академиянлук
 СССР
 И.  А.  ЕРОФЕЕВ
 артпожМое.
 ДВИЖЕНИЕ
 К
 зда  ил  ел  о  с  т  $  о
АКАДЕМИИ  НАуК  СССР

АКАДЕМИЯ  НАУК  СССР
 Н  А_У  Ч  Н  0-П  ОПУЛЯРНАЯ  СЕРИЯ
 Н.  А.  ЕРОФЕЕВ
 ЧАРТИСТСКОЕ
ДВИЖЕНИЕ
 ИЗДАТЕЛЬСТВО  АКАДЕМИИ  НАУК  СССР
 МОСКВА  1961

Книга  знакомит  читателя  с  одной  из  самых  заме¬
чательных  страниц  истории  английского  рабочего  дви¬
жения  —  чартизмом.  Чартистское  движение  разверну¬
лось  с  середины  30-х  годов  XIX  в.  и  продолжалось  бо¬
лее  двух  десятилетий.  Изменения,  происшедшие  в  эко¬
номике  Англии  в  первой  половине  XIX  в.,  и  прежде
всего  промышленный  переворот,  резко  обострили  про¬
тиворечия  между  пролетариатом  и  буржуазией,  еще
более  ухудшили  положение  рабочего  класса.  Протест
английских  рабочих  против  гнета  и  бесправия,  против
господства  крупной  буржуазии,  земельной  аристо¬
кратии  вылился  в  первое  «массовое,  политически-рево-
люционное  движение»  —  чартистское.  Автор  расска¬
зывает  об  экономической  жизни  Англии  того  времени,
о  причинах  возникновения  чартистского  движения,
о  его  идеологии,  о  различных  этапах,  о  значении
чартизма  в  истории  Англии  и  в  истории  международ¬
ного  рабочего  движения.

ПРЕДИСЛОВИЕ
 Массовое  народное  движение  в  Англии,  известное  под
названием  чартизма,  развернулось  начиная  с  середины
30-х  годов  XIX  в.  и  продолжалось  более  двух  десятилетий.
Оно  представляет  собой  одну  из  замечательных  страниц
не  только  английской,  но  и  мировой  истории  нового  вре¬
мени.
 Это  движение  приняло  массовый  характер:  в  некоторые
периоды  под  знаменем  чартизма  выступали  миллионы  лю¬
дей  по  всей  стране.  Грандиозные  митинги  и  демонстрации
чартистов  сотрясали  страну,  приводя  в  ужас  господствую¬
щие  классы.  В  процессе  борьбы  из  самой  гущи  народа  вы¬
двинулись  десятки  тысяч  активных  участников;  они  про¬
явили  героизм  и  самоотверженность.  Их  не  смогли  сломить
ни  преследования  полиции,  ни  тюрьмы,  ни  ссылки.  Чар¬
тизм  знаменовал  пору  огромного  духовного  подъема  и  на¬
ложил  печать  на  всю  эту  эпоху.
 Главной  силой  чартистского  движения  был  рабочий
класс.  Выступление  рабочего  класса  в  роли  организатора
и  руководителя  всенародной  борьбы  означало  появление
на  политической  арене  новой  мощной  общественной  силы,
которой  суждено  было  сыграть  решающую  роль  в  движе¬
нии.  Вместе  с  выступлениями  пролетариата  в  других
странах  —  лионскими  восстаниями  во  Франции  в  1831  и
1834  гг.  и  восстанием  силезских  ткачей  в  1844  г.—  чар¬
тистское  движение  продемонстрировало  острый  и  непри¬
миримый  антагонизм  между  двумя  основными  классами
капиталистического  общества  —  буржуазией  и  пролета¬
риатом.  Эти  выступления  рабочего  класса  были  использо¬
 3

ваны  классиками  марксизма  в  разработке  учения  о  роли
пролетариата  в  современном  обществе.
 Отличие  чартистского  движения  от  различных  высту¬
плений  пролетариата  в  других  странах  состоит  прежде
всего  в  том,  что  английские  рабочие  впервые  в  истории
показали  свою  способность  поднять  и  возглавить  широкое
народное  движение,  четко  определить  его  ближайшие
цели.  Английские  рабочие  того  времени  продемонстрирова¬
ли  высокий  уровень  классового  сознания.  Они  решитель¬
но  заявили  о  самостоятельности  своих  целей  и  интересов,
резко  противопоставили  себя  буржуазии  и  другим  эксплуа¬
таторским  классам  и  отчетливо  сформулировали  свою  по¬
литическую  программу,  которая  предусматривала  полное
переустройство  общества.  В  борьбе  английские  рабочие
проявили  сознательность  и  организованность,  создав  свою
партию,  в  которой  демократиям  сочетался  со  строгой  цент¬
рализацией.  Чартистское  движение  дало  также  замеча¬
тельные  образцы  тактики  пролетариата  в  его  борьбе  за
свои  интересы,  в  частности  впервые  была  выдвинута  идея
всеобщей  политической  стачки.
 Классики  марксизма  очень  высоко  оценивали  вели¬
кое  историческое  значение  чартизма.  Энгельс  называл
чартистов  «первой  рабочей  партией  нашего  времени»  1.
В.  И.  Ленин  писал,  что  в  лице  чартизма  «Англия  дала  ми¬
ру  первое  широкое,  действительно  массовое,  политически
оформленное,  пролетарски-революционное  движение...»2.
Говоря  о  значении  чартизма,  В.  И.  Ленин  писал,  что  чар¬
тистское  движение  является  во  многих  отношениях  «пред¬
последним  словом»  к  марксизму3.
 Прогрессивные  деятели  Англии  бережно  хранят  рево¬
люционные  и  демократические  традиции  прошлого.  Они
изучают  опыт  чартизма  и  часто  обращаются  к  нему,  напо¬
миная  английским  рабочим  об  их  замечательном  прошлом.
 Напротив,  историки  буржуазного  лагеря  всячески  из¬
вращают  подлинную  картину  и  характер  чартистского
движения.  Большинство  буржуазных  историков  отрицает
политический  характер  движения.  Чартизм,  пишет  фран¬
цузский  буржуазный  историк  Доллеан,  представляет  со¬
бой  «менее  всего  организованное»  движение,  это  не  что
иное,  как  «инстинктивное  и  стихийное  восстание  против
экономических  условий  и  нищеты»  4.  Французскому  исто¬
рику  вторят  английские  буржуазные  историки:  в  учебни¬
 4

ке,  изданном  в  1946  г.,  они  называют  чартизм  «голодным
бунтом,  который  был  усилен  недовольством  законом  *  о
бедных»5.  Другой  английский  историк  утверждает,  что
ряды  чартистов  в  промышленных  городах  состояли  из
«неорганизованных  и  склонных  к  насилию  толп»  6  .
 Отвергая  политический  характер  народного  движепия,
развивавшегося  под  лозунгами  чартизма,  буржуазные
историки  объявляют  его  всецело  порождением  экономи¬
ческих  кризисов  той  эпохи.  «Подъемы  и  спады  движения
настолько  точно  совпадали  с  периодами  депрессий  и  ожив¬
ления,—  пишут  английские  историки,—  что,  не  подлежит
сомнению,  главным  толчком  к  нему  были  экономические,
а  не  политические  причины»  7.  «Чартизм,—  пишет  другой
английский  историк,—  по-видимому,  процветал  только  в
периоды  экономических  кризисов»  8.
 Другие  буржуазные  историки,  фальсифицируя  подлин¬
ный  характер  чартистского  движения,  идут  по  иному  пути.
Английский  буржуазный  историк  пишет:  «В  последнем
счете  чартизм  не  был  ни  политическим,  ни  социальным  и
ни  экономическим  движением:  это  было  движение  рели¬
гиозное.  Это  была  пролетарская  разновидность  хри¬
стианства»  9.
 Совсем  иначе  характеризуют  чартизм  историки  лей¬
бористского  лагеря  и  историки,  близкие  к  этому  лагерю.
Так,  Ховелл  писал,  что  чартизм  мог  появиться  лишь  в
эпоху  промышленного  переворота  и  коренной  экономиче¬
ской  ломки,  «когда  невежество  допускало  процветание
многочисленных  злоупотреблений»,  когда  «не  было  здо¬
рового  общественного  мнения».  Именно  поэтому,  пишет
автор,  и  возможно  было  появление  в  рабочем  классе  «при¬
митивной  и  грубой  идеи  классовой  борьбы»  10.  С  разви¬
тием  капитализма,  по  мнению  автора,  эта  идея  должна
была  отойти  в  прошлое,  уступив  место  идее  сотрудниче¬
ства  классов.  Чартизм,  пишет  другой  английский  историк,
«явился  продуктом  переходного  периода  в  капиталисти¬
ческом  развитии»  п.  Эти  авторы  хотят  уверить  читателя
в  том,  что  революционный  характер  рабочего  движения
того  времени  является  лишь  продуктом  особых  усло¬
вий,  которые  невозможны  в  наше  время.  «Там,—  пишет
 *  Закон  о  бедных,  принятый  английским  парламентом  в  1834  г.,
значительно  ухудшал  положение  беднейших  рабочих  и  сельских
жителей.
 5

лейбористский  историк,—  где  рабочие  лишены  права  го¬
лоса,  где  им  не  предоставлено  право  политической  агита¬
ции,  там  политическое  движение  рабочего  класса,  если  оно
вообще  существует,  обязательно  принимает  революцион¬
ную  форму»  12.  Лейбористские  историки  пытаются  пред¬
ставить  современных  лейбористов  с  их  крохоборческой
программой  куцых  реформ  в  роли  наследников  чартизма.
С  этой  целью  они  выдвигают  на  первый  план  мелкобур¬
жуазных  и  буржуазных  попутчиков  чартизма,  объявляют
их  подлинными  чартистами,  а  рабочих  зачисляют  в  «неор¬
ганизованную  толпу».  Таким  путем  лейбористы  пытают¬
ся  представить  все  чартистское  движение  как  чисто  ре¬
формистское,  готовое  к  примирению  с  существующим
строем.  Этот  прием  лейбористским  фальсификаторам
истории  понадобился  для  того,  чтобы  приписать  англий¬
скому  пролетариату  мнимую  исконную  «реформистскую
традицию»  и  враждебность  революции.
 Обо  всех  этих  фальсификациях  и  извращениях  можно
сказать  словами  В.  И.  Ленина:  «Задача  реакции  —  заста¬
вить  население  забыть  те  формы  борьбы,  формы  органи¬
зации,  те  идеи,  те  лозунги,  которые  в  таком  богатстве  и
разнообразии  рождала  революционная  эпоха»  13.
 Подлинная  история  чартизма  не  оставляет  камня  на
камне  от  построений  буржуазных  фальсификаторов  исто¬
рии.  Она  свидетельствует  о  том,  что  английский  рабочий
класс  не  уступает  другим  отрядам  международного  про¬
летариата  ни  в  мужестве,  ни  в  революционности,  что  он
имеет  славное  героическое  прошлое  и  богатые  революци¬
онные  традиции.

Глава  первая
 с~ 	■■■■ 	^ 	■ 	 =J
 ЭКОНОМИЧЕСКОЕ  АСОЦИАЛЬНОЕ
РАЗВИТИЕ  АНГЛИИ
 в  30—40-х  годах  XIX  в.
 Чартистское  движение,  с  его  -высокой  организов  ар¬
ностью  и  сознательностью,  могло  появиться  лишь  в  об¬
становке  развитого  капитализма  и  глубокого  обострения
социальных  противоречий.
 Англия  первой  половины  XIX  в.  представляла  собой
передовую  капиталистическую  страну  с  развитой  промыш¬
ленностью  и  многочисленным  рабочим  классом.  В  резуль¬
тате  промышленного  переворота,  начавшегося  еще  в
60-х  годах  XVIII  в.,  Англия  намного  опередила  другие
страны  Западной  Европы  по  уровню  своего  промышлен¬
ного  производства,  по  его  технической  оснащенности.
К  началу  XIX  в.  машинное  производство  сделало  большие
успехи.  Особенно  быстро  развивалась  текстильная  про¬
мышленность,  продукция  которой  обеспечивала  не  только
внутренний  рынок,  но  и  вывозилась  за  границу.  В  70-х  и
80-х  годах  XVIII  в.  в  Англии  были  разработаны  способы
выплавки  железа  на  каменном  угле  (до  этого  железо  пла¬
вили  исключительно  на  древесном  угле).  В  результате
этого  изобретения  Англия,  обладавшая  богатейшими  запа¬
сами  высококачественного  угля,  получила  возможность
широко  развернуть  производство  железа  и  вскоре  по  про¬
изводству  железа  вышла  на  первое  место  в  Европе.  На
основе  быстрого  развития  промышленности  в  Англии  ро¬
сли  города  и  промышленные  центры,  складывался  много¬
численный  рабочий  класс.
 Особенно  сильный  толчок  развитию  английской  про¬
мышленности  дала  многолетняя  война  в-Европе,  которую
 г

Англия  б  союзе  с  другими  государствами  вела  против  на¬
полеоновской  Франции.  Эта  война  с  небольшим  перерывом
(немногим  больше  одного  года)  продолжалась  с  1793  до
1814  г.  Всячески  поддерживая  коалиции,  направленные
против  Франции,  Англия,  однако,  принимала  незначи¬
тельное  участие  в  военных  действиях,  главным  образом
в  операциях  на  море.  Английская  экономика,  территория
и  промышленность  не  пострадали  от  войны.  Напротив,
используя  занятость  в  войне  всех  европейских  государств,
Англия  усиленно  развивала  свою  промышленность  и  тор¬
говлю,  вытеснила  французов  из  колоний  и  захватила
инициативу  в  морской  торговле.  В  результате  к  концу
войны  Англия  сделалась  еще  более  мощной  промыш¬
ленной  и  торговой  державой  мира  и  еще  более  разбо¬
гатела.
 На  протяжении  последующих  десятилетий,  и  в  особен¬
ности  в  30—40-х  годах  XIX  в.,  ускоренное  развитие  ан¬
глийской  промышленности  продолжалось.  Так,  с  1831  по
1849  г.  количество  хлопка,  ежегодно  превращавшегося  на
английских  фабриках  в  нитки  и  ткань,  возросло  в  три
раза  *,  а  производство  товаров  из  шерсти  более  чем  удво¬
илось  2.  Производство  железа  с  1827  по  1850  г.  увеличи¬
лось  почти  в  три  раза  —  с  690  тыс.  тонн  до  2  млн.  тонн  3,
а  добыча  каменного  угля  (за  1829—1854  гг.)  —  более  чем
в  три  раза  —  с  16  до  54  млн.  тонн  4.  Общий  вывоз  из  Анг¬
лии,  в  основном  составлявший  промышленные  товары,  за
два  десятилетия,  с  1829  по  1849  г.,  вырос  почти  в  четыре
раза  5.
 Параллельно  с  общим  ростом  производства  и  вывоза
происходили  очень  важные  качественные  сдвиги  в  англий¬
ской  экономике.  Особое  значение  имело  дальнейшее  бы¬
строе  развитие  фабричного  производства  и  начавшееся
широкое  внедрение  машин  во  все  отрасли  промышлен¬
ности.  Машина,  а  вслед  за  ней  и  фабрика,  как  уже  гово¬
рилось,  появились  в  Англии  еще  в  последние  десятилетия
XVIII  в.  В  последующие  годы  машины  все  совершенство¬
вались,  размеры  фабрик  и  их  число  неуклонно  возрастали.
 Однако  вплоть  до  конца  20-х  годов  XIX  в.  машины  ис¬
пользовались  почти  исключительно  в  текстильной  про¬
мышленности,  да  и  то.  главным  образом  в  хлопчатобумаж¬
ном  производстве.  Впрочем,  даже  в  хлопчатобумажном
производстве,  где  после  промышленного  переворота  про¬
 8

изошли  наибольшие  сдвиги,  «в  начале  30-х  годов  ручной
труд  все  еще  -занимал  видное  место,  а  в  ткацком  деле  да¬
же  безусловно  преобладал:  в  1831  г.  в  Англии  работало
200—250  тысяч  ручных  ткацких  станков  и  только  80  ты¬
сяч  механических,  т.  е.  приводимых  в  движение  машиной  6.
В  других  отраслях  текстильного  производства  —  в  обра¬
ботке  шерсти,  льна  и  шелка  —  ручной  труд  решительно
господствовал  на  всех  стадиях  производства.  Даже  в  пря¬
дении  шерсти,  шелка  и  льна,  которое  в  хлопчатобумажном
производстве  уже  в  30-х  годах  XIX  в.  было  окончательно
механизировано,  доля  ручного  труда  была  еще  значитель¬
на.  Полностью  ручным  оставалось  производство  в  трико¬
тажной  промышленности.  Вязальный  станок,  появившийся
еще  в  XVIII  в.,  не  только  не  вытеснил  ручного  труда,  но
из-за  своей  дешевизны  и  доступности  задержал  развитие
фабричного  производства.  В  чулочном  производстве  вплоть
до  середины  XIX  в.  целиком  господствовал  домашний
труд:  рабочие  арендовали  машины  у  хозяев,  получали  у
них  сырье  и  им  же  сдавали  готовую  продукцию.
 Если  такая  обстановка  была  в  самой  передовой,  тек¬
стильной,  промышленности,  то  еще  меньше  применялись
машины  в  других  отраслях  производства.  Англия  пред¬
ставляла  собой  в  эти  годы  страну  мелкого  ручного  произ¬
водства  и  домашней  мануфактуры.  Так,  в  частности,  мел¬
кое  производство  преобладало  даже  в  обработке  железа.
Районы  Бирмингема  и  Шеффильда,  где  было  сосредоточе¬
но  производство  ножей,  инструментов  я  различных  изде¬
лий  из  металла,  были  районами  сплошного  ручного  до¬
машнего  труда.  Первая  фабрика,  где  было  налажено  ме¬
ханическое  производство  ножей,  возникла  в  Шеффильде
лишь  в  1828  г.7
 На  протяжении  двух  десятилетий  —  с  начала  30-х  до
начала  50-х  годов  —  в  общей  картине  английского
промышленного  производства  произошли  решительные
изменения.  Главное  изменение  заключалось  в  массовом
распространении  машин  и  фабричного  производства  во
всех  важнейших  отраслях  труда.  Машина  и  фабрика  на
протяжении  этих  десятилетий  окончательно  и  бесповорот¬
но  победили,  нанесли  ручному  труду  окончательный  удар
в  основных  решающих  отраслях  производства.  Разумеет¬
ся,  и  после  середины  XIX  в.  и  ручной  труд  и  домашнее  про¬
изводство  не  исчезли  окончательно.  В  некоторых  отраслях,
 Я

например  в  изготовлении  одежды,  ручное  производ¬
ство  оставалось  преобладающим  даже  в  первые  десятиле¬
тия  XX  в.  Важно  другое  —  изменение  удельного  веса  и
места  ручного  труда  и  домашнего  производства  в  общем
балансе  производительных  сил:  на  протяжении  30—40-х
годов,  когда  эти  изменения  происходили  особенно  стреми¬
тельно,  машина  заняла  видное  место  в  промышленности.
 Одновременно  происходило  дальнейшее  совершенство¬
вание  машин,  их  специализация,  усложнение  их  функций,
ускорение  их  действия  и  общее  улучшение  их  работы.
В  начале  30-х  годов  появился  первый  самодействующий
прядильный  станок  —  автомат  (сельфактор),  который
регулировал  толщину  нити,  а  при  обрыве  ее  автоматически
останавливался8.  На  протяжении  30—40-х  годов  были
разработаны  и  усовершенствованы  конструкции  механи¬
ческих  ткацких  станков,  внесены  коренные  изменения  в
химическую  процедуру  обработки  тканей  и  т.  д.
 В  эти  годы  началось  в  широких  масштабах  изготовле¬
ние  машин  и  выделение  машиностроения  в  особую  отрасль
производства.  Вплоть  до  20-х  годов  производство  машин,
за  исключением  самых  сложных,  таких,  как  паррвые  дви¬
гатели,  не  составляло  еще  особой  отрасли  производства.
Так,  в  частности,  текстильные  фабриканты  для  изготовле¬
ния  машин,  как  правило,  приглашали  квалифицированных
рабочих-механиков,  которые  работали  у  них  на  фабриках,
изготовляя  все  нужные  станки  и  машины  из  материала
фабрики.  При  тогдашней  технике  и  относительно  неслож¬
ном  техническом  устройстве  машин  эго  не  составляло  осо¬
бого  труда.
 Развитие  машинной  техники,  появление  более  точных
и  быстрых  машин  /предъявляло  новые  требования  к  точ¬
ности  обработки  деталей  и  постепенно  привело  к  созда¬
нию  предприятий,  специализировавшихся  на  производ¬
стве  машин  для  различных  целей.  Уже  в.  20-х  годах  в
Олдеме  (важном  промышленном  центре  графства  Ланка¬
шир,  где  было  сосредоточено  хлопчатобумажное  производ¬
ство)  работала  21  машиностроительная  фирма;  из  них
«пять  фирм  специализировались  на  изготовлении  веретен
и  вытяжных  валиков  для  прядильных  машин9.
 С  усовершенствованием  машин,  с  возрастанием  их  точ¬
ности  и  скорости  действия  все  большая  часть  их  деталей
стала  изготовляться  из  металла.  Металл  начали  исполь¬
 10,

зовать  все  в  более  и  более  широких  масштабах;  это  потре¬
бовало  в  свою  очередь  новых  машин  и  станков:  появились
специализированные  станки  для  обработки  металла  —  то¬
карные,  фрезерные,  строгальные,  сверлильные,  штампо¬
вочные.  Фирмы  и  заводы,  избравшие  своей  специально¬
стью  обработку  металла  и  изготовление  машин,  стали  об¬
служивать  уже  довольно  широкий  рынок  не  только  в
самой  Англии,  но  и  за  ее  пределами.  В  1824  г.  английский
парламент  отменил  прежние  ограничения  на  вывоз  машин
за  границу,  а  в  1842  г.  окончательно  снял  запрет.  Высокие
качества  и  дешевизна  машин  позволили  Англии  занять
первое  место  в  мире  в  области  машиностроения.  Машинное
оборудование  выписывали  из  Англии  все  страны,  впервые
заводившие  у  себя  машинное  'производство,  в  том  числе  и
Россия.
 К  середине  XIX  в.  в  Англии  уже  наладилось  широкое
производство  машин  при  помощи  машин.  Это  имело  ог¬
ромное  значение,  так  как,  по  выражению  Маркса,  только
после  того  как  крупная  промышленность  приступила  к
производству  машин  при  помощи  машин,  «она  создала
адекватный  ей  технический  базис  и  стала  на  свои  соб¬
ственные  ноги»  10.
 ’/  Не  меньшее  значение  для  английской  экономики  имело
начавшееся  в  эти  годы  быстрое  развитие  транспорта.  По¬
явление  железной  дороги  было  новым  шагом  в  этом  разви¬
тии.  Основные  элементы  железной  дороги  —  рельсовый
путь  и  паровоз  появились  значительно  ранее:  рельсовый
путь  применялся  на  рудниках  еще  в  XVIII  в.,  а  паровик  с
передачей  на  колеса  был  создан  еще  в  самом  начале  XIX  в.
Усовершенствования,  произведенные  Стефенсоном,  спо¬
собствовали  дальнейшему  развитию  транспорта.  Первая
пассажирская  железная  дорога,  построенная  между  Ли¬
верпулем  и  Манчестером  в  1829  г.,  показала  огром¬
ные  преимущества  и  выгоды  нового  вида  сообщения.
С  середины  30-х  годов  по  всей  Англии  началось  усиленное
железнодорожное  строительство.  К  1850  г.  общая  протя¬
женность  железных  дорог  в  стране  составила  уже  9,5  ты¬
сяч  километров.  К  этому  времени  железные  дороги  свя¬
зали  между  собой  все  важнейшие  центры  страны.  Это
означало  создание  единого  рынка,  завершение  экономиче¬
ского  единства  страны  и  открытие  широчайших  возмож¬
ностей  для  ускорения  и  дальнейшего  развития  обмена,
 11

Расширение  сети  железных  дорог,  потреблявших  огромные
массы  металла,  было  также  важным  стимулом  к  развитию
металлургической  промышленности.
 Промышленные  сдвиги  отразились  также  на  размеще¬
нии  населения.  Развитие  транспорта  облегчало  перемеще¬
ние  жителей  из  одних  районов  в  другие.  Наряду  с  общим
увеличением  численности  городского  населения,  под  влия¬
нием  повышающегося  спроса  на  рабочие  руки,  быстро  вы¬
растали  промышленные  центры  и  большие  города,  где  сос¬
редоточивалось  промышленное  производство.  Численность
населения  города  Манчестера,  важнейшего  центра  хлоп¬
чатобумажных  фабрик,  за  два  десятилетия  (с  1831  по
1852  г.)  выросла  с  284  тыс.  до  471  тыс.  чел.,
т.  е.  на  65%п;  города  Брэдфорда,  центра  шерстяного
производства,—  с  23  тыс.  до  52  тыс.  чел.12,  Глазго  —  с
207  тыс.  до  370  тыс.  чел.13  Крупнейший  торговый  центр
страны  и  ее  столица,  Лондон,  в  1851  г.  насчитывал  уже  бо¬
лее  2,2  млн.  жителей:  за  двадцать  лет  количество  жите¬
лей  в  нем  выросло  примерно  на  одну  треть  14.  К  середине
XIX  в.  Англия  представляла  собой  страну  крупных  горо¬
дов:  в  1851  г.  34%  ее  населения  проживало  в  больших  го¬
родах  (т.  е.  таких,  которые  насчитывали  не  менее  20  тыс.
человек  каждый).  В  другой,  промышленно  развитой  стране
Европы  —  Франции  —  в  крупных  городах  в  это  время  жило
всего  10%  населения15.
 Рост  городов  и  фабричного  населения  в  свою  очередь
оказал  влияние  на  развитие  сельского  хозяйства:  увели¬
чился  спрос  на  продукты  питания;  чтобы  удовлетворить
запросы  городского  населения,  сельское  хозяйство  должно
было  перестраиваться,  все  это  способствовало  повышению
товарности  сельского  хозяйства,  ускоряло  развитие  капи¬
тализма  в  деревне.  В  Англии  еще  -в  XVIII  в.  окончатель¬
но  сложилась  крупная  собственность  на  землю;  в  30-х  го¬
дах,  по  некоторым  данным,  8—9  тысяч  собственников  вла¬
дели  134/135  всей  земли  в  стране16.  В  Шотландии,  кото¬
рая  вместе  с  Англией  входила  в  состав  Великобритании,
концентрация  земельной  собственности  была  еще  более
высокой:  в  1814  г.  вся  земля  в  Шотландии  находилась  в
руках  8  тыс.  человек17.
 30—40-е  годы  характеризуются  окончательной  проле¬
таризацией  малоземельных  крестьян  в  английской  де¬
ревне,  вытеснением  мелкого  фермерства  крупным.  Земле¬
 12

владельцы  использовали  раздел  общинных  участков  —
выгонов,  лесов,  болот  и  пр.,  чтобы  лишить  крестьян  земли.
G  разделом  этих  участков  между  членами  общины  (дележ
происходил  в  соответствии  с  размерами  земельной  соб¬
ственности  и  таким  образом  земля  фактически  переходила
в  руки  крупных  собственников)  мелкие  арендаторы  и
крестьяне  теряли  право  пользоваться  этими  участками,
что  подрывало  хозяйственную  основу  мелкого  крестьян¬
ства  и  мелкого  землепользования.
 .В  отличие  от  других  стран  в  Англии  собственники  зем¬
ли  —  лендлорды,  как  правило,  не  вели  сами  хозяйства,
а  сдавали  землю  в  аренду.  Фермеры-арендаторы  вклады¬
вали  в  эти  участки  свой  капитал.  Хозяйство  было  основа¬
но  на  чисто  капиталистических  методах,  фермеры-арен¬
даторы  были  тесно  связаны  с  рынком  и  широко  исполъ
зовали  наемную  рабочую  силу.  Применяя  новейшие  и
самые  производительные  методы  хозяйствования,  крупные
фермеры  успешно  конкурировали  с  мелкими  и  вытесня¬
ли  их.
 Таким  образом,  наступление  на  мелкое  крестьянство
шло  одновременно  по  нескольким  направлениям:  со  сто¬
роны  лендлорда  и  со  стороны  капиталиста-арендатора.  Ра¬
зоренные  крестьяне  покидали  деревню  и  направлялись  в
города  в  поисках  работы,  там  они  вливались  в  армию  рабо¬
чих,  пополняя  ряды  пролетариата.
 Таким  образом,  в  городе  и  деревне  шел  параллельный
процесс  классовой  поляризации.  В  городе  машина  и  фаб¬
рика  —  собственность  крупного  капиталиста  —  вытесняли
мелкое  ремесло  и  домашнее  производство:  выпуская  на
рынок  дешевые  товары,  крупные  капиталисты  подрывали
экономику  мелких  хозяйчиков,  самостоятельных  реме¬
сленников,  кустарей.  В  деревне  крупное  землевладение
вело  наступление  против  мелкого  крестьянства  и  бедного
арендаторства.  Прослойка  мелких  собственников  сокра¬
щалась  и  в  городе  и  в  деревне..  Происходило  не  только
передвижение  населения  из  деревни  в  город,  рост  городов
и  фабричных  центров,  но  изменялся  и  социальный  состав
английского  населения:  увеличивалась  численность  рабо¬
чего  класса  за  счет  всех  других  классов  как  города,  так  и
деревни.  Социальная  структура  населения  все  более  упро¬
щалась:  на  одной  стороне  скапливался  численно  возра¬
ставший  пролетариат  —  класс  людей,  лишенных  всякой
 13

собственности,  на  другом  полюсе  общества  крупные  «капи¬
талисты  и  землевладельцы,  в  руках  которых  концентриро¬
валась  все  большая  доля  всех  богатств  страны.
 В  начале  30-х  годов,  по  мнению  французского  писате¬
ля,  всего  40  тыс.  чел.,  или  0,2%  населения  страны,  присва¬
ивали  себе  99%  ее  национального  дохода18.  Особенно  бы¬
стро  обогащалась  буржуазия,  которая  наживала  миллион¬
ные  состояния.  Были  созданы  крупные  предприятия.  На
некоторых  предприятиях  были  заняты  тысячи  рабочих.  На
металлургическом  заводе  Кроушея  в  Южном  Уэльсе  дейст¬
вовало  64  домны,  8  прокатных  станов  и  было  занято  не¬
сколько  тысяч  человек  19.
 Ничтожной  кучке  собственников  противостояла  огром¬
ная  масса  людей,  лишенных  всякой  собственности  и  вы¬
нужденных  продавать  свой  труд,  чтобы  существовать.  Уже
в  1821  г.  наемным  трудом  в  Англии  была  занята  половина
всего  самодеятельного  населения  страны20.
 Развитие  промышленности  и  рост  богатства  имущих
классов  сопровождались  обнищанием  огромной  массы
остального  населения  страны.  Нищета  народа  поражала
особенно  сильно,  если  учесть  неслыханные  богатства,
роскошь  и  великолепие  крупных  собственников.  Иностран¬
ный  наблюдатель  в  1840  г.  писал,  что  в  Англии,  этой
богатейшей  стране,  богатство  поражает  и  ослепляет  на
каждом  шагу;  но  рядом  с  ним,  в  двух  шагах  от  него,  су¬
ществует  самая  ужасная  нищета.  «Лохмотья  нищеты  вид¬
неются  и  угадываются  под  великолепными  одеяниями,  ко¬
торыми  богатство  украсило  английскую  нацию»  21.
 Английский  публицист  в  1845  г.  также  указывал  на
наличие  в  Англии  социальных  контрастов22.
 Выступая  в  парламенте,  буржуазный  политик  в  1839  г.
был  вынужден  сделать  следующее  многозначительное  при¬
знание:
 «Я  посетил  многие  страны,  однако  без  колебаний  могу
сказать,  что  ни  в  одном  месте  земного  шара  не  суще¬
ствует  такой  ужасный  контраст  между  богатыми  и  бед¬
ными  классами,  как  в  нашей  стране,  нигде  водораздел
между  ними  не  проходит  так  глубоко,  нигде  переход  не
совершается  так  резко,  и  ни  в  какой  другой  стране  край¬
ности  богатства  и  нищеты  не  находятся  в  столь  ужасном  и
опасном  противопоставлении»  23.
 По  мере  развития  капитализма  эти  контрасты  углубля¬
 14

лись  и  обострялись,  народ  все  глубже  погружался  в  безд¬
ну  нищеты.  Буржуазный  журнал  только  констатировал
очевидный  факт,  когда  писал  в  1841  г.:  «Богатые  все  бо¬
лее  богатеют,  в  то  время  как  бедняки  все  более  погружа¬
ются  в  нищету  и  горе»24.  По  официальным  данным,
в  40-х  годах  9%  всего  английского  населения  находилось
в  состоянии  постоянной  нищеты  и  нуждалось  в  обществен¬
ной  благотворительности  для  поддержания  своего  суще¬
ствования  25;  французский  статистик  оценивал  ото  число
даже  в  16  %26.  Между  тем,  в  остальной  Европе  среднее  чи¬
сло  бедняков,  т.  е.  лиц,  зависимых  от  благотворительности,
не  превышало  5%27.
 Развитие  капитализма  в  городе  и  деревне,  рост  фабрик
и  заводской  промышленности  способствовали  быстрому
разорению  мелкого  домашнего  ремесла,  пролетаризации
огромных  масс,  занятых  в  домашней  промышленности  и
в  ручной  мануфактуре.  В  этом  смысле  особенно  показа¬
тельна  судьба  ручного  ткачества,  которое  было  вынуждено
уступить  место  машинному.  Ручные  ткачи  еще  в  конце
XVIII  в.  находились  в  сравнительно  благополучном  поло¬
жении.  Как  правило,  они  являлись  собственниками  свое¬
го  ткацкого  станка.  Их  заработка  в  общем  хватало  на
питание.  Появление  механического  ткацкого  станка  реши¬
тельно  изменило  положение  ручных  ткачей:  чтобы  успеш¬
но  конкурировать  с  машиной,  им  пришлось  удовлетворять¬
ся  все  более  низкой  оплатой  труда,  а  чтобы  выработать
минимум,  необходимый  для  существования,  увеличивать
свой  рабочий  день,  который  длился  теперь  но  14,  16  и  да¬
же  более  часов  в  сутки.  Все  члены  семьи,  вплоть  до  ма¬
лых  детей,  работали.  Однако  и  этот  каторжный  труд  те¬
перь  уже  не  обеспечивал  даже  нищенской  заработной
платы.  Заработок  ткачей,  по  официальным  данным,  не¬
уклонно  падал  на  протяжении  нескольких  десятилетий.
Так,  в  период  с  конца  XVIII  в.  до  начала  30-х  годов  XIX  в.
заработок  ручных  ткачей  упал  более  чем  на  80  %  28.
 Благодаря  распространению  машинного  производства
и  в  других  отраслях  промышленности  происходили  подоб¬
ные  явления.  Затронуты  были  даже  те  отрасли,  куда  ма¬
шинное  производство  проникало  довольно  медленно,  на¬
пример  выработка  трикотажа.  По  официальным  данным,
расценки  за  выработку  дюжины  шерстяных  чулок  за
период  с  1815  по  1841  г.  сократились  почти  наполовину
 15

(с  90  пенсов  до  48  пенсов)  29.  Рабочий  день  чулочников,
по  данным  той  же  комиссии  и  по  официальным  данным,
в  начале  30-х  годов  продолжался,  как  правило,  от  14  до
16  часов30:  рабочий  прилагал  много  усилий,  чтобы  выра¬
ботать  минимум,  необходимый  для  существования  его
семьи.
 Разорение  ремесленников  и  превращение  их  в  фабрич¬
ных  рабочих  происходило  одновременно  с  окончательным
вытеснением  из  деревни  крестьянства  —  мелких  ферме¬
ров  и  арендаторов.  Это  обстоятельство  имело  весьма  важ¬
ное  значение:  армия  рабочего  класса  быстро  увеличивалась.
Промышленность,  несмотря  на  свой  быстрый  рост,  не
успевала  занять  все  рабочие  руки.  В  результате  в  стране
появилась  огромная  армия  безработных,  готовых  на  лю¬
бую  работу,  лишь  бы  не  умереть  с  голода.  Предложение
труда  значительно  превышало  спрос  на  него,  в  особен¬
ности  в  не|риоды  кризисов,  которые  начиная  с  1825  г.  ста¬
ли  принимать  особо  широкие  размеры.  Предприниматели,
уверенные,  что  они  всегда  найдут  дешевую  рабочую  силу,
не  преминули  воспользоваться  этим  обстоятельством  для
снижения  заработной  платы  и  ухудшения  условий  труда
рабочих.
 Недостаточная  организованность  препятствовала  борь¬
бе  рабочих  за  улучшение  условий  труда.  Молодой  рабочий
класс  Англии  делал  в  эти  годы  лишь  первые  шаги  по  пу¬
ти  создания  своих  организаций.  Недавний  крестьянин  или
ремесленник  далеко  не  сразу  проникался  идеями  классо¬
вой  солидарности,  многие  еще  долго  лелеяли  несбыточную
надежду  накопить  деньги  и  вновь  завести  у  себя  мастер¬
скую  или  купить  клочок  земли.  На  свое  положение  рабо¬
чего  они  смотрели  как  на  временное.  В  таких  условиях
создание  пролетарских  классовых  организаций  было  сопря¬
жено  со  значительными  трудностями.
 Таким  образом,  объективная  обстановка  облегчала  ка¬
питалистам  эксплуатацию  рабочих.
 Рабочие  были  не  уверены  в  завтрашнем  дне:  если  фаб¬
рикант  получал  заказ,  работа  не  прекращалась  ни  днем,
ни  ночью,  а  при  первой  заминке  в  делах  рабочих  без  вся¬
ких  церемоний  увольняли.  В  некоторых  отраслях  произ¬
водства,  нацример  в  горной  промышленности,  рабочие
заключали  контракты  (обычно  на  год).  Всякое  нарушение
контракта  со  стороны  рабочего  каралось  очень  сурово,
 16

вплоть  до  тюремного  заключения.  Что  касается  хозяина,
то  контракт  его  не  связывал:  он  мог  уволить  рабочего  в
любое  время.
 Никаких  ограничений  рабочего  дня  не  существовало:
границами  его  были  произвол  хозяина  и  физическая  вы¬
носливость  рабочего.  Рабочий  день  в  14—16  часов  был
правилом,  но  нередко  работа  продолжалась  и  18  часов.
Поскольку  темн  работы  зависел  целиком  от  машины,
с  каждым  ее  усовершенствованием  работа  становилась  все
более  изнурительной.  Изучая  влияние  машины  на  усло¬
вия  труда  английских  рабочих,  Маркс  писал:  «...машина
ниспровергает  все  моральные  и  естественные  границы  ра¬
бочего  дня»  31.
 Отсутствовала  всякая  забота  о  здоровье  и  безопасности
рабочих.  Так,  в  угольной  промышленности  по  мере  выра¬
ботки  близко  расположенных  пластов  и  углубления  шахт
число  несчастных  случаев  неуклонно  возрастало.  Свиде¬
тель  в  парламентской  комиссии  в  1843  г.  указывал,  что
несчастные  случаи  являются  «повседневным  явлением
почти  на  всех  шахтах,  где  занято  значительное  число  ра¬
бочих,  и  учет  этих  случаев  не  ведется»32.  По  официаль¬
ной  статистике,  из  ста  рабочих-шахтеров  в  течение  30  лет
25  процентов  погибали  или  терпели  тяжелые  увечья33.
Жизнь  рабочего  была  недолговечной:  многочисленные
несчастные  случаи  на  производстве,  постоянный  голод,
болезни  и  непосильный  труд  —  все  это  укорачивало
жизнь  рабочего.  По  свидетельству  буржуазного  статисти¬
ка,  редко  можно  было  встретить  горняка  в  возрасте  стар¬
ше  34  лет  34.  Рабочие  некоторых  профессий  умирали  еще
раньше:  так,  в  Шеффильде  точильщики,  занятые  обработ¬
кой  металлических  изделий,  умирали  обычно  в  возрасте
между  28  и  32  годами35.  В  1850  г.  буржуазный  журнал
сообщал,  что  смертность  в  восточных  районах  Лондона,
где  было  сосредоточено  рабочее  население,  в  два  раза  вы¬
ше,  чем  смертность  в  западных  районах  города,  заселен¬
ных  богачами36.
 Фабриканты,  пользуясь  своей  властью,  прибегали  к
различным  уловкам  для  того,  чтобы  увеличить  доходы  за
счет  заработка  рабочего.  Предприниматели  часто  распла¬
чивались  с  рабочими  не  деньгами,  а  натурой,  т.  е.  товара¬
ми:  рабочий  был  обязан  по  контракту  получать  часть  сво¬
ей  заработной  платы  товарами  в  лавке  хозяина,  где  все
 Н.  А.  Ерофеев
 17

продавали  втридорога,  или  же  фабричными  товарами,  на¬
пример  на  текстильной  фабрике  ситцем.  Рабочий  должен
был  сам  сбывать  ситец  на  рынке,  нередко  за  полцены  и
чаще  всего  тому  же  хозяину.  Фабриканты  прибегали  ко
всяким  ухищрениям,  грабя  рабочих:  удлиняли  рабочий
день,  давая  раньше  времени  гудок,  оповещавший  о  начале
рабочего  дня,  и  затягивали  окончание  работы.  Обкрадыва¬
ли  рабочих  также  посредством  системы  штрафов  и  выче¬
тов  из  заработной  платы.  Вот,  к  примеру,  какая  таблица
штрафов  была  установлена  на  одной  прядильной  фабрике
возле  Манчестера:
 За  открытое  окно  в  мастерской 	штраф 	1 	шил.
 За  то,  что  не  поставил  на  место  масленку 	...» 	1 	»
 За  то,  что  не  погасил  вовремя  газ 	» 	2 	»
 За  то,  что  не  зажег  вовремя  газ 	» 	1 	»
 За  насвистывание  во  время  работы 	» 	1 	»
 За  опоздание  на  работу  на  пять  минут 	. 	. 	. 	.  » 	1 	»
 Всякая  оплошность  рабочего  служила  предлогом  для
штрафа37.
 Ничтожность  заработка,  невозможность  прожить  на
него  делали  необходимой  работу  всей  семьи  рабочего.
Это  обстоятельство  облегчало  предпринимателям  эксплуа¬
тацию  рабочих.  Хозяева  охотно  принимали  на  работу  де¬
тей,  так  как  платили  им  гроши  —  значительно  меньше,
чем  взрослым  рабочим.  Заработок  женщин  был  также  ни¬
же  заработка  мужчин.
 В  результате  по  мере  распространения  машин,  которые
не  требовали  квалифицированного  труда,  число  женщин
и  детей,  участвующих  в  процессе  производства,  возраста¬
ло.  Свидетель  в  комиссии  по  изучению  детского  труда
в  1842  г.  утверждал:  «с  тех  пор  как  машины  появились  на
ткацких  и  прядильных  фабриках  и  на  производстве  гвоз¬
дей  и  цепей,  число  девушек  на  производстве  возросло
в  десять  раз»  38.  При  обследовании  крупных  фабрик  в  Ман¬
честере  было  установлено,  что  взрослые  рабочие-муж¬
чины  составляют  всего  28  процентов  рабочих39.  В  некото¬
рых  отраслях  производства  доля  детей  и  женщин  была
еще  выше:  так,  в  камвольном  производстве  (изготовление
гладкой  шерстяной  ткани)  в  1835  г.  доля  взрослых  муж¬
чин  (старше  18  лет)  составляла  всего  лишь  10,7%  всех
рабочих40.  Детский  и  женский  труд  применялся  не  толь¬
 18

ко  в  фабричном  производстве.  Даже  в  уголыных  шахтах
работало  много  детей.  Например,  на  угольных  шахтах
Шотландии  число  взрослых  мужчин  среди  рабочих  соста¬
вляло  всего  50  процентов;  остальные  были  женщины  и  де¬
ти  41.  Излагая  результаты  официального  обследования  дет¬
ского  труда,  буржуазный  журнал  признавал,  что  числен¬
ность  детей  и  молодежи,  занятых  на  работе  под  землей,
огромна,  среди  работающих  можно  встретить  детей  4  лет.
Детей  6  лет  иногда  заставляли  таскать  под  землей  тяжелые
тачжи  с  углем42.
 Рабочий  день  детей  продолжался  столько  же,  сколько
и  у  взрослых  рабочих  —  по  14—16  часов  и  более.  В  кру¬
жевном  производстве  дети  нередко  работали  по  20  часов
в  сутки43.  На  некоторых  текстильных  фабриках  был  уста¬
новлен  такой  порядок,  что  дети,  начав  работать  в  пятницу
утром,  заканчивали  работу  только  в  субботу  днем  44.  Над¬
смотрщики  строго  следили  за  тем,  чтобы  дети  не  отрыва¬
лись  от  работы  ни  на  минуту.  Чтобы  они  не  заснули,  их
заставляли  хором  петь  церковные  псалмы.  За  каждую  про¬
винность  и  оплошность  следовали  тяжелые  наказания,
штрафы  и  побои.  Формой  детского  рабства  было  так  назы¬
ваемое  ученичество:  учениками  называли  детей  бедных
родителей,  чаще  всего  рабочих,  которые  обращались  за
общественной  помощью.  Таких  детей  отдавали  на  фабри¬
ку,  где  они  обязаны  были  работать  до  достижения  совер¬
шеннолетия.  Приходы  (низшая  административная  едини¬
ца  в  Англии)  продавали  детей  в  «ученики»  на  фабрики,
разлучая  их  навсегда  с  родителями.  Фактически  под  ви¬
дом  ученичества  велась  настоящая  торговля  детьми.
 Фабричный  труд  губительно  отражался  на  здоровье
детей.  Манчестерский  врач  в  комиссии,  обследовавший
положение  рабочих  детей,  заявил  в  1833  г.:  «...Я  должен
признать,  что  все  мальчики  и  девочки,  приведенные  ко
мне  с  манчестерских  фабрик,  имели  подавленный  вид  и
бледный  цвет  лица;  в  выражении  лиц  не  было  и  следа
обычной  подвижности,  живости  и  веселья,  свойственных
юности.  Многие  из  них  мне  говорили,  что  в  субботу  вече¬
ром  и  в  воскресенье  они  не  испытывают  ни  малейшего  же¬
лания  порезвиться  на  свежем  воздухе,  а  предпочитают
спокойно  сидеть  дома»  45.  Продолжительный  труд,  нездо¬
ровые  условия  труда,  недоедание  —  все  это  вызывало  у
детей  различные  заболевания,  уродовало  их  неокрепший
 19
 2*

организм.  Фабричный  врач  .констатировал  в  своем  докладе
следующее:  «Фабричная  система  в  Брэдфорде  создала
множество  калек»;  «влияние  долго  продолжающегося  тру¬
да  на  организм  сказывается  не  только  в  явно  выраженном
уродстве,  но  еще  гораздо  чаще  в  задержке  роста,  слабости
мускулов  и  хрупком  телосложении»  46.  Капиталистическая
фабрика  унесла  в  могилу  миллионы  жизней,  погубив,  изу¬
родовав  немало  рабочих  поколений.
 Образование  было  недоступно  рабочим.  Школы  посе¬
щало  ничтожное  число  детей:  так,  в  фабричном  городе
Шеффильде  из  всех  детей  школьного  возраста  в  школу
ходила  только  третья  часть47,  дети  рабочих  составляли  еще
меньшую  долю.  Во  многих  фабричных  городах  даже
вовсе  не  было  школ.  Неудивительно,  что  грамотность  среди
рабочих  была  очень  низкой:  в  г.  Лейстере,  где  было  со¬
средоточено  вязальное  производство,  в  40-х  годах
писать  и  читать  умел  только  один  рабочий  из  каждых
•пяти  48.
 Большинство  рабочих,  даже  при  полной  занятости,
с  трудом  сводило  концы  с  концами.  Правительственный
чиновник  в  1834  т.  сообщал,  что  среди  рабочих  Северного
Уэльса  царит  нищета.  Даже  в  тех  случаях,  когда  все  чле¬
ны  семьи  работают,  ей  с  трудом  удается  кое-как  прокор¬
миться  49.  Другой  чиновник,  обследовавший  положение  ра¬
бочих  в  шотландском  рабочем  поселке,  установил,  что  мно¬
гие  живут  всей  семьей  на  один  пенс  (4—5  копеек)  в  день.
«На  еду  у  них  нет  ничего,  кроме  жидкой  овсянки  и  кар¬
тошки,  да  и  этого  не  хватает».  («Представьте  себе,—  писал
этот  чиновник  в  своем  докладе,—  семью  из  десяти  —  две¬
надцати  человек,  из  них  некоторые  без  работы,  живущую
на  недельный  заработок  в  5—6  шиллингов.  А  им  приходит¬
ся  еще  платить  за  квартиру,  одеваться,  питаться  и  расходо¬
вать  на  все  то,  без  чего  человек  не  может  существовать.
Они  почти  раздеты,  у  них  нет  почти  никакой  обстановки,
а  спят  они  вповалку  на  охапке  соломы,  не  имея  ровно  ни¬
чего,  чтобы  укрыться»  50.
 В  периоды  кризиса  и  безработицы  положение  рабочих
становилось  еще  более  тяжелым,  буквально  отчаянным.
Случаи  голодной  смерти  отнюдь  не  были  редкостью.  Во¬
пиющие  контрасты  между  богатством  меньшинства  и  глу¬
бокой  нищетой  большинства  ее  населения  ярко  описал
известный  рабочий  поэт  Томас  Гуд  в  своем  стихотворения
 20

«Рабочие  часы»,  получившем  широкую  популярность  сре¬
ди  рабочих:
 ...Голодные  люди  устало  бредут
 Вдоль  лавок  мясных,  где  им  в  долг  не  дадут,
 Идут  с  Корнхилла  *,  о  хлебе  мечтая,
 По  птичьему  рынку,  вкус  дичи  не  зная,
 Измученный  голодом  труженик  бедный
Чуть  ноги  волочит  по  улице  Хлебной...  5°а
 На  свою  заработную  плату  рабочие  не  могли  снимать
квартиры  и  были  вынуждены  ютиться  в  трущобах
и  подвалах.  По  свидетельству  современника,  в  начале
30-х  годов  в  Манчестере  проживало  в  подвалах  около
20  тысяч  человек,  или  12  процентов  всего  рабочего  насе¬
ления  города51.  В  Ливерпуле  в  1845  г.  было  заселено
8  тысяч  подвалов,  в  которых  проживало  35—40  тысяч
человек52.  Обобщая  свои  наблюдения  над  жилищными
условиями  рабочих  Манчестера,  Фридрих  Энгельс,  хорошо
знакомый  с  их  положением,  писал:  «...почти  все  350  тыс.
рабочих  Манчестера  и  его  предместий  живут  в  плохих,
сырых  и  грязных  коттеджах,  а  улицы,  на  которых  располо¬
жены  эти  коттеджи,  большей  частью  находятся  в  самом
скверном,  в  самом  запущенном  состоянии,  построены  без
всякой  заботы  о  вентиляции,  с  одной  только  заботой  —
о  большей  прибыли  застройщику;  короче  говоря,  в  рабочих
коттеджах  Манчестера  невозможно  ни  поддерживать  чи¬
стоту,  ни  соблюдать  удобства,  а  потому  нет  места  и  до¬
машнему  уюту...»  53  Характеризуя  быт  рабочих  Лондона,
один  наблюдатель  писал:  «Во  всей  округе  едва  ли  найдет¬
ся  один  отец  семейства  из  десяти,  у  которого  есть  другая
одежда,  кроме  рабочего  платья,  да  и  то  состоит  из  одних
лохмотьев;  многим  из  них  нечем  покрыться  ночью,  кроме
этих  же  лохмотьев,  а  постелью  им  служит  лишь  мешок
с  соломой  или  стружками»  б4.  В  своем  безудержном  стрем¬
лении  к  наживе  английские  капиталисты  готовы  были
хладнокровно  истребить  миллионы  человеческих  жизней.
Объективная  обстановка  толкала  английских  рабочих  на
сопротивление  алчности  хозяев.  От  исхода  борьбы  между
трудом  и  капиталом  зависели  не  только  здоровье,  но  и
существование  целых  поколений  рабочего  класса.
 *  Буквально:  «Зерновой  холм»  (Gorn-hill).

Глава  вторая
 ПРЕДПОСЫЛКИ
ЧАРТИСТСКОГО  ДВИЖЕНИЯ
 Чартистское  движение  было  подготовлено  длительным
опытом  борьбы  английского  рабочего  класса:  именно  это
обстоятельство  придало  чартизму  замечательную  классо¬
вую  и  политическую  сознательность  и  позволило  ему  соз¬
дать  высокие  формы  организации.
 Рабочий  класс  Англии  к  началу  30-х  годов  имел  уже
<за  плечами  огромный  опыт  классовой  борьбы  с  капитали¬
стами.  «Я  знаю,—писал  К.  Маркс  в  начале  50-х  годов
XIX  в.,—  героическую  борьбу,  которую  вели  английские
рабочие  с  середины  прошлого  столетия,  борьбу,  которая  не
столь  известна  потому,  что  буржуазные  историки  оставля¬
ли  ее  в  тени  и  замалчивали»  1.
 Борьба  рабочих  с  капиталистами  началась  в  Англии
вместе  с  первыми  шагами  капиталистического  производ¬
ства.  По  мере  возрастания  численности  промышленного
пролетариата  его  выступления  становятся  все  более  созна¬
тельными  и  организованными.  Впрочем,  промышленные
рабочие  далеко  не  сразу  прониклись  пониманием  своего
положения  и  усвоили  правильные  методы  борьбы:  недав¬
ние  ремесленники  и  крестьяне  долго  еще  оставались  в
плену  иллюзий  и  надежд  на  возвращение  к  земле  или  в
свою  собственную  мастерскую.  Не  сразу  появилось  у  рабо¬
чих  и  понимание  причин  их  тяжелого  положения.  Так,  в
частности,  они  долго  находились  во  власти  предрассудка,
что  в  их  тяжелом  положении  виноваты  не  капиталисты  и
не  система  капиталистической  эксплуатации,  а  новые  ма¬
шины,  заменяющие  труд  и  удешевляющие  его.  Поэтому  на
 22

первых  этапах  английского  рабочего  движения  нередко
выступления  рабочих  были  направлены  на  уничтожение
машин.  Участники  этих  выступлений  называли  себя  луд¬
дитами  по  имени  мифического  рабочего  Лудда,  который
якобы  первым  взял  молот  и  разбил  машину.  Движение
было  тщательно  законспирировано.  Его  участники  давали
клятву  сохранять  в  секрете  все  свои  действия,  направлен¬
ные  к  уничтожению  машин  и  не  выдавать  друг  друга.
«Я  клянусь,—  гласила  торжественная  клятва  луддитов,—
что  употреблю  все,  какие  только  есть  у  меня  силы,  чтобы
наказать  смертью  каждого  изменника  или  изменников,
буде  такие  случатся  среди  нас,  когда  бы  я  ни  нашел  его
или  их;  и  хотя  бы  он  убежал  на  край  света,  я  буду  пресле¬
довать  его  своей  непрестанной  местью.  Да  поможет  мне  бог
и  благословит  меня  и  сохранит  мою  клятву  неруши¬
мой»  2.
 Последняя  крупная  вспышка  луддизма  имела  место  в
1811—1812  гг.  За  намеренную  порчу  машин  парламент
установил  смертную  казнь.  В  защиту  рабочих  выступил
гениальный  английский  поэт  Байрон,  который  писал  по
поводу  казни  нескольких  рабочих:
 Ребенка  скорее  создать,  чем  машину,
 Чулки  —  драгоценнее  жизни  людской.
 И  виселиц  ряд  оживляет  картину,
 Свободы  расцвет  знаменуя  собой  8.
 Постепенно  рабочие  отказались  от  этого  метода  борь¬
бы,  поняв,  что  таким  путем  им  не  добиться  улучшения
своего  положения.  «Требуется  известное  время  и  опыт  для
того,—  писал  Маркс,—  чтобы  рабочий  научился  отличать
машину  от  ее  капиталистического  применения  и  вместе  с
тем  переносить  свои  нападения  с  материальных  средств
производства  на  общественную  форму  их  эксплуатации»  4.
 Рабочие  вели  в  эти  годы  ожесточенную  и  упорную  борь¬
бу  с  хозяевами,  проявляя  большую  стойкость  и  организо¬
ванность.  Часто  стачка  охватывала  не  только  отдельные
предприятия,  но  и  целые  отрасли  производства.  Например,
в  1829  г.  стачка  началась  на  значительной  части  пред¬
приятий  текстильного  центра  графства  Ланкашир.  Стачки
нередко  продолжались  долго.  Например,  прядильщики,  на¬
чавшие  борьбу  в  1829  г.,  бастовали  почти  полгода,  Они  не
 23

зродержались  бы  так  долго,  если  бы  на  помощь  им  не  при-
пли  рабочие  других  отраслей  промышленности,  на  свои
жудные  средства  оказывавшие  им  материальную  помощь.
 Предприниматели  для  подавления  сопротивления  рабо-
эдх  часто  прибегали  к  насилию.  Используя  все  средства,
ши  принуждали  рабочих  вернуться  к  работе.  Так,  напри¬
мер,  во  время  стачки  шахтеров,  занятых  на  копях  лорда
Лондондерри,  последний  силой  выселил  всех  рабочих  из
эараков,  которые  они  занимали.  Для  того  чтобы  подавить
зопротивление  рабочих,  он  запретил  местным  лавочникам
давать  продукты  в  кредит  участникам  стачки.  В  своем
приказе,  расклеенном  по  всей  округе,  титулованный  шах¬
товладелец  писал:  «Лорд  Лондондерри  еще  раз  предупре¬
ждает  всех  лавочников  и  торговцев  Сигема  (торговый
центр  угольного  района.—Я.  Ер.),  что  если  они  предо¬
ставят  кредит  рабочим,  оставившим  работу  и  вступившим
в  союз,  эти  лавочники  и  торговцы  будут  взяты  на  заметку
агентами  лорда  и  никогда  не  будут  более  допущены  на
шахты...»  Лорд  угрожал  разорить  их,  лишив  в  будущем
права  торговать6.
 Не  ограничиваясь  подобными  угрозами,  хозяева  прибе¬
гали  и  к  другим  средствам  насилия  и  произвола.
 На  мирные  и  безоружные  митинги  стачечников  часто
нападали  войска  и  полиция.  Так,  в  1832  г.  хозяева  уголь¬
ных  шахт  в  районе  бассейна  рек  Тайн  и  Уир  (графства
Дарем  и  Нортемберленд)  бросили  против  рабочих  круп¬
ные  отряды  войск  и  начали  массовое  выселение  рабочих
из  бараков.  Между  рабочими  и  войсками  происходили  оже¬
сточенные  стычки,  среди  рабочих  были  жертвы.
 Опыт  классовой  борьбы  против  хозяев  показал  рабочим
важность  и  необходимость  создания  своих  профессиональ¬
ных  организаций.  Профессиональные  союзы  стали  возни¬
кать  в  Англии  еще  в  XVIII  в.  К  концу  века  профессиональ¬
ные  союзы  объединяли  значительные  массы  рабочих  раз¬
личных  отраслей  производства.  Это  побудило  капиталистоь
предпринять  ответные  действия.  В  1799  г.  и  в  1800  г.  пар¬
ламент  -принял  новые  законы,  которые  категорически  вос¬
прещали  организации  рабочих,  приравнивая  участие  в  них
к  уголовному  преступлению.  Эти  законы  просуществовали
четверть  века  и  были  отменены  только  в  1824  г.  Отмена
была  продиктована  желанием  буржуазии  покончить  с  ши¬
роким  распространением  тайных  союзов,  в  которых  были
 24

сильны  революционные  настроения:  буржуазия  полагала,
что  легально  существующие  организации  легче  будет  конт¬
ролировать.  Некоторые  представители  буржуазии  даже  на¬
деялись,  что  с  отменой  запретов  у  рабочих  вообще  отпадет
стимул  к  созданию  подобных  союзов,  и  они  исчезнут.  Дей¬
ствительность  не  оправдала  этих  надежд:  после  снятия
запретов  рабочие  союзы  начали  возникать  еще  быстрее,
и  парламент  в  следующем,  1825  г.,  принял  новый  закон,
несколько  сужавший  права  союзов,  в  частности  ограничи¬
вавший  их  право  руководить  стачками.  Однако  восстано¬
вить  прежние  запреты  буржуазия  не  решилась.  Так
английские  рабочие  завоевали  право  союзов.
 Не  возражая  против  создания  небольших  организаций,
охватывающих  рабочих  одной  профессии,  в  рамках  одной
местности,  буржуазия  в  то  же  время  весьма  решительно
пресекала  попытки  создать  по-настоящему  действенные
крупные  рабочие  союзы,  способные  противостоять  пред¬
принимателям.  Всякая  попытка  этого  рода  встречала  еди¬
ный  и  непримиримый  фронт  капиталистов  и  правитель¬
ства.  Так,  когда  строители  создали  в  1832  г.  единый  союз,
объединявший  рабочих  этих  профессий  в  масштабах  всей
Англии,  предприниматели  объявили  массовый  локаут:
они  заявили,  что  на  работу  вновь  будут  приняты  лишь  те,
кто  даст  письменное  обязательство  не  вступать  в  союз.
Рабочие  не  сумели  отстоять  свою  организацию,  и  под  уда¬
рами  предпринимателей  она  распалась.
 То  же  самое  повторилось  в  1834  г.,  когда  возникло  еще
более  широкое  профессиональное  объединение  рабочих  —
Великий  национальный  объединенный  тред-юнион  Вели¬
кобритании  и  Ирландии.  Предприниматели  и  правитель¬
ство  сразу  же  ополчились  против  этой  организации.  Хозяе¬
ва  беспощадно  расправлялись  со  всеми,  кто  имел  к  ней
хоть  какое-либо  отношение.  Правительство  всячески  им
помогало.  Так,  в  частности,  в  1834  г.  суд  приговорил  не¬
скольких  батраков  к  ссылке  в  колонии  только  за  то,  что
они  состояли  в  этом  союзе.  Объединенный  цред-юнион  в
1835  г.  также  прекратил  свое  существование.
 Однако  опыт  профессионального  движения  этих  лет
не  пропал  даром  для  рабочих:  он  способствовал  росту  соли¬
дарности  рабочего  класса.  Встретив  единый  фронт  пред¬
принимателей,  рабочие  еще  раз  убедились  в  необходимости
и  важности  единства  и  сплочения  своих  рядов.
 25

Опыт  борьбы  против  хозяев  убедил  рабочих  в  том,  что
улучшение  их  положения  невозможно  без  изменения  по¬
литической  системы.  При  каждом  столкновении  с  хозяи¬
ном  рабочий  убеждался  в  своем  полном  бесправии.  На  вы¬
борах  в  парламент  о;н  не  имел  права  голоса,  и  в  его  рас¬
поряжении  не  было  никаких  средств,  чтобы  заставить
власти  считаться  с  интересами  рабочих.  Власть  в  стране
(в  центре  и  на  местах),  суд,  полиция,  взимание  налогов  —
все  управление  находилось  в  руках  имущих.  Рабочий  юри¬
дически  был  бесправен:  в  случае  столкновения  с  хозяи¬
ном  суд  всегда  становился  на  сторону  последнего.  Пока¬
зания  рабочего  в  суде  по  его  делу  не  имели  силы,  а  по¬
казания  хозяина  не  нуждались  в  подкреплении  со  стороны
свидетелей.  Вся  государственная  и  политическая  система
стояла  на  страже  интересов  капиталиста.  Рабочие  на  сво¬
ем  опыте  убеждались,  что  их  эксплуатируют  и  ими  управ¬
ляют  одни  и  те  же  люди.  Постепенно  трудящиеся  прихо¬
дили  к  пониманию  того,  что  в  борьбе  за  улучшение  усло¬
вий  труда  они  не  будут  иметь  успеха  до  тех  пор,  пока  им
не  удастся  ликвидировать  политическое  всесилие  имущих
классов  и  получить  средства  воздействия  на  правительство.
 Так,  в  рабочем  классе  родилась  идея  преобразования
политической  системы,  чтобы  ликвидировать  монополию
имущих  классов  на  власть.
 Политическому  просвещению  рабочих  невольно  помог¬
ла  сама  буржуазия.  Несмотря  на  то,  что  уже  к  началу
XIX  в.  она  играла  весьма  важную  роль  в  законодатель¬
ство  и  управлении  государством,  решающие  рычаги  госу¬
дарственного  управления  находились  в  руках  помещиков-
землевладельцев.  Страной  правила  крупная  титулованная
знать.  В  тех  случаях,  когда  интересы  землевладельцев  и
промышленных  капиталистов  по  какому-либо  вопросу  рас¬
ходились,  правительство  всегда  выступало  на  стороне  зем¬
левладельцев.  Так  было,  например,  в  вопросах  таможенной
и  налоговой  политики:  землевладельцы  для  увеличения
своих  доходов  искусственными  мерами,  т.  е.  при  помощи
пошлин  на  ввоз,  поддерживали  выгодные  для  них  высокие
цены  на  хлеб  и  другие  продукты  сельского  хозяйства.  Но
это  было  невыгодно  промышленникам,  ибо  высокие  цены
на  промышленное  сырье  и  продукты  питания  удорожали
товары.  Таким  образом,  между  землевладельцами  и  про¬
мышленниками  возникли  довольно  резкие  противоречия.

Чтобы  отстоять  свои  интересы,  буржуазия  выдвинула  ло¬
зунг  реформы  парламента.  При  существовавшей  избира¬
тельной  системе  она  не  могла  получить  в  нем  большинства,
и  поэтому  не  могла  и  проводить  в  жизнь  свою  программу.
 Однако  землевладельцы  и  аристократия  не  шли  на¬
встречу  промышленникам.  Многолетняя  борьба  буржуа¬
зии  за  реформу  парламента  не  имела  успеха.
 Буржуазия  усилила  свою  борьбу  за  реформу  в  1830  г.,
особенно  после  июльской  буржуазной  революции  во  Фран¬
ции:  успех  французской  буржуазии  окрылил  английских
промышленников,  которые  поняли,  что  противник  уступит
только  силе,  и  призвали  на  помощь  себе  народные  массы.
 Рабочий  класс  поддержал  программу  буржуазии,  вы¬
двинув  лозунг  всеобщего  избирательного  права:  он  надеял¬
ся,  что  новый  парламент  проведет  в  жизнь  законы,  спо¬
собные  улучшить  его  положение.
 При  поддержке  народных  масс,  и  прежде  всего  рабочего
класса,  буржуазия  после  долгой  борьбы  добилась  победы:
в  1832  г.  был  принят  закон  о  реформе  избирательной  систе¬
мы.  Однако  буржуазия  обманула  своего  союзника  —  народ:
она  удовлетворилась  половинчатой  реформой,  которая
распространила  избирательные  права  лишь  на  лиц,  рас¬
полагавших  собственностью.  Рабочие  не  получили  права
голоса.  Эта  измена,  показавшая  коварство  и  эгоизм  бур¬
жуазии,  раскрыла  рабочим  глаза  на  их  союзника.
 Политика  нового  парламента,  в  котором  буржуазии
теперь  принадлежало  решающее  слово,  явилась  новым  до¬
казательством  того,  что  английская  буржуазия  во  всех
случаях  отстаивала  только  свои  интересы.  Так,  в  1834  г.,
до  ее  требованию,  парламент  принял  закон  о  реформе
помощи  беднякам.  Система  помощи,  существовавшая  в
Англии  с  конца  XV  в.,  предусматривала  право  для  всех,
кто  оказался  в  крайней  нужде,  обратиться  к  своему  при¬
ходу  с  просьбой  о  помощи.  Для  оказания  такой  помощи
с  жителей  прихода  взимался  специальный  налог.  По  зако¬
ну  1834  г.  система  выдачи  пособий  была  ухудшена.  Отны¬
не  единственной  формой  помощи  нуждающимся  были  объ¬
явлены  так  называемые  работные  дома,  где  кормили  впро¬
голодь,  заставляли  исполнять  тяжелую  и  бессмысленную
работу  (чтобы  не  производить  товары,  которые  могли  бы
конкурировать  с  товарами  промышленности).  В  работных
домах  царила  чисто  тюремная  дисциплина.  Современник
 27

этих  событий  писал,  что  власти  обрекают  обитателей  этих
домов  «на  самые  отвратительные  работы,  одним  словом,
стараются  превратить  для  них  пребывание  здесь  в  настоя¬
щий  ад,  чтобы  они  предпочли  вернуться  к  своим  прежним
лишениям,  которые  вскоре  должны  привести  их  к  смер¬
ти»  6.  Народ  назвал  эти  работные  дома  «Бастилиями  для
бедных»,  т.  е.  тюрьмами:  парижская  крепость-тюрьма
Бастилия,  взятая  народом  и  разрушенная  в  1789  г.,  олице¬
творяла  в  умах  народа  твердыню  угнетения.  Закон  о  бед¬
ных  1834  г.,  ухудшивший  положение  рабочих,  вызвал  по¬
всеместное  возмущение.  Однако  буржуазии  этот  закон
был  выгоден:  сократились  расходы  на  помощь  беднякам,
кроме  того,  рабочие,  чтобы  не  умереть  с  голода,  соглаша¬
лись  на  любую  работу.  Своей  политикой  буржуазия  пре¬
подала  рабочему  классу  несколько  наглядных  политиче¬
ских  уроков.
 Таким  образом,  сама  жизнь  наталкивала  рабочих  на
понимание  того,  насколько  необходима  политическая  борь¬
ба  для  улучшения  их  положения.  Из  опыта  своей  борьбы
за  политические  права  рабочие  сделали  вывод:  следует  до¬
биваться  новой  реформы,  но  уже  подлинно  демократиче¬
ской,  которая  даст  им  возможность  влиять  на  политику
страны.
 Эту  мысль  в  рабочем  классе  в  течение  многих  лет
усиленно  проповедовал  талантливый  журналист  Уильям
Коббетт,  редактор  распространенного  «Еженедельного  по¬
литического  журнала».  Коббетт  из  номера  в  номер  обличал
существующие  в  стране  политические  порядки,  бесправие
народа,  эгоизм  правящих  классов  и  доказывал  трудящим¬
ся,  что  для  изменения  существующего  положения  есть
только  один  способ  —  добиться  реорганизации  парламента
и  уничтожения  всевластия  правящей  олигархии.  Журнал
Коббетта  пользовался  в  народе  огромной  популярностью,
каждый  номер  переходил  из  рук  в  руки.
 Рабочий  класс  активно  участвовал  во  всей  политиче¬
ской  жизни  того  времени.  В  частности,  большую  роль  ра¬
бочие  сыграли  в  борьбе  за  свободу  печати.
 Правительство  обложило  газеты  высоким  «штемпель¬
ным  сбором»,  который  делал  их  недоступными  для  рабочих,
и  установило  строгие  штрафы  за  всякое  'критическое  вы¬
ступление  против  правительства,  существующих  порядков
и  церкви.  Прогрессивная  печать,  обращавшая  правдивое

слово  к  народным  массам,  подвергалась  свирепым  гоне¬
ниям.  Реформированный  парламент,  несмотря  на  протесты
широких  масс,  оставил  все  эти  законы,  направленные  про¬
тив  бедняков,  в  силе:  этим  буржуазия  еще  раз  доказала
свое  враждебное  и  пренебрежительное  отношение  к  требо¬
ваниям  и  интересам  народных  масс.
 Борьба  за  свободу  печати  была  трудной  и  долгой.  Вла¬
сти  препятствовали  распространению  дешевых  изданий,
рассчитанных  на  широкую  аудиторию,  закрывали  газеты,
подвергали  штрафам  и  тюремному  заключению  редакторов,
издателей  и  продавцов.  Сотни  людей  пострадали  в  этой
борьбе,  но  народ  не  сдавался:  на  место  арестованных  в
строй  вступали  новые  борцы,  газеты  продолжали  выходить
под  другими  названиями.  В  1836  г.  правительство  было
вынуждено,  наконец,  пойти  на  частичную  уступку:  оно
уменьшило  «штемпельный  сбор»,  открыв,  таким  образом,
некоторые  легальные  возможности  для  дешевой  печати.
Однако  оно  сохранило  прежние  запреты  и  кары  за  выступ¬
ления  против  устоев  буржуазного  общества.  Позднее  эти
законы  были  широко  использованы  против  чартистской
печати.
 Политическая  и  классовая  борьба  английского  пролета¬
риата  вплотную  подводила  его  к  вопросу  о  причинах  су¬
ществующего  положения.  Передовые  представители  рабо¬
чего  класса  уже  давно  задумывались  над  причинами
глубоких  противоречий  современного  им  общества,  над
происхождением  нищеты  и  страданий  народа  и  над  сред¬
ствами  ликвидации  страданий  и  нищеты.  Среди  рабочих
широкое  распространение  получили  идеи  и  сочинения  пе¬
редовых  мыслителей  и  социальных  реформаторов,  в  част¬
ности  сочинения  Томаса  Пейна  (1737—1809).  Пейн  родил¬
ся  в  Англии,  но  затем  эмигрировал  в  США,  принимал
активное  участие  в  войне  за  независимость  США,  затем
во  французской  революции  и  был  даже  избран  во  француз¬
ский  революционный  Конвент.  Две  книги  Пейна  оказали
особенно  большое  влияние  на  демократические  круги  Анг¬
лии  и  стали  популярными  в  среде  рабочих  —  «Права  чело¬
века»  и  «Аграрная  справедливость».  В  первой  книге  Пейп
опроверг  злобные  нападки  на  французскую  революцию  со
стороны  английских  реакционеров  и  изложил  принципы
революции,  подверг  критике  английские  политические  уч¬
реждения.  Во  второй  книге  Пейн  разработал  план  социаль¬
 29

ной  реформы,  в  частности  предложил  ввести  пенсии  для
всех  лиц,  достигших  50  лет,  за  счет  введения  налога  на
наследство.
 Большое  влияние  на  рабочий  класс  оказала  книга  дру¬
гого  писателя  и  публициста  —  Спенса,  который  выдвинул
проект  национализации  земли  и  превращения  ее  в  общест¬
венную  собственность.  Понятно,  что  подобная  программа
должна  была  произвести  особенное  впечатление  на  рабо¬
чих,  которые  еще  недавно  были  тесно  связаны  с  землей
и  мечтали  о  возвращении  к  ней  в  качестве  мелких  хозяев.
Еще  далее  по  пути  проектов  переустройства  современного
общества  пошел  писатель  Уильям  Годвин,  который  в  своем
сочинении  под  названием  «Исследование  о  политической
справедливости»,  вышедшем  еще  в  1793  г.,  решительно
осудил  систему  частной  собственности  вообще  и  выдвинул
идею  экономического  равенства  всех  людей.
 Большой  популярностью  среди  рабочих  пользовалось
сочинение  Томаса  Годскина  «Защита  труда»,  изданное
в  1825  г.  В  этой  книге  Годскин  убедительно  доказывал,  что
единственным  источником  всех  богатств  является  труд  ра¬
бочих  и  что  прибыль  капиталиста  является  вычетом  из
заработной  платы  рабочего.  Подобные  идеи  высказывал
также  Вильям  Томсон,  который  в  своей  книге  «Вознагра¬
ждение  труда»,  вышедшей  в  1827  г.,  последовательно  кри¬
тиковал  частную  собственность.  Особенно  значительное
влияние  на  рабочих  оказал  замечательный  мыслитель,  со¬
циалист-утопист  Роберт  Оуэн,  выдвинувший  идею  корен¬
ного  переустройства  общества  на  принципах  коммунизма.
 Роберт  Оуэн  (1770—1858)  начал  свою  деятельность
в  роли  буржуазного  предпринимателя:  он  был  сначала
управляющим  крупным  текстильным  предприятием,  а  за¬
тем  совладельцем  большой  текстильной  фабрики  в  Шот¬
ландии.  На  этих  фабриках  Оуэн  провел  ряд  улучшений:
сократил  рабочий  день,  улучшил  условия  труда,  облегчил
положение  работниц,  устроил  школу  для  детей.  Результаты
этих  скромных  нововведений  превзошли  все  ожидания:
производительность  значительно  выросла,  уменьшилось
число  конфликтов  между  рабочими  и  хозяевами.  В  итоге
мероприятия,  'проведенные  Оуэном,  оказались  не  только
не  убыточными,  но  и,  напротив,  дали  фабрике  большие
прибыли.  Однако  Оуэн  был  не  простым  буржуазным  ре¬
форматором:  он  видел  тяжелое  положение  народных  масс
 30

и  стремился  улучшить  его.  Наблюдая  жизнь  народа,  Оуэн
отмечал,  что  по  мере  увеличения  богатства  капиталистов
народ  опускается  все  ниже  и  ниже  в  бездну  нищеты.  Он
установил,  что  в  основе  этого  явления  лежит  порочность
всей  системы  общественного  устройства.
 Оуэн  пришел  к  заключению,  что  весь  экономический
строй  общества  следует  полностью  изменить.  Для  этого  он
предложил  создать  повсюду  производственные  кооперати¬
вы,  т.  е.  коллективные  мастерские,  в  которых  будет  уста¬
новлена  общность  имущества,  а  труд  будет  обязателен  для
всех.  Отдельные  кооперативы  могут  обмениваться  продук¬
тами  между  собой.  Оуэн  считал,  что  подобные  кооперативы
постепенно  вытеснят  существующие  капиталистические
предприятия  и  новый  кооперативный  строй  без  революции
заменит  капиталистический.  Оуэн  пытался  осуществить
свой  утопический  план,  создав  несколько  кооперативных
общин  в  самой  Англии  и  в  США,  но  все  эти  предприятия
вскоре  развалились.  Оуэн  пытался  осуществить  свою  идею
и  другим  путем.  Он  создал  кооперативный  меновой  базар,
где  продукты  и  товары  оценивались  не  деньгами,  а  коли¬
чеством  труда,  затраченного  на  производство  того  или
иного  продукта:  таким  путем  он  надеялся  заменить  суще¬
ствующую  систему  денежных  отношений.  И  этот  проект
потерпел  неудачу,  а  меновой  базар  обанкротился.
 Влияние  Оуэна  на  современников  и  в  особенности  на
рабочих  Англии  было  огромным.  Оуэн  убедительно  и  остро
критиковал  экономическую  систему  капитализма  с  его
безжалостной  конкуренцией,  кризисами,  безработицей  и
нищетой  широких  масс.  Рабочих  привлекала  и  нарисован¬
ная  Оуэном  картина  кооперативных  мастерских  без  хозяев
к  без  эксплуатации,  с  распределением  продуктов  в  соот¬
ветствии  с  затраченным  трудом  и  потребностями.
 Однако  пропаганда  Оуэна  имела  и  некоторые  отрица¬
тельные  стороны,  особенно  его  утверждение  о  том,  что  ра¬
бочим  нет  никакой  нужды  вступать  в  борьбу  с  предприни¬
мателями  и  участвовать  в  политической  жизни.  По  мнению
Оуэна,  кооперативы  по  мере  своего  роста  и  развития  без
всяких  дополнительных  усилий  со  стороны  рабочих  при¬
ведут  к  полному  преобразованию  всего  общества.  Такие
идеи  отвлекали  рабочих  от  борьбы  за  их  экономические
и  политические  интересы.
 Работы  этих  мыслителей,  в  том  числе  и  Оуэна,  не  дава¬
 31

ли  ясного  и  правильного  ответа  на  вопрос  о  причинах
вопиющих  пороков  капиталистического  общества.  Идеи  их
были  незрелыми,  их  рецепты  —  утопическими.  Однако,
несмотря  на  все  это,  труды  этих  мыслителей  оказали
огромное  влияние  на  современников  и  имели  большое  исто¬
рическое  значение,  так  как  побуждали  передовых  рабочих
задуматься  над  окружающим,  яснее  понять  пороки  капи¬
талистической  системы.  В  умах  рабочих  зрели,  хотя  еще  и
туманные,  идеалы  нового  общественного  строя,  в  котором
они,  как  производители  всех  материальных  благ,  должны
были  занять  подобающее  им  место.
 Таким  образом,  к  началу  30-х  годов  английский  рабо¬
чий  класс  был  подготовлен  к  самостоятельной  политиче¬
ской  борьбе.  В  повседневной  борьбе  с  предпринимателями
рабочие  на  практике  усвоили  идею  классовой  борьбы,  по¬
няли  самостоятельность  своих  классовых  интересов,  их
обособленность  от  интересов  других  классов  английского
общества  и  непримиримость  с  интересами  буржуазии.
Английские  рабочие  сделали  также  большие  успехи  в  ор¬
ганизации  и  сплочении  своих  рядов.
 В  то  же  время  эта  борьба,  а  также  участие  в  общеде¬
мократическом  движении  за  реформу  политических
учреждений,  в  частности  за  свободу  печати  и  другие  демо¬
кратические  права,  убедили  рабочих  в  том,  что  при  суще¬
ствующих  порядках,  когда  вся  власть  в  стране  и  ее  поли¬
тические  учреждения  находятся  в  руках  их  классовых
врагов,  борьба  за  улучшение  положения  исключительно
трудна,  что  изменение  политической  системы  является
обязательным  условием  успеха  этой  борьбы.
 Идеи  передовых  мыслителей  и  социальных  реформато¬
ров  подготовили  рабочих  к  мысли  о  возможности  преобра¬
зования  существующих  социальных  условий.
 Таковы  были  предпосылки  возникновения  могучего
народного  движения,  получившего  название  чартизма.
Чартистское  движение  было  основательно  подготовлено
всей  предыдущей  историей  английского  рабочего  движе¬
ния.  Оно  вовсе  не  было  стихийной  вспышкой,  «голодным
бунтом»,  как  его  пытаются  представить  буржуазные  исто¬
рики,  всячески  стремящиеся  умалить  значение  этого  важ¬
ного  события  в  истории  английского  пролетариата.

Глава  третья*
 НАЧАЛО
ЧАРТИСТСКОГО  ДВИЖЕНИЯ
 (±836—±838  гг.)
 В  1836  г.  в  Лондоне  возникла  организация,  которой
суждено  было  сыграть  выдающуюся  роль  в  истории  анг¬
лийского  .рабочего  движения.  16  июня  группа  ремесленни¬
ков,  собравшись  в  небольшой  таверне,  решила  создать
Ассоциацию  лондонских  рабочих  для  пропаганды  среди
рабочих  идей  политического  освобождения  и  завоевания
политических  прав.  В  качестве  главной  цели  Ассоциация
ставила  задачу  «всеми  законными  средствами  добиваться
предоставления  всем  классам  общества  равных  политиче¬
ских  и  социальных  прав»./Для  достижения  этой  цели  Ас¬
социация  считала  необходимым  в  первую  очередь  сплотить
ряды  рабочего  класса,  просвещать  его  через  свободную
печать,  воспитывать  подрастающее  поколение.  Своей  нвцр-
средствениой  задачей  Ассоциация  считала  сбор,  изучение
и  публикацию  материалов,  затрагивающих  интересы  рабо¬
чих,  в  том  числе  материалов  о  политическом  положении
в  стране,  о  положении  рабочего  класса  и  т.  п./Ассоциация
всвоем  уставе  подчеркивала,  что  ее  членами"  могут  быть
только  рабочие,  а  представители  остальных  классов  прини¬
маются  лишь  на  правах  «почетных  членов»  1:  этот  пункт
свидетельствовал  о  высоком  уровне  классового  сознания
организаторов  и  инициаторов  Ассоциации,  о  глубоком
недоверии  рабочего  класса  к  имущим  классам.  Опыт  борь¬
бы  за  реформу  парламента,  видимо,  не  пропал  даром:^Каж¬
дую  неделю  члены  Ассоциации  собирались  для  обсуждения
актуальных  вопросов,  интересующих  рабочих.  Небольшие
 3  Н.  А.  Ерофеев
 33

комиссии  Ассоциации  подвергали  отдельные  вопросы  более
подробному  изучению  и  докладывали  результаты  своей  ра¬
боты  очередному  собранию.  Так,  в  результате  изучения
состава  парламента  Ассоциацией  была  издана  небольшая
брошюра  под  заглавием  «Гнилая  палата  общинВ  брошю¬
ре  указывалось,  что  в  парламенте  заседают  банкиры,  зем¬
левладельцы,  дворяне,  предприниматели  и  другие  пред¬
ставители  имущих  классов,  а  трудящийся  народ  не  имеет
никакого  влияния.  Все  дела  управления  государством,
выработка  и  издание  законов  решается  ничтожной  частью
населения  страны.
 Кругозор  Ассоциации  не  был  ограничен  Англией.  С  са¬
мого  начала  она  вступила  в  общение  с  рабочими  и  револю¬
ционными  организациями  за  рубежом.  В  ноябре  1836  г.
Ассоциация  обратилась  с  воззванием  к  рабочим  Бельгии,
подвергшимся  преследованиям  за  созыв  собрания.  Ассо¬
циация  направила  воззвания  также  к  рабочим  Соединен¬
ных  Штатов  Америки,  к  народу  Канады,  восставшему
в  1837  г.  против  бесчинств  английских  колонизаторов
(тогда  Канада  являлась  колонией  Англии),  и  к  другим
странам.  Деятельность  Ассоциации  имела  большое  значе¬
ние  для  воспитания  рабочего  класса.  Обсуждение  полити¬
ческих  задач,  стоящих  перед  рабочими,  способствовало
росту  их  классового  сознания,  воспитанию  их  в  духе  про¬
летарской  солидарности.
 Численность  Ассоциации  не  была  значительной:  к
1839  г.  в  нее  вступило  около  279  человек2.  Члены  Ассо¬
циации  вербовались  среди  различных  групп  лондонского
пролетариата.  В  основном  это  были  рабочие  кустарной
и  домашней  промышленности  —  квалифицированные  реме¬
сленники  и  мастеряи  К  этой  категории  принадлежал,  в  ча¬
стности,  один  из  самых  активных  участников  Ассоциации,
ее  инициатор  и  секретарь  Уильям  Ловетт,  квалифициро¬
ванный  столяр-краснодеревец.  этой  же  категории  при¬
надлежали  и  многие  другие  активные  члены  Ассоциа¬
ции  —  наборщики  Гетерингтон  и  Винсент,  Уотсон,  в  прош¬
лом  приказчик  москательной  лавки,  а  затем  издатель  ради¬
кальных  газет  и  брошюр.  Ёсе  они  принимали  в  свое  время
активное  участие  в  политической  борьбе  за  реформу  пар¬
ламента,  в  борьбе  за  право  рабочих  объединяться  в  про¬
фессиональные  союзы,  в  кооперативном  движении  и  в
борьбе  за  свободу  печати,  и,  таким  образом,  прошли  школу
 34

политической  борьбы  и  агитации.  Большое  влияние  на  этих
рабочих  оказало  знакомство  с  политической  и  социальной
литературой  того  времени.  Они  в  различной  степени  испы¬
тали  на  себе  влияние  социалистических  идей,  в  особенно¬
сти  коммунистических  идей  Оуэна.  Эти  деятели  рабочего
движения  являлись  противниками  крупной  капиталисти¬
ческой  собственности,  всевластия  капитала  и  крупного
земельного  дворянства.  Однако,  стремясь  к  изменению
социального  строя  современной  Англии,  они  крайне  туман¬
но  представляли  себе  будущий  социальный  строй.  Еще
менее  отчетливо  понимали  многие  из  членов  Ассоциации,
какими  средствами  рабочие  могут  добиться  установления
новых  политических  и  социальных  порядков.  Так,  Ловетт
был  решительным  противником  насильственной  револю¬
ции,  считая,  что  одной  лишь  мирной  агитацией  рабочие
смогут  заставить  буржуазию  поступиться  своей  властью.
Подобные  иллюзии  были  широко  распространены,  в  осо¬
бенности  среди  ремесленного  пролетариата,  по  своему  обра¬
зу  жизни  и  по  взглядам  близкого  к  мелкой  буржуазии..
 Лондонская  Ассоциация  явилась  одной  из  первых  по¬
литических  организаций  английских  рабочих.  Однако  она
была  не  единственной:  почти  одновременно  по  всей  стра¬
не  стада  возникать  подобные  организации.  Так,  в  Лондоне
в  1837  г?Йозникла  Демократическая  ассоциация.  Она  вы¬
двинула  программу  широких  демократических  реформ  —
всеобщее  избирательное  право,  свободу  печати,  запрет  дет¬
ского  труда,  отмену  нового  закона  о  бедных.  В  качестве  ос¬
новной  цели  своей  деятельности  Ассоциация  поставила
«ликвидацию  неравенства  и  установление  всеобщего  сча¬
стья»  3.  Деятели  этой  организации  пропагандировали  рево¬
люционные  методы  борьбы.(Среди  участников  Ассоциации
выдвинулся  молодой  журналист  Джулиан  Гарни,  талант¬
ливый  оратор  и  публицист.  Несмотря  на  свою  молодость  (ему
в  1837  г.  было  всего  двадцать  лет),  Гарни  имел  за  плечами
опыт  политической  борьбы,  он  активно  участвовал  в  борьбе
за  свободу  печати,  несколько  раз  был  под  судом  за  неле¬
гальное  распространение  дешевой  демократической  печати
и  даже  сидел  в  тюрьме.  Гарни  выступал  за  революционное
восстание,  видя  в  нем  единственное  средство  для  рабочего
класса  добиться  свободы  и  завоевать  власть.  В  одной  из
своих  статей  он  писал,  обращаясь  к  рабочим:  «Вооружай¬
тесь  и  будьте  готовы  в  случае  необходимости  использовать
 35
 3

ваше  первое  и  самое  святое  право  —  священное  право
восстания»4.  Поклонник  французских  революционных
якобинцев,  Гарни  подписывал  свои  статьи  псевдонимом
«Друг  народа»,  как  деятель  французской  революции  Ма¬
рат,  который  был  его  любимым  героем.  Политические  рабо¬
чие  союзы  стали  возникать  помимо  Лондона  также  и  в  дру¬
гих  городах  и  промышленных  центрах  страны.  Этот  факт
отражал  рост  политической  сознательности  рабочего  клас¬
са,  его  стремление  к  политической  борьбе.  Некоторые  из
этих  союзов  возникли  под  влиянием  и  по  образцу  лондон¬
ской  ассоциации;  последняя  весной  1837  г.  направила  своих
агитаторов  в  провинцию  для  создания  здесь  местных  ассо¬
циаций.  В  результате  к  началу  1838  г.  в  Англии  возникла
сеть  рабочих  организаций  политического  характера.  Своей
главной  задачей  эти  организации  ставили  борьбу  за  преоб¬
разование  политического  строя,  за  ликвидацию  полити-
ческогсибесправия  рабочего  класса.
 (ЛЗском  среди  провинциальных  рабочих  союзов  на  вид¬
ное'место  выдвинулась  организация,  возникшая  в  промыш¬
ленном  городе  Лидсе,  под  названием  Большой  северный
союз7>Этот  союз  ставил  перед  собой  те  же  задачи,  что
и  Лондонская  ассоциация,  однако  состав  его  был  несколько
иньгМ^В  отличие  от  Лондона,  где  отсутствовала  крупная
фабричная  промышленность,  в  Лидсе  было  сосредоточено
текстильное,  главным  образом,  шерстяное  производство.
В  результате  быстрого  распространения  машин  рабочие
Лидса  оказались  в  чрезвычайно  тяжелом  положении:  рост
производительности  труда  далеко  обгонял  заработную
плату,  многие  рабочие  лишились  работы,  на  фабриках  ца¬
рила  беспощадная  эксплуатация  женского  и  детского  пру¬
да.  В  обстановке  огромной  безработицы  рабочие  особенно
болезненно  переживали  отмену  старого  закона  о  помощи
беднякам,  так  как  при  новых  порядках  не  могли  надеяться
получить  даже  прежнее  нищенское  пособие.  Положение
рабочих  еще  более  ухудшилось  в  1837  г.  под  влиянием
тяжелого  экономического  кризиса.
 Радикальные  и  революционные  лозунги  встретили  здесь
в  рабочей  среде  самый  широкий  отклик.
 /:""Видную  роль  в  организации  Большого  северного  союза
сыграл  Фергус  О’Коннор,  участник  ирландского  наци¬
онального  движения.  О’Коннор,  был  выходцем  из  зажиточ¬
ной  ирландской  семьи,  в  которой  были  сильны  традиции
 36

революционной  борьбы  против  английского  владычества.
Дядя  О’Коннора  участвовал  в  вооруженном  выступлении
против  англичан  в  конце  XVIII  в.  и  после  подавления  это¬
го  восстания  бежал  во  Францию,  где  вступил  в  армию  На¬
полеона  и  дослужился  в  ней  до  чина  генерала.  Фергус
О’Коннор  начал  свою  деятельность  в  ирландском  наци¬
ональном  движении  под  руководством  буржуазного  поли¬
тика  О’Коинеля,  крупного  помещика,  который  стремился
лишь  использовать  движение  ирландских  крестьян  против
Англии  для  своей  политической  карьеры.  Благодаря  под¬
держке  О’Коннеля  О’Коннор  был  избран  депутатом  анг¬
лийского  парламента,  однако,  разобравшись  в  политике
O’lТоннеля,  отошел  от  него  и  примкнул  к  английским  ра¬
бочим,  видя  в  них  единственную  силу,  способную  заставить
английские  правящие  классы  провести  реформу  полити¬
ческих  учреждений.  Переехав  в  Лидс,  О’Коннор  занялся
политической  агитацией.  Он  сблизился  с  рабочими,  проник¬
ся  сочувстием  к  их  тяжелому  положениюРЧе  ловек  огром¬
ной  энергии  и  физической  силы,  талаЗггливый  оратор,
обладавший  сильным  и  звучным  голосом.  О’Коннор  был  не¬
заурядным  организатором.  Большой  северный  союз  под
('го  руководством  стал  крупной  политической  силой.
 О’Коннор  сыграл  в  чартистском  движении  сложную
роль.  Человек,  безусловно,  честный  и  преданный  идеалам
демократических  преобразований,  глубоко  и  искренне  со¬
чувствовавший  нужде  и  страданиям  рабочего  класса,  он,
однако,  никогда  не  был  революционером;  на  суде,  к  ко¬
торому  он  был  привлечен  за  участие  в  чартистском  дви¬
жении,  он  прямо  заявил:  «Я  демократ,  но  не  револю-
циоиер>>^>Помещик  по  своему  социальному  происхожде¬
нию,  он  не  проникся  идеологией  рабочего  класса1.  Его  по¬
литические  идеалы  были  весьма  расплывчаты  и  туман¬
ны.  Он  был  противником  капитализма  и  считал  фабричную
систему  «ненормальной»,  «искусственной»,  обреченной  на
гибель.  «Я  возражаю  против  машинного  производства,—
писал  он,—  потому  что  оно  ниспровергает  все  законы  при¬
роды  и  бога»6.  Исходя  из  этого,  он  мечтал  о  превращении
всех  рабочих  в  мелких  крестьян;  только  возвращение  ра¬
бочих  к  земле,  по  его  мнению,  могло  бы  привести  к  улуч¬
шению  их  положения.
 Уступая  революционным  -настроениям,  которые  господ¬
ствовали  среди  рабочих,  О’Коннор  выступал  с  очень
 37

решительными  заявлениями.  Вот  образец  ораторского  сти¬
ля  О’Коннора.  Выступая  на  митинге  17  сентября  1838  г.,
он,  обращаясь  к  рабочим,  говорил:  «Я  вам  не  рекомендую
прибегать  к  насилию,  к  гражданской  войне.  Но  для  сведе¬
ния  палаты  общин  я  заявляю,  вместо  того  чтобы  наблю¬
дать,  как  угнетается  народ,  как  нарушается  конституция,
наблюдать  нужду  народа,  если  никто  другой  не  посмеет
действовать,  а  конституция  будет  повержена,  я  сам  поведу
народ  к  смерти  или  к  победе.  Мое  стремление  состоит  в  том,
чтобы  использовать  моральную  силу  как  можно  дольше,
до  самых  последних  границ,  но  я  хочу,  чтобы  вы  знали,  что
лучше  умереть  свободными  людьми,  чем  жить  рабами...»  7
Прокламируя  свою  готовность  пойти  до  конца  и  в  случае
необходимости  применить  оружие,  О’Коннор  каждый  раз
сопровождал  свои  революционные  заявления  призывами
к  умеренности  и  спокойствию.  В  сущности,  до  самого  кон¬
ца  О’Коннор  надеялся,  что  вооруженного  выступления
не  будет,  так  как  господствующие  классы  пойдут  на  уступ¬
ки.  Своими  смелыми  заявлениями  О’Коннор  надеялся
запугать  правительство  и  парламент.  Такой  тактикой  ему
удавалось  маскировать  свою  нерешительность.  Он  потер¬
пел  банкротство,  когда  пришел  момент  осуществить  угрозы
и  стать  во  главе  рабочих.
 В  1837  г.  О’Коннор  с  группой  радикальных  рабочих
основал  в  Лидсе  большую  еженедельную  газету  под  назва¬
нием  «Северная  звезда»/)  Эта  газета,  ставшая  органом
Большого  севе  рн  ог  о~  союз  а,  приобрела  широкую  популяр¬
ность  в  рабочих  кругах  благодаря  внимательному  отноше¬
нию  к  положению  и  нуждам  рабочих.  «Северная  звезда»
получила  распространение  не  только  в  Лидсе,  но  и  далеко
за  его  пределами.
 Среди  сотрудников  газеты  скоро  выдвинулся  Бронтерр
О’Брайен,  талантливый  журналист,  широко  известный
своими  статьями  в  радикальных  и  революционных  изда¬
ниях.  О’Брайен,  ирландец  по  национальности,  получил
очень  хорошее  образование  и  обладал  блестящими  способ¬
ностями.  Он  приехал  в  Англию,  для  того  чтобы  подгото¬
виться  к  адвокатской  деятельности,  но,  окунувшись  в
атмосферу  радикальной  политической  борьбы,  оставил
занятия  правом.  Вскоре  он  сблизился  с  радикальными  по¬
литиками  и  принял  участие  в  рабочем  движении.  Знаком¬
ство  с  историей  французской  революции  и  деятельностью

французских  революционеров  помогло  ему  лучше  понять
задачи  английских  рабочих.  Большое  влияние  на  него
оказали  коммунистические  идеи  Оуэна.  Однако  в  систему
Оуэна  О’Брайен  внес  существенную  поправку:  в  отличие
от  своего  учителя,  который  считал,  что  рабочие  без  поли¬
тической  борьбы  созданием  кооперативов  добьются  изме^
нения  всей  системы,  О’Брайен  пришел  к  заключению,  что
рабочие  должны  сначала  завоевать  политическую  власть  и
лишь  затем  перейти  к  осуществлению  идеалов  Оуэна.
 Особой  заслугой  О’Брайена  была  пропаганда  им  идеи
классов  и  классовой  борьбы;  эту  идею  он  воспринял  у  фран¬
цузских  писателей  того  времени.  О’Брайен,  обладал  огром¬
ным  публицистическим  талантом,  способствовал  распро¬
странению  этой  идеи  в  Англии.  Он  разъяснил  английским
рабочим  смысл  и  содержание  классовой  борьбы,  классовую
природу  буржуазии,  аристократии  и  английских  политиче¬
ских  учреждений.  «Палата  общин,  министерство  и  короле¬
ва,—  писал  он  в  одной  из  своих  статей,—  представляют
собой  орудия  средних  классов»  8  (средними  классами  в  Анг¬
лии  именовали  буржуазию).  Наряду  с  буржуа,  которых  он
часто  называл  «наживалами»,  О’Брайен  видел  в  современ¬
ном  ему  обществе  еще  один  паразитический  класс  —  ленд¬
лордов;  несмотря  на  некоторые  различия  интересов,  их
объединяло  стремление  к  наживе,  к  угнетению  народа.  Все
несчастья  и  беды  Англии  О’Брайен  приписывал  «господст¬
ву  этих  двух  проклятых  классов»  9.  Подчеркивая  паразити¬
ческий  характер  эксплуататорских  классов,  О’Брайен  пи¬
сал,  что  они  «не  более  необходимая  часть  человеческого
общества,  чем  язвы  и  опухоли  для  здорового  организма.
Их  присутствие  —  лишь  признак  болезненного  состояния
политического  тела»  10.
 Анализируя  политическую  историю  Англии  последних
десятилетий  и  классовую  природу  буржуазии,  О’Брайен
блестяще  показал  непримиримость  интересов  пролетариа¬
та  и  буржуазии  и  разоблачил  предательство  последней
в  период  борьбы  за  парламентскую  реформу.  Статьи
О’Брайена,  систематически  печатавшиеся  в  «Северной
звезде»,  много  сделали  для  распространения  среди  рабо¬
чих  правильных  представлений  о  значении  политической
борьбы,  направленной  к  освобождению  пролетариата.  Од¬
нако  по  своим  взглядам  О’Брайен  не  был  пролетар¬
ским  революционером:  его  идеалом  был  строй  мелких

собственников  —  крестьян  и  ремесленников.  Большие  на¬
дежды  он  возлагал  также  на  денежную  реформу  выпуск
бумажных  денег  он  считал  средством  к  оживлению  эконо¬
мики  и  ликвидации  безработицы.
 Наметившийся  подъем  политической  активности  рабо¬
чего  класса  внушил  некоторым  кругам  буржуазии  мысль  —
использовать  массы  для  проведения  новой  умеренной  пар¬
ламентской  реформы,  которая  могла  бы  завершить  то,  что
не  было  доведено  до  конца  в  1832  г.  Дело  в  том,  что  поло¬
винчатый  и  сугубо  компромиссный  характер  реформы
1832  г.  оставил  неудовлетворенными  некоторые  довольно
значительные  крути  буржуазии,  в  особенности  промыш¬
ленной.  В  частности,  в  результате  этой  реформы  у  земле¬
владельцев  остался  по-прежнему  значительный  перевес
в  палате.  Законы,  вносившиеся  в  интересах  промышлен¬
ности,  встречали  в  -парламенте  сильное  сопротивление
и  часто  не  принимались.  Так  было,  например,  с  пошлинами
на  ввоз  продовольствия  и  сырья.  Несмотря  на  настойчивые
требования  промышленной  буржуазии,  парламент  сохра¬
нял  в  силе  высокие  пошлины  на  сырье  и  продовольствие.
Промышленники  решили  начать  борьбу  за  новую  реформу,
которая  позволила  бы  им  добиться  прочного  большинства
в  парламенте.
 В  1837  г.  в  ряде  промышленных  городов  вновь  оживили,
свою  деятельность  политические  союзы  буржуазии,  кото¬
рые  сыграли  решающую  роль  в  мобилизации  широких
масс  в  1832  г.
 С  целью  заручиться  поддержкой  рабочих  и  надеясь  на¬
править  их  активность  в  выгодном  для  себя  направлении,
буржуазные  радикалы,  т.  е.  сторонники  новой  реформы,
установили  контакт  с  руководителями  Ассоциации  лон¬
донских  рабочих.  На  совместных  совещаниях  с  членами
Ассоциации  буржуазные  радикалы  пытались  убедить  Ас¬
социацию  принять  чрезвычайно  умеренную  программу
реформы;  в  частности,  эта  программа  предусматривала  со¬
хранение  имущественного  ценза  для  участия  в  выборах:
буржуазия  вовсе  не  собиралась  давать  рабочим  возмож¬
ность  влиять  на  парламент.
 В  начале  1838  г.  по  поручению  Ассоциации  Ловетт
составил  проект  реформы  парламента,  который  должен
был  лечь  в  основу  деятельности  Ассоциации.  Этот  проект
в  утвержденном  виде  содержал  шесть  пунктов:  всеобщее

избирательное  право  для  мужчин,  тайное  голосование,  рав¬
ные  избирательные  округа,  отмена  имущественного  ценза
для  депутатов  в  парламент,  ежегодное  переизбрание  пар¬
ламента  и  выплата  жалованья  депутатам.  Было  намечено,
что  эти  шесть  требований  составят  содержание  петиции,
которую  при  поддержке  широких  народных  масс  ради¬
кальные  депутаты  внесут  в  парламент  и  затем  начнут
борьбу  за  ее  осуществление.  Многие  члены  Ассоциации
в  это  время  еще  надеялись,  что  давление  извне  сломит  про¬
тивников  реформы  и  заставит  их  в  конце  концов  принять
требования  народа.
 Указанные  шесть  пунктов  реформы  ее  составители  на¬
звали  «Народной  хартией»,  поскольку  она  открывала  ши¬
роким  народным  массам  путь  к  активному  участию  в  поли¬
тической  жизни.
 Народная  хартия  (по-английски,  чартер)  дала  название
всему  движению:  сторонников  Народной  хартии  стали  на¬
зывать  чартистами.
 8  мая  1838  г.  текст  Народной  хартии  был  опубликован.
Ее  вступительная  часть  гласила:
 «В  настоящее  время  властью  издавать  законы  от  имени
народа  и  в  его  предполагаемых  интересах  пользуется  пала¬
та  общин.  Для  того,  чтобы  она  была  в  состоянии  мудро
и  честно  выполнять  возложенную  на  нее  великую  задачу,
она  должна  стать  верным  и  точным  представительством
желаний,  чувств  и  интересов  народа».  Указанные  шесть
пунктов,  которые  следовали  за  этой  декларацией,  как  гла¬
сила  Хартия,  и  должны  были  сделать  палату  таким  «точ¬
ным  представительством»  народа11.
 Для  того  чтобы  проверить,  в  какой  степени  широкие
массы  готовы  поддержать  программу  Хартии,  Лондонская
ассоциация  весной  1838  г.  направила  своих  делегатов  в  раз¬
личные  города  Англии  для  проведения  там  широких  на¬
родных  собраний  и  обсуждения  Хартии.
 Идея  Хартии  имела  необыкновенный  успех.  Митинги,
созванные  для  ее  обсуждения,  превратились  в  грандиоз¬
ные  демонстрации,  на  которые  собирались  огромные  мас¬
сы  народа,  десятки  и  даже  сотни  тысяч  человек.  На
митинге  в  Глазго,  который  состоялся  28  мая  1838  г.,  при¬
сутствовало  200  тысяч  чел.12  Вслед  за  Глазго  состоялись
грандиозные  митинги  в  Ныокесле,  Бирмингеме,  Лидсе  и
других  городах.
 41

Самый  большой  митинг  был  в  Манчестере:  присутство¬
вало  не  менее  300  тыс.  чел.  Вот  как  описывает  совре¬
менник  этот  митинг,  состоявшийся  в  понедельник  25  сен¬
тября  1838  г.
 «В  этот  день  весь  округ,  казалось,  пробудился  и  пришел
в  движение,  чтобы  сделать  великое  собрание  достойным
себя  и  своего  дела.  В  окрестностях  Манчестера  вряд  ли
можно  было  бы  найти  город  или  деревню,  не  принимавших
участия  в  этом  огромном  собрании.  Густые  массы  народа
потоками  текли  к  месту,  где  они  должны  были  проявить
свой  патриотизм.  Митинг  был  назначен  около  часу,  но  тол¬
пы  народа  потянулись  по  улицам  с  самого  рассвета...  Су¬
ров  был  вид  толпы  в  этом  оцромном  собрании.  Истощен¬
ные,  худые  лица  носили  очевидные  признаки  страдания.
Одного  их  вида  было  достаточно,  чтобы  извинить  яростное
отношение  к  виновникам  их  страданий.  Бледные  покры¬
тые  морщинами  щеки,  потухшие  глаза,  сгорбленный  стан
наглядно  свидетельствовали  о  негодности  системы,  застав¬
лявшей  большинство  работать,  для  того  чтобы  немногие
могли  наслаждаться  жизнью».  Слушатели  восторженно
приветствовали  ораторов,  призывавших  к  борьбе  против
негодной  политической  системы,  обвиняли  парламент
в  пренебрежении  к  интересам  народа  и  разъясняли  цели
Народной  хартии.  «В  конце  митинга,—  продолжает  оче¬
видец  и  участник  этого  собрания,—  начался  проливной
дождь,  но  это  не  произвело  никакого  впечатления  на  во¬
сторженную  и  возбужденную  толпу.  Густая  масса  точно
срослась  вместе  и  так  была  поглощена  своим  делом,  что
ничто,  казалось,  не  было  в  силах  сдвинуть  ее  с  места»  13.
 На  этих  собраниях,  прошедших  по  всей  стране,  Хартия
получила  широкую  всенародную  поддержку.  Петиция
в  парламент,  содержавшая  требование  Хартии,  заполня¬
лась  многочисленными  подписями.  Ораторы,  выступавшие
на  митингах,  говорили  о  политическом  бесправии  народа,
затрагивали  вопросы,  глубоко  волновавшие  трудящиеся
массы.  Они  рассказывали  о  тяжелом  и  непосильном  труде,
о  нищете  и  голоде,  об  эксплуатации  и  угнетении,  требовали
охраны  труда  женщин  и  детей,  ограничения  рабочего  дня.
Народ  горячо  откликался  на  речи  ораторов,  встречая  одоб¬
рением  призывы  к  борьбе.
 Огромная  популярность,  которую  Хартия  приобрела
среди  широких  масс  трудящихся,  многим  современникам

казалась  непонятной:  в  своей  совокупности  шесть  пунктов
Хартии  предусматривали  на  первый  взгляд  только  реор¬
ганизацию  палаты  общин  и  ничего  более.  Однако  трудя¬
щиеся  твердо  верили,  что  проведение  в  жизнь  требований
Хартии  повлечет  за  собой  коренные  преобразования  в  по¬
литическом  и  социальном  строе  Англии.  Получив  право
избирать  парламент  и  оказывать  влияние  на  его  деятель¬
ность,  трудящиеся  надеялись  приобрести  решающее  влия¬
ние  и  во  всем  управлении  страной.  При  огромном  числен¬
ном  (преобладании  рабочих  и  вообще  трудящихся  в  общем
населении  страны  это  по  существу  означало  бы  не  что
иное,  как  установление  рабочей  власти.  Лозунг  рабочих
чартистов  гласил:  «Политическая  власть  —  наше  средство,
наша  цель  —  социальное  благоденствие».  Таким  образом,
лозунг  Народной  хартии  в  глазах  широких  народных  масс,
и  в  первую  очередь  в  глазах  рабочих,  слился  с  их  борьбой
за  улучшение  своего  положения.
 Правда,  среди  различных  групп  трудящихся,  в  том  чи¬
сле  и  среди  рабочих,  отсутствовало  ясное  представление
о  том,  каковы  будут  практические  мероприятия  будущего
парламента,  в  котором  преобладающее  влияние  будет  при¬
надлежать  народу.  Это  вполне  понятно:  для  того  чтобы
разработать  эти  мероприятия,  необходимо  ясно  предста¬
вить  себе  конечную  цель.  А  для  этого  необходимо  открыть
и  понять  законы,  определяющие  развитие  человеческого
общества  в  прошлом  и  направляющие  его  вперед.  Такое
знание  может  явиться  лишь  в  результате  глубокого  на¬
учного  изучения  истории  общества  и  его  закономерностей.
При  капитализме  рабочим  недоступны  научные  знания,
они  не  располагают  необходимым  досугом  и  возможностя¬
ми  для  их  приобретения.
 Среди  английских  рабочих  того  времени  были  широко
распространены  наивные  представления,  неизбежные
в  эпоху,  когда  промышленный  капитализм  делал  только
начальные  шаги  в  своем  развитии,  когда  рабочие  еще  от¬
четливо  помнили  себя  в  роли  самостоятельных  производи¬
телей  —  ремесленников  и  крестьян.  Рабочий  класс  еще  не
окончательно  порвал  с  идеологией  мелкой  буржуазии.  Уто¬
пические  представления  особенно  сильны  были  в  среде
мелкобуржуазных  элементов,  в  большом  числе  примкнув¬
ших  к  рабочим  на  первом  этапе  борьбы  за  Хартию,  среди
многочисленных  мелких  ремесленников,  лавочников,
 43

трактирщиков  и  прочего  люда,  по  своему  имущественному
положению  близко  стоявшего  к  трудящимся.  Между  инте¬
ресами  мелкой  буржуазии  и  рабочего  класса  не  было  ко¬
ренных  противоречий,  а  в  некоторых  вопросах,  например
в  их  отношении  к  крупному  капиталу,  налоговой  политике
правительства  и  других,  между  ними  существовало  полное
согласие.
 Таковы  причины  большой  идейной  сложности  чартист¬
ского  движения:  наряду  с  проблесками  социалистического
сознания  в  нем  были  широко  представлены  также  мелко¬
буржуазные  мечтания  и  иллюзии.  Вот  как  один  чартист¬
ский  поэт  формулировал  свой  социальный  идеал:
 Хочу  я  домик  и  доход
Не  больше  сотни  фунтов  в  год,
 Свинью  и  нескольких  цыплят,
 Овец,  корову  и  телят,
 Зеленый  маленький  лужок,
 Куда  б  сгонял  их  пастушок  и.
 Такие  мечтания  мелкобуржуазного  характера  отвечали
настроениям  многих  отсталых  рабочих.
 Многие  участники  чартистского  движения  были  ис¬
кренне  уверены,  что  одно  только  введение  всеобщего  изби¬
рательного  права  коренным  образом  изменит  положение
народа.  Так  чартист  Винсент  в  1840  г.  высказывал  убежде¬
ние:  «Дайте  нам  только  добиться  всеобщего  избирательного
права  —  и  богатство,  ныне  скрытое  в  карманах  немногих,
будет  распределено  между  всем  обществом»  15.  Орган  чар¬
тистов  в  передовой  статье  писал  в  том  же  духе:
«Парламент,  избранный  всеми,  будет  издавать  законы
в  общих  интересах  и  всеобщее  счастье  будет  обеспечено»  16.
Чартисты  в  своих  выступлениях  часто  высказывали  мысль,
что  пороки  общества  коренятся  в  неправильном  законода¬
тельстве,  что  стоит  лишь  издать  несколько  хороших  зако¬
нов,  и  все  наладится.  Так,  та  же  чартистская  газета
в  1839  г.,  характеризуя  «политический  хаос»,  который  вы¬
ражается  в  нищете  большинства  народа  и  его  угнетении,
утверждала:  «Он  обусловлен  тем,  что  старые  установив¬
шиеся  законы  страны  затерялись  среди  наспех  изготов¬
ленных  плохих  законов»  17.  Отсюда  вытекало  убеждение,
пустившее  глубокие  корни  -среди  многих  сторонников  чар¬

тизма,  что  при  помощи  нового  «правильного»  законода¬
тельства  без  коренных  перемен  в  отношении  собственно¬
сти  можно  решительно  изменить  положение  народа.
 Среди  чартистов  были  широко  распространены  также
наивные  представления  об  историческом  процессе.  Многие
рабочие  верили,  что  в  прошлом  в  Англии  существовали
иные,  лучшие  порядки  и  что  имущие  классы  в  своих  ко-
рыстных  целях  испортили  их.  Прошлое  Англии  представ¬
лялось  нередко  в  идеализированном  свете.  Вот  как,  на¬
пример,  чартистский  поэт  рисовал  прошлое  Англии:
 Где  же  ты,  справедливость  прежних  времен?
 Дух  Альфреда  *,  куда  ты  девался?
 Когда  золотом  не  был  подкуплен  трон,
 А  народ  с  государством  сливался  18.
 Среди  некоторых  слоев  рабочего  класса  еще  не  исчез¬
ла  надежда,  что  монархия  и  в  будущем  может  служить
всем  классам,  в  частности  трудящимся.  Рабочий,  высту¬
пая  на  большом  митинге,  говорил,  что  ранее  королева
«царствовала  для  себя,  но  он  объявляет  перед  всем  этим
огромным  собранием  и  от  его  имени,  что  если  она  не  будет
царствовать  для  блага  миллионов,  она  не  будет  царство¬
вать  совсем»  19.
 Большинство  участников  чартистского  движения  не  по¬
нимали  связи  между  отношениями  собственности  и  эксплу¬
атацией  рабочего  класса  и  полагали,  что  достаточно  лишь
несколько  ограничить  господство  крупного  капитала,  уни¬
чтожить  монополии,  чтобы  при  сохранении  частной  собст¬
венности  внести  в  положение  рабочих  коренное  улучше¬
ние.  Исходя  из  таких  взглядов,  чартисты  и  их  вожди  неод¬
нократно  подчеркивали,  что  они  решительно  стоят  за
сохранение  частной  собственности  во  всех  ее  формах.  «Я
стою  за  полную  неприкосновенность  частной  собственно¬
сти»,—  писал  О’Брайен20,  человек,  лучше  многих  других
понимавший  характер  взаимоотношений  современных  ему
классов.  «Еще  не  было  более  нелепой  лжи,—  писала  чар¬
тистская  газета,—  чем  утверждения,  будто  чартисты  же¬
лают  раздела  частной  собственности»21.  Газета  чартистов
«Северная  звезда»  в  феврале  1840  г.  утверждала,  что
 *  Альфред  Великий  (849—899)  —  английский  король.  Легенда
связывала  с  его  именем  расцвет  английского  государства.
 45

главная  задача  чартистского  движения  состоит  в  том,  что¬
бы  осуществить  революцию  мирным  путем22.  «Мы  убежде¬
ны,—  писала  та  же  газета  несколько  позднее,—  что  мо¬
ральная  сила,  тщательно  организованная  и  направленная,
сможет  осуществить  все  желательные  перемены»  23.
 Опыт  политической  борьбы,  жестокие  преследования
чартистов  и  репрессии  правительства  против  них  посте¬
пенно  излечили  чартистов  от  этих  иллюзий.  В  ходе  борьбы
рабочие  все  более  отчетливо  уясняли  себе  задачи  движе¬
ния,  конечную  его  цель,  выработали  методы  и  тактику
борьбы.  В  ходе  борьбы  изменялся  и  классовый  состав
движения.  На  первом  этапе  чартистское  движение  поддер¬
живали  некоторые  группы  буржуазии,  надеявшиеся,  что
широкое  народное  движение  сделает  олигархию,  стоявшую
у  власти,  более  уступчивой  и  в  конце  концов,  как  это  было
в  1832  г.,  все  дело  ограничится  скромными  реформами,
выгоды  от  которых  снова  извлечет  лишь  буржуазия.  По
мере  усиления  революционного  и  пролетарского  характера
чартистского  движения  буржуазия  покидала  его  ряды
и  вскоре  стала  самым  непримиримым  противником  дви¬
жения.
 Таким  образом,  чартистское  движение,  с  самого  начала
возглавлявшееся  пролетариатом  и  выражавшее  в  первую
очередь  его  интересы,  получило  на  первых  порах  поддерж¬
ку  различных  классов  и  групп.  Лишь  постепенно,  в  ходе
борьбы  за  Хартию,  в  рядах  е  сторонников  произошла
классовая  дифференциация,  которая  привела  к  тому,  что
«попутчики»  отошли  от  чартизма,  и  чартизм  превратился
в  чисто  пролетарское  движение.

Глава  четвертая
 ПЕРВЫЙ  ЭТАП
ЧАРТИСТСКОГО  ДВИЖЕНИЯ
 (±838—±842  гг.)
 Грандиозные  митинги,  на  которых  обсуждалась  и
принималась  Народная  хартия,  прошли  в  течение  лета
1838  г.  по  всей  стране.  К  осени  стало  очевидным,  что  для
дальнейшего  успешного  развертывания  борьбы  необходи¬
мо  создать  единый  организационный  центр,  способный
объединить  и  направить  разрозненные  усилия  народа.
17  сентября  1838  г.  в  Лондоне  на  большом  публичном  соб¬
рании,  при  участии  представителей  других  городов,  было
принято  решение:  избрать  делегатов  из  крупнейших  горо¬
дов  страны;  делегаты  в  начале  следующего  года  должны
собраться  в  Лондоне  и  создать  единый  центр  —  Конвент.
Задача  Конвента  —  подготовить,  внести  в  парламент  пе¬
тицию  с  Народной  хартией  и  принять  меры  к  проведению
ее  в  жизнь.  Конвент,  избранный  широкими  народными
массами  демократическим  путем,  должен  был  стать  дей¬
ствительным  выразителем  мыслей  и  чаяний  народа.
Чартисты  были  убеждены,  что  Конвент,  опирающийся  на
многомиллионные  массы  народа,  приобретет  огромную
власть  и  влияние.  Некоторые  участники  движения  даже
верили,  что  существующий  парламент,  избранный  ни¬
чтожной  кучкой  людей,  далекий  и  чуждый  народу,  обла¬
дает  столь  ничтожным  влиянием,  что  в  решающий  момент
не  осмелится  сопротивляться  ясно  выраженной  воле  наро¬
да  и  добровольно  уступит  свое  место  подлинно  народному
собранию.  Во  всяком  случае  Конвент,  поддерживаемый
всем  народом,  найдет  средства  утвердить  свое  влияние
 47

и  власть.  По  всей  стране,  на  массовых  митингах,  начался
сбор  подписей  под  петицией  в  пользу  Хартии,  а  также  вы¬
боры  в  состав  Конвента  самых  активных,  самых  автори¬
тетных  и  уважаемых  людей.
 С  приближением  зимы  наметился  новый  спад  англий¬
ской  экономики,  что  вызвало  ухудшение  материального
положения  рабочих.  Активность  рабочих-чартистов  возро¬
сла.  Митинги  чартистов  собирали  еще  более  обширную  ау¬
диторию,  а  вопрос  о  положении  рабочих  и  о  путях  его  улуч¬
шения  зазвучал  с  новой  силой.  Грандиозные  митинги  устра¬
ивались  ночью  при  свете  факелов.  Речи  ораторов  были
режительнымн  и  угрожающими,  в  них  все  более  отчет¬
ливо  чувствовались  революционные  настроения.  В  высту¬
плениях  рабочих,  особенно  в  промышленных  районах  на
севере  Англии,  наряду  с  требованием  Хартии,  слышались
протесты  против  нового  закона  о  помощи  бедным:  безра¬
ботица  среди  рабочих  с  наступлением  зимы  возросла.
 Священник  Стивенс,  особенно  смело  выступавший  про¬
тив  жестокости  и  несправедливости  этого  закона,  приоб¬
рел  большую  популярность  в  народной  среде.  Он  заявлял,
что  если  власти  попытаются  проводить  в  жизнь  новые  по¬
рядки,  весь  город  «должен  превратиться  в  бушующее  пла¬
мя,  которое  погасить  можно  лишь  кровью  тех,  кто  поддер¬
живает  этот  отвратительный  закон»  1.  Стивенс  призывал
своих  слушателей:  «Если  ружье  и  пистолет,  меч  и  копье
не  помогут,  тогда  пусть  женщины  берут  в  руки  ножницы,
а  дети  берут  булавки  и  иголки.  А  если  и  это  не  поможет,
тогда  пустите  в  ход  огонь»  2.
 Новый  характер  чартистской  агитации,  в  которой  те¬
перь  все  более  отчетливо  выступали  требования  социаль¬
ных  преобразований,  а  также  отклик,  который  вызывали
в  народной  массе  подобные  речи,—  все  это  не  могло  не  по¬
родить  серьезного  беспокойства  у  имущих  классов.  Бир¬
мингемский  политический  союз,  в  который  входила  бур¬
жуазия,  готовый  было  вначале  поддержать  лозунги  Хар¬
тии,  уже  в  конце  октября  1838  г.  осудил  выступления
ораторов  вроде  Стивенса,  в  особенности  их  призывы  к  «фи¬
зическому  насилию»3.  Буржуазия  начала  отходить  от
чартизма  и  из  его  сторонника  стала  превращаться  в  его
самого  заклятого  врага.
 В  ноябре  того  же  года  министр  внутренних  дел  лорд
Рассел  в  циркулярном  письме,  направленном  местным
 48

властям,  предложил  принять  меры  против  чартистских
митингов  и,  в  частности,  решительно  бороться  против  ноч¬
ных  митингов  4.  В  мае  1839  г.  Рассел  в  новом  циркуляре
потребовал  еще  более  решительных  действий  и  предло¬
жил  приступить  к  созданию  усиленных  полицейских  сил
по  всей  стране  5.
 4  февраля  1839  г.,  в  Лондоне  собрался  чартистский
Конвент,  названный  Всеобщим  конвентом  промышленных
классов  Великобритании.  В  Конвент  были  выбраны  са¬
мые  выдающиеся  деятели  чартистского  движения  —  Ло¬
ветт,  О’Брайен,  О’Коннор,  Гарни  и  другие,  всего  53  чело¬
века  б.
 Вот  как  описывает  французская  писательница  одно  из
заседаний  Конвента:
 «В  зале  находилось  около  тридцати  или  сорока  членов
Конвента  и  еще  столько  же  гостей.  Последние  принадле¬
жали  к  рабочему  классу,  почти  все  это  были  молодые  лю¬
ди.  Я  заметила  также  4  или  5  французских  рабочих  и  двух
женщин  из  народа.  Никто  не  мешает  работе,  не  слышно
никаких  перешептываний  или  посторонних  разговоров,
как  это  бывает  в  парламентах  господ.  Каждый  с  напря¬
женным  вниманием  прислушивается  к  прениям,  следит  за
ними  с  интересом...  О’Коннор  говорит  с  огнем  и  эпергией:
он  блистает,  оживляет  и  увлекает.  О’Брайен  выделяется
точностью  своих  рассуждений,  своей  ясностью  и  хладно¬
кровием,  своим  глубоким  знанием  событий  прошлого»  7.
 Делегаты  Конвента,  избранные  в  важнейших  центрах
страны  и  крупнейших  очагах  чартистского  движения,
принадлежали  к  различным  классам;  наряду  с  деятелями
рабочего  класса  здесь  были  представители  мелкой  буржу¬
азии  —  лавочники,  трактирщики,  мелкие  предпринимате¬
ли,  а  также  несколько  капиталистов.  Естественно,  что
среди  столь  различных  людей  не  было  единства  взглядов
на.  цели  борьбы.  Отсутствовало  единство  взглядов  и  на  за¬
дачи  самого  Конвента:  некоторые  делегаты,  представляв¬
шие  буржуазию,  считали,  что  задача  Конвента  состоит  в
том,  чтобы  оформить  петицию  и  представить  ее  в  парла¬
мент;  вслед  за  этим  Конвент  должен  быть  распущен.
 Большинство  делегатов  конвента,  однако,  не  разделяло
этих  взглядов.  Они  считали,  что  рабочий  класс,  избрав  их,
возложил  на  них  задачу  огромной  важности:  не  только  до¬
вести  до  парламента  требования  народных  масс,  но
 4  II.  А.  Ерофеев
 40

и  заставить  принять  эти  требования.  Члены  Конвента  пре¬
красно  понимали,  что  имущие  классы  не  пойдут  добро¬
вольно  на  принятие  Хартии,  что  предстоит  еще  долгая  и
упорная  борьба,  они  готовились  к  этой  борьбе.
 В  связи  с  расхождениями  по  вопросу  о  задачах  Кон¬
вента,  уже  в  первые  дни  его  работы  некоторые  буржуаз¬
ные  делегаты  покинули  его  с  тем,  чтобы  более  сюда  не  воз¬
вращаться.  На  их  место  немедленно  были  избраны  новые
делегаты,  представлявшие  рабочих.  В  среде  чартистского
движения  непрерывно  шло  классовое  размежевание.
 Отход  буржуазии  от  чартизма  объяснялся  очень  про¬
сто:  по  мере  того  как  чартисты  все  более  отчетливо  борь¬
бу  за  политические  цели  подчиняли  задача^  социальным,
т.  е.  улучшению  условий  существования  народа,  а  в  вы¬
ступлениях  ораторов  все  громче  звучали  требования  ре¬
шительных  действий,  буржуазия  приходила  к  выводу,  что
с  чартистами  ей  не  по  пути.  При  быстром  росте  классового
сознания  рабочих  у  буржуазии  оставалось  все  менее  на¬
дежд  использовать  борьбу  народных  масс  в  своих  интере¬
сах,  как  это  было  в  1832  г.,  и,  запугав  аристократию  и  ленд¬
лордов  пойти  на  новый  политический  компромисс  с  ними.
 В  связи  с  этим  буржуазия  все  чаще  выступала  против
чартистов,  требуя  от  властей  решительных  мер  к  пресече¬
нию  массовых  митингов  и  собраний.
 Отказываясь  поддерживать  чартистов,  английская
буржуазия  решила  сосредоточить  свою  борьбу  против  ленд¬
лордов  на  чисто  экономических  вопросах,  взяв  под  об¬
стрел  прежде  всего  экономическую  политику,  вызывавшую
наибольшее  недовольство  в  среде  буржуазии.  Мы  уже  го¬
ворили  о  том,  что  в  таможенных  вопросах  новый  парла¬
мент  не  пошел  на  полное  удовлетворение  требований  про¬
мышленной  буржуазии,  сохранив  высокие  пошлины  на
продовольствие,  в  частности  на  хлеб  и  на  промышленное
сырье.  В  борьбе  против  этих  пошлин  буржуазия  выдви¬
нула  лозунг  «свободной  торговли»  (по-английски,  фри-
тред),  т.  е.  беспошлинного  ввоза  в  страну  сырья  и  продо¬
вольствия.  Капиталисты,  сторонники  фритреда,  объявляли,
что  с  отменой  пошлин  значительно  улучшится  положение
пгироких  масс,  ибо  цены  на  продовольствие  упадут,  а  это
будет  означать  рост  реальной  заработной  платы.
 В  октябре  1838  г.  в  Манчестере  возникла  Ассоциация
борьбы  против  хлебных  законов  (в  1839  г.  Ассоциация
 50

переименовалась  в  Лигу).  Фабрикант  Ричард  Кобден,
ставший  во  главе  этой  организации,  и  его  единомышлен¬
ники  развернули  энергичную  борьбу  за  отмену  хлебных
пошлин.  При  поддержке  фабрикантов,  ассигновавших  зна¬
чительные  суммы  на  эту  борьбу,  они  начали  энергичную
агитацию  за  свободную  торговлю,  обещая  всем  классам  об¬
щества  величайшие  выгоды  от  этой  реформы.  Огромными
тиражами  Лига  выпускала  массовую  литературу,  книги  и
газеты,  в  которых  в  самом  заманчивом  виде  изображались
благодетельные  последствия  введения  свободной  торговли.
Обращаясь,  в  частности,  к  рабочим,  они  обещали  повыше¬
ние  заработной  платы  и  решительное  улучшение  положе¬
ния  широких  масс,  умалчивая,  однако,  о  том,  что  за  уде¬
шевлением  продуктов  и  товаров  капиталисты  немедленно
снизят  заработную  плату  и  таким  путем  присвоят  себе  все
выгоды.  Лига  даже  утверждала,  что  с  принятием  програм¬
мы  свободной  торговли  на  земле  исчезнут  войны,  по¬
скольку  исчезнет  их  главная  причина,  а  именно  споры  по
вопросам  торговли,  порождающие  конфликты.
 Стремясь  привлечь  на  свою  сторону  симпатии  широ¬
ких  народных  масс,  страдавших  от  высоких  цен  на  хлеб,
фритредеры  демагогически  нападали  на  землевладельцев,
обвиняя  их  в  эксплуатации  народа.  Талантливый  поэт
Эбенезер  Эллиотт,  примкнувший  к  этому  движению,  в  ко¬
ротеньких  стихах,  получивших  очень  широкую  популяр¬
ность,  писал:
 Чай,  сахар  и  хлеб  дорогой
И  две  дорогие  палаты
Вступили  в  союз  меж  собой,
 Чтоб  счастлив  был  только  богатый8.
 Эллиотт  в  своих  стихах  доказывал,  что  интересы  рабо¬
чих  и  капиталистов  в  борьбе  за  дешевый  хлеб  полностью
совпадают  и  предлагал  заключить  между  ними  союз.
 Свобода  торговли  британцам  нужна,
 В  ней  богатство  и  счастье  найдем
И  торжественно  нам  возвещает  она
Союз  капитала  с  трудом8а.
 Активизация  деятельности  фритредеров  отнюдь  не
случайно  совпадает  с  подъемом  массового  движения  в
 51

пользу  Народной  хартии:  начиная  энергичную  пропаган¬
ду  свободной  торговли,  английская  буржуазия  рассчиты¬
вала  противопоставить  ограниченную  экономическую  про¬
грамму  широким  планам  демократизации  политического
строя  и  таким  образом  отвлечь  рабочий  класс  от  полити¬
ческой  борьбы.
 Чартисты  встретили  в  Лиге  Кобдена  серьезного  и  опа¬
сного  соперника  на  политической  арене.
 Чартистский  Конвент  в  самом  начале  своей  работы  был
вынужден  выразить  свое  отношение  к  деятельности  фри¬
тредеров.
 Классовое  чутье  английского  пролетариата  помогло
чартистам  разгадать  коварный  замысел  буржуазии.  О’Брай¬
ен  в  докладе,  посвященном  этому  вопросу,  убедитель¬
но  показал,  что  снижение  хлебных  пошлин  и  цен  на
хлеб  ничего  не  даст  рабочим,  так  как  капиталисты  немед¬
ленно  снизят  заработную  плату.  Он  разоблачил  цели,  ко¬
торые  ставили  перед  собой  капиталисты,  развертывая
шумную  агитацию  в  пользу  свободной  торговли.  Резолю¬
ция,  принятая  по  докладу  О’Брайена,  гласила:  «Конвент
убежден,  что  ввиду  переживаемого  тяжелого  кризиса,  бе¬
зусловно,  необходимо  сосредоточить  все  свое  внимание  на
национальной  петиции,  отодвигая  в  сторону  все  другие
вопросы,  с  нею  не  связанные.  Точно  так  же  мы  убеждень?,
что  агитация,  которая  ведется  теперь  за  отмену  хлебных
законов,  стремится  отвлечь  рабочие  массы  от  указанной
выше  цели,  для  чего  и  была  с  самого  начала  задумана».
В  заключение  Конвент  рекомендовал  рабочим  и  участни¬
кам  чартистского  движения  «осуждать  и  отклонять  вся¬
кую  агитацию  за  или  против  законов  о  хлебных  пошли¬
нах,  пока  не  будет  вырешена  парламентом  судьба  нацио¬
нальной  петиции  и  Народной  хартии»  9.  Чартистский  Кон¬
вент  разгадал  тактику  буржуазий  и  не  дал  отвлечь  себя
от  главной  цели  борьбы.  В  этом  вопросе  мнение  Конвента
было  вполне  единодушным.  ....
 Иначе  обстояло  дело  с  другим  вопросом,  который  воз¬
ник  перед  Конвентом  с  самого  первого  дня  его  работы:
что  следует  предпринять  в  случае,  если  парламент  от¬
кажется  принять  петицию  и  провести  в  жизнь  Хартию,
что  было  вполне  вероятно.
 Довольно  значительная  группа  делегатов,,  представляв¬
ших  в  основном  мелкобуржуазные  круги,  считала,  что
 52

мощное  давление  снизу  заставит  парламент  принять  пети¬
цию  и  в  какой-то  мере  пойти  на  удовлетворение  требова¬
нии  народных  масс.  Всякую  дискуссию  на  тему  о  том,  что
следует  предпринять  в  случае,  если  эта  надежда  не  оправ¬
дается,  эти  элементы  отвергали,  утверждая,  что  пока
еще  рано  об  этом  говорить  и  что  следует  выждать.  По  их
предложению,  Конвент  в  самом  начале  своей  работы  при¬
нял  «Правила  и  регламент»  своей  работы;  в  этих  прави¬
лах  указывалось,  что  своей  цели  Конвент  трудящихся
классов  намерен  добиться  «всеми  законными  и  консти¬
туционными  мерами»  10.
 Однако  постепенно  в  ходе  агитации  за  Хартию  стано¬
вилось  все  более  очевидным,  что  господствующие  классы
не  собираются  идти  на  какие-либо  уступки.  Буржуазная
печать  встретила  Хартию  в  штыки,  власти  всячески  пре¬
пятствовали  массовой  агитации  за  Хартию,  запрещали  со¬
брания  и  подвергали  репрессиям  их  участников.
 В  среде  рабочих  все  отчетливее  зрело  убеждение,  что
одним  моральным  воздействием  чартисты  ничего  не  до¬
бьются,  что  следует  дать  противникам  Хартии  понять,  что
в  случае  сопротивления  воле  народа  будут  предприняты  бо¬
лее  решительные  шаги.
 Наиболее  отчетливо  эти  настроения  выразила  Лондон¬
ская  демократическая  ассоциация.  Секретарь  этой  Ассоци¬
ации  Джулиан  Гарии  в  газете  «Лондонский  демократ»,
органе  Ассоциации,  решительно  и  смело  критиковал  Кон¬
вент  за  то,  что  он  не  хочет  расстаться  с  иллюзиями  мир¬
ным  путем  добиться  принятия  Хартии  и  вместо  мобилиза¬
ции  народа  на  борьбу  за  Хартию  топчется  на  месте.  Гарни
призывал  народ  готовиться  к  восстанию,  доказывая,  что
господствующий  класс  уступит  только  силе.  2  марта  1839  г.
Лондонская  демократическая  ассоциация  на  многочислен¬
ном  митинге  подвергла  деятельность  Конвента  резкой  кри¬
тике.  В  резолюции  собрания  было  сказано:  «Если  бы  Кон¬
вент  исполнил  свой  долг,  Хартия  через  месяц  стала  бы
законом».  Касаясь  репрессий,  которым  подверглись  участ¬
ники  чартистского  движения,  Ассоциация  заявила,  что
«на  каждый  акт  несправедливости  и  угнетения  следует
отвечать  сопротивлением»  Эти  настроения  разделяли
многие  рабочие  в  стране.  Кое-где  на  местах  чартисты,  не
дожидаясь  указаний  Конвента,  начали  вооружаться,  заго¬
тавливать  оружие  и  боеприпасы  на  случай  столкновения.
 53

Отряды  чартистов  по  ночам  проходили  военное  обучение
под  руководством  старых  солдат.  В  народе  нарастало  же¬
лание  и  готовность  бороться  за  Хартию.
 Эти  настроения  вызывали  тревогу  в  среде  мелкобуржу¬
азных  и  буржуазных  попутчиков  чартизма.  Некоторые  де¬
легаты,  с  самого  начала  занимавшие  неустойчивую  пози¬
цию  в  Конвенте,  желая  отсрочить  обсуждение  вопроса  о
методах  борьбы,  в  конце  февраля  выдвинули  предложение
отложить  представление  петиции  по  той  причине,  что  яко¬
бы  собрано  еще  недостаточно  подписей.  Делегаты  Конвен¬
та,  не  принявшие  этого  предложения  все  же  вынуждены
были  уступить,  чтобы  не  обострять  разногласий.
 Выступление  Лондонской  демократической  ассоциация
дало  повод  правым  членам  Конвента  снова  выступить  про¬
тив  левого  крыла.  7  марта  на  заседании  Конвента  группа
депутатов  подняла  вопрос  о  деятельности  Гарни  и  других
членов  Конвента,  которые  позволили  себе  выступить  с  кри¬
тикой  Конвента.  Под  угрозой  исключения  из  состава  Кон¬
вента  Гарни  был  вынужден  дать  объяснения  своей  критике
Конвента.
 Правые  искали  предлогов  для  разрыва  с  Конвентом,
в  котором  явно  преобладали  революционные  настроения.
На  заседаниях  Конвента  16  и  19  марта  некоторые  депутаты
выступили  с  решительными  речами.  В  резолюции,  пред¬
ложенной  в  этот  день  Конвенту  группой  делегатов,  гово¬
рилось,  что  одними  подписями  под  петицией  чартисты
не  добьются  своих  целей,  необходимо,  чтобы  за  этими  под¬
писями  стояли  «миллионы  бойцов,  которые  не  позволят
аристократии,  олигархии,  лендлордам,  хлопковым  лордам,
лордам  кошелька,  либо  каким-либо  другим  лордам  продол¬
жать  тиранически  править  ими».  Депутаты  открыто  при¬
зывали  народ  сопротивляться  насилию,  если  правительство
попытается  применить  его  12.
 Недовольные  революционными  настроениями  Конвен¬
та,  правые  депутаты  один  за  другим  прекращали  посеще¬
ние  заседаний.  Ряды  Конвента  редели.  22  апреля  на
заседании  Конвента  О’Коннор  заклеймил  дезертиров,  по¬
кинувших  народное  дело,  и  предложил  заменить  выбывших
депутатами,  избранными  в  результате  дополнительных
выборов.  В  ряды  Конвента  влились  новые  лица,  более
тесно  связанные  с  рабочим  классом,  и  позиции  Конвента
в  целом,  не  только  не  ослабли,  но,  напротив,  благодаря
 54

удалению  представителей  мелкой  буржуазии  заметно  уси¬
лились.  Чартистское  движение  приобретало  все  более  про¬
летарский  характер.  Однако  и  после  ухода  неустойчивых  и
колеблющихся  элементов,  среди  оставшихся  не  было  един¬
ства  в  вопросах  тактики  и  методов  борьбы.  Большинство
депутатов  Конвента  по-прежнему  верили,  что  победы
удастся  добиться  мирным  путем,  что  Хартию  удастся  про¬
вести  через  парламент,  если  оказывать  на  него  постоянный
и  неослабевающий  нажим.  Они  оставались  противниками
революционной  тактики.
 В  результате  продолжительных  прений,  развернув¬
шихся  в  Конвенте  22  и  23  апреля  по  вопросу  о  том,  что
следует  предпринять  в  случае,  если  Хартия  все-таки  будет
парламентом  отвергнута,  Конвент  не  нашел  ничего  луч¬
шего,  как  обратиться  с  этим  вопросом  к  народу:  было  ре¬
шено  направить  на  места  от  имени  Конвента  новое  воз¬
звание,  в  котором  предложить  на  массовых  собраниях  ре¬
шить,  какие  меры  следует  предпринять  13.  Таким  образом,
Конвент,  на  который  была  возложена  задача  вести  народ
за  собой,  отказывался  от  роли  вождя  и  руководителя  борь¬
бы.  Это  решение  Конвента  обнаружило  его  глубокую
внутреннюю  слабость.
 Наконец,  к  началу  мая  сбор  подписей  под  петицией
был  закончен;  под  ней  подписалось  около  1280  тыс.  чело¬
век  14.  Это  означало,  что  огромная  масса  английского  на¬
рода  поддерживала  требования  Хартии.
 К  этому  времени  власти  усилили  репрессии  против  чар¬
тистов.  Следуя  указаниям  правительства,  власти  создавали
на  местах  специальные  полицейские  отряды  из  буржуазии
на  случай  возможных  народных  выступлений.  Не  доволь
ствуясь  этими  силами,  местные  власти  забросали  военное
министерство  просьбами  о  присылке  дополнительных  воин¬
ских  формирований.  Усилились  полицейские  преследо¬
вания  деятелей  чартизма.  Правительство  ожидало  только
предлога,  чтобы  ликвидировать  Конвент.
 В  конце  апреля  такой  предлог  нашелся.  29  апреля  в
одном  из  центров  угольной  промышленности,  Ланидлосе
(Северный  Уэльс),  власти  запретили  митинг  чартистов,
а  когда,  вопреки  запрету,  митинг  все  же  состоялся,  чтобы
разогнать  его,  послали  отряд  полиции  и  войска.  Произошло
серьезное  столкновение,  в  результате  которого  имелись  ра¬
неные.  События  в  Уэльсе  послужили  сигналом  к  началу
 55

репрессий  по  всей  стране.  Начались  массовые  аресты,
повсюду  митинги  чартистов  разгоняли.  9  мая  в  ответ  на
правительственные  репрессии  Конвент  обратился  к  сто¬
ронникам  Хартии.  В  своем  обращении  Конвент  указывал
на  провокационную  политику  правительства,  имеющую
целью  толкнуть  народ  на  выступления  против  правитель¬
ства^  чтобы  иметь  возможность  применить  силу  для  подав¬
ления  этих  выступлений.  Обращаясь  к  чартистам,  Конвент
призывал  их:
 «Наш  совет  —  строго  следуйте  закону,  но  в  то  же  время
будьте  готовы  заставить  ваших  угнетателей  также  со¬
блюдать  закон.  Будьте  настороже  в  отношении  шпионов
и  безумных,  которые  попытаются  толкнуть  вас  на  неза¬
конные  действия,  но  в  то  же  время  знайте,  что  вы  имеете
такое  же  право  вооружаться,  как  и  ваши  враги,  и  что  если
вы  утеряете  это  право,  то  ваши  свободы  будут  потеряны
навек.  Будьте  разумны  и  бдительны,  но  в  то  же  время  —
тверды  и  несгибаемы.  Не  демонстрируйте  своего  оружия
на  собраниях,  но  держите  его  дома  в  полной  готовности,
чтобы  в  любой  момент  защищать  вашу  королеву,  вашу
страну  и  вашу  свободу»  15.
 В  связи  с  политикой  репрессий,  начатой  правитель¬
ством,  под  угрозой  оказался  сам  Конвент.  Чтобы  обезо¬
пасить  себя  и  не  дать  правительству  возможности  одним
ударом  обезглавить  движение,  Конвент  принял  решение
перенести  свои  заседания  в  Бирмингем,  крупный  центр
чартистского  движения.
 13  мая  делегаты  Конвента  прибыли  в  Бирмингем,  вос¬
торженно  встреченные  рабочими.  Обращение,  с  которым
Конвент  по  приезде  обратился  к  рабочим,  гласило:  «Маска
конституционной  свободы,  наконец,  сброшена,  перед  нами
отвратительный  деспотизм.  Более  невозможно  скрывать:
правительство  Англии  —  это  деспотизм,  а  ее  трудолюби¬
вые  миллионы  —  рабы».  Конвент  предупреждал  о  том,  что
парламент,  возможно,  отклонит  петицию,  и  призвал  народ
Англии  «готовиться  к  худшему».  Впервые  в  этом  обраще¬
нии  Конвент  выдвинул  формулу,  которая  затем  фигури¬
ровала  во  всех  высказываниях  чартистов: 	«Мы  решили
 добиться  своих  прав,  если  можем  —  мирным  путем,  по  если
пас  к  этому  принудят,  то  силой».
 В  заключение  своего  обращения  Конвент  выдвинул
несколько  конкретных  мероприятий,  которые  должны  были
 56

заставить  господствующие  классы  пойти  на  уступки.  Среди
этих  мер  одно  из  первых  мест  занимала  идея  «священного
месяца»,  т.  е.  всеобщей  стачки.  Эту  идею  уже  давно  вы¬
двигал  активный  участник  чартистского  движения  быв¬
ший  сапожник  Уильям  Бенбоу,  который  уверял,  что  для
осуществления  программы  чартистского  движения  рабо¬
чим  следует  лишь  прекратить  работу  на  один  месяц.
Идея  Бенбоу  получила  довольно  широкое  распространение
в  эти  годы.  Ее  сторонники  недооценивали  трудности,  с  ко¬
торыми  неизбежно  встретились  бы  рабочие,  если  бы  реши¬
лись  на  такой  шаг.  Разумеется,  далеко  не  все  рабочие
смогли  бы  прожить  без  заработка  в  течение  целого  месяца.
Кроме  того,  господствующие  классы,  без  сомнения,  не  оста¬
лись  бы  в  бездействии  и  непременно  использовали  все
средства  насилия,  чтобы  вернуть  рабочих  на  предприятия.
 Наряду  со  всеобщей  стачкой  Конвент  предлагал  также
по  сигналу  пачать  изъятие  сбережений  из  банков,  прекра¬
тить  уплату  налогов,  употребление  спиртных  напитков  и
чтение  газет,  враждебных  чартизму.  Все  эти  мероприятия
должны  были  ударить  господствующие  классы  по  карману,
т.  е.  по  самому  чувствительному  месту,  и  дезорганизовать
финансы  страны.
 Таким  образом,  казалось,  Конвент,  наконец,  нашел
практические  методы  борьбы  за  Хартию.
 Однако  в  действительности  колебания  Конвента  отнюдь
не  прекратились.  Свои  рекомендации  Конвент  облек  в
форму  вопросов  к  участникам  чартистского  движения.
Обращение  предлагало  на  всех  чартистских  митингах  об¬
судить  предлагаемые  меры  до  1  июля.  Среди  вопросов,  ко¬
торые  содержались  в  этом  перечне,  фигурировал  следую¬
щий:  «Готовы  ли  вы,  следуя  старым  конституционным
законам,  защищать  оружием  свободных  людей  конститу¬
ционные  привилегии,  завещанные  вашими  предками?»  1б.
 Таким  образом,  конвент  и  на  этот  раз  снова  отказался
от  роли  руководителя  движения,  предпочитая  передать
решение  сложных  вопросов  низовым  собраниям.
 Спустя  три  дня  после  принятия  указанного  Обращения,
Конвент  решил  временно  прекратить  работу  до  обсужде¬
ния  петиции  в  парламенте.  Однако  для  того  чтобы  преду¬
предить  возможную  попытку  правительства  ликвидиро¬
вать  Конвент,  арестовав  его  депутатов,  конвент  принял
резолюцию,  которая  гласила,  что  в  случае  крайних  мер
 57

со  стороны  правительства  должны  войти  в  действие  все
мероприятия,  предусмотренные  Обращением.
 Впрочем,  в  тот  же  день,  чтобы  не  дать  правительству
предлога  начать  репрессии,  Конвент  призвал  чартистов
отказаться  от  воооружениых  парадов  и  демонстраций  и  при
проведении  публичных  митингов  всячески  избегать  беспо¬
рядков  и  вообще  применять  только  «законные  и  мирные
способы»  17.
 1  июля  Конвент  возобновил  свою  работу  в  Бирмин¬
геме.  К  этому  времени  он  располагал  уже  достаточными
данными  о  положении  в  стране  и  о  настроениях  масс.  Эти
данные  были  противоречивыми.  С  одной  стороны,  многие
буржуазные  и  мелкобуржуазные  попутчики  чартизма
окончательно  отошли  от  него.  Стали  отходить  от  движения
и  другие  колеблющиеся  элементы.  С  другой  —  в  широкой
массе  рабочего  класса  зрели  решительные  настроения,
росла  готовность  помериться  силами  с  правительством.
Медлительность  и  нерешительность  Конвента  глубоко  ра¬
зочаровала  эти  круги  рабочих.  На  местах  усилилась  под¬
готовка  к  вооруженным  выступлениям.  Из-за  отсутствия
единого  центра  вся  эта  подготовка  носила  разрозненный
изолированный  характер.  Однако  многие  чартисты  пола¬
гали,  что  восстание  в  одном  месте  явится  сигналом  к
всеобщему  восстанию.  Идея  о  необходимости  вести  борьбу
организованно  еще  не  пустила  глубоких  корней  в  рабочем
классе.
 Убедившись  в  решительных  настроениях  широких  на¬
родных  масс  и  их  готовности  к  борьбе,  Конвент  на  заседа¬
нии  3  июля  принял  решение  провести  по  стране  всеобщую
стачку:  участники  Конвента  полагали,  что  такая  стачка,
или,  как  ее  называли,  «священный  месяц»  или  «Великий
национальный  праздник»,  парализует  всю  жизнь  страны
и  заставит  господствующие  классы  капитулировать.  Од¬
нако  все  еще  надеясь  на  мирный  исход  борьбы,  большин¬
ство  Конвента  добилось  того,  что  дата  этой  стачки  не  была
назначена:  Конвент  решил  ее  установить  на  одном  из  сво¬
их  следующих  заседаний18.
 Власти  Бирмингема,  напуганные  нарастанием  револю¬
ционных  настроений  у  рабочих  и  стремясь  изолировать
Конвент  от  рабочей  массы,  в  начале  июля  объявили  о  за¬
прещении  митингов  в  городе  якобы  по  той  причине,  что
они  нарушают  «деловую  жизнь»  в  городе.  Несмотря  на
 58

запрет,  рабочие  продолжали  устраивать  митинги.  4  июля
власти  пошли  на  провокацию,  чтобы  получить  предлог  для
полицейских  репрессий:  вечером,  когда  на  площади  шел
очередной  чартистский  митинг  с  участием  большой  массы
народа,  отряд  полицейских  без  предупреждения  напал  на
участников  собрания.  Оправившись  от  неожиданности,
рабочие  перешли  в  наступление.  Полицейские  позорно
бежали  с  поля  битвы.  На  следующий  день  в  город  были
введены  войска.  Они  заняли  все  площади  и  важнейшие
улицы.  Военные  патрули  разъезжали  по  городу.  Бир¬
мингем  представлял  собой  осажденную  крепость.  Вла¬
сти  арестовали  нескольких  депутатов  чартистского  Кон¬
вента.
 Конвент  решительно  осудил  ‘ничем  не  оправданное  на¬
падение  полиции  на  безоружный  и  мирный  митинг.  В  своей
резолюции,  опубликованной  в  тот  же  день,  Конвент  про¬
тестовал  против  «беспричинного,  скандального  и  неспра¬
ведливого  оскорбления,  нанесенного  народу  Бирмингема».
Произвол  полиции,  указывал  Конвент,  «дает  еще  одно
убедительное  доказательство  отсутствия  справедливости
в  Англии  и  ясно  указывает,  что  безопасность  для  жизни,
свободы  и  имущества  будет  отсутствовать  в  Англии  до  тех
пор,  пока  народ  не  получит  какого-либо  контроля  над  за¬
конами,  которым  он  обязан  повиноваться»  19.
 В  ответ  на  это  выступление  Конвента  власти  арестовали
нескольких  депутатов,  в  том  числе  Коллинза  и  Ловетта,
подписи  которых  стояли  под  резолюцией.
 Эти  события  вынудили  Конвент  снова  перенести  засе¬
дания  в  Лондон:  помимо  того,  что  провокации  полиции
грозили  безопасности  Конвента,  на  12  июля  в  парламенте
было  назначено  обсуждение  чартистской  петиции.
 10  июля  Конвент  возобновил  свои  заседания  в  Лондоне
и  на  первом  же  заседании  принял  новую  резолюцию  про¬
теста  против  провокации  полиции  в  Бирмингеме.  В  этой
резолюции  Конвент  предложил  своим  сторонникам  по  всей
стране  готовить  и  по  первому  сигналу  начать  осуществ¬
ление  первой  серии  мероприятий,  предусмотренных  в
программе  «Священного  месяца»,  а  именно  начать  «набег»
на  банки,  изымать  вклады  и  прекратить  покупку  товаров,
обложенных  акцизом.  Эти  меры  по  замыслу  Конвента,
должны  были  оказать  воздействие  на  парламент  при  об¬
суждении  Хартии  20.

12  шрля  чартистская  петиция  была  внесена  в  парламент
и  подверглась  обсуждению.  Внес  петицию  в  парламент
буржуазный  радикал,  бирмингемский  банкир  Аттвуд:  хотя
он  полностью  отошел  от  чартистского  движения  и  занял
в  отношении  его  враждебную  позицию,  но  не  решался
отказаться  от  ранее  данных  обещаний.
 Обсуждение  петиции,  как  и  следовало  ожидать,  было
совершенно  бесплодным.  Аттвуд,  вместо  изложения  Хар¬
тии,  произнес  длинную  речь,  в  которой  предлагал  провести
в  жизнь  денежную  реформу  —  отменить  обязательную
золотую  валюту  и  перейти  на  бумажные  деньги.  Другой
буржуазный  депутат  также  использовал  обсуждение  пе:
тиции  для  внесения  предложения,  не  имеющего  перво¬
степенного  значения,—сократить  косвенные  налоги  и
ввести  имущественный  налог.  Эти  речи  лишь  отвлека¬
ли  внимание  парламента  от  главного  вопроса  —  Хартии.
Представитель  правительства  воспользовался  речью  Атт-
вуда  для  критики  теории  бумажных  денег  и  отверг
Хартию,  заявив,  что  1280  тыс.  человек,  подписавших  пети¬
цию,  не  представляют  всей  Англии.  Выслушав  эти  речи,
палата  общин  подавляющим  большинством  голосов  —
235  против  46  —  отказалась  обсудить  Хартию  21.
 Уверенность  революционно  настроенных  рабочих  в  том,
что  от  парламента,  где  заседают  собственники,  народу
нельзя  ожидать  справедливого  решения,  полностью  оправ¬
далась.  Отказ  парламента  обсудить  Хартию  был  открытым
вызовом  народу  Англии.
 В  народе  зрело  негодование.  Усилилась  позиция  тех,
кто  давно  уже  доказывал,  что  одними  словами  и  петициями
победы  достичь  нельзя  и  что  необходимо  действовать.
 О  настроениях  народных  масс  свидетельствовали  собы¬
тия  в  Бирмингеме,  происшедшие  уже  тогда,  когда  Конвент
снова  перенес  свои  заседания  в  Лондон.  Отношение  парла¬
мента  к  народным  требованиям,  вместе  с  провокационными
мерами  местпых  властей,  толкнуло  рабочих  на  решитель¬
ные  действия.  15  июля  они  напали  на  войска,  расквартиро¬
ванные  в  городе,  и  после  ожесточенной  схватки  заставили
их  покинуть  город.  Бирмингем  оказался  во  власти  рабо¬
чих.  В  течение  нескольких  дней,  пока  не  были  при¬
сланы  новые  усиленные  воинские  силы,  в  городе  царил
полный  порядок.  На  площади  ежедневно  происходили  мно¬
голюдные  митинги.
 60

17  июля  Конвент,  поняв,  что  дальнейшее  оттягивание
активныхг  действий  может  лишь  уронить  его  авторитет
в  глазах  масс,  большинством  голосов  принял  решение  на¬
значить  на  12  августа  всеобщую  стачку  по  всей  стране.
Для  практического  осуществления  этой  резолюции  и  ру¬
ководства  стачкой  была  создана  специальная  комиссия.
Конвент  призвал  тред-юнионы  поддержать  стачку22.
 Решение  Конвента  вызвало  новое  размежевание  в  его
рядах.  Делегаты,  являвшиеся  противниками  стачки,  ре¬
шили  ее  сорвать.  Они  воспользовались  тем  обстоятельст¬
вом,  что  в  результате  арестов  численность  Конвента  к
этому  времени  значительно  сократилась;  кроме  того,  неко¬
торые  делегаты,  в  том  числе  О’Коннор  и  О’Брайен,  не
участвовали  в  голосовании  резолюции,  так  как  находились
в  отъезде.  Делегаты,  оставшиеся  при  голосовании  в  мень¬
шинстве,  заявили:  решение  Конвента  не  имеет  силы,  так
как  на  заседании,  принявшем  его,  присутствовало  всего
24  человека  (из  53),  а  за  резолюцию  было  подано  всего
13  голосов,  что  составляет  меньшинство  Конвента.  На  этом
основании  противники  потребовали  пересмотра  решения
Конвента.
 К  противникам  резолюции  Конвента  присоединились
О’Коннор  и  О’Брайен.  22  июля  О’Брайен,  вернувшийся
в  Лондон,  на  очередном  заседании  Конвента  заявил:  по¬
ездка  по  районам  северной  Англии  убедила  его,  что  рабо¬
чие  не.  готовы  к  всеобщей  стачке.  Исходя  из  этого,  О’Брай¬
ен  предложил  новую  резолюцию,  которая  подтверждала
веру  Конвента  в  действенность  этой  меры,  но  предлагала
убедиться  вначале  в  том,  что  подобная  стачка  будет  носить
по-настоящему  всеобщий  характер;  поскольку,  однако,
гласила  резолюция  О’Брайена,  нет  никакой  уверенности,
что  большинство  рабочих  примкнет  к  ней,  прежнее  реше¬
ние  следует  пересмотреть.  Совет  Конвента,  по  предложе¬
нию  специальной  комиссии,  6  августа  от  имени  Конвента
опубликовал  новую  резолюцию  в  виде  воззвания  к  рабо¬
чим,  где  заявлял:  «На  основании  сведений,  полученных
Советом  из  разных  концов  государства,  мы  пришли  едино¬
гласно  к  тому  убеждению,  что  народ  не  подготовлен  на¬
чать  священный  месяц  12  августа».  Далее  Совет  предла¬
гал  рабочим  вместо  всеобщей  стачки  провести  по  стране
ряд  демонстраций  и  процессий,  прекратив  работу  на  два-
три  дня  23.
 61

Этими  противоречивыми  решениями  Конвент  дезор¬
ганизовал  массы.  По  существу  Конвент  расписался  в  своей
полной  неспособности  возглавить  борьбу  рабочих  за  свои
права.  Отсутствие  руководства  и  продуманной  тактики
свело  идею  всеобщей  стачки  на  нет.
 Буржуазия  опасалась,  что  стачка  парализует  всю
жизнь  страны.  31  июля  правительство  направило  на  места
новый  циркуляр,  в  котором  предлагало  принять  самые
строгие  меры  против  лиц,  агитирующих  за  всеобщую
стачку,  бойкот  товаров,  изъятие  вкладов  и  тому  подобные
меры,  ибо  эти  меры,  как  гласил  циркуляр,  «незаконны,
нарушают  порядок  и  спокойствие  и  направлены  к  насиль¬
ственному  перевороту»  24.  Волна  репрессий  против  чар¬
тистов  усилилась.  Аресты  приняли  массовый  характер.
Вскоре  за  решеткой  оказались  почти  все  видные  деятели
и  руководители  чартистского  движения.
 Между  тем  в  ряде  мест  рабочие  готовились  принять
практические  шаги  к  проведению  в  жизнь  всеобщей
стачки.  Несмотря  на  противоречивые  решения  Конвента,
дезорганизовавшие  рабочую  массу,  подобные  стачки  со¬
стоялись  в  ряде  мест.  По  всей  стране  прошли  массовые
митинги  и  демонстрации  чартистов.
 Однако  решительные  меры,  предпринятые  правитель¬
ством  с  целью  обезглавить  движение,  а  также  колебания
самих  руководителей  чартизма,  отсутствие  у  них  четкого
плана  и  продуманной  тактики  сыграли  свою  роль:  выступ¬
ления  рабочих  по  стране  носили  разрозненный  характер,
были  не  связаны  между  собой  и  их  результаты  оказались
Еесьма  незначительными.
 14  сентября  Конвент,  ослабленный  арестами,  принял
решение  разойтись,  одобрив  «Декларацию  прав  английских
граждан».  В  этом  пространном  документе  основные  пункты
чартистской  программы  излагались  в  сопровождении  длин¬
ных  юридических  комментариев,  со  ссылками  на  древние
юридические  акты,  хартии,  старые  трактаты  юристов:  эти
ссылки  должны  были  доказать  исконность  требований  чар¬
тистской  Хартии,  их  преемственную  связь  с  древним  ан¬
глийским  правом  25.  Чартистские  агитаторы  позднее  не¬
редко  прибегали  к  этому  документу  для  доказательства
правоты  и  законности  требований  Хартии.  Однако  прак¬
тического  значения  этот  шаг  Конвента  не  имел.
 Роспуск  Конвента,  с  которым  рабочие  связывали  столь¬
 62

ко  надежд,  полагая,  что  о*н  заменит  продажный  парламент,
избранный  привилегированными  классами,  явился  боль¬
шим  ударом  для  движения.  Этот  шаг  Конвента  свидетель¬
ствовал  о  неспособности  руководителей  действительно  воз¬
главить  движение,  наметить  программу  действий  и  вырабо¬
тать  правильную  тактику.  Это  было  не  случайно;  неподго¬
товленность  руководителей  отражала  незрелость  англий¬
ского  рабочего  класса,  который  в  то  время  еще  не  выра¬
ботал  своей  собственной  идеологии  и  своей  пролетарской
тактики  борьбы.  Чартистское  движение  было  лишено  и  на¬
стоящего  организатора  в  лице  партии.
 Открытое  пренебрежение,  высказанное  парламентом
к  требованиям  масс,  политика  суровых  репрессий  и  поли¬
цейского  произвола  —  все  это  переполнило  чашу  терпения
рабочих.  В  ряде  мест  они  начали  втайне  готовить  восста¬
ние.  Многие  рабочие  были  уверены,  что  при  напряженном
положении  в  стране  весть  о  таком  восстании  сыграет  роль
спички  в  пороховом  погребе,  и  восстание  распространится
по  всей  стране.
 Самым  крупным  выступлением  этого  периода  были
волнения  в  Южном  Уэльсе.  Положение  горняков  и  горно¬
заводских  рабочих  Уэльса  было  особенно  тяжелым.  Капи¬
талистическая  эксплуатация  пролетариата  сочеталась
с  докапиталистическими  формами  угнетения.  На  заводах
и  шахтах  царил  неограниченный  произвол  хозяина.  Рабо¬
чие  находились  в  полной  зависимости  от  него:  они  жили
в  бараках  хозяина,  покупали  продукты  в  его  лавке  —  не¬
редко  в  кредит  под  заработную  плату.  Наем  рабочей  силы
регулировался  контрактами,  которые  означали  полную
кабалу  для  рабочего,  очень  напоминавшую  крепостную
зависимость.  Не  организованные  в  союзы  рабочие  явля¬
лись  объектом  беззастенчивой  эксплуатации  и  открытого
грабежа.
 Чартистская  агитация  изменила  положение.  Она  по¬
могла  рабочим  создать  организацию;  среди  горняков  и
металлургов  начали  возникать  тред-юнионы.  Политиче¬
ская  пропаганда  чартистов  всколыхнула  широкие  массы.
Талантливый  агитатор  и  организатор  чартист  Винсент  за¬
служил  уважение  и  любовь  рабочих  Южного  Уэльса.
Поэтому  вполне  понятны  гнев  и  озлобление,  которые  вы¬
звала  среди  рабочих  весть  об  его  аресте  и  об  издеватель¬
ствах,  которым  тюремные  власти  подвергли  узников,
 63

в  том  числе  и  Винсента.  Среди  рабочих  созрело  решение
силой  освободить  Винсента  из  тюрьмы.  Возглавлял  эту
операцию  местный  чартист  Джон  Фрост,  депутат  чарти¬
стского  Конвента.
 Выступление  в  Уэльсе  было  задумано  как  часть  более
обширного  плана:  организаторы  его  предполагали,  что  их
инициатива  явится  сигналом  для  массовых  выступлений  по
всей  стране.  Отряды  чартистов  в  разных  концах  страны
должны  были  накапливать  оружие  и  обучаться  обраще¬
нию  с  ним.  Весь  план  был  тщательно  законспирирован.
 В  ночь  на  3  ноября  отряд  рабочих  в  несколько  тысяч
человек  собрался  в  окрестностях  города  Ньюпорта.  Лишь
некоторые  рабочие  были  вооружены  старыми  ружьями,
большинство  имело  в  руках  палки.  Отряд  рабочих,  разде¬
лившись  на  три  части,  на  рассвете  вступил  в  Ньюпорт.  По¬
лиция  и  войска,  знавшие  о  выступлении  рабочих,  напали
на  чартистов;  после  непродолжительной  схватки  чартисты
принуждены  были  отступить.  Последовали  многочислен¬
ные  аресты.  Семь  руководителей,  в  том  числе  Джон  Фрост,
предстали  перед  судом.
 Помимо  Южного  Уэльса  столкновения  рабочих  с  по¬
лицией  и  войсками  имели  место  и  в  других  районах  страны.
Так,  в  промышленном  центре  Шеффильде  рабочие  напали
на  полицейский  участок,  захватив  много  оружия.  При
разборе  дел  нескольких  арестованных  чартистов  выясни¬
лось,  что  они  собирались  завладеть  городской  ратушей.
Подобным  же  образом  пытались  действовать  рабочие  в
Ноттингеме.  Более  мелкие  выступления  чартистов  произо¬
шли  в  Бредфорде,  Дьюсбери  и  других  местах.  В  Лондоне
значительные  полицейские  силы  окружили  и  разогнали
16  января  1840  г.  митинг  чартистов;  многие  чартисты  были
вооружены  и,  по  сведениям  полиции,  готовились  начать
восстание.
 Все  эти  разрозненные  выступления  были  подавлены,
всякие  попытки  вооруженного  выступления  пресечены.
 Правительство  приступило  к  новым  массовым  арестам
среди  чартистов.  Тюрьмы  были  переполнены.  Власти
организовали  повсеместно  процессы  активных  участников
чартистского  движения.  Состав  присяжных  специально
подбирали  из  буржуазии,  чтобы  обеспечить  суровый  при¬
говор.  Однако  судебные  процессы  обратились  против  их
организаторов:  своим  мужественным  поведением,  речами,
 54

в  которых  звучала  уверенность  в  цравоте  своего  дела,  чар¬
тисты  привлекли  к  участию  в  движении  новые  силы.  С  аре¬
стованными  чартистами  правительство  обращалось  очень
сурово:  в  камерах-одиночках  арестованные  страдали  от
голода  и  холода.  Тюремный  режим  подорвал  здоровье  мно¬
гих  заключенных.  Некоторые  чартисты  умерли  в  тюрьме.
 Правительство  решило  расправиться  и  с  чартистской
печатью.  Некоторые  газеты  были  просто  закрыты,  другие
доведены  до  банкротства  высокими  штрафами.
 Жестокие  преследования  и  репрессии  на  время  приос¬
тановили  дальнейшее  развертывание  массового  движения.
Однако  спад  был  недолгим;  уже  весной  1840  г.  начинается
новый  подъем  чартизма.
 Первым  признаком  нового  подъема  явились  массовые
митинги.  Сведения  об  издевательствах,  которым  подверга¬
лись  чартисты  в  тюрьме,  вызывали  всеобщее  возмущение.
Наряду  с  протестами  против  жестокого  обращения  с  уз¬
никами,  на  митингах  проводился  сбор  средств  помощи  за¬
ключенным  и  их  семьям,  лишенным  средств  к  существо¬
ванию.
 Огромный  размах  в  начале  1840  г.  приняло  движение
за  спасение  участников  ньюпортского  восстания:  16  января
суд  приговорил  трех  из  них  —  в  том  числе  Фроста  —  к
смертной  казни  через  повешение.  По  всей  стране  про¬
шли  митинги  протеста  против  варварского  приговора.
Парламент  и  правительство  были  завалены  петициями,
в  которых  трудящиеся  выражали  свой  гнев  и  возмуще¬
ние.  Несколько  петиций  было  вручено  королеве.  Опасаясь
серьезных  волнений,  правительство  было  вынуждено  ус¬
тупить:  28  января  1840  г.  Палата  казначейского  суда  —
высшее  судебное  учреждение  —  в  порядке  судебного  над¬
зора  аннулировала  приговор  и  передала  его  на  новое  раз¬
бирательство.  3  февраля  новый  суд  приговорил  всех  трех
участников  к  пожизненной  ссылке  в  колонии26.  Тогда
чартисты  с  неменьшей  силой  и  энергией  начали  кампанию
за  освобождение  Фроста  и  его  товарищей.  Петиции,  требо¬
вавшие  отмены  решения,  были  подписаны  более  чем  двумя
миллионами  человек  27.  Власти,  чтобы  избежать  волнений,
тайком  вывезли  осужденных  в  Австралию.
 В  начале  1841  г.  по  стране  был  организован  сбор  под¬
писей  под  новой  петицией  в  парламент,  в  которой  народные
массы  требовали  освобождения  арестованных  чартистов,
 5  Н.  А.  Ерофеев
 65

сокращения  срока  их  тюремного  заключения  и  улучшения
условий  содержания  их  в  тюрьме.  Эта  петиция  собрала
более  1300  тысяч  подписей28,  но  парламент,  как  и  в
1839  г.,  отказался  даже  обсуждать  ее.
 Новый  массовый  подъем  чартистского  движения  совпал
с  изменениями  в  составе  его  участников.  После  того  как
буржуазия  перешла  в  лагерь  противников  чартизма,  от
движения  стала  отходить  также  мелкая  буржуазия.  Она
решительно  выступила  против  призывов  к  «насилию».
Сомневаясь  в  успехе  движения,  откололись  от  чартизма  и
некоторые  деятели,  игравшие  весьма  активную  роль  в  пре¬
дыдущие  годы.  Так,  Ловетт,  один  из  активных  сторонников
Хартии,  выступил  с  предложением  обратить  все  силы  на
распространение  образования  среди  рабочих.  С  этой
целью  Ловетт  предлагал  ограничить  деятельность  чартизма
сбором  средств  на  создание  в  каждом  городе  рабочего  клу¬
ба  и  библиотек.  В  дальнейшем  Ловетт  пришел  к  выводу
о  необходимости  союза  с  буржуазией  для  борьбы  за  умерен¬
ные  реформы.  Отошел  от  активной  борьбы  за  Хартию  так¬
же  Винсент,  который  теперь  начал  вести  пропаганду  в
пользу  трезвенности.  В  этот  период  делались  также  попыт¬
ки  связать  чартизм  с  церковью.  Все  это  свидетельствовало
о  продолжающемся  отмежевывании  от  борьбы  мелкой  бур¬
жуазии  и  отдельных  групп  рабочего  класса,  связанных
с  мелкой  буржуазией  и  ремеслом.
 Отход  мелкобуржуазных  попутчиков  от  чартизма  не
мог  ослабить  движение  в  целом.  Напротив,  он  ускорял  пре¬
вращение  чартизма  в  чисто  пролетарское  движение  и  та¬
ким  образом  способствовал  его  усилению.
 Весной  1840  г.  в  рядах  чартистского  движения  нача¬
лось  обсуждение  вопросов  о  путях  дальнейшей  борьбы  за
Хартию.  На  первый  план  выдвинулся  вопрос  о  создании
организации.
 Опыт  первых  лет  чартистского  движения  показал
настоятельную  необходимость  придать  ему  более  отчет¬
ливые  формы,  прежде  всего  создать  постоянно  действую¬
щие  органы,  способные  взять  на  себя  руководство  борьбой.
Поскольку  чартистские  союзы,  возникшие  ранее,  к  этому
времени  уже  перестали  в  большинстве  случаев  функцио¬
нировать,  во  многих  городах  под  разными  названиями
стали  возникать  новые  чартистские  группы,  объединявшие
всех  местных  сторонников  Хартии.  Так,  в  Лондоне  возник
 66

Столичный  чартистский  союз,  в  Ныокесле  (крупном
центре  угольной  промышленности)  —  Северный  полити¬
ческий  союз,  в  Бирмингеме  —  Чартистская  рабочая  ассо¬
циация,  в  Лидсе  и  Карлайле  —  радикальные  ассоциации.
Несмотря  на  различные  названия,  -все  они  ставили  перед
собой  одну  цель  —  борьбу  за  Хартию.  Кое-где  эти  органи¬
зации  объединяли  чартистов  не  только  в  пределах  данного
города,  но  и  в  масштабах  всего  района  и  даже  графства.
 Однако  объединение  сторонников  Хартии  в  рамках
одного  города  или  даже  района  представляло  собой  лишь
половину  дела:  для  успешного  руководства  борьбой  было
необходимо  создать  единую  организацию  в  масштабах
всего  Соединенного  королевства  (т.  е.  Англии,  Уэльса,
Шотландии  и  Ирландии)  или  уж  во  всяком  случае  в  мас¬
штабах  Англии.  Неудача  массовых  выступлений  1839  г.
объяснялась  помимо  всего  прочего  также  и  тем,  что  в  дви¬
жении  отсутствовало  единое  централизованное  руковод¬
ство,  чартистский  Конвент  .'представлял  собой  не  что  иное
как  совещательный  орган  и  не  имел  никакой  реальной
власти.
 Участники  чартистского  движения  ясно  отдавали  себе
отчет  в  необходимости  ликвидировать  этот  недостаток.
В  чартистской  печати,  уцелевшей  после  правительствен¬
ных  репрессий,  стали  появляться  многочисленные  про¬
екты  создания  единой  чартистской  организации  в  мас¬
штабах  всей  страны.  Некоторые  чартисты  предлагали
создать  узкий  и  тщательно  законспирированный  Централь¬
ный  Совет,  или  Директорию,  которая  будет  иметь  право
выносить  решения,  обязательные  для  всех.  Гарни  пред¬
лагал  более  демократический  центральный  орган  и  разра¬
ботал  систему  членских  взносов.  О’Коннор  предложил
создать  новую  организацию  вокруг  новой  чартистской
газеты;  на  средства,  полученные  от  сбора  взносов  и  доходы
от  газеты,  он  предложил  содержать  постоянный  Конвент
для  руководства  всей  пропагандистской  деятельностью
чартистов.
 В  процессе  дискуссии  было  выдвинуто  предложение  со¬
звать  летом  специальную  конференцию  для  обсуждения
всех  предложений  и  планов.  Эта  идея  получила  широкую
поддержку  на  местах  и  20  июля  1840  г.  в  Манчестере  от¬
крылась  всеаиглийская  конференция,  посвященная  реорга¬
низации  чартистского  движения.  Обсудив  все  предложен-
 *
 67 	6

пые  планы,  Манчестерская  конференция  приняла  решение
создать  единую  организацию  в  масштабах  всей  страны  под
названием  Национальная  чартистская  ассоциация.  Цель
Ассоциации  состояла  в  том,  чтобы  «добиться  полного  и
справедливого  представительства  в  палате  общин  всего
народа  на  принципах  Народной  хартии».  Членами  Ассо¬
циации  мог  быть  всякий,  кто  подпишет  декларацию  о  со¬
гласии  с  ее  целями  и  уплатит  единовременный  вступитель¬
ный  взнос  в  сумме  2  пенсов  (пенс  приблизительно  V2  ко¬
пейки).  Регулярный  членский  взнос  устанавливался  в
сумме  одного  пенса  в  неделю.
 Большой  интерес  представляет  организационная  струк¬
тура  Национальной  чартистской  ассоциации.  Ее  местные
группы  создавались  по  территориальному  признаку  в  каж¬
дом  районе  и  городе;  возглавлял  местную  группу  местный
совет.  Любопытно  строение  местных  организаций  чар¬
тистской  ассоциации.  Город  или  район  делился  на  квар¬
талы,  а  последние  —  на  «классы»,  по  десять  человек
в  каждом.  Такая  система  придавала  организации  боль¬
шую  подвижность.  Высшим  руководящим  органом  Ассо¬
циации  был  Генеральный  исполнительный  комитет  из
семи  человек  избираемых  местными  организациями.  Про¬
цедура  выборов  в  Генеральный  комитет  состояла  из  двух
этапов:  кандидатов  в  члены  Генерального  комитета  вы¬
двигали  советы  графств,  но  выборы  производились  на  мес¬
тах,  и  избранными  считались  получившие  наибольшее
число  голосов.  Генеральный  комитет  распоряжался  поло¬
виной  всех  средств  Ассоциации,  полученных  от  членских
взносов,  остальные  средства  находились  в  распоряжении
местных  организаций.  Хотя  в  уставе  не  было  никаких
ограничений  для  приема  в  члены  организации,  однако
в  Послании,  которое  было  издано  конференцией,  указы¬
валось,  что  членами  Ассоциации  могут  быть  лишь  трудя¬
щиеся.  В  определении  целей  и  задач  Ассоциации  было
сказано,  что  она  будет  действовать  только  мирными  и  кон¬
ституционными  методами,  созывать  публичные  митинги
и  подавать  петиции.
 Национальная  чартистская  ассоциация  сочетала  дис¬
циплину  и  центральное  руководство  с  принципами  широ¬
кой  выборности  и  внутренней  демократии.  Национальная
чартистская  ассоциация  явилась  прототипом  пролетарской
партии.  Ее  создание  было  свидетельством  идейного  роста
 68

английского  пролетариата,  важным  шагом  вперед  в  деле
его  организации.
 Несмотря  на  заверения  Ассоциации  в  том,  что  она
будет  действовать  исключительно  мирными  и  конституци¬
онными  методами,  эта  организация  носила  полулегальный
характер:  английское  законодательство  запрещало  созда¬
ние  организаций  во  всеанглийском  масштабе.  Возможно
указанная  оговорка  в  уставе  была  специально  сделана  для
того,  чтобы  оградить  Ассоциацию  от  преследований.  Не¬
которые  участники  чартистского  движения,  принадлежав¬
шие  к  его  правому  крылу,  например  Ловетт,  отказались
примкнуть  к  Ассоциации,  ссылаясь  на  ее  незаконный  ха¬
рактер:  по-видимому,  они  опасались,  что  в  руководстве  Ас¬
социации  возьмут  верх  революционные  элементы.
 Ассоциация  довольно  быстро  росла:  в  декабре  1841  г.
в  нее  входило  уже  282  местных  организации  и  13  тысяч
членов,  а  в  апреле  1842  г.  число  ее  участников  превышало
50  тысяч  чел.29
 В  1840  г.  серьезнейшим  противником  чартистов  вновь
оказались  фритредеры,  которые  воспользовались  экономи¬
ческим  спадом  и  ухудшением  положения  народа  для  возоб¬
новления  широкой  кампании  в  пользу  свободной  торговли.
Обращаясь  к  массам,  фритредеры  уверяли,  что  все  их  беды
и  несчастья  коренятся  в  дороговизне  хлеба  и  других  про¬
дуктов,  а  причиной  этого  являются  якобы  высокие  ввозные
пошлины  на  продовольствие  и  сырье.  Для  пропаганды  этой
теории  фритредеры  издавали  огромными  тиражами  попу¬
лярную  литературу  и  созывали  массовые  митинги,  па  ко¬
торых  убеждали  рабочих  поддержать  их  борьбу  против
лендлордов.  Они  не  останавливались  перед  грубой  демаго¬
гией,  рядясь  в  одежды  искренних  защитников  интересов
трудящегося  люда  и  борцов  против  лендлордизма.  Некото¬
рые  предприниматели,  прибегая  к  нажиму,  заставляли  сво¬
их  рабочих  подписывать  петиции  в  парламент  об  отмене
пошлин,  чтобы  создать  впечатление,  что  лозунг  свободы
торговли  поддерживается  рабочим  классом.
 Чартисты  выступили  против  демагогической  кампании
фритредеров,  разоблачая  их  лицемерие  и  эгоизм.  Чартист¬
ские  ораторы  убедительно  доказывали,  что  вопрос  о  пош¬
линах  является  частью  более  общего  и  более  важного  во¬
проса  о  праве  народа  определять  политику:  если  чартистам
удастся  добиться  для  народа  политических  прав,  заявляли
 69

они,  и  уничтожить  монополию  на  власть  узкой  кучки  эк¬
сплуататоров,  то  народ  сам  решит  все  более  частные
вопросы,  в  том  числе  вопрос  о  пошлинах.  Поэтому  главная
задача  в  настоящее  время,  говорили  чартисты,  заключает¬
ся  в  том,  чтобы  добиться  изменения  политической  системы.
Всякая  попытка  отвлечь  внимание  народа  может  только
ослабить  его  борьбу.  Чартисты  доказывали  рабочим,  что
радикальная  буржуазия  в  лице  фритредеров  намеренно  от¬
влекает  их  внимание  от  главных  задач  и  что  в  действитель¬
ности  она  при  этом  преследует  лишь  свои  корыстные  ин¬
тересы.
 Разъяснительная  работа  чартистов  имела  большое  зна¬
чение.  Рабочие  отказывались  поддерживать  фритредеров.
Нередко  фритредеры  были  вынуждены  закрывать  собра¬
ния,  чтобы  не  терять  своего  престижа.  Чартисты  сорвали
план  промышленной  буржуазии,  которая  хотела  привлечь
народные  массы  к  борьбе  против  пошлин  исключительно  с
целью  увеличения  своих  барышей.
 Во  второй  половине  1840  г.  чартистское  движение  до¬
стигло  больших  успехов.  После  отбытия  срока  заключения
из  тюрем  были  выпущены  некоторые  видные  деятели  и
агитаторы  чартизма.  Это  усилило  ряды  чартистов.  Движе¬
ние  продолжало  расти  и  в  следующем  1841  г.
 Весной  1841  г.  в  связи  с  перспективой  роспуска  пар¬
ламента  и  приближением  избирательной  кампании  возник
вопрос  о  тактике,  которую  следует  занять  чартистам  в
этот  период.  Поскольку  в  рядах  чартистов  было  много
представителей  мелкой  буржуазии,  имевших  право  голоса
на  выборах,  позиция  чартистов  имела  немаловажное
значение.
 В  среде  чартистов  обнаружились  три  течения.  Ловетт,
значительно  поправевший,  предлагал  поддержать  вигов,
полагая,  что  последние  могут  осуществить  некоторые  ре¬
формы  в  интересах  рабочего  класса.
 Противоположную  позицию  занимал  О’Коннор.  Исходя
из  того,  что  виги,  как  представители  промышленной  буржу¬
азии,  являются  самыми  ярыми  противниками  чартистов,
О’Коннор  предлагал  сделать  все,  чтобы  ускорить  пораже¬
ние  их  на  выборах,  и  для  этой  цели  советовал  голосовать
за  тори.  Эта  точка  зрения  одержала  победу  на  конференции
чартистских  руководителей,  заседавшей  в  Лондоне  с  3  по
28  мая  1841  г.  Конференция  в  своей  резолюция  заявляла:
 70

«Мы  —  естественные  враги  одинаково  вигов  и  ториев,  но
так  как  мы  не  в  силах  уничтожить  разом  обе  эти  клики,  то
самое  разумное  —  уничтожить  одну  из  них,  пользуясь  дру¬
гой  как  орудием».  Конференция  призывала:  «Голосуйте
либо  за  чартиста,  либо  за  кандидата,  враждебного  мини¬
стерству»  30.
 Призыв  О’Коннора  имел  большой  успех  среди  рабочих:
английские  рабочие  научились  видеть  в  фабриканте  своего
самого  заклятого  врага.  На  совести  вигов  было  немало  пре¬
ступлений  против  английского  народа.  Тесно  связанные  с
промышленной  и  финансовой  буржуазией  крути  не  раз  на¬
ходились  у  власти,  но  их  правление  не  приносило  никаких
облегчений  рабочему  классу.  Рабочие  хорошо  запомнили
уроки,  преподанные  им  в  1832  г.,  когда  виги  изменили  на¬
родному  делу,  придав  реформе  парламента  компромиссный
характер,  и  в  1834  г.,  когда  виги  провели  через  парламент
новый  закон  о  бедных,  а  также  много  других  черных  дел
буржуазии.  Тактика,  предложенная  О’Коннором,  привлек¬
ла  рабочих  как  удачная  возможность  расправиться  с  нена¬
вистным  классовым  врагом.  Как  смотрели  сами  рабочие
на  эту  тактику,  можно  судить  по  словам  одного  чартиста,
обращенным  к  кандидату  партии  тори:
 «Милостивый  государь!  Не  заблуждайтесь  насчет  при¬
чин  чартистской  поддержки  вам.  Мы  лишь  хотим  исполь¬
зовать  вашу  партию  для  того,  чтобы  свернуть  шею  вигам,
а  затем  сделать  то  же  самое  с  вами»  31.
 Третью  —  наиболее  верную  точку  зрения  —  отстаивал
О’Брайен.  Он  предлагал  использовать  избирательную  кам¬
панию  главным  образом  для  усиленной  пропаганды  чартиз¬
ма  и  Народной  хартии.  Английские  выборы  происходили
в  два  приема:  на  первом  этапе,  при  выдвижении  канди¬
датов  голосование  происходило  на  широких  собраниях  'Про¬
стым  поднятием  рук.  Выдвинутые  кандидаты,  если  они
отвечали  определенным  требованиям,  включались  в  изби¬
рательные  списки.  Только  после  этого  начинался  второй
этап  выборов  —  голосование,  в  котором  участвовали  лишь
те  лица,  которые  имели  право  голоса.
 О’Брайен  предлагал  использовать  эту  процедуру  для
пропаганды  Хартии  и  кандидатов,  стоящих  за  нее,  превра¬
тить  выборы  в  яркую  демонстрацию  широкой  народной
борьбы  за  Хартию.  Окончательный  исход  выборов  при  су¬
ществовавшей  системе  не  мог  вызывать  сомнений:  избран¬
 7!

ными  все  равно  оказались  бы  люди,  не  имевшие  поддерж¬
ки  народа.  После  того  как  на  первом  этапе  за  кандидатов
народа  единодушно1  голосовали  широкие  народные  массы,
такой  исход  выборов  еще  раз  наглядно  должен  был  пока¬
зать,  насколько  антинародна  английская  конституция.
О'Брайен  считал  возможным  также  поддержать  того  или
иного  буржуазного  кандидата,  но  в  обмен  за  вполне  кон¬
кретные  обязательства  с  его  стороны  —  защищать  в  пар¬
ламенте  программные  требования  чартистов.
 Принятие  тактики  О’Коннора  свидетельствовало  о  рос¬
те  классового  антагонизма  между  рабочим  ,  классом  и  бур¬
жуазией.  Но  она  была  ошибочной,  ибо  в  ряде  мест  победи¬
ла  партия  тори,  заклятые  враги  трудящегося  народа.
К  власти  пришел  торийский  кабинет  Роберта  Пиля.
 Тактика  чартистов  на  выборах  привела  к  результату,
которого  не  предвидели  чартистские  вожди:  поражение,  по¬
несенное  на  выборах,  усилило  стремление  буржуазии  за¬
ручиться  поддержкой  рабочего  класса  в  борьбе  против
лендлордов  и  тори,  Буржуазия  решила  сделать  еще  одну
попытку  вступить  в  союз  с  чартистами  в  целях  проведения
повой  умеренной  реформы  парламента.  Перспектива  сою¬
за  с  чартистами  давала  также  надежду  стать  во  главе  чар¬
тистского  движения  и  ослабить  в  нем  влияние  революцион¬
ных  элементов.
 Исходя  из  этого  замысла,  буржуазные  радикалы  нача¬
ли  пропаганду  союза  рабочих  со  «средними  классами»,  т.  е.
буржуазией.  Движение  это  началось  в  Бирмингеме,  где
позиции  фритредеров  и  буржуазных  радикалов  вообще
были  наиболее  сильными.
 Застрельщиком  этой  кампании  явился  Стердж,  владе¬
лец  крупной  мельницы  в  Бирмингеме.  В  журнале  «Нонкон¬
формист»  летом  1841  г.  он  напечатал  серию  статей,  в  кото¬
рых  призывал  пересмотреть  отношения  между  рабочими  и
буржуазией.
 В  этих  статьях,  позднее  опубликованных  большим  ти¬
ражом  в  виде  отдельной  книги,  Стердж  писал,  что  «пе¬
чальное  расхождение»  между  буржуазией  и  рабочим  клас¬
сом  является  «скорее  результатом  страстей  и  предрассуд¬
ков  чем  хладнокровного  размышления»,  и  предлагал
«перемирие».  Автор  высказывал  опасение,  что  если  рабо¬
чих  предоставить  себе,  то  «накал  страстей,  раздутый  борь¬
бой,  может  воспламенить  их  духом  мести,  а  тогда  ничто  не
 72

будет  в  безопасности».  Стердж  предлагал  основать  союз
борьбы  за  «полное,  честное  и  свободное»  представительство
народа  в  парламенте,  в  который  вошли  бы  и  представители
рабочих,  и  представители  буржуазии32.
 В  январе  1842  г.  группой  сторонников  Стерджа  был  ос¬
нован  Бирмингемский  союз  полного  избирательного  права.
В  своей  декларации  Союз  повторял  мысли,  высказанные
ранее  Стерджем,  и  предлагал  всем,  кто  согласен  с  его  иде¬
ями,  принять  участие  в  специальной  конференции,  на  кото¬
рой  должна  быть  выработана  программа  этого  Союза.
 Вскоре  к  декларации  примкнуло  'значительное  число
буржуазных  радикалов.  В  некоторых  местах  по  образцу
Бирмингемского  были  созданы  союзы  на  аналогичной  осно¬
ве.  К  марту  1842  г.  по  стране  было  организовано  уже  более
пятидесяти  таких  союзов  33.  Конференция  была  назначена
на  первые  дни  апреля  1842  г.
 Возобновившаяся  активность  буржуазных  радикалов
вызвала  новые  разногласия  в  среде  чартистов.  Некоторые
деятели  чартистского  движения,  например  Ловетт,  которые
еще  до  этого  проявили  тенденцию  к  примирению  и  союзу
с  буржуазией,  решительно  поддержали  Стерджа  и  согласи¬
лись  принять  участие  в  конференции.  К  движению  примк¬
нули  также  «христианские  чартисты»  и  «трезвенники»,
фактически  уже  давно  отказавшиеся  от  первоначальных
целей  борьбы.
 Национальная  чартистская  ассоциация  на  первых  порах
отнеслась  к  движению  иначе.  В  статьях,  опубликованных
в  «Северной  звезде»,  деятели  Ассоциации  указывали,  что
Союз,  созданный  Стерджем,  ограничивается  туманными
обещаниями  и  не  дает,  как  это  делает  Хартия,  конкретной
и  ясной  программы  преобразования  парламента.  О’Коннор
в  своих  статьях  предупреждал  рабочих,  что  буржуазия,  по-
видимому,  готовит  новый  обман,  собираясь  снова  исполь¬
зовать  рабочих,  и  предаст  их,  как  только  полупит  то,  чего
добивается,  т.  е.  отмены  пошлин  34.
 Когда  выяснилась  дата  созыва  конференции,  посвящен¬
ной  созданию  Союза  полного  избирательного  права,  чар¬
тисты,  по  рекомендации  О’Коннора,  созвали  в  том  же  Бир¬
мингеме  свою  собственную  конференцию,  чтобы  противо¬
поставить  Хартию  программе  буржуазных  радикалов.
 5  апреля  обе  конференции  одновременно  открылись  в
Бирмингеме.  Идеи  чартистов  оказали  влияние  на  буржуаз¬
 73

ных  организаторов  этой  конференции:  они  выразили  согла¬
сие  принять  основные  пункты  Хартии,  но  провели
резолюцию  о  том,  что  для  окончательной  выработки  про¬
граммы  следует  созвать  в  конце  года  новую  конферен¬
цию  35.  Таким  образом  решение  было  фактически  отложено.
 Попыткой  на  практике  проверить  действенность  союза
радикалов  и  чартистов  было  совместное  участие  тех  и  дру¬
гих  в  дополнительных  выборах  в  Ноттингеме  в  августе
1842  г.;  чартисты  поддержали  кандидатуру  Стерджа  про¬
тив  торийского  кандидата,  владельца  «Таймс»,  Уолтера.
Последнему  удалось  пройти  в  парламент  только  при  помо¬
щи  подкупа  избирателей  и  то  лишь  ничтожным  большин¬
ством  в  84  голоса,  Стердж  получил  более  1000  голосов  36.
 Еще  в  конце  1841  г.  чартисты  возобновили  сбор  подпи¬
сей  под  новой  петицией  в  парламент.  Привычная  форма  пе¬
тиции  была  избрана  для  того,  чтобы  мобилизовать  широкое
общественное  мнение  трудящихся,  дать  легальную  возмож¬
ность  для  возобновления  кампании  массовых  митингов.
Чартистские  ораторы  использовали  эти  собрания  для  обли¬
чения  политического  бесправия  народа  и  системы  жесто¬
кой  эксплуатации  рабочего  класса,  для  объяснения  целей
и  задач  борьбы  за  Хартию.
 Новая  петиция,  составленная  Конвентом,  отличалась
от  первой  суровым  тоном,  она  в  резкой  форме  ставила
острые  социальные  вопросы.
 Петиция  обличала  несправедливую  систему  представи¬
тельства  в  парламент,  указывая,  что  из  26  миллионов  че¬
ловек  населения  Англии  правом  голоса  пользуется  не  бо¬
лее  900  тысяч.  Она  обращала  внимание  на  вопиющие  не¬
достатки  избирательной  системы  —  подкуп,  запугивание
избирателей  и  т.  п.
 Петиция  говорила  о  тяжелом  положении  народных
масс,  о  бедствиях  безработных,  о  тяжелом  бремени  нало¬
гов.  Отметив,  что  королева  получает  в  день  165  фунтов
стерлингов,  ее  муж  —  164  фунта,  а  архиепископ  кентербе¬
рийский  —  более  52  фунтов,  авторы  петиции  указывали,
что  тысячи  рабочих  вынуждены  жить  с  семьей  на  сумму
в  2—3  пенса  в  день.  В  петиции  далее  говорилось,  что  «рабо¬
чий  день,  особенно'  фабричных  рабочих,  превосходит  все
границы  человеческих  сил».
 Петиция  просила  палату  разрешить  представителям
чартистов  изложить  «народные  жалобы»,  которые  появи¬
 74

лись  в  результате  «политического  бесправия  народа  и  рас¬
тлевающего  влияния  классового  законодательства».
 Новым  в  петиции,  ясно  свидетельствовавшим  о  росте
классового  самосознания  английского  пролетариата,
было  присоединение  чартистов  к  требованиям  ирландского
народа.  Английские  рабочие  начинали  понимать  связь  меж¬
ду  угнетением  английского  и  ирландского  народов  37.
 Несмотря  на  фактически  возникшее  сотрудничества
между  чартистами  и  Союзом  Стерджа,  буржуазные  радика¬
лы  отказались  присоединиться  к  чартистской  петиции  и
внесли  в  парламент  свою  собственную,  которая  ограничи¬
валась  просьбой  реформы  избирательной  системы.  Этот
шаг  буржуазных  радикалов  подтверждал  их  предательскую
политику  по  отношению  к  чартистам.  Петицию  радикалов
постигла  полная  неудача:  подавляющим  большинством  го¬
лосов  она  была  отклонена.
 12  апреля  в  Лондоне  собрался  второй  чартистский  Кон¬
вент  в  составе  24  депутатов.  Хотя  в  оддой  из  своих  резолю¬
ций  Конвент  заявил,  что  настоящая  петиция  является  по¬
следней  и  после  этого  чартисты  откажутся  от  подобного
приема  выражения  своих  требований,  в  действительности,
депутаты  второго  Конвента,  так  же  как  и  первого,  не  пред¬
ставляли  себе  будущую  тактику  борьбы  после  того,  как
парламент  снова  —  в  который  раз  —откажется  рассматри¬
вать  требования  народа.  Беда  большинства  чартистских
вождей  заключалась  в  том,  что  они  так  и  не  отказались  от
своих  надежд  мирным  путем,  используя  «моральное»  дав¬
ление  на  парламент,  принудить  его  к  уступкам.
 2  мая  в  парламент  была  внесена  вторая  чартистская
петиция,  которую  подписали  3  315  752  человека.  Подписи
эти  были  сделаны  на  гигантском  свитке,  длиной  более  де¬
вяти  километров;  его  несли  тридцать  человек.  Петицию  со¬
провождала  огромная  народная  демонстрация,  растянув¬
шаяся  по  городу  почти  на  пять  километров  38.
 Однако  парламент  и  на  этот  раз  отказался  принять  и  вы¬
слушать  представителей  чартистов.  Подавляющим  боль¬
шинством  голосов  палата  отвергла  петицию.  Мотивы  этого
отказа  откровенно  изложил  известный  историк  Маколей,
который,  выступая  в  прениях,  объявил,  что  чартистское
требование  введения  всеобщего  избирательного  права  «по¬
дрывает  самые  основы  цивилизации»:  последняя  покоится
на  собственности,  а  отдать  власть  в  руки  народа  —  значит
 75

отдать  ее  в  руки  противников  собственности39.  Речь
Маколея  была  встречена  всеобщим  одобрением  палаты
собственников.
 Действия  парламента  взволновали  рабочих.  В  ряде  мест
на  митингах  снова  заговорили  о  всеобщей  стачке  и  о  вос¬
стании.  Громко  прозвучали  призывы  к  чартистам  запасать¬
ся  оружием.  В  этот  момент,  когда  среди  рабочих  нарастали
революционные  настроения,  вожди  чартистского  движения
не  выдвинули  никакого  нового  лозунга.  Чартистский  Кон¬
вент  был  распущен,  не  приняв  никакого  решения.  Послед¬
нее  слово  оставалось  за  самим  народом.
 Ответом  на  действия  правительства  явилась  всеобщая
стачка,  начавшаяся  в  текстильном  районе  Ланкашира.  Не¬
посредственным  поводом  послужило  широкое  снижение  за¬
работной  платы,  предпринятое  фабрикантами.  Всеобщая
стачка  представлялась  рабочим  самым  надежным  и  дейст¬
венным  средством  дать  отпор  хозяевам  и  принудить  гос¬
подствующие  классы  принять  Хартию.
 4  августа  рабочие  г.  Стэлибриджа  (вблизи  Манчестера)
объявили  стачку,  требуя  принятия  Хартии  и  повышения
заработной  платы.  В  последующие  дни  забастовка  переки¬
нулась  на  соседние  промышленные  города  Ланкашира.  За¬
бастовщики,  переходя  с  одной  фабрики  на  другую,  убежда¬
ли  рабочих  присоединиться  к  стачке.  9  августа  забастовка
охватила  весь  Манчестер,  а  затем  распространилась  на  со¬
седние  графства.  Кое-где  предприниматели  пытались  ока¬
зать  сопротивление  и  заставить  рабочих  продолжать  рабо¬
ту:  в  Престоне  и  Блэкберне  дело  дошло  до  столкновения
между  рабочими  и  войсками,  несколько  рабочих  было  уби¬
то  и  ранено.  Между  тем  стачечное  движение  продолжало
распространяться  с  огромной  быстротой,  принимало  неви¬
данные  масштабы;  стачка  грозила  стать  всеобщей  и  пара¬
лизовать  всю  экономику  страны.  Она  охватила  Шотлапдию,
Уэльс,  центральные  промышленные  районы  страны  и  Лон¬
дон.
 Всюду  рабочие  единодушно  принимали  Хартию  в  каче¬
стве  программы  стачечной  борьбы  и  обязывались  не  при¬
ступать  к  работе  до  тех  пор,  «пока  Хартия  не  станет  зако¬
ном  страны».  К  этой  программе  примкнули  тред-юнионы:
Конференция  представителей  тред-юнионов  Ланкашира  и
Йоркшира,  состоявшаяся  в  Манчестере  15  и  16  августа,
приняла  резолюцию  о  поддержке  стачки  40.
 76

Стачка  застигла  руководителей  чартистского  движения
врасплох:  она  возникла  помимо  них.  На  16  августа  в  Ман¬
честере  была  назначена  конференция  Чартистской  ассоциа¬
ции  в  связи  с  годовщиной  событий,  имевших  место  в
1819  г.  и  известных  под  названием  «побоище  при  Питер-
лоо»  *;  в  этот  день  предполагалось  устроить  в  Манчестере
массовый  чартистский  митинг.  Делегаты,  прибывшие
в  Манчестер  для  участия  в  конференции,  были  поражены
размахом  стачки.  Один  из  них,  видя  безмолвные  фабри¬
ки  и  фабричные  трубы,  прекратившие  дымить,  воскликнул:
«Из  этого  что-нибудь  должно  выйти  и  притом  нечто
серьезное!»  41
 Программа  чартистской  конференции  была  изменена.
На  повестке  дня  встал  вопрос  об  отношении  к  стачке.  Кон¬
ференция  опубликовала  обращение  к  рабочим,  в  котором
призывала  продолжать  стачку  до  полной  победы.  Одновре¬
менно  конференция  приняла  резолюцию  (она  была  опубли¬
кована  анонимно,  чтобы  не  вызвать  арестов),  которая  гла¬
сила,  что  в  борьбе  за  Хартию  рабочий  класс  должен  идти  до
конца  вплоть  до  «вооруженного  отпора»,  т.  е.  восстания42.
 Массовая  стачка,  затронувшая  значительную  часть
страны,  все  же  не  превратилась  во  всеобщую.  20  августа
стачечное  движение  достигло  апогея,  а  затем  пошло  на
убыль:  у  рабочих  не  было  средств  продолжать  борьбу.  Из¬
нуренные  голодом,  они  были  вынуждены  возобновить  рабо¬
ту.  К  концу  сентября  стачка  прекратилась  по  всей  стране,
повсюду  возобновилась  работа.
 Стачка  серьезно  встревожила  буржуазию.  События  ав¬
густа  1842  г.  явились  сигналом  к  окончательному  отходу
буржуазии  от  чартистского  движения  и  от  дальнейших  по¬
пыток  союза  с  ним.  В  конце  декабря  того  же  года  на  второй
конференции  Союза  полного  избирательного  права,  состо¬
явшейся  в  Бирмингеме,  произошел  окончательный  разрыв
между  радикалами  и  чартистами.  Радикалы  категорически
отказались  принять  Хартию  в  качестве  программы  союза.
Разногласия  по  этому  вопросу  носили  столь  резкий  и
непримиримый  характер,  что  конференция  была  распуще-
на,  а  с  ней  распался  и  союз.
 *  16  августа  1819  г.  на  площади  Питерофильд  в  Манчестере
правительственные  войска  и  полиция  без  всякого  предупреждения
напали  на  мирный  и  невооруженный  народ.  События  в  Манчестере
названы  «побоищем  при  Питерлоо»,  так  как  в  нападении  участво¬
вали  войска,  сражавшиеся  при  Ватерлоо.
 77

После  августовской  стачки  началась  новая  волна  пре¬
следований  участников  чартистского  движения.  На  скамье
подсудимых  оказались  все  видные  деятели  чартизма:
О’Коннор,  О’Брайен,  Гарни  и  многие  другие.  Правитель¬
ство  устроило  несколько  массовых  процессов:  вместе  с
О’Коннором  обвинялось  сразу  58  человек.  Обвинительное
заключение,  предъявленное  им,  состояло  из  9  пунктов.
Чартистов  обвиняли  в  «незаконном  стремлении  возбудить
в  верноподданных  ее  величества  неудовольствие  и  нена¬
висть  к  существующим  законам,  в  незаконном  подстрека¬
тельстве  вышеупомянутых  верноподданых  к  соединению
между  собою  в  форме  союзов  с  тем,  чтобы  посредством
прекращения  работ  в  большей  части  королевства  вызвать
изменения  в  законах  и  конституции  королевства»  43.  Чарти¬
стам  предъявляли  самые  нелепые  обвинения.  Руководи¬
тель  лейстерских  чартистов,  известный  поэт  чартистов  То¬
мас  Купер,  был  обвинен  в  подстрекательстве  к  поджогам.
 Чартисты  мужественно  держались  на  суде,  отстаивая
свои  убеждения  и  право  на  политическую  борьбу.  Один  из
них  на  суде  заявил:  «Вы  можете  вынести  мне  обвинитель-
вый  приговор  и  заключить  меня  в  тюрьму  на  год.  Но  время
скоро  проходит,  и,  когда  снова  передо  мною  откроются  во¬
рота  и  меня  снова  выпустят  на  свежий  воздух,  я  буду  тем
же,  чем  теперь.  Десять  тысяч  преследований  не  заставят
меня  изменить  моим  принципам.  Я  решил  до  конца  своей
жизни  бить  в  набат  за  Хартию,  возвещающую  конец  тира¬
нии  и  насилию.  Присуждайте  меня  хотя  бы  к  десяти  тыся¬
чам  наказаний  —  я  все  же  останусь  чартистом»  44.
 Подавляющее  большинство  было  приговорено  к  различ¬
ным  срокам1  тюремного  заключения.  Тюремные  власти,  по
требованию  правительства,  сделали  все,  чтобы  положение
чартистов  в  тюрьме  было  как  можно  более  тяжелым.  Но
ничто  не  смогло  сломить  мужественных  борцов  за  дело
народной  свободы.  Чартист  Купер,  сидя  в  тюрьме,  продол¬
жал  писать  стихи.  Не  имея  бумаги  и  чернил,  он  записывал
их  собственной  кровью  на  полях  библии,  единственной  кни¬
ги,  которая  была  в  его  распоряжении-  По  выходе  из  тюрьмы
он  опубликовал  в  печати  свое  произведение;  это  была  боль¬
шая  поэма,  озаглавленная  «Чистилище  самоубийц».
 Ослабленный  репрессиями,  чартизм  снова  на  некоторое
время  пошел  на  спад.

Глава  пятая
 ВТОРОЙ  ЭТАП
ЧАРТИСТСКОГО  ДВИЖЕНИЯ
 (1843—1847  гг.)
 Августовская  стачка  1842  г.  была  высшей  точкой  борь¬
бы  за  Хартию:  после  этого  начался  явный  спад  массового
движения.  Чартизм  пошел  на  убыль.  Митинги  и  собрания,
посвященные  Хартии,  собирали  все  меньше  народа,  органы
чартистской  печати,  уцелевшие  после  репрессий,  понемно¬
гу  хирели.  Даже  «Северная  звезда»,  фактически  ставшая
центральным  органом  движения,  после  1842  г.  испытала
финансовые  трудности;  ее  типаж  в  1843  г.  составлял  всего
9,5  тысячи  экз.,  в  то  время  как  в  1838  г.  она  расходилась
в  количестве  35  тысяч  экз.  и  даже  более  1.  В  ноябре  1845  г.
эта  газета  с  грустью  констатировала:  «Чартисты,  разделяя
национальную  болезнь,  стали  апатичными.  Мы  пишем  для
того,  чтобы  пробудить  их  ото  сна»  2.
 Лидеры  чартистского  движения  прилагали  все  усилия
к  тому,  чтобы  оживить  его,  снова  придать  ему  прежний
массовый  характер.  Очередная  конференция  Чартистской
ассоциации,  собравшаяся  5  сентября  1843  г.  в  Бирмингеме»
ставила  своей  задачей  «рассмотреть  и  изыскать  план  орга¬
низации  общества,  которое  привлекло  бы  внимание  публи¬
ки  к  принципам  Народной  хартии,  и  найти  средства  к  их
практическому  осуществлению»  3.
 Естественно,  что  в  эти  годы,  в  обстановке  спада  народ¬
ной  борьбы,  среди  чартистов  усилились  споры  о  целях
борьбы  и  о  путях  осуществления  этих  целей,  в  частности
о  тактике:  неудачи  прошлого  побуждали  к  поискам  более
правильных  и  надежных  путей.  Понятно,  что  при  обсуж¬
 79

дении  этих  вопросов  не  могло  обойтись  и  без  личных  выпа¬
дов  и  взаимных  обвинений.  В  обстановке  апатии,  охватив¬
шей  значительные  круги  чартистов,  личные  распри  и  раз¬
ногласия  приобрели  чрезмерно  большие  размеры,  личные
конфликты  нередко  даже  заслоняли  основное  —  полемику
по  принципиальным  вопросам.  Так,  Ловетт,  окончательно
отказавшийся  от  борьбы  и  вступивший  в  союз  с  радикаль¬
ной  буржуазией,  обрушился  с  резкими  нападками  на
О’Коннора,  обвиняя  его  в  стремлении  к  диктатуре,  в  не¬
честности  и  даже  в  предательстве.  О’Коннор  отвечал  ему
в  том  же  духе.
 В  эти  годы  произошел  разрыв  также  между  О’Коннором
и  О’Брайеном.  Разногласия  начались  по  принципиальным
вопросам  —  об  отношении  к  земельным  планам  О’Конно¬
ра  *.
 О’Брайен  резко  и  совершенно  справедливо  критиковал
земельный  план  О'Коннора,  характеризуя  его  как  утопи¬
ческую  затею,  способную  лишь  отвлечь  народ  от  борьбы  за
Хартию.  Спор  не  ограничился  этим.  Справедливо  критикуя
земельный  план  О’Коннора,  в  других  вопросах  О’Брайен
отстаивал  совершенно  неправильные  позиции.  Он  отказал¬
ся  от  своего  прежнего  непримиримого  отношения  к  ради¬
кальной  буржуазии,  начав  пропаганду  союза  с  ней  и  вы¬
ступив  с  поддержкой  «свободной  торговли».  О’Брайен
оказался  в  числе  тех  лидеров  чартизма,  которые  в  1842  г.
наиболее  активно  требовали  поддержки  Союза  Стерджа,  и
хотя  в  декабре  1842  г.,  когда  лицемерие  радикалов  было
разоблачено,  он,  как  и  Ловетт,  был  вынужден  па  время  от¬
казаться  от  поддержки  Союза,  однако  в  своих  статьях  про¬
должал  защищать  радикалов  и  свободную  торговлю.
О’Брайен  занялся  также  пропагандой  бумажных  денег,
утверждая,  что  введение  бумажной  валюты  сразу  улучшит
экономическое  положение  Англии,  ликвидирует  кризис  и
застой,  обеспечив  всех  рабочих  заработком,  что  немедленно
улучшит  положение  широких  слоев  народа.
 О’Коннор  высмеивал  эти  проекты  О’Брайена,  ядовито
напоминая  ему  о  его  прежних  статьях,  в  которых  тот  та¬
лантливо  и  убедительно  разоблачал  предательство  буржуа¬
зии.  Резкая  полемика  между  вождями  чартизма  лишь  по¬
вредила  движению  в  целом.
 *  О  нжх  -см.  стр.  86—87.
 80

Важнейшей  причиной  спада  массового  движения  за
Хартию  явилось  улучшение  экономической  конъюнктуры,
наметившееся  в  1843  г.  Уменьшение  безработицы  повлекло
за  собой  и  некоторое  повышение  заработков.  У  рабочих  по¬
явились  надежды  улучшить  свое  положение  без  политиче¬
ской  борьбы,  без  завоевания  Хартии.  В  дальнейшем  оказа¬
лось,  что  эти  надежды  были  тщетными,  а  улучшение  поло¬
жения  рабочих  было  кратковременным.
 Спаду  массовой  борьбы  за  Хартию  способствовала  так¬
же  деятельность  промышленной  буржуазии  в  лице  фри¬
тредеров,  которые  развили  в  эти  годы  чрезвычайную  актив¬
ность.  На  многочисленных  митингах  и  в  печати,  распро¬
странявшейся  миллионами  экземпляров,  фритредеры  стре¬
мились  привлечь  на  свою  сторону  рабочих  лозунгами
«дешевого  хлеба»  и  снижения  пошлин  на  сырье  и  продо¬
вольствие.  Несмотря  на  контрпропаганду  чартистов,  дема¬
гогические  лозунги  фритредеров  не  могли  не  оказать  из¬
вестного  влияния  на  менее  сознательные  слои  рабочего
класса,  отвлекая  их  от  активной  политической  борьбы.
 Под  давлением  фритредеров  в  1842  г.  торийское  пра¬
вительство  Роберта  Пиля,  сменившее  кабинет  вигов,  вы¬
нуждено  было  пойти  на  дальнейшее  уменьшение  таможен¬
ных  пошлин  в  интересах  промышленной  буржуазии:  были
снижены  ввозные  пошлины  на  некоторые  виды  сырья,  а  на
другие  даже  вовсе  отменены,  в  частности  на  шерсть,  в  ко¬
торой  нуждались  английские  фабрики,  поскольку  внутрен¬
нее  производство  шерсти  в  стране  не  удовлетворяло  по¬
требности  промышленности.  Были  также  отменены  все
вывозные  пошлины.  Для  предотвращения  бюджетного  де¬
фицита  Пиль  возобновил  взимание  подоходного  налога.
Идя  навстречу  требованиям  фабрикантов,  Пиль  снизил  по¬
шлину  на  ввоз  хлеба,  по  отменить  ее  окончательно,  как
того  требовали  фритредеры,  не  решился,  поскольку  земле¬
владельцы  являлись  важнейшей  опорой  партии  тори.
 Осенью  1845  г.  в  Ирландии  произошло  стихийное  бед¬
ствие:  все  посадки  картофеля  оказались  зараженными
болезнью,  которая  в  течение  нескольких  дней  начисто
уничтожила  посевы  картофеля,  являвшегосяосновнымпро-
дуктом  питания  широких  масс  ирландского  народа.  В  Ир¬
ландии  разразился  голод,  унесший  в  могилу  более  миллио¬
на  человек.  Для  спасения  Ирландии  от  голода  был  нужен
хлеб,  но  Англия  не  могла  его  поставить,  так  как  ей  самой
 б  Н.  А.  Ерофеев
 81

не  хватало.  Ввозу  хлеба  из-за  границы  препятствовали  вы¬
сокие  пошлины.  Фритредеры  при  поддержке  вигов  усилили
нажим  на  правительство  Гшля,  и  оно  было  вынуждено
отменить  пошлины,  несмотря  на  сильное  сопротивление
некоторых  членов  кабинета.  После  бурных  и  продол¬
жительных  прений  в  парламенте,  затянувшихся  на  три  с
половиной  месяца,  в  1846  г.  билль  об  отмене  пошлин  был
принят:  политика  свободной  торговли  окончательно  побе¬
дила.  Вслед  за  пошлинами  на  хлеб  были  снижены  пошли¬
ны  и  на  другие  виды  продовольствия  и  сырья.  Политику
свободной  торговли  продолжал  вести  пришедший  на  смену
правительству  Пиля  кабинет  вигов,  которым  были  прове¬
дены  в  жизнь  и  другие  требования  промышленной  буржуа¬
зии.
 Ожесточенная  и  шумная  борьба  вокруг  свободной  тор¬
говли  отвлекла  внимание  рабочего  класса  от  политической
борьбы.  Оживление  экономики,  наступившее  после  1843  г.,
и  некоторое  понижение  цен  на  хлеб  укрепили  надежды  не¬
которых  рабочих  на  то,  что  свободная  торговля  действи¬
тельно  несет  им  реальные  выгоды.  Промышленная  бур¬
жуазия,  которая  решила,  что  чартизм  ушел  окончательно
в  прошлое  и  ее  господству  ничто  более  не  угрожает,  тор¬
жествовала  победу.  События  ближайших  лет  показали,  что
это  торжество  было  преждевременным.  Рабочий  класс  не
отказался  от  борьбы  за  свои  идеалы.  Опираясь  на  свой
повседневный  опыт  классовой  борьбы,  извлекая  уроки  из
прошлых  неудач,  передовые  английские  (рабочие  усиливали
свою  борьбу,  сплачивали  свои  ряды  и  намечали  новые  пути
к  завоеванию  власти.  Все  более  отчетливо  вырисовывался
чисто  пролетарский  характер  чартистского  движения.  Пос¬
ле  августа  1842  г.  буржуазия  окончательно  перешла  в
стан  врагов  чартизма.  Последняя  попытка  буржуазных  ра¬
дикалов  показала,  что  их  надежды  овладеть  движением
обречены  на  провал.  Эти  попытки  после  декабря  1842  г.
более  уже  не  предпринимались.  Снизилась  также  актив¬
ность  мелкобуржуазных  элементов:  стачка  и  последовав¬
шие  за  ней  репрессии  отпугнули  их  от  чартизма.  Таким
образом,  чартизм  и  по  своему  характеру  и  по  своему  соста¬
ву  превращался  в  чисто  пролетарское  движение.  Дальней¬
шая  борьба  была  неизбежной.
 Ослабление  классово  чуждых  влияний  и  опыт  борьбы
способствовали  дальнейшему  духовному  и  идейному  росту
 82

английского  пролетариата.  Постепенно  он  отказывался  от
многочисленных  иллюзий  и  заблуждений  прошлого.  В  ря¬
дах  самих  чартистов  усиливалось  левое  крыло,  более  от¬
четливо  сознававшее  смысл  борьбы,  ее  конечные  цели  и
искавшее  новые  более  правильные  методы.
 Большое  влияние  на  передовых  чартистов  оказали  в  эти
годы  Энгельс  и  Маркс.  Энгельс,  поселившийся  в  Англии
в  1842  г.,  с  глубокой  симпатией  следил  за  борьбой  англий¬
ского  рабочего  класса.  Он  внимательно  изучал  его  положе¬
ние:  книга  «Положение  рабочего  класса  в  Англии»,  опубли¬
кованная  им  в  1845  г.,  основана  не  только  на  изучении
огромных  материалов,  в  том  числе  официальных  обследо¬
ваний,  но  и  на  непосредственных  наблюдениях,  собранных
им  на  протяжении  нескольких  лет  в  Манчестере,  где  он
жил  и  в  других  промышленных  городах  страны.  В  отличие
от  буржуазных  писателей,  которые  изучали  положение  ра¬
бочих  и  видели  в  рабочем  классе  лишь  объект  для  сочувст¬
вия  и  сострадания,  Энгельс  с  гениальной  прозорливостью
открыл  в  рабочем  классе  носителя  новых  социальных  отно¬
шений,  вынужденного  уже  своим  положением  в  обществе
бороться  против  этого  общества.  В.  И.  Ленин  отмечал:
«Энгельс  первый  сказал,  что  пролетариат  не  только  стра¬
дающий  класс;  что  именно  то  позорное  экономическое  по¬
ложение,  в  котором  находится  пролетариат,  неудержимо
толкает  его  вперед  и  заставляет  бороться  за  свое  конечное
освобождение»  4.
 С  1843  г.  Энгельс  принимал  непосредственное  участие  в
чартистском  движении.  С  1845  г.  он  активно  сотрудничал
в  чартистской  печати.  Непосредственное  знакомство  с  чар¬
тизмом  .позволило  Энгельсу  понять  общие  закономерности
классовой  борьбы  и  рабочего  движения,  что  способствовало
формированию  взглядов  самого  Энгельса.
 Маркс,  проживавший  в  эти  годы  в  эмиграции  во  Фран¬
ции,  а  с  1845  г.—  в  Бельгии,  горячо  интересовался  борьбой
английских  рабочих.  Контакт  с  передовыми  чартистами  он
завязал  при  посредстве  Энгельса  в  1845  г.
 Еще  в  1844  г.  Маркс  и  Энгельс  начали  разработку  прин¬
ципов  революционного  коммунистического  мировоззрения,
которое  привело  их  вскоре  к  созданию  теории  научного
коммунизма  —  величайшему  открытию  человечества  в  об¬
ласти  общественных  наук.  Продолжая  развивать  и  совер¬
шенствовать  эту  теорию,  Маркс  и  Энгельс  развернули
 83
 6*

практическую  революционную  деятельность.  Их  усилиями
в  1846  г.  был  создан  Брюссельский  коммунистический  кор¬
респондентский  комитет,  который  вел  подготовку  к  созда¬
нию  революционной  партии.  Возглавляя  комитет,  Маркс  и
Энгельс  активно  боролись  за  идейное  и  организационное
сплочение  передовых  представителей  рабочего  и  социали¬
стического  движения  различных  стран.  С  этой  целью  через
Брюссельский  комитет  они  вступили  в  контакт  с  левым
крылом  чартистов,  оказывая  влияние  на  формирование  их
взглядов.
 Для  духовного  воспитания  английских  рабочих  много
сделал  Союз  братских  демократов  —  международная  орга¬
низация  революционеров,  возникшая  в  Лондоне  в  сен¬
тября  1845  г.  Союз  братских  демократов  был  организован
в  ходе  борьбы  революционной  эмиграцией,  собравшейся  в
Лондоне,  против  попыток  реакции  посеять  рознь  между
отрядами  революционных  и  демократических  деятелей  раз¬
личных  стран.  Оформление  Союза  произошло  22  сентября
1845  г.  на  большом  митинге,  собравшемся  в  Лондоне,  чтобы
отметить  годовщину  первой  французской  революции.  Союз
братских  демократов  живо  откликался  на  все  важнейшие
явления  международной  жизни,  он  способствовал  развитию
международной  солидарности  пролетариата  и  много  сделал
для  расширения  кругозора  английских  рабочих,  для  приоб¬
щения  их  к  международной  борьбе  пролетариата.  Видные
деятели  чартистского  движения  —  Гарпи,  Купер  и  дру¬
гие  —  принимали  активное  участие  в  деятельности  этой
организации.  Братские  демократы  находились  в  тесной
связи  с  другими  революционными  и  демократическими  ор¬
ганизациями,  в  частности  с  Брюссельским  демократиче¬
ским  обществом.  На  митинге,  который  был  созван  Союзом
братских  демократов  в  Лондоне  29  ноября  1847  г.,  в  связи
с  годовщиной  польского  восстания  1831  г.,  присутствовал
Маркс.
 Под  воздействием  революционной  практики  и  общения
с  революционерами  других  стран,  ознакомления  с  опытом
и  целями  их  борьбы  в  рядах  чартистов  появляется  группа
людей,  более  отчетливо  представлявших  себе  социальное
и  политическое  содержание  борьбы  за  Хартию.  Создава¬
лись  предпосылки  для  превращения  чартизма  в  сознатель¬
ное  социалистическое  движение.
 Наряду  с  идейным  ростом  участников  чартизма  выдви¬
нулись  новые  руководители.  В  числе  последних  особенную
 84

роль  на  этом  этапе  чартистского  движения  стал  играть
Джонс,  примкнувший  к  нему  в  1845  г.
 Эрнест  Джонс  (1819—1869)  по  своему  происхождению
принадлежал  к  аристократическим  кругам:  его  отец,  пол¬
ковник  Чарльз  Джонс,  был  адъютантом  герцога  Кембер-
лендского  (позднее  ставшего  королем  Ганновера).  Эрнест,
получивший  отличное  образование,  проявил  большие  спо¬
собности,  в  частности  к  изучению  языков.  У  него  очень  ра¬
но  обнаружились  также  наклонности  к  поэзии.  С  детских
лет  он  глубоко  сочувствовал  угнетенным:  в  1831  г.,  один¬
надцати  лет,  он  пытался  бежать  в  Польшу,  чтобы  участво¬
вать  в  восстании  польских  революционеоов
 В  1839  г.  семья  Джонса  покинула  Германию,  где  прош¬
ли  годы  детства  и  юности  Эрнеста,  и  обосновалась  в  Лон¬
доне.  В  эти  годы  Эрнест  Джонс  увлекался  искусством,  в
особенности  поэзией.  Занявшись  юриспруденцией,  он  в
1844  г.  получил  право  на  занятие  адвокатской  практикой.
Искренне  сочувствуя  угнетенным  и  обездоленным,  Джонс
в  1845  г.  стал  участником  чартистского  движения.  В  ходе
борьбы  за  народное  дело  Джонс  проникся  глубокой  верой
в  справедливость  борьбы.  Пренебрегая  личными  интереса¬
ми,  он  порвал  с  аристократами  и  целиком  посвятил  себя
борьбе  за  Хартию.  Богатый  дядя  пытался  отвлечь  его  от
участия  в  чартистском  движении,  предлагая  ему  выплачи¬
вать  ежегодно  большую  сумму  денег,  но  Джонс,  оказав¬
шийся  без  средств,  отверг  это  предложение  и  продолжал
энергично  и  отважно  бороться  за  дело,  которому  он  посвя¬
тил  свою  жизнь.  Блестящие  способности,  огромная  энергия
и  преданность  народу  выдвинули  его  вскоре  в  первые  ряды
руководителей  чартизма.  На  мировоззрение  Джонса  боль¬
шое  влияние  оказали  Маркс  и  Энгельс,  с  которыми  он  был
хорошо  знаком  лично  и  даже  дружен.  Маркс  и  Энгельс  вы¬
соко  ценили  Джонса,  внимательно  следили  за  его  деятель¬
ностью  и  помогали  ему  советом  во  всех  трудных  вопросах.
Под  их  влиянием  Джонс  постепенно  становится  настоя¬
щим  революционером  и  социалистом.
 Активно  участвуя  в  пропагандистской  и  организацион¬
ной  работе  чартистов,  Джонс  не  оставлял  своих  занятий
литературой.  Ему  принадлежат  замечательные  стихи,  ко¬
торые  делают  его  одним  из  крупнейших  поэтов  Англии.
Песни  Джонса  получили  самое  широкое  распространение
среди  чартистов.  Их  распевали  на  митингах  и  демонстра¬
 85

циях,  стихи  его  декламировали  с  трибуны.  В  стихотворе¬
нии  «Наше  предупреждение»  Джонс  писал:
 Шлите  ваши  батальоны,
 Их  ряды  мы  сокрушим,
 Боевые  бастионы
В  прах  и  пепел  обратим!
 И  безмерный  гнев  народа
Пронесется  над  землей,
 Как  бушующие  воды
Все  сметая  пред  собой5.
 В  своих  замечательных  стихах  Джойс  рисовал  образ
рабочего-борца,  призывал  к  неустанной  борьбе  за  Хартию,
внушал  веру  в  правоту  народного  дела  и  в  его  конечное
торжество.  В  его  стихах  также  отразились  чувства  интер¬
национальной  солидарности  рабочих  всех  стран  в  их  борьбе
против  угнетения  и  несправедливости.  В  стихотворении
«Песни  рабочего»  Джонс  писал:
 Великая  правда  нам  стала  ясна,
 Что  франкам,  британцам,  тевтонам  не  нужно
Кровавой  борьбы,  ибо  цель  их  одна!
 Так  пусть  остается  тиранам  война,
 А  нации  жить  будут  дружно  6
 Наряду  со  стихотворениями,  Джонсу  принадлежит  так¬
же  несколько  произведений  в  прозе.  Многочисленные  ста¬
тьи  Джонса  по  вопросам  литературы  свидетельствуют  о  его
большом  литературно-критическом  таланте.
 Примкнув  к  чартизму,  Джонс  с  самого  начала  разделял
взгляды  его  левого  крыла.  Поскольку  в  это  время  самым
авторитетным  вождем  чартизма  был  О’Коннор,  Джонс  под¬
держивал  О’Коннора  против  лиц,  старавшихся  очернить  я
уронить  его  престиж.  О’Коннор,  несмотря  на  все  неудачи,
сохранил  твердую  и  непоколебимую  уверенность  в  конеч¬
ной  победе  Хартии.  В  своих  статьях,  написанных  в  самую
тяжелую  пору  упадка  чартизма,  О’Коннор  продолжал  при¬
зывать  к  борьбе  и  всеми  силами  старался  удержать  движе¬
ние  на  его  прежнем  уровне.  Однако  в  его  деятельности  бы¬
ли  серьезные  ошибки  и  срывы.
 В  1843  г.  О’Коннор  выдвинул  идею  покупки  земли  и
газдачи  мелких  участков  рабочим  с  целью  превращения
 86

их  в  крестьян.  О’Коннор  утверждал,  что  спасение  Анг¬
лии  —  в  возрождении  мелкого  крестьянства.  Превращение
части  рабочих  в  мелких  собственников  земли,  по  мнению
О’Коннора,  должно  было  привести  к  улучшению  положе¬
ния  и  остальных  рабочих,  ибо  в  результате  этого  меро¬
приятия  на  рынке  труда  освобождается  место  для  осталь¬
ных  тружеников,  сокращаются  на  рынке  предложения
рабочей  силы,  а  следовательно,  должна  увеличиться  и  за¬
работная  плата  рабочих,  занятых  на  производстве.  В  сво¬
их  многочисленных  речах  и  статьях  по  этому  вопросу,
опубликованных  в  чартистской  печати,  О’Коннор  на  все
лады  расписывал  преимущества  своего  аграрного  плана.
Для  приобретения  земли  О’Коннор  создал  специальную
земельную  компанию  на  паях:  каждый  рабочий  мог  под¬
писаться  в  рассрочку  на  пай  в  размере  26  шиллингов
(шиллинг  примерно  6  коп.).  Каждому  обладателю  трех
паев  был  обещан  участок  с  коттеджем,  хозяйственными
постройками,  скотом  и  необходимым  оборудованием.  План
О’Коннора  был  совершенно  утопичным.  Простой  ариф¬
метический  расчет  показывал  его  неосуществимость.  Да¬
же  самый  маленький  хутор,  который  был  обещан  членам
земельного  общества,  стоил  не  менее  300  фунтов  (фунт
стерлингов  приблизительно  1  руб.  20  коп.).  К  началу
1848  г.  в  кассу  земельного  общества  поступило  всего  96  тыс.
фунтов  стерлингов,  а  устроено  было  всего  230  семей.  Если
принять  во  внимание,  что  эти  средства  были  собраны  в
виде  паевых  взносов  с  75  тысяч  человек,  легко  подсчитать,
что  для  устройства  всех  членов  общества  понадобилось  бы
не  менее  600  лет.
 Выдвигая  свой  план,  О’Коннор  рассчитывал  между
прочим  па  то,  что  перспектива  вернуться  к  земле  ока¬
жется  очень  популярной  в  рабочей  среде:  этим  лозунгом
О’Коннор  надеялся  вновь  оживить  чартистское  движение,
влить  в  него  новые  силы  и  энергию.  Отчасти  эти  расчеты
оправдались:  идея  О’Коннора  приобрела  широкое  распро¬
странение  среди  рабочих,  она  сделала  имя  О’Коннора
чрезвычайно  популярным.  Несмотря  на  явную  несбыточ¬
ность  плана  О’Коннора,  многие  рабочие  отдавали  свои
последние  копейки  и  сбережения  многих  лет  на  приобре¬
тение  пая.  Однако  в  своей  основе  идея  О’Коннора,  была
реакционной.  Она  поощряла  утопические  мечтания  рабо¬
чих,  еще  недавно  оторванных  от  земли  и  видевших  в  воз-
 87

вращении  к  ней  панацею  от  бед  капитализма.  Увлечение
рабочих  этой  утопической  мечтой  свидетельствовало  лишь
о  недостаточной  зрелости  английского  рабочего  класса.
Деятельность  О’Коннора  в  этом  направлении  нанесла
вред  рабочему  движению,  так  как  отвлекала  рабочих  от
политической  борьбы,  вселяла  в  них  несбыточные  иллю-
зии.
 О’Коннор  был  убежден,  что  принятие  чартистами  его
земельного  плана  приведет  к  оживлению  чартизма  в  це¬
лом.
 Еще  на  конференции  в  Бирмингеме  в  сентябре  1843  г.
он  говорил,  что  необходимо  выдвинуть  какой-нибудь  прак¬
тический  план  «для  спасения  движения»  7.  На  следующей
очередной  конференции  Чартистской  ассоциации,  состояв¬
шейся  в  апреле  1844  г.  в  Манчестере,  он  внес  предложе¬
ние,  чтобы  его  земельный  план  лег  в  основу  всей  деятель¬
ности  Ассоциации.  Несмотря  на  поддержку  со  стороны  не¬
которых  делегатов,  конференция  отвергла  идею  О’Коннора.
Конференция  внесла  некоторые  изменения  в  устав  Ассо¬
циации:  в  качестве  главного  руководящего  органа  Ассо¬
циации  был  создан  Генеральный  совет,  избираемый  Испол¬
нительным  комитетом  8.
 О’Коннор  продолжал  свою  агитацию  за  земельный  план,
и  его  усилия  увенчались  успехом  на  следующей  конферен¬
ции  Чартистской  ассоциации,  состоявшейся  в  апреле  1845  г,
в  Лондоне.  Конференция  приняла  решение  создать  Чарти¬
стское  кооперативное  земельное  общество  на  паях.  Цель
этого  общества,  как  гласил  его  устав,—  «показать  рабоче¬
му  классу  ценность  земли  в  качестве  средства  сделать  его
независимым  от  жадности  капиталистов».  Впрочем,  конфе¬
ренция  заявляла,  что  борьба  за  осуществление  земельного
плана  не  должна  ослабить  борьбу  за  Хартию  9.
 Фактически  Земельное  общество,  созданное  О’Конно¬
ром,  стало  на  время  в  центре  деятельности  Чартистской
ассоциации.  Капитал  Общества  было  намечено  довести  до
130  тысяч  фунтов,  и  для  этой  цели  было  выпущено  100  ты¬
сяч  акций.  Йо  всей  стране  было  открыты  отделения  этого
Общества  и  намечено  создание  специального  Земельного
банка.  О’Коннор  объявил,  что  после  покупки  земли  и
устройства  очередной  группы  поселенцев  на  земле  Обще¬
ство  немедленно  заложит  эту  землю  и  все  созданные  име¬
ния  в  этом  Земельном  банке  и  на  полученные  средства
 88

сразу  же  приобретет  новые  участки.  Таким  образом,  созда¬
ние  все  новых  и  новых  поселений  будет  идти  непрерывно,
до  тех  пор  пока  все  записавшиеся  не  будут  устроены  на
земле.
 Утопический  план  О’Коннора,  как  и  следовало  ожидать,
провалился.  В  1848  г.  Земельное  общество  обанкротилось,
и  все  его  средства,  а  вместе  с  ними  и  все  сбережения  рабо¬
чих,  пропали.  Специальная  комиссия,  созданная  для  рас¬
следования  дел  Общества,  установила,  что  они  находятся
в  полном  беспорядке:  по-видимому,  это  ускорило  ката¬
строфу,  хотя,  разумеется,  причины  ее  были  не  в  этом.  Сде¬
лав  эти  выводы,  комиссия,  однако,  указала,  что  сам  О’Кон¬
нор,  несколько  лет  бесконтрольно  управлявший  всеми  де¬
лами  общества,  не  только  не  извлек  из  него  каких-либо
выгод,  но  и,  напротив,  также  потерял  почти  все  свое  со¬
стояние.  Личная  честность  О’Коннора  была  вне  всяких
подозрений.  Гибель  этого  предприятия,  которое  О’Коннор
пропагандировал  с  упорством  и  убежденностью,  пошатнула
его  влияние  в  рабочем  классе.
 Между  тем,  уже  в  1846  г.  появились  признаки  ожив¬
ления  чартистского  движения,  а  вскоре  начался  новый
подъем.  Рабочее  движение  оправилось  от  поражения  1842  г.
Деятельность  Национальной  чартистской  ассоциации,
упорно  продолжавшей  пропагандировать  принципы  Хар¬
тии,  стала  приносить  свои  плоды.  В  движение  стали  втяги¬
ваться  новые  слои  рабочего  класса,  обстановка  апатии  и
равнодушия  уходила  в  прошлое.
 Дальнейшему  оживлению  чартистского  движения  спо¬
собствовал  экономический  кризис,  приближение  которого
ощущалось  еще  с  начала  1847  г.  Осенью  этого  года  кризис
обострился.  Ряд  крупных  фирм  и  компаний  обанкротились.
Фабрики  и  заводы  один  за  другим  закрывались,  выбрасы¬
вая  на  улицу  сотни  и  тысячи  рабочих.  Почти  половина  до¬
мен  в  Центральном  промышленном  районе  была  потушена;
из  920  хлопчатобумажных  фабрик  Ланкашира  в  ноябре
1847  г.  закрылись  200,  остальные  работали  неполное  время.
Строительство  железных  дорог,  дававшее  работу  около
200  тыс.  человек,  прекратилось  почти  вовсе  10.  Нужда  тру¬
дящихся  резко  возросла.
 В  обстановке  усилившейся  безработицы  и  нужды  трудя¬
щегося  народа  лозунги  Хартии  вновь  стали  привлекать  к
себе  многочислотптыр  массы.  Митинги  чартистов  опять
 89

стали  многолюдными.  В  речах  ораторов,  выступавших  за
проведение  Хартии,  снова  зазвучали  революционные  ноты.
 Осенью  1847  г.  новое  правительство  объявило  перевы-
боры  парламента.  О’Коннор,  находившийся  тогда  на  вер¬
шине  славы,  выставил  свою  кандидатуру  в  Ноттингеме  и
прошел  большинством  голосов.  Он  получил  1257  голосов,
а  кандидат  правительства  —  всего  893  голоса  п.  Чартисты
по  всей  стране  с  восторгом  приветствовали  эту  победу.
 Национальная  чартистская  ассоциация  в  конце  ноября
1847  г.  обратилась  к  сторонникам  Хартии  с  воззванием,  в
котором  призвала  чартистов  крепить  ряды,  приступить  к
реорганизации  движения,  мобилизации  сил,  к  повсемест¬
ному  созыву  массовых  митингов  и  сбору  средств  в  пользу
движения12.  Последние  месяцы  1847  г.  ознаменовались
грандиозными  митингами  в  пользу  Хартии.
 29  ноября  1847  г.  в  Лондоне  состоялся  митинг,  созван¬
ный  Обществом  братских  демократов.  Выступивший  на
этом  митинге  К.  Маркс,  прибывший  из  Брюсселя,  в  яркой
речи  выразил  те  большие  надежды,  которые  передовые  ре¬
волюционные  деятели  всех  стран  возлагали  в  этом  время
на  чартистов.
 «По  сравнению  с  другими  странами,—говорил
Мапкс,—  Англия  является  страной,  где  противоположность
между  пролетариатом  и  буржуазией  достигла  наибольшего
развития.  В  силу  этого  победа  английских  пролетариев  над
английской  буржуазией  имеет  решающее  значение  для  по¬
беды  всех  угнетенных  над  их  угнетателями».  Обращаясь  к
чартистам,  Маркс  говорил:  «Разбейте  ваших  собственных
внутренних  врагов,  и  тогда  у  вас  по  праву  будет  гордое
сознание,  что  вы  разрушили  все  старое  общество»  13.
 Развертывание  массового  народного  движения  под  ло¬
зунгами  Хартии  способствовало  назреванию  в  Англии  ре¬
волюционной  ситуации.

Глава  шестая
 1848  ГОД
 К  началу  1848  г.  в  странах  Западной  Европы  сложи¬
лась  революционная  ситуация.  Обострение  экономического
кризиса  ускорило  развязку.  24  февраля  французский  народ
сверг  прогнившую  королевскую  династию  и  провозгласил
республику.  15  марта  австрийский  император  под  давле¬
нием  революционных  выступлений  был  вынужден  согла¬
ситься  на  введение  конституции;  канцлер  Меттерних,  за
несколько  десятилетий  своего  правления  снискавший  все¬
общую  ненависть  своей  реакционной  политикой,  бежал  из
Вены,  спасаясь  от  народного  гнева.  В  Пруссии  реакционер
король  Фридрих  Вильгельм  IV  в  результате  революцион¬
ного  выступления  народа  был  вынужден  согласиться  на
созыв  Соединенного  ландтага  (прусского  парламента)  и
на  введение  конституции.  Революции  произошли  в  ряде
других  германских  государств,  а  также  в  Италии,  находив¬
шейся  под  гнетом  реакционных  мелких  князей,  и  Австрии.
Вся  Европа  была  объята  пламенем  революции.
 Англия  не  осталась  в  стороне  от  революционного  подъ¬
ема,  охватившего  Европу.  Под  влиянием  событий  во  Фран¬
ции  чартистское  движение,  находившееся  на  подъеме,  еще
более  усилилось.
 В  конце  марта  1848  г.  английская  газета  «Таймс»  пи¬
сала:  «Энтузиазм  чартистов  принимает  такие  же  размеры
и  такую  же  высокую  температуру,  как  в  1839  и  1842  гг.»  1
 Успех  Французской  буржуазной  революции,  в  которой
основную  роль  сыграли  рабочие,  своим  выступлением  ре¬
шившие  исход  борьбы  с  реакционным  режимом,  произвел
 91

большое  впечатление  в  Англии.  Чартисты  извлекли  нагляд¬
ный  у|рок  из  французских  событий.
 2  марта  в  Лондоне  состоялся  грандиозный  митинг,  по¬
священный  французской  революции.  Митинг  принял  обра¬
щение  к  французскому  народу,  в  котором  горячо  привет¬
ствовал  республику.  Для  вручения  этого  обращения  была
избрана  специальная  делегация,  в  состав  которой  вошли
три  человека,  в  том  числе  Джонс  и  Гарни2.
 В  течение  марта  по  всей  Англии  прокатились  грандиоз¬
ные  митинги.  Ораторы,  выступавшие  на  чартистских  ми¬
тингах,  убеждали  англичан  брать  пример  с  решительных  и
смелых  французов.  Кое-где  на  этих  собраниях  были  под¬
няты  трехцветные  республиканские  флаги.  Все  громче  раз¬
давались  революционные  речи.  Председатель  митинга,  со¬
стоявшегося  27  марта  в  Лондоне,  заявил,  что  пора  прекра¬
тить  подавать  парламенту  бесконечные  петиции:  следует
предъявить  ультиматум  и  дать  на  размышление  не  более
часа.  Настроения  чартистов  хорошо  выразил  на  этом  ми¬
тинге  Джонс:  «Я  верю,  что  мы  дошли  до  цраницы.  Еще
один  шаг  —  и  мы  завоюем  наши  права»  3.  Слова  Джонса
отражали  всеобщую  уверенность  народных  масс,  что  парла¬
мент  не  может  долее  сопротивляться  ясно  и  твердо  выра¬
женному  мнению  широких  народных  масс  и  что  для  осу¬
ществления  задач  Хартии  остается  сделать  лишь  одно  по¬
следнее  усилие.
 Кое-где  власти  пытались  силой  приостановить  развер¬
тывание  массовой  агитации  за  Хартию.  В  результате  в  не¬
которых  местах  чартистские  митинги  и  демонстрации  при¬
вели  к  столкновениям  между  народом  и  войсками,  имелись
жертвы.  6  марта  такое  столкновение  произошло  в  Лондо¬
не;  с  обеих  сторон  были  раненые.  В  тот  же  день  в  Глазго
состоялась  массовая  демонстрация.  Ее  участники,  рабочие
и  ремесленники,  измученные  долгой  безработицей  и  голо¬
дом,  прошли  по  городу  с  лозунгами  «Хлеб  или  револю¬
ция!»4  Считая,  что  полицейских  сил  для  разгона  демон¬
страции  недостаточно,  власти  вызвали  значительные  воин¬
ские  части.  7  марта  демонстрация  и  митинги  в  Глазго  про¬
должались,  и  войскам  был  дан  приказ  стрелять  в  народ:
были  раненые  и  убитые.  В  Манчестере  ненависть  народа
обрушилась  на  работные  дома.  Власти  мобилизовали  вой¬
ска  и  полицию  против  народа.  На  улицах  города  произо¬
шло  несколько  серьезных  стычек.
 92

Под  влиянием  событий  в  Европе  усилились  революци¬
онные  настроения  ирландского  народа.
 Ирландия  представляла  собой  колонию  Англии.  Угне¬
тение  ирландского  народа  носило  грубые  и  неприкрытые
формы.  Стремясь  превратить  Ирландию  в  аграрный  прида¬
ток  Англии,  английское  правительство  всеми  мерами  тор¬
мозило  развитие  ирландской  промышленности.  В  частно¬
сти,  английское  правительство  отменило  пошлины,  кото¬
рые  защищали  ирландский  внутренний  рынок  от  разори¬
тельной  конкуренции  английских  товаров  и  таким  путем
погубили  в  зародыше  ирландскую  промышленность.
 Ирландский  народ  терпел  социальное  угнетение.  Ан¬
гличанам  принадлежала  в  Ирландии  большая  часть  земли,
которую  они  сдавали  в  аренду  мелкими  участками.  Поль¬
зуясь  малоземельем  и  нуждой  ирландских  крестьян,  англи¬
чане-землевладельцы  взимали  непомерную  арендную  пла¬
ту,  уносившую  все  доходы  крестьян.  Урожая  с  этих
участков  едва  хватало  на  полгода.  Чтобы  прожить  до  сле¬
дующего  урожая,  ирландские  крестьяне  были  вынуждены
отправляться  на  заработки  в  Англию,  а  их  семьи  нищен¬
ствовали.  Энгельс,  хорошо  изучивший  положение  в  Ирлан¬
дии,  указывал,  что  в  40-х  годах  XIX  в.  27%  населения  Ир¬
ландии  было  пауперами  (нищими)  и  жило  подаяниями  5.
 Экономический  и  социальный  гнет  в  Ирландии  усугуб¬
лялся  национальным  и  политическим.  Ирландский  народ
был  по  существу  лишен  политических  прав.  Англия
властвовала  в  Ирландии  при  помощи  полицейских  мер  и
чрезвычайных  законов.  Для  того  чтобы  сломить  политиче¬
ское  сопротивление  ирландцев,  английское  правительство
еще  в  1800  г.  объявило  «унию»  между  Англией  и  Ирлан¬
дией  и  уничтожило  ирландский  парламент.
 Ирландский  народ  не  мог  мириться  с  таким  положени¬
ем:  в  Ирландии  действовали  многочисленные  тайные  орга¬
низации,  наводившие  ужас  на  английских  помещиков.  На
борьбу  ирландского  народа  англичане  «отвечали  усилением
репрессий  и  полицейского  произвола.
 В  ирландском  национально-освободительном  движении
вплоть  до  40-х  годов  задавали  тон  ирландские  помещики  и
буржуазия,  недовольные  засилием  англичан.  Ирландские
помещики  и  буржуазия  боролись  за  отмену  унии  1800  г.—
«рипил»  (по-английски  отмена)  —и  создание  ирландского
парламента.  Сторонники  этих  требований  называли  себя
 03

«рипилеграми».  Вожди  движения  рипилеров  использовали
исключительно  мирные  способы  борьбы  и  отмежевывались
от  крестьян,  требовавших  земли.  В  сущности  борьба  рипи-
леров  -носила  показной  характер:  они  стремились  привлечь
на  свою  сторону  народные  массы,  чтобы  добиться  уступок
от  англичан  в  интересах  ирландских  помещиков  и  буржуа¬
зии.
 В  40-х  годах  в  составе  ирландского  национального  дви¬
жения  возникло  более  левое  крыло,  называвшее  себя  «Мо¬
лодой  Ирландией».  В  состав  «Молодой  Ирландии»  входили
представители  различных  социальных  и  классовых  групп,
главным  образам  буржуазная  интеллигенция;  их  -объеди¬
няло  стремление  освободить  ирландский  народ.  Первое
время  эта  группа  ограничивалась  пропагандой  туманного
лозунга  «возрождения  ирландской  нации».  Однако  посте¬
пенно  в  ее  составе  выделилась  группа  людей,  которые  уже
не  довольствовались  расплывчатыми  формулами,  но  были
намерены  добиваться  полной  независимости  Ирландии  и
призвать  на  помощь  народ.  В  январе  1847  г.  возникла  Ир¬
ландская  конфедерация,  которая  ставила  своей  задачей
борьбу  за  полную  независимость  Ирландии.  Эта  организа¬
ция,  состоявшая  в  основном  из  мелкобуржуазных  элемен¬
тов  и  радикальной  интеллигенции,  отразила  также  некото¬
рые  социальные  чаяния  крестьянства  и  нарождающегося
ирландского  пролетариата.  Вождь  революционного  крыла
Конфедерации  Митчел  считал  необходимым  привлечь  к
борьбе  ирландское  крестьянство;  он  предложил  не  платить
налогов  и  бойкотировать  английские  власти.  Митчел  вы¬
двинул  лозунг  вооруженного  восстания  против  английско¬
го  владычества.  Другой  вождь  левого  крыла  Конфедера¬
ции,  Лалор,  сам  выходец  из  мелких  крестьян,  ратовал  за
предоставление  земли  ирландскому  пароду.  Однако  боль¬
шинство  членов  Конфедерации,  отражая  интерсы  мелко¬
буржуазных  кругов  и  опасаясь  подлинно  всенародной  борь  ¬
бы,  игнорировали  требования  крестьянства  и  старались
ограничить  размах  борьбы.  Обращаясь  с  революционными
призывами  к  народу,  они  на  деле  старались  оттянуть  ре¬
волюционное  выступление.
 Известия  о  революции  во  Франции  вдохновили  на  ре¬
шительные  действия  революционное  крыло  Конфедерации.
Однако  правые  вожди  Конфедерации  медлили  и  теряли
драгоценное  время.  Объявив  о  создании  национальной
 94

гвардии  для  борьбы  против  английского  владычества,  вож¬
ди  Конфедерации  не  принимали  никаких  мер  к  ее  воору¬
жению.  Таким  образом,  английское  правительство  имело
достаточно  -времени  для  принятия  контрмер.  В  Ирландии
было  введено  чрезвычайное  положение,  английское  прави¬
тельство  направило  в  Ирландию  дополнительные  воинские
силы  и  усилило  полицейские  репрессии.  Летом  1848  г.  по¬
следовал  арест  Лалора  (Митчел  был  арестован  еще  ранее),
восстание  было  обезглавлено.
 Усиление  народных  движений  одновременно  в  Англии
и  в  Ирландии  чрезвычайно  встревожило  английские  гос¬
подствующие  классы.  Эта  тревога  усугублялась  тем,  что
чартисты  теперь  открыто  заявили  о  своей  солидарности
с  освободительной  борьбой  ирландского  народа,  а  предста¬
вители  Ирландии  в  свою  очередь  выступали  на  митингах
чартистов  с  поддержкой  борьбы  английского  народа.  Еди¬
ный  фронт  ирландского  и  английского  народа  угрожал
господству  английской  буржуазии  в  обеих  странах.
 Между  тем  на  многочисленных  собраниях,  проходив¬
ших  по  всей  Англии,  начались  выборы  нового  чартистского
Копвента,  который  должен  был  собраться  в  Лондоне  в  на¬
чале  апреля.  В  состав  Конвента  были  избраны  самые  ак¬
тивные  и  испытанные  деятели  чартистского  движения,  в
том  числе  от  рабочих  крупного  промышленного  города  Га¬
лифакса  —  Эрнест  Джонс,  от  Ноттингема  —■  Гарни,  от  Лид¬
са  —  О’Коннор.  Делегатом  чартистского  Конвента  был  из¬
бран  также  представитель  ирландского  освободительного
движения.  Характерно  также  н  то,  что  в  составе  Нового
Конвента  не  оказалось  Ловетта  и  других  деятелей,  ском¬
прометировавших  себя  в  глазах  рабочих  сотрудничеством
с  буржуазией  и  настойчивой  пропагандой  исключительно
мирных  способов  борьбы.  Третий  чартистский  Конвент  был
составлен  по  преимуществу  из  людей,  которые  выступали
за  самые  решительные  действия  народа,  вплоть  до  вос¬
стания.
 В  действительности  же  многие  деятели  чартистского
Конвента,  выступавшие  столь  смело  и  решительно  на  мас¬
совых  митингах,  отнюдь  не  были  революционерами  и  до
конца  не  оставляли  надежд  на  мирный  исход  схватки
между  народом  и  буржуазией.  К  числу  таких  деятелей
принадлежал,  в  частности,  сам  О’Коннор.  Даже  те,  кто  го¬
тов  был  на  решительные  действия,  находились  в  большом
 95

затруднении,  когда  перед  ними  возникал  вопрос,  какие
конкретные  меры  следует  предпринять  в  случае,  если  все
попытки  мирного  воздействия  на  парламент  окажутся
тщетными.
 Несмотря  на  многократные  заверения  чартистских  ора¬
торов  на  публичных  митингах,  что  пора  петиций  безвоз¬
вратно  прошла,  на  деле  борьба  свелась  к  сбору  подписей
под  новой,  третьей,  петицией  в  парламент.  По  всей  стране
возобновился  сбор  подписей  под  этой  третьей  чар¬
тистской  петицией.  Правда,  отчасти  это  было  вызвано  же¬
ланием  использовать  единственную  легальную  форму  мас¬
совой  агитации.  Однако,  по-видимому,  многие  руководи¬
тели  чартистского  движения  по-прежнему  считали  петицию
единственным  методом  борьбы.
 4  апреля  1848  г.  в  Лондоне  открылись  заседания  третье¬
го  чартистского  Конвента.  На  первых  заседаниях  высту¬
павшие  делегаты  охарактеризовали  положение  на  местах.
Жизнь  рабочих  была  очень  тяжелой,  она  ухудшилась  в
последние  месяцы  под.  влиянием  обострения  экономиче¬
ского  кризиса:  всюду  царила  безработица,  нужда  и  голод.
Многие  ораторы  заявляли,  что  бесконечные  петиции  надое¬
ли  народу  и  он  ждет  от  Конвента  более  решительных  мер,
что,  по  мнению  большинства  избирателей,  метод  мораль¬
ного  давления  себя  исчерпал.  Однако  между  выступавши¬
ми  по-прежнему  не  было  единых  мнений  по  поводу  того,
что  именно  следует  предпринять  в  случае,  если  и  на  этот
раз  парламент  откажется  удовлетворить  требования  наро¬
да.  Многие  депутаты,  ссылаясь  на  господствующее  настрое¬
ние  среди  избирателей,  доказывали,  что  Конвент  не  имеет
права  расходиться  до  тех  пор,  пока  не  доведет  до  успеш¬
ного  конца  начатое  дело  и  не  добьется  принятия  Хартии.
 В  результате  обсуждения  этого  вопроса  Джонс  внес  ре¬
золюцию,  которая  предлагала  в  случае,  если  парламент
снова  отвергнет  Хартию,  объявить  Конвент  верховным  ор¬
ганом  страны  и  провести  в  один  и  тот  же  день  и  час  по
всей  стране  массовые  митинги  и  собрания.  Это  была  разно¬
видность  прежнего  плана  всеобщей  стачки.  В  обстановке
массовой  безработицы  и  нужды  рабочих,  а  также  учиты¬
вая  неудачный  опыт,  проект  всеобщей  стачки  Конвент
даже  не  обсуждал.
 После  долгих  дискуссий  программа  Джонса  в  основных
чертах  была  одобрена.  В  резолюции,  принятой  единоглас¬
 96

но,  намечался  следующий  план  действий.  Прежде  всего
Конвент  от  имени  народа  направит  королеве  записку  с  тре¬
бованием  роспуска  парламента  и  смещения  (правительства,
стоящего  у  власти,  поскольку  ни  парламент,  ни  правитель¬
ство  не  -способны  -внять  голо-су  народа.  Эту  записку  коро¬
леве  следует  обсудить  по  всей  стране  на  массовых  митин¬
гах,  которые  состоятся  в  один  и  тот  же  день  и  продемон¬
стрируют  единодушие  и  мощь  народа.
 Относительно  предложения  объявить  Конвент  постоян¬
но  действующим  органом  народной  воли,  способным
заменить  нынешний  парламент,  голоса  разделились:  неко¬
торые  делегаты,  в  том  числе  О’Брайен,  заявили,  что  Кон¬
вент,  хотя  и  избранный  огромным  числом  голосов  на  мас¬
совых  всенародных  митингах,  не  имеет  права  присваивать
себе  подобные  функции  и  что  для  этого  следует  избрать
другой  орган  —  Национальное  собрание,  для  чего  нужно
провести  по  всей  стране  новые  выборы,  привлекая  к  ним
максимальное  количество  участников.  После  прений  эта
поправка  была  Конвентом  принята.  Было  решено  делега¬
тов  Национального  собрания  избрать  на  массовых  митин¬
гах  до  21  апреля,  работу  Собрания  начать  24  апреля.
Национальное  собрание  должно  было  заседать  постоян¬
но  и  непрерывно  до  тех  пор,  пока  Хартия  не  станет
законом6.
 Между  тем,  сбор  подписей  под  новой  чартистской  пети¬
цией  подходил  к  концу,  и  возник  вопрос  о  ее  представле¬
нии.
 Конвент  принял  решение  внести  петицию  в  парламент
10  апреля  и  в  связи  с  этим  провести  в  столице  массовый
митинг,  а  после  митинга  направить  петицию  к  парламенту
в  сопровождении  народной  демонстрации.
 Это  решение  Конвента  чрезвычайно  встревожило  гос¬
подствующие  классы  и  антлийское  правительство,  опасав¬
шихся  ,  что  подобный  массовый  митинг  и  тем  более  демон¬
страция  могут  иметь  непредвиденные  последствия.  Прави¬
тельство  начало  лихорадочную  деятельность,  направленную
на  предотвращение  возможной  опасности.  В  парламент  был
срочно  внесен  закон  «Об  охране  короны  и  правительства»,
по  которому  предлагалось  объявить  всякие  речи  «мятеж¬
ного  характера»  преступлением,  а  виновных  ссылать  в  ко¬
лонии.  В  подкрепление  этого  неслыханного  акта  англий¬
ские  юристы  вытащили  на  свет  средневековый  закон,
 Н.  А.  Ерофеев
 97

который  карал  за  всякое  выступление,  «имеющее  целью
запугать  палаты  парламента».  Парламент  утвердил  этот  за¬
кон,  несмотря  на  то,  что  он  нарушал  одно  из  коренных
црав  английского  народа,  завоеванное  им  в  результате  мно¬
говековой  борьбы,—  праве  публичных  митингов.  Одновре¬
менно  был  принят  новый  закон  против  иностранцев,  по  ко¬
торому  власти  имели  право  без  промедления  высылать  из
Англии  всех  «нежелательных»  лиц  иностранного  проис¬
хождения.
 Кроме  того,  правительство  в  специальном  обращении  к
населению  Лондона  запретило  митинг  и  демонстрацию,
-назначенные  на  10  апреля,  и  призывало  граждан  воздер¬
жаться  от  участия  в  них  7'.
 Правительство  усиленно  готовилось  дать  отпор  демон¬
странтам.  В  дополнение  к  тем  значительным  военным  си¬
лам,  которые  обычно  находились  в  Лондоне,  сюда  были
стянуты  большие  воинские  части  из  всех  прилегающих
районов.  Помимо  этого  был  объявлен  набор  добровольцев
в  нерегулярные  части  (так  называемые  специальные  кон¬
стебли),  составлявшиеся  из  буржуазного  и  аристократиче¬
ского  населения  столицы.  Любопытно,  что  в  число  этих
специальных  констеблей  записался  будущий  император
французов  Наполеон  III,  племянник  Наполеона  I,  нахо-
ходившийся  в  это  время  в  вынужденной  эмиграции  —  в
этом  эпизоде  сказалась  солидарность  имущих  классов
обеих  стран.  В  общей  сложности  в  столице  было  сосредо¬
точено  и  находилось  в  распоряжении  правительства  около
500  тысяч  человек8.  Руководство  этой  громадной  армией
было  поручено  герцогу  Веллингтону,  который  считался
крупнейшим  военным  специалистом  и  стяжал  себе  славу
многими  военными  победами  во  время  войны  с  Наполео¬
ном.
 Военные  приготовления  правительства  не  ограничива¬
лись  Лондоном;  военный  флот  получил  приказ  быть  в  пол¬
ной  боевой  готовности  для  переброски  войск  в  любой  пункт
английского  побережья:  власти  опасались,  что  выступление
в  Лондоне  может  явиться  сигналом  для  восстания  чарти¬
стов  в  других  городах.
 10  апреля  Лондон  напоминал  скорее  военный  лагерь
накануне  сражения,  чем  столицу  государства  в  мирное  вре¬
мя.  Из  арсенала  в  Вуличе  в  город  были  привезены  тяже¬
лые  орудия  и  установлены  во  всех  стратегически  важных
 98

пунктах.  Государственные  упреждения  были  превращены  в
настоящие  крепости.  В  Адмиралтействе  (морском  мини¬
стерстве)  были  сосредоточены  части  морской  пехоты.  Все
служащие  главного  почтамта  были  вооружены.  Министер¬
ство  'иностранных  дел  забаррикадировало  окна  и  двери
фолиантами  правительственных  официальных  изданий
и  отчетов.  Особые  силы  были  выставлены  вокруг  тюрем,
а  церкви  были  превращены  в  бараки  для  солдат.  Особенно
внушительными  были  меры  но  охране  Английского  банка,
святыни  капиталистической  Англии:  его  охраняли  8  тысяч
солдат  и  вооруженных  полицейских,  в  дверных  проемах
и  окнах  стояли  заряженные  орудия.  Во  всех  стратегически
важных  местах  столицы  были  сосредоточены  крупные  от¬
ряды  полиции  и  солдат.
 Особенно  крупные  военные  силы  были  расположены  на
пути  вероятного  следования  демонстрантов.  Митинг  был
назначен  на  Кеннингтонском  лугу,  «на  правом,  южном  бе¬
регу  Темзы.  Чтобы  попасть  оттуда  к  зданию  парламента,
необходимо  было  пересечь  Темзу  но  одному  из  -многочис¬
ленных  мостов.  На  мостах  и  на  всем  пути  от  Кеннингтон-
ского  луга  до  парламента  все  перекрестки  и  прилегаю¬
щие  улицы  были  забиты  полицией  и  войсками.  Военные
отряды  были  готовы  по  первому  сигналу  выступить  против
демонстрантов.
 Несмотря  на  все  эти  внушительные  приготовления,
всяческие  увещания  и  призывы  правительства,  чартисты
не  отказались  от  своего  намерения  провести  митинг  и  де¬
монстрацию.  10  апреля,  в  девять  часов  утра,  за  час  до  от¬
крытия  назначенного  митинга,  чартистский  Конвент,  соб¬
равшись  на  заседание,  принял  решение  пройти  к  парла¬
менту  во  главе  народной  процессии.  Было  решено,  что  в
случае,  если  депутаты  по  какой-либо  причине  не  смогут
участвовать  в  демонстрации,  на  их  место  будут  немедлен¬
но  избраны  новые  представители  народа  9.
 Около  10  часов  утра  депутаты  Конвента  прибыли  к
месту,  назначенному  для  митинга.  К  этому  времени  вся
огромная  территория  была  заполнена  народом.  На  митинг
собралось  от  150  до  175  тысяч  человек  10.  Некоторые  орга¬
низации  прибыли  в  полном  составе  со  знаменами,  иногда
с  оркестрами.  На  флагах,  наряду  с  лозунгами  Хартии
были  выдны  надписи:  «Свобода,  равенство  и  братство»,
«Ирландия  для  ирландцев».  Отряд  ирландцев  прибыл  на
 99
 7*

площадь  (в  полном  боевом  порядке  под  национальным  зе¬
леным  знаменем.
 Вскоре  па  площадь  была  доставлена  петиция  в  сопро¬
вождении  большого  числа  чартистов.  Под  петицией  было
собрано  к  этому  времени  более  пяти  миллионов  подписей,
и  для  ее  перевозки  понадобился  экипаж,  который  был  зап¬
ряжен  четырьмя  лошадьми.  Вместе  с  петицией  на  митинг
прибыл  О’Коннор,  которому  как  депутату  парламента  вы¬
пала  честь  передать  эту  петицию  в  палату.
 О’Коннор  находился  в  затруднительном  положении.  На
протяжении  многих  лет  он  много  раз  публично  заявлял,
что  во  главе  многотысячной  массы  «постучится  в  ворота
парламента».  Теперь  овсе  чартисты  с  надеждой  смотрели
на  него.  Найдет  ли  он  в  себе  решимость  пренебречь  угро¬
зами  правительства?  От  поведения  О’Коннора  в  этот  день
зависело  очень  многое.
 Полицейские  власти,  убедившись  в  том,  что  несмотря
на  все  их  угрозы  и  приготовления,  народ  собрался  на  ми¬
тинг  и  для  его  запрещения  нет  никаких  законных  основа¬
ний,  а  попытка  сделать  это  силой  может  привлечь  за  собой
серьезные  последствия,  пошли  на  попятную:  полицейский
комиссар,  дежуривший  поблизости  от  площади,  по  указа¬
нию  правительства,  заявил,  что  не  возражает  против  про¬
ведения  митинга,  но  самым  решительным  образом  проти¬
вится  демонстрации.  Возможно,  если  бы  руководители
чартистов,  и  в  первую  очередь  О’Коннор,  проявили  бы  та¬
кую  же  твердость  цри  исполнении  намеченного  плана,  с
какой  действовал  народ,  то  властям,  вероятно,  снова
пришлось  бы  уступить.  Об  этом  свидетельствует  хотя  бы
такой  факт:  отряд  ирландцев  прошел  беспрепятственно  на
митинг  через  весь  город,  несмотря  на  запрет  властей.
 Однако  как  раз  решимости  О’Коннору  не  хватило:  он
немедленно  согласился  удовлетворить  требование  полицей¬
ского  комиссара  отменить  шествие  к  палате.  Поднявшись
на  трибуну,  он  обратился  к  собравшимся  с  длинной  речью,
смысл  которой  сводился  к  просьбе  мирно  разойтись  и  пре¬
доставить  остальное  сделать  ему  самому.
 «Я  умоляю  вас  именем  всемогущего  и  благостного  гос¬
пода,  который  ниспослал  нам  сегодня  яркое  солнце,  поз¬
вольте  мне  посоветовать  вам,  позвольте  мне  призвать  вас  —
я  готов  даже  стать  на  колени  перед  вами,  призывая  вас:
не  разрушайте  ныне  дела,  за  которое  я  боролся  всю  мою
 100

жизнь.  Этот  экипаж  содержит  петицию,  на  которой  имеют¬
ся  подписи  5700  тысяч  человек  ваших  соотечественников,
поднявших  голос  вместе  с  вами.  Эти  люди,  я  лично  и  вся
вселенная,  мы  ожидаем  от  вас  по  этому  случаю  (разумного
и  мирного  поведения,  достойного  граждан,  которыми  вы
являетесь».  О’Коннор  в  своей  речи  далее  заявлял,  что  он
никогда  не  покинет  дело  Хартии  и  готов  пожертвовать  за
нее  жизнью,  но  в  данный  момент  необходимо  во  что  бы  то
ни  стало  избежать  столкновения  и.  Другие  ораторы  под¬
держали  О’Коннора.
 Обращение  О’Коннора  возымело  свое  действие:  на¬
род  отказался  от  демонстрации  и  вскоре  разошелся  по
домам.
 Влияние  О’Коннора  на  массы  было  столь  велико,  что
весь  день  прошел  мирно:  следуя  совету  своего  вождя,  на¬
род  избегал  столкновений  с  полицией.  Несколько  мелких
стычек  было  вызвано  исключительно  поведением  полиции
и  специальных  констеблей.  Петицию  па  трех  повозках
доставили  в  палату  общин  в  »■  сопровождении  небольшой
группы  членов  Исполнительного  комитета  Чартистской
ассоциации.
 Такой  же  мирный  характер  носили  чартистские  демон¬
страции  в  других  городах.  В  частности,  большая  группа
рабочих  промышленного  района,  прилегающего  к  Манче¬
стеру,  пыталась  провести  демонстрацию  в  городе,  но  воен¬
ные  силы,  оцепившие  весь  центр,  не  пропустили  их.  Рабо¬
чие  были  вынуждены  вернуться.
 Мирный  характер  событий  10  апреля  окрылил  прави¬
тельство.  Реакция  осмелела.  Палата  общин  передала  пети¬
цию  в  специальную  комиссию  для  проверки  подписей.
Оказалось,  что  не  все  подписи  были  сделаны  сторонника¬
ми  Хартии:  среди  подписавшихся  оказались  имена  коро¬
левы  Виктории  и  герцога  Веллингтона.  Таким  путем
противники  Хартии  хотели  скомпрометировать  великое
народное  дело.  Комиссия  палаты  общин  воспользовалась
этим  обстоятельством,  чтобы  усомниться  во  всех  осталь¬
ных  подписях.  Черев  три  дня  на  заседании  13  апреля
представитель  комиссии  заявил,  что  она  просмотрела  все
5,7  миллионов  подписей  и  проверила  их,  и  что  действитель¬
ное  число  подписей  составляет  всего  1,9  мил.  человек12.
Разумеется  за  три  дня  проверку  такого  числа  подписей
комиссия  сделать  не  могла;  ее  заявление  ставило  своей
 101

целью  ослабить  впечатление,  которое  произвела  Хартия
на  современников.
 Однако  выводы  комиссии  позволили  палате  отказаться
от  рассмотрения  петиции.  Буржуазия  открыто  бросала
вызов  народу.  К  обсуждению  петиции  палата  вернулась
лишь  через  15  месяцев,  когда  волна  народных  движений
на  континенте  и  в  Англии  окончательно  спала,  а  с  ней
исчезла  угроза  существовавшим  порядкам.  Парламент
огромным  большинством  голосов  отверг  петицию  13.
 Поведение  парламента  вызвало  повсеместное  возмуще¬
ние  в  народе.  На  протяжении  апреля  и  мая  во  многих  горо¬
дах  и  промышленных  центрах  состоялись  бурные  митинги
протеста.  Кое-где  имели  место  столкновения  с  полицией
и  войсками,  в  частности  в  Эбер  дине  (Шотландия).  В  ряде
мест  рабочие  создавали  военизированные  отряды  нацио¬
нальной  гвардии,  проходили  военное  обучение  и  запаса¬
лись  оружием.  В  Манчестере  и  Лондоне  полиция  обнару¬
жила  и  конфисковала  склады  оружия.
 В  этот  момент  народ  более  всего  нуждался  в  едином
руководящем  центре  и  в  продуманной  тактике.  Однако  ру¬
ководство  оказалось  неспособным  выработать  новые  мето¬
ды  борьбы.  О’Коннор  предложил  в  Конвенте  начать  сбор
новых  петиций  парламенту.  Отвечая  ему,  многие  депута¬
ты  убедительно  даказали,  что  метод  петиций  окончательно
себя  дискредитировал  и  что  народ  требует  решительных
действий;  многие  предлагали  приступить  к  организации
вооруженной  народной  гвардии  по  образцу  ирландской
для  защиты  народных  прав,  но  и  это  предложение  не  по¬
лучило  поддержки.  После  продолжительных  прений  деле¬
гаты  Конвента  разъехались  по  местам  для  выяснения  на¬
строений  народной  массы  и  для  организации  выборов  в
Национальное  собрание.  По  всей  стране  возобновились
массовые  митинги;  их  участники  протестовали  против  по¬
литики  правительства,  против  запрещения  мирной  демон¬
страции  и  против  отклонения  парламентом  народной  пети¬
ции.  Многочисленные  митинги  прошли  21  апреля,  в  день,
намеченный  Конвентом.
 В  среде  руководителей  чартистского  движения  усили¬
лись  расхождения  по  вопросу  дальнейшей  тактики;  эти
разногласия  еще  более  ослабили  движение.  О’Коннор,  в
свое  время  поддержавший  резолюцию  о  созыве  Нацио¬
нального  собрания,  теперь  выступил  в  печати  против  этой
 102

идеи.  Несмотря  на  заявление  О’Коннора,  Конвент  боль¬
шинством  голосов  принял  резолюцию  созвать  Националь¬
ное  собрание  1  мая  14.  Не  сумев  выработать  новой  тактики
борьбы,  Конвент  поручал  осуществление  этой  задачи  На¬
циональному  собранию.
 Однако  и  Национальное  собрание  не  внесло  ничего  но¬
вого.  Начав  обсуждение  вопроса  о  применении  «физиче¬
ской  силы»,  собрание  вскоре  прекратило  это  обсуждение,
не  приняв  никакого  решения.  Вся  практическая  работа
собрания  свелась  к  принятию  нескольких  резолюций,
имевших  чисто  теоретическое  значение  (о  поддержке
борьбы  ирландского  народа  и  об  отделении  церкви  от  госу¬
дарства)  ,  да  к  опубликованию  воззвания  к  рабочему  клас¬
су,  в  котором  в  ярких  чертах  описывались  страдания  и  ли¬
шения  рабочих.  13  мая  Национальное  собрание  также
разошлось  15.
 Таким  образом,  чартистское  движение  осталось  без  ру¬
ководства.  Вслед  за  неудачей  10  апреля  это  внесло  даль¬
нейшую  дезорганизацию.
 В  конце  июня  в  Англию  поступили  известия  о  жесто¬
ком  подавлении  восстания  парижских  рабочих,  которое
явилось,  по  выражению  В.  И.  Ленина,  первой  великой
гражданской  войной  между  пролетариатом  и  буржуа¬
зией  16.  Французская  буржуазия  потопила  восстание
рабочих  в  крови.
 События  во  Франции  еще  более  обескуражили  чарти¬
стов.  Эти  неудачи,  следуя  одна  за  другой,  надломили  ре¬
волюционный  дух  английских  рабочих.  Начался  спад  по¬
литической  активности  рабочего  класса.
 Неудачей  закончилась  и  попытка  восстания  в  Ирлан¬
дии  в  июле  1848  г.  Мелкобуржуазные  лидеры  Ирландской
конфедерации  своей  медлительной  политикой  дали  пра¬
вительству  возможность  принять  предупредительные  меры
и  ликвидировать  наиболее  видных  руководителей  левого
революционного  крыла  Конфедерации.  В  конце  июля  ста¬
ло  известно,  что  правительство  намерено  отменить  действие
конституционных  гарантий  личности  в  Ирландии,  чтобы
покончить  с  участниками  национально-освободительного
движения.  Перед  деятелями  Конфедерации  встал  воп¬
рос  —  бороться  или  сдаться  без  боя.  Только  в  этот  момент
мелкобуржуазное  руководство  Конфедерации  отдало,  на¬
конец,  приказ  о  восстании,  назначив  его  на  22  июля.  Одна
 103

ко  благоприятный  момент  был  упущен.  Восстание,  вылив¬
шееся  в  несколько  разрозненных  стычек  с  войсками,  было
скоро  подавлено,  а  его  участники  сосланы  на  каторгу  в
колонии.
 Волна  массовых  репрессий  затронула  и  чартистское
движение:  английская  буржуазия  жестоко  мстила  за  пере¬
житый  ею  испуг.  Правительство  провело  новый  закон,
запрещавший  сбор  подписей  под  петициями,  по  его  указа¬
нию,  власти  на  местах  запрещали  массовые  митинги  и  де¬
монстрации  и  беспощадно  разгоняли  их.  Возобновились
массовые  аресты:  в  одном  Лондоне  было  арестовано  более
300  человек  17.  За  решеткой  снова  оказалось  большинство
руководителей  чартизма,  в  том  числе  Эрнест  Джонс.  Все
они  были  приговорены  к  тюремному  заключению  на  раз¬
личные  сроки;  Джонс  получил  два  года  тюрьмы:  буржуаз¬
ный  состав  присяжных  не  колебался  цри  вынесении  обви¬
нительных  приговоров.  Судебные  процессы  цредставляли
собой  пародию  на  правосудие.

Глава  седьмая
 С  " 	   ' 	*
 ЧАРТИСТСКОЕ  ДВИЖЕНИЕ
ПОСЛЕ  1848  г.
 На  1848  год  приходится  подъем  матового  народного
 движения  за  Хартию.  В  последующие  годы  наступил  спад.
Неудачи,  разочарования  и  репрессии  способствовали  отхо¬
ду  от  движения  некоторых  его  сторонников.
 Под  влиянием  событий  1848  г.  чартистское  движение
освободилось  от  последних  попутчиков  из  среды  мелкой
буржуазии.  Они  начали  отходить  от  чартизма  еще  в  начале
1848  г.,  когда  на  чартистских  митингах  все  громче  стали
звучать  социальные  требования  рабочего  класса  и  разда¬
ваться  призывы  в  борьбе  за  свои  права  применить  силу.
Июньское  восстание  французского  пролетариата,  а  затем
ирландское  восстание  окончательно  отпугнуло  мелкую
буржуазию  от  пролетариата.  Чартизм  становится  чисто
пролетарским  движением.
 Вслед  за  мелкой  буржуазией  после  1848  г.  ряды  чартиз¬
ма  стали  покидать  и  все  другие  колеблющиеся  нерешитель¬
ные  элементы.
 В  частности,  О’Коннор,  много  лет  стоявший  во  главе
движения  и  в  свое  время  выступавший  против  какого-
либо  союза  с  буржуазией,  полностью  изменил  свои  пози¬
ции.  Его  газета  «Северная  звезда»,  бывшая  в  свое  время
органом  революционного  крыла  чартистов,  перешла  к  про¬
паганде  буржуазного  радикализма.  Эта  эволюция  О’Кон¬
нора  подорвала  в  рабочем  классе  доверие  к  нему,  ослаб¬
ленное  поведением  в  апрельские  дни  1848  г.  Крах  Земель¬
ного  общества  окончательно  свел  его  влияние  на  нет.
 105

Отошел  окончательно  от  движения  и  О’Брайен,  еще  до
 1848  г.,  проявивший  тенденции  к  соглашательству  с  буржу¬
азией  и  поставивший  в  центре  своей  деятельности  пропа¬
ганду  бумажных  денег  и  национализацию  земли.
 Однако,  несмотря  на  все  пережитые  неудачи,  передовые
рабочие  не  поддались  настроениям  разочарования  и  неве¬
рия,  которые  начали  распространяться  в  эти  годы.  Неудачи
лишь  побудили  их  критически  пересмотреть  прежние  пози¬
ции,  переосмыслить  старые  лозунги  борьбы  и  наметить
новые  пути.
 Главный  урок,  который  революционные  чартисты  из¬
влекли  из  своей  борьбы,  заключался  в  том,  что  они  стали
понимать  ограниченность  прежней  программы  движения,
ставившей  задачу  преобразования  политического  строя.
Необходимо  было  решать  также  вопрос  о  создании  проле¬
тарской  партии,  вооруженной  идеями  социализма,  т.  е.  о
слиянии  социализма  и  рабочего  движения.
 Маркс  и  Энгельс,  находившиеся  в  Англии,  поддержи¬
вали  тесные  связи  с  чартистским  движением.  Через  пред¬
ставителей  революционного  левого  крыла  чартизма  они
оказывали  влияние  на  процесс  складывания  революцион¬
ной  социалистической  партии.
 Большую  положительную  роль  в  сплочении  сил  про¬
летарского  чартизма  в  1849—1851  гг.  сыграл  Гарни.  Пер¬
вое  время  после  апрельских  событий  1848  г.  он  активно  со¬
трудничал  в  газете  «Северная  звезда»,  пропагандируя  не¬
обходимость  нового  сплочения  сил  для  продолжения  борь¬
бы.  Однако  по  мере  того  как  О’Коннор  отказывался  от  сво¬
их  прежних  идеалов,  литературная  деятельность  Гарни  в
этой  газете  становилась  все  более  затруднительной.  Весной
 1849  г.,  когда  О’Коннор  'окончательно  перешел  на  сторону
буржуазных  радикалов,  Гарии  был  вынужден  с  ним  пор¬
вать.  Для  продолжения  своей  деятельности  он  основал  два
новых  органа  печати  —  «Красный  распубликанец»  и  «Де¬
мократическое  обозрение».  Излагая  программу  чартизма  на
новом  этапе,  газета  «Красный  республиканец»  в  нервом  но¬
мере  писала:
 «Чартизм  1850  г.  представляет  собой  нечто  отличное  от
чартизма  1840  г.  Руководители  английского  пролетариата
доказали,  что  они  —  истинные  демократы...  Они  перешли
от  идеи  простой  политической  реформы  к  идее  социальной
революции»  \
 106

Маркс  и  Энгельс  решительно  поддерживали  Гарни  в  его
борьбе  за  новые  принципы  чартизма.  В  журналах  Гарни
были  опубликованы  некоторые  важные  произведения  науч¬
ного  социализма,  в  частности  впервые  на  английском  язы¬
ке  был  опубликован  «Манифест  коммунистической  пар¬
тии».  Некоторые  статьи  Энгельса  были  написаны  специаль¬
но  для  этих  журналов.  Произведения  классиков  марксизма
сыграли  большую  роль  в  воспитании  передовых'англий¬
ских  рабочих  в  духе  научного  социализма.
 Летом  1850  г.  из  тюрьмы  вышел  и  другой  видный  пред¬
ставитель  левого  крыла  чартистского'  движения  Эрнст
Джонс.  Тяготы  тюремного  заключения  не  сломили  духа
этого  замечательного  деятеля  революционного  чартизма.
Он  занялся  активной  пропагандой  Хартии,  призывая  к
сплочению  и  организации  рабочих  и  к  выработке  социали¬
стической  программы.  Выступая  в  Манчестере  вскоре  пос¬
ле  своего  освобождения,  он  говорил:  «Два  года  или  более
тому  назад  я  попал  в  тюрьму  за  три  слова.  Эти  слова  были:
организуйтесь,  организуйтесь,  организуйтесь.  И  теперь,
через  два  или  более  года  после  того,  я  вновь  выступаю  пе¬
ред  вами  для  того,  чтобы  выдвинуть  этот  магический  ло¬
зунг  спасения.  И  сегодня  я  опять  говорю  вам:  организуй¬
тесь,  организуйтесь,  организуйтесь»  2.
 Джонс  активно  сотрудничал  сначала  в  журналах  Гарни,
а  затем,  с  весны  1851  г.,  начал  издание  своего  собственного
журнала  под  названием  «Заметки,  обращенные  к  народу»,
а  с  мая  1852  г.  начал  издание  «Народной  газеты».  Послед¬
няя  выходила  вплоть  до  1858  г.  и  явилась  лучшим  органом
революционного  чартизма.  В  течение  первых  лет  существо¬
вания  «Народной  газеты»  Маркс  и  Энгельс  принимали  в
ней  активное  участие,  опубликовав  ряд  своих  произведений.
 Маркс  и  Энгельс  переписывались  с  Гарни  и  Джонсоном,
давали  им  советы  по  важнейшим  вопросам  движения,  по¬
могали  решению  настоятельных  проблем.
 В  результате  энергичной  деятельности  таких  чартистов,
как  Гарни  и  Джонс,  уже  в  1850  г.  наметилось  новое  ожив¬
ление  движения.  Джонс,  посетивший  ряд  промышленных
городов  и  центров  страны  с  докладами  и  лекциями,  повсю¬
ду  встретил  горячую  поддержку.  Митинги  чартистов  соби¬
рали  довольно  значительную  аудиторию.
 Буржуазные  радикалы,  желая  воспользоваться  времен¬
ными  трудностями,  которые  переживало  чартистское  дви¬
 107

жение,  выдвинули  после  1848  г.  лозунги  умеренных  ре¬
форм.  Пользуясь  привязанностью  рабочего  класса  к  идее
Хартии,  буржуазия  выдвинула  лозунг  «малой  хартии»,  т.  е.
хартии  урезанных  требований.  Усилили  свою  активность
и  другие  буржуазные  деятели,  выступавшие  с  лозунгами
умеренных  реформ.
 Чартисты  дали  отнор  этим  попыткам.  В  конце  1850  г.
Исполком  Национальной  чартистской  ассоциации  принял
обращение  к  рабочим,  в  котором  писал,  что  единственным
лозунгом  организованного  чартистского  движения  остается
Хартия.  О'Коннор,  выступивший  против  обращения,  с  это¬
го  момента  фактически  отошел  от  движения.
 Важным  этапом  в  развитии  чартизма  явился  созыв  в
1851  г.  Общенационального  конвента  Национальной  чар¬
тистской  ассоциации,  который  сыграл  важную  роль  на  пути
к  созданию  социалистической  партии.
 Конвент  собрался  в  Лондоне  31  марта  1851  г.
Задача  Конвента  состояла  в  объединении  всех  чартистских
сил  и  выработке  плана  действий  на  предстоящий  период.
Конвент  большинством  голосов  принял  решение  о  том,  что
чисто  политическая  программа,  выраженная  в  Хартии,  дол¬
жна  быть  дополнена  требованиями  социальных  реформ,  и
приступил  к  разработке  такой  программы.  Вводная  часть
программы  гласила:  «Конвент  придерживается  того  мне¬
ния,  что  политические  изменения  безрезультатны,  если  они
не  сопровождаются  изменениями  социальными,  что  чар¬
тистское  движение  в  конце  концов  потерпит  неудачу,  если
оно  не  будет  знакомо  с  наукой  об  обществе».  Программа
обращалась  к  трудовому  населению  —  рабочим,  ремеслен¬
никам,  арендаторам,  а  также  мелким  торговцам,—  обещая
им  «положительную,  непосредственную  и  долговременную
выгоду»  и  улучшение  их  положения.
 Стремясь  (Привлечь  на  свою  сторону  широкие  слои  на¬
рода,  Конвент  принял  обширную  программу  политических
и  социальных  преобразований.
 Программа  состояла  из  двенадцати  разделов.  Она  пре¬
дусматривала  национализацию  земли,  отделение  церкви  от
государства,  бесплатное  образование,  предоставление  по¬
мощи  нетрудоспособным,  отмену  постоянной  армии  и  фло¬
та  и  полную  свободу  печати.  Один  раздел  программы  был
посвящен  труду:  он  выдвигал  государственное  поощрение
и  кредитование  кооперативных  общин.  Развитие  производ¬
 108

ственных  кооперативов  программа  считала  шагом  к  «осво¬
бождению  труда  из  его  угнетенного  положения  и  в  каче¬
стве  средства  для  уничтожения  рабства  заработной  платы»,
переходной  ступенью  к  замене  частнособственнической
системы  системой,  основанной  на  совместном  владении  ра¬
бочих  средствами  производства.
 Программа  предполагала  создание  кооперативных  пред¬
приятий  не  только  в  ^промышленности,  но  и  в  сельском
хозяйстве:  в  разделе  о  земле  указывалось,  что  государство
будет  поощрять  создание  товариществ  для  совместной  об¬
работки  земли3.  Таким  образом,  программа  намечала  прак¬
тические  мероприятия  к  созданию  системы  кооперативного
производства  в  городе  и  деревне,  т.  е.  были  намечены  пер¬
вые  шаги  к  построению  социалистического  общества.  Про¬
грамма  в  целом  свидетельствовала  о  значительном  идейном
росте  чартистского  движения,  более  высокой  его  ступени,
о  начавшемся  превращении  его  в  движение  социалисти¬
ческое.
 Наряду  с  выработкой  программы  Конвент  1851  г.  реши¬
тельно  высказался  за  сохранение  самостоятельности  чар¬
тистского  движения,  против  всякого  объединения  с  бур¬
жуазными  реформаторами,  за  которое  выступали  некото¬
рые  деятели  чартизма.  Конвент  принял  решение  начать
новую  кампанию  в  пользу  Хартии;  для  этого  необходимо
было  возобновить  митинги  и  сбор  подписей  под  новой
петицией  в  пользу  Хартии.  На  этот  раз  петиция  была  для
чартистов  отнюдь  не  самоцелью,  но  лишь  средством  моби¬
лизации  общественного  мнения.  Наряду  с  этим  Конвент
поставил  перед  чартистами  задачу  самого  активного  уча¬
стия  в  политической  борьбе,  предложив  всюду,  где  можно,
выдвигать  собственных  кандидатов  в  парламент  для  агита¬
ции  в  пользу  Хартии  4.
 В  дальнейшем  чартисты  приняли  активное  участие  в
политической  жизни.  В  период  избирательных  кампаний
они  выдвигали  своих  кандидатов,  которые  при  первона¬
чал  ьном  голосовании  всюду  собирали  большинство  голосов.
Митинги  избирателей  давали  возможность  чартистам  обра¬
щаться  к  широким  массам  с  пропагандой  своих  взглядов.
Конечно  при  окончательном  голосовании  в  парламент  про¬
ходили  кандидаты  буржуазии,  но  результаты  такого  голо¬
сования  были  наглядным  разоблачением  негодной  (полити¬
ческой  системы,  обрекшей  народ  на  бесправие,  и  самой
 109

наглядной  пропагандой  в  пользу  изменения  существующих
порядков,  т.  е.  в  пользу  Хартии.
 Чартизм  продолжал  играть  значительную  роль  в  по¬
литической  жизни  Англии.  Чартистские  ораторы  и  пропа¬
гандисты  находили  много  слушателей  в  рабочей  среде.
Чартисты  сделали  попытку  теснее  связаться  с  профессио¬
нальными  союзами.  Еще  Конвент  1851  г.  в  своем  решении
указал  на  необходимость  начать  активную  пропаганду
Хартии  среди  тред-юнионов.  Вскоре  возникла  благоприят¬
ная  обстановка  для  этого.  В  1852  г.  некоторые  отряды  ра¬
бочих,  в  частности  машиностроители,  выдвинули  требова¬
ния  о  повышении  заработной  платы.  В  1853  г.  кампания
за  повышение  заработной  платы  охватила  широкие  слои
рабочего  класса.  На  этой  почве  возникло  стачечное  движе¬
ние.
 Предприниматели  отвергли  требования  рабочих  и  за¬
ключили  между  собой  соглашение:  совместными  силами
оказать  отпор  рабочим.  Летом  1853  г.  капиталисты  объяви¬
ли  массовый  локаут.  Особенно  ожесточенный  характер
борьба  предпринимателей  против  рабочих  приняла  в  фаб¬
ричном  городе  Престоне  (возле  Манчестера):  здесь  оста¬
новились  почти  все  текстильные  фабрики.  Рабочие  тех
предприятий,  которые  продолжали  работать,  делали  отчис¬
ления  в  пользу  уволенных.
 В  связи  с  обострением  классовой  борьбы  заметно  ожи¬
вилась  деятельность  чартистских  организаций.  Возобнови¬
ли  свою  работу  чартистские  ассоциации,  созданные  ранее,
в  ряде  мест  возникли  новые.  В  промышленных  районах
были  проведены  массовые  митинги  рабочих  в  поддержку
Хартии.
 В  конце  1853  г.  Джонс,  общепризнанный  лидер  чартиз¬
ма,  выдвинул  план  созыва  общеавглийского  Рабочего  пар¬
ламента,  который  мог  бы  руководить  развертывающимся
в  стране  стачечным  движением  и  борьбой  за  Хартию.  Ра¬
бочий  парламент  должен  был  избрать  авторитетный  цен¬
тральный  орган,  возглавляющий  массовую  борьбу.
 План  Джонса  нашел  многочисленных  сторонников.
6  марта  1854  г.  в  Манчестере  начал  свои  заседания  Рабо¬
чий  парламент,  избранный  рабочими  по  всей  стране.
 Заседания  Рабочего  парламента  возбудили  надежду,  что
чартистское  движение  вновь  стало  приобретать  прежнюю
силу  и  влияние.
 110

К.  Маркс,  приглашенный  па  заседания  Рабочего
парламента,  но  не  имевший  возможности  прибыть  лично,
направил  в  парламент  письмо.  Указав  на  великие  задачи,
которые  стоят  перед  английским  рабочим  классом  в  деле
освобождения  труда  Маркс  писал: 	«Если  Рабочий
 парламент  останется  верным  той  идее,  которая  вы¬
звала  его  к  жизни,  будущий  историк  запишет,  что
в  1854  г.  в  Англии  было  два  парламента  —  парламент  в
Лондоне  и  парламент  в  Манчестере,  парламент  богатых
и  парламент  бедных,—  но  что  .настоящие  люди  заседали
только  в  парламенте  рабочих,  а  не  в  парламенте  хозяев»  5.
 Рабочий  парламент  создал  новое  руководство  массовым
движением  за  Хартию  в  лице  Исполнительного  комитета
и  разработал  программу  развития  кооперативного  движе¬
ния.  Большие  надежды,  которые  руководители  чартистско¬
го  движения  связывали  с  Рабочим  парламентом  и  с  разви¬
тием  массового  движения  за  Хартию,  не  оправдались.
Оживление  оказалось  кратковременным,  политическая  ак¬
тивность  рабочего  класса  продолжала  падать.  Исполнитель¬
ный  комитет,  созданный  Рабочим  парламентом,  вскоре  пре¬
кратил  свою  работу  за  отсутствием  поддержки  и  неимени¬
ем  средств.  Организация  чартистов  одна  за  другой  прекра¬
щали  существование.  Чартизм  медленно  угасал,  его  влия¬
ние  на  рабочих  падало.  Один  за  другим  деятели  чартизма
покидали  «его  ряды.  В  1853  г.  от  чартизма  отошел  Гарни.
Дольше  всех  сохранял  верность  принципам  чартизма
Джонс,  однако  и  он  в  1856  г.  пошел  на  сближение  с  бур¬
жуазно-радикальными  элементами  а  в  1858  г.  заключил  с
ними  союз,  отказавшись  от  чартистской  программы.  После
1858  г.  чартизм  окончательно  сходит  с  политической  сцены.
 Причины  упадка  чартизма  и  его  окончательной  гибели
коренились  в  экономическом  и  социальном  развитии
Англии  тех  лет.
 В  середине  XIX  в.  Англия  была  самой  богатой  держа¬
вой  мира.  Ее  промышленность  была  самой  передовой  и  на¬
иболее  развитой.  Английские  товары  успешно  распродава¬
лись  на  всех  рынках  мира,  вытесняя  товары  других  стран.
Промышленное  превосходство  Англии  было  ярко  проде¬
монстрировано  на  всемирной  выставке,  которая  состоялась
в  Лондоне  в  мае  1851  г.,  в  огромном  специально  построен¬
ном  здании  из  стали  и  стекла.  Английские  товары  и  маши¬
ны,  представленные  на  выставке,  поражали  воображение
 111

современников,  доказывая  неоспоримое  преимущество  Ан¬
глии  в  промышленном  развитии  по  сравнению  «с  другими
странами  Европы.
 Англия  в  эти  годы  превосходила  другие  страны  не
только  в  области  промышленности,  но  и  в  морском  деле.
Англия  ранее  других  стран  приступила  к  строительству
пароходов,  а  затем  к  сооружению  судов  из  металла.  Ан¬
глийский  флаг  господствовал  на  всех  морях  и  океапах,  на
английских  судах  перевозились  товары  и  продукты  всех
стран.  Английская  страховая  фирма  Ллойда  стала  мировым
центром  морского  страхового  дела.
 Англия  главенствовала  также  и  в  мировой  торговле.
Лондонская  биржа  и  Английский  банк  стали  мировым  цен¬
тром  торговых  и  финансовых  сделок,  английская  валюта  —
фунт  стерлингов  —  мировой  расчетной  единицей  в  сдел¬
ках  между  отдельными  странами.  Английская  буржуазия,
обладавшая  огромными  богатствами,  имела  возможность
кредитовать  иностранную  торговлю,  получая  при  этом
большую  прибыль.  Характеризуя  роль  Англии  в  мировой
экономике,  Маркс  в  конце  1848  г.  писал,  что  она  господ¬
ствует  на  мировом  рынке6.
 Одним  из  важнейших  источников  богатства  англий¬
ской  буржуазии  были  колонии,  захваченные  ею  в  различ¬
ных  частях  света.  Под  властью  англичан  находились  Ин¬
дия,  Австралия,  Канада,  Южная  Африка,  многие  острова
Вест-Индии.  Английская  буржуазия  получала  из  этих  ко¬
лоний  необходимое  ей  сырье  и  продовольствие  и  направля¬
ла  туда  свои  товары.  Гавани  и  порты  этих  стран  служили
опорными  точками  для  английского  флота.  Английские
имущие  классы,  беспощадно  эксплуатируя  колониальные
народы,  получали  большие  доходы.
 Монопольное  положение,  которое  занимала  Англия  в
мировой  экономике,  определило  мощный  подъем  англий¬
ской  промышленности  и  торговли,  быстрое  увеличение  вы¬
воза.  Преимущества  английской  промышленности  особен¬
но  отчетливо  стали  сказываться  после  того,  как  английский
парламент  отменил  все  ограничения  английской  внешней
торговли  и  судоходства,  уничтожил  пошлины.  Свободная
торговля  оказалась  для  английской  буржуазии  чрезвычай¬
но  выгодной:  отмена  пошлин  позволила  далее  снизить  цены
на  английские  товары  и  таким  образом  обеспечить  им  еще
более  широкий  рынок.  Английская  экономика  после  1848  г.
 112

вступила  в  полосу  подъема.  Фабричное  производство  быст¬
ро  росло,  обеспечивая  работой  многочисленный  пролетари¬
ат.  Безработица  уменьшилась.  В  положении  английских
рабочих  наступило  улучшение.
 Огромные  прибыли,  получаемые  английской  буржуа¬
зией  в  результате  промышленной  и  торговой  монополии,
а  также  эксплуатация  колоний  позволили  ей  начать  новую
политику  в  отношении  рабочего  класса.
 Английская  буржуазия  сознательно  пошла  на  увеличе¬
ние  заработной  платы  некоторым  категориям  рабочих,  наи¬
более  квалифицированнъгм  и  нужным,  искусственно  созда¬
вая  слой  рабочей  аристократии.  Подкупив  эту  прослойку
высокими  заработками,  капиталисты  надеялись  в  ее  лице
создать  силу,  противостоящую  остальной  части  рабочего
класса,  внести  в  ряды  рабочего  класса  раскол.  Уроки  чар¬
тистского  движения  показали  буржуазии,  какие  огромные
революционные  возможности  таятся  в  рабочем  классе  и
насколько  опасно  их  недооценивать.  Поэтому  буржуазия
предпочла  пойти  на  уступки  одной  части  рабочего  класса,
чтобы  застраховать  себя  от  опасности  революции.  Харак¬
теризуя  этот  курс  английской  буржуазии,  Энгельс  в  пись¬
ме  Марксу  в  1858  г.  писал:  «...английский  пролетариат
фактически  все  более  и  более  обуржуазивается,  так  как  эта
самая  буржуазная  из  всех  наций  хочет,  по-видимому,  дове¬
сти  дело  в  конце  концов  до  того,  чтобы  иметь  буржуазную
аристократию  и  буржуазный  пролетариат  рядом  с  буржу¬
азией»  7.
 Разумеется,  слой  этой  рабочей  аристократии  был  весь¬
ма  незначительным,  подавляющее  большинство  рабочих
почти  ничего  но  получило  от  процветания  английского
капитализма.
 Несмотря  на  это,  значение  уступок,  сделанных  буржуа¬
зией,  было  весьма  ощутимым,  они  оказали  влияние  на  всю
идеологию  английского  рабочего  движения  этих  лет.  Неко¬
торое,  даже  незначительное  улучшение  положения  отдель¬
ных  слоев  рабочего  класса  породило  в  широких  массах
иллюзию,  что  в  условиях  капитализма  имеется  возмож¬
ность  улучшить  положение  всех  рабочих,  что  этого  можно
добиться  без  борьбы,  путем  полюбовного  соглашения  с  хо¬
зяевами.  Так,  английская  буржуазия  искусственно  приви¬
вала  рабочим  веру  в  капитализм,  отвлекала  их  от  классо¬
вой  борьбы,  внедряя  буржуазную  идеологию  в  рабочую
 8  Н.  А.  Ерофеев
 113

среду.  Наиболее  полное  выражение  эта  идеология  получила
в  так  называемом  тред-юнионизме.
 Тред-юнионизм  отрицает  классовую  борьбу  и  самостоя¬
тельность  задач  рабочего  движения,  он  стремится  ограни¬
чить  деятельность  рабочих  союзов  борьбой  за  улучшение
условий  продажи  рабочей  силы,  он  не  помышляет  об  унич¬
тожении  наемного  рабства  вообще  и  поэтому  в  конечном
счете  остается  на  позициях  защитника  капиталистического
строя.  Не  признавая  противоположности  классовых  инте¬
ресов  буржуазии  и  пролетариата,  тред-юнионист  избегает
стачек,  острых  и  длительных  конфликтов  с  предпринима¬
телями,  старается  договориться  по  спорным  вопросам,
нутем  уступок  и  компромиссов.  По  мнению  тред-юниони¬
стов  профсоюзы  представляют  собой  не  боевые  органы
рабочего  класса,  а  скорее  общества  взаимной  помощи.
 Такого  рода  взгляды  породили  в  эти  годы  в  Англии
новый  тип  профессиональных  союзов.  Основные  функции
таких  союзов  ограничивались  взаимной  помощью,  главным
образом  в  случае  безработицы  и  болезни  (страхования  от
безработицы  и  болезни  в  те  годы  в  Англии  не  существова¬
ло).  Союз  выдавал  также  пособия  семье  в  случае  смерти
кормильца  и  при  других  несчастных  обстоятельствах.  Для
проведения  в  жизнь  своей  программы  необходимо  было
иметь  в  кассе  союза  значительные  средства,  и  поэтому  в
члены  таких  союзов  принимали  лишь  хорошо  оплачивае¬
мых  рабочих,  имевших  возможность  платить  высокие  член¬
ские  взносы.  Подобные  союзы  начали  зарождаться  в
Англии  еще  в  40-х  годах,  но  широкое  распространение
они  получили  уже  в  следующем  десятилетии.  Возникнове¬
ние  подобных  союзов  говорило  о  влиянии  буржуазной
идеологии  на  пролетариат.  Характерная  для  чартизма
непримиримая  враждебность  к  буржуазии  стала  постепен¬
но  уступать  место  новым  тенденциям:  аполитичности,  при¬
мирению  с  капиталистической  действительностью.
 Такова  была  объективная  обстановка,  обусловившая
упадок  политической  сознательности  и  активности  рабоче¬
го  класса,  а  вместе  с  тем  и  упадок  чартистского  движения.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
 Чартистское  движение  не  привело  английский  рабочий
класс  к  победе:  несмотря  на  грандиозный  размах  народной
борьбы,  английская  буржуазия  отказалась  принять  Хар¬
тию.  Политический  строй  Англии  остался  еще  на  многие
годы  без  всяких  изменений.
 И  однако,  несмотря  на  это,  чартистское  движение  имело
огромное  историческое  значение  и  чрезвычайно  важные
последствия.
 История  возложила  на  английский  рабочий  класс  в  эти
годы  большую  задачу.  Англия  —  самая  богатая  страна  и
одна  из  самых  могущественных  стран  капиталистического
мира  в  то  время  —  играла  крайне  реакционную  роль  в  ми¬
ровой  политике,  поддерживая  самые  реакционные  силы
в  других  странах.  Противодействуя  политике  своего  прави¬
тельства,  английский  пролетариат  способствовал  ослабле¬
нию  реакции  во  всем  мире.  Победа  английского  пролета¬
риата  над  английской  буржуазий  означала  бы  победу
народа  над  силами  реакции  во  всем  мире.  Маркс  в  1847  г.
говорил:  «...Победа  английских  пролетариев  над  англий¬
ской  буржуазией  имеет  решающее  значение  для  победы
всех  угнетенных  над  их  угнетателями»  *.
 Рабочий  класс  в  Англии  ранее,  чем  в  других  странах,
сложился  в  мощную  общественную  силу.  Ф.  Энгельс  в
своей  работе,  посвященной  положению  английских  рабо¬
чих,  писал  -в  1844  г.,  что  «в  своей  завершённой  классиче¬
ской  форме  условия  существования  пролетариата  имеются
только  в  Великобритании...»  2.  Именно  здесь,  писал  Энгельс
 115 	8“

в  1848  г.,  сложился  «самый  многочисленный/  самый  кон¬
центрированный,  самый  классический  пролетариат...»3,
который  уже  в  это  время,  по  выражению  Маркса,  составлял
«огромное  большинство  населения»  4.  В  силу  этого  проти¬
воположность  классовых  интересов  буржуазии  и  пролета¬
риата  приняла  в  Англии  особенно  отчетливые  формы,  и
классовая  борьба  между  ними  приобрела  ожесточенный
характер.  В  результате  английский  пролетариат  уже  к  30-м
годам  осознал  себя  особым  классом  общества  и  поставил
перед  собой  задачи  (прежде  всего  захват  власти  и  исполь¬
зование  ее  в  интересах  всех  угнетенных  классов  общества),
которые  не  могли  быть  решены  при  существовавшем  тогда
общественном  строе.  Требование  всеобщего  избирательно¬
го  права,  которое  выдвинули  чартисты,  в  тогдашних  усло¬
виях  означало  не  что  иное,  как  «господство  рабочего  клас¬
са,  вместо  господства  класса  буржуазии»  5.
 Чартисты  не  ставили  перед  собой  задачи  совершить  на¬
сильственное  ниспровержение  всех  существующих  полити¬
ческих  и  социальных  учреждений.  И  однако,  надежда
чартистов  овладеть  государственной  властью  мирным
путем  отнюдь  не  была  утопической.  При  огромной  числен¬
ности  рабочего  класса,  при  его  организованности  и  созна¬
тельности,  при  отсутствии  в  Англии  значительных  военных
сил  и  развитой  бюрократической  системы,  т.  е.,  иначе
говоря,  при  слабом  развитии  аппарата  буржуазного  наси¬
лия,  отнюдь  не  было  исключено,  что  рабочий  класс  мог
завоевать  власть  мирным  путем,  на  выборах  в  парламент.
Изучение  английских  условий,  писал  Энгельс  в  1886  г.,
привело  Маркса  к  выводу,  что,  «по  крайней  мере,  в  Европе
Англия  является  единственной  страной,  где  есть  возмож¬
ность  произвести  неизбежную  социальную  революцию
всецело  мирными  и  легальными  средствами.  Конечно,  при
этом  он  никогда  не  забывал  прибавить,  что  вряд  ли  можно
ожидать,  чтобы  господствующие  классы  подчинились  этой
мирной  и  легальной  революции...»  6.
 Чартистское  движение  свидетельствовало  о  высоком
уровне  классовой  сознательности  английского  пролетариа¬
та.  В  чартизме  классовая  борьба  английского  пролетариата,
писал  Маркс,  «развилась  в  самую  сознательную  классовую
борьбу,  какую  только  видел  свет...»  7.
 Предусматривая  в  Хартии  широкую  программу  полити-
 [шх  преобразований,  английские  рабочие  видели  в  этих
 116

преобразованиях  лишь  первый  шаг  к  осуществлению  со¬
циальной  программы,  которая  должна  была  решительно
изменить  положение  трудящихся  классов  английского
общества.  Народная  хартия  была  для  рабочего  класса  не
целью,  но  лишь  средством  к  радикальному  улучшению  по¬
ложения  8.
 Чартистское  движение,  начавшееся  при  содействии
буржуазии  и  даже  при  ее  участии,  на  всем  своем  протяже¬
нии  протекало  под  руководством  пролетариата.  Вплоть  до
1848  г.  за  чартистами  следовали  широкие  слои  мелкой
буржуазии.  Таким  образом,  английский  пролетариат  проя¬
вил  свою  политическую  зрелость  и  сознательность,  став
гегемоном  и  руководителем  мощного  всенародного  движе¬
ния,  вдохнув  в  это  движение  силу,  организованность  и  со¬
знательность.  Отстаивая  свою  руководящую  роль  в  чартиз¬
ме,  английские  рабочие  сумели  разгадать  коварные  планы
буржуазии.
 С  этой  точки  зрения  представляет  особый  интерес,  с
какой  силой  чартисты  боролись  за  классовую  самостоятель¬
ность  движения  и  с  какой  непримиримостью  отвергали  все
попытки  буржуазии  оказать  влияние  на  движение,  его  цели
и  характер.  Вообще  английский  пролетариат  эпохи  чартиз¬
ма  дает  чрезвычайно  яркие  образцы  классовой  сознатель¬
ности,  понимания  обособленности  своих  классовых  интере¬
сов.  Деятели  чартизма  отлично  разбирались  в  классовой
природе  современного  им  общества  и  в  роли  классов.
Особенно  большое  значение  в  разъяснении  этих  вопросов
имела  деятельность  замечательного  теоретика  и  идеолога
чартизма  Бронтера  О’Брайена.  О’Коннор  называл  его  «учи¬
телем  чартизма»,  отмечая  этим  выдающуюся  роль  и  влия¬
ние,  которое  оказывала  на  массы  литературная  и  пропа¬
гандистская  деятельность  О’Брайена.  В  своих  статьях  30-х
и  начала  40-х  годов  О’Брайен  убедительно  и  ясно  говорил
о  классовом  расслоении  капиталистического  общества,  о  ме¬
сте  и  роли  отдельных  классов.  В  частности,  он  совершенно
правильно  оценивал  содержание  парламентской  реформы
1832  г.  как  реформы  буржуазной  и  разоблачал  своекоры¬
стие  английской  буржуазии,  проявленное  ею  и  в  ходе
борьбы  за  реформу,  и  после  нее.  Статьи  О’Брайена,  полу¬
чившие  широкое  распространение,  способствовали  полити¬
ческому  просвещению  английских  рабочих,  выработке  у
йих  непримиримого  отношения  к  буржуазии.
 117

О  высокой  классовой  и  политической  сознательности
английского  пролетариата  эпохи  чартизма  свидетельствует
отношение  передовых  чартистов  к  колониальной  и  внешней
политике  английского  правительства  этих  лет.  В  отличие
от  более  поздних  периодов,  английские  рабочие  той  эпохи
не  дали  себя  одурачить  лозунгами  шовинизма  и  велико¬
державности:  в  своей  печати  чартисты  давали  образцы
понимания  интернационального  долга  рабочего  класса  и
солидарности  интересов  всех  трудящихся.  Так,  чартисты
самым  решительным  образом  протестовали  против  неспра¬
ведливой  грабительской  войны,  которую  английское  прави¬
тельство  затеяло  в  1839  г.  против  китайского  народа,
обличая  корыстнке  цели  английской  буржуазии  и  ее
преступную  политику.  Чартистская  газета,  разоблачая
бесчеловечные  методы  ведения  войны  в  Китае,  писала,  что
английский  народ  протестует  против  этой  войны.  Обра¬
щаясь  к  министру  иностранных  дел  Пальмерстону,  одному
из  главных  зачинщиков  войны,  чартистская  газета  писала
в  январе  1841  г.:  «Ваша  политика,  милорд,  может  быть
пальмерстоновская,  но  она  не  английская.  Мы  отвергаем
ее,  мы  осуждаем  ее  и  протестуем  против  нее»  9.  Другая
чартистская  газета,  разоблачая  кровавые  подвиги  англий¬
ских  захватчиков  в  Китае  и  других  странах,  писала  в
1842  г.:  «Если  судить  нацию  по  ее  действиям,  то  англий¬
ская  нация  —  кровавая  и  жестокая  нация»  10.
 Вопреки  усилиям  капиталистической  пропаганды,  ста¬
равшейся  разъединить  народы  и  натравить  их  друг  на
друга,  английский  пролетариат  разгадал  сущность  внеш¬
ней  политики  господствующих  классов,  ее  захватнический
и  угнетательский  характер.  Чартисты  противопоставили
политике  господствующих  классов  идею  международной
солидарности  и  братства  народов.  В  конце  1841  г.  группа
чартистов  Шеффильда  в  обращении  к  польским  эмигран¬
там,  проживающим  в  Апглии,  обличала  внешнюю  политику
Англии.  Нас  пытаются  уверить,  писали  чартисты,  что  ино¬
странцы  —  наши  враги,  но  это  —  наглая  ложь.  «Мы  ве¬
рим,—писали  чартисты  Шеффильда,—  что  все  люди  —
братья  и  что  все  народы  земли  —  одна  семья.  Мы  протяги¬
ваем  руку  братской  любви  всем  народам,  независимо  от
цвета  их  кожи  и  вероисповедания.  Мы  верим,  что  тот,  кто
утетает  один  народ,  является  заядлым  врагом  всех  других
народов»  и.  Другой  орган  чартистской  печати  выразил  эту
 118

мысль  другими  словами:  «Тот,  кто  позволяет  угнетать
других,  разделяет  ответственность  за  преступление»  12.
Выступления  деятелей  революционного  чартизма  были
проникнуты  идеями  пролетарского  интернационализма  и
чувствами  братской  солидарности.  Обращаясь  к  рабочим
других  стран,  чартист  Гарни  спрашивал:  «Рабочие  всех
стран,  разве  не  одни  и  те  же  у  вас  жалобы,  разве  ваши  оби¬
ды  не  одинаковы?»  13.
 Исходя  из  единств  интересов  всех  народов  в  их  борьбе
против  эксплуататоров,  чартисты  решительно  протестовали
против  колониальной  политики  английской  буржуазии.
Чартистская  газета  связывала  освобождение  порабощен¬
ных  народов  колоний  с  изменением  политического  строя
в  Англии.  «Для  коренных  народов  Британской  империи  и
зависимых  территорий,—  писал  орган  чартистов  в  1850  г.,—
нет  надежды,  что  они  получат  избавление  от  многочислен¬
ных  несправедливостей,  которым  они  подвергаются  до  тех
пор,  пока  состав  английского  парламента  остается  таким,
как  сейчас.  Только  тогда,  когда  народ  этой  страны  получит
власть  над  законодательным  учреждением,  его  братья  за
океаном  добьются  справедливости»  и.  Чартисты  ощупью
находили  путь  к  пониманию  тесных  и  глубоких  связей
между  борьбой  английского  народа  и  народов  колоний.
Позиция  чартистов  в  отношении  колоний  свидетельствует
о  высокой  сознательности  передовых  представителей  анг¬
лийского  рабочего  движения  этих  лет.  Чартисты  решитель¬
но  осуждали  английскую  колониальную  политику,  разо¬
блачали  колониальный  грабеж  и  угнетение  колониальных
народов,  высмеивали  лживые  лозунги  «великой  империи».
Проникнутые  глубоким  сочувствием  к  угнетенным  и  клас¬
совой  ненавистью  ко  всякому  насилию,  гнету  и  неспра¬
ведливости,  идеи  чартизма  представляют  собой  замечатель¬
ное  наследие  демократической  традиции  английского  на¬
рода.
 В  ходе  борьбы  за  Хартию  английские  рабочие  показа¬
ли  также  замечательные  образцы  тактики  борьбы  и  ее
организации,  послужившие  ценным  материалом  для  рабо¬
чего  движения  последующих  десятилетий.  В  частности,
чартисты  выдвинули  метод  всеобщей  политической  стачки
и  даже  попытались  осуществить  эту  стачку  на  практике.
Всеобщая  политическая  стачка  позднее  неоднократно
применялась  рабочими  различных  стран.
 119

Наконец,  чартисты  сделали  первые  шаги  к  созданию
политической  партии  рабочего  класса,  т.  е.  партии,  выдви¬
гающей  и  защищающей  коренные  интересы  и  задачи  рабо¬
чего  класса.  Национальная  чартистская  ассоциация
английских  рабочих  является  прототипом  пролетарской
партии,  сочетавшей  демократизм  со  строгой  централиза¬
цией  и  четким  разделением  функций  различных  органов.
В  построении  Национальной  чартистской  ассоциации  на¬
шли  отражение  боевые  задачи  английского  рабочего
класса.
 Таким  образом,  чартизм  многое  сделал  для  выработки
пролетарских  методов  борьбы,  тактики  и  организации.
Ц  период  славного  чартистского  движения,  писал  Энгельс
много  лет  спустя,  английские  рабочие  шли  во  главе
европейского  рабочего  класса  15.  Классики  марксизма  —
Маркс,  Энгельс  и  Ленин  —  внимательно  и  любовно  изуча¬
ли  богатый  опыт  чартистского  движения,  высоко  оценивая
его  историческое  значение.
 В.  И.  Ленин  указывал,  что  чартизм  «во  многих  отноше¬
ниях  был  подготовкой  марксизма,  «предпоследним  словом»
к  марксизму...»  16.
 Чартизм  имел  огромное  значение  в  истории  Англии,
надолго  предопределив  ее  политическое  развитие.  Англий¬
ская  буржуазия  хорошо  запомнила  эти  суровые  годы,  когда
массовое  народное  движение  под  руководством  рабочего
класса  угрожало  устоям  капиталистического  общества.
Боясь  потерять  власть,  буржуазия  пошла  на  определенные
уступки  рабочим,  в  частности,  провела  в  жизнь  ряд  законов
о  труде,  отказалась  от  наиболее  откровенных  и  циничных
форм  эксплуатации  рабочего  класса,  была  вынуждена  в
конце  концов  призвать  и  узаконить  профессиональные
союзы/  Под  влиянием  чартизма  английская  буржуазия
провела  также  ряд  демократических  реформ:  в  несколько
приемов,  она  осуществила  преобразование  парламента,
отказалась  от  многих  злоупотреблений  в  управлении,
провела  реформу  местного  самоуправления.  Эти  реформы
английская  буржуазия  осуществила  из  боязни  возобнов¬
ления  массовой  народной  борьбы,  проходившей  в  эпоху
чартизма.  Характеризуя  роль  чартистского  движения  в
политической  истории  Англии,  Ф.  Энгельс  в  1881  г.
писал,  что  «он  потерпел  поражение,  но  борьба  произвела
такое  впечатление  на  победившую  буржуазию,  что  с  тех
 120

пор  она  бывала  очень  довольна  уж  тем,  что  ценою  все  но¬
вых  и  новых  уступок  рабочим  покупала  продолжение
перемирия»  17.  По  существу,  вся  реформаторская
деятельность  английской  буржуазии  в  течение  последую¬
щих  десятилетий  была  продиктована  страхами,  пережиты¬
ми  в  эпоху  чартизма.
 Высокий  духовный  и  общественный  подъем,  который
был  вызван  к  жизни  чартистским  движением,  благотворно
сказался  на  всех  сторонах  английской  политической  и
культурной  жизни  этих  десятилетий.  В  частности,  он  вы¬
звал  к  жизни  глубокую  демократическую  струю  в  англий¬
ской  литературе  и  поэзии.  Теплым  сочувствием  к  страда¬
ниям  народа  проникнуты  лучшие  страницы  произведений
Диккенса,  Теккерея,  Дизраэли,  Вройте  и  других  писате¬
лей  английского  реализма.  Демократические  традиции  эпо¬
хи  чартизма  еще  долго  питали  духовную  жизнь  Англии.
 Английский  пролетариат  черпает  в  истории  чартизма
уверенность  в  своих  силах,  в  своей  способности  возглавить
борьбу  английского  народа  за  лучшее  будущее  своей
родины.

ПРИМЕЧАНИЯ
 Предисловие
 1  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  XVI,  ч.  2,  стр.302.
 2  В.  И.  Л  е  н  и  н.  Сочинения,  т.  20,  стр.  282.
 3  В.  И.  Ленин.  Сочинения,  т.  30,  стр.  458.
 4  Е.  Dolleans.  Le  chartisme  (1830—1848),  t.  1—-2.  Paris,  1012,
t.  1,  p.  150.
 5  G.  T.  Warner,  С.  H.  K.  Martin  and  D.  E.  Muir.  The  new
groundwork  of  British  history.  London,  1946,  p.  787.
 6  S.  Maccoby.  English  radicalism.  1832—1852.  London,  1935,
 p.  160.
 7  W.  A.  Barker,  G.  R.  A  u  b  у  n  and  R.  L.  011  a  r  d.  General
history  of  England,  1832—1950.  London,  1953,  p.  39.
 8  W.  S.  Reid.  Economic  history  of  Great  Britain.  New  York,
1954,  p.  326.
 9  C.  R.  Fay.  Life  and  labour  in  the  nineteenth  sentury.  Camb¬
ridge,  1920,  p.  169.
 10  M.  Ho  veil.  The  chartist  movement.  Manchester,  1918,  p.  9.
 11  P.  Gregg.  Social  and  economic  history  of  Britain.  1760—1950.
London,  1950,  p.  225.
 12  G.  D.  H.  С  о  1  e.  British  working  class  politics.  1832—1914.
London,  1941,  p.  11.
 13  В.  И.  Ленин.  Сочинения,  т.  13,  стр.  23.
 Глава  первая
 1  G.  Porter.  Examination  of  the  recent  statistics  of  the  cot¬
ton  trade  in  Great  Britain.  «Journal  of  the  statistical  society»,  vol.  13,
1850,  p.  308.
 2  J.  James.  History  of  the  worsted  manufacture  in  England
from  the  earliest  times.  London,  1857,  p.  604.
 3  P.  P  e  b  r  e  r.  Taxation,  revenue,  expenditure  etc.  of  the  whole
empire.  London,  1833,  p.  356;  J.  С1  a  p  h  a  m.  Economic  history  of  mo¬
dern  Britain.  The  early  railway  age  1820—1850.  Cambridge,  1926,
p.  483.
 4  «Journal  of  statistical  society»,  vol.  41,  1878,  p.  109.
 6  G.  Porter.  Progress  of  the  nation.  London,  1851,  p.  179.
 6  T.  Ellison.  The  cotton  trade  of  Great  Britain.  London,  1886,
 p.  66.
 122

7  J.  Clapham.  Economic  history  of  modem  Britain,  p.  1*74.
 8  A.  Bedford.  Labour  migration  in  England.  1800—1850
Manchester,  1926,  p.  32—33.
 9  J.  Clapham.  Lancashire  cotton  industry.  London,  1912,  p.  67.
 10  К.  Маркс.  Капитал,  т.  I,  М.,  1955,  стр.  390.
 11  D.  Chadwick.  On  the  rate  of  wages  in  Manchester  and
Salford.  «Journal  of  the  statistical  society»,  vol.  23,  1860,  p.  33.
 12  J.  James.  History  of  the  worsted  manufacture...,  p.  64.
 13  Ch.  Knight.  Cyclopaedia  of  the  industry  of  all  nations.
N.  Y.—  London,  1851,  p.  952-953.
 14  W.  Johnston.  England  as  it  is,  vol.  1—21.  London,  1851,
vol.  1,  p.  28.
 15  A.  R  e  d  f  о  r  d.  Labour  migration  in  England...,  p.  14.
 16  «Gazette  de  France»,  19  AoOt,  1833.
 17  J.  Sinclair.  General  report  of  the  agricultural,  state  and  po¬
litical  circumstances  of  Scotland.  Vol.  1—3.  Edinbergh,  1814,  vol.  2,
p.  244.
 18  A.  Villeneuve-Bargemont.  Economie  politique  chre-
tienne  ou  recherches  sur  la  nature  et  les  causes  du  pauperisme  en
France  et  en  Europe  et  sur  les  moyens  de  le  soulager  et  de  le  preve-
nir,  t.  1—3.  Paris,  1834,  t.  2,  p.  12*3.
 19  E.  J.  Jones.  Some  contribution  to  the  economic  history  of
Wales.  London,  1928,  p.  57.
 20  A.  Moreau  de  Jonnes.  Statistique  de  la  Grande  Bretagne
et  de  Tlrlande,  t.  1—2.  Paris,  1837,  t.  1,  p.  125.
 21  E.  Buret.  De  la  miser  des  classes  laborieuses  en  Angleterre
et  en  France,  t.  1—2.  Paris,  1840,  t.  1,  p.  134—135.
 22  A.  Alison.  England  in  1815  and  1845.  «Essays,  political,  his¬
torical  and  miscellaneous».  Edinburgh,  1850.
 23  Hansard’s  parliamentary  debates.  Third  series,  vol.  48,  L.,  1839,
col.  842.
 24  «Chambers’s  information  for  the  people»,  1841,  N.  1,  p.  8.
 25  W.  Thornton.  Overpopulation  and  its  remedy.  London,  1846,
p.  71.
 26  A.  Villeneuve-Bargemont.  Economie  politique...,  t.  2,
p.  79—80.
 27  «Journal  of  statistical  society»,  1842,  vol.  3,  p.  247.
 28  «Chartist  circular»,  26.11,  1842.
 29  Report  of  the  commissioners  on  the  condition  of  framework
knitters.  London,  p.  38.
 30  H  a  m  m  о  n  d  J.  L.  and  B.  Skilled  labourer  1760—1832.
Second  ed.  London,  1920,  p.  7.
 81  К.  Маркс.  Капитал,  т.  I,  стр.  413.
 82  P.  Gregg.  Social  and  economic  history  of  Britain 	1760—1950.
London,  1950,  p.  143.
 33  Second  annual  report  of  the  poor  law  commissioners  for  Eng¬
land  and  Wales.  Tendon,  1836,  p.  388.
 34  «Journal  of  statistical  society»,  1840,  vol.  3,  p.  226.
 35  J.  D.  T  u  с  k  e  11.  History  of  the  past  and  present  state  of  the
labouring  population,  vol.  1—2.  London,  1846,  vol.  1, 	p. 	163; 	G. 	I. 	H.
 Lloyd.  The  cutlery  trades.  London,  1913,  p.  231.
 36  «Edinburgh  review»,  April  18150,  N  184,  p.  385.
 123

37  Hammond  J.  L.  and  B.  Town  labourer.  1760—1832.  The
new  civilization.  London,  1917,  p.  19—20.
 38  J.  С1  a  p  h  a  m.  Economic  history...,  p.  567.
 39  G.  Porter.  Progress  of  the  nation,  p.  191.
 40  A.  P.  Usher.  An  introduction  to  the  industrial  history  of
England.  London,  1921,  p.  359.
 41  D.  F.  Macdonald.  Scotland’s  shifting  population.  1770—
1850.  Glasgow,  1937,  p.  71—72.
 42  «Edinburgh  review».  January,  1844,  N  159,  p.  133.
 43  «Northern  liberator».  1840,  October.
 44  Ch.  Wing.  Evils  of  the  factory  system  demonstrated  by  par¬
liamentary  evidence.  London,  1837,  p.  XXII.
 45  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  2,  стр.  387.
 46  Там  же,  стр.  386. 	\
 47  A.  Help  s.  Claims  of  labour.  An  essay  on  the  duties  of  the
employers  to  the  employed.  2-nd  ed.  1845,  p.  175.
 48  A.  T.  Patterson.  Radical  Leicester.  History  of  Leicester
1780—1850.  Leicester,  1954,  p.  376.
 49  A.  H.  Dodd.  The  industrial  revolution  in  North  Wales.  Cardiff,
1951,  p.  332.
 50  «Carpenter’s  monthly  political  magazine».  May,  1832,  p.  346.
50a  История  английской  литературы,  т.  II,  вып.  2.  М.,  1955,
 стр.  85.
 51  P.  G  a  s  k  е  11.  Manufacturing  population  of  England.  Its  moral,
social  and  physical  condition  etc.  London,  1833,  p.  137.
 52  Helps.  Claims  of  labour...,  p.  106.
 53  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  2,  стр.  299—300.
 54  Там  же,  стр.  268.
 Глава  вторая
 1  К. 	Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т. 	XI,  ч. 	1, 	стр. 	6.
 2  В. 	А.  В  а  с  ю  т  и  иски  й.  Разрушители  машин 	в 	Англии.
 М.—  JL, 	19219,  стр.  147.
 3  Д. 	Байрон.  Сатира  и  лирика.  М.,  1927,  стр. 	51.
 4  К. 	М  а  р  к  с.  Капитал,  т.  I.  М.,  1965,  стр.  434.
 5  S.  and  В.  Webb.  History  of  trade-unionism.  London,  1920,
 p.  166.
 6  Г.  Ill  л  го  т  e  p.  Чартистское  движение.  Очерк  социально-поли¬
тической  истории  Англии.  М.,  стр.  94.
 Глава  третья
 1  W.  Lovett.  Life  and  struggle  for  bread  and  knowledge.  Lon¬
don,  1878.  New  ed.  London,  1920,  p.  95,  99.
 2  М.  H  о  v  e  11.  The  chartist  movement.  Manchester,  1918,  p.  62.
 3  E.  Dolleans.  Le  chartisme  (1830—1848),  t.  1—2.  Paris,
1912,  t.  1,  p.  206.
 4  «London  democrat»,  1899,  No.  3.
 5  «Northern  star»,  25  March  1840.
 6  O’Connor.  Employer  and  employed.  London,  1843,  p.  40.
 7  Там  же,  стр.  213.
 124

8  М.  Б  е  р.  История  социализма  в  Англии.  JL,  1024,  стр.  400.
 9  O’Brien.  The  rise,  progress  and  phases  of  human  slavery.
London,  1867,  p.  34.
 10  Там  же,  стр.  148.
 11  М.  Б  ер.  История  социализма  в  Англии,  стр.  360.
 12  Р.  Гаммедж.  История  чартизма.  СПб.  1007,  стр.  25.
 13  Там  же,  стр.  71—74.
 14  Ф.  П.  Шиллер.  Очерки  по  истории  чартистской  поэзии.
М.—  JL,  1033,  стр.  70.
 15  «Northern  star»,  10  September  1840.
 16  «Northern  star»,  5  June  1841.
 17  «Northern  star»,  14  September  1830.
 18  «Northern  star»,  14  January  1841.
 19  P.  Гаммедж.  История  чартизма,  стр.  31.
 20  «Northern  star»,  12  July  1841.
 21  «Northern  star»,  14  September  1830.
 22  «Northern  star»,  20  February  1840.
 23  «Northern  star»,  18  July  1840.
 Глава  четвертая
 1  F.  R.  Rosenblatt.  The  chartist  movement  in  its  social  and
economic  aspects.  New  York,  1016,  p.  127.
 2  «Northern  star»,  6  January  1838.
 3  «Northern  star»,  17  November  1838.
 4  F.  R.  Rosenblatt.  The  chartist  movement...,  p.  140.
 5  «Northern  liberator»,  11,  18  May  1838.
 6  М.  H  о  v  e  11.  The  chartist  movement.  Manchester,  1018,  p.  121.
 7  E.  Do  lie  an  s.  Le  chartisme  (1830—1848),  t.  1.  Paris,  1012,
p.  287.
 8  Ф.  П.  Шиллер.  Очерки  по  истории  чартистской  поэзии.
М.—  JL,  1033,  стр.  45.
 8а  Там  же.
 9  «Northern  star»,  16  February  1830.
 10  М.  Но  veil.  The  chartist  movement,  p.  126.
 11  F.  R.  Rosenblatt.  The  chartist  movement...,  p.  157.
 12  «Northern  star»,  23  March  1830.
 13 	«Northern  star», 	27  April  1830.
 14 	P.  Гаммедж. 	История  чартизма.  СПб.,  1007,  стр.  162.
 15 	Е.  Doll  е  an  s. 	Le  chartisme...,  t.  1, 	p. 	310—320.
 16 	M.  Ho  veil.  The  chartist  movement, 	p. 	148—149.
 17  Там  же,  стр.  150.
 18  «Northern  star»,  6  July  1839.
 19  W.  Lovett.  The  trial  of  William  Lovett  for  a  seditious  libel.
London,  1839,  p.  12.
 20  М.  H  о  v  e  11.  The  chartist  movement,  p.  159.
 21  Hansard’s  parliamentary  debates.  Third  series,  vol.  49,  L.,
1830,  col.  431-455.
 22  «Northern  star»,  20  July  1839.
 23  P.  Гаммедж.  История  чартизма,  стр.  181—182.
 24  М.  Б  е  р.  История  социализма  в  Англии.  JL,  1924,  стр.  467—468.
 25  Там  же,  стр.  460.
 125

26  Annual  register  for  1840.  Chronicle.  London,  1841,  p.  36.
 27  M.  Ho  veil.  The  chartist  movement,  p.  212.
 28  Вер.  История  социализма  в  Англии,  стр.  492.
 29  М.  Hove  11.  The  chartist  movement,  p.  199.
 30  М.  Б  e  p.  История  социализма  в  Англии,  стр.  492—493.
 31  Ф.  П.  Ш  и  л  л  е  р.  Очерки  по  истории  чартистской  поэзии,
стр.  122.
 32  J.  S  t  u  г  g  е.  Reconciliation  between  the  middle  and  labouring
classes.  Birmingham,  1842.
 33  М.  H  о  v  e  11.  The  chartist  movement,  p.  244.
 34  «Northern  star»,  112,  26  March  1842.
 35  М.  H  о  v  e  11.  The  chartist  movement,  p.  249.
 36  Annual  register  for  1842.  Chronicle.  London,  1843,  p.  158.
 37  М.  Вер.  История  социализма  в  Англии,  стр.  507—511.
 38  М.  Н  о  v  е  11.  The  chartist  movement,  p.  253.
 39  Hansard’s  parliamentary  debates.  Third  series,  vol.  63,  L.  1842,
sol.  13—91.
 40  P.  Гаммедж.  История  чартизма,  стр.  254.
 41  М.  Н  о  v  е  11.  The  chartist  movement,  p.  264.
 42  М.  Б  e  р.  История  социализма  в  Англии,  стр.  525.
 43  Р.  Гаммедж.  История  чартизма,  стр.  270.
 44  Там  же,  стр.  276.
 Глава  пятая
 1  М.  Н  о  v  е  11.  The  chartist  movement.  Manchester,  1918,  p.  269.
 2  «Northern  star»,  8  November  1845.
 3  М.  H  о  v  e  11.  The  chartist  movement,  p.  267.
 4  В.  И.  JI  e  н  и  н.  Сочинения,  т.  2,  стр.  8.
 5  История  английской  литературы,  т.  II,  вып.  2,  М.,  стр.  118.
 6  Там  же,  стр.  122.
 7  «Northern  star»,  16  September  1843.
 8  «Northern  star»,  27  April  1844.
 9  «Northern  star»,  26  April,  5  May  1845.
 10  А.  Мендельсон.  Экономические  кризисы  и  циклы  XIX  в.
М.,  1949,  стр.  276.
 11  Р.  Гаммедж.  История  чартизма,  стр.  321.
 12  «Northern  star»,  20  November  1847.
 13  К.  Маркс  и  Ф,  Энгельс.  Сочинения,  т.  4,  стр.  372.
 Глава  шестая
 1  «Times»,  28  March  1848.
 2  Р.  Гаммедж.  История  чартизма.  СПб.,  1907,  стр.  329.
 8  «Northern  star»,  1  May  1848.
 4  Р.  Гаммедж.  История  чартизма,  стр.  331.
 5  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  2,  стр.  492.
 6  «Northern  star»,  1  April  1848.
 7  М.  Б  е  р.  История  социализма  в  Англии.  JL,  1924,  стр.  546.
 8  Там  же,  стр.  546.
 9  «Northern  star»,  15  April  1848.
 10  Р.  Гаммедж.  История  чартизма,  стр.  355.
 126

11  E.  D  о  11  e  a  n  s.  Le  chartisme  (1830—1848),  t.  2,  p.  473—471.
 12  Hansard’s  parliamentary  debates.  Third  series,  vol.  98,  L.  1848,
c.  284.
 13  Там  же,  т.  106,  стр.  1268.
 14  «Northern  star»,  19  April  1848.
 15  P.  Гаммедж.  История  чартизма,  стр.  371—372.
 16  См.  В.  И.  Лени  н.  Сочинения,  т.  29,  стр.  283.
 17  Г.  Ш  лютер.  Чартистское  движение.  Очерк  социально-
политической  истории  Англии.  М.,  стр.  220.
 Глава  седьмая
 1  «Red  republican»,  22  June  1850.
 2  «Northern  star»,  26  October  1850.
 3  «Northern  star»,  12  June  1851.
 4  «Northern  star»,  5,  12  April  1851.
 6  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  10,  стр.  123.
 6  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  6,  стр.  159.
 7  К.Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Об  Англии.  М.,  1952,  стр.  437.
 Заклю  чение
 1  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  4,  стр.  372.
 2  Там  же,  т.  2,  стр.  238.
 3  Там  же,  т.  5,  стр.  300.
 4  Там  же,  т.  8,  стр.  362.
 5  Там  же,  т.  4,  стр.  303.
 6  К.  Маркс.  Капитал,  т.  I,  М.,  1955,  стр.  32.
 7  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  5,  стр.  301.
 8  Там  же,  т.  2,  стр.  458—459.
 9  «Northern  star»,  2  January  1841.
 10  «Chartist  circular»,  11  June  1842.
 11  «Northern  star»,  11  December  1841.
 12  «People’s  paper»,  8  May  1852.
 13  «Northern  star»,  14  February  1846.
 14  «Northern  star»,  9  February  1850.
 15  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Сочинения,  т.  XV,  стр.  557.
 16  В.  И.  Ленин.  Сочинения,  т.  30,  стр.  458.
 17  К.  Маркс  и  Ф.  Энгельс.  Об  Англии.  М.,  1952,  стр.  424.

ОГЛАВЛЕНИЕ
 Предисловие  . 	. 	   3
 Глава  первая.  Экономическое  и  социальное  развитие
 Англии  в  30—40-х  годах  XIX 	в 	 7
 Глава  вторая.  Предпосылки  чартистскою  движения  .  . 	22
 Глава  третья.  Начало  чартистскою  движения  (1836—
 1838  гг.) 	  33
 Глава  четвертая.  Первый  этап  чартистскою  движения
 (1838-1842  гг.) 	  47
 Глава  пятая.  Второй  этап  чартистскою  движения
 (1843-1847  гг.) 	 79
 Глава  шестая.  1848  год 	 91
 Глава  седьмая.  Чартистское 	движение  после  '1848  г.  105
 Заключение 	115
 Примечания 	122
 Николай  Александрович  Ерофеев
Чартистское  движение
 Утверждено  к  печати  Редколлегией  научно-популярной  литературы
Академии  наук  СССР
 Редактор  издательства  Е.  И.  Володина  Технический  редактор  О.  Г.Ульянова
Худо  ж  ник  Эльцуфен  М.  И.
 РИСО  АН  СССР  Mb  3-128В.  Сдано  в  набор  26  XI  1960  г.  Подписано  к  печати
20/1  1961  г.  Формат  84Х1081/32  печ.  л.  4(8);  уел.  печ.  л.  6,56  уч.-издат.  л.  6,7
Тираж  15  000  экз.  Т  00020  Издат.  Mb  4931  Тип.  зак.  JSIM230 	Цена  20  коп.
 Издательство  Академии  наук  СССР.  Москва  Б-62,  Подсосенский  пер.,  21
2-я  типография  Издательства.  Москва  Г-99,  Шубинский  пер.,  10

20  коп.
 f