ОТ АВТОРА
ВВЕДЕНИЕ
Глава I. Начальный период войны
2. Серторианцы в Испании в 82-81 гг.
3. Действия серторианцев после поражения в Испании
Глава II. Подчинение Испании
2. Война с Метеллом
3. Подчинение Ближней Испании
Глава III. Серторианская Испания в 80-77 гг.
2. Участники движения
3. Серторианская Испания
Глава IV. Кампания 76 г.
2. Лаврон
3. Потеря Южной Испании
4. Конец кампании
1. Сукрон
2. Сеговия
3. Сегонтия
4. События в центральной Испании
5. Итоги кампании
Глава VI. Завершающий период войны
2. Проблемы хронологии
3. Кампания 74 г.
4. Конец Серторианской войны
5. Положение в серторианском лагере
6. Характер Серторианской войны
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
SUMMARY
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
ПРИЛОЖЕНИЕ
СОДЕРЖАНИЕ
CONTENTS
Текст
                    И. Г. Гурин
СЕРТОРИАНСКАЯ
ВОЙНА
(82-71 гг.)
Испанские провинции
Римской Республики в начальный период
Гражданских войн


МИНИСГЕРСГВООБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ САМАРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Самарский государственный университет И.Г. Гурин СЕРТОРИАНСКАЯ ВОЙНА (82-71 гг.) Испанские провинции Римской Республики в начальный период Гражданских войн
ББК 63.3 (03) Г 95 УДК 937. 06 Гурин И.Г. Серторианская война (82-71 гг.). Испанские провинции Римской Республики в начальный период Гражданских войн. Самара: Изд-во “Самарский университет”, 2001. 320 с. ISBN 5-86465-208-3 Книга представляет собой первое в отечественной исторической науке фундаментальное исследование одного из наиболее ярких событий истории древнего Рима. Многие проблемы, поднятые в монографии, впервые стали предметом научного исследования. Предпринята попытка пересмотреть существующее в исторической науке представление о Серторианской войне. Для историков, студентов исторических факультетов, интересующихся историей античного мира. Рецензент: доктор исторических наук, профессор В.Н. Парфенов ISBN 5-86465-208-3 © Изд-во «Самарский университет», 2001 © Гурин И. Г., 2001
ОТ АВТОРА Автор выражает искреннюю благодарность Британской Академии за предоставленную возможность работы в библиотеках Соединенного Королевства; а также особую признательность У. Томпсону и М. Траппу (Лондонский университет), Р. Осборну, Ф. Миллару, К. Росс (Оксфордский университет), Ф. Хэнсону (Бирмингемский университет), Д. Ричардсону (Эдинбургский университет), без помощи которых не могла бы быть создана настоящая работа. ВВЕДЕНИЕ Серторианская война, как одно из наиболее известных событий римс- кой истории, издавна привлекала к себе пристальное внимание. Ей по- святили свои сочинения многие ее современники и участники, такие как Марк Теренций Баррон и Гай Сульпиций Гальба, легаты Помпея, сражавшиеся вместе с ним в Испании в 70-х гг. I в. (все даты, кроме специально указанных, даются до н.э.), Корнелий Сизенна, Танузий Ге- мин, Феофан из Митилены. Однако все они были утеряны (319. Р.190; 447. Р. 14-32; 426. S. 13; 244. Р.713). Во время Серторианской войны Испанию посетил философ, историк и географ Посидоний (138. Р. 26- 27). Но его сохранившиеся и посвященные этой войне труды представ- ляют явную фальсификацию (379. Р. 233). Самыми ранними из дошедших до нас достоверными источниками явля- ются некоторые речи Цицерона (Verr. V. 146. 149. 153. 154; Arch. 24; Balb. 5; De imp. Pomp. 9-10. 62; Pro Mur. 32; 319. P.190-191). Он не испытывал ненависти к Серторию, и его позиция отражала настроение определённых кругов римского общества, не считавших мятежного пол- ководца изменником и врагом римского народа, а то и вовсе симпатизи- ровавших ему. Речи Цицерона содержат лишь несколько изолирован^* ных друг от друга фактов, относящихся к Серторианской войне. Это же можно сказать и о трудах Цезаря (Caes. b.g. 3. 23; b.c. 1. 60, 61; 2.19; 319.Р. 191-192) и автора «Испанской войны» (b. h. 42). Более значителен раздел в «Исторической библиотеке» Диодора Сици- лийского (90-21 гг.), написанной между 59 и 36/30 гг. (319. Р. 192). Он по- священ положению в лагере восставших в последние годы войны (Diod.37.22a). Источники, которыми пользовался Диодор при создании данного раздела, неизвестны. Видимо, ими явились нс дошедшие до нас сочинения первых историков, о которых сообщалось выше. Первое связное изложение событий Серторианской войны, сохранивше- еся хотя бы частично, создано ее младшим современником, крупнейшим 3
римским историком Саллюстием Криспом. Его «Истории», написанные между 44 и 36/35 гг., охватывают период с 78 по 68 гг. От них сохранились многочисленные фрагменты разной значимости. По ним можно судить, чго именно Серторианской войне автором уделялось наибольшее внимание. Она описывалась очень подробно в связи с событиями в Италии, Галлии, восточном Средиземноморье, в том числе и до 78 г., начиная с первого наместничества Сертория в Испании (Sall. 1.54-126; 2.1-98; 3.1 -89). «Ис- тории» написаны на основе значительного круга источников: трудов Си- зенны, Баррона, Посидония, постановлений сената, писем должностных лиц, устной традиции (447. Р.32; 426. S. 13; 225. Р. 126, п. 2; 442.Р. 214-215, п. 4,18; 38.С. 4-5). Саллюстий является родоначальником просерторианс- кой традиции в античной историографии (244.Р.714; 319.Р. 193-194), в то время как предшествующие ему авторы явно занимали антисерторианс- кую позицию (Sall. 1.88). Содержание всего труда великого римского историка Тита Ливия известно по так называемым периохам (эпитомам) - кратким извлечениям из каждой книги, составленным в древности неизвестным автором (Per. 1-142). Но при этом нужно иметь в виду, что это именно извлечение информации, предпола- гающее определенную самостоятельную работу автора периох над текстом Ливия, а не простое его переписывание. Судя по эпитомам, Ливий описывал Серторианскую войну в 90-96 кни- гах своего труда (Per. 90-96). До нас дошел только большой отрывок 91-й книги. События 82-81 гг. Ливий не рассматривал, начиная изложение с пос- леднего вторжения серторианцев в Испанию в 80 г. Его источниками были труды Сизенны, Валерия Анциата, Баррона, Гальбы (447. Р.32; 426. S.29; 244. Р.722; 319. Р. 195-196). Ливий явно отрицательно относился к восстав- шим и их руководителю, и всю последующую антисерторианскую тради- цию обычно называют ливианской. Некоторые данные, позволяющие уточнить ход событий в Испании, содер- жатся в «Геотрафии» Страбо! ia (Strabo 3.4.10,13), завершенной около 7 г. (271. Sp. 90). Его источниками в этих вопросах были труды Танузия Гемина, Поси- дония, возможно, еще некоторых авторов (447. Р. 32; 244. Р.712; 139. Р.11). К Ливию и Саллюстию в значительной степени восходят последую- щие источники по Серторианской войне, в том числе и важнейший из них в настоящее время - биография Сертория, написанная Плутар- хом (ок. 46-130 гг. н.э.). При ее создании автор опирался в основном на «Истории» Саллюстия, но использовал и другие источники, возмож- но, Посидония и Ливия (300. Р.ЗО; 447. Р. 32; 426. S. 5; 244. Р.720; 337. Р. 28, 29; 442. Р. 156, 215, п. 14; 284. S. 46, п. 9; 38. С. 7-8). 4
Сочинение Плутарха не излагает историю Серторианской войны, а явля- ется биографией ее руководителя. Плутарх старается показать характер своего героя, уделяет большое внимание характеристике его морального облика, полководческих дарований. Стремясь достичь этих целей, он не старается располагать описываемые им события в хронологической пос- ледовательности, и нередко довольно трудно точно определить время дей- ся вия того или иного эпизода (Plut. Sert. 1,2,10,12,13,18-21,22-23). По- добный принцип группирования материала для Плутарха является обыч- ным (1. С. 137-138). Но и тогда, когда Плутарх описывает определенный хронологический период, он не столько последовательно излагает собы- тия, сколько дает характеристику каждому этапу жизни своего героя, под- крепляя ее многочисленными примерами (Plut. Sert. 12-13,18-21), нередко 11ри этом изображая события значительного хронологического отрезка без перерывов (Plut.Sert.6-10,19-21). Это обстоятельство и позволяет в це- лом восстановить ход событий. Приверженец идеи римского патриотизма, лояльно относящийся к римс- кому господству (1. С.56-63), Плутарх всячески демонстрирует римский патриотизм Сертория. При этом он иногда не считается с реальностью, например, при объяснении причин попыток Сертория прекратить сопро- тивление (Plut. Sert.22) или изображении переговоров с Митридатом (Plut. Sert. 23). Плутарх всячески стремится показать, что Серторий никогда не действовал в интересах туземного населения, что ему удалось привязать туземцев лично к себе, полностью подчинить. Таким образом, он старает- ся создать у читателя впечатление, что война не представляла угрозы для римского господства в Испании (Plut. Sert. 6,14,22). Сочинение Плутарха оказало сильнейшее воздействие на авторов после- дних столетий и в значительной степени формировало и формирует пред- ставление о Серторианской войне в целом и об отдельных ее аспектах. Сведения о Серторианской войне содержатся и в некоторых других на- писанных Плутархом биографиях (Luc. 5,8,12; Crass. 11), наибольшее значение из которых имеет биография Гнея Помпея Великого. В ней опи- сываются военные действия после прибытия Помпея в Испанию до раз- грома эмигрантов и сообщаются сведения, отсутствующие в биографии Сертория. При этом Плутарх явно использовал и иные источники, чем в последней (Plut.Pomp. 17-21; 244. Р. 717). На «Историях» Саллюстия основывается главным образом и очень крат- кое сообщение о Серторианской войне Юлия Эксуперанция (конец I V-на- чало V в. н. э.), в котором содержатся сведения по начальному и конечному этапам войны (Ехир. 8; 447. Р. 32; 319. Р.209). 5
Эксуперанций завершает просерторианскую традицию в античной ли- тературе. Из авторов противоположного (38. С. 21-22) направления от- дельные факты сообщают Веллей Патеркул, Валерий Максим (I в. н.э.), Авл Геллий (II в. н.э.). Но важнейшими из полностью дошедших до нас источников являются 108-115 главы первой книги «Гражданских войн» Аппиана (конец I-70-е гт. II в. н.э.). Аппиан сознательно стремился дискре- дитировать Сертория и тщательно подбирал факты, которые могли ему помочь в этом (244. Р.725; 38. С. 16). Это единственное последовательное изложение событий войны по годам, но только со времени первого круп- ного столкновения серторианцев с войсками Помпея и до поражения Пер- перны. О событиях предшествующих лет дается лишь краткая информа- ция, в том числе и в других разделах «Гражданских войн». Описание со- бытий последнего периода войны является наиболее полным рассказом о них, дошедшим до нас. При этом значительное внимание уделяется поло- жению в лагере восставших, в том числе и после смерти Сертория (Арр. b.c. 1.108-115; 1.86,89,97). Отдельные факты содержатся также в сочине- ниях Аппиана о войнах римлян в Испании (Iber. 101) и с Митридатом (Mithr. 68,72). При описании Серторианской войны Аппиан опирался на несколь- ких авторов, возможно, Ливия, Саллюстия, Варрона, Гальбу (447. Р. 27- 32; 334. Р. 91; 337. Р. 32-35; 244. Р. 723; 38. С. 17-19). Значительное место Серторианской войне уделяется в труде Луция Ан- нея Флора, принадлежащего к ливианской традиции (447. Р. 32; 426. S. 11,164; 38.С. 14). Посвященный Серторианской войне раздел его труда дает очень краткий обзор военных действий с 80 г. до падения Калагурри- са, хотя для Флора война заканчивается поражением римских участников восстания. Следует особо отметить, что Флор старается изобразить об- щую картину войны, сформировать у своего читателя определенное впе- чатление о ней, для чего принебрегает строго хронологическим изложени- ем событий (Flor. 3.22). Краткое описание войны в период после вторичного утверждения Серто- рия в Испании (80 г.) до его смерти содержится в одном из разделов труда Евтропия, написанного во второй половине IV в. н.э., который в главе о Сер- тории ограничивается простым изложением фактов, воздерживаясь от ка- ких-либо оценок (Eut. 6.1). Последним видным представителем антисерторианского направления яв- ляется христианский писатель V в. н. э. Орозий Павел, автор «Истории против язычников». Стремясь показать, что не христиане виноваты в испытаниях, постиг- ших римское государство, что эти страдания и раньше были присущи рим- 6
ской истории, он уделяет большое внимание гражданским войнам. Орозий опирался на труд Ливия, поэтому вполне объяснима его антисерторианс- кая тенденция: в Серторианской войне он видел одно из величайших бед- сгвий в римской истории (Oros. 5.23; 447. Р. 15-32; 244.Р.725). Орозий пользо- вался не только полными текстами предшествующих авторов, но и бревиа- риями, не слишком внимательно относясь к содержащейся в них инфор- мации, что иногда приводило к серьёзным ошибкам (334. Р.78-79, 82- 90). К тому же он стремился дать лишь общую картину войны, показать се ожесточенность, пренебрегая при этом хронологией событий. Тем не менее следует отметить огромную важность труда Орозия как источника ио Серторианской войне, многие факты, сообщаемые им, являются уни- кальными и серьёзно дополняют картину событий (Oros. 5,23). Некоторые (иногда очень важные) сведения можно почерпнуть у авто- ров эпохи империи, не писавших специально о Сертории и Серторианской войне. В «Стратегемах» Фронтина (40-103 гг.) описываются военные при- емы Сертория, его ближайшего помощника Л. Гиртулея, Метелла, Помпея, относящиеся ко времени Серторианской войны (Front. 1.10.1; 10.5.31; 2.3.5). (Сдельные факты содержатся в «Памятных деяниях и изречениях» Вале- рия Максима (I в. н.э.) (Vai. Мах. 9.1.5; 7.3.6; 9.15.4), «Аттических ночах» Авла Геллия (II в. н.э.) (Gell. 15.22), Луция Ампелия (Ampel. 18.17), трудах 11линия Старшего (Plin. h. n. 3.18; 7.96; 37.15), Плиния Младшего (Plin. Epist. 3.9.11), Светония (Suet. Caes. 5), Диона Кассия (Dio 39.46), Амми- ана Марцеллина (Апнп. 26.9.8), Аврелия Виктора (Aur. Viet. De vir. ill. 63), Исидора Севильского (Isid. Orig. 9.2.108). Особо следует отметить «Книгу о чудесах» Юлия Обсеквента, содержащую очень немного сведений о Сер- торианской войне. Но Обсеквент - единственный автор, который четко ука- зывает, в какой именно год произошли описываемые им события (Obs. 58.119- 121). Его данные, наряду с погодным изложением у Аппиана, позволяют реконструировать хронологию Серторианской войны в 70-е гг. Эти авторы опирались на сочинения Ливия и, возможно, Варрона и Саллюстия (447. P.32;426.S. 11-13; 337.Р. 35; 319. Р. 196-199,207,208; 300. Р.ЗО). В целом следует отметить, что только просерторианские авторы сообща- ют о событиях до 80 г., возможно, потому, что серторианцев в эти годы нельзя было еще в принципе обвинить в союзе с врагами Рима. Серториан- ская война интересовала древних авторов не сама по себе, а как часть био- I рафии Квинта Сертория, независимо от того, какую роль играла эта лич- ность в их произведениях. Подобный подход сохранился и в последующие времена: интерес вызывал сам Серторий и только затем хоть как-то связан- ные с ним события Серторианской войны. Этот подход характерен для ви- 7
зантийских авторов (447. Р. 32; 426.S. 1), авторов Возрождения (46. С.484; 84. С.61; 27. С. 408; 426. S. 1), когда интерес к Серторию оживился настолько, что в Эворе было найдено его поддельное захоронение с эпитафией (328. Р. 102), а также для первого описания этих событий в созданном на рубеже XVI-X VII вв. труде по истории Испании знаменитого X. Марианы. Раздел его сочинения, посвященный Серторию, - это не последовательное изложение событий, а их общая картина (328. Р. 98*102). Первое последовательное изложение событий Серторианской войны по- явилось в «Истории Испании» X. Феррераса (первая половина XVIII в.). В этой работе на основе обработки письменных источников восстановлена картина Серторианской войны, в основных элементах сохраняющаяся в научной литературе до наших дней. В ней определились основные черты, характерные для последующих трудов по исследуемой проблеме: стремле- ние ограничиться описанием военных действий, по- прежнему необычай- но сильный интерес к личности руководителя восстания (219. Р. 115-131). Первым обстоятельным научным трудом по данной тематике стал очерк биографии Сертория в IV томе «Истории Рима в эпоху перехода от респуб- ликанского устройства к монархическому» В. Друманна, вышедший в 1838 г. Автор довольно подробно описал ход боевых действий в Испании, опи- раясь при этом не только на широкий круг письменных источников, но и на данные нумизматики. При этом он в основном ограничился добросовест- ным изложением имеющихся данных, не вдаваясь особенно в их анализ. Поэтому его работа не свободна от ошибок, преимущественно хронологи- ческого и географического характера. Однако некоторые наблюдения и гипотезы выходили за рамки обычной компиляции и до сих пор не утрати- ли научной ценности (206. S.347-378). В знаменитой «Истории Рима» Т. Моммзена много внимания уделено Серторианской войне, но особенно самому Серторию. Моммзен давал ему самые восторженные характеристики и фактически положил начало на- стоящему культу Сертория в современной литературе (38. С.28). Воссоз- данная им картина событий войны (54. Т.2. С.311-312; Т. 3. С. 19-34) по- служила основой для ее реконструкции в последующих общих трудах. В конце XIX в. появляются специальные работы по данной тематике. В1891 г. была опубликована обстоятельная статья П.Беньковского «Крити- ческие исследования о хронологии и истории Серторианской войны», в которой автор подробно рассмотрел фактологическую сторону войны (130. S. 129-158,210-230). В1891 -1893 гт. вышло в свет двухтомное издание «Историй» Саллюстия, подготовленное Б.Мауренбрехером. В предисловии и комментариях к нему немецкий историк среди прочего анализирует со- 8
бытийную канву войны в Испании (337. Р. 20-40; 338. Р. 1-206,226-232). Ряд его наблюдений не утратили своей научной значимости до сих пор. Важной вехой в изучении данной тематики стала диссертация В.Шталя «О Серторианской войне» (1907). Она была посвящена решению двух про- блем: исследованию источниковой базы биографии Сертория (447. Р.3-32) и восстановлению хода военных действий в Испании (447. Р. 33-84). В сле- дующем году был переиздан труд В. Друманна, исправленный и дополнен- 11ый П. Грсбе в соответствии с новейшими достижениями исторической науки. Довольно значительным дополнениям подвергся и раздел, посвя- щенный Серторию (207. S. 357-392). Наибольший интерес представляют собственные исследования П.Грёбе по хронологии отдельных событий ( ерторианской войны (207. S.372-373,377,390-391). К событиям Серторианской войны неоднократно обращался крупнейший ci юциалист по истории древней Испании Адольф Шультен (368а. Р. 62-92). 111926 г. вышла в свет его монография «Серторий». Хорошо зная топогра- фию и климатические условия Испании, учёный сумел воссоздать не толь- ко биографию своего героя, но и детальную картину войны (426). Он тща- тельно прослеживает маршруты движения армий, подробно (иногда на । ipoтяжении целой главы) описывает театры боевых действий, с точнос- тью до недель определяет хронологию некоторых событий. Соединение данных письменных источников с изучением мест древних сражений по- зволило ему реконструировать возможный ход этих битв. Хотя в реконст- ру Ki щи А.Шультена было впоследствии внесено немало важных поправок, |х:зультаты его исследований по сей день представляют большой интерес. Книга А. Шультена оказала большое влияние на представления о связан- ны х с Серторием событиях в Испании и в течение десятилетий их воспро- изведение, особенно в общих работах по истории Древнего Рима и Испа- нии, представляло обычно ее более-менее полное повторение. В 1929 г. была опубликована статья Х.Берве, которая явилась прямой реакцией на книгу А.Шультена и была направлена на опровержение апо- IJO1 етической трактовки деятельности Сертория. Автор старался доказать, чю Серторий был не «самой значительной и благородной фигурой респуб- ликанской эпохи в Риме», а просто государственным изменником. В связи с ггой задачей X. Берве уделил значительное внимание отношениям рим- ляп-ссрторианцев с неримскими участниками восстания и высказал ряд цс 11 н ы х замечаний (128. S. 199-227), Книга А. Шультена и статья X. Берве вызвали оживлённую дискуссию о ( сртории, в ходе которой появились работы, где было высказано немало hi । ivpeciibix идей по общим и частным вопросам Серторианской войны (236, 9
242,459,210,244,225). Среди них следует отметить опубликованную в 1952 г. статью Р. Гриспо «От Мелларии до Калагурриса», в которой предпринята попытка пересмотреть существующую с первой половины XIX в. хроноло- гию многих важных событий войны (255), и вышедшую в 1961 г. статью У. Беннета, где доказывалось, что Серторий погиб не в 72, а в 73 г., само же восстание завершилось лишь в 71 г., поскольку Перперна сумел уйти в за- падные районы Испании и ещё полтора года продолжал сопротивление (125. Р. 459-472). Обе статьи положили начало изучению этих двух проблем. Дока- зательству ошибочности гипотезы У. Беннета была посвящена статья Б. Скар- дильи (414), но некоторые исследователи были согласны с ее отдельными аспектами (395. Р. 392; 112. Р.209; 38. С.188-189; 71. С.189; 397. Р. 95; 362. Р. 980; 312. Р.51; 446. Р. 307). Гипотезу Р. Гриспо поддержали и развили в 1975 г. П. Фрассинстги (222) и в 1995 г. К. Конрад (295). Появились работы по исследованию отдельных деталей биографии Сер- тория, в которых есть фрагменты, имеющие отношение к Серторианской войне (233; 234; 413; 443,444; 445; 294; 296; 298; 441; 386; 284; 285). Из них особо следует отметить работы американских ученых Ф. Спанна и К. Конрада. Вышедшая в 1987 г. монография Ф. Спанна «Квинт Серторий и наследие Суллы» (442), как и следует из названия, посвящена в первую очередь само- му Серторию. Автор стремится подробно восстановить его политическую биографию, по-новому взглянув на некоторые ее аспекты и серьёзно про- двинув вперёд изучение этого вопроса. Основная часть книги (главы IV-IX) посвящена Серторианской войне. В ней восстанавливается ход военных дей- ствий, политические мероприятия руководителя движения. Ф.Спанн стре- мится показать не только ход событий на Пиренейском полуострове, но и деятельность Сертория в связи с событиями в Средиземноморье. При этом он уделяет достаточно внимания отношениям Сертория с испанцами, но специально исследует только их место в структуре повстанческой армии (442. Р. 81-82,145). В1994 г. К. Конрад опубликовал исправленный им текст биографии Сер- тория, написанной Плутархом. Помимо текста, книга содержит обширные комментарии, фактически восстанавливающие всю биографию Сертория на основе новейших достижений науки и представляющие собой также исследование важнейших событий Серторианской войны, о которых сооб- щается у Плутарха (297. Р. 30-220). Определённое место серторианская тематика занимает и в отечествен- ной историографии. До середины XX в. она освещалась лишь в общих тру- дах по истории Рима, где уделяемое ей место прямо зависело от общих объемов произведения. При этом недостаточное внимание историков к дан- 10
ному вопросу нередко приводило к явной небрежности в описании собы- тий и выводах (см., напр., 64. С. 261; 30. С. 400). Более детально эта тема была освещена в диссертации З.М.Куниной «Сер- горианская война в Испании» (1947), в которой самой войне посвящены । павы IV-VII. Автор стремится восстановить ход военных действий, дру- । ие проблемы рассмотрению не подвергаются, и по некоторым из них су- ществуют лишь отдельные высказывания. При этом З.М. Кунина обычно ограничивается лишь пересказом источников, опираясь в основном на их интерпретацию А.Шультеном (44. С.109-112,153-154,156-158). Значительное место взаимоотношению Сертория с туземцами и характе- ру восстания уделено в диссертации Г.Е.Кавтарии «Иберийско (испано)- римские взаимоотношения. Серторий» (1971). Автор считает, что полко- водец всюду встречал поддержку местного населения, но его интересы сами । io себе были чужды ему - испанцы являлись лишь орудием в его руках и не пользовались никакими привилегиями в созданном им государстве. Но при этом Серторий опирался именно на иберов (25. С. 24-30). Исключительно интересной представляется статья Ю.Б.Циркина «Движе- ние Сертория». Исследователь полагает, что, когда Серторий поднял вос- стание в Испании, он пользовался симпатиями значительной части средних слоёв Рима и муниципальной аристократии как последний активный дея- тель антисулланской партии. Однако более важное значение имела для него । ia тот момент поддержка населения Испании. Ю.Б.Циркин считает, что она была ему оказана лузитанами, кельтиберами и частью иберов, ещё неподвер- । шихся романизации, тогда как римско-италийские колонисты и часть мест- ною населения, находившаяся под их влиянием, выступили против восстав- ших. Это объясняется, по мнению автора, тем, что римляне и италики не хоте- ли юрять свое привилегированное положение в провинции, поскольку подоб- ные 1 фивилегии Серторий сулил и верхушке испанского общества. В резуль- П1 iv повстанцы не смогли закрепиться в наиболее романизированных районах полуострова - Бетике и на юго-восточном побережье Иберии. Рассматривая hoi ipoc об отношениях Сертория с туземцами, Ю.Б. Циркин отмечает, что под давлением военной необходимости Серторий вынужден был свернуть мероп- pi । я гия по либерализации режима управления (снижение налогов, отмена по- стоя и др.), чем вызвал недовольство местных общин и даже мятежи. Автор । акже указывает, что личность Сертория была единственным звеном, соеди- нявшим римскую и испанскую группы участников движения, и с его гибелью от рук заговорщиков это и без того зыбкое единство распалось, что ускорило поражение восстания. Значение Серторианской войны, по мнению учёного, <•(><• гоит в том, что она расшатывала традиционные порядки и стала, хотя и 11
не очень значительным, но этапом в романизации Испании, что также яви- лось шагом на пути от республики к империи (69. С. 153-162). Большое значение имеют появившиеся в последние годы работы А.В. Ко- роленкова (37,38,39,40,41,42), в первую очередь диссертация «Квинт Сер- торий и гражданские войны в Риме» (1998). Задачей своего исследования автор определил анализ политической биографии Сертория в её эволюции, характеристику её важнейших аспектов: место Сертория в марианском дви- жении, его отношение с населением Испании, выявление присущих его дея- тельности черт традиционализма и новаторства, влияния, которое она оказа- ла на судьбы Рима, а также новое решение ряда источниковедческих, хро- нологических и иных вопросов (38. С.2). Как видно из этого перечисления, автор, изучая биографию Сертория, одновременно исследует некоторые важ- ные аспекты Серторианской войны. Таким образом, Серторианская война даже в наиболее значительных работах рассматривалась в рамках биографии самого Квинта Сертория либо в общих трудах по истории Рима и Испании. Хотя историография и начала преодолевать сугубо личностный подход к данной теме и переключаться на исследование конкретных социально-политических вопросов, связанных с деятельностью руководителя восстания, по-прежнему изучается в основ- ном именно эта деятельность. Специального обобщающего исследования, посвященного собственно Серторианской войне, нет. В последние десятилетия общая ситуация, связанная с исследованием Серторианской войны, претерпела серьезные изменения. Появились но- вые письменные источники по Серторианской войне (132). Серьёзно про- двинулись вперёд нумизматические исследования. Было, в частности, ус- тановлено, что большинство иберийских и кельтиберийских монет, най- денных в Испании, относятся ко времени Серторианской войны. Исследо- ваны многие крупные клады монет этого времени (346. Р. 139; 69. С. 158- 159; 99; 397). Новые открытия археологов на Пиренейском полуострове позволяют уточнить ход военных действий. Было опубликовано много научных работ, существенно дополняющих представления об Испании в эпоху Серторианской войны, что дает воз- можность лучше понять обстановку, в которой она развивалась. Эти обстоятельства позволили создать работу, в которой исследовалась бы история самой Серторианской войны и основное внимание было со- средоточено на малоизученных или не подвергавшихся еще научному ис- следованию проблемах. В книге предпринята попытка пересмотреть суще- ствующие уже столетия представления о Серторианской войне в целом и об ее отдельных, в том числе важнейших, аспектах. 12
ГЛАВА I. Начальный период войны 1. Испания эпохи Серторианской войны 11 иренейский полуостров в рассматриваемый период можно разделить на следующие регионы. Южная Испания. Приблизительно современная Андалусия. Ее обыч- но называют Бетикой или Турдетанией (в работе будут применяться оба термина). При этом нужно иметь в виду, что границей этой области была река Ана (Гвадиана), области карпетанов и оретанов (Strabo 3.2.1) и опа была больше римской провинции Бетика после официального об- разования последней. Кельтиберия. Ее границы определяются следующим образом: а) на севе- ре -11амплона, на востоке - Тарасона, Торельяс, Боторрита, на юге - Пе- на иьба де Вильястар (458. Р.368); б) северная граница Кельтиберии шла по Иберу от района Туриасо до района Контребия Белеска(119. Р. 21-26). Опа делилась на две большие области: 1) Кельтиберия Ближняя, ее населя- 11 п 11лемена лузоны, беллы, типы; 2) Кельтиберия Дальняя, где проживал ряд 1темен, главными из которых были ареваки и вакцеи, а также пелиндоны. I раница лузонов шла по линии Sierra de la Virgen, Sierra de Vicort, Sierra dr Cucalon, граница бассейна рек Рибота и Халон. Их главные города: Контребия (у Дароки), Нертобрига, Бильбилис (у Калатаюда). беллы и титты занимали территорию от слияния рек Пиедра с Хило- кой па Sierra de Parameras de Molina на юге и от Sierra Ministra на юго- востоке до Sierra de Santa Cruz возле Хилоки. Граница с ареваками - от бассейна Халона и Дуэро до Sierra de Moncayo. С территорией лузонов у ( егеды (Бельмонте). Чисто гипотетично предполагается, что титты жили на юг от беллов. I раница - Sierra de Salorio у Ministra. Их города: Сегеда, Аркобрига (Arcos del lalon или около Monteal del Ariza), Атгакум (Ateca), Ocilis (Мединасе- пи или у Вильявьеха), Сегобрига (видимо, Cabeza del Griego), Контребия бслсска, Туриасо (Tarazona), Бурсао (Борха). Па юг Кельтиберия простиралась через провинцию Гвадалахара, на кн о-восток - до провинции Куэнка с городами Сегобрига, Валерия (Valera пи Хукаре), Laxta (Iniesta), Ergavica, на запад - до района Клунии. Ареваки занимали территорию между Sierra de la Demanda, Sierra de I li bion, Sierra de Cebollra, Sierra de Archena до Fitero de Oeste на востоке, до Sirt i a Clunia. От Fitero и от западных склонов Sierra del Moncayo, достигая Ion Ahos de Romanillos в границах провинций Сория и Гвадалахара, через 13
водораздел бассейнов Халона и Дуэро, проходя через границы Atienza и Сигуэнцы в направлении крайнего запада ближней Кельтиберии, прости- раясь до Sierra Ayllon (юго-западная граница), до Клунии (Penalbo de Castro), до южных склонов Sierra Costalago, пересекает равнину de Salas de los Infantes и достигает Sierra de la Demanda. Главные города ареваков: Conflucatia, Клуния, Термес (Терманция), Uxama Argaela (Burgo de Osma), Segontia Langa, Сеговия, Нуманция (Molino de Garray), Контребия Левкада (возможно, Inestrillas). Города пелиндонов: Сегонтия, Лутия, а также, вероятно, Коленда и Бельгида. Карпетаны занимали район от Гвадаррамы до Ла-Манчи, большую часть бассейна Тахо от la Alcana до Талаверы де ла Рейна. Их основные города: Толетум, Комплитум, Карака (Corcoles в la Alcaria или Тагасепа), Конса- бура (Консуэрга). Возможно, к ним относится район Алькала де Хенарес. На западе и юго-западе границы с ветгонами простирались до крайнего востока Sierra de Calderina и верховьев Гвадианы (316. Р. 84-90). Границы вакцеев: 1) на востоке по реке Одра включала район Вильяхи- сан де Тревиньо (Trifmium, граница трех народов: вакцеев, кантабров и турмогов). Далее: Itero de Castillo, вниз по течению Одры, Tierras de Turmoges, Autra, Segisama, слияние рек Arlanza и Allanzon, Penas del Cerverce до S. de Aylon. Г орода вакцеев: Палланция (Палланция), Интеркантия, Кав- ка (Кока), Лакобрига. На севере вакцеям принадлежали бассейны прито- ков реки Писуэрга до Esla до границы с астурами и до впадения этой реки в Дуэро (316. Р. 90), 2) восток - Арандо дель Дуэро, затем Рауда (Roa), Клу- ния; запад - астуры; север - кантабры; юго-восток - Сьерра-Гвадаррама; юго-запад - район Саламантики. Последний район в это время был еще у вакцеев (430. Sp. 2036). Веттоны проживали на территории провинций Самора, Саламанка, Ка- серес, Авила, Толедо, Сеговия, в Португалии вплоть до Траш-ос-Монтес. Их границы шли по следующей линии: западная окраина Sierra de Gata, через Сьерра де Гредос, западнее Обила (Авила?), затем по линии северо- западнее Сьерра де Малагон - ла Моранья - Пеньярада де Бракамонте. С севера наюг - Дуэро от слияния Tormes до линии водораздела Соа и Agueda, возможно, до отрогов Серра да Эштрела. Турмоги жили на восток от вакцеев. Их западная граница шла восточ- неее вакцеев от водораздела Одры и Писуэгры до Пеньяс дель Сервера. Далее на юго-западе с ареваками и пелендонами, на западе - кампинья де Салас де лос Инфантес до восточных отрогов Montes de Оса, которые отмечают раздел турмогов и автригонов. Граница с кантабрами на севере - кампо де Лора, принадлежащая горам кантабров и землям турмогов. 14
Вероны занимали часть современной провинции Ла Риоха. Их тер- ритория: на западе - границы провинций Бургос и Логроньо, от Сьер- ра де Деманда до бассейна реки Тирон, который принадлежал автри- гонам. Затем граница до Кантабрийских гор, разделяющих их с варду- иами до реки Ega, долина Лерин. На юге граница беронов с пелиндо- нами шла через Sistemas Ibericas по S. de Urbenion al Moncayo, Сьерра де Сан Лоренцо, S. de Camero Viejo. Восточная между долинами Cidacos и J ubero достигает Эбро. Автригоны жили между беронами и турмогами. Города Флавиобрига, УксамаБарка(О5гпа, северо-запад провинции Алава). Их границы: от S de San Millan и округи de Haro - до разделения провинций Бургос и Лог- роньо, до реки Тирон и до Наго и S. de Cantabria. На юго-востоке граница с । урмогами шла по Montes de Оса и разделу бассейнов Эбро и Дуэро до долины реки Rudron, переходила Эбро, охватывала долину Manzanedo, юж| |ую окраину Кантабрийской Кордильеры и реку Anson, включая долину del Mena и las Encartaciones des Viscaya. Каристы жили между вардулами и автригонами. Вардулы - на восток о г каристов, к северу от беронов. Кантабры - между автригонами на востоке и ас гурами назападе. Они занимали область от реки Sella до реки Anson, от (Cordillera Cantabrico до границ с вакцеями и турмодулами. Астуры жили к западу от кантабров и вакцеев. Галлаики занимали северо-запад полуост- рова , граничили с астурами на востоке и отделялись от лузитан рекой Дуэ- ро (316. Р. 91-106). J1 узитаны сначала жили между Тахо и Дуэро, но уже к середине II в. они расселились вплоть до Гвадианы и Алгарви, и Лузитанией стала называть- ся именно эта территория (432. S.210-211; 422. Sp. 1868; 234. Р.376-377). К )жнее их жили кунеи, главный город - Конисторгис (316. Р. 106). ( сверо-восток Испании. Контестаны проживали на территории от реки I nver до реки Sueron. Эдетаны жили на территории от Эбро до Пиренеев и грофея Помпея. Илергеты с главными городами Илерда (Лерида) и Оска (У зека) граничили с лацетанами (они же - иацетаны, лазетаны, лалетаны, иийстаны), которые проживали от Пиренеев до этих городов. Их владения простирались также до илеркавонов, которые проживали севернее Сагун- I и до Эбро. Последние граничили так же с илергетами. (нсзстаны были соседями эдетанов и лацетанов. Они жили в провинции I иррагона, авзетаны - в районах Vich и Жерона или Costa Bravo, авзоценеты с oniHi са de Besalu, бергистаны в районе Bergas (316. Р. 154-156). В Пиренеях проживало крайне смешанное население: иберы, лигуры, васконы, аквита- пы. । реки, кельты (122. Р. 106-110). 15
Рим начал завоевывать Испанию во время II Пунической войны. Тра- диционно римское господство на Пиренейском полуострове начинают с 218 г., с высадки первых римских войск. Однако реалии военных дей- ствий вынуждали римских полководцев в первое время строить отноше- ния с местным населением как с союзниками. Какой бы смысл не вклады- вали в это понятие сами римляне, первоначально эти отношения не могли быть ничем иным, кроме именно равноправного союза, а не союза, как формы подчинения Риму. Подобная ситуация длилась практически на всем протяжении войны. И попытки пересмотреть принципы этих отношений приводили к тяжелым последствиям для римлян (Арр. Iber. 1 -39; Liv. 23.26 etc.; 24. 41, 42, 48; 25. 32-39; 28. 1-38; Pol.3.76, 95-99; 10. 2-20, 34-40). Начало установления реального господства римлян привело к длитель- ным римско-испанским войнам, результатом которых было уже реальное подчинение большей части Испании Римской Республике. Римляне до- вольно быстро, уже в начале II в., подчинили себе Южную, Юго-Восточ- ную, Восточную, Северо-Восточную Испанию. Затем в результате серии длившихся несколько десятилетий ожесточенных войн в 30-е гг. II в. было сломлено сопротивление сильнейших в военном отношении племен Испа- нии - лузитан, кельтиберов и их союзников (Арр. Iber. 39-100; Liv. 33 etc.; 438. S. 11 etc.; 432. S.212-216; 419. Sp. 2035; 425. P.306-316; 60. C. 199; 14. C. 38). Реально римское господство стало осуществляться после оконча- ния Нумантинской войны -133 г. (187. S. 102; 63. С. 61). Однако степень подчинения племен была различной. Как отмечал еще Т. Моммзен в западных провинциях Рима, особенно в Испании, большие пространства принадлежали римлянам только номинально (54. Т.З. С. 179). Для П-I вв. на полуострове можно выделить 3 района, с разной степенью проникновения туда римлян: 1) Средиземноморское побережье, среднее те- чение Ибера, район к югу от Аны. Здесь имелось несколько союзных горо- дов, остальные общины были подданными. Последние были обязаны пла- тить трибут, сдать оружие, дать заложников, принять гарнизоны. После 195 г. в Испании Ближней, после 189 г. в Испании Дальней военные действия шли в основном за пределами этого региона; 2) Центральная Испания. Городские общины и племена этой зоны имели договоры с Ри- мом, согласно которым должны были давать заложников, вспомогатель- ные войска, платить трибут. Эта зона приведена в положение первой только во 2-й пол. II в. С течением времени римский контроль над союз- никами в этой буферной зоне становился плотнее, и постепенно они пре- вратились в подданных; 3) вне пределов прямого римского господ- ства оставались территории за Аной, земли веттонов и вакцеев во внут- 16
ренних районах Кельтиберии. Иногда здесь от племен брались заложни- ки, жителей некоторых общин переселяли на равнину, но чаще поддер- живались отношения, направленные на сохранение status quo с обеих сторон. Постепенно территории второй зоны переходили на положение первой зоны, а территории третьей зоны на положение зоны второй (Арр. Iber. 40-100; 292. Р. 56-57; 63. С.109-110). Лузитаны были покорены, по одним данным, в результате походов Бру- та в 30-е гг. II в., по другим - в наместничество Цезаря в 61 г. (Per. 55.56. 103; Арр. Iber. 73-75; Арр. Ь.с. 2.8; Plut. Caes. 12; De vir. ill. 78; Dio. Cass. 37.52.55; Obs. 68.123). Поэтому в современной литературе авторы обыч- но придерживаются либо первой (24. С.97; 73. С. 24; 425. Р.316-317; 438. S. 170-171), либо второй версии (54. Т.2. С.180; 472. S. 5; 419. Sp. 2036; 467. S. 78; 250. Р. 61). Но ни походы Брута, ни походы Цезаря так и не । |ривели к покорению римлянами запада Пиренейского полуострова (318. Р. 363-372; 389. Р.33-72; 403. S.528). Подобные преувеличения своей дея- тельности были довольно обычным явлением для римских полководцев (62. С.3-8; 66. С.77) и X. Симон справедливо отметил, что лузитаны были покорены Брутом только формально (438. S. 138). Вероятнее всего лузита- ны были подчинены легатами Помпея в 50-е гг. I в. (422. Sp.l872) и в дальнейшем на их территории лишь изредка велись незначительные бое- вые действия (b. Alex. 48). Как бы то ни было, к началу Серторианской войны лузитаны были фактически независимыми. Алгарви была объявлена римским владением в 140 г. Но эта область подвергалась непрерывным атакам лузитан до середины I в. И, вероятно, только после победы Цезаря над сыновьями Помпея население этой терри- тории фактически интегрировалось в римскую провинцию (104. Р.459). Территория южных вакцеев подверглась лишь временной оккупации. Хорошо известны походы римлян на крупнейший город северных вакцеев Палланцию, но все они окончились неудачей. Среди городов, завоеванных позднее, Палланция не названа (Арр. Iber. 51-55.80-83.88.99-100). Васконы сопротивлялись до Серторианской войны (122. Р. 111). Кан- табры и астуры реально были покорены римлянами лишь к 19 г. (Dio Cass. 51.20.5; 53. 25; 54.5; Veil. 2.90; Flor. 4.46-58). Сохранили независимость племена, проживавшие дальше от римских владений, чем васконы и вакцеи. Ближняя Кельтиберия явно контролировалась Римом, но и здесь имели место антиримские восстания (Арр. Iber. 40-100; Gran. Licin. 36. 5; 418. S. 259-260; 403. S. 524-529). Боевые действия в Испании продолжались вплоть до Серторианской вой- ны (384. Р. 83-94; 383. Р.199; 421. Sp. 155; 419. Sp.2036; 418. S.247-260; 17
71. С. 166-167), наиболее частые и тяжелые - с лузитанами (456. Р. 132; 371. Р.103). Прочно контролировались римлянами только те террито- рии, на которых по крайней мере верхушка общества была заинтересо- вана в сохранении римского господства. Оформившаяся на Пиренейском полуострове система отношений между Римом и автохтонным населением оказала большое влияние на положение остальных зависимых народов в других провинциях в течение республи- канской эпохи (287. Р. 149). Достаточно быстро (это диктовалось военной необходимостью), уже в 197 г. римские владения в Испании были разделе- ны на две провинции: Испания Ближняя и Испания Дальняя (192. Р. 355- 367; 419. Sp. 2035; 383. Р. 97 etc.; 51. С. 40-56). Для сравнения - Нарбонская Галлия стала провинцией только во время Серторианской войны (256. S. 254-255; 223. S. 323). Столицей Ближней Испании был Новый Карфаген, Дальней - Кордуба (330. S.252; 274. Sp. 1625; 279. Sp. 1222; 293. Р. 15). Границами провинций были Дуриус, Кастулонский сальтус, город Urci на средиземноморском побережье (330. S. 252,254). Изначально провинция - это поле деятельности, назначенное магистрату, определял ее политически и юридически lex provinciae. Хотя в эпоху Поздней Республики провинции были более тщательно, чем раньше определены гео- графически, их границы, особенно с враждебными народами, оставались все же неопределенными. К тому же имелись области свободных городов, союз- ных царей и династов. В течение длительного времени народное собрание, сенат или отдельные наместники принимали серию законов, которые опреде- ляли условия провинциальной жизни. Подобная ситуация была и в Испании. Во время первых лет римского правления подчиненные территории в прямом управлении были без строгого определения провинции или даже достижения полного умиротворения (314. Р.22-32). Четкое представление о внешних границах римских владений сложи- лось позднее (29а. С. 158). Возможно, поэтому строгого определения кон- тролируемых римлянами в Испании территорий не было и в их состав включались области фактически независимых племен. В провинцию Испания Дальняя официально входили Бетика, Лузитания, территория вет- тонов. Ввиду фактической независимости лузитан и веттонов реально тер- ритория Испании Дальней сводилась к Южной Испании (385. Р.69). И обыч- но под этой провинцией подразумевалась именно Бетика, этот термин упот- реблялся наряду с термином «Испания Дальняя» (Caes. b.c. 1.38; 2.17-21; b. Alex. 48-64; 215. S.215; 163. S.604). Области лузитан и веттонов образовы- вали военный придаток провинции (422. Sp. 1872). Остальные римские вла- 18
дения на Пиренейском полуострове входили в состав провинции Испания ЬЛИЖНЯЯ. Для улучшения управления в Испанию посылались специальные сенатс- кие комиссии (371. Р. 83-104). Но свидетельств существования lex proviciae для какой-либо из испанских провинций нет (63. С. 66), что предоставляло их наместникам большую свободу действий. Образование провинций не привело немедленно к возникновению упо- рядоченной административной системы, которая создавалась постепенно, ио мере взаимодействия римской власти с местным населением (383. Р. 160). Так как из-за небольшой численности аппарат наместника не мог должным образом выполнять свои функции, частично они передавались органам местного самоуправления (187. S. 109). Обычно римляне использовали карфагенскую систему налогообложения. 11 о в Испании обложение налогами началось как сбор зерна и денег с мес- тных общин для солдат и носило едва ли не случайный характер (314. Р. 72). 11остепенно, к концу первой трети II в. установилась регулярная система налогообложения. Основными налогами были: stipendium - прямой налог деньгами, для бедных общин он мог быть заменен зерном или другими нату- ральными платежами, позднее стал называться tributum; vectigal - налог за пользование землей, которая является собственностью Рима; 5-% -ный 11алог зерном на некоторых союзников. Налоги сдавались на откуп компани- я м откупщиков. Платились также пошлины, налоги с продажи. Провинции несли бремя чрезвычайных налогов, реквизиций; обязаны были содержать магистратов, легатов, прокураторов, сборщиков налогов, оплачивать полко- водцам aurum coronarium и деньги на статуи. Союзники были обязаны воен- ной службой (314. Р.29,72-95; 63. С. 66-122; 250. Р.68-73). Хотя часть собирае- мых в Испании средств тратилась в ней же (185. Р. 60-61), налоги не могли । ie вызывать недовольства податного населения. Статус провинциальных общин в римских владениях был разным. Един- ггвенными городами римского права были колонии и муниципии. Первые обладали большим статусом, чем вторые (467. S. 41). Это неудивительно, ибо римские колонии рассматривались как расширение города Рима (83. С.230). Наиболее привилегированными общинами были и латинские коло- нии. В Испании были основаны первая латинская колония Картея (275. Sp. 1617-1620) и первое римское поселение за пределами Италии и Цизаль- пийской Галлии - Италика (280. Sp.2283-2284). В Кордубе в середине 11 в. была основана латинская колония. Позднее она стала римской колони- ей, но маловероятно, чтобы это произошло уже ко времени Серторианской войны (467. S.73; 161. Р. 191 etc.; 293. Р.9, 14). Имеется мнение, что 19
римскими колониями были Италика и Валенция (239. S.312; 431. Sp. 2148; 298. Р.451). Но, вероятнее всего, они получили этот статус по- зднее (321. Р. 301-303; 226. S.12; 467. S.72). Возможно, что римские ко- лонии в Испании появились только после Серторианской войны (401. Р. 164; 71. С. 175). Имеется мнение, что к началу Серторианской войны латинские гражданские права имели Эмпорион (289. Р.130) и, может быть, Илерда (226. S.l 1). Существует предположение, что индикеты около 100 г. получили латинское гражданство. Однако нет источни- ков, подтверждающих эту точку зрения (77. С.121). Остальные общины делились на следующие типы: 1) свободные общи- ны, civitates foederatae et liberae, статус которых определялся специальным договором с Римом. Их было очень немного - Гадес, Эмпорион, Сагунт, возможно еще несколько городов; 2) civitates sine foedere liberae et immunes. Положение этих общин определял их договор с Римом, специальный закон, принятый римским народным собранием, или senatus consultum. И уже из- за этого они являлись менее привилегированными. Их было немного: досто- верно известен в это время только Тарракон; 3) civitates stipendiariae. Плати- ли налог личный и территориальный. Их территории считались ager provincialis (345. В.2, Abt. 1. S. 689; 193. Р. 27-34; 126. S.414; 250. Р.65,211- 213); 4) низшую категорию провинциальных общин, как и в других римс- ких владениях, составляли дедитиции. Их положение не регулировалось никакими законами, они подчинялись римлянам категорически, без огра- ничения, и находились таким образом даже чисто формально в полной вла- сти провинциальной администрации (186. S.16). Например, дедитициями были, видимо, индикеты (77. С. 120). На территории свободных общин не могли находиться римские войска, они не платили трибут и были лишь морально обязаны поддерживать Рим в случае войны (345. В.З, Abt. 1. S. 690; 126. S.411; 349. Р.24-25). Они имели внутреннее самоуправление, обладали собственностью на свою землю, правом взимания пошлин, чеканки монеты (330. S. 78-80). На практике положение этих союзных общин коренным образом отличалось от поло- жения союзников в Италии (186. S. 156). Реально их свобода означала, что они теоретически не принадлежат к провинции и не находятся под влас- тью наместника. На практике все зависело от конкретной ситуации, от по- ложения отдельного города (345. В. 2, Abt. 1.S.689; 126. S.412-13). Общины, не имеющие специального статуса, не были выведены из-под власти губернатора, не имели освобождения от налогов и принудительных повинностей; они назывались stipendiariae - плательщики stipendium. Эти общины платили vectigal, stipendium, не обладали правом собственности 20
на землю, но обладали определенной степенью локальной автономии: сохра- няли право чеканить монету, управлять собой по своим собственным зако- нам, в городах существовали местные сенаты. Однако эти льготы не были । арантированы договором с Римом (314. Р.38-40; 250. Р.68; 131. Р. 45-73). В период римского завоевания наиболее развитыми регионами Испании с высоким уровнем ремесленного производства были Юго-Восток, Вос- । ок, отчасти центральная часть долины Эбро, но особенно юг, где суще- (। вовали крупные городские поселения, сильная аристократия, а в доли- не Бетиса имелись отношения, напоминающие колонат или илотию. Здесь появляются примитивные «номовые государства», города-государства. Наряду с ними были отдельные общины, жившие в условиях родового общества. Некоторые из них находились награни преобразования в госу- дарство. Часть иберийских племен перестраивалась в монархии на пле- менной основе (103. Р. 136-150; 287. Р.150-153; 460. Т. 10. Р. 205; 372. Р. 202-205; 111.Р. 143-145; 408. Р.69; 33. С.181-199; 49. С. 171-201). Ко вре- мени Серторианской войны здесь высокого уровня достигли сельское хо- зяйство, ремесленная промышленность, торговля. Существовали много- численные торгово-ремесленные центры, в сельской местности имелось множество вилл классического италийского типа. Эти области, особенно Южная Испания, напоминали в экономическом отношении наиболее раз- витые области Италии (138. Р. 21-72; 134. Р. 242-243, 245-249, 251, 256; 343. Р. 35, 45, 111, 252, 255, 258; 184. Р.124-127, 129; 347. Р. 46-56; 289. Р. 135). Яркую картину экономического расцвета Южной Испании нарисо- вал Страбон (Strabo 3. 2. 1-9). Хотя он и завершил свой труд около 7 г. (271. Sp. 90), но главным его источником был Посидоний (139. Р. 11). Этот образ подтверждается и современными исследованиями (250. Р. 141 -174). Экономическое положение других регионов Испании сильно отличалось о । юга и восточного побережья, хотя здесь имелись относительно развитые области. Например, район современной Ла-Манчи уже в эпоху бронзового века отличался довольно высоким уровнем развития (333. Р.23-41). Область восточной Месеты была регионом в основном пастушеской культуры, но имелось и хлебопашество. В раннеримскую эпоху основой экономики и богатства, как и ранее, оставался скот. Помимо него, об- ласть была богата металлами, имелось производство оружия, тканей, плащей, литейное дело, виноделие. Существовала значительная соци- альная дифференциация: имелась сильная знать, располагавшая боль- шим количеством зависимых людей. Города в этой области - преимуще- ственно укрепленные убежища на случай войны (134. Р.213-221). На западе Месеты пастушество играло еще более значительную роль, чем 21
на востоке. Земледелие получило большое значение, вероятно, только после римской оккупации. Развито было литейное производство (134. Р.225-228). В экономику центральной Испании уже, видимо, начали внедряться римские дельцы, но этот процесс шел неизмеримо сла- бее, чем на юге и востоке (136. Р. 175-177). Положение кельтской Бе- турии, северо-западной части Бетики от Бетиса до Аны (273. Sp. 2764), напоминало положение кельтиберов (134. Р. 229). Вакцеи были земледельческим народом, для которого характерны серь- езные пережитки первобытных отношений; их область - это район аграр- ной коллективной культуры. Она была богата хлебом, скотом, в том чис- ле лошадьми. Поэтому вакцеи могли выставить сильную конницу. Был развит кузнечный промысел. В целом эти территории, особенно Лузита- ния и Дальняя Кельтиберия, по сравнению с югом полуострова были очень бедными, отсталыми и малонаселенными регионами (138. Р.42-48,83; 134. Р. 83, 232; 419. Sp. 2028; 316. Р. 107-108). Основу общества веттонов и вакцеев составляли родовые объединения (250. Р.41-47; 248. Р.64-88). Кельтиберийское общество было позднеродовым. Главную роль иг- рал клан и род, они создавали общины во главе с городами, которые возглавлял «сенат», имевший право суда, заключения договоров, чеканки монет (74. С. 115-116; 460. Т. 10. Р. 231). У кельтиберов имелись города, хоть и небольшие (421. Sp. 153; 424. S.54; 71. С. 144). Лузитания была районом в основном пастушеским. Население занималось также охотой, рыболовством. Земледелие существовало лишь в небольшой части страны. Добывались драгоценные металлы. Однако в целом экономи- ческое положение было бедственным (134. Р.232-238; 422. Sp. 1869). Малове- роятно, чтобы лузитанские аристократы образовывали обособленный слой как кельтиберийская знать. Карьера Вириата, из простого пастуха ставшего вождем, была практически невозможна в аристократическом обществе, подобном кельтиберийскому (460. Т. 10 Р.232). Лузитанское общество было бо- лее архаично, чем кельтиберийское, и переживало период «военной демокра- тии». Лузитаны не имели городов в собственном смысле этого слова: у них были протогорода, иногда значительной площади, замки, укрепленные посе- ления. Основой общества был род, группировавшийся вокруг укрепленных поселений. Народ совпадал с клановыми ассоциациями. Общины управля- лись старейшинами. Начиналось разложение родового общества и появля- лась аристократия, которая, возможно, концентрировала в своих руках боль- шую часть земли и скота. Для военных мероприятий общины объединялись в более мощный союз во главе с выборным руководителем (460.Т. 10. Р.231-233; 422. Sp. 1869; 250. Р.35-41; 149. S.244; 234. Р.377; 49. С. 177; 71. С. 149-150). 22
В ходе римского завоевания у лузитан и веттонов происходили опреде- пгнпые изменения. В тех районах, которые римляне сумели подчинить, переселение жителей с гор на равнину, создание ими новых поселений привело к ускорению общественного развития (250. Р. 193-194; 221. Р. 80- 8?). А у жителей современной Алгарви уже ко времени Серторианской помпы были торговые связи не только с римской Испанией, но и с Италией (I04.P. 459-462). ('оциально-политическая организация общества северо-запада полуост- рова изучена еще довольно слабо (331. S.110). Север, северо-западные тер- ритории были аграрными областями. Основное занятие населения (глав- ные народы: галлаики, астуры, кантабры, васконы) - скотоводство, земле- делие, рыбная ловля, охота. Пиренейские племена занимались в основном пастушеством. Добывались металлы, в том числе драгоценные. Торговля носила примитивный характер, хотя еще с доримских времен существова- ли торговые связи с побережьем. Упоминающиеся на этих территориях । орода - это просто укрепленные убежища на случай военной опасности. I аллаики, астуры, кантабры жили клановой системой. Очень сильны были пережитки матриархата. Женщины даже участвовали в военных действи- ях. Население этих территорий в большом количеств уходило в наемники или занималось разбоем. Среди народов севера выделялся один - васконы. Они рано романизировались и относительно быстро вошли в орбиту эко- номики Рима. У них важную роль играло земледелие и немалую роль - ремесло (134. Р. 195-211; 249. Р. 99-102; 73. С.22-24; 410. Р. 129-137; 363. Р. 105- 128;460.Т.10Р.23). Племена Испании образовывали этнографическое, но не политическое единство и распадались на бесконечно многочисленные кланы. Во время войны общины и племена формировали единую военную власть, во время мира они были независимыми (420. S. 198-199; 418. S.247-260; 249. Р.97). У галлаиков насчитывалось более 3000 кастрос - мелких и мельчайших кланов. И подобное положение характерно для каждого племени (420. S. 198-199). Возможному объединению племен препятствовал разбой, кото- рый был массовым явлением. Он приобрел особо большое значение у лу- зитан, галлаиков и кантабров (Diod. 5. 34. 6; 134. Р. 232-238; 63. С. 60). Отношения между соседними общинами часто были враждебными, и даже сильно развитые обычаи гостеприимства не могли существенно изменить положение (420. S. 198-199; 419. Sp. 2027; 205. Р. 19-35). Огромную роль в трансформации испанского общества сыграла романи- зация. Общепринятого ее понятия нет. Из имеющихся определений наибо- лее подходящими представляются следующие. 23
«Романизация»- диалектический процесс изменения, в результате ко- торого туземное общество оказалось под влиянием определенных при- знаков римской культуры и, одновременно, сама римская культура испытала определенную трансформацию (287. Р.148). Понятие романизации содержит ряд элементов: 1) закрепление военно- политического господства Рима благодаря гарнизонам, военным дорогам, центрам управления и т. д., то есть создание инфраструктуры военного и политического господства; 2) колонизация. Поселения ветеранов или граж- данских лиц из Италии или других коренных регионов империи во вновь завоеванные районы; 3) распространение римского гражданского права и основание городских общин в окружении туземного населения; 4) Рас- пространение римских форм жизни и поведения вместе с латинским язы- ком; римских культов и культурных претензий римлян, то есть культуры в широком смысле слова и, прежде всего, городской культуры (90. Р.24). Романизация - это включение провинций в интегральную систему римс- кого государства. Ее результатом стал переход Испании к античному обще- ству. Она - сложный, многоплановый процесс, имеющий различные аспек- ты. Экономическая романизация - включение провинциальной экономики в общеримскую. Социальная - распространение в провинциях социальных отношений античного общества в его римском варианте. Политическая романизация - распространение римского гражданства, вытеснение мест- ных политических институтов римскими, включение местного населения в политическую и сословную систему Рима. Культурная романизация - распространение латинского языка, вытеснение им местных языков, усвое- ние испанцами римской культуры, включая религию, и вообще всего рим- ского образа жизни (71. С. 169). В общем, романизация являлась процессом, посредством которого рим- ляне инкорпорировали в себя обитателей провинций (272. Р. 18). В течение длительного времени именно с Серторием иногда связывалось само начало этого процесса (19. С. 153; 263. S.528; 426. S.156; 451. S.239; 387. Р.162; 25. С.30). Однако в последние десятилетия положение измени- лось, и специалисты признают как высокую степень романизации отдель- ных районов Испании уже ко времени Серторианской войны, так и то, что она началась еще до официальной, целенаправленной политики колониза- ции Испании (146. S. 515; 228. Р. 402). В рассматриваемую эпоху очень сильно романизированы были южная (Андалусия, южная часть Эстремадуры), юго-восточная, восточная и северо- восточная Испания (Каталония, Валенсия, Мурсия), центральная часть доли- ны Эбро (289. Р. 124-136; 287. Р149; 228. Р.402; 342. Р. 148; 343. Р.252; 216. Р. 179- 24
203; 118. Р.27; 106. Р.402-408; 169. Р. 107-120; 364.Р. 121-123; 460. Т.Н.Р.272- II2). Но и на этих территориях сохранялись элементы доримской жизни, иногда они преобладали в отдельных районах (251. Р. 19-55; 78. С.71-76). Романизации способствовал экономический расцвет этих областей и их связи с Италией. Следует отметить, что эти регионы были связаны тесны- ми торговыми отношениями друг с другом и с остальными районами Сре- ди юмноморья несравненно больше, чем с глубинными областями Пире- нейского полуострова (Strabo 3. 2. 5; 184. Р. 125,126, 129; 343. Р. 58,60, 116,189,226; 138. Р. 56-72; 399.Р. 125; 156 .Р.24-27; 250. Р. 172-174; 287. Р. 162; ) 16. Р. 191 -196; 383. Р. 174). Но наиболее тесными были торговые связи имен- но с Италией, причем не только италийская продукция ввозилась в эти реги- оны, но и их продукция ввозилась в Италию (289. Р. 129-136;287. Р.163; 120. Р. 56-61; 157. Р. 587; 145. Р. 667; 216. Р. 185-196; 123. Р. 551-556). Не случайно, что многочисленные клады римских монет данного периода пнйдены почти исключительно в Каталонии, долине Гвадалквивира, на восточном побережье (181. Р. 97-98). У римских властей отсутствовала сознательная политика вытеснения местной культуры (151. С. 86-91), но некоторые их действия этому способ- ствовали. О романизации свидетельствует начало внедрения римской мо- нетой системы (138. Р.75-76; 185. Р. 60; 357. Р.28). Огромное количество монетных дворов (250. Р. 166) давало возможность чеканить большое ко- личество монет. Существовала иерархия туземных городов: 1) с правом чеканки серебряной и бронзовой монеты, 2) только бронзовой, 3) не имев- ших права чеканки (106. Р.402-404). Возможно, сримскими налогами свя- ia11ы циркулировавшие с середины II в. иберийские серебряные монеты стандарта римского денария, но местного типа: аверс - бородатое лицо в профиль, реверс - всадник поднявший руку (в районах первоначальных завоеваний) или пику (в районах, которые оказали римлянам упорное со- противление). Все они несут иберийские легенды - названия племен, горо- дов - и найдены большей частью в северной Испании, особенно в регионе ()ски (314. Р.73; 287. Р. 157; 63. С. 125). 11а северо-востоке Испании римские власти к концу П-началу I вв. вве- ли унификацию монетной чеканки на римской основе (368. Р. 37-56). В Дальней Испании, наоборот, сохранялась разнородность чеканки (287. Р. 157; 250. Р.208-209). 11овые города, создаваемые римлянами как опорные пункты (314. Р.40; 63.С. 49) также способствовали романизации и урбанизации (187. S. 109; 250. Р. 211). Из-за военной необходимости стали строить типовые римские дороги, в том числе и шоссированные (411. Р.98-100 ). 25
Большую роль сыграла значительная эмиграция в эти регионы римлян и других италийцев, их рабов и вольноотпущенников, начавшаяся в Испании с первых лет завоевания (250. Р.84-86,196,202; 382. S.98; 343. Р.229-248; 224. Р. 295; 77. С. 121-122; 75. С. 123-126,129). Отсутствие официальных римских городов не должно удивлять, ибо со II в. повсюду в римских владениях возни- кали городские общины, населенные римскими гражданами, в том числе ветеранами, не имевшие статуса колонии или муниципия и считавшиеся виками и пагами (467. S.41). Заселение же римлянами Испании носило пре- имущественно сельскохозяйственный характер (354. Р.298). Однако основ- ную массу италийских переселенцев составляли не собственно римские граж- дане, а италики (71. С. 169). В Испании римские войска находились длительный период, а после раз- рушения Нуманции до Серторианской войны там обычно постоянно было 2-3 легиона (391. Р. 168), которые пополнялись и местными рекрутами (314. Р.50; 239. S.312). В течение II в. в войнах в Испании наряду с римлянами участвовало зна- чь гельное число союзников. Многие солдаты оседали на территории Ис- пании и получали землю за службу (250. Р. 85-86). Большую роль эмигра- ция италийцев сыграла в романизации районов горных разработок на юге и в Леванте (135. Р. 179-195;! 36. Р. 180). В Новом Карфагене верхушка об- щества уже во II-I вв. состояла из италийских эмигрантов (76. С. 152). Обе провинции имели существенное число римлян и италийцев. Суще- ствовали целые поселения, где местное население было вытеснено или ассимилировано. Многие римляне и италийцы жили на виллах вокруг го- родских поселений: недавние исследования вокруг Бадалоны обнаружи- ли около 260 таких поселений, большинство из которых относится к кон- цу II - началу 1 вв. Наиболее густо они располагались вдоль побережья (289. Р. 136; 383. Р.172-173). Большую роль сыграла и служба испанцев в римской армии. В основном за нее они награждались латинским и римским гражданством (251. Р.28-29; 250. Р. 194-202; 94. Р.55; 146. Р.515). Нередко туземцы, которым гражданс- кие права давал полководец, не получали их подтверждения в Риме, но в Испании они продолжали пользоваться этими правами (383. Р. 162-163). Процесс романизации стремительно развивался и благодаря огромному количеству смешанных итало-туземных поселений, ставшим преобладаю- щим типом поселения на юге (293. Р. 13-14; 287. Р. 160-162), где даже в Ита- лике, несмотря на сильную романизацию всего ее района (383. Р. 173), ма- териальная культура по крайней мере до I в. сохраняла характерные турде- танские черты (193. Р.119 etc.; 287. Р. 160), северо-востоке (289. Р. 124-136; 26
287. Р. 161-162; 356. Р. 84-85; 343. Р.253), и в долине Эбро, где италийцы ( мешались с местным населением вплоть до района Хаки (107. Р. 219-255; I *6. Р. 184; 106. Р. 403). Влияние римской архитектуры в туземных общинах становится очень сметным уже со II в. (289. Р. 129-132; 383. Р. 172-173; 384. Р. 89-92; 102. Р.44-48; 378. Р. 254; 106. Р. 409; 332. Р. 310), и, наконец, в Испании появ- || и ю гея типично римские города, но главным образом в приморских рай- онах (251. Р. 18 -19,28; 90. S.25; 287.Р. 162). Римский образ жизни утвер- ждается и в городских, и в сельских поселениях (289. Р. 130; 287. Р.162- 164; 343. Р.249). Важное влияние на иберийскую культуру еще в VIII-VI вв. греческой и восточной культуры, в том числе пунийской, в итоге облегчило римлянам всеобщую унификацию (93. Р. 117-130). Этому способствовала ранняя ко- лонизация Пиренейского полуострова греками (34. С. 231-244; 71. С. 73- 90), в результате которой сильной эллинизация подверглись юг, восток Испании и центр долины Эбро (357. Р. 20-30), и финикийцами (80. С. 8 etc.), (’ими финикийцы и греки дольше, чем другие народы Испании, сопротивля- лись римскому культурному влиянию: романизация финикийцев началась еще со II в., но только в конце I в. н. э. испано-финикийская цивилизация расгворилась в римской (176. S.419). < 'охранялось сильное финикийское влияние на жителей Южной, Юго- Восточной и Восточной Испании, и само финикийское население было важным фактором сопротивления романизации, в том числе в религиозной сфере (463. Р. 371-382; 80. С. 189 etc.; 78. С.76). К тому же восточные культы стали заново проникать с Ближнего Востока благодаря восточным рабам (377. Р. 79-102). Поэтому неудивительно, что, например, в Контестании сильное пуническое религиозное влияние наблю- далось даже в I в., и лишь в самом конце Республики произошло слияние пунических культов с римскими (374. Р.357-369). Но и в Бетике местные культы постепенно приобрели греко-римские черты (323. Р.279-297). Римская одежда в рассматриваемых регионах стала обычной в первой половине I в. (357. Р.21), а сильное римское влияние в производстве ору- жия обнаружилось уже во II в. (357. Р. 28). 11аиболыпих успехов романизация достигла в распространении латин- ского языка. Латынь была очень быстро воспринята в Дальней Испании (177. Р.30), и латинизация этой провинции уже во II в. шла ускоренными гем нами. К началу I в. латинский язык стал обычным языком общения для многих туземцев. У высших общественных слоев по римской моде для завершения литературного образования необходимо было изучение 27
греческого языка. В Испании Ближней латинизация прибрежной зоны и долины Эбро должна была сделать столь же быстрый прогресс как и в Испании Дальней. После 80 лет римского присутствия латынь глу- боко укоренилась на Юге и Востоке полуострова, и такие города, как Таррако, Кордуба, Валенция, Италика, Гиспалис, Н. Карфаген, Га- дес, Баркино, были районами ее господства (227. S. 470- 486; 287. Р. 162-164). И по крайней мере в Южной Испании существовала собствен- ная латинская поэзия (Cic. Arch. 10. 26). Латынь распространялась в первую очередь, разумеется, среди высших слоев, тогда как в народе иберийский язык сохранялся вплоть до эпохи империи (429. S. 101), но именно сохранялся. Иберийский алфавит не ис- чез. Имеются иберийские надписи в Сагунте, относящиеся ко времени прав- ления Тиберия, но это раритет - все остальные надписи этого времени су- ществуют на латыни (95. Р. 59). КI в. относится надпись, в которой латин- ские слова написаны иберийскими буквами (117. Р. 518-522). Все это пока- зывает, что процесс утверждения латыни не был простым. В Южной Испании туземцы начинают носить римские имена (b. h. 35.3; 162. Р. 123; 163. Р.617,641,644 etc.). Хотя трудно отличить романизиро- ванных испанцев и собственно римлян в Испании, распространие римских имен отражает широкую романизацию долин Эбро и Бетиса. Лица с таки- ми Именами почти всегда происходили из городов, в которых жили римля- не (383. Р. 162-163; 477. Р.22-27, 29-42). Есть мнение, что не только в за- падных, но и во внутренних районах полуострова не было никаких следов романизации (78. С.71). Однако со II в. шел процесс романизации Месеты (261. Р. 431 -436; 361 .Р. 1141 -1148; 375.Р.61 -63) и даже весьма эффективный (325. Р. 145). Вероятно, можно констатировать именно начало этого процес- са, но, по крайней мере на территории современного Кастильского плоско- горья римское гражданство среди верхушки общества стало широко рас- пространяться еще со II в. (90. S. 102). Разумеется, степень усвоения латинского языка, римской культуры, римского образа жизни могла быть невысокой (95. S.58-64; 131. Р. 54; 185. Р. 180-190). Несмотря на широкое внедрение римских мето- дов хозяйствования, они еще не стали господствующими (287. Р.161; 250. Р.133-140; 356. Р.71-87; 343. Р.111-116, 253-258). Изменения в общественном строе были значительны, особенно в верхушке обще- ства, но и здесь оставались большие пережитки (250. Р. 191-195, 204- 214). Внутренние районы даже Южной Испании имели доримскую организацию территории, и у населения перегринских городов со- хранялись доримские социальные порядки (251. Р. 19-55). 28
I (пи амфоры кадисского региона имитировали италийский тип со 11 а (2 VS. Р. 49-62), то на северо-востоке Испании землевладельцы, про- и 111одив111ис вино для регионального потребления, продолжали писать на амфорах характерные иберийские имена (287. Р. 164). 11о для данного исследования главное не то, насколько хорошо, с точки ||м ния современных им италийцев (Cic. Arch. 10.26), те или иные туземцы । (iiiopii ни на латыни, а то, что они стремились говорить на ней; не то, на- ( а о hi.ко они действительно походили на римлян, а то, что они стремились ( । а 11. римлянами или хотя бы как можно больше походить на них. Стреми- । г и i.i юс усвоение латинского языка и римского образа жизни (каков бы ни | >i.i н уровень этого усвоения) показывает, что определенные группы населе- ния Испании стремились уподобиться римлянам. Подобное обстоятельство (> шамало, что они не мыслили будущее свое и своих близких вне римской дгржаны. Такие, старающиеся интегрироваться в римское общество тузем- цы нс могли быть безусловными врагами Рима и не должны были стремить- । я (в массе) к ликвидации римского господства в Испании. К тому же в эпоху Ио |дней Республики высшие социальные слои населения провинций виде- пн в римском господстве гарантию от социальных потрясений (187. S.321). Романизированные туземцы должны были добиваться изменения своего с । a iyca, и это делало их потенциальными (и активными) участниками граж- данских войн среди римлян. Признаком романизации следует также счи- । и гь । юявление на месте туземного населения не только римского, но и ста- рающегося стать римским населения. О последнем свидетельствует и сам факт получения туземцами статуса римских граждан. При этом традици- онно обращается внимание только на одну сторону проблемы - предостав- ление римлянами своих гражданских прав чужакам. Но не менее (а для данного исследования даже более) важен другой аспект: имелись туземцы, кс > I орые готовы были стать римлянами. Их, безусловно, было неизмеримо больше, чем получавших гражданство: до диктатуры Цезаря оно предос- ।валялось настрого индивидуальной основе(314. Р163). ( ледует отметить еще одно обстоятельство: Южная и Восточная Испа- ния не просто были романизированы раньше, чем какие-либо другие ино- странные части римской державы (226. S.7), но степень романизации этих регионов достигла (а иногда и превзошла) уровень романизации некото- рых областей Италии (137. Р. 73-129; 227. S. 475; 164. Р. 37-40,42-46,92- 93; 315. Р. 107-117; 178. Р.57-68; 454. Р. 81-95; 65а. С. 225-224). Для сравне- ния: в Нарбонской Галлии, несмотря на довольно тесные связи с Италией, процесс романизации и вообще изменения общества стал значительным только со второй половины I в. (223. S.332,336,337-343). 29
Создается впечатление, что средиземноморские районы Испании уже в первой половине I в. составляли вместе с Италией некое единое экономи- ческое и культурное пространство. Это может отчасти объяснить позицию населения этих областей в гражданских войнах, а также то, что именно Испанию выбрал для создания базы для сопротивления Сулле Квинт Серто- рий, опиравшийся первоначально только на проримские элементы насе- ления Испании Ближней. Сам факт грандиозной Серторианской войны показывает, что незави- симо от своего статуса многие группы населения Испании были крайне недовольны своим положением. Но следует предположить, что выход раз- личным социальным группам населения должен был представляться по разному: одним - в завоевании независимости от Рима, другим - в изме- нении своего статуса в рамках римской державы. Особое недовольство последних должен был вызывать произвол римской администрации, ибо, хотя около 100 г. оформился общий инструмент контроля над магистра- тами (314. Р.97-102), в провинциях всевластие наместника реально ничем ограничено не было. Все это задевало интересы и римского, и неримского населения. Но грань между римлянами и неримлянами, римлянами и варварами в Испании не была четкой. Существовало население, которое официально не являлось римлянами, но в Испании считалось ими или даже имело de facto права римских граждан. Нельзя считать варварами туземцев, получивших и со- гласившихся принять римское гражданство без соответствующего закона в Риме, и тех, кто не получил римского гражданства, но стремился стать римлянином, тех, кто говорил только на латыни и фактически стал римля- нином, тех, кто явно уже считал себя таковым. В провинциях в эту эпоху любой италиец воспринимался как римлянин (47. С. 108). Следовательно, в общественном сознании уже произошло раз- деление понятий: 1) римлянин как лицо, официально принадлежащее к римскому гражданству и 2) римлянин как носитель римско-италийского образа жизни. Это постепенно не могло не привести к тому, что в провин- циях италийцы и их потомки стали сами воспринимать себя как римляне, только без официального статуса. То же должно было происходить и с ту- земцами, воспринявшими римский образ жизни, тем более с теми, для кого латынь стала родным языком (см. знаменательные слова Страбона об ис- панцах, практически ставших римлянами - Strabo 3.2.15). Отношение к римлянам у остального населения романизированных об- ластей должно было измениться. Здесь более ста лет не было войн с Ри- мом, что, разумеется, не исключало отдельных выступлений против влас- 30
I rll 11 осле разгрома лузитан в 30-е гг. II в. эти регионы не подвергались нинпдениям варваров, которые затрагивали только приграничные области. < игд< лип елыю, выросли целые поколения туземцев, для которых ни рим- чинг. ни фактически независимые варвары уже не были врагами на войне, причем, если варвары были пусть отдаленной, но угрозой, то местныерим- нинг (чили своими, а не чужаками, частью формирующейся провинциаль- ной общности. В процессе становления последней противоречие «римля- не варвары» в качестве основного противоречия провинциальной жизни vi । vi lite r место противоречию «провинциалы - римская администрация», причем к провинциалам в данном случае относятся и местные римляне. I лк как варвары не воспринимались как непосредственная угроза, провин- циальная администрация заняла их место. При рассмотрении событий, । ip( ^исходивших в Испании в условиях гражданской войны, под римлянами < чедует понимать тех, кто сам считал себя римлянами и получил римское । рлжданство, не важно, каким именно образом; под варварами - туземцев Ис нании, которые не считали себя римлянами и не стремились ими стать. > । о и были два полюса населения Испании. Между ними - огромная масса промежуточного населения, недовольная своим положением, но не враж- дебная Риму как таковому. ( обытия следующего периода гражданских войн, начавшегося всего че- рез два десятилетия после окончания Серторианской войны, показали, что ннссление Южной Испании готово было к активным действиям вплоть до вооруженного восстания, если провинциальная администрация существен- но за зрагивала его интересы, и активно поддерживало тех политических деятелей, чьи действия этим интересам отвечали. Наибольшее недоволь- с гво вызывали произвол, вымогательства наместников - это оказывалось достаточным основанием для перемены фронта в гражданской войне. В । ражданской войне оно поддерживало ту из борющихся сторон, которая в данных условиях могла принести наибольшую пользу (или наименьший вред) их провинции. И лишь с этой точки зрения их интересовало, кто бу- дет править в Риме. Единодушны со всей провинцией были и римляне- провинциалы (местные уроженцы и переселенцы, прожившие в провин- ции хотя бы несколько лет). Если римляне-италийцы руководствовались своими партийными пристрастиями, то римляне-испанцы - главным обра- зом интересами своей провинции и готовы были идти на серьезные жерт- вы ради этих интересов. И нет никаких оснований считать, что в сходной ситуации, во время Серторианской войны, всего лишь двумя десятилетия- ми раньше, они вели бы себя иначе. Римляне-испанцы ощущали свою об- щность больше с местным неримским населением, с некой особой, сфор- 31
мировавшейся к этому времени бетийской общностью, чем со своими ита- лийскими согражданами (9. С. 37-41; 8. С. 129-136). Представление о некой общности провинциального населения, подоб- ного бетийскому, формировалось накануне Серторианской войны и в Испании Ближней (230. Р. 38). 2. Серторианцы в Испании в 82-81 гг. Испания оказалась причастной к гражданской войне практически с са- мого ее начала. Уже до прибытия Сертория она начала превращаться в землю, обещавшую помощь политическим изгнанникам из Рима (136.Р.184). В Испании укрылись, а затем присоединились к Цинне его сторонники (Gran. Lie. 35.7; 224. Р. 300). Бежавший в 85 г. в Испанию Красс сумел найти здесь многочисленных приверженцев и начал военные действия против противников Суллы (Plut. Crass. 4-6; 237. Р. 14-15; 412. Р. 403; 224. Р.300). Накануне Серторианской войны в 84 г. Испания явно контролировалась противниками Суллы, по крайней мере Испания Даль- няя (37. С. 146-147). В разгар войны в Италии с армией вернувшегося с Востока Суллы в Испанию был назначен новый наместник - Квинт Серто- рий. Квинт Серторий родился в сабинском городе Нурсия в местной всад- нической семье, вероятнее всего, около 122 г. Он начал свою карьеру в 106-105 гг., сражался в армии в Галлии и пережил разгром во время наше- ствия германцев. Служил военным трибуном в 98-93 гг. в Ближней Ис- пании, где особенно отличился во время событий в Кастулоне зимой 97/96 гг. Вероятно, в 92 г. вернулся в Италию и в 91 г. был избран квестором на 90 г. Отличился в Союзнической войне. В начале гражданской войны иг- рал выдающуюся роль среди руководителей борьбы против сулланцев. Затем, хотя он и был избран претором, видимо, из-за незнатного происхож- дения его положение пошатнулось, и во время решающего периода граж- данской войны, еще до того, как Сулла одержал полную победу, Серто- рий был назначен наместником в Испанию и отправился в свою провин- цию (Plut. Sert. 4-6; Per. 80; 233. Р.157-158, 161; 386. Р. 43-163; 210. S. 188; 284. Р. 44-68). Причину его отъезда обычно видят, в соответствии с объяснением Плутарха (Plut. Sert. 6), в том, что он, наблюдая коллапс своей партии, решил создать в Испании новую базу сопротивления Сулле (426. S.64; 384. Р.95; 386. Р. 178-180). По иному мнению, в 83 г. положение в Ита- лии не было столь катастрофическим и Серторий не мог предвидеть поражения следующего года. В такой ситуации маловероятно, чтобы он думал о спасении в Испании (386. Р.180-181). 32
I lot иг того как Серторий был назначен наместником, он получил в свое pin иорижсиие какие-то войска, о численности которых нет никакой ин- ||м »рмпции. Но они были явно незначительны, так как основные силы пра- инн ны ilia вели борьбу сСуллой (426. S. 42; 386. Р. 186-187;442. Р. 43, IК у и 2,3) В состав его отряда входили некоторые будущие высокопос- । ни псиные деятели серторианского движения: перешедшие к нему члены in । ибн 11омпея Страбона, в том числе его квестор и ближайший сподвиж- ник. < 1л шли й впоследствии прославленным полководцем серторианцев, П Гиртулей (170. S.133,167-168). < ср । орий, как преторий в ранге проконсула, мог иметь только одного к мп юра (345. В. 2. Abt. 1 .S.246). Поэтому Гиртулей был официальным за- мп ги гелем Сертория (305.S.369). Этим, помимо личных способностей I нр гулся, и объясняется его особое положение в руководстве движением. ( ущсствуют две точки зрения на время появления Сертория в Испании: iiii(h) самое начало 82 г. (447. Р. 36; 270. Р. 369; 442. Р.4С; 386. S. 187), либо (нмый конец 83 г. (130. S. 134-136; 426. S.41; 282. Р. 126; 450. Р. 714; 406. I* ISI). В любом случае, начало его правления в Испании падает на 82 г. (> действиях серторианцев при переходе через Галлию, отношениях < местным населением и римской администрацией, которую возглавлял, ве- рой । но, Валерий Флакк ничего определенного не известно (Ехир. 8; 282. Р 141; 386. Р. 181 -182). Зимой 83/82 гг. отряд Сертория подошел к Пиренеям и 11среправился через горы, видимо, по обычному пути вдоль морского побе- ргжья через перевал Пертюс в восточных Пиренеях. Жители этих гор (вероятно, церретаны - 426. S. 41), бывшие формально подданными Рима, но требовали от человека, назначенного проконсулом провинции, в ко- । ору ю они официально входили, плату за проход по их территории. Это, сс гсствснно, вызвало негодование спутников Сертория, но сам он согла- i идея выполнить предложенные условия (Plut. Sert. 6). Возражая X. Берве, который осуждает его за подобное поведение (128. S 220), Ф. Спанн отмечает, что Катон в подобной ситуации поступил таким жг образом (442. Р.43; также 38. С.88). Однако на самом деле ситуация была иной: Катон заплатил (или собирался заплатить) за помощь варварам, которые еще не были подданными Рима (Plut. Cato Maior. 10; Front. 4.7. 3 V Liv. 34. 19), Серторию же пришлось иметь дело с людьми, бывшими официально подданными Рима, и жителями провинции, наместником ко- юрой именно он и являлся. Однако он подчинился необходимости, запла- । ил за проход и быстро утвердился на полуострове (Plut. Sert. 6). 11рактически общепринятым является представление о том, что Серто- рию пришлось силой устанавливать контроль над провинцией (130. S. 135; 33
447. P.37; 426. S. 41; 236. P. 320; 442. P.40; 360. P. 98). Однако источни- ки не дают оснований для подобного утверждения (Plut. Sert. 6; Exup. 8; о сообщении Аппиана - Арр. Ь.с. 1.108 - см. ниже). По крайней мере, крупных столкновений не было (386. Р. 187). Имеется информация, что ко времени его появления в Испании Ближней союзники в ней собирались изменить (Exup.8). Однако сообщение очень неопределенное, и никаких данных о конфликте Сертория с жителями сво- ей провинции в этот период нет (386. S. 182). В конце 82 г. Сулла одержал победу в Италии и начал террор против своих противников, объявив проскрипции. Среди наиболее опасных его противников, помещенных в проскрипционные списки, был, естествен- но, и Серторий (Per. 90; Flor.3.22. 2; Vai. Max. 7. 3. 6; Ampel. 18. 17; Oros.5.21.3). Разумеется, следовало ожидать похода победителей на не- подконтрольные им территории, и серторианцы столкнулись с врагом уже весной следующего года. Против них была направлена армия во главе с Аннием Луском, назначенным Суллой, как считает большинство авторов, новым наместником Ближней Испании. Есть мнение, что он стал намест- ником Испании Дальней (282. Р. 126) или даже обеих испанских провинций (152. V.2. Р.77). Это был, видимо, сын консула 123 г. Т. Анния Руфа. Он служил на довольно видной должности под началом Метелла Нумидий- ского в войне против Югурты. Больше о его деятельности до назначения в Испанию ничего не известно (290. Sp.2262). Войска Анния, насчитывающие, вероятно, не менее двух легионов (154. Р. 470-471), а с вспомогательными войсками - не менее 20 000 человек (442. Р.47) подошли весной 81 г., возможно, в мае-июне, но, вероятнее все- го, в марте (130. S. 138; 447. Р. 41-42; 442. Р. 47), к Пиренеям, где Серторий попытался их задержать, разместив в горах 6000 своих солдат во главе с Ливием Салинатором, видимо, на традиционном пути через перевал Пер- тюс. Состав этого отряда неизвестен. Возможно, что он представлял собой регулярный легион, сформированный либо в Италии (154. Р.470), либо из римлян в Испании (130. S. 137). Первоначально Ливию сопутствовал успех: ему удалось задержать про- тивника, но затем в его отряде появились изменники, вероятно, из-за явной бесперспективности борьбы. Во время какого-то передвижения войска, причины которого не ясны (возможно, Анний попытался проникнуть че- рез другой перевал), Салинатор был убит Кальпурнием Ланарием, его от- ряд покинул укрепленную позицию, и войска Анния сумели прорваться через Пиренеи. После безуспешных попыток задержать продвижение про- тивника, подробности которых нам неизвестны, Серторий отплыл из 34
11 Карфагена с 3000 человек и высадился в Мавритании. Этот общий ход < (И)ытий достаточно хорошо освещен в источниках и не вызывает разногла- (nil в специальной литературе (Plut. Sert. 7; Sall. 1.95, 96,97; 130. S.139 rlc . 447. P. 34-42; 426. S.41-46; 442. P. 40-45,47-48). Имеется мнение, что ( гр । орий покинул Н. Карфаген с 4000 человек, но оно ничем не аргумен- i кропано (209. Р. 261). ( ср горианцы явно не находились в плавании больше суток (учиты- вай расстояние, которое они должны были проплыть, и время, необхо- димое для этого, - 160. Р. 271), но во время этого кратковременного ну 1сшсствия они испытали необычайно сильные мучения от жажды (Pint. Sert. 7). Это показывает, что они погрузились на корабли столь поспешно, что были не в состоянии даже запастись необходимым ко- пичеством воды. Следовательно, войска Анния продвигались стреми- IHIMI0 и подошли к Новому Карфагену неожиданно для противника, пыпудив Сертория срочно бежать и взять с собой только те силы и (рсдства, которые он был в состоянии забрать немедленно. I (скоторые детали событий этого периода войны имеют дискуссионный характер. Имеется мнение, что Серторий был наместником Испании Даль- ней (206.S.353; 2O7.S.362,n.l3; 162.Р.211), но оно опровергнуто еще Б. Мау- ренбрехером, и по наиболее распространенной версии он управлял только Испанией Ближней. Это подтверждается не вызывающим сомнения сооб- щением Эксуперанция: misere in citeriorem Hispaniam и сообщением того же автора о деятельности Сертория только в одной провинции (Ехир. 8; 337. Р. 21; 447. Р.37; 426. S.42; 297. Р.88; 236. Р. 320; 268. Р.340; 435. Р. 191; 459. Р. 131). ( у шествует мнение, согласно которому он контролировал обе испанские провинции. Оно основывается на сообщении Аппиана, который, начиная излагать события Серторианской войны, пишет, что Серторий, подкрепив и । алийские войска кельтиберами, изгнал из Испании стратегов, не пере- дававших ему власть в угоду Сулле (под ними понимают либо наместни- ков. перешедших на сторону Суллы, либо легатов отсутствующих наме- стников), и мужественно сражался против Метелла (Арр. b.c. 1.108; 130. S 136; 478. Р.32; 442. Р.40-43; 386. Р.184-185, 187). J (ру гие авторы на основе этих же данных делают вывод о том, что Серто- I и। й вступил в конфликт только с одним наместником Ближней Испании (447. Р. 36; 426.S.42; 360. Р.98-99). Но авторы обоих направлений не учи- । ывают мнение своих оппонентов. 11а основании этого же сообщения почти общепринятым является те- ше о том, что уже в это время Серторий пользовался вооруженной под- держкой кельтиберов (426. S.44; 447. Р.37; 442. Р.41; 130. S. 136; 236. Р.320; 35
44. С.92). Только Т. Холмс ссылается на этот пассаж при описании событий, начавшихся с 80 г. (270. Р.379), а П. Тревес, возражая X. Берве (128. S. 119- 120), кратко отмечает, что нет никакой информации о поддержке Сертория кем бы то ни было, кроме римских солдат, его партийных единомышлен- ников (имеются в виду италийцы). Отступление с 3000 человек, которых было достаточно для партизанской войны, показывает, что Серторий, оче- видно, еще не надеялся на поддержку своих провинциалов (459. Р. 132). Б. Коваленко также считает, что в это время местные племена не поддержа- ли эмигрантов (32. С. 19). На основании этого же сообщения Аппиана Ф. Спанн выстраивает следующую картину событий на Пиренейском полуострове в 82 г.: Сер- торий вторгается в Испанию, мероприятиями, о которых речь пойдет ниже, привлекает на свою сторону туземцев, затем набирает армию из кельтиберов и с ее помощью изгоняет сулланских наместников из обеих испанских провинций (442. Р. 40-43). Имеется еще одно сообщение Аппиана о конфликте Сертория с намест- никами испанских провинций. Но и в этом случае говорится лишь о том, что когда Серторий после захвата им Суэссы бежал в Иберию, то бывшие там до него стратеги не захотели принять его. Но он и здесь причинил рим- лянам много неприятностей. При этом ничего не сообщается ни о деталях конфликта, ни о его результатах. Никаких данных о захвате обеих провин- ций в этом сообщении не содержится (Арр. b.c. 1.86). Однако наиболее существенная часть мероприятий серторианцев в рас- сматриваемый период проводилась уже после того, как они подчинили себе провинцию. Это вытекает из самого характера этих мероприятий. К тому же, если кельтиберы, основная часть туземного населения Ближ- ней Испании, поддержали Сертория уже на начальной стадии движе- ния, то тогда становится непонятным весь ход кампании 81 г. на полу- острове. Как отмечал А. Шультен, удивительнее всего то, что Серто- рий, имевший целый год в своем распоряжении и привлекший на свою сторону кельтиберов, без серьезного сопротивления оставил Испанию, свою единственную надежду (426. S. 44-45). Действительно, его необычайно быстрое поражение после прорыва ар- мии противника через Пиренеи не может не вызвать удивление, особенно по контрасту с событиями последующих лет. Оно свидетельствует скорее о том, что ему как раз и не удалось заручиться в это время поддержкой кельтиберов, ибо, когда она у него впоследствии была, он мог годами вести тяжелую войну против неизмеримо более значительных сил, чем были в распоряжении его противника в 81 г. Видимо, ему вообще не 36
viiiinoci. получить поддержку ни кельтиберов, ни других туземных пле- мгп. и и ответ на его «хорошее обращение» с туземцами, которым так и» и х пишется А.Шультен (426. S.43), они ответили тоже «хорошим отно- шением», но ничем более существенным. Поэтому утверждение о том, •I । о ( ер гория поддержали не только местные римляне, но и значительные мт (ы ту земного населения (44. С.91; 154. Р. 470), следует отвергнуть. II ном нет ничего удивительного. Всего за полтора десятка лет до этих < < н ил । ий ('ерторий активно участвовал в подавлении выступлений населе- HHNI Ь нании (Plut. Sert.3; 233. Р. 158-159). И если его действия и доставили «му i пину среди римлян (Plut. Sert.3), то это еще не означает, что с таким * г ши I оргом эти действия воспринимались населением тех районов Ис- пн и и и, в которых он воевал. Но самое главное - его мероприятия во время п о первого наместничества не давали основной массе населения провин- ции ничего такого, из-за чего им стоило бы браться за оружие и воевать 11р<»111и римского правительства, в которое уже превратились победившие в । рнжданской войне сулланцы. А1111 пан сообщает о помощи кельтиберов в момент вторжения. У Плутарха, mi к )|)ый совершенно определенно пишет о первом вторжении (82 г.) и дает чин. какой-то связный рассказ о нем, ничего не сообщается о поддержке Сер- । < »| him в момент вторжения кельтиберами или какими-либо другими племена- ми .и, । поборот, говорится о том, что он пополнял в 82-81 гг. в Испании свою армию исключительно местными римлянами. Но точно известно, что такая । к щдержка туземцами, в том числе и кельтиберами, была оказана ему после ci < > второго вторжения в Испанию в 80 г. (Plut. Sert. 6,16; Арр. 1.108). А11 п иан говорит не о двух вторжениях Сертория в Испанию (зима 83/82 гг. и КО i.), а только об одном. После сообщения о нем сразу идет повествование о борьбе сМетеллом,то есть о событиях, начинающихся с 79 г. (Арр. Ъ.с. I 108). Учитывая к тому же общую для антисерториански настроенных ан- । ич11ых авторов (к которым относится и Аппиан) традицию начинать изло- жение Серторианской войны только с 80 г., не упоминая о предыдущих со- бытиях в Испании (Oros. 5. 23; Flor. 3. 22.2; Eutrop. 6.1; Per. 90), следует предположить, что и в данном случае речь идет либо о вторжении 80 г., и котором приняли участие какие-то остатки италийских войск, набранных ( ерторием в Италии в 83 г., либо дается общая характеристика событий и Испании в 80-77 гг. до прибытия Помпея. Когда Аппиан сообщает о собы- । иях (ражданской войны после победы сулланцев в Италии, он не упоминает । icpBoe наместничество Сертория - и в этом случае для него события Серто- риш 1ской войны начинаются где-то около прибытия в Испанию Метелла (Арр. и с. 1.97). Тот факт, что он называет войну с Серторием восьмилетней (Арр. 37
b. с. 1.108) и заканчивает ее 73 г., показывает, что для него она началась в 80 г. Описывая события конца 82 г. в Италии, Аппиан говорит о римских наме- стниках в Испании, которые послали отряд кельтиберийских всадников на помощь римскому правительству где-то во второй половине кампании 82 г. (Арр. b. с. 1.89), именно тогда, когда Серторий совершенно точно в качестве наместника находился на территории Испании. Если бы Серторий управлял обеими испанскими провинциями, то упоминался бы один наме- стник. Маловероятно, чтобы между этими наместниками шли военные дей- ствия: тогда они не были бы в состоянии послать значительную военную помощь за пределы Испании. К тому же из данного отрывка прямо следует, что наместники действовали совместно и, следовательно, придерживались одинаковой позиции в гражданской войне. Характер боевых действий в Испании в 81 г. также свидетельствует о том, что серторианцы контролировали только Ближнюю Испанию. Из Н. Карфа- гена беглецы направились в Африку. Если бы в это время под их контролем находилась еще и Южная Испания, население которой уже и в этом году, как показали последовавшие вскоре события, относилось к ним благосклон- но, то они отступили бы туда. Если же предположить, что стремительное наступление противника вынудило их бежать в море, то и тогда они могли отправиться не в Африку, а в другую испанскую провинцию. Ход боевых действий показывает, что кампания была быстротечной. Это обстоятельство, в сочетании с названиями известных в связи с ней мест (восточная часть Пиренеев и Н.Карфаген) показывает, что боевые действия ограничились восточным побережьем вдоль важнейшей стратегической дороги - то есть тем районом, где обычно и разворачивались в Испании подобного рода кампании (426. S.87,90,100). Тот факт, что серторианцы отплыли из Испании именно из Н.Карфагена, крайнего пункта провинции, доказывает, что они защищали ее до после- дней возможности, последовательно отходя от Пиренеев, и не пытались отступить ни на территорию другой провинции, ни вглубь своей. После- днее показывает также, что они не рассчитывали в это время на поддержку кельтиберов и других туземных племен. Из этого следует, что Серторий не контролировал к началу кампании 81 г. Испанию Дальнюю и не пользовался значительной поддержкой кельти- беров, хотя какую-то часть представителей этого народа он смог использо- вать в своих войсках. Об этом свидетельствует посылка отряда кельтиберий- ской конницы в Италию для борьбы против Суллы. Но это был именно не- большой отряд конницы (Арр. b.c. 1.89), наличие которого не говорит о мас- совой поддержке кельтиберами своего наместника. Серторий отправил кель- 38
। пбс । к in к Италию уже будучи правителем своей провинции. Это обстоя- ичы । по । гм более не является доказательством поддержки его кельтибера- мн и момсп г вторжения в Испанию, когда он эту провинцию еще не контро- tiiipoiuin и не мог как наместник распоряжаться ее жителями. 11< >11ы । кн же ссрторианцев закрепиться в Испании Дальней во время ски- 1ЙННЙ (Pint. Sert. 6-8) означают, что в том отчаянном положении, в кото- ром они находились, они готовы были попытать удачи в любом месте, тем ноцег и находящейся в непосредственной близости части Испании. К тому *е ( ер юрий мог рассчитывать, что его мероприятия в Ближней Испании должны были обеспечить ему сторонников не только на территории его нропиннии. И, как показали последующие события, он не ошибся. I иким образом, рассказ Аппиана является примером довольно обыч- но! о для нею «спрессованного» изложения событий. На эту особенность А пинана как историка обратил внимание и Ф. Спанн, правда, по друго- му поводу и в другой работе (443. Р. 48, п.5). h гик, Серторий утвердился только в Испании Ближней. О его действиях ш пределами провинции, в том числе и об отношениях с наместником дру- । ой нс панской провинции, чье имя точно неизвестно (282. Р. 126), никаких < велений нет, кроме упомянутого эпизода с посылкой конницы в Италию. ()ценка его деятельности в рассматриваемый периоде научной литера- । у ре и целом довольно однозначна: уже в это время он начал проводить принципиально новую провинциальную политику, привлекшую на его I трону туземцев (130. S. 137; 426. S.43-44; 128. S. 219-220; 225. Р. 130; 442. Р АI -42; 360. Р.99; 253. Р. 41; 201. Р. 228). П. Тревес считает, что не в этот период, а лишь позднее благодаря этой политике ему удалось завоевать симпатии и помощь испанцев (459. Р. 132-133). Ф. Спанн утверждает, что ( ер торий начал поистине революционную политику, которая заключа- iiiii i» в следующем: он объявил, что общины провинции отныне - civitae liberae или civitae liberae et immunes, то есть являются автономными, сво- бодными отримских налогов и воинских повинностей; на зимние квар- тиры солдаты становились вне городов, для Сертория также характерно было хорошее отношение к испанским лидерам. В результате он достиг । ого, чего нельзя было достичь силой: превратил испанцев скорее в своих союзников, чем в людей, которые должны были ему подчиняться, и то, что он потерял в налогах, он возместил волей к сотрудничеству, ибо но- вый статус испанских общин подразумевал, что они должны снабжать войска припасами и, возможно, платить определенные налоги. Однако теперь могло создаться впечатление, что они делают это добровольно (442. Р.41-43). 39
Подобные выводы аргументируются ссылками на сообщение Плу- тарха о том, что с испанских городов были уменьшены налоги и изме- нен распорядок квартирьерства (отменен постой в городах), а это со- ставляет суть lex Antonia de Termessibus от 71 г., который утвердил Термесс, как civitas sine foedere immunis et ПЬега.Таким образом, ис- панские города были объявлены liberae et immunis, причем эти ново- введения формировали суть обращения Сертория с испанцам как в 82- 81 гг., так и впоследствии, в 70-е гг. (442. Р.185, n. 16). Для прояснения данного вопроса следует обратить внимание на сообще- ние Ливия, содержащееся в сохранившемся фрагменте 91 -й книги, кото- рое изображает положение в лагере серторианцев в конце 77 - начале 76 гг. в Ближней Испании. Это не поверхностное, как в других источниках, а до- вольно подробное описание. Хотя здесь прямо сообщается о том, что серто- рианцы, остановившись зимовать, не расположились в городе, а устроили зимние квартиры рядом с ним, и таким образом подтверждается освобож- дение городов от постоя, общины Испании нигде не называются свободны- ми и именуются только союзниками, на что обращает внимание и Ф. Спанн (Liv.91; 442. Р. 61). Разумеется, это довольно высокий статус, но он ниже статуса свободной общины. Превращение всех общин в свободные было бы действительно очень сме- лым мероприятием, и неудивительно, что нет никакой информации о том, что Серторий в это время даровал такие привилегии (38. С.91), хотя автоно- мия в смысле закона Антония о Термессе была нередкой для провинциаль- ных городов в эпоху Поздней Республики (314. Р.38). Логичнее предположить, что Серторий распространил права союзников на те общины Ближней Испании, которые этих прав еще не имели. Но это можно с относительной уверенностью утверждать, учитывая сообщения ис- точников, лишь для периода после 80 г. Однако и эти привилегии были у этих общин уже после того, как они поддержали Сертория с оружием в руках и, соответственно, должны были получить еще большие уступки, чем в 81 г. Следует также отметить, что Плутарх вообще ничего не сообщает об от- мене налогов с городов. Он пишет о снижении налогов вообще (Plut. Sert. 6), то есть со всей провинции. Это мероприятие не было чем-то совсем необычным, в том числе и в Испании (Арр. Iber. 44; b. h. 42). Так как сво- бодные города не были частью провинции, то представляется невероят- ным, что Серторий, как наместник провинции, вывел ее саму (то есть всю свою провинцию) полностью за ее (провинции) пределы. Серторианцы оказались в Испании в очень сложной ситуации: в Ита- лии дело их единомышленников было явно проиграно и оставалось лишь 40
tiHiibi । im.< я превратить свою провинцию в базу для будущей борьбы про- । ни /ши in гуры Суллы. Войска последнего изгнали их из Испании в нача- »ir И11 . гпким образом, серторианцы располагали приблизительно годом чип нно. чтобы заручиться поддержкой местного населения,без чего дан- ни и шли ча была бы невыполнима. I ||>11итик<1 Сертория в 82-81 гг. обычно не рассматривается как отличная и । ci о последующих действий. Да и в целом его политика в Испании за все । иды войны воспринимается как нечто статичное, не имеющее специфики пи piruiMx ее этапах. Не учитываются и особенности положения самого < q и ор и я, тот факт, что в Испании он впервые стал действовать совершен- |||» с и мостоятельно, без реального подчинения вышестоящему руководству. 11г принимается во внимание важнейшее для понимания его политики об- । 11 »м । сльство: он не мог использовать главную опору римских политиков в провинциях (109. Р. 154-163; 479. S. 473-495) - собственную провинциаль- ную клиентелу, так как, будучи человеком незнатного происхождения, сам ивпмясь клиентом (Plut. Sert. 2; 284. Р. 44-68), не мог иметь наследственной к ииентслы. Не являясь до 82 г. самостоятельным политиком, он не мог при- обрести в Испании столь влиятельных клиентов, чтобы они могли стать цос । пточно мощной опорой. Уже поэтому Серторий должен был пойти на не I радиционные методы управления провинцией. 11о интересы населения провинции были очень разными, иногда даже противоположными: имелись и противники римского господства, и римс- кие граждане, и туземцы, фактически уже ставшие римлянами и поэтому < । ремившиеся стать ими окончательно. В Испании, в том числе и в про- винции Сертория, существовала значительная клиентела римских аристок- ратических родов, среди которых были безусловные противники Сертория (Pint. Crass. 4-6; 412. Р.403; 109. Р.158; 214. Р.109-110; 388. Р. 323;37.С.146- 149). Поэтому серторианцы не просто должны были заручиться активной поддержкой местных жителей и предложить им нечто такое, за что они । отовы будут сражаться, но и были обязаны лавировать между интересами о сдельных социальных групп, ибо и сторонники, и противники Рима на полуострове были столь сильны, что без их совместной помощи борьба с (улланским режимом была немыслима. 11лутарх сообщает, что в это время Серторий склонил на свою сторону верхушку общества (Suvarovg) общением (optXia), а большинство - сни- жением налогов; привел в порядок гражданские дела. Особенную благо- дарность вызвал запрет солдатских постоев в городах и создание специ- альных военных лагерей (Plut. Sert.6). Кого именно подразумевает в этом случае Плутарх под динатами (верхушку римлян в Испании, знать романи- 41
зированных или нероманизированных общин), определить не представляет- ся возможным. Так как высший слой провинциального населения, в том числе и в Испании, составляли римские всадники (354. Р. 298), то, возмож- но, имеются в виду именно они. Однако общий контекст сообщения позво- ляет предположить, что речь идет о неримской верхушке провинциального населения, которое противопоставляется в этом пассаже римлянам. В любом случае Серторий должен был заручиться поддержкой верхушки провинциалов, в том числе и для нейтрализации клиентелы своих римских противников. Последнее облегчалось тем, что в эпоху Поздней Республи- ки распространяется своего рода «рыхлая клиентела», при которой исчеза- ет прямая связь клиентов с патронами, между ними появляются посредни- ки, только с которыми реально имеют дело и первые, и вторые. Поэтому исчезает прочная связь клиента с патроном, в результате чего клиент мог теперь менять своих патронов (141. S.71). Что конкретно понимал Плутарх под «общением», выяснить сложно, но это должно означать наличие регулярных контактов Сертория с местными динатами и явно не для праздной беседы, а для решения каких-то важных вопросов. Вероятно, привлечение на сторону Сертория этих социальных групп облегчили те связи, которые он установил во время своего пребыва- ния в Испании в 90-е гг. (Sall. 1.93). По данным Саллюстия, Серторий был любим за правление безупречное и умеренное, что должно означать по крайней мере отказ от уже ставшей привычной в провинциях практики произвола и вымогательств со стороны наместников. Эксуперанций сообщает, что он привлек на свою сторону местное население умеренностью и мягким поведением. Видимо, к этому же аспекту его поведения относится часто приводимый фрагмент Саллюс- тия, в котором кто-то (возможно, действительно Серторий) заявляет, что Испания - давно его родина (Sall. 1.93,94; Exup. 8). В литературе уже отмечалось, что в стремлении смягчить для местного населения тяжесть римского господства и привязать его лично к себе у Сер- тория имелись предшественники среди римских наместников (426. S. 43). Действительно, серьезным новшеством была лишь отмена солдатского постоя (391. Р. 170; 426. S.44), который являлся страшным бичом провин- циального населения (Cic. De imp. Cn. Pomp. 38). Возможно, что на реше- ние Сертория повлияло восстание в Кастулоне, которое Серторий пережил ю время своего предыдущего пребывания в Испании, и ясное осознание ид последствий недовольства городского населения (225. Р. 131; 38. С.92). Несмотря на все значение и оригинальность этого нововведения, мероп- рития серторианцев в 82-81 гг. в принципе не вышли за рамки одного из 42
нйпрмплсний римской провинциальной политики (причем официально дек- ийриронанного), признающего необходимость защиты интересов провин- цнйлоп (153. Р. 189-199; 4. С. 73; 314. Р. 58,97-100), и направлены были 11 iiii'Ko на завоевание благожелательного нейтралитета подвластного Риму i ни г пения. Об этом свидетельствует и тот факт, что в свою армию они при- пиши только местных римлян (Pint. Sert.6), а во время вторжения в Испа- нию койск Суллы поддержки местных жителей (по крайней мере серьез- ною нс получили. Быстрое поражениев 81 г. было одновременно и пора- жением их первой испанской политики. ( срюрий начал формирование армии из местных римлян и строитель- < то поенных судов (Pint. Sert. 6). Численность его армии в это время п нс । очниках не указана, и нет никакой возможности ее определить. По мне- нню А.Шультена в 81 г., после мобилизации местного населения, армия нйсчи гывала9000 человек. Но он получил этот результат, просто сложив лиг упоминаемые Плутархом в связи с кампанией 81 г. цифры: численность hoi । пиленного у Пиренеев отряда и численность отряда, с которым Серто- рнй Ьсжал из Испании (426. S.44-45; также 360. Р.98). Нет никаких основа- ний считать, что 3000 не были остатком 6000 или, наоборот, что помимо упомянутых Плутархом 6000, не было других войск, прикрывавших, например, другие пути через Пиренеи или побережье(Plut. Sert. 6). Хотя предположение П. Бранта о наличии в Ближней Испании ко време- ни । |рибытия туда Сертория одного италийского легиона не более чем пред- । к»иожение (154.Р.470), но какие-то римские войска там, безусловно, были ( V) I. Р. 168), и Серторий не мог их не использовать. 11 ом имо сухопутных войск, серторианцами был построен военный флот (Pint. Sert.6). С его строительством не могли возникнуть серьезные про- (шемы: в прибрежных областях Ближней Испании было развито море- чодс гво и имелись необходимые для судостроения материалы (138. Р.36- I/; 184. Р. 125). 11ри снабжении своих небольших вооруженных сил продовольствием < гр торий не должен был испытывать особых трудностей - Ближняя Испа- ния имела в это время много пшеницы (138. Р.44-45). Ф. Спанн утверждает, что Серторий не включал в это время римских поселенцев в свои вооруженные силы, ибо Плутарх сообщает, что Серто- рий их просто вооружал, инструктируя, что делать, возможно на случай восстания испанцев. Если бы он набрал всех римских поселенцев при- шитого возраста, то подорвал бы экономику их общин. После смены it пасти в Италии лишь немногие из римских поселенцев могли добро- вольно записаться в армию Сертория (если вообще такие имелись), а Сер- 43
торий не стал бы рисковать вызвать их враждебность, силой заставляя идти к себе на службу (442. Р. 43). Однако незначительность военных сил серторианцев в рассматриваемый период предполагает незначительность количества включенных в их со- став местных жителей. У Плутарха вовсе не говорится о том, что Серторий призвал всех римлян призывного возраста (Plut. Sert.6). Он сообщает лишь, что Серторий призвал римлян призывного возраста, что вряд ли должно вызывать удивление, ибо было бы странным, если бы призывали людей возраста непризывного. Изданного факта отнюдь не следует, что призва- ны были все римляне призывного возраста. Плутарх совершенно определенно пишет, что Серторий вооружил рим- лян, живших в Испании (Plut. Sert. 6). Насколько добровольно они пошли на это, в источниках никаких данных нет. Фактом остается только то, что они были единственной группой населения провинции, которая с оружием в руках, то есть реально, поддержала своего наместника. Если Серторий вооружил только их, то это означает, что у него были основания доверять им. Независимо от того, включил ли он их в полевые войска, составляли ли они его резерв или были просто вооруженным ополчением, тот факт, что он вооружил их, свидетельствует о том, что они вошли в состав его воору- женных сил. А в какой конкретно форме - это, разумеется, вопрос немало- важный, но для выяснения вопроса, поддержали ли римские поселенцы в Испании Сертория в эти годы, несущественный. Против кого были направлены приготовления Сертория? А. В. Королен- ков считает, что не против Суллы, но против туземцев, с которыми у рим- лян в провинции Сертория война закончилась незадолго до его наместни- чества, а победы Суллы он не ожидал. Об этом свидетельствует и сообще- ние Плутарха о том, что Серторий держал под пристальным наблюдением города, и установленный над ними контроль явно имел целью удержать их от восстания (38. С.93). Однако шла гражданская война, и Серторий соби- рался принять в ней участие. Если он и не ожидал сначала вторжения сул- ланцев в Испанию (хотя и обязан был предусмотреть такую вероятность и принять меры на этот случай), то должен был постараться хотя бы принять участиев войне в Италии. Последнее он сделал - из Испании в Италию на помощь его соратникам была послана кельтиберийская конница. Замечание Плутарха о том, что он держал города под пристальным на- блюдением,-это естественное замечание после сообщения об отказе от постоя в городах. Иначе автоматически возник бы вопрос: как же Серто- рий мог допустить отсутствие контроля в таких важных военных пунктах. В числе военных приготовлений Сертория упоминается сооружение 44
। p»ir|> (14ut Sert. 6). Невероятно, чтобы они строились для участия и Пог пых действиях в центральной части полуострова, где проживали пле- мннн. i ко юры ми у римлян недавно была война (Арр. 1Ьег.99-100; Рег.70) и, ннн.ко про тин которых, по мнению А.В.Короленкова, были направле- ны я о прш отопления. A II Короленков считает, что тот факт, что у Сертория осталось только ПНЮ чг новей, означает развал его армии - она явно не желала сражаться. • |'р юрнй в этой кампании допустил крупные просчеты: ограничился толь- ко обороной Пиренеев, какие-либо другие узлы сопротивления или отсут- « । иовмни, или были плохо подготовлены (38. С.97-98). С этим трудно со- । нт и 11.ся. У Сертория явно было очень мало войск: даже против консуль- । пой армии Линия, армии вторжения, он выставил только 6000 человек. I • ни । пкис силы и могли предотвратить прорыв противника через какие- пн(ю । орныс проходы, то их явно было недостаточно для перекрытия всех но 1МОЖНЫХ путей вторжения в провинцию даже через Пиренеи, не говоря уже о возможности высадки со стороны моря. Л. Дейс твия серторианцев после поражения в Испании К уди именно собирались отправиться серторианцы после бегства из Но- ши о Карфагена, источники не сообщают. В научной литературе принято । чн । нть, что они направлялись в Мавританию, где в это время шла своя 11 >м ж ди некая война, так как Серторий хотел предложить себя и своих спут- ников в качестве военных специалистов, а выбора у него все равно уже не пы ио Для доказательства этого положения ссылаются на Плутарха, ко- । opi.n 1 сообщает о том, что первая остановка Сертория после бегства была и Мавритании и позднее он принял участие в упомянутой гражданской войне (Plot. Sert.7- 9; 207. S.364; 426. S.47; 236. Р.320; 268. Р.340). < )дн11ко остановка в Мавритании была явно промежуточной, вынуж- денной, вызванной крайним недостатком воды: пристав к берегу все Пг| исцы так стремительно бросились запасать воду и так были погло- щены этим занятием, что даже не приняли элементарных мер предосто- рожности: не провели самой поверхностной разведки местности и даже не выставили охрану. В результате их постигла катастрофа: тузем- цы смогли напасть на них немедленно и неожиданно. Они нанесли бег- ненпм тяжелые потери и вынудили их снова отплыть в море (Plut. Sert. /) 11оэтому данное сообщение не может быть свидетельством стремле- ния серторианцев направиться в Мавританию. Известно, что в это время в провинции Африка сложился центр со- нро гинления сулланскому режиму, пользовавшийся поддержкой Нуми- 45
дии. Вероятнее всего, Серторий и его спутники решили отправиться именно туда, тем более что это был явно последний очаг сопротивле- ния Сулле. Правда, как раз весной 81 г. противники Суллы в Африке были разгромлены. Но вряд ли кто-нибудь в начале кампании мог предположить, что армия Помпея сможет расправиться с ними всего за каких-то 40 дней или около того (Plut. Pomp. 12), и ошибка серто- рианцев вполне естественна. Однако во время вышеупомянутой сто- янки они были разгромлены и сброшены в море. После этого Серторий высадился на южном побережье Испании, где- то между Малакой (Малагой) и Абдерой (442. Р. 48), но был снова раз- бит, видимо, войсками сулланского наместника Испании Дальней. Вы- нужденный бежать в море он получил поддержку крейсировавши! у берегов Испании пиратов. Пиратство I в., переживавшее в это время период необычайного могу- щества (373. S.259-272; 329а. Р. 486-490), имело важный аспект: полити- ко-военное сопротивление римскому господству. Это было очевидно, и поэтому с пиратами пытались сотрудничать противники римского пра- вительства (373. S. 165-166). Следовательно, серторианцы не могли не понимать, с кем они вступа- ют в союз. Пираты были безусловными врагами Рима, и сотрудничество с ними выглядело совершенно иначе, чем стремление заручиться нейтра- литетом (или даже активной поддержкой) союзников и подданных в «сво- ей» провинции. Имевшиеся детали - пираты в это время не были, строго юридически, врагами Рима, и Серторий, как законный проконсул мог зак- лючить с ними соглашение (128. S. 220; 442.Р.53) - не меняют существа дела. Как и то, что само сулланское правительство поступило вскоре та- ким же образом (Plut. Sert.9). Детали переговоров между сторонами, бывшими и потенциальными со- юзниками^ потенциальными противниками, неизвестны, неизвестны и условия достигнутого соглашения. Но союз был заключен, серторианцы стали впервые бороться против своих противников (теперь уже официальной римской власти) вместе с фактическими врагами своей родины. Не следует также забывать, что и киликийцы совершили аналогичное действие, и, та- ким образом, обе стороны пошли на компромисс с учетом конкретной ситу- ации, надеясь использовать противника в своих интересах. Речь может ид ти только о равном союзе столь разных сил: последующие действия пиратов показывают, что реально Серторию они не подчинялись (Plut. Sert. 7-9). Предположение З.М. Куниной о том, что уже в это время Серторий взял принципиальный курс на союз с пиратами и притом для борьбы с Римом 46
(44 < ’ 95), не находит подтверждения в источниках. Вероятнее всего, это и вынужденный союз, вызванный тяжелым положением обеих сторон, рис (ми гривавшийся ими как временный и ставший таким на самом деле. I |г индо забывать, что был союз не со всеми пиратами и даже не с каким-то и 11умным их соединением, а, судя по характеру последовавших за заключе- нием союза действий, с довольно небольшим отрядом. Ведь пираты по- н| ни на сотрудничество с явными врагами, не представлявшими в это вре- мя < грьсзной силы. Если это было равное сотрудничество, то силы пира- пт i ir должны были подавляюще превосходить силы серторианцев. 11опые союзники разгромили гарнизон Анния на крупнейшем из Пити- yi < к их островов Ибисе и захватили остров. Возможно, их действия объяс- нию । ся надеждой Сертория на поддержку находившихся на Балеарских • в । ронах римских колонистов (Strabo 3.5.1). Однако закрепиться на по- । гнциально дружественной территории не удалось. Немедленно явился Линии с сильной эскадрой и 5000 тяжеловооруженных воинов. Серторий ноны । алея дать морское сражение, видимо, для того, чтобы не допустить ны( лдки десанта. Но до этого дело не дошло - дующий в этих местах nd ной мистраль (таким образом, сражение произошло в середине апре- ли I Ю. S. 133-134) отнес его корабли в открытое море, где они 10 дней । । рудом выдерживали шторм, после которого Серторий с жалкими ос- пе । ками своего флота причалил к каким-то островам (видимо, между мы( ими Нао и Палое) и затем прошел Гибралтарским проливом в океан (Г1 и I Sert.7-8; 426. S. 47-48; 442. Р. 48-49). Путь Ибиса - Гибралтар зани- ма и в это время 3 дня (160. Р. 271), поэтому вряд ли с начала шторма иронию более двух недель. <' нсдует отметить, что напасть на явно небольшой гарнизон Ибисы Сер- 1орий смог только после начала сотрудничества с пиратами и, видимо, в । >с <ультате их поддержки. Из сообщений Саллюстия и Плутарха следует, что ко времени вышеупо- мину того сражения у серторианцев и пиратов было только небольшое ко- ini'icc гво легких и быстрых судов, не пригодных для борьбы с кораблями противника (Plut. Sert. 7; Sall. 1.99). В связи с этим возникает вопрос, куда же делись те триеры, которые Серторий подготовил в своей провинции в 82-81 гг.? Источники ничего не сообщают о каких-либо морских столкнове- ниях с флотом сулланцев до бегства серторианцев из Н.Карфагена, наобо- I ю ।. совершенно определенно речь идет о том, что боевые действия разво- ричивались только на суше (Plut. Sert. 7; Sall. 1.96,97). Из Н. Карфагена они Нежа л и, очевидно, на этих судах (или и на этих тоже): этот город - главная морская база Испании (Liv. 26.42). 47
Следовательно, потерять все свои большие суда они должны были не при) Ибисе, как считает Ф. Спанн (442. Р.51), а только во время разгрома в Маври-1 тании и, возможно, в результате неудачной высадки в Дальней Испании. | Тогда же Серторий, очевидно, потерял основную часть из своих 3000 воинов! (Plut. Sert. 7), и хотя предположение Ф. Спанна о том, что у Сертория послед прохода в Атлантику было всего несколько кораблей, кроме пиратских, не более чем допущение (442. Р.50), оно явно соответствует действительности. I Пройдя через Гибралтарский пролив, Серторий попытался остановить-* ся чуть выше устья Бетиса, то есть в наиболее густонаселенной и романи-1 зированной части Испании. И результат этой попытки разительно отличал- ся от предыдущих. Здесь он смог оставаться довольно долго - достаточно для того, чтобы отдохнуть и провести приготовления к новым походам. Местные жители не только не разгромили измученных изнурительными испытаниями и непрерывными поражениями беглецов, но, судя по тому,| что на них не напали правительственные войска, никто даже не сообщила об их прибытии сулланскому наместнику, хотя серторианцы находились* относительно недалеко от его резиденции (Plut. Sert. 8-9). Учитывая, на-j ряду с вышеизложенным тот факт, что для подготовки к последовавшим вскоре боевым действиям Серторий не мог воспользоваться ничьей по- мощью, кроме помощи местного населения, можно утверждать, что оно поддерживало его, несмотря на то, что он прибыл с такими экзотически- ми союзниками, как пираты, с которыми у бетийцев, по крайней мере у связанных с чрезвычайно развитой в этом регионе морской торговлей (Strabo 3. 2. 1-6), вряд ли были дружественные отношения, а сам Серто- рий был в это время официально объявлен опаснейшим государствен- ным преступником, за помощь которому полагалась смерть, а за донесе- ние о нем - награда (Арр. b.c. 1.95; Plut. Sull. 31). Но так как в это время не началось никакого восстания в поддержку популярного наместника соседней провинции, можно заключить, что местные жители отказались (по крайней мере в массе своей) поддержать его с оружием в руках и ограничились недонесением на серторианцев и материальной помощью. Следовательно, последним нужно было срочно предпринимать какие-то действия для исправления своего тяжелого положения. К этому же времени относится интересный случай. Плутарх сообщает (его данные восходят к Саллюстию), что Серторий узнал о существовании в океане островов Блаженных, где имеются райские условия и где туземцы ведут мирную безбедную жизнь (Sall. 1.100,101; Plut. Sert. 8; 300. Р.30). Какие именно острова имели в виду древние авторы точно неизвестно. Это либо Азоры, либо Мадейра, либо два восточных острова Канарского архи- 48
иг mu и (444. Р.75-80). Когда Серторий услышал об этих островах, он, устав о । Он конечных войн, решил удалиться туда и жить там мирной жизнью, инкинун таким образом родину, устранившись от политической борьбы. > । и намерения отнюдь не держались в секрете, и пираты, узнав о них, по- кину пн своих союзников (Plut. Sert.9). Hi.। ii.maer удивление тот факт, что ни у древних, ни у современных авто- ром нс вызывает сомнения искренность намерений Сертория (Plut. Sert. и. Sall 1.103; Flor. 3.22.2; 219. Р. 116; 206. S.354; 447. Р. 43; 209. Р. 261; 263. S. >21426. S.49-52; 128. S.217,221; 244. Р.721; 236.Р. 320;442. Р.49-50;478.Р.37; Л.Н Р. М2; 174. S. 235; 254. S. 145; 253. Р.42; 344. S.407-408; 320. Р. 166-167; 384. I * Мб. S. (\354; 81. С. 75-76). Лишь П. Тревес справедливо указывает, что Сер- । upiih аремился сражаться за свою партию, хотел вернуться на родину и но 11 ому не мог желать удалиться на острова Блаженных. Но и он, вместо Him ли i;i причин, приведших к возникновению подобных слухов, ограничил- • и (>г (доказательным утверждением о том, что Саллюстий просто выдумал in и । i гу историю (459. Р. 133). ) Irik гвительно, уже само это желание представляется для столь крупно- । о 1i< । литического деятеля, как Серторий, по меньшей мере странным. Кро- ме кно, его последующие действия решительно свидетельствуют против hi и намерения прекратить борьбу: когда все было готово для поездки в «рай» и л и м нес не было никаких препятствий (уход пиратов таковым, разумеет- । и, не являлся), серторианцы вместо островов Блаженных отправились вслед ж пира сами в Мавританию, а после победоносной мавританской кампа- нии и । opi лись в Испанию (Plut. Sert. 7-9). I и к 11 м образом, усиленно распространявшееся решение об уходе с поли- । ичп кой арены было не более чем дезинформацией, причем такой, от ко- 11 ipoH серторианцы надеялись получить столь большую выгоду, что не оп- I и • nr। и ли ее даже тогда, когда из-за нее потеряли поддержку киликийских ни| ш । он, бывших в то время их главной силой. Ф ( । laни допускает (оговариваясь, что прямых свидетельств этому нет), •нни iy тики Сертория тоже могли быть против этой экспедиции (442. Р.50). I In киликийские пираты не расстались бы с новыми соратниками, если бы имели место просто рассуждения Сертория и ничего больше, если бы не f к.। ин и 1ачительных приготовлений, заставивших их поверить в серьезность । । рпииых намерений союзников. Следовательно, римские спутники Сер- । • 11 и । н должны были принимать участие во всей этой затее. Если бы не было н пи их го серьезных действий, то.это намерение не получило бы такого от- I hi жсиия в источниках - о нем сообщается и в столь отдаленном от времени «п(ц.| гия сочинении, как труд Флора (Flor. 3.22.2). 49
Причиной действий серторианцев, судя по всему, было желание воздей- ствовать на возможных союзников, кем бы они ни были (см. ниже). Союз с киликийцами был в конце концов восстановлен: позднее они оказали зна- чительную поддержку серторианцам (Plut. Sert. 9,21), но это, возможно, были уже другие киликийцы. Прежние же соратники Сертория преврати- лись в его врагов. Покинув своих римских соратников, пираты направи- лись в Мавританию, вероятно, где-то в середине 81 r.(130.S. 145). Ее пра- витель Аскалид был отстранен от власти, но затем сумел получить поддер- жку части мавританцев, и в стране шла гражданская война. Киликийцы поддержали Аскалида. Туда же отправился и Серторий со своими немно- гочисленными спутниками (Plut. Sert. 9). О причине их подобного поступ- ка в источниках нет никаких данных, кроме лаконичного объяснения Плу- тарха: Серторий надеялся, что успехи в Мавритании поднимут дух его со- ратников и предотвратят их дезертирство (Plut. Sert. 9). Следовательно, последняя проблема стояла очень остро, и по крайней мере значительная часть рядовых участников скитаний рассматривала свое положение как совершенно безнадежное. Это является еще одним доказательством отсут- ствия в это время их активной поддержки со стороны жителей Бетики и того, что серторианцы были крайне немногочисленны. Несмотря на последнее обстоятельство, они не только были приняты мавританцами, но Серторий даже возглавил вооруженные силы врагов Аскалида, то есть правящего царя Мавритании. Он одержал полную побе- ду в войне с пытавшимися вернуть власть Аскалиду мавританцами и кили- кийцами. Аскалид был осажден в Тингисе (ныне Танжер), взятом штур- мом, несмотря на попытку римского правительства оказать ему помощь: посланный Суллой отряд был разбит, его остатки перешли на сторону по- бедителей. Таким образом, Сулла, олицетворявший уже официальную рим- скую власть, действовал совместно с киликийскими пиратами и, как ранее Серторий, фактически вступил с ними в союз (Plut. Sert. 9). Сражаясь против Аскалида, Серторий боролся против Суллы (459. Р. 133). Действительно, в это время государства Северной Афри- ки находились в столь сильной зависимости от Рима, что фактически являлись частью Римской державы (155. S.47; 409. Р.238). К тому же Серторий пытался закрепиться в стране, у которой были тесные связи с южной Испанией, откуда легко можно было переправиться в нее (Strabo 3. 1. 8; 228. Р.225-226; 426. S. 53; 134. Р.236). Ф. Спанн пишет, что посланный Суллой отряд насчитывал несколько когорт и состоял из жителей Бетики. Подтверждения этим положениям в источниках обнаружить не удалось. По первому тезису Ф. Спанн не приво- 50
in । никаких аргументов. По второму он и Э. Габба указывают на то, что ннммндиром отряда был Пакциан, которого можно идентифицировать • НпЬисм 11акцианом, крупным землевладельцем Бетики, упоминаемым 11»IV । прхом в биографии Красса (Plut. Crass. 4-6). Поэтому его солдаты дол- жны (нали быть жителями районов, прилегающих к его поместью (224. Г 10*1. 442. Р. 51-52, Р. 188, п.71; также 162. Р. 175-176). Имеется мнение, л нн11 ряд Пакциана прибыл из римской Африки (54. Т.З.С.20; 130. S. 145). 11 о да же если посланного Суллой (Plut. Sert. 9) в Мавританию римского инмнидира и можно связать с этим крупным южноиспанским землевладель- цам . хо гя единственное доказательство - сходство их имен (Plut. Crass. 4-6; Phil Sert. 9,ОПакцианесм. 37.С. 146-148), все равно нет никаких доказа- । • him । и того, что отряд состоял из его земляков. Ih ии ж с Серторием упоминаются только два города северной Африки: I inn in н Линкс (Plut. Sert. 9;Strabo 17.3.8). Последний находился север- нм г с оиременного города Эль-Араиш (417. Р. 168). Видимо, это означает, ни ДН1ГП1ИЯ серторианцев ограничивались приморским регионом. ( грюрий явно руководил действиями объединенных войск, но после 11» югды передал своим мавританским союзникам все завоеванное: иму- •••••« । ио, । орода, власть (Plut. Sert. 9), видимо, в соответствии с условиями ио имгшательства в междоусобную войну. Этим поступком, очевидно • «о ми няе гея длительность существования эмигрантско-мавританского • «но in (и армии Сертория и позже сражались мавританцы [Plut. Sert. 19], in»M> । орыс из его убийц пытались укрыться в Мавритании - Plut. Sert.27) и io, что вскоре после победоносной кампании к Серторию прибыло шн опытно лузитан (Plut. Sert. 9-10). Однако Серторию и его союзникам in’ удилось подчинить всю Мавританию, какая-то часть ее подчинялась нц прошвиикам(Sall. 2.20). 11 ну । арх (Sert. 9) и вслед за ним некоторые авторы подчеркивают бла- । иродное поведение Сертория после победы: он не подчинил Маврита- нию себе (426. S.53; 442. Р. 52). А.В. Короленков считает, что Плутарх импо идеализирует картину событий и мавританцы получили то, что по- ♦ рлип им вернуть победоносный полководец (38. С.105). Но подобные представления вряд ли обоснованны. Собственные силы серторианцев (•и ()()снно после ухода пиратов) были столь незначительны, что они явно у чис । повали в кампании только как приглашенные военные специалис- । ы. и । ic как равноправные союзники. К тому же они поддержали уже ре- •I ui.no правившего царя, а не претендента на престол, и поэтому было бы Iи mi । иы ю странно их иное поведение: одно дело было не отдавать маври- । и hi in м захваченные эмигрантами территории, и совсем другое - не отда- 51
вать уже правящему царю захваченные с помощью его же войск его же земли. По этим причинам вряд ли Серторий мог всерьез (так считает А. Шультен - 426. S. 53), думать об основании мавританской державы. Поэтому удивительно скорее другое обстоятельство: почему при подоб- ных условиях серторианцы могли долгое время пользоваться помощью мавританцев уже после того, как нужда в них у последних исчезла. Види- мо, здесь сыграл большую роль авторитет Сертория и его спутников, приобретенный у местного населения во время этой кампании. Именно в этом смысле следует понимать сообщение Плутарха о том, что Серторий в результате этой экспедиции оказался полностью властву- ющим в Мавритании (Plut. Sert. 9). На самом деле для установления своего господства в этой стране у него просто не могло быть достаточ- ных военных сил. Известно также, что во время этой кампании по при- казу Сертория была обследована предполагаемая могила Антея, почи- таемого местными жителями (имелось в виду, видимо, какое-то местное божество), что, по мнению Плутарха, способствовало еще большему почитанию Антея (Plut. Sert. 9; Strabo 17. 3. 8). Возможно, здесь мы встречаемся с первыми попытками, столь характерными для него в дальнейшем, использовать религиозные представления туземцев. Вскоре после окончания кампании в Мавританию прибыли послы лу- зитан, чтобы предложить Серторию возглавить их борьбу против Рима. Серторий принял их предложение и высадился в южной Испании (Plut. Sert. 10-11; Sall. 1. 104,105). Так как у атлантической Лузитании были довольно тесные связи с Бетикой и Африкой (228. Р.225-226; 134. Р.237; 426. S.53), то, возможно еще и поэтому руководители лузитан были заин- тересованы во вмешательстве в африканские и бетийскиедела, ибо было совершенно ясно, что военные действия против римского правительства должны были начаться на территории Бетики. Неизвестно, представляли ли послы все племя или какую-нибудь его часть. Тот факт, что впослед- ствии серторианцы, опираясь на ресурсы Лузитании, могли выставлять значительные силы, свидетельствует в пользу того, что вся (или почти вся) Лузитания поддерживала их. Но нет никаких данных о том, что так было с самого начала (263. S. 523; 234. Р.379). В чисто военном смысле действия Сертория не нуждаются в дополнитель- ном обосновании (210. S. 188), но в целом это был довольно странный и нео- бычный союз. И ранее Серторий показывал, что способен на поступки, шо- кирующие римские политические круги. Например в 83 г., во время перего- воров Сципиона с Суллой, Серторий, считая (совершенно справедливо) эти действия гибельными для сохранения правящего режима, попытался со- 52
I ihh 11.1 icpcroBOpbi захватом во время перемирия города Суэссы (Арр. b.c. 1. И>) lin ем в 82 г., уже будучи проконсулом Ближней Испании, он зап- >|ц । и n ia проход своих войск пиренейским племенам. После изгнания в 81 г. и । Ис пании он стал бороться против Суллы вместе с киликийскими пира- ний и 11 о и на этом фоне союз с лузитанами, наиболее опасными врагами Рима а Испании,выглядит как очень смелое решение стоявших перед Серто- I • игм । |роблем. Этот шаг свидетельствовал о том, что теперь, после провала । мнсП прежней испанской политики, для борьбы со своими политическими про । циниками он был готов идти на меры, ранее в принципе немыслимые. К л к бы то ни было, договоренность о совместных действиях была дос- пи nyia. Серторий, оставив небольшой отряд в Мавритании, решил пере- iipiinii гься в Испанию для соединения с лузитанами (Sall. 1.104,105). '1пкл1очение союза с лузитанами традиционно рисуется в литературе м и рай не романтическом тоне, как один из основных элементов, составляю- щих кар тину отношений знаменитого римского изгнанника и туземцев. 11 ричем нет никакой разницы, как относится к этому союзу сам автор тек- • • и < ’уть утвердившейся в научной литературе схемы этих переговоров । и< »дн । ся к следующему: прослышав о подвигах римского изгнанника, лу- HI । ины присылают к нему послов с предложением возглавить их борьбу про । ни Рима, Серторий принимает это предложение, высаживается в Испа- нии. и начинается основной период Серторианской войны (328. Р.97; 219. Г 166; 206. Р.355; 54. Т.З. С.20; 5. С.744; 263. S.523; 447. Р. 43; 426. S.54-55; ) /0 Р 139-140; 456. Р. 133; 360. Р. 99-100; 44. С.98). Действительно, о подобном «призвании римлян» сообщает Плутарх, н 11 о событие является для него одним из важнейших свидетельств нео- (1ыкновенной любви туземцев к его герою за его удивительные качества. 11о он же сообщает о том, что лузитаны сделали это предложение, узнав о хирактере Сертория от его спутников (Plut. Sert. 10). Следовательно, к ик ис-то контакты между лицами из окружения Сертория и лузитанами (но крайней мере их руководителями, уполномоченными принимать рннсния) предшествовали посольству. О времени этих контактов ничего нг известно, но, вероятнее всего, они состоялись во время остановки у У( Г1»я Бетиса и связаны с упоминавшейся историей с поездкой на Бла- женные острова. Как уже говорилось, эти планы не могли быть ничем иным, кроме усиленно распространяемой дезинформации, от которой । грторианцы ожидали больших результатов. В рассматриваемое время серторианцы находились в крайне тяжелом по- пе 1жении: как отметил П. Тревес, Серторий оставил Иберийский полуостров <|н। к гически без средств и без людей (459. Р. 134). Хотя население близлежа- 53
щих районов Бетики было на их стороне, поднять его на открытое выступ- ление против своих врагов не удалось. Как показали дальнейшие со- бытия, для этого нужно было появиться в провинции с готовым войском. Поэтому эмигрантам нужны были союзники, которые могли бы дать это войско. В Дальней Испании подобными союзниками могли высту- пать только остававшиеся фактически независимыми лузитаны и ветто- ны. Серторий, впервые находясь в непосредственной близости от лузитан, должен был именно в это время начать с ними переговоры. Они явно окон- чились безрезультатно. Тогда и была пущена в ход вышеупомянутая де- зинформация, но и она не достигла успеха. После этого Серторий и от- плыл в Мавританию. Плутарх намекает (Sert. 9), что этот поход имел и пропагандистский оттенок. Действительно, во время африканской экспедиции Серторий ока- зался именно в той роли, в которой мы встречаем его позднее у лузитан: римлянин во главе варваров. И только после того, как Серторий проде- монстрировал то, как он ведет себя в ситуации, в которой должен ока- заться в результате их возможного соглашения, к нему прибыло офици- альное посольство лузитан. Разумеется, при подобной аргументации невозможно настаивать на пред- ложенной схеме переговоров. Они могли начаться и в Африке, но нужно иметь в виду, что мавританская кампания явно была скоротечной, а по- сольство лузитан прибыло вскоре после ее окончания. Слухи об экспеди- ции на острова Блаженных могли распространяться и с расчетом воздей- ствия на жителей Бетики. Но одно представляется бесспорным: посоль- ству предшествовали неофициальные переговоры, и лузитаны не умоляли (как считали А. Шультен и Р. Гарднер - 236. Р.320; 426. S.53) Сертория возглавить их, не ставя себя, таким образом, изначально в неравноправное положение в формирующемся союзе. А.В.Короленков, соглашаясь с моим тезисом о том, что слух об экспеди- ции на острова Блаженных Серторий распустил для дезинформации, счи- тает предположение о причинах ее весьма сомнительным. Его доводы: 1) нет ни прямых, ни косвенных данных источников, подтверждающих эти объяснения; 2) если лузитаны не хотели приглашать Сертория в качестве полководца, то им было безразлично, уедет он куда-либо или нет; 3) если он все же надеялся воздействовать на них ложным слухом, то непонятно, для чего понадобилось уточнять цель путешествия, не имевщую для лузи- тан никакого значения; 4) Серторий только имитировал разрыв с киликий- цами, чтобы создать впечатление, будто не собирается следовать за ними. Поэтому вывод может быть только один: Серторий пытался ввести в заблуж- 54
нгние сулланского наместника Дальней Испании. Поскольку тот не сразу < 11 реагировал на появление марианского отряда в Мавритании, можно ду- ма । ь, что оно явилось для него неожиданностью; вероятно, Серторию уда- нос ъ его дезориентировать (38. С. 103). () гносительно этой аргументации можно заметить следующее: 1) пер- мий упрек принимается полностью, но я никогда и не настаивал на сво- ем предположении (9. С.98); 2) переговоры о таком большом и сложном непс, как союз между эмигрантами и лузитанами, должны были быть долгими, сложными и многоэтапными. То, что они шли, доказывает, чю л узитаны не отмели с порога саму идею взаимодействия с эмигран- I ими. Об этом свидетельствует и то, что союз в итоге был образован, и дос гаточно быстро. Тот факт, что он не был заключен сразу, показыва- r । несогласие сторон в каких-то вопросах. Во время таких перегово- рил должны были применяться методы воздействия на партнеров, од- ним из которых и могла быть данная дезинформация, так поразившая । олременников и потомков; 3) цель любого передвижения имеется все- । ди (’ерторий не мог при распространении правдоподобного слуха за- илим гь, что отправляется куда глаза глядят. Это никто бы всерьез не мт принял; 4) Серторий не просто имитировал разрыв с киликийцами: он с ними даже воевал (Plut. Sert. 9). В этом случае дезинформации не (н.1 по. Наместник действительно не сразу отреагировал на появление < ерюрия в Африке. Но нельзя забывать, что у него вообще не было никакой реакции на появление Сертория в его собственной провинции. < исдовательно, действия серторианцев до их прибытия в Африку для иг। о были тайной, хотя об их присутствии в долине Бетиса, где была рис положена его резиденция, он должен был получить информацию ско- рее. чем из Африки. На появление их в последней он все же отреагиро- iui и. следовательно, получил о них сообщение достаточно оперативно. I Inc колько оперативно, выяснить невозможно - неизвестно, сколь дли- 1ел1.ной была мавританская кампания. Но, вероятнее всего, она была । коротечной, так что вряд ли действия наместника объясняются его какой-то особой дезинформированностью или нераспорядительностью. I о. что он бросил против Сертория auxilia, скорее всего было связано । необходимостью немедленно направить находящиеся под рукой силы и । инной незначительностью сил врага. Имеется мнение о том, что лузитаны, как затем и кельтиберы, вооб- ще нс интересовались внутриримскими разногласиями. Они просто при- । 'НК ипи Сертория как выдающегося военного специалиста для выполне- нии функций полководца (174. S. 235-236). Последнее представление (при- 55
чина приглашения Сертория - его талант полководца, его военная сла- ва) весьма широко распространено (См., напр., 54. Т. 3. С.20; 199. S.52; 207. S.365; 426. S. 53; 442. Р.54). Но В. Эренберг справедливо отмечал, что данные традиции сомнительны: Серторий ко времени обращения к нему лузитан не совершил еще ничего такого, что могло бы определить столь высокое отношение к его личным качествам, он в то время вряд ли обладал громкой славой. И поэтому лузитаны, вероятнее всего, просто стремились использовать внутреннюю борьбу в Риме. Единственной их целью была собственная независимость. Серторий же хотел сделать от- ношения с лузитанами инструментом своей римской политики (210. S. 188). Следует также отметить, что руководители лузитан не могли не знать, кто такой Серторий, только что изгнанный из Испании. К тому же он был хорошо известен на полуострове задолго до 82 г., но эта его известность не должна была слишком располагать руководителей лузитан к вруче- нию ему верховной власти в предстоящей войне: известные отличия Сер- тория свидетельствовали к тому времени только о его успехах в руковод- стве небольшими отрядами. Но единственную свою самостоятельную кампанию против большой армии (81 г.) он проиграл. И как уже сообща- лось, проиграл стремительно. В мавританской кампании он командовал только незначительными войсками против очень слабых сил. Поэтому руководители лузитан при принятии своего решения не могли руковод- ствоваться славой Сертория как крупного полководца - этой славы про- сто еще не было. Более того, Сертория приглашали не просто как военного специалис- та: ему вручили верховное руководство лузитанскими войсками. Но так как он к этому времени еще не проявил свои выдающиеся военные спо- собности, то и не мог поэтому восприниматься как крупный военачаль- ник. Разумеется, лузитаны хотели получить в свое распоряжение хоро- ших военных специалистов-римлян, и не только Сертория, но и его спут- ников, которых было в любом случае достаточно для командного соста- ва небольшой армии или для группы военных советников. Но они не просто пригласили для выполнения функций главнокомандующего че- ловека, который в этом качестве не добился еще никаких успехов, но и в дальнейшем примирились с тем, что Серторий стал не просто вождем, но и присвоил себе новые значительные полномочия. Следовательно, цель этого приглашения была иной. И единственное, что в этом случае можно предположить, - это как раз то, что руководите- ли лузитан прекрасно были осведомлены о внутриполитическом положе- 56
пик Рима (что само по себе едва ли может вызвать удивление) и постара- ни( I. использовать его в своих интересах. Время прибытия посольства лузитан неизвестно, но оно должно было । in i пяться до начала испанской кампании 80 г. В. Друманн предполагал, •по (Ч)юз Сертория с лузитанами и его высадка в Испании произошли в 81 г., по ) га точка зрения уже давно и убедительно опровергнута; согласно обще- прп шинному и хорошо аргументированному мнению, серторианцы выса- ли иись в Испании в 80 г. (206. S.355; 130. S. 145; 447. Р. 43; З.С. 274). 11 Ьеньковский считает, что мавританская кампания началась около се- рсдииы 81 г., Танжер взят, видимо, в начале 80 г. Посольство лузитан прибыло весной 80 г. Период скитаний серторианцев до их стоянки в ус- । |.с Бстиса был явно непродолжительным и ограничивался весной 81 г. (I Ю. S. 145; также 447. Р.42). Но нельзя утверждать ничего определенно- кх) продолжительности стоянки у Бетиса и тем более мавританской кам- пипии. Ни первая, ни вторая не могли быть особо продолжительными: ппмсстник Испании Дальней не мог очень долго оставаться в неведении (Н иосительно присутствия на территории его провинции такого челове- ки, как Серторий, к тому же с вооруженным отрядом. В связи с кампани- ей и Африке сохранились сведения только о двух военных эпизодах: по- (1сдс над Пакцианом и осаде Тингиса. Театр военных действий, вероятно, охватывал небольшой район, и уже поэтому можно предположить, что боевые действия здесь длились недолго и ограничились 81 г. В 80 г. Сер- к»|)ий уже вторгся в Испанию. Все это заставляет сделать вывод, что и мавританская кампания была непродолжительна. 11 о заняла ли она часть 80 г. или ограничилась только 81 г.? В первом слу- чае резко сокращается время кампании 80 г. в Испании Дальней. Последняя ючка зрения более распространена и представляется более верной. В этом с лучае становится понятным и вызывающее недоумение у А.В. Короленкова обстоятельство: почему сулланские власти из Испании не нанесли удар нс । ( ерторию после разгрома Пакциана (38. С. 105)? Если кампания ограничи- лись только 81 г., то для этого явно уже не было времени - закончился сезон навигации на море (он длился с 27 мая до 14 сентября, максимально ( Юмартапо Юноября-160. Р. 270). Если она захватила и 80 г., то это значит, что ( ер горий нанес упреждающий удар, высадившись сам в Испании. 57
Глава II. Подчинение Испании 1. Утверждение серторианцев в Южной Испании Серторий переправился из Тингиса и высадился в окрестностях города Белон (Sall. 1,104,105), главного исходного пункта при переправе в Тингис (Strabo 3.1.8). Имеется утверждение о том, что Серторий высадился в Гадесе (174. S. 235), но оно не подтверждается источниками. Правительство не ожидало вторжения в Испанию, судя по тому, что на- местником Испании Дальней стал Л. Фуфидий, явно не соответствующий своему посту (Sall. 1. 55; 130. S. 145; 152. V.2. Р. 81; V. 3. Р.93), а не какой- нибудь видный деятель режима. Еще с XVIII в. утвердилось представление о том, что во время этой переправы, у Меларии, серторианцы разгромили пытавшуюся препятствовать им проникнуть в Лузитанию эскадру (219. Р.117; 206. S. 355; 207. S.357; 338. Р.44; 447. Р.44; 130. S. 145; 426. S. 55; 268. Р. 342; 442. Р.56; 38. С. 110) во главе с Коттой, личное имя и должность которого точно неизвестны (130. S. 145; 442. Р.56-57; 152. V. 2. Р. 80; V.3. Р. 31). В. Друманн предложил схему, согласно которой Серторий сначала про- шел в Лузитанию, только потом вторгся в Бетику и во время этого сражения разгромил Фуфидия (206. S.356). Эту точку зрения поддержал Г. Герцберг (263. S.523) и развил П. Беньковский. Последний считал, что Серторий сна- чала проследовал в Лузитанию, затем, используя местные войска, вторгся в Бетику, а в конце 80 г. разбил Фуфидия. Одновременно его квестор Гирту- лей проник в Ближнюю Испанию, но в битве у Сеговии в центральной Испа- нии потерпел столь решительное поражение от ее наместника Домиция, что вынужден был вернуться в Лузитанию. Таким образом, битву у Сеговии П. Беньковский, в отличие от более поздних исследователей, относит не к 75 г., а к 80 г. из-за того, что Флор упоминает ее в самом начале войны (130. S.146-148, см. также 38. С. 110). Однако затем эта гипотеза была пересмотрена, и утвердилась иная схе- ма, наиболее полно разработанная в монографии А. Шультена. Он счита- ет предположение В. Друманна о времени разгрома Фуфидия ошибочным, ибо, по данным Саллюстия, указанное сражение состоялось вскоре после высадки (426. S.56, п.282). По мнению А. Шультена, серторианцы дожда- лись темной ночи и благоприятного южного течения, переправились через пролив между Тингисом и Белоном шириной в 49 км, требовавший на переправу 4-5 часов. После этого Серторий рано утром высадился у пос- леднего города (ныне Bolonia, в 15 км западнее Тарифы) у горы Белон, ныне Silla del Papa, которая круто поднимается прямо от берега на высоту 58
4 /М м, обладает вместительным плато и представляет собой естественную ирг посте. Она была заранее занята лузитанами. Соединившись с ними и имея теперь около 8 тыс. человек, он двинулся в Лузитанию по дороге I мдгс-Небрусса-Гиспалис. В 100 км севернее Белона, через пять дней по- мщл, на переправе через Бетисразбил наместника провинции, после чего прошел в Лузитанию. Сражение состоялось в районе Севильи, видимо, немного ниже города по течению реки, в районе S. Juan Asnalfarache, где tin реке есть высоко поднимающиеся холмы, к которым подходит описа- ние ( аллюстием этого сражения (Sall. 1.104,105; 426. S.54-55, п.274-276, Mi. п.282). ) । ой схемы в основном придерживаются и другие авторы (447. Р.44-46; 160 Р. 100; 456. Р.134; 268. Р. 342; 393. Р.512; 44. С. 98-99; 132. S. 116-129; 442 Р. 56-57; 297. Р. 129). Ф. Спанн утверждает, что, хотя сообщение Плу- । мрха свидетельствует о том, что Серторий сначала переправился в Лузита- нию и только потом разбил Фуфидия, херонейский историк явно пожертво- кмл н данном случае хронологическим изложением, чтобы рассказать исто- рию о священной лани (Plut. Sert. 11; 442. Р. 57). Он обратил внимание на то, •по для того, чтобы добраться до Лузитании сухим путем, необходимо было и |(>сжать болот в нижнем течении Бетиса, а это означает, что Серторий не moi переправиться через эту реку ниже чем на уровне Coria del Rio и выше чгм у Contellana, чтобы не отклониться от цели своего похода - Лузитании. < >111 icpeceK реку в районе Италики и Гиспалиса, но не в районе, указанном A 111ультеном, ибо он лежит слишком далеко к югу от Севильи. Ф. Спанн । ниже считает, что гора, занятая лузитанами для обеспечения высадки Сер- । ория, не Silla del Papa, a Sierra de la Plata, ибо первая слишком мала для ри 1мсщения 8000 человек (442. Р.57, Р.189, п.3,10, 15). Можно согласиться с тем, что Плутарх пожертвовал хронологией для красоты изложения: он это делал нередко. Но из сообщения Плутарха, пл пример, никак не следует, что победа над Коттой произошла во время переправы серторианцев из Африки в Европу. Плутарх пишет, что Серто- рий, переправившись к лузитанам, стал у них сгратегом-автократором и под- чинил ближайшие области, затем идет вставка, которая должна показать не- мн орые особенности характера героя, после чего автор возвращается к описанию военных действий, сообщая, какие у Сертория были изначально । илы и каких римских полководцев он победил. Первым здесь идет пора- ми с’пие Котты у Меларии, затем поражениеФуфидия у Бетиса (Plut. Sert. 11 - 12) Из этого пассажа следует, что Котта был разбит раньше Фуфидия, но пг । о, что это произошло во время переправы серторианцев из Африки л Испанию. Более того, Плутарх сначала пишет о подчинении Серторием 59
в Испании с этими силами племен и городов и только затем сообща- ет о победе над Коттой и другими военачальниками (Plut. Sert. 12). Неизвестно, сколько лузитан принимало участие в обеспечении высадки своих союзников и как велики были силы Сертория в это время - Плутарх сообщает, что 8000 человек было у него в начале военных действий против правительственных полководцев (Plut. Sert. 12), но это не означает, что они у него были в момент высадки. В специальных работах утвердилось мнение, согласно которому Южная Испания всегда находилась под контролем сулланцев и ее население не участвовало в восстании. Результатом же кампании 80 г. было лишь утвер- ждение Сертория в союзной Лузитании, проникновение в которую и было целью его высадки в Бетике (130. S. 145 etc.; 426. S.55-56,62,64,72-73,84; 447. Р. 48-51; 44. С. 100 etc.; 225. Р. 131, п. 2; 442. Р. 56 etc). Хотя Ф. Спанн и допускает, что южане сражались в армии Сертория, но эта мысль брошена вскользь и никаких выводов при этом не сделано (442. Р. 194, п. 27). В общих трудах ряд авторов разделяет точку зрения, по которой суллан- цы всегда контролировали Бетику и серторианцы лишь временно захваты- вали некоторые ее части (207. S.365-373,367,378; 456. Р. 137; 340. Р. 221; 268. Р.342; 124. S. 195; 359.Р. 191; 293.Р. 16; 288. Р. 42-43,224. Р.304; 320. V. 1.Р. 198; 392. Р. 87; 394. Р.219; 94. Р. 55), другие, наоборот, считают, что вся или почти вся Южная Испания была захвачена серторианцами (54. T.3.C.23; 253. S. 528, 530; 67. С. 117; 15. С.589; 396. V. 2. Р. 665; 299. S.486; 199. S. 53; 387. Р. 162; 435. Р. 206; 24. С. 146; 255. Р. 195). Ф. Уайзман указывает, что в результате победы над Фуфидием Серторий установил контроль над провинцией. Но это, видимо, оговорка - из даль- нейшего повествования следует, что, по мнению автора, Южная Испания серторианцами не контролировалась (478. Р.ЗЗ). К сожалению, эти авторы обычно не приводят никаких аргументов в пользу своих положений, и про- блема ими фактически обходится. Несколько более осторожно подошел к этому вопросу Э. Габба. По его мнению, вся область контролировалась сулланцами, кроме района восточнее Кордубы (так как у этого города в 76 г. Метелл разбил Гиртулея), ибо местное население, видимо, поддерживало сулланцев. Последнее пред- положение аргументируется ссылками на то, что Кордуба и Н. Карфаген находились в их руках, на распространявшиеся в Бетике панические слухи после высадки Сертория, а также на то, что Пакциан был бетийским аристок- ратом и его солдаты были из Бетики (224. Р. 304; см. также 202. Р. 189-190). Ю. Б. Циркин считает, что Бетика выступила против Сертория. Его аргу- менты: почести, оказываемые населением юга Метеллу в 74 г., и то, что 60
I идее во время войны поставлял в Рим продовольствие. Но город не имел 11 »Пс гвенной сельскохозяйственной территории и, следовательно, сам полу- чил продовольствие из Бетики (69. С.154-155; 71. С. 186). Эти аргументы имели бы силу, если бы были направлены против утверждения, согласно н<» । орому серторианцы контролировали всю Бетику и на всем протяжении < гр । припиской войны. К тому же речь идет не о межгосударственных вой- ди ч X X в. н.э., которые влекли за собой полное прекращение торговли меж- ду но|пролируемыми противниками территориями. Раньше положение было иным, и торговля между контролируемыми врагами территориями обычно иг прекращалась, в том числе и во время Серторианской войны (184. Р. 129). I (ицерон упоминает о помощи, которую Гадес оказывал Помпею (Balb. I / 40). Это отнюдь не означает, что эту помощь город мог оказывать прави- । г/и.с гвенным полководцам до появления Помпея в Испании. Из фрагмента «11<торий» Саллюстия, на который ссылается Э. Габба, нельзя сделать вы- mi >д о поддержке населением провинции сулланского режима, ибо здесь го- иори । ся лишь о том, что распространились слухи, дискредитирующие вы- । влившиеся войска (или часть этих войск - 358. Р.98), о которых толком еще иг было ничего известно (224. Р.304; Sall. 1. 107). Кордуба и Н.Карфаген были центрами провинций. Естественно, что пра- йм । ел ветвенные войска пытались их удержать в первую очередь, и едва ли ни представляло серьезные трудности в условиях шедшей здесь парти- ции кой войны (Plut. Sert. 12). В обоих городах должны были находиться и большие гарнизоны правительственных войск. Возможно, именно это об- 11 оя । сльство объясняет, почему оба города остались на стороне суллан- нгн (уществует и довольно распространенное мнение, что Н. Карфаген шидпее был захвачен серторианцами (см. ниже). На стороне римского правительства во время всей войны оставался и расположенный на остро- мг I идее - один из крупнейших городов Испании, «свободный город», формально не являвшийся частью Испании Дальней (Cic. Balb. 34-35; 79. S 211-212). Какие-либо достоверные данные о том, что римское прави- । сльство контролировало другие районы Южной Испании, отсутствуют. Даже если Пакциан действительно был уроженцем Бетики и его отряд । <н юял из бетийцев (что, как уже указывалось, довольно сомнительно), । <) нее равно непонятно, каким образом это обстоятельство свидетельствует < > неучастии жителей Бетики впоследствии в восстании. Koi да Серторий контролировал всю Ближнюю Испанию, против него был послан Анний Луск, далеко не первоклассный полководец, ничем не прославившийся ни до этого назначения, ни после него (290. Sp. 2262). I । ли же согласиться с общепринятым в литературе мнением, согласно ко- 61
торому серторианцы в результате кампании 80 г. контролировали только часть Лузитании, очень бедную и малонаселенную страну, то тогда возни- кает вопрос, почему это вызвало такую тревогу в Риме, что в Испанию с большим войском был послан сам консул 80 г. Квинт Цецилий Метелл Пий, возглавивший с 79 г. борьбу с серторианцами (Plut. Sert. 6-7, 12; Exup.8; Арр. b.c. 1.108; 130. S. 149; 359. P.190). Мнение, по которому он был направлен в Испанию сенатом только в 78 г. (205а. Р. 113; 208. Р. 113) ничем не аргументировано и не имеет подтверждения в источниках. Метелл был не только главой одного из влиятельнейших нобилитетных родов и ближайшим личным другом Суллы, но и одним из крупнейших военно-политических деятелей в истории Рима, сыгравшим выдающуюся роль в победе сулланцев. Именно он вместе с Суллой официально воз- главлял свою партию во время гражданской войны и безусловно являлся в то время наиболее талантливым военачальником (после самого Суллы), находившимся в распоряжении римского правительства, и наиболее вы- дающимся, помимо Суллы, деятелем правящего режима (de vir. ill. 63; Plut. Sert.12; Арр. b.c.1.80 etc.; 359. P.178-185; 433. S. 225). Поэтому нельзя не согласиться с теми авторами, которые сам факт посылки Метелла в Испа- нию рассматривают как верный признак резкого ухудшения положения римского правительства на Пиренейском полуострове (263. S. 524; 58. С.392; 286. Р.197). Но трудно принять, что это ухудшение состояло в ут- верждении небольшой армии беглецов только в одной Лузитании. В речи Л. Марция Филиппа против Лепида говорится о том, что к тому времени, когда Лепид поднял восстание, против Рима уже выступили Испа- нии, то есть обе испанские провинции (Sall. 1.77.8; 320. V. 1. Р.36). Эта речь должна была показать сенату, в каком тяжелом положении находится прави- тельство, и продемонстрировать необходимость решительных действий; од- нако, исходя из данного сообщения, все же следует признать, что по крайней мере часть Бетики (и притом настолько значительная, что можно было гово- рить о всей провинции) восстала. Разумеется, фраза в речи Лепида (Hispaniae агп1188о1исйае)допускаетразличныетолкования(38.С. 115), но она все-таки указывает на какие-то враждебные действия обеих испанских провинций по отношению к Риму (Ср. с Sall. 1.85: ardebat omnis Hispania citerior) и в сочетании с другими данными заслуживает внимания. О том, что Серто- рий взволновал Испании, то есть обе провинции, сообщает Евтропий (Eutr.6.1). Разумеется, можно утверждать, что термин «Испании» употреблялся про- сто для обозначения территории на Пиренейском полуострове без какой- либо конкретизации. Но, с учетом других сведений, следует предположить, что и в этих случаях упоминаются обе испанские провинции. 62
Выступая в 45 г. на собрании в Гиспалисе, Цезарь, упрекая население l»r । пки в неблагодарности, говорил, что во время своего наместничества (hl । ) добился освобождения провинции от налогов, наложенных на нее Mr । сллом (b.h. 42). Налоги были явно возложены на население, побежден- ное Мстеллом (250. Р. 72). 11 «‘которые авторы считают, что Метелл наложил дополнительные по- ни нпости только на наиболее провинившиеся общины (54. Т.З. С.34; 239. S 14; 163. S.616; 442. Р. 137), но Цезарь совершенно определенно гово- ри и о всей провинции, которая, таким образом, вся рассматривалась Ме- ки пом, как виновная. Подобное едва ли было возможно, если бы она Пыиа захвачена серторианцами силой. Об этом же косвенно свидетель- 11 пуст Саллюстий, а Плутарх прямо пишет, что большинство населения ( оегдних с Лузитанией областей перешло на сторону повстанцев добро- ионыю (Sall. 1.77.8; Plut. Sert. 11). Если бы эти налоги были введены только дни покрытия военных расходов (456. Р. 137), то они не существовали бы пне 10 лет, до их отмены Цезарем (38. С.115). 11енерной представляется попытка связать это мероприятие Метелла । о । меной Серторием налогов, о которой сообщает Плутарх в связи с его /|<*и । ельностью во время первого наместничества (Plut. Sert.6; 138. Р.73), । к к как Серторий тогда действовал в другой провинции. I (ицерон сообщает, что Hispaniarum vectigal temporibus Sertorianis nullum lull (Cic. de leg. agr. 2.83). Таким образом, в серторианские времена с обеих Исканий Рим не получал ничего из этого важнейшего (314. Р.81) вида го- । ударственных доходов. Бетика сюда явно включается - именно она из-за । ж на о богатства должна была давать львиную долю дохода с испанских провинций. Это сообщение может означать, что было время, когда Сер- inpiiio подчинялись обе провинции, причем, необязательно одновремен- но, го есть было время, когда он контролировал и Бетику (то, что под его шпктыо была Испания Ближняя сомнения не вызывает), либо, что серто- рнппские времена - это все время Серторианской войны. Так как серто- рнннцы совершенно точно не контролировали Бетику во время всей вой- ны. следовательно, боевые действия были и на территории Бетики, и при- |ом столь значительные и продолжительные, что сделали невозможным । Пор налогов с нее в течение длительного времени, в том числе и тогда, юн да они уже прекратились. Об этом свидетельствует и тот факт, что прннительственные полководцы (по крайней мере Помпей) вынуждены Пыли тратить на войну в Испании личные средства, а римское прави- । гиьство - посылать затем им деньги из Рима, причем в них была крайняя нужда (Sall. 2. 34, 47. 7, 98. 6-7; Plut. Pomp. 20; 269. S.76-78; 183. P. 104. 63
№ 307; 181. Р. 407; 182. Р. 84). Следовательно средств, которые могла дать в том числе и богатейшая Бетика для армии Метелла, катастрофи- чески не хватало. Следует напомнить, что обычно испанские провинции выплачивали Риму большие налоги даже во время войн на их территори- ях (138. Р.73; 292. Р.172). Возможно, что после восстановления прави- тельственного контроля над Бетикой ее население было освобождено от этого вида поборов до конца войны, и только после окончания воен- ных действий налоговое бремя было восстановлено и увеличено. О том, что по крайней мере большая часть Южной Испании находилась под контролем восставших и что ее население поддерживало серторианцев, свидетельствует и ход военных действий в 80 -76 гг. Вопрос о маршруте армии Сертория до поражения Фуфидия при со- временном состоянии источников вряд ли поддается решению. Но целью этого похода был, видимо, захват южной Испании. Об этом свидетель- ствует и сам факт высадки Сертория в Бетике. Если бы его целью было проникновение в Лузитанию, то непонятно, зачем вообще ему понадоби- лось высаживаться со своим отрядом в Бетике. Он мог попасть в Лузита- нию морским путем, более легким и несравненно более безопасным. Это не составило бы для его незначительного римско-мавританского отря- да большого труда, так как существовали тесные связи между южной Лу- зитанией и Мавританией (392. Р.80; 426. S.53; 134. Р.236; 138. Р.82; 228. Р.225- 226). Вместо этого его небольшой отряд высаживается в густонаселенной Бетике. Затем он совершает поход через нее, направляясь в район, находя- щийся в непосредственной близости от войск сулланского наместника, которые должны были без особого труда его уничтожить, и вступает в сражение с римской армией. И все это для того, чтобы попасть в Лузита- нию, в которую можно было приплыть без всех этих приключений и опас- ностей. Поэтому следует предположить, что целью высадки Сертория в Бетике был захват этой области, а не проникновение в Лузитанию. При этом его действия (учитывая то обстоятельство, что его силы накануне высадки были крайне незначительны и явно недостаточны для захвата этой территории) можно объяснить только тем, что он рассчитывал на актив- ную поддержку местного населения. Вызывает удивление и существующее представление о длительности кам- пании 80 г. Для того, чтобы пройти от Белона до места разгрома Фуфидия нужно было не более 5 дней (426. S. 55). Примерно такое же расстояние отделяет район сражения от Лузитании. Соответственно, приблизительно столько же времени было необходимо для прохода туда серторианского отряда. Нужно, разумеется, учесть возможное маневрирование войск, вре- 64
мм, затраченное на непосредственную подготовку сражения. Получается, •I го вся кампания велась немногим больше десяти дней, а все остальное время серторианцы бездействовали и даже не воспользовались разгромом нрмии Фуфидия для захвата хотя бы части Южной Испании. Даже если п< >i |устить, что боевые действия длились не десять дней, а в несколько раз (юльше, то все равно непонятно, почему несколько месяцев ничего не пред- принималось против разгромленного врага. Следует предположить, •I । о осуществлялись какие-то действия для захвата Бетики в оставшиеся пос- ле разгрома Фуфидия месяцы 80 г. 11лутарх сообщает, что в начале активных военных действий в Испа- нии Серторий имел в своем распоряжении 2600 тяжеловооруженных че- ловек, которых он, как пишет Плутарх, счигад римлянами, 700 ливийцев, переправившихся с ним в Лузитанию, 4000 лузитанских пельтастов и 700 мойных лузитан (Plut. Sert. 12). ()тносительно отряда в 2600 человек существуют различные мнения. I Моммзен считает, что в состав этого отряда входили ливийцы и перебеж- •1ики из отряда Пакциана, но не римляне. В. Шталь более осторожно пи- шет, что это были воины, именуемые римлянами, и включает в их состав ливийцев. А. Шультен сначала называет их остатком тех 3000 воинов, с кото- рыми Серторий покинул свою провинцию, затем уже осторожнее именует их вооруженными по-римски солдатами. Э. Габба считает, что это были или мнвританцы, переправившиеся из Африки, или набранные в Испании । у земцы. По мнению Ф. Спанна основу отряда составляли остатки бежав- шей из Н. Карфагена армии и перешедшие на сторону Сертория остатки войск Пакциана. В. Эренберг указывает, что слова «называл римлянами» о тачают, что из римлян отряд состоял лишь частично: среди них был еще । кт аток солдат, которыми Серторий обладал как пропретор, к ним уже тогда присоединились изгнанники. Каков был процент римлян неизвестно, но во всяком случае они составляли ядро отряда (54. Т.З. С.20; 447. Р.46; 426. S.54- > S. 224. Р.302; 442. Р. 188, п. 71; 210. S. 189). Другие предположения о составе отряда: 1) это, возможно, римляне или и । и лики, которые или были с Серторием с самого начала, или присоедини- нись позднее (359. Р. 188-189); 2) остаток тех, кто бежал из Н. Карфагена, Польшей частью романизированные неримляне (154. Р.470); 3) эмигранты, ветераны, италики; назвав их римлянами, Серторий признал за ними право ini равноправие с римлянами (477. Р. 29); 4) либо италики, в основном из > грурии, либо римляне и италики из Ближней Испании, либо римские посе- ।кт ।цы в Испании, входившие в отряд Пакциана (413. Р. 177-181; 414. Р. 250- ); 5) остатки войск Пакциана, вероятно римляне и италики, прожи- 65
вавшие в Испании (320. V. 1 .Р. 168); 6) остатки прежних войск Сертория, но в них могли входить и испанцы (78. С.77); 7) римляне, а также италики и испанцы, получившие гражданство (38. С. 114). Из сообщения Плутарха следует, что упомянутый отряд состоял не из ливийцев, ибо они определенно отделяются от него. Слова, «которых он считал римлянами», свидетельствуют о том, что сам Плутарх (или его источник) их римлянами не считал. Когда Серторий набирал армию из римских граждан, Плутарх без всяких оговорок прямо писал об этом (Plut.Sert.6). Этот отряд не мог быть в основе и остатком трехтысячного отряда римлян, бежавшего из Н. Карфагена, ибо в то время в серториан- скую армию входили только римляне (Plut. Sert.6) и из-за огромных по- терь к 80 г. их явно оставалось совсем немного. Для того, чтобы воинов, составлявших этот отряд, можно было считать римлянами, нужны были веские основания. Позднее в армии Сертория все туземцы были вооружены по-римски, но их римлянами не называли (Plut. Sert. 14; Liv. 91). Нужно было, наконец, чтобы сами воины согласи- лись на подобное название. Трудно предположить, что на это пошли бы, например, враги Рима. И раз основная часть этого отряда не могла быть ни римской, ни мавританской, ни лузитанской, то остается предположить, что он был в основном создан в Южной Испании, вероятно, в долине Бетиса, где войска Сертория находились к тому времени, когда отряд уже точно существовал, и состоял он из романизированных жителей этой об- ласти, которые практически уже обратились в римлян (Strabo 3.2.15) и которым Серторий даровал права римских граждан (9. С. 45-47), на что, как наместник, он имел законное право (345. В.2. Abt. 1. S. 267). Но граж- данами этих воинов не признавал даже поклонник Сертория Плутарх, вероятнее всего, потому, что эти пожалования не были подтверждены после поражения серторианцев. Относительно столкновения Сертория с Коттой можно заметить следую- щее. Ни в одном источнике не говорится о том, что сражение у Меларии произошло во время переправы из Тингиса в Белон. Возможно поэтому имеется мнение, что Котта был разбит в 79/78 г. (217. Р.32). Мелария нахо- дилась достаточно близко от Белона (Strabo 3. 1.8; Mela 2.6.1), но все же значительно восточнее прямого пути Тингис - Белон (457. В. 1. S. 68; 114. Р.228). И уже поэтому можно сомневаться в том, что сражение произошло именно во время переправы, хотя нужно учитывать и различные случайно- сти боевых действий на море. Кроме того, имелась еще Мелария, в области контестанов между Валенсией и Хативой (457. В.З. S.213), но Плутарх явно имел в виду не ее - Мелария была первой битвой кампании, еще до разгро- 66
мп Фуфидия (Plut. Sert. 12). Нужно также учесть то обстоятельство, что, как v икс указывалось, римское правительство явно не предполагало вторжения I <• I > । ория в Испанию Дальнюю. В источниках нет никаких указаний на то, •I । <» >скадра Котты пыталась препятствовать переправе Сертория. I о раз до более удивительным является сам факт победы над римским фпо|ом, причем победы настолько значительной, что Плутарх ставит ее и ряд с крупнейшими сухопутными сражениями (Plut. Sert. 12). Более того, ни вообще единственное морское сражение, упомянутое за всю Сертори- U।к кую войну, хотя в дальнейшем военные действия на море разворачива- ла I. очень активно (Plut. Sert.21; Pomp. 19; Sall. 3.5-6). Но откуда у серто- I шанцев могли появиться крупные военные корабли? Еще накануне стоян- ки v устья Бетисау них было только немного своих и пиратских легких । улов, в принципе не пригодных для сражения с римскими военными кораблями (Plut. Sert. 7-9; Sall. 1.99; 338. Р.43. Поэтому мнение, согласно коюрому поражение Котты является свидетельством силы присоединив- шихся к серторианцам пиратов [217. Р.32], ошибочно). ( ведений о присоединении к серторианцам союзников, имевших боль- шие корабли, нет. В Мавритании построить в кратчайший срок флот они нс могли: здесь не было судостроения (Strabo 17.2.7), но оно существо- и и нов Южной Испании с ее развитым мореходством (Strabo 3.2.1,3.5.6; 138. Г (»Х 69; 250. Р. 152-153). Флот мог быть создан серторианцами либо во время • юянки у Бетиса, либо после, когда они закрепились в Бетике. 11оследнее предположение выглядит более верным, так как в против- ном случае непонятно, почему они так стремились избежать какого-либо < ।олкновения при переправе (Sall. 1.104). Тайно подготовить целый флот и непосредственной близости от резиденции сулланского наместника было невозможно: подготовка большой эскадры должна была вызвать неизме- римо больший резонанс, чем просто отдых небольшой группы беглецов, кт орую представляли собой в это время спутники Сертория, даже если »। а группа проводила подготовку к предполагаемым битвам. Вероятно, действия Котты были первой, хотя и запоздалой, реакцией администра- ции Дальней провинции на утверждение противника на подведомствен- ной ей территории. ; (оказательством того, что поражение Фуфидия состоялось в битве у Гис- । Li лиса до прохода Сертория в Лузитанию объявляются следующие аргу- мен । ы: Плутарх сообщает об этой битве после рассказа о высадке Сертория и Испании и, кроме того, из одного фрагмента «Историй» Саллюстия следу- г ।. что сражение произошло вскоре после высадки серторианцев (426. S. 56, и 282). Но у Плутарха о поражении Фуфидия говорится не просто после 67
рассказа о прибытии Сертория в Испанию, а после значительного переры- ва в последовательном изложении событий, более того - в другой главе, а это в «Параллельных жизнеописаниях» отнюдь не означает действитель- ную последовательность событий. В упомянутом небольшом фрагменте действительно говорится о том, что «... вскоре прибывший с легионами Фуфидий», но из этого невозможно понять, после чего именно и откуда он вскоре прибыл (Sall. 1. 108). Нет никаких оснований предполагать, что под- разумеваемое событие, после которого вскоре прибыл Фуфидий, - именно высадка Сертория. Более того, это предположение было бы уместным, если бы в этом фрагменте описывалось прибытие армии Фуфидия в ка- кой-нибудь прибрежный район вскоре после высадки противника, но речь явно идет (А.Шультен и Ф.Спанн сами аргументированно доказали это) о событиях накануне поражения Фуфидия в довольно удаленном от моря районе, не сразу после высадки Сертория (426. S. 55-56; 442. Р. 56-58). Фуфидий не просто потерпел полный разгром, но и вообще оказался не способен действенно оборонять свою провинцию (Sall. 1.55.22). Поэто- му непонятно, почему серторианцы не использовали свою крупную по- беду и большие потери противника (только сами римляне потеряли уби- тыми 2000 человек - Plut. Sert. 12) для захвата хотя бы части богатейшей области Испании - Бетики, а немедленно проследовали в малонаселен- ную бедную Лузитанию. Это сражение ставит и еще одну загадку: если у серторианцев, как при- нято считать, было всего 8000 человек и из них только 2600 тяжеловоо- руженных воинов, а остальные - легковооруженные ополченцы (426. S. 55-56; 236. Р. 320; 478. Р.ЗЗ; 442. Р.57), то, учитывая, что серторианцы не предпринимали внезапного нападения (Фуфидий знал о предстоящем сра- жении - Sall. 1.108), мы имеем дело с одной из самых потрясающих, неве- роятных военных побед в мировой истории, ибо у Фуфидия было не менее двух легионов (Sall. 1.108) и неизвестное количество вспомогатель- ных войск. В римских армиях в Испании последние всегда составляли зна- чительное число, обычно большее, чем сами легионеры (229. Р.215 etc.; 424. Sp. 1263; 391. Р. 168; 250. Р. 76), причем среди них были и тяжеловоору- женные воины (Caes. b.c. 1.39). Если разгром Фуфидия произошел вскоре после высадки Сертория, то получить дополнительную военную силу повстанцы могли только за счет жителей Бетики. Если между высадкой и этим сражением прошло длитель- ное время, то Серторий мог получить к этому времени дополнительную помощь лузитан. Но это обстоятельство все равно ничего принципиально не меняет: лузитаны все должны были быть легковооруженными (Strabo 68
I кб; 426. S.59-60). Даже если Сертория сразу поддержала вся Лузитания, । »i ia была не в состоянии выставить значительно больше тех 4700 человек, которых уже предоставила в его распоряжение, ибо даже в период наи- ()(। льшего напряжения своих сил в эпоху Вириата, еще до того, как должны (>ыни сказаться последствия опустошительных лузитанских походов рим- пмн, она одна обычно выставляла армию в пределах 10 000 человек на од- ном театре военных действий, причем (по крайней мере иногда) вместе с • оюзниками (Арр. Iber. 57-59, 61,67, 68, 72; Liv. 39. 21; 432. S. 217, 218, 221,223,224). Несколько большие цифры фигурируют тогда, когда имеют- । и в виду не только лузитаны или не только воины (438. S. 61; Арр. Iber. 59- 60.68; Liv. 35.1,37.57). I >оевая подготовка auxilia была значительно слабее, чем у легионариев (2 V/. Р. 318), но едва ли она была значительно слабее, чем у воинов незави- (нмых племен. Скорее следует признать обратное - она должна была (>ы быть все же лучшей. 11аши источники (даже Плутарх, старающийся обычно не упускать ни- чп о из того, что, по его мнению, можно поставить в заслугу его герою) в с вязи с этой победой ничего не говорят о каком-то подвиге, о чем-то необычайном. Ничего неизвестно о каком-либо военном приеме, какой- hiiGo военной хитрости, примененной Серторием, которая могла бы по- мочь ему выиграть это сражение, хотя о подобных обстоятельствах его деятельности сохранились интересные свидетельства во многих источни- кпх (об этом см. 426. S. 142 etc.). Вероятно, это сражение не сопровожда- ли ь никакими примечательными событиями, и чего-то исключительного I у г явно не было, в том числе и огромного превосходства сил Фуфидия. > । о означает, что армия Сертория была значительно сильнее, чем принято (читать. Но усилиться в то время она могла лишь за счет местного, бетийс- кш о населения: только оно способно было предоставить боеспособную, по-римски обученную армию. I ели же принять мнение (206. S.365; 426. S.65; 442. Р.57), что 4700 лузи- । и11 было у Сертория в начале кампании 79 г., то тогда незначительность <ч о сил в бою с Фуфидием выглядит еще более странной. Ведь нельзя же допустить,что лузитаны отправили к Белону свои основные силы, и । о время как недалеко от них находились войска Фуфидия. I кпонятно, почему принято считать, что упомянутые Плутархом 20 го- родов, первыми перешедшие на сторону Сертория, находились именно и 11 узитании (Plut. Sert. 12; 426. S.64; 442. Р.62). В источнике о этом ничего не । ообщается и с учетом всего вышеизложенного можно предположить, что н о ()ыли города Бетики. 69
Серторианцы чеканили монеты в городах Урсо (Urso), Белон (Baelo), Миртилис (Myrtiiis) (181. Р. 211). Это города Южной Испа- нии, причем Урсо находился в глубинных районах Бетики, южнее Гвадалквивира (457. В. 1. S.128; В. 2. S.210-211; 114. Р. 234, 331-332, 197; 250. Р.109). Денарии Сертория широко ходили в Сьерра-Морене (346. Р. 139-140), что, возможно, указывает на господство серториан- цев в этом районе. Серторианцы использовали рудники Сьерра-Мо- рены, Рио-Тинто, Альмерии (202. Р. 189-191). Серторианская надпись обнаружена в Агасепа, к северо-востоку от Севильи (121. Р. 216; 232. Р. 103). Это свидетельствут о довольно продолжительном господстве серторианцев в этом районе. Плутарх пишет, что, прибыв к лузита- нам, Серторий подчинил ближайшие области Испании (Plut. Sert. 11). Возможно, речь здесь идет и о Бетике. Предположение о том, что проконсул Испании Ближней Домиций Каль- вин (152. V.2 Р.84) принял участие в войне с серторианцами не в 79 г. (54. Т.З. С.21; 337. Р.22; 338. Р.44,48; 447. Р.47-48; 426. S. 64; 442. Р. 72; 38. С. 116), а уже в 80 г. (130. S. 146-148; 30.С.400) получило подтверждение в найденных но- вых фрагментах «Историй» Саллюстия. Из них следует, что армия Домиция, насчитывавшая не менее двух легионов (154. Р. 471), прибыла на помощь Фуфидию, но была разбита, а сам командующий, вероятно, погиб (132. S. 116-129). Таким образом, серторианцы уже в год высадки в Испании, в течение одной кампании, имея мало времени для создания армии и флота, сумели одержать как минимум одну крупную победу на море и разгромить в по- левых сражениях большие армии обоих наместников Испании. Следова- тельно, в распоряжении Сертория вскоре после высадки было достаточ- ное количество людей, из которых в кратчайший срок оказалось возмож- ным сформировать мощные вооруженные силы, способные открыто, на равных сражаться с римскими войсками. Сомнительно, чтобы это были только лузитаны. Ф. Спанн утверждает, что Серторий к началу кампании 79 г. увеличил свою армию более чем до 20 000 воинов. Это вытекает из победы над Домицием: если бы Гиртулей с 5000 в основном легковооруженных лузитан победил 30000 римскую армию (да даже и вдвое меньшую), то это была бы одна из величайших побед древности. Однако ни один из источников не сооб- щает о победе Гиртулея, как о чем-то замечательном. Следовательно, он имел как минимум такую же армию, как и Домиций. Трудно также допу- стить, чтобы 4700 лузитан были все, что Серторий смог сформировать в Лузитании и соседних племенах за год (442. Р.66). 70
к ному можно добавить, что в источниках вообще ничего не сообщает- । in нт* кишом нападении серторианцев как на Домиция, так и на Тория, «оin I М . Кунина утверждает, что Гиртулей напал на армию Домиция ин ирг ми се сна (44. С. 103), но она ссылается при этом на разделы трудов 11 м v । иI > х а 110розия, в которых ни о чем подобном не говорится (Plut. Sert. 12; • h ни s 23). А то, что серторианцы к началу кампании 79 г. располагали нн рнпнснно более мощной армией (причем не только количественно, ни и иичсственно), чем принято обычно считать, вытекает из всего хода погных действий 79-78 гг. Ведь армия Гиртулея совершила победоносный ннхпд и Ьлижнюю Испанию, одержав там ряд крупных побед над римски- ми hoik ками и захватив огромную территорию. Добиться таких успехов » I s н.к ячами легковооруженных ополченцев (426. S.64-65,74) было нере- .iiii.no По, как уже указывалось, сама Лузитания и не могла выставить । |Mi iy и 1ачительно больше воинов, чем она уже дала Серторию. К тому же । о । фи к 1, что впоследствии, с конца 76 г., малонаселенная и опустошенная предыдущими войнами Лузитания смогла выдержать как минимум пин <ни!ыиих военных набора в серторианскую армию (Арр. Ь.с. 1.111,112), но то лист предположить, что ранее они не проводились. Соседние племе- ни (нс п оны и другие) тоже могли предоставить в основном только легково- »• ру жеч и |ую пехоту (Strabo 3.4.15). У Гиртулея же, очевидно, была сильная нрмим, способная на равных сражаться с римскими войсками. Hi г вышеизложенное позволяет предположить, что армия повстанцев по- поциилась к началу кампании 79 г. в основном за счет жителей Бетики, м •»। < >рые одни в тогдашних условиях могли предоставить в ее распоряже- ние по-римски подготовленные военные кадры. ( ущсствует четкое указание Плутарха, что Серторий сначала реорга- нн кшал силы лузитан и лишь затем начал активные действия. При этом । пиорится, что 700 ливийцев переправились с ним в Лузитанию (Plut. Sri 1.11-12). Это означает, что Серторий из Тингиса переправился в Белон, hiх вв гил в Бетике плацдарм, затем переправился в Лузитанию, создал ирмию из жителей Лузитании и Бетики, а также флот и только потом, опираясь на захваченный плацдарм, повел наступление в Южной Испа- нии . I д о флот разбил эскадру Котты, затем его сухопутные войска двину- И1Н ь на север, к Гиспалису и Италике, где разгромили главные силы сул- пи11цсв в провинции, захватив по крайней мере значительную ее часть. II ном же году серторианцами был разгромлен проконсул Испании Ближ- псН Домиций. Возможно, это совершила отдельная серторианская ар- мии во главе с Л. Гиртулеем, вторгшаяся в провинцию Домиция, ко- юрый погиб в бою. 71
2. Война с Метеллом В 79 г. в Риме произошли значительные изменения. Сулла отказался от бессрочной диктатуры и официально стал частным лицом. Причины по- добного шага повелителя Рима пытались объяснить неоднократно и в древ- ности, и в современной историографии. Несмотря на некоторые нюансы, господствует мнение, что Сулла отказался от власти, так как выполнил те задачи, которые стояли перед ним как диктатором (см., напр., 54. Т. 2. С.348-350; 286. Р.215-223; об этом см. также 16. С. 58-59; 17. С.204). Однако именно в 79 г. гражданскую войну никак нельзя было считать закончившейся, наоборот, она снова разгорелась с весны 80 г., и создавае- мая в Испании база антисулланского режима начинала превращаться в се- рьезную угрозу новому римскому правительству. Если бы последнее не рассматривало ее как серьезную, в Испанию не отправился бы сам Квинт Цецилий Метелл Пий. Отречение Суллы нельзя привязывать и к первым успехам Метелла в Испании Дальней, ибо одновременно в другой испанс- кой провинции положение сулланцев стало просто катастрофическим. Поэтому причина решения Суллы была явно иной. И в связи с этим сле- дует обратить внимание на то, что он, будучи теперь частным лицом, про- должал решать государственные дела. Это обстоятельство, как и убийство по его приказу Грания, который к тому же, в отличие от Суллы, не был частным лицом (Plut. Sull. 37), заставляют предположить, что отказ от выс- шей власти был формальностью, тактической уловкой, вызванной широ- ким недовольством его режимом. Путем формальной ликвидации диктату- ры он надеялся смягчить недовольство, оставшись при этом по-прежнему фактически неограниченным владыкой Рима. Поэтому режим Суллы в пос- ледний год его жизни можно рассматривать скорее как предтечу принци- пата в широком смысле этого понятия. Неловажную роль в его поступке должно было сыграть и состояние здоровья диктатора - он недолго прожил после своей официальной отставки (Plut. Sull. 36-37; Арр. b.с. 1.104-105). Фактическое сохранение авторитарного режима исключало для эмигран- тов возможность прекращения борьбы, и с 79 г. война вступила в новую, еще более ожесточенную фазу. Метелл, которому в 79 г. исполнилось 50 лет, был опытным полковод- цем. Он начал военную карьеру, отличившись в войне против Югурты под руководством своего отца Метелла Нумидийского, прославился как полко- водец в Союзнической войне и сыграл выдающуюся роль в победе своей партии, которую официально возглавлял вместе с Суллой, в гражданской войне (de vir. ill. 63; App.b.c. 1. 80 etc.; 359. P. 178-184; 426. P. 63; 442. P. 64- 65). В целом он хорошо показал себя и в Серторианской войне. Хотя до- 72
шедшие до нас источники изображают его ленивым, погрязшим в удоволь- (гниях стариком, не способным на решительные действия (и этом плане он противопоставляется находившемуся в расцвете сил Серторию - Plut. Sr11.13; Pomp. 17; Sall. 2.70; Vai. Max. 9.1.5; Cic. Arch. 25. С этим согласны некоторые современные авторы, напр., 207. S. 366; 185. Р. 43), наиболее круп- ные успехи правительственных войск связаны именно с Метеллом. Не слу- чи йпо Серторий оценивал его очень высоко, несмотря на отдельные презри- । г11ы 1ые высказывания явно демонстративного характера (Liv.91; Veil. 2.29; Phil. Sert. 19). Да и засвидетельствованная некоторыми авторами его боль- ший личная храбрость, иногда изменявшая ход, казалось бы, проигранного »рлжения (Plut. Sert.21; Sall. 2.67,68), заставляет усомниться в правильности ни пасмой ему характеристики. ( оздается впечатление, что старческая вялость Метелла была навязчи- вым представлением Плутарха (Plut. Luc. 6; Cat. Maior. 24), ибо о ней । оворится даже тогда, когда Метеллу было столько же лет, сколько Сер- । орию времен испанской войны (Plut. Pomp. 8). 11 а местничество Метелла не ограничилось годом, как это было принято ( И 5. В. 2. Abt. 1. S. 254-255). Подобный статус наместника, уже имеющий прецеденты накануне Серторианской войны - Красс и Дидий были в Испа- нии наместниками каждый около 5 лет, а Валерий Флакк более 10 лет (63. (' 65), также укреплял его положение. В общем, это был серьезный противник, располагавший к тому же круп- ш.1ми силами. Он, видимо, имел 4 легиона (154. Р. 471; 442. Р. 65), явно Vi пленных испанскими контингентами, ибо туземцы были не только у Сер- юрия, но и в сенатской армии (110. Р. 127). 11 лутарх пишет, что против повстанцев действовала почти 130-тысяч- нпн армия (Plut. Sert. 12). В ее состав, по-видимому, включены не толь- ко войска Метелла, но по крайней мере и силы другого испанского на- местника, который со своими двумя легионами и вспомогательными нойсками (154. Р. 471) должен был помогать Метеллу, или даже все ирмии упомянутых Плутархом в этом разделе полководцев (Котта, Фуфи- /1Ий, Метелл, наместники Ближней Испании, проконсул Нарбонской провинции -154. Р. 471). Возможно, в данной информации указывается ппибольшая (или даже общая) численность правительственных войск in все время войны, так же, как в другом случае Плутарх пишет о 150- । ысячной армии Сертория (Pomp. 19). Но в любом случае против серто- рнинцев были направлены столь крупные силы, что уже само это обсто- и irjibCTBO позволяет усомниться в утвердившихся в науке представле- нии о силах повстанцев в начале кампании 79 г. 73
Картина войны между Метеллом и Серторием в 79-78 гг. в научных работах сложилась достаточно давно. Первое относительно подробное восстановление событий дал П. Беньковский (130. S. 146-156). Но наи- более детально ход этой кампании восстанавливает А. Шультен. Он ри- сует следующую картину. Серторию подчинялась лишь центральная и южная Лузитания, и все его силы насчитывали всего 8000 человек. Ос- нову их составляли лузитаны. Их основное наступательное вооружение - большое количество метательных копий, для ближнего боя - прямые и изогнутые мечи. Защитное оружие - очень маленькие и очень легкие круг- лые, сильно выпуклые кожаные щиты, голову защищала коническая ко- жаная, редко металлическая, каска с султаном, шею и руки - металли- ческие кольца, туловище-льняной или металлический панцирь. Но наи- более характерным оружием были копье и щит. Вооружение лузитан было рассчитано на максимальную легкость и подвижность воинов, традиционное боевое искусство состояло в том, чтобы серией непрерыв- ных атак и отступлений постоянно беспокоить врага. Воспитание и об- раз жизни готовили из них идеальных партизан. Боевые действия ограничивались в основном Лузитанией между Тахо и Гвадианой. СевернееТахо они простирались максимум до Сьерра-де-Гре- дос и Сьерра-де-Гата. Запад и юг Лузитании (кроме крайнего юга - Алгар- ви), западные склоны Иберийского плоскогорья, поднимающиеся на 300- 400 м над уровнем равнины, - это пустынная, лишенная воды, безлюдная степь, крайне редко заселенная. Восточная часть - нынешняя провинция Касерес в Эстремадуре - начинается от невысокого горного перевала, об- разующего границу водораздела между Тахо и Гвадианой, и представляет собой такую же безлюдную пустыню, без растительности и воды, без горо- дов. СевернееТахо простираются западные отроги Кордильеры: горы Сьер- ра-де-Гатаи Сьерра-де-Гредос, делящие пополам плоскогорье. Население этих гор было наиболее диким и отсталым во всей Испании. А. Шультен предполагал, что наступление начал Домиций, действовав- ший по согласованию с Метеллом, пославшим к нему своего легата Тория Бальба, и связывал с этими событиями осаду Гиртулеем Консабуры. Отряд Тория был разгромлен перехватившим его во время пути Серторием. Вслед за этим началось наступление Метелла. Имея в качестве базы южную Испанию, он направился в глубь центральной Лузитании от Ме- теллинума (Медельин - 457. В. 2 S. 231), который стал его главным лаге- рем. Отсюда он двинулся на север, через район будущей Эмериты Августы (Мерида) по тому пути, по которому позднее прошла одна из важнейших дорог римской Испании, к Олизиппо (Лиссабону). В этом направлении 74
нрмия Метелла действовала в 79 г. В следующем году она наступала в шнидном и юго-западном направлении, дойдя до Лакобриги (Лагуш в А ш арви). Правительственный полководец стремился повторять так- I и к у своего отца Метелла НумидийскоговвойнесЮгуртой,то есть принцип «выжженной земли». Наступление правительственных войск •«кончилось неудачей благодаря искусному использованию Сертори- гм шитики партизанской войны, и с конца 78 г. Метелл перешел к глу- wii обороне в Турдетании, не рискуя больше переходить Гвадиану (426. N 60-73). Эта схема существенно не противоречит более ранним общим и специальным трудам (219. Р.130; 54. Т. 3. С. 21; 473. S.376; 130. S.146- IS6; 447. Р. 47-51; 270. Р. 379-380), но дополняет их. 11 осле выхода работы А. Шультена его выводов в целом придерживаются и остальные авторы (236. Р. 320-321; 456. Р. 135-136; 359. Р. 190-197; 268. Р. МО; 234. Р.379-386; 293. Р. 16; 434. Р. 217), за исключением отдельных вопро- сов. Гак Ф. Спанн, не отрицая разгрома Домиция и Тория на Ане, допускает, •ио оба эти сражения происходили необязательно именно в тех конкретных мелях, в которые их принято помещать. Он считает, что нет никаких основа- нии связывать действия Домиция и Тория с осадой Гиртулеем Консабуры,о ко горой можно сказать лишь то, что она состоялась между 79 и 75 гг., но не < я > ьясняет установку таких хронологических рамок (442. Р.65-66, Р. 191, п.55). 11 I риспо считает, что сначала Метелл наступал из долины Бетиса в долину А11ы, на Сьерра-Гвадарраму, затем повернул на Запад. Серторий разбил То- рия, преследуя Метелла из под Лакобриги (255. Р. 193-195). II. Беньковский предполагает, что битва у Сеговии произошла в КО г. Из сообщения Флора «primaper legatos habita certamina, cum hinc Domitius et Torius... mox his apud Segoviam, illis apud Anam flumen oppressis» (Flor.2. 10. 6) он делает вывод: она могла быть и в 75 г., но Флор помещает ее в начало войны. Об этом свидетельствуют слова puma certamina рог legatos habita и особенно proluderunt, из чего сле- дует, что сражения у Сеговии и на реке Ане были только подготовкой к настоящему столкновению вражеских армий. Разгром Гиртулеев ма- ловероятен в 79 г., когда один Гиртулей победил Тория, бывшего в 79 г. легатом Метелла. Поэтому картина боевых действий была следую- щей. Серторий мог начать наступление из Лузитании только во второй половине пригодного для военных действий времени, так как должен был приводить в порядок свои неорганизованные войска. Он разде- лил их на две части, из которых одна во главе с Гиртулеем двинулась в Ближнюю провинцию, другую он сам повел в Бетику. Гиртулея у Сеговии встретил Домиций Кальвин и нанес ему столь решительное поражение, 75
что тот вернулся назад в Лузитанию. Это была Сеговия в Карпетании или в стране вакцеев. Маловероятно, что имеется в виду Сеговия в Бетике, хотя именно в Бетике где-то в конце 80 г. Серторий разбил Фу- фидия у Бетиса (130. S. 147-148). Однако П. Беньковский не принимает во внимание то обстоятельство, что Флор дает только очень краткий и общий абрис хода Серторианской войны. При этом он совершенно не заботится о строгой хронологической последовательности излагаемых им фактов (43. С. 137-138). Сколько-ни- будь последовательное изложение начинается у него лишь с 76 г. Причем подготовка к настоящему столкновению у него все, что было до Л аврона и Сукрона, все это лишь пролог к главному событию: решающему столкно- вению между самими полководцами (Flor. 3.22.1-7). Поэтому следует пред- положить, что и в этом случае мы имеем дело с кратчайшим абрисом воен- ных событий, где сначала упоминаются действия легатов, а затем крупней- шие (и только они) сражения, которыми руководили сами полководцы. П. Беньковский тоже признает это положение (130. S. 147). Он также отмеча- ет, что в первые годы боевые действия шли скорее на юге полуострова, в низменности Бетиса и Аны (130. S. 133). Эта гипотеза не была поддержана последующими авторами. Только З.М. Кунина в своей диссертации излагает события по П. Бенковскому: серто- рианские войска, разделенные на две части в конце 80 г. начали наступление из Лузитании. Армия Гиртулея из Лузитании вторглась в Ближнюю Испанию, пытаясь проникнуть в долину Эбро, но встретила сильное сопротивление Домиция и вернулась в Лузитанию. Войска подлинным командованием Сер- тория напали на Фуфидия у Бетиса. Последний предотвратил свое оконча- тельное поражение тем, что быстро отступил и соединился с Домицием. Серторий отступил в Лузитанию на соединение с Гиртулеем (44. С.99-100). Восстановление картины походов Метелла в Лузитанию основывается на данных источников и топографии. Принято считать, что Метелл взял город Дипону (Dipo), который соотносят с упомянутой в «Путеводителе Антонина» станцией на дороге в 29 римских милях от Эмериты Августы по направлении к Эборе (ныне Эвора в Португалии), где-то рядом с со- временными Бадахосом и в 46 римских милях западнее Метеллинума (279. Sp. 1159; 130. S.155; 447. Р. 50; 426. S.70; 270. Р. 380; 359. Р. 190; 442. Р.68; 114. Р. 154; 234. Р. 387; 297. Р. 137). Предполагается, что это, вероят- но, первый город, захваченный Метеллом во время кампании на западе и юго-западе полуострова (320. V. 1. Р. 177). З.М. Кунина помещает Дипону на правом берегу реки Аны, между Валенсией и Аликанте (44. С. 105), но это явное недоразумение. 76
Действительно, в одном из фрагментов «Историй» Саллюстия сообща- * и и. что кто-то одолел с боем большой город Дипону (Diponem validam ih be in) после многих дней сопротивления (Sall. 1.113). Однако, кто имен- но взял этот город, из данного фрагмента неясно. Нет никаких оснований н| »сд| юлагать, что город захватил именно Метелл или какой-нибудь другой правительственный военачальник. Ясно лишь, что взятие Дипоны было нгрным, или одним из первых актов войны между Серторием и Метеллом, н1 »<> > го первое упоминание в «Историях» конкретного пункта, связанного । «осиными действиями кампании 79 г. Кроме Дипоны в Лузитании, известна в древности и другая Дипона, упо- мянутая, как и первая, только один раз, а именно Ливием при описании । юходов римлян в 185 г. в Карпетанию. Она находилась недалеко отТолету- мп ( Голедо), на правом берегу Тахо (Liv. 39.30-31; 457. В.2 S. 218-219; В.З. I Про), то есть относительно недалеко от района, где, согласно наиболее распространенному мнению, состоялись первые бои кампании 79 г. (Кон- (>ура). Здесь, в районе Толедо - Консабура проходил и традиционный путь и । Испании Ближней в Испанию Дальнюю (432. S. 220-222; 438. S. 93). 11 (‘зависимо от того, относится ли упомянутый путеводитель ко времени Каракаллы, к концу III в. н.э. или к середине IVв. н.э. (420. S.98; 228. Р.9; 102. Sp. 2323,2344), о Дипонев Лузитании известно, что она точно суще- i । попала 3-4 века спустя Серторианской войны и вполне могла возникнуть писце исследуемых событий. Дипона в центральной Испании, наоборот, »< шершенно точно существовала еще до Серторианской войны. Дипона в Карпетании упоминается Ливием вместе с Толетумом (глав- ным центром этой области и одним из наиболее значительных городов । у к‘мной Испании), как относительно равное ему поселение (другие го- рода рядом с ним не упоминаются). Поэтому к данному городу скорее, чем к станции на дороге, можно отнести эпитет (validam urbem), кото- рым награждает свою Дипону Саллюстий. Уровень развития Карпета- II и и и Лузитании в эту эпоху (отсутствие городов в последней) также нитавляетсоотнести эти слова скорее с городом в Карпетании, чем и Лузитании. Из вышеизложенного следует, что Саллюстий явно упоминает Дипону и Карпетании, а не в Лузитании, даже если последняя действительно называ- iiiicb Dipo, а не Bipone (так называется станция в путеводителе - 457. V.2. S 218). Возможно, с боевыми действиями в этом районе связан клад, млад- шая монета которого датируется 79 г. (465. Р.79-93). I (сверными представляются попытки жестко увязать с военными дей- ( । ниями Метелла в центральной Лузитании (426. S.69,70; 417. Р. 175; 442. 77
Р. 69,192; 234. Р. 388) фрагменты «Историй», упоминающие «важную общи- ну Лузитании» (Lusitaniae graven) civitatem - Sall. 1.114) и реку Таг (Sall. 1.115). Из первого фрагмента совершенно невозможно понять, в связи с какими событиями эта община названа, а относительно второго следует заметить, что река Тахо течет в основном все-таки не в Португалии и ее упоминание могло быть связано с действиями Гиртулея в Ближней Испа- нии. Следует также отметить, что Дипона в Карпетании должна была быть гораздо ближе к Тагу, чем Дипона в Лузитании. Поход Метелла в Лузитанию доказывается его присутствием в Конис- турге. Местоположение этого города неизвестно, но он находился либо в Алгарви, либо на юге Алентежу (426. S.70-71; 456. Р. 122; 442. Р. 68; 234. Р.386; 114. Р. 142; 457. V.2. Р.209; 104. Р.459) и служил, судя по предыдущим войнам, опорным пунктом для походов римлян на запад полуострова (Арр. Iber. 57, 58,59). Во фрагменте «Историй», на который при этом ссылаются, говорит- ся лишь о том, что кто-то прибыл к легионам в Конистургу (Sall. 1.119), но кто это был - неизвестно. Так как армия восставших строилась по римским ка- нонам, то этот кто-то не обязательно должен быть сулланцем, а тем более самим Метеллом, хотя в сохранившихся фрагментах «Историй» легионами называются только войска римского правительства (338. Р.50). В любом слу- чае упоминание Конистурги как-то связано с военными действиями или с их подготовкой. Важным аргументом в пользу гипотезы о походах Метелла в Лузитанию считается наличие в древности в районах этой кампании мест, упомянутых в сочинении Птолемея и путеводителе Антонина, в названии которых со- держится родовое имя Цецилиев Метеллов (207. S.368, n.5; 130. S. 155-156; 447. Р. 49; 234. Р.389- 393). Наиболее обстоятельную аргументацию этой проблемы дал А. Шуль- тен. По его мнению, наличие на дороге, ведшей от колонии Метеллинум (Медельин) к океану, пунктов Castra Caecilia, Vicus Caecilius, Caeciliana показывает, что эта дорога восходит к Метеллу на участке до последнего из них. Метеллинум был начальным пунктом дороги, он прикрывал юж- ный участок области между Гвадианой и Тахо, полосу между Гвадианой и горами, образующими границу водораздела между этими реками. Vicus Caecilius контролировал район между Тагом и Сьерра-де-Гата. В 32 ми- лях отОлизиппо (Лиссабона), восточнее современного Сетубала находи- лась Caeciliana. Все они превратились в гражданские поселения из лаге- рей Метелла (426. S. 67-72). Этой точки зрения придерживаются и дру- гие историки, иногда отмечая, что статус колонии Метеллинум мог полу- чить не в момент основания, а позднее (442. Р. 67-68; 359. Р. 191; 268. Р. 342; 78
193. P.50; 288. P.43; 88. P.40; 228. P.364-365,408; 138. P.27; 201. P.230-231; 44. ( 105-106; 250. P.84,100; 455. P. 104; 390. P.86; 398. P.648; 193. P. 198-199; 29/. P.137). Римский лагерь, обнаруженный приблизительно в 3 км к северо-востоку 111 Касереса (461. S.2), который определяется как Castra Caecilia (265. S.296- /97), достаточно хорошо изучен. По результатам раскопок нет полной яс- ное ги, действительно ли он основан Метеллом Пием (461. S. 197-201). Если по । ибель можно отнести ко времени Серторианской войны (265. S. 296- /9 /; 377. р. 100; 440. Р.569), то относительно других пунктов нет никаких пп ких доказательств того, что они связаны с этой войной и, тем более, именно с Метеллом Пием, а не с какими-нибудь другими представителями пою знаменитейшего рода, давшего немало высших должностных лиц к испанских провинциях как в эпоху Республики, так и ранней Империи (438. S 69,70,72,73,80,194; 383. Р. 184; 89. S. 308,309; 292. Р. 184). ('рсди наместников Дальней Испании до 79 г. Цецилии Метеллы отсут- (। ну ют (438. S. 192-194; 38. С. 120). Но подобные сооружения необязатель- но i 1азывались именем наместника той провинции, где они были располо- * ci । ы: например, поселение, существовавшее в Испании ко времени Сер- юрианской войны, Castra Aelia было названо не по имени какого-либо наместника Испании Ближней (292. Р. 24-25). Эти населенные пункты могли появиться и до, и после Серторианской войны. I ак как в 79-78 гг. правительственным войскам не удалось закрепиться и.) I узитании, и в 77-73 гг. они явно ее не контролировали, то маловероят- но. чтобы эти пункты Метеллу удалось создать в глубине вражеской тер- ритории. Неудивительно, что некоторые исследователи допускают воз- можность основания этих поселений не в лузитанскую кампанию 79-78 11 или того, что некоторые из них основал не Метелл Пий (324. Р. 474; /92. Р. 22-25, 28; 226. S. 14). 11 «этому можно предположить, что образование этих населенных пунк- । он не связано с 79-78 гг. Однако их упорядоченное расположение предпо- ппгает наличие определенной системы основания. И нет другого крупного («бытия, кроме Серторианской войны, связанного с Цецилиями Метелла- ми. которое могло бы привести к созданию подобной системы поселений. 11о если они связаны с Метеллом Пием, то непонятно, почему их основа- ние обязательно следует относить именно к 79-78 гг. Почему-то не обра- 11шсгся внимание на то, что после гибели Сертория война не ограничилась (юрьбой Помпея и Перперны. Аппиан прямо пишет, что после убийства ( гр тория Метелл отправился в другую Иберию, то есть в свою провинцию (App.b.c. 1.115). Кроме общин района, где шла война с Перперной, вос- 79
стание в это время поддерживали только лузитаны, борьба с которыми была прямой обязанностью Метелла как наместника Испании Дальней. Новая кампания в Лузитании была, видимо, длительной, и на этот раз часть Лузитании Метеллу удалось подчинить. Поэтому именно в это время необходимо было создать систему опорных пунктов для закрепления влас- ти римлян в покоренных районах. Логичнее предположить, что эта систе- ма была создана Метеллом не во время тяжелых поражений 79-78 гг., когда противник постоянно совершал на него нападения, а позднее, в неизмери- мо более благоприятной обстановке, когда ему все же удалось подчинить некоторые районы Лузитании. Относительно боевых действий у Лакобриги сомнений быть не может - они подробно описаны Плутархом (Plut. Sert. 13). В Испании было 4 города с похожими именами: 1) нынешний Лагуш в Алгарви; 2) у северных вакце- ев в районе Палланции; 3) в Галлеции; 4) в северной Лузитании, южнее Дуриса(426. S.71, п.360; 196. Р. 108,220; 457. В. 2. S. 257-258; 114. Р.204). Одни авторы (54. Т. 3. С. 21; 442. Р.71; 185. Р.43) считают, что Плутарх сообщает о городе в северной Лузитании; другие - о городе вакцеев (353. S.29; 114. Р. 204). По мнению третьих, город находился недалеко от устья Тахо (130. S. 156; 263. S. 528; 44. С. 106) или в Галлеции (457. V.2. S.257-258; 297. Р. 139). Но большинство полагает, что речь идет о Лагуше в Алгарви (219. Р.120; 209. Р. 262; 207. S.368; 478. Р. 33; 456. Р. 135; 236. Р. 321; 104. Р. 460; 426. S. 71). Аргументация сторонника последней точки зрения А. Шультена (анализ транскрипции города у Плутарха, невозможность для армии Метелла в то время проникнуть так далеко на север) представ- ляется более убедительной (426. S.71), чем доводы его оппонентов, пыта- ющихся дать иную транскрипцию названия города (457. В. 2. S.257-258; 234. Р.385; 297.139). Плутарх сообщает, что в Лакобриге Серторий приказал вывести tov axpiKFtov б/Xov (Plut. Sert. 13). Если это был приказ вывести из города бесполезное для боевых действий население, то он может свидетельствовать о сбежавшихся в укрепленное убежище окрестных жителях. Но если «ох- лос» здесь означает именно чернь, простонародье, то город явно распола- гался на юге полуострова. Ибо такого определения для части жителей не могло быть ни в Лузитании, ни в Галлеции, ни у северных вакцеев, учиты- вая уровень развития этих народов. То, что основные источники воды в Лакобриге были расположены вне укреплений, а единственный источник внутри города мог обеспечить жи- телей только на два дня (Plut. Sert. 13), свидетельствует против того, что это поселение было не городом, а только укрепленным убежищем: местом, 80
i пгциально выбранным и обустроенным для долговременного укрытия окрестного населения. Чем и были «города» лузитан, галлаиков, северных инкцеев. Vчитывая вышеизложенное, хотя никакого единства до сих пор в этом вопросе нет (397. Р. 94), в данной работе будет предполагаться, что Плу- inpx имеет в виду Лакобригу в Алгарви. К рассматриваемому периоду относится упоминание города Укуба (Sall. I 123), располагавшегося в центре Бетики; ныне Эспехо, 35 км юго-восточнее К ордовы (228. Р. 409; 251. Р. 21 -22). Возле этого города обнаружен крупный к лид (800 монет - 99. Р.24; 251. Р. 169). А. Шультен предполагал, что появле- ние его связано с переходом Сертория в наступление после отражения напа- дения Метелла и проникновением серторианцев вплоть до Укубы, либо лишь । о страхом перед возможным их вторжением из Лузитании во время дей- < । ний там армии Метелла. Позднее А. Шультен склонился к последней вер- < ни (426. S.72-73; 417. Р.176). Однако ведущему вэтовремя партизанскую войну с превосходящими силами противника Серторию было невозможно (издать непосредственную угрозу Укубе, если предположить, что он был < > । делен от города огромным расстоянием, горными хребтами, укрепленны- ми городами, двумя большими реками и множеством более мелких водных । фарад. Такая угроза могла возникнуть только в том случае, если бои про- ходили в непосредственной близости отУкубы. Другое дело, что этот клад нельзя с полной достоверностью отнести ни к войне между Метеллом и Сер- । прием (320. V. 1 .Р. 201), ни вообще ко времени Серторианской войны (99. Р 24). Известно также, что зиму 77/ 76 гг. Метелл с армией провел в Кордубе (Sall. 2. 28; 338. Р.70. Ср. с 320. V.2. Р.85). У точнить детали событий позволяют данные археологии. Если Castra ( Нес!liа и не был основан Метеллом Пием, то он был взят штурмом, разру- шен и частично сожжен во время Серторианской войны (461. S. 2-201), вероятно, в начале 70-х гг. (265. S. 257-296). Кто его использовал как опор- ный пункт, неизвестно. Возможно, о каких-то военных действиях в этом рп йоне свидетельствует находка клада в Valdesalor (провинция Касерес) - 160 денариев отчеканенных Суллой в 82 г. (133. Р. 124. № 60). В Azuaga, к северо-западу от Кордовы, исследован римский форт, кото- рый был разрушен во время Серторианской войны и восстановлен в I-П вв. и > В руинах времен Сертория найдена надпись на пломбе: Q. Met., то есть Quintus Metellus (203. Р. 609-612). Таким образом, война между Серторием и Метеллом в это время точно шип в следующих районах: северо-восточная граница Дальней Испании, к нс гра Цецилия, видимо, Конистурга, Лакобрига, район Кордубы. 81
Возможно, к рассматриваемым событиям относятся два крупных кла- да монет эпохи Серторианской войны: один в области Хаэна, другой в районе Кастулона, то есть в верхнем течении Бетиса (250. Р. 169). Если боевые действия в 79 г. начались в районах Ближней Испании, прикрывавших с северо-востока путь к Бетики, на традиционном пути римских армий на юг полуострова, то это лишний раз доказывает, что по крайней мере большая часть юга находилась под контролем сертори- анцев. Это обстоятельство представляется более естественным объясне- нием хода военных действий, чем тайные переходы армии Сертория из Лузитании в верховья Аны и обратно по неподчиненной еще территории, как объяснял эти события А.Шультен (426. S.67-72). Судя по сообщениям Плутарха и Саллюстия, военные действия прохо- дили в изобилующей горами земледельческой стране и сопровождались многочисленными осадами городов (Plut. Sert. 12-13; Sail. 1.112). Это боль- ше подходит к Бетике, чем к лузитанской степи. Описанный в этом фраг- менте принцип организации местности - наличие сел и кастеллов - засви- детельствован и для Южной Испании (251. Р.27-28), хотя, разумеется, не только для нее. В более ранних работах я без достаточных оснований (об этом см. 38. С. 121) отрицал действия Метелла в эти годы в центральной Лузита- нии (9. С. 52). Они, вероятно, имели место (Q. Sertorius per asperos Lusitaniae colies cervam trahebat - Vai Max. 1.2.4). Разумеется, если в этом сообщении не подразумеваются горы южной Лузитании. Об боях между армиями Метелла и серторианцами могут свидетельствовать и многочисленные на- ходки монет эпохи серторианской войны в предполагаемом районе боевых действий, но их нельзя с полной уверенностью отнести именно к этим собы- тиям (99. Р. 21; 397. Р. 91 -100). Не следует забывать, что датировка кладов по монетам на самом деле означает, что данный клад датируется не ранее даты выпуска младшей мо- неты. Но это не значит, что он относится именно к этому году, наоборот, он мог появиться сколь угодно позже этой даты. Последовательность боевых действий в указанных пунктах неизвестна. Неизвестно и точное число войск серторианцев, противостоящих Метел- лу: имеющиеся предположения (см. выше; также 442. Р. 69) ни на чем не основаны. Но раз в эти годы против Метелла велась только партизанская война, то его армия была значительно сильнее противника. Плутарх в биографии Помпея сообщает, что Серторий иногда блуждал один, а иногда атаковал врага во главе 150-тысячной армии. Рассказ об этом помещен после сражения у Сегонтии, но явно не привязан к конкретному 82
। мучаю и представляет собой более общую характеристику положения и о । дельные моменты Серторианской войны. Но в нем содержится намек на । nil > । изанскую войну в горах (Plut. Sert. 19). В К2-81 гг. Серторий никакой партизанской войны не вел, в 80 г. Фуфи- /I и и и Домиций были разбиты в открытых сражениях, в 76 и 75 гг. до отступ- игн и я у Сегонтии партизанской войны не было, в 77 г., вероятнее всего, тоже ((м соответствующие разделы данной работы). Следовательно, этот пассаж может относиться только либо к 79-78 гг., либо к периоду после Сегонтии. И пи он - общая характеристика партизанской тактики серторианцев, и ее нельзя привязывать не только к какому-нибудь конкретному событию вой- ны, но и к ее конкретному периоду. V 11лутарха явно речь идет не о постоянной численности серторианской йрмии, атолько о кратковременной мобилизации сил, временном напряже- нии всех возможностей. При таком условии даже такая огромная цифра (I S0 ООО) перестает быть нереальной, учитывая густонаселенность Юж- ной Испании и возможности кратковременного всенародного ополчения. 11оэгому данный пассаж можно отнести к 79-78 гг. 11 о цифра 150 000 (даже если она полностью соответствует действитель- ности) означает именно предельную возможность для серторианских войск и экстремальных условиях. Те силы, которые Серторий мог постоянно вы- г । являть против противника, были неизмеримо меньше: иначе он не вел (>।.11 одами партизанскую войну. Хотя последовательность боев неизвестна, источники позволяют понять общую картину событий. Серторий отказался от открытых полевых сраже- ний и вел против Метелла исключительно партизанскую войну, используя для быстрых передвижений легковооруженных воинов. Тяжеловооружен- ная пехота, составлявшая основную силу армии Метелла, показала пол- ную неприспособленность к «летучей войне» в горной местности, в кото- рой постоянно приходилось то преследовать врага, то самому становиться преследуемым. Серторий старался каждый раз отрезать противника от воды н препятствовать подвозу продовольствия, постоянно беспокоил засадами и обходными движениями, нападая на него всякий раз, когда он разбивал лагерь, но во время наступления Метелла не оказывал ему прямого сопро- । ивления, давая вроде бы свободный проход. Подвергавшиеся непрерыв- ным атакам войска Метелла могли передвигаться только по дорогам. Если последний начинал осаду какого-нибудь города, то Серторий сознатель- но позволял начать осаду, а затем начинал действия на коммуникациях врагов, используя при этом каждый раз значительные силы: Плутарх сообщает, что он сам начинал осаждать осаждающих (Plut. Sert. 12-13; 83
Pomp. 17; Sail. 1. 117). Вести длительную партизанскую войну можно лишь при поддержке местного населения. Следовательно, ОНО. в том чис- ле и на юге, поддерживало серторианцев, хотя уже в это время жители юга находились и в армии Метелла (180а. Р. 35). Конкретным образцом описанного Плутархом принципа деблока- ды осажденных крепостей является оборона Лакобриги. Метелл со- вершил бросок к городу, рассчитывая на его быструю сдачу. Общая ситуация этому благоприятствовала: армия противника находилась довольно далеко, вне пределов Алгарви, за высокими горами, отде- ляющими эту область от остальной Португалии (это вытекает из пос- ледующих действий повстанцев); в городе был только один колодец, и он не мог долго снабжать водой всех жителей. Другие источники находились вне города и были поставлены под контроль осаждав- ших. Метелл знал, что жажда вынудит осажденных сдаться через двое суток, и поэтому его армия взяла продовольствия только на 5 дней. Серторий быстро двинулся к Лакобриге, но решил не нападать на врага, а поставить его в такое положение, что осада станет бессмысленной. Поэто- му он приказал наполнить водой 2000 бурдюков и, отобрав из числа добро- вольцев наиболее подходящих для операции воинов (Ф. Спанн считает, что их было около тысячи, так как один человек не мог поднять больше двух таких мехов - 442. Р. 193, п.90), приказал им форсированным маршем пройти 'срез горы, передать воду гарнизону и вывести непригодных для боя жите- лей. Дерзкая операция удалась, видимо, потому, что явилась полной неожи- данностью для неприятеля. Теперь город мог держаться, положение осаж- дакщих резко ухудшилось. Они оказались зажатыми между двумя вражес- ким! отрядами и сами превратились в осажденных. Однако Метелл не отка- залсяот своего замысла, хотя припасы у его солдат подходили к концу. Он реиил выйти из положения, отправив за продовольствием целый легион, рассчитывая, видимо, что столь крупному отряду удастся выполнить пору- ченноезадание. Но Серторий, своевременно получив от разведки донесе- ние, пргнял контрмеры: легион попал в засаду, был атакован с двух сторон и уничтожен. Эти события показали Метеллу, что реальных шансов на успех у него нети осада была снята (Plut. Sert. 13). Болыге никаких подробных описаний каких-либо операций, относящихся к этом)периоду нет, как нет и сомнений в том, что результат боев с серто- рианщми был неблагоприятен для Метелла. Однако нельзя изображать действия его войск как сплошную цепь неудач, что делают вслед за Плу- тарха современные авторы (Plut. Sert. 12-13; 130. S. 152-156; 207. S.366- 368; 417. Р.48 etc.; 426. S.63-73; 44. С. 103-106; 236. P. 320-321; 268. P. 342). 84
11 ишь Ф. Спанн более осторожно оценивает результат действий серториан- цсв. Он отмечает, что хотя армия Метелла была серьезно потрепана и ( ерторий победил стратегически и психологически, Метелл сохранил свои « илы и оставался угрозой для врага (442. Р. 69-72). На самом деле войска Метелла прошли с боями огромную территорию, на большой части ранее захваченных повстанцами областей была восста- новлена власть римского правительства, и сначала это не могло не воспри- ниматься как крупный успех. Об этом свидетельствует сохранившаяся мо- нета, относящаяся к 79 г., в надписи на которой Метелл назван императо- ром (108. Р. 274-275. Имеются и иные датировки - 366. Р. 134). Если Плутарх старается представить ход военных действий как цепь неудач Метелла, то Евтропий прямо пишет, что он сражался с Серторием ( переменным успехом (Eutr. 6.1.3). 11 о затем положение изменилось. Неудачи настолько подорвали дисцип- иину у правительственных солдат, что они требовали поединка Метелла и ( ертория (Plut. Sert. 13), хотя у них не было никакой надежды на победу их полководца и на окончание опостылевшей войны, а именно этими причи- нами диктовались обычно подобные требования (87. S. 26-27). Источники описывают действия против войск Метелла только армии но I лаве с Серторием. Однако маловероятно, чтобы все силы повстанцев и Испании Дальней были сведены всегда только в одну армию, особенно учитывая, что шла партизанская война. Это косвенно подтверждает Плу- । арх. Он пишет, что Серторий получал известия о победах своих стратегов (Pint. Sert. 11). Описания войны знают только одного серторианского пол- ке )водца, который одерживал победы - Л. Гиртулея, сражевшегося в это время и Испании Ближней. Следовательно, были и другие военачальники, дей- г гвовавшие во главе отдельных армий. В эти же годы Серторий и его приверженцы были объявлены вне зако- на. При этом неясно, были ли они формально провозглашены врагами отечества или этого все же не произошло. Однако сути дела это не меня- но (304. S. 170). В связи с этим обстоятельством имел место один широко и тестный эпизод. 11о сообщению Плутарха, отчаявшись разбить Сертория в открытом сра- жении, Метелл объявил, что римлянину, который убьет его, он даст огром- ную награду: 100 талантов серебра и 20000 плетров земли, которые, судя । к) всему, собирались предоставить в Испании. Если же это сделает изгнан- ник, то ему разрешат вернуться в Рим (Plut. Sert. 22). Большинство авто- ров, определяющих датировку этого события считают, что оно относится к концу 75 - началу 74 гг. (426. S. 122; 243. S. 56; 359. Р.206; 360. Р. 122). 85
Из них только К. Конрад аргументирует свою точку зрения. Полемизи- руя со Ф. Спанном, который считал, что все это было в 78 г., ибо именно в период 79-78 гг. Метелл не мог справиться с ведущим партизанскую войну Серторием и был поставлен в тяжелое положение, он пишет, что рассказ Плутарха об этом событии находится внутри хронологически пос- ледовательного раздела и поэтому его сообщение об обещании Метелла лучше оставить там, где его поставил сам Плутарх: во вторую половину 75 г. (296. Р. 33-34). О строгой хронологической последовательности изложения у Плутарха вряд ли можно говорить. К тому же К. Конрад не обратил внимание на статью X. Берве, который предполагает более раннюю датировку. Он пи- шет, что Серторий должен был быть обьявлен врагом римского народа (после чего и можно было назначать награду за его голову) вслед за изгна- нием его из Ближней Испании, когда он стал сотрудничать с врагами Рима. Неизбежно это должно было произойти после его союза с лузитанами (с 80 г.). После этого он стал государственным изменником, и проконсул Ме- телл, который с 79 г. вел против него борьбу, с полным основанием назна- чил цену за его голову. Это было тогда обычным явлением. Время назна- чения указанной награды точно установить нельзя, но его следует опреде- лять до момента появления Помпея в Испании (128. S. 221). К соображениям X. Берве можно добавить следующее. Война с Сертори- ем с 75 г. шла в Ближней Испании, провинции Помпея, и поэтому награду за голову врага уместнее было бы назначить ему. Серторий сознательно избе- гал открытых сражений с Метеллом в 79-78 гг., когда сражался против него на территории назначенной Метеллу провинции. В 77-76 гг. последнему пришлось воевать не с Серторием, а с Гиртулеем, которого он уже в 76 г. разгромил в открытом сражении, а в последующие годы также одержал ряд побед над серторианцами (Арр. b.c. 1. 108-114; Sert. 12. 18-21; Oros. 5.23). Поэтому данное сообщение, вероятнее всего, относится именно к 79-78 гг. В 77 г. руководство военными действиями против Метелла пере- шло к Л. Гиртулею. В конце этого года он действовал, как пишет Ли- вий, сообщая о событиях в Ближней Испании, «в другой провинции», под которой, как уже сообщалось, подразумевалась в это время именно Бети- ка. Главной задачей Гиртулея в это время была защита общин союзников (Liv. 91). А летом 76 г. в боевых действиях у Лаврона упоминаются гиртулеанцы (Sall. 2. 31; ср. Front. 2.5.31). Сам по себе Метелл был более опасным противником, чем Помпей. Сер- торий, презрительно относясь к последнему, очень высоко ценил первого (Liv. 91; Veil. 2. 29). И тем не менее лучшие его войска в это время были 86
। осредоточены против Помпея. Более того он даже перевел, возможно । частью войска, из Дальней Испании своего лучшего полководца. Против Метелла в это время не действовал не только ни один из наиболее талант- 1111 вых военачальников противника, но просто даже какая-нибудь извест- ная личность (Liv. 91), хотя ранее Серторий не считал возможным дове- ри гь эту миссию кому-либо, кроме самого себя. 11одобное пренебрежение можно объяснить только тем, что к 76 г. по- нижение Метелла было столь тяжелым, что он явно не представлял серь- г шой угрозы и его активные действия летом 76 г. явились полной неожи- данностью для серторианцев. О крайне тяжелом положении Метелла на- кануне прибытия в Испанию Помпея прямо пишет Плутарх: Метелл был поставлен в состояние столь безвыходное, что ему на помощь спешно (нал отправлен Помпей (Sert. 12). Вряд ли о подобной ситуации могла идти речь если бы под контролем Метелла находилась вся территория к югуотГвадианы. 3. Подчинение Ближней Испании 11ока Серторий отвлекал на себя основные силы правительственных войск, его квестор Л. Гиртулей упешно действовал в другой испанской про- винции, за два года (79-78 гг.) подчинив ее значительную часть. Причины, но которым именно он был поставлен во главе этого предприятия, очевид- ны: после Сертория он был самым талантливым полководцем восставших и нроквестором Ближней Испании при ее проконсуле Сертории, причем единственным проквестором. И так как сам Серторий возглавил борьбу । Метеллом в Испании Дальней, логичным было поручить Гиртулею Испа- ниюБлижнюю. В 78 г. наместником этой провинции стал претор 79 г. (152. Р.86) Кв. Кали- дий, ставленник Метелла. Его назначение, вероятно, было вызвано стремле- нием лучше координировать действия испанских наместников. Выбор ока- ш нся крайне неудачен: Калидий был привлечен после окончания своего на- местничества к суду за вымогательства (426. S.74; 442. Р. 193, п.95). Его дея- । ельность по ограблению провинции способствовала непопулярности рим- ского правительства и облегчила победу Гиртулею. Ей должна была помочь и память о проконсульстве Сертория. Действительно, огромный успех сер- юрианцев был невозможен без активной поддержки местного населения. () том, что оно перешло на сторону восставших, прямо сообщает Плу- Htpx, причем на этот раз не может быть никакого сомнения в том, что дело не ограничилось «хорошим отношением» и многие жители провин- ции восстали (Sert.16). Известно также, что после того, как Гиртулей 87
захватил почти всю Ближнюю Испанию до Пиренеев, в тылу у него оста- вались сильные гарнизоны некоторых крепостей в Кельтиберии, кото- рые захватил уже Серторий, потратив на их осаду если и не всю, то по крайней мере значительную часть кампании 77 г. (Liv. 91). Это означает, что ранее Гиртулей подчинял в основном добровольно перешедшие на его сторону районы. Состояние источников не позволяет дать подробную картину развития событий, но некоторые ее детали можно попытаться восстановить. Важным событием была осада Гиртулеем Консабуры (ныне Консуэрга) - города карпетан в 44 милях к юго-востоку от Толедо (277. Sp. 889; 90. S. 52; 457. V. 3. Р. 222; 114. Р. 142; 158. Р. 309-310). П. Беньковский относит еек 80 г. (130. S.150), остальные авторы - к 79 г. (447. Р. 47; 426. S. 64; 442. Р. 72; 350. Sp. 1962). Мучения консабурцев Фронтин сравнивает со стра- даниями осажденных Ганнибалом петелийцев, которые выдержали 11 -ме- сячную осаду, питаясь корой, древесными листьями и другой подобной пищей (Front. 4.5.18-19). Столь длительная и плотная блокада исключает возможность ведения Гиртулеем в это время партизанской войны. Гирту- лей погиб у Сеговии в начале кампании 75 г. В предыдущем году его деятельность достаточно хорошо известна: сначала в Дальней Испании, затем на Валенсийской равнине, затем снова в Дальней Испании. В 77 г. он ведет там же партизанскую войну против Метелла. В 78 г. сражается на северо-востоке Испании. Значит Консабуру он мог подвергнуть столь длительной осадетолько ранее: либо в кампанию 80 г., после первых круп- ных успехов серторианцев на юге, либо в начале 79 г., перед наступлени- ем Метелла и Домиция. Причины столь упорного сопротивления жителей Консабуры, обычно- го податного города (сохранившего подобный статус и впоследствие - 90. S. 53), не имевших, казалось бы, оснований жертвовать собой во имя интересов римского правительства, неизвестны. Судя по тому, что никакой награды за свой героизм, о котором не забывали еще во вре- мена Фронтина (он даже не описывает осаду Консабуры как необходи- мый для его труда пример, а скорее просто упоминает ее как общеизвес- тный факт), жители города не получили (90. S. 53), можно предположить, что впоследствии они поддержали серторианцев. Из данных источников невозможно выяснить конкретное место пораже- ния Домиция и Тория на Гвадиане, а имеющиеся предположения никак не аргументированы. Однако тот факт, что Гиртулей либо в 80 г., либо в 79 г. воевал в верховьях Гвадианы (Консабура), заставляет предположить, что его действия как-то связаны сдвижением войск Домиция и Метелла из Ис- 88
пинии Ближней в контролируемые серторианцами районы. Оно проходило через районы, находящиеся относительно недалеко от Консабуры. Осада । и нждней длилась много месяцев, и поэтому ее начало может быть отнесено к КО г., а завершение - к наступлению Метелла в начале кампании 79 г. Для прекращения осады города ему необязательно было прибегать к сражению । поисками Гиртулея - достаточно было угрозы деблокады. 11о мнению Ю.Б. Циркина, серторианцы не смогли укрепиться на вос- । очном побережье. Он аргументирует это тем, что Лаврон был на стороне 11омпея, а главным их портом являлся Дианий, который не был значитель- ным центром средиземноморской Испании. Видимо, это означает, что на какой-либо другой крупный порт они рассчитывать не могли (69. С. 155; 11 (’.186). Но Дианий служил для связи с пиратами и Митридатом, а их, пгроятно, Серторий не считал нужным афишировать. И поэтому избрал дня этой цели не крупный и людный порт, а небольшой, укрепленный са- мой природой и удобный для пиратских операций пункт. В качестве же юрговых центров могли использоваться Валенция и Сагунт(38. С. 131). В Днании Серторием была создана военно-морская база (Strabo 3. 4. 6), а они обычно и не создаются в крупных городах. Поддержка римского пра- n11 гельства населением определенных городов годы спустя еще не свиде- 1сльствует о том, что они всегда вели себя подобным образом, и тем более о । ом, что их города никогда не захватывались восставшими. А . В. Короленков полагает, что есть серьёзные основания считать, буд- I о (’ерторий владел побережьем от Тарракона до Нового Карфагена, ис- ключая оба эти города (38. С130). На самом деле серторианцы контроли- ровали левантийское побережье Испании. Это вытекает из событий 76 г. 1 (ицерон сообщает, что в 79 г. два будущих посредника в перегово- ри х Сертория и Митридата - Магий и Фанний - приобрели в Малой А ши корабль, чтобы отплыть на нем в Дианий для переговоров с Сер- юрием (Cic. Verr. I, 87; 414. Р.253). Предполагается, что это ма- ловероятно, так как Серторий, воюя в это время с Метеллом в Лузи- । пнии, не мог владеть уже Дианием. Сомнительно также, чтобы уже в но время серторианцы могли рассматриваться Митридатом как серь- с шый соперник центрального правительства и достойный объект для переговоров. Митридат тогда был заинтересован в ратификации Дар- дпнекого договора и вряд ли пошел бы на переговоры с врагами Рима (442. Р.201, п.46, 47; 112. Р. 204; также 437а. Р.161). (>днако ничего удивительного в сообщаемом Цицероном факте нет. В 79 । какая-то часть Ближней Испании должна была быть захвачена сертори- III щами, а Дианий был расположен довольно близко от тех районов, с кото- 89
рых началось вторжение Гиртулея в провинцию. К нему от Консабуры ведет удобная дорога, по которой его армия легко могла достичь восточ- ного побережья. К тому же у Цицерона сообщается о покупке корабля лишь в связи с подготовкой к отплытию в Испанию. Это должно озна- чать, что в Малой Азии лишь относительно недавно было получено из- вестие о захвате повстанцами по крайней мере значительной части во- сточного побережья, что позволило начать подготовку к экспедиции, но еще не отправиться туда немедленно. Митридат должен был быть заинтересован в установлении контактов с любым потенциальным союзником, независимо от того, насколько этот союзник был серьезным соперником римского правительства. Это естествен- ный признак подбора союзников, и едва ли он нуждается в дополнительной аргументации. Митридат был достаточно предусмотрительным государ- ственным деятелем, чтобы прорабатывать возможности даже гипотетичес- кого союза. К тому же в рассматриваемом случае речь явно не шла о каком- либо официальном понтийском посольстве к Серторию: поездка Магия и Фанния скорее носила чисто разведывательный характер. Митридату так- же необходимо было припугнуть сенат, как раз во время ожидания ратифи- кации договора. Кстати, уже в 74 г. положение Сертория было (или могло казаться) безнадежным, особенно для атаки Италии. И тем не менее Митри- дат начал войну в союзе с ним - ему нужен был «второй фронт». Настоящее посольство было отправлено только в 76 г. Причем оно побы- вало и у Сертория, и у Помпея, то есть также носило предварительный характер (Cic. Imp. Cn. Pomp. 46). И только после него состоялось заклю- чение союза между серторианцами и Митридатом. Таким образом, в 79 г. Гиртулей захватил по крайней мере значительную часть испанского Леванта, причем это имело место где-то в начале кам- пании этого года, ибо в противном случае в 79 г. при понтийском дворе не мог бы возникнуть план отправки в Испанию Магия и Фанния. Существует мнение, что некоторые приморские города Серторию не под- чинялись. П. Беньковский называет два города - Н. Карфаген и Сагунт, не приводя при этом никаких аргументов. Он, видимо, исходит из того, что Сагунтв кампании 75 г. явно был на стороне правительственных войск (Sall. 2.64; 130. S.211),аН. Карфаген, возможно, занимал такую же пози- цию в кампании 76 или 75 гг. во время экспедиции полководца Помпея Меммия. Однако эти обстоятельства не могут быть доказательством судь- бы этих городов в предыдущие годы. А. Шультен считает, что Н. Карфаген контролировался правительством и что армия Меммия высадилась именно там, но никак не аргументи- 90
рует свое предположение (426. S. 94,103, п. 502; также 44. С. 121; 268. Р. 342; 18. С. 130). Ф. Спанн допускает обратное, обращая внимание на то, что контестаны, и области которых находился Н. Карфаген, были союзниками Сертория. ()н также считает, что Меммию не удалось захватить этот город, иначе 1 (ицерон в своей речи в защиту Бальба, которая содержит единственное упоминание об этой экспедиции, обязательно упомянул бы этот факт (442. Р.104,202,п. 79). Если со вторым доводом можно согласиться (Цицерон был заинтересован и том, чтобы подчеркнуть заслуги своего подзащитного), то относительно пер- вого следует заметить, что Новый Карфаген был слишком сильной приморс- кой крепостью (Polyb. 10.10; Liv. 26.42; 376. Р.82-84), чтобы из одного факта । юдчиненности серторианцам прилегающих к нему земель можно было сде- лать вывод о его аналогичной судьбе. Но и то, что в городе высадился Мем- мий, само по себе не означает, что он раньше не контролировался Серторием. Ход военных действий в 76-75 гг. допускает разные выводы о судьбе го- рода, но то, что на восточном побережье серторианцами была специально создана военная база Дианий, и то, что часть ее укреплений, вероятно, воз- двигнута в период Серторианской войны (416. S.84), заставляет предполо- жить, что Новый Карфаген не был ими захвачен. Побережье от Гибралтар- ского пролива до Тарракона имело мало гаваней (Strabo 3.4.8), и Гиртулей должен был стараться завладеть любой из них. Правда, от Тарракона до Эмпориона ситуация была прямо противоположной (Strabo 3.4.8), но эту территорию он подчинил позже и во время подчинения юго-восточного побережья не имел гарантии ее позднейшего захвата. Успехи повстанцев в Испании были столь впечатляющи, что на помощь коллегам в 78 г. вынужден был прийти проконсул Нарбонской Галлии Ман- лий с 3 легионами и 1500 всадниками. Он был разбит Гиртулеем у Илерды (Лерида) и при отступлении разгромлен в Аквитании местными племена- ми (Oros. 5. 23; Caes. b. g. 3. 20). Лерида расположена там, где дорога через перевал Пертюс спускается в долину Сегре и затем в долину Эбро. Этот путь играл чрезвычайно важ- ную роль в испанской истории. Гиртулей, видимо, противостоял противни- ку у входа в долину Эбро, разбил его в открытом сражении, заставил бежать в город и попытался там блокировать (судя по упоминанию Саллюс- тием господствовавшего над Илердой холма - Sall. 1.122), но Манлию уда- лось вырваться из осады и отступить к Пиренеям (426. S. 74-75). Манлий не продолжил борьбу за Испанию, опираясь на Илерду, важный стратегический пункт (226. S. 15), обладавший мощными укреплениями 91
(307. Р. 108-110; 308. Р. 634), следовательно, не только поражение было тяже- лым, но и общая ситуация в регионе стала складываться для него столь не- благоприятно, что он решил вернуться в свою провинцию. А. Шультен предполагает, что Гиртулей одерживал свои победы все с теми же 5000, которые он якобы имел к началу кампании 79 г. (426. S.74). Но Ф. Спанн совершенно прав, когда утверждает, обращая внимание на сло- ва Орозия: Манлий был не равен силами Гиртулею в сражении у Илерды (Oros. 5.23), что серторианцы в этом сражении были многочисленнее своих противников. Таким образом, они должны были иметь больше тех трех леги- онов (а также какого-то количества пеших auxilia) и 1500 всадников, которые были у Манлия (442. Р. 72). Можно смело уточнить - значительно больше, ибо сокрушительное по- ражение Манлия означает, что он встретился со значительно более силь- ным противником, чем предполагал, отправляясь в Испанию и взял с со- бой гораздо меньше войск, чем было нужно. Последнее обстоятельство заставляет предположить, что армия Гиртулея значительно усилилась из-за поддержки местного населения уже после выступления Манлия в поход. Это произошло достаточно быстро и правительственная разведка оказа- лась не в состоянии оперативно отреагировать на произошедшие измене- ния. Таким образом, переход населения провинции на сторону Гиртулея шел постепенно и не носил характера единовременного акта. Нельзя согласиться с утверждением Ф. Спанна, что именно победа у Илер- ды вместе с вымогательствами Калидия вызвали переход общин провин- ции на сторону восставших (442. Р.72). Логичнее предположить, что скорее всего именно этот переход заставил Манлия срочно двинуться в Испанию, позволил Гиртулею дойти до Эбро и затем до Илерды. Поддержка его ту- земцами, видимо, приобрела настолько стремительное развитие и была столь неожиданной для местных властей, что они не смогли ее учесть в своих планах. К тому же не надо забывать, что Лерида находится на гораздо боль- шем расстоянии от Консабуры - исходного пункта похода Гиртулея в про- винцию, чем от Нарбона - вероятного исходного пункта похода Манлия. Из того, что Манлий не ожидал встретить столь сильного противника и, следовательно, не был готов к чему-то неожиданному, можно сделать вывод, что его армия шла традиционным путем: из провинции Манлия, Нар- бонской Галлии, через перевал Пертюс до Баркино (Барселоны) и оттуда по уже существовавшей к этому времени мощеной стратегической дороге (411. Р. 99-100) до Илерды. Помпей, придя в Испанию, вновь вернул под власть сената Пиренеи, лацетанов, индигетов (Sall. 2.98.5). Следовательно, до этого момента два 92
последних племени были на стороне серторианцев, а пиренейские племе- ни, вероятнее всего, не подчинялись никому (Plut. Sert.6). Гак как Манлий в 78 г. был разгромлен в Аквитании, то это означает, что после поражения у Илерды он отступил через Пиренеи на запад, в Аквита- нию, не подвластную еще в это время римлянам страну, и, таким образом, не пошел от Илерды в свою провинцию обычной дорогой: на восток и че- I »гз перевал Пертюс. Следовательно, он не мог пойти этим привычным удоб- ны м путем, по уже шоссированной дороге. А это в свою очередь заставля- г г предположить, что районы по левому берегу Эбро от Илерды до моря контролировались серторианцами, ибо даже восстание в Нарбонской про- винции, если оно имело место, не объясняет этого факта: и в этом случае легче идти было сначала через давно подчиненную римлянам часть Испа- нии, а не через соседние с Аквитанией области Ближней провинции, кото- рые еще в 50-е гг. I в. были фактически независимыми (Caes. b. g. 3. 23). Значит традиционный путь был для правительственных войск закрыт, хотя к Илерде армия Манлия шла именно им. Это также означает, что вскоре после сражения области к западу от Илерды еще не были подвластны сер- юрианцам или по крайней мере не контролировались жестко ими. Описывая поход П. Красса в юго-западную Галлию в 56 г.,Цезарь упо- минает о разгроме армии Манлия в районах Аквитании, достаточно близ- ко расположенных от Бискайского залива. Наиболее значительную роль в ггом сыграло племя сотиатов (Caes. b.g. 3.20-21; 148. Р.22-34, Fig. 1-3). ( ледовательно, от Илерды Манлий сначала двинулся к атлантическому побережью Аквитании, затем повернул по направлению к месту прожива- ния сотиатов и к границе Нарбонской Галлии, совершая поход по потенци- II льно очень опасным для себя областям Галлии. \ Это означает, что Манлий не воспользовался не только перевалом Пер- пос, но и другими ближайшими к Илерде проходами, находящимися запад- । юс него, как самыми важными, так и второстепенными, а использовал один из двух дальних путей, которые проходили либо через Оску, либо через i овременную Наварру (148. Fig. 1,2; 122. Р. 131). Шоссированная дорога Бар- кино-Илерда была к этому времени уже продлена до Оски (411. Р. 100), । ю место разгрома Манлия свидетельствует скорее в пользу того, что Пире- неи он перешел в их западной части. Возможно, подобное развитие событий (Манлию не удалось избрать ближний путь в свою провинцию) свидетельствует о том, что восстание после поражения сулланцев у Илерды стало быстро распространяться на районы к западу от этого города, и область от Оски до Пиренеев перешла под контроль серторианцев вскоре после блестящей победы Гиртулея. 93
Поэтому армии Манлия пришлось отступать по еще не занятой повстан- цами территории. В районе города Контребия Белеска зафиксировано разрушение коже- венных мастерских, датируемое 79-78 гг. (194. Р.244; 120. Р. 22-25). Следо- вательно, бои войск Гиртулея проходили и в этом районе. С этого же года начинается чеканка серторианцами монеты в Оске (204. Р. 12). Все это под- тверждает подчинение ими средней части долины Эбро в 78 г. Ю.Б. Циркин предполагает (опираясь на данные, содержащиеся в письме Помпея к сенату, где говорится, что, придя в Испанию, Помпей покорил Пиренеи, лацетанов, индигетов), что эти территории, видимо, выступали на стороне Сертория (77. С. 114). Однако в данном случае столь осторожная формулировка вряд ли уместна. В письме Помпея речь явно идет о подчине- нии ранее враждебных римскому правительству областей (другое дело, ка- ким именно образом Помпей их подчинил). Данные территории не были независимыми ко времени Серторианской войны, они очень давно и очень прочно контролировались Римом и враждебными римскому правительству могли стать только в результате восстания против его власти. Другое же восстание, кроме серторианского, в это время в Испании неизвестно. Ю.Б. Циркин утверждает, что Эмпорион остался на стороне римского правительства, обращая внимание на то, что с окончанием Серторианской войны город после длительного перерыва снова стал чеканить серебряную монету: это могло быть и актом благодарности со стороны римского прави- тельства за поведение города во время войны (77. С.114,119-120). Другой аргумент: явно уже в римское время у Эмпориона появились в Пиренеях владения, простиравшиеся до Трофея Помпея. Создание этого памятника, возможно, связано с передачей прилегающей к нему земли эмпоритам, при- чиной чего могла послужить позиция города во время Серторианской вой- ны. Но при этом автор отмечает: «Все это, однако, голое предположение без реальной опоры в источниках» (77.С. 114). Однако Оска, столь сильно поддерживавшая серторианцев, что ее принято даже считать их столицей, не только не подверглась репрессиям, но и зна- чительно увеличила свое могущество, получив большие земельные пожа- лования и права муниципия (Caes. b.c. 1.60; 388. Р.324,334). При этом она подчинилась правительству только после смерти Сертория, когда пораже- ние стало совершенно очевидным. Уже поэтому факты отсутствия реп- рессий и наличия наград после войны сами по себе не могут служить доказательством неучастия Эмпориона в восстании на всем его про- тяжении. К тому же, окружающие его территории в восстании участво- вали. Пример Гадеса в данном случае ничего не доказывает, ибо он на- 94
молился на острове. Основная же часть Эмпориона в это время распола- 1п паев на материке (Strabo 3. 4. 8; 289. Р. 130-131). 11о город был явно за что-то награжден, и здесь скорее следует предпо- ложить, что он поддержал Помпея после вторжения его в Испанию имеете с остальными общинами каталонского побережья и при этом ока- III и ему значительную помощь во время дальнейших военных действий. Какие еще территории сумел захватить Гиртулей, неизвестно. Но в 77 г. ( ерторий осаждал Контребию (Liv. 91), а в районе Алькала-де-Хенарес обнаружен клад римских денариев 86-77 гг. Наиболее важная его часть о 11 юсится к периоду Серторианской войны (116. Р. 281 -282). Поэтому если п 77 г., а не позднее в этом районе шли боевые действия, то ранее он серто- рианцами не контролировался. ()бласти по верхнему Эбро от Бурсао до Варейи были подчинены Сер- I прием без особого труда в начале кампании 76 г. В то же время в центре ной области находилась союзная ему община васконов Калагуррис, а все но племя вступило в союз с ним (Liv. 91; см. ниже). Это свидетель- 11 вует о том, что ранее серторианские войска (по крайней мере значи- тельные) в этом регионе не находились и поход Гиртулея на север полуострова в 78 г. ограничился его южными и юго-восточными пре- делами. Вероятнее всего, область к северу от него до Пиренеев также нс контролировалась жестко серторианцами, что и позволило армии Манлия отступить через нее в Аквитанию. Известно, что в 56 г. во время похода Публия Красса в Аквитанию жите- ли последней призвали на помощь вспомогательные войска и полководцев (duces) из пограничных с Аквитанией общин Испании, точнее от кантаб- ров (Caes. b. g.3.23,26; Oros. 6.8; Dio 39.46). Р. Альтамира-и-Кревеа счи- । аег, что кроме кантабров в войне с Крассом приняли участие вар дулы и баски (2. С.31), возможно, потому, что Цезарь сообщал о прибытии воинов in । щилегающих к аквитанам общин Ближней Испании, хотя он совершен- но определенно затем указал, что это были кантабры (Caes. в. g.3.23,26). 11олководцы, призванные из Ближней Испании, все годы были с Сертори- см (Caes. b. g. 3.23). Но они не могли являться учащимися школы в Оске (i а к считает К. Новак - 355. S. 43), ибо те были либо казнены, либо прода- ны в рабство (Plut. Sert. 25). На основании этого сообщения, казалось бы, можно сделать вывод о том, •I го племя кантабров участвовало в восстании Сертория со времени прихо- да к ним войск серторианцев. Однако из текста следует, что упоминаемых |десь воевавших в серторианской армии кантабров было очень мало: они составляли только высший командный состав среди приглашенных ак- 95
витанами воинов. Со времени окончания Серторианской войны прошло всего полтора десятка лет, и в случае участия в войне всего племени кантабров-серторианцев должно было быть еще очень много. Это, конечно, само по себе не означает, что все они должны были принимать участие в аквитанской экспедиции. Учитывая же то обстоятельство, что среди кантабров (и у племен Пиренеев) был очень сильно развит уход в наемники (228. Р. 198; 134. Р.198, 207), исходя из вышеизложенного, можно предположить, что в армии Сертория сражались только добро- вольцы (при этом следует учесть, что никаких данных об использовании серторианцами наемников нет), а само племя могло его и не поддержи- вать. Поэтому при современном состоянии источников вопрос об учас- тии племени кантабров (и племен Пиренеев) вСерторианской войне не представляется решенным. Все остальные части провинции, контро- лировавшиеся позднее серторианцами, были подчинены Гиртулеем до битвы у Илерды. Захват огромной территории был невозможен без под- держки местных жителей, тем более, что здесь находились мощные ук- репления (332. Р. 207-210,310; 26. С. 99-100). Единственный известный случай сопротивления города серторианцам (Контребия), который их главная армии осаждала 44 дня (Liv. 91), показывает с какими труд- ностями они бы столкнулись в случае враждебности местных жителей. Принято считать, что Нарбонская Галлия была охвачена восстанием союз- ных Серторию галльских племен, которое являлось результатом деятельнос- ти его эмиссаров (54. Т. С.22; 30. С. 401; 130. S. 211; 263. S.528; 447. Р.60; 340. Р.221; 268. Р. 342). Однако даже если это восстание и имело место, само по себе это не является доказательством того, что оно было вызвано посланцами Сертория и его участники были союзниками последнего. Разгром галлами Манлия, на которое обычно ссылаются для доказа-, тельства союза их с серторианцами, произошел на территории Аквита- нии, то есть независимой области Галлии. Он не является доказатель^ ством восстания в Галлии Нарбонской и мог быть естественной реакци^ ей аквитанов на вторжение чужой армии. Относительно боевых действии Помпея на пути в Испанию в 77 г., которые считаются еще одним доказав тельством, речь пойдет ниже. Имеется также сообщение Аппиана - Серторий вынудил отпасть от Рима не только Иберию, но и сопредельные области (Mihtr. 68). Сообщение очень неконкретное, но, понимая его буквально, можно предположить, что какая-то часть Галлии выступила против центрального правитель- ства. Возможно, имеются в виду события, связанные с разгромом аквита- нами Манлия. 96
О каких-то связях Сертория с племенами Нарбонской Галлии могут < нидетельствать находки его монет на территории вольсков (346. Р. 139). По сами по себе они не являются доказательством их союза с серториан- цами или подчинения им. В 77 г. руководство военными действиями в Ближней Испании при- нял на себя Серторий. Его действия воссоздаются А. Шультеном весьма детально (426. S. 75-79). Гипотезы немецкого ученого о том, и лк должны были двигаться войска от одного пункта до другого, мож- но принять, учитывая превосходное знание им древней и современ- ной топографии Пиренейского полуострова, но только в том случае, гели в источниках содержатся сведения о нахождении этих войск в этих пунктах. Хотя детальная реконструкция А.Шультена иногда принима- г । ся без оговорок и при описании кампании 77 г. (см., напр., 434. Р.217), указанные основания для этого, к сожалению, отсутствуют. А. Шультен утверждает, что присутствие Сертория в районах Сегобриги и Караки в 77 г. видно из сообщений Плутарха (Sert. 17) и Страбона (Strabo I 4.13). Но в рассказе Плутарха о победе Сертория над жителями Караки ничего не говорится о времени этого события. То же относится и к данным <' грабона о борьбе Сертория и Метелла вокруг Сегобриги и Бильбилиса: и । него совершенно невозможно понять, когда произошли эти события, н А. Шультен сам считает данное сообщение Страбона относящимся к 74 г. Хотя и пишет, что потерянным в 74 г. Бильбилисом Серторий должен был овладеть в 77 г., ибо в этом году он взял Контребию, а она находилась по < оседству (426. S. 78). Однако Контребия, судя по сохранившимся деталям гг осады (Liv. 91), была очень сильно укреплена и, видимо, поэтому ее не удалось захватить за два предыдущих года, когда были подчинены многие । орода по соседству. Поэтому нет никаких оснований предполагать, что Ьильбилис был захвачен серторианцами в 77 г., а не в 79-78 гг. Хотя сообщение Страбона не означает, что борьба у Бильбилиса и Се- । обриги шла только в каком-нибудь одном, конкретном году, из этого все же автоматически не следует, что она имела место и в 77 г., и в 74 г., и вообще в каком-либо из этих годов. В данном случае необходимо привести достаточно убедительные дополнительные пояснения своей позиции по- мимо простого указания на подобного рода сообщение. Это же относится н к рассказу Плутарха о Караке. О наиболее вероятном времени рассмат- риваемых событий речь пойдет дальше, пока же ограничимся констатаци- ей того, что нет оснований для их отнесения к 77 г. Ф. Спанн не согласен с утверждением А. Шультена о том, что Метелл в 77 г. пицищал свою провинцию и ожидал Помпея. По его мнению наиболее ве- 97
роятно, что он преследовал Сертория в Ближней провинции. Вернувшись из северо-западной Лузитании (район Лангобриги) в Метеллинум (Сер- торий в это время был к северу от Тахо), он в 77 г., не будучи уверен в быстром поражении мятежа Лепида и опасаясь, что Серторий сможет укрепить свою армию в Ближней Испании и присоединиться к своим со- юзникам в Италии, мог преследовать его, надеясь представлять для него постоянную угрозу, и вынудить либо остаться в Испании, либо оставить своих союзников на милость римской армии. Только позднее, в конце лета, когда угроза победы Лепида была ликвидирована, Пом- пей был на пути в Испанию и стало ясно, что практически вся Ближняя провинция перешла к Серторию, Метелл отойдет назад, к Кордобе, что- бы подождать прибытия своего молодого коллеги (442. Р.77-78). Эти соображения доказываются ссылкой на сообщение Орозия, в ко- тором говорится, что Метелл, утомленный многими сражениями, плу- тая по окольным дорогам, был утомлен образом действий врагов, пока не соединился с Помпеем в лагере (Oros. 5. 23). Каким образом из по- добных исходных данных можно сделать такой вывод, автор не объяс- няет. Он лишь признает, что эти слова Орозия можно отнести и к 76 г., но лучше-к 77 г. Относительно маршрута армии Сертория в этом году Ф. Спанн добав- ляет, что она после захвата Бильбилиса прошла долиной Хилона к вос- точному побережью, где Серторий заключил союз с илеркавонами и кон- тестанами и получил поддержку Валенции и Диания (442. Р. 80). Аргументируется это положение ссылкой на Ливия (Liv. 91), из которо- го следует, как отмечает Ф. Спанн, что илеркавоны и контестаны были подчинены по крайней мере уже весной 76 г. Валенция должна была быть захвачена Помпеем в 75 г. и поэтому, возможно, принадлежала Серторию уже в 77 г. Дианий был на стороне Сертория на протяжении всей войны й поэтому должен был перейти под его власть в 77 г. (442. Р. 195, п. 42,43). Указанные здесь факты имеются в источниках и не вызывают сомнений (Liv. 91; Sall. 2.98; 1.124; Strabo 3.4.10). Но они подтверждают не выво-< ды Ф. Спанна, а только то, что эти территории подчинены не позднее 77 г.; это могло произойти и раньше, в 79-78 гг. Принято считать, что в 77 г. армия Сертория в Ближней Испании зани- малась только осадой городов. Но Плутарх сообщает, что в это время у Сертория было сражение с римскими войсками. Невозможно опреде- лить, где произошло это столкновение, ясно лишь, что в нем приняли уча- стие все находившиеся тогда под непосредственным командованием Сер- тория туземные войска из Ближней Испании, и раз они были разбиты, 98
то им противостояли значительные силы. Сражение не носило решитель- ного характера. О нем специально не упоминает ни один источник (Плу- тарх - лишь в связи с тем, чтобы проиллюстрировать некоторые черты характера Сертория). Вероятно, вытеснение противника из провинции про- изошло без какой-то блестящей полевой победы, но сражения здесь все- гаки были (Plut. Sert. 16). Вероятно, правительственные войска, опираясь на оставшиеся верными общины, пытались удержать хотя бы часть про- винции до прихода подкреплений. Возможно, какие-то боевые действия в 77 г. шли в районах Алькала-де- Хснарес и Малуэнда, около Сарагосы (204. Р. 12). Серторий также взял Кон- |ребию (207. S.373-374. Иная дата: 76 г - 206. S. 364; 337. Р.25; 38. С. 163- 164), важный стратегический пункт (441. Р. 100), которую помещают либо у Дароки, либо у Боторриты, 25 км южнее Сарагосы. Последнее предположе- ние более вероятно (426. S.78; 442. Р. 89;Р. 198,п. 106;445.Р.118,п. 13). Осада Контребии длилась 44 дня и была очень упорной, хотя в ней нахо- дились только вооруженные жители и не было никаких отрядов правитель- ственных войск. В городе начался голод, но он не сдавался. Осаждающие, несмотря на большие потери и многих перебежчиков, тоже упорствовали и проводили осаду с применением военной техники. После того, как им удалось разрушить часть укреплений города, Контребия сдалась. Серторий удовольствовался мягкими условиями капитуляции: жители сдали все ору- жие, выдали заложников и перебежчиков, уплатили небольшую контрибу- цию. На этом кампания 77 г. в Ближней Испании завершилась (Liv. 91). )то означает, что был уже сентябрь, ибо с конца этого месяца военные действия на кастильском плоскогорье прекращались из-за холодов, дож- дей и ураганов (426. S. 78). В городе был оставлен сильный гарнизон во главе с Л. Инстейем, сам же ( ерторий отвел свою армию к Иберу (Liv.91). Там был устроен зимний лагерь рядом с городом Castra Aelia, находившимся, видимо, на южном берегу Эбро, у впадения Халона в эту реку (92. Р. 13). В городе состоялось собрание общин союзников и началась усиленная подготовка к будущей кампании: набор новобранцев, их обучение, снабжение оружием, заготов- ка военных припасов (Liv. 91). (,'уществует мнение, что даже в момент наивысших успехов Сертория п Италии и Риме не было движения в его пользу. Италийские элементы, под- держивающие Сертория, были рассеяны по городам (346. Р. 140). Однако независимо от отношения к личности Сертория, реальная поддержка ему имела место - восстание Лепила. Не случайно его участники после пора- жения в Италии отправились в Испанию (Sall. 1.83). 99
Весной 78 г. умер Сулла. Немедленно активизировалась оппози- ция, во главе которой оказался консул этого года Эмилий Лепид. Пер- воначально она действовала легальными методами и добилась некото- рых успехов: были частично восстановлены хлебные раздачи, амнис- тированы некоторые категории противников Суллы. Но на действи- тельно серьезные уступки оставшиеся у власти сулланцы не пошли, и вскоре вспыхнуло восстание в Этрурии, в районе Фезул. Согнанное в результате сулланских конфискаций со своих земель население переби- ло сулланских колонистов и вернуло себе свою собственность, что, видимо, и было единственной целью восставших. На подавление восстания был направлен Лепид, но он вместе с набран- ной им в основном из городского плебса армией перешел на сторону по- встанцев. Его поддержал наместник Цизальпийской Галлии Юний Брут. Восстание распространилось на всю Этрурию, ставшую основным очагом движения, а также на южную У мбрию, Пицен, возможно Лаций. Основ- ную массу повстанцев составляло пострадавшее от Суллы италийское кре- стьянство, но в северной Италии местное население не поддержало своего правителя, возможно, потому, что местные крестьяне не бедствовали. В восстании приняли участие и марианцы, вернувшиеся после амнистии, а также городские плебеи. С середины марта до середины июля 77 г. в Италии шли военные дей- ствия. Лепид со своей армией дошел до Рима, но в битве на Марсовом поле был разбит, и вскоре восстание потерпело полное поражение. В се- верной Италии оно было разгромлено Помпеем, сам Лепид с остатками своих войск переправился на Сардинию, где в течение 2-4 недель пытал- ся безуспешно сломить сопротивление наместника острова Триария, и вскоре умер. Его армия рассеялась, большая часть ее не позднее 1 авгу- ста покинула остров и ушла в Испанию (Арр. Ь.с. 1.105-107;Gran.Licin.36. 33 etc.; Flor. 3.23.1-7; Exup. 35-42; Plut. Pomp. 16; Sall. 1.54-84; Per. 90; 442. P. 75-77; 48. С. 139-144; 360. P.88-95). Во главе ее был Марк Перперна Вейен- тон, сын и внук консулов 130 и 92 гг., претор, наместник Сицилии в 82 г., активно участвовавший в выступлении Лепида (351. Sp. 896-899; 443. Р. 61; 40. С. 145-149). Тем временем в Риме произошли значительные события. Развитие си- туации в Испании приобрело для правящего режима угрожающий харак- тер и потребовало немедленного вмешательства правительства. После про- вала экспедиции Манлия стало ясно, что необходимо как можно скорее отправить на ставший основным театр военных действий большие воен- ные силы во главе с опытным полководцем. Но подходящей кандидатуры 100
найти не удалось, и, вопреки законам и обычаям, наместником прокон- сульской провинции Ближняя Испания был назначен Гней Помпей Вели- кий, которому было не более 30 лет. Он не только еще не был консулом (и даже не мог им быть из-за своего возраста), но вообще не занимал ни- когда ни одной магистратуры и официально еще считался просто римским всадником. Но это был уже прославленный полководец, имевший факти- чески в своем распоряжении готовую армию. Он выражал желание от- правиться в Испанию, и сенату ничего не оставалось, как это желание поддержать (Plut. Pomp. 17; 360. Р. 96 etc.). Назначение Помпея произвело огромное впечатление на современников и позднейшие поколения. Его детали неоднократно отмечали разные авто- ры, особенно следующий эпизод. Когда один из лидеров сената Л. Марций Филипп агитировал за предоставление наместничества в Ближней Испа- нии Помпею, его коллега с удивлением спросил, неужели он предлагает направить Помпея pro consule? На что получил ответ: «Нет, pro consulibus» (Plut. Pomp. 17;Cic. De imp. Cn.Pomp. 62;Cic. Phil. 11.18-19; Oros. 5. 23; Vai. Max. 8. 15.8; de vir. ill. 77.4; Diod. 36. 27.4). Согласно наиболее распространенной точке зрения, Помпей вынужден был вести тяжелую кампанию в Галлии, поэтому его войска задержались и 11арбонской провинции и прибыли в Испанию только в самом конце /7 г. или весной 76 г. Ф. Спанн пришел к выводу, что никакой галльской кампании Помпея не было, но была альпийская. По его мнению, армия 11ерперны после Сардинии отправилась в Лигурию и, базируясь на нее, попыталась снова начать войну в Италии. И только после того, как она была разбита Помпеем, и победители, и побежденные направились в Ис- панию. Армия Помпея действительно двигалась через Галлию, но ника- ких данных о том, что ей пришлось воевать там, источники не сообщают. В конце сентября она начала переход через Пиренеи, к середине октября /7 г. явно завершила его, а также уже подчинила лацетанов, индигетов, пиренейские племена и стала на зимние квартиры в районе Баркино. Ар- мия Перперны оказалась на полуострове незадолго до перехода Помпея через Пиренеи, перешла в подчинение к Серторию, по сообщению Ли- ния, перед осадой Контребии (443. Р.47-62). Аргументы Ф. Спанна выглядят убедительными. К ним можно доба- вить еще один. Боевые действия в Альпах явно были значительны. Об этом косвенно свидетельствует тот факт, что у Лукана они поставлены в один ряд с наиболее крупными кампаниями, наиболее выдающимися достиже- ниями Помпея и непосредственно упоминаются рядом с его участием в подавлении движения Лепида и в Серторианской войне. Причем никако- 101
го упоминания о его победах в Галлии здесь нет, хотя при этом нужно иметь ввиду, что в этом отрывке не дается полный перечень войн Помпея (Luc. Phars.8.808-809). «Фарсалии» - не историческое сочинение, и сообщение Лукана не озна- чает, что альпийская кампания, упоминаемая наряду с Серторианской вой- ной и восстанием Лепида, была равноценна этим событиям (как и восста- ние Лепида не было равноценно Серторианской войне). Оно означает, что для образованного римлянина I в. н. э. альпийская война Помпея была со- поставима с восстанием Лепида и Серторианской войной и более значи- тельна, чем какие-то действия Помпея против галлов, которые, видимо, все же имели место (Cic. Imp. Pomp. 30; Sall. 2.98.5). С аргументами Ф.Спанна относительно присоединения Перперны к Сер- торию также можно согласиться, но с одним уточнением. Ф. Спанн исхо- дит из того, что армия Перперны присоединилась к Серторию до начала осады серторианцами Контребии и поэтому Помпей перешел Пиренеи также до начала этой осады. При этом делается ссылка на рассказ о последнем событии в сохранившемся фрагменте 91-й книги Ливия (443. Р.48. N.3). Но в этом фрагменте сохранилось лишь описание конца осады, затем идет текст, из которого следует, что Перперна уже подчинялся Серторию (Liv. 91). Поэтому, исходя из содержащихся в нем сведений, можно лишь утверждать, что присоединение Перперны состоялось не позднее, чем пе- ред сдачей города. Так как осада длилась 44 дня (Liv. 91), следует более осторожно отнестись к определению времени прихода армии Помпея в Испанию и перехода войск Перперны в подчинение Серторию. Эти со- бытия произошли не позднее, чем накануне капитуляции Контребии, но, воз- можно, и незадолго до нее. Численность войск Перперны оценивается приблизительно в 20-26 тыс. (426. S. 79; 236. Р.321; 154. Р. 471; 478. Р.34) и даже до 30 000 человек (130. S. 158). Точно их количество определить невозможно, но в начале кампа- нии 76 г. они насчитывали 20 000 пехоты и 1500 всадников (Liv. 91). Перперна как преторий, сын и внук консула имел преимущество перед Серторием - простым всадником из сабинской земли - и претендовал на руководство восстанием. Лишь требования своих солдат заставили его под- чиниться Серторию (Plut. Sert. 15; 351. Sp. 896-899; 212. Р.54-55). По сооб- щению Плутарха, Перперна в Испании собирался самостоятельно воевать против Метелла, из чего А. В. Короленков делает вывод о том, что он выса- дился в Испании Дальней (Plut. Sert. 15; 38. С. 125). Это возможно, однако до появления Помпея Метелл у Плутарха выступает как олицетворение власти сулланцев в Испании. И даже действия проконсула Манлия в Испа- 102
нпи Ближней изображаются как его приход на помощь Метеллу, сражав- шемуся в это время с Серторием отнюдь не в восточных районах своей провинции (Plut. Sert. 12), хотя Манлий, конечно, пришел на помощь свое- му коллеге из Испании Ближней (38. С. 199, сн.4). 11ринято считать, что в армию Перперны входили все примкнувшие и ( срторию остатки войск Лепида (см.,напр.,219. Р.119; 464. Р.131; 206. S. ГК-359; 54. Т.З. С.26; 473. S.375; 352. Р. 265; 263. S. 528; 474. S.373; 2. (’31; 447. Р.52-53; 426. S. 79; 128. S. 208; 236. Р.321; 309. Р.316; 433. S. 256; II2. Р.48; 154. Р. 449; 16. С. 60; 30. С.400 etc.). Но Саллюстий сообщает, •п о остатки войск Лепида после их поражения «направились в Испанию или и ( ардинию» (Sall. 1.83 М: perrexere in Hispaniam an Sardinian). Так же Sall. 2. I \ 301. P.277). Следовательно, в Сардинию с Лепидом ушла только часть । юнстанцсв, другие же сразу отправились в Испанию. 11 исленность сразу отправившихся к серторианцам войск Лепида в ис- । очниках не сообщается, но раз эти отряды все же упоминаются в одном ряду с войсками, оставшимися под командой самого Лепида, то, видимо, они были достаточно значительны. I • сть мнение, что войска Перперны были пополнены в основном в Ис- пинии, ибо в противном случае он с такими силами легко бы сломил со- противление наместника Сардинии (38. С. 127). Но едва ли восставшие очень стремились захватить Сардинию: здесь невозможно было создать (нпу для захвата Италии. ()дной из главных причин победы сулланцев была разобщенность их противников, единого натиска на правительство не получилось. Хотя Мирций Филипп и пугал сенаторов единым фронтом врагов (Sall. 1.77.8) ио был не более чем фантом. Разумеется, нельзя совершенно исключить иикпе-либо связи между повстанцами в Италии и Испании в это время, но никаких данных на этот счет (ни прямых, ни косвенных) в источни- и и к не содержится. Существует иная точка зрения (442. Р.75-76), но она ш новывается на речи Филиппа, из которой все же невозможно понять: Пыл ли в действительности союз между повстанцами Италии и Испании ним он существовал лишь в воображении оратора. В любом случае реаль- но1 о объединения антисулланских сил в это время не произошло. ( срторий должен был стремиться к координации действий со своими но । енциальными союзниками в Италии. Однако именно в этом вопросе он допустил серьезную ошибку: вместо того, чтобы сосредоточить глав- ные силы в 79-78 гг. на новом захвате Ближней Испании и, опираясь на пгс. совершить поход в Италию, Серторий даже после смерти Суллы в /К ।. и начала в том же году антисулланского восстания Лепида про- 103
должал направлять основные свои усилия на боевые действия в Испа- нии Дальней. И лишь в следующем году главные силы повстанцев были брошены на закрепление их господства в Ближней провинции, но было уже поздно: Лепид потерпел в этом году поражение, которое, хотя значительная часть его армии сумела присоединиться к серториан- цам в Испании), и предопределило разгром Сертория, ибо теперь сул- ланское правительство смогло использовать ресурсы Италии (и осталь- ной римской державы) для испанской войны. После поражения Лепида серторианцы были обречены на неудачу. Восстание Лепида завершилось летом 77 г. Следовательно, после смерти Суллы у серторианцев было больше года для изменения своей стратегии, но этого не произошло. В одной из моих прежних работ со- держался упрек Серторию в грубейшей ошибке, которая имела катаст- рофические последствия и в конечном счете привела к поражению все- го движения, точнее была одной из причин его (12. С. 10-11). Но, веро- ятнее всего, самым простым объяснением этого обстоятельства будет то, что никакой ошибки не было и Серторий и его окружение понимали элементарные вещи ничуть не хуже: просто не было возможности пере- бросить основные войска в Ближнюю Испанию, так как Метелл был еще очень силен. Такое же объяснение следует, видимо, применить и к событиям 77 г., и Ф. Спанн прав, считая, что Серторий в это время «увяз» в Кельтиберии и был просто неспособен к активным действиям за пределами Испании (443. Р. 60). Это обстоятельство также подтверждает, что Серторию в 77 г. пришлось вести более значительные действия, чем принято считать, и они сковали гораздо более крупные его силы, чем это потребовала бы осада некоторых крепостей. 104
Глава III. Серторианская Испания в 80-77 гг. 1. Организация власти К концу 77 г. серторианцы контролировали: 1) какую-то часть Лузита- нии, возможно, всю страну; 2) значительную часть Южной Испании; при и ом по крайней мере Гадес и Кордуба оставались под контролем римс- кого правительства; 3) средиземноморское побережье Испании, кроме 11 Карфагена; 4) центр Пиренейского полуострова; 5) центральную часть лопины Эбро и территории к северу от нее до васконов. 11олитический центр серторианцев в Испании неизвестен. Существуют две точки зрения: 1) правительство и сенат Сертория были в Эборе (Эво- ра) (219. Р. 117); 2) столица Сертория была в Оске (288. Р. 42; 44.С.112- 113; 69. С.158; 71. С.187; 225. Р. 133; 38. С. 133; 99. Р. 21; 135. Р. 195; 213. Р 193). Имеется также мнение, что у серторианцев Эбора была столицей Дальней Испании, Оска - Испании Ближней (114. Р.329), или было две про- винции: Лузитания со столицей в Эборе и Кельтиберия со столицей нОске (2. С.31). Вопрос, какую именно Оску имел в виду Плутарх, в принципе решен. < огласно практически общепринятому мнению, это современная Уэс- ка в Арагоне. Предположение, что Плутарх имел в виду Оску в Бетике' ( Р8. Р.98-99), представляется нереальным. Серторианцы не могли в 73 । . когда Серторий был убит в Оске, контролировать Оску в Бетике и. более того, свободно сообщаться с этим городом после потери этой области в 76 г. В современной литературе имеются различные точки зрения на цели in к с гания. При этом речь идет не об участниках восстания и даже не о его руководстве, но исключительно о самом Сертории, цели которого опреде- нмю гся следующим образом: 1) борьба за выживание (38. С. 203); 2) стрем- ление создать новый Рим (426. S. 80,82-83,155-156); 3) свержение режима < и । гиматов (459. Р. 139; 427. Sp. 1752; 240. S. 48; 238. S. 121; 91. S. 71; 23. С.305). 4) создание Gegenimperium против оптиматского Рима (468. S. 29); 5) созда- ние собственной импери (451. S. 239); 6) создание независимого римского । (к ударственного устройства в Испании. Боролся против Римаоптиматов и одновременно пытался создать на испанской почве римскую державу. I io цель - опираясь на провинцию, подчинить Рим (210. S. 181-183,189, 199-200); 7) создание особого римско-испанского государства (236. Р. U1,254. S. 145; 433. S. 225); 8) провозглашение самостоятельности Ис- Н1Н1ИИ (64. С.261; 30.С.401; 35.С.299). Серторию даже приписывают шинление, что Рим отныне будет в Испании (175. S. 359). 105
Имеются высказывания о том, каковы были бы мероприятия Сертория после победы, но они также носят чисто предположительный характер (210. S. 192; 44. С. 111), вплоть до явно фантастических (30. С. 400). Представля- ется все же более верным не гадать, как союзники (туземцы и эмигранты) планировали свои отношения в дальнейшем, ибо об этом нет никаких дан- ных. Достаточно того, что они решили временно объединить свои силы. Созданное в Испании политическое образование определяется следу- ющим образом: 1) Серторий создал испано-римское или римско-испанс- кое государство (254. S. 145; 433. S. 225); 2) он создал государство, кото- рое определяется как Gegenrom или как «Испанская держава» (426. S. 80, 82,156); 3) Испания была провозглашена независимой (30. С. 401); 4) Серторианское правительство, видимо, представляло собой род мяг- кой диктатуры, осуществляемой при совете и согласии местного сената и местных должностных лиц (244. Р.727). Детально этот вопрос рассмотрел Ю. Б. Циркин. По его мнению, в Испа- нии под руководством Сертория возник союз общин, охватывавший почти всю нероманизированную зону Пиренейского полуострова. Фактически Серторий создавал в экстраординарных обстоятельствах государство ново- го типа. При создании государственного аппарата он применял принцип назначаемости, а не выборности. Конечно, это было обусловлено экстре- мальными обстоятельствами, в которых он находился, и трудно сказать, как бы он поступил позже в случае победы. Рим в целом не пошел по этому пути. Даже Сулла и позже Цезарь прикрывали назначение сенаторов и ма- гистратов фикцией выборов. При империи новый бюрократический аппа- рат, основанный на назначаемости и иерархичности должностей, форми- ровался рядом со старым, базирующимся на формальных выборах, даже если эти выборы были перенесены в сенат. В созданной же Серторием державе такой, по существу бюрократический, аппарат оказался единствен- ным. Это говорит о появлении иного типа государства, нежели республи- канско-полисное. Держава Сертория имела двойственный характер. С од- ной стороны, это была легальная, с его точки зрения, римская власть, дей- ствовавшая в изгнании, в частности и в сфере внешней политики, и опи- равшаяся на 20 000 римское войско. С другой - это был союз испанских общин, главой которого выступал Серторий и значительная часть которого была связана с ним клиентскими отношениями. Обе части державы скреп- лялись личностью самого Сертория (69. С. 150-162; 460. Т. 11. Р.294). Своеобразие режима Сертория объясняется не только экстремальными обстоятельствами, в которых он находился, но и особенностями полити- ческой ситуации в Испании, а также римской провинциальной системы, 106
ибо в провинциях и так складывалась принципиально иная, чем в Риме, система управления, предвосхищавшая монархический режим (314. Р. 111), < назначаемым, кроме квестора, аппаратом управления. 11ри наместниках провинций имелся совещательный орган - военный совет, который занимался и гражданскими делами. Его члены - квестор, штаты, все военные трибуны, то есть все офицеры сенаторского ранга. 11о крайней мере в период Поздней Республики было обычным вводить и состав советаримских граждан, живущих в провинции: тех, кто обладал всадническим цензом. Если действовали вместе с союзниками, то их тоже । |риглашали на военный совет. Совет выполнял функции суда. Но это был именно совет, окончательное решение оставалось за наместником (305. S 139,140-141). Поощрялось также сотрудничество городов в consilium provinciae (314. Р. 124). Окружение наместника известно как его cohors (4. С.75). С ним был шлько один магистрат- квестор. Квестор был нетолько финансовым дол- жностным лицом (как в Риме), но заместителем наместника во всех де- лах и занимал совершенно особое положение среди остальных фигур про- винциального управления. Легаты, в отличие от квестора, не были маги- i |ратами. Они - доверенные лица высшего магистрата в военной облас- । и, образуют ядро его совета. Легаты - обычно люди сенаторского ранга, ко горых наместник отбирал как своих главных помощников. Кроме лега- ши, были военные трибуны, префекты кавалерии, prefectus fabrum, коми- । i.i, контуберналы; личные служащие губернатора - accensi, среди кото- рых наиболее известны - scribae, lictores, viatores, praecones, haruspices. Акцензы были обычно свободные люди или рабы, подбираемые самим магистратом (305. S.369-372; 314. Р.49-53). Местные общины, отдельные правители племен ведали своими делами при сравнительно малом вмешательстве центральной власти Рима и рим- (них официальных лиц. Часто они продолжали управляться в соответ- 11 вии со старыми местными традициями, особенно на окраинных терри- шриях (63. С.70). 11 о данным Плутарха, Серторий назначал из числа своих сенаторов пре- । оров и квесторов (Sert. 22). В данном контексте стратеги - это явно не полководцы, а именно преторы. Так как вряд ли можно предположить, •I । о здесь шла речь о городских магистратах, то, видимо, подразумевает- i н провинциальная администрация. Множественное число свидетельству- г । о том, что этих наместников и их квесторов было по крайней мере по пире. И действительно, их и должно было быть не менее трех пар, ибо необходимо было сформировать администрацию для Испании, известно 107
также, что провинциальное руководство было назначено Серторием в провинцию Азия (Plut. Sert. 25). Назначения в провинции осуществлял сенат. Прения о договоре с Мит- ридатом показывают, что формальности соблюдались (Plut. Sert. 23). Поэтому Плутарх, сообщая о назначении Серторием преторов и квесторов (Plut. Sert. 22), вероятно имел в виду фактическую сторону дела. Полномочия, на основании которых Серторий официально руководил движением, казалось бы, подразумеваются сами собой: Серторий был законным наместником законного римского правительства. После того, как Серторий был изгнан из своей провинции, ситуация, в принципе, не изме- нилась. Его спутники по-прежнему должны были подчиняться ему как за- конному наместнику, хотя на подобной основе он уже не мог руководить ни пиратами, ни мавританцами. Серторианцы после своего разгрома в Африке располагали столь незначительными силами, что речь могла идти не о подчинении их римским эмигрантам, но только о более или менее равноправном союзе. И, следовательно, полномочия Сертория в каждом случае регулировались конкретными договорными условиями. Относитель- но его руководства пиратами данных, на основе которых можно было бы выдвинуть какие-либо предположения, обнаружить не удалось. В Мав- ритании серторианцы сражались в гражданской войне на стороне уже пра- вившего царя, и поэтому для мавританцев Серторий был командиром, ко- торому временно поручил общее руководство их царь (Plut. Sert. 7-9). С 80 г. ситуация значительно осложнилась: серторианцы стали действо- вать на территории провинции Испания Дальняя, в движение влились фак- тически независимые племена, затем в Испании был создан сенат (Plut. Sert. 22; Арр. b. с. 1.108; Арр. Mithr. 68). Маловероятно, чтобы независи- мые племена могли официально подчиняться ему как римскому проконсу- лу. И действительно, Плутарх указывает, что лузитаны подчинялись Сер- торию как стратегу-автократору (Plut. Sert. 11), но не промагистрату. Полномочия наместников длились календарный год со времени вступле- ния в провинцию (345. В.2, Abt. 1. S. 254-255), и, значит, к 80 г. полномочия наместника Испании Ближней Сертория истекли. Но в последние годы обнаружены надписи, в которых Серторий именуется проконсулом. Они найдены в долине Эбро и южной Испании (121. Р. 211 -226; 232. Р. 103; 159. Р. 160. № 289). Следовательно, по крайней мере официально он руково- дил восстанием как законный римский проконсул обеих провинций. Дело в том, что проконсулы сохраняли свои полномочия до возвращения в Рим (Арр. в.с. 1.80), а период наместничества вообще мог увеличиваться на дальнейшие годы (314. Р.46), ибо хотя его полномочия автоматически 108
прекращались, когда подходил календарный срок, ведущий войну магист- рат пролонгировал свои полномочия, пока к войску не прибудет его преем- пик (305. S. 15). Разумеется, для врагов Сертория, после того как он принял призыв лузитан, его полномочия утратили легитимность (459. Р. 133 -134), по едва ли так думали сами серторианцы. Сосредоточение в одних руках власти сразу над несколькими провин- циями слабо вязалось с римской конституцией (65. С. 53), но все-таки допускалось. В течение последнего века Республики магистраты и про- магистраты получали высшее командование, охватывающее более чем одну провинцию или сами узурпировали дополнительные полномочия (И 4. Р. 111 -128). Ибо хотя существовал закон, запрещающий магистрату или промагистрату покидать его провинцию без разрешения сената или парода, набирать войска за пределами своей провинции, выводить войс- ка за пределы провинции, но все это разрешалось делать rei publicae causa (44. Р.23-24,44; 63. С. 69). Поэтому реально губернаторы могли осуще- ствлять полномочия за пределами своих провинций и пользовались этой возможностью (314. Р. 24-27). 11олномочия проконсула, империй давали огромную, в принципе нео- । раниченную власть (305. Р. 17-18; 63. С. 49). Наместник обладал воен- ной и гражданской властью, он был и главнокомандующим, и верховным с удьей. Он издавал декреты о реорганизации местных общин. Именно наместник определял отношения между римлянами и провинциальными (>()щинами и вырабатывал установления, которые становились базой для неких отношений (314. Р.45; 63. С. 49-65). 11аместник мог даровать права римского гражданина (до диктатуры I (езаря предоставление римского гражданства было строго индивидуаль- пым - 314. Р163). Он обладал правом юрисдикции над негражданами (345. В 2. Abt. 1. S. 267-268). Т.Моммзен считает, что это право относительно римских граждан отсутствовало (345. В.2. Abt. 1. S. 268), В. Кункель при- держивается противоположного мнения (304. S. 13-14). В отношениях с римлянами магистрат был обязан руководствоваться римскими закона- ми, должными гарантировать их иммунитет от скорой казни или теле- сных наказаний. Однако в кризисной ситуации он мог игнорировать их, ког- да это было в интересах государства. De facto апелляция против судебного решения губернатора была полностью невозможна даже для римских граж- дан (314. Р. 68,97). ( ледовательно, у Сертория должно было быть достаточно полномочий для руководства движением. Но Плутарх сообщает, что узнав о смерти своей матери, Серторий сильно страдая, 7 дней не занимался никакими 109
делами, не подпускал к себе даже друзей, уединившись в своей палат- ке. Это все происходило в то время, когда его друзья в Испании пред- ложили ему руководство движением (fjyEpovia). Большого труда стоило другим высшим командирам (сгоотрбтлуог) и сенаторам (opcmpoi; юбпцох - по К. Конраду [297. Р. 190]), которые окружили его палатку, заста- вить его выйти к воинам и заняться делами, которые в это время разви- вались благоприятно (Plut. Sert. 22). Этот случай широко известен, но его принимают во внимание только как свидетельство высоких душев- ных качеств Сертория, либо как доказательство его несвойственного римлянам поведения (426. S. 160; 128. S. 216-217). Видимо, все вышеизложенное означает, что в это время решался не просто вопрос о верховной власти, а вопрос том, кто будет ею реально, то есть на каких именно условиях, владеть: Серторий, явно уже имевший ее, или те, равные ему по статусу и наверняка превосходившие его знатностью люди, о которых говорится в этом отрывке (или кто-нибудь один из их числа). Серто- рий, удалившись отдел, фактически прибег к шантажу, который явно должен был воздействовать в первую очередь на рядовых воинов. И поскольку Сер- тория заставили выйти именно к воинам, то есть показаться им, следует пред- положить, что последние требовали его возвращения к руководству движе- нием. Ситуация, несколько напоминающая случай с мнимой подготовкой экспедиции Сертория на острова Блаженных. Но подобный прием неоднок- ратно применялся разными людьми в разные эпохи, и вряд ли здесь стоит говорить о какой-то особой склонности Сертория к лукавству. Время данных событий неизвестно. Имеется предположение, что они произошли в 82-81 гг. (422. Р. 54; 121. Р. 222). Но вероятнее всего это было либо вскоре после высадки в южной Испании, когда нужно было легализо- вать власть руководителя движения не в его провинции, либо когда в лаге- ре восставших оказалось немалое число значительных лиц, например, в результате прибытия участников движения Лепида, среди которых хотя бы Марк Перперна имел не менее высокий статус, чем Серторий, а некоторые явно превосходили его знатностью (Plut. Sert. 15; 422. Р. 171-172;212.Р.54- 55). Последнее более вероятно: сразу после высадки этот случай произойти не мог - среди римлян-серторианцев были те же люди, которые уже призна- вали власть Сертория, в том числе и за пределами его провинции. В Испании же в это время среди его сторонников просто не было римлян, хотя бы при- близительно равных ему по рангу. Таким образом, Серторий в итоге был выбран в руководители движения из числа приблизительно равных ему по рангу эмигрантов. Об этом Плу- тарх сообщает также в сопоставлении Сертория и Эвмена (Eum. Eug. 1.4-5). НО
11ри этом он по-прежнему носил звание проконсула: так он именуется в надписях, в том числе из Испании Дальней (121. Р. 211 -226; 232. Р. 103; 159. Р. 160. № 289). Сделал ли его наместником Бетики серторианский сенат или < и I управлял ею как проконсул соседней провинции в силу распространения своих полномочий на Испанию Дальнюю rei publicae causa, выяснить нельзя. < истема управления контролируемых повстанцами территорий складыва- лась в условиях непрерывных военных действий, без прецедентов (если не (читать действий Суллы во время войны с Митридатом), а поэтому и не могла иметь никакой стройной продуманной структуры. Раз Серторий оставался проконсулом, то и Гиртулей оставался его квес- । ором, то есть заместителем. Судя по единственному дошедшему до нас сообщению о прениях в сер- । орианском сенате, Серторий выступил после того, как высказались все члены сената (Plut. Sert. 23), хотя среди них были люди, уступавшие ему по рангу (422. Р. 171-173) Следовательно, сам он не был членом сената и со- хранял статус наместника. По сообщениям Плутарха и Диодора, Сертория обвиняли в том, что он вершил свои дела сам, без сената. И это обстоятельство воспринималось сю окружением как нечто странное и возмутительное (Plut. Sert.25; Diod. 17.22a). Но при переговорах с Митридатом вопрос решал все же сенат, но крайней мере официально (Plut. Sert. 23; Арр. Mihtr. 68). Следовательно, пи обвинения могут относиться только к последнему периоду его жизни, и раньше ситуация была иной. Возможно, что Серторий пользовался абсолютной властью в движении неофициально. Об этом свидетельствует Цицерон. Он сообщает, что Мит- ридат посылал в Испанию послов к тем полководцам (ad eos duces), с кото- рыми тогда шла война, а не к одному конкретному полководцу, одному официальному руководителю движения (Cic. De imp. Cn. Pomp. 4.9). Об этом также косвенно свидетельствует Диодор. Он всячески подчер- кивает, что Серторий был одним из руководителей движения. Он же ярко показывает, какое возмущение вызвало то, что в конце жизни Серторий с тал вести свои дела единолично (Diod. 37. 22а). Видимо, ранее ничего подобного не было. Вероятнее всего, официально Серторий был выбор- ным и не единоличным руководителем движения. J [узитаны пригласили Сертория в качестве военного предводителя, вож- дя (Plut. Sert. 10-11). По сообщению Валерия Максима, он - dux Lusitanorum (Vai. Max. 7. 3.6). Он был вождь (apxcov) не только для лузитан, но и для остальных варваров (Plut. Sert. 1,14). Туземные общины, признавшие после убийства Сертория власть Перперны, стали подчиняться ему как стратегу. 111
Это звание он принял после смерти Сертория (Арр. Ь.с. 1.114). Термин «стратег» нередко переводят как «претор», что в данном случае вряд ли правильно, хотя этот термин в эпоху Республики был общепринятым «раз- говорным» обозначением наместника (130. S. 154). Но едва ли как намест- нику стали подчиняться Перперне те общины, которые ранее подчинялись Серторию как вождю (стратегу). Причем из сообщения Аппиана ясно сле- дует, что подчинение туземных общин было чисто формальным. Так как события происходили на территории Испании Ближней (а Испа- ния Дальняя серторианцами была уже потеряна), то речь могла идти толь- ко о наместничестве в данной провинции. Она была консульской и ее наместники были в ранге проконсула независимо от своего прежнего стату- са (345. S. 647; 294. Р. 67,73; 459. Р. 131): так было и с Серторием, и с Помпеем. Неизбежность присвоения ранга проконсула даже последнему (несмотря на его крайнюю молодость и отсутствие в послужном списке каких-либо маги- стратур, не говоря уже о магистратуре с империем) не подвергалась сомне- нию сенаторами. Поэтому и Перперна, если бы стратег в данном случае понимался как наместник, явно был бы не praetor, не отраттг/бд, а аувилатод, прокон- сул, как именовался и Серторий (Plut. Sert. 6). Наместник назначался серто- рианским сенатом, который вряд ли пошел бы против традиций (он практи- чески целиком состоял из сторонников Перперны: если среди и римских, и туземных солдат захват власти последним вызвал возмущение, то среди сенаторов только 3 или 4 человека выступили против - Арр. в.с. 1.114). Таким образом, в рассмотренном пассаже Аппиана говорится о том, что туземцы стали подчиняться Перперне как принявшему на себя звание их полководца, вождя, которое раньше носил Серторий. О том, что многие туземцы подчинялись Серторию не как римскому про- магистрату, а как туземному вождю, свидетельствует тот факт, что они при- носили ему присягу как своему вождю и составляли его дружину (Sall. 1.125; Plut. Sert. 14; 128. S. 216; 214. P. 77). Неизвестно, стал ли Серторий вождем всех туземных племен вместе или вождем каждого племени в отдельности. Но учитывая обычно враждебные отношения между туземными племенами и общинами (49. С. 188; 420. S. 198-199), следует предположить последнее. Таким образом, с относительной уверенностью можно утверждать, что Серторию подчинялись как наместнику проримски настроенные жители Испании, как выборному руководителю - верхушка эмиграции (возможно и часть остальных проримски настроенных участников движения). Для ан- тиримски настроенных туземцев он был их вождем. 112
По вышеизложенным причинам нельзя согласиться с Б. Коваленко, утвер- ждающим, что в 80-77 гг. Серторий был лишь первым среди равных испанс- ких полководцев (32. С. 20). Наиболее пристальное внимание и древних, и современных авторов вы- зывает создание в Испании эмигрантского сената и назначение повстан- цами магистратов (преторов и квесторов) (Plut. Sert. 22: Арр. Mithr. 68; I her. 101). Одна из очевидных причин создания сената: повстанцы стреми- иись показать собственную легитимность; законность своего правитель- < гва в Испании и незаконность режима в Италии (415. S. 132; 91. S. 71; 69. (’. 150; 38. С. 134). Одни современные авторы ограничиваются простой информацией о создании этого органа (см., напр., 54. Т.З. С. 21-22; 58. С. 182; 2. С.31; 263. S. 529; 447. Р.36; 174. S. 236; 396. Р. 665; 175. S. 359), другие пытаются дать ему оценку. Если X. Штовер очень высоко оценива- ет его создание (451. S.239-240), а для X. Бласкеса сенат - правительство и изгнании (140. Р.218), то X. Мариана считал, что только сам Серторий имел реальную власть и сенат был просто совет при нем (328. Р. 98). Для ). Кавеньяка он - «сенат», то есть не воспринимается как настоящий сенат (166. Р. 334). Некоторые авторы называют его антисенатом (381. Р.315; 299. S 490; 124. S. 192; 394. Р.219). А. Шультен, отмечая, что прецеденты для подобного поступка уже были, । < > называет серторианский сенат совещательным органом, созданным Сер' । прием для придания видимости разделения власти с другими эмигранта- ми, то подчеркивает, что это был действительно сенат, то называет его гос- < оветом испанской державы (426. S. 82,155). 11о мнению X. Берве созданием сената и назначением магистратов Серто- рий лишь хотел вознаградить своих приверженцев, при этом он подчерки- вает незаконность его действий и утверждает, что данные Плутарха, со- । ласно которым этот сенат был образован из беглых римских сенаторов, по меньшей мере неточны (128. S.222-223,206, п.2). В. Эренберг утверждает, •I । о римские сенат и магистраты на чуждой почве означали в первую оче- редь оппозицию против олигархии в Риме, но одновременно образованием । ivro правительства создавался новый Рим, который консолидировался на испанской почве (210. S.191). Имеются предположения и о том, что в его (остав входили испанцы (179. Р. 90) и что их в сенате не было (469. S.225). 11аиболее детально эту проблему рассмотрел Ф. Спанн, проанализи- ровав условия формирования этого органа и его возможный состав. Его выводы: сенат образован в основном из сенаторов, участвовавших в движении Лепида, и поэтому был сформирован главным образом в 77 г., лотя возникнуть мог и раньше. В него входили также сенаторы, ранее ИЗ
оказавшиеся в Испании из-за сулланских репрессий, а также те римляне, которые должны были стать членами сената, но не стали ими из-за реп- рессий своих политических противников. Упоминаемое Аппианом число серторианских сенаторов - 300 человек - он считает нереальным, но не чрезмерно завышенным. Вопрос о законности этого органа, по мнению Ф. Спанна, беспредметен: он законен не более и не менее, чем остальные подобные образования в эту эпоху (442. Р.86 etc., Р. 170-174. Так же: 267. Р. 156-160). Разумеется, серторианцы в принципе не могли сформировать сенат, рав- ный по представительности римскому, в котором в эту эпоху обычно заседали приблизительно 25 бывших консулов, 90 бывших преторов, 25 быв- ших эдилов и 150 бывших трибунов (259. S.54). Кроме самого Сертория, бывшим претором среди восставших, вероятно, был только Перперна (40. С. 146). Но в римский сенат могли входить лица, не бывшие магистрата- ми (144. Р. 657), а в это время в Испании, безусловно, были римские всад- ники (250. Р. 204-205; 354. Р.298). Если у Сертория действительно была какая-то своя партия (69. С. 147), то он явно постарался ввести в сенат как можно больше ее членов. Конечно, ни место создания сената, ни способ его формирования не были законными, как и сама гражданская война. Но членами сертори- анского сената были не явные самозванцы, а люди, имевшие все основа- ния считать себя римскими сенаторами. Поскольку римский сенат разде- лился на две части и одна из них оказалась за пределами Рима, а другая превратилась в послушное орудие Суллы и после его смерти стала поддер- живать навязанные им законы, то было бы странным, если бы эмигриро- вавшая часть сената не стала считать именно себя законным сенатом Рим- ской республики и не рассматривалась бы как таковая своими единомыш- ленниками. Создалась ситуация, имевшая место и в других гражданских войнах (54. Т. 3. С. 34-36,38-39; 426. S.82; 442. Р. 87-88). То, что Аппиан сообщает о формировании сената из друзей Сертория (Арр. b.c. 1.108; Арр. Iber. 101), положения не меняет: оказавшиеся в лагере повстанцев сенаторы-эмигранты уже из-за своего статуса автоматически должны были оказаться в числе его «друзей». Возможно, созданием сената Серторий стремился удовлетворить често- любие прибывших с Перперной сенаторов (206. S. 359; 128. S. 222-223). Но, вероятнее всего, одной из причин образования сената было стремле- ние верхушки эмиграции хоть как-то ограничить сложившуюся на практи- ке огромную личную власть Сертория (42. С. 246; 40. С. 150; 10. С.21), ибо и в эту эпоху сенат ограничивал власть наместников и должен был утверж- 114
дать все их нововведения (345. В.З Abt.2. S. 1211; 305. S. 379-384). На прак- тике это положение действовало не всегда, в том числе и в Испании (63. ( .49-69), но теперь сенат был именно в Испании. Сами полномочия Серто- рия как проконсула теперь должны были быть пролонгированы сенатом. С другой стороны, создание сената могло укрепить положение руково- дителей движения, в первую очередь Сертория. Отныне он мог высту- пать от имени законной общегосударственной, а не только провинциаль- ной власти, разумеется, только перед своими приверженцами и в отно- шениях с внешними силами, например с Митридатом. Мир и договор о союзе традиционно требовали подтверждения авторитетом народа, но в рассматриваемый период было достаточно авторитета сената (314. Р.43). Руководство восстанием имело все основания теперь считать себя не ан- типравительством, а правительством, как афиняне в 411 г. на Самосе (459. Р. 139; 91. S. 71). Поэтому все определялось реальным соотношением сил и реальным ав- торитетом, реальной властью Сертория. Пока последние были сильны, образование сената работало на укрепление его власти. Когда они ослабели, наличие сената должно было способствовать их дальнейшему ослаблению. С созданием сената впервые была предпринята попытка перенести, пусть временно, центр римской державы за пределы Италии. В результате про- винциалы стали иметь дело непосредственно со «своим» римским прави- тельством, а не с наместниками. Это должно было отвечать интересам про- римских групп населения Испании. Так как повстанцами проводились значительные нововведения, то, веро- ятно, в этих вопросах у сенаторов и проконсула было определенное взаи- мопонимание. И представление о том, что вся верхушка эмигрантов всегда выступала против мероприятий Сертория (30. С.402; 39. С. 13), вряд ли вер- но. По крайней мере до тех пор, пока этим мероприятиям сопутствовали крупные успехи, они не должны были вызывать серьезного неудовольствия и, судя по источникам, не вызывали: неудовольствие появилось только тог- да, когда начались неудачи (Plut. Sert. 25; Арр. b.c. 1.111-113; Per. 92). Неверным представляется утверждение, согласно которому нет никако- го свидетельства участия иберов в созданном Серторием в Испании госу- дарстве (25. С. 27). Из сообщения Ливия следует, что у серторианцев существовали собра- ния туземцев. Это были не военные клиенты Сертория (248. Р.132), а пред- ставители общин Ближней провинции (Liv.91). На существование этих собраний не обращали внимания, и, например, Ю. Дайнингер в работе, специально посвященной провинциальным собраниям, даже категоричес- 115
ки утверждает, что для республиканского времени отсутствует хотя бы одно упоминание о провинциальных собраниях в провинциях Запада, кроме Сицилии (188. S. 21). Причина подобного положения видимо в том, что эти собрания существовали только при Сертории и, что еще более важно, по- тому, что эти собрания существенно отличались от последующих собра- ний имперского времени. Поскольку подобное собрание существовало в Ближней провинции, то можно предположить, что оно было и в Дальней, тем более, что деление на две эти провинции имело место и у восставших (Liv. 91). Эти собрания играли важную роль в движении. После первого из них был проведен набор воинов по всей провинции и предприняты другие во- енные приготовления. Видимо, это означает, что решения об этих мероп- риятиях обсуждались на собрании и Серторию было необходимо соответ- ствующее решение последнего, без которого он не мог ни проводить набор в мирное время, ни собрать со всей провинции ремесленников и устроить общественные мастерские. Это также демонстрирует обширность полномочий собрания. Во всяком случае только после созыва собрания представителей общин Ближней про- винции Серторий отдал приказ об указанных приготовлениях. Кроме того, на каждый народ были наложены повинности в соответствии с его ресур- сами. Оценка возможностей тоже, очевидно, проводилась с учетом мнения собрания. На следующем собрании Серторий рассказал делегатам, какие мероприятия он предпринял для обороны союзных общин и против вра- гов, то есть фактически отчитался о выполнении решения предыдущего собрания, и сообщил о готовящихся оборонительных и наступательных операциях (Liv. 91). Хотя эти съезды не были постоянными органами, а созывались, видимо, только в начале и конце каждой кампании, осенью и зимой (тогда, когда на кельтиберийском плоскогорье не велись военные действия), они обладали немалой властью. Пока на стороне Сертория были романизированное насе- ление и нероманизированная знать, антиримски настроенные элементы в этих собраниях должны были находиться в меньшинстве. Но и в таком по- ложении на втором съезде Серторий должен был доказывать необходимость сохранения союза между эмигрантами и туземцами. При этом он заявлял, что интересы Испании для него важнее интересов его партии (Liv. 91). X. Бласкес считает, что оружейные мастерские, созданные после этого собрания, были основаны и в Лузитании, но не подкрепляет свое положе- ние ничем, кроме ссылки на указанный фрагмент книги Ливия (134. Р. 236), но Ливий все время пишет не о провинциях, а о провинции в единственном 116
числе, то есть речь идет совершенно определенно об одной провинции, конкретно о Испании Ближней (Liv. 91). А.В. Короленков сомневается, что Серторий мог говорить представите- ням врагов Рима, что интересы Испании для него важнее интересов сто партии (38. С. 151). Но он явно обращался с этим пассажем к сторонни- кам Рима, а не к его врагам. Для последних Испании как таковой не могло быть - они жили интересами общины, максимум племени. Испания как вся провинция - это заявление должно было предназначаться для проримских сил, которые в эту эпоху уже мыслили масштабами всей провинции и для которых именно интересы своей провинции находились на первом месте (8. С. 138-141). Разумеется, можно допустить, что никакой регулярности этих < ьездов не было и фрагмент Ливия сообщает лишь о случайной ситуации или о том, что был созван consilium provinciae, в котором, как известно (314. Р. 124), поощрялось участие городов. 2. Участники движения Выяснение, на каких именно формальных основаниях Серторий руко- водил движением, не показывает, почему участники движения ему под- чинялись. Наиболее распространено восходящее к античности представление о делении участников восстания на две группы, участвовавших в нем на всем его протяжении: туземцев, боровшихся против римского господства, и римских эмигрантов, выступавших против сулланского режима. При этом господствует мнение об испанских участниках движения как о некой единой нерасчлененной массе, руководимой римлянами (2. С.31; 56. С. 180; 58. ( ’ 392; 57. С. 278; 61. С.135; 64. С. 260-261; 30. С. 400-402; 44. С.92; 32 . (18-21; 25. С. 28; 206. S.355 etc.; 179. Р. 89-90; 96. S. 38; 421. Sp. 156; 419. Sp.2036; 225. Р.142; 475. S.378; 394. Р.219; 392. Р. 80; 218. S.208, 212; 270. Р.379; 91. S.71; 447. Р.44 etc.; 426. S. 55 etc.; 236. Р.320; 242. S.189; 240. S. 154; 470. S. 249; 469. S. 225; 174. S. 235-236; 268. Р. 342-343; 200. S. 155; 24. (146; 380. Sp. 612). Существуе представление о том, что интересы разных । рупп участников движения были различны с учетом того, что в восстании участвовали и римляне, и враги Рима, стремившиеся к независимости. 11оэтому их союз был только временным (35. С. 288; 25. С. 28; 91. S. 71; 174. S. 235-236, 239; 394. Р.219). Э. Габба обратил внимание на то, что в восстании явно принимали участие италийские переселенцы, которые, по его мнению, и были главной опорой Сертория (224. Р.300 etc.), Г. Альфель- ди - на то, что Сертория поддерживали те круги жителей Испании, которые не были противниками римского господства (91. S.71). Имеются указания 117
на участие в восстании пиратов и мавров (459. Р. 139; 243. S.50). А.В. Короленков считает, что можно выделить две основные группы среди участников движения: 1) сторонники смягчения провинциального режима; 2) противники римского господства (38. С. 151). Относительно целей участников движения можно с определенности ут- верждать следующее: эмигранты стремились свергнуть созданный Суллой режим; враги Рима - хотя бы ослабить господство Рима в Испании. О це- лях остальных групп можно составить представление по тем мероприяти- ям, после которых они поддержали Сертория. Подчиненное положение врагов Рима в серторианском блоке в рассмат- риваемый период очевидно. Об этом свидетельствует категорическое заяв- ление Плутарха: Серторий не допускал иберов к высшей власти (Sert. 22; такая формулировка позволяет предположить, что к власти не высшей они допущены были). Это же подтверждается созданием сената и официаль- ной серторианской пропагандой, в первую очередь серторианскими над- писями, которые, как уже упоминалось, гласили: Quintus Sertorius proconsul, подчеркивая, что Серторий - не вождь туземцев, но римский промагистрат. Среди них особенно знаменательны две: 1) Q(uintus) Sertor(ius) proco(n)s(ul) / Pi etas. Эта надпись была найдена в 7 км к юго-востоку от Памплоны. Pietas -это, безусловно, pietas erga patriam (121. Р. 211-226); 2) Q. Sert. Pro Cos / Fides. Здесь Fides - явно верность Риму (232. P. 103). Все это прокла- мировало римский патриотизм руководителя движения. Для проведения подобной, откровенно враждебной по отношению к своим антиримски настроенным союзникам-туземцам политики Серторию нуж- на была мощная прочная опора среди участников движения. Одного толь- ко верного политического и патриотического чутья, которым объяснял эту политику Т. Моммзен (54. Т.З. С. 21), было явно недостаточно. Из всего изложенного ранее следует, что нельзя все население Испании рассматривать в виде некой целостной и безусловно враждебной Риму об- щности, хотя все социальные группы, даже самые привилегированные, были недовольны своим положением (по крайней мере произволом провинци- альной администрации). Необходимо также различать народы, уже давно утратившие независи- мость, и независимые племена. Тем более необходимо различать стремив- шихся к независимости туземцев и туземцев, добивавшихся интеграции в римское общество. Различные группы участников движения приняли в нем участие по разным причинам в силу своего различного положения. Если противники Рима добивались ликвидации или ослабления римского гос- подства на полуострове, то сторонники Рима должны были принять учас- 118
гие в восстании по иным основаниям. Представления об их требованиях можно составить по тому, что они получили отСертория после присоеди- нения к нему. Проримские группы населения Испании поддержали Сертория после । ого, как он попытался смягчить тяготы провинциального режима. Он ясно показал, что намерен бороться с обычной практикой вымогатель- ства со стороны провинциальной администрации, отменил солдатские постои, смягчил налоговое бремя, начал советоваться с верхушкой про- винциального населения. После этого его поддержали местные римляне. ()днако для других групп испанского населения этих уступок было недо- с гаточно. Они поддержали восстание только после того, как к этим ме- роприятиям добавились другие. Присоединение населения романизиро- ванного юга совпало с массовым наделением Серторием провинциалов правами римских граждан: эти права получили жители Юга, составляв- шие треть армии, которая была у него в начале кампании 80 г. Учитывая । о обстоятельство, что более половины этой армии составляли боровши- еся против Рима лузитаны, а оставшуюся незначительную часть - ливий- цы, можно предположить, что права римских граждан получили все, кто хотел получить эти права и поддержал Сертория с оружием в руках (Plut. Sort. 12). Столь широкое дарование гражданских прав было явно связано с утверждением серторианцев в Испании и в дальнейшем политика дол- жна была быть скорректирована. Об этом аспекте политики Сертория свидетельствует и наличие «Сер- гориев» в испанских надписях, в основном в романизированных районах (( IL II. 16, 252, 477, 478, 3056, 3744, 3752, 3753, 3786, 4970; 281. № 441, 1402, 2077, 4936, 3924,4011; 162. Р. 101; 227. S.486; 109. Р. 319- ОО). Таким образом, «Серториев» в надписях обнаружено относи- 1сльно немного, но их больше, чем получивших гражданство от пре- жних римских военачальников в Испании (38. С. 145). (^хранившиеся в надписях «Сертории» явно пользовались римским граж- дпнством de facto, ибо маловероятно, чтобы после поражения восстания был принят специальный закон, подтверждавший эти действия Сертория. 11о, пока они участвовали в восстании, для участников движения они были римлянами. Следовательно, римляне-испанцы принимали участие в вос- ((инии и с 80 г. (Серторием была создана в Оске школа, в которой дети туземной знати получали греко-римское образование. Ее ученики носили toga pflaetexta, и после того, как вырастут, должны были получить лоАлтйа и архл, то есть права римского гражданства и права занимать выборные должности, что 119
означало предоставление им прав всаднического сословия римских граж- дан (Plut. Sert. 14; 128. S. 225-226; 210. S. 190). Тога - не просто римская одежда, но отличительная черта римлян (246. Sp. 1652-1653), сам термин «togati» был общеупотребимым обозначени- ем римских граждан (370. Sp. 1662). Toga ptaetexta - одежда подростков 14-16 лет (246. Sp. 1660). Учащиеся школы носили буллы: особые золо- тые украшения, которые могли иметь первоначально только дети патри- циев, позднее сенаторов, однако уже довольно рано (по сообщению Пли- ния Старшего, с самого начала) это право получили дети всаднических семей и, наконец, дети всех свободнорожденных римских граждан (Plut. Sert. 14; 336. Sp. 1048-1049). Следовательно, родители учащихся получи- ли гражданские права. X. Берве считает, что Серторий не мог обещать своим туземным привер- женцам такие привилегии, ибо для позднереспубликанского времени это было явлением нереальным и впервые нечто подобное имело место только в середине I в. н.э., когда император Клавдий даровал подобное право про- винциалам в Галлии. Немецкий ученый вообще склонен относиться к этим действиям Сертория какк чему-то несерьезному (218. S. 216,225-226). Ф. Спанн по этому поводу утверждает, что невозможно поверить в то, чтобы Серторий в ходе гражданской войны серьезно занимался закладкой основ антиримского движения в Испании или утверждения просвещенно- го варианта правления провинциями. То, что он дал учащимся право одеть toga praetexta, - это не более чем такая же эксплуатация доверчивости туземцев, как и грубый обман со священной ланью. На самом деле это были заложники. Большинство учащихся должны были быть выходцами со сред- него и нижнего Эбро, из романизированных до некоторой степени городов и из семей, приверженных римскому образу жизни (442. Р. 167-168). Дж. Гаджеро считает,что учащиеся были прежде всего заложниками, но не исключено, что со временем они могли быть использованы на госу- дарственной службе и получить римское гражданство и jus honorum. Это было туманной перспективой на будущее, которое туземная знать воспри- нимала как ближайшее (225. Р. 145-6). По мнению Ю.Б. Циркина, в самом образовании школы и даже в одеж- де детей чувствовалась изрядная доля демагогии, тем более, что дети слу- жили и заложниками. Но и в этом случае школу надо рассматривать в свете испанской политики Сертория: он как бы показывал местной арис- тократии те возможности, какие она получит в случае его победы. Не ис- ключено, что он серьезно рассчитывал сделать из этих юношей в буду- щем свою опору в провинции. Эта школа была важным признаком интег- 120
рации испанской аристократии в римский образ жизни (460. Т. 11. Р.294; 69. С. 159; 71. С. 188). Мнение о том, что школа в Оске была придумана Серторием только для того, чтобы иметь заложников, распространено очень широко (328. Р. 98; •126. S.80; 218. Р. 224; 270. Р. 141; 242. S.187; 57. С. 274; 5.С. 744; 30. С. 401; 2S. С.27; 35. С.299; 442. Р.169; 225. Р.145; 297. Р.144). Оно восходит к Плу- । арху, который утверждал, что эти дети фактически были заложниками, то crib на самом деле признавал, что формально они ими не были (Plut. Sert. 14). Действительно, дарование столь важной привилегии не может не рас- сматриваться как нечто неслыханное. Тем более, что речь шла не о рома- низированной знати эдуев, как при Клавдии (Тас. Ann. 11.25), а о знати нсроманизированных областей. Видимо, именно последним обстоятель- ством объясняется факт, ускользавший до сих пор от внимания исследова- । елей: все указанные привилегии должны были получить не сами тузем- ные аристократы, а только их дети, к тому же только после усвоения ими читинского языка и культуры. То, что в школе учились представители знати из нероманизированных районов, следует, помимо самого характера пре- подавания (в романизированных областях существовали свои подобные школы), из событий, связанных с их гибелью (см. ниже). Необходимо также отметить, что при решении этой проблемы в той ситуации, в которой оказались Серторий и другие эмигранты, решающее значение имело все же не то, как к подобным мероприятиям должен был относиться он сам или его римское окружение, и даже не то, как к ним должно было отнестись римское общественное мнение. Главным было то, на каких условиях очень влиятельный слой местного населения был готов оказать Серторию военную поддержку. Туземцы не могли быть только пассивным объектом политики римских эмигрантов. Их взаимодействие с римлянами в рамках серторианского движения - это сотрудничество как минимум двух сторон, пусть даже мнение одной имело более важное значение, чем другой. К тому же Сер- । орий поднимал туземцев на войну против римского правительства, и в пой ситуации их мнение было гораздо более важным, чем Сертория. 11епонятно, почему в данном случае отрицается сама возможность пре- доставления прав римского гражданства Серторием, хотя то, что он да- вал эти права туземцам, не может вызвать сомнения. Непонятно также, почему это мероприятие, как и обещание в перспективе предоставить новым римским гражданам права римских всадников (тем более, если они из-за своего имущественного положения вполне могли претендовать на всаднический ценз), следует рассматривать как мероприятие анти- 121
римское, как элемент основы антиримского движения в Испании. Ско- рее наоборот, указанные действия Сертория способствовали более тес- ному сближению с Римом влиятельной и уже потенциально проримской группы населения Испании. А это не могло не способствовать укрепле- нию римского господства на полуострове. Таким образом, туземная нероманизированная знать добивалась своего участия в управлении провинцией, а в перспективе и своего включения в состав высшего сословия Римской республики. Видимо, последние домо- гательства встретили сопротивление со стороны других проримских групп участников движения, и поэтому данные права должны были получить толь- ко ее младшие представители. Поскольку всадники составляли высший слой провинциального населения, в том числе и в Испании (354. Р.298), то воз- можно, что нероманизированные аристократы и не претендовали на значи- тельную роль за пределами своей провинции. Но при современном состо- янии источников ответить на этот вопрос невозможно. То, что ученикам школы в итоге оказалась уготована судьба заложни- ков, само по себе еще не доказывает, что они были заложниками изначаль- но, ибо при становлении союза римских эмигрантов и туземной знати ими вряд ли планировались те события, которые столь роковым образом сказа- лись на судьбе учеников. Но даже если руководители восстания с самого начала преследовали среди прочих и цель получить в учащихся школы за- ложников (причем даже если только эту цель), то все равно главным здесь было не их желание, а готовность родителей на создание подобной школы и последующие привилегии для ее питомцев. То, что это отвечало интересам туземной аристократии, недвусмысленно показано у Плутарха (Plut. Sert. 14). К тому же почему-то при анализе данной проблемы не обращается вни- мание на тот факт, что Серторий имел заложников совершенно открыто, официально (Арр. b. с. 1. 114). В Испании (и не только в ней) это была обычная практика, и поэтому вряд ли у него была настоятельная необходи- мость прибегнуть к подобной уловке, чтобы получить их. Поэтому даже если создание школы и преследовало также цель получить дополнительных заложников, то это не было основной причиной этого мероприятия. История со школой в Оске является еще одним доказательством того, что знать Ближней Кельтиберии и южных вакцеев была сторонницей сохранения римского господства в Испании, и позволяет уточнить характер условий, на которых она примкнула к восстанию. Собрания свидетельствуют о привлечении провинциалов к управлению провинцией. Знать центральной Испании добивалась также своего вклю- чения в перспективе в состав правящей элиты Рима. Вероятно она и нахо- 122
дящиеся под ее влиянием туземцы поддержали Сертория после того, как он привлек уже неримлян к реальному управлению Испанией и дал гарантии включения местной знати во всадническое сословие. Чем бы ни было вызвано подобное отношение, но Серторий впервые перестал относиться к подвластному римлянам населению просто как к объекту подчинения, как к народам, которые еще необходимо покорять. Для него важным было не подавление некогда покоренных народов, а их интеграция в какой-то степени в римское общество. По крайней мере, это относится к реально подчиненным Риму народам, к тем людям в их среде, кто хотел быть интегрированным в римское общество. Дело не только в том, что Серторий и его римские сподвижники оказались готовыми к по- добному повороту, но и в том, что значительная часть туземного населения оказалась готовой воспринять эту политику. Принципиальным отличием новой испанской политики Сертория от рим- ских политических традиций было его стремление сделать ставку не про- сто на достижение максимального согласия между всеми слоями населе- ния (об этом 225. Р. 129), но именно на союз со всем населением Испании, по крайней мере с теми его слоями, которые могли бы вступить с ним в союз. Таким образом, он отошел от традиционной политики «разделяй и властвуй». Разумеется, остается проблема искренности и самого Серто- рия, и других руководителей движения в их отношении к туземцам. Но эта 11роблема вряд ли может быть решена. Отношения руководителя движения с туземцами рисуются обычно в крайне идиллических тонах: принято считать, что они полностью нахо- дились в его подчинении, причем с первых взаимных контактов и до его смерти. Они также всегда занимали подчиненную позицию в отношениях с римскими участниками движения. Причина столь странного положе- ния видится в необычайно высокой личной популярности Сертория у туземцев. Причины же самой популярности следующие: приспособле- ние Сертория к особенностям национального характера туземцев, мяг- кое и тактичное управление подвластным ему населением, проводимые им мероприятия, высокие личные качества Сертория, вызывавшие нео- бычайное восхищение туземцев, его способности выдающегося полко- водца, вера в его особую связь с богами (328. Р.98; 206. S.348; 263. S. 528- 529; 54. Т.З. С. 22; 179. Р. 89; 207. S. 358-359; 5. С.744; 56. С. 180; 426. S.43,59, 154; 419. Sp. 2027; 421. Sp.156; 210. S.181-182; 470. S. 249; 214. P.100; 473. S. 375-376; 299. S.490; 236. P.320; 451. S.239; 213. P. 191; 64. C.261; 30 C. 401; 442. P. 79; 394. P. 219; 355. S. 43; 189. Sp. 139; 225. P. 130-139; 387. P. 162; 384. P.96; 269. S. 78). 123
Дж. Гаджеро считает, что Серторий должен был стараться любой це- ной сохранить положение равновесия между туземцами и римлянами. Но ни средства, ни итоги этого неизвестны (225. Р.142). Некоторые авторы утверждают, что Серторий не обещал независимости испанцам (210. S. 189), да они и сами ее не требовали (442. Р. 59-81; 213. Р. 191). Наиболее обстоятельно последнюю точку зрения излагает Ф. Спанн. По его мнению, непонятно, кто именно из лузитан подчинился Серторию, как он над ними правил, что они от него ждали, чего от них ждал он (442. Р.59). Таким образом, обстоятельства отношений между лузитанами и эмигран- тами неясны. Несмотря на это, Ф. Спанн не соглашается с теми авторами, которые считают Сертория предателем, и утверждает, что племена едва ли требовали от Сертория возглавить их восстание, но если бы потребовали, то вряд ли бы он согласился на столь донкихотское предложение. Исходя из сообщения Плутарха, можно быть уверенным, что Серторий получил пол- ную военную и гражданскую власть над лузитанами, но из этого сообще- ния не следует, что они хотели, чтобы он возглавил их в борьбе за независи- мость. К 80 г. лузитаны, видимо, потеряли надежду на полную независи- мость от Рима: к этому времени римляне прочно стояли в Испании. Поли- тика Сертория, проводимая им в 82 г., привлекла лузитан, и они решили его поддержать. Поэтому лузитаны, прибывшие к Серторию в Танжер, возмож- но просили его вернуться в Испанию и утвердить там свою власть, предла- гая свою полную поддержку в качестве союзников при условии, что, если он и его партия придут к власти в Риме, они продолжат ту либеральную политику, которую он проводил в 82 г. Это могло показаться более перспек- тивным, чем надежды на полную независимость. Серторий не мог пойти на антиримское восстание - это скомпроментировало бы его в Риме и Ита- лии и положило бы конец надеждам на власть в Риме. Это означало бы также, что он хотел покинуть Рим и остаться в западной Испании. Другие римские участники движения тоже не пошли бы на это. Нет никаких сведе- ний об их протестах или дезертирстве в это время. Следовательно, причин для недовольства у них не было. Лузитаны хотели добиться хороших отно- шений с Римом, для Сертория и его сторонников был приемлем только про- римский курс лузитан. Это доказывает сообщение Плутарха о том, что Сер- торий никогда не претендовал получить иную власть над иберами, чем власть римского офицера, и свидетельствует скорее в пользу римского правителя во главе auxilia, чем кондотьера, возглавившего племенную борьбу за неза- висимость. В сопоставлении с биографией Эвмена Плутарх утверждает, что иберы следовали за Серторием, так как хотели, чтобы ими справедливо управляли, то есть они ждали от Рима не независимости, а справедливос- 124
ти. Согласно Ливию, Серторий в 77 г. в собрании туземцев говорит не о независимости, а называет их socii, благодарит за помощь и сообщает о том, как важно провинции, чтобы он победил (Liv. 91). Зачем ему было нужно благодарить их если бы он был главой восстания? И говорить о пре- имуществах, которые получит провинция, если он победит? Большинство его аудитории были кельтиберы, и, хотя ситуация в 77 г. изменилась, если бы он раньше обещал независимость племенам полуострова, то он бы ска- зал об этом. Но эти племена и города служили ему как союзники. Это озна- чает, что и лузитаны находились в подобном же положении (442. Р.61 -62). Относительно ситуации в Ближней Испании Ф. Спанн пишет, что испан- 11ы не забыли ни мягкость его короткого правления в 82 г., ни жадную глу- пость Калидия в 78 г. Многие города и племена готовы были перейти па сторону этого самого способного римлянина прежнего режима. Причи- на перехода - он обещал им, по Ливию, преимущества в случае победы. 11реимущества, видимо, в рамках той политики, которую он проводил в 82 г.: облегчение налогов, освобождение отквартирьерства. Иберийским лиде- рам он мог пожаловать или обещать римское гражданство. Испанцы были также обмануты устроенным им шоу с устройством для детей иберийской знати греко-римской школы в Оске (442. Р. 80-81). Вряд ли стоит считать туземцев, а особенно их руководителей крайне । пивными людьми, только с 74 г. осознавшими, что Серторий их использу- с । в своих интересах и воюет не за их свободу, а за Рим (так считали В.Э- ренберг [210. S. 198-199] и Дж. Гаджеро [225. Р. 151 -152]). И римляне, и раз- иичные группы туземцев преследовали свои цели. Нельзя считать, что все зависело от Сертория и его римских приверженцев. Наоборот, в той ситуа- । щи, в которой они оказались (особенно в Мавритании, накануне вторжения и Испанию), главным было не то, на каких условиях они поддержат местных жителей, а то, на каких условиях местные жители поддержат их. 11лутарх совершенно определенно пишет, что лузитаны призывали Серто- рия против римлян. Они были независимыми, так же, как вакцеи и некото- рые другие племена. И было бы странно предполагать, что они просто так, добровольно откажутся от своей свободы в обмен на возможное хорошее отношение своих будующих господ. Непонятно, почему лузитаны до Серто- рия и после его смерти боролись за свободу, например против Цезаря, а при < ертории добровольно, без всякого принуждения отказались от нее? Более логичным представляется предположение, что руководители лузи- । ан и других независимых племен решили, как и Митридат, воспользоваться гражданской войной в Риме для ослабления позиции римского правитель- V । на в Испании, укрепив таким образом свою независимость. 125
Как конкретно складывались у эмигрантов отношения с населением Ближней провинции во время руководства там повстанческими войска- ми Гиртулеем, неизвестно - об этом нет никаких данных. Но Плутарх сообщает, что после того, как по эту сторону реки Ибер все присоедини- лись к Серторию, к нему примкнули большие массы людей. Однако они требовали активных действий, не обращая внимания на разумные дово- ды Сертория. Не послушавшись его, они вступили в бой с противником. Когда же они были разбиты, Серторий пришел к ним на помощь и обеспе- чил безопасное отступление (Plut. Sert. 16). Таким образом, Серторий во время этих событий располагал в Ближней провинции армией, помимо тех примкнувших к нему туземцев, о которых идет речь в рассмотренном отрывке, ибо не один же он смог обеспечить безопасность отступления новых союзников. Эти союзники не находились у него еще в полном подчинении и даже вели самостоятельные боевые дей- ствия, разумеется, под командованием каких-то своих руководителей. Не- желание последних подчиняться Серторию вполне объяснимо: не прошло еще и полутора десятка лет как он воевал против местных жителей, а его мероприятия в 82-81 гг., как уже сообщалось, не обеспечили ему поддержку широких кругов туземного населения. К тому же они распространялись лишь на территории, находившиеся под контролем римской администрации. Р. Гриспо и А. В. Короленков считают, этот случай относится к лузитан- ской кампании 79-78 гг., ибо, хотя Плутарх связывает это событие со вре- менем появления Сертория в Ближней Испании (77 г.), непонятно, откуда у римлян после поражений 79-78 гг. взялись столь крупные силы, что Серто- рий опасался вступать с ними в сражение и удерживал от него испанцев. Здесь, видимо, имеет место очередное смещение хронологии, на которое так богата биография Сертория, написанная Плутархом (255. Р. 195; 38. С. 122-123,124-125). Но военные действия состоят в основном не из крупных сражений, и у Плутарха о таком сражении и не сообщается. Он не упоминает и о том, что Серторий опасался вступать в данное конкретное сражение именно из-за слабости своих сил и многочисленности противника. Плутарх лишь пишет, что Серторий не хотел боя с врагом в данное время и на данном месте, а причин для подобного поведения могло быть много. Более того, из этого пассажа следует, что Сертория беспокоило не численное превос- ходство неприятеля, а отсутствие дисциплины среди туземцев и их не- подчинение ему. Это сражение относится к кампании 77 г. (времени нового появления Сертория в Ближней Испании). Следовательно, к этому периоду Серторий 126
уже должен был проводить свои, столь восхищавшие Плутарха и многих 4 овременных авторов мероприятия, в частности, замещал высшие команд- ные посты исключительно римлянами (Plut. Sert. 22), что, естественно, вело к о устранению местных руководителей. Это не могло не быть дополни- 1сльным стимулом к настороженному отношению к нему со стороны ту- 1смных лидеров. 11оэтому лишь после этого сражения, которое не могло не привести к дис- к рсдитации прежних руководителей туземцев с одной стороны, и к резко- му повышению личного авторитета Сертория, с другой, новые союзники ( ертория стали действительно подчиняться ему, но все же не всегда и не по всем. Ьлагоприятные для себя политические последствия сражения Серторий умело закрепил на следующий день, собрав сходку воинов. Были выведе- ны две лошади: старая и молодая. К первой поставили молодого сильного война, ко второй - карлика. Первый должен был вырвать хвост целиком, и । орой - по одному волосу. После того, как второй выполнил свое задание, и первый, естественно, ничего не смог сделать, Серторий выступил с ре- чью, смысл которой сводился к тому, что сила - это хорошо, но ум и терпе- ние - лучше. Судя по реакции воинов, представление достигло своей цели (Plut. Sert. 16). Имеется также сообщение Фронтина, в котором говорится, что Серто- рий, желая избежать сражения, но видя, что солдаты требуют боя, и боясь, что, если не уступить, они нарушат приказ, позволил небольшому отряду конницы завязать бой, а когда тот стал терпеть поражение, послал ему па помощь еще несколько других отрядов. У Плутарха речь идет о всех ту- 1смных войсках, у Фронтина только о небольшом подразделении конницы. Фронтин сообщает и о случае с двумя лошадьми, но в отрыве от предыду- щего и тоже иначе, чем Плутарх: у него Серторий доказывает необходи- мость партизанской войны и то, что туземные войска могут победить рим- (кие когорты только с ее помощью (Front. 4.7.6; 1.10.1-2). Вероятно у 11лутарха и Фронтина речь идет о разных случаях, что не должно вызы- вать удивления, ибо Плутарх сообщает, что Серторий не раз прибегал к подобным методам (Sert. 16). Изобретенный Серторием прием произвел немалое впечатление на современников и потомков и не раз упоминался последующими авторами (Plin. Sec. Epis. 3.9.11; Vai. Max. 7.3.6; 84. C.61). Успехи Гиртулея в Испании Ближней в 79-78 гг. были невозможны без значительной вооруженной поддержки местных жителей. Поэтому в рас- сказе Плутарха об огромных массах туземцев этой провинции, примк- 127
нувших к Серторию, явно содержится информация об их подобных действиях и до появления Сертория в провинции. Иными словами, к 77 г. в серторианской армии, действовавшей в провинции Испания Ближняя уже около двух лет (с 79 г.), существовали многочисленные отряды туземного населения под руководством своих собственных командиров и не находившиеся еще под жестким контролем высшего руководства восстанием. В кампании 76 г. таких отрядов уже не было, Следовательно, в течение 77 г. серторианскому командованию уда- лось их каким-то образом упразднить. Таким образом, никакой идиллии в отношениях Сертория и туземцев не было. Да если бы и была, то нельзя одним восторженным отношением к нему объяснять согласие антиримских элементов среди участников дви- жения на свое подчиненное положение. Плутарх сообщает, что Серторий стал у лузитан стратегом-автократо- ром (Sert. 11). Напрашивается предположение, что подобным должен был быть статус Сертория и у других испанцев (69. С. 156-157). Действитель- но, как уже указывалось, во время войны племена Испании формировали единую военную власть. Поэтому сообщение Плутарха, казалось бы, со- вершенно определенно свидетельствует об изначально подчиненном по- ложении туземцев в серторианском блоке. Однако стратег-автократор для лузитан - это преимущественно военный вождь и никогда - обществен- ный и религиозный руководитель (234. Р. 378). Полководцы у племен цен- тральной, северной и западной Испании, какими бы громкими титулами не называли их древние авторы, были лишь временными военными пред- водителями, осуществлявшими руководство только во время боевых дей- ствий, реальная власть была у старейшин (422. Sp. 1870; 402. Р. 262-263; 348. Р.21-105). Даже Вириат, наиболее могущественный из известных ту- земных вождей, пользовался большой властью только во время военных действий и был не в состоянии даже решать судьбу побежденной армии противника (432. S. 225; 422. Sp. 1870; иное объяснение действий Вириа- та: 220. Sp. 218). Но и эта власть Вириата была основана на его личном престиже и не была официально институирована. Бок о бок с Вириатом были особые лузитанские лидеры (460. Т.10. Р.232). Приглашение чужака для руководства военными действиями не было, в принципе, чем-то необычным (Oros. 6.9; Caes. b. g. 3. 23). Но в случае с Серторием речь шла о заведомом враге, прекрасно известном в Испа- нии. Поэтому руководители лузитан и других племен должны были ста- раться свести к минимуму его реальную власть. Добиться неограничен- ных полномочий, подчинить себе испанские племена он мог лишь посте- 128
пенно и притом опираясь на реальную силу, а не просто на свои высокие пичные достоинства. Сообщение Плутарха о том, что Серторий сразу стал у лузитан страте- гом-автократором, вероятно, не соответствует действительности и возник- ло в связи с информацией о власти, которую он захватил позже, так как в дальнейшем лузитаны примирились с тем, что Серторий стал не просто их вождем, ареальным правителем племени. Но даже в период своего наивысшего могущества при решения вопро- сов, затрагивающих внутренние дела общин (например, набор воинов, ус- тройство мастерских, привлечение ремесленников), Серторий, принимая решение сам, все же должен был объяснить свои действия представителям тех общин, чьи интересы затронули его действия (Liv. 91). Став стратегом-автократором, Серторий фактически оказался в Испании в положении, напоминающем положение Гасдрубала и Ганнибала (214. Р. 82-83; 384. Р. 96), и сравнение туземцами Сертория с последним (Арр. Ь. с. 1.112) имеет явно более важные причины, чем внешнее сходство, прибли- зительное соответствие способностей, наличие в качестве базы Испании и использование суеверий туземцев, как иногда считают (см., напр., 54. Т.З. С. 20; 210. S. 189-190; 86. Р.532-534; 344. Р. 407-408). Гасдрубал и Ганнибал являлись, с одной стороны, выбранными карфа- генскими гражданами руководителями, а с другой - правителями испанс- ких племен. Представители последних служили в армии Баркидов либо как наемники, либо как союзники, либо подчинялись Баркидам как стра- тегам-автократорам. Последнее означало, что в руках носителя этой вла- сти концентрировались все военные и дипломатические полномочия без коренных изменений политического строя племен. Это означало также, что испанцы признают этого человека (добровольно или вынужденно) своим верховным вождем. Баркиды по отношению к испанцам выступа- ли не только как чужеземцы и магистраты враждебной республики, но и как собственные вожди. Этому способствовали их браки с испанскими арис- тократками, благодаря которым карфагенские полководцы как бы входили в иберийскую среду, что было немаловажным в условиях родового обще- ства и облегчало им возможность стать стратегами-автократорами. Они, в принципе, не вмешивались без особой нужды во внутренние дела своих подданных: сохранили старую структуру племен, ограничиваясь взятием в заложники детей или жен тех вождей, которым они не доверяли. Города были, видимо, свободны от гарнизонов. Исключения вызывались только военно-стратегическими соображениями. Гасдрубалу, например, его по- ложение стратега-автократора давало, видимо, право распоряжаться зем- 129
лями и городами подчиненных племен судя по тому, что он мог основы- вать города на их территориях. Для испанцев эти его действия, видимо, являлись следствием его положения во главе своеобразного союза пле- мен (214. Р.75 etc.; 70. С.85-92). Таким образом, полномочия стратега-автократора (точнее, их какого-то туземного аналога) предоставляли огромную власть. Однако сами по себе они не давали возможности вмешиваться во внутренние дела туземных общин. А без этих прав ни о каком реальном господстве Сертория над ту- земцами, ни о каком их подчинении не могло быть и речи. Баркиды сумели достичь такого подчинения, при этом они должны были силой (или угро- зой применения силы) заставить туземцев признать их власть. Сила в их распоряжении была изначально - карфагенская армия. Отношения Сертория с туземными общинами строились совершенно иначе, чем у Баркидов: не могло с самого начала подразумеваться подчи- ненное положение ранее независимых племен, в то время как у Баркидов подчинение туземцев в той или иной форме предполагалось изначально, так как шел процесс завоевания Испании Карфагеном. У Сертория же сна- чала и речи не могло быть о завоевании его «армией» туземцев, и это обстоятельство, конеечно, накладывало отпечаток на их отношения и на процесс их изменения. В распоряжении Сертория, когда он находился в Мавритании, никакой серьезной военной силы не было. Значит, она появилась в Испании, и причем это была сила, независимая от руководителей лузитан и других подобных племен. Она должна была оказаться в его распоряжении вско- ре после его высадки или во всяком случае достаточно быстро, чтобы, используя ее, он мог оказаться сразу по отношению к пригласившим его лузитанам в положении по крайней мере равноправного, а вероятнее всего, даже более могущественного, чем они партнера. Такое положе- ние давало ему возможность в условиях войны диктовать свою волю новым союзникам, и это должно было произойти еще до появления в 77 г. в лагере восставших остатков армии Лепида. Большое внимание многие ученые уделяют использованию Серторием религиозных представлений туземцев - знаменитой белой лани, которую Серторий выдавал за посредника между собой и богиней Дианой. Это, воз- можно, было связано с особенностями культа Дианы среди италийцев и ее иберийского аналога среди испанцев (210. S. 192-194; 360. Р.117), так как культ богини, аналогичной Диане, был широко распространен в Испании (97. Р. 259,261). Уже в эпоху Возрождения этот случай вызывал особый интерес (46. С. 490; 84. С. 61), но и в современной литературе, как уже 130
указывалось, нередко в том числе и этой хитростью Сертория объясняют его власть над туземцами. В истории с ланью Серторий действовал вполне в духе времени (426. S.57; 303. S. 195), поэтому неудивительно, что многие туземцы верили в его особые отношения с божеством (86. Р. 532-534; 344. Р. 407-408), что не могло не укрепить его личный авторитет. Однако не нужно забывать, что для приобретения личного авторитета среди туземцев Серторию нужно было какое-то время, ибо завоевание ав- торитета, в том числе и религиозного, не может произойти мгновенно. Тем более, что местное население, как уже указывалось, отнюдь не всегда сра- зу начинало ему полностью подчиняться. И получить действительно проч- ный авторитет у какой-либо группы участников движения он мог, лишь действуя в ее интересах. К тому же, как показали последующие события, личный авторитет Сертория не был большим препятствием для усиления в лагере восставших влияния антиримских элементов. Для того, чтобы по- ставить их в подчиненное положение, Серторий должен был иметь в своем распоряжении реальную силу. Такой силой могли стать только проримски настроенные участники восстания. Победы должны были повысить его авторитет, но одерживать крупные победы Серторий стал только после того, как получил массовую поддерж- ку испанцев. И это естественно - для крупных побед нужны крупные силы, а они у него появились только после поддержки туземцев. По причине густо населенности романизированных и малонаселенности нероманизированных областей в рассматриваемый период нероманизиро- ванное туземное население явно составляло уже меньшую часть жителей Испании и явно меньшую часть среди участников восстания. В 80 г. к Сер- горию примкнули лузитаны, но тогда же на его сторону перешли жители Гурдетании. В 79-77 гг. в состав серторианского блока вошли территории Ьлижней Испании, в том числе независимые племена, но также и сторон- ники Рима. Наконец, в 77 г. в Испанию стали прибывать остатки войск Ле- пида, менее значительные группы эмигрантов должны были появиться и раньше. Таким образом, Серторий всегда имел возможность опираться на мощную поддержку проримски настроенных участников движения и никог- да не оставался один на один с антиримски настроенными туземцами. Созданные повстанцами провинциальные собрания обладали большой властью. Но совершенно очевидно, что господствовали в этот период в них сторонники Рима - местная аристократия либо из романизированных райо- нов, либо из центральной Испании: они неизбежно должны были состав- лять основную массу делегатов. Так как о существовании общеиспанских собраний ничего не известно и их, видимо, не существовало, то лузитаны - 131
сильнейшее туземное племя - оказывались изолированными от остальных туземцев. Следует также учитывать обычно враждебные отношения меж- ду соседними племенами и общинами. Благодаря этому, Серторий мог ис- пользовать силы одного племени для давления на другое племя. В тех об- щинах, где существовала проримски настроенная знать, он мог опираться не только на свои полномочия военачальника, но и на совет старейшин. Во время карфагенского господства туземцы были связаны не столько с Карфагеном, сколько с конкретными его представителями, членами рода Баркидов. Подобный характер отношений, видимо, не был случайностью и отвечал уровню представлений туземцев о сношениях с чужаками, ибо подобное положение не исчезло в Испании с Баркидами. Испанцы пыта- лись придерживаться таких же принципов и во взаимоотношениях с пред- ставителями Рима, о чем свидетельствуют их отношения со Сципионами (66. С.76) и Гракхами (63. С. 59). Так что в этом вопросе у Сертория в Испании были предшественники, в том числе и среди римлян. Не исключено, что по аналогии с упомянуты- ми примерами туземцы рассматривали свои отношения с Серторием и его сподвижниками не как отношения с Римом, но как отношения только с кон- кретной личностью, без каких-либо обязательств на будущее перед римля- нами вообще, как мог не считать, например, Карфаген обязательными для себя договоры ГасдрубаласРимом и Ганнибала с Македонией (36. С. 59. 175-176). По мнению Ю.Б. Циркина, в отношениях между Серторием и кельтибе- рами выступал еще один фактор: Серторий являлся их патроном, а они считали себя его клиентами (Plut. Sert. 14). Значительная часть испанцев «посвятила» себя ему. Это древний кельтский обычай, засвидетельствован- ный в Галлии Цезарем, который называл таких людей сольдуриями (Caes. b. g. 3.22). В глазах кельтиберов Серторий выступал наследником их ста- рой родовой аристократии (69. С. 156-157). Однако Плутарх называет сольдуриев Сертория не кельтиберами, но иберами (Plut. Sert. 14), хотя это, возможно, просто обозначение тузем- ных жителей Испании. Действительно, такие связи в Иберии были очень крепки и высоко ритуализированы (63. С. 112), сохранялся обычай, по которому клиенту кельтов не должен переживать патрона (82. С. 147). Но подобный обычай посвящения дружинников был распространен не толь- ко у кельтов, но и у других народов, например, у иберов (Strabo 3.4.18), германцев (Тас. Germ. 14;Amm. 16. 12. 60), славян (31. С. 146), японцев (59. С. 136,315). Поэтому сообщение Плутарха не обязательно относится только к кельтиберам. 132
Тот тип клиентских связей у кельтов, о котором пишет Ю.Б. Циркин, носил сугубо индивидуальный характер (82. С. 140-153), и на его основе не могли । юдчиняться Серторию общины и племена. Имелись, правда, факты, когда у кельтов клиентами были целые общины, но в этом случае никакой жесткой связи патрон - клиент не было, и такие общины не обязаны были сохранять верность патрону вплоть до своей смерти (Caes. b.g. 8.32). Это не означает, что Серторий не мог использовать второй вид клиен- 1елы для управления своими кельтскими и кельтиберийскими союзника- ми, тем более, что кельтская клиентела, в отличие от римской, не содер- жала столь сильного прагматизма и имела древнюю религиозную основу (82. С. 151), однако никаких свидетельств этого в источниках нет. Но, ра- зумеется, сообщение Плутарха показывает, почему часть туземцев (не толь- ко кельтиберов и кельтов) оказалась в подчинении у Сертория и прорим- ских элементов в движении. Гасдрубал и Ганнибал вступали в брак с представительницами туземной знати, благодаря чему облегчали себе задачу подчинения испанских пле- мен. Серторий и здесь пошел по пути Баркидов. Имеется только одно упо- минание о его жене. Валерий Максим сообщает, что появился самозванец, который выдавал себя за сына Сертория, но нерешился показаться его жене (Vai. Мах. 9.15.4). Подобное могло произойти только в Испании, ибо только здесь он мог извлечь выгоду из своего самозванства. Хотя против само- званца были предприняты определенные действия (например, очная став- ка), выступление его и стоявших за ним сил явно не было сколько-нибудь значительным: о нем упоминает только Валерий Максим, да и то в каче- стве курьеза. Поэтому против него не нужно было предпринимать каких- либо дорогостоящих мер, и для очной ставки вряд ли его стали бы отправ- лять слишком далеко от мест его деятельности. Плутарх очень много внимания уделял семейной жизни своих героев (1. С. 63-69) и об отношении Сертория к матери пишет довольно подробно (Plut. Sert. 2,22), но о том, что у него была жена, даже не упоминает. Это । см более странно, что вообще Плутарх много пишет о стремлении Серто- рия установить контакты с местным населением. В данном случае его по- ведение можно объяснить тем, что жена Сертория в Испании официально (ио римским законам) таковой не являлась,то есть она не была римлянкой и просходила из общины, не имевшей права брака с римскими граждана- м и. Сообщить же о подобном браке значило бросить тень на своего люби- мого героя, ибо этот факт совершенно не вписывался в ту картину абсо- лютно приниженного положения туземцев в лагере восставших, которую рисует Плутарх в биографии Сертория. 133
Укреплению уже захваченной власти Сертория, конечно, способство- вали военные победы и то, что какое-то время война оказывала положи- тельное воздействие на территории Ближней Испании, находившиеся под властью Сертория. До начала методичного их отвоевания потребности в провианте, одежде, оружии способствовали росту производства (225 Р. 134-135). Партизанской войны здесь в этот период не было, а действия небольших армий не могли иметь разрушительных последствий для экономики - вплоть до больших опустошений в последний период войны. В целом можно отметить, что враги Рима в лагере серторианцев в 80-77 гг. оказались в подчиненном положении у римлян. Этому способствовало как объективно сложившееся соотношение сил между ними, так и мероп- риятия Сертория, консолидирующие большинство потенциальных сторон- ников Рима на Пиренейском полуострове. Данное положение дожно было вызывать тревогу у руководителей туземного населения из числа врагов Рима. Возможно, именно этим обстоятельством объясняется тот факт, что на одном из упомянутых собраний Серторий особое внимание уделял обо- снованию необходимости сохранения союза между ним и туземцами. Ка- кие он привел аргументы неизвестно, но союз был сохранен (Liv. 91). 3. Серторианская армия Серторианская армия должна была состоять из двух основных частей, первую из которых составляли воины, подчинявшиеся Серторию как главе антисулланского движения; вторую - как вождю определенного племени или группы племен. Предполагается, что испанцы сражались в серториан- ской армии на правах auxilia (250.Р. 194; 400. Р.27), но это может относить- ся только к воинам первой группы. На каком основании входили в состав армии африканцы (Plut. Sert. 12,19; 243. S.50), неизвестно. Возможно, что они, как и некоторые другие контингенты, поставляли вспомогательные войска как зависимый от Рима народ. Неизвестно также, входили ли пира- ты (Plut. Sert. 21) в состав непосредственно подчиненных Серторию воо- руженных сил. Нет данных о том, что легионами именовались состоявшие из туземцев части, хотя этого нельзя исключить, как и того, что туземцы входили в сер- торианские легионы (391. Р.171). Серторий должен был стремиться сделать армию покорной своим замыс- лам, не допускать в ней усиления влияния антиримских элементов и тем более того, чтобы она оказалась под их контролем. Располагая большим числом проримски настроенных приверженцев, он должен был как можно 134
меньше привлекать в свою армию потенциальных приверженцев противо- I «сложного лагеря. I [редставления о серторианской армии в науке сложились достаточно 01 |ределенные: она в основном представляла собой храброе, но плохо орга- пизованное и малодисциплинированное туземное ополчение, пригодное и основном для партизанской войны. Наличие римских воинских контин- । ентов в ее составе признается, но им не придается серьезного значения. I !средко обращается внимание на попытку создать туземные части по рим- скому образцу, но хотя и существует мнение, что туземцы в итоге хорошо познакомились с римской военной системой и военным искусством (480. S 102), господствует убеждение, что попытка была неудачной, ибо оказа- лось невозможным соединить два совершенно разных принципа устрой- ства вооруженных сил - римский и туземный. Выяснилось, что невоз- можно создать подлинную армию из храбрых, свободолюбивых и совер- шенно не способных к соблюдению дисциплины туземцев, они оказались непригодными для римской военной системы. Дисциплинированность и боеспособность созданных из них соединений не сравнялась с дисципли- 11ированностью и боеспособностью римских войск (392. Р. 81; 394. Р. 219; M.T.3.C.21,32;459.P.134-135;231.P. 117; 130.S.148;426.S.81-82; 128. S.216,222; 236.Р.320,325-326,340. Р.226,239; 210. S. 190-191; 229. Р.218-219; 442. Р.64,66, /7,81,190, п.43; 32. С.20). Только Ф. Уайзман считает, что Серторию уда- лось создать армию, эквивалентную римским легионам (478. Р. 37). Ф. Спанн подчеркивает большую пригодность племен Ближней Испании к службе в регулярной армии, в отличие от лузитан. Он доказывает это тем, что они имели давние традиции войны за пределами Пиренейского полуос- |рова - в армии Ганнибала, в римских войсках в 80-е гг. I в. (442. Р. 79). Нужно также иметь в виду, что жители обеих римских провинций уже очень долгое время сражались в составе вспомогательных частей римской армии и это не могло не сказаться на боевых навыках этих народов. В тех научных работах, где наряду с оценкой боевых качеств туземных частей серторианской армии присутствует аргументация, делается ссылка । ia сообщения Плутарха. Одно из них относится к описанию первых контак- тов Сертория с ополчениями восставших племен Ближней Испании, у ко- торых и не могло быть никакой римской организации вооруженных сил и которых Серторий просто еще физически не мог даже начать превра- щать в организованную по-римски армию. В этом отрывке Плутарх как раз и описывает начало попыток Сертория придать хоть какую-то организо- ванность и управляемость войскам его новых союзников (Plut. Sert. 16). Второй аргумент относится к характеристике Плутархом периода борь- 135
бы Сертория против Метелла в 79-78 гг. и описывает скорее характер борь- бы между двумя полководцами (а именно ставку Сертория на партизанс- кую войну), чем степень дисциплинированности туземных войск сертори- анцев (Plut. Sert. 12-13). В любом случае эти сообщения относятся к очень локальным, конкретным событиям и их нельзя распространять на все пе- риоды Серторианской войны и уж тем более на серторианские войска, дей- ствовавшие к началу 76 г. в Ближней Испании. Принципы их комплектова- ния и подготовки (Liv. 91) предполагают высокую степень их боеготовно- сти, в том числе и дисциплинированности. Достаточно подробные описания сражений Серторианской войны, даю- щие связную, последовательную и относительно подробную картину во- енных действий, относятся только к 76-75 гг. Они свидетельствуют о том, что туземные войска, которыми командовал Серторий, показали высокую степень управляемости и дисциплинированности. Они были в состоянии в течение нескольких часов стойко сражаться с римской пехотой и нередко побеждать ее в открытом, фронтальном столкновении. Их можно было быстро привести в порядок после паники, заставить снова собраться с си- лами и перейти в атаку в казалось бы уже безнадежной ситуации: напри- мер, после своего панического бегства и вроде бы уже полного разгрома. Они могли совершать сложные маневры на поле боя, демонстрируя четкие согласованные действия и небольших отдельных отрядов, и крупных во- инских соединений. Туземные части сохраняли высокую боеспособность после тяжелых потерь, были способны совершать стремительные перехо- ды и после них, несмотря на неизбежную в такой ситуации сильную уста- лость, сразу принимать участие в боевых действиях, как это произошло в начале кампаний 76 и 75 гг. При этом они демонстрировали не меньшую, а иногда даже большую, дисциплинированность и управляемость, чем кад- ровые италийские войска (Plut. Sert. 18-21, Pomp. 19;App.b.c. 1.110; Front. 2.5.31; ср. также 87. S. 26-27 и 426. S.151). Чтобы понять причины подоб- ного положения, нужно посмотреть, что представляла собой серторианс- кая армия в эти годы. Она делилась в рассматриваемый период на две основные части: одна во главе с самим Серторием действовала в провинции Испания Ближняя, другая во главе с его квестором Луцием Гиртулеем - в провинции Испа- ния Дальняя. Общепризнанным является утверждение, согласно которому в армии Сертория командные должности занимали всегда исключительно римля- не, или, по более осторожному выражению, иберы не занимали высших офицерских постов (426. S. 156; 128. S.215 etc.; 210. S. 191; 384. Р. 101; 69. 136
(’ 160; 451. S.240; 442. Р. 190, n.30,31; 57. С.274). Это мнение основывается па сообщении Плутарха о том, что Серторий не назначал из иберов страте- । он и архонтов (Plut. Sert. 22). Однако оно представляет собой общий пас- саж, цель которого - показать отсутствие протуземных действий Сертория. Дж. Гаджеро обратил внимание на явную риторическую окраску и очевид- ную пропагандистскую направленность этого заявления, но вынужден был принять его ввиду отсутствия в источниках иной информации (225. Р. 140). Нов том же сочинении Плутарха содержатся сведения, анализ которых еасгавляет усомниться в истинности нарисованной им картины. 11 лутарх свидетельствует о том, что примкнувшие к Серторию туземцы Ьлижней Испании вели сначала боевые действия против его воли, следова- |ельно, под началом каких-то своих командиров (Plut. Sert. 16). Описывая (обытия кампании 75 г., Плутарх изображает Сертория при решении важ- ных вопросов в окружении полководцев-варваров. К. Конрад считает, что •мо были командиры вспомогательных когорт и более мелких подразделе- ний (297. Р. 171-172). Но Авл Геллий, сообщая об этом же эпизоде, пишет об этих же варварах и относит их к числу друзей Сертория, то есть к его (нижайшему окружению (Plut. Sert. 20; Aul. Gell. 15.22). Следовательно, сообщение Плутарха о кадровой политике Сертория либо не следует пони- мать буквально, либо оно относится не ко всему времени войны, а лишь к какому-то определенному периоду. Таким образом, туземцы входили в состав ближайшего окружения Сер- । ория и в высший командный состав серторианской армии по крайней мере и 75 г. и во время первых контактов с серторианцами, и туземные воины ь армии восставших не были представлены только рядовыми солдатами. I н ^способность последних должна была быть достаточно велика. Это сле- дует из того, как они показали себя на поле боя, к тому же испанские воины вообще отличались хорошими физическими данными, а Серторий даже I ia фоне остальных выдающихся деятелей римской военной истории славил- ся особенным умением подбирать воинов - только его отметил Вегеций, । оворя об этом искусстве (Veget. 1.1,7). Численность вооруженных сил Сертория известна лишь в начале кам- пании 76 г. и определяется в научной литературе очень точно, в 88 000 (о адат (426. S. 99-100, п. 482; 442. Р. 91 -92, Р. 198. N.3; 44. С. 120; 340. Р. 226), ко гя основания для подобной категоричности едва ли имеются. Орозий, на которого при этом ссылаются, пишет, что Серторий имел в начале 76 г. 60 000 пехоты и 8000 конницы (Oros. 5.23). Известно, что армия Перперны насчитывала 20 000 пехоты и 1500 всадников (Liv. 91). Из этих данных дела- r । ся вывод, что в двух других серторианских армиях в Ближней Испании 137
(Сертория и Геренния) было по 20 000 пехоты и соответствующее количе- ство конницы, хотя в источниках ничего не говорится об их численности. Орозий сообщает эти цифры в противопоставление с численностью армии Помпея, действовавшей в Ближней Испании, но делается это до- вольно неопределенно, и нельзя исключать, что он указывает общую чис- ленность полевых войск Сертория во всей Испании. Поэтому в состав 68 ООО, возможно, следует включать армию Гиртулея, которая уже после того, как население Бетики изменило Серторию, потеряла при разгроме у Ита- лики 20 000 человек (Oros. 5.23). Плутарх пишет, что Серторий, определяя свою тактику во время боев в 75 г. на Валенсийской равнине, исходил из того, что его противники как чуже- земцы плохо будут ночью ориентироваться на местности, в отличие от его собственных воинов (Sert. 19). Но подавляющее большинство среди италий- ских солдат серторианской армии составляли участники движения Лепида, прибывшие в Испанию практически одновременно с войсками Помпея (443. Р.47-62; 154. Р. 470-472,449), и они были не менее чужеземцами, чем солдаты последнего. То обстоятельство, что воины, которые в предыдущую кампа- нию находились на Валенсийской равнине, могли познакомиться с особен- ностями ее топографии, ничего в данном случае не меняет: то же можно сказать и о воинах Помпея. Плутарх же явно противопоставляет последних туземцам, знающим особенности места битвы. Но чужаками были и серторианские воины из удаленных от побережья районов Пиренейского полуострова. Для них Валенсийская равнина с ее топографическими особенностями (426. S.87 etc.) была не менее чуждым регионом, чем для италийцев. Это означает, что основная масса войск Сер- тория в Ближней Испании в это время состояла из уроженцев восточного побережья Испании, и они же явно составляли подавляющее большинство среди туземных солдат. О серторианской армии другой испанской провинции сохранилась лишь очень краткая информация. В сражении у Италики в 76 г. она потеряла только убитыми 20 000 человек, после чего Гиртулей с немногими бежал в Лузитанию (Oros. 5.23). Из этого сообщения делается два вывода: 1) вся армия серторианцев в Испании Дальней насчитывала 20000 человек; 2) вся или практически вся эта армия погибла в сражении (459. Р. 134; 359. Р. 194; 360. Р. 107; 426. S. 104; 442. Р.91,198, n. 1). Но никаких данных о полном унич- тожении армии Гиртулея в источниках не содержится. После разгрома у Италики и потери Бетики значительная часть ее солдат могла разбе- жаться по домам. Ко времени битвы у Италики большинство привержен- цев Сертория на юге отошло от него, поэтому нет ничего удивительного 138
в том, что после этого разгрома в Лузитанию прибыли лишь жалкие ос- татки армии. Разумеется, нужно учитывать тот факт, что при Италике Гиртулей потер- пел сокрушительный разгром, но невозможно допустить, что это были единственные потери серторианской армии в Испании Дальней за 5 лет военных действий. Совершенно очевидно, что Гиртулей не мог сосредото- чить у Италики абсолютно все серторианские войска, находившиеся в Испании Дальней. Даже если в этом сражении погибла почти вся армия, это все равно не означает, что здесь находились все войска восставших в провинции. Предполагается, что армия Гиртулея состояла из лузитан (426. S. 149; 442. Р. 91), но они даже в период наибольшего напряжения сил при Вириате, еще до того как должны были сказаться последствия опустошительных походов римлян, никогда не выставляли подобной армии. Поэтому неве- рятно, чтобы лузитаны могли потерять только в одном сражении 20 000 человек, после чего выдержали как минимум два массовых набора в серто- рианские войска. При этом один из них, как принято считать, создал такую армию, что она вступила с армией Метелла в открытое полевое сражение (Арр. Ь. с. 1. 111. 112; 426. S. 108-109; 442. Р. 107-110). Следовательно, ранее значительных наборов здесь не проводилось. Таким образом, армия I иртулея должна была состоять в основном не из лузитан. Если у Гиртулея было только 20 000 человек, причем в основном лу- зитан, легковооруженных пехотинцев, не имевших навыков открытого полевого сражения, то представляется довольно странным, что он по- шел на подобное сражение с приблизительно тридцати-сорокатысячной (442. Р.65-66; 360. Р. 100) римской армией, да еще и столь стремился к нему, что заставил свою армию долгое время стоять на андалузской жаре, в результате чего привел ее к поражению (Front.2.1.1). Разумеется, у него были серьезные причины добиваться скорейшего сражения (см. гл. IV.3), но, при указанном соотношении сил у повстанцев не могло быть ника- ких шансов избежать разгрома. Вряд ли стоит подозревать выдающего- ся военачальника (350. Sp. 1962-1963; 426. S.74-75, 86, 104, 109) в не- понимании элементарных вещей, и скорее следует предположить, что сю армия и в количественном, и в качественном отношении была силь- нее, чем принято считать, и состояла, как это было с 80 г., в основном из жителей юга полуострова. При определении численности серторианс- ких войск речь может идти, как и в случае с правительственными арми- ями, только о полевых войсках. Общая численность всех вооруженных сил не поддается определению. 139
Состав серторианской армии к началу кампании 76 г. показывает» что в ней было мало представителей независимых племен, тех самых не- пригодных для по-римски строгой военной дисциплины людей, из кото- рых, по общему мнению, и состояла армия Сертория. Основную массу ту- земцев составляли воины из давно подчиненных Риму, главным образом романизированных областей. Жители этих регионов уже около столетия служили в римских войсках, что не могло не привести к определенному усвоению римских военных навыков. Нельзя сбрасывать со счетов и мно- голетнее стремление их усвоить римско-италийский образ жизни. Все это давало возможность создания армии по римскому образцу, и Серторий, чье положение В. Эренберг сравнивает с положением Александра Македонс- кого во время его попыток создать по македонским канонам армию из ту- земцев (210. S. 191), явно находился в принципиально иной ситуации, чем Александр. Способствовало этому и наличие большого количества про- фессиональных римско-италийских военных кадров. Серторий сумел создать туземные части, не уступавшие в качествен- ном отношении римским войскам. По крайней мере это относится к его войскам, участвовавшим в кампаниях 76-75 гг. Главной причиной успеха был состав этих соединений, наличие в Испании материальных возмож- ностей для подобных преобразований. Именно Сертория следует признать основателем системы, при которой из туземцев формировались кадро- вые части римской армии. Ранее создание первых таких частей относили либо к 50-м, либо к 40-м гг. I в. (154. Р. 698-699; 391. Р.209-210; 390. Р.110-112; 218. Р.810-821; 480. S. 101-106). Серторий, а до него Гиртулей, явились в Ближнюю Испанию с каким- то войском из Испании Дальней, в состав которого должны были входить и римские войска (судя, в том числе, и по применению римской техники при осаде Контребии - Liv. 91). Участники движения Лепида прибыли в Испанию только во второй половине 77 г., но и большая часть иберов была набрана не раньше: после окончания боевых действий в этом году был проведен набор в армию по всей Ближней провинции, азатем весной 76 г. еще один большой набор (Liv. 91). Наборы начались, когда предстояло в будущем столкновение с армией Помпея, и были вызваны именно этим обстоятельством, ибо повстанцы в кампании 77 г. не должны были понести больших потерь, и они были с лихвой возмещены прибытием остатков армии Лепида. Однако даже те- перь, когда приближались решающие сражения и требовалось максималь- ное напряжение сил, Серторий не решился набрать как можно больше туземных солдат: через два десятилетия после опустошений Сертори- 140
а некой войны Ближняя Испания могла выставить неизмеримо больше призванных им воинов (Caes. b. с. 1.39). Настроенных потенциально антиримски туземцев, следовательно, было набрано хотя и достаточно много, но все же столько, чтобы они составляли меньшую и притом существенно меньшую часть армии. Таким образом, в исследуемый период Серторий по мере возможности стремился не привлекать в это время потенциально антиримские элементы в свою армию. Об этом свидетельствует и то, что в последующие годы он мог в течение дли- тельного времени (для Лузитании 76-73 гг. и для Дальней Кельтиберии 75-73 гг.) проводить в нероманизированных областях наборы, давав- шие ему множество солдат (Plut. Sert. 21; Арр. b. с. 1. 109-112). Плутарх сообщает, что по существующему у иберов обычаю многие из них составили дружину Сертория. Число этих дружинников у других пред- водителей всегда было невелико, но у Сертория достигало десятков тысяч (Sect. 14). Сообщаемая Плутархом численность дружины Сертория при всей сомнительной достоверности цифры показывает, что это была уже армия, созданная на новой, отличной от обычных туземных ополчений основе. Таким образом, Серторий стремился создать крупные военные контин- генты, члены которых, независимо от отношения к Риму, были бы беспре- дельно преданы ему лично, беспрекословно подчинялись ему, утратили связь со своим племенем и родом и, следовательно, не могли быть исполь- зованы для давления на него, в том числе и со стороны руководителей не- зависимых племен и других возможных антиримских сил. Получив в союзники туземные племена и создав из них воинские подраз- деления, Серторий стал вводить в них, как и во всей армии, римские по- рядки. Высшими командирами постепенно стали назначаться почти исклю- чительно римляне (Plut. Sert. 22; Liv. 91). Однако нельзя рассматривать эту меру как в принципе абсолютно неизбежное мероприятие, обусловленное военными знаниями римлян, отсутствующими у иберов, которое поэтому нс позволяет сделать вывод ни о характере, ни о политике Сертория (так считал X. Берве -128. S. 206,215). Этот тезис верен только относительно ведения «правильной» войны - для ведения войны партизанской привыч- ные к ней туземцы были пригодны больше, чем римляне. Серторий пере- нял иберийскую тактику (426. S. 141-142; 394. Р. 219), и это казалось бы создавало необходимость привлечения на командные должности иберийс- ких военачальников, которые могли применить ее лучше римских коман- диров (во всяком случае, большинства). Но с 79 г. до конца 75 г. партизан- ская тактика использовалась только против Метелла. Единственное и до- вольно неясное свидетельство обратного - уже разбиравшийся пассаж 141
(Front 4.7.6; 1.10.1), который может относить к войне с Метеллом. Все это не могло не облегчить отстранение неримлян с высших командных постов в армии. Но, как уже указывалось, речь может на самом деле идти именно об отстранении и притом временном. Иберы, попавшие в армию в результате наборов, не были дружинни- ками (Liv. 91), среди них должно было быть немало враждебных Риму людей, но Серторий и их смог подчинить своему влиянию. Единственный связный рассказ, изображающий формирование серто- рианской армии, содержится в сохранившемся фрагменте 91 -й книги Ли- вия и относится к подготовке кампании 76 г. в провинции Ближняя Испа- ния. Новое пополнение серторианских войск набиралось централизован- ным порядком решением самого Сертория с санкции собрания союзных общин провинции. Таким же образом армия снабжалась оружием. При этом упоминаются центурионы. Туземных солдат обучали по римскому образцу, ввели римские команды, сигналы. Единая система обучения была дополнена введением единообразного вооружения. Если туземцы первое время приходили к Серторию со своим собственным оружием (могли ве- сти самостоятельные военные действия независимо от него), то теперь они получали его от командования, причем это было не туземное, а рим- ское оружие. Руководство движением снабжало их также одеждой и (самое главное) - жалованьем (Liv. 91). Все это подтверждает сообщение Плу- тарха о том, что туземные части серторианской армии строились по рим- ским канонам (Plut. Sert. 14). Солдат, оказавшийся в чуждой ему среде, получавший жалование, ору- жие, одежду, прошедший муштру, был более послушен Серторию - своему предводителю, чем руководителям своей общины, в отличие от воина, который сражался в своем племенном ополчении. Серторианская армия оказалась опорой проримских элементов в лагере повстанцев. Следует также отметить, что длительное время в ней не было никаких мятежей, несмотря на строгую дисциплину, а иногда и жестокие наказания (Арр. Ь. с. 1.109; 38. С. 162-163). В частях, которыми командо- вал сам Серторий, мятежей не было до самой его смерти (Aul. Gell. 15.22), и только в предпоследний год его жизни, когда поражение стало неизбеж- ным, имело место массовое дезертирство. Со снабжением армии оружием и одеждой у серторианцев не было зат- руднений: еще в доримский период испанцы производили разнообраз- ные виды вооружения (Diod. 5. 33. 3-4; 140а. Р.91-108). Важными райо- нами оружейного производства были, по крайней мере, Бетика, Ближняя Кельтиберия и Лузитания (134. Р. 236, 249; 250. Р. 157-158). В Испании 142
ннотовлялись и военные машины: Серторий применял их при осаде Кон- I ребии (Liv. 91). Производство тканей было развито во многих районах (। раны, а на юге они были одной из главных статей вывоза (Strabo 3.3.6; IМ. Р.69; 250. Р. 157-158). К тому же восстание не могло не создать труд- ности для торговли Испании и Италии, а, например, Турдетания торгова- ла в основном с Италией (Strabo 3. 2. 5). В этих условиях руководству движения было просто необходимо ввести закупку одежды, а возможно и оружия, чтобы удержать на своей стороне ремесленников, купцов, овце- водов. Во время массовых военных наборов заготовленных припасов нс хватало и приходилось создавать общественные мастерские для уско- ренного их пополнения (Liv. 91). С ерторианцы контролировали основные районы добычи металлов, в том числе драгоценных (202. Р. 40-44,170-196; 346. Р.140; 138. Р.35; 419. Sp. 2005- 2007; 250. Р.141-142), в их распоряжении была Бетика- одна из наи- более экономически развитых областей Средиземноморья с ее богатейши- ми ресурсами. Данные о финансовых возможностях отдельных римских I раждан этой области и огромных доходах, шедших из испанских владе- ний Рима (Caes. Ь.с. 2.18; b. Alex. 55; 138. Р.32-76), позволяют предполо- жить, что при существовавших в конце Республики нормах оплаты солдат (257. Р.263-271) до потери южной Испании руководство восстания не ие- ны гывало трудностей с выплатой солдатам жалованья. Да и огромная че- канка серторианских монет показывает, что деньги на войну были. () других мероприятиях серторианцев практически никаких сведений нет. Известно, что предпринимались меры для улучшения экономического по- ложения Испании. Правительство Сертория ввело в обращение большое число монет (346. Р. 139-140; 181. Р. 210-212,301-303; 99. Р.29; 230. Р. 38), использовавшихся для финансовой поддержки союзников (384. Р. 101; 225. Р. 133), выплаты налогов (367. Р.301 etc.), военных мероприятий (225. Р. 133), чю оказало сильное влияние на экономику туземных народов, облегчив, и частности, торговые связи (134. Р. 224). Сведений о чеканке серторианцами особой, специальной монеты нет; общины, как и раньше, чеканили свои деньги (103. Р. 149; 388. Р.335; 269. S. 78). Деньги изготовлялись на многочисленных монетных дворах. Наиболее крупными из них были Се- । обрига, Туриасо (южнее Эбро, 70 км от Сарагосы - 92. Р. 36), Илерда, Калагуррис (225. Р.133; 181. Р. 212; 379. Р.239), но больше всего серто- рианских монет было отчеканено в Оске, ее денарии стали своего рода «официальной монетой» Сертория (99. Р.21-29; 204. Р.12). Эмиссия монет имела пропагандистские намерения: их материальная основа - римская, но внешний вид - туземный: иберийские надписи, изоб- 143
ражение копьеносца (225. Р.133; 379. Р. 239; 230. Р. 38). В отличие от Сертория, его противники чеканили монету как со своими именами, так и с именами подчиненных им военачальников (225. Р. 133; 138. Р.76; 108. Р. 274-275; 366. Р. 134). Появление большого числа официальных римских монет, возможно, связано с прибытием в Испанию армии Пер- перны (397. Р. 97). Следовательно, сами серторианские монеты ориенти- ровались на туземное, вероятнее всего, нероманизированное и слабо романизированное население. Подобным образом Серторий, видимо, хотел осуществить необходимый симбиоз: инкорпорация в римскую административную систему туземного языка и символики для облегчения коммерческого обмена без недооценки туземной самобытности (379. Р. 239). Политика серторианцев способство- вала возрождению этнического самосознания туземцев, признавая ценность той части их культуры, которая не несла угрозы для римлян (230. Р. 38). Проводились также мероприятия по укреплению обороноспособности го- родов(115.Р. 334;416. S. 84). 144
ГЛАВА IV. Кампания 76 г. 1. Начало кампании Помпей перешел Пиренеи либо до конца 77 г. (54. С.27; 130. S.210; 426. S.98 442. Р.85; 185. Р.44), либо весной 76 г. (337. Р. 67; 270. Р.145,370; 243. S.51), но и в том, и в другом случае столкновение главных сил произошло в 76 г. Еще на подходе к Пиренеям Помпей должен был озаботиться поддерж- кой потенциальных союзников (243. S.51), а прибыв на полуостров, быстро заручился симпатиями прибрежных племен Каталонии (индикетов и лаце- 1 анов) и закрепился на их территории (Sall. 2.98.5; 426. S. 98-99). Потенци- ально усилить его положение могло то, что общины некоторых племен на предстоящем театре военных действий (васконов, беронов, илергетов, ла- । цетанов, авзетанов, эдетанов) были клиентами видных римских фамилий, в том числе и самого Помпея (388. Р.323; 214. Р. 109-110). В источниках отсутствуют упоминания о детальных планах Помпея, ('ертория или других полководцев. Это не удивительно: полководец ред- ко или по крайней мере не всегда точно намечает заранее, что именно он хочет завоевать, и обычно ставит это в зависимость от развития кам- пании (29. Т.З. С. 12). Но сам ход событий позволяет сделать предполо- жение об общих планах противников. Основные военные действия в Испании Ближней в этом году ограничи- вались восточным побережьем вдоль важнейшей стратегической дороги, гем районом, где обычно и разворачивались в Испании подобного рода кампании (426. S.87,90,100). План Помпея, очевидно, состоял в том, что- бы захватить это побережье, в том числе и базу Сертория в Диании (130. S.212; 360. Р. 107), и создать здесь опорный пункт для дальнейшего на- ступления на вражеские территории. Самым разумным для сенатских пол- ководцев было отрезать серторианцев от побережья и оттеснить их в глубь । юлуострова, чтобы они не могли совершить поход в Италию. Одного это- го было достаточно для похода Помпея на Левант. Без захвата восточного побережья серторианцы не могли быть побеждены в Испании: потеряв романизированные области, Серторий лишился бы основы своего могу- щества, основы господства проримских сил в лагере восставших. Поте- ряв восточное побережье, серторианцы утратили бы связи с любыми со- юзниками вне Испании. Без захвата средиземноморских областей полу- острова их не только нельзя было бы разбить, но они оставались угрозой для режима в Италии. Дополнительным стимулом для наступления Пом- пея вдоль побережья являлось то, что важнейший опорный пункт после- днего - Н.Карфаген - был в руках правительственных сил. 145
Начало кампании 76 г. довольно хорошо известно, благодаря уже неоднократно упоминавшемуся фрагменту 91-й книги Ливия. Весной этого года армия под командованием Сертория выступила из зимне- го лагеря у Castra Aelia и двинулась вверх по течению по правому бере- гу Эбро. Целью похода было стремление обеспечить на всем протяжении реки оборонительную линию в ожидании неизбежного наступления войск Помпея на юг. Армия пересекла союзные и вступила во враждебные об- ласти Бурсао (Борха), Каскантум (Касканте), Гракхурис - возле Альфа- ро в Риохе (228. Р. 406), опустошив их. Враждебны к серторианцам были племена беронов и автригонов. В прошлом году они послали свою конницу к Контребии и она часто совершала нападения на осаждавших. Эти племена также отправили послов к Помпею, умоляя его о помощи, направили ему проводников и пытались склонить к отпадению от восстания ареваков (Liv. 91; 426. S. 95). Причины подобного поведения населения этих районов, как и дру- гих, боровшихся против серторианцев общин, неизвестны. На действия беронов могло повлиять то, что они были клиентами ряда видных ита- лийских фамилий, в том числе и самого Помпея (388. Р.323). К тому же отношения между соседними общинами часто были настолько враждеб- ными (420. S. 198-199; 205. Р. 19-35), что некоторые из них должны были становиться противниками Сертория только потому, что он стал союз- ником их соседей. Некоторые из племен (например, аллотриги) только в связи с этими событиями впервые вступили в соприкосновение с Ри- мом (403. Р. 289), и столкновение с серторианцами для них было борь- бой за независимость. Поэтому вовсе не обязательно, что эти общины субъективно были сторонниками римского правительства, хотя объек- тивно они ими стали. Серторианская армия прошла через эти территории, не покорив их, воз- можно, потому, что встретила значительное сопротивление (хотя источни- ки ничего об этом прямо не сообщают), а на ведение серьезных военных действий времени уже не было. Поэтому Серторий и ограничился опусто- шением территории, в результате чего она, видимо, стала непригодной для возможного использования противником (Liv.91). Затем Серторий подошел к союзному городу Калагуррис Назика (Кала- хорра). Был построен мост, по которому армия переправилась через про- текающую здесь реку, после чего был разбит лагерь. На следующий день Серторий послал квестора М. Мария (сенатора, прибывшего в Испанию с Перперной, родственника Г. Мария, в дальнейшем посланного Серто- рием к Митридату) через северную горную цепь Кельтиберийского плос- 146
когорья к союзным племенам аревакам и пелендонам для набора там во- инов и сбора продовольствия, которое приказал доставить в Контребию Левкаду, находившуюся где-то на верхнем течении Дуэро, поблизости от района Нуманции. 11рефект конницы Л. Инстей был направлен к вакцеям для дополнитель- ного набора конницы. Затем, пройдя через земли васконов, армия Серто- рия стала лагерем в области беронов. На другой день командующий высту- пил во главе всадников на разведку, приказав пехоте двинуться следом, построившись квадратным строем. Войско направилось к сильнейшему । ороду беронов Варейе, находившемуся у современного Логроньо. К горо- ду подошли ночью, но внезапного нападения не получилось: заранее под- । отовившиеся к отпору жители, собрав всадников со всего своего племени и племени автригонов, напали на противника. На этом заканчивается под- робное последовательное изложение событий, и дальше приходится снова прибегать к их реконструкции (Liv.91; 426. S.95-96, п.462- 464). Обстоятельства и последствия столкновения Сертория с беронами и авт- ригонами неизвестны. Но учитывая, что бероны славились как воины (их набирали в личную охрану полководцев - b. Alex. 53), он, возможно, встретил здесь неожиданно сильное сопротивление, и это явилось причи- ной того, что он не смог достаточно быстро прибыть на восточное побе- режье для отражения наступления Помпея и оказать эффективную по- мощь своим войскам в этом районе. О каких-либо враждебных действиях во время прохождения войск через территорию васконов Ливий не сообщает (Liv. 91). Из чего следует, что и это племя было на стороне Сертория. Доказательством этого служит и го, что Калагуррис, город васконов (Strabo 3.4.10), именуется Ливием союзным Серторию городом (Liv. 91). Имеющаяся точка зрения, согласно которой васконы держали строгий нейтралитет до зимы 75 г. и, таким об- разом, и в этом году были нейтральны, ничем не аргументирована (388. Р.324) и не может быть принята. К. Конрад (295. Р. 186) считает, что детальное сообщение Ливия о враж- дебности Серторию большого числа народов Северной Испании означает, что эта операция заняла значительное время: приблизительно от марта- апреля до июня- июля. На самом деле фрагмент Ливия показывает, что не было враждебности большого числа народов: он сообщает только о враж- дебности беронов и автригонов. Последние были незначительным племе- нем, даже по сравнению с беронами. Расположение враждующих армий накануне столкновения главных сил, но А. Шультену, было следующим. 20 000 человек во главе с самим Серто- 147
рием находились в верховьях Эбро, собираясь направиться, в зависимо- сти от обстоятельств, или на Помпея, или на Метелла. Последний нахо- дился в Кордубе, ему противостояла армия Гиртулея в Лузитании. Ар- мия Помпея находилась в Каталонии. Ей противостояла находившаяся южнее Эбро армия Перперны: 20 000 пехоты и 1500 всадников. Южнее ее располагались 20000 воинов Геренния (возможно, народного трибуна либо 88 г., либо 80 г. - 453. S. 26,231,259). План Сертория состоял в том, чтобы выжидать, как будут развиваться события на восточном побере- жье, и действовать в зависимости от них. Получилось именно так, как он предполагал. Его стратегический план, вероятно, был приурочен к осо- бенностям географического положения театра военных действий, ибо просторное нуманцийское плоскогорье является как бы природной кре- постью, из которой можно наносить удары по всем направлениям. На- ходясь у Варейи, он располагался в начале дороги Варейя - Нуманция, которая могла за несколько дней привести его армию на кельтиберийс- кое плоскогорье и на место сбора войска в Контребию Левкаду, а отсю- да он мог уже свободно обратиться против любой из главных вражеских армий (426. S. 85,96,99-100). Эта картина воспринята другими авторами, но некоторые ее детали от- вергнуты Ф.Спанном. Он считает, что весной 76 г. Метелл, возможно, на- ходился в Лузитании, а Помпей ко времени первых операций Сертория в 76 г. на среднем и верхнем Ибере уже перешел Эбро и действовал в Илер- кавонии, нападая на села и города восточного побережья, чтобы обеспе- чить таким образом свои коммуникации с Галлией. Сообщение Саллюстия о зимовке Метелла в Кордубе, приуроченное согласно распространенной точке зрения к зиме 77/76 гг., на котором и базируется представление о нахождении войск Метелла к началу 76 г., относится, по его мнению, вероятно к зиме 76/75 гг., так как Ливий пишет, что весной 76 г. Метелл был в Лузитании (442. Р. 91 -93,198, п. 2). З.М. Кунина считает, что армия Метелла находилась в Лузитании, как и армия Гиртулея (44. С. 126). Ф. Спанн не согласен с утверждением П. Беньковского, поддержанного А. Шультеном, о том, что Помпей перешел Эбро в 76 г. (130. S. 213; 426. S. 100, п. 485; 417. Р. 193). По его мнению, их ссылка на сообщение Фронтина (1.4.8) неверна, ибо замечание Ливия о том, что Перперна вынужден был действовать среди илеркавонов, чтобы защищать еа quae Integra adhuc ab hoste sint (Liv. 91), показывает, что Помпей уже действовал, перейдя через Эбро (442. Р. 199,п. 12). Относительно нахождения армии Метелла в начале 76 г. в связи с данны- ми Ливия следует заметить, что Ф.Спанн не случайно проявляет осторож- 148
ность в своем утверждении, ибо у Ливия говорится следующее: Серторий, намечая план войны, выбрал позицию, которая позволяла в зависимости от развития ситуации принять решение, против какого врага он может на- правиться: на побережье моря, чтобы оградить от Помпея союзные об- чисти илеркавонов и контестанов, или к Метеллу и Лузитании (Liv. 91). Таким образом, Сертория волновали возможные неблагоприятные для него события, которые он ждал: 1) со стороны Помпея, 2) со стороны Метелла, 1) со стороны Лузитании. Серторий ушел со ставшего вскоре решающим театра военных действий и увел с собой целую армию, двинув ее в противоположном направлении. ) то значит, что он не предполагал столь неблагоприятного развития собы- тий, и угроза наступления Помпея рассматривалась как гипотетичная, как и угроза в Дальней провинции со стороны Метелла и угроза в Лузитании. Ливий не сообщает, что Метелл был в Лузитании и что он собирался на- пасть на эту область. Он указывает, что Серторий опасался, в принципе, возможного неприятного для себя развития событий в этом регионе. Не- случайно А. Шультен, опираясь на то же сообщение Ливия, пишет, что (’ерторий, прибыв в Контребию, собирался подождать развития событий, чтобы решить, куда направить свою армию: на восточное побережье про- тив Помпея или в Лузитанию против Метелла, но при этом утверждает, что к началу 76 г. Метелл находился не в Лузитании (426. S.96,99). В упомянутом фрагменте Фронтона говорится о переправе Помпея че- рез реку, но не сообщается, о какой именно реке идет речь, в какой стране происходила переправа и в какое время она имела место (Front. 1.4. 8). Поэтому Ф. Спанн прав, утверждая, что это не свидетельство переправы I (омпея через Эбро в 76 г. Но и из сообщения Ливия тоже не следуют те выводы, о которых пишет Ф. Спанн. Слова Ливия о том, что Перперна был । юставлен в приморском регионе оберегать то, что не было еще затронуто врагом, означают именно это и больше ничего. Данный пассаж мог вполне о сноситься к следующим обстоятельствам: Помпей занял побережье меж- ду Пиренеями и Ибером, а Перперна должен был защищать оставшуюся часть восточного побережья Испании, в том числе и со стороны моря, то есть те области побережья, которые еще не были атакованы врагом (Liv. 91). Из этого совершенно не следует, что Помпей уже перешел в область илеркавонов, но только то, что его нападения ожидали, и об этом прямо । оворится в том же фрагменте. Естественно, вряд ли кто-нибудь предпола- । ал, что Помпей вечно будет находиться на левом берегу Ибера - должен же Ьыл он когда-нибудь заняться тем, для чего прибыл в Испанию, и логичнее было предположить, что он начнет действовать с началом новой кампании. 149
Если допустить, что армия Помпея к началу кампании 76 г. уже перешла Эбро, то тогда становится непонятным смысл операций Сертория в начале этой кампании: он ушел сам с решающего участка, увел свою армию - это было самоубийственное решение. Но если между войсками Помпея, с од- ной стороны, и армиями Перперны и Геренния - с другой, находилась боль- шая водная преграда (Ибер), особенно труднодоступная именно в это время года (426. S. 100), то тогда положение выглядит совершенно иначе. А.Шуль- тен совершенно прав, утверждая, что Серторий должен был обеспечить при- крытие линии Эбро (426. S. 95). В этой ситуации необходимо было закрыть единственную брешь, благодаря которой Помпей мог легко переправиться через реку: не подчинявшиеся серторианцам районы на верхнем Эбро. По- этому уход Сертория от морского побережья был логичен: он брал на себя выполнение самой ответственной задачи. Т. Моммзен считал, что у Серто- рия был недостаток конницы (54. Т.З. С.32), а С.И. Ковалев - что в армии Сертория она почти отсутствовала (30. С. 402). Но 8000 всадников на 60 000 пехоты свидетельствуют скорее об обратном. Армию Помпея определяют в 30 000 пехоты и 1000 конницы (Oros. 5. 23; 154. Р. 471; 312. Р. 44), но это легионеры-италийцы (154. Р. 471). Консульская армия должна была иметь вспомогательные войска, и обыч- но их число было очень значительно. Даже если после перехода на сторо- ну Помпея населения некоторых областей Испании он не сформировал из своих новых союзников какие-то воинские контингенты, что само по себе маловероятно, Помпей не мог не получить какие-то вспомогатель- ные части до прихода в Испанию. Во время кампании 76 г. на восточ- ном побережье и силы Помпея были более значительны, а армия Серто- рия менее многочисленна, чем принято считать. 2. Лавров Военные действия должны были начаться в начале весны (Liv. 91). Пом- пей форсировал Эбро, сломил сопротивление армий Перперны и Геренния и пошел по направлению к городу Лаврону. Здесь и развернулись основ- ные события кампании 76 г. в Ближней Испании. Самые ранние определения местонахождения этого города, относящие- ся к XVIII в., помещают его в следующих местах: либо Liria (219. Р. 121), либо Llauri (441. Р. 604) в провинции Валенсия. Позднее его иногда поме- щали в Бетике, в современной провинции Малага (335. Р. 219; 114. Р. 157), или в Эдетании (114. Р. 208), иногда на каталонском побережье, но глав- ным образом в различных пунктах Валенсийской равнины (335. Р. 218-219; 441. Р. 604, 608; 297. Р. 156-159, 295. Р.184; 114. Р.208; 54. Т.З. С.28; 150
?09. Р.263; 447. Р. 67-68). А. Шультен считает, что Лаврон находился между Сагунтом и Валенцией, на довольно высоком холме, на значи- । сльном удалении от моря и был крупным центром левантийского по- Ьережья. Одним из аргументов является сообщение Орозия (5. 23) о |ом, что Помпей, стянув армию у Палланции, начал операции у Лав- рова, а Птолемей (Geogr. 2. 6.15) упоминает небольшую реку Pallantia на восточном побережье Испании, следовательно, Орозий пишет о реке, протекающей через Валенсийскую равнину (426. S. 89-90,101). Ф. Спанн утверждает, что Лаврон, о котором идет речь, находился не на восточном побережье, а у города Палланции (Паленсия) в области север- ных вакцеев. Его аргументы следующие. Орозий сообщает, что Помпей, стянув армию у Палланции, начал операции у Лаврова (Oros. 5.23), следо- вательно, Лаврон был где-то рядом. Ф. Спанн предполагает, что реки Пал- ианция на Валенсийской равнине в древности могло не быть. Характер упот- ребления названия (apud Pallantiam) показывает, что это город, а не река, ибо в сочинениях древних авторов (в том числе Орозия), путеводителях и надписях реки, даже очень известные, редко упоминаются без специальных слов, обозначающих реку. При этом сам автор признает, что были и проти- воположные случаи употребления названий рек, в том числе и у Орозия. ()розий не стал бы упоминать для идентификации Лаврона малозначитель- ную реку, ибо обычно для этого указывали знаменитые города, как это делал, например, Аппиан. Расстояние от Пиренеев до Паленсии 320 км или 215 римских миль. Помпей мог совершать большие, чем обычно, дневные переходы, оставив часть армии в пути, как это сделал Цезарь в 45 г. в южной Испании. К. Нойманн (С. Neumann. A Note on Alexander March Rales // Historia. 1971. 20.P. 197) считает возможным марш 46-54 мили в день на примере Сципиона в Испании между Эбро и Н. Карфагеном, на местности, равной по трудности маршу по долине Эбро в район Паллан- ции. Поэтому Помпей мог достаточно быстро пройти этот путь. Депорта- । (ия Серторием населения Лаврона в Лузитанию, о которой сообщает Оро- шй (Oros. 5.23), была более вероятна, если город находился не на восточ- ном побережье Испании, а у вакцеев. Большой фрагмент 91-й книги Ливия об операциях Сертория на среднем Эбро свидетельствует, что он и Помпей в предыдущих боях (осень 77 - весна 76 гг.) сражались около Палланции вакцеев: Ливий пишет, что Серторий пошел против беронов и автригонов, гак как они «пока Серторий осаждал города Кельтиберии посылали зимой послов к Помпею». Эти народы посылали людей показать дорогу римской армии (Liv.91). Автригоны и бероны занимали территорию соответственно । ia севере и юге современной провинции Логроньо, на верхнем Эбро, около 151
200 км от современной Паленсии. События фрагмента обычно датируют концом 77 г. (посылка проводников и призыв к Помпею беронов и автриго- нов) и началом 76 г. (поход Сертория против этих племен). К. Конрад отно- сит столкновение у Лаврона к 77 г. Ясно, что люди из этих племен посыла- лись за помощью и для показа дороги не для действий вокруг Сагунта и Валенсии и римская армия была по соседству с их собственной территори- ей, довольно близко от людей тех племен, которые знали пути и которым римляне были способны оказать помощь. К. Конрад считает, что проводни- ки должны были показать пути не через Пиренеи, которые римляне узнали за 150 лет, а через плоскогорье и верхнюю часть долины Эбро (295.Р. 184), но римляне также давно знали дорогу и по этим территориям (со времен Гракха, 177 г.). Проводники больше использовались на их собственной территории. К. Конрад, наверное, прав, предположив на основе этого фраг- мента Ливия, что Помпей в 77/76 г. сражался в зимней кампании в долине Эбро (295. Р. 186). Действительно, очень вероятно, что Помпей зимовал в верхней части долины Эбро, особенно если Лаврон был в районе Паллан- ции. Если допустить, что Лаврон взят осенью 77 г., то возможна следующая реконструкция событий. Отвоевав вскоре после пересечения Пиренеев в 77 г. восточное побере- жье до дельты Эбро, поздним летом или осенью он двинулся с армией вверх по долине Эбро, к сердцу недавно приобретенных Серторием союзников подстрекать мятеж среди «многих городов, которые были подвластны Сер- торию», но теперь «обратили свой взор к Помпею и собирались изменить их союзнику» (Plut. Sert. 18). Лаврон apud Palantia был, видимо, одним из этих городов. После (или до) того, как потерпела неудачу попытка освобожде- ния Лаврона, Помпей бросил тыловую защиту восточного побережья (см. Ливий 91: cum mare..commeatus venturos), двинулся вверх по долине Эбро и зимовал «среди свирепейших врагов» (Sall. 2. 98.5), то есть среди городов и племен, союзных Серторию. Испытывая здесь затруднения, Пом- пей отступил в страну своих друзей автригонов и беронов. Конечно, нельзя предположить, что разгром у Лаврона осенью 77 г. был на восточном побе- режье (441. Р. 603-611). С аргументами Ф. Спанна нельзя согласиться по следующим причинам. Специальные работы по скорости движения римских войск дают более скромные цифры чем те, которые использует Ф. Спанн: 27, более 27, но обычно - 30 км в день (448. S.24-31). Помпей должен был совершать марш- бросок в принципиально иных условиях, чем совершили свои стремитель- ные переходы Сципион (Polyb. 10.7-9) и Цезарь (b. h. 2-3), через области, которые не просто были дружественны Серторию, но являлись его опорой 152
н базой (213. Р.192,193). Эти области отделяли территории по верхнему )бро от уже захваченного Помпеем каталонского побережья. Сципион на пути к Н. Карфагену двигался вдоль морского побережья, пользуясь под- держкой римского флота. Помпей при походе в глубь Пиренейского полу- ос грова был лишен этой возможности. Если топографические условия до- лины Эбро и можно как-то приравнять к левантийской прибрежной равни- не, при дальнейшем наступлении армии Помпея в область Палланции ей пришлось бы проходить уже через горный район, что не могло не сковы- вать ее движение. Вероны и автригоны воевали с серторианцами, и они, естественно, долж- ны были обратиться за помощью к врагам последних, в первую очередь к проконсулу Ближней Испании Помпею. Разумеется, при этом ему должны были быть обещаны проводники. Но из сообщения Ливия никак не следует, что Помпей в это время находился близко от их территорий. Наоборот, в п ом фрагменте говорится, что он угрожал серторианцам в приморском ре- । ионе (Liv. 91). Проводники нужны были Помпею не только во время самих боевых действий на территории этих племен, но и на стадии планирования операций. Поэтому даже сам факт их прибытия к Помпею не свидетельству- ет о том, что его армия находилась возле территорий беронов и автригонов. Если допустить, что после Лаврона Помпей отступил в страну своих дру- зей автригонов и беронов, то тогда в начале кампании следующего года (’ерторий, напав на них, должен был сражаться с Помпеем в районе их про- живания, но это столкновение произошло на восточном побережье (Арр. Ь. с. 1. 109-110; Pint. Sert. 18-19; Pomp. 18-19). По гипотезе Ф. Спанна получается, что первая кампания Помпея в Испа- нии проходила следующим образом. Его армия перешла через перевал Пер- гюс, прошла по каталонскому побережью до Баркино, легко подчинив мес- тное население. Шоссированная дорога Баркино-Илерда была к этому вре- мени уже продлена до Оски (411. Р. 100), поэтому он прошел к Илерде, от 11ее либо к Оске (столице или по крайней мере одному из важнейших опор- ных пунктов серторианцев), либо (если он покинул дорогу и пошел не по шоссированному пути) сразу к Иберу, затем по долине этой реки до ее вер- ховьев и оттуда к Палланции. Но сам характер кампании, как уже указыва- лось, требовал наступления на восточное побережье. Поход же в область, изолированную верными союзниками Сертория от контролируемых римс- ким правительством территорий, выглядит бессмысленным и гораздо более безумным, чем поход Помпея к Палланции в 74 г., окончившийся тяжелым । юражением, хотя тогда сулланцы уже контролировали средиземноморское побережье, южную и центральную Испанию. 153
Если бы Лаврон был в районе Палланции, недалеко от верхнего Эбро, где находился Серторий, то Серторий не просто опередил бы в походе к нему шедшую из Каталонии армию Помпея (судя по описанию Плутарха, он едва опередил ее - Plut. Sert. 18), но вообще не было бы смысла Помпею и пытаться опередить Сертория, двигаясь из Каталонии. Даже если Лаврон был у вакцеев, то и в этом случае для депортации его жителей в Лузитанию расстояние было слишком велико, ибо северная Лу- зитания еще не была под контролем серторианцев, а в остальные ее регио- ны путь от района Палланции был так долог и труден, что вряд ли была в этом вопросе принципиальная разница по сравнению с Валенсийской рав- ниной. К тому же Ф. Спанн сам указывал, что продажа лавронцев в раб- ство в Лузитанию не имела смысла - их могли продать на месте, и поэтому если и имела место депортация, то только руководителей антисерторианс- кой партии города (442. Р. 94). В этом случае разница в расстоянии тем более не имела принципиального значения. Действительно, для того, чтобы ориентировать читателя своего труда, Орозий должен был называть очень известный пункт, который точно долж- ны были знать его читатели. Палланция была наиболее знаменитым, наря- ду с Нуманцией, городом центральной Испании (Mela 2.6.1), поэтому ее упоминание в подобном случае вполне оправдано, чего нельзя сказать об упоминании мало известной реки. Но упоминание этого города в данной ситуации также не означает, что Лаврон находился в непосредственной близости от Палланции. Орозий пишет, что Помпей, стянув войска у Пал- ланции, напал на Лаврон. Это означает, что Палланция во время лавронс- кой кампании была его базой. Все, что известно о роли Палланции вакцеев в Серторианской войне, делает это предположение настолько абсурдным, что следует признать, что либо Орозий писал не о городе вакцеев, либо упоминание Палланции вакцеев не имеет никакого отношение к событиям у Лаврона, а относится к какому-то иному эпизоду войны, не обязательно имевшему место там, где поместил его Орозий. Орозий использовал очень подробные источники по Серторианской вой- не, например, Гальбу и Ливия (Oros. 5.23; 319. Р. 189,190,209), но его опи- сание событий представляет собой только краткий абрис, целью которого является создание общей картины войны и в ней не всегда присутствует строгая последовательность в изложении действий (об этом ниже). Поэто- му само по себе упоминание у Орозия событий у Палланции до событий у Лаврона не свидетельствует о том, что они тесно связаны друг с другом. В древней Испании, возможно, имелась не только река Pallantia (420. S. 316; 114. Р.257), но и город Palantia (Pallantia), также на Валенсийской 154
равнине (114. Р. 257-258). Следовательно, у Орозия мог упоминаться этот । ород, а не река. J 1аврон не мог быть в Каталонии, ибо тогда непонятно, как мог Серторий оставить с главными силами фронт против Помпея и уйти от него на верх- нее Эбро: он направился в прямо противоположную сторону, и его дей- с гвия имели смысл только в том случае, если он хотел обеспечить линию ’ )6ро, основу стратегической позиции серторианцев в это время (213. Р. 192). Валенсийская равнина была обычным в испанской истории местом круп- ных столкновений между продвигающимся с севера неприятелем и пре- пятствующим ему проникнуть на юг противником. Представляющее со- бой узкую полосу левантийское побережье лишь от Ампуриас имеет ши- рокую равнину. Возле самой Валенсии она образует как бы раковину, огра- ниченную горами и морем. Длина ее 100, ширина - 30 км, площадь около 2200 кв. км. Равнина обладала плодороднейшей почвой, уже в древности была густо заселена и представляла собой сплошную обработанную тер- риторию. На ней протекает много довольно больших рек, образующих тысячи ответвлений, используемых как оросительные каналы. К ним до- бавлялись многочисленные ирригационные сооружения (426. S. 87-90). Эти природные особенности, несмотря на абсолютно ровную поверхность рав- нины (426. S. 88), должны были препятствовать ведению по-римски тради- । щонно «правильной» войны с использованием ударной силы больших масс । яжеловооруженной пехоты и, наоборот, способствовать применению партизанской тактики. Они должны были создать трудности для продви- жения войск Помпея в глубь долины, облегчить сопротивление армиям 11срперны и Геренния, дать им возможность задержать его на довольно длительный срок. Поэтому прав Ф. Спанн, считающий, что армии Помпея было оказано серьезное сопротивление и деятельность Перперны была не безрезультатна (442. Р. 94, ср. 426. S. 100-101). Обстоятельства этого со- противления неизвестны, и предположение А. Шультена о сражении меж- ду войсками Перперны и Помпея в 76 г. на южном берегу Турии ни на каких аргументах не основано (426. S. 89). Сципион в 209 г. сумел пройти от Ибера до Нового Карфагена за 6-7 дней, и хотя это был форсированный рейд, вряд ли стоит предполагать, что 11омпей двигался многократно медленнее. Серторий должен был поста- раться свернуть свои операции на Эбро сразу, как только получил досто- верную информацию о начале действий Помпея, однако он настиг его только у Лаврона. Получив сообщение об успешном наступлении Помпея, Серторий по- спешил на восточное побережье. Его армия должна была двигаться по 155
дороге Варейя - Нуманция, затем на Халон по дороге Нуманция - Бильби- лис, от Бильбилиса через Контребию вверх по Хилоке и далее вниз доли- ной реки Турин (Гвадалавир) на Валенсию. Как бы стремительно Помпей не двигался, нельзя забывать, что его 5-6 легионов должны были быть обременены большим обозом (257. Р. 156) и они встретили сопротивление противника. Это означает, что Серторий со своей армией не сумел при- быть достаточно быстро, чтобы воспрепятствовать этим успехам. Так как он мог пройти путь до Лаврона за 10-15 дней, то, с учетом сопротивления войск серторианцев, непонятно, почему он прибыл так поздно и позволил противнику добиться столь крупной победы. Наиболее вероятное объяс- нение - его задержало упорное сопротивление городов на Эбро, не позво- лившее Серторию быстро свернуть здесь свои операции. Лаврон изменил Серторию, и Помпей направился к нему, чтобы зак- репить свое успешное наступление. Он должен был двигаться по шос- сированной уже в 150 г. дороге, которая шла из Галлии через перевал Пертюс вдоль восточного побережья до Валенции и далее в долину Гва- далквивира. По ней его армия дошла до реки Палланция и здесь вынуж- дена была остановиться, так как стало известно, что армия Сертория уже осадила Лаврон. Палланция - самая маленькая из 3 больших рек, протекающих через Валенсийскую равнину, ныне Паленсия (426. S. 89- 90; 442. Р. 200,п.20). Не сумев вначале воспрепятствовать наступлению Помпея, Серторий быстро принял меры для разгрома противника. Он подошел к Лаврону раньше Помпея и осадил город, но вскоре явился Помпей и блокировал осаждающих. Он уже торжествовал победу и отправил хвастливое по- слание горожанам. Серторий, предвидя развитие событий, расположил заранее в тылу у Помпея засаду: 6000 тяжеловооруженных воинов были спрятаны в укрепленном лагере, недавно покинутом серторианцами. Они внезапно обнаружили свое присутствие и этим парализовали намечав- шуюся атаку войск Помпея. Воины последнего, видимо, не смогли их обнаружить заранее из-за того, что только недавно прибыли к Лаврону и не успели еще обследовать местность, а их полководец сразу решил про- вести операцию по деблокаде города. На это, вероятно, и намекал Серто- рий, заявив, что он научит этого ученика Суллы тому, что полководец должен чаще смотреть назад, чем вперед (Plut. Sert. 18; Pomp. 18). Этим маневром армия Помпея была поставлена в безвыходное положе- ние: уйти сразу значило «потерять лицо» в самом начале кампании, а это в условиях намечавшегося перехода на его сторону многих союзников Сер- тория (Plut. Sert. 18) могло иметь самые серьезные последствия; остаться - 156
в конкретной ситуации шансов на успех было немного. Все же Помпей решил остаться, но добился этим только еще большего позора. Он не смог оказать Л аврону никакой помощи и город капитулировал, был разграблен, разрушен, его жители, по сообщению Орозия, были угнаны в Лузитанию, по данным Плутарха - отпущены на свободу (Oros. 5.23; Plut. Sert. 18; Pomp. 18). С уверенностью утверждать, что они были обращены в рабство, как это делает Ф.Марко Симон (326. Р. 175-176), вряд ли возможно. Или до или после взятия Лаврона состоялось единственное крупное стол- кновение кампании 76 г. между серторианцами и войсками Помпея. В окрестностях Лаврона было только два района, где противники могли добывать провиант: первый вблизи города, второй - подальше, восточнее расположения армий враждующих сторон. Легковооруженные пехотинцы серторианской армии часто нападали на ближний район, а дальний Серто- рий запретил трогать, и в конце концов у командования противника созда- лась иллюзия, что этот район совершенно безопасен. Когда же наконец Серторий получил сообщение, что его старания увенчались успехом и боль- шой вражеский отряд двинулся по направлению ко второму району, он под- готовил ему засаду. Ночью в расположенное на пути помпеянцев лесистое дефиле выдвинулся сильный отряд: 10 когорт тяжеловооруженных по-рим- ски воинов и 10 легковооруженных на испанский манер когорт во главе с Октавием Грецином. Первых иногда именуют вооруженными по-римски туземцами (426. S. 102; 340. Р.227), хотя в источниках так их не называют: они лишь противопоставляются другому отряду, иначе вооруженному; это могли быть туземцы, но могли быть и римляне. Другим отрядом из 2000 всадников командовал Тарквиций Приск, видимо, один из сенаторов, уча- ствовавших в движении Лепида и игравший видную роль в серторианском движении (442. Р. 171). Засада была разделена на 3 линии: первую образо- вывала легковооруженная пехота, вторую - тяжеловооруженная, третью составляли всадники, они были отведены дальше всех, чтобы лошади сво- им шумом не выдали их присутствия. Всем было приказано отдыхать до 3 часов дня (9 часов по современной системе исчисления времени). Высланный на фуражировку большой отряд Помпея не заметил засаду и, уверившись в полной безопасности, не соблюдая элементарных мер пре- досторожности (даже часовые покинули свои посты), нагрузился припаса- ми и стал от этого малоподвижным. Именно в это время разбредшихся в разные стороны и совершенно не ожидавших нападения солдат атакова- ли легковооруженные пехотинцы, многих ранили и убили. Затем, раньше, чем командиры помпеянцев смогли организовать сопротивление, на них набросилась тяжелая пехота и опрокинула пытавшихся сопротивляться 157
врагов. Уничтожение отряда фуражиров довершила конница, атаковав- шая уже бегущего противника и преследовавшая его на дороге в лагерь. В атаке приняли участие только 1750 всадников, остальные 250 сумели коротким путем быстро добраться до лагеря Помпея и встре- тили первые ряды беглецов. На помощь Помпей послал целый легион во главе с одним из своих ближайших помощников Д. Лелием. Но и его постигла полная неудача. Конница противника, не приняв фронталь- ного столкновения, сначала отступила, затем обошла легион Лелия и напала на него с тыла. Одновременно с фронта его атаковали и ос- тальные подразделения засадного отряда. В результате весь легион погиб вместе со своим командиром. Когда Помпей вывел уже всю свою армию, Серторий выстроил все свое войско на господствующей над равниной возвышенностью. В результате Помпей, осознав невыгод- ность своего положения, снова вынужден был отказаться от активных действий. Его армия за этот день потеряла 10 000 человек, много зна- мен и весь гужевой парк (Front. 2. 5.31; Sall. 2. 29-31; Арр. b.c. 1.109). Следует отметить продемонстрированную в этом бою серторианской армией хорошую дисциплину и профессиональную выучку, без которых вся эта операция, особенно столь четкие, согласованные действия различ- ных отрядов, была бы невозможна. Разгром был ошеломляющий, ибо потеря трети армии равняется ре- зультатам полного поражения (28. С.29). При этом оно было итогом не открытого фронтального столкновения, а серии искусных маневров, по- зволявших свести до минимума потери среди победителей. На самом деле армия Помпея уменьшилась за кампанию 75 г. еще больше: она должна была понести потери в предыдущих столкновениях, а также от болезней; последние римским войскам в эту эпоху причиняли обычно урон в 3 % от общего состава армии за кампанию (257. Р.209). К этому следует доба- вить неизбежно очень большие потери во время переходов, особенно в пехоте, хотя в значительной мере временные (о подобных явлениях см. 29. Т. 1. С.389-392). Они должны были быть особенно велики, ибо про- движение армии Помпея до Лаврона явно носило характер марш-броска. Но отсутствие разгрома войск Помпея в открытом полевом сражении, должно было привести к сохранению его солдатами боевого духа (28. С.29), что позволило быстро возобновить активные военные действия. Разумеется, небоевые потери имелись и у противоположной стороны (ар- мия Сертория должна была прибыть к Л аврону форсированным маршем), но она могла их гораздо легче восполнять как за счет новых воинов, так и за счет больных и отставших, ибо действовала на дружественной территории. 158
Вскоре после поражения армия Помпея отступила, фактически бежала ни север за Эбро (Oros. 5.23). Это произошло где-то в конце июля (426. S 103, п.501). Так как легионер имел запасы зерна на 15-17 дней (449. S 17; 257. Р. 191), а Помпей с самого начала оказался фактически в состоя- нии блокады, и у него явно не было возможности для значительного по- полнения продовольственных запасов (чем отчасти и объясняется, почему ci о армия попала в ловушку при фуражировке), то его отступление частич- но связано именно с недостатком припасов, а все боевые действия на Ва- иснсийской равнине едва ли длились значительно больше 15-17 дней. Это обстоятельство является еще одним аргументом в пользу длительности боевых действий Помпея против Перперны и Геренния. При традиционной картине кампании 76 г. поражение Помпея выгля- дит столь сильным, что Ф. Спанн совершенно прав, когда удивляется, как он мог избежать полного разгрома: Помпей был на вражеской террито- рии, и Серторий, располагая более сильной и к тому же более мобильной армией, спокойно мог отрезать ему отступление на север, а потом окру- жить или победить в прямом бою. Причиной отсутствия подобного развития событий Ф. Спанн считает монументальную стратегическую слепоту Сертория и попытку его в это время заключить с Помпеем союз (442. Р. 97-98). Но о последнем событии нет никаких сведений в источниках, и Ф. Спанн аргументирует свои поло- жения исключительно тем, что не видит иного объяснения странному по- ведению Сертория. По мнению Б. Каца, Серторий не хотел ожесточать се- нат уничтожением его армии (284. S. 56). А.В. Короленков, справедливо критикуя эти представления, считает, что Серторий просто проявил излиш- нюю осторожность, не довершив разгром врага и довольствуясь достигну- тым успехом (38. С. 162). Но, видимо, все же не следует искать сложных объяснений простым со- бытиям, тем более, если в источниках нет даже намека, на который можно было бы опереться, относящегося к этому времени и подтверждающего эту версию. И следует предположить, что Серторий не смог уничтожить Помпея потому, что не в состоянии был это сделать в связи с объективно сложившейся ситуацией: армия последнего была больше, чем принято счи- тать, она сохранила боевой дух и боеспособность, и без огромных усилий и потерь уничтожить ее было невозможно. Серторий же не мог в это время позволить себе ни того, ни другого. Он вынужден был сосредоточить вни- мание и главные свои силы на попытке исправить последствия катастро- фического для него развития событий на юге. К тому же армия Сертория должна была прибыть к Лаврону форсированным маршем, а как раз во 159
время переходов войска, не имевшие механических транспортных средств, несли наибольшие потери, хотя иногда и временные (29. Т.1. С. 389-392). Плутарх сообщает, что после перехода Помпея в Испанию некоторые народы изменили Серторию и стали переходить на сторону Помпея (Plut. Pomp. 18). Так как в это время под контроль Помпея перешли только терри- тории лацетанов и индигетов (Sall.2.98.5), имеются в виду явно они. Плу- тарх также пишет, что жители многих общин собирались перейти на сто- рону Помпея, но поражение последнего у Лаврона заставило их отказаться от этой мысли (Plut. Sert. 18). Что это были за города, видно из того, что единственным из них, реализовавшим свое намерение, был крупный центр восточного побережья Лаврон. В начале 76 г. армия Г. Геренния при- крывала восточное побережье (Liv. 91), а к началу следующей кампании она находилась уже в Валенции (Sall. 2.98.6). Таким образом, в начале 76 г. Серторий был спокоен за Валенцию, хотя и допускал возможность наступления Помпея в этот регион (Liv. 91). К началу кампании следую- щего года здесь пришлось сосредоточить целую армию. Размещение войск в городах противоречило всей политике Сертория, именно прекращение воинского постоя больше всего способствовало его популярности (Plut. Sert. 6). Поэтому размещение в городе армии Геренния было явно вынужденным, и поскольку неприятель в это время Валенции не угрожал (армия Помпея была у Пиренеев - Арр. Ь.с. 1.110), его можно объяснить лишь тем, что жители этого города перестали пользоваться до- верием руководства движением. Удержать же важнейший опорный пункт было необходимо. В 75 г. Валенция была уничтожена Помпеем вместе с армией Геренния (Sall.2.98.6), позднее снова оказалась во власти Сертория (Flor. 3. 22.8). Исходя их этих фактов, нельзя утверждать, что город до конца оставался лояльным Серторию, как считает П. Мак-Гашин (320. V. 2. Р. 69) - все ре- шала сила главных противоборствующих сторон. Уничтожение Лаврона Плутарх объясняет стремлением Сертория по- казать, что ожидает изменников. Именно этим была в первую очередь ценна для него победа (Plut. Sert. 18). Аппиан сообщает, что во время разгрома Л аврона один солдат пытался изнасиловать жительницу этого города, и Серторий приказал казнить не только самого провинившегося, но и всю его когорту (Арр. b. с. 1.109). Этот явно пропагандистский жест был направлен на завоевание симпатий среди местных жителей (459. Р. 135) и должен был показать, что, карая виновных, Серторий не допус- кает насилий. 160
В кампании 75 г. Серторий уже безжалостно опустошает области Ближ- ней Испании (Sall. 2.98.9). Следовательно, он оставил попытки удержать на своей стороне их население, хотя в предыдущем году пытался сделать п о. В этом году Серторий на восточном побережье пошел на открытые полевые сражения с правительственными войсками, хотя ранее этого избе- । ал (Plut. Sert. 19; Арр. b. с. 1. НО). Вести партизанскую войну в прибреж- ных районах не составляло труда: его союзники-пираты господствовали на море (Plut. Sert. 21), и раз он отказался от нее, значит уже не надеялся на поддержку местного населения. Исходя из вышеизложенного, следует предположить, что население ос- новных романизированных районов Ближней Испании в 76 г. изменило восстанию, и области к югу от Ибера удерживались восставшими лишь силой оружия. Возможно, именно этим обстоятельством объясняется стре- мительность наступления Помпея в 76 г. и, частично, само направление л ого наступления. 3. Потеря Южной Испании Наряду с успехами серторианцы потерпели сокрушительное пораже- ние на юге: Гиртулей был наголову разгромлен в битве у Италики (Oros. S. 23). Сражение было последним или одним из последних эпизодов кам- пании. Ему должны были предшествовать какие-то боевые действия, и, возможно, о них свидетельствует клад, найденный в провинции Кордо- ва, относящийся, видимо, к этому времени (168. Р. 283). Битва состоялась, вероятнее всего, в августе, так как сообщающий о ней Фронтин пишет о самом жарком времени, а в этом регионе это самое жар- кое время года (Front. 2. 1.2; 130. S. 216; 426. S. 105). К. Конрад, выступая против столь точной датировки, указывает, что в Андалусии очень жарко уже в мае (295. Р. 186), но Фронтин пишет не просто о жарком, но о самом жарком (ferridissimo) времени года (Front. 2.1.2). Гиртулей стремился начать сражение как можно скорее, его воины рва- нись в бой, и он двинул свою армию к лагерю противника на самом рассве- те. Но Метелл, приказав своим солдатам оставаться за укреплениями, не принял боя. Серторианский полководец вместо того, чтобы отвести свои войска в лагерь, продолжал держать их в полном вооружении на жаре. Ме- тил дождался, показной не вымотает окончательно силы противника, и лишь । юсле этого обрушился со своими свежими войсками на измотанную армию повстанцев, которая была легко разгромлена (Front. 2.1.2; Oros. 5.23). Сообщение Саллюстия о начале какого-то сражения поединком обоих полководцев, о ранении в бою Метелла и Гиртулея А. Шультен, вопреки 161
утвердившемуся мнению, относит к этой битве на основании того, что в следующем их сражении у Сеговии Гиртулей был не ранен, а убит (426. S. 104, п.503. Ср. 44. С. 126). Но так как от сообщения Саллюстия и в этом случае сохранился только небольшой фрагмент без какой-либо связи с пред- шествовавшими и последующими фрагментами, то нет никакой возмож- ности точно определить событие, к которому он относится (Sall.2.59). Само же по себе ранение не ислючает последующей гибели в том же сражении. Объяснить подобный исход битвы только тем, что Метелл был более спо- собным полководцем, чем Гиртулей, как это делает А. Шультен, нельзя: Гиртулей был видным военачальником (350. Sp. 1962-1963) и ранее успешно боролся с Метеллом. А. Шультен сам это отмечает (426. S.86,104,109). Современные авторы дружно сетуют на неосторожность, с которой Гир- тулей решился на сражение (54. Т.З. С. 29; 447. Р.68-69; 270. Р. 147; 426. S. 104-105; 236. Р.322). А. Шультен не может понять, почему он нарушил категорический приказ Сертория не вступать с Метеллом в открытое полевое сражение (Liv. 91), хотя ранее придерживался его. Объясняет он это тем, что Гиртулей имел приказ не допустить Метелла на помощь Помпею: вероятно, Метелл выступил по требованию последнего, и на этот случай Гиртулей имел указание преградить ему путь. Следователь- но, стратегически Гиртулей действовал верно, и его можно упрекнуть в тяжелой тактической ошибке: он не учел расслабляющее действие андалузского солнца, о котором ему должно было быть известно. Имен- но игнорирование природного фактора и послужило причиной разгрома (426. S. 104-105). С этим объяснением согласны те авторы, которые пы- таются объяснить действия Гиртулея стремлением не допустить соедине- ния вражеских армий (236. Р. 322; 360. Р. 112; 359. Р.197; 340. Р. 228; 434. Р. 218; см. также 447. Р. 68-69; 320. V.l. Р. 50). Поведение Гиртулея, который, конечно, знал, какое действие на лю- дей, тем более обремененных оружием, оказывает бетийское солнце во время наивысшей жары, и то, что утомленные воины неизбежно будут разбиты, можно объяснить только тем, что он стремился добиться сра- жения как можно скорее и любой ценой, но это нельзя объяснить стрем- лением воспрепятствовать соединению Метелла и Помпея. От Итали- ки до Лаврона огромное расстояние (400 миль - 442. Р. 202, п. 84), горы, реки, и на этом пути Гиртулей мог измотать войска противника партизанской войной и нанести ему поражение, не прибегая к реши- тельной битве, то есть использовать ту тактику, которая и раньше при- носила победу в борьбе с Метеллом. Тем более, что он мог не опасаться ответного движения Помпея на соединение со своим коллегой, ибо о 162
тяжелом положении первого Гиртулею было, разумеется, известно, хотя Ьы как участнику боев под Лавроном (Sall. 2. 31). Должен он был уже знать и о бегстве армии Помпея на север. Наконец то, что сражение произошло у Италики, показывает, что из Кор- дубы, где армия Метелла находилась к началу кампании (Sall. 2. 28; 338. Р.70), она после того, как долгое время ничего не предпринимала, двину- цась не на северо-восток, на соединение с Помпеем, а прямо в противопо- ложную сторону: к Гиспалису и Италике. Следовательно, во время битвы у Италики Метелл не шел на соединение с Помпеем, а Гиртулей не преграж- дал ему путь, пытаясь предотвратить это. Ф. Спанн, возражая против мнения А. Шультена, обращает внимание на то, что Метелл просто не успел бы прийти на помощь к Помпею и никакой срочности для Гиртулея в нападении на Метелла не было. Причиной сра- жения, по мнению Ф. Спанна, было то, что Гиртулей после своих побед и 79-78 гг. два года вынужден был придерживаться оборонительной стра- тегии против врага, чей образ жизни не внушал ему уважения. Узнав об отступлении Помпея (информацию об этом он мог получить за 5-6, макси- мум за 7 дней - 442. Р. 202, п. 84), он решил, что Серторий двинется теперь на юг, и, чувствуя себя ущемленным, хотел компенсировать свое двухлет- нее бесславие победой (442. Р. 105). Однако и эта гипотеза не объясняет, почему Гиртулей так сильно стре- мился к сражению именно в этом месте и именно в это время, что несколь- ко часов продержал свою армию при оружии на жаре и этим обрек ее на неизбежную гибель. Не следует забывать, что речь идет об очень способ- ном военачальнике, выдающемся именно своими способностями тактика (Front. 1.5.8,442. S. 109). В начале кампании 76 г. Гиртулей возглавлял серторианскую армию в Даль- 11ей Испании (Liv.91), но затем участвовал в разгроме отряда Лелия под Лав- роном (Sall. 2.31). Иногда допускается, что в этом эпизоде подразумевается не сам Л.Гиртулей, а его брат (442. Р.203, п.2; 320. V. 1. Р. 200-201). Однако последний, будучи неизмеримо менее значительной фигурой, никогда не упоминается сам по себе, а всегда только как брат своего брата, и раз здесь называется просто Гиртулей, то явноречьшлаоЛ.Гиртулее(Огоз. 5.23.12; Мог. 3.22. 7; de vir. ill. 63.2; 442. Р. 171; 295. Р. 183; 350. Sp. 1962-1963). Сражение у Италики состоялось приблизительно через 14 дней после завершения операций у Лаврона (130. S. 216; 426. S. 105; 442. Р. 105). Гир- гулей был одним из двух наиболее талантливых полководцев повстанцев. Г му поручались самые ответственные дела, нередко не менее ответствен- ные, чем самому Серторию. То, что он, пусть даже один, срочно, видимо, 163
еще до исхода боев на восточном побережье возвратился в Бетику после того, как незадолго до этого был отозван оттуда, может означать только одно: положение серторианцев на юге внезапно ухудшилось, Метелл (опять- таки внезапно) усилился настолько, что превратился в серьезного против- ника. Поскольку Метелл еще не получил в это время подкреплений от сво- его правительства, внезапно усилиться он мог только из-за перехода на его сторону местного населения. Относительно самой Италики Э. Габба замечает, что нельзя выяснить, кому она принадлежала (224. Р.304). Попробуем разобраться в этой про- блеме. Из сообщения Фронтина следует, что в начале сражения армия Mfr телла находилась не в городе, а в лагере; где была в это время армия Гирту- лея, неизвестно (Front. 2.1.2). Возможны следующие варианты позиции жителей Италики: 1) они с самого начала сохраняли верность римскому правительству, то есть Гиртулей пытался захватить город, Метелл пришел ему на помощь, но не смог проникнуть в него; 2) город находился на сторо- не Сертория, был осажден Метеллом, и Гиртулей попытался его отстоять; 3) Италика изменила серторианцам, Гиртулей снова попытался овладеть ею, а Метелл явился на помощь жителям: ситуация та же, что у Лаврона; 4) в городе шла борьба между приверженцами двух противоборствующих сто- рон, а Метелл и Гиртулей явились, чтобы поддержать своих сторонников. Первый вариант не объясняет, почему Метелл смог заставить вражеско- го полководца столь сильно стремиться к сражению именно в этом месте и рискнуть всей своей армией. При втором варианте также непонятно, по- чему Гиртулей не применил старую тактику, благодаря которой серториан- цы добивались крупных успехов как раз в борьбе с Метеллом. Она заклю- чалась в том, что неприятель сознательно допускался к осаде города, пос- ле чего начинались действия на его коммуникациях, что, учитывая бросав- шиеся на эту операцию крупные силы, делало бесперспективной практи- чески любую осаду (Plut. Sert. 13). Однако применять подобную тактику можно было, разумеется, только в том случае, если население города было настроено против осаждающих. Остаются, таким образом, два последних варианта, и, чтобы понять, почему Гиртулею необходимо было любой ценой удержать Италику, нуж- но напомнить, что значил этот город для Бетики. Будучи первым римс- ким поселением на Пиренейском полуострове и вообще за пределами Италии (280. Sp. 2283-2284) и одним из крупнейших экономических цен- тров юга (250. Р. 158), он не мог не являться одним из центров провинци- альной жизни. Его политическое и, видимо, военное значение было очень велико. Об этом свидетельствуют события гражданской войны 49-45 гг 164
Именно уроженцы Италики возглавляли оба восстания провинциалов против Кассия в 48 г. Когда в 49 г. на сторону Цезаря перешли Кордуба, Кармон, Гадес и Гиспалис, помпеянцы даже после потери всех этих круп- нейших центров юга не собирались сдаваться. Но как только Варрон уз- нал, что от него отложилась и Италика, он немедленно капитулировал (( aes. b. с. 2. 19-20; b. Alex. 52-57). 11среход Италики на сторону сулланцев или хотя бы борьба среди ее жи- । слей по этому вопросу также свидетельствует о начале перехода жителей Ьстики на сторону правительства. Окончательная потеря города означала дня серторианцев по меньшей мере серьезный подрыв их господства на юге. Поэтому Гиртулею нужно было любой ценой удержать контроль над 11 галикой, тем более, что с ее потерей открывался путь на Гиспалис. 1 [оскольку Кордуба и Гадес уже находились в руках Метелла, то Гиспа- пис и Италика (о судьбе другого крупнейшего города Бетики - Кармона - ничего не известно) были единственными центрами провинции (Strabo V 2. l;Caes.b. с. 2.19-21), остававшимися на стороне Сертория. Поэтому их захват, а тем более добровольный переход хотя бы одного из них на с горону Метелла имел бы самые серьезные последствия для исхода войны. Для того, чтобы повлиять на настроения жителей Бетики, Гиртулею не- медленно нужна была крупная победа, ибо он не мог не знать, что только поражение Помпея предотвратило переход населения Леванта на его сто- рону. О том, что оно лишь задержало этот процесс, Гиртулей во время ита- никской битвы, разумеется, знать не мог. Потеря Южной Испании влекла за собой потерю почти всех материальных факторов, позволявших господ- < гвовать в движении проримским силам, лишала последних шансов на । юбеду и резко ускорила поражение всего движения. В такой ситуации дей- ствительно следовало пойти на риск даже с минимальными шансами на успех. Италика была неудачной попыткой повторить Лаврон, поэтому 11 поражение Гиртулея означало крушение серторианского господства в Бе- । ике: он не остался с остатками своей армии на территории Турдетании, а вынужден был бежать к лузитанам. Туда же прибыли затем Серторий и Перперна (Oros. 5. 23; Арр. b. с. 1.110). Италика была последней битвой на территории Бетики. Она произошла н середине августа, а осенью того же года армия Метелла была уже у Пире- 11сев (Арр. Ь. с. 1.110). Начиная со следующего года боевые действия раз- ворачивались уже за пределами Южной Испании. Это свидетельствует о том, что вскоре после сражения у Италики она быстро и прочно перешла । юд контроль сулланцев, что могло произойти только в результате перехода се населения на сторону римского правительства. 165
Празднества Метелла во время его возвращения в Бетику в 75 г. справед- ливо вызывали насмешки древних авторов. Действительно, дарование ему необычайных почестей можно принять за обычное низкопоклонство (Plut. Sert. 22; Cic. Arch. 10; Sall. 2.70; Vai. Max. 9.1.15). Но Саллюстий описы- вает также восторженную встречу Метелла населением юга, которая явно свидетельствует о переходе последнего на сторону сулланцев, а также о том, что на Метелла смотрели как на спасителя (Sall. 2. 70. 1). Впро- чем, и погружение Метелла в исполненную наслаждениями жизнь пока- зывает, что за свою провинцию он был спокоен (130. S.217; 426. S.127). О причинах перехода жителей южной и восточной Испании на сторону римского правительства в источниках прямо ничего не говорится. Поэто- му предлагаемое ниже объяснение не более чем предположение. Хотя варвары не должны были восприниматься как непосредственная уг- роза накануне войны жителями романизированных регионов, после того, как с 80 г. варварские отряды серторианской армии снова стали действовать на территории римских провинций, эта потенциальная угроза снова должна была восприниматься как ожившая реальность. Разумеется, военные действия вообще приводили к разорению тех районов, где они происходили (Sall. 2. 98.9). Тем более, что во время боевых действий в этих районах, действуя на вражеской в сущности для них территории, варварские отряды вряд ли по- ступали иначе, чем во время прежних опустошительных походов (Арр. Iber. 56,57,61,64), а их командиры явно не могли заставить своих солдат дей- ствовать более гуманно. В результате романизированным областям был на- несен большой ущерб, особенно Бетике, где боевые действия шли в 80-76 гг. Один размер потерь серторианцев у Италики показывает, сколь значитель- ные боевые действия шли в провинции и какие последствия они имели для ее хозяйства (217. Р. 32). Они были столь тяжелы, что в середине I в. провин- ции с трудом окупали себя (63. С. 139). Хотя внешняя торговля романизированных областей, которая шла в ос- новном с Италией (Strabo 3. 2.5; 184. Р. 124-129), во время Серторианской войны не прекратилась (184. Р. 129), но ей должен был быть нанесен боль- шой ущерб, например, из-за действий союзных Серторию пиратов (Plut. Sert. 21). Это не могло не вызвать недовольство влиятельных кругов мест- ного населения, как и сам союз с пиратами. Появление в Испании армии Помпея продемонстрировало неисчерпае- мость ресурсов римского правительства и свидетельствовало по меньшей мере о продлении военных действий еще на неопределенный срок. В этой ситуации для населения юга и востока подчинение центральному прави- тельству означало предотвращение дальнейшего разорения их областей. 166
11оэтому скорее следует удивляться тому, что до лета 76 г. не было никаких пнтисерторианских восстаний, несмотря на более чем четырехлетние бое- иые действия, да еще с преобладанием партизанской войны. К тому же сначала изменявшие серторианцам местные жители могли (гавить какие-то условия и Метеллу, и Помпею. Наличие в более позднее время в Испании «Серториев» показывает, что по крайней мере у части (а до победы над серторианцами возможно и у всех) новых римлян были оставлены гражданские права (в данном случае неважно, с подтверждени- ем этих прав в Риме или без него). Известно также, что Помпей щедро награждал общины, примкнувшие к нему даже в конце войны (Caes. b.c. I 60-61; 388. Р.334, n. 125). Можно представить поэтому, насколько щедры были он и Метелл к первым изменникам. Вряд ли в награду они сразу получили увеличение налогов, предпринятое Метеллом в его провинции (b. h. 42). Большое число «Помпеев» в римской Испании (хотя не все они, конечно, могли получить гражданство именно от него, но подавля- ющее большинство все-таки от него) показывает, что гражданство он раздавал довольно широко (Cic. Balb. 3.19; 109. Р.278; 98. Р. 13-18; 266. Р. 452). В 72 г. был принят закон, по которому римскими гражданами считались те, которым Помпей даровал гражданство поодиночке (singilatim civitate donaverit - Cic. Balb. 19). Так как гражданские права в это время и так автоматически давались строго индивидуально (314. Р163), то подобное акцентирование на обще- известном аспекте, возможно, означает, что были и массовые пожалова- ния, но они не были утверждены, и многие из перешедших на сторону пра- вительства туземцев (даже их явное большинство) не получили ранее обе- щанные им награды, хотя первоначально имели все основания серьезно on носиться к подобным обещаниям проконсула ввиду имеющихся у после- днего полномочий (345. В. 2. Abt. 1. S.267). Не исключено, что нечто похо- жее было и в Дальней провинции. В своей речи Цицерон лишь кратко упоминает о том, что и Метелл тоже предоставлял в это время в Испа- нии римское гражданство провинциалам (Cic. Balb. 50; 243. S.57), но недь его (и его слушателей) интересовали только факты, связан- ные с Помпееем и Бальбом. 4. Конец кампании О действиях армии Метелла после Италики единой точки зрения среди ученых нет. В середине XIX в. Т. Моммзен указал, что Метелл после побе- ды покинул свою провинцию и отошел к Пиренеям (54. Т. 3. С. 29). Не- сколько позднее по этой проблеме возник спор между П. Беньковским и Э. 167
Хаулером. Последний допускал, что Метелл провел зиму 76/75 гг. в Даль- ней Испании (258. S. 46). Однако аргументация его оппонента, поддер- жавшего Т. Моммзена, выглядела в то время более убедительной (130. S. 216-219), получила поддержку в ряде специальных и общих работ, после чего стала вроде бы общепризнанной ( 447. Р. 66-70, 72-74; 270. Р. 147, 148, 381, 382; 426. S. 104-107, 108-111; 417. Р.189-200, 205-210; 236. Р. 322; 340. Р. 228-230; 243. S. 52-53; 359. Р. 197-201; 268. Р.343). В 1928 г. появилась статья Э. Кавеньяка «Метелл против Гиртулея», в которой утверждалось, что зимой 76/75 гг. Метелл оставался на юге, и там же произошло в 75 г. последнее сражение между ним и Гиртулеем у Сеговии на рекеХениль в Андалусии, около 50 км от Кордовы (167. Р. 98- 100). Эта гипотеза позднее была поддержана рядом ученых (456. Р.136; 442. Р. 107- ПО; 185. Р.45; 222. Р. 383, 391; 295. Р. 168-169). П. Беньковский аргументирует свою гипотезу следующими положени- ями (130. S.217-218): 1) Аппиан сообщает, что зиму 76/75 гг. армии Ме- телла и Помпея провели у Пиренеев (Арр. b. с. 1. НО); 2) Метелл во время этой зимовки получал продовольствие и деньги из Галлии, кото- рые не могли доставляться по морю в Бетику, ибо флот Сертория господ- ствовал на море, а его армия полностью контролировала сухопутные пути из северной Испании в южную (Sall. 2. 98. 9; Plut. Sert. 21). По поводу зимних квартир Метелла в 76/75 гг. у Пиреенев В. Шталь по- вторяет аргументацию П. Беньковского, указывая, что решительное сра- жение между Метеллом и Гиртулеем в 75 г. произошло у города Сеговии в центральной Испании. Он опирается при этом на сообщение Флора о гибели братьев Гиртулеев у Сеговии, на периохи Ливия, на Орозия и Ав- релия Виктора, говорящих о гибели Гиртулея без указания места (447. Р. 69,70,74; Flor.3.22; Per. 91; Oros. 5. 23; de vir. ill. 43). А. Шультен ссылается на те же источники, что и В. Шталь, и добавляет ссылку на Цицерона, соообщающего о крупной помощи из Галлии Метеллу в период наместничества Фонтея (442. S. 105,109; 417. Р.204), которую дос- тавлять по морю было невозможно. Э. Кавеньяк считает, что сообщение Аппиана о нахождении армии Метел- ла у Пиренеев зимой 76/75 гг. ошибочно и на самом деле должно относиться к 75/74 гг. ибо: 1) традиционная схема передвижения войск Метелла между битвами у Италики и Сеговии представляется ему бессмысленной, ничем не объяснимой: непонятно, зачем он вообще пошел к Пиренеям; 2) из сооб- щения Плутарха о встрече Помпея и Метелла на восточном побережье летом 75 г. следует, что это была их первая встреча в испанской кампа- нии, а Метелл был слишком предусмотрительным человеком, чтобы не 168
соединиться со своим коллегой, если бы они находились недалеко друг от друга, как это было бы в случае их совместной зимовки у Пиренеев; 3) с сообщение Аппиана противоречит данным Саллюстия, утверждающего, что к 74 г. Метелл отсутствовал в своей провинции всего год; 4) относи- тельно сражения у Сеговии он напоминает, что существовал город с та- ким же названием рядом с Кордубой, близь которой, видимо, и произошло сражение (167. Р. 98-100). Аргументация Ф. Спанна следующая: 1) поход Метелла на север в 76 ।. выглядит бессмысленным, ибо к тому моменту, когда он должен был подойти к Пиренеям, сезон боевых действий наверняка бы уже закон- чился, и он не смог бы соединиться с Помпеем; 2) Помпей провел остаток этого сезона в верховьях Эбро, что свидетельствует о том, что Метелла не было на севере, ибо в противном случае Помпей обязательно бы соединился с ним. Но они не соединились, так как, по сообщению Плу- тарха, их встреча в 75 г. после Сукрона была первой; 3) кроме того, Ф.Спанн указывает на сообщение Саллюстия под 74 г. о годичном отсут- ствии Метелла в его провинции (442. Р. 107-110). Из всего этого делает- ся вывод, что Метелл в 76 г. оставался на юге и решающее сражение между ним и Гиртулеем состоялось у Сеговии, расположенной возле Кор- довы, на реке Хениль, между Пальма-дель-Рио и Эсихой (442. Р.106, 107, 109, ПО, 202. 203). К. Конрад указывает на абсурдность марша Метелла к Пиренеям и назад, на сообщение Саллюстия о годичном к 74 г. отсутствии Метелла в южной Испании (298. Р.441; 295. Р. 162, 168. См. также 222. Р. 387-389; 320. V.l. Р.225). Таким образом, решение проблемы зависит от того, верно ли утверж- дение Аппиана о том, что Метелл зимой 76/75 гг. находился у Пиренеев. Из сообщения Плутарха действительно следует, что впервые за эту вой- ну Метелл и Помпей лично всретились только летом 75 г. (Plut. Pomp. 19). ()днако сам по себе этот факт не доказывает отсутствия армии Метелла на севере Испании зимой 16П5 гг., ибо для соединения армий обоих полко- водцев было, разумеется, недостаточно одного их желания. Серторий вполне мог воспрепятствовать этому. Например, в следующем году, когда вражес- кие армии все-таки подошли друг к другу и на короткое время объедини- нись, он в дальнейшем практически никогда не давал им возможности со- единиться снова (Plut. Sert. 19; Pomp. 19). В письме Помпея сенату сообщается, что он провел зиму 76/75 гг. в окружении свирепейших врагов (Sall. 2. 98.5): видимо, его армия была блокирована серторианцами. Сам Помпей старался делать все от него зависящее, чтобы не соединяться с Метеллом, и пошел на это только тог- 169
да, когда соединения невозможно было избежать. В этом нет ничего уди* вительного, так как из-за разницы в положении обоих полководцев в слу- чае объединения их войск Помпей должен был находиться в подчинении у своего коллеги (Plut. Pomp. 19; Sert. 19). Нет ничего странного и в походе Метелла на север в 76 г. После того, как население Бетики изменило Сер- торию, сенатский полководец мог быть спокоен за свою провинцию. След- ствием этой измены было и то, что Серторий потерял своих главных союз- ников в Испании и дальнейшее пребывание его здесь становилось бес- смысленным, ибо исключало создание новых обученных по-римски и по- слушных ему контингентов туземных войск. В этой ситуации представля- лось вероятным, что Серторий оставит Испанию и со все еще очень силь- ной армией пойдет в следующем году на Италию, то есть произойдет то, чего больше всего опасалось римское правительство. Убеждение современных авторов в невозможности подобного похода основывается на представлении о серторианской армии как о совокупнос- ти ополчений туземных племен. Поэтому повторение похода Ганнибала для Сертория считается нереальным (54. Т.З. С.32). Но предполагаемый поход Сертория в Италию в это время больше напоминает италийский поход Гас- друбала, ибо Серторий в конце 76 г. находился скорее в положении не Ган- нибалав 218 г., а его брата в 208 г.: Серторий мог оставить Испанию в любом состоянии и направиться со своей армией в Италию. Оснований у него для подобного шага было не меньше (скорее даже больше), чем у Баркида. И римская армия Сертория явно встретила бы у римлян в Ита- лии более благоприятный прием, чем карфагенская. Эта опасность казалась в Риме реальной, и в первую очередь именно для ее предотвращения посылались в Испанию армии Метелла, Манлия, Пом- пея и крупные подкрепления им (Plut. Sert. 17,21; Pomp. 20; Sall. 1.92,2. 93; Арр. b. с. 1.108,111; Арр. Iber. 101; 154. P. 449). Поэтому в подобной ситуации правительственные полководцы были просто обязаны к началу кампании 75 г. сосредоточить крупные силы у Пиренеев, чтобы воспре- пятствовать Серторию устремиться в Италию. Гораздо более серьезным аргументом представляется ссылка на Сал- люстия. Если он сообщает, что армия Метелла отсутствовала к 74 г. в Бетике всего один год, то тогда придется поставить под сомнение дос- товерность сообщения Аппиана и выяснить, кто именно, Аппиан или Сал- люстий, в данном вопросе ошибаются. Сообщение о годичном отсутствии Метелла в своей провинции к моменту его возвращения в нее в 74 г. при- нимают и сторонники традиционной точки зрения (см., напр., 447. Р. 79; 426. S. 128; 340. Р.235). 170
У Саллюстия дословно написано, что «... тогда как вернувшийся через I од в Дальнюю Испанию Метелл был встречен» и т. д. (Sall. 2.70). Таким образом, сообщается лишь то, что Метелл вернулся в Бетику через год пос- ле какого-то события, о котором перед этим шла речь в несохранившейся чисти фрагмента, в которой было также начало разбираемой фразы. Нигде иг I оворится, что этим событием являлся именно уход Метелла с армией и । провинции. Данный фрагмент никак не связан с предыдущими фраг- ментами, и поэтому понять, какое событие имеется здесь в виду, не пред- 41является возможным. Причем слово «at», которым начинается этот фраг- мент, жесткий противительный союз, типичное обозначение резкого кон- । раста (295. Р. 169), свидетельствует о противопоставлении ситуации с Метеллом какой-то другой ситуации. Разумеется, этот фрагмент можно понимать и в том смысле, что Метелл вернулся в свою провинцию после । одичного отсутствия в ней, но можно и так как указано. Метелл мог лично, без армии, посетить свою провинцию в 75 г. Помпей и конце этой кампании продолжал руководить военными действиями, о Метелле подобные сведения отсутствуют. Известно лишь, что он отвел свое войско в Галлию, и чем он затем занимался в этом году неизвестно. Дороги из Галлии в Испанию были теперь свободны, и ничто не препят- ствовало Метеллу навестить свою провинцию. Так как от разделов «Исто- рий», относящихся к 76-75 гг., уцелели лишь жалкие отрывки, отсутствие информации о подобном посещении не должно вызывать удивления. По- пому даже если упомянутый фрагмент Саллюстия действительно отно- сится к 74 г., а не к 75 г. (хотя и в этом году Метелл мог лично вернуться до начала следующей кампании на юг с триумфом из-за одержанных им круп- ных побед), он не может служить опровержением совершенно определен- ного и недвусмысленного сообщения Аппиана о нахождении основных сил Метелла к началу кампании следующего года у Пиренеев. 11ротивники традиционной гипотезы ничего не противопоставили аргу- менту П. Беньковского и А. Шультена о невозможности снабжения из Гал- пии армии Метелла в 76 г., если бы она находилась на юге. Его просто не рассматривают (167. Р. 98-100; 442. Р. 106-107). Таким образом, попытку опровергнуть данные Аппиана, которую пред- приняли Э. Кавеньяк, Ф. Спанн и К. Конрад, следует признать неудачной. I ораздо более убедительной выглядит точка зрения П. Беньковского, В. Шталя и А. Шультена, согласно которой Метелл в 76 г. после победы у Италики отвел свою армию к Пиренеям. Более точно определить место ее расположения невозможно, и различные предположения на этот счет (I30.S. 217-218) ничем не обоснованы. 171
Военные действия на этом не прекратились, ибо Помпей предпринял поход на вражеские территории, завершившийся блокадой его армии в лагере (Sall. 2.98.5). А.Шультен предполагает, что он подчинил некото- рые кельтиберийские города, в том числе Бельгиду, о захвате которой Помпеем сообщает Орозий (426. S. 107). Она находилась, вероятно, в долине реки Халон(106. Р. 60). Существует мнение, что Бельгида была захвачена в начале следую- щей кампании (207. S. 380). Действительно, из сообщения Орозия сле- дует лишь то, что этот город был взят до крупных сражений на вос- точном побережье в 75 г. и после битв у Лаврона и Италики. Но А. Шультен все же прав, ибо Помпей двинулся в 75 г. на Валенсийскую равнину в начале кампании, и маловероятно, чтобы он сделал при этом заход в Кельтиберию; тем более у него не было возможности тратить время на неизбежно длительную осаду одного из наиболее сильных ее городов (Oros. 5.23). У Помпея после Лаврона были все возможности для активных боевых действий, вроде захвата Бельгиды - значительные силы победоносной армии Сертория должны были быть отвлечены к югу после катастрофы у Италики. Маловероятно, что взятие Бельгиды имело место в начале кампании 75 г.: получилось бы, что не только Метелл (битва при Сеговии), но и Помпей вторглись в Кельтиберию, затем Помпей пошел на восточное побережье брать Ва- ленцию и сражаться с Серторием, который с главными силами поче- му-то все это время бездействовал, в том числе и во время осады Бель- гиды, являющейся крупным событием, раз она упомянута в столь крат- ком абрисе (Oros.5.23). Что еще делал Помпей в это время, неизвест- но, но в конце концов он, как и Метелл, стал лагерем у Пиренеев (Арр. Ь. с. 1. НО). П. Беньковский предложил следующую схему событий. Метелл после победы над Гиртулеем вторгается на территорию Ближней Испании. Сер- торий в это время прибыл в Лузитанию, поручив преследование разбитого Помпея Перперне и Гереннию, блокированным до того в Валенции. Они преследовали Помпея, отступившего в Тарракон. Затем они сосредоточи- ли свои войска на правом берегу реки Турии, между ней и Валенцией. Пом- пей одержал над ними решительную победу и продолжил свой путь. Ге- ренний остался его сторожить, Перперна в конце 76 г. с остатками своих войск двинулся в Лузитанию на зимние квартиры. Помпей остался зимо- вать в области васконов, ибо существование там города Помпелона пока- зывает, что Помпей здесь долго находился и пережил памятные дни. При этом делается ссылка на данные Плутарха, Аппиана и Саллюстия. Однако 172
(ообщаемые ими сведения скорее говорят в пользу его оппонентов (130. S 217-218; Арр. Ь.с. 1. 110;Pomp. 18;Sall. 2. 18;38.С.161). I [осле потери Южной Испании резко повысилось значение Кельтиберии । населением приблизительно 340 000 человек (134. Р. 213). О ее военном потенциале свидетельствуют следующие факты. В 181 г. кельтиберы поте- ряли в двух следующих одно за другим сражениях убитыми и пленными 40 000 человек. При этом ничего не говорится об уничтожении этих армий (Liv. 40. 32-33), и в сражениях участвовали далеко не все вооруженные < илы кельтиберов (Liv. 40.33). Однако несколько ранее Ливий пишет о 35000 ксльтиберийских воинов как о численности для них удивительной (Liv. 40 30). Затем цифры потерь объединенных сил кельтиберов резко падают и обнаруживают постоянную тенденцию к снижению. Это объясняется, ви- димо, не снижением кровопролитное™ боев, а уменьшением численности ксльтиберийских войск, вызванным большими потерями и общим сниже- нием численности их племен (Liv. 40.40; 41.26). В 153 г. кельтиберы смог- ли выставить армию только в 25000 человек (Арр. Iber. 45,50). А.Шультен определяет военную силу всех кельтиберов в 40 000 воинов ( 121. Sp. 152), но это скорее потенциальные возможности, которые на прак- тике никогда в полной мере не могут быть реализованы. Это же относится и к утверждениям о возможности вакцеев выставить 80 000 воинов при населении 320 000 человек (430. Sp.2038; 248. Р.98). Вакцеи в середине 11 в. реально выставляли более 20 000 человек, но эта цифра относилась явно к их южной части (Арр. Iber. 53). Разумеется, не стоит полностью принимать сообщаемые цифры, но важ- । «а общая картана. Кельтиберы могли также выставить много хорошей кон- ницы (134. Р.214). Жители центральной Испании добывали серебро (136. Р. 168-186), но эти средства не могли компенсировать потери основных районов добычи дра- । оценных металлов. 173
ГЛАВА V. Решающие сражения (75 г.) 1. Сукрон Согласно общепринятой точке зрения, к началу кампании 75 г. прави- тельственные войска в Испании были разделены на две действовавшие раз- дельно армии во главе с Метеллом и Помпеем. Их противники также со- храняли прежнее деление своих вооруженных сил на армии Перперны, Г еренния (прикрывали побережье), Г иртулея (в Лузитании), Сертория (рас- положение неизвестно) (130. S. 218; 207. S.380; 447. Р. 69-72; 426. S. 108; 442. Р. 108-110). Ф. Спанн удивляется, почему Гиртулей не был отстранен от командования за свои действия в прошлом году, и целый раздел своей монографии посвя- щает этой проблеме. Он приходит к выводу, что Гиртулея, возможно, оста- вили во главе сильной армии потому, что его было нецелесообразно заме- нять, например, на Перперну, ибо Гиртулей был более способным полко- водцем и хорошо знал Испанию (442. Р. 108-109). Но, вероятно, никакой загад- ки тут не было, и действия Гиртулея в 76 г. были признаны в сложившейся ситуации правильными. Численность серторианских войск, без армии Гиртулея, определяется А.Шультеном приблизительно в 50 000 человек: 20 000 у Сертория и 30 000 вместе у Перперны и Геренния (426. S. 113). Но, как уже отмеча- лось, численность соединений Сертория и Геренния в 76 г., которые опре- делил А. Шультен и от которых он отталкивается при указании количества войск повстанцев в 75 г., вряд ли соответствует действительности и, види- мо, была значительно меньшей. Это обстоятельство возможно и объясняет некоторые загадки начального этапа кампании 75 г. Например, действия Помпея, который снова двинулся на восточное побережье. У реки Турин возле Валенции (420. S. 316) состоялось крупное сраже- ние. Помпей, вероятно, проник на равнину от прибрежной полосы, по которой шло его наступление, через узкий проход между текущей се- вернее Валенции рекой Турией и самим городом, после чего напал на Валенцию. Город находился в 4,5 км от моря и занимал северо-запад- ную часть современной Валенсии. Либо в двух отдельных сражениях, либо в бою с объединенными армиями Помпей одержал блестящую по- беду: силы двух вражеских полководцев были разгромлены, они поте- ряли только убитыми 10 000 человек, в том числе Геренния, город был взят, что дало Помпею сильный опорный пункт на побережье, базу для дальнейших операций. Перперна отступил от Палланции и Турии юж- нее, к Сукрону. Узнав об этих событиях, Серторий вернулся на восточ- 174
ное побережье и соединился с остатками своих разбитых войск (Plut. Sert. 18; Sall. 2. 54, 55, 98. 6; 426. S. 93, 111-112). Одновременно с наступлением Помпея его полководец Г.Меммий пред- принял попытку напасть на армию Сертория с юга, высадившись в рай- оне Н.Карфагена. Обстоятельства этой экспедиции известны очень пло- хо; неизвестно, кто командовал здесь серторианскими войсками. Воз- можно с этими событиями связан клад к северу от Н.Карфагена (133.Р. 124.N66; 99.Р.23). Высадка увенчалась успехом, но затем отряд Меммия был разбит. А.Шультен считает, что он был блокирован в Н.Кар- фагене (426.S.94,104), а по мнению Спанна, он вынужден был эвакуиро- ваться на север,на соединение с главными силами Помпея (442.Р.104). 11о из единственного источника этого события следуют лишь сам факт экспедиции, личность ее руководителя и участие в ней Бальба (Cic. Balb.2.4). Достоверно даже неизвестно, состоялась ли она в 76 г. или 75 ।., но, вероятнее всего в 75 г. (Sall.2.56,57). Одновременно с этими собы- । иями армия Гиртулея была разгромлена Метеллом в битве у Сеговии, командующий погиб (442.Р.111-112). Помпея резко критикуют за его действия после первых успехов: хотя ему было известно о скором подходе на Валенсийскую равнину армии Метелла, он не дождался ее, а напал на объединенные силы врага. 11 ричину такого решения видят в самоуверенности Помпея и нежела- нии делить неизбежную, по его мнению, победу со старшим коллегой. ( ерторий, естественно, тоже был готов сразиться с Помпеем, не дожи- даясь подхода других сил врагов (464. Р. 134; 54. Т. 3. С. 29; 426. S. 112-113; 360. Р. 115; 442. Р. 111). А. Шультен пишет, что Серторий в но время имел около 40 000 человек, Помпей - едва 20 000. В такой ситуации решение напасть на противника было тяжелой ошибкой 11омпея и объясняется лишь двумя недостойными мотивами: завистью к Метеллу и опьянением от победы над обоими помощниками Серто- рия (426. S. 112-113). Версия о легкомысленной зависти, едва не ставшей причиной катаст- рофы армии Помпея, содержится у Плутарха. Он сообщает в биографии 11омпея, что тот хотел сражаться один, не дожидаясь прихода Метелла. Здесь же указывается, что он был опьянен своими успехами (Plut. Pomp. 19). В более подробном рассказе об этих событиях в биографии Серто- рия Плутарх повторяет обвинение против Помпея, но при этом делает весьма существенную оговорку: об этом «рассказывают» (Plut. Sert. 19). I аким образом, речь идет о слухах, порочащих Помпея, к которым сам 11 лутарх относился с некоторой настороженностью, хотя для биографии 175
Сертория характерна открыто антипомпеянская настроенность (Plut.Sert. 18-19). Действительно, имеются лишь сообщения о наступлении Помпея про* тив Сертория и о якобы существовавших намерениях Помпея дать ему сражение, но только о намерениях. При этом Плутарх совершенно опре- деленно пишет о том, что при Сукроне именно Серторий выстроил свои войска, желая использовать благоприятную ситуацию (Plut. Sert. 19). Сле- довательно, именно он был инициатором непосредственного боевого стол- кновения. Это означает, что Помпей вовсе не стремился напасть на противник! до подхода армии Метелла, но был вынужден принять сражение. Ему мож- но, таким образом, поставить в упрек только то, что он не уклонился от него. Но, вероятно, у него просто не было такой возможности. Серторий не просто напал на Помпея, но напал именно вечером, пойдя, таким образом, на серьезный риск, ведь ночное сражение представляет для нападающего не меньшую опасность, чем для атакуемого (29. Т. 1. С.318-323). К. Кла- узевиц особо выделяет причины, по которым имеет смысл идти на ночной бой (29. Т. 1. С.323), ни одной из них у Сертория не было. Может быть, Серторий боялся, что Помпей ночью попытается уйти, и стремился не дать ему возможности избежать сражения. Серторий все же предпринял не совсем «чистую» ночную атаку - он на- чал бой, который лишь должен был плавно перерасти в ночное сраже- ние. Это обстоятельство должно было, по крайней мере на начальном этапе боя, облегчить ему управление войсками и смягчить неизбежные негативные для нападающей стороны последствия ночного сражения (о подобных случаях см. 29. Т.1.С. 318-323). Помпей мог и не представлять обстановку так хорошо, как античные (и современные) авторы, описывавшие события после того, как они уже произошли. Например, он едва ли мог точно знать численность войск противника, которая, как уже указывалось, явно завышается в научных работах. Поэтому не стоит столь сильно упрекать его за опрометчивость. Армия Сертория должна была идти к месту столкновения форсирован- ным маршем и поэтому сильно уменьшиться, понести при этом передви- жении большие потери, чем армия Помпея, явно совершавшая более пла- номерные передвижения. Сражение произошло на реке Сукрон (в древнейшее время называлась Сикан, теперь - Хукар), у одноименного города, находившегося, видимо, на пересечении старейшей в Испании большой приморской дороги с ре- кой Сукрон в районе современной Альсиры. Ближе к морю, параллельно 176
> гой дороге, на расстоянии приблизительно 1 км и от моря, и от нее шла другая дорога (426. S. 90). Река Сукрон течет по Валенсийской равнине пишь незначительной частью своего русла. В древности она образовывала дельту, рукава которой теперь исчезли. Поле сражения находилось между районами Альсиры и Альбуфера, на местности, сильно пересеченной мно- । счисленными каналами и естественными протоками, и, вероятно, охваты- вало дельту Хукара (426. S.89-113). Природные условия местности созда- иали серьезные неудобства плохо знакомым с ними солдатам правитель- <• । венной армии и затрудняли ее командирам руководство войсками (ис- ключая, разумеется, дороги, особенно шоссированную). Это же обстоятель- с гво облегчало командованию повстанцев маневрирование на поле боя. Нападение Сертория было предпринято вечером, так как он надеялся, ч । о ночь затруднит ориентировку на местности незнакомых с ней солдат противника (Plut. Sert. 19). Серторий руководил правым флангом, левый фланг находился под ко- мандой Перперны. Помпей также принял на себя командование своим пра- вым крылом, левое было поручено им Л. Афранию, одному из наиболее видных военачальников того времени, сделавшему позднее блестящую ка- рьеру (Plut. Sert. 19; 321. Р. 255 etc.). Подчиненные Перперне войска были разбиты, часть воинов обрати- лась в бегство, и Серторий вынужден был принять на себя руководство левым флангом. Ему удалось воодушевить воинов, они перешли в контр- атаку и опрокинули неприятеля (Арр. в.с. 1. 110; Plut. Sert. 19; Pomp. 19). Во время этой схватки армия Помпея едва не лишилась своего ко- мандующего. Видимо, атака серторианцев была столь успешной, что был полностью нарушен боевой порядок помпеянцев и полководец под- вергся непосредственной опасности: на него напал воин огромного рос- । а. Помпей был ранен, но зато сам отрубил руку своему противнику, его спасло то, что он был на коне, а его противник - пешим. О крайней степе- 11 и замешательства его солдат в этот критический момент свидетельствует гот факт, что никто не пришел на помощь своему императору, даже тог- да, когда на него, только что избежавшего большой опасности, набро- силось уже несколько врагов. Это, видимо, означает, что правое крыло Помпея не просто потерпело поражение, но его охватила паника. На этот раз от смерти или плена Помпея спасло только то, что он бросил своего коня и бежал пешим. Вражеские солдаты увлеклись дележом дра- I оценных украшений конской сбруи и не стали преследовать беглеца. Несмотря на рану и тяжелое поражение, Помпей, судя по дальнейшим событиям, сумел сохранить самообладание и очень быстро привести свои 177
войскав полный порядок. Этим, отчасти, объясняется то, что Серторий не сумел довести до конца разгром правого фланга противника. К тому же на его левом фланге сложилась столь критическая ситуация, что он вынужден был немедленно отправиться туда. Крылу Афрания удалось опрокинуть стоявшие против него войска. Они пытались спастись в лагере, но воины Афрания ворвались и туда. Однако победившие солдаты, увидев лагерь врагов в своей власти, превратились в неорганизованную толпу грабителей. Афраний оказался не в состоянии призвать их к порядку. К тому же уже наступила ночь, что не могло не создать для полководца затруднения в управлении войсками. Таким об- разом, надежда Сертория использовать наступающую ночь и незнание врагами местности частично осуществилась. В это время вернувшийся обратно Серторий быстро сумел привести в порядок своих солдат, на- пал с ними на разбредшихся солдат противника, нанес им огромные по- тери и, в свою очередь, отбросил войска Афрания (Plut. Sert. 19; Pomp. 19; Sall. 2. 60, 63). Аппиан сообщает, что во время этого сражения Помпей получил опас- ную рану в бедро (Арр. b. с. 1. 110). Если бы это ранение имело место во время вышеописанного эпизода, то он не смог бы бежать пешим. Зна- чит, его он получил позднее, когда привел в порядок свои войска и сумел организовать сопротивление победоносному противнику, веро- ятно, в то время, когда Серторий громил дезорганизованные войска Афрания. Следовательно, произошло еще одно крупное столкновение, серторианцы сначала опять опрокинули своих врагов, и их полково- дец снова подвергся непосредственной угрозе. Судя по тому, что в пе- риохах у Аппиана, у Орозия при сообщении об итоговом результате сражения говорится о поражении Помпея только на одном фланге и о победе его на другом (Per. 92; Арр. b.c. 1. 110; Oros. 5. 23), на этот раз крыло Помпея в итоге или одержало победу, или, если считать, что Ливий мог исказить ситуацию (38. С. 13-14), а последующие авторы воспринять его позицию, по крайней мере не было разбито. Потери про- тивников были также примерно равны: у Помпея -10 000, у Сертория - почти 10 000 (Oros. 5. 23). На следующий день оба полководца выстроили свои войска для-нового сражения. Следовательно, Помпей не считал свое положение столь опас- ным, чтобы укрываться в лагере, ожидая подхода Метелла, и его пораже- ние не было столь уж тяжелым, но известие о подходе армии Метелла вызвало смятение в лагере серторианцев, и Серторий отступил (Plut. Pomp. 19; Sert. 19). Помпей не преследовал отходящего противника, не восполь- 178
зовался столь благоприятной возможностью. Значит, главным для него в это время было соединиться с Метеллом. Принято считать, что отход армии Сертория носил организованный характер в соответствии с его приказом войскам рассеяться и собраться затем в определенном месте, о чем сообщает Плутарх (Plut. Pomp. 19; Sert. 19; 426. S.l 14; 442. P.l 12; 340. P. 231). Ново время этого «заплани- рованного отступления» потерялась знаменитая белая лань (Plut. Sert. 20; Aul. GelL 15. 22). И раз был потерян этот важный предмет воздей- ствия на души туземцев, да еще в то время, когда в ней была настоятель- ная необходимость, то никакого планового отхода не было, а было обыч- ное бегство. Разумеется, это обстоятельство не противоречит сообще- нию Плутарха об указанном приказе Сертория. Он, конечно, был отдан, но выполнить его охваченные паникой войска смогли лишь во второй его части: оправившись, они соединились там, где им было приказано (Plut. Sert. 19-20; Pomp. 19). Помпей и Серторий пошли на битву, зная, что армия Метелла довольно близко, и, таким образом, зная о разгроме и гибели Гиртулея. Но малове- роятно, чтобы об этом знали воины армии Сертория. Хотя враги несом- ненно должны были распространить это известие и среди своих (для под- нятия духа), и среди вражеских (чтобы посеять панические настроения) воинов. Серторианское командование должно было стремиться парали- зовать действия вражеской пропаганды, скрыть от своих воинов прав- ду и делало это (Серторий убил гонца, сообщившего о гибели Гиртулея - Front. 2. 7. 5). Нет ничего удивительного в том, что серторианцы ка- кое-то время верили не врагам, а своему командованию, особенно учи- тывая их предыдущую победоносную боевую практику, которая долж- на была усилить их доверие своему военачальнику. Но затем все долж- но было измениться. Явно сыграло свою роль распоряжение Сертория о рассеивании армии. Даже если при этом не стало известно о подходе армии Метелла (что маловероятно), это должно было рассматриваться как свидетельство правдивости вражеской пропаганды. Серторий узнал о подходе Метелла утром после поражения Помпея. Это означает не появление Метелла на поле боя, а сообщение гонцов о движе- нии его армии на соединение с Помпеем и нахождении ее настолько близ- ко, что Серторий счел, что у него нет возможности победить Помпея до подхода Метелла. Паника разыгралась либо в начале отступления, либо в его ходе. Нет никаких данных, позволяющих уточнить, когда именно она произошла (Plut. Sert. 19-20). Бегство противника привело к беспрепятственному соединению обеих 179
правительственных армий. Когда оба полководца встретились, Помпей приказал ликторам опустить их фаски, признавая тем самым более высо- кий ранг Метелла. Однако, как добавляет описывающий эту встречу Плу- тарх, Метелл отклонил эту почесть и отказался от каких-либо преимуществ. Но Плутарх тут же добавляет, что во время совместных стоянок пароль соединенным войскам отдавал Метелл (Pomp. 19), то есть командовал объе- диненными войсками все-таки он, но только во время их реального объе- динения. Естественно, что во время их разделеления Помпей снова коман- довал своей армией, тем более что все совместные операции обеих армий (упоминаемые в источниках) происходили отныне в его провинции. Пос- ледним обстоятельством, видимо, и объясняется относительное великоду- шие Метелла. Несмотря на соединение правительственных армий, в даль- нейшем они действовали в основном раздельно (Plut. Pomp. 19). 2. Сеговия Метелл в начале кампании, судя по столкновению его с Гиртулеем у Се- говии, направился от Пиренеев в центральную Испанию. Его армия долж- на была двигаться до Эбро и затем по пути, по которому позднее была проложена дорога Цезарьавгуста (Сарагоса) - Эмерита (Мерида). Она шла сначала на кельтиберийское плоскогорье, а затем через Нуманцию, Укса- му, Термес по северным отрогам Сьерра-Гвадаррамы в Лузитанию. На этой дороге у Сеговии и произошло последнее столкновение Гиртулея и Метел- ла (426. S. 108-109). Расположение армий противников было следующее. Гиртулей создал сильную ударную группировку в центре своего боевого порядка. Метелл в ходе боя отвел свой центр назад и бросил его в атаку только после того, как его фланги сломили сопротивление врага и армия Гиртулея была окру- жена. Таким образом, Метелл повторил, с некоторыми изменениями, так- тику Ганнибала при Каннах. В итоге армия противника потерпела полный разгром, погиб и сам Гиртулей со своим братом (Front. 2.3.5; Oros. 5.23; de vir. ill. 63. 2; Flor. 3. 22. 7; Per. 91; 426. S. 109-111). После этой блестящей победы Метелл двинулся на помощь Помпею. Дви- жение его к Сукрону спутало планы Сертория и, следовательно, было для него на этапе планирования операций неожиданным. Значит армия Метел- ла была ранее чем-то связана, какими-то боевыми действиями и ее внезап- ное наступление на восточное побережье означает, что это препятствие исчезло. Разумеется, Серторий должен был получить информацию о гибе- ли армии Гиртулея раньше, чем его победитель смог прибыть к Сукрону, и предпринять какие-нибудь меры для действий против победоносного про- 180
тивника. И, действительно, Орозий сообщает, что Метелл соединился с 11омпеем после того, как, плутая по окольным путям, был утомлен многи- ми сражениями и применяемыми врагами способами ведения войны (Oros. 5. 23.) X. Бласкес утверждает, что сражение состоялось не у Сеговии, а у Сегобриги, но при этом никак это положение не аргументирует (140. Р. 225). В древней Испании были следующие города с названием Сеговия: 1) в Андалусии, 2) в Кастилии у ареваков, 3) в Леоне у вакцеев (114. Р.287-287). Э. Кавеньяк, как уже указывалось, считал, что эта битва произошла у Сеговии на реке Хениль в Андалусии около 50 км от Кордо- вы. Имеется предложение, что она состоялась на юго-востоке Португа- лии (298. Р. 442). К. Конрад предложил следующую гипотезу. Сражения у Сеговии не было, Флор спутал ее с битвой у Сегонтии, и Метелл разбил Гиртулея только в битве у Италики. Серторианская армия в Дальней Испании была ликвидирована, Гиртулей бежал в Лузитанию. Метелл прошел на восточ- ное побережье, чтобы примкнуть к Помпею после битвы на Сукроне. Серторий, не будучи достаточно сильным для того, чтобы встретиться лицом к лицу с двумя римскими армиями на поле боя, отступил к Кельти- берии, где соединился с Гиртулеем и остатками его войск, если они были. Осенью того же года произошла последняя, самая тяжелая, самая про- должительная битва войны возле города Сегонтии у Дуэро. Метелл раз- бил армию Перперны (он после поражения у Италики и дискредитации 1 иртулея занял его место в серторианском командовании), Серторий раз- бил Помпея, но был разбит в третьем сражении в этот же день уже побе- доносной армией Метелла. Оба брата Гиртулеи были убиты, сражаясь или в армии Перперны (к которому Л. Гиртулей был приставлен в каче- стве советника), или в армии Сертория. Аргументы К. Конрада поддержал А.В. Короленков. Их доказательства сводятся к следующему: 1) традиционное мнение базировалось главным образом на сообще- нии Аппиана (Арр. в. с. 1. 110), по данным которого в этой кампании I (омпей и Метелл наступают от Пиренеев, Серторий и Перперна - из Лузитании. Кавеньяк и Спанн были правы, помещая зимние квартиры Метелла перед данной кампанией в Бетике, поэтому Аппиану в этом воп- росе доверять нельзя. К тому же его сведения вообще не слишком заслу- живают доверия. Так, Аппиан сообщает, что Метелл участвовал в битве у Сукрона. То, что Метелл не участвовал в этой битве, - один из немно- гих совершенно достоверных эпизодов войны. Аппиан, очевидно, не знал того, что Метелл и Помпей не занимались совместными операция- 181
ми в течение большей части войны, исключая почти один год. Общее представление Аппиана о большой стратегии в Серторианской войне чисто схематично и наглядно ошибочно. Он не подозревал о провинци- альном назначении Метелла и Помпея - Дальней и Ближней Испании, или о том факте, что Метелл в войне действовал большей частью в Испа- нии Дальней. Вместо этого, он представлял себе обоих римских ко- мандующих, вторгающихся в Испанию каждый год от Пиренеев, а Сер- тория и Перперну - двигавшихся от Лузитании в восточном направле- нии, хотя все данные подтверждают, что начиная с 77 г. Серторий был в Ближней Испании, и ничто не свидетельствует о том, что он когда-либо после завоевания этой провинции вернулся в Лузитанию; 2) не один источник не знал о двух отдельных битвах между Метеллом и Гиртулеем. Представление о них практически у всех ученых, начинал с Друманна (L. Lange, 1863-71 подразумевал только одну битву - у Ита- лики), основывается на трех свидетельствах. Во-первых, два пассажа Фронтина. Оба относятся к разгрому Гиртулея от рук Метелла (Front.2.1.2. и 2.3.5). Не предубежденные заранее читатели едва ли най- дут здесь сообщение о двух разных битвах, разве только они подумают, что за пределами способностей Метелла применять две стратегемы в одном и том же сражении. Фронтин часто отбирал разные типы страте- гем из одного боя: 2.2.7, 3.7, 5.27 (Канны); 1.1.9, 2.9 ; 2.3.8 (Метавр); 2.2.8, 4.6, 7.12, 9.1 (Аквы Секстиевы); 2.1.14, 2.4 (Тигранокерта). Вто- рой пассаж Фронтина о Гиртулее, начинающийся фразой «ео proelio...», ясно отсылает к первой стратегеме, помещенный под фразой «De tempore ad pugnam...». Между прочим, данной стратегеме непосредственно пред- шествовали стратегемы Сципиона Африканского в одной и той же бит- ве, у Илипы в 206 г. (Front. 2. 1. 1; 3. 4; ср. Polyb. 11. 22-24; Liv. 28. 14. 1-15; Арр. Iber. 25-27); 3) данные Орозия (5.23). Он недвусмысленно сообщает, что Гиртулей пережил битву у Италики: бежал в Лузитанию. После сообщения о битве у Сукрона Орозий упомянул смерть обоих Гиртулеев. Сведения Орозия о войне логически последовательны и, насколько это возможно, точны; его относительная хронология определенно не может быть разорванной. Бит- ва у Италики, Baeticae urbs, в которой Гиртулей был разгромлен, но спасся, может быть установленным фактом. Судя по распорядку событий у Оро- зия, он погиб в другом сражении, после битвы у Сукрона. Было ли это во время отдельной битвы против Метелла? Три особых события упомина- лись в 5.23.12. Первое может быть указано с определенностью: Меммий квестор Помпея.... убит. Это произошло при Сегонтии. Третье событие: 182
Perpema, qui se Sertorio iunxerat, comminutus est, теоретически может быть отнесено к неизвестному из других случаев поражению Перперны (так счи- тал Беньковский -130. S. 227). Но жестокий разгром Перперны во время >той фазы войны не является секретом: это та же самая битва у Сегонтии (Liv. Per. 92; Арр. 1.110). Невероятно, чтобы Орозий мог сообщить о не- значительном поражении Перперны в связи с первым появлением челове- ка в его труде, но опустил сокрушительный разгром его от рук Метелла. Третье событие, подобно первому, относится к последней великой битве войны. Между ними Орозий лаконично написал: Hirtulei fratres interfecit. Контекст этого высказывания делает очевидным, что братья Гиртулеи были убиты в битве у Сегонтии. Гиртулей и его брат были с армией Перперны, помогая ему в руководстве, или с Серторием, возможно командуя другим крылом его армии. Детали сражения содержатся в сообщении Ливия: Q. Metellus Sertorium et Perpemam cum duobus exercitibus proelio fudit (Per. 92). Из этого следует, что битва была не простым повторением битвы на Сукро- не, с победой Метелла на одном крыле, Сертория - на другом (Plut. 19.3-10; Pomp. 19. 1-5; Арр. 110.513). Фронтин сохранил детали, относящиеся к гибел