в брачных обрядах и организации семейной жизни свидетельствуют о том, что обладательница такого
инструмента в сказочном мире является защитницей любви и семьи. Неслучайно в текстах сказок она то и дело помогает разлученным супругам.
3. Повсеместное использование помела и метлы в защите от пагубных погодных условий и природных явлений и наоборот — ​привлечении
желаемых (дождя, ветра) в символическом смысле означает способность
Бабы Яги повелевать силами природы.
4. Широкое применение этих предметов в народной целительской
практике обусловливает наличие у нашей героини знахарских знаний
и умений.
5. Как известно, Баба Яга в сказках, передвигаясь в ступе по земле,
а позднее — ​по воздуху, помелом «след заметает». Это действие, по нашему мнению, может иметь двоякий смысл. С одной стороны, это очищение мира от всяческого сора, включая болезни, несчастья и воздействие
злокозненных духов, с другой — з​ нак ее собственной неуязвимости.
В психологическом плане эта двойственность может использоваться
как метафорический инструмент в консультативной и тренинговой практике для избавления/профилактики страхов, развития стрессоустойчивости, адаптивных способностей и т. д.

Клубок
Из всех предметов, принадлежащих Бабе Яге, одним из самых памятных читателям сказок, несомненно, можно считать клубок. Это очень
полезный подарок, который получает от Яги Иван, поскольку клубок
способен показать ему путь в нужное место. Что же это за клубок?
Очевидно, это сложенная в виде шара нить. Про путеводную нить мы
помним еще из греческого мифа о Минотавре, там Тесей выбирался из

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

66

лабиринта с помощью нити Ариадны. Так что возможности клубка нам
не в диковинку.
Но клубок Бабы Яги, хоть и нитяной, не разматывается, он катится,
как мячик, показывая герою дорогу. Интересно, что этот предмет иног­
да рассматривается как живое существо, поскольку ведет себя вполне
разумно. В некоторых преданиях говорится о том, что клубком могли
оборачиваться ведьмы 1 (в полнолуние и новолуние, в ночь на Ивана Купалу, Юрьев день, в канун Благовещенья, Пасхи и Троицы, на Вербную
неделю и святки).
Нитяной клубок имеет и другую символику: ведь нить может быть
не только путеводной, она часто оказывается метафорой человеческой
жизни. Древнегреческие мойры, римские парки, скандинавские норны,
древняя хеттская богиня Камрусепа — в​ се они пряли нити жизни людей
и обрывали их в назначенное время. Тибетская богиня Лхамо Бурдзи/
Бурджи, покровительница материнства, «чадоподательница» часто изображается в виде золотой женщины с клубком пряжи и веретеном. Один
из самых почитаемых в дальневосточном буддизме святых — ​Милэ у китайцев, Мирык у корейцев, Мироку у японцев (транскрипции санскритского имени Майтрейя) — ​получил в дар от своего учителя Шакьямуни,
последнего земного Будды, одежду из золотых нитей в знак того, что
является носителем грядущего блага, процветания и блаженства.
В древние времена на нить как таковую целые народы возлагали большие надежды, связанные с защитой и охраной как самой жизни, так и жизнедеятельности в земном пути и посмертном существовании. У марийцев,
например, принято вкладывать в гроб усопшего шелковую нить, для того
чтобы он, переходя узкий мостик на бездной перед загробным царством,
мог привязать себя к нему и уберечься от падения. В Израиле длинную
красную нить обвязывают вокруг могилы Рахель, матери мира (согласно
учению каббалы), чтобы зарядить энергией защиты от сглаза, а также от
зависти и дурных мыслей. В славянской традиции девушкам, дабы обрести
покровительство богини Макоши или святой Параскевы Пятницы, нужно
бросить в жертвенный колодец кудель и выпряденные нити; чтобы уберечься от проказ русалок — ​развесить пряжу и нити на ветвях деревьев.
Баба Яга тоже довольно часто занимается прядением, как и упомянутая славянская богиня Макошь (Мокошь, Мокущь, Мокуша, Макаж), которая скручиваемыми ею нитями создавала и скрепляла людские судьбы.
Если предположить, что эта богиня является прообразом нашей героини,
то клубок, который Яга вручает Ивану-царевичу, видимо, скатан из спряденных ею нитей судьбы, то есть она дарит герою не только проложенный
1

Афанасьев А.Н. Древо жизни. М.: Современник, 1992. С. 464.

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

67

путь к цели его странствий, но и судьбу, в которую заложены жизнь и спасение. Однако клубок может быть не только нитяным. Вспомним, что змеи
тоже могут укладываться подобным образом. В Боснии девушки скручивают косы, смазанные вытопленным из черной змеи жиром, в клубок (так
же как эта живность обычно сворачивается в случае опасности, в брачный
период или готовясь к спячке), чтобы прическа была прочной, «как рукоять». Видимо, это отголосок древнего магического обряда, связанного
с приворотом (от поверья, что в косе волосы растут быстрее и создают
вокруг женщины магическое кольцо), поскольку для прочности укладки
можно использовать много других способов. Впрочем, ни в одной из известных сказок клубок — ​подарок Бабы Яги — не был змеиным.

Гребень
Безымянная героиня известной русской сказки, стащив гребень (или
получив от одного из волшебных животных) и сбежав от Бабы Яги, по
совету кота бросает этот предмет позади себя, и из него тотчас возникает
«дремучий лес до небес». Примечательно, что в японской традиции гребень создателя мира Ицанаги не только защищает демиурга, но и может
превращаться в бамбуковую рощу.
Это чудодейственное превращение основано на древних верованиях,
согласно которым гребень относится к апотропеям — ​вещам, имеющим
сверхъестественную способность отгонять злых духов. В разных культурах мира он является характерным атрибутом многих мифологических
персонажей: сирен, богинок, русалок, женского водяного духа и других волшебных существ, которые расчесывали им свои длинные волосы. Между прочим, на этом основании испанский психолог Хуан Керлот
в «Словаре символов» заявляет об ассоциации гребня с обглоданным рыбьим хвостом, «который, в свою очередь, означает погребение или присутствует как символ жертвы, в частности, пожирания» 1. Что и говорить,
устрашающее сходство, учитывая бытовую прагматику этого предмета.
Но главное даже не в этом, а в однозначности трактовки, не учитывающей
богатый мифологический багаж его смыслов в культурах народов мира.
Возможно, автор упомянутого словаря был не в курсе этого или увлекся
преданиями о том, что колдуньи и ведьмы имели обыкновение «собирать»
на гребень смерть, злых духов, болезни. По этой причине гребень, которым расчесывали покойника, считался «нечистым». Он подлежал, подобно другим «покойницким» предметам, удалению за пределы жизненного
пространства семьи или уничтожению. Его могли бросить в реку, чтобы
1

Керлот Х.Э. Словарь символов. М.: REFL-book, 1994. С. 163.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

68

«поскорее от дома уплыла смерть», отнести в такое место, где никто
не ходит, или положить вместе с остриженными у покойника волосами
в гроб. В Горна Оряховице (Болгария) перед укладыванием такого гребня
на посмертное ложе от него отламывали столько зубьев, сколько человек
осталось в доме, и относили их к яблоне или в хлев. Это считалось защитой от преждевременной смерти. В Юго-Западной Болгарии (Каменица)
гребни ставили над умершим и зажигали на них свечи, чтобы защитить
дом в случае опасения, что покойник превратится в вампира.
Южные славяне использовали пару гребней для защиты скота от волков: от сочельника до Крещения их держали соединенными, чтобы «запереть» пасть волку. Так же поступали, когда скот терялся на выгоне.
Во многих районах Сербии в Рождественский сочельник совершали ритуальный прогон скота между двумя гребнями, после чего их соединяли
зубьями,«запирая», и вешали над входом в загон. Прием «запирания» гребней использовался в качестве «детектора» колдовства, порчи и болезней,
опознания ведьм. В сербской Шумадии гребни оставляли в тех местах, где
опасались появления различных демонов. Сербы, хорваты и болгары с помощью двух гребней защищали новорожденных от вештиц — ​оборотней,
располагая их слева и справа от головки ребенка. Предполагалось, что зло­
вредные сущности должны «наколоться» на зубья, и не только по причине
остроты, но и отождествления их с лучами солнца и струями дождя. Кроме
того, гребень клали в детскую колыбель, чтобы ребенок спал спокойно.
Именно в связи с этим уподоблением незатейливый аксессуар прически
часто рассматривался как магический символ счастья и прибытка. Испокон
веку считалось, что если девушка нравится, то ответные ее чувства могут вызвать подарки в виде гребня или расчески. На свадьбу славянским невестам
было принято дарить гребень, что означало пожелание иметь много детей
и прибыток в доме. У хорватов считается, что можно стать счастливым, если
добыть гребень (гиги) с головы носатой гадюки и принести его себе в дом.
В родинных обрядах гребень использовался как предмет, определяющий
женскую и девичью судьбу. Например, в Полесье новорожденному мальчику перерезали пуповину на топоре, а девочке — н
​ а гребне: считалось, что
тогда из нее выйдет хорошая пряха; на крестинах бабка передавала куму
мальчика через порог, а девочку — ч​ ерез гребень; кумовья, выходя из дома,
ступали правой ногой на порог или на гребень. Русские девушки во время
гадания часто клали гребень под подушку со словами «суженый-ряженый,
приходи голову чесать» и по тому, кто во сне будет им причесываться, узнавали своего будущего жениха. Сходное гадание зафиксировано у опольских
славян в «Каталоге магии брата Рудольфа» (XIII век)1, в ходе которого,
1

Karwot E. Katalog magii Rudolfa: Žródlo etnograficzne XIII w. Wrocław, 1955. R. 9.

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

69

собрав и расставив определенным образом несколько предметов, включая
гребень, вызывали нечистого, чтобы показал будущего мужа. Женский
гребень использовали и для домашних магических обрядов, например,
расчесывали волосы больному человеку, а затем закидывали его на неделю на священное дерево, обычно грушу. Считалось, что на старой груше могут жить русалки, черти и даже ведьмы, которые и забирали себе
болезнь. Так же поступали в случае заболевания домашних животных.
В Пиринской Македонии знахарка вела больного к реке, наклоняла над
водой и чесала железным гребнем ото лба до пупа, потом макала гребень в воду и произносила заговорные слова, чтобы гребень «собирал»
болезнь, а вода ее«смывала». У восточных славян в святочных обрядах
существовала традиция обязательно выносить из дома гребень и ткацкие
инструменты, которые в силу их «колкости» защищали скот от болезней,
а людей — о
​ т змей.
Колючесть зубьев порождала особые требования к обращению с гребнем: украинцы были убеждены, что его нельзя оставлять на виду, класть
на стол, на окно, на одежду («ангел не сядет»). Болгарские девушки, расчесав косу, должны были спрятать гребень, чтобы «никто не укололся».
Зато в сказке «Василиса Прекрасная» кот, подсказавший героине прихватить его, прямо указывает, что полезная вещь лежит на столе. Что же это
­означает? По нашему мнению, ни больше ни меньше как то, что людские
законы и правила для Бабы Яги не указ. Ведь помимо того, что оставленный на виду гребень «может уколоть» кого-нибудь, им, по славянским
поверьям, могли воспользоваться проживающие или приходящие в дом
«невидимки» вроде кикимор и т. п. и тем самым причинить вред жильцам.
Но разве может опасаться их могущественная Яга!
Почти у всех славянских народов был обычай класть эту вещицу
в мешок с семенами, чтобы жито было таким же «частым», как ее зубья,
символизировавшие плодородие, лес и даже музыку. По этой же причине иногда гребнем помешивали семена, приготовленные к севу. Сербы
и македонцы поутру закапывали гребень в первую проложенную борозду,
а вечером выкапывали и уносили домой. На Руси им расчесывали овец,
а вычесанную шерсть и сломанный гребень бросали в загон к овцам, чтобы
у них наросло побольше шерсти.
И вот что еще интересно: брошенный через правое плечо гребень
превращается в дремучий лес, а это ни больше ни меньше сказочный
символ инобытия, граница земного и подземного миров, в котором
либо нет признаков жизни, либо обитают волшебные существа — р
​ азумные животные и растения. Именно по причине волшебной топографичности непроходимой чащи Баба Яга способна с нею справиться,
поскольку находится на «своей» территории.

70

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Щетка
Этот предмет, нечасто упоминаемый в сказках о Бабе Яге, тем не менее
относится к триаде вещей, с помощью которых убегающая девочка пытается избавиться от погони в некоторых вариантах сказки «Баба Яга». Он,
как и все, что водится у этой волшебной старушенции, представленной здесь
в самом хищном амплуа, тоже обладает чудесными свойствами и превращается то в скалу либо гору, то в огненную реку. С огненной рекой все более
или менее ясно — ​в сказаниях наших предков она именуется исключительно
Смородиной, и об этом будет отдельный разговор. А вот по поводу скалы/
горы необходимы объяснения как раз в связи с образом щетки. Скала, как
известно, в традиционной символогии обозначает постоянство, стабильность,
надежность, неподатливость, холодность и твердость, а гора — в​ ариант трансформации Мирового древа, причем верхняя ее часть сопричастна космосу,
основание являет собой «пуп земли», а нижняя, невидимая глазу часть соответствует месту входа в Нижний мир, то есть в исполинской каменной глыбе
присутствует «форпост» междумирья. И для Бабы Яги в контексте сюжета
это вовсе не преграда, которую она просто-напросто прогрызает. А почему?
Если добавить, что горные скалы — э​ то костный массив минерального состава, то станет понятно, что с этим материалом хозяйка причудливой избушки
на своей специфической ноге справляется, что называется, без проблем, хоть
и, надо полагать, с немалыми физическими усилиями. Но чего не сделаешь,
чтобы прибавить скорости то ли жертве, то ли испытуемой-подопечной?!
Между прочим, забавно, что щетка у трактователей снов может выступать как провозвестником новостей, в том числе о предательстве и сплетнях, так и предвещать убыток. В то же время она — ​указатель на то, что
наступило время делать окончательный выбор, и утешитель сновидцу, что
он чист, правдив и должен быть оправдан за несодеянное, привлекаемое
к ответственности. И еще много чего — д
​ о 90 толкований. Правда, все это
представляется в результативном формате (выслушай или прочитай — н
​о
поверь), а на чем основано — ​утаивается. В отличие от сказки, которая
всегда дает хотя бы намеки, если не прямые указания. Надо только уметь
их осмыслить, не так ли?

Полотенце
Много знающий, благодарный за угощение и к тому же говорящий на
человеческом языке кот в сказке «Баба Яга» посоветовал девочке, убегая,
взять не только гребень и щетку, но и полотенце, которое тоже лежало, будто приготовленное для побега (!), на столе. И когда она, спасаясь
от погони, бросила его через правое плечо, то «в тот же миг разлилась

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

71

река — ​широкая-преширокая, глубокая-преглубокая!» 1. В связи с этим
возникает два вопроса: почему именно полотенце превратилось в реку
и почему полотенце превратилось именно в реку?
Попробуем разобраться. И начнем с того, что полотенце издревле
символизировало саму человеческую жизнь, ее судьбоносную полосу,
выделенный светом фрагмент космического пространства. Как раз поэтому у славян этот тканый предмет сопровождал все значимые события
земного пути человека, причем из языческих обрядов он перешел в православие, прочно укоренившись, — д
​ аже иконы ими украшают или подстилают под них вышитое полотенце. Б. А. Рыбаков в связи с этим обращает
внимание на то, что «полотенца-“набожники” сохранили свое почетное
место в красном углу избы, на полочке для икон (божнице), и вышитые
на полотенцах языческие богини уживались с христианскими святыми» 2.
В новое полотенце испокон веков заворачивали новорожденного; через несколько дней устраивали ритуальную общесемейную трапезу под
названием «бабина каша». Перед тем как это обрядовое блюдо подать
к столу, его накрывали специально предназначенным для этого полотенцем для закрепления родственного союза, включения в него нового члена семьи и перехода его под защиту рода. Окрещенного младенца
после купели укладывали на «утирку» («утиральник») — ​«лично́е» полотенце, которым вытирали лицо и руки все члены семьи, обозначая тем
самым причастность к ней ребенка, а также давая поруку на любовь, заботу и защиту. И бабке-повитухе, и куме с кумой полагалось подарить по
полотенцу. На полотенце-рушнике дорогим гостям подавали хлеб-соль
(при этом хлеб был олицетворением земли и ее милости, соль — ​солнца
и любви). В ряде регионов на Руси у женщин в ходу были полотенчатые
головные уборы и пояса, а также так называемые «девичьи полотенца»,
которые ткались к самым популярным в народе праздникам: Святкам,
Масленице, Пасхе, Красной горке, а также к традиционным посиделкам,
девичникам, гаданиям. К свадьбе девушка должна была соткать столько
полотенец, сколько родственников у жениха, чтобы затем одарить всю
его родню «на добрые отношения». С полотенцем шли свататься, на него
вставали молодые при венчании. Полотенцем-ширинкой утирались девичьи слезы в свадебном обряде, его накидывали на голову невесты, чтобы
предохранить ее от дурного глаза, порчи и колдовских воздействий. Им
связывали руки молодоженов, чтобы обеспечить долгую и безбедную семейную жизнь. На второй день свадебного пира молодуха развешивала
1
Баба Яга. Русская народная сказка // URL: http://narodstory.net/russkie-skazki.
php?id=3
2
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М.: Наука, 1981. С. 21.

72

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

полотенца в избе, демонстрируя рукодельное мастерство, а участники
торжества оценивали их количество и качество.
Полотенца-обыденники ткали тайно за один световой день или за сутки для использования в обрядах избавления от мора и засухи, получения
вёдра — х
​ орошей погоды и т. д. В основе их лежат древнейшие мифологические представления славян, согласно которым полотенца указывают на
принадлежность человека к определенному семейно-родовому коллективу, через них можно получить защиту предков. После обряда их поначалу
сжигали, а позднее стали приносить в церковь и вешать на икону. Иногда
их накидывали на ворота или дарили нищим. Полотенцами украшали избы
(а иногда и дворы) на большие праздники, как календарные, так и семейные. Еще в начале прошлого века без них не обходился ни один обряд на
Рождество, Масленицу, Пасху, чествование урожая, «летние Святки»
и т. д. Наконец, на длинных полотенцах (5–7 м) опускали в могилу гроб
с усопшим, как на двух белых (чистых, светлых) дорогах или на двух ангельских крылах, подхватывающих покойного. Полотенца вывешивали на
поминках и, более того, помещали с внешней стороны окна до сорокового
дня после кончины, чтобы душа усопшего, «прощаясь» со своим домом,
могла умыться росой на утренней заре и вытереться им. По истечении
этого срока полотенце встряхивали за околицей деревни, отправляя душу
в иной мир, и относили в церковь либо накидывали на ворота.
Ритуальные полотенца в обязательном порядке украшались по краям
вышивками, ткаными цветными узорами, лентами, ситцевыми аппликация­
ми и т. п., и все это имело глубокий символический смысл. Отделку их
совершали с крайней тщательностью, поскольку каждый стежок и узор
имел сакральный смысл. Элементы орнаментов могли отражать семейнородовые события, аграрно-ритуальные и церковные праздники. По славянским верованиям, при вмешательстве в первозданность окружающей
среды (при вспахивании поля, сборе лекарственных растений и т. д.) необходимо получить разрешение у духов — покровителей природы. Например, в Переславле-Залесском поклонение Матери-природе выражается
в народных гуляньях в роще на Ярилиной горе, куда приносят узорные
полотенца. На Русском Севере в священные кущи также приносили полотенца. Льнотканые изукрашенные полотенца на протяжении многих
веков почитались у славян как один из самых распространенных оберегов.
В частности, обережные полотенца использовались в ритуале встречи
весны: ими вместе с яркими лентами «завивали» березы, наклоняя ветви
к земле, чтобы растительная сила дерева передалась земле.
Но почему же полотенце, брошенное сказочной беглянкой, превращается в реку? Дело в том, что она тоже связана с понятием жизни, ее
течением. Еще Гераклит рассматривал образ реки как символизацию

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

73

мира в изменяющемся времени: «…в самом потоке воды проявляется тот
же принцип меры (metron), что и в мировых процессах <…> Только при
соблюдении этих мер, порций, т. е. количественных материальных пропорций трех мировых стихий, может, по Гераклиту, сохраниться космос,
существующий миропорядок…» 1. Показательно, что «в ряде мифологий
мира <…> в качестве некоего “стержня” вселенной, мирового пути, пронизывающего верхний, средний и нижний миры, выступает так называе­
мая космическая (или мировая) река» 2. Любопытно, что по традиции эллинов существуют четыре реки преисподней, по скандинавской мифологии — в​ Асгарде, мире богов-асов, олицетворяющем небо и будущее, текут
четыре молочные реки. По учениям индуизма четыре реки рая вытекают
из корней Древа жизни на священной горе Меру, обители Брахмы, по
четырем сторонам света, и из их потоков образуется земной крест; по шумеро-семитским верованиям — и
​ з четырех рек рая образованы не только
земные стороны света, но и четыре времени года; в христианстве четыре
священные реки символизируют четыре Евангелия (от Матфея, Марка,
Луки, Иоанна), в период становления этой мировой религии ­Иисуса Христа изображали на горной вершине с изливающимися из нее четырьмя
водными потоками. Число «четыре» в данном случае выступает в качестве
символа земли, земного пространства.
В буддизме река олицетворяет поток жизни. В славянской традиционной культуре река, как водный поток, издревле связывалась с течением
времени (отсюда присловье: «сколько воды утекло с тех пор») и его сакральным смыслом. Молочная река, берущая исток от священного Алатырь-камня — ​олицетворение Млечного Пути. А река Смородина (см.)
разделяет Явь (земной мир) и Навь (мир мертвых). Кстати, на похоронных
полотенцах изображали узоры, символизирующие воду — р
​ еку, несущую
душу в другой мир. А в сказке «Гуси-лебеди» тоже фигурирует молочная
река с кисельными берегами, и героиня поначалу капризничала, не принимая от нее угощенье, а потом отхлебнула, когда «припекла» погоня, и получила защиту. Почему? Проточная молочная вода очистила душу бег­
лянки, поскольку ее поток причастен к небесным богам-громовержцам,
а именно: дождь есть не что иное, как молоко небесных туч-коровушек.
Кроме того, у славян было устойчивое убеждение, что пожар от молнии
может потушить только молоко (на крайний случай — ​простокваша или
сыворотка). Правда, по другим поверьям, материнское молоко греховно
(например, у западных белорусов), но это уже совсем другая история.
А по болгарским преданиям, молоко как таковое вытекло из головы одной
из порубленных святым Георгием змей. Словенские легенды повествуют,
1
2

Кессиди Ф.Х. Гераклит // URL: https://fil.wikireading.ru/62260
Мифы народов мира. М.: Советская энциклопедия, 1992. Т. 2. С. 374.

74

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

что прежде у коров вымя занимало все место на брюхе, и люди возгордились этим, расходуя его без меры, за что были наказаны Господом. И лишь
кошки вымолили у него оставить буренкам хотя бы несколько сосков.
В психологии река, с одной стороны, движение к своему предназначению, вектор судьбы, с другой — ​символ потерь и забвения. В сказках река
как преграда является либо испытанием для героя, который должен ее преодолеть, либо защитой, как в сюжете «Баба Яга», где полотенце превращается в реку. По сути, это завершающая стадия глубокой личностной трансформации героини, и лопнувшая при попытке выпить реку Баба Яга (как не
вспомнить Эзопа: «Ксанф, выпей море!») обозначает избавление от страхов,
получение девочкой новых качеств через преодоление ею трудностей и приобретение соответствующих навыков. Речь идет об инициационном переходе ее от детского к юношескому состоянию. Как богиня, связанная с миром
смерти, Баба Яга подчиняется законам этого мира, а полотенце защищает
от всех опасностей в нем, а главное — ​оно непосредственно соотносится
с водой и рекой — в​ ектором судьбы, возвращающим героиню в мир людей.

Яблочко и блюдечко
В русских сказках Баба Яга гадает с помощью яблочка на золотом
блюдечке: «Катись, катись, наливное яблочко, по золотому блюдечку.
Покажи мне…» Сказочный выбор пал именно на этот фрукт, разумеется,
неслучайно. Яблоко издавна считается эмблемой знания, тайны, магии.
Если разрезать его пополам, но не вдоль, а поперек, можно убедиться,
что семенные коробочки образуют пентаграмму (пятиконечную звезду) — ​знак сакрального знания и инициации. Так, для древних кельтов
яблоко — ​магическая пища чародеев, с помощью которой передаются
священные знания. А при внимательном чтении общеизвестной русской
народной сказки «Гуси-лебеди» можно заметить, что похищенный Бабой
Ягой мальчик сидит на лавочке, «золотыми яблочками играет». В этом
нетрудно угадать инициационный характер ситуации.
По библейскому сюжету предполагается, что яблоко (либо фига, персик, айва) является плодом на Древе познания добра и зла, но, отведав его,
Адам и Ева стали смертными. По К. Юнгу, эта яблочная трапеза в райском
саду является символом жизни. В христианской символике оно представляет собой эмблему Земли и земных, то есть бренных чаяний, а цветовые,
ароматические и вкусовые свойства соотносятся с попытками искушения
мира. Яблоко Содома, как известно, олицетворяет грех и фальшь: оно
прекрасно с виду, но внутри наполнено лишь пеплом. С другой стороны,
как символ Христа, яблоко означает искупление греха, через которое обретается спасение. Примечательно, что по славянской традиции на могилу

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

75

умершего клали яблоко. Этот обычай был обусловлен верованием, что
архангел Михаил принимает в рай только душу с этим плодом.
С античных времен считается, что яблоко раздора, сначала подброшенное богиней ссор и сплетен Эридой трем своим «соседкам» по Олимпу
и присужденное Парисом Афродите в обмен на обещание обладать Еленой Прекрасной, привело к Троянской войне. (Любопытно, что с этого
же фрукта началась освободительная война швейцарских горцев против
Римской империи: по легенде о Вильгельме Телле герой сначала прострелил из лука яблоко, положенное на голову его сына, а затем из него же
убил имперского наместника.)
Возвращаясь к символогии Античной эпохи, стоит отметить, что яблоко
«удостоилось чести» принадлежать в качестве атрибута Афродите/Венере
и трем очаровательным персонам из ее свиты — ​грациям, выступая эмблемой любви и плодовитости. А по другому мифу влюбленный в Кидиппу
Аконтиос положил к ее ногам яблоко с клятвенной надписью, гласящей,
что она будет «его навеки», и произошло это не где-нибудь, а в храме Артемиды, и закончилось свадьбой. У многих индоевропейцев передача или
бросание яблока является знаком взаимности чувств. Что касается плодовитости, то среди многочисленных примеров, на наш взгляд, достаточно
привести один украинский сказочный сюжет, в котором садовник угостил
жену яблоком, не выращенным им самим, а принесенным зайцем, и та зачала сына. У немцев до сих пор бытует выражение apfelessenmogen, означающее мужскую интимную силу. А на Руси в Яблочный Спас (19 августа)
загадывали желание, проглатывая первый кусок яблока, при этом девушки
на выданье, мечтавшие о замужестве, приговаривали: «Что загадано — ​то
надумано! Что надумано — ​то сбудется! Что сбудется — н
​ е минуется!»
Яблоки в качестве волшебного предмета чрезвычайно распространены в сказочных сюжетах о жизни и смерти. Так, злая мачеха вручает
Белоснежке (как и героине пушкинской «Сказки о мертвой царевне…»)
отравленное яблоко, желая ее извести, но оно чудесным образом замещает смерть сном, из которого можно вернуться «на свет Божий» только
через поцелуй как искру любви. Между прочим, в этом акте проявляются
древнейшие представления индоевропейцев о любви как первопричине
существования мира, отмеченных, например, в «Ригведе», у Гесиода и т. д.
Достаточно емко это воззрение сформулировано Авиценной: «…все существующие вещи, управляемые [высшим принципом], обладают естественным вожделением и врожденной любовью. Отсюда с необходимостью
следует, что у этих вещей любовь есть причина их существования» 1.
1
Абу-Али ал-Хусейн Ибн-Абдаллах Ибн-Сина (Авиценна). Трактат о любви // URL:
http://www.argo-school.ru/biblioteka/ideya_mirovoj_simpatii1/avitsenna_traktat_o_lyubvi/
avitsenna_traktat_o_lyubvi/

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

76

В сказках часто фигурируют молодильные яблоки. А ведь в традиции
многих народов мира яблоки в их непосредственно бытовом предназначении связаны со здоровьем. Так, у наших предков в ходу была пословица:
«Яблоко съесть — в​ се болезни известь»; «Одно яблоко в день — и
​ лекарь
за дверь»; «Яблоко на обед — и
​ всех недугов нет». В знаменитом собрании
сказок «Тысяча и одна ночь» в одном из сюжетов повествуется о том,
как правитель Ахмад раздобыл «самаркандское яблоко», один аромат
которого излечивает все болезни.
Происхождение сказочных молодильных яблок имеет мифологические корни. Так, на кельтском мифическом Аваллоне, «острове блаженных» (само название которого образовано от валлийского afal — я
​ блоко)
обретаются прекрасные девы, владеющие яблоками бессмертия, которыми они угощают тех, кто там оказался. Скандинавская богиня Идунн
является хранительницей таких же плодов, отливавших золотом, и кормит
ими небожителей, дабы они навсегда сохраняли беспримерную силу, неизбывную молодость и несравненную красоту.
Наконец, обратившись еще раз к античной мифологии, можно напомнить сюжет о том, что три золотых яблока, дарующих вечную молодость,
были выращены богиней земли Геей в качестве свадебного подарка Гере,
выходившей замуж за Зевса, и покоились на золотом дереве в саду Гесперид под охраной никогда не дремлющего дракона. Геракл, осуществляя
свой последний, двенадцатый подвиг, добыл их по велению царя Микен
с помощью атланта Атласа. Забавно, что царь Эврисфей, видимо, опасаясь
гнева богов, отдал их обратно добытчику, а тот передал своей покровительнице Афине Палладе, которая вернула плоды Гесперидам на вечное
хранение. Кстати, молодильные яблоки сторожили, по преданию, герои
Ахшар и Ахшартаг — ​родоначальники осетинского народа. В русских
народных сказках, где фигурируют молодильные яблоки, обычно присутствуют персонажи — похитители чудесных плодов. Одним из таковых
является Жар-птица — ​древний символ перерождения и воскрешения,
вечной жизни души, соотносимый с солнечным светом.
В целом яблоко символически в самом лаконичном представлении
олицетворяет триаду «жизнь — ​смерть — ​возрождение», что вполне
соответствует кругу полномочий Бабы Яги. Могущественная старушка
катает этот чудесный фрукт по блюдечку. Заметим: не по столу, не по
тарелке, а именно по блюдцу. Нелишним будет сказать, что еще у этрусков и в раннем Риме в качестве символа перерождения использовались
в погребальных обрядах патеры — с​ пециальные плоские круглые блюдца
с небольшой втулкой посередине 1. Их изображения сохранились на сар1

Наговицын А.Е. Мифология и религия этрусков. М.: Рефл-бук, 2000. С. 192.

Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги

77

кофагах; в Эрмитаже бронзовая фигура этруска на надгробии держит
в руке патеру. На Руси в древности блюдца называли плошками, часть
из них имела полую втулку посредине — ​для вставки свечи, которая, как
известно, является символом света во тьме, озарения, жизненной солнечной энергии. Необходимо учитывать и то, что блюдечко у Бабы Яги
было золотым, что символически означает силу, власть, чистоту и славу,
способность преодолевать любые препятствия. Так что явно магическое
блюдечко вкупе с яблочком принадлежало Бабе Яге, что называется, по
праву как отвечающей за судьбу человека.

Глава 4. Пространство обитания
Бабы Яги

Нет нужды доказывать, что сказочное пространство кардинально
отличается от реального. Погружение в этот мир возможно благодаря
ресурсам мифологизированной логики восприятия. В сказке допускается,
что физические законы не действуют либо видоизменяются; принимается
возможность выхода в ирреальные миры, где пространство множественно, включает в себя живое и неживое, может сужаться и расширяться. Локализация сказочного простора осуществляется по принципу событийной
важности. В связи с тем, что встреча героя с Бабой Ягой имеет ключевое
значение для сюжета сказки, имеет смысл внимательно отнестись к тому
пространству, в котором обитает эта дама.

Внутреннее пространство избушки
на курьих ножках
В сказке «Иван Быкович» посещение жилища Бабы Яги героем и его
братьями описывается следующим образом: «Ехали по долам, по горам,
по зеленым лугам, и приехали в дремучий лес; в том лесу стоит избушка
на курячьих ножках, на бараньих рожках, когда надо — ​повертывается.
“Избушка, избушка, повернись к нам передом, к лесу задом; нам в тебя
лезти, хлеба-соли ести”. Избушка повернулась. Добрые молодцы входят
в избушку — ​на печке лежит Баба Яга костяная нога, из угла в угол, нос
в потолок. “Фу-фу-фу! Прежде русского духу слыхом не слыхано, видом
не видано; нынче русский дух на ложку садится, сам в рот катится”.—
“Эй, старуха, не бранись, слезь-ка с печки да на лавочку садись. Спроси:
куда едем мы? Я добренько скажу”. Баба Яга слезла с печки, подходила
к Ивану Быковичу близко, кланялась ему низко: “Здравствуй, батюшка
Иван Быкович! Куда едешь, куда путь держишь?” — ​“Едем мы, бабушка,
на реку Смородину, на калиновый мост; слышал я, что там не одно чудоюдо живет”.— “Ай да Ванюша: за дело хватился; ведь они, злодеи, всех
приполонили, всех разорили, ближние царства шаром покатили”».
В данном отрывке интересен внешний вид Бабы Яги, который представляется не вполне человеческим (костяная нога, исполинские размеры — ​«из угла в угол», «нос в потолок»). Кстати, вовсе не случайно тело
Бабы Яги располагается, казалось бы, невероятным образом: «из угла

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

79

в угол». На этом обстоятельстве стоит остановиться подробнее. В славянских верованиях угол — ​это часть строения, которая является границей,
отделяющей свое пространство от чужого (отсюда выражения «иметь
свой угол», «по чужим углам скитаться» и т. п.). С другой стороны, судя
по текстам похоронных плачей посмертное жилище умершего не имеет
углов. Перед строительством нового дома в предполагаемых углах клали
камни или хлебные ломти/горсти зерна, а через несколько дней проверяли, сохранились ли эти метки. Положительный результат означал удачный
выбор строительной площадки. В ходе строительства по углам ставили
горшки с водой и в качестве хорошего знака воспринимали прибывание
в них воды по утрам. Такое случалось, понятное дело, при обильной росе.
Кроме того, в углах закапывали остатки пасхальной пищи либо ветки освященной вербы, монеты, хлебные корки — ​для благополучия тех, кто
будет проживать в доме. Однако углы считались и обиталищем нечистой
силы, а также духов умерших, и поэтому к ним применялись всевозможные очистительные и ублаготворяющие обряды, например, окуривание
(у русичей), посыпание освященным маком (у белорусов) и т. п. На Руси
повитухи, принимая роды в бане, отколупывали четыре камушка от печки-каменки и бросали в углы со словами: «Этот камушек в уголок, черту
в лоб». Углы как пограничье использовались в гадательных практиках.
Например, поволжские девушки на выданье в святочную неделю отламывали щепку из угла и бросали в колодец в надежде, что вода забулькает,
предвещая скорое сватовство.
Распространенное в сказочных текстах упоминание о том, что у Бабы
Яги «нос в потолок врос» также имеет символическое значение, поскольку
потолок — в​ ерхняя граница жилой части дома. Его доски поддерживались
матицей — ​самым толстым брусом, скреплявшим не только сам потолок,
но также стены и основание кровли. Само название его — ​«матица» —​
напрямую выражает глубокий символизм: это опора, основа, начало —​
как мать для рождения и жизни ребенка. И то, что Баба Яга упирается
в потолок именно носом (а не макушкой, не темечком, например), вполне
объяснимо. Практически повсеместно эта часть лица, участвующая в дыхании, обонянии и общении, с древних времен воспринималась в качестве
символа жизни и судьбы. Так, еще в Древнем Египте было принято желать
ноздрям фараона силы и власти.
В целом же упоминание углов и потолка при характеристике внешнего
облика Бабы Яги свидетельствует о том, что могущественная сказочная
героиня неслучайно предпочитает тесное жилье, то есть ее символическое
пространственное окружение внутри избушки должно с нею непосредственно соприкасаться, и, как выясняется, это окружение представляет
собой границы.

80

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

В ряде сказочных повествований Баба Яга либо сидит, либо лежит «на
печи, на девятом кирпичи». Печь — это сакральный центр жилища. Она
в традиции древних русичей представляла собой своего рода отражение
Вселенной как триединого мира: небесного, земного и загробного. На
печи и спали, в ней и мылись, а кроме того, считали обиталищем домового
и местом общения с предками. Она обогревала и кормила, а потому воспринималась как центр дома. Поэтому не случайно выражение «танцевать
от печки».
В обрядах, сопровождающих свадьбу и роды, она олицетворяла женское лоно, а в похоронных ритуалах — ​дорогу в загробный мир; через
печь в дом могли проникать Огненный Змей или черт, принося с собой
смертельную опасность. А вот упоминание девятого кирпича требует основательного объяснения.
Кирпич в качестве стройматериала символизирует прочность, основательность, надежность. Число «девять» в нумерологии означает, с одной
стороны, полноту, исполнение, достижение, начало и конец, целое, небесное и ангельское, рай на земле. Оно не подвержено порче и олицетворяет
неуничтожаемую материю. С другой стороны, это число силы, энергии,
разрушения и войны, зла (в качестве перевернутой шестерки), символ
низшей природы человека. Для нас важно, что девятка — ​это граница
и ограничение, поскольку она завершает последовательность начальных
чисел. Еще пифагорейцы называли ее пределом всех чисел, внутри которого обращаются все остальные.
Нельзя не отметить, что в большинстве культур этому числу придается
исключительная значимость. Достаточно вспомнить о девяти небесах,
кругах рая или ада; девяти космических сферах, включающих Землю, семь
планет и небесный свод; девяти музах античной мифологии. В каббале это
число — о
​ снование. У кельтов девять — ч​ исло центра. Скандинавский бог
Один, обретая тайны мудрости, девять дней и ночей висел на мировом
дереве Иггдрасиль, пригвоздив себя к нему копьем. Индусы связывают
это число со священным огнем Агни; буддисты считают его небесным,
олицетворяющим высшую духовную силу; в Китае оно также означает небесную силу. В православии имеют место девять ангельских чинов, девять
плодов Святого Духа, девять заповедей Христа в Нагорной проповеди.
В народной традиции наших предков это число тесно связано с тройкой. Безусловным подтверждением тому является волшебное тридевятое
царство или поход за тридевять земель. Самый страшный из змеев горынычей имеет девять, то есть трижды три головы. Славяне использовали
девятку в знахарской практике. Например, один из сербских рецептов
выздоровления содержит требование найти девять никогда не кошенных
лугов, дождаться, когда на них вырастет трава высотой в девять пальцев,

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

81

собрать девять парней для ее скашивания новыми косами, а затем девять
девушек для собирания новыми вилами высохшего сена, которое сварить
в девяти новых чанах и умываться полученным отваром.
Напомним, что жилище Бабы Яги не просто закрыто, но и во многих
сказках описывается как не имеющее окон и даже дверей. Но ведь закрыто
и все «иное царство», куда попадают герои. Зачастую четко обозначается граница этого иномирья, которую охраняют некие антропоморфные
существа или сторожевые животные. Например, в «Сказке о молодцеудальце, молодильных яблоках и живой воде» на рубеже царства красной
девицы, у которой «с ног целющая вода льется», «дикий человек стоит —​
ростом с лесом ровен, толщиной словно копна большая, в руках держит
коренастый дуб». Иногда Яга (или ведьма) стережет границы царства
Царь-девицы; бывает, вход в «иное царство» охраняет Змей; этот вход
может быть завален камнем («Иван, крестьянский сын и Чудо-Юдо»).
В качестве ограждающего препятствия здесь могут выступать также волшебные гора, река или лес, которые преграждают путь преследователю —​
по аналогии с превращением гребешка и полотенца при бегстве героини
в сказке «Баба Яга».
Таким образом, можно с уверенностью утверждать следующее.
1. Во внутреннем пространстве своего жилища Баба Яга держит границы, отгораживающие миры: небесный, земной и подземный. Она непосредственно соприкасается с их рубежами.
2. Баба Яга неусыпно сторожит их до тех пор, пока не появляется путник, которому необходимо попасть в инобытие. С этого момента хозяйка
сторожевой избушки реализует другую функциональную роль — с​ начала
«пограничника-стражника», а затем союзника сказочного героя.
3. Пространство в избушке на курьих ножках тесно связано с вещами (углы, потолок, печь). По законам мифологического мышления эта
вещность пространства психологически обеспечивает адресату сказки
получение подсознательного навыка управления вниманием, способности
к адаптации в условиях меняющейся обстановки.

Дворовое пространство
Далеко не во всех сказочных сюжетах упоминается наличие дворовой
территории вокруг избушки на курьих ножках, зато во многих фигурирует баня. Иногда в ней просит попариться сам герой, или же Баба Яга
заманивает туда визитеров, дабы помыть перед поеданием либо просто
уморить. Принято считать, что баня у Бабы Яги — э​ то способ приобщения
героя к Нижнему, загробному, миру, но мы полагаем, что это не совсем
так. Попробуем разобраться в данном вопросе.

82

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Начнем со свадебных обычаев. Так, хлеб, которым мать невесты благословляла молодых, назывался не как-нибудь, а банником! Этот хлеб вместе с солью, жареной птицей и столовыми приборами зашивали в скатерть
и передавали свахе, которая на другой день после свадьбы раскрывала это
приготовление, тоже называвшееся банником, и вручала новобрачным по
выходе их из бани. О невесте, что шла в баню перед венчанием, шептались:
«Пошла смывать девьи гульбы, прохладушки». Считалось, что молодожен
не будет колотить спутницу жизни, если в предсвадебной бане не бить клюкой головешку в банной печи. О самой свадьбе так говорили: «По рукам,
да и в баню. Дай Бог совет да любовь!» Или так: «По рукам, да и в баню.
Репа продана, и воз накрыт». И велели молодым: «Жена мужа почитай,
как крест на главе; муж жену береги, как трубу на бане!» Свадебная баня
представляла собой аналог сакрального обряда, который проводился на
Ивана Купалу, она символизировала священный брак огня и воды.
О почтительном отношении к бане свидетельствует и то, что веник
в ней величали господином или набольшим, из века в век повторяли:
«Банный веник и царя старше, коли царь парится»; «Веник в бане всем
начальник»; «В бане веник дороже денег»; «Баня без веника — ​что стол
без соли». Банный обычай сопровождался заветными словами. Окачивая
того, кто помылся, приговаривали: «Как с гуся вода»; «С гуся вода, с тебя
худоба»; «Болести в подполье, на тебя здоровье». А после баньки приветствовали: «С легким паром, с горячим самоваром!» Благодарили за
нее тоже особыми присловьями: «На пару, на баньке, на веничках!»; «На
мыльце, белильце, на шелковом веничке, малиновом паре».
Баня была популярна в народном юморе. Бытовали, например, такие
шутки: «Вот тебе баня ледяная, веники водяные, парься — ​не ожгись,
поддавай — ​не опались, с полка не свались»; «Блошка банюшку топила,
вошка парилася, с полка ударилася». При сложностях в семейной жизни
усмехались: «Черт с тобой, не живи со мной; пойдем в баню да разведемся!» И утешали расстроенного человека: «Баня смоет, шайка сполоснет».
Примечательно, что в дохристианские времена жертву небожителям
Сварогу (богу-кузнецу, создателю) и Сварожичу (огню) в виде кур, как
правило, черных, приносили именно в бане. Это объясняет смысл многих
народных пословиц. Миф творения, например, раскрывает до прозрачности выражение «в бане помылся, как заново родился». По одному из
старославянских преданий, Господь мылся в бане, бросил обмылок (или
ветошь), и из брошенной вещи появился человек. В ареале проживания
славян, и особенно на Русском Севере, полагали, что в бане собираются
неупокоенные души умерших — ​навьи.
Любопытно, что под баней хранились ножки принесенных в жертву
кур. Это наводит на мысль о ее сочлененности с избушкой на курьих нож-

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

83

ках. Кстати, как баня, так и жилище Бабы Яги связаны с душами умерших,
в обеих постройках можно получить и определенную помощь и защиту,
и страшное наказание при неправильном поведении. Поскольку баня
связана с мифом творения, постольку пользование ею без обращения
к высшим силам и проявления надлежащего уважения к ним может повлечь жесткую кару, вплоть до уничтожения и направления тела и души
в Нижний мир. То же самое можно сказать и о Бабе Яге и ее избушке.
По традиции наших предков баня как место отражения высших божественных сил может способствовать решению самых актуальных вопросов
жизни: помогать при родах, защищать семью, «присылать» жениха, благословлять брак, излечивать болезни и даже отдалять старость, очищать от
усталости и грехов, даровать благополучие и т. д. Иными словами, баня
являлась своеобразным домашним храмом с соответствующей обрядностью
и жертвоприношениями (а хозяин ее — ​банник и его семья служили отражением высших небесных богов для отдельно взятой семьи на ее уровне).
Следует отметить, что в бане смывали как физическую, так и духовную,
а также ритуальную грязь, в том числе болезни, порчи, сглазы и проклятия.
К слову сказать, такое очищение еще со времен древних хеттов, современников древних египтян, соотносили с переносом «грязи» в специальном
месте перехода между мирами, в самые нижние подземные их слои.
В контексте рассматриваемой темы особенно важна старинная народная примета, по которой попариться в чужой бане означало приобщиться
к дому хозяина и стать под защиту высших сил, его оберегающих, которые
отражают силу небесного бога Сварога. Так вот почему Иванушка просит
Бабу Ягу истопить ему баню! Таким образом он получает возможность
приобщиться к силам защиты ее избушки и стать для нее «своим».
Итак, образ бани очевидно многозначен.
1. Очистительная роль банного обычая, по народным верованиям, согласуется с высшими небесными силами.
2. Баня символически тесно связана с инициационными процессами
(«умирание» девичества при переходе в замужество и т. д.).
3. Психотерапевтические ресурсы символического образа бани заключаются в возможности использовать его в качестве инструмента приучения к физической и нравственной гигиене, включая выработку навыков
понимания и исправления ошибок и просчетов с привлечением необходимых личных усилий.
Дворовой территории Бабы Яги присущи ограждения и запоры.
В сказке «Василиса Прекрасная» сообщаются жуткие подробности
ограждающих двор Бабы Яги устройств и приспособлений: «Василиса
прошла всю ночь и весь день, только к следующему вечеру вышла на
полянку, где стояла избушка Яги Бабы; забор вокруг избы из челове-

84

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

чьих костей, на заборе торчат черепа людские с глазами; вместо дверей
у ворот — ноги человечьи, вместо запоров — ​руки, вместо замка — ​рот
с острыми зубами… — н
​ астала ночь. Но темнота продолжалась недолго;
у всех черепов на заборе засветились глаза, и на всей поляне стало светло, как середи дня».
В качестве объяснения необходимо в первую очередь соотнести описание страшного забора с древнейшим обычаем установления вокруг ритуального захоронения умерших соплеменников кольев с головами животных. Кстати, в ряде вариантов сказки на столбах вокруг избушки Бабы
Яги насажены черепа коней. Отметим, что конь — ​солнечное и световое
животное, поэтому исходящий из глазниц черепа коня свет имеет более
логичное объяснение, чем свет из глазниц черепа человека. Тем не менее
не стоит исключать возможность навешивания на колья людских черепов, если учитывать некоторые обычаи в разных регионах Земли: ритуал
создания тсантса (изготовление амулетов из высушенных человеческих
голов в Перу, Эквадоре и др.); кельтская традиция выставлять в домах
и святилищах, а также дарить невестам отрезанные в битве головы врагов.
Да и индуистская Кали, богиня жизни и смерти, изображается с ожерельем из черепов на груди.
В сказке перед Василисой предстают черепа, которые одновременно неживые (как таковые, лишенные кожно-мышечного покрова) и живые (светящиеся глазницы, способность к разговору с героиней). В этом
проявляется характерная особенность сказочного пространства — ​объединять «дышащее» с «недышащим». Необходимо также учитывать
языческий культ черепа в Европе, в основе которого находятся его символические значения: средоточия интеллекта, духа, жизненной энергии
и наиболее сохраняющейся части скелета. Как символ смерти череп стал
восприниматься значительно позже. В изображениях сцены Распятия
принято включать череп, учитывая христианскую легенду о том, что казнь
совершалась над могилой Адама, а раз так, то Крест Господень дарует
приход к жизни вечной.
Что касается костей — к
​ ольев забора, то они символизируют нетленность жизни и саму ее силу, воскресение, но также смерть и бренность.
Согласно верованиям славян, кости являются, с одной стороны, сакрализованными предметами (мощи святых, погребенные по обряду останки
предков), с другой — о
​ ни имеют связь с потусторонним миром.
Помещение вместо дверей у ворот «ног человечьих» обусловлено тем,
что они, являясь одной из самых мифологизированных частей тела, символически скоммутированы с хтоническим началом. Ноги соприкасаются
с землей, то есть контактируют с рубежной чертой земного и подземного
миров, а потому способны выполнять роль проводника энергии, как по-

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

85

зитивной (силы Земли), так и негативной (вредоносной магии). В связи
с этим в ряде культур существовал запрет ступать по земле помазанникам
Божьим. Так, персидский шах, покидая дворец, сразу садился на коня
либо в колесницу. В христианстве нога символизирует смирение и готовность служить Богу. Это основано на евангелических сюжетах о женщине,
омывшей слезами ноги Христа; об омовении ног учеников самим сыном
Божьим на Тайной вечере.
Но почему ноги подвешены на воротах? Прежде всего это связано
с традиционными символическими значениями ворот/дверей как границы — разделения миров, точки перехода из одного в другой и сообщения между ними; рубеж между жизнью и смертью, добром и злом; вход
и скрытое за ним пространство таинственной силы либо вход в новую
жизнь — ​возрождение; защиты Великой Матери и т. д. В целом можно
заключить, что это символ защиты и доступа.
Сказка повествует, что Василиса обнаружила «вместо запоров —​
руки, вместо замка — р
​ от с острыми зубами…». В принципе, запор и замок имеют идентичные символические значения замыкания и отмыкания.
Славяне магически запирали замком болезни либо обезвреживали с его
помощью носителей опасности (от волков, угрожающих стаду, до ходячего покойника), предотвращали супружескую измену. Со стародавних
времен на Руси существовал обычай прятать под порог дома невесты
незапертый замок с ключом. После того как жених переступал порог
(«границу») ее дома, сваха запирала замок и кидала в реку. Это считалось гарантией того, что свадьба состоится. Отпиранием замка пытались
облегчить тяжелые роды.
Использование рук в качестве запоров/засовов отражает их традиционные символические значения. Так, еще в шумеро-семитской мифологии рука считалась атрибутом Великой Матери — з​ ащитницы и дарительницы. А в Древнем Риме олицетворяла оборону, защиту и авторитет
отцовской власти. В христианстве Бог Отец творит милосердие правой
рукой, а праведный суд — ​левой. В мусульманском мире один из самых
популярных амулетов — ​рука Фатимы, олицетворение Руки Бога. Рука
Будды тоже в первую очередь выражает его защитную функцию.
Более подробное рассмотрение символических значений образа руки
не представляется необходимым, потому что их совокупность логически
весьма объяснима и включает: действие, силу и власть, благословение
и кару, передачу знаний, щедрость, вдохновение, любовь и дружбу,
оздоровление и т. д. Применительно к сказочному сюжету о Василисе
Прекрасной важно отметить, что повествователь дает понять: рука будет
действовать в зависимости от правильного или неправильного поведения
героини.

86

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Рот связан с речью и дыханием, поэтому этот образ значим для общения, рождения (через уподобление женскому лону) и жизни, как физической, так и духовной. Любопытно, что если в Древнем Египте похоронный
обычай предписывал, чтобы у покойного рот был открыт (тогда душа предстанет перед загробным судом и получит дар новой жизни), то в славянской
традиции — ​наоборот. И для того чтобы он был закрыт после смерти человека, полагалось при жизни держать закрытой печную заслонку в доме.
Зубы символически означают активность, нападение и оборону. Еще
в доисторические времена человек украшал себя зубами добытых на
охоте зверей (и даже врагов-иноплеменников). Выставленные напоказ
зубы выражают враждебность и готовность дать отпор. Кроме того, они
имеют отношение к образу жизненных сил, в том числе направленных
на реализацию сексуальной энергии и размножение. Существует также
мнение, согласно которому зубы как психологический образ образуют
укрепленную стену, которой в индивиде отгораживается от мира внут­
ренний человек. Кроме того, некоторые исследователи связывают зубы
с добродетельными качествами, обосновывая свою точку зрения культом
святых мощей и обычаем сохранять первые молочные зубы ребенка.

Дремучий лес
Всем известно, где именно обитает Баба Яга — ​конечно, в дремучем
лесу. Во многих сказках об этом прямо говорится. Но чаще всего указывается, что ее избушка стоит на опушке леса, то есть на его краю. В этом случае
дремучий лес простирается сразу за удивительной постройкой на курьих
ножках, что подчеркивает значимость его в пространстве обитания Бабы
Яги. В символических представлениях у индоевропейцев он ассоциировался
с хтоническим миром, а у древних германцев точно в таком же месте жила
богиня смерти. Это еще раз подтверждает, что Баба Яга не совсем человек.
Общеизвестно, что сказочный лес — ​это таинственное место, сулящее
испытания для героев и героинь. В этом смысле его можно считать условной
площадкой обучения и подготовки к инициации. Здесь обитают грозные
персонажи вроде драконов, колдунов, людоедов, великанов и карликов,
дикие звери, а также духи (иногда — ​в зверином обличье), верховодит которыми Хозяин леса. В ряде случаев образ леса соотносится с лабиринтом
страстей и пороков, оказавшись в котором, человек должен их обуздать,
дабы найти путь к свету (выйти на опушку). Примечательно, что в мифологии австралийских аборигенов, как и у некоторых народов Сибири, в частности селькупов, лес предстает как Нижний мир, запредельный мир теней.
В индуизме он символизирует первоматерию, куда отправляются те, кто
умер для реального мира и перешел к жизни в созерцании.

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

87

Издревле лес соотносился с женским началом через идею произрастания и культом Великой Матери. В друидской и северной традициях он
выступал женою солнца и символизировал земной мир. У индоевропейцев
изобильность растительной жизни в лесу ассоциировалась со свободой от
подконтрольности. Почтительное отношение к могуществу леса сочеталось со страхом перед этим могуществом и его таинственностью («Ходить
по лесу — в​ идеть смерть на носу, либо деревом убьет, либо медведь задерет»). Поскольку женское начало принято соотносить с бессознательным,
лес в психологии выступает его отождествлением. На этом основании еще
К. Г. Юнг постулировал, что лес и лесные страхи символизируют опасные
аспекты бессознательно в виде тенденции к пожиранию или сокрытию
разума. Хищные обитатели леса считаются олицетворением животных
инстинктов.
Итак, с психологической точки зрения имеет смысл подчеркнуть важные условия образа дремучего леса применительно к бытованию Бабы Яги.
1. Дремучий лес — ​мощный архетип, порождающий у слушателя
сказки безотчетный страх и ожидание встречи с неведомой, возможно,
смертельной опасностью (чего, собственно, и добивается Баба Яга, стремящаяся отпугнуть непрошенных гостей от границы в «иное царство»,
которую она охраняет).
2. Образ дремучего леса в подсознании слушателя/читателя сказочного повествования может активизировать качества решительности и творческого мышления, поскольку в этом пространстве априори отсутствует
внешний контроль и внешнее воздействие на оказавшегося здесь путника,
а адресат сказки, как правило, отождествляет себя с ее героем.

Река Смородина и Калинов мост
Во многих русских народных сказках и былинах упоминается река
Смородина, берег которой устлан костями человечьими. Сюда приходят
богатыри, чтобы защитить родную землю от нападения чудовищ. В сказке
«Иван-царевич и Марья Моревна» живет Яга Ягишна (Баба Яга, костяная
нога) «за тридевять земель, в тридесятом царстве, невдалеке от моря за
огненной рекой», где владеет табуном волшебных кобылиц. Иногда упоминается, что она живет неподалеку от реки Смородины и Калинова моста.
Общепринятым можно считать мнение, что легендарная река есть не
что иное, как рубеж жизни и смерти, место перехода между мирами, граница Яви и Нави. На тот факт, что эта граница тоже напрямую связана
с Бабой Ягой, мы указывали ранее. При этом, несмотря на исполнение
обязанностей охранительницы черты междумирья, она зачастую сама
помогает героям добраться до реки Смородины и Калинова моста.

88

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Почему же река называется именно Смородиной? Неужели по аналогии
с известной ягодой? Да и название Калинова моста тоже можно признать
условно «ягодным». Начнем именно с него. По мнению ряда специалистов,
такое поименование произошло не от калины, а от понятий каления, накаливания, то есть оно связано с огнем. Впервые оно было высказано еще
в XIX веке знатоком русских сказок А. А. Потебней, ссылавшимся на неслучайные эпитеты к калине, по значению близкие к огню: красная, жаркая
и т. п. Отсюда происходит версия этимологической связи Калинова моста со
словами «калить» (сильно нагревать) или «калеть» (коченеть, цепенеть от
жара или стужи). Правда, впоследствии автор отказался от собственной догадки, выдвинув другую версию, что это сооружение было металлическим1.
Известно, что именно на Калиновом мосту происходят битвы героев
с чудовищами, изрыгающими пламя. Но еще прежде боя, когда они только приезжают к реке, то видят, что «у Калинова моста стоит избушка на
курьих ножках». Об этом, например, сообщается в сказке «Бой на Калиновом мосту». Так что, похоже, жилище Бабы Яги обладало способностью
перемещаться в зависимости от необходимости. Калинов мост встречается
и в других сказочных текстах: «Иван Быкович», «Иван, крестьянский сын
и мужичок сам с перст, усы на семь верст» и др. С легкой руки талантливого
и скрупулезного исследователя сказок В. Я. Проппа повелось считать, что
река Смородина представляет собой границу между мирами. Стало быть,
мост через нее — п
​ ереход из одного сакрального пространства в другое.
Академик Б. А. Рыбаков объясняет исходную сущность понятия «Калинов мост» следующим образом: «Мост, по которому пойдет массивное
мифическое чудище, изготовлен из калины, мелкого и крайне непрочного
кустарника, абсолютно непригодного для каких бы то ни было построек.
Ветками калины можно только прикрыть, забросать что-либо, но не строить
из них… Не думаю, что будет большой натяжкой признать в этих сказочных
приметах чудища обрисовку древнего мамонта (или мамонтов), загнанного
огненной цепью загонщиков в ловчую яму, в подземелье, замаскированное
ветками кустарников калины»2. Но если так, то почему о Калиновом мосте
поется в свадебных песнях, в невестиных причитаниях, девичьих напевах?
И в опере П. И. Чайковского «Евгений Онегин» в качестве образа народной
женской песни звучит:
Уж как по мосту — м
​ осточку,
По калиновым досочкам!
Вай-ду, вай-ду, вай-ду, вай-ду,
По калиновым досочкам…
1
Пономарева В. Почему же тот мост звался Калиновым? // URL: https://shkolazhizni.
ru/culture/articles/20663/
2
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян.

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

89

В сказании «Гость Терентище» из сборника легендарного собирателя
фольклора Кирши Данилова тоже фигурирует этот образ:
Он будет, Терентище,
У честна креста Здвиженья,
У жива моста калинова…

Чтобы разобраться, стоит обратиться не к этимологии, а к символике
калины. Много народных сказаний повествует о ней. Украинцы из века в век
передают историю о том, как монгольско-татарское войско взяло в провод­
ники девушек, которые завели их то ли в непроходимую чащу, то ли в болото.
Закололи героинь супостаты саблями, и на месте их гибели выросла калина
с ягодами-кровинками. В общем, было у кого поучиться Ивану Сусанину.
Другое предание рассказывает, как в галицких землях покончила собой Оленочка, которую брат хотел продать туркам, те с досады порубили ее тело на
куски, и тогда калиновые рощи расколыхались от великой печали.
Существует легенда, что когда-то ягоды калины были слаще малины.
Но однажды юная красавица полюбила гордого кузнеца, который не замечал ее и часто бродил по лесу. От отчаяния она решила сжечь тот лес,
и когда жестокосердый наведался туда, все уже сгорело. Лишь под кустом
калины сидела заплаканная девушка. Глянул на нее кузнец и полюбил,
и до самой смерти видел в жене красавицу, потому что одарила его калина
умением отвечать на любовь и ценить ее. Но ягоды ее с тех пор и стали
горчить — ​как слезы неразделенной любви.
Калина с самых древних времен олицетворяла красоту и девственную
любовь. Ее выращивали возле хаты — н
​ а счастье. Она была непременным
атрибутом свадебных ритуалов, начиная с украшения ветками, венками
и ягодами горницы и обрядовых калачей и кончая оглашением доказательств невинности новобрачной. Обряды похорон калины означали принесение девственности в жертву при замужестве во имя продолжения
рода. Брокгауз и Эфрон, исходя из исследований того же А. А. Потебни,
утверждают, что «Калиновые мосты — о
​ бычное, постоянное общее место
в свадебных песнях (мост — ​соединение, связь)» 1. Позднее это дерево
стало символом женщины и любви вообще. С другой стороны, оно было
погребальным, памятным и высаживалось на могилах воинов, павших
в боях за Родину, или безвременно погибших возлюбленных.
Считалось, что калина способна видеть, слышать и думать. Наши
предки верили, что она помогает от сглаза и нечистой силы, успокаивает
и облегчает душу. «Если тебе тяжело, горько от судьбы своей, обними калину-матушку, проведи несколько раз рукой по ее стволу, поведай-открой
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона // URL: http://gatchina3000.ru/
big/047/47125_brockhaus-efron.htm
1

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

90

все тайны свои горькие, прижмись к ней осторожно, не поломав веточек,
сразу станет легче на душе» (любопытно, что настой из ягод калины применяют в том числе и в качестве успокаивающего средства при неврозах).
Нам представляется, что мост неслучайно был назван в честь калины.
И в бою богатыря с чудовищем на границе миров жизни и смерти, и при
переходе из девичества в замужество происходило умирание прежнего
состояния и рождение нового. И ратный подвиг, и свадьба — ​инициация,
посвящение. Калина при этом выступает защитницей, заступницей, помощницей. Во всяком случае, основанием для подобной версии является
символическое значение глубоко почитаемого древними славянами дерева.
Многие исследователи подчеркивают, что и река Смородина никакого отношения к растительной «тезке» не имеет. Ведь наиболее распространенными эпитетами по отношению к этой реке являются: огненная,
дымная, смрадная, зловонная, наполненная нечистотами. Кроме того,
корень этого названия происходит от слова «мор». А есть еще в русском
языке слово «смород». Раскрывая значение слова «смород», В.И. Даль
отмечает в первую очередь такое его значение: «сильная духота, вонючий,
удушливый запах, гарь, угар, чад, смердячий дух, особенно пригорелый».
Иными словами, название реки тесно связано с огнем, дымом и смертью.
Но стоит сказать и о том, что В.И. Даль упоминает смородину также
как куст и ягоду (название которой происходит «от удушливого запаха
ее»), а кроме того, отсылает к понятию пчелиной матки 1. В связи с последним значением нелишним будет вспомнить, что пчела в традиции наших
предков связана с космогонией, в частности, с образом Мирового дерева
и происхождением людей (согласно мифологии, богиня Лада породила
русичей от вибраций Небесного Пчельника). Кроме того, пчела у славян
была символом души и имела отношение к культу мертвых, а в христианской традиции олицетворяет воскрешение и бессмертие души, предстает
атрибутом святых Егория и Ильи.
Любопытно, что в другой словарной статье В.И. Даль называет смородину ягодой-поречкой, то есть растущей по берегам рек, отмечая ее самородность (сама по себе появляется и разрастается). Известно, что в древней письменности славян гласные опускались, поэтому вполне резонно
предположить, что изначально «смородина» могла быть «самородиной».
Тогда у названия знаменитой реки открывается еще одно значение: это
мог быть поток настолько древний, что отсчет его существования следует
вести от момента проявления первичных сил мироздания. Кроме того, совершенно отчетливо просматривается смысловая близость слов «смородина» и «самородок». В значении слова «самородок» очень ярко выделяется
1

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 4. С. 237.

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

91

природное в противопоставлении искусственному, а также этим словом
иносказательно обозначался носитель особых талантов и неординарных
качеств, что придает названию реки дополнительные смысловые нюансы.
Ясно, что река Смородина — ​место необычное, знаковое, и не зря же
именно здесь сражались с чудовищами, угрожавшими родной земле, былинные богатыри и сказочные герои. Отметим, что с конца XIX века и по наши
дни энтузиасты-исследователи отыскивают эту мифическую реку на карте
европейской части России, Кавказа и Украины. Топонимические ориентиры,
то есть географические названия, близкие сюжетам былин и сказок, находят,
в частности, в Курской, Смоленской, Ленинградской областях, в Приэльбрусье и в Москве. Любопытно, например, что название реки Сестры, что
под Петербургом, имеет финское происхождение: Систерйоки («систер» —​
смородина, «йоки» — ​река). Но в поисках волшебной реки не надо никуда
уезжать из столицы нашей страны, если знать, что когда князь Олег в 880 году
(согласно «Пантеону Российских государей») прибыл на Москву-реку, она
звалась тогда… Смородиной или Самородиной! Ведь и по сию пору на юго-западе столицы, в Тропаревском лесопарке протекает речка, название которой
имеет эти же две транскрипции: Смородинка и Самородинка.
Не для того, чтобы настаивать на «московитском» приоритете географического расположения мифической реки, а для характеристики ее
образа стоит обратиться к текстам старинных исторических песен. Так,
в записи уже упоминавшегося Кирши Данилова «Молодой солдат утонул
в Москве-реке, Смородине», герой, отправляясь на службу царскую, воинскую, прибывает на берег и обращается к реке:
А и ты, мать — ​быстра река,
Ты быстра река Смородина!
Ты скажи мне, быстра река,
Ты про броды кониные,
Про мосточки калиновы,
Перевозы частые!

Чудесным образом он получает от нее такой ответ «человеческим голосом, да и душой красной девицей»:
Я скажу те, быстра река,
Добрый молодец,
Я про броды кониные,
Про мосточки калиновы,
Перевозы частые:
Со броду кониного
Я беру по добру коню,
С перевозу частого —
По седелечку черкесскому,

92

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Со мосточку калинова —
По удалому молодцу,
А тебя, безвремянного молодца,
Я и так тебя пропущу.

Благополучно достигнув другого берега и отъехав на пару верст, незадачливый путник стал «своим глупым разумом» похваляться тем, как
удачно переправился, а вместо благодарности сравнил Смородину, имевшую славу неприступного препятствия, с дождевою лужей. Позвала тогда
река хвастуна обратно, сославшись на его недостаточное вооружение
и предрекая скорую встречу с врагом, а когда он стал возвращаться, то
оказался в омуте… Взмолился этот бедолага и услышал в ответ:
Не я тебя топлю,
Безвремянного молодца,
Топит тебя, молодец,
Похвальба твоя, пагуба!

Этот сюжет явно демонстрирует не только волшебные свойства антропоморфной реки, но и ее полномочия в решении вопроса о жизни и смерти, а также показывает как ее великодушие, так и строгость наказания.
Заметьте, герой ничуть не усомнился в предсказательных способностях
необычной собеседницы, да и обращается к ней уважительно, называя
«мать — ​быстра река».
В повествовании «А князь Роман жену терял» (вообще-то он ее убил),
говорится:
Жену терял: он тело терзал,
Тело терзал — ​во реку бросал,
Во ту ли реку во Смородину.

Здесь явно присутствует мифологема, связанная со смертью, причем
насильственной, но опять никаких прямых упоминаний об огне и т. п. Быть
может, имеется в виду способность священного водного потока очистить
душу несчастной, направив ее в подобающее место для дальнейшего существования?
Наконец, к Смородине обращались за предсказанием. Вот, например,
фрагмент поэтического текста «Князь Роман и братья Ливики»:
Собирал он силы девять тысячей,
Приходил он ко реке ко Смородине
Сам говорил таковы слова:
«Ай же вы, дружинушка хоробрая!
Делайте дело повеленое:
Режьте жеребья липовы,

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

93

Кидайте на реку на Смородину…
Которой силе быть убитой 1.

В этом тексте мы находим подтверждение тому, что река была вещей.
Упоминается Смородина и в ряде былин («Первый бой Ильи Муромца»,
«Илья Муромец и Соловей-разбойник»), но в них опять-таки не говорится об ее огненной природе: «…река Смородина бурливая, болота,
топи глубокие…»; «Так дошел Илья до речки Смородиной. Течет река
широкая, бурливая, с камня на камень перекатывается…». И в сказках
«Иван Быкович», «Иван — к
​ рестьянский сын и Чудо-Юдо» нет огненной
характеристики.
Все это свидетельствует о том, что смрадность — о
​ гненность и т. п. как
ведущие характеристики образа Смородины, насколько бы устойчивыми
ни представлялись, все-таки не могут считаться признаками, связанными
с единственно истинным представлением об этой реке. По крайней мере,
стоит допустить многозначность образа реки Смородины в качестве древнего символа.
Это уместно хотя бы потому, что не раз случалось, что с течением времен образы, изначально бывшие автономными, независимыми, смешивались. Подобное имело место еще в античные времена: в поздний их период
греки и римляне путали реку Стикс (через которую переправлялись души
умерших) с двумя другими реками, вытекавшими из Аида: Летой (рекой
забвения) и Ахероном (рекой скорби). Вот и Смородину иногда называют
то Забыть-рекой, то Пучай-рекой, хотя достаточных доказательств того,
что это одна и та же река, нет.
Отметим, что расположение избушки на курьих ножках часто связано
в сказках с двумя волшебными реками: либо огненной, либо с молочной
с кисельными берегами. Первая река вызывает невольные ассоциации
с рекой, через которую перекинут мост в мусульманский ад — Д
​ жаханнам.
По этому мосту шириной с лезвие меча в день страшного суда грешники
отправятся в огонь. А вторая река ассоциируется с молочными реками
Дантова Чистилища или рекой мусульманского рая — Джанната.
Итак, имеются серьезные основания для нескольких выводов.
1. Река Смородина/Самородина с Калиновым, то есть огненным, мостом, неподалеку от которых находилась избушка Бабы Яги, была рубежом, разделяющим два пространства — м
​ ир смерти и мир жизни.
2. Река Смородина была одновременно живым существом, имеющим
власть над жизнью и смертью и способным к общению с людьми. Кроме того, она обладала провидческими способностями. Связь этой реки
с охранительницей границы Нави и Яви Бабой Ягой очевидна. ПсихолоКнязь Роман и братья Ливики // URL: http://www.byliny.ru/content/text/knyaz-romani-bratja-liviki
1

94

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

гически эта река воспринимается как некий Рубикон или место перехода
в новое — ​неизвестное и опасное пространство.
3. Калинов мост символизирует инициацию, посвящение, в котором
герой оказывается под защитой предков. Благодаря социокультурной
памяти поколений у читателя/слушателя повествования на подсознательном уровне может активизироваться чувство любви как мотиватора
позитивного отношения к окружающему миру.

Баба Яга и сказочное время
Время, как и пространство, является системообразующей категорией сказочного мира, в котором строится материя, то есть условия существования
всех персонажей. Более того, время является способом движения и развития
пространства, даже если «конспирируется» присловьями типа «долго ли —​
коротко ли»; «дальше — б
​ ольше»; «скоро сказка говорится, дело мешкотно
творится»; «утро вечера мудренее»; «день коротается, к ночи подвигается»;
«стали жить — ​поживать» и т. д. По крайней мере, эти формулы позволяют
ориентироваться в сюжете по временной шкале «прошлое — ​настоящее»,
а также они одновременно и разграничивают, и связывают эпизоды сюжета.
Сказочное время событийно и метафорично, оно обладает широчайшими возможностями изменения скорости возникновения и протекания
перипетий сюжета, вплоть до скручивания и развертывания (так, в сказке
«Бой на Калиновом мосту» царские сыновья стали «расти не по дням, а по
часам. Выросли богатырями могучими»; аналогичный процесс случился
с князем Гвидоном в «Сказке о царе Салтане» А. С. Пушкина; у П. П. Ершова в «Коньке-горбунке» то спальник лишь через пять недель — б
​ ольше
чем через месяц — ​заподозрил чудеса, происходящие с конями Ивана,
хотя они были очевидны изначально, то на зов героя «вмиг конек к нему
явился» и т. д.). Кроме того, время циклично («жили-были», «раным-рано
поутру»; «день к вечеру клонится»; «прошло несколько лет» и т. п.).
Поэтому мы не можем согласиться с мнением о том, что «в сказке
не существует понятия времени» 1, а также с тем, что «если же событие
решается не самим героем, а его помощником, то <…>для героя решение
существует как некая данность, но не как внутреннее переживание»2. Ведь
сказка совершенно определенно дает понять, что когда Иванушка, испытывая голод, все же не посягает на жизнь лесных зверей, то он сознательно приносит личную жертву; их помощь ему в дальнейшем оказывается
для него неожиданной.
1
Шинкаренко В.Д. Смысловая структура социокультурного пространства: Миф и сказка. М.: КомКнига, 2005. С. 174.
2
Там же. С. 175.

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

95

В сказочном мире взаимоотношения действующих лиц временем различаются: одни подвластны ему, другие обладают полномочиями управления. Баба Яга в этой модальности занимает явно руководящее положение.
Чтобы убедиться воочию, рассмотрим, каким образом сами сказочные
повествования дают понять это: где напрямую, где вскользь, но всякий
раз непременно через символы.
Так, в «Василисе Прекрасной» героиня наблюдает: «Вдруг едет опять
всадник: сам черный, одет во всем черном и на черном коне, подскакал
к воротам бабы-яги и исчез, как сквозь землю провалился, — ​настала
ночь»; «…у черепов глаза потухают; вот мелькнул белый всадник — и
​ совсем рассвело <…> Промелькнул красный всадник — в​ зошло солнце <…>
Начало смеркаться, мелькнул за воротами черный всадник — ​и совсем
стемнело; только светились глаза у черепов». Затем у Василисы с Бабой
Ягой состоялся диалог: «Я хочу спросить тебя, бабушка, только о том,
что видела: когда я шла к тебе, меня обогнал всадник на белом коне, сам
белый и в белой одежде: кто он такой?» «Это день мой ясный», — ​отвечала Баба Яга. «Потом обогнал меня другой всадник на красном коне,
сам красный и весь в красном одет; это кто такой?» «Это мое солнышко
красное!» — ​отвечала Баба Яга. «А что значит черный всадник, который
обогнал меня у самых твоих ворот, бабушка?» — «
​ Это ночь моя темная —​
все мои слуги верные!»
Возникает закономерный вопрос: зачем и почему Бабе Яге нужно владеть силами — в​ садниками Зари, Дня и Ночи? Следует обратить внимание,
что всадники или мелькают, или, подскакав к воротам, исчезают, будто
сквозь землю проваливаясь. Здесь уместно напомнить, что у арийских народов с древних времен существовало поверье, согласно которому Солнце
объезжает небесный свод на светлых лошадях днем, на черных — ​ночью;
их впрягают в колесницу Утренняя и Вечерняя Зори. По другой версии,
день и ночь — ​это брат (божество Света) и сестра (божество Тьмы). На
рассвете Солнце как бы рождается из Тьмы, на закате — ​попадает в царство смерти, проплывает в ладье, ведомой водоплавающими (лебедями,
утками, гусями) по подземному океану, достигая к утренней поре своего
золотого дворца, где возрождается и взмывает ввысь в колеснице, запряженной златогривыми конями белоснежного окраса. Согласно древнеегипетскому мифу, бог Солнца Амон-Ра, облетев Землю днем на колеснице,
ночью в лодке преодолевает вместе с подчиненными ему богами царство
смерти Дуат, чтобы утром вновь вознестись на небо. Напомним, что ряд
символических значений гусей-лебедей тоже связан с временными параметрами. Так, дикий гусь олицетворяет смену времен года, жизнь и возрождение; лебедь связывается со временем и календарными природными
явлениями. Эти исконные воззрения вполне коррелируют со сказочны-

96

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

ми повествованиями, в которых избушка Бабы Яги находится на границе
мира жизни и мира смерти, а значит, на рубеже времени жизни и времени
смерти. И уподобление исчезновения всадника его проваливанию сквозь
землю вполне явственно указывает на это. Стоит заодно отметить, что
практически у всех древних цивилизаций подземный мир имеет многоуровневый и многофункциональный характер, — ​достаточно вспомнить
сказки о подземных Медном, Серебряном и Золотом царствах.
Кроме появления всадников смена суточного времени отражается
в изменениях в поведении черепов на костяном тыне, окружающем жилище Бабы Яги: утром свет в их глазницах потухает, к ночи — з​ агорается.
В связи с этим необходимо отметить, что череп (см. «Пространство обитания Бабы Яги») издревле считался и символом времени как такового,
и олицетворением смертности человека, то есть конечности времени его
жизни. И вовсе не случайно он являлся атрибутом бога Кроноса (Сатурна)
как персонифицированного времени, особенно если учесть, что время
в античные времена представлялось как реальность, которая принадлежит
духовной жизни и выражалось совокупностью живых существ, проходящих над Землей теневым образом.
Примечательно, что славяне выделяли природное и жизненное время.
Природное состоит из космических циклов:
–– солнечных: год, время года, сутки;
–– лунных: по фазам нарастающего и убывающего месяца.
К природному времени принадлежит и вегетативное (сезонное, связанное с ростом и созреванием растений).
Жизненное время соотносилось с природным (как детство — ​весна,
зрелость — ​период до осени, старость — ​приближение к зиме) и исчислялось Сварожьими кругами. Между прочим, отголоски этого календаря
сохранились до наших дней. Например, обычай поминать умершего на
девятый день (у наших предков это была неделя) и сороковой (месяц).
Жизненное время образует сакральный и магический круг. В гадательной
и созидательной практиках тоже существовали приемы сжатия и растягивания жизненного времени. Например, в гаданиях день мог символизировать целый сезон, а при изготовлении специальных скамеечек — ​распознавателей ведьм на Пасху или Рождество полагалось, начав работу
в Сочельник, ежедневно наносить по одному удару топором.
Время как условие возможности изменений чрезвычайно важно для
понимания роли Бабы Яги в сказочных повествованиях. Поскольку встреча героя с нею составляет узловой момент в его судьбе, постольку с учетом
вышеприведенного обзора можно с уверенностью утверждать, что Баба
Яга не просто хозяйка хода времени, она — ​повелительница меры жизни
и временны́х циклов, без которых невозможна жизнь на земле.

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

97

Это особенно наглядно проявляется в тех текстах, где хозяйка избушки на курьих ножках сидит за прялкой. Например, в сказке «Гусилебеди» девочка в поисках похищенного братца долго «бегала по полям,
по лесам. День клонится к вечеру, делать нечего — н
​ адо идти домой. Вдруг
видит — с​ тоит избушка на курьих ножках, об одном окошке, кругом себя
поворачивается. В избушке старая Баба-Яга прядет кудель. А на лавочке
сидит братец, играет серебряными яблочками».
Если задуматься, то такая вполне идиллическая картина может показаться странной: злобная вроде бы ведьма занята абсолютно мирным
делом, а похищенный ребенок не испытывает ровным счетом никакого
страха или беспокойства, а играет потихоньку, да не чем-нибудь, а серебряными яблочками, которые символически означают связь с Луной.
А ведь сфера действий небожительниц-прях, присутствующих в культурной традиции многих народов мира, издревле соотносилась с фазами
Луны как отражением рождения, жизни и смерти. Во многих культурах
яблоко — ​символ долголетия и бессмертия, а в некоторых (например,
в кельтской) оно означает переданное знание.
Наиболее распространенным в древней мифологической картине
мира является представление о том, что прядение олицетворяет именно
женское судьбоносное начало, связанное с прошлым, настоящим и будущим, поле деятельности богинь и их жриц и в первую очередь служит
выражением образа Великой Матери. Пряхами предстают славянская богиня Макошь, которой помогают Доля и Недоля; древнегреческие сестрымойры и древнеримские парки; германские норны. Так, Гомер описывает
прядущих нить человеческой судьбы Лахесис (отвечающую за «жребий»
еще до рождения), Клото (творящую прижизненную судьбу) и Атропос
(ведущую в будущее и к окончанию жизни).
Инструменты прядения — ​в еретено и прялка — ​а трибуты ассирийской Иштар и сирийской Атаргатис, а также Параскевы Пятницы
и даже Богородицы. Первостепенными символическими значениями
процесса прядения и самих его орудий являются быстротекущее время
и мимолетность жизни, за которой после смерти воспоследует возрождение.
В народной традиции славян веретену придавались магические свойства. На нем перерезали пуповину при рождении девочек, его использовали для защиты от демонов, вызывания дождя в засуху, исцеления больных
и т. д. На Святки, Рождество и Пасху полагалось убирать веретена из
дома, чтобы они не обратились змеями и не уползли в лес. По верованиям словаков, Баба Яга может наслать ненастье, уподобляемое ночному
мраку, и даровать солнечную погоду — с​ ветлое время суток. Кроме того,
Баба Яга обладает силой останавливать время, погружая героя в сон. Эта

98

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

способность аналогична дару, присущему Гермесу, покровителю путников
и проводнику душ, который усыплял людей прикосновением своего жезла.
В целом можно заключить:
1. То обстоятельство, что Баба Яга в сказочных повествованиях выступает пряхой, указывает на то, что ее прототипом в архаические времена
была Великая Мать, именно поэтому ей присущи полномочия хозяйки
времени и властительницы судьбы, отвечающей за перемещение человека
по жизни и в загробный мир. Примечательно в связи с этим и вручение
ею герою сказки клубка шерсти как проводника к цели, который часто
уподобляют путеводной нити Ариадны: «Клубочек покатился через горы,
через долы, по полям, по лугам, по сыпучим пескам». С другой стороны, это не что иное, как старинный прообраз современных навигаторов.
В любом случае он символизирует не только преодоление пространства,
но и успешное движение во времени. В некоторых сюжетах эту роль выполняет яблоко или волшебный конь. А ведь конь, помимо других коннотаций, означает динамичность (скорость) и проворство, а также непосредственно — ​бег времени и перемены.
2. Показательна цикличность времени в изложении сказки «Василиса
Прекрасная», когда за всадником-утренником появлялся полуденник,
а затем вечерник, и эта последовательность повторяется назавтра, то есть
«сегодня» превращается во «вчера» и устремляется в «завтра». За незыб­
лемостью этого порядка следит Яга, осуществляя ни больше ни меньше
космический промысел.
3. Психологическое значение образа времени в названных сказках
может быть использовано для преодоления страхов, формирования и развития позитивного отношения к миру, а также поведенческой и коммуникативной уверенности.
***
Место обитания Бабы Яги между миром живых и миром мертвых или
вообще в междумирье означает ее двойственность, дуальность ее ментальной природы. Встреча с нею героя сказки в избушке на курьих ножках является поворотным моментом сюжета, то есть влияет на его дальнейшую
судьбу. Это указывает на то, что Баба Яга обладает правами и властными
полномочиями в этой области, а поскольку в мифологической картине
мира распоряжение человеческими судьбами является божественной
функцией, постольку она оказывается причастной к пантеону богов.
Символические значения пространственных ориентиров, связанных
с месторасположением этой влиятельной особы, свидетельствуют о том,
что ее образ связан с Великой Матерью — ​главным женским божеством
во многих мифологиях мира. Несмотря на придание Бабе Яге злобных ка-

Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги

99

честв в результате наслоения религиозно-идеологических представлений
последующих эпох, детали, обстоятельства и смыслы этих ориентиров
выдают изначальную ее миссию вспомоществования роду человеческому.
Судя по ним, в сказочных повествованиях Баба Яга выступает как распорядительница жизни и смерти, а также защитница и помощница. Она
связана с духами природы, которые оказываются ей подвластными. Даже
в тех сюжетах, где она выставляется исключительно злой людоедкой, до
непосредственного поедания «посетителей» дело никогда не доходит, напротив, у тех обнаруживаются силы, как физические, так и духовные, для
преодоления всех опасностей. А факт обнаружения героем при входе в избушку «зубов на полке» хозяйки жилища, явственно говорит о том, что
она не нуждается в «скоромной пище». И это вступает в сильное противоречие с невероятным ее аппетитом, описанным в «Василисе Прекрасной»,
скорее всего, надуманным для более наглядного «оведьмачивания».

Глава 5. Баба Яга и сказочные
злодеи
В окружении Бабы Яги имеется целый ряд персонажей самого разнообразного толка, обладающих волшебной силой. Среди них особый
корпус составляют те, что противостоят ей (или она — ​им), но, так или
иначе, рассмотрение этих образов, достаточно интересное само по себе,
исключительно необходимо для понимания сущности Яги.

Кощей Бессмертный
Кощей Бессмертный — ​один из самых мощных, пугающих и загадочных персонажей сказочного мира, вызывающий оторопь даже у взрослых читателей славянских сказок. Это ярчайший представитель сил зла,
с которым, как видно из многих сказочных сюжетов, у Бабы Яги часто
складываются не самые теплые отношения.
Вместе с тем Кощей — ​один из самых самобытных персонажей русских сказок, как Лаума у латышей, Джек — победитель великанов у англичан или Индо Йоро Йоро у индонезийцев. При этом независимых сюжетов
с его участием в народных русских сказках крайне мало — ​если не всего
два с некоторыми вариантами. К тому же они зачастую представляют
неполные версии основного сюжета или по-своему его трактуют.
Многое об этом персонаже говорит его имя: Кощей, иногда Кащей,
порой Коша; встречаются и такие варианты, как Кащ, Каща. Согласно
наиболее распространенной версии, имя Кощей происходит от слова
«кость» (обратим внимание на аналогию с костяной ногой Бабы Яги).
Кость — ​двоякий символ. Она — ​основа всего живого, хранящая жизнь
форма, но она же связывается с миром смерти.
Видимо, именно эта бросающаяся в глаза связь со словом «кость» породила наиболее типичное (однако при этом часто неверное, судя по текстам
сказок) представление о внешнем облике Кощея — ​крайне худого, скелетообразного человека. И мало кто знает, что в древнерусском языке слово
«кощей» также имело значения «отрок» и «пленник»1. Кажется странным,
что одним и тем же словом обозначались такие разные понятия. Существует
ли между ними сходство? Да, оно состоит хотя бы в том, что оба — и
​ отрок,
и пленник — н
​ е являются полноценными членами общества.
1

Этимологический словарь Фасмера // URL: http://enc-dic.com/fasmer/Kosche‑6518/

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

101

Можно также предположить, что свойство бессмертия означает вечную молодость Кощея, то есть он вечный отрок, а вовсе не вечный старик.
Об этом, кстати, говорит явно демонстрируемая в сказках его сексуальная
активность: он ворует девушек и женщин, делая их своими женами — ​но
только лишь в случае их согласия, а воспротивившиеся этому оставались
заниматься рукоделием.
О том, что Кощей во многих сказках не худосочный и слабосильный
старик, а богатырь, обладающий огромной силой, свидетельствует то, что
он способен поднимать меч в пятьсот пудов1; от его дыхания герои-воины
как комары летят; он может биться в течение целого дня. Да и выпить три
ведра воды и разорвать двенадцать цепей вряд ли смог бы «чахлик невмирущий», как звучит имя этого персонажа в украинском языке. В сказках
«Марья Моревна» и «Кощей Бессмертный» 2 он описан как крепкий и здоровый мужчина средних лет. Так что во многих случаях Кощей оказывается совсем не таким, каким мы привыкли представлять его себе.
В древнерусском языке «кош» («куш», «кошт», «кощ») было связано было связано не только с понятиями худобы («сух телом»), но также
и судьбы — ​через бросание жребия для определения воли верховных божеств 3. Славянская богиня Макошь (Мокошь) — ​Мать Судьбы 4. Слово
«кощуны» обозначало вид мифологичных сказаний волхвов, посвященных богам и предкам — ​судьбоносных, боговдохновенных, пророческих
вирш, которые с приходом христианства были объявлены дьявольскими.
Отсюда происходит и «кощунствовать», то есть говорить что-то, не соответствующее представлениям христианской церкви об истинах мира. Так
что при всем уважении к авторитету В. И. Даля нам представляется, что
его версия происхождения имени Кощей от касть — ​«капость, пакость,
мерзость, гадость, скверна; паскуда, нечистое, поганое, сор, дрянь, сметье,
смотки» 5 уступает выводам, вытекающим из изысканий академика Петербургской академии наук И. И. Срезневского — к
​ рупнейшего русского
филолога-слависта, этнографа и палеографа.
Почему же этот персонаж одновременно еще и пленник? На этот вопрос
тоже отвечают сказки: например, в «Марье Моревне»6 впервые мы встречаемся с ним в этом положении, то есть прикованным крепкими цепями
в чулане. Впрочем, этот «пленник» довольно быстро освобождается. Но
Афанасьев А.Н. Древо жизни. С. 359.
Афанасьев А.Н. Кощей Бессмертный // Афанасьев А.Н. Народные русские сказки.
Т. 1. С. 358–369.
3
Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка: В 3 т. М.: Книга, 1989. Т. 1. С. 1306–1307.
4
Наговицын А.Е. Тайны мифологии славян. С. 448–453.
5
Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 2. С. 191.
6
Афанасьев А.Н. Марья Моревна // Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 1.
С. 369–374.
1
2

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

102

Кощей ведь еще и Бессмертный. На первый взгляд тут содержится явный
парадокс: будучи представителем царства мертвых — д
​ а и живет он в самой
удаленной части потустороннего мира, сколько сил приходится потратить
герою, чтобы добраться! — ​но сам смерти не подвластен. Для понимания
сути воплощения в нем принципа жизни в сказочном мире следует вспомнить, что жизнь есть высшее, наиболее организованное состояние вещества
с наименьшей энтропией. Но живое существо, уничтожающее порядок,
сеющее смерть и разрушение, увеличивает энтропию, становится агентом
неживого, при этом еще более страшным, чем просто мертвое. Являясь по
внешним, формальным признакам живым, это существо по внутреннему
содержанию таковым не является. У русского народа есть слово «нелюдь»,
которым называют самых отвратительных представителей человечества.
Это про таких, как Кощей в современном представлении.
Считается, что одно из важнейших предназначений Кощея — о
​ мертвлять
живую материю. Он символизирует стагнацию, оцепенение (что, возможно,
свидетельствует о его связи с сезонными явлениями — ​прежде всего с наступлением зимы). В битве с этим лиходеем герой сражается не только за
свое личное счастье, но и за освобождение человеческого мира от таких напастей. Но древнейшая мифологема этого сюжета сводится к битве «отжившего» с новым. Отголоски ее сохранились в традиционных представлениях
о том, что маленький Новый Год приходит прощаться со Старым Годом, или
в сюжете южных славян о битве Старого змееобразного Бадняка с новым
Божичем. Так, достаточно известен текст сербской рождественской песни:
Божић, Божић бата
На oбoјa врата,
Носи киту злата,
Да позлати врата
И обоја побоја.
(Божич, Божич стучит
В обои ворота,
Несет пучок золота,
Чтобы позлатить ворота
И обе вереи.) 1

Кощей Бессмертный еще и невероятно богат. Так ведь и кош подревнерусски было связано с богатством (кошель, кошара)2. Так вот откуда пушкинское «Там царь Кощей над златом чахнет»! Пресловутая «жадность» Кощея, отраженная А. С. Пушкиным в этой строке, соотносится
с описанием несметных богатств его замка, где все сделано из золота; но
золото у всех народов связывалось с солнцем — ​символом жизни и пло1
2

Фаминцын А. Божества древних славян // URL: http://litlife.club/br/?b=228875&p=44
Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка.

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

103

дородия. А царстве мертвых вообще по непонятным на беглый взгляд
причинам находится много сокровищ, весьма полезных для сказочных
героев. Почему, например, там оказывается меч-кладенец? Конечно же,
неслучайно. Так, по скандинавской традиции самое ценное оружие — т​ о,
что из курганов. С одной стороны, этому есть вполне понятное объяснение: при захоронении знатных людей в их могилу укладывали самое
дорогое оружие, изготовленное самыми искусными мастерами. Но, с другой стороны, овладеть этим оружием и пользоваться им крайне опасно,
поскольку, согласно поверьям, мертвые стерегут свое имущество. При
этом в руках настоящего героя оно обретает особую магическую силу.
Помимо сокровищ Кощей обладает рядом волшебных предметов и необыкновенных животных. Среди последних особую роль играет волшебный конь, на котором он может передвигаться по небу с потрясающей
воображение скоростью, который к тому же имеет вещие способности.
Впрочем, в некоторых вариантах сказки этот конь предает Кощея и оказывается виновником его гибели, причем Бессмертный, оказывается, может
умереть, разбившись о землю, будучи сброшенным собственным конем
или получив удар копытом в лоб от другого волшебного коня, добытого
Иваном-царевичем.
В отдельных сказках, в которых фигурирует Кощей Бессмертный, он
предстает как ординарный захватчик, проходящий «по городам и весям»
с огнем и мечом. Однако удивительная вещь: никого, кроме одной или нескольких девиц, он почему-то не захватывает, а княжеский терем и вся страна остаются нетронутыми. Лишь изредка («Иван Соснович») после визита
Кощея «царство все окаменело»1. Возможно, под этим «окаменением» подразумевается оледенение — т​ о самое оцепенение, стагнация, что отмечалось
выше. Аналог подобного состояния описывается в сказке «Морозко».
В связи с этим попытки некоторых исследователей представить Кощея
как собирательный образ врагов-захватчиков кажутся не вполне убедительными. Приписывание Кощею стремления всех поубивать и покорить,
на наш взгляд, является напластованием позднего времени, когда надо
было хоть в чем-то его очернить, чтобы оправдать действия героя, которые воспринимаются явно неприглядно.
В большинстве сказочных сюжетов указанную роль с успехом выполняет Змей или персонаж типа Идолища Поганого. Если в сюжете со Змеем
иногда появляется мотив захвата людей в полон, то в случае с Кощеем
таких мотивов просто нет.
Рассмотрим перевод имени Кощея/Кащея с точки зрения теории
Алексея Наговицына — о
​ дного из авторов данной книги.
Соснович И. Русская народная сказка // URL: http://www.fairy-tales.su/narodnye/
belomorskie-skazki/4137-ivan-sosnovich.html
1

104

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Кощей — н
​ аправление (К) всеобщего (всеотгораживающего) (О) щита,
защиты (Щ) естественного (Е) оплодотворяющего жизненного импульса
(Й). Или Кащей — н
​ аправление (К) главного, усиленного (А) щита, защиты
(Щ) естественного (Е) оплодотворяющего жизненного импульса (Й). Для
данного имени характерно то, что оно точно указывает на функцию Кощея. Он защищает некую оплодотворяющую и порождающую силу — б
​ огиню Живу, которая в архаических вариантах сказок связана со смертью
Морены, то есть Марьи Моревны.
Иногда Кощей имеет прозвище — ​Кощей Трипетович. Разберем его
с точки зрения ритмо-фонетического метода: Трипетович — т​ вердая форма (Т), действующая (Р) к единому (объединению) (И) (три), отец естества
(ПЕ) тверди (Т) (пет), всеобщее (О) ведение (В) единого (И) изменения
(колдовства, чар) (Ч) (ович).
Следовательно, Кощей стремится все объединить и упорядочить
в естественном цикле «смерти — р
​ ождения». Он ведает всеобщим, единым
колдовством, посредством которого можно превратить неживое в живое,
и наоборот. В некоторых вариантах сказок говорится об окаменении противников Кощея посредством его чар или чар родственных ему персонажей, которые могут им же и оживляться.
Весьма интересна трактовка двусоставного имени Кощея Трипетовича, согласно которой вторая его часть его означает третий петух, потомок курицы, высидевшей третьего цыпленка, и папы-петуха, который,
кстати, нередко именовался кочетом. Так, А. А. Абрашкин, ссылаясь на
материалы исследований Д. К. Зеленина, подробно рассматривает старинную русскую традицию проведения «праздника троецыплятницы»,
то есть курицы-мамаши, выводок которой составлял трех детенышей.
Она приобретала божественный статус, но при этом, по традиционным
верованиям, теряла способность производить сильное потомство и подлежала закланию. Ритуальное поедание священной птицы сопровождалось
целым рядом действ. Но главное — ​считалось, что ее божественная сила
плодородия переходила к третьему в ее выводке 1.
Таким образом, получается, что Кощею подвластны жизнь и смерть.
К тому же он обычно живет на возвышенности, на горе, на хрустальной
(священной, небесной) скале, в высоком замке, то есть его место жительства связано с небесным миром, так как горы всегда в представлении всех
народов соотносились с миром небесным, а ямы, пещеры, провалы — с​ миром хтоническим.
1
Абрашкин А. Арийские корни Руси. Предки русских в Древнем мире. Гл. 5 // URL:
http://itexts.net/avtor-anatoliy-aleksandrovich-abrashkin/175464-ariyskie-korni-rusi-predkirusskih-v-drevnem-mire-anatoliy-abrashkin/read/page‑20.html

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

105

Имеется кажущаяся довольно убедительной версия о том, что у Кощея
изначально была функция, сходная с функцией Бабы Яги, — ​инициация.
Но если Баба Яга, как правило, инициирует (посвящает) Ивана-царевича
и подобных ему персонажей, переводя в новое качество — г​ ероя, то Кощей
занимается инициацией персонажей женского пола в системе обрядов
брачного посвящения. Похищая невесту или жену героя, он пытается
(иногда успешно) сделать ее своей супругой. Кстати, по мнению некоторых исследователей, отголосок сказок о Кощее мы встречаем в сохранившемся в России до нашего времени свадебном обычае похищения невесты.
Еще одна функция Кощея Бессмертного — б
​ ыть главным противником
героя, то есть противостоять ему. Причем причины такого противостояния зачастую непонятны. Стоит учитывать, что враги героя сказки, иными
словами — «
​ чужие», обычно говорят на том же языке, что и сам он, и живут по сходным правилам и традициям, но — ​в ином царстве. А раз так,
то по отношению к этим «чужим» герою дозволяется лукавить, хитрить,
обманывать и похищать нужную ему вещь или невесту. Порой приходится
убегать от погони или биться с противником. Следует отметить, что одни
и те же действия сказки относительно «чужих» поощряются, как, например, похищение невесты либо некоего сокровища. Они же осуждаются,
если ту же невесту похитили или отняли у самого героя «чужие», например, в лице Кощея Бессмертного.
Характерно, что освобождаемая из плена девушка хоть и олицетворяет невинность и страдание, но порой ведет себя как настоящая жена
похитителя — ​«чужого». Например, Кощей даже рассказывает ей, как
добыть его смерть или как его можно победить в битве, о чем и узнает
подслушивающий герой. Кстати, отметим, что для Кощея это самая интимная и жизненно важная информация, которую он не мог бы доверить
в случае отсутствия между собеседниками самых близких отношений.
Как было сказано выше, образ Кощея как одного из главных персонажей появляется в двух основных сказочных сюжетах и их вариациях. Приведем их краткое содержание. В первом герой женился на некой
прекрасной иноземной королевне Марье Моревне и после ее отъезда на
войну(!), вопреки запрету, из любопытства или со скуки открывает дверь
чулана, где и находит скованного цепями Кощея. По просьбе последнего
он троекратно его поит водой, после чего Кощей возвращает утраченную
было силу, освобождается и уносит Марью Моревну, предупредив, что
Иван теперь никогда ее не увидит. Герой отправляется на поиски своей супруги и, пока Кощей отсутствует, три раза пытается ее похитить. Дважды
Бессмертный его нагоняет и просто забирает Марью Моревну, в третий
раз убивает Ивана. Далее герой воскресает благодаря живой и мертвой
воде, добытой помощниками, вызволяет жену и убивает самого Кощея.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

106

Правда, в одной из версий он погибает все три раза. Отметим, что герою
удается справиться с могущественным противником с помощью волшебного коня, которого он получает от Бабы Яги после того, как выполняет ее
задания об охране ее же кобылиц. Кстати, сам Кощей, возможно, получает
своего волшебного коня от нее же, выполнив те же задания.
Заметим, что в этом сюжете Кощей никаким особым злодейством не
отличается. Он даже дважды прощает героя. Здесь он такой же герой,
как Иван, и даже более мужественный (Иван на протяжении сказки неоднократно плачет от чувства отчаяния), вся вина Кощея состоит в том,
что он противник героя сказки и значит — «
​ чужой».
Во втором сюжете Кощей по неизвестной причине похищает некую
девицу, хотя, заметим, при его богатстве и власти немало девушек и женщин, даже царевен-королевен сами бы охотно вышли за него замуж. Герой
сказки, часто богатырь, после всевозможных перипетий находит его замок, где эта девица, являющаяся фактически женой Кощея, выведывает
у последнего местонахождение его смерти. Отметим, что зачастую дорогу
к Кощееву замку герою указывает Баба Яга, например, выдавая путеводный клубочек, приводящий к цели самым коротким путем.
В этом втором сюжете со смертью Кощея связаны образы зайца
и утки, которые охраняют его смерть в виде иглы или кости в яйце. Отметим, что символика яйца соотносится с созданием-рождением мира.
Например, по некоторым версиям, индуистский Брахма родился из Мирового яйца. Из яйца в карело-финской «Калевале» создается мир, то есть
оно является космогоническим символом. Утка тоже символ создательницы мира и прародительницы жизни в представлениях части финно-угров
и некоторых восточных славян. В той же «Калевале» сообщается, что эта
славная водоплавающая птица снесла шесть золотых яиц и одно железное,
что послужило началом создания мира как видимого, так и невидимого:
Из яйца, из нижней части,
Вышла мать-земля сырая;
Из яйца, из верхней части,
Встал высокий свод небесный,
Из желтка, из верхней части,
Солнце светлое явилось;
Из белка, из верхней части,
Ясный месяц появился;
Из яйца, из пестрой части,
Звезды сделались на небе;
Из яйца, из темной части,
Тучи в воздухе явились…1
1

Калевала. Карело-финский эпос. Петрозаводск: Карелия, 1989. С. 34.

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

107

Кроме того, утка символизирует связь между небесным, земным
и подземным мирами, поскольку может летать, ходить по земле и плавать, а также нырять под воду.
Заяц у славян — ​символ сексуальности, свадьбы, зарождения жизни. Он довольно часто имеет лунную символику, при этом прочно связан
с землей и плодородием 1. Таким образом, смерть Кощея охраняют не
какие-то случайные зверушки и птички, а вполне продуманная триада
жизни (включающая яйцо).
Герой поочередно убивает утку, зайца и раздавливает яйцо, в триединстве которых заключается жизнь Кощея Бессмертного. Получается, он
потому и бессмертен, что его жизнь составляет часть жизни Вселенной,
выраженной символами яйца, зайца и утки. А вот заточенному в чулан
и посаженному на цепи Марьей Моревной Кощею для возвращения сил
нужна вода, которой его и поит герой или героиня. Но ведь вода практически у всех народов мира символизирует жизнь и первоматерию. Кстати,
имя Марья Моревна явно соотносится с именем славянской богини смерти
Морены, от которого происходят такие слова, как мор, морок, обморок,
марево, смерть и т. д. Герой влюбляется в эту красавицу и освобождает
ее от Кощея.
Напомним: трижды Кощей догоняет похитителя и два раза только
предупреждает его, чтобы больше так не поступал. На третий раз ему ничего не остается, как лишить жизни назойливого соперника. Иван оживает
и с помощью различных волшебных существ освобождает Марью Моревну
и убивает Кощея. Так кого именно одолевает герой русских сказок? Принято считать, что он побеждает символ смерти, омертвления, воплощенный
в образе Кощея. На самом деле это странно, так как жизнь Кощея охраняется наиболее значимыми символами жизни, а ларец, в котором скрыты
эти символические животные и предметы, висит на дубе (или лежит под
ним), растущем на заветном острове Буяне. Символ смерти Кощея — ​игла,
которая присутствует в некоторых версиях сказки, которая символически
связана с ее функцией что-то протыкать, пронизывая и сшивая, соединяя,
например, ткань текстильную, равно как и ткань времени. Это отнюдь не
отрицательный символ, как можно было бы ожидать на основе бытующего
представления связи ее с понятиями жизни-смерти Кощея.
Нельзя также обойти вниманием сказочный факт хранения сундука с
вложенными друг в друга зайцем, уткой и яйцом с иглой на дубе, который
не только у славян, но и у индоевропейцев вообще — ​один из постоянных символов Мирового дерева, связывающего три мира Вселенной 2. Это
особенно важно с учетом того, что Кощей противостоит Марье Моревне,
1
2

Наговицын А.Е. Тайны мифологии славян. С. 286–291.
Там же. С. 364–369.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

108

имя которой, как уже отмечалось, явно коррелируется с понятием смерти.
Она сковывает и замуровывает Кощея, которого герой сказки вначале
освобождает благодаря живительной воде, что опять-таки непонятно:
зачем символ смерти — ​Кощея оживлять с помощью символа жизни —​
воды, которая сама по себе должна быть ему противна по магии подобия?
И почему, в конце концов, Кощей два раза проявляет в отношении героя
странную для злодея гуманность и честность?
Представляется важным, что в былинах об Иване Годиновиче встречаются варианты, где герой в финале убивает Марью Моревну. Одна из
самых популярных трактовок описанного сюжета сказки о Кощее — ​это
объяснение происходящего инициацией супругов перед свадебным обрядом, когда Кощей испытывает и героя, которому необходимо совершить
подвиги, и героиню, которая прядет и шьет у него в заточении, подобно
невесте, готовящей приданое и ограниченной перед свадьбой в общении.
Однако сюжет с убийством «невесты» ставит под сомнение подобную
«брачную» версию.
Проанализировав всю предыдущую символику, связанную с этим образом, приходим к неожиданным выводам. С Кощеем связаны понятия
жизни, создания космоса, плодородия и судьбы, а так же чего-то священного. В одном из вариантов сказки Кощей обещает прибавить герою за
свое освобождение два века жизни, в другом варианте обещает подарить
три жизни. Его скелетообразность, изможденность, видимо, происходят
от того, что он был скован на долгое время Марьей Моревной — ​символом смерти. А после того, как выпивает живительную воду, становится
могучим. Кроме того, Кощей часто наделен способностью летать. При его
полете гремит гром, сыпется град, поднимается ужасный ветер; следовательно, он повелевает этими стихиями или прочно с ними связан.
Попробуем на основе вышеизложенного анализа высказать гипотезу
относительно главного и одного из самых «непримиримых» противников
героя.
Существует сходство между Змеем, Кощеем и Бабой Ягой в отношении
способности к сверхбыстрому перемещению по воздуху или по земле.
Они делают это либо сами, либо с помощью чудесных помощников или
волшебных предметов. Кощей, как и Иван-царевич, «три дня пастухом
был…», за то Баба Яга дала ему «одного жеребеночка», на котором тот
способен догнать героя 1. Сама же она «во весь дух на железной ступе
скачет, пестом погоняет, помелом след заметает» 2, но может и оседлать
лихого коня. Еще одна общность Бабы Яги с Кощеем и Змеем Горынычем
заключается в оборотничестве. Бессмертный, к примеру, может обернуть1
2

Афанасьев А.Н. Марья Моревна. С. 381–382.
Там же.

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

109

ся черным вороном. Кроме того, как и хозяйка избушки на курьих ножках,
он во многих сказках «чует русский дух»: «Фу-фу-фу, что-то в горнице
русским духом пахнет» или: «Фу-фу! Русской коски слыхом не слыхать,
видом не видать, а русская коска сама на двор пришла».
Итак, в связи с образом Кощея мы имеем две основные его ипостаси.
Первая — ​Кощей-похититель и злодей, это его классический образ
в современном восприятии. Так, сказка «Кощей Бессмертный» начинается
словами: «В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь;
у этого царя было три сына, все они были на возрасте. Только мать их
вдруг унес Кощей Бессмертный». В сюжете «Булат-молодец» супостат
застращал народ тем, что, если кто осмелится выкупить человека, которого жестоко бьют на площади, у того он жену унесет, а затем похитил
Василису и посадил в высокую башню. А в «Иване Сосновиче» уводит
сразу трех красавиц.
Второй канонический образ: Кощей — ​бог, хозяин жизни и смерти, который противостоит Марье Моревне — ​смерти окончательной.
Хрестоматийным примером здесь является известная русская сказка
«Царевна-лягушка». В некоторых ее вариантах говорится о том, что Василиса Премудрая после опрометчивого сжигания ее лягушачьей кожи
Иваном-царевичем попадает к Кощею, а герой ее спасает. Возникает
вопрос: а с какой стати она вообще должна улетать к Кощею, будучи
могущественной волшебницей, а он уносит ее по воздуху от царевича
под грохот грома и бури?
В индоевропейской традиции это существо стойко соотносится с громовержцем, который, по некоторым версиям, за излишнюю ученость
и своеволие в наказание превращает свою дочь в лягушку и скидывает
на землю.
Правда, существует версия о третьей ипостаси Кощея Бессмертного
как воина-кочевника — одинокий кочевник. Она вытекает из той исследовательской позиции, согласно которой само его имя имеет тюркское
происхождение: «кощ» — ​кочевье или «кощщи» — ​кочевник. Даже если
это так (о чем И. И. Срезневский умалчивает), сказочного материала для
определения Кощея в этой роли недостаточно.
В психологическом плане в настоящее время, когда забыта древняя божественная природа этого персонажа, Кощей практически всегда воспринимается как нарицательный образ некоего безжалостного злодея. В этом
плане важно, что победа над Кощеем дает возможность герою проявить
свои лучшие качества. Борьба с Кощеем оказывается неким испытательным
полигоном для героя, который для победы над этим врагом должен значительно измениться и испытать некие лишения и трудности. Соответственно,
этот образ может пригодиться психологу в решении задач самопознания

110

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

и личностного роста клиентов, а также нравственного воспитания и использования техник провокативной психологии. Перефразируя мысль талантливейшего драматурга Евгения Шварца, можно сказать, что как дракона,
так и Кощея человек должен убить в первую очередь в самом себе.

Змей Горыныч
Змей Горыныч появляется в русских сказках почти так же часто, как
и Кощей. В ряде случаев они даже действуют совместно. Наравне с Кощеем Бессмертным Змея Горыныча считают самым страшным персонажем
русского фольклора. Правда, в отличие от Кощея, живущего на вершинах,
он, как правило, обитает в горах и пещерах либо у Огненной реки, а также на дне водоема, в норе или берлоге. Поименование Змея Горынычем
(или Горынчищем) означает, что вообще-то он сын горы, причем имеющей
мифологический смысл горы-тучи, извергающей из своих недр огненную
змею-молнию, вероятно — ​вулканическую. Так ведь и змею в былинах
вовсе не случайно называют горынской и подземельной. Облачных жен
называли порой берегинями (от брег, нем. berg), что тождественно с такими определениями, как «баба-горынинка» и «баба-алатырка» (от слова
«алатырь-камень») из народных былин.
Корни связи между понятиями тучи, грозы, молнии и гром с горой
весьма глубоки и тянутся с древних времен. В наше время они проявляются, например, в названиях гор именем бога-громовника Перуна
под Шадринском на Урале, Несвижа на Украине и т. д., в Полсвиже, что
в Лепельском районе (Белоруссия) и т. д. Существуют также «гремячие
горы» (Псков и др.). В Томской губернии хранят легенду о Змее Полазе,
ушедшем со Змеиногоского рудника в гору, которую до сих пор называют Змеевой. А в Уваровой станице на Иртыше — ​о пещере, куда скрылся
змей из реки, и на его маршруте, пролегавшем по траве, образовалась
выжженная тропинка. В Кандалакшском заливе Белого моря местные
жители показывают большой камень с отверстием, ведущим в пропасть,
где, по преданию, обретался в давние времена страшный змей. Существует
также народная легенда о великане Горыне, который мог крушить горы
и скалы.
Тучи в древнеиндийской Ригведе называются горами змея Вритры,
а сам он — г​ ороподобным. Английский эпический герой Беовульф одолел Змея — ​дракона в ущелье скал, немецкий Зигфрид из «Песни о Нибелунгах» (начало XIII в.) отыскивает на горе дракона. Древнепольское
предание о князе Кроке/Краке повествует о величайших бедствиях в период его княжения, чинимых народу страшным змеем из пещер горы
Вавель, об истреблении как людей, так и домашней скотины. По велению

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

111

князя несколько воловьих шкур были заполнены горючим веществом
с запаленными фитилями и подброшены к месту обитания чудища. Оно
не преминуло проглотить «дары» и сгорело заживо. В славянских сказках встречаются упоминания о змеиных царствах или дворцах — м
​ едном,
серебряном, золотом и даже алмазном, который вертится, словно мельница (или сказочная избушка на курьих ножках?) и из которого видна
вся вселенная — ​все государства и земли как на ладони… В Германии
существуют предания о подобных дворцах, окруженных медными, серебряными и золотыми лесами и принадлежащих драконам: медному,
серебряному и золотому.
А. Н. Афанасьев совершенно справедливо подчеркивает, что в народном сознании молнии уподоблялись стрелам, копьям и палице. Эти
поэтические представления должны были прилагаться и к Змею как воплощению громоносной тучи. Стрела-молния то служит ему оружием,
то принимается за необходимый атрибут его фантастического образа 1.
С «лютым зверем Горынчищем» сражались многие былинные и сказочные герои, включая Добрыню Никитича, Никиту Кожемяку, Иванацаревича, Иванушку-дурачка и других отважных борцов со злом. Так,
в сюжете «Добрыня Никитич и Змей Горыныч» появление противника
русского богатыря описывается так: «Не успел Добрыня сказать —​
вдруг потемнело небо, а тучи на небе нет, и дождя-то нет, а гром гремит,
и грозы-то нет, а огонь блестит <…> Поднял голову Добрыня и видит,
что летит к нему Змей Горыныч, страшный змей о трех головах, о семи
хвостах, из ноздрей пламя пышет, из ушей дым валит, медные когти на
лапах блестят» 2.
Но вот что любопытно: несмотря на частые упоминания о полетах этого чудовища, чтобы найти словесные описания его крыльев, нужно основательно порыться в фольклорных источниках. Некоторые исследователи
считают, что Змей в сказке «Фролка-сидень», который «откуда ни взялся
в царском саду» и унесший трех царевен «на своих огненных крыльях»3, —​
это и есть Горыныч, но в тексте он назван «черноморским змеем», так что
с полной уверенностью принимать за истину такие утверждения нельзя,
особенно учитывая многовековую историю о существовании такого зверя в пучине черноморских вод. Впрочем, такие признанные авторитеты,
как В. В. Иванов и В. Н. Топоров, отмечают, что «Змей Горыныч не всегда
четко отличим от других сходных образов — ​Змея Тугарина, Змиулана,
Афанасьев А.Н. Марья Моревна.
Про Добрыню Никитича и Змея Горыныча. Былина // URL: http://lukoshko.net/story/
pro-dobrynyu-nikiticha-i-zmeya-gorynycha.htm
3
Фролка-сидень. Русская народная сказка // URL: http://www.ru-skazki.ru/frolka-siden.
html
1
2

112

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Огненного Змея, просто Змея и т. п.» 1. Кстати, Тугарин Змеевич — ​весьма показательный пример воплощения Змея-оборотня, который даже
характеризовался как богатырь с человеческим телом, но змееподобной
головой. Возвращаясь к теме крыльев, стоит заметить, что в лубочной
живописи этот монстр изображается с ними, да еще и со стрелами в пасти и даже со стреловидным окончанием хвоста. По поводу количества
крыльев, как и голов, разные повествования расходятся в описании.
«Сербская песня упоминает о змее шестикрылом. Русские и словацкие
сказки говорят о двенадцатикрылом коне змея» 2. В былинных преданиях
о Добрыне можно встретить такое описание «лютого Зверя» Горынчища:
«Купался Добрыня в реке:
Как в тую пору, в то время
Ветра нет — т​ учу наднесло,
Тучи нет — ​а только дождь дождит,
Дождя нет — и
​ скры сыплются:
Летит змеище — ​Горынчище,
О двенадцати змея хоботах.
Хочет он Добрыню огнем спалить,
Хоботом ушибить…» 3

На том, откуда у злодея взялся хобот, остановимся при рассмотрении фигуры Чуда-Юда, во внешности которого он также упоминается.
Здесь же отметим, что, говоря по совести, Змею было за что ненавидеть
богатыря, поскольку тот приплыл в пещеры белокаменные, где жил змей
Горынчище, застал в гнезде и жестоко погубил всех детей, разорвав их
пополам. А вот Еруслану Лазаревичу пришлось одолевать Змея о трех
головах, и в каждой из них имелась стрела «аки жало», и хвост тоже со
стреловидным окончанием. Примечательно мнение М. Семеновой о том,
что битвы со Змеями, похитившими жену/невесту, поскольку существуют
в легендах многих народов, на самом деле отражают древнейший миф
о противоборстве Бога Грозы со страшным Змеем, в ходе которого была
похищена избранница громовержца, а также солнце, земные и небесные
воды, стада скота. Сам он был закован в цепи и отправлен в подземелье,
лишен своей мощи, глаз и сердца. После долгих лет заточения и множества бедствий в земном и небесном мире Бог Грозы был спасен своим
сыном с помощью смертных кузнецов. В новой битве он побеждает Змея,
1
Иванов В.В., Топоров В.Н. Мифологический словарь // URL: http://esseclub.narod.
ru/Myths/ZmeiGorynych.html
2
Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу // URL: http://dereksiz.
org/poeticheskie-vozzreniya-slavyan-na-prirodu-v3.html?page=24
3
Добрыня купается и бьется со змеем // URL: http://philolog.petrsu.ru/folkhtm/rybnik1/
chukov.htm

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

113

который безуспешно пытается спрятаться. Существует предположение,
что в этом мифе заложена память о мировом природном катаклизме,
изменившем климатические условия существования человечества, ведь
и в сказках Змей Горыныч появляется сопровождаемый погодными явлениями: потемнением небосвода, громом, молнией. Но он всегда носитель
зла и опасности для людей: сжигает селения, требует дань в виде красивой
девушки. Также любопытно еще одно важное качество Змея — л
​ живость.
Змей добивается своего во многих случаях именно обманом; причем он
чаще всего уговаривает девиц совершить греховный поступок, давая несбыточные обещания; изредка обманывает и Добрыню Никитича, обещая
вести себя пристойно и не сдерживая слово.
Считается, что иногда чудовище оказывается оборотнем и может
принимать человеческий облик, как правило, с целью соблазнения юных
красавиц. Ему приписывается похищение многих девушек. При этом он
не поедает пленниц, как полагают жители их родных мест, не пытается
нажиться на похищении за счет выкупа от их родственников, а просто
добивается согласия на брак, причем зачастую весьма успешно, — д
​ остаточно обратить внимание на то, что на момент освобождения полонянки
оказываются не только живыми, но и совершенно невредимыми, ничуть
не изможденными, проживающими в нормальных или даже роскошных
жилищных условиях (в тереме или во дворце, а если в пещерах, то белокаменных), охраняемыми, но имеющими свободу передвижения по жилищу и прилегающей территории. Например, в сказке «Фролка-сидень»
старшая из украденных царевен самостоятельно отпирает огромные ворота и ведет пришедших за ней спасителей в свои апартаменты; средняя
поступает аналогичным образом, а к младшей их проводит добродушный
старичок, отвлекая охранников-львов тем, что начинает их гладить (!).
В образе Змея Горыныча имеются некоторые черты библейского Змеяискусителя. Например, в сказке «Чудесная рубашка» 1 Иван, купеческий
сын, победив в схватке с шестиглавым Змеем Горынычем, пожалел его
и даже взял с собой на сватовство к Елене Прекрасной, а женившись на
ней, назначил Горыныча поваром. Тот, воспользовавшись отлучкой Ивана,
обольстил его жену, и та, выведав секрет мужа о его силе, заключавшейся
в подаренной ему чудесной рубашке, ночью изрубила супруга «в мелкие
кусочки». Дарители спасли купеческого сына, но Елена в сговоре со Змеем
еще дважды пыталась его извести, и на помощь к Ивану приходит добрая
служанка. Все, как и положено в сказке, закончилось «честным пирком да
свадебкой» с этой девушкой, изгнанием коварной жены и гибелью Змея.
Но главное здесь то, какой силой обольщения обладало чудовище, и вряд
Чудесная рубашка. Русская народная сказка // URL: https://deti-https://deti-online.
com/skazki/russkie-narodnye-skazki/chudesnaja-rubashka//
1

114

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

ли она могла бы реализоваться без его способности к оборотничеству.
Таким образом, можно заключить, что в данном случае имеется общий
с биб­лейским архетип Змея-искусителя.
В сказках и былинах о Добрыне Никитиче фигурирует колдунья Марина Игнатьевна (либо Маринка Кайдаловна), любовница Горыныча или
просто Змея, которая вовсе не была украдена и не принесена в качестве
уплаты дани, а просто предпочла Змея супругу. Достаточно распространен
у многих народов сказочный сюжет о богатыре, победившем чудовищных
Змеев, который поселяется в их богатым, полным злата, серебра и самоцветных каменьев дворце со своею любимою сестрою (или матерью, невестой, женой). Правда, один из главнейших Змеев успевает улизнуть. Через
некоторое время сестра или мать героя, а иногда и его возлюбленная или
жена влюбляется в соблазнителя в человеческом облике — З
​ мея Горыныча,
Змея, Огненного царя и т. д. После любовной связи со Змеем изменницы
начинают искать способ уничтожить героя (царевича, богатыря и т. д.). Согласно сюжетам этих сказок он, как прекрасный охотник, имеет сильных
волшебных собак (или иных зверей, например, львов), которые могут разорвать на части Змея Горыныча или других антагонистов героя. Близкая
к герою женщина: мать, сестра, невеста и т. д., притворившись больною, по
наущению любовника, заявляет о необходимости добыть чудесные лекарства, для чего герою нужно отправиться в путь и совершить разнообразные
подвиги: надоить и принести ей молока от волчицы, медведицы, кабанихи
или львицы. Проявив смекалку и сострадание к детенышам этих зверей,
герой не только выполняет задание, получив молоко, но и еще сопровож­
дение своих детенышей в качестве «верной охоты». Тогда доверчивому родственнику даются новые невыполнимые поручения: привезти живой воды
из толкучих гор, мучной пыли с чертовой мельницы. В конце концов герой
попадает в ловушку и оказывается в руках Змея, но верные звери успевают
прибежать на выручку. Или он сам ломает три зеленых прута (возможно,
это аналог разрыв-травы), взмах которыми вмиг разрушает все запоры.
Измена открывается, Змея убивают, а коварная родственница получает
наказание, которое, как правило, переносится на Божий суд.
В традиции некоторых славянских народов этот «бродячий» сказочный сюжет имеет любопытные особенности. Например, канва словацкого варианта такова. Жили-были мать да сын, который трижды семь
лет, то есть до возраста 21 года, питался материнским молоком и стал
великим силачом. Отправившись на поиск более комфортабельного жилища для матушки, герой находит богатый замок, освобождает от Змеев и привозит туда родительницу. Когда обнаруживается, что в одной
из комнат замка сидит Змей, прикованный к стене тремя железными
обручами его родными братьями (не правда ли, здесь прослеживается

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

115

кое-какое сходство с ситуацией Кощея Бессмертного в сюжетах русских
народных сказок), Змей просит нового владельца змеевой недвижимости
отпустить его на волю, но получает отказ. Тогда пленник обольщает
мать героя (или, в других подобных сказках, кого-то из его родственниц, иногда — н
​ евесту). Пообещав жениться, он добивается, чтобы «избранница» принесла Змею из погреба три стакана вина; после каждого
выпитого стакана лопается и падает со Змея по одному обручу (тем
же способом — ​с помощью выпитого вина — ​освобождается от цепей
и Кощей Бессмертный). Оказавшись на свободе, он замышляет извести
богатыря.
Как и в ранее описанных мифологических и сказочных сюжетах,
родственница героя притворяется больною и посылает его за разными
снадобьями, добывание которых сопряжено со смертельной опасностью: принести поросенка от дикого кабана, живой и мертвой воды,
золотое яблоко из драконова сада и птицу, способную взмахом крыльев поднимать вихрь, вырывающий из земли деревья. Данный сюжет
принципиально отличается от описанных ранее тем, что в этих подвигах
герою помогает Неделька — я
​ вно мифологическая персона, заменяемая
в других редакциях вещью, водяною девою или вилою (и лишь в фабуле
«Чудесной рубашки» — ​служанкой, не имеющей волшебных качеств).
Она дает герою необходимые советы и дарит волшебного коня Татошика. Скрытая космогоническая функция Недельки проявляется в том,
что добытых героем живую воду и птицу-вихрь она оставляет у себя,
подменив их обычными вещами. Бессердечной матери, наконец, удается связать героя шелковым шнуром, и Змей Горыныч убивает силача,
а она — с​ трашно подумать! — в​ ынув из груди сына сердце, привязывает
прочие части расчлененного трупа к коню Татошику и прогоняет. Волшебный конь направляется к Недельке, и та воскрешает убитого живой
водой. Очнувшись, герой узнает, что у него нет сердца, оставшегося
у матери, но не испытывает никаких эмоций в отсутствии «ретивого».
Неделька обряжает его в нищенское платье, вручает волынку и посылает в замок выпросить назад свое сердце. Придя к замку, богатырь
заиграл на волынке, от волшебных звуков которой мать пускается в вынужденный пляс со Змеем Горынычем, не будучи в силах остановиться,
пока не согласится вернуть сердце. Примечательно, что описанный сюжет (а еще больше — «
​ Чудесная рубашка») очень близок к древнейшему
хеттскому мифу о сердце и глазах, добытых назад богом грозы города
Хаттусас у Змея Иллуянки посредством хитрости и сыновней преданности. Неделька, смочив сердце живой водой, передает чудесной птице,
чтобы та вложила его в грудь добру молодцу. Богатырь возвращается
в замок и отсекает Змею голову. Не в силах убить мать, он оставляет

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

116

решение на волю Божью. Герой выводит предательницу во двор замка
и бросает вверх свой меч со словами: «Кто из нас не прав, того Бог накажет!» Естественно, меч поражает жестокосердную женщину.
Этот сюжетный ход повторяется и в русской сказке «Притворная
болезнь», где Иван-царевич берет тугой лук и каленую стрелу и приходит с предавшей его матерью в чисто поле: «Становись, матушка, рядом
со мною. Кто из нас виноват, того калена стрела сама найдет». И стрела
попадает прямо в сердце злодейки 1. К тому же разряду рассмотренных
выше повествований принадлежит и валахская сказка «Цвет-королевич»,
основную фабулу которой сплетает рождение юного героя, его смерть
и возвращение к жизни. Начало ее близко к пушкинской «Сказке о царе
Салтане…»: у некоего короля была красавица дочь, которая однажды
принесла домой букет прекрасных цветов с чудесным ароматом, поставила их в воду, а когда вся вода покрылась цветочной пылью, выпила ее
и забеременела; отец посадил бедняжку в бочку и пустил в море. Там
и родился у нее сын-богатырь Флориан, росший «не по дням, а по часам», который вскрыл тесный «транспорт», выбрался с матерью на сушу
и поселился в замке, принадлежавшем чудовищным Змеям, захватив его.
Героический юноша победил их и заковал в цепи. Но один из Змеев успел
спрятаться и во время отлучек богатыря Флориана он, превратившись
в красивого юношу, обольстил королевну и стал уговаривать ее погубить
сына, чтобы избежать помех для их взаимной любви. С точки зрения
самого Змея, он абсолютно прав, борясь против захватчика Флориана.
Однако с точки зрения змееборческой логики силы, олицетворяемые
Змеем или Змеями, направлены против родовых устоев, а значит, изначально враждебны, так что справедливость и правота на стороне юного
богатыря, несмотря на всю неблаговидность совершенного им поступка.
Как и в других рассмотренных выше сюжетах, королевна притворяется больною и просит своего сына достать ей целебное средство.
Сначала он приносит матери живого буйвола, мозг которого необходим для выздоровления; потом убивает медведя, мясо которого должно
послужить той же цели; затем отправился на Черную гору за живой
водой. У ее подножия он встретил прекрасных водяных дев, купавшихся в белом озере, от которых долго не мог отвести глаз. Узнав о цели
путешествия Флориана, девы попытались отговорить его, поскольку
живую воду охранял злой дух, и пригласили остаться с ними. Сыновняя
любовь не позволила согласиться, и юноша стал подниматься на гору. На
вершине его окружил густой, непроницаемый туман, а когда попытался
набрать воду из источника, возник страшный вихрь, который подхватил
1

Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 2. С. 109–113.

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

117

путника, поднял в воздух, разорвал тело на мелкие лоскуты и разметал
по берегу озера. В полночь со дна озера поднялись на поверхность водяные девы, чтобы поплескаться и поиграть. Одна из них обнаружила
сердце Флориана, и царица велела своим подданным собрать все растерзанные части его тела, а одну деву отправила за живой водой. Когда
оживленный общими усилиями юноша узнал о злом умысле погубить
его, он отправился в замок, где задушил Змея и навсегда покинул свою
преступную мать, отправившись странствовать по белому свету и совершать великие подвиги.
Данный сюжет интересен в первую очередь тем, что здесь Змей плох
только потому, что он Змей. Герой сказки Флориан, совершающий противоправные поступки: захват чужой собственности, пленение ее владельцев и убийство, по контексту сказки оправдан, так как является героем. Характерно, что за родовые, отчасти матриархальные отношения
выступает и его мать. Однако герою важнее всего его личное представление об истине, что и считается справедливым в рассмотренной сказке.
Принципиальное значение имеет и то обстоятельство, что вслед за
поражением Змеев в сказках следует появление яркого солнечного света
как символа наступления лучшей жизни. В сказке же об Иване Попялове,
который считался дурнем и «двенадцать лет ляжав у попяле 1, вопасля
таго встав из попялу и як стряхнувся, дак из яго злятело шесть пудов
попялу», герой решил сразиться с проклятым Змеем, лишившем народ
света, и поехал с двумя братьями, достигнув — ​надо же! — ​избушки
на курьей ножке, в которой, оказывается, проживал этот трехглавый
монстр вместе с братьями шестиголовым и о двенадцати головах, а также
змеихой и ее дочками. Фабула напоминает «Ивана Быковича», но, разумеется, все закончилось благополучно 2.
Можем сделать вывод, что Змей Горыныч или аналогичный ему Змей,
в первую очередь как мифологически, так и психологически, олицетворяет коварного соблазнителя и похитителя женщин, а также отражает
осуждение обществом добрачных сексуальных связей.
С Бабой Ягой этот персонаж связан прежде всего змееподобным
видом, который он сохранил, но способен к оборотничеству, а старуха
утратила, но в ряде сказочных текстов выступает в качестве матери змеев, к тому же также может оборачиваться другими внешностями. Кроме
того, по свидетельству М. Серякова, в заговоре XVIII века она прямо
называется змеей: «Яга змея бура», а в украинском языке слово «язя»
одновременно означает и «бабу-ягу», и «мифическую змею», которая
в своем развитии проходит ряд превращений — и
​ з простой змеи она через
1
2

Попяла — з​ ола.
Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 1. С. 264–266.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

118

семь лет при определенных условиях вырастает в змею необыкновенных
размеров, а еще через семь лет у той вырастает еще одна голова, и это
уже будет язя. С другой стороны, по белорусским поверьям, эта особа
ездит подобно громовержцу по поднебесью в огненной ступе и погоняет
огненною метлою, а во время ее движения воют ветры, стонет земля, трещат и гнутся вековые деревья 1. Может быть, поэтому у нее существовали
общие с Перуном капища или таковые соседствовали? Например, под Полоцком. А. Бычков в «Энциклопедии славянской мифологии» цитирует
выдержку из книги «Исторические сведения о примечательных местах
в Белоруссии с присовокуплением и других сведений, к ней же относящихся» (СПб., 1855): «За рекою Полотою в поле находится озерко Воловое: о нем есть предание, будто бы в древности… при оном озере стояли
капища Перуна и Бабы-яги» 2.
Но ведь и связь змея с огнем — н
​ еотъемлемая характеристика этого
образа, что убедительно аргументировал еще В. Я. Пропп: «Змей пламенем палит, когтями рвет»; «Тут змей испустил из себя пламя огненное,
хочет сжечь царевича»; «Я твое царство огнем сожгу, пеплом развею» 3.
Он же выделяет целый ряд ипостасей Змея: похитителя, поглотителя,
­охранителя границ, изначального противника героя 4. К этому можно
было бы добавить, что он еще и хранитель сокровищ: три брата Змея
владеют медным, серебряным и золотым городами или дворцами, а в алмазном способны обозреватель весь мир. Правда, иногда сказочники
помещают все змееподобное семейство в избушку на курьей ножке,
являющейся непременным атрибутом Бабы Яги, и это становится еще
одной нитью связи сравниваемых образов.
Обращает на себя внимание то обстоятельство, что при всем угрожающем виде данный персонаж не вызывает чувства очень уж серьезной угрозы, потому что, несмотря на свою мощь, явно уступает герою
в смекалке и терпит от него поражение из-за уловок, примененных противником. Психологический образ Змея вызывает ощущение, что он хоть
и опасный враг, но явно обречен на поражение от героя.
Можно предположить, что Змей Горыныч является представителем
иноплеменников, основанием для этого является постоянный мотив поджога селений и пленения их жителей. Правда, на сегодняшний день роль
его как разрушителя и захватчика людей в полон прописана нечетко и слабо, в ряде случаев формально. Более того, победа над ним богатырей
осуществляется чаще всего с помощью «военных хитростей».
1
2
3
4

Серяков М. Боги славянского мира // URL: http://info-grad.com/morana-i-baba-yaga/
Бычков А.А. Энциклопедия славянской мифологии. М.: АСТ; Астрель, 2008. С. 28–29.
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 299.
Там же. С. 299–354.

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

119

Этот персонаж, безусловно, связан природными явлениями и объектами: горами, водной стихией, ветрами. Это же присуще и Бабе Яге.
По поводу взаимоотношений с животными можно сказать, что у нашей
героини больше полномочий в этой сфере: у Горыныча один конь, один
ворон и один пес, а у нее — ​стада, кот, да и вся лесная живность, от
волков до змей, ей подчиняется. Но она не похищает небесные светила,
в отличие от Змея. А самое главное — ​может принести пользу, одарить
и наставить на путь, то есть чутко воспринимает ситуацию посещения
героями ее избушки. Змей наоборот, сердится на споткнувшегося коня,
встрепенувшуюся птицу и залаявшего пса, то есть сам по себе не ощущает постороннего присутствия.
В психологической практике образ Змея Горыныча может пригодиться для развития скорости реакций, творческого и логического
мышления.

Чудо-Юдо
Герою приходится вступать в битву не только со Змеем Горынычем,
но и с другими монстрами, каковым оказывается, например, Чудо-Юдо.
От Змея Горыныча он вроде бы мало чем отличается, поскольку оба они
являются Змеями, многоголовыми чудовищами и антагонистами героя
сказки. Однако весьма существенно то, что путь герою и к тому и к другому указывает Баба Яга (только если не выступает в роли Змеихи — ​матери Змеев), а это позволяет предположить, что у бабули с ними не самые
доброжелательные отношения.
Здесь уместно отметить совершенно справедливое напоминание
А. Абрашкина о том, что «в мировом фольклоре Змей известен как древнейший мифологический символ, связываемый с плодородием, водой,
дождем, с одной стороны, и огнем, особенно небесным — ​с другой. Народные предания и поверья отождествляли со Змеем темные, грозовые
тучи, хранящие одновременно и плодотворную освежающую влагу, и иск­
ры огненных молний», и победа над ним сказочного героя — ​аналогия
разгрома темных туч, то есть обычный исход грозы» 1.
В сказочных сюжетах, связанных с Бабой Ягой, Чудо-Юдо фигурирует гораздо чаще, чем Змей Горыныч, и отзывается она об этом персонаже
вкупе с его братьями весьма нелицеприятно. Например, в «Иване Быковиче»: «…ведь они, злодеи, всех приполонили, всех разорили, ближние
царства шаром покатили».
1
Абрашкин А. Арийские корни Руси. Предки русских в Древнем мире // URL: http://
itexts.net/avtor-anatoliy-aleksandrovich-abrashkin/175464-ariyskie-korni-rusi-predki-russkihv-drevnem-mire-anatoliy-abrashkin/read/page‑20.html

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

120

Но в чем же все-таки состоят отличия между этими чудищами? Вопервых, Змей Горыныч — б
​ ольшой любитель брать в полон красных девиц,
которые, как мы убедились, неплохо себя в неволе чувствуют и, как правило, спокойно живут до освобождения их героем. Чудо-Юдо, напротив,
крайне редко пленяет кого-то и предпочитает напрочь уничтожать все
живое. Во-вторых, Змей Горыныч чаще, хоть и не всегда, предпочитает
действовать в одиночку, а Чудо-Юдо обычно зверствует в компании со
своими тремя братьями — ​обладателями трех, шести, девяти или двенадцати голов, как, например, в сказках «Иван Быкович», «Иван, коровий
сын», «Бой на Калиновом мосту» и многих других. Третье отличие заключается в месте постоянного жительства этих чудовищ. Змей Горыныч
селится в горах, в пещерах, дворцах, даже в избушке, похожей на ту, в которой живет Яга, а это, по нашему мнению, отличному от точки зрения
некоторых исследователей, указывает на его пребывание в пограничье
мира Яви, тогда как Чудо-Юдо и его родня обретаются в загробном мире,
и братья-змеи перебираются в земное пространство через реку Смородину по Калинову мосту, причем делают это неподалеку от жилища Бабы
Яги, где у героя сказки с этими Змеями и происходит главная битва. Отметим, что именно за огненной рекой Смородиной славяне, по всей видимости, помещали Навь — м
​ ир мертвых, откуда и шла на Русь вся нечисть.
Существует мнение, что Чудо-Юдо — п
​ ерсонаж праславянской, а возможно, и дославянской мифологии. Так, академик Б. А. Рыбаков отмечает, что Чудо-Юдо — ​это самый глубокий архаизм древнеславянской
мифологии1. Для того чтобы понять, кто же такие Чудо-Юдо и его братья,
необходимо рассмотреть обстоятельства их появления, атрибуты, свиту
и родственников.
Начнем с описания обстоятельств, сопутствующих появлению страшилища в земном мире, которые можно рассматривать прямо-таки как
буйство стихий. Так, в сказке «Иван — ​крестьянский сын и Чудо-Юдо»:
«…Пришел Иван, крестьянский сын, к реке Смородине, стоит под Калиновым мостом, дожидается. Только пошло время за полночь, сырая земля
заколебалась, воды в реке взволновались, буйные ветры завыли, на дубах
орлы закричали. Выезжает Чудо-Юдо двенадцатиголовое. Все двенадцать
голов свистят, все двенадцать огнем-пламенем пышут». Заметим, что сходные явления описаны в былине о божественном Вольге — ​князе-воине,
великом колдуне-оборотне, который родился от связи княжны и Змея.
И что еще примечательно в этом же сюжете: «…конь у Чуда-Юда о двенадцати крылах, шерсть у коня медная, хвост и грива железные (иногда
грива и хвост — ​серебряные, а шерсть — ​золотая. — П
​ рим. авт.). Только
1

Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. С. 132.

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

121

въехал Чудо-Юдо на Калиновый мост — к
​ онь под ним споткнулся, черный
ворон на плече встрепенулся, черный пес позади ощетинился. Чудо-Юдо
коня плеткой по бокам, ворона — п
​ о перьям, пса — п
​ о ушам!» В целом его
описание в сказках свидетельствует о хтонической природе:
во‑первых, он прибывает за полночь, то есть во время разгула всяческой нечисти;
во‑вторых, его атрибутами являются животные черного цвета: конь,
ворон, пес;
в‑третьих, его мать-ведьма названа змеихой, а жена является колдуньей-оборотнем.
Можно предположить, что Чудо-Юдо не кто иной, как древний бог,
которому подвластен не только Нижний мир, откуда он появляется и где
живут его жены и мать, но и Земной, и Небесный миры: доказательством
этому служит его свободное перемещение по этим мирам; конь у него
крылатый; в Яви он чувствует себя также вполне вольготно.
Давайте попробуем разобраться с происхождением Чуда-Юда и его
братьев. В патриархальном обществе наиважнейшим вопросом был вопрос отцовства, так кто же является родителем этого загадочного персонажа? В сказке «Иван Быкович» мать этих чудовищ смогла обмануть
героя: она утащила его в подземелье и привела к своему мужу — С
​ тарому
Старику:
« — ​На тебе, — ​говорит, — н
​ ашего погубителя.
Старик лежит на железной кровати, ничего не видит: длинные ресницы и густые брови совсем глаза закрывают. Позвал он тогда
двенадцать могучих богатырей и стал им приказывать:
— Возьмите-ка вилы железные, поднимите мои брови и ресницы
черные, я погляжу, что он за птица, что убил моих сыновей.
Богатыри подняли ему брови и ресницы вилами: старик взглянул…»
Ничего не напоминает? Конечно! Один к одному — ​гоголевский Вий!
Старый Старик требует от Ивана Быковича добыть для него невесту, да не абы какую, а солнечную, златовласую деву, которая связана
и с небесной стихией — м
​ ожет обращаться звездой, и с Нижним миром —​
может превращаться в рыбу. Через брак с ней Старый Старик, видимо,
стремится получить молодость и власть над всем Мирозданием. Однако
эта затея заканчивается плачевно: он летит в глубокую яму (Нижний мир?)
с подломившейся жердочки, перекинутой через нее.
К ассоциации с Вием можно добавить уже упоминавшийся обряд южных славян сжигать под новый год чучело старого, змеевидного бога Бадняка (соотносимого со старым годом), место которого занимал молодой
бог Божич, а также украинского персонажа — С
​ олодивого Бунио, сиречь

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

122

Шолудивого Боняка, то есть того же Бодняка. По поверьям, его взгляд
убивал человека и испепелял целые местности, если открывался из-под
густых бровей и тяжелых век. Д. А. Гаврилов и А. Е. Наговицын, ссылаясь на Йордана Иванова, сообщают, что «болгарская секта богомилов
описывает Дьявола, превращающего в пепел всех, кто посмеет взглянуть
ему в глаза» 1.
Можем сделать несколько интересных заключений:
во‑первых, Чудо-Юдо — ​сын истинного хозяина Нижнего мира —​
древнейшего Вия, Шолодивого Бодняка или Старого Старика;
во‑вторых, у Чуда-Юда и его братьев отнюдь не близкие (возможно, конфликтные) отношения с отцом, иначе почему последний так
равнодушно относится к убийству всех своих сыновей? Он просто говорит, что их не возвратить, и дает Ивану Быковичу задание. При этом
мать убитых чудовищ переживает столь сильно, что кидается в реку,
чтобы утопиться.
Старый Старик — ​отец Чуда-Юда и его братьев, по всей видимости,
олицетворяет древнего бога. Следовательно, его дети имеют божественное происхождение. В связи с этим нелишним будет вспомнить и былины
о Святогоре, божественном воине, сыне Старого Старика. Но ведь тогда
его братом оказывается Чудо-Юдо! Видимо, страшная смерть Святогора, похороненного заживо в каменном гробу, в былине «Илья Муромец
и Святогор» не случайна, тем более что Святогор делает попытку отравить
Илью смертным дыханием.
Теперь об имени этого страшного персонажа. Существует несколько
версий его происхождения. Еще в конце XIX века составители церковно-славянских словарей выделяли в качестве этимологических значений:
–– морское животное (от санскритского jaдас), диво морское2;
–– мифический змей или дракон (от старославянского чудо — в​ еликан)3.
Собственно говоря, отрицать связь этого персонажа с водной стихией трудно, если вообще возможно, поскольку в сказочных текстах он
всегда выезжает на бой с богатырем из воды или возле воды. В одном из
вариантов описания битвы на Калиновом мосту говорится: «Утка крякнула, берега звякнули, море всколыхалось — ​лезет Чудо-Юдо, змей шестиглавый». На основе преданий и легенд о подводных гигантах П. Ершов
в «Коньке-Горбунке» придумал яркий образ — «
​ Чудо-Юдо рыба-кит»:
Гаврилов Д.А., Наговицын А.Е. Вий // URL: http://pagan.ru/slowar/vijj‑4/
Полный церковно-славянский словарь (со внесением в него важнейших древнерусских слов и выражений). Всех слов объяснено около 30 000 / Сост. Г.М. Дьяченко. М.: Тип. Вильде, 1899. Т. II. С. 827, 843.
3
Словарь церковно-славянского языка / Под ред. А.Х. Востокова. СПб.: Второе отделение Императорской Академии Наук, 1861. Т. II. С. 570.
1
2

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

123

Вот въезжают на поляну прямо к морю-окияну;
поперек его лежит Чудо-Юдо Рыба-кит1.

Кстати, внушительность размеров этого сказочного существа
тоже не вызывает сомнений, поскольку непосредственно описывается
в фольк­лорных источниках. Но для полноты характеристики следовало
бы добавить, что чудом в старину называли не только необычайное явление, но и чудовище (чудо морское, чудо лесное и т. п.). Любопытно, что
обе трактовки — ​«морская» и «великанская» — ​в сказочных сюжетах
могут сближаться вплоть до полного слияния. Достаточно вспомнить,
что Морской царь, «волнам седым подобный», по М. Ю. Лермонтову, не
только восседает на янтарном троне, усыпанном жемчугами, но и может
обращаться в змея (или изначально таковым и представлялся нашим
далеким предкам?). В древние времена хозяина Подводного царства почитали, восточные славяне приносили ему в жертву живого коня или, по
крайней мере, конский череп, так как владыка вод считался покровителем лошадиного племени. А ведь и Чудо-Юдо прибывает на сражение
с противником верхом на коне! И А. Н. Афанасьев отмечал, что в одном
из вариантов повествования о встрече Садко с Морским царем последний поименован Окиян-морем, в другом фигурирует в качестве «ЧудаЮда беззаконного» 2. Он же определяет Морского царя, а стало быть,
и Чудо-Юдо как приносителя темных туч, «которые помрачают собою
небесный свет и нередко вредят созревающим жатвам», и напоминает,
что «дождящий Перун издревле соединял в своем характере, вместе
с благотворными свойствами, и черты существа демонического; тот же
двойственный характер был усвоен и Морскому царю, который (как
уже доказано) первоначально был дож­дящим громовником» 3. Уместно привести древнеиндийские значения, созвучные имени Чуда-Юда:
uda — ​«вода», iudas — ​водяное животное. А по-английски udometer —​
это дождемер.
Важно упомянуть, что с приходом христианства созвучие юдо с именем Иуды, предавшим Христа, сослужило ему плохую службу, сильно
подвинув в сторону демонических существ, вплоть до синонимизации
с чертом. Правда, А. А. Абрашкин полагает, что демонизация Чуда-юда
была вызвана другим: «…знакомство с иудейской Хазарией рождало
ассоциацию Юдо — И
​ уда. В таком восприятии Чудо-юдо переводилось

1
Ершов П.П. Конек-горбунок. Часть третья // URL: http://domik3.ru/skazki/konekgorbunok‑3/
2
Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. М.: Современный писатель, 1995. С. 111–112.
3
Там же. С. 111.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

124

как исполин (каганат), принявший воззрения иудаизма» 1. Этот же автор,
ссылаясь на Г. В. Макарову, связывает юдо с корнем индоевропейских
языков — ​uoid — ​знать. Пожалуй, стоит уточнить, что этот корень,
в отличие от geno — ​знать (связанного с рождением и родством), имеет
«вещный» аспект и подразумевает «знать что»2. Это позволяет гипотетически предположить владение Чудом-Юдом тайными знаниями и даром
провидения, который, однако, не спасает его от гибели.
Уместно напомнить и о вариантах сказки «Морской Царь и Василиса Премудрая», в которых Чудо-Юдо заключает коварный договор
с Иваном — купецким сыном, по которому тот должен отдать ему из
своего дома то, о чем сам хозяин не знает. Этим неизвестным оказывается новорожденный ребенок. Кроме того, этот персонаж угадывает
и все волшебные проделки своей дочери Василисы.
С «хазарским следом» имени Чуда-Юда согласен и А. В. Белов, акцентирующий внимание на взимание каганатом дани «по белой девице от
дыма», то есть отбирание в полон юных славянок 3. В связи с этим весьма
примечательно, что, по И. И. Срезневскому, юд, равно как и уд, — «
​ часть
тела, член» 4. А тайным, или «срамным», удом/юдом на Руси называли мужской детородный орган. Ритмо-фонетический анализ слова, по
А. Е. Наговицыну, показывает:
Ю = й+у — с​ озидательный и половой признак относительного чеголибо, повышенная сексуальность;
Д—д
​ ом, дар, вещность, материальное;
О—о
​ хват территории, какого-либо пространства.
ЮДО — ​повышенная земная сверхсексуальность, проявляемая на
конкретной территории.
Нам представляется, что утверждение А. А. Абрашкина о том, что
главным удом Чуда-Юда была борода, свидетельствовавшая о его могущественным чарах, является ошибочным, особенно учитывая, что иметь
бритый подбородок для любого взрослого мужчины на Руси считалось
позором.
Этнолингвист и фольклорист Л. Н. Виноградова, исследовав тексты
народных песен славян, около тридцати лет назад пришла к выводу, что
образ Чуда-Юда представляет собой некий неявно обрисованный мифологический персонаж или же результат смешения с русалкой либо
Абрашкин А. Арийские корни Руси. Предки русских в Древнем мире.
См., например: Термины свойственного родства. Гл. 14 // Трубачев О.Н. История
славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя //
URL: http://poznayka.org/s5293t1.html
3
Белов А.В. Сохранить прошлое в настоящем во имя будущего // Славянский центр
культуры: Сб. ст. Вып. 5. Ростов н/Д: ЦВВР, 2006. С. 6.
4
Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. Т. III. Ч. 2. С. 1625.
1
2

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

125

с более обобщенным образом вредоносной силы 1. В отношении такого
мнения можно согласиться лишь с тем, что так или иначе песенные характеристики отражают черты «потусторонности».
Попытки увязать происхождение образа Чуда-Юда с Идолищем Поганым 2, по нашему мнению, не выдерживают критики, так как последний
известен как представитель богатырского племени, но враждебного славянам — ​«нечестивого». И даже внешне он несопоставим с рассматриваемым персонажем:
Голова у него с пивной котел,
А глазища у проклятого с пивны чаши,
А носище был калена стрела,
В плечах косая сажень,
А туловье — ​будто куча сенна несметная 3.

Наконец, по М. Фасмеру, юдо — ​всего лишь рифма к слову «чудо»,
а потому не имеет отношения к болгарскому юда, обозначающему злое
мифическое существо 4.
Можно предположить, что эта явно змееборческая кульминация сказок может восходить к ведическому сюжету боя бога громовника Индры
с сыном богини Земли — з​ меем Вритрой, который запер все водные жилы
и этим обрек мир на погибель.
В других сказках («Морской Царь и Василиса Премудрая», «Данило
Бессчастный» и др.) Чудо-Юдо — ​владелец магических сокровищ, похищаемых у него Василисой и используемых при побеге: волшебного гребня,
который превращается в лес; полотенца, которое при бросании становится рекой; щетки, превращающейся в гору до небес, и т. д.
Кроме того, Чудо-Юдо, согласно текстам сказок, является хозяином
чудесных источников: вода одного из них придает испившему ее богатырскую силу, из другого — о
​ даривает его золотой шевелюрой. А. Н. Афанасьев отмечал также наличие у него волшебных мазей в некоторых вариантах сказок: от натирания одной «волоса будут серебряными», а натереть
другою — ​«золотыми» 5.
1
Виноградова Л.Н. Фольклор как источник для реконструкции древней славянской
духовной культуры // Славянский и балканский фольклор: реконструкция древней славянской духовной культуры: источники и методы / Институт славяноведения и балканистики
АН СССР. ​М.: Наука, 1989. С. 117.
2
Захаренко И.В., Брилева И.С. Зооморфные образы // Русское культурное пространство: лингвокультурологический словарь. М.: Гнозис, 2004. С. 46, 48.
3
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона // URL: https://ru.wikisource.org/
wiki/ЭСБЕ/Поганое_Идолище
4
Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. М.: Астрель-АСТ, 2004.
Т. 4. С. 528.
5
Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. Т. 2. С. 151.

126

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Любопытными чертами облика Чуда-Юда помимо многоглавости являются огненный палец, чиркнув которым он восстанавливает утраченные
в бою головы («Иван — ​крестьянский сын и Чудо-Юдо»), а также «хоботистость». Так, в сказке «Ивашка Белая Рубашка, Горький пьяница»
появление чудовища описывается так: «…летит Змей о двенадцати головах
и двенадцати хоботах, ногами топат, глазами хлопат, зубами скрехчет» 1.
Наличие у Чуда-Юда хоботов (напомним, как и порой у Змея Горыныча),
а также его топот привели академика Б. А. Рыбакова к мысли о том, что
в этом образе отразились отголоски охотничьих верований наших предков, а именно: добычу мамонтов 2. Однако слово хобот помимо привычного для современного человека обозначения вытянутой носовой части
на морде животного с древнерусских времен имело и другие смыслы, из
которых для нас важно обозначение хвоста. На это обращали внимание
В. И. Даль, А. А. Потебня, И. И. Срезневский. Так, И. И. Срезневский однозначно определял хобот как хвост и даже приводил в качестве примера
цитату из древнерусской летописи: «Змий заимаше ей (женщине) уста
хоботом и бияшеть ее по устам хобото[м]» 3.
Следует также учитывать, что Чудо-Юдо кроме присущего ему драконозмеиного обличья обладало способностью принимать и человеческое. Так,
в сказке «Морской Царь и Василиса Премудрая» этот злодей выглядит вполне антропоморфно и скорее напоминает водяного или даже Морского царя.
В сказке «Данило Бессчастный» он выдает свою прекрасную дочь замуж за
опального дворянина. Таким образом, Чудо-Юдо, как и Баба Яга, владеет
оборотничеством, а многоглавость и хоботистость роднит его со Змеем Горынычем. Примечательно, что Чудо-Юдо своих противников не кусает, не
когтит, а «вбивает в землю» или бьет хоботом: «жогнул своим хоботом»4.
По всей видимости, Чудо-Юдо изначально, так сказать, в отправном
смысле занимал позицию древнего бога, который повелевал Вселенной
после ее появления. Весьма примечательно, что сюжет борьбы Чуда-Юда,
братьев и Старого Старика с Иваном Быковичем и златовласой волшебной Девой, Бурей Богатырем и другими сказочными героями сходен с сюжетом борьбы древнегреческих олимпийцев с титанами, однако русские
сказки более архаичны. Как титаны, так и Чудо-Юдо, имеют связь со
стихиями и бедствиями, среди которых бури, разрушительные ветры, колыхание земли, исчезновение солнца или луны и т. д.
1
Сказки и предания Самарского края. Собраны и записаны Д.Н. Садовниковым. Иваново: Роща, 2016 // URL: http://dragons-nest.ru/dragons/mythology/russia/skazki-samara_
sadovnikov.php#_Toc104967913
2
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М.: Наука, 1994. С. 130.
3
Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. Т. 3. Ч. 2. С. 1378.
4
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. С. 129.

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

127

Позднее Чудо-Юдо обрело статус хозяина Нижнего подземного/
Подводного мира, прекрасно владеющего магией, оборотничеством и колдовством. К тому же старший из братьев — ​двенадцатиголовое ЧудоЮдо, видимо, потеснил древнейшего хтонического бога Старого Старика,
иногда Железного старика или Вия, или Шолодивого Боняка, Стрибога,
которого можно, в определенном смысле, соотнести с древнегреческим
первозданным Хаосом. Этот сюжет аналогичен сюжетам с участием вавилонской богини праматери Тиамат, скандинавского Имира и т. д. Кроме
того, описание «Темного бога» — ​Чуда-Юда — ​указывает на его сходство с древнеиндийским Шивой и Рудрой, которые также противостояли
другим богам и повелевали стихиями.
В психологическом плане этот образ можно использовать в решении
проблемы страхов и фобий, а также от манипуляций.

Огненный Змей
Несмотря на то что в сказках Баба Яга и Огненный Змей вместе не
фигурируют, без описания этого демонического духа, хотя бы самого
краткого, никак не обойтись. Прежде всего потому, что в результате генезиса образов в народной традиции оказалось, что в ряде случаев наша
героиня с ним олицетворяется, то есть в некоторых фольклорных текстах
они становятся взаимозаменяемыми.
По народным преданиям, Огненный Змей — з​ лобный дух, способный
принимать как человеческий облик, причем весьма привлекательный, либо
желаемый его жертвою, так и устрашающий вид огненного шара — б
​ олида, стремительно несущегося по небу, за которым тянется огненный хвост,
рассыпаются во все стороны искры, а затем остается слабо светящийся
туманный след.
Что касается оборотничества, предпринимаемого Огненным Змеем
в целях соблазнения красных девиц, безутешных вдов либо жен, ожидающих отлучившегося надолго супруга (а то и представителей мужского
пола), то здесь имеется в виду его способность пробуждать томительное
чувство плотской любви, вызывать непреодолимую страсть и нецеломуд­
ренные помыслы, ведущие к беззаконным связям. Напомним, что в ряде
сказок (и других фольклорных текстах, например, в народных песнях)
Баба Яга тоже выступает искусительницей в образе девицы несказанной
красоты и соблазняет мужчин, правда, наносящих ей визит, в отличие от
Змея, который наведывается к своим избранницам сам.
Полеты демона в виде огненного шара (который иногда называли
огненным веником) также перекликаются с вышеописанными «авиарейсами» Бабы Яги в огненной ступе с огненною метлою (которая вполне

128

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

может напоминать хвост). Поэтому их и приписывали нашей героине,
например, в Смоленской губернии. Собственно, устойчивый суеверный
страх людей перед шаром-болидом в небе сформировался вследствие того,
что после исчезновения в несколько секунд промелькнувшего метеорного
тела видимый шлейф за ним сохранялся длительное время (от десятков
минут до часа и более). Мало того, этот «хвост» на глазах непрерывно
менял форму, изгибался во все стороны, а затем разрывался на части. Вся
местность при этом охватывалась мерцающим светом, а иногда доносился
раскатистый грохот с раскатами; так и ведь огненные полеты Бабы Яги сопровождались буйными стихийными проявлениями в виде урагана и т. п.
Наконец, существует поверье, хоть и не повсеместно распространенное, что Огненный Змей имеет женскую, а не мужскую природу и представляет собой образ покойницы-матери. Учитывая, что понятие мать
издревле означало не только родительницу, но и женского предка вообще, а также почтительное поименование богини, можно утверждать,
что в этом случае вполне вероятно соотнесение напрямую с Бабой Ягой,
прообразом которой в народной традиции являлась мать Макошь.
Кроме того, Огненный Змей в фольклорных повествованиях часто
перемещается по воздуху на крылатом огнедышащем коне, у которого
к тому же из ушей дым столбом валит. По призыву этого всадника являются конь-ветер и конь-молния. Напомним, что и Баба Яга в сказках выступает повелительницей ветров, а ее полеты сопровождаются грозовыми
проявлениями. К тому же она владеет табуном волшебных коней.
Существенно и то, что Змей, как и Баба Яга, является «пограничником», то есть обитает на рубеже живого и мертвого миров, сторожа
проход между ними. В качестве стража загробного мира в сказках он
охраняет вход в тридесятое царство. Заметим, что, например, в мистических поверьях болгар местом его обитания является кладбище, откуда он
прилетает, дабы соблазнять своих жертв, и куда отправляются глубокой
ночью изгонители демона («гонене на змея») для совершения соответствующего ритуала.
С другой стороны, народные поверья приписывают Огненному Змею
наряду с богатырской силой целительские способности опытного травника (а целительство присуще и Бабе Яге), обладание живой водой (что
свойственно и нашей героине), возможность вспомоществования людям
(а хозяйка избушки на курьих ножках часто выступает дарительницей
для героя сказки). Так, лужицкие сербы считают, что над кем опустится
этот дух, тому предстоит испытать вскорости счастье. А если его приманить пшенной кашей на молоке, выставив ее на чердаке или на печи,
то он обеспечит семью молоком, зерном или деньгами. В заговорных
текстах славянских ведунов и ведуний его призывают для отыскания

Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи

129

пропаж и их виновников. По древним верованиям, Огненный Змей может помочь в излечении домашнего скота, приструнить расшалившегося домового, а то и раскрыть достойному земные и небесные тайны
о прошлом и будущем.
Важно, что Огненный Змей в обличье молодца-красавца привлекал
к себе не абы какую жертву, а в наказание за ее грехи, к каковым относилась и чрезмерная тоска 1. Согласно русской и украинской традиции
в результате иллюзорной интимной связи демон высасывал кровь или молоко из грудей жертвы, после чего та начинала слабеть и чахнуть, пока не
умирала. Баба Яга тоже способна наказывать за недостойное поведение,
но, как правило, мужчин, разделивших с ней ложе, награждает. В этом
заключается одно из принципиальных отличий сопоставляемых образов.
Причиной кары могли быть также жадность наказываемой особы или
присвоение ею чужих вещей либо денег, то есть обкрадывание кого-то.
В этом случае Змей мог обойтись и без любовной страсти, а лишь разбрасывал на пути ее красивые вещи, взяв которые без благословения та
обрекала себя на медленное угасание жизненных сил.
Но если интимная близость демона с жертвой все-таки состоялась
и вследствие ее женщина понесла, то есть забеременела, то плод или оказывался головешкой/песком, или чернокожим ребенком с копытцами на
ножках, глазами без век и студнеподобным холодным телом. Если дитя
еще до рождения исчезало из утробы матери, то могло быть кикиморой
или полузмеем. К таковым относили Зиулана, Тугарина Змеевича и др. По
некоторым преданиям, от подобной связи могло родиться до двенадцати
змеенышей, которые до смерти засасывали свою мать.
Баба Яга, судя по фольклорным источника, имела потомство, в ряде
случаев весьма многочисленное. Но помимо змеев, которые никак не посягали на ее жизнь, могла родить и вполне добропорядочную дочь, мудрую
и прекрасную, выдавая ее «на возрасте» за героя сказки.
Можем сделать вывод, что основная функция Огненного Змея как
нечистого — ​это наказание женщины за ее грехи, иногда посредством
искушения. При этом он выпивал жизнь и энергию из женщин, а в ряде
случаев и разум, доводя их до сумасшествия. Сам Огненный Змей являлся
некой карающей, а иногда и одаривающей небесной силой. В древности
он, видимо, был неким небесным богом или небесной силой, сходной
с библейскими ангелами, которые «возлюбили» человеческих женщин
и у которых рождались богатыри и великаны. Кроме того, он живет, как
и Яга, на границе мира живых и мертвых, в частности на кладбищах, или
через них проходит в земной мир.
Максимов С.В. Нечистая, неведомая и крестная сила// URL: https://www.litmir.me/
br/?b=199138&p=38
1

130

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

В ряде функций он тождествен Бабе Яге в некоторых ее ипостасях, но
их основное различие относится ко временам перехода от матриархата
к патриархату, когда наказание женщин за их грехи усиливается. Древнейшая взаимосвязь этих персонажей прослеживается довольно четко,
и последующее преобразование посредством демонизации коснулось
обоих. Тем не менее сопоставительный анализ показывает, что эти образы вовсе не идентичны. В области психологии личности Огненный Змей
может рассматриваться как персонификация разрушительных сил внутри
человека.

Глава 6. Духи природных
пространств

Проживая непосредственно в природной среде, выступая «хозяйкой
зверей» и «хозяйкой леса», наша героиня просто не могла не взаимодействовать с духами окружающего мира, коих у славян было множество.
Поэтому невозможно оставить без внимания образы хотя бы «верховод»
этих природных локусов и их ближайших помощников.

Лесные духи 1
В данном разделе рассматриваются духи леса, которые в представлениях наших предков должны были окружать Бабу Ягу. Интересно, что ее
в более поздние времена иногда и саму путали с лешачихой.
Леший и его родня. У данного персонажа имеются и другие имена,
например, Лешак, лесной дядя, Лисун, дед лесовик, дикинький мужичок,
праведный леса, лесной херувим и др. Для современного читателя перечень их может вызвать некоторое удивление. А по мнению В.Я. Проппа,
и вовсе леший «всегда есть не что иное, как переименованная яга» 2. В отличие от этой точки зрения нам представляется важным, что Леший был
связан со святилищами Святобора — б
​ ога лесов и лесных угодий, который
олицетворял вечно живую природу, обеспечивал гармонию и согласие
в ней. Мы полагаем, что в образе медведя или волка этот бог Святобор
и рассматривался как первопредок. Вполне возможно, что изначально
прообразом Лешего и был этот бог или, по крайней мере, старший из
Леших, а остальные Лешие — ​просто его потомки или свита.
Согласно славянской мифологии — это дух-хранитель леса, облик
которого наши предки в разных местностях представляли по-разному.
Он появляется то в виде медведя, то дряхлого старика или здоровенного
мужика, дерева, козлоногого и рогатого существа, в остальном подобного
человеку. Интересно, что он иногда представлен в обличье сильно покрытого шерстью обезьяноподобного существа, сходного по изображениям
и описаниям со снежным человеком.
1
Пономарева В. Лесные духи древних славян: какими они были? Леший и его семья //
URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/35088/
2
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. М.: Лабиринт, 1998. С. 151.

132

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

В качестве его особых примет называли отсутствие ресниц, бровей
и правого уха, зеленый огонь в глазах и длинные серо-зеленые волосы,
зачесанные налево. Считалось также, что леший может изменять свой
рост сообразно окружающей растительности: то возвыситься выше сосен,
то обратиться ниже былиночки. Кроме того, у него лапти обуты наоборот — ​левый на правую ногу, правый — ​на левую. Показываясь людям,
леший старался прикинуться обычным человеком, и насчет опознания его
истинной сущности имелось поверье, что раскусить его хитрости можно,
взглянув через правое ухо коня.
Места предположительного проживания лешего полагалось обходить
стороной. При этом они получали статус заповедных, посвященных Святобору. Но перед входом в любой лес у лесного дяди полагалось спрашивать разрешения, поскольку он начальствует над всей растительностью
и всеми существами в нем, а также является волчьим и медвежьим пастухом. Данное обстоятельство подчеркивает отношение Лешего к культу
предков, так как и медведи, и волки в разных регионах Древней Руси почитались как первопредки, причем волки в первую очередь связывались
с родом правителей.
Лешему приписывали способность пугать людей диким хохотом и водить кругами по лесу. Тот, кто оказался его жертвой, не должен был
ничего есть или иметь при себе лутовку — ​липовую дощечку без коры.
Для того чтобы избавиться от «шуток» Лешего, следовало перевернуть
стельку в своей обуви и вывернуть наизнанку одежду. Иными словами,
стать для него «родным», то есть показать свою принадлежность к иному,
загробному миру, где все «наоборот», наизнанку. Правда, когда древние
поверья были забыты, подобные действия воспринимались как «запутывание» Лешего. Для выхода из леса можно было также произнести любимую
поговорку господина леса: «Шел, нашел, потерял». Леший особенно не
любил и потому не прощал бранные речи и проклятия, которые, видимо,
оскверняли его владения — л
​ ес.
Чтобы задобрить его, на пеньке оставляли угощение, взятое с собой
специально для этого случая (например, пряник или блинчик), а также
благодарили за добычу, независимо от того, была она охотничья, грибная
или ягодная. У ряда народов, например у вепсов, бытовало представление, что подкармливать хозяина леса надо пищей, которую предпочитает
медведь, что также связывает Лешего с культом первопредков.
Характер Лешего как защитника и древнего предка проявляется во
множестве обрядов и верований. Например, на Русском Севере лесорубы
клали под рябину грамотки с прошениями к «праведному леса», предварительно положив против сердца рябиновую же веточку и несколько
палочек, вырезанных из той же рябины, что доказывало родство проси-

Глава 6. Духи природных пространств

133

теля и Лешего. Крестьяне в старину были убеждены, что с Лешим можно
договариваться, например, о защите скота от лесного зверя и даже нанять его пасти скот. Например, в лес бросали замок с ключом, ожидая,
что «дядя» (иными словами, родственник) будет его отпирать и запирать,
и при запирании стадо соберется в одном месте. За службу платили молоком, а то и парой буренок. Чтобы вернуть пропавшую корову, через
головы домашних животных бросали хлеб — т​ оже в дар ему.
Жаловали Лешего подарками и на Пасху, оставляя для него пасхальное яичко, а особенно активно ублажали 22 августа, на Агафона, в день,
точнее в ночь его именин, чтобы не осерчал и не раскидал снопы в поле.
Но раз в году, 17 октября, никакие подношения и благодарности не помогали избежать происков Лешака, так как этот день почитался началом
зимы и лешие, подобно медведям, уходили в спячку до следующей весны.
Кстати, духи предков у индоевропейских, финно-угорских и иных народов тоже спали в зимний период. Про этот день говорили, что все лесные
духи бесятся, а предводитель их ломает деревья, разгоняет зверье и сам
проваливается под землю, возвращаясь лишь по весне, когда она оттает.
В жены Леший брал болотную кикимору, или Лисунку (Лешачиху,
Лешуху), а то и похищал девушку, что наведывалась в лес по грибы или
ягоды, и считалось, что не любую, а из числа проклятых. Дело в том, что
Лешего, как и иных народных фольклорных персонажей, христианская
церковь причислила к нечистой силе. Поэтому по магии подобия Леший
и берет «проклятую» девицу. Представляется, что в дохристианские времена в качестве невесты ему, наоборот, отдавали самую лучшую девушку,
подобно тому, что на Русском Севере, в Новгороде и т. д., водному богу
Яше — ​Ящеру кидали в воду самую видную красавицу. О таком потоп­
лении невесты свидетельствуют в своих работах академики В. Я. Пропп
и Б. А. Рыбаков.
Поскольку лесного скарба диконькому на жизнь порой не хватало,
особенно после свадьбы, то он попросту крал необходимое в деревнях,
наказывая таким образом хозяев, которые не благословляли пищу, не
перекрещивали домашнюю утварь, не молились перед дойкой коров и т. д.
Можно предположить, что, как первопредок, он следил за соблюдением
порядков и законов, иначе было бы странным, что нечистая сила следила
за соблюдением правил моления, крестного знамения и т. п. Некоторые
авторы пишут, что Леший опасался трехцветных кошек и собак, у которых
над глазами светлые пятна, подобные второй паре глаз, а также черных
петухов и гнева домовых и банников 1.
1
См., например: Криничная Н.А. Леший: тотемические истоки и полисемантизм образа // Русская мифология: Мир образов фольклора. М
​ .: Академический проект; Гаудеамус,
2004. С. 247–323.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

134

Насчет предков и потомков лешего существуют разные версии. По одной из них, его бабушкой и дедом являются лесавки — м
​ аленькие старички, живущие в палой листве, которые вроде бы могут умыкнуть маленьких
детей, но с конца лета и по осени водят хороводы, скачут и свистят, шелестят и копошатся в своем «жилище», а потом отправляются в долгую
зимнюю спячку. Подобные суеверия практически тождественны поверьям
Западной Европы, где лесные, а чаще подземные жители, которых чаще
всего именуют фрейями (жителями холмов), а иногда называют гномами,
устраивают в лесу хороводы, крадут или подменяют детей, но могут за
какую-нибудь услугу и серьезно отблагодарить угодившего им человека.
По иным преданьям, эти же лесавки являются детьми Лешего, которые,
веселясь и проказничая, сбивают людей с лесных тропок, сыплют на голову труху и паутину. Во всяком случае, всеми признаются родственные
связи этих лесных духов, хотя более убедительным является вариант, по
которому детеныши его — ​проказники, которые изначально назывались
лешенями. О родителях хозяина леса история умалчивает.
Лешему приписывали страсть к картежничеству, говорили, что будто
бы он режется в карты с собратом из соседнего леса, да притом азарт­
но, и проигравший расплачивается зайцами или белками. Иногда игра
ведется целыми артелями. По сообщению С. Максимова, имеются свидетельства старожилов о грандиозной «карточной схватке» русских и сибирских леших, состоявшейся в 1859 году. Победу одержали русские,
и проигравшей стороне пришлось гнать целую армию таежных зайцев
через Уральские горы 1.
Тысячелетиями живет в преданиях и сказках образ Лешего. С течением времен он смешался с враждебной человеку нежитью, в результате
персонаж стал выглядеть весьма противоречиво. Если присмотреться,
то особо злобным он изначально не являлся, скорее, выступал орудием
наказания за неуважение к лесу и традициям славянской жизни, но мог
и наградить, если они соблюдались: и дорогу укажет, и лесными богатствами одарит, и даже по найму пойдет работать.
Чомор. Этого героя уральских сказок и легенд зачастую путают с чертом. Так, по свидетельству старожилов, в прежние времена пожелание
неприятностей кому-нибудь из недоброжелателей сопровождалось выражением «Подь ты к Чомору!». Но этот персонаж на самом деле близок к Лешему, Лесовикам и иным обитателям и духам леса. Для нас он
представляет интерес, так как от коренных народов Урала перекочевал
в некоторые предания, сказки и легенды русичей, проживающих в данном регионе. В уральском сказочном фольклоре Чомор, подобно многим
1

Максимов С.В. Нечистая, неведомая и крестная сила СПб.: Полисет, 1994. С. 60.

Глава 6. Духи природных пространств

135

русским лесовикам, обладает озорным нравом, любит проказничать и заманивать людей в самую чащу леса, при этом пугает их жуткими звуками.
Чтобы его задобрить перед походом в лес, особенно если речь идет об
охоте, жители Урала проводили специальный обряд. Однако даже после
жертвоприношений Чомор не всегда проявлял благосклонность к пришельцам. Например, мог испортить погоду и этим лишить охотников возможности добыть дичь. Помимо этого, Чомор как хранитель леса крайне
негативно относится к тем, кто пришел в его «дом» с плохими намерения­
ми. Убийство животных, своих подданных, он не приветствует, поэтому
не любит охотников. Чомор всячески пытается им помешать. Он путает
тропы животных, сбивая охотников со следа.
Дед Лесовик. Его часто путают с Лешим по той причине, что того
действительно так называли в некоторых местностях, но в других это
был самостоятельный персонаж, даже портретно сильно отличающийся
от своего «тезки». У этого доброго деда руки и ноги покрыты дубовой
корой, его волосы и бороду обвивает плющ, а на щеках красуется зеленый
мох. Кроме того, у него на темечке размещается… птичье гнездо. Лесовик
поможет заблудившимся в лесу, если к нему обратиться со словами: «Дед
Лесовик, ты к лесу, а я к дому привык».
Если леший шалил, то в дупло дерева можно было положить записочку с жалобой на него, чтобы Лесовик непременно судил по совести
да по справедливости. А подшучивание над людьми в лесу, указывающие
на определенную связь персонажа с иным, чаще всего загробным или
подземным миром, ему не свойственны. У дедушки была целая команда
помощников, которые присматривали за порядком в лесу, имея каждый
свою сферу полномочий, а также они могли пойти на службу людям.
Боровик (Подгрибовник, Боровой) и Боровички. По русскому поверью, Боровик — ​дух бора и начальник над старичками-боровичками —​
хозяевами грибов, живущими под рыжиками и груздями. Считалось, что
Боровик выглядел как огромный медведь, но в отличие от косолапого
не имел хвоста. Напомним, что медвежий образ мог связывать Боровика
с культом первопредков. К нему обращались с просьбами найти и вернуть
тех, кто пропал или заболел, побывав в лесу. Для такого обращения нужно
было поступить весьма своеобразным способом: принести в бор кошку
и начать ее душить. Предполагалось, что в качестве ответного действия
Боровик вернет пропавшего или возвратит здоровье больному.
Под началом Деда Боровика находились и лесные духи довольно
узкой специализации. Например, Кустич, который, как явствует из его
имени, хозяйничал в кустах; Листовик/Листич оберегал листву; Травник/
Травяник ухаживал за травой; Корневик отвечал за корни, Стебловик соответственно за стебли. Имелись еще такие духи, как Орешич, Ягодник,

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

136

Грибник. Кроме того, существовал целый отряд женских персонажей,
в том числе Дубравицы, Травницы, Земляничницы, Березницы, Дивницы,
Сенявы, Русявы и Зеленицы. А еще были охранители лесных кладов —​
Щекотуны и Полуверицы, священные деревья.
Пущевик. Это имя прямо указывает на место обитания — ​в пуще, то
есть в густом непроходимом лесу. Внешне он напоминает корягу, руки
подобны сучьям, глаза сверкают. Нрав у жителя лесной глуши тяжелый.
Он не любит, когда люди проникают в его владения: начинает цепляться за
одежду, рвать и срывать ее, а то и глаз норовит выколоть. Но в то же время Пущевик способен останавливать лесные пожары, что крайне важно.
Можно сказать, что Пущевик — ​это некая разновидность Лесовика,
но недоброжелательная к человеку и связанная с дремучим, следовательно, опасным лесом. Отметим, что у всех индоевропейских и финно-угорских народов дремучий лес связывался с иным, часто загробным миром,
в котором обитали чудовища и царила опасность. Кстати, русская Баба
Яга — х
​ ранительница ворот в иной, то есть загробный, мир обитала именно в таком лесу.
Аука. Этот персонаж имеет очень выразительную внешность. Его
представляли как пузатенького малыша с надутыми щечками, который обладал удивительной способностью абсолютно не нуждаться во сне. Аука
бодрствует круглосуточно и круглогодично. Он живет в самой глухомани
леса, в избушке, проконопаченной золотым мхом. Может быть, именно
это обстоятельство обеспечивает постоянно тепло в домике даже в самую
сильную стужу. Как пишет А. Ремизов, «бойко выходит дым из трубы» 1,
стало быть, помещение хорошо протапливается. Для поддержания чистоты Аука держит в качестве метлы медвежью лапу.
Зима для Ауки — л
​ юбимое время года, поскольку он может резвиться,
обходясь без конкуренции других лесных духов, почивающих до весны.
У него два любимых занятия: шутить-балагурить и сбивать путников с дороги. Уже само имя выдает способ проказ этого невидимки: он отзывается
на голос человека со всех сторон и таким образом путает следы. И делает
это не от злости, а для собственного развлечения. В данном случае мы
имеем дело с персонификацией акустического явления — ​эха, то есть на
Ауку отчасти перенесены особенности шалостей Лешего.
Боли-бошка. Дух с этим чудны́м именем предпочитает обретаться
в ягодных местах. В качестве обличья при встрече с людьми выбирает
вид бедного-пребедного и очень грустного востроносенького старичка
небольшого росточка: одежда вся в лохмотьях, взгляд печальный, выражение лица скорбное.
1

Ремизов А.М. Волк Самоглот // URL: http://knigosite.org/library/read/18028

Глава 6. Духи природных пространств

137

Но если присмотреться, то можно заметить хитринку в его глазах.
Этот дух с глубоким вздохом сообщает встречному, что потерял свою
суму, и просит-умоляет помочь в ее отыскании. У того, кто посочувствует жалостному виду Боли-Бошки и примет его горестное заявление за
чистую монету, тотчас разболится голова. Кроме того, человек теряет
способность ориентироваться на местности. А все оттого, что, как только
сердобольный посетитель леса откликнется на мольбу и начнет искать
пропажу, Боли-бошка вскакивает ему на шею, стягивает голову петлей
и катается верхом в свое удовольствие.
Иными словами, Боли-бошка — ​злобный дух, притом не просто развлекающийся за счет человека. Если учесть, что, по древнейшим верованиям индоевропейцев, личностная душа человека находится в его голове (неслучайно в захоронениях эпохи неолита обнаруживаются черепа
с пробитыми затылками — ​отверстиями для свободного выхода ее после
смерти), то через головную боль, через захват головы петлей этот дух
­съедал часть души, а возможно — ​и всю душу своей жертвы. Поэтомуто он и может кататься на теле человека, что душа страдальца находится
в его власти, а человек теряет собственные ориентиры. Вполне возможно,
что присутствие подобного монстра в сонме духов должно было формировать осторожность и внимательность, раз уж чисто визуально можно
было усмотреть хитринку на его лице.
Моховой и Лазавик/Лазавой. Эти лесные духи обитают в болотистой
местности. Кроха Моховой маскируется с помощью зеленого или бурого
цвета — ​под стать мху, в котором живет. Он считается самым низкорослым представителем среди лесных духов. Людям является в образе свиньи
или барана, а захочет спрятаться — ​превращается в маленькую кочку.
Он обычно является сторонником вегетарианской пищи, но, по непроверенным слухам, может заесть ребенка (в силу уподобления способной
на это свинье).
По роду занятий Мохового можно отнести к постовым или охранникам-контролерам. Он не позволяет собирать ягоды в неположенное
время. Тех, кто попадется на этом, Моховой начинает водить кругами
до тех пор, пока вконец не измотает. Но ради справедливости отметим,
что, изрядно помучив нарушителей порядка, он, как правило, отпускает
ослушников подобру-поздорову.
О Лазавиках известно, что это карлики ростом с ноготок, самая яркая характеристика их внешности — ​длиннющая борода, из-за чего они
перед тем, как сесть, сосредоточенно обматывают ее вокруг тела. Другой
особой приметой является семисаженный кнут в руках. Одеваются в холщовый костюм, на голове носят колпак. Лазавики могут напугать человека
сверканием глаз, которые горят как огоньки. Иногда имя это связывают

138

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

с тем, что носители его обретаются в лозе, но нам представляется более
вероятным происхождением его от слова лаз, то есть вход, проход. На
эту мысль наводит, например, сюжет народной сказки о трех братьях,
отправившихся на поиски похищенных из дворца прекрасных королевен.
Оказавшись в избушке посреди дремучего леса, двое старших поочередно подверглись нападению «старичка с ноготок, борода с локоток» на
том основании, что он — ​хозяин жилища. Младший брат его побеждает,
но карлику удается сбежать. По его следу братья приходят к некоему
провалу, младший спускается под землю и оказывается на том свете, где
и находит украденных Змеем королевишен в медном, серебряном и золотом дворцах 1. Портретное сходство персонажа с Лазавиком позволяет
предположить, что этот лесной дух обитал в пограничной зоне перехода
между мирами (как и Баба Яга, однако!), но в отличие от нашей героини
ни о чем визитеров не спрашивал, а только дрался.
Колтки. Это весьма забавные духи. Внешность малоросликов была
примечательна тем, что они имели аж два лица, причем одно из них располагалось на животе. Возможно, эти крошки были хромоножками, быть
может, очень уж разговорчивыми или же их прозванье связано с поселением в зарослях бузины — ш
​ умного дерева. Место проживания их указано, в частности, в знаменитых «Сокровищах Ретры» Андреаса Готтлиба
Маша (1771) 2. Любопытно, что на Западной Украине тоже сохранились
свидетельства о лесных духах, обитающих в зарослях бузины.
О колтках известно также, что они вели сумеречный образ жизни и могли пойти на службу к людям, если те приносили им угощения. Кстати, считается, что колток — ​это диалектное к слову глоток.
Прибывая к жилищу нанимателей, они возвещали им об этом тем,
что съедали приготовленную в ожидании работников пищу, собирали
в кучу хворост и мусор либо подсыпали мусор в молочные кувшины.
Последнее было испытанием: только в том случае, если молоко хозяе­
ва выпивали, колтки вселялись в дом и выполняли приказания людей,
в том числе добывали съестные припасы на стороне, точнее, у других
жителей селения.
Листин и Листина. Эта супружеская пара имела весьма солидный возраст и особый круг компетенции, который не сразу определяется по их
именам. Сидя в куче прошлогодней листвы возле пня или в каком-нибудь
овраге, незрячий Листин и его верная спутница Листина время от времени
шуршали — ​перешептывались друг с дружкой, обсуждая принимаемое
1
Зорька, Вечорка и Полуночка. Русская народная сказка // URL: http://detskiychas.
ru/skazki/russkie/zorka_vechrka_i_polunochka/
2
Маш А.Г. Сокровища Ретры // URL: http://kladina.narod.ru/rethra/rethra_predv_
razsmotr.htm

139

Глава 6. Духи природных пространств

совместно решение, руководили шалунами лесавками, приказывая им,
когда и как шелестеть, оборачиваться коряжками и веточками и т. д.
В старинные времена даже игрушка такая была — ​баба Листина: туловище из мха, руки-ноги из еловых шишек, а на ногах — ​непременно
лапоточки. Особое отношение к этой старушке было связано с поверьем,
согласно которому она выступала берегиней для детей — о
​ тгоняла от них
опасность и злых духов.
***
Итак, не претендуя на полноту представления «команды» лесных духов в мифологии славян и всеохватность описания присущих им качеств,
можно, во‑первых, с уверенностью констатировать густонаселенность
этого пространственного локуса сверхъестественными существами.
Во-вторых, стоит подчеркнуть, что в ряде случаев способности этих
созданий (например, к оборотничеству) вкупе с функциональными полномочиями каждого из них (включая защитные, поощрительные, вспомоществовательные и наказующие), по сути, перекликаются с компетенцией
Бабы Яги, хотя и носят более частный характер.
В-третьих, с одной стороны, избушка Бабы Яги находится в дремучем лесу, куда не ведут никакие дороги или тропинки, а с другой — ​тот
же леший способен как водить человека по лесу кругами, так и вывести
к нужному месту. Стечение этих обстоятельств позволяет вполне резонно предположить, что «лесной дядя» вполне мог выступать незримым
проводником сказочных героев, приводящим их к хозяйке избушки на
курьих ножках, чаще всего — ​для испытаний и инициации. Он же вместе
с подчиненными лесными духами мог осуществлять «пропускной режим»,
отсекая доступ к Яге недостойным контакта с нею.
Образы невидимых обитателей леса применимы в практике экопсихологии, проблематике личностного роста, психологической зрелости.

Водяные духи
Фантастические существа, населяющие водные пространства в мифологическом мире, весьма разнообразны. Казалось бы, здесь на первое
место следовало бы поместить Чудо-Юдо как возможного аналога Морского царя (см. выше). Однако этот персонаж относится скорее к более
высокому рангу сверхъестественных созданий, а собственно, духи принадлежат к более низкому «сословию».
Несмотря на то что в народных сказках они фигурируют вместе с Бабой Ягой «реже редкого», их можно причислить к окружению нашей
героини. И не только по принципу физического соседства воды и суши.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

140

По славянским верованиям, вода — ​источник жизни и очищения, но это
и граница земного и загробного миров (так ведь и Баба Яга «держала
пост» на пограничье этих миров), а потому может нести в себе опасность
для человека и являться пристанищем нечистой силы.
Водяной, он же Дед Водяник/Водовик. Отличительными особенностями внешности этого персонажа являются обрюзглость, пучеглазость,
борода и усы (непременно зеленые), а также наличие рыбьего хвоста.
Вместо одежды он опутывает себя тиной и вполне довольствуется таким
облачением. Правда, способен превращаться в крупную рыбу, лошадь
и даже бревно либо корягу, прикинуться получеловеком то ли с перепончатыми лапами, то ли с рогами, а также предстать в облике ребенка или
утопленника в качестве розыгрыша тех, кто станет доставать из воды якобы пострадавшего. В дневное время «дедушка» предпочитает находиться
ближе ко дну водоема и лишь ночью поднимается на его поверхность, так
что описание его фигуры могли составить разве что перепуганные рыбаки, нарушившие запрет хозяина вод на ночное рыболовство. Зиму же он
вообще проводит в спячке, пробуждаясь лишь в апреле.
Несмотря на явно неприглядную внешность, Водовик, по поверьям, является мужем и отцом семейства. Женой может выступать молодая утоп­
ленница — в​ одяница (см. ниже). Реже в этом качестве называется толстая
старуха с отвисшими грудями. А иногда вообще упоминается наличие
у него целого гарема. Так что слова из песенки Водяного в мультфильме
«Летучий корабль», что-де «все мои подружки — п
​ иявки да лягушки» не
соответствуют «преданьям старины глубокой».
Более всего Водяной известен как очень состоятельный собственник,
во владении которого находятся все рыбы и водоплавающие птицы — ч​ то
естественно, но также пчелы, кукушки и кони. К тому же это беспримерный труженик — собственноручно пасет рыбные стаи. Но при чем же тут
другая живность, то крылатая, то гривастая?
С пчелами связано русское поверье, что они «первоначально отроились от лошади, заезженной водяным дедом и брошенной в болото; рыбаки закинули невода в болото и вытащили оттуда пчелиный рой; от этого
роя и расплодились пчелы по всему свету. Устраивая пасеку, пчеловод
для успеха своего дела обрекает водяному лучший улей; иногда топит
этот улей в болоте, а иногда оставляет на пасеке: в первом случае водяной
умножает пчел и дарует обилие сотов, а в последнем охраняет заведение
от всякого вреда» 1.
Если рыбаки (кстати, и плотогоны тоже) для умасливания Водяного могли принести ему различные подношения — ​от мелкой монетки до
1

Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. С. 65.

Глава 6. Духи природных пространств

141

обез­главленного гуся, то пчеловодам полагалось бросать в воду «сот с медом первой нарезки, фунтов по 5–10 за раз. Водяной в награду за такие
подарки дает кукушку и приказывает хозяину пчел посадить эту птицу
в отдельный улей и поставить его где-нибудь в сторонке, чтобы никто не
видал и не открывал. Если кто этот улей откроет, то птица улетит, а за
нею все пчелы. При этом знающие люди толкуют, что мед от таких пчел,
которых напускает водяной, будет плохой на вкус и не столь сладкий
и соты не такие, как у настоящих пчел: у этих луночки в сотах выходят
крестиками, а пчелы водяного строят соты кружочками» 1. Кроме этого,
вроде бы странная с обыденной точки зрения связь Водяного и пчел находит объяснение в том, что пчела у славян в древнейшие времена символизировала душу умершего. А Водяной оберегал эти души и, следовательно,
покровительствовал пчеловодам.
Примечательно, что одна из ипостасей символического образа самой
кукушки — ​посредничество между мирами. Мотив кукушки как дара от
Водяного вежливым пасечникам встречается только в русской традиции.
А вот использование меда в качестве обязательного ритуального компонента (будь то пища или средство совершения различных магических
действий) в обрядах, связанных с душами умерших и с контактом двух
миров, повсеместно распространено.
В поверье о зимовании кукушки под водой (под землей) просматривается аналогия с бытующим представлением о подводной спячке водяного
(и русалок). Известна связь кукушки с демонологическими персонажами; «кукованием (куканием, гуканием) для привлечения внимания людей
пользуется вполне определенная группа нечистой силы, с которой кукушка, несомненно, связана: водяной, русалки, утопленники. Так, Водяной
«гукает», когда зовет к себе человека: «Утопленники они ж сами не топятся, их гукают. Их зовет нечистый дух и гукает: “Иди сюда, иди сюда”,
“…зове кто купатися ийшо. (Вот и зразу пийме и утопить.) ”»2.
А еще Водяной не довольствуется своим хозяйством, он не прочь отхватить лакомый кусок у своего собрата либо у домовитого крестьянина:
«…если вздумается ему оседлать быка или коровy, или добрую лошадь, —​
считай их за ним: они либо в озерных берегах завязнут, либо в озерной
воде потонут. Водяному всякая из них годится в пищу» 3.
Что касается коней, то тут следует вспомнить, что Баба Яга владела
табуном волшебных кобылиц, а по общим индоевропейским представлениям, такие кобылицы и кони обитали под водой, то есть находились
Максимов С.В. Нечистая, неведомая и крестная сила. С. 83.
Левкиевская Е.Е., Усачева В.В. Полесский водяной на общеславянском фоне // СБФ
(Этнолингвистическое изучение Полесья). ​М., 1995. С. 161.
3
Там же.
1
2

142

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

«в ведомстве» Водяного. Получается, своих волшебных коней Баба Яга
ни от кого другого, кроме как от Водяного, получить не могла.
Поскольку, как нами неоднократно отмечалось, Баба Яга стережет
границу между миром земным и миром мертвых, то она непосредственно
связана и с Водяным, и с переправляемыми ею в загробный мир душами.
Этим не ограничивается связь Водяного с Бабой Ягой.
Существует точка зрения, что Водяной был водным аналогом бога Велеса. Но нельзя не заметить, что властные полномочия Велеса были гораздо глубже и шире, чем у Водяного. Ссылка при этом на то, что в Новгороде
скотий бог Велес/Волос назывался Ящером или Змеем, не является аргументом в пользу возможности сопоставления его с Водяным, поскольку
никогда и нигде последний не характеризовался змееподобным обликом.
Таким образом, главный вывод, который можно сделать на основании
проведенного анализа, — э​ то определенная общность позиций: нахождение в пограничье между мирами; «заведование» животным миром; предоставление человеку выбора поступать или не поступать соответствующим
образом, зная привычки, обычаи и пристрастия духов.
Психологи могут использовать образ Водяного для выработки у клиентов навыков правильного поведения на воде: при купании, на рыбалке,
в путешествиях и т. д. Кроме того, с помощью этого образа можно разработать психотехники, связанные со взаимопомощью, особенно в кризисных и экстренных ситуациях, когда действие каждого человека может
послужить спасению других людей.
Водяницы и моряны. Это крещеные женщины-утопленницы либо
юные самоубийцы, покончившие собой из-за родительского проклятия.
Водяницы — ​пресноводные жертвы, моряны — ​морские. В подводном
мире водяница может стать женой Водяного. Крещеным особам через
определенный срок дозволяется даже вернуться к земной жизни, если
они были погублены нечистой силой.
Вечно юные полупрозрачные красавицы веселы, резвы и беспечны,
способны превращаться в белоснежных лебедей и златоперых рыбок.
Водяницы предпочитают жить в омутах, водоворотах и под мельницами, где прыгают на колеса вместе с суженым или с подругами, плещутся
и играют, но иногда рвут рыбацкие сети и ломают жернова — н
​ е по злому
умыслу, а шутки ради, по причине ветрености характера. А моряны отчаянно раскачивают корабли. Но если рассердить водяницу — ​моряну,
она может с помощью своего волшебного гребня устроить целый потоп,
а может и без гребня утащить человека на дно.
Супруг — ​Водяной позволяет своей избраннице вести беззаботную
жизнь, но сам проявляет основательную заботу о семье. Так, при наступ­
лении родов принимает человеческий облик и отправляется в селение за

Глава 6. Духи природных пространств

143

повитухой, которую ждет за работу щедрая награда. Так что новоиспеченной матери приходится иметь дело с людьми и принимать от них помощь.
Русалки 1. Эти подопечные Водяного описываются крайне противоречиво — ​от уродливой старухи до милейшей красотки, но в любом случае
с длинными волосами. Традиция изображать русалок с рыбьими хвостами
пришла из Европы. А на Руси считалось, что большинство их — ​это души
женщин-утопленниц, или самоубийц. Вот и у А. С. Пушкина «русалка на
ветвях сидит», что, согласитесь, весьма несподручно с такой «оконечностью». И Н. В. Гоголь в «Вие» не упоминает русалочий хвост:
«Он видел, как из-за осоки выплывала русалка, мелькала спина и нога,
выпуклая, упругая, вся созданная из блеска и трепета. Она оборотилась
к нему — ​и вот ее лицо, с глазами светлыми, сверкающими, острыми,
с пеньем, вторгавшимся в душу, уже приближалась к нему, уже была на
поверхности и, задрожав сверкающим смехом, удалялась, — ​и вот она
опрокинулась на спину и облачные перси ее, матовые, как фарфор, не
покрытый глазурью, просвечивали пред солнцем по краям своей белой,
эластически нежной окружности. Она вся дрожит и смеется в воде…»
Ежегодно проводилась русальная неделя (с 19 по 24 июня), прямо
перед купальским праздником. В это время плели и завивали венки, водили хороводы вокруг колодцев, а русалок одаривали:
На гряной неделе
Русалки сидели.
Ой, рано и ру!
Русалки сидели,
Сорочки просили:
— Ай, девочки-подружки,
Дайте сорочки.
Дайте сорочки,
Завейте веночки,
Завейте веночки
На святы духовые
Ой, рано и ру!
На духовые!

Русалок считали связанными с силой Матери-земли, то есть с плодородием: будто бы где она ступит, там и урожай богаче, свадеб больше,
а стало быть, и детей народится. Именно поэтому образ русалки соотносили с женской любовной магией, отсюда и катание в полевых и травных
росах, которое якобы очень любили русалки. На той же июньской неделе
русалкой, всю в цветах и венке, обряжали самую красивую девушку, вели
1

По материалам книги: Наговицын А.Е. Тайны мифологии славян. С. 442–448.

144

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

с песнями к полю и толкали в рожь. Выбегая оттуда, она ловила всех, кто
под руку попадется. Кроме того, собиралась русальная дружина, которой
полагалось ночевать вне дома и притом молчать, а также ходить в венках
в знак уважения к «именинницам», обходить дома, где имеются больные
и водить вокруг них исцеляющие хороводы.
У русалок тоже имелись волшебные гребни, пригодные не только
для расчесывания их зеленых волос, но и для того, чтобы обходиться на
суше без воды. Они же служили орудием наказания, например, чересчур
жадных рыбаков, которым разрывали сети. Но парня, который пытается
подсмотреть за ней, русалка может защекотать до смерти. Зато ту или
того, кто ей приглянется, будет привечать, и случись беда какая, станет
слезы над ними проливать, в которых вода живая. А еще над могилами
будто бы огоньки синие зажигает, оживляя души похороненных. Иногда
русалок вовсе представляли не хвостатыми, а крылатыми, так как небо
называлось в древние времена «окияном небесным». Обиженные девушки
или женщины шли к роднику или озеру лесному и там плакали над горькой
своей судьбой. Считалось, что после этого обидчику не поздоровится.
Несмотря на все почести, что оказывались русалкам на «именинной»
неделе, их все же и побаивались. Считалось, например, что они способны
оживить невест, умерших до свадьбы, а к живым покойникам относились
со страхом и потому по окончании тожеств чучело русалки на всякий
случай сжигали либо бросали в воду.
В психологической практике символизм мифологического образа русалки может использоваться, например, в решении проблематики комп­
лекса Русалочки, поведения жертвы, подавления своей индивидуальности
и т. д.

Глава 7. Баба Яга и главные герои
волшебных сказок
Как известно, к Бабе Яге с визитом то и дело являлись сказочные герои, которые либо искали утраченных/пропавших возлюбленных, либо
оказывались вне своего социума добровольно или под влиянием обстоятельств. Ключевыми фигурами среди них являются Иван-дурак и Иванцаревич, а среди женских персонажей — В
​ асилиса Премудрая и Аленушка
из «Финиста — Ясна Сокола».

Иван-дурак
Вспомним устойчивый образ Ивана-дурака. Не в пример старшим
братьям — ​добропорядочным, уважаемым и трудолюбивым, он взял, да
и накуролесил, дров наломал, сначала сделал — ​потом подумал, а в результате прошел все испытания и получил полцарства с царевной в придачу. Его аналогом является Емеля, который сидел себе на печи, ничего
героического, да и просто хорошего не сделал, а по щучьему веленью, то
есть на дармовщину получает все, что только пожелает.
Этот образ для нас крайне интересен тем, что, входя в избушку на
курьих ножках, он весьма своеобразно общается с Бабой Ягой, и при
этом она всегда оказывает ему помощь. Между тем исследователи до сих
пор не пришли к однозначному мнению о происхождении этого образа.
В частности, Е. М. Мелетинский считает, что образ гонимого героя был
заимствован волшебной сказкой из мифологических преданий, поскольку отдельные мотивы, составляющие сюжеты сказок об Иване-дураке,
распространены в мифологии разных народов. Иногда он выступает под
вариациями имени Иван у других народов 1.
Будучи младшим ребенком в крестьянской семье, поначалу он характеризуется, как правило, ленью (лежит на печи, сопли в клубок мотает),
неряшеством (сидит в золе, сажу колпаком меряет) и недалеким умом.
Тем не менее вскоре начинают проявляться душевные качества героя.
Например, в отличие от своих умных и здравомыслящих братьев, он отправляется ночью охранять могилу отца, верный данному обещанию,
и даже подменяет их в этом дежурстве. К тому же он никак не реагирует
на насмешки в свой адрес.
1
Мелетинский Е.М. Герои волшебной сказки. Происхождение образа // URL: https://
docplayer.ru/26854890-E-m-meletinskiy-geroi-volshebnoy-skazki-proishozhdenie-obraza.html
(lfnfj, hfotybz 01/08/2018)/

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

146

Зададимся вопросом: почему в начале повествования герой либо глуп,
либо ленив, либо и то и другое сразу? Дело в том, что вот таким наглядным образом сказка представляет нам персонажа, который не вполне
или совсем не вписывается в тот социум, к которому сам он, этот персонаж принадлежит. Причем речь идет именно о социуме, нуждающемся
в изменении: то приключилась беда, то не на кого царство оставить, то
быт заел 1. Эти насущные изменения невозможно осуществить изнутри
общества, и поэтому Ивана, Емелю и прочих героев такого плана «вышибают» из него под тем или иным предлогом. Оказавшись вне социума
и прежнего окружения, герой успешно решает кажущуюся неразрешимой
задачу и получает заслуженную награду. Это похоже на известное психологическое правило: находясь внутри ситуации, трудно найти из нее
выход, стало быть, надо встать над ней, то есть поменять ракурс взгляда.
Ко всему прочему, по нашему мнению, наш герой являет собой пример трикстера, действия которого для окружающих почти не понятны
и «неправильны», но в нестандартной ситуации являются самыми верными. Иван предусмотрительно скрывает коня от братьев и, используя
его, заполучает в невесты царевну. В ряде случаев герою приходится не
только сражаться за нее, но и принимать участие в конкурсе загадок. При
этом он отгадывает все, его же загадки никто не может разгадать. Парадоксально для ленивца и простофили, не так ли? Женившись на царевне,
герой совершает несколько подвигов и добывает волшебные предметы:
молодильные яблоки, живую воду, свинку — з​ олотую щетинку. Затем он
становится царем, и сказка завершается.
В другом варианте сюжетов об Иване-дураке герой караулит сад, в который по ночам забирается таинственный вор. Это случается после того,
как два его старших брата засыпают во время ночного караула. Ночью
Иван, преодолев неожиданно накатывающую на него неодолимую дрему,
обнаруживает, что вором является чудесная кобылица. Она прилетает
в сад и вытаптывает траву. Иногда вместо кобылицы в сюжете появляется
Жар-птица. Иван сперва ловит, а затем отпускает плененное им волшебное существо и получает в награду волшебного коня. Жар-птица оставляет ему также свое перо. Затем он попадает на службу к царю. Увидев
перо, царь заставляет Ивана отправиться на поиски Жар-птицы. Во время
путешествия он добывает не только Жар-птицу, но и другие волшебные
предметы: кота-игруна, волшебный перстень и т. д. Наградой ему также
становится красавица невеста. Используя эту разновидность сюжета об
Иване-дураке, П. П. Ершов написал сказку «Конек-Горбунок».
Пономарева В. С какой стати дураку достается полцарства? Ох, уж эти сказки… //
URL: https://shkolazhizni.ru/psychology/articles/4786/
1

Глава 7. Баба Яга и главные герои волшебных сказок

147

Образ Ивана-дурака проник не только в волшебную, но и в бытовую сказку. Но там он настолько существенно отличается от данного
описываемого образца, что можно говорить о его полной самостоятельности.
Зададим себе резонный вопрос: почему же так живуч образ дурака
в волшебных сказках и чему они учат наших детей? Этот вопрос возникает
довольно часто и представляется вполне резонным. Важно, что сказки
потому и живут так долго, что в них ничего не случается без причины и не
бывает героя «просто так». Чтобы разобраться в этом, стоит обратиться
к так называемому принципу трикстера.
Кстати, плут-трикстер признается одним из основополагающих персонажей человеческой культуры: в Англии — ​Джек-Простак, в Германии — С
​ имплицисимус, в Африке — Л
​ ионго Фумо, в Америке — К
​ ролик,
Койот, Лис, Ворон. А еще следует назвать восточного Ходжу Насреддина,
немецкого Тиля Ойленшпигеля и др. Между прочим, русский Петрушка
тоже из этой же когорты трикстеров. В буквальном переводе с английского слово «трикстер» означает «обманщик, ловкач», а в качестве термина его употребил впервые американский антрополог Пол Радин, о чем
можно прочесть в энциклопедиях. Персонажи, объединяемые понятием
трикстера, очень разнятся между собой. Главное в их поведении — двойственность: то они альтруистичны и остроумны, деятельны и находчивы,
то откровенно ленивы, невежественны и глупы, порой даже излишне и немотивированно жестоки.
Однако к образу Иванушки можно подойти и с другой стороны 1.
Кроме самого распространенного в современном языке определения,
припечатывающего называемого или предполагаемого человека упреком в глупости, неразумности и т. п., имеется целый ряд иных суждений.
Одни толкователи отсылают интересующихся к утверждению историка
Н. Костомарова о том, что дурак — ​это плетка, которой муж наказывал
нерадивую жену (а мог запасти ее непосредственно к свадьбе, которую
и праздновал с уже заложенным за голенище сапога знаком всегдашнего
устрашения): «…по обыкновению у мужа висела плеть, исключительно назначенная для жены и называемая дурак; за ничтожную вину муж таскал
жену за волосы, раздевал донага, привязывал веревками и сек дураком
до крови — ​это называлось учить жену» 2. Другие сравнивают образ дурака с орудиями для вбивания свай (называется — ​дура, впрочем, иногда​
1
Пономарева В. А вы знаете, когда появились дураки? Немного этимологии… // URL:
https://shkolazhizni.ru/culture/articles/23530/
2
Костомаров Н. Образ домашней жизни. Семейные нравы. Порядок домоправления.
Домашние обряды // Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI
и XVII столетии. М., 1992 // URL: https://www.booksite.ru/ancient/reader/family_02.htm

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

148

баба, стало быть, выражение «баба — ​дура» — ​это не о женщинах, а об
этих снарядах) и с разновидностью топора, который называется колуном/
дураком.
Наконец, существует версия, которая исходит из того, что дурак —​
это упрощенная форма иного понятия, а именно другак. Нетрудно обнаружить, что значение его — ​другой. Кстати, оно было расхожим на
Руси. По В. Далю 1, на Дону так именовался настой воды на виноградных
выжимках, хлебные зерна второго разбора, второй налив пива или кваса,
второй пчелиный рой из улья, лук репчатый на втором году всхода и т. д.
И к прозвищу Иванушки оно может иметь прямое отношение, если принять во внимание традицию наших предков: уберегая новорожденных
от попадания «за черту» (за черту жизни, то есть к нечисти, известной
потом под именем черта), не дозволять публичного оглашения подлинного его имени, пока не вступит в отрочество, то есть пока не достигнет
13–14 лет. Нетрудно заметить, что этот возрастной рубеж у нынешнего
читателя может непроизвольно ассоциироваться с более поздним выражением «чертовой дюжины». Поэтому младенцам давали временные
имена, связанные с очередностью их появления в семьях. Первак — п
​ ервенец, затем Вторак, Третьяк, Четвертак. Стоп. А Другак — ​последыш,
последний в семье ребенок (потому-то и позволялось ему валяться на
печи, бездельничать), он иной. Иначество выражалось в том, что, «взойдя
в возраст», оставался он с родителями и наследовал дом и хозяйство,
в отличие от старших, которые получали надел при женитьбе/замужестве. Так вот что, оказывается, двигало старшими братьями сказочного
Ивана, которые его губили… Он был Другак! И туманности насчет обещаний царя-батюшки отдать царство тому, кто одолеет, добудет и т. п.,
могли означать предыдущие наветы на законного наследника в дохристианскую пору, когда по заведенному праву наследовал не старший, как
потом установилось, а младший.
С течением времени слово другак упростилось до дурака. И под таким
прозвищем Иванушка шагнул в сказки. Но на ту пору в этом не было ничего обидного. Если пройтись по древним грамотам, то найдется немало
достославных имен с подобным прозванием: князь Федор Семенов Дурак Кемский, князь Иван Иванов Бородатый Дурак Засекин, московский
дьяк Дурак Мишурин и т. д. А нынешнее понимание слова дурак возникло
в XVII веке, когда о младшем, то есть менее других в дому опытном, стали
говорить: «глупо дело». Из этого выражения дело улетучилось в последующие времена, а глупость привязалась, ухватившись и за сказочного
героя.
1

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 1. С. 495.

Глава 7. Баба Яга и главные герои волшебных сказок

149

В психологическом плане Иван-дурак — с​ имвол внутреннего изменения и преображения человека и его инициации. Более того, он демонстрирует, как следует поступать в нестандартной, непредвиденной ситуации.

Иван-царевич
Иван-царевич, герой русских волшебных сказок — г​ лавное действующее лицо во множестве сюжетов, например: «Царевна-лягушка», «Иванцаревич и Серый волк», «Молодильные яблоки», «Финист — ­Ясный Сокол», «Мертвая царевна», «Одноглазка, Двуглазка и Трехглазка». Встреча с Бабой Ягой у него случается даже чаще, чем у Ивана-дурака, но он
тоже получает от нее помощь.
Существуют параллели этого образа с Иваном-дураком: оба — м
​ ладшие из трех братьев. Но главное отличие персонажей заключается даже
не в принципиальной разнице социального статуса, а в том, что царевич
совершает больше ошибок на пути испытаний. Например, сжег лягушачью
кожу, а потом за тридевять земель отправился исправлять то, что сам натворил. Но раз так, то он не совсем дурень. Он ведь не только отправился,
но и справился! Скорее уж он — п
​ севдодурак 1.
Зато в сказке «Иван-царевич и Серый волк» герой не проявляет никаких особых положительных качеств. Напротив, для него характерны
глупость и жадность, так как он раз за разом ослушивается своего четверолапого наставника и хватает сначала золотую клетку, а потом уздечку,
из-за чего чуть не погибает. Кроме того, волк его предупреждает, что
нельзя хвастаться успехом перед братьями, но он похваляется, и они его
в результате убивают, присваивая Жар-птицу, коня и царевну. Мотивация помощи царевичу у волка полностью отсутствует, хотя в некоторых
вариантах сказки представляется, что он вроде бы жалеет младшего сына
царя. Однако если разобраться, никто не заставлял всадника отправляться в направлении, которое на путеводном камне было обозначено предупреждением: «Направо поедешь — ​коня потеряешь». Глупо поведение
царевича, который не только нарушает наставления волка, но и постоянно
сетует, например, на то, что жаль расставаться с конем. Но почему всетаки он получает помощь чудесного зверя?
Символический смысл образа волка связан с наследственной царской
властью. Вспомним царя персидского Кира, Ромула и Рема — о
​ снователей
Рима, предка Чингисхана и многих других легендарных и исторических
царей, по преданию, вскормленных волчицами. Даже русский былинный
князь Вольга превращается в волка, чего никогда не делают другие богатыПономарева В. С какой стати дураку достается полцарства? Ох, уж эти сказки… //
URL: https://shkolazhizni.ru/psychology/articles/4786/
1

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

150

ри. Волк как защитник царской власти не может помогать будущим братоубийцам — ​старшим братьям Ивана, он выбирает «из двух зол меньшее»1.
В сказке о Морском царе и его премудрой дочери Иван-царевич, отправившись в Подводное царство, прячется в кустарнике на морском берегу.
Увидав, как прилетевшие птицы (то ли голубки, то ли уточки) сбросили крылышки или перья, обратились двенадцатью красавицами — д
​ очерьми Морского царя и принялись резвиться в морской волне, он подкрался и ухва­
тил из перьев те, что принадлежали Василисе Премудрой. Сестрички ее,
испугавшись, облачились в свои оперения и улетели, а бескрылая Василиса
принялась умолять похитителя вернуть украденное. Тот согласился с условием, что она станет его женой. Но вместо оперения в разных вариантах
сюжета фигурируют сорочка и кушак царевны и даже ее роскошные косы.
Отметим, что довольно часто к месту купания его направляет именно
Баба Яга. Возможно, что при этом подразумевалась ее родственная связь
с Василисой, и она собиралась пристроить свою родственницу за перс­
пективного царевича. При этом любопытно то обстоятельство, что сама
девица вначале втравливает царевича в неприятности, например, приводит его к своему отцу-злодею, который дает ему невыполнимые задания.
Впрочем, потом она сама же за него их выполняет. Затем они спасаются
бегством и не без ее волшебной помощи. Интересно, что ее отец из-за
этого факта не должен давать за нее приданое. Нам кажется, что все это
довольно выгодная для него комбинация.
Правда, вместо голубок или уточек в сюжете могут фигурировать
белые лебедушки, а также премудрая Лебедь-птица, красная девица
или Лебедь-королевна неземной красоты. Девы-лебеди — ​постоянный
и любимый образ в сказаниях многих народов — ​как южных славян, так
и скандинавов, германцев и др. Кстати, варианты данной сказки можно
найти даже в Китае и Новой Зеландии.
Ф. С. Капица обращает внимание на мнение исследователя Н. Новикова о том, что образ Ивана-царевича сложился под влиянием героического
эпоса. Следы подобного влияния проявляются в таких мотивах, как приобретение богатырской силы, поединки с чудовищами, возвращение к жизни
умершего героя; он же подчеркивает, что, по утверждению В.Я. Проппа,
образ Ивана-царевича соотносится с древнейшими мифологическими
персонажами, которые ежегодно умирают и воскресают, начиная новую
жизнь (Осирисом, Ярилой) 2. По нашему мнению, Иван-царевич — ​воНаговицын А.Е. Тайны мифологии славян. С. 229–230.
Капица Ф.С. Тайны славянских богов. Мир древних славян: магические обряды и ритуалы. Славянская мифология, христианские праздники и обряды // URL: http://www.rulit.
me/books/tajny-slavyanskih-bogov-mir-drevnih-slavyan-magicheskie-obryady-i-ritualyslavyanskaya-mifologiya-hr-read‑72189–25.html
1
2

Глава 7. Баба Яга и главные герои волшебных сказок

151

площение героизации и социализации образа Ивана-дурака, поскольку
совмещает в себе черты трикстера, царственности и героичности. Потому
его еще и женят на умной и прекрасной царевне. В этом случае может случиться, что он продолжит «маяться дурью», а править будет именно она.
С точки зрения психологии образ Ивана-царевича показывает, что
самый младший и слабый необязательно должен проиграть, а если он следует правде и чести, то выигрыш ему с большой вероятностью обеспечен.
При этом совершенные ошибки не обрывают путь к успеху, а потому не
имеет смысла на них зацикливаться.

Василиса Премудрая
Как уже отмечалось, Баба Яга не только испытывает или инициирует
Василису на взрослость, но и защищает, карая ее же обидчиков. В ряде
вариантов к тому же героиня выходит замуж за царя.
Самая известная сказка о Василисе Премудрой — ​«Царевна-лягушка». При обращении к ней возникают два главных вопроса: во‑первых,
почему она стала именно лягушкой, во‑вторых — за что?
Начнем с первого. Образ лягушки в традиционной культуре народов имел
разные значения. С одной стороны, она олицетворяла плодородие и плодовитость, производительную силу, возрождение и др., с другой — ​воспринималась как источник болезни, мора, смерти, а также колдовства и проч.1
У египтян, например, лягушка была знаком новой жизни, обильного
потомства, изобилия, воспроизводящих сил природы, а также долголетия
и силы… рожденной из слабости. Она была эмблемой Изиды, там были
боги с лягушачьими головами и даже богиня-лягушка Хекет — п
​ омощница
рожениц и покровительница плодородия, а связана она была все же с загробным миром. В греко-римской традиции не блещущее грацией и красотой существо было эмблемой Афродиты (Венеры), соединявшей в себе как
гармонию между влюбленными и плодородие, так и распутство. Или другого рода пример: у кельтов лягушка — в​ ладыка земли и сила целительных
вод, а в Бирме — з​ лой дух, который проглатывает луну (и поэтому бедняга
считается причиной затмений). Наконец, в христианстве она символизирует
и воскресение, и отвратительный аспект греха, зло, еретиков, ненасытное
наслаждение мирскими удовольствиями, зависть, жадность.
Откуда такое противоречие? Оно имеет корни, причем вполне определенные. Это корни Мирового дерева, у которых лягушка располагалась
в соответствии с космогоническим мировоззрением в модели устройства
мирозданья наидревнейших времен. А находилась она там, поскольку
Пономарева В. Как Василиса Прекрасная стала лягушкой? Древняя символика образа // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/18707/
1

152

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

была связана, по представлениям наших далеких предков, с Нижним миром, точнее, с подземными водами, стало быть, принадлежала к хтоническим существам.
Согласно этим представлениям Великая Лягушка, на которой держится Вселенная, представляет собой темную, недифференцированную
первоматерию, изначальную слизь, элемент водянистости, а без влаги,
как известно, жизни нет (смерть суха). Это земноводное ассоциировалось
с водой и дождем, что естественно, и с лунными фазами (тоже понятно:
жизненные стадии лягушки предполагают ее превращение из яйца в головастика и уж потом — ​приобретение окончательного облика).
В китайской мифологии, например, пучеглазая квакуша считается
лунным существом и соотносится с принципом инь. Там она имеет прозвище «небесный цыпленок» из-за поверья, что лягушки падают с неба
с дождем (росой). Поэтому, желая вызвать дождь, использовали ритуал
с этими созданиями. Аналогичный обряд существует испокон веку у индусов, словесная часть его предусматривает исполнение… гимна лягушкам,
существующего со времен Ригведы, в котором их сравнивают с брахманами (жрецами) и коровами (зооморфными символами плодородия и изобилия). Вот и в сказках (не только русских) с нею происходят метаморфозы.
То она человек, то прыгает и квакает, а то и еще невероятнее: проглоченная (!) лягушка становится причиной беременности. В австралийской мифологии имеются сюжеты о лягушках как превращенных людях, в германском фольклоре — л
​ ягушачий принц. А на Филиппинах есть удивительное
сказание о том, как женщина переносила через реку в корзине — к
​ ого бы
вы думали? — ​мужа, а он упал в воду и стал… лягушкой. Не похоже ли
это на наказание за леность и помыкание супругой?
Но за что жестокий Кощей сделал Василису пупырчатой и пучеглазой?! Конечно, неспроста. Дело в том, что не только у нас издревле лягушка связывалась с громовержцами. Да еще как! По-родственному. Те
же индусы верили, что лягушки появляются в сезон дождей и подают
голос, пробужденный к жизни богом грозы Парджаньей, а обращаются
они к нему «как сын к отцу». И в басне Эзопа прыгучее население болот
неслучайно осмеливается выпрашивать у небожителя-громовника, чтоб
поставил царя над лягушачьим народцем.
Отголосок аналогичной линии отношений просматривается и в русской примете: «До первой грозы лягушка не квакает». Все это выражает
старинные представления о том, что осерчавший верховный правитель
Неба мог изгонять вниз, к корням Мирового дерева, своих родственников,
то есть не всякая лягушка изначально таковой была. Так чем же могла
так провиниться Василиса Премудрая? Может, Кощей и не превращал
ее вовсе, а только в случае несоблюдения условий, поставленных свыше,

Глава 7. Баба Яга и главные герои волшебных сказок

153

мог заявить свои права на временное омертвление красавицы? Чтобы над
ней насмехались, как в тех загадках: «выпуча глаза сидит, по-французски
говорит»; «сидит Матрёна намокрёна, не говорит — ​еще терпима, а как
речь начнет, враз досада возьмет».
Василиса с точки зрения психологии демонстрирует правильное прохождение инициационного экзамена на взрослость, а также доброту ко
всему живому, достойное поведение и почитание предков. То есть этот
образ применим к задачам личностного роста, решению проблематики
переходного возраста (не только подросткового).

Марьюшка («Финист — ​Ясный Сокол»)
Сказка «Финист — Я
​ сный Сокол» весьма примечательна. Во-первых,
в ней фигурируют три сестры, хотя в случае женских персонажей их
обычно бывает две: родная (ленивица) и падчерица(труженица). Вовторых, младшая из сестер (то Марьюшка, то безымянная девушка) отправляется на поиски суженого. Несмотря на то что подобные поиски
являются бродячим сюжетом в мировой сказочной культуре (вплоть до
африканской сказки «Девушка и молодой бабуин»), для русской традиции это редкость.
В настоящее время существуют различные трактовки этого сюжета,
среди которых нас интересует более всего, разумеется, социокультурный.
Первый вопрос, который возникает в связи с образом Марьюшки: почему она так настойчиво просила батюшку привезти ей перышко Финиста — ​Ясна Сокола? Ни более ранний «Сказ о Ясном соколе» 1, ни самый
распространенный текст повествования ответа на него не дают. И лишь
в одном варианте сказки, где, кстати, героиня не называется по имени,
сообщается, что просила она и не перышко вовсе, а цветочек аленький,
и когда отец, получив его от незнакомого старичка, говорит дочке, что
цветик тот заветный и предназначен невесте Финиста — ​Ясна Сокола, та
отвечает: «Знаю, знаю, батюшка! В прошлое воскресенье он у обедни был,
все на меня смотрел; я и говорила с ним… ведь он любит меня, батюшка!» 2
В этом сюжете перышко из своего цветного крыла подарил девушке сам
Финист, чтобы та при случае по одному только взмаху получала роскошные наряды, всевозможные драгоценности, хрустальную карету и слуг.
А цветочек аленький, вполне возможно, был цветком папоротника, ибо
именно он считается мощным любовным магнитом. А для прилета жениха,
1
Левашов Н. Сказ о Ясном соколе. Прошлое и настоящее. Гл. 1. Прошлое. Сказ о Ясном соколе // URL: http://samlib.ru/b/borejko_w_m/01.shtml
2
Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 2. С. 241.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

154

по его собственному наставлению, нужно было выставить этот огненнокрасный подарок на подоконник.
В том случае, когда героиня сразу же просит у отца перышко, возникает предположение, что здесь замешана какая-то тайна: либо она, как
в описанной ситуации, была уже знакома с избранником, либо она откудато знала о предназначенной встрече, например, из вещего сна, либо, будучи по природе своей вовсе не простушкой, а ведуньей, по крайней мере,
потенциальной. К тому же по сюжету одного из вариантов сказки следует,
что девушка сама, без чьего-либо повеления, собираясь на поиски пропавшего возлюбленного, прихватила «три пары башмаков железных, три
костыля железные, три колпака железные и три просвиры железные» 1.
Спрашивается: откуда она проведала, что они ей необходимы в качестве
походного скарба? Ведь именно расходованием этих предметов измерялись этапы пути к заветной цели. В другом варианте сказки сам Финист,
будучи израненным ножами и иголками, улетая, наказал невесте: «…три
пары башмаков железных истопчешь, три посоха чугунных изломаешь,
три просвиры каменных изгложешь» 2.
В любом случае состав багажа перекликается. Правда, от себя героиня прибавила железные колпаки. А ведь остроконечные головные уборы
носили волшебники, колдуны и звездочеты как знак мудрости и близости
к сверхъестественному. Следует обратить внимание и на то, что«обувь,
посох и хлеб были те предметы, которыми некогда снабжали умерших
для странствий по пути в иной мир. Железными они стали позже, символизируя долготу пути» 3. Получается, героиня знала, что путь ее лежит
в Загробное царство, а пошла она «в ту сторону, откуда прилетал к ней
Финист ясен сокол» 4. И пройти этот путь, миновав границу миров, охраняемую Бабой Ягой, она, конечно, не могла. И потому ей предстояла
поочередная встреча с тремя «сторожихами» 5 прохода в «пятидесятое
царство»6.
В этих встречах примечательным обстоятельством является то, как
ласково принимали путницу сестры-ягинишны в том варианте сказки, где
фигурирует аленький цветочек: никаких восклицаний, что де русским духом пахнет, никаких вопросов «дело пытаешь аль от дела лытаешь?». Вместо этого: «Милости просим, красная девица! Куда идешь, голубушка?» 7
И ведь знали старушки каждый шаг Финиста — ​Ясна Сокола в приготов1
2
3
4
5
6
7

Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 2. С. 243.
Там же. С. 237.
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 145.
Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 2. С. 243.
Там же. С. 244.
Там же.
Там же. С. 238.

Глава 7. Баба Яга и главные герои волшебных сказок

155

лениях к свадьбе с просвирниной дочерью (в другой версии — с​ царевной)!
Правда, с его женитьбой дело было явно темное: после свадьбы с утра он
улетал в поднебесье, а к ночи его жена опаивала сонным зельем (или, как
в другом варианте — в​ тыкала булавку в волосы). Значит, речь шла не о семейной жизни как таковой, а о блокировании либо отбирании волшебной
силы Финиста. Поэтому и способствовала Баба Яга с сестричками героине
сказки пресечь это безобразие. Поэтому и говорящие животные — ​кот
или собака, даже волк выручали ее: то советами («не оглядывайся»), то
прямыми действиями («садись на меня, я тебя довезу»).
Кроме того, старушки в избушках наказывали Марьюшке или безымянной героине отдавать врученные ей подарки в обмен на встречу
с суженым, то есть они знали слабое место жены-колдуньи Финиста —​
жадность, которая и привела к краху ее планов относительно супруга.
И последней точкой в борьбе за любовь и преданность стала горячая
слеза, упавшая на плечо или на голову спящего Сокола. Здесь важны два
обстоятельства. Во-первых, слезы в народной традиции представляют
собой не только выражение горя и печали, но и способ ритуального поведения (например, обряд оплакивания покойника — ​для оживления его
в загробном мире). Во-вторых, неслучайно называется место попадания
слезы. По древним представлениям в голове, как уже отмечалось, помещалась душа человека, и выталкивание запирающей ее булавки слезой
означало духовное освобождение, а плечо — ​зона ответственности, что
признается современной психологией, а нашим далеким предкам было известно изначально (отсюда выражение «взвалить на плечи» и т. п.). Таким
образом, плач героини или отомкнул запор над душой ее суженого, либо
пробудил в нем, доселе пассивном, ответственность за происходящее.
А движущей силой в достижении этой победы была любовь.

Глава 8. Спутники, помощники
и слуги Бабы Яги
Несмотря на все свое могущество в сказочном мире, Баба Яга не обходится без помощи других существ, сопутствующих и участвующих в реа­
лизации ее полномочий: одни выполняют поручения, другие сообщают
информацию, а некоторые даже смеют перечить. И все без исключения
обладают многозначными символическими смыслами, разумеется, неслучайными. Если следовать логике крылатых фраз «короля делает свита»
и «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты», то их смысл можно перефразировать сообразно нашей теме так: «с кем идешь по жизни рука об
руку, тот и выражает хотя бы часть твоей сущности». Поэтому важно внимательно отнестись к персонажам, составляющим окружение Бабы Яги,​
в принципе, они тоже являются ее атрибутами, только одушевленными,
как с точки зрения реальных прототипов, так и волшебных обладателей
дара чувствования и способности к человеческой речи.

Обитатели избушки на курьих ножках
Во множестве сказочных текстов, повествующих о Бабе Яге, упоминаются совместно проживающие с ней спутники-слуги: кот и мышь. Впрочем, эти существа и в реальной действительности часто обитают в домах.
Чем же примечательны их символические образы?

Кот
Несмотря на то что в качестве питомца Бабы Яги, как правило, упоминается кот — ​охранник и советчик, его невозможно рассматривать
в отрыве от женской ипостаси — ​кошки. Основные особенности представителей кошачьей породы по народным традициям — ​свободолюбие
и независимость, любопытство и ум, а также желание, непредсказуемость,
целительство. Кот и кошка способны защищаться при любых обстоятельствах, сопротивляясь, даже будучи загнанными в угол, а также умеют
видеть невидимое. Кроме того, они являются одним из олицетворений
любви и медиатором в мистических путешествиях. Кошке приписывается
женская сущность во всех ее ипостасях, от положительных (например,
интуиция, потребность в любви) до негативных (ею иногда обозначали
неразборчивость в связях или распутную женщину). Кроме того, у многих

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

157

народов существует поверье, что кошки могут свободно перемещаться
между мирами. Нетрудно заметить, что такой набор качеств во многом
сближает эти существа с образом самой Бабой Яги, характеру и действиям
которой тоже присущи свобода и независимость, ум, непредсказуемость,
целительство, способность видеть невидимое. Рассмотрим символические
свойства кота/кошки подробнее, воспользовавшись как мифологическим
наследием древних времен, так и кладезем народных примет и поверий.
Особое отношение к кошачьей породе испытывали древние египтяне1.
Они называли ее may, то есть зрячая (от глагола may — ​видеть). Самого
солнечного бога Ра часто называли Великим Котом и изображали в соответствующем образе. Согласно «Книге мертвых» именно в этом облике он победил гигантского пестрого змея Ими-Ухенеф под священным сикомором
в Гелиополе. Неслучайно и богиня Бастет, почитаемая как покровительница
любви, защитница дома, семьи, женщин и детей, изображалась с кошачьей
головой. Святилище Бастет активно посещалось паломниками, которые покупали в храме мумии кошек и передавали жрецам для погребения. Ритуал
означал передачу просьбы богине. На востоке от Саккары, в месте расположения храма Бастет археологи обнаружили в конце ХХ века кошачий некрополь, в котором захоронено несколько десятков тысяч мумий и скелетов
как диких камышовых котов, так и одомашненной степной кошки. Причем
большинство из них закончило жизнь в возрасте до шести месяцев, более
двух третей приняли насильственную смерть. Принести кошку в жертву
дозволялось только жрецам, — ​прочим, посягнувшим на священное животное, грозила смертная казнь. Да кому же могло прийти такое в голову,
ведь хозяева, у которых умирала кошка, в знак траура сбривали брови.
В мифологической истории Древней Греции охотницу Артемиду, ведающую также плодородием, женским целомудрием и т. д., сопровождает
громадный ученый белый кот Верос, который, кроме того, что умен, еще
и бессмертен. Аналогично этому римляне сделали кота спутником Дианы. Да она и сама, как утверждает миф, принимала образ кошки, чтобы
ускользнуть от страшного чудовища Тифона. Но и у ног богини свободы Либертас располагается хвостатый мурлыка. В Древнем Риме он стал
символом свободы и в то же время — д
​ ухом-охранителем домашнего очага. Нетрудно заметить отголоски египетских верований, особенно если
учесть, что Диана занималась, ко всему прочему, родовспоможением.
Согласно скандинавской мифологии богиня плодородия, любви и красоты Фрейя разъезжала в повозке, запряженной двумя кошками. А вот
у кельтов кот представлял хтоническую силу зла, за что часто приносился
в жертву богам и в результате стал погребальным символом. В литовской
Пономарева В. Как связаны с древними богами… кошки? // URL: https://shkolazhizni.
ru/culture/articles/25127/
1

158

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

мифологии он выступает в роли противника громовержца Перкунаса.
В латышских преданиях черт, сталкиваясь с громом-молнией, превращается в черного кота с коровьими ногами.
В русской традиции следы «мистической силы» кошек запечатлены
в сказках. Заметим, что кот Баюн, «сидящий на столбе, побивающий
весь люд, напускающий неодолимый сон и сказывающий сказки», в ряде
текстов непосредственно связан с Бабой Ягой. Сказочный Котофей Котофеич победил Змея и научил людей добывать огонь. А другой кот, попав в лес, несмотря на невеликие размеры и относительную физическую
слабость по сравнению с местными хищниками, не на шутку напугал
волка и медведя и даже воцарился там. Примечательно, что свою независимость кот в русских народных сказках отстаивает даже перед своей
повелительницей Бабой Ягой, переходя на сторону героини, например,
помогая ей сбежать («Василиса Прекрасная»). Разгневанной этим поступком Яге он откровенно заявляет, что красна девица угостила его
ветчинкой, тогда как сама хозяйка не кормила вообще. И надо же —​
сама Баба Яга это терпит: не наказывает и даже больше не упрекает
«предателя», то есть фактически принимает этот аргумент как факт
успешного прохождения беглянкой выпавшего ей испытания. Зато в тех
сюжетах, где Баба Яга выступает дарительницей-союзницей героя, кот
действует с ней заодно. Так, в «Финисте — ​Ясном Соколе» он помогал
героине справиться со страхом в темном лесу. Появившись неизвестно
откуда, подбадривал ее: «Не бойся, Марьюшка, иди вперед. Будет еще
страшнее, а ты иди и иди, не оглядывайся» 1. И также неожиданно исчез
(«был таков»).
В реальной жизни наши предки, прежде чем войти в новую избу,
пускали туда на первую ночь черного петуха и курицу, на вторую — ч​ ерного кота и кошку. Это было обусловлено правилом отворотной магии:
черные животные, связанные с нечистью, выгоняют таковую, уже поселившуюся в помещении, чтобы занять ее место; саму же домашнюю
живность цвета ночи довольно легко затем устранить из избы. Считалось
также, что кот наравне со псом и петухом черной масти предохраняют
дом от воров.
В наше время кошки для многих являются милым домашним питомцем,
тогда как в фольклоре с ней связано множество примет 2. Например, по
русским поверьям:
–– если в доме появился чужой черный кот — б
​ ыть беде;
1
Русская народная сказка «Финист — Я
​ сный Сокол» // URL: https://skazki-dlja-detej.
com/narodnye/russkie/finist-yasnyj-sokol/
2
Пономарева В. Страшнее кошки зверя нет? Народные приметы и поверья // URL:
https://shkolazhizni.ru/culture/articles/24964/

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

159

–– увидеть во сне в ночь перед Рождеством черную кошку — к
​ опасной
болезни в этом году;
–– больной умрет, если чужая кошка (черная или белая) войдет в его
комнату;
–– живущего в доме черного кота во время грозы надо выкинуть из
дома, чтобы он не притянул к себе молнию;
–– кость, извлеченная из черной кошки, может сделать человека невидимым;
–– черную кошку можно обменять у нечистой силы на шапку-невидимку и неразменный червонец или рубль.
В стародавние времена были разработаны даже пошаговые инструкции, как получить неизменно возвращающуюся в дом денежную монету:
поймав черного кота, нужно встать с ним безлунной ночью на перекрестке
четырех дорог, одна из которых ведет на кладбище, и щипать бедолагу,
добиваясь его крика; подошедшему на истошные звуки незнакомцу в ответ на предложение продать кота назначить цену в один рубль/червонец;
полученная плата и будет неразменной. При всем колорите нашего старинного национального суеверия, оно имеет «бродячий» характер, —​
достаточно вспомнить аналогичный сюжет, описанный Марком Твеном
в «Приключениях Тома Сойера».
Нетрудно заметить, что приведенные примеры поверий составляют —​
иначе не скажешь — ​зловещий ряд. Но в нем все-таки имеется просвет
милосердия по отношению к кошачьей породе, защищающего ее представителей суровым вердиктом: убийца кота станет убийцей человека.
Тем не менее большинство примет подразумевает негативный характер
образа кошки. Так, расхожее выражение «между ними кошка пробежала»
означает, что в облике животного выступает черт-оборотень, который,
вставая между людьми, вызывает взаимную неприязнь. А кто не знаком
с предубеждением, что перебежавшая путнику дорогу черная кошка —​
не к добру, особенно когда бежит «за пазуху», то есть по направлению
к застежке на одежде! Всем известно, что в этом случае полагается либо
подождать, когда место пересечения пройдет кто-то другой, либо, сложив
кукиш в кармане, трижды сплюнуть через левое плечо. Именно через левое, потому что в отличие от правого плеча, где постоянно присутствует
ангел-хранитель человека, здесь «квартирует» его оппонент, и плевки
в его сторону должны отогнать нечистого.
Однако — ​удивительное дело! — ​в Великобритании перебежавшая
дорогу черная кошка, напротив, являет собой предвестье удачи. Да и вообще в этих краях исстари хорошо относились к подобным существам:
–– если дома есть черный кот или кошка, то в нем не переведутся любовники;

160

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

–– если черная кошка чихнет неподалеку от невесты — ​это к счастью
для молодых.
Однако американцы с такими представлениями не согласны и, в частности, полагают, что появившаяся свадебным утром в комнате невесты
кошка предвещает семейную жизнь, изобилующую ссорами. Близкую
по смыслу идею разделяют немцы, предполагающие, что кошка, оказавшаяся у алтаря перед началом венчания, сулит несчастливый брак.
Зато молодые бретонцы, желающие завести семью, для реализации намеченной цели могут предпринять незатейливые меры: заметив сидящую
под столом кошку… осушить до дна бутылку. Считается, что после этого
женитьба состоится в течение года. В Индии кот — с​ имвол рождаемости.
На западном побережье океана до сих пор бытует примета: «приблудная
кошка в доме — ​к скорой свадьбе».
Юным американским особам с горного плато Озарка издавна известен
способ гадания на предмет того, выходить ли замуж за объявившегося
жениха. Мысленно представив его себе, потенциальная невеста должна
взять три волоска из хвоста черной кошки, завернуть в бумажку и положить на ночь под порог. Если наутро при разворачивании ее окажется,
что волоски лежат буквой Y (Yes), то надо принять предложение руки
и сердца, а если сложились в форме N (No), лучше отказать.
Шотландцы утверждают, что если у кого-то на крыльце сидит черный
кот, то это ни больше ни меньше — ​знак достатка в доме. А в Японии до
сих пор существует преудивительнейшее поверье: чихнувшему коту полагается сказать «здравствуй» в качестве заговорного слова, предохраняющего… от зубной боли.
У европейских моряков (прежде всего английских) укоренилось поверье, будто черная кошка на корабле — ​гарантия удачного плаванья.
Зато если какой-нибудь буйный член команды выбросит ее за борт, то на
море разыграется страшный шторм. К слову сказать, у многих народов
до сих пор традиционно считается, что коты и кошки способны предсказывать погоду и даже вызывать дождь. Во всяком случае, с античных
времен тщательное намывание кошкой своих ушей воспринималось как
предвестье дождя в теплое время года или снега — зимой.
В целом же по Европе, начиная со средневековой поры, кошки благодаря своей плодовитости, пронзительному взгляду блестящих круглых
глаз и способности ночного видения превратились в народных поверьях
в загадочного зверя, которому ведомы тайные силы. Именно этим объясняется приписывание им сверхъестественных способностей, обладания
семью или девятью жизнями, а также дара прорицания. Так, например,
считается, что приснившаяся кошка предупреждает о тревожной ситуации, то есть призывает быть начеку. С другой стороны, начиная именно

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

161

с этой эпохи, все большее влияние на символическое восприятие кошки
оказывает религия.
В христианстве черный кот — о
​ лицетворение Сатаны, который ловит
человеческие души подобно коту, хватающему когтями мышь, а кошка
вообще, являясь символом тьмы, выступает воплощением хитрости, обмана, похоти, лени и злобы. Нередко она предстает в качестве символа
смерти, а также демона-искусителя. Православная традиция, являясь христианской, незыблемо следует этим канонам: кошка считается нечистым
существом, поскольку съела черта, превратившегося в мышь (как тут не
вспомнить сказочного Кота в сапогах, который съедает грозного людоеда,
превратившегося в мышь!). У русских старообрядцев кот как представитель темных сил в обрядах Благовещенья иногда выступает символом
посрамленного Сатаны. Сообразно христианской религиозной идеологии
черные кошки — ​непременный атрибут ведьм (к коим однозначно приравнивались и повитухи-родовспоможительницы!). Эти колдуньи порой
и сами способны принимать облик таких существ, отправляясь на шабаш,
либо следуют туда верхом на черных котах.
При всем обилии и разнообразии традиционных взглядов на символизм кота/кошки анализ этих образов позволяет сделать весьма лаконичные выводы.
1. Кот/кошка представляет собой лунный женский символ, связанный
с женской природой и плодовитостью.
2. Черный кот, как правило, сопряжен с темной стороной магии.
3. Большинство характеристик кота/кошки соответствует свойствам
и качествам, присущим Бабе Яге. Это психологически и логически объясняет неизменность их совместного сосуществования, а также особенности
взаимоотношений, от совместных действий до поступков по собственному
усмотрению. Кот является спутником, но не слугой Бабы Яги, сохраняя
в поведении признаваемую ею независимость.

Мышь
Этот мелкий зверек, проживающий в избушке на курьих ножках,
оказывается не самым верным симбионтом хозяйки жилища. Например,
в сказке «Гуси-лебеди» мышка выбегает из-под печки, просит у девочки
кашки и, получив ее, не только дает обмершей от страха героине наказ
действовать — ​бежать с братцем, чтобы не быть съеденной, но и отвлекает внимание Бабы Яги, уверяя ее от имени беглянки, что прядет
кудель. О реакции могущественной старухи на столь своевольное поведение мелкого грызуна сказка умалчивает. В сказке «Баба Яга» мыши
тоже дают совет героине: «Выбежали мышки и говорят ей: “Девица,

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

162

девица, что ты плачешь? Дай кашки; мы тебе добренько скажем”. Она
дала им кашки. “А вот, — г​ оворят, — т​ ы на всякое веретенце по ниточке
напряди”» 1. Зато в сказке «Финист — ​Ясный Сокол» на пути героини
«мыши из нор повылезли — ​да все на Марьюшку» 2. Правда, то были
лесные обитатели.
Нетрудно понять, что хозяйке избушки на курьих ножках ничего не
стоило изгнать проживающую у нее под боком «предательницу», однако
в народных верованиях та неизменно предстает спутницей Бабы Яги. Разумеется, на то должны быть веские причины. Каковы же они?
Во-первых, это связано с мифологическими функциями мыши в мировой культуре. Так, в космогоническом плане она является персонажем,
связывающим Небесный, Земной и Подземный миры. В мифах различных
народов мыши нередко выступают как дети неба, родившиеся в результате
брачного союза бога-громовержца и богини Земли. Но также существуют
и «половинчатые» версии: с одной стороны, мифы о мышах, падающих
с неба, с другой — ​о происхождении их только из земли (в Египте — ​из
нильского ила). Но и в том, и в другом случае они упоминаются в связи
с великими богами в качестве атрибута, зооморфного облика, ездового
животного или спутника.
Так, еще в Древнем Египте в двух городах, Ипу (Апу, Хент-Минт)
и Иунит (Та-Сенит), сакральных местах поклонения молниям и метеоритам, мышь-землеройка почиталась как священное животное всесильного
Гора, воплощение его темной стороны. А в «Книге мертвых» встречается некая хтоническая богиня с мышиной головой — ​олицетворение преисподней и смерти. В Древней Греции мышь была символом Аполлона
Смифейского («мышиного»), который, как ни странно, если учесть губительную роль этого грызуна для полей и садов, являлся охранителем
урожая. Кроме того (бери выше!), мышь была атрибутом самого Зевса (как
и у римлян — Ю
​ питера), а также изображалась на монетах в паре с богиней любви Афродитой (и римской Венерой), олицетворяя плодовитость.
Кстати, в некоторых античных апокрифических мифах Зевс-громовержец
обращает своих детей в мышей (либо в крыс и кротов) и сбрасывает на
землю. А в рог Юпитера-быка было дозволено пролезать только мыши.
В древнеиндийской мифологии мышь — ​талисман и ездовое животное
Ганеши, слоноголового бога мудрости. У славян она изначально связывалась с образом Великой Матери — М
​ акоши/Мокоши.
Но совершенно определенно в еще более древние времена существовал
культ мыши. Например, в Чатал-Хеюке, неолитическом поселении на юге
Турции, при раскопках могилы жрицы (около шестого тысячелетия до
1
2

Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 1. С. 155.
Русская народная сказка «Финист — ​Ясный Сокол».

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

163

н. э.) в комплексе объектов, символизирующих Подземный мир, обнаружены многочисленные захоронения мышей.
Во-вторых, следует учитывать традиционные представления о мыши
в народных культурах, которые выражаются в фольклоре, поверьях и приметах. Китайцы, к примеру, почитают ее как очень могущественное существо, влияющее на благополучие домашнего очага, а потому считают
необходимым всячески задабривать, преподнося угощения. У них даже
слово мышь звучит так же, как счастье (fu). Поскольку на Востоке мышь
вообще символизирует богатство и благополучие, то ее изображения часто используются на амулетах и оберегах. При виде мыши там не принято
с визгом убегать или вскакивать на стул, а, напротив, полагается приветствовать ее, причем весьма уважительно.
В ряде индоевропейских традиций мышь является воплощением
души: либо человека, либо умершего, либо предков, либо еще не родившегося ребенка. Показательна в этом плане русская загадка о беременной женщине: «Хлеб на углу лежит, а в хлебе мышь сидит». По
верованиям славян, в виде мышей выбегают изо рта только что умерших
их души (красные — д
​ обродетельных при жизни, черные — г​ решников).
Белорусское поверье не позволяет оставлять на столе на ночь недоеденный хлеб, поскольку им в темноте будут питаться души предков,
явившиеся в мышином обличье; и если кошка поймает такую «гостью»,
то это грозит неизбывными несчастьями всей семье, которой придется
отвечать за погибель души навестившего дом прародителя. Собственно,
представление о том, что мышь является воплощением души предка
и объясняет, почему маленькая норушка помогает героине в сказке,
то побуждая к действию, то наставляя мудрым советом. Но и девочка
или девушка должна проявить правильное поведение: не испугаться,
во‑первых, и покормить, во‑вторых. Зато в «Василисе Прекрасной»
мышки-помощницы и советчицы у героини нет, поскольку эти функции
выполняет куколка.
В ряде фольклорных сюжетов («Морской царь и Василиса Премудрая», «Ночные пляски» и др.) девушки превращаются в мышей. Это
отражает инициационный процесс, в результате которого происходит
трансформация их статуса — п
​ ереход из детского состояния во взрослое.
В тех случаях, когда в девушку превращается мышь, речь идет о защите
героини душами предков.
У славян к этим серым созданиям в целом неоднозначное отношение.
Так, у русичей с давних пор считалось, что если мыши подпортят товар,
то купцу в торговле будет сопутствовать удача, а вот если они покидают
дом, то это к беде. По болгарским поверьям, мышь, перебежавшая дорогу — ​к неудаче, зато если погрызла приданое, то его обладательница

164

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

выйдет замуж за богатого жениха. С давних пор известно присловье, помогающее найти пропажу в доме: «Мышка-мышка, поиграй да отдай».
Нельзя не заметить, что в русских народных сказках мышка является
весьма деятельным персонажем («Репка», «Курочка Ряба», «Чудесный
колокольчик» и др.), причем положительным. А негативное отношение
к мышам в народе вызвано, с одной стороны, прагматикой: они грызут
и портят вещи, опустошают поля, обкрадывают амбары, могут быть разносчиками болезней; с другой — ​религиозным мировоззрением. Так,
в христианстве мышь символизирует дьявола и изображается грызущей
корень Древа жизни. Еще в Ветхом Завете эти серые зверьки фигурируют
в качестве ниспосланного Господом наказания филистимлянам, присвоившим Ноев ковчег. В средневековой Европе мышь воспринималась в качестве символа вредоносной деятельности и разрушительной демонической
силы, а потому соотносилась с колдунами и ведьмами. Считалось, что в нее
может превращаться сам дьявол.
По болгарскому преданию, мыши произошли от дьявола, который
вдохнул в церкви запах ладана и лопнул, разлетевшись на мелкие лоскутки. А согласно одной из сербских легенд, черт, подосланный собратьями
служить церковным сторожем, дабы причинить вред архиерею, не смог
выдержать обряд венчания и попытался покинуть храм: обратился голубем и взлетел, но ударился о закрытое окно и разбился на мелкие кусочки,
превратившиеся в зерна, которые вдруг стали мышами. Прихожане кинулись их давить, но одна все-таки уцелела, спрятавшись под престолом,
а затем расплодилась, положив начало роду церковных мышей.
Согласно славянской демонологии облик мыши может принимать
домовой. При всей традиционной почтительности к этому домашнему
духу в народных суеверных представлениях зооморфный его образ воспринимается противоречиво. Так, в некоторых регионах России до сих
пор говорят, что «на всякую тварь Бог дает хлебушка, лишь на такую
нечистую, как мышь, не дает». У белорусов бытует примета: если в свежевыкопанной могиле обнаруживается мышь, то это значит, что в ее
обличье злой дух пришел забрать душу умершего, бывшего при жизни
колдуном.
Тем не менее именно это существо является атрибутом святой великомученицы Параскевы Пятницы, покровительницы жен и детей («бабьей
заступницы»), образ которой в народной традиции сросся с именем богини Макоши/Мокоши. Болгары, например, в день преподобной Петки
Болгарской/Сербской (Петковден) проводят мышиный праздник («мишин
ден»). А на Руси в XIII веке, по преданию, мышь спасла жизнь ярославскому князю, и на том месте впоследствии возникло поселение, названное
в ее честь (ныне город Мышкин Ярославской области).

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

165

На основании символического восприятия образа мыши в знахарской
целительской практике широко использовались тела несчастных норушек.
При этом способы лечения разнообразных хворей, от грыжи до падучей,
предусматривают столь немилосердное обращение со зверьками (а именно живодерство в самых изобретательных формах), что вызывают невольное содрогание. Так что если бы действительно в мышь превращалась нечистая сила, вряд ли она позволила бы подобное обращение с собой, а уж
от пользующих подобные методы «целителей» не оставила бы и мокрого
места. И лишь в сфере стоматологии по отношению к этим грызунам было
присуще (впрочем — н
​ аряду с жестокостью) и безболезненное использование, а то и благодарственное признание. Так, к мыши обращались как
к дарительнице коренных зубов, бросая за печку, на чердак, на крышу
или в огонь первый выпавший у ребенка молочный зуб:
–– мышка, мышка, на тебе зубок костяной, дай нам коренной;
–– мышка, мышка, на тебе репный зубок, а дай мне костяной;
–– мышка, мышка, возьми репный, а дай крепкой;
–– мышка, мышка, нá тоби порохнявого, дай мэни жэлезного;
–– мышка, мышка, нá тэбе гнылого, дай мни золотого;
–– мишко, мишко, на тобі зуб кістьний, а мені дай желізний;
–– на, тобе, мышка, костяного, а мне дай золотого; тебе мясо ести,
а мне косточки грызти.
Чтобы избавиться от зубной боли, употребляли в пищу объеденный
мышами хлеб или сыр, руководствуясь поверьем: «есть, что мышь нагрызла — ​зубы окрепнут».
За поведением мышей наблюдали, угадывая в нем «знаки судьбы».
Нашествие их повсеместно воспринималось как примета голода и неурожая, войны, эпидемии или морозной зимы. Считалось, что мышь, пробежавшая в церкви во время венчания, предвещает несчастливую жизнь
в грядущем браке. Если обнаруживалось, что мышь упала в колодец, это
расценивалось как предвестье несчастья, — ч​ то вполне логично, учитывая
угрозу ее в качестве разносчика болезней. А погрызенная мышью одежда
или обувь была для их владельца на Руси или в Моравии «черной меткой» — п
​ редупреждением о скорой смерти, равно как и шуршание серого
грызуна под кроватью — у
​ белорусов. В Болгарии, Боснии и Герцеговине
подпорченный мышами гардероб служил сигналом того, что кто-то из домашних украдкой занимается воровством. Малоазийские греки в случае
опустошения в хозяйстве по вине мышей с уверенностью констатировали
факт имеющейся супружеской неверности. А еще в Средние века был
разработан предсказательный способ мышеписк — в​ предгрозовой обстановке свистом, звоном и грохотом вызывали активную реакцию мышей, по
которой судили о предстоящих событиях. В общем, нетрудно предполо-

166

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

жить, что круг негативных предсказаний, связанных с поведением мышей,
обусловлен изначальным представлением о связи их с грозой, — ​отсюда:
«угроза», «грозит».
Образ действий мышей рассматривался в подобном ключе и в собственно метеорологическом смысле, то есть в качестве прогноза погоды.
Еще в античную эпоху их оживленное движение — «
​ танцы» и «пение» —​
считалось знаком приближающейся грозы.
Резюмируя, можно сказать следующее.
1. В образе мыши заключен символический ряд взаимосвязанных понятий души (в первую очередь — д
​ уши предка), судьбы, рождения и смерти. Это неминуемо связывает ее с трансцендентными процессами перехода
между мирами, к которым имеет непосредственное отношение Баба Яга.
Таким образом, широко распространенное представление о мыши как
хтоническом животном является несколько ограниченным. Об этом же
свидетельствует и изначально признававшаяся в культуре многих народов
связь мыши с грозой и громом.
2. Присутствие символической мыши в качестве атрибута Параскевы Пятницы (а ранее — ​Великой Матери — ​Макоши/Мокоши) вкупе с
­означенностью в качестве воплощения души объясняет сказочный мотив помощи сказочной героине, оказываемой этим маленьким созданием
даже в противовес якобы хищным намерениям Бабы Яги. Это, однако,
не исключает мышь из состава креатуры Бабы Яги, а лишь определяет
функциональное поле ее деятельности.
3. Образ мыши может быть использован в психологической практике
в области психологии личности (амплуа «серая мышка» и «синий чулок»,
личная уверенность, общение и т. д.) и семейных отношений (функции
семьи, семейные роли, микродинамика отношений).

Дворовые обитатели
Гуси-лебеди
Прежде чем рассматривать эту сказочную птичью пару воедино, имеет
смысл обратиться к каждому персонажу из дуэта по отдельности.
Гусь. В символическом плане принято различать аспекты дикого и домашнего гуся. Образ домашнего, как считается в современных трактовках, характеризуется семейной заботливостью, но при том глуповатостью
и болтливостью. Хотя древнейшее упоминание о нем восходит к обители
небожителей, в частности, к шумерской богине Бау, надзиравшей за домашним хозяйством и скотоводством. Однако и в Древнем Риме отношение к домашним гусям было весьма почтительным, как известно из мифо-

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

167

логизированной истории. Возможно, на современные представления повлияла признаваемая ныне неспособность домашней птицы к длительному
полету. Если вспомнить знаменитую сказочную повесть Сельмы Лагерлеф
«Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями», при работе над которой
она пользовалась этнографическими и фольклорными материалами, то
можно предположить, что в стародавние времена на эту характеристику
не слишком обращали внимание. Зато присущая домашнему гусю Мартину
разговорчивость в книге представлена весьма отчетливо.
Дикому гусю также приписывают иногда характеристики болтливости и недалекого ума, но все же чаще он выступает в качестве солярного символа. Дикий гусь олицетворяет солнце, ветер, смену времен года;
жизнь и возрождение; душу и ее проявления, включая духовную чистоту, посвященность, верность, понимание; чуткость, предусмотрительность, бдительность, осторожность. Кроме того, этот образ связывают
с таинственностью, с одной стороны, и общением — с другой (разговор,
высказывание, уговоры); женскими качествами плодовитости, материнства, поддержки и любви, заботы о домашнем очаге; супружеством и супружеской любовью — ​фундамента счастья; созидательными началами
(творение, воображение); отношениями дружеского покровительства.
Вместе с тем в определенных ситуациях данному персонажу приписывают значения враждебности, ограниченности, безрассудства, зависти,
а также то трусости, то напротив — з​ адиристости. Возможно, это связано
с известной старинной забавой — ​гусиными боями, которые до сих пор
проводятся в Нижнем Новгороде, Суздале, Владимире и т. д.
Таким образом, вырисовывается весьма противоречивая картина.
К слову сказать, с течением времен позиционирование домашних и диких
гусей перемешалось, так что бытующая ныне характеристика прирученной птицы представляется в определенной мере ограниченной и не вполне
адекватной. Для того чтобы в этом разобраться, необходимо обратиться
к древним мифологическим системам. В них, прежде всего, отражается
космогоническая роль образа гуся. Так, в Древнем Египте «Великий Гоготун», Гусь Нила снес Космическое яйцо, из которого появилось солнце Амон-Ра. По другой версии, первый прагусь некогда вылупился из
Золотого яйца — ​Солнца. Понятно, что это мог быть только дикий гусь.
Его причисляли к свите могущественных богов Геба/Себа, Тота, Осириса и Изиды, Гора. В качестве посланца богов гусь являлся посредником
между Небом и Землей. При вступлении на престол очередного фараона
проводился обряд, в котором жрецы выпускали четырех гусей-вестников
на четыре стороны света, и применительно к этому обычаю уже вполне допустимо, что речь идет о домашней птице. Поскольку дикие гуси
прилетали в дельту Нила во время зимнего равноденствия, их появление

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

168

считалось провозвестием возрождения солнца, то есть связывалось с движением времен года.
В античные времена гусь был атрибутом Геры/Юноны как властительницы Небес; вечно юного Диониса — п
​ окровителя плодородия земли, растительного царства, виноградарства и виноделия; солнечного Аполлона,
воплощавшего светоносную животворящую силу Небес; красноречивой
Пейто (Пито, Пифо) — ​богини убеждения. Вся эта плеяда относилась
к небожителям солярного плана и была связана с созиданием. Гусь был,
кроме того, символом Гермеса как посланника богов. Он же исполнял
роль проводника душ умерших в Подземное царство Аида. Эта птица была
сопроводителем бога войны Ареса/Марса. К тому же его считали спутником Приапа, божества, ответственного за плодородие на полях, в садах
и стадах, известного своей сексуальной активностью, а потому изображавшегося с гипертрофированно развитым половым членом в состоянии
непрекращающейся эрекции. Гусь также представлялся верховым животным Эрота. По поверьям древних греков и римлян, мясо гуся повышает
способности к любовным утехам, а гусиная желчь является средством от
импотенции. Сексуальный символизм гуся обусловлен фаллообразностью шеи у возбужденного самца, непрерывностью процесса высиживания
и новой кладки яиц у самки.
В Древнем Риме гусь олицетворял защиту богов. Так, согласно древнеримскому мифу, в гости к пожилой семейной паре Филемона и Бавкиды
как-то заглянули Юпитер и Меркурий, не назвавшись своими именами.
Хлебосольная старушка Бавкида решила угостить их жареной гусятиной
и уже собралась зарезать домашнюю птицу, как та в момент метнулась
к богам, будто ища у них спасения:
Гусь был в хозяйстве один, поместья их малого сторож,—
Гостеприимным богам принести его в жертву решили.
Розов крылом, он уже притомил отягченных летами,—
Все ускользает от них; наконец случилось, что к самым
Он подбегает богам.
Те птицу убить запретили 1.

Как известно по мифологизированной истории, охраняемые богами
гуси содержались в храме Юноны Монеты на Капитолийском холме, то
есть были одомашнены. Но и сами они выступали защитниками Рима:
в 390 году до н. э. эти птицы будто бы громогласным гоготаньем оповестили защитников Капитолийского холма об обманном маневре осадивших
город галлов, проявив тем самым незаурядную бдительность. В честь этого события были учреждены ежегодные праздничные шествия, во главе
Овидий Назон Публий. Метаморфозы // URL: http://modernlib.net/books/nazon_
publiy_ovidiy/metamorfozi/read
1

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

169

которых на передвижной сцене возили украшенное серебряное изваяние
гуся и собаку, которую затем вешали за то, что не предупредила лаем о нашествии врага. Кстати, сказочных гусей в качестве охранников избушки на
курьих ножках иногда сравнивают с этими защитниками Рима, но вряд ли
подобный взгляд выдерживает строгую критику, поскольку способ действия тех и других существенно различается. Тем не менее справедливости
ради стоит признать, что охранная функция гусей имеет место и даже
историческую подоплеку. После установления в 443 году до н. э. в Риме
фискальной должности цензоров для руководства оценкой имущества
граждан, контроля за поступлением в казну податей, а также отслеживания общественной нравственности и т. д. только эти официальные лица
были обязаны и имели право кормить священных капитолийских птиц
Юноны, которых доставляли для трапезы к месту работы сановников.
В индуизме гусь олицетворяет творение (выступая как некто самосущий), конечную свободу от уз, духовную чистоту, преданность, учение
и красноречие. И здесь нетрудно заметить перекликание с античными
представлениями. В Ведах он представлен в виде зооморфного божества плодородия, идущего от солнца; символа Атмана, всеобъемлющего
духовного начала, чистого сознания и самосознания; атрибута Брахмана — ​абсолютного первоначала бытия. В кельтской традиции пернатый
гоготун выполнял посредническую миссию связи людей с миром духов,
в связи с чем не дозволялось употреблять в пищу его мясо, дабы не прервать эту коммуникацию. Кроме того, как и у античных народов, эта птица
была символом войны и атрибутом богов-воителей. В качестве провод­
ника душ гусь (а порой и лебедь) воспринимался сибирскими шаманами. В частности, по преданиям чалканцев, на горе Алтын-Таг близ реки
Бии обретается стосуставный гусь, которого шаман может призывать
для полета в мистическом поиске и ловле душ, например, при лечении
больного соплеменника. Алтайские шаманы пели об этом помощнике:
«Когда устанешь, пусть будет тебе конем. Когда соскучишься, пусть будет
тебе товарищем, [он] производящий вихри на горе Сумер, обмывающийся в Молочном озере». В Китае дикий гусь является представителем небесных сил, олицетворяет свет, мужество, воодушевление и скорость, он
выступает вестником добрых событий и явлений, символом супружеской
верности и семейного счастья. Изображение гуся является традиционным талисманом для молодоженов. У поляков, белорусов и русских гусь
тоже использовался в свадебной и брачной символике. Например, с ним
сравнивали жениха, а иногда и невесту. В Белоруссии бытовало сопоставление жениха с дружками
серым гусям, а невесты с подружками — б
​ елым
́
лебедям. Кроме того, белорусы, украинцы и восточные поляки называли
«гусками» и «гусоньками» ритуальное свадебное печенье и украшения

170

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

в виде птичек из теста на свадебном каравае. Считалось, что вдове сон про
гусака предвещал новое замужество. На святочных девичниках гадали
на замужество, впуская в дом гуся: к которой из участниц он подойдет
преж­де всего (или которую ущипнет), та первой выйдет замуж.
В христианской мифологии гусь символизирует Святой Дух, жизнь
и возрождение, провидение и бдительность. Это жертвенная птица, поэтому, в отличие от кельтского табуирования, гусь здесь является традиционным священным блюдом на Рождество, а также в дни св. Михаила —​
8(21) ноября у православных и 29 сентября — у
​ католиков, св. Мартина —​
12(25) октября у православных и 11 ноября — ​у католиков и лютеран.
В этом обычае отразились древние верования, согласно которым птица
олицетворяет убывающую и возрастающую силу солнца как источника
и двигателя времен года. Понятно, что в этих представлениях учитывается
миграционный характер гусиного образа жизни.
Итак, в мифологических системах народов мира наиболее распространена символическая роль обобщенного образа гуся в качестве спутника
богов, их посланника/вестника и посредника/проводника между мирами,
солярного атрибута течения времени, плодородия. Аналогичные функции
выполняет и Баба Яга, поэтому их союз вполне естественен и логичен.
Лебедь. Этимология славянского поименования этой птицы (укр.
лебiдь; блр. лебедзь; словен. lebееd; серб. lebed) имеет несколько версий.
По одной — ​оно происходит от древнего корня леб (белый), родственно
греческому аλφоς — б
​ елое пятно и латинскому albus — б
​ елый. По другой,
семантика русского слова «лебедь» связана с формой лебядь/лыбять/
леб­лядь, соотносимой с богиней Лелей — ​покровительницей брака, красоты, девичества, любви, семейного счастья и продолжения рода, а слог
бл/бля означает — ​белая, светлая, благостная, водяная, блестящая.
Этот вариант представляется тем более убедительным, что в символических значениях образа лебедя в первую очередь выделяются его
близость к солярным богам и всевозможные аспекты любви, включая
благополучные семейные отношения, счастье материнства и неизбывную сердечную склонность ко всему людскому роду. Вовсе не случайно
лебединая пара у славян отождествляет супружескую верность, красоту
и дородство. Весьма распространена в русской традиции тема лебединых
дев. Имя Лыбядь/Леблядь носила легендарная сестра братьев Кия, Щека
и Хрива — ​основателей Киева, а в пушкинской «Сказке о царе Салтане»
неспроста появляется Царевна Лебедь.
Согласно народным сказаниям, лебединые девы — э​ то существа неземной красоты, пленительные, вещие и мудрые, способные выполнять задачи
любой сложности и даже подчинять себе силы природы. В ряде случаев
накануне свадьбы с героем сказки его невеста Лебедушка (или сходный

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

171

с ней персонаж) ставит условие-табу, тот его нарушает, и молодица, превратившись в лебедя, улетает в заморское царство, унося с собой весну,
солнце, плодородие, либо временно умирает. Например, красавица Авдотья
Лиховидьевна явилась перед киевским богатырем Михаилом Потоком в облике белой лебедушки: «через перо птица вся золотая, а головка у ней —​
красным золотом увита, скатным жемчугом усажена»1. Лишь пройдя через
страшное испытание — п
​ ойдя в могилу за суженой и победив там змея лютого, он обретает счастье с молодой женой. А в некоторых вариантах сказки
о живой воде и молодильных яблоках Белая Лебедь Захарьевна, владелица
этих волшебных предметов, гонится за укравшим их Иваном-царевичем,
которого снаряжали к ней и защищали от нее три Ягишны. Впрочем, закончилось все благополучно: честным пирком да за свадебку2.
В ряде сюжетов мифические девы прилетают белыми лебедушками
и олицетворяют собой весенние дождевые облака, изливающие из небесных источников живительную влагу, вместе с которой спускаются на землю
в качестве дочерей Окиян-моря либо становятся обитательницами водных
пространств любой глубины, от морей до колодцев. Правда, в пятой песне
былины о Михайле Потыке (который, надо сказать, предстает здесь изрядным выпивохой) изменившая ему жена, Марья Лебедь Белая, отправилась
с гостившим в Киеве монархом Иваном Окуловичем в его Сарацинское царство (то есть в дивную Казань) и всячески желала погибели мужу, вплоть до
того, что решилась распять его на крепостной стене (по другой версии —​
подстроила гибель и закопала под бел-горючим камнем). Спасся богатырь то
ли благодаря сестре сарацинского царя, то ли с помощью старца, посланного
Богородицей 3. Идея распятия и посланца Божьей Матери подчеркивает
христианский мотив повествования. И это в высшей степени удивительно,
поскольку в христианстве белый лебедь — ​олицетворение чистоты и милосердия, эмблема Девы Марии, а его предсмертная песня символизирует
страдания мучеников и христианское смирение. Он является эмблемой католических святых Людгера (миссионера, основателя монастырей и первосвященника Мюнстерского епископства), Хью Шатонефского (епископа
Гренобля), пресвитерианского епископа-чудотворца Катберта.
Возможно, причиной «лебединого» поименования жестокой Марьи
было то, что она женой Михайлы Потыка к моменту бегства пребывала недолго, поскольку на Руси бытовал обычай называть так девушек на выда1
Богатырь Поток и Авдотья Лебедь Белая // URL: http://rulibs.com/ru_zar/antique_
myths/medvedev/1/j66.html
2
Афанасьев А.Н. Народная русская сказка. Т. 1. С. 442–444.
3
Песнь пятая о том, как Марья, Лебедь Белая изменила Михайле Потыку // URL:
http: // www.sites.google.com/site/russkieskazki/home/russkie/bogatyr-potok-i-avdota-lebedbelaa-lebedinye-devy

172

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

нье, а невест и молодиц — б
​ елыми лебедями, улетевшими из родного дома.
Так, в предсвадебных причитаниях обрученица тосковала по родителям:
Как пойдут да люди добрые,
На отхожую работушку,
Со семьями, со артелями,
Со казаками, со казачихами,
Со дочерями — ​белыми лебедями.
Уж как мой кормилец батюшко,
И кручинная моя матушка,
Пойдут одни-одинешеньки 1.

В письменных мифологизированных текстах исторического характера тоже встречается дева с «лебединым именем» и, как правило, с неким важным созидательным актом. Так, в Хронике Козьмы Пражского
(ХII век) сообщается, что верной и умелой помощницей старейшины Крока была Либуше (то есть Лебедь), младшая и самая мудрая из трех его
дочерей, ставшая избранным судьей племени после смерти отца и даже
вождем. Правда, из-за этого возник конфликт между ее почитателями
и оппозицио­нерами, требовавшими определить в качестве народного главы мужчину. Отказавшись от руководящего статуса, Либуше, обладавшая
даром прорицания, назвала чехам лучшего кандидата на эту роль — ​князя-пахаря Пржемысла, тоже мудреца и ясновидца, и стала его женой.
Супружеская пара положила начало целой княжеской династии, ввела
ряд национальных обычаев и основала Злату Прагу 2.
Но ведь не только у славян лебедь связан с солнцем и солярными
богами. Можно сказать, что он повсеместно воспринимался связующим
звеном небесной и земной сфер и отождествлялся с плодородием. Девылебеди встречаются в преданиях многих народов. В румынской колядке
Лебединая Девица посылает жениха на небо за брачным венцом и певчей птицей для услаждения слуха на свадьбе; эти дары, полученные от
св. Василия, он вручает своей суженой. В европейском именослове имеется прозвание Сванхильд, образованное от древнегерманского Swanahilt:
swan, то есть «лебедь», и hiltia, hilt, hild — «
​ битва», либо от аналогичного
древнескандинавского Svanhildr: svanr — ​«лебедь» и hildr — ​«битва».
В мифах Северной Европы фигурируют:
–– прекрасная дева Сванхильд — ​синеглазая и златокудрая дочь Сигурда, ставшая женой готского конунга Ермунрекка и погибшая по злому
1
Народное устно-поэтическое творчество Вологодского края: сказки, песни, частушки: В 2 т. / Сост. В.В. Гура. Архангельск, 1965 // URL: https://www.booksite.ru/ancient/mode/
culture_03_9.htm
2
Козьма Пражский. Пражская хроника // URL: http://www.vostlit.info/Texts/rus/
Cosmas/framekniga1.htm

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

173

навету одного из его слуг. Она считалась олицетворением солнца, а затоптавшие ее копытами черные кони — ​символизацией темных туч, за
которыми исчезает светило;
–– валькирия Сванхильд в шлеме с лебедиными крыльями и перьями;
созданная из духа ветра и лебедя воительница предстает гибкой, изящной
и грациозной, но вместе с тем крепкой, ловкой и выносливой; характеризуется верностью своему Богу, способностями как лечить прикосновением, так и убивать именным копьем «Лунный свет»; ей присуще стремление
понять всех и вся, благородство, невинность и любознательность, владение даром обращаться в лебедя.
Идея превращения в лебедя присутствует в ряде античных мифов.
И здесь мы возвращаемся к вышеупомянутому тезису о близости этого
образа к солярным богам. В греко-римской традиции он символизирует
любвеобилие, посвящен Афродите/Венере (так же как еще раньше —​
этрусской богине любви и жизни Туран). В эллинистической культуре
образ лебедя фигурирует в сюжете об интимной связи древнегреческого
царя богов Зевса, выступавшего в образе лебедя, и Леды, жены спартанского царя Тиндарея. Этот сюжет является трансформированным вариантом мифологемы о Космическом яйце, из которого появились дети Зевса
и Леды: Кастор и Полидевк, Елена Прекрасная. По другой версии, их
матерью была крылатая богиня справедливости и возмездия Немесида/
Немезида, которой во время сна овладел лебедь-Зевс, и она превратилась в гусыню, либо подобрала оброненное Ледой яйцо, зачатое Зевсом
в лебедином обличье, в котором ждали своего воплощения их дети. В общем, история весьма запутанная, однако обращает на себя внимание тот
факт, что в результате интимной связи с лебедем Немесида стала гусыней.
И в этом просвечивается отголосок изначального восприятия близости
образов этих птиц.
Сын Аполлона и нимфы Гириеи (Фирии) по имени Кикн (то есть лебедь), надменный красавец с тяжелым характером, отвадил от себя всех
друзей. Когда последний из них, Филий (кстати, влюбленный в Кикна)
покинул спесивца, тот попытался утопиться, прыгнув со скалы в озеро Коноп, а вслед за ним бросилась его мать. Аполлон же спас обоих
и превратил в лебедей. У владыки морей Посейдона тоже был сын Кикн,
вскормленный лебедями и другими морскими птицами, одаренный неуязвимостью к ударам любого оружия. Но все же в Троянской войне он
пал в поединке с Ахиллом (который своего противника то ли задушил
ремнем, то ли сразил камнем) и был превращен отцом в лебедя.
Наконец, такое же «лебединое имя» носил сын Ареса. Потомок бога
войны отличался жестокосердием и неуемным бахвальством, был грабителем и убийцей, отрубавшим головы жертвам якобы для сооружения либо

174

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

украшения храма в честь отца (или Аполлона). Этим он навлек на себя
гнев богов, и тогда Аполлон внушил хвастуну мысль вызвать на поединок
Геракла, от руки которого и погиб, а затем был превращен отцом в лебедя.
Таким образом, в мифах неоднократно отмечается посмертное/предсмертное превращение человека в лебедя. Возможно, отсюда происходит
выражение «лебединая песня».
Примечательно, что образ лебедя у древних римлян воплотился
в астрономическом аспекте: созвездие его имени Cygnus (Цигнус — ​то
есть Лебедь) расположено в северной части Млечного Пути. В древнегреческой мифологии появление созвездия связывается с сострадательным
поступком Аполлона: он поместил на небо изображение превращенного
им в лебедя сына бога Гелиоса Фаэтона, которого поразил молнией Зевс
за то, что тот, взяв без спроса колесницу отца, не справился с управлением и чуть не погубил Землю. По другому варианту, Аполлон сжалился
над лигурийским царевичем Кикном, страдавшим по гибели своего друга
Фаэтона. Когда Кикн решил покончить с собой, лучезарный бог превратил
его в эту птицу, а затем и в созвездие. По другим мифам это Зевс, преследующий Леду, или Орфей, обращенный в лебедя богами и вознесенный
на небо после того, как был растерзан киконскими женщинами — ​почитательницами Вакха, за то, что, тоскуя по Эвридике, не обращал на них
никакого внимания.
И у других народов образ лебедя связан с Млечным Путем. Так, по
чувашской легенде, во время осеннего перелета птиц на юг одна из них
была ранена и отстала от клина, и тогда все другие члены стаи оставили
в небе по перышку, чтобы по ним она догнала их после выздоровления.
Эти перышки, засветившись, как звезды, образовали путь, увидев который
бог-демиург Тангар велел ему сиять вечно и назвал Хургайк-сюле (Дорога лебедей). А белорусы и русичи (в Вологодской, Вятской, Пермской,
Тульской, Смоленской, Калужской губерниях и Сибири) часто именовали Млечный Путь Гусиной дорогой, потому что считали, что по ней эти
птицы прилетают по весне и осенью улетают в Вырий/Ирий, то есть рай.
Таким образом, в этих представлениях тоже перекликаются значения образов гуся и лебедя, а также подспудный смысл выражения «лебединая
песня» как готовность к вступлению души на высокий путь после смерти
телесной оболочки человека.
В индийской мифологии верховный лебедь (Рaramahamsa) является
основанием Вселенной. В индуизме лебедь тесно связан с солнцем. В ведической культуре оно изображалось в виде огромного орла или лебедя.
В «Тайттирия-брахмане» некий риши (мудрец) силой своего знания превращается в золотого лебедя, летит на небо и сливается с этим светилом.
Лебедь — ​волшебная птица, отложившая на воды Космическое яйцо, из

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

175

которого появился Отец богов Брахма, который взял ее образ в качестве
личной эмблемы. Он же, лебедь, является ездовым животным этого верховного небожителя. В индийских мистических учениях упоминается пара
лебедей — Х
​ ам и Са, живущих в сознании великого Брахмы, питающихся
нектаром лотоса знания (саунда-рья лахари) и символизирующих совершенный союз, в котором Хам означает «Я есть», знание о себе, правая
сторона; Са — ​«Ты есть» — ​благоразумие левой стороны. Предельное
напряжение правой стороны без учета левой — э​ то неудержимый эгоизм;
крайнее напряжение левой без учета правой — ​потеря своей сущности.
Баланс обеих сторон соединяет воедино Покой и Движение, чувства
и мысли, — ​так же как едины выдох и выдох. И в свите жены Брахмы
Сарасвати непременно присутствует лебедь.
По древнеиндийское притче (джатаке) царем птиц в обличье белого лебедя выступал Бодхисаттва (на пали bodhisatta, на санскрите
bodhisattva — ​существо, стремящееся к просветлению) — ​просветленный, принявший решение стать Буддой во имя спасения всех живых
существ, освобождения их от страданий и колеса перевоплощений —​
сансары. Древние кельты верили в лебединых солнечных божеств —​
благодетелей людей, олицетворявших любовь, чистоту, щедрость, обладавших заимствованной у солнца и воды способностью излечивать
раны и болезни. Эти небожители изображались в лебедином обличье
с золотыми или серебряными цепями на шее. Кроме того, этот образ
связывали с вдохновением бардов (впрочем, иногда в качестве вдохновителя бардов фигурировал гусь — ​и в этом просматривается еще одна
параллель символических значений птиц).
По верованиям коми, демиург Ен — ​лебедь с громовым голосом, а по
преданиям хантов и манси, один из сыновей бога-творца Нум-Торума по
имени Ай-ас-Торум/Сяхыл-Торум-ойка, бог грома и покровитель Малой
Оби, мог принимать облик этой птицы. У енисейских кетов лебеди — в​ естники весны и тепла, сопровождающие божественную матерь жара Томэм,
«горящую, как огонь» и воплощающую положительное начало. Как тут
не вспомнить, что в греко-римской традиции лебедь был посвящен Аполлону/Фебу, отвечающему за солнечный свет и тепло (при рождении которого лебеди с Пактола совершили семь кругов над ­Делосом), и в колеснице, запряженной лебедями, он ежегодно летал в северную Гиперборею.
К слову сказать, на этих птиц в традиционном восприятии переносился
пророческий дар, присущий их златокудрому богу. Из многочисленных
археологических находок известно, что в древние времена по всей территории от Черного до Балтийского морей были распространены изображения подобных аполлоновому экипажей, правда, ведомых как лебедями,
так и гусями, что представляется важным. Тем не менее в средневековой

176

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Европе считалось, что гуси являются средством передвижения колдуний
и ведьм.
Буряты считают белого лебедя воплощением вечного материнства
и высокой нравственности и называют «дитем небес», которого нельзя не
только убивать (а то сразу или глаз потеряешь, или жена пропадет, или
сын), но даже трогать и вообще смотреть на него. Заметим, что и в славянской традиции предусматривалась кара за убитого лебедя, поражающая
весь род виновного. Что же касается подававшегося на царских пирах
лебедя, так изначально на княжеских застольях это было вовсе не блюдо, а символ покровительства богов. Жареный лебедь в меню появился
позднее: вначале его демонстрировали гостям на золотом подносе в целом
виде и уносили, а затем, разложив по блюдам порционно порезанное мясо,
подавали к столу.
У марийцев запрет на отстрел лебедей обосновывался тем, что они
«божьи гуси» (еще одно подтверждение близости символических образов
двух птиц). Удмуртский и карельский обычай также запрещал употреб­
лять в пищу лебединое мясо, чтобы не навлечь несчастье. Это связано
с идеей лебедя — ​первопредка. Ряд исследователей этрусской традиции
полагает, что божественный лигурийский царь, человеко-лебедь Кикн
вместе с сыном Купавоном стал прародителем целого народа — п
​ ротославян. Однако не стоит забывать, что сами этруски — ​это не протославяне,
возможно — о
​ дна из их индоевропейских ветвей, которая, отделившись от
«общего древа», включила в себя ряд близких по происхождению и культуре племен (необязательно славян) и, ассимилировав с частью коренного населения Апеннин, положила начало уникальному народу Этрурии.
Ведь Кикн, по преданию, был предком лишь той части этрусков, которую
связывали со славянским племенем венетов-мореходов, а лебедь в европейских мифологических системах помимо солнца и тепла олицетворял
водную стихию и тем самым являл собой связь Неба и Земли.
Идея девы-лебедя — ​основательницы рода присутствует не только
в русских народных сказках, но и в аналогичных мотивах из разных регио­
нов мира (бурятский сюжет — ​«Хоредож и лебедь»; чешский — ​«Принцесса-лебедь» и др.): отправляясь купаться, она сбрасывает птичье одея­
ние, которое крадет добрый молодец, и в конечном счете становится
его женой; либо ее оперение сжигает бедный старик из бездетной пары,
которой она тайком помогала по хозяйству, но в результате все равно
выходит замуж за короля (литовская сказка «Королева Лебедь» и др.).
В этой связи весьма примечательным оказывается тот факт, что исстари на Руси существовал предсвадебный обряд со схожим сценарием.
Красны девицы вместе с невестой в рубашках-долгорукавках (имитирующих крылья), взмахивая руками, гурьбой выскакивают на берег, скидыва-

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

177

ют одежду и, бросаясь в воду, резвятся там, «вьются спеваючи», а затем
выходят и одеваются, не обращая внимания на то, что невеста не может
найти свою рубашку, и уходят. А та троекратно бросает клич: «Кто взял
мою рубашку, отзовись! Если ты стар человек, будь мне батюшкой, если
маленький — б
​ удь мне братиком, если ровня мне — б
​ удь моим суженым»!
И тут появляется жених — п
​ охититель одежды, предварительно спрятавшийся в указанном ему волхвом/волхвой месте.
В Сибири якуты в основание родословной положили свое происхождение от Девицы-Лебедя, спустившейся на Землю с самого Солнца; у бурят (шарайтов и хондогоров) существуют родовые легенды о начале жизни
в результате брака шамана с девицей-лебедем; селькупы тоже считают
лебедя тотемной птицей, схожего мнения с ними — ​тувинцы (хуулар),
зыряне, айны и др. Древнее башкирское предание повествует о ханском
сыне по имени Юрматы, который едва не подстрелил лебедя, но тот у него
на глазах превратился в прекрасную девушку, на которой охотник женился. Потомство супругов образовало племя юрматы. По монгольским
преданиям, первые люди были созданы из лебединых лап. Австралийские
аборигены отсчитывают свое начало от небесного владыки Байаме из рода
черных лебедей.
Тотемные изображения лебедя — ​старшего предка, помогающего
и охраняющего — ​устраивались в сакральных местах и использовались
в ритуальных действах жрецов и шаманов. Например, близ Полтавы археологи относительно недавно, по историческим меркам, во второй половине ХХ века обнаружили ритуальную костровую площадку (VI век до
н. э.), на которой сохранилось более десятка двухметровых изображений
лебедей.
Общеизвестно, что образ лебедя является символом поэзии и музыки,
что, собственно, и присуще ему в качестве птицы Аполлона и Орфея. Однако ареал распространения подобного символического значения гораздо
шире и древнее. Простейший вид семиструнной арфы «лебедь» (а иногда — ​«гусь» или «журавль») известен со времен Вавилона и Древнего
Египта. И до сих пор этот «лебедь» — б
​ ольшая угловая рама с натянутыми
на нее струнами — ​входит в корпус музыкальных инструментов целого
ряда народов Севера и Сибири. В музеях нашей страны можно встретить
русский аналог такого «лебедя» — г​ усли из священного белого клена явора. Да и вообще гусли нередко ассоциируются с волнами и лебедями. Изначально это был инструмент сакрального звучания, подаренный людям
лебедиными девами. И кельты считали музыку лебединых божеств магической. С древних времен у разных народов бытует предание о том, что
лебединое пение по красоте превосходит соловьиные трели, но услышать
его могут лишь самые праведные люди. А вышеупомянутое выражение

178

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

«лебединая песня», ставшее устойчивым с легкой руки Цицерона, повсеместно означает наивысшее проявление таланта в конце жизни человека
(или его последнюю любовь).
Кроме того, во многих традициях лебедь является воплощением мужества и отваги, поскольку в действительности проявляет беззаветную
храбрость, защищая свою спутницу и потомство, и не пасует даже перед
таким грозным противником, как орел. Неслучайно шлемы мифических
воинов-героев часто были украшены натуральными или стилизованными
лебедиными перьями. Средневековая легенда о Лоэнгрине, «рыцаре лебедя» из братства Святого Грааля, представляет его благородным героем,
побеждающим во всех боевых походах и поединках, защитником невинно
обиженных. Следует отметить, что грация и чистота лебедя издавна были
символами духовной грации и чистоты посвящаемых, а потому эти птицы
олицетворяли мистерии, которые развивали соответствующие качества
в человеке и социуме.
Наконец, образ лебедя связывается со временем и календарными природными явлениями. В древнем прикладном искусстве лебеди (а также
утки или гуси) изображались везущими солнце ночью по подземному
океану. У многих народов лебяжий пух ассоциируется с хлопьями снега.
Айны называют лебедя «духом снега». Киргизы говорят, что он приносит
снег и холод, англичане сравнивают снегопад с ощипыванием на небесах
лебедей (или гусей). По русской народной примете, лебедь к снегу летит,
гусь — ​к дождю. По поверью сибирских народностей, лебеди зимой превращаются в снег, а весной из него возвращаются к прежнему облику. Так,
по кетскому преданию, богиня Томэм по весне выходит на берег Енисея
и взмахивает руками, от чего из рукавов ее вылетает пух, мгновенно превращающийся в лебедей, гусей и уток, летящих на север.
Вместе с тем в средневековых бестиариях отмечается двойственная
природа образа лебедя: обладая белым оперением, он имеет черное мясо,
поэтому может быть аналогичен лицемерам. В алхимии лебедь толкуется
как «философский Меркурий», то есть соединение противоположностей.
Сочетание в нем стихий воздуха и воды трактуется как одновременное
олицетворение птицы жизни и смерти. В мифах и сказках часто противопоставляются белый и черный лебеди, которые также символизируют
антиподы «жизнь–смерть», «добро–зло». Самое известное тому подтверждение — ​в балете П. И. Чайковского «Лебединое озеро».
В качестве выводов целесообразно подчеркнуть:
1. Лебедь — с​ имвол великого женского солнечного божества, прародительницы мира и персонификации любви, ведовства и мудрости. Для
организации жизни на земле она может воплотиться в земную деву, которая подарит свою любовь только достойному герою.

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

179

2. Связь лебедя с космическими процессами и, главное, с солнцем роднит его с Бабой Ягой, которая управляет Зарей, Днем и Ночью, то есть
тем же ходом солнца.
3. В психологическом плане лебедь ассоциируется с верностью и чистотой, а так же чистой и прекрасной девушкой или женщиной.
4. Дуальная природа символического образа лебедя содержит в себе
ресурсы для использования провокативных психологических техник, в которых обсуждаются парадоксальные сочетания обстоятельств, например, конфликтных ситуаций, и на их основе принимаются нестандартные
способы их решения.
Гуси-лебеди. Перед исследователями сказочного фольклора давно
стоит вопрос, кто такие гуси-лебеди, которые являются персонажами сказок с участием Бабы Яги? Вполне очевидно, что это не просто поэтическое
выражение. Несмотря на то что каждый персонаж в этой сказочной паре
может символически заменять друг друга и усиливать, они не абсолютно
синонимичны и иногда противопоставляются как нижнее — ​верхнему,
чужое — ​своему. А гуси-лебеди из одноименной сказки фактически выполняют роль медиаторов, поскольку во многом благодаря их погоне
героиня научается вести себя правильно.
Существует два основных варианта этого повествования. В пересказе
А. Н. Афанасьева отмечается, что «гуси-лебеди давно себе дурную славу
нажили, много шкодили и маленьких детей крадывали» 1. Кроме того, после того, как сестра обнаружила братца, подкралась, схватила и унесла,
гуси сами, без приказа Бабы Яги кинулись за ней в погоню. В изложении
А. Н. Толстого подробностей о «дурной славе» птиц-похитительниц детей нет, а в погоню их «наладила» хозяйка избушки «на курьей ножке» 2.
В настоящее время существует общепринятое среди специалистов
мнение, что в этой сказочной истории отображен старинный обряд инициации подросших детей. По нашему мнению, посвящение в новый социальный статус касается как мальчика — ​через дары (яблочки серебряные — ​то есть лунные, а иногда — ​золотые, то есть солнечные), так и девочки путем испытания в трех мирах: Подземном — ​в диалогах с печкой
и мышкой; Небесном — с​ яблоней и ежом, кстати, врагом хтонических сил
и эмблемой Великих Матерей; Земном — с​ молочной речкой с кисельными
берегами. Существует также предположение, что образы гусей-лебедей
восходят к древним мифологическим представлениям о птицах — ​психофорах, переносящих души в загробный мир. Несмотря на то что такая
функция действительно придается в символике и гусям, и лебедям, к поАфанасьев А.Н. Народная русская сказка. Т. 1. С. 185.
Гуси-лебеди. Русская народная сказка в обработке А.Н. Толстого // URL: http://
hyaenidae.narod.ru/story1/041.html
1
2

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

180

добной точке зрения, на наш взгляд, стоит отнестись с осторожностью,
поскольку похищенный мальчик, во‑первых, оказался на границе миров,
а не за гранью царства мертвых; во‑вторых, серебряные яблочки сулили
ему возрождение, подобно тому, как воскрешается вновь и вновь на небе
луна, а золотые — ​вечную молодость и бессмертие благодаря их солнечной природе.
В некоторых версиях сюжета Яга, владеющая волшебным яблоневым
садом, заманивает мальчика к себе, в других он забирается туда по собственной воле, чтобы украсть плоды, за что должно последовать от нее
наказание. Любопытно, что при таком раскладе, когда удирающий воришка оказывается в безвыходном положении, а именно на дереве, которое
принимается грызть Баба Яга, его спасает один из пролетающих в стае
гусей-лебедей, точнее, наименьший из них.
Следует указать, что кроме этой сказки известны и другие с участием
гусей-лебедей. Речь идет о многовариабельных сюжетах типа «Ивашко
и ведьма», «Лутонюшка», «Терешечка». В них представлено десакрализованное повествование о стариках, у которых либо был поздний сыночек,
либо он появляется из деревянной колоды/липового чурбачка. Подросший мальчик отправляется на рыбалку, где его обманом залучает Баба
Яга — л
​ юдоедка, и либо сама безуспешно пытается зажарить в печи, либо
поручает дочери Ягишне (а то и трем дочкам Ягишнам) — с​ тем же результатом. В итоге злые ведьмы сгорают сами, но в некоторых версиях — о
​ стается в живых их мать, которая преследует мальчика. Спасаясь от погони,
он забирается на дерево, где и оказывается спасенным гусями-лебедями.
Птицы или подхватывают его, или сбрасывают перья, дабы из них беглец
смастерил крылья. В литовском варианте пролетающая вместе с лебедями ведьма похищает мальчика, приняв его за птицу. Нетрудно заметить,
что в подобных сюжетах изначальный инициационный смысл меняется
на противоположный за счет демонизации образа Бабы Яги, при этом
пернатые слуги выходят из-под ее контроля, принимая самостоятельное
решение о спасении ребенка.
Кстати, словосочетание «гуси-лебеди» встречается не только
в сказках о Бабе Яге, но и в некоторых народных исторических песнопениях. Например, в «Песне о татарском полоне» старую женщину
заставляют «три дела делати: первое дело — ​к удель прясть, второе
дело — л
​ ебедей/гусей-лебедей стеречь, а третье дело — д
​ итю качать» 1.
Разве не примечательно, что «второе дело» помещается между судьбой
(«куделю прясть») и взращиванием ребенка, то есть продолжением
рода («дитю качать»)?
1

Песня о татарском полоне // URL: http://a-pesni.org/istor/protatpolon.htm

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

181

Итак, рассмотрев символические функции гусей и лебедей, а также
ролевое участие этих птиц в сказочных повествованиях, можно прийти
к нескольким принципиальным выводам.
1. Соединение гусей и лебедей как с мифологической, так и психологической позиций в единый множественный образ, с одной стороны,
объясняется сходством и даже тождественностью ряда их символических функций, а с другой стороны, тем, что они дополняют друг друга.
В результате возникает синергетический эффект — ​взаимное усиление
факторов действия. В частности, речь идет о солярной составляющей в обрядах инициации, когда происходит «новое рождение» человека после
его ритуальной смерти, обретение нового социального статуса.
2. И гуси, и лебеди связаны с любовью и продолжением рода. Это
обстоятельство напрямую связывает их с Ягой как богиней Матерью и
объясняет их заботу о детях, их спасение и причастность к возрастным
инициациям.
3. На примере сказочных повествований с участием гусей-лебедей
отчетливо просматривается процесс перерождения мифа в сказку, заключающийся в «откреплении сюжета и акта рассказывания от ритуала»1.
Этот процесс возможен как в результате исторической необходимости
(прекращение инициационных действий, связанных с переживанием сильных страхов), так и переменой образа жизни, христианизацией и т. д. При
этом сохраняется и даже выходит на первый план этический аспект психологического воздействия сказки на ее адресата, который мотивирует
слушателя/читателя на доброту и отзывчивость.

Кони
Знакомство со сказочными сюжетами не оставляет сомнений в том,
что у Бабы Яги в ее волшебном хозяйстве имелся целый табун лошадей,
разумеется, обладающих чудесными свойствами. Так, тот жеребец, которого она подарила герою «Сказки о молодильных яблоках и живой воде»,
способен преодолевать любые преграды. Он «подскакивает, мха, болота
перескакивает, реки, озера хвостом заметает» 2. А когда за Иваном-царевичем на обратном пути случилась погоня, Баба Яга со своими сестрами
обеспечила ему перемену лошадей (причем, что немаловажно — ​одностадных), задерживая преследовательницу Синеглазку.
Иногда лошадиный образ имеют ближайшие родственники Бабы
Яги. Так, в кобылиц могут превращаться ее дочери («Баба Яга и Заморышек»). Случается, что в качестве испытания могущественная старуха
1
2

Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 433.
Толстой А.Н. Сказки // URL: http://hobbitaniya.ru/tolstoyan/tolstoyan81.php

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

182

отправляет Ивана пасти свой табун («Марья Моревна» и др.). И что
любопытно, самым ценным в нем оказывается «паршивый жеребенок» 1,
который и спасает героя. Примечательно, что на примере чудесного
жеребенка в сказках сообщается о способности Бабы Яги к переносу
силы от одного существа к другому. Так, по рассказу одной из кобылиц — ​дочерей Бабы Яги: «А есть у нас брат, в конюшне лежит в гною
и на ем шкура сосьмула, — ​ну, нас баба-яга бье и силу вынимая, а яму
укладая» 2. И это, конечно, неслучайно. Чтобы понять глубокий смысл
этого действа, необходимо обратиться к древним корням символического образа коня.
Культ коня 3, сопряженный с наделением его сверхъестественными
качествами, вплоть до обожествления, возник и стремительно развился
в традиции многих народов мира еще в эпоху неолита, сразу же вслед за
одомашниванием диких его пород. Об этом свидетельствуют многочисленные археологические находки в Евразии. По ряду древнеиндийских
источников, мир сотворен из частей жертвенного коня. И согласно верованиям древних славян, первородный священный конь был пожертвован
для создания Вселенной.
В ведической языковой культуре на корневой основе asva (конь) построен целый ряд терминов ритуального и мифологического значения,
в том числе: asvattha — ​мировое дерево; asvayapa — ​жертвенный столб
и др. Примечательно, что германо-скандинавское мировое дерево Иггдрасиль этимологически тоже связано с конем, поскольку буквально означает
«скакун Игга», то есть Одина, одним из имен которого было Игг.
У всех финно-угорских народов образ коня ассоциируется со всем
светлым и радостным, солнечным. В коми-пермяцкой традиции черный,
красный и белый кони — ​держатели Земли. Когда ее держит вороной
рысак, свирепствуют голод и мор, белый — в​ ойны и смерть. И лишь красный знаменует мир, спокойствие и благополучие. В башкирском эпосе
«Урал-батыр» фигурирует конь божественного происхождения Акбузат,
рысак Солнца-праматери, переданный в дар герою дочерью Солнца Хумай. И это не просто ездовое животное, а персонаж, по силе и уму ничуть
не уступающий богатырю.
В буддизме конь выступает символом неразрушимости и скрытой
природы вещей; в христианстве — ​олицетворяет солнце, смелость и блаАфанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 1. С. 381.
Русская мифология. Энциклопедия // URL:/ http://www.e-reading.club/chapter.
php/141743/81/Eriashvili%2C_Madlevskaya%2C_Pavlovskiii_-_Russkaya_mifologiya._
Enciklopediya.html
3
Пономарева В. Что ты ржешь, мой конь ретивый? Древняя символика образа // URL:
https://shkolazhizni.ru/culture/articles/18165/
1
2

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

183

городство. Тем не менее война, смерть, голод и эпидемии — ​это четыре
коня Апокалипсиса. Согласно Словарю славянской мифологии 1, «…конь
одинаково считался детищем Белобога (стихия света) и Чернобога (стихия
мрака), причем доброму богу посвящался белый конь, а злому — ч​ ерный.
В китайской традиции конь соотносится с образами небес, огня, энергии ян, скорости, упорства, доброго предзнаменования. Можно было бы
вспомнить и крылатого Пегаса, сына Посейдона — ​не только владыки
морей, но также творца, отца и дарителя лошадей. Кстати, согласно мифу,
Деметра, пытаясь ускользнуть от влюбленного в нее Посейдона, обратилась лошадью, но он, превратившись в коня, овладел возлюбленной, и от
этого союза родился божественный конь Арион, владевший человеческой
речью. На конных колесницах разъезжали по небу солнечные боги Усил
(Этрурия), Митра (Иран), Гелиос (Древняя Греция) и др. Это указывает
на причастность символического образа коня к движению времени. У верховного германо-скандинавского бога Одина был восьминогий Слейпнир.
Кельтская богиня Эпона — ​хозяйка лошадей — ​олицетворяла плодородие, материнство, здоровье, достаток. Примечательно, что в кельтских
преданиях лошадь связывалась, с одной стороны, с солнечным культом,
с другой — с​ потусторонним миром (и как тут не вспомнить, что еще хетты
приносили коня в жертву на похоронах венценосных особ и укладывали
конскую голову в погребальный конгломерат). В зооморфном облике коня
выступают:
–– громовержец Тиштрия (Иран), сражающийся с демоном засухи
Апаоши за плодородие земли — к
​ ак белый златоухий конь;
–– владыка Авалокитешвара, олицетворяющий бесконечное сострадание всех будд — ​как космический конь Туча;
–– милосердная Великая Матерь Бато Каннон (Япония) — ​как белая
лошадь или женщина с лошадиной головой (или в короне с изображением
лошадиной головы);
–– древнегреческая богиня Меланиппа, внучка кентавра Хирона (культ
которой был впоследствии перенесен на Деметру) — ​как вороная кобылица.
Таким образом, символизм зооморфного образа коня/лошади имеет
не только древние корни, но и отмечен сопряженностью с высокими мировоззренческими материями в традиционных культурах народов мира.
Однако для нас важно прежде всего, не претендуя на всесторонний охват
многосложности этого образа, сосредоточиться на ключевом вопросе:
зачем кони/лошади Бабе Яге? Вполне очевидно, что, имея ступу, а также возможность пользоваться ковром-самолетом, она не испытывала
1

Грушко Е., Медведев Ю. Словарь славянской мифологии. Нижний Новгород, 1996.

184

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

проблем с транспортом. Чтобы разобраться, стоит для начала обратить
внимание на то, что образ коня вообще весьма широко используется
в фольклоре, построенном на перекрестье древней традиции и устного
народного творчества. Этот образ выступает как в связи с культом жизни — ​плодородия (через солярные ритуалы и т. д.), так и смерти (через
погребальные обряды).
В знак почитания солнечного коня удмурты, марийцы, мордва издревле проводили календарные праздники. В святочных действах славян, которые на современном языке можно было бы назвать прототипами
перформансов, лошадь была весьма популярна среди ряженых персонажей. В сакральном смысле участие этого образа связывалось с тем, что
в порубежное время года к людям будто бы являлись представители потустороннего мира, и присутствие среди них коня обеспечивало залог
рождения нового солнца и начало нового календарного цикла в непрерывной цепи жизни.
Из древних верований русичей возникли предания о могучей силе
Конь-камня. Часть их обращена в прошлое: будто бы такой валун лежит
на том месте, где приносили в жертву коня в благодарность духам за сохранность конских табунов на пастбище. Другая — ​связана с будущим.
Например, одно из каргопольских сказаний гласит, что перед концом
света Конь-камень оживет, и Илья-пророк, трубя в рог, поскачет на нем,
созывая всех на Страшный суд. Подобные валуны расположены в различных регионах России (Архангельская, Тульская, Липецкая и другие
области), но практически повсеместно народная молва утверждает, что
прикасание к ним обеспечивает плодородность в семейной жизни. Это
поверье ощутимо перекликается со свадебными обрядами: конь служил
выкупом за невесту, его привязывали у сенника, где молодые проводили
первую брачную ночь.
С другой стороны, в языческие времена коня забивали или сжигали,
дабы похоронить вместе с хозяином или павшим воином. В некоторых
местностях (например, в Вологодской губернии) погибшую лошадь погребали с соблюдением ритуалов похорон человека. В этом отражалось
восприятие животного в качестве проводника душ. Отсюда возникли
и приметы:
–– конь споткнулся на пороге — к
​ беде;
–– конь воина нюхает — ​к гибели;
–– больной бредит о конях — с​ коро умрет.
Славянский солярный бог Ярило, согласно традиции, восседал на огненном коне-солнце, а на празднике в его честь выбирали самую красивую
девушку в поселении, сажали на белого коня, вручая в левую руку сноп
колосьев — ​знак плодородия, а в правую — ​изображение отрубленной

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

185

человеческой головы — ​признак смерти. На Кавказе (у абхазов, осетин)
во время похоронно-поминальных обрядов коня обводят вокруг тела
усопшего, вкладывая узду в руку покойного, надрезают конское ухо или
выстригают пучок волос из гривы или хвоста.
Предвестные способности коней нашли отражение еще в известном
сообщении волхва из «Повести временных лет», предрекшего князю Олегу, что «примешь ты смерть от коня своего». А на бытовом уровне девушки
на выданье гадали на замужество, садясь верхом на лошадь посреди двора
и отпуская поводья: если она двигалась к воротам — ​готовься к свадьбе; стоит на месте — ​даже и не мечтай. И в этом тоже просматривается
«проводниковая» роль коня в другой жизненный статус гадальщицы. Для
обеспечения связи с душами предков в фундамент строящегося дома закладывали конскую голову, а при переезде выкапывали череп и переносили к фундаменту нового жилища.
Кроме того, коню приписывали целительские способности через обусловленность его «космического движения» в утреннее время, связанное с росой. Вполне вероятно, что из этого посыла возникают сказочные коллизии, в которых верная лошадка после гибели героя спасает его
с помощью живой и мертвой воды. Но помимо этого, в многочисленных
историях («Волшебный конь», «Золотой конь», «Сивка-Бурка», «КонекГорбунок», «Былинный конь Ильи Муромца» и т. д.) этому ездовому не
только подвластны пространство и время, но также присуща способность
преображать героя, который, например, пролезая из левого конского уха
в правое, превращается из оборванца в царевича.
Даже столь краткий обзор символических значений образа коня позволяет сделать ряд выводов.
1. Конь, олицетворяющий Вселенную, в первую очередь отражает движение солнца, дневной путь которого связан с плодородием, ночной —​
с загробным миром. Баба Яга, «заведуя» пограничьем между мирами,
должна была располагать необходимым потенциалом проводников душ,
к каковым и относится конь.
2. Хозяйка избушки на курьих ножках в числе своих полномочий имела кураторство над временем, и в этом качестве конь являлся ей верным
помощником (отсюда, например, три всадника в «Василисе Прекрасной»).
3. Одаривая героя сказки чудесным конем, Баба Яга, как одна, так
и с сестрицами Ягинишного семейства, дает добро на его путешествие
между мирами и своим благословением оберегает от опасностей в пути.
4. Превращаясь и превращая в лошадей своих потомков, Баба Яга пролонгирует свою власть над временем на будущее, исход которого зависит
от жертвенной инициации героя (воздержание от охоты и претерпевание
голода).

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

186

5. В психологическом плане образ коня может продуктивно использоваться в качестве медиатора маршрута «прошлое–настоящее–
будущее», технологиях формирования и развития позитивного мышления.

Ворон и ворона
Ворон и ворона — ​это разные птицы, как в реальности, так и в символическом плане. В орнитологическом аспекте объединяет их то, что
они, как и все представители врановых, имеют высокоорганизованную
нервную систему и развитый интеллект. А если сравнить отношение к образам ворона и вороны, например, в устном народном творчестве, то легко
обнаруживается различие. Если над вороной порой подшучивают и подтрунивают, то применительно к ворону подобные «вольности» никогда
не допускаются. Почему же? Попробуем разобраться.
Ворон широко представлен в мифологии народов мира, причем в связи
с разными сферами и элементами мирозданья: подземным миром, землей,
водой, небом, солнцем. Безусловно, это является серьезным подтверждением глубокой мифологической семантики данного персонажа. Этимология названия птицы пока не определена. По наиболее распространенной
версии, оно образовано от звукоподражания, содержащегося в словах
ворковать, воробей и т. д. в романо-германских, кельтских, палеосибирских, венгерском, ацтекском наименованиях. По другой — ​связано
с его окрасом. Кстати, черное с металлическим отливом оперение ворона
символически трактуется как обретенное в результате соприкосновения
с огнем или дымом либо как наказание от Бога за то, что не вернулся
в ковчег Ноя, не сообщил об окончании потопа. С другой стороны, по
народным поверьям христиан, черный окрас ворона вызван тем, что он
создан самим сатаной.
Согласно древнегреческому мифу однажды ворон сообщил Аполлону,
при котором состоял вестником, об измене возлюбленной бога Корониды
(между прочим, имя это переводится как… Ворона), дочери фокидского
царя, обращавшейся именно в ворону, а тот, огорчившись известием, наказал птицу, превратив ее белые перья в черные:
Ворону он воспретил, ожидавшему тщетно награды,
За откровенную речь, меж белых птиц оставаться.
Овидий 1

Назон Публий Овидий. Метаморфозы // URL: http://modernlib.net/books/nazon_
publiy_ovidiy/metamorfozi/read
1

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

187

С точки зрения ритмо-фонетического анализа ворон:
В — в​ едающий
О—п
​ ространство
Р — ​реализацию действия
О—о
​ хватывающий
Р — ​небо.
То есть речь идет о том, что символически ворон — э​ то существо, знающее все, что нужно делать в мире богов и мире людей.
Ворон в мифологическом пространстве причастен к космогонической
и солярной функциям, то есть обладает возможностью нести благо. Так,
в античной мифологии он (или же ворона) состоит в свите небесных богов
и героев, связанных с культом земледелия, войной и Подземным царством:
у греческого Кроноса и римского Сатурна, а также Аполлона, Артемиды
и Афины, а также бога врачевания Асклепия.
Кстати, некоторая аналогия с целительской силой ворона просмат­
ривается в русских народных сказках, когда именно он приносит для
оживления героя живую и мертвую воду. Если же заглянуть поглубже,
то можно заметить, что у славян символика Ворона в некоторых сказках
рассматривается как некая космогоническая сила, связанная с Нижним
миром, причем в ряду представителей трехзвенного мирозданья: Солнце
(Небо) — Орел; Месяц (Земля) — ​Сокол; Ворон Воронович (Подземное
царство). Примечательно, что в подобных сюжетах Ворон Воронович,
выступающий владыкой Нижнего мира, описывается как самый старший,
богатый, могущественный и мудрый в сравнении с Орлом и Соколом, и за
него отдают замуж самую юную и прекрасную девушку (дочь или сестру
князя, царя или старика). Ворон Воронович, помимо владения живой
и мертвой водой, имеет дар предвидения. Умирающих он спасает не только
исцеляя раны, но и подкрепляя пищей. Так, даже в Библии, в целом отрицательно относящейся к символическому ворону, фигурирует история
о пророке Илии, которому вороны дважды в день приносили хлеб и мясо,
когда тот бежал в пустыню от царя Ахава.
В русской дохристианской традиции ворон является символом ветра,
Стрибожьего внука. Стоит учитывать, что в древние времена на Руси души
людей ассоциировались с птицами, улетающими в Ирий (рай), бабочками,
лепестками цветов, то есть тем, что может переноситься ветром. Таким
образом, ворон оказывается причастным к этому деянию, что также подтверждает его изначально солярную природу. А ведь Баба Яга тоже присматривала за душами, находясь на границе миров!
Верховный бог скандинавского пантеона небожителей Один выступает в сопровождении двух отмеченных мудростью и даром прорицания
воронов Хугина («Думающего») и Мунина («Помнящего»). Ворон связан

188

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

с кельтским солярным богом Лугом, мастером всех искусств, включая
врачевание. В палеазиатских и североамериканских мифах ворон предстает демиургом: создает свет и небесные светила, а также сушу, людей
и животных; он предстает добытчиком огня и пресной воды, зачинателем
рыболовства как важного средства в жизнеобеспечении. Близкое значение
имеет ворон Кутх у коренных народов Чукотки, камчатских ительменов
и коряков, выступающий творцом земли и прародителем человечества.
В иранской и китайской мифологии ворон — ​посланец и вестник
солнечных богов, а иногда и непосредственный символ солнца. Например, в солярной эмблеме китайской династии Шу изображен трехногий
ворон, олицетворяющий три положения солнца: восход, зенит и закат,
то есть речь идет о причастности птицы к течению времени. В этой связи
уместно напомнить, что в русской сказке под началом Бабы Яги ежесуточно несут вахту три всадника, означающие зарю (красного цвета),
день (белого), ночь (черного). Этот переклик однозначно свидетельствует о том, что полномочия ее самой и ее пернатого спутника сопряжены
между собой.
С другой стороны, ворон имеет хтоническую и демоническую ипостась, в которой отражается его связь с царством мертвых и со смертью,
роль вестника зла 1. На формирование этих восприятий повлияли такие
характеристические черты птицы, как исключительно черный окрас, зловещий крик, питание падалью и выклевывание жертвам глаз. Имеет смысл
остановиться на этом подробнее.
В раннем арабском свидетельстве аль Масуди (X век) ворон упоминается при описании славянского идола Чернобога — ​старца с посохом,
двигающего останки умерших. Под левой ногой его находятся «пречерные
вороны» и черные крылья2. К тому же в похоронных причитаниях русичей
смерть надвигается в облике ворона:
Нонь-ко крадцы пришла скоряя смеретушка,
Пробралась в наше хоромное строеньице.
По пути она летела черным вороном…

Связь ворона с кровопролитием и войной, помимо его мифологической роли в качестве спутника воинственных богов (Афины, Одина
и т. д.) в славянской традиции обусловливалась схожестью его криков
с возгласом «кровь!», не в пример римлянам, которые улавливали в нем
латинское cras (завтра) и соотносили с надеждой. Но в Северной Европе
1
Пономарева В. Черный ворон, что ты вьешься?.. Древняя символика образа // URL:
https://shkolazhizni.ru/culture/articles/18688/
2
Олейниченко А. Свидетельства ал-Масуди о славянах и русах // URL: http://
a-oleynichenko.narod.ru/index/0–45

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

189

даже названия различных птиц в их мужском лице при соединении со словами кровь, битва и трупы означали воронов (иногда — о
​ рлов). В «Круге
земном» Снорри Стурлусона ворон — г​ олубь битвы1, а в «Языке поэзии»
этот скальд и историограф перечисляет ряд поименований этой птицы:
«вран», «важный», «ранний», «считающий годы», «предвестник трупов»
и т. д. 2 Вне батальных сюжетов тоже применялись иносказательные имена ворона. Так, наши предки, полагая, что для охотника или рыболова,
отправляющегося на промысел, его крик означает неудачу, избегали его
упоминания, называя «верховым» или даже «курицей». А на Рождество
в ряде регионов воронов, ворон и ястребов называли голубями для «смягчения» их хищного характера.
Резкие крики воронов оглушительно усиливались в стаях, наводя ужас
на тех, кто их слышал, и отсюда на Руси в исторические времена возникло
поверье, что таким образом птицы сообщают о приближающемся монголо-татарском набеге. И даже встреча двух воронов в полете воспринималась как предвозвестье войны. Впрочем, аналогичное представление
существовало и в других странах Европы. В описаниях кровавых битв
ворон фигурирует постоянно, и с тем же постоянством он упоминается в качестве предвестника гибели героев. Если рассуждать логически,
то нельзя обойти стороной мысль: в народном сознании скорбный факт
гибели настолько эмоционально превалировал над предостерегающим
аспектом в поведении пернатого вестника, что принцип «предупрежден,
значит — ​вооружен» отбрасывался в сторону. Но ведь если при этом за
основу бралась только злая сила ворона, то откуда бы взялись сюжеты
о его спасательной роли с помощью живой и мертвой воды?
Здесь было бы уместно напомнить предание о предсказании вор
́ онами
смерти Цицерону. Оратор, объявленный Римом вне закона и спасавшийся
бегством, остановился в пути на одной из своих вилл и прилег отдохнуть.
Внезапно налетели и уселись на окне, громко каркая, во́роны, а один из
них, слетев на постель, принялся стаскивать с беглеца плащ, которым тот
укрылся. И тогда рабы, заговорив о том, что нельзя бездействовать, если
даже птицы стараются помочь их хозяину, попытались унести Цицерона
на носилках, но наткнулись на убийц… Судя по приведенному сказанию,
вор
́ оны были способны к выполнению пророчески-спасательной миссии,
а вовсе не были пассивными объявителями злого рока. Это показывает,
что в античные времена вороне не была присуща отчетливая хтоническая
характеристика.
1
Стурлусон С. Круг земной // URL: http://modernlib.net/books/sturluson_snorri/
krug_zemnoy/read
2
Стурлусон С. Младшая Эдда. Язык поэзии. Хейти ворона и орла // URL: https://
royallib.com/read/sturluson_snorri/mladshaya_edda.html#n_305

190

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

В древнеирландских и в еще большей степени древнескандинавских
источниках для придания большей убедительности мистическому образу кровожадного ворона его портрет дополнялся железными когтями
и клювом. Такие же упоминания имеются в русском фольклоре. Кроме
того, известен образ одноглазого ворона. Известно, что такая «особая
примета» характерна для хтонических существ. Возможно, в ней отображена ассоциация с одним из олицетворений одноглазого скандинавского
бога Одина — ​бога битв и колдовства, или кельтского Луга, тоже одноглазого. Известно, что ворон — ​птица, клюющая трупы убитых врагов
и друзей — а​ ктивно и постоянно упоминалась скандинавскими скальдами,
воспевавшими битвы.
Особую обиду на ворона в народном сознании вызывало то, что он
выклевывал им глаза. В мифологическом плане это может быть связано
с символическим значением глаз в качестве точки перехода между мирами, — ​то есть ворон таким действием закрывал душам погибших путь назад в земной мир, предотвращая их обращение в неприкаянных призраков.
Впрочем, ворон далеко не всегда приносил мрачные вести. Тот же
Аполлон, обращаясь в ворона, давал указания людям, где строить новый город. И если, по европейским поверьям, появление ворона на
левой стороне дома было дурной приметой, то на правой предвещало
нежданные блага и богатства. На Руси ворон как вещая птица, живущая сто или триста лет и владеющая тайнами, не только предсказывает
смерть и нападение врагов, но, например в былинах, дает советы героям, а в сказках указывает на зарытый клад. Сюжеты с богатствами
и кладами проистекают из представлений о том, что ворон как птица, связанная с Нижним миром, является хранителем его сокровищ,
а также имеет способность их обнаруживать и добывать. Он охраняет
клады, спрятанные в земле. По славянским преданиям, в гнезде ворона хранятся несметные богатства: золото, серебро и драгоценные
камни. Насобирав много золота и серебра, ворон золотит себе голову
и хвост. Кроме этого, по преданиям в его гнезде имеется камень, который делает это обиталище невидимым. Этот камень ворона может дать
и человеку способности обретать невидимость, а также видеть клады
и понимать язык животных. Известно также поверье о злом духе в образе черной птицы, которая крадет и носит своему хозяину богатство
за то, что тот держит его за печью, гладит, кормит яичницей и не выбрасывает его помет.
Характерные мотивы злой природы ворона: кровожадность, хищность
и разбой проистекают их того хозяйственного урона, который он мог
причинять, нападая, подобно коршунам, на цыплят. В качестве защитной
меры крестьяне или вывешивали во дворе убитых ворона или сороку, или

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

191

устанавливали на заборе перевернутые вверх дном горшки, полагая, что
от этого воришки перестают видеть добычу. Кроме того, примечательны старинные приметы: если над стадом пролетает каркающий ворон, то
вскоре на него нападет волк; кто поет в лесу и увидит ворона, тот обязательно столкнется с волком. Такая связь не случайна. В поверьях ворона
с волком объединяет хищность. Согласно польской легенде, ворон, галка
и ворона произошли из щепок, когда дьявол создавал волка, вытесывая
его из дерева.
Здесь явно сказывается влияние христианства, по канонам которого,
начиная с эпохи Средневековья, как и гораздо раньше в иудействе, ворону
приписывается статус существа, олицетворяющего зло, а потому и реальные птицы должны восприниматься как приносящие несчастья. И это
несмот­ря на то, что ворон в качестве символа уединения был эмблемой
многих святых: Антония, Бенедикта, Иды, Павла Затворника и др.
В суевериях черт может принимать облик ворона для того, чтобы
ночью летать по дворам и поджигать крыши домов. Кроме того, черти,
обращаясь в воронов, слетаются и кружат над домом умирающего колдуна, помогая тем самым выходу его души из тела. Да и души злых людей,
согласно подобным представлениям, обретают вид черных воронов или
ворон, а если на кровле сидит черный ворон, то это признак проживания
в доме ведьмы.
Анализ древнейших и последующих представлений об образе ворона
позволяет сделать ряд выводов.
1. Изначальная природа ворона имела явно солярный характер, а его
образ был непосредственно связан с небесными богами либо являлся их
ипостасью. Связь ворона с Нижним миром и миром мертвых носит шаманский характер.
2. Двойственный характер образа ворона с полюсами «добро–зло»
вызван, с одной стороны, сопоставлением поведения реальных птиц с их
мистическими образами, с другой — ​сменой мировоззренческих устоев
и субъективизмом появлявшихся с течением времени новых идеологических систем.
3. Символически ворон — м
​ удрая вещая птица, в зону его ответственности входит как предостережение, так и спасение человеческих жизней,
и в еще большей мере — ​людских душ, а также сопровождение и управление временем. В качестве покровителя воинской доблести и кровавых
битв он выступает весовщиком смерти на чаше весов судьбы.
4. Ворон самым тесным образом связан с деятельностью Бабы Яги,
проявляя в этом роль ясновидца и партнера в ее действиях и поступках.
Оба они сопряжены с миром предков, откуда может происходить неожиданная помощь и защита.

192

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

5. Психологически ворон, как и Баба Яга, воспринимается и с уважительным почтением, и с большой долей опасения или даже страха
перед возможными последствиями общения с ним и полученного от него
знания.
Ворона, с точки зрения символического значения образа, тоже имеет
два ракурса: положительный и отрицательный. Позитивный аспект происходит из мифологии богов, то есть образ связан с его принадлежностью
к божественным функциям, в первую очередь связанным с любовью и сопутствующими ей отношениями, включая брак, верность, материнство,
деторождение и т. д. Например, в Древнем Риме воро́ны считались спутницами Юноны, покровительницы брака, семьи, материнства и деторождения, а потому получали наименование божественных (corniscae divae,
от cornix — в​ орона, divae — ​богиня).
В Древней Греции было принято изображать любовный союз бога вой­
ны Ареса и богини любви Афродиты в виде двух ворон, как бы мужчины
и женщины, поскольку эта птица кладет два яйца, из которых предстоит
вылупиться самцу и самке. При этом полагали, что в браке воро́ны, как
«муж», так и «жена», хранят супружескую верность до самой смерти,
а в случая потери своей «половинки», живут в одиночестве. Поэтому при
встрече с одинокой вороной гаруспики — г​ адатели по полету и поведению
птиц, считали ее вдовствующим животным. Ворона вообще в античной
традиции (как и у древних египтян) была символом верности, а потому ее
имя восклицали на свадьбах (эккори кори корона!) в качестве пожелания
молодоженам абсолютной и неизменной преданности друг другу. Кстати,
в «Снежной королеве» Г. Х. Андерсена фигурирует дружная пара: ворона
Клара и ворон Карл, жених и невеста.
Помимо любовного аспекта образ вороны выражает верность в дружбе и верность вообще. Об этом свидетельствует, например, русская пословица: «Живи с сороками и воронами — о
​ ни на юг не летают», что обозначает верность по жизни вне зависимости от сложности обстоятельств.
Кроме того, ворона считается символом девичьей дружбы.
Существуют и другие символические значения образа вороны. Например, в Древней Греции она является и олицетворением, и дарителем
долголетия. У кельтов, германцев и народов Сибири ворона — г​ ромовая
птица, поскольку ее карканье ассоциировалось у них с громом, а блеск
глаз — ​с молнией. Повсеместно вороны соотносятся с умом и находчивостью, равно как и с ловкостью. Кроме того, ее считают знаком прозрения. По одной из христианских легенд, ворона уличила св. Петра
в краже коней перед Богом (то есть «раскрыла ему глаза»), прокричав
«Украл!». И по народным поверьям, ворона своим карканьем обличает
вора или кражу.

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

193

Иногда птица выступает предсказательницей. Так, в одной русской
сказке отец отдал сына «в науку к волшебнику, чтобы всякому языку научился: или птичка запоет, или лошадь заржет, или овца забекает», а через
год забрал и по дороге домой спросил, что прокаркала пролетающая мимо
ворона. Ворона предрекала: «Сын будет ноги мыть, а отец воду пить». Постеснявшись, сын не сообщил об этом. А потом случилось так, что юноша
женился на царевне и воцарился. И однажды пришел на царский двор
вместе с другими нищими его отец. Царь приказал накормить просителей
и спать уложить. Ночью отец почувствовал жажду, нашел миску с водой
и напился из нее. И оказалось, что это был тазик, в котором царь ноги
мыл. В финале сюжета сообщается: «И узнал царь своего отца, вспомнив
воронье карканье» 1.
В то же время имеется целый ряд негативных представлений об этой
птице. Так, согласно христианской легенде, она была проклята Богом
и наделена кровавым цветом клюва за то, что захотела пить кровь, капавшую из ран Христа.
Ворон связывают с черной магией и колдовством. Воронами обозначают колдуний, ведьм, женщин с дурным глазом. В русском языке
их называют словом «карга», но одновременно оно означает и ворону.
В славянской традиции ведьмы всех мастей и рангов часто оборачиваются
воронами. И наведенная порча — т​ оже ворона. По этой причине во многих
традициях эту птицу было принято использовать в бытовой магии для отворотничества (по принципу подобия). Например, как и других хищных
птиц, убитых ворон вывешивали для защиты от злых сил, а также устанавливали на шестах в засеянном поле — ​для отпугивания воробьев. Чтобы
ружье било без промаха, охотники смазывали его дуло кровью вороны.
Существовало также предостерегающее поверье: человек станет вором,
если съест сердце или мясо вороны.
Ворону часто считают вестницей дурных событий: в Индии — с​ мерти;
во Франции и Италии — ​несчастья; в Греции — ​плохих происшествий.
В русском языке присутствуют выражения «не каркай!» или «ну вот, накаркал!», то есть речь идет о том же.
К образу вороны прибегают для характеристики:
–– неприятных людей (некрасивых и неопрятных женщин, злобных
старух, ведьм);
–– негативных людских качеств (коварство, воровство, хитрость);
–– ссоры, причиной которой является некая женщина;
–– ротозейства («Эх ты, ворона!», «Ну вот, проворонил…», «Чего ворон считаешь!»).
Хитрая наука. Русская народная сказка // URL: http://hobbitaniya.ru/afanasyev/
afanasyev142.php
1

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

194

Таким образом, символическому образу вороны присуще следующее.
1. В изначальном социокультурном мифологическом сознании не
предусматривались плохие вороны. «Плохими» они становились только
тогда, когда с ними или стоящими за ними силами люди не могли договориться. Видимо, в ряде традиций ворона первоначально обозначала
хтонических богинь — ​покровительниц колдуний.
2. В более позднюю эпоху ворона становится в первую очередь символом колдуний, ведуний и темных сил, с ними связанных. Образ начинает
связываться с негативными качествами людей. Тем не менее сохраняется устойчивое представление о сообразительности и ловкости этих птиц
в позитивном плане, а также об их способности давать прозрение и предрекать грядущее.
3. Покровительство ворон неразлучному браку и верности, а также
их прямая связь с ведьмами, колдовством и оборотничеством напрямую
относит этот образ в ведение Бабы Яги. Ворона в некотором смысле является ее медиатором.

Лесные обитатели
Даже беглый взгляд на персонажей, окружающих хозяйку избушки на
курьих ножках позволяет заметить, что она властвует над лесными зверями. Так, в опубликованном А. Н. Афанасьевым варианте сказки «Поди
туда — н
​ е знаю куда, принеси то — н
​ е знаю что» о стрельце, женившемся
на дочери Бабы Яги, сообщается: «Вышла старуха на крыльцо, крикнула
громким голосом — ​и вдруг, откуда только взялись! — ​набежали всякие
звери, налетели всякие птицы» 1. Несколько фигур среди этих лесных
обитателей представляются наиболее выразительными, а потому представляется необходимым рассмотреть их символические значения.

Волк
В. Я. Пропп, ссылаясь на Н. Е. Ончукова 2, приводит пример созывания зверей Бабой Ягой в сказке «Иван-царевич и девица-царица»: «Где
вы есь, серые волки, все бежите и катитесь во едно место и во единой
круг, выбирайте промежу собой, которой больше, которой едреньше за
Иваном-царевичем бежать» 3. Причем речь идет о том, чтобы сопровож­
дать и охранять героя, а вовсе не нападать и не препятствовать ему. Этот
Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 2. С. 140.
Ончуков Н.Е. — р
​ усский этнограф-фольклорист, журналист и издатель (1872–1942),
автор сборника «Северные сказки».
3
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. С. 169.
1
2

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

195

призыв, разумеется, неслучаен. Как известно, из всех лесных хищников
волк — н
​ аиболее мифологизированный персонаж. В символическом плане он издревле был связан в первую очередь с предводителем воинства
и родоначальником племени. Первопредок-вождь либо непосредственно
в обличье волка, либо в образе человека, обладающего способностью оборачиваться волком, фигурирует в мифах североамериканских индейцев.
Ацтеки, например, видели в воющем волке бога танца, а поскольку танец
являлся выражением определенных священных обрядов, постольку волчий вой имел божественный смысл.
Во многих регионах Восточного полушария тоже существует традиция
почитания волка-первопредка. Так, в древней тюркской религии — ​тенгрианстве почитался не только бог войны Барин, изображавшийся в образе волка, но и первопредок Бозкурт — ​небесный волк, между прочим,
сын верховного бога неба Тенгри и богини Умай, олицетворявшей женское
земное начало. У тюркских народов волки, наделявшиеся качествами свободы, независимости, преданности, бесстрашия и целеустремленности,
были настолько в почете, что их изображали на воинских знаменах.
Капитолийская волчица вскормила Ромула и Рема, древнеиранская —​
царя Кира II Великого, монгольская — ​деда Чингисхана. Старинная китайская хроника (VII век) повествует о предках тюрок, истребленных
врагами, кроме одного уцелевшего мальчика, которого спасла и вскормила волчица, впоследствии ставшая его женой и родившая ему девять
сыновей 1. Воинственный герой древнеиндийской «Махабхараты» Бхима, сын бога ветра Ваю и царицы Кунти, имел прозвище «Волчебрюхий».
В осетинском эпосе Уархаг (волк) представлен родоначальником нартов.
Наконец, сказочный сюжет о Маугли, выращенном в волчьей стае, был
написан Р. Киплингом, что называется, «не на пустом месте», а на основе
индийских преданий.
Близость символического волка к пантеону небожителей заставляет
подробнее остановиться на этом аспекте. Так, в древнеегипетской культуре этот образ, с одной стороны, олицетворял разрушительную силу
Солнца, но с другой — ​лучший воин Осириса Упуат был божеством-волком (иногда даже отождествлялся с верховным богом), а кроме того, он
обладал полномочиями покровителя умерших. В Древней Греции «попечителем» волков был Аполлон (Аполлон Ликейский, то есть «волчий»).
Кстати, согласно некоторым мифам он, бог Солнца, мог превращаться
в волка; медное изваяние этого зверя занимало почетное место в дельфийском святилище Аполлона, поскольку ему приписывалась роль спасителя храмовых сокровищ. А родившая златокудрого небожителя богиня
Пономарева В. Так ли страшен серый волк? Древняя символика образа // URL: https://
shkolazhizni.ru/culture/articles/18617/
1

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

196

Лето — в​ оплощение материнской любви, тоже могла оборачиваться волчицей 1. Когда она, спасаясь от преследований могущественной Геры на
острове Делос, страдала от жажды, волки помогли ей найти реку Ксантос,
и благодарная богиня назвала место своего пребывания Ликией (от ликос — ​волк). В Древнем Риме волк считался священным животным бога
войны Марса, а встреча с ним перед битвой служила предзнаменованием
победы.
Существует ошибочное мнение о том, что древнегреческий царь Додон
как предок — в​ ождь племени выступал или в образе волка, или мог в него
оборачиваться. Однако согласно мифу волком он стал по воле Зевса, наказавшего таким образом венценосца за жестокость: тот принес в жертву
громовержцу мальчика-заложника. А затем, прослышав про злодеяния
сыновей Додона, Зевс явился к ним под видом бедного странника, и, обнаружив в супе из овечьих и козьих потрохов внутренности одного из
братьев, Никтима, превратил жестокосердных хозяев дома в волков,
а убиенного вернул к жизни.
В честь бога Луперка (от лат. lupus — ​волк) — ​аналога древнегреческого Фавна — е​ жегодно в середине февраля древние римляне устраивали
праздник Луперкалий — ф
​ естиваль отвращения стад от хищников. Жрецы
Луперка, собравшись у пещеры, в которой волчица вскармливала Ромула
и Рема, приносили в жертву козу и собаку и, попировав вволю, нарезали
плети из козлиных шкур и бегали по округе, хлестая ими всех подряд
и голося песни нескромного содержания. Женщины и девушки охотно
подставлялись под удары, поскольку это должно было способствовать
плодовитости и в семьях, и в поголовье домашнего скота, а также урожайности на полях и в садах. Между прочим, именно эти празднества
были предшественниками дня святого Валентина, когда они в пору христианизации были запрещены церковными властями, и, для того чтобы
погасить недовольство народа, была создана католическая альтернатива
прежним торжествам.
В пантеоне славянских богов, по мнению ряда исследователей, Хорс/
Хорт, Семаргл и даже Дажьбог связаны с волками. И древние славянские
жрецы-волхвы считались человеко-волками, способными повелевать облаками и устраивать солнечные и лунные затмения. Из этих верований
возникли предания о совершившем множество подвигов Змее-Огненном волке — ​чудесном герое, рожденном с волчьей шерстью на коже;
о богатыре Вольге Святославьиче, сыне Велеса и княжны Марфы Все­
славьевны, который не только сам оборачивался волком, но и всю свою
дружину превращал в волков (впрочем, и в других животных тоже). Один
1

Лосев А.Ф. Античная мифология. М., 1957. С. 282.

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

197

из персонажей «Слова о полку Игореве» князь Волх Всеславич умел
превращаться в волка и рыскать по дремучим лесам, одолевая в одно
мгновение громадные расстояния. Наконец, население целого славянского союза племен лютичей-велетов прозывалось волками. Да и вообще,
превращение в волков считалось наиболее распространенным типом
оборотничества у славян, начиная с их предков — н
​ евров. Существовали
обряды для «впитывания» в себя духа волка, дабы перенять его черты.
Вера в ликантропию (оборотничество) была широко распространена
у украинцев, русских, белорусов, поляков и болгар. И даже в изначальном (народном) варианте сказки «Красная Шапочка» волк фигурировал
в образе оборотня.
Весьма интересно то обстоятельство, что с приходом христианства на Русь этот хищник получил статус собаки Георгия Победоносца. Существовала даже поговорка: «Что у волка в зубах, то Егорий
(св. Георгий Победоносец) дал» — н
​ ападение волка на скотину на Руси
считалось выполнением карающей божьей воли. Поэтому набеги волков на стадо часто воспринимались как необходимая жертва, вслед за
принесением которой последует удача. По одной из народных легенд,
черт вылепил волка из глины или вытесал из дерева, но не смог его
оживить, тогда сам Бог вдохнул в волка жизнь. И тогда зверь напал
на самого черта.
Многие славянские народы на святках отмечали «волчьи праздники»,
посвященные зооморфной свите солнечного Егория (но также и почитанию Велеса — ​повелителя Нижнего мира и душ умерших, а потому эти
празднества называли и Велесовыми днями). Поскольку в эту пору праздновались свадьбы, возник обычай называть волками всю родню невесты,
а иногда — ​дружину жениха. В народных песнях родня жениха называет невесту «волчицей». А по сценарию белорусского свадебного обряда
«Ваўчыца» («Волчица») родня невесты должна задабривать подарками
волчицу-свекровь, обряженную в вывернутый кожух, которая будто бы
таким образом превращалась в зверя.
Примечательно, что с приходом христианства возникло поверье, что
волки являются пожирателями чертей, чтобы те «меньше плодились».
Сатана в народных представлениях часто ассоциировался с козлом. Учитывая это, можно иначе, чем принято, взглянуть на сюжет сказки «Волк
и семеро козлят». Во-первых, число козлят совпадает с количеством семи
смертных грехов. Во-вторых, отчего-то кузнец, символический образ огня
и созидания, с легкостью соглашается перековать волку голос, что и помогло тому с рогатыми справиться. А вот Козу-Сатану уничтожить нельзя. Кроме того, с чертом ассоциировался и заяц, за которым традиционно
охотится волк.

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

198

Сербский Дабог, хорошо представленный в фольклоре, с одной стороны, соперник христианского бога, с другой — ​«царь на земле». Кроме
того, он соотносился с почитаемой в народе горой Dajbog, название которой означает Бог дающий, в том числе плодородие и богатство. Священными животными этого небожителя (как и у Аполлона) были волки 1.
Собственно говоря, и Серый волк, помогающий Ивану-царевичу словом
и делом, олицетворяет функцию дарителя, возможно, являясь зооморфным воплощением души его предка. В противном случае крайняя терпеливость и вспомоществовательные действия волка в сказке становятся
непонятными и ничем не мотивированными.
Любопытно, что на гравюре 1766 года «Баба Яга дерется с крокодилом» на битву старушку воительницу везет на себе волк. А поскольку эта
всадница, как известно, проживала на границе миров, его образ здесь не
случаен, он отражает представления славян о связи волка с потусторонним миром в качестве спутника Велеса, напомним — ​повелителя и распорядителя загробного мира и душ умерших. В частности, волка считали
проводником душ, которые в этом зверином обличье даже могут возвращаться в земной мир. По поверью, защитой от нападения волка в реальной
жизни является произнесение вслух имен трех умерших родственников.
В древнеегипетской культуре волк символизировал разрушительную
силу солнца, а в германо-скандинавской мифологии не только связан
с предзнаменованием военной победы (как это было принято в Древнем
Риме, где хищник был посвящен богу войны Марсу), но и с пожиранием
солнца. Так, демонический волк Фенрир, сын лукавого небожителя Локки,
внушавший ужас богам, проглатывает светило и даже одерживает победу над всемогущим Одином, но в конце концов погибает и сам. Кстати,
и у самого Одина, хозяина эйнкириев (мертвых воинов-героев) в свите
было два волка.
В далеких от славянской традиционной культуры шаманских практиках для путешествий по потусторонним мирам полагалось облечься в волчью шкуру. Чукчи-оленеводы почитали волков как сверхъестественных
существ, а потому никогда не убивали, опасаясь кары, в первую очередь,
истребления всех оленьих стад. Волчьи черепа входили в комплексы священных предметов.
К слову сказать, органы и фрагменты тела волка, в первую очередь
клык и коготь, у многих народов использовались в качестве оберегов
и амулетов. Так, их вешали на шею детям, чтобы оградить от дурных компаний и чужого влияния, придать решительность в действиях и умение
постоять за себя; младенцам привязывали к люльке или подвешивали над
Кулишиh Ш., Петровиh П.Ж., Паптелиh Н. Српски митолошки речник. Београд,
1970. С. 101.
1

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

199

ней, чтобы уберечь от сглаза. Волчий клык давали погрызть малышам при
прорезывании зубов, дабы обеспечить их крепость на всю жизнь.
Ношение этих предметов мужчинами рассматривалось как талисман
силы и уверенности, обретения верховодческих качеств. Воинам перед
боем рекомендовалось надеть шапку или накидку из волчьей кожи. Для
женщины волчий клык был символическим средством обеспечения первенствующей роли в семейной жизни. Рожениц, как и тех, кто страдает от
бесплодия, «пропускали» через растянутую и высушенную волчью губу.
Женщинам, дети которых умирают, следовало носить пояс из волчьей
кожи. Кроме того, сильнейшим приворотным орудием считалось… высушенное влагалище волчицы, якобы гарантирующее верность партнера на
всю жизнь подобно тому постоянству, которое присуще волчьим парам.
Сушеное волчье сердце для лиц обоего пола — ​оберег от любых болезней, к тому же придающее обладателю храбрость. На защиту здоровья
направлено и ношение волчьего хвоста. Считалось, что волчья желчь избавляет от простудных заболеваний, кашля и бешенства. По старинным
верованиям, тому, кто под шапкой носит волчье око, не грозит порча,
а если это еще и правый глаз, то не нападет на человека никакой зверь и не
учинится над ним никакой разбой. Знахари имели при себе волчий хвост
и лапу, отметая посредством этих аксессуаров как хвори, так и врагов,
и зло как таковое. У славян, как и у некоторых других народов, было принято закапывать волчий череп под порог дома для защиты от колдовства
и визита непрошеных гостей.
Волчий хвост признавался оберегом на конюшне, а клык в хлеву —​
усилителем аппетита домашнего скота. Воткнутый на пасеке кол с волчьей
головой, как полагали наши предки, должен защищать пчел от дятлов
и мышей, а также обеспечивать лучшее их роение; выставление на леток
улья засушенной гортани лесного хищника якобы снабжало его обитателей силовым превосходством над «чужаками»; окуривание пчел кончиком
волчьего носа давало надежду на увеличение медового урожая.
Любопытно, что волку приписывали дар предсказания, то есть предупреждения о грядущих событиях, причем необязательно дурных. И это
не вполне вяжется со встречающейся трактовкой этого образа в исключительно негативных тонах. Считалось, что он может предсказать
всю судьбу человека. У восточных славян существовала примета: серый
хищник, молча пробежавший мимо деревни или перебежавший дорогу
путнику, предвещает удачу, счастье и благополучие. А вот вторгшийся
в селение — п
​ редупреждает о будущем неурожае. Сербы считали встречу
с волком предвестьем изобилия и сытости. В традиции татарского народа
этот зверь — ​предвестник безмятежности и спокойствия; об успешном
человеке и сейчас говорят: «бэресе улыб», что означает «его волк воет».

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

200

Зато у славян волчий вой вблизи жилья является знаком предстоящего
голода и нищеты, а также зимой — м
​ ороза и метели, осенью — з​ атяжных
дождей.
В психологии известны две трактовки образа волка. По З. Фрейду,
появление его во сне является символом животной страсти. Если спящий
его испугался, его ждет фейерверк страсти, если же получил раны — п
​ редстоит разочарование в любви 1. Впрочем, этот автор все и вся рассматривает с позиции эротического аспекта жизни человека, то есть несколько
однобоко. В аналитической психологии К. Юнга волк как архетип связывается с мифами и легендами о диком чудовище, а потому наделяется
качествами ненасытности, жадности, необузданных желаний и олицетворяет разрушительную силу эго, то есть характеризуется целым «букетом»
отрицательных свойств.
Справедливости ради необходимо обратить внимание и на негативную грань образа волка в культурной традиции, точнее, ее темной
части, то есть достаточно узкой. Согласно ей, колдуны и ведьмы шьют
свои одеяния из волчьих шкур, могут оборачиваться волками, использовать серых хищников в качестве транспорта, а также через них насылать порчу. Кроме того, черти и бесы способны являться в волчьем
обличье, с волчьими глазами и(или) ушами. Другое любопытное поверье
заключается в том, что волки находятся в подчинении у лешего, который
их кормит и позволяет задрать какую-либо скотину в стаде. В соответствии с этими представлениями были сформированы защитные обряды,
включая, кстати, обращение к лешему за помощью, а также специальные
загово́ры и действия.
Так преобразовались изначальные верования о причастности зверя
к исполнению карающей божьей воли. Это произошло в мрачную эпоху Средневековья, хотя и задолго до этого времени в традиционных
культурах существовали образы страшных волков и псов-волков. Так,
чудовищное существо Цербер, страж входа в древнегреческое подземное царство Аида, по описаниям Гесиода и Горация, имел головы льва,
собаки и(или) волка. Под началом индуистского бога царства мертвых
Ямы также служили ужасные псы-волки. И у этрусков волк связан с загробным миром, совсем неслучайно скальп этого зверя украшает голову
царя преисподней Аиты. Волчью шапку, по преданию, носил и этрусский
Лукумон, позиционируя себя как священного покойника. О Велесе как
властителе загробного мира уже упоминалось; правда, одновременно он
был и покровителем домашнего скота. В мифе-сказке об Иване Быковиче
с Нижним миром связаны волки-хорты Старого Старика.
1

Волк по соннику Фрейда // URL: http://www.сны.net/dreamarticle/alias/volk0

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

201

Но именно в Средневековье волк стал символом зла, ереси, сатанинских сил. По христианским догматам, он являет собой воплощение ужаса для «стада» верующих (отсюда выражение «волк в овечьей шкуре»).
И только святым дана сила усмирить это дикое существо. Так, на эмблеме Доминиканского ордена изображались псы, нападающие на волков, поскольку само название «доминиканцы» переводилось как «псы
Господни», а волк символизировал еретичество. Поскольку в эту эпоху
волка приравняли к черту, возникло поверье, что он, как и любая нечисть,
мгновенно откликается на свое имя и появляется там, где его упомянули,
поэтому среди крестьян запрещалось его называть, чтобы не навлечь беду.
В случае необходимости пользовались прозвищами: «серый», «бирюк»,
«кузьма» и др. Тогда же возникли легенды, в которых волки противостоят человеку как злые духи, которые боятся молитв, крестного знамения
и колокольного звона.
Подводя итоги обзора, можно констатировать следующее.
1. Образ волка с течением времен в обыденном восприятии приобрел
не присущую ему изначально суженность, чаще всего ориентированную
на негативное восприятие.
2. Среди специалистов преобладает мнение, что волк связан исключительно с Нижним миром (в этом аспекте необходимо подчеркнуть связь
его с душами предков). При этом обходится стороной аспект его связи
с солнечными богами в дохристианских представлениях (например, со
светоносным Аполлоном и др.), а также служение христианскому святому Георгию Победоносцу и выполнение «карающей божьей воли» и т. д.
3. Символические значения образа волка существенно глубже, чем
принято считать в психологии З. Фрейда и К. Юнга. В частности, в их характеристиках опускается материнский символ, связанный с идеей плодородия; символ высокой семейной нравственности; символ бесстрашия
и самостоятельности. В сказке «Иван Царевич и Серый волк» этот персонаж не только переносит героя в иной мир, но также проявляет недюжинную мудрость и фактически играет роль наставника.
Представляется необходимым и важным учитывать это в психологической практике, включая решение проблематики страхов, толерантности,
самопознания и личностного роста.

Сова и филин
С точки зрения орнитологии сова — ​обобщенное название хищных
птиц отряда совообразных, филин — ​один из видов семейства совиных.
Однако применительно к тому, чем отличаются сова и филин в символическом пространстве, следует отметить, что филин известен как шаманская

202

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

птица, которая является магическим атрибутом мужской ипостаси: колдунов, шаманов, волхвов и т. п. Сова же чаще является принадлежностью
женских персонажей: богинь, колдуний, ведьм и др., в том числе и Бабы
Яги.
Любой современный человек соотносит сову с мудростью и ясностью
ума на основании общеизвестного мифологического факта, что эта птица
сопровождает античную Афину, богиню мудрости и справедливой войны.
Неслучайно древнегреческие воины считали, что полет совы над полем
битвы знаменует их победу. В Афинах сов берегли и охраняли, позволяя
даже жить в Акрополе. Но еще раньше в древней греко-римской традиции сова была атрибутом аллегорических фигур Ночи и Сна, а также мойры Атропос, которая прерывала нить жизни. И древние этруски считали
сову сопроводительницей богов тьмы и ночи. Уместно напомнить, что еще
в III тысячелетии до н. э. аналогом Афины была древнеегипетская богиня
Нейт (Нит), ставшая позднее Нефтидой (Лунь), которая, по сути, близка
хетто-хуритской Шавушке (Совушке). Наконец, шумерская великая богиня
Иштар (как ассиро-вавилонская Астарта и хеттская Инана), покровительница плодородия и плотской любви, но одновременно — ​войны и распри,
изображалась с совиными крыльями и лапами в сопровождении двух сов.
Афина же, названная Гомером «совоокой», — ​одна из наиболее почитаемых древними греками олимпийская небожительница, была, помимо
прочего, защитницей женского целомудрия, а в качестве производной от
своего прототипа Атаны, или Афаны, почиталась на островах Эгейского
моря как хозяйка темных сил и одновременно — п
​ лодородия. Не лишним
будет отметить, что хтонической богине Атане в свое время была приписана мудрость, хотя мифы, с нею связанные, не дают для этого оснований,
указывая чаще на ее жестокость, мстительность, гордыню, воинственность, отсутствие чувства справедливости и фригидность. Тем не менее
диффузия символов привела к развитию образа Афины в направлении
мудрости, справедливости, защитницы благообразного женского начала.
В Древней Греции сова — с​ вященная и даже волшебная птица, принадлежавшая нимфе Каллипсо, которая удерживала Одиссея на своем острове
целых семь лет. Кстати, некоторые исследователи усматривают параллели
между Каллипсо и Бабой Ягой.
Индейцы Северной Америки рассматривали сову как символ мудрости и пророчества, чтили ее готовность прийти на помощь в трудную
минуту. В средневековой мифологии валлийцев присутствует всеведающая кавлвидская сова. В Европе той эпохи (как, впрочем, и в Китае)
она в качестве магического животного иногда посвящалась кузнецам,
возможно, потому что они, также как сова, соотносились с Нижним
миром и его огнем. Кроме того, по древнему китайскому календарю она

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

203

считалась покровительницей дат, в которые кузнецы ковали мечи и волшебные зеркала 1.
В христианстве сова фигурирует в качестве атрибута Христа в сценах
распятия, символизируя его жертвенность, а также как воплощение мудрости — н
​ а изображениях св. Иеронима (однако парадоксальным образом в христианской идеологии можно встретить соотнесение этой птицы
с силами тьмы и запустения, дурными вестями, смертью).
В эзотеризме ставится акцент на двойственности образа, которую
составляют мудрость и прозорливость, с одной стороны, магия и оккультизм — с​ другой. При этом важным аспектом мудрости признается умение
передавать земные и небесные знания от поколения к поколению, видеть
сокрытое изнутри, то есть отмечать самую суть.
Однако иногда в качестве антитезы мудрости сове приписывали глупость. Справедливости ради стоит заметить, что в большей степени это относится к авторским трактовкам. Например, таковыми воспринимал и изображал сов И. Босх. В сказке Ивана Франко «Вороны и совы»2 они тоже
не блещут умом. Глупых сов можно встретить в некоторых фольклорных
источниках Северной Индии, однако в целом такая характеристика является скорее исключением из общего ряда традиционных взглядов.
В современном мире в общественном сознании укоренилось восприятие образа совы как символа проницательности, мудрости, просвещения
и эрудиции. Примечательно, что это вполне соответствует дохристианским воззрениям, согласно которым она ассоциировалась с разумом
и тайной знания. Однако в связи с тем, что нами рассматривается сказочный аспект символизма совы, небезынтересно и даже весьма полезно
определить хотя бы общие его черты через истоки, которые коренятся
в традиционных культурах. Бесспорно, что на эволюцию символического
восприятия совы не могли не повлиять характерные особенности ее внешности и поведения: ночной и притом хищный образ жизни; способность
видеть в темноте; бесшумность полета и издавание пугающих криков;
неподвижность светящегося во тьме взгляда; способность к поворотам
головы на 180 градусов; дневная оцепенелось тела и уединенное пребывание в сумрачном укрытии. В культурах народов мира можно встретить
широкий спектр символических значений образа этой птицы.
Так, сову определяли как олицетворение мира смерти и смерти как таковой в Древнем Египте, Индии, Японии, Китае, Центральной и Северной
Америке. Так что этот зооморфный образ был представлен в традицион1
Пономарева В. Что думали древние… о совах? // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/
articles/11353/
2
Франко И. Вороны и совы // URL: http://russian.irib.ir/tematicheskie-programi/культура/2012–02–17–21–16–10/item/227136-вороны-и-совы

204

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

ных культурах задолго до античной эпохи, когда он стал сопровождать
Афину (самое древнее доисторическое изображение совы в пещерах Шове
во Франции насчитывает 32–34 тысячи лет). С древнейших времен сову
связывали с мраком и смертью. Так, в Древнем Египте она относилась
к царству ночного солнца, плывущего по водам подземной реки с запада
на восток. Кельты называли ее трупной птицей и ночной ведьмой. В индуизме сова является атрибутом бога Ямы — ​повелителя царства мертвых,
а также верховным животным супруги Шивы — ​могущественной Кали
(Дурги), богини разрушения и смерти, но одновременно — ​великой вои­
тельницы на стороне богов, защитницы и заступницы.
У славян бытовало устойчивое предубеждение о том, что появление
совы возле дома предвещает смерть кому-то из живущих в нем. Украинцы
считали смертоносным сам крик совы, который отождествляли с возгласами «поховай!» (похорони), чехи переводили его как «сдохни!», а поляки — ​«отправляйся в ямку на церковный погост!». Кроме того, у поляков (как и других народов в ареале расселения славян) считалось, что
своими криками совы созывают души умерших, им приписывали охрану
кладов, поскольку эти птицы воспринимались в качестве воплощения душ
умерших владельцев зарытых сокровищ, — ​поэтому сова якобы оживает
только в ночной темноте, а в дневное время суток мертва. Однако, с другой стороны, сова может кричать, предсказывая рождение ребенка, например, у девушки до брака или у вдовы, но также и в семье. Любопытно,
что при этом издаваемые птицей звуки переводились иначе, нежели в случае предвестья смерти: у белорусов — ​ку-гу! как подражание детскому
плачу, украинцев — ​вродив!, сповий! (спеленай!); у поляков — ​колыхай!
(баюкай!). Образ совы упоминается и в жатвенных песнях с призывами
ловить ее в убираемом поле, тем самым выражая желание иметь младенца,
который даст о себе знать криком совы.
Тем не менее существуют поверья (например, у сербов) о том, что сова
своим криком выманивает из дома детей, чтобы лишить жизни. По славянским поверьям, в сову превращается душа младенца, задушенного
(«заспанного») матерью во время сна. Эта душа мучает живых из мести
за свою смерть, особенно если погиб некрещеный младенец.
Славяне с упрочением христианства стали относить сов к «нечистым»
существам, приписывая им связь с ведьмами и лешими и даже способность
обращения в этих птиц ведьм, колдунов и злых духов, а позднее — ​черта. В христианской традиции считается, что сатана обманывает людей
подобно тому, как сова лукавством заманивает других птиц в ловушки
и сети птицеловов (то есть аналогия примерно такая же, как в идеологеме
с котом). При этом она олицетворяет целый ряд негативных и греховных
качеств, включая нечестность, колдовство, слепоту безверия и т. д.

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

205

С другой стороны, в католицизме сова символизирует одиночество,
а потому часто изображается на картинах, описывающих сцены моления
отшельников. Согласно некоторым белорусским и хорватским сказаниям, она прячется от всех, опасаясь мести птиц за невозврат одолженных
у них перьев. Польские легенды объясняют скрытное поведение совы
тем, что она пытается избежать публичного позора из-за насмешек других птиц, перед которыми хвалилась красотой своих детей, или из-за
опоздания на птичью свадьбу и неподобающего поведения на ней. По
сербскому преданию, сова, поленившись готовить подарки на птичью
свадьбу, предпочла украсть их у других, и, будучи уличенной, вынуждена
прятаться. По другой славянской версии, птичий народ гоняет сову за
разбойничество.
Мотив одиночества совы встречается в болгарских легендах о том, что
некогда одна девушка была превращена в птицу и разлучена с братом, обращенным в филина, поскольку оба они не принесли матери воды и были
прокляты ею. С тех пор брат и сестра, громко ухая, слышат друг друга,
но никогда не могут увидеться.
У славян сова — ​символ безбрачной одинокой женщины: либо вдовы, либо старой девы. Несмотря на то что этот образ фигурирует в свадебных величаньях вдовства, в русском фольклоре просматривается не
слишком хорошее отношение таким женщинам: «совушка — ​вдовушка
бедокурная», «сова не принесет добра». Появление совы в сновидениях,
по народным поверьям, предвещает одинокую жизнь. В святочных гаданиях, в частности, в так называемых подблюдных предсказаниях также
фигурировал этот образ в качестве предсказания одиночества, но так же
и грядущей свадьбы:
А сидит сова
Перед сопухой,
Прилетел сокол,
Сорвал хохол!

В геральдике совы в течение нескольких столетий выступают символом бдительности, с тех пор как немецкий архитектор Георг Андреас Беклер в 1688 году отметил их исключительное значение в качестве
стражей, несущих ночную вахту, то есть в то время, когда дьявольские
козни наиболее сильны 1. Кстати, исстари и на Руси, и во всей Европе
были распространены обычаи, связанные с использованием совы и частей ее тела в защитных целях. Как и другие хищные птицы, в народных
представлениях она наделена отвращающими свойствами, а потому моВоронов И.А. Человек и мистические совы // URL: https://ejeweek.ru/show_item.
php?id=265
1

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

206

жет быть использована в качестве оберега. Двойственное восприятие
символизма совы нашими предками подразумевало как осторожность
в отношении к ней в качестве опасной птицы, так и необходимость иметь
на подворье в качестве оберега. Так, по поверьям славян, размещение
чучела, крыльев, лап или, по крайней мере, изображения совы возле
хозяйственных построек является хорошим средством для отпугивания
непрошеных визитеров, будь то чужой домовой или вполне реальные
мыши. Аналогичные меры предпринимались и для защиты жилища. Подобная двойственность восприятия нашла отражение в сказках. С одной
стороны, сова (филин) является атрибутом чащи, то есть опасного места, где правит леший и где она входит в зооморфное окружение Бабы
Яги. С другой стороны, к совушке идут на поклон, чтобы не покидала
семью. Так, в сказке В. Бианки «Сова» 1 героиня перестала мышей ловить
на лугу у мужика, и молоко у его коровы стало хуже. В финале «стал
Старик молоком чай белить, чай белить — ​Сову хвалить, к себе в гости
звать, уваживать».
Образу совы присуща также брачно-эротическая символика. У всех
славян сова так или иначе связана с деторождением и сексуальной жизнью. Но ведь и сама Баба Яга ответственна за материнство и рождение
потомства, ее ночные полеты имели именно такое предназначение. Поэтому нетрудно предположить, что летающая ночью сова может быть
своеобразным зооморфным выражением полномочий Бабы Яги, которая,
по некоторым поверьям, могла преображаться в эту птицу. Например,
в украинских песнях, исполняемых перед брачной ночью, сова символизирует невесту, а в польских загадках она соотносится с женским половым
органом. Однако сова в ряде случаев символизировала распутную женщину: развратную девицу, неверную жену. Так, наши предки «корчемных»
потаскух называли совами.
При всем многообразии символических значений образа совы, которые порой простираются до полной противоположности (мудрость —​
глупость, одиночество — ​брачно-эротический аспект и т. д.), наиболее
существенным является следующее.
1. Сова связана с темной женской энергией и издревле связана с женскими божествами, в первую очередь хтонического плана.
2. Сова в традиционной культуре многих народов выступает представителем мира смерти и является демоном-проводником в загробный мир.
В этом качестве она, так же как и Баба Яга, может карать преступников
и грешные души, но способна защищать людей и помогать им.
Бианки В. Сова //URL: http://razdeti.ru/semeinaja-biblioteka/raskazy-dlja-detei/biankiraskazy-i-skazki-o-zhivotnyh-dlja-detei-chitat/bianki-sova.html
1

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

207

3. В сфере внимания совы как чудесного зооморфного персонажа находится продолжение жизни на земле через помощь деторождению, что
свойственно и Бабе Яге.
4. Схожесть многих символических характеристик образов Бабы Яги
и совы психологически обусловливает их неразрывную связь, в которой
птица выступает или помощницей, или зооморфным образом самой Бабы
Яги.

Летучая мышь
Летучая мышь — ​ночное млекопитающее, имеющее двойственную
природу мыши и птицы, издревле привлекала к себе внимание во всех
мировых культурах и мифологических системах. Эти существа всегда
внушали человеку страх и воспринимались как символ ночного кошмара
и смерти, а позднее — к
​ ак олицетворение «живого мертвеца» — в​ ампира.
Древние греки считали летучих мышей дочерьми богини ночи Некты,
а потому называли никтеридами. Эти потомки Некты были священными
животными Персефоны, супруги Аида — б
​ ога загробного мира. Они были
также символом богинь мщения — ​эриний (в древнеримской мифологии — ф
​ урий). Известен также древнегреческий миф о Миниадах, дочерях
беотийского царя Миния, превращенных Дионисом в летучих мышей за
несогласие участвовать в вакханалиях. А в «Одиссее» Гомера упоминается, что когда главный герой вызывал мертвого пророка из царства смерти,
души умерших, наделенные крыльями летучих мышей, резвились и пищали
в загробном царстве Аида 1. В Древнем Риме и Этрурии летучие мыши
связывались с праздником духов мертвых — м
​ анов.
Примечательно, что в античном мире им ошибочно приписывали
острое зрение, а потому полагали, что они олицетворяют бдительность
и проницательность, а заодно — ч​ то открытые глаза летучей мыши помогают преодолевать сонливость. Кроме того, считалось, что эти крылатые
млекопитающие являются умными и хитрыми. Поименованием летучей
мыши (лат. vespertilio, греч. nykteris) в шутливой форме обозначались
ночные любовные страсти.
В славянской традиции существовали иные представления о происхождении и сущности этих рукокрылых существ. Так, согласно болгарской легенде, в летучую мышь Бог превратил беглого преступника, лишив
его возможности появляться при дневном свете. По русским, украинским
и польским поверьям, в нее превращается обычная мышь, отведавшая чеголибо освященного, от церковной свечи до кулича и мяса. Либо же такое
Гомер. Одиссея // URL: https://fictionbook.ru/author/gomer/odisseya_per_v_a_
jukovskogo/read_online.html
1

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

208

превращение происходит с мышью, благополучно дожившей до семилетнего возраста, или сумевшей обманом заполучить крылья в корыстных
целях достичь безнаказанности. Так, в древнерусском сказании летучая
мышь обращается к птицам: «Приимете и мене до себе и упишете мене
в кныги животнія до живота своего; не знаю бо, хто мене сотворивъ: если
Богъ, то людемъ на посмехъ, а если чортъ, то его брать, бо я не птахъ;
когда мишочій судъ будетъ, то я буду птахою, а коли пташый судъ будетъ,
то я буду мишою» 1.
Образ летучей мыши тесно увязывается с нечистой силой. Ее считают
другом черта (Украина), злым духом, душой спящей ведьмы и вампиром
(Польша), душой умершего колдуна (Белоруссия), вампиром (Лужица),
кикиморой (Русь). Это вполне соответствует западноевропейским поверьям, которые, как и славянские, предполагают способность оборотничества колдунов, ведьм и вампиров в летучих мышей. Например, показателен
пример западнославянского сказания о Двоедушнике, в котором женщина-двоедушница оборачивается летучей мышью. Существовал также ряд
невероятных, с точки зрения современного светского человека, суеверий,
например, о том, что ведьмы, взяв под мышку листья, могут делать из
них летучих мышей и выпускать их оттуда влет; что злые духи и демоны
в образе нетопыря забираются в постели к крепко спящим женщинам
и высасывают из них кровь. Зато по чешским сказаниям, если провести
особый обряд, связанный с правым глазом нетопыря, то можно обрести
невидимость.
В связи с представлением о воплощении в летучих мышах темных сил
существовали особые приметы. Так, если летучая мышь трижды облетит
дом в канун Дня всех святых (1 ноября), в него придет смерть, а если влетит
внутрь его, то это признак заселенности жилища призраками. Если она
вцепится в волосы и вырвет прядь волос, то человек иссохнет и умрет.
В отличие от античного символизма, в Европе, начиная со Средневековья, летучие мыши считаются, как правило, олицетворением лицемерия
и двуличия, а также меланхолии, сна и зависти. Хотя в книгах той поры
о животных (бестиариях) отмечалось, что прочное сцепление их в колониях цельной гроздью выглядит как вид взаимной поддержки. Нельзя не
заметить, что это касается непосредственно физической стороны образа
жизни этих созданий. Правда, в христианстве они иногда связываются
не только с местью, но также с мудростью, хитростью и находчивостью,
способностью сохранять невозмутимое спокойствие в минуту опасности.
Тем не менее христианские каноны чаще трактуют образ летучей мыши
в качестве спутника дьявола или сатаны, а также всех темных сил. Ее изо1

Гура А.В. Летучая мышь // URL: http://pagan.ru/slowar/letuchaya-mysh/

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

209

бражают в качестве неотъемлемого атрибута на шабаше ведьм, а шерсть
животного является ингредиентом дьявольского варева в котле ведьм, как
это отмечено, например, в трагедии «Макбет» У. Шекспира и на знаменитом офорте Ф. Гойи «Сон разума рождает чудовищ» без этих существ
не обошлось, равно как и на офорте «Меланхолия» А. Дюрера.
Характерно, что тела летучих мышей активно использовались в бытовой магии, в частности для призывания удачи и финансового благополучия. В Македонии использовали для этого их кости, в Болгарии —​
высушенное тельце или хотя бы голову (и выразительно называли само
животное прилеп). Украинцы высушенную летучую мышь или ее голову
закапывали под порогом дома или клали в сундук с деньгами. В Польше
и Лужице ее держали при себе заядлые картежники, а корчмари прибивали к стене заведения. Русские охотники, отправляясь на медведя, брали
с собой летучую мышь. Заметим, что герой романа-фэнтази «Волкодав»
М. Семеновой, охотник и воин, странствовал в сопровождении спасенного
им летучего мышонка, и удача ему сопутствовала. В ряде регионов кровь
летучей мыши капали под подушку молодой женщины для того, чтобы
усилить ее плодовитость, а кроме того, применялась в качестве косметического средства.
Летучие мыши часто использовались в качестве оберега, в первую
очередь в защите от демонов, злых духов ночи и колдовства, от сглаза
и порчи, а также от бездетности, муравьев, гусениц, саранчи и змеиных
укусов. Болгары и македонцы в этих целях зашивали части тела летучей
мыши в одежду, а лужичане, проделывая то же самое, защищая себя от
пули.
В связи с поверьями о способности летучих мышей впитывать людские
хвори, они широко применялись в магической медицине. Так, по правилам
белорусской целительской практики больной лихорадкой должен три дня
носить завернутую в тряпку летучую мышь под мышкой, а затем отпустить
ее на волю, чтобы она унесла болезнь подальше от человека. Болгары
лечили детей от испуга кровью летучей мыши. Иногда способы лечения
предусматривали весьма экстравагантные по форме и жесткие, если не
сказать жестокие, по своей сути инструкции. Например, предписание для
излечения от желтухи: слегка уколоть летучую мышь и привязать сначала
к спине, а затем к животу и держать на себе, пока та не умрет.
В славянской традиции «птице-мыши» повсеместно использовались
в любовной магии. Это было связано в первую очередь с ее способностью
цепляться за различные поверхности, а также с якобы мнимой слепотой.
Так, повсеместно существовало поверье, что если положить тело летучей
мыши на муравейник, а затем из обглоданного его населением скелета
извлечь две косточки, то с помощью одной из них можно совершать при-

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

210

ворот, а другой — о
​ творот. Если же истолочь высушенную летучую мышь
и натереть этим порошком руки, а затем незаметно коснуться плеча своего
избранника или избранницы, то можно перевести любовное зрение на
себя (Болгария).
Итак, наиболее существенным в образе летучей мыши как символического персонажа является следующее.
1. Летучая мышь прочно и неколебимо связана, как и Баба Яга,
с загробным миром и душой человека, что делает ее в ряде случаев
психологически опасной и воспринимаемой людьми в качестве носительницы зла.
2. Учитывая, что Баба Яга связана с течением и управлением временем
(см. выше), а летучая мышь, в отличие от нее, ведет ночной образ жизни,
можно рассматривать этот персонаж в окружении Яги в качестве дозорного.
3. В связи с тем, что в народной традиции летучая мышь, несмотря
на вызываемый ею суеверный страх, широко использовалась в бытовой
магии, следует признать жертвенный характер ее присутствия в качестве
спутницы Бабы Яги.

Дальние помощники-информаторы
Лягушка
В сказке«Пойди туда — ​не знаю куда, принеси то — ​не знаю что»
Баба Яга призывает зверей, чтобы узнать дорогу для героя, последней
и единственной знающей верный путь оказывается «старая колченогая
лягушка, которая уж лет тридцать как в отставке жила» 1. Она и сопровождает стрельца к месту обитания искомого дива, что находится на краю
света. Примечательно, что эта ведунья колченогая, то есть хромает из-за
больной либо укороченной ноги. А ведь и у Бабы Яги одна нога костяная,
так что вряд ли она могла передвигаться не хромая.
Во многих традиционных культурах образ лягушки тесно связан
с олицетворением первоматерии. Она символизирует обновление жизни,
воскресение, плодородие. Так, в Древнем Египте зеленая лягушка Нила
обозначает воспроизводящие силы природы, изобилие, долголетие и силу,
возникающую… из слабости. На коптских светильниках, украшенных ее
изображением, размещалась надпись: «Я — в​ озрождение». Эта обитательница двух стихий, воды и воздуха, считалась защитницей матерей и новорожденных, была эмблемой богинь Изиды и Хект (Хекет). С лягушачьими
1

Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т. 2. С. 141.

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

211

головами изображались мужские первобожества-созидатели Хук (Бесконечность), Нун (Вода), Кук (Темнота) и Амон (Невидимый — В
​ оздух).
Согласно ведическому мифу Великая Лягушка поддерживает Землю.
Лягушки восхваляются в древнеиндийской «Ригведе»; гимн лягушкам является словесной частью ритуала вызывания дождя. В Китае этот образ
тоже использовался в аналогичных целях. Он воспринимался как символ
инь — ж
​ енского начала, был связан с категориями бессмертия, богатства
и долголетия. В Японии встреча с лягушкой до сих пор воспринимается
как знак удачи. Согласно кельтской традиции лягушка является воплощением Владыки Земли, олицетворяет силу исцеляющих вод. В античной
мифологии лягушка входит в свиту Афродиты/Венеры и связывается,
с одной стороны, с плодородием и гармонией между влюбленными, с другой — ​с распутством.
В христианстве символизм невинного земноводного существа, как
и многих других образов, неоднозначен. Так, если ранние христиане выбирали ее изображение для храмовых светильников (подобно древним
египтянам), вырезая на них надпись «Я есмь Воскресение», то впоследствии лягушке стали приписывать значения греха, зла, еретичества, зависти, жадности, распутства.
У славян она ассоциируется с плодородием и влагой, считается хранительницей и повелительницей всех водоемов, от озер до колодцев. По некоторым преданиям, лягушки вытягивают из воды новорожденных и приносят в дом. Отсюда проистекает и приписываемая им роль домашней
покровительницы. С древних времен квакающим созданиям отводилась
жертвенная роль, поскольку их активно использовали в целительской
практике широкого спектра действия, от тяжелых проявлений сибирской
язвы до заживления бытовых ран.
Таким образом, участие лягушки в круге помощников-информаторов
Бабы Яги обусловлено:
1. Наличием у них обеих божественной природы;
2. Общностью роли в потенциале перехода «жизнь–смерть–жизнь»;
3. Поддержанием деторождения и защитой материнства.

Старая змея
Змея является древнейшим символом в мировых традиционных культурах. С одной стороны, она связана со смертью, с другой — ​с возрождением. Среди характеристических свойств змеи одной из самых важных
является мудрость и долголетие. В многочисленных сюжетах славянских
сказок Баба Яга вопрошает всех птиц, зверей и гадов о том, где найти то,
что нужно герою повествования, и не получает нужного ответа до тех

212

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

пор, пока не приползает в конце концов очень старая змея (или гадюка).
Именно она оказывается ведающей, разумеется неслучайно. Дело в том,
что старой змеей в фольклорных источниках часто называется Царица
змей. В ее полномочия входило решение споров и жалоб среди змеиного
народа, определение календарных сроков бодрствования и спячки, назначение жертв ужаливания из числа провинившихся людей и т. д. Царица змей (или Царь) в символическом плане несут на себе древние черты
демиургов — ​создателей мира и справедливого социального устройства,
обладают властью над судьбой человека, включая жизнь и смерть, удачу,
благополучие и здоровье. К старым змеям относят и волшебных пресмыкающихся Гарафену (Аграфену), Скоропею. Они обитают в центре мира,
на острове Буяне и охраняют чудесный Алатырь-камень, через который
боги общаются с людьми.
Важно, что среди прочего у старой змеи имелась и функция охраны
поселений, включая жилища, дворы, сады и поля. Домовая змея-защитница — ​весьма любопытный персонаж, принятый не только у славян, но
также в Армении, Австрии, Швейцарии, странах Средиземноморья, Балтии и т. д. Сербы считают, что она обитает под лестницей или под порогом,
болгары определяют ее расположение справа от очага или под фундаментом дома, реже — ​в стене, а словаки предполагают, что ее обиталище находится в стене. Фактически это дух предка семьи/рода, а в более древние
времена — п
​ лемени, имевший гораздо более широкие полномочия, нежели
появившийся позднее образ домового. И отношение к этому духу было
соответствующим, почтительным и уважительным. Домашних змей (часто
в их качестве выступали ужи) поили молоком, кормили сыром и яйцами.
Существовал строгий запрет на причинение им вреда, а обидчики подлежали суровому наказанию.
Считалось, что домовая змея может одаривать семью богатством, доставая для нее змеиный камень, корону, розу с головой змеи и т. д. Она
способна защищать (в том числе, от поползновений своих ядовитых собратьев), помогать (например, отлавливая мышей), оберегать от сплетен
и наговоров, обеспечивать связь с душами предков или прародителя рода.
Кроме того, она связана с душами тех, кто проживает в доме, и особенно
любит детей. Так, по литовскому поверью, под каждым домом в земле
живут змеи, число которых отвечает числу членов семьи; каждую ночь
они выползают из нор, обвивают спящих и через собственное дыхание
передают им здоровье, силу и бодрость. Уход или смерть домовой змеи
предвещал смерть хозяина дома, но и после кончины он оставался под ее
покровительством. По славянским верованиям, ужи, обитающие на кладбище, стерегут их души, а по индийским — з​ меи охраняют души умерших
героев, поэтому достойны почитания. Наконец, им приписывается дар

Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги

213

прорицания. Так, эстонцы уверены, что змея уходит из дома за три дня
перед пожаром.
Змея охраняет и домашний скот, и земельные угодья, поэтому ее символически связывают с землей и плодородием. Кроме того, в мифологических сюжетах это бескрылое существо, пробуждаясь по весне, взлетает
в небо, осыпая округу искрами из глаз, извергая пламя из пасти, круша
деревья и горы ударами хвоста и запуская бурные потоки воды. Нетрудно
определить, что речь идет о весенних грозах, и, таким образом, о причастности змеи к благодатному дождю и влаге как таковой, а также о связи ее с богами-громовержцами. Подобные воззрения распространены
практически по всему свету. Правда, в одном из христианизированных
преданий отмечается, что в старое время одна злая баба (таково одно из
поименований Бабы Яги) «взяла грязную пелену и накрыла месяц, который тогда ходил низко и даже совсем по земле; месяц поднялся высоко
на небо — ​туда, где и теперь виден, и проклял нечестивую; вследствие
этого проклятия она превратилась в змею, и от нее произошли все теперь
существующие земные змеи. Много она людей пожрала и истребила бы
весь свет, да святой Георгий убил ее» 1. Таким образом, Баба Яга называется прародительницей змей, хоть и в откровенно негативном плане ее
поведения. Однако в этой легенде угадываются более ранние воззрения,
согласно которым хозяйка избушки на курьих ножках изначально имела
зооморфный облик. И совершенно справедливо отмечал еще в XIX веке
А. Н. Афанасьев: «…у самих славян баба-яга и мифическая змеиха выступают в преданиях как личности тождественные; что в одном варианте
приписывается змее, то нередко в другом исполняется ягою»2. Аналогичную мысль позднее высказывала О. А. Черепанова 3.
Итак, символический образ змеи в контексте рассматриваемой темы
взаимодействия с Бабой Ягой обнаруживает ряд принципиально важных
позиций.
1. Старая змея как Царица змей не только имеет широкие полномочия
управления змеиным народом как социальным сообществом, но и обладает властью над судьбой человека, его жизнью и смертью, здоровьем
и благополучием. Этот образ несет на себе древние черты демиургов —​
создателей мира и справедливого социального устройства. По всем древним преданиям, змеи по велению своих правителей жалили людей только
«за дело», то есть за серьезную провинность, и никак иначе.
2. Поскольку Старая змея/Царица змей имеет космогонический характер древней прародительницы и охранительницы мира, постольку эти
1
2
3

Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. М., 1869. Т. 3. С. 24.
Там же. С. 588.
Черепанова О.А. Мифологическая лексика Русского Севера. Л., 1983. С. 109.

214

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

качества мифологически и психологически сближают ее с древнейшим
зооморфным прообразом Хозяйки мира — ​Бабы Яги. Можно сказать,
что на зов Бабы Яги является ее более поздняя ипостась.
3. Ситуация визита Старой змеи может использоваться в психологической практике как метафорический прием восстановления согласованности сознания и подсознания, а также профилактики их рассогласования.
***
Общий вывод о символических значениях образов помощников, слуг
и спутников Бабы Яги заключается в том, что в этом «коллективе» присутствуют персонажи, причастные к разным из трех частей мироздания:
небесного, земного и подземного, что является свидетельством исключительности ее статуса.

Приложения

Приложение 1. Психологические
игры и упражнения, связанные
с образом Бабы Яги

Баба Яга: знакомство с образом
Приводимая ниже сказкотерапевтическая технология может быть
реализована в разных контекстах: как элемент знакомства с сущностью
сказочных персонажей в процессе обучения психологов основам сказкотерапии; как особая процедура в психотерапевтической группе; как
упражнение на взаимодействие, способствующее динамике тренинга
(необязательно сказкотерапевтического); как отдельная игра с целью
сплочения участников. Иными словами, целевая направленность этой
психотехнологии может быть очень разной, что определяет нюансы ее
проведения и глубину проработки психологических проблем участников.
Опишем некий усредненный вариант.
Цели:
–– выявление психологических ресурсов сказочных персонажей для
участников;
–– осознание своих особенностей, связанных с поведением, отношениями с другими людьми;
–– расширение репертуара способов взаимодействия с другими людьми.
Размер группы: до 50 человек.
Ресурсы: листы бумаги формата А1 или А2 до 10 штук, средства для
рисования (краски, карандаши, мелки), разноцветные платки достаточно
большого размера до 10 штук, ленты, маски зверей.
Время проведения: 2–2,5 часа.

Ход работы
1-й этап. Характеристики, атрибуты и портрет Бабы Яги
Ведущий: Как вы думаете, какому сказочному персонажу будет посвящено сегодняшнее наше занятие? Даю несколько подсказок: это женщина;
предпочитает уединение; у нее довольно необычное жилище; ее поступки
часто вызывают недоумение в силу их противоречивости; многие ее побаиваются.

218

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Обычно этих подсказок достаточно, чтобы участники определили
Бабу Ягу. Если все-таки этого не произошло, то можно сказать, что речь
идет о самом загадочном персонаже славянского фольклора. Это, пожалуй, самая прямая подсказка, так как многие люди с детства бывают
озадачены некоторыми особенностями Бабы Яги.
Ведущий: Да, вы правы, сегодня займемся именно этим сказочным
персонажем. Давайте разделимся на группы по пять-шесть человек (если
группа большая — ​в районе 50 участников, то можно разбиться на подгруппы в восемь человек, участники могут сделать это самостоятельно,
либо способ разбиения предлагает ведущий; каждая подгруппа получает
лист бумаги формата А1 или А2 и средства для изобразительной деятельности). Первое задание таково. Разделите лист бумаги на два столбца.
В первом столбце запишите все известные вам личностные особенности
Бабы Яги, проявляемые ею в сказках. Эти характеристики можно фиксировать как в форме существительных, так и в форме прилагательных.
Во втором столбце запишите свойственные ей атрибуты. После этого на
обратной стороне листа нарисуйте портрет Бабы Яги в интерьере в соответствии с названными вами ее личностными особенностями и атрибутами. Время на работу — 3
​ 0 минут.
Ведущему следует внимательно следить за происходящим в группах.
В зависимости от темпоритма деятельности участников время можно сократить или увеличить.
2-й этап. Презентация образа Бабы Яги
Ведущий: Теперь каждая группа должна поочередно представить результат. После каждой презентации можно задать уточняющие вопросы
представителям групп.
Участники демонстрируют другим портреты Бабы Яги и одновременно зачитывают подготовленные ими списки ее личностных особенностей и атрибутов. После каждого представления возникает обсуждение, касающееся согласия или несогласия с какими-то характеристиками из списка или с называемыми атрибутами. Иногда самому ведущему
требуется уточнить, на что опирались участники, называя ту или иную
личностную особенность Бабы Яги. Участники должны аргументировать свое мнение, вспоминая эпизоды из сказок. Как правило — и
​ этому
не стоит удивляться! — в​ каждой группе возникает своеобразный, посвоему уникальный образ Бабы Яги, интегрированный из описания ее
личностных особенностей и портрета: у кого-то это зловещая старуха
с темной душой и недобрыми намерениями; у кого-то — о
​ птимистичная
и деятельная женщина, активно помогающая тем, кто к ней обращается; у кого-то — ​уставший от людей и в общем-то несчастный пожилой

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

219

человек, мечтающий о покое; а у кого-то — ​о чаровашка, питающая
явный интерес к противоположному полу. Описания и выставленные
на «вернисаже» портреты настолько порой разнятся, что возникает
впечатление, что речь идет о совершенно разных персонажах. Ведущему даже не приходится обращать на этот факт внимания участников, он настолько очевиден, что они сами говорят об этом. Можно
организовать короткую дискуссию о причинах такого разнообразия
трактовок образа.
3-й этап. Показ сценок
Ведущий: Переходим к следующему заданию. Каждой группе нужно
представить какой-либо эпизод из любой сказки с участием Бабы Яги либо
в виде «живой картины» — ​статичной или подвижной с обязательным
участием всех членов группы, либо в виде маленькой сценки, в которой
все участники должны исполнять какую-либо роль. Можно использовать для создания соответствующего антуража имеющиеся здесь вещи
(ведущий указывает на платки, ленты, маски и прочие приготовленные
им предметы). Время на подготовку — 1
​ 5 минут.
Обычно участники увлеченно готовятся к выступлению; чем больше
предметов для создания антуража имеется — ​тем лучше. Через отведенный промежуток времени группы поочередно демонстрируют свои миниспектакли. Перед началом показов ведущий предупреждает исполнителей
роли Бабы Яги, чтобы они не снимали использованные атрибуты и не выходили из роли после завершения выступления. Сценки, представленные
каждой группой, заканчиваются аплодисментами зрителей. Никаких комментариев ведущего относительно выступлений и никаких обсуждений
зрителями не предусматривается.
4-й этап. Пресс-конференция Бабы Яги
После всех показов актеры, исполнявшие роль Бабы Яги, в соответствующем облачении приглашаются ведущим на «сцену». Ведущий
предупреждает, что он будет задавать вопросы, а тот человек, к которому
будет обращен вопрос, должен отвечать так, как, по его мнению, ответил
бы его герой, то есть от лица Бабы Яги. Начинать представляется целесообразным с того персонажа, который появился на сцене первым. Переход к другому персонажу диктуется логикой разговора. После общения
с одной Бабой Ягой ведущий может сразу обратиться к другой, предложив ей либо те же самые вопросы, либо сформулировав новые. Можно
действовать и иначе, попросив каждую Бабу Ягу поочередно ответить на
один и тот же вопрос.
Каковы же вопросы ведущего, в чем их основная цель?

220

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

В качестве примера приведем некоторые вопросы (список не является
исчерпывающим и ограничивается временем занятия и желаемой глубиной погружения в роль).
Сколько вам лет, уважаемая Баба Яга?
Как давно вы живете в своей избушке?
Что вас заставило поселиться здесь?
В каких отношениях вы состоите с Кощеем Бессмертным? Со Змеем
Горынычем?
Объясните, пожалуйста, почему вы хотели сначала съесть Ивана, а затем стали ему помогать?
Чем вы в себе гордитесь?
Есть ли у вас мечта? В чем она состоит?
Что для вас самое ценное в жизни, в других, в себе?
Как вы видите свое будущее? Чего вы добиваетесь?
Перечисленные возможные вопросы позволяют увидеть, что они имеют в большинстве случаев «открытый» характер, то есть дают возможность свободного фантазирования и погружения в исполняемую роль.
Исполнитель этой роли и другие участники начинают все глубже понимать свою героиню — ​но каждый по-своему. Затем ведущий объявляет
пресс-конференцию, которую дают Бабы Яги, а все другие участники
могут задать им любые вопросы. Ответы персонажей раскрывают еще
более глубокие трактовки образа, которые могут оказаться совершенно неожиданными. Вдруг выясняется, что Баба Яга — это прежде всего
защитник природы, леса и его обитателей, настоящий эколог, который
любит природный мир больше, чем социальный, считает, что цивилизация
разрушает все. Или Баба Яга предстает страдающей женщиной, которая
не нашла личного счастья и стремится помочь другим обрести его.
Такие трактовки становятся настоящим откровением для участников.
Привычный с детства персонаж оборачивается совершенно неожиданными сторонами, поступки получают иную оценку, возникает подлинное
понимание и сопереживание.
Кроме того, не следует забывать, что ни распределение ролей в группе,
ни трактовка исполняемой роли не являются случайностью. В роли Бабы
Яги исполнитель отражает — ​хотя бы частично — ​самого себя. Иногда
анализ из роли явно позволяет обнаружить проблемы и болевые точки
самого исполнителя.
Эта процедура может занять 30–40 минут.
5-й этап. Анализ и рефлексия
Затем осуществляется деролинг — п
​ сиходраматическая процедура
«снятия» роли. Эмоциональное погружение в роль на предыдущих двух

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

221

этапах может быть настолько велико, что «актеров» требуется «вернуть» в самих себя. Обычно для этого достаточно каждому исполнителю произнести ритуальную фразу «Я не Баба Яга, я — ​(собственное
имя)». Лучше если деролинг будет проведен и с другими исполнителями, хотя у них, по всей видимости, эффект погружения в роль будет
ниже.
На этом этапе каждый из участников, игравших роль Бабы Яги,
рассказывает о своих переживаниях, возникших во время исполнения
роли и анализа их ролей, о появившихся мыслях. Самое главное здесь —​
дать возможность каждому полностью высказаться. Ведущему важно
уточнить, какое отношение высказанное из роли имеет к его настоящей
жизни, какой опыт он вынес для себя, что дало ему погружение в образ
Бабы Яги.
Такая работа вызывает стремление перечитать сказки о Бабе Яге, переосмыслить их содержание. Часто на следующем занятии происходит
возвращение к событиям предыдущего. Участники высказывают желание
сообщить о том, как образ Бабы Яги повлиял на их поведение.
После завершения этой технологии ведущий может организовать
общее обсуждение происходившего и трактовок образа Бабы Яги и в итоге выйти на информацию об основных версиях толкования этого образа
в современной науке. Однако, думается, в данный момент этого делать не
стоит, отложив такое объяснение, по крайней мере, до следующего занятия, поскольку для участников пока важнее оказывается их собственное
переживание образа Бабы Яги и для их внутреннего изменения это более
существенно.

Волшебный клубок
Данная психологическая практика может использоваться в качестве
инструмента объединения участников в сформированной психотерапевтической группе, усиления взаимопонимания и толерантности в действующих
коллективах (например, школьных классов, отрядов оздоровительных лагерей, корпоративных структур и т. д.), а также как интерактивная техника
в обучении психологов. При этом спектр целей, на достижение которых она
может быть направлена, должен учитывать состав участников и характер их
мотиваций присутствия в группе. Однако в любом случае она реализуется
на основе базовой модели, общей для любой аудитории.
Цели:
1) когнитивные: концентрация внимания, памяти и мышления; развитие ассоциативного мышления; самоорганизация мыслительных процессов;

222

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

2) коммуникативные: совершенствование умений и навыков формулирования своих мыслей; вырабатывание лояльного отношения к мнениям,
отличным от собственного;
3) интрапсихические: самоосознание личностных особенностей взаимоотношений с другими людьми; саморегуляция эмоциональных реакций.
Размер группы: от 5 до 15 человек 1.
Ресурсы: клубок прочной нити/шпагата/ленты.
Время проведения: от 30 до 40 минут.

Ход занятия
Основной этап (до 30 минут). Ведущий, обращаясь к сидящим в кругу
участникам и показывая клубок пряжи/шпагата/ленты, говорит:
Посмотрите, какой интересный предмет у меня в руках. Может быть,
кто-то подумает, что ничего особенного в нем нет. На самом деле, этот
клубок волшебный. Мне его лично в руки передала Баба Яга. Вы, конечно,
знаете, что в сказках она вручала клубок герою — ​Иванушке, например.
А помните, для чего?
Разумеется, для участников не составляет труда ответить на вопрос.
Ведущий: Но, видите ли, Баба Яга очень торопилась по своим сказочным делам и, сообщив, что он пригодится в нашей сегодняшней встрече,
ничего не сказала о том, для чего именно, а быстро вскочила в ступу и улетела. Придется нам самим решить этот вопрос, мы же не можем проигнорировать подарок от самой Бабы Яги! Давайте поступим так: вы будете
передавать или перебрасывать клубок друг другу в случайном порядке:
хотя тому, кто сидит рядом, хотя сидящем напротив или наискосок. Но
при этом «хвостик» нити надо оставлять у себя. И самое важное: перекидывая клубок, надо назвать имя того, кому его отправляете, и сказать,
в чем он может помочь этому человеку. Например: «Ваня, чтобы ты не
заблудился по дороге в школу»; «Таня, чтобы больше не теряла телефон»;
«Макс, чтобы ты нашел настоящую любовь»; «Лена, чтобы не забывала
чаще улыбаться». Понятно?
После подтверждения того, что все поняли правила игры, ведущий
продолжает:
Ну что ж, тогда начинаем. Сейчас я подброшу клубок в центр круга,
а вы постараетесь его поймать. Кому это удастся, тот и будет первым его
обладателем.
1
При необходимости проведения занятия с превышающим количеством участников
организуется 2–3 группы. Если число участников отличается незначительно (на 1–3 человек),
то перед началом игры выбираются эксперты, которые наблюдают за ее ходом, фиксируют
наиболее типичные мнения и обеспечивают соблюдение плавил.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

223

В этом стартовом сообщении для ведущего очень важно, формулируя его, заложить мотивацию к действию (так, высказывания
типа«удастся», «обладателем» ориентируют на успех), чтобы снять
потенциально возможное стеснение у кого-либо из игроков, способствовать раскрепощению.
Впрочем, обычно предложение сменить положение тела (с сидячего
на стоячее) и подвигаться вызывает позитивные эмоции участников.
Перебрасывание клубка продолжается до тех пор, пока он не размотается до конца. Одному и тому же игроку можно передавать клубок
сколько угодно раз. Попросив участников, не выпускать из рук нити,
ведущий или сам, или с участием экспертов подводит итоги:
––сколько путеводных применений клубка нашлось;
––каких применений оказалось больше: направленных на поиски
физических предметов и ориентиров (дороги, адреса и т. п.) или связанных с духовными, моральными, психологическими аспектами;
––оказалось ли у кого-то больше пожеланий?
Ведущий: Спасибо, что продолжаете держать в руках нить нашего
волшебного клубка. Посмотрите-ка, что у нас получилось в результате
ее переплетения? На что это похоже?
Игроки называют ассоциации: паутина, сетка, батут, полотно редкого плетения, интрига, маршрут и т. д. При затруднении ведущий может давать подсказки, стимулирующие расширение ассоциативного
ряда: похоже ли это на плутание в лесу заблудившегося грибника, на
заячьи скачки, рисунок годовалого ребенка, поиск информации в интернете?..
После обсуждения ведущий вновь обращается к группе:
Замечательно! Сколько интересных ассоциаций можно увидеть
в случайном переплетении нити, особенно если она — ​волшебная. Но
ко всем ним можно добавить еще вот что.
Во-первых, это переплетение показывает, что мы связаны друг
с другом, когда общаемся. Не так ли?
Во-вторых, когда мы высказываем или обдумываем что-то, это
может перекрещиваться с мыслями других людей, и если они сильно
отличаются, то может возникнуть путаница недопонимания. А чтобы
ее распутать, порой нужны немалые усилия.
Давайте сейчас начнем сматывать нить в обратном направлении,
в клубок. Только для того, чтобы случилось волшебство, надо представлять себе, как одновременно с возвращением нити в клубок мысли
в голове приводятся в порядок, и тогда нам в разных жизненных ситуациях их легче будет не запутывать. Стоит только представить, что
держишь в руках волшебный клубок.

224

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Актуальность последней рекомендации связана не только с ее психологической сутью, но и с тем, что процесс собирания нити в клубок более сложен и трудозатратен. Иногда, особенно в подростковой
­аудитории, он может вызвать эмоциональный переполох. Мысленное
представление «наведения порядка в мозгах» помогает организовать
эту процедуру в аспекте внутренней самоорганизации.
По завершении процесса сматывания клубка ведущий берет его
в руки и обращается к группе:
Очень хорошо.Точно так же, как клубок собрал в себе всю длину
нити, клубок в руки, множество мыслей, идей и рассуждений человека
может быть собрано воедино, и очень важно держать их именно в собранном состоянии, чтобы ими можно было беспрепятственно пользоваться.
Наверно, нам стоит поблагодарить Бабу Ягу и ее чудесный подарок,
а также попросить сохранить и поддерживать способность не разбрасываться мыслями, а собирать их вместе. Сейчас я пущу клубок по
кругу, и пусть каждый по очереди скажет это своими словами, держа
в руках клубок, а затем передаст соседу.
По завершении этого действия ведущий просит игроков представить себе, что они снова держат в руках волшебный клубок, и по очереди высказаться, какое ощущение самое сильное (например, плотный,
тугой, шершавый и т. д.), и после этого благодарит их.
Заключительный этап. Обсуждение и рефлексия (до 10 минут). Ведущий предлагает участникам походить по комнате и мысленно прокрутить произошедшее в игре с клубком (1–2 минуты), а затем сесть
в круг. В заключение проводится обмен мнениями: что было интереснее
всего, что мешало, какое из высказанных пожеланий самое полезное?

Превращения
Игру можно применять в сказкотерапевтических тренингах для подростков, имеющих целью развитие самосознания. Думается, практически
без изменений ее можно применить и в тренинге со взрослыми, поскольку
фабула игры позволяет наполнить ее новым содержанием и обогатить
смыслонаполнение. Если при проведении игры ассистент ведущего сможет сыграть роль Бабы Яги (в группах для младших подростков), то это
еще более повысит увлекательность действия.
Цели:
–– развитие эмпатии, умения чувствовать другого человека;
–– развитие рефлексии, осознание своих предпочтений и ценнстносмысловых ориентаций.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

225

Размер группы: до 12 человек.
Ресурсы: листы бумаги формата А 4 по числу участников, авторучки.
Время проведения: 1,5–2 часа.

Ход работы
Ведущий: Сегодня мы с вами немного пофантазируем. Попробуем
представить себя героями следующей сказочной истории.
Отправились мы как-то всей нашей компанией в дальний поход
и удивительным образом оказались в темных и мрачных горах… С трудом, когда уже стемнело, прошли мы перевал и увидели странный черный замок, в котором не светилось ни одного окошка. Усталость давала
о себе знать, хотелось поскорее перекусить и завалиться спать, и, несмотря на неприветливость мрачного замка, мы решили добраться до
него и там передохнуть. Когда мы дошли до ворот замка, почти совсем
стемнело. Мы толкнули тяжелые кованые ворота, и они, оказавшись
незапертыми, неожиданно легко отворились. Мы шагнули во двор замка… И тут непонятно откуда раздался глухой и страшный голос: «Кто
это пришел ко мне без приглашения? Я сейчас далеко, но вернусь к себе
быстро. Незваным гостям не поздоровится!»
В ужасе мы бросились прочь от зловещего замка. Бежали по какомуто ущелью, перешли вброд ручей, вскарабкались на скалу и спустились
вниз. В конце концов уже в полной темноте оказались в дремучем лесу.
Уже отчаяние охватывало нас, но во мраке мы увидели огонек и двинулись к нему. Но что же мы увидели, подойдя ближе?! На поляне окруженная частоколом с черепами, чьи глаза светились красным, стояла…
избушка без окон и без дверей. Вдруг избушка повернулась вокруг своей
оси, и с обратной стороны оказалась дверь. Дверь распахнулась, и оттуда показалась старуха такой ужасной внешности, что все так и ахнули.
А кто-то сказал: «Баба Яга!»
«Я она и есть! — п
​ роскрипела старуха.— А вы кто такие?»
Мы рассказали ей, как пошли в поход, наткнулись на черный замок
и вошли во двор, но нас испугал кошмарный голос.
«Так вы в жилище Кощея Бессмертного пожаловали! Повезло вам,
что дома не застали. Но он на коне своем богатырском уже скоро назад
вернется и в погоню за вами отправится. А к полуночи здесь будет».
«Так что же делать, бабушка? Помоги нам!»
«Помощь мою еще заслужить требуется… Но времени почти не осталось. Ладно. Слушайте. Я могу превратить вас во что угодно из окружающего: в любую вещь, что есть в моей избушке, в любого зверя из моего
леса, в птицу, в дерево, в цветок, в травинку, в ручей… В этом обличье

226

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

надо будет вам пробыть три дня и три ночи, пока вас будет искать Кощей.
Но важно, чтобы соответствовало вам это обличье, чтобы комфортно
в нем было. Иначе найдет он вас…»
Чье тело или какой предмет вы выбрали бы, окажись в такой ситуа­
ции?
Участники группы задумываются. Выдержав небольшую паузу, ведущий продолжает:
Баба Яга вздохнула и сказала: «Но я стара стала, не запомнить мне,
кого во что превратила. Чтобы через три дня и три ночи не перепутать
и знать, откуда вас расколдовывать, надо мне записочки оставить».
Вам дается пятнадцать минут на то, чтобы написать маленькое сочинение о том, в какое животное, птицу, рыбу, растение или какой-то
предмет из атрибутов Бабы Яги вы превратились. Объясните в этом сочинении, почему вы сделали именно такой выбор. Чем вас привлекает
пребывание трое суток именно в таком обличье? Можно начинать записку словами «Прошу превратить меня в …», а дальше объяснить почему.
Ведущий раздает участникам группы одинаковые листы бумаги
и предлагает найти себе место в аудитории, где можно поработать над
запиской. Важно, чтобы подростки писали сочинения самостоятельно,
не мешая друг другу и не подглядывая в чужой текст. Драматическая
ситуация, предложенная ведущим в этом упражнении, обычно глубоко
затрагивает участников, заставляет переживать довольно сильные эмоции. Для усиления эффекта погружения в ситуацию во время написания
подростками сочинений можно включить негромкую музыку, в которой
звучали бы тревожные ноты.
Когда работа закончена, участники группы сдают подписанные листы ведущему. Ведущий продолжает:
Итак, оставив свои записки, вы превратились в кого-то или во что-то
и остались в таком виде на трое суток. Наконец, опасное время миновало. Кощей искал-искал, но не нашел никого и отправился восвояси.
Но вот беда: Баба Яга по рассеянности куда-то засунула ваши записки
и не может найти.
Давайте попробуем сами определить, кто во что оказался превращен.
Но те, кого пытаются найти, должны просто невозмутимо слушать все
высказываемые предположения и не реагировать, даже если произошло
угадывание.
Ведущий называет участников по кругу, а все остальные высказывают свои предположения. Ведущий поощряет участников выдвигать как
можно больше разных версий.
Ведущий: Ну вот, мы высказали свои идеи относительно каждого.
Очень надеюсь, что во многих случаях нам удалось определить правиль-

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

227

но. Но, кажется, Баба Яга сумела отыскать ваши записки. Однако не
все тут хорошо: она случайно залила листы бумаги колдовским зельем,
так что подписи под записками оказались безнадежно испорченными.
Давайте поможем ей расколдовать всех нас. Попробуем определить
по содержанию сочинений, кто их написал. Я буду зачитывать тексты,
а вы высказывайтесь — ​кто, по-вашему, автор каждого из них. Если вы
­услышали собственное сочинение, не подавайте виду, дайте возможность порассуждать другим.
Перетасовав листы, ведущий по очереди зачитывает сочинения
участников, не называя авторов. Если группа смешанная по половому
признаку, то ведущему следует так переформулировать некоторые предложения, чтобы не было ясно из текста, кто автор — м
​ альчик или девочка. Например, вместо предложения «Я хотел (хотела) бы превратиться
в…» ведущий может сказать: «Автор этого сочинения хотел бы превратиться в…». Это затруднит угадывание и придаст большее оживление
процедуре. Интересно, что во многих группах определение авторства
сочинений происходит достаточно быстро и безошибочно. Когда все
участники группы найдены, ведущий поздравляет всех с возвращением
в свои тела.
После завершения упражнения следует обсудить такие вопросы:
–– удалось ли кому-то угадать, в кого вы решили превратиться;
–– как вы сумели догадаться о замысле своего товарища по группе;
–– что помогало вам определить автора сочинения;
–– какие сочинения понравились вам больше всего;
–– что именно в них привлекает;
–– какие превращения оказались для вас неожиданными;
–– кого вы видели в образе не того существа или предмета, который
выбрал сам человек, а совершенно по-другому, почему;
–– можно ли, по-вашему, считать, что выбор человеком того, в кого
или во что он готов превратиться, многое говорит о самом человеке?
Упражнение позволяет участникам по-новому взглянуть на себя,
свои качества, определиться в своих жизненных позициях и ценностях.
Обсуждение этой игры может вывести на разговор об очень серьезных
вещах.
В качестве иллюстраций приведем отрывки из некоторых записок
участников игры.
«Я бы хотел превратиться в птицу, лучше всего в орла. Почему? Потому что у него есть возможность передвигаться по миру, бывать в новых
землях. Ведь сверху можно увидеть так много интересного. Быть растением или камнем скучно. Придется трое суток находиться на одном
и том же месте и сдвинуться невозможно. А орел свободен и независим,

228

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

я хотел бы тоже стать независимым — х
​ отя бы на три дня. А потом можно снова вернуться в свое тело».
«Если бы нужно было в кого-нибудь превратиться, я бы стала рекой. Я вообще очень люблю воду, а тут можно самой стать водой. Река
может быть спокойной и бурной, быстрой, стремительной и нетороп­
ливой. У нее может быть разный, многосторонний характер. А самое
главное — ​река полезна всем: водой она питает корни растений, дает
пристанище рыбам, утоляет жажду животных. А ведь среди рыб, растений и животных наверняка будут мои друзья. Значит, я смогу быть
нужной им даже в эти три дня, пока нас ищет Кощей».
«Я стану кошкой — ​пушистой, изящной, красивой кошкой. Мне это
сразу стало ясно, потому что я люблю и понимаю кошек. Мне даже кажется, что когда-то в прошлой жизни я сама уже была кошкой. Я, помоему, по характеру похожа на кошку: на ласку отвечаю добром, но
пренебрежительного отношения не потерплю, могу и укусить. В кошке
есть какое-то благородство, аристократизм. В теле кошки я легко смогу
провести три дня и даже больше.
А может быть, потом я и не захочу возвращаться в человеческое
тело».
«Сундук Бабы Яги. Да, я стал бы сундуком. Это вещь прочная, надежная. У сундука есть преимущества. В нем можно сохранить много
нужных вещей. А у Бабы Яги там наверняка много чего интересного.
А если там будут книги, то мне три дня не будет скучно, я буду читать».

Говорящие вещи
Описываемая ниже процедура является многоцелевой: в качестве
важнейших целей в ней могут выступать развитие рефлексии, пробуждение творческих ресурсов и ресурсов воображения, тренировка умений
воспринимать мир глубоко и нестандартно, преодоление стереотипов,
осознание своего отношения к вещам и многое другое. Конкретная ситуация тренинга и задачи, которые ставит перед собой ведущий, определяют те акценты, которые будут особенно важны в данный момент
работы с данной группой.
Упражнение предназначено для использования в тренинге с младшими подростками. Но его потенциалы значительны, что позволяет применять эту психологическую технику в разных модификациях в работе
не только с детьми, но и со взрослыми. Это упражнение может быть
включено в программу тренинга первого этапа, когда участники еще
недостаточно знакомы друг с другом. Время на всю процедуру — о
​ коло
часа.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

229

Цели:
–– развитие умений перевоплощения и вхождения в необычную роль;
–– помощь участникам в самораскрытии;
–– развитие эмпатических умений;
–– формирование навыков самосознания.
Размер группы: от 6 человек.
Ресурсы: личные вещи участников, листы бумаги формата А 4, авторучки на каждого, костюм Бабы Яги (минимально — ​цветастая шаль
и платок).
Время: 50–60 минут.

Ход упражнения
Первый этап
Ведущий: Сегодня мы в очередной раз окажемся в гостях у Бабы Яги,
потому что только она умеет творить волшебство и помогать нам узнавать
нечто новое о себе и других участниках нашей группы. Каким образом
она сделает это сегодня? Об этом — ​чуть позже. Итак, вы все оказались
в избушке Бабы Яги… (Ведущий накидывает шаль и повязывает платок
на голову.)
Ведущий (из роли Бабы Яги): Что же, гости дорогие, раз уж вы пришли
ко мне, без волшебства и чар я вас не отпущу. Зато что-нибудь новенькое
о себе и других узнаете. Вспомните-ка, есть ли у вас с собой какая-либо
вещь, которая достаточно давно находится с вами. Может быть, эта вещь
вам чем-то памятна, с ней могут быть связаны воспоминания о каких-то
событиях вашей жизни. Возможно, эта вещь вам симпатична, чем-то вас
привлекает. Выберите что-то из того, что находится в ваших карманах,
а может быть, в ваших сумках или даже на вашем теле… Когда вы определитесь с вещью, возьмите ее в руки. Если для этого потребуется встать
и покинуть на время круг — в случае, если вещь находится в сумке, — ​то
сделайте это.
Если количество участников тренинговой группы не слишком велико
(восемь-девять человек), то делить ее на подгруппы нет необходимости.
Но если участников больше, то есть смысл произвести разбивку на подгруппы. Наиболее подходящее количество участников в подгруппах —​
шесть человек. Формирование таких подгрупп можно провести самыми
разными способами, помня об обычном тренинговом правиле: лучше, если
такие подгруппы каждый раз будут иными по составу, чтобы каждый из
участников получал возможность взаимодействия с разными людьми.
В итоге все члены группы оказываются сидящими в одном или нескольких кружках, а ведущий оказывается вне этих кругов.

230

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Ведущий: Посмотрите на те вещи, которые находятся в руках у ваших
товарищей по команде. Это не простые вещи. Вы еще не знаете об этом,
но именно сегодня должно произойти чудо. Через несколько секунд
я произнесу заклинание и вещи, которые вы выбрали… оживут! Люди,
сидящие в кружках, исчезнут и превратятся в предметы, которые получат уникальную, невероятную возможность поговорить друг с другом.
Они смогут рассказать о себе, своей судьбе, своей истории, может быть,
поведают о своей хозяйке или о своем хозяине, об отношениях, которые
складываются между ними. Итак, внимание, звучит заклинание, после
которого произойдет чудо…
Шорох-морох, в серых норах
Слово вспыхнуло, как порох!
Слово ярко и светло,
Словом утро расцвело.
До небес огонь горит!
Вещи могут говорить!

…Итак, у нас есть тридцать волшебных минут на то, чтобы вещи
могли поговорить. А теперь тот человек, до которого я дотронусь, окажется первым превратившимся в предмет. Он должен будет начать говорить, например, так: «Я записная книжка Галины, я живу у нее уже
два месяца и за это время…» Когда записная книжка закончит свой
рассказ, все остальные предметы могут задать ей вопросы, обратите
внимание — ​именно записной книжке! И если она сочтет возможным,
то ответит на эти вопросы. Каждой вещи на рассказ о себе и ответы на
вопросы дается пять минут. По истечении этого времени я даю команду, и говорившая вещь передает слово другому предмету.
Ведущий подходит к каждому кругу и кладет ладонь на плечо одного из участников. Можно шепотом подсказать ему, как начать свою
речь: «Я медальон Сергея…» В течение получаса ведущий внимательно следит за временем, дает команды о передаче хода и вслушивается
в рассказы «говорящих вещей». Если в подгруппах оказалось неравное количество участников, то одна из них закончит общение раньше.
Ведущий может подойти к этой подгруппе и предложить вещам еще
побеседовать друг с другом, пока завершается работа других участников, и задать те вопросы, которые по разным причинам не были заданы
раньше.
Ведущий: Время не останавливает своего хода. И наши волшебные
тридцать минут истекают. Сейчас снова прозвучит заклинание, и ваши
вещи потеряют — ​в озможно, только на время! — ​с вою способность
говорить. Итак…

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

231

Шорох-морох, шелест трав,
шепот затихает,
успокоен шумный нрав,
голос умолкает.
Чтобы мысль была слышна,
Наступает тишина!

Вещи стали обычными вещами… Они не говорят. Однако они остаются
с вами, а значит, только от вас зависит, смогут ли они в какой-то момент
вашей жизни подать свой голос и, может быть, даже что-то посоветуют
вам.
Все участники возвращаются в общий круг, и организуется обсуждение.
–– сложно или легко было выполнять это упражнение;
–– было ли что-нибудь интересное, неожиданное в рассказах вещей;
–– что нового вы узнали о себе и о других;
–– какая вещь вас особенно удивила;
–– разные ли характеры оказались у вещей;
–– изменилось ли ваше отношение к вещи, от лица которой вам пришлось говорить.
Следует заметить, что практически всегда кто-либо из участников
обращает внимание на то, что ведь все равно говорили не вещи, а люди.
И люди по сути рассказывали сами о себе. Просто посредством неодушевленного предмета это оказалось легче сделать. То, что вряд ли рискнул
бы сам сказать о себе, в устах вещи прозвучало естественно и просто.
Но вещь в этом упражнении — ​это не просто посредник во взаимодействии с окружающими. На самом деле это еще и важная часть нас
самих, несущая в себе информацию о наших собственных качествах.
Это особенно ярко становится видно при осуществлении второго этапа
упражнения.
Второй этап
Ведущий: Вы убедились, какими разными оказались принадлежащие
вам вещи. Оказывается, они обладают яркими и своеобычными характерами. Но это еще не все. Мое волшебство еще не закончилось. Возьмите,
пожалуйста, пустой листок и положите перед собой горизонтально. Разделите поверхность листа на две части вертикальной чертой. В верхней
части получившегося левого столбца напишите название выбранной вами
на первом этапе нашей игры вещи. А теперь запишите в этом столбце
пять-семь качеств характера, которыми обладает эта вещь.
Ведущему необходимо дать участникам достаточное время для этой
работы. Ведь это бывает совсем не просто — ​оценить вещь как живое

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

232

существо. Можно обратить внимание участников группы, что чем больше
качеств зафиксировано, тем лучше.
Ведущий: На вашем листе остался пустым правый столбец. В нем
я прошу записать такие качества, которые, по вашему мнению, являются
в чем-то противоположными названным. Подчеркиваю: это необязательно должны быть явные антонимы. Они должны быть именно противоположными — ​на уровне ваших ощущений и понимания обозначенных
качеств… А теперь, когда эти качества записаны, подумайте: есть ли в вашем окружении, среди принадлежащих вам вещей, может быть, в вашей
квартире такие предметы, которые — ​если бы они ожили — ​обладали бы
именно такими качествами, теми, что записаны в правом столбце.
Задание кому-то может показаться неожиданным. Но вот что удиви­
тельно — ​почти все участники обычно находят такие вещи! Этот факт
и должен стать предметом дальнейшего обсуждения. Противопоставления порой оказываются довольно забавными: брелок и унитаз; авторучка
и подушка; медальон, подаренный любимым человеком, и компьютер. В качестве примера можно привести набор качеств последних двух предметов:
Медальон

Компьютер

Открытый
Скромный
Активный

Закрытый (он сам не может открыться — в​ ключиться)
Наглый (ведет себя безобразно, «подвисает»)
Пассивный (подчиняется программам, сам ничего
не может)
Холодный (равнодушный, электронный,
неэмоцио­нальный)
Безразличный
Умный (знает много)
Спокойный (невозможно его вывести из себя)

Теплый
Веселый
Не всегда умный
Несдержанный

Участники рассказывают о своих предметах и их качествах, обсуждают неожиданно вскрывшееся отношение к этим вещам. Некоторые,
бывает, говорят о том, что ведь на самом-то деле медальон и компьютер,
авторучка и подушка — ​это ипостаси их собственной личности. Порой
такая мысль — д
​ ля некоторых самый настоящий инсайт…
Третий этап
Ведущий: Ну а теперь порадуйте бабушку: расскажите мне сказки.
Да не те, которые в книжках записаны, а те, которые вы сами и сочините прямо сейчас. А героями ваших сказок должны стать два предмета,
которые у вас получились. Только при создании сказок надо выполнить
одно важное условие: эти предметы в конце сказки должны обязательно
объединиться или подружиться. Иными словами, между ними должны

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

233

возникнуть контакт и взаимопонимание. В вашем распоряжении двадцать
волшебных минут.
Выполнение заданий по работе с предметами, будучи ценным само по
себе, является еще и очень хорошей креативной разминкой, позволяющей
настроиться на серьезную творческую работу. Когда участники группы
завершат написание сказок и историй, ведущий предлагает желающим
прочесть свои творения. Обычно далеко не все стремятся предать огласке
результаты своей работы. Достаточно выслушать четыре-пять сказок.
Ведущий: Я прошу авторов, прочитавших свои сказки, встать. Остальные участники должны сделать выбор и определиться, какая из сказок
оказалась для вас особенно привлекательной, чью главную идею, как вам
кажется, вы поняли. К сожалению, выбрать можно только одну сказку.
Подойдите, пожалуйста, к автору выбранной вами сказки и встаньте за
его спиной.
Число участников, собравшихся возле каждого из авторов, определяет рейтинг сказки. Если окажется, что какую-то сказку выбрал только
один человек или не выбрал никто, то ведущий предлагает автору и выбравшему его сказку человеку сделать выбор из других сказок. Таким
образом, образуется несколько групп.
Ведущий: Дорогие создатели сказок, прошу вас передать листочки
с текстами ваших сказок кому-нибудь из стоящих рядом с вами людей…
А теперь сами определитесь, какая из сказок (помимо вашей собственной) кажется вам наиболее привлекательной и понятной. Подойдите к той
группе, у которой находится листочек с текстом этой сказки… Итак, теперь у нас есть группы, в каждой из которых собрались люди, выбравшие
ту или иную сказку. При этом авторы сказок находятся в других группах.
Послушайте задание: каждой группе необходимо через двадцать минут
средствами спектакля, пантомимы, живой скульптуры или любого другого
жанра искусства отразить важнейшую идею выбранной вами сказки. Важно осознать глубинный смысл авторской метафоры и найти адекватную
форму ее выражения. Приступайте!
Спустя полчаса каждая из групп представляет созданный ею продукт.
Ведущий заботится о том, чтобы автор сказки, послужившей основой для
группового творчества, оказался в первых рядах зрителей, чтобы ему было
все хорошо видно и слышно. Следует подчеркнуть уникальность момента:
меньше часа назад никакой сказки еще не было и в помине, даже замысла
еще не было, и вот теперь рожденная творческим воображением конкретного человека метафора жизни нашла свое воплощение в сценическом
действии, ожила, одухотворенная творчеством многих людей.
Ведущий, по-прежнему находящийся в роли Бабы Яги, обязательно
задает автору сказки следующие вопросы:

234

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

–– что ты чувствуешь, видя «ожившей» свою сказку;
–– какие мысли породило в тебе увиденное;
–– удалось ли другим участникам понять важнейшую идею твоей сказки, «расшифровать» твою метафору;
–– есть ли что-то замеченное другими людьми в твоей сказке, что ты
сам в ней не увидел.

Подведение итогов
По завершении обоих этапов игры необходимо провести ее обсуждение. Важнейшие вопросы:
–– какой из моментов этой игры оказался для вас самым трудным?
Самым интересным;
–– что вас удивило? Огорчило? Обрадовало;
–– что нового вы узнали о себе? О других;
–– какие сказочные метафоры показались вам самыми точными и глубокими;
–– удалось ли вам почувствовать другого человека, присоединиться
к его идеям, выраженным в сказке;
–– что этому помогло или помешало;
–– какой опыт приобрели вы в результате этой игры.
Это упражнение и его результаты можно истолковывать по-разному.
Приверженцы нейролингвистического программирования сказали бы,
что за счет «якорения» на вещи извлекаются дополнительные ресурсы
человека. Поклонники К.-Г. Юнга заметили бы, что образы выбранных
участниками вещей явно имеют архетипический характер. Еще, наверное, сказали бы о том, что с той вещью, которая фигурировала на первом
этапе упражнения, участники себя идентифицируют, а значит, в определенном смысле можно говорить об отражении в этой вещи их Эго.
А вот предмет, возникший из совокупности качеств, противоположных
качествам вещи-эго, скорее всего, несет в себе сущность тени.
Сторонники субъектного подхода наверняка говорили бы о феномене
субъектификации, явно и отчетливо, проявляющемся в этой процедуре.
Возможно, все это так. Самое важное, что в результате такой работы
и дети, и взрослые делают значимые для них психологические открытия
и узнают нечто новое о самих себе.

Магическая школа Бабы Яги
«Магические» игры, то есть игры, использующие сказочные, магические атрибуты, всегда привлекательны для участников тренинга (осо-

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

235

бенно с учетом современного эпидемиоподобного увлечения парапсихологией, колдовством и оккультизмом; с сочувствием и пониманием
отношусь к тем ведущим, которые при проведении нижеописываемого упражнения обнаружат в группе серо-буро-зеленых магов, путем
колдовских манипуляций определяющих ингредиенты ауры остальных
участников вместо отработки умений отслеживать невербальные сигналы). Говоря серьезно, целью данной психотехники является развитие умений и навыков социальной перцепции, в частности умений
фиксировать и расшифровывать малозаметные мимические движения.
Упражнение можно проводить в конце тренинговых занятий как одно
из итоговых.
Для проведения упражнения ведущий должен заблаговременно приготовить бланки (образец см. в тексте ниже), разноцветные повязки,
маски в пол-лица и маски, полностью закрывающие лицо, а также черные и белые карточки (размером с визитку) и черные и белые кружки
с одной стороной одинакового цвета. Можно использовать и какие-то
атрибуты костюма Бабы Яги.
Ведущий: В этой игре я снова буду играть роль Бабы Яги. Но сегодня
я являюсь директором школы магов. Вы все — в​ ыпускники моей школы.
Но поскольку я существо противоречивое, бываю и доброй, и злой, то
и в моей школе проходят обучение разные люди. Кто-то из них становится белым магом, а кто-то — ч​ ерным. В знак завершения обучения вы
получите такие символы: белый кружок означает, что вы становитесь
белым магом, а черный — ​соответственно, черным. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. Какой кружок кому достанется, решит
случай. О том, какого цвета ваш кружок, не должен знать никто, кроме
вас. И я провожу выпускной экзамен, чтобы понять, научились ли вы
чувствовать другого человека, распознавать по малейшим невербальным
сигналам, кто перед вами. Перед каждым будет стоять задача — ​определить цвета всех остальных магов. Разговаривать запрещено. Если вы
решили, что встретились с черным магом, то должны вручить ему черную карточку. Белый маг получит от вас белую карточку. Каждый из
вас будет иметь два набора белых и черных карточек по числу членов
группы. Обозначьте каждую карточку своим личным символом. При
встречах магов друг с другом на первых двух этапах игры запрещено,
во‑первых, использовать для объяснения своего цвета не только вербальные сигналы, но и пантомимику, во‑вторых, подавать какие бы то
ни было знаки (согласия или несогласия) при предъявлении партнером
карточек. Оценить результаты игры помогут карточки с символами. Соотношение белых и черных карточек в руках каждого мага позволит ему
понять, насколько «читаемыми» для других оказались его мимические

236

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

сигналы. Подсчет правильно отданных карточек, которые маг получит
по завершении игры, покажет его собственное умение видеть и чувствовать партнера.
I этап. Игроки получают от ведущего разноцветные повязки, которыми закрывается нижняя часть лица, и два набора карточек, которые
тут же помечаются личными символами (например, инициалами). ­После
этого они по очереди вытягивают кружки из тех, что разложены на столике стороной одинакового цвета вверх. Увидев выпавший цвет, игроки
сразу же убирают кружки в карман. Когда последний игрок выяснит,
каким магом он является, начинается собственно игра. Участники не
торопясь движутся по помещению, рассматривают друг друга и обмениваются карточками. Раздавшие все карточки занимают места в кругу.
Когда все окажутся в кругу, первый этап игры завершается, и по команде
ведущего маги предъявляют коллегам свои кружки. Производится подсчет карточек.
Каждый маг заполняет нужные ячейки в бланке для игры.
Бланк для игры «Белые маги — ​Черные маги»
Каким
магом
я являюсь

Мне вручено карточек
белых

черных

Я правильно определил
магов

I этап
II этап
III этап
Вывод

II этап. На этом этапе Баба Яга вручает игрокам маски, закрывающие
верхнюю часть лица. Повторяется процедура определения цвета мага. Ведущий еще раз напоминает правила игры. Поскольку каждому магу были
возвращены наборы белых и черных карточек, помеченных его личными
символами, можно сразу переходить к процедуре магических встреч.
По окончании этапа снова заполняется бланк для игры.
III этап. Начальные процедуры аналогичны. Только теперь игроки
закрывают масками лица полностью. Ведущий поясняет, что на этом
этапе можно и нужно использовать пантомимику при общении с другими
магами. Вербальные средства по-прежнему запрещены.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

237

Проводится окончательное заполнение бланка для игры и записывается вывод.
Обсуждение игры нужно провести обязательно. Особое внимание
следует уделить следующим вопросам:
–– какой этап игры оказался для вас наиболее успешным;
–– в какой ситуации ваши невербальные сигналы «прочитываются»
другими магами лучше всего;
–– в какой ситуации вам удается лучше понимать сигналы партнеров;
–– какая часть лица, по вашему мнению, наиболее информативна при
общении;
–– какие именно особенности мимических сигналов помогали вам принимать правильное решение;
–– насколько легко вы понимаете пантомимические сигналы;
–– кто из магов оказался на всех этапах наиболее понятным для вас.

Заколдованные звери
Цели:
–– формирование навыков совместной деятельности;
–– тренировка умений быть убедительным и доказывать свою точку
зрения;
–– развитие наблюдательности и логического мышления.
Размер группы: 12 человек.
Ресурсы: повязки (по числу участников), два комплекта карточек
(также по числу участников), в каждом из которых на трех карточках
написано «Заяц», а на трех — «
​ Кролик».
Время: 30 минут.

Ход игры
Ведущий: В наших краях есть два леса, разделенные лугом. В одном
лесу живут только кролики, а в другом — ​только зайцы. Это хоть и похожие зверьки, но все-таки кое в чем они отличаются друг от друга. Мы
разделимся на две команды — к
​ роликов и зайцев.
Разделение можно провести самыми разными способами: расчетом
на «первый-второй», с помощью детских считалок или просто разбив
круг участников пополам. В каждой команде должно оказаться по шесть
человек. Ведущий предлагает участникам каждой команды образовать
отдельный кружок. Кто станет кроликами, а кто — ​зайцами, решается жеребьевкой. Если есть возможность, хорошо бы использовать соответствующий антураж и декорации, изображающие лес. Над одной

238

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

половиной игрового зала можно вывесить табличку «Заячий лес», над
другой — «
​ Кроличий лес».
Ведущий: И кролики, и зайцы жили — ​не тужили, в чужой лес не
ходили, да и незваных гостей в своем лесу не привечали. Но однажды прилетела на луг сорока и рассказала жителям обоих лесов, что на
самом-то деле не все из них настоящие кролики и настоящие зайцы.
Заколдовала часть зверей Баба Яга, превратив кроликов в зайцев, а зайцев в кроликов. Пройдет три ночи, и спадет колдовство. Но уже на
ближайшее утро «ненастоящие» кролики и зайцы узнают, кто они такие.
Каждый будет знать, заколдован он или нет, но про других ему ничего не
будет известно. Выдавать себя нельзя. Улетела сорока. А тем временем
наступил вечер, а следом — н
​ очь. Все звери легли спать…
Дети закрывают глаза. Можно заранее раздать детям повязки, которые по «ночам» они будут прикладывать к лицу. В случае отсутствия
повязок можно обойтись закрыванием глаз ладошками. У ведущего
должно быть заранее заготовлено два комплекта по шесть карточек.
В каждом комплекте на трех написано «Заяц», а на трех — ​«Кролик».
Ведущий кладет на пол перед каждым участником карточку рубашкой
вверх.
Ведущий: Наступило утро. Звери просыпаются. Можно открыть глаза. Перед вами на полу лежат карточки. По моей команде — и
​ только по
команде, никак не раньше! — ​вы должны поднять свою карточку и посмотреть, что на ней написано. Только ни в коем случае не произносите
вслух и никому не показывайте карточку! Когда вы узнаете, кто вы на
самом деле — к
​ ролик или заяц, сразу спрячьте карточку в карман. Приготовились… Посмотрели карточки!.. Итак, теперь вы знаете, заколдованы вы или нет. В каждом лесу оказалось по три настоящих зверя и по три
заколдованных. Но ведь в наших краях есть закон: кролики живут в одном лесу, а зайцы в другом. Поэтому «подлинным» зверям надо суметь
догадаться, кто из их окружения является заколдованным и прежде, чем
он примет настоящий облик, отправить его в свой лес: заколдованных
кроликов в кроличий лес, а заколдованных зайцев — ​разумеется, в заячий. Но вот незадача: «ненастоящие» звери никак не хотят покидать
привычное место обитания. Им нравится в этом лесу, они хотят остаться
здесь, а поэтому не должны сознаваться, кто они. Они будут выдавать
себя за настоящих кроликов и зайцев. Итак, сегодня днем вам, жители
каждого леса, нужно попытаться определить одного заколдованного
зверя и отправить его в соседний лес. Как же его можно определить?
Посмотрите внимательно на других игроков. Что изменилось в их поведении, в словах? Поговорите друг с другом. Может быть, по каким-то
деталям вы сумеете догадаться, кто же ненастоящий кролик или заяц.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

239

Примерно в течение двух-трех минут дети взаимодействуют друг
с другом. В первый раз такое взаимодействие с целью «вычисления» заколдованного зверя может происходить очень тяжело. Детям совсем непросто и прятать «свое истинное лицо», и раскрывать его. Далеко не все
еще обладают нужными навыками наблюдения и анализа. Решение об
«экстрадиции» можно принимать путем голосования. Если подозреваемых несколько, то выселяется тот, кто набрал больше голосов.
Ведущий: Итак, кого же вы подозреваете в том, что он заколдован? Вы
принимаете решение отправить его к сородичам? Хорошо. Но тот, кого вы
выбрали, пока никому не должен говорить, кто он на самом деле. Угадали
жители леса или нет — ​станет ясно только в конце игры — ​после третьей
ночи, когда, по условиям, зверям вернется их подлинный вид.
Тот из зайцев, которого остальные «определили» как кролика, переселяется в Кроличий лес, а оттуда в Заячий лес перебирается тот, кто, по
мнению кроликов, является заколдованным зайцем.
Ведущий: Первый обмен зверями между двумя лесами произошел.
А тем временем наступает ночь. Звери снова засыпают. Закройте глаза.
И только теперь заколдованные кролики, находящиеся в Заячьем лесу,
и заколдованные зайцы, находящиеся в Кроличьем лесу, потихоньку откройте глаза. Только заколдованные! Те, кто только что переселился в новый лес, глаза не открывают — ​они спят вместе со всеми остальными!
Очень хорошо! Молча посмотрите друг на друга. Теперь вы знаете, кто
такой же, как и вы — ​заколдованный. Снова закройте глаза… Наступает
утро. Глаза можно открыть. Снова день, и снова вам нужно решить, кто,
по-вашему, оказался не в своем лесу. Поговорите друг с другом, посмот­
рите друг на друга повнимательнее. Кто из вас заколдованный?
Дети, как и в первый день, начинают взаимодействовать друг с другом.
Теперь это немного легче. Через две-три минуты опять выявляется подозреваемый, которого жители леса решают отправить к соседям.
Ведущий: Вот и снова сделан выбор. Кто-то перешел в Заячий лес,
а кто-то — ​в Кроличий. Однако опять вечер. Все засыпают, закрывают
глаза… Утро. Вам предстоит принять последнее решение. Кто же последний из заколдованных зверей? Решайте!
Процедура повторяется. После того, как происходит очередной обмен
зверями, наступает кульминационный момент игры.
Ведущий: Вечер третьего дня. Именно сейчас и спадет колдовство
Бабы Яги. Звери примут свой настоящий облик. Сусака, масака, буридо,
фуридо! Достаньте свои карточки и продемонстрируйте своим товарищам — ​кто же вы на самом деле?
Обсуждение игры следует организовать посредством ответов на следующие вопросы:

240

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Трудно ли было определить заколдованного зверя?
Что вам помогло в этом и что помешало?
Какие чувства вы испытывали во время игры?
В чем секрет прозорливости кроликов и зайцев (в случае, если все
заколдованные звери были определены правильно)?
Почему не удалось догадаться, кто из зверей ненастоящий (в случае,
если некоторые выборы оказались ошибочными)?
Какие особенности поведения, речи ваших товарищей помогли вам
узнать, что они заколдованы?
Использовали заколдованные звери свое знание о том, кто такой же
в их команде, полученное во вторую ночь? Как?
Каким образом вели себя звери, которые переселились в новый лес?
Принимали ли они участие в обсуждении и принятии решения в новой
компании? Почему?
Как принималось решение о переселении зверей? Удалось ли избежать
конфликтов?
Как вы убеждали своих товарищей в своей точке зрения?
Кто из ребят был наиболее убедительным? Что помогло ему в этом?
Какие способы он использовал?
Очень важно в процессе игры и особенно по ее завершении помочь
детям преодолеть чувства противопоставления, соперничества, которые
могут возникнуть между заколдованными и незаколдованными зверями.
Ведь это просто игра, в процессе которой мы учимся наблюдать, думать,
принимать решения! Для придания игре большей эмоциональности и инт­
риги можно построить ее на соседстве заячьего и волчьего лесов. Поскольку зайцы и волки явные антагонисты, в игру будут добавлены очень
важные нюансы.

Цветные царства
Эту игру можно проводить как с младшими школьниками, так
и с подростками и взрослыми. При работе с малышами особое внимание следует обратить на подачу инструкции: повторить ее несколько
раз. Начинать можно только тогда, когда ведущий убедится, что все
поняли инструкцию.
Основная цель — ​развитие у участников умений и навыков социальной перцепции при использовании невербальных средств общения.
Кроме того, игра развивает сообразительность, инициативность, помогает формированию сплоченности группы.
Игра имеет несколько вариантов. Если в группе меньше десяти человек, игра становится слишком легкой и не такой интересной.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

241

Первый вариант
Если в группе около двадцати человек (напомним, что в психологическом тренинге обычно участвует 12–16 человек), то игру «Цветные царства» можно организовать следующим образом.
Ведущий: В сказочном мире существовали два царства — ​С инее
и Зеленое. Эти царства были добрыми соседями. В столице каждого из
них стоял дворец. В каждом дворце находились царь и царица, царевич
и царевна, воевода, повар, садовник, скоморох и другие — ​важные и не
очень — п
​ ерсоны. Ну и разумеется, в каждом царстве была своя Баба Яга.
Легко догадаться, что в Синем царстве у всех жителей костюмы были
синего цвета, а в Зеленом — т​ олько зеленого. Да и другие вещи в этих царствах были соответствующих цветов. В остальном же никаких различий
между царствами не было. Даже внешне царь Синего царства почти не
отличался от царя Зеленого царства, и если бы не цвет одежды, их легко
было бы спутать. Однажды Бабы Яги обеих царств решили немножко
поколдовать, но перестарались, и от их колдовства разразился ужасный
ураган. Он был такой силы, что всех жителей, словно легкие перышки,
разметало по сказочному миру. Когда ураган наконец затих, жители не
могли понять, в каком из царств — ​Синем или Зеленом — ​они оказались.
Волшебный ураган не только все перемешал, но и лишил людей возможности различать цвета, поскольку все оказалось покрыто толстым слоем
пыли. Страшнейший грохот, сопровождавший ураган, на время оглушил
жителей, и они ничего не слышали. Однако всем жителям очень хотелось
вернуться к своим привычным обязанностям. Ведь каждый из них помнил,
кто он и в каком царстве жил, но понятия не имел, кто находится рядом
с ним.
Представьте себе, что вы оказались на месте жителей этих царств.
Давайте попробуем разрешить возникшую перед ними проблему. Каким
образом мы будем это делать? Сейчас вы по очереди вытянете карточку
и узнаете, какая роль досталась вам в нашей игре — ​повара или, скажем,
казначея. Цвет надписи на карточке подскажет, к какому царству вы относитесь. Важнейшее условие — ​никому не показывайте свою карточку!
Посмотреть карточки можно только по моей команде.
Для игры нужно заготовить заранее карточки по числу участников,
которых должно быть четное количество, поскольку обязательным требованием является равное число членов двух команд-царств. Иными
словами, ведущий должен иметь два набора карточек с одними и теми
же персонажами синего и зеленого цвета. Следует позаботиться, чтобы
у ведущего имелся запас карточек. После начала занятия ему станет понятно, сколько человек присутствует, и он отложит в сторонку лишние
карточки.

242

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Примерный набор карточек для группы в шестнадцать человек:
1. Воевода.
2. Казначей.
3. Царевич.
4. Баба Яга.
5. Царь.
6. Царица.
7. Царевна.
8. Повар.
Если в группе 18, 20 или, скажем, 24 участника, можно ввести дополнительные карточки с такими персонажами, как разбойник, иностранный
посол, скоморох, солдат и т. п. Организовать раздачу карточек можно
разными способами. Если участники сидят в кругу, то ведущий сам может
подойти и положить карточки на колени участника рубашкой вверх. Возможен вариант, когда каждый из участников сам вытягивает карточку из
предложенного веера.
Ведущий: Теперь, когда карточки находятся у вас, приготовьтесь…
Одновременно поднимите карточки, посмотрите, что у вас там написано,
и сразу снова положите их рубашкой вверх. Слева от меня (ведущий показывает) будет располагаться одно из царств, а справа — д
​ ругое. Я не знаю,
какое из них окажется Синим, а какое — З
​ еленым. Ваша задача — н
​ авести
порядок в царствах. Вам нужно выстроиться в одну шеренгу — ​каждому в соответствии с выпавшей ему ролью и в нужном царстве. Порядок
расположения указан на доске. У каждой Бабы Яги — ​особая функция.
Поскольку это они виноваты в возникновении урагана, то они и должны
отвечать за устранение его последствий. Поэтому только они имеют право
переставлять участников, и за ними остается окончательное решение, что
теперь все стоят правильно.
Конечно, выполнение этой функции позволит всем остальным почти
сразу определить, кто из участников является Бабой Ягой, но зато это
вводит в игру интересный дополнительный аспект.
На доске (или на плакате) ведущий должен заранее написать порядок
расположения персонажей в шеренге. Порядок может быть именно таким, как в приведенном выше списке. Очень важно — ​особенно в случае
проведения игры с младшими школьниками — ​четко назвать, где располагается крайний персонаж. Например: «Воевода — ​слева!» При этом
указать рукой на то место, куда должен встать воевода одного царства
и на то место, куда — в​ торого царства. Обычно возникает необходимость
повторить это несколько раз. Без такого указания даже в группах старшеклассников неизбежно возникает путаница.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

243

Ведущий: Дорогие жители царств! Помните, что ваша задача оказаться
именно в том царстве, цвет которого вам выпал. Но ведь пока никто не
знает, где будет Синее царство, а где Зеленое. Для того чтобы определиться, вам надо договориться друг с другом. При этом учтите, что вы не
можете услышать друг друга.
Первое условие: вам придется общаться без использования речи —​
только с помощью жестов. Второе условие: запрещается показывать
рукой на предметы синего и зеленого цвета, имеющиеся в комнате. Ведь
жители царств потеряли способность различать цвета. Эта способность вернется, если вам удастся найти свое царство. Третье условие:
запрещается писать — ​на бумаге или в воздухе — ​слова, обозначающие цвет и выпавшую вам роль. Всем ли понятна инструкция? Если
да — ​начинаем!
Комната освобождается от стульев, и начинается собственно игра.
Найти свое место в шеренге не так уж и сложно. Куда сложнее определиться с цветом царства. Именно здесь возникают самые серьезные
трудности и проблемы. Для старшеклассников задание можно еще более
усложнить. Например, ввести требование все время держать руки за спиной. Более сложные условия можно ввести и в том случае, если участники
быстро справляются с заданием. Тогда ведущий предлагает сыграть еще
раз, но в более жестком варианте. Процесс поиска царства и своего места в нем может занять длительное время — ​до 10–15 минут. Иногда при
этом возникают прямо-таки драматические коллизии: например, кто-то
из участников бродит в растерянности между двумя шеренгами и нигде не
встречает радушного приема — д
​ ругие персонажи отправляют его назад,
не желая уступить занятое место.
Интересно понаблюдать за способами организации невербального
взаимодействия. Выявляются лидеры, пытающиеся взять на себя руководство, и пассивные исполнители, ожидающие, пока другие определят им
место в царстве. Важно обратить внимание участников, что инструкцией
им не запрещено показывать предметы нужного цвета разными частями
тела (запрещено только рукой, но относительно ног или носа ничего не
было сказано).
После того как обе шеренги выстроятся друг против друга, ведущий
предлагает игрокам предъявить доставшиеся им карточки и назвать свою
роль. Тем самым выявляется успешность (или неуспешность) выполнения
задания. Затем организуется обсуждение по следующим вопросам.
Что помогло вам найти свое место?
Какие трудности возникли и как вы их преодолевали?
Какие способы взаимодействия с другими участниками вы использовали?

244

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Кто, по вашему мнению, нашел удачные способы договориться без
слов?
Удалось ли кому-то, не нарушая правила, достаточно легко справиться
с трудностями?

Второй вариант
Задача участников — п
​ остроиться не в одну, а в две шеренги в каждом
царстве (на доске или плакате фиксируется местоположение каждого
персонажа). Этот вариант годится для подготовленной группы и для не
слишком просторного помещения, в котором встать в одну шеренгу затруднительно.

Третий вариант
Иногда возникает необходимость провести игру с большим числом
участников (30–50 человек). Здесь придется позаботиться о нужном количестве карточек. В инструкцию вносятся необходимые изменения. Пусть
царств будет не два, а четыре — ​Синее, Зеленое, Красное и Желтое. Соответственно появляются одинаковые персонажи разных цветов. Тогда
шеренги могут располагаться вдоль четырех стен помещения, которое
должно быть достаточно просторным. Все остальные условия проведения
игры остаются прежними. Время выполнения задания может увеличиться
ввиду возросшей сложности.

Игра-альтернатива «Две Бабы Яги»
Эта игра — и
​ з обоймы тех средств, которые используют психологи для
развития у участников тренинга умений понимать друг друга, эффективно
взаимодействовать, сделать шаг навстречу партнеру. Такие игры обладают, кроме того, еще и мощным дидактическим потенциалом, что позволяет рассматривать их как полигон для испытания нравственных установок
и способности к прорыву на более высокий уровень самосознания. Широко
известен вариант игры-альтернативы под названием «Дилемма узника».
Н. И. Козлов (1997) описывает ее модификацию «Красное и черное». Мы
хотим предложить вашему вниманию игру, созданную по принципу «Дилеммы узника» и применимую к разным категориям участников тренинга.
Эта игра пригодна для проведения игры с детьми-подростками и даже,
при определенных условиях, с младшими школьниками. Эта игра по своей
сути дидактична, поскольку выигрышная стратегия в ней практически
очевидна и ясно связана с моральными нормами.

245

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

Игру можно проводить как в парах, так и в командах. Опишем игровую ситуацию, предлагаемую в парах. Разбиение на пары для этой игры
можно организовать, предложив участникам выбрать себе в партнеры
наиболее симпатичного человека. Если ведущий хочет избежать появления аутсайдеров, то есть отверженных, которые сами не рискуют сделать первыми выбор и которых никто до конца не выбирает, в результате
чего они объединяются между собой, но отнюдь не обязательно в силу
взаимной симпатии, то ведущий вполне может создать пары по своему
усмотрению. Участники сидят на стульях спинами друг к другу, сбоку
еще один стул, у каждого — ​по десять синих и по десять белых карточек
и по индивидуальному бланку результатов (см. бланк 1).
Бланк 1
Имя участника__________ Имя партнера_________
Номер хода

Ход участника

Ход партнера

Результат хода

1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
Итоговая сумма

Инструкция:
Однажды в темном дремучем лесу, таящем в себе множество опасностей, встретились на тропинке две Бабы Яги. Каждая из них держала в руках волшебную клюку — ​свой главный колдовской инструмент.
Ни одна из них не знала, что в мыслях у другой, желает ли та зла или
доб­ра встреченной соплеменнице. А значит, ни одна не знала, вступать
ли в магический поединок, подняв свою клюку, которая способна превратить соперницу в камень, или отказаться от боя и опустить клюку.
В этой игре вам придется решать, как поступить, совершив десять ходов. В зависимости от выбора — ​твоего собственного и выбора твоего
партнера — ​складываются разные ситуации, оценка которых в баллах
приведена в бланке 2.

246

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Бланк 2
1-я Баба Яга

2-я Баба Яга

1-я Баба Яга

2-я Баба Яга

Поднять клюку

Поднять клюку

−3

−3

Поднять клюку

Опустить клюку

+5

−5

Опустить клюку

Поднять клюку

−5

+5

Опустить клюку

Опустить клюку

+3

+3

Что означает эта табличка? Если обе Бабы Яга поднимают клюку
(то есть они вступают в бой друг с другом), то обе теряют по три балла.
Если одна из них использует клюку, а вторая опускает ее, то первая получает пять баллов, а вторая столько же теряет. И наконец, если обе Бабы
Яги решают просто мирно поговорить друг с другом, не используя свои
колдовские возможности, то они получают по три балла. В нашей игре
будет десять ходов. Через каждые тридцать секунд (при необходимости
время, отводимое на каждый ход, можно увеличить) по команде ведущего
игроки должны одновременно класть на стоящий сбоку от них стул по
одной карточке: синяя означает поднятие клюки, белая — о
​ тказ от ее использования. Увидев решение своего партнера, каждый игрок заполняет
свой бланк игры.
Вы совершите десять ходов. Ваша задача — н
​ абрать как можно больше
баллов. Выигрывает тот, кто сумеет набрать максимальное количество
баллов.
По своему усмотрению ведущий может дважды в течение игры объявить, что на следующем ходу сумма баллов удваивается.
Если партнеры доверятся друг другу и оба рискнут отказаться от нападения, это принесет им на каждом ходу по три балла. В парах, в которых оказались люди, не доверяющие друг другу, скорее всего можно
ожидать стратегию, при которой каждый будет пытаться заколдовать
своего соперника. Дескать, пусть другая Баба Яга подставляется, опуская
волшебную клюку, м
​ не от этого только прибыль.
Такие размышления толкают игроков на использование колдовства —​
и в результате оба неуклонно скатываются в пучину игровой катастрофы.
Ход рассуждений игроков и выбранные ими стратегии станут ясными
для ведущего после десятого хода, когда игроки сдадут свои индивидуальные бланки, в которых сами они уже подвели итоговый баланс. Обсуждение этой игры имеет чрезвычайно важное значение — ​особенно если
обнаружится, что практически никто не выиграл (а такое вполне может
случиться!). Подобная ситуация очень показательна: потерянные баллы

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

247

однозначно говорят об ошибочности выбранной игроками стратегии. Если
найдется хотя бы одна пара, избравшая не путь выбора поединка и недоверия к партнеру, а путь конструктивного взаимодействия, основанного
на доброжелательности и доверии, то ведущий должен обязательно им
предоставить возможность сказать главные слова в дискуссии.
Замечательно, если в результате обсуждения участники придут к более глубокому, прочувствованному пониманию достаточно тривиальной
истины: кроме игры против кого-то, когда мой выигрыш — э​ то обязательно проигрыш другого, есть игры, когда выиграть можно только вместе.
Можно добиться большего успеха, выбирая стратегию на общий выигрыш.
Ведущий может покаяться в провокационности инструкции и установок, но ведь и они могут быть поняты иначе! В конце концов, ведущий
может напомнить особо рьяным участникам, что они не на тренинге
умений и навыков манипуляций и единоборств, а собрались здесь для
иной цели.
Эта игра удивительным образом доказывает средствами и математики,
и логики, и психологии, что стремление к компромиссу и сотрудничеству
является куда более выигрышным, чем желание «урвать» больше соперника. Для подростков это бывает неплохой урок цивилизованности.
Все стратегии обсуждаются по завершении игры. Разумеется, особое
внимание — ​парам, добившимся самых высоких результатов.

Чары Бабы Яги
Цели:
–– тренировка навыков мыслительной деятельности и развитие умений
наблюдать и замечать различного рода невербальные сигналы;
–– сплочение детской группы;
–– формирование навыков эффективной коммуникации и умений различать правдивые высказывания и ложные.
Размер группы: не более 12 человек.
Ресурсы: карточки, число которых намного превышает число участников (на карточках написаны существительные одушевленные и неодушевленные; две карточки особые: на одной из них красным цветом написано
«Неуязвимый», а на другой — ч​ ерным сделана надпись «Баба Яга»).
Время: до 30 минут.

Ход игры
Игра предназначена для детей 8–9 лет. Она может быть использована
как в системе тренинговых занятий, так и индивидуально.

248

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

1-й этап. Подготовка к игре и разогрев
Ведущий: Сегодня наша группа отправится в путешествие по Волшебной стране. Разумеется, в пути нас ждут разнообразные опасности
и приключения. А самое главное — ​в этой стране живет Баба Яга, которая, как вы знаете, может по настроению быть доброй или злой. Если
у нее окажется плохое настроение, то ее чары могут сильно навредить
нам и помешать в нашем путешествии. Ведь она любит испытывать путешественников, забредших в ее лес. Мне кажется, она уже где-то рядом.
Во всяком случае, преграда, вставшая на нашем пути, — ​это наверняка
ее рук дело…
Игра-разминка «Переправа»
Ведущий: Широкая река появилась перед нами, а ведь раньше ее здесь
не было! Река несомненно зачарованная: вода в ней — ​настоящий кипяток! Мы можем переправиться через реку на лодке. И если будем грести
слаженно, то не забрызгаемся кипятком из реки.
Дети ставят стулья по два друг за другом так, будто это скамьи в лодке.Они устраиваются в лодке, изображая, что в руках у них весла. Если
число участников группы нечетное, то одного из детей ведущий может
попросить встать впереди в качестве рулевого. По команде ведущего дети
начинают «грести». Важно добиться, чтобы движения гребцов были максимально синхронными и плавными.
Игра-разминка «Пещера»
Ведущий: Только-только вам удалось переправиться через реку, как
встретилась новая трудность. Баба Яга устроила вам новое испытание: она
наколдовала огромные неприступные горы. Вам их не преодолеть. Есть
только одна возможность — п
​ робраться через узкую пещеру.
Дети встают в пары друг за другом, взявшись за руки. Начиная с первой пары участники по одному проползают (или проходят на четвереньках) под руками своих товарищей и, завершив «проход по пещере», образуют пару в конце колонны. Процедура завершается, когда все дети
преодолеют пещеру.
Игра-разминка «Склеенные руки»
Ведущий: Миновав горы, вы оказались в дремучем лесу, где живет Баба
Яга. Она сделала чащу почти непроходимой. В ней очень легко потеряться.
Давайте возьмемся за руки, чтобы никто из нас не отстал.
Ведущий становится первым в цепочке и начинает быстро двигаться,
«подныривая» под руками участников (как в популярной игре «Путаница»). Когда цепочка оказывается в достаточной мере запутана, веду-

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

249

щий объявляет: Баба Яга заколдовала нас, «склеив» наши руки. Если нам
удастся распутаться, не разорвав сцепленные ладони, то злые чары падут.
Пока дети распутываются, ведущий не проявляет инициативы и лишь
следует указаниям участников.
2-й этап. Основное действие. Кто во что превращен?
(первый вариант)
Ведущий: Вы успешно прошли все испытания, которые устроила вам
Баба Яга. Это замечательно! Но, однако, самое главное — ​впереди. Баба
Яга произнесла самое сильное свое заклинание и каждого из вас превратила… А вот кого во что или в кого превратила Баба Яга, нам и предстоит
выяснить. У меня в руках карточки. На каждой из них написано одно
слово, обозначающее предмет, животное, птицу и так далее — ​вплоть до
природных явлений. Что значат все эти карточки? Они означают то, во
что вы, путешественники, превратитесь под воздействием чар Бабы Яги.
Карточки будут раздаваться случайным образом. По моей команде вы
перевернете доставшуюся вам карточку, прочтете надпись и узнаете, во
что каждого из вас превратила Баба Яга. После этого сразу снова переворачиваете карточку. Никто не должен видеть надпись.
На карточках можно записать практически любые существительные,
обозначающие конкретные предметы, например, чайник, скрипка, паровоз, сосна. Но, кроме того, стоит включить названия животных — ​от
«мухи» до «дельфина», а также такие слова, как «гора», «ветер», «ручей»,
«облако» и т. п. Следует позаботиться, чтобы число заготовленных карточек превышало число участников и лучше — в​ несколько раз.
Ведущий: И есть две особые карточки. На одной из них красным цветом написано «Неуязвимый», а на другой — ​черным сделана надпись
«Баба Яга». Тот участник, которому достанется карточка «Неуязвимый»,
становится главным игроком. Ведь только он оказался неуязвим для колдовства Бабы Яги. И только он сможет помочь своим товарищам и расколдовать их. Для этого ему нужно угадать, в кого или во что превращен
каждый из вас. Он единственный из вас, кто не скрывает своей карточки
и может всем объявить о том, что он — ​Неуязвимый. У него будет пять
минут, чтобы выяснить, во что или в кого превращены его товарищи. Если
он догадается, то чары спадут. Как же ему это сделать? Ведь никто из зачарованных путешественников уже не будет человеком. А значит — ​не
сможет говорить и не сможет объяснить, кто он теперь. Но Неуязвимый
может задавать вопросы. Отвечающий же может только кивать или отрицательно качать головой. Неуязвимому необходимо расколдовать за пять
минут как можно больше своих товарищей. Потому что через пять минут
Баба Яга снова использует свое заклятие и по-новому заколдует каждого.

250

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Однако нужно помнить, что есть еще одна особая карточка — с​ надписью «Баба Яга». Тот, кому она достанется, будет играть роль колдуньи. Конечно же, он, в отличие от других игроков, ни в коем случае не
должен выдавать себя. Если Неуязвимый станет именно ему задавать
вопросы, то «Баба Яга» может выдать себя за любой предмет и любое
животное или даже специально запутать Неуязвимого бессвязными
ответами. В случае прямых вопросов типа «Ты шкаф?», Баба Яга отрицательно качает головой. Если же все-таки Неуязвимый догадается,
что перед ним Баба Яга и напрямую спросит об этом, то она должна
будет сознаться и ее чары падут со всех. Таким образом, главная задача
Неуязвимого состоит не столько в том, чтобы расколдовать товарищей, узнав, кто есть кто, сколько в том, чтобы определить Бабу Ягу.
Конечно, у Неуязвимого будет соблазн просто каждого спросить, не
Баба Яга ли он. Но в случае, если вопрос будет задан обычному игроку, то Неуязвимый потеряет одну из отведенных пяти минут. Так что
ошибка дорого стоит.
Ведущий проверяет, все ли хорошо поняли инструкцию, отвечает на
уточняющие вопросы участников. Только после этого можно приступать собственно к игре. Сидящим в кругу участникам ведущий раздает
карточки рубашкой вверх. По его сигналу все одновременно поднимают
карточки и прочитывают надписи на них. После этого карточки можно
спрятать в карман или положить на пол. Неуязвимый открывает себя и демонстрирует остальным игрокам свою карточку. С этого момента и отсчитываются пять минут.
Неуязвимый может демонстрировать разные стратегии поведения.
Например, формулируя вопросы в соответствии с игрой «Да–нет», то
есть такие, которые подразумевают однозначные и односложные ответы, общаться только с одним игроком до окончательного его «опознания». А может задавать вопросы, требуя ответы ото всех сразу, а затем
проводя сортировку. Скажем, спросить: «Вы живое существо?», а потом
рассадить «живых» по одну сторону от себя, а «вещи» — ​по другую. Потом классифицировать далее или взаимодействовать с каждой группой
по отдельности. Те, чью роль Неуязвимый сумел правильно определить,
демонстрируют другим свою карточку и становятся заинтересованными
наблюдателями (как вариант: им можно предоставить право помогать
Неуязвимому формулировать вопросы или подсказывать версии; в случае
явных затруднений Неуязвимого ведущий может дать им возможность
одновременно «расколдовывать» других игроков).
Интересно понаблюдать, какие способы станет использовать Неуязвимый для того, чтобы определить Бабу Ягу. Если ему это не удалось, то
через пять минут ведущий прерывает процесс расколдовывания.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

251

Ведущий: Стоп! Набравшись новых сил, Баба Яга произносит новое
заклинание и все путешественники испытывают еще одно превращение.
Но прежде, чем это произойдет, давайте выясним, в кого превращалась
сама Баба Яга? (игрок, который исполнял роль Бабы Яги, говорит о том,
кем он задумал стать). А теперь давайте подсчитаем, скольких путешественников удалось расколдовать Неуязвимому.
После подсчета числа освобожденных от чар участники сдают свои
карточки ведущему. Карточки перемешиваются и снова возвращаются
участникам. При этом ведущему стоит поменять большинство карточек,
но обязательно сохранить в стопке карточки Неуязвимого и Бабы Яги.
Таким образом, процедура повторяется, однако теперь появляются новый
Неуязвимый и новая Баба Яга. Впрочем, если даже некоторым участникам
достанутся те же роли, ведущий может в дальнейшем прокомментировать
этот факт как настоящую неподверженность чарам Неуязвимого и как
особую хитрость Бабы Яги.
В любом случае Неуязвимый так же, как и в первый раз, предъявляет
участникам свою карточку и начинает расколдовывать всех остальных.
Игру можно повторить несколько раз, пока ведущий не почувствует
угасание интереса участников. Азарт может быть достаточно высок за
счет возникающего эффекта соревновательности: кто же сумел за отведенные ему пять минут расколдовать самое большое число участников?
Второй вариант основной части
Процедура игры может разворачиваться и несколько иначе. В предлагаемой инструкции ведущий может указать, что опознание участников
Неуязвимый должен проводить не путем вопросов, требующих однозначного ответа, а путем простого угадывания на основе невербального объяснения участников. При этом можно договориться, например, о том,
что участники, превращенные в зверей или птиц, имеют возможность сопровождать свое объяснение ревом, лаем, мяуканьем, чириканьем и т. п.,
а игроки, превращенные в предметы, совсем не должны издавать звуки.
В остальном игра проводится аналогично первому варианту. Очевидно,
что в этом случае больший акцент делается на формировании навыков невербальной коммуникации. Дополнительные возможности открываются,
если «вербальные» и «невербальные» туры игры чередовать.
Третий вариант основной части
Этот вариант отличается от предыдущих прежде всего тем, что роли
и Неуязвимого, и Бабы Яги закрепляются на все туры игры за одними и теми
же игроками. Все остальные каждые пять минут меняют свои обличья в результате превращений. Игра идет до тех пор, пока Баба Яга не будет об-

252

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

наружена. Для того чтобы не открыться сразу же, на каждом этапе игрок
в роли Бабы Яги должен так же, как и остальные участники, получать новую
карточку (карточка с надписью «Баба Яга» после первого тура должна
быть изъята из набора ведущим). Несмотря на то что он может выдавать
себя либо за предмет, написанный на карточке, либо за то, что ему самому
придет в голову (ведущий предупреждает о таком праве Бабы Яги), игрок
остается на самом деле Бабой Ягой и должен все время помнить об этом.
В этом варианте игры интрига закручивается вокруг умения Неуязвимого
отличать фальшивую роль от подлинной. Здесь возможно проведение процедуры и по «вербальному» варианту, и по «невербальному».
3-й этап. Обсуждение игры
При подведении итогов и рефлексии игры полезно обсудить следующие вопросы:
Какие моменты игры понравились больше всего? Почему?
Какое из заданий оказалось самым трудным?
Почувствовали ли вы поддержку и помощь своих товарищей во время
игры?
Узнали ли вы что-то новое об участниках группы?
За счет чего было трудно (легко) определить, в кого превратилась
Баба Яга?
Какие способы использовал Неуязвимый, чтобы опознать Бабу Ягу
и расколдовать как можно большее число своих товарищей?

Путешествие к Бабе Яге 1
Предлагаемую ниже игру можно использовать как совершенно самостоятельную процедуру, так и в рамках психологического тренинга для
подростков. В последнем случае игра встраивается в программу тренинга
в форме отдельного занятия, в котором представлены все необходимые
этапы — ​разогрев, основная часть, рефлексия и обсуждение. Игру полезно проводить в случае возникновения ссор и конфликтов в группе
подростков.
Цели:
–– сплочение группы;
–– помощь в развитии эмпатии и самосознания;
–– формирование навыков совместной деятельности;
–– развитие умений «чувствовать группу» и ее отдельных членов;
1
В игре использованы упражнения «Спагетти», «Лабиринт», «Скала», «Джибриш»
из кн.: Кипнис М. Драмотерапия. Театр как инструмент решения конфликтов и способ самовыражения. М.: Ось‑89, 2002.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

253

–– выработка навыков предоставления и получения обратной связи.
Размер группы: не более 12 человек.
Ресурсы: достаточно просторное помещение, свободное от лишней
мебели, легкие стулья по числу участников, толстая веревка длиной не
менее 5 метров, листок бумаги с текстом («письмо от дедушки»), повязки
(на половину участников), лист ватмана, по пачке цветных карандашей на
каждого, запись релаксационной музыки, карточки (по числу участников)
с написанными на них именами участников, костюм Бабы Яги.
Время: не менее 2 часов.

Ход игры
1-й этап. Физический разогрев
Упражнение «Багажная полка»
Ведущий: Давайте представим, что наступили, наконец, долгожданные летние каникулы. Вы отправились на отдых в деревню, далеко-далеко в самую лесную глухомань, подальше от городской суеты и шумных уличных толп. Ехать туда вам пришлось на поезде. Вот вы входите
в вагон, отыскиваете свое купе и обнаруживаете, что свободна от вещей
только верхняя полка для багажа. Вам нужно поставить свою большую
и тяжелую дорожную сумку наверх. Но вначале как можно ярче представьте эту свою сумку. Вот она стоит перед вами. Какого она цвета?
Какой формы? Ощутите ее вес: он довольно внушительный, но вам все
же по силам справиться с задачей. Вы достаточно сильны и ловки, чтобы
закинуть багаж наверх. Приготовились. Поставили ноги на ширине плеч!
«Взяли» груз. Поднимаем его вверх… Ощущаете напряжение рук? Работу мышц спины? Полка находится высоко. Приходится приподняться
на носки, чтобы задвинуть сумку до самой стены. Еще одно усилие и…
сумка на полке! У-у-х! Теперь можно полностью расслабиться, опуститься на стул. Несколько раз сожмите и разожмите пальцы, повращайте
кистями рук.
Упражнение «Спагетти»
Ведущий: Хорошо. Но дорога дальняя. Неплохо было бы пока перекусить. Представьте, что вы залили кипятком лапшу быстрого приготовления. Но это не просто лапша — ​это настоящие спагетти! Длинные тонкие
макаронины лежат в тарелке перед вами. Захватим пальцами одну из них.
Она висит свободно, раскачиваясь из стороны в сторону. Если мы начнем
вращать кистью руки, то и наша воображаемая макаронина начнет извиваться наподобие шнурка или веревки. Попробуйте зацепить спагетти
вилкой. «Накрутите» их на вилку. Поймайте макароны ртом. А теперь

254

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

сами превратитесь в спагетти. Расслабьтесь, поболтайте руками, почувствуйте себя настоящее макарониной…
Упражнение «Деревенский дом»
Ведущий: Вот вы наконец добрались до той самой глухой деревушки,
где собираетесь провести несколько дней и замечательно отдохнуть. Вы
пришли к дому, в котором вас должен был ждать дедушка-охотник. Но
между дощечками калитки вы обнаружили записку, в которой дедушка
сообщал, что он на некоторое время уехал и вам самим следует обустроиться в доме. Делать нечего. Для начала неплохо было бы растопить печку. А для этого нужно напилить и наколоть дрова. Разбейтесь на пары…
А теперь, пожалуйста, приготовьте «козлы», положите на них бревнышки
и распилите их на чурбачки большой двуручной пилой. Это не слишком-то
просто: надо согласовывать свои движения, добиться единого ритма. Так,
а теперь, каждый берет в руки «топор» и начинает колоть дрова. Только
будьте осторожны — ​не заденьте друг друга.
Дедушка сообщил в записке, что вы можете достать из подпола банку с солеными огурчиками. Ход в подпол закрыт крышкой, а на крышке
стоит большой и тяжелый сундук. Чтобы открыть люк, нужно сдвинуть
сундук. Работаем в парах. Давайте попробуем, объединив усилия, всетаки убрать в сторону этот тяжеленный сундук. Еще немного напряжения
и—у
​ ра! — л
​ юк освобожден. Вы сумели добраться до вожделенной банки
с огурцами. «Откройте» ее. Достаньте оттуда огурчик — р
​ уками! «Откусите». Очень хорошо! Замечательно «хрумкать» огурчиками в большом
и светлом деревенском доме!
2-й этап. Погружение в игровую ситуацию
Ведущий: Вам было интересно и весело. Вы были вместе — ​и никого
взрослых. Чудесно! Но прошел день. Наступила ночь. Вы заснули. Но
наступивший день оказался совершенно иным, чем предыдущий. Было
тускло и серо. Было грустно и плохо. Ребята начали ворчать друг на друг
и беспричинно ссориться. Конфликты вспыхивали на пустом месте, как
бенгальские огни, но в отличие от них сгорали совсем не так быстро.
Никто не мог понять, в чем дело. Вдруг вы услышали негромкий стук
в оконное стекло. Это был почтовый голубь. Он принес вам письмо.
Ведущий протягивает ребятам листок бумаги. Один из членов группы
зачитывает послание вслух.
«Ребята! Я не успел предупредить вас, что наши места находятся на
самой границе волшебного мира. Злой колдун наслал на вас злые чары, вызвав ссоры и конфликты. Эти чары может снять только Баба Яга, живущая
далеко-далеко. Если вы хотите избавиться от заклятия, вам нужно будет

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

255

пройти через заколдованный лес, преодолеть высокие горы, пробраться
через топкое болото и переправиться через глубокое озеро и там найти
Бабу Ягу. Желаю удачи! Дедушка».
Ведущий: Что же, ребята, вам решать — ​с тоит ли рискнуть и отправиться в опасное путешествие или же остаться здесь, в деревне,
но при этом продолжать ссориться и конфликтовать. Что же вы выбираете?
Если участники группы выбирают путешествие (что обычно и происходит), то начинается следующий этап работы.
3-й этап. Преодоление препятствий
Упражнение «Заколдованный лес»
На полу чертится мелом или отмечается веревкой маршрут. Вдоль
этого маршрута цепочкой укладывается один за другим несколько стульев. Получается извилистая тропинка длиной 3–5 метров.
Ведущий: Вы вступили в лес. Почему он считается заколдованным?
Потому что есть в нем такие участки, вступив в пределы которых человек перестает видеть. Если удается миновать такой участок дороги,
то зрение возвращается. Такие участки видны со стороны. Поэтому вы
можете помочь друг другу справиться с этой задачей. Вам придется преодолевать заколдованные места парами. Один в паре будет ведущим,
а второй ведомым. Ведомому завязываются глаза. Его задача пройти
по маршруту и не заплутать, не сойти с тропы. Ведущий будет давать
ему указания словами: влево, вправо, два шага вперед и тому подобное. Разумеется, ему нельзя подходить к ведомому, касаться его руками
и как-то, кроме слов, руководить действиями партнера. Когда ведомый
преодолеет препятствие, он сам становится ведущим и помогает своему
партнеру пройти по тропе.
Участники разбиваются на пары, желательно иначе, чем в предыдущих упражнениях.
Уверены ли вы в своих силах? В надежности партнеров? Бывало ли
с вами так, что в состоянии напряжения вы теряли контроль над собой
и забывали самые простые вещи: например, где право и где лево? Не
перепутайте эти направления во время прохождения по заколдованному
участку леса. Прежде чем мы начнем движение, важно запомнить следующее: ведущий несет полную ответственность за ведомого. Он должен четко и вовремя предупреждать его о всех возможных опасностях
и преградах. И второе: дорогие зрители, успех прохождения зависит и от
вас. Соблюдайте тишину, чтобы не мешать контакту между партнерами,
проходящими по заколдованной тропе. Понаблюдайте, как организует
переход каждая пара, в чем отличия действий участников.

256

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Ведущий завязывает повязку на глазах одного из членов первой
пары, и игра начинается. Когда все пары преодолеют заколдованный
участок тропы, начинается обсуждение этого упражнения.
Что вы чувствовали при прохождении тропы с завязанными глазами?
Что для вас оказалось сложнее — ​проходить тропу или руководить
действиями партнера?
Что увидели зрители?
Кто запомнил и может продемонстрировать типичный «язык тела»
проходящему по «заколдованному» участку игрока?
Чем отличается поведение человека, лишенного возможности видеть
окружающий мир?
Упражнение «Пропасть»
Для проведения этого упражнения потребуется свободная от мебели и стульев стена. Желательно, чтобы пространства было много, так,
чтобы, встав в шеренгу, участники занимали меньше половины длины
стены. На расстоянии примерно тридцати сантиметров от стены проводится черта (можно просто обозначить границу веревкой). Участники
становятся тесной шеренгой, занимая узкое пространство между стеной
и проведенной границей.
Ведущий: Должен предупредить, что теперь вы оказались высоко в горах, где вас ожидают нешуточные опасности. Черта, которую вы видите
перед собой, — ​это не просто линия, это граница узкой тропки. За ней
разверзлась глубокая пропасть, падение в которую не оставляет надежды
остаться в живых. По моему сигналу вы превращаетесь в причудливые
скальные глыбы, самым неожиданным образом нависающие над тропинкой. Расставьте ноги, вытяните руки, пригнитесь… Только крайний слева
участник становится альпинистом. Его задача — ​пройти вдоль пропасти
на всем ее протяжении, не свалившись в нее. Альпинист может преодолевать путь любым способом: протискиваться в узкие расщелины между
скалами, выискивать ниши, передвигаться ползком, цепляясь за «камни»…
Главное — ​не причинять никому вреда и боли. Как только первый альпинист пройдет часть пути, следующий за ним участник может превратиться
из скальной глыбы в человека и начинать свое опасное путешествие. Тот
же, кто добрался до конца трудной тропы, сам превращается в камень.
Важно, чтобы все вы преодолели это препятствие и в целости и сохранности миновали опасный участок маршрута.
Это упражнение помогает снять напряжение в отношениях и великолепно работает на сплочение группы. За счет телесного контакта и азартного протекания игра может оказаться одним из центральных моментов

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

257

занятия. Вместе с тем ведущему необходимо быть внимательным и сразу
же пресекать малейшие попытки с помощью силы и грубости преодолеть
возникшую трудность. Того, кто ведет себя не «по-джентльменски», можно
вернуть к началу тропы и попросить пройти ее заново.
Когда все участники группы минуют пропасть, можно обсудить чувства, которые они испытывали во время упражнения.
Упражнение «Болото»
Ведущий: Едва только вам, лихим путешественникам, удалось перевалить через труднодоступные горы, как возникла новая напасть. На пути
вам встретилось топкое болото. Перейти его возможно только по редким
кочкам. И нельзя оступаться, иначе можно запросто утонуть в трясине.
Сейчас вы начнетепуть через болото. Будьте очень осторожны! Помогайте
друг другу перебираться с кочки на кочку. Поддерживайте своих товарищей, чтобы они не свалились в топь. Ведь вы идете вместе, и каждый из вас
вправе рассчитывать на помощь спутников. Всякие толчки, грубость по
отношению к товарищам, несдержанность, поспешность и непродуманность действий могут привести каждого из участников и группу в целом
к печальному результату. И наоборот: взаимопонимание, ответственность, поддержка друзей обеспечат успех.
Стулья (по числу участников) ставятся в круг вплотную друг к другу.
Ведущий предлагает подросткам разуться и взобраться на стулья.
Ведущий: Вы начнете движение по моей команде. Будете переходить
со стула на стул по часовой стрелке. Первый этап завершится, когда вы
вернетесь на тот стул, с которого начали движение. Вперед!
Когда участники группы справятся с этим заданием, ведущий поздравляет их и сообщает, что путь по болоту еще не закончен. Он предлагает
некоторым из участников встать по двое на одном стуле и убирает из круга освободившиеся стулья (при численности группы двенадцать человек
можно убрать три стула, разумеется, не рядом стоящих). Группа снова
начинает движение в усложнившихся обстоятельствах. При успешном
завершении этого этапа ведущий вытаскивает из круга еще три стула.
Снова совершается движение по редким «кочкам». Переправа через болото считается законченной, а задание выполненным, когда все участники
располагаются по три игрока на одном стуле.
При проведении этого упражнения ведущему неплохо было бы привлечь одного-двух ассистентов — ​может быть, из числа старшеклассников, — ч​ тобы те подстраховали участников: падение со стула может оказаться весьма травматичным. Если поддержка ассистентов понадобилась,
ведущий может шутливо прокомментировать их действия как помощь
благожелательно настроенных болотных кикимор. Победу участники

258

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

могут праздновать, если им удалось, поддерживая друг друга, выстоять
на стульях, пока ведущий досчитает до десяти.
4-й этап. Совместное творчество
Упражнение «Вечерние посиделки»
Ведущий: Вы прошли уже большую часть пути к Бабе Яге. Однако путешествие еще не завершено. Перед вами раскинулось большое озеро, на
другом берегу которого находится избушка на курьих ножках, в которой
живет Баба Яга. Но наступает вечер, и вы решаете отложить переправу до
утра. Ведь еще нужно соорудить плот — д
​ ругих плавсредств у вас нет и не
предвидится. Вы развели костер, приготовили ужин, перекусили. Спать
еще не хочется. Вам приятно посидеть у огня, поболтать с друзьями, просто интересно провести время. По вечерам с особенным удовольствием
слушаются всякие занимательные истории. Поэтому я предлагаю вам самим сочинить сказочную историю. Но сделать это надо будет необычным
способом. Наша сказочная история будет создаваться совместно. Кто-то
из вас начнет повествование. Первый рассказчик произнесет несколько
фраз, потом я хлопаю в ладоши, и продолжение истории должен будет
придумать его сосед слева. Потом право рассказа передается следующему и так далее. Но! Второй рассказчик должен произносить текст на
особом языке — ​«джибрише». Хлопок — ​третий участник возвращается
к истории и продолжает рассказ по-русски. Четвертый снова говорит на
«джибрише». Пятый возвращается к рассказу и так далее. Иначе говоря,
каждый нечетный игрок рассказывает сказочную историю, каждый четный «подхватывает» ее на «джибрише».
Но что же такое «джибриш»? Это воображаемый язык. Некая абракадабра, тарабарщина. Конечно, «джибришу» можно придать сходство
с каким-то реально существующим языком — ​французским, английским, немецким. Как, например, в известной псевдоитальянской песенке
персонажей фильма «Формула любви»: «Уно, уно, уно, ун моменто!..».
А можно не оставлять языку никаких национальных особенностей
и ограничиться исключительно эмоциональной окраской речи, усиливая
свой рассказ мимикой и жестикуляцией. Если всем понятно, начинаем!
Как правило, упражнение проходит весело и оживленно. Порой выступления на «джибрише» оказываются более эмоциональны и выразительны, чем история на русском языке. Можно запустить два или три
круга, чтобы привести сказочную историю к логическому завершению.
Упражнение «Сон нашей группы»
Ведущий: Однако время уже позднее. Нужно отдохнуть перед завтрашней переправой через озеро и встречей с Бабой Ягой. Усталые

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

259

путешественники располагаются на отдых и засыпают. И всем им снятся
сны. Закройте глаза и представьте, о чем бы вы хотели увидеть сон… (Ведущий включает негромкую релаксационную музыку.) Вызовите в своем
воображении картинку — о
​ браз вашего сна… У вас замечательные сны!
Но на берегу волшебного озера происходят удивительные чудеса. Ваши
сны парят над вами, переплетаются друг с другом, и возникает новый
образ — о
​ бщий сон нашей группы…
Ведущий кладет на пол в середину круга большой лист ватмана, а вокруг него — к
​ оробки с цветными карандашами. Музыка продолжает звучать в течение всего времени упражнения.
Откройте глаза… Сейчас мы изобразим коллективный сон, приснившийся этой волшебной ночью. Во время выполнения задания нельзя разговаривать ни в коем случае! Иначе мы спугнем наши сны и у нас ничего не
получится. Сейчас вы молча встанете, подойдете к листу, возьмете в руки
карандаши и начнете рисовать свой сон. При этом обращайте внимание на
то, что изображают ваши товарищи. Ваша задача — с​ оздать образ коллективного сна нашей группы. А значит, нужно постараться «встроить» свой
образ в систему других образов так, чтобы получилась единая, цельная
картина. Еще раз напоминаю, что все надо выполнять только молча. Пожалуйста, приступайте!
По завершении упражнения следует дать возможность «намолчавшимся» участникам поделиться своими чувствами.
5-й этап. Завершение путешествия
Упражнение «Плот»
Ведущий: Наступило утро. Дружно взявшись за работу, вы соорудили
из стволов деревьев плот и спустили его на воду. Правда, поблизости росли только молодые деревья с тонкими стволами, поэтому плот хоть и был
достаточно прочным, мог опасно накрениться и даже перевернуться, если
груз оказывался размещенным неравномерно.
Ведущий с помощью веревки или мела обозначает на полу границы
«плота» — примерно два на три метра — и предлагает участникам разместиться на «плоту» с учетом некоторой неустойчивости плота. Он напоминает, что опасно смещать его центр тяжести.
Итак, вы отправились в плавание по озеру. Погода благоприятствовала, озеро было спокойным, и вы надеялись, что путешествие будет
нетрудным. Но когда вы достигли середины озера, невесть откуда появился громадный орел, отчего-то сильно заинтересовавшийся вашим
плавсредством. Орел, сделав над вами неторопливый круг, опустился на
краешек вашего плота, разом нарушив неустойчивое равновесие… (Ведущий, находившийся до этого момента за границами «плота», перешагивает

260

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

через веревку и останавливается на краю.) Вам необходимо срочно перегруппироваться, чтобы плот не перевернулся!.. Только вы поменяли свои
места с учетом веса неожиданного «пассажира», как орел снова взлетел
и пересел на другой край плота. (Ведущий быстро меняет свое местоположение; повторив эту процедуру еще два-три раза, ведущий сообщает,
что орел улетел, и сам покидает «плот».)
Ведущий: Вот, наконец, и берег. Наше путешествие близится к концу.
Вы уже видите избушку, в которой живет Баба Яга. Вы очень надеетесь,
что уж она-то поможет вам больше никогда не ссориться и не конфликтовать, снимет с вас заклятье злобного колдуна. Приблизившись к избушке,
вы должны хором сказать: «Избушка, избушка, повернись к лесу задом,
а ко мне передом!»
Участники выполняют задание. Хорошо, если есть ширма, которая
служила бы изображением избушки. За ней находится ассистент ведущего, исполняющий роль Бабы Яги (при необходимости эту роль может
исполнить и сам ведущий).
А теперь вы поднимаетесь на крыльцо и стучите в запертую дверь.
Дверь открывается сама, и вы входите вовнутрь. Там, сидя за большим
деревянным столом, вас ждет Баба Яга. Вы рассказываете ей о своей
беде.
«Что же вы хотите от меня?» — ​с прашивает Баба Яга. «Только
ты можешь расколдовать нас! Сделай это, пожалуйста, бабушка!» —
«Нет, — ​говорит Баба Яга. — ​Вы ошибаетесь. Я не могу расколдовать
вас». — «Почему?» Вот уж никак не ожидали участники такого поворота. «Потому, — г​ оворит Баба Яга, — ч​ то снять колдовское заклятие
можете только вы сами. Вы уже почти сделали это, пройдя длинный
и трудный путь и преодолев множество препятствий. Ведь вы почти
не ссорились и поддерживали друг друга. Вы сами расколдуете друг
друга. Я могу только немножко помочь вам окончательно избавиться
от заклятия. Я подскажу, что вам нужно сделать. Вы должны выполнить три задания».
Упражнение «В ролях друг друга»
Ведущий: Каждый из вас должен так изобразить одного из своих
товарищей, чтобы все остальные узнали его. Изобразить нужно без использования слов, только с помощью мимики, жестов, пантомимики. На
каждое угадывание даются три попытки.
Участники вытягивают из стопочки заранее приготовленные ведущим карточки, на которых написаны имена всех членов группы. Поскольку распределение ролей происходит случайным образом, то есть
шанс, что кому-то достанется карточка с собственным именем. Ведущий

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

261

поясняет, что в этом нет ничего страшного: себя тоже можно изобразить, сыграть, используя неречевые средства, так, чтобы остальные догадались, чья это роль.
Упражнение «Метафора»
Ведущий: Следующее задание таково. Вам снова предстоит вытащить наугад одну из карточек с именем кого-то из ребят нашей группы. Но теперь нужно придумать какую-то метафору, которая поможет
остальным угадать, чья карточка вам досталась. В качестве метафоры
могут выступать строчки из песни, яркий образ, может быть, какая-то
ассоциация, связанная с этим человеком. Например, можно предложить
такую метафору: «Когда я думаю об этом человеке, то представляю себе
старинный восточный кувшин с золотым орнаментом, в котором обычная вода кажется вкусной и сладкой…» Или: «Зная увлечения этого
человека, я сразу вспоминаю лето, речку, раннее утро и поплавок, ныряющий в воду…»
Упражнение «Подарки друзьям»
Ведущий: Вот и последнее задание. В третий раз вам придется вытягивать карточку с именем. Но теперь уже не нужно будет угадывать
человека. И если вам попалась карточка с собственным именем, можно
открыто поменяться с кем-то. Я хочу предложить вам сделать друг другу
подарки. Представьте, что вы волшебники, способные выполнить любое
желание человека. Посмотрите на своего партнера, догадайтесь, о чем он
мечтает. Какой подарок он хотел бы получить? Если вы догадаетесь и он
будет рад тому подарку, который вы ему сделаете, то заклятие окончательно спадет.
Баба Яга в завершение делает какой-либо символический подарок
всей группе.
6-й этап. Обсуждение игры
При подведении итогов и рефлексии игры полезно обсудить следующие вопросы:
Какие моменты игры понравились больше всего? Почему?
Какое из заданий оказалось самым трудным?
Почувствовали ли вы поддержку и помощь своих товарищей во время
игры?
Узнали ли вы что-то новое об участниках группы?
Удавалось ли во время игры избегать проявления грубости, агрессии,
конфликтов?
Возможно ли в жизни обходиться без ссор и оскорблений?

262

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Что нужно делать, чтобы заклятие злого колдуна не могло реализоваться?

Несказочные проблемы
Ведущий: У каждого человека в жизни возникают какие-то проблемы, трудности, неурядицы. Наверняка встречаются они и у вас. Вспомните о какой-либо своей трудности, проблеме, с которой вы столкнулись недавно. Не стоит брать слишком сложную и глобальную проблему, впрочем, решайте сами. Главное: можно будет не раскрывать свою
проблему впрямую. Подумайте и определитесь. Сегодня мы отправимся
к мудрой Бабе Яге, которая, возможно, сумеет помочь вам в преодолении вашей трудности.
Пока участники размышляют, ведущий переодевается в костюм Бабы
Яги (достаточно использовать шаль и платок).
Первый вариант
Ведущий (в роли Бабы Яги): Знаю-знаю, зачем вы ко мне пришли.
Трудности есть у каждого из вас, надеетесь, что помогу я вам. Что же,
многие ко мне ходят, помощи просят. Но я не буду вам советов давать
или волшебные средства предлагать. Сами вы должны со своими проблемами справиться. Конечно, для этого без сказочного мира не обойтись.
Я вам подскажу, как это сделать. Вы знаете много сказок. Вспомните их.
Выберите сказочного персонажа, который мог бы столкнуться с такой
же проблемой. Вполне возможно, что вам захочется придумать своего
собственного героя. Это еще лучше. Назовите своих персонажей.
Уже на этом этапе возникает взаимный интерес к трудностям друг
друга, угадать которые люди пытаются, исходя из называемых героев.
На наш взгляд, не стоит запрещать повторение персонажей (так, в одной
группе появились Мальвина и Мальвина‑2). При необходимости можно
попросить уточнить некоторые особенности персонажей, их внешность.
Это важно тогда, когда это только что придуманный герой. Очень часто
(если не всегда) в образе такого сказочного героя проецируются черты
Я-концепции участников. Как много уже говорят о своем создателе такие,
например, персонажи, как «старая металлическая чернильница», «попугай-непоседа», «жена Карлсона».
Затем участники должны придумать завязку сказки, в которой герой
столкнется с проблемой, похожей (возможно, очень метафорически) на их
реальную проблему. Эти зачины сказок рассказываются по кругу. Таким
образом, на этом этапе всем становится понятен (в той или иной степени
приближения) смысл трудностей каждого.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

263

Баба Яга записывает на флипчарте имена всех сказочных персонажей
по кругу. Каждому участнику предлагается по очереди подойти к доске
и соединить стрелками имена тех героев, чьи трудности, по их мнению,
в чем-то схожи. Совсем не обязательно проводить стрелки от имен своих
героев, хотя и это не запрещается.
В случае отражения сходства проблем на доске каждый свободен в выборе, а если сам не может оценить степень единства своей проблемы с другими, то у него есть возможность выразить свое мнение о сходстве проблем
других участников. Появившаяся на доске схема отражает в какой-то мере
результаты социометрии проблем в группе. Правда, здесь возникает некоторая трудность: как и в традиционной социометрической процедуре,
тут выявляются и «звезды», и «предпочитаемые», и, возможно, «отверженные», что не позволяет однозначно распределить участников на пары
(при необходимости — ​на тройки). В этой ситуации Баба Яга может вый­
ти из положения следующим образом: предложить «социометрической
звезде» сделать свой выбор из тех героев, которые предъявили заявку на
нее. Так возникает первая пара. Если один из героев не получил выбора,
остальным участникам можно предложить высказать свое мнение (стрелками). Допустим, несколько человек указали на одного и того же героя.
Он и станет партнером «отверженного». Остальные распределяются по
своему усмотрению, но, разумеется, с учетом социометрической картинки.
Следующий этап упражнения заключается в сочинении продолжения сказок, которое осуществлялось в парах. Инструкция на этом этапе
упражнения звучит так.
Ведущий: Что же, дорогие мои, вы придумали, как сказки ваши начинаются, но, как и в больших романах, надо, чтобы все сюжетные линии
каким-то образом пересеклись, чтобы родилось продолжение обеих сказок, но уже в одной общей сказке. Ваша задача, милые мои, — ​сочинить
это ваше общее продолжение, в котором ваши персонажи поискали бы
способы разрешения вставших перед ними трудных вопросов.
Через несколько минут (10 –15) в кругу звучат только что созданные
сказки. Рассказывает кто-то один из пары, второй при необходимости добавляет. В принципе вполне приемлемо разыгрывание сочиненных сказок,
но в этом случае лучше объединять участников не в пары, а в четверки или
даже пятерки. Это разумно, когда группа слишком велика, но и времени
на подготовку в этом случае нужно давать не менее получаса.
Нередкой оказывается ситуация, когда сказка сочинена и весьма
интересна, но даже при поверхностном анализе, проводимом самими
рассказчиками с помощью правильно поставленных вопросов ведущего,
обнаруживается, что проблемы героев не преодолены или преодолены
частично. Несколько примеров.

264

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Мальчик-лгунишка и «упрямый попугай». Лгун из известной сказки
про пастушка, у которого волки съели все стадо, потому что никто не поверил его крикам о помощи, восприняв их как очередную ложь. А сказка
о попугае начиналась с того, что он летит навстречу самолету и категорически не желает сворачивать — ​пусть, мол, он первый. Общая сказка
этих участников звучала так (оказавшись продолжением «попугайской»
сказки): «…А в самолете сидел мальчик-лгунишка. Он кричит попугаю:
“Сворачиваю влево!” А тот, удовлетворенный, решил, что и сам может
повернуть. И сделал поворот направо. Но мальчик-то, как всегда, лгал
и поэтому повернул тоже направо. В результате они полетели вместе.
И подружились».
Несмотря на такой внешне оптимистичный конец очевидно, что проб­
лемы персонажей — «
​ упертость» попугая и лживость мальчика — о
​ тнюдь
не разрешены.
Другой пример. Мальвина собиралась на свидание с Пьеро, но посмот­
рела в зеркало, и то, что она там увидела, ее очень расстроило. Сюжетные
повороты, разработанные этой участницей совместно со своим партнером
в паре, привели только к тому, что она потеряла свою жизнерадостность
и стала для Пьеро еще менее привлекательной.
Жена Карлсона постоянно конфликтовала со своим супругом из-за
черной кошки, принесенной ею в семью из досемейной жизни. Помогая
Мальвине-учительнице решить проблему с «буратинистыми» учениками,
они подарили эту кошку в «живой уголок». Но напряженность в семье
Карлсонов сохранилась — ​уже по другому поводу.
«Сказочные» способы решения жизненных проблем на этом этапе,
как правило, символически повторяют те попытки, которые уже предпринимались участниками в реальности и не дали результата. Или отражают тот выход, который тоже осознавался, но был отвергнут по каким-то
причинам как абсолютно неприемлемый. Характерно в этом плане высказывание «жены Карлсона»: «Но в жизни-то я не могу эту “кошку”
сдать в “живой уголок”!» Это совершенно естественно: чтобы перейти
к поиску решения проблем в иной плоскости, надо понять, что очевидные варианты уже исчерпаны. «Отыграв» их в метафорической форме,
участники выходят на иной уровень рассмотрения проблемной ситуации.
Работа в парах и необходимость объединить усилия в создании общей
сказки с «общим» решением позволяют приблизиться к границе этого
перехода на качественно иной уровень, посмотреть на ситуацию с новой,
неожиданной точки зрения.
Помочь в этом может внезапное заявление Бабы Яги, что, по ее мнению, все сказки остались незаконченными и необходимо сочинить их
продолжение.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

265

Ведущий: Представьте себе, что вам досталось некое волшебное средство, с помощью которого может быть разрешена ваша проблема. Подумайте, что это за волшебное средство, кто вам его дал, какую потребовал
плату. В чем заключается результат, который вы получите, воспользовавшись этим средством? Снова сочиняйте вместе!
Любопытным представляется следующий факт: реплики «Да что здесь
сочинять — ​волшебная палочка, елики-дрелики, все готово!» через несколько минут заменяются недоумением и растерянностью — ​а что же
нужно получить и какое же потребуется волшебное средство?
Некоторые участники так и не могут ничего придумать и обращаются за помощью к группе. На наш взгляд, обратная связь и идеи тех членов группы, которые смогли найти для себя что-то неординарное, могут
оказать существенную помощь и другим участникам. Не следует воспринимать их слова как конкретные советы и рецепты. Метафорический
язык сказочных образов допускает различные варианты интерпретаций,
и человек, воспринявший идею другого участника, чаще всего вкладывает
в нее свой собственный смысл. В самом деле, как многозначен, например,
«подарок», сделанный Мальвине одним из волшебников — участников
группы: волшебное зеркало, в котором она видит себя такой, какой хочет
быть, но которое не скрывает самых вопиющих недостатков.
Немаловажное значение имеет вопрос о цене, которую готов заплатить герой за полученное волшебное средство. «Провокационные»
вопросы ведущего направлены на то, чтобы подчеркнуть абсолютную
незначимость в сказочном мире материальных ценностей и сориентировать участников на осознание тех жертв, на которые он сможет пойти
для достижения искомой цели, и стоит ли цель этих жертв (в НЛП это
называется «проверка на экологичность результата»). Скажем, «жена
Карлсона» просила у старушки-волшебницы терпения для себя и мужа,
а «зловредная» Баба Яга поинтересовалась, а что «Карлсоны» готовы отдать старушке из того действительно ценного, что у них есть в семье. Нам
показалось очень симптоматичным, что «Карлсоны» решили пожертвовать часть… любви к животным! Это-то при причине разногласий — ​черной кошке! И хотя участница сказала, что вместо «кошки» можно было
говорить и о камне, например, и что она может отказаться от избыточного
чувства наслаждения природой, которого и у нее, и у мужа хоть отбавляй,
это показалось не очень убедительным.
Следует заметить, что анализ и разбор приносимых жертв можно превратить в отдельное упражнение, как это делается в психодраме (техника
«Волшебный магазин»). Найденные участниками волшебные средства
разрешения их проблем, принесенная за это плата вызывают у них интенсивные размышления.

266

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Второй вариант
Работу с проблемами и трудностями участников группы с использованием образа Бабы Яги можно построить иначе. Ниже пойдет речь об
одном типе сказкотерапевтической групповой работы, который включает игры, объединенные использованием особых «сказочных карточек»,
а если точнее — ​карточек со сказочными персонажами. Разумеется, игр
с применением таких карточек можно придумать значительно больше,
чем предложено здесь.
До начала работы группы ведущий заготавливает карточки, на которых написаны имена (названия) сказочных героев — ​2 0–30 мужских и столько же женских. При этом очень было бы неплохо, если бы,
во‑первых, каждый сказочный персонаж был многократно продублирован, а во-вторых, на карточке наличествовало не только имя персонажа,
но и его портрет (лучше цветной).
Примерный комплект.
Женские персонажи: Царевна Несмеяна, Золушка, Снежная Королева, Аленушка, Баба Яга, Белочка, Старуха с разбитым корытом, Спящая
царевна, Злая Мачеха, Прекрасная принцесса, Маленькая разбойница,
Мальвина, Федора, Фея, Серая Мышка, Лиса Патрикеевна, Заботливая
матушка, Курица-Наседка, Жена Людоеда, Пушистая Кошечка, Дюймовочка, Колдунья, Снегурочка, Злая Королева, Русалочка, старуха Шапокляк, Белоснежка, Сорока-воровка, Герда, Стрекоза, Черепаха Тортила,
Кукушка, Красная Шапочка, Мартышка.
Мужские персонажи: Буратино, Бармалей, Илья Муромец, Король,
Солдат, Винни-Пух, Карабас Барабас, Чипполино, Баран, Пьеро, Кот
Матроскин, Попугай Кеша, Колдун, Пес Полкан, Пятачок, Железный
Дровосек, Кощей Бессмертный, Гадкий Утенок, Мальчик-с-Пальчик,
Людоед, Кот в сапогах, Дракон, Питер Пэн, Страшила, Разбойник, Незнайка, Серый Волк, Старый Волшебник, Кролик, Самоделкин, Муравей,
Коварный Гном.
Перечисленные персонажи являются лишь примерным набором, на
который можно опереться, но которым не следует ограничиваться. Чем
больше будет предложено сказочных персонажей, тем лучше. Главное — ​соблюсти два условия: во‑первых, эти персонажи должны быть
всем известны, а во‑вторых, они должны быть яркими типажами, обладающими набором очевидных качеств и особенностей. Можно приготовить большой плакат, на котором были бы перечислены сказочные
персонажи. А все участники получат пустые карточки по числу членов
группы. Альтернативным (или дополнительным) способом создания набора сказочных героев является написание каждым участником группы
на специально заготовленных пустых карточках по три самых привле-

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

267

кательных и самых несимпатичных сказочных персонажа. Карточки
сдаются ведущему. Таким образом, в комплекте оказывается в шесть
раз больше карточек с именами сказочных героев, чем число участников. Это дает возможность широкого выбора вариантов использования карточек. Для удобства их можно разложить на полу в центре
круга или разместить на планшете в несколько рядов в специальных
кармашках по алфавиту, чтобы можно было легко и быстро отыскать
нужную карточку.
Игра «Кем меня видят?». Если в процессе тренинговой работы
проб­л емы кого-то из участников актуализируются и он нуждается
в получении искренней (а не щадящей и поглаживающей!) обратной
связи, то можно провести следующую процедуру. Баба Яга предлагает
каждому участнику выбрать из набора карточку с именем того сказочного персонажа, с которым у него ассоциируется главный игрок
(в случае совпадений мнений членов группы как раз и бывает нужно,
чтобы каждая карточка была представлена в трех-четырех экземплярах). Карточки кладутся перед «протагонистом» рубашкой вверх. Сам
он тоже делает выбор — ​персонажа, на которого он считает похожим
сам себя, и персонажа, которого, по его мнению, выбрало большинство
группы. Затем он просматривает карточки, предложенные участниками
группы. Выбираются наиболее часто встречающиеся персонажи. Баба
Яга может предложить разыграть сценки из соответствующих сказок,
в которых протагонист сыграл бы этих персонажей, «примерив» на
себя их образы.
Происходит обсуждение:
Как чувствовал себя протагонист в той или иной роли?
Какие персонажи из предложенных показались совершенно чуждыми,
неприемлемыми?
Какие из героев, напротив, воспринимаются в качестве «родственных
душ»?
Что удивило протагониста в мнениях участников группы?
Что было неожиданным?
Какой из выбранных сказочных персонажей рассматривается протагонистом как идеал, достойный подражания?
Игра «Конструирование сказок» (1). Группа разбивается на подгруппы по пять человек. Карточки перемешиваются, и представители подгрупп
вытягивают наугад из стопки по пять карточек. Через 20 минут каждая
подгруппа должна разыграть перед остальными сказку, в которой действовали бы все доставшиеся персонажи.
Игра «Конструирование сказок» (2). Каждый участник группы вытягивает карточку с именем сказочного персонажа. Затем проводится про-

268

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

цедура «Сочинение сказки по кругу». Кто-то из участников предлагает
зачин сказки, произнеся несколько фраз. Сказку подхватывает участник,
сидящий слева, потом — ​следующий и так далее. Самое главное условие:
участник, получивший слово, должен ввести в сюжет создаваемой сказки
своего персонажа. Если в первое прохождение «сказочного круга» это не
удается, такая возможность представится во время второго или третьего
круга (больше трех кругов проводить не стоит, поскольку в достаточно
многочисленной группе из-за обилия персонажей в сказке можно «завязнуть»).
Игра «Конструирование сказок» (3). В этой игре используются карточки Проппа (в нашем варианте включающие 24 функции) и описанные
им семь основных типов персонажей волшебных сказок (Герой, Отправитель, Антагонист, Даритель, Помощник, Ложный герой, Царевна), которых тоже следует записать на карточках. Из стопки карточек Проппа
наугад выбираются семь. В результате общего обсуждения определяется
последовательность функций в сюжете будущей сказки. Затем проводится следующая процедура: один из участников вытягивает карточку
из стопки со сказочными персонажами, а другой — ​из стопки с типами
персонажей, а третий — ​из стопки с именами участников группы. В результате выпавшему сказочному герою присваивается определенная
роль в сказке и сразу случайным образом выбирается исполнитель. Например, так определяется, что Кощей Бессмертный будет выполнять
в сказке роль Дарителя, а играть его роль будет Сергей. В случае Царевны нужно тянуть карточки до тех пор, пока не выпадет женский персонаж. Таким образом, выбираются семь персонажей с определенными
функциями в сказке, фабула которой схематично задана с помощью семи
карточек Проппа.
Оставшиеся участники становятся зрителями спектакля по сказке,
которую должны сочинить и поставить семь исполнителей ролей.
Игра «Конструирование сказок» (4). Общая процедура сходна с предыдущей, только в стопку карточек со сказочными героями отбираются
персонажи одной сказки, например, Карабас Барабас, Буратино, Мальвина и пр. В результате случайного распределения типов персонажей
и последовательности функций в сказке игроки вынуждены изменить
сюжет и содержание начальной сказки и фактически придумать новую.
Игра «Психодраматическая сказка». Из состава группы выбирается протагонист. Он представляет свою проблему в метафорическом
виде — ​предлагает зачин сказки, в котором уже должен определиться
главный герой. После этого ведущий предлагает протагонисту выбрать
карточки с теми сказочными героями, которые будут присутствовать
в его сказке (при этом необязательно, чтобы выбранные герои прямо

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

269

ассоциировались с конкретными людьми из окружения протагониста;
в сказку могут быть введены персонажи, которых нет в действительности). Когда персонажи определены, протагонист выбирает из числа
участников группы исполнителей для каждой роли. Дальнейший процесс можно организовать по-разному. Если у ведущего есть навыки психодраматиста и соответствующая квалификация, то постановку сцен
сказки можно провести по правилам и техникам психодраматического
действия. Если такой квалификации нет, то протагонист и выбранные
им исполнители ролей просто придумывают вместе продолжение начатой сказки и разыгрывают ее. В этом случае особенно приветствуется
импровизация в разворачивании действия сказки. Баба Яга помогает
участникам путем недирективного вмешательства в этот процесс. Возможно в процессе такого проигрывания удастся найти метафорическое
решение проблемы протагониста.
Игра «Сказочные ассоциации». Для проведения игры самым удобным является наличие у каждого участника группы комплекта карточек
со сказочными персонажами. Впрочем, если это трудно сделать, то
можно обойтись одним комплектом на всех, содержащим хотя бы по
три-четыре экземпляра каждой карточки. В последнем случае игроки
по очереди подходят к планшету с карточками (его надо расположить
так, чтобы остальным членам группы не было видно, какие карточки
выбирает игрок, но вместе с тем сам игрок мог видеть всех своих товарищей) и выбирают для каждого участника группы карточку с тем
сказочным персонажем, с которым тот у него ассоциируется. Берет он
карточку и на себя, исходя из предположения, с кем он будет проассоциирован большинством группы. Пока первый игрок раздает карточки
членам группы (рубашкой вверх — д
​ о поры до времени никто не должен
видеть, что ему досталось), к планшету подходит второй игрок. Когда
все участники таким образом выразят свои ассоциации друг другу, поступает разрешение ведущего перевернуть карточки и ознакомиться
с их содержанием. После этого можно обсудить, кому удалось верно определить, какие ассоциации он вызывает, поделиться чувствами
в связи с полученной таким образом обратной связью от других членов
группы.
Игра «Сказки от первого лица». Из набора карточек со сказочными персонажами отбираются те, на которых представлены герои одной сказки. Случайным образом эти карточки распределяются среди
участников. От игроков требуется изложить события, происходившие
в сказке, от лица персонажа, роль которого досталась. Естественно,
отношение к событиям сказки, их трактовка, да и стилистика, манера
изложения будут разными, например, у Кота в сапогах и у Людоеда.

270

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Обсуждение организуется по следующим вопросам:
В чем разница между изложением событий у разных героев?
Почему обнаруживается такая разница?
Что вы почувствовали, находясь в роли вашего персонажа?
Что нового вы открыли для себя в этой известной сказке?

Диалог с Бабой Ягой
Предлагаемая психотехника может использоваться как в индивидуальном психологическом консультировании, так и в групповой работе.
Она ориентирована на самопознание и гармонизацию внутриличностных
структур человека, осознание поливариантности поведения.
Цели:
1) осознание личностных особенностей взаимоотношений с другими
людьми;
2) выявление психологических ресурсов сказочных персонажей для
участников;
3) повышение стрессоустойчивости и адаптационных способностей
в неординарных ситуационных условиях.
Состав участников: от 1 до 8 человек.
Ресурсы: писчая бумага, авторучки. По желанию и при возможности
дополнительно — ​элементы костюмов персонажей (пояс для Иванушки,
плащ-накидка для Ивана-царевича, платок для Марьюшки, клюка или
метла для Бабы Яги и т. п.), игрушки (кот, посуда и т. д.).
Время проведения: от 30 минут до 2 часов.

Ход занятия
Подготовительный этап (до 20 минут).
Ведущий: Сегодня у нас необычный день, потому что мы отвлечемся
от привычных условий повседневности и отправимся в чудесное путешествие, в котором предстоит встреча с Бабой Ягой. И не ради праздного
любопытства, а чтобы использовать возможность решить какую-нибудь
важную личную задачу с ее помощью, то есть волшебным способом.
Вы, конечно, знаете, что собой представляет этот удивительный сказочный персонаж, и сможете мне напомнить, чем эта старушка примечательна. Возьмите лист бумаги и запишите на нем в столбик как можно
больше эпитетов, подходящих для описания образа Бабы Яги. Только
учтите, что времени для этого будет мало — в​ сего одна минута — т​ ак что
не нужно сильно задумываться. К тому же рука сама может решить, что
написать, — ​вот увидите.

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

271

После выполнения задания в группе один из участников зачитывает
список эпитетов, и вся группа выделяет в персональных перечнях участников совпадающие слова. Затем подсчитывается количество совпадений
и определяется, какие из них относятся к характеристикам внешнего облика, какие — ​к психологическим характеристикам Яги и определяется
соотношение тех и других. При этом в ряде случаев может потребоваться
уточнение смысла предложенного эпитета. Например, страшная — с​ виду
или вызывающая боязнь возможными поступками. По этим соотношениям ведущий делает вывод о том, на что больше обращают внимание игроки:
на внешность или присущие Бабе Яге качества.
Вслед за этим проводится обсуждение характеристик, предложенных
отдельными участниками, которые не попали в общий список. Они ранжируются по такому же принципу. Ведущий обращает внимание на то, имеется ли
разница соотношения в индивидуальном и групповом подходе, и присуждает
статус самого компетентного эксперта (у которого эпитеты внешности и личных качеств пропорционально соотносятся ближе всего к групповому решению) и уникального (у кого больше всего не вошедших в общий перечень).
В индивидуальной практике подведение итогов ограничивается подсчетом внешних и внутренних характеристик и обсуждением их соотношения.
Ведущий: Чтобы отправиться в гости к Бабе Яге, каждому из нас придется перевоплотиться в сказочного героя: Иванушку, Ивана-царевича,
Марьюшку — э​ то каждый решает сам. (В случае наличия реквизита участники выбирают аксессуары, подходящие для выбранного персонажа. Тогда ведущий говорит, что переодевание — ​не самое главное, нужно еще
кое-что сделать.)
Чтобы чудо превращения состоялось, нужно всего-навсего найти
в себе что-то общее с выбранным героем сказки. Загляните внутрь себя,
почувствуйте и запишите те свойства, которые вас делают похожим с ним.
Затем ведущий просит представиться каждого участника в образе выб­
ранного сказочного персонажа и сообщает, что сам он тоже перевоплощается в Бабу Ягу, но только в соответствии с теми характеристиками, которые назвала группа (клиент). Представившийся игрок усаживается в круг.
Ведущий: А теперь — з​ акрываем глаза на минутку. Раз-два-три — и мы
у Бабы Яги.
На этом этапе важно обеспечить быстрый темп, не допускать его затягивания по причине выраженных раздумий и сомнений игроков.
Основной этап (до 90 минут).
Ведущий берет за руку одного из игроков, выводит его в центр круга,
усаживает на стул и говорит: «Ну, здравствуй, гостюшка. Зачем пожаловал: дело пытаешь али от дела лытаешь?»

272

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Игрок вступает в разговор, а Баба Яга его провоцирует на спонтанное выражение мыслей, перемещая в сказочные условия, например, перебивками типа: «Нет, милок, ты что-то мудрено толкуешь, коли в сказку
пришел, то по-нашему и говори». Или дает задания: «Э-э-э, нет, так не
пойдет, давай-ка котика сначала моего погладь» (или: пол подмети; кашу
свари и т. п.), а потом поговорим». При этом может использоваться вспомогательный реквизит. Игрок пытается сформулировать интересующий
его вопрос, а Баба Яга, лукаво улыбаясь, приговаривает, что он и сам все
знает, да ленится понять, и предлагает назвать варианты решения. В заключение диалога она дарит гостю «волшебный камушек» или «чудесную
ракушку» — ​предметы, якобы помогающие в решении любых возникающий вопросов.
После диалога с каждым из участников Баба Яга заявляет, что, пожалуй, умаялась, а у нее волшебные кони не кормлены, гуси-лебеди не
поены, лебеда в огороде не полита, так что гостям пора и честь знать. Она
стучит клюкой/метлой трижды и произносит: «Раз-два-три-четыре-​пять,
снова дома вы опять».
Заключительный этап (до 10 минут).
Ведущий: Ну вот мы и вернулись из избушки на курьих ножках. Баба
Яга, конечно, очень интересный сказочный персонаж. А насчет того, что
выпроводила нас, не церемонясь, так это ей вообще свойственно, сами
знаете. Да нам и так пора было возвращаться: и в эту комнату, и в собственный образ из сказочного.
(В случае использования реквизита он, отложив свой аксессуар, предлагает участникам сложить его на столе.) В комнате мы уже находимся,
а вот как воплотиться обратно в себя, сейчас объясню. Это просто: напишите на листе бумаги в столбик свойства/качества, которыми вы не
похожи на выбранного героя.
Игроки записывают и зачитывают составленные перечни. Затем ведущий шутливо предлагает им ощупать себя, чтобы почувствовать: «это —​
я», трижды сделать глубокий вдох через нос и короткий выдох через рот
и сказать «спасибо» партнерам по игре, называя их по имени.
В заключение участники обмениваются мнениями о состоявшееся диалоге с Бабой Ягой.

Полет в ступе
Эта технология объединяет несколько психологических техник и упражнений. Она может быть использована в качестве инструмента прежде всего
в психотерапевтических группах и в индивидуальном психологическом консультировании, а также при обучении психологов основам сказкотерапии;

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

273

в групповом варианте — к
​ ак техника динамического характера в тренинговой
практике, способствующая усилению взаимопонимания и доверия в группе.
Соответственно аудитории участников определяются конкретные цели, которые в общем виде могут быть представлены следующим образом.
Цели:
–– гармонизация внутриличностных структур клиента/участников;
–– самосознание собственной индивидуальности;
–– формирование и развитие позитивного восприятия мира.
Размер группы: до 15 человек.
Ресурсы: листы бумаги формата А 4 или А 3 в количестве, равном числу
участников, средства для рисования (карандаши, фломастеры).
Время проведения: 1–1,5 часа.

Ход работы
1-й этап. Визуализация образов ступы и помела (30–45 минут)
Ведущий: Каждый из нас с детства знает о необычном «транспорте»
Бабы Яги — ​ступе, управляемой пестом и помелом. Ученые на протяжении многих лет выдвигают версии относительно этого сказочного
средства перемещения, а художники их изображают сообразно своим
представлениям. Однако для нас сейчас личное его восприятие, которое у каждого свое. Давайте попробуем визуализировать это восприятие. Возьмите лист бумаги и карандаши/фломастеры тех цветов,
которые захочется и которые соответствуют цветовой гамме будущего
рисунка.
Участники берут бумагу и выбирают цветовую палитру будущего изображения. Кто-то может заявить, что не умеет рисовать, на что психолог
может в шутливой форме ответить, что мы же не собираемся создавать
художественные шедевры на века, а просто рисуем для себя.
Ведущий: Все ли готовы приступить к рисованию? Тогда начинаем.
Только, пожалуйста, не надо задумываться, а просто рисовать, потому
что надо уложиться в 15 минут. И потом, ваша рука сама «знает», какие
линии проводить, как их располагать и раскрашивать.
По окончании выполнения задания он обращается к клиенту/участникам.
Ведущий: Очень хорошо, что рисунок готов. Теперь я попрошу в течение одной минуты смотреть на него, не отрывая глаз ни на миг. По мое­
му сигналу «Стоп» вы на секунду прикроете глаза и вновь их откроете.
Время пошло.
Психолог засекает время выполнения задания. По окончании его он
фиксирует, с какой эмоциональной реакцией клиент или участники отры-

274

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

вают взгляд от рисунка (вздох, улыбка и т. п.), характеризующей уровень
имеющегося напряжения. Если у клиента или в группе у значительной
части участников обнаруживается повышенный уровень напряженности
либо в профилактических целях ведущий проводит упражнение на физическое расслабление.
Упражнение 1 — ​расслабление глаз (пальминг). Человек, соединив
ладони, растирает их трением до появления тепла, затем перекрещивает
руки и неплотно прикладывает левую ладонь — ​к правому глазу, правую — к
​ левому, удерживая в таком положении 30–40 секунд и наблюдая
ощущение перетекания тепла от ладоней к глазам. После этого человек
закрывает глаза и слегка надавливает на них кончиками пальцев 20 раз
с интервалом в одну секунду.
Упражнение 2 — ​общее расслабление. Человек принимает позу стоя,
поставив ноги на ширину плеч. Приподняв плечи, отводит их назад и резко
опускает вниз (10–12 раз).
Можно также провести обсуждение ощущений клиента/участников,
возникших во время неотрывного взгляда на рисунок.
2-й этап. Мысленное путешествие (от 15 до 30 минут)
Ведущий: Каждый человек хоть раз в жизни летал: кто на самолете/
вертолете, кто на дельтаплане, кто во сне. Но мало кому удавалось прокатиться по небу по-сказочному. А вам удалось так хорошо представить
себе «транспорт» Бабы Яги, то можно сказать, что теперь у вас/у каждого
из вас имеется личная ступа с помелом. И почему бы тогда не полететь
в сказочные места? Давайте попробуем, вот увидите — ​обязательно получится. А я помогу. Сядьте поудобнее, еще раз приподнимите плечи,
отведите назад и «сбросьте» резко вниз, закройте глаза.
Убедившись, что клиент или участники находятся в комфортной позе,
психолог медленно, с периодическими паузами произносит текст:
Ты находишься здесь и сейчас, тебе хорошо и спокойно, ты чувствуешь свободу в каждой клеточке своего тела: ногах, руках, животе, груди,
спине, плечах, шее, подбородке, щеках, глазах, бровях, волосах, затылке,
макушке. Эта свобода означает, что ты можешь переместиться в любое
место: дремучую чащу или на опушку леса, на луг или на поляну. Пауза
30 секунд. Но где бы ты ни оказался, оглядись, там обязательно есть ступа
с помелом. Найди ее. Пауза 30 секунд. Осмотри внимательно: какого она
цвета, температуры, какой имеет запах, какова на ощупь. Пауза 30 секунд.
А теперь смело полезай — ​и взлетай! Пауза 1,5–2 минуты. А теперь пора
возвращаться. Поставь на то же место, где брал, ступу с помелом и перемещайся сюда обратно. Почувствуй каждую часть своего тела: пальцы
ног, ступни, голени, колени, бедра, живот, грудь, спину, шею, лицо, всю

Приложение 1. Психологические игры и упражнения…

275

голову. Медленно вдохни воздух через нос и резко выдохни ртом три раза.
Открывай глаза. Короткая пауза.
С прибытием! Как летали, где бывали? Рассказывайте.
Клиент или участники группы рассказывают о своих мысленных путешествиях. Психолог задает уточняющие вопросы: «А какова была цель
полета? Зачемты/вы летали? Мешало ли что-то, если да, то что именно?
Каким было ощущение полета: радостным, легким, тревожным, вызы­
вающим страх?» и т. д. После обсуждения в группе устраивается выставка
рисунков и «вернисаж», на котором отыскиваются общие и оригинальные
детали изображений. При этом психолог обращает внимание на то, у кого
рисунок расположен в вертикальном положении листа (потребность
в психологическом/духовном/социальном росте), у кого — ​в горизонтальном (потребность в расширении контактов/жизненного пространства и т. п.). Важны также обширность и высота ступы, наличие и способ
штриховки, длина ручки помела и пышность его пучка.
Заключительный этап. Общая рефлексия и обратная связь
(10–15 минут)
Клиент рассказывает, а участники группы в свободном формате,
без какого-либо регламента обмениваются впечатлениями о пережитых
ощущениях, сообщают, что, по собственному мнению, удавалось легче,
что — т​ руднее, вызывало ли что-нибудь раздражение.
Иногда в группе может оказаться человек, который, решив, что его
впечатления скуднее, чем у остальных, или которого «пробило», то есть
прорвало «пробку» во внутриличностной структуре, начинает провоцировать группу на разбиение общей позитивной атмосферы, например,
выкриком вопроса: «А зачем все это нужно, какой прок?» и т. д. Психолог
может подхватить такой вопрос, обратившись с ним же к группе самым
доброжелательным тоном: «А действительно — ​зачем, что вы об этомдумаете»? Как правило, в таких случаях группа сплачивается и начинает
отстаивать положительный настрой. В заключение психолог благодарит
всех участников.

Приложение 2. Авторские сказки
о Бабе Яге
Сказка о том, как маг Василий в Беловодье
ходил (А. Е. Наговицын)
Маг Василий искал заветную дорогу в Беловодье, куда его со слезами
на глазах послали земляки, хоть и без особой надежды на результат. Дело
в том, что из-за какой-то напасти, то ли проклятия злого колдуна, то ли
просто из-за несчастья, их земля перестала плодоносить и царь Голод
стоял уже у самого порога.
Соседи же не желали продавать никакого продовольствия, надеясь,
что некогда могучий народ ослабнет и его самого и его земли можно
будет взять голыми руками. Только вода из этого волшебного места
могла спасти от любой беды, но пути туда никто не знал. Поговаривали
только, что знать-ведать его может могучая древняя волшебница —​
Баба Яга.
Все было бы относительно хорошо, но Беловодье продолжало оставаться для Василия чем-то эфемерным и почти несбыточным. Оно чемто напоминало линию горизонта, к которой, как известно, чем больше
и дольше бежишь, тем она скорей от тебя отдаляется.
— Будь что будет, лучше что-то делать, чем бесплодно сокрушаться
о возникающих трудностях, — о
​ тстраненно думал маг, упорно продолжая
шагать по пыльной дороге.
Как ни странно, за целый день ему не встретился никто из желающих
поделиться с путником его, Василия, имуществом, или просто пригласить
на обед в качестве основного блюда.
— Да, какая-то странная и нерасторопная нечисть в этих местах обитает. Не попряталась же она от него, в самом деле! Хоть бы огр какой
повыл, чтобы развеять скуку, — в​ яло подумал маг.
И он накликал на себя беду. В самом прямом смысле — ​накликал.
Из-за ближайшего поворота дороги, жалобно скуля, выскочил не ктонибудь, а жуткий огр собственной персоной и, быстро-быстро перебирая
кривыми и волосатыми задними лапами, невозможно пыля и невнятно
похрюкивая и отчего-то повизгивая, пронесся мимо. Он так спешил, что
даже не удостоил вниманием Василия, что было довольно странно, иными
словами, сбежавшую с праздничного ужина законную, по его мнению,
добычу. Проносясь с сумасшедшей скоростью мимо мага, огр случайно

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

277

выронил изрядно пообкусанную, видимо от голода или от нервов, дощечку. Василий, в силу присущей ему любознательности, ее, не зная зачем,
подобрал и прочел сохранившийся остаток надписи: «…ый Грымза идет.
Спаса…». Маг надолго задумался об этом:
— Что бы это значило, от кого или от чего улепетывал грозный огр,
испугать которого было весьма проблематично из-за редкостной природной тупости и столь же непомерного тщеславия.
Несколько насторожившись, Василий все ж продолжил свой путь.
Видимо, это был день сюрпризов: после длительного перехода в полном
одиночестве посыпались неожиданные встречи.
Не прошел он и полверсты, как из кустов выкатился шерстяной
клубок, быстро рассыпавшийся на нескольких бесенят, которые с распахнутыми на всю возможную ширину и без того крупными круглыми,
фонарными глазищами рванули по дороге наперегонки. Они что-то жалобно причитали и, прижав к хиленьким волосатеньким грудкам какието тряпочки и косточки, попытались прошмыгнуть мимо Василия. Тут
он не выдержал и привычным движением сграбастал за шкирку одного
из них.
— Отпусти! — ​отчаянно провыл изловленный уродец, но Василий
был непреклонен.
— Ты, то есть вы, и вас еще не сожрали… извиняйте, козла ради, вас,
уважаемый маг, еще не скушали по дороге?.. — затем он без всяких переходов, заскулил снова. — П
​ усти, — у
​ же совсем жалобно проныл пленник
и заелозил лапками по воздуху, будто бы он только что оседлал гоночный
велосипед.
Василий приподнял беглеца повыше.
— Грымза приближается, не могу, пусти… — ​лепетал уже взмокший
от страха нечт.
— Да кто он такой, этот ваш страшный Грымза? Что вы все от него,
как черт от ладана, улепетываете? — в​ опросил донельзя озадаченный маг.
Изловленный им нечт, видимо поняв, что просто так от Василия ему
не отделаться, видимо, решил все быстренько рассказать и поскорее продолжить свое бегство от ужасного Грымзы. Он постарался ответить побыстрее:
— Как, ты не знаешь?! Ух, так твою и растак, никого-то ты не знаешь!
Маг, тоже мне! — бесенок снова понял, что говорит, что-то не совсем так
и то. — И
​ звиняйте меня великодушно. Я не хотел, не имел в виду… обидеть
вас совсем не хотел. — Грымза — э​ то! Это же сам Грымза!!! У него сейчас
летняя течка и обострение злобности и лютости. Вот он и ищет врагов,
значит, хочет кого-нибудь убить или просто сожрать. Ему ж все равно,
свой или чужой! Кто под руку попался, значит, тот точно враг.

278

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Да скажешь ты, наконец, кто он такой, этот Грымза, или нет?!
Из какого роду-племени, хотя бы! — ​Василий начинал терять терпение
и встряхнул гадкого зверька в воздухе. — Дракон он, что ли, может,
тролль или гоблин какой? — г​ розно стал вопрошать маг.
— Да нет, нет, не тролль он, только всякого тролля похуже. Тролль
что, — ​ну, поймает, ну, поколотит маленько, порычит там, в худшем случае — ​сожрет, и только-то… А этот… Этот — ​если сам не слопает, то
таким сделает… таким… что тут уж свои тебя сами съедят и косточек не
оставят.
Василий ненадолго задумался и проглядел, как гаденький зверек, изловчившись, сумел тяпнуть его за мизинец и с диким воплем:
— Спасайся кто может, Грымза идет! — ​вскачь, как говорится, быстрее своего визга, стремительно унесся по пыльной дороге…
Плюнув на все возможные и невозможные опасности, маг, беззаботно
напевая известный хит «А нам все равно», направился дальше по дороге.
Вокруг мага царили безмятежная тишина и ничем и никем не нарушаемое спокойствие. Казалось, что даже самые крикливые птицы
и самые назойливые насекомые решили не мешать ему своим присутствием. Даже летнее солнце втихомолку спряталось за пробегающие
облака. Дорога становилась все чище и глаже. Она весело бежала к открывшейся вдалеке небольшой березовой рощице, над которой струился
сероватый дымок.
— Видимо, — ​подумал Василий, — ​кто-то костер жжет. Только вот
зачем? Греться теплым летним днем вроде бы ни к чему, завтрак давно
прошел, а до обеда еще далековато.
Выйдя на опушку рощицы, Василий увидел донельзя забавную картинку. На хорошенькой зеленой, правда, хорошо утоптанной полянке
пылал огромный костер. От него расходился такой сильный жар, что сразу приходила на ум хорошо протопленная «правильная» финская сауна.
Неподалеку от костра расположилась живописная группа из нескольких
здоровенных, хорошо откормленных мужиков.
По непонятной для непосвященного наблюдателя причине, каковым
и был случайно оказавшийся здесь Василий, одеты они были уж слишком
тепло для жаркой летней погоды. Поверх плотных льняных рубах, изобильно расшитых петухами, на мужиков были натянуты тяжелые, скорее
зимние кафтаны, испестренные разными нашитыми на них многочисленными ленточками, кисточками и побрякушками. На голове у каждого красовался внушительных размеров, чуть ли не аршинной длины, колпак,
отороченный мехом. При схожести фасонов, головные уборы имели еще
и общую цветовую гамму, выдержанную исключительно в красных и малиновых тонах.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

279

— Хотя, — п
​ одумал маг, — ц
​ вет ветронепродуваемых шапок неплохо
гармонирует с красными потными рожами всех присутствующих.
Один из краснолицых мужиков, что-то невнятно бормоча и подвывая,
неистово скакал вокруг костра. От страстных повадок козла в брачный
период его отличало лишь то, что в его руке был зажат большой бубен,
по которому прыткий скакун колотил плохо обглоданной костью. Как
ни старался Василий, уловить хоть какой-то ритм в этом действе он не
сумел, хоть считался неплохим песенником и гусельником. Попрыгав еще
немного, странный мужик вдруг повалился на землю возле самого костра,
при этом мелко суча нижними конечностями и загребая руками уже пожухлую от нестерпимого жара траву.
Василий рванулся с места и закричал остальным:
— Да помогите же ироды! Плохо ведь человеку!
— Нишкни! Вели-Миролюб ноне с духами общаться изволит. Ибо батюшка Царь Огонь вельми ладоносно посыл ему шлет, — ​произнес один
из компании гортанным высоким голосом. При этом он мотнул «богатой»,
сивого цвета шевелюрой и чему-то радостно заулыбался. Кисточка его колпака, спускавшаяся аж до поясницы, при этом затряслась мелкой дрожью,
многочисленные побрякушки, нашитые на его кафтан, весело зазвенели.
Мужик с бубном уже хрипел, лицо начало синеть, вытаращенные глаза
закатились. Василий не стал дальше слушать заумные речи гортанноголосого мужика. Он стремительно бросился к «бубноносцу» и попытался,
схватив за руки, оттащить его подальше от костра. Тот сначала вяло сопротивлялся, потом на некоторое время затих, а затем быстро и резво
вскочил на ноги. Уставившись на своего избавителя безумными глазами,
он начал ему выговаривать и даже невнятно угрожать непонятно чем.
— Духи земли, воды, огня, синхрофазотрона, травы, муравейников,
берез, осин, рек и моих портянок глаголят мне, что вельми недобро было
посягать на нашу беседу с ними! И поелику тот гнев падет на тебя, путник,
и будет гнев их скор и неминуч…
Василий, в силу профессиональной принадлежности, ничуть не смущенный прозвучавшим упоминанием могущественных, но бесплотных
сил, якобы грозящих ему своей опалой, решил воззвать к чувству самосохранения велеречивого медиума:
— Да на тебе же одежа уже начала тлеть, и сам ты чуть дуба не дал…
как там тебя… Вели-Миролюб. А кстати, что это у тебя за имечко такое
чудное?
В ответ мужик что-то тихо прорычал, схватил свой здоровенный бубен
и попытался им стукнуть Василия по голове. Не будучи стеснительным
от природы, но все же, в принципе, достаточно миролюбивым, маг вежливо посоветовал ему убираться к черту вместе с бубном и колотушкой.

280

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Вместо того, чтобы тихо и незаметно удалиться если не в предложенном
направлении, то, по крайней мере, на благоразумное расстояние, бестолковый самосожженец, пуская пену изо рта, попробовал укусить Василия
за локоть.
— Ты чего, совсем озверел?! — ​отталкивая забияку, рявкнул на него
маг.
Вели-Миролюб клацнув желтыми зубами и закатив глаза, прогундосил в ответ:
— Духи, духи мне велят, — ​и снова полез кусаться. Василий увернулся, схватил странного Миролюба за шкирку и хорошо отработанным
приемом отправил его в ближайшие колючие кусты, где тот наконец-то
угомонился и затих.
Четверо остававшихся у костра мужиков, с интересом наблюдавших
за динамичной сценкой, вдруг поднялись, обступили большой раскоряченный пень и, воздев руки к небу, заголосили хором:
— Слава духам! Слава духам! Слава великому Вели-Миролюбу, призванному духами на их трапезу!
Они трижды поклонились пню. По лесу пронесся выразительный
гул, — ​это самый длинный из них, блаженно улыбаясь, троекратно треснулся лбом, не иначе как чугунным, о сухую деревяшку. После этого
так же неожиданно, как и начали, мужики прервали свое торжественное
хваление и с чувством выполненного долга разошлись по поляне, при этом
на ходу почесываясь, покряхтывая и порыгивая.
Василий с присущей ему любознательностью решил докопаться до
сути происходящего и направил стопы к богомольцу, обладавшему сивой
шевелюрой, поскольку тот показался ему наиболее спокойным и незлобивым из всех.
— Привет тебе. Меня Василием зовут. А не скажешь ли, уважаемый,
что это сейчас тут было?
— Привет и тебе, Василий, — ​степенно ответил мужик. — Что-то
больно расхожее у тебя прозвание, видать, ты либо простачок, либо
недотепа. Имя надо выбирать звучное, значительное. Вот я, к примеру,
Скарабей — З
​ олотой Лингам. Зо-ло-той, понимаешь? А почему? А потому как силу предков наших шибко почитаю, их урочища и узорочья.
А они, эти узорочья, вельми лингамом сильны, ибо в нем благодать
плодородия, мощь ратная богатырская и прочее вельми також.
Отчаявшись что-либо в этой речи понять, Василий решил, не мудрствуя лукаво, пропустить ее мимо ушей и повторил вопрос:
— Так все-таки: что у вас на поляне деется?
— Слава богам! — ​неожиданно провозгласил золотой в некоторых
местах Скарабей. — ​Чуть не забыл благодарственную требу принести.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

281

При этом он, хитро улыбаясь и неизвестно кому подмигивая и кивая,
полез за пазуху и извлек оттуда посудину с булькающей мутной жидкостью, а вслед за этим и две глиняные надтреснутые чарки. В тот же
миг, как джинн из бутылки, перед ними возник невысокий худощавый
мужичонка с узкой хитроватой мордочкой и просачивающейся подлянкой в глазах.
— Фурфа я, — ​представился он, — ​требу давай скорей, Скарабей,
а не то все нутро иссохло.
«Забавная птичка», — ​усмехнулся про себя Василий, рассматривая
алчущую личность.
Тут из тех самых колючих кустов, в которые Василий пятью минутами раньше завинтил Вели-Миролюба, послышалось натужное кряхтение вперемешку с треском рвущейся ткани. Затем из кустарника
показались сочные до безумия, блестящие, как пуговицы на новом
мундире новобранца, буркалы, потом потная лысина с прилипшими
кое-где травинками, а затем и весь Миролюб с бубном под мышкой
и с костью в зубах. Неожиданно быстро подскочив на месте, он вприпрыжку, хоть и спотыкаясь время от времени, направился к образующейся компании:
— Треба, треба, великая треба! Духи возвестили мне, что треба весьма
уместна. А вообще ты неплохой парень, — ​непонятно с чего, вдруг заявил он Василию. — Д
​ ухи благодарят тебя, а за что — т​ айна великая есть.
Как в Такамаке псимезоны с нейтрино взаимодействие творят, а протоны
с нейтронами омегагиперон выделяют, выделяют, выделяют… И вообще,
наливай скорей!
Солидно крякнув, Скарабей разлил по чарам мутную жидкость, а у Вели-Миролюба и Фурфы, как ни странно, вдруг неизвестно, как и откуда,
в руках возникло по внушительному ковшику.
— Ну и чудеса, — ​подумал Василий, — ​сам маг, многих магов знаю,
но чтобы так, из воздуха, да еще и без заклинания что-то материализовать — ​такого еще не видел. Ну, чудеса…
Он уважительно посмотрел на своих собеседников, которые преданными глазами уставились на Скарабея. Тот в свою очередь глубоко
вздохнул и быстро заговорил высоким голосом:
«Батюшка ты Царь-Огонь,
Над всеми огнями Огонь,
Над всеми царями Царь!
Лютуешь ты и палишь,
Светишь и поджигаешь,
Над полями, реками

282

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

И долами летаешь,
Свечу возжигаешь.
Силу возбуждаешь,
Днесь нас питаешь.
Так выпьем!»

Все дружно проорали: «Слава!» и хлопнули, кто по чаре, кто по ковшику непонятной жидкости. Прибалдевший от всех этих действ маг, опрометчиво последовавший их примеру, лишь испив чару до дна, понял, что
лучше бы этого не делал. Еще через пару минут до него дошло, почему
восхвалялся именно огонь.
То, что он выпил, напоминало именно огонь, разве что только в жидком виде. «Вот она, мужская солидарность, до чего доводит», — ​самокритично отметил он и, не мешкая, принял необходимые магические меры,
отвращая возможные неприятные для себя последствия.
— На портянках Грымзы настаивали, — з​ адумчиво проговорил Фурфа, выдыхая, вне всякого сомнения, струю пламени.
На поляну быстрым шагом вышел высокий сухощавый мужик в черном
облачении. Неожиданно он споткнулся об корягу, послышался изрядный
стук, потом громкий вопль: «Слава духам!».
— Грымза знамение получил! — ​восторженно проревели мужики,
бросаясь поднимать с земли своего, как оказалось, предводителя.
— Так вот он какой, страшный Грымза, — ​подумал Василий, рассматривая длиннющего мужика, которого вся ватага с трудом приводила
в вертикальное положение.
Тот, встав на ноги, в очередной раз прокричал: «Слава духам!» и, отряхивая длинную, до самых щиколоток, рубаху без пояса, целеустремленно
направился к искателю Беловодья.
— Грымза, — ​представился он, протягивая узкую длинную руку
с грязными обкусанными когтями и серыми шрамами на запястьях.
— Такой точно сожрет, — ​мгновенно промелькнуло в голове у Василия.
— А ты — ​Василий. Как же, наслышан, — ​глубокомысленно изрек
он. — ​Кстати, как ты к Прибабаху Молниевитому относишься? А то мы
тут парочку его сторонников уже того, похавали… Ну, ты меня понимаешь…
Василий неожиданно вспомнил, в каком ужасе уносилось все живое
при известии о приближении Грымзы.
— В общем-то, я никаких дел с ним не имею, да и не знаю эту братию
вовсе.
— Ну, ты у меня смотри, а то, сам понимаешь… — ​сыто рыгнув, со
значением пророкотала гроза всей округи.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

283

— Будет тебе пугать-то, — ​мысленно ответил ему Василий, а вслух
сказал: — ​А за что вы этих, как их, последователей Молниевитого?..
— Ну, как же, они же утверждают бесчестно, что Молниевитый —​
древний и всеми испокон веку почитаемый бог, хотя в летописях от Пафврутия и Глаголалгатия, а тако же Хитрована Изворотливого никаких
упоминаний о нем нет.
То есть имеются упоминания, но вовсе не о нем Молнеевитом Прибабахе, а о Прибабахнутом Молниетворце, вельми вредном для дела божеска и свята. И вотще он, этот Молнеевитый — с​ упружник Бабы Яги, — н
​и
с того ни с сего заявил Грымза и продолжил, закатив глаза:
— Так как в сераписском мануфактурном папирусе сказано днесь, что
ягал он баб по-черному и молодок тако ж ягал, не брезговал. По-ученому
раскладу, к каковому у меня немереный талант и непревзойденные знания
в наличии имеются, я заключил, что он значится, коль баб ягал, то, стало
быть, имя такое имеет, а имя с кем схоже? С Ягой Бабой, так, стало быть,
он не кто иной, как супружник Бабы Яги.
— Кого-кого? — п
​ ереспросил собеседник. — ​Бабы Яги?
— Баба Яга — ​сиречь Ягая Баба. Все правильно, — ​задумчиво произнес толкователь летописей, величаво оглаживая нечесаную бородку.
— Озарение взошло в мудрую мою голову, и вот близок я к новому
открытию ученому… Да-а-а, вот уж коли есть талант, так не спрячешь!
Слушай и восторгайся: не супружник он ей никакой, Бабе Яге-то, а…
— Кто же? — ​удивленно спросил Василий.
— Он сам и есть Баба Яга. Да… У Реминисцента Бухальского, — и
​ зрек
дальше Грымза, заглядывая в какую-то помятую бумажку, — ​есть некоторые на то указания. Я — ​велик! — ​почему-то с нажимом провозгласил
он на всю поляну.
Василий не сразу даже понял, что последнее утверждение относится не к Р. Бухальскому, а к самому оратору, который безапелляционно
твердым тоном, продолжил свою речь:
— А кто не согласен с высокой мудростью сей, да супротив нее что
имеет, того сожрем немедля, ибо вельми пользительно будет для истины
высокой днесь. А ты, кстати, согласен? — ​вопросил Грымза, переходя на
обыденную речь и плотоядно поглядывая на слушателя, будто облизываясь.
Василию ничего не оставалось, как согласиться, потому что он отметил нескрываемо растущий интерес к своей особе, по характеру явно
нездоровый. Мужичье со всей поляны стало подтягиваться к беседующему
Предводителю, прихватывая с собой что-нибудь тяжелое — ​кто дубину,
кто полено, — ​и предназначенное, без сомнения, для реализации самых
серьезных намерений. Вельми-Миролюб поигрывал уже знакомой магу

284

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

костью. Фурфа отчего-то предпочел иметь дело со сковородкой. Как бы
то ни было, ни одно из орудий избиения или убивства маг не собирался
испробовать на собственной шкуре.
«Дуракам закон не писан, — ​пошутил он мысленно и, задействовав
магию, полистал в голове страницы ученых писаний относительно поведения с сумасшедшими и бесноватыми. — А
​ га, нашел, сказал он сам себе:
не след перечить помешанному, иначе он проявляет буйство», — у
​ спешно
завершив мысленную деятельность, маг заявил: — ​Согласен.
— То-то же, — ​наставительно, хоть не без ноты сожаления в голосе
произнес Верховод околпаченного сообщества.
Народ стал потихоньку расходиться, по их лицам пробегало искреннее разочарование.
«Пир обломался», — п
​ одумалось Василию.
Неожиданно Грымза весь напрягся и заорал:
— Как ходите, собаки, святыни попираете! Только строем и враскоряку, сколько вас учить! Весь сакральный обряд облажали, уроды!
Он бросился к ближайшему мужичку и отвесил ему смачный пинок.
Мужичонка заохал и откатился поближе к костру.
— Да здравствует Грымза! Самый сакральный Грымза в мире! — п
​ роревели, подобострастно скандируя величальные кричалки, испуганные
общинники.
А прославляемый осветился улыбкой веселого мертвеца и, сменив гнев
на милость, великодушно изрек:
— Ну… вы пока можете винца попить, коли охота, али еще чего, пока
я с товарищем делами позанимаюсь. У меня там, в бурдючке под березой
стоит. Только все, гады, не вылакайте, знаю вас, особенно Фурфу — ​тот
еще алкаш!
— Ну, пронесло, — п
​ ослышались с разных сторон облегченные вздохи.
— Грымза сегодня добрый, с самого утра никого не убил. Слава духам!
— В общем, так, — ​сказал предводитель, поворачиваясь к Василию
и хитро на него поглядывая из-под кустистых бровей, — ​наслышаны мы,
что ты трактатами учеными балуешься, ну и песнями, сказаниями всякими.
Давай сюда!
— Что давай? Зачем давай?! — н
​ едоуменно вопросил Василий.
— Ну, мы это… соавтором моим будешь. Честь сия велика есть, ибо
мы, Грымза, великой ученостью знамениты. Правда, что ль, оборванцы? —​
громогласно обратился он к сотоварищам.
— Пра-а-авда! Правда-а-а! — о
​ тветило сообщество поляны, оторвавшись от прихлебывания дармового вина.
— А ну-ка, тащите сюда рукописи именитые да бумаги мои заветные, — п
​ родолжил Грымза.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

285

Прыснувшие во все стороны мужики в колпаках, вскоре, сгибаясь под
тяжестью ноши, приволокли и высыпали на траву у самых ног почитаемого ими мудреца ворох разрозненных листков и свитков. Многие из них
имели до того непрезентабельный вид, что Василий подумал с ужасом,
сколько придется отмываться, не жалея мыла и пемзы, если, не дай бог,
доведется взять их в руки.
— Смотри и восхищайся, — ​изрек Грымза, выхватывая из неважно
пахнущей кучи какую-то особенно замусоленную бумажку. — О
​ пять ктото с моими шедеврами в кусты ходил! — ​вдруг дико заорал он, швыряя
в сторону поляны подвернувшийся ему под руку большой булыжник. —
Я вам покажу, гады, как моими шедеврами подтираться!!!
— Это не мы, не мы, это все он, Василий, — р
​ аздался с поляны дружный хор пьяных голосов.
— Ну, ладно. Проехали, — п
​ очему-то на сей раз миролюбиво заявил
Грымза, азартно выхватывая из кучи макулатуры длинный свиток, изрядно перепачканный и довольно мятый.
— Слушай и трепещи от восторга. «Баллада о нападении…»:
«Кот Васька — в​ олком в небеса.
Баран взмахнет крылом. —
Бывают в жизни чудеса.
Но есть ли где Любовь?
Я изреку для всех Закон:
Кто рядом — у
​ кусить!
И, не взирая на Судьбу,
Сожрать и загнобить.»

— Потрясающе! — ​совершенно искренне сказал Василий, будучи
и впрямь до содрогания поражен всем услышанным.
— А теперь быстро давай сюда свои трактаты и… что там у тебя еще?..
Все сюда давай живо, — ​заявил Грымза, уже протягивая к Василию когтистую лапу.
«Видимо, придется отдать, — ​подумал Василий, — ​иначе есть шанс
попасть в очередной “шедевр” Грымзы под названием “Как мы сожрали
мага Василия”». Драться и тем более убивать этих сумасшедших совсем
не хотелось, тем более что большинство из них находилось в постоянном
страхе перед своим Предводителем, к тому же от него зависели.
Маг также подумал: «Может, действительно делом займется, на всех
подряд нападать перестанет? Всяко ведь бывает. Что ж, отдам, пожалуй,
кое-что из не самого ценного». — В
​ асилий вынул из мешка несколько рукописей. Он, задумчиво посмотрев на них, продолжал размышлять о том,
стоит ли это делать, пойдет ли во благо…

286

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Грымза нетерпеливо выхватил из его рук стопку бумаг и стал суетливо
листать.
— Так… — э​ то мы вымараем. Это мы и без тебя знали. Сюда добавим.
А это ты у нас украл, — ​с некой затаенной грустью в голосе произнес
Грымза: — Мы тоже о высоком пишем. А так как у тебя тут о чем-то высоком, а о нем только нам писать положено, значится, ты у нас все это украл.
Ну, ничего, на первый раз мы тебя простим, — ​с этими словами Грымза
покровительственно похлопал Василия по плечу. — ​Я это подкорректирую немного, цитат там добавлю, к примеру. Может, и сойдет для нашего
нового произведения. А ты, вор, убирайся отсюда, пока не сожрали.
Круто развернувшись вокруг своей оси, он проорал громогласно на
всю поляну:
—О
​ бъявляю Совет Круга Грымзовых Братанов открытым! Ну, сволочи,
какое ваше мнение о плагиаторе маге Василии будет?! Да не тряситесь вы
так! Добрый же я сегодня, можете говорить. Только смотрите у меня, а то…
— Вор он, вор! — ​заголосили мужики по всей поляне.
— И храм мымриков поджег тоже он, наверно, — ​раззадорившись
одобрительной улыбкой хозяина, вставил Фурфа.
— Так храм-то этот еще аж пятьсот лет назад сожгли, — ​задумчиво,
как бы про себя, произнес Скарабей.
— Неважно, что пятьсот лет. Ты что, против великого Грымзы выступать вздумал? — ​зашикали на него со всех сторон.
— Ну, если так, то я чего… Я ничего. Кто-то ж его сжег. Но так, чтобы
Василий пятьсот лет назад… по виду-то он помоложе будет.
Кто-то негромко согласился с Золотым, что мымрики тут ни при чем,
и четверо сторонников исторической правды отошли в сторонку, выражая
таким образом намерение остаться при собственном мнении.
Как ни странно, Грымза достаточно лояльно отнесся к демократической акции протеста, только глянул в сторону оппозиции, как на детскую
площадку, и по-отечески произнес:
— Малы и глупы еще, однако. Ну, да ничего. Подрастут — п
​ оумнеют.
Тут неожиданно подал голос Вели-Миролюб:
— А может, все-таки сожрем?
— Нет, рановато пока. Может, он еще на что-нибудь сгодится нам.
Может, еще чего у нас украдет, а мы у него назад отнимем… Хе-хе, — р
​ адостно пояснил свою неожиданную милость Грымза. — ​Правду, стало
быть, налаживать будем.
— Ату его, ату! Вор! Насильник! Поджигатель! Ату!!! — д
​ ружно взревела вся поляна, неистово беснуясь и скача вокруг костра.
Василию надоело слушать всю эту чушь, он развернулся и пошел прочь
с жутковатой поляны.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

287

Переведя дух, он пошел в обход памятной березовой рощицы, разыскивая тропу, бегущую на восток, надеясь найти кого-то, кто сможет указать
ему дорогу до Беловодья или хотя бы избушку Яги.
Через некоторое время Василий дошел до темного и влажного леса,
раскинувшегося совсем неподалеку от приснопамятной рощи. Он свернул
в самую чащу возникшего перед ним елового леса, полагая, что там и может
находиться избушка на куриных ножках. Куда именно ему нужно идти, он
совершенно не знал, поэтому отправился просто так — ​наобум, куда глаза
глядят. После получасовой «лесной прогулки» он заметил вдалеке веселый
дымок.
— Может, лесорубы костер жгут? — п
​ редположил маг. — В
​ любом случае погреться у огня, отдохнуть, а если повезет, то и перекусить чем-нибудь,
ему совсем бы не помешало.
Ноги, казалось бы, сами повели мага в ту сторону. Пройдя с четверть
версты по ельнику, Василий вышел на полянку, с которой поднимался дым,
который тянулся из печной трубы. Она, в свою очередь, выступала над крышей избушки на курьих ножках, которые и на самом деле были курьими,
только огромного размера.
Маг подумал, что домашняя птица, имеющая такие огромные ноги, которым позавидовала бы и огромная легендарная птица Рух, питающаяся неведомыми ему слонами и крокодилами и, по слухам, обитающая на островах
далеких Южных морей, могла запросто склевать собственных хозяев, спутав
их с букашками и червячками.
Дверь в избушку почему-то напоминала хищную пасть неизвестного, но
явно недружелюбного, оскалившегося животного. К ним от самой земли вело
довольно высокое крыльцо с неожиданно тонко и затейливо вырезанными
балясинами. Ставни видневшегося окошка были также сделаны талантливым
рукодельником по дерева. Вся избушка была какая-то новенькая и ухоженная, что было сделано, видимо, не без помощи магии.
На крыше этого чудо-строения, покрытого добротной новой дранкой,
гордо восседал огромный Черный Ворон, приветствовавший Василия громогласным «Кар-р-р».
Пока маг, потеряв элементарную бдительность, изумленно пялился на
этакое лесное чудо, позади него кто-то тявкнул, кто-то ухнул, отчего в голове
мага произошел взрыв средней стратегической мощности, и он мгновенно
ослеп и мешком повалился на землю.
Очнувшись, Василий был неприятно удивлен тем, что обнаружил себя
связанным. Точнее, он был умело притянут веревками к широкой дубовой
лавке. Еще неприятнее было то обстоятельство, что он пришел в себя во время
обыска, учиненного ему здоровенной косматой бабищей неопределенного,
но уже явно немолодого возраста.

288

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— На такую прорву свежего мясца припасенных тимьяна с белладонной точно не хватит. Ахти мне старой, — б
​ ормотала она себе под нос.
— Ты чего это, бабка, о чем таком помышляешь? — ​сердито вопросил маг. В голове его гудело, перед глазами еще оставалась мутная пелена, а здоровенная шишка проклевывалась на затылке, как цыпленок
из яйца.
— А ты, милок, кумекал, что от бабушки сбежать просто так можно,
что любое непотребство тебе с рук сойдет?! Ишь, грымзовы охальники,
что удумали!
Пленник понял, что его с кем-то спутали, похоже, тут явно был замешан Грымза и его приспешники. Нужно было срочно, спасать положение,
пока не случилось непоправимое.
— Да я вовсе не из его банды, бабушка! Маг я, Василий, — ​с проникновенной искренностью попытался прояснить ситуацию маг.
— А чем опровергнешь? — ​сурово спросила бабка. — Нынче, знашь,
всяк норовит приличную девушку обмануть.
Василий пояснил:
— Да ты в котомку мою загляни: там песни да манускрипты разные,
которые Грымзе и не снились даже.
— Не изволь беспокоиться, касатик, гляну, куды захочу, туды и гляну,
а ты пока, милок, полежи-ка на лавочке, передохни с дорожки дальней, —​
неприятно хохотнула старуха и, ритмично постукивая по полу левой, как
потом выяснилось костяной ногой, направилась к котомке Василия, которая валялась безо всякого призору у самого порога. Изрядное время
порывшись в ней под собственное бормотание, она вернулась к Василию
и ловко развязала веревки.
— Да, не похоже, что ты — ​Грымза или в шайке его состоишь. Такое
узорочье словесное никто там сотворить неспособен совсем. Да… Ну, извиняй, коли что не так. Ягой меня зовут, — ​кокетливо улыбнулась бабка,
показав при этом выразительно выступающие желтые клыки.
— А я — ​Василий, маг, странствую вот, мудрость и силу ищу, да еще
того, кто мне дорогу к Беловодью указать сможет. А ты часом ее не ведаешь, эту дорогу-то, бабушка?
— Экий ты торопыга, паря! Погодь, утро вечера мудренее. Может,
и поведаю тебе шо дельное, там глянем. Так ты верно не из шайки Грымзы
будешь? — ​еще раз, видимо, на всякий случай, переспросила несколько
огорченно Яга, при этом доставая из двухсаженной печи горшок ячневой
каши с грибами.
— Да нет же, — с​ глубоким вздохом ответил Василий. — С
​ ам от этого
злыдня с его бандой еле ноги унес. Охаяли меня там почем зря, да еще
и некоторые манускрипты мои отобрали.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

289

— Жаль, — ​с тоской в голосе сказала старуха, — ​а то я на радостях,
как только белочки да зайчики о твоем приближении шепнули, уж и печку
растопила, расстаралась, травок разных целебных да пряных припасла.
К обеду тебя ждала, милок, — ​отчего-то облизываясь, поделилась своим
сокровенным Яга.
— А то, что этот охальник Грымза со своими дерьмоедами удумал,
знашь? Будто я и Молниевит — ​одно и то же лицо. Бесстыжий! Пристойную женщину с грубым мужиком спутать. Да еще, с каким мужиком, который с пьяной дурной башки всю нашу нечистую силу перевесть клялся.
И чего бы ему баб с мужиками путать?! Странно, однако ж… Вот я ужо
его пымаю и разберусь, в этой его, как ее там, ориентации!
Представив, как именно Яга собирается разбираться в ориентации
Грымзы, Василий невольно содрогнулся, и даже немного пожалел этого
негодяя с большой буквы.
— А из Грымзы этого я превкусное блюдо сварганю, попозже опосля
проверки евойной ориентации, приготовлю и съем, коды пиршественно
вечерять буду.
Вслед за этим заявлением Баба Яга вздохнула и неожиданно всхлипчато запричитала:
— ​Да-с, старость не радость. Ничего-ничегошеньки, в свою любимую
поварену книгу гляну. Там главка имеется: «О праздничном приготовлении
дураков и всяческой сволочи». Один рецептик — ну просто закачаешься.
Яга сладострастно зажмурилась и продолжила:
— Погоди, вспомнила! — б
​ одро воскликнула милая старушка. — Значится, так: берешь дурака, свежевымытого во трех водах — ключевой,
студеной и вареной, — ​это раз, — ​тут она начала загибать ­узловатые
пальцы.
Валяешь дурака или сволочь, которой Грымза и является испокон,
в ячневой муке, смешанной с сухим зверобоем, — д
​ ва.
Шпигуешь его ломтиками красных мухоморов — т​ ри.
Натираешь горчичкой — д
​ ля мягкости — ​четыре.
Смазываешь его сердешного сметанкой, чтобы корочка была поджариста, — ​пять, перчишь и соли кладешь по скусу. Вот и делов-то всех!
А впрочем, тебе этого знать вроде бы пока не требуется, — с​ сожалением
оборвала свой рассказ Яга, странновато поглядывая на вынужденного
гостя.
Во время трапезы Василий постарался не думать, что за грибы он ест.
«Хорошо хоть в трапезе не было ничего мясного, а то так и людоедом
ненароком можно стать в одночасье», — ​опасливо подумал маг. Плотно
и вкусно отобедав, он вольготно развалился на лавке, а Яга присела напротив и торжественно начала:

290

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Помочь тебе в Беловодье, конечно, если туды доберешься, касатик,
тебе, может статься, смогет только истинная Дева Лебедь.
— Чего-чего?! — ​изумился и даже несколько обиделся Василий. —​
Только лебедей мне и не хватает для полного счастья.
— А ты, если не разумеешь чего-то, нишкни да слухай далее. Тапереча взяли моду старших прерывать, ну и молодь ныне уродилась, право
слово, — ​неслухи! — ​строго заявила Яга, думая о чем-то своем, затем
обиженно замолчала.
Прошло довольно много времени, прежде чем старуха постепенно
оттаяла:
— Ладно, так и быть, не утаю — ​поведаю, а то ведь останешься до
конца срока свово богами отмерянного невежей полным.
— Бабушка, а как пути-дороги туда отыскать, и чего в тех краях заветных опасаться надобно? — ​начал выспрашивать заинтересовавшийся
бабкиным заявлением маг.
— Никшни, кому говорят! — ​Бабка грозно сдвинула брови, но ухват
не тронула, наоборот, даже потеплела как-то.
— Про путь тот, я тебе чуть попозжей поведаю, не гони вороных
слишком споро. А опасаться в тех краях, добрый молодец, ежели тебе
туды живым доведется добраться, вовсе нечего. Ужели токмо встретишь
лебедушек — п
​ очитательниц царицы Лебеди, — н
​ аставительно пояснила
старуха. — Д
​ а-а-а, не так просты лебедушки будут. Да и девки, которы до
сих пор старинный лебедушки танец сполняют, — и
​ м тоже палец в рот не
клади. Запомни, неслух, а то окрутят тебя до поры до времени, оженихают, враз все свои кудеси да нароки позабудешь.
Она мечтательно закатила глаза и продолжила:
— В тех краях заветных, сказывают люди сведущие, да и сама я там
бывала, водят по ночам девицы-красавицы подле озер да речек хороводы,
пляски пляшут, игры заводят. В полуночь-то сильнее всего их девичья
магия быват, когда полна луна с неба свой свет проливает. Потому, ежели
до Беловодья достигнешь, днем туды топай, в потемках, даже и не при
полной луне вовсе, зачаруют, волшебным хороводом да песней заворожить смогут.
Кружат они неистово, рукавами, как лебедушки крыльями, помахивают, песню протяжно спивают. Кто танец тот чародейный узрить сподобится, хотя бы минутно, у того сразу зарябит в очах, становится аки пень
трухлявый. В новомодных трактатах иноземных таперича энто гипнозом
прозывается, как бишь его… с использованьем рит-мик-чес-ких сигнальных, звуковых и ви-деосис-темов. Во, как по-ученому-то будет! — щ
​ егольнула неизвестно откуда подчерпнутой эрудицией хозяйка уединенного
лесного жилища.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

291

— Во шпаришь, ба! — ​не смог скрыть восхищения гость.
— Да уж, паря! А ты мнишь, мы тута в лесах темных дремучих, за
реками широкими, полноводными, горами высокими… лаптем щи хлебаем, что ль?! — ​даже приосанилась донельзя довольная собой могутная
старушка.
— Намедни, лун эдак с десяток будет, а может, трохи и поболее, не
упомнишь всего зараз, забрел ко мне один иноземный дурак со товарищи. Все Жоржика какого-то, кажись, Сороса, поминали, да про тайну
русской души допытывали, надоели хужее горькой редьки мне, аж до
смерти. Щас, так я им, шпиёнам заморским, все и выложу враз! Споначалу, как водится, надо баньку стопить да кашей накормить, а потом ужо
и за беседы-разговоры всякие приниматься. Пока они у меня в баньке-то
заперты визжали от жару, шоб до сроку, до мягкости скусной, как черт
из табакерки, с баньки не повыскакивали, я в пуртфеле ихнем книжонок
всяческих знатно вежественных и надыбала. Увлекательно, аж жуть! Было
потом чем заняться зимою лютою да долгою. Ну да что ж, я ж не изверг,
какой. Опосля, как попарились да размякли, вспомогла, уж не сумневайся,
голуба, этим странничкам несмышленым заморским усе про душу русскую
душу понять вспомоществовала, насколь смогла, настоль и помогла. Как
повечеряла за ужином одним из энтих допытчиков, самого беспокойного да приставучего, хреном и петрушкой приправивши, так остальных
сразу и след простыл. А я потом о нем, сердечном, так кручинилась, так
кручинилась, аж до слезы прошибало, как на косточках его каталась да
валялась…
Ну, да ладно, о чем это я гуторю тапереча?
— А о том, бабушка, как девицы хороводы чародейские водят, — н
​ апомнил Василий, демонстрируя самое что ни на есть почтительное вежество и внимательность.
Похоже, рассказчице понравилось уважительное обращение, она
довольно улыбнулась и, лукаво глянув на гостя, загадочно произнесла:
— Ну, хошь — в​ ерь, а хошь — н
​ е верь, может, было, а может, и не бывало. — П
​ отом вся как-то встрепенулась: — Ну, да. Знаешь сам, поди, что
робяты — в​ се охальники, любят за девками подсматривать по-за кустами,
особливо ночью, во время обрядов девичьих — ​тайных. Мол, что они там
ночью затеяли, может, голышом купаться удумали? А тут они как кур
в ощип попадают. Их, сердешных, остолбеневших-зачарованных, любая
краля в своей красе невозможной убедить могет, да хоть бы и я, — ​зарумянилась бабка маковым цветом.
Слушатель осторожно глянул на Ягу: «Ну, точно, бабка заговаривается…»
Она истолковала его взгляд по-своему и подбодрила:

292

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Да ты не боися — ​не страшися, я, может, себе еще королевича
какого-​никакого пошукаю. Вон их, сколь по дремучим лесам от дурной
головы шастает.
Тут Яга вернулась, из своих сладких грез к основной теме повествования:
— Девица-лебедушка, когда он, дурашка неразумная, ей сватов зашлет, то будет совершенно ни при чем. А он, шибко гордый своим выбором, божиться станет, что давным-давно он ее приметил и полюбил
больше жизни своей. А давно ли? Не с той ли пляски лебяжьей, им же
дурачком, подгляденной?
Маг подивился, как ловко из любого лирического отступления бабушка Яга выруливает обратно к беседе, которую сама же ныне и затеяла.
Хоть и странная она, а все же там красная ниточка одна и та же тянется — ​не рвется, будто мастерица кружево плетет: на коклюшки поглядишь — м
​ елькают так, что в глазах рябит, ничего не понять, а на узорочье
глянешь — в​ се ровно да гладко, хоть и затейливо шибко, а с умом.
Яга, посмотрев на Василия грустными глазами, добавила проникновенно-ласково:
— Вась, смотри в оба на лебедушкину девичью волшбу-то, сам сдуру
не попадись как кур в ощип, для того и сказываю.
Маг ответил ей понимающим кивком, а Яга продолжила задушевно:
— Так вот, слухай дале. Князья да и бояре ваши, — ​продолжила бабушка, мгновенно поменяв тон с задушевного на сердитый, — рукава
до полу таскают. Не боярское то обличье, не боярское, со стародавних
времен такие рукава только чародейным женкам да девицам-чаровницам
носить положено…
Василий почувствовал, что бабка опять готова сбиться на сентиментальные воспоминания.
— А что делать? Скучно ей одной в лесу! — п
​ одумал он.
Баба Яга замолчала, пригорюнившись. Потом, будто очнувшись, строго-настрого наказала:
— Вот так-то, милок. Путь твой к Белому озеру лежит, к Лебеди старшей на поклон идтить. Дорожку туды тебе заговоренный клубочек укажет. На, возьми, как готов будешь, так его на землю кинь, куды надо, он
сам покатится, — ​с этими словами бабка протянула Василию небольшой
клубок домашней суровой пряжи. Произнося последнюю фразу, хозяйка
положила из горшка в миску черпак брусничного киселя и пододвинула
поближе к Василию. Затем она продолжила: — Да перед дорожкой не
забудь — ​не запамятовай на большой Шабаш на горе Лысой заглянуть,
пригодится, я чаю. Почитай завтра в ночь и начнется, — х
​ итро ухмыльнулась она и продолжила нарочито сурово: — С утра и отправишься, а те-

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

293

перь — в​ баньку, да спать ложись. Утро вечера мудренее. Там тебе помощь
будет. А утром я еще поворожу-поколдую, как шибче тебе до Беловодья
добраться. А для начала тебе узнать надобно, где бел-горюч камень ныне
обретается, а там тебя еще одна помощь ждет, а кака сам увидишь.
Рано поутру Яга вышла на поляну, встала перед избушкой и в точности так, как описано в русских сказках, стала по очереди кликать то
зверей лесных, то птиц небесных, то гадов ползучих. Василий было заскучал, потому как знал, что нужные сведения можно будет получить лишь
с третьего захода, да и то от какой-нибудь запоздавшей древней гадюки.
Бабка, похоже, была уверена в том же, но ритуал блюла.
Все так и вышло. В последний момент на поляну выползла двухметровая древняя змея, именуемая Ягой Гарафеной, и принялась утомительномонотонно бубнить про какой-то перстень заколдованный, который еще
ее прабабка видала. Затем перешла к длиннющему повествованию о том,
что в раннем детстве видела, как ворон откуда-то с востока нес склянки
с живой и мертвой водой.
Короче говоря, рассказчица выдохлась только под вечер, когда у Василия уже голова трещала от избытка сведений о всевозможных магических и колдовских предметах. Когда змея, наконец, замолчала, видимо
привыкшая к ее манере общения Баба Яга задала волнующий всех вопрос:
не видала ли та, где теперь бел-горюч камень стоит, ибо он перемещается
с места на место кажинный год, и никто не знает, не ведает, где он теперь
обретается.
Змея-старица надолго задумалась, прикрыв глаза и положив голову
на траву. Было очень похоже, что она задремала, утомленная собственными рассказами. Но Баба Яга была спокойна, как каменная колонна,
и явно не намеревалась ускорять процесс получения информации. И что
же — г​ адюка вдруг встрепенулась, вскинулась, будто помолодела годков
этак на… и заговорила, пожалуй что даже взволнованно:
— Видела ваш-ш-ш камень, — и, наконец, сообщила, что он у древнего Черного леса ныне обретается.
Тепло попрощавшись с оказавшейся вполне милой старушкой, Василий направился к Лысой горе в указанном ею направлении. Лысая гора
находилась невдалеке от ее избушки, да и столицы всего княжества.
— Неужели центр мирской суеты и средоточие всевозможной нечисти притягивают друг дружку? — ​с грустной усмешкой подумал он
мимоходом.
Трудностей попадания на Большой шабаш не оказалось ровным счетом никаких. Невзрачный черт с ухватом наперевес, одетый в какие-то
цветастые лохмотья а ля Петрушка, сонно стоял на хорошо утоптанной
тропинке.

294

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Если вы на Большой шабаш, то поторопитесь, все Верховоды уже
прибывши.
Затем маг по тропинке вышел на большую поляну. Здесь уже собралось общество. И какое общество!
— Настоящие шабашники, — п
​ одумал маг.
Везде горели костры и раздавались громкие кличи:
— Да здравствует Великая Ведьма — ​Надюка! Гой! Да здравствует
Грымза! Гой! Гой!
Между кострами суетилась разнокалиберная нечисть. Она, на первый взгляд, совершенно бессмысленно сновала туда-сюда, но внешне
кажущееся бесцельным мельтешение каждый раз завершалось образованием кружков и кружочков, в которых непременно появлялся
объемистый сосуд с явно не детскими напитками. Все пили, рыгали
и весело ржали.
— Ничего особенного, обычный пикник на природе, с шашлыками,
выпивкой и девочками. Вот только из кого готовятся праздничные блюда?.. — з​ адумался нежданный гость, озираясь по сторонам.
На левом краю поляны явно возникало особенное оживление. Разнообразная нечистая сила с громогласными криками и завываниями резво
и радостно устремлялась именно туда. Василий тоже подошел к формирующейся толпе, решив, что здесь можно будет, наконец, сориентироваться
в происходящих событиях.
Неожиданно для всех в толпе возникло некоторое брожение, вызванное тем, что некая мелкая тварь женского пола в балахоне с претензией
на последний писк шабашной моды, поэтому пестреющем кокетливо нашитыми цветистыми тряпочками и бусинами, нахально прокладывала себе
дорогу к авансцене события. При этом она давила и расталкивала всех
без разбору, всматривалась в толпу, как будто кого-то выискивала. За
ней тянулась стайка подобных ей самой «девиц».
— Надюка, сама Надюка идет, — ​услышал Василий сдавленное перешептывание вокруг себя. Говорили о вновь прибывшей ведьме не без
определенного почтения, хорошо сдобренного страхом.
Приблизившись к первым рядам зрителей, Надюка завопила визгливым
противным голоском так, что наверняка не только у мага заложило уши:
— Он мой, дайте сюда этого красавчика!
Расшвыривая нечисть, она выбралась в центр поляны и решительно
повторила:
— Это мое. Ах, какой мохнатенький и с хвостиком, ну просто прелесть! Хочу свадьбу. Свадьбу хочу сейчас же! И чтобы со всей обрядностью. Выполнять! — вдруг перешла на поросячий визг экстравагантная
дама.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

295

Неведомо откуда, набежало несколько чертей с вилами, которые здесь
выполняли роль стражников и полиции одновременно. Грымза из своей
свиты им торжественно передал тихо поскуливавшего и уже боявшегося
даже сопротивляться Фурфу.
Надюка перещеголяла самое себя. Она уверенно запрягла в работу своих «девочек», безумными кометами носившихся по поляне, чтобы собрать
все необходимое для свадьбы на Большом шабаше. Несколько чертей —​
стражников занимались подготовкой жениха. Собственно, все приготовления состояли в том, чтобы, как только тот вспоминал, какое свадебное
счастье ему вот-вот предстоит, вливать в него порцию спиртного. Наконец,
брачующийся был доведен до нужной кондиции, то есть ему стало абсолютно все равно, когда и на ком жениться, главное — д
​ ойти до невесты, не упав
на землю, а если и упадет, постараться хоть как-нибудь подняться на ноги.
Свадебное действо разворачивалось, постепенно развиваясь и набирая размах. Кто-то громко возвестил, что невеста готова к началу брачной
церемонии и сейчас покажется вместе с посаженым отцом.
— Сама Надюка со своими девочками пожаловали, да еще и свадьба
будет. Ох, повеселимся, — в​ есело сказал кто-то слева от мага.
Обернувшийся Василий увидел рядом с собой симпатичную ведьму,
которая, едва заметив внимание к своей особе, тут же взяла мага под руку
и бойко защебетала со скоростью хорошего станкового пулемета:
— Веселая Ведьма. Будем знакомы. А ты, добрый молодец, один тут обретаешься или уже парочку себе присмотрел? Вот я пока что одна. Почемуто не все любят мои шутки. А как тебя зовут? Ты со Злыдом знаком? Хочешь,
познакомлю? Он такой, он сильно умный! Представляешь, целый трактат
написал: «О правильном устройстве и использовании сортиров на шабаше»,
целых пять тысяч страниц в семи томах. А кто не стал читать все это или не
смог правильно процитировать самые интересные, по мнению Злыда, места,
тех он просто уже убил — н
​ асмерть зашвырял сортирными крышками. А ты
читал? Не бойся, я никому не скажу, пока ты со мной.
У Василия закружилась голова от такого количества разномусорной
информации, но он все же представился и по привычке сказал:
— Василий — м
​ аг, — у
​ видев изумление на мордочке собеседницы, он
вовремя поправился, — ​кстати, очень, очень злой маг.
— Ну, если злой, то это ничего, это очень, очень даже хорошо, — р
​ адостно заявила неожиданная знакомая Василия.
Маг уже собирался как-нибудь избавиться от собеседницы, но подумал: «Хотя такое знакомство чревато разоблачением, эта ведьма вроде не
очень зловредная, и у нее, наверное, что-то полезное можно выяснить».
Но, поняв его заминку по-своему, Веселая Ведьма полезла целоваться,
игриво запустив шуструю ручку под мужскую рубаху.

296

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Да постой ты, погоди тискаться, — ​выдохнул Василий, с трудом
отрывая от себя расшалившуюся девчонку.
— Ну, ты прямо чего как не родной, — ​надув пухленькие губки, пробурчала она недовольно. — И
​ ли не хорош, или не пригожа?..
— Да хороша, хороша. Погоди только, дай посмотреть, — н
​ е особенно обращая на ведьмочку внимания, ответил Василий.
— Ну, гляди-гляди, все глаза не прогляди, а то сейчас девочки Надю­
ки свадебный стриптиз показывать будут. Вообще-то его и в самом деле
посмотреть стоит, — ​проворковала Веселая Ведьма, при этом она не
отпускала руки Василия, давая понять, что уже считает его своим законным или, точнее, захваченным, до сих пор почему-то бесхозным кавалером.
Свита Надюки встала в кружок и начала под похотливый утробный
вой толпы прыгать и приплясывать, стараясь задрать подолы как можно
выше. Никакого женского белья под мешковатыми балахонами «девочек»
не оказалось, зато всем стали видны волосатые козлиные ноги и серые
грязноватые козьи хвостики. Василия чуть не стошнило. Рядом хохотала
Веселая Ведьма, и маг с подозрением оглядел новую знакомую на предмет
того, не топорщится ли и у нее козлиный хвост сзади.
— Да не смотри, нет у меня хвоста, как сверху, так и снизу все нормально. Хочешь посмотреть? Вон в тех кустах, а? — ​ведьмочка залилась
призывным заливистым смехом и потянула кавалера за рукав.
Василий отодвинул от себя перевозбужденную Веселую Ведьму и поспешил отойти от «свадебного развлечения» как можно подальше.
— Помогите! Помогите! Меня не насилуют! Даже не трогают! — н
​ ео­
жиданно завопила навязчивая плутовка.
Тут же к магу направилась грозная четверка чертей с ухватами и вилами наизготовку.
— Непорядок. Нарушаем. Имя? Фамилия? Пройдемте для выяснения!
Руки в гору, ноги раздвинуть, стать на карачки, — ​одновременно произнесли они, как заведенные автоматы.
— Ребята, вы чего? Я же ее так извожу-мучаю, может, я садист, — н
​ ашелся, что ответить Василий.
Произнес он этот бред тем же безэмоциональным, но убедительным
тоном, и его сразу же поняли и посчитали за своего.
— Ну, тогда ладно. А то смотри у нас! У нас строго, — н
​ а всякий случай, но уже довольно добродушно сказали черти и гордые собой и свое­
временно выполненным чертовским долгом, как они его понимали, гордо
удалились.
У Василия стучало в висках от напряжения.
«Слава богу, выкрутился», — п
​ одумал он.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

297

Рядышком кто-то тихо закашлялся:
— Кхе-кхе. А ты, правда, что ли, это, как его… садист? Как интересно!
Покажешь мне, как ты это делаешь? У меня еще никогда не было садиста, — ​заинтересованно прощебетала Веселая Ведьма.
— Слушай, ну что ты пристала? Лучше скажи о Беловодье и девахлебедях, там проживающих.
— Ну вот, и тут облом. Да что же это такое! Только парень понравился, а он уже занят. Каждый норовит приличную девушку обидеть. Вот
тебе за это! Может, что и знаю про твое Беловодье, а все равно ничего
не скажу, — ​насупившись, проговорила навязчивая красотка, огорченно
надув чуть полноватые губки и полуприкрыв редкие для ведьмы огромные
зелено-голубые глазищи.
«В общем, она была бы очень хорошенькой девчонкой, к тому же
с прекрасной фигуркой, если бы она не была ведьмой…» — огорченно
подумал маг.
— Спасибо большое. Прощай, мне на самом деле некогда, — ​сказал оторопевший от ее фривольного нахальства Василий, хотя вовремя
вспомнил, что он все же находится на Большом шабаше, а ее поведение
по здешним меркам — ​верх скромности и девичьей застенчивости.
Василий быстро направился в сторону толпы, которая, видимо, уже
наигралась с надюкиными «девочками» и шумно приветствовала новых
важных гостей.
В спину ему неслись глухие возмущенные ругательства «такой доверчивой» Веселой Ведьмы. Потом что-то скрипнуло, шваркнуло, полыхнуло
и небольшим, но чувствительным взрывом Василия приложило об землю
так, что он еще несколько минут выяснял, целы ли у него руки и ноги и где
все это находится. Самым обидным было то, что позади него раздавался
радостный, жизнеутверждающий смех. Забавная для нее «шутка» у Веселой Ведьмы явно удалась.
Как бы то ни было, разбираться с ней ему было недосуг. Маг поднял
с земли то, что еще недавно называлось его телом, а сейчас представляло
сплошной синяк с нежно-фиолетовыми переливами.
«Прямо “мечта экспрессиониста”», — п
​ одумал Василий и направился
к свадебной толпе, по дороге залечивая соответствующими заклинаниями
свежеобретенные ушибы и ссадины. К месту нового шабашного действа
он подошел уже почти живым и здоровым.
Там проходили танцы и пляски. Время от времени все менялись парт­
нерами. Пляски были также своеобразными: прислонившись друг к другу спинами, танцоры подпрыгивали, вихляясь, и соревновались в силе
толчков задами. Каждый такой толчок сопровождался криками и громким хохотом.

298

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Неожиданно вопли прекратились. Вели-Миролюб еще неистовее заколотил в бубен. К страшным столбам Грымза со Злыдом вывели на веревке, обвязанной вокруг его тощей шейки, понурого Фурфу. Под частую дробь бубна
они торжественно передали конец поводка в лапки новобрачной. К ним тут
же примкнуло еще несколько неизвестных личностей. Особенно запомнилась
магу мерзкого вида старая ведьма в причудливых лохмотьях и со всего одним
длиннющим зубом во рту, торжественно шествующая в окружении свиты из
нескольких, с позволения сказать, особей женского пола.
Приснопамятная Баба Яга могла конкурировать с ними на подиуме
конкурса красоты с очень высокими шансами на победу. Группа вождей,
или кто они там были, то ли запричитала, то ли запела что-то заунывное,
перебиваемое взвизгиваниями и рыками. Потом верховоды вместе с женихом и невестой дружно вцепились в фаллический столб и стали его
неистово целовать, временами колотя по нему лбами. Их маниакальные
усилия наконец увенчались не только шишками и синяками.
Внутри столба что-то зашумело, завыло, застучало, зашипело, и во
вспышке холодного пламени появился мерзкого вида демон в виде огромного черного козла, который, казалось, весь был покрыт струящейся зеленоватой слизью. Толпа, разразившись овациями и с криками «Гой!»,
бухнулась перед ним на колени. Потом, видимо в знак заключения брака,
Надюка и Фурфа поцеловали у демона под хвостом, по поляне потек зловонный смрад…
Василий почувствовал, что его спину буравит чей-то ненавидящий
взгляд, и, полуобернувшись, заметил пару явных вампиров, спешно направляющихся в его сторону. Маг немедленно тихим шепотом прочитал заклинание невидимости и на всякий случай поторопился скрыться в толпе.
Свадебный обряд длился еще довольно долго, но постепенно участники стали разбредаться по поляне, видимо, перенасытившись праздничными мерзопакостными впечатлениями.
Тут снова вблизи него промелькнули зловещие морды вампиров, явно
признавших в нем чужака хотя бы по запаху человеческой крови. И Василий решил спешно ретироваться с Лысой горы от греха подальше. Он
поспешил к заветной тропинке вниз с горы.
Вдалеке послышался пронзительный голос Грымзы:
— Стрелять, давить, крушить!
Кто-то вторил ему истошным воплем:
— О-о-о! Опять Злыд все наше оружие спер и Важняпе перепродал,
гад. Ну, ничего, мы этого мага и так достанем. Да скорее же, скорее, трусы
несчастные! Уйдет ведь, сволочь, уйдет!!!
Маг еще шибче припустил по тропинке, подстегиваемый усиливающимся позади него топотом. Для Василия еще оставались вполне реальные

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

299

шансы удрать от взбешенной нечисти, и он намерен был их использовать
полностью, но тут как из-под земли перед ним возник перегородивший
дорогу к спасению огр. Раскорячив передние лапы, он стоял в самом узком месте тропинки, накрепко зажатой справа и слева непроходимым
буреломом. Глаза чудовища сразу налились кровью, оно яростно заревело
и двинулось вперед, на свою добычу. А погоня неумолимо приближалась,
и беглец почувствовал себя лакомой начинкой в пироге из двух атакующих
его сторон.
Но тут его осенило:
— Смотри-ка, огрушка, у тебя хвост загорелся, — ​громогласно прокричал он в самую морду чудища.
Озадаченный огр рефлекторно обернулся, а маг, подарив ему свой
коронный пинок, перекатился через повалившуюся тушу. Огр с надсадным
криком грохнулся в бурелом и в тщетной попытке выбраться напрочь закупорил тропинку своим неуклюжим многострадальным задом.
Переминаясь на четвереньках, он при этом отменно выл во всю мощь
огромной огровой глотки. А маг убегал все дальше и дальше под какофонию звуков, вызванную дикой бранью преследователей, в сочетании
с яростным воем чудища. Видимо, преследователи Василия пытались запихнуть огра поглубже в бурелом, чтобы освободить узкую тропу.
Благополучное стечение обстоятельств оказалось как нельзя более
кстати. Однако Василий не успел ему порадоваться, так как раздался лихой свист и перед ним верхом на помеле приземлилась Веселая Ведьма:
— Садись, женишок, поскорее, а то все равно догонят, гады окаянные!
Недолго думая, маг оседлал помело позади плутовки. Ему даже не
было особенно страшно, но он не представлял себе, что кто-то может
повторить пережитые им виражи, не говоря уже о возможности более
головокружительного полета.
— Эх, прокачу! Вперед, заре навстречу, — ​почти пропела чертовка,
поднимая метлу в воздух. Не умея молчать, она сначала стала разговаривать сама с собой, а потом переключилась на Василия.
— И почему они меня не любят, сволочи?! Что я им такого сделала!
А ты, золотенький мой, любить будешь? Хорошо подумай, да отвечай поскорее, а то скину.
— Буду, — ​выдохнул маг, и они полетели.
Погоня нечисти захлебнулась в собственной бессильной матерщине,
к счастью, ревущей внизу все глуше и глуше.
Взглянув в направлении гаснущих вдали бранных криков, летающий
пассажир с удивлением заметил на достопамятной поляне весело отбрасывающий разноцветные искры яркий костер, вокруг которого мельтешили мелкие фигурки.

300

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Да ты не бойся, сокол мой ясный! Это я товаркам отомстила за
то, что всех мужиков на Большом шабаше расхватали, а меня без всякой
ласки на празднике годовом оставили. Вот костерок и запалила, да все их
метелочки летные туда и побросала. Здорово горят, правда? Теперь уж
поверху нас точно не протурить, а понизу — в​ овек не догнать.
И она залилась громким заливистым смехом, от которого Василий,
судорожно вздрогнув, чуть не спикировал на землю с быстроходного, но
не слишком комфортабельного «лайнера».
— Давай к древнему Черному лесу, там нас точно не найдут, — попросил Василий.
— Ладно, полетели, где он, я точно знаю, — ​согласилась Веселая
Ведьма. И они полетели.
— Все, надоело. Снижаемся, — ​заявила через час безумного полета
Веселая Ведьма. Василию было уже все равно — ​камнем падать вниз или
тихо снижаться, то и другое, в исполнении Веселой Ведьмы могло быть
только ужасно.
Головокружительные кульбиты наконец прекратились, и новоявленная невеста, вволю накувыркавшись в воздухе, могла быть, вне всякого
сомнения, довольна не только собственной виртуозностью в управлении
летательным аппаратом, но и произведенным на невольного пассажира
впечатлением.
— А что, уже куда-то долетели? — в​ ыдавил из себя маг для того, чтобы
хоть что-то сказать, так как русские горки в Диснейленде по сравнению
с полученными им ощущениями показались бы примитивной радостью младенца, нежно покачиваемого в колясочке любящей и заботливой мамочкой.
— Никуда мы толком не долетели, просто устала я такого бугая на
себе возить, ну, пусть не на себе. А метлу, по-твоему, кто в воздухе держит?! Она же не сама по себе летает. Теперь ты меня на себе повезешь,
а я буду такая ласковая-ласковая, словно котенок. Даже мурлыкать обещаю на ушко.
Василий спрыгнул с опустившейся к самой земле метлы и почти онемевшими от напряжения руками все же схватил в охапку Веселую Ведьму
и, не особенно долго сомневаясь, перекинул ее через плечо, как мешок
с брюквой. Не прошло и полминуты, как он познакомился с новой «шуткой» своей норовистой спутницы. Недовольная способом транспортировки, она изо всех своих нежных девичьих сил так огрела Василия метлой по
копчику, что он бежал с версту, не разбирая ни дороги, ни направления.
Магу еще повезло, споткнувшись, влететь головой в довольно мягкую мшистую кочку. Его наезднице досталась совсем иная участь: перекувырнувшись через Василия, она в результате пятиметрового перелета
совершила вертикальную посадку головой в муравейник, чем, видимо,

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

301

сильно расстроила его многочисленных жителей. Они, в свою очередь,
моментально вступили в беспощадную борьбу с внезапным агрессором.
С трудом поменяв стойку на голове на более привычный упор ногами
в землю, юное создание, яростно чертыхаясь и кляня на чем свет стоит
«дубину стоеросовую и дармоеда неблагодарного», долго трясло головой и всеми иными членами своего молодого организма, избавляясь от
маленьких шестиногих воинов.
Выглядело это, прямо скажем, забавно. Василий оказался в очень
затруднительном положении: с одной стороны, его разбирал неудержимый хохот, а с другой — о
​ н не мог пошевелиться и даже согнуться, после
герои­ческого забега. Из этих тисков он сам себя вывел, разразившись
градом претензий к жестокой летчице.
Та не осталась в долгу и в свою очередь не преминула добавить экспрессии к собственной ругани и упрекам. Перебранка вышла отменная,
каждый остался вполне доволен собственной принципиальностью и напором, который, кстати, довел их голоса почти до хрипоты. Наругавшись
вволю, маг и ведьма решили помириться. Тем более что деваться им было
особенно некуда, так как перспектива путешествия в одиночку обоих не
прельщала. Один из них думал, что подвернулась какая-​никакая компания, другая уцепилась мертвой хваткой за возможность устроить свою
девичью судьбу, окрутив ладного мужика.
Веселая Ведьма вновь повисла на руке Василия и попыталась обнять
его за пояс. При этом ее рука совершала причудливый маршрут под рубахой мага, то ли в порыве страстной ласки, то ли в поисках чего-нибудь особо ценного. Неожиданно дама пискнула и, сделав круглые глаза,
с удивлением уставилась на спутника.
— Ой! Много чего я могла о тебе подумать, но то, что ты мастерица-вязальщица, даже мне в голову не приходило. Милый, а шарфик ты
мне свяжешь? А может быть, и юбочку? — н
​ евинным голоском вопросила
красотка.
Глаза Василия приобрели такую же безупречно круглую форму, какая
проявилась за мгновение до этого в глазках плутовки. Теперь они смотрели друг на друга как два взъерошенных, удивленных совенка, которых
перед этим хорошо погоняли шваброй.
Юная ведьма, ни слова не говоря, что было для нее совсем не характерно, на вытянутой руке предъявила магу клубок домашней шерсти. Тут
только до Василия дошло, что речь идет о подарке Бабы Яги, строго наказавшей им непременно воспользоваться после шабаша. Что ж, пора бы
уж и действовать, опробовав новоявленный шерстяной компас.
Опустив клубок на землю, он тут же убедился в том, что работать
с бабкиной техникой без надлежащих инструкций — к
​ райне недальновид-

302

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

но и неблагоразумно. Клубок, вместо того чтобы чинно указать направление и вежливо покатиться по дорожке, подпрыгнул разок и с места в карьер припустил в самую темную чащобу. Василий и успевшая ухватиться
за него Веселая Ведьма помимо своей воли понеслись за ним во всю прыть.
Весь лес в ужасе затих и притаился, наблюдая за их странным кроссом по бездорожью. Те слова и выражения, которые произносили то ли
спринтеры, то ли стайеры, прорезаясь стрелой сквозь непроходимые
деб­ри, заставили покраснеть даже видавших виды местных леших, ведьм
и русалок. Единственное, что радовало, — н
​ оги почему-то не чувствовали
усталости, а дыхание оставалось по-прежнему ровным.
В конце концов прыткий клубочек, видимо, решив, что достаточно
повеселился, ни с того ни с сего подкатился к громадному белому валуну
и изобразил из себя мирную принадлежность женского рукоделия. Все
попытки путников заставить его двигаться дальше не увенчались успехом.
Веселая Ведьма даже пробовала его щипать и кусать, но моток шерсти
прикидывался абсолютно неживым, отвечая равнодушным бесчувствием
на любые экзекуции.
— И куда ты завел нас, Сусанин-герой? — с​ окрушенно автоматически
спросил его Василий, удивляясь прозвучавшему из его уст имени. Дело
в том, что он понятия не имел, что собой представляет названный персонаж, какого он роду-племени, где обретается, а тем более — ​почему
он герой.
Веселая Ведьма, проявляя свою якобы осведомленность об обстоятельствах подвига мифической личности, сделала умное лицо, уморительно напрягая лоб, понимающе кивнула и принялась разглядывать валун, который при ближайшем рассмотрении оказался ценным дорожным
указателем.
Сверху на нем была коряво начертана фраза, адресованная явно не
пешим путникам: «За превышение скорости выше пятидесяти верст в час
больно бьют по морде и взимают штраф в размере всего, чего есть». Там
же стояла подпись «Гильдия истинных братанов, добывающих деньги»
или «ГИБДД».
Ниже помельче и менее разборчиво было написано еще что-то. Пока
Василий пытался разобраться в хитросплетении букв, более шустрая Веселая Ведьма бодро оттащила его от камня и заявила, указывая на тропку:
— Идем прямо. Я точно знаю, нам туда.
Василий автоматически прошел несколько шагов в указанном спутницей направлении, но до него быстро дошло, что просто несерьезно полагаться на мнение столь оригинальной и эксцентричной особы, которая и сама не знает, чего хочет, а уж куда нужно идти ему — ​тем более.
Поэтому маг вернулся к расшифровке витиеватой надписи на дорожном

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

303

знаке. Солнце еще не успело закатиться за горизонт, как он докопался до
смысла указаний на вещем камне. Хитросплетение букв означало: «Прямо
пойдешь — ж
​ енатым будешь…»
Прочитав это, он укоризненно глянул на хитрую девицу. Та, поняв его
с полувзгляда, подернула хрупкими плечиками и сказала, скорее самой
себе, нежели кому-то еще:
— Ну, не склалось.
Пониже брачного объявления значилось: «Направо пойдешь — г​ олову
сложишь». А еще ниже: «Налево пойдешь — к
​ оня потеряешь».
Выбор между утратой коня, которого все равно не было, и головами,
которые пока что имелись в наличии, хоть порой и подводили их обоих,
не составил большого труда. Перспектива же быть женатым на Веселой
Ведьме равнялась возможности полностью потерять голову на всю оставшуюся жизнь, причем в особенно извращенной и циничной манере.
Василий направился налево, периодически преодолевая попытки Веселой Ведьмы увести его в сторону дороги, предначертывающей скорую
свадьбу. Только достаточно пространное, почти философское рассуждение Василия о том, что в качестве жены на предначертанном там пути
может оказаться необязательно она, а какая-нибудь другая разбитная
красавица, а тут уже ни он, ни она ничего не смогут поделать. Подобный
вывод Василия хоть не до конца убедил, но хотя бы вызвал некоторые сомнения в правильности похода прямо у охотницы до семейного счастья.
Решив про себя что-то очень важное, она уверенным тоном обнадежила
Василия заявлением, что дорогу к его женитьбе именно на ней она и сама
скоренько обеспечит. Не болтаться же столь видному справному мужчине, да еще и магу, просто так по полям и весям, совершенно никому не
нужным и почему-то до сих пор неоприходованным разумной девушкой.
Коротая путь за дружеской, почти интимной беседой, спутники довольно скоро вышли на небольшую полянку, освещенную молодой луной.
Их там уже ждали. Причем некто такой, с кем путешественники совсем
не собирались слишком близко знакомиться.
На поляне сидел, дружелюбно поглядывая на пришедших гостей,
крайне симпатичный, с очень ухоженной пушистой шерстью серебристосерого окраса и умильными ярко-зелеными глазами волк, у которого даже
когти на лапах выглядели так, как будто он всего пять минут назад сделал
в самом элитном салоне маникюр и педикюр. Проблема заключалась только в размерах этого милого и опрятного существа. Они были таковы, что
появись здесь годовалый бычок, он пришелся бы серому красавцу аккурат
по грудь. Зверь улыбнулся спутникам широкой красной пастью, полной
белоснежных острейших клыков, и вежливо произнес:
— Добро пожаловать к ужину. Меня зовут Серый Волк.

304

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Фраза показалась настолько двусмысленной, что Веселая Ведьма решила прикинуться маленькой бледной незаметной мышкой и спряталась
за широкие плечи мага. Василию ничего не оставалось делать, как бодро
ответить:
— Рад знакомству. Маг Василий. А то, что дрожит позади меня, —​
Веселая Ведьма.
За последнюю фразу маг получил от «незаметной мышки» весьма
чувствительный щипок в деликатное место пониже спины.
— Так. Будем считать, что мы познакомились. А теперь попрошу
предъявить коня, — ​так же вежливо улыбаясь, продолжило это ухоженное украшение леса.
— Ну… это… У нас нет коня, — несколько смущенно ответил маг.
— Как это нет? А зачем же, простите меня любезно, вы сюда приперлись? На камне золотым по белому четко было написано: «Налево
пойдешь — ​коня потеряешь». Где конь, я вас спрашиваю?! И как до этих
заповедных мест вы вообще добрались? — ​вопросил Серый Волк с нескрываемым возмущением.
— Ну… нас… это… Сначала Веселая Ведьма на метле довезла.
А потом путеводный клубок к камню привел одним марш-броском. Ну,
а дальше — с​ ами пешочком шли по дорожке, — п
​ опытался объясниться
Василий.
— Так ты что же, любезнейший, — о
​ биженным тоном заявил Волк. —​
Ты предлагаешь мне отужинать либо метлой, либо этим дурно пахнущим,
немытым, костлявым созданием в залатанной юбке?! Мало того что не наешься вдоволь, так еще потом с изжогой намаешься, — г​ лубоко вздохнув,
объяснил Волк свою позицию.
Сильно задетая за живое полученной характеристикой, Веселая Ведьма, позабыв о только что пережитом ужасе от встречи с опасным лесным
хищником, гордо направилась к нему с горящими неугасимым праведным
гневом глазами и с метлой наперевес. При этом она выразительно комментировала свои намерения, мысли и чувства:
— Это я-то немытая и дурно пахнущая? Это я-то костлявая, и от меня
изжога?! Я тебе сейчас, шавке подзаборной, зенки-то повыцарапаю, зубы
пообломаю, рога поотшибаю, пасть порву, всю шерсть на юбку повыщипываю.
Василий с изумлением поглядел на Волка, — ​интересно, что это она
выдумывает насчет рогов? Впрочем, быть может, это чисто по-женски
она имела в виду другое…
Слегка очумевший от яростной атаки, Серый Волк, припав лобастой
головой к траве, стал медленно пятиться от разъяренной дамы к краю
поляны.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

305

— Ладно, ладно, сдаюсь, — ​тихим примирительным голосом проговорил он: — Д
​ а съем я тебя, съем, уговорила. Давиться буду, но все равно
съем. Ну, чего тебе еще от меня надо?
Веселая Ведьма остановилась, как будто наткнувшись на невидимую
стену. До нее медленно стало доходить, что сделала она что-то не совсем
то. Но тут ей на помощь пришел Василий:
— Извините, любезнейший сударь, — ​начал маг издалека. — ​Решительная барышня не имела в виду, что непременно желает стать вашим
сегодняшним ужином. Она просто так самовыражается, — ​наконец нашелся он.
— Это я само… чего? Я тебе сейчас выражусь, муженек! Метлой по
башке!!! — ​заявила отчаянная дама, найдя более безобидную отдушину,
чем гастрономические препирательства с хозяином поляны.
Серый Волк с нескрываемым сочувствием посмотрел на Василия:
— Да, я вас очень хорошо понимаю. Да… Приятно оставаться, не буду
мешать вашей супружеской идиллии. Если позволите, навещу вас с утра.
А то, понимаете ли, скучно мне в этом лесу, — с​ некоторой тоской в голосе
произнес он. — П
​ очитай, со времен Ивана-царевича никто ко мне в гости
и не захаживал. А здесь, как поется в одном известном музыкальном произведении, «…одни кабаны да туры, только хрюкают и гадят, никакой
культуры».
Серый меломан махнул на прощанье лапой и величаво скрылся среди
вековых сосен, оставив объявленную семьей парочку наслаждаться общением друг с другом. В результате Василию пришлось потратить около часа
на прохождение нелицеприятной аттестации со стороны Веселой Ведьмы,
в ходе которой он был заклеймен по всем статьям и признан ею «бессердечной скотиной», а также «бесчувственным и равнодушным зверем».
— А зверем-то почему? — ​подивился подсудимый, но решил больше
не связываться в перепалке с бойкой девицей, а лучше заняться делом.
И отправился за хворостом.
После разведения костра, скромного ужина, положенного в сумку
­Василия заботливой Ягой, и обустройства временного ночлега взбалмошная девица, решив, что наиболее мягким и поэтому удобным местом для
сна является живот Василия, положила на него буйную лохматую головку,
свернулась калачиком и тотчас заснула, аки невинный младенец, сладко
посапывая в безмятежном сне. А Василию все не спалось от того, что он не
находил ответ на вопрос, куда деваться от этого нежданно свалившегося
на него «счастья» и каким образом без большого шума и насильственных
мер от него избавиться.
Наступившее утро встретило путников оголтелыми птичьими воплями.
Можно было подумать, что кто-то из лесных обитателей решил поза-

306

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

втракать блюдом из свежих яиц, а птичья свора, нахально этому воспротивившись, затеяла военные действия, главным образом в виде воздушных
шквальных налетов и массированных бомбардировок гурмана.
Пробудившись ото сна и тихо чертыхаясь про себя, маг осторожно
поднялся, стараясь не разбудить свою активную спутницу, и направился
в кусты с целью полного единения и слияния с природой. Толком познать
это самое слияние ему не дали. Откуда-то справа практически незаметно
появился вчерашний серый знакомец. Он внимательно оглядел Василия
и радостно произнес:
— ​Все-таки жив. Значит, не съела тебя эта девка, — ​и с сочувственным
вздохом добавил: — ​Да, женитьба на ведьме, да еще на такой — ​это поступок. Уважаю. Сострадаю, сочувствую, но все-таки уважаю.
Серый Волк на минуту задумался и продолжил:
— А вы, любезнейший, случайно, не из этих, как их там… вспомнил — н
​ овомучеников, почему-то умерщвляющих плоть ради Высшего Божественного
служения… будете? А то как-то пристал ко мне один из этих кандидатов
в святые… Страдалец, тоже мне! Грязный, ободранный, злой на весь мир…
Все талдычил, мол, съешь да съешь его, чтобы он после смерти сразу мучеником за веру стал, — ​да и попал прямиком в рай. Так я еле от этого страстотерпца ноги унес. Нужно мне больно из-за чьих-то мученических намерений
язву желудка зарабатывать! А уж он мне вослед так ругался и проклинал…
— Не женат я на ней, ей-богу, не женат, — ​поспешил утвердить свое
независимое положение маг.
— Ну, с ее темпераментом и напором недолго тебе, болезный, осталось, — ​совсем тихо, практически для себя самого проговорил Серый
Волк. — А
​ ты точно не Иван-царевич из «Царства непуганых идиотов»? —​
на всякий случай решил уточнить он.
— А что, так похож на идиота, тьфу ты, царевича? — в​ звился Василий,
беспардонно прерванный в насущно необходимом занятии.
— За царевича я бы не поручился, — о
​ тветил Волк, пристально вглядываясь в нетерпеливо притоптывающего на месте Василия.
Тот стойко выдержал пристальный взгляд, а потом честно, по-мужски
объяснился с собеседником, который легко согласился подождать с беседой до завершения актуальной процедуры.
Василий, в очередной раз воздав должное воспитанности вольного
лесного жителя, вскоре был готов к продолжению разговора.
— Так ответствуй-ка ты мне, сын человеческий, какая нелегкая привела тебя к этому путеводному камню. Он же только для царевичей и богатырей предназначен, которые без помощи посторонней и штаны сами
надеть не могут, зато морду кому набить, по башке настучать или, наоборот, — ​все синяки и шишки на себя собрать, — ​так это они запросто!

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

307

— Я не просто сын человеческий, я маг, — ​попытался поднять перед
Волком свой авторитет Василий.
— Какой ты маг, если сам не знаешь, куда идешь и что творишь? —​
возразил лесной красавец.
— Да вот тут такое дело… Баба Яга мне клубочек свой дала и сказала,
что выведет он меня аккурат к Беловодью, чтобы мне с тамошней Лебедью
познакомиться, — о
​ бъяснил Василий.
— Ну, хитра бабка, ну, хитра. Привыкла своим внучатым и правнучатым племянницам счастье за счет прохожих мужиков устраивать. Ты хоть
и не царевич, но на безрыбье и… — ​осклабясь во всю свою безразмерную
пасть, заявил Серый Волк.
— Так это чего, Яга меня оженить хотела? А как же Беловодье, — н
​ есколько обиженно промолвил Василий.
— Насчет Беловодья и волшебной водицы — ​не сомневайся. Это б
тебе твоя суженая обеспечила. А заодно бы тебя самого столько раз
спасла, что ты, как честный человек, просто не смог бы отказаться от
супружеских уз. Какой-то ты, Василий, необразованный. Будто сам не
знаешь, что все советы Бабы Яги свадьбой заканчиваются да не на ком-то,
а именно на той девице-​красавице, к которой она за помощью обратиться
присоветует. Только мало кому ведомо, что, почитай, все эти девицыкрасавицы у нее в родне ходят. А родители их по обычаю всяких злыдней
из себя корчат, задания невыполнимые подсовывают, да еще зверскую
погоню устраивают. Правда, жениха по-настоящему никогда и не ловят.
А все оттого, что умна наша бабка, умна. И за приданым обратиться
даже в голову тому царевичу не приходит, и девка не абы к кому пристроена, да и самому новоиспеченному жениху не дает буйну голову сложить
по присущей всем царевичам глупости. Только не со всякими царевичамикоролевичами так просто складывается: иной раз и закавыки случаются…
— А скажите, любезный Серый Волк, не вы ли помогали некоему
Ивану-царевичу Жар-птицу, да еще и коня златогривого, да еще и царевну — ​Золотые Косы доставать?
Волк тяжело вздохнул. С соседней елки с шумом и стуком посыпались иголки да шишки, а по лесу просвистел еще не ураганный, но весьма
убедительный порыв ветра.
— Да, было дело. Ладно, расскажу, пока твоя… эта… «не жена» почивать изволит. Для начала понять ты должон, парень, кем я, Волк Серый,
прихожусь роду людскому. Без меня да братьев моих жили бы вы до сих
пор в пещерах, да каменьями от огров злых отшвыривались, если бы они
ранее всех вас не сожрали.
Один из братьев моих, которого Марсом звали, приходил к царевне
италийской, и родила она ему двух близняшек, коих Ромулом и Ремом

308

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

нарекли. Тетка его в образе волчицы вскормила их своим молоком, потому
как люди злые силу в этих детенышах почуяли и выбросили младенцев во
чисто поле на смерть лютую. А как подросли мальцы, славный в веках город
Рим основали да построили.
Сестрица моя тоже спасла от погибели неминучей мальчонку одного — ​царем Киром стал и державу великую Персиянскую воздвиг. Тако ж
у индийцев да хеттов древних самые великие цари и махараджи моей родней вскормлены — ​выпестованы. Небось, и ты про раджу ­Маугли слыхал?
— Да вроде нет, — ​потупился Василий.
— Так ничего страшного: годочки у тебя покамест молодые, много чего
еще повидаешь да услышишь.
— А что ты все об иноземных — ​дальних заморских царствах речь ведешь? Сказывай лучше, чем у нас на Руси-то волки лепы? Народ их боится,
князья да бояре облавами обкладывают, чуть ли не ругательством имя волка
стало, — с​ интересом спросил маг.
Серый снова тяжко вздохнул, и Василия возникшим при этом порыве ветра, словно перышко лебединое, отнесло в сторону и так приложило
к одной из сосен, что она в ответ щедро одарила его колючей россыпью
иголок и шишками, последняя из которых, падая, пребольно заехала магу
в левое ухо.
— Забыли, забыли людишки корни свои. Забыли, как целое племя лютичей, что на их языке означает — в​ олки, на границах славянских оборону
от ворога злого держали. Забыли, что князь Великий — ​Вольга в волчьем
образе, не токмо сам, а и с дружиной хороброй воевать Индийское царство
ходил и с победою возвращался, — ​торжественно произнес рассказчик.
— Но все же, что за история с Иваном-царевичем стряслась? Сколько
ни слышал ее, никак в разум взять не мог: зачем тебе помогать ему вздумалось? Ведь за коня съеденного и не должен ты был ему вроде ничего. Ему ж,
дураку, аршинными буквами на камне написали: «Направо пойдешь — к
​ оня
потеряешь», — ​не то что мне, без магии и не разобрал бы ничего, такая
мелконькая надпись встретилась. Мне-то хоть терять было нечего, никакого
коня не было, а идти все одно надо было. Что ж ты этакого недотепу по
городам да весям возил и помогал всячески?
— Понимаешь, какое тут дело… Самому этого дурака сожрать не единожды хотелось. Ведь как приехали мы в царство тридевятое, все по уму по
разуму ему толком объяснил: стража усыплена, ворота открыты. Иди да
бери Жар-птицу свою голыми руками и по возвращении царство батюшкино законно наследуй. Только клетку золотую не трожь, она на… как
там ее… — ​Тут Волк ввернул иноземное словцо: — ​На сиг-на-ли-за-ции,
вот. Так что это дурень учинил?! Жадность, понимаешь, обуяла: клетка-то,
вишь ты, золотая.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

309

Схватил он ее в охапку — в​ се зашумело-загремело, и был он стражей
бит долго. Уж так его, сердечного, отделали, что даже царь тамошний
пожалел, отпустил без наказания, да вдобавок Жар-птицу ту на коня златогривого обменять обещался. Пришлось — п
​ равильно ты его недотепой
назвал — ​его за этим конем везти. А там вся история вновь повторилась,
опять по жадности непомерной пострадал: за уздечку золотую схватился
и снова бит был. Ну что ты с ним делать будешь! И поручили ему в обмен на
коня златогривого царевну — З
​ олотые Косы добыть. Тут уж я не стерпел.
Пока он синяки да шишки свои считал…
Василий непроизвольно потер ушибленное левое ухо и осторожно потрогал то место, куда его осчастливила треснуть метлой Веселая
Ведьма.
Тем временем Серый Волк продолжал свое повествование:
— ​…Пока он их считал, сбегал я к Бабушке Яге. У старухи, как уже
говорил, почитай, все девицы — к
​ расавицы волшебные в родне состоят. Не
поленилась она, махнув рукою на больную поясницу, села в ступу, взяла
пест с помелом, да и слетала к своей племяннице троюродной — ​Злато­
власке, да все с ней и обговорила заранее. Порешили они, что, покуда наш
царевич золотишко перебирать будет, она — ​Златовласка, в государстве
порядок, да должный устав наведет. Так все и приключилось потом, но
споначалу… — ​Волк замолчал было, как будто просматривая перед глазами ожившие воспоминания, а потом продолжил, — н
​ а день следующий
отвез я того царевича в то самое царство, где сия Златовласка обреталась
у батюшки родимого. Только в этот раз самого его за царевной не пустил,
чтобы по жадности не бросился перстни да кольца золотые с нянек-мамок
сымать, а то, глядишь, и зуб золотой у кого во рту заметит, — ​с дурака
станется…
Клептоманом он был, судя по всему, — в​ новь вставил Волк иноземное
словечко. — Больше всего боялся я, что он косы золотые у царевны отчекрыжить может. Вот ведь как увидит золото — ​весь трясется, что твой
Кощей Бессмертный! Кстати, о Кощее. Думаешь, как он в земле Святорусской явился? Это и есть тот самый Иван-царевич, постаревший изрядно,
да своими внуками-правнуками за куролеса злодейские да глупости невозможные из дворца изгнанный.
— А с чего бессмертие он себе взял? — ​живо поинтересовался Василий.
— Так я ж его когда, — ​продолжил Волк, — ​с конем, с Златовлаской
да с Жар-птицей опричь до самого города родного доставил. Строгонастрого при этом наказал с братьями своими да людьми шалыми не
якшаться, а прямо к батюшке путь держать. А он что удумал? Братьев
в ближайшем кабаке отыскал и похвальбу при всем честном народе затеял.

310

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Ну, они его и… того… прирезали, короче. А всю Иванову справу — ​коня,
Девицу да Жар-птицу — ​с собой прихватили и к отцу гордые такие поехали, чтобы царство, мол, промежду собой поделить.
Вот из-за того-то, что на братоубийство способными оказались,
и пришлось мне спервоначалу, пусть дураку жадному, но тогда еще беззлобному, помогать.
Чтоб государство вообще без царя не осталось, да в нем смута лютая
не затеялась. Это уж потом у Ивана-царевича на почве любви к золоту
«крыша съехала», а до того был он хоть дурак — н
​ о добрый дурак.
Так вот, — п
​ родолжил Волк, — ч​ тоб этого Ивана-царевича с того свету возвернуть, пришлось мне Ворона Черного — п
​ тицу мудрую да скорую,
что приходится братом Ветру Буйному — ​стрибогову внуку, за живой
да мертвой водой в Навье царство наладить, чтобы царевича непутевого
к жизни возвращать.
Тут главная осечка и вышла, да такая, что последствия от нее прямо
ужасные случились. Дело-то в том, что в «Книге Жизни и Смерти» Иванцаревич уже давно как мертвый числился. Там, понимаешь, своя бю-рукры-тия. — ​Волк снова ввернул иностранное словечко. — ​Вот и получается, что я к жизни Ивана-царевича возвращал, а вернул на века Кощея
Бессмертного, поскольку сама по себе Смерть к нему прийти не могла,
не имея «разнарядки» соответственной и посылу законного. Понимаешь,
даже Смерть не всегда вольна в своих действиях, и ей законам Высших сил
подчиняться приходится. Так-то вот бывает-случается: решишь сегодня
дело малое, вроде всем благолепное, ан от него опосля, через годов сто
или двести, потомки чихают да отплевываются. — ​Волк снова глубоко
вздохнул.
Наученный печальным опытом, Василий успел вовремя присесть, придерживая шапку.
В это же мгновение на поляне раздался громкий визг:
— Бросили меня! Все бросили!!! — ​голосила Веселая Ведьма. — ​Ну,
ужо я вам сейчас всем устрою… Ух! — ч​ тоб с песнями и плясками да чтоб
не присесть — ​не передохнуть!
Василий поспешил вернуться к спутнице, а Волк тихо скрылся в кустах, бросив напоследок:
— Как угомонишь свою «не жену», тогда и возвращайся, серьезный
разговор имеется.
Не прошло и часа, как Василий сумел вырваться от своей «подруги»,
которая всеми своими силами стремилась доказать магу две совершенно взаимоисключающие вещи: с одной стороны, ​она изображала из себя
полную девичью беззащитность, вследствие которой если ее хоть на секунду оставить одну, то ее, бедняжку, тут же могут насмерть заклевать

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

311

«злобные птички» или вообще кто-нибудь съест. С другой стороны, если
Василий начнет хоть что-то делать без ее, Веселой Ведьмы, участия, то
он пропадет сам, и никто даже на неухоженной могилке его не порыдает.
А вот с ней!..
Серый Волк ожидал мага на том же самом месте. Он был исполнен
торжественной величавости, так что впору было залюбоваться. Краса
лесов торжественно начал свою речь:
— Слушай мое решение, маг. То, что Яга тебя сюда послала, — ​это
хорошо, а зачем идешь, я лучше тебя знаю, — ​можешь не рассказывать.
Помочь я тебе помогу. Взял ты на себя службу нужную, да не только
людям, но и всем живущим на свете белом.
В конце концов Василию и Веселой Ведьме пришлось оседлать Серого
Волка, и они направились в Беловодье.
— Дорога к искомому месту показалась магу и долгой, и нудной. Разглядеть что-либо вокруг было практически невозможно, так как Серый
Волк умудрялся развивать скорость, недоступную любым известным Василию транспортным средствам.
— Не иначе как Серый приколдовывает, — ​подумал Василий.
Сколько времени продолжалась эта бешеная скачка, Василий не помнил. В конце концов они попали в беспримерно живописную местность:
озера там были глубоки и прозрачны до хрустального звона; заливные
луга пестрели праздничным разноцветьем, разносящим дивные ароматы
трав и цветов по всей округе; березовые рощицы светились белоствольем
стройных деревьев и манили чарующим шелестом листвы.
Волк вдруг резко, одним махом остановился как вкопанный, и не
ожидавший этого седок кубарем слетел на землю, а на него тут же не без
некоторого изящества приземлилась спутница.
Серый траспортировщик, с удовольствием поглядев на созданную его
стараниями живую скульптурную композицию, весомо сообщил пассажирам:
— Все. Приехали. Дальше мне пути нет. Буду ждать тебя три дня и три
ночи, Василий. Не успеешь обернуться — н
​ е обессудь. До царицы Лебеди
уже совсем недалече: вот по этой тропочке прямехонько к ней и попадешь.
А как с ней сговориться — р
​ ешай сам. Только вот тебе мой совет — в​ едьму
свою лучше здесь оставь, не бери с собою. Не ровен час, еще что приключится с девкой: Вещие девы-птицы таких, как она, не очень-то жалуют.
— Да как же это так, как же! Что ж мне теперь с этим чудовищем
серым да на цельных три дня оставаться?! — ​обиженно заверещала Веселая Ведьма.
Волк, не обращая внимания на ее причитания, спокойно продолжил,
обращаясь к Василию:

312

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Если Девам этим что не по ндраву придется, церемониться они не
станут, — ​мигом в лягушку али в ящерицу какую страшную превратят.
А может, и еще во что. Тут не предугадаешь. Но расколдовать потом будет
очень и очень трудно, если вообще возможно. Чай, сам знаешь, что при
характере нашей голубушки ожидать от нее кротости да осторожности
не приходится, — п
​ огубит она себя в момент. Точно говорю, погубит, вот
как пить дать, а заодно и тебе не сносить головы.
Веселая Ведьма, услышав о перспективе своего перевоплощения, сразу
прикусила язычок и принялась с искренней грустью рассматривать свои
видавшие виды сапожки. Вдоволь налюбовавшись ими, она со вздохом
кивнула и несвойственным ей кротким тоном произнесла:
— Ну, коли так… тогда я, так и быть, подожду. Мне вообще-то и не
страшно совсем. Только ты, любимый, с этими девами-птицами поосторожней будь. А то я вас, мужиков, знаю…
Василий ничего не ответил и направился по еле заметной тропинке. Вдали, у самого горизонта, поблескивала из-за хоровода берез зеркальная гладь
огромного озера. Откуда-то справа послышались завораживающие звуки
девичьей песни. Василий поймал себя на том, что, поддавшись очарованию,
поворотил в эту сторону. Но, вспомнив наказ Бабы Яги и даже Веселой Ведьмы, снова вернулся на тропинку, хотя это и было довольно сложно.
Через некоторое время, приблизившись к заветному озеру и оглядевшись, он увидел, что на берегу раскинулся сочной яркости ковер разнотравья. Он пригляделся к нему и был немало удивлен тем, что здешняя
растительность оказалась ему совершенно неизвестной, несмотря на всю
свою многоопытность по части ботанических и магических знаний.
— Век живи, век учись, — с​ усмешкой подумал путник и прислушался.
Сквозь почти густой от душистых ароматов воздух откуда-то издалека
полилась волшебная чарующая музыка, будто плывущая ему навстречу.
И действительно, вскоре на глади озера показалась серебристая ладья, похожая на чудесную птицу, которая шла сама по себе, обходясь без гребцов
и рулевого. Это от ее паруса и исходила музыка, вторя всему прекрасному
в небесах и на земле. На корме стояла дева невиданной красы, от первого
взгляда на которую у Василия защемило все, что только может защемить
у крепкого здорового мужика.
По ее спокойному взмаху руки ладья причалила к берегу, дева взглянула на неподвижно застывшего мага и плавно сошла на землю.
— Ну вот и прибыл ты, Василий, за своею судьбой. Долгонько же добирался, долгонько, — ​неторопливо произнесла она, и гость Беловодья
понял, что именно так, и никак иначе, звучит голос, который в народе
называют хрустально-чистым. Он уже догадался, что перед ним сама царица Лебедь.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

313

Он стоял как зачарованный и не мог отвести взгляд от дивной красы.
Не в силах ответить, он, покраснев до самой маковки, молча поклонился
в пояс правительнице чудо-страны. Но она как будто и не ждала ответа.
— Слушай меня и запоминай, — ​п олилась певучая речь царицы
­Лебеди. — Во-первых, земной поклон тебе, маг Василий, что, даже не
зная, не ведая, дочку мою, еще в раннем детстве Злыдом украденную, со
злобного Шабаша ведьм в мою страну привел. Заколдованная она, потому и характер у нее пока такой сварливый и вздорный был, но тут она
за час в себя преобразится. А если она захочет да ты согласишься, то
благословляю вас и в гости жду скорые. Яга вам в этом поспешествует.
Ибо теперь камень Алатырь не будет от людей каждый год бегать. А за
то, что ты, даже сам не ведая куда, за спасением отечества отправился,
дарую те корчагу воды волшебной, которая землю твою спасет и от всех
врагов защиту дарует.
Она улыбнулась Василию, и у того сразу душа будто запела, смущение вмиг улетучилось, и ровное спокойствие чувств разлилось негой по
всему телу.
Царица же рекла дальше:
— Все миры обновляются — к
​ аждый с назначенным сроком,
И любой из них лад свой несет, мелодичным законом владеет.
Нарушается смена времен, всюду ненависть, зло возрастают:
Жадность и клевету, и предательство вновь порождают.
И летят по мирам они траурной птицей зловещей,
И бегут, как пожар по лесам, от вселенной к вселенной.
Выжигаются поприща жизни, любви и надежды.
Но вода доброты и сил магии древней могучей,
Они возродят чистоту, даже силу земли плодородной.
Василий вслушивался в каждое слово волшебной девы. То, что она
говорила, отзывалось внутренним согласием и отпечатывалось в его душе,
как на восковой дощечке. Речь царицы плавной мелодией проникала в самый сокровенный ее уголок.
Внезапно легкий ветерок пролетел над волшебным озером, и вся
мелодика рассказа Лебединой девы изменилась вместе с окружающим
миром.
Тут она вновь улыбнулась:
— Просьба есть у меня. Передай-ка ты Серому Волку: не держу боле
зла, что по вольнодумию допускал на свой лад красоту божественную
перекраивать, перестраивать лад мира. Позабыть пора старые распри
и встать на защиту добра единою силой.
Василий вновь поклонился, выражая самое глубокое почтение к муд­
рости царицы. Она кивнула ему и протянула руку, сказав:

314

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— ​Отнеси ты на землю свою заветный ковчежец с водой плодородной.
С трепетным чувством принял Василий из рук царственной девы
драгоценный подарок — ​ковчежец с водой Беловодья, и от всего сердца
возблагодарил за него. Во взгляде прекрасных очей царицы мимолетной
тенью пробежала светлая мягкая грусть, сменившаяся ровным светом
спокойной решимости.
— А теперь — ​п рощай. В добрый путь, сопричастник бесстрашный! Пусть удача тебя всегда осеняет крылом и сопутствует делу бла­
гому.
Плавной поступью, почти не касаясь земли, царица взошла на сереб­
ряную ладью, которая сама собой отчалила от берега. Снова зазвучала
волшебной красоты музыка, заиграли блики на воде, паруса натянулись,
будто призывая попутный ветер. Василий не мог уйти: он провожал взглядом удаляющийся корабль, пока тот не скрылся из глаз, словно растаяв
на горизонте. По сердцу его горячими струями разливались преклонение
перед чистейшей красотой и намерение во славу нее достойно пройти все
испытания, которые выпадут ему на пути.
Что же было дальше? Василий, увидев преображенную Веселую Ведьму, которую, как оказалось, звали Настасьей, обомлел. Так она была похожа на свою мать царицу Лебедь. Она же склонила свою головку ему на
плечо и только сказала:
— Полетели к Яге, моя мать нам поможет.
Серый Волк также склонил голову перед Василием и поблагодарил за
то, что он вновь может перемещаться между мирами и помогать своим
потомкам, но впредь будет осмотрительней.
Едва добрались до избушки на курьих ножках, хозяйка ее заголосила
Василию:
— Ух, сердита я на тебя, дубинушка ты стоеросовая, ужо как сердита!
Куды клубок мой подевал? Имущество все ж, для дела тебе даденное. Разве ж кто у камня его бросает?! Вот я тебе задам! — ​Бабка для острастки
постучала помелом по полу, но глаза выдавали ее действительное отношение к страннику. — Ладно, слухай сюды. Вернулся клубочек домой-то,
сам прикатил, умничка. Ну, я на блюдечке волшебном его и закрутилазавертела, чтоб все пути твои мне открылися. Ладно, так и быть, располагайтесь.
Погостили несколько дней у Яги, а затем она отправила всю троицу — Василия, Настасью и Серого Волка - в царство мага с дарами (мол,
пускай приданое будет у красной девицы). А уж по прибытии они совместно землю возродили, а царь им на радостях на свадьбу прекрасный
терем да звание главного мага пожаловал. Кстати, враги-соседи с тех пор

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

315

к их царству на три версты боялись подойти. Серый к ним неоднократно
забегал, да и они сами в Беловодье гостевали частенько.
Вот и все — с​ казочке конец, а кто слушал — молодец.

Маша и три сестры (А. Е. Наговицын)
Жила-была девочка Маша. Не маленькая, не большая, не высокая,
но и не низенькая, не слишком добрая, но и не очень злая — ​обычная
такая девочка. Одно у нее только было плохо — с​ таралась она все делать
скрытно и незаметно, так, что ее проделки почти всегда оставались безнаказанными.
Поэтому, когда Маша подросла, стоило маме попросить: «Машенька, помой за собой посуду», Маша отвечала: «Мам, не могу сейчас, мне
Петька из нашего класса, помнишь, рыжий такой, кучу фоток выслал, как
они в Турции отдыхали. Ладно, потом помою».
Мама: «Машенька, сходи в магазин, хлеб совсем кончился».
А Маша ей в ответ: «Мама, не могу. Мы с девочками договорились
в кино вместе пойти».
Продолжалось это довольно долго, даже что-то по дому сделать, хотя
бы картошку сварить, Маша не умела, да и не желала уметь. Да и училась
Машенька, признаться, неважно, все больше на уроках с подружками
перешептывалась и на смартфоне игры всякие да музыку искала.
Поэтому на родительском совете на летние каникулы вместо поездки в Крым, несмотря на все ее слезы и крики, было решено отправить на воспитание к бабушке в деревню в Тверскую область, а если она
хоть немножко в положительную сторону изменится, то тогда и в Крым
можно…
Так и попала Маша в начале лета в довольно глухую тверскую деревеньку под странным названием Ягино, которая располагалась рядом
с дремучим лесом. Хотя ныне никто уже и не помнил, почему она так
странно прозывалась.
Хоть родители вместе с Машей и завезли бабушке Нюре много всякой
еды и разносолов, чтобы деточка не голодала, да и бабушка полакомилась,
но Маше было ничем не угодить. То она возмущалась тем, «почему соленые огурцы такие соленые», но на следующий день они же оказывались
«чересчур пресными», то тем, почему «копченая осетрина не сегодняшняя», то тем, что коровы такие «рогатые и страшные», то тем, почему злая
коза, когда ее за бороду дергаешь, бодаться лезет…
По дому что-то делать Машенька отказывалась. Она даже посуду
после себя убирать со стола не хотела. Бабушку Нюру иначе как «бабка
деревенская» никак и не называла. Ребята-одногодки, даже те, которые,

316

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

как и она, из города на лето приехали — ​все были ей не пара, все были
«деревенщиной», они, дескать, и в Интернете, и в смартфонах ничего не
смыслят, а о том, какая сейчас мода в Москве, вообще не слышали.
Смотрела, смотрела на все это безобразие баба Нюра и как-то сказала
Машеньке, что пока она со стола все не уберет и всю посуду не вымоет,
то ужина не получит. Маша вначале совсем и не обратила внимания на
эти слова, но когда проголодалась, а ужина все не было, решительно отправилась с претензиями к бабушке, но та была непреклонна.
Посидев еще чуть-чуть на крылечке и не дождавшись накрытого
стола, Маша решила сделать всем-всем назло: пойти в дремучий лес,
что начинался за околицей и куда ей строго-настрого одной было запрещено ходить.
«Пусть меня лучше дикие звери съедят, то-то вы все поплачете, а больше всех эта злая деревенская бабка», — ​подумала она и решительно направилась в лес.
Долго ли, коротко ли шла она по лесу, и сама толком не знала. Только
знакомая тропинка давно кончилась, а впереди и сзади были сплошные
дебри и буреломы.
Как Маша ни кричала и ни звала на помощь — ​никто не откликался.
Она даже поплакать и повыть пыталась — ​все бестолку. Вдруг перед девочкой появилась огромная, как она подумала, собака. Машенька совсем
не испугалась, а даже обрадовалась: «Ведь если есть пес, то где-то рядом
должен быть и его хозяин».
То, что этот пес оказался к тому же и говорящим, ее тоже не смутило:
«Мало ли какие псы в деревне водятся. Вон в Интернете все подряд звери
говорят и даже песенки поют».
«Пес» вежливо спросил у нее: «Девочка, а ты, случаем, не Красная
Шапочка?»
На это она вполне резонно ответила: «Какая я тебе, к черту, “шапочка”? Машенька я. А ты, шавка серая, случаем не знаешь, где бабкина
избушка находится? Похоже, я заблудилась, а навигатор дома забыла».
Серый Волк, а это был именно он, подумал и понял, что подобную
вздорную девицу лучше вообще не есть, поскольку неясно, какой пакости
от нее нахвататься можно, да и лечиться будет неизвестно чем.
Поэтому он ухмыльнулся и очень кротко ответил: «Милая Машенька, если тебе нужно к бабушке, то иди шагов сто — ​сто двадцать прямо,
а потом налево сверни, аккурат к бабушке и придешь. Ну, прощай, а мне
еще надобно Ивана-царевича из очередной передряги вытаскивать. Опять
его угораздило…».
Не успела Маша оглянуться, а собаки уже и след простыл, как корова
языком слизнула.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

317

Делать ей было нечего, поэтому и воспользовалась она полученным
советом. Шла Машенька недолго и вышла на полянку, освещенную луной,
и увидела перед собой избушку на курьих ножках. Особенно ее насторожили ножки. Она представила, что курица, у которой их позаимствовали
для избушки, могла ее легко склевать, как козявку, и даже не заметить.
Однако идти куда-то еще Машенька не решилась, а поскольку особенно никогда ни о чем сильно не задумывалась, то направилась к двери,
сделанной в виде оскаленной хищной пасти. Дверь ей даже понравилась.
«Во, блин, сюр. Такого даже в самых страшных ужастиках в Интернете не найдешь», — ​подумала она и вошла в избушку.
Внутри было полутемно, но постепенно она разглядела на огромной печи
большущую старуху в зеленой немодной юбке, канареечной кофте и с огромным загнутым носом. К тому же эта бабка имела горящие глаза и выступающие почти до подбородка острые, давно нечищенные желтые клыки.
Старуха пристально смотрела на девочку. Потом гортанным, с заметной хрипотцой голосом произнесла: «Фу, фу, русским духом пахнет.
Русского духа видом не видывала, слыхом не слыхивала, а тут он сам ко
мне на ужин пришел. Ох, нынче полакомлюсь».
Маша слегка остолбенела, но затем собралась с силами и ответила:
«Ты че, бабка, ну бабушка, ты в самом деле меня есть собираешься? Я ведь
еще маленькая, да и мои родители, и бабушка плакать будут…»
«А чего тебя не съесть, ты ведь сама до меня пришла, только чтобы
своей бабушке напакостить, да и хотела, чтобы тебя кто-то съел. А почему
не я? Я к жаркому из тебя со всей любовью и уважением и тимьян, и беладонну, и мухоморчиков положу, — ​то-то вкуснотища будет… Все равно
от тебя никому никакой пользы и уважения нет. Хоть на жаркое сгодишься», — ​заявила Баба Яга, а это была она, и споро спрыгнула с печи.
Затем Яга начала ощупывать Машеньку и при этом бормотать какие-то
свои рецепты.
Девочка взмолилась: «Бабушка, не ешь меня! Может, я тебе чем в избушке помогу?»
«А чем ты мне поможешь, если ничего не умеешь?» — з​ аявила страшная старуха и начала растапливать печь.
«Да я всему, всему научусь. Только не ешь!» — ​заплакала девочка.
Яга немного оттаяла, затем вручила Маше веник и велела прибраться
в избушке.
За всю свою жизнь Машенька столько не работала, сколько за эти
несколько дней. Она даже вязать и прясть научилась. Об Интернете
и смартфонах даже думать боялась, поскольку как только хоть на минуту
отвлекалась, то перед ней возникала Яга с горящими глазами и огромной
сковородкой в руках.

318

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Сколько прошло времени, она и сама не знала, но однажды вечером
после ужина, а надо признаться, что Яга почему-то питалась чисто вегетарианской пищей, видимо, из-за недостатка как Иванов-дураков, так
и маленьких девочек, старуха достала откуда-то клубок суровых ниток
и завела с ней разговор: «Знаю, что путь-дорогу к бабушке своей ищешь.
Но дело это нелегкое, ибо забрела ты, сама того не разумея, в волшебный
лес, а здесь все пути-дороги перемешаны. Тут то, что кажется близким, —​
далеко, а что далеко, оказывается под самым носом. Поэтому встанешь
ранешенько, бросишь клубочек на землю, он тебя к моей средней сестре
и приведет. Скажешь ей, что ты от меня, и я твоей службой довольна
осталась».
Поутру, взяв с собой припасы на дорогу, Машенька отправилась
к средней сестре Бабы Яги.Там все повторилось вновь, только средняя
сестра оказалась еще страшнее, к тому же она была гурманкой. Поэтому пришлось девочке осваивать кулинарию и вежливость в обращении
с окружающими. В конце концов, получив очередной клубочек, пошла
Маша к старшей сестре Яге, которая наверняка уж знает, как ей свою
бабушку найти…
Старшая Баба Яга оказалась древней, жуткого вида старухой, которая
не стала использовать Машеньку как работницу, а только проверила все
приобретенные ею умения, которые ей не без известной гордости Машенька и продемонстрировала. Затем, присев на деревянную лавку, старшая
Яга с грустью сказала:
«Маша, могла бы я тебе помочь. Но дело в том, что отсюда я могу
что-то увидеть в вашем мире только с помощью золотого блюдечка и наливного яблочка молодильного. Блюдечко то у моей младшей сестры
хранится, а вот за яблочком придется к змее Гарафене слетать. Да ты не
бойся, мои гуси-лебеди тебя к ней быстро доставят, но договариваться
с ней уже тебе самой придется».
Так Машенька очутилась на острове Буяне перед камнем Алатырь
в обществе огромной семисаженной гадюки. Позади нее росла яблонька,
вся покрытая золотыми яблочками, которые весело качались на ветках
и как бы дразнили Машу. Девочка не решилась первой начинать разговор
и решила немного повременить.
Через некоторое время Гарафена подняла голову и прошипела:
— Я знаю, зачем ты приш-ш-ш-ла. Но просто так яблоко не отдам.
Ты должна отдать за него что-то для тебя ценное и исправить нечто неблаговидное, сделанное тобой в твоем мире.
Маша немного подумала и потом выпалила:
— Я извинюсь перед мамой за то, что стащила ее новую кофточку,
и верну ее ей.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

319

— Ма-а-а-ло, — п
​ рошипела змея.
— Я… я отнесу в школу свой любимый кактус, взамен того, горшок
которого разбила и выкинула вместе с самим кактусом. И во всем признаюсь…
— Ма-а-а-ло, — п
​ рошипела Гарафена.
Маша задумалась. Что же она такое гадкое сделала? Что может быть
хуже того, в чем она уже призналась? И тут перед ней промелькнуло печальное лицо «серой мышки» — Т
​ ани из их класса. Она была из небогатой
семьи и поэтому уже третий год пользовалась стареньким мобильником
с крохотным экраном. Из всех «наворотов» там был только фонарик.
Маша уже имела смартфон последней модели, которым очень гордилась
и при случае хвасталась, а Таню за ее убогий мобильник она просто изводила и насмехалась над ней перед всем классом.
Машу пробрала дрожь:
— Что же я творила! Издевалась над несчастной и бедной девочкой.
Слезы выступили у нее на глазах, и она между всхлипываниями, но без
всякого сожаления сказала: — Я поменяю свой смартфон на Настин мобильник и буду с ним ходить. А еще я извинюсь перед ней в присутствии
всех ребят.
— Бери яблоко, но обещанное исполни, — ​прошипела Гарафена и
освободила дорогу.
Через некоторое время гуси-лебеди уже принесли Машу к избушке
младшей Бабы Яги, где она должна была забрать золотое блюдечко для
просмотра «магического телевизора».
Вбежав в избушку, она увидела следующую картину. Яга вся в крови
сидела на полу, прислонясь к печке. Из ее груди торчала длиннейшая
стрела. Маша подбежала к ней поближе и только и смогла спросить: «Кто
с тобой это сделал, бабушка? Как тебя спасти?»
Еле слышным голосом Яга прошептала: «Да это все дурак, Иван-царевич. Я вышла на полянку, чтобы его стрелу заговоренную к царевне
Лягушке направить, а он, как всегда, перестарался, и стрела прямо мне
в грудь вонзилась. Спасти меня может только молодильное яблочко, но
оно тебе и самой нужно. Без него ты никогда домой не попадешь. Бери
блюдечко. Оно на столе лежит, и беги к нашей старшей. Передавай ей мой
прощальный привет…»
Ни слова не говоря, Машенька достала из-за пазухи заветное яблочко
и бросилась к Яге. Уже не имело никакого значения то, что совсем недавно та постоянно грозилась ее съесть. Она успела приложить яблочко
к клыку Яги и надавила. Яблоко стало постепенно таять, а у Яги вначале
зарумянились щеки, затем она заметно помолодела, годов эдак до сорока,
а стрела со стуком упала на пол.

320

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Тут все закружилось у Машеньки перед глазами, и она сама, не зная
как, очутилась у околицы тверской деревеньки. Девочка, уже ничему не
удивляясь, сразу бегом бросилась к избе своей бабушки, ведь та за такое
долгое время должна была о ней сильно переволноваться. Однако когда
она прибежала к домику бабушки, все было так, как будто она отлучалась
всего на минутку.
Первым делом Машенька бросилась убирать со стола и мыть посуду,
а затем нашла в огороде свою бабушку и, обняв ее, заговорила скороговоркой: «Прости меня, любимая бабушка Нюра. Прости, прости, я больше
такой никогда не буду».
Что можно сказать еще? Маша подружилась с другими ребятами
и прекрасно провела месяц в деревне, при этом не забывая помогать бабе
Нюре по хозяйству. А потом она с родителями поехала в Крым.
Кстати, все свои обещания, особенно относительно Тани, она выполнила. Затем они и подружились, и Маша Таню никому не давала в обиду.
Вот и вся история, а рассказала ее повзрослевшая Маша, кстати, очень
хорошая девушка.

Как найти Бабу Ягу? (В. И. Пономарева)
В одном большом красивом городе жила-была, а может, и сейчас проживает девочка Света. Правда, по имени ее звали или зовут только в детском саду, а дома называли или называют все по-разному: мама — ​Солнышком за золотистые волосы и ясные глазки, папа — К
​ олокольчиком за
звонкий смех и переливчатый голосок, а братишка — С
​ веткой-конфеткой,
потому что он сам — л
​ юбитель сладостей. В общем, ясно, что жилось этой
девочке тогда или сейчас хорошо: все ее любят, и она тоже всех любит.
А еще она очень полюбила сказки, и обычно резвая хохотушка и непоседа, слушая сказку, всегда сразу затихала и слушала, затаив дыхание.
Однажды мама прочитала Светлане сказку про Бабу Ягу, и с этого
дня девочка стала сама на себя непохожей: тихой, задумчивой и даже
немножко медлительной. Но это не мешало ей всем и повсюду задавать
вопросы: где именно живет Баба Яга, то есть по какому адресу, сколько
ей лет, зачем избушке курьи ножки и не тяжело ли им переступать, чтобы
та поворачивалась, а также многие другие. Брат отвечал, что не знает;
папа — ​что «подрастешь, сама поймешь»; мама — ​что «это же сказка,
а там бывает все, что невозможно в жизни», другие взрослые или смеялись, или отмахивались, мол, не лезь с глупостями, деточка.
Света вздыхала и сама у себя спрашивала: «Ну неужели же никто не
знает ответы на такие важные вопросы?» И вот однажды вечером, когда
все в доме были заняты: мама готовила ужин, папа читал газету, брат

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

321

играл во дворе в футбол, малышка сидела в своей комнате на диване и грустила, перелистывая страницы сказки про Бабу Ягу. Грустила-грустила,
печалилась-печалилась, пока не вспомнила, что старшие часто говорят:
«Если чего-то не знаешь, то можно поискать в Интернете». А она знала,
что Интернет находится где-то в компьютере, и, чтобы найти его, нужно
маленькой стрелочкой потрогать крошечную картинку, нажав на специальный приборчик — м
​ ышку, что не раз при ней проделывал старший брат.
Света сразу обрадовалась, слезла с дивана и на цыпочках прошла в его
комнату. Оказалось, что компьютер включен. Она быстро нашла нужную
картинку, подвела к ней стрелочку и нажала на мышку. Сразу же экран
преобразился, и Света увидела слово, написанное крупней всех других
красными буквами — «
​ Яндекс». Она уже знала азбуку и сумела прочитать
это слово. Только не знала, что оно означает и вообще, что ей дальше
делать. Но все же решила попробовать.
Девочка решительно посмотрела на экран и сказала: «Здравствуйте! Уважаемый Интернет, покажите, пожалуйста, где живет Баба Яга».
Удивительное дело! Перед ней возникла карта, но как ни разглядывала ее
Света, все равно ничегошеньки не поняла. Тогда она спросила по-другому:
«Интернет-Интернет, миленький, подскажи, как найти Бабу Ягу?» Прямо поверх карты появился какой-то чудной старичок с длинной белой
бородой, в шапке и лаптях, который сказал: «Пойдем со мной, покажу!»
Света ни капельки не удивилась, решив, что это тот самый компьютерный
знаток, кого брат называет Навигатор. Но, вздохнув, она ему ответила: «Я бы с радостью, но мне мама и папа не разрешают никуда уходить
с незнакомыми людьми». Старичок расхохотался и исчез. И карта тоже
пропала с экрана, а вместо нее показалась живая картина: лесная опушка,
а на ней, на зеленом ковре из травы — и
​ збушка на курьих ножках. Только
курьи ножки стояли неподвижно, а избушка поворачивалась сама по себе.
Из избушки выпрыгнула старушка: горбатенькая, лохматенькая,
длиннорукая и хромоногая. Избушка тут же стала отодвигаться назад
и уменьшаться, а старушка приближаться и увеличиваться, пока на экране
не осталось одно лицо. Лицо спросило:
— А зачем тебе это, золотко, надоть?
— Хочу познакомиться.
— Ну, давай, знакомься, так и быть.
— А вы, бабушка, и есть Баба Яга?
— Я самая и есть, ты не видишь, что ли? Меня с малолетства все признают!
— Ой, бабушка Яга, простите-извините. Очень приятно познакомиться.
— Ишь ты, приятно ей! А чего тут есть для тебя приятного?
— Так я хочу спасибо вам сказать, что Иванушке помогли.

322

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Ха-ха-ха, на старости лет спасибо заслужила от дитятки. А ты
знаешь, что я хотела Терешечку в печке изжарить? — ​спросила Баба Яга,
приняв грозный вид.
Но Света не обратила на это внимания. Она задумалась на миг, но
затем уверенно сказала: «Я думаю, что вы просто пошутили». Еще раз
подумав, она добавила: «Или те, которые сказку сочиняли, перепутали
вас со страшной ведьмой».
«Вот ведь какая сообразительная деточка попалась, — ​заявила Баба
Яга довольным голосом, — ​стало быть, ты меня не боишься?» — «Нет, не
боюсь», — ​ответила девочка, счастливо улыбаясь. «Ну, ладно. Спасибо
тебе, Светочка, как говорится, на добром слове, только мне пора, дел, знаешь ли, по горло», — с​ казала Баба Яга.«Ой, а откуда вы, бабушка Яга, имя
мое знаете?» — ​удивилась девочка. «И-эх, молодо-зелено, так я ж Баба
Яга, мне все людские имена известны», — ​ответила Баба Яга, вскакивая
в появившуюся откуда ни возьмись ступу и хватая прилетевшее к ней в
руки помело. «А что значит “дел по горло”, бабушка Яга?» — п
​ опыталась
спросить Света. Но та уже летела над лесом и вскоре исчезла вместе со
всей живой картиной.
Девочка еще немного посидела в кресле, с удовольствием покрутилась
в нем и пошла к себе, на ходу радуясь, что сумела найти Бабу Ягу и поговорить с ней. Когда она попыталась потом рассказать об этом маме,
папе и брату, ей не поверили и назвали фантазеркой. А Света не обиделась ничуточки и правильно сделала, потому что люди ведь чаще всего не
верят в чудеса, случившиеся не с ними. Это ведь не означает, что чудес не
бывает. Не так ли?

Федор, пастуший сын, и Баба Яга
(В. И. Пономарева)
В каких краях — ​неведомо, в каких годах — ​незнаемо, но мудрецы
поведали, что среди леса темного поляна есть заветная со травами душистыми, с цветами разновидными. На той ли на поляночке, на краешках, на кончиках, на самых-самых кромочках — ​коряги-перевертыши,
раскидистно-разлапные, и вида преогромного, и мхом седым поросшие.
И кто там ни окажется, тому они привидятся или зверями дикими, или
змея́ми страшными, а то и жуть-пугалищем. Но ежели при виде их кто не
испугается, да пуще — ​наперед шагнет, то сторожи-видения вмиг тут же
и развеются: то ли растают в воздухе, то ли в подзе́мь провалятся. А на
поляне вместо них диковинка покажется: избушка невеликая, на курьих
ножках ставлена; да и на ножках тех она не просто так стоит, а все по
кругу вертится, никак не остановится, да и к тому ж тихонечно и жалостно

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

323

скрипит. И коли оказался там, то поклониться надобно и пожелать ей крепости и роздыху от верткости. И встанет-остановится избушка небывалая,
и распахнется дверь ее, и на пороге — ох! — ​старуха вида страшного,
лохматая-косматая, как топнет костяной ногой, да и начнет допрашивать
про то, откуда гость да и зачем пожаловал. Сама же только глянет, так
все уже и знает — ​и явное, и тайное, и даже в полной точности; захочет,
так приветит, а коли не захочет, так может беспримерно сурово наказать.
Ну, и кому захочется судьбу свою испытывать, поляну ту разыскивать,
с Ягою Бабой встретиться? Да разве ж с горя горького — ​и то не всяк отважится. Такой вот сказ, такой рассказ, верней сказать, что присказка,
а сказка впереди у нас.
И дело было так…
Как-то раз, по молве людской, оказался у той поляны заветной тверич
Федор, пастуший сын. Как попал, так и сам не знал, но лишь на коряги
наткнулся, так привиделись они ему волчищами лютыми, что угрожали
стаду отцовскому. Кинулся на них было Федор, да тех сразу и след простыл. А на траве-мураве посередь поляночки, глядь-поглядь вдруг явилась
на курьих ножках избушка, что не стоймя стоит, а все по кругу вертится,
вкруг себя самой поворачивается и жалостно поскрипывает, будто плачет
тихонечко.
Смотрел на нее Федор, смотрел-смотрел-смотрел, и до того он досмотрелся, что у самого голова кругом пошла, и упал он на траву-мураву, вдохнул ее запах духмяный, да и впал в забытье. Сколько пробыл
так неизвестно, а очнулся как да в себя пришел, — ​оказалось, что в избе
лежит на лавке широкой, с валенком, под голову подоткнутым, и лоскутным одеялом укрытый. Огляделся Федор по сторонам, видит: угол печь
занимает беленая, вся по белому цветами расписанная. Сбоку — ​стол на
бревнах-ногах, скатертью чистой устеленный. Сундуки за ним стоят, видать, тяжелые, кованые, суницы-по
лки
по стене развешаны, горшками да
́
́
посудою заставлены, а под ними травные метелки подвязаны. На окнах
занавесочки цветастые, нарядные. А супротив его, вдоль стенки — ​лавка
длинная, старушка там сидит, прядет, под нос себе бормочет.
Вдруг старушка головой подернула, брови кустистые вскинула, глазами на Федора зыркнула, как огнем прожгла всего его насквозь. Он тут
было на ноги вскинулся, подскочил да и застыл столбом, будто в пол он
ногами врос, шевельнуться и двинуться не может. А бабка ему и говорит:
— Ну так здравствуй, что ли, детинушка. Хорошо, что наконец-то
очухался. Ты пошто, мил дружок, ко мне пожаловал, на поляну заветную
ступил-зашел да избушку мою испугал чуть не до смерти? Она, слышь-ка,
так раскудахталась, что я чуть с печи не свалилася да последней ноги не
лишилася.

324

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Говорит она так, будто сердится, а глаза смешинками светятся. Поглядела на Федора еще раз в упор, помолчала чуток и добавила:
— Да ты сядь, успокойся, сердешный, что ж стоймя-то стоять, в ногах
правды нет.
Федор бухнулся на лавку мешок мешком, а поджилки у него, бедолаги, дрожат, и язык онемел совсем, будто стужею лютою схваченный.
Попытался он справиться с немочью, прошептал еле слышно медленно:
— День вам добрый и здравия крепкого, бабушка.
И добавить к тому ничего не смог, ни единого ни словечишка. А хозяйка все мигом смекнула, подхватилась и кружку с питьем поднесла.
Лишь хлебнул он из кружки разок-другой, так всю немочь его как рукой сняло́. И вдохнул он полной грудью себе воздуха, разом выдохнул
и промолвил:
— Спасибо вам, бабушка.
— Ишь, любезный какой правнучек,
глянь-ка, выискался, — п
​ осмея­
́
лась она, — ​а на добром слове — ​спасибочки. Оно, знаешь ли, Федя, волшебную силу имеет, слово-то, хоть бы снег растопить, хоть бы сердце
согреть сумеет.
— А откуда вы имя мое знаете? Или я во сне, в тяжелом забытье сам
себя так называл?..
— Да о чем ты, милок, говоришь?!
Как же мне-то и не знать, кто по́
жаловал! Да ты точно не проснулся еще… бабушкой вот кличешь-называешь. А я как-никак сама Баба Яга. Баба Яга костяная нога. Нешто не
слыхал, голубчик?
Встала бабка при таких словах, макушкою вверх потянулась, плечики
распрямила, руками повела, ногами дроботнула, лукаво взглянула, будто
спросила: «Ну, как, признаешь?»
— Ой, — в​ оскликнул с удивлением Федор, — д
​ а неужто вы, бабушка…
уж простите меня, неразумного, но на Бабу Ягу вы… того… непохожая.
На селе у нас дед Игнат живет, «дед — ​сто лет» прозываемый, да и бабка
Курга, и юродка Сума, — в​ се про Бабу Ягу порассказывали: будто нос нее
в потолок сам врос, будто грязная она да ленивая, и что юбка у нее вся заплатанная, а под печкой она косточки держит от детишек изжаренных. Да
и сам я про такое в книжках читал… Вы же — в​ он какая ладная-складная,
вся из себя опрятная, можно сказать, нарядная, да и печка у вас цветами
разрисованная, непохоже совсем, чтоб там косточки невинные хранилися.
А старуха, услыхав таковы слова, засмеялась так, что чуть не подавилась, закашлялась даже, хохоча, и потом едва успокоилась. Успокоившись
же, говорит ему:
— Ты уж, Феденька, учти — у
​ читывай, что иной раз, чем ширше молва, тем в ней больше вранья. Да и то всякий раз еще нужен сказ, для чего

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

325

и про что молву навязывают. Вот, в пример, чтоб детей пугать, напридумали им страх нагонять, сочиняя мне такое обличье, что хорошим назвать уж
никак не можно. А при обличье худом легче выдумать, что творится что-то
ужасное. Зато вспомни Ивана-царевича и Ивана, сына крестьянского: кто
им стал помогать — ​из беды выручать? Так то была сестра моя старшая.
Да и сама я тож на помощь горазда, коли добрый человек обратится. Вот
как ты, например. Ой, да что это я гостя разговорами кормлю! Давай-ка,
мил дружок, к рукомойнику иди, ополоснись да за стол садись, хлебасоли отведай. Подкрепись хорошенько, а потом мне дров наколешь да
воды натаскаешь. А уж я тебе баньку зато истоплю, как попаришься, так
будто родишься сызнова.
— Благодарствуйте на добром слове, бабушка… — чуть запнулся
было Федор, но нашелся, — ​хозяюшка. Да только некогда мне хлебомсолью угощаться да банькой пробавляться. Надобно мне батюшку свово
выручать, стадо его отыскать да в село привесть, чтобы лиху беду отвесть.
— Ишь, торопыга какой, — ​проворчала, хмурясь, Яга, — ​а ты, мил
человек, поспешать-то поспешай, да по уму поступай, а не то еще, неровен час, пропадешь и сам ни за грош. Да и не сыщешь ты стадо запросто
так, Федечка, к нему сила колдовская приложена. И стоит-лежит оно
себе в лесу заговоренное, от людского глаза схороненное, от звериного
нюха отвороченное. И покамест день-ночь еще раза три не обернется,
ничегошеньки с ним не случится, да и с батюшкой твоим не приключится. Ты послушай меня, старуху старую. Худого ж тебе я не присоветую,
дурного не понаветаю. Не побрезгуй бабкиным угощением, не суди да не
ряди без размышления.
Хотел было Федор ей что-то возразить, да, взглянув на Ягу, лишь
вздохнул глубоко, головой мотнул, сел за стол да и откушал досыта репы
пареной да картошки жареной. Квасом запил и почувствовал, будто сила
в нем растет небывалая и вся внутри движком движется, то ли горы двигать просится, то ли реки вспять поворачивать.
— Что, касатик, тебе, чую, поработать хочется? — ​хохотнула Яга. —
Так не мешкай ты, принимайся, как договорено. Пойди дров наколи да
воды наноси, баньку будем топить жаркую.
Вышел Федор на двор да топором стал махать, и через полчаса уж целую поленницу понавыстроил. И воды наносил, и крышу починил, а усталости так и не почувствовал.
— Чем же ты накормила меня, Яга бабушка?
— Чай, сам видал, да и сам едал. А лучше ты, милок, время на слова
не трать, в баньку жаркую ступай, возвращайся ко мне добрым молодцем.
Как вернулся Федор из бани, завела Яга разговор с ним, повела речь
печальную:

326

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Почитай, триста лет назад, Феденька, заявилось к нам из заморских
мест Чудо-Юдо поганое-подлое, привело с собою приспешников и обманным путем сокрушило-сгубило хозяина здешнего леса. Завело оно порядки
мерзкие, изведя все грибы да ягоды, натравив всех подряд друг на друга.
Лешие вон даже рыдают, а русалки хвосты теряют, две кикиморы уже повесились. Деревья с кустами сохнут, зверье не плодится, земля стонет… Ох,
беда бедная, горюшко горькое! Мне-то изверг не может вреда причинить, но
и я ему тож — н
​ апрямую. Что же делать? Собрался лесной народ, порешил
бить врага о святой заклад, а заклад тот — ​стадо отца твоего, слышь-ка,
батюшки Прохора.
— Как же так! — ​не сдержался Федор. — ​Ведь то стадо вовсе не наше,
со всего села оно собранное.
— В том и дело все: в стаде том не коровы да овцы одни пасутся, а доверье народа скре́плено. Да только изверг про то уж как-то прознал, да
и наложил колдовское заклятие, и покуда оно на скотинушке держится,
победить супостата нельзя.
— Ну, а я-то в чем тут помочь могу? — в​ зять не мог Федор в толк никак.
— Кхе-хе-хе, — ​кашлянула старуха, — ​как-то был у меня чужестранный гость, — т​ ак, болтун-пустозвон, принесла ж сюда его нелегкая, так он
брякнул мне, мол, у вас, Яга, имеется… как ее… миссия. А по-нашему —​
доля-судьбинушка. Так вот, Феденька, ты учти-прими, что спасти наш
лес — т​ воя миссия, судьба то есть, долюшка. Коль найдешь заклад — с​ тадо
батюшки, да заклятье с него отведешь, обратится в дым, пропадет навек
Чудо-Юдо поганое, подлое. А и сроку тебе выпало, пастуший сын, лишь три
дня да три ночи, не более. Рыщет-ищет тебя повсюду враг, чтоб на службу
себе поставить, а коли нет — ​так и изничтожить…
— Как же я смогу! Я ж пастуший сын, не колдун какой и не богатырь
совсем!
— А учили тебя, неразумного, чтобы старших послушать, не переча им
да не перебиваючи?! — ​грозно гаркнула Баба Яга, и тут понял он вмиг, что
бывает и страшной бабушка. — ​Значит, так порешим. Ты ложишься спать
тут, на лавочке. А проснешься уже в чистом полюшке, головою на крепком
камушке. Ты тот камушек забери с собой, пригодится в пути твоем дальнем.
Дам тебе я клубочек чудесный (зря ли пряжу пряду ежеденно!), он дорогу
проложит верную. Ты за ним иди, да не мешкая, остановишься, где укажет
он. Там откроешь плакончик вот этот, капнешь капельку из него на грудь,
сразу станешь для всех невидимым. Заиграешь тогда на свирельке своей,
стадо сразу же и очнется.
— И делов-то?! — ​воскликнул Федор.
— Ты сперва пройди, сделай все, как положено, выполни, а потом хвались, коли хочется, — ​вновь одернула бабка парня. — ​Да глазную водицу

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

327

в плакончике береги, на груди держи, за пазухой, никому не давай, кто бы
как бы тебя ни упрашивал… а то быть беде.
Как улегся на лавку Федор, провалился он в сон глубокий сразу, а проснулся, как и сказала Яга, ранним утром во поле чистом, а под головою
лежал белый камень. Встал-повстал, потянулся спросонок, приподнял
белый камень — ​ох, тяжеленький, да только что тут поделаешь. Заглянул
в котомку дорожную: там краюха хлеба лежала, фляга воды и льняной клубок. Положил он камень в котомку, потянулся за хлебушком, а клубок из
котомки выскочил да и покатился к ближнему лесу. Да так быстро он покатился, что еле Федор поспевал за ним.
И бежал он без сна, без роздыха день-деньской и всю ночь напролет,
а наутро на кочку наткнулся да об нее и споткнулся, на земле во весь рост
растянулся. А котомка, упав, развязалась, и все из нее рассыпалось. Вдруг
из-под земли пред ним волк преогромнейший выскочил, встал и лапы на
груди по-людски сложил. А из-под шерсти у него лоскутья одежные торчат,
и глаза по-человечьему смотрят. Зарычал волчище, зубами защелкал, но
под рукою у Федора бел камень оказался, он его и швырнул в зверюгу. Тот
споначалу на бок повалился, головой затряс и хотел было на четыре лапы
встать, да откуда ни возьмись, к нему две кикиморы как подскочат, и давай
щекотать, пока он от визга-смеха своего сам не извелся да под землю опять
не провалился. Федор кикиморам не успел и поклониться, как они прочь
ускакали, словечка ему не сказали.
Собрал он нехитрый скарб свой в котомку, побежал опять за клубочком. Прыгал, обходя пенечки да кочки, снова день-деньской и целую ночь,
и опять целый день, а к вечеру в самой чаще глубокой, темной встал клубок,
прямо как вкопанный. От нежданности этой опять наш бегун споткнулся
и снова упал. А тут — г​ лядь-поглядь — в​ ыходит к нему из-за дерева красна
девица, вся собою красавица писаная, улыбается сквозь слезы и молвит:
— Наконец-то ты пришел, спаситель мой, истомилась я в чаще темной!
Три-то дня не пила — ​не ела, три-то ноченьки не спала уже. Заблудилась
я, заплутала в лесу, не найти мне дорогу до́ дому. Помоги ты мне, не останусь в долгу, награжу тебя златом-се́ребром.
— Что ж, красавица, помогу тебе, — о
​ твечает ей Федор, вставая, — п
​ огоди лишь чуток, дело есть одно, как спроворю его, сразу вместе пойдем.
Он достал из-за пазухи плакончик, что Яга давала с наказом. Увидала
его красна девица, задрожала вся и взмолилася:
— Дай глотнуть мне хотя бы капельку, жажда мучит меня нестерпимая.
Начал Федор ее урезонивать, мол, не можно никак, не положено, а она
вдруг ногою топнула и в змею превратилась страшную: капюшон на голове
раздувается, на хвосте погремушка грохочет. И, подпрыгнув, как кинется
к молодцу, он и камень свой не успел поднять. Только тут клубок под-

328

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

скочил, ровно мяч, да и щелкнул ее прямо по носу. Сразу рухнула наземь,
усохнув, стала вмиг неподвижной веткой. Покачал головою Федор и для
верности камнем ее приложил. Как ударил камень по сучьям, так та ветка
под землю ушла.
А из тьмы ночной непроглядной вдруг выходит к нему медведица, вся
черным-черна, будто тень сама — ​ни единого светлого пятнышка. Стонет
стоном и плачем плачет, обращаясь с протянутой лапою:
— Здравствуй, Федор — п
​ астуший сын! Помоги мне в беде житейской:
одели медвежаток хлебушком. Нечем их накормить мне, бедной, третий
день они плачут от голода.
Федор — ​к торбе, а торбы-то нет. И куда же она подевалась?! Не бросал нигде, не терял ее, а вот надо же — ​запропастилась. Он нахмурился да
плечами пожал, а потом говорит со вздохом:
— Ты прости, медведица-матушка, не могу сыскать тебе хлебушка. Уж
не знаю, как деткам твоим помочь, не серчай на меня, не гневайся.
Зарычала медведица в ярости:
— Как посмел отказать мне, негодный! Как посмел утаить краюху!
Коли хлеба не дашь, сам пойдешь на обед, загрызу я тебя, заломаю!
И пошла на него медведица, а он встал столбом — ​и не двинется. Тут
клубочек опять подпрыгнул, размотал пряденую нитку и набросил на́ руку
молодцу. Вздрогнул Федор и вспомнил сразу, что сказала Яга про долю,
брызнул в грудь себе глазною водицей. Заревела медведица страшно, принялась наугад кидаться, да не может найти она Федора. А тот быстро свирель из кармана достал и, к губам приложив, заиграл-задудел. В диком
крике зашлась медведица, так что лес от него содрогнулся. Черным дымом
заволокло ее, с головы и до пят всю окутало. Растянувшись столбом, дым
понесся ввысь и растаял бесследно в небе.
И на все голоса разной громкости замычало-​заблеяло стадо, прибежали
коровы с овцами, головами и крутят, и вертят, и понять ничего не могут:
не видать пастуха нигде. Федор сам стоит, взять не может в толк: как избавиться от невидимости? И стоял бы он, бедолага, коли б помощь с небес
не поспела. Прилетела к нему птица чудная,
осенила крылом, задев плакон.
́
Пролилася глазная водица на Федора, и он снова стал, как допреж того:
голова, руки-ноги на месте и явственны.
И повел Федор стадо до дому, до батюшки да и до сельчан своих.
В мыслях он Яге поклонился, но зайти к ней опять не решился. Только
с той поры разлетелась молва, что в селе его вся как есть заговоренная
скотинушка: никогда не бывает с ней мора, дикий зверь стороной обходит.
Да и люд будто там особый: ни скандалов, ни сплетен, ни хвори. И в достатке все поживают, одним словом — благодать, да и только. Вот бы так
и в других местах, да по всей по России-матушке!

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

329

Баба Яга и мировые проблемы
(И.В. Вачков)
Нет, ну все было абсолютно неправильно! Все не так. С точностью
до наоборот.
Кикиморы бы лопнули со смеху, если бы узнали. Но кто ж им скажет? Кот не проболтается, он свою шкуру любит и ценит, а за длинный
язык можно и совсем без шкуры остаться — ​это он прекрасно знает.
Серый Волк не слишком разговорчив, трезвонить не станет и по более
серьезным поводам (хотя уж, наверное, и так все серьезно) и, судя по
его взгляду, все понимает и сочувствует. А глупые гуси-лебеди вообще
ничего не заметили.
Главное — ​совершенно непонятна была причина происходящего.
Конечно, у Бабы Яги было несколько версий, но какая из них истинная,
она понятия не имела. Может быть, и все — ​в том смысле, что каждая
из возможных причин внесла свой вклад, а вместе они и привели к этому
невеселому результату.
Во-первых, газопровод, который проложили прямо по опушке волшебного леса. В сам лес, разумеется, строители не сунулись, они его
вообще не видели, но раньше на пушечный выстрел техника к крайним
деревьям не приближалась, а здесь экскаваторы нахальные ямы роют,
тракторы урчат… Чуть заветный дуб не свернули.
Во-вторых, самолеты. Отродясь не было такого, чтобы над лесом
кто-то, кроме птиц да летающих ковров, свои воздушные трассы прокладывал, да и то все старались делать это только в отсутствие Бабы
Яги, дабы не беспокоить. Ну еще, бывало, Змей Горыныч в гости заявится, или Огненный Змей безалаберно нарушит воздушное пространство.
А в последнюю неделю каждый божий день прямо над избушкой, чуть
не задевая трубу, с ревом проносились самолеты. Хорошо хоть бомбы
на лес не бросали.
В-третьих, странное поведение Иванов-царевичей, на которое Баба
Яга обратила внимание не так давно — ​с год назад, пожалуй. А странность состояла в том, что они, регулярно появляясь на поляне перед
избушкой на курьих ножках, в саму избушку не заходили и с Бабой Ягой
в контакт не вступали. Постоят, посмотрят, помнутся —​ и назад. Баба
Яга начала подозревать, что появился еще какой-то способ попасть
в волшебный лес, минуя ее избушку, которым Иваны и пользовались.
Это ее сильно беспокоило.
Может быть, все перечисленное и не было причиной странных событий, а было всего лишь следствием какой-то одной причины, Бабе
Яге неизвестной…

330

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Началось все со ступы. Она вдруг забарахлила, а потом категорически отказалась ехать. То есть совсем не заводилась. Что только Баба Яга
ни делала, но ступа не желала двигаться с места. Затем наливное яблочко
на тарелочке перестало давать картинку, хотя кататься каталось.
Дальше — х
​ уже.
Скатерть-самобранка прикинулась самой обычной скатертью: не то
что никаких блюд — д
​ аже голоса не подает! Неожиданно и очень быстро
покрылся ржавчиной меч-кладенец, и Баба Яга была почти уверена, что
свои волшебные свойства он тоже потерял. Богатырский конь почти
ничего не ел, сильно похудел и печально косился на хозяйку мутным
глазом.
Почуяв неладное, Баба Яга решила испытать путеводный клубок. Он
безжизненно упал на тропинку и никуда не покатился.
Отдельные заклинания Бабы Яги еще действовали, но как-то криво.
Одним словом, все было неправильно.
Однажды утром, когда Баба Яга варила согласно старому, многажды
проверенному рецепту и уже по цвету отвара видела, что это не зелье,
а кипяток с вредными травами, в пол ее избушки снизу вежливо постучали.
Это тоже было неправильно. Обычно гости требовали от избушки
поворота на 180 градусов и входили сами.
— Давненько никого не заносило, — ​проворчала Баба Яга и сама
дала команду избушке.
Та с минуту размышляла, потом нехотя повернулась.
Баба Яга приоткрыла дверь. Сначала никого не увидела, потом обнаружила между курьих ножек мальчика и девочку, которые, задрав
головы, таращились на нее.
— Guten Tag! — х
​ ором сказали дети.
Баба Яга чуть не свалилась с порога.
— Мир сошел с ума, — ​констатировала она сама себе. — ​Раньше
все было как положено. Я воровала детишек — ​всегда наших, родимых,
славянских — ​притаскивала к себе… А тут дети сами приходят и то не
те — ​немецкие. Тьфу! Дух совсем не тот! Хотя нынче уже не до жиру…
Заходите!
Она опустила лестницу, дети поднялись в избу. Баба Яга указала
им на лавку.
— Значит, так. Вы теперь в моем мире. Сказочном. А в моем мире
проб­лем с языком не бывает. Все друг друга понимают. Кто такие? Как
зовут?
Дети удивленно переглянулись и по очереди представились.
— Гретхен.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

331

— Гензель.
— Те самые, что ли? — ​пришел черед удивляться Бабе Яге. Увидев
недоумение на лицах детей, добавила: — ​Мы тоже не лаптем щи хлебаем — ​читала я этих ваших братьев Гримм. И как же вы, милые мои,
в наших краях-то оказались?
Гретхен кивнула брату, предлагая ему взять на себя обязанность
объясниться. Мальчик чуть вздохнул.
— Мы вас тоже знаем. Вы славянская Баба Яга. У нас есть похожая…
э-э… бабушка — ф
​ рау Холле.
— Знакомы… — б
​ уркнула Баба Яга. — Т
​ а еще злючка.
— Честно говоря, мы сами не ожидали, что здесь окажемся, — п
​ родолжил Гензель. — П
​ росто, когда началась вся эта путаница, мы решили
поглубже в лес уйти, ну, в смысле — в​ сказку. Шли, шли и вот почему-то
нас сюда вынесло.
— Какая такая путаница? — с​ трого спросила Баба Яга.
— Путаница в сказочном мире. То здесь прорвет, то там. Правила
нарушаются, порядка не стало — н
​ е совсем, конечно, но не так, как нужно. Опять же медиумы и цаубереры всякие не в свои дела лезут.
— Ты, Гансик, нормально объяснить можешь? — ​несмотря на ласковый тон, Баба Яга начала злиться.
— Давайте я попробую! — п
​ ришла на помощь брату Гретхен. — В
​ последнее время в нашем сказочном мире стало происходить что-то странное. Я слышала, как взрослые говорили, что границы между сказочным
и реальным миром становятся прозрачными. Или уже не такими прочными. И это все из-за того, что давит материальная реальность, ломает
эти границы, уничтожает нашу реальность, как ее… мифологическую!
— Вот оно как, — ​задумчиво произнесла Баба Яга, пожевав губами. — ​Выходит, не только у нас, но и везде подобное творится. Сказочный миропорядок рушится… И внутри сказочного мира дополнительные
проходы открылись, раз вы из германского фольклора в славянский попали. А что же вы, кстати, сами правила не соблюдаете? Почему избушке
не скомандовали развернуться? Стучать взялись…
— Мы не знали, что надо делать. Мы ваши сказки плохо знаем, —​
попытался оправдаться Гензель.
— Ладно. Значит, это не личные мои проблемы, как я сдуру подумала. Решила, что старею, магическую хватку теряю. А дело-то не в этом.
Надо с Кощеем связаться, может, он что-то еще знает.
Баба Яга потянулась было по привычке, к блюдечку с наливным
яблочком, но там картинка по-прежнему отсутствовала.
— Другие способы надо пробовать, — п
​ робормотала Баба Яга, оглядываясь вокруг.

332

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Взгляд ее упал на старое зеркало, покрытое пылью.
— Ага! Этим я давно не пользовалась, может, еще работает. Ну-ка,
Гансик, держи зеркало. Вот сюда наклони, в эту сторону. А ты, Греточка,
возьми тряпочку, пыль с него сотри.
Баба Яга начала бормотать заклинание. Пришлось повторить его
трижды, прежде чем поверхность зеркала посветлела, прояснилась и на
нем проступила крайне печальная физиономия Кощея Бессмертного.
Связь была ненадежная, изображение мерцало.
— Помираю я, Ягишна. Как есть помираю... — ​вместо приветствия
произнес Бессмертный слабым голосом.
— Да ты уже третью тысячу лет помираешь, а может, и четвертую, да
все никак не помрешь, — с​ варливо сказала Баба Яга. — Ч
​ его случилось-то?
— Да что-то плохо мне, Ягишна. Все из рук валится. Не то что меч
свой стопудовый поднять не могу — д
​ аже булаву вполовину меньше весом
с трудом подкидываю. Конь мой волшебный летать отказывается и всякие
ужасы про людской мир рассказывает. Волшебство мое почти не действует. А хуже всего то, что карта с расположением волшебного дуба, где яйцо
с иглой спрятано, по рукам ходит! Как это говорят… Растиражирована!
— И много попыток было до иглы добраться? — п
​ олюбопытствовала
Баба Яга.
— Дык ни одной! Неинтересно им, видишь ли. Странные какие-то они
стали — ​Иваны-царевичи и Василисы. Шастают по моему царству тудасюда, чего хотят, непонятно. И другие, незнакомые люди объявились, но,
похоже, эти вообще не наши. Конь говорит, что они из реального мира.
Как их… экстрасенсы, парапсихологи хреновы…
— Ну-ка, ну-ка, давай об этом поподробней!
— Да не знаю я подробностей. Конь мой вещий говорит: защита пробита. Слишком много колдунов и магов стало в людском мире, они всем
скопом в Навь лезут, чуть не экскурсии водят. От того все беды.
— А где именно защита пробита?
— А этого никто не знает. Я давеча с Мерлином разговаривал. У них
тоже всякие несуразности творятся, но гораздо меньше, чем у нас. Потому
подозреваю, что в наших краях проход открылся, а от нас уже волна по
всему сказочному миру прокатилась.
— Вот оно что! — л
​ ицо Бабы Яги приобрело крайне озабоченное выражение. — ​Как же я такое пропустила! Ведь моя это работа — ​границы
стеречь. Эх, и на старуху бывает проруха… Ладно, Кощеюшка, спасибо
тебе. Ты все-таки на всякий случай яйцо-то с иглой перепрячь. Мало ли
что в голову придет какому-нибудь экстрасенсу! Конец связи.
Зеркало потемнело, Кощеево лицо исчезло. Баба Яга повернулась
к детям.

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

333

— Вовремя вы у меня объявились. А хорошо бы и пораньше. Ясна теперь задача — н
​ адо проход искать, то место, где на границе миров защита
пробита. Только как же я искать буду? Ступа-то не действует, а пешком
далеко не уйдешь…
В этот момент из-за печки высунулась волчья морда. Оказывается,
Серый был здесь, все видел и слышал, но помалкивал до поры.
— Огненный Змей, — ​сказал Волк и опять скрылся.
— Умница! — ​отреагировала Баба Яга. — ​Он-то нам и нужен. Горыныч с такой задачей не справится: неповоротлив, да и туповат. ЗмейЛюбака-то, конечно, тот еще злыдень, но зато много чего знает и умеет.
Вовек бы к нему не обратилась, но сейчас уж выбирать особо не приходится… Давайте-ка, детишки, помогите мне печку растопить, да посильнее:
надо Огненному Змею сигнал дымом подать. Авось, сообразит, что он
нам нужен, магические-то средства связи кончились.
Пока Гензель бегал за дровами, Гретхен открыла заслонку печи и принялась убирать золу и уголь, а Баба Яга искала спички. Вскоре огонь полыхал в печи, старательно отправляя в пространство дымовые сигналы.
Огненный Змей не заставил себя ждать.
В небе загрохотало, и нечто, напоминающее слегка приплюснутый
шар с хвостом, сверкая и рассыпая искры, вынырнуло из облаков и спикировало прямо в печную трубу навстречу клубам дыма. Через секунду из
печи вывалился очень красивый парень, от кафтана которого так и несло
жаром и копотью. Парень быстро отряхнулся — ​вокруг полетели искры
и сажа — ​и с интересом окинул взором избу. Взгляд его плотоядно задержался на Гретхен.
— Ты на детей-то не засматривайся, альфа-самец недоделанный! —​
рявкнула Баба Яга так грозно, что молодец тут же потупился и робко
произнес:
— День добрый, Егибишна! А что я? Я ничего… Зачем звала?
Баба Яга с минуту хмурила брови, свирепо поглядывая на Змея, но
потом смилостивилась.
— Знаешь, что в нашем мире происходит?
Огненный Змей догадливо кивнул:
— А то как же, Егибишна! Знаю. Магия и волшебство утекают. Даже
у меня порой пробуксовки и проколы случаются.
— Где именно защита пробита, тебе известно? Ты ж, говорят, все­
знающий, демоническая сила…
— Клевещут люди, — ​парень развел руками, вперив наглые голубые
глаза в переносицу Бабы Яги (было непонятно только, что он имел в виду:
о чем клевещут — ​что всезнающий или что демоническая сила). — ​Чую
только, что это у нас магическая граница прорвана, недалеко где-то.

334

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Конь на ходу? — ​деловито спросила Баба Яга.
— Уже на поляне ждет, — ​скромно сообщил Змей.
— Гансик, Греточка, вы здесь пока оставайтесь, — ​распорядилась
Баба Яга и, подхватив помело, направилась к двери.
Баба Яга не очень любила летать. Вопреки устоявшемуся мнению, она
предпочитала в ступе ездить. По земле, по травке. Однако в сложившейся
ситуации выбора у нее не было: во‑первых, сверху было виднее, во‑вторых,
крылатый конь Огненного Змея к передвижению по горизонтальной поверхности был не приучен.
Поиски места прорыва продолжались уже четвертый час.
Бабу Ягу слегка укачало, волшебный конь, судя по вздымавшимся
бокам, подустал, только Огненный Змей неутомимо выделывал в воздухе замысловатые пируэты, которым позавидовал бы любой земной
летчик-ас.
Наткнулись они на место пробоя в волшебной защите в общем-то
случайно. Оно находилось не на границе сказочного дремучего леса, как
логично было предположить, а гораздо глубже, в самой чащобе. Потоки
магии, закручиваясь спиралями, всасывались в середину здоровенного
кратера, как вода в сливное отверстие ванны. Вокруг были разбросаны
покореженные деревья, выдернутые с корнем, трава почернела, как после
пожара, обугленные кусты мелко дрожали.
— Мать честная... — ​пробормотала Баба Яга, заставляя волшебного
коня снизиться.
Подойти к кратеру оказалось трудно. Магическая энергия сбивала
с ног, будто порывы ураганного ветра. Огненный Змей, снова обернувшийся юным красавчиком, уцепился за ствол орешника и двигаться дальше
не рискнул.
— Эй, Егибишна! — ​заорал он, стараясь перекричать шум и вой. —​
Не суйся туда! Сгинешь!
— Пробой заткнуть надо! — к
​ рикнула в ответ Баба Яга. — И
​ наче все
сгинем!
Хорошо, что она захватила помело. Старое надежное средство на этот
раз послужило не рулем или следозаметателем, а инструментом защиты
от бушующей магии и даже в определенной мере помогало укротить и использовать ее энергию. Если бы не помело, нипочем Бабе Яге не добраться
до края огромной ямы.
Что происходило внизу, в сплошном водовороте волшебной стихии,
было не разобрать. Баба Яга не стала задумываться: задумаешься — ​засомневаешься, засомневаешься — ​дрогнешь, ну а дрогнешь — ​так и назад повернешь. А поворачивать назад никак было нельзя: сказочный мир
пропадает…

Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге

335

Почему она не сломала шею, да, собственно, вообще ничего не сломала, когда кубарем катилась на дно кратера, так и осталось для нее загадкой. Старые кости выдержали, хотя хруст стоял знатный. Баба Яга
даже не успела удивиться сему факту, поскольку вынуждена была проявить изрядное проворство, несвойственное ее возрасту, и вскочить на
ноги. Иначе с ходу бы влетела в пасть огромного паука, вольготно расположившегося у не слишком широкого отверстия, куда с воем и свистом
вливались магические потоки.
Бой бы коротким.
Все-таки Баба Яга была на своей территории. И бушевавшая вокруг
магическая энергия была родной, сказочной. А паук был нездешним, иномирным, чужим. Баба Яга могла управлять сказочной магией, а паук мог
ее только жрать, черпая уродливыми конечностями из протекавших мимо
потоков.
И он позорно бежал, каким-то чудом протиснув свою тушу в отверстие на дне кратера. Баба Яга не собиралась его преследовать, на
кой ей сдался какой-то паук! Просто нужно же было остановить выливающуюся куда-то магическую энергию. Поэтому она и полезла в это
отверстие.
Путь был неблизким и неприятным.
Магическая энергия, обтекавшая Бабу Ягу со всех сторон, конечно,
придавала ей сил, но одновременно с этим мешала, сбивала с ног, швыряла от стены к стене в узком проходе. Все это происходило в густой, как
кисель, кромешной тьме, в которой было трудно дышать.
— Что я диггер, что ли? — ​бормотала Баба Яга. — ​Мне по пещерам
лазать не положено. Опять же возраст уже пенсионный. Нашли молодку — ​сказочный мир спасать…
Ее бормотания никто не слышал, но так вроде идти было легче.
Наконец ход закончился, если судить по результатам ощупывания
стены, очень узкой щелью, через которую и вытекала магическая энергия.
Задача оказалась несложной: нужно было просто закрыть чем-то эту щель
(кстати, как через нее паук-то просочился?). Проблема состояла в том,
что закрыть ее было абсолютно нечем. Не позаботилась Баба Яга ничего
подходящего или даже не совсем подходящего с собой захватить.
У Бабы Яги не было совсем ничего, кроме одного — ​ее самой. Она
вздохнула, почесала нос, поправила сбившийся платок.
Ее тощая, сгорбленная старушечья спина перекрыла щель вполне
удачно. Баба Яга вытянула ноги. Магическая энергия теперь била ей
в лицо, омывала ее и постепенно теряла силу. Напор слабел.
Но она знала, что вставать ни в коем случае нельзя, иначе поток вновь
устремится в эту дурацкую щель.

336

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

«Интересно, — ​подумала Баба Яга. — ​Сколько я выдержу? А когда
помру, ведь свалюсь, наверное? Тогда дырка снова откроется. Постараюсь
подольше…»
Солнце било прямо в глаза сквозь сомкнутые веки. «Опять кто-то
дверь в избу не закрыл!» — ​раздраженно подумала Баба Яга и, сделав
ладошку козырьком, открыла глаза. Она лежала на лавке в своей избушке.
Рядом сидел Серый Волк и, кажется, улыбался.
— Серый, а как же дырка-то в проходе? — с​ похватилась Баба Яга.
— Заделали дырку. Основательно. И весь проход засыпали, — р
​ аздался откуда-то голос Гретхен. — ​Когда вы в яму прыгнули, Огненный Змей
всех поднял по тревоге. Там все собрались: и Кощей, и Змей Горыныч,
и Водяной с русалками, и кикиморы… Иван-царевич вас в проходе нашел
и дырку заделал. А потом эту яму вовсе закопали, чтобы уже наверняка.
— Ну и хорошо, — ​сказала Баба Яга. — ​А откуда там паук этот злокозненный взялся?
— Из Интернета, — о
​ тветил Волк, зевнув. — И
​ з Всемирной паутины…
Баба Яга расслабленно вытянулась на лавке. Сказочный мир был спасен, опасность вторжения материальной действительности и исчезновения магии была устранена.
По крайней мере — п
​ ока.
Но Баба Яга хорошо понимала: раз границы между мирами становятся
все более хрупкими, сказка остается под угрозой. Люди все меньше верят
в сказку, но верят шарлатанам, вламывающимся в человеческое бессо­
знательное с черного хода и беззаботно нарушающим границы чудесного
и тайного.
И еще Баба Яга помнила о своем предназначении и знала, что, пока
она стоит на страже границ, все будет хорошо.

Приложение 3. Русские народные
сказки о Бабе Яге
Баба-яга
Жили себе дед да баба; дед овдовел и женился на другой жене, а от
первой жены осталась у него девочка. Злая мачеха ее не полюбила, била ее
и думала, как бы вовсе извести. Раз отец уехал куда-то, мачеха и говорит
девочке: «Поди к своей тетке, моей сестре, попроси у нее иголочку и ниточку — ​тебе рубашку сшить». А тетка эта была баба-яга костяная нога.
Вот девочка не была глупа, да зашла прежде к своей родной тетке.
«Здравствуй, тетушка!» — ​«Здравствуй, родимая! Зачем пришла?» —​
«Матушка послала к своей сестре попросить иголочку и ниточку — ​мне
рубашку сшить». Та ее и научает: «Там тебя, племянушка, будет березка
в глаза стегать — т​ ы ее ленточкой перевяжи; там тебе ворота будут скрипеть и хлопать — ​ты подлей им под пяточки маслица; там тебя собаки
будут рвать — ​ты им хлебца брось; там тебе кот будет глаза драть — ​ты
ему ветчины дай». Пошла девочка; вот идет, идет и пришла.
Стоит хатка, а в ней сидит баба-яга костяная нога и ткет. «Здравствуй,
тетушка!» — «
​ Здравствуй, родимая!» — «
​ Меня матушка послала попросить
у тебя иголочку и ниточку — ​мне рубашку сшить». — «Хорошо; садись покуда ткать». Вот девочка села за кросно1, а баба-яга вышла и говорит своей
работнице: «Ступай, истопи баню да вымой племянницу, да смотри, хорошенько; я хочу ею позавтракать». Девочка сидит ни жива, ни мертва, вся
перепуганная, и просит она работницу: «Родимая моя! Ты не столько дрова
поджигай, сколько водой заливай, решетом воду носи», — и
​ дала ей платочек.
Баба-яга дожидается; подошла она к окну и спрашивает: «Ткешь ли,
племянушка, ткешь ли, милая?» — ​«Тку, тетушка, тку, милая!» Баба-яга
и отошла, а девочка дала коту ветчинки и спрашивает: «Нельзя ли какнибудь уйти отсюдова?» — ​«Вот тебе гребешок и полотенце, — ​говорит
кот, — ​возьми их и убежи; за тобою будет гнаться баба-яга, ты приклони
ухо к земле и как заслышишь, что она близко, брось сперва полотенце —​
сделается широкая-широкая река; если ж баба-яга перейдет через реку
и станет догонять тебя, ты опять приклони ухо к земле и как услышишь,
что она близко, брось гребешок — ​сделается дремучий-дремучий лес;
сквозь него она уже не проберется!»
1

Кросно — ткацкий станок.

338

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Девочка взяла полотенце и гребешок и побежала; собаки хотели ее
рвать — ​она бросила им хлебца, и они ее пропустили; ворота хотели захлопнуться — ​она подлила им под пяточки маслица, и они ее пропустили;
березка хотела ей глаза выстегать — ​она ее ленточкой перевязала, и та ее
пропустила. А кот сел за кросна и ткет: не столько наткал, сколько напутал.
Баба-яга подошла к окну и спрашивает: «Ткешь ли, племянушка, ткешь ли,
милая?» — ​«Тку, тетка, тку, милая!» — о
​ твечает грубо кот.
Баба-яга бросилась в хатку, увидела, что девочка ушла, и давай бить кота
и ругать, зачем не выцарапал девочке глаза. «Я тебе сколько служу, — ​говорит кот, — ​ты мне косточки не дала, а она мне ветчинки дала». Баба-яга
накинулась на собак, на ворота, на березку и на работницу, давай всех ругать
и колотить. Собаки говорят ей: «Мы тебе сколько служим, ты нам горелой корочки не бросила, а она нам хлебца дала». Ворота говорят: «Мы тебе сколько
служим, ты нам водицы под пяточки не подлила, а она нам маслица подлила».
Березка говорит: «Я тебе сколько служу, ты меня ниточкой не перевязала,
она меня ленточкой перевязала». Работница говорит: «Я тебе сколько служу,
ты мне тряпочки не подарила, а она мне платочек подарила».
Баба-яга костяная нога поскорей села на ступу, толкачом погоняет, помелом след заметает и пустилась в погоню за девочкой. Вот девочка приклонила ухо к земле и слышит, что баба-яга гонится, и уж близко, взяла да и бросила полотенце: сделалась река такая широкая-широкая! Баба-яга приехала
к реке и от злости зубами заскрипела; воротилась домой, взяла своих быков
и пригнала к реке; быки выпили всю реку дочиста. Баба-яга пустилась опять
в погоню. Девочка приклонила ухо к земле и слышит, что баба-яга близко,
бросила гребешок: сделался лес такой дремучий да страшный! Баба-яга стала
его грызть, но сколь ни старалась — н
​ е могла прогрызть и воротилась назад.
А дед уже приехал домой и спрашивает: «Где же моя дочка?» — ​«Она
пошла к тетушке», — г​ оворит мачеха. Немного погодя и девочка прибежала
домой. «Где ты была?» — с​ прашивает отец. «Ах, батюшка! — г​ оворит она. —​
Так и так — ​меня матушка посылала к тетке попросить иголочку с ниточкой — м
​ не рубашку сшить, а тетка, баба-яга, меня съесть хотела».— «Как же
ты ушла, дочка?» Так и так — ​рассказывает девочка. Дед как узнал все это,
рассердился на жену и расстрелил ее; а сам с дочкою стал жить да поживать
да добра наживать, и я там был, мед-пиво пил: по усам текло, в рот не попало.

Гуси-лебеди
Жили старичок со старушкою; у них была дочка да сынок маленький.
«Дочка, дочка! — ​говорила мать. — ​Мы пойдем на работу, принесем тебе
булочку, сошьем платьице, купим платочек; будь умна, береги братца, не
ходи со двора». Старшие ушли, а дочка забыла, что ей приказывали; по-

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

339

садила братца на травке под окошком, а сама побежала на улицу, заигралась, загулялась. Налетели гуси-лебеди, подхватили мальчика, унесли на
крылышках. Пришла девочка, глядь — б
​ ратца нету! Ахнула, кинулась тудасюда — н
​ ету. Кликала, заливалась слезами, причитывала, что худо будет от
отца и матери, — ​братец не откликнулся! Выбежала в чистое поле; метнулись вдалеке гуси-лебеди и пропали за темным лесом. Гуси-лебеди давно
себе дурную славу нажили, много шкодили и маленьких детей крадывали;
девочка угадала, что они унесли ее братца, бросилась их догонять. Бежалабежала, стоит печка. «Печка, печка, скажи, куда гуси полетели?» — «
​ Съешь
моего ржаного пирожка, скажу».— «О, у моего батюшки пшеничные не
едятся!» Печь не сказала. Побежала дальше, стоит яблонь. «Яблонь, яблонь,
скажи, куда гуси полетели?» — ​«Съешь моего лесного яблока, скажу».—
«О, у моего батюшки и садовые не едятся!» Побежала дальше, стоит молочная речка, кисельные берега. «Молочная речка, кисельные берега, куда
гуси полетели?» — «
​ Съешь моего простого киселика с молоком, скажу».—
«О, у моего батюшки и сливочки не едятся!»
И долго бы ей бегать по полям да бродить по лесу, да, к счастью, попался еж; хотела она его толкнуть, побоялась наколоться и спрашивает:
«Ежик, ежик, не видал ли, куда гуси полетели?» — ​«Вон туда-то!» — ​указал. Побежала — с​ тоит избушка на курьих ножках, стоит-поворачивается.
В избушке сидит баба-яга, морда жилиная, нога глиняная; сидит и братец
на лавочке, играет золотыми яблочками. Увидела его сестра, подкралась,
схватила и унесла; а гуси за нею в погоню летят; нагонят злодеи, куда деваться? Бежит молочная речка, кисельные берега. «Речка-матушка, спрячь
меня!» — «
​ Съешь моего киселика!» Нечего делать, съела. Речка ее посадила под бережок, гуси пролетели. Вышла она, сказала: «Спасибо!» и опять
бежит с братцем; а гуси воротились, летят навстречу. Что делать? Беда!
Стоит яблонь. «Яблонь, яблонь-матушка, спрячь меня!» — ​«Съешь мое
лесное яблочко!» Поскорей съела. Яблонь ее заслонила веточками, прикрыла листиками; гуси пролетели. Вышла и опять бежит с братцем, а гуси
увидели — д
​ а за ней; совсем налетают, уж крыльями бьют, того и гляди — и
​з
рук вырвут! К счастью, на дороге печка. «Сударыня печка, спрячь меня!» —​
«Съешь моего ржаного пирожка!» Девушка поскорей пирожок в рот, а сама
в печь, села в устьецо. Гуси полетали-полетали, покричали-покричали и ни
с чем улетели. А она прибежала домой, да хорошо еще, что успела прибежать, а тут и отец и мать пришли.

Василиса Прекрасная
В некотором царстве жил-был купец. Двенадцать лет жил он в супружестве и прижил только одну дочь, Василису Прекрасную. Когда мать

340

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

скончалась, девочке было восемь лет. Умирая, купчиха призвала к себе
дочку, вынула из-под одеяла куклу, отдала ей и сказала: «Слушай, Василисушка! Помни и исполни последние мои слова. Я умираю и вместе
с родительским благословением оставляю тебе вот эту куклу; береги ее
всегда при себе и никому не показывай; а когда приключится тебе какое
горе, дай ей поесть и спроси у нее совета. Покушает она и скажет тебе,
чем помочь несчастью». Затем мать поцеловала дочку и померла.
После смерти жены купец потужил, как следовало, а потом стал думать, как бы опять жениться. Он был человек хороший; за невестами дело
не стало, но больше всех по нраву пришлась ему одна вдовушка. Она была
уже в летах, имела своих двух дочерей, почти однолеток Василисе, —​
стало быть, и хозяйка и мать опытная. Купец женился на вдовушке, но
обманулся и не нашел в ней доброй матери для своей Василисы. Василиса
была первая на все село красавица; мачеха и сестры завидовали ее красоте,
мучили ее всевозможными работами, чтоб она от трудов похудела, а от
ветру и солнца почернела; совсем житья не было!
Василиса все переносила безропотно и с каждым днем все хорошела
и полнела, а между тем мачеха с дочками своими худела и дурнела от
злости, несмотря на то, что они всегда сидели сложа руки, как барыни.
Как же это так делалось? Василисе помогала ее куколка. Без этого где бы
девочке сладить со всею работою! Зато Василиса сама, бывало, не съест,
а уж куколке оставит самый лакомый кусочек, и вечером, как все улягутся,
она запрется в чуланчике, где жила, и потчевает ее, приговаривая: «На,
куколка, покушай, моего горя послушай! Живу я в доме у батюшки, не
вижу себе никакой радости; злая мачеха гонит меня с белого света. Научи
ты меня, как мне быть и жить и что делать?» Куколка покушает, да потом
и дает ей советы и утешает в горе, а наутро всякую работу справляет за
Василису; та только отдыхает в холодочке да рвет цветочки, а у нее уж
и гряды выполоты, и капуста полита, и вода наношена, и печь вытоплена.
Куколка еще укажет Василисе и травку от загару. Хорошо было жить ей
с куколкой.
Прошло несколько лет; Василиса выросла и стала невестой. Все женихи в городе присватываются к Василисе; на мачехиных дочерей никто
и не посмотрит. Мачеха злится пуще прежнего и всем женихам отвечает:
«Не выдам меньшой прежде старших!», а проводя женихов, побоями вымещает зло на Василисе.
Вот однажды купцу понадобилось уехать из дому на долгое время по
торговым делам. Мачеха и перешла на житье в другой дом, а возле этого
дома был дремучий лес, а в лесу на поляне стояла избушка, а в избушке
жила баба-яга: никого она к себе не подпускала и ела людей, как цыплят.
Перебравшись на новоселье, купчиха то и дело посылала за чем-нибудь

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

341

в лес ненавистную ей Василису, но эта завсегда возвращалась домой
благополучно: куколка указывала ей дорогу и не подпускала к избушке
бабы-яги.
Пришла осень. Мачеха раздала всем трем девушкам вечерние работы:
одну заставила кружева плести, другую чулки вязать, а Василису прясть,
и всем по урокам. Погасила огонь во всем доме, оставила одну свечку там,
где работали девушки, и сама легла спать. Девушки работали. Вот нагорело на свечке, одна из мачехиных дочерей взяла щипцы, чтоб поправить
светильню, да вместо того, по приказу матери, как будто нечаянно и потушила свечку. «Что теперь нам делать? — ​говорили девушки. — ​Огня
нет в целом доме, а уроки наши не кончены. Надо сбегать за огнем к бабе-яге!» — ​«Мне от булавок светло! — ​сказала та, что плела кружево. —​
Я не пойду». — «И я не пойду, — ​сказала та, что вязала чулок. — ​Мне от
спиц светло!» — «
​ Тебе за огнем идти, — з​ акричали обе. — С
​ тупай к бабеяге!» — ​и вытолкали Василису из горницы.
Василиса пошла в свой чуланчик, поставила перед куклою приготовленный ужин и сказала: «На, куколка, покушай да моего горя послушай:
меня посылают за огнем к бабе-яге; баба-яга съест меня!» Куколка поела,
и глаза ее заблестели, как две свечки. «Не бойся, Василисушка! — с​ казала
она. — ​Ступай, куда посылают, только меня держи всегда при себе. При
мне ничего не станется с тобой у бабы-яги». Василиса собралась, положила куколку свою в карман и, перекрестившись, пошла в дремучий лес.
Идет она и дрожит. Вдруг скачет мимо ее всадник: сам белый, одет
в белом, конь под ним белый, и сбруя на коне белая, — ​на дворе стало
рассветать.
Идет она дальше, как скачет другой всадник: сам красный, одет в красном и на красном коне, — ​стало всходить солнце.
Василиса прошла всю ночь и весь день, только к следующему вечеру
вышла на полянку, где стояла избушка яги-бабы; забор вокруг избы из
человечьих костей, на заборе торчат черепа людские, с глазами; вместо
верей у ворот — н
​ оги человечьи, вместо запоров — р
​ уки, вместо замка —​
рот с острыми зубами. Василиса обомлела от ужаса и стала как вкопанная.
Вдруг едет опять всадник: сам черный, одет во всем черном и на черном
коне; подскакал к воротам бабы-яги и исчез, как сквозь землю провалился, — н
​ астала ночь. Но темнота продолжалась недолго: у всех черепов на
заборе засветились глаза, и на всей поляне стало светло, как середи дня.
Василиса дрожала со страху, но, не зная куда бежать, оставалась на месте.
Скоро послышался в лесу страшный шум: деревья трещали, сухие листья хрустели; выехала из лесу баба-яга — в​ ступе едет, пестом погоняет,
помелом след заметает. Подъехала к воротам, остановилась и, обнюхав
вокруг себя, закричала: «Фу-фу! Русским духом пахнет! Кто здесь?»

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

342

­Василиса подошла к старухе со страхом и, низко поклонясь, сказала: «Это
я, бабушка! Мачехины дочери прислали меня за огнем к тебе». — «Хорошо, — ​сказала яга-баба, — ​знаю я их, поживи ты наперед да поработай
у меня, тогда и дам тебе огня; а коли нет, так я тебя съем!» Потом обратилась к воротам и вскрикнула: «Эй, запоры мои крепкие, отомкнитесь;
ворота мои широкие, отворитесь!» Ворота отворились, и баба-яга въехала,
посвистывая, за нею вошла Василиса, а потом опять все заперлось. Войдя
в горницу, баба-яга растянулась и говорит Василисе: «Подавай-ка сюда,
что там есть в печи: я есть хочу».
Василиса зажгла лучину от тех черепов, что на заборе, и начала таскать
из печки да подавать яге кушанье, а кушанья настряпано было человек на
десять; из погреба принесла она квасу, меду, пива и вина. Все съела, все
выпила старуха; Василисе оставила только щец немножко, краюшку хлеба
да кусочек поросятины. Стала яга-баба спать ложиться и говорит: «Когда
завтра я уеду, ты смотри — ​двор вычисти, избу вымети, обед состряпай,
белье приготовь, да пойди в закром, возьми четверть пшеницы и очисть ее
от чернушки1. Да чтоб все было сделано, а не то — с​ ъем тебя!» После такого
наказу баба-яга захрапела; а Василиса поставила старухины объедки перед
куклою, залилась слезами и говорила: «На, куколка, покушай, моего горя
послушай! Тяжелую дала мне яга-баба работу и грозится съесть меня, коли
всего не исполню; помоги мне!» Кукла ответила: «Не бойся, Василиса Прекрасная! Поужинай, помолися да спать ложися; утро мудреней вечера!»
Ранешенько проснулась Василиса, а баба-яга уже встала, выглянула
в окно: у черепов глаза потухают; вот мелькнул белый всадник — и
​ совсем
рассвело. Баба-яга вышла на двор, свистнула — п
​ еред ней явилась ступа
с пестом и помелом. Промелькнул красный всадник — ​взошло солнце.
Баба-яга села в ступу и выехала со двора, пестом погоняет, помелом след
заметает. Осталась Василиса одна, осмотрела дом бабы-яги, подивилась
изобилью во всем и остановилась в раздумье: за какую работу ей преж­де
всего приняться. Глядит, а вся работа уже сделана; куколка выбирала из
пшеницы последние зерна чернушки. «Ах, ты, избавительница моя! —​
сказала Василиса куколке. — Т
​ ы от беды меня спасла».— «Тебе осталось
только обед состряпать, — ​отвечала куколка, влезая в карман Василисы. — ​Состряпай с богом, да и отдыхай на здоровье!»
К вечеру Василиса собрала на стол и ждет бабу-ягу. Начало смеркаться, мелькнул за воротами черный всадник — ​и совсем стемнело; только
светились глаза у черепов. Затрещали деревья, захрустели листья — е​ дет
баба-яга. Василиса встретила ее. «Все ли сделано?» — ​спрашивает яга.
«Изволь посмотреть сама, бабушка!» — ​молвила Василиса. Баба-яга все
1

Чернушка — растение семейства лютиковых.

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

343

осмотрела, подосадовала, что не за что рассердиться, и сказала: «Ну,
хорошо!» Потом крикнула: «Верные мои слуги, сердечные други, смелите мою пшеницу!» Явились три пары рук, схватили пшеницу и унесли
вон из глаз. Баба-яга наелась, стала ложиться спать и опять дала приказ
Василисе: «Завтра сделай ты то же, что и нынче, да сверх того возьми из
закрома мак да очисти его от земли по зернышку, вишь, кто-то по злобе
земли в него намешал!» Сказала старуха, повернулась к стене и захрапела,
а Василиса принялась кормить свою куколку. Куколка поела и сказала ей
по-вчерашнему: «Молись богу да ложись спать; утро вечера мудренее, все
будет сделано, Василисушка!»
Наутро баба-яга опять уехала в ступе со двора, а Василиса с куколкой
всю работу тотчас исправили. Старуха воротилась, оглядела все и крикнула: «Верные мои слуги, сердечные други, выжмите из маку масло!»
Явились три пары рук, схватили мак и унесли из глаз. Баба-яга села обедать; она ест, а Василиса стоит молча. «Что ж ты ничего не говоришь со
мною? — ​сказала баба-яга. — ​Стоишь как немая!» — ​«Не смела, — ​отвечала Василиса, — ​а если позволишь, то мне хотелось бы спросить тебя
кой о чем». — «Спрашивай; только не всякий вопрос к добру ведет: много
будешь знать, скоро состареешься!» — ​«Я хочу спросить тебя, бабушка,
только о том, что видела: когда я шла к тебе, меня обогнал всадник на
белом коне, сам белый и в белой одежде: кто он такой?» — ​«Это день
мой ясный», — ​отвечала баба-яга. «Потом обогнал меня другой всадник
на красном коне, сам красный и весь в красном одет; это кто такой?» —​
«Это мое солнышко красное!» — о
​ твечала баба-яга. «А что значит черный
всадник, который обогнал меня у самых твоих ворот, бабушка?» — ​«Это
ночь моя темная — в​ се мои слуги верные!»
Василиса вспомнила о трех парах рук и молчала. «Что ж ты еще не
спрашиваешь?» — ​молвила баба-яга. «Будет с меня и этого; сама ж ты, бабушка, сказала, что много узнаешь — ​состареешься».— «Хорошо, — ​сказала баба-яга, — ​что ты спрашиваешь только о том, что видала за двором,
а не во дворе! Я не люблю, чтоб у меня сор из избы выносили, и слишком
любопытных ем! Теперь я тебя спрошу: как успеваешь ты исполнять работу,
которую я задаю тебе?» — «
​ Мне помогает благословение моей матери», —​
отвечала Василиса. «Так вот что! Убирайся же ты от меня, благословенная
дочка! Не нужно мне благословенных». Вытащила она Василису из горницы и вытолкала за ворота, сняла с забора один череп с горящими глазами
и, наткнув на палку, отдала ей и сказала: «Вот тебе огонь для мачехиных
дочек, возьми его; они ведь за этим тебя сюда и прислали».
Бегом пустилась домой Василиса при свете черепа, который погас
только с наступлением утра, и, наконец, к вечеру другого дня добралась до
своего дома. Подходя к воротам, она хотела было бросить череп. ­«Верно,

344

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

дома, — ​думает себе, — ​уж больше в огне не нуждаются». Но вдруг послышался глухой голос из черепа: «Не бросай меня, неси к мачехе!»
Она взглянула на дом мачехи и, не видя ни в одном окне огонька, решилась идти туда с черепом. Впервые встретили ее ласково и рассказали, что
с той поры, как она ушла, у них не было в доме огня: сами высечь никак не
могли, а который огонь приносили от соседей — ​тот погасал, как только
входили с ним в горницу. «Авось твой огонь будет держаться!» — с​ казала
мачеха. Внесли череп в горницу; а глаза из черепа так и глядят на мачеху
и ее дочерей, так и жгут! Те было прятаться, но куда ни бросятся — г​ лаза всюду за ними так и следят; к утру совсем сожгло их в уголь; одной
Василисы не тронуло.
Поутру Василиса зарыла череп в землю, заперла дом на замок, пошла
в город и попросилась на житье к одной безродной старушке; живет себе
и поджидает отца. Вот как-то говорит она старушке: «Скучно мне сидеть
без дела, бабушка! Сходи, купи мне льну самого лучшего; я хоть прясть
буду». Старушка купила льну хорошего; Василиса села за дело, работа
так и горит у нее, и пряжа выходит ровная да тонкая, как волосок. Набралось пряжи много; пора бы и за тканье приниматься, да таких берд не
найдут, чтобы годились на Василисину пряжу; никто не берется и сделатьто. Василиса стала просить свою куколку, та и говорит: «Принеси-ка мне
какое-нибудь старое бердо, да старый челнок, да лошадиной гривы; я все
тебе смастерю».
Василиса добыла все, что надо, и легла спать, а кукла за ночь приготовила славный стан. К концу зимы и полотно выткано, да такое тонкое,
что сквозь иглу вместо нитки продеть можно. Весною полотно выбелили,
и Василиса говорит старухе: «Продай, бабушка, это полотно, а деньги
возьми себе». Старуха взглянула на товар и ахнула: «Нет, дитятко! Такого
полотна, кроме царя, носить некому; понесу во дворец». Пошла старуха
к царским палатам да все мимо окон похаживает. Царь увидал и спросил:
«Что тебе, старушка, надобно?» — «
​ Ваше царское величество, — о
​ твечает
старуха, — я
​ принесла диковинный товар; никому, окроме тебя, показать
не хочу». Царь приказал впустить к себе старуху и как увидел полотно — в​ здивовался. «Что хочешь за него?» — с​ просил царь. «Ему цены нет,
царь-батюшка! Я тебе в дар его принесла». Поблагодарил царь и отпустил
старуху с подарками.
Стали царю из того полотна сорочки шить; вскроили, да нигде не
могли найти швеи, которая взялась бы их работать. Долго искали; наконец царь позвал старуху и сказал: «Умела ты напрясть и соткать такое
полотно, умей из него и сорочки сшить».— «Не я, государь, пряла и соткала полотно, — ​сказала старуха, — ​это работа приемыша моего —​
девушки».— «Ну так пусть и сошьет она!» Воротилась старушка домой

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

345

и рассказала обо всем Василисе. «Я знала, — г​ оворит ей Василиса, — ч​ то
эта работа моих рук не минует». Заперлась в свою горницу, принялась
за работу; шила она не покладываючи рук, и скоро дюжина сорочек
была готова.
Старуха понесла к царю сорочки, а Василиса умылась, причесалась,
оделась и села под окном. Сидит себе и ждет, что будет. Видит: на двор
к старухе идет царский слуга; вошел в горницу и говорит: «Царь-государь
хочет видеть искусницу, что работала ему сорочки, и наградить ее из своих
царских рук». Пошла Василиса и явилась пред очи царские. Как увидел
царь Василису Прекрасную, так и влюбился в нее без памяти. «Нет, —​
говорит он, — ​красавица моя! Не расстанусь я с тобою; ты будешь моей
женою». Тут взял царь Василису за белые руки, посадил ее подле себя,
а там и свадебку сыграли. Скоро воротился и отец Василисы, порадовался
об ее судьбе и остался жить при дочери. Старушку Василиса взяла к себе,
а куколку по конец жизни своей всегда носила в кармане.

Марья Моревна
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич; у него было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна,
третья Анна-царевна. Отец и мать у них померли; умирая, они сыну наказывали:
— Кто первый за твоих сестер станет свататься, за того и отдавай —​
при себе не держи долго!
Царевич похоронил родителей и с горя пошел с сестрами во зеленый
сад погулять.
Вдруг находит на небо туча черная, встает гроза страшная.
— Пойдемте, сестрицы, домой! — г​ оворит Иван-царевич.
Только пришли во дворец — ​как грянул гром, раздвоился потолок,
и влетел к ним в горницу ясен сокол, ударился сокол об пол, сделался
добрым молодцом и говорит:
— Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я ходил гостем, а теперь пришел сватом; хочу у тебя сестрицу Марью-царевну посватать.
— Коли люб ты сестрице, я ее не унимаю — п
​ усть с Богом идет!
Марья-царевна согласилась; сокол женился и унес ее в свое царство.
Дни идут за днями, часы бегут за часами — ц
​ елого года как не бывало;
пошел Иван-царевич с двумя сестрами во зеленый сад погулять. Опять
встает туча с вихрем, с молнией.
— Пойдемте, сестрицы, домой! — г​ оворит царевич. Только пришли во
дворец — к
​ ак ударил гром, распалась крыша, раздвоился потолок, и влетел орел; ударился об пол и сделался добрым молодцом:

346

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом.
И посватал он Ольгу-царевну.
Отвечает Иван-царевич:
— Если ты люб Ольге-царевне, то пусть за тебя идет; я с нее воли не
снимаю.
Ольга-царевна согласилась и вышла за орла замуж; орел подхватил
ее и унес в свое царство.
Прошел еще один год; говорит Иван-царевич своей младшей сестрице:
— Пойдем во зеленом саду погуляем!
Погуляли немножко; опять встает туча с вихрем, с молнией.
— Вернемся, сестрица, домой!
Вернулись домой, не успели сесть — к
​ ак ударил гром, раздвоился потолок и влетел ворон; ударился ворон об пол и сделался добрым молодцом: прежние были хороши собой, а этот еще лучше.
— Ну, Иван-царевич, прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом:
отдай за меня Анну-царевну.
— Я с сестрицы воли не снимаю; коли ты полюбился ей, пусть идет
за тебя.
Вышла за ворона Анна-царевна, и унес он ее в свое государство.
Остался Иван-царевич один; целый год жил без сестер, и сделалось
ему скучно. «Пойду, говорит, искать сестриц». Собрался в дорогу, шел,
шел и видит — ​лежит в поле рать-сила побитая. Спрашивает Иван-царевич:
— Коли есть тут жив человек — ​отзовись! Кто побил это войско великое?
Отозвался ему жив человек:
— Все это войско великое побила Марья Моревна, прекрасная королевна.
Пустился Иван-царевич дальше, наезжал на шатры белые, выходила
к нему навстречу Марья Моревна, прекрасная королевна:
— Здравствуй, царевич, куда тебя Бог несет — п
​ о воле аль по неволе?
Отвечал ей Иван-царевич:
— Добрые молодцы по неволе не ездят!
— Ну, коли дело не к спеху, погости у меня в шатрах.
Иван-царевич тому и рад, две ночи в шатрах ночевал, полюбился Марье Моревне и женился на ней.
Марья Моревна, прекрасная королевна, взяла его с собой в свое государство; пожили они вместе сколько-то времени, и вздумалось королевне на войну собираться; покидает она на Ивана-царевича все хозяйство
и приказывает:

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

347

— Везде ходи, за всем присматривай, только в этот чулан не моги
заглядывать!
Он не вытерпел, как только Марья Моревна уехала, тотчас бросился
в чулан, отворил дверь, глянул — ​а там висит Кощей Бессмертный, на
двенадцати цепях прикован. Просит Кощей у Ивана-царевича:
— Сжалься надо мной, дай мне напиться! Десять лет я здесь мучаюсь,
не ел, не пил — ​совсем в горле пересохло!
Царевич подал ему целое ведро воды; он выпил и еще запросил:
— Мне одним ведром не залить жажды; дай еще!
Царевич подал другое ведро; Кощей выпил и запросил третье, а как
выпил третье ведро — ​взял свою прежнюю силу, тряхнул цепями и сразу
все двенадцать порвал.
— Спасибо, Иван-царевич! — с​ казал Кощей Бессмертный. — Т
​ еперь
тебе никогда не видать Марьи Моревны как ушей своих!
И страшным вихрем вылетел в окно, нагнал на дороге Марью Моревну, прекрасную королевну, подхватил ее и унес к себе. А Иван-царевич
горько-горько заплакал, снарядился и пошел в путь-дорогу:
— Что не будет, а разыщу Марью Моревну!
Идет день, идет другой, на рассвете третьего видит чудесный дворец,
у дворца дуб стоит, на дубу ясен сокол сидит. Слетел сокол с дуба, ударился оземь, обернулся добрым молодцем и закричал:
— Ах, шурин мой любезный! Как тебя Господь милует?
Выбежала Марья-царевна, встретила Ивана-царевича радостно, стала
про его здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать.
Погостил у них царевич три дня и говорит:
— Не могу у вас гостить долго; я иду искать жену мою, Марью Моревну, прекрасную королевну.
— Трудно тебе сыскать ее, — ​отвечает сокол. — ​Оставь здесь на
всякий случай свою серебряную ложку: будем на нее смотреть, про тебя
вспоминать.
Иван-царевич оставил у сокола свою серебряную ложку и пошел в дорогу.
Шел он день, шел другой, на рассвете третьего видит дворец еще лучше
первого, возле дворца дуб стоит, на дубу орел сидит. Слетел орел с дерева,
ударился оземь, обернулся добрым молодцом и закричал:
— Вставай, Ольга-царевна! Милый наш братец идет.
Ольга-царевна тотчас прибежала навстречу, стала его целовать-обнимать, про здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать.
Иван-царевич погостил у них три денька и говорит:
— Дольше гостить мне некогда; я иду искать жену мою Марью Моревну, прекрасную королевну.

348

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Отвечает орел:
— Трудно тебе сыскать ее; оставь у нас серебряную вилку: будем на
нее смотреть, тебя вспоминать.
Он оставил серебряную вилку и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, на рассвете третьего видит дворец лучше первых
двух, возле дворца дуб стоит, на дубу ворон сидит. Слетел ворон с дуба,
ударился оземь, обернулся добрым молодцом и закричал:
— Анна-царевна! Поскорей выходи, наш братец идет.
Выбежала Анна-царевна, встретила его радостно, стала целовать-обнимать, про здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать.
Иван-царевич погостил у них три денька и говорит:
— Прощайте! Пойду жену искать — ​Марью Моревну, прекрасную
королевну.
Отвечает ворон:
— Трудно тебе сыскать ее; оставь-ка у нас серебряную табакерку:
будем на нее смотреть, тебя вспоминать.
Царевич отдал ему серебряную табакерку, попрощался и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, а на третий добрался до Марьи Моревны. Увидала она своего милого, бросилась к нему на шею, залилась слезами и промолвила:
— Ах, Иван-царевич! Зачем ты меня не послушался — ​посмотрел
в чулан и выпустил Кощея Бессмертного?
— Прости, Марья Моревна! Не поминай старого, лучше поедем со
мной, пока не видать Кощея Бессмертного; авось не догонит!
Собрались и уехали, а Кощей на охоте был; к вечеру он домой ворочается, под ним добрый конь спотыкается.
— Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
Отвечает конь:
— Иван-царевич приходил, Марью Моревну увез.
— А можно ли их догнать?
— Можно пшеницы насеять, дождаться, пока она вырастет, сжать
ее, смолотить, в муку обратить, пять печей хлеба наготовить, тот хлеб
поесть, да тогда вдогонь ехать — ​и то поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича:
— Ну, говорит, первый раз тебя прощаю за твою доброту, что водой
напоил; и в другой раз прощу, а в третий берегись — н
​ а куски изрублю!
Отнял у него Марью Моревну и увез; а Иван-царевич сел на камень
и заплакал.
Поплакал-поплакал и опять воротился назад за Марьей Моревною;
Кощея Бессмертного дома не случилось.

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

349

— Поедем, Марья Моревна!
— Ах, Иван-царевич! Он нас догонит.
— Пускай догонит; мы хоть часок-другой проведем вместе.
Собрались и уехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под
ним добрый конь спотыкается.
— Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
— Иван-царевич приходил, Марью Моревну с собой взял.
— А можно ли догнать их?
— Можно ячменю насеять, подождать, пока он вырастет, сжать, смолотить, пива наварить, допьяна напиться, до отвала выспаться, да тогда
вдогонь ехать — и
​ то поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича:
— Ведь я ж говорил, что тебе не видать Марьи Моревны как ушей
своих!
Отнял ее и увез к себе.
Остался Иван-царевич один, поплакал-поплакал и опять воротился
за Марьей Моревною; на пору Кощея дома не случилось.
— Поедем, Марья Моревна!
— Ах, Иван-царевич! Ведь он догонит, тебя в куски изрубит.
— Пускай изрубит! Я без тебя жить не могу.
Собрались и поехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под
ним добрый конь спотыкается.
— Что ты спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
— Иван-царевич приходил, Марью Моревну с собой взял.
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича, изрубил его в мелкие куски
и поклал в смоленую бочку; взял эту бочку, скрепил железными обручами
и бросил в синее море, а Марью Моревну к себе увез.
В то самое время у зятьев Ивана-царевича серебро почернело.
— Ах, — г​ оворят они, — в​ идно, беда приключилась!
Орел бросился на сине море, схватил и вытащил бочку на берег, сокол полетел за живой водою, а ворон за мертвою. Слетелись все трое
в одно место, разбили бочку, вынули куски Ивана-царевича, перемыли
и склали, как надобно. Ворон брызнул мертвой водою — ​тело срослось,
съединилося; сокол брызнул живой водою — ​Иван-царевич вздрогнул,
встал и говорит:
— Ах, как я долго спал!
— Еще бы дольше проспал, если б не мы! — о
​ твечали зятья. — П
​ ойдем
теперь к нам в гости.
— Нет, братцы! Я пойду искать Марью Моревну.
Приходит к ней и просит:

350

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Разузнай у Кощея Бессмертного, где он достал себе такого доброго коня.
Вот Марья Моревна улучила добрую минуту и стала Кощея выспрашивать. Кощей сказал:
— За тридевять земель в тридесятом царстве, за огненной рекою живет баба-яга; у ней есть такая кобылица, на которой она каждый день
вокруг света облетает. Много у ней и других славных кобылиц; я у ней
три дня пастухом был, ни одной кобылицы не упустил, и за это баба-яга
дала мне одного жеребеночка.
— Как же ты через огненную реку переправился?
— А у меня есть такой платок — к
​ ак махну в правую сторону три раза,
сделается высокий-высокий мост, и огонь его не достанет!
Марья Моревна выслушала, пересказала все Ивану-царевичу и платок
унесла да ему отдала.
Иван-царевич переправился через огненную реку и пошел к бабе-яге.
Долго шел он не пивши, не евши. Попалась ему навстречу заморская
птица с малыми детками. Иван-царевич говорит:
— Съем-ка я одного цыпленочка.
— Не ешь, Иван-царевич! — п
​ росит заморская птица. — В
​ некоторое
время я пригожусь тебе.
Пошел он дальше; видит в лесу улей пчел.
— Возьму-ка я, — г​ оворит, — ​сколько-нибудь медку.
Пчелиная матка отзывается:
— Не тронь моего меду, Иван-царевич! В некоторое время я тебе пригожусь.
Он не тронул и пошел дальше; попадает ему навстречу львица со львенком.
— Съем я хоть этого львенка; есть так хочется, ажно тошно стало!
— Не тронь, Иван-царевич, — ​просит львица. — ​В некоторое время
я тебе пригожусь.
— Хорошо, пусть будет по-твоему!
Побрел голодный, шел, шел — ​стоит дом бабы-яги, кругом дома двенадцать шестов, на одиннадцати шестах по человечьей голове, только один
незанятый.
— Здравствуй, бабушка!
— Здравствуй, Иван-царевич! Пошто пришел — п
​ о своей доброй воле
аль по нужде?
— Пришел заслужить у тебя богатырского коня.
— Изволь, царевич! У меня ведь не год служить, а всего-то три дня;
если упасешь моих кобылиц — ​дам тебе богатырского коня, а если нет,
то не гневайся — ​торчать твоей голове на последнем шесте.

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

351

Иван-царевич согласился; баба-яга его накормила-напоила и велела
за дело приниматься. Только что выгнал он кобылиц в поле, кобылицы
задрали хвосты и все врозь по лугам разбежались; не успел царевич глазами вскинуть, как они совсем пропали. Тут он заплакал-запечалился,
сел на камень и заснул. Солнышко уже на закате, прилетела заморская
птица и будит его:
— Вставай, Иван-царевич! Кобылицы теперь дома.
Царевич встал, воротился домой; а баба-яга и шумит и кричит на своих
кобылиц:
— Зачем вы домой воротились?
— Как же нам было не воротиться? Налетели птицы со всего света,
чуть нам глаза не выклевали.
— Ну, вы завтра по лугам не бегайте, а рассыпьтесь по дремучим лесам.
Переспал ночь Иван-царевич; наутро баба-яга ему говорит:
— Смотри, царевич, если не упасешь кобылиц, если хоть одну потеряешь — ​быть твоей буйной головушке на шесте!
Погнал он кобылиц в поле; они тотчас задрали хвосты и разбежались
по дремучим лесам. Опять сел царевич на камень, плакал-плакал, да и
уснул. Солнышко село за лес; прибежала львица:
— Вставай, Иван-царевич! Кобылицы все собраны.
Иван-царевич встал и пошел домой; баба-яга пуще прежнего и шумит
и кричит на своих кобылиц:
— Зачем домой воротились?
— Как же нам было не воротиться? Набежали лютые звери со всего
света, чуть нас совсем не разорвали.
— Ну, вы завтра забегите в сине море.
Опять переспал ночь Иван-царевич; наутро посылает его баба-яга
кобылиц пасти:
— Если не упасешь — ​быть твоей буйной головушке на шесте.
Он погнал кобылиц в поле; они тотчас задрали хвосты, скрылись с глаз
и забежали в сине море; стоят в воде по шею. Иван-царевич сел на камень,
заплакал и уснул. Солнышко за лес село, прилетела пчелка и говорит:
— Вставай, царевич! Кобылицы все собраны; да как воротишься домой, бабе-яге на глаза не показывайся, пойди в конюшню и спрячься за
яслями. Там есть паршивый жеребенок — ​в навозе валяется; ты украдь
его и в глухую полночь уходи из дому.
Иван-царевич встал, пробрался в конюшню и улегся за яслями; бабаяга и шумит и кричит на своих кобылиц:
— Зачем воротились?
— Как же нам было не воротиться? Налетело пчел видимо-невидимо
со всего света и давай нас со всех сторон жалить до крови!

352

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Баба-яга уснула, а самую полночь Иван-царевич украл у нее паршивого жеребенка, оседлал его, сел и поскакал к огненной реке. Доехал до
той реки, махнул три раза платком в правую сторону — ​и вдруг, откуда
ни взялся, повис через реку высокий, славный мост. Царевич переехал
по мосту и махнул платком на левую сторону только два раза — ​остался
через реку мост тоненький-тоненький! Поутру пробудилась баба-яга —​
паршивого жеребенка видом не видать! Бросилась в погоню; во весь дух
на железной ступе скачет, пестом погоняет, помелом след заметает. Прискакала к огненной реке, взглянула и думает: «Хорош мост!» Поехала
по мосту, только добралась до середины — ​мост обломился, и баба-яга
чебурах в реку; тут ей и лютая смерть приключилась! Иван-царевич откормил жеребенка в зеленых лугах; стал из него чудный конь.
Приезжает царевич к Марье Моревне; она выбежала, бросилась
к нему на шею:
— Как тебя Бог сохранил?
— Так и так, говорит. Поедем со мной.
— Боюсь, Иван-царевич! Если Кощей догонит, быть тебе опять изрублену.
— Нет, не догонит! Теперь у меня славный богатырский конь, словно
птица летит.
Сели они на коня и поехали. Кощей Бессмертный домой вороча́ется,
под ним конь спотыкается.
— Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
— Иван-царевич приезжал, Марью Моревну увез.
— А можно ли их догнать?
— Бог знает! Теперь у Ивана-царевича конь богатырский лучше меня.
— Нет, не утерплю, — г​ оворит Кощей Бессмертный, — п
​ оеду в погоню.
Долго ли, коротко ли — ​нагнал он Ивана-царевича, соскочил наземь
и хотел было сечь его острой саблею; в те поры конь Ивана-царевича
ударил со всего размаху копытом Кощея Бессмертного и размозжил ему
голову, а царевич доконал его палицей. После того наклал царевич груду
дров, развел огонь, спалил Кощея Бессмертного на костре и самый пепел
его пустил по ветру.
Марья Моревна села на Кощеева коня, а Иван-царевич на своего, и поехали они в гости сперва к ворону, потом к орлу, а там и к соколу. Куда
ни приедут, всюду встречают их с радостью:
— Ах, Иван-царевич, а уж мы не чаяли тебя видеть. Ну, да недаром
же ты хлопотал: такой красавицы, как Марья Моревна, во всем свете поискать — д
​ ругой не найти!
Погостили они, попировали и поехали в свое царство; приехали и стали себе жить-поживать, добра наживать да медок попивать.

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

353

Сказка о молодильных яблоках и живой воде
В некотором царстве, в некотором государстве жил да был царь,
и было у него три сына: старшего звали Федором, второго Василием,
а младшего Иваном.
Царь очень устарел и глазами обнищал, а слыхал он, что за тридевять
земель, в тридесятом царстве есть сад с молодильными яблоками и колодец с живой водой, Если съесть старику это яблоко — п
​ омолодеет, а водой
этой умыть глаза слепцу — б
​ удет видеть.
Царь собирает пир на весь мир, зовет на пир князей и бояр и говорит им:
— Кто бы, ребятушки, выбрался из избранников, выбрался из охотников, съездил за тридевять земель, в тридесятое царство, привез бы молодильных яблок и живой воды кувшинец о двенадцати рылец? Я бы этому
седоку полцарства отписал.
Тут больший стал хорониться за середнего, а середний за меньшого,
а от меньшого ответу нет.
Выходит царевич Федор и говорит:
— Неохота нам в люди царство отдавать. Я поеду в эту дорожку, привезу тебе, царю-батюшке, молодильных яблок и живой воды кувшинец
о двенадцати рылец.
Пошел Федор-царевич на конюший двор, выбирает себе коня неезженого, уздает узду неузданую, берет плетку нехлестаную, кладет двенадцать подпруг с подпругою — ​не ради красы, а ради крепости… Отправился Федор-царевич в дорожку. Видели, что садился, а не видели,
в кою сторону укатился…
Ехал он близко ли, далеко ли, низко ли, высоко ли, ехал день до вечеру — к
​ расна солнышка до закату. И доезжает до росстаней, до трех дорог.
Лежит на росстанях плита-камень, на ней надпись написана:
«Направо поедешь — себя спасать, коня потерять. Налево поедешь —​
коня спасать, себя потерять. Прямо поедешь — ​женату быть».
Поразмыслил Федор-царевич: «Давай поеду, где женату быть».
И повернул на ту дорожку, где женатому быть. Ехал, ехал и доезжает до терема под золотой крышей. Тут выбегает прекрасная девица
и говорит ему:
— Царский сын, я тебя из седла выну, иди со мной хлеба-соли откушать и спать-почивать.
— Нет, девица, хлеба-соли я не хочу, а сном мне дороги не скоротать.
Мне надо вперед двигаться.
— Царский сын, не торопись ехать, а торопись делать, что тебе любо-дорого.

354

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Тут прекрасная девица его из седла вынула и в терем повела. Накормила его, напоила и спать на кровать положила.
Только лег Федор-царевич к стенке, эта девица живо кровать повернула, он и полетел в подполье, в яму глубокую…
Долго ли, коротко ли, — ц
​ арь опять собирает пир, зовет князей и бояр
и говорит им:
— Вот, ребятушки, кто бы выбрался из охотников — ​привезти мне
молодильных яблок и живой воды кувшинец о двенадцати рылец? Я бы
этому седоку полцарства отписал.
Тут опять больший хоронится за середнего, а середний за меньшого,
а от меньшого ответу нет.
Выходит второй сын, Василий-царевич:
— Батюшка, неохота мне царство в чужие руки отдавать. Я поеду
в дорожку, привезу эти вещи, сдам тебе в руки.
Идет Василий-царевич на конюший двор, выбирает коня неезженого, уздает узду неузданую, берет плетку нехлестаную, кладет двенадцать
подпруг с подпругою.
Поехал Василий-царевич. Видели, как садился, а не видели, в кою сторону укатился… Вот он доезжает до росстаней, где лежит плита-камень,
и видит:
«Направо поедешь-себя спасать, коня потерять.
Налево поедешь — ​коня спасать, себя потерять. Прямо поедешь —​
женату быть».
Думал, думал Василий-царевич и поехал дорогой, где женатому быть.
Доехал до терема с золотой крышей. Выбегает к нему прекрасная девица
и просит его откушать хлеба-соли и лечь почивать.
— Царский сын, не торопись ехать, а торопись делать, что тебе любо-дорого…
Тут она его из седла вынула, в терем повела, накормила, напоила
и спать положила.
Только Василий-царевич лег к стенке, она опять повернула кровать,
и он полетел в подполье.
А там спрашивают:
— Кто летит?
— Василий-царевич. А кто сидит?
— Федор-царевич.
— Вот, братан, попали!
Долго ли, коротко ли, в третий раз царь собирает пир, зовет князей
и бояр:
— Кто бы выбрался из охотников привезти молодильных яблок и живой
воды кувшинец о двенадцати рылец? Я бы этому седоку полцарства отписал.

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

355

Тут опять больший хоронится за середнего, середний за меньшого,
а от меньшого ответу нет.
Выходит Иван-царевич и говорит:
— Дай мне, батюшка, благословеньице, с буйной головы до резвых
ног, ехать в тридесятое царство — ​поискать тебе молодильных яблок
и живой воды, да поискать еще моих братьецев.
Дал ему царь благословеньице. Пошел Иван-царевич в конюший
двор — ​выбрать себе коня по разуму. На которого коня ни взглянет, тот
дрожит, на которого руку положит — т​ от с ног валится…
Не мог выбрать Иван-царевич коня по разуму. Идет, повесил буйну
голову. Навстречу ему бабушка-задворенка.
— Здравствуй, дитятко, Иван-царевич! Что ходишь кручинен-печален?
— Как же мне, бабушка, не печалиться — ​не могу найти коня по ра­
зуму.
— Давно бы ты меня спросил. Добрый конь стоит закованный в погребу, на цепи железной. Сможешь его взять — б
​ удет тебе конь по разуму.
Приходит Иван-царевич к погребу, пнул плиту железную, свернулась
плита с погреба. Вскочил ко добру коню, стал ему конь своими передними ногами на плечи. Стоит Иван-царевич — ​не шелохнется. Сорвал конь
железную цепь, выскочил из погреба и Ивана-царевича вытащил. И тут
Иван-царевич его обуздал уздою неузданой, оседлал седельцем неезженым, наложил двенадцать подпруг с подпругою — ​не ради красы, ради
славушки молодецкой.
Отправился Иван-царевич в путь-дорогу. Видели, что садится, а не
видели, в кою сторону укатился… Доехал он до росстаней и поразмыслил:
«Направо ехать — ​коня потерять, — ​куда мне без коня-то? Прямо
ехать — ж
​ енату быть, — н
​ е за тем я в путь-дорогу выехал. Налево ехать —​
коня спасти, — ​эта дорога самая лучшая для меня».
И поворотил он по той дороге, где коня спасти — с​ ебя потерять. Ехал
он долго ли, коротко ли, низко ли, высоко ли, по зеленым лугам, по каменным горам, ехал день до вечеру — к
​ расна солнышка до закату — и
​ наезжает на избушку.
Стоит избушка на курьей ножке, об одном окошке.
— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом! Как
мне в тебя зайти, так и выйти.
Избушка повернулась к лесу задом, к Ивану-царевичу передом. Зашел он в нее, а там сидит баба-яга, старых лет. Шелковый кудель мечет,
а нитки через грядки бросает.
— Фу, фу, — ​говорит, — ​русского духу слыхом не слыхано, видом
не видано, а нынче русский дух сам пришел.

356

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

А Иван-царевич ей:
— Ах ты, баба-яга костяная нога, не поймавши птицу — т​ еребишь,
не узнавши молодца — ​хулишь. Ты бы сейчас вскочила да меня, добра
молодца, дорожного человека, накормила, напоила и для ночи постелю
собрала. Я бы улегся, ты бы села к изголовью, стала бы спрашивать,
а я бы стал сказывать — ​чей да откуда.
Вот баба-яга это дело все справила — ​Ивана-царевича накормила,
напоила и на постелю уложила. Села к изголовью и стала спрашивать:
— Чей ты, дорожный человек, добрый молодец, да откуда? Какой
ты земли? Какого отца, матери сын?
— Я, бабушка, из такого-то царства, из такого-то государства,
царский сын Иван-царевич. Еду за тридевять земель, за тридевять
озер, в тридесятое царство за живой водой и молодильными яблоками.
— Ну, дитя мое милое, далеко же тебе ехать: живая вода и молодильные яблоки — ​у сильной богатырки девицы Синеглазки, она мне
родная племянница. Не знаю, получишь ли ты добро…
— А ты, бабушка, дай свою голову моим могутным плечам, направь
меня на ум-разум.
— Много молодцев проезживало, да не много вежливо говаривало.
Возьми, дитятко, моего коня. Мой конь будет бойчее, довезет он тебя
до моей середней сестры, она тебя научит.
Иван-царевич поутру встает ранехонько, умывается белешенько.
Благодарит бабу-ягу за ночлег и поехал на ее коне.
Вдруг он и говорит коню:
— Стой! Перчатку обронил.
А конь отвечает:
— В кою пору ты говорил, я уже двести верст проскакал…
Едет Иван-царевич близко ли, далеко ли. День до ночи коротается.
И завидел он впереди избушку на курьей ножке, об одном окошке.
— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом! Как
мне в тебя зайти, так и выйти.
Избушка повернулась к лесу задом, к нему передом. Вдруг слышно —​
конь заржал, и конь под Иваном-царевичем откликнулся.
Кони-то были одностадные. Услышала это баба-яга — ​еще старее
той — ​и говорит:
— Приехала ко мне, видно, сестрица в гости.
И выходит на крыльцо:
— Фу-фу, русского духу слыхом не слыхано, видом не видано,
а нынче русский дух сам пришел.
А Иван-царевич ей:

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

357

— Ах ты, баба-яга костяная нога, встречай гостя по платью, провожай по уму. Ты бы моего коня убрала, меня бы, добра молодца, дорожного человека, накормила, напоила и спать уложила…
Баба-яга это дело все справила — ​коня убрала, а Ивана-царевича накормила, напоила, на постелю уложила и стала спрашивать, кто он да
откуда и куда путь держит.
— Я, бабушка, из такого-то царства, из такого-то государства, царский сын Иван-царевич. Еду за живой водой и молодильными яблоками
к сильной богатырке, девице Синеглазке…
— Ну, дитя милое, не знаю, получишь ли ты добро.
Мудро тебе, мудро добраться до девицы Синеглазки!
— А ты, бабушка, дай свою голову моим могутным плечам, направь
меня на ум-разум.
— Много молодцев проезживало, да не много вежливо говаривало.
Возьми, дитятко, моего коня, поезжай к моей старшей сестре. Она лучше
меня научит, что делать.
Вот Иван-царевич заночевал у этой старухи, поутру встает ранехонько, умывается белешенько. Благодарит бабу-ягу за ночлег и поехал на ее
коне. А этот конь еще бойчей того.
Вдруг Иван-царевич говорит:
— Стой! Перчатку обронил.
А конь отвечает:
— В кою пору ты говорил, я уж триста верст проскакал…
Не скоро дело делается, скоро сказка сказывается. Едет Иван-царевич
день до вечера — ​красна солнышка до закату. Наезжает на избушку на
курьей ножке, об одном окошке.
— Избушка, избушка, обернись к лесу задом, ко мне передом! Мне
не век вековать, а одну ночь ночевать.
Вдруг заржал конь, и под Иваном-царевичем конь откликнулся. Выходит на крыльцо баба-яга, старых лет, еще старее той. Поглядела — к
​ онь
ее сестры, а седок чужестранный, молодец прекрасный…
Тут Иван-царевич вежливо ей поклонился и ночевать попросился.
Делать нечего! Ночлега с собой не возят — ​ночлег каждому: и пешему
и конному, и бедному и богатому.
Баба-яга все дело справила — ​коня убрала, а Ивана-царевича накормила, напоила и стала спрашивать, кто он да откуда и куда путь держит.
— Я, бабушка, такого-то царства, такого-то государства, царский
сын Иван-царевич. Был у твоей младшей сестры, она послала к середней,
а середняя к тебе послала. Дай свою голову моим могутным плечам, направь меня на ум-разум, как мне добыть у девицы Синеглазки живой воды
и молодильных яблок.

358

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

— Так и быть, помогу я тебе, Иван-царевич. Девица Синеглазка, моя
племянница, — ​сильная и могучая богатырка. Вокруг ее царства — ​стена
три сажени вышины, сажень толщины, у ворот стража — ​тридцать богатырей. Тебя и в ворота не пропустят. Надо тебе ехать в середину ночи,
ехать на моем добром коне. Доедешь до стены — ​бей коня по бокам плетью нехлестаной. Конь через стену перескочит. Ты коня привяжи и иди
в сад. Увидишь яблоню с молодильными яблоками, а под яблоней колодец. Три яблока сорви, а больше не бери. И зачерпни из колодца живой
воды кувшинец о двенадцати рылец. Девица Синеглазка будет спать, ты
в терем к ней не заходи, а садись на коня и бей его по крутым бокам. Он
тебя через стену перенесет.
Иван-царевич не стал ночевать у этой старухи, а сел на ее доброго
коня и поехал в ночное время. Этот конь поскакивает, мхи-болота перескакивает, реки, озера хвостом заметает.
Долго ли, коротко ли, низко ли, высоко ли, доезжает Иван-царевич
в середине ночи до высокой стены. У ворот стража спит — ​тридцать могучих богатырей. Прижимает он своего доброго коня, бьет его плетью
нехлестаной. Конь осерчал и перемахнул через стену. Слез Иван-царевич
с коня, входит в сад и видит — ​стоит яблоня с серебряными листьями,
золотыми яблоками, а под яблоней колодец. Иван-царевич сорвал три
яблока, а больше не стал брать да зачерпнул из колодца живой воды кувшинец о двенадцати рылец. И захотелось ему самою увидать, сильную,
могучую, богатырку, девицу Синеглазку.
Входит Иван-царевич в терем, а там спят — ​по одну сторону шесть
полениц — ​девиц-богатырок и по другую сторону шесть, а посредине
разметалась девица Синеглазка, спит, как сильный речной порог шумит.
Не стерпел Иван-царевич, приложился, поцеловал ее и вышел… Сел
на доброго коня, а конь говорит ему человеческим голосом:
— Не послушался, ты, Иван-царевич, вошел в терем к девице Синеглазке. Теперь мне стены не перескочить.
Иван-царевич бьет коня плетью нехлестаной.
— Ах ты, конь, волчья сыть, травяной мешок, нам здесь не ночь ночевать, а голову потерять!
Осерчал конь пуще прежнего и перемахнул через стену, да задел об
нее одной подковой — н
​ а стене струны запели и колокола зазвонили.
Девица Синеглазка проснулась да увидала покражу:
— Вставайте, у нас покража большая!
Велела она оседлать своего богатырского коня и кинулась с двенадцатью поленицами в погоню за Иваном-царевичем.
Гонит Иван-царевич во всю прыть лошадиную, а девица Синеглазка
гонит за ним. Доезжает он до старшей бабы-яги, а у нее уже конь выве-

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

359

денный, готовый. Он — с​ о своего коня да на этого и опять вперед погнал…
Иван то царевич за дверь, а девица Синеглазка — ​в дверь и спрашивает
у бабы-яги:
— Бабушка, здесь зверь не прорыскивал ли?
— Нет, дитятко.
— Бабушка, здесь молодец не проезживал ли?
— Нет, дитятко. А ты с пути-дороги поешь молочка.
— Поела бы я, бабушка, да долго корову доить.
— Что ты, дитятко, живо справлюсь…
Пошла баба-яга доить корову — ​доит, не торопится. Поела девица
Синеглазка молочка и опять погнала за Иваном-царевичем.
Доезжает Иван-царевич до середней бабы-яги, коня сменил и опять
погнал. Он — ​за дверь, а девица Синеглазка — в​ дверь:
— Бабушка, не проскакивал ли зверь, не проезжал ли добрый молодец?
— Нет, дитятко. А ты бы с пути-дороги поела блинков.
— Да ты долго печь будешь.
— Что ты, дитятко, живо справлю…
Напекла баба-яга блинков — п
​ ечет, не торопится. Девица Синеглазка
поела и опять погнала за Иваном-царевичем.
Он доезжает до младшей бабы-яги, слез с коня, сел на своего коня
богатырского и опять погнал. Он — з​ а дверь, девица Синеглазка — в​ дверь
и спрашивает у бабы-яги, не проезжал ли добрый молодец.
— Нет, дитятко. А ты бы с пути-дороги в баньке попарилась.
— Да ты долго топить будешь.
— Что ты, дитятко, живо справлю…
Истопила баба-яга баньку, все изготовила. Девица Синеглазка попарилась, обкатилась и опять погнала в сугон. Конь ее с горки на горку поскакивает, реки, озера хвостом заметает. Стала она Ивана-царевича настигать.
Он видит за собой погоню: двенадцать богатырок с тринадцатой —​
девицей Синеглазкой — ​ладят на него наехать, с плеч голову снять. Стал
он коня приостанавливать, девица Синеглазка наскакивает и кричит ему:
— Что ж ты, вор, без спросу из моего колодца пил да колодец не
прикрыл!
А он ей:
— Что ж, давай разъедемся на три прыжка лошадиных, давай силу
пробовать.
Тут Иван-царевич и девица Синеглазка заскакали на три прыжка лошадиных, брали палицы боевые, копья долгомерные, сабельки острые.
И съезжались три раза, палицы поломали, копья-сабли исщербили — ​не
могли друг друга с коня сбить. Незачем стало им на добрых конях разъезжаться, соскочили они с коней и схватились в охапочку.

360

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Боролись с утра до вечера — ​красна солнышка до закату. У Иванацаревича резва ножка подвернулась, упал он на сыру землю. Девица
Синеглазка стала коленкой на его белу грудь и вытаскивает кинжалище
булатный — ​пороть ему белу грудь. Иван-царевич и говорит ей:
— Не губи ты меня, девица Синеглазка, лучше возьми за белые руки,
подними со сырой земли, поцелуй в уста сахарные.
Тут девица Синеглазка подняла Ивана-царевича со сырой земли и поцеловала в уста сахарные. И раскинули они шатер в чистом поле, на широком раздолье, на зеленых лугах. Тут они гуляли три дня и три ночи.
Здесь они и обручились и перстнями обменялись.
Девица Синеглазка ему говорит:
— Я поеду домой — ​и ты поезжай домой, да смотри никуда не сворачивай… Через три года жди меня в своем царстве.
Сели они на коней и разъехались… Долго ли, коротко ли, не скоро
дело делается, скоро сказка сказывается, — ​доезжает Иван-царевич до
росстаней, до трех дорог, где плита-камень, и думает:
«Вот нехорошо! Домой еду, а братья мои пропадают без вести».
И не послушался он девицы Синеглазки, своротил на ту дорогу, где
женатому быть… И наезжает на терем под золотой крышей. Тут под
Иваном-царевичем конь заржал, и братьевы кони откликнулись. Конито были одностадные…
Иван-царевич взошел на крыльцо, стукнул кольцом — ​маковки на
тереме зашатались, оконницы покривились. Выбегает прекрасная девица.
— Ах, Иван-царевич, давно я тебя поджидаю! Иди со мной хлеба-соли
откушать и спать-почивать.
Повела его в терем и стала потчевать. Иван-царевич не столько ест,
сколько под стол кидает, не столько пьет, сколько под стол льет. Повела
его прекрасная девица в спальню:
— Ложись, Иван-царевич, спать-почивать.
А Иван-царевич столкнул ее на кровать, живо кровать повернул, девица и полетела в подполье, в яму глубокую.
Иван-царевич наклонился над ямой и кричит:
— Кто там живой?
А из ямы отвечают:
— Федор-царевич да Василий-царевич.
Он их из ямы вынул — ​они лицом черны, землей уж стали порастать.
Иван-царевич умыл братьев живой водой — с​ тали они опять прежними.
Сели они на коней и поехали… Долго ли, коротко ли, доехали до росстаней. Иван-царевич и говорит братьям:
— Покараульте моего коня, а я лягу отдохну.

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

361

Лег он на шелковую траву и богатырским сном заснул. А Федор-царевич и говорит Василию-царевичу:
— Вернемся мы без живой воды, без молодильных яблок — б
​ удет нам
мало чести, нас отец пошлет гусей пасти.
Василий-царевич отвечает:
— Давай Ивана-царевича в пропасть спустим, а эти вещи возьмем
и отцу в руки отдадим.
Вот они у него из-за пазухи вынули молодильные яблоки и кувшин
с живой водой, а его взяли и бросили в пропасть. Иван-царевич летел
туда три дня и три ночи.
Упал Иван-царевич на самое взморье, опамятовался и видит — т​ олько
небо и вода, и под старым дубом у моря птенцы пищат — ​бьет их погода.
Иван-царевич снял с себя кафтан и птенцов покрыл, а сам укрылся
под дуб.
Унялась погода, летит большая птица Нагай. Прилетела, под дуб села
и спрашивает птенцов:
— Детушки мои милые, не убила ли вас погодушка-ненастье?
— Не кричи, мать, нас сберег русский человек, своим кафтаном укрыл.
Птица Нагай спрашивает Ивана-царевича:
— Для чего ты сюда попал, милый человек?
— Меня родные братья в пропасть бросили за молодильные яблоки
да за живую воду.
— Ты моих детей сберег, спрашивай у меня, чего хочешь: злата ли,
серебра ли, камня ли драгоценного.
— Ничего, Нагай-птица, мне не надо: ни злата, ни серебра, ни камня
драгоценного. А нельзя ли мне попасть в родную сторону?
Нагай-птица ему отвечает:
— Достань мне два чана — п
​ удов по двенадцати — ​мяса.
Вот Иван-царевич настрелял на взморье гусей, лебедей, в два чана поклал, поставил один чан Нагай-птице на правое плечо, а другой чан — ​на
левое, сам сел ей на хребет. Стал птицу Нагай кормить, она поднялась
и летит в вышину.
Она летит, а он ей подает да подает… Долго ли, коротко ли так летели,
скормил Иван-царевич оба чана. А птица Нагай опять оборачивается. Он
взял нож, отрезал у себя кусок с ноги и Нагай-птице подал. Она летит,
летит и опять оборачивается. Он с другой ноги срезал мясо и подал. Вот
уже недалеко лететь осталось. Нагай-птица опять оборачивается. Он
с груди у себя мясо срезал и ей подал.
Тут Нагай-птица донесла Ивана-царевича до родной стороны.
— Хорошо ты кормил меня всю дорогу, но слаще последнего кусочка
отродясь не едала.

362

И.В. Вачков, А.Е. Наговицын, В.И. Пономарева. Жила-была Баба Яга…

Иван-царевич ей и показывает раны. Нагай-птица рыгнула, три куска
вырыгнула:
— Приставь на место.
Иван-царевич приставил — м
​ ясо и приросло к костям.
— Теперь слезай с меня, Иван-царевич, я домой полечу.
Поднялась Нагай-птица в вышину, а Иван-царевич пошел путем-дорогой на родную сторону.
Пришел он в столицу и узнает, что Федор-царевич и Василий-царевич
привезли отцу живой воды и молодильных яблок и царь исцелился: попрежнему стал здоровьем крепок и глазами зорок.
Не пошел Иван-царевич к отцу, к матери, а собрал он пьяниц, кабацкой голи и давай гулять по кабакам.
В ту пору за тридевять земель, в тридесятом царстве сильная богатырка Синеглазка родила двух сыновей. Они растут не по дням, а по часам.
Скоро сказка сказывается, не скоро дело делается — п
​ рошло три года. Синеглазка взяла сыновей, собрала войско и пошла искать Ивана-царевича.
Пришла она в его царство и в чистом поле, в широком раздолье, на
зеленых лугах раскинула шатер белополотняный. От шатра дорогу устелила сукнами цветными. И посылает в столицу царю сказать:
— Царь, отдай царевича. Не отдашь, — ​все царство потопчу, пожгу,
тебя в полон возьму.
Царь испугался и посылает старшего — ​Федора-царевича. Идет Федор-царевич по цветным сукнам, подходит к шатру белополотняному.
Выбегают два мальчика:
— Матушка, матушка, это не наш ли батюшка идет?
— Нет, детушки, это ваш дяденька.
— А что прикажешь с ним делать?
— А вы, детушки, угостите его хорошенько.
Тут эти двое пареньков взяли трости и давай хлестать Федора-царевича пониже спины. Били, били, он едва ноги унес.
А Синеглазка опять посылает к царю:
— Отдай царевича…
Пуще испугался царь и посылает середнего — ​Василия-царевича. Он
приходит к шатру. Выбегают два мальчика:
— Матушка, матушка, это не наш ли батюшка идет?
— Нет, детушки, это ваш дяденька. Угостите его хорошенько.
Двое пареньков опять давай дядю тростями чесать. Били, били, Василий-царевич едва ноги унес.
А Синеглазка в третий раз посылает к царю:
— Ступайте, ищите третьего сынка, Ивана-царевича. Не найдете —​
все царство потопчу, пожгу.

Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге

363

Царь еще пуще испугался, посылает за Федором-царевичем и Василием-царевичем, велит им найти брата, Ивана-царевича. Тут братья упали
отцу в ноги и во всем повинились: как у сонного Ивана-царевича взяли
живую воду и молодильные яблоки, а самого бросили в пропасть.
Услышал это царь и залился слезами. А в ту пору Иван-царевич сам
идет к Синеглазке, и с ним идет голь кабацкая. Они под ногами сукна рвут
и в стороны мечут.
Подходит он к белополотняному шатру. Выбегают два мальчика:
— Матушка, матушка, к нам какой-то пьяница идет с голью кабацкой!
А Синеглазка им:
— Возьмите его за белые руки, ведите в шатер. Это ваш родной батюшка. Он безвинно три года страдал.
Тут Ивана-царевича взяли за белые руки, ввели в шатер. Синеглазка
его умыла и причесала, одежу на нем сменила и спать уложила. А голи
кабацкой по стаканчику поднесла, и они домой отправились.
На другой день Синеглазка и Иван-царевич приехали во дворец. Тут
начался пир на весь мир — ​честным пирком да и за свадебку. Федоруцаревичу и Василию-царевичу мало было чести, прогнали их со двора —​
ночевать где ночь, где две, а третью и ночевать негде…
Иван-царевич не остался здесь, а уехал с Синеглазкой в ее девичье
царство.
Тут и сказке конец.

Библиография

Абрашкин  А.  Арийские корни Руси. Предки русских в Древнем мире //
URL: http://itexts.net/avtor-anatoliy-aleksandrovich-abrashkin/175464ariyskie-korni-rusi-predki-russkih-v-drevnem-mire-anatoliy-abrashkin/read/
page-20.html
Абу-Али ал-Хусейн Ибн-Абдаллах Ибн-Сина (Авиценна). Трактат
о любви // URL: http://www.argo- school.ru/biblioteka/ideya_mirovoj_
simpatii1/avitsenna_traktat_o_lyubvi/avitsenna_traktat_o_lyubvi/
Аникеев Е. Горбун. О работе Репина над картиной «Крестный ход в
Курской губернии» // URL: http://hotkovo.net.ru/main.php?id=187
Артёмов В. Баба Яга. Славянская энциклопедия // URL: http://iknigi.
net/avtor-vladislav-artemov/91887-slavyanskaya-enciklopediya-vladislavartemov/read/page-1.html
Афанасьев А.Н. Древо жизни. М.: Современник, 1992.
Афанасьев А.Н. Народные русские сказки: В 3 т. М.: Художественная
литература, 1957.
Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу: В 3 т. М.:
Индрик, 1996. Т. 3.
Афанасьев А.Н. Русские заветные сказки. Минск: Дайджест, 1992.
Баба Яга и Заморышек // URL: http://oskazkax.ru/read/detskie/49-babayaga-i-zamoryshek.html
Баба Яга // URL http://starina-rus.ru/onchukov/27.php
Баба Яга // URL: http://oskazkax.ru/read/rusnarod/18-b000aba-yaga.html
Баба Яга. Русская народная сказка // URL: http://narodstory.net/russkieskazki.php?id=3
Байков Э. Символика сновидений, мифов и мистицизма. Ч. I. Символика сновидений по К.Г. Юнгу // URL: https://e-reading.mobi/chapter.
php/1021419/5/Baykov_-_Simvolika_snovideniy%2C_mifov_i_misticizma.html
Белов А.В. Сохранить прошлое в настоящем во имя будущего // Славянский центр культуры: Сб. ст. Вып. 5. Ростов н/Д: ЦВВР, 2006.
Богатырь Поток и Авдотья Лебедь Белая // URL: http://rulibs.com/
ru_zar/antique_myths/medvedev/1/j66.html
Братья Гримм. Сказки. Минск: Госиздат БССР, Ред. худож. лит., 1957.

Библиография

365

Брилиант С.М. Г. Р. Державин. Его жизнь, литературная деятельность
и служба // URL: https://biography.wikireading.ru/234025
Бычков А.А. Энциклопедия славянской мифологии. М.: АСТ; Астрель,
2008.
Бычковская Е. Женские архетипы нулевой чакры. Баба Яга // URL:
http://www.proza.ru/2014/02/07/1564
Вачков И.В. Введение в сказкотерапию, или Избушка, повернись ко мне
передом... М.: Генезис, 2011.
Вачков И.В. Возможности метафоры в сказкотерапевтической работе
со взрослыми // Клиническая и специальная психология. 2015. Т. 4. № 1 //
URL: http://psyjournals.ru/psyclin/2015/n1/Vachkov.shtml
Великорусские сказки Вятской губернии [Текст]: с приложением шести
вотяцких сказок. Сб. Д.К. Зеленина. Пг., 1915.
Веселовский Н.И. Мнимые каменные бабы // Вестник АИ. Вып. 195.
СПб., 1915.
Вильгельм Телль. В стране легенд // URL: http://librebook.me/v_strane_
legend/vol10/1
Виноградова Л.H. Мифологический аспект полесской «русальной» традиции // Духовная культура Полесья на общеславянском фоне. М.: Наука,
1986.
Виноградова Л.Н. Фольклор как источник для реконструкции древней
славянской духовной культуры // Славянский и балканский фольклор: реконструкция древней славянской духовной культуры: источники и методы /
Институт славяноведения и балканистики АН СССР. М.: Наука, 1989.
Виноградова Л.Н., Толстая С.М. Символический язык вещей: веник
(метла) в славянских обрядах и верованиях // Символический язык традиционной культуры: Балканские чтения. Институт славяноведения и балканистики РАН. М., 1993.
Власова М. Энциклопедия русских суеверий // URL: https://vivliophica.
com/books/other/240285/194
Воеводский Л.Ф. Чаши из человеческих черепов и тому подобные примеры утилизации трупа (Этологические и мифологические заметки) / Русская
расовая теория до 1917 года. Сб. оригинальных работ русских классиков
под ред. В.Б. Авдеева: В 2 т. // URL: http://litlife.club/br/?b=128057&p=192
Волк по соннику Фрейда // URL: http://www.сны.net/dreamarticle/alias/
volk0
Воронов И.А. Человек и мистические совы // URL: https://ejeweek.ru/
show_item.php?id=265
Гаврилов Д.А., Наговицын А.Е. Вий // URL: http://pagan.ru/slowar/vijj-4/
Герои славянской мифологии. Герои сказаний. Баба Яга // URL: http://
slavyans.myfhology.info/herous/baba-yaga.html

366

Библиография

Гесиод. Теогония (о происхождении богов) // URL: https://drevniebogi.
ru/wp-content/uploads/2014/02/gesiod-teogonia.html
Гоголь Н.В.   Ночь перед Рождеством // URL: http://lit-classic.
ru/?fid=1&sid=7&tid=16&re=1
Голан А. Миф и символ. М.; Иерусалим, 1994.
Гомер. Одиссея // URL: https://fictionbook.ru/author/gomer/odisseya_
per_v_a_jukovskogo/read_online.html
Грушко Е., Медведев Ю. Словарь славянской мифологии. Н. Новгород:
Рус. купец : Братья славяне, 1995.
Гура А.В. Летучая мышь // URL: http://pagan.ru/slowar/letuchayamysh/
Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. СПб.:
Диамант, 1996.
Добрыня купается и бьется со змеем // URL: http://philolog.petrsu.ru/
folkhtm/rybnik1/chukov.html
Древние российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым //
URL: http://www.wysotsky.com/0009/124.html
Ершов П.П. Конек-горбунок // URL: http://domik3.ru/skazki/konekgorbunok-3/
Живая Старина. М., 1899. Вып. 4.
Журавлев А.Ф. Домашний скот в поверьях и магии восточных славян.
Этнографические и этнолингвистические очерки. М.: Индрик, 1994.
Журавлев А.Ф. Наивная этимология и кабинетная мифология: Из наблюдений над мифологизмом А.Н. Афанасьева // Язык как средство трансляции культур. Ин-т славяноведения. М.: Наука, 2000.
Забылин М. Русский народ, его обычаи, обряды, предания, суеверия
и поэзия. М., 1880 // URL: https://www.runivers.ru/bookreader/book578101/
#page/51/mode/1up
Захаренко И.В., Брилёва И.С. Зооморфные образы // Русское культурное пространство: лингвокультурологический словарь. М.: Гнозис, 2004.
Зорька, Вечорка и Полуночка. Русская народная сказка // URL: http://
detskiychas.ru/skazki/russkie/zorka_vechrka_i_polunochka
Иван — крестьянский сын и Чудо-Юдо // URL: http://narodstory.net/
russkie-skazki.php?id=56
Иван Быкович // URL: http://vseskazki.su/narodnye-skazki/russkienarodnie-skazki/ivan-bykovich.html
Иван-дурак и Баба Яга // URL: http://starina-rus.ru/zelenin-p/86.php
Иванов А.В. Message: Чусовая Электронная библиотека book-online.
com.ua // URL: http://book-online.com.ua/read.php?book=8544&page=69
Иванов В.В., Топоров В.Н. Мифологический словарь // URL: http://
esseclub.narod.ru/Myths/ZmeiGorynych.html

Библиография

367

Илья Муромец и Соловей-разбойник // URL: http://www.skazsbb.ru/
rns/rns35.html
Калевала. Карело-финский эпос. Петрозаводск: Карелия, 1989.
Капица Ф.С. Тайны славянских богов. Мир древних славян: магические обряды и ритуалы. Славянская мифология, христианские праздники
и обряды // URL: http://www.rulit.me/books/tajny-slavyanskih-bogov-mirdrevnih-slavyan-magicheskie-obryady-i-ritualy-slavyanskaya-mifologiya-hrread-72189-25.html
Керлот Х.Э. Словарь символов. М.: REFL-book, 1994.
Кессиди Ф.Х. Гераклит // URL: https://fil.wikireading.ru/62260
Клингер В. Животное в античном и современном суеверии. Киев: тип.
Имп. Ун-та св. Владимира АО печ. и изд. дела Н.Т. Корчак-Новицкого, 1911.
Князь Роман и братья Ливики // URL: http://www.byliny.ru/content/
text/knyaz-roman-i-bratja-liviki
Козьма Пражский. Пражская хроника // URL: http://www.vostlit.info/
Texts/rus/Cosmas/framekniga1.htm
Костомаров Н. Образ домашней жизни. Семейные нравы. Порядок домоправления. Домашние обряды // Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI и XVII столетии. М., 1992 // URL: https://www.
booksite.ru/ancient/reader/family_02.htm
Криничная Н.А. Леший: тотемические истоки и полисемантизм образа //
Русская мифология: Мир образов фольклора. М.: Академический проект;
Гаудеамус, 2004.
Лавровский П.А. Разбор исследования «О мифическом значении некоторых поверий и обрядов; соч. А. Потебни» / Чтения в Императорском Обществе Истории и Древностей Российских при Московском Университете.
М., 1866. Книга вторая. Смесь // URL: https://www.runivers.ru/bookreader/
book470858/#page/538/mode/1up
Левкиевская Е.Е., Усачева В.В. Полесский водяной на общеславянском
фоне // Этнолингвистическое изучение Полесья. М.: Индрик, 1995.
Лекарство от задумчивости. Сказка о Игнатье-царевиче и о Суворе-невидимке мужичке // Русская сказка в изданиях 80-х годов XVIII века. СПб.:
Тропа Троянова, 2001.
Лосев А.Ф. Античная мифология. М.: Учпедгиз, 1957.
Мадлевская Е. Русская мифология. Энциклопедия // URL: http://e-libra.
ru/read/205171-russkaya-mifologiya.-yenciklopediya.html
Максимов С.В. Нечистая, неведомая и крестная сила. СПб.: Полисет,
1994.
Малаховская А.Н. Наследие Бабы-яги: Религиозные представления,
отраженные в волшебной сказке, и их следы в русской литературе XIX–
XX вв. СПб.: Алетейя, 2007.

368

Библиография

Марья Моревна — русская народная сказка // URL: http://narodstory.
net/russkie-skazki.php?id=62
Маш А.Г. Сокровища Ретры // URL: http://kladina.narod.ru/rethra/
rethra_predv_razsmotr.html
Мелетинский Е.М. Герой волшебной сказки. М.; СПб.: Академия
­Исследований Культуры; Традиция, 2005.
Мифы и предания славян. Баба Яга // URL: http://www.e-reading.mobi/
chapter.php/1034505/52/Artemov_-_Mify_i_predaniya_slavyan.html
Мифы народов мира: В 2 т. М.: Советская энциклопедия, 1992.
Наговицын А.Е. Древние цивилизации: общая теория мифа: В 3 кн. М.:
Академический проект, 2005.
Наговицын А.Е. Магия хеттов. М.: Академический проект, 2004.
Наговицын А.Е. Особенности ритмо-фонетической структуры текста.
М.: Флинта, 2006.
Наговицын А.Е. Тайны мифологии славян. М.: Академический проект;
Традиция, 2009.
Наговицын А.Е. Этруски. Мифология и религия. М.: Рефл-бук, 2000.
Наговицын А.Е., Пономарева В.И. Атлас сказочного мира. М.: Генезис,
2011.
Наговицын А.Е., Пономарева В.И. Симвология: От философских теорий
до практики сказкотерапии. М.: Генезис, 2014.
Наговицын А.Е., Пономарева В.И. Типология сказки. М.: Генезис, 2011.
Новиков Н.В. Образы восточнославянской волшебной сказки. Л.: Наука.
Ленингр. отд-ние, 1974.
Образцы народной литературы северных тюркских племен, изданные
В. Радловым. Ч. 9. Наречия урянхайцев (сойотов), абаканских татар и карагасов. СПб.: Тип. Имп. АН, 1907.
Овидий Назон Публий. Метаморфозы // URL: http://modernlib.net/
books/nazon_publiy_ovidiy/metamorfozi/read
Олейниченко А. Свидетельства ал-Масуди о славянах и русах // URL:
http://a-oleynichenko.narod.ru/index/0-45
Отечественный пантеон, или Жизнь великих князей, царей и императоров: В 3 т. М., 1846–1847. Т. 1 // URL: https://www.runivers.ru/bookreader/
book482450/#page/21/mode/1up
Песня о татарском полоне // URL: http://a-pesni.org/istor/protatpolon.
html
Петрухин В.Я. Человек и животное в мифе и ритуале: мир природы в
символах мира культуры // Мифы, культы, обряды народов зарубежной
Азии / Отв. ред. Н.Л. Жуковская. М.: Наука, 1986.
Плеханов С.Н. Золотая баба // URL: http://modernlib.net/books/
plehanov_sergey/zolotaya_baba/read/

Библиография

369

Полный церковно-славянский словарь: со внесением в него важнейших древнерусских слов и выражений / Г.М. Дьяченко. М.: Тип. Вильде, 1899. Т. II.
Пономарева В. Как Василиса Прекрасная стала лягушкой? Древняя символика образа // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/18707/
Пономарева В. А вы знаете, когда появились дураки? Немного этимологии… // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/23530/
Пономарева В. Избушка Бабы Яги: откуда у нее курьи ножки и поворотное устройство? Поверья наших предков // URL: https://shkolazhizni.ru/
culture/articles/37948/
Пономарева В. Как связаны с древними богами… кошки? // URL: https://
shkolazhizni.ru/culture/articles/25127/
Пономарева В. Лесные духи древних славян: какими они были? Леший и
его семья // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/35088/
Пономарева В. Почему Баба Яга каталась в ступе? Поверья наших предков // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/37944/
Пономарева В. Почему же тот мост звался Калиновым? // URL: https://
shkolazhizni.ru/culture/articles/20663/
Пономарева В. Почему у Бабы Яги костяная нога? Поверья наших предков // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/37950/
Пономарева В. С какой стати дураку достается полцарства? Ох, уж эти
сказки… // URL: https://shkolazhizni.ru/psychology/articles/4786/
Пономарева В. Страшнее кошки зверя нет? Народные приметы и поверья // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/24964/
Пономарева В. Так ли страшен серый волк? Древняя символика образа //
URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/18617/
Пономарева В. Черный ворон, что ты вьешься?.. Древняя символика образа // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/18688/
Пономарева В. Что думали древние… о совах? // URL: https://shkolazhizni.
ru/culture/articles/11353/
Пономарева В. Что ты ржешь, мой конь ретивый? Древняя символика
образа // URL: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/18165/
Потебня А.А. Символ и миф в народной культуре. М.: Лабиринт, 2000.
Потебня А.А. О мифическом значении некоторых обрядов и поверий.
I. Рождественские обряды. II. Баба-Яга. III. Змей. Волк. Ведьма. М.: Издательство ИП Секачев В.Ю., 2021.
Про Добрыню Никитича и Змея Горыныча. Былина // URL:http: //
lukoshko.net/story/pro-dobrynyu-nikiticha-i-zmeya-gorynycha.html
Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. М.: Лабиринт, 1998.
Пропп В.Я. Морфология волшебной сказки. М.: Лабиринт, 1998.
Пухова Т. Русская сказочная традиция в творчестве А.Н. Корольковой // URL: http://podyom.ruspole.info/node/5379

370

Библиография

Радлов В. Этимологический словарь русского языка. М.: Прогресс, 1983.
Ремизов А.М. Волк Самоглот // URL: http://knigosite.org/library/
read/18028
Русская мифология. Энциклопедия. М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2005.
Русские народные сказки // URL: http://www.ru-skazki.ru/ivan-the-fool4&p4.html
Русское культурное пространство: лингво-культурологический словарь. М.: Гнозис, 2004.
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М.: Наука, 1994.
Северные сказки. Сб. Н.Е. Ончукова: В 2 кн. СПб.: Тропа Троянова, 1998.
Серяков М. Боги славянского мира // URL: http://info-grad.com/moranai-baba-yaga/
Сказка о Игнатье-царевиче и о Суворе-невидимке мужичке // URL: /
http://feb-web.ru/feb/skazki/texts/srz/srz-094-.html
Сказки и песни Белозерского края. Сб. Б. и Ю. Соколовых: В 2 кн. СПб.:
Тропа Троянова, 1999.
Сказки и предания Самарского края. Собраны и записаны Д.Н. Садовниковым. Иваново: Роща, 2016 // URL: http://dragons-nest.ru/dragons/mytho­
logy/russia/skazki-amara_sadovnikov.php#_Toc104967913
Славянская мифология. Словарь-справочник / Сост. Л.М. Вагурина. М.:
Линор & Совершенство, 1998.
Словарь церковно-славянского языка / Под ред. А.Х. Востокова. СПб.:
Второе отделение Императорской Академии Наук, 1861. Т. II.
Соболевский А.И. Этимологические заметки // Журнал Министерства
народного просвещения. 1886. Сентябрь // URL: https://www.runivers.ru/
bookreader/book457815/#page/206/mode/1up
Соснович И. Русская народная сказка // URL: http://www.fairy-tales.
su/narodnye/belomorskie-skazki/4137-ivan-sosnovich.html
Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка: В 3 т. Репринтное
издание. М.: Книга, 1989. Т. 1.
Старая погудка на новый лад. Сб. сказок. М.: Типография А. Решетникова, 1794–1795 // URL: http://feb-web.ru/feb/skazki/texts/psrs/spl/spl-164
Старинные песни (под балалайку) // URL: https://docplayer.ru/41312278Starinnye-pesni-pod-balalayku.html
Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования. М.: Языки русской культуры, 1997.
Стурлусон С. Круг земной // URL: http://modernlib.net/books/sturluson_snorri/krug_zemnoy/read
Стурлусон С. Младшая Эдда. Язык поэзии. 75. Хейти ворона и орла //
URL: https://royallib.com/read/sturluson_snorri/mladshaya_edda.html#n_305
Сумцов Н.Ф. Ворон в народной словесности. М.: Тип. Е.Г. Потапова, 1890.

Библиография

371

Толстой H.И. // Славянские древности: Этнолингвистический словарь: В 5 т. / Под общ. ред. Н.И. Толстого; Институт славяноведения РАН.
М.: Международные отношения, 1995. Т. 1.
Толстой А.Н. Гуси-лебеди // URL: http://narodstory.net/skazki-tolstoy.
php?id=17
Толстой А.Н. Сказки // URL: http://hobbitaniya.ru/tolstoyan/tolstoyan81.php
Толстой Н.И. «Очерки русской мифологии» Д.К. Зеленина и развитие
русской мифологической науки. М.: Индрик, 1995.
Топоров В.H. Хеттская salSU.GI и славянская баба-яга / Краткие сообщения Института славяноведения АН СССР. 1963. № 38.
Трубачев О.Н. Термины свойственного родства. Гл. 14 // История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя // URL: http://poznayka.org/s5293t1.html
Фаминцын А. Божества древних славян // URL: https://avidreaders.ru/
book/bozhestva-drevnih-slavyan.html
Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. М.: Астрель;
АСТ, 2004.
Финист — Ясный Сокол // URL: https://skazki-dlja-detej.com/narodnye/
russkie/finist-yasnyj-sokol/
Фролка-сидень. Русская народная сказка // URL: http://www.ru-skazki.
ru/frolka-siden.html
Черепанова О.А. Мифологическая лексика Русского Севера. Л.: Изд-во
ЛГУ, 1983.
Чувашская энциклопедия // URL / http://enc.cap.ru/?t=publ&lnk=854
Чудесная рубашка. Русская народная сказка // URL: https://deti-https://
deti-online.com/skazki/russkie-narodnye-skazki/chudesnaja-rubashka//
Шинкаренко В.Д. Смысловая структура социокультурного пространства: Миф и сказка. М.: КомКнига, 2005.
Штернберг Л.Я. Первобытная религия в свете этнографии. Л., 1936.
Элиаде М. Инициация: общий обзор / Пер. с англ. и прим. И.С. Анофрие­
ва // URL: http://religious.life/2012/11/eliade-initiation-obshhiy-obzor/
Элиаде М. От Залмоксиса до Чингиз-хана // URL: http://e-libra.ru/
read/83473-ot-zalmoksisa-do-chingiz-xana.html
Элиаде М. Шаманизм. Архаические техники экстаза // URL: http://
www.e-reading.club/bookreader.php/69785/Eliade_-_Shamanizm__Arhaiche­
skie_tehniki_ekstaza.html
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона // URL: https://ru.wiki­
source.org/wiki/ЭСБЕ/Поганое_Идолище
Энциклопедия русских суеверий / Сост. М. Власова // URL: https://
religion.wikireading.ru/74208

Библиография

372

Этимологический словарь Фасмера // URL: http://enc-dic.com/fasmer/
Kosche-6518/
Юнг К.Г. Психология образа трикстера // Юнг К.Г. Душа и миф. Шесть
архетипов. Минск: Харвест, 2004.
Юнг К.Г. Дух Меркурий. М.: Канон, 1996.
Юнг К.Г. Психология бессознательного // URL: https://castalia.
ru/perewody/karl-gustav-yung-perevody/2181-karl-gustav-yung-glava-4psihologicheskoe-tolkovanie-detskih-snov-zimniy-semestr-1939-40-chast-html

Литература на иностранных языках
Беларускi фальклор. Энцыклапедыя: В 2 т. Минск: Беларуская энцыклапедыя, 2005.
Karwot E. Katalog magii Rudolfa: Žródlo etnograficzne XIII w. Wroclaw,
1955. R. 9.
Кулишиh Ш., Петровиh П.Ж., Паптелиh Н. Српски митолошки речник.
Београд, 1970.
Sternberg L. Divine Election in Primitive Religion. Geteborg, 1925.

Оглавление
Предисловие��������������������������������������������������������������������������������������������������������������������������5
Глава 1. Психологические и культурно-исторические корни образа
Бабы Яги������������������������������������������������������������������������������������������������������������������9
Психологические ресурсы образа Бабы Яги ������������������������������������������������9
Происхождение образа Бабы Яги����������������������������������������������������������������� 11
Этимология имени��������������������������������������������������������������������������������������������� 13
Аналоги Бабы Яги в мировом фольклоре��������������������������������������������������� 16
Глава 2. Характерологические свойства Бабы Яги ��������������������������������������������������� 22
Особенности внешности Бабы Яги��������������������������������������������������������������� 22
Связь Яги с другими персонажами русского фольклора����������������������� 29
Функциональная триада образов Бабы Яги (по В. Я. Проппу)��������������� 31
Семья Бабы Яги������������������������������������������������������������������������������������������������� 35
Магия превращения ����������������������������������������������������������������������������������������� 39
Хозяйка животных, стихий воды и воздуха����������������������������������������������� 41
Глава 3. Традиционные атрибуты Бабы Яги ��������������������������������������������������������������� 45
Избушка на курьих ножках ��������������������������������������������������������������������������� 49
Курьи ножки и есть ли свет в окошке?��������������������������������������������������������� 51
Ступа и пест ������������������������������������������������������������������������������������������������������� 55
Помело и метла ������������������������������������������������������������������������������������������������� 58
Клубок����������������������������������������������������������������������������������������������������������������� 65
Гребень����������������������������������������������������������������������������������������������������������������� 67
Щетка������������������������������������������������������������������������������������������������������������������� 70
Полотенце����������������������������������������������������������������������������������������������������������� 70
Яблочко и блюдечко����������������������������������������������������������������������������������������� 74
Глава 4. Пространство обитания Бабы Яги����������������������������������������������������������������� 78
Внутреннее пространство избушки на курьих ножках��������������������������� 78
Дворовое пространство����������������������������������������������������������������������������������� 81
Дремучий лес ����������������������������������������������������������������������������������������������������� 86
Река Смородина и Калинов мост������������������������������������������������������������������� 87
Баба Яга и сказочное время ��������������������������������������������������������������������������� 94
Глава 5. Баба Яга и сказочные злодеи������������������������������������������������������������������������� 100
Кощей Бессмертный��������������������������������������������������������������������������������������� 100

374

Оглавление

Змей Горыныч��������������������������������������������������������������������������������������������������� 110
Чудо-Юдо��������������������������������������������������������������������������������������������������������� 119
Огненный Змей������������������������������������������������������������������������������������������������ 127
Глава 6. Духи природных пространств ��������������������������������������������������������������������� 131
Лесные духи ����������������������������������������������������������������������������������������������������� 131
Водяные духи��������������������������������������������������������������������������������������������������� 139
Глава 7. Баба Яга и главные герои волшебных сказок ������������������������������������������� 145
Иван-дурак������������������������������������������������������������������������������������������������������� 145
Иван-царевич��������������������������������������������������������������������������������������������������� 149
Василиса Премудрая ������������������������������������������������������������������������������������� 151
Марьюшка («Финист — Я
​ сный Сокол»)��������������������������������������������������� 153
Глава 8. Спутники, помощники и слуги Бабы Яги��������������������������������������������������� 156
Обитатели избушки на курьих ножках����������������������������������������������������� 156
Дворовые обитатели��������������������������������������������������������������������������������������� 166
Лесные обитатели������������������������������������������������������������������������������������������� 194
Дальние помощники-информаторы����������������������������������������������������������� 210
Приложения����������������������������������������������������� 215
Приложение 1. П
 сихологические игры и упражнения, связанные
с образом Бабы Яги ��������������������������������������������������������������������������� 217
Баба Яга: знакомство с образом ����������������������������������������������������������������� 217
Волшебный клубок����������������������������������������������������������������������������������������� 221
Превращения ��������������������������������������������������������������������������������������������������� 224
Говорящие вещи����������������������������������������������������������������������������������������������� 228
Магическая школа Бабы Яги ����������������������������������������������������������������������� 234
Заколдованные звери������������������������������������������������������������������������������������� 237
Цветные царства ��������������������������������������������������������������������������������������������� 240
Игра-альтернатива «Две Бабы Яги»����������������������������������������������������������� 244
Чары Бабы Яги������������������������������������������������������������������������������������������������� 247
Путешествие к Бабе Яге ��������������������������������������������������������������������������������� 252
Несказочные проблемы��������������������������������������������������������������������������������� 262
Диалог с Бабой Ягой��������������������������������������������������������������������������������������� 270
Полет в ступе��������������������������������������������������������������������������������������������������� 272
Приложение 2. Авторские сказки о Бабе Яге����������������������������������������������������������� 276
Сказка о том, как маг Василий в Беловодье ходил
(А.Е. Наговицын)��������������������������������������������������������������������������������������������� 276

Оглавление

375

Маша и три сестры (А.Е. Наговицын) ������������������������������������������������������� 315
Как найти Бабу Ягу? (В.И. Пономарева)��������������������������������������������������� 320
Федор, пастуший сын, и Баба Яга (В. И. Пономарева)��������������������������� 322
Баба Яга и мировые проблемы (И.В. Вачков)������������������������������������������� 329
Приложение 3. Русские народные сказки о Бабе Яге��������������������������������������������� 337
Баба-яга������������������������������������������������������������������������������������������������������������� 337
Гуси-лебеди������������������������������������������������������������������������������������������������������� 338
Василиса Прекрасная������������������������������������������������������������������������������������� 339
Марья Моревна����������������������������������������������������������������������������������������������� 345
Сказка о молодильных яблоках и живой воде����������������������������������������� 353
Библиография������������������������������������������������������������������������������������������������������������������� 364

Научное издание
Вачков Игорь Викторович, Наговицын Алексей Евгеньевич,
Пономарева Валентина Ивановна
Жила-была Баба Яга…
Психологические и культурологические аспекты образа
Выпускающий редактор: Н.В. Сергеева
Компьютерная верстка: Т.В. Исакова
Дизайн обложки: С.М. Коробов
Корректор: С.Ю. Иванченко
Допечатная подготовка: Т.Ю. Коновалова
Подписано в печать 06.02.2023.
Формат 60 ×90 /16. Гарнитура MyslC.
Бумага офсетная. Печать офсетная.
Усл. печ. л. 23,5. Тираж 700 экз. Заказ №
Издательство «Академический проект»,
адрес: 111399, г. Москва, ул. Мартеновская, 3;
сертификат соответствия
№ РОСС RU. АЕ51. Н 16070 от 13.03.2012;
орган по сертификации РОСС RU.0001.11АЕ51
ООО «Профи-сертификат».
Отпечатано в АО «ИПК “Чувашия”»,
428019, г. Чебоксары, пр. И. Яковлева, 13

По вопросам приобретения книги
просим обращаться в издательство:
телефоны: +7 495 305 3702, +7 495 305 6092,
e-mail: info@aprogect.ru,
интернет-магазин: www.academ-pro.ru
По вопросам издания книг
обращаться в редакционный отдел:
e-mail: redactor@aprogect.ru